/ Language: Русский / Genre:proce,

Художественная Натура

Патриция Хайсмит


Хайсмит Патриция

Художественная натура

Патриция Хайсмит

Художественная натура

Когда Джейн выходила замуж, никто бы и не подумал, будто в ней кроется нечто необычайное. Она была пухленькая, приятненькая, практичная: умела мигом сделать человекуискусственное дыхание, привести в чувство упавшего в обморок иостановить носовое кровотечение. Она работала ассистенткойдантиста и подобно всем им, никогда не теряла головы, столкнувшись с внезапным кризисом или приступом боли. При всемпри том, она благоговела перед искусством. Перед каким именно? Да перед любым Начала она - это был первый год замужества - сживописи. Живопись занимала у нее все субботнее время, во всякомслучае, настолько большую его часть, чтобы не позволять ейтаскаться по магазины, так что покупками занимался ее муж, Боб. Он же платил за рамы для мутных, писанных масляными красками, которые почему-то все время сливались, портретов знакомых - знакомые позировали по выходным, что также отнимало время. Вконце концов, Джейн нашла мужество признаться себе, что цвета унее так и будут сливаться, с этим ничего не поделаешь, и решила вместо живописи заняться танцем.

Нельзя сказать, чтобы танцы, для которых потребовалосьчерное балетное трико, благотворно повлияли на ее крепенькуюфигуру - скорее, на аппетит. Еще понадобились особые туфельки. Она изучала искусство балета. Ей удалось отыскать заведение, называвшееся Школой Искусств. В этом пятиэтажном строении училииграть на фортепиано, скрипке и иных инструментах, сочинятьмузыку, сочинять романы и стихотворения, ваять, танцевать иписать картины.

- Понимаешь, Боб, - широко улыбаясь, говорила Джейн, жизнь может и должна быть более прекрасной. И каждому хочетсявнести свой посильный вклад в красоту и поэзию мира.

Тем временем, Боб выносил мусор и следил за тем, чтобы вдоме не кончалась картошка. Джейн достигла кое-каких успехов, нопотом дело застопорилось, так что она бросила балет ипереключилась на пение.

- Я-то, если правду сказать, думаю, что жизнь и такпрекрасна, - говорил Боб. - Ну, как бы там ни было, я вполнесчастлив.

Так он говорил в певческий период Джейн, когда им пришлосьвтиснуть в и без того крохотную гостиную пианино.

По какой-то причине уроки пения Джейн брать перестала изанялась скульптурой, в том числе и деревянной. От этих занятийпол в гостиной покрылся комочками глины и щепками, которыепылесосу не всегда удавалось собрать. А у Джейн, проводившейцелый день на работе, в кабинете дантиста, а потом ещепростаивавшей до полуночи над деревом или глиной, сил совсем неоставалось.

Боб начинал ненавидеть Школу Искусств. Он уже побывал в нейнесколько раз - заходил туда за Джейн часов около одиннадцативечера. (Гулять в одиночестве по окрестностям Школы былодовольно опасно. ) Тамошние ученики представлялись Бобу кучкойодураченных, если даже и небесталанных людей, а преподаватели - кучкой посредственностей. Сама же Школа казалась ему бедламомнаправленных на ложные цели усилий. Сколько семей, сколько детейи мужей волнуются сейчас, потому что их женщины - в школеучились по преимуществу женщины пребывают вне дома, забросивнеотложные дела? Бобу казалось, что никакое вдохновение в ШколеИскусств и не ночевало - его заменяло всего лишь желаниеподделаться под людей, действительно вдохновенных, таких какШопен, Бетховен и Бах, чьи изуродованные творения он слушал, сидя на скамье в школьной прихожей и поджидая жену. Художниковмногие называли безумцами, однако здешние ученики на такого родабезумие неспособны. В определенном смысле слова они, конечно, безумны, но к сожалению не совсем в том. Прикидывая, на какиесроки Школа Искусств отнимала у него жену, Боб готов былвдребезги разнести все это здание.

Долго ждать ему не пришлось, хотя, впрочем, взорвал Школувсе же не Боб. Некто - как установили впоследствии, один изпреподавателей - подложил под нее бомбу с часовым механизмом, установленным на четыре часа пополудни. Случилось этот передсамым Новым годом, и несмотря на то, что день был наполовинупраздничный, ученики Школы прилежно трудились на занятиях. Полиция и несколько газет были оповещены о бомбе заранее. Бедаоднако в том, что ее не смогли найти, да почти никто в еесуществование и не верил. Соседство Школа имела сомнительное иуже успела притерпеться к страхам и угрозам. Однако бомба все жерванула, причем глубоко в подвале, оказавшись весьма и весьма немаленькой.

Боб находился неподалеку, потому что пришел встретитькончавшую в пять Джейн. Он слышал разговоры о бомбе, но незнал, верить в них или нет. Тем не менее предосторожности ради - или вследствие предчувствия - он не пошел внутрь, а ждал надругой стороне улицы.

Пианино вылетело сквозь крышу, держась чуть в стороне отученицы, так и сидевшей на табурете, продолжая месить пальцамипустоту. Танцовщице, наконец, удалось совершить несколько полныхоборотов, не касаясь ногами земли - и потому что до земли былооколо четверти мили, и потому что летела она ногами вверх. Ученик- живописец пробил собой стену - нацелив кисть как бы дляпоследнего мастерского мазка, он летел параллельно земле, приближаясь к подлинному забвению. Один из преподавателей, привсякой возможности искавший убежища в туалетах Школы Искусств, летел в обнимку с водопроводной трубой.

За ним показалась и Джейн, несущаяся по воздуху с молотком в одной руке, зубилом в другой и с написанным на лице восторгом. Оглушило ль ее, или она так сосредоточилась на работе, или даже умерла? Глядя на Джейн, Боб не взялся бы точно это сказать. Мелкие обломки осыпались на землю с нежным, все стихающимперестуком, поднимая серую пыль. На несколько секунд все стихло, и Боб простоял их, замерев. Затем он повернулся и пошел к дому. Он знал, что на смену этой подымутся новые Школы Искусств. Странно, но эта мысль мелькнула у него в голове еще до того, какон осознал, что жена покинула его навсегда.