/ Language: Русский / Genre:love_sf / Series: Поцелуй вампира

Тайное желание

Эллен Шрайбер

Болезненно скучный Занудвилль наконец-то стал захватывающим местом на земле, Рэйвен и безумно влюбленный в нее парень вампир Александр, и компания вампиров поселились на старом заводе Занудвилля. Рэйвен обнаруживает план Джаггера по открытию нового клуба "Склепа", который будет здесь, в Занудвилле. Но является ли для нее это мечтой или кошмаром? Рэйвен и Александр должны выяснить, что затевает гнусный вампир на складе Занудвилля для подростков и вампиров. Сможет ли Рэйвен уговорить выслушать Джаггера ее планы относительно "Склепа", будет ли он опасным и в тоже время великолепным? Будет ли это безопасно для смертных и вампиров? И поскольку отношения Себастьяна и Луны развиваются, Рэйвен задается вопросом о своем любовном будущем: обратит ли ее Александр? Жаждет ли он ее, и хочет ли провести вечность вместе? И что действительно хочет она?

Эллен Шрайбер

Тайное Желание

Глава 1

Обмен кровью

Должна признать, что Занудвиль больше не был занудным городишком.

Фактически для меня, Рэйвен Мэдисон, ужасно скучный городок, в котором я выросла, наконец, то стал самым захватывающим местом на земле.

Не только потому, что я безумно влюблена в моего парня вампира Александра Стерлинга, но и потому что впервые за все мое одержимое вампирами существование стала свидетелем настоящего укуса вампиром. Единственная проблема состояла в том, что это не мою шею укусили.

Это не было бы такой трагедией для меня, если бы укушенными были Оникс или Скарлет, мои невероятные подруги из преисподней, которых я встретила в Гроб клубе, но они укусили мою соперницу, настоящую вампиршу, готической красоты, Луну Максвелл.

Я ждала почти год, с тех пор как встретила Александра, не говоря уж о моих мечтаниях о бессмертии всю мою жизнь, а Луна получила укус после нескольких часов знакомства с другим вампиром. Той ночью, на лужайке Александра собрались удивительная группа завсегдатаев вечеринок — горстка вампиров, смешавшаяся с местными смертными студентами. Никогда бы не подумала, что такое может произойти когда-нибудь. Играя в бутылочку, Луна и Себастьян, симпатичный и несчастный, лучший друг Александра, закрыл глаза и позволил себе гораздо больше, чем сочный поцелуй в губы. Его клыки пронзили мягкую плоть ее лебединой шеи. Луна пристально посмотрела на меня, ее глаза были мутными, как будто она была хиппи путешествующей в Вудсток. Она светилась еще более лучезарно, чем обычно, как болезненная фея, как модель. Большинство участников мероприятия пропустили это действие, но и те, кто видели укус, восприняли это как мрачную шутку.

Сразу же после этого Себастьян покинул Особняк, возможно и остальные вампиры вернулись в Румынию, или поехали в Гроб клуб в Хипарьвилль, в нескольких километрах отсюда. Мы не знали их местонахождения, и я не видела признаков пребывания их на кладбище Занудвилля.

В течение недели после укуса, я делала все, что в моих силах, чтобы помочь Александру преодолеть разочарование. Он страдал, потому что импульсивное поведение его лучшего друга подвергло опасности не только его и Луну, но и тайну Александра. К счастью, сегодня вечером Александр был необычайно предупредительным.

Мы лежали в траве на вершине, с которой обозревался Занудвилль. Отсюда мы могли видеть очаровательные места Хипарьвилля, такие как кладбище, но я ничего не замечала кроме губ Александра.

Я пока не поднимала вопрос о получении моего собственного любовного укуса Александром. Но я воспринимала этот вечер как шанс для очередной попытки, мы были одни, и нас никто не отвлекал.

Играя с цепочкой свисающей с его черного кожаного ремня, я спросила:

— Как ты думаешь, для Себастьяна было легко влюбиться в девушку и пить ее кровь?

Александр поднял бровь.

— Или это легко было делать, то что он сделал на вечеринке, — я продолжила, — потому что Луна уже вампир?

— Я не могу говорить за кого-то.

— Но я хочу знать, что ты об этом думаешь.

Александр остановился. — Тогда да, я думаю это легко для него. Он очень импульсивный.

Он сказал это сухо и ясно.

Я вздохнула.

Александр дотронулся до моего лица и откинул мои пряди с лица своими пальцами. — Для меня это значит больше, — сказал он прямо.

— Для меня тоже, — сказала я, обнимая его за плечи. — Но, что если бы я уже была вампиром, — спросила я глубокомысленно. — Что если кто-то еще превратит меня — не на освещенной земле, так чтобы я не могла быть связана с ним навечно. Но…

Александр отдернул руку.

— Это то, чего ты хочешь? — спросил он, его голос чуть ли не шумел. — Быть превращенной кем угодно? Будь то Себастьян или Джаггер?

— Это просто были мысли вслух, — быстро опровергла я. Я не понимала, что причинила ему боль.

— Было бы легче, если бы кто-то превратил тебя? Вот так, да?

Когда Александр изложил мне это так, мое фантастическое решение уже не казалось таким романтическим или практичным в действительности.

— Это не то, что я имела в виду.

— Ты в этом уверенна? Ты предпочитаешь, чтобы мой лучший друг укусил тебя? Или еще лучше, мой давний враг?

— Но сейчас вы друзья с Джаггером, — сказала я, пытаясь улучшить настроение.

— Это не так.

— Конечно же, нет. Я хочу только тебя.… Я просто пыталась не давить на тебя. Это просто мысли вслух.

Александра не удовлетворил мой ответ, и он продолжал смотреть в сторону.

— Давай внесем ясность, — сказала я, поворачивая его лицо к себе. — Я хочу быть вампиром. И я хочу быть твоей.

Он слабо улыбнулся.

— Мне скоро будет 18, а тебе исполнится 17, — сказал он наконец. — Я об этом думаю, Рэйвен. Ты. Я. И наше будущее. Я хочу, чтобы ты это знала. И это что-то изменит жизнь — особенно твою.

— Я знаю.

Я пристально смотрела в мечтательные глаза моего друга. В лунном свете его лицо было таким прекрасным. — А тебе действительно будет восемнадцать лет? Или у вампиров как-то по-другому все?

— Мне действительно будет восемнадцать, — сказал он.

— А в следующем году?

— Ммм… Девятнадцать, — сказал он так, как будто я должна это знать.

— Но ты бессмертный.

— Процесс старения замедлится.… Но пройдет много-много времени. И это все о чем ты беспокоишься? Что мы не сможем быть вместе пока ты смертная?

— Я всегда хотела быть вампиром, с рождения, — сказала я ему быстро. — Но когда я встретила тебя, я хотела одного — чтобы ты превратил меня. Чтобы была церемония, которой у тебя не получилось с Луной в Румынии. Красивая кружевная решетка из кованого железа с гробом и двумя кубками, на освященной земле. Я была бы одета в черное платье с корсетом и держала бы черные розы. Ты одел бы черный костюм, и черная роза была бы прикреплена к лацкану твоего пиджака. Мы сказали бы несколько румынских слов и выпили бы из бокалов друг друга. Затем бы ты обратил меня.

— Вау! — сказал он со смехом. — Я предполагаю, ты тоже об этом думал.

— Но это не только вечная жизнь. Для меня это — быть романтически связанной с тобой и при этом испытывать мир вампиров.

Я смотрела на него снизу вверх, а над ним блестели звезды.

Я ждала, что он рассмеется, мне казалось, что мои идеи были детскими и наивными.

Вместо этого, он наклонился и посмотрел в мои глаза, своими шоколадными и соблазнительными. — Мне хочется быть кем-то большим для тебя, чем просто любимым, — сказал он. — Это желание, которое является очевидным.

Он взял меня за руку и поднял, обнажая запястье. — Это желание течет по моим венам, — сказал он. Он проследил за видными венами на его пальце. — И твоим. Но я никогда не поставлю тебя перед своими собственными потребностями. Я изо всех сил с этим борюсь и тебе тоже нужно. Такая жизнь намного сложнее, чем ты предполагаешь.

— Я знаю, что это сложно. Если ты не хочешь говорить об этом…

Я предполагала, что лучше от этого оказаться. Я не хотела быть ноющей девушкой, Александр и так прошел через столько всего с выходками Себастьяна. Почему я не могу быть терпеливой и не портить нашего времени наедине?

— Ну, ты уже знаешь, что это сложно, — прокомментировал Александр. — Я не знаю, как мне убедить тебя.

Я улыбнулась. — Мне нравятся твои попытки, — подразнила я. — Но иногда я волнуюсь, что ты оставишь особняк и вернешься в Румынию. А я застряну здесь на всю оставшуюся жизнь.

— Что ж, я не планирую уезжать.

— Но в твоих планах было приезжать сюда?

— Нет…

— Видишь?

— Но там у меня не было никаких причин оставаться, как здесь, — сказал он. — Это единственный способ, которым я могу убедить тебя, что ты мне не безразлична…

Я ждала. Может, это был шанс потребовать свое обращение в вампира? Но это должно быть решение, а он готов настолько же, насколько и я.

— Это не то, что мы должны решить сегодня, да? — спросил он.

Если бы я сказала "да" и он ответил бы, что не собирается меня сейчас обращать, что мне тогда делать? Обычно я была смелой.

Адреналин побежал по моему телу словно кислород. Но этот вид риска — эмоциональный, сильно отличается от того, когда тайно пробираешься в дом с привидениями или на кладбище. Это была моя личная жизнь.

Я сделала жалкое лицо. — Конечно же, нет. Но мне интересно, это то, что ты хочешь, — сказала я с трепетом, — или это только мои фантазии?

Я ждала. Я знаю, Александр думал об этом. Мы это уже обсуждали. Но как он сказал, ему исполнится восемнадцать, а мне семнадцать, и что наиболее важно, сейчас я уже видела, как другие вампиры кусают. Этот вопрос нельзя откладывать навсегда.

— Я могу гарантировать, что это не только твоя фантазия, — успокоил он меня. Потом он отвернулся и посмотрел в направлении особняка, сидя на вершине Бенсон Хилл. — Ты так похожа на мою бабушку…

— Но она была одинока? В отличие остальных членов Вашей семьи? Эту судьбу ты хочешь для меня?

Александр повернулся ко мне и погладил меня по щеке.

— Единственное что я хочу, так это быть вместе с тобой.

Мое сердце екнуло.

Медленно и соблазнительно он опрокинул меня обратно на одеяло. Я смотрела на Александра, звездный свет ворвался в мои глаза. Он начал щекотать меня.

Когда мы боролись с Билли, я научилась расслаблять мышцы, вследствие чего, я больше не боялась щекотки.

Мой рассерженный братишка убегал, а я заявляла о своей победе. Но Александр был не Малышом Билли.

Я извивалась в мощных когтях моего парня-вампира и смеялась, как маленькая девочка.

Я мотала головой из стороны в сторону и мое лицо ударилось обо что-то зазубренное на земле.

— Ой! — вскрикнула я.

Александр отпустил меня. — Ты в порядке? Я не хотел тебе причинять боль.

Он помог мне подняться. Мне было немного больно. Но реакция Александра взволновала меня.

Он смотрел на мои губы.

— В чем дело? — спросила я.

Александр не сказал ни слова. Вместо этого его взгляд изменился.

Я коснулась уголка губ.

Смесь лавандовой помады и темно-красной жидкости окрасила бледные пальцы. Текла кровь. Для Александра это было как экзотические духи. Дразнящие и непреодолимые. Свежая кровь для голодного вампира.

Я была в такой ситуации только один раз, когда Александр приехал забрать меня на Снежный Бал. Я порезала свой палец о брошь корсажа. У него было такое же выражение лица, как сейчас, только тогда я не знала, что он вампир и просто быстро вытерла кровь.

Но сейчас было иначе. Я знала, что Александр был вампиром. И то, как он смотрел на меня, как инстинктивно замер, немного испугался меня, но заставил почувствовать себя нужной и живой.

Хотя эта кровь была моим жизнеобеспечением, Александр нуждался в моей, или чьей-либо еще, крови для собственного существования. Чужая кровь была его жизнеобеспечением.

Ни вид ни запах не вызвал у Александра отвращения, но привлек его интенсивное внимание. Я никогда не видела его таким, как сейчас. Было очевидно, что он боролся с жаждой. Я не была уверенна, хотела ли, чтобы он…

Он закрыл глаза и отвернулся от меня.

— На что это похоже? — спросила я.

— Не…

Александр выглядел пренебрежительным. Затем его глаза смягчились. — Я хочу помочь тебе. Позаботится о твоем порезе. Но я не могу. Разве ты не видишь, как трудно это для меня? Я не могу даже помочь человеку, которого люблю. Я не могу приблизиться к тебе, или могу…

Александр боролся с его естественными импульсами, а я боролась с моими. Он встал, сжав руки в кулаки. Он кусал свою губу. Но я последовала за ним. Я поднесла мои окровавленные пальцы к нему.

Я хотела, чтобы Александру захотелось меня еще больше, чем раньше. Как Себастьян жаждал Бекки.

Но было ли это возможно? Александр был таким пылким и страстным, но было ли что-нибудь серьезное, что он мог чувствовать и показать мне? Может, он бы уже не хотел меня и моей крови, если бы я не соблазняла его таким образом?

Я задавалась вопросом, а что если Александр прав, что если после всего мне не понравится жизнь вампира, что если все мечты о жизни без солнца, при лунном свете окажутся не такими романтичными, как хотелось бы?

В конце концов, я не могла изменить своего решения стать вампиром. Я не смогла бы повторно пройти это испытание. Не могла бы вернуть все, как не подходящее платье в магазин. Это было бы на всю жизнь. Навсегда. На вечно. Но сейчас не об этом. Александр и я были не на освященной земле. Это было чем-то другим.

Мой парень уставился на меня, вдыхая запах крови и непреодолимое желание выпить ее. — Это то, чего ты хочешь? Чтобы я был как другие, как Джаггер и Себастьян? Импульсивным, нуждающимся в крови?

— Нет. Я хочу, чтобы ты был собой. И больше ни кем другим, — сказала я.

Я видела, что Александр был в смятении. Я соблазняла его чем-то гораздо большим, чем просто фантазией.

Это была повседневная реальность, с которой он должен был бороться.

— Все хорошо, — сказала я. Я отошла от него и стала смотреть в другую сторону.

Но вместо того, чтобы тоже отойти, он все еще стоял. Я чувствовала его гипнотический взгляд на себе.

— Нет, — сказал он. — Не уходи.

Я была удивлена ответом Александра и учла его просьбу. Я не знала, что он будет делать дальше. Я чуть не ахнула. Вместо того чтобы оставить меня, он подошел ближе и взял мое лицо в свои руки.

Александр был так близко ко мне, его заманчивое присутствие у меня перехватило дыхание. Он медленно протянул руку к моей щеке. Я застыла, как если бы события происходили в замедленном движении. Когда его твердая рука скользнула соблазнительно по моему лицу, я опечалилась этим. Затем он нежно вытер кровь с моих уст. Он словно коснулся моей души. Теперь моя кровь была на его пальцах, которые окрасила моя рана.

Я ждала, затаив дыхание, как самый большой момент в моей жизни развернется.

Я не думала, что будет что-то более сказочнее того, когда мы в первый раз поцеловались или я спала в его гробу. Александр был в моменте от того чтобы принять мою кровь как свою.

Внезапно меня переполнило чувство вины и печали, так как я подумала, что возможно Александр совершает это по ошибочным основаниям.

Может, я его сломила.

Я взяла его руку и закатала мой рукав, чтобы вытереть капающую кровь. — Ты не должен…

Наконец сказала я.

Александр мягко перехватил мою руку своей. — Я хочу, — напряженно сказал он. Момент был нереальным, такое ощущение, что я оказалась во сне. Мое тело затопило теплом.

Александр смотрел на свежие капли крови, которые сейчас падали на его белую как у призрака ладонь. Было так, словно он принимал решение о целой жизни. Это была не просто кровь. Это была моя кровь.

Александр взглянул на меня и улыбнулся. Острые клыки заблестели в лунном свете, словно сосульки.

Затем Александр провел рукой по своему рту. Я смотрела, разинув рот, как он поднес окровавленную руку к губам, прижал ее ко рту, и красные капли исчезли. Он глубоко вдыхал, так, словно пытался втянуть мою жизнь в себя.

Я смотрела на Александра. Он изменился. На мгновение показалось, что бледный цвет его лица оживился.

Александр накинулся на меня с необузданной интенсивностью. Он наклонился ко мне, при этом его волосы упали на мое лицо, и он поцеловал меня с такой силой, что мои колени затряслись, и задрожало все тело. Я думала, что могу умереть от небесного блаженства.

Александр держал меня вялую на руках, и я почувствовала более глубокую связь с ним, чем я когда-либо испытывала. Он пустил меня в свой мир глубже, чем когда-либо.

Александр сжал меня так крепко, будто мы были одним целым. Он поднял меня и стал кружить меня так, что мерцающие огни Занудвиля стали вращаться перед моими глазами.

Когда он опустил меня, у нас у обоих кружилась голова. Наконец, я восстановила зрение, на расстоянии я смогла увидеть мою школу, загородный клуб и пустой завод Синклера. Именно тогда я заметила нечто необычное.

Александр застал меня в раздумье.

— Что такое? — спросил он. — Я надеюсь ты не…

— Нет. Я счастлива. Все в порядке. Я не хочу, чтобы что-то испортило этот прекрасный момент.

— Что такое? — настойчиво повторил он.

Мне пришлось смотреть искоса, чтобы разглядеть объект. Именно тогда я смогла ясно увидеть знакомый автомобиль, а точнее катафалк.

Я попыталась загородить взгляд Александра в попытке оттянуть его, но он не двигался с места.

Но Александр уже уставился на заброшенную фабрику.

Его счастливое лицо немного изменилось, и я могла сказать, что причиной этого стала машина Джаггера.

Я осталась в его удобных объятьях, соединенных моей любовью, которую я так раньше не испытывала. Мы прижимались к друг другу, не хотя нарушать наше счастливое уединение, столкнувшись с ситуацией, которую мы обозревали сверху.

Значит, Джаггер не вернулся ни в Румынию, ни в Хипарьвилль после окончания вечеринки Александра. На это должна быть причина, почему он не вернулся и сейчас находится на фабрике.

Александр разделил со мной последний поцелуй, прежде чем отвлечься на нижнюю часть холма.

Глава 2

Унылый конец

Не желая привлекать к нам внимание, Александр припарковал Мерседес в пятидесяти метрах от заброшенного завода. Я все еще сияла рядом с Александром, который принял мою кровь как свою. Мы шли на цыпочках по гравийной дороге, которая непрерывно вела нас к заводу. Когда мы приблизились к входу, во взгляде Александра оставалась мечтательность, лишь немного омраченная в связи с присутствием Джаггера.

Мы тихо шли в тени, и Александр сильно сжимал мою руку.

Две старые газовые трубы указывали в небо, как гигантские могильные плиты. Пустынный, ветхий завод был раскрашен граффити, с разбитыми и вовсе недостающими окнами, ржавыми дверьми и заросший сорняками и травой.

Выброшенные коробки, мусор и пивные банки были разбросаны вокруг здания. Мы завернули за угол и наткнулись на старинный черный мустанг Себастьяна.

Александр остановился как вкопанный. Он вдохнул и резко выдохнул — увиденное его разочаровало, ведь его лучший друг был в компании его бывшего врага.

— Может быть, Себастьян почувствовал, что ему больше некуда идти, — предложила я ободряюще.

— Теперь, когда он влюбился в Луну, — сказал Александр, — он должно быть тоже попал под влияние Джаггера.

Александр вздохнул и направился к белой деревянной двери с надписью "УХОДИ" нарисованной черным газовым баллончиком.

— Ну, я думаю, что нам нужно войти туда, — сказала я.

Но вместо согласия, Александр остановился.

— Может быть, мы должны подождать, — сказал он, остановившись в дверях. — Они, очевидно, не хотят, чтобы мы знали, что они все еще здесь. Наверное, мы не должны рассказывать им, что нашли их.

— Но как мы узнаем, что происходит там?

— Я могу пойти, оставаясь незамеченным, — сказал он, указывая на свои ночные полномочия.

— Это вряд ли кажется справедливым, — сказала я с разочарованием ребенка, которому сказали, что он слишком маленький, чтобы поехать в Луна-парк.

— Если я превращусь в летучую мышь, то смогу это сделать.

Александр понял, что мои ограниченные возможности расстроили меня.

— Кроме того, — сказала я, — это может быть опасно оставлять меня здесь одну в этом темном, пустынном месте.

Он кивнул в знак согласия. — Что же, посмотрим, что можно узнать здесь.

Александр сложил его бледные, все еще окровавленные, ладони. Я поставила свою ногу на его соединенные руки, и он поднял меня наверх. Я старалась изо всех сил и сумела ухватиться за выступ, вытянуть голову так, чтобы увидеть помещение в разбитое стекло. Мои черные ногти, сильно выделялись на сером цементе.

Затаив дыхание, я заглянула туда. Сначала было трудно что-либо увидеть. Мой взгляд приспособился к темному освещению. Канделябры мерцали на деревянном столе, а затем я увидела вспышку белых волос.

— Там, — прошептала я Александру.

Он изменил позицию на несколько шагов влево, теперь я все ясно могла разглядеть. Джаггер сидел спиной ко мне, его ноги в огненно красных ботинках Дока Мартенса лежали на ящике, его пальцы, сплетенные вместе, поддерживали светловолосую голову на затылке. Он был королем этого разрушенного замка. Несмотря на это, Себастьян был обеспокоен. Лучший друг Александра часто убирал свои дреды с лица, его многочисленные кольца отражали свет свечи. Он не видел меня; может яркий свет над ними, спрятал меня или он задумался, сосредоточился на чем-нибудь еще. Он неоднократно стучал ногой, как наркоман в ожидании дозы. Я никогда не видела его таким уставшим.

— Мы начнем завтра, — заявил Джаггер, — получим эту вещь и начнем.

— Так скоро? — спросил Себастьян.

— Для чего ждать? — парировал Джаггер.

Себастьян барабанил своими пальцами черного цвета по столу.

Но в данный момент у Джаггера и Александра было перемирие, и Джаггер не будет рисковать этим — или будет?

— «Гроб-клуб» очень успешен, — сказал Джаггер.

— И это не означает, что надо открывать такой же здесь. Этот город пока не заполнен вампирами, — сказал Себастьян.

— Во всяком случае, не так как другой. Этот город нуждается в месте, где можно танцевать, — ответил Джаггер. — Каждый смертный будет приходить ночью.

Себастьян не мог спорить с этим.

— Я согласен, что в этом городе нечем заняться. И поэтому вампиры будут собираться здесь. Как и мы. Александр, Луна, я, и, конечно же, ты. Смертные вверху, а вампиры внизу. «Гроб-клуб» успешен, и здесь будет так же. Мы сидим на золотом руднике в этой заброшенной фабрике.

— Второй Гроб-клуб? — спросил Себастьян.

— Я уже придумал название: "Склеп".

— Но захочется ли гламурным девчонкам болтаться в месте под названием "Склеп"?

— У меня есть способ, чтобы заманить их, всего одним именем, — сказал он жутким, но сексуальным тоном.

— И вампиров? — скептически спросил Себастьян.

— Смертные даже не знают, что они здесь. Кроме того, у меня запланировано много сюрпризов насчет этого клуба.

— Какие еще сюрпризы!? — Себастьян выглядел удивленно.

— Если я скажу тебе, то это уже не будет сюрпризом, так? Кроме того, пройдут недели. В первую очередь, мы должны построить клуб.

— А что с Александром? — спросил Себастьян.

— Он тоже может присоединиться к нам. Но, я не уверен, что он будет в моем клубе. Он очень частный.

— Он мой лучший друг. Я думаю это смешно — быть на борту без него.

— Твой лучший друг, или твой бывший лучший друг? — потребовал Джаггер. — Итак… у тебя есть место, где ты можешь остановиться насколько ты пожелаешь.

Себастьян ненадолго остановился. Он был типом, который постоянно путешествовал, и его гроб покрыт наклейками из разных стран и городов мира. Это то, о чем я могу сказать, он размышлял, о месте, которое он сможет назвать домом.

— Но в больших городах вампиров находится больше, я прав? А здесь только Александр. Давай на чистоту. И я думаю, именно это ему и нравится. Я думаю, мы должны уважать его, — сказал Себастьян.

Джаггер хрустнул пальцами, пытаясь скрыть свое разочарование.

— Он избежал всего, — прибавил Себастьян. — Преследования смертных и преследования…

— Моей семьи? — удивленно вскочил Джаггер. — Что за ирония? То, что он уехал от моей семьи подальше и в конечном счете уладил вопрос здесь?

— У вас перемирие.

— Я знаю. Он помог моему брату, Валентину. Когда Валентин был слаб и одинок, Александр ухаживал за ним и вернул его мне. Я не утверждаю, что нам нужно вернуть вражду. Но значит ли это, что-то, что хорошо для Александра это хорошо и для нас? — спросил Джаггер многозначительно. — Значит ли это, что мы должны жить своей жизнью рядом с ним? Кроме того, может вампирский клуб — это то, что ему нужно. Он не будет так одинок на вершине холма наедине с дворецким, который возникает по его желанию.

— Я просто говорю. Я знаю, что он все еще злится на меня за то, что Луна была на его вечеринке. Я знаю, он думает, что это ставит под угрозу его существование здесь. И то, что большинство из нас, пришедших в город, могут оказаться такими же, как и я, и действовать импульсивно… это не хорошо для любого из нас.

— Ты просто был собой. Просто был с нами.

Джаггер немного отошел назад. Даже издалека, его голубо-зеленый цвет глаз был пронзительным.

— Что я могу поделать, если Александр более… сдержанный. Он должен был давно укусить Рэйвен. Почему он тянет?

После этих слов моя нога соскользнула, и пустая банка из под содовой ударилась об оконное стекло.

— Что это было? — услышала я, как сказал Джаггер.

— Я думаю, что кто-то есть снаружи.

Я задержала дыхание. И Александр тоже.

Александр и я стояли около стены. На подоконнике был голубь.

Александр бросил веточку около птицы. Испуганная, она дико взмахнула крыльями и полетела мимо окна.

— Это просто голубь, — я услышала Себастьяна.

Александр сложил руки и помог мне снова подняться.

— Тебе не следует так нервничать, — сказал Джаггер. — Почему ты так расстроен? Это всего лишь клуб.

Себастьян задумался и, наконец, начал говорить. — Но это клуб с вампирами в месте, где живет только один. Александр борется каждый день, чтобы быть тем, кто он есть, и делать правильные вещи. Только потому, что мы с тобой похожи? Это не значит, что с ним что-то не так.

Джаггер сложил пальцы в замок.

— Я действительно не хочу в этом участвовать без него, — сказал Себастьян.

— И что он на это скажет? Кроме того, ты не можешь сказать ему, что проживаешь здесь со мной и Луной.

Себастьян медленно опустил свою голову.

— Не отчаивайся, — сказал Джаггер. — Это будет потрясающе. Разрушительная музыка, льющиеся напитки, танцы до рассвета. Повсюду прекрасные девушки. Тебе разве не нравится?

Лицо Себастьяна осветилось.

Склеп — звучало, как клуб, в котором я постоянно находилась бы. Так же, как Гроб-клуб, но только в нескольких милях от моего дома. Я кусала лавандовые губы в волнении.

— Я знаю, что он злится на меня… — сказал Себастьян, — но я до сих пор поддерживаю его.

— Он увидит клуб, после его открытия, — сказал Джаггер, вставая. Он обнял Себастьяна. — Это не будет слишком долго. Мы будем украшать ночью. У меня есть способ получить все вещи очень быстро.

Себастьян грыз свои черные ногти.

— Просто обдумай это предложение, — сказал Джаггер, похлопав Себастьяна по спине, как это делает тренер футболисту. — У тебя есть место, где ты остановился, у тебя новый лучший друг и…

— И девушка, — сказал он сладким, эфирным голосом.

Именно тогда розовые волосы выскочили из тени.

Луна была одета в мини-платье прохладно-розового цвета и черные колготки в сеточку. Ее идеально прямые розовые волосы выглядели такими мягкими, словно из рекламы шампуня.

Себастьян встал.

Она взяла его за руку и притянула к себе. Они стали целоваться, и возможно продолжали бы целую вечность, если бы Джаггер не закашлял.

— Там Луна, — прошептала я Александру.

— Теперь мы должны идти…

Александр помог мне спуститься на землю, и я рассказала ему все, что слышала. Он покачал головой. — Мы должны подождать, — сказал он.

— Правда? — я была удивлена резкой сменой решения Александра.

— Да, — сказал он. — Но не слишком долго. Я всегда вытаскиваю Себастьяна из трудностей. Может, в этот раз он должен разобраться в себе.

— Но что делать с этим новым клубом? — спросила я. — Он будет здесь, в Занудвилле.

— Мы должны это предотвратить. Но не сейчас.

Мы услышали звук приближающего автомобиля едущего по гравию. Александр вернул меня в альков.

Белый жук с черепом проехал мимо нас и остановился. Скарлет и Оникс выскочили из машины.

— Я думаю, будет клево зависнуть здесь с ними подольше, — сказала Оникс.

— Это только потому, что ты хочешь быть рядом с Джаггером.

— Не правда! — заявила она.

— Успокойся, — сказала Скарлет. — Я хотела бы снова увидеть того парня, Тревора. Он ученик средней школы, но я действительно думаю, что он горячий!

Оникс хихикнула.

— Жаль я не могу привести его сюда, — сказала Скарлет. — Возможно, я появлюсь у него в школе, в его раздевалке.

Они захихикали, когда Оникс открыла багажник.

— Но он ничего не знает о нас, — сказала Оникс. — Поэтому лучше встречаться с вампирами. Не надо ничего скрывать. Может тебе подойдет Себастьян?

— Он занят Луной. Эта девочка действует мне на нервы.

Я почувствовала притворство с ее стороны.

— Как будто она не настоящий вампир? — спросила Оникс, доставая несколько пакетов с продуктами.

— Нет, как будто она что-то затевает. Она, или приторно милая, или совершенно равнодушная.

— Ты думаешь, ей действительно нравится Себастьян? — спросила Оникс, когда они шли к двери с продуктами в руках мимо нас.

— Я думаю она любит… — начала Скарлет, но мы не услышали до конца ее ответа. Они исчезли в здании фабрике.

Александр взял меня за руку и отвел подальше от заброшенной фабрики.

— Сегодня вечером мои мысли заняты другим, — сказал он, его глаза все еще были мечтательными от моей крови, и он отвез меня в особняк.

Когда я лежала в своей кровати, я обнимала Кошмарку. Александр, наконец-то принял мою кровь как свою. Этот момент был таким же значительным для него, как и для меня. Быть одной из немногих живущих людей в мире у кого вампир взял кровь, это событие невероятно волновало меня. И это было сделано осторожно с любовью, поэтому все произошедшее доставило удовольствие. И самым важным для меня было то, что Александр показал, что нуждается, жаждет и хочет меня. И ощущение связи между нами было сильнее, чем жажда крови.

И этот момент сильно отличался от того, когда Себастьян попробовал кровь Бекки. Во-первых, она не знала, что произошло, во-вторых она не знала что Себастьян вампир, и в-третьих, и самое важное она не любит его.

С Александром это было чем-то, что мы разделили вместе как пара. Я нуждалась в нем — внутри и снаружи, как и он во мне. Сердцем, душой и кровью. И если он сделал это, то, что я думала он никогда не станет делать, означает ли это что он приблизился на один шаг, большой шаг, к тому чтобы превратить меня? Я откинулась на подушку, смеясь. В этот момент, я больше не заботилась о том, чтобы быть простой смертной.

Вампир пробовал мою кровь! Я никогда ничего такого не испытывала до встречи с Александром Стерлингом. Я всегда мечтала о вампирах, и теперь, я знала, что они существуют. Я влюбилась в одного из них, и этим вечером он поступил как истинный вампир, и показал, насколько сильно нуждается во мне.

Но этот уникальный блаженный момент, испортило появление нечестивых близнецов вампиров — Джаггера и Луны. Если бы я могла проводить время, думая только об Александре. В конце концов, наши жизни должны быть о нас. Я задумалась, произойдет ли это когда-нибудь.

Я была расстроена, узнав о "Склепе". Думая о том, что Джаггер предложил, невероятный новый танцевальный клуб, которого здесь нет, я была в восторге. С практической стороны, не будет ничего хуже вампиров поселившихся в нашем городе и смешавшихся со смертными (кроме Александра и его семьи, конечно). Если это место станет вторым "Гроб-клубом", мы только можем предполагать, чем там будут заниматься новые вампиры. Подвергнут ли они жизни ничего не подозревающих студентов и жителей города опасности? Но с другой стороны, танцевальный клуб сам по себе, это то о чем я мечтала всю свою жизнь. Клуб, который построят, будет всего лишь в нескольких милях от моего дома, и я смогла бы его посещать. Место, в которое я бы вписалась, в отличие от школы и всего Занудвилля в целом.

Мои мысли текли стремительным потоком. Может, я смогла бы помочь Джаггеру и другим его планам, маркетингу, дизайну "Склепа". Я могла бы быть очень необходимой, чтобы оживить клуб.

Это могло бы стать действительно подарком, о котором я всегда мечтала, и как раз на мой день рождения. Но эта единственная вещь, которая принесла бы в мою жизнь волнение, может навлечь на Александра беду. Увеличение вампиров в Занудвилле может привлечь внимание к ним и, в конечном счете, раскрыть секрет одного вампира, о котором я беспокоюсь больше всего.

Или возможно, только возможно, что это место может стать как Особняк, где Александр, наконец, может быть самим собой. Где не надо прятаться или притворяться, просто быть самим собой. Только пить кровавую мэри и танцевать до рассвета.

Это была авантюра, зная бывших врагов Александра. Джаггер был вампиром, который жаждал внимания, и казалось, он получал его достаточно много, владея собственным клубом. В конечном счете, я скептически относилась к его намерениям насчет нового клуба.

Я была обеспокоена. Впервые в жизни мне нужно было остановить событие, которое я хотела, чтобы произошло. Джаггер, Себастьян и другие прятались на фабрике, планируя создание Склепа, в то время как я вынуждена учиться, делать домашнее задание и мучиться бессонницей.

Глава 3

Угроза

— Что с твоей губой? — спросила Бекки когда я запрыгивала в ее грузовик на следующее утро перед школой. — Неужели это вы с Александром увлеклись?

— Правда так заметно? — я потянула вниз козырек и посмотрела на свое отражение в зеркале — если бы я была вампиром, я не смогла бы это сделать. Я боролась с мыслью о том, что я больше не смогу себя увидеть и для меня это будет непростой задачей. Быть не в состоянии изменить макияж, прическу и мою одежду.

Александр был естественно великолепен. Я не была уверена, что была готова к тому, чтобы мир мог видеть меня без возможности представить себя способом, которым я хотела быть увиденной.

Когда я замазала свой порез белым маскирующим средством, я почувствовала себя уверенней. Нет, с помощью макияжа я не чувствую себя более уверенной, скорее это внутренняя гарантия и покой. Мне казалось, я не могу сдерживать моего сияния.

— Что с тобой? — спросила Бекки. — Ты всю дорогу улыбаешься.

— Я просто влюбилась…

Мечтательно сказала я.

— Я тоже. Нам обоим так повезло, мы нашли хороших парней. Я до сих пор не могу поверить, что у нас у обоих парни, а ты?

— Нет, — искренне сказала я.

Мы проехали крытый мост, пересекли извилистую дорогу, ведущую к фабрике в предместьях города. Высоко над деревьями виднелись дымовые трубы, которые как бы насмехались надо мной — напоминая о присутствии Джаггера.

— Но у меня так много на уме, — сказала я, слегка намекая Бекки.

— Что случилось?

— Если ты хочешь, что бы что-то произошло, но это что-то представляет угрозу для других, что бы ты сделала?

— Я бы не хотела, чтобы это произошло.

— Это так просто? — спросила я.

— Почему я должна хотеть то, что плохо для других и хорошо для меня?

Бекки альтруистка. Вот почему она была моей самой лучшей подругой. Но в этом случае я бы предпочла, чтобы она была более циничной.

— Почему это должно быть плохим? — спросила она взволнованно. — Это касается тебя и Александра?

— Возможно это не так плохо, — призналась я, и это была правда, так как в конечном счете я не знала планов Джаггера. Я судила по предыстории.

— Думаю, было бы легче, если бы ты рассказала мне, о чем ты говоришь, вместо того, чтобы быть такой таинственной.

— На самом деле это не угроза, не сейчас, по крайней мере, — сказала я.

— Я думаю, ты должна держаться на расстоянии от угрозы. Только так это сработает.

Я подумала о том, что сказала мне Бекки. Если я как-нибудь удостоверюсь в том, что в Склеп не были приглашены другие вампиры, кроме тех которые уже обосновались в пустом заводе, тогда возможно никакой угрозы и нет. Я знала Скарлет и Оникс, и до сих пор они казалось, не обманывали ничего не подозревающих смертных. Если Себастьяну нравится Луна, Оникс положила глаз на Джаггера, и мы будем пристально следить за нежными чувствами Скарлет к Тревору, все вампиры будут с парами.

Возможно, это станет веселым местечком для учеников средней школы Занудвилля, чтобы потусоваться. И, в конечном счете, они могут, наконец, понять к чему я стремлюсь всю жизнь. Возможно тьма также сможет помочь им чувствовать себя более живыми чем когда — либо.

И это может стать для меня защитой.

— Ты гений! — воскликнула я.

— Может, ты все-таки скажешь о чем идет речь?

Затем мой телефон запищал. Смс была от Александра.

Я не могу заснуть. Думаю о тебе.

Я млела, зная, что мой парень мечтал обо мне, лежа в гробу. И я любила таинственность Александра и его старомодный стиль, и была рада сейчас быть не такой обычной девушкой с не таким обычным парнем, потому что мы могли общаться как нормальная пара.

Я быстро ответила.

Скучаю по тебе как сумасшедшая.

Я гордо показала Бекки телефон. — Александр, — сказала я.

— Я должна кое в чем тебе признаться… — сказала моя лучшая подруга, как только мы вошли в школу. — Все говорят о вечеринке Александра. Некоторые говорят, что Себастьян укусил Луну. Это было так реально, словно он вампир!

— Почему они так говорят? — скептически спросила я.

— Кто-то поклялся, что видел кровь, и слухи распространились, словно снежный ком. Теперь некоторые ребята волнуются. Они говорят об этом всю неделю. Отчасти я боялась сказать тебе, я не хотела тебя расстраивать. Но слухи не прекращаются.

— И что? Все люди это обсуждают.

— Но я думаю, это больше не имеет значения, так как Себастьяна и тех ребят больше нет здесь.

Они все еще здесь, хотела я сказать. Я взвесила свои слова. Я не была уверена, что пришло время рассказать ей, что Себастьян и Джаггер на фабрике создают второй Гроб Клуб.

— Я не хотела, чтобы Себастьян уезжал, — сказала она тоном большим похожим на исповедь. — Не потому что он мне нравится, ты понимаешь, но он отличается чем-то. Как Александр и этот парень Джаггер. Я действительно не могу понять. Они отличаются от местных ребят.

Потому что они вампиры, хотела я сказать.

— Должно быть, они обладают европейской харизмой, — наконец сказала она.

— Да, может и так.

Я улыбнулась. Бекки въехала на студенческую парковку и выключила зажигание.

— Скоро твой день рождения, — сказала она взволновано, когда мы вышли из машины, направились к главному входу. — Как ты будешь праздновать? Мы все могли бы пойти к Хэтси или в Хулиганс.

— Это не то, что мне хотелось бы.

— Кладбище? — нервно спросила она.

Я снова улыбнулась. Я еще не думала о празднование моего дня рождения. С малых лет все мои вечеринки были стремными, и только один раз я наслаждалась своим днем рождения, когда Бекки и я не спали всю ночь, обжираясь шоколадными пирожными с орехами, чипсами, запивая все суперсладкой и гиперкофеиновой содовой, и бесконечно смотрели фильмы про вампиров.

— Александру исполняется восемнадцать после моего дня рождения. Я думаю, мы могли бы отпраздновать вместе.

— Звучит великолепно! Может мы смогли бы отпраздновать в Особняке, — предположила она.

— Я слышал, надвигается чей-то день рождения, — раздался знакомый голос позади меня.

Я даже не потрудилась обернуться, продолжая идти, но это не мешало моему заклятому врагу доставать меня. Он выскочил передо мной, перекрывая мне путь.

— Прошел целый год, не так ли? — спросил он сладким голосом. — Возможно, в этот день рожденье я дам тебе то, что ты всегда хотела.

Бекки была потрясена и покраснела. Но я не двигалась.

Тревор был столь же великолепен, как и опасен. Если бы он был вампиром, он был бы темным, таким который, не задумываясь, нападал бы на невинных девушек и кусал их. Тревор обладал многими качествами вампира, не являясь им. Он постоянно охотился на меня, был ужасно обаятельным, и пытался высосать из меня жизнь.

Тревор мог иметь любую девчонку, какую он хотел, но только не меня. По некоторым причинам, я всегда была занозой в одном месте для него, возможно одной из тех, от которой он не хотел избавляться.

— Я буду иметь при себе лизол и дозу от бешенства, — сказал он. — Я не буду разжигать огонь. Для своей защиты — не для твоей.

Он наклонился так близко, и я подумала, что он собирается поцеловать меня.

— Не забудь взять с собой справочник "Знакомства для чайников", — сказала я. — Я уверена, он тебе понадобится.

Хмурое выражение лица исчезло, вместо этого его лицо озарила белоснежная дьявольская улыбка. Это было так, как если бы он благодаря мне весело провел день и наше вражеское подшучивание было для него афродизиаком. Он подмигнул мне, прежде чем высокомерно отвернутся, и исчезнуть в толпе студентов.

Бекки выглядела утомленной, когда мы направились к шкафчикам, в то время как я оставалась невозмутимой.

В настоящее время, совместное празднование наших дат должно быть самым великим событием в моей жизни. В обычном состоянии я была бы одержима мыслями об украшении особняка шариками в виде летучих мышей, темно фиолетовыми лентами, и чудовищного размера шоколадного торта с маленькими гробиками.

Но я не могла ни о чем думать, когда Джаггер и его друзья уединились в пустой фабрике, проектируя его преобразование в одно из самых загадочных из всех клубов. С лучшим другом Александра недалеко от особняка, в секрете от него, я не смогла бы пригласить его или других. Я почувствовала кол, пронзивший мое сердце, и ощутила ужасное одиночество моего парня.

Празднование дня рождения уже превратилось в драму.

Глава 4

Вылазка в Склеп

Я умирала от любопытства узнать больше о планах на счет Склепа и внезапной любви Луны и Себастьяна. Я надеялась, что он идеально подойдет Оникс или Скарлет, но он предпочел сестру бывшего врага Александра. Теперь Себастьян будет проводить время с Луной и Джаггером, вместо меня и Александра, он даже собирается создать бизнес вместе с Джаггером. Это все происходит слишком быстро, даже для такого импульсивного человека, как я.

Я решила воспользоваться шансом и узнать побольше о намерениях Джаггера, после обеда я буду под защитой солнца — и это будет моим преимуществом.

Как только Беки высадила меня возле дома после школы, я прыгнула на велосипед, и поехала в направлении Синклер Милл. Поездка по изогнутым холмам и узким, извилистым дорогам была изнурительной.

Каменистый гравий подъездной дорожки завода был слишком большим, чтобы ехать по нему даже с моими толстыми шинами, и я не хотела разбудить кого-нибудь из спящих вампиров, поэтому я вела велосипед по гравию и затем прислонила его к одной из кирпичных стен. Я увидела несколько покрытых ржавчиной и запертых ворот с поднятыми окнами.

Я подошла к задней части здания. Эта пустая фабрика была историческим местом Занудвилля, и я помнила ее историю, мы проходили ее в школе. Завод процветал благодаря производству униформ для военных в 1940 году. После окончания войны, бельевая компания купила завод, но в итоге они обанкротились. Я представила себе шум машин, проворачивающих униформы для военных, и голоса рабочих. Часы долгой и кропотливой работы. Я изнемогала от жары в школе; я не могла себе представить, что рабочий должен был носить длиной до пола платье во время шитья весь рабочий день.

А я думала, что тяжело работать в Армстронг Трэвел, регистрируя и делая копии в блузке, юбке карандаше и чулках. Я была рада, что родилась во времена кондиционеров.

Красные черепичные трубы, когда-то наполненные едким дымом, сейчас едва стояли. Дом для машин и рабочих сейчас превратился в дом для вампиров.

Я нашла вход, через который наблюдала, как прошли Оникс и Скарлет. Дверь была неустойчивой и могла сорваться с петель в любой момент. Стараясь держать ее ровно, я открыла дверь.

Я спокойно перешагнула через списанные материалы и кучи мусора, оставленные другими посетителями, и добралась до основной части завода. До сих пор я не видела никаких признаков преобразования, но я надеялась, что этот пустой завод изменится.

Вместо неоновых вывесок украшающих стены и плиточного танцпола, стены украшали граффити, а сломанные стулья валялись в углах словно мусор. Я знала, что вампиров не было в этой комнате, свет был слишком ярким, им негде было скрыться. Они нуждаются в месте темном и достаточно большом, чтобы вместить пять гробов.

Сколько бы Джаггер не причинил боли Александру и мне, созданный им Гроб-клуб в Хипарвилле процветает, это место где вампиры и смертные отрываются. У Джаггера было огромное воображение, и он мог с успехом претворять свои идеи в жизнь. И теперь я тоже могу представить, как эта фабрика изменится. Мне жаль, что я не придумала это первой. Но если бы это была моя идея и мое начинание, я была уверена, что никто бы не пришел сюда. Джаггер уже имел это жилье для вампиров и не смог бы этого изменить.

Солнечный свет проникал сквозь разбитые, сломанные и пустые окна. В этом месте трудно было бы уснуть вампирам. В прошлый раз мы обнаружили убежище, в котором скрывался Джаггер, это был грузовой лифт.

Но сейчас было слишком много вампиров, они не поместятся с их гробами в такой маленький лифт.

Я увидела лестницу, которую мы с Александром первоначально нашли, когда обнаружили здесь Джаггера несколько месяцев назад. Чем ниже я спускалась по хлипкой лестнице, тем меньше света становилось и я, порывшись в рюкзаке, вытащила свой фонарик. Моя свободная рука запуталась в нескольких паутинах.

— Прости, — сказала я грозного вида пауку, который уставился на меня.

Я шла по темному коридору. Это было прямо, как в фильме ужасов. В проходе подуровня не было окон, только свет моего фонарика указывал мне путь. Мое воображение представило психиатрическую больницу с кричащими пациентами. Не зная, что или кто может выскочить ко мне, я должна была бороться с желанием поскорей открыть дверь.

Я открыла несколько дверей, которые вели в никуда, это были пустые комнаты без признаков жизни… или смерти. В конце прохода обнаружила две двери друг напротив друга. Здесь я не знала, сколько нужно дневного света, чтобы быть в безопасности. Я решила попробовать открыть одну, ту, что справа.

Дверь была надежной, но без замка. Такое ощущение складывалось, что что-то подпирало дверь с другой стороны. Для меня это означало, что там было что-то ценное требующее защиты. Я изо всех сил толкнула дверь, и клин сдвинулся как раз настолько, чтобы я могла протиснуться. Я зашла внутрь и осветила комнату фонариком.

Там были они — один возле другого. Пять гробов подряд. Первый, черный с этикетками групп, был Джаггера. Второй розовый, без сомнения был Луны. Третий был украшен этикетками всех стран и городов мира, и я узнала в нем гроб Себастьяна. На четвертом был черный оникс, обведенный белым, а пятый был украшен сверкающими бусинами. Эти гробы, конечно, принадлежали Оникс и Скарлет. В кругу возле каждого была грязь. Пять спящих вампиров, в нескольких метрах от меня.

Я представила, как выполнят на заказ гроб для Александра и меня, возможно в форме сердца. Я задавалась вопросом, было ли одиноко здесь вампирам, изолированным от остального мира. Я чувствовала, что они не должны упускать возможности видеть друг друга днем. Видят ли они сны как мы или им снятся кошмары? Я действительно должна это узнать — подумать об этом, и даже если это было что-то что я, в конечном счете, хотела, решить держаться подальше от вампира или от внешнего мира.

Я знала, что мне следует немедленно выйти, вернуться в коридор и закрыть дверь, и я знала, что не должна оставаться в комнате или подходить еще ближе к гробам, но я не могла сопротивляться искушению. Я на цыпочках подошла к гробу Джаггера. Я затаила дыхание, затем поднесла ухо к крышке гроба. И услышала слабые звуки его дыхания.

Внезапно услышала глухой стук с другой стороны. Я так испугалась, что подпрыгнула и судорожно вздохнула. Мое сердце колотилось как бешеное, что я подумала, что придется звонить доктору.

Я остановилась, прикрывая рот ладошкой. Задаваясь вопросом, услышали ли они меня?

Теперь я точно знала, что пора уходить. Я вышла на цыпочках и приложила все усилия, чтобы сдвинуть клин назад под дверь с другой стороны с помощью фонарика.

Я проверила время по сотовому телефон, приближался закат, и я осознала, что у меня всего несколько минут, чтобы расследовать дальше. Я нашла гробы и выяснила, что планы еще не осуществились. Но каковы следующие действия Джаггера, и существуют ли какие-нибудь подсказки, которые могут помочь мне понять это?

Была еще одна неисследованная дверь — напротив комнаты с вампирами. Было бы умно отправиться в Особняк и вернуться сюда в другое время с Александром. У меня не было много времени, чтобы решить, но я отчаянно хотела узнать, что находится внутри.

Я уставилась на ручку двери, осторожно повернула ручку, но она не открылась. Я толкала и тянула дверь с такой силой, что ручка осталась в моей руке. Когда я вставила ее обратно, я почувствовала, как щелкнул замок, и приложила все усилия, чтобы быть терпеливой и медленно открыть дверь.

Комната была темной за исключением одного тоненького пучка света проникавшего сюда из разбитого окна, по крайней мере, в шести метрах от пола. Запах пыли и плесени заполнил комнату. Старые шкафы для хранения документов тянулись вдоль стен, также стоял старинный деревянный стол. Зеленая винная бутылка с Румынской этикеткой стояла на нем. В углу стоял аквариум, в котором была не вода, а камни и очень страшный тарантул. Надгробные гравюры, в том числе те самые, которые я видела у Джаггера в Хипарвилле, украшали стены. Должно быть, это была новая квартира Джаггера. Очевидно, он не собирается возвращаться в Хипарьвилль в ближайшее время.

У меня не было много времени, чтобы рыться в беспорядке.

Я обнаружила рулоны бумаги. Я развернула их и обнаружила кучу диаграмм. Стикером была помечена каждая из них отдельно, первая была под названием «Склеп», вторая «Соглашение» и третья обветшалая и казавшаяся оригиналом была помечена как 2Завод Синклера». Я смотрела на чертежи для клуба Джаггера.

Я рассмотрела один помеченный надписью «Склеп». Мне было непривычно читать чертежи, и они были не столь подробны, насколько я могла себе представить. Вместо картинок были квадраты и линии, пунктирные и жирные, изображающие разные вещи. Я смогла разобрать одну главную комнату с большим квадратом, помеченным как «сцена».

Таким образом «Соглашение» было таинственным подземным клубом, как «Подземелье» в Гроб-клубе? Я помню, что Джаггер упомянул при Себастьяне свою мечту открыть клуб для вампиров. Эти планы служили доказательством того, что это не просто мечта.

Я была полна решимости обыскать здесь все, когда поняла, что свет больше не проникает через разбитое окно.

Это означало одно: солнце уже зашло, время сна вампиров в соседней комнате подходило к концу.

Александр должен увидеть эти планы. Он умный и лучше знает, как их читать. Но я не могу взять их все с собой. Если Джаггер узнает, что они пропали, кто знает, что он сделает. Я вытащила свой мобильный телефон, чтобы сфотографировать планы, когда услышала шорох из соседней комнаты.

Чтобы сфотографировать, я должна была использовать вспышку, но я знала, что это привлечет пристальное внимание к комнате, в которой я копалась.

У меня были лишь секунды для решения. Тик-так. Тик-так. Именно тогда я услышала, как открылась со скрипом крышка гроба.

Я приняла решение на счет фото. Я не могла взять все планы, но может Джаггер не заметит пропажи одного. Я вытянула первый сверху, свернула остальные и связала их резиновой лентой. Мое сердце билось, и руки с чертежами тряслись.

Я свернула в рулон план Склепа и засунула его в рюкзак, а остальные положила точно туда, где они лежали, взяла фонарик и тихо прикрыла за собой дверь. Я вылетела из комнаты и промчалась по хлипкой винтовой лестнице, прежде чем вампиры смогли бы достигнуть коридора.

Задыхаясь, я прыгнула на велосипед и поехала прямо в Особняк.

— Что ты сделала? — воскликнул Александр, когда я рассказала о событиях последних нескольких часов.

Александр не поприветствовал меня как обычно, не обнял и не одарил чувственным поцелуем. Я поняла, что не следовало рассказывать ему так скоро.

— Я думала, таким образом, мы смогли бы использовать эти планы, — сказала я. — Только посмотри на них… возможно, мы поймем, чего он действительно добивается.

— Почему ты не подождала меня? — спросил он, качая головой.

— Для меня это был единственный способ узнать всю информацию. Под покровом солнечного света. В противном случае они были бы там, и я не смогла бы все исследовать. Мы должны знать, что они действительно планируют.

Я достала чертежи, развернула их на старинном обеденном столе и передвинулась достаточно далеко от нескольких канделябров, чтобы воск с них не капал на бумагу.

— Я ничего странного здесь не вижу, — сказал Александр, исследовав их, как профессионал. — Это проект клуба. Это сцена, это бар. Это танцевальная площадка. Здесь дверь. Понятия не имею, куда она ведет.

— Кажется, это действительно круто, — сказала я, тоскуя по клубу, который хотела бы иметь здесь в Занудвилле.

— Но там был еще один набор чертежей, — призналась я. — Там было написано «Соглашение», но я не успела вовремя сделать фото. Я думаю это были планы его секретного вампирского клуба. Может, Джаггер поделился ими с Себастьяном? — предположила я, как Шерлок Холмс.

— Я так не думаю. Был еще один набор? — спросил Александр.

— Да. Я хотела их все посмотреть, даже взять их, но не смогла. Солнце садилось, и я не хотела попасться.

— Ты не должны была брать их… в первую очередь, ты не должны была быть там.

— Я знаю. Но можем ли мы упустить такой шанс? Мы просто будем ждать, пока Джаггер откроет клуб, даже если слышали, что он будет и для вампиров тоже?

— Я ничего бы не сделал, не поставив его в известность. Гроб-клуб очень успешен, я хочу понять, почему он хочет открыть еще один здесь? Это очень опасно.

— Вот почему мы должны увидеть этот план.

Александр неохотно согласился.

— Я ужасно хочу вечеринку в Склепе, — сказала я мечтательно. — Но мы должны остановить этот подземный клуб и Джаггера от привлечения вампиров в Занудвилль.

— Рэйвен, мы должны вернуть их немедленно, пока Джаггер не понял, что они пропали. У меня с ним перемирие и я не хочу его нарушать.

Я видела, как это было важно для Александра, наконец, бремя семьи Максвеллов спало с его плеч. Я не хотела, чтобы снова начались неприятности.

— Я просто пытаюсь убедиться, что Максвелл не задумал что-то гнусное. Но возможно я недооцениваю намерения Джаггера, как люди в Занудвилле недооценивают меня.

— И мы должны изучить «Соглашение», — сказала я Александру, заполняя свой рюкзак чертежами Склепа, — просто, чтобы быть уверенными. Я думаю, что это место ключ к планам Джаггера.

Александр снова покачал головой. Он взял ключи от Мерседеса с края антикварного стола и мы отправились обратно на завод.

Глава 5

Тайное проникновение

Александр и я припарковали Мерседес на расстоянии от завода и тащились к нему в темноте. Я чувствовала себя наказанным ребенком, которого Александр тащил в место кражи вещей, но Александр также понимал, что нам нужно дважды проверить намерения Джаггера, чтобы убедиться, что клуб он строит без последствий для Александра и смертных жителей Занудвилля.

У нас было три варианта. Первый: мы можем смело пойти на фабрику и задать Джаггеру и Луне вопросы, а затем признаться, что я взяла их планы. Второй: мы могли бы спокойно тусоваться вместе и действовать естественно, а когда Александр будет разговаривать с ребятами, я могу вернуть проект. Или третий: мы с Александром могли бы пробраться внутрь, и с ночным вампирским зрением Александра найти путь в офис.

Третий вариант рискованный, а значит самый привлекательный для меня. Мы сошлись на третьем, учитывая то, что я взяла планы, это могло бы стать причиной для конца перемирия, и мы решили попытаться проникнуть туда.

Была ветреная, прохладная ночь и шелестели листья, когда мы проходили мимо деревьев. Когда мы дошли до гравийной дороги, мы оба вздохнули с облегчением. На дороге не было никаких знакомых транспортных средств.

Я показала Александру дверь, которую использовала, чтобы войти на завод, и мы быстро пробрались туда.

Пустые комнаты завода были такими же, какими я их видела пару часов назад.

Я осветила путь своим фонариком, хотя Александр мог разглядеть темные глубины завода лучше, чем я. Мы спустились по шаткой лестнице, и я повела его по узкому коридору, пока мы не добрались до двух противоположных дверей.

— Вот она, — сказала я. Я потянула за ручку двери, но, как и в прошлый раз, она упала в мою руку. Выражение лица Александра стало серьезным. — Скорее!

Мои руки дрожали, когда я прикрепила ручку обратно к двери и попыталась прокрутить так, чтобы открылся замок.

Александр тревожно стучал чудовищными сапогами по цементному полу. Звук отдал эхо, отчего я еще более занервничала. И, наконец, замок открылся и мы оказались внутри офиса Джаггера.

Я подбежала к столу. Свернутые чертежи были в том же положении, как я их и оставила. Я быстро сняла резинку и развернула их.

— Вот, — через секунду я показала Александру другой набор чертежей.

Александр рассматривал планы. Эти рисунки были важнее, чем чертеж Склепа.

— Это напоминает другой клуб, — сказала я, используя знания, которые получила, изучая планы Склепа с Александром.

— Да… — сказал он. — Вот небольшой бар, главная сцена, и игровая комната.

— Соглашение… — сказала я. — Это комната, одна из планируемых Джаггером, в вампирском клубе. Она под землей и изолирована от посторонних, как Темница в Гроб-Клубе. Он сказал, что смертные вверху, а вампиры внизу.

Александр покачал головой, разочарованный тем, что мы только что обнаружили.

— Что это? — спросила я. Я указала на небольшое, не обозначенное окно напротив главной сцены.

Александр и я замерли, когда услышали звуки, доносящиеся сверху.

Я едва могла дышать.

— Мы должны идти, — сказал он, положив чертежи склепа на главные чертежи Договора.

Хотя Александр направился к двери, я свернула их обратно, стараясь не повредить ни в коем случае. Я связала их резинкой и положила в первоначальное положение.

Теперь, когда мы выполнили сложную часть задания и прокрались внутрь, нужно было прокрасться наружу.

Александр стоял около дверного проема, пока я забирала рюкзак и возилась с моим фонариком.

Шум над нами слышался все ближе, и я старалась не паниковать.

Я попыталась оправиться, и на цыпочках подошла к двери, стараясь не направить мигающий луч фонарика в лицо Александру. Лучик света дрожал, когда я пробиралась между столом и шкафом. Неожиданно в мое лицо ударилось что-то твердое.

— Ты в порядке? — прошептал Александр.

Я почувствовала большой металлический предмет прямо перед собой. На ощупь он был холодный и гладкий. Я врезалась в один из шкафов.

— Ты точно в порядке? — спросил Александр во второй раз.

Я была слишком смущена и потрясена, чтобы почувствовать боль. Лучик фонаря сверкнул по полу, и я побежала к дверям.

— Что это? — прошептал Александр.

— Что это что? — удивленно спросила я. — Я ничего не слышала.

— Этот запах…

— Я уверена это всего лишь плесень. В этом месте не убирались годами.

— Это приятный запах… это аромат…

Именно тогда я почувствовала каплю на моей щеке. Должно быть, я поранилась, когда выбегала из кабинета.

Я шагнула в лунный свет. Глаза Александра загорелись, и он попятился.

Александр не знал что делать. Если он подойдет ближе ко мне, то его может настигнуть страсть и жажда.

У нас не было времени для романтическо-вампирского момента между нами.

Мы слышали шаги, которые спускались вниз по лестнице в конце коридора.

— Они не станут… — сказала я. — Этого недостаточно, и они слишком далеко.

Александр приложил палец к моим губам, заставив замолчать, когда они вошли в коридор.

— Ты должен уничтожить его. Прежде…

Мой порез был маленьким, но аромат крови был слышен ночью в пустом заводе. Если вампиры рядом, не займет много времени, чтобы обнаружить здесь смертного.

— Ты чувствуешь этот запах? — услышала я, как кто-то сказал. Я не могла их видеть, но я слышала, как они говорили возле их комнаты с гробами.

— Это кровь, — я услышала чей-то голос. Я не могла определить, был ли это Себастьян или Джаггер.

— Должно быть, запах из бутылки в твоем офисе. Ты оставил ее там вчера вечером, — сказала Оникс.

— Я выпил ее, — сказал Джаггер.

— Это человек, — сказал женский голос. — Определенно не животное.

— Да, это запах смертного. Я могу почувствовать это за милю.

— Но зачем кому-то быть здесь? — узнала я голос Себастьяна.

— Это может быть бомж, — сказал Джаггер. — Я не могу отслеживать каждый закоулок этого огромного здания.

Голоса были так близко; я знала, что они стояли всего в метре от двери.

Я натянула рукав на кулак и прижала к складке на губе.

Убежать Александру было бы легко и безболезненно, всего за несколько секунд. В форме летучей мыши он мог бы легко пролететь к потолку и вылететь через трещину в окне. Я, с другой стороны, имела две ноги и очень нетерпеливый характер. Без кого-то, кто мог бы вести меня, я могла идти только с помощью фонарика.

— Я не оставлю тебя здесь, — сказал Александр, как будто прочитав мои мысли.

— Эта ручка заедает, — сказала я. — Может это помогло бы на несколько минут.

Прозвучал грохот закрываемой двери.

— Нет другого способа бежать, — сказал он.

Я могла только надеяться, что они разрешат нам остаться, но из-за моей крови, которая соблазняет их, сейчас было не подходящее время это проверять. Единственное что мне оставалось, это быть в компании Александра. Но быть в компании двух, более импульсивных вампиров, не очень хорошая идея.

Александр глянул в щель дверного проема. — Они в другой комнате. Теперь это наш единственный шанс!

Он потянул меня за руку из комнаты в сторону лестницы. В лучшем случае она была хлипкой и опасной, но лифт был громким и скрипучим, если еще работал. Мало того, что он привлечет к нам внимание, мы можем быть загнанными в ловушку в нем.

Только мы достигли лестницы, как услышали голоса, и шаги в другой части коридора. У нас не было времени, чтобы подняться наверх и уйти. Александр втащил меня за винтовую лестницу, и мы вместе стояли в тени.

— Может, я должен сказать Александру, что я все еще здесь, — сказал Себастьян. — Что если он случайно на нас натолкнется, чувак? Он будет в двойне в бешенстве узнав, что я не сказал ему, что не уехал.

— Почему мы говорим об этом сейчас? — сказал Джаггер. — Возможно, у нас здесь побывал злоумышленник.

— Потому что это важно.

— Почему бы тебе не подождать пока клуб будет создан, и пока он заработает? — спросил Джаггер. — После этого ты сможешь его пригласить. Разве это не круто?

— Значит, мне просто ждать в течение нескольких месяцев? — сказал Себастьян. — Это не круто, чувак. Это всё не круто. Я должен снова с ним увидеться.

Именно тогда Себастьян отошел от Джаггера. Он стоял прямо у меня на глазах. Я затаила дыхание. Мой солдатский ботинок выглядывал наружу, как раз в районе его поля зрения. Себастьян пристально смотрел, казалось целую вечность. Наше прикрытие было обнаружено. Я не была уверена в том, что он собирается сделать дальше.

— Это все… — объявил Себастьян. Он перевел взгляд с моего ботинка на Джаггера. — Я еду в Особняк.

— Сейчас? — спросил Джаггер. — Но мы должны выяснить кто…

— Ты сказал, что сам. Без кого-либо. Мы можем заняться уборкой этого места чуть позже вечером. Но сейчас я должен поговорить с Александром.

Себастьян собрался уходить.

— Эй, подожди, — сказал Джаггер, хватая его за руку.

Я продолжала неглубоко дышать, насколько это было возможно.

— Если ты пойдешь, мы все пойдем, — сказал Джаггер. — Я не хочу, чтобы в этой ситуации ты был единственным хорошим парнем.

— Поездка в Особняк? — услышала я голос Скарлет.

Я услышала хихиканье и голоса, когда раздались шаги, отдаляющиеся от фабрики, затем закрылись автомобильные двери, и мы услышали запуск двух двигателей. Когда мы услышали звук отъезжающих по гравию автомобилей, Александр и я на цыпочках вышли и стали всматриваться в окно, чтобы убедиться, что они действительно уехали и это не шутка. По ухабистой дороге ехал катафалк, а за ним Мустанг Себастьяна.

На минуту он остановился. Себастьян оглянулся на окно, где стояла я. Он смотрел прямо на меня, и по моему телу прошла легкая дрожь, прямо как в фильмах ужасов. Затем он отвернулся и уехал.

— Ты видел это? — спросила я Александра. Он кивнул и с облегчением обнял меня. Я старалась перевести дух, по-прежнему нервничая, после столкновения с потенциально опасным вампиром. Я задумалась о благородном поступке Себастьяна.

— Себастьян может быть разным, — сказала я. — И твой лучший друг до сих пор прикрывает твою спину.

Александр и я пришли на кладбище, где он крепко обнял меня, пытаясь успокоить после нашей мучительной встречи с вампирами, и обсуждали наши следующие действия. Мы сидели вместе напротив могилы его бабушки, и Александр мягко поглаживал мои волосы. Я все еще думала о том, что он обращается со мной так, как большинство парней не стало бы. Он нуждался во мне и жаждал меня, хотел то, что только вампиров привлекало. Большинство девушек школы Занудвилля сбежали бы, но меня влекло к нему сильнее, чем когда-либо.

Александр обнимал меня, но его мысли были далеко. Я чувствовала, что ему причиняют боль натянутые отношения с Себастьяном. Если я и Бекки ругались, что очень редко случалось, мы мирились в течение нескольких минут. Но они парни. Я была счастлива, что Себастьян нашел в себе силы поговорить с Александром. Александр почувствовал облегчение, узнав, что Себастьян предпринял попытку.

И мы узнали больше: Джаггер собирается открыть танцевальный клуб для смертных и вампиров в Занудвилле, а Себастьян собирается стать его партнером.

— Как ты думаешь, Себастьян знает про Соглашение?

Александр покачал головой. — Он не в игре.

— Даже учитывая, что они обладают силой совращения? — спросила я.

— Ну, возможно…

— Что нам делать? — спросила я.

— Я думаю, мы должны остановить их строительства Гроб-клуба в этом городе.

— Мы действительно должны это сделать? — спросила я.

— Ты что, шутишь? Почему ты так внезапно изменила свое мнение? Разве не ты пыталась убедить меня, что это может быть опасно?

Я села. — Мне нравится Гроб-клуб.

— Но там под землей полно вампиров.

— А что если здесь не будет? Что если здесь будут только те вампиры, которых мы знаем? — предложила я. — Джаггер все еще может создать клуб, а у тебя с Себастьяном будет место, где вы сможете пить ваш Румынский коктейль.

— Вампиры, которых мы знаем? Ты видела, как поступил мой лучший друг. Как они собираются тусоваться с компанией смертных?

Я не знала, но я была уверена в одном, что я хочу клуб «Склеп» — место, где я смогу потанцевать.

Закрытие «Склепа» до его открытия означало, что я не смогу попробовать, что такое клуб. Тем не менее, я бы не хотела, чтобы ученики Занудвилля были в опасности из-за моих желаний. Должен быть компромисс.

— Может, мы сможем убедить его открыть клуб только для смертных, — предположила я.

Александр подумал. — Я думаю это хорошая идея. Но я думаю, что он не пойдет на это. Он хочет чтобы «Склеп» был похож на «Гроб клуб». Быть королем этих двух миров.

— Слушай, Тревор отличный футболист. Ты отлично разбираешься в живописи. А Джаггер? Он отлично разбирается в постройках клуба. Он может сделать это.

— Да, я знаю. Но захочет ли?

— Он очень испорченный. Он хочет быть любимым как ты и Тревор. Он реально этого хочет. Но только не понимает этого, потому что был слишком занят, пытаясь отомстить. Но теперь, когда все в прошлом? Он мог бы быть успешным и известным собственником клуба для смертных.

— Опять таки я думаю, что это хорошая идея, но ты говоришь о присутствии Джаггера в этом городе.

— Александр, я хочу этот клуб. Гроб-Клуб находится слишком далеко, чтобы туда ходить. У моих родителей есть городской клуб. У Билли есть Математический клуб. А у меня нет ничего.

— А как же я? Особняк?

— Я люблю гулять с тобой в Особняке! Не пойми меня неправильно. Но возможность иметь клуб, уже так близко. Место куда я смогу ходить и веселиться. У меня никогда не было такого места как это.

— Ну, нас есть закусочная «Хетси», — поддел он ее шутливо.

— Да, если я хочу гамбургер. Но я хочу танцевать. Я хочу танцевать в темноте.

Александр путешествовал по городам и клубам всего мира. Хоть Александр и был вампиром, он мог ходить в увеселительные заведения, в которые не проникал дневной свет. Я же провела свою несчастную жизнь в местах в которых не чувствовала себя комфортно.

— Но если мы сможем убедить Джаггера не пускать вампиров и впускать только смертных, — начала я, — то тогда это клуб будет как сотни других. И здесь нет клубов для подростков, где они могут веселиться. Уверена желающих попасть в клуб будет море. Для него это будет беспроигрышный вариант.

Александр выглядел не убежденно.

— Мы должны убедить его, что это в его интересах держать клуб, — настаивала я.

— Ты собираешься говорить с ним? — спросил он, скрывая ухмылку.

— Он не будет слушать меня, — сказала я. — Но, он послушает тебя. Ему придется.

— Неужели? — удивился Александр. — У меня с Джаггером перемирие. Но больше, чем это? Я не уверен, что смогу убедить его в том, чтобы открыть его клуб, таким образом, каким он хочет.

Я вздохнула. — Но я мечтаю о Гроб-Клубе. Это было потрясающе — музыка «Скелетов» бьющая по стенам. Те, причудливые манекены свисают с потолка. Двери в форме крышки гроба. И секретная темница.

— И Феникс… — засмеялся Александр.

— Да и Феникс, — сказала я, вспомнив фиолетовые волосы Александра, чье альтер-эго убедило держать Джаггера Подземелье в тайне. — Я была от него без ума. Он не такой, как ты, я имею ввиду. Но похож на тебя.

Меня словно громом поразило.

— Что если он вернется? — громко задалась я вопросом. — Что если Феникс убедит его оставить только клуб для смертных? Ну, и конечно для тебя, Себастьяна и остальных. Но Договор останется закрытым.

Александр на мгновение задумался.

Я была уверена, что это прекрасная идея. — Фениксу удалось все уладить, когда Джаггер пытался заработать на том, чтобы привлечь в Гроб-клуб больше вампиров, — сказала я, — Феникс встал против Джаггера, и члены клуба были на его стороне, он заставил его держать гроб-клуб счастливым, сохраняя это в тайне, также как и гражданский клуб. Он может сделать здесь то же самое, сохранив его для смертных.

— Я не уверен…

— Если Джаггер не захочет его слушать, Феникс может ему угрожать, что вернется в Гроб-клуб. Он может закрыть клуб Джаггера и скрыть его местонахождение. Джаггер не позволит поставить снова Гроб-клуб под угрозу. В конечном счете, только Феникс имеет власть над Джаггером.

Александр играл с одуванчиками на траве.

— Я с радостью увидела бы его снова, — сказала я, взяв другой подход. — Его сексуальные фиолетовые волосы. Его горячий мотоцикл. И обтягивающие черные брюки. И теперь когда я знаю, что это ты, — сказала я, подкрадываясь к Александру, — я могла бы дать ему поцеловать себя, как раз то, что он хочет.

— Эй, не изменяй мне со мной, — подразнил он.

— Оу, я думаю, это будет так круто. Склеп. Танцы и тусовки вместе со Скарлет и Оникс. Занудвилль ожил, когда я встретила тебя.

Я положила голову на плечо Александра, пока мечтала о Склепе. Александр тоже глубоко задумался. У меня в голове была куча идей. Я решила сменить тему.

— Наши дни рождения не за горами, — сказала я. — Бекки хочет знать, что мы будем делать.

— Может, мы должны вместе повеселиться, — предложил он.

— Я так и сказала.

— Мы могли бы устроить объединенную вечеринку, — предложил он.

— В самом деле? Это был бы лучший день рождения в жизни!

— И я думаю, я знаю, только одно место для этого, — сказал Александр. — Оно называется «Склеп».

Глава 6

Слухи о клубе

На следующий день Бекки встретила меня после урока Языкового искусства.

Она подбежала и схватила меня за руку, дожидаясь, чтобы рассказать мне о самом главном. — Я слышала, что в Занудвилле будет новый клуб! — сказала она.

Я была потрясена. Сплетни в Занудвилле распространялись со страшной скоростью. Но Бекки эта новость достигла быстрее всех. Если Джаггер распространяет их сам, то это очень удивлюсь.

— И что ты слышала? — спросила я.

— Только о том, что этот клуб будет для нас всех!

— Клуб? Здесь? — мне пришлось удивиться, хотя на самом деле я и так была удивлена. Не тем, что здесь будет клуб, а тем, что слухи о нем уже расходятся.

— Да. И тебе не должно быть двадцать один, чтобы тебя туда пропустили. Это будет невероятно!

— Ты слышала, где он будет?

— Нет, но как только я выясню это, я тебе расскажу.

Ирония была в том, что сейчас Бекки рассказывала мне про клуб, хотя это я должна ей рассказывать обо всем этом. Она собиралась разузнать информацию, которую я, и так знала. Не рассказав ей, я чувствовала себя виноватой, но пока я точно не знала об истинных намерениях Джаггера, мне не хотелось бы, чтобы слухи о заводе быстро распространились.

— Я не могу дождаться, — сказала Бекки. — Будет здорово иметь место, где можно отрываться и танцевать с Мэттом.

Я замерла. Моя лучшая подруга невинно планировала поход в клуб, куда Джаггер будет приглашать неизвестных вампиров?

— Ты не можешь туда пойти… — выпалила я. — Я имею ввиду, что не думаю, что это будет твой тип клуба.

— Почему нет? Он же будет открыт для всех.

Я думаю в этом и есть проблема. Смертные и вампиры вместе.

Смогу ли я защищать Бекки от вампиров в реальном мире всегда? Хотя бы в ближайшем будущем.

— Я только хотела сказать, — начала я, — если сливки общества будут там тусоваться, то это не будет веселым заведением для нас.

— Это место будет фантастическим. Мэтт и его друзья собираются туда. Я уверена, что все будет отлично, мы сможем веселиться вместе. Мы будем самостоятельными. И, кроме того, в клубах темно и громко. Я видела их по телевизору.

— Ты слышал, что это будет место, где можно по-настоящему отрываться? — сказала своему другу Прада Би, стоя на несколько шкафчиков дальше нас.

— Я слышал об этом, — ответил друг. — Но у меня нет никакой информации.

— Это было бы так классно. У нас нет места, где мы могли бы потанцевать. По крайней мере, не без поддельного удостоверения, — засмеялась Прада Би.

— А где он будет? — спросил ее друг.

— Я слышала, что он будет в заброшенной церкви.

Заговорила Прада Би шепотом. — Мне сказали, что они сдают в аренду загородный клуб по пятницам ночью, — сказал ее друг.

— Кто они? — спросила Прада Би.

Я наклонилась ближе, чтобы услышать.

— Я слышал, что на кладбище. Неужели вы хотите туда, — сказал Тревор, я покраснела из-за подслушивания.

— Как обычно, узнаешь все последняя? — спросил он.

Я даже не потрудилась ответить.

— Возможно, тебя пригласят на другое чрезвычайно ожидаемое событие?

— Что? Тебя пригласили? — спросила я нарушая свое короткое молчание.

— Конечно, меня пригласили на открытие, — ответил мой враг. — Они не собираются пускать всех подряд.

— Они мои друзья, не твои, — сказала я. — Поверь мне, я постараюсь, чтобы тебя не пропустили на входе.

Я закрыла свой шкафчик.

— Не будь такой уверенной, — сказал он. — Я в VIP списке.

Он подошел ко мне так близко, что я могла ощутить запах его мятной жвачки, которую он жевал. — И если здесь появится новый популярный клуб, то тебе понадобится партнер, — сказал он с напускной скромностью. Он взял мою руку, и прежде чем я успела забрать ее, он написал свой номер на моей ладони.

Бекки намазала мою руку дезинфицирующим средством, и я приложила все усилия, чтобы стереть его.

Таким образом, получается, что торжественное открытие Склепа будет только для приглашенных? Джаггер убийца, который начал распускать слухи. Он даже еще не начал украшать. К тому времени пока он действительно начнет работать, вся средняя школа выстроится перед зданием в ожидании открытия.

А я не была уверена что, в конце концов, это окажется таким великим делом. Студенты окажутся уязвимыми перед неизвестными вампирами.

Как только польются напитки, и на танцполе станет жарче, кто знает, кто из смертных будет целоваться с вампиром или потянет вампира из другого города к себе домой? И хотя большинство студентов презирают меня и превратили мою жизнь здесь, в Занудвилле, в ад, либо игнорируют или дразнят меня, я не могла позволить их материалистической жизни находиться в опасности. И если в нашем городе кто-либо и собирался стать жертвой красивого вампира, так это я.

Бекки и я тусовались на открытой трибуне футбольного поля вскоре после заката солнца. В своем дневнике я рисовала эскизы такого клуба, которого хотела и записывала идеи насчет подарка для Александра на его день рождения. У нас с ним была назначена встреча через час, после того как он проснется и поужинает. Я убивала время, рассеяно наблюдая за тем, как футбольные снобы пинали черно-белый мяч вверх и вниз, соревнуясь с Тиграми.

— Помнишь, когда мы смотрели игру вместе с Себастьяном? — спросила Бекки, ссылаясь на то, когда лучший друг Александра впервые приехал в Занудвилль.

— Угу…

— Я сделала фотку. Где ты и он.

— Да… Я помню, — сказала я. И потом меня поразило то, что только сказала Бекки.

— И странная вещь произошла. Я просматривала фотографии в телефоне, но его там нет.

— Должно быть, ты не сохранила фотографию, — сказала я. — Я все время забываю.

— Нет, это не то, что я имела ввиду. Его нет на фотографии.

Это было то, чего я боялась.

— Наверно ты удалила ее, — сказала я ей.

Она достала телефон и показала мне. — Смотри.

Я увидела в кадре себя, улыбающуюся и сидячую под углом, так как будто я прислонилась к кому-то. Только большее на фотографии никого не было.

— Не странно ли это? — спросила она озадаченно.

— Ну… может, он переместился вне поля зрения.

— Я не помню, чтобы он делал это…

— Или может, ты переместила камеру. У меня всегда так.

— Я знаю. Но то, как ты сидишь… если бы он двинулся, ты бы упала. И там есть пространство. И если бы я дернула, тогда не было бы пустого места там, где он сидел. Я не могу понять этого.

— Похоже, что они выигрывают…

Сказала я, пытаясь сменить тему.

— Ты не находишь это странным? — продолжала настаивать она.

Что я должна была сказать? Ты сделала снимок вампира. Чего ты ожидала?

Я пожала плечами.

— Я думала, что из всех людей тебя это будет волновать больше всех. Это почти как в страшном фильме.

Бекки снова сунула передо мной телефон с фото.

— Да. Это странно. Но я уверена, что он в последнюю секунду отодвинулся. Вот и все.

Я вернулась к эскизам в дневнике.

— Наверное, — сказала Бекки, — Но я сохраню это кадр. Мне хотелось бы иметь фотографию Себастьяна. По крайней мере, у меня есть классная фотка одного из вас.

Игра закончилась, и я увидела Тревора, ошивавшегося за деревьями. Он облокотился о ствол и стоял в такой обольстительной позе, что у меня сложилось впечатление, что с кем бы он не говорил, был женского рода, и, при чем симпатичной. Это было не похоже на Тревора скрывать своих подруг, поэтому мне стало любопытно. Так как он продолжал разговаривать и позировать, девушка оставалась скрытой в тени. Через несколько минут я заметила ярко-алые волосы, скорее всего крашенные, не одна девушка в нашей школе не красилась в такой цвет.

— Куда ты идешь? — спросила Бекки, когда я спрыгивала с трибуны и мчалась вниз по металлической лестнице.

Так вот кто пускает слухи. Должно быть Джаггер попросил ее, предположила я. Если Тревор в числе участников, тогда Джагерру толпа обеспечена. Джаггер знает, что Тревор расскажет всей школе, наряду со всем городом.

— О, Скарлет! — сказала я.

Она удивилась, увидев меня, и отошла еще дальше в тень. Тревор тоже казался захваченным врасплох моим присутствием.

Именно в этот момент Мэтт окликнул его, так как команда шла в спортивный зал. Тревор остановился. Для него было странным, находится в компании двух девушек готок. Он привык быть в окружении опрятных, консервативных типов людей. Его притягивало бунтарское влечение к нам.

— Я должен идти… — неохотно сказал Тревор. Я знала, что он хочет остаться с нами, но это произойдет только в его фантазии.

По пути он задержался перед нами за деревом, это выглядело так, словно он хотел поцеловать одну из нас или обеих, но он не был достаточно смел, чтобы подойти к Скарлет передо мной. И он знал, что если поцелует меня, то я его ударю.

— Это номер Тревора? — спросила она, заметив размазанные цифры на моей ладони.

— Да, и я попыталась их стереть. Я говорила тебе, он не тот за кого себя выдает.

Я остановилась на мгновение. Когда мы остались наедине, я сказала ей:

— После вечеринки Александра вы все уехали.

— Да. Мне очень жаль, она закончилась так быстро.

— Так ты надолго в городе? Другие тоже с тобой? — спросила я, изображая невинность.

— Я не могу врать тебе Рэйвен. Мы все всё ещё здесь.

Мне стало легче от того, что моя подруга доверила мне тайну, которую я уже знала. Я бы возненавидела ее, если бы она мне солгала. Она приняла меня за вампира, и потом когда она узнала мою истинную сущность, она приняла меня смертной. Она была лучше другом для меня, чем я для нее. И потому, что она и Оникс не были связаны с Александром, или не были хитрыми и уж точно не такими как Луна, они являлись тем типом девушек-вампиров, которых я хотела бы заполучить в друзья на всю жизнь.

— Я так расстроилась, когда вы ребята уехали, — сказала я. — Я знаю, что вы должны были, но я реально угнетена была. Мне стало легче, зная, что вы все еще здесь.

— Мне жаль, что мы не смогли повеселиться, — сказала она искренне. — Но не говори Джаггеру, что ты видела меня, если ты столкнешься с ним. Пожалуйста.

— Я не буду, — сказала я. Я ненавидела то, что он имел влияние на нее. Он предоставил ей и ее лучшей подруге комнату и питание, и я уверена, что она не хотела этим рисковать. Но я хотела потусоваться с ними, и не хотела, чтобы он мне мешал. — Почему бы тебе и Оникс не встретиться со мной сегодня вечером на кладбище?

— Да, это прекрасная идея! У нас должен быть девичник! — сказала она, держа меня в объятиях.

Затем Скарлет скрылась в ночи.

Глава 7

Ночь вампиров

Я позвонила Александру и предупредила, что немного опоздаю на наше свидание, так как хочу встретиться с Оникс и Скарлет на кладбище. Он согласился, что это хорошая идея получить информацию от девочек, и пригласил меня в особняк, после того как я освобожусь. Хотя я была взволнована в предвкушении провести время со Скарлет и Оникс, но мне было жаль упущенного времени с Александром, ведь мы не виделись весь день.

Когда я приехала на кладбище Занудвилля, оно выглядело мрачно; в глубине кладбища я увидела двух девушек-готов, сидящих на надгробных плитах и свесивших ноги вниз; у одной были бело-черные полосатые колготки, а у другой черные и порванные.

Когда они заметили меня, обе обернулись в мою сторону.

— Так приятно видеть тебя, Рэйвен, — сказала Оникс

— Джаггер сказал нам, чтобы мы не говорили тебе, что мы были здесь… — вырвалось у Скарлет. — Он сказал, что это ради Себастьяна. Мы не должны были слушать, — Скарлет раскаивалась.

— Но он предоставил нам место для проживания… — сказала, защищаясь, Оникс.

— И Оникс самая главная для него, — проболталась Скарлет.

— Нет! — возразила Оникс

— Не ври, — бесстыдно сказала Скарлет.

— Так в чем же дело? — спросила я.

— Джаггер планирует открыть клуб под названием «Склеп», — сказала Скарлет, как будто она делилась экстренной новостью.

— Он будет как Гроб-Клуб? С тайным подземельем? — спросила я.

Оникс кивнула.

— Он надеется пригласить вампиров со всей округи, — поделилась Скарлет.

— В этом округе нет вампиров, — сказала я. — Только Александр.

— Ну, Джаггер хочет, чтобы Склеп, в конечном счете, был таким же большим, как Гроб-Клуб, — сказала Скарлет.

— Но это не очень хорошая идея, — настаивала я. — Не в этом городке. Всем все известно, и они все сплетничают. Будет трудно скрывать себя, — предупредила я.

— Мы хорошо умеем скрываться, — успокоила меня Скарлет. — Это наша жизнь.

— Я знаю, — ответила я. — Одно дело уйти в подземелье в большом городе. А здесь? Люди легко узнают, вы все в опасности, — сказала я им.

— Я не знаю, — сказала Скарлет. — Мы всегда в опасности. Это — часть того, чтобы быть вампиром в мире смертных.

— Но здесь вы можете быть одними из немногих… особенными, — я пыталась убедить их.

— Но тут очень трудно познакомиться с другими вампирами, — сказала Скарлет. — Гроб-Клуб особенный для нас. Это место, где можно быть самим собой и не нужно скрываться. Знаешь, как трудно скрываться, когда бодрствуешь ночью?

Я не ответила, а она уставилась на мой наряд.

— Конечно, ты не знаешь, — сказала она. — Ты отважная и откровенная. Любой в этом городе знает, что ты особенная. Ты такая, какая есть. Я не думаю, что ты понимаешь, как трудно было бы тебе быть вампиром. Было бы только несколько смертных, которых ты могла бы знать. Так ты не можешь быть на людях, как ты сейчас.

Это была одна из частей того, чтобы быть вампиром, что я думала, будет самым трудным для меня. Я потратил всю жизнь, чтобы быть честной кто я, какие у меня мысли, мой стиль и вкусы. Наконец, укус изменил бы все, что у меня есть, в одно мгновение. Но в данный момент, на самом деле мы не говорили о моем становлении вампиром, и я должна была бороться за то, чтобы открыть безопасный клуб Джаггера в Занудвилле.

— Я полностью понимаю и принимаю твою позицию, — сказала я. — Но в этом городе Склеп не будет таким же, как Гроб-клуб. В Хипарвилле каждый либо хиппи, либо гот, либо кто-либо еще. Они понимают различия между друг другом, и никто не роет глубже. Жители Занудвилля опасаются таких людей, их нет в загородном клубе, в бейсбольных командах, на теннисных кортах или в барах. Я действительно не могу утверждать, что вампир не станет частью клуба здесь, как в Темнице. Он может поставить свое существование под угрозу. Вы должны поверить мне, вы же знаете, что я люблю вампира. Его потребности стоят выше моих собственных. Я хочу чего-то лучшего для него и для вас всех.

Скарлет смягчилась и обняла меня. — Нам действительно повезло, что ты появилась в Гроб-клубе. Если бы все смертные были такими как ты, нам не нужно было бы прятаться, и наш мир стал бы намного лучше.

— Может, мы должны сказать что-то Джаггеру? — робко спросила Оникс.

— Это было бы удивительно, — подхватила я. — Но он не должен закрывать весь клуб, всего лишь вампирскую его часть.

Именно тогда я поняла то, что я сказала, может навредить мне.

— Но какой в этом смысл? — спросила Скарлет, обиженно. — У смертных есть клубы по всему миру.

— Простите, я не имела вас в виду. Я говорила о гнусных вампирах, — сказала я извиняющимся тоном.

— Я знаю… — сказала она.

— Но если честно, — продолжила я, — у нас здесь нет клуба. Склеп может быть клубом и для вас тоже. Но остальные вампиры, их часть клуба не будет работать.

Оникс и Скарлет задумались на мгновение.

— Ну, я не могу ему сказать, что делать, — признала Скарлет. — Но Оникс может.

— Я? — она сделала застенчивое выражение лица.

Было видно, что она слишком сильно обожала Джаггера, чтобы противостоять ему.

— Что на счет Тревора? — спросила Скарлет.

— Он ничего не должен знать об этом. Не о вампирах. Не об Александре. Не о тебе, — сказала я. — Мы должны заключить договор, — продолжила я, — что мы сделаем все возможное, чтобы открыть Склеп только для смертных и ООВ — Очень Особенных Вампиров. Вы ребята, Себастьян, Луна и, конечно же, Александр.

Мы положили свои бледные руки одну поверх другой, и наш черный лак для ногтей растворился во тьме. — Мы обещаем, — сказали мы в унисон. А затем вместе протянули вперед руки.

— И возможно… когда-нибудь ты оставишь смертных и станешь вампиром? — подразнила Скарлет.

— Это было бы потрясающе! — улыбнулась я.

У меня еще было несколько минут перед встречей с Александром, поэтому я смогла поговорить с девушками, прежде чем отправилась в Особняк.

— Так на что похожа жизнь на заводе? — спросила я у них.

— Это весело, — сказала Скарлет. — Мы скучаем по Гроб-клубу, потому что там больше вампиров, с которыми можно тусоваться. Но мы надеялись, что здесь… — она остановилась. — Но теперь, когда ты сказала нам, — продолжила она, — Я поняла твою точку зрения.

— И Скарлет нравится быть рядом с Тревором, — вырвалось у Оникс.

— Он знает, что ты вампир? — спросила я.

— Нет! — сказала она. — Я не целовала его и не говорила с ним.

Скарлет целуется с Тревором. Эта мысль была слишком отвратительной, чтобы мой желудок ее принял. Я знаю, что Тревор должен был изменить моей подруге. Я не хотела, чтобы ее использовали, как многих других его девушек.

— Он не такой как ты думаешь, — сказала я.

— Горячий? Великолепный? Спортивный? Богатый? — ее лицо светилось, будто она была окружена свечами.

— Он одна сплошная проблема, — сказала я.

— Это я сплошная неприятность, — засмеялась Скарлет.

— Мы хотим, чтобы вы были вампирами, как и мы, и смогли отрываться в Склепе целые сутки, — сказала Оникс.

— Я тоже, — мечтательно, ответила я. — И что между Себастьяном и Луной? — спросила я. — Неужели он действительно нравится ей?

Они кивнули в унисон.

— И действительно ли она нравится ему? — спросила я.

— Она действует так, как хочет, — начала Скарлет. — Всегда подлизывается к нему и хлопает розовыми ресницами. Она действует мне на нервы, — затем она посмотрела на Оникс. — Но она может стать в будущем вашей законной сестрой, Оникс Максвелл! — подразнила Скарлет.

Оникс покраснела.

— Ну, я всегда чувствовала нечто странное к ней, — серьезно сказала Скарлет. — Будто я не могу доверять ей.

— Я тоже, — сказала я.

Скарлет и я думали одинаково. Она смелая и сильная, и не позволит любому человеку или вампиру стать на ее пути. Если она чего-то хочет, она добьется этого и препятствия на ее пути доставят лишь незначительные неудобства.

И я знала, что она честная и добрая. Я просто была недовольна тем, что она влюбилась в Тревора. Если ее сердце принадлежит ему, то убедить ее пойти против Тревора, все равно, что убедить Джаггера не открывать Склеп.

— Нам нужно бежать, — сказала Оникс. — Мы должны вернуться к Джаггеру.

— Так, когда ты придешь в Склеп? — спросила Скарлет.

— Он еще не открылся, — сказала я.

— Я знаю, но мы начинаем украшать его следующей ночью.

— Тогда я буду там! — сказала я со злой улыбкой.

***

Когда я приехала к Особняку, я обнаружила знакомый автомобиль припаркованный возле дороги и еще более знакомого парня, сидящего на ступеньках.

— Александр не разрешил тебе войти? — спросила я Себастьяна.

— У меня не хватило мужества постучать еще раз. Я не уверен в том, что собираюсь сказать.

— Все что тебе нужно сделать, так это что-то сказать.

— Я пытался… прошлой ночью, — сказал он. — Но ты уже знаешь это.

Он посмотрел на меня взглядом, который напомнил мне момент, когда мы крались возле завода.

— То, что ты сделал прошлой ночью… изменило ситуацию, — сказала я. — Александр знает, что ты вернулся.

— Что вы слышали? — спросил Себастьян.

— Что здесь будет новый клуб, — сказала я.

— Да…

— Он будет на заводе, — добавила я.

— Угу, — признал он.

— И что он будет открыт для смертных и вампиров, — сказал я ему.

— Оу, — Себастьян грыз свои черные ногти.

— Ты действительно в игре? — спросила я.

— Ну, я же вампир, я думаю, что так будет лучше для меня.

Его дреды дрожали, когда он смеялся.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — вздохнул Себастьян. — Конечно, я не думаю, что это отличная идея для данного города. Но Джаггер был так убедителен, и Луна гипнотизирует меня. Я делаю все, что она попросит.

— Ты что-нибудь знаешь о подземном клубе? Как он называется? — намекнула я, желая понять, видел ли Себастьян планы Договора.

— Нет, — сказал он. — Я просто знаю, что он будет здесь, как в Гроб-клубе.

— Ты понимаешь, что это плохая идея открыть его для посторонних вампиров.

— Я вижу, что это будет проблемой.

— И ты должен знать, что Александр против.

— Да?

— Да! Он жил в этом городе с тех пор как прибыл. И это не только из-за него. Он никогда не пожертвует чем-то хорошим для всех, только ради чего-то хорошего для себя. Это не в его характере. Но он любит свою семью и своих новых друзей. Он не хочет, чтобы они были в опасности.

— А ты?

— Я согласна. Это будет катастрофа. Если вы все сбежите из Занудвилля, вы ничего не потеряете. Но я и Александр? Мы потеряем все. И что, если вампир приезжает сюда и делает то, что ты сделал с Луной, только с некоторыми ничего не подозревающим смертным девушкам? И что, если каждый видит это? Как вы думаете, этот город будет отвечать?

— Это действительно сложно, не правда ли? — спросил он.

— Нет, это довольно просто. Склеп должен быть клубом только для смертных. И тогда все будет безопасно, и ты с Оникс и Скарлет сможете жить здесь. Рядом со своим лучшим другом.

— Это было бы здорово, — сказал он с улыбкой.

— Джаггер хочет денег, и он хочет власти. Он не видит того, что уже есть. Небольшой городок со сплоченным, хотя и скучным, обществом. А для тебя, Александра и девушек это прекрасная гавань.

— Да, в противном случае, мы могли бы превратить этот город в подобный любому другому.

Я была счастлива тому, что Себастьян на одной стороне вместе со мной и Александром. Из-за непринужденного характера Себастьяна, я полагаю, что он может находиться под влиянием толпы, но в данный момент он бродил вокруг да около. Хотя я чувствовала, что в конечном итоге он будет за безопасный клуб для смертных, как и его лучший друг.

— Что ты хотел сказать Александру, когда пришел в Особняк прошлой ночью? — спросила я.

— Что я снова все испортил. За последнее время я перешел черту с Бекки, и теперь сошел с ума, кусая Луну. Но я просто не могу ничего с собой поделать. Меня застали врасплох. Я не такой вампир, как Александр.

Но сейчас некоторые вещи между ними не столь отличались. Я могла бы сказать, что Александр пил мою кровь и поделился со мной своим гробом. Те вампирские вещи, которыми поделился со мной Александр, были очень значимыми для меня. Но это было не мое дело рассказывать наш секрет лучшему другу Александра.

— И я хочу убедить его, что мои чувства к Луне другие, — добавил Себастьян.

Ох, парень, подумала я. Это было не то, что я хотела услышать.

— Эта девушка особенная, — сказал Себастьян. — Как правило, я хочу многих девушек. Сначала Бекки. Теперь Луна. Если бы мы встречались, ты бы стала вампиром давным-давно.

Эта идея заинтересовала меня. Если бы я была с другим вампиром, то возможно к этому времени была бы уже одной из них.

Но стать вампиром-одиночкой это не то, что я хотела. Я хотела, чтобы это было особенно, длительно и романтично. И я не такая решительная девушка. Тем более что я влюбилась в Александра.

— Александр учитывает желания девушки. Другие вампиры укусили бы девушку и больше никогда ее не увидели снова.

Это звучало ужасно. Обратить, а затем порвать отношения. — Ты делал так? — спросила я.

— Нет, но я был близко.

Его слова впечатлили меня.

— Александр изменил свою жизнь ради тебя, — сказал он. — Он не вернулся в Румынию, когда мог. Он боролся за то, чтобы купить свой дом и продолжить жить с вами.

Слушая Себастьяна, я понимала, что значу для Александра в этом мире. Я всегда хотела измениться, но получилось, что Александр менялся ради меня.

— Я просто знаю, что на этот раз с Луной все по-настоящему, — сказал он.

— Как ты можешь быть так уверен?

— Она замечательная. Она красивая и сексуальная. Я не могу оторвать от нее глаз.

Я не могла слушать о том, какая Луна Максвелл замечательная. — Сможешь ли ты изменить свою жизнь ради нее? — спросила я с вызовом. — Никогда не ездить в другие города без нее?

Себастьян задумался. — Да. Я думаю, что смогу.

— Тогда я думаю, что ты любишь ее, — сказала я сквозь стиснутые зубы.

Хотя я не сходила с ума от лучшего друга Александра, я не могла доверять его влюбленности в другого вампира, но это было лучше, чем, если бы его привязанность к Бекки вернулась. Я бы предпочла, если бы он полюбил Скарлет или Оникс, но для этого понадобились бы все мои способности к сводничеству.

Мой мобильный телефон зазвонил, и я заметила сообщение от Александра.

Где ты? Почему так долго?

Я ответила ему, чтобы он встретил меня возле входной двери.

Входная дверь медленно, со скрипом открылась.

Александр удивился, увидев Себастьяна, стоящего рядом со мной.

— Чувак… — сказал Себастьян. — Это снова я… — начал он.

Он ждал, что Александр что-то скажет, но мой парень молчал.

— Как на счет игры Средневековые Рыцари? — сказал Себастьян. — Ты можешь поквитаться со мной даже в виртуальном мире. Два лучших из трех побед.

Александр улыбнулся. Он открыл дверь настежь и Себастьян вошел внутрь. Я с радостью поднялась на второй этаж, в телевизионную комнату Особняка.

Вот и все — без унижений и слез. Без объятий и сцен. Просто лицом к лицу, в эту минуту примирения между двумя лучшими друзьями детства.

Я набросала свои идеи на счет Склепа, пока два вампира, борясь со скукой, сражались с компьютерными мечами.

Глава 8

Дизайнер интерьера

Существовало несколько вещей, которые мне нравились: пробираться в Особняк, бить в лицо наглым хулиганам и украшения в жутком стиле.

Я хотела поделиться своими идеями с Джаггером, потому что была уверенна в том, что смогу помочь с открытием клуба. Я могла бы заняться дизайном, все украсить или даже заняться уборкой. Мне было все равно. Я бы подметала на этажах, если бы мне пришлось. Когда я работала в туристической фирме Армстронг, не было ничего, что я не хотела бы делать, и за это мне платили. Тем не менее, за возможность стать частью Склепа я была готова на все (ну, почти на все) за бесплатно.

Следующей ночью, прежде чем я отправилась в особняк, чтобы провести там время с Александром, я помчалась на завод, чтобы меня присоединили к созданию Склепа.

Я обнаружила Джаггера в одном из основных помещений завода, он ходил и говорил по телефону. Когда он увидел меня, он быстро закончил свой звонок.

— Я предполагаю, что Себастьян рассказал тебе, что мы находимся здесь? — спросил он.

— Я сама догадалась, — сказала я триумфально. — Я хотела с тобой кое о чем поговорить.

— Да? — Джаггер оказался любезным. Он сдул пыль со старого стула и предложил его мне.

— Пожалуйста, садись.

Я поблагодарила и села.

— Что я могу для тебя сделать? — спросил он пристально. Если бы Джаггер не был бы таким гнусным, жутким, и к тому же бывшим врагом Александра, он на самом деле был бы сексуальным. Его белые волосы, словно острые сосульки и его несоответствующие, но насыщенного цвета глаза завораживали. И в нем было что-то связанное со словом «Обладать», которое украшало его плечо.

— Я с радостью помогла бы тебе с клубом.

— Правда… — сказал он подозрительным тоном, который говорил, что он явно удивлен.

— Я хороший декоратор. Я могу помочь найти забавные безделушки во всем городе.

Я поняла, что могла давить на его эго. В конце концов, это же он запустил Гроб-клуб. Кто я такая, чтобы утверждать, что он нуждается в помощи для разработки классного клуба?

— Конечно, я знаю, что ты тоже хорош в этом деле, — продолжила я.

Джаггер оценивающе посмотрел на меня. — Я мог бы использовать помощь со стороны, — наконец сказал он. — Но, а как же твой парень?

— Я не уверенна, что он захочет помочь.

— Да, я уже догадался. Но будет ли он против того, что мы так тесно работаем вместе? — Джаггер отбросил назад свои белые волосы. — И что, если вы передумаете быть в моей компании?

Он улыбнулся, и его клыки поймали свет он канделябров, а взгляд синего и зеленого глаз проникал внутрь меня.

Но я не была заинтересована в его романтических выводах. — Я не думаю, что это произойдет, к тому же он не ревнивый.

— Я думаю, он знает о Склепе?

— Ээ… да.

— И что он думает на счет этой идеи? Кажется, он не был заинтересован, когда я предложил ему и Себастьяну присоединиться.

— Я не думаю, что он полюбил клуб больше, чем любил раньше.

— Но ты да?

— Я люблю Гроб-клуб, — забила я. — И я хочу место, где смогу тусоваться здесь, в Занудвилле.

Джаггер просиял. Говоря ему комплименты, он чуть ли не сиял. Он поднялся и выглядел так, словно представлял себе новый клуб.

— Однако это все относится к… вампирам, — сказала я.

— Это тебя беспокоит? — он навис надо мной, и его волосы сексуально упали на глаза.

— Да, — я приложила все усилия, чтобы противостоять ему. — Я думаю, что клуб должен быть только для смертных.

— Я думал, что вампирский клуб тебе понравиться.

Я встала. — Эээ… это так, — сказала я честно.

— Ты хочешь быть единственной, — сказал он, подходя ближе.

— Я знаю, — сказала я, решительно.

— Ты уже влюблена в одного их них, — сказал он с озорной улыбкой.

— Я знаю, но он другой.

— Не такой как я? — волосы Джаггера практически касались моей шеи.

Я сделала шаг назад, спотыкаясь о стул. — Не такой характерный, — сказала я резко.

Джаггер смеялся и веселился над своей маленькой игре. — Ну… мне кажется, ты гармонично смотрелась в Подземелье, — сказал он, снова приближаясь ко мне. — И этот парень Феникс.

Ничего, не сказав, я поставила между нами стул. Мне не нравилось то, что он был настолько проникновенным и понял, что Феникс стал моим другом, не смотря на то, что Феникс и есть Александр.

— Как ты можешь любить вампира и не хотеть клуб, в котором он сможет быть?

— Ты же знаешь, что я говорю о гнусных и неизвестных вампирах.

— Правда что ли? Думаешь Александр единственный хороший вампир?

— Эээ… нет.

— Или ты боишься, что если он долго пробудет в окружении таких, как он, он предпочтет их компанию тебе? — спросил он, поставив ногу на стул и наклонившись на дюйм. — Может он скучает по таким как он.

Этого я представить себе не могла. Я думала только о двух вещах: потенциальная опасность смешивания вампиров с ничего не подозревающими смертными, и раскрытие тайны моего парня, что тем самым ставило его пребывание в Занудвилле под угрозу.

— Ты завидуешь Луне? — холодно спросил Джаггер. — Тебе не кажется странным, что Себастьян встретившись с Луной, уже в течение часа погрузил в нее клыки? А Александр уже знает, сколько прошло времени с тобой.

— Это совсем другое, ты же знаешь. Я не вампир. А Луна — да.

— Так и есть, — сказал он. — Луне повезло. Так каким вампиром хотела бы быть ты? Таким как Себастьян? Или Александр?

— Я приехала сюда, чтобы помочь, а не для того, чтобы обсуждать моего парня.

— Помочь с каким из клубов? Клубом смертных или вампиров? — спросил он. — Мне любопытно, Скарлет, Оникс и Себастьян согласились с тем, чтобы клуб был не только для смертных. Ты не говорила с ними, да?

Я не собиралась признаваться, что я знала.

— Но они правы. Этот город слишком мал для того, чтобы в нем увеличить количество населения вампиров. Здесь так быстро распространяются сплетни. Если смертные будут знать, что здесь безопасно, то они придут. Но если они услышат гнусные сплетни, то захотят закрыть клуб полностью.

— Ты же не относишься к тому типу, кто беспокоится о том, что думают другие.

— Я беспокоюсь о том, что их действия могут сделать с моими друзьями. Больше вампиров в этом городе, которые не столь доброкачественны как ты, — сказала я на всякий случай, — может подорвать или даже угрожать существованию тех, кто уже здесь живет.

— Александр…

— И теперь ты, Луна, Себастьян, Оникс, и Скарлет.

Он встал и подумал, возвращая на место стул. — Но мне кажется, что ты хочешь иметь место, где сможешь пообщаться с теми с кем хочешь, — сказал он. — Действительно хочешь.

На мгновение я погрузилась в свои фантазии и представила, как нахожусь в мире вампиров, танцую и пью коктейли из крови. Это все было бы в Подземелье, что я не получила находясь в Занудвилле, но только на вечеринке с вампирами, принятой одной из них.

— Я знаю… но клуб привлекает все больше и больше вампиров, что не очень хорошо для остальных. Мои родители… мой брат. Городские жители.

— Они никогда не будут знать, что ты здесь. Если сама не скажешь им.

— Я никому не собираюсь рассказывать.

Меня раздражало, что он намекал на то, что я болтушка, если учитывать, что я хранила в секрете, что мой парень вампир.

— Я думаю это довольно рискованно скрываться на этом заводе всем вам, он вызывает подозрение и разжигает сплетни. И я не думаю, что это хорошая идея пригласить других вампиров.

— Тогда какой смысл в клубе? Какой смысл в этом бизнесе? Кроме того, у меня есть идеи для того, чтобы сделать этот клуб особенным.

— Что ты имеешь в виду?

— Скоро ты все узнаешь.

— Клуб для смертных был бы особенным сам по себе. Я не думаю, что ты понимаешь, насколько удивительно для нас было бы иметь клуб, — сказала я. — Здесь существует уже не один клуб. Ничего никому не нужно. И они до сих пор делают на этом капитал. Поэтому у детей в этом городе очень много денег, которые они готовы тратить. Почему ты хочешь стать на пути к этому?

— Я не уверен, что мне нравятся люди, которые мне указывают, — сказал он мне в лицо. — Особенно те, которые хотят стать членами клуба навсегда.

Я слишком сильно толкнула Джаггера.

— Александр знает, что ты здесь? — спросил он.

— Да, знает.

Я была так же поражена, как и Джаггер. Я обернулась и увидела Александра, который стоял за мной.

— Ты бы не хотел, чтобы наше перемирие оказалось под угрозой, не так ли? — спросил Джаггер.

— Я уверен, что ты тоже, — ответил Александр.

В воздухе повисло напряжение. Я не уверена была, какой вампир первым сдвинется с места.

Но Джаггер смягчился. — Твоя девушка только что убедила меня в том, что сможет мне помочь.

Я посмотрела на Александра, ожидая его реакции. Мне не хотелось бы позволять Джаггеру рассказывать Александру о моей помощи в оформлении клуба.

— Да, я думаю это хорошая идея для нее, помочь украсить клуб, — сказал он.

Джаггер остался доволен ответом. У него было уже двое заинтересованных людей в его начинании.

— Позвольте мне кое-что показать вам, — сказал он гордо. — С помощью девушек и моего сотрудничества с поставщиками, этот клуб заработает в течение нескольких недель. Это не займет больше времени, чтобы создать место, в котором будет все нужное, музыка, и куда можно будет пригласить людей. Но это будет что-то большее, чем просто место для тусовок. Я хочу, чтобы это было особенное место. У нас будет сцена, танцплощадка, барная стойка, и постепенно с расширением посетителей, будем расширяться и мы, — заявил Джаггер, устраивая нам экскурсию по клубу и рассказывая о его видении Склепа.

— Куда ведет эта дверь? — спросила я, подойдя к двери на противоположной стороне комнаты и прокрутив ручку.

На чертежах я видела, что дверь вела в клуб «Соглашение», но сейчас она была заперта.

— Никуда, — сказал он, ведя меня дальше.

Похоже, Джаггер изменил свое мнение. Себастьян, я и теперь Александр говорили ему не приглашать больше вампиров в Занудвилль, и похоже он решил не ставить под сомнение будущий успех его клуба.

— Таким образом, ты планируешь и дальше распространять слухи о вампирском клубе? — спросил Александр.

— Я думаю, что Рэйвен права, — ответил Джаггер. — Почему бы мне не создать клуб для смертных? — сказал он со злобной усмешкой.

Я не была уверена в том, действительно ли его убедила. Но именно сейчас, когда Джаггер объяснил планы на счет Склепа, я не могла дождаться его открытия.

— Я рад, что ты станешь частью клуба, — сказал Джаггер. — Ты будешь одной из первых в списке приглашенных, Рэйвен. Я не хотел бы, чтобы что-то было по-другому.

Глава 9

Одержимая заводом

Как только очередной ужасно однообразный день в школе Занудвиля подошел к концу, я помчалась на завод Синклера.

Ничто не могло помешать мне помочь Джаггеру и его таинственной компании красиво украсить танцевальный клуб. Когда я пробралась внутрь разрушенного здания, увидела, что Джаггер уже отметил пол светлыми лентами в местах, где должны быть сцена, танцпол и бар. Пока вампиры спали, я подмела, убрала пустые картонные коробки, и другой мусор, который мог бы помешать быстрым реконструкциям. К тому времени как зашло солнце, и вампиры проснулись, я была истощена.

Александр встретил меня с поцелуем и яванским кофе, я сидела на окне, потягивая его и наблюдая как Оникс, Скарлет и вампиры работали. Скарлет пила свой горячий латте. Но в ее кофе вместо какао-бобов была кровь. Я отдыхала, положив голову на плечо Александра. В этом окружении, в отличие от любого другого в Занудвилле, я была принята как одна из своих, тусовалась с вампирами и помогала украшать ночной танцевальный клуб. Я наблюдала, как грузовик задним ходом подъехал к погрузочной платформе и несколько парней, которые выглядели больше мертвыми чем живыми разгружали его, заносили стулья, осветительное оборудование, бильярдный стол внутрь завода.

Александр бдительно следил за упакованными коробками, проверяя чтобы не было никаких мерзких предметов или улик которые Джаггер планировал бы использовать на открытие. Себастьян старался помочь, но Луна вцепилась в него, и его руки были заняты ею. Он хотел поговорить с Александром, но должен был вернуться к работе после легкого тычка локтем Джаггера.

С наступлением вечера, было ясно, что существует только один человек, который не помогал преобразованию клуба — Луна. Воздушная фея изящно расположилась на стуле как принцесса, и когда приходило время передышки, миловалась с Себастьяном или просила его принести ей кровавое латте. Несколько раз я ловила ее на том, что, перебирая дреды Себастьяна, она пристально смотрела на Александра. Я чувствовала, что она затевает что-то, но вот что, я не знала.

На следующий день в школе, Бекки и я обедали у флагштока, ожидая Мэтта. Она кусала свой сандвич, а я выбирала из своего натуральное арахисовое масло.

— Ты слышала что-нибудь о клубе? — неожиданно спросила Бекки. — Я слышу слухи все время, но никто ничего конкретного не говорит. Мне интересно, каким он будет, и когда его собираются открыть.

Я должна была рассказать Бекки то, что знала о клубе, опуская подробности о вампирах. Слухи в Занудвилле очень быстро распространяются, и не было смысла больше держать все в секрете.

— Ты должна поклясться, что сохранишь это в секрете.

— Конечно. Ты что-то знаешь?

— Я знаю много.

Бекки отложила в сторону свой бутерброд. — Расскажи мне что-нибудь.

— Это Джаггер, он собирается открыть здесь клуб. И он будет на Синклер Милл.

— Вау, это круто звучит.

— Но ты не должна никому рассказывать, потому что Александру и мне нужно узнать по больше обо все этом.

— Например?

— Например, кто сможет его посещать.

— Я слышала, что он будет для всех.

— Да. Но я хочу для начала подтвердить эту информацию. И у меня есть еще больше новости, — сказала я сияя в предвкушении.

— Что-то большее, чем это?

— Он сказал, что я могу помочь ему!

— Это потрясающе!

— Я вчера пошла туда и помогла прибраться.

— Я бы тоже с удовольствием помогла, — сказала Бекки.

Я не ожидала такой ее реакции и полной готовности к участию в этом. Я не могла представить Бекки, которая находилась бы внутри завода и создавала клуб вместе с вампирами. Для меня это было одно дело, но для нее это совсем другое.

— Я не уверена что тебе это понравиться. Это действительно грязная работа.

— А разве работа на ферме — нет?

Этим она поставила точку. — Это просто как…

— Обычно все домашние задания я уже делаю в конце дня, — сказала она. — Так что я могла бы использовать время после школы, чтобы помочь вам, ребята.

— Ну, они действительно не начинают работу до вечера. И работают всю ночь, так как им не нужно в школу.

— Я тоже могу им помочь. Мэтт занят своими драками. Было бы хорошо, если бы я что-то делала, а не постоянно стояла в стороне. — Бекки сделала доброе выражение лица и милые глазки.

— Прекрасно, — сказала я. — Но это наш секрет. Я буду там сегодня вечером с Александром. Мы встретим тебя по пути.

В этот момент Мэтт выбежал из главного входа и направился к нам.

— Держу рот на замке, — сказала Бекки и подмигнула.

Бекки вонзила свои зеленовато-голубые ногти мне в руку, когда я вела ее по темной гравийной дороге к фабрике.

— Эта фабрика так жутко выглядит, — сказала она. Ее зубы стучали, но не от холода, а от страха. — Не могу представить, чтобы кто-то приехал сюда по своему желанию. Рада, что не встречаю тебя здесь.

— Я никогда не поступила бы так с тобой, — ответила я.

— Почему они не зажигают свет внутри? — спросила она, смотря на темное здание, когда мы подходили к двери завода. — Я только вижу мерцание свечей.

— Наверно, электричество еще не подключили.

Для меня это место было пределом мечтаний, для моей лучшей подруги ночным кошмаром. Она сжалась, несколько раз перебирая волосы, словно стая летучих мышей в любой момент пролетела бы над ее головой. Возможно, она была права.

Александр открыл огромную дверь.

— Вы уверены, что это безопасно? — спросила Бэкки прежде, чем ступить внутрь.

— Я бы не привела тебя сюда, будь это не так.

Я взяла ее за руку.

— Я не позволю, чтобы что-нибудь произошло с тобой, — сказала я.

Она, казалось, немного расслабилась, но только совсем немного, когда мы вошли во внутрь завода, он был освещен свечками.

— Я стараюсь быть смелой, — сказала она, маневрируя вокруг пустого ящика.

Она споткнулась обо что-то когда шла.

— Черт! — сказала она, с трудом дыша. — Что это? Я боюсь посмотреть. Это мертвое тело?

— Это всего лишь пустой ящик, — уверила ее я.

Она не собиралась отпускать мою руку. Я была тронута тем, что она боролась со своими страхами, чтобы побывать в моем новом клубе.

Создалось неловкое молчание, когда мы вошли в главную комнату и я увидела Джаггера, сидевшего на барном стуле. Когда он нас заметил, то немедленно встал. Он был удивлен, и по его хмурому взгляду, я поняла, что он был не слишком рад, что я привела посетителя.

— Она с нами, — сказала я. — Она не собирается выдавать ваш секрет.

Воцарилось еще более неловкое молчание, когда Себастьян узнал Бекки.

Было очевидно, что его все еще мучили угрызения совести по отношению к ней после того как он вкусил ее крови.

Бекки была рада видеть Себастьяна, и смотрела на него во все глаза.

Внезапно Луна появилась из тени, чувствуя их романтическое напряженное состояние, и обхватила Себастьяна вокруг талии, так словно он был призом, который она выиграла на ярмарке штата.

— Себастьян и я как раз думали о том, как разрекламировать клуб, — произнесла Луна. — Мы думали о футболках. Я думаю можно написать «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В СКЛЕП», а сзади «СЕБАСТЬЯН ВАМПИР».

— Это звучит потрясающе, — сказала я.

— Мы привели лучшего друга Рэйвен, Бекки, — сказал Александр. — Она хочет помочь.

Слова Александра были как у рыцаря, обращающегося к круглому столу. Его разрешение для Бекки быть здесь, не мог никто оспорить. Даже Джагер.

Себастьян заерзал в крепких объятиях Луны. Было очевидно, что он пытался изменить свое положение так, чтобы поговорить с Бекки. Но Луна не собиралась позволять моей лучшей подруге перехватить внимание ее нового бойфренда.

Луна схватила его за руку. — Джаггеру нужно вернуть эти ящики на склад. И в то время пока мы будем там, я кое-что покажу тебе.

Она убрала волосы с шеи, показывая маленький след укуса. Она хихикнула и сверкнула блестящими ресницами.

Бекки ничего не заподозрила. В тусклом свете фабрики следы укуса были не ясно видны, и могли сойти за царапины. Но я знала их истинное происхождение.

— Да, у Себастьяна и меня большие планы насчет клуба, и относительно нас. Правда Себби? — спросила Луна.

— Себби? — беззвучно одними губами сказала я Александру.

— Мы собираемся провести некоторое время вместе, — сказала она, а затем зашептала так, чтобы только я могла услышать, — возможно, даже вечность.

Я не знала, почему она пыталась выставить свои отношения с Себастьяном передо мной и Александром. Возможно, ей все еще было больно оттого, что Александр отказал ей на церемонии соглашения в Румынии. Возможно, она все еще любила его и хотела показать ему, что он потерял. Или возможно она хотела заставить меня плохо себя чувствовать, потому что у меня не было того, что было у нее- парня, который ее укусил. А скорей всего, все вышеупомянутое.

— Ммм, — сказал Себастьян, пытаясь завести беседу с нами, но очарование Луны было слишком сильным, и он был против воли уведен соблазнительным вампиром.

Я с гордостью показала Бекки комнату и описала планы на нее.

Александр наблюдал, как двое из нас проделывали путь к каждому углу. Я чувствовала его взгляд на себе, и в свою очередь почувствовала легкость, я была очень счастлива с этой загадочной деятельностью.

— Вот здесь будет танцпол, — сказал я. — А здесь будут клетки.

— Как круто! — воскликнула Бекки. — Не могу себе это представить… танцевать в клетке, но я видела это по телику.

Она вынула свой сотовый телефон из кошелька.

— Позируй, — сказала она, включив в телефоне камеру.

Я засмеялась и подняла руки так, как будто это клуб принадлежал мне.

Мы должны были уйти с дороги, поскольку несколько рабочих шли с большими деревянными панелями. Она сфотографировала их, и они были в шоке, как будто никто не фотографировал их прежде.

Она продолжала снимать рабочих Джаггера, пока они размещали картонные надгробные плиты напротив стены.

— Ты не должна делать этого, — сказала я ей, так как они вздрагивали от вспышки света.

— Что здесь происходит? — спросил Джаггер, влетев как ураган в комнату. Когда он увидел, что Бекки фотографирует, он заорал. — Тебе нельзя делать этого! Не здесь!

Радостное выражение лица Бекки сменилось кислым. Она была застигнута врасплох, и было видно, что она чувствовала себя ужасно.

— Она не хотела ничего делать плохого, — сказала я, повернувшись лицом к Джаггеру.

Себастьян должно быть услышал резкий голос Джаггера, вбежал в комнату вместе с Луной.

— Бекки сделала фотографии рабочих! — сказал Джаггер. — Поэтому…

— Она не сделала ничего плохого, — я защищала ее. — Я попросила ее сделать это.

Бекки покраснела. Я привела ее сюда, и в течение пяти минут ее оскорбляли.

— В чем дело? — спросила она мягко.

— Я не разрешаю фотографировать в клубе, — сказал Джаггер.

— Прости. Я не знала. Я всего лишь хотела сделать несколько снимков, — сказала Бекки невинно. — Фотографии до и после.

— Я думаю это замечательная идея, — сказал Себастьян.

Луна вышла из себя. — Ты думаешь?

Она сложила руки вызывающе, ясно показывая свое раздражение.

— Джаггер скрывает это место, потому что он много вложил в него, и боится, что люди узнают о нем быстрее, чем сможет закончить все, — сказала я.

— Но я не собиралась их никому показывать, — захныкала Бекки.

— Я знаю, — сказала я. — Джаггер просто слишком остро отреагировал.

Джаггер незаметно подошел к Бекки. Я была уже готова напасть, если бы он причинил моей подруге боль. Видимо Александр и Себастьян собирались сделать тоже самое. Они внезапно оказались возле моей подруги. Джаггер не собирался бросать нам вызов, поэтому он сменил тон.

— Как насчет нескольких снимков Рэйвен на фоне надгробных плит? — предложил он. — Был бы рад иметь несколько из них. И я думаю, что твоя идея насчет снимков до и после действительно креативная.

Мы были впечатлены, как Джаггер вышел из ситуации.

Но Луна нет. Ей не нравились внезапные оправдания Себастьяна насчет Бекки и, несомненно, раздражали.

— Я не знала, правда, — сказала Бекки. Она стала класть телефон в карман, как вдруг Джаггер остановил ее.

— Нет, я думаю это прекрасная идея. Даже я бы такого не придумал. Кроме того, Рэйвен любит фотографироваться.

— Не так как другие. Мы не фотогеничны.

— Спасибо Джаггер, — сказала я.

— Да, спасибо! — повторила Бекки. — Я могу быть официальным фотографом "Склепа".

— Здорово! — воскликнул Джаггер. — Ты должна прислать мне снимки.

— Я сделаю вам альбом.

Джаггер казался по-настоящему довольным энтузиазмом и наивностью Бекки.

Бекки была так взволнована своей новой ролью в Склепе. Она принялась снимать меня, как только мебель и аксессуары были разгружены.

Себастьян, Луна, Александр и Джаггер оставались в стороне, чтобы не попасть в кадр.

Я никогда не была так счастлива, кроме тех моментов, когда мы целовались с Александром, или обнимались в его гробу.

Я была с моей лучшей подругой и настоящей любовью, окруженной современными вампирами, в строящемся клевом танцевальном клубе.

Даже Оникс и Скарлет были очарованы моей лучшей подругой.

— Дай, — сказала Оникс, протягивая руку. — Я сделаю несколько снимков с тобой и Рэйвен вместе.

Бекки и я позировали около надгробных плит, в то время как Оникс щелкала нас.

В то время как Оникс возвращала телефон Бекки, Скарлет была в баре, наливая кроваво-красную жидкость в чашку.

— Что это? — спросила Бекки.

— А… Кулэйд, — ответила Скарлет.

— Мне нравится Кулэйд.

— Мне бы хотелось еще, — сказала она.

— У нас есть. Сзади, — не думая, сказала Оникс.

Скарлет бросила на нее гневный взгляд. Оникс поняла свою оплошность и прикусила свою ярко-красную губу.

— Все хорошо, — сказала я. — Мы перехватим что-нибудь по пути домой.

Последнее чего бы мне хотелось так это Бекки, подносящая ко рту чашку с кровью и делающая большой глоток. После этого она никогда бы не пришла в себя.

Как и я.

Бекки выделялась, как ромашка в море мертвых роз в своих веселых тонах, в то время как мы были темными в наших болезненных нарядах.

— И так, где вы ребята остановились? — спросила Бекки.

— Здесь, — ответила Скарлет так, как будто Бекки уже знала.

— В этом месте!? — Бекки была ужасно шокирована.

— Угу, — усмехнулась Скарлет.

— Здесь едва ли есть электричество. И нет никакой мебели.

— Мы знаем, — сказала Скарлет.

— Почему вы не остановились у одной из семей в городе? Или, в конце концов, в отеле?

— Здесь бесплатно и, кроме того, нам нравится это, — сказала Оникс.

— Это место не подходит для вашего сна. У меня в доме есть несколько дополнительных комнат, — сказала Бекки. — Я могла бы поговорить с родителями, и я уверена, что там вам более предпочтительно остаться.

— Это так мило с твоей стороны, — искренне ответила Скарлет.

— Я даже думать не хочу, как вы здесь спите с жуками и пауками, — сказала она вздрогнув.

— Нам здесь нравится, — настаивала Скарлет.

— Я думаю, они счастливчики, — сказала я с улыбкой.

— Конечно, ты так думаешь, — усмехнулась Бекки. — Это похоже на лагерь Рэйвен. Вы очень храбры, — продолжала Бекки. — Где вы спите?

— Внизу.

— Ого…, — сказала Бекки. — Должно быть вы напуганы до смерти… ночью.

— Вообще-то день на нас наводит ужас, — сказала Скарлет.

Две вампирши засмеялись.

— Я могу показать тебе, — сказала Оникс.

Скарлет закашляла. Я представила, как Оникс открывает дверь, показывая, пять гробов-кроватей. Если бы Бекки не упала в обморок, то я бы свалилась.

Оникс была готической версией Бекки. Она была искренней и доброй. По большому счету, хотя она и была вампиром, она не кусалась.

Именно тогда Александр пришел и позвал нас.

— Джаггеру нужна помощь, чтобы покрасить вход.

— Сейчас это единственное что я могу сделать, — нетерпеливо ответила Бекки. — Спать в подвале завода — нет, но покрасить стены завода — да.

На следующий день Бекки была немного озабочена. Я не вдавалась в подробности до окончания занятий в школе, пока не стала строить планы насчет нее и завода.

— Мне нужно сделать кое-какие домашние дела, — сказала она, когда мы подходили к ее грузовику. — Я могу довезти тебя до дома.

— Я думала, ты уже закончила с этим.

— Я… я думаю, мне следует посмотреть на это снова. Только чтобы просто убедиться.

Бекки совсем не могла врать и ничего выдумать правдивого. Ее оправдания были понятны.

— Ты не хочешь идти? — допытывалась я.

— Я? Я знаю, что хотела помочь, и я помогу. Но должна ли я вернуться в это место, прежде чем его закончат обустраивать?

— Конечно, нет… Я просто подумала…

— Я могу пойти за покупками для вас ребята. Я могу раздавать листовки. И когда это закончится, я хотела бы пойти. Но сейчас? Без хорошего освещения и уборки…

— Не волнуйся.

— Я совсем не спала прошлой ночью. Я продолжала думать, насколько там темно и жутко было, что мне стали, мерещится тени в моей комнате. Скарлет, Оникс и Луна, я не думаю, что это безопасное место для них.

— Расслабься, — сказала я. — Почему бы тебе не остаться дома и не поработать над альбомом для вырезок?

Бекки вздохнула как преподаватель йоги. Угрюмое выражение лица у нее пропало, появилась радостная улыбка, щеки зарделись как румяные яблочки.

У меня тоже поднялось настроение, до тех пор пока между мной и грузовиком не возник Тревор.

— Куда это вы так спешите? — спросил он.

— Это не твое дело.

— Вы случайно не шпионили? Чтобы узнать, где будет находиться клуб?

— Может, я уже знаю. А ты? Знаешь?

— Такие вещи, как разрешение на свободные помещения должны быть сначала одобрены. И не кем попало. Мой отец владеет этим городом и всем в нем.

Он убрал волосы с моего плеча, и я оттолкнула его.

— Не всем! — ответила я. — Я не принадлежу ему.

— Пока нет, — усмехнулся он. — Но я могу гарантировать вам полный доступ к клубу — и еще кое к чему.

— Ты? — смеясь, спросила я.

— Нет, что-то, что ты действительно хочешь.

Он показал ключ и помахал им перед моим лицом.

Затем он засунул ключ в задний карман. — Хочешь получить его?

— Не в этой жизни.

Я открыла дверь грузовика и запрыгнула внутрь. Парадная дверь завода была сломана, которую не мог удержать даже замок. Кроме того, эту дверь будет не трудно снять с петель. Если у Тревора есть ключ от двери Склепа, то к чему это приведет?

Тревор наблюдал за мной, пока Бекки отъезжала. Он был великолепным и грозным, и стоял в шаге от меня. Это только сделало его еще более раздражительным.

Глава 10

Борьба вампира

Я приехала на завод сразу после заката. Джаггер был прав, надо не так много сделать, чтобы заброшенная фабрика стала местом для тусовок. Просто убрать коробки и добавить освещения. Но у Джаггера были большие планы насчет его вечеринок. Он хотел, чтобы клиентам было удобно и уютно.

Изменение было шокирующим. Бар был расположен в середине самой северной стены. Несколько круглых столов, деревянных кресел, и барных стульев были покрыты черным бархатом. Это было действительно удивительно, сколько они смогли сделать под покровом темноты.

Я сияла от волнения, поскольку заброшенная фабрика стала окончательно танцевальным клубом.

Я нашла Себастьяна и Луну работающими с коробками в углу. Было видно, что с Луной Себастьян не собирался помогать Джаггеру, на что Джаггер надеялся.

— Луна, может быть, ты и Рэйвен сможете достать нам какой-нибудь еды на ужин, — сказал Джаггер. — Возьми мою машину, — сказал он, бросая ключи своей сестре.

Мы с Луной попытались скрыть свое недовольство. Для нас обеих это означало провести время без наших любимых. И еще хуже — вместе.

Все вампиры смотрели на нас, наблюдая за нашей реакцией, в ожидании кто же из нас начнет первым оправдываться.

— Конечно, — наконец сказала Луна. — Пойдем.

Это были острые ощущения — ехать в катафалке Джаггера. Пластмассовый скелет свисал с зеркала заднего вида, интерьер машины старой марки выглядел совершенно удивительно, с восстановленными черными виниловыми сиденьями.

Черные занавески сзади были закрыты, и я задалась вопросом, а могло ли там быть тело на самом деле? В лунном свете серебряная летучая мышь нарисованная на капоте блестела.

Приторно розовые ногти Луны впились в черный кожаный руль и ее волосы каскадом рассыпались по плечам, она выглядела как на фотоснимке.

— Так, какие у вас планы? — спросила я, пытаясь выведать у неё какую-либо информацию, пока у меня была возможность.

— Строительство Склепа.

— И кто ты думаешь, будет туда ходить? — спросила я.

— Я не знаю. Я уверена, что Джаггер все просчитал.

— Значит, ты ничего не знаешь?

— Не знаю чего?

— Это будет Гроб Клуб с подземным местом для вампиров?

Именно в этот момент она въехала на стоянку.

Она достала из сумочки список.

— Ты не ответила мне…

Она вышла из машины и просмотрела список так, словно она должна была писать экзамен. Она даже не смотрела по сторонам, продолжая идти через парковку, не обращая внимания на движущийся транспорт.

— Осторожно, Луна, — сказала я, когда машина слишком близко подъехала ко мне.

— Что? — безразлично спросила она, достигая тротуара и входя в ресторан.

Когда мы вошли в небольшой ресторанчик «У Хетси», все взгляды были прикованы к нам. По выражению лица пап и мам можно было прочесть «не вырасти похожей на них, милая».

И хотя парни в городе предпочитали, чтобы их девчонки были в пейсли, это не мешало им таращиться на новую девчонку в разорванных колготках и в юбке едва прикрывавшей ее зад.

Меня не замечали, настолько все были заинтересованы ей.

Никто не обращал внимания на меня, и когда Луна подошла к стойке, к ней пришли на помощь более чем три официанта. Она склонилась над стойкой и отдала наш заказ служащему.

Он быстро передал его поварам и помчался к шейкеру. Луна заскучала и повернулась ко мне.

— Итак, что ты думаешь о моем новом парне? — сказала она с о слащавой улыбкой.

Я не хотела говорить ей правду. Я думала, Себастьян великолепен, но не для нее.

— Он такой смешной и красивый, — продолжила она. — Лучший из обоих миров.

Она крутила волосы между пальцами. — Он собирается взять меня в Париж и Рим. А Александр? Куда он возьмет тебя?

Александр никуда меня не возьмет, и у нас вообще не было планов куда-либо ехать.

— Мы тоже говорили о Риме и Париже, — сказала я. — Но сейчас у нас нет времени на путешествия.

— Ах да, тебя же держит школа. Я не представляю, как ты справляешься.

Не справляюсь, хотела сказать я.

— Я думаю что хотела бы остаться здесь с Себастьяном.

— Он остается здесь?

— Пока да. И я тоже.

— Надолго? — спросила я.

— Как получится.

— Как получится что?

Она не собиралась отвечать. Луна была скромна до наглости.

— И так, как ты думаешь, когда Александр обратит тебя? — прямо спросила она.

Это был первый вопрос, который обжог меня изнутри. Я не собиралась говорить ей об этом. Она уже знала об этом.

— Знаешь, его бабушку никто не укусил. С тобой может случиться тоже самое. Её памятник на кладбище.

Я была убита ее утверждением. Это была настолько грубо и жестоко, что она застала меня врасплох. Я была в бешенстве за себя, но еще больше за бабушку Александра.

Я подумала о том, что это может значить — если конечно это было моей судьбой. И если это моя судьба, то это не так уж плохо. Множество людей жили и за всю жизнь не могли найти любовь. Бабушка Стерлинг любила и имела прекрасную семью. И я нашла свою любовь в 16 лет.

— Это вранье, — продолжила Луна, — его дедушка умер, прежде чем они приняли это решение.

— Но если он вампир… — спросила я с удивлением, — тогда как он умер?

— Это было восстание. Десятилетия назад. Вампиры могут умирать тоже, ты знаешь. Это очень сложно, но все же может случиться. И это не очень приятный способ.

Такой информации я не слышала от Александра. Были слухи о восстании в Румынии, и что это стало причиной покупки Особняка в Бенсон Хилле баронессой. Но я думала, что это только слухи.

— Она вернулась сюда, для того чтобы защитить свою семью, — продолжила Луна.

— Это твоя семья начала восстание? — спросила я осторожно.

— Нет… — Она рассмеялась с привлекательным хихиканьем. — Это были смертные. Они намного больше приносят вреда, чем вампиры. Я думала к настоящему времени ты поймешь это.

Она сделала большой глоток своего клубнично-розового коктейля.

— И это действительно то, что ты хочешь? Потратить жизнь на ожидание? Это так трогательно.

Ее резкие слова пронзили меня гораздо больнее, чем могли бы клыки.

— Хорошо, я должна быть уверена в твоем приглашении на нашу свадьбу, — продолжила она.

— Свадьба? — спросила я.

— Да, когда я и Себастьян поженимся.

— Вы собираетесь пожениться? Но вы только познакомились. И вы даже не…

— Мне 18. Ромео и Джульетта обручились когда им было 16. И нет, мы не будем жениться сегодня. Но со временем… Я уверена, Александр недоволен, видя, что всё, что он мог иметь сам, имеет его друг сейчас. Партнерство в клубе. Девушку, которая не боится быть укушенной.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я не боюсь.

— Разве? Выглядит так, словно ты ждешь вечности — вечность.

— Ты ничего об этом не знаешь, — сказала я сквозь сжатые зубы. — И если вы оба такие серьезные и так влюблены, то когда будет официально объявлена дата?

Она знала, чего хотел Александр. Она знала, что он не собирался превращать меня в ближайшее время, и бросила мне это в лицо.

— Нам не нужно это, чтобы показать насколько мы любим друг друга.

— Это только оправдания. Обязанность. Это все. Говорить об обещании быть вместе. Связывая себя вместе на вечность. Разве это не то, что мы все хотим? Может, Александр не был готов сделать это со мной, но очевидно, что он и с тобой не готов это сделать.

Вот тут я рассвирепела. Я чувствовала из-за нее легкое напряжение, как будто за мной наблюдал весь город. Гнев охватил меня с ног до головы.

— Вечность это навсегда, но брак? Это даже больше, — сказала она, хихикая, как милая девочка.

— Что если я скажу тебе, что Александр собирается обратить меня? В мой двадцать первый день рождения. На кладбище, перед всем городом!

— Ну, тогда я бы сказала тебе, что ты выдумываешь.

Я кипела от злости.

— К тому же, мы можем спросить Александра об этом превращении на двадцать первую годовщину твоего рождения, когда вернемся назад.

Я была в шоке от мысли, что, вернувшись на фабрику, Луна спросит Александра о том, что мы в действительности не обсуждали, то, что я придумала только сейчас.

— Я также спрошу Себастьяна о вашей свадьбе, — ответила я

Луна застыла, сильнее, чем ее розовый коктейль. И теперь я поняла, что поймала ее тоже.

— Хорошо, пока, мы будем рассматривать этот разговор как секрет между друзьями.

Официант поставил на прилавок две большие сумки с едой и картонную коробку с коктейлями. Луна схватила пачку салфеток, и свой коктейль и направилась к двери, оставив меня разбираться с остальным.

Когда мы вернулись на завод, я выскочила из машины, оставляя Луну одну нести покупки. Только это не сработало. Никто не был рад видеть меня. Вампиры были голодными, и она получила хорошую репутацию за щедрость.

Голодные вампиры взяли еду и накинулись на нее, пока я ковырялась в своей, так как ела уже три раза за сегодняшний день.

Было очевидно, что Себастьян был на голову выше Доктора Мартина для Луны. Он обожал ее так сильно, что мне становилось муторно. Я знала, что он очарован ею, так как она имела необъяснимое свечение вокруг себя. Однако, если Александр не был заинтересован в ней, я задавалась вопросом, почему я так ревновала.

Скарлет тоже казалась озабоченной. Я ощутила одиночество, исходящее от нее. Мы все были разбиты на пары. Было очевидно, что образовалось три пары — Луна и Себастьян, Александр и я, Джаггер и Оникс, и каждая пара была в стадии романтических отношений, в независимости от того был ли один укушен или нет. И еще была одна девушка вампир. Скарлет, страстно жаждущая смертного, как я вампира. Она сохла по Тревору, смертному с консервативными взглядами, играющим в футбол. Я знала, что Тревор не подходит для нее по многим причинам. В конце концов, если он собирался быть с девушкой противоположной ему, готкой, вероятно, это буду я.

Преимущество, которое у меня было — это солнечный свет. Как ни странно, Скарлет хотела чего-то от него, и это меня раздражало.

Вместо прощального поцелуя возле моей парадной двери, Александр вошел внутрь. Я думаю, мы оба нуждались в некотором совместном уединении, с тех пор как все наши ночи были потрачены на Склеп и в ожидании на возможное соглашение. Александр не проводил много времени в моей спальне. Я предпочитала Особняк, с его величественным размером и стилем, так как был еще минус — двое заботливых родителей и один надоедливый младший брат.

Но в своей комнате с Александром я чувствовала себя удивительно. В конце концов, мое маленькое пространство не казалось таким уж болезненным. Александр принес этому жизнь. С ним все казалось захватывающим. То, как он ходил вокруг, рассматривая и трогая все на дисплее, было похоже на то, будто он трогал меня. Я внимательно наблюдала за ним, как он смотрит на мои безделушки, книги, музыку, как будто он пытался познакомиться со мной или заглянуть в мою душу. Здесь я чувствую с ним в безопасности. Ничто не может беспокоить меня — ни физически, ни эмоционально. И насколько бы я напряжена не была, было хорошо на мгновение расслабится и почувствовать себя в безопасности из-за кого-то еще для разнообразия.

Александр сидел на моей кровати как джентльмен, словно это было приемлемо для джентльмена, который сидит на кровати у леди. Но я тянула его на себя, вынуждая лежать рядом со мной. Если бы он мог обнимать меня, то я в тотчас бы заснула с ним здесь, на кровати, как в его гробу. Но этого не произойдет в ближайшее время, особенно когда нас постоянно отвлекает мой брат Билли, пытаясь обратить на себя внимание.

— Ничего себе… как только ты можешь спать так? Я все время беспокоюсь о тебе, — нежно сказал он.

— Что ты имеешь в виду?

— Открыто — небезопасно. Любой может зайти в твою комнату. Ты не в безопасности.

— Кто может войти в мою комнату?

— Я даже не хочу думать об этом. Я очень далеко от тебя и… это просто не безопасно. Я имею в виду не солнце. Или людей. Много чего может случиться, если ты не защищена.

— У нас есть система безопасности.

Я игриво ласкала его волосы, но Александр был серьезным.

— Я знаю. Но ты не чувствуешь себя странно зная, что кто-то может смотреть как ты спишь? Тем более что ты не можешь видеть в темноте.

Я задумалась об этом на мгновение. Я размышляла о многих вещах с точки зрения вампиров, но об этом не подумала.

— Я не хотел пугать тебя. Это одна из причин, почему я хочу…

— Да?

— Это одна из причин, по которой я хотел, чтобы ты была вампиром.

Я села. — Правда?

— Просто, это кажется странным, что смертные предпочитают спать именно так.

— Я не об этом.

Я нетерпеливо наклонилась к нему.

— Я чувствую себя смешным… ты здесь, полностью не защищенная. Но я предполагаю, что для вас, людей, это нормально. Обычно.

— Да, но вернемся к тому, что ты говорил.

Я надеялась, что он вернется к разговору о превращении меня в вампира.

— Все что я хочу, так это чтобы ты была в безопасности, — сказал он, сжимая мою руку.

По мнению Александра, мы смертные жили открытой, уязвимой жизнью. Он был скрыт от солнца и хищников. Даже если кто-нибудь найдет гроб, он запирается изнутри.

— Это странно. Ты можешь видеть все эти вещи и слышать все эти звуки. Не удивительно, что у тебя бессонница.

— У меня бессонница, потому что тебя нет рядом. Так… если ты действительно хочешь, чтобы я была в безопасности, возможно, пришло время.

— Я буду чувствовать себя спокойно, если ты начнешь спать в гробу.

В этот момент моя дверь со скрипом открылась.

Было видно, что Билли в шоке.

— Пошел вон! — сказала я, спрыгивая с кровати. — Эээ… мы составляем слова к песне.

Но это не помешало Билли войти. Он был заинтересован.

— Вы пишете песни? Это круто. Я хочу послушать.

— Само собой, «Безопаснее в гробу, и если ваш брат не уходит, он будет тоже находиться в одном из них».

Билли нахмурился

— Все в порядке, чувак, — сказал Александр. — Что такое?

— Что ты делаешь в моей комнате? — Я зарычала на Билли. — Еще немного и я опять буду называть тебя «Недотыка».

Но на моего брата моя угроза не подействовала. Он был очарован Александром. Как ребенок в компании профессионального атлета, Билли был очарован присутствием Александра. Александр был старшим братом для Билли, которого у него никогда не было.

И Александр был всегда внимателен к моему брату, всегда добрый и сосредоточенный, как только мог.

— Разве тебе не пора в кроватку? — наконец спросила я.

Я видела, что Александр нуждается в моем младшем брате, как будто ему недоставало себе такого. Казалось, он в восторге от внимания.

Я позволю этим двоим поговорить несколько минут, перед тем как я выпровожу, или вытолкаю моего младшего братишку из комнаты. Александр и я достаточно отвлекались, занимаясь другими делами, и я хотела провести это драгоценное время с ним наедине.

Я подумала, что сейчас самое время завести разговор о том, что я узнала из разговора с Луной «У Хетси». Я сидела на кровати с Александром и мои пальцы были переплетены с его.

— Себастьяну по-настоящему нравится Луна, — сказала я.

— Да, я вижу это.

— Нет. Я имею в виду, они уже говорили о будущем и обо всем другом.

— Да…?

— Я думаю, они поженятся.

Александр засмеялся. — Себастьян? Я так не думаю.

— Кажется, Луна думает так. И потому, как он пускает слюни при виде ее, я не буду удивлена если…

— Ты не знаешь Себастьяна так хорошо как я, — смеясь, продолжил Александр.

— Возможно, он поступает правильно, — сказала я.

— На сегодняшний день.

— Я думаю, это другое, — пыталась сказать ему я.

— Что?

— Потому что он укусил ее.

Я смотрела прямо ему в глаза. Но Александр не был удивлен.

— Но он не сказал то же самое о Бекки? Что она была другой? — спросил Александр.

— Я предполагаю…

— Ты знаешь, сколько раз я слышал это от него? — с усмешкой сказал Александр. — Это то, что вампиры делают, они кусают.

— Но ты нет.

— Еще нет…

Он убрал мои волосы с шеи и стал покусывать ее, вызывая у меня смех.

Затем он взял мою руку. — Единственное, что слышал Себастьян, так это о моей единственной любви. О девушке, которую я встретил в этом городе.

Мое сердце растаяло. Александр поистине был мечтателем. Его проникновенные глаза смотрели в мои, и я поцеловала его, вложив в поцелуй всю свою любовь.

Когда мы закончили обниматься, я снова подумала о нашем разговоре.

— Но насчет Луны Себастьян в этот раз, кажется, уверен, — сказала я. — И он воздействует этому — хотя и импульсивно, — пожаловалась я.

— Рэйвен, я живу своей жизнью, а не по чьей-то указке. Я не обманывал. И мне казалось, что ты также. Это одна из причин, почему меня так тянет к тебе.

Он был прав. Почему я должна проживать свою жизнь по-другому, лишь только потому, что этого ждут от меня и Александра другие? Я жила по своим правилам с тех пор как родилась. И теперь из-за того что Луна приехала в город, я собиралась корректировать весь образ жизни чтобы не отставать от нее? И еще хуже, пыталась сделать тоже самое с жизнью Александра.

Но я не могла пройти мимо нее. Она выводила меня из себя. Это не было рационально, но было эмоционально.

— Это нормально, иногда ревновать, — сказал Александр. — Но неужели ты ревновала на самом деле? К парню встретившему девушку и бездумно укусившему ее на вечеринке? Что было, если бы Себастьяна занесло на другую вечеринку? Как бы тогда она чувствовала себя?

Кажется, я все еще ревновала, что Луна была вампиром, а я смертной. Что ее укусили, а меня нет. И то, что она думала, что выходит замуж… а я все еще не уверена. Неужели мне хватило смелости сказать все это Александру? Противостоять ему из страха, а не из любви к нему? Потому что один импульсивный человек, а другой хитрый, пытались заставить его сделать такие вещи, в которых он не был уверен?

Александр потянул меня к себе и взял мое лицо в свои руки. — Я надеюсь, что укус это не единственный способ убедить тебя в моей любви. Не то чтобы я не хочу. И не то, чтобы я не думаю об этом каждый день. Я люблю тебя, с того самого момента, как впервые тебя увидел.

Он вглядывался в мои глаза так пристально, что я могла видеть свое отражение в них. На мгновение, мне стало грустно, осознав, что он не может видеть свое отражение в моих. И если бы я была превращена, то не смогла бы больше никогда увидеть себя в его глазах.

Но то, что он не видит отражения, казалось, не беспокоило его. Он не просил, чтобы я изменилась. Он любил меня такой, какая я есть, ни один парень прежде так не делал.

Он притянул мое лицо к себе и поцеловал меня так страстно, что вся ревность ушла, меня переполняла любовь и даже страсть.

Глава 11

Слухи об убийстве

Джаггер попросил нас встретиться на следующую ночь не в Склепе, а на футбольном поле. Это было странно: группа тусующихся вампиров на открытой трибуне, наблюдающих за игрой Тревора. Я любила тусоваться в Склепе, но это был план Джаггера для девочек, выйти и пустить слух о клубе.

Луна все время держала свою руку на ноге Себастьяна, но мне было видно, что она пялится на Александра. В глубине души, я подумала, что она связалась с Себастьяном, чтобы отомстить или подобраться к Александру. Но Александр не обращал внимания. Он обнял меня и увлекся игрой, как и любой из студентов Занудвилля.

Бекки, казалось, была озабочена своим телефоном, и иногда глядела на Себастьяна.

Скарлет просияла. Её лицо покраснело, что соответствовало её крашеным волосам. Она сосредоточила внимание на Треворе, и как бы меня не тошнило при виде ее страсти к моему заклятому врагу, я была тронута тем, что она так счастлива, видеть Тревора.

— Я хотела бы немного попкорна и воды.

Луна направила на Себастьяна кокетливый взгляд. В Румынии Луна взрослела как смертная, и очень преуспела в этом. Футбольные игры не были новыми для нее.

В то время как я сидела с Оникс и Скарлет, Бекки стояла на краю трибуны держа мобильный телефон.

— Кому пишешь? — спросила я ее. — Я здесь, а Мэтт на поле.

— Я не пишу.

— Тогда что ты делаешь?

— У меня нет фото Себастьяна. И так как это не "Склеп", я могу сделать столько фотографий сколько захочу. Я хотела бы добавить фото в альбом для Джаггера.

Я встала. Я не знала что делать. Ее камера сфокусировалась и нацелилась на Себастьяна.

— Я не думаю… — сказала я. Но было слишком поздно. Я услышала звук "клик" и вспышку камеры, затем она закрыла телефон.

Должно быть, Оникс и Скарлет заметили то же самое, поскольку они начали шептаться. Бекки вернулась с триумфом.

— Я уверена, что в этот раз я все сохранила. Давай взглянем на них, — сказала она.

— Эй, посмотри на Мэтта, — сказала я. — Он на пути к победе! Может тебе следует обратить на него внимание, а не на Себастьяна, — намекнула я. — Я думаю, он старается для тебя.

— Правда? — спросила она. Она посмотрела на своего парня бежавшего по полю и пинающего мяч. — Вперед, Мэтт, вперед!

Бекки забыла о своих снимках, и остаток игры зачарованно наблюдала за спортивными способностями Мэтта.

После игры команда болельщиц медленно прошла вдали от нас, одаривая нас пристальными взглядами. Но когда Тревор, потный и возбужденный от победы, пришел и поговорил с Джаггером, он провел несколько минут в команде футболистов, большинство зрителей таращили глаза. Они заметили, что Тревору понравились эти готы, тогда они взглянули на них как на что-то стоящее — как на новый кошелек от выдающегося дизайнера.

Впервые за все мое существование в Занудвилле, я была не единственным аутсайдером. Я была в толпе девчонок и парней, и выглядело это так, словно я принадлежу к их клубу.

На следующий день после последнего звонка, я направилась к своему шкафчику и увидела там прислонившегося к нему Тревора.

— Держу пари, это разбивает тебе сердце, что две твои подруги чахнут по мне, — сказал он гордо. — Луна… а сейчас еще и Скарлет. Они не могут удержать свои руки от меня.

— Это только потому, что ты им незнаком. Со стороны выглядит так, словно они пришли в зоопарк и уставились на обезьян. Ты обезьяна.

Тревор улыбнулся.

Чем больше я играла на его чувствах, тем больше ему нравилось это. Он отошел в сторону, не задев меня. Смотрел как я отпираю шкафчик и открываю дверцу.

— Итак, что насчет ключа? — спросила я.

— Я знал, что рано или поздно ты спросишь меня об этом.

Он достал цепочку с ключом из-под рубашки и покрутил им передо мной.

— Что ты хочешь за это? — усмехнулась я. — Пять долларов?

— Мне не нужны деньги, — сказал он со злой ухмылкой.

— Во что мне это выйдет?

— Поцелуй откроет больше чем этот ключ, — прошептал он мне на ухо.

Злость поднималась во мне. Возможно, ключ ни к чему не подходил. Возможно это просто уловка Тревора.

И я останусь в дураках снова.

Но что если я не права, возможно, это было важно. Может быть, этот ключ отпирает нечто волшебное внутри завода, содержащее ответы на секреты Джаггера.

— Что происходит? — спросила Бекки, озадаченная близостью Тревора ко мне.

— Рэйвен и я просто разговаривали. Но мне нужно идти. Ты знаешь, где меня найти, — сказал Тревор. — У тебя есть мой номер телефона.

— Команда по борьбе с опасными веществами удалила его для меня.

Бекки смотрела на меня до тех пор, пока Тревор не ушел. — Что произошло?

— Как всегда его глупые шутки.

Затем я сменила тему разговора на что-то более приятное.

— Я была так занята, мне надо кое-что обсудить с тобой. Я хочу купить подарок Александру на день рождение. Что-нибудь особенное. Но я не живу ни в Нью-Йорке, ни в Лос-Анджелесе. Что мне подарить ему?

— Он любит искусство, — сказала она.

— Да… но я не умею ни чертить, ни рисовать. И я не могу позволить себе что-то дорогое.

— И тебя.

— Ооо… Это так мило!

Я засияла от комплимента моей лучшей подруги. — Парням так тяжело выбрать подарок. Отцу мы всегда покупаем оборудование или для игры в теннис, или для игры в гольф. Но Александр не увлекается спортом. Я не знаю, в каких именно принадлежностях он нуждается. К тому же, это не выглядит забавным.

— Я покупаю Мэтту компьютерные спортивные игры. Но полагаю, и это Александру не подойдет.

— Я думала сделать ему сюрприз и устроить романтический ужин. Только мы на его заднем дворе. Или на кладбище.

— Звучит очень романтично!

Но я хотела приготовить ему что-нибудь особенное, в конце концов, он был другим. Но что дарят друг другу вампиры?

Я поняла. Моя кровь. Во флаконе. Для вампира это наилучший подарок.

— Есть!

Но я не могла рассказать ей. Она взбесилась бы, если бы я рассказала что собираюсь подарить своему парню пузырек со своей кровью. Но в данном случае это было не так жутко. Мой парень был вампиром.

— Так что это? Что-то увлекательное?

— А… горгулья!

Глаза Бекки расширились. — Это лучший подарок для него! Ему понравится! Жаль, что я не подумала об этом!

— Я пойду в антикварный магазин Энни.

— Я пойду с тобой. Я тоже должна найти горгулью для Мэтта.

Я посмотрела на нее загадочным взглядом. — Отлично. Приятно иметь компанию.

Мы направились в антикварный магазин, который я часто посещала, и я немедленно просмотрела витрину с флаконами. Там было много кристаллов и драгоценных камней, и с первого раза я не увидела флакона.

— В данном случае горгулья не будет выглядеть глупым подарком, — сказала Бекки, стоя перед статуэтками, находящимися снаружи. — Они должны быть где-то здесь.

— Да, я знаю.

Я мельком бросила взгляд на витрину и увидела блестящий флакон. Он был маленьким, со змеей из чистого серебра извивающейся вокруг него и маленьким крючком. Я могу протянуть цепочку через него, и это будет завершающим штрихом в подарке для моего парня вампира.

Я проверила ценник, у меня было достаточно денег, чтобы купить его.

— Вот здесь есть.

Бекки оттащила меня от витрины к горгулье.

— Клевая, — сказала я. — Но мне не хватит денег.

У меня не было достаточно денег и на горгулью, и на подарок, который я больше всего хотела купить. Я не знала, как скрыть то, что я хотела купить флакон.

— О, точно, — сказала Бекки. — Это дорого.

Вместо этого, я решила показать свой выбор, но, не указывая причину.

— Я хочу купить это, — сказала я, возвращаясь к витрине и указывая на пузырек. — Он классный.

— Я думала ты хочешь приобрести горгулью, — сказала она, всматриваясь в витрину. — Что он будет делать с флаконом?

— Я могу заполнить его чем-нибудь особенным.

— Зельем? — дразнила она.

— Да, точно. Любовное зелье.

— Но ему это не надо, он уже любит тебя. Думаю, горгулья ему понравится больше. Но он твой парень и решать тебе.

Энни положила пузырек в маленькую подарочную коробочку. — Завернуть в оберточную бумагу?

— Нет, спасибо, — ответила я. — Сделаю это дома.

Я не могла рассказать ей, что мне еще надо наполнить его своей кровью. Теперь осталось понять, как наполнить его.

Тем вечером я в спешке ужинала, проглатывая еду.

— Куда ты так спешишь? — спросила мама. — Ты пропадала в течении последних нескольких недель.

— Я помогаю друзьям с кое-каким проектом.

— Друзьям? У тебя есть друзья? — дразнил мой брат.

— Так, и кто эти люди? — спросил мой отец.

— Это мои новые знакомые. Я только помогаю им.

— Со школьным проектом? — спросил брат.

Они все смотрели на меня так, будто это было смешным.

— Я так горжусь тобой, — воскликнула мама. — Видишь, Александр очень хорошо на тебя влияет. Ты стала больше гулять, ходить на танцы, а сейчас помогаешь новеньким со школьными проектами.

Я не могла разбить родительские сердца. Они были так счастливы в своем неведении. Это было бы жестоко рассказать им правду о том, что в действительности я помогаю вампирам открыть клуб.

— Ты слышала о кругах на поле? — спросил Билли.

— Что?

Я отложила свой обед. Круги на поле могут быть плохим знаком.

— Их обнаружили этим утром. Они появились на ферме мистера Бейтмена.

— Ты меня разыгрываешь? — спросила я с подозрением.

— Генри и я собираемся посмотреть на них после обеда.

— Круги на поле здесь? В городе? — выясняла я.

— Да, чужие прибыли, чтобы забрать тебя домой, — сказал он с неприятным смешком, свойственным моему младшему брату.

— Билли! — грозно сказал ему мой отец.

— Это они пошутили, — продолжал мой брат. — Я видел по телевизору, как это делается. Фактически это очень просто. Все что нужно для этого, это длинная доска и много веревки.

— Тогда это может быть один из твоих ботанов одноклассников. Эксперимент математического клуба, — сказала я. — Работа с диаметрами и окружностями. Вы ребята полностью в теме.

— Я? Прокрасться на чью-либо собственность? — сказал он. — Ты думаешь, это сделал я или кто-то из моих друзей? Это ты мастер нарушать границы, не я. Может, это сделала ты.

— Да, я все вечера провела, бегая вокруг фермы с веревкой и доской.

— Если бы их обнаружили на кладбище, возможно, это было бы дело рук Рэйвен, — сказал мой папа, посмеиваясь. — Не смог удержаться, — сказал он, поглаживая мою руку.

Ни столько шуточки моей семьи надо мной привели меня в бешенство, сколько действия Джаггера. Когда я была в Хипарьвилле, Джаггер использовал круги на поле, чтобы сигнализировать вампирам, что это было безопасное место для них, таким образом, приглашая их в Гроб клуб. Он был предупрежден, что не надо приглашать вампиров в Занудвилль, но тут он сигнализировал им. Скоро клуб откроется, и десятки вампиров могу проникнуть в город.

Я проглотила остаток ужина и направилась в особняк. Как только Александр проснулся, я рассказала ему о кругах на поле. Александру потребовалось всего несколько минут, чтобы собраться, а потом он отвез нас к ферме мистера Бейтмана.

Когда мы приехали, там уже была небольшая толпа студентов и горожан.

Ферма Бейтмана находилось недалеко от фермы Бекки. Пит Бейтман Старший унаследовал ее от своего отца, когда тот ушел в отставку. Ферма растянулась не меньше чем на триста пятьдесят гектаров и была одной из ведущих производителей кукурузы в Занудвилле. У них было несколько детей, ровесники Билли.

Пит Бейтмен Младший обслуживал толпу, у него была открытая металлическая коробка, стоящая на столе, он протягивал руку, как только человек приближался к забору.

— Пять долларов? — завопила я.

— Это сделка, — сказал он.

Пит Бейтмен Младший был не намного крупнее Билли. Если бы он был моим младшим братом, то я бы попыталась протолкнуться мимо него, но за пересечение границы чужой собственности меня могли бы арестовать.

— Ты берешь плату за то, что люди просто на это смотрят? — сказала я в гневе. — В действительности их можно увидеть только с неба, — сказала я. — Как мы узнаем, что это не ваших рук дело?

— Никак, — ответил он. — Пожалуйста, отойди в сторону. Другие ждут.

— Разве тебе не нужна лицензия на нечто подобное?

— Брось, пусть ребенок повеселится, — сказал Александр. — Нам два, пожалуйста.

— Десять долларов, — сказал он.

Александр любезно открыл свой бумажник и протянул мальчику десятидолларовую купюру.

— Не знаю от кого я больше сейчас в бешенстве, от Джаггера или этого ребенка Бейтмена, — сказала я, стремительно проносясь через поле.

— Успокойся. Как только мы увидим это, мы сможем узнать, стоит ли за этим Джаггер.

Когда мы приблизились к середине поля, мы обнаружили там Мэтта и Бекки, уже гулявших по кругу.

— Я не ожидала увидеть вас здесь, — сказала я.

— Мой отец рассказал нам об этом, — сказала Бекки. — Мы должны были прийти.

В Занудвилле не так много событий заслуживающих внимания, но появление круга на поле стало большим событием.

— Кто или что вы думаете, это сделал? — спросила я.

— Может быть, Пит Бейтман это сделал, — сказал Мэтт. — Он срывает большой куш.

— Я тоже так думаю! — сказала я.

— Это действительно странно, — сказала Бекки, сжимая руку Мэтта. — Я потрясена.

— Это не соответствует действительности, — сказала я. — Я имею в виду, что это сделал инопланетянин.

— Что если это так? — спросила Бекки.

— Я не думаю… — начала я.

— Ну, вы же верите в вампиров, — сказала она. — Почему я не могу верить в инопланетян?

— Потому что вампиров не существует, — сказал Мэтт. — Следовательно, вы обе не правы.

Но я действительно была права насчет вампиров. Итак, если я права, означает ли это что возможно и Бекки права? Впервые это было бы лучшим объяснением приземления внеземного космического корабля. По крайней мере, это не было бы связано с Джаггером и его низкими планами.

Мы рассмотрели знаки.

— Они похожи на те, которые Джаггер делал в Хипарвилле? — шепнул Александр.

— Я не знаю, — сказала я тихим голосом. — Той ночью было темно, как сейчас.

— Ты помнишь размер?

Я пожала плечами.

— Все круги выглядели одинаково? Или они были похожи на снежинки?

Мы стояли посреди поля, десятки горожан слонялись вокруг. Я уставилась на небо, звезды мерцали надо мной. Я задавалась вопросом, сделал ли это Джаггер, когда увидела летучую мышь пролетевшую мимо меня.

— Ты видел это? — спросила я Александра.

— Видел что?

— Это была летучая мышь!

Он сощурился, но к тому времени, когда я указала направление, мышь исчезла. Он взял меня за руку.

— Я думаю, мы увидели достаточно. Мы должны поговорить с Джаггером сейчас же и остановить открытие «Склепа».

— Должны? — спросила я, из меня вырвался разочарованный вздох, когда Александр вывел меня с поля. Это был единственный раз, когда я не хотела идти за Александром.

***

— Он был со мной все время, — защищала Оникс Джаггера, когда мы вернулись в Склеп с нашим открытием.

— Все время? — давил Александр.

— Ну, большую часть времени, — сказала она, сдаваясь. — Он ходил в кафе за кофе для меня.

— И сколько времени это заняло? — спросил Александр

В этот раз Оникс не ответила.

— Но он сделал один из тех кругов на поле возле Склепа, — сказала я. — Теперь здесь может появиться другой? Это не может быть просто совпадением.

— Да, может, — сказал Джаггер.

— Я действительно думаю, что это не он, — сказала Оникс.

— Если она говорит, что это не он, то значит это не он, — сказала Скарлет, защищая свою подругу, как я защищала Бекки.

— Ты была здесь? — спросила я осторожно. Я не хотела выяснять отношения со Скарлет.

— Ну… нет, — мягко призналась она.

— Ты была с Тревором? — спросила я. Я покачала головой.

Скарлет пришла в ярость.

Джаггер был оскорблен. — Вы не верите мне, да?

— Я видела летучую мышь, — сказала я. — И мне кажется, это был ты.

Себастьян стал ходить взад и вперед.

— Это был ты? — спросил Александр. — Ты летал над полем Бейтменов?

— Я хотел узнать, что об этом говорят другие, — ответил Себастьян застенчиво.

Александр переключил внимание на Джаггера. — Этот клуб должен остаться только для смертных. Никаких если, или но.

— Мне не нравится твой тон.

Джаггер сложил руки.

— Мне твой тоже не нравится, — парировал Александр, став лицом к лицу к его бывшему врагу.

Я не была уверена, что в ход не пойдут кулаки.

— Мы можем также легко закрыть клуб, как и помогли открыть его, — угрожал Александр.

— Ты думаешь, успех клуба зависит от тебя? — спросил Джаггер.

— Введение неизвестных вампиров в этот город, плохо для любого из нас, — сказал Александр. — Особенно для тебя.

Вдруг Джаггер заинтересовался. — Как это может затронуть меня? — удивился он.

— Что если они привлекут ненужное внимание к нам? Сотни внезапно нагрянувших вампиров в этот город. Тусующихся «У Хетси». Блуждающих по кладбищам. Думаешь, никто не заметит?

— Мы уже достаточно привлекли к себе внимания, — вмешался Себастьян.

— И как вы думаете, город отреагирует на новое население? — спросил Александр. — С распростертыми объятиями? Вы не видите, как третируют Рэйвен в этом городе, только из-за того, как она одевается? Вы думаете, они примут всех этих вампиров, которых вы планируете пригласить посетить ваш тайный клуб? Вы видели, как беспечен был Себастьян. Это одно испортит жизнь всем остальным. И тогда вы потеряете все это.

Себастьян неловко почесал свои дреды.

Джаггер выглядел мрачным.

— Это место должно быть всего лишь безопасным танцевальным клубом, — продолжал Александр, — именно в этом, нуждается город.

Настроение Джаггера улучшилось. — И это то, что я могу сделать.

Казалось, все скептически отнеслись к легкому изменению отношения Джаггера.

— Как мы можем поверить в это? — спросил Александр.

— У вас будет моя клятва. На крови.

Джаггер улыбался.

Александр сделал паузу, как будто пытаясь разгадать, что задумал Джаггер. Когда Джаггер не дрогнул, Александр протянул руку.

Оба вампира подтвердили сделку.

— Теперь кто-то должен привести в порядок тот круг на поле, — сказал Александр.

— Если кто-то пролетит над ним, то они будут искать твой клуб, — сказала я Джаггеру.

— Любой в городе может сделать это, — сказал Джаггер.

— Ну, мы знаем одного человека, который может разделаться с ним, — решительно ответил Александр.

Джаггер встал и взял свои ключи.

Это очень волнующе, быть частью пестрого мобильного клуба. Проезжающие автомобилисты глазели на нас, когда мы ехали от завода по извилистым дорогам на ферму Бейтменов. Автомобили все еще были припаркованы на узкой дорожке в стороне от дома Бейтменов. Мы все припарковались в километре от фермы и ждали в своих машинах, убивая время пока горизонт не освободится.

— Ты действительно доверяешь Джаггеру? — спросила я Александра. — Думаешь, он действительно сделает клуб для смертных?

— Я не уверен. Он трусливый. Неизвестно, что он сделает. Даже со всеми нашими разговорами, он уже планировал создание клуба для вампиров.

— Что нам делать? — спросила я, после того как несколько машин отъехали от фермы, направляясь домой.

— Я думаю, мы не должны расслабляться, — сказал он. — Думаю, мы все еще должны следить за каждым его движением. И если ты услышишь что-нибудь или увидишь, дай мне знать.

Одна за другой машины покинули ферму, и, в конечном счете, огни дома Бейтменов погасли.

Скарлет и Оникс остались в Жуке припаркованном в убежище из травы, готовые гудеть, если они заметят, что огни зажгутся вновь. Я следовала за парнями вампирами до забора, пока Александр не остановил меня.

— Ты оставайся здесь на всякий случай. Будь нашим наблюдателем.

Я ненавидела быть не в центре событий, но знала, что должна быть на своем месте. Я взобралась на деревянный забор, и с моей точки наблюдения я видела часть испорченного поля, и ждала пока Джаггер, Себастьян и Александр шли через поле. Джаггер попытался выпрямить согнутые стебли, но это было бесполезно.

— Мы должны что-то сделать, — я услышала слова Александра.

— Ну, что я должен сделать? — раздраженно отвечал Джаггер.

— Найти решение проблемы, — напирал Себастьян.

— Мы должны остановить их прежде, чем они придут, — сказал Александр. — Так или иначе, все должно быть исправлено.

Себастьян достал несколько инструментов, которые были под его жакетом.

— У меня есть идея, — сказал Александр.

Меньше чем через час они исправили круг, перечеркнув его «крестом». Таким образом, любому низко летящему вампиру было бы ясно, что Занудвилль плохое место для их поселения.

Александр, Себастьян и Джаггер вернулись обратно ко мне. Я побежала вперед, чтобы рассказать остальным. Я увидела Луну на переднем сиденье Мустанга. Она жевала жвачку и читала журнал.

— Они закончили, — сказала я.

— Отлично, — сказала она, опираясь на дверцу машины. — Я не могу долгое время оставаться вдалеке от Себастьяна.

Я пошла к жуку Скарлет, когда Луна остановила меня.

— Ты не могла бы сделать мне одолжение?

Она скользнула по мне взглядом и протянула журнал, ее худая, бледная рука резко контрастировала в темноте.

— Не могла бы ты положить его в заднюю часть катафалка?

Обычно я не хотела делать ничего из того, что она просила. Это было одно одолжение, которое я могла выполнить. Я была без ума ото всех катафалков.

Я открыла заднюю дверцу и положила журнал, когда я заметила нечто не похожее на гроб, длинную доску и веревку длиною более четырех метров.

Джаггер сделал круги на полях, и Луна хотела, чтобы я знала об этом. Было понятно, что она гордилась, сообщая мне о том, что она и ее брат, скверные типы. Но их игра не была доведена до конца. Мы все еще не должны спускать с него глаз.

Я была готова рассказать о своем открытии, когда Александр, Себастьян и Джаггер вернулись к своим машинам. В кои-то веки, они все появились как три лучших друга, только что вернувшихся с гулянки.

Не желая портить момент, я закрыла дверцу катафалка.

Когда Себастьян поцеловал Луну, я крепко обняла Александра. Я все еще скептически относилась к будущим трюкам Максвеллов, но сейчас наслаждалась осознанием того, что моим главным призом был — Александр.

Глава 12

Поцелуй смертного

В тот вечер я поделилась своим открытием с Александром, и мы решила сохранить эту информацию между нами.

Мы оба были разочарованы в Джаггере, как и в Себастьяне. Оба вампира, казалось, ставили свои потребности выше других. Я хотела видеть в Джаггере хорошее, но не была полностью уверена, что у него нет запасного козыря в рукаве. Что бы это не было, ни Александр, ни я не знали.

Мы просто знали, что мы должны быть бдительными.

Тем временем я провела следующий день в школе, рисуя планировку для Склепа. Мои воображения были дикими с образами гробов, надгробий и летучих мышей.

Когда я пришла домой, мой брат визжал что-то о произошедшем важном событии по ТВ, и тянул меня в гостиную.

— Вы должны увидеть это, — сказал он. — Они ударили снова! Посмотрите.

— Огромные круги на полях? — спросила я на одном дыхании. В это время в экране появился младший Бейтман.

— Вот, это, большой крест. Этого не было, когда мы пошли спать, — сказал мальчик.

— Но на сей раз, у нас была видеокамера, — сказал отец.

О нет, подумала я. У нас проблемы.

Он начал показывать видеозапись в режиме быстрой перемотки.

— На видео никого не видно! — взволнованно и в тоже время испуганно, закричал мальчик. — Инопланетяне, они невидимы!

— Это жутко, — сказал малыш Билли. — Я уверен, что этому есть какое-то объяснение, я не могу дождаться нашей встречи с Генри в математическом клубе.

— Существует только одно объяснение, — сказала я правдиво. — Вампиры.

Моя семья с усмешкой посмотрела на меня, затем я встала и пошла на фабрику. Я отправилась в склеп, ждать пробуждения вампиров. Когда я приехала, я увидела небольшой грузовик, стоявший за пределами стоянки. Когда я вошла в главную комнату, то в ней никого не было. Я представляла себя танцующей на открытии клуба, когда услышала стук раздающийся снизу. Я на цыпочках подошла к двери и повернула ручку. Она была заперта. Прижавшись ухом к двери, я услышала какой-то шум. Если нижняя часть помещения использовалась не для клуба вампиров, то тогда для чего?

Я вытирала барную стойку Склепа, когда услышала, как открылась дверь. Я повернулась посмотреть и увидела, как рабочий крепкого телосложения с инструментами на поясе выходил из помещения нижней части клуба и закрывал за собой дверь.

Он кивнул и прошел мимо прежде, чем я смогла что-либо сказать.

Я бросила полотенце на стойку и помчалась за ним, но к тому времени, когда я увидела его, он уже завел грузовик и сорвался с места вниз по гравийной дороге.

Когда я вернулась, я была полна решимости открыть эту дверь. Я пнула ее ботинком и толкнула, в надежде, что старый замок сломается, но он не сдвинулся с места. В волосах у меня была заколка украшенная черепом. Я сняла ее и сунула в замок. Сколько я не пыталась, замок так и не получилось открыть.

Скарлет нашла меня, когда я возилась с ручкой.

— Я не знала, что вы уже встали, — сказала я, запихивая заколку в карман.

— Да, но некоторые из нас все еще спят. У нас была бурная ночка.

Вышла Оникс. — Добрый вечер, Рэйвен.

— Привет, — сказала я. — Я рада, что вы обе проснулись.

Когда я поняла, что никто не следит за нами, то я сразу же сосредоточила все внимание на двери. — Куда ведет эта дверь? — спросила я ее.

Она пожала плечами. — Я не знаю.

— Никто не говорит мне, — сказала я.

— Возможно, она никуда не ведет, — сказала Оникс.

— Тогда почему она заперта?

— Чтобы мы не упали вниз, — сказала Оникс.

— Да уж.

Я могла только представить, к чему это приведет. Но возможно это была единственная, незавершенная часть комнаты. Возможно, рабочий только укреплял балки, чтобы сделать пол первого этажа более прочным для танцев.

— Один раз я видела там кого-то, — сказала Скарлет. — Правда, поздно ночью, когда все еще работали. Я видела, что Джаггер спускался туда с одним из парней Гроб-клуба. Когда я заметила его и спросила, что он делает, он повел себя так, будто я поймала его на месте преступления.

— Вы думаете, что он что-то замышляет? — сказала Оникс. — Почему все думают, что он такой плохой парень?

— Нравился бы он тебе так, если бы он таким не был? — поддразнивала Скарлет.

Я не собиралась ей говорить, что это Джаггер сделал круги. Она обожала его, и так как он устранил проблему, не было причины говорить об этом.

С другой стороны, ради таинственной запертой двери стоило поговорить об этом.

— Так что же вы думаете? — спросила я — Он не говорил, что собирается организовывать нижнюю часть клуба?

— Понятия не имею, — сказала Скарлет. — Но я хотела бы узнать.

— Нам нужен ключ. Мы не сможем сломать эту дверь. Я уже пробовала, — сказала я улыбаясь.

— Ключ всего один и он у Джаггера, — сказала Скарлет. — И я не знаю, как заполучить его.

Мы обе повернулись к Оникс, у которой кожа с бледного оттенка приобрела цвет белого, как у приведения.

— Я не могу это сделать, — сказала она. — Он хранит все свои ключи под замком. Кроме того, я не хочу идти против него.

Я была готова упрашивать ее, но Скарлет дала ей сорваться с крючка.

— У кого еще есть ключ? — спросила Скарлет.

— У рабочего, я только что видела, — сказала я. — Но я не знаю, как мы сможем достать его.

Тогда меня осенило. Тревор.

— Тревор носит ключ на шее и всегда показывает его мне, как будто это что-то, что мне нужно.

— Как ты думаешь, он подойдет к этой двери? — спросила Скарлет.

— Он и Джаггер друзья, и видимо отец Тревора заключил сделку насчет клуба, — сказала я. — Тревор возможно понятия не имеет что открывает его ключ, но я думаю, что он подойдет к этой двери.

Выражение Скарлет прояснилось. — Я могу увидеться с ним.

Меня чуть не вывернуло. Моя подруга была взволнована встречей с человеком, которого я ненавидела. Но на этот раз я была взволнована встречей тоже.

У Александра и Себастьяна был выходной от Склепа, и они зависали в особняке. В обычной ситуации я была бы счастлива, присоединится к ним, не желая провести один ночной час вдали от моей истинной любви, но любопытство было сильнее меня, и к счастью у моей новой подруги тоже.

Скарлет взяла меня с собой в Жук. Она включила музыку громче, и мы пели, пока не добрались до футбольного поля. Мы спустились с холма к лесу позади поля, вспоминая наш музыкальный фестиваль, и смеялись до боли в животе. Щеки болели так, что боялась, что они лопнут, если я еще раз открою свой рот. Но чего я не знала, уже случилось.

— Что такое? — спросила я. Внезапно Скарлет стала смотреть на мои губы.

— О, нет, — сказала я.

Ее глаза были странного красного оттенка. С ней что-то произошло. Это был запах крови. Я попятилась.

Скарлет взяла меня за руку. Я была в моменте от борьбы. Она была моим другом, и я знала, что она борется со своим желанием. Я не собиралась сдаваться без боя.

Мой рассудок помутился. Вместо того чтобы быть обращенной Александром, я собиралась быть укушенной Скарлет. Никто не мог защитить меня. Она была немного крупнее меня, и с ее нечеловеческими силами, я не была уверена, что выживу.

— Ты не собираешься нападать на меня, правда? — спросила я.

— Нет… с чего ты это взяла? — она попыталась закрыть свои глаза. Она отвернулась от меня и прикрыла лицо. — Не могла бы ты стереть кровь?

Я вытерла кровь своим рукавом и прижала ткань к губам.

Неожиданно, Тревор появился в лесу.

— Что здесь происходит? — спросил он, когда я провела тканью по своим губам. — В конце концов, я думал, что вы ждете меня! — сказал он.

— Не преувеличивай, — сказала я.

Скарлет закурила в присутствии Тревора.

— Почему ты прикрываешь свой рот? — спросил он меня. — Ррр, — прорычал он как тигр. — Женские бои? Не обращайте на меня внимания.

— Брось, — сказала Скарлет. — Мы были здесь рядом.

— В лесах средней школы? — подозрительно сказал он. — Вы не должны здесь находиться. Без меня, конечно.

— Мы хотели тебя увидеть, — сказала Скарлет. — Я хотела увидеть тебя.

Она обняла его и её руки скользнули к его карману.

— Что ты делаешь? — спросил он.

Скарлет повернулась ко мне и протянула пустую руку. Потом поиграла с веревкой на шее. — Что это?

— Подвеска, — сказал он.

Она достала ее из под рубашки. Ключ свисал около ее руки.

— Что это за ключ? — спросила она игриво.

— Не важно.

Она прижалась к нему вплотную и с наслаждением поцеловала его в губы. Как и она, он обвил руками ее талию.

Она обхватила руками его шею и в это момент сняла шнур.

Тревор повернулся ко мне. Он вытер рот тыльной стороной ладони. Красная помада испачкала его кожу.

Непонятно по какой причине я была обижена, но у меня не было времени думать об этом сейчас. — Мы должны идти, — сказала я потянув за собой Скарлет. Она положила ключ в мою руку.

— Завидуешь? — спросил он. — Не можешь смотреть на это?

— Да, — сказала я. — Не могу выдержать.

Я направлялась к холму, в то время как Скарлет продолжала желать спокойной ночи моему врагу. Ключ Тревора был в моей руке, но почему меня беспокоило, что он целовал другую девушку?

***

Мне казалось, что прошла целая вечность, прежде чем Скарлет догнала меня у своей машины. Ее волосы были в не большом беспорядке после ее длительного целования взасос.

— Это было весело! — сказала она. — Давай сделаем это снова.

— Да… весело.

— Он даже не заметил, что я взяла ключ.

Мы запрыгнули в машину. Мелодии были более подрывные, она пела, но я молчала. Она выключила музыку.

— Что случилось? — спросила она.

— Ничего. Я смотрела в окно, наблюдая за деревьями, когда мы проезжали мимо них.

— Ты какая-то странная. Я не должна была так поступать, прости. Дело не в этом. Нужно было просто заполучить ключ.

— Я знаю.

— Так в чем же дело?

— Ни в чем.

Я продолжала смотреть как зомби.

— Тебе… нравиться Тревор? — неожиданно спросила она.

— Нет… ты сошла с ума?

Я была ошеломлена ее обвинением.

— Ну, конечно же, у тебя что-то есть к нему, — подстрекала она.

— Нет, — сказала я смеясь.

— Ну, не знаю… Вы встречались?

— Нет, фу, ты шутишь?

— Есть что-то между вами двумя. Я чувствую это. Магнетизм.

— Я влюблена в Александра, если ты не заметила.

— Я не говорила, что ты сходишь с ума по Тревору. Я только подумала, что вы возможно встречались. Потому что между вами двумя есть сексуальная напряженность.

— Не могу поверить, что ты сказала это. Он такой придурок! То есть не хочу оскорблять тебя или еще что-то, но я и он?

— Противоположности притягиваются в большей степени. Почему ты думаешь, что ему нравлюсь я?

— Потому что ты яркая и веселая. Что ему еще нужно? — спросила я.

— Спасибо, — сказала она искренне. — Но я не похожу на всех тех девушек, которых он добивается. Розовые ногти и роскошные светлые волосы. И теперь, когда я думаю об этом… Мне нравится…

— Да?

— Ты!

— Я?

— Тупица! Почему я не догадалось об этом раньше! — засмеялась Скарлет.

— Ему нравишься ты, потому что ты это ты, — сказала я.

— Но разве ему не нравилась также Луна? Теперь это все имеет смысл.

— Ему нравятся девушки. Это его сущность. Поэтому я не хотела, чтобы ты встречалась с ним. Ему нравятся многие девушки.

— Нет, с ним многие.

— Может он любит готок.

— Да, потому что они напоминают ему тебя!

— Стоп! — Я была близка к тому, чтобы закрыть уши. Я не могла думать об этом. Я так любила Александра, что все остальное не имело значения. Никто больше не имел значения.

— Он любит тебя. Тревор Митчелл любит тебя, — поддразнивала она.

— Пожалуйста. Ты хочешь, чтоб меня стошнило?

— Не везет мне. Я, наконец-то нашла парня, от которого без ума, но я ему нравлюсь только лишь потому, что он тайно хочет быть с моей подругой.

— Достаточно, Скарлет. — Еще слово, и я выпрыгну из машины!

И это была наполовину шутка.

— То есть, ты не будешь против, если я продолжу видеться с ним?

— Нет, не буду, — ответила я. — И знаешь что? Если вы захотите, я приду на вашу свадьбу.

Моя кровь кипела к тому времени, когда мы добрались до завода. Я пыталась выбросить наш разговор из головы и также попытаться выяснить, как мы сумеем узнать, был ли этот ключ поддельным или настоящим, чтобы Джаггер не узнал.

— Нам нужно, чтобы Оникс отвлекла Джаггера, — сказала я, когда мы вошли внутрь.

— Надеюсь, она сможет сделать то же самое, что я сделала с Тревором. Но она более застенчива, чем я. Поэтому я не уверена, что это сработает.

— Эй, вы где были? — спросила Оникс.

— Мы встречались с Тревором. Разве ты не получила мое сообщение?

— Да, но я зависала с Джаггером, — усмехнулась Оникс.

— Кстати, насчет Джаггера. Мне нужна помощь, — начала Скарлет.

— Конечно, все что угодно, — сказала Оникс веселым тоном.

— Нам нужно, чтобы ты отвлекла Джаггера, пока мы кое-что здесь проверим.

— Вы не можете так поступить. Это его место. Мы здесь, чтобы помочь, а не шпионить.

— Но не я, — сказала я. — Это правда, я здесь чтобы шпионить.

Я улыбнулась, но Оникс не стало веселее.

— Если он узнает, что я обманываю его, он больше не захочет меня видеть, — спорила она.

— Ты не обманываешь его. Мы не собираемся что-либо красть. Кроме того, мы возьмем вину на себя, — сказала я.

— Доверься мне.

Скарлет положила руку на плечо Оникс. — Даже после этого он все еще будет хотеть тебя видеть. Даю тебе слово.

Оникс задумалась на мгновение.

— Пожалуйста, — попросила Скарлет. Теперь ей было также любопытно, как и мне.

— Хорошо, — сказала она неохотно. — Но поторопитесь. Он занят, и ему не нравится, когда его что-то отвлекает от клуба. Даже отношения.

Я стянула с себя цепочку, и мы побежали к двери, чудовищные сапоги хлопали по мейсонитовому полу.

Я глубоко вздохнула. Я вставила ключ, и он вошел полностью. Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Затем я повернула ключ. И он щелкнул, открывая замок. Мы тихо вскрикнули от волнения. Я повернула ручку и открыла дверь.

— Сработало. Сработало!

— Что здесь происходит? — спросил мужской голос позади нас.

Мы обе подскочили от неожиданности и вскрикнули.

Я вытащила ключ и незаметно положила его в карман.

Себастьян вернулся вместе с Александром.

— Я скучал по тебе, — сказал Александр. — Где вы были?

— Встречались с Тревором, — сказал гордо Скарлет.

— С Тревором? — спросил он. — Это последний раз, когда я оставил тебя одну.

— Это та дверь, про которую я тебе рассказывала, — прошептала я Александру. — Ключ, который у меня есть, открывает ее, и рабочий что-то строил там внизу. Джаггер хранит это в секрете. Я должна спуститься туда.

Именно в этот момент Джаггер и Оникс вошли в главную комнату.

— Так, вам здесь до сих пор нравится? — спросил он.

— Да, все выглядит великолепно. Я воскликнула это улыбкой, столь же яркой как его серебристые волосы.

— А что здесь? — спросил Александр, поворачивая ручку двери и открывая ее.

— Куда она ведет? — спросил Александр, заглядывая внутрь.

Джаггер встал перед дверью, закрыл и запер ее. — Теперь ничего, — сказал он.

Затем включил музыку, и мы все танцевали несколько часов. Когда мы все крайне устали, Джаггер угостил нас содовой из бара.

— Сейчас, — сказал он. — Я хочу, чтоб все ушли. Склеп закрывается на ночь.

— Где мы должны остановиться? — спросила Скарлет.

— Здесь, но мне нужно закончить несколько вещей, в одиночестве.

Я задалась вопросом, чем он будет заниматься, не позволяя нам участвовать в этом. И имеет ли это отношение к тому, что было за этой дверью?

— Конечно. Я только заберу свои вещи, — сказала я. Я оставила свой рюкзак в большой комнате, заполненной гробами, когда пришла сюда несколько часов назад.

У меня был один шанс проверить планы снова. Пока Джаггер доделывал последние штрихи танцплощадки, я на цыпочках вышла из комнаты с гробами через сырой коридор в его офис. Проектов на его столе не было.

Я открыла металлический ящик с картотекой и нашла там проекты.

Я открывала их так быстро как могла, и заметила один с пометкой «Нижняя часть клуба». Я хотела увидеть его планы насчет открытия клуба для вампиров.

Я просмотрела его в поисках любых скрытых подсказок. В середине западной стены был прямоугольник. И сделана пометка карандашом «Сцена», на противоположной стороне был другой прямоугольник с пометкой «Алтарь Соглашения».

Джаггер был мастер загадочного дизайна, и я знала, что подземный клуб был бы другим, но столь же увлекательным словно «Темница Гроб Клуба».

Такие же гробы, надгробные плиты, декорации из скелетов в Склепе, он намеревался сделать алтарь соглашения для декорации на нижнем этаже. Как потрясающе! Я представила мертвые виноградные лозы вьющиеся вокруг чугунной эстакады. Гроб с кубками сока придавали подземному клубу пикантность мучения в камере, которое создавал Гроб Клуб. Жутко и клево в то же время.

В ночь, когда мы сказали Джаггеру о кругах на поле, он утверждал, что Склеп будет только для смертных. Но тот рабочий, которого я заметила и звуки работы, издающиеся из-за закрытой двери, я была все еще скептична, что часть нижнего клуба будет закрыта на открытии клуба.

Глава 13

Полуночное безумие

Александр и я должны были встретиться на кладбище в полночь. Мы не были наедине давно и оба невероятно соскучились друг за другом.

Когда я наконец добралась до задней части кладбища, Александра не было. Я увидела фигуру, скрытую в тени. Я бросилась к нему, пока не заметила светлые волосы.

Тревор взял мою руку.

— Все хорошо, — сказал он — Никто не заметит.

— Но я люблю в Александра, — сказала я ему твердо.

— А я влюблен… в тебя.

— Нет, это не так.

Его взгляд приковывал. — Ты знаешь, что да.

Он был прав. Я чувствовала, это в течение многих лет.

Тревор шагнул еще ближе ко мне. — Ты собираешься наказывать меня всю оставшуюся жизнь? Потому что я ношу одежду цвета хаки и не слушаю ту мерзкую музыку?

Его зеленые глаза просверлили меня до самых пяток.

— Я не наказываю тебя. Я не люблю тебя. Я люблю Алекса…

Я попыталась сделать шаг назад, но он по-прежнему сжимал мою руку.

Затем он наклонился так близко, я думала, что наши губы встретятся. — Но что, если бы ты не встретила его? — прошептал он.

— И я пришел бы к тебе, как сегодня вечером. Только мы. Никто никогда не узнает.

Я не отвернулась. — Я не знаю… Возможно, я ничего особенного не почувствую.

— А возможно и нет, — убеждал он своим сексуальным голосом, затаив дыхание. — Ты действительно честна с собой? Мы знаем друг друга с детства. Не только Александр может сказать это.

Его пальцы скользили по моему рукаву и достигли моей руки.

— Мы не сильно отличаемся друг от друга. Я говорил тебе это на протяжении нескольких лет.

Он сделал паузу.

Я немного боялась, что он будет делать дальше.

Его пальцы скользнули вниз к моим. Тревор Митчелл держит мою руку. Его хватка была сильной, типичной для симпатичного атлета. Он пересек черту. Я держала в руках чужие руки. Это рука была не Александра, но я почему-то чувствовала себя хорошо. Как и предполагалось, я держала его руку, касаясь его. Как будто я ждала этого всю свою жизнь.

Тревор касался моих рук и раньше, но сейчас это было совсем другим. Не было чувства, что он пытается отомстить мне или поставить очередную галочку в списке своих сексуальных побед. Казалось, что он делал все это только потому, что хотел этого больше всего на свете.

— Все хорошо, — сказал он. Он убрал волосы с моего лица.

— Теперь только ты и я. Больше никого. Они не могут больше держать нас в расстоянии друг от друга. Ты не сможешь избегать меня. Это означает, что теперь мы вместе.

Его движения были нежными, его голос был мягким и искренним. Он притянул меня к себе, так что наши грудные клетки соприкасались, и обнял меня за талию. Мы стояли лицом к лицу.

Он улыбнулся своей великолепной улыбкой.

Вокруг никого не было. Мне не было страшно. Его руки были сильными, и я чувствовала его власть. От него пахло карамелью, и его мускулистое тело было теплым. Его глаза сияли, как лунный свет.

Прежде чем я успела вырваться, он наклонился и поцеловал меня. Его губы были гипнотизирующими и нежными. Я не знаю, почему я не сошла с ума. В этот момент я была потеряна в его поцелуе.

Я чувствовала его руки на моих задних карманах, когда он притянул меня ближе к себе.

Мне потребовались все мои силы, чтобы отвернуться от него. По некоторым причинам я обнаружила, что его губы приковывали, как и его взгляд.

— Я не могу, — сказала я. — Я пришла сюда из-за Александра, не из-за тебя.

— Но останься для меня.

Его тон был искренен, как и поцелуй.

Затем он отстранился.

Он держал подвеску, которую должно быть вытащил из моего кармана, когда целовал меня. Ключ качался туда сюда, как медаль.

— Девочка Монстр, — сказал он.

— Нет… — закричала я. — НЕТ!!!

Я проснулась от толчка, обнаружив, что Кошмарка своей лапой трогает мою рубашку.

Я села и едва могла дышать, Кошмарка испуганно отскочила. Ошеломленная, я протянула руку и схватила своего котенка.

— Это ты трогала меня лапкой. Не тот монстр.

Я крепко обняла своего котенка. Оба наших сердечка бешено колотились.

— У меня был ужасный кошмар, Кошмарка. И не хороший вид.

Я встала, пошла в ванную и плеснула немного воды на лицо, и попыталась успокоиться стаканом воды.

Я включила свет и запрыгнула обратно на кровать, положив Кошмарку на подушку рядом с собой, и накрылась одеялом с головой.

Это было впервые на моей памяти, что я спала с включенным светом.

На следующее утро, когда я и Бекки шли к нашим шкафчикам, я не могла держать это в себе.

— Тебе когда-нибудь снились странные сны? — спросила я.

— Все время.

— Они означают что-нибудь?

— Некоторые говорят, что да. Некоторые нет. Что тебе приснилось?

— Что я… я даже не могу сказать это.

Я опустила свою голову.

— Это было настолько плохо?

— Да.

— Тогда я бы не переживала из-за этого. Что ты ела, перед тем как лечь спать?

— Я не помню.

— Возможно, это повлияло на твой сон. Вот и все.

— Мне приснилось, что Тревор был влюблен в меня, — выпалила я.

— Ты только сейчас это поняла? — спросила она.

— Почему все говорят это?

— Потому что он одержим тобой.

Я пропустила ее комментарий мимо ушей. — Но это хуже, чем ты можешь представить.

— Расскажи мне.

— Во сне…

— Да?

— Я была влюблена в него тоже.

Она промолчала. — И это все?

— Я была влюблена в него. Ты… понимаешь?

— Это просто сон, Рэйвен. Если бы сны сбывались, то я была бы балериной.

— Правда? Я думала, ты скажешь, что я тайно страстно влюблена в Тревора Митчелла.

— Бред! Кроме того, ты уже влюблена в Александра. Ни для кого другого места больше нет.

Расслабившись, я сжала Бекки в объятиях с силой миллиона лучших друзей. Я едва не выжала из нее жизнь.

Незадолго до захода солнца, я направилась в ванную, чтобы подготовиться к поездке в склеп. День рождение Александра настал, а я все еще не заполнила пузырек. Это было бы не слишком сложно проткнуть палец стерильной булавкой, но я все откладывала, будучи поглощена делами в Склепе. Я стояла перед зеркалом, нанося мертвецки белую основу, и не осторожно сорвала корочку с болячки в углу моей губы. Рана на губе снова открылась.

— Черт! — проворчала я. Я была возмущена поведением своего сумасшедшего лица. Я уже нанесла большую часть основы, когда появилось маленькое кровавое пятно. Но потом вспомнила, что мне это сейчас и нужно.

Я схватила одноразовый стаканчик, и несколько капель упало внутрь. Прижала язык к внутренней части щеки, чтобы больше крови капало. Мне нужно было совсем немного, чтобы заполнить маленький пузырек. Через несколько минут, у меня было достаточно. Я вымыла свою рану и прижала ее влажной салфеткой, держа так в течение нескольких минут. Вдруг мама открыла дверь.

Я быстро прикрыла стаканчик, а флакон сунула в карман.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Что ты делаешь? — спросила я. — Это частная территория.

— Я не знала, что здесь кто-то есть!

— Я здесь! И я занята.

— Мне просто нужен утюг, — сказала она. Она открыла верхний ящик и схватила утюг. Я наклонилась и задвинула пальцами стаканчик за полотенце, боясь, что она увидит его отражение в зеркале.

— Что это у тебя на лице? — спросила она. — Салфетка?

— Мама, пожалуйста.

— Я могу тебе помочь. Все время это происходит. Ты только должна прижать на некоторое время, а потом использовать основу. Но не ковырять.

— Мама, я знаю, что делать.

Я прислонилась к раковине, заграждая стаканчик от ее взгляда, и попыталась убедить ее уйти. — Пожалуйста, оставь меня одну.

— Хорошо, но если ты будешь нуждаться во мне, дай только знать, — сказала она, закрывая за собой дверь.

И на этот раз, я заперла ее.

Я вынула пузырек из кармана и аккуратно вылила содержимое стаканчика в него. Закончив, я смяла стаканчик и выбросила его в мусорное ведро. Я прочно закрыла пузырек и завернула его в несколько слоев ткани. Я была обессилена из-за возможности быть пойманной и необходимостью объяснять маме, зачем я пыталась наполнить пузырек кровью. Но в конечном итоге я осталась довольна своим подарком для Александра. Я взглянула на себя в зеркало.

Устраивать свидание для вампира не так легко, как я думала.

Несмотря на то, что открытие Склепа будет через несколько дней, я сосредоточилась на дне рождение Александра. Мы сказали, что будет совместный праздник в Склепе, но я не могла оставить этот особенный день без отдельного празднования.

Я провела день, украшая территорию Особняка, и Джеймсон был достаточно любезен, чтобы впустить меня в комнату Александра, и украсить ее несколькими воздушными шарами. Теперь я с нетерпением ждала в беседке, когда сядет солнце.

В этом не было ничего нового. Всю свою жизнь я жду, когда яркое солнце исчезнет из поля зрения. Но сегодня вечером я была чрезмерно нетерпелива. Это был восемнадцатый день рождения моего парня.

Когда солнце скрылось из вида, я помчалась к Особняку и поднялась по шикарной лестнице. Я ворвалась в комнату Александра и закричала: — Сюрприз!

Он стоял, и выглядел сонным и мечтательным. Его волосы были взъерошены, его грудь без рубашки казалась стройной и бледной на фоне его черных боксерских шорт.

Александр вышел из своей тайной комнаты в привычное мансардное помещение. Он пробился через несколько десятков черных воздушных шаров.

— Я думал, мы будем праздновать вместе, — сказал он: — В склепе.

— Да. Но не сейчас. Одевайся.

— Я имею в виду оба наших дня рождения. Мы планировали совместную вечеринку.

— Я не могла допустить, чтобы твое прошло без персонального празднования.

Я крепко его обняла, и еще крепче поцеловала, затем нервно приплясывала вокруг, пока он надевал футболку, джинсы и ботинки. Потом я взяла его за руку и привела на задний двор Особняка.

Я украсила беседку черными и фиолетовыми лентами, летучими мышами, пауками и тыквенными шариками. Канделябры освещали помещение.

— Ничего себе, ты постаралась, — сказал он. — Как и всегда.

— Счастливого восемнадцатилетия, Александр! — сказала я, когда он осмотрел декорации. — Ничего себе… теперь я встречаюсь с мужчиной.

— Разве не навсегда?

— Да, но в этом есть что-то сексуальное, когда ты становишься ответственным. И ты сейчас старше меня на два года. Я люблю старика.

Я робко его поцеловала.

— Ты действительно клево украсила задний двор, — сказал он. — У тебя есть талант.

— Спасибо, — сказала я, сияя, как луна. — Сейчас я хочу вручить тебе свой подарок.

— Разве этой вечеринки недостаточно?

— Думаю, нет.

Я вручила ему маленькую коробочку.

Разворачивание коробки заняло время.

— Быстрее, — сказала я.

— Я пытаюсь угадать, что это такое.

— Ты не должен угадывать. Ты должен открыть.

— Ух ты, Рэйвен, это действительно здорово. Он поднес его к свету свечи. Змея действительно была потрясающей.

— Там есть кое-что внутри.

Сначала он был удивлен, потом встряхнул его и заметил движение жидкости.

— Моя, — сказала я

Он держал пузырек в руках и так интенсивно притянул меня к себе.

— Вау, я даже не знаю, что сказать, — пробормотал Александр. — Это самый лучший день рождение в моей жизни, — говорил он возбужденно.

Он надел подвеску, и она изумительно смотрелась на его шее.

— Я никогда его не сниму, — сказал он, целуя меня взасос.

Джеймсон пришел с шоколадным тортом в форме черной палитры художника со свечами в виде маленьких кистей. Когда он и я начали петь Александру, к нам присоединился третий голос.

Себастьян вышел из тени, когда песня закончилась.

— С Днем Рождения, чувак! — сказал он.

Я не могла не пригласить еще одного гостя. Я знала, что было бы романтичнее устроить вечеринку только для нас двоих, но, учитывая, что лучший друг Александра находился в городе, было бы все не так, если бы он не пришел.

Джеймсон и Себастьян подали Александру большую коробку с бантом. Внутри была гитара.

— Ух ты, спасибо!

— Теперь у тебя действительно может быть гаражная группа, — сказал Себастьян.

Мы вчетвером сидели за столом, ели торт, разговаривали, смеялись под звуки гитары.

Глава 14

Слухи о заводе

В следующие выходные я как обычно спала допоздна, когда услышала стук в дверь своей спальни. Я села, и увидела Бекки на моей кровати.

— Что такое? — спросила я. — Я что, опоздала в школу? Сегодня суббота, да?

Но Бекки не интересовали дни недели. Она протянула мне чашку кофе из Джавалишиса.

— Спасибо, — сказала я.

— Тебе это необходимо. Я только что пришла с игры Мэтта.

— Они играют по утрам?

— Нет, ты спала большую часть дня.

Она отодвинула занавески, и я ослепла от солнца.

— Не… — сказал я, щурясь. Я повернулась и посмотрела на свои часы. Было четыре пятнадцать.

— Тебе нужно это знать. Распространяются слухи о том, что в Занудвилле живут вампиры! — сказала Бекки.

— Ты можешь поверить в это?

— Что?

— Я клянусь. Вампиры здесь, в Занудвилле. Все люди, говоря об этом.

— Они говорили это, когда Александр приехал сюда. Тревор начал, помнишь?

— Ну, теперь они говорят об этом снова.

— Где, когда и кто? — спросила я. — Мне нужны имена.

— Ну, ты знаешь, это началось когда Себастьян укусил Луну на вечеринке у Александра.

— Да, но у них нет доказательств того, что произошло на самом деле.

Я зевнула.

— Но теперь все намного серьезнее. Футбольные снобы и другие студенты были потрясены, когда Александр, Себастьян, Скарлет, Оникс, Джаггер и Луна пришли на игру, — призналась Бекки.

— Это не новость…

— Они сказали, что они… странные.

— Они говорят это обо мне всю мою жизнь. В этом нет ничего нового.

— Ты знаешь, как люди говорят. Джаггер и его окружение не ходят в школу, и видят их только по ночам. Скарлет водит машину с черепом, а Джаггер катафалк.

— Да, догадываюсь, что для жителей Занудвилля это выглядит немного странно. Но совершенно нормально для меня.

Я гордо улыбнулась.

— Тревор сказал Мэтту, что у Скарлет есть клыки, и другие говорят, что они живут в могилах на заводе.

В гробах, хотела я исправить ее.

— Тревор много что говорит, — ответила я. — И они живут на заводе, потому что они делают из него танцевальный клуб.

— Я знаю это, и ты знаешь. Но это не только Тревор. Даже Мэтт находит это странным.

— Да?

— Ну, не слишком странным. Он знает Александра. Но, как и я, он немного беспокоится, что эти ребята живут на этом жутком заводе.

— Они в порядке. Правда.

— Но это еще не все.

— Да?

— Никто уже не хочет идти в клуб.

— Ты серьезно?

Она кивнула.

— Открытие Склепа будет через два дня! Если никто не придет, он закроется.

Теперь я волновалась.

— Прости, что сказала тебе об этом, — ответила она искренне.

— Нет, я рада, что ты это сделала. Я не хотела бы, чтобы это стало для меня сюрпризом.

Я должна попасть на завод. Джаггер не может закрыть Склеп, прежде чем он откроется.

Как только стемнело, я помчалась на завод Синклера, пролетела мимо Скарлет и Оникс, не сказав им даже привет, прямиком к Джаггеру, Александру и Себастьяну, которые пили праздничные напитки.

— Что случилось? — спросил Александр.

— В школе все говорят, что здесь живут вампиры. Никто не хочет идти на открытие клуба. Мы должны что-то сделать. У нас осталось только два дня!

— Что ты имеешь в виду? — сказал Джаггер.

— Только это. Слухи о нас, о вас, ребята. Что вы вампиры. Себастьян укусил Луну. Вы не ходите в школу и вас никогда не видели при дневном свете. Эти люди живут слухами. Затем вы подливаете масла в огонь, разъезжая на катафалке и машине с черепами. Я говорила вам, что небезопасно организовывать подземный клуб здесь. Теперь вы видите, что я имела в виду?

— Как мы собираемся открыть клуб, если никто не придет? — удивился Себастьян.

Слово «провал» не существовало в словаре Джаггера. — Мы должны продемонстрировать им клуб.

— Чувак, эту работу должны делать девчонки, — сказал Себастьян. Луна злобно на него посмотрела. — И ребята, тоже.

— Стоп. Дайте мне подумать, — сказал Джаггер. — Что, если мы изменимся? Мы станем более… дружелюбнее.

— Вы что станете учениками? — спросила я.

— Это идея.

— Твои волосы белого цвета с кроваво-красными кончиками, — сказала я.

— Я могу покрасить их в коричневый цвет.

— А Луна? Ее розовые волосы?

— Я не собираюсь трогать свои волосы, — сказала она.

— А что насчет ваших татушек? Вы собираетесь соскоблить их?

— Мы их замажем, — сказал Джаггер. Ему не нравилось, что я бросала вызов его идеям.

— Нет. Вы не можете изменить того, кто вы. Я всю жизнь борюсь с этим и никогда не изменюсь, — твердо сказала я.

— Но они приняли тебя? — напирал Джаггер.

Они все повернулись ко мне, уже зная ответ.

— Речь идет о бизнесе, — сказал Джаггер. — Не о том, чтобы завести друзей.

— Но это так, — сказала я. — Вы не можете быть тем, кем вы не являетесь. Вот почему я люблю вас, ребята. Если вы изменитесь, то вы будете, как и все остальные в этом городе. Я не могу позволить вам сделать это. Нужно найти другой способ.

— Тогда может, скажешь какой? — требовал Джаггер. — Я уже вложил много денег в этот клуб. Ты сказала мне, что все в городе будут приходить сюда танцевать. Теперь ты говоришь мне, что они не придут. И что ты предлагаешь мне сделать?

Был только один человек в Занудвилле, который мог бы изменить мнение каждого.

— Тревор Митчелл, — сказала я. — Если он на борту, то все в городе тоже.

— Мы должны сделать нечто большее, чем просто показаться перед его футбольной игрой, — сказал Джаггер. — На сей раз, мы должны будем сделать его партнером.

Прошло немного времени, прежде чем Скарлет вернулась с Тревором. Очевидно, потребовалось несколько сообщений, поцелуев, и обещание еще большей власти в Занудвилле, чем он уже имеет сейчас на то, чтобы убедить его встретиться с Джаггером один на один.

Джаггер назначил встречу не в своем офисе. Потому что это не было идеальным местом, учитывая его стены, украшенные эскизами кладбища, тарантула ползающего в аквариуме, не говоря уж о его местоположении, чтобы добраться до него, надо пройти через зал из комнаты, которая заполнена гробами. Вместо офиса, Джаггера встретился с белокурым спортсменом в небольшой свободной комнате на верхнем этаже.

Я шагала снаружи комнаты туда сюда, пока Себастьян и Александр пили кровь в стаканчиках, а девочки успокаивали нервы, крася ногти в черный свет.

В Склепе не было часов, и казалось эти двое сидели там вечность. В конце концов, я не выдержала.

— Все зарастет паутиной, если они не поторопятся. О чем они там говорят?

Именно в этот момент скрипнула дверь. Тревор не шел на зрительный контакт, а направился вниз по лестнице.

Наши сердца ушли в пятки в ожидании результата беседы.

— Он согласен, — гордо заявил Джаггер. — Мы снова в деле.

— Ура! — закричали Скарлет, Оникс и я.

Скарлет помчалась по лестнице за Тревором, чтобы отвезти его домой.

— Это значит, твоя доля уменьшается, — сказал Джаггер, обнимая Себастьяна. — Все мы должны были отдать немного.

Джаггер открыл бутылку румынского вина и разлил вязкую жидкость по крошечным стопочкам. Каждый взял одну, кроме меня. Я держала одну с клюквенным соком.

— За склеп! — сказал Джаггер. — И жертвы.

В школе Занудвилля царила необычная атмосфера.

Вместо нормального школьного дискомфорта или увлеченности о спортивных и наступающих танцах, в этот понедельник залы были наполнены различными слухами, и в этом гуле слышалось волнение. Толпа собралась в конце коридора в тренажерном зале. Бекки и я проталкивались через нее, чтобы узнать, чем вызвана эта суета. Играла танцевальная музыка.

— Это удивительно, — сказал Тревор, раздавая листовки. — В городе нет ничего похожего.

— Это будет круто, — сказал один из студентов.

— Я расскажу моим друзьям.

— Не могу дождаться, когда он откроется.

Ничего клевого не происходило в городе без одобрения Тревора. Даже некоторые учителя были заинтересованы в открытии клуба, когда они увидели стенд, который сделал Тревор.

— Народ, у меня больше нет, завтра будет еще, — сказал Тревор.

Студенты разошлись с пластмассовыми зубами вампира, стикерами и флаерами.

Мой враг заметил меня, и его улыбка стала еще шире.

— Итак, я теперь совладелец клуба, — сказал он мне. — И у меня, несомненно, будет полный доступ. Я даже смогу удалить твое имя из списка VIP гостей, если ты не будешь очень заботливой.

— Не думаю, что это случится. Это не в твоих силах.

Он встал передо мной. — Я не уверен, что ты знаешь все условия соглашения, — сказал он, его зеленые глаза буравили меня.

— И что это значит? — спросила я, смело, встречая его взгляд.

— Условия, которые я поставил, чтобы стать совладельцем клуба, Склепа. Но сейчас это не так важно, учитывая, что до твоего дня рождения осталось немного. Тогда ты получишь подарок, который ты ждешь всю свою жизнь.

— Твои похороны?

Он рассмеялся.

Мне было тяжело смотреть прямо в глаза Тревору, после того страстного сна о нем. Так или иначе, я чувствовала, что он знал о моем сне, словно это было написано на моем лице.

Он убрал свой iPod, и сказал:

— Я кое-что потерял, и думаю, что ты могла бы знать, где это.

— Твои мозги? Интеллект? Доброжелательность по отношению к другим людям? Мы можем перечислять целый день.

— Некая подвеска с ключом. Я думаю, ты знаешь, где она.

— Эй, если вынужден вешать ключ от дома на шею, то у тебя большие проблемы, чем ты можешь представить. В следующий раз постарайся прикрепить их к своим рукавицам.

— В действительности, это не имеет большого значения. Джаггер может сделать для меня другой. Кроме того, возможно они пропали, когда я целовался со Скарлет в лесу.

— Я уверена, что там они и остались.

Он схватил меня за запястье. — Не волнуйся, девочка монстр, у тебя будет шанс, когда у нас будет один танец в ночь открытия. Джаггер обещал мне многое. И это одно из первых.

— Джаггер не мог пообещать ничего касающееся меня! — сказала я, выдергивая руку. — Я не продаюсь!

— Отлично, тогда я прекращу рассказывать людям о клубе. А вместо этого расскажу им о вампирах, которые живут на заводе Синклера.

— Ты сказал, что поможешь! — сказала я.

— За короткий танец… — парировал он, его взгляд стал мягче.

Я представила ночь открытия Склепа.

Вампиры и я стояли посреди пустых комнат. Джаггер, Скарлет и Себастьян снимали украшения, упаковывали гробы, катафалк, жук с черепом и мустанг, уезжающие обратно в Хипарвилль.

— Прекрасно, будет у тебя этот тупой танец, — сказала я сквозь сжатые зубы. — Только продолжай рассказывать и раздавать эти флаеры.

Я повернулась и умчалась прочь.

— Я знал, что ты согласишься, — сказал он, несмотря на меня. — Ты будешь умолять о большем.

Сразу после заката, я влетела на завод. Джаггер был баре на своем месте, в то время как остальная часть бригады

— Как ты мог? — закричала я.

— Что случилось? — спросил Александр.

— Он знает, что случилось, — сказала я, указывая на Джаггера.

— Я? — наивно спросил Джаггер.

— Как он мог что? — спросил Александр с большим беспокойством.

— Он продал меня Тревору!

Я была так расстроена, что мои губы дрожали.

— Всего один танец, — сказал Джаггер.

— Я не продаюсь, — сказала я.

— Что ты сделал, Джаггер?

Бледное лицо Александра стало красным от гнева.

— Чувак, о чем ты только думал? — спросил Себастьян.

— Это все, что он попросил. Я предлагал деньги, но он сказал, что ему нужен один танец с Рэйвен в ночь открытия. Я полагал, что ты будешь не против. Это всего лишь танец.

— Ты шутишь? Ты перешел границы!

Александр встал. — Рэйвен не продается.

Они стояли лицом к лицу. Александр был в бешенстве, даже больше чем я.

— Я полагал, что Рэйвен будет не против. Это было ради клуба, и она была так счастлива, что он должен открыться, — сказал Джаггер.

— Отлично! Я позвоню ему и скажу, что сделка расторгается.

Он взял свой телефон.

— Стоп, — сказала я. — Не звони ему.

— Ты сошла с ума? — воскликнул Александр.

— Это всего лишь один глупый танец. И это должен быть быстрый танец. И ты будешь рядом со мной, — сказала я Александру.

— Я также буду там, — сказал Себастьян, к огорчению Луны.

— И я тоже, — добавил Джаггер твердо.

Я была искренне тронута охраной, состоящей из вампиров.

— Звучит захватывающе.

Я сияла.

Скарлет надулась. Это ее следовало пригласить Тревору на танец.

— Это только, чтобы отомстить мне, — сказала я, обнимая ее. — Это все, для чего живет этот парень.

Глава 15

Вечеринка в честь дня рождения

Год назад, моя мама подарила мне два испеченных торта, один в форме единицы и другой в форме шестерки, Бекки подарила мне оловянное ожерелье с крошечным кулоном в виде летучей мыши, и именно тогда я услышала новость о семье, переезжающей в особняк на Бенсон Хилл.

Год, в котором сбылись мои мечты. Я чувствую себя не только на год старше, но намного мудрее. Я встретила и влюбилась в вампира, увидела другой мир, его семью, друзей, заклятого врага, и сильные чувства, которые были по-настоящему не от мира сего. Я была взволнованна из-за того, что следующий год может принести мне.

Но самым захватывающим было то, что сегодня вечером было открытие Склепа.

Я спустилась вниз, до меня донеслась песня «С Днем Рождения», которую пела на разных октавах вся моя семья.

Сладкие шестнадцать были проведены с большей шумихой, чем не очень сладкие семнадцать. Но, несмотря на это, моя семья не позволила моему дню рождению остаться незамеченным.

Мой отец поцеловал меня в щеку. Моя мама крепко обняла меня и вручила мне карточку.

Я быстро открыла и нашла там чек.

Мой брат протянул мне открытку через стол, где завтракал. К ней была приложена подарочная карта в наше местное кафе.

— Спасибо, Билли. Это неожиданный подарок! Правда.

Я обняла своего младшего брата. Он был удивлен моим внезапным проявлением любви и едва обнял меня в ответ.

— Сегодня мы будем праздновать! — сказала моя мама. — Я заказала столики у «Пипа».

«Пип» был семейным рестораном, который специализировался на своеобразной еде, и проведении дней рождения, имел яркий интерьер.

— У «Пипа»? Мне семнадцать, а не четыре, — сказала я. — Кроме того, сегодня вечером я собиралась погулять со своими друзьями.

Моя мать вздохнула. — Но я заказала.

Клуб должен был открыться сегодня, а я должна была сидеть в ресторане, пока все из школы Занудвилля собирались там танцевать и слушать музыку Скелетов?

— Хорошо, это твой день рождения. Если ты не хочешь праздновать в кругу семьи… — сказала моя мама грустно.

— Конечно, я хочу.

Я попыталась скрыть свое безразличие.

— Я пригласила Бекки и Мэтта.

— Я ценю это, — сказала я.

Моя семья быстро разошлась, погруженная в предстоящие встречи, работу, и школу. До моего маленького торжества оставалось совсем чуть-чуть, и я оказалась в одиночестве.

Когда я добрался до входной двери, там был букет цветов с запиской.

С Днем Рождения.

Люблю, Александр.

У меня не было времени поставить их в вазу. Вместо этого, я взяла их с собой и прыгнула в грузовик Бекки.

— Они прекрасны, — сказала она

— Он такой милый, — сказала я. — Он помнил.

— Разве вы не говорили все время о твоем дне рождении? — спросила она.

— Да, и очень много, — сказал я. Мы обе захихикали.

Бекки вручила мне длинную коробочку.

— Спасибо, — сказала я, открывая её. Там была черная футболка с надписью СКЛЕП, само название было написано из белых костей скелета.

— Это самый лучший подарок! Где достала ее?

— У меня есть связи, — сказала она, с гордостью.

Когда я открыла свой шкафчик, я ожидала, что оттуда выпрыгнет что-нибудь гнусное. Вместо этого, там лежала коробка конфет в форме летучей мыши.

— Ой! — сказала я. — Посмотри, что Александр еще подарил мне.

— Выглядит аппетитно, — сказала Бекки, глотая слюну. — Если тебе понадобится компания, чтобы съесть их, не забудь про свою подругу.

Я положила конфеты в сумку, желая, чтобы Александр был рядом со мной. У меня не было защиты от темноты. Солнце село, настало время белокурого монстра. Я не знала, что запланировал мой враг, поэтому я нервничала весь день.

К тому времени как я вернулась домой, я была усталой. Я плюхнулась на кровать и открыла свой рюкзак, чтобы съесть немного конфет, но нашла там что-то блестящее.

Это был маленький подарок в белой оберточной бумаге с серебристым бантом.

Я открыла карточку, посмотреть, что Александр подложил мне в сумку. На крошечной открытке было написано «С Днем Рождения, Девочка-Монстр».

Я отшвырнула ее в сторону. В ней не говорилось, что внутри. Я слонялась по комнате, набирая сообщения Бекки, проверяя сообщения, и убирая белье. Но эта блестящая коробочка не выходила у меня из головы. Наконец любопытство взяло надо мной верх.

Я медленно открыла коробочку. Я знала, что это будет нечто ужасное.

Это было хуже. Намного хуже, чем открыть коробку и увидеть, что она пуста. Но то, что я увидела дальше, было более низким и хитрым. На сей раз, Тревор действительно изумил меня.

Я нашла миниатюрный браслет, на котором было выгравировано РЭЙВЕН, с двумя черными ремешками, объединенными серебряным замочком. Это было прекрасно.

Тепло разлилось по моим венам, и мое сердце неохотно, стало биться сильнее. Я была тронута. И он знал, что так и будет. Тревор потратил время, чтобы купить что-то стоящее для меня. Вместо того, чтобы разыграть меня, он подарил мне подарок, который дарят лучшим друзьям или своей настоящей любви. И это заставило меня задуматься, было ли это знаком его чувств ко мне, особенно после того яркого сна. По некоторым причинам улыбка не сходила с моего лица.

Тревор Митчелл хотел надеть его на мое запястье.

Я положила браслет обратно в коробочку и стала закрывать ее, когда в последнюю секунду, открыла снова. Никто не видел. Я должна была увидеть, на что браслет похож. Я одела его на запястье и застегнула. Буквы сияли, и кожаные полоски были действительно клевыми. У Тревора хороший вкус. Я представила девушку, которая, в конечном счете, у него появится, его осыпающим ее драгоценностями и потом встречающимся с кем-то еще.

Тревор знал я не смогу вернуть его. Прежде всего, это было бы грубо, даже для меня. Кто мог еще носить этот подарок с моим редким именем на нем? Он не смог бы получить обратно деньги за свой индивидуальный заказ.

А если я одену его в школу, Тревор будет знать, что он мне понравился, и с его лица никогда не сойдет злорадная улыбка.

А еще хуже, если я покажу Александру, то мой парень действительно рассвирепеет. В конечном счете, Тревор выиграл.

Никто не узнает, надевала ли я его некоторое время. Я представила, как он потратил время, чтобы заказать, купить, упаковать, думая обо мне. По меньшей мере, это выглядело странным. А еще более странно, что я все еще не хотела снимать его.

Но потом я получила сообщение от Александра. Должно быть, он проснулся рано, перед закатом, и беспокоился. И затем вспомнила, как настоящие парни ведут себя. Не целуют одну, а подарки дарят другой. Я быстро расстегнула браслет и спрятала его, наряду с приятными мыслями о Треворе в комод с одеждой.

Александр красивый в стильном пальто и черных джинсах, пришел к нам с букетом цветов.

— Но ты уже дарил мне цветы утром, — сказала я.

— Но меня не было рядом, чтобы увидеть выражение твоего лица, — сказал он, вручая мне цветы. — Сейчас могу.

Я крепко его поцеловала, и мы зашли внутрь.

— Они прекрасны, — сказала моя мама, спускаясь вниз, на ходу надевая сережку. — Я принесу вазу.

— Я хотела бы взять один на ужин, — сказала я.

— Ты можешь приколоть их к волосам, — сказала моя мама, как бывшая хиппи.

Последний раз, когда я хотела чтобы цветы были приколоты на мне, так это когда Александр подарил мне букетик для Снежного Бала. Я уколола палец, и у него появилось странное выражение лица, которое как я поняла, с тех пор было выражением вампира жаждущего свежей крови. Я постаралась не искушать моего парня перед моими родителями.

Вместо того чтобы использовать булавки и иголки, Александр был достаточно любезен, чтобы прикрепить цветок к моей заколке.

Когда мы добрались до ресторана, было трудно не думать о Склепе, в то время как суета продолжалась. Я так стремилась попасть в клуб. Даже если мы немедленно сядем, мы будем заказывать закуски, главное блюдо и десерт. Пройдет вечность, пока мы встретимся с компанией в танцевальном клубе.

Александр, должно быть, ощутил мою тревожность. Он положил свою руку на мою дергающуюся ногу.

Меня внезапно охватило спокойствие. Я расслабилась и осмотрела сидящих за столом. У меня были великолепные родители, и хотя они меня никогда не понимали, они все еще были здесь со мной. Мой братишка Билли, который был самым большим вредителем в мире, писал сообщения Генри, как будто никто не видел, и изредка отвечал на вопросы, даже не поднимая головы. Но все еще сидел, празднуя мой день рождения. Моя лучшая подруга и ее парень, смеялись, и сплетничала с того момента, как мы встретились. И конечно, любовь всей моей жизни, мой задушевный друг вампир, который принял мою кровь, как свою собственную. Я осознала, что была с самым прекрасным парнем, держала его за руку, носила один из подаренных его цветков в своих волосах. Я не хотела быть где-то еще.

И когда тот ужасный момент наступил, когда персонал принес торт с зажженными свечами, моя семья и несколько клиентов пропели «С Днем Рождения», и я покраснела как свекла, мне отчасти это понравилось.

Я оглядела комнату, пока единственная свеча горела в мороженом с фруктами. У меня есть лучшая подруга, семья и моя настоящая любовь.

Что мне еще надо?

У меня действительно было все, кроме одного, того, о чем я мечтала с детского сада, я хотела стать вампиром. Я закрыла глаза, загадала желание и задула свечу под восклицания и аплодисменты.

Я задалась вопросом, сколько еще лет я буду загадывать это желание.

Когда мы вышли из Мерседеса и направились через глухой переулок к Склепу, Александр потянул меня в сторону.

— Это мой настоящий подарок. Я не хотел шокировать твоих родителей.

— Тогда чем были цветы?

— Просто прелюдией к подарку.

— Что это? — спросила я застенчиво.

— Ты увидишь.

Он передал мне футляр. Я надеялась, что это не будет браслет с надписью Рэйвен. Тогда я не знаю, что буду делать.

Я открыла футляр. Там не было браслета. Это было тонкое серебряное кольцо с маленькими черными брильянтами. В центре алмаз в форме большого сердца.

По спине пробежал озноб. Я чуть не упала в обморок прямо на аллее Склепа.

— Александр, я не знаю, что сказать. Оно прекрасно!

— Теперь ты всегда будешь знать, что если я тебя не превратил, это не означает, что мы не сможем быть вместе всегда.

— Как ты мог себе это позволить? — спросила я.

— Как я не мог себе позволить?

— У меня никогда не было ничего стоящего, кроме жемчужного ожерелья, которое подарили мне родители на день рожденья в прошлом году

— Просто надень его.

Слезы навернулись на глаза. Ничто, что у меня было, никогда не мерцало так, как это кольцо, которое я сейчас держала. Я одела его на безымянный палец правой руки.

— Оно подходит? — спросил он

— Как будто звезды на моем пальце, — сказала я подпрыгивая.

Я потянулась к нему и подарила самый страстный поцелуй, который когда-либо был.

— Идите в комнату, чуваки. Или, по крайней мере, в машину, — сказал Себастьян, похлопав Александра по спине.

Я показала Себастьяну кольцо.

— Ты выходишь замуж? — спросил он. — Чувак…

— Это не обручальное кольцо, — сказала я. — Это кольцо вечности.

Луна заметила блестящее кольцо и показала свои клыки. Выражение ее лица говорило красноречивее слов.

— Время идти в клуб. Мы вечность ждали его открытия, — сказал Александр.

Глава 16

Склеп

Когда я повернула вниз по аллее к заводу, передо мной предстала картина, которую даже я никогда не могла представить в Занудвилле. Длинная цепочка людей тянулась из-за угла завода до самого склепа. Казалось, собрались все школьники Занудвилля, они стояли, писали сообщения, сплетничали, ожидая возможности, как и я, потанцевать в клубе. Мне повезло, что я была вместе с Себастьяном и Луной, и мы могли пройти мимо моря потенциальных посетителей и пробиться к входу.

Кроваво-красная надпись над входом гласила: СДАЙТЕ ВСЕ СОТОВЫЕ ТЕЛЕФОНЫ, КАМЕРЫ И MP3 ПЛЕЕРЫ. ФОТОГРАФИИ ЗАПРЕЩЕНЫ. Вышибала проверял все электронные устройства.

Когда мы вошли, Себастьян и Луна исчезли внутри Склепа, в то время как я стояла завороженная. Александр стоял за мной, его руки лежали у меня на плечах. Многое изменилось на заводе, с тех пор как я была здесь последний раз. Сцена была действительно волшебной.

В Занудвилле наконец-то появилось место, кроме Особняка, к которому я действительно принадлежала.

Серые арочные колонны заставили некогда ровный потолок казаться изогнутым. Вспышки огней отсвечивались от окон, гремела музыка, так словно на улице была гроза. Главная сцена была великолепна.

Она была в форме большого гроба. У дверей из надгробного камня были ручки, напоминающие кости скелетов. Свечи и светодиодные факелы висели на стенах как в ужасной гробнице. Бар тоже был похож на гигантский гроб. Бутылки, стоящие на деревянных полках, были в искусственной паутине. Танцплощадка была освещена канделябрами с мерцающими светодиодными лампами. Две металлических клетки с витым кованым железом были размещены в углах специально для танцующих. Неоновые вывески висели над всеми дверьми выхода. Открытый гроб стоял рядом с вертикально стоящим гробом с вывеской предлагающей клиентам ступить внутрь. За маленькую цену, фотограф одетый как смотритель делал фотографии.

Консервативные студенты сходили с ума от нового клуба. Любая клубная вечеринка с громкой музыкой была шансом выпустить пар и побыть вдали от ворчащих родителей.

— Вау! — воскликнула я. — Я всегда об этом мечтала.

Скарлет и Оникс я нашла танцующими.

Пока Александр и Себастьян пытались найти Джаггера, я выскочила на танцплощадку и начала танцевать с друзьями-вампирами.

В углу я заметила Луну, ожидавшую возвращения Себастьяна. Она была нонконформисткой, даже в клубе ее брата. Равнодушная она сидела в стороне, и наблюдала за происходящим вокруг нее. Скарлет и я прыгали вокруг нее и тянули ее на танцпол. Было ясно, что она расслабилась, наконец-то приобретя друзей, с которыми она могла тусоваться. Это было незадолго до того, как она стала трясти своими розовыми волосами, когда мы все танцевали в такт музыки.

Обессиленная, я сделала перерыв. Потом я заметила любопытную дверь — только сегодня вечером она была в виде надгробной мемориальной доски и ручкой из кости скелета.

— Ты знаешь, где Джаггер? — спросила я Скарлет, когда мы направлялись к бару. — Я хочу попытаться выяснить это, но боюсь, что он меня увидит.

— Что? — спросила она, пытаясь перекричать музыку.

— Та дверь надгробной плиты. Мы до сих пор не знаем, куда она ведет. Это все может быть уловкой для какого-то гнусного мероприятия.

— Ты можешь выяснить это, — незаинтересованно сказала она. — Я хочу танцевать. Мне кажется, я видела Тревора.

Она проскользнула через толпу, в то время как Луна и Оникс продолжали танцевать.

Я продвигалась сквозь стену танцующих, пока не достигла двери в виде надгробной мемориальной доски. Здесь столько всего происходило, я была уверена, что никто не заметит, как я пытаюсь проникнуть внутрь.

Я вставила ключ и повернула замок, когда кто-то схватил меня за руку.

— Время танцевать, — сказал Тревор.

Прежде чем я успела освободиться, я уже оказалась на танцплощадке, уставившись на Тревора Митчелла.

Где Александр, Себастьян и Джаггер, которые вызывались защитить меня?

Я неподвижно стояла со сложенными руками.

— Ты можешь танцевать лучше, — сказал Тревор.

Он положил руки мне на талию и потряс моими бедрами взад и вперед.

— Отойди! — сказала я.

— Этот танец не начнется, пока ты не сделаешь как надо! — сказал он.

Затем я подумала, какая разница? Я была близка к Тревору как к любому другому на танцплощадке.

Я позволила музыке вести меня и танцевала от души. Внезапно я потеряла голову, танцуя с Тревором. Его зеленые глаза прожигали меня насквозь, как будто кроме нас двоих на танцплощадке больше никого не существовало. Он обвил меня за талию и прижал к себе, так близко, что наши тела стали соприкасаться. Я чувствовала его твердый живот своим. Он пристально на меня смотрел, и на его лице появилась заметная улыбка. Я была зажата в тисках. Я знала, что Тревор собирается меня поцеловать.

Внезапно Александр появился рядом с Тревором. Без сомнения Александр был готов выбросить его с танцплощадки.

— Все в порядке, — сказала я. Я притянула Александра ближе. — Это танец уже закончился. Остальные я сохранила для тебя.

Тревор смотрел, как я обнимаюсь с Александром. Я обернулась и увидела, что Тревор уже танцевал с группой девушек, как будто меня больше не существовало.

На следующее утро я спустилась на кухню, чтобы взять кофе.

Моя мама заметила мое кольцо.

— Это великолепно.

Где ты это взяла?

— Александр подарил мне это.

— Возлюбленный… это так мило.

— Я знаю. Ты можешь поверить в это? Я не заслуживаю такого красивого.

— Возможно, ты слишком молода, чтобы принимать такие подарки, — сказала она, морща лоб.

— Мне только исполнилось семнадцать! А Александру восемнадцать. Слишком молоды?

— Я не это имела в виду.

— Прости, я поспешила.

— Просил ли он тебя о чем-нибудь, когда дарил его?

— Вставал ли он на одно колено? — спросила я слегка в ужасе от ее реакции на мои хорошие новости. — Нет. Почему все воспринимают это серьезней, чем есть на самом деле?

Если она так всполошилась из-за кольца, то я не представляю, что она скажет, если я расскажу ей, что хочу превратиться в вампира взаправду.

— Возможно, мы должны поговорить об этом, — сказала моя мама.

— О птицах и пчелах? Я думала, что мы уже решили по этому поводу.

— Нет, о твоем будущем. О колледже. О выезде из города. Об Александре.

— Что, теперь тебе он не нравится?

— Конечно же, нет. Я думаю, он очень подходит тебе. Я только надеюсь, что ты поступишь в колледж.

— В колледже ты встретила моего отца. Это не моя ошибка, что я встретила свою настоящую любовь в средней школе. Кроме того, неужели я не могу просто наслаждаться подарком?

— Я только хочу убедиться, что ты также сильно сосредоточена на учебе, как и на ваших отношениях.

— Ну, ты знаешь, я никогда не была сосредоточена на школе.

Мы обе захихикали.

— Если Александр решит учиться в Румынии, я тоже буду, — заверила ее я.

— Это не должно быть только потому, что Александр хочет этого. Это то, о чем я пытаюсь поговорить с тобой.

— Я когда-либо делала что-нибудь, чего бы не хотела? — спросила я искренне.

— Ммм… нет. Но я хотела бы, это сделало бы мою жизнь легче.

— Уступала ли я когда-либо? — спросила я.

— Нет. Ты полная противоположность.

— Тогда почему ты не доверяешь мне?

— Потому что я знаю, что делает любовь с людьми. Она заставляет думать, что мир намного романтичнее, чем он есть на самом деле.

— Это так плохо? У тебя есть папа, этот дом, Билли и я.

— Ты права, но…

— Я большую часть своей жизни была несчастна. Теперь почти в течение года, я действительно наслаждаюсь жизнью в этом городе. У меня есть отличный парень, и я встретила множество людей, с которыми общаюсь. Я не попала в беду и мои оценки достаточно высоки.

— Я всегда надеялась, что ты закончишь колледж и найдешь другое увлечение кроме…

— Вампиров?

— Да.

— Я пойду в колледж, мам. Я хочу быть редактором модного журнала. Ты думаешь, Александр встречался бы со мной, если бы я была лентяйкой? У него тоже есть свои стандарты.

— Я знаю. Александр изумительный мальчик.

— Я хочу кое-что тебе показать, — сказала я.

Она следовала за мной в мою спальню, я вынула браслет Тревора, спрятанный в шкафу.

— Это может быть моим будущим, — сказала я.

— Откуда у тебя это?

— Тревор Митчелл.

— Тревор? Это неожиданно.

— Я знаю… и когда вы волнуетесь о моем будущем, подумайте и об этом тоже, — сказала я. — У нас был бы такой же разговор о другом человеке. И ты знаешь, каково это было бы? Будущее с великолепным парнем, который думает о себе больше, чем о ком-либо другом. И знаешь что? В то время как я буду наблюдать за тем, как он добивается успехов в футболе, он будет увиливать за длинноногой блондинкой из команды поддержки.

Моя мама села на кровать, рассматривая браслет. — Когда я встретила твоего папу, я знала что он тот единственный, которого ждала. Моя мама хотела, чтобы я не торопилась, чтобы встречалась с другими парнями из колледжа. И если бы я послушалась, то сейчас я не была бы счастлива. Я не любила бы. И у меня не было бы вас.

Я услышала шаги отца поднимающегося по лестнице.

— Пол, — она позвала его. — Посмотри, что Александр подарил Рэйвен.

Моя мама медленно протянула ему мою руку.

— Не быстро ли? — спросил он. — Разве Александр не должен был поговорить со мной сначала или мне следует поговорить с ним?

— Нет нужды с кем-либо говорить, — сказала она, смягчая удар.

— Это был специальный подарок, который Александр подарил Рэйвен. И я думаю, что мы должны быть счастливы за нее и оставить все как есть.

Мой отец разглядывал кольцо.

— Ничего себе, оно настоящее?

Я кивнула.

— У мальчика хороший вкус. Хотя я уже это знал, — сказал он подмигнув.

Тем вечером я встретила Александра сразу после заката в Особняке. Спустя день после нашей объединенной вечеринки, я не хотела, чтобы что-то помешало, включая нежелательных вампиров. Я была одета для клуба и готова идти, но когда я увидела Александра в его комнате, он не был готов. Он что-то искал в шкафу.

У Александра были другие планы.

— Феникс должен придти сегодня вечером в Склеп, — сказал он. — Джеймсон отвезет тебя в клуб.

— Сегодня вечером? — спросила я, спина покрылась гусиной кожей. Мысль о встречи с Фениксом, тем более после того, как я узнала, что в действительности это Александр, взволновала меня. И то, что он выполнял секретную миссию, делало его еще сексуальнее.

— Ничего значительного вчера ночью не произошло, неизвестные вампиры не появились, по крайней мере, мы не видели их, — сказал он. — Максвеллы не сдаются так легко. Дверь в нижнюю часть клуба все еще остается закрытой, значит, Джаггер планирует использовать ее для чего-то. Больше мы не можем ждать.

— Я согласна, — ответила я.

Чем больше я влюблялась в Склеп, тем тяжелее было бы потерять его, если неизвестные вампиры начнут появляться.

— У нас должны быть доказательства, что вампиры не приглашаются, — сказала я, — и у Феникса есть власть, чтобы узнать это.

Я смотрела, как Александр продолжал рыться в шкафу.

— Феникс может спасти этот клуб, — сказала я. — Если бы он не захватил власть над Гроб клубом, и в последний момент, не передал правление клубом частым посетителям, то у Джаггера даже не было бы того клуба. Он почти как супер герой.

— Хорошо, — сказал Александр, вытащив пару черных кожаных штанов и мотоциклетный жакет, он бросил их на кровать. — Тебе пора идти. Я увижу тебя в клубе.

Смотря на его сексуальную экипировку, лежащую на гробу, я почти передумала. — Ты знаешь, это не легко. Я бы лучше была с тобой, как с Александром, Фениксом или кто бы то ни был другой, чем одна в этом ночном клубе.

— Уходи отсюда, — сказал он шутливо, надевая обтягивающую белую футболку.

Я приложила все усилия, чтобы оторваться от моего красивого парня.

— Не забудь про тот британский акцент, — напомнила я ему, уходя из его комнаты. — Он исходит из моего сердца!

Глава 17

Знакомый посетитель

Джеймсон любезно довез меня до завода Синклера, ныне превращенный в сказочно-жуткий танцевальный клуб. Он, казалось, вечность ехал со скоростью зомби. После того, как я наконец-то добралась, мы со Скарлет тусили снаружи Склепа, затем я услышала звуки остановившегося мотоцикла возле завода.

— Может это полиция, — услышала я, как сказал один из танцующих.

Байкер с фиолетовыми волосами промчался по аллее и припарковал свой Харлей.

— Мне кажется это Феникс! — воскликнула Скарлет. — Что он здесь делает?

— Я не знаю, — ответила я.

— Предполагалось, что этот клуб будет не для вампиров из других городов, — сказала она, словно он покушался на ее специальный статус ОВВ (Очень Важный Вампир). Она помчалась вслед за ним, и я следовала позади нее, но к тому времени, когда мы достигли входа, он уже зашел внутрь.

— Линия обрезана! — я услышала, как крикнули несколько посетителей.

— Мой лучший друг датируется во владельцы! — крикнула Скарлет, заступившись.

Скарлет схватила мою руку и мы быстро нырнули внутрь, чтобы не приобрести больше врагов, чем обычно я имела.

Я заметила симпатичного парня с фиолетовыми волосами, разговаривающим с Джаггером, за клетками с танцующими.

Мы протолкнулись сквозь толпу танцующих и подкрались к ним сзади, чтобы подслушать их разговор.

— Я видел круг на поле, — сказал Феникс. — Поэтому я приехал сюда проверить.

— Ммм… мы избавились от него. Планы относительно клуба изменились, — сказал Джаггер.

— Это место выглядит клево, — продолжил Феникс. — Ты все это сделал?

— Мне действительно нужно сказать тебе…

— Возможно, этот клуб будет лучше Гроб Клуба, — сказал Феникс, хлопнув Джаггера по спине.

— Ты думаешь?

Джаггер был поглощен вниманием. Он засиял как звезда.

— Ромео, налей этому парню Смертельную Инъекцию. Это специальный зал, — объяснил он. — Итак, как ты услышал о нас?

— Как и сказал прежде, увидел круг на поле. Я полагал вы открыли новый клуб для вампиров. Но этот город не славится вампирами. Таким образом, я решил приехать и проверить.

— Ну, среди нас есть несколько. И это то, о чем мы должны поговорить. Я заключил сделку со своими приятелями, — сказал Джаггер. — Этот клуб будет немного отличаться от Гроб клуба.

— Что ты подразумеваешь, говоря "отличаться"?

Выглядело так, будто Джаггер боялся признать, что клуб будет только для смертных.

— Ты думаешь, он должен быть как Гроб клуб, тоже с подземельем? Мои друзья отговорили меня. Я был глупцом, и никого не слушал. Ты должен посмотреть, что здесь есть. Позволь мне показать тебе.

Я следовала позади так, чтобы не быть замеченной. Когда они проходили в дверь, которая ведет в подземный клуб, Феникс остановился.

— Что здесь? — спросил Феникс. — Другой клуб?

— Это не просто другой клуб — это клуб. Это нижний этаж клуба, — гордо сказал он. — Более приватный, чем Склеп.

Глаза Феникса засветились огнем. — То есть, место, где вампиры отдыхают?

— Да. Они будут здесь.

— Итак, ты планируешь другой клуб для вампиров? Такой, который не можешь разделить со своими «приятелями», но можешь со мной, своим старым другом?

— Он только для особых членов.

— Вампиров? Кто-нибудь еще знает? — настаивал он.

— Нет, это секрет. Никто не знает. Я жду подходящего времени, чтобы рассказать.

— Ах… это часть сюрприза, — ответил Феникс.

— Конечно, — сказал Джаггер.

Феникс осмотрел толпу танцующих смертных и положил свою руку на плечо Джаггера.

— Некоторые сюрпризы лучше не делать.

— Я не очень понимаю, что ты имеешь в виду, — ответил Джаггер, смущаясь.

— Посмотри вокруг, Джаггер, — сказал Феникс. — Этот город, этот клуб. Здесь очень много смертных. И никто из вампиров не живет здесь. Ты подвергаешь нас опасности, приглашая сюда несдержанных вампиров, — порицал он его.

— Ну, несколько вампиров и их друзья действительно живут здесь.

— Для тебя не безопасно содержать клуб для вампиров в таком маленьком городке.

— А для тебя не безопасно придти в мой клуб и рассказывать мне, как управлять им.

— Ты знаешь, что случилось между нами в Гроб Клубе. Это может также случиться и здесь, — давил Феникс.

Джаггер действительно разгневанным. Его лицо стало красным как огненно-окрашенные кончики его белых волос.

— Ты не знаешь всей правды. Клуб не предназначен для тебя. Может в начале, я думал, что будет круто иметь второй Гроб Клуб. Но ты знаешь, что этот клуб будет уникальным тоже. Он предназначен для моих друзей, чтобы праздновать их дни рождения. Сюрприз. Который они ни когда не забудут. Но ты проделал такой путь, поэтому я посвятил тебя в свои планы. Но этот клуб и клуб ниже только для смертных, — сказал Джаггер, — если только ты не мой самый близкий друг-вампир, но, к сожалению, таковым ты не являешься.

Джаггер ждал, готовый к драке. Но когда Феникс улыбнулся, Джаггер расслабился.

Я не могла поверить в это. Я потратила так много времени, чтобы разузнать все, а Фениксу понадобилось пару секунд, чтобы узнать ответы, которых я не могла добиться месяц.

— Тогда полагаю, моя работа здесь выполнена, — сказал Феникс, выглядя при этом, как ковбой из Вестерна.

Джаггер стал успокаиваться. Это было не в его стиле отправлять кого-либо из клуба без выпивки.

— Вторая порция за счет клуба, — сказал Джаггер. — Это было мило с твоей стороны приехать издалека, чтобы проверить нас. Расскажи это своим смертным друзьям. И если, я когда-либо открою это вампирам, ты будешь первым, кто узнает.

Феникс вернулся обратно к бару, потягивая свою Смертельную Инъекцию.

Я хотела пойти и потусить со вторым «я» Александра, но знала, что со стороны это будет выглядеть так, словно я флиртую с кем-то, кроме Александра. Несколько девушек незаметно подошли к нему и, хлопая своими ресницами, пытались произвести впечатление роковых женщин. Потребовалась вся моя воля, чтобы не влепить им. Я не могла рассказать, кем он на самом деле был, вместо этого мы сидели за барной стойкой, потягивая содовые и обсуждая столкновение Феникса и Джаггера.

— Как ты думаешь, какой сюрприз подготовил Джаггер в подземной части клуба?

— Может, большой праздничный торт.

— Я люблю торты, — сказала Скарлет. — Или он обратит тебя в вампира.

— Я думаю, это работа Александра.

Именно в этот момент Феникс обернулся. Услышать имя Александр было естественно для него.

Я подмигнула ему, но внезапно Луна подошла к нему.

— Мой брат рассказал мне о тебе, — ответила она. — Хочешь что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо, — ответил Феникс, с британским акцентом. — Этого достаточно.

— Как насчет того, чтобы разделить один?

Луна пыталась соблазнить его.

Я подошла ближе к Луне, которая уже соединила свою руку с рукой моего парня.

— Где Себастьян? — громко спросила я. — Я думала, вы двое не разделимы. Я помню, ты говорила мне о вашей свадьбе. Когда это будет?

Она покачала головой.

— Никакой свадьбы нет, — возразила она. — Я имею ввиду, не сейчас.

— Отлично. Я должен вас покинуть, — сказал Феникс.

— Так рано? — спросила Луна.

— Я должен встретиться с некоторыми из своих друзей в Гроб Клубе, — сказал он.

— Ты вернешься? — спросила Луна, сверкая своими розовыми ресницами.

— Возможно. От такой симпатичной девушки, — сказал он, беря меня за подбородок, — будет очень тяжело держаться в стороне.

Луна посмотрела на меня смертельным взглядом.

Феникс поставил свой напиток на бар и покинул клуб через толпу таращившихся девчонок. У него могла быть любая девчонка из клуба; Он был притягательным. И я была одна из загипнотизированных девчонок. Я не была уверена, что еще раз увижу Феникса. В последний момент я последовала за ним. Я знала, что в ближайшее время он не вернется.

Мое сердце колотилось так же быстро, как бежали мои ноги. Он садился на мотоцикл, когда я догнала его.

— Забавно, — сказала я. — Сейчас, я знаю, кто ты на самом деле, и ты мне нравишься еще больше.

— Я или Феникс? — спросил он.

— Оба.

— Может теперь, я поцелую тебя, что не делал в последнее время? — спросил он с сексуальным британским акцентом.

Феникс подошел ко мне. Его фиолетовая челка покрывала его лоб и слегка прикрывала глаза.

— Все хорошо. Никто не увидит, — заверил он меня. Феникс притянул меня к себе. — И не волнуйся, я не скажу.

Я почувствовала, как его ноги обтянутые в кожу соприкоснулись с моими голыми коленями.

Он наклонился и подарил мне долгий, глубокий поцелуй. Это было так волшебно, что я подумала, что потеряю свой разум. На секунду, я не была уверена кого целую, Феникса или Александра.

Когда мы оторвались друг от друга, в тени я увидела фигуру.

Потом я заметила светловолосые дреды.

— О, нет! — воскликнула я, прикрывая рот своей рукой.

— Я лучше пойду.

Феникс уже заводил мотоцикл, когда я вышла из Склепа.

Себастьян убийственно посмотрел на меня. Его плечи были напряжены, а лицо ожесточилось.

— Позволь мне объяснить, — начала я.

— Я не могу поверить… это после того, что Александр сделал для тебя? И ты сделала это?

— Это не…

— С парнем, с которым ты только что познакомилась?

— Я уже знала его. Это не то, что ты думаешь. Ты даже не знаешь, о чем сейчас говоришь.

— Так ты виделась с ним раньше? И это твое объяснение?

— Я не имела ввиду…

— Так объясни мне!

Себастьяну было очень больно. Мне отчаянно хотелось ему рассказать, кем являлся Феникс, но если я это сделаю, весь план пойдет насмарку.

— Это не то, о чем ты думаешь, — я умоляла его.

— О чем здесь думать? Ты целовалась с другим парнем, и ты же, как предполагалось, любишь моего лучшего друга!

— Пожалуйста, Себастьян. Ты все неправильно понял.

— Нет, я только понял кто ты самом деле.

Он прошел мимо меня и вошел в Склеп.

Я чувствовала себя ужасно, как будто обманула Александра. Может быть все было бы так же плохо, если бы никто не знал правды.

Я рассказала бы Себастьяну, но если он не удержит язык за зубами, вся правда о Фениксе выйдет наружу. Даже события в Гроб Клубе, в которых фактически участвовал Александр, настоявший на том, чтобы клуб вампиров стал гражданским, станут известными всем. И самое худшее, Джагер будет чувствовать себя преданным и обманутым, и перемирие будет разрушено.

Мы не могли этому позволить случиться.

Я вернулась обратно в Склеп. Я попыталась танцевать, забыв о своих чувствах. Но когда я увидела Александра за баром вместе с Себастьяном, я поспешила к нему.

Себастьян даже не повернулся ко мне. Я стремительно подбежала к Александру.

— Себастьян ненавидит меня, — прошептала я Александру. — Он потерял все уважение ко мне.

— Ну, да. Ты ведь целовала кого-то еще, — мягко сказал он.

— Пожалуйста, Александр. Это не смешно. Мы должны рассказать ему.

— Но вдруг он расскажет об этом Луне? Мы не можем рисковать.

— Так что теперь делать? — спросила я. — Он так и будет продолжать думать, что я обманываю тебя?

— Некоторое время.

— Я чувствую себя Тревором, — пробормотала я, — но с совестью.

— Так ты избегаешь меня? — спросил Александр, как можно громче, чтобы услышал Себастьян. — Чем ты занималась до того, как я приехал?

Наконец Себастьян повернулся ко мне. — Да, Рэйвен, что ты делала?

— Я терпеливо ждала, когда ты приедешь, — ответила я, сжимая руку Александра.

— Да, именно это она и делала, — съязвил Себастьян. — Ждала тебя. В полном одиночестве.

— Хорошо, а то я уже собирался попросить тебя проследить за ней, но в этом нет нужды, — поддразнивал он.

— Я думаю, ты должен не спускать с нее глаз, — предупредил Себастьян. — Она не такая терпеливая, как кажется.

Глава 18

Соглашение

На следующий день, когда мы с Бекки приехали в школу, перед нами предстало странное зрелище. Учащиеся гудели о Склепе, и я заметила нескольких девчонок, которые носили такие же футболки, как мне Бекки подарила на день рождение, черные с надписью СКЛЕП с буквами из белых костей.

— Этот клуб потрясный, — я услышала, как Прада Би говорит своей подруге. Ее рубашка Склепа была длиннее и застегивалась на кнопки. — Я не могу дождаться момента, когда пойду снова.

— Я хожу туда каждую ночь, — ответила ее подруга. Она носила такую же, но ее была под зеленым кашемировым кардиганом.

— Откуда у них такие футболки? — спросила я Бекки.

— Не знаю, — ответила она, смотря на все это в таком же изумлении, что и я.

У некоторых студентов, мимо которых мы проходили, направляясь к шкафчикам, были рубашки с надписью Склеп, но даже у тех, у кого не было их, разговоры были о том, как классно они провели время в новом клубе.

Я была так рада, хотя на меня все и смотрели, как на чудачку, тем не менее, у нас у всех был один интерес, это Склеп.

Теперь, когда Александр (в роли Феникса) стал связывающим звеном в политики клуба Джаггера — только для смертных, я вздохнула с облегчением, зная, что моим одноклассникам, моей семье, горожанам не грозит опасность от неизвестных вампиров. Возможно Скарлет, Оникс и Себастьян останутся в Занудвилле. Было бы здорово вечером проводить время с ними и Александром. Даже Джаггер и Луна, хотя я и не могу назвать их моими лучшими друзьями, могли бы стать хорошим дополнением к этому городу. Джаггер осуществил мою мечту, и я должна уважать его за это.

И по количеству студентов носящих футболки с надписью Склеп, Джаггер мог бы стать в одну линию с моим врагом по популярности, Тревором.

Я открыла свой шкафчик.

— Ты можешь поверить, что сегодня вечером, наконец, состоится ваша объединенная вечеринка? — спросила Бекки.

— Я так взволнована, не могу дождаться. Жаль, что мы не можем пропустить занятия в школе и направиться прямиком в клуб. Ты знаешь, я желаю этого каждый день.

Она рассмеялась.

— Но если серьезно, я даже не могу сконцентрироваться. У меня тест за третью четверть, а все о чем я могу думать это надгробные плиты.

— Что ты оденешь? — спросила Бекки.

— Я перемерила миллион вещей. Не могу выбрать, что одеть: мини платье или платье с корсетом.

— Не могу поверить, что из всех студентов, у нас приглашения на вечеринку. И ты почетный гость, — сентиментальничала Бекки.

Закрыв шкафчики, я гордо шла по коридору, зная, что нижняя часть клуба откроется только для нас.

Когда мы завернули за угол, я врезалась в Тревора, который был одет в черную футболку с надписью Склеп.

— Где ты ее взял? — спросила я.

— Я постарался. Жаль что она у меня одна, и только та, которая на мне одета. Хочешь поменяться? Мы можем сделать это здесь, — предложил он, подмигивая.

— Спасибо, но было бы лучше для всех нас, если бы ты держал ее при себе.

Правда заключалась в том, что у Тревора было лучшее телосложение в школе, и я не собиралась говорить ему об этом. Кроме того, он уже знал.

— Так ты собираешься носить мой браслет? — прошептал Тревор, пока Бекки пила воду из фонтанчика.

Я не ответила. Моя язвительность выглядела бы забавно, но не к месту. Тревор сделал мне подарок, при чем настоящий. И грубо ответить ему было бы по-свински с моей стороны.

— Спасибо, — сказала я. — Он прекрасен.

Он был удивлен моей искренностью.

Я испытала желание обнять его. Это было правильно. Я знаю, он предпочел бы поцелуй, но я не хотела, чтобы меня стошнило.

Тревор выглядел растерянным. Он был готов нагрубить мне в ответ, но так как я сказала что-то хорошее, он не знал, что ответить. Он только неловко усмехнулся и ушел.

— Эй, Тревор, — крикнула я.

— Да? — спросил он, останавливаясь. Он стоял, положив руки на бедра, вероятно уверенный, что в этот раз я скажу гадость. На его лице была ухмылка победителя.

Я стремглав подбежала к нему и прежде чем он смог пошевелиться, обняла его. Я так крепко обняла, что могла слышать, как быстро бьется его сердце. На мгновение я сомкнула мои руки за его спиной вместе, как один обнимает другого, о ком действительно заботится. Я застала Тревора врасплох.

Он не знал что делать. Мгновение он так и стоял, как статуя. Затем он смягчился, как будто он всю свою жизнь ждал этого проявления привязанности. И как только он обнял меня, я отстранилась.

Тревор сиял, такой улыбки я у него еще никогда не видела.

Это было самое наибольшее, что я могла сделать. Я была в прекрасном настроении от предстоящей вечеринки, что даже объятие с врагом, не могло испортить мне его.

— Теперь я должна сжечь эту одежду, — сказала я ему, когда Бекки догнала меня и я скользнула внутрь классного кабинета.

Бекки появилась у меня дома задолго до заката. Мы примеряли наши наряды и делали различные прически. Она выглядела как звезда, в черной майке с полу свитером и в фиолетовой шелковой юбке.

Дверной звонок зазвонил, когда я все еще пыталась втиснуться в свой наряд.

— Они здесь! — взволнованно закричала Бекки.

Выглядело это так, словно она никогда не видела Мэтта. Она видит его каждый день в школе и многими вечерами. Но каждый раз, когда он появляется, она взволнована как в первый раз. И я не могу ее винить. Мое сердце готово выпрыгнуть из груди, каждый раз как мне выпадает шанс увидеть Александра.

— Девочки, — мама позвала снизу. — Ваши ухажеры пришли!

Я зашнуровала свои мощные ботинки лавандового цвета, Бекки помогла мне застегнуть мое черное мини платье и закрепила мои волосы заколками. Ее помощь была как нельзя, кстати, так как я опаздывала.

Мы спускались по лестнице как дебютантки. Александр и Мэтт ждали нас, с широкими улыбками на лице и в красивых клубных нарядах.

— Можно вас сфотографировать? — спросила моя мама.

— Мама! — сказала я полностью смущенная. Моя мама, поднимающая шум, была более невыносима, чем-то, что мой парень был вампиром и даже не проявится на фотографии.

— Твой отец все еще на работе, — сказала мама. — Он не хотел бы пропустить этот момент.

— О да, пожалуйста, воспользуйтесь моим телефоном, — сказала Бекки. — Я вышлю тебе фотки.

Я даже не пыталась отказываться. Бекки и Мэтт прижались к Александру и мне. Мы улыбнулись, как будто, в конце концов, Александра будет видно.

— А теперь улыбнулись, — сказала мама.

Александр сощурился, когда сработала вспышка.

— Ты в порядке? — спросила моя мама.

— Что-то в глаз попало. Было приятно с вами пообщаться Миссис Мэдисон, — сказал Александр, вежливо целуя мою маму в щеку. — А теперь нам пора, нас ждет автомобиль.

Мы попрощались с мамой, вышли на дорогу, где нас ждал Джеймсон в лимузине.

— Ты меня разыгрываешь! — закричала я.

— Только лучшее для лучшей, — сказал Александр.

Бекки и я продолжали визжать и хихикать, когда мы сели в лимузин и направились в Склеп, как знаменитости на церемонию награждения.

Я приехала в Склеп с моим парнем и друзьями. Я была взволнована предстоящей вечеринкой, посвященной празднованию наших с Александром дней рождения, о которой Джаггер так много говорил. Я не знала, что он приготовил для нас, но была уверена, что это было нечто особенное. Клуб был открыт для всех посетителей, но наша вечеринка должна была состояться еще в одном клубе. Предполагалось, что я не знаю это место, но я узнала от Феникса, что после всего мы наконец-то увидим нижний этаж клуба.

Мы все слонялись на первом этаже, пока Джаггер не сказал, что пришло время вечеринки. Бекки приблизилась ко мне и выглядела она серьезно обеспокоенной.

— Что такое? — спросила я. — Время вечеринки.

— Ничего… просто это то, чем я озадачена уже некоторое время.

— Я что-то сделала не так?

— Нет, это не ты. Это…

— Расскажи мне.

— Я хочу показать тебе это, — сказала Бекки.

Она отвела меня в альков, подальше от танцующих. Она протянула свой телефон.

— Помнишь, я делала снимок Себастьяна на футбольном поле? Его нет ни на одной из фотографий. Он отсутствует там.

— Это все? — спросила я. — Да, это странно. Может что-то не так с твоим телефоном.

— Я тоже так думала. Возможно, слух был не беспочвенен.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я.

— Все знаки. До сегодняшнего момента. Не могу поверить, что из всех людей, ты не заметила.

— О чем ты говоришь? — спросила я мою лучшую подругу.

— Эти снимки рабочих, которые я сделала, прежде чем Джаггер запретил мне не снимать.

Она снова дала мне телефон. На снимке не было рабочих.

— Может быть, они не поместились в кадр, — сказала я.

— Все? Все фотографии, где я снимала тебя, прекрасны.

— Может, пришло время купить новый телефон. Я думаю нам пора вернуться…

— А потом вот это.

Она вынула свою камеру из сумки. — На сей раз, я пользовалась камерой. Я снимала их сегодня вечером, Джаггера, Луну и Себастьяна.

— Ты не должна была снимать.

Она протянула камеру, дрожащую в ее руке.

На снимке никого не было.

Я не знала что сказать.

— Может освещение? — я пыталась что-то придумать.

Бекки была непоколебима. — Дело не в телефоне. И не в камере. Дело в них.

— Бекки ты думаешь…

— Вот почему Себастьян укусил Луну на вечеринке у Александра. Вот почему я вижу их только по вечерам, и почему они не ходят в школу. Они не могут… Они…

— Я должна вернуться… — она снова потянулась к своей сумке.

— Тогда ничего страшного не случится, если я брошу на танцпол эти зубчики чеснока.

Я представила себе это. Задыхающихся от чесночного запаха Александра, Джаггера, Луну, Себастьяна, Оникс и Скарлет, одного за другим. И весь рабочий персонал, спешащий на свежий воздух. И, наконец, один за другим падающие на пол….

Я потянулась к ее сумочке. — Нет, ты не можешь! Ты должна выбросить это, но не здесь! Они не смогут дышать!

Бекки была ошеломлена моей реакцией. Ее лицо стало мертвенно белым.

Она протянула пустую руку и едва могла дышать. — Рэйвен, у меня нет чеснока…

Я в ужасе открыла рот.

— Значит, это правда, — сказала она тихо.

Моя лучшая подруга знала о Джаггере, Луне, Себастьяне, Оникс и Скарлет. И если я не смогу доказать ей ее не правоту или еще хуже солгу ей, тогда, останутся мгновения до того, как она узнает правду и об Александре тоже.

Мой мозг отчаянно пытался найти оправдания. Камера не работает, это освещение… но когда я открывала рот, слова не шли. Вместо этого я кивала, как будто ждала вечность, что она мне скажет эти слова. В действительности я должна была. Она была моей лучшей подругой, а я держала это в большом секрете от нее, то чего я никогда раньше не делала. А сейчас она узнала все сама, и я не могу больше скрывать от нее секрет.

Ее нижняя губа дрожала, и ее качало из стороны в сторону.

— Бекки? — я положила руку ей на плечо.

Она стала поддаваться своему головокружению. Ее колени подогнулись, и она начала падать.

Я быстро схватила ее обеими руками, пытаясь удержать ее.

— Что с ней? — спросил кто-то из танцующих.

— Она падает в обморок, — сказала я. — Ей нужен воздух.

Я поддержала ее и привела в бар, затем помогла ей присесть.

— Нам нужно немного воды, — ответила я.

Я обняла свою лучшую подругу. — Все хорошо, Бекки. С тобой все будет в порядке. С нами будет все в порядке.

Бармен поставил стакан воды на барную стойку.

— Я не хочу пить, — сказала она, отодвигая стакан.

— Выпей, — сказала я, вручая ей стакан.

Бекки выпила.

Мгновение мы сидели молча, обдумывая произошедшее. Только что Бекки узнала правду о моем парне и сейчас я должна убедить мою подругу держать это знание в секрете.

— Я напугана, Рэйвен. Я действительно боюсь.

Слезы потекли по ее лицу. Ее карточный домик развалился прямо передо мной. Я затаила дыхание.

— И на этой фотографии тоже, — сказала она. — Эту сделала твоя мама сегодня вечером со мной, тобой, Мэттом и Александром. Только Александра нет на этой фотографии.

Я не могла ни говорить, ни смотреть на фотографию, которую моя подруга показывала мне, дрожащими пальцами.

— Значит, Александр тоже?

Я не ответила.

— Это действительно забавно. Я никогда не видела его при дневном свете. Ни разу. И на тех снимках со Снежного Бала его не было, и сегодня вечером…

Я кивнула.

Я знала, что она боялась. За себя, за меня, за нас. За город. Даже за Александра.

— Однажды ты пыталась под лестницей в школе рассказать мне. Но я лишь посмеялась над тобой.

— Я бы тоже не поверила.

— Действительно ли возможно быть хорошим вампиром? — спросила Бекки.

— Я думаю Александр тому доказательство.

Примчался Мэтт. Он заметил бледность Бекки. — Что случилось?

— Бекки чувствует слабость, — сказала я. — Я думаю, тебе следует проводить ее домой.

— Но они собираются праздновать ваш праздник, — пробормотала она.

— С тебя на сегодня достаточно, — сказала я. — Мэтт, что ты думаешь? — спросила я. — Мне кажется, ей следует отдохнуть.

— Я не хочу уходить, — сказала она. — Я хочу остаться. И я хочу знать все прямо сейчас.

— Что ты хочешь знать? — сказал Мэтт. — О чем она говорит?

— Я хочу больше узнать о вампирах, — сказала Бекки. — И Рэйвен знает все, что нужно знать.

— Ты уверена, что ты в порядке? — спросил Мэтт.

Бекки посмотрела на меня с понимающей улыбкой. — Я больше не хочу оставаться в темноте.

Я настояла, чтобы Мэтт посидел с Бекки пока она пьет воду, а сама ушла искать Александра.

— Я должна тебе рассказать кое-что, — сказала я, когда, наконец, нашла его у входа.

— Это может подождать. Джаггер хочет, чтобы мы присоединились к нему для VIP вечеринки.

Джаггер открыл дверь нижнего клуба и помахал нам. Бекки и Мэтт тянулись позади.

Мы спускались вниз в темноте, по изогнутой деревянной лестнице. Когда мы спустились, мы смогли ясно разглядеть комнату, которую Джаггер прятал.

Мерцающие надгробные плиты покрывали стены, и играла тяжелая музыка.

— С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! — прокричали все.

Себастьян, Луна, Скарлет, Оникс, Джаггер, Тревор и некоторые другие, должно быть друзья Джаггера из Гроб Клуба, приветствовали нас.

— Посмотри на это. Алтарь соединения. Идеален для вечеринок, — сказал Джаггер.

Кованое железо, сделанное как паутина было прекрасно. Под ней лежал гроб с двумя старинными кубками, украшенными летучими мышами.

— Мы собираемся провести сегодня церемонию. Чисто ради забавы, — сказал Себастьян. — Ложная церемония, чтобы соединить нас с нашими девушками на вечность. Я буду первым, потом твоя очередь.

— Ты шутишь? — спросил Александр. — Это классно.

Мне отчасти понравилась идея. Ложное соединение. Мы с Александром могли бы посмотреть, на что будет похожа церемония, а я как быть ложно превращенной. Это как позировать для фотографии на фоне идиотского фасада в тематическом парке. Однако на фотографии я буду одна.

Луна была одета в пышную тафту, розовое платье и черные тяжелые ботинки. Ее ярко розовые волосы каскадом спадали на голые плечи.

— С Днем Рождения, Рэйвен, — сказала она.

— Спасибо, Луна.

— И с днем рождения, Александр.

Она встала на цыпочки и чмокнула его в щечку. — Ты скоро узнаешь, что потерял, — я услышала, как она сказала.

— Теперь я понимаю, почему ты чуть ли не умираешь, чтобы соединиться с Луной, — сказала я Себастьяну. — Она действительно похожа на ангела.

— Она прекрасна, — сказал он, мечтательно глядя на нее.

Бекки подошла ко мне и Александру. Она глядела на него так, как будто видела его впервые.

Она потянулась, чтобы дотронуться до его руки, как будто пытаясь удостовериться, настоящий ли он.

— Что случилось? — спросил Александр.

— С Днем Рождения! — сказала она шепотом. — Тебе действительно восемнадцать?

— Да, — ответил он смущенно.

— Тебе не сто восемнадцать?

— Нет, — настаивал он. — О чем ты говоришь?

Она отступила, и умчалась к Мэтту.

— Что с ней случилось? — спросил Александр.

— Это то, о чем я хотела поговорить с тобой. Бекки узнала…

В этот момент Джаггер пригласил нас жестом к столу, на котором стоял гигантский торт. — Время загадывать желания.

Торт был огромным, с черными цветами и крошечным надгробием на нем. Кроваво-красными буквами было написано «С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, АЛЕКСАНДР И РЭЙВЕН.»

Было очень мило со стороны Джаггера, что он нашел время чтобы украсить комнату, приобрести торт и собрать здесь всех.

Две свечи горели как маленькие факелы.

Александр и я посмотрели друг на друга. Мы оба загадали желания и задули свечи.

— Спасибо, Джаггер, — сказала я. Я крепко его обняла. Он был ошеломлен моей реакцией, но, казалось, благодарен за это.

Каждый из нас взял по кусочку торта, затем направились на маленькую танцплощадку.

— Так это только мы? — спросила Бекки. — Кто не…?

— Ты, я, Мэтт и Тревор. Но я до сих пор думаю, что в глубине души Тревор один из них, — подразнила я ее.

— Скарлет и Оникс?

— О, да, — сказала я, танцуя.

— Мы в опасности?

— Нет, с собой я ношу чеснок на всякий случай.

— А ты?

Я покачала головой. — Сегодня вечером ты в безопасности. Ничего не должно произойти.

Именно в этот момент Себастьян сделал глоток из бутылки. Его губы стали красными, и он вытер их тыльной стороной руки.

— Это вино? — спросила Бекки.

— Боюсь, что нет.

Мы продолжали танцевать, и моя подруга пыталась принять новую действительность и при этом не потерять сознание.

Потом она заметила на шее у Луны две отметины.

— Думаю, мне нужно в ванну, — сказала Бекки.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Да, — ответила она, направляясь к двери.

— Я пойду с тобой, — сказала я и последовала за ней наверх, в женскую уборную.

Она сполоснула свое лицо водой. — Когда ты узнала? — спросила она.

— После добрососедской вечеринки у Александра. Я пользовалась пудреницей Руби и не увидела его отражения в зеркале.

— Это было две месяца назад.

— Я знаю.

— И ты так долго хранила этот секрет в себе?

— Я должна была. Для пользы каждого.

— Кто знает еще?

— Никто. Очень важно, чтобы никто об этом не узнал.

— Я не собираюсь говорить кому-то. Кто поверит мне? Но я должна сказать об этом Мэтту.

— Он должен сохранить тайну.

— Он никому не расскажет, — уверила она меня.

Она вытерла свое лицо и шею бумажной салфеткой. — Я знаю, для тебя это как сбывшаяся мечта. Но для меня…

— Кошмар?

— Довольно большой. Твой парень и все эти люди, которых я знала, оказались вампирами.

— Ты можешь поверить в это?

— И они спят там?

— Да, разве это не круто? — спросила я с улыбкой.

— В гробах?

— Да, хочешь посмотреть?

— Ты шутишь.

— Нет, это не шутка.

Мы покинули уборную, и я стала проталкиваться через толпу танцующих, Бекки тащилась позади меня.

— Я не уверена, что готова к этому, — сказала она, когда мы достигли спиральной лестницы. — Однажды я почти упала в обморок. И эти ступеньки достаточно жуткие.

— Это здесь.

— Кроме того, тебе не хочется вернутся на вечеринку? Мэтт там один.

— Александр с ним.

Я не знал, как еще утешить Бекки. Я, слишком, хотела вернуться на вечеринку.

Я ждала праздника в течение нескольких дней, и к тому же, таким крутым вампирским способом. Но я также долгое время ждала с кем разделить этот секрет, с любым, особенно с моей лучшей подругой, так приятно было снять этот груз с плеч, который я несла одна.

— Все хорошо, — сказала я. — Я могу показать тебе позже.

Именно в этот момент перед нами появилась Скарлет. — Что вы делаете здесь, девочки?

— Ммм… Я должна была кое-что взять из офиса Джаггера, — сказала я.

Я больше не хотела врать, но так привыкла, что не знала что сказать. Кроме того, я не была уверена, что Скарлет нормально отреагирует на известие о том, что Бекки знает, что она вампир.

— Круто. Я иду в нашу комнату, поэтому мы можем пойти вместе.

Она обошла нас и мы последовали вслед за ней. — Мне нужно захватить там помаду. Тревор стер всю.

Бекки медлила, когда Скарлет открыла дверь и зашла внутрь.

— Вы не будете против, если я покину вас? — сказала Скарлет, когда возвратилась. — Я хочу вернуться на вечеринку. У Себастьяна и Луны будет ложная церемония. Не пропустите это.

— Мы пробудем там всего лишь секунду, — сказала я. — У тебя головокружение? — спросила я Бекки, как только Скарлет ушла.

— Отчасти.

— Тогда мы остановимся.

— Я думаю, что это может быть сном, — сказала она. — Надеюсь, что я проснусь с минуты на минуту.

— Хорошо, только не волнуйся, если это не произойдет.

Я открыла широкую дверь в комнату гробов так, чтобы она могла заглянуть туда. Они были там, пять гробов в ряд.

Бекки вскрикнула. К счастью, мы были далеко от Склепа, и никто нас не мог услышать.

— Они спят в них? — спросила она.

— Да.

— И Александр тоже?

— Его черный и находится в Особняке.

Бекки не уходила, стояла неподвижно в коридоре. Выглядело так, словно она ожидала, что один из гробов откроется и оттуда выпрыгнет мертвец.

— Сейчас никого в них нет, — уверила я ее. — Они все на вечеринке.

— Они, правда, спят здесь? Даже Себастьян? — удивилась она.

— Да, его тот, который обклеен этикетками из разных стран.

— Вампир ухаживал за мной?

Для нее было слишком много новостей за одну ночь.

— Да.

— У меня опять головокружение.

Она начала хватать ртом воздух, и я втащила ее в офис Джаггера.

— Тарантул? — нервно спросила она. — И надгробные гравюры на стенах?

— Возможно это не самое лучшее места для посиделок. Но ты должна восстановить свое дыхание.

Потом я увидела лежащие на столе проекты нижнего клуба. При более близком осмотре, я заметила кое-что, чего раньше не замечала. Эти проекты были потрепанными и старыми.

Это были первоначальные проекты завода. На полях, исписанных карандашом, оставалась нетронутая маленькая площадь.

Когда я взглянула поближе, я увидела надпись «могила». Сейчас, я была готова упасть в обморок. Это было местом захоронения солдат.

Часть завода была построена на священной земле, та часть, которую Джаггер назвал Соглашением.

И в любую минуту Себастьян и Луна совершат настоящую церемонию соглашения. Без ведома лучшего друга Александра, это уже не будет «ради забавы».

— О, нет! — воскликнула я.

— Что? — спросила Бекки.

— Мы должны подняться наверх!

— Я до сих пор чувствую слабость.

— Ты хочешь остаться здесь одна?

Бекки молниеносно успокоилась. Прежде чем я успела пошевелиться, она уже стояла возле двери.

Я схватила исходные проекты, и мы помчались по коридору и вверх по винтовой лестнице. Мы с трудом протиснулись сквозь толпу и помчались вниз по лестнице в нижний клуб.

Когда мы добрались, Себастьян и Луна уже стояли у гроба на месте соединения.

— Где вы пропадали? — спросил Александр. — Себастьян и Луна уже на церемонии. Мы следующие.

Тревор, Скарлет и Оникс были на своих местах.

— Я должно кое-что рассказать, — прошептала я.

— Тихо! — шикнул Джаггер.

Себастьян держал кубок и произнес какие-то слова, которые я не разобрала.

— Я должно срочно поговорить с тобой и это не может подождать!

— Это может подождать хотя бы до окончании церемонии, — сказал Александр.

Затем Луна повторила те же слова что и Себастьян, и сделала глоток из кубка.

— Мы сейчас на священной земле, — сказала я Александру.

— Что? — спросил он.

Себастьян немедленно повернулся к Луне. Он взял ее за руки и влюблено смотрел на нее. Затем он освободил одну руку и откинул ее волосы с шеи. Он улыбнулся и наклонился к ней.

Я протянула чертежи Александру и громко прокричала: МЫ НА СВЯЩЕННОЙ ЗЕМЛЕ!!!

Себастьян остановился и каждый в клубе повернулся в мою сторону.

Александр побледнел, а на лице Себастьяна застыл ужас. — Что?

Я помахала чертежами. — Мы находимся на реальной могиле. Вы выполняете реальную церемонию соединения!

— Я думал, что это была шутка. Просто игра, — сказал Себастьян, отступая назад. Он посмотрел на Луну, лицо которой омрачилось.

Себастьян спрыгнул со сцены и покачал головой. Чувствуя отвращение, он прошел мимо нас и направился вверх по лестнице.

Лицо Джаггера было красным от гнева.

Луна стояла одна на сцене. Уже во второй раз она пролетает с церемонией соединения. Сначала Александр, а сейчас Себастьян. Даже я не хотела такой участи для нее. Я могла видеть ужас и печаль, отразившиеся на ее лице. Одна крошечная розовая слезинка застыла на ее белой фарфоровой коже.

— Луна… — сказала я, поднимаясь на сцену, чтобы успокоить ее.

Она посмотрела на меня убийственным взглядом, от которого по моему телу пробежала дрожь. Затем она в бешенстве выбежала из клуба.

Александр ушел за Себастьяном. Джаггера нигде не было видно.

Мэтт взял Бекки за руки.

В то время как все находились в состоянии хаоса, на мгновение я застыла у алтаря. Я представила себя и Александра, стоящих у гроба. Он бы произнес иностранные слова, поднял кубок и выпил. Потом я сделала бы тоже самое. Мы стояли бы лицом друг к другу, смотрели бы друг другу в глаза, словно во сне.

Он бы взял меня за руки и подарил бы мне похотливый, страстный поцелуй, затем его клыки прижались бы к моей шее.

— Я ждал этого дня вечность, — сказал бы он.

И сделал бы решительный шаг.

Я вздохнула, воображая, какой счастливой бы была.

Я обернулась, и увидела, что никого больше нет в комнате кроме Тревора, который смотрел прямо на меня.

— Моя очередь? — сказал он, скромно улыбаясь. — Я также мог бы быть в причудливом иностранном костюме.

Я проворчала и стремительно понеслась со сцены и из клуба.

Глава 19

Назревает буря

— Ты думаешь, Тревор знает, что мы вампиры? — спросил Александр на следующий день, когда мы встретились с ним в Особняке.

— Нет, он подумал, что вы ребята делаете что-то странное. Но Бекки знает правду.

Александр казался взволнованным. — Ну, кто-то должен был узнать, я так полагаю. Это забавно. Я убежал сюда от Максвеллов, но вместо этого привел их в твой город.

— Ты не мог этого знать, — уверяла его я. — Так вражда вернулась?

— Это могло бы быть с Себастьяном. Но я думаю они это сделали, чтобы отомстить мне.

В этот момент мы услышали стук.

— Александр, к тебе гость, — позвал Джеймсон. Мы вышли с мансарды и встретили Себастьяна за пределами гостиной.

— Спасибо, Рэйвен. Я твой должник.

Он наклонился и обнял меня.

— Я знала, что ты любил ее, но… — я пыталась объяснить.

— Так, как твои дела? — спросил Александр.

— Довольно хорошо, — ответил он.

— Что теперь будет со Склепом? — спросила я.

— Он остается открытым, — сказал Себастьян, — но Джаггер теряет партнера.

— Ты уезжаешь из города? — спросила я, стараясь не выдать волнение в голосе.

— Пока нет места, куда бы я хотел отправиться, — сказал он.

— Хочешь переночевать здесь? — спросил Александр.

— Я не хочу мешать вам, — сказал он. — К тому же, мне нужно намного больше электроэнергии, чем Особняк может обеспечить. Я нашел классную квартиру в городе.

— Ты остаешься? — взволнованно спросила я.

— Да, на некоторое время.

Он посмотрел на свои туфли, словно пытался найти подходящие слова.

— Я всегда считал, что Оникс милая. И мне не нравится, как Джаггер ведет себя с ней. Она должна узнать, что такое настоящий друг.

— И этим другом будешь ты? — спросила я.

— Кто знает, может быть. В любом случае, я только хотел заглянуть к вам и сказать спасибо. Я создал новое место. Вы, ребята, можете придти сегодня ночью, если конечно захотите.

— Звучит классно. Я провожу тебя, — предложил Александр.

Пока его я ждала, телефон Александра подал звук. Он звонил. И звонил.

Если это звонила ни я, ни Себастьян, значит, это могли быть его родители.

Когда я увидела номер, мое сердце остановилось.

Сторми.

Кто такая Сторми?

После нескольких минут ступора, мое давление повысилось.

Что мне делать теперь?

Я не из тех девушек, которые рыскают в шкафах, читают электронные письма и сообщения. Или из тех?

Когда я увидела код номера, он был определенно не нашим. Не Занудвилля, и даже не Соединенных штатов.

Я просмотрела сообщение.

Когда ты вернешься?

Я ужасно по тебе соскучилась.

С любовью, Сторми.

Сторми! «С любовью»?

Мои мысли путались. У Александра есть другая девушка? Это была последняя вещь, которую я намеревалась узнать. Код был иностранным, это означало то, что эта девушка, очевидно, не жила в Занудвилле или даже в этой стране. Я не могла представить себе, что Александр мог быть связан с кем-то еще. Кто такая Сторми? Она красивая? Она вампир? Влюблен ли в нее Александр тоже?

Я расхаживала по комнате своего парня. Я пристально посмотрела в окно. И попыталась вести себя спокойно.

— Очень круто, что Себастьян остается в городе, — сказал Александр, входя в комнату.

— Угу, — уныло ответила я.

— Что такое? — спросил он. — Несколько минут назад ты выглядела счастливой.

— Все хорошо, — безразлично ответила я.

— Ты выглядишь странной. Отдаленной. Что случилось?

— Ммм… ничего.

Я представила Александра таким, каким он не может быть. Парня, который был искренним и правдивым, у которого не было множество девчонок в каждом городе. Он такой красивый и страстный, было бы глупо думать, что девушки не будут бросаться на него.

Я носила свое разбитое сердце на черном кружевном рукаве.

— Что-то случилось, — сказал Александр. — Я знаю это выражение лица.

— Я подумала, что мы только что увидели друг друга, — сказала я, мой голос был резким.

Он был озадачен. — Я, да. Разве ты нет? — спросил он изумленно.

— Я думала ты не такой как другие парни, как Тревор.

Мое сердце разрывалось от боли.

— О чем ты говоришь? — спросил Александр.

— Кто такая Сторми? — спросила я. Я передала ему телефон.

Александр сделал паузу. — Ты читала мои сообщения?

— Телефон постоянно пищал, и я подумала, что должно быть это что-то срочное. Что-то от твоей мамы.

— Рэйвен… — сказал он.

— Кто такая Сторми? — потребовала я ответа.

— Она моя сестра!

Я была загнана в тупик.

— Что? — спросила я. — У тебя есть сестра?

— Угу.

— У тебя есть сестра? — повторила я.

— Да. У меня есть младшая сестра. Это так ужасно?

— Нет! Просто, ты никогда не говорил о ней.

— Ты никогда не спрашивала, — ответил он, немного поддразнивая. — И она вряд ли сюда не приедет. Я оставил свою прежнюю жизнь, когда переехал в Особняк. Я не знал, насколько долго здесь пробуду. Я не планировал кого-то встречать здесь.

— Но я никогда не видела ее портрет. Или рисунка.

— А у тебя в комнате есть фотографии Билли?

— Ммм… Точно. Но ты никогда не говорил о ней.

— Я не думал, что останусь здесь, а потом я встретил тебя. И все изменилось. Действительно, когда мы вместе, я хочу говорить только о нас.

Если бы эти слова слетали не с его сказочных губ, я бы подумала что это сюжет из романтического фильма.

— Если честно, то разговор о моей семье навевает на меня грусть, заставляет скучать. Поэтому я не говорю о них.

Его голос был настолько искренним, что мне стало грустно. Я была окружена своей семьей, видела их каждый день, праздновала свой день рождения с ними. А Александр жил в этом большом старом Особняке один.

Я крепко его обняла.

Прежде всего, я была опечалена его положением, но я была также вне себя от радости, что у Александра не было тайной возлюбленной. Но у него была загадочная сестра. Это была одна из причин, по которой я так сильно любила его. Он был настолько загадочным, что даже спустя столько месяцев, я все еще узнаю о нем новые вещи.

— У тебя есть и еще собака, да? — спросила я.

Александр рассмеялся. — Несколько домашних летучих мышей.

— Сторми должно быть счастлива, — сказала я. — У нее самый классный старший брат во вселенной.

Александр засиял от комплимента.

— Я понимаю, почему она скучает по тебе. Мне бы не понравилось, если бы мой старший брат переехал в другую страну.

— У нее полное господство в доме. Она на седьмом небе от радости.

— Я не думаю так. Не с таким братом, как ты. Сторми Стерлинг, — сказала я. — Звучит удивительно.

— Ее настоящее имя Афина, но мы зовем ее Сторми.

— Ваши имена одинаковы, оба начинаются на «А».

Он кивнул.

— Держу пари она действительно клевая.

Затем меня осенило.

— Она хочет, чтобы ты вернулся домой, — сказала я.

— Да, — ответил он.

— Так ты поедешь? — спросила я, чувствую, что мое сердце разрывается. — Просто проведать? Или навсегда?

— Я хотел бы съездить на короткое время.

— Я не могу принять этого, — немного эгоистично сказала я. — Мы и так уже разделены солнцем. А теперь будем еще городами и неделями?

— Вот почему я уговариваю ее приехать сюда.

— Так ты не поедешь никуда?

— Нет, — сказал он, качая своей головой.

— Тогда ты будешь все еще здесь со мной, — сказала я, обнимая его изо всех сил. — И я смогу с ней встретиться тоже?

— Не волнуйся. Если ты пожелаешь, то я могу поехать домой в гости. Мы зовем ее Сторми не просто так, — сказал он.

И с этими словами, Александр выключил телефон.

Между тайнами и Склепом, врагами и лучшими друзьями, противным смертным семейством и визитом вампира к семье и родной сестре, мы были достаточно счастливы для того, чтобы провести любую ночь вместе. Александр воспользовался этой возможностью, чтобы наклониться и показать свои сексуальные клыки мне, затем привел меня в его тайную комнату, открыл его гроб и помог мне забраться внутрь.

Он опустил крышку гроба, закрыл дверь во все миры, смертные и бессмертные, откинул мои волосы назад и его тело расслабилось рядом с моим. Он притянул меня ближе и поцеловал со всем сердцем, и душой, роскошной, таинственной и очень романтичной душой вампира.