/ Language: Русский / Genre:detective,

Последний Шанс

Николай Пономаренко


Пономаренко Николай

Последний шанс

Николай Пономаренко

Последний шанс

Одно из ценнейших завоеваний перестройки - это гласность. Наконец-то и в России стали безбоязненно критиковать правительство и президента, публиковать самые смелые произведения. Цензуру напрочь смели. Но это обстоятельство настолько расслабило редакторов и издателей, что коммерческая выгода вымарала осторожность в отношении силы и опасности печатного слова.

В последние годы сотрудники уголовного розыска и других оперативных подразделений милиции стали едва ли не самыми активными, хотя и вынужденными читателями рекламных разделов газет и журналов, особенно изданий, специализирующихся на публикации разнообразных объявлений. Милиции и ФСБ впору организовать специальную службу слежения за рекламой в прессе. В ней можно найти откровенные и скрытые предложения запрещенного бизнеса от предоставления интимных услуг до продажи оружия. Спрос и предложение в средствах массовой информации еще более внимательно изучается преступным миром. Объявление о продаже недвижимости или предоставлении услуг активно отрабатывается криминальными элементами на возможность завладения частью средств от сделки между продавцом и покупателем, а то и всем имуществом. Поместив объявление о продаже квартиры или гаража не следует удивляться звонкам с предложением так называемого посредничества, за которым скрывается откровенное вымогательство. Объявления о продаже имущества давно являются бесплатными наводками для промышляющих грабежами и разбоями. Но самой невероятной гримасой гласности и открытости общества стало посредничество прессы в спросе и предложении заказных убийств. В этой серии мы не будем говорить о профессионалах кровавого ремесла, нареченных иностранным словечком киллеры. Речь пойдет об уникальном явлении - убийцах по объявлению, киллерах на час.

МУЖ, ЖЕНА ДА ТЕЩА

В июле 1996 года в одном из выпусков газеты " Реклама-шанс" было опубликовано лаконичное объявление: "Ищу работу. Любую, разовую, опасную". И подпись - Дима. Автором объявления был Дмитрий Кашницкий, замкнутый молодой человек из интеллигентной семьи. Из Лесотехнической Академии, где он учился на химическом факультете, его дважды отчисляли за неуспеваемость. К химии его душа явно не лежала, если не считать страсти к изготовлению самодельных взрывных устройств. Впрочем, маломощных. Ни девушки, ни настоящих друзей у Кашницкого не было.

На объявление откликнулся человек, назвавшийся Леонидом и предложил встретиться. Мол, у него есть для юноши именно такая работа, опасная, разовая. Без долгих предисловий Леонид предложил Кашницкому убить двух женщин по фамилии Рукавишниковы, за что обещал расплатиться суммой в шесть тысяч долларов США. Предложение Леонида не вызвало у Кашницкого ни возмущения, ни удивления. Со слов заказчика, одна из женщин была душевно больной и только зря коптила небо. А старухе, ее матери, и так пора было отправляться на погост. Кашницкий согласился, и заговорщики сразу же отправились на место готовящегося преступления в дом 10 по улице Маршала Козакова.

По плану Леонида Кашницкий должен был дождаться момента, когда женщины выйдут из квартиры и оглушить их ударами молотка. Однако в этот день ни старуха, ни ее дочь из дома не выходили. Андронов и Кашницкий договорились встретиться на следующее утро на станции метро "Автово". 25 июля они снова ожидали на лестнице выхода женщин из квартиры. Но в это утро Раиса Адамовна Рукавишникова приоткрыла дверь и заметила стоявшего у лифта Кашницкого. Она насторожилась, выходить не стала. Благодаря этому женщины прожили еще один день.

26 июля заговорщики встретились на станции метро и на трамвае снова отправились на улицу Маршала Козакова. На этот раз Кашницкий прихватил из дома собственноручно изготовленные нунчаки. Леонид одобрил выбор оружия. Кашницкий занял позицию у дверей лифта. Леонид ожидал его на лестничной клетке. Спустя час или полтора обе женщины вышли на площадку, где их поджидал убийца.

Еще минут через 15 Кашницкий в окровавленной одежде выбежал на лестницу и сказал, что дело сделано, но не совсем так, как задумывалось. Леонид велел уносить ноги. Исполнитель заказного убийства заикнулся было о деньгах, но Леонид грубо оборвал его: "Позвони мне через несколько дней".

Соседка Рукавишниковых услышала звуки, похожие на детский плач, доносившиеся с лестничной площадки. И собака у нее залаяла. Тогда она выглянула на лестницу и увидела двух своих соседок, лежащих в крови. Они обе были еще живы.

26-го июля 1996 года следователь Кировской районной прокуратуры Евгений Лев срочно выехал на улицу Маршала Козакова по сообщению о двойном убийстве. На площадке тринадцатого этажа были обнаружены две женщины с множественными ранениями в области головы. Это были мать и дочь Рукавишниковы. Раиса Адамовна Рукавишникова, 1930 года рождения, была еще жива, на машине скорой помощи ее отвезли в больницу, но она скончалась, не приходя в сознание. Ее сорокалетняя дочь Ирина Геннадьевна, была убита на месте. Обе проживали 426-й квартире на этом же этаже. работали уборщицами в библиотеке. У погибших нечего было похищать, поэтому следствие сразу предположило, что преступление могло быть совершено из-за жилплощади. Было установлено, что в этой квартире по адресу Маршала Козакова дом 10 , корпус 1, квартира 426 проживал и некий Андронов.

Андронов Леонид Владиславович, 1956 года рождения, имеющий высшее образование и ранее трижды судимый. За нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть, за ношение и хранение оружия и за мошенничество. Отсидел в общей сложности 10 лет. Освободился из мест лишения свободы в марте 1995 года и приехал в Санкт-Петербург. Прописки в городе не имел, но активно искал пути своей легализации. Любил выпить, употреблял наркотики. Случай свел его с Ириной Рукавишниковой. Он втерся в доверие к ней, к ее матери Раисе Адамовне и через некоторое время у них состоялась свадьба.

Выйдя замуж, Ирина прописала мужа в своей квартире. До этого момента жених как бы и не замечал, что его избранница ему неприглядна и страдает шизофренией. Но едва получив вожделенную прописку, Андронов представил себя обманутым человеком и легко покинул супругу. Все это стало известно следствию, но неопровержимых улик против Андронова не было. Следы и отпечатки пальцев, оставленные убийцей, принадлежали другому лицу. Тщательная проверка знакомств и связей Андронова также ничего не дала. И только в запоминающем устройстве его телефона сохранился один незнакомый номер. Это был номер Кашницкого. За парнем последили, поговорили с его знакомыми. Кто-то сказал, что подозреваемый балуется пиротехникой, делает бомбочки. Уже одно это было поводом для обыска квартиры Кашницкого. А заодно надо было поискать "говорящие" вещицы, например, одежду преступника с пятнами крови... Но если не найдутся такие вещи, а убийца все-таки Кашницкий, то обыск его вспугнет. Как же быть? Оперативники решили осмотреть квартиру Кашницкого нелегально. Насчет взрывчатки сведения подтвердились. Различные химикаты и готовые бомбочки лежали на виду. Нашлась и "говорящая" вещь. Туфли, в которых убийца был во время нападения на женщин. Значит - Кашницкий!

28-го октября оперативники угрозыска Валерий Григорьев и Владимир Малинин приехали домой к Кашницкому, чтобы пригласить его в Районное управление для беседы. Мать юноши вызвалась сопровождать сына. По дороге Григорьев и Малинин нарочно затеяли разговор об Андронове. Тот, мол, во всем сознался. Это сообщение сильно повлияло на Кашницкого. Он заволновался, ему было очень не по себе. Страх постепенно сковал его. Он смотрел только внутрь себя и мучительно думал что делать.

Малинин отправился в здание РУВД за своим начальником. Григорьев потом вспоминал: "Кашницкий сидел прямо за мной на заднем сиденьи, мать попросилась выйти на улицу, потому что ее тошнило по дороге. Просила подышать воздухом. Она вышла. Мы остались с ним вдвоем в машине. Я почувствовал резкий рывок, шуршание болоньевой куртки и обратил внимание, что накидываются сзади руки. Что было в руках я, естественно, не видел".

В руках у Кашницкого был перочинный нож, которым он ударил Григорьева в щеку, в шею и в подбородок. Затем выскочил из машины и побежал. Истекающий кровью милиционер бросился в погоню.

Малинин вышел из здания РУВД минут через 15. Он увидел, что машина открытая, а рядом стояла мать Кашницкого, очень взволнованная. Заметив Малинина, крикнула: "Мой сын напал на вашего сотрудника, и они убежали в ту сторону, во дворы".

Малинин сел в машину и помчался в направлении, указанном матерью Кашницкого. Григорьев, теряя силы, все же настиг беглеца во дворе дома. Но когда он выскочил из-за угла, Кашницкий резко к нему обернулся. В руках у него был какой-то предмет, вроде взрывпакета. Кашницкий крикнул: "Мент, жить хочешь? Давай ствол сюда!".

Григорьев сделал головокружительный прыжок и укрылся от взрыва за стоявшим во дворе автомобилем. Воспользовавшись его замешательством, Кашницкий скрылся во дворах.

В тот же день в его квартире был проведен обыск. Оперативники нашли туфли, следы от которых были зафиксированы на месте преступления. А также два взрывных устройства.

Три дня спустя Кашницкий явился в органы с повинной. На первом же допросе он показал, что убил женщин по заказу Андронова.

Андронов с Рукавишниковыми не проживал и вынашивал планы завладения их квартирой. В этой ситуации теща Андронова подала заявление в суд о признании недействительным брака ее дочери и принудительной выписке зятя из квартиры. А еще обратилась в агентство недвижимости с целью приватизации жилплощади с последующим обменом. Но с главным условием - чтобы в новую квартиру не мог прописаться Леонид Андронов. В агентстве Рукавишниковым оказали полное содействие и даже добились за денежное вознаграждение отказа Андронова от притязаний на прописку у Рукавишниковых. Но в ходе переговоров Андронов выдвинул работникам агентства свое предложение. В начале июля 1996 года он уговаривал генерального директора агентства и его заместителя содействовать в убийстве жены и тещи с дальнейшим оформлением их квартиры на него, Андронова. Руководители агентства отказались и впоследствии стали свидетелями по этому делу. Андронов понимал, что не должен сам пойти на новое преступление. С его прошлым он стал бы подозреваемым номер один. Выход подсказал случай - "Ищу работу, опасную, разовую". Объявление заинтересовало Андронова и он позвонил. Он ясно видел, что в роли наемного убийцы Кашницкий выглядит, мягко говоря, неубедительно. Дмитрия толкали на риск жажда острых ощущений и обещанные 6 тысяч долларов, которых, кстати, у Андронова и в помине не было. Леонид сам спланировал преступление по минутам. Дмитрию надо было лишь точно выполнять его указания. Сам Андронов находился неподалеку, чтобы в случае чего придти на помощь киллеру-дебютанту. Но с самого начала события пошли не по сценарию.

Встретив у лифта незнакомца, Рукавишникова старшая попыталась закрыть за собой дверь тамбура, чтобы не впустить убийцу на площадку. Но Кашницкий не дал ей этого сделать. Тогда она бросилась к входной двери в надежде укрыться в квартире. Но убийца догнал и стал поочередно бить женщин по головам тяжелыми чушками нунчак. Мать и дочь видели страдания друг друга, что в дальнейшем будет определено Кашницкому как действия с особой жестокостью. Когда обе женщины перестали двигаться, Кашницкий бросился на лестницу к Андронову. По замыслу заказчика оба трупа предстояло сбросить с балкона. Тогда следствие могло бы предположить, что дешевнобольная Ирина Рукавишникова убила собственную мать, а затем и сама свела счеты с жизнью. Но от этой идеи пришлось отказаться.

Андронов цинично и расчетливо толкнул молодого человека в пропасть уголовщины. С ним все ясно. Горе тому, кто соблазнит одного из малых сих. Но почему сам Кашницкий не задумался, не устыдился, не испугался, в конце концов? Он оправдывал себя: "Моральная ответственность больше на заказчике. От него, в общем-то я палач...".

С некоторых пор быть палачом, а по другому - киллером, стало восприниматься молодыми людьми как занятие вполне достойное, даже романтическое.

ОТЕЦ И ДОЧЬ

Царское Село. Ныне город Пушкин. В получасе езды от Петербурга. Дворец Екатерины, парк, по аллеям которого гулял юный Пушкин, лицей, колыбель русской интеллигенции. Место паломничества поклонников национального гения и туристов со всех концов света. А следовательно и место бойкой торговли сувенирами, военнной атрибутикой, вещами с советской и российской символикой. Как только вожжи государственной монополии ослабли, дорогу, ведущую к лицею, заполонила пестрая толпа торговцев всякой всячиной, карманников, попрошаек. Среди них выделялся колоритный седоволосый старик с собаками. Николай Валевский. Он приторговывал кокардами, наградами, значками, демонстрировал иноземцам цирковые таланты своих питомцев. Он вовсе не был маргиналом. Валевский тридцать лет крутил баранку грузовика, дома его ждали сын, дочь, внучка и парализованная супруга. На доходы от своего экстравагантного бизнеса Николай ухитрялся содержать свою семью, да еще сожительницу, годящуюся ему в дочери, и ее сына.

4 февраля 1994 года Анна, дочь Николая, влетела с искаженным лицом к своему брату Виктору и попросила пройти с ней в квартиру отца, ибо там случилось что-то страшное.

Николай Валевский был убит. Из квартиры похищен железный армейский ящик. В нем покойный хранил выручку от торговли с иноземцами и кортик, который раздобыл на продажу, но с которым расстаться не смог. Розыск и следствие ничего не дали и уголовное дело вскоре прекратили.

Анна Валевская переехала в другой город и вышла замуж. Потрясшее Пушкин происшествие стало понемногу забываться.

Два года спустя, в июне 1996 года в 52-х километрах от Петербурга в яме с водой был обнаружен труп гражданина Никандрова. Молодой человек потребовал от своих приятелей возвращения долга в 5 тысяч долларов. Должники предпочли расправиться с кредитором. Братьям Антоновым и их подельнику Анисимову не в новинку было лишать человека жизни. При обыске в их квартире нашли ящик и кортик, похищенные у Валевского. Младший Антонов и Анисимов сознались в убийстве и указали на дочь Валевского Анну как на заказчицу. Анна не ладила с отцом. Валевский хотел приватизировать свою квартиру на Малой улице и передать ее своему сыну Виктору. Анна в свою очередь упрекала отца в постоянном употреблении спиртного и разгульном образе жизни. Валевская рассказывала: "Ситуация такая: двухкомнатная квартира. Две кровати стояли вместе. На одной - парализованная мать, на другой он пьет, занимается любовью с посторонней женщиной".

Анне Валевской на глаза попалось объявление в газете. "Работу в любое время суток ищут три молодых человека спортивного телосложения. Готовы на все". Валевская позвонила по указанному номеру. На встречу пришел Алексей Антонов. Она попросила молодого человека проучить зарвавшегося отца. При этом сказала: "В крайнем случае, если ему что-нибудь сломаешь, я плакать не буду".

В качестве оплаты Анна предложила исполнителям деньги, хранившиеся в железном ящике своего отца, не менее тысячи долларов. Наемники должны были взять гонорар сами.

Вечером накануне убийства Анна подстригла и помыла отца, а утром 4 февраля ушла из дома выгуливать собак, чего не делала раньше. Братья Антоновы и Анисимов находились неподалеку. Они направились к квартире Валевского и позвонили в дверь. Представились знакомыми Гусева, сожителя Анны. Когда Валевский ответил, что Гусева нет дома, визитеры попросили впустить их для написания записки. Пенсионер открыл дверь. На него напали, повалили на пол и ударили ножом в горло. Оставив бездыханное тело, душегубы бросились искать ящик, о котором им говорила Анна. Они нашли в нем деньги, свой гонорар, и кортик, который впоследствии и станет решающей уликой. Все это время Анна гуляла с собаками. А вернувшись домой и увидев окровавленный труп отца, побежала к брату.

И Андронов и Валевская совершили преступление чужими руками. В обоих случаях подручные были найдены ими по объявлениям в рекламной газете. Следователь Евгений Лев вспоминает еще одно дело, в котором газета сыграла роль сводни.

МАТЬ И ДОЧЬ

Рекламная газета "Шанс" в Санк-Петербурге как минимум дважды стала газетой, благодаря которой были совершены заказные убийства. 8 декабря 1995 года в своей квартире на проспекте Ветеранов был обнаружен труп Булычевой Майи Ильиничны с множественными колото-резаными ранениями груди, спины, шеи, рук.

В квартире царил беспорядок, что наводило на мысль о разбойном нападении. Однако ничего ценного похищено не было. А вот неадекватное поведение дочери убитой, Валерии Корниенко, заронило в душу следователя прокуратуры Евгения Льва подозрение. Евгений Александрович решил пойти ва-банк. Лев вспоминает: "У меня возникла чисто психологическая убежденность, что Корниенко так или иначе к этому причастна. С какой-либо стороны. Поэтому просто спросил: "Валерия Анатольевна, вы причастны? Мы знаем, что это вы". Она ответила - да.

Корниенко была разведена и имела семнадцатилетнего сына. С матерью конфликтовала. Та неоднократно грозилась выписать их с сыном из квартиры. Взаимная ненависть искала выход. В конце ноября выход подсказало объявление в газете. Его автор, 25-летний Сергей Царев был женат, воспитывал маленькую дочь, нуждался. К середине лета потерял работу и остро переживал неспособность содержать семью. К осени был готов на все ради заработка. На очередное отчаянное объявление в газете откликнулись сразу. В телефонном разговоре Корниенко прямо заявила Цареву, что ей нужен киллер. Он не раздумывая согласился. Заказчица назвала имя жертвы и сумму гонорара - 20 миллионов рублей по старому. Работодатель и исполнитель назначили встречу. Корниенко посоветовала недостаточно крепкому с виду Цареву найти напарника. Но тот отказался, не желая делиться с кем-либо гонораром. Дату убийства подсказал удобный случай. Районная поликлиника выделила больной Булычевой массажиста, под видом которого Царев мог проникнуть в квартиру. Сын Корниенко был в школе. Царев взял из дома кухонный нож и направился на место преступления. Корниенко ждала его у подъезда и торопила.

Около 10 утра ничего не подозревавшая Булычева открыла на звонок ложного массажиста. Царев приступил к лечебному сеансу. Психологически он, видимо, не был готов к убийству. Пол-часа он массировал спину женщины, пока в квартиру не вернулась Корниенко. Она приказала Цареву немедленно исполнить задуманное, скоро из школы мог вернуться ее сын. Царев взял нож и ударил Булычеву в шею, затем в спину и в грудь. Когда на кухню с окровавленным ножом вошел Царев, он сказал Валерии: "Получи что хотела". Вдвоем они направились за вознаграждением в сберкассу, где Корниенко собиралась закрыть счет. На лестнице Царева вырвало. Валерия тоже была не в лучшем расположении духа. Кассир в сберкассе заметила, что женщина нервничала и неуверенно подписалась в ордере. Получив гонорар, Царев вернулся домой лишь через сутки. Там его уже ждали оперативники.

Следователь Лев размышлял: "Почему он согласился, сказать крайне сложно. Что его подтолкнуло, что стало катализатором принятия решения, что если он не согласится за десять миллионов убить пожилую женщину жестоким способом, получить за это деньги, потом спокойно жить. Это необъяснимо. И он сам не может объяснить".

Первый суд над Андроновым и Кашницким состоялся в апреле. Андронов упорно отстаивал версию, что его бывшую жену и тещу убили люди из агентства недвижимости. Кашницкий стал утверждать, что психически болен, хотя до этого на учете в психдиспансере не состоял. Суд был вынужден направить подсудимого на стационарную судебно-психиатрическую экспертизу. Кашницкого признали шизофреником. Андронова посадили.

Суд лишил свободы Анну Валевскую сроком на 10 лет. Исполнители убийства ее отца получили большие сроки. Алексей Антонов - 15 лет, Александр Антонов - 10 лет, Владислав Анисимов - 11 лет.

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда установила, что подсудимый Царев Сергей Владимирович совершил умышленное убийство из корыстных побуждений Булычевой Майи Ильиничны нанес ей не менее 13 ударов кухонным ножом в жизненно важные органы. Он действовал в соучастии с Корниенко Валерией Анатольевной, которая выступила как организатор, подстрекатель и пособник.

Валерии Корниенко назначили наказание в виде 10 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Сергею Цареву дали на один год больше.

Во всех этих трех убийствах "сводницами" заказчиков и исполнителей стали газеты. Примечательно, что в этих случаях участники не имели криминального прошлого. Тем не менее дилетанты оказались настоящими душегубами. Вполне вероятно, что эти "начинающие" киллеры пошли бы на повторение тяжких преступлений. Такие подпирают пирамиду профессиональных убийц. Кто знает, может в эту минуту чья-то рука выводит на стандартном бланке рекламной газеты очередное объявление о поиске опасной работы. Что самое ужасное - ее обязательно предложат.