/ Language: Русский / Genre:love_short

Якорь спасения

Фанни Райдер

Своенравная красотка Элис Редфорд с детства умела постоять за себя. Гордость подсказывала ей своеобразный кодекс чести, следовать которому, однако, было довольно трудно, когда наступала полоса невезения. Встреча с Флойдом Ламберти крайне осложнила для нее и без того запутанную ситуацию, поставила под сомнение самые сокровенные идеалы. Неужели действительно все продается и все покупается? А дьявольское самолюбие давно подменило собой любовь?

Фанни Райдер

Якорь спасения

Пролог

О молодом наследнике ранчо Ламберти в округе ходили самые противоречивые слухи. Кое-кто из окрестных фермеров полагал, что парень геройски воевал во Вьетнаме и пережил там такое… Словом, навсегда выбился из колеи. Другие строили причудливые версии, связанные с таинственной женитьбой Флойда Ламберти на какой-то девчонке из Чикаго. Однако ж ничего себе девчонка! Чуть ли не принцесса мафии. Предполагалось, что бедный парень еле ноги унес от ее крутых родственников. И теперь залег на дно. Живет себе с бабушкой Карен, вкалывает на ферме да благодарит Бога, что остался цел. Местные кумушки, впрочем, придерживались иного мнения.

Кошмары войны, угрозы гангстеров… Это все, конечно, легко понять. Но почему красавчик Флойд, который до своего исчезновения слыл страстным покорителем женских сердец, вернувшись в родные края, прячется в кусты от каждой юбки? Может быть, он принял тайное монашество? Семейка такая, что исключать подобного нельзя.

Говорят, его прадед, француз Мишель де Ламберти, хотя и был отъявленным кутилой и бретером, отличался необыкновенной набожностью. У старого Брюса тоже причуд хватало. Не стоит слишком верить Карен, когда она поет гимны своему «идеальному мужу». Да и Флойд вернулся домой как раз на похороны «любимого дедушки», будто несколько лет дожидался этого часа.

Не случайно же фамильное гнездо Ламберти прозвали когда-то «волчьим логовом». Только Карен у них и прижилась: видимо, очень любила ставшего с годами совсем ручным Брюса. Что ж, сердцу не прикажешь… А вот жена ее сыночка Майкла не выдержала. Кстати, до сих пор никому из соседей не известно, куда и при каких обстоятельствах она исчезла.

Справедливости ради надо отметить, что криминальных делишек за Ламберти не водилось. Люди они по-своему благородные, порядочные, известны своим трудолюбием и бережливостью. Но словно злой рок преследовал «волчат», не позволяя спокойно пройти отмеренный провидением земной путь. Даже самый кроткий из них, Брюс, то богател так, что в состоянии был сделать из своей развалюхи дворец, то годами сидел на бобовой похлебке. О смерти Майкла лучше и не вспоминать, настолько нелепо все произошло. Оставалось только надеяться, что это не самоубийство. Чего же можно ждать от Флойда с такой наследственностью? Рано или поздно притаившийся, замкнутый «волчонок» должен выкинуть какой-нибудь трюк.

Семейство Ламберти явно обречено на вымирание. Последнее время в этом не сомневались даже искренние доброжелатели. Таков общий итог многочисленных гипотез, досужих вымыслов, о которых Флойду до сих пор было совершенно невдомек. А если бы узнал сейчас?…

Флойд последний раз проверил самолет перед вылетом.

— Поторопись-ка, железная леди! — не слишком почтительно обратился он к своей пожилой спутнице и с завидной легкостью подсадил ее в кабину.

— Не забывайся, Фло, — в тон ему буркнула Карен. — И не срывай на мне свое плохое настроение. Я не виновата, что кузен Гарри Осмонда заподозрил тебя в склонности к мужчинам. Правда, на твоем месте я бы доказала этому хлюпику…

Внезапно повеселевший Флойд в течение всего полета напропалую смешил свою пожилую спутницу, блестяще пародируя джазовые песенки о любви. Импровизированный концерт оборвался на каком-то незатейливом блюзовом куплете:

— «Мой якорь спасения в той бездне отчаянья…» — Флойд зевнул, вглядываясь в сигнальные огоньки аэродрома. — Вот что, старушка… Пусть твоего внука принимают хоть за буро-малинового мерина. Это даже забавно. Мне другое не нравится. Такое дурацкое предчувствие… Как будто со дня на день все в нашей жизни перевернется вверх дном.

1

Когда пожилая женщина в рассеянии ступила с тротуара на мостовую, почти под колеса автобуса, который, кстати, ждала и Элис Редфорд, времени раздумывать не оставалось. Элис рванулась вслед и, обхватив эту сонную бабульку за плечи, потянула ее назад.

Протяжные крики слились с визгом тормозов и отборной бранью шофера. Ритмическая какофония в иррациональном пространстве жизни и смерти. На мгновение Элис показалось, что все это происходит не с ней, что она лишь случайный свидетель нелепого уличного происшествия. Потом слепая боль оттеснила все, она стала погружаться в темноту.

Силуэт у окна был освещен таким розовым отблеском, который может дать только солнце, встающее в безмятежное и прозрачное летнее утро. Элис наблюдала за ним уже несколько минут. Кто он и зачем находится здесь? Это касалось и комнаты, в которой она очутилась. Без сомнения, больничная палата… Но почему? Элис понятия не имела.

— Ага, вы уже пробудились, — с умеренной дозой любезности констатировал незнакомец.

Странно, будто статуя заговорила. Настолько всем обликом своим напоминает этот тип надменного римского патриция, увековеченного для потомков тысячелетия назад.

Элис робко кивнула и тут же почувствовала, что лучше было бы не приходить в сознание. Казалось, внутри ее бедной головы заиграл и двинулся маршевым шагом оркестр в сотню человек. Она постаралась вжаться в подушку.

— Вам больно? — «Римлянин» обеспокоенно шагнул к койке. — Может, вызвать сестру?

— Нет, не надо, — Она доверительно дотронулась до рукава его темного костюма. — Если не делать резких движений, чувствую себя вполне сносно.

— Вы уверены, что это так на самом деле?

И опять Элис попалась. Стоило лишь слегка повернуть голову, как боль вновь пронзила ее.

— Клифф предупреждал, что после того, как вы придете в сознание, могут начаться неприятные сюрпризы.

Элис кисло улыбнулась.

— Клифф — это ваш врач, — пояснил незнакомец. — Мой близкий приятель… Клиффорд Хадли.

— Что я здесь вообще делаю? — поинтересовалась Элис, сочтя его вполне осведомленным в «неприятных сюрпризах».

— Неужели вы ничего не помните?

— Нет, как это ни печально… А, кстати, если вы не врач, то что вы здесь делаете?

— Я пообещал моей бабушке, что побуду с вами до тех пор, пока не возвратится она. — «Римлянин» улыбнулся, и его ледяные голубые глаза несколько согрелись.

— Кто эта ваша таинственная бабушка?

— Карен Ламберти. — На смуглом, породистом лице под маской нарочитой серьезности мелькнула ирония. — Неужели не вспоминаете ее? Она ведь почти всю ночь провела тут рядом с вами.

— Карен Ламберти! — Это имя вызвало из сокровенного тайника подсознания лучистые небесные глаза, а затем и весь облик пожилой женщины, с которой незнакомец имел какое-то неуловимое, фатальное сходство. Заботливая, сказочно нежная сиделка… И еще… Она же — на автобусной остановке!

Сердце Элис забилось часто-часто. Она невольно зажмурилась, когда память причудливо вернула ей все, что произошло в те злополучные минуты.

— Ну что, теперь вы все вспомнили?

— Так вот почему я здесь! — вырвалось у Элис.

Он утвердительно кивнул.

— А как ваша бабушка? С ней все в порядке?

— У нее несколько царапин и ссадин, но, учитывая, что могло случиться, она в прекрасной форме. Весь удар вы приняли на себя.

— У меня, кажется, тоже все не так плохо… Могло бы быть… гораздо хуже. Разве не так? — закончила она, сбиваясь.

В его глазах мелькнуло двусмысленное выражение.

— Вы вовсе не так плохи, как следовало ожидать.

Ну что ж, если бы он принялся уверять, что она прекрасна, несмотря на синяки и ссадины, то это вряд ли прозвучало бы убедительно.

— А может, на самом деле все гораздо хуже? — Элис вспомнила о недавней жуткой боли.

— Вас сбил автобус. Но последствия могли бы быть гораздо хуже… А так… — «Римлянин» приподнял зеркальную крышку стола и она таким образом смогла увидеть свое отражение.

— Вот убедитесь сами, что все не так плохо.

Сначала Элис смогла опознать только свои глаза. Они расширялись и становились все больше и больше по мере того, как неожиданный помощник поднимал ее голову, подсовывая под нее подушку. Вся правая часть лба была разбита. На одной из скул — жуткий огромный кровоподтек.

— Что же, я теперь вся такая? — истерически всхлипнула Элис, но тут же сдержалась.

— У меня не было возможности увидеть вас целиком. — Чувствовалось, что красавчик был отнюдь не против такой затеи. — Но подслушал, что повреждения на лбу и правой руке — единственные открытые раны.

Элис немедленно решила проверить, так ли это на самом деле. С большим трудом, сохраняя бодрый вид, она уселась поудобнее.

— Ничего, ничего, скоро поправитесь, — не без лукавства заверил незнакомец.

— Надеюсь, — согласилась Элис. — Не может так быть, чтобы я состояла из сплошных ушибов.

— Но у вас, однако, их предостаточно.

Элис внимательно посмотрела на него.

— Только что вы засвидетельствовали, что не осматривали меня целиком.

— Я и не утверждаю этого. Я только слышал, что самый большой и цветистый синяк у вас на бедре. — Незнакомец весьма многозначительно хмыкнул.

Элис инстинктивно начала обследовать свое тело, но, заметив, что мужчина следит за ее руками, тут же вытянула их вдоль бедер.

— Хуже всего обстоит дело с ногой. Боюсь, что она сломана, — довольно глумливо «утешил» ее он, продолжая глазами свою бесстыдную экскурсию.

Элис только сейчас заметила выступающий из-под покрывала бугор и поняла, что это не только бинты.

— Но мне не больно, — с удивлением сказала она.

— Не больно, пока вы не двигаетесь.

— Занятная ситуация, — пробормотала Элис, поняв, что в обычный день она сейчас как раз приступала бы к работе. — Который час?

— Около шести.

В принципе у нее оставалось еще несколько минут, чтобы позвонить своему работодателю и сообщить ему о случившемся. Элис озабоченно нахмурилась.

— Не беспокойтесь, вашей матери мы уже позвонили, — предупредительно сообщил он. — Конечно, миссис Редфорд была очень расстроена, но Клифф объяснил реальную ситуацию… И она поняла, что никакой угрозы вашей жизни нет. — Незнакомец быстро добавил последнюю фразу, заметив беспокойство на лице Элис. — Потом с ней разговаривала бабушка. Она пообещала вашей маме, что здесь за вами будет очень хороший уход.

Элис быстро бросила на него испуганный взгляд, а потом снова потупилась. Тяжело вздохнула. Мужчина по-своему расценил ее реакцию.

— Вы, наверное, хотите, чтобы я вам помог связаться с вашей мамой?

— Нет, в этом необходимости нет!

Он вскинул черные брови с выражением некоторого удивления.

— Мне не хотелось бы лишний раз волновать ее… Ведь из Детройта она все равно помочь мне не может. Да и мне не так уж плохо. — Элис сочла нужным пояснить ему свой отказ. — Потом, сейчас только шесть утра и столь ранний звонок ее сильно встревожил бы.

— Об этом я как-то не подумал, — извиняющимся тоном признался он. — Я сам жаворонок и для меня чудно, что кто-то может еще спать, когда я уже бодрствую.

Элис улыбнулась. Ей показалось, что он специально, чтобы сделать приятное ей, немного пожурил себя.

— В полиции сообщили, что вы живете одна. Значит, нужен кто-нибудь, кто позаботится о вас, когда вы отсюда выберетесь. Как вы думаете, миссис Редфорд могла бы приехать? Вы довольно долгое время не сможете обходиться без чьей-либо помощи.

Черт побери! Проклятье! Да пошло бы оно все… Элис была бесконечна зла на себя. Из-за всего, что произошло, она забыла о главном… Она бежала на очень важное собеседование. Теперь разговор состоится с кем-либо из других соискателей и… прощай вожделенная работа.

Незнакомец моментально подметил ее смятение.

— Что случилось?

Элис огорчил этот новый прокол. Не хватало еще распускать нюни перед совершенно посторонним человеком!

— Все в порядке, — прошептала она. И уже на совсем иной ноте добавила: — Одно плохо, я не знаю, с кем имею дело!

— Флойд Ламберти. Внук своей бабушки. Очень благодарный судьбе внук. И неизменно к вашим услугам, мисс Редфорд.

В это время в палату вошла медсестра и стала распоряжаться. Первым делом, выразительно покосившись на Флойда, она заставила его покинуть помещение. Потом последовали компрессы, укол, измерение температуры.

Никакой дополнительной информации из этой грозной особы вытянуть не удалось.

Флойд Ламберти возвратился, как только испарилась медсестра. Он бесцеремонно развалился в кресле, всем своим видом выражая дружескую непринужденность.

— Послушайте, — не выдержала Элис, — нет совершенно никакой необходимости вам прописываться здесь…

— Но я обещал… — Флойд лениво приподнял одно плечо. — А раз я что-нибудь пообещал Карен, мне не хотелось бы расстраивать ее. Кстати, только при условии, что я посижу с вами, она согласилась пойти поспать в гостиницу. Бабушка очень обеспокоена вашим состоянием.

— Тогда, может быть, вы великодушно окажете мне услугу?

— С удовольствием сделаю все, что в моих силах!

— Мне надо срочно позвонить, чтобы предупредить шефа, что я сегодня не смогу появиться на работе.

— Я мигом улажу все… — Чувствовалось, что действовать ему гораздо приятнее, чем прозябать в качестве сиделки. — Мне надо сделать сразу несколько звонков. Один из них будет по вашему заказу, а вы, пожалуйста, расслабьтесь и отдохните.

Элис назвала номер телефона и имя своего начальника.

— И, пожалуйста, — попросила она извиняющимся тоном, — объясните ему ситуацию… Я ведь должна была…

— Не беспокойтесь. Все улажу. — Флойд подмигнул. — Кому придет в голову укорять вас за проявленный героизм?!

Лишь только он вышел, Элис схватилась за зеркало, чтобы еще раз внимательно осмотреть себя.

Хороша куколка, нечего сказать! Черт побери, вот ведь невезение. В день, когда на ее пути оказался самый красивый мужчина из всех, виденных ею когда-нибудь, сама она похожа неизвестно на что!

Наконец, слегка успокоившись, Элис стала раздумывать, сможет ли ледовый компресс снять хотя бы опухоль с губ.

— Ну что, моя девочка?

Элис буквально подпрыгнула от неожиданности и тут же почувствовала неистовую атаку боли. Но внимание ее было отвлечено на входящую миссис Ламберти.

— Ох, и заставили вы нас поволноваться минувшей ночью, — с шутливой ноткой укора заявила бабушка.

— Вы даже представить себе не можете, как я рада вас видеть, — заверила Элис пожилую женщину, натянуто улыбаясь. — Всю ночь меня мучили кошмары. И память отшибло начисто…

Небесные глаза привораживали невыразимой задушевностью. Густые ресницы и брови эффектно оттеняли их. Щечки у миссис Ламберти были свежие до неестественности. Из-за этого Элис показалось, что величественная Карен напоминает пухленького Санта-Клауса. К тому же ее пышные густые волосы были совершенно белы.

Миссис Ламберти призналась, что местами ушибы и ей дают о себе знать.

— Но когда человеку столько лет, сколько мне, немного боли не мешает, во всяком случае, знаешь, что еще живешь. Вот значит, нет худа без добра! Я, милочка, никак не подберу нужных слов, чтобы начать свою благодарственную речь.

Лицо Элис стало озабоченным.

— Флойд сообщил мне, что вы вчера ночью разговаривали с моей мамой. Спасибо. Надеюсь, она не очень сходила с ума?

Морщинки вокруг лучистых глаз обозначились резче.

— Конечно, она была сильно взволнована. Я пообещала регулярно докладывать ей о том, как у вас идут дела. Признаться, я разговаривала с ней уже три раза. Но, может быть, у вас есть какие-то другие пожелания?

— Нет. Ни-ка-ких, — протянула несколько обескураженная услышанным Элис.

— Ну, ну! Не пытайтесь ввести меня в заблуждение. Что-то тревожит вас, я вижу.

Элис набрала в легкие побольше воздуха и решила выяснить, до какой степени может дойти решимость миссис Ламберти в выполнении ее просьбы.

— Да, есть у меня одна, может быть, и глупая, но неотступно преследующая меня мысль.

— Тогда смелее… Не таитесь, пожалуйста. Если это в моих силах, я все сделаю. Может, таким образом покроется хоть самая малюсенькая частица моего долга вам.

— У меня в квартире остался щенок. Без присмотра… и…

— Конечно, дорогая! Разве это проблема!

Горячая готовность миссис Ламберти побудила Элис быть честной до конца.

— Дело в том, что согласно условиям хозяйки, я не имею права содержать в квартире живность, — уныло призналась она. — У меня есть соседка по лестничной клетке, мы живем с ней душа в душу. Но, к сожалению, она подруга домохозяйки. И если она увидит Чарри, то обязательно скажет той и тогда мы с моим другом окажемся на улице.

— А каков он, этот Чарри?

— Это тоже не простой вопрос. Он выбрал себе амплуа моего защитника. И поэтому считает себя очень опасным и грозным. — Элис сморщила носик. — Не уверена, что он окажет вам вежливый прием.

— А я не сомневаюсь, что сумею приручить вашего воинственного кобелька, — с запальчивой уверенностью пообещала миссис Ламберти. — Мы еще проверим, насколько малыш предан своей хозяйке.

— В таком случае, — улыбнулась Элис, — все в порядке. Ключ от квартиры должен быть в сумочке.

— Прекрасно! Адрес мы уже знаем. В приемном покое, когда вас регистрировали, полисмен нашел визитные карточки.

Элис подробно проинструктировала ее, каким образом выгулять Чарри, не привлекая внимания неприятеля, и чем накормить.

— Я верю, что прекрасно справлюсь с вашим поручением. — Миссис Ламберти заговорщически подмигнула своей спасительнице. И это напомнило недавнюю ужимку ее красавца-внука. — Куда же задевался наш рыцарь? Ведь он обещал побыть с вами до моего возвращения? — Карен задала этот вопрос вроде бы самой себе.

— Он звонит по моей просьбе в офис, где мне удалось получить временную работу, — объяснила Элис, чувствуя какую-то необъяснимую неловкость.

— Ладно, в таком случае я не стану ругать Флойда за то, что он покинул свой пост. Вы, наверное, устали, дорогая?

Элис утвердительно кивнула.

— Попробуйте немного поспать. А я найду своего сорванца и мы вместе займемся Чарри. Кстати… моя самоотверженная девочка, — в интонации пожилой дамы звучало нечто необычайно трогательное. — Давай впредь без формальностей. Приучайся-ка называть меня по имени — Карен. Ладно?

Элис не хотелось скрывать навернувшихся слез. Уже давно не испытывала она ничего подобного. Ответ был ясен без слов.

— Ваш босс уведомлен о случившемся, мисс Редфорд, — нарушил идиллию уже знакомый баритон.

— А, Флойд! Как хорошо, что ты появился. Нам пора… Мы уже донельзя утомили бедняжку, — сказала Карен.

Ламберти пристально посмотрел на «героиню», и она продемонстрировала якобы едва сдерживаемый зевок.

— У тебя в девять встреча, бабушка, — с некоторым раздражением напомнил Флойд. — Доктору вряд ли понравится, что ты разгуливаешь в таком виде уже второй день.

Миссис Ламберти отмахнулась и заявила, что в первую очередь необходимо навестить «малыша Чарри».

Флойд молча выслушал историю о бедном песике, всем своим видом показывая, что нынешние заботы двух новоявленных приятельниц не самая главная проблема его жизни.

— Итак, Эл, будь умницей. — Карен нагнулась и нежно поцеловала ее в лоб. — Ни о чем не беспокойся. Бай-бай…

— Не считайте, пожалуйста, своей обязанностью все время находиться здесь. Вы и так уже столько сделали…

— Старших надо слушаться. Я обещала твоей матери выходить тебя.

Флойд поднял руку, салютуя Элис на прощание, и пообещал вскоре вернуться.

Когда он подтолкнул почтенную даму в направлении дверей, Элис с удивлением обнаружила, что Карен сумела оставить у нее в ладошке тайком от внука листочек бумаги. Она медленно развернула его и невольно вскрикнула:

— Миссис Ламберти!

Карен и Флойд одновременно повернулись.

— Ты забыла мое имя, Эл?

— Нет… Карен… Но разве так можно?

— Я всего лишь оставила тебе чек. Успокойся.

Физиономия внука при этом известии, как показалось Элис, отнюдь не заискрилась от радости.

Элис вновь ошарашенно уставилась в тонкий прямоугольный листок. Бред какой-то!

— Это же пятьдесят тысяч долларов… — сдавленно пробормотала она.

— Дискуссия окончена, мой ангел! И это только начало. Будь послушной внучкой! — Карен просто таяла от счастья.

— Но…

Флойд смерил новоявленную внучку таким взглядом, что у той слова застряли в горле. Воспользовавшись паузой, Карен взяла его под руку и увлекла в коридор.

— Но я же не просила об этом, — растерянно проговорила Элис в пустоту. Перед глазами стояло высокомерное, отстраненное лицо Флойда. Господи, на нее-то за что он так окрысился? Не нужны ей эти деньги! Хотя, если по-прежнему вкалывать в школе, столько и за два года не заработать…

Может статься, что экзальтированная Карен Ламберти не всегда контролирует себя. Не потому ли разозлился Флойд? Если эта дама имеет обыкновение, поддавшись первому порыву, делать шикарные подарки вне зависимости от состояния своего банковского счета, то надежнее всего неотлучно опекать не в меру эмоциональную бабушку. Невеселое, должно быть занятие. Элис уже начинала сочувствовать этому парню, в глубине души признав, что он ей очень даже не безразличен.

Наверное, у Карен хватает приключений. А платить за все приходится внуку. Ведь реальные деньги (а не чековые бумажки!), похоже, принадлежат ему.

В пользу такого соображения, с точки зрения Элис, говорил и внешний вид Ламберти-младшего. Его костюм был явно от дорогого портного. Ей раньше не приходилось иметь дело с мужчинами, которые могли бы позволить себе подобную роскошь. Зато простенькое цветастое платье Карен вовсе не свидетельствовало о том, что его обладательница может запросто швыряться такими суммами направо и налево.

Элис еще раз внимательно осмотрела «всего лишь чек» и разорвала сиреневый лоскуток на две половинки. Что легко приходит, то легко и уходит… Через секунду импровизированный серпантин посыпался в корзинку для мусора. Теперь не грех и помечтать о том, на что можно было потратить такие шальные деньги. Элис стала засыпать, укачиваемая своими фантазиями, и в них явился Флойд, который явно одобрял ее поступок. Все улыбался, улыбался, а потом… Она перестала отличать сон от яви.

Из затемненного угла комнаты на нее и впрямь пристально глядел Флойд Ламберти. И до тех пор, пока он не произнес первые слова, она думала, что это призрак.

— У меня такое впечатление, что вы преуспели в некоторой разновидности бизнеса, мисс, — процедил внук, подтягивая поближе к кровати небольшой столик и вкладывая ей в пальцы ручку.

Элис протерла глаза, безуспешно стараясь понять, что происходит.

— Наш адвокат, — с какой-то едкой, прокурорской вкрадчивостью начал он, — считает, что вы не откажетесь поставить свою подпись вот здесь, коль скоро бабушка так искренне и щедро отблагодарила вас за самоотверженный поступок. — Флойд обозначил галочкой то место, где ей надлежало поставить свою подпись.

Час от часу не легче!

— А что собственно я должна засвидетельствовать? — сдержанно поинтересовалась Элис, хотя уже начинала закипать от столь чудовищного маниакального занудства.

— Это соглашение между вами и моей бабушкой. Она собирается оплатить расходы, связанные с вашим пребыванием в больнице… и вознаградить вас за…

— «Вознаградить» меня?

— А чек? Вы что же, забыли о нем? Итак, миссис Ламберти собирается поощрить мисс Редфорд за ее благородные устремления…

— Мои «благородные устремления»? — вскинулась Элис, бледнея от ярости. — Вы имеете в виду те пятьдесят тысяч долларов?

Да он и впрямь чокнутый? Такого ничем не проймешь.

Словно подтверждая ее мысли, Флойд монотонно, как робот, продолжил с той точки, на которой его прервали:

— Поскольку вы уже получили столь щедрое вознаграждение, вы отказываетесь от претензий в адрес бабушки в связи с тем, что она невольно стала причиной нанесения вам физического ущерба. Вот, собственно, основной смысл документа.

Свет для Элис померк.

— Неужели вы могли подумать, что я выставлю Карен какие-либо претензии?

— В таком уж мире мы живем! — цинично осклабился Флойд.

Ну и дрянь! Однако сдаваться Элис не собиралась.

— У меня есть кое-что, что должно вас успокоить, — вкрадчиво произнесла она.

Флойд вздрогнул, заподозрив, что она подметила, как от нервного тика у него пульсирует левая щека.

— Если я проконсультируюсь со своим юристом, как вы думаете, посоветует ли он мне подписать подобную бумагу?

— Моя бабушка уже сделала вам такую рекламу, рассказывая о том, как героически вы спасли ее жизнь! Любой суд признает действительным чек, выданный самоотверженной спасительнице.

Несмотря ни на что, Элис была приятна его грубоватая искренность.

— А вы, стало быть, побаиваетесь, что я не остановлюсь на этих пятидесяти тысячах?

— Процесс благодарения не может продолжаться бесконечно. — Флойд драматически развел руками. — У вас нет постоянной работы. Я видел условия, в которых вы живете. — Он отвел глаза. — Я хотел бы оградить бабушку от любых случайностей…

Проклятье! Сейчас Элис была зла на весь мир. Что собственно Флойд знает о ней?!

— Представьте себе, что Карен не ваша бабушка, а моя собственная. Неужели вы думаете, что, прежде чем ринуться спасать ее, я сначала просчитала бы все?

Он шутовски зааплодировал.

— Это очень благородные мысли, но я-то должен спрогнозировать ваши действия не в той вымышленной ситуации, а в совершенно конкретной.

И вновь Элис оказалась на грани истерического срыва.

— Вы хотите, чтобы я подписала эту бумагу, а ведь я даже не знаю, стоит ли этот злосчастный чек той бумаги, которая на него потрачена. — Голос ее предательски дрожал, она судорожно сцепила пальцы. — Итак…

— Я докажу вам, что чек не поддельный. — И как ни в чем не бывало, Флойд подсунул ей свой дурацкий «меморандум» и ручку. — Ну, теперь-то вы подпишите?

Получается, она должна все принимать на веру. А Флойд ей вовсе не собирался доверять. Разве это справедливо? О, как хотелось бы сейчас шарахнуть чем-нибудь тяжелым по этой красивой самодовольной физиономии!

Пусть я пойду побираться на улицах, но одну вещь ему все же выскажу, решила она.

— Я ничего не просила у вашей бабушки!

— Но я что-то не заметил, чтобы вы усиленно отказывались!

— Послушайте, мистер Ламберти! — взорвалась Элис. — Я вытягивала вашу бабушку из-под этого треклятого автобуса вовсе не из корыстных соображений. Но и прощения у нее за это просить не собираюсь. Ясно? К тому же я не проверяла ее банковский счет перед тем, как действовать. И вообще мне надоело…

— Господи! Да я же не собираюсь утверждать, что вы сначала все обдумали, а потом полезли под автобус! — прервал ее Флойд, стремясь закончить перебранку миром. — Просто было бы лучше, если бы вы обе были целы и невредимы.

— Плохо, что я не подумала обо всем раньше. Но, уверяю вас, моя совесть чиста.

Флойд явно смутился, когда его глаза уткнулись в расцарапанный лоб, распухшие губы и глыбу гипса на ноге Элис.

— Я не очень гожусь для всех ваших интриг, — заявила она, избегая встречаться с ним взглядом.

— Простите меня за все… — тихо произнес он с обезоруживающей искренностью. И помимо своей воли Элис уступила.

— Бог с вами, — проворчала она. — Давайте вашу чертову бумажонку и покончим с этим.

Благодарный внук услужливо склонился над ней.

— Мне не нужны чужие деньги, — не преминула напоследок ужалить Элис. — Если вам от этого будет легче, а мне лично на все наплевать, то отчего же и не подписать? Надеюсь, мне это не повредит.

Поймав его откровенно ликующий взгляд, она насторожилась. Правда, Флойд не знает, что чек уничтожен. И все же какая мелочность! Насколько она сама благороднее этого деланного аристократа… Сердце Элис наполнилось гордостью за свой поступок. Несколько лет назад она просто не поверила бы в то, что способна отважиться на такое. Взяла и красиво отказалась от целого состояния.

— Я передумала и не стану ничего подписывать, — неожиданно для самой себя хладнокровно обронила она.

Казалось, еще немного и Флойд ее ударит.

— Почему?

— Я уже объяснила вам, что совершенно не намерена выставлять вашу бабушку. Вам должно быть достаточно моего честного слова.

Лицо Ламберти хранило каменное выражение, пока он тщательно складывал свой нотариальный «сонет», а потом, внезапно скомкав его, запихнул во внутренний карман пиджака.

— Я была бы вам очень признательна, если бы вы оставили меня одну. Я очень устала. — Элис демонстративно прикрыла глаза.

— Тем не менее я очень благодарен вам за то, что вы сделали для моей бабушки, — многозначительно произнес Флойд.

— Довольно странная манера выражать благодарность. — Она укуталась в одеяло, сделав вид, что засыпает.

— Элис… — произнес он с такой нежностью, что трудно было поверить своим ушам. — Я никогда не стал бы досаждать вам по пустякам, под влиянием маразматической прихоти. Поверьте, это очень важно.

— Мужчина имеет право поступать так, как считает нужным. — Она подернула плечом и тут же скривилась от боли.

— Моя бабушка… — Флойд стал подыскивать нужные слова. — Понимаете, она порой бывает так чудаковата!

Повернувшись и встретившись с ним взглядом, Элис получила залп из двух его блестящих голубых бойниц.

— Я, наверное, недооцениваю истинную величину состояния миссис Ламберти и поэтому не понимаю, почему таким орлиным взором надо охранять это богатство. Ваше потенциальное наследство?

Флойд высокомерно выпятил подбородок. Прямо-таки голливудская звезда. Второй Керк Дуглас! — пронеслось у нее в голове.

Когда он круто повернулся на каблуках, Элис едва преодолела соблазн извиниться. Дверь бесшумно закрылась, но в коридоре, а затем на лестнице нескончаемо долго раздавались его шаги.

— Тебе ничего не стоило бы подписать эту проклятую бумагу, — прошипела она в отчаянии. — Конечно, ничего… Кроме ущемленного чувства гордости.

2

Около десяти утра Элис оповестили, что сегодня ее выписывают. На душе было скверно, никто из Ламберти за все это время не появлялся. Единственное напоминание о них — изысканные голландские тюльпаны на столике сменил сказочный букет диких орхидей.

Господа развлекаются, уныло отметила про себя Элис. И тут в комнату вплыла оживленная бабушка.

— Вы зря утруждаете себя, миссис Ламберти. Я вполне справилась бы и сама, — пробормотала Элис. — Сейчас должно подойти такси. От всего сердца признательна вам…

— Опять церемонии начинаются! Сколько можно повторять, Эл, что меня зовут Карен. Прощайтесь со своей конурой, мы отправляемся к нам на ранчо. Кстати, привет от Чарри. Малыш уже давно там.

Карен вызвала медсестру, сказала, что все счета оплачены и уладила последние формальности. Элис и пикнуть не успела, как очутилась в кресле на колесах.

— Я попросила Флойда ждать нас внизу и не парковать автомобиль, чтобы не терять времени. Он уже, наверное, там.

Элис все еще не могла опомниться от столь бурного натиска. В конце концов, компромисс не исключен. Вряд ли Флойд в роли гостеприимного хозяина станет проявлять к ней открытую враждебность.

— Деточка, мы справимся сами, — решительно заявила Карен и, судя по всему, с королевской щедростью отблагодарила медсестру на прощание.

— Миссис… Карен, я не подписала то соглашение, — сообщила Элис, как только они оказались одни в коридоре.

— Со-глашение?

— Ну, да… Вы оплачиваете мое пребывание в больнице, а я отказываюсь от дальнейших претензий…

— Ах, ту бумаженцию! — рассмеялась Карен. — Я уже ничему не удивляюсь. У Флойда бывают странные идеи. Он верит, что эти жалкие кусочки бумаги смогут охранить меня и его от всех бед. К серьезным же, деловым бумагам мальчик почтения не испытывает. — Элис вскинула на нее глаза. Губы миссис Ламберти были плотно сжаты. От недавней шутливости не осталось и следа. — Никакой листочек бумаги не спас бы меня от гибели под автобусом. Это сделала маленькая Эл! И поэтому в любой момент вы имеете моральное право пользоваться моей поддержкой. Стоит лишь попросить.

— Но я вовсе не собираюсь делать этого!

— А от вас этого и не требуется, — заметила Карен. — Попробую угадать сама.

Элис даже зарделась от смущения.

— Думаю, вы не делаете каждые пять минут заявления подобного рода. Нельзя сказать, чтобы мы с вами были знакомы еще со времен Адама. Ничего удивительного, что у вашего внука повышенная нервозность!

— Моя жизнь — это не его дело, — улыбнулась Карен. — И потом я немного устала от его выходок. Между нами — в последнее время с ним вообще творится что-то неладное…

— Ваш благородный внук просто достал меня своим занудством, — призналась Элис.

Карен приостановилась и обогнула кресло с откровенным желанием позабавиться.

— Стало быть, душенька, вы готовы доказать, что у Флойда Ламберти от природы не хватает чувства такта?

— Ну, почему же, он вполне мог бы обучать хорошим манерам медведей! — Девушка была настолько восхитительна в своей наивной запальчивости, что миссис Ламберти, не в силах более сдерживать патетическое негодование, заливисто рассмеялась. — Я может быть, и подписала бы этот идиотский меморандум, если бы он оставил мне хоть шанс сказать, что я давно разорвала чек на мелкие кусочки.

— Вы что… сделали? — переспросила Карен.

— Разорвала ваш чек!

— Но почему, девочка?

Только сейчас, когда она двинулась назад, Элис заметила, что каждое движение дается ей с трудом. А ведь в таком возрасте травмы особенно опасны.

— Я не имею права бессовестно пользоваться вашей добротой. — Элис вспыхнула и опустила глаза на свои подрагивающие руки. — И… наконец, может, вам свойственна, как бы это поточнее сказать… некоторая излишняя доверчивость? Допустим, вы не зафиксировали, на какую сумму подписали чек? — Она сочувственно улыбнулась.

Карен взялась за спинку кресла, и они продолжили затянувшееся путешествие по коридору.

— Большинство людей в подобной ситуации прежде всего постарались бы получить наличные. Я хочу заверить вас, Эл, что в состоянии дать вам почти все из того, что вы можете пожелать. Ну кроме какого-нибудь королевского брильянта. Мы с мужем с юности вкалывали, зная цену деньгам. И он оставил меня в весьма неплохой финансовой ситуации.

— Мистер Ламберти слегка просветил меня по этому поводу.

— Флойд действительно бывает очень бестактным. А по поводу порванного чека не беспокойтесь. Чеков у меня хватит!

Элис отрицательно покачала головой:

— Мне ничего не надо, поверьте!

— Ну почему вы, строптивый ребенок, пытаетесь помешать мне получить удовольствие за собственные деньги?

— Я, кстати, уже делала попытку объяснить Флойду, что не стала бы делать ничего такого, за что ожидала бы заслуженную или незаслуженную награду. Вполне достаточно того, что вы оплатили расходы за мое лечение. Мне самой это сейчас по ряду причин было бы сделать трудно. Не могу сказать, чтобы я роскошествовала, но испытываю чувство гордости от того, что сама в состоянии себя прокормить. Сейчас просто у меня временные трудности с работой.

Глаза Карен озорно блеснули.

— Готова поспорить, что маленький Ламберти уморительно бесился, когда вы оставили его с носом, — произнесла она, вкатывая кресло в лифт.

Элис решила тактично промолчать.

— Вам надо было предложить ему выдавать миллион наличными за любой, подписываемый вами документ! — изображая предельную серьезность, подзадорила Карен.

Но Элис было не до шуток. С какой легкостью скромная бабушка упомянула миллион наличными! Это уже не причуды, не похвальба. Можно побиться об заклад, что для Ламберти такие бешеные деньги — вполне привычная реальность.

— Конечно, я не собираюсь сидеть и выписывать один за другим чеки, чтобы не отстать от совестливой Эл. Но можно ведь пойти и по другому пути. Сдвинуть с места недвижимость! — Азартные огоньки так и искрились в глазах пожилой дамы. — Пупсик Фло очень привязан к личной собственности. А еще он обожает получать гарантии… чего-нибудь. — В ее голосе послышалась дьявольская ирония. — Приехали! Ну, подружка, повтори-ка свой новый девиз!

Словно под гипнозом, хотя позади с легким шумом уже раскрылись двери лифта, Элис твердо произнесла:

— Прошу выложить мне миллион наличными и я подпишу любую бумагу!

Карен удовлетворенным кивком подтвердила качество репетиции, одновременно отступая в сторону, чтобы позволить кому-то вытянуть кресло из кабины. Элис обернулась и… За ее спиной стоял Флойд с таким выражением лица, словно видел перед собой смертельно опасную змею.

— Бабушка… — Взгляд Флойда свидетельствовал о его совершенно невменяемом состоянии. — Доброе утро, мисс Редфорд, — поприветствовал он Элис загробным голосом. И когда они очутились в холле, он с вычурной осторожностью поднял Элис на руки и понес к выходу.

Это были объятия исполнительного робота, объятия мужчины, которому она патологически противна. Элис готова была провалиться сквозь землю от беспричинного стыда, смешанного с щемящим чувством незаслуженной обиды.

Удовлетворение от мысли о том, в какое бешенство придет бабушкин сынок, представляя себе, как некая девица станет бездумно тратить залетевшую к ней фантастическую сумму, куда-то испарилось. Так же, как и приятная надежда на то, что этому истукану станет стыдно, когда обнаружится, что она не воспользовалась чеком. Чуда не произойдет, вдруг явственно осознала Элис. Разве удастся убедить его, что случайно услышанные в лифте слова — всего лишь очередная шуточка Карен? Вот она ковыляет сзади, сияя от восторга. Ну что за напасть!

Флойд бережно разместил доставленную ношу на заднем сиденье шикарного автомобиля так, что она смогла протянуть загипсованную ногу. Элис не была уверена, что он расслышал благодарность, которую она пролепетала перед тем, как дверь мягко захлопнулась.

Затем Флойд с неменьшей предосторожностью усадил бабушку спереди и, как ковбой в седло, скользнул к рулю.

Чувствуя, видимо, его затаенную озлобленность, Карен демонстративно пожала запястье Элис, как бы стараясь придать ей бодрости.

— Моя девочка устроилась удобно? — с лучезарной улыбкой поинтересовалась она.

Но что могла ответить Элис?! Ведь рядом сидит человек, который ненавидит ее всеми фибрами души.

Как только они оказались на шоссе, Карен объявила, что сперва им надо заехать в «одну небезызвестную конуру», чтобы прихватить вещи, необходимые для Элис.

Флойд выслушал это бойкое распоряжение без всякого энтузиазма. Дальше — больше. Элис получила команду срочно составить для «послушного мальчика Фло» соответствующий список.

Глаза молодых людей пересеклись в автомобильном зеркале, и это напомнило классический эффект из фильма ужасов.

— В самом деле, — робко начала Элис, испытывая предательское смущение, — я не думаю…

— Вещей нужно примерно недели на две, — властно прервала ее Карен. — Именно этот срок мистер Хадли определил, как необходимый, чтобы снять гипс.

Элис покорно взяла в руки протянутые ей Карен блокнот и карандаш. Как возражать, когда коварная бабуля просчитала все до тонкостей? Было бы крайне нелепо препираться с ней сейчас, в присутствии Флойда. Что ж, список так список… Она постаралась от души. Пусть мистер Ламберти немного попотеет!

Элис вырвала из блокнота листок и робко потянулась вперед.

— Возьмите, пожалуйста. Мне очень неловко…

— Через пару минут я возвращусь, — пробурчал тот, даже не повернув головы.

— Если по правде, — вздохнула Элис, заметив, что он задержался у подъезда с дядюшкой Сэлом, известным сплетником в округе, — не нравится мне ваша затея.

— Не трать, детка, столь дорогой для человечества кислород, — воинственно осадила ее Карен. — Я была тут вчера. И можешь спорить со мной о чем угодно, но в твоем нынешнем состоянии конура исключена! Наконец, не забывай о бедном Чарри. Малыш совсем истосковался по своей хозяйке. Не возвращать же его сюда особым рейсом. К тому же, Эл, твоя хозяйка все узнает. Вчера ведь она подумала, что собака принадлежит нам…

— Это шантаж! — не удержалась Элис.

Как ни странно, Карен с легким оттенком стыдливости признала, что в известной мере это так. Однако, если человек абсолютно уверен в своей правоте, подобная сделка с совестью допустима.

И вновь Элис не нашлась что ответить. А Карен, догадываясь о ее состоянии, решила незамедлительно закрепить успех.

— Между прочим, Клифф вообще был против того, чтобы отпускать тебя из больницы, когда узнал, что ты живешь одна. Он утверждает, что еще по крайней мере с неделю за тобой надо тщательно наблюдать, потому что у тебя после травмы замедленная реакция.

— За мной может приглядывать миссис Кэдлинг. — Элис кивком показала на даму, выглядывающую с балкона. — Вон та симпатичная женщина. Я знаю, что она поможет мне, если я попрошу.

— Так! А мы, значит, для тебя совершенно чужие люди?

— Вы же сами видите, что ваш внук в бешеном состоянии. — Элис не сочла нужным конкретизировать.

— Он скоро изменит свое поведение, — лукаво успокоила ее Карен.

— Ну да, особенно после того, что он наверняка услышал в лифте? Он же не знает, что я сказала это в шутку! И считает меня настоящей вымогательницей. — Элис охватил нервный озноб.

— Мальчику полезна небольшая встряска. Пора бы ему научиться разбираться в людях. Кусочек бумаги еще никого не спас от судебных дрязг.

— А он живет вместе с вами?

— Да, практически неотлучно. За исключением периода женитьбы…

Элис просто онемела от изумления. Представить себе Флойда женатым мужчиной она вообще не в состоянии… может быть, потому, что не смогла бы пробыть вместе с таким высокомерным типом больше минуты.

— Как это… — Она тут же оборвала себя. Семейные дела богатеньких Ламберти — вне компетенции нищенки Элис Редфорд. Тем более что в данный момент у нее есть проблемы и поважнее. И все же — брак Флойда — прошлое или настоящее?

— Послушай, моя дорогая, — вмешалась в поток этих мыслей Карен. — Конечно, ты вольна в выборе, но… от твоей прекрасной соседки я узнала, что работа у тебя временная…

— Я по профессии учитель… — попыталась протестовать Элис.

— Вне всякого сомнения, — бесстрастно согласилась Карен. — Но последний семестр ты числилась на временной работе. Заменяла какую-то коллегу, у которой была беременность с осложнениями. Миссис Кэдлинг сообщила о твоем желании получить постоянную работу. Ведь как раз в то утро ты бежала на собеседование…

Элис ухватилась за последнюю соломинку.

— Вот именно, я должна быть здесь, в городе!

— Должна была бы быть при условии, что быстро можешь выскочить из этой машины и пробежать вверх по ступеням лестницы без дублера. Но ты прекрасно знаешь, что сейчас такой трюк не пройдет. Кстати, Флойд давно все уладил. При необходимости из школьного департамента позвонят на ранчо. И если подвернется подходящий вариант, Флойд доставит тебя в любой уголок Штатов.

Элис больше нечем было обороняться. Хитрая леди предусмотрела буквально все.

— Итак, комедия окончена! — торжествовала Карен. — Ты отказалась от моих денег, но это вовсе не означает, что ты отказалась от моей помощи. Пойми, я хочу облагодетельствовать не тебя, детка, а себя! Ты — спасительное лекарство, прописанное мне, а вполне возможно, и Флойду!

И тут они увидели ничего не подозревающего «больного» с двумя большими чемоданами. Судя по его физиономии, он будто в самом деле готовился принять очень горькую пилюлю.

— Это лекарство называется «Элис»? — чуть слышно прошептала девушка.

— Я лично не считаю так, — авторитетно возразила Карен. — Но некоторая доза реальной жизни ему вовсе не повредит. И если в процессе лечения мы к тому же поставим на ноги и вас, капризная мисс Редфорд, значит, ничего случайного действительно не бывает.

Элис уныло потупилась. Ловушка захлопнулась, и она оказалась посредине между внуком-шизофреником и одержимой бабушкой.

Когда Флойд укладывал чемоданы в багажник, Карен не преминула спросить для острастки:

— Ты все отыскал, надеюсь?

Он мрачно кивнул и занял свое место за рулем. Все трое молчали, пока машина двигалась по улицам с разрешенной в городе скоростью.

— А где ваше ранчо? — наконец очнулась Элис.

— Не очень далеко от Кливленда. Но совсем близко к берегам озера Эри, — угрюмо пробурчал Флойд.

— Неужели?

— Да, сказочное местечко, — подтвердила Карен, сладко потягиваясь. Между тем автомобиль уже подъезжал к частному спортивному аэродрому.

Элис пережила момент паники. Она чувствовала себя жертвой похищения.

— Остальную часть пути мы проделаем по воздуху. — Карен указала рукой на самолет. — Дорога займет примерно час.

— Час полета?

Из ангара вышел здоровенный мулат в комбинезоне и поприветствовал их. Флойд отдал ему ключи от прокатной машины и что-то сказал. Верзила открыл багажник, подхватил чемоданы и пошел к взлетной полосе, где стоял почти как игрушечный серебристый самолет. Именно туда через пару минут и доставил Элис Флойд: по прежнему сценарию — в целости и сохранности, но без тени эмоций.

— Мы летим… вот на этом? — осмелилась задать глупый вопрос Элис, оказавшись в довольно удобном кресле.

— Угу, — буркнул он, не глядя на нее. — Мы летаем так очень часто.

— Фло прекрасно управляется с этой штуковиной! — весьма подобострастно пояснила Карен.

— Вы сами сидите за штурвалом? Вы — пилот?

— Да, да! Я — пилот, а вот вы — попугай, задающий много вопросов.

Элис втайне признала справедливым его раздражение. Вообще-то бестолковое нытье не в ее манере. Она решила отдаться на волю случая. А уж если ничего случайного не бывает…

— Мне не доводилось раньше летать, — покладисто разоблачила она свою нервозность.

— Это очень удобный вид путешествия, — заверила ее Карен с наигранной бодростью. Похоже, несмотря на богатый стаж, миссис Ламберти не принадлежала к фанатам воздухоплавания.

Флойд занял место за штурвалом, застегнул ремни безопасности и предложил своим пассажиркам сделать то же самое. Элис с любопытством наблюдала за его ритуальными движениями, видимо, необходимыми перед запуском двигателя. Но лишь только самолетик начал разбег, сердце подступило куда-то под горло. Ей стало чуть легче уже в воздухе. Казалось, что самолет стоит на месте, только земля внизу как-то странно откатывается назад. Дома, коровы, немногочисленные автомобили сверху выглядели игрушечными, так же как и электропоезд, пересекавший в эту минуту переезд.

Теперь под ними пенились кружевные облака, создававшие причудливые миражи, которые она так любила в детстве.

— Боже! Как красиво! — вырвалось у Элис. Хотелось поделиться своим восхищением с Карен. Но та выглядела не лучшим образом и показывала на уши:

— Ничего не слышу!

Наконец Элис вспомнила о пилоте. Она почему-то думала увидеть только его затылок, но неожиданно наткнулась на пристальный взгляд Флойда. Девушка непроизвольно начала опускать глаза все ниже и ниже, пока не почувствовала, что и Флойд стал смотреть только на приборы.

Время прошло неожиданно быстро. Они приземлились на специальной площадке в поместье Ламберти. Стилизованный дом с колоннами, классическая усадьба, идеально образцовое хозяйство. А какой воздух! О такой жизни можно только мечтать.

— Ну что, Эл, как думаешь, здесь тебе удастся поправить здоровье?

— Настоящая сказка! Как во сне… — растроганно призналась Элис. — С нетерпением жду момента, когда на своих ногах доковыляю до того пруда. Как там утки — не очень сердитые?

— Они… были вполне дружелюбны. Но Чарри оказался не лучшим представителем нашей большой компании… Амелии пришлось даже запереть его в прачечной, чтобы… ну дать птичкам передохнуть!

К великому удивлению Элис, Флойд лихо въехал на самолете прямо в большой ангар и там наконец выключил двигатель.

Спрыгнув вниз, он подошел к противоположному крылу и, открыв дверцу, подставил свою широкую спину, которая послужила бабушке своеобразным трапом. Карен поспешила к дому, а Флойд занялся гостьей, которой почтенная леди успела крикнуть:

— Я бегу узнать, подготовила ли Амелия твою комнату!

Однако, если бы Карен видела в этот момент физиономию своего внука, то поняла бы, что послушный мальчик предпочел бы оставить девушку в раскаленном самолете, чтобы та зажарилась. Учитывая температуру в крохотном салоне, это не заняло бы много времени. Элис уже начала стягивать с себя вторую кофточку — дышать было совершенно нечем.

Флойд между тем извлек ее из самолета и усадил на крыло таким образом, что они оказались лицом к лицу. Сердце девушки начало сжиматься…

— Я… — оказавшись опять в объятиях «робота», Элис почувствовала необъяснимое волнение. Она уперлась ладошками в плечи Флойда, чтобы постараться соблюсти необходимую дистанцию. Но в душе добровольная пленница надеялась, что уютный полумрак ангара придаст разговору подходящий колорит. Она сумеет все объяснить, и это послужит началом новых отношений. — Если вы позволите мне опереться на вас, то я бы с удовольствием…

— Не обижайтесь, но я не могу посвящать вам все свободное время. Кроме того, Клифф предупреждал, что вам надо избегать физических нагрузок на первых порах.

Элис облизнула пересохшие губы, когда Флойд вновь подхватил ее на руки, как дорогую, но абсолютно не нужную антикварную куклу. Он шагнул на солнечный свет, и выражение его лица явственно показало, что не стоит тратить нервную энергию на очередную попытку установить перемирие.

Слава Богу, путь до дома занял только пару минут. Флойд осторожно опустил девушку, и она коснулась пола, застыв как журавль на одной ноге. Когда он открывал наружную дверь, его руки на мгновение обвили ее талию, и это невольное объятие отдалось тупой, ноющей болью, о которой она уже подзабыла. Как ни странно, Элис вдруг успокоилась, когда, невольно ткнувшись лицом в его грудь, ощутила, как бьется сердце «робота».

Флойд небрежно покосился на нее, словно определяя ее подлинную ценность. Потом, настежь распахнув дверь, перенес свою гостью через порог.

3

Элис осмотрелась вокруг. Они находились в огромном холле, украшенном старинными картинами и охотничьей атрибутикой в стиле прошлого века.

— Назад! Ко мне! — Чья-то команда из-за двери холла прозвучала повелительно, но Чарри сделал вид, что ничего не слышал. С прижатыми ушами он ворвался в холл и, сметая все на своем пути, кинулся к Элис. Но когда уже из уст Элис раздалось грозное «Стоять!», бедолага тормознул всеми четырьмя лапами. Увы, попытка остановиться была тщетной — паркет был натерт слишком хорошо. Затормозить щенку удалось, только воткнувшись мордой в ножку стола, ничего другого вблизи не оказалось. Чарри умильно уставился на Элис коричневато-зеленоватыми глазенками.

Флойд судорожно вцепился в вазу, исполненную в античной манере, и придерживал ее, пока проказник протискивался между ножками стола. Элис инстинктивно, чтобы не упасть, прильнула к рачительному хозяину, ухватившись за его ремень.

— Чарри, сидеть! — угрожающе скомандовала она, заметив, что в комнату вплыла некая рыхлая дама лет пятидесяти.

— Простите! Но это безобразие повторяется каждый раз, как только я открываю двери прачечной. — Амелия, просунув два пальца под ошейник, стала выдергивать Чарри из-под дрожащего стола.

— Вы-то как раз ни при чем, — заверил ее Флойд. По тону и взгляду, каким он одарил Элис, было ясно, что у него лично сомнений в том, кто здесь виновен, не имеется. — Как бы там ни было, это исчадие ада уже здесь. Так позвольте уж ему поприветствовать любимую хозяйку. Кстати, может быть, она знает, как «песика» надлежит приводить в чувство?

— Чарри, ко мне! — Элис властно позвала своего питомца, и тот в ответ на повеление хозяйки в один прыжок оказался у ее ног. Элис, балансируя, безуспешно пыталась изловить вертящегося волчком, подобно шаровой молнии, щенка. Бурная сцена приветствия завершилась лишь через несколько минут.

— Простите меня за доставленные хлопоты, — попыталась было извиниться Элис, но толстуха прервала ее:

— Пустяки! Барбос, конечно, непоседливый. Но я так рада сделать хоть что-нибудь приятное для вас, мисс. Мы все постараемся окружить вас настоящей заботой.

— Спасибо вам! — Элис была искренне тронута словами и, главное, задушевным тоном этой грубоватой на вид женщины. — Миссис?…

— Тэнниш. Амелия Тэнниш. Здешняя и, слава Богу, пожизненная экономка, — с пафосом представилась толстуха. — Признаюсь, у нас в доме не водилось животных, даже когда Флойд был подростком. Поэтому приходится привыкать на ходу, что не всегда просто.

— Понимаю… — виновато кивнула Элис. — Для меня Чарри тоже немалое испытание. Я не собиралась заводить собаку. Но это чудо привязалось ко мне вечером на улице. Недели две назад. Наверное, потерялся… Вообще-то он смышленый. И совсем не шумный…

Как ни старалась Амелия сохранить на лице приличествующее моменту выражение, она не могла скрыть, что сама бы никогда не отважилась на подобный подвиг.

— Ну и славно, — махнула рукой миссис Тэнниш. — Теперь эта псина может всласть порезвиться на просторе. Но только под вашим присмотром.

— Конечно! — радостно улыбнулась Элис. Ей хотелось еще немного поболтать с домоправительницей и, по возможности, заручиться расположением столь влиятельной на ранчо особы. Но не тут-то было!

Все это время Флойд нетерпеливо переминался на месте, едва сдерживая раздражение. И когда он заподозрил, что на его глазах окончательно готов сложиться еще один женский альянс, чаша его терпения переполнилась.

— Если вы не намерены забираться по лестнице с помощью перил самостоятельно, я предпочел бы поднять вас наверх именно сейчас. — Он выразительно посмотрел на часы. — У меня еще уйма дел.

— Зря вы так, Фло, — мы ведь все сообща можем обидеться, — решительно заявила экономка. — А потом, как бы смягчая впечатление от своей реплики, посоветовала: — Лучше бы для начала как следует перекусить с дороги.

— Боюсь, что уже не успею. Но если бы добрая Амелия сварганила мне на дорогу сандвичи, я был бы на седьмом небе от счастья. — Немного смягчившись, он шагнул к Элис.

Чарри угрожающе зарычал и пригнулся, готовясь к прыжку, но присмирел, заслышав окрик хозяйки.

— Не думаю, чтобы песик полюбил меня, — желчно изрек Флойд.

Это уж точно, хотела было съязвить Элис, но не стала, поскольку к ним присоединилась запыхавшаяся Карен.

— А на вас Чарри рычал при первом знакомстве? — шутливо обратилась Элис к своей покровительнице.

— Ну нет, скорее на меня рычал Фло.

Внук недовольно поглядел на любимую бабушку, давая понять, что не принимает подобный юмор.

— Развлеклись и хватит, — процедил Флойд, ногой подпихивая огрызающегося щенка к Амелии. — Верните это чудище в подвал прачечной, — коротко приказал он и поднял Элис на руки, чтобы отнести ее наверх.

По пути она всячески пыталась хоть немного смягчить Флойда по отношению к своему любимцу.

— Я знаю, что у вас есть куча душещипательных историй, — угрюмо произнес он, — но это все для другого раза. Сейчас у меня нет ни секунды свободной. Мы и так проторчали в Цинциннати почти три дня. — Флойд плечом открыл дверь, и они оказались в уютной светлой комнате с альковом. Его лицо было на расстоянии всего нескольких сантиметров от Элис. Очутившись на кровати, девушка стала отклоняться от него, насколько было возможно. Через несколько мгновений она практически уже лежала на спине. Взгляд Флойда был прикован к ее губам.

— Я не думаю… что… — Элис не могла сосредоточиться на том, что намеревалась сказать, и замолчала. Дыхание перехватило, да так, что она даже испугалась, что с легкими что-то неладное.

Еще минуту назад ей больше всего хотелось держаться от этого неврастеника подальше. Теперь же наоборот, против своей воли, она искала с ним неуловимой, невинной близости.

Казалось, что они оба находились в некоем электрическом поле, причем разряды проносились вне зависимости от того, прикасались они друг к другу или нет. Элис боролась с дикой сумасшедшей мыслью, что Флойд намерен ее поцеловать прямо сейчас. Стыдно признаться, но она хотела этого больше всего на свете.

Губы Флойда сжались, как будто он прочитал ее потаенные мысли и нашел в них что-то крайне неприличное. Его глаза переместились с губ Элис на ее грудь. Затем он резко отстранился от нее.

— Я сегодня вернусь довольно поздно. И я не смогу проследить, все ли предписания вы исполняете. Но предупреждаю — не делайте того, что я вам делать не советовал! Я ведь обязательно возвращусь!

С этим заявлением он покинул комнату. Между тем, Элис еще ощущала возбуждающий запах его одеколона. Ее плоть еще трепетала от соприкосновений с его мускулистым телом породистого самца. Нет, надо немедленно отвлечься! И Элис начала изучать свое новое жилище.

Похоже, когда-то здесь была детская Флойда. Под потолком в дальнем углу парила целая эскадрилья моделей самолетов. Было ясно, что он всегда любил летать. И ей казалось, что она начинает понимать почему. Прежде всего, это — раскрепощение, полная отрешенность от земной суеты.

Стены теплого кремового цвета и надраенные до блеска дощатые полы создавали какую-то особую атмосферу, которую дополняли гравюры на сюжеты освоения Дикого Запада. Резной дубовый стол, затейливое кресло-качалка расположились у большого овального окна. Рядом с кроватью — очаровательные декоративные циновки, посреди комнаты — красивый восточный ковер. И ни одной лишней детали!

Вот значит, где взрослел Флойд… В самом деле, кое-что ей теперь становится понятным. Идиллическое настроение исподволь окутывало Элис. Так продолжалось до тех пор, пока она не осознала, что различает голоса, раздающиеся снизу. Перебранка разгоралась все сильнее; причем речь шла именно о ее особе.

Флойд раскатисто твердил о том, что женщинам не справиться с уходом за ней. Карен с энтузиазмом доказывала, что «крошка» может самостоятельно добираться до ванной, «ну и далее» на костылях. Флойд возражал, что у них в доме «чертовых костылей» нет.

— Купишь их в любой аптеке в Кливленде!

— Где мне взять время на дурацкую поездку в город! Я и так запустил из-за твоей прихоти все дела!

Ответ Карен прозвучал слишком тихо и был встречен не совсем литературной бранью.

— Благодетельница! — заорал Флойд. — А что ты будешь делать, когда Амелия поедет домой?

— Значит, здесь останешься ты! — без колебаний заявила Карен.

— Да разве проблема только в этом! Сама же прекрасно понимаешь, что нет. Как нам уберечься от ее попыток обобрать тебя, если ты все время раскрываешь свои карманы, чтобы она изучала их содержимое?

— Я уже один раз сказала тебе: все, что у меня есть, принадлежит тебе и Эл, — горделиво отчеканила Карен. — Обсуждать бесполезно!

— Бабушка… — В голосе Флойда возмущение сливалось с какой-то униженностью. — Ошибка может быть непоправимой…

— Я не понимаю, что ты так переживаешь! — Голос Карен зловеще понизился. — Ты временами делаешь вполне определенные заявления о том, что тебя не волнует, лишу я тебя наследства или нет.

— Да разве…

— Вот именно, как раз в этом-то все дело, — безжалостно отрезала Карен.

Только сейчас до Элис окончательно дошло, чей характер унаследовал Ламберти-младший.

— Меня не волнует, как ты намерена распорядиться своей собственностью! — разъярился Флойд. — Но я не допущу, чтобы кто-нибудь посторонний, а особенно она, погрели на этом руки.

— Если бы ты посмотрел на нее внимательнее, то понял бы, что к категории греющих руки Эл не имеет никакого отношения!

— Но почему бы не проверить ее…

— Да просто потому, что, если бы Эл не оказалась на той проклятой автобусной остановке, сегодня между нами не было бы горячей дискуссии. Помолчи! Я думаю, что у тебя есть все основания перестать опасаться за мою жизнь и заняться своей собственной. Ты игнорируешь некоторые свои обязанности.

Флойд уже был, видимо, у двери, и Элис не могла расслышать, что он ответил, но поняла, что перепалка продолжается.

— Подумай об этом! — влепила ему напоследок Карен. — Уверена, что Эл еще не раз окажется нам полезной. Видел бы ты выражение ее лица, когда мы прибыли сюда. Может быть, хоть она полюбит это место.

Дверь захлопнулась. Судя по звукам, Карен направилась в гостиную. Элис удовлетворенно представила себе ее победоносный вид. На какое-то время воцарилась полная тишина. И вдруг…

Он вернулся! Элис различила бы его шаги среди тысячи других. Вернулся и сладчайшим, проникновенным баритоном начал:

— На твоем месте, бабушка, я бы недели две не принимал поспешных решений. Это — единственное, о чем я прошу. За это время твоя хваленая Элис Редфорд должна показать свое истинное лицо.

— Какое счастье, что ты — не я! — едко прокомментировала Карен.

— Бабушка, нет смысла затевать борьбу между нами, тем более по поводу этой… — Последнее слово он произнес с такой неприязнью, что Элис даже съежилась.

— Ты же не борешься со мной в других случаях, и я тоже…

— Бабушка! Ну как ты не понимаешь! Я просто забочусь о будущем. Не станешь же ты отрицать, что прежде всего мне важно твое благополучие.

— Ты должен осознать, малыш, — смягчилась она, — что этого самого будущего у меня не так уж и много. И я все время стараюсь сделать так, чтобы ты это понял.

Флойд взволнованно попытался протестовать, но почтенная дама была непреклонна.

— Смиряйся с этой мыслью. Я, например, хорошо ее усвоила. Теперь — о главном. Меня волнует твоя судьба. Волнует твое одиночество. Ты — последний мужчина в семье. А я хочу в оставшееся мне время еще увидеть своего правнука. Будущего хозяина…

— Как бы тебе не пришлось коротать это самое оставшееся тебе время в суде, борясь с выставленными тебе исками! — нервно предостерег он.

— Вот видишь, Фло, ты сам себя выдал. Вместо того чтобы заботиться о будущем ранчо Ламберти, ты тратишь время на нелепые подозрения. Так ведь и рехнуться можно.

— Это потому, бабушка, что я тебя люблю, — сникнув, произнес он.

Создавалось впечатление, что они уже не раз выясняли отношения подобным образом. И каждый раз дискуссия заканчивалась ничем!

Флойд ушел, проворчав на прощание, что бабушка сама утомляет себя излишним вмешательством в его жизнь.

— Не волнуйтесь так сильно, Карен, — вмешалась, очевидно, только что появившаяся в гостиной миссис Амелия Тэнниш.

— Как же я могу не волноваться? Ведь вся наша жизнь — бесконечная нервотрепка.

— Ну, вы оба — не сахар… Мальчика, конечно, надо воспитывать. — Затем Амелия уверенно добавила: — Вот увидите, он обязательно встанет на правильный путь.

В некотором смысле завязавшийся разговор был еще более не для постороннего уха, чем предыдущий. Элис постаралась подобраться к двери и прикрыть ее плотнее, но боль в ноге не позволила сделать этого.

— Иногда мне так не кажется. Не знаю, закончится ли когда-нибудь время расплаты за то, что мы сделали. — Голос Карен то звучал громко и уверенно, то бессильно затихал.

— Не надо себя терзать. Вы же были тогда уверены, что поступаете правильно.

— Это верно. Но, с другой стороны, мне все же хотелось бы, чтобы Фло как можно раньше задумался о том, что будет с ним, когда он доживет до моих лет…

— Так он же привязан к усадьбе не меньше вашего! Просто время еще не пришло почувствовать себя настоящим Ламберти.

— Не заговаривай мне зубы, Амелия. А два года назад?

— Опять заводитесь, мэм. Ведь его развод… — Экономка помолчала, возможно, давая понять, что все ясно без слов. — Не торопите парня. Время — лучший судья. А сейчас пора проверить, как там наша подопечная. Она, наверное, уже заскучала наверху.

— Прекрасная мысль, Амелия. Я тоже иду с вами. — Карен заметно приободрилась.

Лишь только на лестнице послышались шаги, Элис притворилась спящей.

— Куколка, видно, вам по душе, Карен? — Амелия шепотом произнесла это, когда они стояли уже на пороге.

— Это так. Может, потому, что Эл так напоминает меня в юности. Ты еще поймешь, как она нужна в нашей веселенькой компании. Мы ведь в той или иной мере все закомплексованы. Особенно Флойд.

— Ах, вот как… Любопытно, — хмыкнула Амелия.

Прошло уже несколько минут после того, как они осторожно прикрыв дверь, удалились на цыпочках, а Элис лежала тихонько и молила Бога, чтобы финал этой бредовой истории не оказался слишком трагичным.

Как только у послушного мальчика появится первый удобный шанс, он ее прихлопнет. Она была уверена, что Флойд пойдет на это, даже если остаток лет ему придется провести в тюрьме за убийство. Короче, внучеку и приемной внучке впереди ничего хорошего не светило.

Где провел вечер Флойд, осталось неизвестным, а вот сама Элис в компании обитательниц ранчо скоротала время за карточной игрой в своей новой спальне. Карен рассказывала о Брюсе, своем муже, умершем почти одиннадцать лет назад, и немного о своем «приятеле» Нейле, который, скорее всего, когда-то был больше, чем просто приятель.

Элис, в свою очередь, разоткровенничалась гораздо больше, чем, видимо, должна была. О том, как росла в рабочем квартале Детройта, о том, как умер отец, когда ей было всего девять, о том, как мать, чтобы добыть на пропитание, по ночам убирала пивнушки…

— А училась ты хорошо? — поинтересовалась Карен.

— По-разному. Когда я не бегала с ребятами целыми днями по дворам, все было в порядке. Конечно, иногда маме приходилось приструнивать меня за разболтанность…

Призадумавшись с грустью о чем-то своем, Карен убежденно произнесла:

— Мама должна в конечном счете гордиться тобой!

— Ей пришлось хлебнуть со мной, — честно призналась Элис. — Я почти проскочила мимо колледжа. Понадобилось несколько лет, чтобы осознать простую истину: или я иду учиться, или до конца жизни остаюсь в своем бедном детройтском квартале. Это еще в лучшем случае…

— А почему ты выбрала именно педагогику?

Элис пожала плечами.

— Я всегда любила детей. Умею найти подход к сложным подросткам. Сама была такой.

Почти до самого конца игры они обе сознательно или бессознательно обходили упоминания о Флойде. Однако в конце игры, во время одной из хитрых карточных комбинаций, Карен заметила, что ее внук здесь очень силен, причем освоил все тонкости с детства. Элис призналась, что хотела бы овладеть этим приемом. Карен сразу же пообещала раскрыть фамильный секрет. И хитро добавила, что Флойд, как-нибудь столкнувшись в игре с тем, что гостья знает решение комбинации, будет поражен. Личико Элис отразило невольное замешательство.

— Тебе не стоит бояться моего внука, — наставительно сказала Карен, заметив неладное. — Он не так плох, как может показаться на первый взгляд. Правда, я виновата в том, что с детства потакала всем его капризам и желаниям. Фло стал своенравным и считает, что мир должен вращаться вокруг него.

Элис не успела задать интересовавшие ее вопросы. А бабушка звонко чмокнула ее в щеку и попросила Амелию накрывать стол к ужину.

На следующее утро Элис проснулась, чувствуя себя почти сносно. Она откинула одеяло и села в кровати, ощутив, что голова больше не болит. Правда, все остальные повреждения еще давали о себе знать. Темноволосая голова Флойда просунулась в дверь. Надлежащих приветствий не последовало. Был задан только банальный вопрос о том, спокойно ли прошла ночь.

Сохраняя максимальное выражение независимости и достоинства, Элис потянулась за платьем, которое было заботливо разложено миссис Тэнниш на краю постели.

— Вы могли бы и постучать, — сердито заметила она, раздражаясь оттого, что платье никак не желало налезать на плечи. Вещи в ее городской квартире выбирал Флойд, и сейчас Элис искренне сожалела, что не написала подробный список. Этот ее наряд был явно не ко времени и не к месту.

— Я обещал Амелии только проверить, спите вы или нет. И не будить вас ни в коем случае. — Обиженно передернув широченными плечами, Флойд вальяжно вошел.

— Ну уж если вы правдой или неправдой очутились в моей комнате, — сказала Элис с напускной беспечностью, которой вовсе не ощущала, — то не могли бы вы помочь мне… добраться до ванной. Нельзя же мне ходить неумытой грязнулей!

Элис и опомниться не успела, как оказалась у Флойда на руках.

— Я просила только помочь мне! — Протест не был принят, и Флойд поставил ее на пол лишь посредине небольшой комнатки, примыкавшей к спальне.

— Спасибо. Мне неприятно быть такой обузой для вас!

— Бабушка была абсолютно права. Вы самостоятельно не справились бы, оставаясь в вашей городской квартире, — констатировал Флойд. И тут же язвительно продолжил: — Не представляю только, кто будет таскать вас по дому в случае моего отсутствия!

Элис не совсем уверенно заметила, что вчера вечером Карен и Амелия помогли ей вполне сносно.

Между ними опять возникло безотчетное, пьянящее притяжение. Элис смущенно потупилась. Его затянувшееся молчание было слишком красноречиво.

— Я буду ждать вас снаружи! — внезапно очнулся Флойд.

Пальчики Элис, лежавшие на его сильном плече, потерянно повисли в воздухе.

— Флойд!

— В чем дело?

Элис страшно не нравилось, что под его взглядом она слабеет и теряет дар речи. Столько событий, столько впечатлений, да еще холодная война с этим красавчиком… Разве можно спокойно выносить такое?..

— Слушаю вас, — уже поспокойнее напомнил он, скрестив руки на груди. Сейчас Флойд выглядел вполне миролюбиво. Ей тем не менее приходила мысль о том, что этот сотканный из мускулов хищник готов атаковать ее в любой момент!

— Зачем вы делаете все это? — беспомощно развела руками Элис.

— Ну вы же не ожидаете, что моя бабушка сможет доставлять вас туда, куда вам в данный момент надо?

Да, в этом была суть проблемы! Флойд намеренно искажал все, что она говорила, или смысл того, что она делала.

— Я имела в виду совсем другое. Зачем вы заставляете себя помогать мне, если это вам так неприятно и даже… — Сказать, что он просто ненавидит ее, Элис не решилась.

— Все, что делается вроде бы для вас, на самом деле я делаю ради моей бабушки.

Горькое разочарование охватило девушку, хотя, казалось бы, на этот счет у нее не было никаких иллюзий.

— Может, вы попробуете все же достать мне пару костылей? Тогда вам не придется постоянно находиться здесь и выполнять роль переносчика тяжестей…

— Ну, ясно, вы будете счастливы, если я исчезну куда-нибудь подальше… — Глаза Флойда недобро сузились. — Не рассчитывайте на это! Я спланировал так, чтобы находиться поблизости ровно столько, сколько будет необходимо.

— Какая приятная новость, — с приторно-сладкой улыбкой заявила Элис. Значит, он решил извести ее таким изощренным способом, подумала она. Погоди, дружок… Я тоже умею кусаться. Элис не намеревалась позволить Флойду стартовать прямо сейчас. — Вы убедили меня! Действительно, зачем мне костыли, если вы всегда под рукой… — А про себя прикинула, насколько ее чары действенны в настоящий момент.

— Леди, меня вам не заловить, будьте уверены! — В голосе Флойда звучала непоколебимая убежденность.

— Представим, как на практике осуществляется наше соглашение, — продолжала Элис с еще более умильной приторностью. — Я произношу слово «костыли», и могучий Флойд Ламберти подбегает ко мне, чтобы выполнить любое поручение?

— Поверьте мне, ближайший пункт моей программы — достать вам настоящие костыли. — Его губы опять брезгливо скривились, как будто прикосновение к Элис было ему физически неприятно.

А ее губы обиженно задрожали от одной мысли о такой реакции Флойда на нее. По выражению его лица Элис поняла, что уже изрядно допекла молодого хозяина ранчо. Но это отнюдь не радовало. Становилось грустно, что такая пикировка сохранится на все время их общения.

— А что, если… — томно вздохнула Элис, — нам выкурить с вами трубку мира?

— Вы считаете это возможным? — процедил Флойд, приближаясь к ней на шаг и пристально глядя на что-то позади Элис.

Она постаралась увидеть то, что рассматривал он так внимательно, и обнаружила, что — это ее собственное отражение в двух, расположенных друг против друга, зеркалах. Произошла безмолвная дуэль карих глаз с глазами цвета морской волны. Кто же здесь победитель, а кто побежденный? Флойд вплотную подошел к ней. Элис схватилась за край мраморной раковины, чтобы удержать равновесие.

— Я не так беспомощна, сэр, как вам кажется.

— Если бы вы подписали соглашение, я смог бы поверить вам!

Пространство, словно сконцентрировавшись в точку, давило на Элис, она готова была раствориться, растаять, чтобы избежать какого-то неизведанного ранее, чисто плотского ощущения, которое одновременно и пугало, и манило ее.

— По крайней мере вы ведете себя честно, а честность всегда покоряла старушку Карен, — обронил Флойд, видимо, в ответ на какие-то свои мысли.

Элис состроила неопределенную гримаску, потому что не очень поняла смысл последней фразы.

— Вы, наверное, забыли, что заявили бабушке о желании получить миллион долларов?

— Но это же была только шутка! Почему вы настолько не верите Карен? Почему вы считаете, что она сама не в состоянии дать отпор такой коварной особе, какой вы считаете меня?

— Бабушка, конечно, далеко не глупа, но сентиментальна и очень легко ранима. — Он опустил глаза. — Особенно, если чувствует себя в чем-то виноватой!

Элис заметила, как его взгляд скользит все ниже по ее бедру. В какой-то момент рука Флойда исчезла под шелковым краем ее платья. Коснувшись поврежденной ноги Элис, он с озабоченным видом проверил, не сместился ли гипс.

— Постоянно видеть вас рядом с собой для бабушки означает поддерживать в себе ощущение вины, — пробормотал Флойд задумчиво. — Вам не хотелось бы, мисс Редфорд, заняться чем-нибудь другим, кроме изображения из себя воплощенной беспомощности?

Слова, которые Элис собралась произнести, застряли у нее в горле. Она откашлялась и постаралась вывернуться из его объятий. Но не тут-то было! Еще секунду назад далекие мужские губы вдруг опалили ее жаром скрытого вожделения. Дистанция поцелуя! Ей не верилось, что она вообще способна думать о таких вещах.

А потом дистанция исчезла, и их губы слились в поцелуе. На какое-то мгновение Элис совершенно утратила чувство реальности. Но Флойд безжалостно отрезвил ее.

— Нравится корчить из себя недотрогу? — С клоунской галантностью он одернул ее незастегнутое платье. — Бабушка просто пластилин в ваших руках…

Ее словно окатили ледяной водой. Мерзавец! Старается показать, что полностью безразличен к ней как к женщине, в ярости решила Элис, а вслух произнесла:

— Карен заверила меня, что мне стоит лишь попросить… Но я не просила у нее ровно ничего! — Она гордо вздернула носик.

— Кроме миллиона долларов!

Элис грустно вздохнула.

— Я же пыталась объяснить вам…

— Во сколько обошлось бы нам выставить вас навсегда из нашей жизни?

Он все еще думает, что может купить ее! Элис была в бешенстве! Она подняла свои красиво изогнутые брови и небрежно повернулась к зеркалу.

— Дешево отделаться вам не удастся!

— Я и не думал о вас так плохо!

Каждой клеточкой своего тела Элис чувствовала волнующую близость мужчины. Но когда она открыла глаза, то убедилась, что Флойд намеревается сторожить ее за дверью.

— Не стоит утруждаться! — Мысль о том, что он, только что сказавший о ней столько гадостей, дожидается ее, бросила Элис в дрожь. — Я буду мыть голову, потом приму ванну. Это займет достаточно много времени.

— Ну тогда я пришлю Амелию.

— Спасибо, но только не сразу, — попросила она, лихорадочно запирая за ним дверь. — Я почти во всем могу обойтись сама.

Как только Элис убедилась, что он действительно ушел, началось самобичевание перед зеркалом.

Бездомная кошка, только что вылезшая из помойки, выглядела бы значительно симпатичнее. Волосы казались тусклыми и безжизненными. Синяки проступали еще заметней, чем вчера. Словом, как говорится — краше в гроб кладут! Да еще ко всему безобразные темные круги под глазами. И эту кикимору он целовал? — подумала Элис с тихим ужасом.

А еще — гнусная злобность этого истукана… Какая прекрасная награда за ее благородный поступок!

Будь оно все проклято! Зачем она порвала чек Карен? Ведь на эти деньги можно было устроить себе сногсшибательный отдых. На худой конец перебраться с Чарри в приличный пансион.

Значит, бабушкин внук уверен, что она не обойдется дешево? Достойно смеха! Тем не менее Элис почему-то совсем не хотелось смеяться.

4

К тому моменту, как миссис Тэнниш помогла Элис одеться и Флойд возвратился, чтобы снести ее вниз по лестнице, наступило обеденное время. Усадив девушку в кресло во главе стола, сам молодой хозяин расположился напротив.

Элис, подавив вздох, оглянулась, чтобы найти глазами Амелию и Карен. Ей вовсе не хотелось больше оставаться один на один с этим воплощением дьявола, но думать ни о чем другом, кроме того мимолетного поцелуя, она не могла.

— Вы употребили косметику? — Его слова прозвучали почти как приговор.

Но не могу же я оставаться тем чучелом, которым была утром? — чуть было не крикнула она, но только прикусила губу, чтобы удержаться и не произнести этого вслух. Вовсе не хотелось оправдываться перед каким-то напыщенным снобом. Она вообще не была намерена общаться с ним.

Через столовую вихрем пронеслась Карен. Еще ни разу Элис не видела ее столь энергичной.

— Я присоединюсь к вам через пару минут, — пообещала она, одарив «детей» лучезарной улыбкой. — Закопалась в сундуках! И теперь надо по крайней мере помыть руки.

Тишина в комнате сгустилась физически ощутимо к тому моменту, как принаряженная пожилая леди уселась за стол рядом с Элис.

— Ну как дела у нас сегодня? — Карен придирчиво изучала внешний вид своей новоиспеченной воспитанницы. — Неплохо, — констатировала она. — Судя по всему, ты уже идешь на поправку. Начала баловаться макияжем!

— Мне больше не хотелось выглядеть чучелом!

Миссис Ламберти авторитетно кивнула, как бы давая понять, что учитывает настроение подопечной.

— Сейчас я, пожалуй, позабавлю вас рассказом о своих трудах.

— Ты поведаешь нам эту интригующую историю сама или предпочитаешь, чтобы мы догадались? — иронично усмехнулся Флойд, в то время как миссис Тэнниш устанавливала посреди стола большую салатницу.

Элис не поднимала глаз, хотя чувствовала, что он искоса следит за каждым ее движением.

— Джек, муж Амелии, — пояснила она для Элис, — уверяет, что у нас где-то валяется пара старых костылей. Скорее всего, в одном из сараев. Помнишь, Фло, ковбойский праздник несколько лет назад, когда один из наших наемных работников неудачно попытался объездить Лорда? Так вот, его костыли сохранились, и я найду их, я откопаю их обязательно, а Джек приспособит их к твоему росту, Эл.

— Замечательно, — откликнулась Элис, подумав, что любое, самое уродливое приспособление все равно лучше, чем барахтаться в лапах Флойда.

— Стало быть, нашего мальчика можно не гонять сегодня в город, — резюмировала Карен.

Флойд хрипло рассмеялся.

— Я в любом случае не собирался туда тащиться. Неужели не ясно, что у меня дел по горло?

Однако, как ни странно, голос его звучал грустно, во всяком случае — разочарованно. Элис решила, что это по причине того, что у него не будет подходящего шанса сбросить ее вниз с самого верха лестницы.

Когда столовые приборы уже вовсю дружно звенели, Карен озабоченно поинтересовалась:

— Скажи-ка, Эл, что мы будем делать с твоей работой? Ведь, возможно, связавшись тогда со мной, ты упустила свой шанс. И теперь наш долг…

Глаза Флойда сузились.

— Похоже, я попал в агентство по временному найму. — Он недобро ухмыльнулся и положил себе новую порцию куриного салата. — А почему, собственно, прелестная мисс Редфорд не ищет применения своему педагогическому таланту в родном Детройте?

— Когда я в прошлом году закончила колледж… — Элис заметила, как брови Флойда изумленно взметнулись. Наверняка просчитывает, почему диплом оказался у нее лишь в двадцать шесть лет! — Я поступила не сразу после школы. Гораздо позднее. Ну, вот… В Детройте новичкам почти невозможно получить приличную работу. Даже с рекомендацией. И мой наставник посоветовал обосноваться в Цинциннати. Пусть временно, но зато в престижной школе, где закрепился один из его бывших студентов. Для меня это стало хорошей практикой. И теперь получить постоянное место гораздо легче именно здесь.

— Значит, теперь вы решили зацепиться на постоянном месте, — ехидно отметил Флойд.

— Естественно, если я где-нибудь найду постоянную работу, то постараюсь там зацепиться. — Элис откинулась в кресле и холодно сказала: — В Цинциннати мне во всяком случае нравится!

— Неужели у вас отсутствует чувство ностальгии? — продолжал замаскированно кривляться Флойд.

Элис эффектно показала свои жемчужные зубки. Она решила в полной мере ответить на его выпад:

— Я оставила свои данные в нескольких школах Детройта. Думаю, что хоть в одной из них может что-то и получиться. Но я не хочу назад. Мне гораздо больше нравится в Цинциннати!

— Это почему же? — не унимался Флойд. — А как же ваша семья? Неужели не скучаете по родным?

Элис была вынуждена напомнить ему, что по возвращении в Цинциннати она не собирается разбивать палатку у порога тамошней резиденции Ламберти.

— Вам вовсе не обязательно будет общаться со мной, хотя с Карен я надеюсь сохранить самые добрые отношения. Не исключено, что я привезу как-нибудь маму и сестричку туда.

— А они захотят приехать? — оживилась Карен.

— Моя мама соберется в течение одной минуты!

— Тогда можно позвонить для начала и пригласить их к нам? — Карен была в восторге от этой идеи. — Пусть подышат чистым воздухом после детройтской вони.

Элис показалось, что молодого хозяина сейчас хватит удар.

— Даже не представляете, как я признательна вам, — взволнованно начала она. — Но не все так просто…

Услышав это, Флойд принялся откупоривать вино к десерту.

— Моя мама — практически инвалид.

— О Господи! Пожалуйста, извини. А что с ней такое? — сочувственно спросила Карен.

— Всю жизнь она тяжело работала, чтобы прокормить меня и сестренку, — сказала Элис. — Но в последние пять или шесть лет ее скрутил артрит. Думаю, что совсем скоро она просто не сможет ходить самостоятельно.

— И даже при таких обстоятельствах вы не хотите быть как можно ближе к дому?

Флойд одновременно выступает и судьей и присяжным на моем процессе, с горечью отметила Элис.

— Думаю, гораздо более реальный вариант — забрать их сюда. Но для этого мне нужна стабильная работа.

— А как же ваши друзья? Вы что, по ним совсем не скучаете?

— Большинство моих соучеников по школе не таковы, чтобы сохранять с ними дружеские отношения.

И тут в их диалог врезалась Карен:

— У меня возникла прекрасная идея, Фло!

— Еще одна идея? — хмыкнул Флойд.

Карен сделала вид, что не заметила его сарказма.

— Тебе надо будет обязательно поговорить о нашей девочке с Ником, Фло. Как только будешь в Кливленде. Николас Грайвер — директор здешней школы, — пояснила она для Элис. — Закадычный друг Фло. От этого парня зависит предоставление любой вакансии в наших краях.

Скорее в аду наступят заморозки, чем этот злобный тип пойдет на такое, решила про себя Элис, отметив, что Флойд с подозрительным удовольствием задумался над этой идеей.

— Сомневаюсь, бабушка, что наша непостоянная красавица заинтересована задержаться именно здесь!

Элис чрезмерно звонко рассмеялась.

— У меня нет уверенности, что я не хотела бы! Цинциннати подходит мне больше Детройта уже хотя бы потому, что уютнее, теплее. — Ей нравилось следить за тем, как Флойд пытается преодолеть растерянность, но ответить себе честно, чего она хотела бы от него больше, Элис не могла. И как он только посмел поцеловать ее?

— Тебе понравится здесь еще больше, детка, — заверила ее Карен. — Не делай окончательных выводов, пока не ознакомишься с окрестностями. Только бы найти эти дурацкие костыли.

— Я очень жду столь великого события, — заявила Элис с шутливым энтузиазмом. И неотразимо улыбнулась Флойду. — Сколько лет ваша семья живет здесь?

Карен с гордостью пояснила, что уже три поколения Ламберти обитают на территории ранчо.

— Ваши предки были эмигранты из Европы?

— Нет, не мои, а Брюса! Помесь французов с итальянцами. По преданию, его прадед состоял в родстве чуть ли не с Наполеоном. Утверждать не берусь… Но отчаянных корсиканских головорезов в этом роду действительно хватало.

— Есть семейная легенда, — задумчиво начал Флойд. — Во время гонки фургонов у повозки знаменитого буяна Мишеля де Ламберти оторвалось колесо. Лет через десять на этом самом месте и появилось ранчо. Так мой прадед решил остепениться.

— Да… Иные были времена, — взгрустнула Карен. — Грешили люди, но и каяться умели. А сейчас мы имеем честь сидеть за столом, быть может, с последним отпрыском славного рода Ламберти.

Выразительные губы Флойда сжались в тонкую, упрямую линию.

— Бабушка, ты что, опять собираешься обсуждать эту тему?

Неожиданно Карен показалась сильно постаревшей, да и вообще после услышанного на душе у Элис появился неприятный осадок. Захотелось хотя бы немного побыть одной. Пусть уж семейные отношения выясняются без нее. Тем не менее она деликатно поинтересовалась:

— А других внуков или правнуков у вас нет? — Втайне Элис надеялась услышать что-нибудь новое о супружеской жизни Флойда.

— Нет, в наличии только один Фло! — Она многозначительно посмотрела на внука. — Кстати, его отец, мой сын, тоже был единственным ребенком. Он… разбился на самолете, когда Фло было пять лет.

— Карен, милая… — Девушка преисполнилась искренним состраданием к миссис Ламберти.

— А этот сорванец получил лицензию пилота раньше автомобильных прав. — Бабушка воинственно указала на своего послушного мальчика.

Волевой подбородок Флойда дрогнул. Чувствовалось, что тема полетов была горячей в спорах этой пары.

— Летную лицензию мне помог получить дедушка, — тихо пояснил он.

— А потом уже поставил в известность меня, — с обидой отозвалась Карен. — Брюс считал, что при такой воспитательнице, как я, Фло никогда не станет настоящим мужчиной.

Значит, с помощью самолета он самоутверждается как мужчина. Но ему-то чего волноваться? Девушки должны вешаться на шею такому красавчику. Исподтишка Элис глянула на Флойда. И встретилась с его взглядом, который полностью подтверждал ее мысли.

— Господи! Как вы только выжили, Карен, в царстве мужского шовинизма?! — в сердцах воскликнула Элис.

Карен со смехом подтвердила, что «это вовсе не простое дело». Но тут же всхлипнула:

— Брюс сошел бы с ума, узнав, что Фло — последний из владельцев ранчо Ламберти.

Ситуацию несколько разрядило появление экономки, которая церемонно предложила еще кофе. Дамы согласились, но Флойд накрыл свою чашку ладонью:

— Мне, к сожалению, пора.

— И ты еще имеешь нахальство утверждать, что любишь наше ранчо! Не можешь даже лишнюю минуту посидеть за обеденным столом. — Карен набросилась на внука, как собака на кость.

— Ты же знаешь, бабушка, что сегодня мое присутствие на сенокосе необходимо. Прости, но для обиды выбран не самый удачный повод.

Так вот чем от него так душисто пахло, когда он нес ее на руках, с опозданием сообразила Элис.

— Кстати, мисс Редфорд, как мне быть? Затащить вас в будуар до того, как я уйду из дома? — съязвил Флойд.

— Оставайся-ка с нами, Эл, — осадила его бабушка. — Пусть катится на свой сенокос.

Побуждаемая мстительным чувством, Элис незамедлительно согласилась.

Флойд демонстративно вытер ладони о джинсы, как бы стирая следы прикосновений к Эл.

— Мерси, мадам. Чао, мадемуазель! — Он стремительно направился к дверям, окинув на прощанье Элис каким-то загадочным, пристальным взглядом.

— Как бы мне хотелось быть уверенной, что ранчо Мишеля де Ламберти не придет в упадок после того, как вздорная… старуха Карен навсегда покинет этот бренный мир…

— Перестаньте, прошу вас! — не вынесла Элис. — Разве можно хоронить себя заживо?

— Когда-то я думала, что Брюс и Майкл вечны… — Ее скорбный взгляд отрешенно устремился вдаль. — Единственное, чему я бесспорно научилась за свой век… Жизнь коротка и никаких гарантий никому свыше не дано.

Конечно же, она абсолютно права. Никто не знает дня и часа встречи со смертью. Но вслух Элис сказала совсем иное, и две женщины интуитивно поняли друг друга:

— Больше всего на свете вы желаете, чтобы он был счастлив. А если Флойд не найдет того, кто ему необходим…

— Да он и не ищет, вот в чем беда! — Карен судорожно закрыла лицо руками. — Я уже устала от этих мыслей. Сменим тему. Договорились? Давай-ка лучше о тебе. У меня есть хорошая работенка на все лето. Я тебе ее дам!

Элис несколько опешила, но заставила себя собраться с мыслями.

— Стало быть, вы придумали мне какое-то занятие. Вы, видимо, хотите, чтобы я могла спокойно принимать от вас деньги?

— Не без этого, — честно призналась Карен. — Но отбрось все подозрения, а то будешь напоминать мне моего любимого внука. — Ее глаза сверкнули. — Тебе ведь нужна работа?

Элис колебалась с ответом, не понимая, куда она гнет.

— В ближайшее время твоя котировка останется низкой. Ты же — хромоножка. Не забывай!

Попадание оказалось предельно точным. Не случайно ведь Элис сто раз успела пожалеть о том, что легкомысленно порвала чек.

Чувствуя, что победа близка, Карен тут же подлила масла в огонь.

— Ты нужна здесь, детка. И я предлагаю тебе должность моей компаньонки. Такую работу ты сможешь выполнять и на костылях!

— Но вы вовсе не нуждаетесь в компаньонке. Ведь у вас есть…

— О чем вы тут шепчетесь? — заглянул в окно Флойд и, подтянувшись, перескочил через подоконник. В черной ковбойской шляпе он мог бы сыграть роль героя прерий в любом вестерне. Сейчас даже выражение глаз у него было подходящим.

— Ты же собирался уехать? — взволновалась Карен.

— Я передумал и решил побыть здесь. Точнее, собираюсь совершить благородный поступок. — Он вернулся к окну и извлек пару новеньких костылей. — Я укоротил их примерно на шесть дюймов. — Флойд поднес свое произведение к креслу, где сидела Элис. — Давайте проверим, хороший ли у меня глазомер.

Эл покорно поднялась с его помощью и сунула костыли под мышки. Ее плечи тут же поднялись почти до уровня ушей.

— Да, на сей раз я опозорился, — пробормотал пристыженный Флойд. — Вы значительно миниатюрней, чем мне казалось. Согласитесь, что определить рост человека довольно сложно, если видишь его все время только в сидяче-лежачем положении.

Нетрудно было догадаться, что он ее в очередной раз подкалывает. Но обижаться Элис почему-то не желала.

— Ладно, пойду подгоню эти подпорки окончательно. — Флойд с трагикомической миной перевел взгляд с костылей на Элис и обратно. Потом вышел из комнаты.

Женщины сразу же возобновили прерванный разговор.

— Знаешь, Эл, за минувшие два года у меня были жуткие перепады настроения, — сказала Карен. — Особенно плохо — в последние несколько месяцев. По этой причине мы оказались в Цинциннати. Флойд хотел показать меня Карлу Питнеру, известному психотерапевту, владеющему экстрасенсорикой. К нему приезжают даже из Европы.

Трудно было вообразить, что всегда бодрая и жизнерадостная Карен может пребывать в состоянии депрессии.

— Я решила так или иначе найти выход из этого кошмарного тупика. Стыдно признаться, но я ведь не случайно шагнула под автобус…

Элис была почти в шоке от услышанного.

— Только не подумай, дорогая, что я замыслила самоубийство. Слышишь? Мне нужна была встряска, чтобы вернуться в норму. Да не бросалась я под автобус! Просто отключилась и не видела, что происходит вокруг.

— Слава Богу! Тогда мне многое становится понятнее, — с облегчением произнесла Элис.

— А я, со своей стороны, ужасно сожалею, что моя беззаботность принесла столько вреда тебе, но, поверь, счастлива, что ты вошла в нашу жизнь. Ты как раз такая, какая мне и была нужна, и появилась, словно ангел-избавитель. Кроме того, ты нужна и Флойду, — заговорщически прошептала Карен.

— Что вы! Это исключено. Он же… — Как раз мысль о нем и лишила Эл способности произнести хоть слово.

— Ты заставила его переоценить многое и понять, какое огромное место в его жизни занимает усадьба. Хотя и произошло это в уродливой, неврастеничной форме. Ведь когда Фло узнал о возможности судебного иска и компенсации…

— Да не собираюсь я требовать от вас никакой компенсации!

— Я знаю, милая, — проникновенно сказала Карен. — Но я давно уже не испытывала такого подъема и надежды на то, что все сложится хорошо. Понимаешь? Ты вдохнула в меня новую жизнь! И я решила воспользоваться возникшей ситуацией очень мудро. Я потихоньку начинаю подталкивать Флойда к тебе, не дожидаясь, пока он созреет сам.

— Не совсем понимаю, чего вы от него ожидаете?

— Я хочу, чтобы он женился и обзавелся детьми.

Элис могла предположить все что угодно, но только не это. Пожалуй, еще немного, и ей самой придется обращаться к психотерапевту.

— Если Флойд не одумается, — неумолимо продолжила Карен, — мне придется изменить завещание. Я вообще могу лишить его наследства!

— Но это его просто убьет, — с придыханием выговорила Элис. — Не думаю, что ваш муж одобрил бы такую жестокость.

— Наивная девчонка! Что ты вообще знаешь о потомках Мишеля де Ламберти? Мы ведь с Брюсом не случайно назвали своего сына в его честь. Культ родового гнезда — вот их религия. Ну ничего… У нашего непутевого мальчишки еще есть шанс. — Небесные глаза Карен заблестели. — Ты не захотела взять деньги, которые я тебе предложила впрямую за спасение моей жизни. Но ведь существуют и другие способы вознаграждения!

5

Входя в столовую, Флойд явно слышал последнюю фразу и, как ни странно, вовсе не показался удивленным.

— Итак, о чем это вы? Не можете договориться о сумме? — спросил он с хитрым видом.

Если бы Эл была в состоянии передвигаться самостоятельно, то, честное слово, она испарилась бы отсюда в ту же минуту.

— Девочка ничего до сих пор не приняла от меня. Ничего, ни цента!

— Ну да, за исключением пятидесяти тысяч долларов!

— Она разорвала чек, едва получив его от меня!

Флойд как бы притормозил на секунду, но на лице его была гримаса явного сомнения.

— А ты хорош, не позволил бедной малышке и словечка вставить в тот день, когда приставал к ней, как конторская крыса. Прямо в больнице! Теперь Эл будет моей оплачиваемой компаньонкой на весь летний период. Если ты и дальше будешь жесток к моей подопечной, наследницей ранчо я сделаю Эл и ее детей!

Глаза Флойда чуть сузились, но это была единственная заметная реакция на бурную тираду бабушки.

— Но, Кар-рен… — Обескураженная «компаньонка» стала даже заикаться. — Пока нич-что не свидетельствует о появлении моих детей.

— Успокойся, душенька. У тебя все впереди. Я в этом не сомневаюсь, как и в том, что летом в июле бывает жара. — Почтенная леди игриво подмигнула. — Мы ведь разговаривали на эти темы и я поняла, как ты серьезно относишься к семейной жизни…

Элис безмолвно ловила воздух губами, как рыба, брошенная на горячий песок. Но гвоздь программы оказался впереди, когда на сцену выступил внучек.

— Бабушка права как никогда, мисс Редфорд. Вы прелестны, отличаетесь тонкой натурой, самоотверженностью. Словом, как сказано в Библии, плодитесь и размножайтесь! — Церемонно склонившись, он поцеловал ее руку и обернулся к Карен. — Но даже святая, каковой является мисс Редфорд, нуждается в мужчине, чтобы завести детей. Хотя бы самую малость… Ведь так?

— Еще как нуждается! — без тени смущения заявила Карен.

Элис хотела провалиться сквозь пол. Щеки ее пылали под перекрестными взглядами «сладкой парочки».

— Если я оставлю решение проблемы за тобой, Фло… — самодовольно изрекла Карен, предвкушая эффект, — все пойдет с молотка после твоей смерти. Если же тебя действительно волнует будущее нашего родового гнезда, единственное о чем тебе надо позаботиться, это о том, чтобы дети Элис одновременно были и твоими детьми!

Немая сцена, которая показалась Элис нескончаемой, длилась не более минуты. Флойд пристально, изучающе смотрел на нее. Этот взгляд был удивительным — он обжигал ледяным холодом, а тело ее, напротив, начинало плавиться под этим же самым взглядом! Как объяснить ему, что это вовсе не ее идея, а бредовый замысел Карен. Еще очень хотелось вернуть волшебное мгновение того случайного поцелуя. А вот стать жертвой войны, которую эти двое объявили друг другу, Элис совсем не хотелось.

— Я очень долго ждал шанса завести детей, — спокойно произнес Флойд. — Думаю, что смогу подождать еще немного. До завершения этой интересной дискуссии. — Он вручил Элис пресловутые костыли и, покачивая головой как бы в удивленном раздумье, быстро покинул комнату.

— Крошка, тебе пора бы здесь освоиться. — Карен подошла к девушке и нежно взяла ее за подбородок. — Одна из проблем на любом ранчо — жалящие скот кровососы, тебе надо это теперь знать. — Бабушка была безмерно довольна своей крупной акцией, которую она только что провернула.

— Это какой-то кошмар. Я не понимаю, что происходит…

Карен только засмеялась в ответ.

— Умоляю вас, не втягивайте меня в эти игры, — жалобно всхлипнула Элис.

— Увы, я не могу сделать этого. Сама судьба прислала тебя в нужное время и в нужное место, а я только должна в меру своих сил воспользоваться Божьим провидением.

— Выходит, что я своего рода жертвенный барашек.

— Вовсе нет! Ты — моя козырная карта, — с апломбом поправила Карен. — И как только наш молодой баран по-настоящему займется своими делами, я смогу заняться собой.

— Но при чем тут я? Я же совершенно посторонний человек.

Полностью проигнорировав ее замечание, Карен продолжила свою мысль:

— На прошлое Рождество Нейл снова предлагал мне выйти за него замуж. Думаю, в основном потому, что видел, в каком подавленном настроении я находилась. Я не могу принять это предложение, пока не улажу все дела здесь.

— Но почему?

— Дело в Брюсе. — Она посмотрела на свои уставшие от долгой работы, обветренные руки с натруженными венами. — Я любила Брюса так, как ни до, ни после уже не любила никого. Но знаю, что он никогда не стал бы винить меня за то, что я вступила в повторный брак.

До Элис, однако, ничего толком не дошло.

— Значит, вы просто не хотите выходить замуж за Нейла?

— Хочу! Я особенно остро почувствовала это, когда долгими ночами сидела возле твоей кровати в больнице.

— Тогда выходите.

— Не могу. До тех пор, пока я не управлюсь с тем, что завещал мне Брюс. В логове Мишеля де Ламберти должны завестись маленькие волчата. Хотя бы один, для начала.

— А у Нейла есть дети?

Карен утвердительно кивнула.

— Может, припугнуть Флойда, что все отойдет к чужим людям? Тогда вы легко обойдетесь без меня.

— Нейлу все это ни к чему, — отмахнулась Карен. — Его дочь замужем за юристом и живет в Питсбурге. Сын — профессиональный военный, служит сейчас в Германии. Нейл хочет, чтобы мы с ним попутешествовали, побывали там, куда он еще не добирался. Хочет, чтобы мы навестили его детей и внуков.

Элис заметила, что в ее глазах разлилась мягкая грусть.

— И все же я не в состоянии вас понять, Карен. Почему нельзя выйти замуж за Нейла, а ранчо оставить своему внуку? Рано или поздно у него появится…

— Нет, на это надеяться не приходится. Мой внук, как и Брюс, очень легкомысленно относится к жизни. Если принять формулу «рано или поздно», Фло станет верить, что такой день и впрямь когда-нибудь настанет. Но сам для этого пальцем о палец не ударит. Потом… Флойда предало слишком много женщин. Среди них и я. — Карен внезапно спохватилась и замолчала, но ее собеседница не обратила на это внимания.

— Мне кажется, сегодня главная забота вашего внука — придушить меня потихоньку во сне, — пробормотала Элис, до слез развеселив тем самым бабушку.

— Он думает о том, как заняться в твоей постели совершенно другими вещами, — отдышавшись, произнесла наконец Карен. — И в этом суть моей комбинации, так сказать, ее химия. Но если неправильно смешать некоторые компоненты, может произойти взрыв. Дуреха, ты так ему нравишься, что для тебя действительно небезопасно оставаться с ним в комнате один на один. Хоть это, надеюсь, ты в состоянии понять?

Со спартанской невозмутимостью Элис начала опробовать костыли. И, уже ковыляя вокруг стола, спросила:

— А что думает о ваших планах Нейл?

— Считает, что ранчо должно достаться Флойду, чтобы сохранились традиции Ламберти. Но он признает, что это невозможно, если Флойд никогда не женится. — Карен выглядела очень огорченной от затянувшихся комментариев. — Знаешь, подружка, хватит о наследстве. Главное — ничего не бойся. Никто тебя насильно сватать не будет. Об одном пока прошу, останься со мной несколько месяцев на правах компаньонки.

— А вы ничего не скрываете от меня? Мне не придется слишком уж часто общаться с Флойдом?.. Не будет ли это элементом… исполнения… вашей угрозы?

— Ну чего мне от тебя скрывать, детка! — грустно отозвалась Карен. — И все же не отнимай у меня надежду, ладно?

— Хорошо, но только при одном условии. Никаких денег. Я просто буду поправлять здесь здоровье.

— Начинается! Будь уверена — ты отработаешь каждую монету, которую получишь от меня. Гарантией тому является хамское поведение моего внука. Тебе придется приложить немало усилий, чтобы унять его.

Такая задача мне по душе! — со злорадством подумала про себя Элис.

После полудня Карен куда-то исчезла, а миссис Тэнниш сообщила, что должна отвезти именинный торт одному из соседских фермеров. Оставшись одна, Элис решила, что настал подходящий момент, чтобы попытаться освоить при помощи костылей лестницу. Ей хотелось обрести, по крайней мере, такое подобие независимости от Флойда как можно скорее.

К тому моменту, как удалось добраться до верхней площадки, силы ее покинули. Все время, пока Элис карабкалась вверх, у нее было ощущение, что стоит хоть на секунду расслабиться, она тут же скатится на натертый до блеска паркетный пол. В особенно трудные секунды она представляла себе надменное лицо Флойда и вспоминала о том, каково находиться в его железных объятьях.

— Мисс Элис Редфорд, должно быть? — услышала она незнакомый голос как раз в тот момент, когда снова стала спускаться вниз. От неожиданности Элис инстинктивно схватилась за полированные перила и с ужасом поняла, что сначала один, а затем второй костыль с грохотом понеслись вниз.

Когда шум стих, Эл с зажмуренными глазами сосчитала до десяти, а потом посмотрела вниз. Злополучные костыли валялись у ног некоего пожилого джентльмена.

— Простите меня, — дрожащим голоском пролепетала Элис. — Это моя первая попытка, и ощущение примерно такое, как будто я собиралась взобраться на Эверест.

— А зачем вам приспичило экспериментировать в одиночестве?

— Я думала как раз, что это самое подходящее время. Мне некого будет стесняться… и все получится. Но тут появились вы…

— Так воспользуйтесь перилами, по-моему, это значительно упростит дело. — Он поднял костыли и порадовал Элис известием, что они в целости и сохранности. — Не повреждено даже лаковое покрытие! — Непрошеный гость уставился на Элис и задумчиво покачал головой. — А как бы вы обошлись, если бы я сейчас не оказался здесь?

Эл заподозрила, что старичок с некоторыми причудами. Если вообще не сумасшедший.

— Деточка, вам не стоило забираться наверх без присмотра, — изрек он менторским тоном. — Можно подумать, что вы замыслили совершить самоубийство. Карен сочтет меня вашим пособником, если я помогу вам во второй попытке.

Были бы сейчас под руками у Эл костыли, она наверняка запустила бы их в эту лысую башку. Впрочем, кричать на него было, видимо, бессмысленно.

— Так что же вы предлагаете предпринять сейчас? — с язвительным почтением осведомилась она.

Незнакомец улыбнулся, лукаво подмигнул ей, словно просчитал ход мыслей «деточки», и вразвалку удалился туда, откуда, видимо, его принес дьявол.

Вниз она доскакала на одной ноге, причем, как ей показалось, за рекордно короткое время. Слава Богу! Костыли были аккуратно приставлены к перилам. Однако прийти в себя после столь чудовищной зарядки было не так-то просто.

— Молодчина! Взяла и спустилась самостоятельно, — с этими словами старичок снова появился из гостиной.

Делая вид, что не замечает нахального старика, Элис пробралась к ближайшему креслу и с наслаждением утонула в подушках.

— Извините, мисс Редфорд, но мой немалый жизненный опыт показал, что люди добиваются наивысших результатов, если остаются в вынужденном одиночестве. Так что не дуйтесь. Ладно? А теперь представлюсь. Нейл Добсон. — Галантно поклонившись, он уселся рядом с Элис у журнального столика.

Значит, это и есть давнишний жених Карен? На вид — ее ровесник и вполне симпатичный, несмотря на обширную лысину в обрамлении седых кудрей. По бравой выправке можно было догадаться о его многолетней службе в армии. Там ему, видимо, и вдолбили, что чем больше помогаешь людям, тем слабее и беспомощнее они становятся.

— Я встретил миссис Ламберти во дворе. Это она посоветовала мне зайти познакомиться с вами.

— У вас довольно своеобразный способ знакомства с людьми, — констатировала Эл.

Настал его черед нахмуриться. С подчеркнутой вежливостью Добсон попросил разрешения закурить сигару.

— Карен наверняка рассказывала о семейных неурядицах с внуком. — Нейл придвинул к себе пепельницу. — Вам не кажется, что…

— Мне кажется, что проблема с внуком не только ее, но и ваша. Если вы, конечно, не оставили мысли жениться на ней.

— Нет, естественно, но это как раз тот случай, когда я ей помочь не могу.

— Почему?

— Потому, что любой мой совет, любая помощь будут рассматриваться как преследование собственных интересов, — отчеканил Добсон. — Она должна принять решение самостоятельно. В противном случае ответственность ложится на меня. Бесправная ответственность. Конечно, все это — не лучшее начало пути к алтарю.

А ведь старичок разумно рассуждает, отметила про себя Элис.

— Очень благодарен вам за Карен, — с подкупающей искренностью сказал Нейл. — Я уже давно ждал случая поблагодарить вас за ваш благородный поступок.

— На моем месте любой нормальный человек поступил бы так же. — Эл стушевалась, почувствовав, что слова ее прозвучали несколько банально.

Добсон красиво разрешил ситуацию:

— Согласен с вами. Так могли бы поступить многие. Но не очень многие не ожидали бы потом достойной компенсации.

— Ага, я чувствую, что Флойд успел побеседовать с вами на эту тему.

Нейл рассмеялся.

— О, да! По его мнению, вы великолепно стараетесь не упустить свой шанс.

У Элис было такое ощущение, что этот человек мгновенно раскусил ее. А сейчас просто играет, как сытый кот с мышкой. Мудрый старый кот с коварными серыми глазами…

— Миссис Ламберти предложила мне работу, и я согласилась, — пояснила Эл.

— Надеюсь, что вы не откажетесь принять и очень приличную оплату своего труда?

Элис заколебалась. Она не знала, что ответить на этот вопрос. Может быть, старичок просто решил проверить ее?

— Я был бы рад, мисс Редфорд, если бы вы позволили Карен сделать для вас что-нибудь. Она так закомплексована проблемой своей вины перед многими, в том числе и перед вами… До тех пор, пока вы не позволите ей сделать что-то для вас, мисс, вы будете находиться в длинном списке ее прегрешений.

Элис поняла: вне зависимости от того, что Добсону наболтал о ней Флойд, никаких подозрений в отношении ее старик не испытывает.

— Не могу не признаться, — кокетливо защебетала она, — что вы произвели на меня весьма благоприятное впечатление, мистер Добсон. Если исключить эпизод с костылями.

Он расхохотался, а от дверей раздался грозный голос Карен:

— Признавайся, по какой причине ты отказал в помощи бедной девушке?

Нейл встал и шагнул к своей возлюбленной. На его лице отразилась радость от того, что он видит ее снова. А Элис было трудно поверить, что женщина в столь преклонном возрасте может расцвести прямо на глазах. Именно это произошло сейчас с Карен.

— Надеюсь, полковник не забыл, что мы отправляемся кое-куда поужинать?

Элис начала отказываться, но быстро осознала свою ошибку. Речь о ней не шла. Она почувствовала себя очень неловко. Тут же, с деловым видом прилаживаясь к костылям, Эл приветливо простилась с Добсоном, сославшись на то, что жутко устала с непривычки передвигаться на костылях.

— Конечно, конечно! Отправляйся в кроватку, детка, — рассеянно согласилась Карен.

Еще на лестнице Элис пришла в голову ужасная мысль о том, что она может оказаться наедине с Флойдом. Оставалась надежда на миссис Тэнниш. Но та, подав ужин, заявила, что вынуждена снова уйти, потому что дочка попросила ее посидеть вечером с детьми. Флойд тут же с готовностью заверил экономку, что сам уберет со стола.

Вот так начался кошмар, которого столь боялась Элис. Они с Флойдом приступили к вечерней трапезе вдвоем. Больше во всем доме не было ни души.

Почти весь ужин прошел в тягостном молчании. Но за чаем Элис не выдержала и для разрядки начала наугад задавать вопросы о деталях хозяйствования на ранчо. Она сама была поражена тем, что проявляла познания, о существовании которых у себя раньше и не подозревала.

Закончилась эта относительно мирная часть беседы колкостью Флойда:

— Готовитесь к дню, когда вступите в наследственные права?

Элис прямо-таки сжалась от досады, а он еще больше раззадорился.

— Представьте, как мило здесь будут резвиться ваши дети!

Она не выносила подобных плоских шуточек, но постаралась не заводиться, а, сменив пластинку, хладнокровно ответить ударом на удар.

— Между прочим, я просто из вежливости хотела поддержать разговор. Ведь сельские темы вам наиболее доступны. — Элис почувствовала, что попала в цель. Сейчас она уже не была девчонкой с улицы, над которой этот самодовольный красавчик мог издеваться, как хотел. Сейчас начнется игра на равных.

— Ну, в том, что вы проявляете столько интереса к фермерской жизни, нет ничего зазорного. — Флойд внимательно рассматривал инициалы на щипцах для сахара. — Скоро вам придется самой учиться вкалывать с утра до вечера. Это вам не в школе преподавать.

— Пытаетесь запугать меня?

— Ни в коем случае. Просто считаю своим долгом предостеречь от возможных заблуждений, — отрезал Флойд. — Несмотря на то, что бабушка временами буквально сорит деньгами, доходы от ранчо на самом деле не так уж высоки и стабильны. Бывают удачные годы, но иногда — полный обвал.

— Стало быть, я поступила совершенно правильно, что порвала чек?

— Весь вопрос в том, почему вы это сделали? Нравится роль самоотверженной героини? Или решили сорвать весь банк?

Элис намеревалась достойно ответить на оскорбительные намеки, ужалить его побольнее, но мстительный порыв почему-то стих сам по себе. Может быть, Флойд отчасти прав? Так или иначе, его наскоки небезосновательны…

— Давайте вернемся к сельскохозяйственной тематике, — мягко произнесла она. — Неужели вы, мистер следователь, с пеленок и по сей день чувствуете себя прирожденным фермером?

Фантастика! Флойд искренне улыбнулся, без сомнения, догадавшись, что теперь Элис готовится устроить ему допрос.

— Нет, честно говоря, не всегда. Был период в жизни, когда больше всего мне хотелось сбежать отсюда.

— Но вы не сделали этого.

— Почему же, на время я все-таки вырвался. Думаю, что тогда дедушка пожалел о своей помощи в получении мною летных прав. Какое-то время я служил в военной авиации, а потом решил стать пилотом коммерческих линий.

— Что же изменило ваши планы?

— Смерть моего деда, Брюса, и мой развод. — Он вновь помрачнел. — Да, совсем забыл. На кухне нас дожидается яблочный пирог. Шедевр Амелии! Не желаете ли попробовать?

— С удовольствием, — машинально ответила Элис, настороженная его скрытностью. До сих пор ни от кого в этом фамильном логове Ламберти ей и звука не удалось вытянуть о бывшей жене Флойда.

Когда он вернулся с благоуханным произведением миссис Тэнниш, она решила хоть что-нибудь выведать при помощи окольных маневров.

— Думаю, что вы по своей природе склонны к одиночеству. Отсюда страсть к полетам. И нынешняя привязанность к замкнутой жизни на ранчо. Трудно представить женщину, которая бы вам не наскучила. Наверное, для вас возможны лишь мимолетные увлечения…

— Говорят, со стороны многое виднее, — обронил Флойд, неловко разрезая пирог. — А вот если верить Евангелию, мы у другого песчинку в глазу различим, не обращая внимания на бревна в собственных глазах. Ох, что-то я расфилософствовался. — Он положил на тарелку Элис гигантский кусок пирога. — Скажите лучше, как вы сегодня перемещались в пространстве? Впервые без меня…

— Нормально. — Столь трогательное внимание порадовало Элис. Пирог показался восхитительным. — Скоро у нас вообще все будет прекрасно, — не без подтекста добавила она.

Увы, никакой заботы он вовсе и не проявлял. Это стало ясно, когда Флойд сообщил, что сегодня звонил Хадли и интересовался состоянием своей пациентки.

— Клифф уже договорился о консультации с лучшим кливлендским травматологом. Если он убедится, что опухоль спала, прощай, костыли! На следующей неделе.

Для приличия похвалив кулинарные способности Амелии, Элис дала понять, что чаепитие слишком затянулось.

Остаток вечера Элис провела в отведенном ей для пребывания вне спальни кабинете. Полки здесь были забиты книгами на все вкусы. Но ни читать, ни включать телевизор не хотелось. Для начала Элис как следует выругала себя. Чего она собственно нервничает и ждет? Прихода Флойда? После того, как сама тактично отфутболила его? И все же Элис жадно ловила каждое движение, каждый шорох в доме.

Просидев так неизвестно сколько, она решила, что самое время ложиться спать. И еще она осознала, что пора отбросить все надежды на возможность установления между ними дружеских отношений. Да и хотелось ли ей на самом деле, чтобы их отношения были только дружескими? Чего греха таить, она хотела большего… Элис пересекла комнату, миновала кухню и подобралась к лестнице, стараясь изгнать из головы все бредовые мысли.

— Я вижу, что вы уже готовы взобраться наверх? — Флойд напугал ее, появившись буквально ниоткуда. От неожиданности Элис даже уронила книгу, которую прихватила на случай бессонницы.

Судя по мокрой, наспех расчесанной гриве, он только что принял душ. Флойд картинно прислонился к перилам лестницы, явно не собираясь уходить. Но ей вовсе не улыбалось начинать свой путь на Голгофу под этим пристальным взглядом.

— Вы не могли бы удалиться, ну, скажем, заняться тем, чем вы занимались еще пару минут назад?

— Благодарю за совет, дорогая, но вынужден остаться. Я обещал сообщить о вашем реальном состоянии Клиффу, — удачно вывернулся он. — Поэтому все должен видеть собственными глазами.

— Ах, так! — Элис решила попросту игнорировать его присутствие. Вспыхнув, она села на третьей ступеньке, положила себе на колени книгу и костыли и потихоньку перебралась на следующую.

— Неужели вы передвигаетесь таким оригинальным способом? — вежливо поинтересовался Флойд.

С каменным личиком Элис отчаянно продолжила свое акробатическое выступление, но костыли предательски загремели по ступеням. За ними последовала книга, а на очереди явно находилась сама Эл, однако Флойд успел удержать ее.

— «Энциклопедия скотовода»! — Он положил книгу к костылям на нижнюю ступеньку. — Это не лучший образец жанра. Скорее всего, автор не знал практики. И все передрал у своих коллег. Живой опыт приходит гораздо быстрее и ощутимее! — Внушительно закончив эту краткую лекцию, он, как пушинку, подхватил Элис на руки. Даже не спросил ее согласия, словно она была неодушевленным предметом.

— Как же мне получить практические познания, если вы мне не даете сделать этого?

Он так резво перешагнул сразу через несколько ступенек, что Элис пришлось обхватить его шею обеими руками.

— Так-то будет лучше, — подозрительно удовлетворенным голосом произнес Флойд. — Как только у вас останется легкий гипс и вы сможете без особых проблем передвигаться, обещаю организовать экскурсию по ранчо. Можно будет заглянуть в любой интересующий вас уголок.

Привычным движением плеча он открыл дверь в спальню. А в следующий момент из-за своей чрезмерной предусмотрительности Элис допустила ошибку. Она успела нащупать и повернуть выключатель. Матовые блики высветили их лица. Флойд уже опустил ее на кровать, но не отстранился как обычно. Воображение разыгралось, подумала Элис. Куда подевались его высокомерие, надменность? Может, за ними скрывалась бессознательная застенчивость, неуверенность в себе? Ей вдруг ужасно захотелось… оказаться внизу, на первой ступеньке, и начать весь путь вверх снова.

— Ну так что, когда вы хотели бы начать? — неожиданно спросил Флойд.

Неужели я так засмотрелась на него, что пропустила какую-то важную деталь в разговоре? — лихорадочно соображала Элис.

Заметив ее недоумение, он сбросил с себя свитер.

— Я спрашиваю вас о том, когда мы приступим к созданию наших детей? Бабушка наверняка успела разболтать, что я никогда не был против того, чтобы завести собственных детей. — Флойд уселся на край кровати и не спеша начал расстегивать рубашку. — Нам надо бы как следует потренироваться, прежде чем поставить производство детей на конвейер. — Рубашка полетела за свитером.

— Флойд! Разве так можно…

С мученическим видом он стягивал с правой ноги щегольский ковбойский сапог.

— Вы, кажется, хотели меня спросить о чем-то? — Глухой звук известил о том, что сапог бухнулся прямо на коврик рядом с кроватью.

— Опом-нитесь! Это… произвол. — Она поймала себя на том, что лепечет какую-то чушь. И тут же стыдливо отвернулась от обнаженного по пояс «жениха».

— У меня такое ощущение, что вы забыли разговор за обедом, — бархатно протянул Флойд. — А я очень четко помню, как бабушка заявила, что, если я хочу остаться владельцем моего ранчо, должен в обязательном порядке наплодить наследников. — При этом он смотрел неотрывно в глаза Элис. — Уверен, что могу выполнить поставленное условие. — Флойд старательно принялся за второй сапог.

6

— Карен… и я… Вы неправильно поняли! Мне сначала надо выйти замуж, а потом уже заводить детей. — Элис вздрогнула, услышав, как второй сапог с грохотом ударился о шкаф.

— Надо ли мне расценивать ваши слова как официальное предложение? — дипломатично осведомился Флойд.

— Вовсе нет! — еще больше перепугалась Элис.

— Ну и ладно. Формальности не обязательны. — Он выпрямился и стал расстегивать ремень джинсов. — Самое главное — дети, — патетически изрек он.

— Да что же… Черт возьми! Может быть, вы прекратите этот фарс? — но тут ее ладошка каким-то образом оказалась лежащей на его обнаженном плече. Какой-то колдовской импульс моментально пронизал ее тело. Нет, их близость слишком не безопасна! Элис порывисто отдернула руку.

— Прекратить что? — томно осведомился искуситель. — Я только выполняю полученные инструкции. — Щелкнула латунная пряжка пояса. — Скоро у нас все будет прекрасно. Я умею это делать как надо. — При этом его глаза скользнули вниз по стройной талии Элис и уперлись в проклятый гипс. — Да, это может стать реальной помехой, — задумчиво отметил Флойд. — Но я обещаю быть очень осторожным. Мы приятно проведем время и вы не ощутите ни дискомфорта, ни боли. Я знаю способы…

— Прекратите! Я вовсе не собираюсь спать с вами! — взъярилась Элис.

— А кто вам сказал хоть одно слово о необходимости спать со мной? Вам будет не до сна… — Поигрывая молнией на джинсах, он поднялся, подошел к двери и повернул ключ на два оборота. — Осторожность прежде всего! Это зрелище не для посторонних глаз. Кстати, не беспокойтесь. Я не из тех болтунов, которые хвалятся на всю округу своими любовными победами. Ваша репутация из-за меня не пострадает. Разумеется, в начальной стадии беременности. Пробьет час, когда хранить наш маленький секрет станет не так уж просто. — Его пальцы вновь легли на застежку молнии.

— Сколько можно паясничать!! — Элис так и подскочила на кровати.

— Зачем стесняться… Вы предпочитаете раздеть меня собственноручно? Пожалуйста.

Он приближался к кровати, и Элис пришлось поднять глаза на уровень его глаз, потому что иначе она бы уперлась взглядом в его мускулистый торс.

— Теперь я, кажется, все понял. — Флойд опустился перед ней на колени. — Конечно, стоит попытаться сохранить некоторую долю романтизма, несмотря на то что мы оба прекрасно знаем практическую подоплеку нашего акта.

И дернуло же ее вляпаться в семейные дрязги Ламберти! Если бы обстоятельства были другими… она не стала бы противиться… Губки Элис беззвучно шевельнулись.

— Слушаю внимательно, вы что-то хотите сказать? — шепнул Флойд, якобы поправляя ее разметавшиеся волосы.

— Нам… так нельзя…

— Правильно, у нас ничего не выйдет с наследником, если до этого мы не проделаем ряд очень интересных и приятных вещей, — хрипло резюмировал Флойд. Его губы почти касались шеи Элис. — Не скрою, что очень позитивно отношусь к этой части задачи.

— Но я… — Она немного справилась с собой. — Мы так…

— Вы уже говорили об этом совсем недавно. — Руки Флойда легли на ее бедра и вновь плавно устремились вверх.

— Так почему же вы не хотите жениться? — в панической попытке самообороны она выпалила первое, что пришло в голову.

Флойд моментально отрезвел.

— Спасибо, я уже побывал в этой шкуре.

— Но нельзя же видеть все только в черных красках?

— Каждому свое. Хотя сейчас… — Он, словно провинившийся ребенок, уткнулся головой в платье Элис, ближе к животу, и фамильярно прошептал: — А тебе когда-нибудь доводилось нырять с аквалангом?

Опять начинаются бредовые иносказания! Элис отрицательно покачала головой.

— Я-то нанырялся вдоволь. Удивительное ощущение. Страшноватое и захватывающее одновременно. Словами не передать…

Ну да, и из-за этого у твоей бабушки чуть не случился инфаркт, про себя констатировала Элис.

— И хотя, как я уже сказал, ощущение потрясающее, мне вовсе не хотелось бы повторить семейный эксперимент.

— Значит, свой брак вы приравниваете к нырянию?

— Не совсем. Подводный спорт сопряжен с красивым риском. Особенно в океане. А страсть к женщине ассоциируется у меня с погружением в трясину или… Короче, я мечтал о водной стихии, а очутился в мутной, бездонной луже.

Толком Элис абсолютно ничего не поняла, но природная интуиция подсказала ей многое.

— Но против детей у вас ведь нет возражений?

— Ах, моя прелесть… — с придыханием Флойд притянул ее ближе, как бы невзначай проникая туда, где защита была уже совсем эфемерной. — Я готов начать в любой момент, как только ты захочешь.

Элис не столько отпрянула, сколько, извернувшись, склонилась на подушки. Но она же честная девушка и…

— Не смейте прикасаться ко мне! — приглушенно вскрикнула Элис. — Я не хочу так…

— Значит, ты не хочешь наших детей? — процедил Флойд. — Тогда позвольте мне устранить этот лирический беспорядок. — С вызывающим посвистыванием он начал одеваться, расхаживая по комнате.

Из-под ресниц Элис наблюдала за этой комедией, а губы все еще трепетали от ожидания его поцелуя! Ей с трудом удалось удержать вздох разочарования.

— Ваши претензии стоит высказать миссис Ламберти. — Он напялил свитер и уселся на коврик по-турецки со скомканной рубашкой и сапогом в руках. — Это ведь у нее возникла странная идея, что вас может заинтересовать план скоростного изготовления наследников. — Флойд шарил по полу глазами, хотя второй сапог валялся у него под самым носом. — Не стоило вам рвать чек, ох, не стоило. Вообще, избегайте впредь чрезмерного благородства. Рано или поздно останетесь на мели.

На следующее утро Элис услышала, как он беснуется во дворе:

— Ну что, готова она или нет?!

— Да идет уже, — оповестила Карен, выводя свою подопечную на крыльцо.

Когда они осторожно спускались по ступеням, из-за угла вывернулся Чарри. Ритуал собачьего приветствия, увы, оказался не менее бурным, чем два дня назад.

— Какого дьявола! Бабушка, попридержи-ка этого волкодава…

С неожиданной ловкостью Карен молниеносно выполнила приказание внука. Но тот все равно не унимался.

— Мы же опоздаем, пока вы здесь слюни распускаете! Профессор Беркли ждать не будет. — Он намеревался помочь Элис забраться в кабину красного пикапа, однако она, вручив ему костыли, почти безупречно справилась с этим сама.

Семимильными шагами Флойд отправился открывать ворота. А Карен продолжала сбивчиво давать какие-то инструкции.

— Я тебе что, Золушка?! — зарычал внук, возвращаясь к машине. — Оставь меня в покое! По крайней мере сейчас.

Элис бросила на него косой взгляд. Напрасно брюзжит. Истерик! Никому не придет в голову подумать, что ты уделяешь мне внимание от чистого сердца. А может быть, вчера вечером она вела себя как идиотка? В конце концов, она не малолетка и желание уступить у нее было. Зачем же надо было выпендриваться?

— Перестань-ка, Фло. Угомонись по-хорошему, — преспокойно осадила его «железная леди». — Ты же знаешь, что если бы я могла, то обязательно отправилась бы с вами. Бензин проверил?

— Угу, — промычал он, внезапно присмирев.

— Молодец. Не забыл поцеловать бабушку. А это тебе, дорогая. — Карен достала из кармана халата чек и протянула Элис. — Твоя первая зарплата.

Эл чуть ли не взвыла от досады. Ну почему бы Карен не сделать ей этого подарка несколько минут назад, когда они вдвоем сидели за столом и завтракали. Флойд, конечно, все слышал. Челюсть его, как всегда в таких случаях, стала каменной.

— Возвращайтесь поскорей, детишки! Я буду скучать. — Последние слова заглушил шум мотора.

До Кливленда они добрались в гробовом молчании. Флойд лихо гнал потрепанный пикап, нарушая все возможные и невозможные правила. Но Элис уже была наслышана, что у него прекрасные отношения с местным шерифом.

Почему-то его недавнее хамство совершенно не задело Элис. У нее вообще было сейчас весьма неплохое настроение. Да и складывалось все хорошо. На прием к профессору Беркли они успели вовремя. Результаты рентгена удовлетворили маститого эскулапа. И он, провожая Элис до самых дверей кабинета, торжественно заявил:

— Недельки через полторы, прелестная леди, для вас наступит новая жизнь!

Флойд дожидался ее здесь же, в приемной, полистывая журналы. Однако ни он, ни Элис тогда и отдаленно представить себе не могли, насколько пророческими окажутся эти слова.

Последний из рода Ламберти не то чтобы переменился, но стоически вынес сумбурный натиск Элис, которой приспичило с размахом потратить в Кливленде заработанные деньги.

Часа полтора он возил ее от магазина к магазину. Правда, в начале этого рейда без небольшого эксцесса не обошлось. Элис категорически запретила ему сопровождать себя в «исключительно женский» магазин готовой одежды. И чуть было не устроила аварию на эскалаторе. После этого Флойд уже не выпускал ее из машины, с обреченным видом исполняя одно суетное пожелание за другим.

Наконец пикап затарахтел, стремительно унося их в сторону загородного шоссе. Элис безуспешно искала тему для разговора. Хотелось просто поболтать с Флойдом без пререканий и колкостей.

— А где сегодня утром была ваша бабушка?

— В мэрии. Она и Нейл входят в комитет по подготовке празднования Четвертого июля в этом году. Так что скоро повеселимся всласть.

Она тут же посетовала, что Карен не слишком много рассказала ей о своем друге. Бабушкин жених тоже был общей темой. Казалось, Флойд клюнул.

По его словам, Нейл Добсон, местный уроженец, дослужился в армии до звания майора. Вернувшись в родные места, постепенно стал здесь одним из самых влиятельных людей.

— Кстати, — небрежно обронил Флойд, — он один из участников тотализатора, премия в котором — наследство Карен Ламберти.

— Я, честно говоря, такого тотализатора не обнаружила, — засомневалась Эл. Стекло бокового окна было опущено и врывавшийся ветер трепал ее волосы.

— Могу совершенно определенно сказать, что проводится систематическая и незаметная, на первый взгляд, обработка бабушки в нужном направлении. Но в данной ситуации Карен и я — не одно и то же. Вы знаете, что Нейл хотел бы жениться на ней?

Элис не стала скрывать, что отчасти посвящена в эту историю.

Она буквально кожей почувствовала на себе его скептический взгляд. И, прикусив нижнюю губу, призналась, что возможность завещания в пользу детей Добсона не исключена.

— Значит, вы не можете не быть заинтересованы в моем предложении. У вас, мисс Редфорд, есть какой-нибудь… друг? Ну кто-то, с кем вы планируете завести детей?

— Нет у меня никого. Последние пять лет мне было не до этого.

— Не скрою, это меня радует, — каким-то странным, глуховатым голосом произнес Флойд.

К чему он клонит? — насторожилась Эл. Неужели опять за свое?

Однако Флойд был настроен исключительно деловито.

— Для включения в упомянутый мною тотализатор предстоит сделать трезвый выбор. А если никого другого на горизонте нет…

Отвернувшись к окну, Элис категорически заявила, что вовсе не принимает всерьез авантюрный замысел Карен.

— А вот это вы зря! Никогда не известно, шутит моя драгоценная старушка или вполне серьезна. Если уж ей чего-нибудь по-настоящему хочется, для достижения цели она может пойти на подкуп, дать взятку, а то и украсть…

Элис хотела одернуть зарвавшегося внука. Но ее остановило то, что Флойд говорил об этом так обыденно, без каких-либо эмоций. Скорее всего, у него есть для этого достаточные основания. И вообще, если бы молодой хозяин не воспринимал ее предубежденно, то легко прочел бы в карих глазах признание: «Я так устала бороться с тобой!» Но не могла же она прокричать это вслух!

Минут через десять Элис вдруг вспомнила, что забыла отправить письма. Флойд покорно притормозил и свернул к ближайшему почтовому отделению. На сей раз вопрос о том, пойдет Эл или посидит, даже не обсуждался. Флойд взял два конверта, которые она ему протянула, и внимательно посмотрел на адреса.

— Наконец-то вспомнили о мамочке?

— Да! — покраснела она.

Но при взгляде на другое письмо брови его нахмурились.

— Это мой коллега, тот, кто помог мне найти последнюю работу в Цинциннати, — как-то совершенно автоматически доложила ему Элис.

Она невольно залюбовалась на своего деспота, когда он пружинистой походкой направился к зданию почты. Представила почему-то, как Флойд раздевается, но не так, как тогда… совсем иначе. Эл вообще-то неплохо знала себе цену и не сомневалась, что внешне они вполне подходят друг другу. Что же касается физической близости… О, если бы не его дурацкий характер!

Вернулся Флойд повеселевшим, пожалуй, даже подозрительно благожелательным. Он тут же включил двигатель, но выезжать на шоссе не стал, притормозив около безлюдного скверика.

— Будьте умницей, — вкрадчиво начал он. — Назовите реальную цену. Что нужно сделать, чтобы вы оставили мысль о ранчо? А главное, давайте попробуем спокойно разобраться в том, что с нами происходит.

— Между нами ничего не происходит!

— Вчера, после неудавшегося эксперимента, я долго не мог заснуть. Скажите честно, неужели вы сразу же повернулись на бок и заснули?

— Зачем?… — Элис облизнула пересохшие губы. — Вы же все равно не верите ни одному моему слову!

— Разве я могу поверить серьезности вашего утверждения, что между нами ничего не происходит? — Флойд вдруг ласково обнял ее за плечи и просунул одну ладонь под свободный воротничок блузки. Пальцы другой руки слегка приподняли подбородок Элис так, чтобы их глаза встретились.

— Так хочется поцеловать тебя. Но… ничуть не меньше свернуть шею. — Его губы были уже совсем близко.

Уклоняясь от поцелуя, Элис спрятала свое лицо у него на плече. И смутилась окончательно. Этого только не хватало! Она осторожно отодвинулась к дверце, но Флойд все равно почему-то оказался на прежнем расстоянии.

— Я не могу понять, что же вам от меня в конце концов надо? — с отчаянием выдохнула Элис.

В ответ раздалось какое-то бравурное постукивание по рулю.

— Что же тут не ясно? — соизволил обронить Флойд после некоторой паузы. — Бабушка очень хочет правнуков. Кстати, она прекрасно понимает, что обычное плотское влечение между нами станет ей одним из самых надежных помощников…

— Пожалуйста, Флойд, перестаньте искушать меня. — Элис старалась говорить убедительно, но волнение подвело. Произнося его имя, девушка невольно перешла на шепот.

— Мне казалось, я вполне членораздельно объяснил свои желания.

Слишком ясно и недвусмысленно. Ну почему она не может сейчас взять и расправить свои крылья? Улететь бы от этого занудного психа навсегда…

— Ваши желания меня мало волнуют, — устало огрызнулась девушка.

— Спасибо. Я тоже не особенно зацикливаюсь на твоих переживаниях, — рубанул Флойд. — Просто хочу знать, во что же мне конкретно обойдется наше соучастие в игре, каковы твои аппетиты. Неужели опять не понятно?

— Вы можете сэкономить кучу денег, не предпринимая со мной никаких совместных действий, — устало ответила Элис.

— Но я желаю наших совместных действий, — мягко пояснил он.

Ну что можно противопоставить такой наглости?! К своему стыду, Элис обнаружила, что вот-вот разревется. Почему же его слова так больно задевают ее?

— Хорошо… — встряхнулась Элис. — А как с желанием придушить меня?

— Да очень просто. Я далеко не всегда тебе доверяю.

— Но почему? Что я сделала не так? — Элис непроизвольно потянулась к нему.

— Если вы не намереваетесь получить больше, чем было предложено, то почему же отказались дать расписку тогда?

— Чего же тут непонятного? У меня, как у всех нормальных людей, есть гордость. Почувствовала себя униженной. А хотите, я подпишу любую вашу бумагу? Если вам от этого станет легче.

На лице Флойда отразился откровенный испуг.

— Так… А во что мне это обойдется?

— Пустяки. Сто тысяч долларов, — беззаботным тоном произнесла Элис.

— Я вижу, что цена пошла вниз. Пожалуй, надо скорее решить эти проблемы. — Он включил зажигание. — Считайте, что дело сделано.

Элис в буквальном смысле оцепенела и никак не могла отреагировать на такой финал. Он не шутил. Флойд поверил тому, что она сказала… Господи! За кого же он ее принимает?

Пока они ехали к дому, Элис, несмотря на то что голова раскалывалась от боли, пыталась осмыслить ситуацию. Выходило так, что она разыгрывала роль совестливой чистоплюйки до тех пор, пока Флойд не признался, что между ними что-то происходит. Следовательно, теперь у него есть повод считать свою сексапильную персону решающим гарантом сделки. Конечно, в сочетании с чековой книжкой и ранчо, которое рано или поздно будет его собственностью. Странно, какие же он может строить планы в отношении их будущего, если считает ее столь расчетливой и циничной?..

Бросив автомобиль прямо у входа в дом, Флойд сразу же потащил ее в свой кабинет. Как только девушка расположилась в кресле перед столом, он с самодовольным видом подсунул ей тот самый треклятый «меморандум» и ручку. Сам же, скрестив руки на груди, чуть отступил назад.

Элис, не глядя, расписалась там, где предусмотрительно была поставлена галочка, и брезгливо отодвинула от себя гнусную бумажонку. Не спуская с нее глаз, Флойд поистине с королевским величием взял документ и спрятал его в небольшом стенном сейфе, за картиной. Затем достал чековую книжку и потянулся к письменному прибору.

— Не утруждайтесь, мистер Ламберти. Я не буду вытягивать из вас деньги. И денег вашей бабушки не хочу. Мне не нужно ваше ранчо. Я стараюсь вдолбить вам это снова и снова.

Флойд молча выписал чек и протянул ей. Но тоненький листочек моментально постигла участь больничного чека. Осталась лишь крохотная горстка обрывков на краю стола.

— Мне от вас ничего не нужно!! — завизжала Элис. — Видеть тебя больше не могу!

— Ну, так уж прямо и ничего? — Его взгляд жадно впился в ее разгневанное лицо.

Она замерла, как не может двинуться олень, попавший в свет автомобильных фар. Это был словно гипноз. Флойд подошел к девушке и запустил руку в копну ее волос. Каждая прядь трепетно просачивалась сквозь его пальцы. Какая-то сладостная пытка! Она приказала себе немедленно подняться и оттолкнуть его. Но вместе с тем не могла не отдавать себе отчета в том, что эта мимолетная ласка породила в ней смутное волнение и неоправданные надежды. Конечно, Элис осознавала, что для оптимизма нет никаких оснований. Но что-то ведь происходило между ними? Он смотрел на ее губы таким по-настоящему голодным взглядом, что заподозрить какую-либо игру с его стороны было невозможно. В глазах Флойда светилось желание, оно чувствовалось в напряженности всего его тела, когда он потянулся к ней, одновременно стараясь себя преодолеть. Это был момент, когда он не играл ни в какие игры.

Губы Элис непроизвольно приоткрылись от предвкушения поцелуя. Веки вдруг отяжелели. Она почувствовала, как вздымается и опускается ее грудь в такт ударам сердца, ускоряющего ритм. Зато дыхание стало почти неощутимо. И тут Элис ощутила сладкую грусть. Она сознавала, что это, наверное, последний шанс пережить то, что было так желанно. Пусть все катится к черту! Флойд колебался не больше секунды.

Уста их неистово слились, когда он поднимал Элис из кресла. Когда он наконец оторвался от ее уст, Элис была не в силах открыть глаза. Она отвернулась от Флойда и тихо, горестно вздохнула. Теперь становилось ясно, как все могло быть, если бы им довелось встретиться при других обстоятельствах.

— Неужели ты и теперь скажешь, что ничего не хочешь от меня? — спросил он с необычайной мягкостью в голосе.

— Прошу тебя… — Элис отвела глаза в сторону. — Никогда не прикасайся ко мне больше.

— Да что с тобой? — вскинулся он. — Я не понимаю твою реакцию. Мне показалось, что мы наконец сумели перешагнуть через все дурацкие условности и теперь вполне могли бы… — Он стал подбирать подходящие к случаю и ситуации слова, а его манящая улыбка выражала мольбу и передающееся ей желание.

— Я же подписала ваши бумаги. Что, этого мало?

— Опомнись, Эл, что ты мелешь?!

— Вы мне не доверяете, и я подписала ваши дурацкие бумаги. Что еще вам от меня нужно?!

Он попятился от нее, как от ядовитого насекомого.

— Ты… хочешь сказать, что тоже не доверяешь мне?

Осознать, что кто-то осмеливается ставить честь Ламберти под сомнение, для Флойда было просто невозможным. Впрочем, как и то, что ему можно отказать в исполнении желания. Например, не дать понравившуюся игрушку.

— А почему, собственно, я должна вам верить? — нанесла новый удар Элис. — Вы довольно прозрачно намекнули, чего вам надо. Но получить это вы желаете без всяких обязательств со своей стороны. Более того, вы оставляете за собой право в любой момент остановить игру по вашему желанию. Я не могу позволить себе роскошь жить по таким правилам.

Флойд уселся на край стола, прямо на обрывки своего драгоценного чека.

— Так чего же вы хотите от меня?

— Того же, чего бы хотела любая порядочная девушка на моем месте. — Элис с трудом дотянулась до костылей, которые он прислонил к столу. — Настал ваш черед обдумать мое предложение. А сейчас я хотела бы остаться одна.

7

У Элис было чувство, что она столкнулась со смерчем и выжила. Но второй раз испытывать судьбу уже не хотелось. Девушка стояла на пороге кухни и наблюдала, как миссис Тэнниш колдовала над почти готовым пирогом.

— Красивый гипс, — одобрила Амелия, увидев новенькую розовую оболочку. — Ну и что сказал доктор Беркли?

— Он велел еще недели полторы ковылять на костылях, а потом отбросить их, снять гипс и начать новую жизнь. — Эл вздохнула. — Мне бы надо поскорее выбраться отсюда, миссис Тэнниш. — Ей очень не хотелось выглядеть жертвой, но слезы опять неумолимо наворачивались на глаза. Амелия оставила свой пирог и, вытерев руки кухонным полотенцем, слегка подтолкнула девушку в сторону столовой.

— Что произошло, дорогая? — Голос Амелии звучал искренне и задушевно. — Пойдем-ка выпьем по чашечке кофе.

Что же я могу ей рассказать? — прикинула в уме Элис. Что он поцеловал меня и пообещал дать большие деньги? Нет, это полный абсурд!

Когда Амелия поставила на стол две большие чашки и повторила свой вопрос, Элис уже почти что успокоилась.

— Мне не нужны ни ранчо Карен, ни деньги Флойда. Мне не нужно вообще ничего, кроме… кроме… Я просто не могу понять, почему вдруг все стало таким сложным.

Миссис Тэнниш понимающе усмехнулась.

— Так, приветствую нового страдальца ранчо Ламберти! — Мудрая домоправительница вздохнула, изображая глубокую скорбь.

— Мне кажется, Карен и Флойд так любят друг друга. Но в чем же проблема? Почему ранчо и деньги стали яблоком раздора?

— Дело в том, что Фло — не подарок. Причем во многих отношениях. Он строптив, как его бабушка и дедушка вместе взятые. Трудно судить, насколько права Карен. Ведь она сама избаловала мальчишку с пеленок. А сейчас объявила ему войну не на жизнь, а на смерть. Боюсь, что победителей здесь не будет.

Элис учуяла, что беседа принимает нужный оборот.

— А почему Флойд так боится нового брака? Неужели в первый раз все было так ужасно?

— Не знаю… вряд ли. Думаю, главная причина — в его родной семье.

— Неужели пример Карен и Брюса?

— Ну, что вы! Вовсе нет! На него так подействовали отношения Майкла и Линды — его родителей.

И тут до Элис дошло, что она еще ни разу не слышала о матери Флойда. Как-то даже не довелось вспомнить о ее существовании, столь ловко обходили Ламберти закрытую тему.

— Я считала, что она погибла вместе с мужем в авиационной катастрофе, — продолжала прощупывать свою собеседницу Элис.

— Нет, — сказала миссис Тэнниш. — Линда и Майкл развелись, когда Фло было всего три года. Она ненавидела ранчо. Ей хотелось сделать карьеру. Малыш оставался здесь, а она уехала. Пару раз в году эта вертихвостка появлялась на ранчо, чтобы исполнить якобы свой материнский долг. И так было до самой гибели Майкла.

— А потом?

— Она закончила колледж, получила хорошую работу в солидной фирме. Сразу же посыпались требования, чтобы Флойд переехал жить к ней.

— И Карен это не понравилось?

— Не «понравилось» — не то слово. Она буквальна встала на дыбы. А тут еще на ранчо начались сплошные неурядицы… Ну так вот, для порядка они с Брюсом как следует побесились, потом пораскинули мозгами и решили откупиться от Линды.

— Откупились от матери своего внука? Как это понимать? А мать Флойда взяла и продала его?

— Некрасиво, как видишь получилось, — признала Амелия. — Но что было, то было.

— А Флойд знает, что произошло?

Миссис Тэнниш утвердительно кивнула.

— В свое время он не захотел ехать в Детройт, там-то и живет его мать.

— А вообще после этого он с ней виделся?

— Нет, никогда. Для него после такой купли-продажи мать перестала существовать. Да и ее, видимо, устраивала такая ситуация. Она ни разу не прислала даже рождественского поздравления! — Амелия поставила чашку на стол с таким выражением на лице, как будто отведала яда.

Любовь продается за деньги… Не к такому ли выводу мог прийти мальчик в его возрасте, преданный матерью. Амелия как будто прочитала мысли Элис.

— Девушки, с которыми Флойд стал общаться, когда подрос, не улучшили его взгляд на вещи. Еще когда он был безусым юношей, все местные свистушки знали, что из него можно вытянуть больше, чем получить от любого другого сверстника. А когда Брюс подарил ему спортивный автомобиль, тут такое началось!.. Вам это даже трудно представить. — Всем своим видом миссис Тэнниш выказала крайнее осуждение.

— Значит, он до сих пор убежден, что женщины могут интересоваться им, только желая поживиться?

Амелия загадочно улыбнулась.

— Пожалуй, не все так просто. Думаю, у него была масса женщин, которые хотели значительно больше, чем просто получить тот или иной подарок.

Элис сосредоточенно уткнулась в дно своей чашки. Она догадывалась, на что намекает хитрая толстуха. Сама ведь попалась в эту ловушку.

— Признаться, я совсем ничего не знаю о его жене, — задумчиво отметила миссис Тэнниш. — По-моему, и с Карен он никогда об этом не откровенничал. Но как он вернулся к нам после развода, так до сих пор ни с кем и не встречается.

Значит, с первой женой «нанырялся» вдоволь, мысленно подвела итог Элис.

Итак, Флойд искренне убежден в том, что любовь можно покупать, продавать и даже обменивать. Стало быть, как только Флойд заметил ее интерес к себе, то тут же решил, что она включилась в игру и просто набивает себе цену. Он и раньше подозревал ее в стремлении сорвать куш. Неожиданные интриги бабушки окончательно осложнили ситуацию.

— Ну, ладно. — Амелия поднялась и взялась за чашки. — Мне пора заняться делами, но если хотите, я принесу вам чего-нибудь перекусить. Карен с Нейлом обедают в городе. Флойду я напихала в сумку сандвичей.

Элис поблагодарила и сказала, что совсем не голодна.

— Я сделала несколько салатов, — продолжала соблазнять экономка. — Кончится тем, что придется их выбросить. Как не стыдно, молодая леди?

Убедившись, что костыли стоят недалеко от кресла и Элис в любой момент может достать их, миссис Тэнниш поинтересовалась, не лучше ли ей. Девушка подтвердила. Хотя и подумала, что слово «лучше» не совсем уместно. Наконец толстуха исчезла в недрах кухни, и Элис пришла к выводу, что теперь ей многое стало понятней, а от того и на душе легче.

В течение нескольких следующих дней Флойд избегал ее как заразную больную. Он не приходил ни на завтрак, ни на обед, ни на ужин. Обиженная одиночеством, гостья не раз уличала себя в том, что слишком много времени проводит возле окон, сквозь которые она пыталась высмотреть хоть какой-либо след пребывания Флойда на ранчо. Карен вместе со своим женихом растворилась где-то во внешнем мире, а миссис Тэнниш на все предложения Элис помочь ей отвечала вежливым отказом, ссылаясь на то, что все дела уже переделаны.

Однажды утром, когда Элис, одичав от безделья, собралась сотворить какую-нибудь несусветную глупость, из небытия возникла Карен. Девушка в этот момент сидела в кабинете Флойда и листала очередную книгу, которая не вызывала у нее никакого интереса.

— Слава Богу! Все в порядке, — констатировала миссис Ламберти с такой радостью, как будто ей пришлось искать свою гостью в дремучем лесу. — Нам надо поговорить.

Элис не смогла удержаться от улыбки, хотя по блеску в небесных глазах Карен определила, что ее благодетельница вынашивает новый сумасбродный план.

— Да, нам действительно пора уже поговорить. Есть о чем, — решительно подтвердила она.

— О чем это?! — чуть ли не с ужасом воскликнула Карен.

— Вы просто обязаны чем-нибудь загрузить меня. Я хочу зарабатывать свои деньги честно, а потом, скажу откровенно, я уже просто начинаю глупеть от безделья.

— Значит, я прибыла как раз вовремя. У меня очень хорошие новости. Я организовала для тебя обещанную встречу с администратором местной школы. Помнишь? Ник Грайвер.

Карен явно была горда своими достижениями. Она пояснила, что в школе нынешней осенью планируют открыть новые классы. Понадобятся учителя, и кандидатура Элис вызвала большой интерес. Правда, встреча может состояться только после возвращения Грайвера из отпуска. При этом по ее голосу можно было понять, что она очень раздражена тем фактом, что кто-то гуляет себе в отпуске, когда ей, Карен Ламберти, нужно срочно устраивать судьбу «своей девочки».

Элис постаралась успокоить расстроенную компаньонку, заметив, что дело терпит. Но и сама не была уверена в том, что ее кислая физиономия соответствует наигранной бодрости голоса.

— Очень благодарна за такие хлопоты, но мне надо обдумать это предложение. Постоянная работа в самом деле необходима, хотя переезд в Кливленд… Я даже не знаю… — замялась она. Не объяснять же бабушке, что ей, Элис, лучше держаться подальше от ее неистового внука.

— Мне казалось, — обиженно начала Карен, — что ты просто запрыгаешь от радости.

Элис поспешила успокоить пожилую даму.

— Вы меня не так поняли. Мое главное опасение заключается в том, что я не смогу так долго бездельничать.

Карен облегченно рассмеялась.

— Об этом я позабочусь! И еще имей в виду, что Ник Грайвер, увидев тебя, упадет к твоим ногам. Причем вне зависимости от того, примешь ли ты его предложение по работе или откажешься.

Элис сразу же взбодрилась. Как все-таки она любит эту старушенцию! С каким бы удовольствием она виделась с ней каждый день, если бы не закидоны Флойда. Впрочем, если перебраться в город, то не так уж и часто придется видеться с неистовым Флойдом Ламберти. Да и он, наверняка, не будет отсвечивать на родительских собраниях, поскольку из-за своего упрямства не собирается жениться и обзаводиться детьми. Но вслух она произнесла совсем другое:

— Вы что, успели нацелить мистера Грайвера на грандиозный роман со мной?

— Упаси Бог! Он женатый человек. Но тем не менее очень любит красивых женщин. А мои рекомендации и добрые слова Флойда в твой адрес ставят тебя вне конкуренции.

Осыпанная комплиментами, Элис сочла за лучшее притаиться. Но это было еще не все. Оказывается, Карен планировала устроить беседу сразу же после окончания официальной части празднования Дня независимости. Более того, выяснилось, что Элис не будет просто посторонним зрителем на празднике. Ей будет поручен контроль за прохождением парада, а потом ее изберут на какую-нибудь престижную должность, вроде президента клуба садоводов, или на какую-либо еще в этом роде.

— Когда я предложила твою кандидатуру и сказала, что ты совершила подлинно геройский поступок, все согласились, что лучшего варианта им просто не найти.

В полной растерянности Элис сообщила, что не имеет понятия об организации парадов и праздничных шествий.

— Тебе ничего особенного знать и не надо. Просто в соответствии с собственным вкусом определишь, какая колонна была более нарядной и дисциплинированной. Разве это сложно для тебя?

Пока Карен ходила на кухню за соком, Элис готовилась к решающему объяснению со своей опекуншей.

— Даже при условии, что ваш друг гарантирует мне отличную работу, — встретила ее с порога Элис, — я не могу остаться здесь надолго. Поверьте, это не в моих силах…

— Почему? — испугалась Карен. — Тебе здесь не нравится?

— Нет, дело совсем в другом. Если я задержусь здесь, то Флойд будет думать, что я хочу облапошить вас. Стремлюсь к получению завещания. Или еще что-нибудь нехорошее…

— Я хочу, чтобы ты была со мной рядом, детка. Я так привязалась к тебе! И неужели тебе так важно, что он станет думать? — Вопрос был поставлен достаточно прямо.

— Да, мне важно, что он подумает обо мне, — призналась Элис с явной неохотой.

— Так это же прекрасно! — Карен усмехнулась с явным удовлетворением.

— Прекрасно или не прекрасно, я очень прошу, перестаньте строить комбинации с целью включить меня в число участников тотализатора «Битва за наследство Карен Ламберти».

Сейчас в подспудном всплеске ярости Карен как никогда напомнила ей Флойда. Перепугавшись, Элис поспешила объяснить, что она лишь процитировала «послушного мальчугана». А Карен необычайно твердо заявила:

— Никто из вас, даже ты, не в состоянии контролировать мои намерения и решать, кому я оставлю ранчо де Ламберти.

И тогда, собравшись с духом, Элис дерзнула раскрыть козырную карту.

— Мне ваш внук… далеко не безразличен!

— Те, у кого есть глаза, прекрасно это видят! — Карен и глазом не моргнула.

— Но ваша хитроумная политика с наследством лишает всякой перспективы мои отношения с Флойдом.

— Я на твоем месте не была бы так категорична! — В голосе пожилой дамы слышалось неудовольствие.

— Вы с полной определенностью заявили, что хотели бы видеть меня и Флойда вместе. — Элис уставилась на муху, ползущую по журналу на противоположном конце стола. — Честно признаюсь, что это очень для меня лестно, но…

— Если я смогу удержать тебя здесь на достаточно долгое время, — горячо возразила Карен, видимо, считая, что «компаньонка» своим поведением ставит под угрозу ее планы, — то почти уверена, что Флойд в конце концов образумится и все оценит правильно.

— Он никогда не сумеет поверить в мою бескорыстность. — Элис не рисковала поднять глаза на проницательную леди. — Да и почему бы ему не думать так? Разве я вписываюсь в этот интерьер? Я смотрю за окно, вижу около гаража какие-то гигантские зеленые машины и даже не могу объяснить себе, что я вижу.

— Эти машины прессуют сено, — пояснила Карен будничным тоном: можно было подумать, что теперь ее подопечная сразу же начнет разбираться в сельскохозяйственной технике. — Не надо заговаривать зубы старухе. Посмотри мне прямо в глаза и честно скажи, что же тебя волнует по-настоящему?

— Значит, так… — бойко начала Элис, но тут же сникла. — Я ведь бедна как церковная мышь. Флойд видел, что у меня есть на самом деле. Точнее, видел, чего у меня нет. Вы послали его за моими вещами в ту самую «конуру». Он знает, что я дважды была готова взять от вас деньги. К тому же вы дразнили его завещанием в мою пользу. А он и без того болезненно мнительный парень.

Карен попыталась прервать ее, однако «деточка» уже завелась.

— Я даже не могу заработать на оплату собственных счетов. Вот он и думает, что я слоняюсь и ищу возможности выманить деньги, вместо того чтобы их зарабатывать. Любой так бы мог отреагировать на его месте.

— Какая чушь! Или ты действительно не видишь, что вы с Флойдом очень подходите друг другу? Нет, я отчасти понимаю тебя… В юности мне тоже безумно хотелось ни от кого не зависеть чего бы это ни стоило. Но пойми, твое место здесь, с Флойдом! Как когда-то было мое с Брюсом…

От логически безупречных доводов Элис пожилая дама не оставила камня на камне. Оставалось только слабо обороняться.

— Все это звучит очень красиво, но Флойд никогда не сможет изменить свое мнение обо мне. А в его глазах я выгляжу такой хищницей! Особенно, когда вы угрожаете отдать мне то, что ему дорого не в меньшей мере, чем вам самой.

— Неправда, я говорю совсем о другом. Я хочу, чтобы ранчо стало вашим общим. Флойду нужна женщина, которая в состоянии по-настоящему полюбить его, кому он мог бы отдать и свою любовь, и все, что имеет.

— Я знаю об этом, — тихо призналась Элис. Непрошеные слезы застилали ее глаза. О, как бы ей хотелось, чтоб Флойд подарил ей свою любовь. Но вида она не показала. — Оставим иллюзии. У меня очень много требований, Флойд знает о них. А ему трудно отделаться от убеждения, что любовь всегда смешивается с материальными интересами. — Заметив, что причиняет Карен боль, девушка смолкла. Ведь ей вовсе не хотелось этого.

— Понятно… Тебе все рассказала Амелия?

Элис осторожно положила свою ладошку на руку Карен.

— Вы сделали то, что считали правильным и нужным в тот момент. Представьте себе, как бы у него сложилась жизнь при такой женщине, какой была его мать?

— Ты пытаешься все поставить на рациональную базу, как когда-то поступала я сама.

— Но в любом случае изменить уже ничего нельзя. Что же теперь думать задним умом? К тому же Флойд вырос в любви. Я по себе знаю, что человек может обойтись без многого, но как расти без тепла близкого человека, просто не представляю. Моя мама дала мне и сестре любовь, и это заменяло нам очень многое.

Карен глубоко вздохнула.

— Спасибо тебе, девочка, за то, что ты все правильно понимаешь.

— Это не так трудно. Разве не видно, как сильно вы любите своего внука. — Элис всеми силами старалась хоть немного взбодрить ее. — Я подписала тот так называемый «документ». Теперь Флойд может не волноваться по поводу того, что я хочу захватить вашу собственность.

— Какие бы бумаги он ни подсовывал, никто не в силах помешать мне отдать тебе все, что я захочу. И вообще я не собираюсь останавливаться на полпути!

Наверное, нет на свете человека, который в состоянии переспорить ее, уныло подумала Элис.

— Вы можете ставить любые цели и добиваться их выполнения. Но только не сталкивайте меня с вашим внуком лбами! Простите, но больше слышать не могу о вашем наследстве!

— Уж не хочешь ли ты сказать, что я выжила из ума и развлекаюсь кознями? — чуть слышно спросила Карен. В один миг она вся поблекла и стала похожа на безразличную ко всему, уставшую от жизни старуху.

— Нет, я имела в виду совсем другое. Вы его слишком боготворите и из-за этого иногда проявляете неумеренный энтузиазм.

Карен грустно и вместе с тем с надеждой посмотрела на собеседницу.

— Ты его любишь, Эл?

— Нет… Не знаю… Может быть. — Элис хотела сейчас быть предельно искренней. — Это сейчас не имеет никакого значения. Если бы мы встретились в другое время и при других обстоятельствах… — Она вновь поймала себя на бестактности по отношению к Карен. — Знаете, на днях я достаточно ясно дала понять Флойду, что была бы рада, если бы он стал отцом моих детей. — Признание Элис прозвучало очень сухо.

— Так что же, он никак не отреагировал?

Элис неопределенно пожала плечами.

Карен быстро встала и заявила, что ей срочно надо возвратиться в город.

— Не беспокойся, — обратилась она к Элис. — Я больше не собираюсь совать нос не в свои дела. Я во многом ошибалась в своих суждениях. Но теперь знаю, как надо поступить.

Элис прикусила язык, хотя ей очень хотелось повторить: «помните, вы пообещали не вмешиваться!» Но в глубине души она молилась, чтобы это вмешательство продолжилось и привело к тому результату, о котором она в глубине души мечтала.

Миссис Тэнниш, появившаяся через несколько минут, остановилась как вкопанная, увидев расстроенную Элис в одиночестве.

— Что случилось? Я увидела, как машина Карен рванула с места, взбивая пыль, и подумала, что вы вместе поспешили куда-то. Что она сказала? Куда поехала?

— Вспомнила вдруг о каком-то неотложном деле в городе.

— С Нейлом?

— Она не упоминала его.

— Угораздило же ее выбрать самый жаркий день за все лето, чтобы отправиться куда-то шляться, — раздраженно проворчала Амелия. — Карен совершенно забывает о своем возрасте!

Жары-то как раз Элис не замечала. В огромном доме работали мощные кондиционеры, поэтому погода внутри была постоянной.

Миссис Тэнниш уже собиралась уйти, когда Элис озадачила ее вопросом:

— Как далеко отсюда до пруда? Я смогу добраться туда на костылях?

— Вы собираетесь выйти из дома в такую жару?

— Мне просто необходимо чем-то заняться. Я хотела увидеть этот пруд с самого первого дня пребывания здесь. А потом я соскучилась по Чарри. Наверное, он совсем забыл свою хозяйку.

Амелия как-то странно посмотрела на девушку и посоветовала ей не быть долго на солнце. Для нее, не привыкшей к местному климату, это может кончиться печально.

Элис не заметила, как долго просидела на травке, около прохладной и мирной воды. Очнулась лишь, когда до нее донесся голос Флойда.

Тяжело вздохнув, она посмотрела в сторону дома. По аллее к ней быстро приближался Флойд, а за ним семенила запыхавшаяся миссис Тэнниш. Они возбужденно переговаривались между собой. Господи, неужели что-то случилось с Карен? Девушка подобрала костыли и двинулась навстречу.

— Сосед нашел пустой автомобиль бабушки на обочине по дороге в город! — выпалил Флойд. — Заехал к нам узнать в чем дело.

Амелия добавила, что пока никаких следов происшествия обнаружить не удалось. Она подошла к Элис и остановилась в тени деревьев, а Флойд откинул черную широкополую шляпу на затылок, и глаза молодых людей встретились.

— Бабушка не намекала, куда собиралась?

Элис отрицательно покачала головой. Она почувствовала, как пот градом катится у нее между лопаток. Жара ли усилилась или это было следствием появления Флойда, судить трудно.

— Она сказала, что у нее в городе какое-то важное дело, — вдруг припомнила Элис.

— И это все? Ну, ладно, — вздохнул Флойд. — Придется прочесать окрестности.

— Может быть, я тоже могу чем-то помочь? — робко спросила Элис.

Флойд пренебрежительно махнул рукой и заявил, что она будет скорее помехой, чем помощником.

— Тебе лучше подежурить на телефоне, — мягко предложила Амелия, улыбкой стараясь поддержать Элис, подавленную новым проявлением его хамства.

Понурившись, Элис заковыляла к дому. Она еще поднималась на крыльцо, когда машины Флойда и миссис Тэнниш, вырвавшись на развилку за воротами, разъехались в разные стороны.

Элис приготовила себе чай со льдом и уселась в гостиной. Только бы с Карен все было хорошо… Ведь это из-за нее бедняжка так разнервничалась.

И когда минут через сорок раздался телефонный звонок, ее резануло как ножом.

— Хозяйка нашлась! — сообщила Амелия. — Она случайно захлопнула дверь, а ключи остались внутри. И четыре мили бедная Карен тащилась пешком по этой адской жаре. Когда Флойд подобрал ее на обочине, она уже чуть ли не теряла сознание от жары. Он думал, что у бабушки солнечный удар. Но доктор Беркли его успокоил.

— А вы сейчас в клинике?

— Нет, я звоню от соседей, в нескольких милях южнее от шоссе. Я тебе сегодня нужна?

— Спасибо. Не беспокойтесь. Только позвоните еще, если можно.

— Ну тогда пока! Да, знаешь, хорошо о ней сказал Флойд: «Наша бабуля слишком жадна до жизни, чтобы так легко умереть».

8

Следующие несколько дней для обитателей ранчо были похожи друг на друга. Они были заняты визитами в клинику, куда поместили Карен, которой надо было рассказывать новости и всячески развлекать. Пострадавшая вела себя как настоящий тиран и замучила всех своими капризами. Когда ее в один прекрасный день перевезли домой, стало еще хуже. Но все относились к домашнему деспоту с такой любовью, что ничего противопоставить ее выкрутасам не могли и не решались.

Как-то, оставшись наедине со своей компаньонкой, Карен лукаво подмигнула ей.

— Вот видишь, как оригинально мне удалось занять тебя, детка. — По ее голосу чувствовалось, что почтенная дама действительно довольна собой. Она даже попросила Эл сделать какой-нибудь алкогольный коктейль, сославшись на то, что «горло пересохло от волнений». Элис послушно захромала в соседнюю комнату, где находился бар. И, едва оказавшись в коридоре, врезалась в нечто твердое. Как выяснилось через секунду, это был не призрак, не гангстер, а Флойд, который, похоже, неспроста здесь вертелся.

Он таинственно указал пальцем в сторону комнаты бабушки и пояснил, что караулит ее. Разумеется, Карен тут же услышала его голос и для верности спросила:

— Это ты, Фло?

Он закатил глаза так, что Элис прыснула от смеха, и громко подтвердил, что это он — ее внук.

— Трус, — констатировала беспощадная леди, а ее компаньонка состроила при этом смешную рожицу.

— Дважды трус, — легко признался Флойд.

— Вы, двое, о чем вы там шепчетесь, а мне не слышно?

— Это не о тебе, бабушка. Я через несколько секунд буду.

Теперь его внимание было целиком посвящено Элис, и она занервничала. Вдруг зачем-то продемонстрировав ему шейкер и объяснив, что идет за льдом, она попыталась двинуться дальше. Но он заступил дорогу и оказался перед входом в холл. Элис беспомощно остановилась, ожидая, что Флойд будет делать дальше.

— Между прочим, я сейчас занимаюсь выполнением своих прямых обязанностей. И если не хочу получить отставку, то должна немедленно вернуться к вашей бабушке.

— Я знаю. — Флойд на сей раз говорил без тени иронии. Он нежно коснулся пальцем ее щеки. — Я даже знаю, что должен извиниться перед вами.

— Ладно, забудем об этом. Обойдется. — Элис была настроена миролюбиво.

Палец Флойда соскользнул на ее губы.

— Нет, не забудем. Я долго обдумывал и формулировал то, что хотел сказать вам. Если я просто попрошу прощения, хватит ли этого, чтобы мы снова стали друзьями?

Опять что-то новенькое! Разве они когда-нибудь были друзьями?

— Куда ты запропастился, Флойд? — уже более настойчиво напомнила о себе Карен.

— Иду, бабушка.

Они о чем-то тихо разговаривали и тут же замолчали, когда Элис появилась в комнате спустя несколько минут. Элис намеревалась расположиться в кресле, но услышала странный совет Флойда:

— Не устраивайтесь капитально. Бабушка согласилась со мной, что настало время показать вам наше ранчо, тем более, что можно будет обойтись без костылей.

Элис озадаченно переводила глаза с бабушки на внука. Карен хитро улыбнулась, моментально помолодев, как это бывало всегда, когда она находилась в отличном расположении духа.

Миссис Ламберти пояснила, что к дверям на задний двор сейчас подгонят оригинальный экипаж на четырех колесах.

— Поездка может показаться не очень комфортабельной, — заметила она. — Но это гораздо лучше, чем ковыляние по жаре на костылях.

Элис, конечно же, попыталась найти пристойный предлог, чтобы отказаться от сомнительной поездки наедине с Флойдом, но ее наивные аргументы были сразу же отметены.

— Как твой наниматель, я приказываю тебе отправиться в это маленькое путешествие. Можешь считать, что находишься в рабочей командировке!

— А ты тем временем выберешься из постели и станешь нарушать режим? — ввернул Флойд.

Глаза у бабушки лукаво замерцали.

— Я и так к полудню должна встать, потому что приезжает Нейл. В конце концов, я имею право на личную жизнь?

— Ты странно поступаешь, бабушка. Берешь себе компаньонку, а потом ищешь повода побыть в одиночестве. — Увидев выражение лица Элис, он моментально осекся и подал ей руку. — Труба зовет, нам пора отправляться в путешествие.

— Желаю приятно провести время! — Карен буквально просияла.

Возникшие у Элис подозрения о заговоре, который плели против нее бабушка и внук, укреплялись все более.

Подлинной наградой, как только она в весьма смятенных чувствах ступила на землю заднего дворика, был верный Чарри. Элис наклонилась и погладила пса, ожидая услышать, что Флойд сейчас недовольно поторопит ее. Но он вместо этого нагнулся и поднял щенка так, чтобы хозяйка могла, не рискуя подвернуть поврежденную ногу, потискать незаслуженно забытого. Элис притворилась поглощенной общением с Чарри, но Флойд ни о чем не догадался. Не могла же она дать понять своему спутнику, что влюблена в него, как бы это ни было глупо и безнадежно. Сколько она передумала за ту неделю, что не видела Флойда! И маскируя все, что на нее накатилось, Элис чуть фальшивым голоском обратилась к Чарри:

— И где же ты прятался, мое солнышко?

Вместо урчащего щенка ответил Флойд.

— По мнению одного моего товарища, великого знатока собачьих пород, Чарри со временем будет золотым медалистом. У него — голубая собачья кровь. А какое здесь для него раздолье!..

Элис порадовалась, что за несколько дней ее телохранитель очень прилично подрос. А Флойд, еще недавно взиравший на пса с откровенной неприязнью, выразил при этом надежду, что Эл не придет в голову мысль морить в городе бедное животное, привыкшее к сельским просторам. Услышав это, девушка вздрогнула. Она не могла сейчас даже представить себе, как снова окажется в одиночестве в чужом городе, без Карен и Амелии… без Флойда. Она уже так привыкла к жизни на ранчо!

Элис так прижала к щекам шелковистые ушки своего любимца, что тот слегка взвизгнул.

— А мы не могли бы взять его с нами? — осторожно спросила она, когда они уже подошли к фургону, около которого суетился здоровенный рыжий парень в пыльном комбинезоне.

— Не вижу препятствий. — Флойд коротко свистнул, и пес послушно оказался рядом с его ногой. Сердце Элис сжалось, когда она увидела этот наглядный пример умения Флойда влиять на того, кого он выбрал себе в друзья.

Повозка сильно смахивала на музейный экипаж переселенческого быта. В фургон были впряжены две лошади. Одна из них, желая привлечь к себе внимание, ткнулась мордой в плечо девушки. Элис вздрогнула и была готова разрыдаться, охваченная каким-то бессознательным, щемящим чувством. Флойд заметил ее состояние и поинтересовался, в чем дело. Она честно призналась, что чуть ли не впервые видит живых лошадей в такой близости и побаивается их. Оба мужчины снисходительно усмехнулись.

— Не бойтесь, — успокоил ее рыжий верзила. — Каро — весьма смирная кобылка.

Флойд протянул руку, и лошадь обнюхала его ладонь.

— А сейчас я их угощу сахаром, — сказал он и протянул руку теперь уже стоявшему рядом с кобылой жеребцу. — Здорово, Ришар! — Зайдя за повозку, Флойд стал что-то там проверять.

Тем временем парень от души устилал дно фургона сеном. Он пояснил, что так поступали их предки, так делают и сейчас. Лучше такой подстилки и придумать ничего нельзя.

Похоже, Элис очень ему понравилась. Исподтишка он все время поглядывал на хорошенькую гостью. И Элис с удовольствием поддержала невинную болтовню.

— Попробуйте заставить хозяина спеть для вас. Не пожалеете. В школе он был солистом фольклорной группы.

С деланным удивлением, заметив, что Флойд все слышит, она спросила:

— Неужели он действительно умеет петь?

— Я умею делать массу вещей, в том числе и петь. — Он обхватил девушку за талию, бережно подсадил ее в фургон и тут же оказался рядом, перебирая вожжи.

— До скорого, Билли! Постарайся сегодня все-таки разобраться с комбайном!

Лошади поняли задачу самостоятельно. Зато Чарри, заслышав свист, спокойно побежал справа, чуть позади фургона, как будто этим только и занимался всю свою недолгую жизнь.

Узкая накатанная дорога шла вдоль плантации. Потом они миновали пастбище и, огибая небольшие холмы, перемежавшиеся аккуратно скошенными лужайками, свернули к реке.

— Пару дней назад миссис Тэнниш организовала мне небольшую экскурсию, — призналась Эл. — Она показала оранжерею, зимний сад и дом, в котором живет с мужем.

Флойд кивнул, но, казалось, был глубоко погружен в свои мысли.

— Когда-то, во время реконструкции главного здания, там обитали Карен с Брюсом. — В его голосе слышалась гордость за родных, посвятивших всю свою жизнь усадьбе.

Вскоре фургон остановился близ огромного платана, которому по всем признакам было лет двести, не меньше.

— Еще одна фамильная реликвия. — Флойд указал рукой на живой исполинский памятник своей эпохи. — На ветви этого платана мой прадед собирался повесить своего наемного работника, уличенного в конокрадстве.

Элис звонко рассмеялась.

— Захватывающая история из собрания легенд о Мишеле де Ламберти?

— Не знаю… Но дедушка клялся, что все так и было. Ветка сломалась… И Мишель решил, что это судьба. Работника простили и отпустили, он поклялся больше не грешить. Так что финал вполне благополучный…

Их глаза встретились. Так вот почему, дружок, ты меня пригласил в эту поездку! — подумала Элис. Хочешь наглядно показать, как поступают Ламберти с теми, кто пытается завладеть хоть частичкой их собственности.

— Пока вы не будете воровать скот, — нежно склонился к ней Флойд, — вам не грозит ничего. Это дерево — символ не смерти, а жизни. Не казни, а прощения. Но если честно, я сам понял это только сейчас. Теперь превращусь в параноика и буду каждый день дрожать, как бы дерево не засохло в течение моей жизни.

Флойд тронул вожжи, и они, не сговариваясь, безмолвно попрощались с величественным исполином.

Ровное спокойствие пейзажа не утомляло своим однообразием; наоборот, напоминало безбрежный изумрудный океан, ласково омывавший их мирными волнами.

— Сегодня мы не станем забираться слишком далеко. Там, за дубовой рощей, есть крохотное озеро. Очень похоже на миниатюрную копию Эри. Если вам понравится, сделаем привал.

Уголок был действительно райский. На какое-то время Элис забыла обо всем на свете. Даже о Флойде… Между тем, он с чрезвычайно деловитым видом делал последние приготовления к пикнику.

Чудесный сон оборвался, когда Флойд сообщил, что Амелия еще с вечера наготовила для поездки кучу деликатесов, а бабушка «гениально выбрала маршрут».

Окружающий Элис цветной мир стал вдруг черно-белым. Значит, это не его идея? Все подстроила Карен. Хорошо, что он проговорился. Теперь она знает подоплеку.

Пока Флойд возился с лошадьми, Элис рискнула самостоятельно прогуляться по берегу. Но наткнувшись на маленькую черную змею, скользнувшую средь валунов, истошно завопила. Встревоженный Флойд, не глядя, прыгнул с пригорка прямо к ней, на камни, чуть не потеряв равновесия и не свалившись в воду. Он слегка приподнял девушку, обеспокоенно заглядывая в глаза. Его горячее дыхание опалило Элис. Она утратила понятие о времени и пространстве и очнулась лишь, когда увидела, что «дистанция поцелуя» слишком эфемерна.

— Я не хочу продолжения этого спектакля, — беспомощно пролепетала она.

— Ну почему же? Ты так хорошо изображаешь девушку, которая очень хочет, чтобы ее поцеловали.

Эти медленно произнесенные слова будто подстегнули ее.

— Глупости! Это все плод вашего больного воображения! — собравшись с силами, заявила Элис.

— Нет, малышка. Воображение мое тут ни при чем, — раздраженно отрезал Флойд. — Черт возьми, почему ты так все усложняешь? — Не дождавшись ответа, он подхватил ее на руки и по петляющей между валунов тропинке доставил к месту пикника.

С отсутствующим видом Флойд заботливо усадил Элис на плед, разложенный поверх большого плоского камня, и жестом пригласил угощаться. Но хотя она и успела проголодаться, сейчас было не до еды.

— Вы считаете, что я все усложняю, потому что не проявляю интереса к тому, чтобы развлечься с вами?

— Нет, я имел в виду совсем иное. — Он осторожно уселся на краю пледа рядом с девушкой. — Это, к сожалению, была моя не самая удачная фраза.

Элис про себя выругалась. Как только она овладела собой и готовилась высказать ему все, что думает, этот «дипломат» прибегает к обезоруживающей откровенности. Ей оставалось с наигранным интересом наблюдать за тем, как Чарри носится вокруг, все обследуя и обнюхивая.

— Окружающая идиллия, надеюсь, улучшит ваше настроение. — Флойд передал ей большую чашку домашнего лимонада, которая была принята так, чтобы их пальцы не соприкоснулись.

Элис дала себе клятву оставаться равнодушной к обаянию сидящего рядом мужчины.

— Кстати, о вашей работе. — Голубые глаза Флойда имитировали чисто деловую озабоченность. — Если хотите, я поговорю с Ником на следующей неделе о вакансиях, которые появятся в школе. Последнее время я много думал и пришел к выводу, что реальная помощь с моей стороны стала бы лучшим извинением за мое предыдущее поведение.

— Спасибо за добрые намерения. — Сказав это, Элис сухо добавила, что решила не начинать здесь работу и уже поставила Карен в известность об этом.

— Может быть, я сумею разубедить вас и вы останетесь?

— Не исключено. Мне захотелось, чтобы мама и сестра увидели и оценили здешнюю спокойную жизнь. Давно мечтаю оторвать сестренку от компании, в которой она проводит все время. Таких же оболтусов я видела в Цинциннати. Но здесь все по-другому.

— Не идеализируйте. В окрестностях Кливленда своей шпаны тоже хватает. Но в местной патриархальной школе — только дети фермеров. Проще контролировать. Дедушка и бабушка всегда были в курсе того, что я намерен делать.

— Ну и чем же вы предпочитали заниматься в детстве? — Элис почувствовала желание подразнить его.

— Я думаю, тем же самым, что и вы в соответствующем возрасте со своими друзьями, которые вам теперь не особенно интересны.

Элис сделала вид, что ей не понравилась эта реплика, но он заметил, что лишь «почтительно повторил» ее собственные слова. Не оставалось ничего другого, как рассмеяться. Подходит ему такое развлечение? На здоровье! Лишь бы не выкинул чего-нибудь похлеще…

— Думаю, мои детройтские дружки творили гораздо более отчаянные дела, чем благопристойные детишки местных фермеров.

— Вы подчеркиваете, что говорите только о своих шалостях. А у вас есть уверенность, что ваша сестра не способна на что-нибудь покруче? — Флойд передал ей бумажные салфетки.

— Надеюсь, такого не произойдет, как-никак сейчас уже другие времена. — Элис чувствовала себя неловко от его пристального внимания и интереса к ее шалостям.

Она сделала вид, что в данный момент для нее нет ничего важнее салата, приготовленного миссис Тэнниш. Элис упоенно накладывала ложку за ложкой на свою тарелку.

— Страшно то, что Джуди может не повезти так, как повезло мне.

Решив, что ей нечего больше терять в глазах Флойда, она рассказала об одном эпизоде своей юности.

— За два дня до своего восемнадцатилетия я была задержана в магазине, когда пыталась своровать несколько мелких вещей. Полицейский, который задержал меня, не разрешил заплатить, хотя я показала деньги…

Внешне Флойд никак не реагировал на это повествование, только одна бровь поднялась выше другой.

— Полицейский, арестовавший меня, проявил достаточно человечности и потратил массу времени, заставляя осознать то, на что я пыталась закрыть глаза. Он объяснил, что если бы мне уже исполнилось восемнадцать, то есть я была бы на два дня старше, все пошло бы по-другому. Было бы неважно, сколько стоит украденное и то, что я хотела заплатить за эти вещи. Ничего не приняли бы во внимание и судили бы как взрослую. А это несколько лет тюрьмы.

— И именно после этого вы решили вернуться в школу, а потом поступить в колледж.

Почувствовав на себе его цепкий взгляд, Элис сочла нужным уточнить.

— Для начала я нашла работу и стала копить деньги на учебу. Но вы правы в определенном смысле. Именно после этого происшествия я серьезно задумалась о своем будущем.

Флойд, казалось, никак не отреагировал на услышанное. И Элис решила воспользоваться возникшей паузой, чтобы тоже попробовать жареного цыпленка, такого аппетитного на вид. Она с облегчением осознала, что не так уж важно, что он сейчас думает о ней.

Легкий ветерок принимал полнокровное участие в пикнике. Настала очередь Флойда сказать хоть что-то о своем прошлом. И слова эти были неожиданными для Элис.

— У меня в детстве, конечно, были свои взлеты и падения. Но только теперь я могу понять, какой безоблачной была эта пора благодаря окружавшим меня людям. — И он улыбнулся так нежно, что сердце девушки чуть не остановилось. Флойд протягивал ей оливковую ветвь мира!

— Как вам нравится Нейл? — ненавязчиво промолвил он, когда трапеза подходила к концу.

— Мне нравится, как он действует на вашу бабушку. — Элис стремилась ответить как можно более обтекаемо. — Вы не могли не заметить, как с его появлением она преображается и молодеет. Как начинают блестеть глаза.

Элис начала собирать посуду и чуть не рассмеялась от выражения, которое появилось на его лице. Флойд был явно озадачен сказанным, потому что сам этого, видимо, не замечал.

И ей захотелось продолжить разговор на эту тему. Еще бы… Разве не интересно знать мнение мужчины, который одним своим присутствием заставляет трепетать твое сердце?

— По-моему, любовь подразумевает влияние любимого человека на вашу самооценку и мироощущение. Как вы считаете, в этом есть смысл?

— Есть, наверное, но до него еще надо добраться, — признал Флойд после паузы. — Значит, по-вашему, дело не в Добсоне, а в том, что чувствует к нему бабушка?

Элис кивнула в знак согласия. Она была внутренне рада тому, что удалось вырулить на твердую землю. «Тема бабушки» сейчас наиболее безопасна.

— Насколько мне кажется, Карен чувствует себя очень одинокой. И это понятно, их союз с вашим дедушкой был примером настоящей любви и взаимопонимания.

— Да, это правда, — согласился Флойд.

— И еще одна проблема. С Нейлом она уже не чувствует этого одиночества. Поэтому хотела бы с ним не разлучаться. Понимаете?

И вдруг Флойд оборвал «бабушкину тему».

— Давайте лучше порассуждаем о том, что вы заставляете испытывать меня.

Элис вспомнила о каком-то смутном, радостном предчувствии, которое ощутила совсем недавно. Неужели предчувствие ее не обмануло?

— Ладно. Итак, о чувствах, которые я должна вызывать у вас? — Она была рада, что сумела найти безошибочно верную тональность.

— Я схожу с ума по тебе. — Флойд осторожно обнял ее.

Изо всех сил Элис стремилась остаться недоступной, хотя соблазн был слишком велик.

— Вы знаете, что я не могу встать и отойти, но мне хватит сил не позволять вам слишком многого, — холодно предостерегла она.

— Слушай, ну почему ты становишься колючей, словно кактус, стоит мне только приблизиться? Зачем ты меня отпугиваешь?

— Я отпугиваю тебя? — саркастически произнесла она, для приличия пытаясь высвободиться.

— Не прикидывайся дурочкой. Ты не против того, чтобы уступить, но… Что-то останавливает тебя. Признайся в этом.

— Хочешь, чтобы я соврала? — Элис помнила, что подобную ситуацию она воспроизводила в мыслях сотню раз. И знала, что потом ей будет очень трудно. Когда он охладеет… Именно это и пугало ее, а вовсе не физическая близость.

Флойд молча поднялся и начал с хмурым видом зашвыривать в повозку немудреный походный скарб.

— Если вы, отправляясь сюда, собирались меня соблазнить, то зря потеряли время, — с обидой в голосе заявила Элис.

— Нет, на сегодня я такой цели, как ваше соблазнение, перед собой не ставил. Я только хотел немного показать окрестности и…

— Спасибо за экскурсию! Зачем мне это все видеть, если через три-четыре недели меня здесь не будет и я никогда не возвращусь сюда?

— А еще я хотел попросить тебя выйти за меня замуж…

9

Элис мгновенно напряглась. Она была чуть ли не с первого взгляда влюблена во Флойда, а он так и не произнес магического слова «люблю». Тогда зачем эти игры?

— Поженимся, заведем детишек. В таком порядке. Разве не этого тебе хочется? — Сверкающие голубые глаза пристально следили за ее реакцией.

— Но это мое желание. А ведь нас двое. Вам-то зачем на мне жениться? Чтобы просто затащить в постель?

— Идея вовсе не плохая.

— Значит, я угадала ваши намерения?

— Знаешь, я очень хочу иметь детей. Но завести их я мог бы только с тобой. Другой кандидатуры я просто не вижу. Не хочу тебе врать.

— Другими словами, вы предлагаете мне взяться за эту работу? Значит, «моя кандидатура» наиболее подходит для этой цели?

— Я ничего подобного не говорил. Мне нравится твоя… смелость. Черт возьми, чего я несу! — Неожиданно Флойд оказался совсем рядом с ней. — Проклятье, чем больше я узнаю тебя, тем больше привязываюсь! Как заколдованный… Это гораздо сильнее, чем было с Бекки. Ну… Может, поедем домой?

— Бекки? Кто это?

— Моя бывшая жена. — Он был явно не расположен откровенничать.

— Вы женились на ней против собственной воли?

— Нет. Но я попросил бы не углубляться в эту тему. Она принадлежит прошлому.

— Вы ей не были верны?

— Я не говорил этого.

— Но…

— Я встретился с ней перед тем, как уйти в армию. Состоялась помолвка. Как только я возвратился со службы, мы поженились. И после этого узнал, что, пока я был в Европе, она не очень заботилась о том, чтобы сохранить мне верность.

— Фло, милый!

— Побереги свое сочувствие для слабаков! Мне хуже всего было от сознания, что я упустил в Европе столько шансов. Я-то хранил ей верность. Слишком поздно началась перетряска грязного белья. Ничего себе был брак? Нам надо было немедленно расстаться.

— И все-таки почему же вы решили так быстро жениться?

— Тогда мне казалось, что все произошло из-за одиночества, непривычной оторванности от дома. — Голос его звучал безучастно, как будто говорили о совершенно постороннем человеке. — Потом ведь было еще и чувство долга после помолвки. Я отношусь к подобным вещам очень серьезно. Уверил себя, что люблю ее.

— А она отвечала вам взаимностью?

Флойд покачал головой.

— Скорее всего, внушила себе какую-то дребедень. А любила она совсем другое. Деньги, деньги и еще раз деньги! Ей был нужен человек, всегда готовый оплачивать ее счета за развлечения и удовольствия.

Так он получил еще одно доказательство, что все вокруг продается и покупается, подумала Элис.

— Я думаю, что она потеряла больше, — сказала она.

— Не знаю, к моменту, когда были закончены все формальности с разводом, она радовалась. На горизонте маячила кандидатура нового простака, у которого, по ее мнению, бумажник был потолще, чем у меня в то время. Да какое теперь это имеет значение! Мне вот кажется, что я только что попросил тебя стать моей женой. А ответа пока не слышал.

Элис отвела глаза и стала рассматривать, как ее пальчики перебирают узор на джинсовой юбке.

— Я не похожа на Бекки. Почему меня должно заинтересовать ваше предложение.

— Сейчас объясню…

Внезапный, долгий поцелуй лишил ее возможности пререкаться. Элис даже не заметила, как оказалась распростертой на пледе. Его рука была уже под юбкой и продвигалась все выше и выше. Горячий воздух коснулся обнажившегося бедра, как бы предвосхищая страстные ласки. Элис застонала, когда его ищущие губы жадно приникли к обтягивающей грудь тонкой кофточке, с вулканическим исступлением желая преодолеть последнее препятствие.

Сладкая судорога уже начинала сводить их тела в едином ритме, когда Флойд, словно подчиняясь какому-то сверхъестественному запрету, резко отстранился.

— Черт бы побрал все эти выяснения отношений! Едем домой. Немедленно. Иначе я за себя не ручаюсь!

Элис услышала свое имя и подняла голову. Перед ней стояла обеспокоенная Карен.

— Что с тобой? Я зову тебя уже в третий раз, а ты не откликаешься. Где ты, на каком свете?

— Я просто задумалась.

— Это не опасные для меня мысли?

— Опасные! — Элис рассмеялась. Если бы она только знала, о чем я думаю?

— Давай-ка лучше закончим с моей прической, — сухо распорядилась Карен. — Минут через двадцать здесь уже будет Нейл.

Элис помогла ей навертеть какие-то новомодные бигуди, купленные под воздействием рекламы.

— А что вы с мистером Добсоном намерены делать на празднике?

— Да то же самое, что и вы с Флойдом. Покатаемся на аттракционах, наедимся мороженого. И пойдем глазеть на танцы.

Возражать Элис не стала. Она просто для себя решила не идти никуда именно по той причине, что сопровождать ее собирался Флойд.

Он нашел ее в кабинете, где Элис смотрела телевизор.

— Я решила никуда не идти, — категорично сообщила она и поблагодарила за заботу.

— Есть над чем поразмышлять?

— Мне там просто нечего делать. Не танцевать же на этой костяной ноге?!

— Но можно было бы покататься на аттракционах, — неуверенно возразил он.

— Лучше отложу до завтра. Будет меньше народу. К тому же я люблю лишь чертово колесо. А тащиться туда из-за этого смысла нет.

— Тогда я остаюсь с тобой. — Флойд расстегнул пуговицу на вороте праздничной лиловой ковбойки, сел на диван рядом с Элис и положил руку на кожаную спинку.

Девушка вздрогнула. Так для нее выглядел кошмар — быть один на один с Флойдом, когда в доме больше никого нет. На празднике хоть полно людей, и в голову не лезут разные глупые мысли. А как он отлично выглядит сегодня. Впрочем, как всегда… Ей так хотелось, забравшись под эту стильную рубашку, пробежаться пальчиками по его загорелой коже. Разве в таком состоянии можно думать о чем-нибудь серьезном?

— Хочешь, посмотрим вместе телевизор? — предложил Флойд.

— Нет, спасибо. Вам нельзя оставаться здесь, — неожиданно нервно заявила она. — Бабушка будет искать вас на празднике!

— И ты думаешь, что она оставит меня в живых, когда увидит, что я бросил тебя здесь в одиночестве?

— У вас нет обязанности контролировать мои действия.

— Не знаю, считает ли так Карен. — Он властно притянул свою жертву к себе. — Хотя, впрочем, это ее дело, что считать. — В синеющих глазах Флойда запрыгали бесовские искорки. — Возможности, открывающиеся на диване, не менее интересны… чем в твоей спальне.

Элис отскочила, как ошпаренная.

— Я иду одеваться, — прошипела она. — Буду готова минут через пятнадцать.

Провожая ее взглядом, Флойд самодовольно ухмыльнулся.

По пути в город она решила, что «замотает» Флойда у прилавков, которые только им встретятся. Но из этого ничего не вышло. Он молчаливой и безропотной тенью сопровождал Элис повсюду. Казалось, что ему тоже интересно разглядывать все, что привлекает ее внимание.

Когда остановились у киоска с поделками в стиле «кантри», Флойд спросил, нравятся ли ей такие безделушки и может ли «учительница хоть что-нибудь делать своими руками». Элис призналась, что никогда не пробовала. Оказалось, что торгует в киоске соседка Ламберти.

— Рози, птичка, нам нужна твоя консультация. Мисс Редфорд в восторге от ваших изделий. Не могла бы ты как-нибудь на досуге дать ей несколько уроков макраме?

Незамедлительно последовало радушное приглашение в гости, на ферму Осмондов. А когда они вышли на улицу, Флойд перекинул через плечо огромную сумку с индейским орнаментом, набитую всяческими сувенирами.

— Кстати, именно муж Рози, Гарри Осмонд, обнаружил тогда брошенную машину Карен.

— Уж не собираетесь ли вы сделать из меня домашнюю рукодельницу? — ехидно поинтересовалась Элис.

— Боюсь, что за время пребывания на ранчо тебе приходилось общаться в основном с чрезвычайно солидной публикой, — невозмутимо произнес он, проигнорировав ее вопрос. — Пора знакомиться с нашими молодыми соседями.

— Опять благотворительность, — проворчала Элис. — Уж не собираетесь ли вы задобрить меня, чтобы я потеряла бдительность.

Флойд озорно подмигнул ей и кончиком пальца коснулся ее носа.

— Это было бы очень кстати. — Он рассмеялся, и от этого искреннего смеха и свойского жеста на душе у нее стало теплее.

— Ну что, парочка? Я не видела вас целый вечер! — Карен ворвалась в гостиную словно вихрь.

— В самом деле? Какое совпадение? — в тон ей ответил Флойд.

— Нейл и я играли в бинго большую часть времени. Мы попали в полосу удачи, — похвасталась Карен. В ее глазах можно было прочесть некое таинственное удовлетворение. — Как провели время, Эл? Надеюсь удачно? Флойд вел себя прилично?

— Мне кажется, праздник в Кливленде удался. Ваши усилия не пропали даром, Карен, — дипломатично ответила девушка. Элис знала от Флойда, что его бабушка состоит в комитете по подготовке празднования без малого уже сорок лет. — Было очень весело, — добавила она.

— Прекрасно! Мне очень хотелось, чтобы ты развлеклась. — И в этот момент взгляд Карен уперся в их переплетенные руки.

Элис только сейчас осознала, что они так и стоят с того момента, как возвратились. Она быстро отпрянула от Флойда.

— Может, я не вовремя пришла? — тактично осведомилась миссис Ламберти.

— Ну почему же? — Элис сделала удивленное лицо. — Я как раз собиралась подняться к себе. И теперь уже иду. Мне ведь завтра надо принять участие в оценке парада. Значит, необходимо хорошо выспаться.

Карен ласково попрощалась со своей подающей надежды воспитанницей.

— Завтра и впрямь очень суетный день, — обратилась она к Флойду. — Мне тоже пора бай-бай. — И удалилась, мурлыча себе под нос какой-то легкомысленный мотивчик.

Добравшись до верхней площадки лестницы, Элис обернулась, и, конечно же, Флойд истолковал это по-своему. Перескакивая через две ступеньки, он моментально оказался рядом с ней. Желание, горевшее в его глазах, испугало Элис, и она попятилась в сторону коридора.

— Ты забыла внизу свои подарки. — Он протянул ей сумку с сувенирами. — Пусть тебе снятся хорошие сны. — Флойд намекал на рассказ Рози о том, что согласно индейской легенде орнамент, который украшал сумку, отгоняет плохие сны и навевает хорошие.

Однако у Элис были серьезные основания предполагать, что большая часть ночи пройдет без сна.

Флойд и подавляющее большинство обитателей ранчо уехали в город очень рано. Элис слышала, как отправлялась кавалькада. Карен еще пару дней назад сообщила, что одна сконструированная у них платформа для перевозки сена принимает участие в конкурсе сельскохозяйственных машин, который ей тоже предстоит судить. А Джек Тэнниш, муж Амелии, будет участвовать в приготовлении грандиозного обеда для участников празднования.

Настроение, в котором проснулась Элис, вполне соответствовало той странной тишине, которая воцарилась на опустевшем ранчо.

Карен еще минут пятнадцать назад стала поторапливать ее.

— Иду, иду, — в сердцах огрызнулась Элис. Но, спустившись вниз, сочла необходимым извиниться за свой тон.

— Мы все сегодня с утра в хроническом цейтноте, — добродушно усмехнулась миссис Ламберти.

— Но я еще не привела себя в порядок.

— Нет проблем, детка, тебя подвезет Амелия. Если не возражаешь, я поеду с Нейлом. Я обещала подождать его.

— Ну как я могу возражать! — начала Элис. — Просто…

— Не волнуйся, Амелия все знает. Она доставит тебя четко по расписанию. Но учти, в городе надо быть обязательно до девяти, потому что центральные улицы закрываются за час до начала парада. А вам надо запарковаться и дойти до места пешком. — Карен выразительно посмотрела на гипс.

Запыхавшаяся миссис Тэнниш появилась в комнате, как чертик из табакерки.

— Завтракать некогда, — объявила она. — Вот, держите булочку и кофе в термосе. Это можно съесть прямо в машине. — Она почему-то избегала смотреть на Карен.

— Не волнуйся, подружка, все будет хорошо, — успокоила Карен и стала подталкивать ее и Элис к двери. В воздухе чувствовалась какая-то тревога.

— Карен, вы уверены, что нам не стоит подождать вас? — вежливо спросила Элис и взглянула на свои часы. — Сейчас только начало девятого, у нас уйма времени, не так ли?

— Нет, времени у нас совсем нет, — странным дуэтом заявили обе дамы.

— Ну а если Нейл задержится? — не отставала Элис.

— Это невозможно, он точен как часы, — убедительно опровергла Карен.

— Но у него может сломаться машина…

— В таком случае я пропущу парад. Но конец света от этого не наступит.

Миссис Тэнниш ужасно нервничала всю дорогу, и на вопросы спутницы лепетала что-то невразумительное. До города они все же добрались вовремя.

Только после окончания парада Флойд смог подняться на трибуну, где располагалось жюри. Было около часа дня.

— Ну что, как я действовала в сложной обстановке? — с улыбкой поинтересовалась Элис.

— Молодчина! — рассеянно одобрил он. — А где бабушка.

— Я не видела ее с того момента, как мы расстались в доме утром.

Флойд нахмурился, и Элис сочла нужным уточнить:

— Карен осталась ждать мистера Добсона. Хотела ехать только с ним.

— Наверное, не успела проскочить до того, как закрыли улицы, — несколько успокоился Флойд. — Могу поспорить, для нее это трагедия, ведь за всю жизнь моя бабуля, пожалуй, не пропустила ни одного парада.

— Значит, ей надоело не опаздывать, — хмуро сказала Элис, обиженная столь явным невниманием к себе.

— Я смотрю, у тебя не слишком-то хорошее настроение! Тебя что, так сильно утомили твои обязанности?

— Да нет, дело совсем в другом. Страшно зудит нога под гипсом. Поэтому я готова броситься на того, кто позволит себе подтрунивать надо мной, и стукнуть его по голове. — Взгляд ее совершенно определенно говорил, о ком идет речь.

— Так! Моя упрямая невеста сегодня плохо спала. — Он сверкнул белоснежными зубами. — Но, успокойся, с женихом та же самая история.

Настроение Элис чудесным образом улучшилось. Как только они прибыли в парк, Флойд устроил ее в кресле-качалке под тентом, подальше от тех мест, где бурлил праздничный водоворот. Но все же на таком расстоянии, чтобы она могла наблюдать за веселой суетой кливлендцев. А сам, приветливо раскланиваясь по дороге со знакомыми, направился за праздничным угощением.

Супруги Тэнниш подошли с полными до верху тарелками к тому месту, где сидела Элис. Тут же ждали возвращения Гарри Осмонда с добычей Рози и ее маленькая дочь. Первым появился Флойд, и к нему с видом человека, желавшего сообщить нечто важное, сразу же направилась Амелия. Пробормотав что-то о странном поведении бабули, он отвел экономку в сторону. После короткого разговора Флойд возвратился с таким видом, будто из него выпустили воздух.

— Что случилось? — встретил его хор голосов.

— Моя бабушка сбежала со своим возлюбленным. Рванула с Нейлом Добсоном в Лас-Вегас. — Отставив в сторону поднос с лакомством, Флойд наклонился к Элис.

— Ну что, ты едешь со мной?

— Куда?

— Естественно, в Лас-Вегас!

Элис молча подала руку, чтобы он помог ей подняться.

Примерно час у них ушел на то, чтобы оформить документы для полета, а потом добраться до дома и заправить оба бака самолета.

Усаживаясь в кабине рядом с Флойдом, Элис поинтересовалась, не опасно ли лететь ночью. До заката еще было время, но он сказал, что полет может сильно затянуться, если погода изменится.

Уже в воздухе Элис попыталась выяснить, намерен ли он помешать «старичкам» заключить брак.

— Не знаю, вряд ли, но мне кажется, что я должен быть там, — уклончиво ответил Флойд.

Элис кивнула в знак согласия. Она была тронута тем, что он счел необходимым в такой ситуации взять ее с собой.

Солнце уже садилось, когда они приземлились в очередной раз для дозаправки.

— Последняя посадка, — сказал Флойд, отстегивая ремни. — Еще пару часов — и мы должны быть в Вегасе.

Он принес ей плитку шоколада и банку содовой воды.

— Подкрепись, я не дал тебе нормально пообедать.

— Ну, без обеда осталась не только одна я, — заметила Элис и, разломив плитку, протянула ему половину.

Во время этого незабываемого путешествия она успела поразмыслить о многом. Разительный контраст отличает их судьбы. Для Флойда жизнь напоминает постоянно меняющийся под крылом пейзаж. Он мог отправиться когда хотел, куда хотел и с кем хотел. Были и в его жизни проблемы, но достаточно относительные. Главное, что он волен поступать так, как хочется ему.

Она же ехала по жизни в старом скрипучем фургоне, затерянном на еле различимой, неухоженной дороге. Как раз такая петляла сейчас внизу, среди возвышенностей и холмов штата Нью-Мексико. Неожиданно Элис пришла к выводу, что было бы куда как разумнее вручить вожжи этой повозки человеку, который мог значительно облегчить ее жизнь. Но…

— Я уверен, что ты прихватила в Вегас достаточно денег, чтобы от души поиграть?

— Брось! Что, я похожа на азартного игрока?

— Похожа, и даже очень. К тому же представляешь самый опасный тип игрока! — Флойду пришлось буквально заорать, чтобы перекрыть шум винта. — Ты не раздумывая шагнула под автобус, а потом врезалась в жизнь доселе незнакомых тебе людей… — В голосе его, однако, было обожание.

— Если это так, ты зря взял меня в Лас-Вегас. Кстати, а почему ты решил взять меня с собой, Фло?

Наступила затяжная пауза.

— Я не задумывался над тем, брать или не брать тебя.

От этого признания по всему ее телу разлилась теплота. С того момента, как Элис подписала пресловутый «меморандум», она избегала как-то связывать в мыслях о будущем себя с Флойдом. Но с середины вчерашнего дня изменилось многое. И теперь Элис просто не представляла, что они почему-либо могут расстаться.

Делая вид, что вглядывается в черную пустоту за бортом, она позволила своим самым сокровенным чувствам вырваться из тайника души. Элис многое переоценивала и пришла к выводу, что надежда все же существует. Не исключено, что она и есть та единственная женщина, которая нужна Флойду. Делать ли на это ставку? Ведь он никого не любит…

Сноп разноцветных ракет неожиданно возник прямо по борту. Элис даже подпрыгнула от испуга. Сильно вздрогнул и Флойд, но потом расхохотался.

— Вот видишь, нас встречают праздничным салютом.

— Это не слишком опасно? — настороженно спросила Эл.

Флойд легонько пожал ее руку, и от этого прикосновения в Элис проникла какая-то светлая живительная энергия.

А внизу и со всех сторон бушевало море переливающихся огней Лас-Вегаса.

10

— И ты всерьез собираешься отыскать их в этом муравейнике? — полюбопытствовала Элис, наблюдая, как за окном такси кипит неподвластная привычному укладу жизнь фешенебельных кварталов игорного царства.

— Адрес разнюхать не удалось, — признался Флойд. — Но я помню, что Карен и все ее друзья-приятели по традиции всегда останавливались в отеле «Ривьера». Начнем с него.

На этот раз фортуна откровенно подыграла неопытным сыщикам. Как только они открыли дверь в казино «Ривьеры», Элис запеленговала беглянку, периодически опускавшую монеты в щель «однорукого бандита».

Первый вопрос задал Флойд.

— Как ты пошла на такое, бабушка? — В голосе его звучал металл.

Элис даже вздрогнула от такого захода.

— Игра на автоматах не является преступлением, — безразлично промямлила Карен. И бросила в щель автомата следующую монетку.

— Где Нейл? — продолжил допрос «послушный внучек».

— Он готовится к брачной церемонии. — «Невеста» удостоила своего единственного наследника снисходительным взглядом. — Мы должны пожениться в течение ближайших полутора часов. Сколько сейчас?

— Скоро десять. — Теперь и Флойд говорил бесстрастным голосом.

— А у нас намечено на одиннадцать. — Внешне Карен была абсолютно спокойна, но Элис заметила, как дрожит ее рука, опущенная на рычаг автомата. — Как я уже проинформировала вас, в ближайшее время мы станем мужем и женой. По этой причине мы решили не тратить лишних денег и остановиться в одном номере, а не заказывать два. Как только Нейл приведет себя в порядок, наступит моя очередь.

— Могла бы пригласить меня на свадьбу, бабушка, — посетовал Флойд.

— Не прикидывайся ягненком! Ты примчался, чтобы закатить мне сцену, отговорить. Что же, я не имею права?..

— Разве мне за всю жизнь удалось хоть от чего-нибудь отговорить тебя? — процедил он, как бы за поддержкой оборачиваясь к своей спутнице. Но случилось чудо.

Улыбка Элис солнечным лучиком отразилась на лице Флойда. И это решило исход объяснения неукротимых Ламберти.

Карен мелодраматически заключила любимого внука в объятия, успев не только подмигнуть компаньонке, но и опрокинуть на пол стопку монет для игры.

— Подожди-ка, Фло. Оставим нежности на потом. Надо подобрать денежки.

Вся троица дружно принялась шарить около автомата. Когда же последняя монетка оказалась в ридикюле Карен, та принялась озабоченно позвякивать мелочью, ссылаясь на то, что не хватает пятидесяти центов. Наконец она с облегчением вздохнула, однако тут же спохватилась.

— Ах, совсем забыла! Сколько я еще буду таскать с собой… — Двумя пальчиками она извлекла из ридикюля аккуратно сложенный лист гербовой бумаги с печатью. — Возьми. Дарственная на ранчо. Сейчас позвоню Нейлу, чтоб заказал столик на четверых. Наша свадьба завтра утром. Могли бы и присоединиться! Да знаю я вас…

Церемония бракосочетания состоялась в точно назначенное время. Карен хихикала, как девчонка, а отставной майор Добсон глуповато ухмылялся, будто солдат-новобранец, сорвавшийся в самоволку на свидание. Сразу же, как только процедура завершилась, Нейл пригласил всех присутствующих на праздничный ужин в один из лучших ресторанов Лас-Вегаса. Никогда еще Элис не видела подобной роскоши. Разве только в кино… Однако Флойду было не до веселья.

Чувствовалось, что Нейла он терпит и будет терпеть, но на большее его явно не хватит. По крайней мере сейчас. Очевидно, Карен поняла состояние внука. На какое-то время они изловчились уединиться, а вернувшись, объявили, что дозвонились в Кливленд, чтобы попытаться перенести назначенный на завтра визит к профессору Беркли. Увы, бесполезно. «Упрямый старикашка» требует явки мисс Редфорд на осмотр «согласно договоренности». Иначе за последствия не ручается!

Элис прекрасно помнила, что консультация назначена на послезавтра, и сразу же догадалась, в чем дело. К счастью, большая часть гостей была наслышана о причудах знаменитого травматолога.

— С дядюшкой Беркли лучше не связываться! — забасил подвыпивший Нейл. — Летите, голубки! Только выпейте по бокалу шампанского на дорожку…

— Что ты мелешь, Нейл! — взъярилась Карен. — Мальчику же вести самолет! Слава Богу, что он ничего не пил.

Похоже, Нейл наконец раскусил очередной подвох, подарив Элис долгий сочувственный взгляд.

Карен вышла в холл, проводить «детей».

— Обещай мне, Фло, что не будешь лететь всю ночь без остановки. — В небесных глазах бабушки стояли неподдельные слезы.

Бедняжка, подумала Элис. Наверное, на нее опять нахлынули воспоминания о катастрофе, в которой погиб Майкл.

С невыразимой нежностью Флойд взял ее за руки.

— Я спросил парня, занимавшегося самолетом, где можно было бы переночевать. Оказалось, в часе езды к границе штата есть вполне приличный мотель. Не волнуйся, прошу тебя.

Немного успокоившись, новоявленная миссис Ламберти-Добсон переключилась на Элис.

— У Амелии оставлена для тебя энная сумма, детка. Ровно в размере твоей летней зарплаты. — Она пальцем прикрыла губки Элис, когда та попыталась протестовать. — В наших с тобой отношениях ничего не изменилось. Ты обещала посвятить мне лето, и у меня есть для тебя работа. Пожалуйста, упакуй вместе с Амелией мои вещи…

— Ты что же, не собираешься возвращаться на ранчо? — опешил Флойд.

— Естественно, мой юный друг! — заявил подошедший сзади Нейл.

— Я переезжаю в Кливленд, — не без затаенной печали пояснила Карен. — Но это чуть позже. А сейчас мы на неделю-другую отправляемся в круиз. Заглянем в Сан-Франциско к двоюродной сестре Нейла, а может, доберемся и до Аляски.

На прощанье Элис позволила себе немного покапризничать.

— Вы оставили мне работы на неделю, а сами даже не знаете, когда появитесь.

— Не беспокойся, — отмахнулась Карен. — Мальчик найдет занятие для тебя. Он вступает в круг обязанностей на ранчо, которые раньше лежали на мне. Стало быть, и ты переходишь в подчинение к нему. — Она выразительно погрозила внуку. — Будь с ней поласковей, Фло! Надеюсь, к моему приезду вы уже…

— Опять подтверждаешь, что больше не вмешиваешься в наши дела? — перебил бабушку Флойд, но на этот раз уже без всякой иронии.

Как они простились с молодоженами, ловили такси, а потом еще с полчаса болтались по аэродрому в поисках механика, Элис помнила смутно.

Одна мысль непрерывно вращалась в ее сознании: с какой стати Флойду жениться теперь, когда он стал полновластным хозяином ранчо? Флойд не любит ее, но по какой-то фатальной инерции авантюра с браком по-прежнему остается в силе. Стало быть, если он не отказывается от своего предложения, то за этим стоит только неприкрытая физическая тяга!

Элис взглянула на него из-под полуопущенных ресниц. «Жених» сосредоточенно сидел за штурвалом. Мрачный, усталый… не исключено, что Флойд уже озабочен тем, как бы выскочить из неприятной ситуации. Резкие морщинки залегли в уголках рта, между бровей. Мнительный, наивный мальчишка… Натерпелся от женских козней. Он заслужил право на свободу, на покой. А ведь на самом деле сейчас ему больше ничего и не нужно! Потом когда-нибудь Флойд непременно встретит свою избранницу, свою любовь, поймет, что необузданное сексуальное влечение это еще далеко не все в отношениях между мужчиной и женщиной. И со временем в будничной семейной жизни он, может быть даже незаметно для себя, обретет подлинное счастье.

Когда они добрались до ранчо, день был уже в полном разгаре. Интуитивно Элис предчувствовала, что неминуемое объяснение произойдет с минуты на минуту. Что ж, наверное, лучше отделаться одним ударом, не мучить друг друга.

Элис заранее утешала себя тем, что молода и нравится мужчинам. Ничего зазорного не будет, скажем, в том, если она сделает здравый выбор, выйдет замуж за солидного, порядочного человека. К примеру, чем плох Дик Бартон, преподаватель французского в детройтском колледже? Он же влюблен в нее с первого курса! И такой симпатичный, добродушный… Дик будет носить ее на руках. А уж будущая миссис Бартон сумеет приласкать этого сорокалетнего простачка, впрочем, без особой страсти.

Выпрыгнув из кабины, Флойд помог ей спуститься, подхватил дорожные сумки и быстро направился к выходу из ангара. Однако Элис окликнула его.

— У меня полно дел, — недовольно буркнул хозяин ранчо Ламберти.

— Я не задержу вас больше чем на минуту, — пообещала Элис. Его поведение гениально облегчало решение затяжной головоломки. — Мне хотелось бы завтра из Кливленда отправиться прямо в Цинциннати, не возвращаясь сюда. Можно рассчитывать на вашу помощь?

— Должен ли я воспринимать это как отказ от моего предложения? — бесстрастно осведомился он.

Элис, потупившись, изобразила некое подобие утвердительного кивка.

— Ты не можешь взять и просто так уехать, — спокойно заявил Флойд. — Дождись хотя бы возвращения бабушки. — Давая понять, что диспут окончен, он жестом попросил ее покинуть ангар.

— Но и остаться я не могу! — запротестовала Элис. — До тебя опять не доходит? Мне здесь больше нечего делать!

Флойд швырнул сумки так, что взметнулось облако пыли.

— Совестливая труженица! Истосковалась по настоящей работе. Сколько ты мне еще нервы будешь трепать? — Он уперся кулаками в бедра. — Что ты забыла в Цинциннати? Соскучилась по своей конуре?

— Перестань на меня орать! — Элис зашипела, словно разъяренная кошка. — Зачем мне работа? Ты забыл, наверное, что у Амелии есть для меня кругленькая сумма. Летний гонорар. Так что я ничего не должна. И отрабатывать не собираюсь.

— Ага, значит, игра в неподкупность окончена?

— Ты знаешь не хуже меня, черт побери, что Карен пытается всучить мне деньги с самого начала. Если бы я взяла тогда чек, она сочла бы, что мы в расчете. И больше никакой ответственности! Жалею, что сразу не пошла на такую нормальную, общепринятую сделку. Не было бы всех этих дрязг и твоих издевательств.

— Но беда в том, что теперь за тебя должен отвечать я. — Сейчас Флойд очень напоминал пациента, которому рвут зуб без обезболивания. — Мы ведь скоро должны пожениться… — страдальчески произнес он.

Если бы у Элис на ноге не было гипса, она дала бы ему пинок.

— Никто за меня не должен отвечать, кроме меня самой! К тому же ранчо и так уже твое. А ведь именно это подтолкнуло тебя некоторое время назад сделать мне предложение, разве не так?

— Да нет, я сделал…

— Не надо комментариев. Я отклонила твое предложение. Так о чем же говорить дальше? Успокойся, ты соскочил с крючка. Тебе нечего меня бояться!

Флойд вдруг оказался около нее. Какой-то затаенный, присмиревший…

— Но я вовсе не хочу соскакивать с крючка.

Это признание привело к тому, что Элис вновь почувствовала себя в безысходном тупике. Дыхание у нее перехватило.

— Не скрою, — тихо продолжил он, — поначалу я хотел как можно быстрее избавиться от тебя… Но теперь…

— Ты считаешь, что, услышав такое признание, я готова вприпрыжку бежать с тобой к алтарю?

Элис попыталась обойти своего мучителя. Но Флойд легко сманеврировал и преградил ей дорогу. Затем очень нежно поцеловал в губы. Нежно, но слишком коротко.

— Я не принимаю твой отказ, — шепнул он прерывисто.

Нет, сколько же может длиться этот бред наяву?! Но когда Элис открыла глаза, злополучный «жених» все еще стоял рядом, обнимая ее за плечи.

— Ну и дурак же ты! — обессиленно выдохнула Эл.

— Не могу не признать. Дурак. Я ведь вовсе не хочу жениться. Сама мысль мне отвратительна. Но я хочу тебя. Я хочу всего того, о чем мы уже говорили несколько дней назад. И я желаю жениться, чтобы получить все это.

— Спасибо за откровенность!

— Пожалуйста, пожалуйста, — вежливо ответил Флойд и вновь прильнул к ее губам. — Я не хочу, чтобы ты уезжала, Эл. Каждую секунду, каждый дюйм обратной дороги я ждал твоего положительного ответа. Ты не сказала ничего, и я понял, что на горизонте маячит Цинциннати. И теперь я просто не знаю, что делать.

— Надо же, какой незнающий! — съязвила Элис, бессознательно подставляя личико и шею, чтобы всласть насладиться этой прелестной в своей сиюминутности невинной близостью.

— Ты меня любишь, Флойд?

— Не знаю… — потерянно вымолвил «жених».

Элис решила молча проглотить последнюю горькую пилюлю. И все же ты и вправду дурак! — вынесла она в душе приговор. Понимая, что объяснение все более напоминает порочный круг, Элис невероятным усилием отстранилась. Ничего труднее ей еще делать не приходилось.

— Я стараюсь быть честным, — забеспокоился Флойд. — Потому что хочу, чтобы наша семейная жизнь была основана на взаимной честности.

Не желая больше ничего слышать, Элис заковыляла в сторону дома. Одним прыжком он догнал ее и покорно двинулся рядом.

— Мне приходят в голову некоторые дополнительные требования к моему списку пожеланий на случай брака.

— Ты не стесняйся! — оживился Флойд.

— Прежде всего, мой муж должен меня любить.

— Ах, тебе не хватает люб-ви? — протянул он с изумлением. — Подумать только!.. Может показаться, что ты сама меня любишь. Где же ваша хваленая совесть, мисс Редфорд? Неужели вам, одаренному педагогу, до сих пор не известно, что прежде всего каждый человек любит свою персону? Или ты себя ненавидишь?

С первой же фразы Элис сообразила, что начинается очередная философская проповедь, но осадить его была не в состоянии. Она смотрела прямо в бездонные синие глаза, побаиваясь разгорающегося в них фанатичного блеска.

— Знаешь, ты очень самолюбива. Не станешь этого отрицать? Ты не считаешь возможным чувствовать собственную зависимость от кого-то кроме себя. А вдобавок еще и упряма. Желаешь, чтобы все было упаковано в красивые обертки, и тебе осталось бы везде развесить ярлыки. Это — любовь, — передразнил он, — а это — «низменная похоть». И так далее.

— Не буду с тобой ни соглашаться, ни спорить. — В душе она порадовалась, что нашла единственно верную форму самозащиты. — Меня против воли тянет к тебе. И одновременно что-то сильно отталкивает. Если ты такой умный и проницательный, объясни, как мне отделить одно от другого?

— Не знаю… — стушевался Флойд.

Заладил как осел одно и то же! И Эллис сделала вывод, что о браке с таким задвинутым парнем и речи быть не может. Нельзя же добровольно обрекать себя на пожизненную каторгу! Да и Флойд очень быстро изведется с ней до предела. Неловко потянувшись, Элис чмокнула его в небритую щеку на пороге своей комнаты. Уже без всяких комплексов, чисто дружески. По крайней мере, нечто подобное она пыталась внушить себе, карабкаясь по знаменитой лестнице.

В последний раз. Сегодня все будет в последний раз, с горечью подумала Элис. Кроме одного… Судьба не подарила им даже на секунду полной близости. И этот голод останется неутоленным навсегда. К чему себя обманывать? Несмотря на все свои причуды, Флойд — единственный мужчина, к которому ее влечет неотвратимо, сладостно. Почему же она стала вторить его заумной болтовне? Почему не призналась, что влюблена в него с первого взгляда? Да, Флойд держался нелепо, но честно. Настоящий соблазнитель повел бы себя иначе. А она даже на прощание играет в недомолвки, оговорки, заранее предрекая гнетущий финал. Может быть, действительно всему причиной ее болезненная гордыня?

— Элис? — раздался через час голос Флойда за дверью.

Как она любит этот бархатный проникновенный голос. И будет любить! Пусть пройдет хоть миллион лет с момента их расставания…

— Что надо?

— Я могу войти? — Не дожидаясь ответа, Флойд проник в комнату. На нем был кожаный ковбойский костюм. В руках, будто щит, он держал расшитую индейскими узорами шляпу. Цепкий взгляд сразу же впился в раскрытый чемодан на кровати.

Ей вдруг захотелось под любым предлогом хотя бы прикоснуться к нему.

— Амелия согласилась подбросить тебя в Кливленд утром.

Элис молча кивнула.

— Возьми сразу, пожалуйста, а то завтра в спешке… — Флойд извлек из нагрудного кармана маленькую книжку в пластиковой обертке.

Приметив банковские реквизиты, она не удержалась от гримасы. На первой странице было проставлено ее имя.

Флойд пояснил, что всего лишь выполняет поручение Карен.

— Я же не раз говорила тебе, что не продаюсь! — Элис чуть ли не швырнула книжку ему в физиономию.

— Здесь ровно пятьдесят тысяч, с которых началась наша дурацкая история. Ты порвала чек, а бабушка в тот же день открыла счет на твое имя. Перед побегом… Кстати, Амелия сообщила об этом только сейчас, когда вручила мне книжку. Бракосочетание в Вегасе было разыграно специально. С прицелом на нас. — Флойд уселся в кресле у окна, все еще машинально заграждаясь от Элис магическим шитьем на широченных полях шляпы. — Если бы я был уверен, что у тебя есть цена, я бы удвоил, а то и утроил сумму! — выпалил он, казалось, совершенно неожиданно для себя.

— И ты пришел, чтобы сказать мне это?

— Слушай, ты не уехала раньше, ты не отшивала меня до тех пор, пока я не попросил тебя выйти за меня замуж. Договор есть договор. Я привык к четкости в делах.

Элис снимала с вешалки платья и бросала их в чемодан, не приближаясь к кровати.

— Получается, если бы у меня хватило глупости выйти замуж за такого умника, я приобрела бы идеального делового партнера. Может, мне надо подписать еще какие-нибудь бумаги? — предупредительно осведомилась Элис.

Доведись сейчас в комнату заглянуть постороннему человеку, он запросто принял бы Флойда за безобидного, но неизлечимо больного идиота. Бессмысленная улыбка блуждала по его лицу. Сияющие глаза были прикованы к Элис.

— Я запал на тебя с самого начала, когда впервые увидел в больнице, всю в синяках и царапинах. Ты спасла жизнь самого дорогого для меня человека. И совершенно посторонней для тебя взбалмошной старухи. Я не то чтобы не верил… Боялся ошибиться. Заставлял себя не верить. Понимаешь? — Он медленно сполз с кресла и неуклюже встал на колени. — Ради Бога, прости меня…

Элис показалось, что Флойд того и гляди заплачет. Сомнений не было: он стоял перед женщиной на коленях впервые!

— Без тебя, Эл, я не мыслю жизни, поверь. Раньше я преодолевал любые преграды, чтобы заполучить то, чего желал. Но теперь, наверное, сломался. Останься со мной, девочка моя, прошу тебя. Если ты все же решишь меня покинуть, — пригрозил он, — клянусь всеми святыми, что я сознательно сделаюсь нищим и буду болтаться за тобой повсюду. И тогда ты сможешь бросить мне упрек, что я добиваюсь не тебя, а твоих денег.

Настроение Элис сказочно поднималось с каждым мгновением.

— Ты и в самом деле решишься на такую глупость?

— На любую. Отступать поздно.

Элис подошла к нему и, скрывая волнения, шаловливо потрепала его по голове. Его ненасытные губы прижались к ее запястью.

— Значит, ты подтверждаешь, что любишь меня, Флойд?

— Ну, вот тебе дашь палец, а ты готова откусить целую руку.

Но по его голосу было все понятно!

— Ты хочешь обмануть меня? Чтобы я как-нибудь продешевила при замужестве?

— Знаешь, мне все равно, почему ты выйдешь за меня замуж. Важно то, что выйдешь!

— Это уж мое дело. Я отвечаю за любовь, а ты за все остальное, — прощебетала Элис, пока он бережно усаживал ее на край кровати.

— Звучит как торговый договор. Я его принимаю. — И как бы в подтверждение его слов последовал поцелуй, который безоглядно увлекал их тела за грань прежних невинных ласк.

Флойд оставил ее на миг, чтобы запереть дверь. Но когда он вернулся, Элис уже приготовилась окончательно выяснить отношения.

— Я люблю тебя, — тихо проговорила она, ощущая, как его пальцы спешат расправиться с застежками платья. — И ты должен знать, что я верю в твою взаимность, хотя до сих пор…

— Делай и думай все что угодно, лишь бы тебе было хорошо, дорогая.

— Ты жуткий упрямец! — заявила Элис, незаметно помогая ему.

— Нет, просто ведь надо что-то оставить и на потом. А если я расскажу, что ты заставляешь чувствовать меня? Это спасет ситуацию? — Флойд притворно тяжело вздохнул.

Элис рассмеялась и кивнула в знак согласия. Его сердце отстукивало сладкие послания, которые принимала ее ладошка, давно прокравшаяся под полурасстегнутую куртку. Любопытно, а почему он майку не надел, собираясь вроде бы на ферму? Таким счастливым ее ковбой еще никогда не был.

— Каждый раз, когда я целую тебя вот так… — и он показал как, — я знаю, что мир может провалиться в преисподнюю, и я этого даже не замечу. Вот сейчас ты улыбаешься. Я ощущаю эту улыбку, как солнечный луч, и знаю, что больше никогда не почувствую душевную пустоту и холод одиночества. Когда я увидел, как ты пакуешь этот дурацкий чемодан, мне захотелось разнести его в клочья.

Флойд спихнул несчастный чемодан с кровати и удовлетворенно вздохнул, услышав, как тот с грохотом шлепнулся на пол.

Потом он на практике доказал Элис, что слова остаются словами и далеко не всегда способны приоткрыть завесу над сокровенным таинством страсти.

Эпилог

Пророчество профессора Беркли исполнилось с фантастической точностью. На следующий день гипс с ноги Элис был снят, и началась суматошная подготовка к свадьбе. Приглашения полетели в Детройт, Цинциннати, Кливленд…

Но на ранчо Добсонов коварный Флойд нарочно не звонил, дожидаясь, пока Карен не примчится сама. Это была сладкая месть за ее «побег» в Лас-Вегас.

В бесконечных хлопотах время прошло настолько незаметно, что проснувшись от треньканья безжалостного будильника, Элис не сразу сообразила, что через пару часов свершится самое знаменательное событие в ее жизни.

— Как не стыдно, дорогуша, — с укором произнесла Амелия, поставив на тумбочку поднос с кофе и бисквитами. — Сейчас нет времени нежиться в кроватке. Недавно звонила миссис Редфорд. Они с твоей сестрой только что добрались до Кливленда. Поэтому поедут сразу к венчанию, вместе с падре Антуаном. Боятся опоздать! А невеста все зевает и тянется. Сейчас вот натравлю на вас Карен.

Только не это! Элис моментально соскочила на ковер и бросилась в ванную. Минут через сорок, когда она уже почти привела себя в порядок, появилась озабоченная Карен.

— Слушай, детка, все уже в сборе и ждут только тебя, — деловито оповестила она. — Нечего нам тянуть до одиннадцати, поехали пораньше.

— Боитесь, что ваш внук попытается сделать от меня ноги? — улыбнулась Элис.

— Увы, у него нет ни единого шанса! — завопил Флойд из коридора.

Глаза миссис Ламберти-Добсон озорно сверкнули.

— Он нервничает, как холостяк в комнате, полной беременных женщин. Пора вывести малыша из первозданного состояния.

— Пора, пора, — дурашливо подтянул Флойд из-за двери.

Элис внезапно занервничала, никак не могла докрасить задрожавшие губы.

— Отстаньте все от меня! Я буду готова, когда буду готова!

— Не волнуйся по пустякам. — Карен, отступив на шаг, осматривала невесту, пытаясь определить, все ли в надлежащем порядке.

Внизу кто-то заиграл на рояле первые такты свадебного марша Мендельсона. Элис поправила украшенную розами фату, еще раз проверила перед зеркалом, как сидит длинное белое платье. Оно было простым, но очень элегантным. Может, слишком скромно? Только бы не разочаровать Флойда.

Он ждал ее там, где заранее договорились, — у нижней ступени лестницы. И даже не пытался скрыть восхищение, когда увидел свою будущую жену. Флойд протянул ей руку, и все треволнения остались для Элис позади.

Венчание состоялось в крохотном, специально подновленном в честь праздника храме на границе владений Ламберти и Осмондов. Здесь когда-то любил замаливать свои грехи буйный прадед Флойда. Здесь Карен стала женой Брюса. А сейчас…

Флойд крепче сжал ее запястье, возвращая с небес на землю. Близилось время торжественной клятвы.

— Я, Элис Мейбл Редфорд, — как во сне, повторяла она за священником, — обещаю любовь, уважение и заботу… — Только сейчас до нее дошло, что через минуту наступит черед Флойда. Наконец-то все станет на свои места!

И вот строгий отец Антуан взглянул на счастливого жениха. Элис буквально обратилась в слух.

— Я, Флойд Мишель Ламберти, — раздался низкий чарующий баритон, — беру тебя, Элис Мейбл Редфорд, в жены и обещаю… Всю жизнь носить тебя на руках, если Господь даст сил! И только смерть разлучит нас.

Священник с укоризной поглядел на Флойда, выражая неудовольствие столь вопиющей отсебятиной, но, заметив выражение его глаз, сдержался. Пальчик Элис уже украшало золотое обручальное кольцо с большим бриллиантом. А когда, повинуясь повелению отца Антуана, новобрачные поцеловались, у нее было чувство, что муженек вообще никогда больше не выпустит ее из своих объятий.

— Ты так и не решился произнести этого слова? — шепнула не без некоторой досады Элис.

Флойд лишь загадочно посмотрел на жену и промолчал.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.