/ / Language: Русский / Genre:literature_war,

Четыре Танкиста И Собака

Януш Пшимановский


literature_war Януш Пшимновский Четыре тнкист и собк ru pl О. Акимченко Л. Кшкуревич Влентин В. Виногрдов Guy_Septimiy Guy_Septimiy@nm.ru MSWord + FB Tools + XML Spy 2004-05-12 www.bookz.ru by HarryFan,Wesha the Leopard, 2 March 2001 A2594E5B-6CCE-4FBB-8039-F802A6424625 1.0 Czterej pancerni i pies Крйов Агенця Выдвнич Вршв 1985

Четыре тнкист и собк

Книг первя

1. Тигриные уши

Второй рз з этот день они вышли н просеку. Н влжной трве виднелись вмятины, оствленные зубцми колес проехвшего здесь трктор. Следы были похожи н отпечтки длинных когтей ккого-то хищного зверя. Муссон, дувший с окен, утих. Дождь прекртился, но солнце было мутное и едв просвечивло сквозь тучи.

Стрик остновился, с минуту осмтривлся, держ в руке штуцер, потом снов зшгл, свернув с просеки в лес. З стриком, опустив нос к земле, понуро плелсь собк Мур. Янек змыкл шествие.

Сегодня им не везло. Првд, утром, кк только они вышли из дому, Янеку удлось подстрелить двух фзнов, и теперь об здоровенных петух висели у него н поясе; их длинные яркие хвосты почти доствли до земли. Об выстрел окзлись меткими: пули, выпущенные из мелкоклиберки, с которой он зимой охотился н белку, попли в цель. Однко это был не т добыч. Им хотелось сделть зпс мяс н несколько дней, чтобы потом можно было уйти подльше з Кедровую гору.

Просек остлсь позди. Когд исчезли последние просветы между деревьями, стрик стл збирть немного впрво, вверх по склону. Лес стоял стеной. Внизу росли темные грбы со скрученными стволми и тесно переплетенными толстыми ветвями, выше зеленели ясени, нверху, тм, где больше воздух и свет, в низкое небо упирлись вершинми корейские кедры.

Пробирлись медленно, бесшумно, рздвигя стебли дикого жсмин. Прошло довольно много времени, и нконец зросли поредели. Они вступили в сухой дубняк. Кое-где в него вкрлсь дурскя берез. Здесь было светлее. Внизу отдельными островкми буйно кустился орешник. Теперь склон просмтривлся шгов н двдцть вперед, и стрик повесил штуцер н шею. Янек понял, что это, кк обычно, ознчет привл.

Они вышли н поляну, н крю которой лежл змшелый, свленный ветром грб. Прнишк вынул из торбы, висевшей н плече, две крюхи пресного хлеб и кусок копченого сл. Об присели рядом н стволе и нчли есть. Острыми ножми с деревянными ручкми отрезли тонкие, желтовтые от дым ломтики сл, клли в рот, зедли их хлебом, неторопливо жуя. Эти одинковые, спокойные движения делли их похожими друг н друг, кк будто они были отец и сын или дед и внук, хотя, глянув н их лиц, можно было срзу же определить, что не из-под одной крыши нчлись их пути-дороги. У стрик был темня, обветрення кож, глз поблекшие, кк у строго ястреб, скулы резко выпирли вперед, волосы, тронутые серебряными ниточкми седины, особенно в бороде, звивлись. Прнишк был светловолосый, голубоглзый, мелкокостный и гибкий, кк ветк орешник.

Трпез проходил в молчнии: лес не любит ненужных рзговоров. Скжешь лишнее слово, и может стться, что не услышишь треск сломнной ветки, шелест, совсем не похожего н слбый порыв ветр, не услышишь звук, говорящего тк много чуткому уху.

Стрик протянул н лдони собке кусок хлеб с слом; он взял неохотно, одними губми: понимл, видно, что ей не положено, не зрботл еще сегодня.

Янек вытщил из широкого крмн куртки Шрик, детеныш Муры, щенк с тяжелой головой и большими пушистыми лпми. Янек нзвл его Шриком потому, что, когд пес появился н свет, он и в смом деле был похож н космтый клубок пепельно-серой шерсти. Янек дл ему немного поесть, потом почесл з ушми, лсково потрепл з шерсть. Мур подошл к Янеку, полизл ему руку, словно поблгодрил з зботу о ее детеныше, и, по-собчьи улыбясь, поднял верхнюю губу, отмеченную шрмом – след рысьего когтя.

– Кроме нс здесь еще кто-то охотится, – зговорил нконец стрик.

– Человек или зверь. Лес пустой, кк выметенный.

И срзу же Мур поднял умный седеющий лоб, понюхл воздух.

– Смелей, смелей, – подбодрил ее охотник.

Он двинулсь снчл нерешительно, виляя из стороны в сторону, потом пошл прямо через орешник. Минуту спустя они услышли треск с противоположной стороны поляны и увидели, кк что-то мелькнуло среди ветвей. Из-з ствол толстого дуб выскочили две тени. Мур – впереди, нперерез зверю. А чуть ближе к охотникм пролмывлся сквозь кусты здоровенный, отбившийся от стд стрый кбн с высоким горбом, нчинвшимся от шеи и сходившим н нет к хвосту, воинственно здрнному кверху. Мур вырвлсь вперед, подл голос и подскочил к кбну, готовя в любое мгновение рспрямить свои ноги-пружины и оторвться от земли, чтобы избежть нскок зверя. Но он не зметил, что передними лпми попл н рзмякшую топь, зсыпнную слоем дубовых листьев. Это и погубило ее: кбн нстиг своего врг и срзу же, удром головы, рспрвился с ним. В то же мгновение прогремел выстрел. Зверь вздрогнул, его передние ноги подогнулись, и он рухнул, словно срженный удром молнии.

Об чувствовли, что случилось что-то нелдное. Быстро двинулись, не збывя об осторожности: стрик держл плец н спусковом крючке, Янек сжимл в руке длинный охотничий нож.

Кбн был мертв. Мур лежл н боку, из-под нее текл кровь. Губы еще подргивли, обнжя зубы. Стрик опустился н колени, положил руку н лоб собке. Пльцы его почувствовли, кк коченело ее тело, кк угсл в ней жизнь.

– Плохо. Хорошя ты был, Мур, хорошя, – скзл он ей, себе и лесу.

Щенок, учуяв кровь, попискивл в крмне.

– Н трясину попл, – объяснил неизвестно для чего Янек.

– Кждый может попсть.

Янек рзгреб мох широким лезвием нож и выкопл продолговтую яму. Зсыпл Муру землей, сверху нвлил змшелый кмень. Двумя удрми сделл зсечку н коре дуб, чтобы не збыть место. Потом зпустил руку в крмн, поглдил сидящего тм Шрик, вытщил его, спустил н листья. Он смотрел, кк песик неуклюже двиглся, широко рсствляя лпы, не в состоянии понять того, что случилось. И вдруг, кк длекое эхо выстрел или кк крик птицы из-з туч, Янек пронзило воспоминние: перед его глзми встли рзвлины родного дом, в нос удрил горький зпх гри и искрошенной в пыль штуктурки.

– Один остлся Шрик.

– Никто не остется один, хотя ткое может случиться с кждым, – проворчл недовольно стрик. – Пес остлся у людей.

«Д, ткое может случиться и с собкой, и с человеком», – подумл Янек. Он тоже остлся один, почти один. От одиночеств нчл колесить по свету. Но того, кого искл, не ншел. И вот, когд ему было уже совсем плохо, он ншел дом. Этот дом не был похож н тот, в котором он вырос. Тот, кменный, стоял н берегу кнл в портовом городе. Этот – сложенный из кедровых бревен, по вечерм поющий голосми сверчков и ветр в трубе, н берегу дикой, перектывющей кмни речки.

Он жил в новом доме уже третье лето. Многому з это время нучился: ходить по следу неутомимо, кк волк, определять по ветру погоду, рзличть зпхи лес и животных, рспознвть шорохи и читть следы, ходить бесшумно, ловко и быстро. Он нучился тк стрелять, что из мелкоклиберки попдл в глз белки, не портя мех. Третье лето бродил он по лесным тропинкм. До сих пор он еще кк-то не рздумывл нд тем, куд ведут эти тропинки.

Солнце еще больше померкло. Тучи сползли вниз по склону. Зморосил дождь. Стрик повесил н нижний сук штуцер и свою потертую куртку. Опустившись н колени около убитого кбн, он рукояткой нож рзжл ему челюсти и обнжил клыки. Пожелтевшие от времени, слегк выгнутые, кк сбля, они были длиннее лдони.

Янек стл помогть стрику. Вдвоем они вспороли кожу н животе, сделли ндрезы н ногх и, помогя себе легкими, быстрыми движениями ножей, стли ее снимть.

Дождь усилился, зшелестел в вершинх деревьев; тяжелые кпли сктывлись с листьев н землю. Стрик и Янек спешили. Н рзостлнный рядом брезент положили окорок. Зсучив рукв, они отделяли с здней чсти убитого кбн длинные полосы сочной филейной вырезки.

Вдруг мленький Шрик, кувырквшийся рядом во мху и листьях, нстороженно тявкнул и зворчл, учуяв, видно, ккого-то крупного зверя. Это тявкнье прозвучло збвно-пискливо, кк возглс ребенк, который, подржя взрослым, кричит «Пожр!».

– Смотри ты, – скзл стрик Янеку, держ в рукх кусок мяс, – кк большой, лет…

Он не успел договорить. Янек услышл только, кк кусок мяс шлепнулся н сухие листья. Стрясь не делть лишних движений, Янек осторожно повернул голову. Уголком глз он увидел стрик, змершего н согнутых ногх и сжимющего в руке длинный окроввленный нож. Охотник зстыл в этой позе, сжвшись, словно пружин, пригнув голову. Шея у него нлилсь кровью.

Проследив з его взглядом, Янек посмотрел в сторону дуб. Между двумя кустми орешник, низко, нд смой трвой, он увидел плоский кошчий лоб, рыжие бкенбрды и две здоровые, зрывшиеся в сухих листьях лпы. Все это было неподвижно, и только хвост, длинный, упругий хвост, яростно хлестл по бокм.

Вот когд понял Янек, почему они не встречли сегодня зверей, почему Мур не отходил от ног охотник, почему чуткий, стрый кбн ошлел от стрх и выскочил прямо н них: в лесу охотился другой, более сильный, редкий гость, хозяин тйги и гор – уссурийский тигр. Учуяв зпх свежей крови, он пришел з добычей, которя приндлежл ему, з зверем, которого он выследил. И конечно, его удивило, что люди, эти неуклюжие и смешные создния, лишенные чутья, отвживются нходиться здесь и дже не думют бежть от него сломя голову вниз по склону. С нчл войны, которя тлел вдоль грницы, словно рскленные угли подо мхом, время от времени прорывясь искрми выстрелов из зсд, тигр иногд питлся человечьим мясом и перестл бояться грохот. Ноборот, он шел н звук винтовочных выстрелов, рссчитывя н легкую добычу. И теперь, рзъяренный до предел, он прикидывл рсстояние до жертвы, нпрягя все свои мускулы к прыжку.

Стрик, не оборчивясь и дже не дрогнув, прошептл:

– Ружье н суку… Осторожно… Бери!

Янек вскочил, рукми ухвтился з приклд и ствол. Сук обломился с сухим треском, и одновременно, словно рскт гром, нд поляной пронесся тигриный рык. Янек обернулся и увидел взметнувшуюся крсно-черную молнию и стрик, отсккивющего в сторону. Остлся лишь один шнс, всего одно мгновение, короткое, кк удр сердц. Когд зверь передними лпми опустился н землю и прижлся к ней, чтобы совершить следующий прыжок, Янек поймл н мушку белый зигзг н темной шерсти и выстрелил между узких сверкющих глз.

Огромня кошк перекувырнулсь через голову, грозный рык оборвлся.

Об еще с минуту смотрели н тигр, не шелохнувшись, пок не убедились, что зверь неподвижен. Потом стрик произнес:

– Готов. Д вот успел все-тки зцепить меня когтем.

Янек только теперь зметил н стрике рзодрнный спог и штны, потемневшие от крови.

Стрик опустился н землю. Янек подошел к нему, ндрезл голенище спог сверху, отвернул его вниз до щиколотки и, рзорвв буро-зеленый индивидульный пкет, ткой, кким пользуются солдты н фронте, туго збинтовл рну.

Охотник положил ему руку н голову. Лицо стрик было бледно, губы посинели.

– Спсибо тебе, Янек.

– Что вы, Ефим Семеныч!.. З что? – Янек нзвл его по имени-отчеству. Он почти никогд не обрщлся тк к охотнику, потому что здесь, в горх, н сто километров в округе от сопки Кедровой, все его нзывли просто стриком.

– З жизнь спсибо.

– Это я вм… – Янек умолк. Слишком долго нужно было бы говорить, чтобы выскзть все, однко об они имели обыкновение не рстрчивть зря слов, тк же кк и птроны.

Щенок, спотыкясь о влежник и осторожно перествляя лпы по мокрым и скользким листьям, медленно приближлся к тигру. Он сильно втягивл носом воздух, дрожл, от стрх у него подкшивлись здние лпы, но тяжеля упрямя голов толкл его вперед. Инстинкт, передвемый из поколения в поколение с молоком мтери, подскзывл ему, что врг мертв. Шрик собрл все свои силы, зворчл угрожюще и, ухвтив з зднюю лпу поверженного гигнт, стл зубми дергть его з шерсть.

– Дй-к сюд этого мльц.

Янек взял щенк з шиворот, поднял вверх и подл его стрику. Шрик сидел н широких, покрытых шрмми лдонях, словно шмель в чшечке мльвы. Семеныч рздвинул ему губы, зглянул в псть, потом стл честь з ушми по шерсти, нмокшей от дождя.

– Добрый, добрый пес из тебя вырстет. Остерег нс обоих.

– Что дльше делть будем? – спросил Янек. – Вы сможете идти?

Стрик встл, сделл шг вперед, потом нзд и снов сел.

– Трудно. И мясо нельзя оствить. Я тут с Шриком постерегу его, ты выходи н просеку.

Янек посмотрел вверх, отыскл мутный диск солнц, прятвшийся з тучми, – ему хотелось определить время.

– Он скоро должен подъехть, – скзл Семеныч.

Янек подл стрику винтовку, которую до сих пор держл в рукх, взял свою мелкоклиберку и широким шгом зшгл через поляну.

– Погоди!

Янек обернулся и увидел, что охотник, леж н боку, взялся з тигриную голову и ножом отрезет уши.

– Иди сюд, – позвл стрик, сдясь. – Возьми и спрячь, это твое.

Янек подошел, нгнулся к протянутой руке и взял добычу. Зтем обеими лдонями, кк это делют китйцы, приветствуя дорогого гостя, придержл твердую руку стрик.

Прорввшись сквозь дождливую звесу, ветер донес издлек слбый ритмичный стук мотор, тяжело рботющего н млых оборотх. Янек знл, что трктор, тщивший дв прицеп, нгруженных кедровыми стволми, сейчс идет в гору. Скоро он поднимется н перевл у пяти грбов и стнет спускться в долину. Янек перепрыгнул через повленный ствол н крю поляны и побежл легко, ровно, пружинисто. Он глубоко вдыхл бодрящий горный воздух, зпх листьев, грибов и мхов. В крмне рубшки н груди лежли тигриные уши, и сердце его учщенно билось, рдуясь удчному выстрелу.

Оствшись один с Шриком, стрик достл из крмн кисет – потемневший мешочек из шкуры оленя, оторвл продолговтый клочок от ккуртно сложенной гзеты, стртельно свернул цигрку. Потом потрогл легонько повязку н рне, поудобней положил ногу, упершись стопой в приклд винтовки. Щенок бегл, нсторожив уши описывя большие круги. Он нес службу, кк нстоящий, взрослый пес. Стрик положил кисет в крмн, достл огниво и фитиль, вствленный в гильзу винтовочного птрон, высек искру, рздул трут и прикурил цигрку.

2. Крик диких гусей

Они потеряли много времени, потому что стрик не мог ступить опухшей ногой, и Янеку пришлось вдвоем с трктористом вести рненого под руки.

Потом Янек еще рз вернулся с просеки н поляну, чтобы снять шкуру с тигр и збрть мясо убитого кбн. Н это ушло почти дв чс.

Ехли медленно, осторожно, потому что тяжелые прицепы скользили по мокрой трве и грязи. Нд здним колесом приспособили большую блку, подвесив ее н цепях, и Янек шел сзди, всем телом нвливясь н более тонкий конец, когд спуск стновился очень крутым.

Едв они выбрлись со склон Кедровой н рзъезженную грунтовую дорогу, кк н землю опустилсь ночь. Оствив у обочины тркт прицепы с дровми, поехли н одном тркторе – небольшом, смешном СТЗ с высокими здними зубчтыми колесми; свернув н боковую тропинку, пробегющую вдоль реки, нпрвились прямо к дому стрик.

Когд подъехли, н зпде погсли последние крсные отсветы н тучх, стло совсем темно. Тркторист включил фры. Прямые снопы свет выхвтили из мрк стволы деревьев и толстые ветви, нвисшие низко, кк соломення крыш. Сбоку светилсь рыжевтым светом рзогревшяся выхлопня труб, из нее вылетли крсные искорки и рзлетлись в стороны и вверх.

Миновв дв низких столбик и жерди огрды, подъехли к крыльцу. Тркторист остновил мшину, сбвил гз. Мотор зрботл н млых оборотх. Только сейчс об, и мехник и Янек, услышли, что двигтель стучит. Тркторист в сердцх выруглся.

– Двй его в срй, – посоветовл Янек.

Он сбросил шкуры и мясо, отнес их в сени, потом вернулся и помог стрику сойти. Осторожно поддерживя, повел его вверх по ступенькм к двери. Погсли фры, мотор взревел и зглох. Его рокот сменился тишиной, нрушемой шумом близкой, но невидимой реки. Тркторист быстро вернулся, и все трое вошли в просторную избу.

Здесь было тепло, пхло трвми и шкурми зверей. Янек сдвинул в трубе вьюшку, рзгреб жр в печке, подбросил хворосту. Появились веселые язычки плмени, их отблески зпрыгли по избе, выхвтывя из темноты широкие лвки у стен, длинный стол, кршеный ящичек для порох и пуль.

Все сняли с себя мокрые, нбухшие от дождя куртки. Янек нлил воды из ведр в котел и сунул его в жр. И только теперь вдруг вспомнив, что щенок спит в крмне куртки, вытщил его оттуд, отнес в угол н опустевшую подстилку Муры.

Тркторист сел, вытянул перед собой длинные ноги в збрызгнных грязью спогх, нгнул черноволосую кудрявую голову и стл жловться:

– Мотор стучит, плохо дело. Звтр ндо побыстрее ехть, мотор брхлит. Стучит. Слыхл, товрищ, кк стучит? Пок починю, полдня пройдет, тк и до ночи не доеду.

Стрик не слушл его. Сидя н лвке у печки, он осторожно стягивл штнину с ноги, рненной тигром. Янек вышел в сени, принес мясо, отрезл ножом кусок. Повернувшись к трктористу, успокоил его:

– Не горюй. Ночь длиння, успеешь все нлдить.

– Сил нет. Ночня рбот – плохя рбот. А дров нужно звтр привезти.

– У тебя есть зпсные вклдыши?

– Есть.

– Я все сделю.

– А сможешь?

– Смогу.

Стрик протянул руки к печке, погрел их немного, потом скзл:

– Оствь кстрюли, Янек. Я тут см все сделю, кк будет готово, позову вс.

Тркторист поднялся с лвки и вышел вместе с Янеком. Лмп был хорошя, под стеклом; он ровным кругом освещл грязь во дворе – дождь лил нещдно. Вошли в срй, прикрыв двустворчтые двери. Янек стщил с сен брезент, рсстелил его под трктором.

Об рботли молч, понимя друг друг без слов. Горячее мсло тонкой струйкой стекло в ведро, окутывясь пром в желтовтом свете лмпы. Стоя н коленях по обе стороны трктор, они подствили колоду, ослбили болты, вывернули их, сняли кртер. Янек пклей обтер теплые шейки коленчтого вл.

– Тебя кк звть? – спросил его тркторист.

– Ян Кос.

– Ян Кос? – повторил тот, осторожно и медленно выговривя слов. – Трудное имя.

– А тебя?

– Григорий Скшвили.

– Тоже нелегко зпомнить.

– Я, брт, из Грузии. Понял? Эх ккие тм горы! А н этих горх снег белый, сверкет н солнце, кк схр, хоть языком лижи. А высокие ккие! Видишь вот этот болт? А теперь посмотри н трктор. Здесь горы ткие мленькие, кк этот болт. А тм горы ткие же большие, кк вот этот трктор.

Янек, леж н спине под трктором, поочередно ощупывя рукми подшипники, двил вверх, тянул вниз, но ззор был где-то в другом месте.

– Возьми рукоятку, проверни рзок.

Григорий быстро выполнил просьбу, потом присел н корточки и зглянул под трктор, нблюдя, кк Янек ловко отгибл щипчикми шплинты и ослблял ключом болты.

– Стрик скзл, ты тигр убил. Добрый, знчит, ты охотник. А я вот вижу, ты и трктор знешь. Бери этот трктор, сдись н мое место. Я н фронт иду.

Янек подвинул лмпу тк, чтобы свет пдл н лицо Григорию.

– Что, берут? – спросил он недоверчиво. – Тебе сколько?

– Девятндцть. А тебе?

– Мне семндцть, – соврл Янек, прибвив себе почти дв год.

Теперь уже Григорий взял в руки лмпу и осветил лицо Янек.

– Только семндцть? Тигр убил, трктор знешь… И тких не берут?

– Не потому. Я же не здешний, из Польши. Д и стрик одного не могу оствить.

Григорий, кк это чсто бывет с людьми, бездейственно смотрящими н то, кк рботют другие, неожиднно почувствовл рздржение.

– Знчит, войн нш. А тебя эт войн не ксется. Вы тут шкурки снимете с белок д с енотов.

– Снимем. Н комбинезоны для летчиков.

– Нш брт в окопх, ты в тылу. Хитро.

Янек вывернул последний болт, снял вклдыши подшипник и положил их н брезент. Потом вылез из-под трктор и встл против Григория.

– Хитро, говоришь? А кто первый с Гитлером бился? Нчлось у нс, н Вестерплятте.

– Вестер… И не выговоришь. Что это ткое? Что оно, по-немецки нзывется? Вш войн двно кончилсь. Я зню, вс з две недели рзбили.

– А ты см-то умеешь дрться?

– А то кк же!

– Тогд стновись!

Янек отствил лмпу н кучу клепок, приготовленных для кдки.

Слегк нклонившись вперед, об неподвижно стояли друг против друг, взъерошенные, словно дв петух. И вдруг бросились. Григорий был нмного выше ростом. Он схвтил Янек з голову и подогнул его под себя. Янек, пдя, поджл ноги и, едв коснувшись спиной земли, с силой выпрямил их, отбросив Григория к стенке сря.

Об вскочили, тяжело дыш.

– Еще хочешь?

– Хочу!

Тркторист первый бросился вперед. Янек отрботнным движением прыгнул ему под ноги и повлил его н землю.

Они снов вскочили и опять молч стли сходиться, но вдруг их остновил неожиднно принесенный с высоты ветром рокот моторов.

– Летят, – произнес Скшвили.

– Птрулируют. Японцы близко. Н том берегу Уссури…

Они кк-то срзу збыли друг о друге, о том, что только что дрлись, и мускулы их рсслбились. Об одновременно вышли из сря и остновились у дверей, зпрокинув вверх голову.

Небо н зпде немного прояснилось, мерцли звезды. Не видя смолетов, ребят угдывли нпрвление их полет по короткому угснию звезд. Рокот отдлялся, рстворяясь в шуме ветр.

Об вернулись в срй.

– Еще будем дрться или с тебя хвтит? – спросил Янек.

– Нет, хвтит, глупо все это. Моя войн, твоя войн – одн войн. Бери мой трктор, когд я уйду н фронт.

Они змолчли. Янеку хотелось объяснить Григорию, кк близко ксется его войн, бушующя где-то длеко н зпде, в десяти тысячх километров отсюд. Но он не знл, с чего нчть, и боялся, что ему трудно будет облечь в слов то, о чем он думл.

– Ребят! – позвл их в это время стрик.

Они обмыли руки в керосине, обтерли их мокрой землей, потом сполоснули водой из-под желоб. Зхвтив лмпу, вошли в избу. Здесь н столе уже лежли теплые ржные лепешки, н жестяной трелке дымилось приготовленное мясо кбн.

Поели в молчнии. Потом Янек принес зкопченный чйник, нлил в две кружки чю, у третьей остновился.

– Чй горький. Схр у нс кончился. Будешь пить?

– У меня есть немного, – ответил Григорий, достл из крмн тряпочку и рзвернул. – Один кусок остлся. Дй нож!

Он рсколол схр черенком, дл кждому понемножку. Пили, положив кусочки з щеку.

В углу проснулся Шрик и стл попискивть. Тркторист сгреб н лдонь слдкие крошки, прошел в угол и рдостно произнес:

– Ткой мленький, дерзкий. Лижет схр, кк большой, д еще зубми пльцы мои пробует.

Осчстливленный щенок весело злял, звилял хвостиком. Янек нблюдл з ним с улыбкой некоторое время, потом принес тулуп, рсстелил его н лвке и скзл Григорию:

– Ложись, спи. Остльное я см доделю.

Скшвили рсстегнул ремень, рзделся и, подложив руку под кудрявую голову, проговорил сонно:

– Сон после рботы – хороший сон. Тепло тут, мягко, нд головой не кпет, все-тки поспть по-нстоящему можно только у нс, в Грузии. Тм, бывло, ложишься, ствишь около себя кувшин вин; двери открыты нстежь, ночь входит в дом, звезды входят в дом…

– Через дверь или через сон?

– Кк звезды входят? И через дверь, и через сон. Это все рвно.

В избе нступило молчние. Стрик решил зкурить, протянул руку з гзетой, лежщей у лмпы, но не достл. Янек поднялся, чтобы подть ее стрику. Бросив взгляд н сложенную бумгу, он вдруг здержл ее н лдони.

– Я возьму ее себе? – спросил он стрик.

– Ты что? Курить хочешь?

– Нет, я вм другую гзету принесу. Лдно?

– Лдно, – соглсился охотник.

Янек спрятл гзету н груди, в тот смый крмн, где лежли тигриные уши. Посмотрел, не нужно ли еще чего сделть в избе, но стрик мхнул рукой, покзывя, что он может идти.

Теперь он был недине с трктором в пустом сре. Зложил новые вклдыши в подшипник, смзл их мслом, поствил н место и, крутнув дв рз рукояткой, снов вынул. При свете лмпы он увидел, ккие чсти серебристого сплв точно подходят к форме коленчтого вл: в углублениях остлись следы мсл. Острым плоским ножиком он снимл ккуртные, тонкие стружки мягкого метлл, подгоняя чсти друг к другу.

Эту оперцию он терпеливо проделл во второй, третий и пятый рз, пок вся поверхность не стл глдкой и чистой, рвномерно покрытой тоненькой пленкой мсл. Его тк и подмывло зглянуть в ту гзету, которя был спрятн у него в крмне, потому что в избе он прочитл всего дв слов из того, что его зинтересовло, но он решил, что сделет это только после рботы, когд все зкончит…

Дождь утих, и сквозь щель в крыше теперь стл виден острый рог молодого месяц, повисшего нд горми. Янек здумлся. Тот ли смый это месяц, что несколько лет нзд кслся верхушек мчт н судх, стоявших в порту? Тот ли это месяц, который отржлся в водх злив и Вислы, руквми сбегющей в море?

Тихо скрипнули от ветр двери сря. Этот скрип зствил Янек вздрогнуть и отвлечься от своих умелей. Он снов злез под трктор, в последний рз поствил подшипники. Подвесил кртер, злил мсло. Зпустив мотор, дл порботть ему н млых оборотх. Потом выключил зжигние, подождл, пок стечет лишняя смзк, и через отверстие просунул руку в кртер, пльцми нщупл подшипник, чтобы определить, не греется ли он. Все было в порядке.

Когд-то, в то время, которое Янек нзывл словом «рньше», он в тких случях подходил к отцу и говорил: «Готово». И тогд отец вствл и шел смотреть. Проверял придирчиво, незвисимо от того, был ли это медвежонок, которому Янек пришил новую лпу, модель смолет или велосипед. Потом он выпрямлялся и с улыбкой, светившейся в его серых глзх, протягивл сыну руку и говорил: «Хорошя рбот».

Тк было «рньше». С тех пор кк Янек остлся один, минуло уже почти четыре год. Он вдруг почувствовл, кк устл з эту бессонную ночь, кк болит шея после борьбы с Григорием. Невесело улыбнувшись смому себе, Янек подумл, рзбудил ли Григория шум мотор, или он спит крепко и слдко, тк, кк спят у них в Грузии, и к нему во сне спустились с длекого неб грузинские звезды.

Н дворе похолодло, и у смой земли, под деревьями, под изгородью, бесшумно полз от реки предутренний тумн.

В сенях Янек погсил лмпу, понюхл лдони, которые все еще пхли метллом, мслом и керосином, хотя он и мыл их долго. Осторожно придерживя дверь з скобу, чтобы не зскрипели петли, он н носкх вошел в избу. Подойдя к печке, щепкой, обугленной с одного конц, сгреб в сторону с крсных головешек пепел, достл из крмн гзету и осторожно рзвернул ее.

С првой стороны гзеты, внизу, кк рз в том месте, которое его больше всего интересовло, не хвтло клочк. Приблизив к глзм гзету, Янек придвинулся к тлеющим углям и, почувствовв н лице исходящее от них тепло, стл читть.

– Янек!

Он вздрогнул. Знчит, стрик не спит.

– Что, Ефим Семеныч?

– Прочитй вслух. Этот спит без здних ног, его не рзбудишь.

Янек зколеблся. Почувствовл, кк кровь прилил к голове, словно его зстли н месте преступления. Прошл томительня минут, прежде чем он овлдел собой и нчл читть:

– «Сообщение о соглсии Советского првительств н формировние польской дивизии… – Конц зголовк не было, потом мелким шрифтом шло: – Совет Нродных Комиссров СССР удовлетворил ходтйство Союз польских птриотов в СССР о формировнии н территории СССР польской дивизии имени Тдеуш Костюшко для совместной с Крсной Армией борьбы против немецких зхвтчиков. Формировние польской дивизии уже…»

Янек отодвинулся от углей, медленно сложил гзету и произнес:

– Это все. Немного не хвтет, оторвно.

Снов в избе воцрилсь тишин, только слышно было, кк ровно и спокойно дышит Григорий Скшвили, тркторист из Грузии, д время от времени тревожно попискивет во сне Шрик, тоскуя, видимо, по мтеринскому теплу Муры, которя тк внезпно исчезл из его жизни. Молчние длилось долго. Нконец стрик спросил:

– Остнешься, пок я н ноги не встну?

Янек подошел к нему, присел н крй лвки, зстлнной шкурми.

– Остнусь.

– До первого снег зживет, тогд я уж смогу см ходить, не здержу… – Охотник говорил медленно, неторопливо. – Считй, уже почти дв год, кк мой Вня н войну ушел. Пострше тебя был, д ты помнишь его… Только пуле все рвно, кто стрше, кто моложе… А удерживть тебя не стну.

Стрик положил шершвую широкую лдонь н колено Янек и змолчл.

– Пор Григория будить. З окнми уже сереет, – скзл Янек.

– Пор, – соглсился стрик.

Но Янек не двинулся с мест и, продолжя сидеть, неподвижно смотрел н угсющий в печке жр.

– Ефим Семеныч, я к вм, может, вернусь потом, после войны. У меня ведь никого…

– Брось… – спокойно возрзил стрик. – Мтери нет, отец, глядишь, еще нйдется… Кк уходить будешь, дм тебе руквицы в дорогу, теплые, мягкие, из енот сшитые… А уж коли случится, что отц не сыщешь, все едино не вернешься, со своими остнешься. Гзет, что читл, для тебя не простой клочок бумги, ровно крик диких гусей осенью. Тут уж ничего не поделешь, в свою сторону лететь ндо.

3. Эшелоны идут н зпд

Эшелон стоял н высокой нсыпи. З хвостом соств горели стнционные фонри, светились желтым светом дв окн, у смых вгонов – только темня синь ночи д неровный, дрожщий блеск звезд. В голове соств пыхтел локомотив, выбрсывя султны дым; тонкие, извивющиеся, они кзлись вырезнными из смятой промоктельной бумги. Н рельсы пдл свет из открытых колосников топки, вишневыми кругми обрисовывя колес. Слышно было спокойное поспывние пр и хруст грвия под спогми чсовых, вышгивющих вдоль соств.

Угловтые, прямоугольные силуэты товрных вгонов вырисовывлись н фоне неб. Только н крыше первого и последнего торчли нцеленные куд-то вверх, словно выпрямленные пльцы поднятых рук, стволы счетверенных зенитных пулеметов. У кждого дежурили по дв бойц. Один из них, несший вхту н крыше хвостового вгон, сейчс сидел и тихонько нигрывл н губной грмошке.

Длеко впереди, почти у горизонт, мигнул крсный свет сигнл, исчез и вдруг стл зеленым. Провоз срзу же откликнулся н этот сигнл бсом, словно проход в порту, зсопел, и по всей цепи вгонов передлся звонкий метллический рывок, нтянувший сцепку. Чсовые бросились к приоткрытым дверям, всккивли н подножки и влезли в вгоны. Снизу было видно, кк дрогнули колес, круглые отверстия в них сдвинулись с мест – и поезд отпрвился дльше, в свой путь.

Кк рз в этот момент в кустх н нсыпи кто-то тихо свистнул. Дв силуэт – человек и собки – быстро метнулись к поезду. С минуту они бежли вдоль медленно идущего соств, потом человек подхвтил собку, подбросил ее вверх, прыгнул см, ухвтился з метллическую скобу, подтянулся н рукх и срзу же исчез в темноте з стенкой вгон.

В вгоне н деревянных, в три этж, нрх, сколоченных из нестругных досок, спли люди. Слышлось ритмичное поспывние. Пхло сукном, тбком и метллом – хрктерным рмейским зпхом.

Только один боец, видимо дежурный, сидел посреди вгон н сундучке у печурки. Он был в шинели; из-з плеч выглядывл ствол винтовки, окнчиввшийся узким четырехгрнным штыком. Дежурный был знят делом: подбрсывл щепки в открытую дверцу жестяной «козы». Услышв шум у дверей, он дже не повернул головы, спросил только:

– Ты, что ли, Вня?

– Я, – невнятно буркнул вошедший.

– И что ты з человек? Вечно опздывешь. Смотри, когд-нибудь отстнешь… Если уж умудришься зстрять где-нибудь, двй, но только не в мое дежурство…

Боец еще долго ворчл себе под нос, но тот, кого он принял з Ивн, не отвечл. Н нижней нре, у смого кря, было кк рз одно место, и вошедший быстро улегся, укрывшись полой шинели сосед. Спящий боец пробормотл что-то во сне, отодвинулся, освобождя место, и повернулся н другой бок. Зшуршло сено. Воспользоввшись этим, поздний пссжир выдернул из-под себя порядочную охпку сухой трвы, сунул быстро вниз, под нры, и шепнул тихо:

– Здесь, Шрик, здесь… Лежть.

Поезд снчл змедлил ход, словно утомившись от неустнного бег, потом зтормозил и змер н месте. Где-то в голове эшелон весело подл голос труб. Едв он умолкл, кк ей ответил стук и скрежет отодвигемых дверей. В вгоны вместе с холодным ветром ворвлся серый рссвет, громкие и влстные звуки побудки стли еще слышнее.

Крснормейцы всккивли, нтягивли брюки и споги и, прогоняя зевкми осттки сн, выпрыгивли н полотно.

Трв был седя от инея, шелестел под спогми, кк двно не бритя щетин. Бойцы сбегли с нсыпи, рзбивя кблукми тонкую корку льд, умывлись водой из рв у дороги. Они дурчились, брызглись водой, громко вскрикивя, когд ледяня вод попдл н кожу. Потом все долго рстирли лицо, спину и грудь полотняными полотенцми, пок кож не стновилсь крсной, и снов бежли нверх, перебрсывясь шуткми, спихивя вниз друг друг, всккивли в вгоны.

– Д тут внизу кто-то еще спит. Вствй, лентяй!

– Оствь его, он, нверно, с дежурств. Я, когд вствл, свою шинель ему оствил, пусть спит под ней…

Вдоль поезд дежурные рзносили термосы – зеленые овльные коробки н дв ведр кждый. Подв их в вгон, они бежли дльше.

– Ну-к, Федя, открути крышку! Поглядим, что принесли!

– Н, смотри. Думешь, вреники в сметне?

– Елки-плки, опять кш! – крикнул рослый крснолицый Федор.

– Борщ д кш – пищ нш.

Провоз свистнул отрывисто, словно предупреждя, потом дл длинный сигнл, и поезд медленно тронулся.

Кто-то из сидевших н смой верхней полке высоким тенором зпел, подржя голосу оперного ртист: «Пшено, пшено, пшено, пшено! Оно н рдость нм дно!»

Бойцы рзрзились смехом, потому что в действительности в этой песне поется о вине, которое приносит рдость, не о пшенной кше. Позвякивя в ткт песне котелкми, они выстривлись в очередь к термосу.

– Эй ты! Есть тоже не будешь? – обртился к спящему толстощекий Федор, потянув з полу шинели. – Кк хочешь, можешь спть, я твою порцию… – Он не договорил, с минуту стоял с открытым от удивления ртом, потом зорл: – Ребят, чужой! Елки-плки, и собк тут ккя-то!

Чужой уже двно не спл: его рзбудил труб. Но ему хотелось оттянуть минуту, когд его обнружт. Пусть бы это произошло не во время остновки поезд. Рзоблченный вскочил с нр и встл у стены. К его ногм прижлсь собк, еще молодя, но уже довольно крупня, с волчьей мордой и космтой шерстью пепельного цвет, чуть темнее вдоль спины.

– Ты кто?

Об молчли – и прнишк, и собк.

– Тебя спршивю, ты кто?

Ответ не последовло. Со всего вгон собрлись бойцы, окружив неизвестного, и с любопытством ожидли, что будет дльше. Здние выглядывли из-з спин товрищей.

– Эшелон воинский, тут ккой-то тип пробрлся. Не будешь говорить, живо з дверь вытолкем.

Собк осклил зубы, шерсть н ней встл дыбом.

Рослый, тучный Федор, не обрщя н нее внимния, схвтил прнишку з плечо. И вдруг – удивительное дело! – в то же мгновение боец окзлся лежщим н нрх в сене, собк держл в зубх вырвнный кусок полы шинели. Мльчишк, ннеся удр, который свлил Федор с ног, снов отодвинулся в угол вгон и прижлся спиной к стенке.

– Ах, ты тк? Знчит, головой, елки-плки, кк бык, бодешься? – зкричл толстощекий, всккивя и стискивя кулки.

– Оствь его!

В проходе между нрми и стеной покзлся стршин с гврдейским знчком н выгоревшей гимнстерке. Остновившись перед мльчишкой, он с минуту внимтельно оглядывл его, потом приглдил лдонью усы цвет спелой пшеницы и спокойно зговорил:

– Приходишь в гости непрошеным. Тебя спршивют, ты не отвечешь. Не годится. Если тк дльше пойдет, то твоя собк всему взводу шинели порвет. Ты со всеми хочешь дрться? Мы н фронт едем, ты?

– Я тоже.

Стршин чуть улыбнулся.

– Понимю. Но детей, д еще с собкми, в рмию не берут.

– Ничего себе дитятко! Тк головой мне в брюхо дл, что до сих пор не проходит, – пожловлся возмущенный Федор.

– Погоди! – остновил его стршин и снов обртился к преньку: – А если уж собрлся н войну, то должен был обртиться в военкомт. Тм тебя бы измерили, взвесили, спросили, что и кк, бумгу бы выдли. А смовольно нельзя.

Собк, успокоення тихим, ровным голосом стршины, придвинулсь н полшг вперед, понюхл голенище стршинского спог и, вильнув дв рз хвостом, вернулсь н прежнее место.

Янек подумл, что в этих советх стршины нет ничего нового. Он и см знл, что нужно действовть через военкомт. Д только тм в бумгх зписно, с ккого он год. Не мог же Янек скзть об этом стршине!

– Ничего не говоришь, но думю, ты меня понимешь, – продолжл усч, не смущясь тем, что пок в ответ не услышл ничего врзумительного. – Из дому удрл, мть небось плчет, не знет, где ты. Придется поворчивть обртно, брт.

– Нет у меня мтери.

– А где он?

– Гитлеровцы убили.

У стршины дрогнули усы; он помолчл, словно здумвшись, потом спросил утвердительной интонцией:

– Отец н фронте?..

– Погиб н войне четыре год нзд.

– Тогд же еще не было войны.

– Был, в Польше. Я хочу в польскую рмию. Уже третий день еду.

– Зйцем?

– Д. А с вми со вчершнего вечер.

– У тебя есть ккя-нибудь бумг?

– Д ккя тм бумг! Высдить его, и все! – пыхтел рзозленный Федор.

– Вы, товрищ рядовой, не вмешивйтесь, когд стршин роты говорит. Кто вчер вечером н остновке дежурил? Я спршивю, кто?

– Я, товрищ стршин.

– Вы кк думете: этот пренек во время вшего дежурств в вгон сел или он со своей собкой прямо с неб сюд свлился?

Толстощекий не ответил и спрятлся з спину других. Тем временем Янек достл из крмн ккуртно сложенную гзету и подл ее стршине. Тот повертел ее в рукх, осмотрел, потом тк же стртельно и ровно сложил и вернул Янеку.

– Мы гзеты читем, все знем, но ты же см понимешь, нужн бумг, ккой-нибудь официльный документ.

Янек вытщил удостоверение, выднное охотничьей ртелью, в которой он состоял вместе с Ефимом Семеновичем.

– Ты что ж, стло быть, охотник?

– Эй ты, охотник! – озорно крикнул один из бойцов. – Интересно, н кого ты охотишься, н лягушек или н тигров?

В вгоне грохнул смех.

Янек не ответил. Снов зсунул руку в крмн и н открытой лдони покзл всем большое космтое ухо. Смех оборвлся, стло тихо.

– И првд, тигр. Ну лдно, – первым зговорил стршин. – Мы тут болтем, кш стынет. Пок дйте поесть прнишке и собке, тм видно будет.

Все рсселись н нижних нрх и стли есть деревянными ложкми жирную пшенную кшу. Стршин роты отломил от своей пйки хлеб четвертушку и подл Янеку. Поезд, стуч колесми н стыкх рельсов, проносился мимо небольших стнций, подвя короткие свистки. Через приоткрытые двери вгон был видн зеленя, тянущяся до смого горизонт тйг, плотня, кк войлок.

Янек встл, подошел к Федору и, покзв н лежщую около него шинель, скзл:

– Дйте, я зшью.

Тот с минуту подумл, потом кивнул:

– Бери.

Все, кто сидел поближе, видели, кк пренек снял шпку, отмотл нитку, вынул из подклдки иголку и ккуртными стежкми стл с изннки пришивть оторвнный клочок сукн.

– Ловко это у тебя получется. Кк только прибудешь н фронт, тк тебя срзу глвным портным нзнчт, – пошутил тот смый боец, который спршивл про лягушек и тигров.

– Кончйте языкми честь, – прервл рзговоры стршин. – Не теряйте времени дром. Через чс буду проверять оружие.

Бойцы поднимлись один з другим, подходили к пирмиде в углу вгон, рзбирли винтовки и втомты, рссживлись поудобнее в рзных местх.

– Я бы вычистил это, – тронул Янек стршину з рукв и покзл н оружие со стльной воронкой н конце ствол, круглым диском нверху и с двумя тонкими сошкми.

– Это «РП», ручной пулемет. Знком с ним? – спросил стршин.

– Нет, – ответил Янек откровенно. – Но вообще-то я люблю оружие.

– Ну-к неси его сюд, я тебе сейчс все покжу.

Быстрыми, ловкими движениями он рзобрл и собрл зтвор, потом еще рз рзобрл и снов собрл.

– Теперь сможешь см?

– Попробую.

Первый рз получилось невжно, потом дело пошло быстрей. Янек подошел к ящику, стоящему посредине вгон, и взял оттуд ветошь и жестяную мсленку. Не торопясь, тк же, кк это проделывл сотни рз в доме у реки, у подножия Кедровой, он нчл чистить пулемет.

Шрик, который снчл был очень недоволен тем, что у него отобрли клочок солдтской шипели, теперь повеселел и стл бегть вокруг, виляя хвостом. Когд беготня ему ндоел, он взял в зубы шпку Янек и сел нпротив, тихо скуля.

– Чего это он? – спросил стршин.

– Думет, что н охоту пойдем.

– Это он верно думет, только охот нш н зверя покрупнее, и совсем не для детишек.

Он поглдил собку по голове. Шрик не возржл, поняв, что его хозяин в этом человеке со строгим голосом обрел друг. Стршин здумлся н минуту, потом добвил:

– Хороший человек из тебя получится. – И похлопл Янек по спине.

Снов змедлился перестук колес. Поезд нчл убвлять ход, мшинист дв рз просигнлил, вгоны тряхнуло н стрелке, и эшелон подошел к стнции. Слев и спрв стояли другие соствы, н путях сновли люди в форме. Немного дльше виднелсь широкя водня глдь – это было озеро, простирвшееся до смого горизонт.

И снов вдоль вгон збегли дежурные, остнвливлись н минуту возле кждого и рздвли сложенные вчетверо пчки гзет. Бойцы брли их, делили, рзворчивли широкие листы, переговривясь между собой:

– Прочитешь – не прячь. Рзделим н четверых, то бумги н курево уже нет.

Федор подошел к Янеку и, хлопнув лдонью по гзете, покзл ему:

– Смотри-к, охотник, тут есть кое-что и для тебя: «Первя польскя дивизия имени Тдеуш Костюшко получил первое боевое крещение в бою под Ленино». Рньше нужно было ехть, теперь уж опоздл к нчлу. Без тебя нчли, ты в это время бойцов союзной рмии головой в живот бьешь, собк н них нтрвливешь.

– Не сердитесь, – попросил Янек. – Кк-то тк вышло. Возьмите меня с собой. Я буду вм помогть оружие чистить, н посту с собкой стоять могу. Мы никого не пропустим…

– Подожди меня здесь, – прикзл ему стршин роты. – Я схожу к комндиру, узню, кк с тобой дльше быть.

Скзть было легко: «Схожу, узню», выполнить это нмерение окзлось не тк просто. Случилось непредвиденное: куд-то зпропстилсь меховя ушнк стршины.

– Что з беспорядки? – рзозлился он не н шутку и взъерошил усы. – Дежурный, где у вс глз? Немедленно нйти шпку!

Снчл стл искть дежурный, потом весь взвод. Но тщетно – шпк кк сквозь землю провлилсь. Только Янек не двинулся с мест. Он все ндеялся, что поезд вот-вот отойдет и тогд ему удстся еще немного проехть.

Нконец стршин не вытерпел:

– Пойду без шпки. К моему приходу не нйдете – держитесь! – Он погрозил пльцем. Голосом, в котором прозвучли нотки отчяния, повторил: – Уств нрушю, но пойду.

Едв он произнес эти слов, кк из-под нр выскочил Шрик. Обрдоввшись, что нконец-то ему удстся прогуляться, он змхл хвостом и встл перед стршиной н здние лпы. В зубх он держл ушнку, подвя ее влдельцу.

– Ах ты дворняжк несчстня! – рзозлился стршин.

– Он не дворняжк, – возрзил Янек, – чистых кровей сибирскя овчрк.

– Товрищ стршин, – подл голос Федор, – просто собк недвно в рмии и не успел изучить уств.

Все рссмеялись. Стршин роты рзглдил мех н шпке, ндел ее н голову и, мхнув рукой, быстро сбежл вниз по железной лесенке.

Янек хотел выскочить из вгон следом з ним, потому что по опыту знл, чем кончится рзговор стршины с комндиром, но сделть это ему было нелегко – срзу кк-то не получилось, теперь бойцы не пустили бы. Сейчс они сидели, тесно прижвшись друг к другу, у широко открытых дверей и, глядя н озеро, пели: «Слвное море, священный Бйкл…»

Стршин вернулся неожиднно быстро. Остновившись н соседнем полотне, он мхнул Янеку рукой.

– Пошли, Шрик, опять нс высживют.

Они протолклись к выходу, соскочили н землю.

– Ты чего нос повесил? – весело спросил стршин роты и, обняв его з плечи, повел з собой. – Ничего, не бойся. Я бы тебя взял, рз уж некуд тебе девться, д случй удобный подвернулся. Пошли, см увидишь.

Они подошли к одному из вгонов соседнего эшелон, в дверях которого стояли шттские в втникх и пльто, в кепкх и меховых шпкх, в глубине вгон кто-то дже в шляпе. Один из них стоял н шплх, н его мохнтой ушнке был пришит черными ниткми беля бляшк – орел, вырезнный из консервной бнки.

– Вот он, вш, – скзл стршин человеку в ушнке. – Тоже в польскую рмию едет. Доброго тебе пути, пренек, – с этими словми нпутствия стршин легонько подтолкнул Янек к дверям вгон. – Н фронт попдешь – во все глз гляди. Может, встретимся.

Тот, у которого н шпке был орел, широко улыбнулся и протянул Янеку руку.

– Меня зовут Елень. Густв Елень.

– Ян Кос, – предствился пренек.

– А собку?

– Шрик.

– Шрик? Это кк же по-польски будет?

– Кульк.

– А я снчл подумл, его Серый 1 звть. Что ж, пусть будет Шрик. Все рвно. Подвиньтесь, хлопцы, подю вм нового товрищ.

Прежде чем Янек успел сообрзить, он уже окзлся в воздухе. Елень поднял его без труд нд головой и поствил н ноги уже в вгоне. Янек двинулся было, чтобы подхвтить собку, но Шрик см пружиной взлетел вверх и вскочил в вгон следом з своим хозяином. Янек обернулся, хотел крикнуть, попрощться со стршиной, но тот был уже длеко. Вот он оглянулся, помхл рукой…

В вгоне пели: «Вил веночки и бросл в волны…»

Янек осмотрелся. С удивлением зметил, что н второй полке, у смого кря, сидит не прень, девушк. Одет в резиновые споги, втные брюки и куртку, н голове мужскя шпк зеленого сукн, из-под которой выбивлись длинные светлые волосы. А руки у нее были мленькие, узкие, девичьи.

Он улыбнулсь Янеку, спросил:

– Ты откуд?

– Из Приморского кря…

– А из Польши откуд?

– Из Гдньск.

– А я из Вршвы, Лидкой меня звть.

Янеку покзлось, что он услышл сейчс что-то вжное. Девушк освободил ему место около себя и продолжл петь «Вил веночки и бросл в волны…».

Он несмело подошел, встл рядом, не отвживясь сесть. Посмотрел н соседний путь. Из-з голов впереди стоящих увидел вгоны, в них бойцов в крснозвездных шпкх. Вгоны двинулись с мест, и в первую минуту нельзя было понять, ккой соств тронулся: этот или тот.

«Слвное море, священный Бйкл!» – неслось оттуд. «Вил веночки и бросл в волны…» – пели рядом.

Слов и мелодии сливлись. Янек узнл свой вгон – увидел стоящего в широко открытых дверях толстощекого Федор и стршину, приглживющего лдонью пушистые усы.

«Кк же я его нйду н фронте? – подумл Янек. – Я дже не зню, кк его зовут». Потом он увидел пулемет н крыше и буфер последнего вгон.

Елень збрлся в вгон и подошел к Янеку.

– Будем друзьями. Нзывй меня Густликом. Чего згрустил? Мы туд же едем, что и они. Сейчс все эшелоны идут н зпд.

4. Фокус

Они сидели ровными рядми н доскх, прикрепленных к бортм грузовик, подсккивя вместе с ними н выбоинх. Через отверстие в брезенте смотрели, кк убегет нзд широкя грунтовя дорог, рзбитя сотнями колес.

Ноябрьский день был холодный и ясный. Кзлось, что иней не только покрыл все до смого горизонт, но и вползет вверх н поблекшее безоблчное небо. Въехли в деревню. У дороги стояли мленькие домики и продолговтый прямоугольник одноэтжного здния школы. Когд он остлсь позди, все почувствовли, что мшин сворчивет и круто съезжет вниз, меся сктми сырую глину. Только сейчс, когд под ними зскрипел и зкчлся нстил понтонного мост, они увидели высокий берег.

Ветер стл влжным, от реки несло водяную пыль, мелкими кпелькми оседвшую н лицх. Мост прогиблся под тяжестью грузовик. Когд смотрели н понтон, кзлось, что он плывет и вместе с ним плывут промерзшие сперы в зеленых шинелях с поднятыми воротникми. Трепетли н ветру укрепленные н шестх небольшие бело-крсные флги, которых тк двно не видели.

Янек, кк в тумне, помнил: он видел эти флги в последний рз, когд их отдирли от древк, рвли, швыряли н мостовую шттские в спогх и в мленьких тирольских шляпх с пером. Это было з дв дня до нчл войны, кк рз в то время, когд отец, вернувшись из школы, попросил мть достть из шкф его офицерский мундир.

Мть, сидя н стуле, пришивл звездочки, по две н кждый погон. Спросил отц: «А кк же твои ученики? Кто их учить будет?» Отец ответил: «Млдших уже никто. Сми будут учиться повторять то, что зпомнили н урокх. А стршие тоже нденут мундиры».

Янек вытер лдонью мокрую от измороси щеку, смхнул с глз слезу.

– Колючий ветер, глз режет, – скзл он, вытиря лдонь о втник. Посмотрел н Лидку, но не увидел ее лиц; отвернувшись, он попрвлял волосы. Елень, сидевший у другого борт, изо всех сил тер свои широкие лпищи, тк что был слышен хруст суствов.

– Мы уже н месте. Тм, где нужно.

Но окзлось, что еще не прибыли н место. Миновли еще одну деревушку, въехли в лес и только здесь остновились между плткми.

– Вылезй, дльше поезд не пойдет! – крикнул шофер из кбинки.

Спрыгивя н землю, они читли нтянутый между двумя соснми трнспрнт у вход в лгерь. Это было нелегко, потому что они видели его с обртной стороны и читли по слогм спрв нлево: «Здрвствуй, вчершний скитлец, сегодня – солдт».

У двух сосен, которые зменяли ворот, стоял чсовой с винтовкой н плече. Его обступили тесным кругом, внимтельно осмтривли ботинки с обмоткми, шинель, н которой пуговицы были не ккие-нибудь, метллические, с гербом, потом остновили взгляд н конфедертке с простроченным и потемневшим от времени орлом. Орел был не ткой, кк рньше – неуклюжий, широкий, но видно, что польский 2 .

– Д вы что уствились? – удивился чсовой. – Солдт не видели? Идите н обед, то «купцы» приедут, зберут вс и остнетесь вы не жрвши…

Чсового послушли, пошли к кухне. Он окзлся прв: едв успели похлебть суп (смо собой, пшенный, но, првд, с мясом), кк подъехл грузовик и из него вылез молодой прень с суровой миной н лице. Если бы не звездочки н погонх, то и но догдешься, что это офицер.

– Грждне солдты, кто хочет в тнковые войск? – обртился он к вновь прибывшим.

Вскоре офицер уже сидел з столом в плтке, они, вновь прибывшие, по одному входили внутрь, снимя куртки и рубшки, чтобы их осмотрел доктор и чтобы можно было зписться в тнкисты.

Янек позже других покончил с едой, потому что пришлось долго убеждть повр, что Шрик тоже прибыл в рмию. Когд Янек подошел к плтке, Елень уже выходил из нее. Волосы его были взъерошены, широкя улыбк игрл н губх, втник рсстегнут.

– Янек, иди же быстрее. Меня уже зписли, и ты тоже просись в тнкисты.

– Мне бы хотелось вместе с тобой, но придется идти, куд прикжут.

– Ты не дожидйся, когд тебе прикжут. См себе прикжи, тк лучше будет. Я уже зпислся. Меня сперв спросили, почему я хочу к ним, я говорю, что уже служил тнкистом. Спршивют, где. А я отвечю: у немц, силой взяли. Спршивют, что дльше было, ну я говорю: связл своих швбов и с тнком н другую сторону, к русским. Они не верят, спршивют: «Их же четверо, ты один. Кк тебе удлось?» Ну, тут я схвтил з руку того, что пишет, и того, что спршивет, доктор и еще двух сестер в белых хлтх д кк сдвил их всех вместе. Отпустил, только когд они взмолились. Говорят, создется тнковя бригд имени Героев Вестерплятте.

Лицо Янек вдруг побледнело, он схвтил Еленя з рукв и срывющимся голосом спросил:

– Кк ты скзл?

– Кк слыхл: Вестерплятте. Это те, кто первыми в Гдньске оборонялись. Слыхл, нверно? Янек… Ты куд?..

Но Янек уже входил в плтку. Чсовой придержл его з плечо.

– Погоди немного, тм девушк.

Выйдя из плтки, Лидк весело улыбнулсь и поделилсь своей рдостью с Янеком:

– Приняли. Им нужны рдистки.

Янек шгнул внутрь. Доктор кивнул в его сторону и срзу зворчл:

– Рздевйся быстрее, хлопец. Времени у нс нет.

Он осмотрел Янек, приствил стетоскоп к груди, спросил, здоров ли.

– Здоров.

– Подойдите сюд, – устлым голосом произнес хорунжий 3 . – Имя?

– Ян.

– Фмилия?

– Кос.

– Откуд родом?

– Из Гдньск.

– А сейчс откуд прибыл?

– Из Приморского кря.

– Длеко тебя знесло. Год рождения?

– Двдцть шестой.

– Документы?

Янек подл свое удостоверение, в котором говорилось, что ткой-то охотился н склонх горы Кедровой, з три сезон добыл столько-то шкурок, выполнял плн н столько-то процентов.

– Тут не нписно, когд ты родился. Тк с ккого ты все-тки год?

– Я уже скзл.

– Не обмнешь. У нс же глз есть. Служб нш тяжеля, пойдешь куд-нибудь еще.

В этот момент пол плтки приподнялсь и появилсь мохнтя собчья морд. Шрик влез внутрь и сел н здние лпы у ног своего хозяин.

– Это еще что з новости? Что здесь нужно этой собке? Твоя?

– Моя.

– Ну хвтит. Тнковя бригд – это тебе не зоопрк. Можешь идти.

Янек вышел к срзу же свернул з плтку, чтобы избежть вопросов товрищей. С опущенной головой он ходил взд-вперед. Шрик понял, что что-то не тк, убежл вперед, возвртился нзд и нчл подпрыгивть, приглшя Янек поигрть. Увидев, что сейчс Янеку не до этого, он лизнул его в руку, опустил хвост и медленно поплелся з ним.

Тк они ходили довольно долго, но вот нконец Янек решительно свернул в сторону и подошел прямо к коренстому шоферу, сидевшему н подножке грузовик.

– Добрый день.

– Привет, – ответил водитель, не вствя, видимо решив покзть, что он уже стрый солдт. – Вихур 4 4.

– Откуд? Едв дует, – удивился Янек.

– Д нет, я Вихур. Фмилия ткя. А ты?

– Кос 5 .

– Где? – отплтил шофер той же монетой и при этом посмотрел н ветки дерев.

– Это я. Фмилия ткя. А кк того хорунжего фмилия, что принимет?

– Я дже не зню. Звть Зенеком, – бросил шофер небрежно, боясь покзть, что он только позвчер прибыл в бригду и почти ничего не успел узнть.

– Хорошя у тебя мшин.

– Хорошя. А это твоя собк?

– Д. Если любишь собк, можешь поглдить его, он не укусит. Сядь, Шрик.

Шрик исполнил прикз и с неохотой позволил потрепть себя з уши. Повернув голову, он смотрел, куд пошел его хозяин.

А Янек тем временем постучл рукой по крыльям мшины, зглянул под кпот, поглдил выпуклые стекл фр. Потом н минуту здержлся с другой стороны, у здних колес, и, обойдя вокруг мшины, вернулся к водителю.

– Хороший грузовичок, и уход, видно, з ним хороший. Где ты нучился водить мшину?

– Дядя мой тксистом в Вршве рботл и иногд рзрешл мне во дворе поводить. В Кзхстне обо мне говорили: Вихур – король дорог.

– В Кзхстне?

– Д. Хорошя у тебя собк. Ты с нми поедешь?

– Д, только чуть попозже.

Хорунжий Зенек вышел из плтки, зчитл фмилии отобрнных и прикзл им построиться. С первого рз это не получилось. Тогд он подл комнду «Рзойдись!», потом еще рз крикнул «В две шеренги стновись!» и «Смирно!» и нконец прикзл сдиться в мшину.

Янек, стоя з деревом, видел, что Елень нблюдет з ним, и Лидк тоже посмотрел вокруг, но он остлся н месте. Ни к чему было им объяснять, что ему не поверили. В конце концов, обижться было не н кого, он-то знл, что прибвил себе дв год, когд его спросили о возрсте.

Хорунжий с шофером сели в кбину. Зворчл стртер, но мотор не звелся. Янек сидел з деревом и игрл с Шриком, который обрдовлся, что хозяин повеселел, и хвтл его пльцы белыми, острыми зубми. Стртер взвизгнул еще рз, еще и еще. Хорунжий что-то скзл водителю, тот буркнул: «Сейчс», – и, выскочив из кбины, поднял кпот, стл копться в моторе, постукивя ключми.

– Мшин же новя, в чем дело? – спросил офицер.

– Если б я знл. Погодите, сейчс поедем.

– Кк бы не тк, – тихо произнес Янек, дв шлепок Шрику, который збрлся ему н спину и пытлся лизнуть языком в лицо.

Хорунжий вышел из кбины, новички, солдты тнковой бригды, пок еще одетые в рзноклиберную гржднскую одежду, вылезли из крытого брезентом кузов.

– Покрутите кто-нибудь ручкой, – попросил шофер.

– Дй-к сюд эту вертушку, – вызвлся Елень.

Янек выглянул из-з дерев и стл смотреть, кк его новый приятель присел перед рдитором, рвнул рукоятку вверх и потом долго крутил, кк шрмнку, зствляя содрогться весь грузовик.

– Хвтит, – остновил его шофер. – Черт бы побрл этот гроб!

В этот момент Янек поднялся, подошел поближе и скзл, обрщясь к Вихуре:

– Хорошя мшин, только знть нужно, кк ее зводить.

– Отстнь! – буркнул «король кзхстнских дорог».

– Я бы испрвил, – скзл Кос офицеру и, не дождвшись ответ, отошел вместе с собкой под дерево.

Прошло еще минут десять, мшин продолжл стоять посреди поляны.

Из плтки вышел доктор и, глядя н грузовик, пошутил:

– Если бы это человек был, я бы помог: спирину дл или ксторового мсл…

Хорунжий, зложив руки з спину, нервно ходил взд-вперед по поляне, то и дело поглядывя н чсы.

– Уже полчс здесь торчим, двно пешком бы дошли.

Отчявшись нйти поломку, Вихур сел н трву, уперся локтями в колени и обхвтил голову змсленными лдонями.

– Ничего не понимю. Все вроде н месте, ехть не хочет.

Янек снов подошел к офицеру:

– Пн хорунжий, я могу починить.

– Двй пробуй.

– А если починю, возьмете с собой?

– Нет, не возьмем… Впрочем, лдно, черт с тобой!

– Нс двое.

– Кто тм еще?

– Я и собк.

– А черт, лдно!

Янек подошел к втомшине, з ним шли хорунжий, шофер и все остльные. Несмотря н прикз, они вылезли из кузов.

– Знчит, кк мшин будет нлжен, вы нс обоих зберете? – еще рз для верности спросил Янек.

– Посмотрим, – буркнул офицер.

Но Елень, стоявший рядом, згудел бсом:

– Тк было скзно, все слыхли.

– Вы все сдитесь в кузов, вы, гржднин хорунжий, в кбину.

Янек послушлись. Когд все полезли в кузов, офицер обходил мшину спереди, Янек нклонился нд Шриком и шепнул ему:

– Ищи, Шрик, ищи. Я потерял.

Шрик, подтлкивемый рукой, бросился под мшину.

Янек сел з руль, включил зжигние и нжл н стртер. Мотор зрокотл и зглох. Янек нжл еще рз. Мотор зурчл и ровно зрботл н млых оборотх.

– Кос, кк ты это сделл? Ну скжи, кк? – схвтил его з рукв Вихур.

Янек не ответил. Он быстро выбрлся из кбины, Шрик, выскочив из-под колес, рдостно змхл хвостом и положил перед Янеком толстый шерстяной шрф.

Янек подхвтил Шрик з передние лпы, подл его в кузов, его смого поднял Елень и втщил внутрь.

– Готово, поехли! – зстучли по кбине сидевшие впереди.

Грузовик рвнулся с мест и поктил. Слышно было, кк шофер последовтельно переключет скорости и прибвляет гз, пытясь нверстть потерянное время. Сидящие в кузове то и дело подпрыгивли н выбоинх и колдобинх. А Елень, стиснув обеими рукми Янек, тк что тот не мог дже двинуться, допытывлся, крич ему в смое ухо:

– Кк ты это сделл?

– Мленький фокус. Ндо только вот тут немного иметь, – постучл Янек пльцем по лбу.

– Говори, кк было, то здушу…

– Пусти!.. Лдно, покжу, медведь чертов.

Густлик отпустил Янек, и тот вытщил из-з пзухи шрф, испчкнный сжей.

– Сообржешь?..

– Трубу? Выхлопную трубу? Зткнул? А кто вытщил?

Кос не ответил, только покзл пльцем н скмейку, из-под которой выглядывл озорня морд Шрик.

Ехли недолго. Через полчс грузовик убвил ход, рз дв повернул и остновился в лесу. Когд все соскочили н землю, увидели под деревьями низкие, крытые дерном крыши землянок. Из железных труб вился легкий дымок.

– А где же нши тнки? – спросил Елень.

– Пок нет, но ты не бойся, будут, – ответил Вихур.

Хорунжий построил всех и двоим левофлнговым в шеренге – Янеку и Густлику – прикзл:

– Вы пойдете н кухню. Ндо нносить целый котел воды и нчистить кртошки.

5. Гуляш

Прежде чем приступить к выполнению полученного прикз, они пошли вместе со всеми в землянку, в которой с этого момент должны были жить. Несколько ступенек, вырытых в земле и укрепленных жердочкми, вели внутрь. Двери были двойные, сбитые из досок. Срзу у вход, под окошком, стоял столик, рядом – пустя пирмид для оружия. Дльше, слев и спрв, тянулись двухэтжные нры, н них были соломенные тюфяки, шерстяные одеял и дже простыни. В глубине, нпротив, стоял большя железня печк, сделння из бочки из-под бензин; в ней жрко пылл огонь.

Елень потянул Янек з руку кк рз в ту сторону, и они быстро зняли дв мест рядом.

– К печке поближе, оно теплей будет. Но нверху лучше, то внизу тебя гонять будут дров в печку подклдывть, – объяснял он, кк опытный солдт. – И Шрику в уголке постель устроим, тм ему никто не помешет.

В землянке они оствили все, что им было не нужно: Елень – нбитый доверху вещмешок, Янек – охотничью торбу и руквицы. Потом быстро вышли, чтобы не зствлять офицер повторять прикзние.

Кухню ншли легко. Уже издлек зметили брезентовый верх, нтянутый н столбх, и здоровенный котел н втомобильных колесх с дышлом впереди, с короткой трубой, нд которой был устновлен жестяной грибок. Рядом лежл куч нколотых дров, под нвесом стояли вкопнный в землю стол и шкф, сделнные из необтеснных досок.

Нвстречу им вышел плотный, лысеющий мужчин средних лет, с двумя ншивкми н погонх. Янеку покзлось, что форм н повре слишком просторн для его рост и комплекции. Густлик ткнул товрищ в бок, встл по стойке «смирно» и доложил:

– Пн кпрл, рядовой Елень и рядовой Кос прибыли в вше рспоряжение.

– Хорошо, хорошо, только зчем тк громко кричть? Один – зверь, другой – птиц, вот у меня уже и зоопрк 6 , – пошутил он. – Ты двй воду тскй, ты сдись и нчинй кртошку чистить, – рспорядился он, подвя Янеку ножик с деревянной ручкой, у которого был отломн конец.

Елень взял дв ведр с коромыслом и, придерживя их кончикми пльцев, нпрвился в лес. Между деревьями виднелся длинный колодезный, журвль, косо торчщий вверх.

Янек осмотрел обломок нож, отложил его в сторону и вытщил из-з пояс втник свой, охотничий, с узким и длинным лезвием. Уселся поудобнее и, доствя из мешк по две-три кртофелины срзу, стл чистить, кк когд-то его учил Ефим Семенович. Нож держл неподвижно, только пльцы снизу быстро поворчивли кртофелину. Одн з другой, белые, скользкие от выступющего крхмл, они с булькньем пдли в большой котел, до половины нполненный водой.

Повр стоял сбоку и внимтельно нблюдл.

– Ловко. Будешь стрться, возьму тебя повренком. С кпрлом Лободзким не пропдешь, хлопче, – скзл он, похлопв Кос по плечу.

Из-под стол донеслось короткое ворчние.

– А это что? Собк н кухне? Не успел оглянуться, он тут кк тут. Пошл вон!

– Оствь, – перебил его Янек, – это моя. Иди сюд, Шрик.

Он отвел Шрик под дерево, выбрл место, где было побольше осыпвшейся хвои, прикзл ему лежть, см вернулся к своей рботе. Очищенные кртофелины снов полетели одн з другой в котел.

Изумленный повр молчл с минуту, потом, перейдя к противоположной стороне стол, повернулся к Янеку и зявил:

– Ты мне не тыкй, мы с тобой свиней вместе не псли. – Он подождл еще немного, но, не услышв ответ, строго спросил: – Ты что молчишь? Ндо отвечть: «Слушюсь, гржднин кпрл!»

Янек отложил в сторону нож и кртофелину, встл и произнес:

– Слушюсь, гржднин кпрл.

Лободзкий пожл плечми и пошел к котлу. Увидев, что Елень уже выливет из ведер воду, скзл:

– Осторожно, не рзлей, то луж будет.

Янек продолжл чистить кртошку. Руки у него змерзли от влжных очистков и прикосновения к холодному метллу, в глубине души поднимлся протест. Совсем инче предствлял он себе рмию: подогннный мундир, оружие, стрельб, тнки… А вместо этого все нчлось с кртошки, глупых змечний и бессмысленного повторения «Слушюсь, гржднин кпрл». От холод и злости он еще быстрее зрботл пльцми, ожесточенно снимл кожуру, швырял кртофелины в воду. Кждые десять минут он слышл, кк Елень, бренч пустыми ведрми, быстрым шгом нпрвляется к колодцу, зтем возврщется, что-то нсвистывя, и выливет воду из ведер в котел.

Повр достл из шкф бнки с консервми, рсствил их н столе по четыре в ряд, пересчитл. Елень повесил ведр и коромысло н гвозди.

– Готово, пн кпрл. Могу помочь чистить кртошку.

– Ты свое дело сделл. Хочешь, помогй, не хочешь, не ндо.

Повр отвернулся, опять стл рыться в шкфу и достл с нижней полки большую кость с остткми мяс н ней. Елень присел рядом с Косом и принялся чистить кртошку. Об, не прерывя рботы, нблюдли, кк повр отошел от стол и свистнул, покзв кость Шрику. Тот не двинулся с мест и дже не повернул головы.

– Ого, ккой гордый, – произнес оздченно Лободзкий.

Он нпрвился к дереву, под которым лежл Шрик, и сунул ему кость под нос, но тот не взял ее.

– Слушй, ты, Скворец или Дрозд, или кк тм тебя звть!.. – крикнул он Косу. – Что это твой пес ткой гордый? Под нос ему сую, он не берет. Может, он уже чего стщил и нсытился? – проворчл повр, вернувшись н кухню. – Н, отнеси ему см.

Янек взял кость, отнес, и Шрик с ппетитом стл рвть осттки мяс, дробить мосол крепкими коренными зубми.

– Ишь, бестия, кк челюстями рботет. – Повр присел н крй скмейки, продолжя нблюдть з Шриком. – Живи, Кос, со мной в соглсии, об не пропдете: и ты, и собк твоя. Только помните, кто вс кормит.

Кос ничего не ответил. Лободзкий взял бнку с солью и отошел к котлу.

– Ты чего, Янек, нос повесил, повр тебе не по душе пришелся? – спросил Елень.

– Повр и вообще…

– В рмии тк уж зведено: нет ммы, кругом сми.

– Эй вы, скоро тм зкончите? – крикнул Лободзкий.

– Еще немного остлось, – ответил Елень.

– Нруби еще дров. Сейчс будем рстпливть.

– Слушюсь, пн кпрл.

Елень отошел з брезентовый нвес, откуд вскоре рздлись удры топор. Повр вернулся от котл, отрезл крюху хлеб и, открыв бнку с консервми, пльцем нмзл н кусок толстый слой. Опершись н стол, он ел, оглядывясь по сторонм. Янек бросил последние кртофелины, потрогл их рукой – котел был полон. Вытерев нож о втник, он вложил его в чехол и посмотрел н повр.

– Чего глзеешь? Голодный? Ты не собк, голову н плечх имеешь, тк сообржй. Вот бери кусок… Что, не хочется? Ну смотри, кк знешь.

Кос встл и твердым голосом произнес:

– Консервы для всех…

– Не обеднеют. Где едят сто, тм двое недятся. – Кпрл выскреб ножом осттки жир и мяс, пльцем вытер кря бнки и ккуртно поствил ее посреди других выстроенных в ряд бнок вверх дном, тк что он кзлсь целой, кк и остльные.

– Ты же человек, у тебя голов н плечх. Знчит, сообржть должен: придут проверять зклдку продуктов в котел, смотри не зикнись, то тебе это боком выйдет. – Говоря тк, кпрл нмзл осттки мяс н ндрезнную бухнку и примерялся ножом отрезть кусок потолще.

Янек шгнул вперед:

– Оствь!

– Ты, сопляк! – Повр дже покрснел от злости. – Хвтит умничть! См собке носил кость с мясом.

– Это вы мне дли.

– Посмотрите н него! А собке кто двл: я или ты? – Кпрл поднес ко рту кусок хлеб с мясом.

– Оствь, – повторил Кос.

– Сейчс вот кк огрею! – Отложив хлеб, повр схвтил здоровенный, кк миск, черпк, нсженный н метровой длины ручку.

Елень, привлеченный криком, выглянул из-з нвес.

– Вы меня звли, пн кпрл?

Янек взял со стол порожнюю бнку и, повернувшись к Густлику, покзл ему н вырезнное дно.

Лободзкий поднял руку, хотел схвтить Кос, но Елень в дв прыжк очутился между ними.

– Убери руку, дурень, – угрожюще произнес он.

Повр, увидев в рукх Густлик топор, отскочил кк ошпренный, в следующее же мгновение споткнулся, вцепившись ногой з крй скмейки, и с рзмху сел в котел с кртошкой.

– А, холер, я вс… – Он не докончил своей угрозы и остолбенело уствился в сторону нвес.

Они проследили з его взглядом и увидели плотного мужчину в зеленой полевой конфедертке, из-под которой выбивлись черные вьющиеся волосы. Со стрхом зметили н погонх серебряную генерльскую змейку и вышитую звезду.

– Вылезйте из этого котл. Что здесь происходит? Кто посдил повр в воду? А почему у вс, рядовой, в рукх топор?

Только сейчс Елень зметил, что все еще продолжет сжимть в руке топорище, и понял, почему повр тк испуглся его. Не смутившись, однко, он положил топор н стол и, сделв шг вперед, отрпортовл:

– Пн генерл, рядовой Елень доклдывет, что повр см влетел в кртошку. Он см виновт, пн генерл.

Кпрл выбрлся нконец из котл и, стряхнув рукой воду с брюк, пожловлся:

– Они нпли н меня, гржднин генерл.

– Не успели солдтми стть, уже в нрушители зпислись? Кк же вы посмели поднять руку н кпрл?

– Кпрл, мясо жрл, – возрзил Елень.

– Ккое мясо?

– Д консервы, пн генерл. Вместо того чтобы в котел положить, см сожрл, – покзл Елень н перевернутую пустую бнку.

– Кк это было? – повернулся генерл к повру.

– Этот млый кости собке вынес…

– Я спршивю, кто ел консервы? – Подождв с минуту ответ, генерл крикнул: – Дежурный!

Из ближйшей землянки выбежл солдт с втомтом.

– Зберите его. Доложите нчльнику, чтобы он посдил его н десять суток.

Повр хотел что-то скзть, но, видно, передумл и пошел впереди дежурного, снимя н ходу ремень.

– А с вми я тоже еще поговорю, – грозно пообещл комндир бригды.

– Повр нет, людям есть ндо. Приготовите сми?

– Приготовим, – ответил Елень.

Генерл ушел. Янек и Густлик принялись з дело. Ничего тут трудного не было: вымыли кртошку, потом еще рз вымыли в чистой воде, ссыпли в котел, рзвели огонь и стли подклдывть дров.

Они видели, кк около землянок снуют солдты, кк сменяются чсовые, слышли приглушенную, словно идущую из-под земли, песню. Их кухня стоял в стороне, и к ним поэтому никто не зглядывл. Только под вечер, когд уже стло смеркться, к ним тк же неожиднно, кк и в первый рз, пришел генерл.

– Будет что поесть?

– Будет, – ответил Елень, Янек молч кивнул головой.

– Тк что у вс тут было с этой собкой? И ккие кости ей носили?

Янек рсскзл.

– Посдил бы я эту дворняжку вместе с кпрлом… – Генерл говорил мягким низким голосом. – Где этот злоумышленник? Убежл, нверное?

– Шрик, ко мне! – позвл Янек.

Из-з деревьев прыжкми выскочил пепельно-серя овчрк, счстливя, что ей рзрешили покинуть место под сосной, что он может быть рядом со своим хозяином и поближе к сытному зпху мяс.

– Шриком зовут? Ничего себе шрик, вон ккой вымхл. Ну иди ко мне, иди. Ты уж извини меня, что я тебя з дворняжку принял.

Шрик, посмотрев н протянутую руку чужого человек, зворчл было, но тут же умолк, почувствовв успокивющее прикосновение руки Янек.

– Я вижу, песик, ты неглуп. Умеешь чужого от своих отличить. А что ты еще умеешь?

Янек отвел собку подльше от котл и стл демонстрировть то, чему терпеливо учил сын Муры еще тогд, н склонх Кедровой. Шрик ходил, змирл н месте по прикзу, ложился и полз, бегл з брошенной плкой, подвл голос.

– Недурно, недурно, – похвлил генерл. – Это все или он еще что-нибудь может?

Янек, не совсем уверенный в том, что полностью Шрик освоился в новой для него обстновке, в окружении многих незнкомых людей, решил все же попробовть покзть смое трудное. Он присел рядом с Шриком и, положив руку н его голову, стл объяснять ему:

– Я потерял… Нет у меня… Видишь, нет. След, Шрик, след…

Шрик внимтельно посмотрел н своего хозяин, обнюхл его, сделл вокруг него несколько кругов, кждый рз все большего рзмер, и, учуяв нконец нужный зпх, остновился и посмотрел н Янек.

– Хорошо, хорошо. След!

Шрик коротко тявкнул и бросился в лес. Генерл достл из крмн трубку, стртельно нбил ее тбком. Елень, перекидывя с лдони н лдонь, принес ему из топки мленькую головешку, светившуюся в темноте, кк крсный фонрик. Генерл молч взял ее и прикурил.

Этого времени Шрику хвтило, чтобы выполнить здние. Большими прыжкми выскочил он из-з кустов с весело поднятым хвостом, перемхнул через лвку, прислонился передними лпми к Янеку и вытянул морду. В зубх он держл теплые руквицы, сшитые из шкуры енот.

– Умный пес, – подтвердил генерл. – Я прикжу, чтобы его зчислили в штт бригды. Будет иметь полное прво н порцию из котл.

Но больше других рдовлся успехм Шрик Елень. Збыв об осторожности, он рсхвстлся:

– О, это ткой пес! Это ткой пес, что втомшины умеет…

В то же мгновение Янек изо всей силы ткнул его в бок, и Густлик змолчл.

Генерл, однко, не стл допытывться, что Шрик умеет делть с втомшинми, попросил обоих рсскзть, откуд они родом и кк попли в рмию. Нчл Елень. Сперв он описл, кк выглядит домик его родителей, стоящий у смого лес н склоне Рувницы, кк его отец ходил н рботу в Кузню.

– Только в этой Кузне нет кузницы, тм звод, и это его Кузней нзвли, потому что двно, когд еще дед был живой, тм в смом деле был кузниц, – объяснил Елень.

Потом он рсскзл, кк в семндцть лет встл у прового молот, кк отец приучл его к рботе, кк нчлсь войн и пришли немцы. Они объявили, что силезцы не поляки, и взяли его в вермхт, в тнковые войск.

– Я тогд еще решил: покжу вм, проклятые, кто ткие силезцы. И кк только прибыли н фронт…

Может быть, потому, что совсем стемнело и н погонх уже не было видно серебряной змейки и только время от времени покзывлось спокойное лицо их собеседник, освещемое горящей трубкой, Янек тоже осмелел. Он нчл свой рсскз с того, кк выглядел улочк, н которой он жил в Гдньске, неподлеку от Длинного рынк, рсскзл, кк пошел в школу, кк они с мтерью в один из последних дней сентября проводили отц в рмию. Зтем коротко, чтобы слезы не успели нвернуться н глз, рсскзл о том, кк погибл его мть под рзвлинми сожженного дом, кк он н грузовике выбрлся из Гдньск и потом ехл все дльше и дльше н восток. Он пробирлся к тетке, которя жил во Львове, когд повстречвшиеся ему солдты скзли, что знли одного поручник Кос, решил рзыскть отц. Тк и окзлся у смого Тихого окен. Был ли то его отец или другой человек с ткой же фмилией, Янек тк и не узнл. Голодный и рзутый, нбрел он н стрик охотник, которого звли Ефимом Семеновичем. У него и остлся Янек, потому что дльше уже негде было искть.

– А ты знешь, где сржлся отец?

– А кк же, зню, недлеко от ншего дом, н Вестерплятте. Тм немцы нших солдт окружили и в плен зхвтили. Но люди рсскзывли, что они убежли.

– Н Вестерплятте? – повторил генерл. – Ты был тм когд-нибудь?

– Был. Вместе с ммой. Через три дня после того, кк пришл повестк. Отец был учителем, но он больше не пошел в школу, достл из шкф свой стрый мундир, положил в портфель и рспрощлся с нми. Он збыл шрф, и мы с ммой отнесли ему: осень был, холодно стновилось.

– Ты помнишь, кк тм все выглядело, н Вестерплятте?

– Двно это было, но я помню. Дом из бревен стоял, между бревнми кирпич крсный проложен. Обыкновенный дом с окнми, одноэтжный, посредине еще этж ндстроен, только внизу мленькие оконц, кк подвльные. Это был бетоння стен с железным перекрытием. Отец вышел к нм, и мы втроем пошли з проволочное згрждение, з ворог, к морю. Тм уже только кусты росли н песчных взгоркх, дльше виднелся мол, длинный, с мяком н мысе.

Янек умолк. Ему кзлось, что он еще помнит голубизну неб и яркое солнце того дня. Он зжмурил глз, чтобы подольше видеть всплывшую в пмяти кртину, но в этот момент Елень спросил:

– А вы, пн генерл, не были в Тешинской Силезии, в Бескидх?

– Нет, не был. Вообще в Польше не был, но скоро буду тм. Вместе с вми. – Он здумлся н минуту, потом вдруг спросил: – А кк тм нш ужин?

– Ой! – спохвтился Елень.

Они с Янеком сорвлись с мест, подхвтили ведр, нполненные мясом из консервных бнок, и побежли к котлу.

Кртошк был уже готов, и Густлик с Янеком стли рзминть ее черпком, перемешивя с мясом.

– Еще немного, и было бы поздно, – облегченно произнес Елень.

– Ну-к дйте попробовть… Недурно. Теперь выгребйте из топки жр. О Польше говорить нужно, только и о кртошке збывть нельзя. Тем более сейчс, когд повр н гуптвхте сидит.

Янек хотел было спросить, что с повром и что с ним будет дльше, но не отвжился. Генерл ушел, в это время со стороны землянок хорунжий Зенек, который сегодня их нбирл в тнковую бригду, отпрвлял прми новичков к кухне. Елень сбегл к шкфу и вернулся с зжженной лмпой.

– Готов ужин? Тогд нчинйте рздчу, – рспорядился хорунжий.

Янек встл с черпком н подножке походной кухни, приготовившись нклдывть порции в котелки, и срзу чуть ли не первой подошл Лидк. Он не очень-то предствлял себе свои обязнности и сейчс зчерпнул сверху – выбиря, где больше жир и мяс. Зтем осторожно переложил содержимое черпк в котелок, и тут ему пришло в голову, что он похож н повр, не вообще н повр, именно н кпрл Лободзкого, которого посдили н гуптвхту. Првд, кпрл брл для себя, Янек для кого-то, но рзниц небольшя.

«Лдно, – решил Янек, – зто себе положу меньше, и одну только кртошку, без мяс».

Но ему не удлось выполнить это блгородное нмерение, потому что Елень схвтил его з пояс и опустил н землю:

– Иди отсюд!

Елень стл н подножку и быстро нчл, зхвтывя черпком рвные порции, нполнять котелки: первый – Янеку, потом – и остльным по очереди.

Кос отошел в сторону, посмотрел, где бы присесть, в увидел сидящую под деревом Лидку. Он подошел к ней, и об нчли молч есть. Но через минуту девушк отложил ложку и стл греть свои лдони о котелок.

– Что, руки змерзли?

– Немного.

– Дй я погрею, – предложил Янек и взял ее руки в свои. Он стл рстирть их, слегк мссируя.

Девушк отнял руки:

– Спсибо, уже тепло, но они сейчс опять змерзнут.

– А я еще погрею, – весело скзл Янек.

Он вдруг вспомнил о принесенных Шриком из землянки руквицх, теплых, смых теплых н свете руквицх из шкуры енот. Янек достл их из-з пзухи и подрил девушке.

6. Три десятки

С смого утр друзья отпрвились получть винтовки. Они были новенькие, с темными поблескивющими стволми и глдкими приклдми, покрытыми коричневым лком, сквозь который были видны кольц – жилы деревьев, пошедших н производство оружия.

– Янек, зпомни номер своей винтовки. Чтоб ночью, если рзбудят, мог его нзвть. Ты, к примеру, можешь збыть, кк твою дивчину зовут, этот номер обязн помнить.

Елень посмотрел н своего млдшего товрищ и тут же змолчл; он вспомнил, что уже три недели, кк Лидк уехл из бригды н курсы рдиотелегрфисток. Прощясь, он обещл Янеку писть. Елень знл, что он не пишет. Он бы срзу зметил, если бы письмо пришло. Везде: н учениях, в очереди у кухни, н нрх в землянке – они с Янеком были вместе с рссвет до ночи и с ночи до следующего утр. Спли, укрывясь двумя одеялми. В общем, Елень не мог не знть, что Лидк не пишет и что Янек не збывет о ней и все чще здумывется по вечерм.

Неделю нзд они получили форму. Снчл пошли в бню, тм оствили свою струю гржднскую одежду. Зтем их выпускли через другие двери по одному в чем мть родил, тм нчльник вещевого склд выдвл новое обмундировние. Янеку посчстливилось: в крмне гимнстерки он ншел небольшой, в полстрницы, листок, вырвнный из тетрди. Неизвестня женщин, которя шил форму, нписл н нем четыре слов: «Польскому солдту н счстье». И больше ничего, только эти четыре слов.

Они пытлись предствить, ккие у нее волосы, темные или светлые; ккя он, молодя или, может быть, в мтери им годится. Ни подписи, ни дрес н листке не было. Янек опечлился: получил письмо, но без обртного дрес, н дрес, который он специльно зписл Лидке в ее зписную книжку, письмо все не приходило.

Ему, конечно, больше хотелось получить Лидкино письмо, но он устыдился скзть об этом вслух: ведь он бы обидел ту, которя, рботя н фбрике по десяти, то и по двендцти чсов, проводив брт или сын н фронт, ншл время послть листок с пожелнием счстья не известному ей польскому солдту.

Нчльник склд подобрл им обмундировние кк рз ткое, ккое нужно: для Еленя – попросторнее в плечх, для Кос – поуже. Првд, голенищ у спог, которые получил Янек, были довольно широкими. З три пчки мхорки спожник сделл их по ноге.

В тот день, когд получли оружие, после звтрк не было никких знятий. Около десяти чсов было объявлено построение, зтем все промршировли к поляне. Н ней лежл снег, пушистый, белый, ккой выпдет только ночью. День выдлся н диво теплый. Офицеры выстривли подходившие подрзделения, тк что получлся один общий строй в форме подковы. Солдты впервые увидели, кк их много прибыло з это время. В двух шеренгх собрлось более пятисот прней – целый тнковый полк. Тихо переговривясь друг с другом, все ждли.

И вдруг окзлось, что кпрл Лободзкий, повр, с которым Елень и Кос столкнулись в первый же день, стоит тут же, впереди них.

– Выпустили вс, пн кпрл?

Лободзкий бросил н них взгляд и ничего не ответил. Тогд Елень опустил н его плечо свою тяжелую руку, и тот обернулся, зморгл.

– Чего еще?

– Кк же это вс отпустили? – переспросил Густлик, не снимя руки с плеч кпрл.

Повр покрснел, но тут же овлдел собой и спокойно ответил:

– Я обещл генерлу…

– А не обмнешь?

– Не тебе слово двл.

– Но, кпрл! – скзл Густлик, снимя с плеч кпрл руку. По тону, кким произнес эти дв слов Елень, трудно было понять, что в них звучло: предостережение или доверие.

– Я бы не выпустил его, – шепнул Янек.

Елень нклонился к нему и тк же тихо скзл:

– Нужно верить. С человеком всякое в жизни случется. Может, его кто обкрдывл, и он теперь… А если бы и мне не поверили? А ведь верят.

Офицеры выступили перед шеренгой и, стоя вполоборот к строю подрзделений, подли комнду:

– Смирно! Н пле-чо! Н кр-ул!

С той стороны, куд подков строя был обрщен вогнутой стороной, подошел генерл. Он спокойным шгом двиглся вдоль зеленых, неподвижно зстывших рот, внимтельно вглядывясь в лиц. Зтем остнвливлся, брл под козырек и здоровлся:

– Здрвствуйте, ребят!

– Здрвия желем, гржднин генерл! – хором отвечл рот.

Когд генерл проходил мимо Еленя и Кос, обоим покзлось, что он узнл их и словно тень улыбки пробежл по его лицу. Слов приветствия звучли глуше, удлялись вместе с комндиром бригды к другому флнгу подковы. Густлик и Янек видели, кк генерл возврщется с флнг. Вот он вышел н середину, встл перед строем по стойке «смирно» и низким, сильным голосом подл комнду:

– Оружие… к но-ге!.. К присяге!

Глухо стукнули сброшенные с плеч винтовки. Солдты сняли шпки, подняли вверх дв пльц првой руки.

– Присягю земле польской и нроду польскому… – выделяя кждое слово, отчетливо произнес генерл и сделл пузу.

Все повторили хором:

– Присягю земле польской и нроду польскому…

Подождли, когд комндир произнесет следующие слов присяги, и повторяли дльше:

– …честно выполнять обязнности солдт в лгере, в походе, в бою, всегд и везде… строго хрнить военную тйну, беспрекословно выполнять прикзы комндиров…

Нд шеренгми в ноябрьском небе клубился легкий пр.

– Присягю н верность своему союзнику, Советскому Союзу, который дл мне в руки оружие для борьбы с общим вргом, присягю н верность бртской Крсной Армии…

Высоко в небе, с южной стороны, появился едв зметный, похожий н серебряное коромысло, смолет. До слух долетело ровное, высокое, похожее н осиное, гудение мотор. Н тком удлении нельзя было увидеть, чей это смолет, но все знли, что н крыльях у него крсные звезды, что он птрулирует в морозной голубизне нд землей, н которой они стояли.

– Клянусь быть преднным Знмени моей бригды и лозунгу отцов нших, н нем нчертнном: «З Вшу свободу и ншу!» 7 Церемония принятия присяги окончилсь, но комндир не подвл комнды рсходиться, и все стояли, словно прислушивясь к нступившей тишине и ндеясь, что издлек, быть может, от смой Вислы, придет эхо. С Оки дул ветер, срывя снежную пыль с веток сосен.

Никто их не спршивл, сдержт ли они клятву. Может быть, потому, что ответ предстояло держть не словом, ртным делом.

День проходил торжественно, прзднично. Знятий никких не было. Перед обедом всем выдли в жестяных кружкх по сто грммов водки. Янек хотел попробовть, ккой у нее вкус, но Елень придержл его з руку:

– Погоди, прень. Когд будут двть молоко, я тебе свое отдм, это тебе ни к чему. Я з твое здоровье выпью.

После обед почти все отпрвились н футбольный мтч, который, кк глсил фиш, должен был состояться н спортивной площдке корпус между комндми пехотной дивизии имени Генрик Домбровското и ртиллерийской бригды имени Юзеф Бем. А некоторые, пользуясь зтишьем, писли в землянкх письм.

Янек и Густлик, которым писть было некому, вместе с ними и Шрик отпрвились прогуляться к Оке. Шрику тоже нужно было отдохнуть, потому что он все утро сидел в землянке, привязнный н шнурке з ошейник. Ошейник был новый, из белой кожи, укршенный метллическими зклепкми из гвоздей. Его сшил тот же спожник, который суживл Янеку голенищ спог. З эту рботу Янек и Густлик отдли ему еще три пчки мхорки, которой им совсем не было жлко, потому что об не курили, однко получли ее нрвне со всеми.

Они вышли н пологий зснеженный берег. Шрик ошлело носился по берегу, кувырклся в снегу, они смотрели н серую воду, еще свободную ото льд, но уже схвченную тонкой коркой у берегов. Об этой реке в одной песенке пелось: «Течет, течет Ок, кк Висл, широк, кк Висл, глубок».

Нверное, обоим одновременно пришли н пмять эти слов, потому что Янек произнес вслух:

– Висл шире, нмного шире. Рзве что только один рукв считть.

– Э, не скжи, – возрзил Елень. – От моего дом до Вислы будет не дльше, чем вон до той дороги. Я целое лето ходил в Кузню и всегд перебирлся н другой берег но кмням, потому что через мост было дльше. Конечно, весной или после дождей он рзливется, но и то ткя широкя не бывет.

Кждый помнил свою Вислу: один – широкую, другой – узкую, но все же првд был в этой песенке. Может быть, эт првд – сосны, может, песок, скрытый теперь снегом, или высокий берег, рзмытый течением н той стороне. А может, для прибывших сюд солдт в шпкх с орлом см земля пострлсь походить н польскую и нпомнить им родину.

– Вот мы и стли тнкистми после присяги.

– Солдтми – д, тнкистми… Когд же нм ддут эти тнки?

Шрик, резвившийся в снегу, вдруг змер неподвижно, взъерошил шерсть и нвострил уши.

– Кого ты тм учуял?

Пес тявкнул коротко, но с мест не двинулся.

– Д погоди ты, тише. – Елень пригнулся, прислонив к уху лдонь.

Снчл они ощутили доктившееся издлек легкое дрожние земли, которое не исчезло, все приближлось, усиливлось. И вот уже хорошо слышен гул, сопровождемый отчетливым звонким лязгом метлл. Об зшгли от реки, поднялись н пригорок. Шрик шел позди нстороженный, медленно перествляя лпы.

Грохот стновился все сильнее, приближясь со стороны лес, через который шл дорог к лгерю. Янек и Густлик вдруг зметили, кк между деревьями промелькнул овльной формы, подвшийся вперед ккой-то непонятный силуэт, и тут же н поле выскочил тнк, скрытый с боков фонтнми грязи и снег. З ним – второй, третий, пятый. Они шли с короткими интервлми друг з другом, ревя моторми, похожие н слонов, устремившихся в тку с вытянутыми вперед хоботми.

– Тнки…

– Тнки!

Янек и Густлик, выскзв вслух эту «оригинльную» мысль, сорвлись с мест и побежли нпрямик, обгоняемые Шриком, в сторону лгеря. Мокрый снег прилипл к спогм, сдерживя бег, тк что они сильно зпыхлись, прежде чем пересекли поле. Остновились, перевели дух и быстро зшгли, увидев издлек, кк от зстывшей в неподвижности колонны отделился человек, подошел к генерлу и отдл ему рпорт, зтем повернулся и флжкми подл сигнл стоящим н дороге мшинм.

Тнки снов взревели моторми и двинулись теперь уже медленно; кк послушные животные, ползли они между деревьями, рзворчивлись н месте и остнвливлись в ровной шеренге, один возле другого.

Когд Янек и Густлик подошли поближе, последний тнк пристроился к остльным и выключил мотор. Зпхло метллом, мслом, грью и землей, перемешнной со снегом и превртившейся в грязь. Везде у мшин стояли люди в темно-синих комбинезонх, ндетых поверх втников и перетянутых кожными ремнями.

– Вот это д! – восхищенно произнес Янек.

– Сил! – ответил ему Густлик.

Шрик, который в жизни ничего подобного не видел, стоял в нескольких шгх позди них, спрятвшись н всякий случй з сосну. Вздыбив шерсть н спине, он нюхл воздух своим чутким черным носом. Кос и Елень подошли к ближйшей мшине, внимтельно стли осмтривть ее, дотргивясь рукми до брони.

– Осторожно, то сломешь.

Из-з тнк вышел стройный смуглолицый мужчин с непокрытой светловолосой кудрявой головой. В руке он держл черный шлем тнкист. Под комбинезоном, рсстегнутым сверху, они увидели советскую офицерскую форму.

– Вместе будем служить, товрищ? – спросил Густлик. – Или вы только тнки пригнли?

– Пригнли. Если удстся, доведем до смого Берлин. Ткой прикз. Я, когд вышел из госпитля, хотел вернуться в свою чсть, мне прикзывют: «Вы, лейтеннт Всилий Семенов, будете союзников учить».

Лейтеннт неожиднно весело и звонко рссмеялся. Потом протянул руку, предлгя знкомиться.

Нзывя свои имен, они с удивлением зметили, что у лейтеннт один глз голубого цвет, другой черный кк смол.

– Ну что ж, буду вс учить, пок не нучитесь лучше меня с ними обрщться.

Внутри мшины что-то стукнуло, зскрипело, и через передний люк тнк стл выбирться мехник. Снчл они увидели его голову, зтем чумзое лицо и нконец плечи. В то же мгновение Шрик весело гвкнул, подбежл к мехнику и, опершись передними лпми о броню, лизнул тнкист в лицо.

– Что з порядки, черт побери! Только нос высунул, тут собки срзу целовться лезут. У нс в Грузии…

– Григорий! – зкричл Янек.

Тнкист, нполовину уже вылезший из люк, змер, рзглядывя Кос.

– Д, я Григорий Скшвили. А ты?..

– Собк тебя узнл, помнит, кк ты ей схр двл. А меня не узнешь?

– Янек! Товрищ лейтеннт, я его зню. Это ж мой друг. Мы еще с ним дрлись, здорово дрлись, пок не сообрзили, что войн общя – и его, и моя.

– Гор с горой не сходятся, человек… – резюмировл лейтеннт и, снов весело рссмеявшись, добвил: – Но я ничего не понимю.

– Я тоже ничего, – соглсился с ним Елень.

Янек в нескольких словх объяснил, в чем дело, и Скшвили подтвердил скзнное Янеком, потом подробно и крсочно рсскзл, кк его взяли в рмию, нпрвили н звод учиться водить и ремонтировть тнки, кк был выпущен ткой змечтельный тнк, что все скзли: «От Кмчтки до Тбилиси никто тк здорово не водит тнк. Пусть нш Григорий едет н этом тнке к полякм и покжет все, что умеет».

– Я с тобой, Григорий, в твоем экипже буду. Хочешь?

– И я с вми, – добвил Елень.

– А меня, комндир тнк, что же не спршивете? – вмешлся лейтеннт. – Не зню, подойдете вы или нет. Ндо еще покзть, что вы умеете. Скшвили, кк он вм уже см рсскзл, водитель первого клсс. Покжи-к им, Григорий, что ты можешь.

– С гвоздем?

Лейтеннт кивнул.

Мехник бросился к мшине. Минуту спустя он через открытый люк подл Семенову огромный зржвленный гвоздь в полпльц толщиной и с лдонь длиной. Лейтеннт взял гвоздь. Провожемый удивленными взглядми Еленя и Кос, он подошел к ближйшей сосне и воткнул гвоздь острием в кору.

– Отойдем-к немного в сторону, – предложил он своим новым знкомым, зтем повернулся к тнку и крикнул: – Готово! Не збудь бшню повернуть.

С грохотом зкрылся люк. С минуту было тихо, зтем взвизгнул стртер и зрботл мотор. Бшня, послушня невидимой руке, легко повернулсь и змерл. Ствол пушки смотрел нзд. Рокот мотор немного усилился, гусеницы дрогнули, и тнк, нбиря скорость, двинулся прямо н дерево.

– Сломет! – крикнул Янек.

Однко не сломл. В полуметре от сосны тнк притормозил, с рзгону стукнул лобовой броней по гвоздю и всей тридцтитонной мссой вогнл его в ствол, кк в мсло. Зтем кчнулся и здним ходом осторожно отошел н свое место, рвняясь по остльным.

Сосн еще дрожл, сбрсывя с себя плсты снег и бурые иглы, когд они втроем подошли поближе и увидели, что кор совсем не содрн, ржвя шляпк гвоздя выступет н пять миллиметров от поверхности ствол.

– Ну и кк? – спросил лейтеннт.

Григорий открыл люк, быстро выскочил и подбежл к ним.

– В тигр нужно тк стрелять, чтобы шкуру не попортить. Тк и н тнке ездить ндо, – хвстливо зявил он, весь сияя.

– Тонкя рбот! Вот что знчит стрый вояк, – с увжением подтвердил Елень.

– Григорий стрый вояк? Д он и н фронте не был. Еще год не прошло, кк форму носит, – зсмеялся Семенов.

– А вы, товрищ лейтеннт, рзве от рождения тнкист? – спросил Янек.

– От рождения мы все одинковые – сыновья у мтери с отцом. Я никогд не был кдровым военным. Пок войн не нчлсь. Я… – Он змолчл и снов рссмеялся своим зрзительным звонким смехом, сощурив рзноцветные глз. – Посмотрите-к н небо, н облко… Вон н то высокое, ткое белое, кк в молоке выкупнное, солнцем нсквозь просвеченное. Знете, кк оно нзывется? Цирростртус. А еще вм могу скзть о нем, что через день, смое большее через дв, оно принесет нм перемену погоды и снег. Видите теперь, ккой из меня тнкист? Специлист по облкм… – Он змолчл н минуту, глядя н удивленные лиц прней, потом скзл: – Ну хорошо, мы покзли, что умеем. Григорий умеет водить тнк, я гдю по облкм, вы?

Елень еще рз внимтельно осмотрел гвоздь, зтем молч ухвтился з него пльцми. Рук его нчл ритмично дергться влево-впрво, влево-впрво. Под кожей вздулись голубовтые вены. Кзлось, что дергется только рук, но через минуту гвоздь нчл вылезть из дерев и нконец выскочил. Елень взял его в обе руки и без всякого усилия свернул в колечко.

– У нс в Грузии был один ткой, коня поднимл. У тебя нет в Грузии родственников? – спросил Скшвили.

Лейтеннт, держ гвоздь н лдони, легонько подбросил его.

– Кто знет, может, ты и сгодился бы в нш экипж, но вот твой товрищ… Больно уж ты молод, – повернулся он к Янеку. – Лучше бы тебе где-нибудь при штбе быть… В тнке жизнь трудня. Это не то что в поле н тркторе ктться. – Он улыбнулся и добвил: – Тебе, пожлуй, легче три десятки выбить из винтовки, чем стть членом ншего экипж.

– Хорошо. А если попду? Звтр у нс кк рз стрельбы. Пойдете с нми?

– Пойду.

– А возьмете?

– Посмотрим.

– Товрищ лейтеннт, – вмешлся Скшвили, подмигнув Косу, – рз слово скзно, с губ слетело, то теперь уж нечего гнться з ним, кк кошк з воробьем…

Бригд стрелял с смого утр, и эхо сухих винтовочных выстрелов рзносилось по лесу. Но только к полудню подошл очередь выходить н огневой рубеж роте, в которую был зчислен Янек. Первыми нчли првофлнговые, смые высокие. Елень выбил двдцть четыре очк из тридцти возможных, и его фмилия был второй в списке лучших стрелков, срзу же после хорунжего Зенек, который выбил десятку, девятку и восьмерку.

Поручник 8 Семенов и плютоновый 9 Скшвили (об были уже в новой, польской форме, потому и звния их теперь стли тоже польскими) терпеливо ждли с смого утр, хотя в лесу было сыро и холодно. Небо, кк и предскзывл вчер Всилий, было зтянуто снеговыми свинцовыми облкми. Когд нстл очередь Янек, они подошли поближе и стли смотреть, кк прнишк устривется н огневом рубеже, Григорий успел рсскзть о Янеке все, что знл, и Семенов пожлел о своей вчершней шутке. Кк он не мог догдться срзу, что его обводят вокруг пльц! Но теперь уже было поздно.

Янек зрядил винтовку. Шрик, прибежвший сюд с смого утр, возбужденный непрерывным грохотом выстрелов, нетерпеливо ожидл момент, когд его хозяин пустит в дело свое оружие, чтобы потом можно было принести ему добычу, которой он пок не чуял, но в существовнии которой был уверен: где стреляют, тм должн быть ккя-нибудь дичь.

Янек прижлся щекой к холодному приклду, через прорезь прицел поймл н мушку черный кружок в центре мишени.

«Спокойно, спокойно, – прикзл он мысленно себе. – Предположим, что это глз тигр».

Вдох, выдох, спусковой крючок плвно нжимется, глз широко открыты. Выстрел прозвучл, кк и следовло, неожиднно, и Янек обрдовлся, что оружие в его рукх ведет себя спокойно, что отдч у него меньше, чем у штуцер Ефим Семенович.

Янек выкинул пустую гильзу, снов зкрыл зтвор. Один з другим сделл еще дв выстрел. Ждл, не вствя, пок не зкончт соседи, потом, после осмотр оружия, вместе со всеми нпрвился к мишеням.

Шрик побежл впереди. З ним шгл Семенов, чуть сзди – Елень, дльше – Скшвили. Кждый стрлся издлек рзглядеть черные пробоины н белом фоне. Янек отстл н несколько шгов от всех. Когд подошел, те уже стояли, склонившись нд мишенью.

– Молодец! – похвлил поручник, выпрямляясь. – Две десятки. Если бы третью пулю в молоко не послл…

– Должно быть три, – возрзил Янек.

«Ого», – мысленно произнес офицер и почувствовл себя здетым з живое: пренек, с виду ткой симптичный, окзывется, смоуверенный млый.

– Две десятки тоже неплохо, – успокивл Янек Григорий.

Янек осмотрел мишень. В середине черного кружк было дв отверстия: одно – прямо в центре, другое – чуть првее и ниже. Он молч зшел з мишень, где нходилсь обрывистя нсыпь пулеуловителя, опустился н колени и стл просеивть землю между пльцми, тряся лдонью тк же, кк стртели в поискх золот трясут решетом.

Песок высыплся н землю, между пльцми оствлись сплющенные свинцовые пули. Янек отбрсывл их в сторону, отыскивя те, которые были нужны.

Шрик пытлся помочь Янеку в его поискх: уносил плки, обнюхивл вокруг землю. Ему дже удлось стщить рулон бумжных мишеней; он очень этим гордился и долго не хотел их отдвть дежурившим н стрельбище солдтм.

Нконец Кос встл и подл н вытянутой руке три метллических, нервномерно рзбитых кусочк – то, что когд-то было пулями. Поручник взял их н лдонь, поочередно ощупл пльцми и произнес:

– Д, ты прв, все теплые. Знчит, две прошли одн з другой. Не знл я, что ты ткой снйпер.

– Возьмете?

– Возьму.

– С собкой?

– С собкой. Только тебе еще нужно будет нучиться петь.

– Кк это петь?

– Твое место в тнке будет внизу спрв, рядом с мехником. Нм нужен стрелок-рдист. Ты должен нучиться петь по рдио: т-ти-т, т-т-т, ти-ти-ти… – Семенов негромко пропел фмилию Янек сигнлми збуки Морзе.

7. Обмнутые ндежды

Письмо шло долго. Оно было треугольное, сложенное из тетрдного листк нподобие того, кк мльчишки склдывют бумжного голубя. Голубь, выпущенный из руки, не долетит дльше, чем до противоположной стороны улицы, с письмом было по-другому: получив мрку и штемпель н почте, оно совершило путешествие в несколько тысяч километров, дойдя до смой Москвы.

Здесь, однко, случилсь здержк. Письмо отложили, потому что помимо имени и фмилии н нем было только дв слов, нписнных крупными печтными буквми: «Польскя рмия». Потом н московском почтмте кто-то порылся в толстых секретных тетрдях и дописл н треугольнике в смом низу пятизнчное число – номер полевой почты штб.

Письмо продолжило путешествие до Селецких военных лгерей н Оке, но пришло в тот момент, когд солдты уже оствили землянки и совершли мрш к стнции с винтовкми, орудиями, тнкми и втомшинми. Письмо все же взяли, и вскоре оно очутилось в почтовом вгоне, в котором было много других почтовых отпрвлений, и допутешествовло до знесенной снегом деревушки под Смоленском. Здесь молодой солдт, прочитв н конверте фмилию, обртился к коллеге:

– Кто знет, где ткой служит? Гржднин сержнт 10 , может, отослть обртно?

Сержнт, уже немолодой седоволосый мужчин, впервые ндевший солдтскую форму со скрещенными рожкми н воротнике, через руки которого прошло не одно письмо, ничуть не был обескуржен.

– Отослть? Письм тк срзу не отсылют, тем более тк длеко, к смому Тихому окену. Нписть «дрест не нйден» легко, принять н свою совесть мысли и зботы, доверенные почте, трудно. Нужно искть.

Вечером при свете бензиновой коптилки стрый письмоносец нписл несколько листков с зпросом в 1-ю пехотную дивизию, во 2-ю пехотную дивизию, в 1-ю ртиллерийскую бригду, в 1-й отдельный минометный полк, в 4-й истребительно-противотнковый ртиллерийский полк, в 5-й тяжелый ртиллерийский полк и во многие другие чсти. Смо собой, он писл не нзвния чстей, ведь этого во время войны делть нельзя, одни только номер полевой почты. И в кждом листке он спршивл об одном: «Служит ли у вс?..»

Треугольник лег н полку дожидться своего чс. Когд же пришел смый вжный, подтверждющий ответ, вся почт был уже упковн, мешки погружены н мшины: 1-я польскя рмия отпрвлялсь н Укрину, где фронт ближе всего подходил к польским грницм.

Поэтому-то письмо дошло до мест нзнчения только весной, когд уже деревья и поля оделись в зеленый нряд. Треугольный конверт с многочисленными штемпелями выглядел кк мундир ветерн, укршенный орденми з десятки сржений. Письмоносец тнковой бригды с удвлением повертел письмо в рукх и собрлся было отнести его обртно, но тут подвернулся удобный случй.

– Гржднин плютоновый, погодите минуточку, тут вм письмо.

– Мне? Мленькое письмо – большя рдость, – удовлетворенно зключил Скшвили, переклдывя в левую руку топливный нсос, который он получил н склде роты технического обеспечения.

– Д не вм письмо – кпрлу 11 Косу. Но это ведь вш экипж, тк что все рвно. Вс ведь тк и нзывют – четыре тнкист и собк.

– Блгодрю от имени героического экипж. – Григорий нклонился, взял письмо, положил его в нгрудный крмн, чтобы не измялось, и пошел к своему тнку.

В это время поручник Семенов и кпрл Елень лежли под деревом, рстянувшись н трве, и вели рзговор.

– Дзенкуе, пни, брдзо дзенкуе.

– Дзенкую, пни, брдзо дзенкую, – стртельно повторял Всилий.

– Не «дзенкую», «дзенкуе».

Рядом с ними лежл Шрик, держл в вытянутых лпх шишку и грыз ее. Кто не знл его, подумл бы, что это взросля собк: ткой он был сильный и большой. Но экипж-то знл, что он еще щенок и любит поигрть.

Увидев приближющегося мехник, Елень сел и зкричл:

– Я думл, ты совсем пропл. Принес?

– Принес, только не новый. Новых нсосов нет. Но этот не смый плохой. Поствлю, и мшин будет н ходу. – Он посмотрел з тнк, стоявший рядом с глубоким окопом, и, не увидев Кос, зкричл н весь лес: – Янек!

– Тихо, не кричи. Собк здесь, хозяин нет. Знят. – И поручник покзл рукой нзд.

У опушки лес виднелось рспхнное поле, дльше – перелесок н взгорке, нд которым торчл нтенн штбной рдиостнции бригды. У перелеск н фоне голубого неб выделялись дв силуэт – прня и девушки.

– Рз тк, тогд все ясно, – кивнул Скшвили. – Я предпочитю смотреть з тнком. Позботишься о нем – он никогд не подведет тебя. Кк это у вс по-польски говорится: «Мшин – то не дивчин».

– Верно, тк говорится, – вжно, с профессорским видом, подтвердил Елень и предложил: – Тебе помочь ндо, Гжесь, тк я помогу. Пусть себе хлопец спокойно поговорит, мы без него кк-нибудь упрвимся.

Янек не слышл, кк его окликнули. Может, потому, что было длеко, может, причиной было охвтившее его волнение, может, очень уж он здумлся, тк кк искл слов и не нходил их. Лидк стоял в двух шгх, вопросительно глядя н него. Он сейчс совсем не был похож н ту, прежнюю, в втнике. Н ней был хорошо сидевшя юбк, лдные хромовые офицерские спожки, из-под юбки выглядывли колени в шелковых чулкх.

– Ты мне хотел что-то скзть. Я слушю.

– Долго тебя не было, мы уже тоже курсы обучения прошли. У нс в экипже Всилий и Гжесь, ты их не знешь, они прибыли, когд тебя уже не было. Всилий – это нш поручник. Стршно интересный: один глз у него голубой, другой черный. Он метеоролог, по облкм гдет, погоду предскзывет… А Гжесь, он вовсе не Гжесь, его по-нстоящему звть Григорий Скшвили, но нм тк больше нрвится. Третий – Густлик Елень, тот, что с нми ехл, я четвертый. Мы хотим, чтобы нш экипж… Потому что нш тнк в подчинении у комндир бригды, у генерл.

Он говорил все быстрей, подобно тому, кк сбегющего с крутой горы человек несет не собствення воля, скорость. Он не знл, кк остновиться, говорил не то, что хотел, и чувствовл, что девушк слушет безучстно.

– Очень долго тебя не было… – проговорил он вдруг и змолчл.

– Курсы трудные, потом прктик был, – говорил Лидк небрежно. – Это совсем не то, что в тнке. Рдиостнция штб рботет для всей бригды, и комндовнию рмии доклдывть нужно. Ты и половины того не знешь, чему нс учили. – При этих словх он скосил глз и посмотрел н свой погон с тремя ншивкми плютонового.

– Ты совсем не писл.

– Я дже мме в Сибирь только дв письм послл. Некогд было. Всю неделю знятия, кждую субботу и воскресенье тнцы. Знешь, я тким успехом пользовлсь… – Лидк попрвил волосы. – Ты чего тк тяжело вздыхешь?

В этих последних словх можно было почувствовть и холод и тепло. Кк зеленый цвет включет в себя желтый и голубой, тк и в этих словх можно было уловить дв рзличных оттенк. Янек принял з нстоящий тот тон, ккой ему хотелось.

«Мне ведь уже шестндцть, полных шестндцть… – подумл он. – А он и не знет, думет, что восемндцть».

Янек взял девушку з руку, но Лидк отвел лдонь.

– Без фмильярностей.

– Я тк… Помнишь, кк я тебе руки грел?.. Тм, около кухни? Ты тогд другя был.

– Погоди, – скзл он и побежл к рдиофургону. Вернулсь с руквицми. – Возврщю тебе твой подрок. Тогд они грели, теперь весн и вообще… другое время. Можешь збрть их.

– Нет, зчем же? Я же… Лидк, погоди!

Он отвернулсь и пошл к перелеску. Янек сделл несколько шгов вслед з ней, но вдруг со стороны лгеря взревел сирен: короткий сигнл – длинный, короткий – длинный.

Тревог!

Янек повернулся н месте и со всех ног побежл вниз с пригорк к своему тнку. Когд Кос появился между деревьями, Елень уже прыгнул в бшню. Мотор звелся от стртер, из выхлопных труб вылетели первые клубы черного дым. Через открытый люк мехник Янек просунул голову вперед и по коленям Григория прополз н свое место.

Шрик, уже освоившийся с тнком и привыкший к всевозможным сигнлм, лежл в углу н стром втнике, у првой ноги своего хозяин. Янек уселся, нтянул н голову шлемофон и, почувствовв, кк мшин трогется с мест, прислонился к броне. Быстро пристегнул головные телефоны, подключил их к рции. В эфире послышлся обычный треск, шум, свист. Плвными движениями ручки Янек нстроился н волну бригдной рдиостнции.

– Ти-ти-ти-ти-т, ти-ти-ти-ти-т, ти-ти-ти-ти-т, – попискивли сигнлы збуки Морзе.

Янек не рзличл отдельных звуков, схвтывл всю мелодию и срзу же переводил ее н обычный язык. Он зстегнул н шее лрингофон. Дв черных млюсеньких микрофончик прижлись к гортни – они «не слышли» рокот мотор, лязгнья гусениц, но зто стртельно улвливли кждый звук, выходящий из смого горл. Янек переключился н тнковое переговорное устройство и доложил комндиру тнк:

– Четырест сорок четыре.

– Понял, три четверки, – ответили нушники голосом Семенов. – Водитель, выезжй н дорогу у лес; остновишься н одной линии с мостиком.

Люки были зкрыты, тнк шел по рзъезженной колее, вздргивя и покчивясь н выбоинх; втиснутые в стльную броню, люди тоже покчивлись и вздргивли, соствляя с тнком одно целое. Не срзу привыкли они к этому единственному способу уберечь себя от столкновения со всей мссой нходящихся внутри мшины твердых предметов. Их учил этому Семенов. Труднее всего приходилось Шрику, которому нельзя было объяснить все это словми. Он учился н опыте – получя шишки. Снчл Шрик дже ворчл н тнк, обижлся, пытлся кусть броню, зто теперь и он, кк зпрвский тнкист, сидел в переднем углу мшины, прислонясь к броне.

Нблюдение з местностью велось из бшни – сверху лучше видно. Обычно Кос пользовлся своим прицелом, чтобы знть, где они нходятся, но сегодня он не смотрел в прицел. Н душе у него было тяжело, горло сжимли спзмы. Он и в смом деле не мог бы скзть, где они, думя лишь об одном: неужели можно удрить словом?

Тнк шел по нескончемой, с бесчисленными поворотми дороге, проделнной гусеницми других тнков, остнвливлся, снов срывлся с мест, поворчивлся, но Янек не обрщл н это внимния. Дел у него не было, потому что нушники молчли.

После объявления тревоги, тк же кк и в боевых условиях, сейчс црил рдиотишин. «Противник» не должен был их слышть, не должен был знть, что боевые мшины, несущие н себе семидесятишестимиллиметровые пушки и к кждой из них по сто снрядов, приближются к его переднему крю обороны. Комнды н мрше передвлись от тнк к тнку сигнльными флжкми, и постороннему нблюдтелю покзлось бы, что железные существ переговривются между собой жестми.

Тнки остновились в лесу под низко висящими ветвями ольховник, между стволми берез, и мотор умолк. Это вывело Янек из состояния здумчивости. Комндир с мехником отпрвились н рзведку местности, где предстояло нступть. Густлик присел н снрядных ящикх, згородивших все днище, посмотрел вниз, что тм делется впереди у Янек, но ничего не скзл и, взяв втомт, встл у тнк н пост, хотя сегодня был не его очередь.

Выходя из тнк, он зкрыл верхний люк, только через открытый передний люк можно было видеть ветки деревьев. Молодые листья еще не утртили нежного оттенк; солнце, рссыпвшись между ними н сотни мленьких кружочков, передвиглось по сиденью мехник в ткт порывм ветр.

Вернулся Скшвили. Спустя минуту подошел поручник, прикзл поствить тнковые чсы по своим и коротко объяснил здчу:

– Нступем с пехотой. Осторожно, потому что солдты не ншего бтльон, не привыкли еще к тнкм. Проход через окопы обознчен белой тесьмой. Сигнл будет передн по рдио. Глвное, чтобы двинуться одновременно, легко.

Оствлось ждть еще десять минут. Всилий достл из крмн перочинный нож, отрезл сломнную тнком тонкую березовую веточку и, обернувшись к Еленю, стл обрывть листки, стртельно выговривя по-польски:

– Кох… люби… шнуе… – Он здумлся, потом рссмеялся и спросил: – А дльше кк?

– Не хце мне… Только кк бы ни хотел, все рвно н березе не гдют, нужно н кции.

Все зняли свои мест в тнке. Скшвили звел мотор, поствил н млые обороты. Янек ндел нушники; он почти не воспринимл гул мотор, слышл только, кк в них что-то посвистывет, словно шум длекого ветр. Он знл, что теперь ему нужно быть очень внимтельным и не пропустить прикз. Ему хотелось услышть только один голос, о котором он тосковл. И вдруг его желние стло действительностью: совсем рядом, у смого ух, певуче, кк это делют все рдисты н свете, отозвлсь Лидк:

– «Клен», «Дуб», «Грб», вперед!

«Грб» – это кслось их.

– «Клен», «Дуб», «Грб», вперед!

Он слушл кк зчровнный, и ему кзлось, что последнее слово, зшифровнное нзвние тнкового взвод упрвления, девушк выговривл более мягко, тепло и сердечно.

– «Клен», «Дуб», «Грб»… – только теперь он словно очнулся и быстро переключился н тнковое переговорное устройство. Все четверо услышли последнее слово: – Вперед!

Григорий выжл сцепление, включил первую скорость, плвно нчл снимть ногу с педли сцепления. Янек почувствовл, кк нтянулись гусеницы, кк дрогнул вместе с ними мсс стли. Через прицел он увидел снчл зелень листвы, просвеченную солнцем, потом мигние свет, и нконец весь кружок прицел злило сиянием – тнк выехл н поле.

Их обошли остльные мшины, впереди клубилсь пыль. Шли ходко, чтобы догнть передние мшины. Мехник переключл скорости, прибвлял гз. Когд они входили в пылевую звесу из мелкого, поднятого в воздух и взвихренного песк, скорость возросл до сорок километров. Сбоку, с левой стороны, покзлись фигурки трех солдт, тщивших стнковый пулемет. Скшвили резко потянул рычг н себя, чтобы не нехть н них, свернул чуть в сторону и в окончтельно сгустившейся пыли вынужден был убвить ход.

– Невозможня пыль, скорость мленькя, – услышли все его короткую информцию.

– Внимние, беля тесьм првее, – предупредил голос Семенов.

– Он спрв, вижу, – подтвердил Григорий.

Тнк вздрогнул, переезжя через окоп, выехл н луг, и только сейчс они увидели остльные мшины метрх в двухстх впереди. В интервлх между ними короткими перебежкми продвиглись пехотинцы. Атк рзвивлсь немного левее.

Григорий хотел изменить нпрвление, но луг окзлся пересечен рвом, и он продолжл вести тнк прямо, высмтривя удобное место для объезд. В это время ров, кк нзло, поворчивл впрво, вынуждя еще больше отклониться от нпрвления тки в сторону низкого темно-зеленого луг, зросшего ттрником. Сочня, буйня зелень нводил н мысль о болоте.

– Внимние, перед нми вод, – спокойно произнес комндир. – Перейдешь через ров левее?

– Ндо остновиться и посмотреть.

– Времени нет.

– Рзреши тогд перемхнуть через него с ходу, – попросил Григорий.

– Рзрешю.

Мшин стл рзворчивться влево. Првя гусениц подминл трву, вдвливл ее в землю. Взревел мотор, преодолевя боковое сопротивление, и тнк пошел прямо н ров. Скорость был небольшя. Но рньше чем гусеницы коснулись противоположной стенки рв, мшин осел и, удрив передом, подмял под себя груду земли. Попробовли еще рз выскочить с рзгон, но гусеницы только исколошмтили всю трву. Тнк сел н брюхо и змер. С минуту еще бессильно врщлись ведущие колес, скребли по глдким колеям трки.

Семенов подл комнду:

– Мотор – стоп! Мехник – н месте, остльные – из мшины!

Нижний люк был зблокировн, и они один з другим выбрлись через верхний, скользнув по броне н трву, в грязь. Хотя бой был не нстоящим и никто не стрелял, Всилий с смого нчл учил своих подчиненных выходить из мшины только тким способом.

Укрывясь з тнком, они сняли буксирный трос. Елень ухвтился з толстое дубовое бревно, которое они возили с собой, зкрепляя н крыле, и потщил его к переду тнк.

Действовли молч: кждый знл, что ему делть. Не впервые приходилось им вытскивть мшины из болот. Бревно нужно было сейчс прикрепить тросом поперек к обеим гусеницм тк, чтобы оно не сорвлось под тяжестью тридцти тонн. Все это приходилось проделывть, леж н трве. Когд со всеми приготовлениями было покончено, поручник поднялся и, вств нпротив люк мехник, покзл обеими рукми, что можно ехть.

Зрокотл мотор. Отбежв в сторону, они смотрели, кк медленно нчинют ползти гусеницы, вдвливют бревно в грязь, тянут его под себя вниз. Прошл минут, и уже кзлось, что и это не поможет, кк вдруг дрогнул нтенн н бшне, см бшня, мотор зревел бсом и стльной зверь двинулся снчл медленно, потом все быстрее и быстрее вверх и вперед.

Елень збежл вперед, подождл, когд Семенов подл ему знк, что бревно появилось сзди, сложил перед собой руки крест-нкрест, и тнк остновился.

Зсучив рукв, они высвободили трос, сняли бревно, зкрепили снов и то и другое н тнке, вымзвшись в липкой торфянистой грязи.

– В мшину!

Вытерев пклей грязь с рук, збрлись в тнк, звяли свои мест. Едв Янек успел подключить свой шлемофон к рции, кк услышл в нушникх их собственное шифровнное нзвние:

– «Грб-один», «Грб-один», вы слышите?

В этом голосе он без труд узнл бритон генерл.

Их тнк, стоящий н открытом лугу, можно было зметить издлек, и невидимый комндир бригды достл до них «длинной рукой» рдиоволн.

– Я – «Грб-один», вс слышу.

– Вы проигрли этот бой, – ответили нушники. – Ждите н месте. Нши уже зкончили учения, сейчс вернутся. Можно выйти из мшины.

Кос переключился н переговорное устройство я в тот момент, когд мехник уже хотел трогть, передл поручнику прикз генерл.

– Выключй мотор! – скомндовл Семенов и открыл верхние люки.

Они могли выйти из мшины, рстянуться в трве н солнце, но почему-то никто не торопился сделть это. Всилий и Густлик присели н ящикх со снрядми по обе стороны основния орудия. Григорий повернулся н своем сиденье лицом к спинке. А Янек, только сейчс почувствовв, что все это время ему мешли возврщенные Лидкой енотовые руквицы, вытщил их, теперь уже совсем ненужные, из-з пояс и швырнул в угол, где было место Шрик. Он сдвинул один нушник, чтобы слышть, о чем говорят остльные, но поворчивться не стл.

– Черт побери! Проигрли. См генерл скзл: «Грб-один», вы проигрли». И все из-з этого проклятущего рв, – злился Густлик.

– Вроде прокисшим вином опился. Тьфу! А если б в бою? Знчит, н одну пушку меньше, н дв пулемет, н целый тнк… Нехорошо, когд конь под джигитом перед битвой пдет; нехорошо, когд тнк в болоте сидит. – Григорий теребил свои черные волосы. – Нехороший ров, стенки мягкие, кк из тест. Сзди едешь, пыль глз зстилет. Если б не эт пыль, мы бы левее рв вышли и все хорошо было бы. А-, все рвно: много говорить, мло говорить, виновт плютоновый Скшвили.

– Погоди. Признние – это еще не докзтельство вины, – возрзил Семенов и спросил, неизвестно к кому обрщясь, то ли к себе, то ли к кому-то из членов экипж: – А откуд эт пыль взялсь?

– Д те, черти, выскочили рньше времени, кк н пожр понеслись.

– Они рньше или мы позже? – продолжл поручник.

– Они-то вовремя, мы позже, потому и пыль, – скзл мехник, помолчл немного и спросил: – Рдио брхлило, что ли? Может, прием плохой был?

– Нет, я слышл, хорошо слышл с смого нчл…

Поручник, словно не обрщя внимния н то, что говорит рдист, достл из внутреннего крмн большие плоские чсы н цепочке, повернул их циферблтом вниз и ногтем открыл крышку. Н ней ровными буквми было выгрвировно: «Тцинскя» и дт «24.12.1942».

– Видите?

– Ндпись, – скзл Янек и нклонился, чтобы прочесть.

– Ндпись не вжн. Не об этом речь. – Семенов зкрыл крышку пльцем.

– А что смотреть? Чсы кк чсы, – пожл Елень плечми.

– Кировские чсы, – подтвердил Скшвили. – Хорошие чсы.

Поручник вынул из-под клпн крмн иголку и, осторожно приблизив ее к мехнизму, остновил мятник. Мленькое колесико из серебристого метлл змерло, вместе с ним и все остльные, большие и поменьше, соединенные друг с другом зубчикми. Тикнье прекртилсь, и все ощутили тишину. Смотрели еще с минуту н чсы, ничего не понимя. Елень открыл рот, зкрыл опять, потом нконец произнес:

– Стоят.

– Вот именно, – подтвердил Семенов. – Стоило только н секунду удержть одно мленькое колесико, кк чсы остновились.

Скшвили перестл теребить волосы, посмотрел н свои руки и вернулся к мехнизмм, будто его тм вдруг что-то зинтересовло.

Елень понял немного позже, в чем дело, и, вспомнив, что Кос не договорил, повернулся к нему.

– Ты говорил, что с смого нчл хорошо слышл. Ну и что, говори дльше, – рзозлился он вдруг. – Успокой пс, чего он тм бесится в своей берлоге и зубми рвет?

Елень отстрнил Янек левой рукой, прижл Шрик и вырвл у него из псти руквицы, которые он грыз. Вернулся н свое место, освещемое сверху, через открытый люк, солнцем.

– Ты ведь ткие же Лидке н зиму дл, это у тебя другие?

– Нет, те смые.

– Кк это те смые?

– Лдно, нечего здесь сидеть! – рспорядился Семенов. – Экипж, выходи из мшины!

Мехник лязгнул змком переднего люк и выпрыгнул нружу, кувырнувшись в трве. З ним последовли Кос и Шрик, довольный тем, что учения зкончились.

Комндир и Елень выбрлись через верхний люк. Густлик все не мог успокоиться, он обошел вокруг тнк и опять нчл:

– Кк же это получилось?..

Скшвили ткнул его в бок, двя понять, чтобы он змолчл нконец. Потом вдруг что-то вспомнил, полез в крмн гимнстерки и крикнул:

– Ай-я-яй! Слушй, Янек, сейчс ты будешь плясть. У меня кое-что есть для тебя. Знешь что? Письмо!

– От Лидки? – просиял Кос и тут же подумл, кк неспрведлив он был, выговривя девушке з то, что он не писл. Может, оттого он и обиделсь.

– Можешь не плясть, – нхмурился вдруг грузин. – Н!

Янек увидел потрепнный треугольник, весь в штемпелях и номерх полевых почт. Передвемый много рз из рук в руки, он измялся, зпчклся. Узнв руку, подписвшую дрес, Янек подумл, что штемпеля похожи н следы грязи н спогх охотник, возврщющегося из тйги, по которым можно определить, где он охотился. Янек отошел з тнк, уселся у гусеницы и рзвернул листок.

«Ян Стнислвович! – прочитл он. – Поздрвляю тебя с Новым, 1944 годом. Ндумл я спрвиться о твоем здоровье и делх твоих. У нс снег глубокие, зверя много. От сын моего Ивн письмо пришло из госпитля. Лежит он, в ногу рненный. Вылечится, н фронт вернется. Хотя ты и не родной мне, я тк думю, вроде я вс двоих проводил н войну, н войне пули злые летют врг ншего, фшист гермнского, Гитлер проклятущего, чтоб его черти збрли. Нпиши мне про себя и про Шрик, щенк Муры. Нпиши, с тобой он или нет, может, тебе его где оствить пришлось? Береги себя, чтобы домой здоровый и невредимый вернулся. Остюсь твой Ефим Семеныч».

Кос сложил письмо, спрятл в крмн, встл и пошел к остльным. Хотелось ему поделиться с другими, рсскзть, кк его обмнули и кк он см обмнул другого человек, збыл о нем, хотя обязн был помнить.

Но, пок шел, передумл. Бывет тк, что у человек все в жизни зпутется и нужно тогд ему смому все рспутть и во всем рзобрться. Тут и смые верные друзья не помогут. Однко, решив тк, Янек через минуту снов не был уверен, прв ли он.

Густлик и Григорий лежли н трве рядом. Скшвили допытывлся, у Еленя:

– Ну не будь ты тким вредным, придумй мне ккое-нибудь место, чтобы я знл, откуд я родом. Придем в Польшу, люди спросят: «Из кких мест, солдт?» А что я им отвечу? Объяснять, откуд и кк, это очень уж долго, времени не хвтит. Ты мне подбери ккое-нибудь место хорошее в вших крях и рсскжи, ккие тм горы или реки, ккой лес, ккие дом стоят. А когд меня спросят, я уж буду знть, что ответить.

Шрик, резвившийся н лугу, подбежл к Янеку и стл лскться у его ног.

Всилий стоял, опершись рукой о лобовую броню тнк, шря рукой в крмне брюк. Нконец вытщил оттуд испчкнный кусок схру и протянул его н лдони Косу:

– Н тебе вот, чтоб во рту не тк горько было. Ишь нхмурился, кк грозовя туч.

Янек взял схр, неуверенно улыбнулся и спросил:

– Чсы уже ходят? Подтолкнул колесико?

Поручник прищурил првый глз, и его взгляд стл совсем голубым.

– Д. Кжется, д. Теперь будут ходить кк нужно.

Со стороны полигон из-з горизонт стли выползть тнки. Рядом с ними колонной шл пехот, возврщвшяся с учений в лгерь.

8. Переход

Тк уж сложилось, что первя не учебня, нстоящя боевя тревог, по которой тнковя бригд отпрвилсь н фронт, был объявлен 15 июля, кк рз в годовщину Грюнвльдской битвы. Это, конечно, было случйное совпдение, но иногд и случй знчит многое.

Мрш продолжлся весь день. Тнки, змскировнные ветвями под гигнтские кусты, шли длинной колонной, и со стороны могло покзться, что это лес с корнями оторвлся от земли и двинулся н зпд. Но всего этого не видели польские тнкисты, укрытые броней, окутнные пылью, словно рыцрским плщом. С воздух, летя нд облкми, похожими н цветную кпусту, этот мрш прикрывли юркие истребители.

Тнкисты шли н фронт не одни.

Некогд, ровно 534 год нзд, к Грюнвльду шло рыцрство польское и литовское, с ним – смоленские полки.

Сейчс в широкой волне советского моря в том же нпрвлении нвстречу гитлеровским дивизиям шли предствители всех нционльностей, нселяющих огромную стрну, рскинувшуюся от Блтики до Тихого окен. Об этом можно было скорее догдться, чем отличить их друг от друг. Темноволосые, круглолицые укринцы из выжженных фшистми полей пшеницы и из злитых водой шхт Донбсс. Белорусы, светловолосые, высокие, из выжженных полей ржи, из темно-зеленых лесов, из городов, преврщенных в руины. Шли послнцы воинственного Квкз – Грузии, Армении, Азербйджн. Шли узкоглзые ттры, смуглолицые узбеки и кзхи. И конечно, русские, смые многочисленные, первые среди рвных.

В этом море, словно рек или поток, отличющийся лишь цветом воды, не нпрвлением, плыли польские бтреи, ртиллерийские дивизионы и бригды, которые первыми должны были подть голос.

Корпус и рмии все ближе и ближе подходили к фронту. Все сильнее сжимлсь пружин, нбиря силы, чтобы прорвть проволочные згрждения противник, многочисленные линии окопов, бетонных дотов.

Не отыскть, не зметить в этой мссе отдельный тнк, в котором едут четыре тнкист и собк. А вызывть «Грб-один» нельзя: в эфире црит строжйшя рдиотишин. Только пушки у линии фронт грохочут, выпускя снряды, чтобы зглушить идущий издлек рев моторов, шум ндвигющегося прилив.

Пройдет еще три дня нрстющей, стновящейся с кждым чсом все более грозной тишины, и нконец, словно зродившяся длеко в море гигнтскя волн, которя неумолимо обрушится н берег и взметнется пенными гребнями, грянет ткующий девятый вл. Едв збрезжит рссвет, кк по сигнлу н призывный злп гврдейских минометов «ктюш» отзовутся тысячи орудийных стволов 1-го Белорусского фронт, который вскоре стнет уже польским фронтом, и двинет все н зпд. Нет, не все. Только те дивизии, которые, кк острые копья, ннесут удр первыми.

Когд все дороги, все тропинки и поля, изрезнные этими тропинкми, были зпружены людьми, пушкми и тнкми, рдио принесло в бригду воззвние – Мнифест Польского Комитет Нционльного Освобождения. Первые его слов были для всех кк дыхние близкой родины. А пок тнкисты нходятся здесь под ндежной зщитой фронт, н безлюдной, выжженной земле, где не увидишь ни деревушки, ни дже хты, только иногд – пепелище д одиноко торчщую печную трубу. И н кждом шгу – воронки от снрядов, кк оспины, оствленные эпидемией войны; всюду – искореженный, обгоревший метлл: мертвые орудия, уткнувшиеся стволми в землю. Отсюд вслед з теми, кто первыми форсировли Зпдный Буг, должны были двинуться и эти тнкисты, готовые ннести удр, когд у тех, что впереди, притупится оружие и ряды их поредеют в боях.

И вот теперь они выступют. По рзъезженной дороге ползет т же смя тнковя колонн, только ветки н тнкх зменены более свежими. Люди стоят в открытых люкх, лиц их темны от пыли, но все же среди них можно узнть Семенов, Еленя и Кос, до пояс высунувшихся из бшни. Скшвили сидит внизу, ведет мшину, следя з дорогой через открытый передний люк. Кк рз сейчс они проезжют мимо группы сожженных «тигров», которые, видно, пробовли контртковть и попли под снряды орудий.

– Вон сколько нклепли этих гдов! – восхищется, стрясь перекричть рев моторов, Янек.

Семенов кивет головой, через минуту взглядом покзывет в другую сторону. В стороне от дороги у рзрушенной печной трубы стоит Т-34, н ходу остновленный вржеским снрядом. Бшня с опущенным стволом, кк склонення н плечо голов мертвого человек, броня покрыт серой копотью и совсем темня звезд. «Ткой, кк нш, – думет Янек, внезпно почувствовв рзлившийся в груди холод испуг. – Что же з люди воевли в нем и погибли?»

Следуя примеру Семенов, он поднимет руку, отдет честь. Слев, прллельно тнкм, идет колонн пехоты. То тут, то тм видны зеленые брезентовые крыши грузовиков, тянущих орудия. Печет июльское солнце. Белые кучевые облк висят в небе рядми, вытягивясь в полосы поперек нпрвления мрш.

Внезпно, где-то впереди, оживет треск выстрелов. Перестук втомтического оружия быстро приближется, бежит словно огонь по фитилю. Отчетливо, звонко лют противотнковые ружья. Гудят сигнлы тнков.

– В мшину! Люки зкрыть!

Тнкисты стремительно соскльзывют вниз, зхлопывют змки. Янек, вскочив в бшню, хвтется з ручки перископ, отводит его, чтобы сквозь окуляры увидеть небо.

Снчл весь прямоугольник зливет голубизн, потом появляется белый кусок облк, его сменяет более темный фон, и нконец вот они: один и другой следом з ним, немного сбоку. Летят низко, прямо нд дорогой, стремительно вырстют н глзх – овлы фюзеляжей, круги пропеллеров, крылья, изогнутые, кк рсплстння перевернутя букв «М», внизу колес шсси, похожие н ноги, обутые в лпти. Дже здесь, внутри мшины, слышен рев смолетов, потом с боков и сзди рздются взрывы бомб. Смолеты удляются, их рев утихет, и сердце нполняет рдость, что опсность миновл.

Гудение мотор, лязгнье гусениц – эти звуки кжутся теперь почти ткими же лсковыми, кк журчние воды в ручье. И именно в это мгновение тнк вдруг приподнимется, содрогется, свет в перископе крснеет, рздется стршный грохот. Янек швыряет вниз н мехник, и не понятно, кк Шрик окзывется у них н коленях. Мотор глохнет, тнк змирет.

– Целы?.. Целы, спршивю? – слышится из нушников беспокойный голос поручник.

Д, все целы, только оглушены, собк не скрывет стрх. Янек, глядя н нее, перестет удивляться и нчинет ощущть испуг.

– Выйти из мшины н левый борт, – звучит прикз, не двя времени н рздумывние.

И вот уже они стоят н земле, смотрят н свой змерший у дороги тнк и сорвнную гусеницу, которя рстянулсь сзди, кк длинный уж, ощетинившись н спине зубми.

– Съехл, Гриш. Рук у тебя дрогнул, – спокойно консттирует Семенов.

И в смом деле, тнк стоит в добрых трех метрх з линией крсных флжков, обознчющих првую сторону дороги. Один флжок, опрокинутый, торчит из-под рзорвнной гусеницы.

– Я увидел, что летят, ну и вверх посмотрел…

– Нельзя. Н нше счстье, это был не противотнковя мин, ккя-то послбее. Янек, в мшину, к пулемету! Не глзей по сторонм, это уже не учения. Григорий, ты тоже сдись н место, мы с тобой, Густлик, з дело.

Двух человек, чтобы нтянуть тяжеленную стльную гусеницу, мло. Мимо них проносятся десятки мшин, проходят тысячи людей, из которых кждый мог бы прийти н помощь, но колонне нельзя остнвливться. Нельзя из-з одного тнк здерживться остльным. Если ндо, пострдвший экипж может вызвть помощь: рнеными зймутся снитры, поврежденными тнкми – рот технического обеспечения, идущя в хвосте колонны. А если спрвятся сми – тем лучше, но нельзя здерживть других.

Стльной трос уже нкручен н ведущее колесо, его конец зцеплен з гусеницу. Семенов выбегет и остнвливется впереди тнк, чтобы подть знк мехнику, что тот может потихоньку двигться првым бортом. Елень, сбросив с себя комбинезон, форму, рубшку, по пояс обнженный, ухвтился з конец метллического уж и теперь, когд звенья нчинют вздргивть, нпрвляет его куд нужно. Кос, сидящий пок без дел со своим ручным пулеметом, переклдывет его в левую руку, чтобы помочь Густлику.

И в этот момент спереди, с зпд, с той стороны, куд они двигются сейчс вслед з солнцем, снов доносится нрстющий треск пльбы. Янек бежит з тнк, устнвливет сошки пулемет н броне и, щурясь, всмтривется в небо. Из-з кучевого облк, словно из зсды, снов появляются две мшины, резко ныряют вниз. Может, это те смые, может, другие. Упирясь ногми в песок, Янек прижимет приклд к щеке и ведет стволом. Когд смолеты увеличивются до рзмеров ястреб, Янек выбирет первый, что поближе, ловит н мушку, берет упреждение немного выше центр серебристого круг пропеллер, целится туд, где через ккие-то мгновения будет нходиться зщищенный прозрчным фонрем кбины летчик.

Янек чувствует, кк со лб н щеки сктывются кпли пот. Вой стервятник и свист ветр, рзрывемого крыльями, стновятся все невыносимее, вызывют спзмы в горле. У нос смолет нчинют мигть огоньки выстрелов. В то же мгновение Янек нжимет н спуск, видит рыжую трссу, переносит ее чуть ниже.

Слев и спрв перекрещивются строчки огня советской пехоты. Стоном отзывется кусемый вржескими пулями метлл тнк, взметывются фонтнчики песк. Н ккую-то долю секунды пикировщик покзывет свое желтое брюхо и дв черных крест. Смолет сбивется с курс, делет полубочку, и вдруг в нескольких сотнях метров гремит взрыв, вырстет облко черного дым.

Янек с пулеметом в рукх бежит к Семенову, дергет его з рукв и спршивет:

– Это я?

Тот отодвигет его в сторону и говорит спокойно:

– З дело, время уходит.

Нд колонной молниями проносятся дв остроносых истребителя со звездми н крыльях.

Снов ревет мотор тнк, гусениц ползет по песку, протискивется под ведущее колесо, и нконец первый зуб зхвтывет ее. Семенов поднимет вторую руку вверх и кричит:

– Обоими, обоими бортми!

Тнк сдвигется, вползет н гусеницу, и теперь только остется сменить рзбитый трк, соединить гусеницу в рзорвнном месте. Это уже рбот Еленя. Всилий щипцми держит болт, Густлик стучит по нему тяжелым молотком.

Кос стоит у тнк и, кк бы не веря своим глзм, дотргивется пльцми до вмятин н броне.

– Поцрпл только поверху. Для нчл хвтит, потом тких отметин стнет больше, – объясняет ему поручник.

Нконец они убирют трос, инструменты, и снов звучит комнд:

– В мшину!

Все это длится недолго, но колонн з это время уже уходит вперед, и, когд они трогются с мест, им приходится сбоку протискивться между тягчми, которые везут тяжелые орудия с длинными стволми. Теперь они едут одни среди ртиллеристов.

Кос устновил н место пулемет, првой рукой треплет Шрик, которому очень уж нудно в темном углу, и не перестет думть все о том же: «Я сбил или не я?.. Если бы отец видел…»

Тк проходит, нверное, чс. Елень выводит из здумчивости Кос, нклоняется к нему и покзывет рукой, чтобы он перебрлся н другую сторону бшни, где сидит комндир.

Лицо Всилия покрыто пылью, по которой струйки пот проложили извилистые бороздки. Поручник трогет прня з плечо, притягивет к себе и прямо в ухо громко говорит:

– Я не зню, ты или нет. Понял? Не зню. В него все плили, все, но вжно, что ты глз не зкрыл, не испуглся. Это мне нрвится. Молодец!

Всилий уже не держит Янек з плечи, обнимет, прижимет к груди и целует в щеку, потом кричит:

– Оботрись, я тебя вымзл!

Елень, который вылез н бшню и сидит, болтя ногми, стучит по броне и кричит:

– Ребят, речку видно и мост! Это, нверно, Буг?

Все трое нверху. Речк небольшя, извилистя, берег зросли вербой и ольхой.

– И верно, вроде Буг.

Они уже н подходе к мосту, не больше чем в полусотне метров от него, когд девушк в темно-синем берете предостерегюще поднимет крсный флжок, желтым ктегорически укзывет в сторону. Скшвили вовсе не хочется сворчивть, и тнк продолжет двигться прямо н девушку-регулировщицу, но т не боится его, хорошо знет, что он здесь смый глвный человек. Он делет несколько шгов нвстречу и стучит черенком по броне, кк кнрейк клювом по шкуре слон. Првд, пропорция несколько другя: тнк весит столько же, сколько весят десять слонов.

Вынужденные отъехть в сторону и остновиться, они с сожлением смотрят, кк орудия одно з другим перепрвляются н другой берег.

– И что он нс выгнл?

– Не нш очередь, – объясняет Всилий. – Будем стоять здесь, пок эти не проедут. Может, ты, Густлик, уговорил бы кк-нибудь ее. Скжи, что бртья-поляки и еще тм чего-нибудь…

Елень спрыгнул н землю, подошел к регулировщице и, вытянувшись, отдл ей честь.

– Миля девушк, пропусти нс.

– Не могу, нельзя. Вот эти пройдут, может, будет место.

– Нши уже н другой стороне. Мы же поляки. Домой возврщемся. Кто теперь первым имеет прво?..

– Ты. Дже поцеловть тебя могу, если хочешь, тнк пропустить – нет.

Елень покрснел и вернулся. Вскрбклся н броню, рзвел рукми:

– Строгя девчонк! Кк овчр, что только своих овец пропускет.

Снизу в бшню поднялся Скшвили и вмешлся в рзговор:

– Эх ты, джигит, девчонки испуглся, убежл! Что же теперь будет? До вечер тут торчть, что ли?

– Знете что? Есть одн мысль, – перебил вдруг его Янек и, нклонившись к остльным, стл что-то негромко объяснять, хотя их и тк никто не подслушивл.

– Ну кк, Всилий, соглсен?

– Соглсен.

– Гржднин поручник, – вытянулся по-уствному Кос, – доклдывю: отпрвляюсь н выполнение боевого здния!

Он полез в глубь тнк и через минуту выскочил через передний люк вместе с Шриком. Нученный опытом, Янек снчл осмотрелся, нет ли где поблизости крсных флжков, обознчющих грницу минного поля, зтем облюбовл себе пригорок с торчщим н нем кустрником в нескольких метрх от дороги.

Тнкисты нблюдли с бшни з нчинвшимся предствлением. Шрик для нчл несколько рз принес плку, потом ншел зрытый Янеком в песок носовой плток, о котором, судя по слишком темному его цвету, трудно было бы скзть, можно ли его использовть по нзнчению.

Несколько крснормейцев и сперов-мостовиков обртили внимние н прнишку с собкой. Переговривясь между собой и покзывя пльцми в их сторону, они нконец подошли, чтобы получше все рссмотреть. Групп зрителей быстро росл. Всем было весело. Кто-то крикнул, чтобы сделли шире круг, потому что никто не прозрчный. Слышлись змечния и рзличные советы, что делть Янеку, когд собк не срзу понимл, чего от нее хотят. Потом кто-то принес щуп – длинную плку с проволокой н конце, которой пользуются при поиске мин, и тут Шрик отличился прыжкми через нее.

Из фургон рдиостнции, нтенн которой торчл из кустов невдлеке, вышел полковник в летной форме и тоже стл приглядывться. Девушк-регулировщиц все чще поворчивл голову в ту сторону и улыблсь.

Никто не обртил внимния н то, что из выхлопных труб тнк вылетют белые клубочки дым. Мотор не было слышно – его зглушли ртиллерийские тягчи, все еще продолжвшие перепрвляться через мост. Бойцы, облепив орудие, будто воробьи н веткх, тоже смотрели в сторону Янек и мхли подъезжющим сзди, покзывя им, что происходит н пригорке под ольховником. Водитель одного из тягчей зсмотрелся и сбвил ход. Этого только и нужно было.

Четырест пятьдесят лошдиных сил рвнули во всю мощь, тнк взбежл по нсыпи, проскочил вперед, и вот он уже у мост. Девушк спохвтилсь, пробежл несколько шгов, но потом мхнул рукой и вернулсь. Янек проскочил у нее з спиной и бросился догонять тнк, з ним, весело ля, бежл Шрик – пятый и не менее нужный член тнкового экипж.

9. Рдость и горечь

З Зпдным Бугом через несколько километров свернули с полевой дороги и выехли н шоссе. Оно было широкое, вымощенное брусчткой, обсженное с обеих сторон вербми. З деревьями лежли пестрые поля, нрезнные узко, кк полоски из цветной бумги. Войн прошл здесь тк быстро, что не успел их выжечь.

– Вот смех! – удивленно восклицл Скшвили, привыкший к необъятно широким полям в Советском Союзе. – Шгнешь один рз – кртошк, шгнешь другой – рожь рстет, еще шг – и в кпусту попл.

Не перествя удивляться новому пейзжу, он нжл н сигнл и, неистово гудя, прибвил гзу. Тягч, шедший впереди, поспешно свернул впрво, пушк отъехл к смому рву, освобождя дорогу.

Тнк, кк известно, не подушк, шкур у него достточно тверд, чтобы любой иного род «экипж», движущийся по шоссе, относился к нему с почтением. Они уже нчли обгонять орудие, но в этот момент в нушникх рздлся щелчок переключтеля переговорного устройств, и мехник услышл голос Семенов:

– Джигит, сними ногу с гз – и н место в колонне. Не нрушй порядок н мрше.

Григорий, выслушв прикз, хоть и с неохотой, но притормозил и теперь тихо, спокойно ехл среди тягчей. Но он не мог долго сдерживть себя и, рсстегнув н шее лрингофон, чтобы его никто не слышл, зговорил см с собой:

– Мршевый порядок, место в колонне… Еду теперь, кк стрый осел н бзр. Подумешь – тщт трубы, вот и не спешт. А мы, может, тм нужны. И всегд эт ртиллерия сзди плетется… Тебе передохнуть некогд, они тут вылезли н бшню, ветерком их обдувет, природой любуются…

Последние слов были, конечно, скзны в дрес не ртиллеристов, остльных членов экипж, которые, включя и Янек Кос, сидели в открытых люкх.

– Природой любуются, я, кк дурк, один внизу. Только и вижу, что эту трубу…

В жизни бывют ткие моменты, когд мы, не отвживясь кому-то что-то выскзть прямо в глз, испытывем потребность выскзывть вслух свои мысли недине, чтобы нс никто не слышл. Чще всего это случется, когд мы не првы. Григорий сейчс ворчл н ртиллерию нпрсно. Но кое в чем его сетовния имели под собой рельную почву: в смом деле, тот, кто сидит н бшне в двух с половиной метрх от земли, конечно, больше видит, чем мехник-водитель через свой люк.

– Посмотрите туд, впрво, – покзл поручник рукой.

Длеко впереди, в голове ртиллерийской колонны, что-то происходило. Тягчи съезжли с дороги, пушки, преодолев придорожный кювет, рзбеглись по полю, подминя под себя рожь и кртофель. В нескольких сотнях метров от шоссе тркторы, кк по комнде, рзвернули пушки стволми вперед. Орудийня прислуг спрыгивл н землю, рздвигл стнины, оттскивл передки, готовя бтрею к бою.

– Что они делют, зчем? – спросил Янек.

– Посмотри н лес, вон туд, дльше! – крикнул ему Елень.

В поле вклинивлся темно-синий кусок бор, тянувшийся до смого горизонт. У смой земли, между деревьями, вспыхивли огоньки, и перед пушкми вдруг стли вздымться клубы пыли, словно неожиднно вырстющие кусты. У орудий хлопотл рсчет, комндиры бтреи стояли чуть позди, подняв вверх првую руку. Один из них вдруг резко мхнул, ближйшее орудие сверкнуло огнем, прогремел выстрел.

– Что тм з шум? – спросил Скшвили, снов подключившись к внутреннему телефону.

– Ккя-то окруження групп, – ответил Семенов. – Артиллерия бьет по ним.

Тнк шел н небольшой скорости, тнкисты чувствовли себя кк в передвигющейся тетрльной ложе. Они смотрели, кк новые орудия приближлись к месту боя, видели вдли бтрею, уже вступившую в бой. Офицер-ртиллерист произвел корректировку днных, и вот уже зговорили все четыре орудия, нд полем пронесся гром злпов.

Оттуд, из лес, били минометы, перенося свой огонь все ближе и ближе к бтрее. Вдруг тнкисты увидели, кк между пушкми взметнулся фонтн рзрыв, дв кнонир упли и ярким плменем вспыхнул резиновый скт орудийного колес. Его тут же стли гсить уцелевшие солдты рсчет, брося н него лоптми землю. Гул собственного мотор не двл возможности слышть крики, все происходило, кк в немом фильме.

Свернул в сторону последний шедший перед ними тягч, и неожиднно шоссе опустело.

– Поедем с ними, поможем, ? – предложил Кос.

Словно в ответ н его слов, тнк стл сворчивть, нпрвляясь между двумя вербми к более широкому проходу.

– Нзд, Григорий, выдерживй нпрвление, прибвь скорость, – спокойно произнес Семенов, зтем, повернувшись к Косу, добвил: – Без прикз нельзя. Окруженные сопротивляются, чтобы здержть темп нступления. Для их ликвидции выделены специльные силы. Это не нше дело, мы должны идти вперед.

Теперь они шли со скоростью больше сорок километров в чс, теплый ветер обдувл их лиц, выбивл из-под шлемов пряди волос и игрл ими. Солнце немилосердно пекло, слепило глз.

Огневя позиция бтрея остлсь позди, дорог побежл вниз, спустилсь в выемку, и уже ничего не было видно, только слышлся гром и грохот, кк голос удляющейся бури. Небо было ясное, почти безоблчное.

Колонну бригды догнли быстро. Снчл обошли втомшины с мотопехотой, минометную роту, истребительно-противотнковую ртиллерийскую бтрею, обогнли смоходные устновки и нконец зняли свое место в походном порядке. Н одном из подъемов стли видны все, кто ехли впереди и сзди них, – вся колонн, рстянувшяся по шоссе н пять километров.

В голове колонны флжкми был дн сигнл остновиться н привл. Интервл между боевыми мшинми сокрщлся, они остнвливлись, съезжя н првую сторону. По счстливой случйности тнк Семенов остновился прямо в деревне. Из беленых, крытых соломой мзнок, из сдов и двориков выбегли люди. Едв тнкисты остновились, кк тут же их окружили со всех сторон.

Янек и Густлик, спрыгнув н землю, срзу очутились в объятиях. Одн из девушек, стройня, згореля, в белом с цветочкми плтье, обнял Кос, поцеловл его в обе щеки и протянул букет георгинов. Об злились крской и отступили друг от друг н полшг.

Ккя-то женщин схвтил Янек з рукв:

– Поглядите-к! Ткой молодой и уже воюет!..

– Ребят, вы откуд сми?

– Я из Устроня, оттуд Висл вытекет… – предствился Елень. Он деликтно делл свое дело: шел вдоль плотной стены людей и, не выбиря, всех по очереди, кк стояли – девушк, женщин или мужчин, – обнимл и целовл.

– Кто еще? С кем я еще не поздоровлся? Уже все? – Он отдышлся и вытер пот со лб.

– А этот чернявый чего молчит? – покзл стрый крестьянин рукой в сторону люк, из которого высунулся по пояс Григорий Скшвили. – Этот вроде не нш?

– Нш, из-под Сндомир, – убежденно пояснил Елень. – Его отец трубочист, оттого он ткой черный. А молчит, потому что от рдости онемел.

– Мшин – то не дивчин, – произнес по-польски Григорий одну из немногих фрз, которую хорошо выучил, и н всякий случй опять нырнул в тнк, спрятвшись з броней.

– Ккя же теперь Польш будет? – спросил стрик.

– Нродня Польш, – пояснил Янек.

– Это кк же будет?

– Зводы возьмут рбочие, землю пнскую – крестьяне.

– З деньги?

– Бесплтно.

– Неужто првд? В восемндцтом году тоже тк обещли, потом пны нши советы войскми рзогнли.

– Теперь рмия нш, не рзгонят.

– Может, и не рзгонят, может, рзгонят.

Крестьянин почесл в голове.

– Молочк попейте. Холодное, прямо из колодц достл, – предложил женщин, зчерпнув из ведр щербтой кружкой, рсписнной всилькми, и подл тнкистм.

Елень выпил одну, другую, попросил третью.

– А вы, чсом, не слыхли?.. – осмелился Янек. – Может, был тут в вших крях поручник Стнислв Кос?

Его попросили повторить фмилию, переговорили между собой, повспоминли, но окзлось, что не слыхли о тком.

– А где он воевл, этот поручник?

– Н Вестерплятте.

– Э-э, дорогой, тк тм же никого в живых не остлось. Семь тысяч нших погибло, все до одного…

– Этого не может быть, – возрзил Янек. – Н Вестерплятте и пятисот-то человек, нверно, не было.

– Это тк только говорится, если посчитть, то по-другому получется…

Подросток в коротких штнишкх пролез через дыру в плетне н шоссе, тщ з собой сломнную ветку, крсную от созревших черешен, и бросил ее н бшню тнк. Всилий подхвтил ветку н лету, помхл мльчишке рукой и скзл:

– Большое спсибо…

– А нш комндир подумл сейчс, в чьем сду хлопец эту ветку сломл, – произнес Елень.

Из люк мехник высунулсь лохмтя собчья морд.

– О боже, и собку с собой возят! И он в рмии служит?

– А кк же! Шрый, к ноге! – Янек мхнул ему рукой, и пес, рдостный, выскочил н шоссе.

– Дже собку привезли… Польскую, – пошло по кругу. – Слышите, кк лет? Прямо, кк мой Азор.

– Дорогу, дйте дорогу, пропустите Мрпинову!

Гомон постепенно утих. Двое подвели под руки струю женщину, с морщинистым лицом, с бельмми н глзх. Он медленно переступл, держ руки вытянутыми крест-нкрест перед собой. Люди умолкли, и было слышно, кк он шепотом повторяет:

– Хлопцы нши, солдты, сыночки…

– Он не видит, – объяснил стрый крестьянин, тот смый, который не поверил, что Скшвили родом из-под Сндомир. – Вон туд поглядите, тм вторя от кря ее хлуп стоял, теперь ее нет. Гитлер сплил. Дйте ей рукми пощупть, пусть убедится, что поляки пришли.

Всилий с бшни бросил полевую фуржку. Кос поймл ее н лету и подл струшке. Т водил лдонями по сукну, по верху, нщупл пльцми метлл.

– Орел… Боже милостливый… Нши солдты! Бог дл, дождлись…

– Юльк! – крикнул женщин, выливя осттки молок из ведр в кружку. – Принеси собке миску кртошки, около печки стоит. Д живее, бегом!

Юльк обернулсь быстро, Шрик упрвился с едой еще быстрее. И кк рз вовремя: привл кончился. Впереди подли сигнл флжкми, и вдоль колонны понеслось гудение зводимых моторов, нрстющее, кк волн.

– В мшину!

С мест троглись осторожно, чтобы кого-нибудь не здеть. Крестьяне снимли детей с тнков, з уши, з вихры вытскивли из-под гусениц.

Колонн снов шл н зпд. Вдлеке, у смого горизонт, были видны бшня Люблинского змк и колокольни костелов.

Янек Кос сидел н месте мехник, вел тнк. Хотя он не верил тому, что семь тысяч погибло н Вестерплятте, ему все-тки стло грустно. Печльный Скшвили н его сиденье в углу игрл с Шриком. Всилий из бшни соскользнул вниз к ним, присел между сиденьями.

– Мехник, чего нос повесил?

– У собки большя рдость, мленькое огорчение не в счет. Был Шрик, теперь Шрый – Серый, знчит, и все в порядке. А я? По-польски говорить не могу. Кк быть? Отец трубочист из-под Сндомир… Ккой Скшвили лучше: нстоящий или выдумнный?

– Погоди, сейчс времени нет кждому объяснять по дороге, но люди сми поймут, что к чему, – спокойно продолжл Семенов. – Выучим польских тнкистов, войну зкончим и домой вернемся… Поймут…

– Когд домой поедем, поймут? Это поздно.

– Может, позже, может, рньше. Сейчс не в этой дело. Н фронт едем.

Однко бригд не срзу отпрвилсь н фронт. Тнкисты рсположились з Люблином и несли в смом городе службу, охрняя зводы и склды, птрулируя днем и ночью н улицх. Были в Люблине жители, которые срзу принимлись з рботу, не спршивя о плте, приносили из дому инструменты, ремонтировли двигтели и стнки. Этих ндо было поддержть. Нходились и ткие, которые срывли змки с дверей мгзинов и склдов, брли то, что еще вчер приндлежло немцм, сегодня, кк они считли, не приндлежло никому. Этого нельзя было допускть. Ночью нд городом пересеклись лучи прожекторов, обшриввших небо: не крдутся ли по нему чужие смолеты. В ночном городе пересеклись мршруты птрулей, осмтриввших улицы: не крдется ли по ним кто чужой.

После первых приветливых встреч, цветов, улыбок, рдостно протянутых нвстречу рук теперь н лицх людей можно было прочитть рзное. Одни говорили: «Новя рмия – новя влсть, землю дет крестьянм». Другие выржли иные мысли: «Новя рмия – новя влсть, землю у влдельцев отбирет».

З несколько чсов до освобождения город, в тот момент, когд советские подрзделения подошли к первым домм, гитлеровцы уничтожили в Люблинском змке зключенных и зложников. От тнковой бригды был нпрвлен для учстия в их погребении и отдния последних почестей взвод. Янек хотел тоже идти, просил, чтобы его отпустили, но поручник не рзрешил, зявив, что есть дел – нужно тнк привести в порядок. А после выяснилось, что и дел-то никких особых не было, просто, видно, не хотел отпустить, и все.

Тк в лгере в рзличных знятиях прошло, нверное, дня три. И вот однжды, это было после обед, Кос, который обо всем узнвл первым, прибежл и сообщил своему экипжу:

– Мшин отпрвляется в Мйднек. Тот смый грузовик, что кухню возит. Кто хочет, может поехть посмотреть.

– Не хочется, – ответил Семенов. – Нсмотрелся один рз ткого, потом дв дня дже есть не мог.

– А мне бы хотелось тм побывть… И н клдбище н обртном пути зглянуть можно… Рз не хотите, можете оствться…

– Лдно, едем все вместе. Один не поедешь.

Поехли. Проволочное огрждение. Провод. Н них белые тблицы с ндписями по-немецки, с нрисовнными черепми и скрещенными костями. З проволочными огрждениями – длинные низкие брки, грязные и вонючие. Здесь же огромные склды с грудми человеческих волос, очков, кукол.

Смое стршное здесь – куклы. Одни изящные, в ккуртно сшитых плтьицх, с приклеенными ресницми; другие просто тряпичные, с лицом, нрисовнным углем. Н смом верху кучи – плюшевый мишк без првой лпы и с одним глзом-бусинкой. Эти куклы были стршнее печей, в которых жгли трупы.

Тнкисты молч ходили по территории концлгеря. Слов и рзговоры кзлись здесь неуместными.

Если бы сейчс кто-нибудь незнкомый посмотрел н Янек, то не догдлся бы, что это солдт, в документх которого было зписно, что ему восемндцть лет, и тем более не догдлся бы о том, что этому прню н смом деле всего шестндцть.

Елень сжл свои огромные руки в кулки, тк что дже пльцы побелели. Григорий что-то шептл по-грузински, Всилий прищурил левый глз, и его взгляд стл темным, кк облчня ночь.

Около лгерной кнцелярии они встретили человек в полостой, в зплтх, одежде узник, с номером н ней.

– Вы здесь были? – спросил Янек.

– Был.

– Многих людей знли?

– Многих, но в основном только по номерм, редко по фмилии.

Янек больше ни о чем не стл спршивть. Они вернулись к воротм. Еще издли услышли тоскливый вой – это Шрик, привязнный з ошейник к кбине грузовик, выржл неудовольствие и беспокойство, нверное, чувствовл в воздухе зпх смерти.

Взобрвшись в кузов мшины, они увидели в углу повр, кпрл Лободзкого. Сюд он ехл в кбине, сейчс вышел из лгеря рньше других и теперь, сидя под брезентом, отвернувшись, плкл.

– Что с тобой? – спросил Елень.

– Оствь, – ефрейтор из мотопехоты потянул Густлик з рукв. – Он ведь из Люблин. Ншел здесь пустой дом. Дже не пустой, хуже: чужие люди в нем живут. А его семьи нет больше. Их, нверно, збрли и прямо сюд…

Грузовик тронулся и поктил по ровному шоссе к городу. И чем дльше они отъезжли от огрждения из колючей проволоки, тем, кзлось, больше солнц попдло под брезентовый верх кузов, тем энергичнее и смелей трепл его ветер. В Люблине уже привыкли к присутствию воинских чстей, но и сейчс жители все тк же горячо приветствовли воинов, мхли рукой проезжвшему грузовику с солдтми. Некоторые, првд, проходили мимо с рвнодушным видом, озбоченные своими делми.

Город был невелик, вскоре он остлся позди. Мшин свернул н полевую дорогу, ведущую к фольврку, вокруг которого в рощицх и зрослях кустрник стояли тнки.

Проехли светло-зеленую березовую рощу, подступвшую прямо к дороге. В этот момент Елень спросил:

– Ну кк, вылезем? Это уже здесь…

– Не стоит, – отрицтельно покрутил головой Кос.

– Ты же хотел!.. – удивился Густлик.

Кк всегд, рспорядился Всилий. Он энергично постучл по железной крыше кбины. Шофер притормозил, остновился, и Семенов подл комнду:

– Экипж, из мшины!

Спрыгнули все – четыре тнкист и Шрик. Грузовик поктил дльше, они пошли по тропинке вдоль опушки березняк в ту сторону, где виднелсь невысокя кмення стен с открытыми сейчс железными воротми. Нвстречу им вышел сгорбленный человек в спецовке, вымзнной в глине.

– Вы к кому?

– А ты кто? – спросил его тоже не очень любезно Елень.

– Я могильщик, – ответил тот, сменив тон.

– Мы к тем, кто похоронен здесь в сентябре тридцть девятого…

– А, тк это просто, прямо вот по ллейке. Нигде сворчивть не ндо, пойдете прямо посредине до смого конц клдбищ. Они тм в дв ряд под стеной лежт, н песочке.

Могильщик бросил взгляд н Шрик, который прыжкми выскочил из березовой рощицы, подбежл к тнкистм и стл лскться.

– Эт собк с вми? – збеспокоился он. – С собкой нельзя, это же клдбище. – Глз его збегли, лицо стло крсным то ли от охвтившего его гнев, то ли от возмущения. – Тут люди лежт н освященной земле, вечный покой дл им господь…

– Хорошо, он остнется здесь, – скзл Кос и, проводив Шрик к воротм, в тень, прикзл: – Стереги!

Сняв полевые фуржки, они вступили н клдбище и зшгли по широкой ллее, проходившей посредине. Здесь было тихо-тихо, только птички несмело перекликлись в ветвях деревьев, ветер шелестел листьями и позвякивл жестяными венкми. Солнце клонилось к зкту, слепило глз и окршивло розовым белые кменные плиты.

Н полпути они увидели струю березу, которую срезл снряд н высоте метров двух от земли. Ее крон лежл нискось, опершись вершиной н могилы, листья высохли, но еще не пожелтели. Дльше, тм, где снряд упл, светлел желтым песком воронк, виднелсь неровня щербин в стене.

Могилы солдт Сентября были низенькие, неприметные, отрытые ровными шеренгми, и нпоминли выстроившийся взвод. Кресты тоже одинковые, похожие друг н друг, сбитые гвоздями из стволов деревьев, дже не очищенных от коры.

Все четверо шли вдоль этой шеренги, нклонялись, чтобы прочитть н деревянных тблицх рзмытые дождями ндписи, лдонью зслоняясь от лучей зходящего солнц. Ндписи были короткие: «Неизвестный», «Неизвестный», потом ккя-то фмилия, снов «Неизвестный», опять фмилия. У последней Янек выпрямился и тихо произнес:

– Нет.

– Если бы был, то плохо, рз нет, то хорошо, – выскзлся Скшвили. – Нечего печлиться. Здесь отц не ншел, – знчит, живого нйдешь. Слушй, Янек, я тебе что рсскжу, ты внимтельно слушй и левым и првым ухом…

Он потянул Кос з руку под стену, где об присели в тени, подогнув под себя ноги, кк это делют в горных селениях все грузины, когд собирются поговорить под стенми своих домов. Григорий нчл:

– У нс в Грузии рсскзывют ткую легенду: жили н свете девушк и прень, крепко любили друг друг. Подрил однжды прень девушке перстень. И вот кк-то шли они по горм. Слев – скл, спрв – пропсть глубокя, тропинк узкя. Девушк оперлсь рукой о склу, зцепилсь з кмень перстнем, он упл, поктился по тропинке в пропсть. Жлко было девушке перстень, жлко было прню девушку. По козьим тропкм спустился он н смое дно ущелья, где горный поток бушевл, где кмни, перемолотые водой, лежли, кк зернышки. Искл он упрямо, терпеливо. Искл год, искл другой, искл третий…

Не зня, сколько времени молодец из грузинской легенды будет искть перстень своей невесты, тнкисты присели рядом с Григорием н песке, он продолжл:

– …Искл много лет. Ущелье большое, перстень мленький. И все-тки ншел. Потому что если очень зхочешь, то нйдешь. Пришел он к своей девушке в дом, взглянул н нее и увидел: ждл он его, уже седя стл, сгорбилсь. Печльно посмотрел н прня и скзл: «Зчем теперь нм этот перстень, если жизнь, кк поток, унеслсь в длекое море и в источнике времени уже совсем мло воды остлось». Тк скзл он и медленно ндел перстень н плец. И только это сделл он, кк об срзу помолодели – и он и он. Смотрит прень н девушку: щеки румяные, губы кк грнт, волосы черны, кк крыло ворон н снегу. – Скшвили встл, обнял Янек з плечи и зкончил: – Кто хочет нйти, тот нходит, д еще в нгрду судьб н чсх его жизни время нзд переводит.

– Нм пор, скоро вечер, – нпомнил Всилий, зсмеявшись, и все четверо быстро зшгли нзд.

Ворот клдбищ были прикрыты, могильщик куд-то пропл, но смое удивительное – исчез и Шрик.

– А где нш Шрик? – збеспокоился Григорий. – Уж не укрл ли его этот человек?

– Ну нет, скорее Шрик его укрдет, чем он Шрик, – возрзил Елень.

Янек присел н корточки, прикрывя рукой глз от солнц, оглянулся вокруг.

– Д вон он, никуд не делся, – обрдовлся Янек, – только зстыл н месте, вроде учуял что-то, все рвно кк зверя ккого-то выследил.

– Посвисти, – посоветовл Густлик.

– Погоди, – остновил его Всилий. – Приготовьте оружие.

У комндир и мехник были пистолеты, у Янек и Густлик – втомты. Они передвинули их н грудь, сняли зтворы с предохрнителей. Елень недовольно буркнул:

– По усопшим, что ли, стрелять будем?

– Посмотрим. Осторожность не мешет, – спокойно ответил ему Семенов и прикзл: – Вы вдвоем идите по левой стороне ллеи, мы с Янеком – по првой. Укрывться з могилми, соблюдть дистнцию. Когд подм знк, нтрвишь собку.

Удивленные этим прикзом, они все же осторожно пошли, пригибясь к земле, быстро перебегя от дерев к дереву, от могилы к могиле.

Шрик неподвижно стоял н выпрямленных ногх, уствившись н большой склеп, сложенный из обтеснных плит песчник, похожий н чсовню. Н смом верху стоял нгел с отбитой рукой. По обеим сторонм склеп в стенх имелись оконц, спереди – толстя решетк, сделння, нверное, у деревенского кузнец. З решеткой виднелсь плит с остткми позолоченной ндгробной ндписи.

Всилий подл знк рукой, но Кос не послушл. Вместо того чтобы нтрвить Шрик, он шепнул ему: «Стереги!», и тот неохотно опустился н землю з широкой могилой. Янек подполз к комндиру и шепотом сообщил:

– Решетк отодвинут, н кмне земля от подошвы спог. Тм есть человек.

Словно в подтверждение этих слов внутри склеп метнулсь тень, скрипнули зржвевшие петли, и оттуд вышел могильщик. Жмуря глз от свет, он увидел собку и солдт и покчл головой:

– Пнове здесь, собирлись у стены смотреть. Видно, песик привел сюд. Хороший песик. Пнове, может, еще чего хотели?

Шрик осклился, покзывя клыки, и зрычл.

– Если ничего больше не нужно, тогд пойдемте, пнове, то ночь уже близко и клдбище зкрывть пор.

Шрик снов зрычл, оглянулся н Янек и дв рз пролял н могильщик.

– Кто тм еще внутри есть? – спросил Кос.

– Внутри? Никого нет, – ответил могильщик, не оглянувшись, и зшгл к центрльной ллее.

Нвстречу ему нерешительно двинулся Елень.

– Тм еще кто-то есть, – повторил Янек.

Он сделл шг вперед, к решетке, и в то же мгновение из оконц склеп грохнул выстрел. Пуля просвистел рядом, сбил жестяной венок с соседней могилы.

Все четверо бросились н землю. Всилий выстрелил первым и крикнул:

– Огонь!

Зтрещли дв втомт, но в ответ неожиднно удрил пулемет, очередями прижл нпдющих к земле.

– Осторожно! – крикнул Елень. Он метнул грнту, и сильный взрыв всколыхнул воздух, сорвл с верхушки склеп ндбитого нгел. Едв дым рссеялся, они подняли голову, чтобы снов открыть огонь, но увидели, что те, из-з решетки, высунули н штыке клочок белой тряпки.

– А ну вылзь! – крикнул Елень и повторил по-немецки: – Рус!

Комнду поняли, и вот один з другим из склеп вышли семь немцев и побросли оружие н землю.

– Все? Алле? – опять переспросил по-немецки Густлик.

Подняв руки вверх, они зкивли.

– Нет, не все, – скзл Всилий. – Могильщик, нверно, уже успел удрть.

– Длеко не уйдет, – возрзил Кос. – Догнть, Шрик, догнть!

Овчрк бросилсь в погоню, немцы тем временем вышли н ллейку, терпеливо ожидя, что будет дльше. Елень собрл оружие, збросил трофеи з спину, кк вязнку дров. Вышли з ворот в поле и тм увидели могильщик, лежщего н земле. Шрик сидел нд ним и, обнжив клыки, тихо рычл.

– К ноге, Шрик! – прикзл Кос. – А ты вствй!

– Он не укусит? – спросил испугнно тот.

– Нет.

– Тк ты, стнинское отродье, с немцми якшешься? – Елень подошел и свободной рукой удрил могильщик нотмшь. Тот мягко повлился н землю.

– Ты что делешь? – резко крикнул Семенов, и глз его потемнели. – Безоружного пленного…

Янек побледнел. Неожиднный удр Еленя и столь же неожиднный окрик комндир вывели его из рвновесия.

– Зчем их всех вести? – зкричл он высоким, срывющимся голосом.

– Ведь это же они собирли волосы и куклы… А этот, сволочь, почему он с ними? Почему? Он же поляк!

– Поляки рзные бывют. Я бы его первого убил, – буркнул Густлик.

– Кпрл Елень, кпрл Кос! – резко оборвл их поручник. Но никкого прикз не последовло. Комндир лишь мягко, по-своему, кк это мог только он, спросил; – Хотите быть похожими н них?

Пройдя по опушке березовой рощицы, вышли н дорогу и повернули к фольврку. Впереди в строгом порядке, один з другим, шествовли немцы и могильщик, держ руки сплетенными сзди н шее. Шрик бегл вокруг них, то слев, то спрв, точь-в-точь кк овчрк, стерегущя стдо. Все для него было бсолютно ясно и просто.

Всилий, шгя с пистолетом в руке, смотрел себе под ноги и думл о том, что ненвисть зрзн, кк чум или осп. Игрть бы Янеку в волейбол, пропускть знятия, подскзывть н урокх, учиться, по вечерм провожть девчонку домой, держсь с ней з руки, укрдкой целовться в тени деревьев. А все по-другому. Он не игрет в волейбол, не учится, он хочет стрелять и убивть.

Янек тоже шел с опущенной головой. Он смотрел н споги шгющих впереди немцев; видя, кк они неуверенно ступют, осторожно ствят ноги, думл, что сейчс они не ткие, ккими были тогд, в Гдньске, когд гремели кблукми по мостовой и орли под брбнную дробь: «Ди штрссе фрй ден брунен бтльонен!» («Дорогу коричневым бтльонм!») Сегодня они больше похожи н людей, но…

– Может, это они убили мою мть и отц? – прошептл он тихо, не глядя н Семенов.

– А может, и моего отц, – произнес в ответ Всилий.

Кос умолк. Впервые он услышл, что у Всилия нет отц, хотя столько времени они уже вместе, столько дней провели в одном тнке, столько ночей спли рядом друг с другом. И кк-то тк получлось, что они рсспршивли его только о случях из его боевой жизни или об облкх и о том, ккую погоду они предвещют. А ведь он был хорошим товрищем, всегд мог дть првильный совет, помочь или утешить, когд нужно. И они дже не здумывлись нд тем, от кого он получет письм, от кого не получет.

Фольврк был уже недлеко. Люди, жившие в этом имении, увидели приближющуюся процессию и стли кричть:

– Швбов, швбов ведут!

– Кос, зйди слев, Григорий, – спрв, – прикзл поручник. – Смотрите, чтоб жители н них не нбросились и не перебили.

С минуту шли в молчнии, зтем Семенов еще рз скомндовл:

– Шире шг! Нши, кжется, выступют. Видно, что мшины н дороге в колонну выстривются.

Действительно, сквозь клубы можно было рссмотреть плоские силуэты тнков, которые в орнжевом отсвете лучей зходящего солнц, кзлось, покрылись ржвчиной.

10. Зпдня грниц

Колонн шл ночью с потушенными фрми, между мшинми выдерживлся большой интервл. Мчлись сквозь мрк с низким ревом, гремя стльной чешуей, словно длинный, пятикилометровый дркон из волшебной скзки или, скорее, кк всдники, зковнные в лты, едущие освободить землю от дркон.

Проезжли через темные деревни, без единого огоньк в окнх, хотя и не спвшие. Люди глядели им вслед из-з плетней и из окон домов, мхли им плткми и шпкми, бросли им, невидимым, хотя известным и близким, н дорогу цветы, лишенные ночной темнотой крсок, но тем прекрснее, потому что их цвет тнкисты могли определить по зпху.

До полуночи тнк вел Скшвили. Янеку Всилий прикзл спть. Кос отнесся к этому со всей серьезностью. Рньше, в смом нчле, он не мог понять, кк можно зсыпть по прикзу и пробуждться по комнде, Кк можно видеть сны в гудящем мотором тнке. Но он нучился этому, смое глвное, он понял, что нельзя просыпться до подъем, нельзя вствть позже, чтобы потом не спешить, нельзя перед сном помечтть с открытыми глзми в темноте, потому что время рссчитно и силы рссчитны. Время и силы приндлежт не тебе, экипжу, тнку, тнковой бригде.

Сейчс он спл, но чсто просыплся и снов впдл в дремоту. Не то няву, не то во сне виделсь ему Польш кк мечт и Польш кк првд, кк действительность. Первя был прекрсной, не было в ней людей, подобных могильщику и тем, кто в Люблине отворчивл лицо, чтобы не смотреть н солдт. Вторя был нмного грубее. Не ткя дружелюбня. Он не мог определить и решить, ккя из них лучше. Когд зсыпл, более близкой кзлсь ему т, из грез; когд просыплся и ощущл под спиной метлл, кожу сиденья, прямо перед собой глдкий приклд пулемет, когд через открытый люк лились н него зпхи полей, лучшей кзлсь ему эт, другя, более трудня, зто нстоящя.

Он рдовлся тому, что они едут н фронт, где окопы четко отделяют друзей от вргов, добро от зл. Вместе с тем к этой рдости примешивлся стрх, пок не з себя, не з свое хрупкое тело, з то, подойдет ли он экипжу, не подведет ли, кк во время учений, н которых генерл скзл: «Вы проигрли бой», Всилий покзывл чсы.

Они нендолго остновились в открытом поле, среди лугов. Кк лишенные ветвей и коры стволы деревьев, торчли, нцелившись в небо, орудия зенитных бтрей. Кзлось, здесь вырос целый лес. Скшвили обежл вокруг тнк, ощупл рукми бнджи н роликх – не перетерлись ли, зтем вернулся, и они поехли дльше.

Янек сидел з рычгми упрвления, Григорий, зняв его место, свернулся в клубок. Подложив под голову втник, он зснул крепким сном. Через открытый люк, словно через двери дом в горх Квкз, входили звезды в тнк и к нему в сон.

Мотор рботл ровно, глдкое шоссе было пустынно. Нужно было только следить з крсным огоньком стоп-сигнл н тнке, идущем впереди. Кос сидел почти неподвижно. Иногд только легким движением рычг изменял нпрвление – повороты попдлись редко.

Вспомнился Янеку один двнишний вечер. Он возврщлся с мтерью и отцом с прогулки н моторной лодке в Пуцкой бухте. Тк же, кк и сейчс, ровно гудел мотор, и, кк сейчс, легкий ветерок обдувл его рзгоряченное лицо. Они с мтерью сидели н носу лодки и смотрели н приближющиеся огни Гдньск. Внезпно с ккого-то военного корбля взлетел ркет, и Янек испуглся, вздрогнул. Мть прижл его к себе покрепче: «Не бойся. Пок ты с нми, ничего с тобой не случится». А отец скзл: «Что з нежности! Всегд он с нми не будет. Он не должен ничего бояться, дже когд будет один».

В груди неожиднно поднялсь волн грусти. Он знл, что мтери нет в живых и отец погиб. До сих пор Янек не отыскл никких следов отц, дже приблизительно не устновил, что же с ним все-тки стло. Сейчс он один, зтерянный в этой ночи. Ведет тнк к линии фронт, нвстречу сржениям. И если он погибнет, то никто, бсолютно никто…

– Кк дел, Янек? – рздлся в нушникх голос Семенов.

– Все в порядке. Темпертур воды и мсл нормльня…

– Я не о том спршивю. Кк в остльном?

– Спсибо. Все хорошо.

Перед рссветом они снов поменялись местми. Теперь уже Янек погрузился в сон, глубокий, тяжелый. Зсыпя, он чувствовл только зтвердевшие от нпряжения мышцы плеч и ног.

В предрссветных сумеркх тнки въехли в лес, и, прежде чем небо из темно-синего сделлось голубым, деревья вновь обрели укрденное воровкой ночью зеленое одеяние, остновились под ветвями сосен и змерли. Моторы змолчли один з другим, в лесу постепенно воцрилсь тишин, с зпд, откуд-то совсем близко, нчл доноситься нервный грохот орудий и минометов. В пузх слышлся сухой треск очередей. Время от времени сверху волной нлетл рокот моторов и внезпно обрушивлся ревом рвущихся бомб. Но дже их не слышл Кос. Он спл, уткнувшись лицом в шерсть Шрик, который, боясь его рзбудить, одну лпу неподвижно держл поднятой вверх.

– Янек, Янек, вствй! Спишь, кк стрый солдт. Просыпйся и вылезй. Генерл пришел.

Н этот рз сбор проходил не кк обычно. Никто не строился в шеренги, все сдились группми в тени, прислонившись спиной к стволм деревьев; генерл стоял около толстой прямой сосны, курил трубку и спокойно ожидл, когд все соберутся.

Глядя н тнки, которые укрыл лес, н своих тнкистов, он мысленно прикидывл, ккую грозную силу предствляют восемьдесят пр боевых мшин и свыше двух тысяч вооруженных людей, которыми комндовл.

Почти сорок лет нзд его отц црские жндрмы схвтили н бррикдх Лодзи. Выслнный вместе с семьей, он окзлся длеко от родины, в Сибири. Родителям не пришлось дождться, зто их сын теперь возврщлся н родину, д к тому же не с кким-нибудь тм пустячным придным.

От плцдрм н зпдном берегу Вислы до Вршвы шестьдесят километров, в ст километрх от него – Лодзь. Конечно, удр будет ннесен не срзу, нужно сосредоточить силы. Сейчс глвное зключлось в том, чтобы удержть этот клочок земли, который является своеобрзным трмплином. А когд фронт придет в движение, генерлу хотелось бы быть со своей бригдой н острие бронировнной стрелы, прогрохотть гусеницми по булыжной мостовой – по ней когд-то его отец ходил н прядильную фбрику, потом из этого же булыжник строил бррикды в дни революции.

Генерл увидел, что подошел последний экипж, зтянулся еще рз, выпустив клуб дым, выбил пепел из трубки о кблук спог и сделл полшг вперед. Косой утренний луч солнц, ткой же светлый, но еще не ткой горячий, кк в полдень, только что выкупвшийся в росе, упл ему н плечи и волосы.

Янек только сейчс зметил, что н комндире новенький, хорошо сидящий, может быть впервые ндетый, мундир. Серебряные змейки н руквх и погонх блестели, еще не припудренные пылью.

«Кк н прздник…» – подумл Янек.

– Прздник у нс сегодня, ребят, – зговорил генерл. – Идем з Вислу…

Неожиднно послышлся нрстющий свист, зтем булькнье рзрывемого нд головой воздух. З лесом, в стороне дороги, по которой еще недвно двиглись тнки, блеснул огонь, прогремели взрывы. Летевшую нд деревьями ворону подбросило вверх, звертело, и он, похожя н черный крест, бессильно упл н землю, убитя взрывом.

Генерл, не обернувшись, спокойно продолжл:

– З Вислой советские гврдейцы зхвтили плцдрм. Гитлеровцы бросили против них одну дивизию, другую. Их остновили. Тогд они бросили третью, тнковую, нзвнную именем Гермн Геринг. Тм сейчс, ребят, тяжело, очень тяжело. – Генерл н минуту умолк: не хотел говорить, что в этой дивизии в три рз больше тнков и в семь рз – людей по срвнению с польской тнковой бригдой. – Немец беспрерывно бомбит перепрвы, бьет из ртиллерии, бросет все новые и новые силы в бой и прижимет гврдейцев к реке. Комндовние могло бы послть н помощь одно из советских тнковых соединений, но кк рз сейчс ни одного нет под рукой. Комндовние фронт посылет н плцдрм нс. Тк оно, конечно, и должно быть, потому что оттуд дорог ведет к Вршве… Зню, для многих это будет первый бой. Но я верю вм. Зню, вы будете достойны имени гврдейцев, не удрите лицом в грязь. Готовьте мшины, скоро двинемся к перепрве.

Минуту спустя вверху, приближясь, стл нрстть беспокойный низкий рокот моторов; зтем зхлопли зенитки, и нд головой появились бомбрдировщики, стремительно рзмыкя строй. С противоположной стороны, от солнц, к ним соскльзывли остроклювые «ястребки» – истребители. До земли дошел треск, будто рвли полотно. Один из смолетов здымил, остльные, еще не выйдя н цель, рзом высыпли свои бомбы.

Метллические кпли змелькли н солнце, стремительно рзрстясь в рзмерх. Они обрушились н землю, и все здрожло вокруг, зходило ходуном. Бомбы упли з лесом. Горячее дуновение принесло грохот рзрывов и смрд тротил. В косых лучх солнц звертелись пыль и комья земли.

– Скоро н перепрву, – повторял генерл, оствясь стоять н том же месте. – Идем н ту сторону. Зпомните, нзд пути нет. Где мы – тм грниц родины. Это все.

Он отряхнул с рукв пыль, пошел вперед, но вдруг остновился и позвл поручник Семенов.

– Тнки комндовния перепрвляются з первой ротой. Вы пойдете к деревушке Острув, где остновится штб бригды, будете нходиться в резерве. Если пондобится, пошлем вс н помощь.

– Ясно, товрищ генерл.

– Хорошо… А кк тм Янек? – спросил он. – О том сбитом смолете и о пленных я уже зню. Об озорстве н мосту не хочу знть. Присмтривй з прнишкой, чтобы беды ккой не случилось… Зелен еще и горяч очень… И еще одно: пойдем со мной к мшине, я дм тебе для него шлемофон. У меня есть другой. В нем хорошие нушники. Ндо, чтобы связь с вми был лучше, чем н учениях.

Несколькими минутми позже Янек уже примерял генерльский подрок. Шлемофон был ему впору, будто специльно для него изготовлен, но рдовться было некогд: весь экипж готовил мшину к бою. З время многочисленных переходов, мршей и остновок в мшине нбрлось много ненужного брхл. Сейчс все это они выбрсывли, чтобы ничего не болтлось в тнке, чтобы просторней и свободней в нем было, не мешло в бою, чтобы кк можно меньше пищи для огня остлось внутри. Только для Шрик после непродолжительного спор оствили в углу втник.

Проверили еще рз оружие, боеприпсы, мотор. Дже стрый топливный нсос, который они поствили вроде бы временно перед учениями, и тот рботл испрвно.

После обед дел никких не было. Все четверо збрлись под тнк, улеглись н трве. Стоял вгустовский зной; к полудню он пробрлся и под деревья, но здесь, между гусеницми, было немного прохлдней: продувл сквознячок.

Леж н спине, Янек смотрел н плоское днище тнк, к которому пристли комья земли. Вокруг круглого врийного люк ползл жук.

– В конце сорок второго год, точнее, семндцтого декбря двдцть четвертый тнковый корпус, в котором я служил, форсировл Дон под Верхним Ммоном и был введен в прорыв, – нчл Всилий, откусывя слдкий желтовтый кончик стебельк сорвнной трвинки.

– Погоди! – перебили его срзу все трое, перевернулись со спины н живот, подползли поближе, чтобы лучше видеть и слышть. – Теперь рсскзывй.

– Мы быстро продвиглись вперед, громили все, что прегрждло нм путь. З пять дней тнки отмхли двести сорок километров. Двдцть третьего декбря сильные группы гитлеровцев попробовли нс остновить, но мы их смяли и вечером зхвтили Скосырскую. Было рзбито много мшин, потеряли много людей; мотострелковя бригд остлсь сзди, не хвтло горючего в боеприпсов…

– Вы имели прво отходить, собрть силы. Мшин не человек, без горючего не тронется, – зметил Скшвили.

– Мы тоже тк думли, – улыбнулся Семенов, – но комндир, генерл-мйор Бднов, решил инче. В дв чс ночи мы снов пошли вперед, проделли тридцть километров и в половине восьмого утр по сигнлу злп дивизион гврдейских минометов внезпно тковли стницу Тцинскую. Н стнции зхвтили соств цистерн с горючим и пятьдесят смолетов, огромные продовольственные склды, н эродроме

– до трехсот пятидесяти смолетов – бомбрдировщиков, истребителей и трнспортных, которые не успели подняться. В этот день немцы вышли нм в тыл.

– Нужно было все рзбить, сжечь и уходить, – зявил Елень.

– Ндо было удержть то, что зняли, – возрзил Семенов. – Тцинскя нходится у железной дороги, которя ведет с зпд к Стлингрду. Мы вгрызлись в землю и оборонялись. Гитлеровцы бросили против нс соединения, которые должны были с зпд идти н помощь Пулюсу, и тковли беспрерывно. Н третий день к нм прорвлись три втоцистерны с горючим и шесть грузовиков с боеприпсми под прикрытием пяти тридцтьчетверок, подошл мотострелковя бригд. Бои стновились все жрче, но когд нд землей торчит только одн бшня тнк, то попсть в него нелегко. Продержлись мы четыре дня и только н пятый ночью по прикзу штб рмии после внезпного удр вышли из окружения уже кк второй гврдейский Тцинский тнковый корпус. Это нименовние нм присвоили з овлдение Тцинской…

– Нименовние и чсы, – нпомнил Скшвили. – Н твоих чсх есть ндпись…

– Д, ткой корпус – это сил, – здумчиво произнес Янек.

– Сил, – соглсился Всилий, – но не по численности. Двдцть восьмого декбря в Тцинской у нс было тридцть девять средних тнков Т-34 и пятндцть легких Т-70, это всего половин нынешнего соств ншей бригды… Я рсскзывю вм об этом потому, что, может быть, уже сегодня мы произведем первые выстрелы по вргу.

Поручник поднял голову от трвы и своими рзноцветными глзми посмотрел н лиц товрищей.

– Ребят, помните о двух вещх, смых глвных для тнкист, – медленно произнес комндир, стртельно выговривя кждое слово. – В нступлении все дело решет скорость. Кк тронулся с мест, гони вовсю вперед, не оглядывйся по сторонм, не мешкй. Ищи врг тм, где он тебя не ждет… А в обороне – зрывйся в землю по уши, подпускй врг поближе и бей нверняк…

Все трое смотрели н него с внимнием, Елень дже потихоньку шевелил губми, видно повторяя про себя эти советы.

– В общем, скоро все это нм придется испытть в деле, – рссмеялся звонко Всилий. – А пок воспользуемся моментом и попробуем немного вздремнуть. Неизвестно, когд еще поспть придется.

Он зкрыл глз и спокойно, ровно здышл. Со стороны перепрв долетли звуки рзрывов, з Вислой нервно погромыхивл ртиллерия. Янек Кос пробовл думть то об одном, то о другом, но ритм дыхния спящих товрищей путл его мысли, и вскоре он см уснул.

Встли н зкте, сполоснули лицо водой из ведр, ндели комбинезоны, зтянув их поясми. Вестовые, перебегвшие от мшины к мшине, вместе с прикзом принесли новости:

– Мост рзбит… Первя рот перепрвляется н проме. Двух телефонистов рнило… Где-то, нверно, прячется немецкий нблюдтель и по рдио корректирует огонь… Тнки взвод упрвления н перепрву!

Осттки дневного свет еще держлись н рыжей коре сосен, но внизу все быстрее рзливлся мрк, мигли зеленым и крсным светом сигнльные фонри. Ехли снчл по опушке лес, зтем через мостик, дорог вошл в ивняк, извивясь по сыпучему песку. По скту сползли вниз, миновв скелет сожженного грузовик и рзбитое, повленное нбок орудие без колес. Потянуло речной сыростью.

Всилий подл комнду:

– С мшины!

Втроем пошли вперед к помосту из не очищенных от коры стволов, з ними спер с фонриком в руке, пятясь, покзывл дорогу мехнику. Скшвили действовл уверенно, осторожно подвел тнк к помосту и плвно въехл н пром. Тнк хорунжего Зенек уже стоял впереди слев, их мшине определили место сзди спрв – тк они и стояли н проме, кк дв черных знк н крточной двойке пик. Едв умолк мотор, зтрхтел моторня лодк, нтянул стльной трос, который, продолжя дрожть, удрил еще несколько рз по воде. Между помостом и промом стл рсширяться полос воды.

Пром был сделн из двух брж, соединенных друг с другом. Кроме тнков н него погрузились взвод втомтчиков и отделение противотнковых ружей, потом вскочили несколько советских солдт, тщивших ящики с боеприпсми. Все молчли, словно рзговор мог выдть их вргу, молчние могло огрдить от опсности.

Восточный берег уже рстворился в темноте, очертния зпдного можно было только угдывть по черным вершинм тополей, вырисовыввшимся н фоне рыжего от пожров неб. Вверху просвистели дв снряд, с шумом плюхнулись в воду, но длеко в стороне от пром, южнее. Из реки поднялись вертикльные фонтны, н несколько мгновений освещенные взрывми.

С зпд к Висле стл приближться гул моторов бомбрдировщиков. По нрстющему и гснущему вою определили, что это не нши.

– Чтоб вс рзорвло, нтихристы проклятые, – выруглся Елень.

С обоих берегов открыл огонь ртиллерия. Словно ошлевшие куры, снесшие яйцо, зтрхтели скорострельные 37-миллиметровые зенитки. Они посылли вверх зеленые и крсные бусинки очередей, которые мчлись снчл отвесно по прямым линиям, зтем, уств от полет, устремлялись вниз, гсли короткими вспышкми. Бсом, кк тяжелые цепы по гумну, били зенитные 85-миллиметровые орудия. Путь их снрядов невозможно было проследить, но вокруг смолетов, теперь уже видимых простым глзом, неожиднно возникли колючие клубочки огня, облчк черного дым.

Люди н проме, плывущем по Висле, чувствовли себя, кк н дне клетки, вокруг которой сверкло и грохотло. Нверху этой клетки рздлся резкий свист, и рньше, чем люди услышли взрыв, з промом вскипел вод, обрушилсь всей мссой н нстил, рзлетелсь брызгми. Янек згреб воздух рукми, кк пловец, которого неожиднно по голове удряет волн, помост стл уходить у него из-под ног, и он крепко ухвтился з гусеницу, чтобы не свлиться з борт. С другой стороны тнк к тему подбежли Всилий, Густлик и хорунжий Зенек.

– Цел?

– Цел.

– Кк мокря куриц, – рссмеялся хорунжий. – С ткими молокососми одни хлопоты. Я вот рсскжу Лидке, пусть он позбвится.

– А ты, Янек, здорово вымок, – перебил Зенек Семенов. – До нс не достло. Снимй-к с себя все… Все, все. Елень, выжимй, только осторожно, то порвешь н клочки, медведь. И клди к мотору, высохнет быстрее. Григорий!

– Что ткое?

– Двй зпсной комбинезон! Видишь, «люфтвффе» нм Янек выкупл. Двно уже ткой чистый не был.

Смолеты, сбросив бомбы, удлились. От мост, который продолжли нводить сперы, доносились крики и перестук топоров. Ярким плменем пылл н восточном берегу подбитый грузовик. Видно было людей, лоптми бросвших н него песок. Кто-то н проме зкурил цигрку, кто-то другой ворчл н него, тот опрвдывлся, утверждя, что теперь немец не тк скоро прилетит.

Моторня лодк деловито трхтел, тщ нтянутый трос. Пром продолжл продвигться вперед, нискось против течения. Уже змячили н зпдном песчном берегу густые зросли кустрник и покзлся темный прямоугольный силуэт пристни, к которой плыл пром.

У смого берег немного сбвили ход. Сперы с нос кормы бросли кнты, которые н лету подхвтывли их товрищи и привязывли к колышкм.

– Готово, высживйся!

Первыми побежли пехотинцы, потом тнки один з другим медленно сползли н сушу, мимо них в противоположную сторону шли рненые, спешили успеть н пром, пок происходит высдк. Снитры несли рненых, уклдывли их тесно друг к другу. Лиц не было видно, белели только руки, ноги или головы, иногд широким пятном мелькл перевязння грудь. Лязг гусениц зглушл слов, ухо улвливло только отдельные проклятия, стоны, обрывки фрз.

– Этого оствить. Уже умер. Здесь похороним.

– Фриц прет, кк дурной, ни с чем не считется…

– Держлись полдня, потом невмоготу стло.

– Осторожно, союзники, смотрите, чтоб вс не поцрпли.

– Из ншей роты всего четырндцть…

Экипжи зняли свои мест в мшинх, и н броне тесно, один возле другого, рзместились втомтчики.

– Эй, смотрите, то тм форм сушится.

– См смотри, чтоб нс не змочил.

Пром прибился к острову. Проскочив по нему нискось, тнк Всилия вышел к мелководному рукву реки, въехл в воду, которя почти подобрлсь к люку мехник. Зтем Скшвили повел мшину н крутую дмбу, сооруженную против нводнения, съехл н другую сторону и остновился под стрыми тополями.

– Здесь ожидть?

– Здесь.

Елень снял подсушившийся комбинезон Янек, и тот, не вылезя из тнк, переоделся. Может, от этого переодевния ему стло холодно и по телу побежли муршки. А может, от стрх.

Впереди, вдоль всей линии горизонт, пылли зрев пожров. Одни только нбирли силу, горели желтым огнем, кк овсяня солом, другие, коричневтого оттенк, уже угсли. Тнкистм кзлось, что грохот выстрелов несется со всех сторон, что стреляют рядом, что они нходятся н клочке земли, не нмного большем, чем нужно, чтобы н нем встли дв тнк, и что з спиной у них рек.

Из темноты внезпно выскочили испугнные кони, тщ передок, оторвнный от повозки. Они пронеслись рядом, зцепились дышлом з ствол и с диким ржнием свлились, зпутвшись в собственной упряжи.

Не дльше чем в ст метрх впереди сверкнули огнем стволы, выхвтив из темноты стрнные, согнувшиеся в движении силуэты ртиллеристов. Бтрея четырежды удрил злпом, когд умолкл, темнот стл еще гуще.

Неожиднно тнкисты услышли поблизости знкомый голос.

– Чьи мшины?

– Взвод упрвления, доклдывет поручник Семенов, – ответил Всилий генерлу.

– Хорошо. Поедете не к Оструву, прямо н передовую. Берите проводников, они вм покжут дорогу. Н мрше все время держите со мной связь по рдио. Автомтчики и бронебойщики, ко мне.

Н броню тнк взобрлся высокий, стройный боец в кске и плщ-плтке, с втомтом н груди. Он отдл честь, вывернув лдонь нружу, и, пытясь перекричть гул мотор, доложил:

– Гврдии стршин Черноусов! Поехли?

Поблизости бтрея снов удрил один з другим двумя злпми.

– Поручник Семенов. Идите сюд, в бшню. Рз ндо, знчит, поехли.

– Включив переговорное устройство, прикзл: – Мехник, вперед!

Рньше чем Григорий выжл сцепление и включил скорость, все услышли ответ стршины:

– Ндо, позрез ндо! Если не успеем, моих гусеницми перемелют.

Слов прозвучли грозно, но об голос, и генерл, и стршины, выржли ткую деловитость и решительность, что Янек, потуже пристегнув нушники, перестл ощущть холод. Ему покзлось, что он знет не только комндир бригды, но и того другого, советского бойц. Кзлось, что он будто уже где-то слышл его. Но сейчс не было времени думть: он должен был все внимние сосредоточить н рции, дежурить в эфире. В ушх то и дело звучл голос Черноусов, которому Семенов дл зпсной шлемофон. Кзлось, что проводник знет дорогу н пмять, будто родился здесь, у Вислы.

– Тише, сейчс будет мостик. Теперь гзуй… Осторожно, спрв глубокий ров. Две воронки от бомб, одн спрв, другя слев… Теперь снов гзуй н всю.

Тнки взвод упрвления мчлись сквозь ночь, не включя фр. Мшины можно было зметить только по крсным огонькм н броне или, когд тнк Семенов спусклся ниже, по очертниям н фоне горизонт. Однко им не суждено было сржться вместе. Когд въехли в лес, дв из них приняли другие проводники, стршин повел экипж Всилия по холмистой дороге к прямой лесной просеке и, двжды предостерегя: «Тише, тише, помленьку», звел тнк в готовый окоп. Н бруствере тнкисты увидели силуэты солдт с лоптми, оборудоввших для них огневую позицию.

– Выключй мотор.

Стло тихо. Стршин снял шлемофон, вылез из бшни н броню и вполголос произнес:

– Успели. А тут – кк дом у ммы. Гврдейцы-втомтчики прикроют вс с флнгов. Можете быть спокойны: ни один грендер с фустптроном не подберется. Н той стороне просеки, где гнилушки светятся, стоит нше орудие. Сзди, з вершиной холм, дв миномет. А перед вми, кроме фрицев, уже никого больше нет…

Слушя проводник, Янек вспомнил слов комндир бригды: «Где мы – тм грниц родины». Только сейчс он понял смысл этих слов: свободня Польш простирется до того пня н просеке, где стоит советское орудие, до окоп их тнк. Впереди – узкя полоск ничейной земли, дльше н зпд – гитлеровцы. Если фшистов отбросят хотя бы н сто метров – освобождення территория родины увеличится; если же отступят

– он стнет меньше. Вот он, эт ответственность, которую несут они, четверо друзей-тнкистов. Янек подумл тут же, что, может, все-тки не четверо, пятеро: ведь Шрик тоже член экипж. Янек улыбнулся и поглдил своего друг по голове.

11. В зсде

Глубокя прямоугольня выемк зщищл корпус тнк спереди и с боков до смого основния бшни. Ствол пушки торчл нд бруствером н две лдони. Всилий повел им влево, впрво, проверяя сектор обстрел. Янек освободил ручной пулемет от зжимов, выбрлся из тнк и збросил з спину подсумок с зпсными мгзинми.

– Я пойду. Тм внизу мне нечего делть. Пойду и буду вс охрнять.

Всилий подумл, что н своем месте в тнке преньку было бы безопсней, чем где-нибудь еще. Однко он не имел прв удерживть его, не имел прв лишть позиции пехоты дополнительного пулемет и меткого стрелк.

– Погоди, – остновил он Янек, – ты же не знешь, куд идти. Я позову Черноусов.

Стршин положил руку н плечо Янеку и повел его в темноте з тнк, потом по ходу сообщения к окопу, который нходился у левого борт тнк. Огневя позиция был оборудовн стртельно, отрыт в полный рост в виде дуги, внешней стороной обрщенной к противнику. Н бруствере был приготовлен площдк для пулемет, н дне окоп стоял деревянный ящик, чтобы можно было присесть или положить мгзинные коробки.

– Первым не стреляй. Жди, пок не подм комнду или пок остльные не нчнут. Здесь зсд. Подпустим их поближе и только тогд удрим.

Стршин дотронулся рукой до лиц, зтененного сверху шлемом, приглдил усы. Это движение покзлось Янеку удивительно знкомым. Он сделл полшг, чтобы лучше присмотреться, но не успел, потому что в это время телефонист, сидевший где-то рядом, нверное н дне окоп, произнес:

– «Волг» слушет… Ясно, передю трубку ноль четвертому.

Стршин обернулся, нклонился и взял трубку.

– Я – ноль четвертый… Д, «кбны» в лесу… н месте… Д, готовы.

Кос устновил свой «Дегтярев» и осмотрелся. Почти ничего не увидел: темень подступл со всех сторон. Единственное, что он мог снизу увидеть н фоне неб, были сосны; высокие, они стеной стояли по обеим сторонм просеки. Просек был шириной не больше тридцти метров, еще дльше впереди – свободное прострнство, похожее н выкорчевнный учсток лес, потому что кое-где светлыми пятнми проглядывли проглины. З этим выкорчевнным учстком виднелись очертния новой стены лес, острые, кк отколотя грнь склы.

Позиции проходили по пологому скту высоты, местность понижлсь в сторону противник. Прямо з лесом бушевл пожр; искры пригоршнями взлетли нд деревьями, и от этого внизу стновилось еще темней. В окопе горько пхло срезнными корнями и звядшей трвой, спрв, со стороны тнк, – метллом и мслом.

Янек довольно долго пребывл в одиночестве. Он дождлся, когд снов появился узкий отвесный серп месяц, с трудом переползвшего между ветвями сосен влево от просеки. Орудия и минометы подвли голос с флнгов и с тыл и делли это кк-то лениво, не спеш.

Неожиднно рздвшийся свист и последоввшие срзу з ним взрывы н выкорчевнном учстке зствили Янек вздрогнуть. Срзу местх в шести, то и больше сверкнул огонь, потом еще рз, уже ближе. Янек смотрел, перепугнный, не зня, что делть, пок телефонист не потянул его сзди з руку н дно окоп. Янек едв успел схвтить пулемет и прикрыть дуло ствол, чтобы туд не нбилось песку. Снряды рвлись уже рядом, в воздухе жужжли осколки, но вскоре рзрывы переместились дльше з окоп, н вершину высоты.

– Вствй. Перенесли огонь, – толкнул его телефонист.

В воздухе стоял резкий зпх тротил и гри, где-то в лесу горел мох.

– Смотри, – советский солдт взмхнул рукой нд бруствером.

Янек, нпрягя зрение, всмотрелся в мрк и тм, где месяц уже осветил чсть выкорчевнной поляны, зметил мленькие рсплывчтые фигурки, которые, быстро передвигясь, то исчезли, то появлялись снов. Их стновилось все больше, и в кждую следующую секунду они все больше приближлись.

Янек устновил пулемет, выдвинув его вперед, отвел зтвор и дослл первый птрон в птронник.

– Не стреляй, – прошептл телефонист.

Янек увидел, что тот, привязв тесемкой и пояском от шлем телефонную трубку к голове, чтобы освободить руки, готовил винтовку к стрельбе.

Артиллерия уже вел огонь по обртному скту высоты, снряды с резким свистом проносились прямо нд окопом. Косу кзлось, что он чувствует н лице дуновение ветр от них. Он никк не мог преодолеть стрх и кждый рз втягивл голову в плечи.

Слев в глубине лес вспыхнул жркя перестрелк. Янек улвливл сухие хлопки винтовок, треск втомтов, деловитый перестук «мксимов» и зхлебывющиеся очереди немецких пулеметов. Гулко ббхнул тнковя пушк.

Почти в ту же минуту из лесу, из-з зсеки, нискось взметнулсь ркет, и яркий, ослепляющий глз свет злил все вокруг. Янек и телефонист присели н дне окоп, но и здесь их достл мертвенно-бледный свет ркеты.

– Елки-плки! – воскликнул вдруг телефонист. – Это ты? Знчит, ехл, ехл и доехл… А где твоя собк? Помнишь, кк он кусок от моей шинели оторвл?

– Это ты, Федор? – обрдовлся Янек. – Вот это д! – Он смотрел н улыбющегося толстощекого солдт, того смого, с которым еще в Сибири дрлся з место в вгоне.

В небе повисл вторя ркет и стл медленно опускться, Федор быстро зговорил, словно спешил зкончить рньше, чем ркет погснет.

– Елки-плки! Встретились все-тки, ? Помнишь, кк ты меня боднул?.. У меня прямо зщемило внутри, кк тебя узнл… Нших уже никого тут нет. Комндир убило, когд Вислу форсировли, в роте остлись только я д стршин. Помнишь, устый?..

Ркет погсл, и внезпно они услышли грозный низкий рев моторов.

– После поговорим. Сейчс фриц в тку полезет.

Через минуту уже ничего не было видно, только еще сильнее зревели моторы. Взлетел крсня ркет, вершины деревьев н линии горизонт покчнулись, и н освещенную месяцем поляну выползли черные угловтые коробки. Они быстро двинулись вперед, н глзх вырстя ввысь и вширь. Между ними появились силуэты бегущих фигурок в глубоко ндвинутых кскх.

– Огонь! – скорее произнес, чем крикнул Черноусов.

Пробудился лес. Огоньки выстрелов змигли между деревьями и нд бруствером окоп. Янек слушл их грохот, выбиря цель для пулемет, но зтем эти звуки пропли, рздлся треск коротких очередей, и Янек всем телом ощутил ритмичное подргивние своего «Дегтярев», похожее н трепетние вытщенной из воды рыбы. Янек видел плмя у дул ствол и крсные черточки трссирующих пуль, которыми он сегодня утром стртельно нбивл мгзины. Зметив, что крсня нитк пересекл двигющийся силуэт и цель исчезл, он слегк отводил ствол и снов нжимл н спусковой крючок.

З спиной один з другим охнули дв миномет, извергнув в небо свист. В верхней точке тректории свист зтих, мины кк бы змерли н мгновение, потом ринулись к земле, свистя еще более злобно, и треснули, рзметв по поляне огненные брызги.

У орудийных стволов немецких тнков згорелись язычки плмени. Отрывистые взрывы и свист зполнили просеку; срезнное дерево снчл нклонилось будто неохотно, потом, пдя все быстрее, рухнуло н землю.

Тнки немцев продолжли приближться. Они уже перестли быть бесформенными коробкми. Янек видел перископ н лобовой броне. Сжтый в рукх пулемет испугнно прострочил и змолк, выпустив последний птрон. Торопливо меняя мгзин, Янек подумл: «Почему нши молчт?»

Слев удрил советскя пушк, секундой позже отозвлся укрытый в окопе Т-34. Н броне немецкого тнк, выползвшего н просеку, сверкнули дв огоньк и погсли. Он продолжл двигться вперед; но теперь беспрерывно, рз з рзом, по нему били по очереди то гврдейцы, то Всилий из своей бшни. Неизвестно, после ккого выстрел нд тнком взметнулось высокое плмя, зклубилось вверху, нкрыло его колпком из черной сжи. Горючее из рзбитого бк брызнуло в стороны, и тнк зпылл гигнтским фкелом.

Свет злил всю зсеку. Янек и Федор увидели дв других тнк, повернувших нзд, и вприпрыжку убегвших грендеров. Янек преследовл их огнем, короткими очередями остнвливл их бег. В горящем тнке нчли рвться боеприпсы, бшня сорвлсь, упл н землю.

Стршин, пробирясь рядом, положил руку н плечо Косу и крикнул:

– Довольно, побереги птроны!

Не здерживясь, он подбежл к тнку и зстучл приклдом по броне.

– Нзд!

Тнк здом выполз из окоп и, ведомый Черноусовым, отошел метров н сто в тыл. Рядом одновременно отходили пехотинцы, помогя ртиллеристм тянуть орудие. У смого гребня высоты остновились около окопов и снов зняли позиции.

– Чего мы отступем? Не понимю, – спросил Янек у Федор.

– Погоди немного, скоро поймешь.

– Янек! Янек! – услышл он рядом голос Григория.

– Я здесь. Что случилось?

– Ничего. Всилий прикзл узнть, где ты. Шрик беспокоится, скулит, зубми з ноги хвтет. Иди в тнк.

– Я тут остнусь.

– Я тк и думл. Я тебе новые мгзины принес. Двй пустые, я нбью их, то нудно мне сидеть без дел и смотреть, кк вы деретесь.

Едв Скшвили исчез в темноте, зговорил немецкя ртиллерия. Он вел огонь не по всему лесу, кк до этого, отыскивя цели, срзу обрушил его н передний крй. От снрядов оствлись глубокие воронки, деревья вырывлись с корнями из земли, вершины сосен пдли, кк срезнные.

Огневой нлет длился минут пять, может, и десять (время в бою бежит неровным шгом), и снов у противоположной стены лес появились тнки, снов двинулсь з ними цепь грендеров, поливя перед собой прострнство свинцовым дождем. Когд от оствленных гврдейцми окопов их отделяло несколько десятков метров, когд рзорвлись первые брошенные немцми грнты, зсд ответил огнем с нового мест. Снов тнкисты и ртиллеристы били попеременно, словно молотом по нковльне, и подожгли еще один тнк.

Минуту спустя плмя ослепило Янек, близкий рзрыв швырнул его н дно окоп. Он поднялся, смхивя с глз песок. Орудие гврдейцев молчло, слышно было только пушку Семенов. Н грнице просеки с зсекой появился еще один тнк с длинным пушечным стволом. Янек увидел его и узнл в нем «пнтеру». Короткой очередью он срзил две тени, бежвшие рядом. В то же мгновение н лобовой броне «пнтеры» сверкнул огонь и погс. Тнк резко повернулся н месте, тут же получил еще один бронебойный снряд от Всилия и змер.

Кос смотрел в ту сторону, ожидя, когд этот тнк згорится, но плмя не вспыхнуло. Зто он увидел, кк поднялсь крышк и из люк быстро выскочил гитлеровец и спрятлся з броней. Янек понял, что теперь нужно делть, и прижлся щекой к приклду пулемет. Второй и третий фшисты появились одновременно и тут же упли, прошитые очередью. Четвертый вылез через нижний люк и исчез з пнем, но не выдержл, бросился бежть и упл после выстрел Янек. Пятого Кос не увидел. Может быть, он убежл рньше, может, остлся в тнке.

Атк зхлебнулсь, все утихло. Бойцы снов продвинулись вперед, н прежние позиции; снчл – пехотинцы, потом – тнк Всилия. Тут же принялись откпывть зсыпнные ходы, осторожно оттскивли нпдвшие толстые ветки, чтобы не зтрудняли обзор впереди. Трое солдт остлись около рзбитой пушки, чтобы похоронить ртиллеристов.

Месяц торопливо уплывл н зпд. Холодные струи воздух, опусквшиеся сверху, и влжный зпх трв подскзывли Янеку, что рссвет близок.

С противоположной стороны зсеки простучл очередь, потом где-то нмного левей ббхнул тнковя пушк, и снов стло тихо. Дже смолеты, кзлось, здремли н эродромх: небо было пустынное и в нем ни одного звук. З бором догорл пожр.

Стршин подошел к Янеку, прислонился спиной к стенке окоп и зкурил толстую смокрутку, пряч огонь в руке. Деля зтяжку, он нклонял голову, и тогд Кос видел его лицо, освещенное снизу крсным светом цигрки.

– А я тебя в темноте и не рспознл. Кк все-тки мундир меняет человек. Это уже Федя, телефонист, скзл мне, что знкомого встретил. Знчит, нстоял н своем? Решил попсть н фронт и попл. – Стршин привычным движением руки приглдил усы. – Я тебе говорил, помнишь, чтобы ты во все глз глядел, кк н фронт прибудешь. Гор с горой не сходится, человек с человеком… Ну отц еще не ншел?

– Нет, не ншел… О вс я тоже ни у кого не мог спросить. Я ведь дже вшей фмилии не знл.

– Черноусов моя фмилия. Зпомнить легко: усы у меня н смом деле светлые, по фмилии черные. Рсскжи-к о себе, кк живешь, кк воюешь.

Янек нчл рсскзывть об экипже, о бригде.

Впереди них небо сделлось темно-синим, сзди хотя и не нчло розоветь, но стло понемногу проясняться, приобретть теплые тон. И тут Янек услышл, кк люк тнк открылся и кто-то спрыгнул н землю. Он пригнул голову и посмотрел – снизу было лучше видно.

– Гржднин поручник, я здесь, – отозвлся Янек, узнв по движениям Всилия.

– Янек? Где стршин?

– Я здесь.

– Знете, мне кжется, стоит посмотреть, что в этой «пнтере». Может, удстся чем-нибудь воспользовться.

– Ясно, товрищ поручник. Сейчс скжу ншим, чтобы случйно не постреляли.

– Хорошо… Пойдешь со мной, Янек. Подползем. Я первый, ты з мной следом.

– Я первый. Я лучше это умею в лесу.

– Ну лдно. Только будь осторожен.

Обойдя свой тнк, они стли осторожно крсться от дерев к дереву. Добрвшись до зсеки, легли н землю и некоторое время прислушивлись.

Подбитый тнк неподвижно чернел в кких-нибудь ст метрх впереди них. Видно было высокую корму, рзбитую внизу и здрнную вверх, чсть повернутой бшни, рядом с тнком свернувшуюся, кк уж, гусеницу. Немного ближе чернели дв вырвнных из земли пня и воронк от ртиллерийского снряд.

Янек, чуть приподняв голову, внимтельно осмтривл местность. Он уже решил, кк будет ползти через зросли ппоротник, минуя воронку слев от деревьев. Он обернулся и подл знк Всилию. Поручник кивнул головой: можно продвигться.

Янек отпрвился в нелегкий путь. Держ левой рукой з ствол ручной пулемет, он подтянул колено првой ноги под себя, выбросил вперед првую руку, зтем медленно перенес н нее всю тяжесть тел и снов повторил то же движение, только теперь поджл под себя левую ногу, вытянул вперед левую руку с оружием, перенес вес тел н левый бок. Тким способом он преодолел полметр из ст.

Он полз медленно, не торопясь, но ритмично и упорно, тк, кк учил его Ефим Семенович, когд они подкрдывлись к выслеженному зверю н склонх горы Кедровой. Янек ощущл поверхность земли всем телом, выбирл мест поровнее, избегя прижимть сухие сучья, которых в лесу всегд много и которые всегд ломются ночью с громким треском, похожим н выстрел. Он стрлся сильнее прижться к земле, голову почти не поднимл. Росистые стебельки трвы лизли его в щеки своими влжными язычкми.

Вдруг низко, почти нд смой головой, просвистел рой пуль, зстучл сзди по деревьям. Змерев, Янек слушл, кк отлетет от стволов высохшя кор.

«Зметили или случйно стреляли?» – тревожно подумл он.

Выждв еще немного, он слегк приподнял голову и осторожно рздвинул перед собой сухой кустик мышиного горох. Зтрещли стручки. И снов все тихо.

«Знчит, не зметили. Стреляют, чтобы не дть зхвтить себя врсплох или чтобы не зснуть», – подумл Янек.

Он почувствовл прикосновение руки Всилия к его спогу – поручник двл ему знк ползти дльше.

«Все в порядке, – подумл Янек, – зверь бы учуял, человек не ткой бдительный».

Он снов пополз, миновл зросли ппоротник, зтем пни и нконец, уже ощущя кпли пот н лбу, окзлся в тени тнк. Леж з рзбитой, съежившейся гусеницей, он здержлся н минуту и двинулся дльше, освобождя место поручнику.

Янек поднял голову, чтобы посмотреть, близко ли Семенов, и по другую сторону стльных звеньев гусеницы, рядом, увидел человек. Он лежл н спине, првя рук неестественно вывернут и придвлен телом, голов прижт к гусенице, светлые волосы рссыплись по метллу. Было достточно светло, чтобы рзглядеть его моложвое лицо, струйку крови, зстывшую в уголке губ, и темную полосу, пересеквшую нискось грудь.

Янек вдруг почувствовл, кк горячя волн крови прилил к голове, к горлу подступил тошнот. Это не было мишенью, силуэтом, безликим бегущим грендером, поймнным н мушку. Это был человек. Человек, одетый в чужой мундир.

В трех шгх виднелсь тень Всилия, который подполз вплотную к тнку, прижвшись ухом к броне, послушл, что делется внутри, потом обернулся и шепнул:

– Приготовься прикрыть меня н всякий случй.

Янек собрл все силы, выдвинул пулемет вперед и стл нблюдть з противоположной стеной лес. Крем глз он все же смог увидеть, кк Всилий, вытщив нож, взял его в зубы, ухвтился рукми з высокий борт тнк, подтянулся, одним прыжком достиг бшни и через открытый люк головой вниз проскользнул внутрь. Он учил их всех пролезть в тнк тким способом: при этом тело не отрывется от брони, , ноборот, прилипет к ней, кк улитк к листку.

Кроме шум крови в вискх и стук собственного сердц, Янек ничего не слышл. Вокруг црил тишин. Кзлось, что он будет длиться очень долго, но прошло, нверное, не больше тридцти – сорок секунд, кк внутри тнк рздлось постукивние по броне: рз-дв-три, пуз, рз-дв-три, пуз, рз-дв-три.

– Влезй, – услышл он шепот. – Подй пулемет.

Янек перевел предохрнитель, подкрлся к тнку и, укрывясь з его броней, протянул снчл оружие, зтем см взобрлся нверх.

– Прыгй, – шепнул Всилий.

По примеру своего комндир Янек нырнул в люк вниз головой, прямо н плечи Всилию. Тот подхвтил его н лету и поствил рядом с собой.

– Никого нет. Тнк пустой, еще теплый… – тихо произнес комндир.

Янек поштнулся, оперся спиной о пушку. Пот холодил ему лоб, кплями сктывлся по спине.

– Что с тобой? – встревожился Всилий.

– Немец.

– Где?

– Около гусеницы лежит убитый.

– Тогд все в порядке. Мертвый уже никому зл не причинит, – буркнул поручник.

– Д это же я его из пулемет, прямо в грудь. И теперь он лежит тм, молодой ткой, светловолосый.

– Понимю, – вздохнул Всилий и с минуту помолчл. – Не мы нчли эту войну и не вы. Они нчли. Помни о своей мтери, о Мйднеке, о плюшевом мишке с оторвнной лпой и вырвнным глзом… Мы вспомним, что они люди, когд зкончим войну и отберем у них оружие. Сейчс нельзя, – объяснял он мягко, потом вдруг, без всякого переход, добвил резко и твердо: – Внизу, рядом с сиденьем водителя, нйди врийный люк и открой его. Кк сделешь, скжешь.

Янек, шря рукми в темноте, долго искл. Он слышл, кк Всилий щелкет орудийным зтвором, проверяя, в порядке ли он.

– В порядке, – пробормотл он – Ну кк тм у тебя?

– Сейчс, – отозвлся Янек.

Он нщупл нконец ручку, толкнул стльной круг и, просунув голову в отверстие, посмотрел, есть ли необходимый просвет и можно ли выбирться нружу.

– Готово, – сообщил он.

– Теперь сложи все снряды, чтоб они у тебя все под рукой были.

Тнк, видно, уже двно вел бой. Об убедились в этом, когд проверили ящики и ншли всего двдцть один снряд. Пересчитли их еще рз, срывя колпчки предохрнителей.

– Двдцть один.

– Все рвно попробуем. Посмотри пок, куд ему влепили, то потом не будет времени. – Всилий покзл Янеку н две пробоины.

Подклиберный снряд пробил об борт. В одно отверстие проникл голубой свет, сквозь второе, входное, виднелось розовеющее н востоке небо. Снов со стороны немцев зстучл пулемет и быстро умолк. Об припли к перископм. С минуту стоял тишин, потом вдруг между деревьями почти одновременно в двух местх блеснул огонь. Эхо рзнесло по лесу гром пушечных выстрелов.

– Нш взял, вышли кк по зкзу! – произнес Всилий неожиднно громко и прикзл: – Зряжй!

Теперь им уже незчем было скрывть свое присутствие. Рзвернув ствол пушки в ту сторону, откуд стреляли, он припл к прицелу и ждл, когд Янек щелкнет змком зтвор.

– Готово, – скзл Кос, зкрывя зтвор и отпрыгивя в сторону под зщиту брони.

Ствол дернулся нзд. Возвртный мехнизм вернул его н место, и из открывшегося змк со звоном выпл дымящяся гильз.

– Зряжй!

– Готово!

– Зряжй!

– Готово!

Выстрелы следовли один з другим. Снрядов не жлели. После одного из выстрелов Янек припл н мгновение к перископу и увидел, что перед ним, между деревьями, полыхют очги огня.

– Попл?

Когд выпл очередня гильз, Всилий ответил:

– Попл.

Янек считл про себя выстрелы: шестндцтый… семндцтый… После девятндцтого корпус тнк вздрогнул. Толчок был нстолько сильным, что Кос едв не уронил снряд.

– Попли! Но броня крепкя, рикошетом пошло! – крикнул Семенов. – Зряжй быстрей!

– Предпоследний.

Всилий выстрелил и, нжв н спуск пулемет, выпустил всю ленту.

– Зряжй последний и двй вниз.

Янек зкрыл змок зтвор и, не дожидясь выстрел, прыгнул вниз. Тут он вспомнил о пулемете переднего стрелк, снял его, просунул ствол кк можно дльше впрво и, нжв н спуск, прострочил нугд, пок хвтило птронов.

Зтем он свернулся тк, кк это делют дети, когд хотят перекувырнуться, оперся плечми об опущенную плиту врийного люк и сктился по ней н землю, лег н живот, быстро выполз из-под тнк и остновился только в глубокой колее, оствленной гусеницми. Обернулся, посмотрел нзд. Он чсто дышл, широко открыв рот, ждно глотя влжный и чистый воздух, выдыхя пороховую грь, душившую его внутри «пнтеры».

Внезпно он оцепенел от стрх: через верхний люк и щели под бшней выбивлся черный дым.

«Все-тки подожгли», – мелькнул у Янек мысль.

Он хотел было броситься н помощь комндиру, но в этот момент увидел высунувшуюся из-под тнк голову, зтем плечи Всилия, и вот уже поручник лежл н земле рядом с ним.

– Эх ты, вояк. Мне, что ли, з тобой носить пулемет? – Он протянул ему оружие. – Двй побыстрее отсюд.

Лес н стороне немцев был окутн дымом. Советские пехотинцы строчили из втомтов и пулеметов. Елень и Скшвили прикрывли отход товрищей огнем из тнк. Янек и Всилий уже не ползли, длинными прыжкми, от укрытия к укрытию, преодолели открытое прострнство, достигли деревьев и уже под их зщитой бегом вернулись в окоп.

– Чистя рбот, – приветствовл их стршин Черноусов. – Но вм повезло, что фшисты вылезли прямо н передний крй. Уже три тнк н вс прут, один – н нших ртиллеристов.

Подожження Семеновым «пнтер» все сильнее окутывлсь дымом, черные клубы зволкивли зсеку, и вдруг тнк вспыхнул ярким фкелом. И срзу же, будто по сигнлу, прекртилсь стрельб с обеих сторон.

Небо стло светлым, н востоке порозовело. Лучи солнц упорно пробивлись сквозь пелену дым.

– Всилий, ты про пулемет никому не скжешь? – шепнул поручнику Кос.

– Не скжу, – ткже тихо ответил поручник.

– Не говори.

Янек прочитл похвлу в глзх стршины, стоявшего рядом в окопе, но этого ему было мло. Хотелось еще похвстться тому, другому солдту, который помнил его еще с осени прошлого год, с того времени, когд он в втнике и енотовых руквицх ехл н фронт, имея единственное нпрвление – клочок гзеты – и единственную рекомендцию

– тигриные уши, спрятнные в крмне н груди. Он хотел похвстться перед толстощеким Федором, знкомство с которым нчлось с дрки, спросить его, считет ли он и теперь, что он, Янек, не должен быть н фронте, что его нужно отпрвить домой. Янек выглянул из-з плеч стршины и посмотрел в сторону, где окоп делл поворот.

– Куд пошел телефонист?

Стршин не ответил. Он отступил н дв шг от того мест, где н дне окоп что-то лежло, нкрытое зеленой нкидкой, нклонился, приподнял ее. Янек увидел бледное лицо Федор, с синевтыми тенями под глзми.

Черноусов объяснил:

– Кк вы нчли стрелять из пушки, он вылез н бруствер. Я ему говорю: «Слезй!», он отвечет: «Посмотрю, кк воюет этот прень, который меня тогд боднул…» Немцы вм ответили, и его осколком срзу, под смое сердце…

Янек смотрел, широко рскрыв глз, и кзлось, что он не понимет смысл произносимых Черноусовым слов.

– Кк же это?

– Д вот тк, просто.

Чувствуя, что слезы нбирются под векми, Янек отвернулся.

– Кпрл Кос, к мшине! – прикзл Всилий и, пройдя мимо Янек по окопу, шепнул ему: – Вытри щеки, гврдия смотрит.

12. Новое здние

В учебнике истории ккя-нибудь битв преподносится читтелю кк шхмтня пртия, и, возможно, еще проще. Ученик восьмого клсс легко подскжет Гнниблу:

– Пор вводить в бой слонов, послть конницу в обход.

Выслушв совет учеников десятого клсс, Нполеон без труд выигрл бы битву под Втерлоо. Спустя несколько лет после окончния войны мы обычно уже знем точно о силх и действиях обеих сторон, об огневых позициях ртиллерии и коврных овргх, пересеквших поля.

Но сейчс, когд битв еще в смом рзгре, он нпоминет мтч боксеров с звязнными глзми. Штбы фронтов и рмий приблизительно знют о передвижении дивизий противник. Неустнно действует нземня и воздушня рзведк, пршютисты выбрсывются с рциями в тылу врг и ведут нблюдение з его мневрми, пртизны пересылют сведения, служб рдиоперехвт рсшифровывет секреты врг. Однко уверенность в том, что готовится новый удр, появляется только тогд, когд крупные соединения нчнут перегруппировку. Зто в это же время трудно обнружить более мелкие подрзделения – роты и бтльоны.

Кк узнть, не подходит ли к линии фронт скрытя стеной лес и мскируемя грохотом ведущих огонь бтрей рот тнков, не приближется ли незметно мотопехотный бтльон? Кто скжет, куд в следующую минуту будет вдруг нведен сотня стволов и н ккую цель обрушт свой смертоносный груз подлетющие эскдры бомбрдировщиков, в кком нпрвлении и когд будет ннесен удр? Может, н чсх вржеского комндующего кк рз приближется момент, н который нзнчен тк; может быть, остлись до ее нчл считнные минуты, то и секунды?

В определенном месте к определенному времени врг стрется сосредоточить превосходящие силы, обрушить мссу огня и стли, прорвть фронт обороны и выйти в тыл.

В то время когд где-то стягивется тнковый кулк, в других местх проводятся демонстртивные тки или же црит тишин, если только это слово применимо для определения ткой обстновки, когд нд головой проносятся снряды и то и дело по брустверу, словно когти коврного тигр, црпют свинцовые струи, выпущенные из втомтического оружия. Тк вот, о подобной обстновке в военных сводкх обычно сообщется, что н тком-то учстке фронт ничего существенного не произошло. И солдты нзывют ткие дни зтишьем.

Именно ткое зтишье нступило н лесистой высоте, где, зняв позиции вокруг тнк поручник Семенов, оборонялсь рот, комндовние которой принял после гибели ее комндир гврдии стршин Черноусой. Впереди позиций обороняющихся, невидимый з лесом, догорл пожр. В сторону перепрв шли эскдры бомбрдировщиков и сбрсывли нд Вислой свой груз тротил, проносились со свистом снряды и рзрывлись в тылу, блокируя перекрестки дорог. Сзди, где-то в глубине лес, зхлебывлись пулеметы и грохотли орудия. С противоположной стороны зсеки время от времени стреляли, втомтчики и пулеметчики отвечли огнем. А в общем все-тки стоял тишин.

Н звтрк тнкисты ели консервы и хлеб, зпивли несколькими глоткми воды. Ее было мло, только двухлитровый термос, привезенный в тнке. Стновилось все жрче и душнее. Августовское солнце плило, его лучи, проникя сквозь крону деревьев, доствли до смой земли. Небо было блеклое, чуть зтянутое дымкой, без единого облчк, и, несмотря н горячие просьбы, членов экипж, дже Всилий не мог обещть им дождя.

В тнке остлся только Елень, дежуривший у орудия и перископов, остльные вышли из мшины и сидели в глубокой яме, которую вырыли под днищем между гусеницми. Неторопливо ведя рзговор, вспоминли ночной бой и выржли беспокойство з судьбу остльных товрищей. Знли только от Черноусов, что другие дв тнк взвод упрвления стоят н соседних просекх, что они продержлись этой ночью, что один из них, под комндовнием хорунжего Зенек, того смого, который еще в Сельцх нбирл новичков в бригду, подбил бронетрнспортер и поджег немецкий средний тнк Т-IV.

Время приближлось к полудню, когд Янек, выглянув из укрытия, мхнул рукой товрищм и, схвтив ручной пулемет, с которым он теперь уже не рсствлся ни н секунду, шепнул:

– Смотрите-к, тм кто-то крдется.

Все повернули голову в ту сторону, куд покзывл Янек, и увидели, что по ходу сообщения от вершины высоты ползет что-то зеленое, похожее н коробку. В конце ход сообщения это что-то поднялось, и они увидели солдт в кске, с термосом н спине, перебегющего от дерев к дереву.

– Эй, союзники, осторожней, то обед нш прострелите! – крикнул стршин. – Здрвствуй, Мруся!

Бойцы выглянули из окоп и тоже крикнули:

– Здрвствуй, Огонек!

Девушк ловко спрыгнул в окоп, снял термос со спины и втомт с шеи. Все, кто были поближе, уже шли к ней с котелкми, доствя из-з голенищ ложки, но он остновил их:

– Погодите, не помрете. Есть у вс кто-нибудь рненый?

Не дожидясь ответ, он нпрвилсь к землянке, где сидели рненные в ночном бою втомтчики. Единственный оствшийся в живых из всего орудийного рсчет ртиллерист, несмотря н полученное рнение в руку выше локтя, не зхотел, чтобы его отпрвили в госпитль. Девушк снял с его руки временную повязку, продезинфицировл рну, быстро и ловко збинтовл ее. И только после того кк все рненые были перевязны, он открутил крышку термос и стл выдвть порции.

– Тнкисты, вы что, есть не хотите? Вм тоже хвтит.

Елень, которого позвли из тнк, остновился, пристльно посмотрел н Мрусю, н ее изогнутые, кк монгольский лук, черные брови и вздохнул:

– Если б знл, что ткя девушк с бинтми придет, см бы себя порнил…

Скшвили нгнулся к дереву, возле которого росли лиловые колокольчики, сорвл несколько цветков и, вств н колени, в одной руке протянул котелок, в другой – букет.

– Для прекрсной девушки прекрсные цветы.

Мруся ничего не ответил ему, только улыбнулсь, но, видно, глнтность Григория все же тронул ее сердце.

Когд тнкисты выскребли из котелков осттки кши и мяс, он присел н дне их окоп рядом с Янеком Косом. Шрик, обычно недоверчивый к чужим, н этот рз положил ей голову н колени и позволил себя поглдить.

– Пожлуй, и для собки можно нскрести.

Он дл овчрке кши с мясом и очень удивилсь тому, что т не ест.

– Возьми, – рзрешил Янек Шрику.

– Он, окзывется, не просто симптичный пес, и умниц, – пришл в восторг Мруся.

Снов сев рядом с Янеком, он сдвинул ремешок из-под подбородк и снял кску. Янек увидел ее коротко подстриженные цвет свежеочищенных кштнов волосы, рссыпвшиеся по лбу.

– Ну, кк дел, пулеметчик? Слыхл я, хвлят тут тебя все. Меня Мрусей зовут, еще Огоньком, потому что я рыжя. А тебя?

– Янек.

– Янек? Крсивое имя. – Он дотронулсь пльцем до ншивок н погоне. – А это что знчит?

– Кпрл.

– А по-ншему?

– Млдший сержнт.

– Понятно. Теперь я вижу, что ты не только млдший, дже совсем еще молоденький сержнт.

Григорий вздохнул и, оствив Янек с Мрусей, полез в тнк. Из окоп высунулся ртиллерист с перевязнной рукой.

– Для девчт что новое, то и интересное. Ты чего это, Мруся, только с полякми рзговривешь?

– Я не со всеми. С одним.

– Понрвился, что ли?

– Очень. – Он поглдил Янек по щеке и скзл: – Ну, мне пор. До свиднья…

Девушк зкинул з спину пустой термос, повесил н шею втомт и, по-мльчишески подтянув брюки, отошл. Бойцы провожли ее взглядом, когд он перебегл от дерев к дереву. Потом он спрыгнул в ход сообщения и исчезл из виду.

Не прошло и получс, кк н немецкой стороне послышлся рокот тнкового мотор, вслед з этим рздлись дв орудийных выстрел. Снряды пронеслись вверху и рзорвлись н гребне высоты.

– Ответим? – предложил Янек.

– Нет. Они хотят, чтобы мы выдли свою огневую позицию. Не збыл, что я вм вчер говорил об обороне? – нпомнил Всилий Косу. – Пошли к тнку, то Скшвили будет ворчть н нс.

Еще перед обедом они сняли с себя форму и ндели комбинезоны прямо н голое тело, но, несмотря н то, что все люки были открыты, внутри тнк было горячо, кк в печке. Шрик повертелся, вздохнул несколько рз и, опершись передними лпми н крй люк мехник, оглянулся н Янек: не рзрешит ли тот ему удрть в лес.

– Ты, Шрик, не умничй. Рз всем в тнк, знчит, всем. – Кос боялся, кк бы собку не здел шльня пуля. – Ложись здесь.

Приняв дежурство от Григория, Янек сел н свое место, ндел шлемофон – подрок генерл – и кждые четверть чс включл рцию. Н волне бригдной рдиостнции црил тишин. Решив проверить, хорошо ли нстроился н волну, Янек легко тронул ручку, потом крутнул сильнее и вздрогнул от неожиднности – у смого ух рздлся хриплый голос: «Ахтунг! Дрй… цвй… йн… Бомбен!» – и срзу же другой по-русски: «Спрв противник, иду в тку, иду…»

Рздлся свист, зтем быстро зстучли мелкие кпельки звуков морзянки. И снов рздлся голос русского: «Горит!..»

Янек не знл, откуд доходят до него эти голос: издлек или с близкого рсстояния; он не понял, кто горит: то ли говоривший, то ли один из бомбрдировщиков.

– Вернись н свою волну, – прикзл ему Семенов.

Янек с неохотой снов нстроил приемник н волну бригды; н ней опять ничего, кроме треск, шум и попискивния, не услышл. Шрик зворчл, повертел головой и, уткнувшись лбом в колени Янек, чсто здышл, высунув язык, похожий н ломтик ветчины. Тяжело было смотреть н него, потому что от этого еще больше нчинл мучить жжд. Семенов прикзл экономить воду, но ведь Шрик этого не знл, и объяснить ему было нелегко.

– «Берез-пять», «Берез-пять». Я – «Ок». Я – «Ок»… – Голос Лидки, дежурившей у бригдной рдиостнции, был приглушен рсстоянием. Он еще рз повторил: – Я – «Ок», прием, прием. – И снов нступил тишин.

С того времени, кк Лидк вернул Янеку руквицы, он видел ее несколько рз издлек и неизменно в сопровождении офицеров из штб или хорунжего Зенек, но ни рзу с ней не рзговривл. Сейчс у него уже и в помине не было руквиц, которые он носил, потому что он отдл их вместе с другими ненужными вещми стршине штбной роты. Позывные «Берез-пять» относились не к ним, но Янек воспринял их кк предупреждение. Он протер глз тыльной стороной лдони, смхнул со лб кпли пот, поудобнее уселся н сиденье.

Тишин в эфире длилсь еще несколько минут, зтем снов послышлся писк и треск. Отозвлся мужской голос, но слов нельзя было рзобрть. Кто-то кого-то вызывл. Янек слегк повернул ручку и услышл:

– Я – «Берез-один», внимние…

– Слышу, «Берез-три»… «Берез-дв» слышит.

– Я – «Берез-один», от левого вперед… Левый, быстрей… Перед тобой…

– Вижу… Готов.

– Мехник, спокойнее… Огонь! Готов.

– «Берез-дв», попл.

– Притормози, зряжй подклиберным.

– Дв горят.

– Третий готов.

– Попдние в гусеницу, горят бки!

– С мшины.

– Зряжй, зряжй… О черт!

– Я – «Ок», я – «Ок». «Берез-пять», слышишь…

Голос стихли, ушли куд-то дльше, и вдруг отчетливо прозвучло:

– Огурцы н грядке, у кря лес, впрво пять от трубы…

Кто-то зстучл по броне и крикнул:

– Ребят, воды хотите?

Нд люком покзлось лицо Черноусов. Обеими рукми он протянул кску, до крев нполненную водой.

Всилий поблгодрил стршину и взял у него кску. Передвя ее друг другу, все по очереди пили по пяти глотков, другие считли – чтобы было по спрведливости. Вод был тепля, с болотным привкусом, который долго потом оствлся во рту. Осттки воды отдли Шрику, который быстро выхлебл ее, ворч от удовольствия.

– Всилий, ты слышл?

– Слышл. «Берез» – это третья рот.

– Они бой вели. Что с ними стло?

– Неизвестно, но, думю, жрко было.

– У нс тишин. Может, тм мы были бы нужней.

– Может быть.

Кк бы в ответ н это змечние о тишине они услышли звук, похожий н скрежет огромных стрых чсов, с зржвевшими колесикми и пружинми, не зводимых много лет. Елень, сидевший н ящикх со снрядми, вскочил и быстро зхлопнул все люки. И вовремя: в следующее мгновение один з другим згремели взрывы.

– Это химический миномет, небельверфер по-ихнему, – пояснил Густлик. – Зню я этого черт, рзглядывл его поблизости. У него шесть стволов. Вместе соединены. А кк нчнет лупить, тк уж лупит вовсю.

Злп, удривший впереди, был только сигнлом. Теперь немецкие минометы нчли лять, кк собки в деревне н проезжющую по улице мшину. Они ляли то слев, то спрв, будто рспляя друг друг, огонь их, видимо корректируемый нблюдтелем, искл окопы в лесу и неуклонно приближлся.

Осколки, снчл редкие, теперь чсто клевли по броне, стуклись со звоном и отлетли, гудя, кк шмели.

Зпхло землей и пылью. Вдруг весь тнк встряхнуло. В уши удрил волн грохот.

– А вот и нм попло, – нрушил молчние Скшвили и добвил одну из немногих выученных им польских фрз: – Нех их холер…

– Ничего, – спокойно произнес Всилий. – Это не смое стршное. У ншего коня крепкя шкур.

– Я выйду посмотрю, – збеспокоился мехник. – Кжется, по жлюзи мотор удрило.

– У тебя они зкрыты?

– Д.

– Тогд подожди, пок не кончт.

– Добрый конь, – повторил Янек. – Ндо бы нш тнк кк-нибудь нзвть.

– Может, Гнедым? – предложил Елень. – У моего стрик был Гнедой, не крупный, но добрый, выносливый…

– Ну нет… Гнедой к тнку не подходит, – зпротестовл Кос.

– У Алексндр Мкедонского коня звли Буцефл, – улыбнувшись, зговорил Всилий, – у рыцря Ролнд во время битвы в Ронсевльском ущелье был Вейлнтиф, быстрый ргмк…

– Вот и нм ндо нзвть нш тнк кк-нибудь возвышенно или кк человек.

– Уж ты бы точно нзвл его или Лидкой или Мрусей, – съязвил Елень.

– Тише, – перебил его Всилий. – Хвтит рзговривть, послушйте.

Мины рвлись реже и нмного левее. В пузх между рзрывми все услышли негромкий рокот.

– Это не тнк, – с уверенностью зявил Елень.

– Погоди, опять ничего не слышно, – остновил его Всилий. – Может, это только нм покзлось.

С првого борт, со стороны лес, кто-то зстучл по броне.

– Ну, чего ндо? – зорл Елень. – Не лезьте хоть, когд мины рвутся.

– Откройте! – рздлся знкомый мелодичный бритон.

– Вот тк тк! – только и мог произнести рстерявшийся Елень, но тут же поспешно бросился открывть люк. – Пн генерл шел под ткой пльбой…

Комндир бригды стоял н броне со своей нерзлучной трубкой в руке и улыблся.

– Ничего стршного, в меня не попдет. Я хотел бы с вми потолковть, но я не один. Может, злезем в тнк? Рзместите еще двоих? Толстого и худого.

Генерл, несмотря н свою полноту, ловко збрлся внутрь бшни, вот второму, щуплому крестьянину в пиджке, пришлось помочь, потому что он повис в люке и никк не мог нщупть ногми опору.

– Хвл господу, – приветствовл он тнкистов, не видя их из-з темноты, црившей в тнке.

– Во веки веков, – вежливо ответил Густлик, включя освещение.

Теперь они увидели, что голов крестьянин тронут сединой и он, видно, не брился несколько дней. Седеющя щетин торчл н подбородке и н худой жилистой шее.

– Ой, тесно кк тут у вс, – удивился он.

– В тесноте, д не в обиде. Воевть с нми собиретесь? – Елень покровительственно похлопл его по плечу.

– Ой, осторожно, пн, помленьку – взмолился крестьянин. Зтем стл рсскзывть. – Когд русские пришли к нм в избу и скзли, что будут отходить, мы с женой кк рз хлеб пекли. Жлко было оствлять, и мы подождли, пок допечется, потом, кк немец нчл бить, мы горячие бухнки в мешок покидли, моя струх взял корову з веревку – и двй бог ноги. Со стрху ничего не сообржл. А когд попли мы к ншим, я пн генерл встретил, и пн генерл прикзл посдить н грузовик, который з снрядми ехл, мою струху с коровой и отвезти з Вислу, я ей мешок с хлебом отдл. Еще сейчс чую, кк спин от горячих бухнок горит. Мне ее одн солдтк жиром смзл. Я бы тоже поехл з Вислу, но, рз нужно помочь, я с рдостью.

Генерл, не перебивя крестьянин, рскрыл плншетку, положил ее тк, чтобы свет пдл н крту, и скзл:

– Хочу вс ввести в курс дел. Вот посмотрите.

Тнкисты и крестьянин склонились нд кртой, следя з кончиком остро очиненного крндш генерл.

– Немцы любой ценой хотят ликвидировть этот плцдрм. Они перебросили новые силы из-под Вршвы. Вчер в полдень тнковя дивизия «Гермн Геринг» прорвл фронт. Вот здесь, в этом месте. Гитлеровцы ворвлись в лес, вбили клин между двумя советскими дивизиями, зхвтили деревню Студзянки, фольврк и кирпичный звод…

– Я см из фольврк, мы тм хлеб пекли, – вствил слово крестьянин.

– Зтем ночью немцы произвели перегруппировку и ннесли удр в восточном нпрвлении, через лес, – продолжл генерл, – но нпоролись прямо н вши зсды и н тнки первой роты. Вы их здержли, сми знете об этом не хуже меня. С рссветом фшисты двинулись вдоль речки Рдомки, зхвтили Ходкув, но нш вторя рот отбросил их. После полудня они двинулись от Студзянок в северном нпрвлении. Третья рот тковл их во флнг.

– Мы слышли, – оживился Кос. – По рдио слышли.

– Они двинулись без рзведки, без пехоты, у них не было времени н подготовку. Н войне не всегд тк, кк в устве, Трймович убили, Гевского, Дцкевич, Гуслвского… Я дже не обо всех еще зню. Нши понесли большие потери, но «Геринг» все-тки остновили. Звтр утром н том берегу уже будет второй полк, и мы сможем тковть.

Шрик, который уже двно лзил вокруг, нконец пробрлся между Еленем и Косом и высунул морду нд кртой. Одно ухо опустил, другое нсторожил и, глядя в лицо генерлу, внимтельно слушл.

– Я хотел снчл обрисовть вм общую обстновку. Но для вс есть особое дело. Посмотрите вот сюд. – Генерл покзл н крте обознченный крсным крндшом кружок н юге з линией немецкого фронт. Отовсюду в сторону этого кружочк были нпрвлены острые темно-синие стрелки. – Здесь дерется окруженный бтльон гврдии кпитн Брнов. Они бьются уже дв дня, тк кк получили прикз не отступть ни н шг. Теперь, когд они уже выполнили здние, нужно помочь им прорвться к своим. Еще слышно, кк они ведут бой, но у них уже мло боеприпсов, связь с ними прервн. Если остнутся тм, все погибнут. Ндо помочь. Кк вы думете?

Генерл внимтельно посмотрел н лиц тнкистов, переводя взгляд с одного н другое. От мленькой электрической лмпочки сверху пдли тонкие длинные полоски теней. Янек молч кивнул, Елень скзл:

– Тк точно.

Скшвили почесл голову и произнес одно слово:

– Ясно.

– Ндо к ним пробиться, – предложил Семенов.

– Есть плн, – продолжл комндир бригды. – Дв тнк взвод упрвления обознчт тку вот н этой просеке, поднимут шум, отвлекут огонь н себя. В это время вы без деснт двинетесь через лес. Немцы воюют по кртм, мы н своей земле знем больше дорог, чем можно обознчить н крте… Теперь вм слово, пн Черешняк, только не спешите.

Крестьянин потер щетинистую щеку.

– Знчит, тк. Идти ндо по тропинке возле трех молодых буков, что у просеки стоят, тм срзу орешник нчинется. Пойдешь прямо – будет одн полянк, потом другя, третья, но третья с болотом, ее слев ндо обходить, и срзу взгорок небольшой, н нем ежевики много. З взгорком лес уже кончется, только кустики ткие, песок, можжевельник. Оттуд видно сосновый бор, тот, что Эвинувом нзывют, и три хлупы стоят в ряд у дороги. Это тм…

– Повторите еще рз, – попросил генерл.

Крестьянин повторил.

– Здорово вы этот лес знете, – похвлил Елень. – Лесником, нверно были?

– Нет, я см из Студзянок. А лес зню, потому что мы всегд в пущу з дровми ходим. Пн грф, стло быть, пн Змойский Стнислв, црствие ему небесное, уже семндцть годов будет, кк н эроплне рзбился… Тк, знчит, пн грф не дозволял, мы в лес з дровми все рвно ходили. Только мы не просекми, тропкой возле трех буков д прямо через орешник, чтоб лесничему, знчит, н глз не попдться…

– Поручник Семенов, сейчс н моих чсх семндцть двдцть семь.

– Тк точно, семндцть двдцть семь. – Всилий поднес руку к лмпочке, перевел чуть-чуть минутную стрелку н своих чсх.

– Сюд подойдет нш взвод противотнковых ружей, чтобы помочь гврдейцм, вы быстро отъедете з высотку и дльше н крй сто двендцтой лесной делянки. Тм н поляне вшу мшину зпрвят, вы пополните свои боеприпсы и нпрвитесь к трем букм, о которых только что слышли. Те дв тнк нчнут без десяти семь. Огонь об откроют одновременно, вы подождете, пок эт кш кк следует не зврится, и после срзу вперед! Придется вм поспешить, чтобы зсветло выйти к цели, инче если не немцы, то окруженные гврдейцы вс в темноте подобьют. Мы не можем предупредить кпитн Брнов.

– Тк, стло быть, если опоздем, то подобьют? – со стрхом спросил крестьянин.

– Д, пн Черешняк.

– Своих не рспознют?

– Немцы, когд русский тнк зхвтывют, тоже н нем воюют, – объяснил Елень.

В этот момент они услышли, что снружи кто-то взобрлся н броню.

– Тнкисты! – рздлся голос Черноусов. Ему открыли люк. – Вши противотнковые ружья подоспели, и кк рз впереди нс немцы подожгли что-то, дымит н всю просеку. Это вм н руку, не теряйте времени, пок ничего не видно. Спсибо, что помогли. До свиднья.

Все по очереди пожли ему руку. Последним попрощлся со стршиной генерл. Черноусов спрыгнул н землю, остновился н бруствере окоп и приложил руку к кске, отдвя честь. И только когд зрокотл мотор тнк, он опустил руку и, кк всегд, приглдил усы.

Двинулись здним ходом, внимтельно нблюдя через прицелы и перископы. Отходили медленно, готовые кждую минуту открыть огонь. И только когд высотк укрыл их от нблюдения со стороны противник, рзвернулись и пошли быстрее, уже по просеке. З ними ехл генерльский виллис с шофером и двумя втомтчикми, здевя серебристой нтенной рдиостнции з низкие ветки деревьев.

Вскоре свернули влево к полянке, где увидели тнк, зпрвлявшийся горючим, и грузовик с боеприпсми. Комндир стоявшего под зпрвкой тнк, худощвый хорунжий Зенек, мхл им рукой, покзывя, где нужно остновиться.

Янек с неприязнью посмотрел н него. Он не збыл, что хорунжий когд-то не хотел взять его в бригду, кроме того, вокруг Лидки крутился, мсло и печенье ей носил из дополнительного офицерского пйк, который в экипже Семенов делился поровну между всеми. Д и придирчив слишком был в мелочх, требовл, чтобы ему честь отдвли, доклдывли по всей форме, это среди тнкистов считлось уместным только в торжественных случях, но не кждый день.

Мшин остновилсь, и Семенов первым спрыгнул н землю.

– Чего он хочет? – буркнул Кос, обрщясь к Григорию и покзывя н хорунжего Зенек, который подошел в это время к Семенову, стл по стойке «смирно» и отдл честь поручнику.

Чего хотел хорунжий, они не узнли, потому что нужно было немедля принимться з дело, об офицер рзговривли в полусотне шгов от них.

– Мне уже все известно, – говорил в это время хорунжий Семенову. – Тяжелое дело тебе предстоит. Удчи вм!

– Вообще войн – штук нелегкя. У тебя тоже ведь трудное здние. Придется огонь н себя отвлекть.

– Ккое может быть срвнение! Мы пошумим, постреляем и вернемся, вм в тыл нужно прорывться, прямо в псть «тигрм» и «пнтерм»… Полчс нзд мой мехник поймл в лесу курицу, нсмерть перепугнную. Я отдл ее втомтчикм, чтобы ощипли и сврили. Скоро бульон будет готов. Слушй, Всилий, у меня к тебе большя просьб: двй поменяемся. Я генерлу скжу, попрошу, чтобы меня послл.

– Погоди, это почему же?

– Д тк… Понимешь, ты сюд пришел, чтобы учить нс, войн идет н ншей земле.

– Не хотел бы я быть тким инструктором по плвнию, который ходит по берегу и боится змочить ноги, обучющихся толкет н смую глубину. Исключется. Больше не будем об этом говорить. – Последние слов Семенов произнес строго, твердо, но тут же улыбнулся, схвтил хорунжего з плечи и добвил: – Спсибо тебе, Зенек.

Тем временем экипж трудился. Елень, кк смый сильный, носил один з другим ящики со снрядми для тнк и птронми для окруженных гврдейцев. Григорий подвл их стоящему н броне крестьянину, тот осторожно опускл в люк, где Янек принимл груз. Мехники из роты технического обеспечения зливли горючее и мсло в бки, техник ходил вокруг тнк, осмтривл звенья гусениц и бнджи опорных ктков.

Генерл, зметив возврщющегося к мшине Всилия, крикнул:

– Теперь все н месте, поехли, нм уже пор, д и пн Черешняк уже змялся.

Крестьянин неловко слез н землю, подошел, зстегивя свой потертый пиджк, и, остновившись в двух шгх перед комндиром бригды, повторил:

– Нм пор, пн генерл. – Однко с мест не двинулся и кистью руки провел вверх и вниз по зросшей щетиной щеке.

– Мы уже едем. О чем вы еще тм думете? – спросил генерл.

– Д я думю, нйдут ли они эти три бук. Ведь нездешние же они.

– Кк-нибудь нйдут.

– Я бы мог см покзть.

– А спин не болит?

– Болит! Тк ведь все рвно, что тут стою, что туд поеду.

– Может, вы и првы, и было бы не худо…

– А вы бы, пн генерл, дли бы мне ккую-нибудь бумгу, чтобы потом мне лесу получить. Хлупу новую поствить. А то ведь ншу избу сожгли.

– Бумгу н лес ддим. И землю тоже получите.

– Русские, что у нс были, тоже тк говорили. Только что ж чужую землю обещть! Рзве ж грфиня их послушется?

– Это не русские, это нше првительство тк говорит. Бтрки получт землю.

– Тк это првд? В прошлую войну тоже обещли, не дли.

– А теперь ддут. Это точно.

– Может, и првд… Если б мне эту бумгу, я бы до буков провел вс, вот дльше…

Крестьянин здумлся, опустил првую руку и теперь левой стл тереть другую щеку.

– Что дльше, пн Черешняк?

– Мне тк кжется, что дльше они с пути собьются. Ндо бы их проводить до можжевельник.

– Тм уже немцы.

– Зню, что немцы. Но ведь я бы в этой мшине ехл. Только вы уж мне з это еще чего-нибудь…

Шрик, встретивший знкомых, успел тем временем чем-то поживиться и вдоволь нлкться воды из воронки, оствленной ртиллерийским снрядом. Увидев, что его экипж рботет, он подбежл к генерлу и, обрдовнный тем, что ему можно не сидеть в тнке, нчл лскться. Генерл поглдил его, потом, протянув одному из втомтчиков левую руку с трубкой, скзл:

– Подержи. Собки дым не выносят. – И второй рукой стл глдить Шрик, о чем-то думя. – Что же вм еще пообещть, скжите. Ну что? Поросенк или, может, деньги? – продолжл он рзговор с крестьянином.

– Д что я, н ярмрке, что ли? «Деньги или поросенк!» – возмутился Черешняк. – Винтовку бы дли.

– А стрелять умеете?

– А то кк же! В первую мировую войну я был совсем молодой, з цря Николя воевл. Д я и без этого сумел бы. Мы здешние, нрод лесной, стрелять умеем, хотя кто и в войске не служил.

– Хорошо. Доедете с ними, кк вернетесь?

– Обыкновенно, н своих двоих.

– А немцы?

– Рз уж меня лесничий ни рзу не поймл, то и немцу не удстся. А если и увидит, тк у меня же винтовк будет. Немец стршный, если он с винтовкой, пн генерл, к примеру, с одними голыми рукми. А если, к примеру, у пн генерл тоже винтовк, то немец уже не ткой стршный. В общем, у меня с фшистми счеты…

Крестьянин не зкончил, потому что вдруг вспомнил, кк весной прошлого год немцы збрли у них поросенк, и ткя его злость взял, что уже не мог больше выдвить из себя ни одного слов.

13. В тыл врг

– Это те буки?

– Хорошо, если бы те смые. Только вроде бы рновто им быть. Что-то быстро доехли.

– Ну-к посмотрите, отец, – предложил Елень, приоткрывя люк. Он приподнял стрик, чтобы тот мог выглянуть нружу, и еще рз спросил:

– Это те смые или другие?

– Те смые, хотя мне было покзлось, что рно им быть, теперь вот вижу: они.

– В бою вм, отец, придется в тнке сидеть, то, чего доброго, подстрелят вс. Привыкйте через перископ смотреть.

– Вот сюд?

– Д, в это стеклышко. Оно перископом нзывется. Стдо быть, что к чему, мы теперь знем, это смое глвное, и кк нчнем от костел, то дльше дело пойдет.

Змскировнные укрепленными н броне веткми, они остновились в конце поперечной, проходившей с восток н зпд просеки. В тнке было тесно. Все свободное прострнство зполняли боеприпсы, под ногми лежли поствленные н ребро ящики с птронми. Перед смым отъездом офицер-спер нвязл им к тому же дв больших ящик с минми, упорно твердя при этом, что они пригодятся. И уж совсем стло тесно в тнке, когд было решено, что и Черешняк поедет. Он встл в бшне спрв, впереди Еленя. Ему ндели н седую голову шлемофон, чтобы мог все слышть и предупредить, если вдруг собьются с дороги. Крестьянин доствил немло хлопот: он долго не мог понять, что не ндо кричть, что можно спокойно говорить и что, несмотря н рев мотор, его хорошо все услышт, и он всех услышит, и это похоже н то, «кк будто по рдио говорят». Потом, когд он уже нучился пользовться переговорным устройством, возник спор из-з винтовки. Черешняк нбил все свои крмны птронми, зкинул винтовку з спину и ни з что не хотел снять ее и отствить в сторону.

– Отец, вы же мне этим ружьем глз выбьете. Ну что з упрямый человек! – злился н него Елень.

В конце концов спор кончился тем, что винтовку поместили в бшне, чтобы «был под рукой». Черешняк стоял теперь спокойно и гремел птронми то в одном, то в другом крмне. Хотя в тнке было жрко и душно, он не хотел рсствться с пиджком. Струйки пот стекли и рзмзывлись по его лицу.

Бездействие и ожидние тяготили. Зковнные в броню, окруженные тишиной, тнкисты сидели в душной темноте; комбинезоны липли к потному телу, легким не хвтло воздух. Люки, однко, держли зкрытыми. Вентиляторы не рботли: приходилось беречь ккумуляторы. Сейчс тнк Всилия можно было срвнить с подводной лодкой, притившейся н дне лесного моря, укрытой зеленой водой.

Скшвили толкнул локтем Кос и, подняв вверх большой плец, покзл, что все будет хорошо. Янек кивнул, попрвил приклд ручного пулемет, нклонился впрво и поглдил собку. Шрик повернул к нему морду и стл легонько хвтть его зубми з пльцы. Один Всилий спокойно сидел н своем месте, нблюдя через перископы, что делется снружи.

Густлик тронул рукой Черешняк:

– Боитесь, отец?

– А кк же, конечно, боюсь. Ты только не толкй меня, то спин болит. Когд хлеб нес, поджрил ее.

– Зню, зню, вы уже четвертый рз рсскзывете… Сейчс, нверно, тронемся… – По голосу Еленя трудно было понять, то ли он утверждет это, то ли спршивет комндир.

Скшвили бросил взгляд н светившийся в темноте циферблт тнковых чсов. Минутня стрелк приближлсь к шести пятидесяти.

– Внимние, экипж, – спокойно произнес Всилий, – через минуту нши нчнут. Зряжй, Густлик, осколочным.

Кк гонг в тетре, оповещющий об открытии знвес, проскрежетл снряд, досылемый в ствол, и лязгнул змок.

Елень, выполнив прикз, прижлся лбом к боковому перископу. Он увидел притившихся втомтчиков, которые охрняли их н исходной позиции. Дльше, между двумя березкми, торчл пушк тнк хорунжего Зенек. Кто-нибудь посторонний мог бы принять ее з нклоненную сломнную жердь, но Густлик знл, что это ствол пушки. Вот он дернулся, немного приподнялся и передвинулся впрво в поискх цели. Третьего тнк не было видно, он стоял где-то дльше спрв, скрытый з деревьями.

– Ну что, отец?.. – снов нчл Елень, но в этот момент в нушникх послышлся свист, зтем рздлся голос:

– «Грб-три», внимние.

– Я – «Грб-три», слышу. Готов.

– Нчинем, но только с фейерверком. Огонь!

Одновременно ббхнули пушки двух тнков, зстучли пулеметы, зкшляли минометы, где-то сзди удрил губичня бтрея.

– Зводи мотор, – подл комнду Всилий.

С силой зшипел выпущенный сжтый воздух, пришел в движение мховик, зшумел, нбиря скорость. Зскрежетл передч, едв Григорий включил сцепление, и вдруг четырест пятьдесят мехнических коней рзом рвнули, мотор взревел, зглушя шум рзгорющегося боя.

– Те дв тнк тоже двинулись, – доложил Елень.

Снчл дльний, невидимый до этого момент тнк збрлся н окоп, вылез, высоко здрв нос, повлил сосенку и, проехв с полсотни метров, остновился, беспрерывно ведя плотный огонь. Зтем двинулся тнк хорунжего Зенек, быстро пропл из поля зрения Еленя, и вдруг, перекрывя грохот выстрелов, сквозь броню проникло мощное «ур» пехоты. Немцы отвечли все чще, злей. Елень посмотрел в просвет между соснми и зметил яркий язык плмени.

– Горит!

– Что горит? – спросил Всилий.

– Не зню, вижу, вот тм з деревьями.

Снов до слух тнкистов долетело призывное «ур» ткующих гврдейцев, фонтны рзрывов зпрыгли по просеке. Янек подумл, что, возможно, именно сейчс им пор выступть, и тут же услышл, кк всегд, спокойный голос Семенов.

– Вперед, Григорий.

Нконец они двинулись. Ряды сосен и берез рсступились впереди; тнк, похожий н огромный куст, подминя под себя стволы и верхушки деревьев, выскочил н просеку и, нбрв скорость, влетел в зросли орешник. Гибкие прутья поднялись стеной позди тнк, скрыли его от глз втомтчиков.

Двиглись вслепую, кк пловец в стоячей воде покрытого ряской пруд. Кустрники, появлявшиеся перед тнком, ухудшли обзор. Когд стло светлее, все, смотревшие в перископы, зжмурили глз. Покзлсь полянк с дикой грушей посредине.

– Верно идем? – спросил Всилий.

– Верно, пн, – ответил Черешняк. – Похоже, что вы в нш лес по грибы ходили. Здесь сейчс ровное место пойдет, можно ехть быстрее.

– Гони мшину! – прикзл поручник. В его голосе можно было уловить веселые нотки.

Впереди возвышлись толстые деревья. Првд, росли они редко, но нужно было смотреть в об и все время лвировть, кк во время тнцев, когд гости уже достточно нвеселе, комнт тесня.

– Что это мы, то влево, то впрво? – збеспокоился проводник.

– Приходится, – пояснил Елень. – Весь лес не будем влить, то вм потом смим здесь нечего будет делть с топором…

– Не рзговривть, – прикзл Всилий.

Тнк, нтужно ревя, продолжл продирться через лес. Немного првее покзлся просвет, появилсь еще одн полянк.

– Куд?! – воскликнул Черешняк.

– Что ткое? – не понял Скшвили.

– Бери впрво, – объяснил Елень. – Он н тебя, кк н коня, кричит. Смотри – ззевешься, кнут отведешь.

Проскочив по крю поляны, тнк снов нырнул в лес. Кусты теперь попдлись более редкие и низкорослые. Тнк нпрвлял узенькя, едв приметня тропинк. Всилий из бшни зметил желтевшие воронки от снрядов и прикзл Григорию:

– Сбвь ход.

Григорий сбросил гз, стл мневрировть, но все воронки объехть не удлось. Тнк споткнулся, зкчлся, нчл перевливться с боку н бок.

– Ну и швыряет! И куд скчем? Кк черт от лдн бежим, – зохл Черешняк.

– Третья полянк! – крикнул Всилий.

– Ну д, я про нее и говорил. Теперь осторожнее, тм болото.

Тнк выскочил н открытое прострнство, больше предыдущего. Впереди у деревьев виднелсь большя кругля куч высохших листьев.

– А того куст не было, – удивился Черешняк.

– Полный гз! – прервл его Всилий, подвя комнду Григорию. – Трнь!

Комндир, всмотревшись в подозрительный куст, сквозь звядшие листья зметил блеск метлл, рядом н трве трех гитлеровцев в пятнистых мскировочных курткх и ндвинутых н лоб кскх. Слишком близко от них был мшин Всилия, чтобы по ней можно было стрелять.

Гитлеровцы, увидев тнк, оцепенели н мгновение, и это их погубило. Когд они бросились к орудию и згнли снряд в ствол, тнк был уже метрх в двдцти. Фшисты, не успев зкрыть змок, в стрхе рзбежлись. Под днищем тнк зскрежетло, его сотрясло и подбросило. Семенов в левый перископ увидел немецкого офицер, который выстрелил вверх ркету.

– Спрв еще одно противотнковое орудие рзворчивют, гды, – доложил Елень. – Кк пить дть, влепят нм в бок.

Тнк мчлся н полной скорости, мотор ревел н высоких оборотх. Зпел электромотор, вся бшня молниеносно рзвернулсь н сто восемьдесят грдусов. Всилий стрлся поймть в прицел немецкое противотнковое орудие, но гитлеровцы опередили его. Они уже успели повернуть ствол в сторону тнк и укрылись з щитом. Всилий увидел яркую вспышку и долю секунды беспомощно ожидл взрыв. Однко снряд пролетел мимо, и Всилий выстрелил почти нугд, потому что в этот момент тнк въехл в кустрник.

Тут же они выскочили н гребень высотки и стли спускться по пологому скту вниз. Бшня снов совершил стремительный рзворот, и Елень см, без комнды, зрядил пушку.

– О господи, кк н крусели, н ярмрке. В голове все вертится, – вздыхл Черешняк.

– Отец, вон уже можжевельник. Вылезете? – спросил проводник Елень.

– Д где уж тут, я теперь с вми.

Тнк въехл н учсток земли под пром, кое-где покрытый островкми голубовтого можжевельник. Из-под гусениц вылетли высокие султны песк, мшину окутло клубми пыли.

– Впереди окопы! Янек, к пулемету! – Всилий выстрелил, и близко рзорввшийся снряд укзл Косу цель.

Сверху обзор был лучше, чем с мест пулеметчик, поэтому Янек не срзу увидел сквозь пыль извилистую линию окопов, нд брустверми – кски, срзу три рядом, и руки вржеских солдт, устнвливвших тяжелый пулемет.

Тнк кчлся, подпрыгивл, поймть цель н мушку было нелегко, и Янек выпустил длинную очередь, чтобы если не попсть, то хотя бы прижть вргов к земле. Слев от них Янек зметил здоровенного немц с фустптроном. Рсстояние до него быстро сокрщлось. Кос повел стволом и тут же нжл н спуск. Он не знл, попл или нет в этого верзилу, потому что тнк подпрыгнул н бруствере окоп и помчлся дльше через поле.

– Где дом? – спросил Всилий.

– Д домов нет, трубу должно быть видно, вон оттуд, где две сосны.

– Мехник, влево. Еще левее, хвтит.

Короткий свист, взрыв. Стен песк зслонил трубу и сосны. Тут же последовл второй взрыв.

– Тяжелые минометы, – проворчл Елень.

Внезпно словно огромня лп уперлсь в лоб тнк, остновил его н мгновение и подбросил вверх. Оглушительный грохот больно удрил в уши, пыль и дым зполнили тнк. Шрик было взвыл, но быстро змолчл.

– Ой, спин, пресвятя Мрия! – вскрикнул Черешняк.

Тнк не остновился, только сбвил ход, продолжя деловито молоть гусеницми.

– Нсос сел! – охрипшим голосом крикнул Скшвили. – Иду н ручном.

– Дотянешь?

– Дотяну.

– Густлик, ркеты.

Скрежетнул змок люк. Елень с минуту возился и нконец крикнул:

– Вот черт! Зклинило!

– Внимние, впереди нши. Сбвь ход, сворчивй впрво, еще првее. Тормози! – скомндовл Всилий Григорию.

Но было уже поздно. Всилий увидел, кк из окоп перед ними поднялся широкоплечий солдт в изодрнной форме, со светлыми волосми, выбившимися из-под кски н лоб, и, широко открыв рот, что-то зкричл, и швырнул под тнк связку грнт.

Взрыв удрил в броню, тнк подбросило. Черешняк упл н ящики с боеприпсми, н стрик нвлился Густлик. Мотор зглох, тнк остновился. Зпхло дымом. Скшвили больно удрился головой о броню, рзбил првое колено. Злость взял его: ведь он видел через смотровую щель, кто их ткует. Он не выдержл, открыл передний люк и зкричл во все горло:

– Дурк, тебе повылзило, что ли? Своих бьешь, мшину гробишь!.. – И он добвил еще несколько слов, которые лучше не повторять.

Всилий соединил конткты. Электрический ток побежл по проводм к корме тнк. Искр подожгл дымовую шшку, укрепленную н броне. Густые клубы рвлись в стороны и вверх, окутв тнк желтым смердящим облком.

– Мехник, зводи мотор и держи н оборотх. Густлик, двй еще рз попробуй открыть люк.

Елень пододвинул ящики, встл н них и, упершись спиной в метллический круг, стл рзгибться, все ниже опускя голову и тяжело дыш при этом. Нконец люк подлся. Крышк с треском отскочил вверх.

– Мехник и Черешняк – н месте. Остльным покинуть мшину.

Трое тнкистов по броне соскользнули н землю. Рзорвння гусениц лежл, кк длинный уж. К счстью, тнк шел н млой скорости и не успел съехть с гусеницы. Совсем рядом в густом дыму покзлись фигуры крснормейцев с втомтми, нпрвленными в грудь тнкистм.

– Кто ткие? – грозно спросил тот смый, что бросил грнты. Он стоял ближе всех, держ в руке немецкую снйперскую винтовку.

– К кпитну Брнову с пкетом.

Из дым появился низкого рост мужчин, с перевязнной головой, с офицерскими погонми н выгоревшей, перепчкнной землей гимнстерке. Лицо его было черным от пыли, покрсневшие глз слезились не то от едкого дым, не то от недосыпния.

– Я Брнов.

– Поручник Семенов из польской тнковой бригды. Вот прикз комндир. Но если мы тк будем стоять и не нденем гусеницу, пок немцы не спохвтились, они нс всех перебьют.

Кпитн ничего не ответил, взял пкет и рукой подл знк своим бойцм. Те бросились помогть. Когд тнк нехл н вытянутую н земле гусеницу, бойцы, кшляя и здыхясь в дыму, соединили звенья. Мшин медленно двинулсь з светловолосым снйпером, укзыввшим дорогу, и перебрлсь через линию окопов.

Сброшення с брони н песок шшк еще продолжл дымить, зкрывя бойцов от врг. Тнк проехл метров пятьдесят в глубь позиции, зтем свернул з рзвлины сожженной хты и остновился з грудой кирпичей. Солнце уже скрылось з горизонтом, бшня тнк почти не рзличлсь в темноте, но немцы все же зметили движение, дли дв выстрел нугд. Снряды рзорвлись длеко в тылу.

Григорий выключил мотор, и срзу воцрилсь звенящя тишин. С север, откуд тнкисты прорвлись к окруженным гврдейцм, доктывлось эхо боя, здесь было спокойно.

– Осмотреть позицию и выйти из мшины, – прикзл Всилий.

Выбирлись по одному, не спеш. Сейчс, после проведенного боя, н них нвлилсь устлость: скзывлись перенесенное нервное нпряжение и ночь без сн.

Черешняк, не выпускя из првой руки винтовку, лег н живот, левую руку подложил под голову. Шрик, поджв хвост, улегся рядом с Янеком, тяжело дыш и повизгивя. Тнкисты смотрели н стоящий рядом тнк, кк смотрят н смертельно рненного коня. Броня тнк стл шероховтой от клочков обгоревшей, ободрнной крски, покрылсь црпинми. В тком виде они добрлись до мест нзнчения, но ведь выполнено меньше половины здния. Кк привести в порядок поврежденную мшину? Выберутся ли они отсюд живыми?

Комндир советского бтльон сидел поодль н дне бывшего погреб, перекрытие которого рзвлил снряд. Кпитн, прикрывшись полой нкидки, читл прикз, сверяя днные по крте. Молодой длинноносый втомтчик, ткой же щуплый, кк и его комндир, светил крмнным фонриком. Огромный светловолосый сибиряк со снйперской винтовкой в руке стоял, опершись н пень срезнной сосны, и молч смотрел н тнкистов.

– Ребят! – тихо позвл Всилий. – Ребят! – повторил он громче.

Они поднялись и посмотрели н Семенов.

– Доклдывйте, у кого что.

– У меня все в порядке, – первым отозвлся Елень. – Стукнуло только люком, но теперь ничего.

– Топливный нсос откзл, – с сожлением зговорил Скшвили. – Я еще рньше, перед учениями, просил: «Дйте новый». Дли стрый, скзли, что зменят. Не зменили. Н ручном сотню-другую, может, немного больше проеду, дльше не потянет. И колено рзбил, болит – сил нет. Хоть бы эт рыжя Мруся тут был…

– Лмпы рзбились при последнем взрыве, – перебил Григория Янек. – Связи с бригдой нет и не будет.

Все понимли, что теперь они похожи н человек, глухого и хромого, непригодного к бою.

Низенький кпитн выбрлся из погреб, присел рядом с Всилием.

– Достлось вм.

– Достлось.

– Глупо, что от нших, но вы сми понимете.

– Понимю. Нм нужно было сигнл ркетми подть, д не удлось: осколком верхний люк зклинило.

– Н рссвете будем пробивться. Не зню только, продержимся или нет. Немцы лезут без передыху, у моих людей по десяти птронов остлось.

– Мы прихвтили для вс птроны.

– Это здорово. Может, и для орудия тоже немного снрядов ддите? У меня остлсь одн семидесятишестимиллиметровк.

– Ддим. Тем более что нш тнк здесь остнется, с мест сможет вести огонь. Н ходу хуже. Мы с вми пойдем. Еще дв ручных пулемет есть.

Брнов рзослл связных. В ндвигвшейся темноте к тнку нчли собирться бойцы. Елень выдвл им ящики с птронми. Снряды брли но дв срзу, уносили под мышкой.

– Противопехотные мины тоже есть.

– Некому устнвливть, люди спят. Перед рссветом, кк уходить будем, зкопем их. Сейчс в кждом отделении по одному человеку дежурят и всех будят, кк только немцы лезть нчинют. – Кпитн взглянул н чсы и добвил: – У них во всем орднунг – порядок, знчит. Воюют по чсм. Через пятндцть минут полезут.

– У вс не н чем снряды к орудию подвезти? Быстрее дело пошло бы.

– У меня есть две лошди, но я их берегу. А то, боюсь, рненых не вывезем.

Брнов говорил медленно, словно выдвливл кждое слово из себя. Н лице было нписно безрзличие, кк у человек, смертельно уствшего. Только когд он встл, оживился немного.

– Я пойду, сейчс нчнется. Вы не обижйтесь, глупо получилось. От всего сердц вм спсибо. Теперь мы хоть пробьемся, тк все до одного остлись бы в этом песке.

Кк и говорил кпитн, немцы в нзнченный чс действительно нчли очередную тку, открыв огонь с дльней дистнции. В темноте по огонькм выстрелов видно было цепь нступющих. Они приближлись с кждой секундой. Гитлеровцев поддерживли минометы, обрушившие весь свой смертоносный метлл н крохотный клочок, зщищемый советскими бойцми. Гврдейцы не отвечли и, только когд врги приблизились почти вплотную, открыли огонь. Экипж в это время нходился в тнке.

– Помогли им нши птроны, – скзл Всилий. – Вроде кк бы свежей крови влили.

Вскоре зговорило орудие, следом з ним хлестнули очередями пулеметы. Птронов не жлели: все рвно н рссвете их придется рсстрелять до последнего.

Когд все стихло, рядом с тнком рздлось еще дв винтовочных выстрел. Выбрлись нружу и увидели: из-з тнк, стоя рядом, вели огонь сибиряк и Черешняк.

После блеск выстрелов и грохот боя стло совсем темно и тихо. Вернулся Брнов, сел около Всилия. Скзл:

– Кк-то глупо вышло…

Он не договорил, уткнулся головой в колени и зснул.

Щуплый втомтчик присел около него н корточки, прижв к груди обеими рукми втомт. Боец клевл носом, голов опусклсь, он удрялся подбородком о ствол, просыплся и снов нчинл дремть.

Тнкисты молчли. Янек держл между колен голову Шрик, смотрел ему в глз, чесл з ушми и что-то тихо шептл.

– Одному бодрствовть, остльным спть, – прикзл Семенов. – Я первым зступю н дежурство.

Густлик и Григорий без рзговоров срзу же улеглись. Кос остлся.

– Всилий…

– Что?

– Нпиши генерлу донесение, что нм нсос нужен.

Поручник не срзу понял. С минуту он молчл, нконец решительно отрезл:

– Никуд ты не пойдешь.

– Может, я, пн поручник?.. – неожиднно вмешлся Черешняк. – Хоть спин болит, но я все рвно пошел бы. Одному легче пробрться. Винтовк у меня есть, птроны тоже…

– Пойдет другой, не я и не он, – перебил его Кос и, потрепв Шрик, упрямо повторил: – Нпиши.

Всилий понял. Не верил, что это удстся, но не хотел доствлять огорчения Янеку и, глвное, не имел прв откзться ни от одного, дже млейшего шнс спсти тнк и экипж. Шнс поддержть бтльон при выходе из окружения. Он пошел к тнку и при свете мленькой электрической лмпочки, освещвшей прицельное приспособление, нбросл несколько слов н листке, вырвнном из блокнот донесений.

А Янек тем временем взял из тнк свой шрф и шлемофон. Аккуртно сложил шрф, потом долго в темноте вдевл нитку в иголку. Рядом, збрвшись под тнк и прижвшись друг к другу, спли Елень и Скшвили.

Подошел Всилий и протянул вчетверо сложенный листок. Янек звернул донесение в шрф и, обмотв его в виде узкой полоски вокруг шеи Шрик, несколькими стежкми крепко сшил, откусил нитку.

– Шрик, слушй. Ты умный пес, понюхй, хорошо понюхй. – Янек подсунул ему под нос шлемофон, который получил в подрок от генерл перед первым боем. – Ты хороший пес. – Янек поглдил Шрик по лбу, по спине, потом легонько оттолкнул его от себя и прикзл: – Принеси.

Шрик, обрдоввшись збве, быстро звертелся н месте и, поняв, чего от него требуют, побежл к тнку, прыгнул в открытый люк. Вернулся, держ в зубх обмундировние своего хозяин. Он ждл похвлы и нгрды, рдостно виляя хвостом.

Но хозяин не вырзил удовлетворения. Он произнес несколько резких слов, потом снов зговорил тем мягким, спокойным голосом, который тк любил Шрик. Хозяин еще рз дл ему понюхть тот же смый предмет. Теперь Шрик не понимл, чего от него хотят. Зпх кк зпх, обыкновенный, его хозяин. Может, к нему и примешлся немного еще другой, тот, которым пх весь стльной дом, в котором они жили. Но ведь не может быть тк, чтобы его хозяин, смый умный, смый добрый человек н свете, требовл от Шрик принести весь этот их дом? В чем же дело?

Шрик снов обнюхивл весь предмет, стртельно, по чстям. У него вздргивли нос и губы, хвост был неподвижен. Нконец где-то в глубине, н смом дне шлемофон, он ншел третий зпх, слбый, но все-тки достточно стойкий и отчетливый. Было в нем немного тбчного дым, который выпускл из ккого-то предмет один человек, добрый и симптичный. Тот смый, который несколько рз двл Шрику мясо. Шрик осторожно брл его зубми, но, конечно, только с рзрешения своего хозяин. Знчит, речь идет об этом человеке, о том смом, который всегд отклдывл в сторону неприятный дымящий предмет, когд глдил Шрик. Этот человек сейчс где-то длеко, но, если нужно, придется бежть по следу их передвигющегося дом…

Шрик вильнул хвостом рз и другой, потом лизнул своего хозяин в лицо. Н языке остлсь горькя и соленя влг. Хорошо, хорошо… Теперь он будет искть и нйдет, зчем же эти слезы? Он хотел бежть тотчс, но хозяин крепко удерживл его рукми.

– Уже готов, – произнес Янек.

Всилий подошел к кпитну Брнову, тронул его з плечо, рзбудил.

– Немцы? – спросонья спросил он.

– Нет. Прикжите, чтобы вши не стреляли в собку.

– А что ткое?

– Я говорю, чтобы в собку не стреляли.

– Аг, понятно, – окончтельно проснулся кпитн. Он увидел Янек, сидящего н земле и обнимющего овчрку.

– Гврдейцы, по собке не стрелять! – негромко крикнул кпитн, и его услышли все, кого еще не сморил сон: ткой мленький клочок земли зщищли гврдейцы.

Шрик, почувствовв, что хозяин его уже не держит, лизнул Янек в руку, побежл по следу, оствленному гусеницми тнк, и вскоре исчез в темноте.

– Туч не будет? – спросил Янек.

– Нет, – ответил Всилий.

– Плохо.

– Пок месяц взойдет, еще много времени пройдет.

Брнов, вытянувшись н спине, снов спл.

– Возьми чсы, – повернулся Всилий к Янеку. – Я вздремну, ты подежурь. Зню, все рвно не зснешь теперь. Рзбудишь меня в одинндцть.

Когд Семенов отошел, из темноты вынырнул сибиряк, подсел к Косу и молч подл ему кисет с тбком, сшитый из мягкой оленьей кожи.

– Спсибо, не курю.

Снйпер отвел руку с кисетом, вздохнул. Янеку стло жль этого добродушного великн. Он взял у него винтовку с оптическим прицелом, взвесил ее в руке и с увжением произнес:

– Хорошя штук. – Проведя пльцми по приклду, он нщупл н нем небольшие зрубки с острыми, еще не стершимися крями и спросил: – А что это з нсечки?

– А вон эти, – коротко пояснил снйпер, покзв рукой в ту сторону, где в окопх сидели немцы.

14. Собчий коготь

Гусеницы выдвили в песке глубокий след в виде двух ровных кнвок, вырезнных прямоугольникми звеньев; этот след чем-то нпоминл железнодорожный путь. И вот Шрик бежит по этому следу, нполовину скрытый в выемке. Он бежит, кк бегют овчрки, ровной рысцой, неутомимой и плвной, кк скольжение уж.

Голов его поднят, взгляд устремлен длеко вперед.

Идти все время по следу, кк з зверем, не нужно: зпх, который он ищет, должен быть только тм, где сильно рзит бензином, где можно было весело бегть и кувыркться н трве. Шрик помнит, что облдтель этого зпх, когд глдил его, отдл кому-то другому тот немилосердно дымящий предмет. Конечно, Шрик не знет нзвний, не знет, что ознчют слов «бензин» и «трубк». Его нюх делит вещи по тому, кк они пхнут, н приятные и неприятные, н вкусные и невкусные. Он знет ткже, кким предметм приндлежт ккие зпхи. Этот мир тк богт, многоцветен, рзнообрзен; в нем живут и дружб и вржд, любовь и ненвисть; устлость чсто сменяется рдостью оттого, что в мускулх игрет сил.

Сейчс Шрик измучен, рздржен и голоден. То, что приходилось терпеть в стльном коробе, встряхивемом взрывми, нполненном пылью, дымом и смрдом, стршно не нрвилось ему. Но рз Янек был тм, знчит, и он, Шрик, должен был нходиться тм. Сейчс он голоден, но стрется не думть об этом. У него одно, глвное стремление: выполнить прикз или, если угодно, просьбу своего хозяин. Поэтому он бежит по выдвленному гусеницми следу, неутомимо преодолевя нелегкий путь.

Впереди что-то сверкет, слышен свист, грохот выстрелов. Шрик не пугется. Он привык к звукм стрельбы, еще когд был совсем мленьким щенком. Винтовочный выстрел дже более спокойный, менее резкий, чем ружейный. К тому же Шрик чувствует, что с боков его ндежно зщищют песчные стенки выемки. Но вот что плохо: спереди, с той стороны, куд он держит путь, приближется все усиливющийся зпх чужих людей. Совсем чужих, не тких, кк те, многих из которых он узнл в бригде. Пхнет другое сукно, другя ед, другя кож. Все чужое.

Шрик змедляет бег, все рзмеренней переносит тело с ноги н ногу. Вот он уже идет, потом, все сильнее сгибя лпы, нчинет ползти, прижимясь животом к песку. Зпх идет откуд-то снизу, словно из-под земли. Уже видн нсыпь, нд которой перемещются мкушки человеческих голов в стльных кскх.

Шрик змер. Он терпеливо ждет, пок не исчезнут головы, не удлятся людские голос. Зтем бежит рысцой, удлиняет шг и, сильно бросив вперед свое тело, перепрыгивет через окоп.

Спустя несколько секунд он слышит окрик, метллический лязг зтвор. Но вот уже совсем рядом первые островки можжевельник. Шрик достигет их, меняет нпрвление. Грохот выстрелов подгоняет его, резкий свист проносится у левого ух, почти рядом. Шрик мчится вперед большими прыжкми, бросется то влево, то впрво, чтобы держться поближе к можжевеловым кустикм.

Гремят еще дв выстрел – и тишин. Песок шуршит под лпми, рзлетется в стороны, земля стновится все тверже, все гуще трв. Уже недлеко до темной, шумящей н ветру стены лес. Шрик снов переходит н ровный бег, бросется в кустрник. Листья глдят ему бок, мелкие веточки цепляются з шею.

След, оствленный гусеницми, стновится совсем мелким, и по нему трудно бежть, потому что вдвленные в землю кусты орешник и молодые березки немного приподнялись и торчт, ощетинившись, нвстречу. Шрик сворчивет и бежит рядом со следом. Перепрыгивет через одну воронку от снряд, потом через другую, и вдруг прямо под морду ему попдет клубок шерсти, остро пхнущий едой.

Это уж слишком. Зпх нстолько сильный, что Шрик збывет о своем хозяине и друге, о его просьбе. Прыжок, хвтк зубми – и короткое трепыхние ошлевшего от стрх зйц. Из-под клыков течет н язык свежя, тепля кровь. Шрик отодвигется под густой куст, сдится н здние лпы и ест ждно, рзгрызя кости. Он утоляет голод. По мышцм, по всему телу рсплывется приятное ощущение сытости, исчезет рздржение, которое ерошило ему шерсть, но в то же время возникет беспокойство. Н некоторое время он змирет, потом снов принимется есть, добиря последние кусочки. Осттки зячьей шерсти прилипли к носу и щекочут ноздри. Он вытирет морду о трву, помогя себе лпми. В этот смый момент возврщется пмять. Ведь он же должен был бежть и искть. Ему стыдно.

Шрик прижимет уши, опускет хвост, чувствует себя совсем отвртительно. Поспешно отпрвляется в путь, но тут же резко змедляет бег.

Снов его ноздри улвливют чужой зпх человек, ткой же, кк и во время прыжк через окоп, из которого по нему стреляли. Он нчинет осторожно крсться, перебирясь из тени в тень, высовывет морду из листвы и смотрит. Рядом с исковеркнной грудой метлл, вдвленного в землю, рядом с торчщим нискось вверх стволом пушки неподвижно лежит лицом вниз человек и пхнет смертью. Визг рождется у Шрик где-то в горле, но он его тут же подвляет – никто из его сородичей, сибирских волков, никогд не выдет себя, когд идет по следу.

Словно диковиння ночня птиц, свистит тяжело летящя по воздуху мин. Шрику знком этот звук, и он припдет к земле. Взрыв рзрывет воздух, испугнное эхо бросется от дерев к дереву. Увесистый осколок с шумом срезет листья и шлепется н землю рядом с лпой. Шрик ощущет его рскленную и неподвижную ярость. Он отшвыривет его когтями, потом встет, пятясь, проделывет по зрослям довольно порядочный крюк.

Он хочет вернуться к проложенному гусеницми следу, но его мнит сырость, мокря и скользкя трв. После сытной еды его одолевет жжд. Осторожно перествляя лпы по болотцу, между двух кустов хвощ он нходит небольшое зеркльце воды. Осторожно лкет сверху, чтобы не поднять со дн грязь. Уткнувшись носом в трву, рстущую вокруг, он уже не чует зпхов. Лишь в последний момент змечет чье-то присутствие, слышит совсем рядом шорох и уголком глз ловит двигющуюся тень. Он поднимет нос.

В нескольких шгх он видит собку, похожую н него. Ноги у нее длинные, см он выглядит сильнее, шерсть короче, видно, подстрижен, н шее блестит метллическими нклепкми ошейник. Собк подкрдывлсь бесшумно, сейчс, поняв, что ее зметили, нстороженно зстыл, стоит нпротив, тм, где кончется болото, и склит зубы.

У Шрик нет желния вступть в борьбу. Он отяжелел после еды и питья и чувствует, что шнсов н победу у него мловто. Его рздржет то, что он дл зстигнуть себя врсплох; он знет, что ему ндо бежть дльше, но н всякий случй тоже оскливет зубы, потому что тк положено у собк, – нужно покзть противнику, что и у тебя есть клыки.

Но это только демонстрция. Н прямых ногх он боком нчинет передвигться, что выходит у него не очень ловко, потому что болотня грязь хлюпет, лпы скользят. Тким способом он, не отступя, обходит противник по широкой дуге. Тот поворчивется н месте, рсстояние остлось то же – дв прыжк. Описв полукруг. Шрик зкончил мневр и теперь стоит и смотрит в сторону, противоположную той, куд ему нужно бежть дльше. Теперь он уже ндеется, что его противник не двинется с мест. Если бы он хотел, то должен был нпсть рньше. Тихо прорычв для острстки, Шрик делет полоборот, чтобы бежть дльше. Но в этот момент овчрк прыгет вперед, ткует.

У Шрик уже нет времени обернуться, он успевет только припсть к земле, и в это мгновение зубы врг впивются ему в ухо. Боль отдется в мозгу, пронизывет все тело, но зто теперь Шрик видит врг прямо перед собой. Огромный и сильный пес покзывет клыки, яростно рычит. Видно, он уже считет, что достточно ошеломил противник, и снов бросется н Шрик. Однко прыжок ленивый, слишком смоуверенный, кк скзли бы боксеры, – предупреждющий.

Шрик сжлся, кк пружин. Когд ткующий передними лпми коснулся земли, сын Муры стремительно, кк молния, по-волчьи удрил его всем телом в бок. Он сбил врг с ног и впился зубми ему в горло. Тот дико взвыл, зовя н помощь. Шрик еще сильнее сжл челюсти, но ему помешл зскрежетвший под резцми метлл ошейник. В этот момент он услышл голос человек, треск веток и тяжелые шги бегущего в их сторону. Он широко рскрыл челюсти, перехвтил клыкми горло противник выше ошейник и изо всех сил вгрызся в него. И снов почувствовл вкус крови. Врг повлился н трву. Шрик не стл ждть, когд тот зстынет и перестнет дергться. Он сумел одолеть инстинкт, прикзыввший ему бороться до конц, и в этот момент зметил фигуру человек, подбежвшего к нему с оружием в рукх.

В дв прыжк он достиг деревьев и мгновенно проскользнул в кустрник. Крсные огненные пчелы злетли нд ним, срезя ветки, вздымя впереди фонтнчики земли. Шрик услышл грохот очереди и вслед з этим ощутил колющую боль в згривке. Но он не остновился, не упл, продолжл бежть, все глубже збирясь в зросли. Его подгоняли громкие окрики, зтем он услышл еще одну втомтную очередь, но теперь пули проходили в стороне и были уже не опсны.

Шрик бежл кк зведенный. Увидев просвет между деревьями, он не сбвил бег, дже ускорил его и в несколько прыжков пересек трвянистую просеку. Лес стл более редким, высоким, и Шрик, бросясь от куст к кусту, выбирл теперь дорогу потемнее.

Нконец перед ним открылсь лесня полян, полня зпх бензин, изъезження гусеницми тнков и колесми грузовиков. Здесь должен быть тот, кого он ищет. Несколько рз он пересек поляну туд и обртно, но никого не ншел. Под деревом нткнулся н брошенный кем-то ящик от снрядов, рядом с ним в трве зметил горку золы. Эт зол – чстиц зпх, который он ищет, но только чстиц, и не смя вжня.

Шрик сдится н здние лпы, тяжело дыш, рзмышляет некоторое время, что делть дльше. Это длится недолго. Он обегет вокруг поляны, зтем нпрвляется в лес, делет еще один круг, более широкий, зтем третий, еще больший.

Его учили всегд тк делть, если след потерян. Н кком-нибудь из этих кругов он должен нпсть н собственный след, нйти потерянную нить. Поиски продолжются долго, но он не отступет, не сдится передохнуть, он пробегет круг з кругом.

Но вот н очередном круге, уже длеко от поляны, он слышит голос. Приостновившись, змечет издли группу солдт, стоящих у грузовик с высоко торчщим прутом нтенны. Они не видят Шрик, знятые своим делом. Копются в моторе мшины.

Один из них говорит:

– Поторопись. К рссвету мшин должн быть н ходу, то попдет нм от генерл. А все из-з этого чертов осколк.

Шрик не понимет, о чем говорят люди, но он все же не желет к ним приближться. Среди них нет того, кто ему нужен, поэтому он обходит их длеко стороной, немного сужя проделывемый круг, зтем снов бежит лесом, пробирется сквозь густые зросли, пересекет небольшие полянки.

Проходит довольно много времени, прежде чем Шрик проделывет новый круг и снов видит тех же смых солдт. Но теперь он обходит их с другой стороны, нмного првее, все время следя, не увидел ли кто его.

И вдруг он резко остнвливется, тк что его передние лпы зскользили по хвое. Ему кжется, что он что-то учуял. Он медленно возврщется нзд, стртельно нюхет воздух и подвляет в себе порыв рдости. Есть! В трве он нходит мелкие комки земли, отлетевшие от спог; след четкий, полос зпх глдкя и широкя, кк шоссе.

Теперь он уверен в себе и с мест берет рзбег. След ведет прямо н крй пущи. Здесь виднее: сквозь деревья сверху пробивется серебристый свет – взошел месяц. И хотя след довольно четкий и ведет прямо, Шрику приходится то и дело сворчивть в кусты, прятться и пережидть, потому что по дороге то в одну, то в другую сторону идут группы людей. Когд они удляются, Шрик снов бежит, не обрщя внимния н боль в рзорвнном ухе и в згривке, пробитом пулей.

Около сожженного грузовик, остов которого торчит н дороге, в лес сворчивет тропинк. Он приводит Шрик к втомшинм и тнкм, к солдтм, спящим под деревьями. Зпх ведет прямо к небольшому взгорку, в скте которого вырыт землянк. У ее вход стоит чсовой с втомтом. Шрик остнвливется н минуту з деревом, нюхет воздух. Этот солдт кжется ему дружелюбным и чем-то нпоминет его хозяин. Шрик выходит из-з дерев, спокойно идет вперед и миролюбиво виляет хвостом. Но солдт нстроен длеко не дружелюбно. Увидев собку, он змхивется приклдом и кричит сдвленным голосом:

– Чего тебе здесь ндо? Пошл вон!

Шрик отсккивет, тихо и без ворчния идет в лес, ждет, когд чсовой потеряет его из виду, потом возврщется и, прижвшись к земле, осторожно ползет от одного пятн тени к другому, минует мест, освещенные луной.

Зпх слышится все сильнее, он идет из темного открытого оконц, рсположенного низко нд землей. Можно было бы в несколько прыжков очутиться возле него, но Шрик знет, что с вооруженными людьми шутки плохи. И хотя у него все тело дрожит от нетерпения, он все тк же медленно ползет, н долгое время змирет.

Но вот оконце совсем рядом. Шрик просовывет в него морду и, убедившись, что нконец-то добрлся до мест, медленно вползет внутрь, ощупывя лпми темноту. Он никк не может нйти опоры, не выдерживет и прыгет, н что-то попдет, и все это влится под ним. В стороны летят сбитые мелкие предметы. Шрик стновится нконец лпми н землю и дергет зубми одеяло, которым укрыт человек.

– Чсовой! Что тут происходит, черт возьми?! Свет!

Голос звучит твердо и резко, но Шрику он кжется чрующим. Он нходит руку, в которой этот человек держит пистолет, и рдостно лижет ее языком.

Хлопют двери, и в землянку вбегет солдт, держ в руке зжженный фонрь.

– Сейчс выгоню эту дрянь. Это он через окно, гржднин генерл… Пошл вон!

Комндир бригды, жмуря глз от свет, смотрит н Шрик и остнвливет солдт энергичным движением руки:

– Погоди! Зкрой окно, оствь фонрь и выйди.

Снов скрипят двери. Генерл сдится н нры, ствит босые ноги н стянутое с постели одеяло. Вглядывется в собку ничего не понимющими, широко открытыми глзми. Он уверен, что всего минуту нзд лег спть. Издлек, из глубокого сн, он возврщется к действительности.

– Шрик, это ты? Откуд ты взялся? Ну иди же сюд.

Обрдовнный Шрик стновится н здние лпы, передние клдет ему н колени, вытягивет морду вверх и, словно пьяный, лезет срзу целовться.

– Погоди, погоди, успокойся… Достлось тебе, вижу…

Генерл, обхвтив рукми голову Шрик, внимтельно оглядывет его ухо, ощупывет пльцми згривок, где около рны зстыл широкий сгусток крови. Шрик скулит предостерегюще, ощущя боль.

– Тихо, тихо. Погоди.

Генерл змечет шрф Янек н шее овчрки, берет нож, сброшенный со стол, рспрывет кривой стежок из черных ниток, рзворчивет шерстяную ткнь. Увидев листок бумги, поспешно читет его. Ккое-то место пробегет глзми еще рз и кричит:

– Чсовой!

Солдт срзу появляется в дверях:

– Вытурить его, гржднин генерл?

– Д нет же! Дежурного офицер по штбу ко мне, бегом!

Автомтчик скрывется з дверью, генерл, нйдя н полке бнку с консервми, вскрывет ее ножом и все содержимое выклдывет н трелку, которую ствит перед собкой.

– Ешь, Шрик. Ну, ешь, чего же ты не хочешь?

Шрику стыдно. Ему кжется, что в голосе человек он улвливет нотки гнев: нверное, все уже знют об этом зйце, который поплся ему н дороге и здержл его. Голос генерл стновится совсем лсковым:

– Не хочешь есть без Янек? Верный, хороший пес.

Дежурный офицер влетет в землянку, тяжело дыш, и змирет кк вкопнный, порженный кртиной, ккую не кждый день увидишь: комндир бригды в рубшке и брюкх, рзутый, сидит н полу. Рядом с ним собк. Генерл прижимет ее космтую голову к своей груди и говорит:

– Ты же см не знешь, ккой ты умный.

– Слушю, гржднин генерл.

– Это я не тебе. Слушй, немедленно вызови ко мне врч с бинтми и лекрствми, зместителя по техническому снбжению с бензиновым нсосом для тнк Т-34. Выведешь бронетрнспортер, дв легких тнк и дв отделения втомтчиков. Повтори, поручник.

Изумленный офицер повторил прикзние, которое, по его мнению, было одним из смых стрнных, ккие когд-либо отдвлись в рмии, приложил руку к козырьку и пошел к дверям, но генерл вернул его:

– Погоди. Пусть сюд еще придет портной с иголкой, ниткми и куском брезент. Теперь все. Выполняй.

Неизвестно, о чем подумл дежурный офицер по штбу, услышв дополнительное укзние, но прикз он выполнил точно, и через пятндцть минут все было готово.

Весть о том, что собк Янек Кос прибежл к генерлу, что вызвны врч, техник и портной, облетел соседние землянки и в измененной форме дошл до втомтчиков, которые собрлись у тнков и бронетрнспортер. Прогоняя осттки сн, они мочили руки росой, протирли лиц и спорили между собой. Одни утверждли, что тнк Семенов не ншел окруженный бтльон и вернулся. Другие говорили, что все погибли, только одн собк уцелел и то остлсь без ушей и хвост, потому что их осколкми срезло.

Когд генерл выходил из землянки, ведя Шрик н поводке, нскоро связнном из нескольких солдтских ремешков, то встретил группу любопытных. Увидев комндир, они перестли шептться, змолчли. И только рдистк Лидк подошл к нему.

– Гржднин генерл…

– Д.

– Рзрешите узнть, что с экипжем поручник Семенов.

– Немного мне о них известно. Сейчс все не в моих рукх, в собчьих когтях.

Генерл отошел. А минуту спустя к передовой уже двиглся небольшой отряд: впереди и сзди шли низкие Т-70, облепленные деснтом втомтчиков, посредине – бронетрнспортер, в котором сидел комндир бригды, держ н коленях собку.

Шрик был недоволен: он же знл, что должен бежть обртно к Янеку, его почему-то не отпускли. Он коротко рычл, не двя себя глдить.

– Глупый, глупый умник, погоди. Тебе же ближе будет.

Отряд остновился н поляне, втомтчики цепью двинулись в лес, з ними комндир с собкой. Дошли до того мест, которое Черешняк нзывл тропинкой возле трех буков. Генерл присел н корточки, еще рз проверил, нсколько хорошо и крепко пригнн брезентовый мешок, не помешет ли бежть Шрику зшитый в него нсос. Зтем генерл отвязл поводок и подтолкнул Шрик сзди:

– Ищи, песик, ищи Янек.

Шрик и без этого знл, куд должен идти. Не только знл, но рвлся похвлиться своему хозяину, что ншел человек, которого должен был нйти. Почувствовв, что свободен, он выскочил н просеку и вместе со своей тенью, отбрсывемой при слбом свете месяц, вбежл в лес.

В штбной землянке гврдейской стрелковой дивизии было тихо. Толстое перекрытие из сосновых бревен в пять нктов, зсыпнное землей и обложенное дерном, зглушло звуки идущего нверху сржения. В просторном помещении вдоль стен стояли нры, посредине – длинный стол, звленный кртми. Н них крсным и синим крндшми был отмечен обстновк. Острые стрелки тк, круги и прямоугольники ртиллерийского огня обознчли плны комндир н новый день сржения, нчинвшийся через дв чс. С юг, от трех черных квдртиков, обознчющих дом Эвинув, через двойную синюю линию немецких окопов вел н север пунктирня стрелк, покзывя нпрвление, н котором предстояло пробивться из окружения бтльону кпитн Брнов. По обеим сторонм этой стрелки ртиллеристы нметили згрдительный огонь, чтобы прикрыть гврдейцев от удров во флнги.

Н крте стояли дв сткн из толстого зеленовтого стекл и нполовину опорожнення бутылк. Н трелкх пхл нрезння длинными полоскми свинин, пережрення с луком. Рядом в крышке котелк лежли куски черного хлеб.

– Ну что, пойдем посмотрим, – скзл комндир бригды.

– Лучше здесь, товрищ генерл, – ответил коренстый плотный офицер в форме полковник с гврдейским знчком н груди. – Сюд будут поступть донесения и по рдио, и по телефону. А тм нши нблюдтели высоко нд землей сделли гнездо вроде птичьего. Злезть трудно, упсть легко. К тому же немцы бьют шрпнелью, и будет глупо, если нс подстрелят, кк куропток. Н кой черт нм ткя смодеятельность.

Опять стло тихо. Может быть, потому, что взрывы снрядов здесь были еще едв слышны, генерл подумл о той, видимо, уже недлекой минуте, когд войн кончится и люди вернутся к своим обычным мирным знятиям. Этим, с фронт, будет труднее. Что из того, что прень умеет стрелять, что выбивет три десятки подряд, что не боится поднять голову под огнем. Когд придет время зубрить бином Ньютон и тригонометрические функции, когд нужно будет усвоить, что простейшие делятся н корненожки, инфузории и споровые, фронтовику придется труднее, чем другим. Интересно, будут ли люди помнить его боевые дел? Нпишет или рсскжет кто-нибудь о блестящей идее стрелк-рдист, о смелой и верной собке по имени Шрик?

Он поймл себя н суеверной мысли, что не стоит збегть вперед, что нельзя делить шкуру неубитого медведя. Кто знет, доберется ли Шрик до мест? В эту сторону он прокрлся срзу после сумерек, в темноте. Прибежл с рзорвнным ухом и рной н спине. Что с ним случилось? Не узнешь. А возврщться должен был при луне, нгруженный… Дже если он дойдет до мест, мехник поствит нсос и тнк сможет двигться, то один меткий выстрел может превртить мшину в фкел, четырех людей – в пепел. Ведь врг знет, что они прорвлись, и будет ждть их в зсде, поствит н их пути мины. Пробьются ли они через двойное кольцо окружения?

Комндир советской дивизии плеснул в сткны. Чокнулись, выпили, зкусили свининой.

– Может, пойдем посмотрим, – неуверенно предложил гврдии полковник. – Смому всегд лучше.

– Лучше, – с улыбкой в глзх соглсился генерл.

Об поднялись и по крутым ступенькм узкого проход стли поднимться вверх, держсь рукми з горбыли, которыми были укреплены стены. Свет сменился темнотой. Ничего не было видно, пок не миновли поворот и не вышли из-под блок. Вверху вырисовывлся прямоугольник неб с яркими звездми. По мере того кк они поднимлись по ступенькм, звезды угсли.

Чсовые у вход в землянку вытянулись. Три втомтчик с оружием низготовку двинулись з ними. До передовой было недлеко, сотня-другя метров.

Полковник вел узкой тропинкой. Под спогми ощущлсь глдкя, утоптння земля. По густым зрослям орешник вскрбклись н высотку. Здесь росли рядом четыре огромные сосны, к стволу одной из них был прикреплен приствня лестниц. Они нчли медленно поднимться нверх, осторожно ствя ноги н переклдины.

Взобрвшись н помост, сколоченный из толстых жердей, об вздохнули с облегчением. Помост висел метрх в пятндцти нд землей; сверху и с боков его прикрывл мскировочня сетк, в которую рзведчики понтыкли свежие, еще пхнущие смолой ветки. Около стереотрубы сидели дв нблюдтеля и лейтеннт в очкх, ртиллерист. Зметив комндиров, он шгнул вперед и сделл знк рукой нблюдтелям, чтобы освободили место у стереотрубы.

– Не ндо, – остновил лейтеннт полковник. – Еще темно. Все рвно снчл услышим, уж потом увидим.

Нд лесом со стороны Вислы дул влжный и свежий ветерок. Нчинло сереть, н зпдной стороне неб все еще висел месяц, поэтому видимость был хорошя. В нескольких метрх под ними зеленели более низкие деревья; их пышные кроны обрзовли плотно соткнный ковер. Лишь отдельные сосны торчли выше. Н востоке кое-где поблескивл зеркльня глдь реки. Н юге, длеко в тылу противник, сверкнул огнем тяжеля бтрея, грохот злп донесся много времени спустя. Где-то совсем рядом, почти нд головой, нежно зпел птиц. Это было тк удивительно и неожиднно, что все посмотрели друг н друг и улыбнулись.

Генерл присел н низкий тбурет, оперся рукой о ствол дерев. Пльцы его нщупли кусок метлл с острыми рвными крями. Он выковырнул его из коры, взвесил н лдони и с жлостью подумл: «В этом лесу рненые деревья». Он жлел эти деревья, хотя приближлся день, когд (он это знл) ткие же осколки будут рнить солдт, снчл где-то здесь, недлеко, позднее, чс через три после рссвет, он см просит в тку н Студзянки роту тнков.

Он знл, что они пойдут, что их встретит огонь и они отступят. Это будет только рзведк, но тнкисты об этом не должны знть. Они должны удрить с верой в победу, смело вести мшины вперед. Инче противник почувствует, что это только рзведк боем, и не удстся нщупть его огневые точки. Может, придется потерять мшину-две, потерять людей… Будут потом возмущться: «Почему не всеми силми?..» Но для удр всеми силми время еще не пришло.

Генерл знл, что н него свлилсь огромня тяжесть ответственности, тяжесть людского стрх и отвги, устлости и боли. Ведь эти люди были кк бы его собственной рукой, которой он должен рзгрести пепел, чтобы нйти источник огня и погсить пожр. Он чувствовл себя устлым и стрым, много стрше своих лет. Держ в руке тяжелый осколок, он вспомнил, что в его собственном теле их было четырндцть, что врчи выковыривли их лнцетми, дв, что впились очень глубоко, оствили.

«Я кк это дерево», – улыбнулся он про себя.

– Не слышно, не видно, пор бы уже, – нрушил молчние комндир советской дивизии.

– Пор.

Небо н востоке порозовело и стло немного светлее. Теперь хорошо был видн Козеницкя пущ, протянувшяся с восток н зпд, испещрення н юге полянми, более мелкя и светля тм, где росли молодые рощи. Впереди, где просвечивл песок и остлись только островки лес, нходился окруженный бтльон. Тм црил тишин.

Прислушивясь к первым выстрелм, все молчли, но это молчние стновилось тягостным, и люди с ндеждой смотрели н ртиллерист в очкх, который, не отрывя глз от бинокля, взял телефонную трубку:

– «Слон-дв», перенести впрво пятндцть, зрядить, доложить.

Это звучло кк попрвк, кк перенесение згрдительного огня еще до первого выстрел, поэтому генерл спросил:

– Видите их?

Лейтеннт не успел ответить – в низком перелеске, нмного ближе, чем они предполгли, рссыплсь вдруг цепь вспышек. Они ложились ровно, кк по линейке. Секундой позже донесся ровный, сухой треск, кк будто кто-то бросил в окно горсть грвия, потом еще рз, еще и еще…

Полковник схвтил генерл з руку и почему-то шепотом рдостно скзл:

– Бьют злпми.

– А тнк не слышно.

Артиллерист подл комнду:

– Первое, огонь!

Они не увидели вспышки, но услышли, что сзди высоко просвистел снряд, выпущенный из губицы. Огненный фонтн рзрыв взметнулся првее пробивющегося бтльон.

– Бтрея, по три н орудие, беглым – огонь!

Снряды полетели стями, удрили в лес – тм выросл отвесня стен пыли, прорезння крсными полосми огня.

Но вот нконец генерл услышл хрктерный грохот тнковой пушки и улыбнулся: «Дошел Шрик!..»

Гремели злпы, в перерывх между ними трещли пулеметы, ритмично били семидесятишестимиллиметровки – полевые и тнковя. Грохот и вспышки, которые стновились все бледнее в свете нступющего дня, рвномерно и неуклонно двиглись в сторону нблюдтельного пункт. Зстигнутые врсплох, немцы стреляли редко и бесприцельно, видно, боялись попсть в своих.

Тем временем бтльон исчез, скрытый кронми высоких деревьев, вскоре стрельб утихл и только мерный рев мотор рзносился нд росистой трвой.

Из-з горизонт покзлся полукруглый крешек солнц, и в это же время н широкую поляну, рсположенную внизу, левее от них, выбежли бойцы. Следом выехл повозк, зпряження прой лошдей, з повозкой выктился окруженный цепочкой гврдейцев тнк; н стльном тросе он тщил з собой пушку. Генерл увидел около смого тнк высокого, широкоплечего солдт с копной светлых волос. Рядом с ним шел седовлсый мужчин в изорвнном пиджке. Генерл узнл в нем Черешняк и, хлопнув рукой по колену, покзл н него стоящему рядом полковнику.

Те, внизу, двиглись еще силой рзбег – строем, ощетинившись оружием, с широко открытыми, словно в крике, ртми. В ккой-то момент строй вдруг рссыплся, и бойцы окружили тнк. А когд из люков покзлись темные шлемы и комбинезоны, бойцы бросились к тнкистм, вытщили их з плечи из люков и стли подбрсывть вверх. До нблюдтельного пункт донеслось эхо рдостных возглсов.

– Вышли, – скзл полковник. – А были н волосок от смерти.

– Н собчий коготь, – попрвил его генерл и добвил: – Мне пор, еду под Студзянки. Присмотрите, полковник, чтоб ребят мне не помяли, и здержите их в своем штбе, пусть немного отдыштся…

Они пожли друг другу руки.

Генерл подошел к лестнице и нчл медленно спускться, с беспокойством прислушивясь, кк под тяжестью его тел поскрипывют переклдины. Спустившись ниже верхушек деревьев, он уже не мог видеть, кк кпитн Брнов подбежл к Еленю, который стоял ближе всех, поцеловл его в обе щеки и, скзв: «Спсибо, бртцы», осел н землю и зснул. Генерл не видел гврдейцев, которые, тесно окружив Шрик, протягивли руки, пытясь хотя бы дотронуться до него.

Когд генерл спрыгнул с последней переклдины н землю, один из втомтчиков, прикрыввших отход, приблизился к нему и доложил:

– Гржднин генерл, здесь вс ждет ккой-то человек.

– Кто ткой? – огляделся генерл.

В нескольких шгх от него стоял Черешняк, держ в левой руке винтовку. Лдонью првой руки он тер зросшую грязную щеку и в смущении бормотл:

– Это я, пн генерл. Нсчет этой бумги н лес…

15. «Рыжий»

Отбившийся от стд рненый кбн, зтрвленный собкми, борется, получет удры, см нносит их и, истекя кровью, все же остется грозным до последней минуты. Но когд ему удется избвиться от своих преследовтелей, обмнуть погоню и уйти в темные, сырые зросли лес, он опускет голову под тяжестью боли, ложится и злизывет рны.

Подобное произошло и с тнком поручник Семенов. Когд Шрик принес топливный нсос и мотор вскоре зрботл, всех охвтил рдость

– они снов могут сржться! И только прорвв двойное кольцо окружения и добрвшись до своих, они увидели, кк достлось мшине от удр тяжелой мины и взрыв связки грнт, брошенной под гусеницу: тнк ндо было основтельно ремонтировть.

Людям тоже достлось. Лишь после возврщения, уже среди своих, зметили, что у Еленя н шее сзди фиолетовые пятн – очевидно, лопнул кровеносный сосуд, когд он изо всех сил упирлся в зклинившийся люк. У Семенов н лбу появился шрм, хотя он и не помнил, когд и чем его здело. Скшвили хромл н левую ногу, которую он повредил под Эвинувом. Н Янеке не было никких видимых следов схвтки, но и у него ныло все тело и первый день он тоже едв держлся н ногх. Они лежли в трве около тнк, с ними – Шрик. У него кровоточило ухо и гноилсь огнестрельня рн н спине.

– Хотел с нми поменяться, – Семенов в третий рз возврщлся к той же теме. – Считл, что здние его слишком легкое. И вот мы живы, тм весь экипж…

– Я видел между деревьями огонь, но не думл, что это они.

– Легкое здние, трудное здние, смерть всегд одн, – философски зметил Григорий. – Никогд не знешь, где с ней встретишься. Еще немного, и от нс бы дже мокрого мест не остлось. Немец стрелял, нш грнту в нс бросил. Спсибо, Шрик спс…

Янек молчл. Ему было тем тяжелее, что с смого нчл он не чувствовл симптии к хорунжему Зенеку. Кого нм больше жль? Тех, кого больше любим, или тех, кого не бловли своими чувствми?

Улыбки и шутки покинули экипж. Однко молодость победил. Выспвшись в первую ночь, прошедшую срвнительно спокойно, тнкисты почувствовли прилив сил и взялись з рботу, горя желнием побыстрее привести мшину в порядок. О себе они зботились меньше всего – кончилось тем, что они сбросили повязки, которые нложил им снитр. И только з Шриком следили все четверо. Он ходил с двумя повязкми, приклеенными плстырем к шерсти.

Утром третьего дня все было почти готово. Все, кроме Янек, знялись проверкой мехнизмов. А он чуть свет отпрвился под Острув н склды бригды, откуд должен был принести рдиостнцию, потому что стря окончтельно вышл из строя. Шрик, конечно, побежл з хозяином.

Прождть пришлось дольше, чем Кос предполгл. Снчл не было техников, которые уехли н передовую ремонтировть поврежденные тнки и вытскивть с поля боя рзбитые мшины, потом ему пришлось ждть лмпу, з которой послли н другой берег Вислы. Не имея возможности кк-нибудь ускорить все это, Янек походил немного вокруг штб и дже спросил о Лидке, но ему ответили, что он дежурил всю ночь, сейчс спит и будить ее не стоит.

Он, впрочем, и не нстивл н этом, потому что и см не знл точно, чего он хочет: сообщить ей о смерти хорунжего Зенек или просто увидеть, кк он выглядит, узнть, о чем думет. Штбные писри приглсили его вместе с Шриком н кухню, угостили обедом и нчли рсспршивть, кк тнкисты были в зсде, кк ходили н помощь окруженному бтльону, кк собк отнесл зписку и вернулсь с топливным нсосом.

Солнце стояло почти в зените, когд после нескольких проб прием и передчи Янек смог нконец уложить рдиостнцию в вещмешок и отпрвиться в обртный путь. Зной донимл с смого утр, но только теперь, выйдя в поле, Янек почувствовл, ккя сейчс невыносимя жр. Нд землей стоял зпх гри, в воздухе висел тонкя пыль; кзлось, что воздух обжигет кожу, что с кждым вдохом легкие нкляются все больше и больше.

Янек зктл рукв комбинезон выше локтей, рсстегнул ворот. В руке он нес винтовку «музер» с оптическим прицелом, которую подрил ему н прощние светловолосый гврдеец из бтльон кпитн Брнов.

Друзья сибиряк удивлялись: «Столько времени ты ее искл, теперь отдешь. Он нужн тебе, не ему». Немногословный солдт произнес тогд длинную речь: «Ценность подрк измеряется тем, нсколько он дорог тому, кто дрит. Иногд кусок хлеб знчит больше, чем чсы от нчльств. Я не хочу, чтобы единственным воспоминнием поляков обо мне был бы рзбитя гусениц. Я дрю то, что у меня есть и что считю ценным». Цену винтовке придвли нсечки, сделнные перочинным ножом н приклде. Было их девять. Ознчли они меткие выстрелы, произведенные сибиряком в окружении под Эвинувом.

Янек шел по полю, неся винтовку стволом вниз, кк охотничий штуцер. З спиной его тяжело дышл Шрик. Где-то впереди изредк рвлись мины и снряды. Бой утихл: немцм уже недоствло силы, чтобы рвться вперед, нши удры еще не нбрли этой силы. По звукм можно было судить, что это, скорее, обмен выстрелми, может быть, рзведк, но никк не тк. Кос дже немного удивился, потому что знл, что всю бригду перепрвили н зпдный берег, что еще со вчершнего дня иницитив нходится в нших рукх и что сржение идет уже зпднее Студзянок. Вчер оно было все-тки куд более ожесточенным и вот лишь сегодня, в воскресенье, утихло.

Янек спокойно миновл поле, вошел в лес, но и здесь, несмотря н тень, не было прохлдней. Тропинк петлял между деревьями, по смой опушке бор; с првой стороны между стволми виднелось широкое открытое прострнство, слегк поднимющееся вверх. Чернели оствленные в беспорядке рзбитые и сгоревшие мшины – то ли свои, то ли немецкие, издли не рзберешь.

Н середине склон зеленел островок деревьев вокруг трубы кирпичного звод. Эт труб двно служил мишенью для ртиллеристов и был пробит в нескольких местх, верхушк ее рзвлилсь, но, несмотря н это, труб еще держлсь. У горизонт, вдоль дороги, росли тополя, выстроившись двумя ровными шеренгми, слев, н фоне сосен, белели березы. Около сгоревшей лесной сторожки, где земля был изрыт окопми, выделялся темный ряд елей.

Тропинк, по которой шел Янек, изгиблсь дугой вдоль отступющего кря лес, но Янек знл, что потом он опять побежит в прежнем нпрвлении, и, желя сокртить дорогу, пошел нпрямик через поле. Все рвно, что тм, что здесь, было одинково жрко. Снчл Янек никого не встретил, но, когд он вышел н открытое прострнство и зшгл вдоль межи, огибя кусты чертополох, он услышл, кк кто-то из лесу крикнул высоким голосом:

– Млдший сержнт!

Он не обртил внимния н этот крик и продолжл шгть. Только Шрик нвострил уши и повернулся в ту сторону, откуд долетел голос.

– Янек! – снов окликнул его кто-то.

Янек повернул голову и с левой стороны в кустх рзглядел знкомую фигуру рыжей снитрки из роты Черноусов. Он еще что-то крикнул ему и змхл рукой. Янек обрдовлся, кивнул, что сейчс подойдет к ней, но он, видно, не понял, потому что выбежл из кустов и взволновнно змхл рукми, покзывя, чтобы он вернулся в лес. Шрик бежл к ней прямо по пшне, поднимя лпми пыль.

Янек ускорил шги. Внезпно прозвучл винтовочный выстрел. Девушк упл, – нверное, хотел укрыться. Нет, не поэтому. Кск с ее головы уктилсь в борозду, обнжив волосы цвет свежеочищенного кштн. Прежде чем Янек понял, что случилось, ноги сми понесли его к ней. Он бежл длинными прыжкми, споткнулся н вспхнном поле, и в эту смую минуту прямо нд его головой рздлся короткий свист.

Тут было не до шуток. Янек понял, что это не случйный выстрел, что он имеет дело со снйпером, укрывшимся в зсде. Сделв еще дв прыжк, Янек упл в борозду и прижлся головой к земле. От бег у него бешено колотилось сердце, он тяжело дышл, со лб стекли кпли пот. Ему хотелось сейчс же вскочить, броситься к девушке, но он подвил это бессмысленное желние, тк кк понял, что помочь ей может только живой. В открытом поле пуля быстрее человек.

Стрясь не отрывть тел от земли, он отстегнул лямки вещмешк и, оствив его в борозде, пополз к меже. Тм он почувствовл себя свободней. Зросшя трвой узкя полоск земли, рзделяющя поля, был глубоко вспхн и хорошо скрывл его от противник. Меж был покрыт спутнной шевелюрой подсохшей, но высокой трвы с кустми чертополох. Янек слегк приподнял голову и примерно в десяти метрх увидел впереди кмень.

Это был большой влун, позеленевший от мох; отколотый бок его крснел грнитом. Он лежл здесь, вросший в землю, с незпмятных времен, когд принесли его в Польшу скндинвские ледники. Янек решил сделть его своей крепостью. Он быстро подполз к влуну. С жлостью подумл, кк пригодилсь бы ему сперня лоптк. Снйпер был где-то спрв от него, и, чтобы повернуться в его сторону, Янеку приходилось теперь рукми рзгребть землю, пльцми рыть себе окоп. Если бы у него были хоть когти, кк у Шрик… Кстти, куд он делся?

Однко думть о собке не было времени. Минуты бежли одн з другой, н рсстоянии около ст метров лежл в борозде рнення пулей девушк с рыжими волосми. Ему хотелось хотя бы взглянуть в ее сторону, но он сдержл себя и, зкусив губы, скрючившись, знял позицию. Медленно высунул ствол винтовки между трвой и чертополохом, ногми рздвинул песок и осторожно выглянул из-з стеблей. Холм был пуст, безлюден, ничто н нем не изменилось.

Из-з пояс он вытщил охотничий нож с длинным узким лезвием и, ндев н него шлемофон, нчл поднимть его нд кмнем осторожно, снтиметр з снтиметром, чтобы слишком поспешным движением не выдть свою хитрость. Когд темный верх шлем поднялся снтиметр н дв, снйпер поплся н удочку – прогремел выстрел.

Янек почувствовл боль в щеке – в нее попли мелкие осколки грнит. От удр пули шлем упл н землю. Однко все было нпрсно – вспышки выстрел он не увидел. Солнце стояло в зените, но склонилось чуть-чуть к югу и поэтому слепило глз. Контуры деревьев н опушке лес были черными. Ему покзлось, что звук шел с той стороны, где н ллее, ведущей к сгоревшей лесной сторожке, росл ель, возле нее – берез и две сосны. Но определение нпрвления мло что дло: он не узнл, где укрылся снйпер.

Янек еще рз повторил свой мневр – снов прогремел выстрел, но н этот рз пуля был послн не в шлем. Он высекл искры из кмня с другой стороны, поднял небольшое облчко сухого песк. Янек припл головой к борозде и почувствовл, кк вдоль спины потекл струйк холодного пот. Стрх схвтил его з горло.

Его противник был опытным снйпером. Поняв, что появление кски – только уловк, он выстрелил чуть левее кмня. Если бы он выстрелил не с левой, с првой стороны влун…

Кос почувствовл, что ствол нпрвлен прямо в его укрытие. Сейчс он был совершенно беспомощен. Невидимый врг открыл его местонхождение, не выдв своего. Янек не знл, что ему делть. Он мог ползти по борозде до смого лес. Н это ушло бы не меньше четверти чс, но ведь речь идет не о нем. Н поле лежит Мруся, рнення в тот момент, когд хотел предостеречь его…

Вдруг с той стороны, откуд летели пули, донесся длекий собчий лй. В первую минуту Янек подумл, что ему это покзлось, но собк злял опять. Янек отполз н полметр впрво от влун и осторожно выглянул. Солнце, которое до сих пор мешло ему, теперь помогло. Он ясно увидел темный силуэт Шрик, который, укрывшись з стволом сосны и подняв вверх морду, лял н березу.

«Песик!» – с нежностью подумл Янек.

В кроне березы что-то змячило, дрогнули ветви. Янек приник к приклду, взглянул в прицел. Линзы приблизили дерево, позволили рссмотреть очертния человек, спрятвшегося в листве. Янек сделл вдох и, поймв цель в перекрестье, медленно нжл н спуск.

Рздлся выстрел. Шрик перестл лять. Мгновение все было спокойно, и Янек хотел уже спрятть голову, когд в листве что-то блеснуло. Здевя з толстые ветки, упл винтовк, зцепилсь ремнем и повисл н нижнем суку. Зтем вверху зтрепетл тень и свлилсь вниз н землю.

Янек вскочил, схвтил вещмешок с рдиостнцией и в несколько прыжков окзлся около девушки. Он покзлсь ему меньше, чем в тот рз, когд приносил термос в зсду. Мруся лежл н боку, вытянув перед собой руки и склонив голову н грудь.

Янек поднял ее и большими шгми пошел в сторону лес. Пок шел по полю, он все время чувствовл н спине чужой взгляд, ему кзлось, что кто-то целится в него и в любое мгновение он услышит звук выстрел и почувствует удр.

Однко все было тихо. Он вошел в лес и, укрывшись в тени, положил девушку н трву. Только теперь он увидел, что ее гимнстерк нд првой ключицей был мокрой и черной от крови. Он рзрезл ткнь ножом, достл из крмн индивидульный пкет, рзорвл его и перевязл Мрусю.

– Больно, – прошептл он, открывя глз. – Это ты, Янек? Хорошо, что он в тебя не попл.

– Зчем ты выбежл?

– Я знл, что он стреляет. Убил бы тебя. Жлко ткого млдшего сержнт. Кк это по-польски? Кпрл?.. – прерывисто и с трудом дыш говорил он. – Кк ты меня вынес?

– Лучше не рзговривй. Нверное, легкое прострелено, – он прижл плец к губм. – Сейчс понесу тебя дльше, поищем перевязочный пункт.

Из кустов выскочил Шрик с небольшим куском ткни в зубх. Он сел н здние лпы и, црпя когтями по спогу Кос, поднял морду вверх. Янек взял у него из зубов бело-голубую повязку, н которой готическими буквми было нпечтно: «Гермн Геринг».

Мруся лежл н трве и молч нблюдл з всем этим. Только когд Янек повернулся к собке, он увидел: з спиной у него висит снйперскя винтовк.

– Ты его снял?

Янек кивнул головой.

– Вдвоем – я и Шрик. Если бы не он… Д ты не рзговривй, молчи.

Он нгнулся, поднял ее. Првую руку он осторожно прижл к себе, левой обнял его з шею. Через ткнь комбинезон, пхнущую мшинным мслом, он слышл, кк бьется его сердце.

– Куд несешь, длеко?

– Пок сил хвтит.

Из зрослей кустрник он вышел н лесную дорогу и остновился перевести дыхние. Ему повезло: со стороны передовой послышлся шум мотор и вскоре из-з поворот выскочил грузовик студебеккер. Мшин резко зтормозил около Янек, подняв клубы густой пыли. Из окн кбины выглянул Вихур, «король кзхстнских дорог».

– Кос, ты что тут делешь?

– Девушк рнен, снйпер в нее стрелял.

– Двй ее в кбину. Зходи с той стороны.

Вихур открыл дверцу, и Янек, взобрвшись н ступеньку, осторожно опустил Мрусю н сиденье, положив ее голову н колени шоферу.

– Побыстрее отвези ее в госпитль.

– Ясно, отвезу, но только с одним условием. Скжи мне нконец, что тм было в Сельцх, когд ты отремонтировл мшину.

– Не вляй дурк. Зткнул шрфом выхлопную трубу.

– А потом?

– А потом собк его вытщил.

– Черт возьми, ловкий фокус. Ну поеду дльше, опять з снрядми лечу.

Девушк прислушивлсь к рзговору н чужом языке. Он лежл, подогнув ноги, и несмело улыблсь Косу.

– Дй мне свою полевую почту.

Он поспешно нцрпл н листке бумги свой дрес и сунул ей в крмн брюк.

– Поезжйте же, ндо спешить.

– Я тебе нпишу. Ты ответишь?

Он кивнул головой, пожл ее руку и, соскочив с подножки, зхлопнул дверцу.

Студебеккер двинулся медленно, осторожно объезжя выбоины. Янек еще несколько минут смотрел н тучу пыли, которя тянулсь з ним, и подумл: «Ндо бы нписть Ефиму Семенычу, уже, нверно, дв месяц, кк последнее письмо отпрвил».

Он стоял н крю дороги и, глядя вслед грузовику, рдовлся не тому, что см уцелел, тому, что спс девушку и что он ему, возможно, нпишет. Солдт н фронте, у которого нет дом и который не получет писем, беднее других. В кждом солдте живет потребность в теплом слове, тоск по человеку, о котором можно было бы думть в трудные минуты.

Только сейчс Янек почувствовл, кк устл, и опустился н землю. Чтобы кк-то опрвдть свое бездействие, он нчл вырезть н приклде винтовки новую зрубку, похожую н предыдущие. Пересчитл их, дотргивясь до кждой пльцем. Всего их теперь было десять. Послюнявил большой плец, опустил его в пыль и змзл последнюю зрубку, чтобы он не выглядел ткой свежей и не отличлсь от других.

Шрик лежл рядом, открыв псть, тяжело дышл и с интересом нблюдл, что делет хозяин. Он нескзнно обрдовлся, когд Янек отложил в сторону винтовку и рсцеловл его кудлтую морду.

Потом они нконец собрлись. Янек збросил з спину вещмешок с рдиостнцией, и быстрым шгом, без всяких приключений об добрлись до своего тнк, стоявшего в лесу в окопе.

– Тебя только з смертью посылть, – проворчл Скшвили. – У нс уже все готово, тнк кк новый. Монтируй скорее свой ящик.

Густлик и Всилий сидели в стороне, шгх в двух, прислонившись спиной к стволу дерев. Янек только сейчс рссмотрел, кк они изменились з полдня, пок он их не видел. Они стли совсем другими людьми, не похожими н тех, которых он знл еще дв дня нзд. И не в том дело, что глз у них покрснели от пыли и огня, сми они похудели и осунулись. Ему трудно было объяснить, в чем зключлсь эт перемен. Может быть, появились ккие-то новые, мелкие, почти невидимые, но тем не менее крсноречивые морщинки. Жизнь оствляет свой след н лицх. А войн делет это особенно острым резцом. Кждый день сржения рвняется, пожлуй, многим неделям и дже месяцм мирной жизни.

Янек через люк мехник збрлся в мшину, сел н свое место и нчл укреплять рдиостнцию, Григорий, зглядывя внутрь, болтл:

– Знешь, здесь недлеко от нс снйпер стрелял. Дже втомтчики туд пошли. Искли, искли, д тк и не обнружили. Потом кто-то ему все-тки врезл, и он, кк дохля ворон, с дерев свлился. Принес бы свою рцию побыстрей, успел бы туд. Попробовл бы свою «трубку», что сибиряк подрил. А то тк без пользы тскешь туд-сюд.

– Ккую «трубку»? – спросил Янек, улыбясь про себя.

Он прекрсно знл, что именно тк нзывют солдты снйперские винтовки из-з оптического прицел. Его збвляло, что Григорий ни о чем не знет.

Скшвили не успел ответить. Подошел Семенов и, просунув в тнк приклд снйперской винтовки, спросил:

– Янек, тк это ты?

Кос достл из крмн бело-голубую повязку и протянул ее Всилию. Елень, который вместе с поручником подошел к тнку и сейчс тоже зглядывл внутрь, свистнул кк бы в подтверждение.

– Ну иди же сюд, – протянул руку Всилий. – Иди же, нгнись. – Он схвтил рукми голову Янек и поцеловл его.

– Очень просто, – нчл объяснять Янек. – Шрик его выследил. Побежл к дереву, где он сидел, и злял.

– Тк это двойной триумф. А почему ты не в нстроении?

– Снйпер Мрусю рнил. Помните, ту снитрку, Огоньком ее нзывют? Вихур повез ее в госпитль.

– Что ты говоришь! – огорчился Густлик. – Тяжело рнен?

– Тяжело.

– Выздоровеет. Ведь ее срзу повезли, доктор вылечт.

У Янек вдруг нвернулись слезы н глз. Увидев это, три приятеля отошли и нчли искть Шрик, чтобы вырзить ему свою блгодрность. Кос вытер тыльной стороной руки слезы. Зкончив монтж рдиостнции, он устновил связь с бригдой и, объяснив, что это только проверк, вылез из тнк.

– В порядке? – спросил Елень.

– Рботет. Сми знете, рция всегд в порядке, когд ее проверяешь. А вот когд связь нужно устновить – подводит.

Всилий сидел н борту тнк и, зпрокинув голову, смотрел в небо сквозь ветки деревьев.

– Изменится погод? – спросил его Янек.

– Нет, жр сохрнится. Д я не тучи ищу, думю о том, о чем мы с вми уже говорили: о нзвнии.

– Рз не хотите, чтобы нзывлся Гнедой, тк я н эти вши Буцефлы тоже не соглсен, – зявил Елень.

– И првильно, – подтвердил Всилий. – У нс в моторе лошдей целый тбун. Потом тнк – это куд больше, чем конь, что-то горздо более близкое. Это кк человек, кк товрищ… Нзовем его Рыжий.

– Это почему? – возмутился Елень. – Гнедой не хотите, Рыжий – хорошо?

– Я тебе объясню, – подмигнул ему Григорий. – Присмотрись: весь тнк от огня порыжел, стл кштнового цвет. Мрусей он не может нзывться, он ведь не девушк. Тк что Рыжий в смый рз.

Густлик посмотрел н Янек и хлопнул себя по лбу.

– Ясно, теперь все понял. Рз в честь той слвной девушки, пусть тк и будет. Соглсен.

16. Штурм

Вечером пришел связной из роты втомтчиков и в темноте провел их тнк н новую позицию.

Теперь они рсполглись в окопе, укрытом под высокими деревьями. Перед тнком тянулсь густя поросль низких, по грудь, молодых сосенок. В роще были позиции стрелковых подрзделений.

Ночь принесл с собой тишину; кзлось, сржение угсет. Нпоминли о нем лишь яркие ркеты, то и дело пускемые немцми. Ркеты вычерчивли в темном небе светлые дуги и пдли н землю, продолжя еще некоторое время тлеть в песке и н трве. Елень остлся в бшне, у перископ, остльные прикорнули внизу, н боеприпсх. Но не твердые ребр ящиков мешли тнкистм зснуть в эту ночь – н ткие пустяки никто не обрщл внимния. Сон не приходил, потому что все знли: звтр последний удр по Студзянкм.

– Кк это получется, что именно звтр? Об этом знет комндовние и штб, но меня интересует, почему комндир решил нступть не сегодня, не послезвтр, именно звтр.

В тнке было выключено освещение, не горел дже крохотня лмпочк, освещющя прицел, и Янек говорил в прострнство, не видя лиц друзей, лежщих рядом. Минуту длилось молчние, потом зговорил Скшвили:

– Я тебе тк скжу. К примеру, нпл н тебя кто-нибудь, удрил. Потемнело у тебя в глзх, едв н ногх удержлся, см уклоняешься от удров, отступешь, выжидешь, пок шуметь в голове перестнет. После, когд придешь в себя, нчинешь вокруг ходить, ждешь, когд он неосторожное движение сделет, откроется, – и тогд бьешь. Понял?

– А откуд известно, что они неосторожное движение сделют именно звтр?

Всилий не учствовл в рзговоре. В тнке воцрилсь тишин, снружи тоже было тихо. Дже пехот, укрытя в роще, прекртил стрельбу.

Прошло, нверное, с четверть чс. Ровное дыхние друзей усыпило и Янек. Неожиднно вдлеке, слев от тнк, вспыхнул ожесточення перестрелк, слышлись втомтные и пулеметные очереди, взрывы грнт, несколько рз отозвлись минометы, проктилось «ур», и вскоре все стихло.

Янек поднял голову, те двое тоже не спли. Густлик беспокойно ворочлся в бшне н месте комндир. Косу не хотелось первым спршивть, в чем дело.

– Тнкисты! – совсем близко рздлся голос. – Спите?

– Спим, – отозвлся Елень, открывя люк. У тнк стоял пехотинец. – Чего тебе?

– Слыхли стрельбу? Говорят, сейчс русские окружение змкнули. В темноте выбили немцев из лес, южнее.

Кроме телефонов и рдиостнций в кждой рмии существует еще один способ рспрострнения сведений, действующий не менее быстро, чем рдиоволны. Это солдтский телегрф. Сведения передются из уст в уст по фронту, переносятся с нблюдтельных пунктов н бтреи посыльными и водителями втомшин, доктывются с фронт в тыл и из тыл н фронт.

Бтльоны и полки, дивизии и корпус – это не просто людские мссы, скорее, это живые оргнизмы. Сосредоточение сил, оборон, нступление

– все это кк движение пльцев одной руки, и о том, кк с помощью нервов двигются пльцы, узнет все тело. И сейчс со скоростью электрического ток пронеслсь по фронту весть, что сомкнулось кольцо окружения и тнковый клин дивизии «Гермн Геринг» в мешке.

– Теперь понимешь, Янек? – спросил Семенов. – Если бы удрили вчер, или сегодня, или дже з несколько минут, гитлеровцы могли бы подтянуть резервы или отступить.

– Я ему рсскзывл, – вствил довольный Григорий, – если в шишку удришь обухом топор, то только ветк зкчется. Хочешь орех рзбить, бей его н чем-нибудь твердом. Вот и сейчс, когд они окружены…

Семенов встл, прикзл Еленю освободить бшню и ложиться спть. Янек и Григорий поднялись, чтобы зменить комндир, но он и слушть не хотел – отпрвил и их спть.

Друзья знли, что комндир сердится, когд долго нстивешь н своем, что спорить с ним можно до определенного момент, и послушно улеглись н ящикх.

Семенов открыл люк, посмотрел в небо, н котором виднелись мигющие звезды. Чтобы смягчить резкий тон прикз, шепотом скзл:

– Спите, ребят, звтр будет хорошя погод.

– Эй, вствйте!

Все быстро проснулись, не понимя, сколько спли – минуту или несколько чсов. Было еще темно. В открытом люке виднелся силуэт Семенов.

– Идите сюд!

Все рзом вскочили и протиснулись в бшню к комндиру.

– Подъехл втомшин, и кто-то спршивет о тнкистх. Может, нчльство?

Слышлись шги пробирющегося через зросли человек и треск ломющихся веток.

– Эй, есть кто-нибудь тм?

– А ты кто?

– Повр, не узнете?

– Бери првее…

Кпрл Лободзкий взобрлся н броню и приблизился к бшне. Он почти не изменился со времени их знкомств: чуть сутулый, с отвисшей н щекх кожей. Только кк будто немного похудел, может, это только кзлось ночью.

– А-, это вы – четыре непорочных тнкист и почитемя вми собк? Идите вон туд прямо и возьмите н кухне мясо, кофе и хлеб. Кофе можете нлить в термос, я тем временен посплю.

В тнке остлся Елень, остльные, зхвтив котелки, по очереди вылезли из тнк. Янек подсдил Шрик, см выбрлся последним. Повр остновил его з руку:

– Кос, я встретил Вихуру из колонны снбжения, он просил передть, что рненую девушку перевез н другой берег и передл доктору из снитрной мшины.

– Спсибо, что скзл.

– Не з что, – пожв плечми, ответил Лободзкий.

Кухню ншли без труд – их безошибочно привел Шрик. Между деревьями н узкой просеке стоял втомшин с прицепленными к ней двумя котлми. Из отбитой трубы струился дымок. Шофер спл н сиденье; дверц кбины был приоткрыт, и из нее высовывлсь голов с коротко остриженными волосми. Несмотря н темноту, можно было зметить веснушки, густо рссыпнные по всему лицу водителя. Скшвили хотел рзбудить его, но Семенов остновил Григория.

– Пусть поспит.

Они нпились горьковтого пшеничного кофе, положили в дв котелк вреное мясо, под брезентом ншли хлеб. Когд вернулись к тнку, повр спл н броне, под головой лежл свернутя подстилк Шрик.

– Подложил ему, чтобы шишку не нбил, – объяснил Елень. – Тк спит, что будить жлко. Только снчл все мть звл.

Григорий побрызгл ему в лицо водой. Повр вскочил, протер глз и, полусонный, зговорил:

– Днем врю, ночью рзвожу…

Потом спрыгнул с тнк и пошел к густому сосняку.

– Подожди, – позвл Янек. – Иди з собкой, он покжет. Шрик, отведи его н кухню!

Они исчезли в темноте, через минуту тнкисты услышли урчние зпускемого мотор. Овчрк вернулсь, весело помхивя хвостом, с большим куском сырого мяс в зубх.

До рссвет оствлось мло времени, но общими усилиями они уговорили Семенов лечь спть, сми втроем рзместились в бшне. Елень доедл с хлебом осттки мяс, Янек с Григорием шепотом рзговривли. Небо н горизонте посветлело. Звезды погсли, н броню легл рос…

Поручник перевернулся н другой бок, вздохнул и пробормотл что-то. Янек слез с сиденья, зглянул вниз и услышл шепот:

– Люб, я приду… Я сейчс…

Н дне тнк было темно, но в открытый люк мехник пдл серый столб свет, и от этого н лицо Всилия ложилсь светло-голубя тень. Янек смотрел н него, и комндир покзлся ему знчительно моложе, чем обычно. Кос подумл, что Семенов мог быть его стршим бртом. Стрший в экипже – еще не знчит взрослый.

– Что тм? – тихо спросил Григорий.

– Ничего, это он во сне рзговривет, – ответил Янек.

Где-то совсем рядом гулко удрил тнковя пушк. Эхо выстрел поктилось, вернулось обртно к лесу. Семенов открыл глз.

– Слышу, немцы оповестили о нчле дня. – Он сел и посмотрел н чсы. – Через четверть чс, Янек, ты должен быть у рции, пок, думю, ндо позвтркть. Нлейте кофе.

Съели по куску хлеб и, передвя из рук в руки котелок с кофе, осушили его до дн.

– Теперь по местм!

Окоп, в котором стоял тнк, был неглубокий, и бруствер не зслонял смотровые щели, но Григорий и Янек, нходившиеся н полметр под землей, видели только деревья рсположенной поблизости густой сосновой рощи.

Солнце выплыло из-з горизонт, и в его лучх Кос через прицел мог рзличить седые ниточки с висящими н них кпелькми росы. Мленький зеленый пучок бегл по ним и деловито плел сеть. Отдохнув з ночь, он рботл стртельно, не зня, что скоро этот стльной холм двинется с мест, сомнет сосенки и порвет путину. Косу стло жль труженик. Он дже решил выйти из мшины и перенести пук вместе с веткой куд-нибудь в сторону, но тут же подумл, что это не имеет смысл, тк кк они сми не знют, что с ними будет.

Возможно, именно сейчс, н рссвете, их выдл отрженный от брони луч солнц и притившийся невдлеке «фердиннд» уже нвел свое орудие н цель. Возможно, в его ствол уже згнн восьмидесятивосьмимиллиметровый снряд, и стоит только слегк нжть…

Нет, ничего подобного не случится. Тнк хорошо змскировн, солнце светит с ншей стороны. Другое дело тнки, которые стоят с той стороны деревушки и будут тковть с зпд. Их может выдть открытый перископ.

В нушникх рздлся свист и вскоре послышлся голос:

– «Грб», «Дуб», «Бук», «Сосн», «Ель», «Лиственниц»! Я – «Висл», я – «Висл». Доложите, кк слышите. Прием.

Это был Лидк. Говорил он сонным голосом, словно всего минуту нзд крепко спл.

– «Висл», я – «Ель»! Вс слышу. Прием.

– Я – «Дуб»! Вс слышу…

Роты доклдывли по очереди, кзлось, спокойно, может, несколько бодрее, чем обычно. Янек подождл и доложил последним:

– «Висл», я – «Грб». Слышу вс хорошо. Прием.

Он не скзл «Грб-один», нзвл позывной всего взвод, несмотря н то что от взвод остлся один тнк. Хорунжий Зенек со своим экипжем погиб, когд вызвл н себя огонь, прикрывя их прорыв к окруженному бтльону. Погиб рньше, чем успел свриться бульон из курицы, поймнной его мехником. А н другой день третий тнк получил прямое попдние в мотор. Его вывезли тягчом, и сейчс он стоял у штб кк неподвижня огневя точк.

– Я – «Висл». Слышу всех. Тебя, «Грб», тоже.

Янек не знл, кк понимть ее последние слов: то ли это знк особой симптии, то ли нсмешк. Здетый, он недовольно повел плечми и тут же рдостно подумл, кк просто и естественно звязлось его новое знкомство.

«Если уцелею в бою, то через несколько дней получу письмо из госпитля. Тогд нпишу ей, что нш тнк нзывется „Рыжий“. И еще нпишу: „Это по цвету твоих, Мруся, волос…“

Зговорил ртиллерия. Выстрелов не было слышно, снряды не свистели нд головой. Нверное, стреляли с той стороны, с зпд. Об этом можно было только догдывться – Янеку мешли видеть росшие впереди молодые сосенки.

– Бьют по фольврку, – зметил Семенов. – Нверно, теперь уже недолго…

Из бшни тнк н рсстоянии не меньше полукилометр был виден огромный мссив кменных здний, нполовину рзрушенных, с темными провлми вместо окон.

В створе между двумя домми можно было рзглядеть чсть двор; спрв – вымощенную булыжником дорогу, немного ближе – редкий сд с яблонями, под которыми стояло несколько рзноцветных ульев. Вокруг дворовых построек и срев вздымлись столбы пыли от взрывов, снрядом сорвло мскировку с орудия, стоявшего у дороги.

Всилий поймл орудие в прицел, но выстрел не сделл.

– Сигнл еще нет? – спросил он у Кос.

– Молчт.

Вдлеке, из-з фольврк, с той стороны, где з сгоревшей деревней простирлся лес, послышлись гул моторов и выстрелы тнковых пушек. Семенов решил, что именно тм должен нходиться комндир и что поэтому прикз тковть был передн условным сигнлом, не по рдио. «Они пошли, нс оствили в зсде, – подумл он. – Солнце с тыл, немцы нс не обнружт».

С юг н небольшой высоте появилось звено смолетов. Приближясь к фольврку, смолеты изменили строй: теперь они летели один з другим, словно ннизнные н нитку. Ведущий вошел в пике и сбросил бомбы. Зтем он снов взмыл в небо, второй нчл тку. С земли рвнулись вверх высокие столбы песк, обломки бревен и кирпичей.

– Что тм делется? – збеспокоился Скшвили.

– «Юнкерсы» врубют ншим, – объяснил Елень. – Ой, гляди-к, хлуп двинулсь.

– Вижу, следи з ней, зпомни, где остновится, – ответил Семенов.

– Удрим?

Всилий не ответил. Спокойным движением он перевел ствол и поймл в прицел двигющуюся крышу. Нетрудно было догдться, что случилось. Тнк, змскировнный в доме, двинулся и потщил н себе крышу и уцелевшие стены. Цель легко можно было уничтожить, но в этом случе пришлось бы обнружить себя.

Смолеты сбросили бомбы и теперь прошивли лес з деревней длинными очередями из пулеметов и пушек. Потоки пуль и снрядов неслись к земле, тучи пыли, поднятые рзрывми бомб, медленно клубились в воздухе. От одной мысли, что все это происходит совсем рядом, н рсстоянии не более полутор километров, по спине збегли муршки.

С восток, нд притившимися тнкми, пронеслись две пры истребителей. Внезпно «юнкерсы» прервли тку и нчли рзлетться в рзные стороны. Последний смолет зметил опсность слишком поздно и не успел ретировться. Прошитый очередью, он вспыхнул и упл в лес.

Истребители исчезли, преследуя немцев, и небо вновь стло пустынным. Из-з фольврк слышлись выстрелы немецких тнков д тявкнье минометов. Снряды рвлись з деревней, здесь, н опушке лес, было тихо и спокойно.

– Отбили? – спросил Скшвили.

– Отбили.

– А мы сидим здесь и ничего не делем… – збеспокоился Янек.

– См ведь спршивл ночью, – повернулся Семенов к Косу, – откуд узнем, что противник сделет неосторожное движение. Тк вот, он должен его сделть. Вот и ждем, когд он просчитется.

В тнке н некоторое время воцрилсь тишин. Под броней стновилось душно… Небо, видное в смотровые щели, побледнело, предвещя зной. Шрик, невшись свежего мяс, спл. Елень, привыкший философски оценивть события и ничему не удивляться, тоже здремл, клюнул носом, стукнулся головой о броню, проснулся и зевнул. Янек вынул из пулемет зтвор, осмотрел его, сдул невидимую пыль и поствил н место.

Кждый по-своему переносил тягостное ожидние. Если бы они с утр пошли в бой, не было бы времени н рздумья. Теперь же, когд стло известно о безуспешной тке роты, знимвшей позиции н противоположной окрине деревни, вообржение рисовло им невеселую кртину: сожженные тнки, убитые осколкми снрядов люди. В тикньи тнковых чсов, в легком шелесте ветр, в уплывющих минутх – во всем был рстворен стрх. Григорий потянулся к огнетушителю и, едв дотронувшись до него, отвел руку. Потом стл было нпевть, но тут же умолк. Проверил змок люк, поглдил броню.

– Молодец, «Рыжий», – прошептл он и громко добвил: – Всилий, видно что-нибудь?

– Когд будет видно, скжу.

Между строениями фольврк через нервные промежутки времени несколько рз охнули минометы, веером рзбросв мины по лесу. Семенов видел, кк, сменяя позицию, рсчет переносит стереотрубу, устнвливет ее в окопчике у кции. Зметил место, где они укрылись, проверил, стоит ли у дороги орудие и немецкий тнк, змскировнный крышей дом.

– Ничего существенного. Фрицы нервничют немного.

Снов зговорил советскя губичня бтрея. Между деревьями всплеснулись фонтны взрывов, снряд рзвлил угол кменного сря. Внчле Семенов считл злпы, но быстро сбился – присоединились новые орудия и огонь усилился. Нконец ртиллерия смолкл. Были слышны лишь шум моторов з деревней д длинные пулеметные очереди.

Немцы, видимо, решили нчть контртку. Неожиднно, сбросив мскировку, из укрытия выползли дв, потом еще четыре тнк. Поднимя столбы пыли, они двинулись к перекрестку дорог. Семенов зкусил губу и убрл руку со спуск. Его тк и подмывло выпустить по немцм несколько снрядов. Тнки скрылись з домми, деревьями и з звесой пыли.

С юг, теперь уже н большей высоте, снов покзлись немецкие смолеты.

Всилий, усмехясь, следил з ними и в тот момент, когд они нчли менять порядок, готовясь перейти в пике и тковть, поднял руку.

– Янек, иди сюд, быстро.

Кос быстро проскользнул у основния орудия и встл в бшне рядом с комндиром.

– Посмотри в перископ. Видишь смолеты?

– Вижу.

– Внимние, сейчс нчнут бомбить, – быстро объяснял Всилий. – Нши провели ртиллерийскую подготовку, но в тку не пошли. Немцы же н всякий случй вызвли смолеты, но, видимо, не выдержли нпряжения и двинулись в контртку. Это и есть то смое неосторожное движение, о котором ты спршивл.

Зметив нд землей поднятые тнкми столбы пыли, немецкие летчики приняли их з объект тки. Смолеты с воем вошли в пике, сбрсывя одну з другой бомбы…

– Это они в своих? – спросил Кос.

– По своим лупят, – рдовлся Елень, стоявший по другую сторону орудия.

Семенов толкнул Янек в спину:

– По местм! Густлик, зряжй осколочным. Янек, внимтельно слушй, ты, Григорий, зводи мотор и будь готов.

Уже пятый смолет выходил из пике, шестой стремительно шел в тку, когд в шлемофонх отозвлсь штбня рдиостнция.

– «Сосн», «Ель», «Лиственниц», внимние!.. Вперед!

Семенов знл, что через минуту последует комнд и его тнку. Спокойно нвел пушку н противотнковое орудие, стоящее у дороги. Было видно, кк к нему бегут немцы в пятнистых курткх и знимют позиции.

– «Дуб», «Бук», «Грб», внимние!..

Теперь мскировк был уже излишней, и, прежде чем послышлсь очередня комнд, рздлся выстрел… Сквозь оседющие облк дым и пыли стло видно звлившееся нбок орудие с торчщей кверху оторвнной трубой стнины. Мгновенно в прицел был поймн кция, с минуту Всилий отыскивл миномет и, не обнружив его, выпустил по дереву один з другим дв снряд. Сердце комндир рдостно збилось, когд внезпно вверх высоко взметнулся гейзер рзрыв.

– Боеприпсы рвнули, – прошептл он и громко добвил: – Противотнковым зряжй!

– «Дуб», «Бук», «Грб», внимние! – повторил бригдня рдиостнция, и вот долгождння комнд: – Вперед!

– Мехник, стоп! – остновил Всилий Григория, который уже выжл сцепление и включил скорость.

Семенов рзвернул ствол в ту сторону, где зметил двигющуюся крышу, секунду отыскивл ее и нконец увидел, что он еще движется, пытясь знять позицию возле построек фольврк. Всилий нвел пушку в смый центр соломенной крыши и выстрелил. Крыш дрогнул, сдвинулсь в сторону, и из-под нее, кк рненый зверь, выполз огромный «фердиннд». Смоходк, пятясь, рзворчивлсь.

– Подклиберным зряжй!

– Готово!

Всилий стртельно высчитл попрвку, и кк рз в этот момент «фердиннд» остновился н несколько секунд. Поручник воспользовлся этим и всдил снряд прямо в бшню вржеской мшины. Не дожидясь результт выстрел, скомндовл:

– Мехник, вперед! Полный гз!

Тнк рвнулся с мест, кк резвя лошдь, зстоявшяся в конюшне. Они скорее выскочили, чем выехли, из окоп и двинулись н фольврк.

– Янек, бей по мбрзурм и окнм!

Кос прильнул к прицелу. Некоторое время в нем мелькли зеленые иглы сосен д верхушки подминемых тнком низких деревьев, но вот в прицеле посветлело – тнк въехл в сд. Через смотровую щель Янек увидел, кк промелькнули несущиеся вперед соседние тнки и между яблонями, з псекой, покзлся дом, чернеющий провлми выбитых окон. В глубине его, кк глз кошек в темном подвле, сверкнули искорки пулеметных очередей, Янек тут же открыл по ним огонь и подвил пулеметы противник, столь опсные для движущейся з тнкми пехоты. Зтем он «обрботл» дв окоп и пролом в стене у смой земли. Но вот тнк немного свернул в сторону и между двумя строениями въехл во двор фольврк. Из-з угл выскочил немецкий солдт с фустптроном. Короткой очередью Кос уложил его. Пдя, немец успел нжть н спуск, и по вытоптнному двору фольврк, словно футбольный мяч, поктился снряд. Он взорвлся, удрившись о груду кмней.

Рядом с убитым немцем появился мчвшийся бронетрнспортер. Зметив тнк, водитель резко зтормозил и стл рзворчивть мшину, в это время, укрывшись з его броней, дв деснтник, в покрытых мскировочными сеткми кскх, строчили из пулемет. Рсстояние до бронетрнспортер было чересчур мло, чтобы порзить его выстрелом из орудия. Мгновенно оценив обстновку, Семенов прикзл мехнику:

– Трнь!

Скшвили дл гз, и тнк рвнулся н вржескую мшину. Отброшенный сильным толчком, бронетрнспортер, теряя колес, врезлся в кменную стену, тнк, вовремя зтормозив, остновился кк вкопнный, избежв в последнее мгновение столкновения со стеной.

Неожиднно спрв и слев появилось множество серых фигурок: бежли польские и советские солдты. Они стреляли очередями из втомтов, швыряли грнты в окн и двери домов, выводили из подвлов пленных. Отдельные группы немцев бежли в сторону лес. Янек знл, что тм они нверняк попдут в руки гврдейцев, змкнувших н опушке кольцо окружения.

Он поднял ствол своего ручного пулемет и, слегк нжимя н спуск, выпустил очередь нд их головой.

– Тт-т-тт, тт-тт-тт, т-т-т…

– Ты что это вытворяешь? – недовольно спросил Семенов.

– Свое имя выстукивю, – ответил он с улыбкой. – Ты же см еще в Сельцх говорил, что я должен нучиться.

Групп втомтчиков нпрвлялсь к их тнку, но неожиднно они повернули, кк-то стрнно змхли рукми нд головой и бросились врссыпную.

– Д свои же мы, чего боитесь? – с досдой проговорил Григорий и приоткрыл люк, чтобы остновить беглецов. Но едв он успел высунуть голову, кк тут же зхлопнул тяжелую крышку и рстерянно пробсил:

– Проклятя… И меня ншл…

– Что случилось?

– Д ужлил.

– Пуля? – збеспокоился Всилий.

– Ккя пуля? Пчел. Целый рой броню облепил.

Только теперь все почувствовли в тнке зпх мед.

Янек через прицел видел, кк во дворе фольврк обнимются и целуются польские и советские солдты, кк в одно место собирют пленных, взятых во время тки н фольврк, в другое сгоняют овец, нйденных в коровнике. А к их тнку ближе, чем н десять метров, никто не решлся подойти. Смельчки, рискнувшие приблизиться, поспешно удирли без оглядки.

– Что же теперь делть? – не выдержл Кос. – Сидим, кк в тюрьме. Ндо попробовть…

– И не думй, живым не выйдешь, – возрзил Елень. – Подождите, я, кжется, придумл…

Густлик нбросил куртку н голову, нтянул руквицы, быстро открыл люк и выскочил н броню. Люк зхлопнулся, но в тнк успели проскочить две обезумевшие пчелы. Они нчли сердито жужжть, угрожя тнкистм, но вскоре успокоились и збились в угол.

Между тем Елень достл лопту, притщил углей из пепелищ сгоревшего дом, сложил их возле тнк с нветренной стороны и стл брость в огонь охпки зеленой листвы. Густой дым окутл тнк, проникя через щели внутрь.

– Из боя вышли невредимыми, этот чертяк нс здушит, – зкшлялся Григорий.

От дым в тнке сделлось темно и душно. Нконец послышлись удры лопты о броню и голос Густлик:

– Вылезйте, теперь не покусют.

Быстро открыли люки. Первым выскочил Шрик, з ним – остльные члены экипж. Все зметили, что бок и првя гусениц тнк облеплены медом. Видимо, промчвшись через псеку, тнк рздвил улей. Шрик, морщ нос от дым, пристроился сбоку и стл слизывть с ведущих колес смешнную с пылью слдкую липкую мссу.

– Вижу, ты специлист, Густлик, – похвлил Еленя Семенов. – Хорошо бы снов зглянуть н псеку и зпстись медом. Можно бы и комндиру бригды подрок сделть.

– Д, неплохо бы. – Елень почесл зтылок. – Только бочоночек для этого нужен…

Регулировщики уже нпрвляли тнки н новые боевые позиции, отводя их з строения. Видимо, немецкое комндовние тоже получило донесение о случившемся и прикзло обстрелять фольврк. Первый снряд, прилетевший с южной стороны и удривший в стену дом, никого не рнил, д и воспринят он был дже с ккой-то тйной рдостью, словно подтверждение того, что фольврк и деревня Студзянки отбиты у врг.

17. Нгрд

Сржение не зкончилось зхвтом Студзянок. Через дв чс тнкисты двинулись лесом н юг и рсположились н позициях стрелковых подрзделений, н внешнем кольце окружения. Вечером они отрзили тку немецкой пехоты и тнков. Ночью их должны были сменить, но помешл противник, и только через сутки, рно утром, бригду отвели с передовой.

Солнце уже поднялось нд горизонтом, когд они проходили через место боя. Вокруг Студзянок, н рскинувшихся полях, рсположенных н возвышенности, нпоминющей перевернутый щит, стояли рзбитые бронетрнспортеры, тнки с обгоревшими бшнями, нпрвленными в землю стволми и рзорвнными гусеницми. Тнкисты рссмтривли их внимтельно: свои – с сожлением, фшистские – с ненвистью. Были здесь и угловтые средние тнки, и длинноствольные «пнтеры», и приземистые, тяжелые «тигры». Позднее предствители штбов устновили, что польскя бригд уничтожил сорок немецких тнков и смоходных орудий, своих потерял восемндцть.

Бригду отвели в большой лес в центре зхвченного плцдрм, в резерв 1-й рмии, соединения которой форсировли Вислу и зняли оборону н севере, вдоль речки Пилицы.

Под вечер в день уход с позиций, несмотря н то что бригд нходилсь в рдиусе действия тяжелой ртиллерии, немецкие смолеты шли широкими волнми по безоблчному небу, было объявлено общее построение.

Солнце уже склонялось к зпду, его косые лучи с трудом пробивлись сквозь кроны деревьев, тм, где сосны росли гуще, полутени лежли под стволми. Вдоль рядов, с првого флнг, шгл генерл, з ним – офицер штб и солдт со сбитым из двух досок подносом. Экипж «Рыжего» стоял н левом флнге. Чем ближе подходил генерл, тем отчетливее слышлся его голос:

– З героизм, проявленный в борьбе с немецкими оккупнтми, подпоручник Алексндр Мрчук нгрждется Крестом Хрбрых… Хорунжий Юзеф Чоп нгрждется Крестом Хрбрых… Кпрл Мрин Ббуля нгрждется Крестом Хрбрых…

Нконец генерл остновился перед экипжем «Рыжего».

– Комндир тнк поручник Всилий Семенов нгрждется Крестом Хрбрых… Нводчик кпрл Густв Елень, мехник-водитель плютоновый Григорий Скшвили, рдист кпрл Ян Кос нгрждются Крестом Хрбрых…

Кждый ответил: «Во слву Родины!» Всилий произнес это спокойно, Густлик – громко, Григорий – вдохновенно, Янек – несмело. Генерл брл кресты с деревянного поднос и прикреплял их к промсленным, грязным, пыльным комбинезонм. Кждому смотрел в глз, пожимл руку и, обняв, целовл в обе щеки. Потом вствл по стойке «смирно» и приклдывл руку к головному убору.

Янек получил нгрду последним. Генерл прикрепил крест, но продолжл стоять. Брови его нхмурились, и по всему было видно, что он чем-то недоволен.

– Непорядок у вс, – повернулся он в сторону Семенов. – Почему не весь экипж в строю?

Семенов, не веря ушм, осмотрел строй – все были н месте.

– Все в строю, товрищ генерл.

– Вижу только четверых, где собк?

– Шрик! – позвл Янек.

Овчрк, оствлення у тнк, скучл, не понимя, почему ей нельзя быть вместе со всеми. Зслышв голос хозяин, он стремглв примчлсь.

– Прикжи ему сесть.

– К ноге, Шрик! Сидеть!

– Повр ко мне! – прикзл генерл.

Между деревьями появился незнкомый экипжу солдт в белом фртуке и колпке. Он шел торжественно, неся перед собой большую фянсовую трелку с отбитым крем, н которой в несколько рядов лежл поджрення колбс. Генерл взял трелку и, присев н корточки, поствил перед собкой.

– Инче не можем тебя отблгодрить, – пояснил он не то себе, не то овчрке, не то экипжу.

Потом, повернувшись к Косу, вручил ему лтунную медль, вырезнную из ободк гильзы ртиллерийского снряд.

– Повесь ему н ошейник!

Янек прочитл тщтельно выцрпнную ндпись н медли: «Шрик – собк тнковой бригды».

– Ого! – прошептл Елень. – См генерл ему дл. А повр не зхотел идти, помощник с колбсой прислл.

Слов дресовлись соседям по шеренге, но генерл услышл и, посмотрев н Еленя, пояснил:

– Кпрл Лободзкий погиб. Снряд из «фердиннд» угодил в втомшину, когд он везл кухню; повр смертельно рнило осколком.

Елень опустил голову.

Генерл подумл, что тнкисты еще не знют всего и только по мере того, кк будут проходить дни, нчнут змечть отсутствующих в строю и поймут, что многих друзей они уже никогд не увидят. Сейчс только ему одному известно, что в окрестных лесх и полях выросло более семидесяти могильных холмиков и, нверное, их будет еще больше, потому что двести человек отвезли в госпитль. Не только живые получили кресты под Студзянкми…

– Гости прибыли, гржднин генерл, – доложил офицер из штб.

Рздлсь комнд: «Смирно! Рвнение нпрво!»

Генерлы из штб рмии приняли рпорт и вручили комндиру бригды крест Виртути Милитри.

Комндир вышел н середину поляны, поднял орден нд головой. Солнце блеснуло н вишневой эмли, оттенив яркие – черный и синий – цвет н ленте.

– Тнкисты! Не я, вы зслужили этот крест для своего комндир, для бригды…

После комнды «Рзойдись!» все бросились поздрвлять друг друг. Около нгржденных собирлись группы солдт: они пожимли руки, поздрвляли.

Лидк тоже пришл поздрвить. Н ней было чистое, выглженное обмундировние, волосы – пушистые, недвно вымытые. Он по очереди пожл руки членм экипж, Янек поздрвил последним.

– Не знл… Очень беспокоилсь з тебя, – нчл он. – Все рсскзывют, дже трудно поверить, что ты и твой экипж…

Янек слушл молч, глядя ей в глз.

– Говорят, вечером будут фильм покзывть. Приходи к рдиостнции, вместе пойдем.

Янек почему-то подумл о хорунжем Зенеке и посмотрел н друзей.

– Может, вместе придем, – скзл он нерешительно, – всем экипжем…

Вдруг он змолчл. Взгляд его был нпрвлен н Шрик, который сидел перед трелкой с поджренной колбсой и длинно зевл, втягивя воздух. Тонкя ниточк слюны стекл с его морды.

– Прости, совсем збыл, – извинился Янек перед девушкой и, подбежв к собке, произнес: – Ешь, Шрик, это тебе.

Криво усмехнувшись, Лидк резко повернулсь и ушл.

Шрик ел спокойно, с достоинством. Янек уселся возле него н трве. Он услышл, кк Григорий вполголос скзл Еленю:

– Хорошя девушк верит в джигит, и тогд джигит богтырские дел вершит. Плохя девушк не верит в джигит. Если он совершет геройский поступок, который все видят, он говорит: «Трудно поверить». Скжи см, рзве это хорошя девушк?

– Хочет вечером с ним покзться, ведь теперь у него Крест Хрбрых,

– добвил Густлик.

Кос отвернулся, сделв вид, что не слышит. Слов друзей его огорчили. Досдно, что они судчт об этом…

Когд все собрлись у тнк, солнце уже сдилось. Последние лучи его угсли. Григорий вытщил ящик с инструментом, снял с Шрик ошейник и с помощью нпильник и молотк прикрепил к нему лтунную медль с ндписью.

Собк, зинтересовння необычной детлью н ошейнике, пытлсь ухвтить зубми ремень. Скшвили оттлкивл ее то првой, то левой рукой и спокойно объяснял:

– Шрик, не мешй! Прочитть тебе, что тут нписно? Слушй: «Шрик

– собк тнковой бригды». Д перестнь ты, нконец. Медль тебе не дли, медли для людей. А это кк рз для тебя, с этим не пропдешь.

Янек отошел з тнк, осмотрелся и, убедившись, что никто не видит, снял с груди крест и приложил к броне:

– Тебе, «Рыжий», тоже полгется нгрд. Это ты нс прикрывл и вывозил…

Темнело. Небо н зпде стновилось холодным, темно-синим, и только н севере сохрнился зловещий бгровый отблеск. Семенов подошел к Янеку и покзл туд взглядом.

– Это от пожрищ, – проговорил он. – Город полыхет…

18. Мост

Когд косри убирют урожй и под звон кос шг з шгом продвигются вперед, устиля свой путь колосьями, есть в этом что-то нпоминющее нступющий фронт.

Когд же уствшие косри остнвливются перевести дух, смхнуть с лиц пот, нточить косы, это тоже похоже н фронт, готовящийся к новому нступлению.

В нчле вгуст советские рмии вышли к Висле, форсировли ее и вместе с польскими дивизиями перешли к обороне зхвченных плцдрмов, готовясь к новому нступлению.

Противник подтянул свежие дивизии из Голлндии, Бельгии, Итлии и бросил все силы, чтобы вернуть позиции н левом берегу реки. Но это ему не удлось, войск устояли в жестоком бою.

З спиной был рек со взорвнными мостми, выщербленные взрывми дороги, железнодорожные пути, н которых огромный стльной плуг войны вспорол полотно, изогнул рельсы. Все требовло восстновления и ремонт. Тысячи эшелонов со снрядми, горючим для втомшин, тнков и смолетов должны были пройти по дорогм к смой линия фронт.

Рядом, в столице Польши, в смом сердце стрны, пылл пожр восстния, притягивя взоры, сердц и мысли нрод. Кк только фронт нбрл силу, нчлось нступление. Первый удр был ннесен по 4-му тнковому корпусу СС, который оборонялся между Зпдным Бугом и Нревом южнее Прги, првобережной чсти Вршвы.

Вместе с советской 47-й рмией, нступющей с юг, пошл в нступление польскя 1-я пехотня дивизия имени Тдеуш Костюшко. Ее солдты освободили Анин и рвлись вперед через пригороды, сосновые лес н песке, штурмуя глубоко вкопнные в землю доты и блинджи. Тк дошли до Грохув и Утрты. В этих боях были рзбиты 73-я дивизия и 1131-я бригд гитлеровцев. Безуспешно пытлсь контртковть нши войск их 19-я тнковя дивизия.

Кк только обознчился успех нступления н пржском нпрвлении, было принято решение перебросить сюд всю польскую рмию. Советские гврдейцы нчли сменять польские дивизии н Пилице. Полки один з другим возврщлись н восточный берег Вислы к шоссе и нчинли форсировнный мрш н север. В числе вернувшихся з Вислу был и знкомя нм тнковя бригд. Тнки шли по местм, где в первых числх вгуст нчлось форсировние реки.

Проскочив через мост, тнки н большой скорости ночью вышли к Стр-Милосной. С возвышенности н горизонте были видны зрево и тяжелые клубы черного дым. Н рссвете тнкисты, всю ночь не смыквшие глз, нчли готовить тнки к бою, кк тогд, под Студзянкми.

«Рыжий» к тому времени изменил цвет и остлся рыжим только по нзвнию. Броню еще н плцдрме покрыли свежей крской, подпрвили орл н бшне. Глупый Шрик рзмзл ему првое крыло – толкнул мордой Янек, когд тот крсил.

Экипж Всилия весь день возился у тнк, проверял мехнизмы, зменял треснувшие звенья в гусеницх. Только вечером смертельно уствшие тнкисты прилегли у мшины, укрытой между деревьями Бврских лесов.

Семенов покзл н зпд, где небо нд деревьями было окутно клубми дым, и скзл:

– Это смя грозня из всех туч, ккие мне доводилось видеть.

Рядом сидел Шрик, хмурый и беспокойный, видимо, его дрзнил зпх дым и пожрищ.

– Кк думете, возьмем Вршву? – спросил Кос.

– Глупый вопрос, – зметил Григорий. – Рз сюд пришли, конечно, возьмем…

Он успел привыкнуть к мысли, что тм, где они появляются, побед остется з ними. И не было времени подумть, что тк могло быть не всегд.

– Я не совсем уверен, – покчл головой Семенов. – Еще ни один большой город, рсположенный з рекой, не удвлось брть с ходу. Всегд его снчл окружли. Вот если повстнцм удстся удержть плцдрм…

– Плцдрм или мост… – выскзлся Елень.

– С мостми ничего не получится, – продолжл Семенов. – Нверное, они уже двно зминировны. Вот если бы удлось прорвться тнкм с пехотой и зстичь их врсплох…

– Я «Рыжего» попрошу, поднжму н гз, он и проскочит, – скзл Скшвили и с улыбкой посмотрел н тнк.

С минуту продолжлось молчние: видимо, кждый думл о своем.

– Почему немецкие тнки тк воинственно нзывются: «пнтеры», «тигры»? А нши совсем просто: Т-34, Т-70? – спросил Янек.

– Ясное дело, – нчл было Григорий, но тут же умолк, зтем рстерянным тоном проговорил: – И в смом деле, почему?

Все посмотрели н поручник, он – н ребят.

– Мне кжется, что у всех фшистов войн в крови. Гитлер хочет прикрыть ярким нзвнием смертоносные орудия. Воспитывет у солдт желние убивть.

– Мы ведь тоже дли нзвние ншему тнку, – нсупил брови Кос.

Семенов посмотрел н Шрик, лсково потрепл его и скзл:

– Это же хорошо. Полюбили мы нш тнк, поэтому и имя ему дли. И несет он людям освобождение. Кончится войн, нступит мир, будет соглсие между людьми… Никто из нс не собирется всю жизнь воевть. Я опять зймусь метеорологией, Григорий – тркторми, Густлик – кузнечным делом, вот Янек…

– Кем бы мне быть? – рстерялся юнош.

– Ты был охотником, тигров выслеживл, теперь «тигры» поджигешь, но ведь еще молодой… Будешь учиться.

– Буду, только сперв отц ндо рзыскть.

Рзговор прервлся, минуту-две длилось молчние. Григорий толкнул Янек в бок.

– Гляди-к… К тебе, нверно?

По тропинке шл Лидк. Кивнув ребятм, уселсь рядом, одернув подол юбки н коленях.

– В штбе говорят, бой жркий идет, з кждый дом бьются…

– Бой в городе всегд трудный, – зметил Семенов.

– Нши, говорят, уже в Грохуве. Звтр с утр пойдете в нступление вместе с пехотой. Поосторожнее…

– Обязтельно будем осторожно… – зсмеялся Григорий. – Одн мм говорил летчику: «Летй, сынок, низко и не быстро».

– Лдно, хвтит нсмехться. Я-то зню, о чем вы думете, вот вм моих мыслей не угдть… Мне известно, где вы будете действовть, поэтому попросить вс хотел: н Виленьской, недлеко от вокзл, третий с кря – мой дом, желтый ткой, небольшой, до войны я в нем жил…

– Хочешь, чтобы посмотрели, н месте ли? – спросил Елень.

– Вот именно. Тм мой брт остлся, может, еще и сейчс живет. Мы с ммой уехли н восток, он остлся.

Девушк говорил тихо, лсково, не кк обычно. Янеку стло жль ее, и он дже подумл: зря они с ней тк неприветливо обошлись. Он протянул руку и коснулся ее лдони.

– Посмотрим, Лидк, и рсскжем. Если стоит твой дом, при доклде по рдио добвлю слово «в порядке». Понял?

– Спсибо, – поблгодрил девушк и протянул Всилию термос: – Воды вм принесл. Нверно, пить зхотите, кк под Студзянкми. С водой здесь трудно, нм все же легче – из колодц берем, мы ведь не н передовой…

Подрок ее зстл врсплох дже Всилия. Прошло несколько минут, прежде чем он догдлся поблгодрить. Остльные молчли, кк воды в рот нбрли. Лидк поглдил рстянувшегося Шрик, шепнул ему что-то н ухо, потом встл и громко скзл:

– Кжется, из всего экипж только он один меня и любит. Всего доброго, ребят, до встречи.

Экипж смотрел ей вслед, пок он не скрылсь з поворотом тропинки. Скшвили схвтился з голову и быстро зговорил:

– По-грузински читю, по-русски читю, по-польски почти все читю. Н глзх девушки ничего не могу прочитть!

– Не «н глзх», «по глзм» говорят, – попрвил его Елень. – Я тоже никк не возьму в толк. Рд он тебе, Янек, или нет?

– Отстнь, не время сейчс для тких рзговоров.

– Погдть бы: любит, не любит… Только не н чем, – улыбнулся Семенов, и внезпно его глз поголубели, лицо осветилось рдостью. Он повернулся к Янеку: – Говоришь, не время сейчс? Непрвд, смое время. Рзве мы воюем только из ненвисти? Нет, и из любви! Воюем з то, чтобы ребят с девушкми гуляли, любовлись крсивыми облкми… Ну вот, говорил вм, что я в первую очередь метеоролог. Опять об облкх зговорил…

Из глубины лес, где стояли змскировнные тнк, рздлся прерывистый вой сигнл.

– В мшину, ребят. Пор!

В сумерки лесом и полем, по бездорожью, потом мимо домишек солдты 2-го пехотного полк провели тнки в предместье Прги. Тм долго пришлось стоять. Пришли новые проводники. Теперь их путь пролегл по пологой железнодорожной нсыпи, спусклся вниз н вымощенные булыжником улицы, похожие н ущелья с высокими стеклми. Гусеницы грохотли по мостовой, рев мотор оглушл, грь и дым проникли в тнк; впереди виднелись отблески пожр. После нескольких поворотов тнкисты потеряли нпрвление и окзлись во дворе, вымощенном булыжником. Слев и спрв тянулись трехэтжные флигели, стоящее впереди здние прегрждло дорогу. Тнк остновился перед высокими воротми, через которые когд-то въезжли во двор груженные доверху телеги.

Проводник спрыгнул с тнк и пошел искть комндир. Через минуту со стороны ворот рздлся голос:

– Тнкисты, н совещние!

Елень и Шрик остлись в тнке, остльные вышли во двор, где их приветствовл высокий пехотный офицер. Крепко пожв им руки, он повел их к воротм. Двигясь почти н ощупь, свернули впрво и окзлись в сенях, оттуд, через деревянную дверь, прошли в комнту. Под спогми хрустело стекло. От покосившегося окн с висящей н одной петле рмой тянуло холодом.

– Осторожно, – предупредил офицер, – головы пригните.

Они подошли к подоконнику, н котором лежли мешки с песком. Офицер покзл Семенову н узкую щель бойницы:

– Смотрите.

Перед ними был площдь, огороження стенми домов. Крыши были сожжены, и вместо них торчли обгоревшие бревн, четко выделявшиеся н фоне бгрового неб.

– Готовы? – спросил офицер. – Теперь смотрите внимтельно. В доме нпротив, в подвле, бойницы. Сейчс похлопочу, чтобы они ожили.

Офицер свистнул, и по его знку с верхних этжей рздлись пулеметные очереди, вынудившие немцев открыть ответный огонь. По вспышкм тнкисты определили будущие цели. Когд все стихло, офицер уселся н полу и приглсил тнкистов сесть рядом.

– Нм нужно, чтобы вы н рссвете по сигнлу вышибли ворот и огнем из пушки уничтожили эти огневые точки. Тогд мы двинемся, вы нс поддержите, пойдете з нми.

– Зчем вышибть? Достточно немного приоткрыть, чтобы просунуть ствол, – скзл Семенов. – Постремся сделть все, что от нс звисит, кк вы двинетесь, то откроем ворот нстежь.

– Вы осторожные, – усмехнулся офицер.

– Мы-то осторожные, но глвное – здесь люди будут жить. Зчем же ворот ломть?

– Кк хотите, я соглсен.

Когд они вернулись во двор, то остновились в изумлении: весь тнк был облеплен людьми. Они сидели н броне, стояли вокруг.

– Кто ткие? – опросил Семенов.

– Местные жители, – ответил офицер. – Прямо слду с ними нет. Зчем же вы злезли н тнк? – крикнул он, повышя голос. – Просили ведь вс сидеть в подвлх.

– Мшину пришли посмотреть, пн поручник. Вот громдин…

– Мое почтение, пнове тнкисты. Пшепюрковского случйно не знете? Он с ншей улицы, невысокий, с короткими усикми, кк у Гитлер.

– С усикми?.. Нет, ткого не знем, – ответил с тнк Елень.

– Может, он сбрил их. Его фмилия Пшепюрковский. Не слыхли, пнове?

– К сожлению, нет.

Нрод окружил их со всех сторон: кто сигреты протягивл, кто предлгл зглянуть в дом н минутку – выпить.

Янек, ободренный сердечной встречей, спросил:

– Может, кто-нибудь о поручнике Стнислве Косе слыхл?

– Не-ет… А кто ткой? Земляк? Из Вршвы?

– Нет, из Гдньск. Вестерплятте зщищл.

– Вестерплятте! – повторило срзу несколько голосов.

Дородня женщин вздохнул и спросил:

– Вы не торопитесь? Хельця, рсскжи пнм стихотворение.

Люди отодвинулись, обрзовлся полукруг. Н середину вышл невысокя девочк лет восьми.

Лиц ее не было видно. Только светлое пятно коротко подстриженных волос д короткое плтьице выше колен выделялись в темноте. Ее не ндо было просить двжды. Стихи читлись, видимо, не первый рз, девочк вышл, с минуту постоял молч, собирясь с мыслями, и нчл:

Когд зполыхли дни, Огнем войны объяты, Шеренгми н небо шли Солдты Вестерплятте.

А лето было то из лет…

И прни эти пели:

«Эх! То не боль… Ее уж нет…»

И рны не болели.

«Легко нм в небес идти, Н рйские поляны…»

А н земле цвели цветы И пхло мятой пряно.

Где-то близко рздлсь втомтня очередь, потом вторя, рзорвлсь ручня грнт. Девочк словно не слышл, продолжл:

Мы встли в Гдньске грудь н грудь, Шля с пулями проклятья.

Теперь иной пред нми путь, Солдты Вестерплятте.

– Пн, он ккого-то тм втомт не боится, – объяснил громким шепотом мть, – ни от ккой бомбы не рсплчется.

И если остр твой слух и взгляд, Ты слышл нпряженный По тучм хмурым мерный шг Морского бтльон.

Янек слушл, и слезы нвертывлись н глз. Особенно потрясли Янек слов: «шеренгми н небо шл солдты Вестерплятте». Девочк кончил читть. Кругом зхлопли.

Кто-то, взяв мть под руку, похвлил девочку:

– Пнин Хельця если уж рсскжет, тк рсскжет.

Елень протянул из тнк что-то звернутое в бумгу. Скшвили взял и передл девочке сверток – дневную порцию схру всего экипж.

– Ну, лдно, кончйте спекткль, – говорил сердито офицер. – Рсходитесь по своим подвлм. Не мешйте.

– Хорошо, хорошо. Уходим.

Елень вспомнил о просьбе Лидки и, спрыгнув н мостовую, схвтил кого-то з рукв.

– Не знешь, стоит еще дом н Виленьской улице, третий от стнции, ткой небольшой, желтый?

– Дня дв нзд стоял. А что?

– Ничего. Девушк одн интересуется, просил узнть.

– У кого-нибудь ключ от ворот есть? – рсспршивл Янек по поручению Всилия.

– Пн Зюлко, пн Зюлко! – звли рсходящиеся по подвлм люди. – Войск ключ от ворот рзыскивют!.. Десятку, пн, ни з что зрботешь, ночь все-тки н дворе.

– Спеши, пн, то скоро светло стнет, тогд плкли твои денежки.

Ншелся пн Зюлко. Седой, согбенный человек быстро прошгл через двор.

– Рспхнем нстежь.

– А нм кк рз нстежь не ндо.

– Сделем, кк ндо.

Небо посветлело. У смой земли от дым и тумн было еще сумрчно. Быстро, один з другим, пересекли двор штурмовые группы и исчезли в доме. Худощвый подросток увязлся з одной группой и упршивл:

– Дй, пн солдт, помогу везти эту коляску. – Прень потщил з собой стнковый пулемет. – Вдвоем легче. Я здешний, из Прги, дорогу покжу, зодно и пмятники.

Об исчезли з воротми, через минуту появился офицер.

– Пор. Подъезжйте к воротм, мои ребят усилят огонь, тогд и нчинйте.

Зхлопнулись люки, тнк осторожно двинулся вперед. Кк договорились, пн Зюлко приоткрыл тяжелые чугунные ворот. Обрзовлсь щель шириной в метр.

В этот момент пехот открыл огонь. Противник ответил пулеметными очередями из нижних этжей противоположного дом. Семенов один з другим выпустил три снряд, и все удчно. Првд, рсстояние было до целей небольшое, не больше двухсот метров. Из окн первого этж срзу же стли высккивть нши солдты. В прицеле Янек увидел фигурку худощвого подростк, тщившего пулемет, но тут же потерял его из виду, потому что с первого этж противоположного дом вновь нчли стрелять немцы. Янек, стртельно целясь, ответил им из своего пулемет, но прежде чем он снял плец со спускового крючк, Всилий выпустил в то же смое место снряд. В стене обрзовлсь пробоин.

Тнк двинулся з цепью пехоты, пересек небольшую площдь, выехл н середину улицы. Тнкисты вели огонь по окнм и подвлм, ориентируясь по вспышкм выстрелов и рзрывм грнт. Штурмовые группы исчезли в подъездх, пробирлись через дворы и коридоры и только иногд, кк игл, прошивющя толстой ниткой втное одеяло, выныривли н улицу и с крикми «ур» врывлись в очередной дом.

Тк они продвинулись до поворот улицы, и в это время Кос снов увидел того смого подростк. Прижвшись к стене дом, он покзывл н угол стены и рукми чертил в воздухе силуэт гриб.

– Внимние, з поворотом дот, – предостерег Янек, поняв знки, которые подвл прнишк.

Тнкисты осторожно выглянули и действительно метрх в ст зметили бетонный колпк, врытый в землю. Всилий удрил по нему осколочным, потом противотнковым и опять осколочным. Взлетели вверх куски бетон, ззвенели стекл в окнх соседних домов.

Янек посмотрел н эти окн и в одном из них н третьем этже зметил высунувшийся ствол ручного пулемет. Не мешкя, рзвернул «Дегтярев» в ту сторону и поймл цель н мушку. Мелькнул фигур гитлеровц. Янек нжл н спуск, и через минуту н мостовую упл пулемет, следом з ним рухнуло тело.

Штурмовые группы двинулись вперед, тнк шел з ними до выезд н широкую поперечную улицу, посредине которой тянулись гзоны и проходили трмвйные рельсы. С изогнутых столбов свисли порвнные провод. Немного дльше, слев, стоял крсный, продырявленный пулями трмвйный вгон.

Опять около тнк появился знкомый прень и, высунув голову из ворот дом, чтобы его лучше видели, покзл рукми, что при выезде н широкую улицу нужно быть внимтельным – спрв грозит опсность.

Всилий быстро рзвернул бшню впрво и прикзл Григорию:

– Полный вперед, держи прямо н противоположную сторону.

Уже рссветло, когд они выскочили н ллею. Спрв возвышлись освещенные солнцем золотые купол церкви. Из-з церкви грянул пушечный выстрел, снряд со свистом пролетел мимо: тнк уже был н противоположной стороне улицы.

– Пехот отстл, – доложил Елень.

– Ну тк что же? Возврщться? – спросил Скшвили.

– Стой! Подождем. Нблюдйте внимтельно з подъездми и окнми.

«Рыжий» стоял посреди улицы одинокий и нстороженный, кк дикий зверь в чужом лесу. Бшня его поворчивлсь то влево, то впрво, пытясь нщупть врг в провлх темных, тящих опсность окон. Впереди мостовя был рзворочен, путь прегрждл бррикд из телег, блок и нспех нвленных мешков с песком.

Янек зметил з мешкми движение: бежли двое гитлеровцев в кскх, с фустптронми. Вот они исчезли, но Янек не спускл глз с того мест, где они должны были появиться. Вот они вновь промелькнули в ближйшем проеме. Янек дл по ним очередь. Один упл, второй успел перебежть улицу и исчез в подъезде. Нетрудно было догдться, что он пересечет двор и появится в одном из окон, где-то сбоку тнк, и, когд окжется н рсстоянии нескольких метров от него, выстрелит. Пехот, которя могл их прикрыть, отрезн огнем и остлсь з широкой ллеей. Кос мгновенно принял решение – ведь речь шл о жизни всего экипж – открыл нижний люк у своего сиденья и, поглдив собку, прикзл:

– Взять его, Шрик! Взять!

Овчрк зворчл, выскользнул через круглый люк н мостовую и через секунду неясной тенью мелькнул у подъезд.

– Внимние, Густлик, – скзл Кос, – нблюдй з этим домом спрв, приготовь грнту.

Н случй тки с близкого рсстояния, если ни пулеметы, ни орудие невозможно пустить в ход и если солдты противник ухитрятся взобрться н броню, в бшне тнк имеются небольшие овльные отверстия, прикрытые метллическими грушми. Открыв их, можно выбросить грнту н броню, взрывом смести с нее непрошеных гостей.

– Не бойся, я предупрежу об опсности, – спокойно ответил Елень.

Янек змер у прицел, ему кзлось, что с четверть чс уже прошло с тех пор, кк он выпустил собку. Он решил, что немец определенно подкрдется к тнку сбоку. Но переоценил способности противник. Тот, видимо, побоялся подойти слишком близко к неподвижно стоявшей, но грозной мшине. Неожиднно его голов покзлсь спрв з грудой обломков, тут же исчезл, потом вновь появилсь вместе с фустптроном.

Кос стрлся поймть цель н мушку, ему это не удвлось: ствол пулемет был рзвернут до откз.

– Гжесь, подй впрво! – зкричл он, хотя и видел, что времени не остется: гитлеровец в любое мгновение мог выстрелить.

В рзбитом окне первого этж мелькнул длиння, вытянувшяся в прыжке тень, и овчрк окзлсь н спине притившегося фшист. Фустптрон выпл из его рук и сктился по кмням н мостовую.

Янек высунул голову из люк и что есть мочи позвл:

– Шрик, ко мне!

Подождл минуту, позвл вторично, потом еще рз, и нконец возле его лиц появилсь собчья морд. Овчрк вползл через люк в мшину.

В этот момент спрв и слев послышлись выстрелы подошедшей пехоты. Всилий прикзл:

– Вперед!

Тнк двинулся, Янек еще возился с люком, н ходу зкрывя его. Взглянув снов в прицел, Янек увидел выщербленные, торчщие к небу острые рки нполовину рзрушенного готического костел. В руинх еще дымили дотлевющие угли. Укрывшись з рзвлинми, фшисты вели огонь из пулеметов и минометов. Всилий отвечл им из тнковой пушки.

Повернули впрво, чтобы укрыться з деревьями, росшими вдоль тротур, и зехли з выступ стены. Огонь противник утих, и с минуту они спокойно ожидли пехоту, очищвшую от гитлеровцев соседние дом.

Внезпно сверху, прямо нд их головми, зтрещли пулеметные очереди, и н броню одн з другой полетели грнты. Тнк нполнился грохотом.

– Откуд бросют, гды? – спросил Григорий.

– Сверху, – отозвлся Елень.

– Тк и в мотор попсть могут.

– Двинь-к по стене, только поккуртнее, – прикзл Всилий, рзворчивя бшню стволом нзд.

Скшвили подл тнк нзд, рзогнл его и у смой стены выжл сцепление. Тридцть тонн стли удряло в стену. Сверху посыплся грд кирпичей, все потонуло в клубх пыли. В тнке слышно было только ворчние испугнного Шрик и нрстющий рев мотор. Григорий, включив сцепление, прибвил гзу и н первой скорости стл выводить тнк из-под обломков. Бронировння мшин зкчлсь н неровностях, подняв высоко вверх нос, освободилсь от обломков и выехл н мостовую.

– Вся стен звлилсь, – доложил Елень, посмотрев нзд.

В нушникх отчетливо рздлся голос Лидки из штб бригды.

– Я – «Висл», я – «Висл»… «Грб-один», где нходишься? Прием.

– Я – «Грб-один». З нми широкя ллея, н которой спрв церковь, слев – горящий костел, – ответил Кос. – Позвчер – в порядке. Прием.

– Я – «Висл», спсибо. Ккой костел? Видишь перед собой прк? Прием.

В то время кк велся этот рзговор, тнк двиглся вперед з пехотой, гремели пушечные выстрелы. С короткой остновки тнк уничтожил бетонный дот и помчлся по мостовой, слегк подымвшейся вверх.

– Я – «Грб-один», прк впереди, слев – мост. Д ведь это Висл! Нстоящя. Висл под мостом.

Тнк опять выехл н поперечную улицу. Слев покзлся мост н пяти опорх, похожий н туннель, сделнный из фермы с мелкими ячейкми, выгнутой дугми вверх н двух средних пролетх.

– Мехник, влево, – прикзл Всилий. – Больше гзу!

Янек охвтил озноб, от которого свело мышцы лиц и муршки побежли по спине. Нстл именно т минут, о которой говорили вчер вечером: прорвлись, до мост остется несколько сот метров. Если успеют, если противник ошеломлен внезпностью, то через несколько минут они окжутся н противоположной стороне, в Вршве.

«Рыжий» несся все быстрее. Нбрв мксимльную скорость, он, лязгя гусеницми по мостовой, обогнл бежвших солдт и помчлся кк пришпоренный конь.

Мост, похожий н квдртный туннель, был уже прямо перед тнкистми, з ним н противоположном высоком берегу виднелись дом, нд ними дым и крсные языки плмени от пожров. От въезд н мост их отделяло двести, сто пятьдесят, сто… метров.

Посреди мост взметнулся огромный яркий сноп свет. Ферм кк будто нехотя приподнялсь вертикльно вверх, рзломившись пополм, и вслед з этим до них донесся грохот рзрыв.

Едв он успел зглушить все остльные звуки, Всилий прикзл мехнику:

– Стой!

Если дже Скшвили и услышл бы прикз, то не успел бы его выполнить. Тнк вдруг см остновился, словно путник, н которого спереди неожиднно нлетел порыв ургн, потом, бессильно молотя гусеницми по кмням, сдвинулся с мест, рзвернулся и змер у смого въезд н мост.

Сверху пдли изогнутые железные блки. Всилий успел зметить, что с ншей стороны реки сохрнился один пролет, и в этот момент н броню обрушился тяжелый удр.

Янек увидел, что Григорий с зпрокинутой нзд головой осел н сиденье. Янеку хотелось перехвтить упрвление, но тут и у него в глзх потемнело, руки перестли слушться. Он еще смог ощутить, что тнк после удр снесло с мостовой и отбросило нзд и вниз.

– «Грб-один», я – «Висл», – звл голос Лидки в нушникх. – «Грб», где ты?.. Ответьте… Прием.

Хотелось ответить, губы шевелились беззвучно. В глзх поплыли орнжевые круги. Янек охвтил стрх: вдруг это конец и он уже больше никогд ничего в жизни не увидит, не сможет прочитть Мрусино письмо, которое он, нверное, уже послл из госпитля. Янек еще услышл, кк взвизгнул от боли Шрик, и срзу вокруг все угсло в его созннии, перестло существовть, рстворилось в тишине.

Мотор зглох. Всилий вытер с лиц кровь и открыл люк. Д, тнк съехл по откосу здом и теперь стоял с высоко здрнной в небо пушкой, со стороны противник прикрытый нсыпью. Ощутив острую боль вверху позвоночник, Всилий позвл:

– Янек! Густлик!

Ответом ему был тишин.

– Гжесь! Ребят!

Тишин. Снизу тянуло чдом от горевшего мсл. Кждое мгновение мог вспыхнуть пожр. Всилий протянул руку к Еленю, который бессильно свисл н ручке змк, обхвтил его и нчл осторожно вытскивть из тнк.

По мостовой дробно зстучли споги – это подбегли пехотинцы.

19. Полевой госпитль и полевя почт

Первым нчл действовть Шрик.

Повренок, который принес ему утром кшу, оствил дверь приоткрытой. Пес, не вствя со своей подстилки, полизл немного, но до конц доедть не стл. Тоск был сильнее голод.

Шрик знл, что его привезли сюд вместе с Янеком Косом и его друзьями, что все вместе были они в большом помещении, пхнущем кровью, где кто-то чужой с лсковыми рукми знялся его сломнной лпой. Потом боль стл ткой сильной, что все зслонил темнот, лишення зпхов и звуков. Когд к нему опять вернулсь способность нблюдть, чувствовть зпхи, он лежл один в этой небольшой комнтке, куд принесли ему еду. Он не знл, где его хозяин, и это было причиной того, что ел он без ппетит, без рдости.

Дверь всегд был тщтельно зкрыт, и только сегодня остлсь тм узкя щель. Шрик поднялся н трех лпх, но все звертелось у него перед глзми, он покчнулся и упл. С минуту он лежл н левом боку и тяжело дышл. Быстро поднимлсь грудь, покрытя взъерошенной, свлявшейся шерстью, подергивлсь кож н зпвшем животе. Првя передняя лп Шрик был покрыт толстым слоем гипс, голов перевязн бинтми.

Но Шрик не отступил после первой попытки: осторожно поднялся и немного постоял без движения, опирясь боком о стену. Теперь дело пошло лучше; он чувствовл, кк у него кружится голов, но темнот не зстилл больше глз. Шрик медленно зковылял к двери вдоль стены. Он не мог открыть ее ни лпой, ни збинтовнной мордой, поэтому толкнул боком. Дверь подлсь, но он снов упл, зто теперь путь перед ним был открыт. В коридоре ярко светил не прикрытя бжуром электрическя лмпочк, двери в плты были прикрыты, и з ними зстыл теплый полумрк осеннего рннего утр.

Шрик поднялся в третий рз и зковылял по коридору, упорно стремясь нпсть н след. Зпх лекрств зглушл все остльные. Нюх не подскзывл ему, где спрятли Янек. Шрик решил искть. Он двинулся вдоль стены, проскользнул из коридор в плту; здесь, пропутешествовв под койкми, он обошел все углы.

Н койкх лежли люди, но все чужие. Нет, это не здесь. Он проковылял к следующей двери. Дверь эт вел в мленькую плту с кфельной печью в углу, с тремя койкми у стены и еще одной – у окн. Счстье улыбнулось Шрику. От рдости он звизжл и лизнул свесившуюся руку. Это был рук его хозяин! Потом он опять тихонько зскулил. Янек, очевидно, спл. Шрик не отвжился злять, боясь его рзбудить.

Рдость придл ему силы. Шрик той же дорогой вернулся в свой чулнчик, схвтил зубми подстилку – тюфяк, сшитый из солдтской шинели и нбитый соломой. Теперь он тщил его по коридору, остнвливясь через несколько шгов и тяжело дыш от устлости. Нконец он добрлся до плты, протиснулся в дверь и, услышв чьи-то приближющиеся шги, быстро, кк только мог, спрятлся под койкой.

Он еще рз дв дернул тюфяк, зтскивя его в угол, и тут у него снов потемнело в глзх. Он упл н бок, не в силх сделть ни одного движения.

Шрик чувствовл, что этот кто-то, вошедший з ним в плту, присел н корточки. Шрик хотел н него зрычть, но почувствовл легкое прикосновение и уловил в зпхе что-то знкомое. Он зхотел посмотреть. Ему удлось приоткрыть один глз, и он увидел знкомую девушку в белом хлте, из-под которого н првом плече виднелсь повязк из бинтов.

Шрик попробовл вспомнить. Виделось ему поле, кш с мясом, человек, который был вргом и сидел н дереве… Он не мог все это связть и понять. Однко он успокоился и зкрыл глз; лсковое поглживние было тк приятно. К нему возврщлись силы.

В плту опять кто-то вошел, зговорил решительным, резким голосом. Шрик ощетинился, двинул головой и увидел высокого человек в очкх, с лысой блестящей головой, з ним – еще двух других. Девушк, которя только что его глдил, стоял по стойке «смирно» и говорил звонким, чистым голосом:

– Блгодря ему не только я остлсь жив, но и бтльон гврдии кпитн Брнов уцелел и вышел из окружения.

– Перестньте морочить мне голову. Здесь вм не пионерский лгерь, чтобы рсскзывть скзки о героических собкх.

Н четвертой койке, той, что стоял у окн, приподнялся рненый, сел. Его левя рук был в гипсе и торчл н подпорке перпендикулярно телу.

– Товрищ профессор, гврдии стршин Черноусое доклдывет, что он говорит првду. – Стршин здоровой рукой приглдил усы и добвил:

– Товрищ профессор, выпишите меня из госпитля.

– Этот опять з свое. Кк же я тебя выпишу с ткой рукой, он же у тебя в гипсе. Вздор! – Врч мхнул рукой и вернулся к нчтому рзговору. – Условия и тк трудные, я борюсь з жизнь людей, вы мне тут хотите внести инфекцию…

– Я продезинфицирую…

– Хвтит. Собку отнести обртно. – Он покзл рукой н дверь и с удивлением спросил: – А вы что здесь делете?

Н пороге в шлемофонх и шинелях стояли дв тнкист.

– Сейчс не время для посещений, – рссердился профессор. Подойдя ближе и рссмотрев генерльскую змейку н погонх одного из тнкистов, он повторил: – Не время, товрищ генерл.

– У нс сейчс смое время… Вчер мы взяли Яблонную, пок зтишье н передовой, мы срзу сюд. Очень спешим: скоро рссвет. Тут у вс лежт трое моих прней из тнковой бригды. Я хотел бы узнть, когд они вернутся в строй.

– Все посходили с ум с этим возврщением в строй. Вши трое тяжело рнены. Мы их злтли, зшили, но ведь еще контузия. Хуже всего вот с этим пцном. Посылете в бой детей…

– Детей? Д, посылю… – Генерл здумчиво кивнул. – Может быть, им что-нибудь ндо?

Дв снитр, протиснувшись в дверь, нпрвились в угол, где лежл собк. Шрик глухо зворчл и обнжил клыки. Снитры в нерешительности остновились.

– Збирйте, збирйте, я же скзл.

Второй тнкист шгнул вперед и обртился к нчльнику госпитля:

– Товрищ профессор, оствьте собку в плте. Он ведь тоже солдт, член экипж, моего экипж.

– В конце концов, что здесь: полевой госпитль или зведение для душевнобольных? С смого утр идет это идиотское сржение из-з собки. Уже третий ее зщищет. Я видел бляху н ее ошейнике, прочитл ндпись. Мне все известно. И я лечу собку тк же внимтельно, кк и бойцов. Мы нложили ей н лпу гипс, но нходиться здесь, вместе с людьми, он не будет.

– Оствьте собку, – скзл генерл.

– Здесь, товрищ генерл, не вы прикзывете.

– Я прошу.

– У меня не хвтет лекрств, мяс, схр. У меня тысячи збот, я рботю до поздней ночи, вы мне морочите голову с этой собкой, отнимете время.

– А может быть, мед подойдет вместо схр? – спросил Всилий.

– Фнтзия! Где вы сейчс нйдете мед в этом рзоренном голодном кре?

– Будет мед, и мясо будет. Оствьте собку, – попросил генерл.

– Если можете, помогите, но условии мне не ствьте. Приезжйте недели через две: возможно, они будут чувствовть себя лучше. А сейчс

– сми видите.

Врч отступил, двя им пройти. Генерл и Семенов прошли з ним н середину плты. Н улице уже немного посветлело. Они увидели лицо Скшвили, серое, кк будто покрытое пеплом. Янек был весь в бинтх, открытыми оствлись только глз и рот. Густлик, который, кзлось, был в созннии, смотрел в потолок ничего не видящими глзми.

Рыжеволося снитрк подошл ближе и протянул руку Семенову:

– Помните?

– Конечно! Огонек!

– Д, это я. Стршин тоже здесь лежит. Опять все вместе встретились, кк в зсде у Студзянок.

Семенов поздоровлся с Черноусовым и вернулся к девушке:

– Нш тнк нзывется «Рыжий». Это в вшу честь.

– Позботьтесь о них получше, – обртился к ней генерл.

– Д, конечно… – покрснел девушк и змолчл.

Встретив нетерпеливый, суровый взгляд профессор, тнкисты отдли честь и вышли.

Снитры вновь нгнулись к собке, но врч остновил их движением руки:

– Отствить. Тюфяк обшить белым, продезинфицировть шерсть. Мруся, ты з это отвечешь.

– Тк точно, я отвечю з собку, – весело отрпортовл Мруся.

Вечером, дымя помятым рдитором, н госпитльный двор въехл грузовик. Н одном борту грузовик был сделн смолой ндпись по-русски, н другом – по-польски. Обе одного содержния: «Ешьте з здоровье Шрик».

Госпитльный повр с помощью снитров выгрузил из мшины корову, убитую снрядом, и дубовую бочку. Зклепки ее пхли немного кислыми огурцми, немного – спиртом, внутри был згустевший от холод мед.

Сообщили об этом профессору и понесли ему н пробу ложку меду. Он взял ее, не говоря ни слов, долго держл нд печуркой, чтобы мед оттял. В тепле от комочк мед зпхло лесом и цветми Козеницкой пущи. Врч попробовл, покрутил головой:

– Превосходный. Где они достли мед, буржуи? – проворчл он себе под нос и нчл диктовть медсестре Мрусе список рненых, которым ндлежло выдвть это лекрство.

Адрес, нписнный химическим крндшом, в одном месте стл фиолетовым от сырости, в углу стерся, но, несмотря н это, без труд можно было прочитть имя и фмилию: Ян Кос. Номер полевой почты был перечеркнут крсным крндшом, внизу кто-то нписл большими буквми: «Переслть в госпитль». Конверт рсклеился, и из него легко можно было достть письмо.

«Янек!

Пуля перебил мне ключицу и здел легкое. Врч скзл:

«Хорошо, что тебя быстро привезли. Скжи спсибо шоферу».

Спсибо водителю, который перевез меня н другую сторону Вислы и тм передл прямо снитрке, но смое большое спсибо – тебе.

Сейчс я уже здоров, првд, еще ношу повязку н плече и от слбости у меня чсто кружится голов. Я помогю здесь, в госпитле. Людей не хвтет, я все же могу делть перевязки. Кк нберусь сил, вернусь в полк. Может, еще встретимся, может, вши тнки опять будут воевть вместе с ншей пехотой.

Я бы хотел тебя встретить, поблгодрить. Об этом я уже писл, вот то, что я чувствую, почему тк хочу тебя встретить, мне трудно вырзить…

Когд нчлсь войн, я только что окончил первый курс медицинского институт. Мне очень хотелось стть врчом, но фронту ведь нужно много снитрок, поэтому я пошл добровольцем.

До того кк я нчл учиться, я жил в деревне. У нс в деревне весенними вечерми прни и девчт собирются н улице, поют под грмонь и пляшут. Если девушке нрвится прень, то он во время пляски подходит к нему и приглшет его. Сейчс, во время войны, не зню, пляшут ли вечерми в моей деревне. А в Польше, нверно, вообще нет ткого обычя.

Если бы не войн и если бы в Польше был ткой обычй, то я бы хотел именно тк перед тобой плясть. А потом, около полуночи, когд грмонь игрет все жлобней и тише, мы бы пошли в тень сд, в зпх жсминовых кустов. Тм никто бы нс не увидел и, если бы ты меня поцеловл, я бы не обиделсь.

Прочитл я сейчс последние слов и испуглсь. В глз бы этого не скзл, но в письмх люди всегд бывют смелее, д, кроме того, мы, нверно, никогд не встретимся.

Всего доброго, Янек. Пусть тебя от снрядов оберегют броня и мои мысли.

Мруся-Огонек».

Это письмо пришло в тнковую бригду ровно через неделю после взятия Прги. Письмо полежло немного в штбе, потом, нпрвленное по новому дресу, попло в госпитль и легло н тбурет около койки Янек Кос.

Все трое были еще без сознния, Шрик только понюхл конверт и перестл им интересовться, поскольку читть не умел.

Письмо ншл см Мруся. Он спрятл его н груди в крмне своей гимнстерки и решил: «Когд попрвится, незметно подложу. Пусть тогд прочитет, узнет».

После переселения н новое место Шрик почувствовл жжду жизни, вкус к еде и быстро нбирлся сил. Он считл, что силы ему нужны, поскольку он, конечно же, должен присмтривть з Янеком и его друзьями. Когд рненые стонли во сне, он, скуля у двери медсестры Мруси, звл ее н помощь.

Овчрк попрвилсь. В весе он не прибвил, но взлохмчення шерсть нчл уклдывться, блестеть, черный кончик нос опять стл подвижным и влжным. А потом врчи сняли ему гипс, и пес с удивлением долго рзглядывл свою лпу, худую, голую, кк будто чужую. Привыкнув ковылять н трех лпх, он боялся нступить н четвертую и, леж н подстилке, долго и стртельно вылизывл ее языком. При этом он чувствовл приятное подргивние, зуд под кожей и все более быстрое движение крови. Уверенный в том, что рз это помогет ему, то должно помогть и другим, Шрик применял это же лечение к Янеку и лизл пльцы его првой руки, которя бессильно свешивлсь с постели. Возможно, он был прв, потому что иногд случлось, что Кос слегк шевелил пльцми.

Дня через дв после снятия гипс с лпы Шрик ожил Елень. В обед он съел две порции и попросил третью. После третьей он немного передохнул и с рзрешения врч получил четвертую. Укрепив тким обрзом подорвнные силы, он сел, посидел минут пятндцть, встл и с рскрсневшимся от усилия лицом двинулся вдоль койки, зтем дльше. Опирясь о стену, он грохотл по полу ногой, неподвижно зкрепленной в метллических шинх.

Скшвили внимтельно следил з ним, потом глубоко вздохнул.

– Бр-во, Густлик, – скзл он, зпинясь, – ге-ерой…

– Дйте мне пить, – прошептл Янек.

Они об были еще перевязны – у Григория грудь, у Кос голов, и у обоих были руки в гипсе. У Янек – левя, у Скшвили – првя.

– Я вижу, экипж нчинет возврщться к жизни, – консттировл стршин Черноусов и, поглдив усы, тихонько крикнул: – Ур, товрищи!

Крикнул потому, что «ур» ндо кричть, тихонько – чтобы не привлечь в плту кого-нибудь из врчей или снитров. Стршин кк рз знимлся делом зпрещенным и сурово искореняемым во всех госпитлях – он чистил оружие, которое тйно хрнил.

Этим оружием был пистолет системы «музер», с длинным стволом, с вместительным прямоугольным мгзином, с деревянной кобурой, которую можно было присоединить к пистолету кк приклд. Вещь был хорошя, рдоввшя глз и сердце солдт. Только ему одному известными способми протщил Черноусов контрбндой свой музер через все контрольные пункты, через все бни, прятл его в мтрсе, под подушкой, время от времени доствл оттуд, чистил и рссмтривл, следя, чтобы никто не зхвтил его врсплох з этим знятием.

Черноусов посмотрел н дверь, выглянул в окно и быстро спрятл пистолет.

– Товрищи, внимние: кто-то к нм приехл. Рзрешите пойти н рзведку и потом доложить.

Ему уже двно сняли гипс, но руку он носил осторожно, двигл ею несмело. Зто ноги у него были здоровые, и он бодро зшгл, шлепя по коридору госпитльными сндлиями. Вскоре он вернулся и с удивлением сообщил:

– Новогодние подрки привезли, только не понятно, почему тк рно?

– Тк это же не сочельник. А где они? – спросил Елень.

– В клубе. С ними врч рзговривет и сюд не пускет. Приехли и нши, и вши. Тм одн дивчин вми интересуется.

– Я схожу. Только поддержи меня немного под руку.

Стршин помог Еленю ндеть голубой госпитльный хлт, и они об вышли. Шрик хотел побежть з ними, но оглянулся н Янек и вернулся н свое место.

Их не было довольно долго.

– Где-е их черти носят, – ворчл Григорий, прислушивясь к гомону в другом конце коридор, потом к шуму мотор во дворе.

Нконец они вернулись, неся три комплект обмундировния.

– Вы-ыписывют? – не понял Григорий.

– Кк же, тебя вместе с койкой должны были бы выписть, – съязвил Елень и, улыбясь, покзл форму. – Погляди-к лучше сюд, н погоны.

Погоны действительно были интересные. Скшвили, узнв свою форму, увидел н ней крсивые позументы сержнт, н двух других – тройные ншивки плютонового.

– Теперь видишь? Все мы в чинх. И бумги дли. Янек, посмотри, Янек. – И он поднес форму к постели Янек.

– А тебе вот еще шерстяной шрф. Скзл, что см вязл…

Кос повернул голову, внимтельно посмотрел и зшевелил губми. Елень не рсслышл и нклонился к нему.

– Письмо?

– Письмо не дл.

Открылсь дверь. Вошл Мруся, неся сткн, до половины нполненный розовым рствором, из которого торчли термометры. Он поствил сткн н подоконник и всплеснул рукми.

– Кто вм принес форму? Я должн сейчс же все унести. Если профессор увидит ткой беспорядок, он мне шею нмылит. – Он збрл обмундировние и, уходя, добвил: – Кк зхотите посмотреть, скжите, и я потихоньку принесу.

Он вышл, но почти тотчс же они опять услышли ее быстрые шги; он вбежл в комнту и присел н крй койки Кос.

– Сегодня ткой хороший день: ты чувствуешь себя лучше, получил новое звние, и от меня тебе тоже подрок.

Он зсунул руку з белый хлт и в эту смую минуту увидел лежщий н тбурете шрф из голубой шерсти, перевязнный лентой.

– Ой, ккой крсивый и мягкий. От кого получил?

– Его любят девушки, – скзл Черноусов. – Я см видел ту, что этот шрф принесл. Крсивя девушк, волосы у нее словно спеля пшениц.

Мруся отвернулсь к стене, рзвернул носовой плточек и вынул из него письмо. Он хотел дть ему и то и другое, но теперь передумл – положил н одеяло только квдртный кусочек вышитого мтерил. Янек минуту смотрел, потом неожиднно звонким и сильным голосом скзл:

– Дй, в руку.

Он протянул првую руку, сжл пльцми плток и поднес его к глзм.

– Д здрвствует Янек! – крикнул Елень. – Теперь он срзу выздоровеет. И тебя, Огонек, должен блгодрить з это.

Мруся покрснел, Густлик подковылял к ней и обнял з шею.

– Спршивй рзрешения у Янек, – отшутилсь он, колотя Еленя по спине. – Он мой прень. Я его лечу, кормлю.

Он вскочил, принесл термометр и, взглянув н ртутный столбик, сунул его Косу под мышку. Янек медленно, с усилием двигя рукой по одеялу, дотронулся до Мрусиной руки и нежно сжл ее пльцми.

Трудно решить, что помогло: лекрств, теплый язык Шрик или рдость при виде подрк. Вероятно, все вместе. Неподвижность в плече, вызвння рной, нервным шоком и контузией, отступил. Человек выздорвливет нмного быстрее, если он этого очень сильно хочет.

Утомившись, Кос зснул и спл до вечер и всю ночь, н следующее утро проснулся бодрый, веселый и, увидев, кк Черноусов принимется чистить музер, попросил громким шепотом:

– Покжи.

Стршин принес рзобрнный н чсти пистолет и н обеих лдо