/ Language: Русский / Genre:sf,

Все Вейры Перна Перн 11

Энн Маккефри


Маккефри Энн

Все вейры Перна (Перн - 11)

Энн Маккефри

Все Вейры Перна

ПРОЛОГ

Ракбет, в созвездии Стрельца, был золотистой звездой класса G. В его систему входили два пояса астероидов, пять планет - и еще одна, блуждающая, притянутая и связанная узами тяготения в последние тысячелетия. Когда люди начали осваивать третий мир системы Ракбета, получивший название Перн, они не обратили особого внимания на эту странную планету-пришелицу, что вращалась вокруг центрального светила по очень вытянутой и неустойчивой эллиптической орбите. В течение нескольких лет первопоселенцы не задумывались о том, чем грозит им Алая Звезда - пока однажды она не подошла в перигелии близко к Перну.

Когда влияние остальных небесных тел звездной системы Ракбета не препятствовало сближению двух планет, чуждая жизнь, безжалостное и хищное порождение Алой Звезды, стремилась преодолеть узкую пространственную щель между мирами и перебраться на более гостеприимный Перн. В такие времена с его небес падали серебристые Нити, уничтожая на своем пути все живое деревья и травы, посевы и сады, животных и людей.

В период первой атаки Нитей потери, понесенные колонистами, были устрашающими; ни флаеры, оборудованные огнеметами, ни иные технические средства не могли остановить Нити. Началась длительная борьба за выживание, отчаянное и драматическое сражение с бедствием, поразившим их новую родину. Это отнимало много сил, и постепенно непрочная связь с Землей, с материнской планетой была окончательно утрачена.

Первопоселенцы отказались от многих технологических достижений земной цивилизации - они выглядели ненужными и неуместными на девственной, благодатной планете, где предполагалось создать аграрную общину. Теперь же, чтобы защититься от вторжения Нитей, руководители колонистов разработали план, рассчитанный на века. Его первая стадия заключалась в совершенствовании методами генной инженерии одного из уникальных биологических видов усыновившей их планеты - небольших летающих ящерок-файров. Мужчин и женщин, способных к глубокому сопереживанию, обладающих врожденным даром телепатии, обучали использовать и сохранять необычных животных, выведенных в генетических лабораториях. "Драконы", названные так в память о сказочных созданиях из земных легенд, обладали двумя чрезвычайно полезными свойствами: они почти мгновенно перемещались из одного места в другое, и, после того, как заглатывали некий местный минерал, содержащий фосфин, обретали способность выдыхать пламя. Таким образом, поднявшись под облака, драконы могли сжигать Нити в воздухе, не допуская их падения на почву.

Чтобы реализовать первый этап этого плана, потребовалось немало лет. Одновременно осуществлялась и вторая стадия, но для ее окончательного завершения было нужно еще больше времени. Нити являлись всего лишь микозоидными спорами, способными преодолевать космическое пространство и с бессмысленной прожорливостью поглощать любую органическую материю. Попадая на плодородную поверхность Перна, они зарывались в мягкую землю и начинали стремительно размножаться, пожирая растительность и живые существа. Периниты вывели особых личинок, обладающих сходными качествами и способных противостоять нашествию паразитов, и внесли их в почву южного материка. В соответствии с первоначальным планом предполагалось, что драконы будут сжигать Нити в воздухе, защищая жилища и скот колонистов; личинки же предназначались для охраны посевов, садов, лесов и уничтожения Нитей, сумевших ускользнуть от огнедышащих стражей.

Но инициаторы двухступенчатой программы не смогли учесть грядущих геологических катаклизмов и социальных изменений. Южный континент, на котором высадились пришельцы с Земли, теплый, плодородный, обширный и на первый взгляд более привлекательный, чем суровые северные земли, оказался небезопасным; его сотрясали тектонические катастрофы. В результате, после очередного землетрясения, вся колония была вынуждена переселиться на север и искать защиты от Нитей в естественных горных пещерах северного материка.

Форт, первоначальное поселение, вырубленное в восточном склоне Великого Западного Хребта, вскоре стал слишком тесен для колонистов. Второй город-холд был заложен дальше к северу, около большого озера, где в скалах обнаружилось множество пещер. Однако через несколько поколений холд Руат тоже оказался переполненным. Поскольку Алая Звезда восходила на восточном небосклоне, периниты решили заложить следующие поселения в Восточных Горах, если там окажутся подходящие пещеры. Ведь только камень и металл, (которым Перн, к сожалению, оказался не очень богат) могли защитить от обжигающих ударов Нитей.

К тому времени в процессе селекции крылатые, длиннохвостые и огнедышащие драконы достигли таких размеров, что содержать их в тесноте пещерных городов-холдов стало невозможно. Тогда периниты обратили внимание на кратеры древних потухших вулканов, внутренние склоны которых были источены огромными пещерами. Одна такая вершина находилась вблизи Форта, другую обнаружили в горах Бенден на восточной оконечности материка. Их приспособили для обитания драконов и их всадников, но на этот проект ушли последние запасы горючего для гигантских горнопроходческих машин, и все остальные холды и Вейры высекались в скалах вручную.

Задачи у всадников и у людей, обитавших в холдах, были различны; разными стали и их жизненные уклады. Постепенно они освящались временем и привычкой - пока не превратились в традицию, незыблемую, как закон.

Наступил период, равный двумстам Оборотам Перна вокруг светила, когда Алая Звезда, одинокая замерзшая пленница, находилась на дальнем конце своей эллиптической орбиты. На почву северного материка больше не падали Нити. Люди стерли следы губительного опустошения, разбили фруктовые сады, вспахали поля и даже собирались восстановить на склонах гор уничтоженные Нитями леса. Вскоре они едва не позабыли о том, что совсем недавно находились на грани вымирания. Но блуждающая планета вернулась с неизменностью космического маятника, и Нити стали падать опять; начались пятьдесят Оборотов ужаса, которым грозили небеса. И периниты благословляли далеких предков, чья мудрая предусмотрительность спасла их в эти трудные времена. Теперь у них были драконы, которые своим огненным дыханием уничтожали в воздухе падающие Нити.

В течение очередного мирного Интервала род драконов множился и процветал; согласно разработанному ранее плану защиты были основаны четыре новых поселения в кратерах вулканов. Но в пылу строительства холдов, освоения девственных земель, странствий по бескрайним лесам и пустыням была утрачена память о червях-пожирателях Нитей с южного материка, о самом материке и о прародине перинитов. С каждым последующим поколением воспоминания о Земле отступали все дальше в глубь времен, пока не превратились в миф, в легенду и, наконец, не канули в вечность.

К моменту, когда Алая Звезда в шестой раз сблизилась с Перном, на планете уже сложилась прочная политико-экономическая структура, позволяющая успешно бороться с регулярными бедствиями. Шесть Вейров - так стали называть лагеря всадников в кратерах потухших вулканов - взяли под защиту все культурные зоны северного материка, разделив его на шесть областей. Остальное население должно было оказывать поддержку Вейрам, так как обитавшие в них бойцы не могли тратить силы и время на поиски пропитания - тем более, что в горах не было пригодной для обработки земли. В мирное время всадники растили драконов и обучали молодежь; во время прохождения Алой Звезды они сражались с Нитями.

В конце Шестого Прохождения, примерно через полторы тысячи Оборотов после высадки колонистов, на Перн обрушилось новое бедствие. Считанные годы оставались до начала мирного периода; и всадники, и холдеры с нетерпением ждали этой счастливой поры, предвкушая наступление спокойных времен. Но внезапно на северный континент обрушилась эпидемия неизвестной болезни. Периниты умирали тысячами, многие холды обезлюдели, гибли всадники, рушилась вся продуманная система защиты поселений. Медикам, частично сохранившим древнее искусство врачевания, с огромным трудом удалось справиться с болезнью и спасти часть населения, но Перну пришлось заплатить страшную дань. За месяц погибло множество людей, и среди них учителя и мастера, хранители знаний; утерянное в эти дни перинитам пришлось восстанавливать столетиями.

Однако жизнь продолжалась. Мирные Интервалы сменяли губительные Прохождения Алой Звезды; потом шли новые Прохождения и новые Интервалы. В районах, изобиловавших естественными пещерами, в плодородных долинах рек постепенно росли и крепли города-холды. Некоторые из них, расположенные в стратегических точках, развивались особо стремительно. Чтобы управлять ими, бороться с ужасом и отчаянием, которые охватывали население во время атак Нитей, требовались сильные люди. Нужны были мудрые администраторы, способные организовать сбор и хранение запасов продовольствия - на тот случай, если урожай погибнет; опытные ремесленники, трудолюбивые фермеры, отважные мореходы.

Со времен третьего или четвертого Прохождения людей, обладавших способностями к работе с металлом, умевших разводить животных, ловить рыбу, ткать, добывать руду - там, где она была - объединили в Цеха. Каждый Цех включал несколько мастерских, расположенных, как правило, в самых больших холдах. Одна из них считалась главной - там ремесленники совершенствовали свое искусство, там обучали молодежь, передавая из поколения в поколение секреты мастерства. Чтобы лорды-правители холдов, на землях которых находились мастерские, не могли прибрать к рукам их продукцию, ремесленникам было предоставлено самоуправление. Они подчинялись только Главному мастеру своего цеха, которого выбирали из числа наиболее опытных и уважаемых людей. Главный мастер полностью отвечал за продукцию цеха, ее качество и распределение; его мастерские работали для всего Перна.

Со временем, конечно, права и привилегии властителей холдов и Главных мастеров возросли; то же самое относилось и к всадникам, под защитой которых находилось все население планеты.

Случалось порой, что из-за влияния остальных пяти спутников Ракбета Алая Звезда проходила слишком далеко от Перна и смертоносные споры не появлялись в его небесах. Такие периоды назывались долгими Интервалами. Во время последнего из них наступила эпоха процветания. Люди осваивали все новые и новые земли, вырубали в неприступных скалах города, затем начали строить поселения в открытой местности. Занятые повседневными заботами, они предпочитали не думать об Алой Звезде - и, наконец, решили, что она перестала угрожать Перну. Тем временем, племя драконов катастрофически сокращалось; на всей планете остался один-единственный Вейр, где обитали всадники. Это уже не беспокоило никого. Зачем тревожиться, если Алая Звезда на долгие Обороты - или, быть может, навсегда - ушла с небосклона Перна?

Сменилось пять поколений, и потомки героического племени Парящих на Драконах впали в немилость. Легенды об их былых подвигах звучали все реже - зато с каждым Оборотом громче и громче раздавались голоса тех, кто называл их анахронизмом, пережитком старины, о котором давно пора забыть.

Но пришли времена, когда Алая Звезда вновь начала приближаться к Перну, устремив на свою извечную жертву зловещий багровый глаз. И лишь один человек на обреченной планете - Ф'лар, всадник бронзового Мнемента, верил, что в древних сказаниях сокрыта истина. Он передал эту веру Ф'нору, всаднику Канта, своему сводному брату. Когда на Площадку Рождений Вейра Бенден легло последнее золотое яйцо умирающей королевы драконов. Ф'лар и Ф'нор решили воспользоваться подходящей ситуацией и взять власть над Вейром. По древнему обычаю всадники вылетели в Поиск, чтобы найти молодую женщину, способную пройти обряд Запечатления вместе с новой королевой в момент ее появления из яйца. В холде Руат братья встретили Лессу, юную девушку, одаренную необычайной телепатической мощью и силой духа. Она была единственным потомком гордых лордов Руата; вся ее семья погибла десять Оборотов назад во время междоусобной стычки.

Лесса запечатлила золотую Рамоту, новую королеву, и стала Госпожой Вейра Бенден. Позже бронзовый Мнемент Ф'лара догнал молодую королеву в первом брачном полете, и Ф'лар, согласно традиции, возглавил уцелевших всадников Перна.

Эти трое, Лесса, Ф'лар и Ф'нор, сумели убедить властителей холдов и мастеров в том, что на Перн надвигается страшная опасность. Они начали готовить почти беззащитную планету к обороне. Однако было ясно, что две сотни драконов Бендена не смогут прикрыть разросшиеся поселения перинитов. В старые времена для этого требовалось шесть полных Вейров, а обитаемые области были намного меньше.

Во время одного из тренировочных полетов Лесса случайно обнаружила, что драконы могут не только почти мгновенно перемещаться в пространстве, но и путешествовать во времени. Тогда, рискуя своей жизнью и жизнью единственной на планете королевы - продолжательницы рода драконов, Лесса отправилась на четыреста Оборотов назад, к моменту загадочного исчезновения остальных пяти Вейров, внезапно опустевших в те времена, когда заканчивалось последнее прохождение Алой Звезды. Вожди этих Вейров, предчувствуя, что после долгих лет героических битв их ожидает период застоя и упадка, согласились помочь своим потомкам. Вместе с Лессой они перенеслись в будущее и спасли Перн.

Прошло семь Оборотов. Первоначальный восторг и благодарность, которые испытывали холды и цеха к своим спасителям, успели остыть. Да и древним всадникам, выходцам из прошлого не нравился новый Перн и та эпоха, в которой они очутились. Слишком много изменений произошло за четыреста Оборотов - изменений, которые неизбежно вели к конфликту между прошлым и настоящим. Древние, привыкшие к благоговейной покорности холдеров, не могли найти общий язык ни с лордами и мастерами, ни с вождями Вейра Бенден.

Трения, возникшие между ними, вылились в стычку между Ф'нором и всадниками Древних из Форт Вейра, в результате чего Ф'нор отправился на вновь заселенный южный материк залечивать раны. Этот небывалый случай ибо, согласно нерушимому закону, всадник не мог пролить кровь соратника рассматривался на совете предводителей Вейров. Он закончился почти безрезультатно; Ф'лару стало ясно, что Т'рон, вождь Форта, не желает нести ответственность за свои действия. Однако доводы Ф'лара заставили двух вождей Древних Вейров, Д'рама из Исты и Г'нериша из Айгена, по-новому взглянуть на своих современников.

Вскоре нарушилась регулярность падения Нитей и графики атак, столь тщательно составленные Ф'ларом на основании старинных хроник, утратили свою ценность. Главный арфист Перна Робинтон и глава цеха кузнецов Фандарел, совместно с вождями Бендена, попытались справиться с новой напастью. Фандарел со своими помощниками изобрел устройство, напоминающее проволочный телеграф, а мастер арфистов придумал код типа азбуки Морзе. Это давало возможность обеспечить связь между холдами, Вейрами и мастерскими и своевременно предупреждать всадников об атаках Нитей.

Тем временем Ф'нор, которого выходила юная Брекки, младшая Госпожа нового Южного Вейра, случайно обнаружил файров, огненных ящериц, о которых на северном материке давно забыли, считая их легендой или пустой выдумкой. Ф'нор убедился, что эти создания существуют на самом деле и при рождении поддаются Запечатлению - как и драконы, их отдаленные родичи. Южане, и всадники, и холдеры, охваченные новой страстью, ринулись на поиски яиц файров. Одну из кладок удалось обнаружить Киларе, коварной и необузданной Госпоже Южного Вейра; она преподнесла драгоценные яйца в дар лорду Мерону Наболскому, своему любовнику, проявляющему неизменную враждебность к всадникам.

Получив от Ф'нора весть об огненных ящерицах. Ф'лар направился в Южный. Он хотел заодно проверить состояние дел в новом Вейре, ибо знал, что молодой Т'бор, его Предводитель не может сладить с Госпожой Вейра, распутной Киларой. Когда началась неожиданная атака Нитей в глубине Южного материка, Ф'лар присоединился к всадникам, защищавшим огромную территорию болот. Исследуя местную растительность, он обнаружил в почве странных белесых червячков, роившихся в местах падения Нитей. Ф'лар собрал образцы, чтобы показать их Согрейни, Главному смотрителю стад. Но тот не пожелал тратить время на ничтожных личинок, и вождю Бендена пришлось начать исследования самому. Он рассказал о своей находке Ф'нору и молодому Н'тону, всаднику бронзового Лиота.

Вскоре лорд Лайтол, опекун юного Джексома, которому Лесса передала свое кровное право на холд Руат, посетил Вейр Бенден, чтобы обсудить напряженную ситуацию, сложившуюся на Перне, с Ф'ларом, Лессой, Робинтоном и Фандарелом. Он взял с собой Джексома; его питомец подружился с Фелессаном, единственным сыном Ф'лара и Лессы. Пока взрослые совещались, мальчики по заброшенным переходам Вейра пробрались на Площадку Рождений, чтобы взглянуть на новую кладку Рамоты. Неожиданно королева вернулась, и перепуганные мальчуганы бросились наутек. Заблудившись в темных переходах, они случайно, обнаружили древнюю лабораторию, оставленную земными предками перинитов. Спасательный отряд нашел мальчиков, когда они уже потеряли сознание. Незадачливые исследователи лежали на пороге двери, что вела в заброшенные комнаты, где оказалось множество загадочных приборов - в том числе и устройство, способное увеличивать мелкие предметы. Микроскопом сразу же завладел Главный мастер кузнецов. Ф'лар же предложил исследовать заброшенные коридоры старых холдов и Вейров - возможно, там найдется нечто, позволяющее восстановить знания древности?

Вскоре в холде Телгар состоялась свадьба лорда Асгенара и сестры лорда Телгарского, на которой Килара появилась вместе с лордом Мероном. На плечах у них восседали огненные ящерицы, вызвавшие всеобще изумление. Внезапно всадник принес весть, что над Айгеном в неурочное время выпали Нити. Ф'лар призвал присутствующих на свадьбе вождей Вейров вылететь на помощь. Тогда Т'рон, использовав это как предлог для ссоры, вызвал Предводителя Бендена на поединок; в результате жестокой схватки Ф'лар вышел победителем - несмотря на серьезную рану. Он отправил в изгнание Т'рона и Т'кула, вождя Вейра Плоскогорье, также не пожелавшего признать его Верховным Предводителем Перна. Властители холдов и мастера единодушно поддержали Ф'лара. Вожди Древних, Д'рам из Исты, Г'нериш из Айгена и Р'март из Телгара также примкнули к нему. Т'кул, а с ним еще семьдесят всадников и драконов последовали за Т'роном в ссылку, Ф'лар, раненый, повел всадников на защиту Айгена.

Прибыв в Южный, Т'кул изгнал живших там всадников Т'бора, переселившихся в покинутый Древними Вейр Плоскогорье, который они нашли в ужасающем запустении. Брекки, не ведая о том, что Вирент, ее королева, вот-вот поднимется в первый брачный полет, стала наводить порядок в Вейре. Килара, старшая Госпожа, в это время отправилась в Набол и уединилась с лордом Мероном. К несчастью случилось так, что Придита, королева Килары, тоже была готова подняться. И когда Вирент начала брачную игру, Придита взлетела вслед за ней. Между двумя королевами разгорелся бой; напрасно пытались разнять их другие драконы, напрасно Кант и Рамота пытались спасти Вирент. Израненные, обе королевы навсегда ушли в Промежуток; Килара лишилась рассудка, Брекки тоже оказалась на грани безумия. Только благодаря любви Ф'нора, преданности Канта и неотступным заботам крошечных файров ей удалось остаться в живых.

Тем временем в Форт Вейре был обнаружен телескоп - или прибор для дальновидения, как назвали его Фандарел с помощником Вансором. Н'тон и Вансор начали изучать поверхность Алой Звезды, почти полностью закрытую клубящимися тучами. Лесса, Робинтон, лорды и всадники прибыли в Форт, чтобы осмотреть и испытать дальновидящее устройство. Мерон Наболский начал требовать, чтобы теперь, когда Алую Звезду можно увидеть, как на ладони, всадники отправились туда и окончательно уничтожили Нити. Он даже рискнул послать к планете своего файра, но огненная ящерица в ужасе скрылась, попутно перепугав всех своих собратьев.

Когда кладка Рамоты наконец созрела, среди множества гостей на торжество в Бенден прибыли и лорд Лайтол с юным Джексомом. Попытка Ф'лара и Лессы вывести Брекки из шока, предоставив ей возможность пройти повторное Запечатление с новорожденной королевой, не увенчалась успехом, но ее бронзовому файру удалось вырвать девушку из мрака отчаяния.

Джексом увидел, что самое маленькое из яиц Рамоты - то самое, которое он заметил и даже потрогал еще раньше, когда украдкой пробрался на Площадку Рождений - раскачивается, но никак не может расколоться. Мальчик бросился на помощь новорожденному и в результате запечатлил Рута, крохотного белого дракончика. Так будущий лорд Руата стал всадником. Ему позволили забрать Рута с собой в холд, поскольку никто не верил, что маленький дракон необычного цвета проживет дольше одного Оборота.

Оправившийся от ран Ф'лар использовал торжество, на которое собралось много гостей, чтобы продемонстрировать мастерам и лордам, как личинки с южного материка расправляются с Нитями. Судя по всему, они даже залечивали ожоги, нанесенные растениям. И тогда мастер земледельцев Андемон понял истинную суть древней заповеди: наблюдайте за личинками! Это предупреждение было неверно истолковано - вместо того, чтобы заботиться о личинках, на северном континенте их безжалостно уничтожали.

Итак, спустя века был восстановлен второй этап проекта защиты, разработанного колонистами. Опираясь на него, Ф'лар при поддержке Ф'нора и Н'тона, своих ближайших помощников, повел решительную атаку на отживающие традиции. Он потребовал массового расселения личинок на северном материке, а также распространения накопленных знаний, чтобы жизненно важные сведения не оказались утраченными или искаженными.

Однако лорды, которых подстрекал Мерен, продолжали настаивать, чтобы всадники снарядили экспедицию на Алую Звезду и уничтожили источник, порождающий Нити. Чтобы подавить в зародыше мысль о подобном рискованном путешествии, Ф'нор направил своего Канта к облачному скоплению над поверхностью Алой Звезды. Совершив гигантский прыжок сквозь Промежуток, они едва не погибли в бурной, лишенной кислорода атмосфере враждебной планеты. Только любовь и привязанность Брекки помогла им вернуться обратно, избежав неминуемой смерти.

Разведывательный полет, предпринятый Ф'нором, доказал всадникам и владыкам холдов, что очистить Алую Звезду от Нитей не так просто; слишком велика опасность потерять и драконов, и людей.

В этой сложной ситуации Ф'лар направил все свои усилия на распространение спасительных личинок. Одновременно он, вместе с Робинтоном, вел тайное наблюдение за Южным, который продолжал оставаться оплотом Древних, не принявших новых преобразований. Положение их было крайне тяжелым - у них не осталось молодых королев, способных продолжить род драконов. Возникли и другие сложности, на взгляд Робинтона не менее серьезные.

Прошло еще несколько лет. Юный Джексом, всадник и владетель Руата, подрос и возмужал. Рут, его белый дракон, не мог похвалиться размерами, но оказалось, что этот малыш - самое сообразительное создание среди драконьего рода. Когда всадники Южного, доведенные до отчаяния, похитили из Бендена золотое яйцо Рамоты, Джексом и Рут сумели найти и возвратить его.

Это преступление Древних не осталось безнаказанным; они лишились власти над южным материком, который был теперь открыт для переселенцев с севера. И периниты хлынули на Южный потоком - обездоленные отщепенцы, лишенные холдов, бродяги и искатели приключений, подмастерья, жаждавшие обрести статус мастеров, фермеры, искавшие новые земли, младшие сыновья благородных родов, торговцы и ремесленники, рыбаки и арфисты, морские бродяги и горняки. Но Южный был огромен, и люди затерялись в его просторах.

Можно считать, что Джексому повезло больше других - ведь у него был верный Рут, готовый доставить своего друга в любое место на Перне, которое тот мог вообразить. Вместе они открыли чудесную бухту в отдаленной части материка, вблизи вулканического плато. Там было множество местных файров, быстро подружившихся с белым драконом, и вскоре Рут научился извлекать из их родовой памяти картины далекого прошлого. Просматривая эти сумбурные воспоминания ящерок, Джексом понял, что где-то неподалеку находится центральный лагерь первопоселенцев, высадившихся на Перне две с половиной тысячи Оборотов тому назад.

Робинтон, Главный мастер арфистов, начал стареть. Неиссякаемой энергии и политическому чутью этого человека Перн был обязан своим спасением - не в меньшей степени, чем мужеству и твердости Ф'лара и Лессы. И потому, чтобы продлить жизнь великого арфиста, ему даровали новый холд, выстроенный на южном материке, в теплом и благодатном климате. Место для Прибрежного холда выбрали в бухте Джексома. Робинтон поселился там вместе со своими молодыми помощниками, Пьемуром и Менолли, и приступил к археологическим исследованиям. Джексом с Рутом, и красавица Шарра, подруга молодого руатанского лорда, приняли в них самое активное участие.

К тому времени в разных частях материка было обнаружено множество следов первопоселенцев: заброшенные рудники и шахты, поселки и отдельные фермы, древние дороги и гавани. С помощью телескопа - дальновидящего устройства - удалось изучить созвездие Рассветных Сестер, которое долгое время считали прародиной перинитов. Оказалось, что Сестры - не светила и не планеты; то были три огромных звездолета, на которых прибыли колонисты с Земли, три законсервированных космических транспорта, выведенных на вечную орбиту вокруг Перна. Но главные открытия ждали Робинтона и его помощников в той местности, что находилась к югу от Прибрежного холда. Там они обнаружили посадочную площадку и космические боты, некогда перебросившие тысячи колонистов с кораблей на поверхность планеты; там же они нашли и их главное поселение у подножия вулкана с тремя вершинами.

Исследователи раскапывали здание за зданием, открывая то жилые дома, то склады, то школу. Наконец, они наткнулись на странное сооружение, исключительно прочное, с крышей из странных ребристых пластин. Взволнованные, полные предчувствия небывалого, проникли они в эту бетонную крепость, где их ждал самый драгоценный дар предков.

Айвас ощутил, как его датчики среагировали на приток энергии от расположенных наверху, на крыше, солнечных батарей. Должно быть, сильный ветер сдул слой пыли и вулканического пепла. За две с половиной тысячи лет это случалось нередко, так что Айвасу удавалось сохранять рабочее состояние - хотя и на самом минимальном эксплуатационном уровне.

Проверив главные контуры, компьютер не обнаружил никаких неполадок. Внешне оптические датчики по-прежнему были заблокированы, но он уже ощутил, что в непосредственной близости от чувствительных фотоэлементов происходит что-то необычное.

Неужели на Посадочную площадку снова вернулись люди?

Айвас еще не выполнил свою первоочередную задачу: изыскать способ уничтожения вредоносного организма, который руководители экспедиции закодировали термином "Нить". Он так и не получил достаточно полных данных, которые позволили бы ему справиться с этой проблемой; тем не менее, ее никто не отменял.

Может быть теперь, когда люди вернулись, он сможет, наконец, завершить проект.

По мере того, как очищались новые солнечные панели, приток энергии все увеличивался; Айвас уже рассчитал, что панели открываются не случайно, как это бывало под действием ветра и осадков, а планомерно, что предполагало вмешательство человека. Вскоре освободилась достаточная поверхность для подзарядки давно бездействовавших аккумуляторов. Мгновенно среагировав на это, Айвас направил живительный поток энергии в свои многочисленные подсистемы, и произвел более тщательную проверку контуров и схем.

Конструкция его была совершенна и надежна, энергия продолжала поступать, и к тому времени, как внешние датчики появились из-под слоя пепла, Айвас уже находился в полной эксплуатационной готовности.

Итак, на Посадочную площадку вернулись люди! Много людей! Снова род человеческий с честью перенес тяжелейшие испытания и вышел победителем!

Самонастраивающиеся оптические датчики подсказали Айвасу, что людей по-прежнему сопровождают существа, которых они когда-то назвали огненными дракончиками. Затем через аудиоканалы стали просачиваться звуки: то была, несомненно, человеческая речь, но ее тональность заметно изменилась. Языковый сдвиг? Вполне вероятно; ведь прошло два с половиной тысячелетия! Айвас слушал и переводил, сравнивая все отклонения с речевыми характеристиками, хранящимися в его необъятной памяти. Организовав новые звукосочетания в группы, он запустил свою семантическую программу.

В поле его видения возникло огромное белое существо. Неужели это потомок тех первых драконов, творения биоинженеров? Айвас быстро извлек данные из архива генетической лаборатории и пришел к неизбежному и правильному выводу: за прошедшее время драконы значительно прибавили в размерах. Проглядев список параметров выведенных видов, он, однако, не нашел там создания с белесой окраской.

Итак, люди не только пережили все вторжения Нитей, но и добились определенных успехов. Видимо, род людской способен сохраниться в таких условиях, где все другие виды были бы обречены на гибель. Но если потомки первопоселенцев вернулись на юг с северного материка, то не значит ли сей факт, что они сумели уничтожить коварного врага? Это было бы большой победой! Но что в таком случае остается делать Айвасу, если первоочередная задача выполнена без его помощи?

С другой стороны, люди обладают такой ненасытной любознательностью и неутомимой предприимчивостью, что они наверняка найдут новые задания для Искусственной Интеллектуальной Справочной Системы с Голосовой Связью [AIVAS - Artificial Intelligence Voice Address System]. Сведения, содержащиеся в банках памяти, подсказывали Айвасу: человек не склонен останавливаться на достигнутом. Скоро эти беспокойные существа, расчищающие сейчас многовековые напластования пыли, откроют все здание целиком и обнаружат его местоположение. Ему остается одно - действовать согласно заложенной программе.

Айвас терпеливо ждал.

1. ЮЖНЫЙ МАТЕРИК, СЕМНАДЦАТЫЙ ОБОРОТ ДЕВЯТОГО ПРОХОЖДЕНИЯ

К тому времени, когда Айвас завершил повествование о первых девяти годах колонизации Перна, Ракбет склонился к закату, расцветив небеса на редкость живописными красками. Однако едва ли кто-нибудь из слушателей, благоговейно внимавших истории, которую поведала им древняя машина, замечал, что творится вокруг.

Все то время, пока звучный голос Айваса наполнял комнату и примыкающий к ней коридор, сюда стекалось все больше и больше народа. Лорды и цеховые мастера, вызванные своими файрами, землекопы и ремесленники теснились в проходе и заглядывали в двери, стремясь увидеть движущиеся картины, которыми Айвас дополнял свое повествование.

Лорд Джексом Руатанский велел своему белому дракону вызвать Предводителей Вейра Бенден, чтобы они могли первыми присоединиться к мастеру Робинтону, Главному арфисту, и Фандарелу, главе Цеха кузнецов. Вскоре Лесса и Ф'лар прибыли и расположились на стульях перед пультом компьютера, поспешно освобожденных для них Джексомом и Пьемуром. Молодой арфист, увидев, что его возлюбленная Джейнсис собирается устроиться на полу, нахмурился и сделал знак Брейду, который маячил в дверях, приказывая доставить еще стульев. Подошел Ф'нор, командир бенденского Крыла, и сел прямо на пол. Ему приходилось вытягивать шею, чтобы видеть экран, но скоро он так увлекся повествованием, что забыл обо всех неудобствах. Затем пришлось освободить места для начавших прибывать лордов-правителей: Гроха из Форта, Асгенара из Лемоса и Ларада из Телгара. После чего Джексом, которого оттеснили к самой двери, вежливо, но твердо отказался впустить в помещение хоть единого человека.

Айвас прибавил громкость - так, чтобы его рассказ слышали и те, кто остался за дверью. Казалось, никто не замечает, что в комнате и в коридоре нечем дышать, хотя люди чуть оживились, кто-то позаботился обнести гостей сначала водой и фруктовым соком, а потом и мясными колобками. К этому времени в здании были распахнуты все окна, чтобы создать сквозняк, но в помещении, где располагался Айвас, приток воздуха почти не ощущался.

Последнее сообщение, которое машина получила от капитана Керуна, подтверждало, что Форт холд выстроен и заселен. Эти сведения поступили в 17:00, на четвертый день десятого месяца одиннадцатого года после Посадки.

Айвас замолчал, и в комнате воцарилась глубокая благоговейная тишина, нарушаемая лишь слабым шорохом: люди, уставшие от долгой неподвижности, начали шевелиться. Кто-то приглушенно кашлянул, прикрывая рот рукой.

Мастер Робинтон почувствовал, что все ждут его слова. Что ж, на то он и был Главным арфистом, чтобы как-то откликнуться на столь неожиданные исторические откровения. Он поднялся и откашлялся.

- Мы глубоко благодарны тебе, Айвас, за эту изумительную и захватывающую историю, - почтительно и смиренно начал он. По комнате и коридору пробежал одобрительный ропот. - Мы так много утратили из своего прошлого... остались лишь легенды да неясные предания. Сегодня ты объяснил многое из того, что ставило нас в тупик. Но почему твой рассказ так резко обрывается?

- Никакой информации от полномочных операторов не поступило.

- Но почему?

- Объяснения отсутствуют. Данная автоматическая система продолжала вести наблюдения, пока солнечные панели не загрязнились и приток энергии не снизился до минимума, необходимого для поддержания целостности основного логико-вычислительного ядра.

- Так эти панели - источник, снабжающие тебя энергией? прерывающимся от нетерпения голосом спросил Фандарел.

- Да.

- А картины - как они получаются? - обычно невозмутимый Главный кузнец не мог скрыть волнения.

- Разве у вас больше нет записывающих устройств?

- Нет, - Фандарел сокрушенно покачал головой. - Как и многих других чудес, о которых ты мимоходом упомянул. Сможешь ли ты научить нас всему тому, что мы забыли с течением лет? - Глаза кузнеца возбужденно сверкали.

- В моих банках памяти содержатся данные по колонизации и обустройству планеты, а также культурно-исторические сведения, которые Правители колонии сочли необходимым в них заложить.

Не успел Фандарел сформулировать следующий вопрос, как Ф'лар предупреждающим жестом поднял руку.

- При всем уважении к тебе, мастер Фандарел, замечу, что у остальных присутствующих тоже есть вопросы к Айвасу. - Он обернулся и сделал знак мастеру Эсселину и вездесущему Брейду подойти к двери. - Мастер Эсселин, я хочу, чтобы вы очистили коридор. Отныне в эту комнату будут допускаться лишь те, кто получит особое разрешение одного из людей, присутствующих в ней сейчас. Надеюсь, я выразился ясно? - Ф'лар обвел собравшихся суровым взглядом.

- Ясно, Предводитель, яснее быть не может, - с обычным подобострастием отозвался Брейд.

- Конечно, Предводитель, разумеется. Предводитель, - вторил ему мастер Эсселин, сопровождая слова поклонами.

- Ты, Брейд, не забудь доложить о сегодняшнем событии лорду Торику, добавил Ф'лар, хотя отлично знал, что Брейд не преминет уведомить своего господина и без его указания. - Эсселин, пусть принесут светильники в зал и примыкающие к нему помещения. Разместите там несколько топчанов с тюфяками, да не забудьте про одеяла. И пусть подадут еды.

- И вина. Не забудь про вино, Ф'лар, - напомнил Робинтон. - Если можно, то бенденского, Эсселин, два бурдюка. - Я уже предчувствую, что от этой работы у меня будет невыносимая жажда, - добавил он скороговоркой и улыбнулся Лессе.

- Уж не собираешься ли ты, Робинтон, опустошить два бурдюка? - как можно строже осведомилась Госпожа Бендена. - Я вижу, ты готов до хрипоты беседовать с Айвасом? На мой взгляд, ты и так сегодня слишком переволновался. Мы за один день услышали столько удивительного, что просто невозможно поверить.

- Не сомневайтесь, мадам, - благодушно заметил Айвас, - каждое услышанное вами слово соответствует истине.

Лесса повернулась к экрану, который явил ей картины всевозможных чудес, лица людей, которые обратились в прах много столетий назад и предметы, загадочные и совершенно незнакомые.

- Я нисколько не сомневаюсь в твоей правдивости, Айвас. Я только сомневаюсь в своей способности понять хотя бы половину тех удивительных вещей, которые ты нам поведал и показал.

- Будьте уверены, что вам это удастся, - ответил Айвас. - Вы справились с более тяжелой задачей - сумели пережить бедствие, которое едва не погубило первых поселенцев... - он замолчал и вдруг с явным интересом спросил: - Эти огромные величественные создания, что восседают на горных склонах... неужели они - потомки драконов, созданных мадам Китти Пинг Янг?

- Да, - с гордостью собственница ответила Лесса. - Золотая королева это моя Рамота...

- Самый большой дракон на всем Перне, - лукаво вставил мастер Робинтон, и глаза его озорно блеснули.

Лесса повернулась, готовая пронзить его суровым взглядом, но не выдержала и расхохоталась. - Это действительно так, - согласилась она.

- Бронзовый, который находится рядом с ней, - это Мнемент, а я его всадник, - добавил Ф'лар, посмеиваясь над легким замешательством своей супруги.

- Откуда тебе известно, что происходит снаружи? - напрямик спросил Фандарел.

- Внешние датчики системы снова действуют.

- Внешние датчики... - озадаченно повторил Главный кузнец и погрузился в изумленное молчание.

- А белый? - вдруг спросил Айвас. - Он что же...

- Это Рут, - твердо ответил Джексом, - и я - его всадник.

- Очень интересно. В отчетах по биоинженерным экспериментам говорится, что предполагалось создать пять разновидностей, имитирующих исходный генетический материал - огненных дракончиков...

- Рут не такой, как все, - сказал Джексом. Он уже давно перестал беспокоиться по поводу своего дракона - у Рута была масса своих, весьма уникальных достоинств.

- Это часть нашей истории, - умиротворяющим тоном заметил Робинтон.

- Которая, - заявила Лесса, наградив Главного арфиста очередным суровым взглядом, - вполне может подождать, пока некоторые из нас не передохнут.

- Система Айвас вполне может умерить свое любопытство, мадам.

Лесса подозрительно взглянула на потухший экран. - Так тебе тоже знакомо любопытство? А что значит слово "мадам"?

- Тяга к сбору и накоплению информации присуща не только людям, Айвас сделал паузу, потом сообщил: - Мадам - это уважительное обращение к женщине.

- Если хочешь обратиться к Лессе с уважением, называй ее лучше "Госпожа Вейра" или "всадница Рамоты", - усмехнувшись, посоветовал Ф'лар.

- А тебя, господин?

- Предводитель Вейра или всадник Мнемента. Ты уже познакомился с мастером Робинтоном, арфистом-подмастерьем Пьемуром, мастером кузнечного цеха Джейнсис и лордом Джексомом из холда Руат. Теперь позволь представить тебе Фандарела, Главного мастера кузнецов, лорда Гроха из Форт холда, который мы всегда считали своим старейшим поселением, - Ф'лар постарался скрыть усмешку при виде необычно притихшего старого лорда, - даже не зная, почему. И еще - лорда Ларада Телгарского и лорда Асгенара Лемосского.

- Лемосского? Но как... - не успели, однако, слушатели удивиться легкому недоумению, прозвучавшему в тоне Айваса, как он уже продолжал: Рад слышать что имя Телгара пережило века.

- Мы давно утратили память о предках, в честь которых были названы наши поселения, - пробормотал Ларад. - Тем больше наша гордость теперь, когда мы узнали про подвиги Саллах и Тарви, чьи имена сохранились в названии холда и дошли до наших дней.

- Ты упоминал, Айвас, - остановившись перед экраном, произнес Ф'лар, - что предки пытались выяснить, откуда берутся Нити, и уничтожить их навсегда. Удалось ли им прийти к каком-нибудь выводу?

- Даже к нескольким. Организм, известный под названием "Нить", попадает на Алую Звезду - планету с вытянутой эксцентричной орбитой когда та в афелии проходит через облако Оорта. Приближаясь к перигелию, она затягивает за собой материю облака в ваш сектор космического пространства и частично изливает ее над вашей планетой. В свое время расчеты показали, что это будет продолжаться около пятидесяти лет. Кроме того, из расчетов следовало, что данное явление будет повторяться через каждые двести пятьдесят лет плюс-минус десятилетие.

Ф'лар оглядел слушателей: понял ли кто-нибудь, о чем говорит Айвас?

- Уважаемый Айвас, нам непонятно твое объяснение, - сокрушенно признался мастер Робинтон. - Утекло немало времени с тех пор, как адмирал Бенден и губернатор Болл увели поселенцев на север. Сейчас идет семнадцатый Оборот - по-вашему, как я понимаю, год - Девятого Прохождения Алой Звезды.

- Принято к сведению.

- Но всегда считалось, что Нити прилетают к нам с Алой Звезды, вставил Ф'лар.

- Это не звезда. Наиболее вероятное объяснение таково: это блуждающая планета, которая благодаря какому-то космическому катаклизму была вырвана из своей родной звездной системы и странствовала в космосе до тех пор, пока не попала в поле притяжения Ракбета и не стала пленницей его системы. Организмы же, которые вы зовете Нитями, не прилетают с ее поверхности; их источник - Оортово облако этой системы.

- Что это такое - Оортово облако? - недоуменно спросил мастер Фандарел.

- Названо по имени голландского астронома Яна Оорта. Он предположил, что в звездных системах имеются облака или сгустки газообразной материи, вращающиеся вокруг центрального светила далеко за пределами орбиты наиболее удаленной из планет. Эта материя питает кометы и, таким образом, может проникать во внутреннюю часть системы. Если говорить конкретно о системе Ракбета, то в газообразном облаке Оорта имеются споры, покрытые твердой оболочкой. Они способны особым образом изменяться: проходя сквозь верхние слои атмосферы, они теряют эту внешнюю оболочку и падают на поверхность Перна в виде так называемых "Нитей". Они похожи на прожорливых хищников, уничтожающих всю органическую материю, в основе которой лежит углерод.

Фандарел часто моргал, стараясь переварить полученные сведения.

- Ну, что? Получил, мастер Фандарел? - озорно прищурился Пьемур.

- Твои объяснения, Айвас, еще больше запутывают нас. Никто на Перне не обладает достаточной ученостью, чтобы их понять, - сказал Ф'лар, подняв руку в знак того, чтобы его не перебивали. - Но если ты, а вместе с тобой, наверное, и наши предки, знали, что представляют собой Нити, почему же они не уничтожили их источник?

- К тому времени, Предводитель, когда данная автоматическая система пришла к этим выводам, ваши предки перебрались на северный материк и больше не возвращались. Таким образом, они не могли воспользоваться этими результатами.

В комнате воцарилась гнетущая унылая тишина.

- Но теперь пришли мы, - расправив плечи, произнес Робинтон. - И мы получили эти данные!

- Вот только сумеем ли мы их понять? - насмешливо бросил Ф'лар.

- Данная автоматическая система содержит учебные программы, которые могут обеспечить коррективный курс обучения по всем отраслям наук. Первоочередное задание, которое было получено данным устройством от капитанов Керуна и Тиллека, а также от адмирала Бендена и губернатора Болл, гласило: сбор информации и составление программы действий, которые положили бы конец опасности, проистекающей от вторжений Нитей.

- Так значит, все-таки можно уничтожить Нити навсегда? - спросил Ф'лар, стараясь ни голосом, ни выражением лица не выдать надежды, которая забилась в его сердце.

- Да, Предводитель Вейра, такая возможность существует.

- Что? Что ты сказал? - раздалась недоверчивые возгласы наполнявших комнату слушателей.

- Такая возможность существует, но ее осуществление потребует колоссальных усилий - и от тебя, Предводитель Вейра, и от большинства населения планеты. Для начала вы должны освоить научную терминологию и прогрессивные технологические методы. Далее, необходимо получить доступ к главным банкам "Иокогамы", чтобы внести поправки в соответствующие данные относительно положений небесных тел. После этого можно будет начать работы по программе, которая поможет положить конец вторжениям Нитей.

- Положить конец? Так, значит, возможность все-таки существует? Ф'лар подошел к экрану и положил ладони по обе стороны от тускло мерцавшей поверхности. - Я сделаю все - слышишь? - все, чтобы избавить Перн от Нитей!

- Если вы готовы вновь обрести утраченные знания и развить их, тогда эта возможность действительно существует.

- И ты согласен помочь нам в этом?

- Прекращение вторжений Нитей остается первоочередной задачей данной автоматической системы.

- А уж нашей - и подавно! - воскликнул Ф'лар.

Лорды обменялись быстрыми взглядами, в которых надежда чередовалась с недоверием. Уничтожение всех Нитей - всех! - ведь именно это Ф'лар и обещал им девятнадцать Оборотов назад, когда стал Предводителем Вейра Бенден - в то время единственного на планете. Только благодаря отважным бенденским всадникам и драконам население Перна вынесло это бедствие, не превратилось в горстку полудиких охотников и собирателей кореньев, когда после перерыва, продлившегося четыреста Оборотов, Нити вновь обрушились на холды, фермы и мастерские. Тогда под давлением обстоятельств лорды пообещали Ф'лару любую поддержку во всех его начинаниях. Шло время и, борясь с тяготами Прохождения, они и думать забыли о его клятве. Но теперь всем троим стало ясно, какие выгоды их ждут - в отличие от всадников, которые лишатся и своих извечных обязанностей, и привилегий. Джексом, считавший себя одновременно и всадником, и лордом-правителем, ошеломленно посмотрел на Ф'лара. Но никаких сомнений быть не могло - Предводитель Бендена имел в виду именно полное уничтожение Нитей. Он собирался сделать все, чтобы навсегда избавить от них Перн, даже если это будет стоить ему власти.

- Тогда нам предстоит сделать очень многое, - деловым тоном заявил Айвас. Мастеру Робинтону даже пришла в голову мимолетная мысль - а ведь он, похоже, рад снова взяться за работу после столь долгого безделья. Ваши Летописи, мастер Робинтон и мастер Фандарел, окажут неоценимую помощь; они дадут возможность оценить пройденный вами путь, ваши потенциальные возможности и понять уровень научных знаний, которыми вы обладаете в настоящее время. И, разумеется, обзор вашей истории поможет правильно составить учебные программы, которые потребуются для достижения желаемой цели.

- Цех Арфистов всегда самым ревностным образом сохранял исторические Летописи, - взволнованно заговорил Робинтон. - К сожалению, древнейшие из них за сотни минувших Оборотов так обветшали, что их стало невозможно прочесть. Но я надеюсь, что самые свежие, касающиеся семнадцати Оборотов текущего Прохождения, дадут тебе необходимые сведения. - Арфист повернулся к молодому руатанскому лорду: - Джексом, не мог бы ты вместе с Рутом слетать за ними в Цех Арфистов?

Юноша с готовностью поднялся.

- И, если тебя не затруднит, прихвати с собой Сибела и Менолли, добавил Главный арфист, вопросительно взглянув на Ф'лара, который энергично кивнул в ответ.

- В летописях моего цеха, - сказал мастер Фандарел, подавшись вперед и сжимая огромные ручищи совершенно необычным для него нервным жестом, не достает стольких слов и объяснений... может быть, как раз тех, которые касаются того самого Оортова облака. И ведь надо же, почти всегда теряется именно то, без чего никак не добраться до смысла! Вот если бы ты мог сказать, какие слова утрачены или искажены, ты оказал бы поистине неоценимую помощь в нашей попытке вернуть потерянные знания.

Главный кузнец хотел произнести что-то еще, но, почувствовав на плече руку Робинтона, замолчал. Все услышали доносящийся из коридора голос мастера Эсселина, который покрикивал на тех, кто нес еду, вино и посуду, приказывая им передать все Джейнсис и Пьемуру. Матрасы и одеяла он велел сложить в соседних комнатах. Но долго командовать ему не пришлось: заметив повелительный кивок Ф'лара, он поспешил обратно по коридору, туда, где голоса собравшихся в комнате уже были не слышны.

- Одну минутку, любезный друг, - проговорил Робинтон, когда Фандарел собрался было возобновить свои расспросы. - Ты, Айвас, наверно хранишь все сведения, которые предки считали нужным тебе доверить. Но я думаю, что нам стоит крепко подумать, прежде чем начинать их распространение.

- Я тоже собирался обратить на это внимание, - согласился Ф'лар.

- Должен вам заметить. Главный арфист и Предводитель Вейра, что осмотрительность - неотъемлемое качество данной автоматической системы. Вы должны решить между собой, кто будет иметь доступ к ее терминалу и какую конкретно пользу это вам должно принести.

Главный арфист застонал, обхватив руками голову. К нему тотчас бросились Лесса, Пьемур и Джексом.

- Со мной все в порядке! - ворчливо сказал он, отмахиваясь от них словно от назойливых мух. - А вот вы! Вы поняли, что значит для нас сей источник информации? - Голос Главного арфиста слегка охрип от сдерживаемого волнения. - До меня только теперь начинает доходить, насколько глубоко эта находка может перевернуть всю нашу жизнь!

- Я изо всех стараюсь это представить, - мрачновато усмехнулся Ф'лар. - Если то, что Айвас знает о Нитях и Алой Звезде, действительно может нам помочь... - он замолчал, задумался... Слишком хрупка и бесценна была надежда, чтобы выразить ее вслух. Потом вождь Бендена решительно поднял руку. - Прежде всего надо решить вот что: кому будет позволено входить в эту комнату. Ты верно заметил, Робинтон - к Айвасу не стоит допускать всех подряд.

- То-то и оно, - согласился арфист и отпил большой глоток вина, которое он только что сам нацедил себе в стакан. - То-то и оно, господин мой Ф'лар. Учитывая, что в зале собралась целая толпа, мы не можем скрыть свою находку... - услышав возгласы протеста, он поднял руку и усмехнулся: - ...да навряд ли это и нужно. И, тем не менее, мы не должны допустить, чтобы все, кому придет охота, слонялись здесь и занимали пустопорожними вопросами эту... эту...

- Автоматическую систему, - подсказал Пьемур, на лице которого читалось выражение необычной для него задумчивости. - Как только все узнают об Айвасе, сюда хлынут толпы желающих поболтать с ним - только затем, чтобы потом похвастаться знакомым.

- Здесь я с тобой согласна, Пьемур, - сказала Лесса и огляделась. По-моему, в этой комнате вполне достаточно людей, которым на самом деле необходимо поговорить с Айвасом и которые обладают достаточным здравым смыслом и тактом, чтобы вовремя остановиться. - Она сделала паузу и бросила строгий взгляд на мастера Робинтона, который ответил ей самой своей любезной улыбкой. - Разумеется, все мы - полноправные представители своей планеты: среди нас есть Предводители Вейров, Главные мастера и лорды, так что никто не сможет сказать, что Айвасом завладела какая-то группа. Или нас здесь слишком много, Айвас?

- Нет. - Почему-то, услышав этот простой ответ, мастер Робинтон улыбнулся. Тем временем Айвас продолжал: - Список допущенных может расширяться или сужаться - по необходимости. А пока в него входят... - и приятным баритоном он перечислил всех присутствующих в комнате.

- И Джексом, - поспешно вставил Пьемур, поскольку Джексом отправился выполнять поручение мастера Робинтона, так что кто-то должен был замолвить слово за третьего участника находки Айваса.

- И лорд Джексом из холда Руат, - добавил Айвас. - Вышеназванным лицам разрешается давать команды данной автоматической системе. Все правильно? Вот и прекрасно. Мои блоки уже зарегистрировали характеристики ваших голосов, включая и лорда Джексома, - его голос был записан раньше так что ни на какие другие голоса данная система реагировать не будет. Кроме того, она не будет обнаруживать себя в присутствии других лиц до особых указаний.

- И еще одна предосторожность, - сказал Мастер Робинтон. Договоримся, что для изменения списка необходимо присутствие в этой комнате одного Предводителя Вейра, одного Главного мастера и одного лорда-правителя. - Он оглядел собравшихся, чтобы убедиться, что они согласны с этой мерой предосторожности.

Именно в эту секунду в коридоре снова появился Эсселин - он хотел узнать, будут ли еще какие-нибудь распоряжения на этот вечер.

- Будут, Эсселин. Назначь наиболее надежных и наименее любопытных из своих людей охранять вход в здание. Сегодня попасть внутрь может только лорд Джексом и те, кто прибудет с ним.

Пока Эсселин заверял Ф'лара в своей полной готовности оказать любую помощь, между Фандарелом и Ларадом разгорелся довольно жаркий спор - в какой очередности представители цехов будут учиться у Айваса.

- Готов внести предложение, - испугав всех, вдруг громко вставил Айвас. - Данную систему довольно просто расширить так, чтобы она одновременно отвечала на многие запросы. - Когда тишина в комнате затянулась, Айвас добавил мягко, почти виновато: - Просто в том случае, если содержимое Пещерного склада не пострадало.

- Ты имеешь в виду пещеры на южной стороне поселка? - спросил Пьемур.

- Вот что там должно находиться... - К изумлению зрителей на экране появилось изображения множества незнакомых предметов. - Эти детали необходимы для оборудования дополнительных рабочих мест.

- Гляди, Пьемур - пластинки, которые ты нашел! - воскликнула Джейнсис, одной рукой хватая арфиста за плечо, а другой взволнованно указывая на экран.

- Точно, - отозвался Пьемур. - Скажи, Айвас, что это такое? Похоже, их там не один десяток ящиков, разных сортов.

- Это компьютерные платы. - Слушателям показалось, что в размеренном голосе Айваса послышалось скрытое волнение. - А вот такие предметы там были? - Появилось изображение ящиков с экранами, которые являлись уменьшенными копиями того, перед которым сейчас сидели люди; затем возник усеянный кнопками прямоугольник, который Айвас назвал клавиатурой.

- Были, - удивленно отозвался мастер Робинтон. - Я еще тогда подумал: что бы это могло быть? Все завернуто в толстую пленку и, кажется, цело.

- Если достаточное количество этих элементов сохранилось в рабочем состоянии, то отпадет необходимость ограничивать доступ к системе. Это остатки простых клавишных компьютеров. Все остальные блоки, с аудиовключением, были упакованы для отправки на север и, скорее всего, пропали. Однако и эти простейшие модели прекрасно подойдут для наших целей. При наличии необходимого питания можно будет оборудовать до двенадцати рабочих мест, не увеличивая время ответа.

Слушатели снова ответили недоуменным молчанием.

- Если я тебя правильно понял, - откашлявшись, заговорил Фандарел, ты можешь как бы поделить себя на двенадцать частей?

- Совершенно верно.

- Но каким образом? - недоуменно спросил кузнец, беспомощно разводя руками; на его лице читалось полное недоумение.

- Но ведь и ты, Главный кузнец, наверняка не ограничиваешь себя одним горном, одной наковальней, одним молотом?

- Ясное дело, нет. Но у меня много людей...

- Видишь ли, эта система - не один горн, молот или наковальня, а несколько, и каждый инструмент в отдельности может работать так же безупречно, как и все остальные.

- У меня это просто в голове не укладывается, - признался Фандарел, почесывая лысеющую макушку.

- Перед тобой. Главный кузнец, находится машина, которая может делиться на части, причем каждая отдельно взятая часть способна работать как самостоятельный инструмент.

- Пока не моту понять, Айвас, как это у тебя получается, но если это действительно так, то вопрос очередности решится сам собой, - широко улыбаясь, заявил мастер Робинтон. - Сколько доселе недоступных загадок сможет разрешить это удивительное создание! - Он отпил щедрый глоток вина.

- И создание этих самостоятельных инструментов, - продолжал Айвас, даст вам урок - первый из множества уроков, которые вам предстоит усвоить, прежде чем сосредоточить все силы на достижении главной цели - уничтожении Нитей.

- Тогда за дело, чего бы нам это не стоило, - потирая руки, воскликнул Ф'лар, воспламененный проблесками надежды - впервые за несколько последних изнурительных Оборотов.

- Но здесь не хватит места для того, чтобы дюжина людей беседовала с тобой, - рассудительно заметил лорд Ларад Телгарский.

- В этом здании есть и другие помещения, которые можно использовать для этой цели. Разумнее всего организовать несколько отдельных кабинетов и, пожалуй, один большой зал, где все могли бы наблюдать и учиться. Но лучше начнем с самого начала, - предложил Айвас, и вдруг из прорези, расположенной сбоку от главного экрана, начали вываливаться белые листки.

- Вот то, что понадобится нам завтра утром: инструменты, которые потребуются для создания дополнительных рабочих мест, и чертеж, на котором показано, как переоборудовать здание, чтобы разместить их.

Пьемур, оказавшийся ближе всех, стал ловить падающие листки; на помощь ему пришла Джейнсис.

- Для принтера скоро понадобятся новые запасы этого материала, продолжал Айвас. - В Пещерах вместе с другими вещами должны храниться целые рулоны. Бумага тоже годится.

- Бумага? - переспросил Ларад. - Бумага из древесной массы?

- Да. Подойдет за неимением более подходящего материала.

- Похоже, Асгенар, - усмехнулся вождь Бендена, - таланты мастера Бендарека придутся весьма кстати.

- Насколько я понимаю, вы утратили технологию получения пластмасс из силикатов? - осведомился Айвас, и в его вопросе мастеру Робинтону почудился оттенок удивления.

- Из силикатов? - озадаченно переспросил Фандарел.

- Это лишь один из множества потерянных нами навыков, - с печальной улыбкой ответил мастер Робинтон. - Но мы готовы прилежно учиться.

Поток белых страничек иссяк и, разобрав их, Пьемур с Джейнсис поняли, что записи изготовлены в шести копиях. Сложив листки в стопки, они выжидательно взглянули на собравшихся.

- Только не сегодня, - твердо заявила Лесса. - Вы сломаете себе шеи, ползая по пещерам в полной темноте. Мы так долго ждали, что вполне сможем подождать еще немножко - до утра. - Обернувшись к Робинтону, она пронзила его непреклонным взглядом. - Всем нам пора либо поискать место для ночлега, либо отправиться по домам.

- Дорогая моя Госпожа Вейра, - вставая, заговорил Главный арфист, ничто в мире, в том числе и самые страшные твои угрозы, не заставит меня... - внезапно тело его обмякло, колени подогнулись.

Пьемур ловко поймал чашу с вином, выпавшую из пальцев учителя. Поддерживая бессильно поникшего мастера, он лукаво докончил:

- ...ничто, кроме сонного зелья, которое я подмешал в последнюю чашу вина. Так что давайте уложим его спать.

Ф'лар с Ларадом сделали шаг вперед, но Фандарел поднял огромную ручищу. Подхватив долговязого арфиста на руки, он кивнул Джейнсис, чтобы та показала ему, куда уложить спящего друга.

- А ты, Пьемур, ни чуточки не изменился! - притворно нахмурила брови Лесса, но тут же рассмеялась. Вдруг она спохватилась - что может подумать о них машина древних! - и добавила: - Видишь ли, Айвас, мастер Робинтон зачастую чересчур увлекается делами в ущерб своему здоровью.

- Данная автоматическая система способна регистрировать физическое перенапряжение, - ответил Айвас. - Главный арфист обнаруживает значительную возбудимость, но никаких тревожных симптомов не наблюдается.

- Так ты еще и целитель? - воскликнул Ф'лар.

- Нет, Предводитель Вейра. Но данная система снабжена устройством для регистрации состояния здоровья тех, кто находится в этой комнате. Медицинская информация, которая хранится в памяти, отвечала последнему слову земной науки того времени, когда экспедиция отправилась к системе Ракбета. Возможно, ваши врачи пожелают ознакомиться с этой информацией.

Ф'лар даже застонал от восторга.

- Нужно как можно скорее вызывать сюда мастера Олдайва!

- С таким же успехом можно срочно вытребовать сюда половину Перна, ответила Лесса и громко вздохнула. - Боюсь, что даже дюжина Айвасов не спасет дело.

- Значит, нам нужно взять себя в руки, - сказал вернувшийся Фандарел. - Мы должны сдержать нетерпение и направить усилия по наиболее целесообразному руслу... - услышав любимое словечко мастера, присутствующие не смогли удержаться от смеха. - Можете смеяться, сколько угодно, только вы знаете не хуже меня: самое разумное и экономное работать по плану, а не стараться объять необъятное. Разумеется, от такого подарка предков у нас головы пошли кругом, ко спешка ни к чему хорошему не приведет, - кузнец зевнул и закончил: - Что до меня, то я возвращаюсь в холд Телгар, ежели, конечно, Ф'нор с Кантом согласятся меня подбросить. Я подготовлю все необходимое и найду парней, которые согласятся аккуратно порыскать в пещерах, чтобы отыскать нужные материалы. И еще соберу тех, кто способен разобраться в чертежах, которые дал нам Айвас. Ведь утро уже не за горами, правда, Ф'нор? - вопросительно взглянув на коричневого всадника, Фандарел кивнул всем присутствующим, отвесил учтивый поклон экрану и направился к выходу.

- Минутку, Ф'нор, - Ларад заступил бенденцу дорогу. - Я тоже возвращаюсь в Телгар. Асгенар, ты с нами?

Молодой лемосский лорд огляделся, растерянно улыбаясь.

- Пожалуй, и я домой... У меня в голове так и роятся вопросы, которые я хотел бы задать Айвасу, но кажется, сейчас мне их не сформулировать четко... Вернусь-ка я лучше утром вместе с Бендареком!

Лорд Грох, который за все это время не произнес и пары слов, но был преисполнен чрезвычайной задумчивости, попросил Н'тона отвезти его обратно в Форт холд.

- Мы с Джейнсис останемся здесь, на случай, если проснется мастер Робинтон, - сказал Пьемур, обращаясь к Ф'лару и Лессе. Лицо его озарила плутоватая усмешка. - Обещаю не задавать все свои восемь тысяч пятьсот тридцать два неотложных вопроса сразу.

- Что ж, Айвас, тогда нам остается пожелать тебе доброй ночи, произнес Ф'лар, обращаясь к темному экрану.

- Доброй ночи. - Свет в комнате убавился до тусклого полумрака. Только в левом нижнем углу экрана светился пульсирующий зеленый огонек.

Через два часа прибыли Джексом с Рутом, а вместе с ними - двое арфистов, Сибел и Менолли. Белый дракон был увешан мешками. Пьемур еще не спал - он только что прикончил кувшин с кла, принесенный мастером Эсселином. Джейнсис уже задремала.

- Завтра утром хоть кто-то из нас должен быть в форме, чтобы организовать народ, - сказала она молодому арфисту, - и у меня это получится значительно лучше, любовь моя. - Она поцеловала своего друга, чтобы подсластить пилюлю.

Пьемур не возражал. Шутливо запечатлев на лбу юной женщины отеческий поцелуй, он устроил ее на тюфяке в комнате, находившейся по соседству с той, где спал мастер Робинтон.

Несмотря на свое обещание не задавать никаких вопросов, Пьемур, вернувшись в помещение Айваса, понял, что с искушением ему не справиться. Однако он, как и Асгенар, никак не мог сформулировать ни единого осмысленного вопроса. Все же, взяв кружку и прихватив с собой кувшин с кла, он уселся на стул в полутемном помещении и отчаянно попробовал подобрать нужные слова.

- Айвас, - после долгих колебаний нерешительно позвал он.

- Слушаю, подмастерье Пьемур. - В комнате стало чуть светлее, так что юноша мог разглядеть необычного собеседника.

- Как ты это делаешь? - недоуменно спросил он.

- Панели, которые ты вместе с мастером Джейнсис откопал вчера, способны получать энергию от солнца. Когда они открыты, солнечным лучам, достаточно всего часа, чтобы обеспечить систему питанием на двенадцать часов.

- Отныне твои потребности будут расти с каждым днем, - фыркнул Пьемур.

- У меня вопрос. Имеете ли вы какие-нибудь устройства для генерирования энергии? Например, гидроэлектрические преобразователи?

- Гидроэлектрические? - безупречный слух Пьемура позволил ему в точности воспроизвести незнакомое слово.

- Это значит: преобразование в электрический ток энергии текущей воды.

- Мастер Фандарел использует у себя в Главном цехе кузнецов в Телгаре водяные колеса, чтобы приводить в движение большие молоты и кузнечные меха... Но слово "электрический" мне непонятно. Разве что это оно имеет отношение к тому, что Фандарел получает в своих кислотных банках.

- Кислотные баки? Ты имеешь в виду батареи?

Пьемур только плечами пожал.

- Не знаю, как он там их называет. Ведь я арфист. Но, что бы не значило слово "электрический", Фандарелу оно непременно понравится, если это целесообразная штука и сделанная по плану.

- А не похоже ли устройство мастера Фандарела на эту конструкцию? На экране внезапно высветился чертеж водяного колеса.

- Да, это оно... Но откуда ты узнал?

- Наиболее распространенный простейший вариант. Ты уже исследовал Посадочную площадку, подмастерье Пьемур?

- Знаешь, Айвас, вовсе не обязательно все время повторять мое звание. Зови меня просто Пьемур - этого вполне достаточно.

- Данная система не покажется неучтивой?

- Что до меня, то не бойся. Кое-кто из лордов, конечно, может и обидеться, но только не Джексом и не Ларад с Асгенаром. Госпожа Лесса бывает иногда слишком придирчивой, но Ф'лар, Ф'нор и Н'тон - отличные парни. А насчет Посадочной площадки - да, я ее исследовал. А что нужно было там искать?

На экране появился сложный механизм, установленный на реке, у подножия прибрежного холма.

- Нет, теперь там нет ничего похожего, - покачал головой Пьемур.

- Поскольку мастер Фандарел уже применяет водяные колеса, можно будет построить новую установку, чтобы данная автоматическая система больше не зависела от солнечных батарей, поскольку они не смогут удовлетворить требования проекта, который мы обсуждали сегодня.

- А где-нибудь в пещерах больше нет склада таких панелей?

- Нет.

- Почему ты так уверен? - Пьемур начал раздражать самоуверенный тон машины. Разве справедливо, что этот механический разум всегда прав?

- Есть перечень предметов, хранящихся в Пещерных складах, но запасные солнечные панели в нем не значатся.

- Должно быть, это здорово - знать все, - проговорил арфист.

- Система Айвас должна отличаться точностью и иметь очень обширную базу данных - ты назвал бы ее знанием. Только не надо думать, что база данных действительно может вмещать все. Однако она должна быть достаточной для того, чтобы реализовать основные задачи программы.

- Арфист тоже должен отличаться точностью, - ворчливо заметил Пьемур. Ему всегда казалось забавным вечное Фандарелово стремление к целесообразности, теперь же он начал задумываться, сможет ли вынести еще и прямолинейность Айваса.

- Арфист - это тот, кто играет на арфе, на музыкальном инструменте? спросил Айвас.

- Этим я тоже занимаюсь, - ответил Пьемур, и сразу воспрянул духом, сообразив, что Айвас не очень-то осведомлен о настоящем Перна. - Но первостепенная задача Цеха арфистов - обучать, распространять знания, а в случае необходимости еще и вершить суд.

- А развлекать?

- И это тоже. Развлекая, можно неплохо учить, и есть много арфистов, которые только этим и занимаются. Но у наиболее искусных существуют и другие обязанности. Только было бы непозволительной самонадеянностью с моей стороны присвоить право мастера Робинтона просвещать тебя на этот счет. Хотя, по правде говоря, он больше не является Главным арфистом Перна. Теперь это звание носит Сибел - мастер Робинтон пережил тяжелый сердечный приступ, который едва не свел его в могилу, после чего ему пришлось сложить с себя обременительные обязанности в Главном цехе арфистов. Но это не значит, что он действительно удалился от дел, хоть и живет теперь в Прибрежном холде, а не в Форте. А уж теперь, когда Джексом обнаружил эту Посадочную площадку, а потом еще и пещеры, началось такое... - молодой арфист спохватился и замолчал; больно уж он заболтался. В этом был весь Пьемур - ему непременно хотелось произвести на Айваса впечатление своей осведомленностью. К тому же, ему не терпелось поверить этому высшему разуму свои личные проблемы.

- Сибел, который теперь стал Главным арфистом всего Перна, скоро будет здесь и привезет с собой Летописи. И Менолли. Они оба могут показаться тебе слишком молодыми, но знай: это самые влиятельные люди в Цехе арфистов, - продолжал он. - Ну, а мастер Робинтон - самый уважаемый и почитаемый человек на всем Перне, - тут же добавил Пьемур. - Драконы даже не позволили ему умереть. Вот как его все ценят...

- Так, значит, эксперимент с драконами увенчался успехом? - спросил Айвас.

- Эксперимент? - возмущенно переспросил Пьемур и тут же сочувственно усмехнулся. - Да, конечно... Только не рекомендую тебе называть драконов "экспериментом" при наших Предводителях Вейров.

- Благодарю за совет.

- Серьезно?

- Вполне. Культура и общественное устройство современного Перна значительно отличаются от времен первых переселенцев. В обязанности данной системы входит освоение новых правил этикета - с тем, чтобы случайно не нанести никому обиду, - Айвас сделал паузу. - Итак, драконы переросли свою первоначальную функцию воздушных защитников планеты и заняли важное место в жизни Перна?

- Они самые необходимые животные на планете, без них нам не удалось бы выжить, - в голосе Пьемура зазвенели гордость и уважение.

- Не хочу показаться невежливым, но все же меня интересует вопрос: разве теперь принято оставлять экземпляры, являющиеся отклонением от биологической нормы?

- Ты о Руте? Они с Джексомом - исключение, причем сразу из нескольких правил. Джексом - лорд-правитель, и ему не полагалось запечатлевать дракона. Только он это сделал... и, поскольку все считали, что Рут долго не протянет, Джексому позволили его вырастить.

- Но это противоречит правилам.

- Знаю... Однако Рут - необычный дракон. Он всегда ощущает, в каком времени находится.

Затянувшаяся пауза немало способствовала тому, что Пьемур почувствовал себя значительно увереннее: как же, ему удалось поставить Айваса в тупик!

- Твое высказывание для меня неясно.

- Но ты ведь знаешь, что драконы умеют мгновенно перемещаться через Промежуток из одного места в другое?

- Такая способность присутствовала у огненных дракончиков, послуживших генетическим материалом, из которого биоинженеры создали драконов. Она сродни телепортации... ею обладают некоторые виды на ряде других планет.

- Так вот, драконы умеют еще и перемещаться через Промежуток из одного времени в другое. Лесса пользовалась этим, и Джексом тоже. - Пьемур ухмыльнулся; он был одним из немногих посвященных, кто знал, в какое именно время и место Джексом странствовал через Промежуток и с какой целью. - Но такая способность сопряжена с очень большим риском и использование ее отнюдь не поощряется. Очень немногие драконы обладают таким же чутьем времени и пространства, как у Рута. Поэтому всадник, осмеливающийся на прыжок сквозь время без особого разрешения Предводителя своего Вейра, получает строгий нагоняй... если, конечно, не попадает в беду, заплутав во времени.

- Будь любезен, объясни мне, при каких обстоятельствах путешествия во времени допустимы?

Пьемур уже ругал себя за то, что упомянул тайную вылазку Джексома. Нужно было ограничиться приключением Лессы - он уже вошло в историю. На всякий случай он переключился на более безопасную тему и подробно поведал Айвасу повесть о героическом странствии Лессы и Рамоты: как Госпожа Бендена привела за собой затерянные в прошлом Вейры Перна и спасла от гибели своих современников. Про себя Пьемур не преминул отметить, что изложил эту историю весьма эффектно. И хотя Айвас по ходу рассказа не делал никаких замечаний, молодой арфист чувствовал, что его необычный слушатель ловит каждое слово - ловит и запоминает навсегда.

- Захватывающе дерзкий и отважный подвиг, достойный пера летописца, внезапно заявил Айвас. - Хотя нельзя не отметить, что Лесса подвергала большому риску и свою жизнь, и жизнь своей королевы. Но результат говорит сам за себя.

Пьемур расплылся в довольной улыбке. Значит, ему все-таки удалось пронять это создание своим рассказом!

- Ты упомянул, что за время Долгого Интервала произошло падение авторитета Вейров и их роли в вашем обществе, - сказал Айвас. - Известно ли тебе, сколько раз происходило такое же изменение цикла?

- Цикла?

- Да. Сколько раз так называемая Алая Звезда не сбрасывала Нити на Перн?

- А, ты имеешь в виду, сколько было Долгих Интервалов? В наших Летописях они отмечались дважды. Предсказывали, что такие Долгие Интервалы должны наступить, только мало кто об этом знал. Вот почему так многие были уверены - вплоть до начала первого в этом Прохождении Падения, - что Нити навсегда исчезли с наших небес.

Огненная ящерка, по обыкновению обвившая свой золотистый хвост вокруг шеи Пьемура, приподняла головку и предупреждающе свистнула.

- Датчики сообщают мне, что посторонний предмет на твоем плече живое существо.

- Это Фарли, моя королева, золотая огненная ящерица, иначе - файр.

- Так эти существа по-прежнему поддерживают с вами контакт?

- И да, и нет. - Пьемур сомневался, что успеет рассказать Айвасу всю историю про файров. - Сейчас она сообщила мне, что вернулись Джексом с Рутом, привезли Летописи и Менолли с Сибелом. - Пьемур встал и залпом допил остаток кла. - Скоро ты узнаешь все, что произошло за это Прохождение. Оно выдалось не таким уж скучным, хотя ты... ну, ты ведь просто проглотишь все сразу.

Из коридора донеслись приглушенные голоса, и Пьемур поспешил к выходу - на тот случай, если стража, выставленная Эсселином, окажется чересчур бдительной. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как в конце коридора показались Джексом, Сибел и Менолли. Все трое сгибались под тяжестью мешков. Первой к Пьемуру подошла Менолли, ее темные волосы растрепались - было видно, что она только что сняла летный шлем.

- Где мастер Робинтон? - оглядываясь по сторонам, спросила молодая женщина. На ее тонком выразительном лице читалась тревога за своего наставника.

Здесь, рядом, - показал Пьемур. - Спит. Неужели ты думаешь, что мы стали бы рисковать его здоровьем?

Менолли сунула ему в руки тяжелый мешок и заглянула в комнату, желая лично убедиться, что с мастером все в порядке. Пьемур только снисходительно усмехнулся.

- Неужели они оставили Айваса на тебя одного? - шепотом осведомился Джексом. - Ты, небось, уже выведал, у него все тайны мирозданья?

Пьемур фыркнул.

- Вышло так, что отвечать на вопросы пришлось мне... - он покосился в сторону экрана. - Но и это оказалось интересным. В конце концов, я ему слегка прочистил мозги - ведь это тоже входит в обязанности арфиста!

Сибел, который в полумраке коридора казался еще смуглее, ответил на похвальбу Пьемура своей обычной полуулыбкой, которая, осветив умное мужественное лицо Главного Арфиста, сделало его еще привлекательнее.

- Если верить Джексому, этот ваш Айвас - столь искусный рассказчик, что посрамит даже лучших из нашего цеха. К тому же, он знает все, что с нами было, и что ждет нас впереди.

- Боюсь, Айвас может создать нам больше проблем, чем он способен разрешить, - заметил Пьемур. - Тем не менее, обещаю вам захватывающую беседу. - Он стал помогать Джексому вытаскивать толстые пачки Летописи из мешков. - Между прочим, тобой и Рутом Айвас тоже интересовался.

- И что же ты ему наговорил? - осведомился Джексом - с истинным гонором благородного лорда, как это называл про себя Пьемур.

- Я? Ничего такого, что могло бы тебе не понравиться, дружище, поспешил заверить его арфист. Джексом все еще испытывал болезненную настороженность, когда посторонние обсуждали его Рута. - И вообще, я в основном рассказывал о странствии Лессы. Которое, по его словам, достойно пера летописца... - Пьемур кивнул в сторону экрана и широко ухмыльнулся.

Пока шла эта беседа, Сибел внимательно изучал комнату, разглядывая странную обстановку. Он, в отличие от Пьемура, редко делал поспешные выводы.

- Так этот Айвас находится здесь с первых дней пребывания человека на Перне? - Сибел тихонько свистнул. Потом похлопал по гладкой панели и еще раз окинул взглядом помещение. - Где же он хранит свои летописи? Джексом сказал, что он показывал вам удивительные картины прошлого.

- Ответь ему сам, Айвас, - самоуверенным тоном предложил Пьемур; ему хотелось взглянуть, как Сибел или Менолли, которая только что вошла в комнату, будут общаться с удивительной системой. - Айвас! - позвал он. Перед тобой Сибел, Главный арфист Перна, сменивший на этом посту мастера Робинтона, и Менолли, наш самый талантливый сочинитель мелодий. - Айвас не откликался. Пьемур почувствовал, как в нем закипает раздражение. - Они привезли тебе Летописи!

Айвас продолжал хранить молчание.

- Может быть, он использовал всю энергию солнечных панелей? предположил Пьемур, стараясь говорить самым беспечным тоном, а сам ломал голову, как бы заставить Айваса отвечать. Он хмуро покосился на темный экран, в уголке которого пульсировал зеленый свет. Эта упрямая штука не спит - значит, слушает. - Ничего не понимаю, - сказал он друзьям, обескураженный неожиданной заминкой. - Ведь перед тем, как вы появились, он болтал со мной, как заведенный... Ох, чтоб тебе ни Скорлупы, ни Осколков! - Пьемур с размаху хлопнул себя ладонью по лбу. - Ведь ни тебя, ни Менолли еще не внесли в его список!

- Что за список? - недовольно нахмурился Джексом.

Пьемур устало вздохнул и шлепнулся на ближайший стул.

- Список людей, которые имеют право с ним говорить. Мастер Робинтон и те, кто были с ним, решили пока ограничить допуск к Айвасу.

- Но я-то уже был здесь! - воскликнул Джексом, оскорбленный в лучших чувствах.

- С тобой он, скорее всего, станет говорить, если Сибел и Менолли выйдут. Решено, что для того, чтобы Айвас внес кого-либо в список допущенных, необходимо присутствие Предводителя Вейра, Главного мастера и лорда.

- Но я - лорд Руата... - начал Джексом.

- Зато Пьемур - пока еще не Главный мастер. К тому же, здесь нет ни одного Предводителя Вейра, - с усмешкой заметила Менолли. - Я вижу, Айвас всегда держит слово - в отличие от тебя, врунишка Пьемур.

- Но сейчас такое удобное время... Айвас мог бы познакомиться с нашей историей, пока здесь все тихо-спокойно. И пока не вернулся Фандарел с сотней подмастерьев... ведь они завладеют Айвасом всерьез и надолго, Пьемур огорченно потирал лоб. Он устал; начали сказываться события, этого волнующего дня.

- Но ведь я, надеюсь, есть в списке? - с оттенком высокомерия осведомился Джексом.

- Есть. В нем ты, я, Джейнсис, мастер Робинтон, и все, кто был в комнате, когда Айвас проснулся.

- И он разговаривал с тобой, когда ты был один, - сказал Джексом. Может быть, если Сибел с Менолли выйдут - как мне ни жаль вас об этом просить - он согласится говорить со мной, и я смогу ознакомить его с Летописями?

- Мы это как-нибудь переживем, - ответила Менолли и, взглянув на Сибела, увидела, что тот кивнул в знак согласия. Здравый смысл и неизменное добродушие - вот лишь два качества из многих, за которые Менолли любила и уважала своего супруга. - Пьемур, в комнатах полно свободных тюфяков. У тебя такой вид, будто ты спишь на ходу. Вы с Сибелом ложитесь в комнате мастера Робинтона, а я устроюсь рядышком с Джейнсис. Если этот ваш Айвас ждал - сколько Оборотов, Джексом? - две с половиной тысячи... - она слегка содрогнулась, представив себе такой срок, - то мы уж как-нибудь подождем до утра.

- Мне бы не хотелось оставлять Джексома одного... - промямлил Пьемур, хотя перспектива прилечь его весьма манила. Последняя кружка кла не помогла побороть накопившуюся усталость.

Менолли взяла его за руку.

- Я готова тебя уложить, как своего маленького Робса. - Она рассмеялась, когда юноша негодующе фыркнул. - Ты совсем как мастер Робинтон - никогда не умеешь о себе позаботиться. Ступай, поспи хоть немножко. И ты тоже, Сибел. Завтра... нет, здесь это уже сегодня - все наверняка будут метаться, как безмозглые птицы. Ну, а нам надлежит сохранять выдержку и спокойствие.

Когда двери за друзьями тихо закрылись, Джексом обратился к машине.

- Айвас, теперь здесь я один.

- Это очевидно.

- Так, значит, ты выполнял уговор?

- Это мой долг.

- Отлично. А мой долг - показать тебе Летописи, в которых запечатлена наша история. Это пожелание мастера Робинтона.

- Клади, пожалуйста, страницы текстом вниз на освещенную панель.

Осторожно, отдавая себе полный отчет в том, что мастер Арнор, главный архивариус Цеха арфистов, спустит с него шкуру, вздумай он повредить хоть одну драгоценную страницу, Джексом открыл первую Летопись - текущее Прохождение, первый Оборот - и положил на мерцающую зеленую панель.

- Следующую!

- Как? Я ведь едва успел ее положить! - воскликнул Джексом.

- Считывание происходит почти мгновенно, лорд Джексом.

- У нас впереди долгая ночь, - заметил юноша, послушно открывая Летопись на следующей странице.

- Подмастерье Пьемур сказал, что твой белый дракон - исключительное животное, обладающее множеством необычных качеств, - вдруг проговорил Айвас.

- Которые компенсируют его малый рост, белый цвет и отсутствие интереса к противоположному полу. - Интересно, что там Пьемур наговорил о Руте, недовольно размышлял Джексом, хотя и знал, что друг одинаково предан и ему самому, и его белому дракону.

- Подмастерье не ошибся, когда сообщил мне, что Рут умеет перемещаться во времени и всегда знает, в каком времени он находится?

- Все драконы умеют перемещаться во времени - во всяком случае, в прошлое, - рассеянно ответил Джексом; все его внимание было сосредоточено на страницах Летописей, которые он старался перелистывать осторожно и в то же время проворно.

- Но полеты во времени запрещены?

- Полеты во времени опасны.

- Почему?

Джексом пожал плечами, открывая новую страницу.

- Дракон должен точно знать, в какое время собирается попасть, иначе он может вынырнуть из Промежутка в том же месте, которое он занимал в более ранний момент или слишком близко от него. И то, и другое считается опасным - предполагают, что в этом случае и всаднику, и дракону грозит гибель. Столь же неразумно отправляться туда, где ты еще никогда не бывал. Поэтому и не следует перемещаться в будущее: неизвестно, будешь ты там в это время или нет. - Джексом помолчал, расправляя страницы. - Самый замечательный полет совершила Лесса...

- Подмастерье Пьемур так и сказал мне. Беспримерный подвиг, но едва ли дело обошлось без неблагоприятных последствий. Прецедент телепортации так и не получил исчерпывающего объяснения и, судя по рассказу Пьемура, слишком долгое время, проведенное в подобном путешествии, приводит к различным отклонениям. Ты со своим белым драконом тоже летал через временной Промежуток?

- Ты правильно запомнил название, - хмуро заметил Джексом, надеясь, что его тон пресечет дальнейшие расспросы. "Но Айвас - не человек, напомнил себе молодой лорд, - и навряд ли он по тону или словам может уловить, что я не особо желаю распространяться на эту тему". Вслух же он произнес: - Об этом случае мало кому известно.

- Понял, - к удивлению Джексома, ответил Айвас. - Не будешь ли ты возражать, лорд Джексом, если мы перейдем к обсуждению обязанностей различных социальных групп, которые упоминаются в ваших Летописях? Каковы, например, права и обязанности лорда-правителя? Или Предводителя Вейра? Или цехового мастера? Некоторые термины переписчики воспринимали как нечто само собой разумеющееся и не снабжали пояснениями. Я должен твердо их усвоить, чтобы разобраться в современной политике и социальном устройстве.

Джексом усмехнулся.

- Ты бы лучше спросил кого-нибудь из более опытных лордов, например, Гроха или хотя бы Ларада с Асгенаром.

- Но ведь здесь есть ты, лорд Джексом.

Быстрота реакции Айваса позабавила Джексома и, поскольку разговор помогал скрасить однообразную работу, заключавшуюся в бездумном перелистывании страниц, он уступил - и удивился, как быстро пролетела ночь в беседах с Айвасом. Только значительно позже он понял, насколько искусно были построены вопросы. А пока ему и в голову не приходило, какую важную роль предстоит сыграть его объяснениям.

Джексом заканчивал с пятым Оборотом текущего Прохождения, когда почувствовал, как одеревенели мышцы плеч. Пора было сделать перерыв. Поэтому, услышав, как кто-то шевелится за дверью, он негромко спросил:

- Кто там?

- Это я, Джейнсис. Ты уже вернулся? О, да ты не терял время зря! улыбнулась девушка, входя в комнату. - Давай-ка я тебя сменю - у тебя усталый вид. Почему этим делом не занялись Сибел или Менолли?

- Айвас отказывается иметь с ними дело, пока их не представят ему по всей форме. А для этого нужно собрать вместе лорда. Предводителя Вейра и Главного мастера.

На лице Джейнсис промелькнула досада.

- Иногда мы сами себе усложняем дело. Отдохни, Джексом, я тебя заменю. Выпей кла, пока он еще не остыл. - Взяв у него из рук Летописи, Джейнсис расправила страницы на поверхности панели. - Но все же мастер Робинтон и те, кто были здесь вместе с ним, правильно поступили, ограничив допуск к Айвасу.

- Гмм... пожалуй... трудно даже представить, что люди начнут у него выспрашивать, - ответил Джексом, а сам подумал о том, как много он наболтал в ответ на вопросы Айваса.

К тому времени, когда он покончил с кла, который оказался не столь горяч, как хотелось бы, но все же придал бодрости, Джейнсис покончила с первым томом и взялась за следующий.

Джексом задумался: интересно, сможет ли он включить в список свою супругу, леди Шарру? Она так разволновалась, когда он поведал ей, что Айвас хранит медицинские познания предков... Двое из ее пациентов страдали от мучительных болей, которые никак не удавалось облегчить снотворным бальзамом. День ото дня они медленно угасали. Мастера Олдайва, к которому Шарра обращалась за советом, эти недуга тоже поставили в тупик. Тут Джексом напомнил себе, что мастер Олдайв, Главный целитель Перна, имеет большее право на встречу с Айвасом. Джексом редко использовал свои привилегии лорда - но все же, когда речь идет о жизни и смерти, можно, наверное, сделать исключение...

- На сегодня достаточно, мастер Джейнсис, - негромко сказал Айвас. Запас энергии почти на исходе. Чтобы его пополнить, нужно не меньше часа яркого солнечного света. Если удастся расчистить остальные панели, питания будет хватать на более длительный срок.

- Я сделала что-то не так? - смущенно спросила Джексома девушка.

- Вовсе нет, - засмеялся тот. - Просто он получает питание от тех панелей, которые вы с Пьемуром раскопали на крыше. Это солнечная энергия. А солнце уже давно зашло, - он широко зевнул. - Совсем поздно. Пора и нам с тобой передохнуть.

Джейнсис обдумала его слова, потом потянулась к почти пустому кувшину с кла.

- Нет, я уже выспалась. Пойду заварю свежего кла. Он нам пригодится, когда народ начнет съезжаться.

Она быстро вышла.

Джексому правилась Джейнсис. Еще не так давно они вместе посещали лекции в Цехе кузнецов, и молодой лорд помнил, что она занималась куда усерднее него и обнаружила несомненный талант к механике и кузнечному делу. Она по праву заслужила звание мастера. Джексом слегка удивился, когда Джейнсис с Пьемуром так неожиданно поладили, хотя Шарра всем сердцем одобряла их союз. От долгих скитаний по Южному у Пьемура развились кое-какие странности, утверждала она. И чтобы снова стать нормальным человеком, ему необходима прочная привязанность. И уж конечно дерзкий молодой арфист поможет Джейнсис поверить в себя и преодолеть робость следствие того, что она росла в тени своего знаменитого деда, Фандарела. Джексом отлично помнил, какая она искусная чертежница.

Усталость давала себя знать, но ложиться ему не хотелось. Он побрел к выходу и, кивнув двум утомленным стражам, вышел в ночную прохладу. Поднявшись на холм, образованный выброшенной при раскопках землей, он остановился на вершине. С соседнего кургана донеслось приветственное ворчанье Рута, и Джексом послал белому дракону мысль, исполненную любви и нежности.

Сейчас Джексом испытывал чувства, которыми не делился даже с Шаррой. Ему казалось, что он отвечает и за этот древний поселок на плато, которое открыли они с Рутом, и за Айваса, которого откопал своими руками. Слушая, как машина перечисляет имена первых колонистов, Джексом думал о том, кто были его предки. Он всегда страдал из-за того, что его отцом являлся честолюбец Фэкс и, может быть, именно поэтому он так редко пользовался многочисленными привилегиями, которыми по традиции обладал любой из лордов. Ларад Телгарский отнюдь не чванлив, но он, должно быть, ощутил законную гордость, узнав, что его прародители - Саллах Телгар-Андиар и Тарви Андиар. Грох - разумный человек, но мысль о том, что его прямой предок - всемирно известный герой, должна вселять в его сердце бесконечную гордость. Вот только почему Форт холд не назвали именем доблестного адмирала Бендена? И почему холд Бенден находится на востоке? И еще: почему Айвас так мало знает о драконах? Удивительно... Наверняка их ждут впереди новые захватывающие открытия!

"Я слушал, о чем рассказал этот Айвас, - проговорил Рут, соскользнув по склону к тому месту, где стоял Джексом. - Так это правда, что мы эксперимент? - Рут пододвинулся поближе и положил голову на плечо друга. А что это значит - эксперимент?"

Джексом уловил в тоне своего дракона недовольство и с трудом сдержал смешок.

- В высшей степени счастливый случай, дружок, хотя для нас нет никакой разницы, откуда взялся твой драконий род, - веско заявил он. - К тому же, ты и так знал, что драконы - сородичи огненных ящериц и происходят от них. С какой же стати тебе беспокоиться о своей родословной?

"Сам не знаю, - необычно тихо и неуверенно ответил Рут. - Как ты думаешь, этот Айвас - хороший?"

- По-моему, да - сказал Джексом после недолгого раздумья. - Полагаю, все будет зависеть от нас, от того, как мы воспользуемся теми сведениями, которые он откроет нам. Если он поможет избавить Перн от Нитей...

"Но если это случится, драконы больше не будут нужны, ведь так?"

- Что за ерунда, - резче, чем ему хотелось бы, ответил Джексом и порывисто обнял Рута за шею, спеша его успокоить. Прижавшись к теплому плечу дракона, он стал поглаживать его по шее. - Разве может Перн обойтись без драконов? Поверь, вам по плечу куда более полезные и менее опасные дела, чем борьба с Нитями. И не надо тревожиться о будущем, дружок!

"Интересно, слышали ли Лесса, Ф'лар, и Ф'нор что-нибудь подобное от своих драконов?" - размышлял Джексом. Он знал, что другие всадники не придадут особого значения этим опасениям. Ведь они готовы на все, лишь бы избавить Перн от Нитей. Все знали, что Ф'лар сделал это главной целью своей жизни.

- Пойми, Рут, у тебя нет никаких причин для беспокойства. Боюсь, пройдет еще немало лет, прежде чем небеса Перна навсегда очистятся от Нитей. Возможно, Айвас гораздо больше, чем мы, знает про эти Оортовы облака, другие планеты и тому подобные премудрости, и все равно он - всего лишь говорящая машина. А слова - они и есть слова...

Продолжая ласково поглаживать Рута, Джексом окинул взглядом поселок, в котором некогда жили его предки. Во всех направлениях высились невидимые сейчас холмики - следы поспешных раскопок, закончившихся разочарованием: здания оказались пустыми. По иронии судьбы истинное сокровище обнаружили почти в самую последнюю очередь. Трудно поверить, но это сокровище оказалось устройством, которое открыло перед ними тайны далекого прошлого. Сможет ли оно дать им ключ к будущему? Несмотря на всю свою показную уверенность, Джексом в глубине души ощущал те же сомнения, которые терзали Рута.

Как знать, может все же напрасно Ф'лар решил положить конец Нитям, если это неизбежно приведет к тому, что драконы станут бесполезными? И все же самому присутствовать при последнем Падении... И, что еще важнее, видеть, как расцветает жизнь на Перне, обогащенная запасом знаний, которыми обладает Айвас... Какое это будет благо для всех!

Тут Джексом увидел как в некоторых зданиях, которые участники раскопок превратили в спальни, начал зажигаться свет. Еще не рассвело, но, очевидно, не один он провел сегодня бессонную ночь. Разве уснешь после всех экскурсов в древнюю историю, которые довелось услышать, и невероятных движущихся картин, которые так и стоят перед глазами!

А как относиться к тому, что Айвас обещал помощь? Да и что он, в конце концов, такое - этот Айвас? Или, может быть, кто такой? Его сочный баритон звучит так живо, совсем по-человечески... Однако сам он называет себя машиной, продуктом высокоразвитой техники, а, значит, при всей своей мудрости, является неодушевленным устройством. И все же Джексому больше нравилось думать об Айвасе, как о живом существе, таком же, как и он сам.

Именно в эту ночь молодой руатанский лорд осознал, как много старых привычных истин ему придется пересмотреть. А это будет не так уж легко ведь гораздо удобнее придерживаться проторенных троп. Но Джексома будоражила грандиозность стоящей перед ними задачи, не давали покоя мысли о будущем, которое он и представить себе не мог еще пару дней назад, когда они вместе с Пьемуром и Джейнсис раскапывали это здание - одну из сотен таких же бетонных коробок. Он не чувствовал усталости; его окрыляли мечты о неизведанном.

- Вот увидишь Рут, как это будет здорово. Ты только подумай, какие новые приключения ждут нас! - Джексом почесал надбровье белого дракона. А новые приключения - это как раз то, чего нам обоим не хватает. Без них жизнь становится скучной.

"Только смотри, не скажи это Шарре", - мудро посоветовал Рут.

- Я свою подругу знаю, - усмехнулся Джексом, - она тоже не останется равнодушной.

"К нам летят Рамота, Мнемент, Кант, Лиот, Голант и Монарт", - явно повеселев, сообщил Рут.

- Подкрепление прибыло? - Джексом снова поскреб выступающее надбровье друга. - А тебе - компания.

"Рамота не в духе, - упавшим голосом произнес Рут. - Кант говорит, что в вейре Лессы всю ночь горел свет, а Рамота долго совещалась с другими королевами". - Чувствовалось, что белый дракон изрядно обеспокоен.

- Да не волнуйся ты так, Рут! Все образуется. Ведь это совсем новое, невиданное дело - вроде нашего с тобой Запечатления. Хотя для меня нет и не может быть ничего лучше того дня!

Рут поднял голову. Его поблекшие глаза снова засияли радостным зелено-голубым светом.

Прибывшие драконы, кружа, заходили на посадку. Их фасеточные зрачки яркими зелеными и голубыми точками выделялись на светлеющем предрассветном небе. Вот они распахнули крылья, гася скорость, и вытянули вниз и вперед мощные задние лапы, готовясь пружинисто опуститься на землю, и Джексом увидел, что каждый зверь несет дополнительных пассажиров. Некоторые драконы, едва избавившись от седоков, сразу взмывали ввысь, снова исчезая в Промежутке; другие располагались поблизости и ожидали, пока и всадники, и пассажиры направлялись к главному зданию.

Джексом вздохнул и, ласково похлопав Рута по шее, сбежал вниз по склону, спеша встретить вновь прибывших. Когда Лесса, Ф'лар и мастер Фандарел подошли ко входу, он доложил им, что Айвас отдыхает.

- Отдыхает? - строго переспросила Лесса и так резко остановилась, что Ф'лар был вынужден сделать шаг в сторону, чтобы не натолкнуться на свою хрупкую супругу.

- Вышел весь запас энергии солнечных батарей, - пояснил Джексом.

На лице Фандарела отразились досада и недоверие.

- Как же так... Ведь Айвас сказал, что сумеет устроить двенадцать рабочих мест!

- Пожалуйста, не так громко, мастер Фандарел - мастер Робинтон еще спит, - тихо проговорил Джексом, в расчете, что и другие последуют его примеру. - Я привез Сибела с Менолли и Летописи, с которым мастер Робинтон хотел познакомить Айваса. Мы с Джейнсис успели дойти до шестого Оборота, прежде чем Айвас отключился. Он говорит, что снова будет в порядке после рассвета.

- Значит, мы явились сюда ни свет ни заря, чтобы узнать, что Айвас не работает? - недовольно осведомилась Лесса.

- Ну, нам есть чем заняться до его пробуждения, - умиротворяющим тоном произнес Фандарел.

- И чем же, например? - спросила Лесса. - Ты же знаешь - я не желаю, чтобы люди лазали по пещерам в темноте. А переоборудовать систему сейчас не время. У меня и у Ф'лара есть вопросы к Айвасу. Одно дело - услыхать про чудо, и совсем другое - увидеть его своими глазами. В знак учтивости мы должны позволить и другим Предводителям Вейров самим увидеть и услышать Айвас. Уверяю вас, - язвительно добавила она, - они не поверили в то, что здесь произошло. И если они явятся, и окажется, что смотреть не на что... - она выразительно замолкла.

- Я и сам-то едва верю, - сказал Ф'лар, незаметно усмехнувшись Джексому. - Что уж других винить...

- Светильников больше, чем достаточно, - заметил Фандарел, стараясь говорить шепотом. - Хватит, чтоб отправиться в пещеры, пока не рассвело. Мои люди могут начать собирать детали, о, которых говорил Айвас. Где листки, которые выдал нам? Бендарек пришел в неописуемый восторг, когда я рассказал ему, как из стены выскакивали печатные листы. Он сейчас подойдет. - Видимо, Фандарел безоговорочно принял предложение Айваса обновить его обветшавшие Летописи.

- А где Сибел с Менолли? - спросила Лесса, направляясь по коридору к комнате Айваса.

- Отдыхают, - фыркнул Джексом. - Айвас даже словечка не сказал в их присутствии.

- Это еще почему? - удивилась Лесса. - Мы же предупредили его, что они прибудут!

- Так ведь их нет в списке. И хоть я лорд холда, но Пьемур только подмастерье, а Предводителя Вейра с нами и вовсе не было.

Лесса нахмурилась.

- Но ведь мы сами выдвинули такое условие, - напомнил своей супруге Ф'лар. - А тому, кто умеет точно исполнять приказы, можно доверять. В особенности если он так могущественен, как наш Айвас.

Все едва не подскочили, услышав какой-то низкий гул, и только через несколько мгновений поняли - то был приглушенный смех Фандарела.

- Машина на то и машина, чтоб выполнять, что от нее требуется! Одобряю!

- Ты одобряешь все, лишь бы оно было целесообразно и по плану, съязвила Лесса. - Даже если оно не очень-то разумно.

- Мы слишком долго прожили бок о бок с драконами, - заметил Ф'лар, улыбаясь своей миниатюрной подруге. - А они понимают, что у нас на уме, даже если мы этого не высказываем.

- Неужели? - насмешливо пробормотала Лесса, смерив его колким взглядом.

- Думаю, что все мы найдем, чему поучиться, - сказал Фандарел. - Ну, пора за дело, Джексом. Мне нужны листки, которые выплюнул Айвас - хочу показать их Бендареку.

Джексом послушно собрал листки; они лежали на плоской панели, там, где их оставили Джейнсис и Пьемур.

- Джейнсис пошла заварить свежего кла, - сообщил он Лессе. - Она вот-вот вернется.

- Тогда все могут отправляться восвояси, - заявила Лесса, повелительно взмахнув рукой. - Если ты, Джексом, решил начать с пещер, пусть Рут отвезет туда вас с Фандарелом. Я не хочу, чтобы наш Главный кузнец сломал себе шею, споткнувшись в темноте. А я подожду Джейнсис и пробуждения Айваса.

2. ЮЖНЫЙ МАТЕРИК, СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ

К тому времени, как взошло солнце, посмотреть на Айваса явились многие; слух о нем распространился столь же быстро, как Нить зарывается в почву. Любопытство и недоверие - мощные стимулы, и народ собрался со всех Вейров, холдов и цехов. Кое-кого возмущало, что вся эта горячка была вызвана не столько тягой к обширному новому знанию, сколько желанием поглазеть на волшебные движущиеся картинки, которые умеет показывать эта чудесная штука.

Фандарел, возглавлявший сбор материалов по представленному Айвасом списку, пропадал в Пещерах. Брейд, у которого не было недостатка в помощниках, руководил расчисткой оставшихся солнечных панелей, и дело быстро продвигалось. Мастер Эсселин корпел над чертежами переоборудования Айваса, то и дело упрекая людей Брейда, что они работают недостаточно споро и что из-за них он не может приступить к делу. На это Брейд резонно отвечал, что здания, в которых хранятся материалы для дополнительных рабочих мест еще даже не откопаны - так что непонятно, о чем Эсселин постоянно нудит.

Услышав их пререкания, Лесса велела прекратить спорить, как неразумные школяры, и получше выполнять свои обязанности. Вместе с Менолли и Джейнсис она нашла добровольцев среди женщин, которые согласились заняться самой неприятной работой: вымыть стены давно заброшенных комнат и убрать грязь и пепел, набившиеся сквозь окна и двери. Самое большое помещение, которое, как решили между собой женщины, когда-то предназначалось для собраний, снова подготовили для этой же цели. Вспомнив, что она видела в Пещерах, Лесса послала за мебелью: столами, кафедрами и стульями, которые можно было достать, не мешая поискам Фандарела. Когда все это вымыли и вычистили, мебель заиграла яркими цветами, оживив комнату, до того казавшуюся скучной и голой. Помещение, находившееся вдали от шума и суеты, превратили в личный кабинет мастера Робинтона - там поставили удобную постель, мягкий стул и стол.

- Труднее всего будет заставить мастера пользоваться ей, - сказала Лесса, в последний раз проводя тряпкой по столу. На щеках у нее виднелись грязные полосы, изящный тонкий носик и волевой подбородок были испачканы золой, длинные темные локоны выбились из прически. Менолли и Джейнсис обменялись взглядами: кто намекнет Госпоже Вейра, что она перепачкала лицо? "А так, в пылу работы, в непрезентабельном виде, Лесса кажется куда доступней", - подумала Джейнсис, которой прославленная Госпожа Вейра Бенден всегда внушала безотчетный трепет.

- Вот уж никогда не думала, что увижу, как первая всадница Перна работает, будто простая служанка, - шепнула девушка, обращаясь к Менолли. - Смотри, как ловко у нее получается.

- У нее было достаточно времени, чтобы этому научиться, - усмехнулась Менолли. - Ведь прежде, чем запечатлеть Рамоту, она пряталась от Фэкса в Руате, прикидываясь замарашкой-прислугой.

- Смотри-смотри, у нее такой вид, будто ей это даже нравится, - с удивлением протянула Джейнсис. Хотя и сама она работала с удовольствием; приятно привести запущенную комнату в порядок, взглянешь - душа радуется.

Прибыли карты, которые Лесса затребовала из архивов Эсселина, и Госпожа Вейра заставила девушек прикладывать их к стенам, выбирая места, где они лучше всего смотрелись.

- Правильно ли будет использовать столь ценные вещи в таких... Джейнсис запнулась, стараясь подыскать нужное слово.

- В таких будничных целях? - с усмешкой подсказала Менолли.

- Вот именно.

- Раньше они именно так и использовались, - ответила Лесса, взметнув брови и пожимая плечами. - Так почему бы не вернуть их былое назначение?

Столь прозаические хлопоты тем не менее помогли Лессе восстановить утраченное равновесие. Сначала неожиданное открытие Айваса, а потом его обещание помочь Ф'лару в исполнении его самой заветной мечты - все это потрясло ее до глубины души. Она тоже всем сердцем желала этого, почти так же страстно, как и сам Ф'лар, но ее страшили последствия. И эта ожесточенная утренняя уборка позволила ей выплеснуть часть своей тревоги. Теперь Лесса чувствовала себя странно обновленной.

- Поскольку карты ничуть не пострадали, - подумать только, какой замечательный материал использовали колонисты! - я не понимаю, почему бы нам не использовать их по назначению, - энергично повторила она. Пожалуй, слово "колонисты" не внушает такого трепета, как "предки", решила Лесса. Она принялась разглядывать одну из карт. - Южный материк значительно расширился, не правда ли? - Госпожа Бендена улыбнулась своим мыслям. Ну-ка, Джейнсис, приподними свой угол еще чуть-чуть... Вот так, пожалуй, ровно.

Она разгладила карту южного материка на стене и, взяв в руку гвоздь и найденный неподалеку от входа подходящий обломок скалы, с удовлетворением приколотила к стене плотный лист. Эсселин так жался, прежде чем выдать им два светильника и совок, что она не стала просить молоток. Ничего, камень тоже вполне сойдет.

Вместе с девушками Лесса отошла, чтобы полюбоваться своей работой. Ей не сразу удалось разобрать надписи на карте. Буквы казались знакомыми, и все же их начертание несколько отличалось от современного. Ну и конечно, они были гораздо крупнее, чем обычный шрифт. Интересно, как удалось Айвасу прочитать мелкие угловатые строчки, которыми мастер Арнор и его помощники переписывали Летописи... Бедный мастер Арнор!

Не говоря уже о бедном мастере Робинтоне - как он ужасно расстроился, когда узнал, что произошли языковые сдвиги, - и это несмотря на все старания Цеха арфистов сохранять чистоту языка! Старик Арнор известен своим педантизмом, чего доброго его хватит удар, когда он узнает об этом. Вот вам и еще одна сторона находки: благодаря своим обширным знаниям и очевидной мудрости Айвас во всех науках и ремеслах способен занять место самого главного мастера. Разве что о драконах он знает меньше, чем обо всем другом... Может быть она фантазирует, но разве не чувствовалось волнения в его всегда размеренном голосе, когда речь зашла о драконах?

- На мой взгляд, карты здесь вполне на месте, правда? И не просто как украшения. - Госпожа Вейра улыбнулась Менолли и Джейнсис. Работая рука об руку с юной избранницей Пьемура, она убедилась, что девушка - отличная пара молодому подмастерью. Сначала Лесса подумывала - не напрасно ли они включили в список внучку Фандарела? - но сегодня ее сомнения отпали. Джейнсис заработала это почетное право, и не только потому, что лично участвовала в раскопках комнаты, где находился Айвас - она доказала, что умеет работать как следует. Помимо всего этого, у нее было правильное отношение и к Айвасу, и к будущему Перна.

Джейнсис принялась изучать карту, и глаза ее разгорелись.

- Сколько замечательного умели делать наши предки... Вещи, которые способны пережить века, материалы, неуязвимые для Нитей... Теперь наша жизнь станет иной... более богатой, содержательной...

- Верно. Вот только как мне изложить это, - Менолли махнула рукой в сторону комнаты, где находился Айвас, - в балладе, которая объяснила бы людям все случившееся...

- Да, необычная тема, - усмехнулась Лесса. - Но ты, Менолли, непременно справишься. И, как всегда, великолепно. Только не пытайся ничего объяснять, дай волю чувствам, а не разуму. Я сомневаюсь, чтобы сам мастер Робинтон сумел разобраться в феномене, подобном Айвасу. Представь это существо, живое и неживое одновременно, как невиданное начинание, призванное избавить нас от накопившейся за последнее Прохождение хандры и усталости. - Она взяла стул и, машинально обмахнув его тряпкой, уселась с протяжным вздохом. Потом, вздернув подбородок, устремила взгляд на своих помощниц. - Не знаю, как вы, а я бы с удовольствием выпила кружку горячего кла.

Джейнсис вскочила.

- Есть еще фрукты и мясные колобки. Повар поднялся до рассвета и все ворчал, что сегодня придется кормить целые толпы народа, а времени в обрез. Но сумел наготовить столько, что хватило бы на целую Встречу в любом из великих холдов. Я мигом.

Когда девушка вышла, Менолли повернулась к Лессе; лицо ее было серьезным.

- Как ты думаешь, госпожа моя, к добру мы нашли Айваса? Джексом наговорил нам таких невероятных вещей... Не все люди смогут их принять и понять, а некоторые не станут и пытаться. - Она подумала о своих твердолобых родителях и других, чей разум был так же неповоротлив. Как арфистка, она повидала их немало.

Лесса развела руками.

- Поздно сожалеть - мы уже нашли его. И я не хочу ни от чего отказываться, даже если наша находка приведет к болезненным переоценкам настоящего... - она глубоко вздохнула, устремив мечтательный взгляд куда-то вверх. - Рассказ о том, как предки попали сюда... вид Перна на фоне черного неба... Это потрясающе! Я и не предполагала, как он выглядит со стороны! А с каким волнением мы слушали об отважной борьбе первопоселенцев с Нитями! Мы-то уже привыкли к ним - пусть кое-кто и думал, что последнее Прохождение закончилось четыреста Оборотов назад! губы ее мстительно дрогнули при воспоминании о тех, неверующих, едва не сгубивших Перн. - Но каким потрясением должна была оказаться встреча с Нитями для первых колонистов!

Легким движением Лесса коснулась плеча Менолли; лицо ее приняло виноватое выражение.

- Ты, моя дорогая, заслужила право услышать эту историю. Но, видишь ли, когда за нами послали, мы и понятия не имели, что же там такое нашли. Я думаю, Айвас не откажется повторить свой рассказ для тебя и других мастеров Цеха арфистов - ведь так или иначе вам придется распространять эту повесть повсюду. А наши дети обязательно должны узнать истину о том, кем и когда был заселен прекрасный Перн. Наверное, нам понадобятся новые учебные баллады... Но это уже решать Сибелу, ведь так? - Выражение ее подвижного лица снова изменилось: благоговение мгновенно перешло в забавную гримаску. - Знаешь, я едва поверила собственным ушам и глазам, когда Айвас сказал, что поселенцы сами создали первых драконов... как это?.. ах, да, методом био-ин-же-не-рии. - В ее улыбке мелькнуло злорадство. - Какое счастье, что так мало Древних всадников дожили до этого дня. Уж они-то навряд ли смогли примириться с таким святотатством!

- А тебе самой легко примириться с тем, что драконов вывели из огненных ящериц, пусть даже методом биоинженерии? - Менолли с улыбкой посмотрела на Госпожу Вейра Бенден. Все эти Обороты Лесса не скрывала своей неприязни к маленьким сородичам драконов, и арфистка всегда старалась держать подальше от нее своих питомцев.

Лесса снова сделала гримаску, но на этот раз скорее задумчивую, чем недовольную.

- Но согласись, Менолли, порой они действительно невыносимы! Ты оставила своих в Цехе арфистов?

- Да, со мной только Красотка, Нырок и Крепыш, - Менолли покосилась на Лессу: как отнесется к этому Госпожа Вейра? - Они обожают Рута и не отходят от него ни на шаг.

Теперь на подвижном лице Лессы отразилось раздумье.

- Айвас спрашивал про Рута... а большие драконы, моя Рамота, Мнемент и Кант, его поразили. Надо будет спросить, почему - как только представится удобный случай. - Она протяжно вздохнула. - Но если он сумеет нам помочь навсегда избавиться от Нитей... О, небеса Перна, как бы я хотела в это поверить!

Чуткий слух арфистки подсказал Менолли - в голосе Лессы прозвучала нотка отчаяния. Госпожа Вейра поймала ее взгляд и медленно кивнула, в глазах ее стояла печаль.

- Именно сейчас, Менолли, нам просто необходима надежда на то, что есть способ справиться с ними. И зажить, наконец, так, как собирались наши отважные предки.

- Джексом утверждает, будто Айвас говорил, что такая возможность не исключена...

- Хорошо, что Джексом хотя бы точно повторяет его слова, - сухо заметила Лесса. - Слышала бы ты какие слухи уже гуляют по Вейрам! Бенденский арфист постарается их развеять и дать взамен достоверные сведения. Надежда - прекрасная вещь, но она должна быть реальной.

- Так Айвас действительно сказал, что возможность существует?

Лесса кивнула в ответ.

- Да, существует. Но нам всем придется работать не покладая рук, чтобы воплотить ее в жизнь. Предстоит усвоить столько нового...

- Что ж, это поможет укрепить дух, - сказала Менолли и оживленно добавила: - Вот что меня удивляет - как удалось нашим предкам пережить столько Прохождений, сохранив хотя бы кое-что из своего культурного наследия?

- Нужда заставила... так же, как и нас. Зато теперь мы знаем, сколь многое из нашего культурного наследия мы утратили. И если бы постоянная угроза миновала навсегда, какая сказочная жизнь могла бы нас ожидать!

Менолли выразительно посмотрела в глаза Лессе.

- Ты думаешь, для драконов и Вейров она тоже будет сказочной?

- Да! - Лесса выпалила это с таким неожиданным ожесточением, что удивила даже Менолли, бывалого мастера Цеха арфистов. - Да, для драконов и Вейров это принесло бы еще большую пользу. - Она перевела дух и ткнула пальцем в карту. - Ведь нам предстоит заново исследовать целый неведомый мир! - Она наклонилась, разглядывая карту. - Интересно, что значит "Хонсю"?

Тут вернулась Джейнсис, в руках у нее была корзина, из которой выглядывал кувшин с кла, посуда и разнообразная снедь. Девушку так и распирало от новостей.

- Видели бы вы, что они там наделали, пока мы возились с уборкой, сказала она, улыбаясь во весь рот. - И какая толпа собралась поглазеть на Айваса! - Лесса порывисто вскочила, но Джейнсис замахала на нее руками. Там уже распоряжаются Ф'лар, Сибел и мастер Робинтон. А нам пора слегка перекусить. Вот, госпожа Лесса, я принесла свежих фруктов и колобков. Менолли, не нальешь ли ты нам кла, - попросила она, вынимая еду из корзины.

- Видно, ты, как и твой дед, - сторонница целесообразности, одобрительно заметила Лесса, снова усаживаясь на стул. Запах свежего хлеба и мяса напомнил ей, что со времени раннего завтрака в Вейре Бенден прошло уже немало времени. - Менолли, как только мы поедим, я позабочусь, чтобы Айвас включил тебя в список. - Госпожа Вейра повернулась к Джейнсис. Айвас уже давно... - она задумалась, подыскивая нужное слово, ...доступен?

Джейнсис улыбнулась ей поверх кружки с кла.

- Достаточно давно, чтобы просмотреть все то, что дед притащил из пещер и решить, что подходит, а что нет. Мастера Вансор и Терри разбираются с чертежами, на которых показано, как нужно собирать эти... эти компоненты. - Девушка слегка запнулась, произнося незнакомое слово. Они послали за Нористом, Главным мастером стеклодувов - два экрана потрескались. Айвас хочет выяснить, есть ли у нас умение - только он называет это "технология" - чтобы изготовить подобный материал. Он, конечно, ведет себя очень учтиво, но умеет выжать из каждого все, на что тот способен. Он... - Джейнсис потрясла головой и беспомощно посмотрела на Лессу. - Как мы его называем? Сам Айвас говорит, что он всего лишь машина, но у него такой удивительный голос - звучит совсем по-человечески.

- Удивительный голос? - с набитым ртом переспросила Менолли, жевавшая сочный плод, и поспешно вытерла сок, грозивший закапать у нее с подбородка.

- Да, - насмешливо фыркнула Лесса, заметив реакцию арфистки. - Просто изумительный! Почти такой же прекрасный, как у мастера Робинтона.

- Ну да? - Менолли вскинула густые брови и, не обращая внимания на шпильку Лессы, спокойно добавила: - Это очень предусмотрительно со стороны наших предков.

Лесса широко улыбнулась.

- Я просто хотела тебя предупредить. Знаешь, поначалу эта штука изрядно пугает.

- Очень любезно с твоей стороны, госпожа, - усмехнулась в ответ Менолли. - Интересно, известно ли ему что-нибудь о музыкальной культуре колонистов?

- Я так и знала, что ты об этом спросишь, - рассмеялась Лесса.

- Он говорил, - с готовностью вставила Джейнсис, - что в его банках памяти есть записи по планетарной технике и колонизации, а также исторические и культурные архивы, которые колонисты сочли необходимым сохранить. Ведь не могли же они пренебречь музыкой, верно?

Лесса спрятала улыбку; ее позабавила тонкая насмешка Джейнсис.

- Если они не пренебрегли, то и нам стоит придерживаться такого же мнения, - безмятежно ответила Менолли, уплетая колобок. - Это будет первым вопросом, который я задам Айвасу.

- Спору нет, Айвас - умнейшая штука, - продолжала Лесса, - только у него всего один голос, хоть и весьма сладкозвучный. Так что он сможет спеть только одну партию, даже если окажется, что в его памяти хранится старинная музыка.

В дверях вырос Ф'лар, вид у него был озабоченный.

- Вот вы где, - сказал он, откидывая со лба непокорную прядь. Менолли, мастер Робинтон зовет тебя и Лессу. Нужно решить, что делать с этим списком, чтоб ему ни Скорлупы, ни Осколков! У всех до единого есть вопросы, которые они непременно должны задать Айвасу. Пьемур был прав. Большинство людей не поверило тому, что им сказали. - Он присел на край стола и отломил кусочек колобка. - Боюсь, они не поверят, даже увидев Айвас своими глазами.

- Разве можно их винить за это? - спросила Лесса. - Но было бы неразумно тратить драгоценное время Айваса на то, чтобы вразумлять неверующих. Да и наше время тоже дорого. Нужно посовещаться.

Джейнсис вскочила, сообразив, что она здесь лишняя.

- Нет, дитя мое, останься. Не будем же мы совещаться прямо сейчас. Лесса насмешливо фыркнула, - когда все носятся как угорелые! Принеси-ка еще кла и еды. Ф'лар, тебе тоже не помешает подкрепиться.

Предводитель Бендена небрежно махнул рукой.

- Сейчас мне некогда... Слишком много неотложных дел, - сказал он и все-таки положил в рот еще кусочек колобка.

- Надеюсь, ты все же сделаешь перерыв, чтобы поесть? - язвительно осведомилась Лесса и, взяв Ф'лара за плечи, заставила опуститься на ближайший стул. Потом положила перед ним нееденный колобок и налила кла в свою чашку, добавив сладкого сиропа, как он любил. - Ты ведь совсем не спал и, если не поешь, то от тебя не будет никакого толка. Так кто тут тебе докучает? Разве нам не хватает лордов холдеров, Главных мастеров и Предводителей Вейров, чтобы получить большинство?

- Кто докучает? - повторил Ф'лар. - Да все до единого лорды холдеры и Главные мастера, которых мы не сумели запихнуть сюда вчера! - он вскинул руки, выражая высшую степень возмущения.

- Но ты, разумеется, объяснил им...

- И не только я... - раздраженно перебил ее Ф'лар, - мы все пытались хоть что-то им объяснить. Конечно, среди нашей знати попадаются весьма обидчивые натуры, только можно подумать, что мы нанесли личное оскорбление каждому, кого не позвали вчера. - Он откусил от колобка и, запив его большим глотком кла, сердито нахмурился. - Больше всех почему-то жалуются те, кто нисколько не интересовался этой Посадочной площадкой. Теперь они запели совсем по-другому.

Лесса изумленно взглянула на супруга.

- Но откуда они узнали?..

Ф'лар иронически усмехнулся, покосившись на Менолли.

- Попробуй угадать!

Молодая арфистка застонала и закрыла лицо руками.

- Снова эти мерзкие файры? - возмущенно вскинулась Лесса. - И, конечно, все любопытные прибыли на драконах?

Ф'лар поморщился и снова откинул прядь со лба.

- Зря я придал каждому цеху и холду постоянного всадника! Теперь лорды и мастера пользуются любезностью драконов, как будто это обычные скакуны!

- Что делать... нет худа без добра. Зато мы наладили отношения с холдами и цехами. Просто иногда это играет против нас. И все же необходимо, чтобы все лорды и Главные мастера лично познакомились с Айвасом. Среди них найдутся упрямцы, которые все равно будут отрицать даже то, что видели собственными глазами и слышали собственными ушами. Но раз уж они явились, пусть посмотрят.

- Явились - не запылились, - беспечно проговорит Ф'лар, беря второй колобок. - Сибел впускает их партиями по несколько человек и прерывает встречу, как только возникает потребность обсудить с Айвасом какой-нибудь неотложный вопрос. Большинство расходится, качая головой и стараясь не выказать своего потрясения. Но истинную ценность Айваса понимают единицы. - Он стукнул кулаком по столу. - Стоит мне подумать, кем мы когда-то были и что имели... И кем мы снова можем стать - с помощью этой машины!

Лесса усмехнулась, наблюдая эту внезапную вспышку.

- Если верить Айвасу, даже Посадочная площадка строилась не один день, мой дорогой... - Она стала поглаживать мышцы, буграми напрягшиеся на плечах Ф'лара. - Ешь спокойно. Нам и раньше приходилось убеждать неверующих. Сумеем справиться и теперь, - нагнувшись, она поцеловала его в щеку.

На губах Ф'лара появилась улыбка.

- Я смотрю, уж со мной ты, как всегда, сумеешь справиться.

Лесса наградила его укоризненным взглядом и, вернувшись на место, взялась за недоеденный колобок.

- И в мыслях не было, душа моя, - сказала она, лукаво блеснув темными глазами. Снаружи недоверчиво фыркнул Мнемент, и Госпожа Бендена приказала: "Не смей портить мне всю игру"!

"Я и не собирался, - сонно ответил бронзовый. - Здесь так славно греет солнышко..."

Рамота подтвердила его слова.

В дверях появился Сибел и, кивнув вождям Вейра, поманил к себе Менолли.

- Мастер Робинтон хочет, чтобы Менолли включили в список. В качестве Предводителя Вейра будет выступать Н'тон. - Арфист взял последний колобок, задумчиво поглядел на него и откусил сразу половину. Прожевав, он сообщил: - Фандарел поймал Джейнсис по пути на кухню: хочет, чтобы она ему срочно что-то начертила. Так что придется отправить за едой и кла кого-нибудь другого.

Затем Сибел обвел взглядом просторную комнату.

- А хороший получился зал для собраний, - похвалил он и, обняв Менолли за плечи, вышел в коридор.

Лесса украдкой взглянула на супруга; Ф'лар, дожевывая колобок, ответил ей улыбкой и принялся за красный плод.

- А ты-то сам уже в списке? - спросила Менолли Сибела, когда они покинули комнату.

Озорно усмехнувшись, он привлек ее к себе, и супруги весело зашагали в ногу. В бессчетный раз Сибел порадовался своему счастью: Менолли с ним! Он знал, что частица ее сердца принадлежит мастеру Робинтону. Но ведь и в его сердце живет любовь к учителю, а с ней - и бесконечная верность и преданность. Однако Менолли - это совсем другое. В ней вся его жизнь!

- Сколько нам еще ждать? - недовольно осведомился Отерел, лорд Тиллека, когда арфисты проходили мимо него.

- Комната тесная, мой господин... кроме того, сегодня предстоит очень многое сделать, - умиротворяюще проговорил Сибел.

- Маленькая-то маленькая, а Фандарел и другие ремесленники сидят там часами! А теперь он еще и девчонку туда провел... свою внучку, - брюзгливо посетовал Отерел.

- Если бы ты, лорд Отерел, умел так же безупречно выполнять чертежи, как она, - заметила Менолли, - ты тоже наверняка оказался там. - Она недолюбливала старого ворчуна с тех пор, как тот с пеной у рта выступал против присвоения ей звания мастера.

Отерел метнул на нее злобный взгляд. Стоявший рядом лорд Торонас из холда Бенден прикрыл рот ладонью, пряча усмешку. Наконец, скривив тубы, тиллекский владетель пробормотал:

- Ты ведешь себя вызывающе, юная девица, недопустимо вызывающе! И тем порочишь свой цех.

Сибел смерил его долгим уничтожающим взглядом и втолкнул Менолли в комнату. Внутри было жарко и душно, стулья стояли так тесно, что Менолли удивилась, как Джейнсис, Пьемур, Терри и еще один кузнец, которого она не узнала, умудрялись чертить. Над ними навис Фандарел. Н'тон стоял, прислонясь к дальней стене. Внезапно она заметила экран, и на нем изображения незнакомых предметов, причем такие четкие, как будто сами эти вещи каким-то невероятным образом попали в Айвас, и он их увеличил.

- Теперь, когда мы выполнили соединение с модулем Ф-322РХ... произнес глубокий, прекрасно поставленный баритон, и Менолли, пораженная, задохнулась. Она стала оглядываться по сторонам и поймала улыбка Сибела; похоже, супруг забавлялся ее попытками обнаружить источник незнакомого голоса. - ...цепь замкнута, - закончил фразу Айвас. - Добавьте эту панель к тем, что уже установлены в наш блок, и возвращайтесь ко мне - я объясню, что делать дальше.

Все четверо послушно вышли, приглушенно переговариваясь. Тогда Н'тон выступил вперед, а Фандарел откашлялся и торжественно произнес:

- Мы трое, присутствующие здесь: Н'тон, Предводитель Форт Вейра; я, Главный мастер Цеха кузнецов Фандарел; Сибел, Главный Арфист Перна, просим тебя внести в список Менолли, мастера Цеха арфистов.

- Мастер Менолли, не откажите в любезности что-нибудь сказать, чтобы я смог запечатлеть ваш голос.

- Запечатлеть голос?

- Да. Человеческий голос - более надежное средство опознания, чем внешность, которую можно изменить. Голос не поддается подделке. Поэтому необходимо, чтобы вы что-нибудь произнесли, а я зарегистрирую отпечаток вашего голоса в своих файлах.

Эта просьба, произнесенная столь неподражаемым голосом, внезапно лишила Менолли дара речи, и она беспомощно взглянула на Сибела. Он ободряюще помахал ей рукой и улыбнулся, а Н'тон начал подсказывать какие-то слова.

- Я Менолли, родом из Полукруглого холда, и мне куда легче петь, чем говорить, - наконец выдавила молодая женщина, собравшись с духом и слегка запинаясь от смущения. И вдруг испугалась: вдруг Айвас зарегистрирует и это ее невольное заикание?

Мастер Фандарел подавал ей загадочные знаки, из которых она сделала вывод, что нужно говорить дальше.

- Мое звание - мастер Цеха арфистов. Я сочиняю музыку и пишу стихи. Присутствующий здесь мастер Сибел - мой супруг, у нас трое детей. Этого достаточно?

- Вполне достаточно для голоса с таким неподражаемым тембром, вежливо ответил Айвас. - Могу ли я ознакомиться с копиями музыкальных произведений, созданных вами? Я бы тоже ввел их в свои файлы.

- Тебе нужна моя музыка? - Менолли едва сдерживала волнение.

- У меня весьма обширный музыкальный банк, содержащий творения всех великих композиторов за последние две тысячи лет.

- Но ведь у тебя всего один голос!

Последовала красноречивая пауза, затем Айвас с какой-то необычной мягкостью произнес:

- Вряд ли для передачи музыки было бы уместно использовать несколько голосов в режиме диалога. Однако эта автоматическая система способна воспроизводить звучание самых разнообразных инструментов.

- Правда? - только сейчас Менолли заметила, как с усмешками переглядываются Сибел и Н'тон.

- Всему свое время, милая, - мягко сказал Сибел. - Я обещаю, что ты услышишь все. Мастер Робинтон тоже жаждет познакомиться с музыкой наших предков, но сейчас есть гораздо более срочные дела.

Разочарованно вздохнув, Менолли вопросительно взглянула на Сибела.

- Мне пора идти, Айвас, - сказал Фандарел. - Нужно подумать, как реконструировать силовую установку. Всадники отправились за этими никелево-кадмиевыми батареями, как ты называешь мои баки.

- Мастер Фасенден понял, как следует подсоединить их к вспомогательным силовым вводам, которые ему показали? - спросил Айвас.

- Да, я позаботился, чтобы он в этом разобрался. Еще он должен соорудить клетку, чтобы любопытные ненароком не дотронулись до проводов или раствора... - Фандарел кивнул всаднику. - Пойдем со мной, Н'тон. Не откажи в любезности, пошли кого-нибудь из своих - нам нужно подняться по реке к месту бывшей дамбы.

Мастер кузнецов повернулся и вышел, Н'тон последовал за ним. Ни один из них не обратил внимания на ожидавших своей очереди, которые пытались их задержать или засыпать вопросами. Сибел сделал знак Менолли, предлагая занять свободный стул, потом пригласил войти лордов Отерела, Сигомала, Торонаса и Уорбрета. Первым, отталкивая других, ворвался Отерел. Выражение торжества на его лице быстро угасло, едва он огляделся по сторонам. Когда все четверо расселись, Сибел по очереди представил их Айвасу.

- Счастлив познакомиться с вами, лорды, - учтиво отозвался тот. Менолли заметила в его глубоком голосе легкий оттенок почтительности. Скоро данная автоматическая система расширится настолько, что можно будет принимать одновременно большее количество желающих.

Сибел поймал взгляд Менолли и подмигнул. Оба оценили такт, проявленный Айвасом.

- Ты что же, видишь нас? - спросил Отерел, продолжая искать, как решила про себя Менолли, что-нибудь похожее на глаза.

Мои оптические датчики зарегистрировали ваше присутствие. Так что если вы пожелаете прийти сюда еще раз, я вас узнаю.

Менолли поспешно прикрыла рот рукой, чтобы Отерел не заметил, как она смеется над его обескураженным видом. Да, этот Айвас - прирожденный арфист! Какой политик! И откуда он только знает, как нужно обращаться со старым занудой? Может быть, Сибел успел его предупредить?

- Но у тебя нет глаз, - ворчливо изрек Отерел.

- Оптика заменяет машине глаза, лорд Отерел.

- Я так понял, что ты знал наших предков, - заговорил лорд Сигомал, пока Отерел недоуменно вдумывался, верно ли он понял, что глаза являются чем-то второстепенным. - Не мог бы ты сказать мне, от кого произошел мой род?

- Видишь ли, лорд Сигомал, - как бы извиняясь, ответил Айвас, - в мою память не были введены такие подробности. Список имен тех поселенцев, которые перебрались в Форт холд, уже подготовлен, и каждый, кто пожелает иметь копию, сможет ее получить. В Летописях твоего холда скорее всего сказано, кто основал Битру. Может быть, тебе будет интересно узнать, что ваш край назван в честь одного из пилотов челночного корабля. Ее звали Эврил Битра.

Менолли удивилась - уж больно кратко и сухо прозвучала эта информация. Айвас обладал удивительно гибким и выразительным голосом, способным передавать тончайшие оттенки чувств. Возможно, удастся выманить из берлоги мастера Шоганара, чудаковатого учителя вокала - ему было бы интересно послушать такое чудо.

- Список предков - это все, на что ты способен? От этого не так уж много прока! - с явным неудовольствием буркнул Отерел.

- Что касается тебя, лорд Отерел, было бы логично предположить, что Тиллек либо основан капитаном Джеймсом Тиллеком, либо назван в его честь. Командир "Бахрейна" был умным и талантливым капитаном и первопроходцем.

Отерел так и надулся от гордости.

- Мне очень жаль, но ваши холды, лорд Торонас и лорд Уорбрет, возникли гораздо позже, когда ввод данных уже давно прекратился. Можно ли будет ознакомиться с вашими Летописями, чтобы добавить сведения из них к информационному файлу, охватывающему последний период? Это поможет лучше понять структуру холда. Предстоит собрать столько самых разнообразных сведений, прежде чем удастся в полной мере оценить ваше общественное развитие.

Как раз в этот момент вошел мастер Вансор, не отрывая глаз от чертежа и что-то бормоча себе под нос. Пробираясь через комнату, он натолкнулся на сидящего Уорбрета. Звездных дел мастер пустился в пространные извинения, но на него налетел лорд Отерел и стал обвинять в том, что он своим вторжением помешал благородным лордам.

- У меня один-единственный вопрос - совсем маленький, но очень срочный, - сокрушенно произнес Вансор и открыл рот, чтобы задать свой маленький вопрос.

- Мастер Вансор, - учтивейшим образом напомнил ему Айвас, - тебе достаточно просто положить на панель эту бумагу, чтобы данная система могла прочитать документ и выдать ответ.

Менолли удивленно приподняла брови. Лишь очень немногие по-настоящему ценили способности мастера Вансора и воздавали ему должное.

- Ах, да, - спохватился Вансор, - я, как всегда, забыл. - Бормоча извинения, маленький, неуклюжий, простоватый на вид старик стал пробираться сквозь ряды стульев к панели управления. Ему пришлось наклониться над доской, чтобы близорукими глазами разобрать, куда именно пристроить бумагу. Панель озарилась ярким светом. - А, теперь вижу, - он положил листок на место.

- Твой холд, лорд Торонас, очевидно назван в честь адмирала Пола Бендена - проговорил Айвас. Заметив, как на панели вспыхивают разноцветные огоньки, Менолли пришла к выводу, что попутно он занимается вопросом мастера Вансора. Вдруг ко всеобщему изумлению на главном экране возникло изображение красивого мужчины, черты которого свидетельствовали о сильном, решительном характере. "Такому человеку можно доверять", - подумала Менолли. Затем она изумилась при мысли, что Айвас был знаком и даже беседовал с ним - с этим человеком, который так давно умер и так надолго сохранился в людской памяти.

Айвас тем временем продолжал:

- Адмирал Бенден был превосходным руководителем. Он объединил всех поселенцев, помог им преодолеть серьезные испытания и основал надежную гавань на Северном материке.

- Значит, я - потомок адмирала? - спросил Торонас, который держался куда смиреннее лорда Отерела. - Наши ранние Летописи никак не удается расшифровать.

Пока лорды ожидали, что ответит Айвас, Менолли заметила, как Вансор незаметно вышел.

- Вполне возможно, - сказал Айвас, - и даже вероятно, что вы являетесь его прямым потомком. У меня есть сведения, что от брака Пола Бендена и Джу Аджаи родилось четверо детей. Если вы как-нибудь принесете мне свои Летописи, их удастся расшифровать. У меня есть программа, которая позволяет, используя особые лучи, в ряде случаев разобрать неясные слова и даже фразы.

Совершенно очарованная, Менолли слушала, как ловко Айвас обходится с Сигомалом и Уорбретом, умело подбирая ключик к сердцу каждого.

Появились Джейнсис, Пьемур и Бенелек; все трое в нерешительности остановились на пороге, в руках у каждого были листы бумаги. Пьемур помахал своим, чтобы привлечь внимание Сибела. Главный арфист почтительно сообщил лордам холдерам, что Айвас должен заняться делом и учтиво указал им на дверь.

Отерел принялся ворчать, но Сигомал с готовностью поднялся и подхватил старого лорда Тиллека под руку.

- Здесь невыносимо душно, Отерел. Просто дышать нечем! Не знаю, как ты, а я собираюсь покопаться в своих Летописях и посмотреть, что скажет мне Айвас. А сейчас идем!

- Он управляется с ними, как с куклами, будто знает, за какую веревочку надо дернуть, - тихонько сказала Менолли мужу, когда он выдворил лордов в коридор.

- Мастер Робинтон предупредил данную систему, что тут понадобится большой такт и посоветовал в случае необходимости прибегать к лести, вдруг сообщил Айвас, - особенно с теми, кто не сможет удостоиться долгой беседы.

- Как ты меня услышал? - спросила Менолли, смущенная тем, что Айвас разобрал слова, не предназначенные для его слуха.

- Ты сидишь у самого микрофона, мастер Менолли. Так что мне слышен даже шепот.

Менолли поймала насмешливый взгляд Сибела. Ах, шутник! Мог бы предупредить заранее!

- Менолли, не отвлекай Айваса, - сказал Пьемур, раскладывая листы на панели.

- Мастер Менолли не может меня отвлечь, - любезно проговорил Айвас. Пожалуйста, следующую страницу, Пьемур.

- Неужели ты можешь читать эти старые слипшиеся Летописи? - спросила Менолли.

- Нужно попытаться. Чернила, которые использовались для написания тех рукописей, которые вы так любезно доставили нынче ночью, принадлежат к разряду несмываемых. Это дает возможность применить некоторые методы, доступные данной системе. Однако мне понадобится ваша помощь, чтобы подготовить документы к считыванию.

Вдруг Менолли услышала в коридоре шум шагов, и в дверь один за другим стали входить всадники, нагруженные коробками. Среди них она узнала Ф'нора и Ф'лессана.

- Пожалуй, я лучше пойду, - неохотно сказала она.

- Останься, - попросил Сибел.

- Похоже, вы притащили сюда все, что было в пещерах. Не проще ли было переправить туда Айваса? - спросила она.

- Ни в коем случае, - сказал Айвас таким категоричным тоном, какого Менолли от него еще не слышала. - Данное устройство должно оставаться на этом месте, иначе нарушится связь с "Иокогамой".

- Я ведь только пошутила, - виновато проговорила Менолли и, взглянув на Сибела, сделала большие глаза.

Комната наполнилась людьми, и она отошла в сторонку, туда, где раньше стоял Н'тон. Она наблюдала, как Айвасу демонстрируют все новые и новые коробки, а потом или уносят их, или отправляют в другие комнаты, где мастера из кузнечного цеха пытались собрать устройства, которые должны были обеспечить широкий доступ к системе. Казалось, никто из всадников не удивился, застав здесь Менолли, а ухмылка Ф'лессана ничуть не утратила своей дерзости даже в присутствии Айваса. Но, как известно, сын Ф'лара и Лессы ни к чему не относился всерьез, кроме Голанта, своего дракона. Миррим ни на шаг не отходила от Т'геллана. Эти двое из Восточного Вейра были неразлучны с тех пор, как объявили себя супругами. "А Миррим стала гораздо мягче и вообще заметно расцвела в лучах его обожания", размышляла Менолли.

- Что-то я раньше не встречала тебя здесь, - негромко сказала ей Миррим, пока Айвас оценивал ее ношу.

- Да, я прилетела только нынче ночью вместе с Летописями последнего Прохождения, - ответила Менолли. - А потом меня поймала Лесса и заставила заниматься уборкой, - она продемонстрировала свои ладони: кожа все еще была сморщенной от воды.

Миррим вытаращила глаза.

- Какое счастье, что мне пришлось заняться перевозкой! Потом поболтаем, ладно? А сейчас мне пора, - она смущенно улыбнулась. - Т'геллан меня уже торопит... - Миррим поднесла коробку к экрану Айваса.

Когда тот объявил свое решение и всадники разошлись, Сибел сделал знак цеховым мастерам, приглашая их в комнату. И снова Айвас нашел для каждого хоть и краткие, но учтивые слова, а потом выразил желание познакомиться с цеховыми Летописями. Наконец мастера тоже ушли, и Менолли поспешно подошла к Сибелу.

- Как, во имя Первого Яйца, Айвас успеет просмотреть столько Летописей? - шепнула она на ухо мужу.

- Но ведь сон ему не нужен, была бы только энергия, - ответил Сибел. - И если мы сумеем обеспечить нужный запас, когда иссякнут солнечные батареи, он сможет работать и день и ночь. Ведь ты не спишь, Айвас, не так ли?

- Данная система функционирует, пока для этого есть достаточное питание. Сон - человеческая потребность.

Сибел незаметно подмигнул Менолли.

- А тебе она не свойственна? - спросила арфистка, уперев руки в бока и пристально глядя на экран.

- Данная система запрограммирована так, чтобы приносить максимальную пользу на службе человеку.

- По-моему, Айвас, в твоем голосе я уловила виноватую нотку? заметила Менолли.

- Данная система запрограммирована так чтобы никому не наносить обиду.

Менолли невольно рассмеялась. Позже она поняла, что именно с тех пор начала воспринимать Айваса как личность, а не просто как хитроумное изобретение, доставшееся им от предков.

- Менолли! - послышался из коридора голос мастера Робинтона, который наконец-то освободился от назойливых посетителей. - Сибел там, с тобой?

Сибел выглянул из двери.

- Менолли, замени его ненадолго, мы тут собираемся посовещаться.

Сибел положил руку на плечо жены и ободряюще сжал его.

- Ты же видела, как я проводил эти встречи. Если заявится еще кто-нибудь, просто представь его, и все.

- Пьемур уже пытался нынче ночью - и ничего не вышло, ты сам видел.

Сибел улыбнулся и снова сжал ее плечо.

- Мастер Робинтон и Ф'лар внесли необходимые изменения.

- Еще одно секретное правило?

- Айвас - сама обходительность, - политично ответствовал Сибел и быстро поцеловал ее в щеку. - А о нашем совещании ты все узнаешь, не огорчайся.

- И не подумаю! Я только рада, что мне не придется там сидеть, сказала она ему вслед. Сибел знал, как она ненавидит официальные церемонии. Менолли улыбнулась и тут осознала, что осталась с Айвасом наедине.

- Скажи, Айвас, не мог бы ты показать мне что-нибудь из музыки наших предков?

- Вокальной, инструментальной или оркестровой?

- Вокальной, - не колеблясь ответила Менолли, пообещав себе обязательно послушать и другие разновидности, как только представится случай.

- Классическую, древнюю или современную? Народную или популярную? С инструментальным сопровождением или без?

- Согласна на любую, пока у нас есть передышка.

- Любая - слишком неопределенная категория. Внесите уточнение.

- Вокальную, популярную, с сопровождением.

- Эта запись была сделана на праздновании Посадки.

Внезапно комната наполнилась музыкой. Менолли сразу узнала некоторые инструменты: гитару, скрипку и что-то вроде трубы. Вот вступили голоса они пели неумело, но вполне музыкально и с большим воодушевлением. Мелодия показалась Менолли смутно знакомой, а слова, хоть и вполне различимые, нет. Но что поразило ее больше всего, так это качества звука. Эти голоса и инструменты, умолкшие много столетий назад, раздавались чисто и ясно, неподвластные времени, как будто музыканты были совсем рядом. Когда песня отзвучала, Менолли, пораженная до глубины души, долго не могла вымолвить ни слова.

- Вы не удовлетворены, мастер Менолли?

Молодая арфистка стряхнула оцепенение.

- Не только удовлетворена - я в неописуемом восторге! Мне знакома эта мелодия. Как ее называли ваши... колонисты? - спросила она, а про себя подумала: "Да, Лесса права - это слово не внушает такого трепета, как "предки".

- "Дом на Просторе". Она относится к разряду народной музыки американского Запада. В моем банке памяти содержится несколько вариантов ее исполнения.

Менолли хотелось послушать что-нибудь еще, но тут в комнату вошел Пьемур. В руках у него была какая-то странная штука; с одной ее стороны свисала широкая тонкая лента, состоящая из разноцветных прядей. Передняя часть напоминала часть панель Айваса - на ней в пять рядов располагались впадинки, покрытые темной пленкой явно искусственного происхождения.

- Будь любезен Пьемур, поднеси поближе к оптическому датчику и держи, пожалуйста, на уровне своей головы. - Последовала долгая пауза. - На вид собрано правильно. Окончательно ясно будет после установки и включения, но придется подождать, пока подготовят источник питания и переходной блок. Как дела у мастера Терри с подводкой?

- Не знаю, он в другой комнате. Сейчас схожу, посмотрю. Эй, Менолли, подержи-ка! А то как бы ненароком не уронить... - Ободряюще ухмыльнувшись, Пьемур вручил ей свою ношу и вприпрыжку выскочил в коридор.

- Почему эта штука у тебя? - спросила Джейнсис, появляясь с таким же предметом.

Менолли объяснила и стала наблюдать, как Джейнсис повторяет всю процедуру, только что проделанную Пьемуром. Следом за ней явился Бенелек, одаренный сын лорда Гроха, не так давно получивший звание кузнечного подмастерья. Фандарел всегда ценил изобретательность юноши, так что Менолли ничуть не удивилась, увидев его здесь, среди главных действующих лиц.

Когда Айвас одобрил результаты их усилий, Бенелек спросил, можно ли начинать подключение.

- Только когда будет готов источник питания. А пока, подмастерье Бенелек, чтобы не ждать попусту, сделай еще одну клавиатуру, - ответил Айвас. - Десять рабочих терминалов можно собрать из того, что у нас есть. Еще в двух придется заменить экраны, если Главный мастер стеклодувов окажет нам такую любезность.

- Все равно не понимаю, как тебе удастся управиться с двенадцатью людьми сразу, - сказала Менолли.

- Но ведь ты тоже играешь не на одном-единственном инструменте, если я правильно понял постановку учебного процесса в вашем цехе?

- Да... Но не на всех же сразу!

- Данная система состоит из многих частей, каждая из которых способна функционировать самостоятельно и одновременно с другими.

Менолли принялась молча обдумывать услышанное, не зная, что ответить. Когда молчание грозило стать неучтивым, из коридора появился мастер Терри, весь обмотанный какими-то шнурами, и приступил к долгому совещанию с Айвасом.

3. ЮЖНЫЙ МАТЕРИК, ТОТ ЖЕ ДЕНЬ; СОВЕЩАНИЕ

В переоборудованном зале совета, расположенном в конце коридора, собрались на чрезвычайное совещание семь лордов холдеров, восемь Главных мастеров, восемь Предводителей и четыре Госпожи Вейров. Арфист-подмастерье Тагетарл был приглашен, чтобы полностью записать все происходящее.

Ф'лар встал, намереваясь открыть собрание, хотя все обратили внимание, что мастер Робинтон тоже не отказался бы исполнить роль председателя. Кое-кто отметил, что вот уже несколько месяцев бывший Главный арфист Перна выглядит столь же бодрым и энергичным, как и раньше, и сделал вывод, что слухи о его закате, как видно, сильно преувеличены. И еще было замечено, что Предводители Вейров отнюдь не смущены; пожалуй, они даже были преисполнены оптимизма.

- Полагаю, что все вы уже успели познакомиться с Айвасом, - произнес Ф'лар.

- Познакомиться? - фыркнул лорд Корман из Керуна. - Как можно познакомиться с говорящей стеной?

- Это нечто более значительное, чем говорящая стена, - резко бросил мастер Робинтон, наградив Кормана гневным взглядом. Тот даже глаза вытаращил, никак не ожидая такой бурной реакции от всегда вежливого Главного арфиста, и ткнул в бок своего соседа, лорда Баргена из холда Плоскогорье.

- Гораздо более значительное и важное, - поддержал Робинтона Ф'лар. Айвас - разумное создание, творение рук наших предков, которые были первыми обитателями этой планеты. Он хранит множество сведений, которыми пользовались первые поселенцы. И эти бесценные знания могут научить нас, как улучшить жизнь в холдах, цехах, Вейрах... - Вождь Бендена набрал побольше воздуха. - И как навсегда покончить с Нитями!

- А вот в это я поверю, только когда увижу собственными глазами, недоверчиво хмыкнув, заявил лорд Корман.

- Я обещал тебе это, лорд Корман, еще в начале последнего Прохождения, и теперь, наконец, я смогу исполнить свое обещание!

- С помощью стены?

- Да, если угодно, с помощью стены, - уверенно подтвердил мастер Робинтон и снова смерил лорда холдера возмущенным взглядом.

- Ты не стал бы так сомневаться, если бы побывал здесь вчера и послушал Айваса! - воскликнул Ларад, вскочив на ноги. Голос его дрожал от сдерживаемого гнева. Корман отпрянул от неожиданности.

- Прошу вас не обижаться, Ф'лар, Робинтон и ты, Ларад, - примиряюще проговорил Уорбрет, - только нас так часто призывали сюда поглядеть на бесполезные корабли, пустые здания и пещеры, набитые осколками и реликвиями, что мне и в голову не пришло, что на этот раз обнаружили нечто по-настоящему ценное. И все же. Предводитель Вейра, я нахожу очень странным, что тебя приводит в такой восторг говорящая стена, плетущая какие-то старые россказни.

Робинтон поднялся и так громогласно заявил свой протест, что Уорбрет установился на него в полнейшем недоумевании.

- Ты обвиняешь нас в легковерии? Знай, Уорбрет из Исты: может быть я, Робинтон из Прибрежного холда и стар, да только не легковерен!

- Также и я, - подхватил Фандарел, который тоже поднялся и теперь сверху вниз взирал на притихших лордов. - К тому же, лорд Корман, это вовсе не стена. - Презрительный тон, которым говорил обычно добродушный Главный кузнец привел всех в изумление. - Эта машина, Айвас, столь прекрасное в своей целесообразности творение наших предков, что, пережив столетия, она не утратила способности функционировать. Сейчас ни один наш цех при всем желании не способен создать ничего подобного. - Он склонил голову в знак глубокого уважения. - Так что прошу тебя, лорд Корман, больше не оскорблять нас своими подозрениями в неразумности или легкомыслии. Ты можешь не верить в Айвас, но я. Главный мастер кузнецов Фандарел, - он хлопнул себя ладонью по широкой груди, - верю целиком и безоглядно!

Корман поник, встретив столь гневную отповедь.

- Тогда зачем вы созвали это совещание? - спросил Уорбрет.

- Из уважения к вам, - резко отозвалась Лесса. - Чтобы как можно скорее сообщить вам о том, как важна для всех эта находка. Я никогда не допускала и не допущу, чтобы Вейры присвоили или скрыли ценные реликвии прошлого.

- Дорогая моя Госпожа Вейра... - примирительно начал Уорбрет.

- Ты, Уорбрет, здесь ни при чем, - вмешался старый Грох, - но я бы мог назвать кое-кого из лордов... - он красноречиво замолк. - Ты не был здесь вчера и не слышал, в отличие от меня, что обещала эта машина... А уж меня-то никто не может обвинить в легковерии - как, впрочем, и Робинтона, Ф'лара или Фандарела! Но если этот Айвас действительно сможет избавить нас от Нитей, я за то, чтобы оказать ему всемирную поддержку.

- Если он может это сделать, то почему тогда не сделал еще при наших предках? - торжествующе спросил Корман.

- И правда, почему? - поддержал его Торонас из холда Бенден.

- Потому что извержение вулкана изменило планы переселенцев, терпеливо объяснил Ф'лар. - Посадочную площадку - так они называли это место - пришлось срочно переносить на Северный материк. А потом никто не вернулся с севера, чтобы выяснить, к какому же выводу пришел Айвас.

- Вот оно что... - сдался Торонас.

- Я вовсе не хотел никого обидеть, Ф'лар, - рассудительно произнес лорд Уорбрет. - Просто мне кажется, что все вы спешите с выводами, основываясь на весьма шатких предположениях о том, что якобы может сделать этот Айвас.

- Айвас уже доказал мне, - громыхнул Фандарел, разом перекрыв все другие голоса, - что он способен восстановить сведения, которые мой цех утратил за последнее тысячелетие... сведения, которые помогут улучшить дела не только в моем цехе, но и на всем Перне. Тебе прекрасно известно, лорд Уорбрет, что губительные разрушения, вызванные временем, привели к тому, что многие наши Летописи невозможно разобрать. И многие сооружения, доставшиеся нам от предков, стали выходить из строя. Еще Айвас дал мне чертежи для создания более целесообразной силовой установки. Настолько целесообразной, - добавил он, указывая толстым пальцем в сторону лорда Керуна, - что ты в своем холде даже в самый знойный летний полдень сможешь сохранять прохладу, используя силу течения вашей реки.

- Ну да? Что ж, против этого я не стал бы возражать, - признался Корман, оставшись, однако, при своем мнении. - Ну, а если предположить, хитро прищурившись, добавил он и покосился в сторону Ф'лара, - что этот Айвас и вправду поможет нам избавиться от Нитей, чем тогда будут заниматься всадники?

- Об этом мы будем думать, когда разделаемся с Нитями.

- Выходит, Предводитель Вейра, тебя тоже посещают сомнения? - быстро спросил Корман.

- Я сказал "когда", а не "если", лорд Корман, - резко парировал Ф'лар. - Ты что же, сомневаешься, что мы, приняв твою десятину, не окажем тебе помощи?

- Нет, в это Падение с готовностью платим десятину... - поспешно пробормотал Корман, припоминая времена, когда он отнюдь не так охотно поддерживал вождя Бендена.

- Ну и как же ваша говорящая стена уничтожит Нити? - спросил Норист, Главный мастер стеклодувов. Щеки его, всегда красные от лопнувших сосудов, - сказывался жар стекловаренных печей, - побагровели еще больше. - Взорвет Алую Звезду?

Ларад подался вперед, негодующе глядя на Нориста.

- Какая нам разница, мастер Норист, как он этого добьется - главное, что больше не будет ни единого Прохождения!

- Дожить бы до этого дня, - насмешливо протянул лорд Корман.

- Не знаю, как ты, а я собираюсь дожить, - решительно заявил Ф'лар, и в голосе его зазвенела сталь. - Ну что ж, если мы выяснили, почему всадники считают, что Айвас столь важен...

- И не только всадники, Ф'лар, - изрек Фандарел, с силой грохнув кулаком по столу.

- И не только Главные мастера, - веско добавил лорд Асгенар.

- Согласен, - сказал Грох, услышав, как фыркнул лорд Корман. Знаешь, Корман, иногда ты бываешь упрям, как скакун. Вот увидишь, твое мнение изменится после беседы с Айвасом. Не так уж ты глуп, чтобы...

- Довольно, - произнес Ф'лар, вспомнив о своей роли председателя. Цель этой встречи - уведомить вас о находке Айваса и его неоценимой значимости для всего Перна. О чем мы и сообщили всем тем, кто потрудился прийти. Верю, что Предводители Вейров, - Ф'лар окинул взглядом семерых своих соратников, - поддержат Бенден в стремлении как можно полнее использовать все возможности, предлагаемые Айвасом.

- Вот что я тебе скажу, Ф'лар: ты не можешь сам, своей волей решать будущее холдов, цехов и Вейров, пока каждый не получит возможность убедиться в сей значимости этого Айваса собственными глазами, - заявил Корман, взглядом ища поддержки у Баргена и Уорбрета. - Считаю, что этот вопрос необходимо поставить на Конклаве лордов - до него уже рукой подать.

- Пусть лорды решают сами за себя, - ответил Ф'лар.

- И цеховые мастера, - вызывающе вставил Норист, сверля взглядом Фандарела.

- Не стоит затягивать решение лишь одного вопроса - кто получит право использовать Айвас, - заявил Ф'лар.

- Будет тебе, Ф'лар, - сказал лорд Грох. - Ты и так не больно-то ждешь нашего разрешения. Уже народ вовсю лазает по темным пещерам, а подмастерья и ученики стекаются сюда со всего материка, чтобы по крупицам собрать непонятные штуковины под командой Айваса. - Заметив, как нахмурился Ф'лар, старый лорд поднял руку. - Это не значит. Предводитель, что лично я с тобой не согласен. Если мы станем решать все на собраниях лордов, даже дракон потеряет терпение. Я сам видел и слышал Айваса. - Он повернулся в кресле и обвел взглядом остальных владетелей. - Удивительное создание, скажу я вам, и в ценности его я совершенно убежден.

- Случалось, Корман, - сказал Ф'лар тонкой улыбкой, которая напомнила лорду иное время, когда Предводитель Бендена взял верх над целой армией лордов, - когда ты и все остальные требовали от меня, чтобы я срочно положил конец нашествию Нитей. Наверняка вы и сейчас хотите, чтобы я как можно скорее справился с этой задачей?

- Ты выполняешь свой долг. Предводитель, - согласился Грох, не обращая внимания на протесты Кормана.

- Поистине так, - поддержал его Торонас, Ф'лар все больше убеждался, что новый лорд Бендена значительно превосходит своего предшественника, старого лорда Рейда.

- Однако, - продолжал Предводитель Вейра, - приходится с прискорбием отметить, как много умений, которыми владели наши предки, мы утратили с течением лет. Нам предстоит освоить их заново под руководством Айваса, и только тогда мы сможем навеки отвести от нашей планеты угрозу, имя которой - Нити! - Ф'лар окинул взглядом Нориста, Кормана и Уорбрета, а потом и других лордов и мастеров, пока не принимавших участие в споре. Разве это не разумно - как можно скорее приступить к осуществлению такого плана? Восстановить то, что мы потеряли?

- И ты думаешь, что мы все пожелаем выполнять приказы какого-то Айваса? - с издевкой осведомился Норист. Он проявил неописуемую скрытность, когда Айвас расспрашивал его о Цехе стеклодувов.

- Скажи, мастер Норист, - как всегда неторопливо заговорил Фандарел, - разве не наш первейший долг - усовершенствовать ремесла своих цехов, если на то предоставляется возможность?

- То, что предложил Айвас для моего ремесла, противоречит всем правилам, установленным в Цехе, который я успешно возглавляю вот уже тридцать Оборотов - было видно, что Норист не собирается уступать ни дюйма.

- Даже тем правилам, что содержатся в ваших старых Летописях, которые уже никто не может разобрать? - вкрадчиво спросил мастер Робинтон. - А вот наш мастер Фандарел, которому не терпится поскорее приступить к строительству древней силовой установки, вполне охотно воспринимает советы и предложения Айваса.

Толстые губы Главного стеклодува искривились в некоем подобии улыбки.

- Все знают, мастера Фандарела хлебом не корми, дай повозиться со всякими дурацкими штуковинами.

- Но всегда целесообразными, - заметил мастер Фандарел, не обращая внимания на пренебрежительный тон Нориста. - Я отлично вижу, какие выгоды может получить каждый цех, используя знания, сохраненные Айвасом. Только нынче утром он дал Бендареку бесценный совет, как улучшить качество бумаги, - так он называет наши древесные листы, - и ускорить процесс ее производства. Казалось бы, все очень просто, но Бендарек сразу уловил, какие возможности это сулит и вернулся в Лемос, чтобы разработать этот новый, гораздо более целесообразный метод. Поэтому-то его и нет здесь.

- Вы с Бендареком можете экспериментировать сколько угодно, - бросил Норист, сопровождая свои слова небрежным взмахом руки. - Я же предпочитаю сосредоточить свои усилия на поддержании высокого качества изделий своего цеха, не тратя времени на всякие пустяки.

- Тем не менее, - с насмешливой улыбкой вставил лорд Асгенар, - ты не возражаешь, чтобы твой цех использовал эти пустяки... К примеру, целую кипу бумажных листов, которые тебе доставили в прошлом месяце. А теперь Бендарек рассчитывает усовершенствовать процесс изготовления бумаги, Асгенар улыбнулся еще шире, - так что никому не придется ждать, пока придет его очередь.

- Стекло делают из песка, поташа и свинцового сурика, - упрямо стоял на своем Норист. - Что тут можно усовершенствовать?

- Но ведь Айвас предложил кое-какие возможности, - заметил мастер Робинтон, стараясь говорить как можно убедительнее.

- Я и так потерял слишком много времени, - Норист встал и направился к выходу.

- Старый пень! - тихо пробормотал Асгенар.

- Вернемся к нашему главному вопросу, Ф'лар, - предложил Уорбрет, - к возможности избавиться от Нитей. Что именно предлагает Айвас? Вспомни, попытка Ф'нора оказалась неудачной.

- Да, Ф'нор чуть не погиб, пытаясь через Промежуток попасть на поверхность Алой Звезды. - Ф'лар бросил взволнованный взгляд на брата, но быстро овладел собой и продолжал: - Лорд Уорбрет, пока ты сам не услышишь и не увидишь то, что рассказал нам Айвас, ты не поверишь, сколько нового необходимо нам узнать, прежде чем мы сможем хотя понять его предложение.

- А уж показывает и рассказывает он так, что я рядом с ним чувствую себя жалким школяром, - смиренно заметил мастер Робинтон. - Ведь он жил в те древнейшие времена! Он знал наших предков! Его создали на далекой планете, откуда все мы родом! Он лично наблюдал и записывал события, дошедшие до нас в виде легенд и преданий. - В голосе Главного арфиста звенело такое воодушевление, что в зале установилась почтительная тишина.

- И ты, и лорд Корман просто обязаны послушать Айваса, прежде чем отмахиваться от драгоценного дара, который всем нам посчастливилось получить, - негромко, но с не меньшим чувством добавила Лесса.

- Только не подумайте, что я противник ваших начинаний, - после минутного раздумья заявил лорд Уорбрет, - если они действительно помогут нам справиться с Нитями. Ты сказала, госпожа Лесса, что нам следует отложить окончательное решение до тех пор, пока мы не услышим рассказ Айваса. Так когда это можно устроить?

- Надеюсь, что сегодня же, только попозже, - ответил Ф'лар.

- Батареи должны быть уже на месте, - напомнил ему Фандарел, - и я должен вас покинуть. Айвасу потребуется гораздо больший запас энергии, так что придется мне позаботиться, чтобы он его получил. - Главный кузнец поднялся и постоял несколько мгновений, обводя глазами собравшихся. Кое-кому из нас придется расстаться со взглядами и привычками, которых мы придерживались всю свою жизнь, а это не так-то легко. Зато польза, которую мы от этого получим, с лихвой окупит все наши старания. Мы достаточно натерпелись от Нитей. Теперь нам представляется случай искоренить врага так давайте обеими руками ухватимся за эту возможность и победим! Фасенден, - сказал он, обращаясь к своему помощнику, - оставайся за меня, потом доложишь.

Фандарел вышел, и его тяжелые шаги затихли в коридоре.

- По-моему, наша встреча слишком затянулась, - заявил Корман. Поступай, как знаешь. Предводитель. Ведь тебе это не впервой. - На этот раз в словах лорда не было мстительного намека на прошлое. - Только позаботься, чтобы полный отчет о вашей деятельности был представлен на Конклаве лордов.

Он тоже встал, взглядом приглашая Баргена последовать своему примеру. Но лорд-правитель холда Плоскогорье ответил ему только задумчивым взглядом и продолжал сидеть.

- Разве ты, Корман, не останешься послушать рассказ Айваса? - спросил старого лорда Робинтон.

- В этой душной комнатенке? - возмущенно осведомился тот. - Пусть с ним познакомится мой арфист, а я выслушаю его в своем холде, в тишине и уюте, - с этими словами он вышел.

- А мне хотелось бы послушать, - сказал Барген. - Не зря же я добирался в такую даль. Хоть я вовсе не уверен, что стоит так уж носиться с этим вашим Айвасом.

- Хорошо, что хоть ты послушаешь, - одобрительно кивнув, проговорил мастер Робинтон. - Скажи, Сибел, сколько человек мы сможем с удобством расположить в этой душной комнатенке? - невозмутимым тоном спросил он, вызвав улыбки Предводителей Вейров.

- Всех присутствующих, которые пожелают познакомиться с Айвасом ответил Сибел. - Думаю, стульев и скамеек хватит, ну а если кому-то придется постоять, тоже не беда. Вчера, во всяком случае, никто не возражал.

- Надеюсь, нам не придется просить разрешения у этой штуки? - спросил Барген.

- Айвас - сама услужливость, - широко улыбнулся мастер Робинтон.

Все направились по коридору - трое лордов-холдеров, Предводители Вейров и их подруги, Главные мастера. В комнате уже ждал Терри - он был явно доволен собой и бдительно следил, чтобы входящие не запутались в многочисленных проводах, которые выходили из-под панели Айваса и, змеясь вдоль левой стены, скрывались в соседнем помещении. В правой стене зияло недавно прорубленное окно, и в комнату залетал свежий ветерок. Стульев и скамеек хватило почти на всех, включая и лорда Гроха, который решил посетить Айваса еще раз. Менолли стояла рядом с Сибелом, когда на экране засветился голубой шар Перна на фоне черного, усеянного звездами неба; вздохнув, она нашла его руку и крепко сжала.

- Вот это да! - воскликнул лорд Барген, после чего молча слушал вместе со всеми. Наконец Айвас закончил свой рассказ, и последняя картина - корабль на воздушной подушке, исчезающий в туче пепла в западном направлении - исчезла с экрана. - Он просто старый дурень, этот Корман, и Норист ему под стать, - пробормотал ошеломленный Барген.

- Благодарю, Айвас, - сказал лорд Грох, поднимаясь и разминая затекшие члены. - Я, конечно, уже видел все вчера, но, право, зрелище стоит того, чтоб посмотреть еще раз. - Он выразительно покивал, глядя на Ф'лара. - Знайте, всадники, я на вашей стороне. Надеюсь, что и вы, Барген и Уорбрет, тоже. - Его вопрос прозвучал как утверждение; Грох выпятил тяжелый подбородок, требовательно поглядывая на лордов, готовый, если понадобится, вступить с ними в непримиримый спор.

- Думаю, Уорбрет, это наш долг, - проговорил Барген и, поднявшись, учтиво поклонился Ф'лару и мастеру Робинтону. - Прощайте, и желаю удачи во всех ваших начинаниях.

Остальные лорды вышли вслед на ним.

- Не хочу показаться чересчур недоверчивым, - заметил Г'денед из Вейра Иста, - но Айвас ничего не сказал о том, как именно мы справиться с Нитями.

- И правда, - тряхнув головой, подхватил Р'март. - Ведь у предков было столько всяких механизмов, приспособлений, да еще и этот корабль! Если уж они не смогли избавиться от Нитей, что говорить о нас?

- Всему свое время, - промолвил Айвас. - Я уже говорил вчера вечером, что удалось сделать несколько важных выводов. Самый важный для вас таков: через четыре года, десять месяцев и двадцать семь дней представится возможность отклонить планету, которую вы называете Алой Звездой, с ее орбиты - так, что впредь она станет проходить далеко от Перна.

На экране возник чертеж, изображающий систему планет Ракбета, и изумленные взгляды присутствующих сосредоточились на нем. Планеты медленно двигались вокруг своего солнца, а блуждающая странница под углом пересекала их путь.

Ф'лар усмехнулся.

- Драконы Перна сильны и отважны, но даже они вряд ли смогут достичь Алой Звезды.

- Это и не нужно, - ответил Айвас. - Такая попытка грозила бы гибелью и им самим, и их всадникам. Но драконы способны осуществить другие важные задачи, которые помогут вам навсегда изменить путь опасной планеты.

Слушатели снова замолчали.

- Хотел бы я дожить до этого дня, - горячо воскликнул Г'денед, Предводитель Исты. - Да ради этого я рискнул бы переместиться еще на четыреста Оборотов вперед!

- Но почему наши предки не сделали это, раз такая возможность существует? - спросил Р'март.

- Тогда расположение планет не было столь благоприятным, - после краткой паузы Айвас снова заговорил, и в голосе его мастеру Робинтону послышался оттенок иронии. - К тому же, когда все необходимые вычисления были завершены, колонисты перебрались на север, и данная автоматическая система не могла поставить о них в известность своих операторов. - Айвас снова помолчал. Драконы, которые благодаря вашим заботам достигли такой величины и мощи, сыграют важнейшую роль в осуществлении проекта. Если, конечно, вы согласитесь.

- Если согласимся! - в один голос воскликнули изумленные Т'бор и Т'геллан. Все всадники вскочили со своих мест. Миррим стиснула рука Т'геллана, на лице ее застыла отчаянная решимость.

- Ф'лар не одинок в своей мечте навсегда покончить с Нитями! добавил Н'тон.

Д'рам, старейший из всадников, выступил вперед. По щекам его струились слезы радости.

- Согласны - это не то слово. Мы готовы на все, лишь бы приблизить этот день. Даже такие старики, как мы с Тиротом!

Снаружи донесся трубный рев драконов - звучные басы бронзовых, трепещущее сопрано королев и пронзительный голос зеленой Мирримовой Пат.

- Задача предстоит непростая, и вам придется усердно учиться, дабы заложить прочную основу для последующего успеха, - произнес Айвас.

- А почему нужно ждать четыре года, десять месяцев и сколько-то там дней? - спросил К'ван, самый молодой из Предводителей.

- Двадцать семь дней, - уточнил Айвас. - Потому что именно тогда откроется окно.

- Окно? - К'ван невольно покосился на новый оконный проем.

- Ты, всадник, должен знать: путешествуя через Промежуток, надо всегда точно направлять своего дракона в конкретное место, ведь так? К'ван утвердительно кивнул, а вместе с ним и другие всадники. - Еще важнее быть точным, когда перемещаешься в космосе, продолжал Айвас.

- Так мы собираемся путешествовать в космосе? - спросил Ф'лар, указывая на экран, где они совсем недавно видели изображение космического пространства.

- Можно сказать и так, - ответил Айвас. - Вам предстоит научиться понимать и правильно истолковывать термины, которые определяют стоящую перед вами задачу. На техническом языке окном называется интервал времени, благоприятный для достижения цели, которая двигается в космосе. Если это удастся...

- Если? - вырвалось у Р'марта. - Но ведь ты сам сказал, что это возможно. - Он недоуменно оглянулся на Ф'лара.

- Наш план вполне реален и имеет все предпосылки для успеха, если к его осуществлению будут приложены все необходимые усилия, - твердо произнес Айвас. - Но успех будет зависеть от того, насколько вы усвоите новые навыки и дисциплины. Всем известно, что всадники, безгранично преданные своему делу, имеют мало свободного времени. Однако участие и драконов, и их всадников - непременное условие нашей общей задачи, которую должны поддержать Главные мастера и те лорды-правители, которые выделят людей нам в помощь. Было бы идеально, если бы в проекте приняло участие все население Перна, как это случалось во времена ваших предков.

- И все же я не понял, почему предки не довели дело до конца - ведь у них были для этого все возможности? - не отступал Р'март.

- У первопоселенцев не было драконов, равных вашим по величине и уму. Эти животные значительно превзошли первоначально заложенные генетические характеристики. Вот, посудите сами... - на мониторе возникло изображение двух драконов. - Бронзовый - это Каренат, его всадником был Шон О'Коннел, самка - Фаранта Сорки Ханрахан. - На экране появились еще два дракона. - А это - Рамота и Мнемент... Масштаб выдержан точно.

- Да ведь их бронзовый не больше Рута! - воскликнул Т'бор, покосившись на Предводителя Бендена.

- Похоже, что так, - спокойно ответил Ф'лар. - Что ж, Айвас, ты объяснил нам самую суть. Когда мы сможем начать обучение, о котором ты нам говорил?

- Разумеется, не сегодня. Сейчас самая первая задача - создание подходящего источника питания, и мастер Фандарел любезно взялся за эту проблему с присущей ему целесообразностью. - Робинтон резко обернулся, чтобы взглянуть на экран. - Айвас же тем временем продолжал: - Второй этап - подготовка дополнительных терминалов. Третий - создание запасов бумаги, достаточных для размножений инструкций и объяснений. Четвертый...

Ф'лар, улыбаясь, махнул рукой.

- Достаточно, Айвас! К тому времени, когда мастера выполнят твои задания, мы будем готовы приступить к учебе. Это я тебе обещаю.

- Вот и отлично, - сказал мастер Терри, поднимаясь со стула и поправляя тяжелый пояс с инструментами. - А теперь, может быть, вы освободите помещение - мне нужно присоединить к Айвасу новые провода, а вы мне мешаете.

- В зале собраний вас ждет угощение, - радушно сказала Лесса, приглашая всех к выходу.

Мастер Робинтон подождал, пока гости не отойдут подальше. Покосившись на Терри, который деловито тянул кабели, что-то мыча про себя. Главный арфист спросил, понизив голос:

- Айвас, а чувство юмора у тебя есть?

Прежде чем ответить, Айвас выждал несколько секунд, а потом сказал:

- Данная система, мастер Робинтон создана не для выражения чувств, а для взаимодействия с людьми.

- Это не ответ.

- Это одно из возможных объяснений.

Пришлось мастеру Робинтону удовольствоваться этим ответом.

Четверо всадников из Восточного Вейра по широкой спирали опустились на холм, расположенный над старинной дамбой. Так вышло, что все интересы сосредоточились на Посадочной площадке, и никто пока не удосужился побродить по окрестным холмам в поисках других следов пребывания здесь поселенцев. Поэтому расположенное неподалеку явно искусственное водохранилище - а Фандарел за долгие Обороты своей жизни перекрыл не один поток и знал толк в этом деле - явилось для Главного кузнеца очередным сюрпризом.

Перед ним простиралось вытянутое озеро, зажатое между двумя хребтами. На его юго-восточной оконечности виднелись остатки дамбы. Сооружение было полуразрушено, и сверху величественно низвергались в пропасть два водопада. И все же Фандарел в жизни не видел более грандиозной постройки.

И самое удивительное, подумал он, даже не то, что ее сумели воздвигнуть, а то, что через двадцать пять столетий от нее так много уцелело. Когда Д'клан на своем коричневом Паните проносился над самой вершиной дамбы, Фандарел успел заметить, что время не пощадило древнее сооружение: его верхнюю плоскость избороздили рытвины, похожие на следы зубов какого-то чудовища, размерами превышающего даже дракона; по этим трещинам струились вниз потоки воды. Наверно, паводки приносили мусор и крупные валуны, которые безжалостно разрушали мощную дамбу. Фандарел дернул Д'клана за рукав и энергично ткнул толстым пальцем вниз. Всадник кивнул и понимающе усмехнулся, и тут же дракон, сузив витки спирали, пошел на посадку, направляясь к относительно нетронутой левой части постройки.

С ловкостью и непринужденностью, которым могли бы позавидовать куда более молодые и стройные люди, Фандарел соскользнул с драконьей шеи и пружинисто соскочил на землю. Он тут же опустился на колени и начал ножом соскребать грязь и пыль веков, стремясь добраться до материала, из которого была построена дамба. Наконец он покачал головой.

- Айвас называет это пластобетоном, - пробормотал Главный кузнец, увидев приближающихся спутников. Зван, подмастерье, который часто воплощал замыслы своего учителя в жизнь, был молчалив и сдержан, и даже глазом не моргнул, получая наставления от "говорящей стены". Белтерак, почти ровесник Фандарела, был мастером своего дела, и его упорство и неутомимость в работе уравновешивали непоседливость и рассеянность его ученика Фосдака, обладавшего только одним достоинством - он был силен, как скакун-тяжеловоз. Последним подошел Снятой, старательный и исполнительный юноша, своей упрямой настойчивостью напоминающий мастера Терри. - Это штука построена из пластобетона, - продолжал Фандарел. - Такой материал способен простоять тысячелетия, и он-таки их простоял. Клянусь Первым Яйцом!

Казалось, все три дракона так же заинтересовались постройкой, как и люди: они расхаживали по широкому гребню дамбы, сложив огромные крылья. Вдруг В'лайн расхохотался и сказал, что его бронзовый Кларинат спрашивает, успеют ли они искупаться. Здесь такая чистая, прозрачная вода.

- Попозже, пожалуйста, - попросил Фандарел, продолжая изучать постройку.

- Изумительная конструкция, - пробормотал Зван, направляясь к той стороне сооружения, что была обращена к озеру. Он нагнулся и заглянул через край. - Вижу отметки уровней воды. В те Обороты вода не поднималась особенно высоко... - Потом он подошел к краю дамбы, который обрывался в пропасть, и позвал: - Взгляни, мастер! Должно быть, силовая установка предков стояла здесь!

Фандарел прищурился и прикрыл глаза ладонью словно козырьком. Потом кузнец довольно кивнул, разглядев развалины здания. Видно, что-то обрушилось на него с высоты - скорее всего, те же наносы мусора, которые проломили дамбу; сметая все на своем пути, они превратили постройку в руины.

- Д'клан, не откажи в любезности, спусти нас туда, - попросил Фандарел, указывая вниз. - Первыми отправимся мы с Званом, поглядим, насколько там безопасно.

Д'клан с Пранитом охотно согласились. Рядом с развалинами было достаточно места для того, чтобы без помех приземлиться. От здания уцелели лишь тяжелые балки, некогда поддерживавшие крышу, и внутренняя стена, которая, похоже, была заделана в скалу. Однако пол, покрытый плотной коркой грязи, начиненной мелкими камешками, - ее толщина превышала длину лезвия ножа - оказался неуязвим для времени и стихии.

- Пусть расчисткой займутся те, кто помоложе, Эван, - велел Фандарел. - Д'клан, передай остальным, пусть перебираются сюда. А драконы пока могут поплавать.

- Они и так больше времени проводят в воде, чем на воздухе, заворчал всадник. - Чего доброго скоро шкура сойдет. А дракону с поврежденной шкурой нечего и думать соваться в Промежуток. - Но по его тону чувствовалось, что брюзжит он скорее по привычке.

Пока остальные снимали слой грязи, Фандарел с Званом принялись делать обмеры площадки, потом прикинули, где лучше всего установить новое водяное колесо. Эван уверенно набросал эскиз будущей силовой установки. Фандарел, глядевший на его работу, одобрительно кивал. Потом, прищурясь, еще раз осмотрел высокую гладкую поверхность дамбы и прилегающие склоны.

- А теперь, - сказал он, удовлетворенный увиденным, - пора возвращаться в Телгар и браться за дело. Ведь это что-то новенькое работать по бумажным чертежам! - заметил он, усмехнувшись Эвану.

Но тот лишь слегка приподнял брови.

- Так будет куда целесообразнее, мастер!

- Дорогой мой Ф'лар, - стараясь говорить как можно убедительнее, обратился Робинтон к Предводителю Бендена, который был весьма разочарован провалом своей попытки получить единодушное одобрение владетелей холдов, Айвас сумел убедить Ларада, Асгенара, Гроха, Торонаса, Баргена и Уорбрета. У нас еще есть Джексом. Семеро из шестнадцати - для начала не так уж плохо. Отерел колеблется, а Корману всегда нужно время, чтобы переварить новости. Если в ходе разнообразных проектов, для которых тебе нужны исполнители, удастся очистить пещеры в холде Лоуди, он тоже тебя поддержит. - Робинтон положил руку на плечо Ф'лара. - Дорогой друг, ты так отчаянно стремишься покончить с Нитями! К тому же, это твоя первейшая обязанность. А их дело - управлять холдами, и мы с тобой оба знаем, что порой за этим они не видят более широких горизонтов. Не так ли, К'ван? Главный арфист заметил, что рядом в нерешительности переминается молодой Предводитель Южного Вейра. - Ты хочешь сказать, что я завладел Ф'ларом, а у тебя есть к нему вопрос?

- Если мне будет позволено вмешаться... - проговорил К'ван.

- Мой стакан совсем опустел, - беспечно улыбнувшись, Робинтон направился к столу с закусками в поисках винного бурдюка.

- Лорда Торика тоже приглашали? - нерешительно спросил К'ван.

- Ну, разумеется. - Ф'лар увлек молодого Предводителя в угол зала, подальше от оживленных разговоров. - Я поручил Брейду лично известить его.

К'ван понимающе усмехнулся: обоим было известно, что основная задача Брейда здесь, на Посадочной площадке, - докладывать лорду-правителю Южного обо всем, что могло бы его заинтересовать. В усердии своем Брейд зачастую сообщал о таких пустяках, что Торик, видимо, уже бросил читать его донесения.

- Он сильно занят... Старается изгнать с острова Денола вместе с его родней. - Все знали, что Торика приводят в бешенство притязания группы бездомных с северного континента на некий остров, который он всегда считал частью своего холда.

- Я думал, он уже добился своего, - удивленно заметил Ф'лар. - В настойчивости Торику не откажешь!

К'ван усмехнулся, но совсем невесело.

- Он намерен добиваться поддержки Вейра.

Ф'лар пожал плечами.

- Не наше это дело - дрязги меж холдеров, - недовольно произнес он.

- Я говорил ему то же самое, и не один раз. Южный Вейр существует не для его удобства.

- А он?

- Он не желает понимать, что это мой окончательный ответ. - К'ван беспомощно развел руками. - Может быть, я слишком молод для того, чтобы быть Предводителем Вейра...

- Твоя молодость здесь ни при чем, К'ван. Ты - достойный Предводитель, и это мое мнение подтверждают отзывы старших всадников твоего Вейра.

К'ван был действительно очень молод и потому вспыхнул от удовольствия, услышав похвалу из уст самого вождя Бендена.

- Навряд ли Торик с этим согласится, - сказал он, передернув плечами.

Ф'лар понимал, что по-юношески стройный К'ван внешне уступает высоченному, мощному правителю Южного холда. В те времена, когда К'ванов Хет догнал королеву Адреи, Торик горел желанием заполучить для Южного Вейра Предводителя бенденской выучки. Но тогда ничто еще не предвещало раскола в его землях.

- Сначала, - продолжал К'ван, - он потребовал, чтобы всадники переправили на остров отряд его бойцов. Когда отказался, он заявил, что вполне достаточно, если я сообщу ему, где переселенцы разбили свой лагерь, и тем самым выполню свой долг перед холдом. Торик хотел, чтобы мы, облетая остров во время Падения, выследили людей Денола и хоть таким образом помогли ему расправиться с ними. Когда я снова отказался, он стал подбивать всадников постарше, убеждая их, что я слишком молод, чтобы понимать свой долг перед лордом-правителем.

- Надеюсь, он не добился поддержки? - резко спросил Ф'лар.

К'ван покачал головой.

- Нет, они сказал ему, что подобные действия не входят в обязанности Вейра. Тогда... - молодой Предводитель замялся.

Что тогда? - хмуро спросил Ф'лар.

- Он попытался подкупить одного из моих голубых всадников, пообещав найти ему подружку по вкусу.

- Это уже слишком! - лицо Ф'лара потемнело, он раздраженно откинул волосы со лба. - Лесса! - позвал он супругу, делая ей настойчивые знаки.

Когда Ф'лар объяснил Госпоже Вейра положение дел, она возмутилась не меньше его.

- Я-то думала, он уже понял, что всадников не стоит задевать, звенящим от гнева голосом проговорила Лесса. Увидев озабоченное выражение на лице К'вана, она ободряюще потрепала его по плечу. - Ты не виноват в том, что Торик алчен, как битранец!

- Скорее безрассуден, - чуть улыбнувшись, возразил молодой Предводитель. - Мастер Идаролан сказал мне, что Торик сулил ему целое состояние - драгоценные камни и отличную гавань, - если он доставит на остров карательный отряд. Только Идаролан тоже отказался. Кроме того, он запретил всем корабельным мастерам помогать Торику в этом деле. Капитаны не посмеют его ослушаться.

- Но у Торика есть свои корабли, - недовольно заметила Лесса.

К'ван уже успокоился и даже сумел улыбнуться пошире.

- Они не столь велики, чтобы переправить на остров большие силы. Высадившиеся там люди попали в засаду, многие были ранены и, не сумев оказать сопротивление, попали в плен. - Он снова усмехнулся. - Надо отдать должное этому Денолу - он отнюдь не глуп. Я рассказал вам всю историю, чтобы опередить сплетни и жалобы других лордов, недовольных. "бездействием всадников" - как они это называют.

- Ты правильно сделал, К'ван, - Ф'лар кивнул головой в подтверждение своих слов.

- Придется нам выкроить время, чтобы навестить лорда Торика, сказала Лесса; глаза ее метали молнии. Внезапно она недобро улыбнулась и, увидев эту улыбку. К'ван от души порадовался, что она адресована не ему. Кстати, почтенный лорд Торик просто обязан выслушать все новости об Айвасе и о том, что происходит здесь, на Посадочной площадке. Будет лучше, Ф'лар, если он услышит об этом от нас с тобой.

- Не знаю, когда мы сумеем к нему выбраться, - вздохнул Предводитель Бендена, - но, так или иначе, надо его вразумить. А ты, К'ван не позволяй Торику втягивать Вейр в свои дрязги.

- Я постараюсь!

Вид у него был решительный, и Предводители Бендена знали, что К'ван не подведет; еще мальчишкой он отличался упорным и твердым нравом. Теперь, когда юноша повзрослел; эти черты характера проявились еще отчетливее. Он выстоит против Торика - хотя бы потому, что Торик от него этого не ожидает.

- А теперь воткни эту вилку в гнездо, - велел Пьемуру Айвас, показав на экране нужное, соединение. - Внизу на мониторе должен зажечься зеленый огонек.

- Не зажигается! - чуть не плача, произнес Пьемур и тяжело вздохнул, собирая остатки терпения.

- Значит, сборка выполнена некачественно. Сними крышку, проверь платы и их соединение, - сказал Айвас.

Пьемуру не стало лете от того, что его электронный наставник по-прежнему невозмутимо перенес очередную неудачу. Это просто ненормально, что он реагирует на все с такой неизменной бесстрастностью!

- Чтобы машина функционировала согласно своему назначению, ее прежде всего необходимо правильно смонтировать. Это самый первый шаг. Сохраняй терпение. Нужно только найти дефект.

Пьемур обнаружил, что от злости он чуть не согнул отвертку. Глубоко вздохнув, стараясь не смотреть на работавших бок о бок с ним Бенелека и Джейнсис, занятых сборкой аналогичных устройств, он снял крышку. Итак, еще раз...

Они занимались этой нудной кропотливой работой с тех пор, как Терри, к удовлетворению Айваса, закончил всю подводку. Пьемура утешало лишь то, что у Бенелека, который всегда имел склонность к технике и был привычен к ручному труду, дела шли немногим лучше. И у Джейнсис тоже, хотя ей Пьемур искренне сочувствовал. Плечи у него ныли от усталости, пальцы отказывались повиноваться, и весь проект начинал действовать ему на нервы. А ведь казалось бы все так просто. Нужно только разыскать в пещерах коробки с деталями, отряхнуть с них пыль, сложить все вместе - и дело с концом!

Как бы не так... Перво-наперво Айвас заставил их вызубрить, что представляет собой каждый элемент клавиатура, дисплей на жидких кристаллах, пульт управления и назначение разнообразных клавиш для работы на компьютерном терминале. К счастью, когда дело дошло до пайки нарушенных соединений, Джейнсис с Бенелеком оказались на высоте. Пьемур не раз и не два обжег себе руки, но тоже довольно быстро освоил эту премудрость. Пальцы, привычные к игре на разных инструментах, легко приспособились к новой работе. Но первоначальный энтузиазм, который с самого рассвета побуждал молодого арфиста к работе, уже давно покинул его. Только неиссякаемое упорство Бенелека и Джейнсис удерживало Пьемура от того, чтобы бросить все и уйти.

- Для начала, - продолжал неизменно спокойный голос Айваса, проверим каждую плату, чтобы убедиться, что ни в схемах, ни в полупроводниковых кристаллах нет никаких изъянов.

- Я проделал это уже дважды, - стиснув зубы проговорил Пьемур.

- Придется проделать в третий. Не забывай об увеличительном стекле. Терминалы сделаны так, чтобы можно было добраться до каждой детали. На Земле не было возможности проверить их визуально - сборка осуществлялась на заводах, в условиях полностью автоматизированного производства. Нам необходимо запастись терпением.

Взяв себя в руки, Пьемур склонился над платой, внимательно разглядывая каждую цепь, каждый резистор и конденсатор. Бусинки и серебристые нити, поначалу приводившие его в такой восторг, превратились в сущее проклятье, а их дурацкие названия ничего, кроме неприятностей, для него не значили. Юноша от души пожалел, что ему довелось найти эти противные штуковины. Тщательный осмотр не дал никаких результатов. Стараясь не сделать ни одного лишнего движения. Пьемур поставил все детали на место - получилось...

- Следи, чтобы каждая плата прочно встала в свое гнездо, - напомнил как всегда невозмутимый Айвас.

- Я именно этим и занимаюсь, - Пьемур знал, что голос его звучит брюзгливо, но рядом с непробиваемым Айвасом было еще труднее сохранять самообладание. И все же природное добродушие взяло верх над раздражением. Ведь машины способны выполнять только то, для чего их предназначили, шутливо напомнил он себе. У них нет эмоций, которые смогли бы помешать им выполнять свое дело.

- Перед тем, как надеть крышку, осторожно подуй на свою на каждое соединение, чтобы там не застряла пыль...

Пьемур тихонько подул. Поставил крышку на место. Нашел вилку и вставил в гнездо. И не сразу понял, что на панели, в том самом месте, где и полагалось, вспыхнул зеленый огонек, а на дисплее появилась буква. Он испустил торжествующий вопль, от которого вздрогнули Джейнсис и Бенелек.

- Кончай, Пьемур, - сердито крикнул молодой подмастерье, - я чуть не припаял к плате свой палец!

- Неужели получилось, Пьемур? - с надеждой спросила Джейнсис.

- Все в порядке! - с торжеством ухмыльнулся молодой арфист, потирая руки и не обращая внимания на недовольные взгляды Бенелека. - Ну, Айвас, что дальше?

- Используя буквы на клавиатуре, напечатай команду "README".

Отыскивая нужные клавиши, Пьемур отстучал слово. Экран мгновенно покрылся буквами, цифрами, словами.

- Эй, вы, взгляните, сколько слов сразу! Весь экран полон слов!

Бенелек едва удостоил его взглядом, а Джейнсис подошла, чтобы полюбоваться на долгожданный результат. Одобрительно похлопав Пьемура по плечу, она возобновила прерванную работу.

- Прочитай все внимательно и постарайся усвоить информацию, выведенную на экран, - сказал Айвас. - Это поможет тебе научиться извлекать нужные программы и пользоваться теми данными, которые понадобятся при обучении. Для начала необходимо привыкнуть к работе с терминалом. Чем свободнее ты будешь им пользоваться, тем лучший оператор из тебя получится.

Пьемур послушно прочитал все инструкции, однако не почувствовал, чтобы знаний у него прибавились: казалось, знакомые слова стали означать совсем другое. Он вздохнул и в который уже раз начал с начала страницы. Слова - дело арфиста, и он научится в них разбираться, даже если на это уйдет целый Оборот!

- У меня тоже получилось! - радостно воскликнула Джейнсис. - Вот он зеленый огонек!

- Значит, мы все справились, - самодовольно произнес Бенелек.

- Мне тоже напечатать слово "README"?

- Первый урок, Бенелек, одинаков для всех. Поздравляю! В наш проект включены другие ученики, кроме вас? Предстоит сделать очень многое.

- Терпение, Айвас, - сказал Пьемур, подражая голосу машины и украдкой ухмыляясь Джейнсис. - Они слетятся целыми стаями, стоит только бросить клич.

- А лорд Джексом, всадник белого дракона - он тоже участвует?

- Джексом? - с легким недоумением переспросил Пьемур. - Хмм... Интересно, куда он запропастился?

4. ЮЖНЫЙ МАТЕРИК, ФОРТ ХОЛД, ХОЛД РУАТ; ТОТ ЖЕ ДЕНЬ; ДЖЕКСОМ

Почти целый день Джексом был так занят, как Пьемуру и не снилось. Они с Рутом пять раз перевозили коробки из пещер во владения Айваса. Потом, едва они разгрузились в последний раз, мастер Фандарел попросил их срочно вернуть Бендарека в Лемос, где находился его цех. Главный мастер лесников не мог дождаться, когда, наконец, можно будет приступить к усовершенствованию процесса изготовления бумаги: Айвас подсказал ему, какие новшества следует внести в оборудование, и посоветовал добавить в древесную массу измельченное тряпье.

Когда Джексом с Рутом вернулись на Посадочную площадку, понадобилась помощь мастеру Терри - нужно было найти кабели и провода, которые после долгих поисков обнаружились в пещерах, в почти незаметной нише. Разумеется, Джексом не мог отказать в просьбе мастеру Терри, так что пришлось им с Рутом отвезти его вместе с мотками проводов обратно к Айвасу. Джексом старался не подавать вида, что недоволен; он понимал, что способствует успеху общего дела, хотя у них с Рутом имелись совсем другие планы на этот день.

Белый дракон собирался понежиться под жарким южным солнцем; эта зима на севере выдалась студеной и промозглой, солнце выглядывало редко. А Джексому не терпелось поработать под руководством Айваса вместе с Джейнсис, Бенелеком и Пьемуром.

Но молодой руатанский лорд взял за правило не отказывать людям, которые обращались к нему за помощью. Ремесленникам было гораздо лете попросить о любезности его, нежели кого-нибудь из всадников постарше. И, поскольку Рут никогда не возражал, Джексом тоже считал себя обязанным помогать в меру своих сил. Шарра иногда говорила, что он как будто бы старается стать противоположностью своего отца, жестокого и деспотичного Фэкса. И она, как никто, чувствовала, что порой Джексом заходил в этой попытке искупления семейных грехов слишком далеко. Обладая твердым характером, она всегда спешила вмешаться, если видела, что сговорчивостью супруга начинают злоупотреблять. Но Шарра была далеко, в Руате, и сегодня услужливость Джексома грозила обернуться против него.

Когда Терри наконец разгрузил свои нескончаемые провода, молодой лорд почувствовал, что в животе у него громко урчит. И неудивительно - ведь с раннего утра он ничего не ел, кроме кла и мясного колобка, который он успел перехватить вместе с Сибелом и Менолли. Шара всегда следила, чтобы он ел вовремя, и Джексом старался не забывать о ее наставлениях. Жаль, что беременность не позволяет ей быть здесь, рядом с ним. Но нельзя же в таком положении летать через Промежуток! Думая о жене, Джексом зашагал к кухне, не подозревая, что именно сейчас Ф'лар проводит свое чрезвычайное собрание. Уж он-то обязательно явился бы туда, чтобы оказать поддержку Предводителям Бендена.

Ему пришлось самому позаботиться о еде: повар с подмастерьями хлопотали вокруг ученика, который обжег руку о раскаленный вертел. Это напомнило Джексому о том, что он обещал доставить на Посадочную площадку мастера Олдайва. Может быть, после того, как они с Рутом выполнят и это, им, наконец, удастся передохнуть.

Когда Джексом с Рутом выскочили из Промежутка над просторным двором, вокруг которого располагались Цеха арфистов и целителей, белого дракона внезапно окружал хоровод пронзительно чирикающих файров. В голосах ящериц звучала неприкрытая тревога.

- Что это с ними? - спросил Джексом.

"Мастер Олдайв не хочет, чтобы мы приземлялись на главном дворе, ответил дракон. - Он говорит, что арфисты замучают тебя расспросами, и он так никогда и не попадет на Посадочную площадку", - в беззвучном голосе Рута ощущалось явное недоумение.

Джексом рассмеялся.

- Я должен был догадаться сам. Ну и что же предлагает мастер Олдайв?

"Не знаю. Файры предупредят его, что мы уже здесь". - Рут скользнул влево, направляясь к южной части огромного комплекса Цеха арфистов, где их будет не так легко заметить и из самого цеха, и из расположенного по соседству Форт холда.

"Он идет, - сообщил Рут, как только их снова окружила стая радостно щебечущих ящерок, проявлявших свой восторг головокружительными кувырками и кульбитами. - Нас заметили из холда", - добавил он, и тут же на них налетела еще одна стая настойчиво чирикающих огненных ящериц.

"Нет, мы не можем задерживаться у вас в холде, есть дела и поважнее", - распорядился Рут и в подтверждение своих слов громко затрубил. Файров как ветром сдуло - с негодующем писком они бросились врассыпную.

- Лорд Грох сейчас тоже на Посадочной площадке, - сказал Джексом, стараясь отстать ощущение вины. Он вернется и сам расскажет арфистам все, что они захотят услышать; эти люди способны терпеть голод и жажду, но не отсутствие новостей.

"Его маленькая королева летала с поручениями туда и обратно, недовольно заметил Рут. - Так что здесь известно про Айваса вполне достаточно".

Джексом ласково похлопал дракона по загривку.

- Кому что нужно, дружок. Пьемур сказал, что его Фарли улеглась спать, не проявляя к Айвасу, никакого интереса.

"Вон идет Главный целитель", - пробурчал Рут и, развернувшись, так круто пошел на снижение, что Джексом машинально ухватился за ремни и откинулся назад.

- Мог бы и предупредить, - пожурил он Рута; у дракончика была привычка предпринимать рискованные маневры, постоянно держа своего всадника в форме. Рут удовлетворенно рыкнул, убедившись, что его фокус удался, и четко приземлился совсем рядом с мастером Олдайвом, поспешавшим к ним со скоростью, которую было трудно ожидать от пожилого человека. Тяжелый мешок хлопал его по спине, но он приветливо улыбался и махал рукой.

- Рад тебя видеть, Джексом! Я уже начал опасаться, что ты забудешь обо мне в этой суматохе. - Главный лекарь прислонился к боку Рута, стараясь отдышаться. - Да, силы у меня уже не те, - признался он. Вдруг до них донеслись возбужденные крики, и из-под арки двора хлынул поток людей, одетых в цвета Цеха арфистов. - Скорее! Если они в тебя вцепятся, нам от них не удрать до утра!

Рут припал к земле и согнул переднюю лапу, чтобы мастеру Олдайву было удобнее залезать. Джексом наклонился и протянул руку. Как ни запыхался лекарь, Джексом ощутил, как крепко тот сжал его кисть. Вот Олдайв ловко подтянулся и устроился у всадника за спиной.

И тут же белый дракон подпрыгнул и, сделав первый взмах крыльями, так стремительно взмыл ввысь, что разочарованные возгласы арфистов мгновенно смолкли далеко внизу.

- Будь внимателен. Рут, - предупредил Джексом, представляя себе здание, где находился Айвас. Он постарался как можно точнее мысленно представить все изменения, произошедшие вокруг в процессе раскопок, чтобы дракон не ошибся и не угодил во вчерашний день. Но с начала раскопок вокруг расчистили такое обширное пространство, что ошибиться было трудно; там могли одновременно приземлиться несколько драконов.

Казалось, стужа Промежутка вытянула из них все тепло - и, как всегда неожиданно, они оказались под лучами полуденного южного солнца, такого яркого и горячего! Большая стая файров взметнулась в воздух, спеша встретить Рута, их общего любимца. На Южном, как и раньше, среди ящерок, помеченных цветами их владельцев, попадалось порядочно диких.

- Клянусь Первой Скорлупой, я не узнаю этого места! - воскликнул пораженный Олдайв, когда Рут начал плавный спуск.

- Боюсь, что я тоже, - усмехнувшись, крикнул через плечо Джексом. Смотри! Мастер Эсселин уже успел соорудить пристройку, - он указал на кучку людей, которые яростно трудились, возводя стену по правую сторону от основного здания.

- Вы решили использовать части и обломки старых построек? - спросил Олдайв.

- Это Ф'лар предложил. Куда разумнее, чем завозить сюда новые материалы - ведь вокруг полным-полно пустых зданий.

- Что ж, может это и верно, - в голосе Главного целителя не чувствовалось уверенности.

- В ход идут только небольшие жилые домики - семейные ячейки, как их называет Айвас. Их здесь не одна сотня, - начал объяснять Джексом, стараясь говорить как можно убедительнее. Пока они с Терри лазили по Пещерному складу, мастер успел рассказать Джексому об утренней беседе с Айвасом и планируемых новшествах.

- Никак все Предводители Вейров здесь? - поинтересовался Олдайв, заметив на гряде над поселков вереницу нежившихся на солнцепеке драконов.

Джексом рассмеялся.

- С тех пор, как Айвас обещал им покончить с Нитями, они боятся пропустить хоть единое слово. - Протянув руку, он помог старому лекарю слезть с дракона.

- И как же он собирается это сделать? - от удивления Олдайв чуть не оступился, но Джексом в последний миг удержал его и подхватил поклажу, которая грозила совсем лишить целителя равновесия.

- Я и сам точно не знаю, - пожал плечами молодой лорд, почувствовав укол сожаления: как много он пропустил за этот день. - Собирался утром разузнать побольше, но пришлось заниматься другими делами.

Олдайв опустил руку Джексому на плечо и сочувственно заглянул ему в глаза.

- Что, доставлял любопытных к новому чуду?

- Что вы, мастер Олдайв, я не в претензии. - Джексом лукаво улыбнулся. - Только не забудьте спросить Айваса про тех двух больных, о которых так беспокоится моя Шарра.

- Не сомневайся, Джексом. Они первые в моем списке. Что за умница твоя Шарра, и такая же бескорыстная как и ты сам!

Молодой лорд смущенно отвел взгляд. Он-то знал, что с большей охотой провел бы день, осваивая новые премудрости под руководством Айваса. Ладно, наконец-то он здесь. Интересно, какое впечатление произведет древняя машина на мастера Олдайва?

Внутри строители, руководимые Эсселином вовсю стучали молотками. Пыль стояла столбом. Джексом поразился. Как много они успели за сегодня! Стены начисто отмыты и радуют взор яркими цветами. Как удалось добавить краску в этот материал, подумал джексом, ведь по прочности он не уступит металлу? Слева раздавались голоса - он узнал Ф'лара, Т'геллана и Р'марта. Джексом провел мастера Олдайва по коридору и снова, как и накануне, ощутил волнение от встречи с неизвестным; они стояли на пороге комнаты Айваса.

Джексом вежливо постучал в дверь и, не получив ответа, распахнул ее. Внутри кипела работа, которая снова заставила его мимолетно пожалеть о потерянном времени. Над столом, сделанным из доски, положенной на пустые ящики склонились Джейнсис. Бенелек и Пьемур, колдуя над устройствами, которые он сам помогал извлекать из Пещер. И, что самое обидное, эти проклятущие штуковины работали! Все трое его друзей деловито стучали по клавишам, то и дело поглядывая на мерцавшие перед ними экраны. Джексом глубоко вздохнул, стараясь побороть досаду - нельзя позволять, чтобы в душу закрылось столь недостойное чувство.

Пьемур вытянул шею, пытаясь разглядеть вошедших.

- День добрый, мастер Олдайв. Приветствую тебя в святилище Айваса. А ты, Джексом, где пропадал? Метался туда-сюда в промежутке?

- Зато вы, я вижу, не теряли времени даром, - Джексом изо всех сил стараясь избавиться от терзавшей его зависти - правда, без особого успеха. Поймав недоуменный взгляд Олдайва он заставил себя улыбнуться. - Но вот я наконец с вами. Поторопитесь научить меня всему, что узнали сами.

- Ничего не выйдет, - с обычной дерзкой миной ответил Пьемур. Придется тебе начать с самых азов, как и всем нам. Это распоряжение Айваса.

- Что ж, я готов, - сказал Джексом, стараясь прочесть надпись на ближайшем экране, за которым работала Джейнсис.

Девушка оторвалась от своего непонятного занятия, чтобы приветливо улыбнуться старому другу, мастеру Олдайву. Потом, сморщив носик, обратилась к Пьемуру.

- Все-таки ты бываешь просто невыносим. Джексом, все детали подобраны по порядку в соседней комнате. Я помогу тебе, если он не соизволит.

Бенелек заявил, не поднимая глаз От работы:

- Нет, Джейнсис, он должен во всем разобраться сам, иначе толка не будет.

Девушка только возмущенно закатила глаза.

- Ну, разумеется! Это я и без тебя понимаю. Послушайте, давайте-ка перебираться в соседнюю комнату - не могу слушать, как мастер Олдайв расспрашивает про всякие медицинские ужасы. А ведь именно этим он и собирается сейчас заняться с Айвасом на пару. - Джейнсис с опаской покосилась на Главного лекаря.

- Конечно, пусть побеседуют наедине, - поднимаясь с места, согласился Пьемур.

- Никогда не дадут поработать спокойно! - пробурчал Бенелек, но все же встал и принялся осторожно собирать детали и инструменты.

- Я слышал, здесь все Предводители Вейров, - сказал Джексом, своевременно вспомнив, что для представления новых лиц необходимо соблюсти заведенный порядок. - Наверно, надо пригласить сюда кого-нибудь из них?

- Не обязательно, - ответил Пьемур. - Айвас уже успел упростить процедуру. Будет достаточно, если ты сам представишь мастера Олдайва.

Что Джексом и сделал, про себя радуясь, что скоро можно будет присоединиться к друзьям - ему не терпелось наверстать упущенное.

- Счастлив встретиться с человеком, заслуги которого все так высоко ценят, - сказал Айвас.

Услышав его звучный, совершенно человеческий голос, мастер Олдайв стал удивленно озираться.

Джексом пришел ему на помощь.

- Если можно выразиться, Айвас находится повсюду. К этому трудно сразу привыкнуть. Мы все поначалу чувствовали себя не в своей тарелке.

Пьемур, деловито разбиравший импровизированный стал, снисходительно ухмыльнулся.

- Вы быстро привыкните к этому бестелесному голосу. Главное понимать смысл того, что говорит Айвас.

- Тебе, юный Пьемур, предстоит еще немало поучиться, чтобы улавливать этот смысл, - ко всеобщему изумлению чуть насмешливо заявил Айвас.

- Согласен, мой господин, согласен, добрейший мастер Айвас, затараторил арфист и, смиренно кланяясь, попятился к двери, таща доску со стола. На пороге он чуть не растянулся, забыв ее опустить, чтобы пройти в двери.

Джейнсис, которая шла последней, закрыла створки за собой.

- Прошу, мастер Олдайв, располагайтесь поудобнее, - предложил Айвас. - Не привезли ли вы случайно последние Летописи своего цеха? Мной уже усвоены материалы, предоставленные Главным арфистом и Главным кузнецом, но для того, чтобы надлежащим образом оценить уровень развития вашего общества, мне надо ознакомиться с Летописями каждого холда, цеха и Вейра.

Мастер Олдайв машинально сел, и тяжелый мешок, набитый записями, соскользнул с его плеча. Он схватился за тесьму и, тряхнув головой, собрался с мыслями.

- Лорд Грох говорит, что... - целитель запнулся, не зная, как следует обращаться к собеседнику, - ...что ты знаешь обо всем на свете.

- Банки памяти данной автоматической системы содержат полный объем знаний, известных в то время, когда корабли колонистов стартовали к системе Ракбета. В том числе - и по медицине.

- Могу ли я спросить, как организованы эти знания?

- Они подразделяются на такие науки, как общая анатомия, микроанатомия, физиология, эндокринология, медицинская биохимия и множество других отраслей - таких, как иммунология и невропатология, которые, по моему предположению, вам в настоящее время неизвестны.

- Ты не ошибся. Мы утратили столько ценных знаний, столько методов лечения... - еще никогда Олдайв так ясно не осознавал все проблемы своего ремесла.

- Не стоит огорчаться, мастер Олдайв. Все, кто встретился мне до сих пор, находятся в отличном состоянии здоровья, а по росту и весу намного превосходят медицинские стандарты ваших предков. Это говорит в пользу неиндустриальной цивилизации.

- Индустриальной... Это слово мне незнакомо, хотя я знаю корень.

- Индустриализировать, - монотонным голосом произнес Айвас. Переходный глагол, означающий: организовывать промышленность в широком масштабе. Примеры: индустриализировать общество; строить экономическую систему индустриализации; индустриализировать остальную страну. Индустриализированное общество - противоположность земледельческому и пасторальному, вроде вашего.

- Благодарю за разъяснение. Почему же тоща индустриальная цивилизация порождает менее здоровых людей?

- Ее главные беды - загрязнение воздуха и окружающей среды промышленными отходами, ядовитыми газами, химическими выбросами, отравление продуктов земледелия.

Мастер Олдайв не находил слов.

- Прибывшие на Перн поселенцы хотели основать пасторальное общество и потому внимательно изучили множество неиндустриальных культур, быт древних кочевников, цыган и удалившихся на покой бывших военных. И, как видите, их замысел удался.

- Неужто? - удивился мастер Олдайв. Оказывается, Перну удалось кое-что большее, нежели выстоять девять Прохождений Нитей!

- Больше, нежели вы можете вообразить, мастер Олдайв. Ведь вам трудно судить со стороны. Несмотря на помехи, создаваемые чуждыми организмами, которые вы называете Нитями, перинитам удалось достичь многого.

- Однако, беседуя с тобой, Айвас, я могу предположить, как много мы утратили.

- Возможно, не так уж много, Главный целитель.

- Я сужу по своему цеху. Мне известно, что мы утеряли многие методы, помогавшие облегчать страдания людей, разучились предотвращать эпидемии, которые время от времени опустошают нашу планету...

- Сильнейшие выживают, и население обновляется.

- И все же столько драгоценных знаний безвозвратно потеряно, особенно в моем цехе... Полностью!

- Эти потери можно восполнить.

Мастер Олдайв онемел; услышанное прозвучало для него как каламбур. Неужели эта машина... Он откашлялся, намереваясь задать вопрос, но Айвас продолжал говорить:

- Может быть, вам станет легче, когда вы услышите, что даже самые квалифицированные медики прошлого порой ощущали беспомощность перед лицом эпидемий. Они постоянно искали новые методы облегчения страданий и преодоления недугов.

- Ну, легче мне от этого почему-то не становится. Если позволишь, я перейду к делу.

- Разумеется, мастер Олдайв.

- У меня есть несколько тяжелых больных. Трое страдают от изнурительных болей, которые мы не можем облегчить, и угасают на глазах. Сможешь ли ты поставить диагноз, если я перечислю симптомы?

- Давайте попробуем. Если они сопоставимы со случаями, имеющимися в моих архивах, диагноз возможен. Поскольку в этих файлах содержится три и две десятых биллиона историй болезни, можно найти аналогии и предложить необходимое лечение.

Дрожащими от волнения руками мастер Олдайв раскрыл свои записи на странице, где содержались данные о первом из пациентов Шарры, и начал зачитывать их. Он должен отблагодарить Джексома за помощь!

- Что вы делаете? - спросил Джексом, с недоумением наблюдая, как трое его приятелей снова уставились в мерцающие экранчики. Большой экран Айваса был совсем другим.

Бенелек нетерпеливо фыркнул и еще ниже склонился над столом. Он проворно тыкал в клавиши указательным пальцем, но в какой очередности, Джексом не мог уловить.

- Мы осваиваем расположение клавиш, - ответил Пьемур, злорадно ухмыляясь невежеству Джексома. - Учимся давать разные команды. Только ты на нас не смотри - тебе сначала нужно собрать свою штуковину. Вот что значит отстать на полдня!

- Ну и фрукт же ты, Пьемур, - упрекнула его Джейнсис. Взяв Джексома за руку, она повела его туда, где стояли полураспакованные ящики и коробки. - Возьми клавиатуру и одну из тех больших коробок. Положи на стол и выбери дисплей на жидких кристаллах.

- Что-что?

- Вот это, - показала девушка. - Только будь осторожен - Айвас говорит, что они очень хрупкие и их у нас не так много. Теперь возьми нож, разрежь и сними пластиковую пленку. Она невероятно прочная. А теперь, продолжала Джейнсис, вручая ему крошечную отвертку и увеличительное стекло, - снимай крышку с этого блока. Тебе придется проверить все схемы, чтобы убедиться, что ни одна из них не испортилась. Лупа поможет быстро найти дефекты.

Вдруг Бенелек издал сдавленный вопль и стукнул кулаком по столу.

- О, Скорлупа! Все пропало!

Пьемур поднял голову, пораженный этим необычным для флегматика Бенелека взрывом эмоций.

- REBOOT, только и всего, - произнес он; непривычные слова легко и непринужденно слетали с туб молодого арфиста.

- Нет, ты не понимаешь! - отчаянно замахал руками Бенелек. - Я потерял все, что сумел набрать за последние полчаса - а ведь дело шло к концу!

- А остальное ты записал? - сочувственно спросила Джейнсис.

- Да, кроме самого последнего фрагмента, - уже спокойнее ответил Бенелек. Джексом завороженно следил, как подмастерье потыкал в клавиши и удовлетворенно вздохнул.

- А теперь, Джексом, не откладывая дело в долгий ящик, присоединяйся к нашей веселой компании, - плутовато ухмыляясь, предложил Пьемур. Только учти: одно неправильное движение - и целый час работы насмарку.

- Айвас все время говорит, что нам нужно многому научиться, рассудительно проговорила Джейнсис. - Ох, я тоже сделала что-то не то! Девушка озадаченно уставилась на пустой экран, потом, нахмурив лоб, стала разглядывать клавиатуру. - Какую же клавишу я нажала по ошибке?

Доставая нож, Джексом дивился сам себе. И почему ему так не терпится заняться делом, которое явно чревато неприятностями?

Быстро сгустившиеся тропические сумерки застали друзей врасплох. Пьемур, сквозь зубы проклиная эту незадачу, заметался по комнате, зажигая светильники. Но свет от них никак не хотел падать на его экран, и арфист, продолжая тихо ругаться, перебрался на другое место. Бенелек последовал его примеру. Джейнсис и Джексом продолжали работать на своих столах - им и там было светло.

- Кто здесь? - донесся из коридора голос Лессы. Дверь приоткрылась, и Госпожа Вейра заглянула в комнату. - Вот вы все где! Джексом, вы с Рутом снова нужны мастеру Олдайву. Да и вообще пора заканчивать - посмотри, у тебя глаза уже не глядят! И остальные не многим лучше.

Бенелек едва удостоил ее взглядом.

- Сейчас не время останавливаться, моя госпожа.

- А я говорю, самое время, - не терпящим возражения тоном парировала Лесса.

- Но, госпожа, я должен усвоить все новые термины и научиться...

- Айвас, - громко позвала Лесса, повернув голову вправо. - Не мог бы ты отключить эти штуки? Кажется, твои ученики слишком заработались. Не то, чтобы я была принципиально против - просто им всем нужно хорошенько отдохнуть.

- Но я еще не записал... - замахал руками Бенелек и с ужасом уставился на внезапно потухший экран.

- Не волнуйся, это сделано, - успокоил его Айвас. - Подмастерье Бенелек, ты сегодня трудился целый день, не восстанавливая своих сил. Но каждая машина нуждается в правильной эксплуатации. Твое тело тоже можно рассматривать как машину, которой необходима своевременная заправка. Ступай, подкрепись как следует. А утром возвращайся снова.

Несколько мгновений Бенелек стоял с таким видом, как будто собирался возразить. Потом вздохнул и отодвинулся от стола, за которым просидел не разгибаясь несколько часов. Взглянув на Лессу, он робко улыбнулся.

- Я поем и посплю, а завтра начну с самого утра. Нужно еще столько всего выучить - гораздо больше, чем я представлял.

- Ты прав, - согласился мастер Олдайв, выходя из комнаты Айваса. В одной руке он сжимал толстую пачку исписанных листов, другой придерживал свисающий с плеча мешок. С ошеломленным видом целитель обвел взглядом всех, кто находился в комнате, и произнес: - О таком я не мог и мечтать! Потом удовлетворенно вздохнул и поднял над головой листы бумаги. - Но это хорошее начало. Просто замечательное!

- Прежде чем отправляться с Джексомом, ты просто обязан выпить кла, строго сказала Лесса. Крепко ухватив лекаря за руку, она сделала знак Джейнсис и Джексому, чтобы они освободили старика от ноши.

Мешок он отдал безропотно, но бумаги крепко прижал к груди, не желая расстаться с ним даже на миг.

- Разреши мне, мастер Олдайв, хотя бы сложить их как следует, попросила Джейнсис. - Не бойся, я не перепутаю страницы.

- Дело не в этом, - слабо махнув рукой, проговорил лекарь. - Они пронумерованы и разложены по темам... - тут Джейнсис осторожно вытащила стопку бумаги из его пальцев. - Я столько узнал, столько узнал... ошеломленно твердил Олдайв, увлекаемый Лессой по коридору. На лице его блуждала зачарованная улыбка. Остальные шли следом. Только теперь они почувствовали, как устали за этот день.

"Ты провел там шесть часов, Джексом. Тебе нужно срочно поесть, а то мне попадет от Шарры, - сказал Рут. - Я чувствую, как ты устал".

- "Еще бы, я и сам чувствую". - Джексом был уверен, что даже бодрящий кла не поможет ему побороть внезапно навалившуюся усталость.

- Теперь наша очередь? - спросил Терри, в сопровождении нескольких подмастерьев появившийся из-за угла, со стороны входа. Увидев кивок Лессы, все вприпрыжку устремились по коридору.

Их бьющая через края энергия поразила усталого Джексома. И как они умудрились сохранить такую бодрость до самого вечера? Когда подмастерья проходили мимо, он по цвету наплечных шнуров определил, что они из Тиллека. Вот оно что - там день еще только начинался. Джексом вздохнул.

Лесса усадила мастера Олдайва за стол и распорядилась, чтоб всех обнесли кла и жареным мясом со сладкими клубнями. Никогда еще эта незатейливая еда не казалась Джексому столь аппетитной. Он быстро умял свою порцию, а когда принесли добавку, взял себе еще столько же.

Мастер Олдайв тоже отдал должное угощению, и скоро щеки его порозовели. Бенелек жевал с отсутствующим видом, изредка кивая головой в ответ на некие таинственные мысли. У самого Джексома не осталось сил даже на размышления. Придется отложить все идеи до завтрашнего утра. Шарра его поймет. Он надеялся, что и Бранд тоже - ведь ему придется снова свалить на управляющего все текущие дела холда. Хотя тот никогда не возражал... Вот у Лайтола нашлись бы другие аргументы, но мастер Робинтон наверняка не преминул объяснить старому опекуну Джексома всю важность работы с Айвасом.

- Я должен послать весточку молодому подмастерью Вансора, - сказал Лессе мастер Олдайв; его лицо лучилось энтузиазмом. - Мне совершенно необходим прибор вроде того, который когда-то нашли у вас в Вейре Бенден. Он способен увеличивать кровь и ткани и поможет нам определять заболевания и их возбудителей. - Взяв свои записи, которые Джейнсис сложила в аккуратную стопку, он принялся их перелистывать. - Айвас утверждает, что этот ми-кро-скоп нужен для того, чтобы усовершенствовать не только диагностику, но и лечение. И еще он объяснил мне, как следует выполнять другие диагностические процедуры.

- Микроскоп? - снисходительно переспросила Лесса. Она высоко ценила Главного лекаря, который недавно прислал к ней женщину, наделенную удивительным даром исцелять тяжелые переломы крыльев у драконов и ужасные ожоги, оставленные Нитями.

- Да, так называется этот прибор. - Олдайв потер рукой лоб. - Айвас столько всего вложил в мою бедную старую голову, что я не уверен, помню ли даже свое имя.

- Олдайв, - с самым невинным видом подсказал Пьемур. И недоуменно вытаращил глаза, поймав уничтожающий взгляд Лессы. Джейнсис ткнула его в бок, и он кротко снес это наказание.

Когда с ужином было покончено, Джексом заявил, что готов доставить мастера Олдайва обратно в Цех целителей.

- Нет, Джексом, я бы хотел отправиться прямиком в Руат. У меня есть что сообщить Шарре. - Лицо Главного лекаря осветилось довольной улыбкой.

- Айвас знает метод исцеления? - спросил Джексом.

Мастер Олдайв указал глазами на свои записи.

- Исцеление? Возможно. Но что совершенно точно, так это несколько направлений, следуя которым мы сможем принести нашим страждущим облегчение. - Он вздохнул. - За истекшие Обороты мы растеряли такую уйму медицинских знаний! Айвас, конечно, так не сказал, но его явно удивило, что нам неизвестна коррективная хирургия. Однако он с большой похвалой отозвался о наших профилактических мерах и нехирургических методах лечения... - лекарь устало махнул рукой. - Впрочем, об этом я могу говорить до утра. - Он виновато улыбнулся. - С кем я должен согласовать время следующей беседы с Айвасом? Многие мастера и подмастерья получат неоценимую пользу от встречи с ним.

Лесса взглянула на Ф'лара, который безучастно стоял у дверей, но тот только пожал плечами.

- Я еще не думал о том, как мы будем распределять время Айваса, сказал Предводитель Бендена.

- Как только мы наладим терминалы, образуются еще четыре места для связи с Айвасом, - вставил Пьемур.

- Цеху целителей необходимо предоставить первую очередь, - добавила Лесса, устало морщась и потирая виски.

- Но ведь эти места предназначены для обучения, - нахмурился Бенелек.

- Если говорить о нас, то да, - возразил Пьемур. - Но если нужен срочный доступ к Айвасу, их можно будет использовать и для этой цели... во всяком случае, я так предполагаю.

- Ты арфист, а не механик-подмастерье.

- Зато я - мастер кузнечного Цеха, - язвительно напомнила Джейнсис, так что позволь тебе напомнить, Бенелек, что Пьемур первым собрал свой пульт и первым включил его.

- Хватит! - Лесса властно хлопнула ладонью по столу. - Мы все устали. - Она резко поднялась. - Рамота! - Снаружи донесся трубный отклик золотой королевы. - А теперь все ступайте отсюда! - Госпожа Вейра обвела суровым взглядом всех присутствующих, начиная с Бенелека. - И мы покажем вам пример. - Она задержала взгляд на Уларе, который засмеялся и, будто желая защититься, вскинул руки. - Два здания по левую руку от этого переоборудованы под спальни. Так что вперед! - Лесса сделала повелительный жест, словно подгоняя молодых упрямцев, и не спускала с них глаз, пока они не направились к выходу.

Мастер Олдайв, тихонько посмеиваясь, вслед за Джексомом вышел из здания.

- Не думаю, чтобы мне сегодня удалось уснуть - слишком многое придется обдумать и переварить, - пробормотал он. - Только подумай, Джексом, ведь то, что я сегодня узнал от Айваса, - лишь ничтожная капля богатейших медицинских знаний, которые он хранит! Он помог мне понять несколько вещей, которые всегда ставили меня в тупик. Нужно будет обязательно попросить нашего травника мастера Амприса показать Айвасу наши медицинские прописи. - Черты лекаря озарила усталая улыбка. - Он сказал, что мы научились правильно использовать местные растения и узнал многие виды, доставленные предками с Земли. Земля!.. - мастер Олдайв поднял взгляд к усеянному звездами небу, медленно поворачиваясь, чтобы оглядеть темный небосвод. - Нам уже известно, где находится Земля по отношению к Перну?

- Навряд ли, - слегка удивившись, ответил Джексом. - Я не помню, чтобы Айвас указывал направление. Как знать, может, он просто не хочет. Ведь наши предки прибыли сюда, чтобы спастись от войн, от бедствий такой силы и такого масштаба, по сравнению с которым наши Нити кажутся вполне безобидными. Возможно, они решили забыть свою прежнюю родину?

- Неужели? Разве может быть что-то более разрушительное, чем Нити? с удивлением и ужасом спросил лекарь.

- Сам я тоже с трудом в это верю, - согласился Джеке ом.

Рут спустился с вершины холма, где он грелся на солнце, на расчищенную перед зданием площадку. Опустив голову, дракон ожидал, пока всадник ласково потреплет его по шее.

- По-моему, ты сварился живьем! - притворно отдернув руку, воскликнул Джексом.

"Да, и это было так здорово! Рамота и Мнемент ждут нас, чтобы вместе улететь отсюда, - ответил Рут. - Здесь полно свободного места, но ты же знаешь Рамоту: она любит мной покомандовать".

Джексом фыркнул и стал забираться на дракона. Он сам почувствовал, что от усталости это получилось у него менее ловко, чем обычно. Не ожидая подсказки, Рут пригнулся, чтобы мастеру Олдайву было удобнее занять свое место. Подсаживая лекаря, Джексом понял, что силы его на исходе. Ничего, скоро они будут дома. Вдруг сердце у него упало: он вспомнил, что позже придется сделать еще один рейс, чтобы забросить мастера Олдайва в его цех.

"Шарра пригласит его остаться на ночь в Руате. Ему и самому хочется поговорить, и она его не отпустит", - сказал Рут.

Дракон оторвался от земли, и с высоты Джексом с Олдайвом увидели, что на Посадочной площадке все еще кипит работа. Освещенные тропинки, будто спицы колеса, разбегались от здания Айваса во все стороны. Столяры и плотники продолжали работать при неярком мерцании светильников, спеша подвести пристройку под крышу. Все примыкающие здания были освещены, и в воздухе плыл аромат жареного мяса. На соседних холмах огромные яркие глаза драконов, как крупные голубые алмазы, переливались на темно-синем фоне ночного неба. Два самых больших зверя поднялись следом за Рутом.

"Все, дружок, летим прямо домой, в Руат"! Джексом с блаженным вздохом сосредоточил все свои помыслы на родном холде, представил себе его просторный двор, подводящий к пологим ступеням главного крыльца, и маленький внутренний дворик, где они с Рутом жили в юности. Холод Промежутка был жестоким испытанием для усталого тела и духа. Но вот, наконец, они нырнули в морозный зимний день, тускло озаренный полуденным солнцем. Джексом почувствовал, как дрожит от холода сидящий позади Олдайв. Но Рут вышел из Промежутка так низко, что до земли осталось всего несколько взмахов. Он плавно опустился на широкий двор, сопровождаемый веселой вереницей файров, от души радовавшихся его возвращению.

Им навстречу, накинув на плечи тяжелый меховой плащ, уже сбегала Шарра. Радостно сверкая глазами, она помогла мастеру Олдайву спуститься, поправила мешок, грозящий соскользнуть с его плеча, нежно улыбнулась Джексому, а свободной рукой успела похлопать Рута по шее. Шарра ни о чем не расспрашивала мужа, но он, прекрасно зная ее, понимал, что она просто разрывается от любопытства. Обняв жену за плечи, Джексом поцеловал ее в щеку. Знакомый аромат ее гладкой кожи приободрил его, и он вместе с Олдайвом стал подниматься по ступеням, мечтая поскорее попасть в тепло родного холда.

"Я сразу иду домой, - сказал Рут своему всаднику, - иначе зачем, спрашивается, я целый день грелся на солнце"? И дракончик направился к своему вейру, расположенному на месте старой конюшни. Джексом знал, что там его друга уже ждет тепло очага.

Шарра распорядилась, чтобы принесли вина и еды, и увлекла мужчин в тихий кабинет, где можно было спокойно поговорить, не опасаясь вторжения домочадцев, которым не терпелось услышать последние новости обо всем, что происходит на Посадочной площадке.

- Потом, потом, - нетерпеливо проговорила она, захлопывая дверь перед носом любопытных.

Прежде, чем присоединиться к Джексому и Шарре, устроившимся у камина, Олдайв осторожно положил свой мешок на большой стол, за которым Джексом имел обыкновение обдумывать вопросы управления холдом. Стол был завален Летописями и другими бумагами, ждавшими, чтобы ими занялся молодой лорд. В дверь постучали, и на пороге появился сам управляющий с тяжелым подносом в руках.

- Ты сама любезность, Бранд, - с благодарностью произнес Джексом. Лесса заставила нас подкрепиться перед отъездом, но кла отнюдь не помешает. Особенно с добавкой доброго вина, которое ты принес. - Джексом улыбнулся своему помощнику - они подружились давно, когда юный лорд был еще совсем мальчишкой, а теперь Бранд стал его правой рукой. - Прошу тебя, Бранд, останься. Ты имеешь полное право знать, что отвлекает твоего лорда от насущных дел.

Бранд, помогавший Шарре подавать горячий напиток, только рукой махнул: мол, я не в претензии. Терпкое вино слегка смягчило характерный аромат кла. Джексом сделал большой глоток, в почувствовал, как по жилам побежало живительное тепло. Мастер Олдайв тоже приободрился и откинулся в кресле, которое Бранд придвинул поближе к огню.

- Шарра, милочка, твоя больная страдает от камней в мочевом пузыре, заговорил старый лекарь. - А у мужчины, скорее всего, злокачественная опухоль, как мы с тобой, к сожалению, и подозревали. Женщину мы теперь сумеем вылечить - я получил рецепт снадобья для растворения камней, а вот второму бедняге мы сможем разве что облегчить страдания. - Мастер Олдайв помолчал, глаза его выдавали необычайное волнение. - Айвас - поистине неиссякаемый кладезь медицинских сведений, и он горит желанием поделиться ими. Он даже поможет нам возродить методы коррективной хирургии - ты же знаешь, как я об этом мечтал! Из-за того, что былые навыки оказались утраченными, наш цех был вынужден ограничиться только восстановительной хирургией, но теперь, с помощью Айваса, мы сумеем вернуть былое умение.

- Ох, учитель, это было бы так здорово! Вот только удастся ли нам справиться с бытующими в цехе предрассудками, касающимися хирургического вмешательства? - взволнованно воскликнула Шарра, и в глазах ее, как в зеркале, отразилась страстная надежда.

- Теперь, когда у нас есть наставник, чей авторитет непререкаем, я полагаю, мы сумеем преодолеть эти сомнения, если поможем больным, которые не могут обойтись без радикальных мер. - Олдайв осушил чашу и решительно поднялся. - Пройдем ненадолго в твою лечебницу, милая Шарра, приготовим снадобье для женщины, которую мучат боли в мочевом пузыре. Что до второго страдальца... - он сочувственно развел руками.

- Пойдем. Я хочу услышать от тебя и другие медицинские подробности, которые наводят на Джексома и Бранда смертельную скуку, - ласково улыбнувшись мужу, проговорила Шарра.

- С тобой, Шарра, мне никогда... - Джексом сделал паузу, чтобы подчеркнуть весомость своих слов, - ...никогда не бывает скучно! - Нежный взгляд, которым наградила его жена, согревал лучше всякого кла.

- У тебя усталый вид, Джексом, - сказал Бранд, когда за лекарем и его ученицей закрылась дверь.

- И не только вид - у меня просто голова раскалывается от того, что мне довелось увидеть и услышать за последние два дня. И я чувствую, я знаю: это самое важное событие, произошедшее на Перне с тех самых пор, как здесь высадились наши предки. Правда, - он невесело усмехнулся, - я вовсе не уверен, что все отнесутся к нему так, как я.

- На свете всегда найдутся противники перемен, - философски заметил Бранд. - Айвас сказал тебе, как именно он собирается расправиться с Нитями?

- Видишь ли, Бранд, мы пока еще сущие младенцы в науке, так что придется нам здорово потрудится и многое освоить, прежде чем Айвас даст нам подробные объяснения. Видел бы ты Фандарела! - от души рассмеялся Джексом. - И Бенелека! Они просто из кожи вон лезут, стараясь переделать десять дел сразу. Когда мы с Рутом освободились от перевозок, мне разрешили собрать одну из Айвасовых штуковин. - Он посмотрел на свои руки со следами ожогов от паяльника и царапинами, оставленными отверткой. - Я осваиваю доступ к информации. Возможно, уже завтра мне удастся прочитать кое-что из того, что Айвас хранит в своей памяти. И поверь мне, Бранд, впереди у нас - увлекательнейшее время!

- Из этого я должен сделать вывод, что ты будешь часто отлучаться из холда? - с усмешкой спросил Бранд.

- Согласись - кроме наблюдений за Нитями, сейчас, в разгар зимы, здесь особенно нечего делать... - начал оправдываться Джексом.

Бранд рассмеялся и по праву старого друга похлопал молодого лорда по плечу.

- Конечно, нечего, дружок... Хотел бы я только узнать, известно ли Айвасу, как можно нагреть холодный каменный холд?

- Я его спрошу! Обязательно спрошу! - горячо пообещал Джексом, протягивая руки к огню.

5. ХОЛД ПРИБРЕЖНЫЙ И ПОСАДОЧНАЯ ПЛОЩАДКА, СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ; РОБИНТОН

Несмотря на возражения мастера Робинтона, Ф'лар доставил его домой, в Прибрежный холд.

- Ты должен отдохнуть в тишине и покое, мастер, - строго сказал Главному арфисту Предводитель Бендена. - А здесь, на Посадочной площадке, никакого отдыха не получится. Взгляни, на тебе же лица нет от усталости!

- Всегда бы так уставать, Ф'лар... Стоит мне только отойти от Айваса, как я вспоминаю, что должен спросить у него кое-что еще, - засмеялся Робинтон. - Это все равно, что держать в руке чашу изумительнейшего в мире вина и не знать - пить или восхищаться!

Ф'лар наградил его насмешливым взглядом.

- Подходящее сравнение, ничего не скажешь!

- Так ты понимаешь, почему мне так не хотелось уезжать оттуда? - с умоляющим видом спросил Главный арфист.

- Разумеется, Робинтон, - усмехнулся Ф'лар, помогая своему спутнику спуститься с мощного плеча Мнемента. - Но Лесса никогда не простит мне, если ты надорвешься.

- Пойми же, Ф'лар, моя жизнь наполнилась новым смыслом! Новой надеждой, о которой я и мечтать не мог!

- Я тоже, - с горячностью ответил Ф'лар. - Именно поэтому мы должны беречь тебя, как зеницу ока - ведь именно тебе предстоит все нам растолковать.

- Растолковать? Но он выражается простым и понятным языком.

- Нет, я не о том, что говорит Айвас... скорее - как нам следует воспринимать его идеи. Что до меня и всех всадников, то мы можем только поддержать его предложение избавить Перн от Нитей, как бы это ни сказалось на Вейрах и на всем драконьем племени. Но уже появились люди, которые либо боятся того, что Айвас может сказать или сделать, либо не доверяют ему.

- Да, мне такие мысли тоже приходили в голову, - мрачно проговорил Робинтон, но тут же его подвижное лицо озарила проказливая усмешка: Однако я не пустил их на порог! - он коснулся руки Ф'лара. - Все же польза от Айваса намного превышает возможные осложнения.

- Выспись хорошенько, Робинтон. Завтра Бенден сражается с Нитями, но я уверен, что Д'рам не откажет доставить тебя на Посадочную площадку.

- Ох уж этот Д'рам! - простонал мастер Робинтон. - Он хуже всякой няньки! - Арфист безошибочно передразнил голос старого всадника: - "Я бы на твоем месте воздержался, Робинтон... Ты поел, Робинтон?.. А теперь самое время отдохнуть на солнышке, Робинтон..." Тьфу! До чего он мне надоел!

- Завтра все будет по-другому. Ты же знаешь, Д'раму не меньше твоего не терпится снова увидеть и услышать Айваса, - сказал Ф'лар, прежде чем Мнемент взвился в небо.

"Я велел Тироту взять тебя только в том случае, если ты как следует отдохнешь", - добавил дракон, обращаясь к старому арфисту. Заир, обхватив шею хозяина бронзовым хвостом и легонько цепляясь коготками за его ухо, согласно чирикнул.

- Да будет вам, - в душе Робинтона боролись раздражение и - драконы с файрами туда же! - радость, что Мнемент о нем не забыл. Арфист всегда помнил, что он в неоплатном долгу у драконьего племени: ведь только благодаря им он остался жив, когда изношенное сердце едва не подвело в тот страшный день в Исте два Оборота назад.

Вернувшись в Прибрежный холд, Робинтон был вынужден признать, что устал так, как не уставал уже давно. Даже несколько шагов до дома дались ему с трудом. Окна главного зала были освещены; наверняка Д'рам с Лайтолом дожидаются его.

Заир снова чирикнул, как бы подтверждая эту догадку. Пусть друзья его не бранят; он вкратце расскажет им о сегодняшних событиях - они это заслужили. Только вот как быть кратким: столько всего произошло с утра! Неужели только с утра? Если мерить знаниями и пониманием, прошли сотни Оборотов...

Но когда Робинтон вошел в уютный, ярко освещенный зал, его друзья Д'рам, всеми уважаемый Предводитель Вейра, удалившийся на покой, и Лайтол, бывший всадник, наставник юного Джексома, - не пожелали слушать его рассказы. Они настояли, чтобы он удалился в свою комнату и лег отдыхать.

- Какие бы важные события не произошли после моего отъезда, они вполне могут подождать до утра, - непререкаемым тоном заявил Д'рам.

- Пей свое вино, - добавил Лайтол, подавая Главному арфисту его синий стеклянный кубок. - Да-да, я кое-что в него добавил, чтобы тебе лучше спалось. Стоит взглянуть на твое лицо, как сразу становится ясно: тебе необходим полноценный отдых.

Робинтон сжал кубок в ладонях. Может, Норист и самый твердолобый из всех мастеров, но стекло умеет выдувать отменное... если, конечно, пожелает. А цвет-то какой - чистейший синий цвет арфистов!

- Но мне нужно вам столько всего рассказать, - попытался возразить он, отхлебнув глоток вина.

- Придется отложить все рассказы до утра, когда ты как следует выспишься, - ответил Лайтол, наклоняясь, чтобы стащить с Робинтона сапога, но тот возмущенно оттолкнул его руку.

- Благодарю, Лайтол, - с достоинством произнес старый мастер, - не так уж я утомился.

Лайтол с Д'рамом, посмеиваясь, вышли. Робинтон сделал еще глоток, прежде чем сбросить обувь с усталых ног. Еще один, прежде чем стянуть через голову тунику. И еще один, последний, прежде чем ослабить ремень. "Вот и все", - сказал он себе, осушив кубок до дна, и откинулся на постель. Сил у него осталось ровно настолько, чтобы натянуть на себя легкое одеяло, которое защищало его от прохладного утреннего бриза. Последнее, что он почувствовал, - как рядом, устраиваясь на подушке, возится Заир.

Наутро Робинтон пробудился под впечатлением увиденного сна, который был и приятным, и в то же время тревожным, но когда арфист попытался восстановить в памяти его подробности, сон рассеялся, как утренняя дымка над морскими водами. Он полежал, собираясь с мыслями. Иногда по утрам он с трудом припоминал, какой нынче день или что предстоит сделать. Но сегодня голова была как никогда ясной. Он прекрасно помнил все, что произошло накануне. До чего приятное чувство! Может быть, новые события взбодрят его угасающую память. Помнится, Корман посмел упрекнуть его в легковерии. Подумать только! Заир беспокойно зашевелился на подушке и потерся головой о щеку арфиста.

- Не откажи в любезности передать им, что я свеж и бодр, как утренняя заря, - попросил он своего бронзового файра.

Заир поглядел на него, склоняя голову то к одному плечу, то к другому. Глаза его удовлетворенно засветились зеленым сиянием. Чирикнув, файр встал на лапки и потянулся, расправив над головой прозрачные крылышки. Потом встряхнулся и аккуратно сложил их вдоль спины.

- Тирот с Д'рамом уже проснулись? Они готовы меня отвезти?

Не обращая внимания на вопросы Робинтона, Заир принялся чистить коготки.

- Насколько я понимаю, это значит, что я сначала должен поесть и искупаться? - Только встав с постели, Робинтон понял, что уснул, не сняв брюк - и это уже вторую ночь подряд! Он стащил их и, взяв большое полотенце, через угловую комнату вышел на большую террасу, защищавшую Прибрежный холд от палящих солнечных лучей. Спустившись по ступеням, он энергично зашагал по песчаному пляжу к воде. Заир крутился у него над головой, одобрительно курлыча. Вот Робинтон бросил полотенце на белый песок и ступил в ласковые волны. Заир нырнул вслед за ним. Робинтон вынырнул первым и сильными взмахами поплыл от берега. К ним с Заиром присоединилась стайка диких зеленых ящерок - они стали носиться над самой водой, плюхаясь в воду перед самым носом у арфиста, едва не задевая его крыльями. Хоть файрам часто доводилось наблюдать, как люди купаются в море, это зрелище приводило их в неизменный восторг.

Робинтон перевернулся на спину, предоставив волнам нести его к берегу. Сегодня утром море было теплым и ласковым, но все равно после купания арфист почувствовал себя намного бодрее. Он вытерся и, обмотав полотенце вокруг талии, направился к дону. Д'рам с Лайтолом уже поджидали его на крыльце.

- Скажи им, Заир, что я отлично отдохнул и чувствую себя молодцом.

- Проснулся? - осведомился Д'рам. - Самое время, уже перевалило за полдень.

- За полдень? - Робинтон прирос к месту. Надо же, потерять столько времени, впустую! Кто знает, сколько интересного он пропустил за это утро! - Почему же вы меня не разбудили? - он даже не старался скрыть возмущение.

- Твое тело гораздо умнее тебя, - спокойно ответил Лайтол, поднимаясь с гамака, висевшего в углу террасы. - Ты, друг мой Робинтон, проспал ровно столько, сколько ему требовалось. Налей-ка ему кла, Д'рам. А я пока займусь завтраком - для нас с тобой это будет обед.

Робинтон взошел на крыльцо и, учуяв аромат кла, который разливал Д'рам, был вынужден согласиться: да, голод - тоже потребность, с которой приходится считаться. Он уселся за стол и, расправляясь с обильным завтраком, который подал ему Лайтол, принялся вводить друзей в курс дела.

- Итак, пришло время чудес! - закончил он свой рассказ.

- Неужели, Робинтон, ты всерьез поверил, что этот Айвас может навсегда покончить с Нитями? - с обычным скептицизмом осведомился Лайтол.

- Клянусь Первым Яйцом, в этом нет никакого сомнения! Мы повидали столько удивительных вещей, да и сам факт, что наши предки предприняли столь невероятный полет со своей родной планеты, заставляет поверить в его обещание. От нас требуется одно - заново освоить утраченные навыки, и тогда мы сумеем одержать победу над нашим вечным врагом!

- Пусть так, но почему же тогда сами предки не избавили Перн от Нитей - ведь они-то обладали всеми теми невероятными навыками и обширными познаниями, которые мы утратили? - спросил Лайтол.

- Не ты один задаешь этот вопрос, - ответил другу Робинтон. - Айвас объяснил нам, что неожиданные извержения вулканов заставили поселенцев перебраться на север, в более безопасные месса. Таким образом, их планы уничтожения Нитей не удалось осуществить.

- Но почему же они не вернулись, когда закончилось Падение?

- Этого Айвас не ведает, - Робинтону пришлось признать, что даже в безграничных познаниях древней машины существуют пробелы. - Видишь ли, музыкальный инструмент годится лишь на то, для чего он предназначен; это же самое относится и к Фандареловым механизмам. Следовательно, любая машина, даже такая сложная, как Айвас, может всего лишь выполнять то, для чего ее создали. Не похоже, чтобы он... или оно? - Робинтон никак не мог решить, какое местоимение здесь более уместно, - заведомо обманывал бы нас. Хотя мне все же кажется, что он, - Робинтон наконец сделал выбор, не открыл нам всю правду. Тем не менее, мы изрядно помучились, пока разбирались с тем, что он счел нужным нам сообщить.

Лайтол фыркнул и состроил скептическую мину, которая, к облегчению Робинтона, не повторилась на лице Д'рама.

- И мне хочется верить, что постепенно мы поймем все до конца, добавил арфист.

- Кому же не хочется? - слегка смягчившись, промолвил Лайтол.

- Лично я верю Айвасу, - заявил Д'рам. - В его словах чувствуется и знание, и уверенность. Он объяснил, что благоприятный момент наступит через четыре года - то есть Оборота - десять месяцев и двадцать семь дней. Нет, уже двадцать шесть. Чтобы добиться успеха, нужно правильно выбрать время.

- Успеха в чем? - не уступал Лайтол.

- Это нам тоже предстоит узнать, - рассмеялся Робинтон. - Я не хочу никого обидеть, Лайтол, но все мы пока еще слишком невежественны, чтобы понять его объяснения. Он попытался нам что-то рассказать - про какие-то окна и про то, что необходимо стартовать с Перна в точно рассчитанный момент, чтобы суметь перехватить Алую Звезду, или, скорее, планету, которая кажется нам Алой. - Он продемонстрировал друзьям схему и тряхнул головой. - А если, Лайтол, ты сам пожелаешь расспросить Айваса, то, как говорится, добро пожаловать.

Лайтол наградил арфиста насмешливым взглядом.

- Я уверен, что у других есть куда более веские причины для встречи с ним.

- Но ты, Лайтол, тоже должен выслушать историю о нашем прошлом от него самого, - перегнувшись через стол, проговорил Д'рам. - Тогда ты сам поймешь, почему мы так безоговорочно верим Айвасу и его обещаниям.

- Вижу, он вас совсем околдовал, - покачал головой старый всадник, дивясь доверчивости друзей.

- Ты тоже поверишь, если все услышишь своими ушами, - поднимаясь с места, произнес Робинтон. Ему пришлось подхватить спадающее с бедер полотенце, что несколько снизило эффект его заявления. - Я одеваюсь - и обратно, на Посадочную площадку. Д'рам, могу я рассчитывать на вашу с Тиротом любезность?

- Поскольку ты отдохнул, - отозвался Д'рам, окидывая своего приятеля испытующим взглядом, - то почему бы и не оказать тебе такую любезность? А ты, Лайтол, не хочешь к нам присоединиться?

- Сегодня нет.

- Боишься, несмотря на всю свою осмотрительность, подпасть под чары Айваса? - спросил Робинтон.

Лайтол медленно покачал головой.

- Навряд ли мне это грозит. Ладно, ступайте смотреть свой сон о Перне без Нитей.

- Вот последний из завзятых скептиков, - пробормотал Робинтон, которого начинало раздражать недоверие Лайтола. - Неужто он думает, что старость притупила чутье и ум Главного арфиста? Или он, как и Корман, считает, что Робинтон настолько легковерен, что готов попасться на любую мало-мальски правдоподобную выдумку?

- Нет, - ответил Д'рам, когда арфист задал ему этот вопрос, шагая вместе с ним навстречу бронзовому Тироту, ожидавшему их на берегу. Просто он слишком практичный человек. Вчера он сказал мне, что все мы как в горячке и не думаем о последствиях, которые нас ожидают по милости Айваса. Ведь нам грозит изменение структуры общества, его основополагающих ценностей и все такое прочее. - Д'рам фыркнул, выражая свое несогласие. Видишь ли, он уже побывал в нескольких передрягах и не хочет новых.

- А ты?

Усаживаясь меж выступов шейного гребня Тирота, Д'рам через плечо улыбнулся своему спутнику. - Я всадник, и всей душой предан своему делу избавлению Перна от Нитей. Если существует хоть малейшая надежда... - он пожал плечами. - Тирот, доставь нас на Посадочную площадку!

- Будь внимателен, Д'рам, - предупредил всадника Робинтон. - Там произошли значительные изменения даже со вчерашнего дня, когда ты был на площадке в последний раз.

"Монарт сказал мне. - Хоть Главный арфист и знал, что Тирот обращается к Д'раму, сердце его наполнилось гордостью: он - один из немногих, кто слышит драконов! - Я получил от него правильный вид. Он действительно изменился!"

Почему-то в словах дракона арфисту послышалась нотка неудовольствия. Тем не менее, бронзовый великан перенес их через Промежуток и, ориентируясь на холм, расположенный западнее здания Айваса, повис над мысом, где грелась на солнцепеке компания драконов. Робинтон пригляделся, ожидая увидеть на холме кого-то из знакомых ему бронзовых и королев, но вспомнил, что сегодня Вейр Бенден отражает очередное Падение.

Во время плавного спуска ни Робинтон, ни Д'рам не сумели заметить никаких изменений, и только когда дракон, скользнув вправо, приземлился на широком дворе, смогли оценить проделанную работу.

- Кто бы мог подумать! - выдохнул Д'рам, обернувшись к Главному арфисту, который был поражен не меньше него.

Робинтон спрятал свое изумление за беспечной улыбкой. Да, если судить по произошедшим здесь переменам, Лайтол наверняка остался в меньшинстве; можно было подумать, что все возжаждали получить доступ к Айвасу. Здание увеличилось в размерах почти втрое - по всем трем его сторонам прилепились странные односкатные пристройки-навесы. Спешившись, Робинтон обнаружил, что под ними выстроились Фандареловы батареи. "Теперь, наверно, питания хватит, чтобы снабжать систему энергией и день и ночь, пока не будут закончены новые, более мощные водяные турбины", - подумал он.

В просторном дворе, который успели расчистить за время их отсутствия, какие-то люди, разбившись на кучки, ожесточенно спорили, а над их головами с пронзительными воплями носились стаи файров. Судя по наплечным бантам и шнурам, большинство собравшихся были мастерами и подмастерьями из самых разных цехов; значки на туниках остальных подсказали Робинтону, что эти холдеры прибыли из самых разных мест.

- Вход свободный? - спросил Д'рам, спрыгивая на землю рядом с Робинтоном.

- Похоже на то, - Робинтон огляделся, но не узнал никого из спорщиков. Зато он заметил у закрытых дверей четверых самых дюжих помощников мастера Эсселина. Набрав побольше воздуха. Главный арфист решительно двинулся вперед.

- Что за шум? - громко спросил он. Всем хватило нескольких секунд, чтобы понять, кто к ним обращается. Его сразу же окружили, каждый старался докричаться до Главного арфиста. - Ну-ка успокойтесь! - гаркнул он. С холма его поддержали трубными возгласами золотые и бронзовые драконы. Воцарилась тишина. Робинтон сделал знак мастеру Цеха рудокопов, носящему значок Крома.

- Мастер Эсселин отказывается нас впустить, - воинственно заявил тот.

- А мой лорд-правитель, - из толпы выступил человек, носящий знак главного дворецкого холда Болл, - настоятельно требует сведений о загадочном существе.

- Декстер дал мне такое же задание, - решительно заявил дворецкий из Набола. - И мы хотим, чтобы нам открыли всю правду об этом Айвасе. Я не вернусь в Набол, пока своими глазами не увижу это диво.

- Всех вас ввели в заблуждение, хоть и ненамеренно, - умиротворяющим тоном заговорил Робинтон. - Те, кому посчастливилось услышать Айваса, понимают, что встреча с ним - лишь самый первый шаг на пути великих перемен в жизни холдов, цехов и Вейров. И потому время его очень дорого! Мне, например, только сейчас позволили вернуться. - Всем своим видом он продемонстрировал возмущение. Услышав, что уважаемого Главного арфиста Перна тоже не пускали к чудодейственной машине, недовольные слегка поутихли. - Вы должны понять, что помещение, которое занимает Айвас, очень тесное, хотя я замечаю, что уже сделаны попытки его расширить... Робинтон вытянул шею, как будто старался рассмотреть, много ли места прибавилось. - Гм, похоже работа ведется и днем, и ночью... Похвально, очень похвально! Если вы еще немного потерпите, я узнаю, можно ли удовлетворить ваше вполне законное желание увидеть Айваса.

- Мне нужно не просто увидеть его, - возразил один из мастеров, рудокоп. - Я хочу спросить, как нам выйти на главную жилу богатейшего рудного месторождения. Древние находили на Перне самые разные руды. И я хочу услышать от него, где нужно копать - если уж он знает обо всем на свете.

- Ну, так уж и обо всем, приятель! - проговорил Робинтон, крайне удивленный, что Айваса уже считают всеведущим. Стоит ли объяснять им, что Айвас - всего лишь машина, устройство, которое служило их предкам вместилищем информации. Пожалуй, нет; хоть здесь в основном ремесленники, о машинах им известно слишком мало. Они не могут уловить суть устройства столь сложной механической системы, не говоря уже о принципе искусственного интеллекта. Главный арфист и сам-то не очень в нем разбирался.

Робинтон сокрушенно вздохнул.

- О современном Перне ему известно очень мало, зато он знает многое о том, каким был Пери две с половиной тысячи Оборотов назад. Наверное, никто из вас не слышал, что нужно было захватить с собой цеховые Летописи? Айвас полон желания познакомиться с настоящим всех холдов, цехов и Вейров.

- Нам никто не говорил про Летописи, - растерянно ответил рудокоп. Мы слышали, что он и так знает про все на свете.

- Айвас сам скажет вам, что он, к счастью, не всезнайка, хоть его познания охватывают множество наук и ремесел. Он... можно назвать его говорящей Летописью, только куда более точной, чем наши, которым время, земляные змеи и другие напасти нанесли непоправимый ущерб.

- Но нам сказали, что он знает все, - упрямо стоял на своем ремесленник.

- Всего не знаю даже я, - вкрадчиво ответил Робинтон. - И Айвас никогда не утверждал, что ему известно все. Однако он знает гораздо больше, чем все мы, вместе взятые. И всем нам предстоит у него учиться. А теперь позвольте мне походатайствовать за вас перед мастером Эсселином. Сколько вас тут? - Он быстро пересчитал собравшихся. - Так, тридцать четыре... Да, для одного раза многовато. Д'рам, кинь жребий. Всем вам, надеюсь, известна честность Д'рама. Придется разделить вас на группы. Но не сомневайтесь, все вы хоть ненадолго увидите Айваса.

Мастер Эсселин с радостью встретил Главного арфиста, но узнав, как тот решил вопрос с недовольными, запротестовал.

- Нельзя обижать людей, Эсселин. У них такое же право увидеть Айваса, как и у лордов-правителей. А может, даже большее: ведь это им предстоит осуществлять грандиозные замыслы Айваса в течение нескольких Оборотов. Кто Там у него?

- Мастер Терри, а с ним мастера и подмастерья из всех кузнечных мастерских Перна. - Глаза Эсселина тревожно округлились. - И еще мастер Хэмиан из Южного холда, с двумя подмастерьями.

- Значит, Торик все-таки соизволил послать сюда своего представителя?

Робинтон не мог понять, радует его эта новость или тревожит. Он надеялся, что ему еще не скоро придется столкнуться с притязаниями владетеля Южного.

- Не думаю, чтобы он явился по поручению лорда Торика, - все еще тараща глаза, покачал головой Эсселин. - Я слыхал, как мастер Хэмиан сказал мастеру Терри, что его сестра, леди Шарра из Руата, посоветовала ему бросить все и поспешить сюда.

- Она права, еще как права, - добродушно согласился Робинтон. Хэмиан был из тех людей, которые пришлись бы здесь ко двору. Он являлся искусным изобретателем и даже сумел наладить оборудование, которое древние оставили в Южных копях. - Пойду взгляну, нельзя ли прервать их на несколько минут. Поверь мне, Эсселин, самое разумное - впустить этих молодцов, пусть увидят Айваса своими глазами.

- Но они всего лишь дворецкие и простые рудокопы...

- Их куда больше, чем лордов-правителей, цеховых мастеров и Предводителей Вейров. И каждый из ни? имеет право познакомиться с Айвасом.

- Я такого распоряжения не получал, - воинственно выпятив подбородок, заявил мастер Эсселин, к которому вернулась его обычная несговорчивость.

Робинтон устремил на него укоризненный взгляд и не отводил глаз до тех пор, пока толстокожий Эсселин не понял, что Главный арфист не одобряет его поведения.

- Я уверен, мастер Эсселин, что еще до вечера ты получишь такой приказ. А теперь с твоего позволения... - с этим словами Робинтон зашагал по коридору, ведущему к комнате Айваса.

Еще не доходя до двери, он услышал звучный Айвасов голос. Судя по проникновенной интонации, он обращался к большой аудитории. Неслышно открыв дверь, Робинтон сначала изумился: сколько народа набилось в комнату! Еще больше вместилось в новые пристройки, выросшие со всех сторон; теперь в них вели две широкие двери. Само собой, обе стены, за которыми располагался Айвас, остались в неприкосновенности, но пространство для посетителей значительно расширилось. Утренняя группа состояла из кузнецов; они были все как на подбор - рослые, широкоплечие. В первом ряду сидели Никат, Главный мастер горняков, Терри и два его помощника. Все они деловито копировали чертежи с главного экрана Айваса. Была здесь и Джейнсис. Пристроившись в уголке, она склонилась над лежащей у нее на коленях чертежной доской. Все в комнате что-то чертили, иногда, за неимением лучшего, прислонив доску к спине сидящего впереди. Робинтон даже не пытался разобраться в сложных схемах, но, судя по тому, с каким вниманием все углубились в работу, было ясно: для кузнецов это дело необычайно важное. Айвас давал пояснения, время от времени добавляя пронумерованные таблицы, которые тоже ничего не говорили Главному арфисту. Размеренным голосом Айвас поощрял своих слушателей задавать вопросы, если возникнет любая неясность.

- Ты все так подробно объяснил, - проговорил мастер Никат, чье обветренное лицо выражало величайшее почтение, - что даже самому тупому ученику должно быть понятно.

- Можно мне спросить, Айвас? - поднял руку знакомый Робинтону кузнечный мастер - он возглавлял работы в одной из крупнейших литейных мастерских Телгара. - Если можно исправлять бракованные отливки, то сумеем ли мы восстановить те, которые уже давно выброшены за негодностью?

- Разумеется. Процесс применим и к старым отливкам. Более того, зачастую добавка старого металла улучшает конечный продукт.

- Даже металла, изготовленного древними? - спросил мастер Хэмиан. Мы нашли кое-что в Дорадо, где, по-моему разумению, были старые разработки Андиара.

- В плавильном тигле из металла выгорают все загрязняющие его примеси... - Вдруг, к изумлению Главного арфиста, Айвас обратился к нему. - Добрый день, мастер Робинтон. Чем могу быть тебе полезен сегодня?

- Я не хотел вам мешать, - отозвался смущенный арфист.

- Ты нам не помешаешь, - вставая и потягиваясь, заверил его Терри. Ты согласен, Никат? - обратился он к Главному рудокопу, у которого был сосредоточенный вид человека, пытающегося разложить новые сведения по полочкам.

Ремесленники начали вполголоса переговариваться между собой, те же, кто сидел близко к дверям, друг за другом потянулись в коридор, осторожно складывая записи и зарисовки.

Пробираясь через комнату, Робинтон уловил едкий запах пота с кисловатым привкусом металла, к которому примешивался сырой дух глубоких горных выработок. Наконец, комната опустела, и только тогда он смог в полной мере оценить, насколько расширилось помещение за прошедшую ночь.

- Ну и ну! - пробормотал Главный арфист, заметив в каждом конце окна, в которые свободно залетал свежий ветерок. Одна Джейнсис осталась сидеть в своем углу, что-то с бешеной скоростью записывая.

Подняв голову от работы, она улыбнулась Главному арфисту.

- Мы сегодня так много успели, мастер Робинтон!

- Но спала ли ты сегодня, девочка моя?

На щеках Джейнсис появились лукавые ямочки.

- Еще бы нам не спать! - Вдруг она вспыхнула. - То есть, я хотела сказать, что мы оба спали... и что Пьемур уснул первым... Фу ты!

Робинтон от души расхохотался.

- Я ничего такого не подумал, Джейнсис, да и кому какое дело? Надеюсь, из-за всей этой суматохи вы не отложите официального объявления?

- Нет, - решительно заявила она. - Я как раз собираюсь назначить день. - Девушка мило покраснела, но взгляд не отвела. - Это все значительно упростит. - Она стала собирать свои принадлежности. - Все остальные уже в компьютерном зале. Может быть, тебе тоже будет интересно попробовать?

- Мне? - озадаченно переспросил Главный арфист. - Нет уж, это развлечение для молодых и восприимчивых, вроде вас с Пьемуром и Джексома.

- К обучению способны не только молодые, мастер Робинтон, - вставил Айвас.

- Там видно будет, - ответил Главный арфист, нервно потирая пальцами виски. Он болезненно переживал, что память его больше не удерживает ноты и слова новых музыкальных произведений и почти не сомневался, что скоро эта напасть распространится и на другие сферы жизни. Он не считал себя ни гордецом, ни слишком тщеславным человеком, но ему не хотелось, чтобы окружающие узнали о его слабости. - Поживем - увидим. А пока у нас возникло маленькое затруднение...

- Ты про толпу, которая, несмотря на все запреты мастера Эсселина, решила во что бы то ни стало увидеть Айваса? - спросила Джейнсис.

- Совсем маленькое затруднение, - неожиданно для себя повторил мастер Робинтон и едва удержался от стона.

Джейнсис весело рассмеялась.

- Все правильно, - сказала она. - Им позарез нужно увидеть Айваса иначе что они доложат своим лордам и мастерам?

- Все дело в том, что их слишком много. Айвас, если ты не против, я буду запускать их партиями, чтобы они могли отчитаться, что побывали у тебя.

- Ты считаешь, что в данной ситуации это самое разумное?

Робинтон откашлялся.

- Я считаю, что как можно больше людей на планете должно получить доступ к твоей сокровищнице знаний, но, несмотря на то, что помещение значительно расширено, это пока невозможно - да и вряд ли разумно. Люди ограниченные стремятся разузнать всякие бесполезные мелочи. Нерешительные считают, что их сомнения требуют срочного разрешения, и что ты настолько всеведущ, что можешь дать ответ на любой поставленный вопрос.

- Так уж повелось на свете, мастер Робинтон, - как всегда невозмутимо проговорил Айвас. - Человечество всегда верило оракулам.

- Оракулам? - Главный арфист впервые слышал это слово.

- Подробное объяснение данного феномена придется отложить, пока у вас не найдется сорок четыре часа свободного времени, чтобы ознакомиться с архивом религиозных документов - он весьма обширен. А сейчас - как вы собираетесь удовлетворить прибывших посетителей?

- Впускать их небольшими группами, чтобы они смогли хотя бы ненадолго встретиться с тобой и задать несколько вопросов.

- Пусть войдут все. Мои наружные датчики зарегистрировали, что их как раз такое количество, которое теперь может вместить эта комната.

Толпа, провожаемая неодобрительными взглядами мастера Эсселина, с готовностью устремилась по коридору.

- Приветствую вас, господа, - произнес Айвас, и его звучный голос поверг собравшихся в изумленное молчание. - В стенах, на которые сейчас обращены ваши взгляды, располагается Искусственная Интеллектуальная Справочная Система с Голосовой Связью, в которой хранится информация, открытая для использования. Среди присутствующих опознаны члены цеха рудокопов. Вы, несомненно, заметили, что мастера вашего цеха были на предыдущем занятии. Вы получите большую пользу, если расспросите их о новых способах добычи и выплавки металлов. Надеюсь, что двое дворецких, из Набола и Крома - принесли Летописи своих холдов. Они очень помогут оценить настоящую и будущую продуктивность владений, о которых вы столь рачительно заботитесь. Уважаемые стеклоделы Исты и Айгена, в песчаных карьерах и свинцовых рудниках ваших холдов сосредоточены запасы лучших на этой планете силикатов. Именно это позволяет вам получать самое тонкое и долговечное стекло на всем Перне. Если данная система может быть хоть чем-то полезна вашим цехам, попросите, пожалуйста, мастера Робинтона назначить время для более длительной беседы.

Большинство собравшихся бестолково озиралось, пытаясь обнаружить источник бестелесного голоса. Стеклодел из Исты сделал шаг вперед, прочистил горло и, запинаясь, заговорил:

- Мастер Айвас, мастер Олдайв попросил меня сделать стекла для микроскопа.

- Да, такой инструмент очень необходим для Цеха лекарей.

- Я, мастер Айвас, просмотрел наши Летописи, - ремесленник извлек из-за пазухи несколько ветхих листов, покрытых пятнами и разводами; кое-где в них виднелись дыры. - Только, сам видишь... - он протянул их к экрану.

- Прошу тебя, мастер, положи их на освещенную панель.

Стеклодел мешкал, нерешительно оглядываясь по сторонам, пока Робинтон не велел ему пошевеливаться. Остальные глазели на смельчака, дивясь его отваге. Край страницы отвалился, когда мастер укладывал ее на освещенную панель. Его молодой подмастерье бросился на помощь и, с видом человека, решившегося на отчаянный поступок, приложил недостающий кусок на место.

В тот же миг на экране засветилось изображение поврежденного чертежа. Как по волшебству разорванные линии соединились и, под изумленный вздох наблюдателей, картина вновь стала целой. Из щели принтера выполз лист, который ошеломленный подмастерье, услышав подсказку Айваса, проворно подхватил.

- Вы только поглядите! - взволнованно воскликнул парень. - Лучший чертежник не смог бы скопировать точнее!

- Следующую страницу, пожалуйста, - сказал Айвас, и стеклодел, суетясь, поспешил выполнить его просьбу.

Не прошло и нескольких минут, как недостающие надписи и детали были восстановлены, и все собравшиеся смогли полюбоваться на обновленные листы.

- Есть ли у вас еще вопросы, касающиеся изготовления тубуса, фокусирующих устройств или стекол? - учтиво осведомился Айвас.

Подмастерье задал пару вопросов, мастер же был слишком ошеломлен, чтобы связно мыслить.

- Может быть, вопросы появятся в процессе производства, - подытожил Айвас.

- В чем? - переспросил подмастерье, не разобрав незнакомые слова.

- Во время изготовления. Тогда направьте их мастеру Робинтону или придите сами для дополнительных пояснений или дальнейшего показа.

Робинтону без особого труда удалось выдворить изумленных слушателей из комнаты и направить к выходу.

- На все это ушло десять минут, - тихо проговорил Айвас. - Весьма небольшие затраты времени.

- Тебе кто-нибудь посоветовал назначить меня своим помощником? поинтересовался мастер Робинтон.

- Ваша справедливость, мастер, стала легендарной, и сейчас вы продемонстрировали свое беспристрастие. Мастер Эсселин, делая выбор, в значительной мере склонялся в пользу титулов. В то же время, потребность в информации у мастера-стеклодела была столь неотложной, что его нужно было допустить в первую очередь, еще утром. Но мастер Эсселин отказал ему.

- Неужели? - возмутился Робинтон.

- Если ты позаботишься, чтобы он не превышал своих весьма ограниченных полномочий, можно будет в будущем избежать обид и упреков.

- Я займусь этим прямо сейчас.

- Если ты сам не пожелаешь выполнять эти обязанности, то, может быть, удастся привлечь Д'рама, бронзового всадника. Он тоже пользуется большим уважением как у своих товарищей, так и в цехах и холдах. Это правда, что он решился сделать прыжок из прошлого на четыреста Оборотов, чтобы помочь в борьбе с Нитями? И значительную часть своей жизни отдал этой благородной цели?

- Правда, Айвас.

- Удивительные люди встречаются и в вашем поколении, мастер Робинтон, и в поколении Д'рама. - Несмотря на ровный тон, арфист ощутил в голосе машины явное восхищение и горделиво расправил плечи.

- Здесь я с тобой целиком согласен, - сказал он и добавил, переходя прямо к делу: - А сейчас, мастер Айвас, в качестве твоего помощника, я вразумлю мастера Эсселина, как следует назначать очередность. Будь уверен, тебя он послушает так же беспрекословно, как слушает меня и Предводителей Вейров.

Выйдя в коридор, Робинтон отмахнулся от Эсселина, который бросился к нему с многословными оправданиями и извинениями. Д'рама он отыскал в комнате, где Пьемур, Джейнсис, Джексом и Бенелек, сидя перед маленькими экранами, бойко стучали по клавишам, выполняя очередное задание. Насколько он мог понять, каждый из них работал над своим проектом. Джейнсис, например, повторяла чертеж, который Айвас недавно показывал горнякам.

- Заходи, мастер Робинтон, - оторвавшись от экрана, - пригласил его Пьемур. - Я установил экран специально для тебя - не хочешь ли попробовать?

Робинтон воздел руки к небесам и попятился.

- Нет, на сегодня я назначен помощником Айваса. Вы просто не представляете, до чего бестолков наш Эсселин!

- Отчего же, вполне представляю, - закатив глаза, заметил Пьемур.

- Он непробиваем, как железная болванка, - проворчал Бенелек. - И все время цепляется: то туда нельзя, то сюда.

- А вот меня он никогда не трогает, - заявила Джейнсис, и в глазах ее заплясали озорные искорки. - Просто я всегда даю ему кружку кла или что-нибудь пожевать, когда прохожу мимо с подносом.

- Вот еще один вопрос, который я собираюсь решить с этим старым ворчуном, - сердито сказал Пьемур. - Ты ему не кухонная прислуга. Можно подумать, он никогда не замечал значка мастера у тебя на воротнике! Что он, не знает: ты - внучка Фандарела и гордость своего цеха!

- Думаю, с этим покончено, - заметил Джексом, не отрывая взгляда от клавиатуры, над которой проворно летали его пальцы. - Сегодня утром я обратил внимание на эти его замашки и напомнил ему, что звание Джейнсис мастер Кузнечного цеха, и впредь следует обращаться к ней только так. А значка на воротнике он, может быть, и не увидел.

- Это не извинение, - взвился Пьемур, которому явно не терпелось свести счеты с нудным мастером Эсселином.

- По-моему, мастеру Эсселину самое время вернуться к своим прежним занятиям, - сказал Д'рам. - Кажется, он заведовал тут складом не слишком ценных находок, их описями и архивами? Это занятие как раз по нему.

- Вот-вот... Больше ни на что он не годится, - буркнул Пьемур.

- Но поскольку кто-то должен взять на себя его обязанности, я, пожалуй, назначу себя на его место.

- Отличное решение, Д'рам, - произнес Робинтон, когда стихли одобрительные возгласы молодежи. - Сам Айвас только что посоветовал мне предложить тебе эту должность. Он уже наслышан о твоей неподкупной честности и уважении, которым ты пользуешься. Хотя, разумеется, он не знает тебя так хорошо, как я... - Д'рам вопросительно взглянул на Главного арфиста, и тот ответил ему насмешливой улыбкой. - Думаю, мы должны заманить сюда и Лайтола. Неужели три честных немолодых человека - слишком много для такой работы?

- Честных людей никогда не может быть слишком много, - оторвавшись от экрана, твердо заявил Джексом. - Думаю, Лайтолу пойдет на пользу смена обстановки. - На лице молодого лорда отразилась тревога за своего стареющего опекуна. - Вы оба уже заметно помолодели от того, что ваш богатый опыт нашел себе применение. Здесь нужны именно такие люди, которые обладают врожденным чувством здравого смысла.

- Согласен! - раздался с порога чей-то голос, и в комнату вошел мастер Хэмиан. - Мне пришлось отодвинуть с дороги старого дурня, чтобы попасть сюда. Теперь я вижу, что имела в виду Шарра, когда говорила, что ты, Джексом, с головой ушел в новое занятие, - снисходительно усмехаясь, произнес он, приветствуя супруга сестры, потом учтиво поздоровался с остальными. - Я, мастер Робинтон, не хотел понапрасну будоражить собравшихся, но теперь решил спросить: может Айвас рассказать нам, а вернее, мне - потому что мне невтерпеж это узнать - как наши предки изготавливали столь долговечные пластмассы?

- Ура! - разом воскликнули Пьемур и Джейнсис, потом Пьемур вскочил с места и хлопнул Хэмиана по плечу.

Рослый кузнец из Южного холда, хоть и не был таким великаном, как мастер Фандарел, все же не шелохнувшись выдержал этот удар. Он молча ухмыльнулся, обнажив крупные ровные зубы, казавшиеся особенно белыми на загорелом лице.

- Рад, что хоть кто-то меня одобряет. А ты что скажешь? - он в упор взглянул на Главного арфиста.

Робинтон вопросительно посмотрел на Д'рама.

- Вот и наше первое испытание на новом посту, друг мой.

- Я бы сказал, что Хэмиан - как раз тот человек, который должен попытаться сделать что-то новое - новое для всех нас, - согласно кивая, произнес старый всадник.

- Теперь все будет зависеть от того, кто владеет этими знаниями, проговорил Робинтон, повернувшись к комнате Айваса. - Давайте спросим его.

Все, кроме Бенелека, подошли поближе, чтобы услышать, что скажет Айвас Робинтон сделал знак Хэмиану, чтобы тот встал напротив экрана. Ему пришлось понукать кузнеца, который вдруг обнаружил, что никак не может сформулировать вопрос.

- Ну, спрашивай. Он еще никого не укусил, - подбадривал его Робинтон.

- Пока никого, - с притворным испугом добавил Пьемур.

- Гм... мастер Айвас... - Хэмиан снова запнулся.

- Ты желаешь освоить метод изготовления пластмасс на основе силикатов, которые ваши предки применяли в строительстве? Я правильно понял, мастер Хэмиан?

Кузнец молча кивнул, его брови взметнулись в комическом удивлении.

- Откуда он узнал? - шепотом спросил он Робинтона.

- У него длинные уши, - наслаждаясь изумлением Хэмиана, ответил арфист.

- Неверно, мастер Робинтон, - заметил Айвас. - У данной системы есть датчики, куда более чувствительные, чем человеческое ухо. И поскольку дверь в соседнюю комнату оставалась открытой, твои слова, мастер Хэмиан, были отчетливо слышны. Так, значит, мастер Хэмиан, вы хотели бы научиться получать пластики, которые использовали ваши предки?

Хэмиан выпрямился и поднял голову.

- Да, мастер Айвас, это мое желание. Среди моих товарищей достаточно людей, которых интересуют сталь, железо, медь и латунь. Я же, увидев долговечность пластиков, хотел бы заниматься ими. Я уверен, что для нас они могли бы стать не менее важным материалом, чем для древних.

- Во времена ваших предков производство пластмасс было очень развито. Из разных полимеров получали разнообразные пластмассы - жесткие, полужесткие и пластичные, в зависимости от химического состава. Поскольку недалеко от озера Дрейка открыты поверхностные запасы нефти, ничто не мешает вам возобновить производство органических пластмасс. Но для этого придется усвоить значительно больше знаний по химии, чем это принято у вас для получения звания мастера. Само производство можно организовать как непрерывный процесс полимеризации из раствора. Джо Лилиенкамп составил две установки в Пещерных складах.

- Лилиенкамп? - воскликнул Пьемур, повернувшись к Джейнсис, и она откликнулась, как эхо:

- Лилиенкамп?

- Кем был Джо Лилиенкамп? - взволнованно спросил Айваса Пьемур.

- Начальником снабжения экспедиции, человеком, сохранившим столько памятников прошлого в Пещерах.

- Тогда наверняка Джейд - его потомок! - крикнул Пьемур и тут же извинился за то, что прервал Айваса.

- У меня не отмечено, что две большие полимеризационные установки надежно запакованы. Скорее всего, они пришли в негодность от старости. Однако их можно использовать как модели. Восстанавливая оборудование, вы многому научитесь, мастер Хэмиан, а еще большему вас научат физические и химические эксперименты, которые предстоит поставить.

По лицу Хэмиана расплылась широкая улыбка.

- С удовольствием, мастер Айвас, с превеликим удовольствием. - Он энергично потер широкие мозолистые ладони. - Когда можно начинать?

- Прежде всего, вам придется отыскать в пещерах исходную модель. - На экране засветилось изображение двух толстых кубов, из которых торчали замысловатые трубки. - Вот как она выглядит. Учтите, эти кубы тяжелые и транспортировать их будет неудобно.

- Ничего, мастер Айвас, доводилось таскать и кое-что потяжелее...

Лист с изображением необходимых установок выскочил из прорези, и Пьемур, подобрав его, подал кузнечному мастеру.

- Понадобится мастерская, чтобы разобрать их, и материалы, чтобы создать современную модель. И желательно, чтобы не вы один изучали основы химии; для производства качественных полимеров потребуется целая бригада специалистов, сведущих в науках.

Хэмиан задумчиво усмехнулся.

- Да, учиться наверняка придется - хотя бы для того, чтобы понимать незнакомые слова, которые ты употребляешь.

- Я думаю, что не ошибусь, предположив, - вставил мастер Робинтон, со значением глядя на Пьемура и Джейнсис, - что в твоей группе, Айвас, прибавится еще трое, а то и четверо учеников. Уверен, что и ты, Хэмиан, захочешь, чтобы в ней обучался кто-нибудь из твоего цеха.

- Да, у меня на примете уже есть пара подходящих ребят, - ответил Хэмиан. - Он набрал побольше воздуха и произнес: - Благодарю за все, мастер Айвас.

- Принимаю вашу благодарность, мастер Хэмиан.

- Как ты собираешься скрыть это от Торика? - заслоняя ладонью рот, тихо спросил Пьемур.

- Никак, - насмешливо улыбнулся Хэмиан. - Я сам себе хозяин. Я так поставил дело в копях, что работа может продолжаться и без меня. А мне пришла пора расширять свои горизонты, как это в свое время сделал и сам Торик. Благодарю, мастер Робинтон, и тебе спасибо, Д'рам. Я знаю, где находятся пещеры. Так что сейчас же и начну. - Он решительной поступью вышел из комнаты и зашагал по коридору.

Не успел кузнец завернуть за угол, как из одной из спален вынырнул мастер Эсселин; вид у него был расстроенный.

- Мастер Робинтон, я ведь говорил этому кузнецу, чтобы он не...

- О, мастер Эсселин, - с самым любезным видом произнес Главный арфист, обнимая толстяка за плечи и увлекая по коридору. С другой стороны к ним пристроился Д'рам, и так, втроем, они стали неумолимо приближаться к выходу. - Мне просто стыдно, как безобразно с тобой обходились последнее время...

- Со мной? - Настороженный взгляд Эсселина сменился удивлением, и он прижал пухлую ладонь к груди. - Да уж, мастер Робинтон, когда грубияны, вроде этого кузнеца из Южного, плюют на мои распоряжения...

- Ты совершенно прав, мастер Эсселин, совершенно прав. И я считаю, что твою жертву - ведь из-за этих раскопок ты на время оставил свои бесценные архивы - недооценили самым возмутительным образом. Поэтому решено, что мы трое - Предводитель Вейра Д'рам, лорд-Оберегающий Лайтол и я - избавим тебя от этой обременительной обязанности, чтобы ты смог вернуться к своим делам.

- Но позволь, мастер Робинтон... - Эсселин попытался замедлить шаг, но не тут-то было, - я вовсе не хотел сказать, что отказываюсь...

- Да-да. Ты у нас человек безотказный, - кивая головой согласился Д'рам, - и это тебя только украшает. Ты проявил невероятную любезность, когда согласился принять на себя столь тяжкую обузу. И вот теперь, наконец, мы снимаем ее с твоих плеч.

Всю дорогу до выхода мастер Эсселин пытался протестовать, но Предводитель Вейра с Главным арфистом вывели его на тропинку, что вела к домику архивов и ласково, но в то же время твердо подтолкнули в спину, кивая, улыбаясь и не обращая ни малейшего внимания на его возражения.

- Дело сделано! - довольно потирая руки, сказал Д'рам, когда они вернулись в здание. - Первым дежурить буду я, Робинтон. - Потом он обратился к одному из стражей. - Теперь главный здесь я. Как тебя зовут?

- Гейтон, мой господин.

- Буду тебе очень благодарен, Гейтон, если ты принесешь нам с кухни попить чего-нибудь холодненького. Да побольше, чтобы хватило на всех... Нет, Робинтон, вина он тебе не принесет. Ты должен сохранять трезвую голову: ведь следующая очередь - твоя.

- Ах ты, старый дурень! - воскликнул возмущенный Робинтон. - Моя голова всегда трезвая, сколько бы вина я ни выпил!

- Ступай отсюда, Робинтон, - посмеиваясь, стал наступать на приятеля Д'рам. - Нечего здесь безобразничать.

- Это я безобразничаю? - с шутливым негодованием прорычал арфист. Вдруг оба они услышали торжествующий вопль Пьемура и поспешили узнать, что случилось.

- Вышло! Вышло! - никак не мог успокоиться юноша. Джейнсис и Джексом глядели на него с легкой завистью. Бенелек был как всегда невозмутим.

- Что вышло?

- Я сам составил программу!

Главный арфист взглянул на экран, покрытый загадочными словами и буквами, потом на своего ученика. - Это и есть... программа?

- Ну да! Оказывается, все до смешного просто, когда разберешься, что к чему! - Пьемур так и сиял от восторга.

- Пьемур, - неожиданно для самого себя произнес Робинтон. - У меня образовалось несколько свободных часов, пока на дежурстве Д'рам. Ты, кажется, говорил, что есть одна свободная штуковина?

- Разумеется, учитель...

Разом утратив всю свою дерзость, Пьемур вскочил с места и с довольным видом направился к полке, на которой были аккуратно разложены все детали.

- Как бы мне потом не пожалеть об этом, - сказал себе под нос Робинтон.

- Надеюсь, этого не случится, мастер Робинтон, - в тон ему ответил Айвас.

Робинтона разбудил Заир, ущипнувший его за мочку уха. Главный арфист сидел, откинувшись в кресле, ноги его опирались на подставку. Первое, что он ощутил, очнувшись от дремоты, - ломоту в шее. Ноги так затекли, что колени не сгибались. Робинтон невольно застонал, и тут Заир снова ущипнул его, глаза файра пламенели тревожным красно-оранжевым светом.

Главный арфист мгновенно пришел в себя. Из коридора доносился голос Айваса, который что-то терпеливо объяснял, и вопросы его учеников. Все шло как положено. Робинтон взглянул на Заира, который беспокойно вглядывался в темноту. И уловил слабый хруст и еще более слабый шум льющейся жидкости.

Арфист поднялся, в душе проклиная неподатливость старческих суставов, совсем не таких подвижных, как бывало. Стараясь не шуметь, он прокрался через вестибюль и выглянул в ночь. Робинтон знал, что скоро рассветет. Стрекот насекомых, убаюкавший его на посту, смолк, а звуки занимающегося дня еще не раздавались. Он стал осторожно пробираться вперед и снова услышал тихий хруст. Слева, где вдоль стены были установлены в ряд Фандареловы батареи, метались темные тени. Двое. И эти двое деловито громили стеклянные баки, в которых хранилась жидкость для батарей!

- Что это вы такое делаете? - в ярости закричал Робинтон. - Заир! Хватай их! Пьемур! Джейнсис! Да отзовитесь же хоть кто-нибудь! - арфист бросился вперед, полный решимости защитить запас питания для Айваса от окончательного уничтожения.

Потом он и сам удивлялся, где была его голова - безоружный старик в одиночку против крепких парней. И даже когда эти двое направились к нему, размахивая железными прутьями, которыми они крушили баки, Робинтон совсем не испугался. Гнев и возмущение вытеснили страх.

К счастью, у Заира было оружие: двадцать острых когтей; и едва бронзовый малыш налетел на одного из разбойников, целясь ему в глаза, как в битву вступили Пьемурова Фарли, Ориг Джейнсис и с полдюжины других файров. Робинтон поймал край туники и попытался повалить одного из негодяев на землю. Но тот сильно рванулся и, испустив вопль, - когти файра располосовали ему лицо - освободился и кинулся наутек. Его спутник, яростно отбиваясь от атак огненных ящериц, бросился следом. Файры, разделившись на две группы, преследовали их по пятам.

К тому времени, когда подоспели люди, шум погони затих вдали.

- Не переживай, учитель, - утешал Робинтона Пьемур. - Нам остается только найти двоих со следами когтей на физиономиях. И мы их обязательно найдем! С тобой все в порядке?

Робинтон, схватившись за грудь, старался отдышаться. Несмотря на то, что он делал настойчивые знаки Пьемуру и остальным, понуждая их броситься в погоню, молодежь продолжала хлопотать вокруг него.

- Да оставьте вы меня, со мной все в порядке! - закричал он наконец, отмахиваясь от их забот. - Займитесь лучше этими бандитами! - арфист забился в приступе кашля, вызванном больше волнением, нежели физическими усилиями.

Когда Робинтону удалось убедить окружающих, что он цел и невредим, вернулись файры. Вид у них был чрезвычайно самодовольный - как же, они так долго преследовали беглецов! Раздосадованный тем, что негодяям удалось скрыться, Главный арфист подхватил светильник и повел всех к месту сражения.

- Пять баков разбито, и если бы ты не услышал... - вымолвил Пьемур.

- Услышал Заир, а вовсе не я, - Робинтон не мог себе простить такого упущения: как он мог уснуть на посту!

- Какая разница? - плутовато ухмыльнулся Пьемур. - Главное, что они не успели разбить достаточно баков, чтобы поставить под угрозу энергоснабжение Айваса. Не волнуйся, учитель. В кладовых есть еще запас.

- Я волнуюсь из-за того, что это вообще могло произойти! - возмущенно повысил голос Робинтон.

- Мы разыщем негодяев, - успокаивал наставника Пьемур.

Усадив старого арфиста в кресло, он налил ему стакан вина.

- Обязательно! - мстительно воскликнул Робинтон. Он знал, что кое-кто испытывает вражду к Айвасу, но ни на мгновение не допускал, что возможно столь дерзкое нападение.

"Но кто мог на это пойти? - он терялся в догадках, потягивая вино и, как всегда, ощущая его благотворное действие. - Эсселин? Навряд ли старый дуралей осмелился бы на такую выходку, как ни обидно ему было расставаться со своей почетной должностью. Не было ли вчера на Посадочной площадке стеклоделов Нориста?"

- Не стоит так волноваться, - повторял Пьемур, с тревогой поглядывая на своего мастера. - Ты видел? Заир в кровь расцарапал одного из них. Не беспокойся, никуда они от нас не денутся.

Но, несмотря на то, что Пьемур наутро организовал негласные поиски среди всех, кто работал на Посадочной площадке, бандитов разыскать не удалось. Подмастерье даже поднял с постели заспанного Эсселина, но на его пухлом круглом лице никаких отметин не обнаружилось.

- Наверное, все еще в бегах, - доложил он встревоженному Робинтону, наблюдавшему за восстановлением батареи.

- Придется обнести это место забором, - сказал Главный арфист. - И выставить круглосуточную охрану. Айвас должен находиться в безопасности.

- Как ты думаешь, на кого падает подозрение? - спросил Пьемур, заглядывая в утомленное лицо учителя.

- Подозрение? Подозревать можно кого угодно. Но где доказательства?

Пьемур пожал плечами.

- Придется быть более бдительными. - Потом, поразмыслив, добавил: Но почему сам Айвас не поднял тревогу? Ведь он всегда знает, что творится вокруг, будь то ночью или днем.

Когда они задали этот вопрос Айвасу, тот ответил, что бандиты орудовали за пределами видимости внешних видеодатчиков, а звуки, которые уловили его аудиосистемы, не превышали уровня обычных ночных шумов.

- А что, если бы они забрались внутрь? - спросил Робинтон.

- Данная автоматическая система обладает защитой. Здесь вандализма можно не опасаться.

Робинтона его слова не особенно успокоили, но спорить он не стал; уже собиралась первая утренняя учебная группа.

- Пожалуй, Пьемур, мы пока оставим это при себе, - не допускающим возражений тоном проговорил Робинтон.

- А как насчет наказа арфистам - чтобы искали людей с расцарапанными физиономиями?

Робинтон пожал плечами.

- Сомневаюсь, чтобы они появились на глаза, пока раны не заживут... Но все же извести арфистов.

6. ЮЖНЫЙ МАТЕРИК. ПОСАДОЧНАЯ ПЛОЩАДКА; УЧЕБА

События последующих недель подтвердили, что бывший Главный арфист Перна, старый Предводитель Вейра и удалившийся на покой Оберегающий Руата поступили весьма дальновидно, назначив себя помощниками Айваса. Ни у кого не было поводов для недовольства - все трое уже давно прослыли людьми неподкупными и беспристрастными. Объединив свои знания, Главный арфист. Предводитель Вейра и Оберегающий направили их на восстановления Посадочной площадки и рациональную организацию работ.

Иные посетители, которых привело сюда исключительно любопытство, были разочарованы, обнаружив, что Айвас пропускает мимо ушей глупые или сугубо личные вопросы. Однако те, кто желал обрести новые знания, и был согласен усердно трудиться ради этого, оставались и включались в работу.

До того, как вступили в строй десять дополнительных рабочих мест, распорядители определяли очередность доступа к Айвасу, пропуская вперед тех, чьи вопросы требовали срочного ответа, и в то же время ухитряясь никого не обидеть. Поскольку отдых машине не требовался, самые насыщенные занятия - например лекции для мастера Олдайва и других целителей назначались на раннее утро.

Но не только главные цеха посылали сюда своих представителей - среди лордов стало считаться престижным направлять к Айвасу своих самых способных сыновей и дочерей, а также избранников из мелких холдов. Поначалу их скапливалось так много, и столь многие из них явно не подходили для того, чтоб сходу усваивать новые знания, что, дабы упростить дело, каждому из новичков стали предлагать испытание - тест на пригодность, как его называл Айвас. Это помогало отсеивать лодырей и тех, кто не обладал необходимый подготовкой.

Лесса с Ф'ларом так и не научились как следует работать за пультом. И, как считал Главный арфист, в основном по той причине, что у них не было времени, чтобы твердо усвоить самые азы. Но основы поиска информации они оба все же поняли. Ф'нор не удосужился даже попробовать, но его супруга Брекки присоединилась к группе усердных помощников мастера Олдайва, которые стремились восстановить утраченные методы лечения. Миррим, не желавшая ни в чем отстать от Т'геллана, не отступала несмотря на то, что первые шаги давались ей с большим трудом, и в конце концов добилась успеха. К'ван так наловчился, что работал не хуже Джексома и Пьемура.

К удивлению и восторгу своих близких, хмурый молчун Лайтол постепенно пристрастился к работе с банками данных, извлекая из них сведения по самым разным темам. Он всегда брал последнюю смену - ему не требовалось для сна больше четырех часов.

- Я знал, что Лайтол - очень глубокая натура с поистине железным характером. Как иначе бы ему удалось пережить все, что выпало на его долю? - отвечал Джексом, когда ему с недоумением докладывали о новой страсти бывшего опекуна. - Правда, я не понимаю, почему он так увлекся историей, сухими, давно забытыми фактами далекого прошлого. Ведь есть столько знаний, которые можно применить сегодня!

- Напротив, Джексом, - заметил Главный арфист, - может статься, что поиски Лайтола окажутся самыми важными.

- Важнее, чем Фандарелова силовая установка с водяными турбинами?

Главный кузнец с несказанным удовольствием продемонстрировал модель будущего генератора. Работа в его кузнице кипела день и ночь - все спешили закончить изготовление деталей для настоящей турбины.

- Спору нет, сейчас для нас это очень важно, - ответил арфист, тщательно подбирая слова. - Но существует еще и другая проблема: как отнесутся к нашим новшествам люди.

Вокруг Айваса устроили новые учебные кабинеты, каждый из них был посвящен отдельной дисциплине. Две самые большие комнаты превратились в лаборатории, где ученики осваивали основы наук, которые Айвас считал необходимым преподавать в качестве вводного курса: химии, физики и биологии. Одно из помещений было отведено для кратких консультаций, другое - для общих занятий. Большой зал отдали целителям, стены его были увешаны большими схемами "самого устрашающего вида" - так считала Джейнсис. По настоянию Айваса, специальный кабинет оставили для особой группы, осваивающей усиленный курс по ряду дисциплин. В нее входили Джексом, Пьемур, Джейнсис, К'ван, Н'тон, Т'геллан, Миррим, Хэмиан, трое подмастерьев, ученик Хэмиана, еще четверо бронзовых всадников, двое коричневых, четверо голубых и трое зеленых. За ними должны последовать и другие всадники, как только в классах освободятся места: Вейра стремились в полной мере воспользоваться возможностями, которые сулил Айвас.

Робинтон любил время от времени пройтись по коридору, послушать, как идут занятия. Однажды, когда он заглянул в класс, где работали Джексом, Пьемур, Джейнсис и два кузнечных подмастерья, глазам его предстало поразительное зрелище.

В двух дюймах над столом висело тускло поблескивающее металлическое кольцо. Когда кто-то из учеников потянулся к нему, чтобы потрогать, оно, как будто на невидимых колесиках, заскользило прочь. Айвас тем временем продолжал объяснять:

- Магнитные силовые линии в этом кольце расположены таким образом, что ток в них направлен прямо противоположно создающим поле электромагнитам.

Робинтон вжался в притолоку, стараясь не помешать зачарованным ученикам.

- Такой эффект гораздо сильнее проявляется при низких температурах, когда электрическое сопротивление отсутствует - тогда кольца становятся сверхпроводящими и ток следует по ним без всяких потерь. Здесь нет подходящего устройства, чтобы продемонстрировать вам этот феномен, но через три-четыре недели мы будем готовы приступить к изучению сверхпроводимости... Джексом - даже раньше. А вот Пьемуру придется еще поработать над обмотками электромагнитов с тороидальными сердечниками. Ваши модели, подмастерье Манотти, еще не дотягивают до нужного уровня, но у вас есть еще целая неделя, чтобы улучшить их качества.

Робинтон тихонько удалился, не желая отвлекать учеников. Возвращаясь в вестибюль, он довольно улыбался: хороший учитель так и должен поступать - кого похвалить, кого подбодрить, а кого и отчитать.

В самых больших постройках из числа расчищенных на Посадочной площадке разместились мастерские: кузнечные, стекольные, столярные. В них деловито хлопотали мастера, подмастерья и ученики.

Однажды утром Лайтол с Робинтоном услышали громкий взрыв и бросились на звук, донесшийся из стеклодувной мастерской мастера Морилтона. Там они застали самого мастера, который помогал Джейнсис унять кровь, сочившуюся из порезов на лице Казелона, одного из учеников. Все вокруг было усеяно мельчайшими осколками стекла.

- Теперь вы понимаете, - спокойно проговорил мастер Морилтон, обращаясь ко всем, кто находился в мастерской, - почему так важно во время работы надевать защитные очки. Без них Казелон вполне мог остаться без глаз, когда термос взорвался. А так... - мастер вопросительно взглянул на Джейнсис.

- А так, - криво усмехнулась девушка, - он отделался только шрамами... Да не переживай ты, - добавила она, заметив, что юноша побледнел, - со временем все заживет, даже следа не останется. Кровь скоро остановится - я смазала тебя бальзамом.

Пока Лайтол успокаивал сбежавшихся людей, Робинтон осмотрел помещение. Мастер Морилтон успел оборудовать отличную мастерскую. В углу причмокивал насос. К аппарату тянулась трубка, на конце у нее было кожаное кольцо, вокруг поблескивали остатки горлышка зеркального сосуда. Остальное превратилось в бесчисленные осколки, засыпавшие всю комнату.

- Проклятье, - пробормотал Казелон, стараясь не морщиться под ловкими руками Джейнсис. - Ведь это была двадцатая!

Только тогда Робинтон заметил девятнадцать зеркальных колб, аккуратно расставленных на той половине рабочего стола, которую занимал Казелон. На другой половине, принадлежавшей второму ученику, Вандентайну, стояло еще двенадцать. Как им удалось уцелеть под дождем стеклянных осколков - уму непостижимо!

- У нас ведь здесь не соревнование, Казелон, - строго сказал мастер Морилтон, погрозив пареньку пальцем. - Что все-таки приключилось? Я в этот миг наблюдал за работой Бенгела.

- Понятия не имею, - дернул плечом Казелон.

- А ты что скажешь, Айвас? - спросил мастер. Стеклодувная мастерская была напрямую соединена с машиной.

- Готовя расплав, он не подверг его ультразвуковой обработке и даже не промешал, как ты его учил, чтобы удалить из массы пузырьки воздуха. Он был слишком озабочен тем, чтобы обогнать товарища. В стекле оказались пузырьки, и под действием вакуума они взорвались. Зато две его колбы теперь можно использовать для демонстрации свойств сжиженных газов.

Мазь сделала свое дело, и кровь перестала сочиться из порезов на лице Казелона. Мастер Морилтон жестом велел ему и Вандентайну перейти в соседнюю комнату, Робинтон последовал за ними. В этом помещении тоже находился насос, но другой конструкции. Из покрытого инеем наконечника равномерно падали капли бледно-голубой жидкости, собираясь в толстостенной зеркальной колбе.

- Голубая жидкость - не что иное, как воздух - такой же, как в этой комнате, - продолжал Айвас, - который мы сначала сжимаем, а потом быстро расширяем, все больше и больше охлаждая, пока небольшая часть его не превратится в жидкость.

- Не прикасайтесь к клапанам радиатора, - предупредил мастер Морилтон, - иначе обожжете себе пальцы. - Вот это, мастер Робинтон, сказал он, с улыбкой обращаясь к гостю, - многоступенчатый охладитель. Не правда ли, совсем не похож на тот, который вы используете у себя в Прибрежном для охлаждения напитков и фруктов?

Робинтон молча кивнул.

- Последняя ступень - самая сложная, - проговорил Айвас, когда мастер сделал знак Казелону наполнить емкость. Сжиженный воздух потек в колбу Казелона, и комната наполнилась туманом. По полу побежали переливающиеся капли, и Робинтон невольно попятился. - А теперь, Казелон, возвращайся на свое место, - велел Айвас, - и понаблюдай за свойствами жидкого воздуха.

Казелон приступил к этому еще по дороге.

- А такие фокусы не опасны? - спросил пораженный Робинтон и заметил понимающую улыбку мастера.

- Этот сжиженный газ, - продолжал Айвас, - может течь в разных направлениях одновременно, вылезать из горлышка высокой бутылки, так что на дне ничего не останется, и просачиваться через узкие отверстия гораздо быстрее, чем через широкие. Ты можешь наполнить колбу жидким газом, мастер Робинтон, и поэкспериментировать самостоятельно. Это одно из самых опасных упражнений и, в то же время, одно из самых познавательных. Мастер Джейнсис, для вас тоже найдется колба. Вам этот эксперимент тоже важен. По тому, как девушка с недоумением взглянула на монитор, Робинтон понял, что она не знает, в чем его важность. - Когда вы достаточно освоитесь с жидким воздухом, мы сможем перейти к исследованию особых свойств жидкого водорода и в особенности жидкого гелия.

- Зачем же нам проводить такой эксперимент, если он опасен? - спросил Главный арфист.

- Опасность тоже учит, - ответил Айвас. - Теперь навряд ли Казелон забудет, что, прежде чем выдувать стекло, нужно как следует промешать смесь.

Прошло не меньше часа, пока Робинтон и Лайтол, которого Главный арфист тоже заинтересовал экспериментами со сжиженными газами, вернулись к исполнению своих обычных обязанностей.

Все больше зданий на Посадочной площадке обретало новых хозяев. Многие из находок, так долго хранившихся в Пещерных складах, нашли свое применение, хотя распорядители издали указ: по одному образцу каждого изделия следует передавать в хранилище мастера Эсселина для выставки. Еще недавно заброшенная, Посадочная площадка снова превратилась в поселок, в котором кипела жизнь. Там, где дорожки и дворики были расчищены от мусора и камней, появились всходы свежей растительности.

- Разумно ли с нашей стороны возрождать здесь поселок? - спросила Лесса однажды вечером, когда они вместе с Ф'ларом ужинали в доме Айваса в компании Джексома, Робинтона, Д'рама, Лайтола, Пьемура и Джейнсис. - Чего доброго, снова случится извержение вулкана!

- Я уже говорил об этом с Айвасом, - сказал Лайтол. - Он ответил, что ведет непрерывные наблюдения на сейсмической активностью. Некоторые приборы, которые установил вулканолог во времена поселенцев, работают до сих пор. Он заверил меня, что в цепи вулканов наблюдается лишь очень слабая активность.

- Это точно? - недоверчиво прищурилась Лесса.

- Так говорит Айвас...

- До чего не хотелось бы терять все то, что мы здесь восстановили, задумчиво произнес Ф'лар.

- К сожалению, - иронически усмехнувшись, заметил Лайтол, - Айваса невозможно стронуть с места.

- Давайте не будем заранее беспокоиться о том, что может никогда не случиться, - твердо сказал Робинтон. - У нас куда более насущных дел выше головы. Как, например, нам справиться с мастером Нористом? Вам известно, что он грозится лишить мастера Морилтона его звания и разогнать всех подмастерьев и учеников, которые производят стекло по... гм... незаконным и неправильным методам, которым учит Айвас?

- Он называет Айваса "мерзостью"! - издевательски хихикнул Пьемур. Айвас же сказал...

- Надеюсь, ты не доложил ему об этом? - спросила Джейнсис, возмущенная Пьемуровой бестактностью.

- Он не обиделся. Мне даже показалось, что его это позабавило.

Мастер Робинтон пристально взглянул на Пьемура.

- Скажи, у тебя никогда не возникало чувства, что временами Айвас словно посмеивается над нами?

- Возникало, и не раз - не задумываясь, ответил молодой арфист. Конечно, он только машина... Но, поскольку я теперь разбираюсь в механизмах куда лучше прежнего, то могу сказать, что он - совсем неглупая машина. Он общается с людьми и, следовательно, должен обладать критериями, позволяющими распознавать шутки. Хотя он не валится с ног от смеха, когда я рассказываю ему анекдоты, ему как будто нравится их слушать.

Главный арфист неуверенно хмыкнул.

- Ладно, вернемся к Нористу. Как законно избранного Главного мастера Цеха стеклодувов заменить его можно только решением Совета мастеров. К сожалению, Цех стеклодувов невелик, и большинство его мастеров - такие же упрямцы, как и сам Норист. С другой стороны, я не собираюсь сидеть сложа руки и наблюдать, как мастера Морилтона смещают, унижают или изводят только за то, что он захотел узнать нечто новое, нечто такое, чему Норист не смог его научить. Он доказал, что успешно осваивает новые приемы.

- Норист, к тому же, стал прижимать беднягу Вансора, - заметил Лайтол.

К счастью, Вансор не замечал этих выпадов, и ему в голову не приходило, что к нему могут применить такие же меры, как к Морилтону. Несмотря на запрет Нориста, Морилтон ухитрился сманить нескольких подмастерьев и учеников, которые давно хотели вырваться из-под тяжелой руки Главного мастера, заставлявшего их ни на шаг не отступать от правил, занесенных в Летописи цеха.

- Если Норист прижимает Вансора, почему бы нам не прижать его самого? - предложил Джексом.

- Это я беру на себя, - усмехнулся Лайтол. - Причем с удовольствием. Человек, не желающий видеть дальше своего носа, не имеет права быть цеховым мастером! - его лицо приняло строгое выражение.

- А ведь он дело говорит! - поддержал друга Робинтон.

- Еще я слышал, что Норист запрещает Морилтону пользоваться лучшими запасами песка, - хмурясь, предложил Лайтол.

- Ну, уж это и вовсе пустяки, - вмешался Пьемур. - На побережье песка хватит на всех.

- Ты просто дурень. Морской песок не годится для изготовления стекла, - недовольно одернул приятеля Джексом. - Нужное сырье добывают в карьерах Исты и Айгена.

- Именно там Норист и запретил Морилтону брать песок, - пояснил Лайтол.

- Но он не запретил этого лорду Джексому из холда Руат!

- И Д'раму! - не менее твердо, чем лорд-правитель, заявил старый бронзовый всадник. - Вы же знаете, что для микроскопов требуется стекло самого высокого качества.

Даже Лайтол усмехнулся, как ловко им удалось обойти запреты Нориста.

- В любом случае, я не считаю, что тут будут какие-либо осложнения, переглянувшись с Джексомом, продолжал Д'рам. - Я уверен, что ни Тирот, ни Рут не откажутся от небольшой прогулки. - Джексом согласно кивнул. - Ты отправляйся в Исту, а я загляну в Айген.

- А на картах поселенцев не отмечены более близкие запасы подходящего песка? - спросил Ф'лар. - Это помогло бы сократить время на доставку.

Робинтон поднял вверх палец.

- Сейчас спросим. - И он проворно отстучал вопрос на находившейся в комнате клавиатуре.

Из прорези принтера немедленно появился листок с перечнем месторождений и указанием типа в каждом из них. Залежи, которые подходили для производства стекла для линз, были помечены звездочками. Особенно Айвас рекомендовал месторождение в районе Райской реки и карьер в глубине материка, неподалеку от места, где когда-то располагался поселок Кардиф.

Д'рам вызвался отправиться в кардифский карьер: он знал, что Джексом охотно воспользуется случаем повидать Джейда и Арамину, чей холд располагался у Райской реки.

- Гм-м-м, - промычал Главный арфист, глядя на экран, - Айвас напоминает мне, что в качестве новых учеников ему нужны зеленые и бронзовые всадники.

- А пара крупных коричневых ему не подойдет? - спросил Ф'лар. Несколько коричневых всадников уже выразили желание приступить к учебе. У меня сложилось впечатление, что Айвас с предубеждением относится к драконам средних размеров.

- Я уже задавал ему этот вопрос, - сказал Д'рам. - Мне и самому показалось странным, что он выбирает только самых больших и самых маленьких. Он ответил, что для дела ему нужны именно они, но подробно не стал распространяться. Сказал только, что у него должно быть достаточно кандидатов, чтобы выбрать тех, кто сумеет справиться с заданием, и достаточное количество подготовленных дублеров. - Д'рам развел руками, сожалея, что не может объяснить более подробно.

- Мне бы хотелось, - заметила Лесса, - чтобы он хотя бы иногда говорил более определенно. Тогда мы могли бы как-то объяснить людям отказ, не очень их разочаровывая. Я не хочу, чтобы всадники обижались. Хотя, должна отметить, что моральный дух в Вейрах поднялся, - состроив гримаску, добавила она. - Все Вейры Перна, как один, хотят принять участие в нашем деле.

- Айвас говорил, что молодые всадники более восприимчивы к обучению, - продолжал Д'рам. - Ведь у них меньше предвзятых понятий. Хотя, конечно, бывают и исключения, - с довольной усмешкой добавил он.

- Я вам больше не нужен? - спросил Джексом. - Тогда я лучше вернусь в Руат, - смущенно пояснил он. - Песок с Райской реки я привезу завтра а сейчас мне пора бы наведаться домой.

- Боишься, Шарра даст взбучку? - с нахальной ухмылкой поинтересовался Пьемур.

Джексом не удостоил его ответом, а Джейнсис толкнула молодого арфиста локтем в бок.

- Тогда ступай, - сказал Ф'лар, покосившись на Лессу.

- Я сейчас попрошу Айваса напечатать карту с изображением карьера, проговорил Д'рам, поднимаясь вслед за молодым лордом.

Когда они оба вышли, Лайтол слегка нахмурился.

- Да не волнуйся ты, Лайтол, - сказала Лесса, желая успокоить старика. - Шарра имеет все основания проявлять недовольство - ведь Джексом действительно проводит здесь все время.

- Особенно если учесть, что она сама просто умирает от желания поучиться вместе с другими целителями, - заметила Джейнсис. - Послушай, Пьемур, ты заметил, что стоит Джексому пропустить день, как Айвас сразу спрашивает, куда он делся?

- Да, есть такое дело, - ответил Пьемур, после секундного размышления. И тут же добавил с обычной беспечностью: - Но Айвас и гоняет Джексома по всем предметам больше, чем остальных. Кроме, пожалуй, Миррим и С'лена.

- С'лен? - переспросил Ф'лар. - Молодой зеленый всадник из Форта?

- Он самый. А Миррим Айвас заставляет так много работать, чтобы она поскорее догнала нас, - ответил Пьемур.

- Почему же Айвас предпочитает зеленых драконов? - с недоумением спросила Лесса.

- Потому что они маленькие, вот почему, - заявил Пьемур.

- Маленькие?

- Ну, да это моя догадка. А Рут - меньше всех, - самодовольно продолжал Пьемур. - Помяните мое слово: им предстоит сыграть особую роль в Великом Айвасовом плане.

Лесса и Лайтол недоверчиво переглянулись.

- О Джексоме нечего волноваться, - беззаботно продолжал Пьемур, - он всех за пояс заткнет. А уж в навигационных вычислениях, которыми нас без устали пичкает Айвас, он поднаторел лучше всех.

- Однако же, Айвас предложил хоть что-то конкретное? - спросила Лесса Робинтона и Лайтола. Оба покачали головами.

Потом Робинтон вдруг усмехнулся.

- Могу привести древнее изречение: "Есть время для каждой вещи и каждого дела, время для больших дел и для малых дел". Остается предположить, что сейчас время для малых дел, вроде организации учебных групп, тогда как от времени больших дел нас по-прежнему отделяет четыре года, семь месяцев и немало дней.

- Это тебе сказал Айвас? - недоуменно переспросил Ф'лар. Его переговоры с машиной обычно касались чисто практических вопросов: тактики сражений с Нитями, расчетов траекторий будущих Падений, лечения драконов. Хотя сам он и не занимался целительством, но неизменно был в курсе советов Айваса по этой части.

- Вот именно. Конечно, Айвас сам признает, что выбирает то, что должно мне понравиться, и все же могу предположить - предки оставили нам столь удивительное и на редкость разнообразное литературное наследие, относящееся к самым разным культурам и эпохам, что наше собственное не идет с ним ни в какое сравнение. Некоторые из наших эпических сказаний он назвал переложением земных оригиналов. Просто поразительно!

- Мои исследования принесли такие же захватывающие результаты, облокотясь на стол, заметил Лайтол; лицо его сияло неподдельной увлеченностью. - Скажем, вряд ли кто-нибудь на Перне знает, что наше современное политическое устройство восходит к той самой хартии, которую предки привезли с собой с Земли. Айвас сказал, что с исторической точки зрения это весьма необычно.

- Ну и почему же? - удивился Ф'лар. - Такой уклад позволяет Веерам, холдам и цехам жить и развиваться, не мешая друг другу.

- Все дело в том, что именно взаимное вмешательство было основной особенностью политической жизни Земли, - пояснил Лайтол. - Причина же крылась в необходимости расширять свои территории, а зачастую - просто в алчности.

Лесса встала, торопясь прервать очередной экскурс в историю, которыми их в последнее время часто потчевал Лайтол.

- Нам пора возвращаться в Вейр, - сказала она, кивая Робинтону и молодым подмастерьям. - Айвас дал мне новое целебное снадобье для крыла Лизата, а то оно никак не желает заживать.

"Я предупредил Арамину, что мы к ним собираемся, - сказал Рут, когда Джексом оседлал его шею. - Ты же знаешь, она любит знать о гостях заранее", - доверительным тоном добавил он.

Джексом пожалел об этой поспешности Рута: теперь им придется обязательно навестить Арамину и Джейда, а ему хотелось сразу же вернуться в Руат - ведь утром ждали новые дела.

- Только учти, мы буквально на минутку, - сказал он, похлопав дракона по плечу.

Рут был без ума от молодой женщины, которая с детства так хорошо слышала драконов, что умолила Джейда, молодого торговца из клана Лилкамп и своего друга, увезти ее на другой конец света, подальше от них, дабы сохранить разум. По пути на южный материк молодые супруги потерпели кораблекрушение, но их спасли потомки земных дельфинов, некогда запущенных в океаны Перна. Добравшись до берега, Джейд и Арамина обнаружили древние постройки и восстановили их, еще не представляя, насколько важна их находка. Затем на этот поселок наткнулся Пьемур, занимавшийся картированием побережья. Спустя Оборот-другой Джейд получил права на открытые им земли и стал именоваться холдером Райской реки - по древнему названию этой местности. Холд его постепенно расширялся, в его состав вошла рыбачья артель. Бывший торговой был искренне удивлен, когда Пьемур и Джейнсис рассказали о предке по отцовской линии, носившем фамилию Лилиенкамп, который сыграл столь важную роль в сохранении множества полезных материалов и инструментов, найденных в Пещерном складе.

Следуя наставлениям Айваса, Джексом с Рутом вынырнули из Промежутка над лугом, на первый взгляд ничем не примечательным. Только когда они облетели его несколько раз, Джексом заметил откос, густо поросший травой и кустарником, где сквозь буйную зелень что-то белело. Приземлившись, они с трудом продрались через заросли, и Джексом зачерпнул пригоршню песка белого и мелкого, как пыль. Вспотев от усилий, он наполнил большие мешки, которые прихватил с собой. Наконец, усталый и разгоряченный, он снова забрался на шею Рута.

К тому времени, когда Рут плавно опустился перед входом в изящный старинный дом, в котором располагался холд Райской реки, Джексом успел остыть.

- День добрый, лорд Джексом, и тебе. Рут, - приветствовал их Джейд, спускаясь с просторного крыльца. - Ара начала выжимать сок из свежих фруктов, как только Рут сообщил ей, что вы к нам заглянете. И я рад вас видеть - есть о чем поговорить!

"Я отправляюсь купаться. Файры обещали потереть мне спину", - заявил Рут, радостно вращая ярко-зелеными глазами. Получив разрешение Джексома, белый дракон подпрыгнул и спланировал прямо в реку, сопровождаемый настороженными кувырками стаи файров, среди которых были и помеченные и дикие.

- Не терпится искупаться? - спросил Джейд. Он был среднего роста, дочерна загорелая обнаженная грудь была куда темнее, чем ноги. На смуглом лице выделялись необычные глаза - зеленые с золотистыми крапинками; выражение их говорило о сильном характере и внутреннем покое обладателя. Правда, когда Джейд вместе с Джексомом направился к тенистому крыльцу, его широкий лоб прорезала морщинка. - Рад, что ты навестил нас, Джексом. Как ты умудрился так вспотеть в Промежутке?

- Песок воровал.

- Вот оно что... - Джейд задумчиво посмотрел на гостя. - И зачем тебе понадобился песок с Райской реки? Я уверен, ты все равно расскажешь. - Он жестом пригласил Джексома опуститься в гамак, а сам, скрестив руки на груди, прислонился к перилам крыльца.

- У поселенцев был карьер - там подальше, в зарослях. Они очень ценили здешний песок - он подходит для изготовления стекла.

- Да, и у нас его предостаточно. Как там Пьемур с Джейнсис пригодились им эти... как бишь их?

- Микросхемы? Чипы? - улыбаясь, подсказал Джексом.

- Вот-вот, чипы!

- Нам удалось выбрать годные транзисторы и конденсаторы, но пока мы еще не успели пустить их в дело.

Джейд смерил гостя пристальным, чуть недоверчивым взглядом, потом усмехнулся.

- Ну-ну!

В этот миг малыш Райдис, одетый только в короткую рубашонку, вышел на крыльцо, сонно протирая глаза. Взгляд его упал на Джексома.

- А Рут?

Джексом махнул рукой в ту сторону, где на мелководье, окруженный хлопотливыми файрами, плескался белый дракон.

- Он за мной присмотрит, ведь правда? - спросил Райдис, откидывая головку и сразу становясь похожим на отца.

- Ты же видишь. Рут купается. К тому же я хочу, чтобы ты рассказал лорду Джексому о том, что на днях произошло с тобой и Алеми.

- Ты только для этого приехал? - В улыбке малыша мелькнуло сознание своей значимости. Внезапно Джексом почувствовал, как соскучился по своему первенцу Джеролу, которому едва минуло два Оборота.

- И для этого тоже, - соврал он. - Ну, выкладывай, что там приключилось с тобой и с Алеми?

Из дома вышла Арамина. Под мышкой и у нее извивалась дочка, в свободной руке был поднос. Джейд попытался избавить ее от подноса, но она вместо этого вручила ему Аранью, а сама поставила перед Джексомом охлажденный напиток в высоком стакане и блюдо со свежей, только что испеченной сдобой. Прошло несколько минут, пока Райдиса удалось усадить на стул, соблазнив его булочками и сладким питьем. Арамина устроилась рядом, и мальчуган взглянул на отца, ожидая сигнала начинать.

- Три дня назад дядя Алеми взял меня с собой на рыбалку. Мы вышли на его ялике. Краснохвостки так и шныряли вокруг, - Райдис махнул загорелой ручонкой в северном направлении. - Но мы хотели наловить рыбы покрупнее, чтобы зажарить - в тот день были именины Сваки. На беду нам попадалась одна мелочь. И вдруг дядин крючок заглотила здоровенная рыбина, - глаза мальчугана вспыхнули при воспоминании о пережитых волнениях, - и потащила лодку за собой, прямо туда, где проходит течение! Но дядя Алеми оказался сильнее и вытащил ее на борт. Она была во-о-от такущая, - он развел руки как можно шире. - Честно! - мальчик покосился на отца, который прикрыл рот рукой, пряча усмешку. - Ну и громадная же была рыбина! Спросите у Алеми! Я помогал ему втаскивать ее в лодку. Потом у меня клюнуло, и пришлось нам с дядей Алеми заняться этой рыбой. Так мы и не заметили, что надвигается шторм.

Джексом обменялся взглядами с Джейдом и Араминой. Алеми - отличный моряк и никогда не стал бы подвергать жизнь мальчугана опасности.

- Это был не просто шторм, а целая буря, - выпятив подбородок продолжал Райдис, подражая завзятому рассказчику. - Нас носило по морю, как щепку, и крутило в водоворотах: ведь парус-то мы не могли поставить, такой был ветрище! И вдруг огромная волна опрокинула наш ялик! Я вынырнул, стал кашлять, а дядя Алеми так вцепился в мою руку, что чуть не сломал. Зеленоватые глаза мальчика серьезно глядели на Джексома. - Не стану врать, я слегка перетрусил. Небо почернело, как ночью, а дождь хлестал так, что берег был не виден. Но я хорошо плаваю и теперь мне понятно, почему дядя Алеми всегда натирает мне спину... Вот, посмотри! - Он повернулся и поднял руки, чтобы показать Джексому зажившие ссадины подмышками. - Тут-то это и случилось!

- Что случилось? - спросил Джексом, почувствовав, что мальчуган ожидает от него этого вопроса.

- Я вытянул руки вперед, стараясь держать голову над водой, и вдруг что-то ткнулось мне в ладонь. И стало меня тащить! Дядя Алеми крикнул мне, чтоб я не боялся, что мы спасены. И велел мне крепко держаться.

- Морские спутники? Рыбы? - недоверчиво спросил Джексом, взглянув на родителей мальчика. Он знал, что Джейд и Арамина именно им были обязаны своим спасением. Сам мастер Идаролан клялся, что эти стремительные морские твари могут спасти человека, попавшего в шторм.

- Целая стая! - гордо ответил Райдис. - Каждый раз, когда моя рука срывалась, рядом выныривала следующая рыба и подставляла мне спину. Дядя Алеми говорит, что их было двадцать, а то и тридцать. Они тянули нас почти до самого берега, пока не увидели, что мы справимся сами. А на следующее утро, - закончил он, сделав выразительную паузу, - наш ялик нашли у Рыбачьего холда, как будто рыбы знали, где мы живем.

- Занятная история, юный Райдис. Ты просто прирожденный арфист. Чудесное спасение, ничего не скажешь! - вполне искренне проговорил Джексом. Он взглянул на Джейда, и тот согласно кивнул. - А скажи, краснохвосток в лодке случайно не оказалось?

- Не-а, - отмахнулся Райдис. - Они утонули. Так что пришлось нам вместо свежей жареной рыбы жевать старую жесткую птицу. А знаешь что еще?

- Ну? - с готовностью поинтересовался Джексом.

- Пока эти рыбы нас спасали, они все время с нами разговаривали. Дядя Алеми тоже слышал.

- И что же они вам говорили?

Райдис сосредоточенно нахмурился.

- Слов я точно не запомнил. И потом, ветер так завывал... Только знаю, что они на нас покрикивали, старались ободрить.

Сначала Джексом подумал, что Райдис это придумал, чтобы приукрасить историю об удивительном спасении, но, встретившись взглядом с Джейдом, заметил, как то кивнул, подтверждая, правдивость рассказа.

- А теперь, Райдис, беги, проследи, чтобы файры как следует поскребли Руту спину, - предложил сыну Джейд.

Карапуз охотно вскочил.

- А можно? Правда? - он одарил Джексома сияющей улыбкой.

- Конечно, правда, - заверил его Джексом, а сам подумал: будет ли его Джерол таким же забавным, когда ему минет пять Оборотов?

- Ого-го! - закричал Райдис, сбегая на берег, где Рут в компании ящерок наслаждался купаньем.

- Так это все действительно произошло с ним и Алеми? - спросил Джексом.

- Малыш ничего не придумал, - произнесла Арамина, явно гордясь смышленым сынишкой. - Алеми сказал, что Райдис не впал в панику и во всем слушался его. А иначе... - голос ее сорвался, лицо под слоем загара заметно побледнело.

Джейд наклонился к Джексому.

- Не мог бы ты спросить вашего Айваса, что ему известно об этих рыбах? Алеми тоже клянется, что они разговаривали, хотя из-за ветра и плеска волн он не смог в точности разобрать слова. Он думает, что рыбы указывали им направление и ободряли. Пьемур как-то упоминал, что Айвас говорил вскользь про больших рыб - кажется, он называет их дель-фи-ны, которых поселенцы привезли с собой с Земли. Я просил его уточнить, но, боюсь, у него давно вылетело из головы.

В последнее время Джексом повадился носить в сумке на поясе карандаш и маленький блокнот.

- Зато я не забуду, - заверил он Джейда, сделав пометку, и похлопал по сумке, куда убрал блокнот и карандаш.

Как только Рут обсох на солнце, Джексом позвал его к себе. Райдис визжал от восторга; дракон позволил ему взобраться к себе на спину, чтобы совершить эту короткую прогулку верхом. Арамина приготовила Джексому полную сетку фруктов для Шарры и Джерола, и он долго ее благодарил.

Когда Рут поднялся на достаточную высоту, Джексом спохватился, что снова - уже в который раз! - слишком задержался вдали от дома.

"Слушай, Рут, давай срежем три часика. Это совсем не опасно, и мы будем в Руате утром - все только что встанут".

"Ты же знаешь, Лесса не любит шуток со временем".

"Мы уж сколько Оборотов этим пользуемся!"

"Шарра все равно узнает".

"Я уверен, она так обрадуется, что не станет сердиться - во всяком случае, сегодня. - Джексом покровительственно потрепал Рута по шее. - Со своей супругой я как-нибудь разберусь. Ведь мы не собираемся обманывать Шарру. Просто хочется в кои-то веки вернуться домой пораньше. Не такое уж это большое дело!"

"Ладно, так и быть. Хорошо, что я всегда знаю, какое у нас время".

Но когда они оказались над Руатом, Джексом пожалел, что вернулся домой ранним утром. Холд был почти не виден из-за густой метели, которую нес с гор пронизывающий ветер.

"А еще лучше, что я всегда знаю, где нахожусь", - заметил Рут, изогнув шею и моргая, чтобы в фасеточные глаза не попал снег.

"Ты видишь, где нам приземлиться, Рут? Мне как-то в голову не пришло узнать, какая здесь погода". - Джексом прикрыл щеки руками, затянутыми в толстые перчатки, чувствуя, как даже через плотную летную тунику холод пробирает его до костей. Ноги, одетые в легкие брюки, как того требовало южное лето, заледенели, словно сосульки.

"Мне тоже, - виновато ответил Рут. - Потерпи еще пару секунд, я уже над самым двором".

Он раскинул крылья и приземлился с необычно сильно толчком.

"Извини, это сугроб виноват".

Не теряя ни минуты, Джексом скатился со спины дракона, но путь к массивным дверям, ведущим в вейр Рута, преграждали высокие сугробы. Пришлось отгребать снег, чтобы открыть одну створку. Затем Рут просунул внутрь передние лапы, поднатужился, и тяжелые створки распахнулись, сметная снежные наносы.

"Входи, не мешкай", - скомандовал Рут своему всаднику.

Оказавшись в вейре, где было не так холодно лишь потому, что сюда не проникали пронизывающие порывы ветра, дракон и всадник поспешили закрыть двери. Энергично растирая закоченевшие ноги, Джексом вприпрыжку подбежал к большому очагу, где была приготовлена растопка. Пальцы не сгибались, так что ему с трудом удалось разжечь огонь - и вот уже веселое пламя жадно пожирает сухие дрова. Наконец-то можно согреться!

- Вообще-то я не против холода, - сказал Джексом, снимая куртку и отряхивая ее от снега. - Просто такая резкая перемена после дивной погоды на Южном...

"Мийр говорит, что у Джерола сильная простуда. Шарра не спала всю ночь и очень устала", - сообщил Рут другу, глаза его пожелтели, выдавая беспокойство.

- В такую погоду маленькие дети часто простужаются, - ответил Джексом, хотя знал, что за эту зиму Джеролу нездоровится уже не в первый раз. Бедняжка Шарра совсем измоталась с ним - она никого из посторонних не желала подпускать к своему первенцу. - Иногда, Рут, я веду себя, как последний дурак, - сокрушенно воскликнул он. - Ну почему, во имя Первого Яйца, Шарра тоже не может перебраться на юг, жить там в тепле и покое и учиться у Айваса!

"Каким образом? Ведь ей нельзя лететь через Промежуток - у нее скоро будет маленький!"

- Но она может приплыть на корабле. Нужно только узнать у мастера Идаролана, когда он собирается на Южный, - пусть захватит ее с собой, они уже много раз плавали вместе... - Джексом на миг задумался. - Решено, так я и сделаю! Мы все перебираемся на Южный! В эту пору здесь не так много дел, и Бранд отлично справится без меня.

Ему сразу стало легче. И когда он отыскал в теплой спальне Шарру, укачивающую их капризничающего сына, она отнеслась к его идее с таким же энтузиазмом. Так что вопрос о его неожиданном появлении даже не встал. А как только Джерола удалось укачать и положить в колыбель, Шарра, к восторгу Джексома, доказала, как она счастлива видеть мужа дома и... в своей постели.

Арфист-подмастерье Тагетарл вышел из учебных классов Айваса и с озабоченным видом направился в вестибюль, где находился стол мастера Робинтона.

- Айвас хотел бы побеседовать с тобой, учитель, и с Сибелом в любое удобное для вас время, - объявил он.

- Ну, что он еще затевает? - спросил Главный арфист, заметив на лице подмастерья явное беспокойство.

- Он хочет, чтобы в Цехе арфистов построили печатную мастерскую! - со стоном выпалил Тагетарл, резким движением откидывая назад волосы.

- Печатную мастерскую! - вздохнул Робинтон и протянул руку, чтобы растормошить дремлющего на его плече бронзового файра. - Заир, будь любезен, разыщи Сибела и попроси его присоединиться к нам.

Бронзовый сонно чирикнул, но послушно размотал хвост, обвитый вокруг шеи арфиста. По руке Робинтона он спустился на стол, потянулся и выпорхнул в открытую дверь.

- Заир не ушел в промежуток, значит Сибел где-то поблизости, заметил Робинтон. - Подкрепись кла, пока мы ждем, он тебе явно не повредит. С чего это Айвас вдруг решил, что цеху арфистов нужна печатная мастерская?

Тагетарл с благодарностью наполнил кружку кла, пододвинул к столу учителя стул и снова пригладил свои длинные темные волосы, на этот раз уже спокойнее.

- Я спросил его, нельзя ли распечатать нотную запись струнного квартета, который он исполнял вчера вечером. Домису не терпится получить экземпляр. Он говорит, что ему надоело слушать наши восторги по поводу старинной музыки. И еще Домис сказал, - Тагетарл натянуто улыбнулся, - что здесь толчется столько мастеров и подмастерьев из нашего цеха, что он не может себе позволить приехать и послушать собственными ушами.

Робинтон усмехнулся, догадываясь, что юноша скорее всего изрядно смягчил ехидные высказывания мастера.

- На что Айвас ответил, что он должен беречь остатки бумаги и что он не считает музыку неотложным делом с точки зрения использования его ресурсов. У него осталось всего два рулона. И он считает, что нам нужно завести собственные множительные машины. - Тагетарл выжидательно улыбался.

- Гмм... Разумно, ничего не скажешь, - Робинтон попытался изобразить энтузиазм, поскольку Тагетарла явно увлек этот замысел. Правда, сам он весьма сомневался - где же предел "необходимой" механизации, которую они постоянно продолжают развивать? Ведь сколько людей из разных цехов в поте лица уже трудятся над полудюжиной срочных проектов! - Спору нет, нам необходимо распространять много разнообразной информации, особенно для отдаленных мастерских и холдов, которые сами не могут прислать сюда своих представителей.

Вернулся Заир. Судя по его радостному чириканью, он успешно справился с поручением. Не успел файр снова устроиться на плече у Робинтона, как в вестибюль ворвался Сибел. Было видно, что он одевался наспех, в волосах блестели капли воды.

- Потише, Сибел, никакой спешки нет, - поднимая руку, проговорил мастер. Робинтон, спеша успокоить своего преемника. - Надеюсь, это не Заир так тебя переполошил?

Сибел приветствовал учителя и, переведя дух, улыбнулся.

- Я так привык являться по твоему первому зову мастер, что никак не моту избавиться от этой привычки.

- Даже теперь, когда ты стал Главным арфистом Перна? - лукаво усмехнулся Робинтон. - Нет, теперь когда ты Главный арфист, ты имеешь полное право сначала покончить с утренним омовением.

- Не желаешь ли кла? - спросил Тагетарл и, заметив утвердительный кивок Сибела, наполнил кружку.

- Я только что закончил принимать душ, - сказал Сибел, беря кружку из рук подмастерья. - Ну, теперь, когда я здесь, чем могу быть вам полезен?

Робинтон сделал знак Тагетарлу.

- На самом деле это Айвас хочет поговорить с тобой и мастером Робинтоном, - сказал подмастерье. - Ему нужна печатная мастерская, и он говорит, что за ее создание должен взяться цех арфистов.

Сибел молча кивнул. Робинтон узнал свою привычку: он сам тоже так делал, когда к нему обращались с неожиданной просьбой.

- Он прав, распространение сведений в любом виде входит в обязанности нашего цеха. А что такое печатная мастерская?

- Машины, которые - я на это горячо надеюсь - будут более совершенны, чем корявый почерк мастера Арнора, - беспечным тоном ответил Робинтон. Оба его собеседника закатили глаза к потолку. - А если их продукция будет хотя бы отдаленно походить на то, что печатает для нас Айвас, это станет огромным достижением.

- По-моему, Айвас единственный на всей планете без труда разбирает Арноровы каракули. Ну, и за чем же дело стало? - спросил Тагетарла Сибел.

- Домис просто замучил меня - требует, чтобы я достал ему копии той великолепной музыки, которую исполнял для нас Айвас.

Сибел понимающе кивнул.

- Этого следовало ожидать... И его просьба вполне законна: ему пришлось взять на себя все управление Цехом, чтобы мы могли находиться здесь.

- Только не позволяйте Домису донимать тебя всякими хитроумными замыслами, - предупредил Робинтон, грозя ученикам пальцем. - А струнную музыку он найдет совершенно очаровательной, я в этом просто уверен.

- Как и мы все, - поднимаясь, сказал Сибел. - Давайте взглянем, что конкретно включает в себя организация печатной мастерской. Спору нет, наш цех не особенно силен в механике, хоть мы и сами изготавливаем свои инструменты.

И трое арфистов отправились к Айвасу за разъяснениями.

- Пусть арфисты и не сильны в механике, - ответил Айвас, когда Сибел высказал ему свои сомнения, - зато, мастер Сибел, вас отличает ум и сноровка. Размножение или копирование рукописных материалов может быть достигнуто разными методами. Из них переписывание от руки наиболее чревато ошибками. Используя старинные машины и детали, сохранившиеся в Пещерах, можно наладить более целесообразную технологию многократного копирования необходимой информации, в том числе и нот, которые требуют ваши коллеги.

Из прорези принтера выскочили листки, которые ловко подхватил Тагетарл.

- На чертеже изображены детали, которые вам предстоит разыскать в пещерах, и те немногие части, которые придется изготовить для вас мастеру Фандарелу. Это сотрудничество и в его интересах тоже. - Последовала одна из пауз, которые Робинтон предпочитал истолковывать как проявления Айвасова юмора. Он был уверен, что в данном случае машина хочет намекнуть, как много выгод успел получить Цех кузнецов благодаря его, Айваса, помощи. - Несомненно, вы успеете разыскать и собрать нужное оборудование к тому времени, когда мастер Фандарел закончит установку водяной турбины. Тогда у вас будет достаточно энергии, чтобы запустить печатный станок. Мастер Бендарек достиг замечательных успехов в производстве длинных рулонов бумаги, которые необходимы для этого процесса.

Изготовить отдельные буквы и цифры, чтобы получился четкий типографский шрифт, а также музыкальные значки и научные символы, не так трудно для того, кто обладает хорошими профессиональными навыками. Появилась следующая страница, на которой был изображен четкий шрифт. Подмастерье Тагетарл - искусный резчик. - Эти слова несказанно удивили Тагетарла, который не мог представить, как Айвас прознал про его умение. Думаю, найдутся и другие, не менее способные, которые смогут ему помочь.

- А нет ли в Пещерном складе готового печатного станка? - задумчиво спросил Сибел.

- К сожалению, нет. Размножение и хранение данных во времена ваших предков уже не требовало столь допотопных устройств. Однако для ваших нужд этот способ вполне сгодится, во всяком случае, на первое время.

Сибел взял у Тагетарла листок с образцом шрифта.

- До чего приятно - ни щуриться не нужно, ни разглядывать в увеличительное стекло... - Он одобрительно покачал головой. - Только, боюсь, мастеру Арнору это не понравится.

Робинтон поморщился и тяжело вздохнул.

- Наверно, его время вышло. Ты же знаешь, он почти совсем ослеп. И негодники-школяры этим пользуются. Менолли рассказывала мне о случае, который произошел только на прошлой неделе. Один наглый юнец сдал ему непристойный стишок вместо заданной баллады, и бедный мастер Арнор его похвалил.

Тагетарл спрятал усмешку.

- Мастер Арнор уже не впервые попадается на эту удочку.

- Скажи Айвас, печатная мастерская поможет сохранить твои запасы бумаги?

- Да, но не это главная причина, по которой вам предлагается усовершенствовать процесс обработки данных. Вы сами увидите, что вскоре вам будет мало одного станка, поэтому было бы разумно усвоить принцип, чтобы потом при необходимости расширить производство.

- Мне кажется, - сказал Робинтон и взглянул на Сибела, словно испрашивая прощения за то, что вмешивается в прерогативы нового Главного арфиста, - что первый печатный станок стоит собрать здесь, на Посадочной площадке.

Сибел кивнул, догадавшись, чем продиктовано предложение его учителя.

- Да, так мы меньше рискуем обидеть мастера Арнора. - Вместе с Тагетарлом он снова склонился над листком со шрифтом. - Дулкан уже здесь, он выполнял очень искусную работу по латуни для наших арф. Еще четверо старших учеников ожидают своей очереди прослушать общий курс. Пока они свободны, можно их использовать.

Робинтон с улыбкой взглянул на молодых арфистов - его радовало, с какой готовностью они восприняли предстоящий проект.

- Терри сейчас как раз в пещерах. Если мы поспешим, он сможет дать нам немало полезных советов, - с горячностью сказал Тагетарл.

Учтиво распрощавшись с Робинтоном, молодые люди вышли из дома, на ходу обмениваясь мнениями о том, с чего начать.

Робинтон медленно опустился на ближайший стул. Иногда их энергия, вместо того, чтобы придавать ему сил, была несколько утомительной. Впрочем, нельзя сказать, чтобы его не радовала перспектива создания печатной машины. Возможность получать множество копий текста - серьезное дело! Это вам не шуточки!

Его поражало, сколько новых механизмов появилось в последнее время машин, потребность в которых раньше даже не возникала. И влияние, которые они окажут на жизнь цехов, холдов и Вейров, влияние, которое пока еще едва ощутимо, трудно измерить словами. Лайтол, углубившийся в изучение истории и политики далеких предков, уже высказывал свое беспокойство по поводу разрушения ценностей и ниспровержения традиций под напором новых идеи. Обещание покончить с Нитями - вернее, возможность, - поправил себя Главный арфист, - воодушевляло всех, за исключением горсти отщепенцев. Даже наиболее косные из оставшихся в живых Древних всадников выступили в поддержку вождей Бендена.

Но что останется делать драконам и их отважным седокам, когда сам смысл существования Вейров будет утрачен? Робинтон знал, хоть это и хранилось в тайне, что Ф'лар с Лессой собираются предъявить свои права на часть обширных земель Южного. Только вот как отнесутся к их притязаниям лорды-правители, которые и сами алчно поглядывают на бескрайние просторы благодатного материка? И честолюбивый Торик, который отлично сознает, что в его владения входит лишь ничтожная часть южных земель. Робинтон придерживался мнения, что века самоотверженной службы дают Вейрам право получить все, что они пожелают. Но согласятся ли с этим холды и цеха? Вот что беспокоило его больше всего. Правда, сами Предводители Бендена, казалось, ничуть не тревожились на этот счет. А что, если через четыре Оборота, десять месяцев и три дня, которые дал им Айвас, их попытка закончится крахом? Что будет тогда?

Может быть, - он слегка повеселел, - новые технологии наполнят новым смыслом жизнь холдов и цехов... но не Вейров. Цеха и холды всегда умудрялись забывать о Вейрах в интервалы между Прохождениями. Возможно, новшества, вроде силовых установок и печатных машин действительно необходимы - и не только для явных целей, но и для более скрытых.

- Айвас, - проговорил Робинтон, тщательно прикрывая за собой дверь, я к тебе на несколько слов... - Он откашлялся, внутренне недоумевая: до каких пор эта древняя машина одним своим присутствием будет повергать его в трепет, как несмышленого школяра? - Я по поводу печатной мастерской...

- Вы не согласны с тем, что это необходимо, мастер?

- Напротив, я полностью за.

- Что же тогда вас беспокоит? Мои аудиодатчики улавливают в вашем голосе оттенок неуверенности.

- Видишь ли, Айвас, когда мы впервые осознали, что ты значишь для нас с точки зрения получения новых знаний, мы и понятия не имели, сколь многое было потеряно за истекшие столетия. Но сейчас редко выдается день, чтобы в списке первоочередных дел не появилось какое-нибудь новое устройство. Наши искусные ремесленники получили достаточно заданий, чтобы работать не покладая рук на протяжение всего Прохождения. Скажи откровенно, неужели все эти машины действительно необходимы?

- Если судить с точки зрения той жизни, которую вы еще так недавно вели, то, конечно, нет. Но чтобы осуществить цель, к которой стремится большинство населения Перна - уничтожить Нитей - необходимы знания. Ваши предки не использовали передовых технологий, доступные в их эпоху; они предпочитали самый скромный уровень, позволявший достигать желаемых результатов. Именно этот уровень мы сейчас и пытаемся восстановить. Вы же сами попросили об этом при нашей первой беседе.

"Интересно, действительно в тоне Айваса прозвучал мягкий упрек или мне это только почудилось?" - подумал Робинтон.

- Энергия движущейся воды... - начал он.

- Она когда-то уже была вам доступна.

- А печатные машины?

- Ваши Летописи раньше печатались, но столь трудоемким и несовершенным способом, что, к сожалению, в них неизменно вкрадывались ошибки.

Робинтон задумчиво подергал себя за ухо и произнес:

- Значит, главное все-таки - обучение...

- Можно сказать и так. Вы, арфисты, тоже учите по заранее разработанным методикам. И Цеха Перна уже многого достигли - даже ухитрились изобрести способ изготовления бумаги еще до того, как получили доступ к моим файлам. Большинство методов ее производства - лишь усовершенствование тех процессов, которые уже применяются вами. А простейшие машины только облегчат этот труд, причем они ничуть не сложнее тех, которые ваши предки когда-то привезли с собой. Мы всего лишь исправляем накопившиеся ошибки и заблуждения; дух первых колонистов все еще жив. Даже тот путь, которым будет произведена коррекция орбиты блуждающей планеты, не выходит за пределы запланированного вашими предками уровня пасторальной цивилизации. - Айвас сделал паузу, словно размышляя о чем-то, затем продолжил: - Наверняка существуют новые, гораздо более эффективные методы, разработанные учеными Земли, которые можно было бы использовать, если бы не прервалась связь между вашей планетой и Землей. К тому времени, когда корабли колонистов покинули Солнечную систему, развитие науки предвещало большие успехи в космологии. Однако сведения об этом в памяти данной системы отсутствуют. Когда же вы вновь обретете необходимый уровень знаний, только от вас будет зависеть выбор: идти дальше или остановиться на достигнутом.

Робинтон задумчиво потер подбородок. Разве можно винить Айваса в том, что он пытается исполнить свое предназначение? Кроме того, совершенно очевидно, что древняя машина возрождает только самое необходимое для достижения главной цели. Просто тяжело осознавать, сколь многое оказалось утраченным...

- Ваш мир выжил, мастер Робинтон, проявив при этом гораздо больше чести и достоинства, чем вы можете предположить, - так считает Лайтол, исследующий глубины истории.

- Возможно, я уделял его изысканиям слишком мало внимания...

- Лорд-Оберегающий пришел к такому заключению на основе своих личных исследований, мастер Робинтон.

- Совпадает ли его вывод с твоим беспристрастным суждением?

- Загляните в историю, мастер Робинтон, и у вас появится собственный ответ. - Снова последовала одна из загадочных Айвасовых пауз. - А печатные книги значительно упростят этот процесс.

Робинтон поглядел на зеленый огонек на экране и в который уже раз задал себе вопрос: что же это такое - искусственный интеллект? В ответ на его прямые вопросы Айвас неизменно расшифровывал свое сокращенное название. Теперь Робинтон понимал, что есть вопросы, на которые Айвас либо не может ответить, либо не должен - так уж составлена его программа.

- Да, печатные книги существенно упростят дело, - согласился он. Но, судя по тому, что ты нам показывал, у поселенцев были и другие приспособления, куда более компактные.

- Этот метод слишком сложен, чтобы его можно было обсуждать в настоящее время. К тому же, он предполагает процессы, которые пока выходят за пределы ваших возможностей и потребностей.

- Что ж, тогда я голосую за книги.

- Весьма благоразумно с вашей стороны.

- А ты в свою очередь тоже будешь благоразумен, планируя то, что нам необходимо воссоздать?

- Это неотъемлемое качество данной системы.

Робинтон был вынужден удовлетворится этим ответом. Уже взявшись за ручку двери он обернулся.

- А ноты эта печатная машина тоже сможет печатать?

- Да.

- Это существенно облегчило бы жизнь нашего Цеха, - сказал арфист.

Сейчас, шагая по коридору, Робинтон ощущал такой прилив энергии, что даже стал насвистывать.

7. ПОСАДОЧНАЯ ПЛОЩАДКА, ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ ОБОРОТ

ДЕВЯТОГО ПРОХОЖДЕНИЯ; ДЕСАНТ

Лесса резко села на постели. Вокруг стояла такая густая тьма, что было ясно: до рассвета еще далеко. Ф'лар разметался рядом, прижавшись лбом к ее плечу, одной рукой он обнимал жену, нога его покоилась на ее бедре. Несмотря на огромные размеры кровати, что стояла в спальне королевского вейра, он всегда умудрялся оттеснить Лессу на самый край. Должно быть, она сама велела себе проснуться в эту несусветную рань - ей это всегда удавалось. Но зачем? Рассудок ее еще дремал и не сумел сразу дать ответ.

Рамота тоже крепко спала. И Мнемент. Да и весь Вейр Бенден был погружен в безмятежный сон - даже, как с негодованием обнаружила Лесса, сторожевой дракон и его всадник, которые должны были всю ночь нести караул на верхнем карнизе чаши. Ну, она ему покажет! Дайте только разобраться, почему ей стукнуло в голову проснуться в такой возмутительно ранний час.

Взгляд ее упал на освещенный циферблат часов, стоявших на тумбочке у кровати. Три часа - какой кошмар! Это новшество воистину палка о двух концах. Имея надежный счетчик времени, который можно разглядеть даже в темноте, еще труднее переносить непроглядную тьму и столь ранний подъем. Но, увидев часы, Лесса, наконец, вспомнила, зачем ей понадобилось сегодня вставать так рано. Она принялась расталкивать Ф'лара, будить которого было сущим наказанием, если на помощь не приходил Мнемент.

- Проснись, Ф'лар! Пора вставать! - Потом: - "Рамота, милая, просыпайся. Нам нужно спешить на Посадочную площадку. Айвас хочет с нами встретиться". - Она все настойчивей трясла Ф'лара за плечо и, с трудом скинув его ногу, неохотно выбралась из уютной, теплой постели. - Мы должны рано утром быть на Посадочной площадке. Рано утром по их времени.

Случались минуты - и это как раз была одна из них, - когда Лессе казалось, что ее энтузиазм к проекту начинает иссякать. Но что, если именно сегодня Айвас собирается подвести итоги двух Оборотов напряженной учебы и работы? По сравнению с этим ранний подъем - такая пустяковая жертва!

Лесса слышала, как ее золотая королева недовольно ворчит в своем просторном вейре, как и Ф'лар, обращая мало внимания на ее понукания.

- Ну уж, если мне приходится вставать, вы тоже никуда не денетесь! сказала она, недрогнувшей рукой стягивая со спящего супруга меховое одеяло.

- Какого... - Ф'лар попытался удержать ускользающий мех, но Лесса, злорадно хихикнув, выдернула его из рук мужа.

- Пора вставать!

- На дворе темно, хоть глаз выколи, - простонал Ф'лар. - И до Падения еще целых полтора дня...

- Айвас ждет нас в пять утра по своему времени.

- Айвас? - Ф'лар рывком сел и, широко открыв глаза, откинул со лба спутанные волосы.

Лесса только фыркнула, увидев, какое впечатление произвело на мужа это имя.

- Рубашку, скорее! - крикнул он, судорожно ежась от предрассветного холода. - Что за бессердечная женщина!

Схватив со стула штаны и рубашку. Лесса бросила их Ф'лару.

- Никакая я не бессердечная!

Потом запалила светильник, чтобы выбрать одежду для себя. Пока Ф'лар наскоро умывался, она налила кла и себе, и ему. Отдав кружку возвращавшемуся мужу, Лесса быстро умылась сама и переплела распустившиеся концы кос.

- Дозорный всадник заснул, - сообщила она Ф'лару, входя в вейр, где он, уже сунув ноги в сапоги, натягивал летную куртку.

- Знаю. Я велел Мнементу пугнуть их обоих так, чтобы впредь не повадно было. - Снаружи донесся грохочущий рев, а вслед за ним испуганный вскрик. Ф'лар удовлетворенно кивнул. - Это им наука!

- Когда-нибудь Мнемент так напугает нерадивых стражей, что они оба свалятся с карниза! - заметила Лесса.

- Пока еще никто не упал, - ухмыльнулся Ф'лар. - Держи! - он протянул жене летную куртку и шлем. Когда Лесса стала просовывать руки в рукава, он нагнулся и поцеловал ее в обнаженную шею. По утрам Ф'лар часто бывал настроен игриво.

- Щекотно! - однако Лесса не отодвинулась, и он, нежно прижав ее к груди, поцеловал еще раз, а потом, все еще обнимая за плечи, повел к вейру Рамоты.

Хвост золотой королевы все еще был в проходе, но сама она уже вышла на карниз. Ф'лар с Лессой присоединились к ней. Мнемент, восседавший на своем обычном месте над королевским вейром, опустил голову вниз, в темноте глаза его переливались ярким зелено-голубым сиянием.

"Каких нерадивых стражей ты сегодня напугал до полусмерти?" осведомилась Лесса.

"Б'фола и зеленую Герету. Больше они не заснут на посту!" - сурово откликнулся бронзовый великан. Лесса ничуть не возражала: оба, и Б'фол, и Герета, уже достаточно взрослые, чтобы не допускать подобных поступков.

- В следующее Падение Б'фолу и Герете придется заняться мешками с огненным камнем, - услышав их разговор, заметил Ф'лар. - В Вейре Бенден не место разгильдяям. А у нас есть время перекусить? - тут же с надеждой спросил он.

Догадываясь, что на Посадочной площадке у них не будет ни минуты свободной. Лесса решила, что плотный завтрак им обоим не помешает, пусть даже они опаздывают к назначенному часу.

- Нет - так будет! - с озорным смешком ответила она.

- Ну-ну, Лесса, - с притворным укором начал он, - раз уж мы никому не позволяем мудрить со временем...

- А! Должен же титул давать хоть какие-то привилегии, - махнула рукой Лесса. - К тому же, если я позавтракаю, у меня голова лучше соображает. Мы сдвинем время совсем чуть-чуть, дорогой. Ведь ты всегда просыпаешься с таким трудом. - Ф'лар начал возражать, но она лишь тихонько засмеялась. "Прошу тебя, Рамота! - Королева пригнулась, чтобы всаднице было легче сесть. - Ты ведь не откажешься захватить Ф'лара, моя радость? Я не хочу, чтобы он свалился с верхнего карниза, пытаясь в полной темноте взобраться на Мнемента".

Рамота повернула голову к Ф'лару и моргнула.

"Ну, разумеется".

Мнемент подождал, пока оба всадника не устроятся на шее королевы, и, оттолкнувшись от верхнего карниза, вслед за ними спланировал вниз, на дно чаши. Как только они приземлились, стали видны притушенные огни в Нижних Пещерах и прикрытое черным камнем пламя в маленьком очаге, на котором дымился большой котел с кашей. Огромная кастрюля с кла была отодвинута в сторону, чтобы ее содержимое не заварилось слишком крепко.

Наполняя миски горячей кашей. Лесса порадовалась, что они здесь одни. Должно быть, пекари только что разошлись: на большом столе у главной печи были расставлены прикрытые полотенцами формы. Ф'лар принес две кружки кла, сдобрив свой невероятным количеством сладкого сиропа, и щедро полил им тарелку с кашей, которую поставила перед ним Лесса.

- Просто чудо, что ты, такой сладкоежка, не растолстел, - заметила она.

- И не потерял зубы, - подсказал он вторую половину неизменного упрека. - Лучезарно улыбнувшись, Ф'лар постучал ложкой по своим крепким зубам. - Как видишь, все на месте. - И он принялся за завтрак.

Лесса потягивала кла, спеша сбросить остатки дремоты.

- Ты не думаешь, что Айвас собирается сегодня утром, приступить к выполнению проекта?

Ф'лар пожал плечами: вопрос застал его с полным ртом горячей каши. Он отхлебнул глоток кла.

- Не знаю, зачем еще ему понадобилось собирать нас в такую рань. Если судить по первоначальному графику, который он сам составил, мы готовы начинать. Что бы там ни твердили некоторые критиканы, - добавил он с гримасой, которая не имела никакого отношения к дымящейся в его ложке каше, - а свои обещания он держит.

- Пока держит, - хмуро согласилась Лесса.

- Причем неизменно! - Ф'лар окинул супругу испытующим взглядом. - Уж не хочешь ли ты сказать, будто не веришь, что он сдержит обещание уничтожить Нити?

- Я просто не Могу себе представить, почему он рассчитывает, что мы сможем сделать то, чего не сумели даже люди с Земли! - Она впилась глазами и мужа, одновременно радуясь и печалясь, что, наконец, поделилась с ним сомнением, которое все больше терзало ее душу.

Ф'лар накрыл ее ладонь своей.

- Он выполнил все, что обещал. И я верю ему - не просто потому, что мне, как всаднику, хочется в это поверить... нет, Лесса, в его обещаниях звучит непоколебимая уверенность.

- Но согласись, Ф'лар, каждый раз, когда его спрашивают, он не говорит, что обещает нам избавление от Нитей. Он только утверждает, что это возможно. Совсем не одно и то же!

- Знаешь, душа моя, давай посмотрим, что принесет нам сегодняшний день.

Ф'лар одарил жену снисходительным взглядом, от которого ей иногда хотелось вцепиться ему в лицо. Лесса глубоко вздохнула и сдержала готовую сорваться с языка колкость. Сегодняшний день решит многое, и как ей ни хотелось, чтобы он принес доказательства того, что Ф'лар не зря так безоглядно доверяет Айвасу, она считала своим долгом подготовить супруга к возможным разочарованиям.

- Но если сегодня все рухнет, это очень снизит наши шансы на предстоящем Конклаве в Тиллеке - ведь на следующей неделе предстоит избрать преемника лорда Отерела.

Ф'лар нахмурился.

- Я учитываю это. И, надеюсь, Айвас тоже. Я даже предполагаю, что он потому так и спешит с сегодняшней встречей. Он все рассчитал наилучшим образом.

- Они с Лайтолом отлично разбираются в политике, да? Иногда я почти жалею, что Лайтол уже больше не лорд-Оберегающий Руата. Это дало бы Гроху необходимую поддержку. Даже до меня дошли сетования, что наш молодой лорд Руатанский слишком много времени проводит на Южном, в ущерб делам своего холда.

- К счастью, Рандел не так уж молод, чтобы это помешало ему стать лордом Тиллека, - напомнил ей Ф'лар. - Ему уже за тридцать, и у него пятеро детей. И уж конечно, из сыновей Отерела только он проявил себя достаточно компетентным человеком! Чего стоит его проект переоборудования порта! Хоть он и нажил себе лишних недоброжелателей, использовав для постройки пристани и укрепления причалов тот новый материал, который предложил Хэмиан.

Лесса тоже усмехнулась, припоминая переполох, который вызывали новшества Рандела в стане тех, кто высмеивал или наотрез отвергал любые усовершенствования, предложенные "Мерзостью". Ф'лар сонно почесал затылок и зевнул.

- А помнишь, когда другие братья постарались умалить заслуги Рандела, выступил мастер Идаролан и принялся вовсю расхваливать его постройки? подхватила Лесса.

- К сожалению, на Конклаве лордов-правителей это не будет иметь никакой силы. Но зато жена Рандела - мастер цеха одеяний. И она очень заинтересована получить механический станок. Даже не знаю, откуда она взяла, что такие бывают.

- Все просто помешались на механизмах! - всплеснула руками Лесса.

- Они значительно облегчают ручной труд.

- Ммм... Наверное. Ну-ка, доедай скорей. Мы и так опаздываем.

Ф'лар ухмыльнулся и разом опорожнил свою кружку.

- Ты прекрасно знаешь, что мы уже опоздали. И сама разрешила нам немножко срезать время... - Заметив ее укоризненный взгляд, он рассмеялся.

Сложив грязную посуду в таз, они направились к выходу, застегивая куртки и шлемы.

"Понимаешь, Рамота, мы должны были попасть туда час назад, проговорила Лесса, усаживаясь на шею королевы. - Нам никак нельзя опаздывать".

"Ну, если ты настаиваешь", - неодобрительно произнесла королева.

Когда прибыли Предводители Бендена, все уже собрались в главном зале. У Робинтона был невыспавшийся вид, зато Джексом, Миррим, Пьемур, на плечах у которого свернулась золотая Фарли, и трое зеленых всадников выглядели вполне бодро.

Джексом расправил плечи и одернул свою легкую тунику без рукавов, прилипшую к потной спине. Пьемур ухмыльнулся, углядев в этом свидетельство того, что его друг волнуется. Миррим тоже была не в своей тарелке. Все трое зеленых всадников - Л'зал, Г'раннат и С'лен - беспокойно переминались с ноги на ногу.

- Поскольку все собрались, давайте выясним, что Айвас хочет от такой разношерстной компании, - сказал Ф'лар, делая знак Лессе пройти вперед. Шагая по коридору, он через плечо ободряюще улыбнулся Джексому и остальным.

Когда два дня назад Айвас назначил это раннее совещание, его самые близкие ученики заволновались: не иначе, как он решил претворить в жизнь свой план. Прилагая немалые труды, они старались скрыть волнение и не дать повода для новых слухов. Даже у Пьемура не хватило дерзости обратиться к Айвасу за подтверждением.

Минувшие два Оборота вся эта молодежь прилежно осваивала новые знания, хотя зачастую уроки и тренировки казались не особо важными или утомляли бесконечными повторениями. Джексом как-то сказал Пьемуру, что он может выполнить заученное даже во сне.

- Может быть, как раз этого Айвас и добивается, - пожав плечами, ответил молодой арфист. - Мне кажется, в них не больше смысла, чем в упражнениях, которые Айвас дает мне для Фарли.

Джексом видел, как он поглаживал спинку своей ящерки, когда они входили в комнату Айваса. Помещение осветилось, и Пьемур ухмыльнулся: "лампочки" Морилтона работали не хуже старых экземпляров. Еще одна победа мастера-стеклодела, который осмелился работать по указке какой-то "Мерзости". Вспомнив это прозвище, Джексом нахмурил брови - мастер Норист был не одинок в своем стремлении именовать Айваса таким образом. Но если сегодняшнее утро действительно положит начало наступлению на Нити, все может очень быстро перемениться, и тогда им уже не придется беспокоиться о растущем числе недовольных.

- Доброе утро, - приветствовал всех Айвас, как всегда учтивым и в то же время непроницаемым тоном. - Если вы соблаговолите сесть, я объясню вам нашу следующую задачу. - Он подождал пока люди рассядутся и возбужденный шепоток сменится почтительной тишиной.

Тогда на экране засветилось изображение, которое всем уже было знакомо: рубка "Иокогамы". Только на этот раз в нем было нечто новое - над одним из пультов управления склонилась фигура в скафандре. У людей вырвался вдох: то было тело Саллах Телгар, которая пожертвовала жизнью ради спасения колонии. Значит, это настоящая рубка "Иокагамы", а не просто картинка, которую Айвас показывал им на тренировочных занятиях! Вот фокус изображения переместился вдоль пульта и замер на табло с надписью: "Система жизнеобеспечения".

Джексом увидел, как Пьемур погладил Фарли, чей взгляд был прикован к экрану. Королева тихонько пискнула - видно, тоже узнала табло. Она целый месяц мучилась на тренажере, чтобы научиться отыскивать два рычага и в определенной последовательности нажимать на три клавиши. Теперь она могла проделать эти движения меньше, чем за тридцать секунд.

За прошедшие два Оборота Айвас постепенно собрал много данных о файрах и драконах. Больше всего его заинтересовал факт, что и те, и другие могли без всякого вреда для себя поддерживать неизменный уровень кислорода в крови на протяжении почти десяти минут. Это время можно было увеличить и до пятнадцати минут, но по их истечении файрам и драконам требовалось несколько часов, чтобы оправиться от последствий кислородного голодания.

Один из опытов с файрами и драконами, который не увенчался успехом, состоял в том, что они пытались перемещать предметы из одного места в другое. Айвас называл это телекинезом. Но данный феномен, как терпеливо он не растолковывал задачу, только смущал драконов - так же, как и огненных ящериц. Они могли слетать через Промежуток, чтобы взять нужный предмет, но перенести вещь, не прикасаясь к ней - нет, это определенно ставило их в тупик. Айвас терпеливо объяснял: если драконы и файры способны сами перемещаться методом телекинеза, то им под силу и перемещение предметов на расстояние. Но тщетно. Звери не понимали его.

В напряженной тишине раздался спокойный и звучный голос древней машины.

- Сегодня, Пьемур, попробуем выполнить первое задание. Сейчас ты пошлешь Фарли на "Иокогаму", и пусть она проделает те манипуляции, которым ты ее научил. Напоминаю, что в рубке корабля нет воздуха, и поэтому, прежде, чем предпринять следующий шаг, необходимо включить систему жизнеобеспечения. Другие приборы и устройства помогут нам получить данные о том, в каком состоянии находится "Иокогама".

- Ого! - вырвался у Пьемура негромкий возглас; потом он шумно вздохнул и погладил Фарли. Золотая королева снова пискнула, не сводя с экрана немигающих глаз. - Я словно предчувствовал, что ты скажешь именно это.

- Твоя маленькая королева, Пьемур, оказалась отличной ученицей. С ней не должно возникнуть никаких затруднений; ведь она привыкла тебя слушаться.

Пьемур набрал побольше воздуха.

- За дело, Фарли, - хрипло произнес он. Размотав хвост ящерки, обвивавший его шею, арфист вытянул руку. Осторожно перебирая лапками, Фарли спустилась с его плеча и, устроившись у локтя, повернула к хозяину головку; в ее фасеточных глазах стремительно вращались цветовые сполохи.

- На этот раз, малышка, - Пьемур поднял правую руку, - все будет немного по-другому. Ты должна взлететь высоко-высоко в небо и найти там место, которое увидишь, в моих мыслях. - Закрыв глаза, он сосредоточился на картине рубки и пульта, который должна была привести в действие Фарли.

Ящерка чирикнула, оглянулась на экран и, снова отрывисто курлыкнув, сложила крылья за спиной.

- Да нет, Фарли, не на экране. Возьми направление из моих мыслей! Пьемур снова закрыл глаза, сосредоточиваясь на том месте, куда он должен отправить свою королеву, обращая ее особое внимание на пульт системы жизнеобеспечения рядом с поникшим телом Саллах. Но она опять чирикнула, на этот раз с явным нетерпением, и Пьемур, вынужденный признать свою неудачу, повернулся к остальным.

- Она никак не может понять, - сказал он, стараясь, чтобы голос не выдал его разочарования. Пьемур не винил Фарли; ведь почти во всех местах, куда он ее посылал, ящерка уже бывала раньше. Ну как объяснить ей, что это разные вещи - летать вокруг планеты и подняться в космос над ее поверхностью? Тем более, что он и сам не мог себе это отчетливо представить.

И Фарли подтвердила это - она вспорхнула с его руки, вылетела в комнату, где он ее обучал, вернулась через несколько мгновений и попыталась влететь в изображенную на экране рубку.

Пьемур слабо улыбнулся.

- Клянусь Скорлупой, она летела туда, чтобы снова выполнить заученное упражнение. Уж это-то она понимает!

В комнате воцарилось разочарованное молчание: Пьемур не отрывал взгляда от изображения на экране, словно дразнящего своей недоступностью.

- Ну, что же нам теперь делать, Айвас? - спросил Ф'лар.

Прежде, чем компьютер заговорил, последовала долгая пауза.

- Повадки огненной ящерицы не согласуются с шаблонами поведения животных, зарегистрированных в памяти системы.

- В этом нет ничего удивительного. Ведь твои данные касаются только земных животных, - заметил Пьемур, стараясь не показать, как он расстроен неудачей своей маленькой королевы. Ведь она лучшая во всей своей стае, даже способнее, чем Красотка, любимица Менолли, - а уж та отлично обучена! Почему-то он надеялся, что Фарли сумеет уловить отличие этого полета от всех предыдущих. - И потом, это не так-то просто - заставить ее отправиться туда, где никто из нас не бывал, - добавил молодой арфист.

В комнате снова повисла тишина.

- Есть только один дракон, - медленно и задумчиво промолвил Ф'лар, который однажды покидал нашу планету...

- Кант! - вырвалось у Лессы.

- Коричневый Кант Ф'нора слишком велик, - сказал Айвас.

- Я подумала не о его размерах, а о том, что у него есть опыт полета в космосе. Он уже испытал это - так может быть, он сумеет объяснить Фарли, что от нее требуется. - Глаза Лессы приняли отсутствующее выражение - она послала Канту мысленный призыв.

"Мы сейчас будем!" - откликнулся коричневый.

Собравшись в комнате Айваса нетерпеливо ждали. Пьемур продолжал поглаживать Фарли, занявшую свое обычное место на его плече. Он тихонько нашептывал ей, что она самая чудесная из всех файров, самая лучшая в мире королева - вот только рычаги, которые ей нужно потянуть, и клавиши, которые надо нажать, находятся вовсе не в соседней комнате, а на борту "Иокогамы", которая плывет высоко-высоко в черном небе над их головами. Фарли озадаченно крутила головой, горлышко ее трепетало: она изо всех сил старалась понять, чего от нее хотят.

- Прилетели! - воскликнула Лесса. - Ф'нор уже на подходе.

Ф'нор ворвался в комнату, и было видно, что он собирался впопыхах.

- Кант сказал мне, что нас срочно вызывают, - произнес он, недоуменно обведя глазами комнату; потом его вопросительный взгляд остановился на Лессе.

- Айвас хочет, чтобы Фарли отправилась на борт "Иокогамы", объяснила Госпожа Бендена. - Но она никак не может понять, куда ей лететь. Вы с Кантом единственные на Перне, кто покидал планету. Вот мы и подумали: может. Кант сумеет объяснить Фарли, что от нее требуется?

Выслушав Лессу, Ф'нор стянул с головы шлем и сбросил тяжелую летную тунику. На лице его появилось выражение шутливого недоумения.

- Ну и задачу ты нам задала. Лесса! Я и сам до сих пор не понимаю, как нам с Кантом удалось совершить тот злополучный полет.

- Но ты хоть помнишь, о чем тогда думал? - спросил брата Ф'лар.

- Как же! - фыркнул тот. - Я думал, что необходимо что-то предпринять, чтобы ты сам не отправился к Алой Звезде. - Внезапно Ф'нор нахмурился. - Ах да, припоминаю: как раз тогда Мерой старался заставить своего файра полететь туда. Его малышка в панике исчезла, и я даже не знаю, вернулась ли она к нему.

- Фарли не боится, - твердо заявил Пьемур. - Просто она никак не может понять, в каком именно месте она должна выполнить свое задание.

Ф'нор беспомощно развел руками.

- Если уж мудрейшая Фарли не может разобраться, вряд ли кому-нибудь из файров это под силу.

- А Кант не смог бы объяснить ей, как он поднимался над планетой в космос? - спросила Лесса.

"Что скажешь. Кант?" - спросил Ф'нор своего коричневого. Тот как раз устраивался на холме над Посадочной площадкой, куда падали первые теплые лучи восходящего солнца.

"Ты показал мне, куда нужно было лететь. Я полетел".

Ф'нор повторил ответ своего дракона.

- Ведь планета - видимая цель, - добавил он, - в отличие от космического корабля, который отсюда не заметен.

"Фарли не понимает, - продолжал Кант. - Она уже выполнила то, чему ее учили, и там, где она привыкла это делать".

"Скажи, Кант, - обратилась к бронзовому Лесса, - ты-то сам понимаешь, чего мы добиваемся от Фарли?"

"Да. Вы хотите, чтоб она отправилась на корабль и сделала там то, чему ее научили. Только она не понимает, где это - ведь она там никогда не была!"

Джексом заерзал на стуле. Подумать только, Пьемур потратил столько сил, чтобы обучить Фарли! Какая жалость, что малышка никак не может понять самое важное!

"Рут, а ты - ты понимаешь?" - спросил он белого дракона. Иногда файры слушаются Рута, даже когда никому не удается с ними справиться.

"Я-то понимаю, но для файра это длинный и трудный путь, особенно если он там еще не бывал. Фарли просто выбилась из сил, пытаясь сообразить, чего от нее хотят".

В голове у Джексома заметались сумбурные мысли. И главная была такой: Рут не столь уж велик, он вполне уместится в рубке, если сложит крылья и приземлится у самой двери лифта. И еще, ему нельзя шевелиться: Айвас сказал, что на борту невесомость. Правда, Айвас не думал, что для дракона или файра отсутствие гравитации будет представлять сложность - ведь полет для них естественное состояние. Джексом знал, что Айвас не зря так долго заставляет его изучать рубку "Иокогамы" и объяснял, что такое невесомость. Но пока Фарли не выполнит свое задание и не включит систему жизнеобеспечения, Джексому с Рутом там делать нечего.

В свое время Айвас направил в Пещерные склады специальную команду на поиски "скафандров". Удалось найти два; вернее, сгнившие лохмотья ткани да пластмассовые каркасы, на которые она когда-то была натянута. Ремесленники изготовили кислородные баллоны, не особенно отличавшиеся от баков для ашенотри. Аш-эн-о-три - поправил себя Джексом; теперь он знал химический состав этой кислоты. Но пока ничто не могло защитить хрупкое человеческое тело от холода космического пространства, царившего на борту "Иокогамы".

Наверное, Айвас рассчитал другой вариант - создание необходимого оборудования, подумал Джексом. Не зря же он уже не раз подолгу совещался с Главным ткачом Зургом. Но этот вариант требует времени, не говоря уже об организации новых экспериментов, в которых будут заняты люда Зурга я Хэмиана. Такой задержкой наверняка воспользуются разуверившиеся лорды, которые продолжают отзывать своих людей с Посадочной площадки.

"Если бы только Фарли сообразила! - думал Джексом, отчаянно пытаясь найти способ, которым он сам или Рут могли бы подсказать ящерке, что требуется от нее. - Рут чувствует, в чем тут разница, но он куда умнее Фарли. Он так хорошо все понимает - почти так же, как человек!" - мысли Джексома окрасились гордостью.

"Я понимаю все, что понимаешь ты, - услышал он укоризненный голос своего дракона. - Лететь туда через Промежуток - не так уж далеко, разве что высоковато".

- Нет, Рут, не смей! - крикнул Джексом, вскакивая с места. Но было уже поздно: белый дракон скрылся в Промежутке.

- Джексом! - с побелевшим лицом воскликнула Лесса. - Неужели ты его послал?

- Нет! Он махнул туда сам, - в отчаянии произнес Джексом. Фарли протестующе заверещала, растопырив крылья, глаза ее вращались, сверкая испуганными и злым красным светом.

Снаружи донеслись тревожные вопли Рамоты и Мнемента.

"Прекратите! - приказала Лесса. - Вы перебудите всех на Площадке, и они подумают, что произошла катастрофа". Приникнув к плечу Ф'лара, Лесса стиснула его руку, снедаемая тревогой за Рута и Джексома.

- Что, Джексом? - крикнул Ф'лар, увидев отчаяние на лице юноши. Миррим бросилась к другу, краска схлынула с ее загорелых щек. Остальные зеленые всадники кинулись следом за ней, готовые прийти на помощь. Робинтон с Ф'нором, молча застыли на месте; коричневый всадник стиснул кулаки. И только Джейнсис следила за экраном, считая про себя.

- С ним все в порядке, - выдавил Джексом, с трудом ворочая пересохшим языком. Всегда такая крепкая мысленная связь с Рутом превратилась в едва ощутимую тонкую ниточку. - Он все еще со мной.

- Это ты его послал! - набросился на него Ф'лар с таким свирепым выражением, что даже Лесса отпрянула.

Внезапно успокоившись, Джексом ответил Предводителю Бендена непроницаемым взглядом.

- Он и не подумал меня спрашивать. Рут всегда отличался самостоятельностью, мой господин.

Вдруг Джейнсис вскочила и показала на экран.

- Смотрите, смотрите, он там - появился на счет десять!

Сомнений не было: в рубке, плотно прижав крылья к спине, распластался по стенке Рут! На их глазах он плавно взмыл вверх, удивленно таращась по сторонам, пока не коснулся головой потолка.

- Отлично, Рут! Отлично, Джексом!! - торжествующий голос Айваса заглушил всеобщий ропот изумления. - Джексом, скажи Руту, чтобы он не пугался - он парит, потому что на борту невесомость. Предупреди, чтобы не делал резких движении. Он слышит тебя?

- Я ему передал, и он все понял, - ответил Джексом, завороженно глядя на экран.

- Смотри, Фарли! - взволнованно воскликнул Пьемур. - Рут показал тебе путь! - Но Фарли так разволновалась от криков и суеты, поднявшихся в комнате, что арфисту пришлось крепко обхватить ее головку руками и повернуть к экрану. - Летя к Руту! - Маленькая королева пискнула и, взлетев с руки Пьемура, исчезла.

- Джексом, скажи Руту, чтобы возвращался немедленно! - оправившись от потрясения, закричала Лесса. - Он, видишь ли, самостоятельный! Ну, я ему покажу самостоятельность!

- Прошу всех успокоиться и наблюдать за экраном, - прорезал шум громкий голос Айваса. - Рут цел и невредим. А Фарли... она уже на месте.

Пьемур издал восторженный вопль, отчетливо прозвучавший в наступившей тишине. Фарли действительно нашла дорогу на борт "Иокогамы" и теперь, крепко уцепившись коготками за край пульта, ловко дергала за рычаги и нажимала на клавиши. На табло вспыхнул свет.

- Задание выполнено, - объявил Айвас. - Теперь они могут возвращаться.

"Фарли нашла дорогу и выполнила свое задание, - сказал Рут, не зная, что Джексом его видит. - Я парю в не-ве-со-мо-сти. Давай возвращаться, Фарли. Здесь совсем не так, как в Промежутке. На редкость необычное ощущение. Не плаваешь, и не летаешь".

Зрелище, которое наблюдали на экране собравшиеся, тоже казалось на редкость необычным. Пригнув голову, чтобы не задеть потолок. Рут плавно парил над пультами.

Фарли отцепилась от приборной доски и тоже поплыла. Испуганная королева распустила крылья и, медленно вращаясь, столкнулась с Рутом. Он попытался остановить ящерку, но только отлетел еще дальше от того места, где находился в начале, двигаясь по направлению к огромному стеклопластиковому окну, прорезанному в носовой части рубки. Вдруг Джейнсис начала хихикать и напряжение, ощущавшееся в комнате, наконец ослабло.

"Хватит дурачиться, Рут, - сказал Джексом, стараясь, чтобы голос его звучал строго, но сам не смог удержаться от улыбки, глядя на фокусы, которые выделывали Рут и Фарли. - Ты напугал меня до полусмерти. Давай, возвращайся!"

"Но я ведь точно знал, куда лететь. И показал Фарли дорогу. Все оказалось так просто. А здесь здорово! - Чуть шевельнув крылом, дракон перевернулся в воздухе и поплыл по направлению к лифту. - Мы сюда еще вернемся?"

"Только в том случае, если вы с Фарли немедленно явитесь обратно!"

"Ну ладно, ладно. Если ты так настаиваешь..."

В душе Джексома бушевали смешанные чувства: огромное облегчение, восторг и злость. Нервно посмеиваясь, он бросился к выходу. Остальные поспешили за ним, радуясь, что все закончилось благополучно. Одна Лесса не могла успокоиться - как Рут посмел рисковать собой?! Взглянув на Ф'лара, она поняла, что тот разделяет ее чувства.

На полпути к выходу Ф'лар поймал жену за руку и шепнул:

- Я понимаю, что ты сердишься, дорогая, но давай не будем вмешиваться. Поверь, мне, как и тебе, эта выходка Рута стоила месяца жизни.

- Мы не должны спускать ему такое своеволие! - все еще не остыв, воскликнула Лесса. - Ведь Джексом не давал команды! Этот Рут совсем отбился от рук! И Рамота со мной согласна.

- Не забывай, сердце мое, что Рут с Джексомом воспитывались не в Вейре. И не думай, что эта выходка так легко сойдет Руту. - Он усмехнулся. - Судя по выражению лица Джексома, парень натерпелся такого страха, что не скоро забудет. И это должно остановить Рута куда скорее и вернее, чем наши с тобой угрозы. - Он нежно тряхнул Лессу за плечо. - И еще одно: чем меньше шума мы из этого устроим, тем меньше пойдет разных слухов.

Лесса тяжело вздохнула, взглянула на мужа и рывком сбросила его руку.

- Да, не хотелось бы порождать лишние толки - во всяком случае пока. Но вот что я скажу - и тебе, и Джексому - я не желаю еще раз пережить такие же секунды. Единственное, о чем я тогда думала - что, во имя неба, мы скажем Лайтолу?

Ф'лар натянуто усмехнулся.

- Получается, Что Лайтол может внести сегодняшний день в Летопись, как поворотный пункт в новейшей истории Перна.

- Еще бы!

Итак, чтобы не привлекать внимания к столь удивительному событию, отважных путешественников не стали встречать ликующими криками, зато каждый погладил Рута и почесал его надбровья, так что от восторга глаза белого дракона вращались все быстрее. Когда Фарли, наконец, вернулась на плечо к Пьемуру, ее тоже ожидали самые бурные ласки. На востоке еще только занималась утренняя заря, и можно было надеяться, что не многие были свидетелями той странной суеты, которую вызвал белый дракончик.

- Пожалуй, нам лучше вернуться к Айвасу, - предложил Робинтон, когда схлынул первый восторг. - Я, например, хотел бы узнать, что он затевает дальше.

- Это во многом зависит от приборов, которые только что привела в действие Фарли. Если рубка невредима, отопление работает и в баках осталось достаточно кислорода, тогда мы отправимся туда вместе с Рутом, усмехнулся Джексом. - Нужно включить систему следящих телескопов, которая установит точное положение планет Ракбета, в особенности, нашего старого врага - Алой Звезды.

Но когда на следующий день выяснилось, что состояние атмосферы в рубке вполне удовлетворительное, оказалось, что Айвас имел в виду отнюдь не только телескопы.

- Пьемур, я хотел бы, чтобы ты составил Джексому компанию, - заявил он, когда вся группа была в сборе.

- Но ведь мое участие на данном этапе не предусматривалось! воскликнул молодой арфист.

- Изначально не предусматривалось. Но для выполнения задачи, которая теперь вышла на первый план, нужны два человека. Чтобы оказать должные почести Саллах Телгар, надлежит перенести ее останки на Перн и предать земле. Не сомневаюсь, что лорд Ларад пожелает провести принятый у вас по обычаю погребальный ритуал.

Повисла глубокая тишина. Наконец, Робинтон откашлялся.

- Ты прав. И этого требует не только обычай и уважение. Мы должны воздать почести этой героине - она их давно заслужила. Я немедленно извещу лорда Ларада.

- Интересно, ее скафандр еще можно использовать - после стольких лет? - с любопытством осведомился Пьемур. И только увидев потрясенное лицо Джейнсис, запоздало понял, каким кощунством прозвучал его вопрос, и со стоном спрятал покрасневшую физиономию в ладонях. Фарли, спеша утешить друга, обвилась вокруг его шеи.

- Полагаю, что после мелкого ремонта скафандр еще можно будет использовать, - так невозмутимо ответил Айвас, что Робинтон догадался - он с самого начала планировал доставку на Перн тела и скафандра. - Вам обоим придется одеться как можно теплее - в данный момент температура в рубке десять градусов ниже нуля.

На Джексома эта новость не произвела особого впечатления, поскольку он привык к неимоверному холоду Промежутка, но Пьемур весь передернулся, как будто уже ощутил пронизывающий мороз.

- А можно взять с собой Фарли? - спросил он.

- Это только приветствуется, - ответил Айвас. - А если к ней присоединится еще и Триг - бронзовый Джейнсис, то у нас будут уже два файра, знающих толк в этой разновидности перемещения через Промежуток.

Джейнсис с видимой неохотой велела своему молодому файру занять место на правом плече Пьемура. Они С Джексомом вышли из здания без провожатых, чтобы никто вне их маленького кружка не заподозрил, что это путешествие сулит что-то необычное. Громоздкие баллоны с кислородом, которые путники по настоянию Айваса на всякий случай взяли с собой, были заранее закреплены у Рута на спине. Но, прежде, чем отправляться, Рут еще раз проверил крепость веревок.

- Ты готов, Пьемур? - обернувшись к приятелю, спросил Джексом.

- Как всегда, - бодро ответил арфист, ухватившись за широкий Джексомов ремень. - И все же я ужасно рад, что Рут уже побывал там.

"Скажи Пьемуру, что бояться нечего. Это так здорово - парить в невесомости!" - взлетая, проговорил Рут.

Передав другу это обнадеживающее сообщение, Джексом почувствовал, как тот судорожно вцепился в его ремень и понял - побаивается! Не то, чтоб арфист не доверял Руту - просто очень уж далек путь на этот раз!

Никогда еще Промежуток не казался таким холодным, а перелет таким долгим, и все же Джексом отсчитал всего десять секунд, прежде чем они оказались на борту "Иокогамы".

- Далеко еще? - спросил Пьемур: руки его все еще не отпускали ремень. Оглянувшись, чтобы успокоить арфиста, Джексом увидел, что тот сидит с зажмуренными глазами.

Сдерживая смех, он стал спускаться с Рутова плеча.

- Скорлупа и Осколки! Что случилось? - открывая глаза, воскликнул Пьемур. Вместе с Джексомом он продолжал скользить вправо, пока не натолкнулся на холодную стену.

"Не делайте резких движений!" - предупредил их обоих Рут.

- Слышу, слышу, - ответил Пьемур. Казалось, ледяной холод стены проникает сквозь толстую кожу куртки. - Ну и холодина же здесь!

Джексом кивнул.

- Погоди, Пьемур, я хочу снова сесть на Рута, - сказал он. Осторожно ухватившись за шейный гребень, он медленно подтянулся и помог Пьемуру вернуться в прежнее положение. Фарли отцепилась от хозяина и, глядя на Джексома, ободряюще зачирикала.

- Только этого мне и не хватало! - проворчал Пьемур. - Моя ящерица поучает меня, как нужно себя вести в невесомости.

Тут Фарли оттолкнулась от его плеча и взмыла к потолку. Триг тревожно заверещал, но, услышав успокаивающий свист Фарли, отпустил свой насест и поплыл вслед за ней. Оба прицепились к потолку и, оживленно чирикая, стали обмениваться впечатлениями.

- Эй, вы там, потише! - недовольно буркнул Пьемур.

- Пусть себе резвятся, - сказал Джексом. - Рут советует нам двигаться помедленнее, тогда все пойдет на лад. Впереди у нас: много дел. Слушай, Пьемур, я сейчас осторожно спущусь, тогда ты начинай отвязывать кислородные баллоны. Рут говорит, что они очень громоздкие, и он не может двинуться, пока мы их не снимем. А ему хочется поглядеть в окно.

- Ему-то что!

Джексом уловил в тоне друга жалостливую нотку и рассмеялся.

- Ты же сам знаешь, у него было время потренироваться.

- Странный здесь запах - воздух какой-то мертвый, - заметил Пьемур, принюхиваясь.

- Как только наладим приток свежего воздуха, станет лучше, - бодро откликнулся Джексом и стал осторожно спускаться с правого бока дракона. Если держаться между Рутом и стеной, можно не бояться улететь к потолку.

"Ты выбрал отличное место, Рут", - похвалил он дракона.

"Здесь я умещаюсь в самый раз, - пояснил дракон, медленно поворачивая голову и осматриваясь. - Вдобавок я цепляюсь хвостом, чтобы не улететь, когда вы меня разгрузите".

"Теперь я знаю, зачем драконам нужны хвосты!" - нервно хихикнув, сказал Джексом.

- Не смейся! - предупредил его Пьемур. - Он только что перекинул ногу через спину Рута, и ему пришлось ухватиться за сгиб крыла, чтобы не взлететь.

- Я вовсе не над тобой, Пьемур. Просто Рут нашел способ оставаться на месте. Обрати внимание на его хвост. И спускайся лучше с правой стороны, а не с левой. Да не хватайся ты за крыло с такой силой! Крылья у драконов хрупкие.

- Знаю, знаю. Извини, Рут. - С тревогой наблюдая за арфистом, Джексом увидел с каким трудом он ослабил хватку. - Я совершил немало сумасбродных поступков: воровал яйца огненной ящерицы, залезал в мешки с товаром, шатался по лесам и побережьям... Но это - верх сумасбродства! - бормотал Пьемур, вслед за Джексомом слезая со спины Рута. Наконец, ноги его коснулись пола. - Готово! - воскликнул он.

Вклинившись между стеной и боком дракона, Джексом принялся развязывать веревки, крепившие кислородные баллоны к спине Рута.

- Ого! - вырвалось у него, когда от едва ощутимого толчка баллон послушно поплыл к палубе. - Разгружать-то будет полегче, чем нагружать! Айвас был прав, - он ухмыльнулся молодому арфисту, который даже рот приоткрыл от изумления. - Здесь они совсем ничего не весят.

Одним движением пальца он отправил второй баллон вслед за первым.

- Слушай, я, пожалуй, мог бы полюбить такое местечко, где работа все равно, что игра! - ухмыльнулся Пьемур, постепенно осваиваясь.

- Давай сложим их у стены. Чтоб тебе... - приподнимая баллон, Джексом не рассчитал усилия и чуть не уронил его на Рута.

- Он! - Пьемур потянулся, чтобы перехватить баллон и почувствовал, что взлетает сам. Но он проворно ухватил Рута за крыло и исправил ошибку. - Да, у невесомости есть свои преимущества! Я займусь остальными баллонами.

Под изумленным взглядом Джексома Пьемур крепко ухватился за шейный гребень Рута и ловко перемахнул через спину белого дракона.

- Эгей! - вырвался у него вопль восторга и изумления - этот неожиданный маневр позволил ему опуститься точнехонько в узкое пространство между боком дракона и поручнем, опоясывающим верхнюю часть рубки. - Вот потеха!

- Осторожно, Пьемур! Следи, чтобы баллоны ни на что не натыкались!

- Сейчас я их привяжу.

- Это самое надежное - закреплять все свободные предметы, находящиеся на борту космического корабля, - с обычной невозмутимостью подтвердил Айвас. - Вы неплохо справляетесь. Температура в рубке продолжает подниматься, и все сигналы тревоги бездействуют.

- Сигналы тревоги? - удивленно спросил Пьемур.

- Да. Система получает данные о состоянии отдельных узлов и анализирует повреждения, - пояснил Айвас. Если учесть, сколько времени "Иокогама" провела в космосе, корпус корабля не получил сколько-нибудь значительных пробоин. Солнечные отражатели тоже в порядке. Как вы, вероятно, запомнили, эти панели питают энергией малые двигатели, удерживающие корабль на геосинхронной орбите. На периферии главной сферы есть небольшие пробоины, но они были автоматически заделаны. Эти сегменты нам пока не нужны. Двери грузового отсека до сих пор открыты, и в нем горит аварийное освещение. Однако ваше непосредственное задание - прежде всего. Продолжайте, пожалуйста. Уровень кислорода по-прежнему в норме, но скоро начнет сказываться воздействие пониженной температуры - пальцы замерзнут, работать станет тяжелее. Советую сократить до минимума гимнастические номера.

Джексом проглотил смешок и понадеялся, что только он один расслышал ворчание Пьемура: мол, асе бы только работа, нельзя уж и поразвлечься.

Стараясь не делать резких движений, он поднырнул под Рутову шею и крепко ухватился за поручень. К своему удивлению, Джексом увидел, что Пьемур неподвижно повис над широкими ступенями, ведущими на второй, командный уровень рубки. Взглянув вверх, он тоже был захвачен зрелищем, так очаровавшим молодого арфиста: под ними лежал Перн. По левому борту поблескивали его голубые моря, по правому виднелась береговая линия, яркая зелень и желтые пески южного материка.

- Клянусь Яйцом, точь-в-точь, как на картинках, которые показывал нам Айвас! - с благоговением пробормотал Пьемур. - Великолепное зрелище, ничего не скажешь...

Неожиданно на глаза его навернулись слезы, да и Джексом был взволнован до глубины души: ведь перед ними открывались просторы родной планеты. Именно таким увидели Перн их предки в конце долгого пути. Незабываемый, должно быть, был миг!

- Какой он, оказывается, огромный, - ошеломленно заметил Пьемур.

- Целый мир, - тихо ответил Джексом, стараясь осознать невероятным размер планеты.

Вид беспрестанно менялся - по мере того, как Перн, вращаясь, величественно проплывал под ними.

- Джексом! Пьемур! - голос Айваса вернул их к действительности.

- Мы тут загляделись на изумительный вид, что открывается из рубки, оживленно воскликнул Пьемур. - Воистину, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать! - Не отводя взгляда от огромного иллюминатора, он проплыл над лестницей, и, перехватывая руками поручень, спустился на нижний уровень рубки. Там, хватаясь за все, что попадется под руку, арфист подобрался к пульту, на котором должен был выполнить намеченную программу. Оторвавшись, наконец, от захватывающего зрелища, он осмотрел свое рабочее место.

- Что-то красных сигналов многовато, - сообщил он Айвасу, пристегнувшись к креслу.

Джексом, оставшийся на верхнем уровне, пробрался к подсистеме научных данных. На всех пультах тоже горели красные огоньки. Он тоже устроился в кресле и затянул ремень.

- У меня тоже, - откликнулся он. - Везде, кроме системы телескопического наблюдения.

- Джексом, Пьемур, наберите команду OVERRIDE и переходите на ручной режим.

На пульте Джексома сразу погасла добрая половина красных огоньков сигналов отказа. Осталось только три, и еще два оранжевых. Но не один из них не был помехой той программе, которую ему требовалось запустить. Бросив быстрый взгляд в сторону Пьемура, Джексом убедился, что арфист уже трудится за клавиатурой.

Он тоже углубился в работу, лишь изредка останавливаясь, чтобы размять уставшие пальцы да полюбоваться на сказочную картину за окном. Ничто не могло соперничать с этим зрелищем, даже уморительные номера двух файров, резвящихся в невесомости. Как ни странно, их возбужденное чириканье и воркование - Фарли поощряла Трига на все более рискованные фокусы - помогали преодолеть скованность, вызванную столь непривычным почти нереальным - окружением.

Джексом как раз сосредоточился на вводе программы для следящей телескопической системы, когда Рут отцепил хвост и величаво поплыл к огромным окнам рубки, откуда открывался захватывающий вид на Перн и усеянную звездами черную бездну. Файры продолжали беззаботно чирикать.

"Не знаю, что это, - заметил Рут, - только они красивые".

"Что красивое? - спросил Джексом. - Разве отсюда видны два других корабля?"

"Нет, то, что пролетает мимо".

Джексом вытянул шею, пытаясь разглядеть, что там увидел Рут. Но ему мешали дракон и два файра, прижавшиеся к правому краю иллюминатора.

Внезапно все трое отпрянули от окна, и это резкое движение бросило их прямо на Джексома.

- Поосторожнее! - Джексом пригнул голову. В тот же миг раздался приглушенный грохот.

- В нас что-то попало! - крикнул Пьемур. Быстро отстегнув ремни, он оттолкнулся от кресла и поплыл к иллюминатору.

- Что в вас попало? - спросил Айвас.

Пьемур приник к окну, глядя то вправо, то влево.

- Джексом, спроси Рута, что он видел. Я ничего не наблюдаю.

Прижавшись щекой к окну, он старался заглянуть за изгиб толстого стекла.

"На нас летели какие-то штуки, вроде файров", - ответил Рут.

- Сейчас здесь ничего нет, - сказал Пьемур. - Он подплыл к своему месту и ухватился за спинку стула, чтобы не промахнуться.

- Айвас? - позвал Джексом.

- Судя по звуку, небольшой поток каких-то предметов столкнулся с отражателем, - спокойно ответил Айвас. - Никаких повреждений не зарегистрировано. Как вам уже должно быть известно из лекций, космос - не пустая бездна; там постоянно несутся потоки мельчайших частиц. Вероятно они и напугали Рута с файрами. А для вас самое разумное - вернуться к выполнению задания, пока низкая температура не вывела вас из строя.

Джексом заметил, что Пьемура это объяснение как будто тоже не особенно успокоило. Но Айвас был, как всегда, прав: ледяной холод начинал пробираться сквозь толстую одежду. Рут и файры, вернулись к окну - ящерки при этом тревожно верещали и пугливо озирались по сторонам. Люди снова занялись своими делами.

Джексом торопился, как мог, но мороз беспощадно проникал сквозь подбитые пухом перчатки, которые неизменно согревали его на протяжении многочасовых Падений. "Может быть, в космосе холоднее, чем в Промежутке?" - подумал он, разминая застывшие пальцы.

- Айвас, ты как будто обещал, что на борту будет отопление? пожаловался он. - У меня закоченели руки.

- Приборы показывают, что отопление в рубке работает не на полную мощность. Вероятно, керамические сопротивления кристаллизовались. Со временем это можно будет исправить.

- Хорошая новость, - проговорил Джексом, проверяя показания на своем дисплее. - Он выпрямился. - Готово! Программа введена.

- Включай, - приказал Айвас.

Джексом с некоторым трепетом нажал нужную клавишу - хотя, каким образом, во имя Первого Яйца, он мог бы допустить ошибку после бесконечных повторений, которыми замучил его Айвас? И с удовлетворением увидел, как по экрану быстро побежали колонки цифр, подтверждая правильность его действий.

- Это гораздо более быстродействующее устройство, чем те, на которых мы тренировались, - заметил Джексом.

- На "Иокогаме" было установлено самое современное по тем временам оборудование, - объяснил Айвас. - Сверхскоростные вычисления - весьма важный фактор в астронавигации.

- Я же говорил тебе: то, чем мы пользовались до сих пор, - детские игрушки, - пробурчал Пьемур.

- Прежде, чем начать ходить, младенец должен научиться ползать, наставительно заметил Айвас.

- Наш разговор слышат все? - с некоторой долей недовольства поинтересовался арфист.

- Нет.

- Благодарю за любезность. Между прочим, моя программа тоже готова.

- Вот и хорошо. Теперь время приступать ко второму этапу задания. За проходом В-8802 на палубах А, В и С вы найдете дополнительные запасы кислорода, - деловито продолжал Айвас.

Пьемур пошевелил пальцами в толстых перчатках.

- У меня еще никогда так не мерзли руки! Держу пари, здесь, в рубке, холоднее, чем в Промежутке!

- По сути дела, это не так, - отозвался Айвас. - Просто вы провели при этой низкой температуре гораздо больше времени, чем вам приходится бывать в Промежутке.

- Замечательное все же ощущение - парить в невесомости! - улыбаясь Пьемуру, проговорил Джексом, когда друзья, хватаясь за поручень, стали продвигаться вдоль лестницы. Арфист ответил ему радостной ухмылкой. Вдруг Фарли и Триг, кувыркаясь, пронеслись прямо над их головами. Джексому с Пьемуром пришлось пригнуться, и этого оказалось достаточно, чтобы их подбросило вверх.

- Осторожно! - крикнул Джексом, стараясь как можно плавнее ухватиться за поручень.

Пьемур, сокрушенно охая, продолжал подниматься к потолку. Когда Джексом, которому, наконец, удалось поймать поручень, схватил друга за лодыжку и подтянул к себе, оба не знали что делать: смеяться или проклинать собственную неуклюжесть. Тем не менее, это маленькое происшествие научило их двигаться с большей осмотрительностью. Они обнаружили хранилище кислородных баллонов и, осторожно вытащив единственный пустой баллон, водворили в отсек четыре принесенных с собой. Потом подсоединили их к системе жизнеобеспечения, чтобы обеспечить приток кислорода.

- Теперь приступим к третьему этапу, - сказал Айвас, когда соединения были проверены.

Джексом поймал взгляд Пьемура - молодой арфист натянуто улыбнулся и, пожав плечами, покосился в сторону неподвижной фигуры в скафандре, на которую оба они старались не смотреть.

"Рут, нам пора собираться в обратный путь", - сказал Джексом, вместе с Пьемуром приближаясь к телу Саллах Телгар. Горло у него сжалось.

Они подняли окоченевшее тело с кресла, в котором Саллах провела две с половиной тысячи Оборотов. Джексом старался ощутить в душе благоговение к той, что когда-то одушевляла эту холодную оболочку. Саллах Телгар пожертвовала жизнью, чтобы помешать замыслившей предательство Эврил Битра осуществить свой замысел - увести "Иокогаму" из системы Ракбета. Саллах даже сумела восстановить пульт, который Эврил в ярости разбила, когда обнаружила, что ее план сорвался. Странно, что именем этой женщины назвали холд, но что возьмешь с битранцев - они всегда отличались странностями. Джексом сердито одернул себя: среди битранцев, хоть и не часто, тоже встречаются честные, достойные люди, не помешанные на азартных играх, которыми поголовно увлечены жители этого холда. Лорд Сигомал себе на уме, но он куда лучше покойного лорда Сайфера, прославившегося своими малоприятными склонностями.

Тело Саллах сохраняло то же согнутое положение, в каком оно было распростерто на пульте. Так они и закрепили его меж крыльев Рута, использовав веревки, которыми раньше крепились кислородные баки. Почувствовав, что настроение друзей упало, Фарли и Триг прекратили свои воздушные номера, а когда Пьемур занял свое место на шее Рута, тихонько устроились у него на плечах.

Оседлав дракона, Джексом почувствовал, что больше не может бороться с леденящим холодом: зубы его все отчетливее выбивали дробь. Ощущала ли Саллах, умирая, эту пронизывающую стужу? Может быть, именно она и убила бесстрашную женщину, оставшуюся в одиночестве высоко над планетой? Пальцы у Джексома так окоченели, что он едва ощущал шейный гребень Рута.

"Скорее обратно, на Посадочную площадку, Рут, пока мы тоже не превратились в ледышки", - сказал он.

- Может, стоит вернуться, пока мы не обледенели? - печально осведомился Пьемур, не подозревая, что он повторяет просьбу, которую Джексом уже мысленно послал Руту.

"Вперед!" - Джексом нетерпеливо передал своему дракону яркую картину знойного, напоенного пряными ароматами полдня на Посадочной площадке. И когда они погрузились в обжигающий мрак Промежутка, он так и не мог решить, где же холодней.

Ближе к вечеру этого памятного дня, когда у Лессы, наконец, выдалась свободная минутка, чтобы присесть и как следует все обдумать, она пришла к выводу, что Айвас, должно быть, уже давно и не без помощи Лайтола спланировал это чрезвычайное и своевременное событие - возвращение на Перн тела Саллах. Оно бесспорно должно произвести глубокое впечатление на всех жителей планеты - и на сторонников преобразований, и на их противников. За последние два года героизм и самопожертвование Саллах Телгар нашли отражение в новой балладе арфистов, которая пользовалась огромным успехом на всех Встречах, ярмарках и вечерних увеселениях. И ее возвращение из одинокой ледяной обители можно расценить как важное оправдание усилий, затраченных на Посадочной площадке.

Лорд Ларад был совершенно ошеломлен, когда Робинтон, которого Ф'лар с Мнементом доставили в холд Телгар, сообщил ему о том, что останки героической основательницы телгарского рода уже на Перне.

- Несомненно, Саллах необходимо оказать надлежащие почести. Должен же быть какой-нибудь приличествующий такому случаю ритуал, - Ларад беспомощно воззрился на Главного арфиста.

Погребальные церемонии обычно бывали краткими, даже для самых уважаемых людей. Заслуги и подвиги выдающихся личностей увековечивались в песнях и сказаниях арфистов - это считалось наилучшей памятью.

- Разумеется, будет уместно исполнить Балладу о Саллах Телгар, посоветовал Робинтон, - с полным оркестровым сопровождением и солистами. Я поговорю с Сибелом.

- Я и не предполагал, что мне доведется отдать почести нашей славной прародительнице, - проговорил Ларад и снова смешался. К счастью, на помощь пришла его дальновидная и проницательная супруга.

- К северу от Главного двора есть небольшая пещера - открылась после недавнего оползня. Она как раз подошла бы... - Леди Джиссами запнулась, но быстро овладела собой, - она удобно расположена, и замуровать ее будет нетрудно.

Лорд Ларад с благодарностью похлопал жену по руке.

- Ты права, лучше места не придумаешь. А... когда? - неуверенно спросил он.

- Что вы скажете насчет послезавтрашнего дня? - предложил Робинтон, с трудом сдерживая торжествующую улыбку. - Это как раз будет за день до Конклава лордов, который должен будет решить судьбу преемника покойного Отерела.

Ларад метнул на него быстрый взгляд.

- Уж не специально ли ты подгадал время, Главный арфист?

- Я? - За долгие годы Робинтон научился без труда придавать лицу самые разнообразные выражения. Теперь на нем было написано неподдельное изумление. Он даже руками замахал.

Стремясь подыграть Робинтону, Ф'лар возмущенно фыркнул.

- Скажешь тоже, Ларад! Все мы знали, что она на "Иокогаме", в том числе и ты. Айвас включил рассказ о ее подвиге в свое историческое повествование. Сегодня впервые представился случай добраться до нее. И нам показалось, что негоже бросить там ее останки.

- Пора дать ей упокоиться после столь долгих лет, проведенных в холодном космосе, - чуть содрогнувшись, сказала леди Джиссами. - Давно пора. Следует ли сделать церемонию открытой для всех?

- Думаю, так будет лучше. Конечно, Телгару принадлежат все права, но многие пожелают отдать Саллах последние почести, - с печальной миной проговорил Робинтон. Он надеялся, что предстоящее событие вызовет в цехах и холдах немалый интерес. Даже те, кто не особенно наслышан про Саллах, явятся только ради того, чтобы увидеть, кто посетил торжество.

Когда Джексом с Пьемуром и Рут вернулись на Посадочную площадку, они с облегчением передали свой скорбный груз мастеру Олдайву и двум его помощникам. Теперь останки Саллах Телгар будут покоиться в искусно сделанном гробу, который мастер Бендарек лично собрал из лучших своих досок.

Осмотрев вычищенный скафандр, Айвас убедился, что все повреждения можно исправить.

- Хорошо что жителям Перна не свойственны суеверия, - заметил он, беседуя с Лайтолом, - ведь кому-то придется пользоваться этим костюмом. Лайтол стал возражать, и они с Айвасом пустились в обсуждение примитивных верований и тайных культов, так что Робинтон про себя порадовался, что ему вместе с Ф'ларом пора отправляться в холд Телгар. Правда у него все же мелькнула мимолетная мысль, что не мешало бы послушать столь блестящую дискуссию, но уж больно ему не терпелось первым принести в Телгар удивительную новость.

Один из старших сыновей лорда внес поднос с бокалами и изумительным хрустальным графином. Робинтон решил, что это, должно быть, одна из последних работ мастера Морилтона. Еще один юноша появился с подносом горячих хлебцев и отличных сыров с горных пастбищ Телгара. Теперь, держа в руке бокал белого бенденского, мастер Робинтон был от души рад, что решил приехать.

- Ты как будто сказал, что кто-то добрался до старого корабля? спросил Ларад. - Благоразумно ли это?

- Этот рейс был продиктован необходимостью, - ответил Ф'лар. - К тому же, никакой опасности нет. Маленькая Пьемурова королева сделала все так, как ее учил Айвас, и в рубке теперь есть воздух. Завтра Рут снова доставит туда Джексома, чтобы тот выяснил, почему двери грузового отсека остались открытыми. По мнению Айваса, причиной тому может быть какая-нибудь пустяковая неисправность Так что, если подвести итог, - Ф'лар отхлебнул глоток вина, - для начала все складывается благоприятно. На редкость благоприятно.

- Рад слышать, - с достоинством кивнул Ларад. - Очень рад.

- А я еще более рад сообщить тебе эту весть, - в тон ему ответил Предводитель Бендена.

8. ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ ОБОРОТ; НАПАДЕНИЕ

"Если что, держи меня, Рут, ладно?" - сказал Джексом, осторожно перебрасывая правую ногу через шею дракона. Накануне, когда они с Пьемуром подстраховывали друг друга, справляться с невесомостью было легче Тогда он уже приноровился двигаться медленно и осторожно, но сегодня, в неуклюжем скафандре, молодой лорд ощущал себя не очень уверенно. Особенно мешали тяжелые ботинки с магнитными подошвами. Вдруг он почувствовал, что тело его движется куда угодно, но только не вниз, и схватился за шею дракона. Рут поймал его лодыжку, и Джексом сразу пришел в нужное положение; ботинки надежно притягивали его к полу.

Он знал, что за ним наблюдают товарищи, и от души надеялся, что выглядит не таким беспомощным и неуклюжим, каким ощущает себя. Правда, Шарра не раз повторила ему, что накануне, сражаясь с невесомостью, он проявил себя молодцом. И вообще, мысль о том, что они с Пьемуром достойно выполнили задание, должна его успокаивать. Единственное, о чем Шарра жалела - что ей самой не довелось увидеть так покоривший их вид Перна с орбиты.

- Я никогда еще не замечала на лице Пьемура такого выражения. Даже Джейнсис была поражена.

- А какой вид был у меня?

- Ошеломленный, как и у Пьемура, - озорно усмехнувшись, ответила Джексому супруга. - Примерно так же ты выглядел, когда впервые увидел Джерола.

Сегодня Джексом знал, что он уже кое-как может управлять своим телом, - во всяком случае, пока ноги его прикреплены к палубе. Оторвав тяжелый ботинок от пола, он сделал шаг вперед. Рут приземлился на том же месте, что и вчера, у самой двери лифта. Чтобы подойти к пульту управления, Джексому было достаточно лишь поднырнуть под шею дракона. Айвас уверял его, что пульт должен находиться в рабочем состоянии.

"Я подвинусь, чтоб тебе не мешать, - с готовностью сказал Рут. Подобрав задние ноги, он двинулся назад, направляясь к окну. - Этот вид даже лучше, чем те, что открываются со Звездных камней Бендена и с высот Руата". Не успел Джексом нажать пальцем на клавишу, как Рут, прилипнув носом к стеклу, уже снова любовался космическим пейзажем.

А Джексому никак не удавалось избавиться от ощущения, что он здесь незваный гость. Это чувство владело им и вчера, когда он ступал там, где когда-то ходили его предки, нажимал на клавиши, кнопки, рычаги, которых касались их руки. Может быть, отчасти причина крылась в том печальном поручении, которое выполнили они с Пьемуром, возвратив на Перн тело Саллах Телгар. Джексом надеялся что теперь, когда с этим покончено, он будет ощущать себя по-другому, но не тут-то было...

Хотя им с Пьемуром чудом удалось усесться за свои пульты и выполнить задания, Айвас так и не смог выяснить, почему двери грузового отсека остались открытыми. Сегодня, после краткого совещания с ним, Джексом получил новое задание: спуститься на грузовую палубу и попытаться использовать расположенный там пульт или ручное управление.

- Будем надеяться, что одна из этих двух систем работает, - сказал ему Айвас. - Иначе ситуация станет сложной.

- Почему?

- Тебе придется выходить в открытый космос, чтобы выяснить, что мешает дверям закрыться.

Джексом только охнул. Он достаточно насмотрелся учебных фильмов, чтобы с трепетом задать себе вопрос: хватит ли у него духа на прогулку в космосе?

Двери лифта распахнулись, и он вошел внутрь; створки сошлись за его спиной. Джексом сверился с чертежом, который сжимал в руке, хотя помнил его наизусть. Нажав кнопку с буквами ГР, что значило "Грузовой отсек", он заметил, сколько разных уровней обслуживает этот лифт. Хоть Айвас и уверял его, что солнечные батареи "Иокогамы" вырабатывают достаточно энергии для бесперебойной работы лифта, Джексом пережил несколько неприятных мгновений, прежде чем механизм, которым давно никто не пользовался, со скрипом пришел в действие.

- Лифт работает, - сообщил он Айвасу, стараясь говорить беззаботным тоном. - Я спускаюсь.

Ему было ведено докладывать о каждом своем шаге. Джексом не отличался болтливостью, ему казалось нелепым говорить о таких простых действиях, пусть даже они выполняются в особых условиях. Но Айвас только повторил, что это обычное правило для того, кто работает в одиночку в незнакомом окружении.

- Продолжай, - велел он и теперь.

- Все в порядке, - повторил Джексом. - Еду вниз.

Ему казалось, будто спуск длился бесконечно - и в то же время он закончился очень быстро. Прозвучал сигнал тревоги, и на двери лифта вспыхнула красная надпись: ОПАСНОСТЬ: ВАКУУМ!

- Что дальше, Айвас?

- Нажми кнопку "ПОДКАЧКА" справа от надписи и подожди, пока не, погаснет сигнал тревоги.

Джексом выполнил распоряжение и почти сразу же заметил, что его скафандр раздулся и стал менее подвижен. Едва он стал осваиваться с этой переменой, как раздался мелодичный звон, и дверь бесшумно открылась. Перед ним возникла сплошная чернота, на фоне которой выделялось еще более черное пятно, усеянное звездами. Не было даже успокаивающего вида родного Перна. Джексом не шелохнулся.

"Не волнуйся. Если ты вывалишься наружу, я тебя поймаю", - подбодрил его Рут.

- Спустился в грузовой отсек, - с запозданием доложил Джексом. Освещение недостаточное.

"И это еще слабо сказано!" - добавил он про себя.

- Протяни руку влево. Там у самой двери должна быть панель, прозвучал в его ушах голос Айваса, как всегда спокойный и уверенный. Только сейчас юноша заметил, что задержал дыхание, и с облегчением выдохнул.

"Будем надеяться, выключатель работает", - подумал Джексом. Стараясь двигаться как можно осторожнее, он выполнил приказ Айваса, и с невыразимым облегчением увидел, как по всему периметру огромного грузового отсека вспыхнула цепочка огней. Правда, от этого тьма космоса стала казаться еще чернее, но даже с таким освещением юноша почувствовал себя более уверенно.

- Освещение включилось, - отрапортовал он. А для Рута добавил, изумленно озираясь: - "Знаешь, здесь даже просторнее, чем на Площадке Рождений Бендена!"

- Вдоль внутренней стены отсека идет поручень, - заметил Айвас. Слева от тебя - осветительная панель, а прямо под ней - пульт.

- Вижу.

- Дело пойдет быстрее, если ты будешь двигаться, перехватывая руками поручень, - продолжал Айвас. - И к тому же безопаснее. Иначе ты быстро устанешь.

"Интересно, догадывается ли Айвас, как мне страшно? - подумал Джексом. - Хотя откуда?" Набрав побольше воздуха, он приподнял правую ногу и, потянувшись вперед, ухватился за поручень. На ощупь он был гладкий и круглый и показался Джексому удивительно надежным для такого тонкого металлического стержня. - Я нашел его. Двигаюсь в указанном направлении, сообщил он.

Крепко держась за поручень, юноша оторвал левую ногу и, перебирая руками, принялся продвигаться вдоль стены, подтягивая невесомое тело.

- И как только мои предки ухитрялись таким манером грузить корабли? спросил он, не зная, что еще сказать.

- Во время погрузки твои предки работали в этом отсеке при половинной гравитации, тогда как на всем корабле поддерживалась нормальная сила тяжести.

- Неужели они и это умели делать? Просто поразительно, - учтиво ответил Джексом. Он был уже почти на полпути к пульту, теперь выпуклая стена отсека скрывала от него пугающий вид звездного неба. Как ему ни хотелось двигаться быстрее, он старался придерживаться выбранного темпа. Он чувствовал, как лоб его покрывается испариной, но вот включился крошечный вентилятор, вмонтированный в шлем, и мгновенно осушил влагу. Это новое чудо занимало воображение Джексома до тех пор, пока он, наконец, не добрался до освещенного пульта.

Включив его, Джексом увидел вспыхнувший ряд красных и оранжевых огоньков. Он пережил легкое потрясение, но быстро пришел в себя и принялся расшифровывать их показания. Несомненно, часть из них должна была гореть, указывая, что двери отсека открыты. С облегчением вздохнув, руатанский лорд припомнил все, чему учил Айвас, и набрал нужный код. Оранжевые огоньки стали гаснуть один за другим, на табло появились буквы: ДВУ. Джексом доложил Айвасу.

- Вот почему двери грузового отсека остались открыты. Они были поставлены на дистанционное временное управление, которое, скорее всего, вышло из строя. Теперь самый простой способ закрыть их - использовать ручной механизм, - сказал Айвас. - Он находится под терминалом. Сними стеклянную крышку и потяни за рычаг.

Джексом ухватился за эту рукоятку и рванул ее. Когда ничего не произошло, он рванул еще раз, посильнее. К счастью, он не выпустил рычаг, от этого рывка он взвился над полом, повиснув на вытянутой руке. В ушах раздался странный булькающий звук, и он не сразу понял, что слышит собственное напряженное дыхание. Джексом вполголоса выругался.

- Что случилось? - как всегда спокойно спросил Айвас.

Испуг Джексома сразу прошел.

- Это я так... от досады, - объяснил он.

- Опускайся на палубу - для этого достаточно нажать на рукоятку - и очень медленно вытяни ноги вперед, - велел Айвас.

Джексом послушался и с облегчением почувствовал, как ступни его снова твердо стоят на полу. Поглощенный преодолением последствий своей торопливости, он не сразу заметил, что освещение в отсеке изменилось. Потом краем глаза он уловил какое-то движение справа и медленно повернул голову: огромные двери грузового отсека плавно встали на место. На душе у него сразу стало спокойнее.

На пульте красные огоньки сменились зелеными, а тревожные оранжевые погасли.

- Операция завершена, - спокойно произнес Джексом, хотя его подмывало закричать и запрыгать от радости.

- На сегодня хватит. Возвращайся обратно - и назад, на базу.

Позже, когда Робинтон, Лайтол и Д'рам собрались около Айваса, тот сделал еще несколько интересных заявлений.

- Наша блуждающая планета на редкость капризна, - сказал он. - У меня было время изучить большую часть представленных Летописей, и даже самые неразборчивые удалось расшифровать. Алая Заезда двигается по весьма нестабильной траектории; по изученным мной данным период ее обращения варьировался от двухсот пятидесяти восьми до двухсот сорока лет. Время же пребывания вблизи Перна колебалось от сорока шести лет во Втором Прохождении до пятидесяти двух в Пятом и сорока восьми в Седьмом. Два интервала по четыреста лет каждый позволяют предположить, что орбита планеты не доходила до Оортова облака или что Алая Звезда по какой-то необъяснимой причине отклонилась от своей обычной траектория. Первая из этих двух гипотез более вероятна. Есть еще одна возможность, - судя по тону Айваса, третий вариант был наименее правдоподобен, - что блуждающая планета проходила через разреженные районы облака и не захватила вредоносных спор. Но, что важнее, судя по расчетам, полученным с "Иокогамы", текущее Прохождение будет на три года короче.

- Вот это отличная новость! - заметил Д'рам. - Значит, наши Летописи не совсем точны? Мы ориентировались на несколько другие цифры.

- Дело не в чем, - ответил Айвас, - хотя сам метод обработки данных на вашей планете способствует появлению ошибок.

- Вот, значит, зачем был нужен Глаз-камень... - задумчиво протянул Лайтол. - Даже если срок начала Прохождения был предсказан ошибочно, Вейры всегда знали, когда оно начнется на самом деле.

- Это точный метод определения истинного положения планеты, - причем, бесспорно, оригинальный, - подтвердил Айвас.

- Да-да, - торопливо подхватил Лайтол. - Ты уже рассказывал мне о Стоунхендже и Треугольниках эриданцев... Но есть ли еще какие-нибудь последствия этих неточностей?

- Информация все еще анализируется и уточняется. Но уже можно сказать, что она предвещает успех нашего плана.

- И можно известить об этом холды и цеха? - спросил Робинтон; в голосе его зазвенела надежда.

- Разумеется.

- Значит, нам сейчас предстоит решить, какие сведения можно обнародовать?

- Да.

- Так что еще мы можем сообщить людям?

- Все, что знаете сами.

Робинтон усмехнулся.

- Не густо!

- Зато впечатляюще, - парировал Айвас. - Обе экспедиции на "Иокогаму" прошли на редкость успешно. Можете еще сообщить, что в следующей вылазке примут участие четверо зеленых всадников. Для них очень важно побывать в рубке и продолжить работы, которые начали Джексом с Пьемуром. Во время пребывания на борту каждый будет выполнять свое задание.

- Зачем ты так настаивал, чтобы Джексом сегодня закрыл двери грузового отсека? - с любопытством осведомился Д'рам. - Ведь ты сам говорил, что еще некоторое время эта зона не будет использоваться.

- Нужно, чтобы кто-то получил навыки работы в невесомости и научился пользоваться скафандром. Джексом - самый способный из операторов, а Рут самый отважный из драконов.

Робинтон заметил, что Лайтол горделиво расправил плечи, услышав такую похвалу в адрес своего питомца.

- А ты учел тот факт, что он еще и лорд-правитель и, следовательно, может официально доложить другим лордам о своей экспедиции? - с довольным видом осведомился Робинтон.

- Это тоже сыграло свою роль при выборе, но гораздо важнее то, что он всадник и успешно освоил новые для себя навыки.

- И кто же будет следующим? - усмехнулся Робинтон.

- Теперь, когда Рут проложил путь, зеленые драконы могут смело последовать его примеру. Они отправятся парами: Миррим с Пат и Граннат с Сулатом. Они прекрасно дополняют друг друга по темпераменту и умению.

- Смотрю, ты очень ловко манипулируешь людьми, - рассмеялся Робинтон.

- Это не манипулирование, мастер Робинтон, а понимание характеров и возможностей тех, кто проходил у меня обучение.

- Грузовой отсек достаточно велик, чтобы туда могли поместиться даже бронзовые, - заметил Д'рам.

- Только после того, как там создастся достаточный запас воздуха, чтобы они могли дышать, - ответил Айвас. - Следующий шаг - восстановление кислородовыделяющих водорослей в гидропонных установках. Это поможет очистить воздух в используемых помещениях "Иокогамы". Телескоп нужно будет периодически настраивать. Уцелел один зонд, но пока неизвестно, действует он или нет. Тем не менее, он может нам пригодиться. Если же наладить его так и не удастся, можно будет послать бронзового всадника на драконе взять образцы вещества, составляющего Оортово облако.

- Что? - хором воскликнули изумленные слушатели.

- Колонистам не удалось получить экземпляр Нити в состоянии, предшествующем Падению, хоть они и предприняли не одну попытку. Его необходимо подвергнуть анализу, - непреклонно продолжал компьютер, заглушая протесты своих помощников, - воспользовавшись единственной уцелевшей на "Иокогаме" хирургической лабораторией, в которой есть гибернационная установка. Возможность получить результаты квалифицированного научного анализа образца Нити перевешивает любой риск. А судя по тому, что мне известно о способностях и уме бронзовых драконов и их всадников, риск будет сведен до минимума - конечно, если они будут иметь точные координаты для такого полета. Ну и, разумеется, прежде необходимо изготовить защитный костюм.

Трое слушателей с изумлением разглядывали появившееся на экране изображение.

- Нить в пассивной форме не опасна, - продолжал Айвас, как будто понимая, какое впечатление на людей произвели его планы. - Она начинает изменяться, лишь попав в благоприятную среду. До анализа ее можно без малейшего риска хранить в одной из гибернационных капсул корабля. Семь наиболее перспективных учеников биологической группы уже достаточно подготовлены к проведению такого исследования и лучшая из них - леди Шарра. Сохранилось довольно много оборудования для анализа замороженных животных тканей. Даже электронный микроскоп на своем месте в криогенной лаборатории, поэтому она - идеальное место для проведения данного эксперимента.

Голос Айваса звучал как всегда рассудительно, доводы его были как всегда логичны и обоснованны, но Робинтона инстинктивно отпугивала одна мысль о такой затее. Он не осмеливался поднять глаза, чтобы взглянуть на Д'рама с Лайтолом.

- Прежде, чем уничтожить врага, необходимо изучить его - как в целом, так и в отдельных проявлениях, - продолжал Айвас.

- Каким же образам мы сможем уничтожить Нити, если все, что ты рассказывал нам об Оортовом облаке, соответствует действительности? вырвалось у Главного арфиста.

- Все, что я сообщил вам, - достоверные факты.

- Но ведь истина не ограничивается только фактами, - напомнил Лайтол.

- Давайте не будем отклоняться от темы нашего разговора, - сказал Робинтон, в упор глядя на Лайтола. Бывший всадник и Айвас могут вести философские дискуссии в другое время.

- Но есть нечто, способное изменить даже факты, - будто не слыша замечания Лайтола, продолжал Айвас. - Это - наш проект.

- Мне бы хотелось, - порывисто подавшись вперед, произнес Робинтон, чтобы ты открыл нам весь план целиком.

- Позвольте мне, мастер Робинтон, прибегнуть к аналогии. Ведь вы не станете ожидать, что ваш новый ученик с первой же попытки прочитает партитуру прямо с листа? - Дождавшись утвердительного кивка арфиста, Айвас продолжал: - Не станете вы ждать и того, чтобы тот же ученик, как бы одарен он ни был, проявил высокий уровень мастерства, играя сложный музыкальный отрывок на незнакомом ему инструменте, не так ли?

- Я понял твою мысль, - проговорил мастер Робинтон, поднимая руки в знак капитуляции.

- Тогда вас должны убедить и успокоить достигнутые успехи, те уроки, которые мы усвоили и поняли. Мы уже продвигаемся к конечной цели, но было бы неразумно - да и вредно - ошеломлять ваших отважных молодых людей, пока они не приобрели необходимые знания и опыт.

- Ты абсолютно прав, Айвас, - признал мастер Робинтон и покачал головой, признавая преждевременность своей просьбы.

- Какое значение для Перна и для нашего проекта будет иметь Конклав лордов-правителей? - спросил у него Айвас.

Робинтон невесело усмехнулся.

- Трудно сказать. Когда все лорды собираются вместе, даже мелкие несогласия способны вылиться в ожесточенные споры. Мы - Сибел, Лайтол, Д'рам и я - с полным основанием полагаем, что кто-то из недовольных или противников перемен может поднять вопрос о Посадочной площадке вообще и об этом проекте в частности. Мы сможем более точно судить о настроениях в обществе завтра, после погребения Саллах Телгар.

- Многие посетят эту церемонию?

Усмешка Робинтона стала шире, и в ней мелькнуло торжество.

- Явятся все, кто хоть что-нибудь значит на Перне! Мастер Шоганар без устали репетирует с подмастерьями и школярами. Домис из сил выбивается, чтобы написать приличествующую случаю музыку, с участием всех инструментов, вплоть до труб и фанфар. Драконы будут бороздить небеса, дабы оказать почесть Саллах Телгар... - Робинтон почувствовал, как горло у него сжалось при мысли о почестях, ожидающих легендарную прародительницу. - Пешар, лучший из живописцев, запечатлеет это торжество.

- Его зарисовки явились бы ценным дополнением к архивам современного Перна, - заметил Айвас.

- Ты их непременно получишь, - поспешил заверить его Робинтон.

- Как и ваши личные отчеты о событии.

- Каждого из нас? - удивился Д'рам.

- Разные точки зрения только дополняют общую картину.

Но вечером следующего дня Робинтон не был уверен, удастся ли воссоздать полную картину похорон Саллах Телгар. День выдался на редкость насыщенный, и Главный арфист был вынужден признать, что он ужасно устал.

Телгарский лорд и его супруга организовали все наилучшим образом. Самые искусные оркестранты под управлением самого Домиса и певцы со всех концов материка исполнили Балладу о Саллах Телгар. В огромных жаровнях готовилось угощение для тех, кто начал собираться еще накануне. Большинство предусмотрительно прихватило еду с собой, но в Телгаре в этот день никому не отказывали в пище, и каждый, кто хоть что-нибудь собой представлял, мог получить приют в жилых помещениях огромного холда. Робинтон про себя подумал, что приводить их в порядок пришлось всем телгарским холдерам и окрестным фермерам. Леди Джиссами никогда не пренебрегала своими обязанностями и хотя бы раз за Оборот осматривала все свои владения до последнего закоулка, но на этот раз все блестело и сверкало как никогда.

Погребальная церемония была назначена на полдень. Каждый дракон принес столько седоков, сколько позволяла безопасность. Сам Торик прибыл на К'вановом Хете в сопровождении своей супруги Рамалы, которая редко показывалась на людях. Едва успев появиться, он тут же стал требовать у лордов подкрепления, чтобы дать отпор мятежникам, захватившим его остров, но по выражению лица южанина Робинтон сделал вывод, что он не встретил особого понимания. Когда Главному арфисту удалось обменяться впечатлениями с Сибелом, оказалось, что все лорды-правители без исключения считают, что сейчас не время затевать свары. Значит, Торик поставит этот вопрос на Конклаве. И это тоже вызовет горячие споры. У Робинтона возникло противоречивое чувство. С одной стороны, он больше не был обязан присутствовать на собрании лордов; с другой, хотя старый арфист вполне доверял Сибелу и знал, что тот доложит ему обо всем, он никогда не упускал случая лично понаблюдать за строптивыми владетелями.

Однако все мелкие разногласия и противоречия отступили на задний план, когда началась погребальная церемония. Исполнение баллады тронуло всех до глубины души. Потом, ведомые Джексомом и Рутом, в небе над Телгаром появились все Вейры Перна. Робинтон почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы, - и не только под влиянием тех почестей, которые Вейры оказали Саллах Телгар; ему припомнилось, как почти двадцать Оборотов назад пять Потерянных Вейров так же дружно, плечом к плечу, появились в телгарских небесах, чтобы помочь отважным бенденским крыльям отразить нашествие Нитей. Сегодня Рамота Лессы и Солт, старшая телгарская королева, несли носилки с гробом Саллах. Солнце играло на его золоченой крышке, ручках, отделке, как будто сам сверкающий Ракбет провожал героиню в последний путь. Собравшиеся благоговейно затаили дыхание. Над двумя королевами в близком строю выстроились клиньями все восемь Вейров, крыло к крылу, дракон к дракону.

Вейры, вслед за королевами, стали плавно снижаться и повисли в воздухе; Рамота и Солт осторожно опустили траурную ношу на катафалк. Лорды-правители выстроились, образовав почетный эскорт, чтобы проводить Саллах до места последнего упокоения.

Затем драконы, выдерживая строй, развернулись и пошли на посадку кто на высоты над холдом, кто на луг позади толпы, образуя живой барьер.

Вот вперед выступил лорд Ларад в сопровождении сыновей. Айвас подтвердил, что они являются прямыми потомками Саллах Телгар и Тарви Андиара; значит, телгарскому владетелю принадлежало сегодня первое слово.

- Да станет этот день праздником, - произнес он. - Наконец отважная женщина вернулась на планету, за которую отдала жизнь. Да упокоится она в мире рядом со своими кровными потомками, в холде, который носит ее имя и почитает ее превыше всех прочих предков.

Промолвив эти безыскусные слова, лорд Ларад отступил в сторону; его сыновья подняли гроб на плечи и мерной поступью понесли к могиле. Вот его установили на краю, и все драконы друг за другом подняли головы, соединив голоса в погребальном плаче. Этот вопль всегда надрывал душу, но сегодня Робинтону, который не сдерживал струившихся по щекам слез, показалось, что в нем звучат странно торжествующие ноты. Как будто в ответ в воздухе раздался громкий шелест крыльев, и над головами эскорта, как огромный шлейф, пронеслась стая файров, ручных и диких, с северного материка и с южного. Пролетая над могилой, они присоединили свои высокие тонкие голоса к скорбному плачу драконов. Потом взмыли ввысь, к вершине Телгарского обрыва - и исчезли.

"Интересно, куда отправился Заир?" - подумал Робинтон, только теперь заметив, что те, кто обычно красовался с разноцветными ящерками на плечах, недоуменно оглядываются по сторонам. Файры их исчезли - в тот момент, когда в небесах появились крылья драконов.

Эскорт, явно пораженный этим последним штрихом в торжественной церемонии, отступил, и телгарские каменщики, чьи лучшие праздничные наряды прикрывали новые фартуки, вышли вперед, чтобы замуровать отверстие склепа.

В почтительном молчании - ибо даже самые юные притихли под впечатлением увиденного зрелища - все собравшиеся ждали, пока отверстие не было закрыто наглухо и каменщики не отошли в сторону. Ларад и Джиссами рука об руку подошли к склепу и низко поклонились. Эскорт последовал их примеру. Следом и все собравшиеся отдали последний поклон.

Затем Ларад с супругой и спутниками направились в сторону огромного двора телгарского холда. Музыканты Домиса заиграли торжественную величавую мелодию, возвестившую об окончании церемонии. Вслед за остальными они направились в холд, гостеприимно распахнувший свои двери всем собравшимся.

Робинтон уже предвкушал знатное угощение - на огромных вертелах жарились целые туши, не говоря уже о прекрасных сортах бенденского вина, которым Ларад не преминет его попотчевать, - когда кто-то дернул Главного арфиста за рукав.

- Робинтон! - услышал он шепот Джексома. - На Айваса пытались напасть! Скорее! - глаза молодого лорда гневно сверкали.

- Напасть? - потрясенно переспросил Робинтон. Он никак не мог понять, о чем ему толкует Джексом.

- Вот именно! - угрюмо подтвердил тот, увлекая Робинтона за собой сквозь толпу, тянущуюся к воротам холда. - Фарли принесла всего несколько слов, так что мне больше ничего не известно. Только я здесь не могу оставаться.

- Я тоже! - Робинтон знал, что не успокоится, пока не убедится, что Айвас цел и невредим. Сердце у него бешено колотилось. Одна мысль о том, что их могут лишить сокровищницы, из которой они ежечасно и ежедневно черпают знания, грозила довести его до второго сердечного приступа. Он решил сохранить все в тайне, пока не увидит собственными глазами. Проклятье! Скорлупа и Осколки! Все-таки он постарел... Как же ему не пришло в голову раньше, что сегодня на редкость удачный день для нападения - ведь Посадочная площадка почти опустела! Все, кто мог, отправились сюда, в Телгар.

- Осталось совсем немного, мастер Робинтон, Рут здесь, рядом. Нужно слетать на Площадку и все посмотреть самим. Думаю, здесь обойдутся и без нас, - Джексом обвел рукой праздничную толпу.

- Ты верно говоришь, мой лорд, - Робинтон заторопился туда, где их ждал Рут, который старался незаметно подобраться как можно ближе. Никому не показалось подозрительным, что Джексом и его белый дракон учтиво предложил Главному арфисту подбросить его до холда. Они оба взобрались на Рута, и дракон, взвившись над Телгарским утесом, ушел в Промежуток.

Рут вынырнул как раз над поляной перед зданием Айваса. Когда Джексом и Робинтон подошли к двери, те, кто толпился у входа, расступились, чтобы пропустить их. Арфист с недоумением отметил выражение их лип: гнев был бы вполне объясним, но почему на них написана радость?

В тот день на посту был Лайтол - кто-то должен был проследить, чтобы ученики явились на очередные занятия. Д'рама и Робинтона он отпустил в Телгар, на праздник. Лайтол сидел на своем обычн