/ Language: Русский / Genre:children,

ЖучокВодомерка

Людмила Петрушевская


Петрушевская Людмила

Жучок-водомерка

Людмила Стефановна Петрушевская

Жучок-водомерка

Жил-был жучок-водомерка. У него был прекрасный домик над водой - с верандой, посудой и кроваткой. Однажды в гости к нему залетела стрекоза, сама голубая, глаза зеленые, и сказала:

- Как у тебя прекрасно! Можно я буду здесь жить?

- Но ты не поместишься, - сказал водомерка.

- Я сложу крылья, - сказала стрекоза.

Она сложила крылья и поместилась в комнате. Но водомерка спросил:

- А как же мои братья и мама?

Стрекоза легла на кроватку и сказала:

- Как тут чудесно!

Водомерка сказал:

- А у тебя есть свой дом?

- Нет, - ответила стрекоза. - Я поссорилась с ними и ушла куда глаза глядят. У меня никого нет на свете, ни одной живой души. Я совсем одна. Ты добрый, водомерка, очень добрый. Я так тебя люблю, не гони меня. Мне кажется, что ты меня жалеешь. Если ты меня выгонишь, я умру от горя. Не гони меня.

- Я тебя не гоню, - сказал водомерка. - Просто ты очень большая, а домик у меня маленький. А у меня пятнадцать братьев и мама!

- Спасибо тебе, что ты меня не гонишь, хоть ты и говоришь, что я очень большая. Я не большая, я просто очень высокая. Я тонкая и хрупкая, я могу сложиться совсем-совсем и подобрать хвостик. Ты видишь? Я стала маленькая.

- Давай я тебе построю домик, - сказал водомерка.

- Гонишь меня? - спросила стрекоза и заплакала.

- Но мои братья и мама где поместятся?

- Поэтому ты меня гонишь?

- А как же быть?

- А почему ты гонишь меня, а не их?

Водомерка остолбенел и замолчал. А стрекоза все плакала.

- Ты меня совсем не жалеешь, ты жалеешь только их. А вот я, я жалею тебя! Они сидят у тебя на шее, все шестнадцать душ. Ты все за них делаешь. Строишь домики, а они тебя не любят. А я тебя люблю. Они не любят, а я люблю!

Водомерка не знал, что и сказать. Стрекоза продолжала:

- Почему ты обязан все для них делать? Почему ты не можешь хоть на секунду вспомнить о себе? Почему ты не можешь пожить без них? Я все для тебя сделаю, все-все!

- А мне ничего не надо, - сказал водомерка.

Он был вообще тихий и скромный жучок. И, кроме того, ему действительно ничего не требовалось.

- На нас двоих, - продолжала стрекоза, - этого домика вполне достаточно тихо, не шумно, по вечерам луна и звезды, вода в пруду сверкает. Никто не прыгает, не кричит, никто не упрекает, не заставляет. Мы жили бы только для себя. Вот увидишь - я умею так прекрасно танцевать в лунном тумане. Я училась в балетной школе. Я играю на арфе. Вечерами бы к нам приходила прекрасная компания музыкантов. Представляешь? Тихая музыка над вечерней водой среди звезд, тумана и аромата цветущего луга. Хочешь, так будет? А? Хочешь?

Водомерка подумал и сказал на всякий случай:

- Посмотрим!

- Вот увидишь! У меня в камышинке спрятаны на всякий случай речные жемчуга, перламутровые раковины, посуда и подушки из камышового пуха. Ты не думай, что я бедная. Я из очень-очень хорошей семьи! Просто меня они все время упрекали, ругали, что я не хочу выйти замуж за этого рогатого урода, за богача-усача. Ты его видел?

Водомерка испугался. Он видел один раз великана - рогатого жука-усача.

- А он, - продолжала стрекоза, - живет в земле, пахнет навозом и мажет свои крылья деревянным маслом. Он чавкает и икает. Он питается мелкими созданиями, он и тебя мог бы съесть. Ты представляешь, водомерка? Я ему тебя не отдам! - закричала стрекоза и неожиданно обняла водомерку четырьмя верхними лапками. - Ты мой, - шептала стрекоза.

И в этот момент в домик ввалилась вся семейка водомерки. Увидев такую сцену, семья опешила и остановилась. Водомерка сказал из объятий стрекозы:

- Знакомьтесь - это моя мама, это мои братишки!

А стрекоза, не выпуская водомерку из лап, сказала:

- Очень приятно! Водомерка, принимай гостей! Ставь чайник, все самое лучшее - на стол! Добро пожаловать в наш домик! Здесь хотя и тесно, но довольно уютно.

Водомерка побежал на пруд за водой. А стрекоза распустила половину своих крыльев и стала жаловаться водомерки ной маме:

- Я так устала. Водомерка такой больной. У него от сырости болят коленки. Я его завтра отнесу к врачу-усачу - он лечит эти заболевания прогреваниями. Усач - мой знакомый врач. Он все для меня сделает. У него есть первоклассные навозные шарики. Он закладывает туда больных и катает туда-сюда.

От стрекозиных крыльев в доме было не повернуться, и все семейство водомерок толпилось на веранде. Это была тихая почтенная семья, и все водомерки называли маму на "вы". Когда водомерка вернулся в свой домик с полным чайником, стрекоза сказала ему:

- Твоей маме, видите ли, я не понравилась. Твоя мама что, не хочет, чтобы у тебя была своя семья? Не хочет, чтобы у тебя были дети? Ты знаешь, какие у нас могут быть дети? Водомерки с крылышками: и по воде, и по воздуху. Как лебеди.

И действительно, ни мамы, ни братьев в домике водомерка не нашел. Он стал раздумывать: куда же они подевались? То ли на старую родину - в соседний пруд по канавкам и лужам, то ли в камыши, к дружественной семье соседних водомерок.

- Ты молчишь и не отвечаешь, - сказала стрекоза. - Я сейчас брошусь отсюда в воду и утону. Ты что, хочешь, чтобы я утонула, ну?

И она вскочила на подоконник. В глазах у нее стояли огромные слезы. Водомерка испугался и словно потерял дар речи. Он вообще был неразговорчивый жучок. А тут такие дела!

- Считаю до трех, - сказала стрекоза. - Раз. Похоронишь меня, где белые лилии. Завернешь в паутинку. Два с половиной. Спасибо, что ты меня похоронишь, уж лучше в воду, чем замуж за усача. Лучше я умру, друг мой, единственный мой братик, ты не хочешь, чтобы я вышла за усача и погибла? Нет? Нет, ты не хочешь, чтобы меня закатали в навозный шарик? Отвечай!

- Нет, - сказал водомерка.

Вообще-то ему было все равно, но и гибели он никому не желал.

- Спасибо, что ты меня не гонишь. Не гонишь? Нет?

- Нет, - ответил водомерка.

Он в жизни никого ниоткуда не выгонял. Только пауков из своего домика при помощи веника. Пауки поселялись в любом пустом углу молниеносно и заплетали все так, что младшие дети увязали в паутине по грудь. Водомерка воевал с пауками. Это была опасная и трудная война. И приходилось запирать все окна и дверь уходя.

- Замечательно, - сказала стрекоза и спрыгнула с окна.

Она поставила чайник на плиту, нарезала салат, все так красиво разложила, и в конце концов водомерка, как король, был усажен за стол с салфеткой вокруг шеи. Водомерка поел, выпил чашечку чая, а стрекоза все убрала, помыла, вытряхнула, подмела пол и прилегла отдохнуть. Водомерка же лихорадочно размышлял о том, как поживает его несчастная семья: и где они ютятся, и не плачет ли самый маленький. Водомеркин отец исчез куда-то, у водомерок это случается, но семья держалась стойко, и каждый год выводился новый водомерка.

Стрекоза тем временем опять открыла рот:

- Водомерочка, какой ты хорошенький! Ты просто-напросто прелесть! Скажи, а куда ушел ваш папка? Бедный ты мой водомерочка!

Ответ был такой:

- Папа хотел принести маме раковинки жемчужные, они лежат под большой корягой, и с тех пор его никто не видел.

- А ее, жемчужину? Видели?

- Конечно, ее хорошо видно, если встать прямо над корягой и немного поднырнуть. Глубоко-то нырнуть я не сумею, я еще небольшой, могу и не выдержать, сказала мама.

- Мама! - воскликнула стрекоза. - Тебе что мама скажет, то ты и пасть раскрыл. Самому надо доходить, своим умом! Жемчужина большая?

- Так, средняя, как моя голова.

- Ого, - вздохнула стрекоза. - Но ты же у меня сильный, ты же полный чайник с пруда принес по горе и по лестнице. Ты силач, да?

Водомерка ответил:

- Раковина вот только большая. Красивая раковина, перламутровая, но очень большая.

- Подумаешь, - отвечала стрекоза. - Ты в два захода: первый раз жемчужинку, второй раз - раковинку. Я тебе помогу хорошо спрятать эту жемчужинку в мою камышинку. У меня, я тебе говорила, есть пустая камышинка, туда много что поместится. У меня тоже были речные жемчуга, но усач все отобрал, скотина рогатая, - зашипела стрекоза. - Подсмотрел, где я храню. Говорит: я тебе подарил, а теперь они мне понадобились. И забрал.

Тут стрекоза зарыдала.

- Не плачь, - сказал водомерка, - если хочешь, я туда нырну. Но ведь я могу и не вынырнуть, как мой папа.

- Папа твой сбежал, и все, - сказала стрекоза. - Не выдержал, что твоя мама командует тут. И кому понравится такое? Каждый год новая водомерка, с ума сойти. Если бы они еще летали, а так что? Все говорят, твой папа сбежал к бабочке. Ну, ты пошел? - спросила стрекоза.

- Я пошел, - сказал водомерка. - Тебе окошко закрыть?

- Нет, я люблю прохладу и ветерок. Я люблю вечерний туман и чтобы звезды сверкали. И занавесочка надувалась, как парус. Какой у нас красивый дом!

Она еще долго говорила, а водомерка уже мчался на полной скорости по пруду, потом по лужам и канавам на старую родину - в соседнее озерцо. Там в камышах водомерка и нашел всю свою испуганную семью. Ночью таскали сухие сосновые иглы и строили временный шалаш. Мама лежала, укрывшись листом подорожника, и плакала. Водомерка всех утешил, вытер сопли, слезы, застегнул пуговки, сандалии, причесал, умыл, поднял мамашу и сказал:

- Теперь уже пора.

Они быстро помчались обратно, скользя по лужам и канавам, и прибыли как раз вовремя. Из домика неслись громкие вопли стрекозы:

- Отстань! Развяжи, кому сказано! Отцепись, поганая рожа!

И т.д.

Водомерка схватил с лестницы веник и ворвался в свой дом. Через некоторое время оттуда вылетел прямо в воду паук с мотком веревки и банкой клея и, отдуваясь, поплыл. Затем водомерка вынес на веранду стрекозу, всю связанную веревками, и стал разматывать и разрывать паутину. Тем временем семья водомерок зашла в дом и закрылась изнутри. Водомерка освободил стрекозу, и она сказала:

- Тьфу на тебя и на твой домик. Лучше ночевать на воздухе, чем тут с пауками. Жемчужину не принес? Так я и знала. Жук-усач мне сам все достанет. Он-то может нырять, как водолаз. Я ведь знаю, где лежит жемчужина. Привет твоей семье!

И она улетела.

Водомерка же аккуратно положил веник под лестницу, открыл ключиком дверь, вошел и плотно захлопнул ее. Дома уже все спали. И водомерка тоже лег спать весьма довольный собой.