/ / Language: Русский / Genre:nonf_publicism

Газета Завтра 859 (18 2010)

Газета ЗавтраГазета


Александр Проханов МИСТИКА РУССКОЙ ПОБЕДЫ

9 мая мы будем праздновать нашу Победу. Её сотворили победоносная мощь нашей армии и флота, неподражаемое военное искусство наших полководцев, несокрушимость советского оружия, железная организация партии, неутомимый труд индустрии, гений полководца и вождя Иосифа Сталина.

     Эта победа была одержана не просто над самой могучей армией Европы, не просто над пассионарным немецким народом, не просто над магическим гением Гитлера. Эта победа была одержана над глубинной мировой тьмой, над черной бездной, из которой в мир выливалось инфернальное адское зло. Это была победа над абсолютно вселенским злом, которое утягивало человечество в адскую пропасть. Поэтому наша Победа священна. Война сорок первого—сорок пятого года — священная война. Недаром православная церковь собирается отпраздновать нашу Победу как религиозный священный праздник.

     Нечто подобное случилось две тысячи лет назад, когда род людской, одержимый тьмой, превращённый в скопище содомитов, был обречён на истребление. И Господь, возлюбив людей, направил для искупления людских грехов, исправления рода человеческого своего любимого сына, попустил распятие его на кресте. Христос распятый спас человечество, продлил его существование во вселенной.

     Советский народ своей непомерной жертвой, тридцатью миллионами павших на полях сражений, совершил христовую жертву, подтвердил христовый подвиг России, сопоставимый с распятием христовым. Советские воины, павшие на полях великих битв, оросившие своею кровью снега и травы, были герои СССР, христовые мученики. Сражаясь на полях великой войны, русский народ подтвердил свою миссию, утверждавшую, что он — народ-богоносец.

     О чём думал Сталин, когда он стоял на Мавзолее во время великого парада 1945 года, и гвардейцы-победители швыряли к его ногам закопчённые изодранные штандарты немецких дивизий? На его лице не было торжества, не было надменной гордыни. Он был печален, исполнен глубокой думы. Должно быть, он думал: всё, что предшествовало этой Победе, было неизбежно и верно. И огонь революции, и драма гражданской войны, и страшный рывок народа, надрывно строившего авиационные и танковые заводы, и муки репрессий, и первые дни поражений, которые затем сменились наступательным валом войск и красным знаменем в центре Берлина.

     Тот давнишний парад был священным. Он проходил на Красной площади — в этом храме Русской Победы. И там, на этой площади, генералиссимус, принимая кровавые дары Победы, был подобен царю-венценосцу, которого венчают на царство в Успенском соборе.

     Там военный генералиссимус, политический вождь, социальный строитель стал помазанником. Он, возвративший российской империи её территории, вернувший российской культуре её сокровенные классические ценности, восстановивший православные престолы и храмы — он вместе со своим народом одержал мистическую Победу, после которой его можно было называть повенчанным на царство красным монархом.

     Быть может, смысл сталинизма во всей его полноте, во всей его драме и пафосе заключался в том, чтобы российский народ в недрах этого сталинизма одержал священную победу и вывел русского человека в космос.

     Есть взгляд, согласно которому вся череда исторических событий есть результат первичного толчка, ударного воздействия огромной изначальной причины.

     И другой взгляд — грядущая неразличимая цель, как великий магнит, вытягивает на себя все предшествующие ей события, выстраивает их в направлении этой таинственной, мерцающей, как далёкая звезда, цели. Согласно этому взгляду, Победа сорок пятого года была одержана гораздо раньше. Она была одержана в тридцатых годах на великих и дерзких стройках. Была одержана в период мучительной для народа коллективизации, во время трагических процессов, где сокрушались один за другим сталинские враги. Она была одержана в ту осеннюю ночь, когда пушки крейсера "Аврора" наставили свои жерла на Зимний дворец.

     Как бы ни тяжела была сегодня наша участь, какой бы мучительной и беспросветной ни казалась русская жизнь, мы должны сознавать: русская победа двадцать первого века уже одержана. Её священный магнит вытягивает на себя все нынешние явления и события, всю кажущуюся неразбериху наших мучительных и трагических дней.

     Двадцатый век был русским веком. Мы — те, которым надлежит подтвердить и в двадцать первом веке великую Русскую Победу, сделать его, этот век, русским веком.

1

ТАБЛО

l Конфликт между Белым домом и финансовым гигантом Goldman&Sahs, обвиняемым в крупном мошенничестве, вышел на новый уровень после назначения в ФРС двух новых директоров, сообщили из Нью-Йорка. Не исключено, что данный конфликт активно разжигается представителями прежней демократической администрации во главе с нынешним госсекретарем США Хиллари Клинтон, которая после поражения на "праймериз" предрекала Бараку Обаме судьбу Джона Кеннеди...

      l Общенациональная забастовка в Греции делает бесперспективным оказание этой стране финансовой помощи со стороны Евросоюза, поскольку "греки высказывают готовность потреблять, но не высказывают готовности работать", такая информация поступила из Берлина. Утверждается, что греческие профсоюзы, объявившие забастовку, получают многомиллионные транши через международные и американские общественные и профсоюзные структуры от той же самой Goldman&Sahs, которая выступает и главным кредитором греческого правительства. Тем самым эта корпорация осуществляет массированную атаку на зону евро. В настоящее время ведущие страны ЕС осуществляют активные консультации относительно возможного вывода Греции из зоны евро и её возврата к национальной валюте, однако "в дефолтной обойме" G&S следующими патронами значатся также Португалия и Испания, и если потеря первой "по греческому сценарию" будет еще терпима, то выход второй гарантированно разрушит всё здание Евросоюза как одной из глобальных альтернатив доминированию США и доллара...

      l Открытие всемирной выставки ЭСПО-2010 в Шанхае, где Россия представлена в образе Незнайки (следом за Чебурашкой на Пекинской Олимпиаде-2008 и в Ванкувере-2010), закрепляет восприятие нашей страны на международной арене в качестве инфантильного и неадекватного геополитического субъекта, не заслуживающего серьёзного внимания и даже номинального уважения, отмечают эксперты СБД...

      l Как сообщают из Нью-Орлеана, взрыв на нефтяной платформе "Deepwater Horizon" компании "British Petroleum", приведший к её разрушению и экологической катастрофе в Мексиканском заливе, мог быть результатом диверсии с целью получения от этой компании крупных штрафных выплат в пользу бюджета США, изыскивающих любые дополнительные источники для финансирования своего дефицита. Среди уже получивших известность "жертв" этой кампании называются немецкие корпорации "Daimler" и "Siemens"...

      l Посещение Владимиром Путиным Земли Франца-Иосифа, заявление о неизменности российских интересов в Арктике и сюжет с установкой датчика на усыпленного белого медведя рассматриваются кремленологами, близкими к "команде Обамы", как очередное проявление растущих разногласий между членами российской "тандемократии", поскольку конкретные результаты визита Дмитрия Медведева в Осло и сделанные им уступки для достижения с Норвегией "компромисса" по спорным вопросам до сих пор не разглашаются, передают из Вашингтона...

      l Встреча российского премьер-министра в Сочи со своим новым украинским коллегой Николаем Азаровым, в ходе которой было высказано обоюдное удовлетворение стабилизацией политической обстановки в "незалежной" и выражены надежды на укрепление экономических связей между двумя странами, практически подвела черту под "газовой проблемой", возникшей в связи с переходом контроля за транзитными потоками энергоносителей от структур Юлии Тимошенко к структурам Партии Регионов, такая информация поступила из Киева...

      l Относительно спокойное даже по сравнению с Европой празднование Первомая в России воспринято "вертикалью власти" как полный успех своей стратегии по подчинению и дискредитации "официальной" оппозиции, а также подавления оппозиции "неофициальной". В рамках этой стратегии приняты новые законопроекты, практически сводящие на нет легальные возможности организованного массового выражения протеста, что создает весьма благоприятную почву для распространения индивидуальных и групповых акций по типу "политического террора" на Северном Кавказе, говорится в экспертной записке, поступившей из Лондона...

      l Согласно утверждениям наших источников в околоправительственных кругах, освобождение Минфина РФ от обязанности публиковать данные о величине и доходах Резервного фонда, а также Фонда национального благосостояния (ФНБ) вплоть до 1 февраля 2012 года напрямую связано с необходимостью ускоренной "утилизации" этих средств, изъятых из отечественной экономики в 2004-2009 гг. "ведомством Кудрина" частично в интересах американских контрагентов, а частично — избранных представителей политической и деловой элиты РФ...

Агентурные донесения службы безопасности «День»

1

Денис Тукмаков ЧТОБЫ ЖИТЬ ВЕЧНО!

ПОСЛЕДНИЙ ОПЛОТ

     Русский народ победил в 1945-м, но проиграл XX век. План "Ост" сбылся. Тотальные поражения приключаются с русскими каждые три с половиной столетия: Иго, Смута, Развал. Но Россия — всё та же, только меняет ризы.

     Праздник 9 Мая, протуберанец Великой Победы, — последняя "точка сборки" общественного сознания, сплачивающая русский народ. Праздника почти не осталось, с каждым годом он стирается из памяти, выхолащивается, теряет ценность, будто старый журнал. Ветераны сегодня — как дети, как ангелы: они истончились, пребывают между землей и небом.

     По празднику 9 Мая враги долбят из всех орудий, превращая Победу в случайность, в чужое торжество, в грех и преступление: "трупами закидали", "ленд-лиз спас", "оккупировали Европу", "дрались две тирании"... Вся нынешняя Россия — сплошное отрицание Дня Победы; её календарный символ — 22 июня.

     Сталин, Генералиссимус Победы, — последний заступник гибнущей России. К нему, будто к божеству, устремлены чаяния десятков миллионов русских: "приди и заступись!" Город взят приступом, всё горит, русские всей нацией заперлись в Сталине, словно в объятом пламенем соборе.

     Робкие, наивные попытки призвать к жизни Отца народов: Сталин на автобусах, Сталин в надписях в метро, Сталин в конкурсе "Имя России" — сродни попыткам ребенка вызвать грозу, давя лягушку. Жалкие запреты и табу, наложенные на Вождя либералами, подобны желанию остановить время, сжав рукой стрелки часов. Вся Россия беременна Сталиным, он вновь грядет в XXI веке, и явится он не в виде портретов на футболках, а как новая русская Победа.

     9 мая 1945 года ценно не тем, что Жуков принял капитуляцию у Кейтеля. А тем, что СССР спас мир от смерти и выпрямил ось мировой истории, скрученную фашистами в колючую проволоку. Как для мироздания спасение заключается в победе над гибелью, в преодолении энтропии, в отрицании небытия — так и национальной идеей России является Победа над Смертью, воскрешение из мертвого праха. Но 9 Мая сегодня — лишь отблеск вселенского торжества жизни над могильным хладом. Победу каждый век нужно отвоевывать заново, а для воскрешения прежде нужно умереть. Нелепо отмечать позапрошлую Пасху — нелепо отмечать и 9 Мая триста лет подряд.

     Нужна новая русская Победа!

      БЛАГАЯ ВЕСТЬ

     Сквозь хмарь и дым блистает радуга будущих русских свершений. Три наиболее важных из них должны прогреметь в XXI веке — тогда мы вернем себе Победу.

     Это восстановление советского пространства, то есть воссоздание единого имперского миропорядка, слаженной жизни и сотрудничества народов на великой территории меж трех океанов. Идеальная геометрия имперских границ, создававшаяся тысячу лет, только и может обеспечить выживание русского и других народов на евразийских ветрах.

     Это полет русского космонавта на Марс, то есть модернизационный рывок преобразованного русского социума, перешедшего от вымирания к Развитию. Нация, первой дотянувшаяся до Марса, способна решать любые задачи на выбор.

     Это обретение биологического бессмертия, то есть научный прорыв к тайне мироздания, к вековечной мечте человечества.

     Три этих подвига будут олицетворять новую русскую Победу. Они взаимосвязаны, обнимают друг друга, сообща решают вызовы, стоящие перед людской цивилизацией. Повторяют бессменную русскую матрицу. Три этих цели должны быть сформулированы и с непоколебимой ясностью поставлены перед нашим народом. Тот, кто сумеет выстроить вектор движения русской жизни к новой Победе, окажется субъектом Истории, превратится в носителя национального духа.

     Не принципиально, кто именно возглавит процесс: власть или "антивласть". Неадекватная сторона будет сметена Историей. Опыт ленинской ВКП(б) неопровержимо доказывает: даже микроскопическая политическая сила, оказавшаяся под стать актуальным вызовам, способна совершить "невозможное" Чудо революции.

     Любая революция невозможна в текущем "порядке вещей", немыслима в окружающей "логике процесса". Но когда система, плывущая по течению этой "логики", впадает в ступор и идет вразнос, искренний порыв отряда героев способен разрушить сковавший нацию панцирь и создать свое собственное Бытие, освободив народные силы для исторического творчества.

     Чем дольше мы будем слышать о том, что в России "властью всё схвачено", что "ОМОН всех порубит в капусту, стоит только дернуться", что "армия по природе своей неспособна к военному перевороту", что "народ не тот", что "оппозиция контролируется" и "Революция невозможна" — тем вероятнее наступит день, когда всё вдруг понесется вскачь, власть рухнет в одночасье, и настанет новый мир.

     По сути, 1917-й, 1945-й и 1961-й — это явления одного порядка, связанные с преодолением несправедливого Рока и муки хладного умирания. Революция, Победа и Полет в космос — это нераздельный дар русских миру. И в XXI веке благодарное человечество вновь воззрится на Россию, несущую миру благую весть о тожестве жизни.

      РУССКАЯ МАТРИЦА

     Что должно быть предпринято подлинным субъектом Истории, чтобы восстановить матрицу и реализовать русскую Победу в XXI веке?

     Провозгласить Общее дело. В сотворении новой Победы должна участвовать вся нация. Для этого требуется торжество справедливости в перераспределении благ и собственности, прочный социальный мир братьев и сестер, а также непресекаемое течение русских эпох — не воюющих друг с другом, но составляющих полноводное историческое единство.

     Одновременно произвести ревизию в технологиях трансляции власти — ведь именно властные элиты всякий раз проваливали Русский мир в тартарары, и расхлябанные внуки номенклатуры ради сочного ломтя продавали первородство, доставшееся от героических дедов. Создать долгоиграющие механизмы, препятствующие предательству верхов.

     Для этого — бесконечно поддерживать и в элитах, и в народе раскаленную драматургию жизни, биение жарких сердец, незатихающий пиетет к Великому. Не снимать постов, не тушить огни, чтобы "юноши из булочных и мансард" трепетно помнили о неспящих часовых на дальних кордонах. Оставаться широкими, открытыми, чуткими, держаться на котурнах, изумляясь красоте всех цветов. Беспрерывная героизация народа-труженика превращает его в артель титанов, которым подвластно всё. Вместо всемирного низвержения смыслов в России восторжествует стремление в метафизический Верх, и каждый русский превратится в Гагарина.

     Восславить технологию, точный метод, инженерию, ответы на вопросы "Как?" и "Почему?" Достичь такого накала научного мысли, такого образовательного бума в нации, такой искренней тяги к знаниям, при которых оказалось бы немыслимым, чтобы адронный коллайдер был построен не в России. Не гнушаться и магическими способами обуздания и преобразования мира, работать с паранормальным, с психикой, с Космосом.

     Провозгласить Россию "новым полюсом мира", перепрыгнуть к автаркической русской Альтернативе гибнущей цивилизации. В нынешней парадигме глобализованной экономики невозможны никакие социально-технологические прорывы — к новым ли источникам энергии, к праведным ли формам социума, к спасительным ли лекарствам от смертельных болезней. Цивилизация, в которую заталкивают Россию, сама смертельно больна, погружается в пучину бессмысленного прозябания в социальном аналоге Абсолютного нуля. Русское Инобытие — это освобождение из мертвящих тисков концепции "устойчивого развития", под маской которой прогресс человеческой цивилизации оказался заторможен в интересах транснационального капитала. Мы выстроим собственную иерархию ценностей, заговорим с Миром по-русски, набросим на реальность свою шкалу координат — и тем спасем ее.

     Но что, если хочется умереть? В истории всех людей и народов возникает момент, когда нет сил сопротивляться иррациональной тяге к самодеструкции. И тогда в жизни человека или нации, добровольно предпочитающих превратиться в ничто, наступает 1991 год.

     Интегральным элементом в конструировании Русского XXI века станет сражение с подспудным желанием сгинуть и исчезнуть. Восстановив русскую матрицу, станет возможным, подобно Риму или Китаю, бесконечно продлять себя в истории, создавая заделы на случай очередного крушения. Так Россия и живет уже тысячу лет: то проваливаясь в мертвые пропасти, то восходя к космическим вершинам духа, избавляя весь мир от грехов и супостатов.

     XXI век мировой истории станет русским веком — или последним веком!

1

Сергей Загатин СТАЛИН БЫЛ ПРАВ

Через 65 лет после победоносного окончания Великой Отечественной войны большинство целей, которые поставили перед собой Гитлер и компания, казалось бы, реализованы.

     Советский Союз уничтожен. Его промышленность разрушена, наука, образование, культура и здравоохранение пребывают в запустении, население собственно Российской Федерации продолжает стремительно уменьшаться — в основном за счёт неестественно высокой смертности и удручающе низкой рождаемости среди славян, особенно русских. Происходит практическое обезлюживание Нечерноземья, Сибири и Дальнего Востока с медленной, но верной заменой коренных этносов зачастую чрезмерно агрессивными и более пассионарными представителями других народов. Армия утратила свою былую мощь, и выполняет практически полицейские функции, не более.

     Означает ли это, что более чем тысячелетняя история России подходит к концу, что сбылись вековые чаяния прусской военщины, английской родовой аристократии и гонористой польской шляхты?

     Отнюдь.

     Всякий раз, когда русских намеревались вычеркнуть из истории, происходило что-то непонятное для европейского ratio. И более того — все враги России, имевшие реальную возможность уничтожить нашу государственность, превращались в пыль. Где Хазария? Где Золотая Орда? Где Речь Посполита? Где Первая Империя и Третий Рейх?

     Грядущее русское возрождение опирается на новую пассионарную молодёжь, которая не застала митинговой лихорадки конца 80-х, не знакома с полемическими баталиями того времени, не участвовала в последних боях Советской власти, и, что греха таить, в массе своей гораздо хуже образована, чем её сверстники, которым пришлось жить на сломе эпох.

     Тем не менее, самой мощной и многообещающей народной силой в современной России становится русский национализм — как стихийный ответ на тотальную экономическую, политическую и культурную дискриминацию русского народа.

     Разумеется, то, что нельзя подавить, необходимо возглавить. Разумеется, по нынешним временам самая взрывоопасная смесь — это тесная смычка правых и левых, слияние идей социальной справедливости и национального возрождения. Любого, самого малого и самого легального шага в эту сторону властные кукловоды боятся как огня, памятуя о том, что было 3 октября 1993 года, в день, когда "красно-коричневые" имели шанс взять власть и направить историю нашей страны в иное русло.

     Поэтому на левый фланг десантируется троцкистский "Левый фронт", на правый — кучка прогитлеровских организаций, вовсю раздувающих пожар "второй гражданской" и "освободительного похода христолюбивого германского воинства против безбожных жидобольшевистских орд", плюс еще вовсе невиданный зверь — национал-либертарианцы, они же национал-демократы, белые расисты за права человека и прочие общечеловеческие ценности.

     Вся эта публика занимается тем, что бессовестно спекулирует на сложном положении нашего населения, исподволь навязывая абсолютно пораженческую точку зрения и звериную, недочеловеческую, ветхозаветную мораль.

     И основными объектами ненависти этих людей был и остаётся СССР, Сталин персонально и "звероподобные полчища совков". Им противопоставляются ангелоподобный ревнитель белой расы Адольф Гитлер, германские нибелунги из СС и сознательные русские патриоты из РОА и РОНА, а также Дойчланд, который "uber alles", но — вот горе! — погиб под ударами пархатых жидобольшевистских казачьих орд и штрафных армий.

     Вести адекватный диалог с этой публикой нельзя, но напомнить кое-какие нюансы просто необходимо. Потому что здесь, выражаясь словами Александра Елисеева, "начинается своеобразная "русофобия справа"... Дело в том, что если весь советский период — одна сплошная черная дыра и антинациональная диктатура, то русский народ выглядит совсем уж бледно. Получается, что русские, в массе своей, делали всё либо из рабского энтузиазма, либо из-под палки. И только отважное меньшинство оказалось готово к сопротивлению – в эмиграции или в составе иностранной армии".

     Во-первых, это Рейх напал на СССР, разорвав договор о ненападении.

     Во-вторых, на первом этапе войны Красная Армия столкнулась с противником, на голову превосходившим любую другую армию мира в стратегическом и тактическом отношении. Отработанная машина войны, немецкий генштаб плюс моторизация вермахта, помноженные на фактор внезапности и владение стратегической инициативой, привели к трагическим (но не катастрофическим!!!) поражениям на первом этапе войны.

     В-третьих, русские не испугались и не растерялись, как это сперва показалось Гитлеру и до сих пор кажется либеральным историкам. Паника и дезорганизация, приведшие к падению Франции, в России не носили системного характера и довольно успешно пресекались как властями сверху, так и инициативой снизу. Сталинская система управления уже в 1941 году показала своё превосходство — несколько тысяч предприятий, перенесённых на несколько тысяч километров, и чуть ли не с колёс начавших производство военной продукции — это непревзойдённое достижение организации транспорта и промышленности.

     В-четвёртых, уже в 1942 году слёзы и пот, пролитые русскими в период коллективизации и индустриализации, отлились в бесчисленные колонны танков, армады самолётов и миллионы снарядов. Русские выдержали удар — а дальше дело решила индустриальная и научная мощь Страны Советов.

     В-пятых, после поражения под Сталинградом, немцы утратили стратегическую инициативу, а позже — и преимущество наработанных тактических схем, что, несмотря на личное мужество и умения немецкого солдата, привело Рейх к военной катастрофе. При этом размах сражений, выигранных Красной Армией вчистую, по масштабам вполне сопоставим с её же поражениями 1941 года, только вот последствия этих поражений оказались для Германии, в отличие от Советского Союза, необратимыми.

     Вычеркнуть из Великой Отечественной войны Сталина невозможно, поскольку его каторжный труд виден в каждом мало-мальски важном деле, связанном с обороной страны.

     Если же посмотреть на Сталина, как на человека, пославшего на войну двух своих сыновей, и на вождя, который отказался обменять вражеского фельдмаршала на родного сына («Я солдата на фельдмаршала не меняю!»), перед нами возникает воистину эпический образ.

     Несомненно также и то обстоятельство, что именно Сталин стал могильщиком вульгарного Коминтерновского интернационализма и, более того, в конце жизни попытался подвести под новый, социалистический патриотизм теоретическую базу. В своей статье "Марксизм и вопросы языкознания" Сталин выдвинул мысль о том, что язык не подвержен классовой борьбе и смене общественно-политических формаций, а потому будут сохранён даже в бесклассовом обществе.

     Им была начата кампания по распространению национального патриотизма в коммунистическом движении. Вот характерный отрывок из его выступления на XIX съезде: "Раньше буржуазия считалась главой нации, она отстаивала права и независимость нации, ставя их "превыше всего". Теперь не осталось и следа от "национального принципа". Теперь буржуазия продаёт права и независимость нации за доллары. Знамя национальной независимости и национального суверенитета выброшено за борт. Нет сомнения, что это знамя придётся поднять вам, представителям коммунистических и демократических партий, и понести его вперёд, если хотите быть патриотами своей страны, если хотите стать руководящей силой нации. Его некому больше поднять".

     На том же XIX съезде КПСС, кроме всего прочего, было принято ещё одно интереснейшее решение — о развитии союзных республик с максимальной опорой на свои силы, что исключало возникновение паразитических нацменских элит, которые не преминули появиться в результате правления Хрущёва, и в конце концов сыграли едва ли не главную роль в уничтожении Советского Союза.

     Мы видим, что к концу жизни Сталина сложился целый блок государств, национальных по сути и советских по содержанию: кроме СССР, это, прежде всего КНР и Северная Корея, страны, в которых коммунистическое и национально-освободительное движение были неразрывно связаны.

     Теперь давайте всё-таки повнимательнее присмотримся к германскому лидеру того времени. Адольф Гитлер. Эманация коллективного бессознательного германской нации, до определённого момента — баловень судьбы, по уверениям национал-либералов — кладезь арийских добродетелей. Вегетарианец, любимец публики. Нелюдь.

     Об ошибках Гитлера можно рассуждать бесконечно, поскольку фюрер совершил их столько, что даже самая совершенная в мире военная машина, передовая промышленность практически всей Европы и "дух национал-социализма" не смогли уравновесить немыслимый бардак в принятии решений и организации управления так называемым "тысячелетним рейхом".

     При этом нет никакого сомнения, что де-факто в начальный период Второй мировой войны гражданин Гитлер вёл себя как натуральный безродный космополит и низкопоклонствовал перед Англией, ожидая от неё не капитуляции, но "почётного мира".

     Если продраться через нагромождение слов и прочитать "Майн кампф" с карандашом в руках, то можно убедиться, что основных мыслей там две: Германия с оружием в руках должна обеспечить себе "лебенсраум" на Востоке, и желательно сделать это с помощью восхитительной Великобритании.

     За подобный труд в СССР Гитлера сразу бы отправили куда следует — поскольку даже невольных марионеток в сталинское время не жаловали. А скудоумие не служило оправданием — напротив.

     Однако потерпевшего продолжают славословить, несмотря на то, что с 1 сентября 1939 по 9 мая 1945 гг. общие людские потери вооруженных сил Германии составили 13 млн. 448 тыс., человек, или 75,1% от числа мобилизованных в годы войны. Это 46% всего мужского населения Германии и Австрии по переписям 1939 г. Безвозвратные людские потери вооруженных сил Германии на одном только Восточном фронте выражаются цифрой 7181,1 тыс. человек, а вместе с союзниками (Венгрия — 809 066, Италия — 92 867, Румыния — 475 070, Финляндия — 84 377, Словакия — 6765 человек) – 8649,3 тыс. человек. Если же к этому числу прибавить количество раненых и больных, а также не возвратившихся в строй из-за инвалидности, то потери военнослужащих армий Оси в Европе составляют более 10 млн. человек.

     По большому счёту, именно Гитлер является тем человеком, который привёл европейцев к нынешнему краю пропасти — в развязанной им войне погиб цвет белой Европы, так что каждый правоверный белый расист-либертарианец должен бы плеваться от одного этого имени.

     При этом Германия и её сателлиты войну бездарно проиграли.

     А по-другому быть и не могло.

     Однако некрофилы-гитлеристы очень любят ссылаться на речь Геббельса о тотальной войне. Им она представляется образцом Высокого Арийского Духа, бестрепетного пред лицом надвигающихся с Востока жидобольшевистских полчищ:

     "Тотальная война стала делом всего немецкого народа. Никто не имеет права игнорировать выдвигаемые ею требования. Мой призыв к тотальной войне от 30 января был встречен оглушительными аплодисментами. Поэтому я могу вас заверить, что меры, на которые идёт руководство, находятся в полном согласии с желаниями немецкого народа — как в тылу, так и на фронте. Народ готов нести любую ношу, вплоть до самой тяжёлой, идти на любые жертвы, если только это ведёт к великой цели — победе...

     ...Мы — дети народа, сплочённые самым критическим моментом за всю нашу национальную историю. И мы обещаем вам, обещаем фронту, обещаем Фюреру, что мы превратим тыл в такую силу, которой Фюрер и его сражающиеся солдаты смогут полностью доверять. Мы торжественно клянёмся, что будем делать в нашей жизни и работе всё, что необходимо для победы. Мы наполним наши сердца политическим рвением, вечным огнём, пылавшим во время великих битв партии и государства. Никогда во время этой войны мы не позволим себе стать жертвой лживой и лицемерной объективности, которая столько раз приносила великие беды немецкому народу на протяжении его истории!"

     Ну что же, и сама эта речь, и особенно дата её произнесения — а это 18 февраля 1943 года, очень хорошо показывают, какой малахольный сброд дорвался до руководства Германией в 1933 году.

     Понимаете, на дворе начало 1943 года, четвертый год войны, уже два года война ведётся против трёх сильнейших мировых держав, уже произошла "Сталинградская катастрофа", и вот, наконец-то германские уберменши почесались с переводом экономики на военные рельсы. Получилось это у них всё равно плохо, русские женщины-солдатки с запавшими от усталости глазами и 14-летние подростки с танковых и авиационных заводов в глубоком тылу СССР одержали победу на своём фронте — в начале 1944 году количественное, техническое и технологическое преимущество Красной Армии над вермахтом стало таким, что уже никакое чудо не спасло бы рейх от поражения. Зато лицемерная объективность посрамлена — Гитлер был выше условностей и, не выполнив ни единого обещания, данного своему народу, позорно покончил с собой, вместо того, чтобы пасть в бою на развалинах Берлина, как это было озвучено им ранее.

     Однако не будем забывать, что Гитлер не просто неудачник. Гитлер — клятвопреступник, военный преступник и палач славян. Из 235 тыс. английских и американских военнопленных в немецком плену погибли 8300 человек, или 3,5%. А из 5700 тыс. советских военнопленных, в большинстве своем русских, от голода и болезней умерли либо были расстреляны около 3300 тыс. человек, или 57%.

     Одних этих цифр достаточно, чтобы убедиться в истинном отношении гитлеровцев к русским, и в абсолютной лживости тезиса о "второй гражданской".

     А ведь есть и другие, не менее скорбные цифры.

     Из 5,3 млн. человек, угнанных в Германию, погибло 2,17 млн., т.е. более 40%, Основными причинами высокой смертности среди "остарбайтеров" и узников концлагерей являлись каторжный труд, плохое питание и жестокое обращение хозяев и лагерной администрации.

     На оккупированных территориях СССР гитлеровцы и их прихлебатели истребили более 7,4 млн. человек гражданского населения, преимущественно славян, ещё 4,1 млн. человек умерло от условий оккупации, проще говоря — от голода, спровоцированного изъятием продуктов для нужд германской армии.

     В РСФСР, где оккупации подверглись 23 области, края и автономные республики, почти полностью были разрушены такие крупные города, как Воронеж, Калинин (Тверь), Новгород, Орел, Псков, Ростов-на-Дону, Смоленск. Сталинград (Волгоград), Севастополь, Новороссийск и Керчь, которые после их освобождения представляли собой сплошные руины.

     Оккупанты разграбили 98 тыс. колхозов, 1876 совхозов, 2890 машинно-тракторных станций.

     Ими было разрушены 47 801 км главных и 15 180 км станционных путей, около 12 тыс. труб и малых мостов, 317 паровозных депо, 3200 гидроколонок, 1600 водонапорных башен, 1200 насосных станций. Объём разрушений земляного полотна составил около 10 млн. куб. м.

     Культурная германская нация в рамках борьбы против азиатских русских полчищ разграбила 427 музеев, сотни библиотек и архивов, похитила 180 млн. книг, 564 тысяч художественных произведений. "Христолюбивое германское воинство" уничтожило 1670 церквей, соборов, храмов, монастырей, синагог, костелов, молитвенных домов.

     После освобождения огромная территория, которую до войны населяло более 70 млн. человек, практически оказалась непригодной для жизни. Гитлеровцы уничтожили 30% национального богатства и убили каждого седьмого гражданина СССР.

     Если это не геноцид, то что это?

     И вот теперь национал-либералы и прочая околовласовская публика, не имея в себе моральных сил посмотреть в лицо фактам или просто игнорируя их, упорствуя в своих заблуждениях, имеет наглость что-то вякать об “освободительном походе против большевизма”, о "второй гражданской" и о том, что, дескать, они "русские националисты"?

     Полноте, господа! Может, вы и националисты, но уж никак не русские. Не знаю и даже не хочу знать, кем вы ангажированы, и за какие такие идеалы реально боретесь, но то, что вы — нерусь, ставящая ущербную людоедскую идеологию выше голоса крови и почвы — сомнений не вызывает. Против какого "интернационализма" и за какую расовую чистоту мог бороться рейх, верхушка которого носила на себе следы явной дегенерации, и вермахт, превратившийся в ходе войны в мультирасовое сборище подонков всех мастей, объединённых единственным императивом — свободой от химеры, именуемой совестью?

     Кем надо быть, чтобы не увидеть что в поверженный Берлин вошла прежде всего русскаЯ армия. Русская по духу и по существу, отстаивающая извечные принципы справедливости и долга перед ближними своими.

     Русский интернационализм образца 1945 года коренным образом отличался от коминтерновских завихрений 20-х—30-х годов. Его полностью характеризовала сталинская фраза: "Гитлеры приходят и уходят, а Германия, немецкий народ остаются", — фраза, благодаря которой он просто не дал англосаксонским "белым братьям" де-факто уничтожить Германию.

     Еще в 1941 году появилась книжка американского еврея Теодора Кауфмана "Германия должна погибнуть!", в которой, помимо прочего, предлагалось стерилизовать 48 миллионов немцев (мужчин до 60 лет и женщин до 45 лет включительно). Разумеется, Геббельс не преминул использовать сей опус в пропагандистских целях, хотя в США и Англии книгу раскритиковали.

     Но если Кауфман являлся частным лицом, то Генри Моргентау был министром финансов США, когда предложил в сентябре 1944-го на 2-й квебекской конференции, в которой участвовали Уинстон Черчилль и Франклин Рузвельт, план послевоенного переустройства Германии — расчленение на несколько десятков анклавов, переход важных промышленных районов под международный контроль, ликвидацию тяжёлой промышленности, демилитаризацию и превращение остатков Германии в аграрные страны.

     "План Моргентау" разбился о волю Сталина, хотя в некоторых своих положениях был частично выполнен в американской и английской зонах оккупации, что привело к значительному снижению уровня жизни немецкого населения, а в ряде мест — и к откровенному голоду. Такая вот белая европейская солидарность.

     Более того, Сталин был единственным лидером послевоенной Европы, кто практически руководствовался христианскими принципами в политике, даровав прощение Финляндии, Венгрии, Румынии и прочим им подобным пособникам Гитлера, которые по всем законам должны были разделить с ним бремя поражения и капитуляции.

     Это обстоятельство, как и наказание этносов, предавших дружбу русского народа, со всей очевидностью доказывает, что принцип абстрактной "дружбы народов" был заменён "службой народов", с полным осознанием мессианской роли России—СССР, возглавляющей борьбу земных народов против сатанинской антисистемы мирового империализма, частным случаем которой были Адольф Гитлер и его Чёрный Интернационал.

     Современный православный философ Артур Беляев в своей книге "Восстановление Царств" пишет о "службе народов" так: "Жертва любви, даруемая русскими иным народам в сфере государства проявлялась как идеологическое освобождение, исходящее из русского Православия, очищающее и проясняющее религии и исходящие от них идеологии иных народов. Если бы не жертва, действительно можно было бы назвать абсурдом русско-турецкие войны по освобождению славян от чуждого идеологического ига, когда русские солдаты с удивлением замечали, что "бедные" болгары или румыны под игом турок жили гораздо богаче, зажиточней, чем сами русские крестьяне. Теперь эти освобожденные народы рвутся в другое рабство, в НАТО, не понимая смысла человечества, смысла народов, смысла иерархии, убегая от службы. Но от службы не убежишь, только перейдешь от одного хозяина к другому, от Бога — к дьяволу, от русских — к американцам. Не дано народам Земли есть, пить и жировать, но дано служить. И степень отдыха есть степень падения, как степень службы есть степень возвышения. Мы, русские, занимаем высшее место в иерархии народов, поскольку в условиях божественного испытания и иерархических катастроф никогда не жили хорошо в богатстве и никогда не стремились это начинать, но зато знали службу — как угодить Богу, как удержать себя и подчиненные народы от разврата, как посмеяться над сатаной и дарами его из хлеба и зрелищ, из "свободы, равенства, братства". Это знание службы — в нашей крови, оно утверждает нас над народами, только в нем наше счастье, наша свобода — и ни в чем политическом ином.

     ...Служба народов опосредуется прежде всего духовным, религиозным уровнем. Мы имеем духовную иерархическую власть над иными народами, поскольку в сущности все инородные религии, даже в их глубинном эзотерическом виде, суть несовершенные виды Православия, нерушимого в своих крестных символах. Соответственно этому, мы имеем и душевную иерархическую власть над иными народами, поскольку в принципе наша воинская иерархия, в случае её очищения и трансформации из потенциального состояния в реальное, является самой могущественной воинской иерархией всех времен и народов. Так же мы имеем и телесную, — военную и экономическую, — власть над иными народами, поскольку наша способность по овладению материей, доказанная нами в неблагоприятных условиях советской эпохи созданием военных и экономических систем, превосходит материальные способности и возможности других народов. Но не этим определяется наше иерархическое превосходство, а тем, что русские люди знают, как служить Богу, нам угодно то же, что угодно Богу. Прочие же народы службы не знают, а если и знают, то только для себя, что приводит к религиозному фанатизму или национализму, самолюбованию и ненависти к другим народам".

     Если мы действительно хотим возрождения России, если нам дано стать проводниками очередного русского чуда, нам необходимо кристально ясно осознать своё прошлое и непрерывную связь многих поколений русских людей, чьими трудами, стараниями, бдениями и ратными подвигами была создана Россия. Русский национализм может быть только имперским, русский не может быть искренним расистом, подобно надменному англосаксу или германцу, не может быть сепаратистом, подобно свидомому укру или гордому вайнаху.

     Сталин был русским.

     Сталин был прав.

1

Анна Серафимова ЖИЛИ-БЫЛИ

Самый любимый праздник с детства — 7 ноября. Потому что в этот день — демонстрация и военный парад! Демонстрации были и 1 мая. И сами по себе они проходили веселее, чем ноябрьские, потому что было тепло, начинали проклёвываться листья на деревьях, люди ходили с воздушными шариками, которые мальчишки протыкали, чтобы напугать грохотом. Девчонки, чьи шары уничтожались, визжали, затем бежали за обидчиками… И это тоже была часть праздника, определённый ритуал.

     Особый запах Первомая: свежевымытый асфальт, распускающиеся листочки, весенняя свежесть утренних часов дают удивительное сочетание.

     Мы, школьники, шагали в передовых колоннах, и потом домой возвращались по улицам, запруженным работниками заводов, НИИ... В ожидании движения колонны своего предприятия люди играли на гармошках, баянах, танцевали, пели, и были они по-настоящему веселы, радостны. Ощущение общности, духоподъемности… Я очень любила ходить на демонстрации — без них и праздник не чувствовался. А дома нас, детей, уже ждали мамины пироги, шаньги, ватрушки…

     Как-то из-за болезни (подвернула ногу на тренировке) вынуждена была сидеть дома, и горевала, представляя, что вот мои одноклассники построились, вот начали движение, вот остановились, вот побежали, вот возвращаются домой всей ватагой: девчонки держатся под руки и поют, а мальчишки разными способами задирают их. А я дома сижу!

     Конечно, после демонстрации подружки зашли и подробно пересказали, как и что… И это еще обиднее: столько всего интересного произошло в мое отсутствие: транспарант "Миру — мир!" должны были нести мальчик и девочка. Пионервожатый поручил нести Ольге и Кольке, а он ведь… Все знают. А пионервожатый откуда знает? Вот и поручил. Ольга и без того стесняется, что все видят, как он на нее смотрит. И Колька всю демонстрацию красный шёл, потому что это почти получается, что под ручку идут… Она делала вид, что ей все равно, но очень смущалась.

     А когда шли обратно, мальчишки из тридцатой школы стали стрелять в нас из рогаток, не заметив, что сзади наши мальчишки идут, а те закричали: "Это наши девчонки! Мы сами в них стрелять будем!" Представляешь: "Наши девчонки!" А мы им: "Кто это ваши?"

     Одним словом, всё самое интересное я и пропустила.

     …Если 1 мая после демонстрации мы шли с подружками гулять на берег пруда, то после демонстрации 7 ноября все бегом мчались по домам — смотреть военный парад.

     Панорама Красной площади на экране телевизора. Особая нависшая над площадью тишина. Потом голос диктора: "Говорит и показывает Москва…"

     И даже детское ощущение от этого зрелища — значительность. У телевизора усаживались все: дети, взрослые. Смотрели, не отрываясь. Марширующие солдаты, проход техники…. Мужчины, сидящие у телевизоров, с важным видом комментировали, какой вид техники движется по площади, когда поставили на вооружение, спорили.

     Двоюродный брат написал из армии, что их часть будет участвовать в параде. Боже! В экран буквально впились! Когда на краткий миг мелькнул знакомый профиль выдерживающего равнение на мавзолей гвардейца, я закричала: "Вон наш Серёжка!" — кинулась к экрану. Но кадр сменился. Родные подхватили: да, да, тоже видели. Пересказывали друг другу. Потом оказалось, что видеть не могли, поскольку брат шагал в середине "коробки", и в кадр попасть просто не мог. Но тогда мы, все родственники, жили с радостным ощущением всеобщей значительности: член нашей семьи участвовал в военном параде на Красной площади!

     Именно для того, чтобы не было этого чувства гордости за страну, за мощь ее оружия, чтобы вытравить чувство единения, демократы упразднили военные парады, мотивировав отмену их проведения материальными тратами на проведение, состоянием асфальта на улицах, по которым шла техника…. Да, сэкономленные на парадах деньги пригодились Абрамовичам…

     …Иду по Тверской. Движется военная техника: репетиция парада. Пожалуй, мне удалось увидеть все образцы техники, которая будет в нём участвовать, а это танки Т-72, Т-80, Т-90, бронетранспортеры БТР-80, БТР-90, зенитно-ракетные комплексы "Оса" и С-300, оперативно-тактические ракетные комплексы "Точка", самоходные артиллерийские установки "МСТА-С", "Акация", реактивные системы залпового огня "Ураган", "Град", "Смерч"...

     Полощутся на ветру красные флаги на корпусах техники… Красивые лица танкистов, членов экипажей самоходных установок… На тротуарах огромное количество и случайных зевак, и людей, специально приехавших на Тверскую, чтобы посмотреть этот проход техники. Наверное, не только для того, чтобы увидеть машины, пришли сюда люди (группа подмосковных школьников с учителем приехала специально), а чтобы испытать это чувство гордости, значительности, защищенности.

     Глядя на технику и на лица ребят, высунувшихся из люков или сидящих в кабинах, испытываешь чувство надежности, радостное волнение... Понимаешь, сколько трудов вложено в разработку оружия, каков технический гений наших конструкторов… Думаешь, что готов ограничить себя во всем, только бы страна могла создавать такие машины. И непонимание: как люди, создавшие такую мощь, позволили разрушить страну уродам демократии?

     Окружающие приветственно махали военным. Все фотографируют, фотографируются. Никогда не видела такого количества позирующих на фоне военной техники.

     Мужчина среднего возраста в хорошем дорогом костюме (одет не по погоде, видимо, вышел из ближайшего дома), стоит с маленьким сыном, наклонившись к ребенку, говорит: "Я служил в армии и управлял таким танком". Мальчик лет пяти восхищенно спрашивает: "Тоже с таким флагом?" "Да, тоже с красным флагом!"— поддерживает восторг сына отец.

     Из кабины остановившейся ракетной установки выскочил военный. Кричу ему: "До империи добра, если сунутся, долетит?"

     "Будет политическая воля — долетит", — смеется он.

     …Артиллеристам, Сталин, дай приказ!

1

Леонид Абрамов ДОРОГА В БЕССМЕРТИЕ

"Мне осталось жить недолго, поэтому меня беспокоит мысль о том, чтобы вместе со мной не ушли в могилу известные мне факты героической жизни и трагической гибели советского генерала Карбышева...

     В феврале 1945 года нас, около тысячи человек пленных, в том числе и генерала Карбышева, направили в лагерь уничтожения Маутхаузен. Мы прибили туда в ночь с 17 на 18 февраля. Мороз стоял около 12 градусов. Одеты все были плохо, в рванье.

     ... Фашисты загнали нас в душевую, велели раздеться и пустили на нас сверху струи ледяной воды. Это продолжалось долго. Потом нам велели надеть только белье и деревянные колодки на ноги и выгнали на двор.

     ... Гестаповцы, стоящие за нашими спинами с пожарными брандспойтами в руках, стали поливать нас потоками холодной воды. Кто пытался уклониться от струй, тех били дубинками по голове. Сотни людей падали, замерзшие или с размозженными черепами. Я видел, как упал и генерал Карбышев.

     Я прошу вас записать мои показания и переслать их в Россию... Я выполню этим свой долг перед памятью большого человека".

Из показаний майора канадской армии Седдон де Сент-Клер представителю Комитета по репатриации военнопленных. Записано в госпитале Брешмот, Англия, 1946 год.

      ВО ВРАЖЕСКОМ КОЛЬЦЕ

     ... Лес вздрагивает, как испуганный зверь, и глухо стонет, отзываясь на грохот разрывов и на тревожные человеческие голоса. Разрывы бомб не так уж близки, а голоса — рядом.

     — Что случилось?

     — Убит...

     Убит был генерал пограничных войск, приехавший в штаб армии неделю назад вместе с генерал-лейтенантом Карбышевым из Москвы. Карбышев виделся с ним последний раз в гостинице всего за день до нападения фашистов. Генералы приехали инспектировать войска на советской западной границе, но их командировку прервала война, и вот одного из них уже нет в живых.

     — Знаете, что, генерал, — обратился к Карбышеву командующий армией. — Мы не сможем сдержать натиск превосходящих сил противника, вражеское кольцо не сегодня-завтра сомкнется. Берите машину и охрану. Поезжайте в Москву...

     Мимо пронесли генерала-пограничника. Карбышев отдал погибшему честь, и, помолчав несколько мгновений, повернулся к командующему армией.

     — Товарищ командующий! Срок моей командировки в здешний округ не истек. Возвращаться в Москву только потому, что началась война, — мне кажется не логичным. Используйте лучше меня здесь в любом качестве. Согласны?

     — Согласен, — подтвердил командующий.

     Несколько дней спустя можно было уже без ошибки сказать, что вражеское кольцо сомкнулось. Двумя корпусами гитлеровцы наступали на левый фланг армии, защищавшийся всего двумя дивизиями. Ожесточенные бои не затихали там ни на час, и Карбышев почти не покидал поле боя. Днем бились, а по ночам отходили в сторону Днепра, пытаясь выйти из вражеского окружения.

     К реке вышли под утро: Днепр неширок — метров сто двадцать, не больше, но быстр и опасен на перекатах. Горстка храбрецов стояла перед рекой, к которой они так долго и упорно стремились, не зная того, что их ждет за ней...

     Но опасность ждала их не за рекой. Она пришла из-за спины, из леса, откуда они только что вышли. Карбышев ясно различил между двумя близлежащими соснами на опушке гитлеровского солдата с автоматом в руках.

     — К бою! — крикнул генерал.

     Воздух разорвали автоматные и пулеметные очереди. Советские бойцы залегли за песчаными холмиками. С грохотом разорвались мина, другая... Из леса выбегали неприятельские солдаты. Их было не меньше батальона. Карбышев увидел бегущего прямо на него коротконогого гитлеровца с автоматом и, почти не целясь, опрокинул его первым же выстрелом. Но тут же где-то совсем близко разорвался снаряд. Страшной силы взрывная волна бросила Карбышева на землю. Теряя сознание, он успел заметить бегущих к нему гитлеровских солдат...

      ТРУДНАЯ ЗАДАЧА ФОН ДРЕЙЛИНГА

     Автомобиль мчал генерал-майора фон Дрейлинга по широким берлинским улицам мимо мрачных зданий с затемненными окнами. Всю дорогу до штаба гестапо фон Дрейлинг ломал голову над тем, зачем он понадобился графу Бредероде.

     — Прошу вас сесть, генерал фон Дрейлинг, — Бредероде погасил сигарету и поднял на Дрейлинга глаза, похожие на кусочки лакированной жести. — Возможно, вам будет это и неприятно, но придется обратиться к тем временам, когда вы еще не были германским подданным, а верой и правдой служили русскому царю. Если мне не изменяет память, по вашим рассказам одновременно с вами в пограничной крепости Брест служил капитан Карбышев. После революции в России ваши дороги разошлись: вы эмигрировали в Германию, на родину ваших предков, а он перешел на сторону колонистов. Теперь же Карбышев — генерал-лейтенант советских инженерных войск. Обстоятельства сложились для него неудачно. Недавно в бою он был тяжело контужен и захвачен нами в плен. Этот русский генерал-ученый представляет для рейха значительный интерес. Нам известны его книги о заграждениях, а также идея использования всех взрывных средств перед наступающим противником. Фюрер желает, чтобы этот русский инженер стал нашим. Обработка Карбышева поручается вам. Вы назначаетесь комендантом Хаммельбургского лагеря для военнопленных, куда скоро будет переведен и Карбышев...

     Уже второй день сидел Карбышев в крохотной клетушке карантинного корпуса Хаммельбургского лагеря, отбывая наказание за неповиновение лагерным властям. Он был рад этому заточению: хоть на время прекратилась лавина допросов, уговоров, шантажа, которую обрушили фашисты на советского генерала, пытаясь склонить его к сотрудничеству с ними. Встреча с фон Дрейлингом, бывшим его соотечественником и сослуживцем, а теперь злейшим врагом, всколыхнула в Карбышеве волну воспоминаний. Память унесла его на много лет назад, в далекое детство.

     ...Сибирский город Омск. Сыну мелкого военного чиновника Карбышева одиннадцать лет. Он — единственный из воспитанников Омского кадетского корпуса — не имеет права жить в корпусе, получать пособие ввиду недостаточно высокого социального положения его отца. Зимой каждый день, отправляясь на учебу и возвращаясь домой, он рискует замерзнуть на лютом сибирском морозе, сбиться с пути в непроглядную метель. Мальчику очень трудно и до слез обидно. Однако он не падает духом. Он успешно оканчивает кадетский корпус и поступает в инженерное училище.

     Быстро пролетают годы. Жажда знаний, зародившаяся однажды, никогда не покидала Карбышева. Он учился и в годы мирной службы, и в военные годы, учился настойчиво и самозабвенно. Это ему, одаренному слушателю военно-инженерной академии, была присуждена высшая премия за отличный проект по фортификации.

     Октябрьскую революцию Карбышев встретил как верный сын своего народа, истинный патриот. Он сразу решил: отныне его место на стороне революционных сил. Бывший подполковник царской армии, храбрый офицер, кавалер многих орденов по зову сердца пошел служить инженером в красногвардейский полк — воевать за народное дело.

     Годы гражданской войны Карбышев считал лучшей своей академией. Вихри военных событий перекидывали его из конца в конец страны, с фронта на фронт, из сражения в сражение. И всюду он целиком отдавался решению задач, которые вставали перед вооруженным народом, отстаивающим свою родную Советскую власть.

     Кончилась гражданская война. Советский народ, защитив от врагов завоевания революции, восстановил разрушенную войной страну и приступил к строительству социализма. Карбышев, теперь уже известный теоретик и практик военно-инженерного дела, работал на ответственных должностях в центральном аппарате вооруженных сил и в то же время преподавал в военных академиях, писал капитальные научные труды, на которых учились целые поколения советских военных инженеров. Советское правительство награждает Карбышева высшими советскими орденами и медалями.

     Но особым значением был полон для Карбышева день, когда партийная организация Академии генерального штаба рассматривала его заявление с просьбой о приеме в коммунистическую партию. Мнение членов организации было единодушным: принять!

     Сейчас, здесь, в фашистском застенке советскому генералу особенно отчетливо вспомнились его собственные слова, произнесенные на том памятном партийном собрании: "Фашизм нахально начал вести себя в Европе. Партия учит, что нам надо быть готовым ко всему. Я хочу пережить это грозное время с партией, а если нужно будет, то и умереть за партию в ее рядах..."

      ОН НУЖЕН ГИТЛЕРУ ЖИВЫМ!

     В коридоре карантина загремели кованые сапоги, прервали воспоминания Карбышева. В одиночку вошел фон Дрейлинг.

     Передышка кончилась, продолжалась психологическая обработка.

     — Германские лагеря для военнопленных, — говорил фон Дрейлинг, — ужасная вещь. Великие люди умирают здесь недостаточно быстро, их убивают. Коммунисты — первые кандидаты. А я знаю, Карбышев, что вы очень любите жизнь. И неужели вам самому не странно, что вы, бывший офицер царской армии, коммунист?"

     — Мне странно, что вы могли об этом спрашивать. Я коммунист и останусь им навсегда, при всяких обстоятельствах.

     Готовясь к разговору с Карбышевым, Дрейлинг настроил себя на доброжелательный тон. Но последние слова советского генерала вывели его из равновесия.

     — Начиная разговор, — сказал фон Дрейлинг, — я выразил надежду на то, что между нами не будет недоразумений. И, конечно, их не будет, если вы не станете их создавать сами.

     — А что вы называете недоразумениями?

     — Сцена на плацу, когда вы во время обыска отказались развязать свой мешок, произвела на пленных самое нежелательное впечатление. По лагерю заговорили, вот как должен вести себя советский человек в плену! Почему вы упрямитесь? Зачем? Разве вы не видите, что Гитлеру всё удается? Германские армии под Москвой и Ленинградом. Уже назначен день триумфального въезда Гитлера в Москву. Еще один хороший натиск — и Советской России нет...

     Карбышев вскочил со своей узкой карантинной койки:

     — Не смейте, Дрейлинг! Довольно глупой фашистской болтовни!

     Комендант лагеря побледнел. Его рука рванулась к пистолету. Но память оказалась быстрей — советский генерал нужен Гитлеру не мертвым, а живым. Да, и этот разговор положительно не удался.

     Столь же тщетными были все другие попытки фашистов сломить волю больного шестидесятилетнего человека. Даже врагов удивляла сила духа и стойкость советского генерала: русским ученым занялся сам рейхсмаршал Геринг. Карбышева доставили в Берлин. Одиночная камера Берлинской тюрьмы сменялась роскошным банкетным залом, а тюремная машина — комфортабельным лимузином. Генералу предлагали деньги, чины, райскую жизнь, но Карбышев оставался непреклонным перед лицом смерти.

      ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ

     Главная штаб-квартира инженерной службы рейха докладывала в рейхсканцелярию: "Этот крупный советский фортификатор, кадровый офицер старой русской армии, человек, которому перевалило за 60 лет, оказался насквозь зараженным большевистским духом, фанатически преданным идее верности воинскому долгу. Карбышева можно считать безнадежным в смысле использования его у вас в качестве специалиста военно-инженерного дела."

     Резолюция рейхсканцелярии гласила: "Направить в концлагерь на каторжные работы. Не делать никаких скидок на звание и возраст".

     И снова тюрьмы и концлагеря — Нюренберг, Флоссенбург, Майданек, Освенцим, Заксенхаузен. Карбышев испытывал постоянные издевательства, побои, голод, перенес тиф, воспаление легких. Но ничто не смогло сломить железной воли советского человека. Генерал Карбышев продолжал борьбу, подпольную работу. Он оказывал большое влияние на других военнопленных, умел вовремя поддержать уставших, убедить колеблющихся, доказать неизбежность победы над фашизмом. Из лагеря в лагерь неслась молва о мужественном советском генерале...

      Фашисты убили их не сразу. Сначала должна была умереть половина тех, кого пригнали в лагерь уничтожения Маутхаузен. Для остальных эта казнь будет только нравоучением, ведь они проживут в фашистском застенке целый день.

     В морозную февральскую ночь фашисты выгнали всех на плац. Генерал Карбышев оказался рядом с группой французов и англичан. Среди них был и майор канадской армии Седдон де Сент-Клер. Потоки ледяной воды обрушили фашисты на пленных. Канадец едва держался на ногах. И вдруг какая-то сила заставила его поднять голову. Он увидел пристальный взгляд немигающих черных глаз, прямо устремленный на него и его товарищей.

     Канадец узнал в этом старике, тело которого уже было покрыто ледяной коркой, советского генерала. До канадского майора долетели хриплые слова Карбышева, произнесенные по-французски:

     — Бодрей, товарищи! Думайте о своей Родине, и мужество вас не покинет!

     Удар воды опрокинул Карбышева. Он хотел подняться, но не смог. Сердце останавливалось, мысли путались и терялись в пустоте.

     Он жил, не думая о смерти, и теперь, умирая, думал тоже не о ней. Да и что такое смерть для человека, у которого за плечами такая большая, смелая, чистая жизнь…

1

Кирилл Рязанцев ПИСЬМО СТАЛИНУ

Помните кинофильм "Председатель", где в главной роли блистал Михаил Ульянов? Оказывается, у этого персонажа был реальный прототип, Кирилл Прокофьевич Орловский. Недавно было рассекречено его письмо Сталину. Вот текст этого письма.

     "Москва, Кремль, товарищу Сталину.

     От Героя Советского Союза подполковника государственной безопасности Орловского Кирилла Прокофьевича.

     ЗАЯВЛЕНИЕ

     Дорогой товарищ Сталин!

     Разрешите на несколько минут задержать Ваше внимание, высказать Вам свои мысли, чувства и стремления.

     Родился я в 1895 году в дер. Мышковичи, Кировского района Могилевской области в семье крестьянина-середняка.

     До 1915 года работал и учился на своем сельском хозяйстве, в деревне Мышковичи.

     С 1915-1918 г. служил в царской армии в качестве командира саперного взвода.

     С 1918 по 1925 годы работал в тылу немецких оккупантов, белополяков и белолитовцев в качестве командира партизанских отрядов и диверсионных групп. Одновременно четыре месяца воевал на Западном фронте против белополяков, два месяца — против войск генерала Юденича и восемь месяцев учился в Москве на 1-х Московских пехотных курсах командного состава.

     С 1925 по 1930 годы учился в Москве в Комвузе народов Запада.

     С 1930 по 1936 гг. работал в спецгруппе НКВД СССР по подбору и подготовке диверсионно-партизанских кадров на случай войны с немецко-фашистскими захватчиками в Белоруссии.

     1936 год работал на строительстве канала Москва—Волга в качестве начальника стройучастка.

     Весь 1937 год был в командировке в Испании, где воевал в тылу фашистских войск в качестве командира диверсионно-партизанской группы.

     1939—1940 годы работал и учился в Чкаловском сельхозинституте.

     1941 год находился в спецкомандировке в Западном Китае, откуда по личной просьбе был отозван и направлен в глубокий тыл немецких захватчиков в качестве командира разведывательно-диверсионной группы.

     Таким образом, с 1918 по 1943 год мне посчастливилось 8 лет работать в тылу врагов СССР в качестве командира партизанских отрядов и диверсионных групп, нелегально переходить линию фронта и государственную границу свыше 70 раз, выполнять правительственные задания, убивать сотни отъявленных врагов Советского Союза как в военное, так и в мирное время, за что Правительство СССР наградило меня двумя орденами Ленина, медалью Золотая Звезда и орденом Трудового Красного Знамени. Член ВКП(б) с 1918 года. Партийных взысканий не имею.

     Ночью 17 февраля 1943 года агентурная разведка мне принесла сведения, что 17/II-43 г. по одной из дорог Барановичской области на подводах будут проезжать Вильгельм Кубе (генеральный комиссар Белоруссии), Фридрих Фенс (комиссар трех областей Белоруссии), обергруппенфюрер Захариус, 10 офицеров и 40— 50 их охранников.

     В это время при мне было только 12 человек моих бойцов, вооруженных одним ручным пулеметом, семью автоматами и тремя винтовками. Днем на открытой местности, на дороге, напасть на противника было довольно рискованно, но и пропустить крупную фашистскую гадину было не в моей натуре, а поэтому еще до рассвета к самой дороге я подвел своих бойцов в белых маскировочных халатах, цепью положил и замаскировал их в снеговых ямах в 20 метрах от той дороги, по которой должен был проезжать противник.

     Двенадцать часов в снеговых ямах мне с товарищами пришлось лежать и терпеливо выжидать...

     В шесть часов вечера из-за бугра показался транспорт противника, и когда подводы поравнялись с нашей цепью, по моему сигналу был открыт наш автоматно-пулеметный огонь, в результате которого были убиты Фридрих Фенс, 8 офицеров, Захариус и более 30 охранников.

     Мои товарищи спокойно забрали все фашистское оружие, документы, сняли с них лучшую одежду и организованно ушли в лес, на свою базу.

     С нашей стороны жертв не было. В этом бою я был тяжело ранен и контужен, в результате чего у меня были ампутированы правая рука по плечо, на левой — 4 пальца и поврежден слуховой нерв на 50-60%. Там же, в лесах Барановичской области, я физически окреп и в августе 1943 года радиограммой был вызван в Москву.

     Благодаря Народному комиссару государственной безопасности товарищу Меркулову и начальнику 4-го Управления товарищу Судоплатову материально я живу очень хорошо. Морально — плохо.

     Партия Ленина—Сталина воспитала меня упорно трудиться на пользу любимой Родины; мои физические недостатки (потеря рук и глухота) не позволяют мне работать на прежней работе, но встает вопрос: всё ли я отдал для Родины и партии Ленина—Сталина?

     К моральному удовлетворению я глубоко убежден в том, что у меня имеется достаточно физических сил, опыта и знания для того, чтобы еще принести пользу в мирном труде.

     Одновременно с разведывательно-диверсионной и партизанской работой я уделял возможное время работе над сельскохозяйственной литературой.

     С 1930 по 1936 годы по роду своей основной работы я каждый день бывал в колхозах Белоруссии, основательно присмотрелся к этому делу и полюбил его.

     Свое пребывание в Чкаловском сельскохозяйственном институте, а также Московскую сельскохозяйственную выставку я использовал до дна в получении такого количества знаний, которое может обеспечить организацию образцового колхоза.

     Если бы Правительство СССР отпустило кредит в размере 2.175 тысяч рублей в отоваренном выражении и 125 тысяч рублей в денежном выражении, то я бы на моей родине, в деревне Мышковичи, Кировского р-на Могилевской области, в колхозе "Красный партизан" до 1950 года добился бы следующих показателей:

     1. От ста фуражных коров (в 1950 г.) смогу достигнуть удоя молока не меньше восьми тысяч килограммов на каждую фуражную корову, одновременно смогу с каждым годом повышать живой вес молочно-племенной фермы, улучшать экстерьер, а также повышать % жирности молока.

     2. Сеять не меньше семидесяти гектаров льна и в 1950 г. получить не меньше 20 центнеров льна-волокна с каждого гектара.

     3. Сеять 160 гектаров зерновых культур (рожь, овес, ячмень) и в 1950 году получить не меньше 60 центнеров с каждого гектара при условии, если даже в июне-июле месяцах этого года не будет ни одного дождя. Если же будут проходить дожди, то урожай будет не 60 центнеров с одного га, а 70-80 центнеров.

     4. Колхозными силами в 1950 году будет посажен на сто га плодовый сад по всем агротехническим правилам, которые выработала агротехническая наука.

     5. К 1948 году на территории колхоза будут организованы три снегозадержательные полосы, на которых будет посажено не менее 30.000 декоративных деревьев.

     6. К 1950 году будет не менее ста семей пчелоферма.

     7. До 1950 года будут построены следующие постройки:

     1) сарай для М-П фермы № 1 — 810 кв. м;

     2) сарай для М-П фермы № 2 — 810 кв. м;

     3) сарай для скотомолодняка № 1 — 620 кв. м;

     4) сарай для скотомолодняка № 2 — 620 кв. м;

     5) сарай-конюшня для 40 лошадей — 800 кв. м;

     6) зернохранилище на 950 тонн зерна;

     7) навес для хранения сельскохозяйственных машин, инвентаря и минерального удобрения — 950 кв. м;

     8) электростанция, при ней же мельница и лесопилка — 300 кв. м;

     9) механическая и столярная мастерские — 320 кв. м;

     10) гараж на 7 автомашин;

     11) бензохранилище на 100 тонн горючего и смазочного;

     12) хлебопекарня — 75 кв. м;

     13) баня — 98 кв. м;

     14) клуб с радиоустановкой на 400 человеко-мест;

     15) домик для детского сада — 180 кв. м;

     16) рига для хранения снопов и соломы, мякины — 750 кв. м;

     17) рига № 2 — 750 кв. м;

     18) хранилище для корнеплодов — 180 кв. м;

     19) хранилище для корнеплодов № 2 — 180 кв. м;

     20) силосные ямы с кирпичной облицовкой стенок и дна вместимостью 450 кубометров силоса;

     21) хранилище для зимовки пчел — 130 кв. м;

     22) силами колхозников и за счет колхозников будет построен поселок на 200 квартир, каждая квартира будет состоять из 2 комнат, кухни, уборной и небольшого сарая для скота и птицы колхозника. Поселок будет представлять из себя тип благоустроенного, культурного, утопающего в плодовых и декоративных деревьях поселка;

     23) артезианских колодцев — 6 штук.

     Должен сказать, что валовой доход колхоза "Красный партизан" Кировского района Могилевской области в 1940 году составлял только 167 тысяч рублей.

     По моему расчету, этот же колхоз в 1950 году может добиться валового дохода не менее трех миллионов рублей.

     Одновременно с организационно-хозяйственной работой у меня найдутся время и досуг для такого поднятия идейно-политического уровня своих членов колхоза, который позволит создать крепкие партийную и комсомольскую организации в колхозе из наиболее политически грамотных, культурных и преданных партии Ленина—Сталина людей.

     Прежде чем написать Вам это заявление и взять на себя эти обязательства, я много раз, всесторонне обдумав, тщательно взвесив каждый шаг, каждую деталь этой работы, пришел к глубокому убеждению, что вышеупомянутую работу я выполню на славу нашей любимой Родины и что это хозяйство будет показательным хозяйством для колхозников Белоруссии. Поэтому прошу Вашего указания, товарищ Сталин, о посылке меня на эту работу и предоставлении просимого мною кредита.

     Если по данному заявлению возникнут вопросы, прошу вызвать меня для объяснения.

     Приложение:

     1. Описание колхоза "Красный партизан" Кировского района Могилевской области.

     2. Топографическая карта с обозначением местонахождения колхоза.

     3. Смета отоваренного кредита.

     Герой Советского Союза подполковник государственной безопасности Орловский.

     6 июля 1944 г.

     г. Москва, Фрунзенская набережная,

     дом № 10а, кв. 46, тел. Г-6-60-46".

     Сталин дал распоряжение удовлетворить просьбу Кирилла Орловского — он прекрасно понимал его, потому что сам был таким же. Тот сдал государству полученную им квартиру в Москве и уехал в разрушенную до основания белорусскую деревню. Кирилл Прокофьевич выполнил свои обязательства — его колхоз "Рассвет" был первый колхоз в СССР, получивший после войны миллионную прибыль. Через 10 лет имя Председателя стало известно всей Белоруссии, а затем и СССР.

     В 1958 г. Кириллу Прокофьевичу Орловскому присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина. За боевые и трудовые заслуги награждён 5 орденами Ленина, орденом Красного Знамени, многими медалями. Избирался депутатом Верховного Совета СССР третьего-седьмого созывов.

     В 1956-61 годах был кандидатом в члены ЦК КПСС. О нём, "дважды кавалере" Золотой Звезды, написано несколько книг: "Мятежное сердце," "Повесть о Кирилле Орловском" и другие.

     А начинал колхоз с того, что почти все крестьяне жили в землянках. Очевидцы описывают так: "Закрома во дворах колхозников ломились от добра. Отстроил деревню, вымостил дорогу до райцентра и деревенскую улицу, построил клуб, школу-десятилетку. Не хватило денег — снял с книжки все свои сбережения — 200 тысяч — и вложил в школу. Платил стипендии студентам, готовя резерв кадров.

     Это заявление с грифом "Совершенно секретно" (таков был статус заявителя), написанное всего через три дня после того, как был освобождён Минск и не предназначенное для того, чтобы быть когда-либо опубликовано, рассказывает о написавшем его человеке, стране и эпохе больше, чем целые тома книг. Оно очень много говорит и о нашем времени, хотя для этого совсем не было предназначено.

     Сразу становится понятным, какие Люди строили СССР — примерно такие, как Орловский. Не возникает вопросов, на кого Сталин опирался при строительстве страны — именно вот на таких, и он давал таким людям все возможности себя проявить. Результат видел весь мир — СССР, дважды поднявшийся буквально из пепла, Победа, Космос и многое другое, где одного только было бы достаточно, чтобы прославить страну в истории. Также становится понятным, какого типа люди работали в ЧК и НКВД.

     Если кто не понял из текста заявления, подчеркну: Кирилл Орловский — чекист, профессиональный диверсант-"ликвидатор", то есть именно "НКВД-шный палач" в самом прямом смысле слова, а как сказали бы ещё любящие козырнуть псевдоблатной лексикой придурки — "лагерный вертухай" (совершенно не понимая значения этого слова и к кому оно относилось). Да, именно так — год (1936) до того, как отправиться добровольцем в Испанию, Кирилл Прокофьевич Орловский был начальником участка системы ГУЛАГ на строительстве канала Москва—Волга.

     Да именно так — часто начлаги и чекисты были примерно вот такими Людьми, хотя, естественно, люди, как и везде, попадались всякие. Если кто не помнит — великий педагог Макаренко тоже работал в системе ГУЛАГа — был начальником колонии, а потом — замначальника "детского ГУЛАГа" Украины.

     Ясное дело, что тогда были "уничтожены все лучшие люди", "все думающие люди". Поэтому строили и защищали страну исключительно забитые рабы. Вроде Кирилла Орловского. Именно поэтому с ней не смогли справиться объединённые силы континентальной Европы под руководством Адольфа Гитлера.

     Естественно, все, как один, тогда были "безынициативными серыми рабами" во времена "административно-командной экономики", где чуть ли не каждый гвоздь был строго регламентирован из центра. Как про это последние двадцать лет нам объясняют каждый день в телевизоре. Только остаётся непонятным, как это колхоз строился по плану, составленному председателем, как специально под его заказ обучались специалисты — агрономы, зоотехники и пр.?

     Однако становится сразу понятным, какого типа люди брали на себя ответственность, причём не по приказу, а сами, лично — и поднимали страну из руин в невиданные сроки. Ну, разумеется, "только частный собственник может быть эффективным ", "частная инициатива", "стремление к прибыли" и "рыночная экономика способны эффективно создавать"и всё в этом духе. Не зря именами сталинских управленцев называли города, улицы и заводы.

     Правда, при "неэффективном тоталитаризме" сил и средств хватало и на сильнейшую в мире армию, способную противостоять объединённым силам "золотого миллиарда", и на всеобщее лучшее в мире образование, и на бесплатное всеобщее здравоохранение, и на блестящую науку, и на космос, и на достойную жизнь для всех, а не для избранных, и на детские сады, и на пионерские лагера, и на бесплатный спорт для всех желающих, и даже на поддержку системы социализма и коммунистических партий по всему миру, как и на многое другое. Теперь всего этого нет, "сброшен балласт", преданы все союзники, разрушено и продано всё, что можно, но почему-то денег нет ни на что. Построенное тогда, сейчас под руководством "эффективных менеджеров" и "эффективных собственников" мы не можем не то что повторить — даже отремонтировать. Это к вопросу о том, какая система эффективнее и какой руководили Люди и Герои, а какой — негодяи и предатели.

1

Дмитрий Владыкин МЕГАМАШИНА

В Центре Кургиняна 26-27 апреля стартовал проект "Реальная война", посвященный 65-летию Победы. Целью этого проекта названо очищение истории Великой Отечественной и Второй мировой войны от разного рода политизированных мифов, которые непрерывно создавались вокруг них в сознании нашего общества, особенно — с хрущевских времен и далее, вплоть до горбачевской перестройки и нынешних дней.

     "Сегодня, накануне 65-летия Победы, налицо стечение ряда исторических обстоятельств:

     — готовность некоей — обезумевшей, но очень влиятельной — части мирового сообщества осуществлять ревизию очевидного (то есть решающего вклада Советского Союза в победу над нацистской Германией. — Д.В. );

     — подспудная реабилитация фашизма, происходящая не только в отдельных странах, но и в общемировом масштабе;

     — новый виток обострения политической борьбы в России;

     — желание использовать в этой борьбе нашу историю примерно тем же способом, каким она была использована в сходной политической ситуации двадцатью годами ранее", — говорится в обращении организаторов проекта.

     Главным методологическим принципом "Реальной войны", судя по первой конференции, избрана опора на факты в их системно-динамической взаимосвязи, а его главной движущей силой должны стать профессиональные историки, в основном молодые или "региональные", и по этой причине не полностью ангажированные разными струями академического "мейнстрима".

     С самого начала проект обозначил международный статус: на конференции с докладом "Хадж-Амин Аль-Хусейни: джихад на службе Третьего Рейха" выступил известный израильский журналист Дов Конторер.

     Весьма показательным стало также выступление доцента Санкт-Петербургской Духовной академии и СПбГУ, кандидата филологических наук, диакона Владимира Василика, подвергшего фундаментальной критике концепцию Великой Отечественной войны как "схватки двух кровавых лживых тираний, советской и нацистской", в исполнении "старого члена НТС, организации, сотрудничавшей с фашистами, а затем с ЦРУ", профессора МГИМО Андрея Зубова (имеется в виду вышедший под его редакцией учебник для вузов "История России. ХХ век: 1939–2007", М: "Астрель", "АСТ", 2009).

     Последовательно указывая на недостоверность фактов и предвзятость трактовок данного учебника по таким важнейшим проблемам, как военные потери Красной Армии и вермахта, потери гражданского населения, судьба военнопленных, партизанское движение на оккупированных территориях, диакон Владимир делает вывод: "Этот учебник не соответствует исторической реальности и направлен на расшатывание русской ментальности и разрушение общественного согласия". После чего задаётся вполне естественным вопросом: "И этим за государственную зарплату, пользуясь государственным статусом, занимается преподаватель высшей дипломатической Академии, готовящей дипломатов и разведчиков... Что творится в государстве Российском, раз его чиновники (ибо профессор — госчиновник) могут безнаказанно работать против него и пользоваться всеми жизненными благами?"

     Вообще, широко внедряемая ныне трактовка Великой Отечественной войны как "второй гражданской" и оправдание "власовства" как антикоммунистического движения прямо вытекают из тезиса о том, что коммунизм — абсолютное зло, и "все беды России начались с большевиков". Что совершенно не согласуется с известными и бесспорными историческими фактами.

     Предметом особого внимания выступающих стала судьба отечественных архивов, содержащих документы военного времени: большей частью законсервированных, меньшей частью утраченных и лишь в ничтожной своей части реально доступных для современных исследователей.

     Конечно, заявленную организаторами проекта попытку "демифологизировать" историю Победы заранее можно считать мифологемой, поскольку история неотделима от мифов, являющихся её неотъемлемой, sine qua non, частью, своего рода почвой, на которой и произрастает "древо исторической науки".

     Всякое историческое исследование представляет собой цепь или сеть событий, выделенных историком из потока доступных ему фактов и документов общественной жизни. История — лишь модель, лишь образ прошлого, а потому всегда — только приближение к истине.

     Понятие "мифа" не следует воспринимать лишь в качестве субъективной иллюзии, индивидуальной либо общественной. Миф — это прежде всего системное и образное воплощение того уникального опыта, который присущ любой более-менее устойчивой и замкнутой социальной системе, от семьи до государства. Когда социальная система трансформируется — трансформируется и система её мифов.

     Косвенно признал это в своём вступительном слове и Сергей Кургинян, заявив: "Мы исходим из того, что в 1945 году было повержено абсолютное зло. Любая другая позиция для нас принципиально неприемлема".

     Поскольку ничего против такой мифологемы мы по определению не имеем и иметь не можем, остаётся лишь пожелать проекту "Реальная война" успешного развития и достижения тех целей, которых он в принципе может достичь: то есть не "демифологизации истории", котоая невозможна, но "дефальсификации" её, устранения из исторического оборота: и на научном, и на обыденном уровнях, — множества внедренных "псевдофактов", которые включаются в различные формы общественного сознания как своеобразные "фразеологизмов мышления", обладающие для их носителей бесспорно высоким, фундаментальным ценностным статусом. Или, как образно выразился тот же Сергей Кургинян, "убрать с нашего исторического поля козлов".

     Хорошо бы...

1

ПОБЕДА. ПАМЯТЬ. НОВЫЙ БОЙ!

ПРОСЬБА ВЕТЕРАНОВ

     Площадь наша Красная, порадуй

     Молодым лицом своих парадов,

     Превеликой памятью повей

     С наших вечно фронтовых полей,

     И позволь нам встать, хоть мы и деды,

     В караул у Знамени Победы.

      ПАМЯТИ МУСТАЯ КАРИМА

     — Да мы же с тобой друзья,

     Myстай Карим,

     Вставай давай, давай поговорим.

     Ну, поболел, ну, хватит. Перестань.

     Ведь ты ж у нас большой поэт, Мустай!

     Ведь ты ж солдат!

     И он, представьте, встал

     И — бронзовый — взошёл на пьедестал!

      ПАМЯТНИК

     Весь каменный насквозь, ни вздоха в нём, ни пульса,

     Шинель внакидку — человек-скала.

     Я подошёл к нему, рукой руки коснулся.

     И вдруг услышал: бьют колокола

     По всей земле — сильней и глубже пульса…

     И памятник мне горько улыбнулся.

      РАЗВЁРСТКА

     А нас в живых осталась только горстка,

     От всех фронтов — такая брат, развёрстка.

     Мы тут еще, в кругу родных и близких,

     И там уже, в рядах у обелисков.

     Ещё чуть-чуть, ещё, ещё полшага, —

     Нам вечный сон, а юношам — присяга.

      СЕДОЙ АККОРДЕОН

     За годом год идёт, идёт за вехой веха...

     И вот как будто я свернул за угол века,

     И — замер вдруг на перетоке света:

     Передо мной она, сама Победа,

     Сидит на стульчике у каменных ворот,

     Вокруг Москва торопится, снует,

     Гудят машины, плещется неон,

     А он, мой друг, седой аккордеон,

     Кричит во все лады и ордена:

     Не забывайте, что была война!..

СТАНИСЛАВ КУНЯЕВ      

     ★ ★ ★

     Калуга, как и вся страна,

     Своих героев разыскала,

     Восстановила имена

     И привинтила ордена

     Из разноцветного металла.

     В Москве и в Киеве салют —

     Да так, что слышно в целом мире,

     И ветераны водку пьют

     И песни старые поют.

     Куда ни глянь, в любой квартире.

     Не то, чтобы работать лень,

     Всю жизнь работаем — не ропщем,

     Но смысл велик, что этот день

     Навек объявлен нерабочим.

     Наш праздник весел и тяжел:

     Он слава, но он все ж и тризна,

     Недаром по стране прошел

     Девятый вал патриотизма.

     Недаром синяя весна

     В полях или в домашних стенах

     Вновь высветляет имена

     Забытых или незабвенных.

ВАЛЕНТИН СОРОКИН      

      БРАТЬЯМ

      В борьбе многотрудной, упорной, суровой

     С Россией, Украйной мы шли заодно.

Петрусь Бровка

     Верные, святые белорусы,

     Добрые, родные украинцы,

     Мы ведь с вами — русские, мы русы,

     А разделены, как палестинцы.

     И в Крыму нас обучают янки,

     Во Владивостоке учат драке,

     Неужели мало, после пьянки,

     Крови ими пролито в Ираке?..

     И теперь — славянской захотели:

     Взрывы, взрывы, танки и ракеты,

     Европейцы тоже все при деле —

     Чистят перед Штатами паркеты.

     Русы, белорусы, украинцы,

     Встанем, непопятные, над Бездной,

     Да, мы — палестинцы, палестинцы,

     Русы мы, с отвагою железной!

     С нами Жуков и Богдан Хмельницкий,

     С нами Василевский, Рокоссовский,

     Сталинграда ветер исполинский,

     Подвиг материнский и отцовский.

     Копоть пушек, может, дым от виски?..

     Мы не янки. Мы славяне. Братья.

     Предадим — кресты и обелиски

     Нам с небес пошлют свои проклятья!

     Минск и Киев, и Москва за нами,

     Соловей и сокол на ладони,

     Сердце Ярославны — наше знамя:

     Слышите, звенит оно и стонет?

     На просторах нам пора подняться,

     Коренных соседей обнимая,

     Пусть враги России потолпятся,

     До Победы грозового Мая!..

     Журавли кричат о чём-то Волге.

     Днепр и Неман. Курск и Севастополь.

     Все цветы слезами понаволгли —

     Под моим окном седеет тополь.

     Не в Путивле, а в столице главной,

     У стены Кремлёвской, не иначе,

     Ты грустишь, а, может, Ярославна

     Князя ждёт...

     И плачет, плачет, плачет!

      ПРИГОВОР

     Эти речи, эти обещанья,

     Двадцать лет, а пользы ни на грош.

     Через боль, тоску и обнищанья

     Тянется к булыжникам Гаврош.

     Слабым ветром флага кумачёва

     Пролетарий взбадривает быт.

     На Урале помнят Пугачёва

     И на Волге Стенька не забыт.

     Русские, мы ныне — палестинцы,

     Хамы жить не разрешают нам.

     Будут им свинцовые гостинцы,

     Приплывёт "Аврора" по волнам!

     Ведь куда ни устремишься оком —

     Рыночных магнатов беспредел.

     Ждёт их Гитлер в бункере глубоком,

     За успехи выпить захотел.

     Гул войны лишь стихнет на планете,

     Новый евро-долларовый сброд

     Рвётся к Сталинграду, ну, а эти

     До Чукотки грабят свой народ!..

     Лысы ли, кудрявы ли, ершисты,

     Жадности разбойничьей верны,

     Чем они, скажите, не фашисты,

     Янки перестроечной страны?

     Нашу жизнь не сделают красивей

     Те, сегодня в мире непростом,

     Кто торгует нами и Россией

     Перед обелиском и крестом.

     Тяжело превозмогая беды,

     Меж Кремлём, Лубянкой и Тверской

     Мы ещё отметим День Победы —

     И над этой бандой воровской.

ВЛАДИМИР БУШИН      

     ★ ★ ★

     Любви, испитой полным кубком,

     Отцовства радостям простым,

     Труду, смиренью и уступкам,

     Ветвям черемухи густым,

     Неторопливым наслажденьям

     Неспешного теченья дум,

     Случайным нежным песнопеньям,

     Тропе, что выбрал наобум...

     Потом лишь это всё изведав,

     Я оценить сумел вполне,

     Что бросил на алтарь Победы

     10-й "А" на той войне.

     ★ ★ ★

     Всем, за Россию павшим, слава

     И память скорбная вовек!

     Их свято чтят и мать-держава

     И каждый честный человек.

     О всех нам не избыть печали

     Средь будней, праздников и дел,

     Но у того, кто пал в начале,

     Особый всё-таки удел...

     Им, кто сражался в Бресте, в Орше,

     В Смоленске, Вязьме, у Орла,

     В земле лежать не всех ли горше? —

     Им неизвестно, чья взяла.

     Они не знают, удалось ли

     Нам отстоять Москву зимой,

     И как и что там было после

     Со всею Русью, всей страной.

     И что с детьми? И что с женою?

     Жива ли мать? И где отец?

     Ещё пойдём ломить стеною

     Или уже всему конец?..

     ★ ★ ★

     Если было б судьбой суждено мне

     Жить до ста, даже тысячу лет,

     И до тех бы времен я запомнил

     Дня Победы и облик, и цвет.

     Слёзы счастья и скорби на лицах,

     День из горя и радости весь,

     Залпы тысячи пушек в столице,

     О Победе разнесшие весть.

     И сердечное краткое слово

     Поздравленья отцом сыновей

     В этот День мы услышали снова,

     Дети разных земель и кровей.

     Это слово не часто звучало,

     Но всегда укрепляло сердца.

     С ним прошли мы войну от начала

     До Победного Дня, до конца.

ВЛАДИМИР ГНЕУШЕВ      

     ★ ★ ★

      Андрею Блинову

     Да, воевали, любили.

     И для родимой земли

     Шли сквозь деревья из пыли

     Там, где снаряды легли.

     Падали в пламени дальнем,

     Будто споткнувшись о пни.

     После, в чаду госпитальном,

     Долгие маялись дни.

     С лицами наперекос,

     Звали сестер спозаранок.

     Ибо свирепствуют раны,

     Если проходит наркоз...

     Под голубым небосводом,

     В жизни, что родственна снам,

     Долгие мирные годы

     Были наградою нам.

     Весело жили с тобою !

     Топали в жизнь напрямик.

     Пели и пили сухое,

     Ели прекрасный шашлык.

     Жизни ворочали глыбы!

     Но для родимой земли

     Сделать и больше могли бы,

     Если бы праведно шли.

     И понимали бы сразу,

     Что без рабочего зла

     На затянувшийся праздник

     Память похожа была.

     Так же и небо синеет,

     Но, прожигая насквозь,

     Боль на душе все сильнее,

     Словно проходит наркоз.

     Трудимся, спорим, болеем,

     Но, о прошедшем скорбя,

     И ни о чем не жалеем.

     И не прощаем себя.

     ★ ★ ★

      Василию Субботину

     Над памятью павших не плачу,

     Лишь долго и горько молчу.

     Да в Праздник Победы удачу

     Сожгу, словно в Храме свечу.

     Родные друзья фронтовые!

     На карточках, данных живым,

     Такие они молодые,

     Что даже завидуешь им.

     Остались за флагом их лица.

     Но искренне думали мы,

     Что Праздник Победы продлится

     Не далее, как до зимы.

     И снова — военная мука,

     Оружие в ярости рук.

     И, значит, с друзьями разлука

     На срок госпитальных разлук.

     Но время решило иначе:

     Мы в мирные жили года

     Так долго без женского плача,

     Как будто они навсегда.

     Но вот, чем страшнее и гаже

     Становится облик страны,

     Тем чаще приносим мы павшим

      Сознанье безвестной вины.

     И снятся в пути нашем длинном,

     Что прошлое с нами связал,

     Апрельский туман под Берлином,

     В Бреслау разбитый вокзал.

     Сады в бело-розовом дыме,

     Парадных знамён торжество.

     И стало ещё неделимей

     Нетленное наше родство.

     По тайным законам природы,

     Где светят и меркнут огни,

     Всё дальше грядущие годы,

     Всё ближе ушедшие дни.

БОРИС ОЛЕЙНИК      

     ★ ★ ★

     Мать пришла повстречаться с Сыном.

     Видит... — Господи! — Сына нет.

     Журавли над ней голосили...

     Кто-то рядом, преклонных лет,

     Прибирал могилку. — Не видели?.. —

     И замолкла, не продолжая.

     — Видел: крепких парней с водителем.

     Краном памятник погружали.

     А потом увезли куда-то...

     Как сказали недавно мне,

     У сегодняшних супостатов

     Очень бронза в большой цене.

     Подкосились после ответа

     Ноги. Боль полоснула плетью...

     Отмечали Праздник Победы

     В третьем тысячелетьи...

     ★ ★ ★

     Не копайте яму,

     Ров или границу,

     А копайте с нами

     Во степи криницу,

     Чтоб такой затишной

     В ней играть водице,

     Что и сам Всевышний

     Возжелал умыться.

     Чтоб она являла

     Людям чуда действо,

     Чтоб с их душ смывала

     Скверну фарисейства.

     Ибо так облили

     Все друг друга грязью,

     Что узнать не в силе:

     Это люди разве?...

     Брат под брата, право,

     Так копает дружно —

     Чуть не полдержавы

     В яме по макушку...

     Закопались сами,

     А врагам осталось

     Нас теперь холмами

     Лишь присыпать малость.

     Так копайте ж с нами

     Поскорей криницу,

     Чтобы тем, кто в яме

     Принести водицы,

     Чтобы ощутили

     Ту прозренья силу,

     Что не братьям рыли,

     А себе — могилу.

     Так долой из ямы,

     Пока свет в зеницах,

     И копайте с нами

     Во степи криницу,

     И покажем этим

     Братством не картинным,

     Что мы всё же дети

     Матери единой!

      Перевёл с украинского Евгений Нефёдов

ЮРИЙ ХРЕНОВ      

      СТАЛИН

     Ну что тут спорить: вождь или народ

     Врага повергли в той войне кровавой?

     Без командира даже взвод не взвод.

     Кто б без Петра бил шведов под Полтавой?

     Без Дмитрия Донского кто б полки

     Привел на сечу поля Куликова?

     Не выкинуть из песни ни строки,

     А из строки, бывает, даже слова.

     Мы говорим "Кутузов" — и встаёт

     В глазах война 12-го года.

     Тогда ведь тоже победил народ.

     Но живо имя в памяти народа.

     Народ и вождь... Ну как их разделить?

     Вожди — они в истории, как вехи.

     И если нам при нём случилось жить —

     Как позабыть об этом человеке?

     Неразделимы Ленин и Октябрь,

     Бунты крестьян и Разин с Пугачёвым.

     Не надо только путать "вождь" и "царь" —

     По смыслу это разные два слова.

     В войне, конечно, победил народ.

     Ему по праву быть на пьедестале.

     Но никогда никто не зачеркнёт:

     Народ к Победе вёл Иосиф Сталин!

     ★ ★ ★

     Нужен народу вождь,

     Как огороду дождь.

     Иначе зачахнет народ,

     Как без дождя огород,

     И превратится в сброд.

      Чтобы жила страна,

      Цель для страны нужна:

      Без ясной цели страна

      Случаю отдана

      И тоже обречена.

     Вождь это только тот,

     Кто сплачивает народ,

     Знает, куда вести,

     Как от беды спасти.

     Народ у вождя в чести.

      Скажите вы мне теперь:

      У нас-то какая цель?

      Что сплачивает нас —

      Его и меня, и вас?

      Куда мы идем сейчас?

     Села страна на мель,

     Когда потеряла цель,

     И, как огород дождя,

     Ждет своего вождя.

     Только уж сколько лет

     Нет всё его и нет!

НИКОЛАЙ БЕСЕДИН      

     ★ ★ ★

     Всё равно вам не перечеркнуть

     Имени святого — Сталинград,

     Вам не очернить победный путь,

     Что прошел от стен его солдат.

     Вы с могил сотрете имена,

     Вечные погасите огни,

     Но из пепла встанет та страна,

     Пали за которую они.

     Оболжёте павших и живых,

     Каждый день священной той войны,

     Но Россия не простит вам их

     Преданной, великой той страны.

     Будете бесстыдно унижать

     Славную Победу над врагом,

     Но народ, умевший побеждать,

     Никогда не сделать вам рабом!

МАРИНА СТРУКОВА      

      ПЕСНЯ О ВЕЧНОЙ ВОЙНЕ

     Сияет листовка на серой стене,

     страна по колено в крови,

     но каждая песня о вечной войне —

     лишь песня о вечной любви.

     О деве, что, плача, стоит на крыльце,

     глядит на дорогу в тоске,

     о юном герое во вражьем кольце,

     о солнце весны вдалеке.

     О гордой душе, что летит в высоту,

     о ивах кровавой реки,

     о белых цветах, что ложатся к кресту

     из трепетной детской руки.

     Нам верность и подвиги снятся во сне.

     Зови их на землю, зови!

     Ведь каждая песня о вечной войне —

     лишь песня о вечной любви.

     И с радостью мы растворимся в пыли

     за рощи в туманной дали,

     за белые сёла, где жить не смогли,

     за город, где жить не смогли.

     Тоска о незримом сжигает меня,

     и солнце глядит свысока,

     есть каста бойцов, и стальная броня

     для них, словно нежность, легка.

     Ты, как об огне, вспоминай обо мне

     и звезды доступные рви.

     А каждая песня о вечной войне —

     лишь песня о вечной любви.

МИХАИЛ БОНДАРЕВ      

      ИВАН ДА МАРЬЯ

      От автора. В Великой Отечественной войне участвовал и был тяжело ранен мой дед Михаил Семенович Овсянкин.

     Растекался утренний туман —

     Молоко — над тихою водою, —

     Как родились Марья да Иван

     В деревушке Светлой над Окою.

     Их, встречая, плакали дожди,

     И деревья ветры закачали.

     Поднимайся, Марьюшка, иди

     По дорогам девичьей печали.

     Вырастай, Иванушка, плыви

     По морям неведомым и рекам.

     Сила разудалая в крови —

     Знать, счастливым будешь человеком.

     И сплетала Марьюшка венки

     Из цветов приокских для Ивана.

     И он шел к ней — плечи широки, —

     И любил безумно, без обмана.

     Русь сынов рожала для войны,

     Дочерей — чтоб ждать их возвращенья.

     Там, где враг — там смерти валуны,

     Сыновьям — кровавое крещенье.

     Ищет Марья в небе журавля

     Своего в весеннем караване...

     Не дождались русские поля,

     И росою плачут об Иване.

      ЗА РОССИЮ

     Старик седой, прошедший рядом,

     Проковылявший с костылем,

     Один из тех, кто в сорок пятом

     Салют увидел над Кремлем.

     Народов, стран освободитель,

     Он взял поверженный Берлин.

     Домой вернулся — победитель,

     Как чудо-витязь из былин.

     Склонись, художник, над мольбертом,

     И помяни строкой, поэт,

     Того, кто пал под Улус-Кертом

     В рассвете юношеских лет.

     В Египет сказочный уехав,

     В тени гигантских пирамид

     Ты выпей рюмку за морпехов,

     За тех, кто в Грозном был убит,

     Что грязь кровавую месили,

     Кого калечила война.

     Налей за армию России

     И выпей за неё до дна.

     Пускай не гаснут свечи в храме,

     И звёзды в темной вышине

     За опаленную в Афгане

     И, кровь пролившую, в Чечне.

     Взлетай свечой, отважный летчик,

     За офицеров, рядовых,

     За всех бойцов "горячих точек",

     Локальных войн и мировых.

     За лучших воинов России,

     Которые во все века

     Себе пощады не просили

     В глазах коварного врага.

ОЛЬГА САПОЖНИКОВА      

     ★ ★ ★

     Уходят старики и закрывают двери

     В миры, куда ни мне, ни вам не заглянуть…

     Успеем ли сказать им о любви, о вере —

     Успеем ли продлить их тихую весну?

     О том, что столько слёз невыплаканных (гордость!)

     Копили, как рубли (никто не отберёт) —

     Мы, провожая их, рыдаем чуть не в голос…

     Дай Бог нам так прожить… Да кто же — не даёт?

     Уходят старики… Но добрыми глазами

     Хранителей с небес глядят они из тьмы.

     И юность далека — а на носу экзамен:

     Уходят старики, Но остаёмся — мы!..

АЛЕКСАНДР РОЗАНОВ      

     ★ ★ ★

     Попривыкли к цифрам и значенью!

     Равнодушный взгляд по обелискам.

     Мы — свои на празднике забвенья,

     Мы — чужие на вертепе смысла.

     Я поздравил девушку с Победой…

     Девушка спросила: "С чем, простите?" —

     Родина, за что такие беды?

     Родина, вы цену назовите,

     Родина, ведь вас не понимают.

     Родина, ведь вы давно не в моде,

     Родина, ведь всё короче в мае

     Могикан последних половодье.

     …Мы страна утраченной Победы:

     Память заменили пьедесталом,

     Подвиг разменяли на беседы —

     В душах наших Подвига не стало.

     В душах вещевого потребленья

     И в сердцах заезжего цинизма,

     Мы — свои на празднике забвенья,

     Мы — чужие на вертепе смысла.

АЛЕКСЕЙ ШОРОХОВ      

      ПАМЯТИ ОТЦА-ФРОНТОВИКА

     Зачем тогда так глубоко и тонко

     Алело солнце сквозь туман полей?!

     Теперь весь век — обманутым ребёнком

     Бежать за первой стаей журавлей.

     ...Река дымится, и плывёт, и грезит

     О чем-то милом, давешнем, своём.

     Дощатый мостик, и на самом срезе —

     Мы не себя, а детство узнаём.

     Какая тень! Как заросли пахучи!

     Где злой мальчишка нудит пескарей,

     Чтобы потом с полуразмытой кручи

     Тягать тугих лобастых голавлей.

     Как ты завидовал им, деревенским, цепким,

     Серьёзным даже в резвости своей!

     А сам пускал рассохшиеся щепки

     И провожал их мыслью до морей.

     Но, видимо, такой большой поклажи,

     Такой мечты не вынесли суда:

     Устали голуби, увязли в такелаже,

     И не вернутся с письмами сюда.

     И поздно, милые — чай, жизнь уже успела

     Нас отучить от писем и звонков;

     И ждать вестей не в оперенье белом,

     А чаще — с перебитым позвонком;

     И полюбить навек в огне закатном

     Свою судьбу и трепетную даль,

     Усиленную эхом троекратным,

     Но счастье обещавшую едва ль.

ГЕОРГИЙ СУДОВЦЕВ      

     ★ ★ ★

      Андрею Фефелову

     Уши проколоты — серьги.

     Вены исколоты — иглы.

     Души расколоты — деньги.

     Так вы хотели выглядеть?

     Где они, ражие русские,

     русые звери,

     орущие

     не "Хлеба и зрелищ!" —

     "Оружия!",

     видящие врага,

     чтущие "Символ веры",

     что автомат АК?

     ★ ★ ★

      Дочери Полине

     Скажу я просто — пусть некстати, —

     что вторгся к нам Наполеон,

     когда весь цвет российской знати

     французским духом был пленён.

     Так минул век... Немецкий гений

     нас диалектике учил —

     и немцев на полях сражений

     мы били из последних сил.

     Теперь Россию наизнанку

     по рынкам тащит "демократ", —

     так что, придут с войною янки?

     Их одолеть трудней стократ...

     Но что всем нужно от России?

     Какая тайна есть у нас,

     что всякая земная сила

     без нас — не сила, власть — не власть?

     И троицу, как всем известно,

     особо любит русский Бог.

     А значит, суждены нам вечно

     Победа, память, новый бой!

СЕРГЕЙ ЗАГАТИН      

     ★ ★ ★

     В сон после лета,

     В душную ночь

     Рухну, ресницы прикрою.

     Всё, чем пытался себе я помочь,

     Прежде чем слиться с землёю, —

     Неба глотком, хлеба куском

     И родниковой водою.

     Корчась от боли,

     В родной стороне

     Верю, доподлинно знаю —

     Будет весна

     В сиротелой стране,

     Что мне желаннее рая.

     Хоть бы глазком

     Взглянуть, что потом —

     Вечна ли музыка мая?

     Песня допета.

     Пора лететь прочь —

     Дальше, в симфонию света!

     Жаль, что не в силах

     Себя превозмочь

     И дотянуть до рассвета.

     Что смерть нам?

     Пусть светит

     Гордая дева — Победа.

     Сквозь смерть нам

     Пусть светит

     Юная дева Победа...

1

Владимир Бондаренко БОЙ ЗА ПОБЕДУ

У нас вновь идёт бой за Победу. Ту самую, великую Победу 1945 года. Тогда, 65 лет назад, за Победу воевали рядовые и офицеры, пехотинцы и лётчики, военврачи и медсёстры, труженики тыла и штрафники, вчерашние студенты и интеллигенты, крестьяне и рабочие, русские и белорусы, украинцы и евреи, грузины и якуты, командармы и Верховный главнокомандующий Иосиф Сталин.

     Конечно, среди всех народов главную нагрузку на всех фронтах нёс на себе великий русский народ. Сломался бы он, утратил бы наступательный порыв — никто бы не помог. Конечно, главная, и как показало время, гибельная нагрузка легла на крестьян. Они составляли большинство и среди пехотинцев во всех наступлениях, и среди командармов, включая маршала Жукова. Крестьяне и гибли больше всех. Немцев победили, но деревня так уже и не поднялась, остальные катаклизмы ХХ века лишь добивали её. Никто не смотрит на русскую деревню и сегодня. Нынешние менеджеры не понимают, что без деревни нет народа, а без народа и страна обречена на уничтожение, кем её ни заселяй.

     Конечно, Победа была бы невозможна без великого Главнокомандующего. Все эти пустые слова о том, что победил народ вопреки сталинскому руководству, ничего не стоят. Покажите мне армию любого времени и любого государства, где бы победы одерживались без командования, простой толпой солдат. Даже отступать планомерно и без больших потерь армия может только под командованием. Без этого хаос, бегство, паника. Я бы посоветовал всем либеральным "вопрекистам" прочитать повесть Леонида Бородина "Ушёл отряд" и рассказ Александра Солженицына "На изломах". Казалось бы, ни тот, ни другой к сталинистам никак не принадлежат. Но, обращаясь к суровому военному времени, что на фронте ("Ушёл отряд"), что в тылу ("На изломах"), оба писателя признают — лишь сталинским жёстким командованием была выкована великая Победа, была построена космическая держава. Потому и писали стихи о Сталине все великие поэты той эпохи.

     Но, при всех издержках, тогда, 65 лет назад, великая Победа была одержана. Победил в итоге весь русский народ, победила вся держава.

     Сейчас во всех СМИ, по всем телеканалам, во всех открытых и подковёрных политических схватках вновь идёт бой за Победу, за ту великую Победу 1945 года. Кому эта Победа принадлежит? Кто стремится максимально использовать уже уходящее величие давней Победы для своей популярности и своего политического влияния?

     Общая картина такова: при новой волне безудержного антисоветизма и антисталинизма те же самые идеологи и творцы антисоветизма присваивают плоды великой Победы себе.

     Скажем откровенно: самим уцелевшим фронтовикам внимания уделяется мало, а уж о тружениках тыла и думать никто не хочет. Разве что выселяют из квартир за неуплату. И какая нынче пенсия у тружеников тыла, без усердия которых, в общем-то, тоже не было бы Победы? 4-5 тысяч рублей, столько же и платить за квартиру? А на что жить истинным творцам той славной Победы? Может быть, вместо пышных празднований всем: и фронтовикам и труженикам тыла, тем рабочим и инженерам, кто в сибирском тылу за полгода прямо в снегу возводил новые оборонные заводы и ковал наступательный щит державы, крестьянам, а вернее — той, обезмужичевшей бабьей деревне, на коровах пахавшей землю (а иногда и сами впрягались), кормившей прежде всего не себя и своих голодных детей, а воюющую армию, учёным, создававшим грозное оружие, — всем им до конца жизни обеспечить достойную, а не нынешнюю убогую жизнь? Может быть, и 42 миллиона долларов надо было не на антисталинский масштабный фильм Никиты Михалкова "Предстояние" давать, а на всю ту же достойную жизнь? Надо же, в своём интервью Никита Михалков кощунственно сравнил четыре года тяжелейшей войны с четырьмя годами съёмок своего фильма. Почти один масштаб…

     Что все нынешние крикуны знают о той войне? Думаю, сегодня, при всём желании, ничего убедительного и художественно значимого ни в литературе, ни в кино на тему великой войны создано не будет. И на самом деле, что это как не спекуляция нашим героическим прошлым? Представьте, спустя 65 лет после отечественной войны 1812 года, в 1878 году говорила бы вся Россия как о своей реальной победе — о войне с Наполеоном? Это была уже достойная героическая русская история. Так чего же напяливают на себя мундиры 1945 года, чего же манипулируют великой Победой 1945 года те, кто никакого участия в ней не принимал? Вытянут Путин и Медведев двух-трёх фронтовиков, вручат награды десятку, всего лишь поднимая свой рейтинг.

     Войну победили советские люди, все те, кто сегодня влачит самое нищее, самое убогое существование. А нынешние руководители свою войну безнадёжно проигрывают, уступая место на параде бодрым чернокожим морпехам США и частям других стран НАТО.

     Мой род дал в той великой войне немало героев, именем моих дедов и дядей названы улицы, теплоходы. Немало моих родственников лежит на полях сражений. Вот я и чувствую ныне не восторг от давней великой Победы, а долг перед ушедшими, долг и сострадание перед кое-как выживающими стариками и старухами. Победила 65 лет назад не антисоветская коммерческая криминально-коррупционная Россия, а великая советская Держава. Были бы наши президенты и премьер-министры честными, так бы и сказали, и не устраивали бы нынешние пляски на костях.

     Если Сталин — злодей, а Советский Союз — империя зла, то и та Победа 1945 года — всего лишь победа одного тирана над другим. Если же все мы обязаны советской державе и остаёмся наследниками Сталина, и вести себя надо по-другому. Везде — и в Кремле, и создавая новые фильмы, и продолжая традиции великой русской литературы. И на самом деле Никита Михалков и его фильм "Предстояние" — символ наших дней. Советский строй — деспотический, Сталин всё уничтожал, но плоды от его побед режиссёр готов наследовать.

     Я призываю: празднуя этот юбилей Победы, обращайтесь лишь ко всем тем, кто хоть в малой мере, даже своим терпеливым детским проживанием в голодных военных и послевоенных условиях, способствовал этой Победе. Все нынешние властители — лишь её разрушители, лицемерно присваивающие себе великое прошлое ими же уничтоженной державы.

     Бой за Победу продолжается. И русский народ опять в осадных условиях... Выдержим. Победим!..

1

Георгий Николаев ПЕСНИ ТЕХ ЛЕТ

Каких лет? Тех самых — мучительно трудных, долгих четырех лет Великой Отечественной войны, когда страна бросила на смертный бой с жестоким врагом все до последней винтовки, все людские ресурсы и все силы — физические и духовные.

     Но почему — песни? Ведь о войне написаны монбланы книг: беллетристика, исследования, мемуары, о войне написано много хороших стихов, пьес, сняты выдающиеся кинофильмы. Правда, почти все наилучшее из этого потока создано не по горячим следам, а нередко спустя десяток и даже более лет с момента затрагиваемых событий. И всё же речь пойдёт не о них, а о песнях — о тех словах и мелодиях, которые пел наш народ, когда фактически решалась его судьба, когда он сам решал свою долю с оружием в руках. Песни — документы эпохи, достоверные факты быта, несущие на себе отпечаток того или иного времени. Всенародно любимые песни позволяют понять духовную сущность нации и страны.

     Я бы не стал утверждать, что на столь же значительную роль могли бы претендовать многие предвоенные песни, но документами эпохи являются и они. Слащавые, высокопарные, нередко бездушные, они создавались во время не только лишь героическое, но и в немалой степени также трагическое, однако никакого трагизма в себе не несут. Когда из искусства изгоняют трагедию, изгоняют насильственно, не считаясь с реальностью, тогда оно всё в большей степени начинает сбиваться на фарс. Вот эта фарсовость, несерьёзность, накануне грозящей опасности особенно неуместные, и возмущают меня до глубины души. Шапкозакидательские настроения, полнейшая утрата чувства реальности нашли своё отражение и в предвоенных песнях. "Когда страна прикажет быть героем, у нас героем становится, любой" — сущее издевательство над здравым смыслом, над страной и над героизмом!

     Война, пришедшая на нашу землю извне, пришедшая непрошенной, поставившая под угрозу само существование страны и всего народа, война отечественная, война за каждую избу, за каждую пядь земли, была огромным бедствием, была трагедией, которую нельзя и не нужно было замалчивать, которая касалась всех и каждого, которую следовало пережить. И как только началось это бедствие, как только стали рваться снаряды и бомбы, так сразу же это было воспринято всерьёз, так сразу же глубоко серьёзной сделалась жизнь. Буквально через несколько дней после начала войны появилась песня "Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой..." Песня-призыв, песня-набат. В ней, безгранично серьёзной, гневной, полной убеждённости в правоте той борьбы, которую предстоит вести народу, слышатся также и трагические ноты реквиема. Величественная, плакатно простая и мощная "Священная война" стала великой песней, сделалась, по существу, государственным гимном военного времени.

     Старый афоризм, гласящий, что слишком бодрые души обладают только поверхностной духовной силой, вовсе не лишен основания. В бодрости, особенно в бодрости симулируемой, нарочитой, есть что-то от несерьёзности, от бравады, а несерьёзность мало что имеет общего с душевной стойкостью, с героизмом, бравада на поверку оборачивается бахвальством и трусостью. В те годы, когда страна, истекая кровью, изнемогала от ран, когда горе пришло почти в каждый дом, когда жизнь висела на волоске, поддержать дух, смягчить боль могло только настоящее, искреннее искусство, уходящее своими корнями в недра самой природы. Всё, что могло помочь выстоять, укрепить веру в благоприятный исход, ещё сильнее полюбить ту многострадальную землю, которую следовало любой ценой защитить, все было найдено, призвано на службу. Тогда сами собой были сняты многие ограничения и запреты, отброшены некоторые догмы и предрассудки, тогда сама жизнь заговорила нежно и яростно, проникновенно и страстно. Именно тогда, в трудные дни для страны, зазвучали по радио до боли родные стихи Сергея Есенина — поэта, оплёванного людьми без души и сердца, но дорогого, любимого народом, необходимого, а вскоре в его архив пожаловал и самый первый исследователь. Тогда же одна за другой родились и они — бытовые песни, написанные не по заказу, не для корысти, песни без литавр и фанфар.

     В них нет ничего казённого, ничего нарочитого. Они просты, задушевны, доходчивы. В них — прощание с домом, с близкими, гнев по адресу фашистского сброда, спокойное предвосхищение подвига, подробности фронтового быта, надежда на возвращение. В этих песнях жизнь предстаёт прекрасной, суровой и загадочной, не регламентированной свыше. "Знать не можешь доли своей — может, крылья сложишь посреди степей". Такие строки вряд ли могли появиться накануне войны, хотя истина, выраженная ими, общеизвестна и справедлива всегда. Конкретизация понятия Родины — вот что ещё примечательно в них. Родина перестала быть чем-то массивным, официальным, она сделалась белоснежным полем, любимым городом, зелёным садом, морщинистой матерью, любимой девушкой, зажегшей огонёк на своём окошке.

     Есть два пути психологически помочь человеку в несчастье. Один — попытаться отвлечь от тяжёлых мыслей, растормошить, передать часть своей бодрости, весёлости и жизнерадостности, другой — разделить горе, дать человеку выплакаться, разрешить наболевшее и тем самым превозмочь его. Когда горе безмерно, первый путь, путь весёлости, может нередко восприниматься как издевательство, как кощунство.

     Деморализованные войска шутить не в состоянии, юмор нежелательный гость в их рядах. Кстати сказать, огромная популярность "Василия Тёркина" также может служить наглядным примером морального здоровья советских войск. Война ожесточала сердца, грубели души, но песни помогали сохранить человеческую способность испытывать нежность и грусть, воспринимать шутку, верить и ждать.

     Песни сплачивали людей, давая выход накопившимся чувствам, принося эмоциональную разрядку и облегчение. "А завтра снова будет бой — Уж так назначено судьбой, Чтоб нам уйти, не долюбив, От наших жен, от наших нив; Но с каждым шагом в том бою Нам ближе дом в родном краю".

     "Соловьи, соловьи", пожалуйста, "не тревожьте солдат": дайте поспать перед последним для многих боем.

     Тематика песен разнообразна, но, пожалуй, чаще всего, всего настойчивей и убедительней звучит в песнях тех лет тема верности, ожидания, тема высокой моральной чистоты в тайной взаимосвязи с судьбой воина на фронте. "Жди меня, и я вернусь" — это впервые прозвучало в стихах, но песни подхватили веру в спасительность женской преданности и стойкости. Ожидание — спасает, верность защищает от пуль и снарядов. Бывает святая простота. Это была, если так можно сказать, святая наивность, по-настоящему поэтичная, идущая от глубины естества: "Ты меня ждёшь, и у детской кроватки не спишь, и поэтому, знаю, со мной ничего не случится!" — сделалось как заклинание, как молитва и одновременно как присяга, клятва, даваемая перед лицом любимой всем женщинам и строгой седовласой женщине с плаката — матери-Родине, клятва выстоять, не дрогнуть, спасти от уничтожения. "Я знаю, родная, ты ждёшь меня, хорошая моя", — к кому обращены эти простые, безыскусные, очень ласковые слова? Конечно, к ней — к "подружке", к "яблоньке", из прекрасного довоенного весеннего сада, но и к себе самому в немалой степени тоже. Цель уверить себя, уверовать в желаемое, убедить далёкую подругу, показать хитросплетение судеб, взаимосвязь между личной долей и судьбой всего мира преследовал, разумеется, неосознанно, каждый, кто пел немудрёный рефрен: "К тебе я приеду, твоя любовь хранит меня в пути". Девушка, проводившая бойца на позиции, жена, склонившаяся над спящим ребенком, — они были тут же, рядом, они всё знали и видели, они осеняли каждый подвиг, не давали уронить достоинство, напоминали о чести и долге. В жизни было предостаточно неверных жён, даже стихи были написаны Симоновым по этому поводу — гневные, хлёсткие. В песнях таких женщин встретить нельзя, невозможно, ведь песни были заклинанием, мольбой и надеждой и не могли обойтись без некоторой идеализации персонажей. Светлый образ любимой, безукоризненно чистой, ждущей и верящей, но не прощающей малодушия, бесчестья на поле брани; образ, постоянно живущий в сознании как совесть, пробуждал самые лучшие чувства, звал на подвиг. И потому слова, напеваемые солдатами, слова, могущие показаться пустой бравадой — "смерть не страшна" — были глубоко выношенными и прочувствованными, потому можно было говорить о радости и спокойствии в смертельном бою, потому действительно было тепло в холодной, промёрзшей землянке.

     Премьера "Двух бойцов", в которой впервые прозвучала "Тёмная ночь" Марка Бернеса, состоялась в московском кинотеатре "Ударник", а уже через несколько дней почти каждый напевал, насвистывал или мурлыкал витиеватый неторопливый мотив: "В тёмную ночь ты, любимая, знаю, не спишь, и у детской кроватки тайком ты слезу утираешь". Женщина, в непроглядной ночи бодрствующая над колыбелью, — она запомнилась сразу и полюбилась многим. Она беззащитна, беспомощна, у неё на руках ребёнок, их хотят прийти и убить враги, но им неоткуда ждать спасения, кроме как от тебя — от их мужа и отца, от соседа или земляка, от гражданина той же страны. Это впечатляло и убеждало гораздо сильнее, чем любой призыв или лозунг. Женщины не подведут, они выполнят свой долг, но и ты выполни свой долг мужчины — говорила песня каждому, кто слышал её. Героем становился тогда далеко не любой, но очень многие люди, выполняя свой долг мужчины, не дрогнули, выполнили его до конца.

     Хочется рассказать и о песне, которую я бы назвал лучшей. Так и представляешь себе, как в осеннем лесу, в момент короткого затишья перед новым сражением, задумчиво слушают задыхающееся пение гармоники люди, оторванные от родных мест, от жён, от матерей, от любимых. Грустная мелодия старинного вальса совсем по-иному звучит рядом с линией фронта, в четырёх шагах от собственной смерти. Она по-прежнему та, знакомая, памятная, и вместе с тем — совершенно иная. Она как прощание, как последний привет от родных и любимых, от тех мест, где родился и вырос, от всего того, что пришла теперь пора заслонить грудью. Песня написана в ритме вальса. Мелодия начинается в минорном ключе: строки, в которых рассказывается о суровой реальности, хорошо ложатся на серьёзную, печальную музыку. Но вот как только речь заходит о довоенных днях, о встречах с любимыми, мотив тут же становится радостным, бравурным. Всё залито ослепительно-ярким светом — даже грусть тех времён, её тоже приятно вспомнить, она совершенно иная, чем та печаль, с которой слушают старинный вальс молчаливые, очень серьёзные бойцы. И мелодия вновь делается неторопливо-печальной, задумчивой и серьёзной. Жизнь расколота надвое. Две сферы жизни кажутся несоединимыми, воспоминания о скромном довоенном счастье, которое представляется теперь таким огромным, только растравляют душу, совершенно не согласуясь с осенним лесом, с выстрелами на передовой, с жестокой реальностью. Но нет: последний куплет соединяет и то, и другое, сплавляет воедино радость и боль, примиряет с неизбежным и благословляет. "Пусть свет и радость прежних встреч Нам светят в трудный час. А коль придётся в землю лечь, Так это ж только раз! Но пусть и смерть в огне, в дыму Бойца не устрашит, И что положено кому, Пусть каждый совершит".

     Да, смерть, в самом деле, рядом, и то, что в землю ложатся действительно раз, — утешение, не бог весть какое, но что делать? Ведь не бросать же винтовку на глазах у любимой, о которой только что вспомнил? Нет, ни в коем случае: ведь "дорога к ней ведёт через войну". Всё правильно, всё честно и откровенно. Здесь сказано всё до конца. Правдивость, искренность, теплота — вот за что я люблю эти песни, лучшие из них.

     Я не знаю, что пели солдаты и офицеры третьего рейха. Конечно же, не только что-нибудь в духе "Хорста Весселя", не только марши; были у них в репертуаре, вероятно, и сентиментальные напевы, что-то их умиляло и трогало, но, думаю всё же, что таких задушевных, поэтичных, таких человечных песен, как советские, у них не было. Не могло быть. Кажется странным, что грозное испытание, муки, лишения, такое суровое время могли произвести на свет песни, полные доброты, нежности, веры и надежды, душевной теплоты, но ведь это очень примечательный факт. Доброта, ласка, человечность — неуничтожимые, они сильнее жестокости и злобы. Потому мы и победили в войне, что доброта — свет и правда мира — была на нашей стороне, мы защищали её как важнейшее достояние человечества, были её последним оплотом.

     Я не верю в гуманизм без человечности, без живого участливого отношения к ближнему, в гуманизм без доброжелательства и сердечности. Неверно, что доброта — прямой путь к всепрощенчеству, к непротивлению злу. Непротивление злу — теория во многом кабинетная, нежизненная, созданная вопреки правде действительности. Реальный опыт многих поколений свидетельствует о том, что чем добрее, чем сердечнее человек, тем решительнее выступает он против всякой жестокости, тем убеждённее отстаивает справедливость, тем яростнее противится злу. Мы защищали гуманность, она, в свою очередь, помогла нам в этой борьбе не на жизнь, а на смерть. Помогла сражаться. Каждый совершил то, что ему было положено, смерть в дыму и огне на тысячекилометровых пространствах не устрашила миллионы военных, отстоявших живую жизнь и культуру перед нашествием варваров.

     Песни тех лет. Не все они равноценны, многие весьма далеки от совершенства, но почти все были любимы и популярны. Не забыты они и сейчас. Они не отличаются особой изысканностью, слова их порой даже могут вызывать нарекания, но дело не в этом. Хлеб, которым питались в то время, тоже был далеко не образцовым, но как он был вкусен, как нужен! Искусство, если оно настоящее, — духовная пища народа, особенно необходимая в час испытаний. Помочь подкрепить нравственные силы, скрасить и преодолеть горе, поднять настроение может только искусство — и в первую очередь музыка, песня. Песни и были тогда самым массовым, самым оперативным, наиболее доходчивым жанром творчества. Песни были так же необходимы, как оружие, как боеприпасы, как хорошие письма из дому. Они прошли вместе с народом всю войну — от западной границы до Волги и от Волги до Берлина, они помогли нам не только выстоять, но и победить в той яростной, изнурительной и великой битве, которую не могут забыть даже те, кто никогда не знал её и не видел воочию.

1

АНОНС «ДЛ» №5

Вышел из печати, поступает к подписчикам и в продажу майский выпуск газеты "ДЕНЬ ЛИТЕРАТУРЫ" (№5, 2010). В номере: Победная передовая Владимира БОНДАРЕНКО, открытое письмо Владимира ЮДИНА Юрию БОНДАРЕВУ, проза Цзя ПИНВА; поэзия Любови ГАЛИЦКОЙ, Екатерины ГРУШИНОЙ, Натальи ЕГОРОВОЙ, Александра ЗОЛОТОВА, Евгения СЕМИЧЕВА, Георгия СУДОВЦЕВА, Виктора ШИРОКОВА; публицистика Дмитрия КОЛЕСНИКОВА; Георгий НИКОЛАЕВ пишет о песнях военных лет, Чжан ЦЗЯНЬХУА — о А.П. ЧЕХОВЕ в Китае, Владимир БОНДАРЕНКО — о поэзии Валентины ЕРОФЕЕВОЙ, Юрий ВОРОБЬЕВСКИЙ — о романе М.А. Булгакова "Мастер и Маргарита", Юрий МЕДВЕДЕВ — о 200-летнем юбилее О.И. Сенковского, Илья КИРИЛЛОВ — о Леониде ЮЗЕФОВИЧЕ. Читатели также могут познакомиться с хроникой писательской жизни и с поздравлением Евгению НЕФЁДОВУ.

     "ДЕНЬ ЛИТЕРАТУРЫ", ведущую литературную газету России, можно выписать во всех отделениях связи по объединённому каталогу "Газеты и Журналы России", индекс 26260. В Москве газету можно приобрести в редакции газет "День литературы" и "Завтра", а также в книжных лавках СП России (Комсомольский пр., 13), Литинститута (Тверской бульвар, 25), ЦДЛ (Б.Никитская, 53) и в редакции "Нашего современника" (Цветной бульвар, 32).

     Наш телефон: (499) 246-00-54; e-mail: denlit@rol.ru; электронная версия: http://zavtra.ru/. Главный редактор — Владимир БОНДАРЕНКО.

1

Валерий Ганичев НА ЧЁМ ДЕРЖИМСЯ

Вера. Культура. Патриотизм. Память. Эти четыре постулата — и есть основные духовные оси России, на них она держится и они составляют её образ. Те писатели, которые придерживаются нравственной, державной ориентации — а это наш Союз писателей России — как раз и выстраивают своё творчество по такой линии, ибо этот её духовно-культурный ряд возведён в веках.

     Поэтому Союз писателей России и стал соучредителем Всемирного Русского Народного собора вместе с Русской Православной Церковью; поэтому созданы Клуб православных писателей имени святителя Иоанна Златоуста и наш Центр духовного, нравственного, патриотического воспитания им. святого праведного адмирала Фёдора Ушакова; поэтому и такими двумя престижными премиями Союза писателей, как премия Александра Невского и Имперская премия, отмечаются книги о духовных подвижниках, о державниках, о подлинных героях, которых нынешняя массовая информационная машина игнорирует, забывает, не культивирует.

     Думаю, символично, что пленум СП России в Цхинвале в августе прошлого года, через год после агрессии Саакашвили, имел повестку дня "Высокое слово правды" и был посвящен 65-летию Победы, борьбе за высшие духовные ценности, которые нам помогли победить в войне, борьбе с фальсификациями в истории и великой литературе Отечественной войны. В "Российской газете" недавно была помещена целая полоса "Атака на Победу" первого заместителя начальника Генштаба генерал-лейтенанта Александра Буртина. Он отмечает, что одна из характерных черт современной западной историографии и пропаганды — фальсификация. Что греха таить, российская официальная историография последних двадцати лет с успехом пользовалась аргументами западных историков, порою использовались даже измышления фашистской идеологии и пропаганды. Вот только несколько примеров подобных измышлений, мифов, которые гуляют и нынче по экранам, страницам наших и зарубежных изданий.

      Мировым фальсификаторским блоком в одном ряду назначаются виновниками мировой войны Германия и Советский Союз, Гитлер и Сталин. Генерал Буртин пишет: "Цель этого — запутать вопрос о причинах Второй мировой и Великой Отечественной войны, оправдать правительства и финансовую олигархию ведущих мировых держав того времени — главных виновников произошедшего...". Воистину, надо быть абсолютно невежественным и "забывчивым", чтобы игнорировать реальные факты.

      Или второй миф — клевета вокруг пакта "Молотова и Риббентропа", который якобы и привел к началу войны. Помните, как вытанцовывали сепаратисты Прибалтики, бывшие бандеровцы, польские шляхтичи, содержанцы фонда "Сороса", архитектор перестройки академик А. Яковлев двадцать лет назад вокруг этого пакта, как пытались приписать факту его подписания начальную дату в попустительстве Гитлеру, в развязывании войны? Сегодня, как по команде, этот миф вытащен на свет. Не случайно. Уж очень хочется скрыть, запрятать, забыть Мюнхенский сговор 1938 года, когда Англия и Франция сдали Чехословакию Гитлеру и, сдавая Чехословакию, толкали его на восток, на Советскую Россию. Тут уж и жертва Второй мировой войны Польша, где громче всех кричали о сговоре Молотова — Риббентропа, забыла, что сговор Гитлера — Чемберлена в Мюнхене в 1938 году сама она быстренько признала в то время, и более того, отхватила в итоге кусочек Чехословакии после этого (Тешинскую Силезию). В 1938 году секретные соглашения и пакты с Германией подписали не только Англия и Франция, но и страны Прибалтики. И никто себя не обвинял в попустительстве и сговоре! Двойной стандарт налицо, что и характерно для западной идеологии, пропаганды и науки. Если бы Советский Союз руководствовался фразеологией западных держав, доверился им и не разгадал их замысла, то уже тогда, в 1939-40 гг., он повел бы войну на два фронта. Ведь уже шла война с Японией на Халхин-Голе, где, кстати, впервые проявился полководческий талант Жукова. Запад же подталкивал на войну с нами Гитлера. Было ясно, из всех развед- и дипломатических данных, что Гитлер в сентябре 1939 нападет на Польшу, и тогда гитлеровские войска окажутся у Минска и Житомира, у Пскова и Ленинграда. Заключенный Пакт и договор переиграли дипломатию и коварство Запада, они имели большое значение для безопасности Советского Союза.

     Думаю, что нужно не только решительно выступить против фальсификаций истории, но и добиться того, чтобы правильная интерпретация довоенных и военных лет вошла в учебники школ и вузов.

     В противовес всяческим измышлениям — как не сказано о великой миссии нашей литературы — русской, советской, литературы всех народов России, в борьбе за Великую Победу — миссии, способствовавшей сплочению всех сил перед лицом злейшего врага, показавшей высочайшие образцы публицистики, прозы, поэзии, драматургии. Мы должны отдать должное нашим предшественникам, которые в годы войны в воинском стане воспевали подвиг и мужество воина и труд работников тыла, а в послевоенное время осознавали и художественно воплощали в своих произведениях драму и героизм войны, склоняли голову перед жертвами и славили героев. Именно "Высокое слово правды" (как была обозначена и повестка пленума Союза писателей) помогло выстоять нашим воинам в окопах Сталинграда, предгорьях Кавказа, на Курской дуге, форсируя Днепр и Вислу, штурмом беря Кенигсберг, Будапешт и Берлин. Из глубины времени мы не можем не восхититься литературой Великой Отечественной войны, и, как бы ни иронизировали эстеты и сторонники постмодернизма насчет излишней привязки к реальной теме, к событиям фактическим, подчинённости идеологии — она действительно была литературой воюющего народа, была одним из видов "боевого оружия". Надо добиться, чтобы литературу военной поры обязательно изучали в школе, если мы хотим, чтобы молодое поколение знало истину, знало героев, следовало им. И за это тоже надо бороться.

     Литература о Великой Отечественной — это великая литература, это золотые страницы нашей словесности. Ведь без этой свидетельницы времени — врагам легко навязать нашей стране, нашим людям статус безвольного, расслабленного народа и человека, комплекс "вины".

     Назову всего несколько произведений, которые невозможно не знать нашему человеку, ибо без них нельзя понять и истоков нашей Победы. "Они сражались за Родину", "Наука ненависти", "Судьба человека" М. Шолохова, "Василий Теркин" А. Твардовского, "Русские люди", "Дни и ночи" К.Симонова, "Русский характер" А. Толстого, "Фронт" А. Корнейчука, "Морская душа" Л. Соболева, "Непокоренные" Б.Горбатова, публицистика И. Эренбурга, Н. Грибачёва, и послевоенные книги "Молодая гвардия" А. Фадеева, "Повесть о настоящем человеке" Б. Полевого, "Горячий снег" Ю. Бондарева, "Мой Сталинград" М. Алексеева, "Пастух и Пастушка" В. Астафьева, "Полководец", "Генералиссимус", "Жуков" В. Карпова.

     Снова, как в любой другой период, необходимо было поставить историю в пример тогдашним тяжелым временам, впрочем, как и нынешним. Появились и переиздавались произведения об Александре Невском, Суворове, Кутузове, Дмитрии Донском, Ушакове, Нахимове. А.Толстой развернул историческую панораму "Петр I" — о преодолении трудностей, отсталости, низкопоклонства в непростые времена начала XVIII века, К.Симонов написал о Ледовом побоище 1242 года, отмеченном поражением тевтонских псов-рыцарей…

     Нельзя знать историю войны и Победы, не зная песен того времени. На второй день Отечественной встала в строй песня-знак, песня-оберег "Священная война" В. Лебедева-Кумача, а затем "Песня смелых" ("Смелого пуля боится") и "В землянке" А. Суркова, "Жди меня" К. Симонова, "Песня о Днепре" Е.Долматовского, "Шумел сурово Брянский лес" А. Софронова, "Соловьи", "На солнечной поляночке" А.Фатьянова. Не забудем, что в 1943 году С. Михалков и Г. Эль-Регистан написали Гимн Советского Союза. И потрясающий факт: в 1943(!) году Михаилу Исаковскому, автору всенародной "Катюши", песен "На позицию девушка...", "Лучше нету того цвету" и других, была присуждена Государственная Сталинская премия. Думаю, следует, чтобы в школах, клубах, воинских частях молодые люди разучивали и исполняли песни Великой Отечественной войны. Это весьма актуально. 65-я годовщина Великой Победы даёт нам полное право и повод утвердить патриотизм, сказать правду о войне, о её героях. Но что удивительно: чем дальше мы удаляемся от мая 1945 года, тем больше у нашей Победы злых оппонентов и просто врагов! Иные из тех, кто с благодарностью говорил тогда и ещё десятки лет назад о решающем вкладе Советского Союза, советского, русского и всех народов нашей страны в Победу, стали вначале умалчивать, а потом и отрицать это. Они забыли, что 600 тысяч наших воинов полегли на территории Польши, сотни тысяч — на полях сражений на Украине, в Белоруссии, в Прибалтике, Венгрии, Румынии, Чехословакии, Германии.

     Что, стали известны какие-то вопиющие факты, отрицающие этот вклад? Нет. Отменён Нюрнбергский приговор? Нет, его пока что не отрицают. На Украине, в г. Николаеве, где я в октябре участвовал в южноукраинской встрече по защите русского языка, в местной газете "Ридне Прибужье" была напечатана статья "Дети полицаев", которая прогремела на всю республику. Автор-редактор этой газеты Н.Г. Машкин убедительно показал, как отсидевшиеся в схронах, подпольях, тихих чиновних местах дети (он имел в виду отнюдь не только физических потомков, а скорее духовных продолжателей) полицаев, предателей страны и народа, истекающего тогда кровью, ныне всё-таки решили продолжать дело предательства, вершить расправу над победителями, над Победой, над её результатами. Они сомкнулись с теми либеральными критиками советского строя, кто подыграл западным фальсификаторам, историческим ненавистникам России. И этот зловещий махровый антисоветизм привёл 20 лет назад к развалу страны победителя, в результате чего мы увидели позже, как эсэсовцы шествуют по улицам Риги, убирается памятник советскому солдату в Таллинне, Бандера становится героем Украины, Власов выдаётся за борца с коммунизмом, за пламенного предшественника "Беловежской тройки".

     На заре "перестройки" один из её духовных лидеров сказал: "Пока не перемрут фронтовики, мы не сможем сломать этот советский дух Победы". Сейчас им кажется, что фронтовики "ушли". А ОБСЕ в своей заносчивости и гордыне уравнивает Гитлера и Сталина, после чего последовала подобная кампания и у нас в стране. И уже кричат, что десять фотоплакатов в Москве с фотографиями периода Великой Отечественной и образом Верховного Главнокомандующего — "раскалывают общество". Лукавый и провокационный аргумент, который показывает, что именно его творцы раскалывают общество, уводят от реальных проблем сегодняшнего дня. Именно они предлагают выкинуть из нашего знания и памяти книги, газеты, листовки, плакаты времён Великой Отечественной войны. Там ведь было всё, и это была наша история. Стыдно и горько было смотреть, как молодые люди, в глаза не видевшие Гулага, в передаче "Пусть говорят" не проявили никакого уважения к сединам фронтовиков, к их наградам, укоряли ветеранов за то, что "не с теми лозунгами" они шли в атаку, "не под тем командованием" воевали. Кто раскалывает наше общество? Кто топчет души фронтовиков?..

     А разве не полный исторический идиотизм говорить, что войну якобы выиграли не благодаря, а "вопреки" Верховному Главнокомандующему Сталину? И возразить этому публично — не дают нам возможности! Я не раз встречался с нашими писателями-фронтовиками. Все они — прославленные люди: Герои Советского Союза Владимир Карпов, Михаил Борисов, известные всей стране Юрий Бондарев, Михаил Годенко, Семён Борзунов, Семён Шуртаков, Михаил Лобанов. Многие из них сегодня, слава Богу, живы, могли бы высказать своё мнение. Но на телевидение зовут только тех, кто поддерживает организованную провокационную кампанию. Ведь это и есть фальсификация.

     И ещё об одном. Из-за ложной "толерантности" мы не говорим сегодня о своих жертвах, гражданских потерях во время войны, о великих жертвах нашего народа, принесённых на алтарь Победы, и это притупляет нашу боль, хотя снимает вину с тех, кто с мечом пришёл в нашу страну.

     Вполне по-человечески мы сочувствуем погибшим при бомбардировке Дрездена, сожжённым в Хиросиме после атомного взрыва, исчезнувшим из жизни в Холокост — ибо русский человек, как говорил Достоевский, всечеловек, ему доступны страдания всего человечества. Но почему мы у себя в стране стали забывать о жертвах войны, не вспоминаем соотечественников, уничтоженных этой войной? Не от комплекса ли, который нам прививают в отношениях с Европой и Западом? Немецко-фашистские захватчики разрушили или сожгли 1710 городов, более 70 тысяч сел и деревень (!), было уничтожено 6 миллионов зданий. Лишились крова около 25 миллионов человек. Были уничтожены и разрушены 31850 промышленных предприятий. Почти 17 миллионов наших граждан погибли от бомбардировок городов и сёл, на дорогах эвакуации, мирные люди были уничтожены в концлагерях, в немецком плену, погибли от рабского труда на территории Германии.

     Гитлер был зловещий русофоб, он и его клика приговорили славян к уничтожению. Он патологически ненавидел Россию и русских. "Кто может оспаривать моё право уничтожать людей низшей расы, которые размножаются как насекомые... Надо взять у России всё, что нам нужно". По сути, эти воззрения Гитлера взяты на вооружение всеми сегодняшними антирусскими течениями, каким бы цивилизаторскими, общечеловеческими, геополитическими словами они ни прикрывались.

     Мы создали при Союзе писателей России и Всемирном Русском Народном Соборе Совет по возрождению российской деревни. Один из разделов его деятельности — память о погибших деревнях также и в годы войны. Белорусская Хатынь — напоминание всем нам о жертвах, в России в одной Смоленской области были уничтожены войной и оккупантами сотни сёл, свыше 530 тысяч их жителей. Это ведь почти 20 Бухенвальдов! Мы помним Бухенвальд, но кто вспомнит русские Ивановки, Николаевки, Петровки, погибшие от рук врага? Когда я это сказал на Парламентском форуме в Костроме, мне пришла записка из зала: зам. губернатора Брянщины написал, что 25 октября в сожжённой деревне Хацынь открывается мемориал в память о её жителях. Спасибо брянцам, слава Богу, "Брянский лес" снова зашумел.

     Может, наше беспамятство, апатия и приводят к тому, что к нам предъявляют претензии, счёт Латвия, Польша, Западная Украина, а Западная Европа и США забывают о решающей роли Советского Союза, России в победе над фашистской Германией. Надо, чтобы прекрасный лозунг: "Никто не забыт и ничто не забыто" был возрожден и в полной мере отнесён как к погибшим воинам, так и к жертвам среди мирных жителей. Это наш долг. Да и о живущих ветеранах нужно вспоминать не только 9 мая…

     Только тогда мы выстоим и спасем родное Отечество. "Вера, культура, патриотизм, память" — наши духовные оси, держащие здание России.

Выпускаемая продукция: гибкие печатные платы 2 , цены от компании "НИЦВТ"

1

Игорь Острецов, Валерий Волков ЯДЕРНЫЙ КАПКАН

В Праге подписано Соглашение по СНВ с особым мнением России по ПРО, которое должно гарантировать невозможность одностороннего, безвозмездного ядерного удара США по территории России. Эти гарантии якобы обеспечиваются отказом американцев строить РЛС на территории Польши и Чехии. На самом же деле, после того, как США создадут мобильные средства контроля ядерных материалов, на основе переданных им российской стороной по санкции Совбеза РФ технологий по теме "Инспектор", американская сторона будет обладать абсолютной возможностью перехвата всех боеголовок наших стратегических ракет в случае ответного удара по американской территории, поскольку данные технологии позволяют не только инспектировать, но и уничтожать любые ядерные системы. Никакие локаторы в Польше и Чехии американцам больше просто не потребуются.

     Мы неоднократно писали об этой разработке и её потенциале (см., например, в Интернете письмо В.И. Илюхина, Л.Г. Ивашова, В.И. Волкова, И.Н. Острецова Президенту Д.А. Медведеву или статью И.Н. Острецова в газете "Завтра", 2008, №37). Напомним кратко её суть. Речь идёт об одном из направлений ядерных релятивистских технологий (ЯРТ), а именно о создании первого эффективного пучкового оружия на базе ускорителя протонов на обратной волне. Данный ускоритель может быть размещён на российском самолёте Ан-124, "Руслан". В рамках контракта между ЦРУ США и российской стороной был проведен полный комплекс теоретических и экспериментальных исследований с привлечением ряда российских организаций, оснащённых соответствующей ускорительной техникой. Экспертиза выполнялась Лос-Аламосской (LANL) и Брукхэвенской национальными лабораториями США. Контракт был завершён в середине прошлого года. По нашей информации, LANL уже приступила к созданию боевых комплексов на базе наших разработок.

     Комплекс может выполнять две задачи. Во-первых, проводить инспекцию несанкционированной транспортировки ядерных материалов по вторичному излучению делящихся материалов при их облучении высокоэнергетическими протонами. И именно эта задача формулировалась как основная и единственная при заключении и выполнении контракта для ЦРУ. К сожалению, есть и другая возможность. При вполне достижимых параметрах пучка протонов различные ядерные системы, коэффициент размножения нейтронов в которых равен или близок к единице, могут быть легко уничтожены. Такими системами являются ядерные реакторы, в том числе на авианосцах и подводных лодках, ядерные боеголовки, склады ядерного оружия, ракеты на стартах и тому подобная эсэнвэшная дребедень. Перехват боеголовок, направленных в сторону США, при наличии у них такой системы "инспекции", выглядит следующим образом. Космические станции фиксируют старт ракет с территории противника, дециметровые станции дальнего обнаружения на Аляске, в Гренландии и, насколько помнится, в Англии берут боеголовки на сопровождение и передают целеуказание мобильным комплексам "Руслан", поднятым по тревоге над территорией США. "Русланы" проводят облучение боевого порядка, состоящего из боеголовок и ложных целей, расфокусированным пучком протонов, по вторичному излучению делящихся материалов (схема "инспекции") отбраковывают ложные цели и затем сфокусированным пучком протонов уничтожают боеголовки. Мощность ускорителя — сотые доли процента от мощности двигателей Д-18 "Руслана", перенацеливание пучка безинерционное, время поражения одной боеголовки одна тысячная секунды. Так что на сотни боеголовок потребуется не более нескольких минут. Чем меньше боеголовок, тем, естественно, надёжнее. Причём над своей территорией. И не надо напрягать всякими РЛС ни Польшу, ни Чехию, ни Россию. Простенько и со вкусом. Тем более, что теперь боеголовок мало, а потому гарантия практически стопроцентная. Так же, как и поражение территории безоружного противника, поскольку нам, к сожалению, для себя этой системой заниматься запрещено. "Симметрия", однако!

     Уместен вопрос. А зачем мы-то сами спровоцировали после инцидента с Литвиненко эту работу? В прямом эфире на Лондон в "Раша тудэй" речи говорили, в США ездили, агитировали, что, поскольку полоний, который может быть использован в качестве запала для бомб, начали возить плюс Иран обогащает уран, то и ядерный терроризм рядом. Да только для того, чтобы прекратить в стране трату денег на дурацкие бридеры и начать развивать ЯРТ-энергетику. Да и кушать хочется. По контракту-то прошло, говорят, 70 миллионов баксов. Через дядю, конечно, но кое-что досталось и исполнителям. Нас ведь кириенки на работе не держат. Увольняют. Это бридеры в почёте, поскольку в ответе ноль. Мы-то простаки думали — с амерами по инспекции поработаем, первые результаты по ЯРТ-энергетике получим, никуда наши не денутся. Но после шума "Росатом" не только натрий оставил, но начал заниматься свинцом и висмутом. Говорят, сделают реактор аж на 20 кВт — и будут его в качестве базового использовать на даче у какого-то олигарха. Загонять страну, так загонять.

     Эксперименты по инспекции идентичны экспериментам по ЯРТ-энергетике. Там и там протоны и уран-238. В области больших энергий нейтронов уран-238 хорошо моделирует уран-235. Меньшая делимость вполне компенсируется большим выходом нейтронов при делении. Поэтому в экспериментах по инспекции был, естественно, уран-238, а, следовательно, мы передали амерам и первую информацию по ЯРТ-энергетике. Вскоре после этого Япония и Гейтс начали финансировать работы по исследованию прямого сжигания урана-238 в волне Фетисова—Теллера (Все же знают, что урана-235 мало, только мы не знаем. Всё рассчитываем максимум на 50 реакторов, остальное органика, а если потребуется 10000. Об этом не думаем). Но на 99% волна будет неустойчивой, конструкция сложной, и потребуется внешний источник нейтронов. Значит, потребуется ускоритель протонов. Т.е. практически переход на исследование по ЯРТ-энергетике завуалировали на первом этапе волнами.

     Здорово обвели нас амеры с Польшами, Чехиями и "невинными инспекциями"!

     Но это только на первый взгляд. Что-то больно много шума вокруг СНВ. А когда политики шумят, значит, пытаются скрыть основную проблему. При этом обмануть они хотят вовсе не русских. Боеголовки сократили, систему "инспекции" сдали, деньги к ним отвезли. Какие мы им противники? Так, для видимости. Сегодня гораздо важнее не то, что договорились в Праге, а то, что не договорились летом в Копенгагене с развивающимся миром о дележе квот на эмиссию углекислоты. И в этом, гораздо более важном вопросе, контракт по "инспекции" является центральным пунктом.

     Обама был вынужден обозначить проблему. Но это, гораздо более важное его выступление осталось практически без комментариев и анализов. Выступление Обамы было адресовано американской элите, чувствующей настоящие угрозы современности для США. Мы бы даже сказали, неотвратимые угрозы для США. Поэтому "мозги парить" своими успехами в политическом оболванивании России надо в первую очередь гражданам США, по инерции ставящим нас на первое место среди своих врагов. Как же, боеголовок у русских всё ещё много. Да кому они сейчас нужны?! Китайцы 20 лет пашут на реакторах-наработчиках плутония на западе страны, и у них нет, как нам говорят, тысячи боеголовок. И бюджет военный у них маленький. Значит, ни боеголовки, ни разные там танки ничего не решают. Поэтому и сокращаем мы с амерами для успокоения американской публики боеголовки. О чём вещали в Штатах на саммите по ядерной безопасности? Конечно, опять о выдающихся достижениях в сокращении боеголовок.

     Недавно Обама заявил о приоритете для внешней политики США борьбы с ядерным терроризмом. Обама "поскромничал" и не произнёс здесь одного ключевого слова — с государственным ядерным терроризмом, поскольку ядерный терроризм может быть только государственным. Но Обама и на саммите по ядерной безопасности об этом не скажет. О каких же государствах-террористах идёт речь? Очевидно, о тех, с кем не договорились в Копенгагене, т.е. о развивающихся. С ними не может быть, в отличие от России, договорённостей, поскольку американец потребляет 16 тонн условного топлива в год, а китаец — одну. Обезличенная ядерная атака на США в виде минирования побережья США ядерными зарядами мощностью в сотни мегатонн, предложенного А.Д. Сахаровым ещё в 1961 году, сегодня крайне вероятна и востребована. Как хорошо для всех будет, если энергопотребление сократится почти в два раза. Даже Европа будет тихо повизгивать от удовольствия. Сегодня любая страна, имеющая ядерный реактор, может легко создать супербомбу с плутониевым триггером и заложить её в любом месте акватории мирового океана, а если конкретно, то вблизи побережья США. Это гораздо проще, чем делать компактные боеголовки. А виноват-то всё равно будет Ким Чен Ир. Вот именно по этой причине амеры жёстко, несмотря на все наши вопли, выдавливали из нас мобильную систему инспекции. Им необходимо контролировать свой периметр. Но, скорее всего, им это не поможет. Дело в том, что применение протонного пучка для инспекции ядерных материалов будет сопряжено с облучением людей. Причём облучать надо будет все корабли, проходящие вблизи побережья США, даже какой-нибудь Буркина-Фассо. Не позволят им этого. Они этими действиями только обозлят всех и, скорее, спровоцируют применение схемы Сахарова против себя.

     Ну, и чего нам тогда беспокоиться? Казалось бы, ну и пусть амеры нас дурят. Но дело в том, что в случае уничтожения США Россия попадёт в крайне сложную ситуацию. Промышленности нет, сельского хозяйства нет, денег нет, цены на энергоносители низкие. В общем, приплыли. Наиболее вероятным сценарием станет тогда киргизский вариант. При этом пострадают не только "строители бридеров", но, к сожалению, и мы. А это уже совсем никуда не годится.

1

Валентин Пруссаков ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

"Откуда берутся террористы-смертники?" Отвечая на этот и некоторые другие вопросы на своей пресс-конференции в Москве, член Совета Федерации Асламбек Аслаханов прежде всего обратил внимание на тот факт, что на Кавказе чрезвычайно сильна коррупция, потому что есть "неприкасаемые", которые делят "финансовый пирог" между собой, и те, до которых этот "пирог" не доходит, и эти люди живут на грани выживания, особенно в сельских районах. Отсюда много недовольных.

     Используя недовольство и те нарушения, которые власть на местах применяет по отношению к своим гражданам, террористы "блестяще их используют", вербуя молодежь и делая из нее будущих смертников.

     "И, используя кровавую деятельность, — отметил Аслаханов, — террористы до последнего будут сопротивляться, до последнего будут вербовать людей, до последнего будут посылать их на совершение преступлений и на смерть. И ничего другого они делать не умеют, только воевать и вербовать".

     Как только молодой человек уходит "в леса", на него сразу же собирается досье, и выносится предупреждение: если, мол, попытаешься от нас уйти, мы отдадим тебя спецслужбам, и они "тузика из тебя сделают".

     Смертникам внушается, что если они пойдут туда-то и что-то взорвут, то сразу попадут в рай. "Если мать потеряла детей, то якобы встретится там с ними или с погибшим мужем. Молодым парням говорят, что там, в раю, его ждут сто гурий необыкновенной красоты, которые будут его ублажать".

     "Их легко завербовать, а противоположной идеологии, развенчивающей эту теорию, — нет", — делает вывод Аслаханов. Он говорит: "В этой ситуации мы, жители Дагестана, Кабардино-Балкарии, жители Чеченской и других республик, должны быть рядом с теми, кто попал в беду. Кто-то погиб, с кем-то поступили несправедливо, кто-то потерял сына, дочь… Мы должны первыми выразить соболезнования, первыми протянуть руку помощи. Сказать, что поможем, чтобы эти люди были с нами, а "не в лесах", не на том поле".

     По его словам, в связи с напряженной социально-экономической обстановкой на Северном Кавказе, должна быть четкая программа, нужно заниматься этими вопросами, и не в последнюю очередь. Важно поддержать молодежь. Молодые должны видеть, что у них есть будущее, что о них заботятся, что каждый нужен обществу и государству.

     "Когда у нас будет сформировано гражданское общество, будут работать правовые институты, когда будем жить не по понятиям, как мы живем сейчас, а по законам, когда будет мир в каждой семье и в каждом сердце, тогда всё изменится". Асламбек Аслаханов подчеркнул: "Когда будет равенство и справедливость, то никакие обещания лучшей загробной жизни не будут серьёзно влиять на людей, которые на своей шкуре испытывают все существующие в нашем обществе проблемы".

1

Тимур Зульфикаров 9 МАЯ 1945 ГОДА

"…И он, пожав земную славу,

     один, придя на Страшный Суд,

     попросит: "В ад!.. Мою державу

      туда стервятники несут…"

      Татьяна Глушкова

     9 мая 1945 года матушка моя Людмила рано, рано разбудила меня: — Сынок, вставай! Победа! Победа! Победа!..

     Она плакала… и я от счастья заплакал вместе с ней…

     Потом она надела на меня огромную старенькую штопаную вышитую украинскую рубаху моего убитого отца и сказала:

     — Иди в город… там праздник… там поешь досыта за пять голодных лет…

     Мне было девять лет.

     Я вышел в утренний родной мой город Сталинабад…

     Цвели несметные пчелиные урюки, вишни, персики, акации…

     Медовый дух объял мой родной город…

     Ах!

     Утро — а тысячи людей радостно гуляют, летают, ликуют, веселятся, витают по цветущим, плывущим в утреннем душистом тумане улицам…

     А на улицах стоят бесконечные столы с едой и напитками…

     Ах, двери всех домов открыты — и праздничные весёлые люди зазывают меня в гости… я захожу в любой дом — и там меня кормят, поят, ласкают, дарят нехитрые подарки… осыпают меня, мальчишку, лаской и любовью…

     Все двери всех домов открыты для всех — заходи в гости, пей, ешь, смейся, целуйся, радуйся…

     Город объят праздником, ликованьем…

     Победа! Победа! Победа!..

     …Прошло 65 лет с того дня…

     Я бреду по утренней Москве…

     Все двери всех домов закрыты наглухо… железные двери, железные сейфы, железные замки, железные охранники…

     Железные лица…

     Победа, где Ты? Где твои раскрытые двери? Где твои родные лица и души?

     В чьих руках Ты, Победа?

     СССР, Победитель, где Ты?..

     Где Советский Союз? Где Советский Народ, одержавший Ту Победу?

     Но!..

     О Боже! Господь, помедли!..

     …Мне девять лет…

     Я бреду в украинской огромной рубахе моего убитого отца…

     И все дома открыты мне и всюду ждут и любят меня… и всех других… все любят друг друга…

     О Боже! Или только во время войны просыпается в нас древняя любовь…

     Два инвалида войны — один — без руки, другой — на костылях пьют вино и подзывают меня:

     — Мальчик, выпей с нами вина… За Родину! За Сталина!..Победа… Хозяин победил Гитлера!.. Ура! Ура!.. Слава великому Сталину!.. Слава Верховному Главнокомандующему!..

     Я впервые в жизни пью вино вместе с ними… с солдатами Великой Победы…

     Ордена золотятся, полыхают на их потных, пахучих гимнастёрках… я сладостно нюхаю, вдыхаю этот мужской терпкий запах…

     Запах отца, которого я не знал, слаще всех духов мира…

     О Боже!..

     …Я бреду по Москве спустя 65 лет…

     Где хоть один портрет Верховного Главнокомандующего?.. Нет ни одного…

     Если бы те пораненные Солдаты усечённые дожили до этих дней — что бы они сказали?

     Кто выиграл Войну? Кто победил на Поле Куликовом? — Дмитрий Донской…

     Кто изгнал Наполеона? Фельдмаршал Кутузов!..

     Кто не спал по восемь суток над картами фронтов, кто посылал сибирские и иные дивизии в победный бой? Кто?

     Иосиф Сталин!

     Истинно сказал Сервантес: "Тех, кто искажает Историю, надо казнить как фальшивомонетчиков!.." да!..

     Но!..

     Господь, Хозяин времён и миров… Помедли…

     О Боже!

     …И опять мне еще девять лет, и я впервые выпил вина, и бреду, хмельной, весёлый, по родному городу вместе с двумя солдатами Победы…

     Один из них — русский, другой — грузин… они родные братья… и таджики, узбеки, азербайджанцы, молдоване, евреи, армяне, киргизы, казахи, чеченцы — все родные братья…

     Ах, мои родные братья, где нынче Братство Народов?.. Где любовь человеков?..

     О Боже!..

     …Великий странник, тысячелетний Ходжа Насреддин едет на своём пыльном осле по нынешней РФ и говорит:

     — Если у правителя есть Великая Идея — тогда "нет ни эллина, ни иудея…"

     Но если у правителя нет никаких идей — тогда начинается хаос, тогда являются, вопиют русский, чеченец, таджик, армянин, грузин, белорус, казах, иудей…

     Аятолла Хомейни сказал: "Если правители заняты обогащеньем — народ гибнет…"

     Три пианицы с обильной помощью Запада разрушили Великое Государство — СССР…

     Это было великое преступление. Никаких конституционных прав на этот варварский людоедский кровавый акт у пьяниц-иуд не было.

     И потому нынешняя РФ — не существует как законное государство!..

     РФ стоит на песке беззаконья и на воде словоблудья… рассыплется она… утонет она в мутных водах…

     Но Советский Народ не уничтожен! Народ нельзя уничтожить!

     Когда таджики подметают московские улицы, когда армяне строят дороги, когда азербайджанцы продают свои фрукты, когда грузины на телевиденье поют, когда украинцы строят в России дома — они не пришельцы! они не "гастарбайтеры"! они находятся в своей стране! в своём народе — и этот народ нельзя убить! умертвить!

     Этот Советский Народ жив, и только правители не хотят видеть Его и умерщвляют Его!..

     Поразительно: с одной стороны — триста миллионов человек, весь Советский народ, весь СССР, а с другой — кучка властителей-богачей, ведущая войну против своего народа, и пока эта кучка побеждает целый народ с помощью великой лжи и великого блуда… О Боже!..

     Когда Вожди Народоубийцы — это страшно!..

     Господь видит!

     И нищая старуха в калужской деревне — знает… чует, что её убивают…

     Мудрец Ходжа Насреддин говорит дальше:

     — Был великий СССР… Стала нищая РФ… Колония Запада…

     Русский исполинский Медведь с заёмной вёрткой головой попугая иль обезьяны очумело одурманенно повторяет идиотские чужеродные слова: бизнес… доллар… демократия… парламент… симпозиум… политкорректность… президент… консенсус…

     И под эти слова русское золото, лес, нефть, газ, драгоценности, красивых женщин, талантливых учёных, соловьиных певцов и танцоров — всё увозят на Запад… как страшный фарш для их людоедской еды…

     Россия всё смиренно отдала другим народам…

     В человеке бьётся пять литров крови — и вот четыре литра он отдал другим… Как он может жить?

     Это Россия… Кровавый Донор других кровопийц-народов…

     Россия нищая униженная — Одна стоит сиротой на Историческом Ветре!

     В Океане Народов — Она плывёт не на корабле Государства, а на бревне кораблекрушенья…

     Но!.. Господь видит и назначает сроки…

     Когда страна становится колонией — начинается долгая мучительная антиколониальная партизанская народная Святая Война!..

     Таков Закон Истории!..

     Помоги, Христос, Руси! Помоги, Аллах!..

     Но!.. О Боже!.. Господь Двух Миров! Помедли… Я хочу в детство…

     …И опять мне девять лет…

     Я бреду по родному, праздничному, ликующему Сталинабаду с двумя героями Великой Победы…

     Мы идём на вокзал… тут конец-тупик железной дороги "Москва-Сталинабад"…

     Дальше поезда не идут…

     Там, под цветущими медоточивыми акациями, стоят на путях железнодорожные открытые платформы, и там, в гранатовых, мокрых, с изумрудными мухами бинтах лежат, томятся, дышат, вьются наши калеки, инвалиды Войны — безрукие, безногие, слепые, неполные…

     Святые обрубки, осколки, обломки той страшной Войны…

     Всплывают в детской моей голове чьи-то поэтические строки: "…на сорок человек — четыре ноги, ноги, ноги…"

     Эти люди, сироты Войны, воины усеченные, неполные не хотели возвращаться калеками к женам и семьям своим, словно они виноваты в увечьях своих — и вот приехали в чужой город, где их никто не знает… и не зарыдает, узнавши…

     Но, но, но…

     О Боже…

     Толпы вдов и жен стояли у платформ и теснились, и улыбались, чтобы не причинить страданий раненым, и нежно, уступчиво бережно по-матерински забирали их, и на носилках, и на руках влекли в нищие, голодные кибитки глинобитные свои… Айиии!..

     Никого не осталось на платформе…

     Всех разобрали…

     Господь мой!

     Где Ты был?

     Где Ты был в Те Дни?

     Иль и Ты рыдал над возлюбленными человеками своими? и над святыми калеками? и над святыми вдовами? и сердобольными женами?

     И Ты Господь купался в святой Любви Их?..

     Господь! прости! помоги…

     65 лет прошло, а эти платформы, а эти воины, а эти вдовы в душе моей святы и свежи!..

     …И вот спустя 65 лет я бреду по Москве… по России, где пять миллионов брошенных детей-сирот никому не нужны… и некому их приютить, накормить, обласкать…

     Ах, Русь, что же стало с Тобой?

     Где мужи-воины заступники Твои? где жены-вдовы святые Твои? где сироты брошенные, где Чада безвинные беззащитные Твои?..

     Господь спроси с нас… и не щади трусов и равнодушных, сытых двуногих, которые собак и кошек полюбили больше, чем несчастных человеков…

     И заняты какими-то иностранными машинами, туризмом и альпинизмом, сексом, бизнесом, попсой, евроремонтом — вместо любви к сирым…

     О, Боже!.. не щади нас… накажи…

     О, Боже…

     …И вот опять мне девять лет, и в рубахе убитого отца моего я бреду с двумя героями Войны, и мы пьём вино кислое и я ем в избытке мороженое, которое дарят мне… горло арбузное алое детское моё уже болит… но сладко мне не от мороженого, а от необъятной человечьей любви, любви, любви…

     А потом герои в звенящих орденах и медалях уходят по цветущим улочкам и кричат вольно, далёко, слёзно, дивно, прекрасно на весь мой родной Сталинабад:

     — Да здравствует наша Советская Родина! Да здравствует наш великий Советский народ! Да здравствует наш великий Сталин! Ура! Ура! Ура… ааа… Ура Главковерху!..

     И я бреду необъятно счастливый по родному городу, которого уже нет…

     И я бреду по Великой Стране, которой уже нет…

     О Боже, где я?..

     О Боже, что это? от радости? иль от того далёкого вина?

     Сколько мне лет? я мальчик? или старец седой?

     О Боже…

     Я бреду по Москве спустя 65 лет…

     Я только что был мальчик, и вот уже старец седой…

     Господь! как быстр человечий срок…

     О Боже!..

     Но я блаженно пиан от того вина… От вечного Вина Победы…

     О Боже!..

     Я вижу родную Красную Площадь…

     И по ней чеканными, несметными рядами, океанскими волнами, идут, воздымаются, летят победители той Войны!

     Их Двадцать Семь Миллионов — убиенных в той Войне наших братьев и сестёр! отцов! дедов! матерей! детей!..

     Но они идут в Бессмертном Марше Победы по утренней Красной Площади!

     А на Мавзолее стоит Он.

     И Он улыбается, чтобы не разрыдаться…

     И устало, но зорко машет своим солдатам трепетной отеческой рукой…

     Генералиссимус Сталин!

     И Он говорит тихо, почти шепчет, как в роковом 41-м году:

     — Братья и сёстры…

     Советский Союз будет разрушен…

     Советский народ будет унижен, обворован, угнетён…

     Но народ наш восстанет, поднимется из разрухи, вражды и крови гражданской войны…

     Советский народ хорошо видит внешнего врага-волка, но не чует внутреннего червя…

     Но если Он победил Гитлера — победит и внешнего волка, и внутреннего червя…

     Генералиссимус устал. Он пять лет не спал. Он пять лет Победу ковал.

     Он почти шепчет, как ночная мать над колыбелью, где дитя…

     — Советский народ — это любовь между людьми и народами

     Эта любовь живёт в душе каждого человека… а любовь непобедима…

     Да здравствует, да воскреснет великий бессмертный Советский Народ!..

     Ура!..

     Вставай, Страна Огромная!..

1

Фёдор Гиренок НЕМЦЕВ ПОБЕДИЛИ НЕ СТУДЕБЕККЕРЫ

О дне победы я впервые узнал из рассказов фронтовиков, которые жили на одном из железнодорожных разъездов Транссибирской магистрали.

      ДОСЛОВНОСТЬ

     Моё детство прошло на полустанке. Недалеко от нас был цивилизованный разъезд поездов. Он назывался "Победим". Наш полустанок никак не назывался, у него только был какой-то номер. На "Победим" провели электрический свет. У нас по вечерам зажигались керосиновые лампы, и взрослые от нечего делать садились играть в карты. Иногда мужчины играли в какую-то неведомую для меня игру под названием "Шуба". У нас не было радио, мы не читали газет, хотя строго отмечали все православные праздники. Весь наш мир состоял из девяти семей, каждая из которых, помимо работы на государство, вела еще и натуральное хозяйство. Моя мать умела делать всё: хлеб, сыр, колбасу, мороженое и пиво.

      ПИВО

     У моей матери было четыре брата. Трое из них погибли на фронте, и поэтому я их никогда не видел. Самый младший из них, дядя Ваня, остался жив. Он, будучи матросом Тихоокеанского флота, воевал с японцами. Дядя Ваня называл мою маму нянькой, потому что она, как он говорил, вынянчила его. Вернувшись домой после войны, он каждый год весной приезжал к нам в гости. Мама заранее готовилась к этому дню. Она варила пиво. Иногда ночью скрытно ходила в баню и приносила оттуда самогон.

     Когда приезжал дядя Ваня, у нас собирались все мужики. Они пили домашнее пиво, вели бесконечные разговоры и вспоминали погибших в прошедшую войну. Так я впервые узнал, что весенний день, к которому каждый год готовилась моя мать, был днём нашей Победы и одновременно днём памяти погибших.

      МОТОЦИКЛ

     В детстве я очень завидовал нашим соседям. У них был мотоцикл с коляской. Они ездили на нем за ягодами, на рыбалку и на охоту. Время от времени они катали на нем местную детвору.

     Из разговора мужиков я знал, что наш сосед — танкист, фронтовик. Он воевал в Пруссии. Однажды его тяжело ранило. Немецким снарядом ему снесло половину черепа, но это его не остановило, и он продолжал стрелять по немцам. В память об этом бое командование подарило ему немецкий мотоцикл БМВ.

     Глядя на эту машину, я думал, что если бы у моего отца не было брони, то он тоже мог бы попасть на войну и его тоже могли бы наградить мотоциклом.

      БРОНЬ

     Мой отец как железнодорожник имел право не идти на войну. Он имел бронь. В минуты семейных разладов, свидетелем которых я иногда бывал, мать укоряла отца за то, что он не отказался от своей брони, как это сделал ее брат, и не пошел воевать с немцами. Так образцом поведения для меня с детства стал старший брат матери.

     По рассказам матери, дело было так. Какой-то железнодорожный начальник во время войны занимался мошенничеством, приторговывая шпалами. Мой дядя выступил на собрании с критикой этого начальника. Тот пригрозил отправить его на фронт, если он не замолчит. В ответ мой дядя пошел на фронт добровольцем, отказавшись от своей брони. На прощание он сказал начальнику, что если он вернется домой живым, тому несдобровать. В конце войны этот человек скрылся, уехал в неизвестном направлении. А мой дядя так и не вернулся с фронта.

      ДОСТАТОК

     Слушая разговоры фронтовиков, собиравшихся в нашем доме 9 мая, я знал, что немцы и японцы воевали по-разному. У немцев во всём был железный порядок. Японцы же были хитрее немцев. Но больше всего наших солдат поражали подвалы немецких домов, в которых на крюках висели окорока, колбасы и находилась всякая снедь. Изобилие этих подвалов по-прежнему поражало их воображение, хотя после войны и прошло уже больше 10 лет.

     Еще одной темой фронтовых рассказов, с которой я соприкоснулся в своем детстве, было отношение наших солдат к немецким женщинам.

      НЕМКИ

     Во время одного из подслушанных мною разговоров была произнесена такая фраза, которая навсегда осталась в моей памяти. Я прекрасно знал, что такое пазуха. Я знал, что за пазухой можно унести много яблок, но когда один из фронтовиков сказал, что он видел немок, у которых "полна пазуха цыцок", я онемел. Но еще большее потрясение я испытал, когда мой школьный учитель, фронтовик, выпив самогона, рассказал о том, как его солдат сначала вступил в интимные отношения с немецкой женщиной, а затем пристрелил её, дабы она не рассказала об этом командованию. Этого солдата осудили и отправили в штрафную роту.

      МИССИЯ

     Сегодня, прожив большую часть своей жизни, я думаю, что Советская Россия была замыслена Богом только для того, чтобы она победила немецкий фашизм. Россия выполнила свою миссию, поэтому 9 мая — это наш праздник. Конечно, был ленд-лиз, и американцы с англичанами помогали нам, но немцев победили не студебеккеры и не тушенка, немцев победили мы, русские.

     Для чего существует сегодня, какой смысл уготован демократическому обломку большой России, известно, видимо, пока только нашему создателю.

     С Днём Победы!

1

Андрей Смирнов ВЕЛИ МИРУ

ФЁДОРОВ-ВОЛКОВ-МЕДЕСКИ-РИБО. "РАЗИНРИМИЛЕВ". ("Ulitka Records") 2010

     ...Мы, низари, летели Разиным.

     Течёт и нежен, нежен и течёт,

     Волгу див несёт, тесен вид углов.

     9 ноября 2010 года — 125-летие со дня рождения Велимира Хлебникова. Хлебников — удивительная точка притяжения разнообразных, иногда совсем полярных сред и сообществ современной России: поэты-авангардисты, филологи-академисты, философы-традиционалисты, музыканты — от Ревякина (периода словотворчества) вплоть до ансамбля "Казачий кругъ". Наконец, это альбом "Аукцыона" и Хвостенко "Жилец вершин", на стихи Хлебникова, к которому Леонид Фёдоров, один из создателей пластинки "РАЗИНРИМИЛЕВ" (именно так), естественно, более чем причастен.

     Литературной основой данного альбома служит поэма "Разин". Интерес к фигуре Степана Разина у Хлебникова был значителен, атаман неоднократно появляется в произведениях, да и непосредственное звучание фамилии Разин увлекало поэта.

     Поэма "Разин" появилась в двадцатом году, с подзаголовком "заклятье двойным теченьем речи, двояковыпуклая речь". "Разин" — это первая попытка многострочного стихотворного произведения в форме палиндрома. Каждая из примерно четырёхсот строк поэмы представляет собой палиндром, то есть одинаково читается как слева направо, так и справа налево. Собственно, и "РАЗИНРИМИЛЕВ", в прочтении наоборот, "Велимир — низарь". Хлебников подчёркивал, что он низарь, уроженец низовьев Волги.

     В древности палиндромам зачастую придавался магически-сакральный смысл. "Относительно магических коннотаций хлебниковских палиндромов, таких например, как "Разин". Вполне может оказаться, что их источник следует искать не только в палиндромах VIII века, но и в таких, например, широко известных формулах, как "sator arepo tenet opera rotas", с их древней традицией мистических ассоциаций", — отметил американский филолог-славист Хенрик Баран.

     Неслучайно, что тема палиндромов именно в таком свете привлекает весьма своеобразную аудиторию. Так, активно "палиндромил" заслуженный фрик Британской империи (пусть и отвергнутый короной) Дженезис Пи-Орридж, вовлечённый в мистические истории и формации.

     Под Хлебникова и Разина была собрана внушительная не числом, а умением команда. Старые соратники — Анри Волохонский и Владимир Волков,плюс гвардейцы мировой независимой сцены — гитарист Марк Рибо и клавишник Джон Медески из импровизационного трио "Medeski Martin & Wood". Оба отметились ещё на трёхлетней давности пластинке "Аукцыона" "Девушки поют".

     "РАЗИНРИМИЛЕВ" — это симфония, бесконечно далёкая от идейных и звуковых штампов, особенно отечественного производства. Здесь вполне уместен пожёванный афоризм Фрэнка Заппы: "Писать о музыке — это всё равно что танцевать об архитектуре". Скрипящий Волохонский, голос Фёдорова, что самостоятельный музыкальный инструмент, лукавые и невесть куда убегающие импровизации Медески, намёки "rock in opposition", триумфальная экзальтация и "dance macabre", изысканные и пугающие пограничья, по ту сторону смыслов.

     Местами возникает еле заметное противостояние с рвущимся на свободу потоком внутренней энергии звуков и слов, который неизбежно канализирован в русло песенно-альбомной формы. Но некое идеальное решение, возможно, лежит совсем уже не в пространстве привычных представлений о музыке.

     Пожалуй, иногда магию Хлебникова притормаживает "умеренная" генеалогия Фёдорова и Ко. Дело даже не в выводах некоторых исследователей о родстве программы Хлебникова и тоталитаризма, что выражалось в стремлении решать революционные задачи с опорой на авторитарную поэтическую традицию. Хотя звучит почти как шульгинское "большевик по энергии и националист по убеждениям".

     Будучи врагом "книжного окаменения языка", Хлебников пытался преодолеть конвенциональность знака ради всеобщего "звёздного языка", что призван возвратить "органическую связь человека и Космоса и реабилитировать мифопоэтическое единство, нарушенное новоевропейской рациональностью и практицизмом Нового времени". Запал Хлебникова и по сей день актуален.

     "Говорят, что стихи должны быть понятны. Так ...вывеска на улице, на которой ясным и простым языком написано: "Здесь продаются ... " ещё не есть стихи. А она понятна. С другой стороны, почему заговоры и заклинания так называемой волшебной речи, священный язык язычества, эти "шагадам, магадам, выгадам, пиц, пац, пацу" — суть вереницы набора слогов, в котором рассудок не может дать себе отчёта, и являются как бы заумным языком в народном слове. Между тем этим непонятным словам приписывается наибольшая власть над человеком, чары ворожбы, прямое влияние на судьбы человека… Таким образом, волшебная речь заговоров и заклинаний не хочет иметь своим судьей будничный рассудок. Её странная мудрость разлагается на истины, заключенные в отдельных звуках: ш, м, в и т. д. Мы их пока не понимаем. Честно сознаёмся. Но нет сомнения, что эти звуковые очереди — ряд проносящихся перед сумерками нашей души мировых истин. Если различать в душе правительство рассудка и бурный народ чувств, то заговоры и заумный язык есть обращение через голову правительства прямо к народу чувств, прямой клич к сумеркам души или высшая точка народовластия в жизни слова и рассудка, правовой приём, применяемый в редких случаях".

1

Владимир Винников АПОСТРОФ

Владимир Фомичёв. Поле заживо сожжённых. Книга-обличение. 2-е изд. — М.: Московский Парнас, 2010, 331 с., 1100 экз.

     Массовые сожжения немецкими войсками гражданского населения на оккупированных территориях Советского Союза — не самая востребованная современными масс-медиа тема. Вот Катынь, "голодомор" или Холокост — совсем другое дело. Хотя свыше 13 миллионов уничтоженных нацистами мирных жителей СССР, в том числе свыше 7 миллионов женщин и детей, — это население таких стран современного мира, как Нидерланды или Чили.

     Но для Владимира Тимофеевича Фомичёва, известного, наверное, всем патриотам России в качестве главного редактора ныне запрещенной газеты "Пульс Тушина", эта тема стала одним из главных дел жизни. Уроженец деревни Желтоухи Угранского (Всходского) района Смоленской области, еще ребёнком он пережил немецкую оккупацию, и пепел сожжённых дотла вместе с их жителями соседних деревень: Знаменки, Борьбы, Заречья и других — до сих пор стучит в его сердце.

      "Враги сожгли родную хату,

      Сгубили всю его семью..." — эти строки Михаила Исаковского, земляка Владимира Фомичёва, долгое время были единственной памятью о семи тысячах смолян, повторивших судьбу белорусской Хатыни. Но многолетние усилия писателя и многих людей, поддержавших его, — а среди них такие известные личности, как Леонид Ивашов, Валерий Ганичев, Сергей Бабурин, Валентин Сорокин, — принесли свои плоды. 9 мая 2008 года в Угранском районе был открыт мемориал "Поле заживо сожжённых".

     Но Владимир Фомичёв не считает тему закрытой — по его мнению, такие же мемориалы должны быть созданы во всех районах и областях России, где заживо сжигались советские люди, а в масштабах всей страны — создана соответствующая Книга Памяти.

     "Ни малейшей военной необходимости в диких аутодафе пришлых уродов не было совсем — основные подвиги подобного рода они осуществляли при паническом бегстве под ударами Красной Армии. Мирные граждане в эти дни ни малейшим образом не могли оказать никакого влияния на ход боевых действий и, естественно, никак в них не участвовали. Я думаю, вторгшиеся на древнюю славянскую землю чудовища с Запада сжигали наших соотечественников ритуально", — пишет он.

     И призывает всех сограждан включиться в работу по созданию указателя мест массового сожжения жителей России немецко-фашистскими оккупантами в годы Великой Отечественной войны. Пишите В.Т. Фомичёву по адресу: 125371, Москва, 2-й Тушинский проезд, д.4, кв.70.

Проектирование, отделка коттеджа 3 и квартиры под ключ.

1

Тит ЖИЗНЬ ПЕРЕД ЖИЗНЬЮ

Геннадий Животов.

     Эта камерная экспозиция, размещенная в галерее "Палитра", называется "Война и жизнь". Ничего помпезного, бравурного, юбилейного. Напротив, элементарное, лаконичное решение: шесть парных портретов воинов Великой Отечественной — "тогда и сейчас"…

Владимир Бушин (1924 г.р.), поэт, публицист, фронтовик.

     Но за видимой простотой решения — огромное пространство для размышлений, многомерный, глубокий смысл. И дело не только в том, что два образа одного и того же человека удивительно расходятся и накладываются друг на друга, выявляя некую невидимую, не поддающуюся прямой фиксации категорию, которою можно назвать жизненным смыслом, стезёй, судьбой…

Пётр Кучер (1926 г.р.), архимандрит, духовник Свято-Боголюбского монастыря, фронтовик.

     Но главная идея всё же в другом: война для каждого ветерана — не просто очень сложный и яркий эпизод молодости, но совершенно отдельная, особая, трагическая и накаленная страница жизни, по своему экзистенциальному весу равная долгим и длинным мирным десятилетиям. Каждому солдату Великой Отечественной войны удалось прожить свою жизнь на фронте от "а" до "я". Для кого-то это расстояние было очень и очень коротким… Но и те, кто вышел из огня, те, кто вернулся с полей сражений, — они какой-то частью души навсегда остались в окопах прошедшей войны. Парадокс в том, что для героев этих портретов годы и годы мирного труда, свершений, откровений, творческих озарений, будничных забот и коллизий — не заслонили, не замутнили, не отодвинули пылающие годы войны. Таким образом, возникают два разных лица одного человека, словно открываются две его жизни. Одна из которых — короткая, огненная, юная. Другая же — долгая, взрослая, многомерная.

Юрий Бондарев (1924 г.р.), писатель, фронтовик.

     Драгоценные лица, драгоценные люди! Обе их ипостаси значимы и прекрасны. Автор этих работ Геннадий Животов явил себя вновь как блистательный рисовальщик и как русский фундаменталист, как человек, вплавленный в великое движение нашей национальной судьбы. Он создавал этот цикл с памятью в сердце о своем отце — герое Сталинградской битвы Василии Ивановиче Животове — и о всех тех, кто вынес на своих плечах колоссальный ковчег Победы.

Виктор Макеев (1924 г.р.), народный художник России, фронтовик.

     В этой серии звучит великая гордость за наших мощных и великолепных старцев, за наших несгибаемых героев и светочей! В этой серии — и слезы радости, и стыд проскочивших мимо войн поколений, и неразрешимая загадка бытия.

Анатолий Болашенко (1924 г.р.), заслуженный художник России, фронтовик.

     Но всего более это напоминает нежное сыновнее объятие. Душевный порыв, исполненный почтения и любви.

Аполлон Лелехов (1924 г.р.), кадровый военный, профессор, фронтовик.

     ВЫСТАВКА "ВОЙНА И ЖИЗНЬ" ОТКРЫТА С 9 ПО 31 МАЯ ПО АДРЕСУ: УЛИЦА ВАВИЛОВА, Д. 65А.

     БЛИЖАЙШИЕ СТАНЦИИ МЕТРО: "ПРОФСОЮЗНАЯ", "УНИВЕРСИТЕТ".

1

Евгений Нефёдов ЕВГЕНИЙ О НЕКИХ

"За Победу!" — пробил час вспомнить клич крылатый. Испокон веков у нас это слово свято.

     В русской речи: победить — справиться с бедою. Нам — Победу возродить выпало на долю!

     В память врезана не зря клятва "За Победу!" — так "За веру!", "За царя!" поднимались деды.

     Так "За Родину!" отцы воевали славно. Так "За Сталина!" бойцы шли к Победе главной.

     Сталин с нами по сей день — символ той Победы, хоть его упорно в тень прячут "правоведы".

     Множат, множат грязь и ложь, тужась бесконечно, ибо знают: этот Вождь — выше их навечно!

     Понимают: им при нём — не нашлось бы роли. Он бы натовцам "приём" — тот ещё устроил!..

     Разобрался б заодно — и с катынским бредом… И весь мир заставил вновь — уважать Победу!..

     "За Победу!" — среди звёзд русский путь проложен. "За Победу!" — русский тост знают в мире тоже.

     "За Победу!" — в годы тьмы встали силы света. "За Победу!" — бились мы у Дворца Советов.

     "За Победу!" — судным днём не роняли чести. "За Победу!" — под огнём падали на Пресне…

     "За Победу!" — вновь и вновь продолжаем битву. "За Победу!" — чтим любовь и творим молитву.

     "За Победу!" — чтобы враг сгинул без возврата. "За Победу!" — с нами Флаг русского солдата!

     "За Победу!" — против бед, сколько их ни будет. "За Победу!" — или нет? Выбирайте, люди!

     Наша Родина в беде. Наш народ несчастен. Праздник — солнце лишь на день! Дальше — вновь ненастье…

     Встань же, сделай выбор свой — чтобы не был предан тот святой отцовский строй в схватке — "За Победу!"

Отделка и дизайн фирма 4 Диприс.

1