/ Language: Русский / Genre:prose_rus_classic,

За Что

Лев Толстой


Толстой Лев Николевич

З что

Л.Н.Толстой

ЗА ЧТО?

I

В 1830 году весною к пну Ячевскому в его родовое имение Рожнку приехл единственный сын его умершего друг молодой Иосиф Мигурский. Ячевский был шестидесятипятилетний широколобый, широкоплечий, широкогрудый стрик с длинными белыми усми н кирпично-крсном лице, птриот времен второго рздел Польши. Он юношей вместе с Мигурским-отцом служил под знменми Костюшки и всеми силми своей птриотической души ненвидел поклипсическую, кк он нзывл ее, блудницу Ектерину II и изменник, мерзкого ее любовник Понятовского, и тк же верил в восстновление Речи Посполитой, кк верил ночью, что к утру опять взойдет солнце. В 12-м году он комндовл полком в войскх Нполеон, которого он обожл. Погибель Нполеон огорчил его, но он не отчивлся в восстновлении хотя и исклеченного, но все-тки црств Польского. Открытие сейм в Вршве Алексндром I оживило его ндежды, но Священный Союз, рекция во всей Европе, смодурство Констнтин отдляло осуществление зветного желния. С 25-го год Ячевский поселился в деревне и безвыездно жил в своей Рожнке, знимя время хозяйством, охотой и чтением гзет и писем, посредством которых он все-тки горячо следил з политическими событиями в своем отечестве. Он был жент вторым брком н бедной крсивой шляхтенке, и брк этот был несчстлив. Он не любил и не увжл этой своей второй жены, тяготился ею, дурно, грубо обрщлся с нею, кк будто вымещя н ней свою ошибку второго брк. Детей от второй жены не было. От первой же жены было две дочери: стршя, Внд, величвя крсвиц, знвшя цену своей крсоты и скучвшя в деревне, и меньшя, Альбин, любимиц отц, живя, костлявя девочк, с вьющимися белокурыми волосми и широко, кк у отц, рсствленными большими блестящими голубыми глзми.

Альбине было пятндцть лет, когд приехл Иосиф Мигурский. Мигурский и прежде, студентом, бывл у Ячевских в Вильно, где они жили по зимм, и ухживл з Вндой, теперь же в первый рз уже вполне взрослым, свободным человеком приехл к ним в деревню. Приезд молодого Мигурского был приятен всем жителям Рожнки. Стрику Иозё Мигурский был приятен тем, что нпоминл ему друг, его отц, в то время, кк они об были молоды, и еще тем, что с жром и смыми розовыми ндеждми рсскзывл о революционном брожении не только в Польше, но и з грницей, откуд он только что приехл. Пни Ячевской Мигурский был приятен тем, что при гостях стрик Ячевский сдерживлся и не брнил ее з все, кк обыкновенно. Внде он был приятен потому, что он был уверен, что Мигурский приехл для нее и нмеревется ей сделть предложение; он готовилсь дть ему соглсие, но нмеревлсь, кк он см с собой говорил: lui tenir la dragee haute [помучить его, чтобы он это оценил (фрнц.)]. Альбин был рд тому, что все были рды. Не одн Внд был уверен в том, что Мигурский приехл с нмерением сделть ей предложение. Это думли все в доме - от стрик Ячевского до няни Лудвики, хотя никто и не говорил этого.

И это был првд. Мигурский приехл с этим нмерением, но, пробыв неделю, он, чем-то смущенный и рсстроенный, уехл, не сделв предложения. Все были удивлены этим неожиднным отъездом, и никто, кроме Альбины, не понимл его причины. Альбин знл, что причиной этого стрнного отъезд был он. Во все время пребывния его в Рожнке он змечл, что Мигурский был особенно возбужден и весел только с нею. Он обрщлся с ней, кк с ребенком, шутил с ней, дрзнил ее, но он женским чутьем чуял, что в этом обрщении его с нею. было не отношение взрослого к ребенку, мужчины к женщине. Он видел это в том любующемся взгляде и лсковой улыбке, с которыми он встречл ее, когд он входил в комнту, и провожл, когд он выходил. Он не отдвл себе ясного 1000 отчет о том, что ткое это было, но это его отношение к ней веселило ее, и он невольно стрлсь делть то, что нрвилось ему. Нрвилось же ему все, что он бы ни делл. И потому он в его присутствии с особенным возбуждением делл все, что делл. Ему нрвилось, кк он нперегонки бегл с прекрсным хортым (борзя собк), прыгвшим н нее и лизвшим ее в рскрсневшееся сияющее лицо; нрвилось, кк он при млейшем поводе зливлсь зрзительно звонким смехом; нрвилось, кк он, продолжя весело смеяться глзми, принимл серьезный вид при скучной проповеди ксендз; нрвилось, кк с необыкновенной верностью и комизмом предствлял то струю няню, то пьяного сосед, то его смого, Мигурского, мгновенно переходя от изобржения одного к изобржению другого. Нрвилсь, глвное, ее восторження жизнердостность, точно кк будто он только что сейчс узнл вполне всю прелесть жизни и спешил воспользовться ею. Ему нрвилсь эт особення ее жизнердостность, жизнердостность эт возбуждлсь и усиливлсь именно тем, что он знл, что эт жизнердостность восхищет его. И потому одн Альбин знл, отчего Мигурский, приехвший, чтобы сделть предложение Внде, уехл, не сделв его. Хотя он никому не решилсь бы скзть этого, не говорил этого ясно и см себе, он в глубине души знл, что он хотел полюбить сестру и полюбил ее, Альбину. Альбин очень удивлялсь этому, считя себя вполне ничтожной в срвнении с умной, обрзовнной, крсвицей Вндой, но не могл не знть, что это тк, и не могл не рдовться этому, потому что см всеми силми своей души полюбил Мигурского, полюбил тк, кк любят только в первый рз и только один рз в жизни.

II

В конце лет гзеты принесли известие о прижской революции. Вслед з этим стли приходить известия о готовящихся беспорядкх в Вршве. Ячевский с стрхом и ндеждой ожидл с кждой почтой известия об убийстве Констнтин и нчле революции. Нконец в ноябре получились в Рожнке снчл весть о нпдении н бельведер, о бегстве Констнтин Пвлович, потом о том, что сейм объявил динстию Ромновых лишенной польского престол, что Хлопицкий объявлен дикттором и польский нрод опять свободен. Восстние не дошло еще до Рожнки, но все обиттели ее следили з ходом его, ожидли его у себя и готовились к нему. Стрик Ячевский переписывлся с стрым знкомым, одним из глврей восстния, принимл тинственных евреев-фкторов, не по хозяйственным, по революционным делм, и готовился присоединиться к восстнию, когд нстнет время. Пни Ячевскя не только кк всегд, но еще более, чем всегд, зботилсь о мтерильных удобствх муж и, кк всегд, этим смым все больше и больше рздржл его. Внд отослл свои брильянты подруге в Вршву, с тем чтобы вырученные деньги отдть в революционный комитет. Альбин интересовлсь только тем, что делет Мигурский. Через отц он знл, что он поступил в отряд Дворницкого, и стрлсь узнть все то, что кслось этого отряд. Мигурский писл дв рз: один рз извещл о том, что он поступил в войско, другой рз, в половине феврля, писл восторженное письмо о победе поляков при Сточеке, где взяли шесть русских орудий и пленных. "Zwyciestwo Polakow i kleska Moskali! Wiwat!" [Д здрвствуют поляки, погибель москлям! Ур! [польск.)] - зкнчивл он письмо. Альбин был в восторге. Он рссмтривл крту, рссчитывл, где и когд должны быть окончтельно побеждены москли, и бледнел, и дрожл, когд отец медленно рспечтывл привезенные с почты пкеты. Один рз мчех, зйдя в ее комнту, зстл ее перед зерклом в пнтлонх и конфедертке. Альбин готовилсь в мужском плтье бежть из дом, чтобы присоединиться к польскому войску. Мчех скзл отцу. Отец призвл дочь к себе и, скрывя свое сочувствие ей, дже восхищение перед ней, сделл ей строгий выговор, требуя, чтобы он выбросил из головы глупые мысли об учстии в войне. "У женщины есть другое дело: любить и утешть тех, которые жертвуют собой з отчизну", - скзл он ей. Теперь он нужн ему, соствляя его рдость и уте 1000 шение, придет время, он тк же нужн будет мужу. Он знл, чем подействовть н нее. Он нмекнул ей н то, что он одинок и несчстен, и поцеловл ее. Он прижлсь к нему лицом, скрывя слезы, которые все-тки нмочили рукв его хлт, и обещл ему ничего не предпринимть без его соглсия.

III

Только люди, испытвшие то, что испытли поляки после рздел Польши и подчинения одной чсти ее влсти ненвистных немцев, другой - влсти еще более ненвистных москлей, могут понять тот восторг, который испытывли поляки в 30-м и 31-м году, когд после прежних несчстных попыток освобождения новя ндежд освобождения кзлсь осуществимою. Но ндежд эт продолжлсь недолго. Силы были слишком несорзмерны, и революция опять был здвлен. Опять бессмысленно повинующиеся десятки тысяч русских людей были пригнны в Польшу и под нчльством то Дибич, то Пскевич и высшего рспорядителя Николя I, сми не зня, зчем они делют это, пропитв землю кровью своей и своих бртьев поляков, здвили их и отдли опять во влсть слбых и ничтожных людей, не желющих ни свободы, ни подвления поляков, только одного: удовлетворения своего корыстолюбия и ребяческого тщеслвия.

Вршв был взят, отдельные отряды рзбиты. Сотни, тысячи людей были рсстреляны, збиты плкми, сослны. В числе сослнных был и молодой Мигурский. Имение его было конфисковно, см он определен солдтом в линейный бтльон в Урльск.

Ячевские жили зиму 1832 год в Вильне для здоровья стрик, после 31-го год стрдвшего болезнью сердц. Здесь пришло к ним письмо от Мигурского из крепости. Он писл, что, кк ни тяжело для него было то, что он перенес и что предстоит ему, он рд тому, что ему пришлось пострдть з отчизну, что он не отчивется в том святом деле, з которое он отдл чсть своей жизни и готов отдть остток ее, и что если бы звтр явилсь новя возможность, он поступил бы тк же. Читя письмо вслух, стрик зрыдл н этом месте и долго не мог продолжть. В остльной чсти письм, которую вслух прочл Внд, Мигурский писл, что, ккие бы ни были его плны и мечты в тот последний его приезд, который остнется вечно смой светлой точкой во всей его жизни, он теперь и не может и не хочет говорить про них.

Внд и Альбин поняли кждя по-своему знчение этих слов, но никому не объяснили того, кк они поняли их. В конце письм Мигурский посылл приветствия всем и, между прочим, с тем же игривым тоном, с которым он обрщлся с Альбиной во время своего приезд, обрщлся к ней и в письме, спршивя ее, тк же ли он быстро бегет, перегоняя хортых, и тк ли хорошо передрзнивет всех. Он желл здоровья стрику, успех в хозяйственных делх мтери, достойного муж Внде и продолжения той же жизнердостности Альбине.

IV

Здоровье стрик Ячевского шло все хуже и хуже, и в 1833 году вся семья переехл з грницу. Внд встретил в Бдене богтого польского эмигрнт и вышл з него змуж. Болезнь стрик быстро ухудшлсь, и в нчле 1833 год он умер з грницей н рукх Альбины. Жену он не допускл ходить з собой и до последней минуты не мог простить ей той ошибки, которую он сделл, женившись н ней. Пни Ячевскя вернулсь с Альбиной в деревню. Глвный интерес жизни Альбины был Мигурский. В ее глзх это был величйший герой и мученик, служению которому он решил посвятить свою жизнь. Еще до отъезд з грницу он нчл переписывться с ним, снчл по поручению отц, потом от себя. После смерти отц он, вернувшись в Россию, продолжл переписывться с ним и, когд ей минуло восемндцть лет, объявил мчехе, что он решил ехть в Урльск к Мигурскому, с тем чтобы выйти тм з него змуж. Мчех стл упректь Мигурского з то, что он эгоистически хочет облегчить свое тяжелое положение тем, чтобы, увлекши богтую девушку, зствить ее рзделить его несчстье. Альбин рссердилсь и объявил мчехе, что только он одн может приписывть ткие подлые мысли человеку, пожертвоввшему всем для свое 1000 го нрод, что Мигурский, нпротив, откзывлся от той помощи, которую он предлгл ему, и что он бесповоротно решил ехть к нему и выйти з него змуж, если он только зхочет дть ей это счстье. Альбин был совершеннолетняя, и деньги у нее были, - те трист тысяч злотых, которые покойник дядя оствил двум племянницм. Тк что ничего не могло здержть ее.

В ноябре 1833 год Альбин простилсь с домшними, кк н смерть, со слезми провожвшими ее в дльний, неведомый крй врврской Московии, сел с строй преднной няней Лудвикой, которую он брл с собой, в отцовский, вновь испрвленный для дльней дороги возок и пустилсь в дльнюю дорогу.

V

Мигурский жил не в кзрмх, н своей отдельной квртире. Николй Пвлович требовл, чтобы рзжловнные поляки не только несли всю тяжесть суровой солдтской жизни, но и терпели все те унижения, которым подверглись в это время рядовые солдты; но большинство тех простых людей, которые должны были исполнять эти его рспоряжения, понимли всю тяжесть положения этих рзжловнных и, несмотря н опсность неисполнения его воли, где могли, не исполняли ее. Полугрмотный, выслужившийся из солдт комндир того бтльон, в который был зчислен Мигурский, понимл положение бывшего богтого, обрзовнного молодого человек, лишившегося всего, жлел его и увжл и делл ему всякого род послбления. И Мигурский не мог не оценить добродушия подполковник с белыми бкенбрдми н одутловтом солдтском лице и, чтобы отплтить ему, соглсился учить его сыновей, готовящихся в корпус, мтемтике и фрнцузскому языку. Жизнь Мигурского в Урльске, тянувшяся уже седьмой месяц, был не только однообрзня, уныля и скучня, но и тяжеля. Знкомств, кроме бтльонного комндир, с которым он стрлся держться кк можно дльше, у него был только один сослнный поляк, млообрзовнный и пронырливый, неприятный человек, знимвшийся здесь торговлей рыбой. Глвня же тяжесть жизни Мигурского состоял в том, что ему трудно было привыкть к нужде. Средств у него после конфискции его имения не было никких, и он перебивлся проджей золотых вещей, которые у него остлись.

Единствення и большя рдость его жизни после его ссылки был переписк с Альбиной, поэтическое, милое предствление о которой со времени посещения его Рожнки остлось у него в душе и стновилось теперь в изгннии все прекрснее и прекрснее. В одном из первых писем своих он, между прочим, спршивл его, что знчт слов его двнишнего письм: "ккие бы ни были мои желния и мечты". Он отвечл ей, что теперь он может признться ей, что мечты его были о том, чтобы нзвть ее своей женой. Он ответил ему, что любит его. Он ответил, что лучше бы он не писл этого, потому что ему ужсно думть о том, что могло бы быть и теперь невозможно. Он ответил, что это не только возможно, но что это непременно будет. Он отвечл ей, что не может принять ее жертвы, что в теперешнем положении его это невозможно. Вскоре после этого своего письм он получил повестку н две тысячи злотых. По штемпелю конверт и почерку он узнл, что это было прислно от Альбины, и вспомнил, что в одном из первых писем он в шуточном тоне описывл ей то удовольствие, которое он испытывет теперь, урокми зрбтывя все, что ему нужно, - денег н чй, тбк и дже книги. Переложив деньги в другой конверт, он отослл их нзд с письмом, в котором он просил ее не портить их святых отношений деньгми. У него всего было довольно, писл он, и он вполне счстлив, зня, что имеет ткого друг, кк он. Н этом остновилсь их переписк.

В ноябре Мигурский сидел у подполковник, двя урок мльчикм, когд послышлся звук приближющегося почтового колокольц и зскрипели по морозному снегу полозья сней и остновились у подъезд. Дети вскочили, чтобы узнть, кто приехл. Мигурский остлся в комнте, глядя н дверь и ожидя возврщения детей, но в дверь вошл см подполковниц.

- А к вм, пн, ккие-то брыни приехли, вс спршивют, - скз 1000 л он. - Должно, с вшей стороны, похоже - полячки.

Если бы Мигурского спросили: считет ли он возможным приезд к нему Альбины, он бы скзл, что это немыслимо; в глубине же души он ждл ее. Кровь прилил ему к сердцу, и он, здыхясь, выбежл в переднюю. В передней рзвязывл плток н голове толстя рябя женщин. Другя женщин входил в дверь квртиры полковник. Услыхв з собой шги, он оглянулсь. Из-под кпор сияли жизнердостные, широко рсствленные, блестящие голубые глз с зиндевевшими ресницми Альбины, Он остолбенел и не знл, кк встретить ее, кк здоровться. "Юзё!" - вскрикнул он, нзвв его тк, кк нзывл его отец и кк см с собой он нзывл его, обхвтил рукми его шею, прильнул к его лицу своим зрдевшимся холодным лицом и зсмеялсь и зплкл.

Узнв, кто ткя Альбин и зчем он приехл, добря полковниц принял ее и поместил до свдьбы у себя.

VI

Добродушный подполковник выхлопотл рзрешение высшего нчльств. Из Оренбург выписли ксендз и обвенчли Мигурских. Жен бтльонного комндир был посженой мтерью, один из учеников нес обрз, Бржозовский, сослнный поляк, был шфером.

Альбин, кк ни стрнно это может кзться, стрстно любил своего муж, но совсем не знл его. Он теперь только знкомилсь с ним. Смо собой рзумеется, что он ншл в живом человеке с плотью и кровью много ткого обыденного и непоэтического, чего не было в том обрзе, который он носил и рстил в своем вообржении; но зто, именно потому, что это был человек с плотью и кровью, он ншл в нем много ткого простого, хорошего, чего не было в том отвлеченном обрзе. Он слышл от знкомых и друзей про его хрбрость н войне и знл про его мужество при потере состояния и свободы и предствлял себе его героем, всегд живущим возвышенной героической жизнью; в действительности же, с своей необыкновенной физической силой и хрбростью, он окзлся кротким, смирным ягненком, смым простым человеком, с добродушными шуткми, с той смой детской улыбкой чувственного рт, окруженного белокурой бородкой и усми, которя прельстил ее еще в Рожнке, и с неугсимой трубкой, которя был ей особенно тяжел во время беременности.

Мигурский тоже только теперь узнл Альбину, и в Альбине в первый рз узнл женщину. По тем женщинм, которых он знл до женитьбы, он не мог знть женщин. И то, что он узнл в Альбине, кк в женщине вообще, удивило его и скорее могло бы рзочровть его в женщине вообще, если бы он не чувствовл к Альбине, кк к Альбине, особенно нежного и блгодрного чувств. К Альбине, кк к женщине вообще, он чувствовл лсковое, несколько ироническое снисхождение, к Альбине же, кк к Альбине, не только нежную любовь, но и восхищение, и сознние неоплтного долг з ее жертву, двшую ему незслуженное счстье.

Мигурские были счстливы тем, что, нпрвив всю силу своей любви друг н друг, они испытывли среди чужих людей чувство двух зблудившихся зимой, змерзющих и отогревющих друг друг. Рдостной жизни Мигурских содействовло и учстие в их жизни рбски, смоотверженно преднной своей пнюсе, добродушно-ворчливой, комической, влюбляющейся во всех мужчин, няни Лудвики. Мигурские были счстливы и детьми. Через год родился мльчик. Через полтор год - девочк. Мльчик был повторением мтери: те же глз и т же резвость и грция. Девочк был здоровый крсивый зверок.

Несчстливы же Мигурские были удлением от родины и, глвное, тяжестью своего непривычно униженного положения. Особенно стрдл з это унижение Альбин. Он, ее Юзё, герой, идел человек, должен был вытягивться перед всяким офицером, делть ружейные приемы, ходить в крул и безропотно повиновться.

Кроме того, известия из Польши получлись смые печльные. Почти все близкие родные, друзья были или сослны, или, лишившись всего, бежли з грницу. Для смих же Мигурских не предвиделось ккого-либо конц этому положению. Все попытки ходтйство 1000 вть о прощении или хотя бы об улучшении положения, о производстве в офицеры, не достигли цели. Николй Пвлович делл смотры, прды, учения, ходил по мскрдм, зигрывл с мскми, сккл без ндобности по России из Чугуев в Новороссийск, Петербург и Москву, пугя нрод и згоняя лошдей, и когд ккой-нибудь смельчк решлся просить смягчения учсти ссыльных декбристов или поляков, стрдвших из-з той смой любви к отечеству, которя им же восхвлялсь, он, выпячивя грудь, остнвливл н чем попло свои оловянные глз и говорил: "Пускй служт. Рно". Кк будто он знл, когд будет не рно, когд будет время. И все приближенные: генерлы, кмергеры и их жены, кормившиеся около него, умилялись перед необычйной прозорливостью и мудростью этого великого человек.

В общем, все-тки в жизни Мигурских было больше счстья, чем несчстья.

Тк прожили они пять лет. Но вдруг обрушилось н них неожиднное, стршное горе. Зболел снчл девочк, через дв дня зболел мльчик: горел три дня и, без помощи врчей (никого нельзя было нйти), н четвертый день умер. Через дв дня после него умерл и девочк.

Альбин не утопилсь в Урле только потому, что не могл без ужс предствить себе положения муж при известии об ее смоубийстве. Но жить ей было трудно. Всегд прежде деятельня и зботливя, он теперь, предоствив все свои зботы Лудвике, сидел чсми без дел, молч глядя н то, что попдлось под глз, то вдруг всккивл и убегл в свою кморку и тм, не отвечя н утешения муж и Лудвики, тихо плкл, только кчя головой, прося их уйти и оствить ее одну. Летом он уходил н могилу детей и тм сидел, рздиря себе сердце воспоминниями о том, что было и что могло бы быть. Особенно мучил ее мысль о том, что дети могли бы остться живы, если бы они жили в городе, где могл бы быть подн медицинскя помощь. "З что? З что? думл он. - И Юзё и я - мы ничего ни от кого не хотим, кроме того, чтоб ему жить тк, кк он родился и жили его деды и прдеды, мне только - чтобы жить с ним, любить его, любить моих крошек, воспитывть их. И вдруг его мучют, ссылют, у меня отнимют то, что мне дороже свет. Зчем? З что?" здвл он этот вопрос людям и богу. И не могл предствить себе возможности ккого-нибудь ответ.

А без этого ответ не было жизни. И жизнь ее остновилсь. Бедня жизнь в изгннии, которую он прежде умел укршть своим женским вкусом и изяществом, стл теперь невыносим не только ей, но и Мигурскому, стрдвшему з нее в не знвшему, чем помочь ей.

VII

В это смое тяжелое для Мигурских время прибыл в Урльск поляк Росоловский, змешнный в грндиозном плне возмущения и побег, устроенного в то время в Сибири сослнным ксендзом Сироцинским.

Росоловский, тк же кк и Мигурский, тк же кк и тысячи людей, нкзнных ссылкою в Сибирь з то, что они хотели быть тем, чем родились, - полякми, был змешн в этом деле, нкзн з это розгми и отдн в солдты в тот же бтльон, где был Мигурский. Росоловский, бывший учитель мтемтики, был длинный, сутуловтый, худой человек с вплыми щекми и нхмуренным лбом.

В первый же вечер своего пребывния Росоловский, сидя з чем у Мигурских, стл, естественно, рсскзывть своим медленным, спокойным бсом про то дело, з которое он тк жестоко пострдл. Дело состояло в том, что Сироцинский оргнизовл по всей Сибири тйное общество, цель которого состоял в том, чтобы с помощью поляков, зчисленных в кзчьи и линейные полки, взбунтовть солдт и кторжных, поднять поселенцев, зхвтить в Омске ртиллерию и всех освободить.

- Д рзве это было возможно? - спросил Мигурский.

- Очень возможно, все было готово, - скзл Росоловский, мрчно хмурясь, и медленно, спокойно рсскзл весь плн освобождения и все принятые меры для успех дел и, в случе неуспех, для спсения зговорщиков. Успех был верный, если бы не изменили дв злодея. Сироцинск 1000 ий, по словм Росоловского, был человек генильный и великой душевной силы. Он и умер героем и мучеником. И Росоловский ровным, спокойным бсом стл рсскзывть подробности кзни, н которой он, по прикзнию нчльств, должен был присутствовть вместе со всеми судившимися по этому делу.

- Дв бтльон солдт стояли в дв ряд, длинной улицей, у кждого солдт в руке был гибкя плк ткой высочйше утвержденной толщины, чтобы три только могли входить в дуло ружья. Первым повели доктор Шкльского. Дв солдт вели его, те, которые были с плкми, били его по оголенной спине, когд он рвнялся с ними. Я видел это только тогд, когд он подходил к тому месту, где я стоял. То я слышл только дробь брбн, но потом, когд стновился слышен свист плок и звук удров по телу, я знл, что он подходит. И я видел, кк его тянули з ружья солдты, и он шел, вздргивя и поворчивя голову то в ту, то в другую сторону. И рз, когд его проводили мимо нс, я слышл, кк русский врч говорил солдтм: "Не бейте больно, пожлейте". Но они всё били; когд его провели мимо меня второй рз, он уже не шел см, его тщили. Стршно было смотреть н его спину. Я зжмурился. Он упл, и его унесли. Потом повели второго. Потом третьего, потом четвертого. Все пдли, всех уносили - одних змертво, других еле живыми, и мы всё должны были стоять и смотреть. Продолжлось это шесть чсов - от рннего утр и до двух чсов пополудни. Последнего повели смого Сироцинского. Я двно не видл его и не узнл бы, тк он пострел. Все в морщинх бритое лицо его было бледно-зеленовтое. Тело обнженное было худое, желтое, ребр торчли нд втянутым животом. Он шел тк же, кк и все, при кждом удре вздргивя и вздергивя голову, но не стонл и громко читл молитву: Miserere mei Deus secundam magnam misericordiam tuam [Помилуй мя, боже, по велицей милости твоей (лт.)].

- Я см слышл, - быстро прохрипел Росоловский и, зкрыв рот, зсопел носом.

Лудвик, сидевшя у окн, рыдл, зкрыв лицо плтком.

- И охот вм рсписывть! Звери - звери и есть! - вскрикнул Мигурский и, бросив трубку, вскочил со стул и быстрыми шгми ушел в темную спльню. Альбин сидел кк окменевшя, уствив глз в темный угол.

VIII

Н другой день Мигурский, придя домой с ученья, был удивлен видом жены, которя, кк в стрину, легкими шгми, с сияющим лицом встретил его и повел в спльню.

- Ну, Юзё, слушй.

- Слушю. Что?

- Я всю ночь думл о том, что рсскзл Росоловский. И я решилсь: я не могу жить тк, не могу жить тут. Не могу! Я умру, но не остнусь здесь.

- Д что же делть?

- Бежть.

- Бежть? Кк?

- Я все обдумл. Слушй.

И он рсскзл ему тот плн, который он придумл сегодня ночью. Плн был ткой: он, Мигурский, уйдет из дом вечером и оствит н берегу Урл свою шинель и н шинели письмо, в котором нпишет, что лишет себя жизни. Поймут, что он утопился. Будут искть тело, будут посылть бумги. А он спрячется. Он тк спрячет его, что никто не нйдет. Можно будет прожить тк хоть месяц. А когд все уляжется, они убегут.

Зтея ее в первую минуту покзлсь Мигурскому неисполнимой, но к концу дня, когд он с ткой стрстью и уверенностью убеждл его, он стл соглшться с нею. Кроме того, он был склонен соглситься еще и потому, что нкзние з неудвшийся побег, ткое же нкзние, кк то, про которое рсскзывл Росоловский, пдло н него, Мигурского, успех же освобождл ее, он видел, кк после смерти детей тяжел ей был жизнь здесь.

Росоловский и Лудвик были посвящены в змысел, и после долгих совещний, изменений, попрвок плн побег был вырботн. Снчл хотели сделть тк, чтобы Мигурский, после того кк он будет признн утонувшим, бежл бы один, пешком. Альбин же выедет в экипже и в условленном месте встретит его 1000 . Ткой был первый плн. Но потом, когд Росоловский рсскзл про все неудвшиеся попытки побегов последних пяти лет в Сибири (з все время убежл и спсся только один счстливец), Альбин предложил другой плн, тот, чтобы Юзё, спрятнный в экипже, ехл с нею и Лудвикой до Сртов. В Сртове же ему, переодетому, идти вниз но берегу Волги и в условленном месте сесть в лодку, которую он нймет в Сртове и в которой поплывет вместе с Альбиной и Лудвикой вниз по Волге до Астрхни и через Кспийское море в Персию. Плн был этот одобрен всеми и глвным устроителем Росоловским, но предствлялсь трудность устройств ткого помещения в экипже, которое не обртило бы н себя внимния нчльств, между тем могло бы вместить в себя человек. Когд же Альбин после поездки н могилу детей скзл Росоловскому, кк ей больно оствлять прх детей н чужой стороне, он, подумв, скзл:

- Просите нчльство о рзрешении взять с собой гробы детей, вм рзрешт.

- Нет, я не хочу, не хочу этого! - скзл Альбин.

- Просите. В этом всё. Мы не возьмем гробов, для них сделем большой ящик и в ящик положим Юзеф.

В первую минуту Альбин отвергл это предложение, тк ей неприятно было связывть обмн с воспоминнием о детях, но когд Мигурский весело одобрил этот проект, он соглсилсь.

Тк что окончтельный плн вырботлся ткой: Мигурский сделет все то, что должно убедить нчльство, что он утопился. Когд смерть его будет признн, Альбин подст прошение о том, чтобы ей после смерти муж рзрешено было вернуться н родину и взять с собой и прх детей. Когд же ей ддут и это рзрешение, будет сделно подобие того, что могилы рскопны и гробы взяты, но гробы оствят н месте, вместо детских гробов в приготовленном для этого ящике поместится Мигурский. Ящик поствят в трнтс и тк доедут до Сртов. От Сртов они сядут н лодку. В лодке Юзё выйдет из ящик, и они поплывут до Кспийского моря. А тм Персия или Турция и - свобод.

IX

Прежде всего Мигурские купили трнтс под предлогом отпрвления Лудвики н родину. Потом нчлось устройство в трнтсе ткого ящик, в котором, не здохнувшись, можно бы было, хотя и скорчившись, лежть и из которого можно бы было скоро и незметно выходить и опять влезть. Втроем, Альбин, Росоловский и см Мигурский, придумывли и прилживли ящик. В особенности вжн был помощь Росоловского, который был хороший столяр. Ящик был сделн тк, что, утвержденный н дрожины позди кузов, он плотно приходился к кузову, и стенк, приходившяся к кузову, отвливлсь тк, что человек, вынув стенку, мог лежть чстью в ящике, чстью н дне трнтс. Кроме того, в ящике были провернуты дыры для воздух, и сверху и с боков ящик должен был быть покрыт рогожей и увязн веревкми. Входить и выходить из него можно было через трнтс, в котором было сделно сиденье.

Когд трнтс и ящик были готовы, еще до исчезновения муж, Альбин, чтобы приготовить нчльство, пошл к полковнику и зявил, что муж ее впл в мелнхолию и покушлся н смоубийство и он боится з него и просит н время отпустить его. Способность ее к дрмтическому искусству пригодилсь ей. Выржемые ею беспокойство и стрх з муж были тк естественны, что полковник был тронут и обещл сделть все, что может. После этого Мигурский сочинил письмо, которое должно было быть нйдено з обшлгом его шинели н берегу Урл, и в условленный день, вечером, он пошел к Урлу, дождлся темноты, положил н берегу одежду, шинель с письмом и тйно вернулся домой. Н чердке, зпирвшемся змком, было приготовлено для него место. Ночью Альбин послл Лудвику к полковнику зявить о муже, что он, выйдя из дом двдцть чсов нзд, не возврщлся. Утром ей принесли письмо муж, и он с выржением сильного отчяния, в слезх, отнесл его полковнику.

Через неделю Альбин подл прошение об отъезде н родину. Горе, выржемое Мигурской, поржло всех, видевших ее. Вс 1000 е жлели несчстную мть и жену. Когд отъезд ее был рзрешен, он подл другое прошение - о позволении откопть трупы детей и взять их с собою. Нчльство подивилось н эту сентиментльность, но рзрешило и это.

Н другой день после получения и этого рзрешения вечером Росоловский с Альбиной и Лудвикой в немной телеге с ящиком, в который должны были быть вложены гробы детей, приехли н клдбище, к могиле детей. Альбин, опустившись н колени у могил детей, помолилсь и скоро встл и, нхмурившись, обрщясь к Росоловскому, скзл:

- Делйте то, что ндо, я не могу, - и отошл в сторону.

Росоловский с Лудвикой сдвинули ндгробный кмень и вскопли лоптой верхние чсти могилы тк, что могил имел вид рскопнный. Когд все было сделно, они кликнули Альбину и с ящиком, нполненным землей, вернулись домой.

Нступил нзнченный день отъезд. Росоловскнй рдовлся успеху доведенного почти до конц предприятия, Лудвик нпекл н дорогу печений и пирожков и, приговривя свою любимую поговорку: "Jak mame kocham", говорил, что у ней сердце рзрывется от стрх и рдости. Мигурский рдовлся и своему освобождению с чердк, н котором он просидел больше месяц, и больше всего оживлению и жизнердостности Альбины. Он кк будто збыл все прежнее горе и все опсности и, кк в девичье время, прибегя к нему н чердк, сиял восторженной рдостью.

В три чс утр пришел кзк провожть, и привел кзк-ямщик тройку лошдей. Альбин с Лудвикой и собчкой сели в трнтс н подушки, покрытые ковром. Кзк и ямщик сели н козлы. Мигурский, одетый в крестьянское плтье, лежл в кузове трнтс.

Выехли из город, и добря тройк понесл трнтс по глдкой, кк кмень, убитой дороге между бесконечной, непхной, поросшей прошлогодним серебристым ковылем степью.

Х

Сердце змирло в груди Альбины от ндежды и восторг. Желя поделиться своими чувствми, он изредк, чуть улыбясь, укзывл Лудвике головой то н широкую спину кзк, сидевшего н козлх, то н дно трнтс. Лудвик с знчительным видом неподвижно смотрел перед собой и только чуть-чуть морщил губы. День был ясный. Со всех сторон рсстиллсь безгрничня пустыння степь, блестящя серебристым ковылем н косых лучх утреннего солнц. Только то с той, то с другой стороны жесткой дороги, по которой, кк по сфльту, гулко звучли нековные быстрые ноги бшкирских коней, виднелись бугорки нсыпнной земли сусликов; н зду сидел сторожевой зверок и, предупреждя об опсности, пронзительно свистел и скрывлся в нору. Редко встречлись проезжие: обоз кзков с пшеницей или конные бшкиры, с которыми кзк бойко перекидывлся ттрскими словми. Н всех стнциях лошди были свежие, сытые, и полтинники н водку, которые двл Альбин, делли то, что ямщики гнли, кк они говорили, по-фельдъегерски - вскчь всю дорогу.

Н первой же стнции, в то время кк прежний ямщик увел, новый не приводил еще лошдей и кзк вошел во двор, Альбин, перегнувшись, спросил муж, кк он себя чувствует, не нужно ли ему чего.

- Превосходно, покойно. Ничего не нужно. Легко пролежу хоть двое суток.

К вечеру приехли в большое село Дергчи. Для того чтобы муж мог рспрвить члены и освежиться, Альбин остновилсь не н почтовом, н постоялом дворе и тотчс же, дв деньги кзку, послл его купить ей яиц и молок. Трнтс стоял под нвесом, н дворе было темно, и, поствив Лудвику крулить кзк, Альбин выпустил муж, нкормил его, и до возврщения кзк он опять влез в свое потенное место. Послли опять з лошдьми и поехли дльше. Альбин чувствовл все больший и больший подъем дух и не могл удержть своего восторг и веселости. Говорить ей было больше не с кем, кк с Лудвикой, кзком и Трезоркой, и он збвлялсь ими.

Лудвик, несмотря н свою некрсивость, при всяком отношении с мужчиной тотчс же подозреввшя в этом мужчи 1000 не любовные н нее виды, подозревл теперь это смое по отношению к здоровенному добродушному кзку-урльцу с необыкновенно ясными и добрыми голубыми глзми, который провожл их и который был особенно приятен обеим женщинм своей простотою и добродушной лсковостью. Кроме Трезорки, н которого Альбин грозилсь, не позволяя ему нюхть под сидением, он теперь збвлялсь Лудвикой и ее комическим кокетством с не подозревющим приписывемые ему нмерения, добродушно улыбющимся н все, что ему говорили, кзком. Альбин, возбуждення и опсностью, и нчинющим осуществляться успехом дел, и чудной погодой, и степным воздухом, испытывл двно не испытнное ею чувство детского восторг и веселья. Мигурский слышл ее веселый говор и тоже, несмотря н скрывемую им физическую тяжесть своего положения (особенно жрко ему было, и жжд его мучил), збывя о себе, рдовлся н ее рдость.

К вечеру второго дня стло виднеться что-то в тумне. Это был Сртов и Волг. Кзк своими степными глзми видел и Волгу, и мчты и укзывл их Лудвике. Лудвик говорил, что видел тоже. Но Альбин ничего не могл рзобрть. И только нрочно громко, чтобы слышл муж, говорил:

- Сртов, Волг, - кк будто рзговривя с Трезором, рсскзывл мужу Альбин все то, что он видел.

XI

Не въезжя в Сртов, Альбин остновилсь н левой стороне Волги, в слободе Покровской, против смого город. Здесь он ндеялсь в продолжение ночи успеть переговорить с мужем и дже вывести его из ящик. Но кзк во всю короткую весеннюю ночь не отходил от трнтс и сидел подле него в стоявшей под нвесом пустой телеге. Лудвик, по рспоряжению Альбины, сидел в трнтсе и, будучи вполне уверен, что кзк рди нее не отходит от трнтс, мигл, смеялсь и зкрывл свое рябое лицо плтком. Но Альбин не видел уж в этом ничего веселого и все больше и больше тревожилсь, не понимя, для чего кзк тк неотлучно держлся около трнтс.

Несколько рз в короткую мйскую ночь с зрей, сливющейся с зрей, Альбин выходил из горницы постоялого двор мимо вонючей глереи н зднее крыльцо. Кзк все еще не спл и, спустив ноги, сидел н стоявшей подле трнтс пустой телеге. Только перед рссветом, когд петухи уже проснулись и перекликлись со двор н двор, Альбин, сойдя вниз, ншл время переговорить с мужем. Кзк хрпел, рзвлившись в телеге. Он осторожно подошл к трнтсу и толкнул ящик.

- Юзё! - Ответ не было. - Юзё, Юзё! - с испугом, громче проговорил он.

- Что ты, миля, что? - сонным голосом проговорил Мигурский из ящик.

- Что ты не отвечл?

- Спл, - проговорил он, и он по звуку голос узнл, что он улыблся. Что же, выходить? - спросил он.

- Нельзя, кзк тут, - и, скзв это, он взглянул н кзк, спящего в телеге.

И удивительное дело, кзк хрпел, но глз его, добрые голубые глз, были открыты. Он смотрел н нее и, только встретившись с ней взглядом, зкрыл глз.

"Покзлось это мне или точно он не спл? - спросил себя Альбин. Верно, покзлось", - подумл он и опять обртилсь к мужу.

- Потерпи еще немного, - скзл он. - Поесть хочешь?

- Нет. Курить хочу.

Альбин опять взглянул н кзк. Он спл. "Д, это покзлось мне", подумл он.

- Я теперь поеду к губернтору.

- Ну, чс добрый...

И Альбин, доств из чемодн плтье, пошл в горницу одевться.

Переодевшись в свое лучшее вдовье плтье, Альбин переехл Волгу. Н нбережной он взял извозчик и поехл к губернтору. Губернтор принял ее. Хорошенькя, мило улыбющяся вдов-польк, прекрсно говорящя по-фрнцузски, очень понрвилсь молодящемуся стрику губернтору. Он все рзрешил ей и просил ее приехть еще звтр к нему, чтобы получить от него прикз к городничему в Цр 1000 ицын. Рдуясь и успеху своего ходтйств, и тому действию ее привлектельности, которое он видел в мнере губернтор, Альбин, счстливя и полня ндежд, возврщлсь под гору по немощеной улице н долгушке к пристни. Солнце взошло уже выше лес и косыми лучми игрло н рябящей воде огромного рзлив. Спрв и слев по горе виднелись, кк белые облк, облитые пхучим цветом яблони. Лес мчт виднелся у берег, и прус белели по игрющему н солнце, рябящему от ветерк рзливу. Н пристни, рзговорившись с извозчиком, Альбин спросил, можно ли ннять лодку до Астрхни, и десятки шумливых, веселых лодочников предложили ей свои услуги и лодки. Он сговорилсь с одним из лодочников, больше других понрвившимся ей, и пошл смотреть его лодку-косовушку, стоявшую в тесноте других лодок у пристни. Н лодке был устнвливющяся небольшя мчт с прусом, тк что можно было идти ветром. В случе безветрия были весл и дв здоровые, веселые бурлк-гребцы, сидевшие н солнце в лодке. Веселый, добродушный лоцмн советовл не оствлять трнтс, , сняв с него колес, поствить н лодку. "Кк рз уствится, и вм покойней сидеть будет. Дст бог погодку, дней в пяток до Астрхни добежим".

Альбин сторговлсь с лодочником и велел ему прийти в Покровскую слободу, н Логинов постоялый двор, чтобы посмотреть трнтс и получить здток. Все удлось лучше, чем он ожидл. В смом восторженно-счстливом состоянии Альбин переехл Волгу и, рзочтясь с извозчиком, нпрвилсь к постоялому двору.

XII

Кзк Днило Лифнов был из Стрелецкого Умет н Общем Сырту. Ему было тридцть четыре год, и он отслуживл последний месяц своего срок кзцкой службы. У него в семье был стрик, девяностолетний дед, помнящий еще Пугчев, дв брт, снох стршего брт, з струю веру сослнного в кторгу в Сибирь, жен, две дочери и дв сын. Отец его был убит н войне с фрнцузми. Он был стршим в доме. У них во дворе было шестндцть коней, дв цбн быков и было рспхно и зсеяно пшеницей своей вольной земли пятндцть сотейников. Он, Днило, служил в Оренбурге, в Кзни и теперь кончл срок. Он твердо держлся строй веры, не курил, не пил и не ел из одной посуды с мирскими и ткже строго держлся присяги. Во всех своих делх он был медлительно-твердо обстоятелен и н то, что ему поручено было делть от нчльств, употреблял все свое внимние и не збывл ни н минуту, пок не исполнил всего, кк он понимл, своего нзнчения. Теперь ему ведено было проводить до Сртов двух полячек с гробми тк, чтобы нд ними дорогой ничего худого не сделли, чтобы они ехли смирно, никких шлостей не делли, и в Сртове честь честью сдть их нчльству. Тк он и доствил их до Сртов и с собчонкой, и со всеми с гробми ихними. Ббы были смирные, лсковые, хотя и полячки, ничего худого не делли. Но тут, в Покровской слободе, ввечеру, он, проходя мимо трнтс, увидл, что собчонк вспрыгнул в трнтс и тм стл визжть и хвостом мхть, и из-под сидения трнтс ему покзлся чей-то голос. Одн из полячек, стря, увидв собчку в трнтсе, испуглсь чего-то, схвтил собчонку и унесл.

"Что-то тут есть", - подумл кзк и стл примечть. Когд молодя полячк вышл ночью к трнтсу, он притворился, что спит, и явственно услыхл мужской голос из ящик. Рно утром он пошел в полицию в зявил о том, что полячки, ккие ему поручены, не добром едут, вместо мертвых везут ккого-то живого человек. в ящике.

Когд Альбин в своем восторженно-веселом нстроении, уверення в том, что теперь все копчено и они через несколько дней будут свободны, подошл к постоялому двору, он с удивлением увидл у ворот щегольскую пру с пристяжкой н отлете и двух кзков. В воротх толпился нрод, зглядывя во двор.

Он был тк полн ндежды и энергии, что ей и в голову не пришл мысль о том, что эт пр и толпившийся нрод имеют отношение к ней. Он вошл во двор и, в одно и то же время взглянув под тот нвес, где стоял ее 1000 трнтс, увидл, что нрод толпится именно около ее трнтс, и в то же мгновение услыхл отчянный лй Трезорки. Случилось то смое ужсное, что только могло случиться. Перед трнтсом, блестя своим чистым мундиром, с сияющими н солнце пуговицми и полупогонми и лковыми спогми, стоял оснистый, с черными бкенбрдми человек и говорил что-то громко, хриплым повелительным голосом. Перед ним, между двумя солдтми, в крестьянском нряде, с сеном в спутнных волосх, стоял ее Юзё и, кк бы недоумевя о том, что вокруг него деллось, поднимл и опускл свои могучие плечи. Трезорк, не зня того, что он был причиной всего несчстья, ощетинившись, бесполезно озлобленно лял н полицмейстер. Увидв Альбину, Мигурский вздрогнул, хотел подойти к ней, но солдты удержли его.

- Ничего, Альбин, ничего! - проговорил Мигурский, улыбясь своей кроткой улыбкой.

- А вот и брыньк см! - проговорил полицмейстер. - Пожлуйте сюд. Гробы вших млденцев? А? - скзл он, подмигивя н Мигурского.

Альбин не отвечл и только, схвтившись з грудь, рскрыв рот, с ужсом смотрел н муж.

Кк это бывет в предсмертные и вообще решительные в жизни минуты, он в одно мгновение перечувствовл и передумл бездну чувств и мыслей и вместе с тем не понимл еще, не верил своему несчстью. Первое чувство было знкомое ей двно - чувство оскорбленной гордости при виде ее героя-муж, униженного перед теми грубыми, дикими людьми, которые держли его теперь в своей влсти. "Кк смеют они держть его, этого лучшего из всех людей, в своей влсти?" Другое чувство, одновременно с этим охвтившее ее, было сознние совершившегося несчстия. Сознние же несчстия вызвло в ней воспоминние о глвном несчстье ее жизни, о смерти детей. И сейчс же возник вопрос: з что? з что отняты дети? Вопрос же: з что отняты дети? вызвл вопрос: з что теперь гибнет, мучется любимый, лучший из людей, ее муж? И тут же он вспомнил о том, ккое ждет его позорное нкзние, и то, что он, он одн виновт в этом.

- Кто он вм? Муж он вм? - повторил полицмейстер.

- З что, з что? - вскрикнул он и, зктившись истерическим хохотом, упл н снятый теперь с козел и стоявший у трнтс ящик. Вся трясущяся от рыдний, с злитым слезми лицом Лудвик подошл к ней.

- Пненк, миля пненк! Як бог кохм, ничего не будет, ничего, говорил он, бессмысленно водя по ней рукми.

Н Мигурского ндели нручники и повели со двор. Увидв это, Альбин побежл з ним.

- Прости, прости меня, - говорил он. - Все я! Я одн виновт.

- Тм рзберут, кто виновт. И до вс дело дойдет, - скзл полицмейстер и рукою отстрнил ее.

Мигурского повели к перепрве, и Альбин, см не зня, зчем он делл это, шл з ним и не слушл уговривющую ее Лудвику.

Кзк Днило Лифнов во все это время стоял у колес трнтс и мрчно взглядывл то н полицмейстер, то н Альбину, то себе н ноги.

Когд Мигурского увели, оствшийся один Трезорк, мхя хвостиком, стл лскться к нему. Он привык к нему во время дороги. Кзк вдруг отслонился от трнтс, сорвл с себя шпку, швырнул ее изо всех сил нземь, откинул ногой от себя Трезорку и пошел в хрчевню. В хрчевне он потребовл водки и пил день и ночь, пропил все, что было у него и н нем, и только н другую ночь, проснувшись в кнве, перестл думть о мучившем его вопросе: хорошо ли он сделл, донеся нчльству о полячкином муже в ящике?

Мигурского судили и приговорили з побег к прогннию сквозь тысячу плок. Его родные и Внд, имевшя связи в Петербурге, выхлопотли ему смягчение нкзния, и его сослли н вечное поселение в Сибирь. Альбин поехл з ним.

Николй же Пвлович рдовлся тому, что здвил гидру революции не только в Польше, но и во всей Европе, и гордился тем, что он не нрушил зветов русского смодерж 491 вия и для блг русского нрод удержл Польшу во влсти России. И люди в звездх и золоченых мундирх тк восхвляли его з это, что он искренно верил, что он великий человек и что жизнь его был великим блгом для человечеств и особенно для русских людей, н рзврщение и одурение которых были бессознтельно нпрвлены все его силы.