/ Language: Русский / Genre:love_short / Series: Любовный роман

Ей светят звезды

Ева Ратленд

Приезд в Сан-Диего блистательного Брэда Вондеркемпа всколыхнул всех потенциальных невест города. Всех, кроме Паулы, горничной в доме Эшфордов…

Ева Ратленд

Ей светят звезды

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Уитни намазала маслом кусочек тоста и откусила немного.

— Рыжеволосые мужчины опасны, — сказала Рей.

— Но у него волосы каштановые, с чуть заметным рыжеватым оттенком. Мне очень нравится этот цвет.

— Что тебе нравится — так это цвет его денег. Разве не так?

Уитни усмехнулась.

— Кофе уже остыл, — сказала она, поднимая чашку. — Паула, подогрей его или лучше принеси мне свежего.

Паула вытерла руки и, вылив из чашки холодный кофе, налила свежего. Между тем сестры продолжали оживленную беседу.

— Не надейся, дорогая. Он приехал в Сан-Диего на матч по поло, а не для того, чтобы встретиться с тобой.

Паула слушала их разговор, не отрываясь от дел.

Матч по поло устраивался в Сан-Диего для благотворительных целей каждый октябрь. Две сестры, Уитни и Рей, мельком видели Брэда Вондеркемпа, который принимал участие в этом матче.

Его называли «принцем поло», и со дня прибытия он оставался главной темой разговоров. Вондеркемпы сказочно богаты, а Брэд — единственный наследник миллиардов. Его приезд в Сан-Диего произвел настоящий фурор.

— Он обязательно обратит на меня внимание, — заявила Уитни с самодовольной улыбкой.

Паула, заметив уверенность в ее глазах, не сомневалась, что так оно и будет. Впрочем, Уитни не была красива. Губы у нее слишком пухлые, а нос…

Какая же я злая, упрекнула себя Паула. Закончив дела на кухне, она пошла в прачечную, чтобы разложить белье.

Уитни чертовски привлекательна, рассуждала Паула, — черные как смоль волосы, выразительные карие глаза. Но главное — уверенность и сексуальность, которые привлекали к ней мужчин. Несомненно, «принц поло», Брэд, заметит ее, а Рей умрет от зависти.

— Где эта девчонка? — Пронзительный голос миссис Эшфорд прервал ее мысли.

Паула отбросила белье и поспешила на кухню.

— Вот ты где! Почему не принесла мне кофе в комнату?

— Простите, мэм, я думала, вы еще спите.

Мэри Эшфорд плюхнулась в кресло и принялась усиленно тереть висок.

— О, моя бедная голова! Как можно заснуть при таком шуме! Не могли бы вы, девочки, перестать ссориться из-за пустяков и позволить своей бедной мамочке немного отдохнуть!

Дочери вежливо извинились, сваливая вину друг на друга.

Паула принесла миссис Эшфорд две таблетки аспирина и стакан томатного сока.

— Может быть, это снимет боль. Сейчас принесу ваш кофе.

— Мама, надеюсь, это не мигрень? — спросила Уитни. — Ты же знаешь, сегодня мы собирались пройтись по магазинам.

— Ну разумеется, — ехидно протянула Рей, — Уитни хочет принарядиться для бала-маскарада, где она собирается очаровать Брэда Вондеркемпа.

— Можно подумать, ты не собираешься? — Уитни вспыхнула.

— Девочки, прекратите! О, моя голова! Вдобавок меня слегка тошнит. Думаю, мне станет лучше, если я что-нибудь съем. Паула! Сделай бутерброд с ветчиной и корицей.

— Сию минуту, мэм.

Паула взяла сковороду, которую только что вычистила. Ей так не хотелось пропускать занятия в университете! До двенадцати часов еще нужно успеть убрать все комнаты. Это возможно только в том случае, если Уитни и Рей уйдут из дома, а миссис Эшфорд не придумает ей новую работу.

Дай бог, чтобы эта мигрень не помешала их путешествию по магазинам.

Все устроилось как нельзя лучше. Три чашки кофе и сытный завтрак сотворили чудо. Возможно, этим чудом стал Брэд Вондеркемп: девочкам удалось уговорить мать, едва они упомянули его имя.

— Так богат! Да к тому же истинный англичанин! — Глаза Мэри Эшфорд затуманились, словно она была так же молода, как ее дочери, и надеялась овладеть мыслями «принца».

— Он так красив, — заметила Уитни.

— Я слышала, он сущий дьявол! Не пропускает ни одной юбки и меняет женщин как перчатки. Просто копия деда! Сайрес Вондеркемп, его дед, начинал семейное дело с железных дорог и неплохо преуспел в этом. Говорили, он потратил целое состояние на свою любовницу и чуть не бросил семью. Тогда разгорелся огромный скандал!

— Я не потерпела бы такого ни от одного мужчины! — заявила Рей.

— Брэд Вондеркемп может иметь сколько угодно любовниц, мне это совершенно безразлично. Но обручальное колечко он наденет на мой безымянный пальчик, — фыркнула Уитни.

Миссис Эшфорд согласно кивнула. Слава богу, обе ее дочери настоящие леди и не упустят своего.

— Будем надеяться, что Брэд больше похож на отца, чем на деда, — сказала Мэри Эшфорд.

— Почему? — спросила Уитни.

— Ты слышала хоть об одном скандале, связанном с именем отца Брэда Вондеркемпа? Кажется, ему намного интереснее иметь дело с золотыми приисками и нефтяными скважинами, чем с женщинами. А его женитьба на матери Брэда? Семья невесты была бедна, но Вондеркемп превратил Балмаур, их разрушенное фамильное поместье, в настоящий дворец… А не лучше ли нам сначала зайти в дамский бутик? — Мэри Эшфорд вдруг сменила тему разговора. — Несомненно, там есть из чего выбрать.

Наконец они ушли.

Приблизительно в половине двенадцатого Паула приняла душ, оделась и поехала в университет.

Она с рождения мечтала стать ветеринарным врачом. Девушка жила на скотоводческой ферме Рендольф в Вайоминге. Ее отец работал управляющим, а мама была домохозяйкой.

Именно там у Паулы зародилась любовь к животным. Научившись читать, она с головой окуналась в рассказы Джеймса Херриота, известного ветеринара, который ухаживал за овцами и крупным рогатым скотом в йоркширских угодьях.

Иногда Паула сама пыталась лечить корову или лошадь. Они с Тоби, сыном старшего работника, планировали пожениться и купить собственную ферму. Он бы разводил лошадей, а она бы их лечила. Эта мечта не покидала их на протяжении двух лет учебы в колледже.

Но все рухнуло, когда Тоби влюбился в первокурсницу Синди. Опустошенная и разбитая, Паула с трудом училась и едва не вылетела из колледжа за неуспеваемость.

Ей помог дядя Лу. Тем летом, во время своего ежегодного визита на ферму, он серьезно поговорил с Паулой.

— Ты была так влюблена в Тоби, что не смотрела вокруг себя. Не забывай, у тебя есть цель в жизни, и Тоби не может помешать тебе осуществить ее. Все в твоих руках!

Паула поняла, что дядя прав. Ее профессия — это то, что никакой мужчина не может отнять. Она твердо решила не сдаваться, наверстала упущенное и окончила колледж с отличием.

Но тут снова пришла беда. Ее отец сильно заболел, и это расстроило их семейный бюджет.

Планы на будущее, касающиеся дальнейшей учебы Паулы, были неясны. Они обсуждали различные варианты, когда дядя Лу приехал в очередной раз. Он предложил заплатить половину платы за обучение, но денег не хватило все равно.

— Пауле придется пропустить один год. Будет помогать матери, — сказал ее отец, Хенк.

— Она уже достаточно помогала вам, — возразил дядя Лу.

Паула улыбнулась.

— Ты прав, папа, — сказала она, — здесь я нужнее.

— Не понимаю, как можно любить кататься верхом на лошади в суровую погоду больше, чем находиться в теплой и уютной кухне, — заметил дядя Лу.

— Каждому свое, — ответила Паула, вспомнив, что дядя давно променял тихую сельскую жизнь на городскую. Он долго искал работу и наконец-то устроился на должность шофера семьи Эшфорд в Сан-Диего.

— Даже если мы и заплатим за обучение, — сказала мать, возвращаясь к главной теме, — где она будет жить? Университет в ста милях отсюда, и путь к нему лежит через горные дороги.

Лу задумчиво посмотрел на Паулу. Девушка знала: дядя обязательно что-нибудь придумает.

— Значит, ты не отказалась от своей безумной идеи стать ветеринарным врачом? — спросил он.

Паула кивнула.

— Тогда ты могла бы поехать в Сан-Диего вместе со мной и учиться там.

— И в чем разница? — недоуменно сказала мать.

— В том, что ей будет где жить. К тому же семье Эшфорд нужна горничная. Паула, у тебя есть какие-либо возражения по поводу работы по дому?

Девушка ухмыльнулась:

— Я и так делаю ее каждый день.

— Конечно, я не могу обещать точно, но старик Эшфорд хороший малый и наверняка не будет против твоих занятий в университете. Так что будешь учиться и работать.

При мысли об учебе в Сан-Диего настроение у Паулы поднялось. Она пристально посмотрела в глаза отцу, пытаясь угадать, о чем он думает.

— Ты будешь вдали от дома и от нас, — вздохнул Хенк.

— Я присмотрю за ней. Не забывай, я же ее крестный отец, — заметил Лу.

— Ну хорошо, поезжай, — согласился отец.

Девушка крепко обняла дядю.

— Спасибо, я так счастлива! У меня действительно лучший крестный в мире!

Родители Паулы рассмеялись, а Лу нахмурился:

— Еще рано радоваться. Сначала нужно позвонить старику и рассказать ему, как моя племянница хочет стать ветеринарным врачом и как ей нужна работа.

Мистер Эшфорд одобрил стремление молодой девушки и не имел ничего против того, чтобы она совмещала работу и учебу. Более того, у него были кое-какие связи. Он договорился с деканом факультета о том, чтобы девушка могла получить нужные ей книги.

— Дядя Лу, ты такой замечательный! — воскликнула Паула.

— О, твое мнение изменится, когда ты станешь собственностью семьи Эшфорд. Ни одна из бывших горничных не смогла проработать у них больше месяца. Хозяйка — жестокая женщина. А ты девушка красивая.

Лу со значением посмотрел на стройную фигуру девушки, ее золотые локоны и полные тревоги голубые глаза.

— И что из этого следует? — удивилась Паула.

— А то, что миссис Эшфорд не любит, если кто-нибудь затмевает ее девочек.

— Не понимаю.

— Она считает своих дочерей самыми красивыми и умными дамами высшего общества. У миссис Эшфорд есть грандиозный план: выдать дочек исключительно за богачей.

— Ко мне это не имеет никакого отношения. Я горничная и не стану совать нос не в свое дело.

— Вот и умница, — похвалил Лу.

Старик Эшфорд имел огромное влияние в доме, поэтому, несмотря на недовольство миссис Эшфорд, Пауле разрешили оставлять время для занятий. Она была так благодарна, что работала не покладая рук с утра до вечера. Даже миссис Эшфорд начала ей доверять.

Через год мистер Эшфорд умер. Девушка боялась, что миссис Эшфорд уволит ее, но все обошлось.

Как оказалось, Энгус Эшфорд был не только заядлым алкоголиком, но и картежником, а также неразумным вкладчиком. Со смертью мужа Мэри Эшфорд обнаружила, что почти разорена, и, чтобы сократить расходы, решила уволить садовника и прачку.

Миссис Эшфорд хоть и была женщиной глуповатой, но все же не круглой дурой. Она знала, кто согласится делать всю работу. Теперь в обязанности дяди Лу входило не только водить машину, но и ухаживать за садом, а Паула стала поваром, прачкой и горничной. И, главное, за ту же плату.

Но девушка не жаловалась.

Мне еще повезло, что я вообще осталась в Сан-Диего, думала Паула, присоединяясь к своей группе в кабинете химии.

Когда уроки закончились, Линк, сокурсник Паулы, схватил ее за руку и спросил:

— Мы собираемся пойти на волейбол, а потом съесть по пицце. Пойдешь с нами?

— Линк, мне бы очень хотелось, но, к сожалению, у меня нет времени, — ответила она.

— Черт возьми, у тебя никогда нет времени, — обиделся парень и, резко повернувшись, пошел к ребятам.

Паула грустно смотрела вслед своим сокурсникам.

А что она могла сделать? Нужно еще вернуться вовремя, чтобы приготовить ужин. Ей так хотелось пойти, что даже после ужина, когда дочери миссис Эшфорд хвастали купленной одеждой, девушка не могла погасить в себе это желание.

Несомненно, черное и бирюзовое шифоновое платья Уитни будут иметь успех.

— Этот цвет так идет к моим глазам, правда? — Уитни пытливо посмотрела на Паулу. — Нужно только немного ушить в плечах. Он не устоит!

— Мне идет этот цвет? — вопрошала Рей. — Паула, ты уложишь мне волосы, как делала на прошлой неделе?

Паула успокоила Рей, сказав, что голубой цвет ей очень идет, и пообещала сделать ей прическу.

Она пыталась не завидовать им, но на следующий день, ушивая платье Уитни, девушка подумала, что никогда в жизни у нее не было такого наряда. Как это платье будет смотреться на ней?

Почему бы не примерить? Дома никого нет. Да и что в этом плохого?

Паула быстро скинула джинсы и рубашку и надела платье. Оно было таким длинным и широким! Девушка подобрала его, крутясь перед зеркалом, как вчера это делала Уитни. Да, платье явно ей идет…

— Готова поспорить, — размышляла вслух Паула, — что, если бы я пошла на бал, он обязательно заметил бы меня. И мы бы танцевали, танцевали и… Ну, хватит, — одернула она себя. — Если платье порвется, хлопот не оберешься.

И почему она стоит здесь и зря теряет время? Даже если бы у нее и было такое платье, ей некуда его надеть.

Паула не собиралась ни на какой бал, а уж тем более танцевать с Брэдом Вондеркемпом. Но почему тогда ее мысли постоянно заняты им?

Девушка сняла платье и вернулась к работе.

Живя в Сан-Диего, Паула иногда подрабатывала у Гарри, владельца ресторана. И сейчас ему нужен был обслуживающий персонал для бала-маскарада.

— Не уверена, что смогу, — ответила девушка. — Эшфорды хотят, чтобы я помогла им одеться.

— Хорошо, они собираются прийти на бал одними из первых?

— Кажется, да.

— Тогда ничего страшного, если ты немного опоздаешь. Ну пожалуйста, Паула, ты мне очень нужна!

— Ты не можешь найти кого-нибудь другого?

— А как быть с униформой?

Гарри привередлив на этот счет, а Пауле она была в самый раз.

— Ладно, — со вздохом согласилась она, хотя ей не хотелось идти.

В ту ночь девушка с воодушевлением раскладывала закуски и расставляла чистые стаканы. Вся ее усталость куда-то испарилась. Настроение вечеринки, казалось, оживило ее.

Люди, смеющиеся и танцующие, одетые в красочные костюмы и маски, производили большое впечатление.

Музыка проникала сквозь тонкие стены буфетной и просачивалась в изголодавшееся по настоящему веселью сердце Паулы. Напевая мелодию, девушка откидывала назад голову, ритмично притопывая ногами.

Так она танцевала вокруг стола и не слышала, как открылась дверь.

— Великолепно! Браво! Но почему вы танцуете здесь и одна? — Пронизывающий мужской голос испугал ее.

Паула остановилась. Несмотря на маску, она сразу же узнала его. В жизни он красивее, чем на фотографии в газете.

— Извините, — прошептала она, чувствуя, что краска приливает к ее щекам. — Могу я вам чем-то помочь?

— Конечно. — Он протянул руку. — Могу я с вами потанцевать, сказочная леди?

Паула попыталась засмеяться.

— Я не гостья, я здесь работаю.

— Это легко исправить. — Его янтарные глаза в прорезях маски засверкали озорством. Откуда-то он вытащил другую маску и надел девушке на лицо. — Вот теперь вы моя гостья, и мы можем потанцевать.

Паула не смогла отказать. Он прижал ее к себе.

Девушка с легкой грацией, наслаждаясь красками маскарада, следовала за его уверенными, изысканными движениями. Она чувствовала только сильные мужские руки на своей талии.

Пробило полночь, и кто-то закричал:

— Снять маски!

Боже мой, она же в середине зала!

Он наклонился к Пауле, его руки нежно коснулись ее шеи, и их губы слились в поцелуе.

— Время снять маски!

В то время как девушка убегала, тонкая золотая цепочка оборвалась и соскользнула с ее шеи.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Подожди!

Слишком поздно. Девушка проскользнула в толпу и исчезла. Все, что осталось от нее, — это золотая цепочка, которую он бережно поднял с пола и положил в карман.

— Брэд Вондеркемп, снимите маску! — Девица в серебристом костюме сорвала с него маску. — Вы никого не одурачите. Все вас знают.

Он посмотрел на костюм девицы, усыпанный блестками и напоминающий рыбью чешую.

— Но, моя маленькая русалка, — сказал Брэд, пытаясь вспомнить, как ее зовут, — некоторые из нас не такие умные, как…

Чей-то голос прервал его:

— Это не имеет никакого значения. Вы не спрячете ваши красивые волосы цвета меди.

— Так же, как и эти выразительные, чувственные глаза, — задумчиво произнес он.

Уитни засияла от удовольствия.

— Значит, мои глаза чем-то отличаются от других?

— Конечно, они такие страстные, — сказал он, думая о последнем танце.

Она легка как перышко, а нежный запах ее золотистых локонов дразнит сильнее, чем любые духи. Он должен снова увидеть ее, спросить…

— Пойдем, — «русалка» взяла его за руку, — выпьем чего-нибудь освежающего. Завтрак подадут через несколько минут.

Завтрак подавали несколько безупречно одетых официанток. Но Брэд так и не увидел тех стройных ножек с шелковистой кожей, голубых глаз и золотых локонов, рассыпавшихся по украшенному кружевами воротничку.

— Вы так и не притронулись к еде! Попробуйте это. — Девушка засунула маленькую сосиску ему в рот. — Нравится? — Он кивнул в ответ, и она положила ему еще одну на тарелку. — Какую яичницу вы любите?

— Испанскую! — ответил за Брэда Карл, его друг и игрок его команды. — Он толкнул Брэда в спину и добавил шепотом: — Присоединяйся к обществу, дружище! Где ты витаешь?

На кухне, подумал Брэд. Там же, где она.

Наверное, будет лучше не возвращаться и не расспрашивать, кто потерял цепочку, как ее зовут и где она живет. Эта вещь останется у него как залог того, что рано или поздно он найдет эту девушку.

— Никто не знает, кто из гостей был в костюме официантки.

— Может, это и была официантка.

Сердце Паулы учащенно билось. Она остановилась в коридоре, чтобы послушать разговор двух сестер, голоса которых были отчетливо слышны из комнаты.

Девушки одевались на первую игру в поло и обсуждали события прошлой ночи.

— Не будь дурой! Она тоже гостья, на ней была маска!

Голос Рей звучал уверенно.

Вдруг послышался жалобный голос Мэри Эшфорд:

— Паула! Где эта девчонка!

— Я здесь! — Паула поспешила к хозяйке. — Выпейте снотворное и отдохните немного. — Паула взбила подушки и заменила подушечку со льдом. — Вот так. Сейчас вам станет легче.

— О, моя бедная голова! Не представляю, как я выдержу предстоящее мероприятие.

— Вы будете в отличной форме, — заверила ее Паула. — Отдохните немного, потом я вернусь и помогу вам одеться.

Она жалела эту всегда обеспокоенную чем-то женщину.

Не так-то легко при ее ограниченном бюджете покупать дорогие вещи и посещать разного рода мероприятия, что было важно для нее и ее дочерей.

Видя, что миссис Эшфорд засыпает, девушка зашторила окно и на цыпочках вышла из комнаты.

Не успела она сделать это, как раздался недовольный голос Уитни:

— Паула, мое платье поглажено?

— Оно почти готово.

Девушка поспешила к гладильной доске. Закончив работу, Паула направилась в комнату Уитни, где находилась и Рей, примерявшая платья.

— Что мне надеть? — спросила Рей сестру.

Уитни не ответила. Ее лицо приняло мечтательное выражение.

— Он сказал, что у меня выразительный взгляд.

— Готова поспорить, что он смотрел на тебя не так страстно, как на нее, — язвительно заметила Рей и нахмурилась. — Интересно, кто бы это мог быть? Я не помню никого в костюме официантки, а ты, Уитни?

— Там было полно официанток, возможно, одна и проскользнула в зал. В этом нет ничего удивительного. — Уитни пристально вглядывалась в зеркало, рассматривая свой макияж.

Паула сглотнула.

— Говорю тебе, это гостья, — продолжала настаивать Рей. — И Брэд хорошо ее знает. То, как он обнимал ее…

— Я думала, ты не видела эту девушку!

— Я — нет, а Сильвия — да. Сильвия говорит, что он смотрел на незнакомку так, будто никого больше не было в зале, а когда он поцеловал ее…

Паула задержала дыхание, в то время как Уитни резко повернулась к сестре:

— Поцеловал?!

— При всех!

Уитни сначала нахмурилась, но потом безразлично пожала плечами.

— Хм, это ничего не значит. Ты читала о нем статью в газете? Он бабник!

Паула делала вид, что это ее совсем не касается. Она старалась расслабиться, чтобы не выдать свое волнение.

А вообще Уитни права. Что значит поцелуй Брэда Вондеркемпа? Ничего.

— Какое лучше, Паула? — Вопрос Рей привел ее в чувство. — Это или зеленое? — Рей приставила к себе оранжевое платье.

— Зеленое, — ответила горничная.

— Значит, Сильвия видела незнакомку, — продолжала рассуждать вслух Уитни. — Может, она ее знает?

— Нет. Она сказала, что, когда все сняли маски, девушка сломя голову кинулась прочь. Сильвия спросила Рода, видел ли он ее лицо. Он ответил — нет. Наверное, пялился на ее ноги…

Паула вздрогнула. Разговор такого рода заставлял ее чувствовать себя неловко.

Ерунда, подумала она. Им и в голову не придет, что это могла быть я.

Миссис Эшфорд знала, что иногда ее горничная подрабатывала у Гарри, но она и подумать не могла, что Паула прислуживала на балу в тот вечер.

Слава богу, они всегда слишком заняты собой, чтобы заметить ее. Даже когда она, как сейчас, крутилась у них перед носом.

Уитни не смотрела на Паулу, беря из ее рук только что отутюженное платье. Молодая хозяйка посмотрела на него и покачала головой.

— Нет, принеси мне бордовое, короткое платье. Оно такое сексуальное.

Паула сходила за платьем, вплела в волосы Рей зеленую ленту и напомнила, что косметичка Уитни лежит в сумочке, там же, где и бинокль. Когда сестры уходили, она слышала, как Рей сказала:

— Брэд не играет сегодня. Полагаешь, он будет среди зрителей?

— Конечно, глупышка. Чтобы он пропустил игру! Более того, я уверена, он обратит на нас внимание. Вчера Брэд был так любезен со мной и сказал, что мои глаза…

Голос Уитни затих, и Паула вздохнула с облегчением.

Если бы не разговор сестер, она не стала бы вспоминать о Брэде Вондеркемпе. Впрочем, зачем лгать самой себе?

Девушка смотрела на смятые простыни, разбросанные вещи, следы рассыпавшейся пудры, а видела красавца мужчину с волосами цвета меди и сверкающими озорством глазами. Он улыбался и протягивал ей руки.

Он действительно обнимал ее как-то по-иному? А потом, когда он поцеловал ее… Это легкое прикосновение его губ…

Хватит. Хватит фантазировать!

Тряхнув головой, девушка пришла в себя и, вычеркнув из памяти прошлую ночь, отправилась будить миссис Эшфорд. Лу уже отвез сестер и вернулся за их матерью.

Паула привела в порядок спальни, пропылесосила пол, постирала белье. Готовить ей ничего не пришлось, так как Эшфорды дома не обедали. И сейчас у нее оставалось время, чтобы позаниматься.

Через два часа, закончив делать английский, Паула стала готовиться к предстоящей контрольной по химии.

Вдруг она услышала шум машины, подъехавшей к дому, и взглянула на часы. Уже шесть. Дядя Лу вернулся. Он, наверное, голоден, подумала девушка и поспешила на кухню.

— Ну, есть что-нибудь перекусить? — Лу швырнул кепку в сторону и открыл баночку содовой.

— Сейчас, подожди минутку, я не знала, когда ты вернешься.

— Я тоже, крутил баранку весь день. Отвез девчонок на игру, старуху на это чертово мероприятие, потом забрал ее и отвез к дочерям. — Он сел за стол и стал жадно пить из банки. — После игры они поехали в ресторан. В городе такие пробки, что я с трудом добрался туда, — добавил Лу.

— Ты видел игру? — спросила Паула, поставив остатки мяса в микроволновую печь.

— Ну вот еще. Буду я зря тратить время и смотреть на лошадей с перебинтованными ногами и на парней в смешных касках.

— Все это в целях благотворительности. И вообще, поло, как и родео, всего лишь развлечение.

— Не скажи. Родео учит нужным вещам — например, как связать теленка или оседлать лошадь.

Паула хихикнула:

— Я часто видела тебя за этим занятием.

Улыбка удовлетворения появилась на лице дяди.

— Я был знаток своего дела.

Паула слепила пирожки из тертого картофеля, обсыпала их паприкой и уложила в шипящее на сковороде масло.

— У игроков в поло глаз тоже наметан.

— Ну, может быть.

Лу раскрыл газету.

Девушка перевернула картофельные пирожки.

— Некоторые из них даже известны во всем мире.

Лу пожал плечами.

Паула убрала баночку с содовой, разложила салфетки, подошла к дяде и шепнула ему на ушко:

— Хочешь, я открою тебе один секрет? — Она подмигнула и добавила: — Прошлой ночью я танцевала с самым знаменитым из них.

Дядя резко поднял голову.

— Шутишь?

Паула рассмеялась:

— Его называют «принцем поло». Он очень богат, известен и красив. Я действительно танцевала с ним.

— Смеешься надо мной? — Лу пристально смотрел на племянницу, в то время как девушка раскладывала салат и разливала холодный чай. — По крайней мере я на это надеюсь.

— Нисколько. Это было так забавно! Я работала у Гарри на бале-маскараде, помнишь, я тебе говорила? Ну так вот, в буфетной я делала канапе, и вдруг вошел этот человек. Я сразу же его узнала, несмотря на то, что он был в маске. Боже, я слышала о нем миллион раз и видела его фотографию в газете! В тот вечер я танцевала одна в буфетной, как иногда делаю здесь, на кухне, и он…

Паула дорассказала этот эпизод. Тем временем и пирожки поспели.

— Он так хорошо танцует! Я никогда не получала такого удовольствия. Я даже не сразу поняла, что мы находимся в центре зала, пока…

— Миссис Эшфорд с тебя шкуру сдерет!

— Меня никто не видел.

— Как бы не так! Быть в центре внимания и думать, что ее не заметили…

— Говорю тебе, они не узнали меня. На мне тоже была маска, — сказала Паула, поставив перед дядей тарелку с едой. — Когда кто-то крикнул: «Снять маски», я стремглав выбежала оттуда.

— Сумасшедшая! На тебе ведь не было костюма.

— Слышал бы ты разговор Уитни и Рей сегодня утром! Они пытались отгадать, кто надевал костюм официантки. — Паула чуть не подавилась холодным чаем. — Так что, слава богу, опасность миновала, и сейчас мне это даже кажется смешным. Перестань на меня так смотреть, ведь ничего не случилось. Единственное… — она провела рукой по шее, — я потеряла цепочку, которую ты подарил мне на день рождения. Помнишь, с маленькой подковкой? Я искала ее, когда бал закончился, но…

— Ты потеряла намного больше. Разве ты не знаешь, что дамочки из высшего общества не любят, когда кто-то превосходит их дочерей? Честно говоря, мне тоже не нравится, что ты была в обществе этих пустышек…

— Ради бога, дядя! У меня не было ни малейшего желания соревноваться с такими, как Уитни или Рей.

— Но раз ты спуталась с этим парнем…

— Ни с кем я не спуталась!

— Тогда как ты это назовешь?

— Простой случайностью, если тебя это утешит.

Когда Паула убирала со стола, мечтательная улыбка играла на ее лице. Девушка не замечала, что Лу смотрит на нее с беспокойством.

Зеленое поле для поло стало разноцветным, когда игроки вскочили на лошадей и выстроились в ряд. Брэда Вондеркемпа среди них не было.

— Где места тех, кто участвовал в благотворительном вечере? — спросил Брэд своего друга Карла.

Тот указал. Через минуту Брэд вновь повернулся к Карлу:

— Как зовут дочь вон той дамы?

Карл задумчиво посмотрел на друга и ответил:

— Шейла, но связываться с ней не советую. Ты только посмотрел в ее сторону, а в глупенькой головке этой молодой леди уже появились какие-то нелепые мысли.

— Перестань! Это обыкновенный знак вежливости. Благодарность за бал и… Ты знаешь, у меня непреодолимое желание найти ту таинственную незнакомку. Да, кстати, и возвратить то, что она потеряла на балу.

— Черт возьми, Брэд! Ты хочешь, чтобы девушка потеряла из-за тебя работу?

— Ничего подобного! Я просто хочу…

— Знаю, знаю. Для тебя было бы лучше заниматься лошадьми, а не хорошенькими официантками. Хотя поступай как знаешь. — Карл покосился на него. — Что за нужда? Всего один танец. Откуда это сумасшедшее желание найти ее?

Брэд не ответил. Он и сам не знал почему.

Вондеркемп нащупал в кармане золотую цепочку и в который раз спросил себя: почему он чувствует, что если позволит девушке с шикарной улыбкой бесследно уйти из его жизни, то потеряет что-то стоящее?

Безумие какое-то!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

На следующий день после игры Эшфорды проснулись поздно. На улице лил дождь, но в гостиной было тепло и уютно. Дамы долго наслаждались поздним завтраком, приготовленным горничной.

Воскресенье — выходной день Паулы, но если девушка никуда не выходила, что случалось довольно часто, то она была в полном распоряжении Эшфордов.

Этим утром она ничего не имела против того, что ей придется прислуживать в доме: ведь она так хотела услышать что-нибудь об игре! Паула абсолютно ничего не знала о поло, но прекрасно разбиралась в лошадях.

Ее уши приготовились услышать все, о чем будут говорить молодые хозяйки. Она наполнила корзину пирожками домашнего приготовления и разлила кофе.

Но о самой игре сестры не говорили. Их разговор концентрировался на том, кто с кем сидел и кто с кем танцевал в клубе после игры.

— Не уверена, что он видел меня, — жаловалась Уитни. — Прямо перед нами сидели Госби, и они полностью загородили нас. Нам не следовало туда садиться.

Ее мать фыркнула.

— И где бы мы сели? Никто, кроме моей дорогой кузины, не предложил нам места. Ты должна быть ей благодарна.

— Но я так разочарована тем, что он не видел меня!

— Зато он прекрасно видел Шейлу Муди, — вмешалась Рей.

Уитни недовольно поморщилась.

— Было бы на что смотреть! Эта дура только жеманно улыбалась да впилась в него глазами, словно клещ!

Рей усмехнулась.

— Полагаю, Госби не помешали тебе наблюдать за ними.

— Я совсем не смотрела на них, а всего лишь…

— Девочки, девочки! — успокаивала дочерей миссис Эшфорд.

— Я не понимаю, чего она так вцепилась в этого Брэда. Он не единственный интересный мужчина, который там присутствовал, — воскликнула Рей.

— Но он самый интересный! И тебе не следует задаваться только потому, что его друг, граф Карл Вомсли, танцевал с тобой три раза. Возможно, у него и есть титул, но все его имущество заложено.

— Ты наверняка проверила финансовое состояние всех, кого только могла!

— Мир слишком тесен, — грубо отрезала Уитни. — И знаешь, кто мне это сказал?..

Паула перестала слушать. Весь их разговор сводился к жалобам Уитни.

Спустя несколько дней Уитни чуть не впала в истерику, так как Вондеркемп навестил Шейлу Муди.

Миссис Эшфорд услышала об этом за бильярдным столом.

— Всего один раз, — пояснила она, — но Ада Муди намекает, что между ними роман. Готова поспорить, что она уже подыскивает свадебное платье для дочери…

Между тем этот роман быстро угас, и Уитни немного успокоилась, особенно когда Эшфордов пригласили на яхту Вондеркемпа. Предстояло ночное плавание вниз по реке.

Паула тоже получила своего рода приглашение: Гарри снова умолял ее поработать у него, так как Вондеркемп попросил его обслужить гостей на яхте.

Но она не могла рисковать.

Впрочем, какой риск? Он наверняка уже все забыл, если вообще думал о ней, и она…

Тем не менее девушка мечтала увидеть яхту, как, впрочем, и его самого…

Все это ерунда! С глаз долой — из сердца вон! Она ответила Гарри решительным отказом.

Но когда он принялся настаивать, она, поколебавшись, согласилась.

Пауле никогда не приходилось бывать даже на парусной шлюпке, не то что на яхте. А говорили, что на яхту Вондеркемпа стоило посмотреть.

А почему бы и нет? Там соберется много людей, и он едва ли заметит простую официантку, особенно если она не попадется ему на глаза.

Брэд узнал ее сразу же, как только она ступила на трап. Он взял бинокль у стюарда.

— Вот она.

Стюард кивнул головой и удалился.

Брэд навел бинокль на Паулу. Увидев воодушевление на ее лице, он почувствовал, как пульс у него учащенно забился. Именно ее он всегда искал.

Он снова взглянул на это лицо, такое ясное, улыбающееся.

Глаза Паулы широко раскрылись от удивления, когда она пробегала вверх по трапу. Это не яхта, а настоящий корабль!

Девушка пыталась получше осмотреть ее, когда следовала за Гарри и другими служащими через палубу, которая была вымыта и отполирована до блеска.

По спиральной лестнице они спустились на кухню. Там все было оборудовано по последнему слову техники: микроволновая печь, холодильник и все необходимые принадлежности.

— Паула, сладкая моя! — позвал Рут, заместитель Гарри. — Эту коробку лучше положить в холодильник. Яхта похожа на корабль, правда?

— Да! — Паула подняла коробку с креветками. — Думаю, ее хозяин любит путешествовать по морям.

— Вовсе нет, он редко появляется на яхте.

— Неужели? — Паула старалась вспомнить. Эшфорды были так взволнованы, когда яхта…

— Его мать катается на ней. Брэд прилетел на самолете из Франции или Италии с очередной игры в поло.

— Тогда зачем же ему здесь яхта?

Рут пожал плечами.

— Кто знает! Наверное, отель в Сан-Диего маленький для него. Яхта плыла сюда, пока ее хозяин развлекался в Италии. А сейчас Вондеркемп здесь живет.

— Здорово!

— Работая с Гарри, — продолжал Рут — волей-неволей узнаешь, как живут те, кто принадлежит к высшему обществу.

Видно, что Рут знал о приеме намного больше, чем Уитни. Значит, я смогу разузнать кое-что о «принце поло», подумала Паула, болтая с Рутом.

— Для такой яхты, как эта, стоянка обходится в две тысячи долларов в сутки. По-моему, это огромные деньги. И не забывай об экипаже, которому тоже надо платить. А обслуга? А кухня?

— Как много суеты из-за одного человека!

— Не думаю, что он остается один на долгое время. Слышал, у него на борту всегда какая-нибудь дама.

— О! И с кем же он сейчас?

— Сейчас он один, — ответил Рут. — Там, откуда он приехал, у него была какая-то итальянка. Полагаю, он оставил ее. Женщины быстро надоедают ему.

Паула вспомнила озорные искорки в его глазах и привлекательную улыбку. Он не похож на человека, которому могут надоесть женщины. Но, возможно, он действительно меняет женщин как перчатки… Почувствовав, что ее лицо загорелось, девушка встряхнула головой.

Все началось в ночь маскарада! Боже мой! Я так же глупа, как Уитни. Один импровизированный танец, и…

— Мистер Вондеркемп часто устраивает подобные вечеринки, — продолжал Рут.

Появление опрятного мужчины в белом смокинге прервало его. Гарри любезно поздоровался с вошедшим.

— Это мистер Маккой, — представил он его служащим. — Он стюард на яхте, и мы рады работать с ним и его командой сегодня вечером. Как я уже говорил вам, закуски разносятся по двум палубам и всем каютам. Каждый из вас будет назначен в определенные секции, где вам помогут один или несколько членов постоянного состава судна.

После небольшого совещания между двумя мужчинами было сделано распределение. Паула, которая не получила назначения, подумала, что останется на кухне и будет раскладывать горячие блюда по тарелкам, но мистер Маккой подошел к девушке и тихо произнес:

— Пожалуйста, не могли бы вы пойти со мной?

Озадаченная этой просьбой, девушка последовала за стюардом.

Они поднялись по лестнице, пересекли палубу и подошли к какой-то двери. Он открыл ее и отступил назад, пропуская Паулу.

Девушка вошла и огляделась по сторонам. Должно быть, это частная каюта, подумала она, заметив маленький столик, накрытый на двоих.

Ей нужно обслужить всего лишь двух человек?

Паула повернулась, чтобы спросить стюарда, но он склонил голову в знак почтения и быстро удалился, закрывая за собой дверь.

Девушка посмотрела на стол. В ведерке со льдом стояла бутылка шампанского.

Прислуживать двоим совсем неплохо. Если они не будут обедать с другими гостями, значит, хотят побыть одни.

Выполнив свою миссию, она тихо удалится, как это сделал мистер Маккой. Единственная сложность заключалась в том, как найти дорогу на кухню.

Кроме того, как сказал Рут, это хорошая возможность посмотреть, как живут богачи.

Диванчик, стоящий в углу комнаты, был усыпан голубыми подушками, цвет которых напоминал волны моря. В центре стола стояла большая ваза с букетом хризантем. Все свидетельствовало о хорошем вкусе и больших деньгах.

Девушка увидела дверь и открыла ее. Это была спальня, обставленная с еще большим вкусом.

Вдруг Паула почувствовала несильный толчок: яхта отчалила. Те, кого она будет обслуживать, могут прийти в любой момент. Не желая быть застигнутой врасплох, девушка быстро захлопнула дверь в спальню.

Вовремя, подумала она, услышав поворот ключа в замочной скважине. Паула стояла, затаив дыхание.

Вдруг на пороге появился он. «Принц»!

Конечно! Кто же еще?! Почему ей не пришло это в голову раньше?! Сейчас у него наверняка свидание с очередной пассией.

Девушка удивилась подобным мыслям. Почему ее волнует, что он делает, когда и с кем?

— Привет, — нежно произнес он.

Паула окинула его взглядом. Она испугалась, что «принц» узнает ее. Набравшись сил, девушка твердо сказала:

— Здравствуйте, сэр. Принести вам что-нибудь? Выпить или…

— Позволь мне. — Брэд вынул бутылку шампанского из ведерка со льдом, ловко открыл его и наполнил два бокала. Один он протянул ей. — За нас.

Что, черт возьми, происходит? Она поставила стакан.

— Спасибо, сэр, но я на работе.

— Ты не на работе. Сегодня вечером ты моя гостья.

— Извините, это какая-то игра?

— Говорю же, ты моя гостья. Садись.

Он подвинул стул и улыбнулся.

Девушка не шевельнулась.

— Садись же, — упрашивал Брэд. — Мне пришлось пройти через столько трудностей, прежде чем я нашел тебя. Давай расслабимся и будем наслаждаться этим вечером.

Паула увидела, как искорка озорства мелькнула в его глазах, и тут вспомнила все, что о нем говорили.

Ей не нравилось находиться наедине с незнакомым мужчиной в его личной каюте. Вдобавок он запер дверь. Во рту у нее пересохло. Она бросилась к двери, которая легко распахнулась, и ей стало почему-то немного стыдно.

— Ты же не станешь снова убегать от меня, Золушка? — сказал Брэд, смеясь.

Злость пришла на смену стыду.

— Никакая я не Золушка!

— Но в ту ночь ты исчезла, как только часы пробили полночь.

Паула направилась к двери, но Вондеркемп преградил ей путь.

— Подожди. Не уходи. Почему ты злишься?

— Я не злюсь. Я не намерена быть одной из ваших случайных знакомых. И мне вовсе не доставляет удовольствия играть в сказку, мистер Вондеркемп.

— Возможно, это и сказка, но не игра.

— Называйте как хотите, но мне все это не нравится. Я пришла сюда работать, а меня обманули и вовлекли в эту историю!

Паула выразила гневным жестом то, что не смогла произнести.

— Что в этом плохого? Как бы еще я нашел тебя?

— Что вы имеете в виду?

— Ни имени. Ни адреса. Я даже не знал, где ты работаешь. Сначала я подумал, что ты одна из работниц семьи Муди, и мне пришлось нанести им пару визитов. По счастливой случайности во время одного из этих визитов Сэм, их сын, обмолвился, что бал-маскарад обслуживал Гарри…

Паула прервала его:

— Почему вы сразу не спросили Гарри? Ведь так было бы намного проще.

— Ты так думаешь? Мне тоже приходила в голову эта мысль. Но, кажется, мистер Гарри неохотно разглашает информацию, касающуюся своих служащих. Должно быть, у него свой интерес. Как говорит мой отец, такие люди не любят, когда переманивают их работников. И что я мог у него спросить? Что я знал о тебе? Белокурые волосы. Цвет скорее золотистый, чем белый. Смеющиеся голубые глаза. Невысокого роста, с хорошей фигурой. Великолепно танцует. — Его губы дрогнули от волнения. — Такое описание могло бы иметь определенный подтекст, а я не хочу быть вовлеченным в подобную щекотливую ситуацию. Ты ведь понимаешь?

— Разумеется, — усмехнулась Паула.

— Кроме того, роль детектива не слишком мне подходит. Дурных намерений я не имею…

— Готова поверить вам на слово, — согласилась Паула.

— Теперь, надеюсь, ты понимаешь, почему я устроил вечеринку на яхте сегодня вечером?

Девушка пристально посмотрела ему в глаза.

— Но зачем столько хлопот?

— Я уже говорил тебе, что ценю свое время. Я даже не знал твоего имени.

— Я не о том. Я хотела бы знать, почему вы захотели найти меня?

Казалось, вопрос озадачил Брэда. Он немного подумал, потом улыбнулся.

— Мне понравилось танцевать с тобой.

— Но ведь это не причина!

— Это начало. Наверняка есть еще что-нибудь, что нам удастся сделать так же хорошо. Ты не возражаешь?

Паула снова уловила этот плутовской взгляд.

— Я не думала…

— Не осторожничай. Я джентльмен, и, — добавил он быстро, словно только что вспомнил нечто важное, — мне нужно кое-что вернуть тебе.

Он засунул руку в карман, вынул цепочку и протянул ей.

— Моя цепочка с золотой подковкой! Вы нашли ее?! — Девушка была искренне благодарна.

— По правде говоря, она осталась в моих руках, когда ты так поспешно удалилась. Цепочка порвалась, и…

— И вы починили ее. — Нет, заменили, поправила она саму себя, рассматривая новую цепочку, которая была намного тяжелее и, разумеется, дороже.

Возможно, Пауле не стоило принимать ее, но она была так рада, что смогла вернуть подковку, подарок дяди! Девушка смотрела на Брэда, и ее лицо сияло от счастья.

— Спасибо. Эта вещица очень дорога мне.

Брэд улыбнулся.

— Судя по подковке, ты любишь лошадей.

— Да.

— Я так и думал. — Он взял девушку за руку и подвел к столу. — Садись. Давай поужинаем и, может быть, найдем еще что-нибудь общее.

— Извините, мистер Вондеркемп. Я очень ценю все, что вы сделали, но…

Он поднял стакан и протянул ей.

— Меня зовут Брэд. А тебя?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Ты едва притронулась к еде, — заметил Брэд. — Ты не голодна?

Голодна. Только все это происходит словно во сне, и мне трудно поверить в это. Он ухаживает за мной, старается угадать все мои желания. Примерно такие мысли вертелись в голове у Паулы. Между тем Вондеркемп поставил перед ней тарелку с едой. Паула постаралась улыбнуться.

— Мне никогда не прислуживали, — робко произнесла она.

— Так наслаждайся этим. Сегодня я здесь, чтобы исполнять любые твои желания, моя красавица.

От приготовленных блюд шел приятный, аппетитный запах. Девушка взглянула на сочный кусочек свинины в укропном соусе, хрустящий картофель, в меру поджаренную стручковую фасоль, рассыпчатый рис.

Сидя напротив, Брэд не сводил с нее глаз.

— О чем ты задумалась?

О том, какую жизнь ведут богатые и как она не похожа на мою.

— Все выглядит так аппетитно, — произнесла она вслух.

— Тогда приятного аппетита.

Брэд поднял свой бокал с вином.

Паула тоже сделала глоток, стараясь расслабиться.

— Перестань смотреть так, как будто собираешься сделать то же самое, что и Золушка!

— Что?

— Убежать от меня в любой момент.

— Я действительно чувствую себя неловко, — честно призналась Паула. — Ты, должно быть, чувствуешь то же самое. Ведь ты убежал от своих гостей.

— Ничего подобного. Я встретил каждого, когда они поднимались на палубу.

— Но ты здесь, а они…

— Пьют и едят, так же как и мы. В их полном распоряжении палуба, танцплощадка, каюты. Я им абсолютно не нужен.

— Но ведь ты… — Паула не договорила, поняв: Брэд на самом деле не осознает, что на этом вечере он — главное действующее лицо.

— Что я? — спросил Брэд.

— Тебе следовало бы остаться с друзьями. С нашей стороны не слишком разумно прятаться здесь во время твоей вечеринки.

— Но я сейчас пытаюсь обрести нового друга, — улыбнулся он. — Я хочу остаться с тобой наедине и познакомиться поближе. — Он сделал паузу. Тонкая морщинка недовольства тенью легла на его лоб. — А что ты имела в виду, говоря, что мы прячемся здесь? Я не думал, что ты предпочитаешь находиться среди гостей.

— Я имела в виду…

— А почему нет? Я нанял тот же оркестр, что играл на вечеринке у Муди. Давай спустимся вниз и потанцуем.

Она провела рукой по своему фартуку.

— Мой наряд как раз подходит для такого праздника, — с горечью ответила девушка.

— Ну, это не проблема, — заявил Брэд. — Моя мать носит такой же размер одежды, что и ты. В ее каюте наверняка найдется не меньше дюжины вечерних платьев. После нашего ужина я поднимусь и принесу что-нибудь для тебя.

Казалось, что он в восторге от своей идеи.

Паула открыла рот от изумления.

— Ты хочешь, чтобы я потеряла обе работы?

— Я совсем забыл об этом. Думаешь, что мистеру Гарри не понравится… — Он осекся, словно смысл ее слов дошел до него только что. — Обе? Ты работаешь на двух работах?

Он не сводил с нее глаз в ожидании ответа.

— Да. Я еще прислуживаю у Эшфордов. Моя хозяйка с дочерьми тоже находится на твоей вечеринке, и им…

Они наверняка взвоют от бешенства, если я появлюсь под руку с человеком, которого пытаются заполучить себе в мужья сотни девушек.

— Им наверняка не понравится, если я появлюсь среди гостей, — тихо произнесла Паула. — А что касается двух работ… Некоторым приходится самим зарабатывать себе на жизнь, — сболтнула она и тут же прикусила язык. Наверняка неприятно слышать такое тому, кто никогда не работал.

Но, казалось, Брэд не уловил колкости последней фразы.

— У тебя ведь совсем не остается времени, чтобы ездить верхом, — заметил он.

— Ездить верхом?

Он указал на кулончик-подковку, который украшал ее изящную шейку.

— Ты ведь сказала, что любишь лошадей.

— Верно. Но они так далеко отсюда!

— Твои лошади?

— Они вовсе не мои. За исключением одной, — добавила Паула, улыбаясь. — Ее зовут Злючка. Именно из-за ее норова отцу и удалось купить ее. Джек, продавец, собирался отправить ее на живодерню. Она была такой дикой, почти неприрученной. Но отцу удается хорошо ладить с лошадьми. Он ее объездил и подарил мне на Рождество.

— Ты скучаешь по ней, не так ли?

— Еще бы! Мне очень ее не хватает. А также моих родителей. Я скучаю по всему, что осталось там.

— Где — там?

— В Вайоминге. На ранчо Рендольфов. Мой отец работает там управляющим.

— Ты тоже жила на ранчо?

— Всю свою жизнь, до того как приехала сюда.

— Тебе нравилось?

— Да. Я часто вспоминаю это беззаботное время. В тех местах прошло мое детство.

Брэд смотрел на ее сияющее лицо. Должно быть, эта девушка веселится и танцует даже во время работы.

— Нет, это не место, а ты, — произнес он.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне кажется, где бы ты ни была, что бы ни делала, тебя окружает веселье. Если ты так сильно любишь ранчо, почему же уехала оттуда?

Она улыбнулась, не решаясь ответить.

— Я часто об этом думаю. Но все это так сложно и запутанно, что мне не хочется сейчас говорить об этом. Лучше расскажи о себе.

— Справедливо. Я вырос в Суррее, в доме моей матери, я…

— Стоп. Все это можно прочитать в любой бульварной газете. Я хочу о тебе правду. Чем ты занимаешься, что тебе нравится? — Она засмеялась. — Я прочитала, что ты играешь в поло, да так здорово, что тебя прозвали «принцем поло».

— Это не совсем так. Друзья дали мне это прозвище, когда я был в Сэндхерсте. У меня одного не было титула. Это всего лишь шутка.

— Все равно, ты, должно быть, прекрасно играешь в поло? — спросила она.

— Ты когда-нибудь видела игру?

— Нет.

— Надо это исправить. Мы играем в четверг. Я займу тебе местечко…

— Нет, не надо! Все равно я не смогу прийти. Лучше расскажи мне об игре… как ты управляешь лошадьми?

— Как-нибудь в другой раз. — Он не хотел тратить время на разговоры о поло. — Предлагаю выпить кофе на палубе. Пойдем.

— Боже мой! — воскликнула Паула, когда Брэд открыл дверь и отступил назад, давая девушке пройти. — Как я могла не заметить этого!

— Что?

— Твою личную палубу! Надеюсь, ты не возражаешь?

До того как он успел ответить, что согласен на все, о чем бы она его ни попросила, девушка пересекла палубу и посмотрела вдаль, встав на капитанский мостик. Казалось, Паула не заметила того, что ветер растрепал ее кудри и кружевная наколка официантки слетела с ее головы. Брэд пересек палубу и встал рядом с девушкой.

— Потрясающе! — прошептала Паула.

Он кивнул в ответ, восхищаясь, как и она, закатом солнца, цвет которого был огненно-золотистым. Зарево отражалось в море несметным множеством красок: фиолетовой, желтой, голубой, и казалось, будто море и небо слились воедино. Почему он не замечал этого раньше?

— Необыкновенное зрелище, правда? — спросила Паула. — Все заботы и проблемы отходят на второй план. Кажется, что все замечательно.

Он улыбнулся ей.

— Вот что может сделать простой закат солнца.

— Мой отец говорит, что, когда человек наблюдает за тем, как луна сменяет солнце, мир кажется ему не таким уж безумным.

— Твой отец рассуждает как философ.

— Да. Он за словом в карман не лезет.

Паула замолчала на какое-то время, по-видимому наслаждаясь этой красотой. Ее взгляд устремлялся то на далекий горизонт, то на пенившиеся волны моря. Наконец она повернулась к Брэду и произнесла:

— Я чувствую себя виноватой.

— Виноватой? Но почему?

— Мне следовало бы сейчас быть на кухне и работать, вместо того… — она пожала плечами, не решаясь сказать вслух: вместе того чтобы стоять здесь счастливой, как жаворонок, парящий в небе.

Он наблюдал за тем, как ветер играет завитками ее волос, а ее глаза светятся от счастья. Ему хотелось, чтобы это мгновение длилось целую вечность.

— Ты не должна чувствовать за собой вину.

Девушка улыбнулась.

— Не знаю, может быть, ты и прав. Одно я знаю наверняка: я сейчас самая счастливая девушка на свете. Ты знаешь, я первый раз плаваю на яхте, за исключением путешествия с Тоби.

— С Тоби?

— Да. Тоби — сын помощника моего отца. Однажды мы построили маленький плот и спрятали его на реке. Иногда, взяв с собой немного еды, мы плавали вниз по реке.

Брэд взял ее за руку. Он почувствовал внезапную ревность.

— Расскажи-ка мне об этом Тоби… и о твоей жизни на ранчо. Подожди меня здесь, — попросил он, помогая девушке сойти с мостика и усаживая ее в кресло возле столика. — Я принесу кофе.

Вскоре Брэд вернулся с кофе, фруктами и сыром. Устроившись напротив Паулы, он снова задал вопрос о сыне помощника.

— Тоби — просто друг детства, — ответила Паула, с удивлением открыв для себя, что это именно так. Друг, который, повзрослев, стал банкиром и женился на девушке по имени Синди.

Сейчас он стал таким далеким и занимал незначительное место в ее памяти.

— Ты упомянула о том, что путешествовала с ним на плоту.

— Да. Но однажды этот плот перевернулся, и отец Тоби задал моему другу такую трепку, что мало не показалось. Он запретил нам и близко подходить к берегу реки: ведь мы могли утонуть. Какая глупость! Мы оба хорошо умели плавать, и даже пороги ничего не значили для нас. Моя мама была очень возмущена тем, как мистер Джонс наказал Тоби. Она сказала, что он не имеет права бить даже свою лошадь, а уж тем более сына. А ты как думаешь? — спросила Паула.

Странно, но для нее было очень важно знать его мнение.

Брэд покачал головой.

— Я вспомнил, как моя старая няня легонько шлепала меня, когда я…

— У тебя была няня?

— Конечно. — Он посмотрел на нее непонимающим взглядом. — Она воспитывала меня до пяти лет. Потом мне наняли преподавателя, а потом…

Слова собеседника вихрем проносились в голове Паулы. Какие-то незначительные пустяки из его жизни трогали ее до глубины души.

Его старая няня твердила, что мужчины не плачут, в то время как Свен, один из садовников, утверждал обратное: «Это вполне нормально — плакать по тому, кого ты любишь». Именно он помог Брэду втайне похоронить Смоки, спаниеля, недалеко от поместья.

Тогда Брэд плакал навзрыд, потому что Смоки значил для него куда больше, чем кто-либо другой.

— К тому же эта собака спасла мне жизнь, грустно закончил Брэд. — Я был бы на его месте, если бы змея укусила меня, а не Смоки.

Паула почувствовала огромную жалость к одинокому мальчику, которого по-настоящему понимал один лишь садовник.

Между тем солнце скрылось за горизонтом. Паула задумчиво рассматривала звезды.

— «На звезды смотрю, им говорю: Пусть сбудется то, о чем я молю!» — процитировала она.

— О чем ты мечтаешь сегодня вечером? Знаешь, если тебе удастся увидеть на небе первую звезду, ты можешь загадать желание.

— А я проглядела ее. Разговор с тобой меня так увлек, что я не обращала ни на что внимания, кроме твоих слов.

— Жаль.

— Не стоит, я уже загадала сотни желаний, и я… — ни на какие сокровища в мире не променяла бы наш разговор, закончила про себя Паула. — Я… мне нравится смотреть на звезды. Захватывающее зрелище! Хорошо, что нет луны.

— Становится прохладно. — Брэд накинул ей на плечи свой пиджак, который все еще хранил тепло его тела и освежающий мускатный запах дорогого одеколона.

Это то же самое, что и находиться в его объятиях, подумала девушка, опьяненная сладостным удовольствием.

— Почему хорошо, что нет луны?

— О… я…

Вот что значит лишиться дара речи. Это всего лишь его пиджак, глупышка.

— Что ты имеешь против луны?

— Ничего, — сказала Паула сдержанно. — Ты разве не слышал, что, чем темнее ночь, тем ярче сияют звезды? Лунный свет затмевает их. Но в темную ночь, как эта, звезды горят во всей своей красе. Смотри, какое ясное небо! Можно легко увидеть, какие звезды мерцают, а какие неподвижны.

— Да неужели? Некоторые мерцают, а некоторые нет?

Паула сердито посмотрела на него.

— Ты когда-нибудь смотрел на звезды?

Он улыбнулся, посмотрел на небо, а потом снова на нее.

— По-настоящему смотрю только сейчас.

— Взгляни вот на эту. — Паула указала на звезду. — Посмотри, как она мерцает! А рядом с ней совсем неподвижная…

Девушка указывала то на одну звезду, то на другую, отвечая на его вопросы.

— Не знаю, почему это происходит. Папа говорит, что, возможно, это связано с движением планет. — Паула указала на созвездие Большой Медведицы. — Ты знаешь, а она движется. Когда я жила дома, то наблюдала за ней каждую ночь. Ее ковш всегда указывает на Полярную звезду. Посмотри. Благодаря ей путники могут найти дорогу без компаса, ведь она всегда указывает на север.

— Откуда ты так много знаешь о звездах? — поинтересовался Брэд.

— От моего отца. Ему нравилось рассматривать ночное небо. Когда он шел на пастбище, то всегда брал с собой бинокль. По его словам, когда ему было уныло и одиноко, звезды составляли ему компанию.

— Никогда бы не подумал, что звезды могут быть друзьями.

— Да, такой уж он человек, мой отец. Он с уверенностью утверждал, что на одной из далеких звезд сидит одинокий пастушок и они с отцом смотрят друг на друга. Он искренне верит, что на других планетах живут люди. Мой папа говорит, что мы вскоре получим тому доказательство. Совершая полет в космос, мы раскроем тайну галактик и вселенной и убедимся, что там живут такие же люди, как и мы.

Она рассмеялась, ожидая, что и он присоединится к ее задорному смеху. Но Брэд остался серьезен.

— Мне бы очень хотелось познакомиться с твоим отцом.

Она оставила без ответа его просьбу, а вместо этого спросила:

— А твои родители вели с тобой подобные разговоры?

— Никогда. В нашей семье каждый был занят исключительно собой.

— Даже когда ты был ребенком?

— Разумеется. Всегда что-то происходило: благотворительный бал, охота, вечеринка у нас или у знакомых. Кроме того, родители много путешествовали. Мой отец предприниматель, у него дела по всему миру.

— Ну, а как же ты?

— Что ты имеешь в виду?

— Чем ты занимаешься?

— Многим. Например, теннисом, гольфом, не говоря уже о поло. К тому же я часто путешествую.

Глупо было спрашивать. Что еще он может делать, кроме как играть?! И что, собственно говоря, в этом плохого? А сама Паула пошла бы работать, если бы в этом не было необходимости? Но в то же время она чувствовала бы себя бесполезной и никчемной.

— А что тебе нравится делать? — спросил Брэд.

— Обожаю плавать! А еще я немного играю в теннис, — ответила она. — И как выяснилось, мне нравится яхта, океан, морские путешествия. Спасибо тебе за этот вечер.

— Это тебе спасибо, — тихо ответил Брэд.

Потом произошло то, чего она меньше всего ожидала. Возможно, причиной этому послужил его рассказ о себе. Одинокий мальчик, который мог поговорить только с садовником. Ей вдруг безумно захотелось прикоснуться к нему.

Паула нежно провела рукой по щеке Брэда и поцеловала его. Он, в свою очередь, заключил ее в крепкие объятия, и их губы слились в страстном поцелуе.

Легкая дрожь пробежала по всему ее телу. Она обвила руками его шею, мечтая лишь о том, чтобы он не отпускал ее никогда.

Казалось, время остановилось. Больше ничего не существовало, кроме мужчины, который сейчас обнимает ее, покрывает лицо жаркими поцелуями и шепчет ей на ухо нежные слова.

Резкий гудок проходящего парохода вывел Паулу из забытья. Она попыталась оттолкнуть Брэда, но его объятия были слишком крепки.

— Не убегай от меня, моя маленькая Золушка.

Услышав это имя, Паула окончательно вернулась с небес на землю.

— Прости, но я должна… — Вернуться к грязной посуде и салфеткам, подумала она. — Я должна вернуться к работе, пока меня не начали искать, — воскликнула она, сбегая вниз по лестнице.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Чем ты занималась? — крикнул Лу.

— Ради бога, я ничего плохого не сделала, — ответила Паула, собирая грязные носки в кучу. — Правда, Лу, как можно за одну неделю устроить здесь такой беспорядок?

— Никто не просил тебя убираться в моей комнате. Речь сейчас идет не обо мне. Мы говорим о том беспорядке, в который ты превратила свою жизнь!

— С чего ты взял? В моей жизни все идет прекрасно.

— Не строй из себя невинную овечку, я слишком хорошо тебя знаю. Паула, ты явно очарована тем…

— Неправда!

— Не лги! Я знаю этот взгляд.

— Какой взгляд?

— Блуждающий, томный. Словно поездка на пароходе — это самая замечательная вещь, которая когда-либо с тобой случалась.

— Это не пароход, а…

Она усмехнулась. Это был целый мир: золотое солнце, медленно опускающееся в океан, небо, звезды.

— Черт возьми, это действительно не просто пароход. У тебя был такой же взгляд в тот вечер, когда ты, восторженно размахивая руками, бегала по кухне и рассказывала мне о том, как танцевала на балу с прекрасным принцем.

— Хватит, это был всего лишь розыгрыш.

— Намного больше, чем простой розыгрыш, девочка. Я понял это по твоим глазам. Они сияли от счастья так же, как и в тот день, когда отец подарил тебе кобылу.

— Злючку?

Причем тут ее лошадь? И почему Лу так рассердился?

— Ты тогда казалась самой счастливой девочкой на свете? Тебе не терпелось поскорее вскочить на эту упрямую кобылу. Я пытался отговорить твоего отца, так как это было чертовски опасно для такой малышки, как ты.

— Но у меня получилось. Я упала всего лишь раз.

— Зато как упала. И позволь заметить, — Лу погрозил ей пальцем, — это ничто по сравнению с тем падением, которое ожидает тебя, если ты будешь продолжать волочиться за этим парнем.

— Ради бога! — Паула бросала одну за другой пустые бутылки из-под пива в мусорную корзину. — Я не волочусь за ним.

— Разве? А как тогда объяснить то, что ты прокралась на…

— Неправда, меня наняли для работы! По крайней мере я так думала, а он…

Она замолкла, не желая, чтобы дядя подумал, будто ее силой притащили на яхту.

— Вот как! Он все подстроил? Ей-богу, Паула, если он хоть пальцем к тебе прикоснулся, то я и сам не знаю, что тогда с ним сделаю. Скажи мне правду, Паула!

— Ничего из того, что ты подумал, не произошло!

— Тогда ты просто отняла у него время.

— Что?

— Я догадываюсь о его истинных намерениях.

— Ничего он не замышлял! — рассердилась Паула и гневно посмотрела на дядю. — Уверяю тебя, Брэд настоящий джентльмен!

— Не нужно говорить мне, кто он такой. Я знаю жизнь гораздо лучше тебя, хотя и не читал книжек. Он обыкновенный богатый плейбой, один из тех, кто легко соблазняет деньгами, элегантностью, кому ничего не стоит вскружить голову такой наивной девушке, как ты.

— Но у него и в мыслях не было ничего дурного! Мы просто разговаривали…

— Откуда тебе знать? Это их метод. Такие мужчины сначала втираются в доверие, наговорят кучу комплиментов, пока вы им не надоедите, а потом выбрасывают вас как мусор. В следующий раз, когда он будет крутиться возле тебя, я…

— Следующего раза не будет.

— Это и к лучшему, — проворчал Лу. Казалось, он успокоился, но его взгляд еще какое-то время оставался тревожным. Он стоял в дверях спальни и смотрел, как племянница снимает постельное белье с его кровати. — Тебе вовсе не обязательно менять белье каждую неделю, Паула. Когда я жил в общежитии для рабочих, я…

— Но ведь это не общежитие, и я не хочу, чтобы мой дядя жил в свинарнике.

Пока Паула заканчивала уборку, дядя Лу не проронил ни слова. Но когда она уже собиралась выйти из комнаты, он взял ее за руку.

— Ты прекрасная девушка, Паула.

На ее лице появилась улыбка.

— Прости, что я накричал на тебя. Тебе и так достается от хозяйки и ее драгоценнейших дочерей.

— Миссис Эшфорд неплохая женщина. Вот только у нее всегда неважное настроение.

— Ну да, неплохая! Она та еще мегера! Прости меня, я просто беспокоюсь о тебе. — Он провел рукой по ее волосам. — Я же обещал твоему отцу присматривать за тобой.

— Я все понимаю. — Паула привстала на цыпочки, чтобы поцеловать дядю. — Ну так выполняй свое обещание и кричи на меня сколько хочешь.

— А ты будешь выслушивать?

— Конечно же. Но ты зря беспокоишься. Пожалуйста, отнеси это на помойку.

Она указала на две переполненные мусором корзины. Затем, снова поцеловав его в щеку, взяла пакет с грязным бельем и вышла из комнаты.

Дядя так беспокоится обо мне, думала Паула, спускаясь в бытовку, но я никогда не расскажу ему.

Почему? Что вдруг изменилось в ее отношениях с дядей?

Когда он жил на ферме, у нее не было секретов от него.

Он помог им с Тоби построить этот злосчастный плот. Он знал об их планах пожениться и купить свою ферму и о ее мечте стать ветеринаром.

Возможно, дядя никогда и не читал книг, но именно он достал для нее собрание сочинений Джеймса Херриота, которого она читала буквально взахлеб. Сколько холодных зимних ночей провела она у полыхающего камина в его уютной комнате!

А иногда она вместе с ним, толковым ветеринаром, с трудом пробиралась по горам, покрытым снегом, чтобы спасти слабую овечку или теленка, которые отбились от стада.

Именно дядя заставил ее страстно полюбить ремесло ветеринара.

Паула улыбнулась. Не было ни одной мечты детства, которую она не разделила бы с Лу.

Но сейчас он уже не казался тем человеком, которому она могла бы рассказать о поездке.

А ей так хотелось поговорить с кем-нибудь по душам!

Она даже ничего не сказала Руту, который трудился в поте лица на кухне, пока она исполняла роль принцессы.

Паула усмехнулась. Да, сейчас все закончилось, и это казалось забавным приключением.

И как это удалось Брэду все так прекрасно спланировать? — думала Паула, войдя в кухню и начиная сортировать грязное белье. Только ради того, чтобы отыскать ее, ему пришлось нанести визиты Муди и Торри. Неужели он действительно преодолел все эти трудности, устроил вечеринку на яхте, пригласил множество людей только ради того, чтобы встретиться с ней?

Брэд так сказал.

Ты идиотка, если веришь во все это, Паула Грант. Это всего лишь повод…

Господи, она стала такой подозрительный и недоверчивой, как и ее дядюшка!

Паула снова усмехнулась, бросила грязное белье в стиральную машину и включила кран.

Боже, а как она кинулась к двери! А когда оказалось, что та не закрыта, почувствовала себя полной дурой.

Никто не заставлял ее оставаться там. Она могла уйти в любой момент.

И как бы она вела себя дальше? Вернулась на кухню и объяснила бы, что ее послали не туда, куда надо? Или что ее помощь там не нужна? Или еще что-нибудь? Разумеется, она сказала бы все что угодно, кроме правды.

А ты хотела там остаться, не так ли?

Паула облокотилась о стиральную машину, наблюдая за тем, как чрево агрегата заполняется водой, и снова вспоминала себя, стоящую на борту яхты, волны, бьющиеся о корму, ветер, раздувающий ее волосы, лучи заходящего солнца и мужчину, стоящего рядом с ней.

Он совсем не похож на плейбоя, обыкновенный человек. И в то же время в нем было нечто особенное, что делало его непохожим на других мужчин. А вообще он довольно простой и забавный парень.

А что касается дядиных опасений, то тут она совершенно не согласна. На уме у Брэда не было ничего крамольного. Он даже не пытался ее обнять. Это она в конце концов дала волю своим чувствам.

Паула улыбнулась, вспомнив, как они вместе собирали грязную посуду, снимали запачканную скатерть и протирали стол, словно они вместе работали, а когда у них появилась свободная минутка — сели отдохнуть и поболтать.

Когда они закончили уборку, Брэд не хотел, чтобы она уходила.

— Прошу тебя, останься! Мы еще не причалили к берегу, вечеринка в самом разгаре.

— Но Золушке пора возвращаться на кухню, где ее ждут посудомоечная машина, пакеты для мусора и тому подобное. Все прошло очень весело, но мне не следует оставаться здесь, — сказала она с обычной откровенностью. — Спасибо за прекрасный вечер — и прощай.

Дверь закрылась за ней прежде, чем он смог задержать ее.

Паула нашла кухню и присоединилась к команде, как будто работала здесь весь вечер. Слава богу, никто ничего не заметил.

Скоро все ее волнения закончатся. Финальный матч по поло состоится через несколько дней, а потом он уедет и наверняка забудет о ней. А она? Удастся ли ей выкинуть из головы это небольшое приключение? Вряд ли.

Боже мой, машина уже полностью заполнена водой, а Паула еще не добавила порошок и отбеливатель! Она слила лишнюю воду и, совершив необходимые операции, поспешила на кухню, чтобы приготовить обед.

Рей перехватила Паулу в коридоре.

— Паула, мама распорядилась, чтобы ты приготовила на обед мясо ягненка, а не обычную курицу. Лу принесет тебе его немного позже. Я только что болтала по телефону с лордом Вомсли. Он сегодня придет к нам на обед с другом. А ты знаешь, кто его лучший друг, Паула? — спросила Рей.

Кто же еще, как не «принц», подумала Паула. Уитни получит еще одну возможность попытаться заполучить его.

— Посмотри, это надо зашить. И где я могла порвать его? — Рей протянула Пауле свое любимое платье цвета морской волны. — Я хочу быть неотразимой. Ах да, я совсем забыла! Мама велела, чтобы Лу сегодня исполнял роль дворецкого. Необходимо, чтобы он надел смокинг, который она ему привезла. И пусть почистит ногти! Нельзя допустить, чтобы он был похож на садовника.

Очередное перевоплощение дядюшки, подумала Паула. Стоило ей представить дядю в роли дворецкого, и у нее на губах появилась невольная усмешка.

Рей задумалась.

— Так, что же еще? Срежь в саду цветы и укрась ими комнату, а на стол поставь подсвечники. Да, кстати, ты успеешь приготовить свои пирожки?

Паула взглянула на часы: три часа.

— К сожалению, нет, но я что-нибудь куплю в булочной. Все будет готово вовремя, — пообещала она.

Паула сдержала слово. Прекрасно сервированный стол радовал глаз. Из кухни доносился аппетитный запах.

Дядя Лу выглядел весьма элегантно в новом смокинге, и вовсе не ее вина, что он опрокинул тарелку с супом на спину миссис Эшфорд и разбил стакан Уитни.

Вдобавок ко всему другом лорда Вомсли оказался вовсе не «принц». Это и стало самым ужасным огорчением для семейства Эшфорд.

— Почему он не привел его? — жаловалась Уитни. — А еще считается его лучшим другом! Это ты во всем виновата, Рей! Ты твердила о том, что он приведет с собой «принца»! Уверена, он хотел…

— Поверь, я ничего не знаю об этом, — возразила Рей, усмехаясь. — У Брэда есть привычка ускользать от людей. Помнишь, тогда, во время вечеринки на яхте? По-моему, его не было среди гостей. По крайней мере я его не видела. А ты?

Уитни пропустила мимо ушей это замечание.

— Какая жалость! Это было бы великолепной возможностью познакомиться с ним поближе. Ах, еще два дня, и он уедет из города!

Два дня, о которых говорила Уитни, пролетели быстро.

Паула, помогая Эшфордам одеться на последнюю игру, всем сердцем желала пойти с ними. Ведь это был ее последний шанс посмотреть на его игру. Увидеть его снова.

Девушка гнала от себя подобные мысли.

Разумеется, английская команда выиграла.

И после этого состоятельные женщины города вдоволь почесали языки, обсуждая, кто с кем сидел и кто с кем говорил.

Но еще больше их занимали приготовления к грандиозному балу в честь победы. Ведь это было последней возможностью произвести впечатление на «принца».

Но он там даже не появился. Паула узнала это на следующее утро, подавая завтрак своим хозяйкам.

— У него нет даже элементарных понятий о приличиях, — вопила Уитни. — Это он должен был вручать приз своей команде, вместо напыщенного лорда Вомсли.

Рей со злостью стукнула чашкой о блюдце.

— И вовсе он не напыщенный! Он практически не упоминал о достоинствах своей команды. Только говорил, что для них огромная честь принимать участие в столь благородном деле, как сбор денег для детского приюта.

Паула налила Уитни кофе. Сегодня она в первый раз услышала о благотворительных целях этого матча. Интересно, сколько им удалось собрать?

— Ну да, лорд все говорил и говорил! — возмутилась Уитни. — А мне хотелось, чтобы он заткнулся или лучше сказал, где «принц».

— Какая тебе разница? Он ведь все равно не пришел и не смотрел в твои томные глаза!

— Замолчи! Хватит издеваться! В твои глаза тоже больше никто не посмотрит!!! Твой любезный лорд уехал вместе с «принцем». Яхта отчалила от берега сегодня утром. Вот так!

Уитни обрадовалась тому, что ей удалось задеть сестру, но в то же время с ее лица не сходило выражение разочарования.

Уехал! Это слово эхом отозвалось в ушах Паулы, и холодная дрожь пробежала по всему ее телу. Она больше никогда не увидит Брэда, его глаз с огоньками озорства, не услышит его голоса, не прикоснется…

Боже, она так же глупа, как и Уитни!

Девушка вздохнула с облегчением, услышав приказ миссис Эшфорд принести ей что-нибудь от головной боли. Может быть, дела отвлекут ее от мрачных мыслей. Она поспешила выполнить указание хозяйки.

Но что бы она ни делала, как бы упорно ни старалась не думать о Брэде, чувство грусти не покидало ее.

На почтовом ящике написана фамилия «Эшфорд». Брэд подъезжал к этому дому дважды, перед тем как свернуть за угол и остановить машину.

Он подошел к боковому входу. Чтобы не привлекать внимания, ему пришлось надеть старые джинсы и свитер, но, несмотря на это, Лу узнал его тотчас. Дядя Паулы отошел от цветочной клумбы, заросшей сорной травой, и подозрительно посмотрел на юношу.

— Добрый день, сэр. Могу быть вам чем-нибудь полезен?

— Надеюсь, что да. Я ищу мисс Грант. Паулу Грант.

— Извините, но это дом Эшфордов.

— Я знаю, но она здесь работает.

— Да, работает. Но служанкам не полагается принимать посетителей в рабочее время.

— Понимаю… — Черт побери, почему этот садовник такой сварливый? — спрашивал себя Брэд. — По правде говоря, это не визит вежливости, я только хотел поговорить с ней. Будьте так любезны, сообщите, что…

— Извините, но ее сейчас нет дома.

Брэд выругался и покраснел от злости.

— Послушай, мальчик, — вновь заговорил Лу, — кто бы ты ни был, но я хочу договориться с тобой…

— Я вам не мальчик! И нам с вами не о чем договариваться! — Но тут ему пришло в голову, что, возможно, это сам мистер Эшфорд. — Простите, я хочу объяснить…

— Я знаю, кто ты, и не позволю Пауле спутаться с таким типом, как ты.

На какой-то момент Брэд лишился дара речи. Еще ни разу в жизни с ним не разговаривали в таком тоне. Это выбило его из колеи, но через несколько секунд ему удалось взять себя в руки, и он продолжил:

— Уважаемый сэр…

— Лу, я хочу, чтобы ты…

Оба мужчины посмотрели на миссис Эшфорд, которая стояла в дверях.

Она в свою очередь пристально уставилась на Брэда.

— Мистер Вондеркемп! — радостно воскликнула она. — Как вы здесь оказались? Я имею в виду, мы думали, что вы уехали…

— Добрый день, миссис Эшфорд, — поздоровался Брэд. — Я пришел…

— Он справлялся о мисс Уитни, — вмешался садовник до того, как Брэд сам смог изложить причину своего визита.

— Это же просто замечательно! Она будет очень рада! Пойдемте! Ах нет, вам не следует входить с черного входа. Лу, проводи мистера Вондеркемпа к главной двери.

Как она стелется передо мной, подумал Брэд.

— Вы должны войти в мой дом только через парадный вход, — торжественно произнесла миссис Эшфорд.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Брэд разозлился не на шутку, но вскоре ему удалось взять себя в руки, и он последовал за садовником.

Спрашивал о мисс Уитни! Интересно, что побудило этого наглеца придумать такую ерунду?

— Эта работа очень важна для Паулы, — пояснил наконец садовник.

— Но я вовсе не собирался создавать ей проблемы на работе. Я всего лишь…

— И миссис Эшфорд не нравится, когда к горничной приходят посетители, — продолжал садовник, не обращая никакого внимания на слова Брэда.

— Тогда возможно… — Брэд запнулся — лучше не передавать с ним сообщения. Кто бы он ни был, но он явно не любит, когда к Пауле приходят.

Или я ему чем-то не понравился? — спрашивал себя Брэд. Но с какой стати? Ведь он даже не знает меня! И кто дал ему право так со мной разговаривать?

Они подошли к парадному входу до того, как Брэд успел задать ему очередной вопрос. Сияющая от счастья миссис Эшфорд сама открыла ему дверь.

— Заходите, заходите! Какой неожиданный сюрприз! Уитни сейчас спустится и…

Брэд молча следовал за хозяйкой, размышляя над тем, какое бы объяснение придумать своему визиту, чтобы не навредить Пауле и в то же время не допустить той же оплошности, что и с Шейлой Муди.

Брэд приходил в дом Эшфордов во вторник, когда у Паулы был выходной и она, как обычно, засиделась в университете до позднего вечера.

Следующий день Эшфорды провели вне дома, и Паула узнала о приходе Брэда только вечером, подавая им ужин.

А Лу ей ничего не сказал! Ей с трудом удалось дождаться конца ужина, чтобы побежать к дяде и расспросить его обо всем.

Когда хозяйки наконец встали из-за стола, Паула поспешила на кухню, чтобы вымыть грязную посуду. Она застала там дядю, который спокойно ел ужин. Она бросила на него испепеляющий взгляд.

— Итак, почему ты не рассказал мне, что вчера приходил «принц»?

Услышав вопрос племянницы, Лу выронил из рук вилку. После того как он поднял ее и посмотрел на Паулу, его щеки пылали, рот немного приоткрылся, и казалось, что слова застряли у него в горле.

— Я жду ответа! — настаивала девушка.

— Послушай, Паула, тебе не стоит так расстраиваться только потому, что я…

— Расстраиваться? С чего ты это взял?

— Послушай, я ведь ничего плохого не сделал.

— Конечно. Но ведь ты нарочно не рассказал мне об этом?

— Нет, я…

— Ты действительно думал, что я ничего не узнаю от этих кумушек? — Она кивнула в сторону гостиной. — За ужином они только об этом и болтали. Я слышала, что он сначала зашел с бокового входа и ты увидел его первым…

— Я хотел уберечь тебя, Паула. Он выглядел таким раздраженным.

— Но тебе не следовало скрывать от меня это. Представь себе, как неприятно мне было слышать от других, что… — Она запнулась, так как лицо дяди с каждым ее упреком становилось все печальнее и печальнее. Казалось, он вот-вот заплачет. — Ну, не переживай, — поспешила она успокоить его. — Я всего лишь разыгрываю тебя. — Она крепко обняла дядю.

Лу отодвинул тарелку.

— Я не хочу чтобы ты страдала.

— Неужели ты действительно веришь в то, что мне небезразличен приход Брэда?! И уж тем более то, что он приходил навестить Уитни?!

Лу не сводил с племянницы удивленных глаз.

— Не нужно смотреть на меня таким взглядом. Ты на мне дырку проглядишь. Я уже объясняла тебе, что вовсе не схожу по нему с ума. С какой стати меня должно волновать то, к кому он приходил?!

— Я не знаю.

— Ну вот, теперь знаешь. Я не из тех, кто теряет голову и выкидывает всякие глупости. Ну, давай, заканчивай ужин.

Паула придвинула к дяде тарелку.

Лу молча принялся за еду, но выражение беспокойства не сходило с его лица.

Мои слова не убедили его, подумала Паула. Пытаясь успокоить дядю, она принялась непринужденно рассказывать о том, что услышала в гостиной:

— Уитни на грани блаженства. Она уверена, что между ними сразу же возникла симпатия, как только они увидели друг друга в первый день. Она совсем не верит, что «принц» оказался у них дома случайно. А еще, перед тем как уйти, он заявил, что хочет взглянуть на ферму Эшфордов и, возможно, приобрести ее.

— Зачем она ему? — удивленно спросил Лу.

— Чтобы разводить там лошадей. Его не устраивает то, что его лошади находятся в одном загоне с чужими лошадьми. Когда его тренер упомянул об этой небольшой ферме…

— А почему бы ему не купить ферму там, где он живет?

— «Принцу» понравился этот район. Хотя Уитни настаивает, что все это ради нее. Она утверждает, что он весь вечер не сводил с нее глаз и она интуитивно чувствовала, что, когда яхта отчалила от берега, его не было на борту. И она оказалась права, но только потому, что его мать захотела устроить вечеринку во время круиза по Карибскому морю. Яхта поплывет к побережью Флориды, а оттуда миссис Вондеркемп с друзьями полетит в Англию. Только представь себе, — мечтательно сказала Паула, — ранчо, яхты, все, что пожелаешь! Только щелкни пальцами, и все твои желания тут же исполнятся. Должно быть, это здорово!

— Наверняка, — согласился дядя. — Так вот о чем ты думаешь.

Это как раз то, о чем не перестает мечтать Уитни, подумала Паула, вспомнив жадность в глазах хозяйки, когда та рассуждала о планах на будущее.

У Брэда было в жизни все. Однако ему не хватало человека, с которым он мог бы поговорить по душам. Паула загрустила.

— О чем ты задумалась?

— Ни о чем. Об Уитни, — пробормотала она быстро, увидев обеспокоенный взгляд Лу. Ей не хотелось, чтобы дядя подумал, будто что-то случилось. — Я вспомнила, как они все были удивлены его визитом. Они угостили его чаем, потому что, по их словам, все англичане любят пить чай. И, кроме того, им самим пришлось обслуживать его, потому что меня не было дома, а ты работал в саду. Хотелось бы мне посмотреть, как они копошились вокруг него. — Глубоко вздохнув, она на мгновение замолчала, а потом добавила: — Наелся? Давай вымою твою тарелку. Осталось немного пирожков. Хочешь, я подогрею парочку? И что ты будешь пить: горячий кофе или холодное молоко?

В следующий четверг Паула сидела на остановке в ожидании автобуса, чтобы поехать в университет. Она боялась опоздать на урок биологии.

Она не замечала «принца» до тех пор, пока он не возник прямо перед ней.

— Ты так увлечена книгой?

Этот голос! Она подняла голову и увидела улыбающегося Брэда Вондеркемпа.

— О, прости! Я зачиталась…

— Вижу. — Он сел рядом. — Я наблюдаю за тобой вот уже десять минут.

— Десять минут… — глупо повторила она.

Интересно, что же он здесь делает?

— Точно. Я наблюдал за тобой с другой стороны улицы.

— Неужели? — Она посмотрела на ту сторону и увидела у обочины машину серебристого цвета.

— Ты всегда ускользаешь от меня. Сегодня я впервые вижу тебя без униформы. — Он уставился на ее джинсы и пуловер. — Мне нравится твой неброский вид.

— Просто такая одежда очень удобна, — ответила Паула.

— Странно видеть тебя без кружевной наколки. Ты знаешь, я никогда не видел такой прически, как у тебя.

Неудивительно, ведь ей самой приходилось делать себе стрижку.

— Ты на машине? — Наверняка едешь навестить Уитни, подумала она. — У тебя дела в этом районе?

Брэд кивнул головой.

— Можно сказать и так. Действительно, за прошлую неделю мне часто приходилось бывать здесь.

— Неужели? — спросила девушка удивленно. Паула знала, что он не уехал домой. К тому же Уитни постоянно нервничала и пребывала в ужасном настроении, так как он ни разу не зашел.

— Да. Впрочем, это не важно. Объясни лучше, что ты делаешь так далеко от места работы. Ведь ты служишь у Эшфордов и живешь там же, правда?

— Ты угадал. Мне приходится проходить несколько кварталов только потому, что мой автобус там не проезжает. Я жду… Боже, я прозевала его! — закричала Паула, вскакивая со скамьи.

Но было слишком поздно. Автобус уже отъехал.

— Прозевала что?

— Автобус! Ты думаешь, я сижу здесь просто так? Следующий автобус пойдет только через час. Черт! Я слишком увлеклась разговором с тобой, — выпалила девушка. Каждый раз, когда она находилась с этим мужчиной, что-то обязательно случалось. Эта встреча не стала исключением. — О, если бы ты не подошел ко мне…

— Не обвиняй меня. Возможно, ты прозевала его по другой причине. — Он указал на книгу. — Должно быть, она очень интересная?

— Вовсе нет. — Книга была о вскрытии животных, но, так как Паула хотела стать ветеринаром, ей приходилось время от времени читать и такие книги.

— Тогда почему ты была так ею увлечена?

— К сегодняшнему практическому занятию мне нужно подробно знать особенности расположения внутренних органов у свиньи. Будем делать вскрытие поросенка. Но, похоже, я опоздаю. Честно говоря, мне даже не хочется торопиться на эти занятия.

Она невольно посмотрела на обочину, где стояла его машина, сердясь на него и на саму себя. Возможно, дядя Лу прав и Брэд самый обыкновенный плейбой, дарящий свою ослепительную улыбку каждой глупышке, которая…

— Где это, моя дорогая?

— Что?

— Где будет проходить вскрытие? Могу поспорить, что мне удастся доставить тебя туда гораздо быстрее, чем довез бы автобус.

— Очень любезно с твоей стороны, — поблагодарила Паула тремя минутами позже, когда его спортивный автомобиль залихватски обогнал автобус, который она прозевала. — У меня будет время получить все необходимые инструкции.

— Как резать бедного поросенка? — спросил Брэд, поморщившись. Он с любопытством посмотрел на Паулу. — У тебя достаточно многосторонние интересы: ты прекрасно разбираешься в звездах, работаешь официанткой, я уже не говорю о свиньях.

— Все это взаимосвязано.

— Неужели?

— Конечно. Ты мечтаешь о самом важном для тебя, и каждый раз, когда ты смотришь на звезды, ты загадываешь желание и мечтаешь, чтобы оно исполнилось.

— Ты загадываешь одно и то же желание всякий раз, когда поднимаешь глаза к звездам?

— Да. Я мечтаю стать ветеринарным врачом.

— Правда? Ты для меня загадка, Паула Грант. Мир настолько изменился. Раньше девушки, смотря на звезды, загадывали более романтичные желания.

— Увы, мне не до романтики. Я просто хочу получить хорошую специальность. Да и что проку в пустых мечтаниях? К тому же я учусь радоваться малому. Например, тому, как кстати ты выручил меня сегодня, ведь мне нельзя пропускать ни одного практического занятия.

— Особенно того, на котором тебе предстоит вскрытие борова. А каких еще животных ты будешь лечить, когда получишь диплом?

— Самых разных. Лошадей, например.

— Лошадей?!

Он всегда представлял Паулу лечащей маленьких зверушек, и уж конечно, не лошадей.

Им овладело какое-то смутное беспокойство: один удар копыта дикого жеребца мог бы отправить эту хрупкую девушку на тот свет.

— Я очень люблю лошадей, и мне хорошо удается ладить с ними, — гордо произнесла Паула. — Но, по правде говоря, до этого еще далеко. Сегодня мне предстоит работать всего-навсего с мертвым поросенком, вот и все.

— И после занятия спешить на автобус, боясь опоздать на работу к Эшфордам. И еще ресторан… Тебе действительно нужно работать на двух работах? — спросил Брэд, вспомнив ее слова о том, что ей самой приходится зарабатывать себе на жизнь и учебу.

— Дополнительный заработок никогда не помешает. — На лице у девушки появилась улыбка. — Приходится платить за то, что ты хочешь.

Брэду никогда не приходилось работать. Он только наслаждался всеми благами, подарками судьбы, и сейчас ему захотелось побольше узнать о жизни девушки, которой пришлось всего достигать своими силами.

Казалось, он восхищался этой хрупкой Золушкой, которая сейчас сидела рядом с ним и сама прекрасно справлялась со всеми трудностями, которые приготовила для нее жизнь.

— Здорово! — воскликнула Паула, когда они повернули на территорию университета. — Обычно мне приходится бежать бегом от автобусной остановки, чтобы не опоздать на занятие. Поезжай прямо по этой дороге и поверни налево за следующим углом. Учебное здание расположено в конце этой улицы.

Когда они прибыли на место, Паула взяла свои книги.

— Ты мой спаситель. Большое спасибо.

— Как долго продлятся занятия? — спросил Брэд, когда девушка вышла из машины. — Я подожду тебя.

— Не нужно. Занятия продлятся два часа, а потом начнутся другие. Я доберусь домой на автобусе. Ты и так сделал доброе дело. Спасибо и до свидания.

Брэд не ответил. Он наблюдал за тем, как Паула присоединилась к группе торопящихся студентов и исчезла за дверью здания.

Интересно, где здесь можно оставить машину? Он не позволит Пауле ускользнуть, пока она не ответит на несколько вопросов. Например, где и когда он увидит ее снова? Как можно связаться с ней по телефону? Кто этот противный садовник, который не хотел, чтобы он встретил ее?

Ему еще ни разу в жизни не приходилось прилагать столько усилий, чтобы завоевать девушку. Обычно оказывалось достаточно одного телефонного звонка или, в крайнем случае, дюжины роз.

Но главная трудность заключалась в другом: как избежать корыстной девушки или расчетливых родителей, мечтающих подобрать своей дочери блестящую партию?

Теперь же его беспокоил другой вопрос: почему он, Брэд, был для Паулы неподходящей кандидатурой в глазах этого садовника? Он ясно выразился: «Я не позволю Пауле спутаться с таким типом, как ты!»

И почему его так интересовало, с кем желает дружить Паула?

Брэд остановил проходящего мимо студента, чтобы спросить дорогу к стоянке. Вскоре он остановил машину и вышел на свежий воздух.

Моросил слабый дождь, но Брэд не обращал на него никакого внимания. Он думал только об одном: почему общество этой девушки стало столь важным для него?

Паула с трудом поверила в то, что «принц» все еще ждет ее. От сладостного удовольствия по всему телу девушки пробежала легкая дрожь.

Он искал Паулу глазами в толпе, и, когда наконец увидел, в них зажглись плутовские огоньки. Его волосы и пиджак слегка намокли от дождя.

— Почему ты не зашел в здание? — поинтересовалась девушка.

— Я заходил. Прошелся по нему и теперь имею представление, где ты учишься. Я даже слышал визг поросенка, доносившийся из твоей лаборатории, — добавил он, сморщившись. — Не понимаю, как ты это выносишь.

— А ты не вытерпел, — догадалась она, смеясь.

— Я предпочел дождь. Кроме того, я боялся проглядеть тебя в коридоре, где по окончании урока наверняка будет много студентов. Я решил выйти на улицу и караулить у дверей, — объяснил он, беря ее за руку.

— Но прошло более трех часов, — заметила Паула, наслаждаясь прикосновением его сильной, но нежной руки. — Ты мог не ждать меня.

— Знаю, но я не хотел потерять тебя снова.

— Потерять меня?

— Вот именно. Я наивно полагал, что, зная, где ты живешь, мне не составит труда найти тебя. Но стоило мне прийти в дом Эшфордов и спросить тебя, я тут же понял, что глубоко заблуждался.

— Ты… Когда?..

— Что?

— Когда ты приходил ко мне?

— Неделю назад. Ты, наверное, была в это время в университете.

— Но я думала, что ты приходил к Уитни. Так утверждали она сама, ее мать и Лу.

— Миссис Эшфорд увидела меня абсолютно случайно и даже не дала ничего объяснить.

Разумеется, они приняли как должное, что он пришел к Уитни.

— Я не исправил это недоразумение только потому, что… — Брэд не решался сказать: «Потому что у меня сложилось впечатление, что это может помешать твоей работе».

Конечно, подумала Паула, если он приходил ко мне…

— Я подумал, что им, возможно, не понравится, что тебя навещают в рабочее время.

Паула больше не слушала того, что он говорил, — она старалась не отстать от него.

Никогда еще прохладный и мокрый воздух не казался ей таким освежающим, а усыпанный листьями кампус таким красивым. Паула глубоко вдыхала свежий воздух, чувствуя, как краска приливает к ее лицу всякий раз, когда она вспоминает, что всю эту неделю зря изводила себя беспочвенной ревностью.

— У тебя есть свободное время? — спросил Брэд, когда они сели в машину и отъехали от стоянки. Паула пропустила его вопрос мимо ушей. — Мы могли бы вместе поужинать. Ведь тебе не нужно возвращаться прямо сейчас?

— Нет. По четвергам вечером я свободна.

— Отлично. Тогда… Ты знаешь город лучше меня. Здесь есть какое-нибудь хорошенькое местечко?

— Дай подумать. — Девушка с восторгом осознавала, что они проведут еще немного времени вместе. Вот только где найти такое место, куда не заглядывают Эшфорды, и подальше от университета, чтобы шумные студенты не побеспокоили их?

Она остановила свой выбор на небольшом итальянском ресторанчике. Ранним вечером посетителей там всегда немного, и не придется чувствовать себя неловко из-за неподобающего внешнего вида. Они смогут наслаждаться обществом друг друга, как в тот вечер на его яхте.

Вино и вкусное спагетти остались почти нетронутыми. Они просто сидели и болтали о всяких пустяках, не сводя глаз друг с друга.

Паула поведала ему более подробно о своей жизни на ферме и своих увлечениях, а Брэд говорил о жизни в Англии, о поло и о том, что купил прекрасную ферму.

— Хочешь съездить туда со мной?

Девушка колебалась. Ей очень хотелось, но проблема заключалась в том, что у нее совсем не было свободного времени: она, то работала, то училась.

— Не знаю, смогу ли я выбраться. В воскресенье у меня выходной, но если Эшфорды…

— Воскресенье? Отлично. Твой выходной — это твое право. Ты не их собственность.

— Нет, но они так добры ко мне, что позволяют уходить на занятия. Я стараюсь не перечить им.

Паула взглянула на Брэда, ища в его глазах понимания. Но, казалось, он был где-то далеко.

— Этот чертов садовник не посмеет запретить тебе поехать!

— Садовник?

— Да. Он тоже работает на Эшфордов. — Брэд повернулся к ней лицом, а в его глазах появилась злость. — Послушай, Паула, может быть, этот старикашка заигрывает с тобой, или…

— Кто? Лу? — Она невольно рассмеялась. — Конечно, нет. Он…

— Он набросился на меня, когда я попросил тебя позвать. Я подумал…

— Подожди. — Паула сделала глоток вина и посмотрела на Брэда. — Давай все по порядку. Лу знал, что ты… Ты сказал ему, что хочешь меня видеть?

— Ну да. Я подошел к боковому входу, когда этот мужчина работал в саду. Он сильно разозлился, стоило мне только заикнуться о тебе. Мы громко спорили, а тут появилась миссис Эшфорд, и этот тип выпалил, что я ищу мисс Уитни. Я…

Взгляд Паулы затуманился. Она была так зла, что готова была задушить дядю! Он лгал ей. Позволил думать, что «принц» приходил к Уитни! Заставил ее чувствовать себя ничтожеством! Ну, погоди, Лу! Я до тебя доберусь!

— Знаешь, мне непонятно его отношение ко мне, — с горечью продолжал Брэд. — Ведь он совсем меня не знает. Если ты его не интересуешь, тогда почему…

— Он имеет ко мне самое прямое отношение, — прервала его Паула.

От ее гнева уже не осталось и следа, но от досады ей хотелось провалиться сквозь землю.

Мысль о том, что мужчина, которого она видела дважды в жизни, приходил именно к ней, чуть было не лишила ее рассудка.

Ведь она считала, что он приходил к Уитни!

— И какое же? — спросил Брэд.

— Не то, что ты думаешь. Лу — мой дядя, крестный. Он всегда пытается оградить меня от чего-либо или кого-либо.

— В данном случае от меня?

— Боюсь, что да, — ответила девушка и улыбнулась, вспомнив высказывания Лу по поводу богатеньких плейбоев.

— Но почему? Разве он не хочет, чтобы тебе было весело? Что в этом плохого? Что плохого в том, если ты посмотришь мою ферму? Я купил несколько объезженных лошадей, среди них есть небольшая кобылка, как раз для тебя.

А ведь он прав, подумала Паула, глядя ему в глаза. Она все принимает слишком близко к сердцу. Например, эта глупая идея о ее влюбленности. У нее нет времени на веселье, так как ей приходится работать и учиться.

— Ты бы хотела поехать на ранчо и покататься на лошадях?

Конечно же. Паула не ездила верхом с тех пор, как оставила дом.

— Да, очень.

— Вот и отлично. Тогда в воскресенье. Мне заехать за тобой или будет лучше, если мы встретимся в другом месте?

— Думаю, лучше где-нибудь на нейтральной территории. Только прошу тебя, поговори сначала с Лу.

— Тебе нужно его согласие?

— Я достаточно взрослая и сама могу принимать решения, но мне не хотелось бы, чтобы Эшфорды узнали о наших с тобой встречах, а с другой стороны, я не хочу обманывать дядю.

Паула всегда могла обвести Лу вокруг пальца, но если он познакомится с Брэдом поближе, то сможет убедиться, что Брэд не тот, за кого Лу его принимает, подумала девушка и добавила:

— Так ты сможешь лично с ним познакомиться.

— Ты необыкновенная девушка, Паула Грант. Хорошенькая, провоцирующая и умная.

— Как так?

— Не обращай внимания. Где я смогу встретиться с этим опасным человеком? В его логове или где-то еще?

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

— Не озолотишь на доллар, приятель?

Перед Брэдом стоял раскачивающийся из стороны в сторону мужчина, от которого разило вином. Он бормотал что-то непонятное про кофе и билет на автобус.

Брэд засунул руку в карман, вынул двадцать долларов и отдал ему.

— Сначала купи себе кофе, — посоветовал он.

Брэд шел по грязному кварталу, усыпанному разбитыми бутылками и пустыми банками из-под пива. Возле помойки мирно храпел мужчина. Рядом околачивались другие бездельники, которые, похоже, здесь жили.

Брэд посмотрел адрес на бумаге, который дала ему Паула, адрес, по которому можно найти ее дядю. По вечерам в пятницу он играл в покер со своими друзьями в таверне «У Томми».

Он не так заботится о своей репутации, как о репутации племянницы, думал Брэд углубляясь в трущобы в поисках того, что ему нужно.

Заведение оказалось в следующем квартале.

У Брэда возникло чувство, что он из трущоб попал в сказочный мир. Таверна состояла из трех зданий: гостиницы, кафе и специального зала для состоятельных людей, судя по машинам на стоянке.

Лу был в комнате, где играли в карты. В ней стояло несколько столиков, за которыми собирались мужчины и женщины, чтобы поиграть в кости, карты или просто поговорить и посмеяться за кружкой пива или стаканчиком вина.

Такой же, как и любой другой частный клуб, подумал Брэд, стоя в дверях и слушая обрывки разговоров, доносившиеся с разных столиков.

Он увидел Лу в компании шестерых мужчин, сидевших за столиком в дальнем углу.

Дядя Паулы внимательно изучал свои карты.

Не решаясь прерывать его в такой ответственный момент, Брэд подошел к стойке бара и сел на стул, где было удобнее наблюдать за играющими. Он заказал выпить и стал ждать момента, когда можно будет окликнуть Гранта.

Вдруг какой-то молодой человек сел на стул рядом с ним. Это был бродяга в потрепанной и изношенной одежде. Он воровато посматривал на бармена, разговаривавшего с клиентом в другом конце бара.

Брэд делал вид, что не замечает, как парень украдкой потягивает и съедает орехи и чипсы из банки на стойке. Он уже было собрался купить бедняге гамбургер, но крик бармена испугал их обоих.

— Убери свои грязные лапы! Это только для клиентов! — Бармен схватил банку и спрятал под стойку. — Тебе лучше убраться отсюда, пока я не вызвал полицию!

Парень поспешно соскочил со стула, но Брэд схватил его за руку и обратился к бармену повелительным тоном:

— Простите, но мы и есть клиенты.

— Хотите сказать, что этот парень с вами?

— Конечно, я ждал его, чтобы обсудить с ним дела.

Бармен недоверчиво посмотрел на Брэда, для которого этот взгляд ровным счетом ничего не значил.

— Думаю, мы перекусим за разговором, — сказал Брэд голосом, не терпящим возражений. — Принесите нам… — Он основательно изучил меню, висевшее на стене, и заказал самые дорогие блюда. — С тобой все в порядке? — спросил он молодого человека, лишившегося от удивления дара речи и сумевшего только кивнуть головой. Но когда перед ним поставили тарелку чили, оборванец буквально налетел на еду. — Не спеши, можешь подавиться.

— Я не знаю, кто вы, знаю, что у нас с вами нет никаких дел, о которых мы могли бы поговорить, но я хочу поблагодарить вас. Это первая приличная еда с тех пор, как я…

— Думаю, нам есть о чем поговорить. Что ты умеешь делать?

Его управляющему на ферме были нужны люди, и этот парень мог бы пригодиться.

Вдруг Брэд увидел, что Грант отложил карты. Он вынул лист бумаги и написал номер телефона гостиницы.

— Позвони мне, — сказал он и быстро поднялся.

Он подождал, пока Лу обменяет фишки на деньги, и лишь потом подошел к нему.

— Мистер Грант, можно с вами поговорить?

Лу не мог скрыть удивление:

— Что вы здесь делаете?

— Паула сказала, что здесь я могу найти вас.

— Ну?! — Голос дяди звучал недоброжелательно.

— Я хочу поговорить с вами с глазу на глаз, — объяснил Брэд, заметив, что другие смотрят на них. Грант тоже это заметил. Он пожал плечами и пошел к пустому столику в дальнем углу.

— Ну? — повторил он, когда они сели.

— Паула предложила мне встретиться с вами, — начал Брэд.

— Почему?

— Она говорит, что если вы узнаете обо мне побольше, то отнесетесь более спокойно к нашим с ней отношениям.

— Я знаю таких, как вы, и мне не нравится то, что Паула позволяет вам виться вокруг нее!

— Меня обижают подобные высказывания. — Брэд расстегнул воротник рубашки. — Паула уже сама может принимать решения. Она сказала мне, что вы ее дядя… Кстати, сколько ей лет? Двадцать три? Полагаю, она достаточно взрослая, чтобы судить…

— Да хоть сто! Я забочусь о ней с ее рождения и не перестану делать это сейчас. Паула привлекательная девушка и не догадывается о ваших замыслах.

— Что вы имеете в виду под «моими замыслами»? Мне нравится Паула, и кажется, ей хорошо со мной. Замысел заключается лишь в том, чтобы видеть друг друга время от времени…

— Гм! Вы слышали, что я об этом думаю, юноша! — Лу многозначительно поднял палец, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. — Я не хочу, чтобы Паула водила дружбу с парнем, который только и знает, что сидеть на своем кошельке или на лошади ради забавы.

— Это не так! — Слова Лу задели Брэда за живое. — Вы делаете поспешные выводы. Вы только слышали о деньгах семьи Вондеркемп и о «Вондеркемп энтерпрайзис», но вы не знаете, что мы не сидим на наших деньгах. Эти деньги мы зарабатываем каждый день! — Брэд не был уверен, что имеет право использовать имя отца, так как в отличие от него не принимал участия в делах, но его решительные слова заставили Лу взглянуть на него повнимательнее. А Брэд продолжал: — Вы никогда не задумывались, сколько людей мы обеспечиваем работой? Сотни, тысячи по всей Европе, Африке и в других частях мира, включая Соединенные Штаты. Так что перестаньте так презрительно говорить обо мне и моих деньгах. — Он облокотился на спинку стула, чувствуя, как уходит напряжение, и кивнул замолчавшему Лу. — А теперь давайте поговорим о Пауле. Вы ее очень любите. Она девушка эмоциональная, умная и всегда занята работой. Почему вы не хотите, чтобы ваша племянница немного развлеклась?

— Я вовсе не возражаю, — заговорил Лу наконец, — но мне не нравится, что ее окружают такие люди, как…

— …я? Почему? Мы хорошо проводим время вместе. Паула очень любит лошадей и говорит, что уже давно не ездила верхом. Мне бы хотелось показать ей свою ферму и дать ей возможность покататься.

Речь Брэда прервал бармен, который держал за шкирку бродягу.

— Вы не уйдете отсюда, пока не расплатитесь. — Бармен пальцем указал на Брэда. — Вы сказали, что этот малый с вами, но ушли, не заплатив по счету. Хотели сбежать?

— Как вы могли так подумать! Ведь я же здесь. — Вондеркемп встал и засунул руку в карман. — Сколько я должен?

— Девять долларов и пятьдесят центов, включая стакан вина, который вы забрали с собой.

Брэд думал, что в его кармане найдется двадцать долларов, но там было всего лишь пять. Он вспомнил про пьяницу, которого встретил на улице, и выругался.

— Послушайте, позвольте мне взять чековую книжку из машины, — попросил он, пытаясь вспомнить, есть ли она там.

Бармен покачал головой.

— Мы не берем чеки. Ни вы, ни этот бродяга не выйдете отсюда. Я сейчас вызову полицию.

— Дружище…

— Не называйте меня так! Я с самого начала знал, что вы лжете, говоря, что этот тип с вами. Я не позволю таким расфуфыренным и сладко поющим приезжим, как вы, делать из меня дурака. Эй, Стив! Позвони и…

— Минуточку, — вмешался в разговор Лу. — Я сейчас все улажу. Принесите мне счет.

— О, Лу! — Бармен, казалось, только заметил его. — Этот парень твой друг или он тоже дурит тебя?

— Да нет, он здесь впервые. — Мистер Лу Грант вынул из кошелька деньги и заплатил по счету. — Нам ни к чему скандал, ведь правда, Майк?

— Что правда, то правда, — пробормотал бармен, отпуская молодого парня. Уходя, он недоверчиво взглянул на Брэда.

Парнишка подошел к Вондеркемпу и прошептал:

— Простите, у меня и в мыслях не было вас подставлять.

— Ничего страшного. Позвони мне.

Бродяга кивнул и поспешил удалиться. Лу проводил его взглядом, а потом повернулся к собеседнику.

— Что вы там говорили о ваших миллионах?

— Не стоит язвить! Вы выручили меня, и я благодарен вам. — Потом вдруг Вондеркемп начал глупо оправдываться: — Я думал, что у меня есть деньги с собой. С другой стороны, я не раскаиваюсь в своем поступке. Этот парень совсем ребенок, к тому же он был голоден.

— Хорошо, хорошо. Вы должны мне десять баксов. Ну, вы говорили о какой-то поездке с моей племянницей?

— Думаю, ей понравится.

Лу посмотрел на него с недоверием.

— Паула дорога мне.

— Знаю.

— Я обеспокоен по поводу ваших намерений по отношению к ней. Как говаривал мой друг, «только дорога в ад вымощена благими намерениями».

— Послушайте, я…

— Но важно то, что моя племянница — девушка действительно очень эмоциональная. Она быстро проникается любовью ко всему, что делает. Не хочу, чтобы вы причинили ей боль. Понимаете, о чем я?

— Да.

— Ей двадцать три года, и она уже сама себе хозяйка, но, пожалуйста, прислушайтесь к моим словам. — По выражению лица Лу было видно, что он не одобряет эту идею с поездкой на ферму. — Ладно, поезжайте, но только не забудьте то, о чем я вам говорил.

Брэд кивнул в ответ. Он был в долгу перед дядей Паулы, так как знал, чего ему стоило это решение.

Еще никогда в жизни Брэду не приходилось преодолевать столько препятствий, чтобы завести роман с девушкой. После того как он добился согласия Лу, они с Паулой назначили день поездки, условившись встретиться в понедельник, после занятий Паулы в университете.

Сейчас не имеет никакого значения, каких мне это стоило усилий и времени, подумал Брэд, когда они ехали верхом на лошадях и его жеребец шел наравне с лошадью Паулы. Лу был прав, говоря, что она проникается всем сердцем к тому, что делает. Чтобы убедиться в этом, стоило только посмотреть на нее. На лице девушки появился румянец, волосы развевались на ветру, а ее спина была прямая как тростинка. Она улыбалась и легко управляла кобылой.

Брэд знал, что эта лошадь, которую звали Ветерок, была не похожа на других. Он долго искал именно такую кобылку для Паулы.

Ветерок — красивая гнедая кобыла. Стройная, здоровая и такая же лихая и непредсказуемая, как ветер, в честь которого ее назвали.

— Давай остановимся, — предложила Паула и свернула с тропы. — Здесь так чудесно, — заметила девушка и спрыгнула с лошади. — А я и не знала, что у тебя есть ручей.

— Одна из достопримечательностей этого ранчо, — ответил он, глядя, как две лошади пьют чистую, свежую воду. Брэд привязал жеребца и посмотрел на Паулу. Ее лицо залилось румянцем. Юбка, похожая на шотландскую, нежно облегала ее стан. Она была чертовски соблазнительна в этой одежде.

Девушка подвела кобылу к близстоящему дереву.

— Спасибо тебе, Ветерок. Поездка мне очень понравилась, и ты тоже. — Паула приложила голову к боку лошади и погладила ее. Брэд даже позавидовал ей. — У тебя прекрасное ранчо, мистер Вондеркемп, — сказала девушка и спустилась к ручью.

Встав на колени, она окунула руки в холодную воду.

— А мне нравишься ты, мисс Грант. — Брэд подсел к ней. Его охватило непреодолимое желание обнять и поцеловать ее.

— Неужели? — Девушка повернулась к нему и слегка обрызгала его водой.

— Перестань. Ты самая необыкновенная девушка из тех, которых я встречал в своей жизни.

— Глупости, — произнесла Паула и села на землю, скрестив ноги.

— Можешь называть это и так, но по счастливой случайности я встретил тебя в ту ночь в буфетной. Чтобы увидеть тебя снова, мне пришлось сразиться с двумя служащими, а потом я имел дело и с твоим задиристым дядей.

— Лу не забияка, он слабый противник.

— Думаешь? Тогда позволь рассказать тебе о нашей встрече в маленькой таверне.

— Боже, неужели он набросился на тебя?

— Можно сказать и так. Он дал ясно понять, что тебе никто не подходит, а уж тем более я, этакий бездельник, вокруг семьи которого вьются слухи. Идол, несметно богатый… Мне стоило огромного труда добиться его согласия на эту невинную прогулку.

К тому времени как он закончил свой рассказ, Паула каталась от смеха по траве. В этот момент она была так соблазнительна, что он не смог сдержать себя.

— Бог мой, как ты прекрасна.

Брэд навалился на нее. Наконец-то он смог прикоснуться к ее нежной, бархатной коже, нежно убрал упавшую на висок прядь волос. Покрывая легкими поцелуями румяные щеки девушки, он добрался до маленького ушка и стал нежно покусывать его.

Сердце Брэда учащенно забилось, когда девушка прильнула к нему и он почувствовал ее неровное дыхание.

Их губы слились в сладком поцелуе. Руки девушки теребили волосы Брэда, из ее груди вырвался сладостный стон.

Он покрывал поцелуями ее шею, его рука скользнула вниз по кофточке, расстегивая одну пуговку за другой. Дав свободу двум упругим холмикам, Брэд стал играть сосками, которые, как венцы, украшали грудь девушки.

— Брэд, о Брэд!

Он чувствовал, как ее тело охватила волна страсти и желания. Он хотел владеть этой женщиной — ее сердцем, душой и телом — и хотел, чтобы она владела им. Но вдруг ему показалось, будто чей-то противный голос шепчет ему на ухо: воспользуйся ею, причини боль… На Брэда будто вылили ушат холодной воды.

Заставить ее страдать? Никогда! Он быстро убрал руку, поцеловав Паулу в носик, как бы прося прощения, и застегнул на ней кофточку.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Миссис Эшфорд восседала за столом в гостиной. Пристально посмотрев на Паулу, она сказала:

— Купишь еще ямсов. Помнишь, как ты их готовила в прошлом году? Они просто таяли во рту! Так, давай посмотрим… Не забудь про индейку!

Хозяйка очень любила составлять список покупок.

Неужели этот список так необходим? — подумала девушка. Я и сама прекрасно знаю, что нужно для обеда на День благодарения. Она могла бы только уточнить, на сколько персон готовить обед, и этого было бы достаточно.

Уитни, вбежавшая в комнату, прервала их.

— Грубиян! — прошипела она. — Он не отвечает на мои телефонные звонки. Я знаю, что он получил мое послание…

— А может, и не получил, — язвила Рей, которая вошла в комнату сразу же за сестрой. — Или он просто не хочет с тобой разговаривать.

Уитни не слышала насмешек сестры, так как была погружена в свои размышления.

— По крайней мере мог бы и ответить. Думаешь, он будет рад приглашению на обед?

— Брэд — англичанин, — сказала Рей. — Что он знает о Дне благодарения?

— Ну, об этом каждый знает. Кроме того, это праздник, а кому нравится отмечать праздник одному в отеле?

Сердце Паулы дрогнуло. Она вспомнила слова Брэда: почему ты не можешь провести этот день со мной? Она пыталась объяснить, что во время праздников Эшфорды всегда задают ей много работы, а она не может им отказать, потому что они позволяют ей учиться. Этим она им обязана, но…

— Это четверг, дорогая, — вмешалась в разговор миссис Эшфорд. — Возможно, он принял другое приглашение.

— От кого? Исключая случай, когда он играл в гольф в клубе, никто не видит его.

Потому что он проводит время со мной, подумала Паула. Но когда я не с ним, Брэд может пойти куда захочет и делать что хочет.

— «Принц» все еще зарегистрирован в отеле, но где он проводит время, кажется, никто не знает, — рассуждала Уитни.

Я знаю, подумала девушка. От чувства удовлетворения краска прилила к ее щекам. То время, которое она проводила с ним, было так дорого для нее! Автобусная остановка стала местом для встреч. Брэд отвозил ее в университет, ждал, пока закончатся занятия, и привозил назад. Все свободное время она посвящала ему. Они часто ездили на ранчо, гуляли, катались на лошадях… В жизни она не была так счастлива.

Паула чувствовала жалость, когда Уитни говорила о нем. Не для нее делать что-то исподтишка. Возможно, она села не в свои сани. Дядя Лу предупреждал ее, что старушке не нравится, если кто-то превосходит ее девочек.

— Он был очарователен в тот день, когда пришел к нам. Я думала, нравлюсь ему. Он мне, конечно же, нравится, — вздохнула Уитни, и ее лицо приняло страдальческий вид.

Паула чувствовала жалость к любой женщине, которая не могла разделить то, что она разделяла с Брэдом. Сидеть рядом с ним на берегу ручья, радоваться вместе с ним, смотря, как объезжают новую лошадь, гулять, разговаривать, чувствовать прикосновение его губ…

Голос Рей прервал ее мечтания:

— А как насчет этой юбки с этой блузкой, мама? — Она повертелась, чтобы мать осмотрела ее.

— Мило. А с изумрудными серьгами…

— Думаю, я позвоню ему еще раз. Я единственная, кого он навещал за время своего пребывания здесь, — сказала Уитни с гордостью.

— Такой короткий визит! И то три недели назад, — усмехалась Рей. — Может, он посмотрел в твои страстные глаза и решил исчезнуть?

— Зато ты никогда не дождешься этого от своего драгоценного графа! И эта юбка тебя полнит.

— Неправда! Мама, ты тоже так считаешь?

— Конечно, нет, ты великолепно выглядишь. И перестань думать об этом «принце», Уитни, — категорично заявила миссис Эшфорд. — Я пригласила семью Элстонс и их очаровательного племянника, а еще мистера Симмонса, который был так любезен с тобой. Он адвокат, и у него своя контора, очень престижная. Говорят, он преуспел в своих делах.

— Да, но это не идет ни в какое сравнение с миллионами Вондеркемпов, — фыркнула Уитни.

Жалость Паулы испарилась, как только ушла та, к кому она ее испытывала. Сейчас у нее было непреодолимое желание заключить в свои объятья Брэда и не отпускать, оградить его от женщин, крутившихся вокруг его богатств.

Паула везла корзинку через бакалейную лавку, погруженная в собственные мысли. Сегодня она приготовит картофельные пирожки и поставит их в холодильник, а в четверг ей останется только засунуть их в микроволновую печь. Вечером девушка сделает тыквенные пирожки, а завтра испечет праздничный пирог. Если…

Вдруг Паула услышала сигнал машины и посмотрела в окно магазина. Улыбка радости осветила ее лицо, когда она увидела Брэда, стоявшего рядом со своей спортивной машиной.

Девушка вышла из бакалеи. Она чувствовала необыкновенную радость при виде Брэда, впрочем, как и всегда.

— Привет.

— Привет, — ответил он и крепко поцеловал ее в губы.

— Перестань, — оттолкнула она его, — нас могут увидеть.

— Ну и что? Я устал от этой игры в кошки-мышки.

Брэд хотел поцеловать ее снова, но она уклонилась.

— Хватит, Брэд, ты ставишь меня в неудобное положение. Кстати, что ты здесь делаешь?

— Ищу тебя.

— Ты уже приходил к Эшфордам и… Ты что, забыл? Я же тебя просила!

— Знаю, знаю. Это действительно неподходящее место.

— Неподходящее? О чем это ты?

— У меня есть идея, которую я хочу обсудить с тобой.

— Ты выбрал неудобное время для разговора, у меня полно дел. — Девушка посмотрела на часы. — Мне нужно купить кое-что в бакалее и успеть вернуться вовремя.

— Ты еще и еду готовишь?

— Приходится. Мне нужны свежие овощи и хорошая картошка, без черных глазков, — сказала она, смеясь. — Лу в этом ничего не понимает.

— Ну, ты преувеличиваешь. Впрочем, это не то, о чем я хотел бы с тобой поговорить.

— Брэд, это не может подождать? У меня действительно мало времени.

— Нет, мне хотелось бы обсудить один вопрос. Я сыт по горло игрой, в которую мы с тобой играем.

— Хорошо, тогда пойдем со мной.

Ни к чему хорошему этот разговор не приведет, подумала она и поспешила войти в магазин.

Девушка вынула из кармана список того, что ей следовало купить, и стала выбирать свежие фрукты, положила в корзину несколько апельсинов и ананас и повернулась, чтобы посмотреть, следует ли за ней Брэд. За все время он не проронил ни слова.

— Брэд? Что-то не так?

Он улыбнулся ей в ответ и сказал:

— Посмотри туда.

Паула обернулась. Ничего особенного. Обыкновенная толпа покупателей и прилавки, заполненные фруктами. Блестящие яблочки, тщательно рассортированные — красные, желтые, зеленые. Золотые, с зелеными кисточками на макушке ананасы, связки бананов, пурпурные грозди винограда.

— Ничего себе! — удивленно протянул Вондеркемп.

— Брэд, ты ведешь себя так, как будто никогда не был в бакалее.

— Ну да, — он пожал плечами, — у меня не было в этом необходимости.

Конечно, есть тот, кто делает это за него, подумала Паула.

— Вот, посмотри. На вид хорошие. — Он взял красное яблоко. — Хочешь?

То, о чем он хотел поговорить, казалось, вылетело у него из головы, и Брэд принимал активное участие в выборе продуктов.

Девушка улыбалась. Несколько минут назад она и представить не могла, что такие пустяки приносят столько радости, лишь бы он был рядом. Хотя для него это был новый эксперимент… делать покупки в бакалейной лавке!

— Думаю, достаточно? — спросил он, когда они выходили с двумя наполненными тележками.

— Наверное. Я готовлю на двенадцать человек.

— Надеюсь, в последний раз, — сказал он.

— Что?

— Я присмотрел небольшую уютную квартирку в жилом доме, как раз рядом с университетом, в котором ты учишься. Она великолепно подходит для тебя, — заметил Брэд, помогая мальчику уложить сумки в багажник.

Паула не могла дождаться, когда мальчишка уйдет и оставит их одних.

— Что это значит?

— Когда ты сможешь посмотреть ее? Я уже договорился с нужными людьми, и если тебе понравится…

— Подожди. Я не собиралась покупать квартиру. Я не могу себе этого позволить.

— Тебе не нужно ее покупать. Ты будешь в ней жить.

— У меня есть где жить.

— Неужели? У Эшфордов, где работаешь? Тебе не нужно работать!

— Как это — не нужно?

— Послушай, это и есть моя идея. Я куплю квартиру. Ты сможешь переехать туда и…

— А ты будешь обеспечивать меня всем необходимым? Может, купишь еще и новую машину? — Девушка посмотрела на него и почувствовала, как холод пробежал по телу. Она была в бешенстве.

— Ради бога, не кипятись. Все, что я пытаюсь сделать, — это ради тебя. Чтобы у тебя было больше свободного времени.

— Для тебя?

— Больше времени, посвященного учебе. Девушке не следует так усердно работать. Конечно, мы сможем чаще видеться. Не смотри на меня так! Я не имел в виду, что перееду вместе с тобой. Дядя Лу может жить там тоже, если хочешь…

— Ха! Хотела бы я посмотреть, как ты делаешь такое предложение Лу! Он не примет и гроша от кого бы то ни было. Да и я тоже! Так что не стоит утруждать себя!

— Паула, ты все неправильно поняла. Представь, что это в долг, пока ты не закончишь университет и не сможешь заплатить мне.

— Я не хочу ничего занимать ни сейчас, ни потом. Я всегда справлялась сама и не собираюсь становиться содержанкой!

— Перестань! Я не имел в виду ничего такого, я просто хочу помочь. Все, что ты делаешь, — это учеба и работа. Совсем нет времени для развлечений и… для меня.

— Думаю, я очень хорошо провожу время, спасибо.

— Ну, посмотри на это с другой стороны. Я хочу и могу помочь тебе стать настоящим ветеринарным врачом, без всяких условий. Что в этом плохого?

Она пожала плечами.

— Такова жизнь. Как говорит дядя Лу, это карточная игра. Но я не жалуюсь.

— Ты мне нравишься, и я хочу помочь. Ты что, не видишь? — настаивал он.

— Возможно, — ответила девушка более спокойно, так как ее гнев прошел. — Но ты не понимаешь.

Человек, который не был в бакалейной лавке, не может понять таких вещей, подумала Паула. Она коснулась его руки.

— Спасибо, Брэд, я действительно все не так поняла, прости. Но я не могу принять твое предложение.

— Почему?

Она вздохнула.

— Сложно объяснить, но есть вещи, которых нельзя купить.

А некоторые вещи не продаются, как, например, независимость, заметила Паула про себя.

— Это не ответ.

— Послушай, когда работаешь, как я, ради чего-то, то это, даже борьба за существование, становится частью тебя. Если я сейчас приму твое предложение, это будет, как будто я продала себя. А я не такая, Брэд. — Она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку. Потом села в машину Лу (дядя ждал ее неподалеку) и закрыла за собой дверцу.

Брэд следил за удаляющимся со стоянки пикапом.

Он хотел помчаться вдогонку, сесть в машину и следовать за ними до дома Эшфордов не отпуская до тех пор, пока она не согласится принять его предложение.

Брэд глубоко вздохнул. Он всегда думал о себе как о мужчине дипломатичном, выдержанном, уверенном… Слюнтяй, как один из американских друзей назвал бы его! Как ты мог все испортить, дружище? Нет, не я! Она и ее безумная идея делать все самой!

Но, как же так получилось, что я не могу без Паулы? — подумал он, садясь в машину.

Его всегда привлекали женщины другого типа. Как, например, Джоанна во Франции или красивая блондинка Зоя. Катаясь на лыжах в Швейцарии, Брэд провел с ней целый месяц.

Но, честно говоря, он бросал женщин так же легко, как и заводил с ними роман.

Сейчас все по-другому. Брэд чувствовал себя одиноким, лишенным чего-то, когда Паулы не было рядом.

Раньше он проводил время, играя в поло, в теннис, в гольф. Сейчас же ничто не могло заполнить пустоту в его сердце, связанную с ее отсутствием, ничто не могло развеселить его. Брэд постоянно думал о том, что она делает, где она и когда он снова увидит ее.

Когда раздался телефонный звонок, Брэд стоял возле окна в номере отеля и смотрел на улицу, полную людей и машин. Он ринулся к телефону. Вдруг это Паула? Или снова навязчивая Уитни Эшфорд… Может, стоит принять ее приглашение на обед и таким образом встретиться с той, которая была ему так дорога?

— Мистер Вондеркемп? — раздался незнакомый мужской голос.

— Да, это я.

— Вас беспокоит Уэстли Паркер. Мы познакомились в таверне несколько недель назад. Вы были так добры ко мне! Оставили ваш номер телефона и сказали, что вам можно позвонить…

— Ах да… Вы ищете работу?

— Нет, у меня есть работа, временная. Мне бы хотелось встретиться с вами и обсудить кое-что.

Возможно, бедняге нужны деньги, подумал Брэд, или он голоден.

— Хорошо, — ответил «принц». — Сегодня вечером мы поужинаем вместе.

— Простите, но, как я уже сказал, я человек рабочий. Мне бы больше подошло утреннее время, если вы не возражаете.

Брэд улыбнулся. Правильно говорят, что беднякам не приходится выбирать.

— Конечно. Мне подходит любое время. Тогда давайте позавтракаем в восемь-полдевятого утра.

Время было назначено. Брэда заинтриговал этот разговор. Может, парень хочет сделать мне какое-нибудь предложение? — мучил себя раздумьями он. Завтра он все узнает.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

В восемь часов утра Брэда уже ждали в кафе. Но сейчас этот человек выглядел по-другому — опрятнее и старше. Он был одет в новые джинсы и рубашку с короткими рукавами. Его волосы подстрижены и аккуратно причесаны. Брэд заметил синяки под глазами, вероятно от усталости.

И как он мог принять его за ребенка?

Возможно, я не обратил на него тогда особого внимания, подумал Брэд. Нет, это его натура: он похож на ребенка и у него взгляд невинного младенца.

— Давай присядем здесь. — Брэд указал на столик. Если его собирались надуть, то ему не нужны свидетели. Мужчина последовал за ним. — Сколько вам лет? — поинтересовался Брэд, когда они уже сели.

— Тридцать пять.

Старше меня, подумал Вондеркемп.

— Вы ввели меня в заблуждение. Я думал… Ну, не важно. Что вы хотите, мистер Паркер, если не ошибаюсь?

— Да, Уэстли Паркер. У меня есть небольшая проблема. Видите ли… — Он остановился, когда Брэд поднял руку, чтобы позвать официанта. Он заказал свой обычный полный завтрак, а Паркер — только чашку кофе.

— Вы не голодны? — спросил Брэд, когда официант ушел.

— Нет, — улыбнулся Паркер, — я поел на работе.

— Что за работа?

— Официант в Стикхаузе. Я работаю там вот уже две недели. С двенадцати до трех днем и с пяти до одиннадцати вечером. Вот почему я хотел поговорить с вами утром.

— У вас есть работа, но это не избавило вас от проблем.

— Я потерял свой дом и магазин.

— Но…

Паркер не был похож на бездомного бродягу.

— У меня есть комната, — продолжал он. — Но мне нужно срочно вернуть магазин. Когда я посмотрел на вашу визитную карточку, которую вы мне дали, имя Вондеркемп… Постойте, позвольте мне все объяснить, — сказал он быстро, заметив реакцию Брэда. — Лучше начать с самого начала. Я — специалист по электронике.

Брови Брэда поднялись от удивления. Он подождал, пока принесут кофе, и сказал:

— Будет действительно лучше услышать эту историю от начала и до конца.

— Полтора года назад я работал в «Кэл электроникс» на Бессет-стрит. Я имел дело с компьютерами, программами и вещами такого рода. Как я уже сказал, я специалист в этой области.

— Звучит убедительно, — заметил Брэд, глядя на аппетитную яичницу с ветчиной и мясо с овощами. Он был ужасно голоден, с прошлого вечера у него и росинки маковой во рту не было. И все из-за женщины! Для него лучше подумать о чем-нибудь еще. — Ну и что случилось?

— Я ушел из компании после смерти отца, который оставил мне наследство. Совсем небольшое: страховку и то, что я выручил с продажи его дома. Я думал, что этого будет достаточно…

— Достаточно для чего? — спросил Брэд, разрезая ножом ветчину.

— С давних пор меня мучила идея создать мини-сканер, и у меня был шанс. Я смог открыть свой магазин на деньги отца и купить оборудование.

— Подождите, вы хотите сказать, что вы изобретатель?

— Конечно, я занимаюсь этим всю жизнь. Когда мне исполнилось шестнадцать лет, я изобрел машину для игры в бильярд. Даже разработал кое-что в компании «Кэл электроникс»: механические игрушки, компьютерные игры и все такое прочее.

— Интересно.

— Я стал заниматься голосовыми синтезаторами и пытаюсь изобрести сканер.

— Что?

— Сканер. Для слепых людей. Один уже был разработан. Вы засовываете текст в машину, а голос читает его вам, медленно и разборчиво. Я разрабатываю мини…

— Простите. Вы сказали, что один уже изобрели. В компании, в которой вы работали?

— Нет, они этим не занимаются. Я им предлагал, но… — Он колебался некоторое время, а потом спросил: — Хотелось ли вам когда-нибудь сделать что-то самому?

Брэд попытался найти ответ на заданный вопрос.

— Я назову свое изобретение «Сканер Паркера» в честь отца. Он ослеп и рано ушел на пенсию.

— Печально.

— Мама работала помощницей по хозяйству, а отец находился на соцобеспечении. Он был автомехаником и очень любил читать. У него имелись книги для слепых. Газеты и журналы ему читали мама или я. Но когда я оставил дом, а мама умерла, ему стало трудно. Соседи читали ему почту.

— Представляю.

— Если бы у него был мой сканер! Но есть небольшая загвоздка…

Когда Паркер начал описывать свое изобретение, Брэд снова увидел в нем маленького мальчика.

— Сканер очень маленький, его можно держать в руках. Вы просто водите им по страницам, а голос читает вам. Он может считывать любой текст: газеты, журналы, письма, чеки. Целый новый мир для людей, потерявших зрение. Представляете себе это?

Брэд, чье знакомство с компьютерами, а тем более с синтезаторами речи было достаточно ограниченно, зачарованно смотрел на человека, сидящего перед ним.

— И вы создали вещь, которая сможет сделать это?

— Да, — кивнул Паркер в ответ. — Как я уже сказал, есть небольшое осложнение, но его можно уладить. Об этом я и хотел поговорить. Меня выселили из дома.

— Как выселили?

— Когда я занял деньги, чтобы открыть мастерскую, то не думал, что затрат будет больше, чем прибыли. Заем в банке невозможен, пока мои опыты не увенчаются успехом. За неоплаченные счета и аренду цех конфисковали, а меня выселили из дома.

— Вот почему я встретил вас тогда в таверне?

— Неделю я жил на улице. Ну, не совсем на улице, я спал в машине. Тогда я был очень голоден.

— Что, нет никого, к кому бы вы могли обратиться? А друзья?

— Настоящих нет. Я одинок. Да даже если бы и были, вряд ли мне захотелось бы рассказывать о том, как меня выгнали пинками из собственного дома.

— Сейчас у вас есть работа. Но… если вы инженер, почему работаете официантом? Вы могли бы вернуться в компанию?

— Говорю вам, эта идея только моя и я не хочу иметь дело с другими компаниями. И это лишь начало. У меня есть идеи, которые помогут мне создать собственную фирму. И я сделаю все, чтобы воплотить мечты в жизнь. Единственная загвоздка…

Началось, подумал Брэд, видя, что Паркер не решается продолжить.

— Вам нужны деньги?

— Да, чтобы вернуть дом и мастерскую.

— Сколько?

— Пять тысяч. Даже больше, если включить то, что я занял, и то, что мне понадобится, чтобы начать все сначала.

— Хорошо, но мне хотелось бы взглянуть на это место.

Хозяин квартиры, которую снимал Паркер, представительный, дружелюбный мужчина, казалось, не хотел принимать чек от Брэда.

— Мне не нравится все это, Паркер, — сказал он. — Ты хороший парень, но знай — впредь мне нужна предоплата за три месяца, — добавил хозяин. — Да, неприятная ситуация, но все хорошо, что хорошо кончается. Я дал тебе время, чтобы ты смог найти деньги, и, как я обещал, твои вещи никто не трогал, они все на своих местах.

Паркер поблагодарил его. Тем временем мистер Вондеркемп изъявил желание осмотреть мастерскую.

— Вы первый, кто желает видеть этот хлам на чердаке, о котором Уэстли всегда так беспокоится, — засмеялся хозяин. — Впрочем, беспокоиться не о чем — никто не ходит туда, к тому же Паркер поставил там сигнализацию, сделанную своими руками, а я все хорошо закрыл. Все в порядке, Паркер? — спросил он у Уэстли, спускавшегося по лестнице.

— Да, спасибо, — ответил изобретатель. — Пойдемте, мистер Вондеркемп, — добавил он, когда хозяин ушел.

Брэд последовал за Паркером.

Чердак был достаточно просторным, там Паркер и устроил свою мастерскую. Разве эти вещи можно назвать хламом? — подумал про себя Брэд, осматривая комнату. На одном из двух длинных столов стояло три компьютера. Один был разобран, маленькие замысловатые запчасти аккуратно разложены на полках. В коробочках лежали какие-то предметы, совершенно незнакомые Брэду.

Некоторое время Уэстли тщательно осматривал свои сокровища. Убедившись, что все в порядке, он открыл маленький сейф, который «принц» сперва не заметил, и достал вещь, отдаленно напоминавшую маленькую фотокамеру.

— Вот, — сказал он, — «Сканер Паркера». Смотрите.

Уэстли Паркер взял газету, сфокусировал сканер на шрифте и включил его. Когда маленький лучик света пересек страницу, зазвучал голос. Он был спутанным и неясным, но отдельные слова были вполне различимы.

— Потрясающе! — восхищенно произнес Брэд.

— Да, только нужно настроить голосовой диск. — Изобретатель посмотрел на мистера Вондеркемпа и спросил: — Ну, что вы думаете?

— Потрясающе, — повторил Брэд, ошеломленный зрелищем.

Он не мог выразить своих чувств.

— Я хочу взять у вас в долг. Нет, не так: вы вложите пять тысяч долларов в мое изобретение.

— Хотите сказать, что когда-нибудь ваше изобретение окупится?

Паркер кивнул в ответ.

Брэд ухмыльнулся.

— По правде говоря, мне с трудом верится, что это ваше изобретение и… — Брэд посмотрел на человека, который два года работал над сканером, и заметил про себя: «Все, что от меня требуется, — это дать несколько тысяч бедняге. Ведь для меня это сущий пустяк». — Послушайте, я доверяю вам, — продолжал «принц». — Вернете деньги, когда сможете. Я буду рад помочь вам. У вас действительно грандиозная идея.

— Черт побери, вы правы! Но, кроме того, это дело прибыльное. Вы просто станете моим инвестором.

— Знаю, что вы имеете в виду.

Брэд чуть не расхохотался. Его отец инвестировал много предприятий, и Брэд часто слышал подобные разговоры дома.

Вондеркемп-младший никогда не вмешивался в дела такого рода: зачем делать деньги, когда у него их больше, чем он сможет когда-либо потратить?

То, что он дает деньги Паркеру, — это всего лишь помощь парню, которому нужна поддержка.

— Энгельсы просят пять процентов, — напомнил о себе Паркер.

— Энгельсы?

— Когда у меня закончились деньги, я попытался найти источник финансирования. Банки или крупные инвесторы даже и не посмотрят на вас, если вы не миллионер или того больше. Тогда я нашел Энгельсов. Это группа, которая финансирует небольшие проекты. Они такие же филантропы, как и спекулянты. Берут пять процентов, как бы для благотворительных целей.

— И они не пошли вам навстречу?

— Есть другие люди, которые работают над той же идеей, что и я. Полагаю, они побоялись, что кто-то может опередить меня.

— Понимаю.

— Так или иначе, вы — мой ангел-хранитель. Вы спасли мне жизнь. Только давайте быстро согласуем все. Я должен вернуться на работу.

— Подождите. — Хотя Брэд Вондеркемп не был инвестором, он знал, как вести дела. — Я ваш спонсор и не позволю вам терять время на работу официантом. Первое, что вы должны сделать, — уволиться. И давайте поговорим о настоящем деле. Если вы хотите создать свою фирму, вам придется работать весь день не покладая рук и вам нужно будет больше чем пять тысяч.

Паркер, возможно, был электронным гением, но не бизнесменом.

Брэд поговорил с семейным юристом. Им нужно посоветоваться с агентом по продаже недвижимости, чтобы найти место для приличного завода и купить патент.

Работа шла полным ходом.

Паркер сопровождал мистера Вондеркемпа на встречи с адвокатом, осматривал места, рекомендованные агентом по продаже недвижимости.

Они нашли небольшой склад возле морской базы. Склад предполагалось снести. В общем, место подходило идеально. Юрист заверил, что сканер произведет настоящий переворот и, несомненно, будет иметь успех.

Но это не единственная вещь, которую Паркер собирался производить. Когда появился «Паркер электроникс», Брэд был счастлив не меньше, чем Уэстли.

Но вести дело становилось все сложнее.

Столы в офисе гнулись под тяжестью юридических и финансовых документов. Паркер ничего не понимал в этих делах, и «принц» решил, что будет лучше нанять руководителя компании. Человека, который, проконсультировавшись с Паркером, станет договариваться о ценах на товар и заключать контракты.

Но сначала Брэд решил обратиться к своему отцу.

Брэдли Элмвуд Вондеркемп был ошеломлен.

— Чем ты занимаешься?

Сын объяснил все и рассказал историю с Паркером.

— Уэстли Паркер — гений, папа. Все в порядке. Я посоветовался с Дигсби.

Неужели отец принимает меня за идиота? — спрашивал себя Брэд.

То, что дело согласовано с его собственным адвокатом, кажется, удовлетворило старика, и он дал даже больше советов, чем нужно.

«Принц» никогда не разговаривал с отцом так долго. Сейчас он держал в руках список с именами трех людей. Брэд немедленно связался с ними и пригласил на собеседование.

Прошло две недели с тех пор, как он не видел Паулу. Он не мог не рассказать ей о своих делах и не разделить с ней свою радость.

Как обычно, Брэд рассчитывал встретить ее на автобусной остановке. Девушка действительно была там. По дороге в университет «принц» поведал ей о своем рискованном предприятии.

— Паркер превзошел себя, — сделал он вывод. — Он гений. Представь, придумать такую штуку! Она похожа на маленький фотоаппарат. Ты только фокусируешь ее на странице, и голос читает тебе все, что там написано. Потрясающе!

— И он создал такую вещь сам, да еще и на чердаке?

— Да.

— Но ведь нужен кто-то, кто проспонсирует его проект?

— Правильно.

— Как же он нашел тебя? Полагаю, твое имя сыграло большую роль?

— Ну да, в какой-то степени. Паркер случайно встретил меня. Забавно. — Брэд посмотрел на Паулу и засмеялся. — Ты тоже ответственна за это знакомство.

— Я?

— Помнишь, ты послала меня в таверну поговорить с Лу?

Девушка кивнула головой.

— Твой дядя был так увлечен игрой, что мне не хотелось его прерывать. Я ждал в баре. Пришел этот ребенок, по крайней мере я так думал, что он ребенок. Он украл кое-какую еду, а бармен заметил. Все видели, что парень был голоден.

— И ты накормил его?

— Да, но если сказать точно — накормил его Лу. Он тебе ничего не рассказывал?

Паула покачала головой.

— Ну как же! Ведь он заплатил за еду, так как у меня не оказалось денег.

— Если кто и ребенок, так это ты!

— Факт есть факт. — Брэд засмеялся. — Мы, люди, принадлежащие к английской аристократии, можем не иметь с собой денег, но при нас всегда есть визитные карточки. Я дал этому бедняге карточку, думая, что он ищет работу.

— И парень нашел тебя?

— Да. А если бы ты не отправила меня в таверну… Удачный вечер для меня.

— Лучше сказать, для мистера Паркера.

— Возможно. Он так благодарен мне. Честно говоря, это дело придало мне больше уверенности и сил. Как будто я принимал участие в чем-то новом и увлекательном.

И это «принц поло», думала Паула. Человек, фотографии которого печатали в газетах, богатый, красивый, могущественный Брэд Вондеркемп. Она никогда раньше не видела его таким счастливым.

— Я люблю тебя, — сказала Паула, когда они подъехали к зданию университета. Девушка коснулась его руки и улыбнулась. — Ты особый человек, Брэд.

Она поцеловала его, вышла из машины и побежала на занятия, безумно счастливая оттого, что он ждет ее.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Нет, я не могу сегодня уйти, — сказала Паула, когда они ехали назад, — у Эшфордов будут гости.

— Вот видишь! Это то, о чем я тебе говорил. После изнурительных занятий ты сломя голову несешься туда, потому что тебе нужно приготовить ужин на… сколько человек?

— На восемь. Ничего страшного. Я уже все приготовила, и мне осталось только…

— …свалиться с ног от усталости.

Хм, у нее все готово!

— Брэд, послушай, я хочу сказать тебе…

— Нет, это ты послушай. Тебе не обязательно работать, когда я могу…

— Брэд! Мы уже обсудили этот вопрос. Пожалуйста, не начинай снова.

Он пожал плечами и сконцентрировал внимание на дороге.

— Не хочешь узнать, о чем я хотела поговорить? — спросила она, пытаясь поднять его настроение.

— О чем?

— Это… своего рода рождественский подарок.

Улыбка осветила его лицо.

— Подарок для меня?

— Для нас обоих. По крайней мере я надеюсь, ты расценишь мое предложение как подарок, — произнесла она запинаясь. Может, у него уже были планы на Рождество, например поехать в Англию или еще куда-нибудь. Ведь он же Вондеркемп.

— Ну, продолжай. Что это?

— Неделя, а может даже, десять дней. Эшфорды едут на праздник в Коннектикут к родственникам, и я подумала… — Паула не решалась сказать. — У меня будет много свободного времени, мы могли бы провести его вместе… конечно, если хочешь.

— Если я хочу! — Брэд повернулся к ней, его лицо сияло. — Мне очень нравится твоя идея. Мы могли бы…

— Брэд, смотри! Грузовик.

— Смотрю, смотрю! — крикнул он. Паула вздохнула с облегчением, когда опасность миновала. — Мы проведем всю неделю… Дай подумать. Куда бы тебе хотелось поехать?

— Никуда, — ответила девушка.

Я не готова, подумала она. Не готова стать одной из его любовниц и принадлежать к назойливым и легкомысленным женщинам, которые стремятся быть единственными. Но ведь сейчас ты делаешь то же самое, не так ли? Да, но… Паула пыталась объяснить себе это. Получалось так, что он пригласил ее, заигрывал с ней, а она развлекалась.

Паула никогда не думала об этом раньше. У нее не было никого, кроме Тоби. Она любила его, и уход этого человека из ее жизни оставил глубокий след в ее сердце. Девушка не могла больше ни на кого смотреть. Она погрузилась в работу и учебу.

Но тут появился Брэд.

— Эй, проснись! Ты не слышишь меня? Боже мой… — Брэд прервал свою речь. Они выехали на оживленный участок трассы, и ему пришлось сосредоточиться на дороге. — Почему никто не регулирует движение в такой час?

Паула не слышала его, так как была слишком погружена в свои размышления.

Она не любила Тоби, он — ее привычка. Нет ничего удивительного в том, что она чувствовала, как земля ускользает у нее из-под ног, когда Тоби бросил ее. Может быть, именно поэтому она не знала, как вести себя с Брэдом.

Паула никогда раньше не была в обществе таких людей, как он. Девушка чувствовала себя так, как будто находилась на новой, неизвестной ей земле. Захватывающе и опасно.

— Почему ты не хочешь никуда съездить?

— Мне надо будет время от времени присматривать за домом. — Это была не совсем ложь.

Лу оставался сторожем, а Паула должна была бы поехать домой.

Родители, конечно удивятся, если она не приедет. Но когда ей сказали, что у нее каникулы, все, о чем она подумала, был Брэд.

— А Лу не сможет сделать это за тебя?

— Сможет, но я не хочу оставлять его одного. К тому же я хотела подучить кое-что.

— Выходит, мы не проведем все время вместе? — спросил он, когда они приближались к автобусной остановке.

— Похоже, нет, — ответила она, и настроение у нее упало.

Что он забыл в этом проклятом Сан-Диего, когда есть много других прекрасных мест и прекрасных женщин?

— Так… Просто все это время мы сможем встречаться чаще, чем сейчас, ты это хотела сказать?

Паула чувствовала, как сердце учащенно забилось.

— Зато мы сможем быть вместе на Рождество.

— Обещаешь?

— Конечно. Я наряжу елку, — сказала девушка, хотя она уже украсила квартиру Лу, — и приготовлю ужин на троих: ты, я и дядя Лу.

— Нет, давай устроим рождественский ужин у меня в отеле, а еще лучше — на ранчо!

— Прекрасная идея, Брэд!

Там она сможет почувствовать атмосферу родного дома, подумала Паула. Ей очень хотелось все обсудить, но нужно идти готовить ужин.

— Поговорим позже, — произнесла девушка и вышла из машины.

Паула летела как на крыльях, предвкушая, как она проведет эти семь дней. С ним вдвоем, свободная и беспечная.

Девушка не видела Брэда всю неделю. Прошлым вечером Эшфорды уехали в Коннектикут.

Давно Паула не чувствовала себя такой свободной, как сейчас. Великолепно осознавать, что ты принадлежишь только самой себе.

— Ты ранняя пташка, — заметила она, когда Брэд приехал забрать ее на ранчо. Он предупредил ее утром, но девушка не ждала его раньше девяти.

— Не хочу пропустить даже одной минуты наших совместных каникул. Кроме того, у меня есть кое-что для тебя.

— Ты купил еще одну лошадь?

— Нет, — ответил «принц», улыбаясь, — но думаю, тебе понравится.

Когда Брэд помогал Пауле сесть в машину, она сказала:

— Я чувствую себя принцессой, которую на рассвете увозят из замка.

— Вот и хорошо. Давай оставим все проблемы здесь.

— Надеюсь, нас никто не видел, — обеспокоилась Паула, глядя на дом соседей.

— А я надеюсь, что видели. Тогда они расскажут всем, и эта игра в кошки-мышки закончится.

— Не говори так. Не сейчас. Дай мне еще восемь месяцев.

— А что случится через восемь месяцев?

— Я распрощаюсь навсегда с Эшфордами.

— Прекрасная идея! Но почему нужно так долго ждать?

— Потому что мне нужна работа, — ответила Паула. — А также свободная комната и еда, вот почему я и пошла работать в первое попавшееся место. По крайней мере у меня приличная зарплата. А в следующем году я стану практиканткой.

— Что это значит?

— Я буду работать по специальности, в ветеринарной клинике, лечить животных. Придется работать даже ночью, вот почему у меня не будет времени на другую работу в следующем году. Так как моя специализация — лошади…

Ему вовсе не нравилось, что она станет лечить лошадей. Кататься верхом — одно, а лечить их — совсем другое.

Брэд не представлял, как Паула перебинтовывает ногу кобыле или делает укол жеребцу.

— В следующем семестре я начну изучать физиологию лошадей. Возможно, я смогу помочь Дену, когда он станет тренировать твоих новых лошадей.

— Здорово, — ответил Брэд, не желая погасить ее энтузиазм. Но Ден тренировал лошадей для игры в поло еще до того, как Паула родилась, и Брэд сомневался, что ему понадобится ее помощь. Время сменить тему разговора. — Мы достигли успехов в деле Паркера.

— Неужели? Ты нанял настоящего администратора? — поинтересовалась девушка.

— Пока нет. Мне осталось поговорить с последним из трех кандидатов.

— Первые два не годятся?

— Не знаю, но мне хотелось бы переговорить с последним из них, Эллиотом Эндрю. Он старше, уже на пенсии, но по некоторым причинам заинтересован в том, чтобы найти работу. Я назначил ему на понедельник.

— Как? В середине наших… — Паула прервалась и быстро поправила себя: — Это же выходной!

Брэд усмехнулся.

— Теперь понимаешь, что чувствую я, когда ты говоришь, что слишком занята и не можешь встретиться со мной? Не волнуйся, любимая, это будет очень короткое собеседование. У меня все под контролем.

Когда они подъезжали к ранчо, Паула удивилась, что Брэд поехал не по обычной дороге, мимо дома Дена и загонов. Он свернул, спустился вниз с небольшого холма, и девушка увидела домик, который раньше принадлежал бывшему хозяину ранчо. «Принц» рассказывал ей о нем, но она никогда не была здесь.

Ну конечно, где же еще? Ей следовало догадаться. Брэд говорил, что дом пуст, и пока они ехали, девушка думала, как его украсить, чтобы стало уютней. Из леса можно принести падуб и омелу, расставить свечи, разжечь огонь в камине. Они могли бы устроить небольшой пикник или вернуться назад и отметить праздник вместе с Лу за настоящим праздничным столом.

Вот какими мыслями была занята голова Паулы в то время, как Брэд вел ее по ступеням, пересекавшим старую веранду, через широкий коридор в гостиную. Дыхание девушки, казалось, остановилось. Он сказал, что дом пуст?..

Дом был великолепно и со вкусом обставлен. Что делает его таким теплым, дружелюбным и уютным? — подумала Паула. Может, хорошо подобранные теплые и богатые обои цвета осени? Нет, скорее мебель, решила она, садясь в мягкое и удобное кресло и беря в руки надутую подушку. Здесь все на своем месте.

Вдруг девушка заметила, что «принц» наблюдает за ней с любопытством.

— Ну, как тебе? — спросил он.

— Великолепно! Я охвачена каким-то благоговейным страхом. Ты же говорил, что дом пуст.

— Был, неделю назад.

— Ты сделал все это за неделю! — Паула представила себе заброшенный, пустой дом, стоящий посередине ранчо, вдали от Сан-Диего и мебельных магазинов.

— Не я, а мисс Соренсон из магазина «Молодой лондонец».

Это был магазин лучшей и самой дорогой мебели.

— Мне не составило никакого труда сделать это. Дом чистый и в хорошем состоянии. Как тебе обстановка?

— Я в восторге, — ответила Паула, в восхищении взирая на паркетный пол, устланный великолепным ковром.

— Я привез мисс Соренсон сюда и высказал все свои пожелания.

И подписал чек на баснословную сумму, подумала Паула. Никаких проблем, дело в деньгах.

— Кроме того, я был увлечен идеей сделать из этого дома свою резиденцию. Пора иметь свой собственный угол.

Место, где он может остановиться, как он делает всегда, путешествуя по стране и живя то в одной семейной резиденции, то в другой.

Девушка думала об этом, и разница между ними становилась еще более заметной.

— Тебе не нравится? — поинтересовался Брэд в очередной раз, садясь рядом с ней.

— Очень! — произнесла она быстро. — Очень мило!

— Но что-то беспокоит тебя. Что бы тебе хотелось изменить?

— Ничего! Все прекрасно!

Как может быть что-то не так в этом старинном, со вкусом обставленном доме? Он пополнил коллекцию семьи Вондеркемп.

И Пауле вспомнилась яхта: тот же стиль, удобство, элегантность — все, что можно купить только за деньги.

— Тогда в чем дело? — спросил он, взяв ее за руку.

Девушка не знала, что ответить.

— Ни в чем, — ответила она, — просто я удивлена, как можно сотворить такое чудо в столь короткое время.

— Ты еще не все видела. Пойдем.

Паула была поражена еще больше, когда он повел ее осматривать весь дом.

В буфете стояла посуда из фарфора и хрусталя, кухня оснащена всей необходимой техникой. А наверху… Боже мой, бывший хозяин, скорее всего, не был бедняком, подумала девушка, если в каждой из четырех спален имелось по собственной ванной. Спальни были красиво оформлены, ни одна деталь не упущена: от настольных ламп до мыльниц в ванных.

— Эта мисс Соренсон просто волшебница, — отметила Паула.

— Ты права. Только она не смогла помочь мне с обслуживающим персоналом. Но не беспокойся, я сам уладил это дело. Я уже подобрал нужных людей. К Рождеству.

— Нет, не надо! — воскликнула Паула и пристально посмотрела на него.

— Но… — «Принц» выглядел озадаченным. — Я думал, тебе понравится. Нам приготовят ужин и…

— Не хочу, чтобы кто-нибудь…

Украл у меня этот праздник, подумала Паула.

Она всегда сама любила делать все приготовления. Ходить в лес, выбирать елку, собирать сосновые шишки, омелу и падуб. Любила украшать дом, который наполнялся запахом сосны и горящих свечей. Любила, когда ее руки были испачканы сахаром или мукой и когда пахло пирогом, пекущимся в печке.

Она не променяла бы это ни на что и никогда в жизни!

— Ну, я думала, мы будем только вдвоем.

— Конечно. Вот почему я приказал обставить дом мебелью, чтобы было удобно для тебя остаться здесь на ночь или даже на целую неделю… и Лу, безусловно, тоже, — добавил Брэд быстро.

— Мы не можем. Я уже говорила тебе. Нам придется присматривать за домом.

— Да, кстати. Мне следовало объяснить. Слуги будут жить неподалеку.

Брэд не понимал ее.

— Мне нравится делать все самой. Это и есть часть праздника.

Как она могла объяснить, что приготовления доставляли ей огромное удовольствие?

— Я хочу, чтобы сегодня ты отдыхала и наслаждалась праздником! — Ее взгляд заставил его понять, что уговоры бесполезны. — Хорошо. Никаких слуг. Будет только повар, который приготовит праздничный ужин.

— Нет! Пожалуйста. Давай отпразднуем нашу встречу только вдвоем.

Паула сама могла отлично приготовить рождественский ужин. Сколько раз она помогала маме готовить такой ужин на двадцать человек. Всю неделю они готовились к празднику. А потом было столько веселья, игр и смеха.

— Пойдем за елкой, — предложила Паула. — Я видела омелу, растущую на дереве возле озера.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Брэд Вондеркемп редко отмечал Рождество дома. Он, то катался на лыжах в Швейцарии, то играл в поло в Аргентине, то путешествовал по Средиземному морю. «Принц» побывал в разных местах, встречал разных людей, но никогда в жизни у него не было настоящего, счастливого Рождества. Скучно!

С Паулой ему было хорошо и весело. Он как бы снова вернулся в детство, когда ходил с садовником в лес, чтобы выбрать самую красивую елку.

— Вон та, посмотри, с пушистыми ветками. А на макушку мы наденем звезду, — предложил он девушке, указывая на елку.

Брэду никогда не приходилось рубить елку. Но эта была небольшой, и им не составило труда срубить ее и отнести домой.

Паула поставила елку в ведро с подслащенной водой, чтобы дерево подольше сохранило свежесть и запах. Вместе они украсили дом, развесив огни, гирлянды, расставили свечи.

Все это сопровождалось смехом, шутками, поцелуями.

— Почти как дома, — заметила Паула, когда они наконец закончили с приготовлениями. — Чего не хватает, так это снега за окном.

— Главное, что мы вместе.

Его слова вызвали улыбку на ее устах.

— Ты прав. Да и откуда же взяться снегу в южной Калифорнии, даже в декабре?

«Принц» разжег огонь в камине.

— Давай представим, что за окном идет снег, выключим свет и зажжем свечи, — предложила девушка.

Брэд и Паула расположились на полу возле камина.

— Когда зажигаются огни и свечи, — произнесла она, — возникает необычное чувство, как сигнал — Рождество наступило.

— Что за чувство?

— Счастье, — ответила девушка улыбаясь. — Эта ночь волшебная, и кажется, что с тобой произойдет что-то невероятное. Ты когда-нибудь испытывал подобное чувство?

— Сейчас, — произнес он, и какая-то неистовая сила подтолкнула его.

Брэд заключил Паулу в объятья и крепко поцеловал.

Он знал — что-то случится! Она не заставила его разочароваться.

Девушка хотела того же, что и он. Брэд почувствовал это, как только их тела слились и она обхватила его за шею. Мужская рука скользнула под кофточку. Учащенное дыхание девушки говорило о том, что она сгорает от желания.

Вдруг Паула оттолкнула его от себя и быстро встала.

— Будет лучше, если я уйду. Уже поздно.

Брэд недоуменно посмотрел на нее и спросил:

— Я сделал что-то не так?

— Не ты. Я. Я не хотела…

— Чтобы я все неправильно понял?

Сначала Брэд был в бешенстве, но потом смягчился. Возможно, она еще не готова, и он должен уважать это.

— Пойдем, — сказал «принц». — Я отвезу тебя домой.

Не промолвив ни слова, «принц» помог девушке сесть в машину. Она старалась не смотреть на него. Брэд не сердился, он просто молчал, внимательно следя за дорогой.

Паула хотела нарушить тишину, но впервые в жизни она не знала, что сказать.

Вот глупышка. Секс — обычное явление, которое происходит между мужчиной и женщиной. В этом нет ничего предосудительного.

Чувствовала она такое с Тоби? Никогда, всего лишь несколько невинных поцелуев. Боже, ей двадцать три года, и она так неопытна, что страстный поцелуй любого мужчины сможет… Нет, не любого, а только Брэда.

Девушка снова посмотрела на него. Он все так же молчал и был мрачен. Паула, к сожалению, не могла знать, о чем думает «принц». Погруженная в свои мысли, девушка не заметила, как они подъехали к дому.

Брэд повернулся к ней и с улыбкой спросил:

— Ну, какие планы на завтра?

Как оказалось, Брэд пригласил на Рождество еще пятерых человек.

Они обсуждали список гостей. Брэд колол орехи и украшал пирог. Еще одна вещь, которую он никогда не делал раньше.

— Ты пригласил Паркера?

— Я говорил ему. Он придет.

— А мистер Эндрю, если он еще здесь?

— Здесь, и не теряет зря времени.

— Он энергичный человек, не правда ли? Я рада, что ты решил взять его на работу.

— Не забывай, мы приняли это решение вместе.

Брэд взял Паулу с собой на собеседование.

Впервые он увидел ее в платье. Она была восхитительна в этом простом черном платье, подчеркивающем ее фигуру и открывающем стройные ножки.

К вечеру собрались гости, но Брэд не уделял им слишком большого внимания. Он был погружен в свои размышления. «Принц» купил в подарок Пауле золотой браслет и не знал, как ей его подарить.

Праздник удался на славу. Было много шуток, смеха, споров.

Когда все закончилось и они остались одни, Брэд наконец-то решился.

Паула держала в руках золотой браслет, украшенный бриллиантами. Она не могла принять от него такой дорогой подарок.

— Брэд, он замечательный, но…

— Давай не будем ссориться из-за такого пустяка.

— Но это вовсе не пустяк!

— Я не хочу знать, что ты думаешь об этом браслете, Паула. Я хочу знать, что ты думаешь обо мне.

Ком встал у нее в горле. Ей нужно ответить.

— Ты мне действительно нравишься. Нам хорошо вдвоем.

Никогда раньше Паула не говорила подобное мужчине. Краска залила ей щеки.

— Нет! Я знаю это!

— Что? — спросила она недоуменно.

— Я говорю о сильном сексуальном влечении. Не смотри на меня так! Я не новичок в подобных играх, Паула. Думаю, ты желаешь меня так же, как и я тебя. Но это не то, о чем я говорю.

— А о чем же?

— Я хочу знать, что ты чувствуешь по отношению ко мне? Испытываешь ли ты то же чувство, что и я?

— Какое?

— Я люблю тебя, Паула.

Девушка не сводила с него глаз. Правильно ли она расслышала? Ей было интересно, сколько раз он говорил такие слова и скольким…

— У меня не очень хорошая репутация, — продолжал Брэд, — но я хочу, чтобы ты знала: я не говорил этого раньше никому. Я даже не знаю, как это случилось. Возможно, в ту первую ночь, когда я увидел тебя. Или на яхте, когда ты была моей Золушкой. Черт возьми, почему ты плачешь?

— Это из-за твоих слов. Я никогда не представляла себе этого, я думала…

— Это не причина для слез. Ты мне так и не ответила, что чувствуешь ты?

— Я люблю, люблю, люблю тебя, очень сильно люблю! Я готова забыть обо всем на неделю, день или просто ночь!

— А как насчет вечности? — прошептал он, прильнув к ее губам.

Брэд хотел жениться на Пауле как можно быстрее. Они обговорили все детали. Будет ли свадьба здесь или в Вайоминге? Куда они поедут в медовый месяц? Полетят в Монако, или будут путешествовать на яхте, или проведут конец января на семейной вилле в Италии?

«Принц» не хотел, чтобы Паула работала или училась. Но она стояла на своем. Девушка не могла жить без этого, и Брэду пришлось смириться.

ЭПИЛОГ

Паула сидела рядом с отцом Брэда. Впервые в жизни она смотрела, как играют в поло. В качестве приза за сегодняшнюю игру был назначен Серебряный кубок, который разыгрывался в день Нового года.

— Он такой элегантный и красивый, — заметила Паула. — Неудивительно, что они называют его «принцем поло»!

Мистер Вондеркемп-старший улыбнулся.

— Нет, моя дорогая, это вся его команда заработала такое прозвище, а не он один.

Девушка убедилась в этом, следя за ходом игры. Но она еще многого не понимала. Мистер Вондеркемп старался ей объяснить все тонкости поло.

— Поразительно! Лошади, кажется, знают, что нужно делать.

— Это особая порода лошадей. Они предназначены специально для этой игры.

— Да, — произнесла Паула, больше впечатленная лошадьми, чем игрой. Зрелище было таким потрясающим! Девушка следила за каждым их движением, она не замечала, что Эшфорды наблюдают за ней и сгорают от зависти.

После игры Мэри Эшфорд подошла к Пауле.

— Паула, дорогая! Ты прекрасно выглядишь! — Она поцеловала девушку и повернулась к мистеру Вондеркемпу. — Вы знаете, она часть нашей семьи. Она была мне как дочь. У нас столько дел с приготовлениями к свадьбе! Ее обязательно должны забирать из нашего дома, а Рей и Уитни будут подружками невесты. Подумать только! Девочки, ваша сестренка скоро станет миссис Вондеркемп и будет жить среди графов и графинь! А мы станем навещать ее… Мы никогда не позволим нашей милой Пауле быть далеко от нас!

КОНЕЦ.

Внимание!

Данный текст предназначен только для ознакомления. После ознакомления его следует незамедлительно удалить. Сохраняя этот текст, Вы несете ответственность, предусмотренную действующим законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме ознакомления запрещено. Публикация этого текста не преследует никакой коммерческой выгоды. Данный текст является рекламой соответствующих бумажных изданий. Все права на исходный материал принадлежат соответствующим организациям и частным лицам