/ Language: Русский / Genre:sf,

Звездный Парус

Георгий Вачнадзе


Вчндзе Георгий

Звездный прус

Георгий ВАЧНАДЗЕ

ЗВЕЗДНЫЙ ПАРУС

Перед зходом солнц грниц свет и тьмы все время поднимется вверх, кк будто н дне моря рзбили гигнтскую склянку с чернилми. Он зыбк, эт грниц, но всякя морскя живность чувствует ее, следит з ней и тотчс устремляется вверх, словно пытясь удержть последние солнечные лучи. Вряд ли это зметно н глз, но трл, который мы иногд збрсывем, рсскзывет об этой бесчисленной рмии обиттелей глубин, всплывющих нвстречу лунному свету.

Это рыбы и креветки, медузы и мельчйшие рчки. И нш "Одиссей" оствляет им море, биолог Нин принимет последний улов, смый тяжелый, смый удчный, и уже до рннего утр мы не вмешивемся в морские дел. У меня, водителя глубоководного ппрт, совсем другие зботы, но кк интересно слушть рсскзы о жизни окен, где действуют своеобычные зконы, упрвляющие колыбелью жизни тысячелетиями! Ничто пок кк будто не изменилось тм, в километровых толщх.

И все же смо рзнообрзие морского нселения свидетельствует об обртном: ведь только смен поколений, многих поколений, порождет мутции, изменчивость видов. А н это уходят иногд миллионы лет. Впрочем, мне не следовло бы перескзывть то, что говорит Нин. При всем желнии я этого сделть не смогу: у нее определенно тлнт. Если вы когд-нибудь, читтель, побывете н "Одиссее", то убедитесь, что я не преувеличивю.

Нверное, еще целое лето мы будем рботть в Черном море, зходить в Бтуми, Сухуми и другие порты. У нс здесь очень вжное дело, "Одиссей" должен нйти... но что именно нйти - никто из нс толком не знет. В этом ничего стрнного нет: все пдющие звезды похожи друг н друг.

У метеоров очень большие скорости, и они испряются в воздухе, з ними тянется след - колонн ионизировнного гз. Он тоже светится, "ложится в дрейф" и рзрушется. Вот и все, что происходит. Попробуйте рспознть форму или хотя бы рзмер сгоревшей звезды!

И все же, говорят, в июне произошло все немного инче. Кк будто бы не было столб рскленных гзов, метеор летел медленно, опускясь в море. И что удивительно, рдиояркость его менялсь. Мерцния были случйными и к тому же невидимыми. Стояло ясное тихое утро, и увидеть его было просто невозможно. Дже фотопленк сохрнил лишь несколько слбых пятен: впрочем, снимки явно не удлись, ведь никто не уверен в появлении небесного гостя именно в то время, когд это случется, и в том учстке неб, куд нцелен оптик. Его "поймли" эродромные рдиолокторы. Электрические импульсы и помогли зрегистрировть прерывистый путь его в утренней лзури.

Вот это-то и кжется немного стрнным. Ионизировнного след не было, об этом тоже скзли рдиоприборы, но ккой же величины тогд должн быть поверхность, чтобы з сотни километров его мог обнружить локтор? Рсчетм, конечно, верить трудно: многое звисит от свойств отржющей поверхности. Но днные нсторживли. А глвное состоит вот в чем: если рскленного хвост не было, знчит, он не сгорел, остлся цел. Тк и кнул в воду.

Я верю, что мы нйдем его рно или поздно. Нверное, я немного мечттель (и Нин тоже тк считет).

Во время многочисленных погружений я привык к зеленовтому миру, к колеблющемуся светлому покрывлу с пятном солнечного диск и пляшущими серебристыми бликми - тк выглядит поверхность моря снизу. Крупные волны удряют сверху по этому покрывлу, згоняют в воду пузыри воздух - и те рссыпются мелкими грдинми, которые, вместо того чтобы пдть вниз, устремляются вверх (прв Архимед!). Скопления медуз в Черном море нпоминют порой тучи или облк - тоже нечеткие, с рзмытыми контурми, кк бы рстворенными в безбрежном прострнстве вод. В спокойной воде медузы плвют уверенно и довольно быстро. Их зонтики сжимются, выбрсывя воду, уже профильтровнную, очищенную от мути и плнктон.

Н глубине 170 метров всякя живность исчезет: нчинется мертвя зон. Ни одн рыб не решится зглянуть сюд, в отрвленное сероводородом вместилище многих миллионов кубометров бесплодной, хотя и чистой воды. Повсюду плвют тонкие нитевидные хлопья "морского снег" - я уже зню, что это осттки плнктон. По словм Нины, тйн обрзовния "снег" рскрыт недвно - ведь тк, кжется, просто... Лет двдцть нзд, в середине шестидесятых годов, ученые пропустили пузырьки воздух сквозь чистейшую морскую воду. И окзлось, что рстворення в воде оргник прилипл к пузырькм. Воздух кк бы ткл из рствор тончйшее полотно. А зтем пузырьки лоплись, и в воде оствлись нежные хлопья. Я бы не рсскзывл об этом вовсе, если бы, по словм Нины, вся жизнь н плнете, может быть, и в иных мирх не был обязн именно этим хлопьям. Миф об Афродите, возникшей из пены морской, не столь уж фнтстичен, если рзобрться получше. У смого берег в ветреную погоду собирется морскя пен со стокилометровых просторов волнуемой ветром воды. И здесь, н берегу, кк в фокусе, соединяется все, что случйно родилось или возникло в згдочных плстх подводного мир. Береговя линия, д и вся поверхность окен - это лбортория, рвной которой нет пок у человек... Вот почему я всерьез здумывюсь о жизни, которя, несомненно, рссеян во вселенной. Есть, есть где-то окены, созидющие живое! И н плнетх-гигнтх и н других небесных телх природ, единя, в сущности, творит сложные молекулы, клеточки, оргнизмы.

* * *

Не случйно рсскзывю я о Черном море: ведь успех нших поисков во многом определяется хрктеристикми водной толщи, ее прозрчностью, течениями, погодой, хрктером дн, рельефом.

Небольшя нш экспедиция - комплексня. У нс много здч. Но руководитель ее (буду звть его без отчеств - Николем), кк мне кжется, увлечен "неопозннным объектом". Я много рз змечл свет в его кюте после полуночи.

- Что ты думешь о метеоре? - спросил он однжды меня, и этот вопрос его, н который я ничего определенного ответить не смог, зствил меня впервые, быть может, здумться о происшедшем. В смом деле, что это было? Если бы метеор, пусть дже смый необычный, Николй бы не спршивл. Конечно, он не ответ хотел получить. Он кк бы покзывл тем смым, что нд этим стоит голову поломть...

- А кк вы думете, что это было?! - спросил я его позже, недели через две.

- Вот смотри. - Он рскрыл крту и провел крндшом легкую линию. Это был путь "Одиссея". - В конце линии поствил кружок: - Сейчс мы здесь. Именно в этом рйоне упл метеор.

- Но это не метеор, - скзл я.

- Конечно, - вдруг срзу соглсился он, - инче искть его было бы бессмысленно. Дно илистое, д и глубин...

- Дно кк жидкий цемент, - подтвердил я, - дже с посдкой ппрт иногд трудновто, того и гляди увязнешь.

- Я думю иногд, что это был прус, - скзл Николй, глядя мне прямо в глз.

Я смутился. Что это - шутк? Или слов его следовло понимть в переносном смысле? Я молчл, пытясь рзрешить згдку.

- Прус, понимешь? - повторил Николй. - Ведь Земля - это берег звездного окен, его остров. Точнее, один из островов. Звезды, плнеты, глктики - это прострнство, необозримое, огромное... Дже зкрыв глз, не предствишь. Дже звезд-гигнт - точк, не больше, в этом безбрежном окене. А плнет Земля?.. Пылинк. Но тоже остров.

Мне постепенно передвлось это нстроение, и я слушл Николя очень и очень внимтельно. Д, беспредельно межзвездное прострнство, где световые лучи путешествуют годы, десятилетия. Это целый окен... Прус? Но ведь свет окзывет двление кк ветер. Ветер длеких сияющих солнц сможет нполнить прус космических яхт. Д, я соглшлся с Николем, было бы стрнно когд-нибудь не воспользовться неослбным течением могучей стихии. Мириды фотонов не иссякют, они верно и неуклонно пронесут корбль мимо звездных островов, в иноплнетные дли. И кк бы ни были слбы лучи - они действуют постоянно. А это глвное.

Но, может быть, мы ошиблись?.. Возможно, прус пригоден лишь вблизи плнетных систем, где рскленные недр исторгют могучее дыхние звездной стихии? Ведь именно эффектом прусности объясняются и кометные явления. Но если и тк, то рзве у тех, кто овлдел в совершенстве этим секретом, секретом скольжения по соломинм лучей, нет средств вывести яхты поближе к солнцм, чтобы потом пуститься в беспримерное плвние? Быть может, для них это спорт...

- Это моя двняя мечт, - скзл Николй. - Я и см думл о солнечной яхте. Но тут нужен особый мтерил, особя конструкция... Если бы когд-нибудь нйти эту простоту, эти удивительные пропорции, которые позволили бы выйти поближе к кометм!.. И вдруг - вспышк, и точно солнечный зйчик скользнул в море. Поверхность пульсировл, отржя рдиоволны, это докзно. Тк опускется в воду сорвнный с дерев лист... или прус. Д, я см попросил в тот же день дополнить ншу прогрмму исследовний поискми неопозннного объект. Я верил...

Я вдруг понял, нет, не по тому, что говорил Николй, по тому, КАК он говорил, что он точно ищет поддержки у меня. Я-то зню, кк трудно верить в одиночку. У мечты слишком большие крылья, и это может испугть.

- Д, пожлуй, это прус, - скзл я кк можно естественней. - Яхт могл упсть н землю. Тк к склм прибивет земные корбли. Он пролетл мимо, и что-то случилось. Он упл. Тк ведь может быть?

- Грвитция. Только одн сил - грвитция - может поспорить с лучми свет. Он и сбросил прусник вниз. Впрочем, это нм тк кжется: "сбросил вниз". Но они могли перейти и н вынужденный мршрут, потом покинуть свое судно. Н ккой-нибудь нейтринной ркете. И тогд лишенную упрвления яхту прибило к Земле.

- Кто знет, сколько лет он путешествовл среди звезд...

- Мы, кжется, говорим уже тк, кк следовло бы говорить, нйдя ее. Но ведь мы пок не ншли...

* * *

О мечте я поведл Нине. Уж он-то, нверное, смогл бы понять! Но нет, этого, увы, не произошло. Вероятно, он был слишком уж увлечен сбором коллекции плнктон.

Во время очередного погружения мне хотелось зхвтить кк можно больший рйон дн. Я вел ппрт н глубине двести метров. Вокруг черно-синяя вод. Он прозрчн, лишь нити "морского снег" медленно пдют н дно: в ином месте они служили бы пищей водным оргнизмм, в Черном море пропдют дром.

- "Дельфин", кк слышно? - это привычные позывные. Связь с "Одиссеем" поддерживем кждые пять минут.

"Одиссей" - нш плвучя бз, большущий корбль, получивший имя в честь исследовтельского судн с тким же нзвнием, плввшего лет десять нзд в рзных морях - и в Черном тоже. А тот, первый исследовтельский корбль нзвн в честь Одиссея - великого мореплвтеля древности, мршруты которого все точнее ложтся н современные крты... Фнтстик!

Чем ниже опускется нш "Дельфин", тем стновится светлее: это свет прожекторов отржется от серого дн. Оно пустынно. Ни одного живого существ! Вот нехитря рзгдк: Нин недолюбливет нши рейды, не учствует в них потому, что ей попросту нечего делть здесь, вблизи черноморского мертвого дн!

Серя пустыня, и нд ней - прозрчня темня вод со "снегом". "Дельфин" идет в десяти метрх от дн. Потом я нчиню сомневться в првильности выбор именно этой цифры. Нет, нужно идти выше! Почему?.. Д потому, что прус, должно быть, огромен. Мы не пропустим его, обязтельно увидим. Выше - лучше обзор. Прямой выигрыш от этого...

Я поднимю ппрт еще метров н десять. Дно видно отчетливо в слепящем свете прожекторов: дже кмни, торчщие сквозь слой ил. Но почему мы должны нйти именно прус? - вдруг здю я себе вопрос. Д, мы говорили с Николем о нем. Но это только предположение, всего-нвсего гипотез. Д и можно ли верить в ткое, прво?.. И потом, рзве Николй, руководитель экспедиции, скзл мне, что нужно искть именно прус, только прус - и ничего больше? Нет, не говорил он мне этого.

Я опускю ппрт н прежнюю глубину и дже еще чуть ниже: будем ходить вдоль и поперек, обойдем весь рйон. И пусть кое-кто считет, что мы знимемся пустякми.

"Дельфин" зходит в долину. Слев склы, спрв холмы. Скорость полтор узл. Чтобы фотоппрты успели произвести съемку, ничего не пропустив. Кое-где вижу крупных мертвых рыб. Они лежт н дне, нверное, уже двно. Здесь нет бктерий, вызывющих гниение. И рыбин н дне Черного моря может пролежть очень долго. При желнии можно собрть коллекцию их для ккого-нибудь биологического музея.

- "Дельфин", кк слышно?

Позди десяток километров. Делю рзворот, иду к бзе. Н дльнем холме... Что это ткое? Сдерживя нетерпение, веду ппрт туд... Нет, просто кмень причудливой формы. А ведь где-то здесь, несомненно, покоится один из корблей греческого кпитн Одиссея! Когд-то плвли з золотым руном. И что ткое золотое руно, ккое оно, никто толком не знл. И сейчс, сегодня, звтр, всегд люди будут искть то звездный прус, то неуловимую внутриядерную чстицу... О них тоже немного, в общем, известно.

...И все-тки, ккой он, звездный прус? Я попытлся предствить его. Нверное, он очень большой: световые лучи окзывют едв зметное двление, и чтобы сил был достточной, нужн большя площдь. Еще что? Не исключено, что он очень легок, тк легок, что никкие привычные нм этлоны эфемерности не подойдут для его хрктеристики. А вывод?.. А вывод из моих довольно простых рссуждений мог быть неожиднным. Мы искли скорее всего не тм, где следовло.

Я с нетерпением дожидлся конц смены.

И вот "Дельфин" всплыл. Нм кинули швртовые концы. Мягкий удр о пневмтический крнец. Стльня лп крн поднимет нш ппрт и водружет его н кильблоки в просторный нгр. Мы выбиремся н плубу через люк. Я бегу к Николю.

- Что случилось? - встревоженно спршивет он.

- Д уж случилось! - невпопд выпливю я и нчиню сбивчивый рсскз о предполгемой конструкции прус.

- Ну и что из этого следует? - спршивет он. И см же отвечет: - Д то, что искть его мы должны, пожлуй, н поверхности.

- Он должен плвть, - говорю я горячо. - Должен!

Потом я не рз удивлялся, откуд пришл к нм обоим эт уверенность в том, что звездня яхт должн сохрнить плвучесть. Тогд же это был решенный для нс вопрос. Подумть только: яхт! Д откуд мы все это взяли с ним? Кк придумть смогли?..

Ну и что же, отменять подводные дежурств?.. В конце концов мы решили сокртить их, к удовольствию Нины. Вот когд мы с ней стли нстоящими друзьями.

Прошл неделя. Мы ннесли н крту нпрвления течений. Днные о ветре были довольно точные, и мы ндеялись теперь н успех. Мы повернули "Одиссей", обогнли течение, зшли н добрую сотню километров вперед, чтобы не пропустить предполгемую нходку. "Одиссей" стл совершть рейсы поперек течения, словно дожидясь добычи. Нечего и говорить, что мы были длеко не уверены в успехе. Если говорить честно, у нс был один шнс из тысячи. В том случе, конечно, если яхт вообще существовл, не был ншей выдумкой.

...В один из дней, когд мы почти потеряли ндежду, нш трл для биоплнктон зцепился з что-то. Нин позвл меня:

- Георгий, посмотри-к!

Я прошел к лебедке. Из воды метрх в тридцти от кормы выступл ккя-то полупрозрчня штуковин, точно огромный плвник рыбы. Мы подтянули ее поближе. Я стл всмтривться: он был цвет морской волны и оттого снчл покзлсь прозрчной. Ее нижний крй глубоко уходил в воду. Я боялся поверить. Чтобы потом не рзочровться.

Зрботл лебедк. Я не торопил событий. Кто-то положил руку н мое плечо. Обернулся: Николй. Я молч кивнул.

Он был не тк велик: сотня квдртных метров, не более. Стрнной был его форм: он был похож н витую рковину. Поверхность его сиял в лучх утреннего солнц. И тм, где был вершин рковины, к нему прицепился прозрчный пузырь. Совсем небольшой, около метр в диметре. Он был пуст. Ничего особенного тм, внутри, не обнружилось. Когд мы подняли яхту н плубу, когд я окинул взглядом ее простые и вместе с тем ккие-то необычные обводы, когд сумел угдть нзнчение некоторых детлей: мленького, едв зметного сиденья внутри пузыря-кбины, крохотной рукоятки, ккой-то педльки, - только тогд рдость открытия нчл нполнять все мое существо. От прикосновения моей лдони по прусу пробежли синие искры, он звонко згудел, и мы все долго-долго слушли эту песню, принесенную им из звездных длей.