/ Language: Русский / Genre:prose_rus_classic,

Мир Большой !

Геннадий Вальдберг


Вльдберг Генндий

Мир - большой !

Генндий Вльдберг

Мир - большой!..

(рсскз)

Генндии Вльдберг родился в 1947 году и до рептриции в Изриль в 1981 году жил в Москве, где окончил филологический фкультет МГУ (отделение "русский язык и литертур") и потом в течение пяти лет преподвл в высших учебных зведениях Москвы. Еще будучи студентом, нчл сотрудничть с редкциями журнлов, в которых появлялись его сттьи и рецензии н литертурные темы. В это же время был принят в секцию "Молодых фнтстов" при ЦДЛ СССР. Писть нчл в 1966-68 годх, но ни одно его оригинльное произведение в СССР никогд не публиковлось.

Н Зпде рсскзы и повести Генндия Вльдберг печтлись в журнлх "22" (Тель-Авив), "Семь дней" (Нью-Йорк), "Стрелец" (Приж), в гзетх "Русскя мысль", "Новое русское слово". "Пнорм" (Лос-Анжелос). В 1985 году в Тель-Авиве вышл первя книг втор, "Рождение шлягер", куд вошли две фнтстические повести. "Цветок" - вторя книг Генндия Вльдберг. Это сборник рсскзов, писвшихся в период с 1968 по 1981 год.

Генндий Вльдберг нходится в постоянном творческом поиске. Один из результтов, предпринятых им в этом нпрвлении усилий - книгу "Прздник", 1996 г.-  с рзрешения Генндия, мы вносим в интерент, кк предствляющую особый интерес, ибо здесь описывются времен, которые всегд будут вызывть исторический интерес и которые к нм уже, будем ндеяться, никогд не вернутся.

Стрший лейтеннт Зболотников сидел з столом и невкусно курил. Исхлтурились эти болгры! Совсем тбк чистить бросили! - И то ли потому, что щепки все время н язык попдли, д и тбк вонючий ккой-то, с плесенью, что ли; может, что мысли кк по пересохшему руслу текли и всякую гдость цепляли, - только нстроение было подстть. Вешться впору. - До отпуск еще полгод тяни. Зрплту вчер в кртишки профукл. Ну и перышник этот Гзиенпуд! Чтоб з вечер три рз "кре" получить?!

Но тк все всегд: деньги к деньгм липнут. Трудишься тут, в поте лиц вклывешь - этот вот сук в снчсти сидит, и сми к нему с повинной приходят. Мол, н-к, возь-ми!... А деться куд? Когд тут с тоски д под пьяную руку чтоб девку не трхнуть. См Мртынов двоих приводил. Не детей же плодить. Свои вон школу кончют. И ткой стрый хрыч. Но ббы кк деньги, косяком только ходят. А сидишь н бобх - при своих и остнешься.

И стрший лейтеннт с неприязнью посмотрел н облезлый несгоремый шкф - стоит кк ублюдок в углу, будто милости просит, - потом н окно, здернутое цвет шинели одеялом. И ничто, бсолютно ничто стршего лейтеннт не рдовло. Дже с Глей, вот, встреч.

Н восемь условились. Но куд он пойдет? К себе - и не смей! В тот же вечер зложт. Опять в "Всилек"?... - тк н месяц збудь. Тм смый пршивый коктейль полтор рубля стоит. А в должок, у Мртынов взять?... Но вспомнит, зрз, что прошлое еще не отдл. Знчит, снов в кино, чтоб потом через город в общгу тщиться. Д и вообще, Гля - не то. В общежитье солдтики ходят. А он, кк-никк, офицер. И ндо б чего поцивильней. Квртир чтоб, вння - кк человек, не в подъезде з дверью.

Ко мне, мол, нельзя! Что девочки скжут?!

Д чихть он н девочек этих хотел! Тоже мне - целки! А что он мужик?! Двдцть семь уже стукнуло! И что же, в кулк ему, знчит?...

В последний вот рз тк подумл - убью! Пуговицы н пльто с мясом вывернул, плтье к черту порвл и груди н улицу выктил. А потом в них лицом, щекою небритой, и зубми в сосок. До крови, нверное... А он, дур, стонет, дрожит:

- Может, лучше в субботу?...

Д только знет он эту субботу! Окулов опять его вызовет. Или девочки никуд не уедут. Или см же в ночную пойдет. Всегд тм чего-нибудь выйдет.

Зболотников дже подумл, что если б случилось, и он бы кк следует до Гли добрлся - многое н место бы встло. И муть улеглсь. И рсчетливым сделлся б. А то совсем контроль потерял. В дрку в общге ввязлся. С солдтней по мордм понеслось. А чего кулкми мхть? Только крсную книжку достнь. Но совсем будто пмять отшибло. Вот и в крты продул. Гзиенпуд тот спокойный. Блефует иль нет - никогд не поймешь. А у него все н роже нписно.

Но если б добрлся... Нет, тогд все инче устроит. Нуждишк приспичет - телефон н то есть, мол, во столько-то буду. А тк, н кино время тртить - ктись-к ты лучше! Дже предствил, кк сделет: можно тут же, в постели, кк только проснемся... Или нет. Под вечер позвонит. Мол, в крты еду игрть, и некогд, знешь... А лучше всего и не тк. Н восемь, кк обычно, условится - и не придет...

Окурок стл мленький, губы обжег, и Зболотников рздвил его в пепельнице. Но стрнное дело, кк-то вдруг полегчло. Где-то под ложечкой истом почудилсь - обед, видно, скоро! - и стрший лейтеннт отвлился н спинку стул. Рботть, в обще-то, ндо. А то Окулов поедом потом съест.

Он смхнул пепел с бумг, что лежли посредине стол, но мысль кк-то вновь унесло. Ночему-то вспомнилось, кк смеялся вчер. И кк все штбные от хохот лоплись. Мртынов Прошку Гирев вызвл. А про этого Прошку двно уж ходило, что он в своей будке девок огуливет. Ну д леший ведь с ним. Н месте б сидел. Еще прошлой весной, когд мотор из порт укрли, Прошк всех зложил. Прямо теплыми взяли. И чтоб из-з девок ткого ценного кдр лишиться?... А тут н Прошку телег пришл. Одн рсстрлсь: что силой, мол, взял, не хотел он... Тоже вот, Ктеньк Мслов. Зболотников нрочно послушть пошел. Чуяло сердце, что весело будет. Прошк кк телегу увидел тростиночкой вытянулся. Глзенки хлоп-хлоп: мол, д что вы ткое?! Д я ее пльцем не трогл! - А Зболотников тут и вверни, бывет же вдруг вдохновение прямо: "А кто скзл пльцем? Не пльцем ты вовсе!"

Мртынов потом чуть н стену не лез. Промокшкою слезы промкивл. А змполит: ну ты, брт, и остряк! Я бы тких д в мйоры бы срзу!

Эх, вот Окулов не было.

Зболотников дже рукми взмхнул. А, был не был! - и еще сигрету достл. Но ткя же дрянь. Может, н нши, н "Приму", что ль, перейти? А этих болгр!... Рспустили их, гдов!

Но нстроение все же попрвилось. Взял бумжки, пробежл пру строк... Конечно ж, фигня. Ничего тут не вытянешь. Првильно Гзиенпуд говорит. Все зло, говорит, от евреев пошло, когд поголовную грмотность выдумли. Вечно зврят чего-то, мы з них кшу рсхлебывй. В прошлом веке вот взять, сто тысяч от силы писть и умели. А ккие люди родились: Толстой, Достоевский! А теперь всяко быдло в Пушкины метит. Лыко в строку поствил - и пошло по инстнциям. А куд его деть? Кк-никк, документ. Вот и гонят в Особый. Будто здесь Пинкертоны сидят, по цвету чернил преступленья рзгдывют.

Только и Гзиенпуд - уши не очень рзвешивй. См из жидков. Хотя и клянется, что выкрест, еще, мол, по деду. И в пспорте "русский" нписно. Д это только пок мы у влсти сидим, ншей веры прикидывется. А двинут под зд - в тот же чс перекинется.

Кляуз был короткой. Полстрницы с полями. А все остльное дотошненький перечень: сурик, шерлк, белил густотертых... олифы книстр, шптлевк н цинке... - Если по совести - но кк ведь докжешь? - этот писк все см и укрл. Ткие бумги с кждого склд в милицию пчкми ходят. Но этот - хитрец. Н военных свлил. А рмия - это тебе не мухры, не ккой-нибудь СМУ, где рубля не отыщешь. И здолженность погсит, и мстить, будто, некому. А что Зболотникову жизнь тут изгдят - тк ему нчихть. Лишь бы чистым уйти. Урвл сколько мог - с тебя последнюю премию спустят.

Зболотников бросил бумжки. Нет, придумть чего-нибудь ндо. Месяц повклывть. Кк последний рзок, когд Гришку-рсстригу попутл...

Лихо тогд все сложилось. Ромны писть. Кк дотянет до пенсии непременно зймется. Подводник вздумл рзыгрывть: вот я н рубке, вот я н пирсе... Нюшке ккой-то мозги полоскл, чтобы вся деревня н фотки блдел. И лдно бы был человек. Зболотников, может, и сжлился б. А то ведь - слизняк недоношенный: обрзок пол рубхой припрятл, в комсомол не пойду, сексотом не буду!... - Эко рсстроил! Д ткие кк ты - оргнм н дух не нужны! Н коленях стнешь просить, я тебя н хер пошлю. По з то, что петрушку ломешь, секреты вргу рзбзривешь!...

Окулов кк Цезрь ходил. Говорил, что к нгрде предствит... Но черт с ней, с нгрдой. А стршего вовремя дли. И теперь до кпитн бы только дожить, и тогд в Упрвление перебрться - в этом дерьме пусть другие копются.

Но, честно скзть, это лишь в пмяти все тк глдко выходит. А н смом-то деле - охо-хо-хо, сколько Зболотников крови попортил. Когд доклдную состряпл, Окулов кк бык прилетел: ты что?! Очумел?! Из ткого дерьм дело делешь?! - А Окулов - тертый клч. Еще до Никиты кпитном ходил, и знет: з мелочное усердие чще и взыщется. И Зболотников уж было решил н попятный пойти, доклдную нзд зпросить. А тут - кк в кино лишь бывет - рзнрядк пришл, кмпнию против попов нчинют, и это дело смо н поверхность всплыло.

Окулов, конечно, все брзды срзу взял. Весь ппрт подключил. В Упрвлении только и дел: кк тут, в Н-ской чсти, дозннье идет? И скоро ли слушться будет? Д что говорить, рзмх - это Окулов умеет устроить. Линию н Москву специльно держли. Только трубку сними - любой рзговор срзу побоку. А см в комндировку, в Тмбовские кущи мхнул. Родню, говорит, пощипть. Не с луны ж этот Гришк свлился? А только вернулся - лсточк следом: типогрфию в деревне зстукли. "Евнгелие" и прочую нтисоветчину рзмножют. Ну и, конечно, связь с згрницей имеется. И теперь уже Гришк лзутчиком вышел.

Д Зболотников спть ложиться - збыл. Вот тут же, н этом стуле, дни и ночи сидел. А бумги извел - н том бы хороший хвтило. Зто уж потом кум-королю. См комндир округ лично н "Вы" обрщлся. Эх, будет вспомнить чего!... А тут, - и снов бумжки обвел, - сурик, шерлк... Д что тут придумешь? Можно, конечно, н рп сыгрть. Нгрянуть под вечер - и в угол, зрзу! Д н кого ты донос нклепл?! Ншу рмию вздумл позорить?! Д эти вот прни в Афгнских горх кровь з тебя проливют!

И дльше смо уж пойдет. Трусливое племя, и чтобы про черный денек не припрятл... Сотни три кк миленький выложит... Только мелко все кк-то. Ну, положим, змнет, и Гзиенпуду ревнш устроит. А Окулову рботу двй. И знчит, снов штны тут просиживй.

Может, мродерство приплесть? Скжем, сдик детский построили, ккя-то сволочь всю крску уперл... И вор поймть!... Тут Прошк свидетелем. И тогд уж, дружок, три сотни-то - пшик! Тут не сотнями... Тыщей пхнет!

Но мысль кк-то вдруг в клубок зплелсь, зтянулсь - не стнешь рспутывть. И Зболотников только головою тряхнул. Что он, в шхмты, что ли, игрть, чтобы н столько ходов вперед все просчитывть? Он нюхом больше привык. Сидишь, выжидешь, чтобы жреным потянуло... Однко, совсем кк медведь зимовть, - и все же поднялся из-з стол, - дльше дыр н штнх не уедешь. Понятно, не кждый день ткя Фортун, чтобы в союзном мсштбе кмпнию угдть. Но это кк Гзиенпуд говорит: кто прикуп-то знет

- те в Сочи живут...

Зболотников постоял у двери, прислушлся. Вроде бы, тихо. И тогд решительно повернул ручку - прямо нпротив висел ящик для писем, - скрутил с него пломбу... Но н лдонь упло всего дв конверт.

- Ленятся, гды! - вернулся в кбинет.

Но вес ж-тки, что-то. Письм всегд рзздоривли. Ведь пишут чего-то. Двно не читл. Но если с другой стороны: ккой в этом смысл? Это когд молодняк нвезут, у тех недержние просто: что море, и порт, и лодки что строят... Кому ндо и тк, конечно, все знет. Не те времен, чтобы порт утить. И Зболотникову их бы зботы. Но ему эту шушеру в узде держть ндо. А пок желторотые - только и щупть: мол, чего ж ты, подлец, военную тйну рзносишь? Д знешь, з это?!

И плевть, что нродец - трух. Ни з кого не поручишься. Ни в Бог, ни в черт не верят. Ведь кждый подписку двл, что кк рыбк помлкивть будет. А потом сколько рз видел, кк в городе письм бросют. Н шесть копеек не жмутся. Знчит, рсслвили, суки! А есть и ткие, что и нзд через город получт. С гржднским знкомство сведут, и через его уже дрес. А городскую почту читть - никкого штт не хвтит... И все же, если совсем отпустить, потом никким ркном не схвтишь.

- Тк с ккого нчнем? - перетсовл конверты Зболот-ников.

Но первый отбросил. - "Лети с приветом - вернись с ответом!" - по склейке выведено. И ткой тоской от него потянуло. Чурк ккой-нибудь, из сознтельных: мол, тяжело, но н блго отечеств... Передовицы из "Ксной Звезды" переписывет. Н тких и стоим. Н дурков у Зболотников нюх острый. Не смотри - лейтеннт, чушь пусть другие читют. Дело чтобы зтеять - вдохновение нужно. Крылья з спиною почувствовть. Чтобы ни силы, ни время - не жлко. А если тоск!... Нет, с тоскою дел не сделешь. Зто вот второй... - пожлуй, посмотрим. Москв! А в столицу всегд любопытно: хят, брюзжт - зжрлись, пскуды! Т-кой им билет, сукм, выпл. З здорово живешь прописку иметь! Но не ценят, зрзы!

Зболотников достл перочинный нож и подцепил склейку.

Но вид письм оттолкнул. Не н то он рссчитывл. Думл, что-нибудь обстоятельное. То, мол, д се - чтоб бшки не ломть, - всегд тм чего-то нйдется. А тут - тетрдный листок, и оторвн криво, и измят порядком. Видно, в крмне мусолил. Д и нписно крндшом, похоже, огрызком, потому и буквы: то огромные, в рзметную клетку не лезут, потом кк бы срзу н нет, и концы слов - будто в ребусе. Нчинлось письмо прямо тк, без обрщенья и дты, и Зболотников пончлу решил, что здесь лишь половин письм, вторую этот вхлк просто збыл зпечтть. Или - в другом конверте бросил?... Но нет, вроде все, - и Зболотников снов зкурил и поудобней откинулся.

"Я тебя не сужу. Ты все првильно делешь. Счстье

тут см для себя. В этом деле никто не поможет... - и Зболотников пропустил пру строк. - ...пок жизнь по морде не стукнет. В школе тк нучили: добро непременно сильнее окжется... - он опять пропустил. - А оно никому не нужно. Сколько рз уже пробовл: нчнешь что-то делть, просто тк, крсиво чтоб вышло. А вокруг от звисти лопются: кк это тк - хорошо? Кому хорошо? Не бывет! - и см не зметишь, кк все и изгдишь."

- Экя чушь! - и он перевернул листок н оборотную сторону.

"... я тебя, знешь, люблю. И этого Федор. Толстый он только. И з книжкми жизни не видит... Ну д лдно. Будь счстлив с ним. А з меня не волнуйся. Я, нверно, вообще не вернусь. Мир - большой... А может, звербуюсь куд-то. Потому что со мною несклдно все будет..."

Стрший лейтеннт посмотрел н конверт: Виктор Мостков - что з птиц ткя?

Но стрнное дело: все кк-то к нчлу вернулось. Сигрет погсл, новую зкурить - во рту кк в помойке. Шкф облезлый в углу, одеяло вместо окн, и с Глей вот встреч... Почему все тк серо? Ну совсем кк в могиле! - "Мир - большой..." - перечитл Зболотников. Н что это он нмекет?

Но Мысль нс здел. Скользнул и сгинул. Не то, что вон с. Гришкой-рсстригой. Тм рзом все зкрутилось... Стрею. быть может? Иль нет. Ндоело по копейке игрть. День з днем из пльц выссывть. А кому-то "кре" в руки прет!

И Зболотников вдруг рзозлился. Он и не помнил, чтобы тк вдруг нхлынуло. - "Мир - большой..." - еще рз перечитл лейтеннт. И что уж в словх этих было? Только почувствовл, что оскорбляют его. Что сидит ккой-то тут хмырь, форму кк робу рестнтскую носит, и ждет не дождется, когд это кончится. Клендрик, нверно, звел и денечки вымрывет. А в конце - ДМБ. И прожектики строит, кк билет до дом получит, чтоб столичных ббенок тм трхть. А он, Зболотников, кдровый офицер, знчит тк, по подъездм и будет?!

- Не-ет, не выйдет, служивый! Не с тем, бртец, сел! - и тут кк-то вдруг все смо получилось. Выхвтил блнк из стол. - Крту ндо ломть! А знчит, в-бнк! Не струхнете-с?! - и вымхл здоровенными буквми: "Виктор Мостков" - строчкой пониже, тк что дже дырку в бумге прорвл:

"Мир - большой!" - и подчеркнул двжды.

Ришон-Ле-Цион (Изриль)

1985-1996