/ / Language: Русский / Genre:nonf_publicism

Газета Завтра 933 (40 2011)

Газета ЗавтраГазета


Денис Тукмаков -- Два Путина, одна Россия

Путин вернул себе страну, как забирают чемодан из камеры хранения. Ячейка не вскрыта и код не сменен, а всё равно мнится — обокрали! У чемодана замок заедает, колёса не крутятся, ручка на соплях. Кто тронуть посмел?! Но тут же вспомнилось: таким старьём его и сдавал на хранение. Теперь вновь придётся переть эту торбу на горбу, и ведь не оставишь — пропадёшь без поклажи.

В этой невыносимой двойственности власти: ей и бросить страну-рухлядь боязно, и волочить не с руки, — заключено главное противоречие, снедающее Россию.

Путин оставил президентский пост в момент, когда стране требовался опасный прыжок над пропастью. Как от чумы, сбежал он от "третьего срока", страшась распалить Запад, прослыть диктатором, окончить свои дни в Гааге. Ради "незыблемости Конституции" сдал государство сторожу и скрылся за портьерой.

За четыре года "без Путина" страна успела лишь постареть. Развитие не запущено. Конституция переписана запросто. Бабло промотано олигархами. Вместо прыжка страна скатилась к самому обрыву, повисла над смертью.

Падает всё, что летало, а что ходило строем — теперь лежит с пневмонией. "Модернизации" с "инновациями" дискредитированы настолько, что эти слова приходится брать в кавычки. Государственные скрепы трещат, гнутся, лопаются от нарастающего шквала снаружи, от источившей их внутренней плесени. Раньше пытались восстановиться до уровня 1990 года, теперь — до "благословенного 2008-го". Накануне нового Кризиса у России нет ни стратегии его преодоления, ни новой элиты, ни толком скопленных ресурсов.

Теперь Путин возвращается в Кремль по той же причине, из-за которой убегал четыре года назад, — спасаться от Гааги. Давление Запада так велико, что второго медведевского срока государство не выдержит, и тогда уж накроет всех: в Завидове не отсидишься.

Мы понимаем, что в ближайшие месяцы Россию будут "зачищать". Недобитый во Вьетнаме сенатор Маккейн призвал русских "вдохновиться примером Ливии", предопределив для нас уже не "цветную революцию", но войну, бомбёжки и оккупацию. На саммите "Восточного партнерства" решено создавать новый антироссийский "санитарный кордон" из постсоветских республик. Под аккомпанемент "газпромовских" обысков в десяти европейских странах корпорация BP озвучила идею строительства в обход РФ новых трубопроводов. В "Нью-Йорк Таймс" и "Форбс" расписана стратегия "нового подхода к России" — в виде геополитической изоляции и экономического удушения, с резкой активизацией "пятой колонны". На рассмотрении конгресса США — законопроект №1638, по которому Федеральная резервная система должна будет жёстко привязать доллар к биржевой цене на золото, что повлечёт за собой обрушение цен и на золото, и на нефть. Делается это с единственной целью — повторить "рейгановский блицкриг", но уже против РФ.

А что же Россия? Что есть у Владимира Путина, кроме торжественно обставленного возвращения "на галеры", картонных выборов и пустых бесед с литераторами про копирайт? Что предлагает лидер нации, помимо задумки обменяться с Медведевым сначала должностями, затем риторикой, а под конец, видимо, и фамилиями?

Снят Кудрин. Вышвырнут вон ключевой игрок, десять последних лет символизировавший "руку Вашингтона" в российском правительстве, отвечавший за перекачку сотен миллиардов нефтедолларов в ненасытную утробу Америки. Но при этом уже готов к подписанию свежим парламентом новый блок либеральных реформ, а на вакантное место начальника Минфина прочат кремлёвского сановника по прозвищу "Перезвони Полонскому".

Россия стремительно, быстрее всех в мире, "выходит из бакса", успев за этот год сократить свои вложения в американские облигации со 175 до 100 миллиардов долларов. Но вызволенные деньги не воскрешают Нечерноземье, не поступают в научные школы, не спасают обветшавшую техносферу. Обещание же кинуть на армию "двадцать три триллиона рублей до 2020 года" оттеняется развалом ГРУ, минимизацией Вооруженных сил до уровня Болгарии и планами облечь войска во всё иностранное: от вертолетоносцев до ниток — видимо, на те же триллионы.

Москва сближается с Пекином. Ищет в Китае альтернативный рынок сбыта углеводородов, готова отважиться на совместную игру против доллара. Но наши доблестные дипломаты при этом стыдливо, лишь с третьего раза, ставят подпись под каждой пронатовской резолюцией Совбеза ООН, а толпы "элитариев", озверев от вседозволенности, скупают в Лондоне и Майами квартал за кварталом.

Путинской рокировкой посрамлены либералы. Вопли поверженных ласкают слух, их истошное желание "свалить из Рашки" ублажает сердце. Но, расчистив политическую поляну от "рукопожатных" и "изряднопорядочных", власть залила её "единороссовским" напалмом, выжгла всё живое. Образующаяся корка "парламентского консенсуса" вот-вот зацементирует все противоречия общества: социальные, национальные, региональные, религиозные, — не давая бурлящим энергиям легального выхода.

Будто два разных Путина тянут ветхий чемодан в противоположные стороны, вот-вот разорвут. В подобной игре "и нашим, и вашим", в этой вечной раздвоенности невозможно полноценно жить без опасения стать шизофреником. От такой двусмысленности народ давно уже не верит даже очевидным победам власти, вроде войны за Южную Осетию, строительства "Северного потока" или выведения на орбиту 24-го спутника ГЛОНАСС. Ведь на фоне остальной деградации эти достижения выглядят лишь попытками власти набить себе цену в торге с Западом — и торг-то ведется не во спасение исторического времени нации, а ради пошлейших "домика у моря" и "счёта в банке". Кажется, нынешняя элита не способна даже захотеть стать суверенной и желает лишь с выгодой сбагрить страну-рухлядь за четверть цены, словно ворованную вещь, пока её не отобрали за так, надавав подзатыльников.

Однако примеры Муаммара Каддафи с Хосни Мубараком, как до этого — Слободана Милошевича с Саддамом Хусейном, говорят о том, что договориться с Западом — невозможно. Когда пытаешься торговаться и "прагматически оценивать свои шансы" — приходят и забирают всё. Вместо подзатыльников будут бомбы с обеднённым ураном. Вместо сломанной чемоданной ручки — штырь под рёбра. Никакого "домика" со "счётом" не существует — их слизал языком Кризис.

Что же остается Путину? Вариантов мало: либо в гору, либо в яму. Одному с ношей не справиться, нужно народ звать. А для этого хорошо бы перестать морочить голову осатаневшей от двуличности стране. И сосредоточиться на чём-то одном, хорошем.

Мы предлагаем на этом сайте: отделочные работы расценки для вас от надежной фирмы.

-- Табло

+ Интервью Дмитрия Медведева руководителям трех федеральных телеканалов, в котором он разъяснил мотивы своего отказа от борьбы за пост президента РФ в 2012 году и выдвижения кандидатуры Владимира Путина, вопреки публичной реакции западных масс-медиа, продемонстрировало полную политическую адекватность будущего премьер-министра и его готовность "приносить пользу своей стране, а не пихаться локтями", что, вкупе с почти гарантированной должностью премьер-министра, делает Медведева реальной политической фигурой № 2, которая, при определенных условиях, автоматически может стать фигурой № 1, отмечают эксперты СБД…

+ Как сообщили из Нью-Йорка, публикация в "Известиях" статьи Владимира Путина, посвященной проекту Евразийского союза (ЕАС) на базе Единого экономического пространства (ЕЭП) России, Казахстана и Белоруссии, даёт "достаточное" представление о приоритетах "новопутинской" политики Кремля. Её следует рассматривать как антиамериканскую, поскольку ЕАС позиционируется в качестве одного из потенциальных "центров силы" современного мира, который одновременно должен стать эффективной "связкой" между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом, что отодвигает США на неприемлемые для них второстепенные геостратегические роли. Специально отмечается, что данная публикация появилась непосредственно накануне визита действующего премьер-министра РФ в Китай и является, по сути, предложением прямого сотрудничества между Пекином, Москвой и Берлином....

+ Новый обвал мировых фондовых рынков в начале текущей недели стал не просто очередной фазой "второй волны" глобального кризиса, но и обозначил — прежде всего для США — пересечение некоей "красной линии", требующей немедленного политического вмешательства в экономику со стороны государства, как это произошло с "новым курсом" Ф. Рузвельта во времена Великой депрессии, что даёт определенные шансы на утверждение "диктатуры Барака Обамы", передают наши источники из Филадельфии...

+ Согласно утверждениям наших источников в околокремлёвских кругах, скандальная отставка Алексея Кудрина прямо связана с необходимостью девальвации российской валюты на 40-50% до конца текущего года, что позволит без дефицита исполнить федеральный бюджет-2012 и ввести рубль в число расчетных валют международной системы CLS...

+ Очередной финансовый транш ЕС Греции в размере 8 млрд. евро отложен как минимум до середины октября, что делает вероятность национального дефолта последней чрезвычайно высокой, а также оказывает понижающее влияние на курс евро, тем самым увеличивая экспортный потенциал еврозоны и в первую очередь Германии. Однако непрерывная волна валютных девальваций в конце концов может привести к гиперинфляции, передают из Франкфурта-на-Майне...

+ "Список Магнитского", дискриминирующий ряд российских чиновников, которые имели отношение к смерти юриста фонда Hermitage Capital Management в российской тюрьме, всё-таки действует в Великобритании, несмотря на уверения официального Лондона в обратном, что создаёт опасный прецедент для всех любителей "туманного Альбиона" из числа представителей российской политической и экономической "элиты", причём, новый импульс "чёрным спискам" может дать судебное разбирательство между Борисом Березовским и Романом Абрамовичем, утверждают наши инсайдерские источники...

+ Прекращение подачи газа к мемориалу Вечного огня во Владивостоке в связи с задолженностью Тихоокеанского флота за "голубое золото" в сумме 87 тысяч рублей свидетельствует о том, что деградация политической, экономической и идейной системы Российской Федерации дошла до критической черты, за которой начинается неконтролируемый развал государства, говорится в сообщении, поступившем из Шанхая...

+ Согласно утверждениям наших лондонских источников, убийство в Москве бывшего замдиректора "Финансовой лизинговой компании" (ФЛК) Андрея Бурлакова, который после гибели Шабтая Калмановича оставался единственным свидетелем смерти Анатолия Собчака, могло иметь "не только экономическое, но и политическое измерение"...

Николай Коньков -- Пришли за «Газпромом»...

Сбывается вековая мечта Кремля и всего прогрессивного человечества: 8 ноября начнёт работу газопровод "Северный поток". Во всяком случае, так на встрече с премьер-министром РФ пообещал глава "Газпрома" Алексей Миллер. Мол, Владимир Владимирович, всё о`кей, вот-вот завершим процесс заполнения новой "трубы" и вы сможете "перерезать ленточку". А к 2015 году, глядишь, и "Южный поток" запустим, уже начали работать над проектной документацией...

В общем, вперёд, Россия! — теперь уже окончательно суверенная и независимая от вредоносных стран-транзитёров, наподобие Украины и Белоруссии, можно невозбранно и напрямую качать газ в Германию.

Да уж, тридцать лет назад ставили задачи освоения космоса и "холодного термояда", сегодня — задачи освоения финансовых потоков от экспорта нефти и газа. Прогресс, понимаешь ли...

Ведь ни для кого особенной тайны не составляет, что те же объёмы "голубого золота" в Европу технологически легко можно было прокачать и через газотранспортную систему Украины, без всяких "Северных" и "Южных потоков". А "фишка" ситуации заключается в том, что со временем "нэзалэжна" перестала быть идеальной территорией для реализации "чёрных" и "серых" экспортных схем, приносивших десятки миллиардов долларов ежегодно. Все эти фирмы-посредники, от "Итеры" до "РосУкрЭнерго", рецепты "газовых коктейлей", Рэм Иванович Вяхирев и Виктор Степанович Черномырдин, Юлия Тимошенко в мини-юбке и сапогах-ботфортах, "неуловимый" и неунывающий Семён Могилевич, он же Сергей Шнайдер, — все эти "брызги шампанского" давно уже неактуальны.

Наступило "газовое похмелье".

Осознав не только зависимость хозяев Кремля от украинской "трубы", но и безусловную поддержку Запада за своей спиной, киевские политики после Кучмы, еще завязанного на старономенклатурные связи, начали претендовать на всё большую долю нефтегазового "пирога". Что, наряду с их постоянной ротацией (а как же еще, демократия в действии!), создавало невыносимую головную боль для их российских партнёров. Не успели договориться с Ющенко — надо договариваться с Тимошенко, только решили все вопросы с "королевой Майдана" — извините, парадом командует уже Дмитрий Фирташ. И так далее, по кругу... Тут поневоле задумаешься о новой "трубе".

Но, как оказалось, дело вовсе не в ней. И грядущий праздник открытия "Северного потока" (затраты — 7,4 млрд. евро, срок окупаемости — 14-15 лет) оказался для "Газпрома" и Кремля омрачён сразу несколькими прискорбными событиями.

Прежде всего это одновременные обыски с выемкой документов в офисах практически всех европейских "дочек" "Газпрома". Совершенно понятно, что причиной тому стали вовсе не подозрения в "ценовом сговоре", а вполне конкретный бизнес-конфликт российской "естественной монополии" со своими немецкими партнерами по поводу цен на "голубое золото". E.On Ruhrgas не желает платить контрактную цену, поскольку она намного выше рыночной. "Газпром" резонно возражает, что, когда контрактная цена была намного ниже рыночной, он всё равно исполнял контракт, неся убытки. На что ему не менее резонно возражают, мол это его, "Газпрома", личные проблемы, а в Германии считать деньги умеют и, поэтому, подают соответствующие иски в Стокгольмский арбитражный суд (Украина — туда же). А пока суд да дело — в ход пошли обыски. Видимо, изъятые у "газпромовских дочек" документы будут приобщены к указанным выше искам.

Параллельно и Турция отказалась от ежегодного импорта 14 млрд. кубов российского газа через Украину, Молдавию и Румынию. При цене в 500 долларов за тысячу кубометров ей теперь выгоднее возить сжиженный газ в Стамбул из Алжира, да и на цену поставок по "Голубому потоку" столь жёсткая позиция Анкары должна сказаться благотворно: ведь "Газпром" собирался тянуть свою "трубу" и дальше — через Турцию и Сирию в Израиль... Но, судя по всему, этим планам, как и "Южному потоку", вообще не суждено сбыться: Турция совместно с ЕС, Азербайджаном, Грузией и Туркменистаном вновь активно лоббирует альтернативный проект Nabucco, реализация которого требует изменения статуса Каспийского моря, против чего, само собой, возражают Иран и Россия.

Таким образом, вокруг Каспия завязывается узел очередного конфликта, развязать который будет значительнее труднее, чем попытаться разрубить.

Совершенно очевидно, что внешнее давление на "Газпром", обремененный, к тому же, значительными долгами, в обозримой перспективе будет только нарастать и, в конце концов, российскому государству придётся или отказаться от участия в этой стратегически важной компании, передав её под полный контроль "иностранных инвесторов", или фактически национализировать её, выкупив долги и часть акций. И тот, и другой вариант развития событий, несомненно, будет означать уничтожение нынешнего статус-кво, но, как говорится, лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас.

Иное дело, что нынешняя атака на "Газпром" — это, судя по всему, вовсе не ряд изолированных и вызванных рыночной конъюнктурой экономических акций. Речь идёт о тотальном "отбрасывании" России "атлантической" проамериканской Европой, при одновременном явно "перегрузочном", давлении на "кремлёвский райком" со стороны "вашингтонского обкома".

В этих условиях Путин пишет статьи о евразийской интеграции и едет в Китай, как семь с лишним веков назад Александр Невский, разбивший тевтонов на Чудском озере, ехал в Орду. Но удастся ли ему стать Владимиром Невским?

Быстрое наращивание ногтей долгопрудный , дешево и качественно.

Александр Проханов -- Атомная мечеть

Бледная лазурь Персидского залива. Плоские бирюзовые волны, бегущие на каменистый берег. Прибрежный пирс, к которому причаливают деревянные рыболовецкие фелюги, из них на камни выгружают корзины с сизо-фиолетовыми тунцами. Окрестная каменная пустыня горчичного цвета. И над всем — пылающее дивное солнце, от которого камни превращаются в белый пепел. А каждый вздох — это горячая струя пара, пропитанная йодом и солью.

На кромке пустыни и моря размытая, выпадающая из фокуса громада с яйцевидным куполом и высоким красно-полосатым стержнем трубы, похожим на минарет мечети — атомная станция в Бушере, уже брызнувшая свой первый ток в электрическую сеть Ирана.

Я слушаю глухой рокот могучих машин. Трясение земли от потоков морской воды, омывающей корпус реактора, шелест электрических разрядов в вершинах высоковольтных мачт.

Эта станция, возведённая в наши дни, продолжает вековечную историю иранской цивилизации. В ней таинственным образом присутствуют древние храмы огнепоклонников и заострийцев. В ней таится грандиозный город Персеполис царя Дария — из храмов, дворцов — собиравший в себя множество окрестных народов. Красота и величие мечетей, куда стекаются на свои моления исповедники ислама. В этой станции, как лист папоротника на куске кремния, отпечаталась современная история Ирана. Великая революция имама Хомейни. Война, когда бомбардировщики Саддама Хусейна подлетали к станции и сбрасывали на неё свой разрушительный груз. Воздушные бои, стрельба зениток. И павшие у подножия станции её защитники. Множество политических интриг и зловещих угроз, которыми окружили строительство станции Америка и Израиль, угрожая ей истреблением бомбами и ракетами. Эту станцию демонизировали, называя её тайным заводом, где Иран готовит свою ядерную бомбу. Государствам и корпорациям, которые желали принять участие в строительстве станции, грозили отторжением и наказанием.

И только Россия, пренебрегая американским давлением и эмбарго на поставки оборудования, пришла на помощь Ирану. И сюда, из прохладных русских лесов, из студёных вод, явились строители и монтажники, инженеры и менеджеры. И достроили станцию, которую начинали ещё во времена шаха немецкие фирмы.

Строительство было нелёгким. Немецкий долгострой, рассчитанный на германское оборудование и германские технологии, был освоен русскими инженерами, которые совмещали немецкие узлы и недостроенные агрегаты с русскими элементами, привезёнными сюда морем и сушей. Реактор, построенный в предместьях Петербурга, погружённый на гигантский корабль, огибая материки, явился в Персидский залив, и принёс с собой мощную весть о том, что Россия жива, выдержала падение и удары девяностых годов.

Пуск станции явился великой победой исламской революции Хомейни, продемонстрировавшей миру способность к сопротивлению и творчеству. Её пуск явился и русской победой, которая была одержана, несмотря на чудовищный удар, сломивший после девяносто первого года советскую техносферу. Русские технократы и политики продемонстрировали волю к суверенному русскому развитию, выстояли среди американских интриг и нападок.

Успехи Бушера побудили другие страны обратиться к русским за помощью по возведению атомных станций. И эти блоки были или будут заложены в Китае, в Индии, в Турции. И все эти станции — это атомные дети Бушера.

Двигаюсь вдоль станции, напоминающей громадную, возникшую в пустыне мечеть. Слушаю рассказы иранских и русских строителей и управленцев, чьими усилиями была воздвигнута эта циклопическая станция на перекрёстке времён и народов.

И вот я беседую с Мухамадом Ахмадианом — заместителем руководителя иранской атомной организации.

Александр Проханов. Господин Ахмадиан, позвольте поздравить вас с вашей замечательной победой — пуском атомной электростанции в Бушере. Как вы расцениваете эту победу? Как технологическую, экономическую, научную, или как победу вашего духа, вашего революционного смысла, вашей революционной идеологии?

Мухамад Ахмадиан. Вы знаете, господин Проханов, в каких условиях создавалась эта атомная электростанция. Регион, где она возводилась, был наполнен трагедиями, военными конфликтами, чрезвычайной международной напряжённостью, которая была чревата большой региональной, а возможно, и мировой, войной. Возведение станции сопровождалось бесконечными интригами Запада. Эту станцию демонизировали, её представляли народам мира как тайный завод, где правительство Ирана изготовляет свою ядерную бомбу. Мы преодолели все затруднения: психологические, технологические, моральные и финансовые. Мы выдержали множество видимых и невидимых миру боёв и построили нашу станцию. Конечно, это победа иранской технологии, иранской науки и иранской технической организации. Но это и победа нашего духа, нашей воли, победа исламских идеалов, провозглашённых в период революции нашим великом имамом Хомейни.

А.П. Почему были трудности при возведении станции? Почему её строительство тянулось столь долго? Чем объясняются всплески и подъёмы в строительстве, когда станция то бурно возводилась, то всё сменялось затишьем, падением темпов, почти полной остановкой?

М.А. Вам, должно быть, известно, что эту станцию задумал построить ещё шах. Он пригласил для её строительства очень солидные германские фирмы. И они здесь, на берегу Персидского залива, возвели два бетонных блока, две бетонные оболочки, в одну из которых уже начали монтировать оборудование: трубопроводы, всевозможные каналы и агрегаты. Потом, когда свершилась революция и Запад отшатнулся от нашей страны, немцы ушли, оставив после себя эти блоки, напоминающие древние руины. Мы искали подрядчиков, которые смогли бы заменить здесь немцев, обращались к разным мировым корпорациям. Но все они в той или иной степени были зависимы от американцев и отказались работать на нашей территории. Тогда мы повернулись лицом к России и просили русских атомных строителей прийти сюда. И те согласились.

Русским пришлось привезти сюда оборудование, технологов, монтажников, строителей и начать сложнейшую стыковку своих технологий с технологиями немцев. Приходилось совмещать каждый трубопровод, каждый насос, каждую электролинию. Всё это было мучительно и сложно, отнимало массу времени.

Когда станция стала оживать, американцы усилили своё давление и сделали всё, чтобы сорвать строительство. Русские подрядчики заказали для станции турбину на Украине. Вы знаете, что турбина — это один из узловых агрегатов станции, который вращает генератор. вырабатывающий электрический ток. Украина ухватилась за этот контракт, была готова начать работы, но американское давление сказалось на украинцах. И те, вопреки своим национальным интересам, отказались от строительства турбины, от выгодного заказа, который мог бы обеспечить множество рабочих мест.

И тогда русские построили турбину на своём турбиностроительном заводе. Но это привело к проволочкам, к утрате времени, к сбоям в темпах строительства.

Ещё один пример. Наш климат отличается от климата России. Здесь жарко, здесь высокая влажность, едкая солёная среда, от которой агрегаты и узлы корродируют. К тому же высокая температура моря затрудняет использование морской воды для охлаждения реакторов. Эту морскую воду необходимо саму предварительно охлаждать. В России климат совершенно иной, и в создании таких холодильных установок нет необходимости. Их решили заказать в Южной Корее. Но и Корея, в конце концов, отказалась поставлять нам эти агрегаты. Вновь России пришлось полагаться на свои силы. И таких примеров масса. Всё это вместе взятое удлиняло сроки выполнения заказов, сроки пуска станции.

А.П. Мне говорили, что западные страны прибегли к прямым агрессивным действиям против ваших учёных, против ваших технологических схем.

М.А. Перед самым пуском электростанции враги впустили в наши компьютерные системы смертоносный разлагающий вирус с целью вывести из строя все управляющие станцией механизмы, дезорганизовать систему защиты, охраны и управления станцией. Мы победили этот вирус. А до этого враг предпринял прямые террористические действия против наших опытных специалистов и учёных. Трое наших физиков, занимавшихся ядерной проблематикой, были жестоко убиты. По нашему телевидению показывали убийцу-террориста, который признался, что он был завербован израильскими спецслужбами, был перевезён в секретный лагерь под Тель-Авивом, где проходил обработку и изучал взрывное дело. Вернувшись в Иран, он подорвал на фугасе одного нашего учёного. Двое других физиков были убиты ножами.

Смысл этих террористических актов заключался не только в том, чтобы обезглавить нашу ядерную науку. Но и вселить ужас и страх в тех учёных, аспирантов и студентов, которые решили посвятить свои жизни иранской ядерной технологии.

Но у врагов ничего не вышло. Наши люди — учёные, студенты — узнав об этом чудовищном злодеянии, ещё с большим энтузиазмом принялись воплощать в жизнь нашу ядерную программу.

Приведу вам такой пример. Я изучал технические дисциплины и физическую науку в пору, когда в Иране проходила революция. Наш любимый преподаватель, профессор вскоре стал министром энергетики. И был жестоко убит теми нелегальными группировками, которые называли себя истинными исповедниками ислама. Мы же называем их лицемерами. Ибо их учение ничего общего не имеет с исламом, а реализуется как насилие и кровавые террористические акты.

Казалось бы, смерть нашего любимого профессора должна была произвести шок, отвратить многих студентов от занятий и от карьеры ядерных энергетиков. Но, напротив, даже те из них, кто недавно был индифферентен к исламским воззрениям, равнодушен к свершившейся у нас революции, повернулись лицом к исламу.

Мы в Иране за эти годы привыкли к давлению на нас, привыкли к тому, что враг пользуется самыми разными способами, чтобы сломить нашу волю, внести дезорганизацию в наши ряды, повернуть наши умы и души к ложным целям. Слава Всевышнему, нам удаётся преодолеть все эти искушения и интриги врага.

А.П. Тем не менее, я знаю, и в адрес русских специалистов, и в адрес иранского руководства, заключившего контракт с Россией, в некоторых слоях иранской общественности звучит критика.

М.А. Действительно, раздавались и продолжают раздаваться голоса, которые преувеличивают сложности, возникшие у наших русских коллег при строительстве станции. И даже звучит мнение: зачем нам работать с русскими, если строительство претерпевает такое количество затруднений.

На это мы отвечаем им: необходимо различать позицию врагов, которые отказывают нам в сотрудничестве и помощи. И позицию друзей, у которых иногда бывают недоразумения, но которые в трудный для Ирана момент пришли к нему на помощь.

А.П. Когда я впервые увидел вашу станцию, у меня возник странный образ. Она показалась мне колоссальной, выросшей в пустыне мечетью с шарообразным сферическим куполом и с высоким красно-бело-полосым вознесённым ввысь минаретом. Этот образ мечети сопутствует мне по сей день. Знаю, что в мечетях собираются тысячи мусульман молиться. Их молитвы, подобны реактору, который вырабатывает духовную энергию. Здесь же, в атомной мечети, вырабатывается энергия атомного электричества. И эти две энергии таинственным образом перетекают одна в другую: духовная энергия мечети в атомную энергию электростанции. Здесь таится какая-то физика, открытая не Максом Планком, Альбертом Эйнштейном, а вашим духовным лидером имамом Хомейни.

М.А. В вашем сравнении есть много правды. Действительно, наша мечеть — это священное место, где люди собираются, чтобы возносить молитвы аллаху, просить его, умолять и славить. Но эта электростанция — тоже священное для нас место. Ибо в то время, когда на неё налетали бомбардировщики Саддама Хусейна, её защищали зенитчики, солдаты, строители, подставляя свою грудь под пули, осколки снарядов и бомб. Они погибли здесь как мученики, как шахиды, как герои, отдавшие свои жизни за аллаха и за родину. Поэтому для нас это место является священным.

Наше учение говорит, что Всевышний дышит, где хочет. Он может открыться человеку во время его молитвы в мечети, а может открыться ему и здесь, на этой атомной станции, если человек, посвятивший себя служению родине, служению аллаху, несёт это верование сюда, в эти бетонные оболочки.

А.П. Когда произошла исламская революция в Тегеране, на Западе стали раздаваться голоса, что в Иране установился теократический режим, утвердилась архаическая форма правления, которая чужда прогрессу, чужда новизне, противится технологическим и научным начинаниям. Иранское общество было объявлено обществом закупоренным и закрытым для прогресса и возрождения. Бушер показал, что это не так.

М.А. Вы правы. Запад и по сей день стремится представить Иран как некую чёрную дыру, куда провалилась вся история человеческой цивилизации. Он, рисуя нашу жизнь чёрными красками, предлагает её человечеству, и некоторые наивные люди верят в эту картину.

С 1986 по 1990 год, я учился в Англии, в Манчестере, осваивая научные и технические дисциплины в аспирантуре. И мой профессор, мой преподаватель, человек очень просвещённый, добрый и нравственный, однажды спросил меня: "Ваша жена постоянно появляется в мусульманском хиджабе. Неужели и дома она не снимает это облачение? Неужели вы никогда не видите её без хиджаба?"

Мне пришлось объяснять ему смысл нашей традиции. Объяснять, что хиджаб, который надевают наши женщины, укрывают их от глаз посторонних мужчин. А у себя дома, при общении с мужем, с близкими, нет необходимости закрывать своё лицо покрывалом.

Современное иранское общество, построенное на принципах веры и религиозной символики, совсем не противоречит технологии и науке. Вы знаете о наших успехах в космосе, куда мы отправляем баллистические ракеты и спутники. На нашей территории работают прекрасно оснащённые заводы, производящие моторы, трубы, медицинское оборудование, медикаменты. У нас немалые успехи в нанотехнологиях, в использовании стволовых клеток. Иранский служащий, чиновник и менеджер обладают такой культурой и знанием, которым могут позавидовать многие чиновники и служащие в высокоразвитых странах мира. Наша религиозная философия призывает верующего человека включать разум, относиться к явлениям мира рационально. Эта философия позволяет совмещать открытия в духовной сфере с открытиями в сфере физики, экономики, математики.

А.П. Недавно произошла ужасная катастрофа в Японии на станции Фукусима. Как это трагическое событие воздействовало на вас, воздействовало на строителей станции? В чём уроки этой трагедии?

М.А. Приведу пример. Наступал очередной этап в освоении станции. Мы торопились, чтобы не сорвать графики пуска этого этапа, чтобы завершить его в срок. И вдруг обнаружилось, что у нас испорчен один насос. Это была большая проблема. Мы отменили сроки завершения работ на этом этапе, провели мучительный контроль и реставрацию, заменили сломанный насос новым. Прошли по всем контурам, которые обслуживали этот насос и, в конце концов, его запустили. Но сроки были сорваны.

И вдруг случилась эта трагедия на Фукусиме. А она произошла во многом от того, что были выведены из строя насосы, которые подавали воду, охлаждающую реактор.

Конечно, мы страшно переживали эту трагедию, сочувствовали японцам, у которых были человеческие жертвы, была разрушена их ядерная индустрия и остановлен их технический прогресс. С другой стороны, мы радовались тому, что сами оказались осмотрительнее, что не поленились проверить все рискованные элементы нашей конструкции, что проявили бдительность и восстановили целостность и безопасность конструкций.

А.П. Не могли бы вы поделиться своими личными впечатлениями от строительства станции? Ведь ситуация развивалась неравномерно. В ней были большие пульсации: то она оживала и испытывала подъёмы, то опять затихала, почти останавливалась. Были ли во время строительства такие мгновения, которые вы переживали как счастье или большую тревогу, как радость или как огромное огорчение?

М.А. Непосредственно на этой станции я занят лишь последние два года. За эти годы, предшествующие пуску, конечно, было много тревог, радостей и мелких, и больших огорчений, крупных побед и свершений. Вот некоторые из них.

Мы испытывали сферическую стальную оболочку, в которую заключён реактор. Это огромный стальной шар, созданный для того, чтобы защитить реактор от возможных попаданий снарядов и ракет, от падения самолётов. И было страшно тревожно, когда шли испытания. Мы волновались: а вдруг эта сфера не выдержит. Вдруг она лопнет, вдруг возникнут изъяны, и тогда мы просто не знали, что нам следовало делать, ибо тогда строительство станции откладывалось бы вообще на неопределённое время. И ликовали, и радовались, когда сфера выдержала все перегрузки и давления.

Следующим моментом был пуск самого реактора. Когда эта стальная машина, наполненная урановыми твэлами, вдруг ожила, задышала и стала вырабатывать первый ток, у нас возникло ощущение, что в ещё недавно мёртвой машине затеплилась могучая жизнь.

И, конечно же, завершающий этап. Когда замкнулся рубильник, и электрический ток реактора мы отправили в энергетическую систему нашей страны. Это было счастье, это было ликование. Мы славили Аллаха за эту победу.

А.П. В Советском Союзе первый реактор, созданный руками советских людей, был пущен через сорок лет после начала революции. Причём за эти сорок лет произошла ужасная война, которая развалила всё наше хозяйство, унесла жизни тридцати миллионов наших людей, что породило уныние и страдания народа. Но мы выиграли эту войну и очень скоро запустили первый ядерный реактор, построили космические аппараты. Вывели в космос сначала спутник, а потом и человека. Как вы думаете, сколько потребуется вам лет для того, чтобы самим начать строить ядерные реакторы и запускать атомные станции?

М.А. Западная пропаганда уверяет мир, будто у нас уже созданы собственные тайные ректоры, собственные подземные лаборатории, где мы готовим в тайне от всего мира ужасную иранскую атомную бомбу. Но это неправда. Станция Бушер, которая, по словам американцев, должна готовить для этой атомной бомбы оружейный плутоний, у всех на виду. Мы строим её совместно с русским. И русские знают, как работает станция и как используется топливо. К тому же на станции постоянно присутствует МАГАТЭ, и никто не может упрекнуть нас в том, что мы надели на станцию непроницаемую маску.

Наша индустрия и наша наука уже сегодня в состоянии производить очень большие изделия, крупные машины, соответствующие всем мировым стандартам. Мы приняли решение строить атомные станции, исходя из того, что эра углеводородов не бесконечна, и энергетическая безопасность Ирана требует поиска альтернативных источников энергии. Поэтому мы и пригласили сюда русских. Но если сложится такая ситуация, когда другие страны вдруг откажутся нам помогать, и мы не сможем находить в них партнёров и друзей, конечно, мы проделаем этот путь сами. Этот путь дорогой и очень сложный, он будет связан с большими затратами, но, уверяю вас, сегодняшний Иран в состоянии самостоятельно строить атомные станции.

А.П. Я внимательно изучаю иранскую модель, согласно которой в жизни общества, в жизни всего мироздания заложен принцип вселенской справедливости. Справедливости, которая определяет отношения не только между человеком и человеком, не только между человеком и обществом, но и между планетами и солнцем, между звездой и благоуханным цветком. Справедливость — это охватывающее всё мироздание дыхание, позволяющее мирозданию существовать. Как в этой станции реализуется учение имама Хомейни, учение Корана о вселенской справедливости?

М.А. Мы считаем, что если человек работает на своём месте добросовестно, честно, если он благородно, искренне относится к своим сотрудникам и соратникам, если он видит в машинах, которые даны ему в управление, живые существа, если он строит такие машины, которые во время своей работы не разрушают окрестной среды, не наносят вред рыбам, птицам и цветам, значит, в этой работе и в этих машинах осуществлён принцип справедливости. Наша атомная станция и есть такая машина. Мы считаем, что системы безопасности, которые окружают станцию, делают её безопасной для моря, неба и суши. И в этой системе безопасности присутствует само дыхание Господа. Мы строили эту станцию не во зло. Мы строили эту станцию как символ добра, справедливости, как символ нашей революционной победы.

Алексей Гордеев -- Впереди ПРОвоза

Михаил Саакашвили предложил разместить элементы системы американской ПРО на территории Грузии — якобы так будет удобнее отслеживать запуски иранских ракет, направленные против европейских стран-членов НАТО, включая Турцию, и Израиля.

Тем самым действующий грузинский президент опять забежал "впереди паровоза", поскольку — и это уже секрет Полишинеля — данная система ПРО развёртывается не столько против мифических иранских ракет, сколько против вполне реальных российских.

То, что это действительно так, подтверждает ход российско-американских переговоров по ПРО, которые после подписания договора СНВ-3 зашли в бесконечный тупик. Ни совместной секторальной ответственности, ни гарантий безопасности, ни автоматического обмена информацией. "Нам обещают предоставить "коллективные заверения". Что это такое — мы не понимаем", — удивляется представитель РФ при НАТО Дмитрий Рогозин. И правильно удивляется. Ведь были уже "коллективные заверения" о том, что НАТО не будет расширяться на Восток, что ограничения на обычные вооружения в Европе будут неукоснительно соблюдаться и так далее, и тому подобное. И что?

Как только — так сразу про "коллективные заверения" даже не вспоминают. Действительно, зачем Вашингтону как-то уменьшать свой "щит", если российский "меч" и без того стал намного короче и легче? Если в перспективе забрезжила возможность нанести безнаказанный первый удар и — более того — превентивно уничтожить российские пусковые установки ударами "обычного" высокоточного оружия?

А в ответ на все претензии Кремля на голубом глазу заявлять: "Как? Вы не верите в наши добрые намерения? Это всё потому, что вы судите по себе и сами против нас злоумышляете! Нет? А чем докажете?" И чем слабее становится Россия, тем сильнее ей приходится "доказывать" свою лояльность. То, что в ряд Югославии, Афганистана, Ирака и Ливии теперь видные американские политики ставят Сирию, Иран, Китай и Россию, выносится за скобки — это, мол, личное мнение того или иного человека, а не выражение официальной позиции США — у нас же свобода слова, не то, что у вас.

Что же касаетсЯ "инициативного" заявления грузинского президента, то оно явным образом, хотя и несколько "поперёк", встраивается в нарастающий и во многом парадоксальный конфликт на Ближнем Востоке, центром которого становится Сирия.

Турция, в рамках реализации своего "неоосманского" проекта активно поддержавшая "арабскую весну", в том числе — действия ливийских "повстанцев", стоит на грани военного вторжения в Сирию, ожидая только команды из Вашингтона.

Одновременно, по логике событий, Анкара — во всяком случае, официально — занимает всё более последовательную антиизраильскую позицию, отказываясь от традиционных союзнических отношений с Тель-Авивом ("Флотилия свободы", конфликт с Кипром и т.д.).

Поэтому Израиль всё активнее выступает в пользу Башара Асада как "меньшего зла" по сравнению с исламскими фундаменталистами и "новыми османами", работающими от Азербайджана и Грузии до Алжира и Марокко.

Конечно, до открытого конфликта между Турцией и Израилем дело вряд ли дойдёт даже в случае вторжения турецкой армии на территорию Сирии — всё-таки позиция США окажется важнее региональных противоречий. Но вот у Ирана подобной оглядки на Вашингтон явно не будет, а усиление турецких позиций в Сирии и на всём Ближнем Востоке Тегерану явно ни к чему. И дело тут может зайти куда дальше традиционного разыгрывания "курдской карты".

Саакашвили своей, казалось бы, декларативной и малоприметной инициативой, на самом деле пытается запустить самый провокационный и конфликтный сценарий развития событий — и вряд ли по собственной инициативе.

У него есть давние и прочные связи с "неоконсерваторами" из вашингтонской администрации — видимо, их наличие и сопутствующее финансирование объясняют удивительную "непотопляемость" Мишико.

Устами своего президента Грузия фактически обозначила готовность в случае необходимости выступить не только против Ирана, но и против России, как это уже было в августе 2008 года. Только теперь — в союзе с США, НАТО, Турцией, Азербайджаном и боевиками "Аль-Каиды". И недожёванный три года назад галстук Михаила Саакашвили вполне может стать знаменем "грузинского реванша".

Анастасия Ежова -- Исламская мозаика

Накануне международной конференции "Исламское пробуждение", прошедшей в Тегеране 17-18 сентября, в иранской столице состоялась еще одна конференция, посвященная той же теме. Организатором мероприятия выступила Всемирная ассамблея "Ахл аль-Бейт", объединяющая шиитских религиозных деятелей и политических активистов всех стран мира.

Общая фабула выступлений мало отличалась от концептуальных выводов последующей конференции: Иран и его союзники поддерживают народные революции в большинстве арабских стран (за вычетом Сирии), считая их следствием пробуждения традиционно мусульманских народов, однако предостерегает революционеров от того, чтобы стать разменной монетой в политических играх Запада.

На пятой конференции ассамблеи "Ахл аль-Бейт" выступали известные государственные и политические деятели: президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, председатель Ассамблеи шейх Ахтари, глава иранской Ассамблеи экспертов Мохаммад Реза Махдави Кани, заместитель генерального секретаря ливанского движения Хизбалла шейх Наим Касим, бывший премьер-министр Ирака Ибрахим Джафари и многие другие.

Однако ценность данной конференции заключалась не только в возможности послушать речи высокопоставленных персон, но и в доступности неформального общения с исламскими активистами из разных стран. Ведь конференция собрала не только представителей стран, населенных исламским большинством, но и мусульман из России, Европы, Латинской Америки, США, черной Африки, Японии.

Особое внимание на конференции уделялось ситуации в Бахрейне, о которой молчит большинство мировых СМИ. Начиная с февраля текущего года шииты Бахрейна борются против монархии и зависимости страны от США, за предоставление политических прав.

Мне довелось побеседовать с одной из активных участниц оппозиционного движения в Бахрейне, шииткой по вероисповеданию. Активисты бахрейнской оппозиции строго соблюдают нормы конспирации, поэтому она не назвала своего имени.

— Каков масштаб и характер репрессий властей Бахрейна против оппозиции?

— Около сорока наших активистов стали мучениками. Идут аресты. В тюрьмы бросают даже врачей, оказавших медицинскую помощь раненым демонстрантам — и шиитов, и суннитов.

— По каким статьям им предъявляют обвинение: по политическим или по уголовным?

— Изначально их обвиняют по политическим статьям, но потом им пытаются инкриминировать и уголовные преступления. Так, врачам вменяют в вину умышленное причинение вреда здоровью — иными словами, то, что они специально "залечивают" раненых до смерти, чтобы это имело политический резонанс.

— Как бы вы могли оценить степень американского присутствия в Бахрейне?

— Это присутствие можно охарактеризовать как тотальное. Американцы контролируют всё в нашей стране: правительство, политику, экономику, армию, спецслужбы...

— Какова численность шиитов в Бахрейне?

— По нашим оценкам, количество шиитов в Бахрейне достигает примерно 80% населения. Среди нас есть и арабы, и персы. Однако власть пытается занизить нашу численность в официальной статистике, где указывается цифра около 50%. Кроме того, проводится политика искусственного увеличения доли суннитского населения, когда в страну завозят йеменцев, пакистанцев, привлекая их материальным вознаграждением — это типичная тактика ваххабитов.

— В чем конкретно проявляется дискриминация в отношении шиитов в Бахрейне?

— Раньше мы не имели никаких религиозных прав. Нам не разрешали проводить наши собрания и траурные церемонии, коллективные молитвы, строить шиитские мечети. Но затем американцы дали нашим властям указание, чтобы те прекратили преследовать нас по религиозным мотивам и пресекали лишь шиитскую политическую активность. Это хитрый ход, потому что в случае религиозной дискриминации мы можем воспользоваться статусом преследуемого конфессионального меньшинства — ведь официально, повторю, наша численность занижена.

С другой стороны, и сейчас, если человек придет в мечеть и станет совершать молитву по шиитскому обряду, смотрители мечети и сотрудники службы безопасности тут же вмешаются, отнимут мохур — кусочек глины, который шииты по обычаю пророка Мухаммада подкладывают под лоб во время земного поклона, разобьют его. То есть на уровне повседневной практики дискриминация сохраняется.

— Насколько активно бахрейнские сунниты участвуют в выступлениях оппозиции и поддерживают вас?

— Бахрейнских суннитов можно разделить на две группы. Первая — те, кто одурманен правительственной пропагандой. Ведь наши СМИ постоянно транслируют выступления ваххабитских авторитетов, внушающих, что шииты — не мусульмане. Но есть и другие сунниты, которые не верят этой пропаганде, ибо десятилетиями жили бок о бок с шиитами, дружат с нами семьями, знают нас еще с пеленок. Это честные люди, они сочувствуют нам. Пример — суннитские врачи, дававшие интервью на камеру в фильме "Выстрелы в ночи", снятом "Аль-Джазирой". Однако потом на этих суннитов оказывают такое жесткое полицейское давление, что они быстро ломаются и в нашу поддержку высказываться перестают.

Владимир Бондаренко -- «Палёная» литература

Сначала я просто хотел отмахнуться от этой встречи: ну, встретились коммерческие авторы в рамках книгоиздательского съезда с действующим премьер-министром, — и ладно. Но звонит Александр Проханов из Пскова: "Володя, будем отмечать эту встречу? Всё-таки, литературное событие". А что там отмечать? Миллионные гонорары королей бульварного рынка? Они к литературе никакого отношения не имеют, как "палёная" водка — к виноделию. Затесался в толпу бизнес-беллетристов один серьёзный писатель — Захар Прилепин, но и тот свои острые вопросы задавал не на литературные темы. Очаровательная Алиса Ганиева как бы вносила во встречу необходимый сегодня кавказский колорит, но, скорее всего, представляла уже издателей или авторов, пишущих на литературные темы, а не писателей.

Впрочем, в список "королей" книжного рынка Захар Прилепин попал не случайно. Его тиражи сейчас и на самом деле близки к тиражам Лукьяненко или Минаева. Вполне допускаю, что отбор участников встречи происходил прежде всего по уровню их "тиражности". Тогда понятно, почему в одном ряду оказались Захар Прилепин, Сергей Минаев, Михаил Веллер, Сергей Лукьяненко, Дарья Донцова, Татьяна Устинова, Александра Маринина, Павел Санаев, — их собственно литературные таланты были совсем ни при чём…

Впрочем, размах встречи и её резонанс оказались такими, что оставить без внимания эту встречу невозможно, — тем более, что во всех средствах массовой информации все её участники оказались мгновенно переименованы в "ведущих писателей России", и это лично на меня произвело самое шоковое впечатление. Верх и низ перевернули. Чёрное стало белым. Бахтинский карнавал...

Одно дело, если бы на встрече присутствовали тот же Захар Прилепин — и Дмитрий Быков, Сергей Гандлевский и Евгений Семичев, Владимир Маканин и Владимир Личутин, Алексей Иванов и Сергей Чупринин, Марина Струкова и Юрий Поляков, Александр Илличевский и Михаил Шишкин, Александр Проханов и Анатолий Ким, Глеб Горбовский и Александр Кушнер, Виктор Пелевин и Владимир Сорокин, в конце концов: писатели самых разных взглядов и направлений, определяющие состояние всей современной русской литературы. Тогда можно было бы говорить о повороте в культурной политике страны, о каком-то начинающемся духовном подъёме государства.

А когда в качестве ведущих писателей всея Руси нам нагло предлагают борзописцев, успешных авторов фэнтези и уличных карманных детективов, типа Устиновой или Минаева, когда и книги их выставлены в первые ряды всех книжных магазинов, а буквально на следующий день после встречи Татьяна Устинова и Дарья Донцова не слезают с телеэкрана, — меня от такой подмены начинает тошнить. Вот они — наши нынешние Белинские и Гоголи! Вот кого несут сегодня с базара — и прямо в приёмную Владимира Путина!

Дарья Донцова даже упрекнула премьер-министра, что он на съезде книгоиздателей недостаточно комплиментарно высказался о "лёгком чтиве". "За нами миллионы читателей", — сказала Донцова, уточнив, что тиражи каждого из этих авторов ежемесячно составляют 1,2 млн. экземпляров.

"Если так прозвучало, приношу свои извинения", — ответил Путин. И добавил: "Александра Дюма тоже считали автором, который производит "легкое чтиво", и говорили, что его завтра забудут. Но мы все читаем, я сам зачитывался этой книжкой ("Три мушкетера". — ред. ) до безумия".

Вообще-то, дело не в тиражах как таковых — миллионы читателей есть и у любой порнухи, у дешевых комиксов, миллионы зрителей есть и у педофильских роликов. Что, Владимир Владимирович, на это будем равняться? Более чем сомнительные аргументы. Пушкину при жизни было далеко до тиражей Булгарина. Тиражи стихов Жарова и Безыменского превышали тиражи гениев Серебряного века. И Бродскому было далеко до тиражей Дементьева...

Далее осознанную линию на отказ от любой государственной поддержки писателей продолжил Сергей Минаев. Он уже как бы от имени всех писателей заявил о прекращении любой государственной поддержки литературы: мол, зачем нам убыточные Мандельштамы и Леониды Леоновы? "Ребята, вы напишите такие книги, чтобы они были проданы тиражом не менее 200 тысяч. И вам не нужны будут ни премьер-министры, ни Союз писателей, потому что завтра, Владимир Владимирович (если мы сейчас в этом русле будем говорить), хитроумные чиновники протащат через кучу посредников на ваш стол нацпроект "Малая земля-2" с грантом в миллион долларов… Мы хотим жить в России, и поэтому, как только начинаются заказы на патриотизм, я просто… Мой роман "Духлесс" был продан тиражом в 700 тыс. копий в первый год, у Захара тоже был очень большой тираж. На самом деле у писателя с властью взаимоотношения никакого быть не может, не надо писателя кормить: мы это проходили уже, надо защищать наших издателей, которые дают нам зарабатывать".

Оп-паньки! — как говорят в определённых кругах. Мол, нам самим государственные деньги не нужны — деньги нужны нашим издателям, а те уже нас прокормят: и что писать, подскажут, и "литературных негров" найдут, и рекламу дадут, и тираж продадут... Не "властитель дум", не "инженер человеческих душ", а коммерческий агент крупных издательств — вот кем должен быть современный ведущий писатель, оказывается.

И не удивительно, что в поддержку Сергея Минаева сразу же выступила еще одна бульварная королева Дарья Донцова: "Минаев абсолютно правильно сказал. Нас не надо кормить, мы сами себя прокормим. Вы помогите нашим издателям, вот это действительно абсолютную правду он сказал. А Союз писателей, простите, пожалуйста, был создан Горьким специально по заказу Сталина, чтобы управлять этими писателями".

Извините, Агриппина Аркадьевна, я уж к вам так, по-свойски, обращусь, во все времена во всем мире все объединения писателей, от Союза писателей до ПЕН-центра создавались для того, чтобы поддерживать писателя. Увы, настоящая литература, как правило, убыточна. Особенно при жизни писателя, будь он хоть Шекспир, хоть Гёте, хоть Пушкин. Убыточны и левые, и правые, убыточен и Иосиф Бродский, и Юрий Кузнецов, и Юрий Домбровский, и Варлам Шаламов.

Уж не буду уточнять, кем был Аркадий Николаевич Васильев при советской власти и чем был славен в литературном мире — дочь за отца не отвечает, но ведь и вы до сих пор зачем-то состоите в Союзе писателей России. На всякий случай?..

Да, у вас: у Донцовой, Минаева, Устиновой и иже с ними — на самом деле сегодня миллионные тиражи. У книжек про Гарри Поттера тиражи еще больше, но значит ли это, что США или Германия не оказывают своей национальной литературе весомую поддержку? Оказывают, и еще какую!

Но наших же рыночных литераторов, получается, волнует только проблема полной свободы. Ах, как переживала за свою полную свободу Татьяна Устинова, чуть самого Путина в объятьях не раздавила, выдавливая из него эту желанную свободу.

Татьяна Устинова: "Я про свободу два слова хотела сказать, очень уж интересно. На самом деле 20 лет с небольшим, что существует новая Россия, новая российская литература была абсолютно свободной, то есть, мы писали и пишем, собственно говоря, абсолютно всё, что хотим, у нас нет никакой цензуры, ну, по крайней мере, у меня, я не знаю, как у остальных. Минаев (обращаясь к С.С.Минаеву), у тебя есть?"

Сергей Минаев: "У меня никогда в жизни её не было".

Дарья Донцова: "У меня тоже нет!"

Какие у нас, однако, свободные писатели завелись, только для чего им нужна свобода? Разве что для сексуальных сцен — больше никаких проблем в их книгах нет: ни социальных, ни политических. Вот бы когда Прилепину добавить пару слов про "лимоновцев"! Но, как некогда сказал Артемий Троицкий по поводу Лимонова: "Каждый решает сам, в тюрьме сидеть или в джакузи!"

Эти хотят не только в джакузи сесть, рассказывая, какие все остальные недоумки и почти недочеловеки, но и рыбку съесть: мол, нас интересует свобода, свобода, только свобода и ничего, кроме свободы.

Татьяна Устинова: "Нас никто как-то не проверяет и не контролирует, вот эта страшная вся история цензурная как-то обходит нас стороной. И мне, как пишущему человеку, и мы действительно все рефлексирующие мы действительно все сумасшедшие, и мы действительно такие все немножко с содранной кожей, какие бы мы ни были коммерчески успешные… Мне бы очень хотелось, чтобы так оставалось и дальше, и всегда, чтобы мы были свободны в том, что мы делаем. Это очень важно, это гораздо важнее, чем любые творческие союзы и возможность в них получить мандат МАССОЛИТа, понимаете? Это гораздо важнее, и я надеюсь, что как-то так оно и будет в этой стране…" Интересно, почему у всех коммерческих дельцов само собой выскакивает не "наша страна", а "эта страна", когда речь заходит о России?

Меня поражает еще их общая наглость: кто им дал право говорить от имени всей русской литературы. Кучка рыночных дельцов вдруг решает, у кого была свобода, у кого — нет. У кого большие тиражи и большие деньги — тот и писатель. Всё, что надо, они заработают, видите ли. Когда четвёртый подряд из них тоже заговорил о том, что они сами сколько надо заработают, мне даже смешно стало. Неужели Путин не понимает, что это — не литература. И рыночный язык этот, о том, сколько каждый из них заработает, — не для серьёзного разговора о реальной литературе?

Вроде бы даже и попробовал Владимир Путин с ними заговорить о патриотизме (не знал, в общество каких "писателей" он попал?): "Что касается патриотизма, то… поддерживать какие-то направления работы — это, конечно, можно, но это очень сложная задача, потому что, действительно, к этому процессу сразу могут примазаться многочисленные люди из различного уровня аппаратов, которые всегда обоснуют, что нужно дать денег Иванову, Петрову, а не Сидорову. И это очень сложный процесс. Хотя можно было бы подумать на тему о том, чтобы организовать какой-то процесс поддержки через профессиональное творческое сообщество — так же, как по линии кинематографии мы сделали".

Но его быстро укоротили.

Роман Злотников: "Не надо! Такая будет банка с пауками. Ни в коем случае".

Реплика: "Банка с писателями хуже, чем с пауками".

В.В.Путин: "Такая проблема существует".

Роман Злотников: "Сами заработаем, не волнуйтесь".

В.В.Путин: "Я и не волнуюсь, я просто отвечаю на то, что здесь прозвучало".

Как они все подряд хвастаются перед Путиным своими высокими заработками! Почему же наша остальная литература живёт впроголодь? Злотников сам заработает своими "Империями", Минаев пошлейшим "Духлессом", Устинова с Донцовой — примитивнейшими детективами. И какое им всем дело до России, до патриотизма, и даже до литературы?

Но меня уже давно тревожил вопрос: а какая же литература нужна нашей "властной вертикали", и нужна ли она вообще? Я смотрю, как не спеша под неё, под её вкусы пытаются подстроить отечественную литературу. Вначале рядом с этой вертикалью присутствовали Валентин Распутин и Даниил Гранин. Потом начали где-то в непосредственной близости мелькать та же Татьяна Устинова и Михаил Веллер. И вот, наконец, наш национальный лидер показал ту литературу, которая ему близка. На которую он и будет равняться.

Но мало того. Меня буквально убил ответ Путина на совет всё той же Дарьи Донцовой хоть раз сфотографироваться на фоне книжного магазина с книжкой в руках: "Я вас ни разу не видела на открытии книжного магазина, никогда... Мне кажется, что если наше высшее чиновничество возьмет с вас пример, а они возьмут с вас пример (хотя бы из подхалимства), и возьмут в руки, так и быть, книгу… Нельзя заставить читать, но если читает начальство, может быть, будут читать книги. Причём неважно, чтобы это были обязательно советские, русские писатели — читайте любую книгу, возьмите в руки любую книгу и читайте!"

Так вот, в ответ прозвучали следующие слова национального лидера: "Уверяю вас: те, кто производит молоко, просят меня почаще появляться со стаканом молока. Те, кто производит мясо, хотят, чтобы чаще видели, как я ем отечественное мясо, и так далее. Вы зря смеётесь, честное слово, так и говорят об этом, так и просят…"

Получается, что для Путина что "Я помню чудное мгновенье...", что кусок колбасы — одно и то же. Чего еще русским писателям ждать?

Смысл этой акции, на мой взгляд, и был лишь один: показать, что якобы лучшие российские писатели сами отказываются от помощи государства, им не нужна государственная поддержка.

И потому главный итог состоявшейся встречи — это не острый вопрос Захара Прилепина о каком-то нефтепродавце из окружения Путина, а подмена литературы псевдолитературой.

У нас долго боролись с "палёной" водкой и, как всегда, недоборолись. Возникла проблема пострашнее: никакого развития общества не будет, никакого развития идей не будет. Сначала у нас уничтожили живую реальную политику, теперь, видно, решили уничтожить реальную русскую литературу, заменив её рыночным эрзацем. Нет теперь ни Битова, ни Белова, а есть псевдописатели Минаев, Веллер, Устинова, Донцова, Маринина и примкнувший к ним Захар Прилепин.

Хотите "палёной поллитературки" из рук "властной вертикали"?

Константин Затулин -- «Отстоим же Севастополь!»

"Милостивый государь Алексей Сергеевич! Не признаете ли возможным в вашей уважаемой газете подписку на собрание средств для приобретения судов взамен тех, которые неизбежно выбывают из строя при военных операциях на море. Для начала такого полезного дела посылаю вам десять тысяч рублей".

Из письма князя Льва Кочубея Алексею Суворину, издателю газеты "Новое время". Санкт-Петербург, 1 февраля 1904 года.

7 сентября — в день, когда наши предки, с интервалом в несколько сот лет, насмерть бились на Куликовском и Бородинском полях, — депутаты Московской городской думы в едином порыве, без обсуждения, проголосовали за ликвидацию программы поддержки военных моряков, запланированной на 2011 год в сумме 70,6 млн.руб. В первых комментариях на эту тему фонд "Москва—Севастополь" — прежний распорядитель московской помощи Черноморскому и другим флотам Российской Федерации — был назван "кривой схемой", а причиной отмены финансирования — возникшее-де в последние годы "полное и глубокое" удовлетворение флотских нужд по линии федерального Министерства обороны. В существующих же на московские дотации столичных газетах (из тех, что при Лужкове требовали немедля вернуть Севастополь России) тут же бросились растолковывать, что пресловутые 70 миллионов позарез нужны Москве, недосчитавшейся в своем полуторатриллионном бюджете денег на "еще одну хорошую московскую дорогу, лишнюю построенную станцию метро и несколько десятков новых автобусов". Или на тротуарную плитку.

В дальнейшем, под влиянием критики, "концепция изменилась". Как было провозглашено, помощь не только не будет отменена, но будет утроена. Но пойдет она не жирующему на деньги Минобороны флоту, а людям на флоте, и не через заклейменный позором фонд "Москва—Севастополь", а через законопослушный Дом Москвы в Севастополе. Владимиру Яцубе, назначенному Киевом севастопольскому городскому голове, поведал об этом министр культуры Москвы(?), пригласивший украинского чиновника, к немалому его смущению, приехать в Москву, чтобы "посоветовать, как лучше расходовать деньги, выделяемые на Черноморский флот Российской Федерацией". Ну, чем не повод всем нам не нарадоваться на патриотизм московских властей?

Первое, что приходит в голову: если Москва изначально собиралась облагодетельствовать соотечественников в Севастополе, утроив расходы на их нужды, почему не сделала это сразу через такую же процедуру депутатских поправок в бюджет (до сих пор не внесенных)? И вместо, а не после скандального, прозвучавшего на всю Россию с Украиной, отказа морякам в финансировании? Почему девять месяцев — с начала текущего финансового года — вообще ни копейки не выделялось на утвержденные в бюджете расходы? Что раньше мешало передать средства Дому Москвы, если фонд "Москва—Севастополь" вышел из доверия?

Правильный ответ: чрезмерно занятые новые руководители московских департаментов вообще не собирались исполнять взятые в 2011 году Москвой обязательства по поддержке флота. Они были уверены, что в новые, пореформенные времена служивые на флотах не посмеют заикнуться. Как, впрочем, и седовласые руководители фонда "Москва—Севастополь", подбираемые, как правило, из числа наиболее авторитетных отставных командующих Черноморским флотом адмиралы: Игорь Касатонов, Виктор Кравченко и др.). Фонд, насколько мне известно, не был волен в расходовании средств, выделяя их, по договоренности с действующим руководством ВМФ РФ, на нужды не только Черноморского, но и других российских флотов..

Подтверждением тому, что дело совсем не в "кривизне" фонда "Москва—Севастополь", а в безразличии московских чиновников к русскому человеку в Крыму и Севастополе, усугубленному узостью кругозора и провалами памяти, служит менее громкая история с отказом тех же чиновников от поддержки Русского культурного центра в Симферополе. Созданный Правительством Москвы и фондом "Москва—Крым" с огромным трудом, вопреки сопротивлению "украинизаторов" и "оранжевой" власти, Центр сеял разумное, доброе, вечное и русское, на паях поддерживаемый своими учредителями. Но в конце 2010 года новый руководитель департамента внешнеэкономических связей города Москвы г-н Черемин отказал в выделении РКЦ 5 миллионов рублей на 2011 год. Были протесты, пикеты у генконсульства РФ в Симферополе, письма-обращения к новому руководству Москвы (в том числе и мое: я тогда думал, что это просто недоразумение). Г-н Черемин успокаивал, объясняя, что программы Русского центра в Симферополе, все до копейки, будут профинансированы через Дом Москвы в Севастополе (ибо только сакральное отношение к родному бюджетному кодексу стесняет его рвение в поддержке программ РКЦ напрямую). Прошли всё те же девять месяцев — срок созревания дитя в утробе матери: ни копейки не перечислено через Дом Москвы в Севастополе, ни копейки не получил от Москвы Русский культурный центр в Симферополе, наполовину живущий теперь за счет другого учредителя — фонда "Москва—Крым". Я же получаю теперь письма с извещением о закрытии на крымском телевидении информационно-культурной программы "Куранты", которую не может более финансировать Русский культурный центр.

Говорят, поставлена задача "избавляться от наследства Лужкова". В это наследство, по желанию, теперь можно внести всё, что угодно: и пробки, и коррупцию, и аз есмь грешных, непонятливых депутатов Государственной думы от Москвы. Но разумно ли вновь взрывать восстановленный при Лужкове храм Христа Спасителя или пускать под нож выстраданные годами программы и структуры поддержки соотечественников за рубежом, помощи Черноморскому флоту и Севастополю? Зачем дискредитировать и заводить в тупик всю работу, обуславливая ее еще не достигнутыми договоренностями с представителями Украины, уж заявившими, со ссылкой на собственный Бюджетный кодекс, о невозможности доплат гражданам Украины, ветеранам войны и флота напрямую из московского бюджета? И что это за поза такая: "Мы не будем тратить на сам флот"? Почему?

Допускаю, что для кого-то в наше время ответы на эти вопросы не столь очевидны. Ну зачем России, тем более Москве, флот на Черном море? На мой же взгляд, сомневаться в этом — значит перечеркнуть четыреста лет движения на Юг в нашей истории, быть готовым признать Понт Эвксинский Нерусским морем и отказаться не только от поддержки близких людей, защиты своих интересов и влияния в соседних Крыму и Новороссии или, допустим, Абхазии, но, через какое-то время, и на собственном Черноморском побережье и Северном Кавказе. Неужели мы не видим дальше собственного носа и не помним, что было раньше вчерашнего дня? Сто лет назад, в забытую нами Первую мировую войну Россия задохнулась, а русская армия истекла кровью без подвоза оружия и боеприпасов через закрытые Черноморские проливы. Теперь мы спорим с Украиной не за Босфор и Дарданеллы, а за фарватер Керченского пролива, за право плыть, не платя мзды, из российского порта Новороссийск на Черном море в российский же порт Азов на Азовском. Разве не в эти самые дни обостряется спор — быть ли "Южному потоку" или альтернативному ему Nabucco посуху, по морю и вообще? Кто будет охранять эти "потоки", нефте- и газопроводы, стеречь морские границы и не давать запугивать туристов будущих Олимпиад настоящей или мнимой угрозой терроризма и пиратства в регионе?

Слепой Гомер утверждал, что "событие зрит и безумный". Может быть, из Москвы плохо виден Малахов курган Севастополя, а тем более побережье столь близких нам Болгарии с Румынией, где теперь будут размещать американскую ПРО и военно-морские базы НАТО. Но Москва — всё еще столица России, а не рядовой субъект Российской Федерации: московское-то чиновничество должно бы задумываться о том, в чей городской бюджет отчисляют свои налоги наши "газпромы" и "лукойлы", так заинтересованные в Черном море. На вопрос "зачем России Черноморский флот" князь Потёмкин, говорят, отвечал: "Затем, чтобы вы никогда более об этом не спрашивали".

В геостратегическом, военно-политическом и даже региональном контексте ответ на вопрос о том, является Россия страной или державой, зависит от того, есть у неё флот или нет. Да, флот — дорогая вещь, с годами становящаяся всё дороже. В условиях хронического недофинансирования нашей обороны неизбежно обостряется извечный спор между армией и флотом, генералами и адмиралами о том, на что пустить деньги. Преодолеть этот антагонизм не мог даже Сталин, вынужденный — при его-то власти — выделить управление флотом в отдельный от Наркомата обороны Наркомат ВМФ. Что же говорить о дне сегодняшнем, когда флоты низвели с пьедестала, а Главкомат ВМФ, как нелюбимый Конституционный суд, отправили с глаз долой в Петербург? Способно ли наше Министерство обороны, как полномочный агент государства, добиться необходимых флоту ресурсов? Увы, нет. Вот статистика по одному только Черноморскому флоту: 1991 г. — 835 кораблей; 1997 г. (после раздела с Украиной) — 338; теперь на ходу — 35.

Мало того, как показывает мой личный опыт, стратеги нашего Министерства обороны не в состоянии понять разницу в положении флотов, базирующихся на нашей территории и Черноморского флота, главной базой которого остается Севастополь, управляемый из Киева. В течение 2009-2011 гг. мне, как депутату Государственной думы, неоднократно приходилось обращаться сначала в Минобороны, а затем и в Администрацию президента Российской Федерации в связи с огульными сокращениями, в среднем на 60%, военного и гражданского персонала в учреждениях культуры и идейно-воспитательной работы Черноморского флота. В обстановке постоянного прессинга на военнослужащих и членов их семей со стороны украинской власти, особенно в период В. Ющенко, Дом офицеров и Музей флота, Драматический театр им. Б. Лавренева, Матросский клуб, Спортклуб и основанная еще в 1822 г. Морская библиотека, не говоря уже о газете "Флаг Родины" и телецентре ЧФ, были необходимым элементом самообороны и контрпропаганды. Всё это подверглось разгону и сокращению за "непрофильностью" теперь, с переходом на "новый облик Вооруженных сил". Не нужно-с. Не нужно в городе, который живет и дышит флотом, и был построен им 227 лет назад.

Подведем итоги. Так ли уж хорошо ему, Черноморскому флоту в Севастополе, на Украине — без нашей поддержки, на одном казённом счету? Современная история Черноморского флота, как никакая другая, доказывает, что существование флотского организма, поддержание традиций и воспитание любви к морю и флоту не может быть делом одного государства. Это общенародное дело. Это, кстати, хорошо понимали — и при Советской власти, и при досоветской. Я недаром предварил свое изложение цитатой из письма князя Льва Кочубея издателю "Нового времени" Алексею Суворину. Учетом и расходованием собранных по их почину, шапкой по кругу, народных средств занялся Высочайше учрежденный Особый комитет по усилению военного флота на добровольные пожертвования, регулярно публиковавший свои отчеты в прессе. На эти деньги до революции был восстановлен погибший в Цусиме флот, закладывались и спускались на воду передовые по тому времени военные и гражданские суда, вроде эсминца "Новик". И это — несмотря на обширную государственную Судостроительную программу, профинансированную в те же годы Государственной думой по настоянию П.А. Столыпина.

Всё, что с нами произошло в 1991 году, гораздо масштабнее и страшнее Цусимы. И велика заслуга Москвы и москвичей в том, что в самые трудные 90-е годы своей помощью, на свои деньги они спасли Черноморский флот, ввели в строй его нынешний флагман — крейсер "Москва", ржавевший на стапелях в Николаеве, отстроили в Севастополе целый квартал жилья для моряков, открыли русскую школу и филиал Московского университета. Вслед за Москвой края, области и национальные республики, отдельные предприятия стали соревноваться между собой, устанавливая шефство над кораблями и соединениями нашего Военно-морского флота. Мне стыдно за моих коллег из Московской городской думы, нанесших всему этому благородному движению пощечину — после того, как на моих глазах многие из них купались в лучах славы во время своих командировок в Севастополь. Мне стыдно за наше Министерство обороны, палец о палец не ударившее для выполнения поручения президента Российской Федерации о долевом участии в развитии главной базы Черноморского флота, данного в Харькове в апреле прошлого года.

Что ж, примем к сведению заявления о том, что помощь нашим соотечественникам в Севастополе, так или иначе, будет продолжена. Но урок происшедшего в том, что общенародное дело поддержки флота не может быть полностью доверено государству и чиновникам, не считающим его для себя важным. Впору, как в 1904 году, призвать все слои нашего общества к добровольным пожертвованиям на нужды наших моряков и их семей, на развитие Военно-морского флота. Я передаю на эти цели первые 132 500 рублей — свою месячную депутатскую зарплату.

С уважением,

Константин Затулин

Лев Лазарев -- Дециль

Президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев напугал страну новым экономическим термином — децильный коэффициент. Якобы, в нашей стране он равен 15, и это очень плохо. При таком коэффициенте в стране большое социальное расслоение, а это чревато народными возмущениями.

В былые времена после выступления генсека — например, товарища Леонида Ильича Брежнева, — люди получали вышедшие громадным тиражом газеты с новой инициативой лидера. Во всех коллективах проходили обсуждения, начиналась экономическая учеба. Целые коллективы вступали на трудовую вахту. В общем, страна бурлила…

Сейчас, похоже, ничего такого не произошло. Ну, плохой коэффициент, и что? Народ опять ничего не заметил. Как не заметил призывов к удвоению ВВП, росту производительности труда, повышению энергоэффективности, модернизации и так далее…

Казалось бы, в правительстве есть министерства, отвечающие за эту проблему, но они по-прежнему молчат.

Децильный коэффициент (разница в доходах "верхов" и "низов") — это головная боль любого директора предприятия. Правда, сразу необходимо заметить, что никто из директоров предприятий, с которыми мне удалось поговорить, про такой коэффициент никогда и не слышал. Учили сопромат, теоретическую механику, электродинамику, а вот про децильный коэффициент… Это, наверное, изучали, и то вскользь, только в юридических, педагогических, экономических вузах да ВПШ. Советская власть регулировала социальное расслоение квалификационными справочниками и уголовным кодексом. И это у неё неплохо получалось!

Например, у нас на Муромском радиозаводе по методике, изложенной президентом, децильный коэффициент равен 5,5. Действительно, у нас нет социальных возмущений, рабочая обстановка… Но достигалось это весьма непросто. Несколько последних лет росла заработная плата только лишь рабочих и служащих до определенного уровня оплаты труда. Например, в январе 2011 года зарплата у них выросла на 20-25%. У остальных только за "выдающиеся" заслуги. При этом нам удалось внедрить на предприятии ДМС (добровольное медицинское страхование). И внутренний валовой продукт мы увеличили в 4 раза, и энергоэффективность повысили в 4,5 раза. Сейчас для повышения производительности труда покупаем в лизинг новое оборудование! Т.е. идет нормальная работа. Все службы предлагают мне, как директору, решение проблемных вопросов. Почему же в нашей стране не так? Представляете, если бы мой зам по экономике и финансам не тратил деньги на покупку нужного оборудования и уменьшения децильного коэффициента, а откладывал бы их на депозит в зарубежные банки, дожидаясь очередного экономического кризиса?

Если ничего не предлагают "великие" экономисты государства — вот наши предложения!

Децильный коэффициент правильнее всё же считать не до, а после вычета обязательных платежей, включая налоги.

Простому работяге сегодня труднее платить за свою "хрущёвку", чем олигарху — за все свои дворцы, вместе взятые. Потому что для него три-четыре тысячи рублей — это треть, если не половина зарплаты, а для олигарха сотни тысяч долларов — меньше 1% ежегодного дохода. То есть, считать по децильному коэффициенту необходимо не номинальные доходы, а "свободные", иначе это будет не децильный, а какой-то дебильный коэффициент.

К тому же, при нынешней "плоской" шкале налогообложения этот коэффициент, естественно, не изменится, так как произойдет пропорциональное изменение величины и числителя, и знаменателя в формуле расчета децильного коэффициента. Значит, необходима прогрессивная шкала налогообложения, по которой необходимо увеличить налогообложение "богатеньких" до 30%. Говорят, что при этом бизнес уйдет в тень. Это совершенно не так.

Во-первых, бизнес уже "засветился", и все зарплаты предприятий известны налоговым органам. Поэтому будет весьма подозрительно, если зарплаты начнут падение без уменьшения объёмов производства.

Во-вторых, необходимо принять закон, по которому уход от уплаты налогов наказывается тюремным сроком.

И, в-третьих, вспомним старую пословицу "Волков бояться — в лес не ходить!". Что ж мы теперь, вместо того, чтобы начинать бороться, будем рассказывать, а что же будет, если бизнес на нас обидится?

Изменения в налогообложении позволят снизить децильный коэффициент до 12,8. А если при этом поднять уровень доходов "нищих" всего лишь на 10-15%, децильный коэффициент снизится до требуемых 10. Конечно, для снятия рисков социальных взрывов этого недостаточно, и действительно нужно развивать в государстве социальную помощь вроде ДМС, в виде бесплатного детского медицинского обслуживания, бесплатного образования и т.д.

Всё это нужно в России немедленно, чтобы выиграть время и наконец-то встать с колен. Новые революции под лозунгами "Россия для дебилов!" — нам не нужны.

Валерий Медведев -- Американский прорыв

Когда я читаю в российской, да и в мировой прессе рассуждения о грядущем и даже скором "закате Америки", на смену которой в роли "глобального лидера" вот-вот выступят то ли полтора миллиарда коммунистически организованных китайцев, то ли еще кто-то, мне становится даже не смешно, а грустно — насколько неглупые и вроде бы даже информированные люди готовы принимать желаемое ими за действительное.

Я вовсе не хочу сказать о том, будто Pax Americana будет существовать бесконечно или даже ближайшую тысячу лет. Но о том, что именно в Соединенных Штатах Америки, а не где-либо еще, готовится грандиозный технологический прорыв, который определит будущее человечества, лично у меня никаких сомнений не возникает.

Да, Америка за последние годы стремительно деиндустриализировалась, выводя основные производства за пределы собственной территории — по преимуществу в страны Юго-Восточной Азии и в Китай. Да, она влезла в грандиозные долги, чтобы сохранять на собственной территории социальную стабильность и кормить десятки миллионов граждан, оставшихся, по сути, без работы. Но в Америке за последнее двадцатилетие был собран такой инновационный "кулак" из примерно пяти миллионов интеллектуалов со всех стран мира, подобного которому, пожалуй, не найти во всей истории человечества. И результаты его работы уже сложились в единый "паззл", который задаст новые стандарты жизни для всей человеческой цивилизации и который принципиально невоспроизводим на предшествующей технологической базе.

Обозначу только некоторые из этих технологий.

РОБОТИЗАЦИЯ

В автомобильном производстве роботы используются давно и повсеместно, никого это уже не удивляет. Американские производители, как правило, не увольняют рабочего сборочного конвейра, ждут его ухода на пенсию, а когда это происходит — это рабочее место занимает робот. Уже есть полностью автоматизированные заводы, например, по сборке телевизоров. К заводу подьезжает грузовик с кассетами, куда уложены детали и узлы для сборки телевизора. Роботы достают эти кассеты и вешают их на конвейер, а в грузовик укладывают уже готовые телевизоры. В сборочных цехах нет людей, там погашен свет, выключены отопление и вентиляция — они роботам не нужны. Раз в две-три недели там всё останавливают, включают свет и вентиляцию — приезжают наладчики...

Таких заводов будет появляться всё больше и больше. Практически, из всех производств, где можно заменить ручной труд роботами и манипуляторами, людей с "простыми" профессиями в ближайшее время уволят. Почему? Робота можно включить на один час или не выключать его в течение целых суток, можно дать ему команду работать медленнее или в несколько раз быстрее. У владельца такого предприятия повились совершенно новые экономические возможности: он может увеличивать или сокращать объём выпускаемой продукции с минимальными потерями (не надо платить сверхурочные, не надо оплачивать медицинские страховки и налоги на социальное обеспечение, не надо торговаться с профсоюзом и т.д.) — другими словами, точнее и эффективнее обслуживать рынок.

Роботы появляются во всё новых и новых сферах деятельности человека. Отдельная тема — это боевые роботы, когда, например, операторы-военнослужащие (называть их солдатами в обычном понимании этого слова нельзя), находясь в Калифорнии, с помощью джойстиков управляют дронами, летающими над Афганистаном.

Дамы в США сейчас восторгаются новыми моделями автомобилей, которые автоматически паркуются. Выйдя из машины в удобном для вас месте, вы нажимаете кнопку на связке ключей — и автомобиль сам находит место для стоянки и сам заежает туда. Уже началось использование роботов-автомобилей. Прикиньте, сколько денег сэкономят транспортные компании на зарплатах...

То есть, американская экономика в ближайшие годы начнёт избавляться от профессий с низкой квалификацией. Все производства, требующие использования низкоквалифицированного ручного труда, переводят в другие страны, где этот труд пока дёшев. Но если появляются технологии автоматического производства, эти производства остаются в США. В ближайшие годы начнут продавать роботов-уборщиков, роботов-официантов, барменов, медсестер, нянь, секретарей и многих-многих других.

Вопрос заключается в том, как же быть людям, которые иначе работать не умеют? Всё в соответствии с известными словами Ленина: учиться, учиться и еще раз учиться! Сейчас в США в период экономического кризиса частные колледжи и университеты — один из самых выгодных видов бизнеса. Люди, потерявшие работу, стараются повысить или сменить свою квалификацию и найти новую сферу приложения своих усилий. Эти сферы существуют, расширяются, и работники в них более чем востребованы. Наука, новые знания повышают эффективность деятельности каждого конкретного человека.

"ОЦИФРОВКА" ЧЕЛОВЕКА

Сейчас в мире работает свыше двух миллиардов различных вычислительных устройств: от супер-компьютеров и вычислительных комплексов с сотнями тысяч серверов, до планшетов и сотовых телефонов, которые являются полноценными компьютерами. Все компьютеры без программных комплексов — это просто железки. Именно программные комплексы управляют компьютером таким образом, чтобы он обеспечивал некую функциональность, диапазон которой просто фантастичен: от управления атомными реакторами и космическими аппаратами до обеспечения работы коллективов людей на предприятиях и обеспечения КАЖДОМУ человеку доступа к знаниям и виртуальному общению.

В ближайшее время появятся программные комплексы, позволяющие человеку общаться с компьютером без мышки и клавиатуры: при помощи голоса, движений рук, мимики и т.д., — точно так же, как мы сегодня общаемся межу собой... Компьютер станет настоящим "другом" человека.

С другой стороны, уже сейчас возможно создание цифрового робота, который будет изображать своего хозяина — и не только внешне, но и семантически: т. е. он будет отвечать на вопросы и действовать в различных ситуациях так, как это бы сделал его хозяин. Уже сейчас можно увидеть, как будет выглядеть ваш ребенок, — еще до его рождения, можно примерить одежду на экране, не переодеваясь, или увидеть себя с новой прической. На мой взгляд, основной эффект такого "оцифровывания" человека проявится с появлением программных комплексов постоянного автоматического обучения человека с раннего возраста и на всю остальную жизнь. В первую очередь, это даст возможность человеку получать новые знания и новые профессиональные навыки за минимальное время. Человек не будет бояться роботов, он будет делать то, что роботы делать не умеют и, в первую очередь, заниматься исследованиями и проектированием новых технологий.

Практически речь идет о создании ОБЩЕСТВА ЗНАНИЙ. Знания и навыки всегда были главной ценностью человека, и автоматизация обучения приведет к совершенно новым, пока трудно прогнозируемым результатам. Но что ясно уже сейчас — среда существования человека уже стала ОЦИФРОВАННОЙ, ВЫЧИСЛЯЕМОЙ, ПРОГРАММНО УПРАВЛЯЕМОЙ, и это приведет к невиданному росту производительности труда и экономической эффективности.

Мы даже не могли мечтать об этом, например, пятьдесят лет назад... Прибавочная стоимость ручного труда уходит в прошлое, новые знания и технологии — вот среда для создания прибавочной стоимости. Политикам, экономистам, философам придется серьезно "поломать" голову на эту тему — тем более, что искусственный, "цифровой" человек будет всё больше сближаться и сливаться с человеком биологическим — влоть до полной неразличимости и индивидуального бессмертия в форме "цифровой матрицы", воплощаемой в различные материальные субстраты.

ГЕНЕТИЧЕСКИЙ КОСМОС

Все знают про ДНК и про двойную спираль. Я хочу привести некоторые простые факты. Двойная спираль ДНК в клетке человека находится в свёрнутом состоянии и занимает примерно пять тысячных долей кубического миллиметра. Но если эту двойную спираль развернуть в линию, то мы получим отрезок длиной почти два метра. В теле одного человека может быть примерно до 100 триллионов клеток. Если спирали ДНК всех клеток одного человека вытянуть и выстроить в одну линию, то длина этой линии будет равна примерно нескольким десяткам расстояний от Земли до Солнца.

Генетическая сложность всего живого такова, что, на мой взгляд, в ней реально хранится "ИНТЕЛЛЕКТ ВСЕЛЕННОЙ" — любую информацию об инопланетянах надо искать не только в космосе, но и внутри себя.

Ученые начали заниматься молекулярным компьютингом в биологическом окружении. Речь идет о создании буквально живых компьютеров. Как и чем они помогут человеку, об этом еще рано говорить. Но мы точно стоим на пороге выхода в генетический космос. Например, британский литератор Christian Bok посвятил несколько лет изучению программирования и молекулярной биологии. Он закодировал собственное стихотворение в геном бактерии Escherichia coli. На создание этого "генетического кода" у него ушло четыре года. Он добился того, что последовательность аминокислот в белке, синтезируемом с последовательности первой строки его стихотворения, можно превратить во вторую строку и т.д., используя другой код, где определенные сочетания аминокислот кодировали буквы алфавита. Представьте себе такое: вы синтезировали живую клетку, которая при делении воспроизводит первую строку романа "Война и мир" Л.Н. Толстого, при следующем делении — вторую и т.д. Все родившиеся клетки буду содержать все строки романа.

Ну и что тут такого? — спросите вы. Отвечу: если человек выйдет в генетический космос и научится вносить туда свою информацию, тогда можно будет не только делать киборгов и жить до тысячи лет, но и создавать искусственные экологические системы, которые могут "работать" практически от любого источника энергии, включая солнечный свет и свободно перемещаться даже в космическом пространстве, не говоря уже о Земле, с её полюсами, горами, пустынями и океанами.

Что уж говорить о проблемах голода, болезней и бедности?

УПРАВЛЕНИЕ ОБЩЕСТВОМ

Технологии управления обществом строятся на технологиях управления человеком, его интересами и потребностями. Однако лучшей формой управления является созидание.

Современные технологии управления бесконечно далеки от весьма популярных "страшилок" об "электронных концлагерях" и заключаются прежде всего в формировании заданных спектров интересов и потребностей внутри информационного поля.

Конечно, и "проникающие" технологии наподобие чтения мыслей на основе сканирования электрической активности человеческого мозга, никто не отменял, но такая индивидуальная работа будет необходима разве что в исключительных случаях — основную роль сыграют технологии распределения информации, "отсекающие" неинтересные человеку массивы данных и обучающие его в заданном направлении.

О том, насколько быстрыми темпами развивается человек и насколько удивительно быстро он исследует природу и общество, насколько прагматично использует новые знания в повседневной жизни, говорит такой факт: всего лишь тысячу лет назад читать и писать на Земле умели не более трёх процентов её населения... Тысяча лет — это всего лишь тысяча оборотов планеты Земля вокруг Солнца. Другими словами, в космических масштабах — мгновение... И за это мгновение человеческая цивилизация совершила информационный взрыв.

Иными словами, люди чрезвычайно эффективны. Я думаю, этот природный феномен еще не полностью осознан. Мы заняты своими текущими проблемами и пытаемся найти для них самые оптимальные решения. Решение проблем связанных, например, с общественным устройством, на самом деле является попытками найти наиболее эффективный способ совместного существования, обеспечивающий приемлемый для подавляющего большинства людей образ и уровень жизни.

Когда люди не могут найти совместного приемлемого общественного устройства, начинаются протесты, забастовки, революции, войны и т. д. Государства разделяют людей, и это пока приводит к созданию различных идеологических, политических и прочих "лагерей", а также к их противоборству, иногда доходящему до применения оружия массового поражения... Но человек уже нашел научно-технологическое решение, противостоящее "лагерям", — это обмен информацией, принятие "виртуальных" совместных решений, которые способны перестроить всё общественное устройство на Земле. Например, только в системе Facebook сегодня около 800 миллионов человек ежедневно обмениваются информацией, принимают совместные решения, иногда устраивают публичные бунты и демонстрации и т. д. О такой возможности даже 20 лет назад никто и не мечтал, и это только начало. Интернет "убьёт" все "лагеря", позже исчезнут и государства...

Интернет американцы начали создавать для себя в шестидесятых годах прошлого века (первые модели сетей были созданы Пентагоном), он появился в результате достижений математики, физики, кибернетики, теории информации и связи, вычислительной техники и, главное — благодаря стремлению людей к свободному общению. Интернет — это результат долгих и непростых исследований тысяч ученых в различных странах, в тех самых "лагерях", о которых я говорил выше.

Пожалуй, самое замечательное состоит в том, что государства и их "лагеря" тратят огромные средства на исследования для использования научных результатов в своих интересах, научные достижения становятся доступными всему человечеству и оно на основе этих достижений реорганизует общественное устройство. Другими словами, государства и их "лагеря" попали в системное противоречие, поскольку достижения науки в конечном итоге, на примере Интернета, используются против них. Именно в этом и состоит одна из фундаментальных ролей науки в развитии человечества. В ближайшие 10-15 лет мы станем свидетелями борьбы государств, "лагерей" за сохранение своих позиций. Посмотрите, например, на "арабскую весну", и это только начало...

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Разумеется, в рамках этой небольшой статьи я пытался сосредоточиться только на самых главных моментах нового технологического уклада, который сегодня формируется в США, оставляя в стороне сопутствующие проблемы энергетики, транспорта, связи, оборонных систем и т.д., на которых обычно концентрируется внимание как пишущих, так и читающих людей.

Что касается вполне очевидного противоречия между двумя моими тезисами: о том, что новый технологический строй будет сформирован и начнёт распространяться с территории США, обеспечивая им на ближайшее будущее привычную роль глобального лидера, и о том, что развитие нового технологического строя приведет к постепенному отмиранию государств и наций, — то должен заметить, что любой реальный процесс происходит в рамках столкновения двух противоположных тенденций, но колесо прогресса, в целом, катится вперёд, и, конечно, США, разбивая привычные границы национальных суверенитетов, готовят в том числе и свою гибель как суверенного государства. Этот процесс займет, на мой взгляд, целую историческую эпоху, и если человечество сумело остановиться на грани термоядерной войны, грозившей не только миллиардами жертв, но и уничтожением нашей планеты как космического тела, оно найдёт оптимальный выход и из нынешней, весьма противоречивой, трагической, но вовсе не безнадёжной для всех нас ситуации.

ОТ РЕДАКЦИИ

Публикуя эту, весьма необычную и потому неизбежно дискуссионную для наших читателей да и для нас самих, статью, мы исходили прежде всего из того, что изложенный в ней материал в любом случае заслуживает гласности и обсуждения, поскольку затронутые в нём темы по каким-то причинам, как правило, остаются "в тени" текущих и злободневных событий.

Мы же в любом случае стремимся раскрыть весь спектр существующих представлений о завтрашнем дне не только России, но и всего мира — особенно когда эти представления основываются на объективных фактах и тенденциях развития.

Скорее всего, разговор о вариантах вероятного будущего человеческой цивилизации, которое пытались подменить либерально-рыночным "концом истории", будет продолжен на страницах нашей газеты с привлечением людей, занимающихся прорывными исследованиями в сфере науки, политики и культуры.

Россия никогда не была и не будет изолированной от остального мира, и она не должна отдавать общечеловеческий "империум" в руки поклонников "золотого тельца".

Игорь Острецов -- Сплошной КИРДЫК

В названии статьи использована аббревиатура, расшифровка которой для меня звучит так: "Коррупционно-Инвестиционная Российская ДЫКовина".

Следствием сплошного КИРДЫКа в нашей стране являются горящие леса, нищающее население, тонущие пароходы, падающие самолёты с хоккеистами и прочими гражданами, и так далее, а всякие форумы и СМИ с упоением обсуждают в основном всё тот же КИРДЫК.

Непосредственным поводом для написания статьи явилась последняя информация об очередном американском спутнике (UARS), снова падающем на нас. В начале 2008 года свалился USA-193. Напомню некоторые детали того грустного эпизода. Американцы отрицали своё отношение к беспорядочно болтающемуся в космосе объекту до тех пор, пока английский астроном-любитель не выложил в интернет сделанную им фотографию спутника. После этого пошла морока про ужасные гидразиновые баки, которые непременно загадят всю Землю, если спутник не сбить и не распылить гидразин, как будто бы гидразин не сгорел бы в баках при первом касании атмосферы. Я случайно увидел фотографию спутника и сразу понял, что в нём в качестве энергетической установки используется термоэлектрический генератор с достаточно большим количеством альфа-активного и чрезвычайно токсичного плутония-238. Когда на совещании в 12-м институте 12-го Главного управления Министерства обороны я рассказал о параметрах спутника, ведущий эксперт института закричал с места: "Да там же двести тридцать восьмой плутоний!" Я сказал: "Точно". С помощью моего друга, председателя комитета по образованию и науке Совета Федерации Хусейна Чеченова мы провели три совещания у С.М. Миронова по этому вопросу и наметили план действий. Но сверху всё запретили (сегодня по факту и Миронов, и Чеченов уволены). Естественно, я начал везде орать, что это не есть хорошо, что спутник надо снимать с орбиты. В Росатоме мне сказали: "Эту проблему вам раскрутить не дадут". После чего уволили. Сбитый спутник распылил радиоактивный плутоний между шестидесятыми параллелями. Статистики роста заболеваний скоротечными раками я не знаю, но один эпизод очень красноречив. Это смерть прекрасного Олега Янковского. Летом 2008 года его проверяли — ничего не было. Осенью — рак четвёртой степени. Сколько же беккерелей он проглотил?! Но этот факт был проигнорирован в СМИ всё теми же безмозглыми комментаторами, предпочитающими рассказы о росте и спаде котировок, инвестициях и коррупции. Всё — только про КИРДЫК. Кто проглотит или вдохнёт радиоизотопы на этот раз — конечно, дело случая. Но очень хотелось бы, чтобы на сей раз Его Величество Случай оказался более справедливым и выбрал жертву из числа творцов нынешнего КИРДЫКа. Очень хочется, вспомнив незабвенного Иона Тихого, который, утвердительно ответив на вопрос инопланетного чиновника млекопитающее ли он, получил напутствие: "Счастливого Вам млекопитания!" — пожелать нашим кирдышникам и баблоидам: "Счастливого вам онкоглотания!"

Интересующий нас американский спутник был запущен еще в 1991 году. Весит около 6 тонн. Имеет, если имеет, очень маленькую солнечную батарею. Но, главное, его предполагалось снять с орбиты с помощью одного из шаттлов. Очень дорогая операция для куска старого железа. Значит, там действительно плутоний. Но программа шаттлов приказала долго жить. А сколько ещё такого американского дерьма болтается в космосе? По официальной версии, спутник следил за озоновым слоем Земли. Шесть тонн для отслеживания одной спектральной линии озона?! В детстве у нас по такому поводу говорили: "Расскажите вы ей, цветы мои!" Основное назначение этих объектов, чего бы там амеры ни пели про дыры, это шпионаж. И из-за этого сотни, если не тысячи людей, будут умирать, как папаша Остапа Бендера, "в страшных судорогах"?

Второй фактор КИРДЫКа — злополучная Фукусима. Я дал массу интервью нашим и зарубежным СМИ по этому поводу. Однако там я говорил далеко не всё, что в действительности думал о катастрофе. Ситуация была крайне напряжённой и касалась судьбы двух народов, внесших весомый вклад в развитие нашей цивилизации. Меня и так слишком часто упрекают в том, что я, дескать, говорю об уничтожении США с помощью "сахаровского сценария". В действительности я в любое время готов обсуждать любые вопросы с представителями США с целью разумного предотвращения сползания к этому сценарию. В апреле сего года мне позвонили и предложили встретиться с представителями США. Я, естественно, согласился. Затем позвонили и встречу перенесли, потом ещё раз. Потом пропали. Жаль, но я делаю всё, чтобы предотвратить этот жуткий сценарий. А он становится всё более реальным. Наше и мировое руководство и СМИ упорно не анализируют следующие факты.

Магнитуда первого толчка в Тихом океане достигала 9, т.е. его энергия равнялась примерно 1018 Дж. Это точно соответствует мощностям бомб в диапазоне сотен мегатонн. Остальные толчки, спровоцированные первым, были меньшей мощности. Цунами, как правило, возникает при образовании провалов на дне океана при движении тектонических плит. Сравнительно невысокая, но очень длинная волна с огромной скоростью движется по поверхности океана. Её высота растёт при выходе на мелководье и особенно сильно — при наличии глубоких бухт на побережье. У Фукусимы бухт вроде бы нет. Но весьма характерно то, что цунами сопровождало только первый толчок. Это странно, но, имея только этот факт, трудно спорить с официальной точкой зрения о цунами тектонического происхождения. Геофизики объяснят всё что угодно. Так, в принципе, может быть. А вот мощный подводный взрыв всегда сопровождается цунами.

Но есть два убийственных факта в пользу "бомбового" происхождения первого толчка и последовавшего за ним цунами. Первый — заявление Китая о том, что это было подводное испытание мощного ядерного заряда. Китай — наиболее заинтересованная сторона в этом вопросе, он весьма уязвим по отношению к "сахаровскому сценарию", поскольку большая часть его промышленности расположена на побережье. Поэтому от его заявлений нельзя отмахиваться. А в данном случае не было никакой реакции со стороны ни из одной из развитых стран. Это говорит о том, что была элементарная попытка запугивания Китая. А его заявление, таким образом, есть просто свидетельство того, что он всё понял и готов к адекватным действиям. Т.е. ситуация на пределе. Второй факт раскрывается вопросом о том, кто провёл испытание. Китай назвал Японию. Это маловероятно, поскольку не было бы столько тумана вокруг этого вопроса. Японию просто бы уничтожили, сделай она такое сама. И наши — в первую очередь, тем более — совместно с Китаем. Значит, остаются Штаты в сговоре с узким кругом японских руководителей. Анализ воды в районе взрыва мгновенно подтвердил бы факт испытаний. Поэтому потребовалась Фукусима со сливом радиоактивной воды. Я где-то видел цифру в несколько миллиардов беккерелей, сброшенных в океан с Фукусимы. Какая уж тут экспертиза последствий взрыва, пусть даже в сотни мегатонн?! В отношении первых дней работы японцев на станции все были просто в шоке. Как могло получиться, чтобы супераккуратные японцы, имея около тысячи тонн пресной воды на станции и минимум сутки времени, не сумели организовать охлаждение реактора, пусть даже при повреждённых трубах? Сварщики-то у них есть. Да и не суметь запустить дизель-генераторы — тоже из области самых чёрных фантазий. Но как только задача по сливу радиоактивной воды для маскировки взрыва была решена, все заработали — любо дорого смотреть. Это второй аргумент в пользу подводного ядерного взрыва.

Значит Фукусима — ширма для международного сообщества, прикрывающая действия США по запугиванию Китая. Жуткое продолжение провокации с потоплением южнокорейского корабля. Дорого платим — видимо, проблема горяча!

В 2012 году кончается срок действия Киотского протокола. Как известно, основной его смысл заключается в сохранении приоритета использования мировых природных ресурсов так называемыми развитыми странами. Антинаучным его называл даже бэби Буш (бБ). В нашей стране было много противников ратификации Киотского протокола. Однако усилиями продажных и неграмотных "кирдышников" он всё же был ратифицирован Россией.

Если справедлива теория металлогидридного строения ядра Земли, то, по-видимому, запасы углеводородного топлива в недрах нашей планеты являются практически неограниченными. В пользу этой теории, в частности говорит генетическое родство нефтей, газов и конденсатов Западной Сибири, что свидетельствует об их поступлении из одного общего глубинного, вероятнее всего — подкоркового, источника, сформировавшегося сравнительно недавно. Кроме того, есть и масса других фактов — например, повсеместное присутствие газогидратных месторождений.

Научная база Киотского протокола заключается в признании углекислого газа основным фактором, вызывающим изменение климата на планете. Однако, по данным многих учёных, только пятая часть антропогенного повышения температуры атмосферы Земли связана с углекислым газом, а четыре пятых вызывают пары воды, также образующиеся при сгорании углеводородного топлива. Образование и углекислого газа, и паров воды осуществляется за счёт окислителя — атмосферного кислорода. То есть, даже с позиций сторонников антропогенного происхождения глобального потепления, рассматривать и квотировать следует не антропогенные выбросы углекислого газа, а антропогенное потребление атмосферного кислорода. При этом, естественно, в "парниковом эффекте" будут учтены выбросы и "парникового" углекислого газа и "парникового" водяного пара.

Молекулярный кислород имеет сугубо биогенное происхождение. При увеличении добычи и сжигания органического топлива до 20 млрд. тонн условного топлива в год промышленное потребление кислорода из атмосферы составит примерно 50 млрд. тонн, что в совокупности с естественным потреблением превысит нижнюю границу его воспроизводства в природе. Во многих промышленно развитых странах эта граница давно уже пройдена, и они стали странами-"паразитами", у которых промышленное потребление атмосферного кислорода на их территории многократно превышает его воспроизводство растительным миром этих стран. Россия, Китай, Индия, страны Латинской Америки, многие другие "развивающиеся" страны — это "доноры", которые безвозмездно снабжают страны-"паразиты" атмосферным кислородом. Мой друг, Виталий Болдырев, инициатор излагаемого подхода к антропогенной проблеме, считает разумным для обеспечения устойчивого развития установление контроля за потреблением атмосферного кислорода: "Когда Северную Америку в конце 70-х залили кислотные дожди, правительство США определило квоты для штатов по атмосферному выбросу диоксида серы, из-за которого и выпадали кислотные дожди. За превышение квоты полагался большой федеральный штраф, зато можно было купить неиспользованную часть квоты другого штата. В итоге — кислотные выбросы упали".

Для практического продвижения излагаемых подходов я обычно использую такой приём. Я говорю оппоненту о том, что для нормальной жизни человеку необходимо, чтобы на него приходилось 2 кВт электрической мощности. Эта цифра характерна для всех цивилизованных стран. Все к этому стремятся. И даже самые отпетые террористы. Они просто хотят нормально жить. Если все будут жить нормально, то не потребуется никаких баталий и, соответственно, вооружений и прочих непроизводительных трат, и не будет никаких террористов. С другой стороны, сегодня в мире проживает около 7 млрд. человек. Следовательно, установленная мощность должна составлять 14 терраватт, а общая установленная мощность земной энергетики сегодня равна 2 терраватт, т.е. недобор в 7 раз. Вопрос. "Можно ли сегодня ликвидировать этот разрыв?" Грамотный человек всегда ответит — нет. Следующий вопрос: "Что делать и на что надежда?" Честный человек отвечает, что надо сдерживать развивающиеся народы, и надежда при этом только на военную мощь США. Всё. Просто, как паровоз. Больше не нужно никаких дискуссий, потому что основной террорист в мире — это США и их прислужники в разных странах, баблоиды и кирдышники. Именно поэтому все нормальные люди хотят уничтожить основного террориста и именно поэтому он будет уничтожен, если не одумается. На всех дискуссиях надо говорить только об этом. Всё остальное только затуманивает ситуацию.

Владимир Бушин -- Пробелы воспитания

На днях мы были свидетелями ещё одного мозгового ристалища на НТВ. Много было интересного. Например, глянул я и что вижу! Главный редактора "Огонька" Виктор Григорьевич Лошак. Как, "Огонёк" жив? И вот я впервые сподобился лицезреть его главреда? На вид личность вполне платежеспособная. Если память не изменяет, после известного творца ленинианы Егора Яковлева и секретаря ЦК комсомола Лена Карпинского, почивших оборотней, Лошак лет десять вёл еженедельник "Московские новости". Вёл, вёл, вёл и куда привёл? К могиле. Журнальчик откинул копыта. Похоронили его в братской могиле вместе с дружбанами — с газетами "Столица", "Куранты", "Не дай Бог!" и другими коптильниками демократии. Владимир Высоцкий пел: "На братских могилах не ставят крестов..."

Это неверно. Если в могиле лежат одни православные или большинство их, то как же не поставить? И часовни ставят поблизости, и даже церкви. Но там, где погребены были богомерзкие "Московские новости" и богопротивная газета "Не дай Бог!", ставить крест ни в коем случае нельзя.

Но представьте себе, нашелся чудотворец, который вырыл останки "Московских новостей" из могилы, отряхнул, покрасил и — а вы говорите, чудес не бывает — они воскресли!

Но это меня вообще-то не интересует. Совсем другое дело заявление Виктора Григорьевича на помянутом ристалище: "За симпатию к Сталину надо судить!" Вы подумайте: только: за симпатию... То есть, не за преступные дела, как Горбачёва или Ельцина, а всего лишь за мысли, за чувства, за эмоции. У меня есть книга "За родину! За Сталина!", где немало этой преступной симпатии. И вот Лошак готов меня судить. Да что я! Питали симпатию к Сталину, давали ему весьма высокую оценку множество известнейших людей во всем мире — от Ленина до Фейхтвангера, от Керенского до Жукова, от Вернадского до Шолохова... Увы, все они почили, а то и их всех Лошак поволок бы в военный трибунал. Но как показал своеобразный телевизионный плебисцит "Имя России", а ныне показывает там же "Исторический процесс", и теперь миллионы россиян ставят Сталина так высоко, что... Выше даже Исаака Бабеля, которому российские энтузиасты поставили на Украине памятник вслед за памятником Бродскому и Окуджаве в Москве, Чижику-пыжику и Мандельштаму в Ленинграде, а ещё и огурцу в Саратовской области. Что ж, прекрасно, бабелизация страны идёт полным ходом. Могу повторить за поэтом Олегом Бородкиным:

Я Бабеля читаю и читал,

Мне Бабель абсолютно не противен...

Но Лошака интересует другое, он считает, что памятником Бабелю "Россия продемонстрировала свой деполитизированный подход в отношениях с Украиной". Сударь, да где ж это видано, чтобы отношения между государствами, т.е. внешняя политика, была бы "деполитизированной"? Господи, до чего ж телевидение может довести даже платежеспособных господ!..

Так вот, как же быть с помянутыми миллионами, товарищ Лошак? "Под суд!.." Это ж как надо ополоуметь на почве демократии! Не соображает даже того, что ему могут ответить в тот же мистический лад: "За симпатию к "Огоньку" и его редактору подписчиков журнала и читателей надо отправлять на съедение крокодилам в реке Лимпопо, а за антипатию — награждать орденом "За заслуги перед Отечеством" первой степени".

Но можно запустить и другой проект. Средневековая путинская цивилизация дошла уже до живописного показа по телевидению во всех подробностях, с воплями, судорогами и корчами, процедуры изгнания попами беса из психов и юродивых. Вот было это 10 сентября в программе "Постскриптум" у белого и пушистого Алексея Пушкова. И все видели, как у одного дебила бес выскочил и побежал в Кремль. Вообще-то первыми процедуре изгнания беса демократии надо бы подвергнуть именно обитателей Кремля, но можно начать и с таких, как Лошак.

Впрочем, что взять с Лошака! Разве кто доказал, что он дитя верблюда и ослицы? Разве есть надежда изгнать из него беса? Нет же. Бес там в печёнках сидит. А вот Михаил Прохоров... Рост два метра с чем-то! Вот где может быть целое обиталище бесов! Недавно его наградили каким-то орденом. Как полагается, вручать награду должен был президент Медведев. Но представляете, как он при этом выглядел бы при его росте? Поэтому попросил навесить орден на долговязого миллиардерщика своего дружка наперсного Путина.

Когда Прохоров объявил, что хочет возглавить партию "Правое дело", это вызвало эманацию восхищения известной архи-экстра-суперзвезды Пугачёвой на страницах "Комсомольской правды": "Миша по определению не может быть плохим человеком". По какому определению? Известно, мол, что все Миши в мире — не плохие человеки? Да, есть среди них даже очень не плохие — Миша Ломоносов, Миша Лермонтов, Миша Булгаков, Миша Ботвинник... Но как быть хотя бы с Мишей-Два-Процента или Мишей Саакашвили, которого Путин грозился при случае повесить за причинное место?

"Миша — патриот! — продолжала певичка. — Он вырос на моих песнях". А много ли, сударыня, патриотизма в ваших песнях? Вот у Дунаевского или Пахмутовой — да, а где у вас? "Арлекино" — это подражание "Варягу"? "Всё могут короли" — вариация на тему "Широка страна моя родная"? "Миллион алых роз", неизвестно где, на какой почве и кем выращенных — это в одном ряду с песней "Вставай, страна огромная!.."? А не вы ли поёте "Выпьем за тех, кто командовал ротами, кто умирал на снегу..."?

"Миша не воровал, не ворует и не будет воровать!" И теперь это называется самоотверженным патриотизмом? А воровал или нет, как говорится, вскрытие покажет. Но уже теперь вспоминается не столь давний рассказ Путина по телевидению о 87 миллиардах, пожалованных Мише для спасения от краха во время кризиса, которые он не отработал. Или Путин что-то сморозил? Или я что-то путаю? Мне ведь самому 87.

"Миша не обременен семьёй. Он считает, что его семья — Россия!" Ну, мы это уже слышали:

Моя фамилия — Россия,

а Евтушенко — псевдоним.

И с такой великой фамилией со всей семьёй укатил в Америку, где, вероятно, не знают, что у него есть и третья фамилия — Гангнус.

А у Прохорова, несмотря на помощь Большой Берты в образе Пугачёвой, дело обернулось уж просто небывалым конфузом: его — фундатора и лидера, вождя и диктатора, наших дней Калигулу и Креза в одном флаконе, наделённого правом единолично исключать из партии "Правое дело" кого угодно, самого лично исключили из партии.

Но больше всего меня удивило в этой передаче заявление миллиардерщика, что его очень хорошо воспитали родители, и в свете прекрасного домашнего воспитания он негодовал и обвинял коммунистов в том, что они "приватизируют и победу в Великой Отечественной войне и выход в космос Юрия Гагарина". Этот вопрос поважнее проблем Арлекино, королей и Большой Берты.

Тут две стороны. Во-первых, коммунисты и сочувствующие им сограждане в печати и на улицах городов широко, увлеченно, от души празднуют День Победы и отмечают годовщины великих битв. А что делают в это время люди вашего круга, Михаил Дмитриевич? Ведь Радзинский, Радзиховский, Сванидзе, Млечин, два Пивоваровых, Резник это люди вашего круга, не так ли? Во всяком случае, у них тоже прекрасное домашнее воспитание и они, как и вы, сильно преуспели при средневековом режиме и поносят как советское прошлое, так и нынешних патриотов, в том числе коммунистов. Так вот, они, как вы могли заметить, накануне помянутых дат, в самые эти дни или вскоре после них выступают с публикациями, речами, фильмами, в которых выискивают наши военные неудачи, раздувают их и пляшут на костях жертв. Не замечали за горой своих миллиардов? Ну, посмотрите хотя бы фильм одного из Пивоваровых, показанный в этом году по НТВ к Дню Победы. Мало? Тогда почитайте статью М.Солонина, напечатанную в "Комсомольской правде" к дню начала войны. Может быть, тогда что-то поймёте. Конечно, патриоты дают им отпор. Так что, мы не приватизируем Победу и готовы признать, что за неё проливали кровь и отец Радзинского, и дед Радзиховского, и бабушка Сванидзе, и дядя с тётей Млечина, и ваша кормилица... Мы не приватизируем великую Победу подобно тому, как олигархатые хапнули великое богатство народа, — нет, не приватизируем Победу, а защищаем её. И если вы считаете, что Пугачёва верно аттестовала вас, как патриота, то вам следовало бы принять посильное участие в нашем отпоре клеветникам.

Это одна сторона вопроса. А вторая состоит в том, что коммунисты, вся коммунистическая партия сыграли великую роль и в достижении победы над фашизмом и в прорыве в космос. Вот несколько цифр для размышления вам с родителями. К июню 1941 года в армии и на флоте было 593 тысячи коммунистов, а в конце этого года уже 1 миллион 234 тысячи, что составляло более 40% всей партии. К концу года свыше 500 тысяч коммунистов сложили головы в борьбе с нашествием. К концу войны число коммунистов на фронте возросло до 3 миллионов 324 тысяч. И ни одного из "Единой России". Помните при этом, что ЦК ВКП(б) направил для руководства народной борьбой в тылу врага 565 секретарей обкомов, горкомов и райкомов партии, 204 председателей областных, городских и районных Советов. Среди них — ни души из "Справедливой России". В различные периоды в оккупированных районах вели работу 90 подпольных обкомов, окружкомов, 620 горкомов, райкомов, партийных центров... При этом, например, в Смоленской области погибло 42 секретаря горкомов и райкомов. И хоть бы один-единственный жириновец! А всего за войну погибло 3 миллиона коммунистов (Великая Отечественная война. Энциклопедия, с.354-360).

И примите во внимание, что коммунистами, а не участниками "Народного фронта", были Верховный главнокомандующий, все члены ГКО, Ставки, все работники Наркомата обороны, Генштаба, все командующие фронтами и армиями, большинство генералов и офицеров, множество сержантов, старшин и рядовых. Полезно вам знать и о том, что за годы войны звания Героя Советского Союза были удостоены около 12 тысяч человек, из них 8232 — коммунисты, 1471 — комсомольцы (Герои Советского Союза. М., 1984, с.190). А если ещё вспомнить, что, с одной стороны, среди Героев более 70% были русские (там же, с. 191), а русских среди погибших — 66,3% (Всероссийская книга памяти. М., 2005, с.253), то можно признать, что имеются веские основания считать Красную Армию коммунистической русской армией. Именно русской и называли её в годы войны в своей переписке Сталин, Рузвельт и Черчилль. Подобно тому, как наша родина называется по имени государствообразующего народа — Россией. В свете этих цифр, и радостных, и трагических, можно понять и то, почему Сталин, провозглашая тост за Советский народ, подчеркнул особую роль русского народа.

Что же касается прорыва в космос, то ведь и Сергей Павлович Королёв, и Юрий Гагарин не в "Яблоке" состояли, не в вашем "Правом деле", а тоже были коммунистами. Как же всем этим не гордиться коммунистам нынешних дней?! Отсюда и то именно, что вам мерещится приватизацией. Да мы не только войну приватизировали. Вот приближается 300-я годовщина со дня рождения помянутого Михаила Васильевича Ломоносова. Что в связи с этим предприняли ваши друзья? Какая партия готовится к этому? Я подозреваю, что люди вашего круга и не знают, кто такой Ломоносов. Спросите, допустим, у Немцова Бориса Ефимовича. Не удивлюсь, если он ответит, что это известный хоккеист. Так вот, а коммунисты уже приняли постановление о предстоящем юбилее и опубликовали его. Да разве только в Ломоносове дело! Достойно отмечали юбилеи и Пушкина, Толстого, Есенина, Горького, Маяковского, Шостаковича... А вы? Вот в передаче "Апокриф" по ТВ проф. И.Волгин просвещал народ о эротических достижениях творца "Войны и мира"; показали по тому же ТВ фильм о Есенине, который ужаснул даже Евтушенко; издали книжечку о Шостаковиче, представив великого композитора лицемером, лжецом и тряпкой... И ведь этому нет конца. Так что, только мы, патриоты, защитники и хранители великой русской культуры.

Таковы факты, Михаил Дмитриевич. В Куршевеле вы о них, конечно, узнать не могли, девочкам по вызову о них неизвестно, но странно, что на сей счёт не просветили вас ваши покойные родители, которые, возможно, и сами были коммунистами.

Это заинтересует вас - отделка квартир специальная акция компания «Первый камень».

Владимир Карпец -- Британская корона против Руси

Продолжение. Начало — в №№ 35-36, 38-39

Именно с середины XVII века — накануне основных разработок Джона Ди, а затем и с его участием — британская разведка начинает "работу по России". В 1553 — 1554 годах — на Руси появился британский купец Ричард Ченслор, являвшийся доверенным лицом английского двора. Он смог ознакомиться с Московским государством и даже был удостоен аудиенции у молодого Ивана IV. Вывод, который Ченслор сделал о Руси, был таков: "Если бы русские знали свою силу, то никто не мог бы соперничать с ними, но они ее не знают". "Ричард Ченслор появился на Руси вследствие разворачивавшегося геополитического противоборства религиозно-цивилизационного характера интенсивно протестантизируемой Англии с окружавшим ее тогда остальным христианским миром, в основном католическим, — указывает исследователь истории британской разведки А.Ефремов. — Направлявшиеся им в Лондон аналитические выводы, по сути, были геополитическими. Он особо подчеркивал, что в начале своего правления Иван IV уже "затмил своих предков и могуществом и добродетелью" (к слову сказать, и другие англичане в своих донесениях в Лондон отмечали аналогичное). Пристальное внимание он уделял и тому, что Русь "имеет многих врагов и усмиряет их. Литва, Польша, Швеция, Дания, Ливония, Крым, Ногаи ужасаются русского имени… В отношении к подданным он удивительно снисходителен, приветлив. Одним словом, нет в Европе более россиян преданных своему государю, коего они равно и страшатся и любят. Непрестанно готовый слушать жалобы и помогать Иоанн во все входит, все решит; не скучает делами и не веселится ни звериной ловлей, ни музыкой, занимаясь единственно двумя мыслями: как служить Богу и как истреблять врагов России". (http://delostalina.ru/?p=933). Ченслор пробыл в Москве восемь месяцев. После его возвращения в Англии было учреждено специальное "торговое" общество, основными пайщиками которого были члены Тайного Королевского Совета. Общество на протяжении тридцати лет было убыточным, финансировалось за счет королевской казны. Его "специальная" деятельность очевидна.

Вскоре начались вещи, остающиеся загадками до сих пор.

Эти данные уже получили широкую огласку (см. в т.ч. http://talk.wwhp.ru/ showthread.php?p=2822). В 1963 году после вскрытия комиссией Министерства культуры СССР гробниц Ивана Грозного, его сыновей — Ивана Ивановича, Феодора Ивановича — и воеводы князя Михаила Скопина-Шуйского открылась страшная картина. В останках Ивана IV Грозного была обнаружена чрезмерно высокая концентрация одного из самых ядовитых для человеческого организма металлов — ртути. Причём, её содержание достигало 13 граммов в расчёте на тонну, в то время как обычно в человеке содержание ртути не превосходит 5 миллиграммов на тонну! Разница — в 2600 раз. При этом, во время анализа не было принято во внимание то обстоятельство, что при похоронах Иван Грозный был облачен в схиму , богато расшитую золотыми нитками. Золото же является сильнейшим поглотителем ртути. Следовательно, подлинное содержание ртути в останках Ивана Грозного должно было быть значительно большим. В останках Ивана Ивановича также была зафиксирована ртуть — до нескольких граммов на тонну, что также абсолютно ненормально. А вот в останках младшего сына — Фёдора Ианновича — ртути зафиксировано не было! Простое сопоставление этих фактов приводит к единственному выводу: Ивана IV и его семью целенаправленно травили ртутью. Вот факты.

Первенец Ивана IV и Анастасии Захарьиной (Романовой-Юрьевой) — Димитрий — родился здоровым и нормальным ребёнком, а умер от обычной простуды (простудился во время поездки с отцом на богомолье), которую в те времена далеко не всегда могли вылечить даже царские лекари. Ртути в его останках не обнаружено.

Второй сын Ивана IV и Анастасии — Иван — тот самый, которого Иван Грозный в 1581 году, якобы, убил посохом (в относящихся собственно к периоду правления Ивана Грозного исторических документах нет даже намека на что-либо подобное), родился в 1554 году, когда самому Грозному было всего 24 года, и рос здоровым и сильным человеком. По документам и летописям четко видно, что царевич "преставился" в длившихся четыре дня жутких мучениях от тяжелой болезни, вызванной, как было установлено уже в ХХ веке, жестоким отравлением ртутью. Для смертельного исхода достаточно 0,18 г ртути. Между тем, как было указано выше, количество обнаруженной в его останках ртути превышало даже смертельную дозу в несколько десятков раз! Миф об убийстве сына "изобрел" папский легат, иезуит Антоний Поссевин, прибывший в Москву в 1581 г. в качестве посредника в переговорах между русским царем и польским королем Стефаном Баторием, вторгшимся в ходе Ливонской войны в русские земли. До этого он предлагал Иоанну королевский, а затем и императорский титул от папы в обмен на организацию "крестового похода" против Османской империи и "освобождение Константинополя", в чем получил отказ. "Государства всей вселенной не хотим" — как известно, ответил тогда Русский Царь, за что и получил от Рима, по сути, ритуальное оклеветание, не снятое ни Церковью, ни историками до сего дня. Позже его версию подхватил "немец-опричник" Генрих Штаден, который впоследствии, по возвращению в Германию выдвинул один из первых проектов завоевания Московии.!

А в 1560 году умирает царица Анастасия. Причём уже сам Иоанн Васильевич не сомневается в том, что её отравили. Отравление ртутью (сулемой) известно давно. В описываемые времена всей Европе, например, была известна "болезнь сумасшедшего шляпника"; она была распространена именно среди мастеров шляпного дела, которые при изготовлении модного тогда фетра использовали смертоносные ртутные соединения. Сейчас она известна как "болезнь Минамото" — впервые в XX веке была зафиксирована в Японии вследствие массового отравления ртутью, отсюда и название.

Вскоре после Ченслора, в 1870 г., в разгар Ливонской войны, в Москве появился еще один посланец Лондона — женатый на англичанке немец (скорее всего, голландец) Елисей Бомелиус (Бомелий, 1530-1579), ставший царским лейб-медиком, искуснейший в изготовлении ядов.

Влияние новоявленного лекаря и звездочета стало практически безграничным после того, как Бомелий заявил Иоанну Грозному, что на том лежат черные чары, а две его супруги были погублены придворными завистниками и чернокнижниками (характерно стремление "переложить" вину на русских бояр) По мнению некоторых историков, именно по наущению Бомелия опале подверглись такие видные и уважаемые люди того времени, как князья Михаил Воротынский, Никита Одоевский и Петр Куракин, боярин Михайло Морозов с двумя сыновьями и супругою Евдокией, окольничие Петр Зайцев и Григорий Собакин, псковский игумен Корнилий и новгородский архиепископ Леонид.

При этом вскоре сам Бомелий вступил в сговор с ненавистными Иоанну Грозному псковскими боярами и в одну из ночей, прихватив нажитое золото, бежал из Москвы, но уже через сутки на пути к Пскову Бомелий был схвачен и в цепях привезен в Первопрестольную. После жестоких пыток, во время которых звездочет выдал всех сообщников, он был казнен: опального мага вначале вздернули на дыбе, вывернули все суставы и вывихнули ноги пятками вперед (Изложено по материалам С.Кожушко. Источник: "Тайны ХХ века", 2010, №19).

"В сохранившихся до наших дней народных преданиях о неприязни русских к Бомелии присутствует геополитическая подоплека: ненавидя его и пребывая в уверенности, что злой немец Бомелия своими чарами внушил царю свирепство, они объясняли это тем, что-де немцы, то есть иностранцы вообще, путем гаданий и волхований, якобы, дознались, будто им предстоит быть разоренными дотла русским царем. И вот, дабы отклонить от себя такую участь, они и прислали на Русь своего волхва — рассказывает еще один исследователь деятельности британской разведки в России А.Б Мартиросян. — Действия молодого царя были абсолютно адекватной реакцией на резко усилившийся тогда натиск в основном католического Запада на Русь в поисках сухопутного пути на Восток, в Индию — тогда уже было известно, что он пролегает через Русь. И вовсе не случайно, что этот натиск, особенно в первый период правления Ивана IV, получал заслуженно жестокий отпор со стороны Москвы, которая к тому же стремилась возвратить себе и исторически законные выходы в Балтийское море. На арене этого жестокого геополитического противостояния католицизма и резко набиравшего силу протестантизма в очень хитроумной комбинации выступил Лондон со своими шпионами и колдунами-отравителями." (http://delostalina.ru/?p=550).

До сих пор вызывает много вопросов так называемое "английское сватовство" Царя Иоанна, широко используемое для компрометации Государя, будто бы вначале сватавшегося к британской королеве, а затем обозвавшего ее в письме "простой девкой" по причине того, что она "не самодержавна". Вот что говорит обо всем этом А.Б.Мартиросян: "Стремясь к развитию англо-русского сотрудничества, Иван IV предоставил Московской торговой компании монопольное право на торговлю с Русским государством, в результате чего британские купцы в одночасье превратились в абсолютных монополистов. Затем компания получила право беспошлинной торговли. А в 1569 г. — еще и уникальное право беспошлинной транзитной торговли по волжскому пути со странами Востока! Этого бритты добивались целенаправленно. Известно, например, датированное 1568 г. письмо лорда Берли английскому послу-резиденту в Москве Рэндольфу, в котором он указывал на необходимость требовать от русских властей увеличения привилегий для английских купцов, в частности, на самостоятельную торговлю с Персией. Ведь главная-то задача Англии в том и состояла, чтобы любыми путями, но, минуя контроль католических стран, пробиться на Восток… Однако безудержная алчность британцев привела к тому, что после одного из приступов свирепости Иван IV в 1570 г. лишил эту компанию всяческих льгот. То есть, всего-то через год! Уже в те времена "специальные средства" настолько превалировали в деятельности британской дипломатии, что терпение Москвы лопнуло. Совместно с дьяками Посольского приказа самодержец провел интересную акцию стратегического влияния — направил английской королеве Елизавете послание от 24 октября 1570 г., в котором без обиняков обвинил её в том, что она позволяет своему окружению руководить английским государством… Да и в самом-то деле, ну о каких переговорах или союзах можно было говорить, если лорду Берли прекрасно было известно, что его же агент влияния травит царя и его родню с катастрофическими для династии последствиями?!" Потом это послание будут истолковывать как истерику обиженного жениха, и это попадет во все учебники истории… А как иначе?

Продолжение следует

Анна Серафимова -- Жили-были

Несущая стена в доме выполняла вменённую ей функцию — нести на себе тяжесть конструкции, быть опорой всего здания. Для этого нужно обладать определёнными качествами, главные из которых — прочность и величина, что и позволяло держать другие части сооружения, не дать всему зданию разрушиться, развалиться. Но для этого к несущей стене требовалось особое внимание, в отношении неё не позволялись некоторые действия. Так, нельзя было её подпиливать, подтачивать, вырубать из неё объёмные куски, производить действия, приводящие к появлению трещин. Например, сильно бить, трясти.

Сложная конструкция, частью которой являлась несущая стена, включала много разных деталей, без которых сооружение было бы неполным: проемы окон, дверей, сами окна и двери, перегородки между помещениями, лепнина, вытяжные шкафы вентиляции… Всё это вместе взятое делало и здание, и помещения в нём красивыми, функциональными, многопрофильными.

Хорошо ли такое положение дел? Конечно, скажете вы. Но вы — не эксперт и не член комиссии по надзору за соблюдением прав на архитектурное равенство. Потому так и думаете. А у экспертов мнение другое. И только оно учитывается в эпоху демократии и плюрализма мнений.

Это раньше всё было по старинке да по уму, по сложившимся традициям, которые проходили жесткий отбор временами и обстоятельствами. В новые времена — новые правила, устанавливаемые во имя равноправия и толерантности: одинаковые условия для всех! Провозглашён новый принцип "От каждого по способностям, каждому — поровну", чтобы не было розни по функциональному признаку, чтобы не разводили глупые разговоры о вкладе каждого и адекватной отдаче.

"Необходима перестройка здания!" — вскричали архитекторы и прорабы этой самой перестройки, и сразу поставили под сомнение само название "несущая стена". Оно дискриминирует плинтус, эркер, подоконник и натяжные потолки. Несущая как бы предполагает, что она несёт основную нагрузку. Из названия и все эти привилегии: не подтачивать, не бить во избежание образования трещин. Почему подоконник подпилить можно, а несущую стену — нельзя? Почему она в привилегированном положении? По какому праву Если в ней под ударами молота образуются трещины, то это её вина: значит, не так и прочна. И если будет разрушена, значит, это было предопределено, значит, в ней изначально заложен изъян, механизм разрушения, и обстоятельства лишь помогли ему выявиться. "Была бы хорошей, ничего бы с ней не случилось", — был вердикт специалистов по равноправию в градостроении. Кое-кто из элементов декора даже злорадствовал, думая о возможном разрушении несущей стены: так ей и надо. Почему дверные косяки выламывали, делая ремонт, а несущую стену снести нельзя? У нас нет неприкасаемых! Ломать её! Без неё обойдёмся! Незаменимых нет! Если уж перестраивать, то радикально! Даёшь свободу подоконникам и право на самоопределение косяков дверных! Из Положения об архитектурных составляющих было исключено определение "несущая стена". Достаточно упоминания паркета, обоев в цветочек, радиатора.

Встревоженные голоса о вредности разрушения несущей конструкции, о необходимости бережного с ней отношения во имя и ради сохранности именно всего здания, вызывали лишь понимающую усмешку архитекторов и прорабов перестройки здания: знаем мы эти штучки — совковая пропаганда. Нас не проведёшь!

Каждая деталь, как было принято на митинге, имела право голоса, и вопрос об уравнивании действий в отношении всех деталей поставили на голосование, явив образец полной демократии. Лишь крыша, с опаской поглядывающая на бетонный пол, встреча с которым не сулила ей ничего хорошего, поддержала мысль о сохранении статуса несущей конструкции, но вместе со стеной осталась в меньшинстве: паркет, плинтусы и лоджия, эркер и остальные детали решительно выступили за отмену любого привилегированного положения. Каковым архитекторы и прорабы (но не в строительном, а в духовном смысле слова) считали взваливание на себя несущей конструкцией всего здания. "Недотрога, подумаешь!" — возмущались оконные рамы, чувствуя себя ущемлёнными в праве взвалить на себя всю конструкцию. Молотить почём зря нельзя, подпиливать запрещается, изымать большие куски не разрешается? Да это же связывание рук, запрет на свободу действий! Это тоталитаризм, осуждаемый всеми, кому дороги равноправие, дружба и демократия. Наконец-то встретятся пол и потолок, чему несущая (не несущая ли разлуку?) препятствовала. Кто сказал, что это будет плохо? Надо посмотреть, как будет, а нечего доверять каким-то шарлатанам, которые только запрещать да не пущать и могут. Свободу! Несущую стену голосованием большинства голосов подпили, подточили, под улюлюканье окружающих изъяли из неё значительные куски...

Раздавшийся треск воспринимали как музыку свободы. Симфония "Освобождённое равноправие" должна начаться именно с этих звуков!" — закричали пиар-менеджеры перестройки. Когда все детали оказались вместе, такое равноправие порадовало немногих. Собственно, довольными были лишь прорабы и архитекторы. Как потом с гордостью мировому сообществу признался главпрораб, которого наивные жители обвиняли в некомпетентности и неумении просчитать последствия, именно такой результат и был главной целью его проекта.

…Несущей стене в одном из помещений, хотя и повреждённой трещинами, удалось устоять. Трещины стали заделывать. Худо-бедно жизнь налаживалась. Это не могло оставить равнодушными мировую общественность. Прорабы и архитекторы Перестройки-2 вышли на площади, телеэкраны и международные симпозиумы, ратуя за подлинную демократию и равноправие… Читай выше.

-- «В музей реставраторов...»

О Савве Ямщикове, о том, как работалось с ним и как живётся без него, о выставках в доме на улице Бурденко рассказывают заслуженный работник культуры РФ, художник-реставратор, заведующая отделом Нина ЗАЙЦЕВА, художник-реставратор высшей категории Виталий КУЗЮБЕРДИН, искусствовед Марфа ЯМЩИКОВА.

"ЗАВТРА". Отдел пропаганды художественного наследия Института реставрации в июне отметил свой тридцатилетний юбилей. Как возникла идея его создания, с чего начиналась работа?

Виталий Кузюбердин. Идея принадлежала Савелию Ямщикову и Сергею Галушкину. В семидесятые годы газеты пестрели материалами об открытиях музейных реликвий. А тут — реставрация! Это было удивительно. Тот же Ефим Честняков: тряпочки какие-то — и вдруг картины получаются. И когда прошла громкая выставка древнерусской живописи на Кузнецком мосту — очередь на неё вдоль всей улицы стояла.

Подготовка такого мероприятия — это и переписка с музеями, и фотографии, и списки работ, договоры, разрешения, согласования. Огромный объём работы, не каждой организации под силу — а тема оказалась востребованной. Вот на этой волне и родилась идея создания отдела выставок. Это и до сих пор неофициальное, рабочее название нашего отдела.

На Ямщикове и Голушкине он держался, как на столпах. Убери одного — и отдела не будет. Голушкин ехал в командировку, находил что-то интересное — и Ямщиков с его подачи «раскручивал» находку. У Савелия был потрясающий организаторский талант, огромное человеческое обаяние: человек его первый раз видит, через пару минут — всё, они лучшие друзья! Он тогда был членом искусствоведческой секции Союза художников, получил мастерскую во Всеволожском переулке, «бункером» её называли. И там кого только не было — от цэковских бонз до актёров. Эти его контакты — знакомые, друзья, общение с ними — помогали в работе. Всё так и создавалось — готовились выставки, делались каталоги: Ямщикову нужно было только свести людей.

"ЗАВТРА". А почему Институт реставрации? Это же на тот момент не единственная реставрационная организация была — взять тот же центр Грабаря: с ним Ямщиков и Галушкин тоже активно взаимодействовали. В отделе есть и сотрудники, пришедшие из "Грабарей"…

В.К. К Институту реставрации у них всегда было особое отношение — хотелось объединить научную базу института и нашу практическую. Потому что там производство и ещё потому, что Всесоюзная центральная научно-исследовательская лаборатория консервации и реставрации музейных и художественных ценностей (ВЦНИЛКР), как поначалу назывался Институт реставрации — это солиднее и больше возможностей для работы. Центр Грабаря — это тоже серьёзная реставрационная фирма, даже после прошлогоднего пожара он не потерял свой статус — но там сложнее было бы сохранить «суверенитет» отдела.

Первый год работы в институте Ямщиков числился в отделе информации, а Галушкин в отделе реставрации масляной живописи, под началом мэтра реставрации масляной живописи Александра Александровича Зайцева. А пока суть да дело — шла организационная работа, набирали людей в отдел выставок.

Нина Зайцева. Отдел создавался как подразделение Института реставрации, но с большой степенью самостоятельности. Это было очень важно для его основателей.

Нужно заметить, что к Савве Васильевичу в Институте реставрации относились сложно, но всегда поддерживали, понимали.

Когда готовился большой пятилетний отчёт, на котором, как на весах, взвешивались научно-исследовательские институты — чего они стоят, закрывать их или оставить, — руководство попросило нас представить список всех работ Ямщикова. Всех его книг, хотя они и не научно-исследовательские.

В.К. Работы Савелия Ямщикова — это косвенная реклама Института реставрации, популяризация его деятельности. Что бы об институте знали люди, если бы не Ямщиков? Когда создавался отдел, никто толком не знал, кто такие реставраторы — а Савелий эту профессию сделал интересной и популярной.

Н.З. Можно сказать, положа руку на сердце, что в музейном мире и в мире художественных галерей подобных реставрационных отделов: с такими задачами, как у отдела пропаганды, — нет. Конечно, все ставят задачу показать культурное наследие, сохранить его — но наш отдел существовал с таким замечательным рупором, каким был Савва Ямщиков, — и это придавало ему особый статус. Он огласил дело реставрации, придал ему высокую значимость — и в этом его огромная заслуга. Собрал уникальную команду и очень тонко, энергично, сильно и мягко одновременно, руководил. Очень слаженно работал коллектив — поэтому и были значимые выставки, на самых больших площадках Москвы и Петербурга. Всего отдел открыл за годы своего существования около 200 выставок.

В.К. И за рубеж вывозили картины Честнякова, портреты работы Григория Островского. В Италии — в октябре, в маленьком городке на побережье — стояли огромные очереди на улице. Население городка небольшое, а очередь — как в своё время у нас на Глазунова в Манеже!

Н.З. Мы делали восемь-десять выставок в год — не только монументальные реставрационные экспозиции с открытиями советских реставраторов, находками провинциальных музеев, но и вернисажи современных художников, московских и провинциальных, которых мало кто знает. В прошлом году, например, в нашем зале были представлены работы Игоря Яковлевича Соколова — художника, реставратора, преподавателя Академии художеств. Он с 50-х до 80-х годов писал Москву — центр, Афонское подворье, кинотеатр «Иллюзион». А потом, уже в наше время, прошёлся с фотоаппаратом по этим местам. И мы с болью в сердце выставили и фотографии, и картины — потому что мы видим, как всё неузнаваемо изменилось, как старая Москва исчезает. У Саввы Васильевича всегда болела об этом душа. Болит и у нас.

"ЗАВТРА". Свой дом — дом Палибина — вам удаётся отстоять. А как вообще этот деревянный особняк начала ХIХ века достался отделу?

В.К. Ямщикову и Галушкину на выбор давали семь "точек"» — и они выбрали дом Палибина. У этого дома было преимущество — он уже был выселен. Его поначалу отдали Министерству мясомолочной промышленности, они хотели дегустационный зал сделать, бильярд в подвале запланировали — и тут обнаружилось, что это памятник архитектуры. Идея с дегустационным залом провалилась. Дом отдали Министерству культуры — и оно выделило средства на реставрацию особняка. Уже имея в виду, что в нём будет отдел пропаганды художественного наследия.

Марфа Ямщикова. Савва Васильевич очень уютно себя чувствовал в доме Палибина. И гостей всегда принимал в нём с радостью. "У меня в домике на Бурденко выставка открывается", — так приглашал народ на очередную выставку.

Поэтому через этот дом очень много разных людей прошло. И они полюбили это уникальное место в центре Москвы — деревянную усадьбу середины ХIХ века с небольшим садиком…

Н.З. К нам в день музеев приходит очень много посетителей, чтобы посмотреть сам особняк.

Здесь домашняя атмосфера. Жилой дом всё-таки — это накладывает особый отпечаток на нашу работу. Мы здесь не просто работаем, а живём, дом обслуживаем: Савва выделил свои личные деньги — отремонтировали прихожую и комнату, мы с Виталием на свои привели в порядок другую… Институт помогает последнее время — стулья подарили, можем лектории проводить. Крышу почистили, швы загрунтовали.

В.К. У нас была выставка — мебель из Исторического музея расставили по залам, и институтские говорили — как хорошо это смотрится здесь, в домашней обстановке! В ЦДХ, в этих огромных выгородках — всё это потерялось бы…

"ЗАВТРА". С Историческим музеем сотрудничаете на постоянной основе?

В.К. Сейчас с музеями вообще очень трудно работать, практически невозможно. Мы с удовольствием к годовщине 1812 года картины подобрали бы для реставрации, сделали бы выставку в следующем году, но и Историческому музею обрубили возможность, и мы не можем.

Н.З. Есть ещё один интересный проект — и тоже проблемы с финансированием: столетие Первой мировой войны. Тёмный период истории, с подводными камнями, очень драматический.

В.К. Ведь всё было гораздо сложнее и интереснее для исследования, чем это преподносилось по версии советской пропаганды. У нас была выставка, посвящённая Порт-Артуру, и для меня было потрясением, какой исторический пласт оказался похоронен — фильмов можно тьму сделать!

Н.З. На этой выставке был стенд с фотографиями участников сражений за Порт-Артур, освободивших его в 1945 году, и Корейской войны 1950-1953 годов. Эти снимки были найдены в часовне на Порт-Артурском кладбище — видимо, для памятников были приготовлены. А наши реставраторы сделали замечательный фотомонтаж из них. Потрясающие лица людей, уже ушедших…

В Историческом музее есть коллекция, посвящённая 1914 году — портреты русских солдат, офицеров, воевавших в те годы. И тоже — лица, которых сейчас не встретишь. Они отличаются каким-то особым благородством — простой солдат выглядит достойнее и интереснее, чем люди, которые теперь встречаются нам на улицах каждый день.

Всё посчитали, обговорили, хотели в выставке обыграть историческую тематику — сотрудники Исторического музея были бы рады, если бы мы взялись за реставрацию и выставку этих экспонатов — но всё опять упирается в деньги.

"ЗАВТРА". И кто кому должен заплатить?

Н.З. Исторический музей должен заплатить Институту за реставрацию по договору — хотя у них есть реставрационный отдел, но фонды колоссальные, они не справляются с такими объёмами. И мы с ними традиционно сотрудничали.

В.К. Очень много денег уходит на страховку, которая теперь считается обязательной. Можно было бы что-то выкроить на реставрацию — но страховку выплатить нереально. Мы обычно картину около года реставрируем, потом полгода она выставляется. На полтора года у нас картина зависает — и как это оплачивать? Страховка-то «капает» каждый день! В результате музей может выдавать свои экспонаты самое большее — на неделю.

"ЗАВТРА". С чем это связано, в чём корни проблемы?

Н.З. Проблемы с госфинансированием, проблемы административного плана, об этом и наш министр культуры говорит. На культуру в западных странах выделяется 3%. А у нас и в советское время было 1,5% — а теперь ещё меньше 0,7%. Это погибель для культуры. Нужно хотя бы удержать её на существующем уровне — но похоже, что приоритеты сейчас другие.

От нас, конечно, мало что зависит, мы простые реставраторы, практики — а вот Савва Васильевич выразился бы по этому поводу крепко.

"ЗАВТРА". В музеях, в реставрационных мастерских продолжают трудиться настоящие подвижники. Их стараниями, наверное, только и удаётся поддерживать «статус кво» в такой ситуации. Ваш отдел — на переднем крае борьбы за сохранение культурных ценностей. Кто работает в доме на улице Бурденко, на ком держится работа отдела? Какова его структура?

Н.З. Савва Васильевич написал в своё время статью о нашем отделе, назвал её "Об отделе с благодарностью и любовью" — он перечислил в ней всех, кто работал с ним, каждого поблагодарил. Это чувство ему и по жизни было свойственно: благодарность Богу, семье, людям, которые с ним работали…

В отделе два подразделения — сектор реставрационных выставок и непосредственно пропаганды, есть свой небольшой выставочный зал. К примеру, планируется выставка — и под эту конкретную выставку здесь же, в отделе, реставрируются работы.

В.К. Административную часть тащит на себе Нина Васильевна Зайцева — разбирается в новых договорах, сметах.

Н.З. Я ушла в своё время из музея Л. Н. Толстого, чтобы заниматься реставрацией — а в результате сижу с бумажками. Раньше, когда работала на полставки, гораздо больше успевала отреставрировать, чем сейчас…

В.К. Людмила Черняховская работала у нас, жена главного редактора издательства "Советский художник" Марка Черняховского — и через это издательство шли все наши печатные работы. А Мила ездила по ответственным поручениям — в министерство, по выставочным залам, в комбинат Вучетича. Если бы не её обаяние, наши выставки готовились бы дольше — ведь даже для того, чтобы ящики для картин сделать, нужно было отстоять очередь…

Ещё один сотрудник отдела — Ольга Адамишина. Одно время Ольга Николаевна жила в Великобритании, установила хорошие отношения с русским зарубежьем и организовала "Фонд помощи русскому искусству". Она до сих пор ежегодно делает у нас на Бурденко выставки молодых художников, выпускников художественных училищ.

Елена Васютинская — научный сотрудник, генератор идей, наш искусствоведческий суперпрофи, — делала целый ряд выставок, в том числе русского портрета ХVIII-ХIХ веков, советской игрушки 20-х — 50-х годов ХХ века, детского портрета ХVIII — начала ХХ века. Недавно выпустила замечательный альбом-каталог по вернисажу, проходившему в ЦДХ — "Два века русского детства".

Наталья Барвинская, научный сотрудник, искусствовед, готовит замечательные реставрационные экспозиции, выставки картин современных авторов и коллекционеров. Трудами Галины Ерховой, реставратора высшей категории, восстановлены многие картины, прошедшие через наш отдел. Галина Федина пришла в отдел из центра Грабаря — это уже говорит о ней, как о реставраторе высокого класса. Александр Быков — книжный график, на нём были пригласительные билеты, макеты каталогов. Алла Сват, Светлана Горбачёва, Ольга Мириманова составляют статьи, книги, каталоги.

Н.З. Виталий Кузюбердин в отделе — с самого начала. Если профессионалы говорят, что с какой-то работой никто не справится — заказчиков из музеев, из реставрационных организаций посылают к нему: "Виталий сделает!" Он спасает наисложнейшие, "пропащие" вещи. Не прибегая ни к каким методикам, ни к каким инструкциям, увидев произведение послойно своими собственными глазами, а не микроскопом — находит подходящее решение.

В.К. Я пришёл в отдел, когда мне было двадцать шесть лет, то есть всю сознательную жизнь работаю здесь. В нашем доме — домашняя обстановка со всеми бедами, проблемами. Но у Саввы Васильевича была потрясающая способность разруливать проблемные ситуации. Администрации он не касался, только если что-то нужно было отвезти, сделать — звонил, договаривался. Даже после болезни, когда Савва стал публицистом, делал он очень много — просто эта деятельность приобрела другие формы. Там, где несколько лет можно было потратить из-за бюрократических проволочек, появлялся Ямщиков, устраивал разнос чиновникам, стучал кулаком — и проблема решалась. Он боролся, бодался — и чего ему это стоило!

Н.З. В последнее время появились у нас в отделе и молодые реставраторы — выпускники Строгановки и реставрационного факультета Свято-Тихоновского университета. Хорошие ребята, работают с энтузиазмом — прониклись атмосферой отдела.

В.К. Они ещё помнят Савву. После Савёлки, конечно, всё стало грустнее и скучнее…

Н.З. Он был человек-праздник — приходил, громогласно орал, распоряжался, садился, все несут ему что-то — и сразу такой душевный подъём у всех. Молодёжи с ним было очень интересно.

"ЗАВТРА". Савва Васильевич "служил по России" — в Москве он проводил три-четыре месяца в год, в остальное время — Псков, Кострома, Суздаль, Ярославль, Афон, Италия. То спасал Кижи, то защищал Пушкиногорский заповедник. С его подачи была расстроена безвозмездная передача Германии Бременской коллекции. Эти сражения за историю и культуру нашей Родины — постоянные разъезды, работа допоздна — как сказывались на домашней жизни?

Н.З. Каждый день, когда уезжал домой, делал оттуда "контрольный звонок". Знал, что мы допоздна задерживаемся, спрашивал: "Как вы?"

М.Я. Он не был домашним человеком. Дома только ночевал — его жизнь проходила на работе. Особенно в последнее время… Дом для него — это где можно кости бросить на кровать, отдохнуть и потом опять куда-то бежать.

"ЗАВТРА". Пытался увлечь, втянуть в работу отдела?

М.Я. Он не такой человек — он мог только что-то предложить. У него была такая позиция: ты должна сама выбрать то, что тебе хочется, что нравится. Абсолютно дистанцировался в вопросе выбора.

Но мы были на одной волне, так что я жила его жизнью. Когда рядом человек, который живёт вот такой интересно, насыщенно — в стороне не останешься. Он всегда делился, я была в курсе всех перипетий. Сама проживала эту жизнь — для меня эти люди, события были очень близки.

Н.З. Марфа, помнишь, ты сказала, когда мы отмечали наш юбилей, что если отец брал тебя с собой в отдел 1 июня, ты не связывала это с каким-то праздником, помимо своего дня рождения?.. В этот день в доме Палибина всегда был двойной праздник — день рождения отдела и день рождения Марфы. В отделе всегда об этом помнили, готовили для неё какой-нибудь подарок. А потом Савва Васильевич заболел, и после его болезни уже такого не было…

Первый раз мы отпраздновали этот день после большого перерыва. Тридцать лет отделу… За это время он обзавёлся особой атмосферой, появились свои яркие традиции. Например, мы поддерживаем связь с провинциальными музеями. Тамошние коллекции чаще всего мало изучены, неизвестны. Сейчас у нас в работе Егорьевский музей и Солнечногорский музей «Путевой дворец». В Солнечногорске — великолепное собрание советской живописи ХХ века, 50-60-х годов. Шестнадцать лет назад коллекция, 90 с лишним картин самых разных художников, и советских классиков, и малоизвестных — Терпсихоров, Никонов, Володин, Сергеев, огромное количество имён можно перечислять — была передана из сельского народного музея в коллекцию музейно-выставочного центра «Путевой дворец». Мы с этим центром заключили договор: через три-четыре года эту коллекцию наши специалисты приведут в порядок, реставрация будет закончена — и всё это будет показано в нашем выставочном зале.

"ЗАВТРА". С другими отделами Института реставрации вы сотрудничаете?

Н.З. У нас сложились дружеские отношения с отделом реставрации станковой масляной живописи на Гастелло, который возглавляет Мария Степановна Чуракова. Идёт основательное сотрудничество, мы занимаемся серьёзной научно-исследовательской работой. Изучаем коллекцию Солнечногорского музея, сохранность живописи 50-х-70-х годов ХХ века, технологию, которую использовали художники того времени, — и подкидываем отделу масляной живописи работу, работаем с ними вместе.

В.К. К примеру, расчищаем картину и видим какие-то характерные повреждения, кракелюры необыкновенные — и отдаём в отдел Чураковой.

Н.З. Мария Степановна составляет каталог, забивает базу данных для словаря-энциклопедии. Её отдел изучает характер разрушений произведений разных эпох, от холста до лака. В этом году они подготовили внушительный отчёт по этой теме.

В.К. Но при всех дружеских контактах, при всём сотрудничестве мы понимаем, что задачи у наших отделов разные, и стараемся не дублировать друг друга. Они занимаются наукой, грунты изучают — а у нас прикладное назначение, мы привязаны к выставкам. Чисто искусствоведческие исследования проводим — историческая часть, атрибуция предметов, их происхождение. Только то, что может пойти сопроводительным материалом к экспозиции — вводная часть к выставке, сжатая информация о картинах. Посетители ходят с блокнотиками и с удовольствием всё это переписывают.

"ЗАВТРА". Люди по-прежнему интересуются живописью, реставрацией — или посетителей можно по пальцам сосчитать?

Н.З. Выставочный зал не пустует. Почти каждый месяц у нас новая экспозиция — и люди приходят, смотрят. Их интересуют и выставки, и сам дом, архитектура и планировка которого остались неизменными, в парадных комнатах сохранена живопись стен и потолков…

В этом году состоялись уже три реставрационных выставки из пяти запланированных. Очень интересные, значительные выставки, большой отчёт отделов нашего института — монументальной скульптуры, отдела реставрации монументальной живописи, отдела древних рукописей. Наш отдел в конце года выставится с Егорьевской коллекцией.

В последней выставке, посвящённой стенописи Дионисия, приняли участие несколько отделов института: и климатология, и научно-исследовательская лаборатория биологических исследований, и химики, и физики, и темперный отдел, и отдел монументальной живописи. Они отчитываются о тридцатилетней работе: реставрация в Ферапонтово закончена, фрески Дионисия открыты, леса сняты. Большое событие. И такой значительный год — сто лет со дня выхода большой монографии В. Т. Георгиевского "Фрески Ферапонтова монастыря". В сентябре состоялась большая международная конференция в Ферапонтово, посвящённая этому событию. А мы эту конференцию своей выставкой упредили.

"ЗАВТРА". Вы говорили, что многие посетители называют дом Палибина музеем. Почему?

Н.З. Очень символично, что в день нашего юбилея нам подарили книжку с евангельскими иллюстрациями современного художника, которая была подписана: "В музей реставраторов — навечно".

Наверное, это не случайно — у нас и мемориальный кабинет Саввы Ямщикова есть, где хранится всё так, как было при его жизни, ведётся описание предметов. Фотографии, рукописи, книги, произведения искусств, которые ему дарили художники.

В прошлом году, к годовщине смерти Саввы Васильевича, мы открывали выставку его памяти. Собрали и выставили здесь, на Бурденко, уникальную коллекцию— афиши, плакаты всех этих всесоюзных, всероссийских, зарубежных выставок. Это очень ценный музейный, архивный уже материал, который вряд ли где-нибудь собран, как у нас — потому что Савва Васильевич всё, по нескольку экземпляров с каждой выставки, оставлял у себя в мастерской и в отделе. Когда мы всё это увидели, мы подумали: "Ну, это уже, можно сказать, музей!"

В.К. Собираемся сделать теперь общую вводную часть, постоянную: история дома, его восстановления, история выставочной деятельности отдела. И о Савве Ямщикове отдельный текст. Мемориальная доска будет обязательно. Николай Предеин создал в своё время скульптурный портрет Саввы — теперь попросим его сделать барельеф... Пустота образовалась. По делу-то — ничего, отдел работает. Просто Савва Васильевич был такой человек: он рядом — и спокойно на душе.

Беседу провели Людмила и Ольга Сапожниковы

Борис Лизнёв -- Первый план

В армии с нами служил младший сержант Володя Флегентов. Все мы ему завидовали — ведь у него была невеста Юля, о которой с самого начала службы он рассказывал только в восторженных тонах. Было видно, что человек этим живёт. Его глаза светились, когда он рассказывал про свою Юлю. Володя иногда получал от неё по пять-семь писем в день. Письма скапливались где-то на пересыльных пунктах и приходили такими вот массивными пачками.

Володя всегда их читал, иногда вслух, показывал отпечатки губ своей возлюбленной. Мы считали, что ему гораздо легче служить, чем нам. Такой счастливый, думали мы. И только опытный сержант Зинченко говорил: "Всё это ерунда, все Юльки стервы, я их знаю, вот увидите, что будет".

Со временем почему-то приходило всё меньше и меньше писем. А потом переписка и вовсе прекратилась. Володя замкнулся, стал скучным, рассеянным, получал взыскания по службе, недовольства солдат, сослуживцев. Выяснилось, что произошла тяжёлая драма, связанная с его невестой. Юля встретила другого человека.

Как-то в каптёрке мы спасли Флегентова, вытащили из петли. Он ещё больше замкнулся в себе, тяжело переживал. Я старался его как можно больше поддерживать. Перед самым дембелем мы ездили с шефским концертом в сельскую Владимирскую глубинку. Взяли его с собой в сельский клуб. Я дал ему отрывок из "Василия Тёркина", чтобы он прочитал его вслух со сцены.

Там была какая-то необычайная атмосфера. Я вместе с директором клуба вёл вечер. В клубе сидели старики, старухи, молодёжь. Все они живо реагировали на наши выступления, на рассказы о службе. Задавали вопросы. В конце концов, я внезапно сказал: "Володя, теперь твоя очередь! Давай на сцену, будешь читать отрывок про Василия Тёркина!".

Он вышел на сцену какой-то помятый и совсем непричёсанный. В зале ещё не отсмеялись над звучавшими шуточными песенками, поэтому его появление вызвало ещё больший смех. Вдруг Флегентов стал говорить совсем не то, о чём мы договаривались. "История, которую я вам расскажу, — начал он, — произошла в реальности с моим другом из соседней роты. Другу тяжело, и я не знаю, как ему помочь. Может быть, вы что-то подскажете? Здесь столько прекрасных, добрых лиц!" Кто-то из стариков подыграл ему из зала: "Валяй!"

Я сразу понял, что Флегентов начал рассказывать свою историю. "Они любили друг друга с самого детства. Не знаю, как это назвать, но без неё для моего друга жизни просто не существовало. Ни спорт, ни книги не интересовали его. Самые мучительные дни — это когда она уезжала с родителями на отдых. Недели разлуки ужасны. Только письма, письма, письма. Она была очень странная, может быть, даже и некрасивая, но он понимал: единственная. Все события в мире имели для него значение, только если они имели отношение к ней. Все её подруги, знакомые, близкие казались какими-то особенными людьми. Когда он шёл с ней по улице, ему хотелось, чтобы на них напали бандиты и он бы спас её. Умереть за неё он посчитал бы за счастье. Служить ему было легко, просился сам на трудные участки — ведь дни были освещены ею. Бесчисленные письма он всегда носил с собой. Помнил каждую строчку, каждое слово. И вот, очередное послание, где она сообщает, что выходит замуж за другого человека. Он в карауле, оружие при нём. Непонятно, как тогда не застрелился. Видимо, ещё не всё осознал. Потом друзья вытащили его из петли, не хватило каких-то секунд. И тут он понял, что не только этим всё определяется. Жизнь — это не бегство от страданий. Жить нужно, потому что… ну, нужно. Так было задумано. В одну минуту он вдруг стал совсем другим человеком, совсем другим. В этот момент она приезжает в часть. Прежняя, с влюблёнными глазами. И он..." Я помню, тут Флегентов остановился, словно впервые увидел лица переживавших вместе с ним зрителей. Он прошептал: "И как же мне теперь быть, я просто не знаю".

Тут произошла сцена, которая невозможна сейчас, когда главными принципами стали индивидуализм и эгоизм. Все начали советовать Флегентову. Какой-то старик сказал: "Сынок, да брось ты её. Зачем она тебе нужна, такая паскуда?" Женщина поправила его: "А вы не вмешивайтесь в чужую жизнь. Тут ещё надо разобраться". Какая-то девушка закричала: "Откуда вы знаете, что на душе у неё? Может быть, она осознала, что поступила не так, как надо, и теперь станет достойной женой".

Один совет нёсся за другим. Флегентов чуть ли не с заплаканными глазами стоял на сцене. Всё это происходило целый час. Люди участвовали в этом едином соборном действии, словно какая-то единая семья. Володя вышел со своей исповедью и получил, видимо, то, что хотел. Заряд энергии, заряд сочувствия. То, что невозможно представить сейчас. Этого нет. Вот, что мы потеряли за эти годы. Мы потеряли страну как семью, как некое единство, где всем до всего есть дело.

Через две недели уже был дембель, и больше я Флегентова никогда не видел. Но эта сцена отпечаталась в моей памяти очень сильно. Она — как некий памятник былого единения человеческого духа.

Советуем вам: дизайн интерьера доступные цены компания «Первый камень».

Анастасия Белокурова -- Ей покорялось небо

29 сентября на 88-м году жизни скончалась режиссёр Татьяна Лиознова. Её сравнивали с Альфредом Хичкоком и Лени Рифеншталь. Но именно она останется в памяти как один из немногих, истинно народных кинематографистов советской эпохи.

Женщина, которая сделала образ нацистов привлекательным в глазах их главных противников, родилась в Москве 20 июля 1924 года в семье Моисея Александровича и Иды Израилевны Лиозновых. В отличие от Лени Рифеншталь, она никогда не играла в кино сама. Несостоявшийся авиатор (первый семестр МАИ), юная Татьяна Лиознова нашла себя во ВГИКе, в знаменитой мастерской Сергея Герасимова и Тамары Макаровой. Будучи ещё студенткой, поставила танец Любки Шевцовой в герасимовской "Молодой Гвардии". Затем сняла несколько разных, но успешных фильмов. Таких, например, как картина "Им покоряется небо", в основе которой лежит реальная история создания самолёта МиГ-9; в 1963 году фильм получает главный приз "Золотое крыло" на Международном кинофестивале в Давиле (Франция). Или семейная мелодрама "Евдокия", воспевающая традиционные ценности советского домостроя.

Но воистину всенародный успех ждал её впереди. Созданный в 1967 году фильм "Три тополя на Плющихе" стал не просто общесоюзным хитом. Он гарантировал жизненный аванс необходимой нежности каждой женщине, с пониманием взирающей на экран. Классика советского кино, эта лента и по сей день остаётся одной из главных иллюстраций невысказанной любви, проходящей мимо. В чём-то созвучной "Любовному настроению" Вонга Кар-Вая. На Международном кинофестивале в Аргентине в 1968 году "Три тополя на Плющихе" получили главный приз — "за реальное отображение событий человеческой жизни, за супружескую верность".

Дальше — больше. Вышедшая затем в 1973 году телевизионная эпопея «Семнадцать мгновений весны» совершила переворот в сознании миллионов. В истории советского кино было два подобных сериала (второй — «Место встречи изменить нельзя»), популярность которых зашкаливала все разумные пределы. Один породил множество анекдотов, другой — стал стартом вдохновения для субкультуры митьков.

Важность не в том, что Лиознова первая создала длинный телесериал, в котором действие перетекает из одной серии в другую. И даже не в том, что смогла превратить крайне заунывную прозу Юлиана Семенова в напряжённый саспенс. Главное достижение её режиссёрской работы заключалось в том, что художественный принцип «боевых киносборников», где обычно в качестве врага фигурировал глупый белокурый Ганс с обязательной губной гармошкой, был повержен намертво. Любование эстетикой Третьего рейха, а проще говоря — красивыми мужчинами в стильной форме, несколько раньше продемонстрировал нам "Щит и меч" Владимира Басова. В силу специфики крайне запутанного действия в романе Вадима Кожевникова, по которому был снят "Щит и меч", этот четырёхсерийный фильм всесоюзной любви не завоевал. Однако плацдарм для восприятия был заложен.

"Семнадцать мгновений весны" невольно популяризировали нацистскую эстетику в СССР в государственном масштабе. Дело даже не в том, что на протяжении 14-ти часов экранного времени нам подробно показывался "нацизм с человеческим лицом". Каким-то чудом была уловлена и отражена мистическая суть Третьего рейха. Смотря эту картину, любой зритель в итоге понимал, что победа над таким — умным и интеллигентным — врагом была куда более значимым актом героизма.

Не менее важную роль здесь сыграл неожиданный и абсолютно гениальный кастинг. Сложно поверить, к примеру, в то, что Леонид Броневой до "Семнадцати мгновений" был известен исключительно как театральный артист. Сильные актёрские работы сглаживали все исторические неточности и промахи. Эффект был настолько велик, что советские школьники, падкие на ролевые игры, после очередного показа "Мгновений" дружно, всем классом играли в нацистских вождей. Да и всплеск русского неофашизма начала 80-х был только на первый взгляд спровоцирован картиной Карло Лидзани "Площадь Сан-Бабила, 20 часов" (1976). "Семнадцать мгновений весны" к тому времени уже посмотрели все.

"Мгновения" получили Государственную премию СССР. После чего в творчестве Лиозновой наступает шестилетний перерыв. Её следующей работой становится экранизация злободневной пьесы Александра Гельмана. Социальный фильм "Мы, нижеподписавшиеся" не обладает большой художественной ценностью, хотя и демонстрирует ряд прекрасных актёрских работ. В этом же году Лиознова снимает куда более удачный "Карнавал" — феерическую музыкальную комедию с Ириной Муравьевой. Этакий отрезвляющий душ для молодых провинциалов, покоряющих столицу.

Последней работой Лиозновой в кино стал телевизионный фильм "Конец света с последующим симпозиумом" (1987), снятый по пьесе американского драматурга Артура Копита. В силу разных причин, картина была показана только один раз.

К концу жизни Татьяна Лиознова много и долго болела. Ей даже пришлось продать квартиру, чтобы оплатить лечение в клинике. Таков удел многих больших художников из оставшегося в прошлом Советского Союза. И как следствие — не самый удачный финальный виток в карьере режиссёра, удостоенного звания народной артистки СССР. И заслуживающей вечного уважения за приверженность тому мифотворчеству, которое — вместе с ушедшей эпохой — мы навсегда потеряли.

Степан Фёдоров -- Апостроф

Михаил Делягин. Путь России: Новая опричнина, или Почему не надо «валить из Рашки». — М.: Эксмо, 2011, 416 с.

Усилиями могущественных масс-медиа электронные средства массовой информации, в первую очередь — телевидение, радио, а теперь и "всемирная паутина", интернет, стали главными коллективными агитаторами-организаторами XXI века. Среднестатистический потребитель политинформации сегодня предпочитает потреблять без излишних усилий.

Новая книга Михаила Делягина без сомнения, может быть отнесена к незаслуженно позабытой сегодня в России категории пропагандистской литературы. Нет, разномастная агит-макулатура, конечно, благополучно продолжает выпускаться партиями и движениями, распространяясь преимущественно бесплатно на митингах, или же за деньги — в среде самых преданных сторонников. Но вот чтобы хорошая книга — и формировала бы позитивный патриотический взгляд на окружающее, этого сегодня как раз не хватает. Автор рассчитывает, что читатель не только воспримет изложенные им идеи, но и будет транслировать их дальше, — пойдёт "в народ", об этом свидетельствует один из заключительных разделов книги "Памятка выступающему публично". Уже один этот факт вызывает повышенное внимание к данному изданию. Как я уже подчеркнул, подобный подход по нынешним временам — большая редкость.

Михаил Делягин относится к категории вчерашних демократов. Как и, например, его тёзка Михаил Полторанин, выпустивший сенсационную книгу "Власть в тротиловом эквиваленте". Делягин в начале 90-х тоже работал в команде Ельцина, придерживаясь модных либеральных воззрений. И он вспоминает об этом сегодня без всякого "покаянного пафоса", оставляя читателям, как сторонникам, так и оппонентам, — право самим судить и выносить вердикт. Работа в правительственных структурах позволила Делягину получить практический опыт государственной деятельности — как раз то, чего у большинства профессиональных оппозиционеров нет и в помине. И теперь он активно использует этот опыт в своей борьбе за торжество здравого смысла.

"Сегодня люди делятся на тех, кто хочет, чтобы их дети жили в России, и на тех, кто — не хочет, — пишет Михаил Делягин. — Первые созидают Россию, вторые уничтожают".

По мысли автора, эта книга — "продолжение нормального повседневного человеческого разговора о наиболее острых моментах российской жизни". "Позицию "молчаливого большинства" пора выразить словами: ведь для того, чтобы овладеть историей, превратиться из "населения" в народ, надо прежде всего осознать свою правоту и кристально чётко сформулировать её. Только так из России отчаявшейся родится Россия благословенная". Задача трудная, титаническая. Но от её выполнения зависит дальнейшее существование нас — как нации и страны. В противном случае наше место займут другие люди, у которых с осознанием собственной правоты проблем нет. Как пела на стыке веков рок-группа "Террор", "Победи — и будешь прав!"

Чтобы сформулировать полноценное мировоззрение, Делягин начинает с истории. Даже сегодня самый, пожалуй, спорный исторический период — это советское время. Октябрьская революция, Великая Отечественная война, августовский путч 1991 года и октябрь 1993-го, кровавый финал советской власти, — все эти вехи Делягин анализирует, очищает от наносного мусора либеральной пропаганды, рассматривает, что называется, "с патриотической колокольни". Особое внимание уделено культу Великой Победы, на который покушаются все без исключения враги России имперской — от либералов-западников до национал-сепаратистов самых разных оттенков. "9 Мая — это день, которые объединяет всех нормальных людей", — такую первичную идентификацию "наших" и "чужих" в новой глобальной игре на выживание предлагает Делягин. Надо сказать, этот тест довольно точный.

Центральная часть книги — социально-экономический анализ положения России в глобальном мире, предметная критика либерального фундаментализма. Отдельно следует отметить позицию Делягина в защиту легализации хранения и ношения боевых пистолетов. Эта чрезвычайно популярная в народе идея находится под шквальным огнём со стороны всевозможных "экспертов" и "безопасников", представляющих как власть, так и вечную оппозицию. В то же время известно, что основным орудием убийства был и остаётся кухонный нож, а в последнее время всё больше тяжелейших увечий и смертей приносит пресловутая "травматика" — оружие безответственных пижонов.

Самые спорные главы — так называемые "исторические реконструкции" и "программные" обязательства по построению общества здравого смысла. Но и эти страницы несут бодрый дискуссионный заряд, что также соответствует поставленным пропагандистским задачам.

В финале Делягин предлагает конкурентоспособную русскую идею для переживающего кризис человечества: мир без долгов. А что? Дерзко и привлекательно! Как раз для Пятой Империи.

Сергей Угольников -- Тоска «Совриска»

Хорошее образование влияет на восприятие потребителя даже самых непритязательных жанров культурной продукции. Девушки тургеневского типа могут расслышать и придумать свой текст к песне Верки Сердючки: "Я иду такая вся, в Дольче Габано, Я иду такая вся … на Тициана".

Остаётся выяснить, в чём идти на выставки "актуального искусства", биеннале и вручение разнообразных премий, которые традиционно обрушились на Москву в конце сентября. Некоторые энтузиасты считают, что такие мероприятия стоит посещать только в одежде от Джона Гальяно. На наш взгляд, разумнее всё-таки одеваться по сезону, ибо новейшие тренды отечественного "современного искусства" также унылы, как нынешняя хмурая осень без бабьего лета.

Премия Кандинского который год удивляет только устойчивостью снижения зрительского интереса как к отобранным на конкурс работам, так и к процессу отбора. В прошлом году, наблюдая пересохший ручей публики у главного входа в ЦДХ, казалось, что падать глубже уже некуда. Но нет, нынешнее безрыбье посрамило скепсис маловеров. И это вряд ли недоработка организаторов. Просто пришла закономерная усталость от мельтешения современного искусства: зрителей интересует одно, художников — другое, а кураторы ушли на свою орбиту, которая отдаёт шизофренией.

Иначе как объяснить, что после громогласных заявлений Ерофеева об отказе художников от рефлексии на тему советского прошлого, первым экспонатом, открывающим экспозицию на третьем этаже ЦДХ, оказывается именно такая рефлексия? Конечно, это может быть актом личной неприязни нынешнего куратора — к прошлому, но пуля под стеклом (другой экспонат выставки), скорее, намекает на то, что стоит сделать с загнанной лошадью "совриска".

С интересными художниками, которые якобы толпами ходят по необъятной провинции, — дело обстоит ещё хуже. Вряд ли их радует тот факт, что курировать очередную московскую биеннале приехал "настоящий Кулик", Петер Вайбель, бродивший в ошейнике по улицам Вены задолго до нашего "человека-собаки". И без того вторичные потуги местных актуальщиков "сделать нечто этакое, как на Западе", обломились. Одессит с австрийским паспортом куда авангарднее передовых деятелей contemporary art с российской пропиской.

Уныние, исходящее от работ номинантов порой скрашивает только то, что их авторы, наконец-то, стали понимать свою зависимую функцию. Так, "Ракета" Надежды Анфаловой похожа на увезённую с советской детской площадки горку, помещённую в лунный пейзаж, и вполне может быть воспоминанием о несбывшихся, навсегда упущенных возможностях под лозунгами "перестройки, ускорения и модернизации".

В отдельном зале устроители установили гигантскую пластилиновую скульптуру Ирины Кориной ("Показательный процесс"). "Чтобы не подавляла другие работы". Каким образом сие разноцветное добро в сетчатой коробке может что-то подавить — понять не просто. Равно как и понять причины, по которым этот проект вообще стоило кантовать. Отдали бы в детдом — всё больше пользы. А если имеется нужда в процессе без результата, то поместили бы скульптуру рядом с гигантской работой Алексея Костромы "UNO", представляющий собой огромный шар из пластиковых пакетов, одиноко подвешенный над полом. Пускай соревнуются друг с другом кто кого "подавит".

Хотя правильнее отдать их сразу группе Recycle. Не за вклад в развитие актуального искусства, а за вполне узнаваемый стиль, который можно нагрузить множеством спекулятивных смыслов, даже самый примитивный из которых можно продать. Участие Recycle, помимо прочего, реабилитирует отборочный процесс Премии Кандинского, который обрастает достоверно выглядящими анекдотами. Из наиболее ярких — коллизия с мэтром соц-арта Александром Косолаповым, чей проект компетентное жюри отвергло, посчитав, что представленная работа являет собой откровенный плагиат в отношении … самого Косолапова.

И если уж вспоминать анекдоты, то, пожалуй, единственный забавный (пусть и достаточно вторичный) выставочный проект — это серия "Духовные лидеры" Кати Флоренской. Герои былых времён — Александр Невзоров, Мария Дэви Христос, общество "Наследие Предков" в одном флаконе — это остроумно. А, учитывая способность призраков типа Гаврилы Попова, возвращаться из небытия, незатейливые рассказы в картинках становятся не только смешными, но и действительно актуальными.

Достаточно разумным кажется и перенос "технически сложных" поделок в конец экспозиции. На фоне гаджетов, которые летали, стояли и шевелились на пятом этаже ЦУМа в рамках Московской биеннале современного искусства, доморощенные экспонаты Премии Кандинского выглядели откровенно неубедительно. Похоже, только пространство универсального магазина и может правильно представить "актуальное искусство". Там помогут и костюмчик правильный подобрать, и о новых трендах модного сезона поведать. Далеко от заявленной цели, но никто и не ждал честности от лгунишек-"актуалистов".

Акция специально для вас дизайн интерьера офиса спец предложение от надежной компании «Первый камень».

Фёдор Бирюков -- Музон

Алиса. «20:12» («CD-Maximum») 2011.

"Двадцать-двенадцать" — именно так звучит название нового альбома "Алисы". Это "то ли символ, то ли знак судьбы". Грядущий 2012 год, с лёгкой подачи СМИ ставший в массовом сознании рубежом апокалипсиса, явился и "кодом доступа к игре".

Игра в конец света увлекательна и опасна, она принесёт одним победы и земную славу, другим же – лишь горечь разочарования и мелкие черепки от очередного разбитого корыта страхов и надежд. Играть или нет — пусть каждый решает сам. Но отвечать на вызовы времени издавна было правом благородных сердец.

Новая пластинка "Алисы" лишена даже малейшего налёта столь модной нынче "гламурной эсхатологии". Серьёзные размышления о конечности мира, неотвратимости высшего воздаяния и смысле Русской миссии были представлены на суд слушателей ещё восемь лет назад ("Сейчас позднее, чем ты думаешь"), теперь же "доктор" Кинчев приготовил для нас совсем иной материал. Другой во всех отношениях. И в каждой песне есть слово "игра". Что ж, давайте сыграем. Поехали!

Раз. "Арифметика". Отсчёт на старте. Слушая альбом впервые, я был застигнут врасплох. Привыкнув за последние годы к достаточно жёсткому и плотному гитарному звучанию "Алисы", тут я наткнулся на ритмичные и лёгкие клавиши с аккуратными "индустриальными" вкраплениями. И Кинчев, вкрадчиво считающий… что: очки, годы, всадников на горизонте?

Два. "Шейк". Я бы назвал такую музыку диско-трэшем. Опять карточные страсти, смертельный азарт и традиционные для "Алисы" танцы (альбом 2001 года так и назывался — «Танцевать»). Неистовые пляски-радения "по радуге луж, по лезвию гроз". Женский бэк-вокал берёт за душу: "А ты играй, играй смелей / Лови любовь дыханьем слёз…"

Три. "Руны". Один из лучших опытов выражения в музыке древнейшего символа вечного возращения – крутящегося гамматического креста, солнцеворота. "Чтобы мир смог всё потерять / И начать с нуля".

Четыре. "20:12", заглавная песня. Также отборный диско-трэш и, собственно, "код доступа к игре". Глобальный переполох, власть суетливых лгунов, души, скованные кандалами слухов, крах привычных систем и схем… Таковы условия игры, пройти которую можно только танцуя, о чём любил повторять ещё Ницше.

Пять. "Война". Хороший блюз, который в дуэте с Константином Кинчевым лихо исполнила молодая певица Людмила "Тёща" Махова из группы "Дайте 2". Она же, кстати, подпевала в "Шейке". Строки "Войны" напомнили мне Ветхий Завет: воинственно и народно.

Шесть. "Прыть". Пожалуй, самый тяжёлый по звучанию трек. Песня в старых алисовских традициях похожа на "Власть" из альбома "Пульс хранителя дверей лабиринта". Социальная сатира на суету мира. Как ни крутись в ажиотаже тщеславия, а "грязь не сходит с рук" и "выхода нет".

Семь. "Капля солнца". Логическое продолжение «Прыти»: и по форме, и по содержанию. Жёсткий ритм, плеть слов: "Жги, жги — Государь / Лютуй, авось услышат".

Восемь. "Качели". Мелодичные клавиши, передышка в игре… Вечер утомившейся души. Бесстрастное осознание простого закона: "Качели вверх, качели вниз — обман". Так уходящий вдаль путник оборачивается напоследок, бросая прощальный взгляд на мир, где правят "похоть, зависть и власть".

Девять. "Пульс". А вот эту песню мало просто слушать, её надо прожить! Тогда почувствуешь в собственном сердце пульс земли и неба, тверди и воды, ночи и дня — пульс самого бытия… "Это ветер, только ветер!"

Десять. "Вода и вино". Даже посреди ликующего торжища есть место чуду. И найдутся те, для кого вода опять превратится в вино.

Одиннадцать. "Мир". Финал игры, подсчёт очков, разбор полётов. Результаты разные, но ведь каждому своё. «Всем важно, что о них скажут, / Мне важно, как отпоют».

Вот такая несложная, в сущности, арифметика. Одиннадцать песен-плясок в ритме "двадцать-двенадцать", одиннадцать дерзких шагов за пределы суеверной паники, питаемой лукавыми масс-медиа. Одиннадцать простых ответов на шулерский вызов двенадцатого года.

Мир в танце протуберанцев

Сгорит и выстрелит вновь.

Кто верит в путь инноваций,

Тот вряд ли верит в любовь.

Константин Кинчев как-то обмолвился, что в песне можно высказать всё, что хочешь, не прибегая к дополнительным разъяснениям. Песня — абсолютно самодостаточный формат. Но от песен — тянет в пляс. Так и рождается на свет неподражаемый «жги-гуляй-рок», как называет свою музыку сам Кинчев. Энергия языка, язык танца, руны нот — всё сплетается в один весёлый солнцеворот, развеивающий морок ночных чар, прогоняющий прочь уныние и оторопь. Музыка рассвета, солнечный рок-н-ролл. Танцуй!

На обложке диска — девочка Алиса, вышедшая из большого города. Окраины мегаполиса виднеются на горизонте в сероватой дымке. Алиса смотрит вверх и улыбается. Над собой девочка держит красные воздушные шары с цифрами: "2", "0", "1", "2". Посредине — шар с молнией-руной.

Каждый из нас может поучаствовать в игре "20:12", войти в раж. Но вряд ли на выходе будет что-то особенное. Ничего нового, просто Вечность. Именно поэтому эта игра стоит свеч!

Хотите знать? дизайн квартир спец предложение от надежной компании «Первый камень».

-- Трепетная Голгофа

Уже четыре года на Псковщине, близ Изборска, стоит Священный холм, сложенный из огромных валунов, с громадным, из смолистой лиственницы, Распятием, которое, кажется, плывёт над псковскими пространствами, озерами, лесами и храмами. В этот холм радениями псковичей ссыпаны земли со священных псковских мест, где свершались великие сражения, где падали на землю убиенные герои, где творились чудеса, где рождались святые и мученики Древней и нынешней Руси.

Четыре года назад правящий архиерей Псковской епархии владыка Евсевий при огромном стечении народа освятил этот холм, и с тех пор ссыпанные в него земли, казалось, ожили, сочетаясь в таинственную живую материю, которая несет на окрестный мир благодать, силу, волю русского сопротивления, обещая неизбежную русскую Победу. Холм живет. Он говорит, он вещает. Вокруг него совершаются чудеса, к нему съезжаются из окрестных мест молодожены, справляют здесь свои свадьбы. Сюда, к этому холму приходят паломники, являясь из далеких мест, принося сюда землю сердца своего. Здесь, на холме, лежит солдатская ржавая каска, куда прихожане кидают монетки на память и на счастье.

Когда освящался холм, и к нему сошлись толпы, и возносился кадильный дым, и звучали песнопения, вдруг из осенних небес в самую гущу народа спустился аист — вещая птица, и стал расхаживать среди людей безбоязненно и бесстрашно, как вестник небес.

Однажды, глухим осенним вечером, когда землю уже накрывала мгла и Распятие едва виднелось в тумане, пришедшие к Кресту паломницы увидели, как над Крестом разъялись тучи, и в небе загорелось шесть малиновых ярких крестов. И об этом чуде говорили в местных церквах и на местных погостах.

Теперь, 27 сентября, в праздник Крестовоздвиженья, вновь состоялся народный праздник приношения земель. Люди прислали эти земли со всех концов Руси, из самых отдаленных мест земного шара... Здесь были земли из Магадана, с безымянных кладбищ, где покоятся мученики ГУЛАГа, здесь были земли с берегов Петропавловска-Камчатского, где существуют могилы павших русских воинов ещё времён Крымской войны, когда английская эскадра напала на землю Камчатки. Сюда принесли земли из Дивеева — с канавки Богородицы и из Оптиной пустыни — с могил оптинских мучеников. Сюда принесли землю, привезенную с Кубы, где воздвигнут православный храм.

Всё это были удивительно разные земли. Были красные — глинистые, были золотисто-песчаные, были коричневые суглинки, были известково-белые, розовые, зеленоватые. Разноцветные земли вбрасывались в холм, и казалось, что они сливались с предшествующими землями, и творилось загадочное таинство смешения земель. Смешение земель, смешение времен, смешение пространств… В какой-то момент возникло чувство единой русской истории и единой русской судьбы.

Митрополит Евсевий в сопровождении клира пришел к Холму и служил здесь праздничную службу, посвященную Крестовоздвиженью. Кругом Холма ходили тяжелые грузные тучи, лили дожди. Казалось, дождевые тучи касались самой вершины Распятия. И в момент ссыпания земель, когда уже неслись песнопения, когда Владыка возвещал своим голосом вечную память павшим за Родину героям, вдруг сотворилось чудо: раскрылись тяжёлые хмари, распахнулось небо и над самым холмом, над Крестом, засияла яркая лазурь — та, что на крыльях и плащах рублевских ангелов. И в эту расходящуюся небесную щель брызнуло вдруг солнце, озарило и холм, и осеннее пространство, и ряды молящихся. А вслед за этим, Бог весть откуда, из туманной дали, возник клин журавлей и прошел низко над самым Крестом, стеная и курлыкая. И был слышен шелест и шум их крыльев, и это была тоже небесная благая весть.

Холм принял земли, холм услышал молящихся, холм провожал своими незримыми очами улетающих вдаль журавлей, Холм жив, дышит и молится о нас, грешных. Холм посылает во все стороны русской земли незримый свет. Свет отраженной божественной красоты и силы.

Во время праздника на холме мне позвонил поэт Иван Кононов. Он прочитал несколько своих стихотворений. Эти стихи оказались таинственным образом вписаны в вибрации окружающего меня пространства. Они органично вплелись в симфонию священного холма, в миг, когда всё в нём дышало и трепетало.

Александр Проханов

ОН

И всё-таки он жив, хоть предан и распят,

И пригвожден к стране, к истории, распаду,

Влачащими его веков тринадцать кряду,

Запятнанными им от головы до пят.

Он брошен, выжат, смят и куплен задарма,

И высечен собой плетьми, а не в граните,

Используйте его, презрейте, изгоните,

Ведь он — навоз, дерьмо, подножные корма,

Пристанище греха, чудовище, урод,

Обмен своих веществ сводящий к вечным мукам,

Не годный ни к любви, ни к вере, ни к наукам,

Живущий вопреки, назло, наоборот.

И все-таки он жив, хоть бей его, хоть режь,

До дна хлебнув вина, вины, упреков, горя,

Он, вдруг, зашевелит губами, небу вторя,

И просверлит, пробьёт в небесном склепе брешь.

И сам себе слуга и царь, и божество,

Отец и мать, и сын, и баловень Господень,

Он станет лишь ему подобен и угоден,

Тому, кто создавал неверного его.

Кто он? Каприз? Словесный оборот?

Плод космоса? Услада материнства?

Он — знак и суть триады, триединства:

Отец, сын, дух —

Бог, человек, народ!

ОНИ

Те самые князья, которые монгол,

Держа их за татар, любили и кляли,

Ходившие на смерть, сажавшие на кол,

Погрязшие в крови, увязшие в пыли.

Те, коих племена, дружины, имена,

У треснувших икон поставлены на кон,

Чьей судорогой Русь была изменена,

На чьих хоругвях — лик. Велик и страшен он.

Те самые цари, чей трон имперский врос

Корнями в материк, не ведая границ,

Привившие стране табак и купорос,

Пред всякой немчурой валившиеся ниц.

Те, пасшие народ, взрастившие дворян,

Плодившие хандру, бунты и недород,

Самодержавный дух, чей был и свят, и рьян,

Пустившие козлов в священный огород.

Те самые вожди смутьянов и невежд,

Презревшие отцов, захапавшие власть,

Сумевшие пролезть надежд людских промежд,

Завравшиеся в прах, зарвавшиеся всласть.

Те самые они, которые везде,

Под чьим покровом — вор, и кум, и сват, и хам,

Их вездесущий след остался в борозде,

Их, осквернивших крест, опустошивших храм.

И тот неурожай, гнилой остаток тот,

Жрут с жадностью свиней, не слыша божий глас,

Наследники рабов, наместники пустот,

Они, они, они. Без нас, без нас, без нас.

Но если, впопыхах забыв и срам, и стыд,

Заветы праотцов, свой путь и боль утрат,

Ты, в алчности своей, богат, и пьян и сыт,

Захочешь сесть на трон, ты ими станешь, брат!

МЫ

Я сгорблен и сер от пыли

Небрит, немыт, волосат,

Вы вспомните, кем мы были

Две тысячи лет назад!

Мир булькал, и кровь кипела

Среди осад и атак,

Душа покидала тело

Легко и праведно так!

Прошли и сказки, и были,

И ясли, и детский сад.

Вы вспомните, кем мы были

Эпоху тому назад!

Онучи и кринолины

Напялил век-истукан,

Под карликом — исполины

Исполнили свой канкан.

О, Родина, это ты ли?

Откуда такой надсад?

Вы вспомните, кем мы были

Полвека тому назад!

Шагали и пели хором,

Не слушая вражий ор,

В порыве и дружном, и спором

Взвивался и мой вихор.

Истлели тех лет мундиры,

И сыгран отбой на трубе,

Теперь — что ни день, то дыры

Во времени и судьбе,

И можно понять едва ли,

Где рай переходит в ад.

Вы вспомните, кем вы стали

Неделю тому назад?

Иван Кононов

Владимир Бондаренко -- Задело!

Журналиста Александра Минкина очень огорчили постоянные победы Сергея Кургиняна в телепоединках с Николаем Сванидзе. Да еще с перевесом во многие десятки тысяч голосов. И Минкин в "МК" сделал великое открытие: "мух" в России всё ещё гораздо больше, чем "пчёл": элитарных, избранных, благородных… Минкин написал: "Да, пчёлы несравнимо умнее. При этом — вот досада! — мух почему-то больше… Будь у мух и пчёл равные права — на всех выборах и рейтингах дело решали бы мухи…" То есть, как откровенно признался Минкин, пока всё не так, и у "пчёл" нынче прав побольше, чем у "мух".

Потом идёт четкое разделение: все защитники русской истории — это "мухи", а сторонники Сванидзе — "пчёлы". "Приходишь на помойку — мухи. Идёшь по вишневому саду, по липовой аллее — пчёлы. Пчелы своих детей выкармливают мёдом, а мухи своих суют в дерьмо и в тухлятину…" Далее Минкин специально подчеркивает: "А может, это некий урок умным людям? Чтобы не отчаивались, сознавая своё меньшинство?"

До этого пассажа Минкин еще успел обвинить Кургиняна в "напёрсточничестве". Мол, с напёрсточником играть нельзя, его обыграть невозможно. Кстати, и Алла Латынина как-то упрекала меня, что с Бондаренко полемизировать невозможно…

Но суть в том, что в поединке Сванидзе—Кургинян, даже если бы Кургинян вообще не сказал ни слова, или мычал бы что-то сквозь зубы, он всё равно бы выиграл. Обратите внимание на все эти поединки и у Сванидзе, и у Соловьева, и в других политических дискуссиях: когда кто-то обозначает прорусскую державную позицию, он еще и рта раскрыть не успеет, а счётчик уже начинает стучать. Вспомним недавний поединок Проханова с Хакамадой. Проханов ещё ни слова не сказал в ответ, а у него уже тысячи баллов "за". Так же и с Кургиняном, и с Распутиным, и с Бабуриным, и с кем угодно. Даже Жириновский, когда он, согласно указаниям Кремля, занимает всё более русскую позицию, выигрывает в дебатах.

Поэтому, честно говоря, я не сильно переживаю за Сергея Кургиняна: он и без меня отобьётся от своих оппонентов и противников. Но сравнивать огромное количество своих сограждан-сторонников Кургиняна с "мухами", приверженными дерьму и тухлятине, — до такого надо додуматься, никакой демократией тут не пахнет... Или Минкин признаёт тезис о том, что демократия и дерьмократия — это одно и то же?

Вы знаете, кого Минкин называет "мухами"?

Не народ ли русский?

Помню, когда-то, в начале "перестройки", мы жестко спорили и с Минкиным, и с его "МК". Потом, ближе к 1993 году, споры перешли уже в побоища и расстрелы, когда "молодая российская демократия с оружием в руках защищала себя от разъярённых орд красно-коричневых". Потом была криминальная приватизация и дефолт, и к концу 90-х наступило время, когда, казалось, эти крутые демократы и либералы пришли в себя, очухались, стали занимать достаточно взвешенные позиции. Последние годы с теми же статьями Минкина я во многом был даже согласен, особенно, когда речь шла о противостоянии жирующей политической и бизнес-элите. Думалось, мы еще будем вместе защищать интересы народа.

Наивные!

Никто из этих "пчёлок" ничего не забыл и ничему не научился. Просто своей передачей — вернее, своими неслыханными поражениями в телеэфире — Сванидзе заставил Минкина и всех его собратьев по сбору "мёда" открыто высказать то, о чём они обычно предпочитают молчать. Они — другие, не такие, как все, избранные, особенные...

В любом обществе, в любые времена эти умные "пчёлы" будут делать своё дело, будут сбиваться в свой рой, будут собирать свой мёд. Они будут общаться и с мухами (помните, мухе-цокотухе бабушка пчела меду принесла), и с тараканами, и с бабочками, и с жуками, но они всегда будут сами по себе. Своё избранничество они никогда не забудут. Так было со времен древних фараонов.

Эту явно фашистскую теорию я не приемлю. И со всеми такими защитниками элитарных меньшинств я (при всём своём демократизме и широте) всегда буду воевать. На любых фронтах.

Не думаю, что Минкин такой уж дурачок, что не понимает, какое большинство он сравнил с говном и с навозными мухами. Допекло наших "пчёлок", разворошили чем-то их улей, что ли? Пошли в атаку с жалами наперевес...

В литературном обществе среди либералов нынче снова стало очень модным ненавидеть Россию. Но при этом претендовать или на "Большую книгу", или еще на какую-нибудь солидную премию. Без русофобии ныне ни Букера, ни Большую книгу не получишь. Меня даже поражает эта любовь к охаиванию России и русских. То Марина Палей откровенно провозгласит свою нелюбовь к ним, то Дмитрий Быков выскажется резко в адрес России, то Марина Георгадзе, по утверждению автора предисловия "А вот собственно родину, то есть Москву, где Марина родилась и выросла, она как раз ненавидела с тем постоянством и страстью, с какими обычно любят". Интересно, зачем же издавать таких в России? Зачем выращивать ненависть к себе в сердцах даже самых утонченных русских интеллигентов? Зачем вскрамливать антисемитов? Дружок Георгадзе, некто Григорий Марговский, утверждает, что эта поэтесса "русскую фамилию сменила на грузинскую после безобразного убийства десятков мирных жителей Тбилиси сапёрными лопатками…" Ну, миф про "сапёрные лопатки" мы уже много раз слышали, и цену ему знаем. Кто, зачем и когда его придумал. А в своём "Живом журнале" этот писатель-эмигрант из Нью-Йорка Марговский еще более откровенен, чем Минкин: "Когда вашу нацистско-русскую уё.скую страну вые.ут в ж.пу, а потом в рот — тогда и поговорим. На литературные темы. Ок?"

Что, думаете, хоть одна "пчёлка" Марговскому возразила? Прожужжала возмущенно в ответ, что, мол, Гриша, эта "нацистско-русская страна" тебе плохого сделала? От Гитлера спасла твоих предков и сородичей, что ли? Ничего подобного! Можно всё, что не запрещено. Там же полная свобода самовыражения, сплошной мёд, воск и прополис... Только, извините, попахивают эти продукты вовсе не по-пчелиному...

И хватит нам думать, что мы найдём с русофобскими либералами общий язык. Никогда. Мы для них так и останемся "мухами", которых в "пчёл" не переделать, да и незачем стараться. Потому что мухобойку эти "пчёлки" уже почти открыто признают самым лучшим для себя решением "русского вопроса". Как будто не про них нравственный императив Канта: "Не делай другому того, что не желаешь, чтобы сделали тебе". Или, по-нашему, по-русски: "За что боролись, на то и напоролись".

А если по существу, то статья Минкина в "Московском комсомольце" — бесспорный показатель того, что идейное сражение за Россию "пчёлки"-либералы и "трутни"-псевдодемократы полностью проиграли. Эта статья — поминки по либеральной идеологии. И Минкину после этой публикации впору сменить свою фамилию на Поминкина. С чем я его и поздравляю.