/ Language: Русский / Genre:sf_fantasy,

Там где только прошлое Книга 8

Майя Малиновская


Майя Малиновская

Там, где только прошлое Книга 8

Часть первая

"Обычная жизнь"

Глава 1

Самолет приземлился в половине шестого утра. Дмитрий примчался в аэропорт с опозданием, по дороге ругая местные скорости.

Дмитрий отыскал Эл в зале ожидания. Она стояла к нему спиной и не оглянулась, когда он подошел. Он все еще не мог привыкнуть к ее неспособности чувствовать как прежде. По его мнению, в ней должны были отыскаться хоть малые остатки былого величия, но Эл не проявляла прежних качеств, сколько бы раз он не подлавливал ее.

Дмитрий встал у нее за спиной, кашлянул, она оглянулась, лицо ее озарилась радостью.

- Приве-е-ет! - протянула она и обняла его.

- Давно ждешь? - задал он дежурный вопрос.

- А я и не жду, знаю, что ты найдешь меня. Просто стою и смотрю на поле.

Эта поездка была важной. Алик неплохо организовал поиск пропавших людей, заказы у него не переводились. На этот раз он взял Эл с собой, дабы "приобщить ее к делу". Дмитрий ждал от их совместных действий гораздо больше, чем просто находки.

Некто очень состоятельный обратился к Алику по поводу сбежавшей дочери. Конфликт поколений завершился побегом девицы не ближе не дальше, как в Африку. Ей, видимо, захотелось поселиться подальше от родителя, и она по случаю решилась стать супругой сына какого-то вождя.

Алик взялся за дело не один. Эл улетела с ним.

Дмитрий знал, что они точно выполнили свою работу, раз вернулись во время. Алик решил лично из рук в руки передать папочке "объект", как он обозвал клиентку по телефону, а заодно проехаться на дорогущем джипе с водителем. Дмитрий приехал в аэропорт за Эл.

- Как долетели? - спросил он.

- Нормально. Из Кейптауна с дозаправкой до Каира, потом до Парижа, а уже из Парижа частным самолетом в Москву.

- Сколько тут живу, не могу привыкнуть к черепашьим скоростям, - пробормотал Дмитрий.

Эл улыбнулась ему снисходительно.

- Пошли забирать багаж, пилот.

Даже движение ленты транспортера давило на Дмитрия своей медлительностью. Но нервничал он не из-за того, что местные скорости его не устраивали, ему страсть как хотелось спросить не о полете, не о поисках, а совсем о другом. Сделал Алик предложение Эл или нет?

- Ну, спроси, - сжалилась Эл.

Все же что-то она чувствовала. Дмитрий назвал эту способность женской интуицией, необъяснимой объемом его знаний о предмете и потому парадоксальной.

- Ну, как? - спросил он, уверенный, что она поймет его с полуслова.

- Да нормально. Я управляла бронемашиной. Только есть один нюанс. Девушка уже беременна и папе эта новость не понравится. К тому моменту, как мы появились, роль третьей жены ей стала не по вкусу, местная жара, цитирую, "достала, и кондиционера поблизости не было". Пришлось дать взятку, чтобы вывести ее беременную из страны. Деньги и автомат Калашникова оказались двумя наилучшими средствами в нашей поездке.

Она говорила с легкой иронией в голосе, напряжения не чувствовалось, значит, прошло все гладко. А как иначе, если Алик был мозгом операции.

- Я не об этом спросил, - дал понять Дмитрий, решил, будто она уходит от ответа.

Она с таким равнодушием отнеслась к его вопросу, что Димка напрягся еще больше. Дожидаться объяснений он не стал. Ее лицо со всей ясностью отразило, что вопрос неуместен.

- Он не сделал тебе предложения, - заключил он.

- О, наш груз.

Она потянулась к увесистой сумке на ленте транспортера, но Дмитрий ловко перехватил ее первым. Эл обиделась, что он опередил ее. Сам, того не желая, Дмитрий подчеркнул свое превосходство, на фоне заданного ранее вопроса возникло дополнительное напряжение. Эл свела брови.

- По-моему, это не твоего ума дело, - заметила она.

- Сумки за тобой носить, как раз моих рук дело, - уточнил он, давая понять снова, что ждет ответа.

Всю дорогу до посадки в машину он соображал, как продолжить разговор. Сегодня его распирало не просто любопытство, а все возрастающее беспокойство. Он не мог понять, почему эти двое влюбленные друг в друга до невозможности продолжают держать дистанцию.

Оно отвлекся, чтобы положить сумку в багажник, Эл тем временем устроилась на пассажирском месте, и сделала вид, что задремала. Она не спала, его не обманешь. Дмитрий сел за руль, сунул ключ в зажигание и замер. Пауза была нужна, чтобы Эл открыла глаза, поскольку машина не завелась сразу. Уловка сработала.

- Так почему? - не успокаивался Дмитрий. - Что такое между вами осталось, что вы не оформите свои отношения?

Он знал что. За полгода, прошедшие после возвращения, Эл ни разу не поделилась подробностями своей одинокой жизни в другом мире. Они не знали ее историю и обстоятельства, при которых Эл утратила свое могущество. Ему трудно привыкнуть к ней, живущей без всякого внутреннего напряжения, без планов на будущее, без сильных впечатлений. Неужели она на столько устала, что ее не влекут больше поиски, даже близость Алика не зажигает в ней ту особую человеческую страсть, от которой люди теряют голову. Эта ее обычность была не менее аномальна, чем ее прошлые способности, так казалось Дмитрию. С одной стороны, он был спокоен, потому что она была рядом, и от него не требовалось рьяно защищать ее, но с другой стороны, неопределенность и вялость окружающего не давали ему до конца вкусить сладость возвращения друга. Он считал себя непоследовательным. Да, он был таким.

А еще он был уверен, что там, в другом мире, был кто-то, перед кем Эл имела негласное обязательство, но эту мысль Дмитрий прогонял, едва она мелькала. Его не устраивало хрупкое равновесие, он подозревал, что в Эл стянулась туго и замерла до времени невидимая пружина, которую он ощущал еще с детства. Ее скрытая энергия вырвется наружу, едва возникнет подобающая причина.

Он завел двигатель, потому что Эл упрямо молчала.

- Куда тебя отвезти? - спросил он.

- Домой.

- Ко мне?

- К родителям, - пояснила она.

Дмитрий пожал плечами. Он отвез ее по тому адресу, куда переехало семейство Светловых. Это был другой район города. Раньше они жили в том же доме, что он, а потом уехали, поменяв квартиру на меньшую, чтобы помочь в жилищном вопросе старшему брату Эл, Александру. Эл за время отсутствия стала тетей, ее племяннице Машке было уже шесть месяцев. Этот ребенок был мерилом времени в этом мире. Дмитрий очень смутно помнил их посиделки в старой квартире. Это тут миновал год с небольшим, а их от того вечера отделяла служба в Галактисе, война, трагедия, произошедшая с Эл, их ссора едва им двоим не стоившая жизни, последующее исчезновение Эл, поиски и трудное возвращение. При попытке восстановить события он путался в мелочах, поэтому не любил бывать у Светловых.

Машина остановилась у подъезда, Эл не вышла сразу, повернулась в его сторону и заискивающе сказала:

- Пошли завтракать. Мама готовилась к нашему приезду. Кофе, вкусная еда.

Дмитрий почувствовал голод, потом представил, что вернется к себе домой к пустому холодильнику и сдался.

- Согласен.

Елена Васильевна почему-то первым обняла его, а потом уже Эл.

- Доброе утро. Проходите. Алика где забыли?

- Он доводит дело до конца, - ответила Эл.

- Он не завтракает, - добавил Дмитрий.

С кухни действительно пахло кофе и блинчиками. Эл скрыла улыбку, заметив, как Димка тянет носом воздух. Он смягчился, перестал допытываться об отношениях с Аликом, Елена Васильевна увлекла его посторонней беседой.

Эл уделила внимание домашнему любимцу - овчарке Байкалу, а потом присоединилась к завтраку.

- Ну, как Африка? - спросила Елена Васильевна у дочери.

- Жарко, - улыбнулась Эл.

- Лицо вот сгорело, кожа слезет, - посочувствовала мать.

- Правда? - удивилась Эл. - Я даже не заметила.

Эл пила кофе и трогала щеки и нос. Они были ярко розовыми, Дмитрий не обратила на это внимания, а теперь заметил, что лицо Эл со следами солнечных ожогов стало мягким и милым.

- Вот так, Дмитрий, моя дочь в зеркало не смотрится. Вы ее избаловали лояльным отношением.

- Смотрюсь, - возразила Эл, - когда зубы чищу.

Дмитрий тихо засмеялся, и Елена Васильевна с сожалением поняла, что у него отношение к вопросу такое же, как у дочери.

Она любила Димку, как сына. Этот парень не мог вызывать иных чувств, кроме доброй радости. Елена Васильевна удивлялась, почему он не ухаживает за Эл, безропотно уступив Алику место. Дмитрий был ей больше по душе, чем Алик, молчаливый и строгий, державший дистанцию и считавший себя главным в тройке. Она считала, что Эл и Дмитрий не разлей вода и смотрятся вдвоем очень органично. Эл же относилась к Димке с мальчишеским панибратством.

Каждое утро они устраивали тренировки, еще засветло уезжали куда-то. Так же будет и сегодня.

Эл допила кофе.

- Ну, что? К барьеру! - провозгласила она, глядя на Димку.

- Дай, переварить, командор, - взмолился тот.

- Не-а, - не согласилась Эл. - Нечего объедаться.

Она встала и ушла, чтобы переодеться.

- Почему ты зовешь ее командором? - возмутилась Елена Васильевна.

- Привычка, я ее с детства так зову, - ответил он и тоже встал.

Дмитрий подумал, что нужно быть аккуратным с привычками. Он посмотрел на маму Эл и опять улыбнулся, она снова примеряла на него роль жениха для дочери. Интересно, Эл это заметила?

Дмитрий ушел раньше, а Елена Васильевна наблюдала, как Эл рассматривает в большом зеркале в прихожей себя, вернее свой обгоревший нос. Она вытягивала подбородок, корчила рожи. Заметив отражение матери, Эл спросила у нее:

- Ты находишь меня привлекательной?

Елена Васильевна улыбнулась, но ответила не то, что думала.

- Тебе нужно научиться создавать образ, гармоничное зрелище. Что за вид?

- Я иду спортом заниматься.

- Но там будет Дмитрий, могла бы надеть что-нибудь более эстетичное.

- Твой белый спортивный костюм? - предложила Эл.

Эл была облачена в старую куртку и порванные на коленях джинсы, на ее кроссовки мать вообще старалась не смотреть.

- Городской вариант, - пояснила Эл в ответ на оценивающий взгляд матери.

- Ужас, - отреагировала Елена Васильевна.

- Димка будет мгновенно повержен, когда увидит меня в бальном платье.

- Не утрируй, - возразила Елена Васильевна. - Эл, когда ты поймешь, что оружие женщины - ее обаяние, а не палка.

- Это не палка. Это бакен.

- Зачем тебе это?

- Чтобы держать себя в форме и необходимом напряжении, а то я совсем с вами расслабилась.

- А почему Алик тебя не тренирует?

- Потому что он опасается меня победить.

- А Дмитрий не опасается.

- А Дмитрий лупит так, что дух вон, ему по барабану, что я девушка.

- Да уж, ты же командор!

Эл улыбнулась и выскользнула за дверь с таким изяществом, что мать удивилась.

Елена Васильевна вздохнула. Эл изменилась, в ней исчезло то прежнее состояние готовности к чему-то, с каким она жила так недавно. Она создавала вокруг себя ауру умиротворенности и покоя, даже когда собиралась на очередной поединок с Димкой. Взгляд Эл стал иным, открытым и нежным, в нем виделась некая житейская мудрость, порой усталость, не свойственная еще молодой девушке. Так смотрел бы видавший виды человек, уже уставший удивляться окружающему миру, но оттого любящий все вокруг. Такая Эл нравилась матери куда больше, а главное - она никуда уже не собиралась пропадать.

Глава 2

Алик вернулся домой раньше Дмитрия. Он менял перегоревшую на кухне лампочку и встретил появление мрачного Дмитрия, стоя на табурете.

- С утра сразу за хозяйство, - посетовал Дмитрий.

- Не люблю беспорядок.

- Просто ты - педант.

- По какому поводу ты не в духе? Эл опять не победила тебя? Или победила?

Тут Дмитрий вспомнил истинную причину своего недовольства и заявил:

- Нет. Я узнал, что вы все еще не женитесь, эта новость повергла меня в глубокую печаль.

Алик хмыкнул и слез с табурета.

- Тебе-то до этого какой интерес? Нашел от чего хандрить. Я купил продуктов. Ты опять накануне все слопал. И куда в тебя столько влезает?

- Я много думаю. Я завтракал у Светловых.

- Я догадался.

- Как она себя вела? - спросил Дмитрий о деле.

Алик вздохнул.

- Нормально. Не стоит ждать от нее прежней прыти. Попалась, посидела суток трое в клетке, потом какой-то темнокожий почитатель, которым она там же обзавелась, кажется, колдун вызволил ее, они угнали БТР и вернулись к месту встречи. Правда, нам пришлось драпать не на север, а в ЮАР. Хорошо, что деньги были. Можно сказать, с ней не было хлопот. Она делает все то же, что могла, например, в академии. Это она уговорила девушку вернуться, у нее на все ушло пятнадцать минут, со мной она припиралась, как баран, а с Эл они поговорили по-дамски. Эл чувствует людей.

- Ее могли побить.

- Я думаю, что Эл не станут бить по той причине, что она не создает агрессию вокруг себя. Ты же чувствуешь.

- Я волнуюсь за нее.

- Волнуйся на здоровье, только не мешай ей, пусть почувствует этот мир заново.

- Как у тебя получается? Ты не волнуешься за нее?

- Волнуюсь, но Эл об этом лучше не знать. Она другая.

- И чувства тебе не мешают?

- У нее острый ум, она быстро думает и быстро действует. Для обычного человека она вполне адекватна. Стреляет она отлично, как всегда.

- О чем мы говорим! - Дмитрий воздел руки к потолку. - Она тебе почти жена. Это я должен говорить о ней, как о напарнике, а не ты.

Алик вытер табурет и сел на него посреди маленькой кухни.

- Вот беспокойный бурундук! Грызун упрямый! Далась тебе наша свадьба. Нам и так хорошо. Отстань!

- Я тебя не понимаю! Рядом такая красота ходит! Она же - чудо! Ты любишь ее! Неужели тебя не тянет к ней. Или вы как две рыбы будете кругами ходить еще сто лет. Я ни разу не видел, чтобы ты целовал ее.

- А с какой стати мы будем при тебе целоваться. Шоу что ли? Я думал ты мудрее. Ты как подросток, ей Богу. Ты все сводишь к игре гормонов, как нынче выражаются. Так и быть объясню. Я обожаю Эл, я боготворю ее. Я не хочу ее торопить, разрушать тот покой, который ее окружает. Впервые за столько лет она свободна от любых обязательств, и навязывать ей себя я не в праве. Она же наслаждается жизнью впервые за огромный срок. Посмотри внимательно. У нее глаза светятся. Она сама подаст знак, и я пойму, я не могу не понять. Она как хрупкий сосуд, который мне хочется уберечь. Это и есть любовь, не возьму в толк, почему тебе это не понятно. Ты просто не влюблялся никогда по настоящему.

- Я не могу влюбиться. У меня есть долг. Я - ее Хранитель, - строго заявил Дмитрий.

- Судя по поведению Эл, этот вопрос вы еще не обсуждали. Она знает?

- Я уверен, что она догадывается. Я тоже не хочу ее тревожить.

Алик только кивнул.

- Будешь работать сегодня?

- Нет. Мне клиент отстегнул столько денег, что я могу позволить себе бездельничать.

- Я тоже два дня не летаю.

Они пили чай и молчали. Алик смотрел на Дмитрия то с улыбкой, то с сочувствием. Димка, как бывало и раньше, пытается предугадать ход событий, а то и повлиять на них. Он возомнил, что стал лучше понимать жизнь оттого, что у него появилось чуть больше психических способностей. Однако, они скорее мешали ему вклиниться в обычную жизнь, потому что окружающая повседневность не предполагала ничего большего, на что был способен средний по развитию человек.

- А она не говорила, куда пропадает время от времени? - спросил Дмитрий.

- Почему у нее не спросишь?

- Подумает, что я слежу за ней.

- А ты не следишь. - Алик помолчал и улыбнулся. - Она пересылает наши отчеты в службу времени. И еще она консультирует пилотов, которые летают в буферной зоне.

- Ты хочешь сказать, что она бывает в будущем? - Дмитрий был удивлен и недоволен. - Твои разговоры о безмятежном существовании отдают тухлецой.

- Прости, что мы скрывали. Эл узнала, что ты подавал просьбу о возвращении за два месяца до ее появления. Она решила, что ты обидишься.

- Да. Я - лучший из пилотов. Мне работу не предложили.

- А тут ревновать не к чему. Я уверен, что ее обязали. Ее держат в поле зрения. Она попала в список неблагонадежных. Дим, она знает буферную зону лучше многих, включая нас.

- Ну да. Она же - командор.

- Вот не думал, что ты способен на ревность.

Щелкнул замок, открылась входная дверь.

Лицо Алика преобразилось. Это была она. Эл шуршала в прихожей, снимая верхнюю одежду. Она появилась в дверях кухни, которая сразу показалась маленькой. Она села к столу бок о бок с Дмитрием.

- Я понимаю, что сегодня у нас выходной. Мои домашние разбежались по работам. Чем займемся? - спросила она.

- Полетаем, - сказал Дмитрий.

Эл поняла глаза на Алика, поняла, о чем речь и пожала плечами.

- Прости. Я обязана. Ты бы видел мой, как бы выразиться, контракт. Сплошные обязательства.

- Так я и поверил.

- Без дураков. Я не торговалась за каждый пункт, мне было важно вернуться на любых условиях. Моя работа превращается в деньги, а они здесь имею значение. Увы. Если обналичить здесь все мои пиратские сбережения, нам бы работать не пришлось.

- Ну да, ты же купила целую планету, - сказал Алик и осекся.

Эл снисходительно улыбнулась.

- Надо будет еще одну куплю. Эх, ребятки, не простили вы мне моего пиратского прошлого.

- Глупости, - фыркнул Дмитрий.

- Вас больше мучает вопрос: почему я о мирах не говорю? Отвечаю. Не хочу повторяться дважды. Вот соберемся все вместе, тогда я обнародую свой статус.

Эл поймала два пристальных взгляда. Алик замер, а в глазах Дмитрия читалось облегчение и готовность мчаться хоть сейчас куда угодно.

- Терпение, - призвала Эл. - Я знаю место, где нас никто не потревожит, но пока, я не знаю туда дороги.

- А кто-то мне красиво говорил о безмятежной Эл. О покое заслуженном долгими годами тревог и труда, - забасил Димка пафосным тоном и замахал руками.

- Он перевирает, - перебил его Алик.

- Вот что, капитаны! Последний раз спрашиваю. Вы когда жениться будете? - громко заявил Дмитрий.

- Можно я его тресну? - спросил Алик у Эл.

Ответа не последовало. Эл дернула Димку за мочку уха, он неестественно тонко взвизгнул и накинулся на нее, в шутку собираясь придушить.

Они неловко столкнулись лбами.

- Ай! - Эл стала тереть ушибленное место. - Башка чугунная.

- Прости, - Дмитрий вполне искренне извинялся за свою неловкость.

- Что? Прицел сбился? - заметил Алик. - Вы вдвоем - критическая масса. Эл, ну ты-то, зачем ему потакаешь? А ты, Димка останешься без ответа, за грубость.

- Во. Раскомандовался, - возразил Дмитрий. - Чем займемся?

- Я приглашаю Эл на свидание, а ты можешь отсыпаться, - ответила Алик.

Дмитрий поджал губы и зло посмотрел на него. Его друг в ответ изобразил невинное и милое выражение на лице.

Эл и Алик исчезли в дверях слишком быстро, Дмитрий не успел придумать повод, чтобы отправиться с ними.

Алик шел медленно, Эл держала его под руку, и он сжимал ее кисть в своей ладони.

- Мы похожи на старичков, которые прожили бок о бок всю жизнь, - заметил он и улыбнулся.

Он не смотрел на нее. Эл заговорила с улыбкой, он по интонации понял это, и на душе стало тепло.

- Если сложить все злоключения, то замечание справедливо.

- Как твой контракт?

- Еще два месяца, четыре семинара, три полетных сессии.

- Прости, что я Дмитрию сказал, - извинился Алик. - Тебе не утомительно и там, и здесь?

- Это ничто по сравнению с прошлыми заботами. Приятно делать то, что хорошо умеешь. Меня интересует, что еще придумают, чтобы меня не терять из виду. Мне не мешает внимание. Ни здесь, ни там. Мне бы следовало тоже извиниться за Африку, я сглупила. Нужно было тебя послушать.

- Послушала бы, а потом сомневалась. Эл, ты же не новичок. Забудем. Люблю сразу забывать все эти дела.

- А как же опыт?

- А он всякий раз новый, - ответил он.

- Пускаешь в ход способности?

- Пускаю, я не могу без них. Эх, если бы мы понимали, что значит побывать на Хеуме, я не потерял бы тебя тогда. Эл, ты ни разу не спросила, как такое с нами случилось?

- Я же не рассказываю про себя, поэтому не прошу и у вас. А еще я знаю, что опыт у каждого свой. Вы с Дмитрием разные.

Ему захотелось поцеловать ее за эти слова. Он сделал это немедленно. Голова закружилась, по телу пошел холодок, и он почувствовал непонятное ему ожидание в душе Эл. Она всякий раз ждала от поцелуя чего-то особенного, он не мог уловить чего. Сколько бы раз он не целовал ее, постоянно чувствовал ее напряжение. Она будто бы не могла отдаться чувствам полностью, ей не хватало в таком способе выражения чувств и любви чего-то еще. Что она хотела почувствовать?

- Тебя что-то тревожит? - спросил он.

- Нет, - удивилась она. - Опять изучал меня?

- Я хочу тебя познать, что плохого в том, чтобы понимать любимого человека. Не просто понимать, жить теми же категориями, что и ты.

- Алик, я примитивна по сравнению с тобой. Это мне впору думать, как дотянуться до тебя. Но думать я не хочу.

- Ты не примитивна. Ты прошла этот этап. Я каждый раз чувствую, что ты меня проверяешь. Что ты ищешь во мне?

Вопрос ее смутил. Эл растерялась.

- Расскажи. Я пойму.

- Это не о нас. Тебе будет неприятно.

- Ты же не станешь при всех рассказывать такое, а мне можно.

- Алик. Зачем? Это прошлое. Ты сам призывал его забыть.

- Хорошо. Тогда молчи и поцелуй меня.

Он обнял ее, душа наполнялась счастьем и покоем. В такие мгновения он не желал знать ничего, кроме того, что любимая рядом и преград между ними не существует.

- Ты станешь моей женой? - спросил он.

- Стану, - уверенно ответила она. - Только мне нужен совет относительно этого брака. Но ответ все равно - да.

- Я могу угадать, у кого ты попросишь совета, у своего штатного волшебника.

- Тиамит несет за меня ответственность. А я за него. Я испытываю потребность поставить его в известность.

- И только?

- Да. Не вижу необходимости в прочих церемониях. Мне взгляда достаточно, чтобы дать тебе обещание.

У Алика загорелись глаза. Эл смотрела, как они разгораются счастьем. Он ждал, и теперь мука ожидания выразилась в этом взгляде.

- Предлагаю первому сказать Димке. Он нас скоро изведет, - предложил он.

- Подождем. Я хочу устроить всем сюрприз, особенно тебе. Я знаю, какой подарок тебе придется по душе.

- Скорей бы. Тебе завтра снова туда, - напомнил Алик.

- Угу.

- А я останусь с Димкой. Давай скажем сегодня.

- Кому из вас больше не терпится?

- Что-то мне эта ситуация напоминает, - вздохнул он.

- Второго Нейбо не будет, - заверила Эл. - Дай только с Тиамитом встретиться.

- А-а-а! - Простонал Алик, и поднял глаза к серому осеннему небу. - Я знал, что снова буду это чувствовать!

- Что?

- Тревогу. Тревогу, Эл. С этого момента, я не смогу ждать спокойно. Ты - причина моих мучений, любовь моя, пусть тебе будет совестно.

- Мне уже совестно. Давайте встретимся и отпразднуем две свадьбы.

- Две. А кто еще? - удивился Алик. - У Димки тайная возлюбленная?

- Оля с Игорем. Ты же их сам женил.

Алик широко раскрыл глаза.

- Они не женаты. Это был трюк для отвода глаз. Ошибка.

- Тогда почему существует до сих пор юридический прецедент? Знаешь, что я обнаружила, когда искала их места жительства? Отметку в реестре браков. И мне показалось, что у них теплые отношения.

- Отношения может быть, но они уже не женаты. Игорь аннулировал брак.

- Он изменил бронирование кают на рейс, никто не может запросто развестись за полчаса до вылета. Они не подтвердили запрос. Я проверяла. Они женаты. А ну признавайся, что это была за авантюра?

- Эл. Я не хочу это вспоминать. Глупость.

- Алик ты, как глава экипажа заверил брачное соглашение, и называешь это глупостью. Да какой ты друг после этого.

- Эл, это была ошибка. Наша общая ошибка, только Ольга ни при чем. То есть при чем. И ты тоже причем. Это долго объяснять. Не хочу.

Ему было очень неловко. Он стал растерянным, взгляд страдальческим и виноватым.

- Ты лучше у Димки с Никой спроси. Это была их идея. А при ребятах, умоляю, Эл, ни слова. Ради наших хороших отношений, ради дружбы.

- Значит, это наш почитатель Шекспира устроил. - Эл имела в виду Дмитрия. - Хороша шутка.

Алик замахал руками.

- Ой, давай не будем в это вмешиваться. Пусть идет, как идет.

- Ладно. Я хотела как лучше. Я пытаюсь устроить нашу общую встречу, неловкость будет не к стати. Хорошо, порадуем всех позднее.

- Когда? - взмолился Алик.

- Дней через десять, по местному времени. Идет?

- Спрашиваешь!

Алик схватил ее, поднял на руки и подбросил. Потом поцеловал в щеку и произнес тоном суеверного человека.

- Ох, не к добру моя радость. Так бы и не отпускал тебя.

- Я проведу там все два месяца. Мне нужно уладить все дела сразу. Так что, если что-то напутаю потом, уж простите меня.

- Эл, я надеюсь, что обещание ты не забудешь, - намекнул он.

- Постараюсь.

- Что значит постараюсь?

Она поцеловала его. Он действительно нервничал. Эл думала, что мужчины относятся к подобным вещам иначе, проще, но, заметив озабоченность Алика, поняла, что он предает событию глубинное значение. Ей и самой не хотелось оставлять его, но единственный путь на остров, который был ей известен, лежал через другое время.

Глава 3

Дмитрий был прав, когда не поверил в безмятежное состояние Эл. Дома, среди суеты двадцатого века, шумных улиц, бегущих людей и житейских неурядиц Эл впадала в состояние отчужденности, и поэтому ее не захлестывал общий для всех поток суеты. Ничего в этой жизни не было, что могло бы ее удивить или расстроить. Не было прежней чувствительности, способностей, память прочно удержала жизнь рядом с владыкой, и еще более дальнее прошлое. Эл ни от чего не хотелось избавляться, все имело свою ценность, свое место, свое время. Суета обыденной жизни двадцатого века потому не касалась ее, что она ею не жила, не погружалась в нее, у Эл были иные заботы.

Она обожала бывать дома и следить, как ее приемная семья живет, казалось бы, скучной жизнью. Эл в этом видела особую гамму, особую мелодию, как сказал бы Игорь. Она смотрела на них с отстраненной улыбкой мудреца, однажды освобожденного от суеты опытом души. То, что имело ценность для них, уже не имело ценности для нее. Эл просто жила среди их забот, не принимая их так же серьезно, как они, помогая по мере надобности, не стремясь решить за них их жизненные задачи. Ее невозмутимость и равновесие создавали то особое пространство, о котором говорил Алик. Она хранила спокойствие и ненапряженную готовность к чему угодно.

Примерно в том же состоянии она жила и в будущем. Контракт с Космофлотом, сроком на год, позволил Эл немного вжиться в роль землянина. Она не заботилась о том, чтобы развенчать большинство выдумок о себе, не скрывала пиратский опыт и военные навыки, которые после миров владыки оказались не утраченными, почему бы не пользоваться ими, если в них была нужда.

Когда разговоры касались прошлого и ей намекали на то, что оно не чисто, она ничего не возражала, признавая за собеседником право так считать.

Едва ли мнение о ней сильно изменилось за этот год, ей ни разу не предложили назначения. Галактис также хранил молчание. Роль пилотажного инструктора устраивала Эл вполне. Год истечет и не станет повода удерживать ее. Потом непременно что-нибудь да произойдет, если не произойдет, то к лучшему. Эл считала, что заслужила отдых.

Третья фаза полетов завершилась. После проводов последней группы Эл вернулась на Землю. Она жила на острове Тома, приглашая в гости всех, кто пытался с ней сблизиться вновь. Визиты были делом обычным. После каждого возвращения ее кто-нибудь ждал.

На этот раз появился Игорь. Он сидел на перилах веранды и качал босыми ногами, привычка осталась жива с юности.

Эл в мощном костюме для орбитальных полетов, шла по тропе к дому и помахала ему издали рукой.

- Сейчас, - сказала она без приветствия, поравнявшись с ним, поднимаясь по скрипучим ступеням веранды. - Только переоденусь.

Эл появилась в дверях в легкой домашней одежде, с двумя стаканами молока.

- Будешь? - предложила она Игорю.

- Нет. Ты же выпьешь оба. Как полеты?

- Хорошо. - Она залпом осушила половину стакана. - Все. Кончились полеты. Нику не видел?

- Нет.

- У Лондера торчит, - сказала Эл, примешав слово из прошлого.

Игорь не понял именно это слово.

- Что? - переспросил он.

- Она у Лондера, - пояснила Эл. - Ты тут давно?

- С полудня.

- Я задержалась. Как узнали, что семинар последний и полеты тоже, так и завалили вопросами, некоторые из старых составов появились. Три часа объяснялась, охрипла совсем.

Эл покашляла.

- Не жалко бросать обучение? Трудно?

- Нет. Трудно не мне. Человеческое сознание еще не приспособлено к катерам такого класса. Полдела скопировать пиратский катер. Для тех, кто привык к коллективным полетам, индивидуализм в новинку. Они оказываются после скачка в незнакомом районе, не группой, а в одиночку, без страхующих товарищей, без прикрытия, без оперативных служб. Вот тут, один на один с буферной зоной и начинает вылезать коллективная академическая подготовка. Пилот не может взять в толк, что должен, просто должен быть один. Стереотипы. Они стараются прыгать группой. Забавно, когда оказываются в разных местах. Пираты использовали группы пилотов с телепатической связью, а нашим это недоступно. Я посвятила этому явлению не один день, результатов не добилась. Кураторы сделали мне замечание, что я развиваю в пилотах эгоцентризм. Да, кажется так.

- И что ты ответила?

- Что взять с пирата. Я их послала полетать в буферной зоне.

- Ты провела занятие для кураторов? В буферной зоне? Кто тебя туда допустил? Они не пилоты, они контролем сознания занимаются.

- Нет, в буферную зону меня не пустили бы, даже если война опять начнется. - Эл засмеялась. - Выражаясь проще, я в словесной форме отправила их куда подальше.

- Куда? Эл, ты странно себя ведешь. Ты выругалась.

Эл кивнула.

- Мы давненько не общались, - вздохнула она.

Он посмотрел на нее серьезно. Эл смотрела на океан усталым взглядом человека, который сделал все что мог. Она время от времени отпивала молоко сразу из двух стаканов по очереди. Один почти опустел.

- А что потом? - спросил он.

- Тебе бы не в мои дела вникать, а собой заняться. Ты вялый. Тебя тяготит обыденность, - произнесла она нараспев.

- Ты уже год тут. И будто бы ничего не происходит.

Эл улыбнулась.

- Ни катастроф, ни войны, ничего, что со мной ассоциируется.

- Я так не думал, - заверил Игорь. - Ты изменилась. Привыкнуть не могу. Я хотел тебя повидать, вот и прилетел. Я вчера дал концерт. Последний концерт, посвященный войне, и зарекся ничего такого больше не сочинять.

- Как симфония?

- Не спрашивай. Застрял. Эл, да что же это такое? У меня кризис. Хочется сесть в катер и разбить его.

- Ты не перевел жизнь в другое русло. Это трудно.

- Я знал, что ты поймешь.

- Я знаю двух людей, которые тебя реанимируют. Это я и Оля. Выбирай.

На лице Игоря сначала возникло недоумение, потом решимость.

- Я выбираю тебя.

- Значит, Ольгу с собой не зовем? - спросила Эл хитро.

- Куда?

- Хочу слетать в одно место. Олю не приглашала, хотела с тобой посоветоваться.

- Мы - одна команда.

- Ты, я и Оля - да. Ты и Оля - команда?

- Ты о чем, Эл? Не пойму.

В ответ она еще шире улыбнулась.

- Нет. Ты понимаешь, друг мой.

- Эл, мне действительно непонятно.

Лицо Эл стало похоже на одну большую улыбку, она намеренно оскалила зубы.

- Ты от кого пытаешься прятаться? Димку на тебя натравить, что ли. Он не откажется.

- Мы увидим Димона? - удился Игорь. - Мы снова будем вместе? Эл!

Она слабо закивала головой.

- Я попытаюсь.

Игорь от волнения сделал глубокий вдох.

- Наконец-то. Тебе наскучила обыденность.

- Ничуть. Это вам она наскучила. Попробую вас развлечь. Пойду, свяжусь с Ольгой.

- У нее отпуск с завтрашнего дня. Она хотела заняться своей научной теорией.

- Потом займется.

Эл ушла в дом, а Игорь подумал об откровенном намеке Эл. Она навела справки. Странно, что Эл, деликатная в подобных вопросах, так открыто подтрунивала над ним. Почему? Он не сердился, но вспоминать о прошлой неудаче в отношениях с Ольгой не хотел, особенно обсуждать это с кем-то из друзей. Он рассчитывал, что Эл больше не затеет подобного разговора.

- Она летит сюда, - сообщила с порога Эл. - Уже избавила Лондера от хватки Ники, они будут здесь обе.

- Эл, ты устала, наверняка. Отдыхай. Я встречу их.

- Они не тебя хотели видеть. Я их подожду.

- Куда мы летим?

- Не скажу.

- Эл, ты странная.

- Ты нервничаешь, проецируешь свое угнетенное состояние на меня, а я не нахожу в моей нынешней жизни поводов для уныния. Мне тут в кайф.

- Что было последним? - опять не понял он.

- Хорошо мне.

Эл зевнула, отошла от него и уселась на ступеньках, на то самое место, где любил сидеть ее воспитатель Том. И поза была похожа. Игорь подумал, что она вспоминает его, поэтому копирует его манеры. Он опять залез на перила, и они замолчали.

Жара спала, с океана повеяло свежестью.

Молчание не тяготило Эл, она всматривалась в горизонт и думала о своем, а Игорь ерзал на перилах, от чего они временами скрипели.

- Будет шторм, - проговорила Эл.

Игорь подумал, что она определила погоду по системе климатконроля, а потом предпочел думать, что Эл сама в состоянии предсказывать ненастье, ведь она знает эти места.

Шум приближающегося катера стал для него долгожданным, потому что он извелся, ожидая хоть какого-то движения от Эл. Она все сидела и сидела. Затеять разговор он не решился, поскольку она и так говорила полдня.

- Пойдем встречать? - предложил он.

- Не-а. Сами придут.

Подобное равнодушие удивило его. Он не мог взять в толк, что Эл слишком устала, чтобы совершать какие-либо телодвижения.

- Загораете? - спросила Ника, пыхтя, приближаясь к ним.

Вот у кого энергии было хоть отбавляй. Она подталкивала грузовой контейнер впереди себя, а поскольку поверхность под ногами не была ровной, он никак не мог двигаться быстрее, и Ника толкала его вперед.

- Хоть бы встретили, - посетовала она.

- Привет, - сказала Эл. - Олин груз?

- Да. Она тут отпуск проведет, - ответила Ника. - Ох, тяжела наука.

Контейнер плюхнулся на песок перед крыльцом. Ольга неспешно подошла последней, посмотрела на контейнер, потом на Эл.

- Привет. Куда это?

Эл пожала плечами.

- Твой груз. Устраивай, как хочешь.

- Можно я займу хижину на другом берегу? Хочу поработать в одиночестве.

- Не получится. Мы завтра улетаем, если твои дела неотложные, то мы с Игорем обойдемся без тебя, - сказала Эл, не меняя позы и выражения лица.

- Нет. Дела не срочные. Куда летим?

- Она не скажет. Привет всем, - ожил Игорь.

- А я? - возмутилась Ника. - Вы летите без меня?

- Пока да. Я забираю Геликс, - сообщила Эл.

- Ага, вы летите куда-то на моем корабле, без меня, - фыркнула Ника.

- Корабль мой, точнее Галактиса, - возразила Эл. - Ты не все тесты прошла, мадам. Космонавигация трудная для тебя дисциплина?

Ника потупилась.

- Я не буду штурманом. Мне это не интересно. Мне не хотелось готовиться.

- Она не может перевести галактические координаты в земные, - поправил Игорь. - Я же предлагал помощь.

- Всего-то? - Эл подняла брови. Ника насупилась. - Как ребенок, ей богу.

Она встала со своего места и поманила Нику за собой в дом.

- Тащи карты. Помогу.

Эл ушла. Ника постояла немного.

- Зачем мне! - возмутилась она громко.

- Твое дело. Ты все равно никуда не полетишь. Дело решенное, - раздался изнутри дома голос Эл.

Ника умоляюще посмотрела на Игоря и Олю, не найдя сочувствия в лицах, она послушно пошла в дом.

Ольга обошла контейнер, решая как с ним поступить, если он вдруг стал не нужен.

- У Эл завидное терпение. Она буквально дрессирует ее. Действительно, зачем ей навигация? - спросила она.

- Затем же, зачем и тебе. Если Ника окажется без нас и Геликса в космосе, то она, скорее всего, погибнет, - сказал Игорь. - Опять же, это элемент воспитания.

- Я все слышу! - раздался голос Ники.

- А я для тебя и говорю! - выкрикнул в ответ Игорь. Он дал выход скопившемуся раздражению. - Эл не мы, нянчиться не станет. Хочешь быть рядом - трудись.

- Бе-бе-бе-бе-бе, - передразнивала Ника.

- Угомонись. Летать на орбите заставлю, - строгий голос Эл вызвал минутную тишину как внутри, так и снаружи дома.

- Строга-а-а, - протянул Игорь.

Эл выглянула в дверь.

- Погуляйте вы двое, а.

- Пойдем, - позвала Ольга Игоря. - У нее не хватит сил на нее и на нас.

Вечер был замечательный, Ольга наблюдала за Игорем, подметив его напряжение и мрачность. Они вышли на береговую полосу, прошлись шагов двести, Оля посмотрела на него снова.

- Ты что хмурый? Как можно в таком раю.

- Я не хмурый.

- Ты сердитый.

- Немного. Я долго ждал Эл, она прилетела поздно, вот и скопилось в душе от ожидания.

- Она опоздала? Случилось что-то? - встревожилась Ольга.

- Нет. У нее были последние учения сегодня. Обсуждение затянулось.

- Последние? Уже? Я совсем забыла. Как время быстро прошло.

- Ты, как обычно, все забываешь за работой.

- А ты, как обычно, хандришь из-за своего творческого кризиса. Занялся бы чем-нибудь другим.

- Не могу. Мне трудно. Как вы живете в спокойно обстановке? Я поражаюсь на Эл, она весь год пробыла тут или в прошлом, или летала, но она словно по течению плывет. С удовольствием.

- Просто нам, женщинам, удобно в спокойной атмосфере. Эл заядлый островитянин, что в этом дурного. У нее есть дом, место, где уютно и легко. А куда мы летим?

- Не знаю.

- Не сказала? Сюрприз. Нику не берет. Интересно.

Он не мог поддержать этот разговор, потому что не хотел говорить об обыденных делах, о работе, о музыке. Ему хотелось чего-то возвышенного, чего ни Ольга, ни теперешняя Эл не могли ему дать.

Ольге тоже захотелось побыть одной. Самое время искупаться.

- Ты тут побудь, а я искупаюсь там, в глубине острова. Эл поставила опреснитель, так что там два метра пресной воды. Красота.

Игорь проводил ее взглядом, вздохнул, вспоминая, как Эл подсмеивалась над его чувствами. Потом опять погрузился в размышления о том, что "крылья за спиной" уже не растут. Он шел все дальше, без намерения обойти остров кругом, но, сам того не заметив, забрел далеко, так что ближе было идти вперед, чтобы попасть к дому.

Ника выскочила из кустарника, подошла к нему, пошла рядом.

- Поговори с Эл. Я хочу с вами, - заискивающе заговорила она.

- Я в воспитательный процесс не вмешиваюсь. Как с навигацией? Эл объяснила?

Ника прорычала коротко, потом заговорила.

- Объяснила и тут же заснула. Спит в кресле. Я слиняла, не стала ее будить.

- Что ты сделала?

- Это слово такое, Эл употребляет всякие словечки, как это. Слинять. Свинтить. Исчезнуть. Уйти.

- Я иногда ее не понимаю. Тебе проще. Не узнала у Эл, куда мы летим?

- Я не спрашивала.

- Будто тебе нужно спрашивать.

- Нет. Я с Эл таких трюков не делаю. Мне неловко, все равно, что ребенка обидеть.

- У-у-у, да у тебя появились принципы.

- Они и были, - возразила Ника.

- Как с навигацией? Понятно или помочь?

- Тьфу, занудство.

- Всего-то запомнить двенадцать констант и таблицу поправок. Что не так? Ты же не глупая.

- Меня не надо заставлять делать то, что я принимаю как перспективное знание, а это мне не пригодиться.

- Ты это в небесных прорицаниях прочла?

- Я не вижу будущего. Я могу предугадать короткую цепь событий.

- Интеллектуальная подвижность еще никому не вредила. Тренируй ум.

- Хватит меня воспитывать. Ты ворчишь, потому что настроение плохое. Оля купается, составил бы ей компанию.

- Она не звала меня с собой. Наоборот.

- Она тебя стесняется.

- Я знаю. Я с тобой личные отношения обсуждать не буду.

- Очень мне нужны такие обсуждения. Как думаешь, если я сейчас сгоняю на материк, тест сдам, она меня возьмет?

- Нет. У Эл какие-то планы, тебе придется подождать.

- Я не ребенок.

- Не спорю.

- Тогда почему?

- Я не знаю. Иди к Ольге приставай с расспросами.

- Я уже, она послала меня к тебе. Эл дрыхнет, а вам до меня дела нет. Уйду я от вас.

- Дрыхнет, это из той же категории, что слинять? А со сдачей теста затея удачная. Эл будет рада.

Ника вздохнула, добиться поддержки ей не удалось, а поэтому придется все же сдать зловредный тест.

Они добрались до дома в темноте. Ольга сидела в гостиной одна, с ногами забравшись в просторное кресло, погруженная в задумчивость.

- Я отправила Эл спать. Хотите, поболтаем?

- Я иду учить константы, - пробормотала Ника, - разговаривайте без меня, бездельники.

Ника тихонько кралась вниз, в рабочие комнаты под домом.

- Как Эл умудрилась сохранить авторитет. Это чудо, что Ника ей подчиняется, - сказал Игорь.

- Лучше при Нике подобную тему не обсуждать, - предостерегла Ольга. - Со способностями или без них Эл может научить ее человеческому образу жизни.

Игорь пожал плечами.

- А она и раньше от человека не отличалась. Только разве что в ярости. У меня нет одежды для полетов, - вспомнил он.

- Здесь поищи, ты же не в официальный рейс, так прогуляться.

Спокойствие Ольги удивило его, она равнодушно ждала полета. Эл выспится и даст команду собираться. Оля продолжала сидеть, а раньше, непременно суетилась бы, составляла список, перекладывала свои мелочи.

- Ты устала? - спросил он.

- Нет. Тут хорошо. Я слушаю шум волн, звуки ночи. Мне уютно.

- А когда ты будешь собираться?

- А, ты об этом. Что-то мне подсказывает, что сборы излишни. Эл нас удивит.

Он задержал взгляд на Олиной фигуре, свернувшейся в кресле, на ее изящный формах. Защемило в груди, зашевелилось чувство, которое он скрывал от нее за дружеским отношением. Если бы не слова Эл сегодня, он не заострил бы внимание на Ольге, вел бы себя обычно, как уже привык, а теперь не мог быть долго рядом. Он решил слетать на материк, якобы за одеждой для полета. Ника полетела с ним сдавать тест.

Глава 4

Геликс поддерживал интересную и содержательную беседу весь путь, в дискуссию были вовлечены все. Речь шла об исследованиях речевых особенностей сходных цивилизаций. Каждый знал, как минимум три языка, поэтому тема оказалась интересна всем. Эл вела себя менее оживленно, чем друзья, но доводы приводила веские, как знаток не только особенностей языка, но цивилизаций-носителей. Игорь, как хороший аналитик подметил, что Эл пользуется каким-то еще опытом, полученным явно после войны. Когда Эл завела речь о музыкальности языка и о музыке, как части цивилизационного потока, Игорь вцепился в тему и оживился настолько, что стал похож на того юношу, который, казалось, умер в нем. Он заподозрил, что Эл о музыкальности знает не понаслышке.

Разговор прервался, когда Геликс сообщил, что готов их высадить. Место, где они оказались, было до боли знакомо.

- Это та самая база, - замирая, сказала Ольга. - Та самая, Эл.

- Да.

Эл пошла по пирсу, придирчиво осматриваясь. Двое друзей неохотно зашагали за ней. Они шли вдоль всех пирсов. Эл пересчитала корабли, запросила полетное расписание. Пока ей не задавали вопросов, Ольга и Игорь следовали за ней как немая свита. Эл рассматривала расписание, что-то прикидывая в уме, потом заключила:

- Геликс шустрый. Рано прилетели. Нам здесь сутки обретаться, пока мы останемся одни.

Двое переглянулись и снова не спросили ничего. Эл тем временем направилась к тому самому пирсу, с которого пропала в прошлый раз. Она шла туда тем же ровным темпом. Ольга встревожилась.

- Эл, - позвала она и разволновалась так, что не могла выговорить ничего.

- Зачем мы здесь? - спросил Игорь.

- Завтра узнаете, - ответила Эл.

- Тут не слишком приятно, - сказал Игорь, то, что не могла высказать Ольга.

Эл посмотрела на Ольгу, подошла и прижала ее к себе.

- Ну, доктор, что дрожишь мелкой дрожью. Я не исчезну. Я тут, - ласково стала успокаивать Эл.

Ольга обняла Эл за талию, чтобы быть уверенной в ее словах. Ее трясло, было неловко перед Эл, однако, справиться с накатившим воспоминанием было сложно. Эл приняла решение, не мучить друзей, увела их с пирса.

Они бродили по базе, переговаривались с прибывшими, среди которых оказался земной экипаж, что было приятно для Ольги и Игоря, но неприятно для Эл, которая под предлогом встречи быстро ушла.

- Что это Эл прячется? - спросила Ольга, когда они шагали к Геликсу, где надеялись застать Эл.

- Это просто. У нее нет разрешения на дальние полеты. Эл без разрешения улетела. Если ее тут идентифицируют, то неприятности обеспечены. Мы тоже хороши, обрадовались совместному путешествию.

Они поднялись на борт. Эл сидела посреди овального зальчика в огромном для нее кресле, с видом бодрым и даже заинтересованным. До их появления она оживленно болтала с Геликсом о чем-то малосущественном, судя по тому, как легко оборвался разговор.

- Ты быстро ушла, - сказал Игорь.

- Не хотела нервировать народ.

- Вот и я о том, у тебя нет разрешения. Так?

- А оно мне нужно? Геликс и я не нуждаемся в разрешении на полеты.

- Эл, ты хочешь сказать, что ушла не из осторожности?

- Я просто ушла. Мою физиономию в академическом зале, только ленивый не видел.

- Почему? Поболтала бы с людьми, - заметила Ольга, соображая, что Игорь прав, а Эл не хочет признаваться.

- О чем? О погоде? - усмехнулась Эл.

Оля задумалась. Эл разговоры не увлекают, говорит она то, что думает, ей все равно предъявят ли претензии по поводу несанкционированного отлета или нет. Равнодушие Эл ко всему окружающему забавляло Ольгу, не вызывая ничего кроме тайного восхищения уверенностью Эл.

Сутки тянулись словно они год сидели на базе. Отсчет велся на отлеты очередного корабля. Терпение Игоря понемногу истекало, в голову лезли неприятные воспоминания.

- Эл, развлеки рассказом, что за человек ушел с тобой отсюда? - спросил он.

- Я все ждала, кто первый сдастся, - улыбнулась Эл. - Тест на любопытство.

- Я должна была спросить первой? - обиделась Ольга.

- Не-а. Он, - Эл указала на Игоря. - Мы с Геликсом угадали.

- Я предложил пари, - заговорил Геликс приятным баритоном. - Но наши воззрения на вопрос оказались идентичными. Эл более точно предсказала время, которое потребуется для того, чтобы напряжение наросло, и прозвучал этот вопрос.

- Вы затеяли состязание! - возмутилась Ольга. - Эл, ты поддерживаешь подобные затеи? Это неприлично.

- Отчего же. Я тренируюсь. Интуиция, все такое, - Эл покрутила в воздухе пальцем, изображая спираль.

- Раз так, то тебе придется ответить на мой вопрос, поскольку мне неприятны такие испытания с твоей стороны, - заявила Ольга.

- Может быть, она хочет всем сразу рассказать, чтобы не повторяться, - предположил Игорь уязвленным тоном.

Пари Геликса и Эл ему не нравилось, так же как Ольге. Он готов был не слышать ответа.

- Они примерно знают. Алик немного лучше, - Эл говорила с легкой насмешкой.

- Кто он? - потребовала Ольга.

- Он искал убийцу для своего отца.

Ольга вздрогнула при этих словах.

- Но он быстро сообразил, что я не гожусь для такой ответственной роли. Поэтому он с участием отнесся к моему намерению покончить с собой. Предложил помощь и заверил, что есть отличное место.

- Варварство какое-то! - возмутилась Ольга.

- Эл, ты шутишь? - спросил Игорь. - Не поверю, что ты хотела покончить с собой. Это не вяжется…

- Ты высокого мнения обо мне, спасибо. Вам предстоит узнать столько несвойственного моему старому образу, что эта новость покажется несущественной деталью. Он увел меня с собой, чтобы я умерла, как умирают достойные герои.

- Ты не умерла. Ты передумала, - обрадовалась Ольга, словно только что нашла ответ на мучивший ее вопрос.

- Я не передумала. Трудно передать словами то, что мне довелось испытать за границами этого мира. Я просто не умудрилась умереть. Мой спутник оказался неточен в определениях.

- А имя у спутника есть? - спросил Игорь.

- Лоролан.

- Красивое имя. Как музыка. Как звук колокольчика.

- Завораживающее имя и завораживающее существо, - согласилась Эл.

- Познакомишь нас, когда-нибудь? - спросила Ольга.

- Не приведи случай вам познакомиться с ним. - Эл замахала руками.

- Просто ангел смерти, какой-то. Димка так его назвал, - сказал Игорь с волнением в голосе.

- Ты ушла с ним. Куда? - поинтересовалась Ольга.

- Вот туда-то мы сейчас и направляемся. Терпение, друзья мои.

Новость совершенно сбила обоих с толку. Напрасно они пытались заставить Эл говорить опять. Она отказала им, мотивировав тем, что лучше один раз увидеть.

Штурмовать упрямство Эл было занятием утомительным. Пару часов ожидания, вместо препирательств, показалось им разумным ходом, но напряжение росло. Игорь и Эл погрузились каждый в свои мысли, наступило молчание, которое на Ольгу действовало угнетающе. Она убеждала себя, что Эл испытывает их, Эл всегда затевала проверки, избирая неординарные условия. Вся атмосфера за пределами борта Геликса заставляла Ольгу сжиматься в комок. Она проявляла сдержанность с надеждой на скорое окончание. Они выйдут наружу, прогуляются по пустующей базе, может быть появятся Димка и Алька. Такой ход мыслей был более вдохновляющим, чем переживания прошлого или фантазии о будущем губительном месте.

Ольга стала копаться в карманном секретаре, избавляясь от старых записей, заметок, писем, списков. Процесс вызывал у нее внутреннюю суету, потому что планировала она всегда много, больше, чем способна была физически сделать, а поскольку она работала тоже много, то не считала себя человеком, нарушающим собственные планы от лени или непредвиденных обстоятельств. Пункты перекочевывали из старого списка в новый, дела росли как лавина. Ольга с расстроенным видом убрала секретаря.

Она оглядела Игоря, который задремал. Сейчас она посмотрела на него с презрением, он своим творческим кризисом оправдывал безделье последних двух лет. Недовольная собой и им Оля перевела взгляд на Эл в огромном кресле, которое якобы было местом пилота. Геликсу пилот не нужен.

Взглянув сначала мельком на лицо, потом пристальнее Ольга подметила странное выражение. Так выглядел бы человек, который находиться в состоянии сна наяву. Эл сидела спокойно, не шевелилась. Она должна была заметить пристальный взгляд хоты бы краем глаза, рефлекторно среагировать, посмотреть на нее. Эл погрузилась в свои мысли так глубоко, что впала в транс. Ольга при встречах с Эл, которые были за последний год частыми и выглядели как обмен новостями, постоянно замечала и не могла привыкнуть к новым повадкам Эл. Вот такое замирание на месте было одним из них. Ольга продолжала размышлять. Одно дело удивиться при первой встрече, отметить перемены, другое - сталкиваться снова и снова со знакомым с детства человеком и не узнавать его. Нельзя сказать, что Эл изменилась до неузнаваемости, выглядело все так, будто она скрывает свои прежние привычки и нрав, словно ведет игру с тайным смыслом. Затея с визитом на базу напоминала одну из шуточек Дмитрия, и Оля сочла, что Эл устала притворяться.

Эл все сидела отстраненная, лишь глаза ее временами двигались, созерцая некие картины из воображения. Она все еще не заметила взгляда, что Олю удивляло. Она наблюдала за Эл в открытую, пока ей не стало казаться, что Эл отсутствует сознанием в реальном мире и перенеслась в какой-то свой.

***

Эл не заметила, как выскользнула из уютного зала на Геликсе, как оказалась в районе красных скал. Принимая решение не возвращаться сюда, Эл вспоминала эти места, как средоточие некоей силы и одновременно защиты и покоя. Она пешком преодолела расстояние до потока из двух ручьев, перепрыгнула на другую сторону и поднялась к проходу в скалах более сложным, но коротким путем. Ее не интересовала красота внутри маленького природного чуда в скальной крепости, снаружи пейзаж напоминал глиняную композицию из возвышенностей и низин, которую невидимый мастер создал по понятному только ему замыслу. На такие чудеса способен только могучий и естественный разум самой Природы.

Она пошла по темному коридору в пространство, где были спрятаны ниши, которое она условно назвала храмом. Эл уже успела подзабыть обстановку здесь, что само по себе странно при ее памяти, или пространство сменило вид. Над головой были звезды, как в ее видениях, а перед ней единственная ниша. Эл пережила точную гамму ощущений сопровождающих появление двери, оказалось, она способна их снова пережить. Следом изменилось пространство, Эл очнулась в сквере недалеко от дома, где была их первая квартира, от дома, где теперь жил Дмитрий. Она даже огляделась, поискала его глазами, однако взгляд натолкнулся на персонаж здесь невиданный. Это был рыжеволосый странник, знакомый Эл по мирам владыки, который двигался по аллейке в ее сторону прогулочным шагом. Если бы не эта грива волос, он сошел бы за обычного подростка. Вид, был приемлемый, кроме прически да еще не по сезону обернутого вокруг шеи шарфа крупной вязки. Он шагал к ней, остановился, осмотрел, приветственно кивнул, как старый знакомый. Эл повторила его кивок с удивлением, поскольку увидеть его повторно здесь никак не ожидала.

- Здравствуйте, Эл.

- Здравствуйте, здравствуйте, - протянула она, припомнив обстоятельство их встречи в мирах.

Обязательно скажет, что этот мир недостаточно хорош.

- Нет. Не скажу, - ответил он.

Он выглядел озабоченно, когда смотрел на нее.

- Пройдемся? - предложила Эл.

- Да.

Они шли бок о бок, Эл позволила молчанию затянуться, поскольку ей не хотелось снова оказаться в неприятной ситуации, когда ее расценивали как нарушителя очередного свода каких-то там законов, непонятно кем установленных.

- И это тоже верно, - заговорил он. - Вы не испросили разрешения у местной силы на право существовать в этом мире, срок предыдущего договора уже истек.

- За этим?…

Он не дал договорить.

- Нет. У меня особенная миссия.

- Прямо таки миссия. И еще особенная, - позволила себе шутить Эл.

- Наша первая встреча была напряженной. Я был необъективен к вам.

Эл повернула голову в его сторону и вдруг поняла, что он вообще не подходит под образ среднего местного подростка, который элементарно не может так плавно и красиво изъясняться, ходить, манерно держаться. Она улыбнулась.

- Вы забавный, - не удержалась она от комментария.

- В мою задачу не входит угождать вашему взору.

- Угодили. Вид достойный кисти художника.

- Я старался. Продолжим. Где ваш меч?

- Так вы же знаете это лучше меня, вы с Радобортом уходили, меч был у него.

- Вам следует получить его обратно, как можно скорее.

Тут Эл остановилась, подумала и спросила.

- А зачем?

Он остановился, посмотрел тем же презрительным взглядом, какой Эл еще помнила.

- Я обещал вашей матушке, что передам дар, но при взгляде на вас впервые я не решился его отдать, слишком мощная сила была в вас сосредоточена, потому что опасно отдавать сильному, но не готовому, ценность мудреца. Во второй раз я вижу, что положение обратное. Что ж будет немного больно, но зато хранилище надежное.

При этих словах в воображении Эл возникла Елена Васильевна, ее приемная мама, которая и сама могла бы передать что-либо. Тут Эл начала вникать в странность событий.

- Видение?

- Да, это видение, - подтвердил он.

Пространство изменилось, стало "храмом" в скалах. Они стояли под звездным пространством потолка, странник уже не подросткового вида, а просто как рыжее бесполое существо неопределенного возраста, сказочное и внушающее восторженные чувства, стояло в одной из ниш. Это была одна из дверей. Эл не знала назначение каждой ниши, поэтому и заняла центр сооружения, чтобы не быть увлеченной каким-нибудь потоком сил.

Странник шагнул из арочного проема в зал.

- Ты знал ее? - очнулась Эл.

- Знал когда-то.

- Где она?

- Мне не известно. Ты выбрала странный мир для жизни. Почему столь несовершенный и противоречивый? Трудный.

Эл пожала плечами.

- Я там родилась.

- Забавный аргумент. Ты не хочешь следовать дальше по своему пути?

- Слово "дальше" мне не нравиться, - задумчиво произнесла Эл.

- Ты права, мне не следует спрашивать. Это всего лишь естественное любопытство.

- Я полагаю, что тебя стоит освободить от миссии и отпустить в мир, который однозначно лучше тех, что я себе выбираю, - предложила Эл.

- Мне нравиться твоя ирония. Но я постиг твой замысел. Ты выбираешь трудные миры, чтобы становиться сильнее.

- Хм. Неверная догадка.

- Я еще только постигаю замыслы великих.

Странник протянул к ней открытую ладонь, окутанную радужным сиянием.

Эл протянула в ответ свою руку, а поскольку беспокойство росло, она не удержалась от последнего комментария.

- Стоило ли утруждать себя. У меня нет намерения вернуться к старым обязанностям.

- Я знаю об обещании, которое было дано тобой Совету Одиннадцати. А еще я помню, что ты обещаний не нарушаешь. Это не столько дар, сколько намек на его. Мне известно, что он связан с оружием, которое ты неосмотрительно отдала Радоборту. Я носил его в себе, и он проявил сродство к мечу. Найди меч - узнаешь, что искать.

У Эл возник внутренний протест, потому что менее всего в этой жизни ей хотелось заниматься поисками оружия, которое гарантированно втянет ее в очередной круг событий. Эл не проявила энтузиазма и несколько попятилась в сторону.

Странник мягко и успокаивающе поймал ее за руку.

- Способ действий определяется не только обстоятельствами, но и доброй волей, - сказал он ласково. - Ты не великая, ты - больше чем великая. Стань значимой в свом мире, или стань странником, судьба сама позовет тебя, когда настанут сроки. Я изменил мнение о тебе. Ты спасала брата, рискуя оказаться в вечном плену. Я был молод и не оценил твоей мудрости.

Мягкость его руки напомнила Лоролана. О чем он говорит? Какое уважение? Обстоятельства. Судьба. Ей хотелось быть подальше от всего этого.

Рукопожатие, которым он решил проститься, оказалось очень болезненным. Эл не удалось высвободить руку, его ладонь захватила в цепкий плен ее ладонь. Рукопожатие - земной жест, наверняка он давно следил за ней. Ждал? Он улыбался, глядя ей в лицо, словно был счастлив происходящим.

- Немного неприятно, - произнес он. Он освободил ее кисть, теперь она сияла, центр ладони жгло.

- Представь, как сияние растворяется в тебе, - посоветовал он.

Она представила надеясь, что боль пройдет. Сияние пропало, в центре кисти красовался синяк, и боль стала нестерпимой, словно в руку вонзилась каленая стрела. Эл от испуга тряхнула кистью, световое пятно появилось снова точно в размер синяка и снова растаяло. Эл поискала глазами странника, но увидела Ольгу с интересом изучавшую ее.

- Эл, ты что руками трясешь? - заговорила Ольга.

Эл прижала пальцы другой руки к губам и перевела взгляд на спящего Игоря, потом на выход.

Ольга не успела взглянуть на Игоря, Эл быстро выскользнула за переделы корабля.

Боль и возбуждение погнали Эл по пирсу. Она не смела больше тряхнуть рукой, прижимала ее к груди.

От дальнего самого большого пирса отчалил последний корабль. Им уже пора, а Эл, как на зло, не могла справиться с ломотой и жжением в руке. Ей чудилось, что рука до локтя болит нестерпимо. Как не учись терпеть боль, привыкнуть невозможно. Эл всякими ухищрениями отвлекала сознание от болевых ощущений. Маяки уходящего корабля таяли, а ей чудилось, что поблизости замаячила другая цепочка огней. Не почудилось. К пирсу, что был поближе, на курсовой посадочной скорости приближался катер. Эл с досадой поняла, что один из экипажей доложил о них инспекторскому патрулю. Это и был патруль, они видели ее, заходя на посадку, и конечно идентифицировали. Деться с базы некуда, придется общаться.

Эл поиграла желваками на скулах, поджала губы и встретила троих патрульных с видом красноречиво неприветливым. Боль подогревала неприязнь, но ушла ненадолго в сторону, патрульные явились отвлекающим фактором. Ее бледный вид замечен не будет в почти синем дежурном освещении базы.

- Приветствую, - еще издали изрек, шедший первым.

Двое других ограничились уставным салютом. Эл здоровой рукой изобразила галактическое приветствие.

- Могу я узнать ваше полетное расписание, капитан. Мы не обнаружили ваш борт в реестре полетов. Это странно.

Он был учтив. Эл поскрежетала зубами от боли и накатившего раздражения. Ответить ей было нечего. Она не ставила никого в известность о намерении улететь с Земли, кроме Ники и спутников.

- У вас ко мне претензии? Что в этом районе опасно? - проговорила она. - Я не принадлежу ни к какому флоту. Во мне ни у кого нет нужды.

Они уже знают, что у нее нет разрешения на полет. Но собственно Геликсу разрешение не требуется.

- Капитан, видите ли…

- Не вижу, - перебила Эл. - И не капитан, а командор. Эта база Галактиса.

Эл искала повод не для ссоры, а для того, чтобы разумно убедить их убраться. Дискуссия о юрисдикции базы позволит ей оттянуть неприятный момент, когда пойдут в ход грубые выражения. Эл уже запаслась двумя-тремя разумными доводами.

- Нам интересна цель вашего полета, - так же учтиво продолжил патрульный.

- С каких это пор инспекторский корпус Космофлота вмешивается в деятельность галактожителя и командора военной разведки Галактиса?

Эл понимала, что с ее стороны подло пускать в ход "тяжелую артиллерию", однако не без удовольствия она увидела смущение троих патрульных, расценив это как шаг к победе.

- Военная миссия? - уточнил другой патрульный. - Что-то далеко вы залетели от территорий, где ваша деятельность легальна.

Патрульный знал о регалиях, о их появлении у молодой еще для таких званий Эл, но долг обязывал его принять вызов грузового судна обозначившего подозрительное присутствие капитана Элли Светловой, бывшего пирата, на территории этой базы. Они приняли вызов. Все трое поморщились от перспективы конвоировать героя войны к земным маякам, однако на запрос о карте полета Земля ответила, что таковая отсутствует, то есть полет самовольный. Корабль торнианский, частный, но владелец капитан Космофлота, следовательно, отчитаться обязан. А вот то, что она галактожитель инспектора предпочли забыть.

Все три инспектора с видом очень занятым изучали неординарную личность напротив, словно такое увидишь один раз в жизни, а потом лучше не встречаться. На ней не было форменной одежды и знаков отличия. Вообще ее одежда не предназначалась для полетов. Она была одета словно гуляла где-то далеко от порта, без мыслей о космосе, и ей вдруг вздумалось улететь с планеты без всякой подготовки. Широкие штаны были заправлены в потертые летные ботинки, обувь была единственным атрибутом сообщавшим, что этот человек имеет отношение к космосу. Длиннополая куртка была подпоясана простым ремнем, разделенным на секции, соединенными кольцами. Наверное, к кольцам должно было что-то крепиться, но она будто не стала утруждать себя, цепляя портативные переводчики, устройства климат контроля, связи.

- Если это бесцельный полет, капитан, мы вынуждены будем проводить вас назад, - сочувственным тоном сообщил патрульный.

- Назад? Куда? Вам известен пункт базирования моего корабля? - усомнилась девушка.

В точку. Эл видела, как ему не хочется выдворять ее с базы, что только долг, и никакие иные поводы, заставляет его быть настойчивым, а раз так, пусть смириться и отстанет.

- Согласитесь, инспектор, у вас нет ни малейшего права и желания препятствовать моему путешествию, - заявила Эл.

- И все же.

- Не вынуждайте меня быть грубой, я быстро придумаю подходящее оскорбление, - грозно сообщила Эл, стискивая от боли зубы.

Во взгляде патрульного сначала промелькнуло возражение, потом зажглась надежда. Смотрел он мимо Эл на приближавшегося к ним невысокого белокурого длинноволосого мужчину одетого в летный костюм технической службы Космофлота. Поскольку других кораблей вокруг не было, он являлся спутником неординарной девушки в звании командора.

- Так как далеко вас прикажете послать, инспектор? - напомнила о себе Эл тоном недружелюбным. - И еще мне интересно, какая сволочь вам сообщила о моем местонахождении?

Инспектор опешил.

- С ремонтом порядок, - сообщил подоспевший Игорь.

- Это торнианский корабль, они не ломаются, - рефлекторно отозвался другой инспектор.

В ответ молодой инженер одарил его улыбкой, с какой смотрят на умничающих детей, а хозяйка корабля презрительно хмыкнула.

- Стала бы я ожидать беседы с вами, если бы борт был цел. Леший вас понеси, да проваливайте же вы! Прямо говорю, вы тут лишние. Если какой-то болван проявил служебное рвение и сообщил, что тут бывший пират, это не дает вам ровным счетом никаких прав на подозрения. Мы никого не преследуем. Мой борт, где хочу там и летаю. Я не на службе у Космофлота.

- Капитан, то есть командор, я вам запрещаю, - не выдержал патрульный.

Эл склонилась к нему и заявила.

- Уверены, что догоните? - спросила Эл и оценивающе посмотрела в сторону инспекторского катера, а потом на Геликс.

- Я требую уважения, - повысил голос патрульный.

- Командор, - поправила Эл.

- Командор, - добавил он, оставаясь вежливым.

- Так на какую базу мне вернуться? - с угрозой в голосе спросила Эл, заведомо зная, что ответа у него нет.

- А что к нам претензии? - спросил Игорь у Эл, которая повернулась спиной к инспекторам и показывала взглядом, чтобы он двигался к кораблю. - Отдыхай, командор, я разберусь. Так что случилось, инспектор?

- Вы не значитесь в карте полетов этого района, - с облегчением объяснил инспектор, встретив понимание в лице цивилизованного землянина.

Игорь опять улыбнулся, той же милой улыбкой.

- Это я должен отвечать, а не командор. Я исследую торнианские корабли. С разрешения создателей судна и командора, разумеется. Барьерный скачок не подразумевает пункта назначения.

Эл уже ушла, и Игорь готов был засыпать патруль техническими подробностями до степени предельного занудства. Попутно он добыл из нагрудного кармана прозрачный лист разрешения на полет, которым запасся заранее, сунул его инспектору и продолжил.

- Наша наука не знает пределов энергий барьерных скачков. По моей теории мы имеем дело не с энергетической переброской, которую нам позволил освоить Галактис, а с неким иным способом путешествий. Корабль в состоянии квазимыслящей субстанции - явление невообразимое с точки зрения земной навигации, но по категориям нашего развития весьма допустимое. Этот феномен связи пилотируемого квазиментального пространства, которым является, по сути, этот корабль, с пилотом, капитаном, тут как угодно, является доказательством теории о множестве миров…

Игорь стал развивать свою мысль до пересечения с другими областями исследований. Едва ли ему станут задавать вопросы. Инспектора по очереди изучили предъявленную карточку. Она не вызвала нареканий, поскольку была самой настоящей. Он не просто слетал домой перед отлетом ради удобной летной формы. Он был убежден, что Эл разрешение оформлять не станет. Он сделал это за нее, придумав самый невинный повод для вылета - научная работа.

- Очень интересно,- остановил Игоря инспектор. - Я понимаю важность вашей деятельности.

Инспектор понимал, что молодой человек, которому не о чем беспокоится, говорит на темы не лежащие в плоскости беседы, он намерено продолжает линию поведения своего командора, выражаясь проще, издевается, оставаясь милым парнем помешанным на технике.

- Почему вы здесь? - спроси другой инспектор.

- В момент скачка, будем пока так это называть, произошло что-то необъяснимое. Вы как раз отвлекли меня от разрешения очередной загадки.

Инспектор понял, что сейчас последует еще одна тирада, и жестом показал, что объяснения излишни.

- Грубое поведение вашего командора не оправдывает цели вашей деятельности, - сказал он.

- У-у-у, - протянул Игорь. - Тут я даже извиняться за нее не стану. Она терпеть не может инспекторский корпус в любом виде. А вы дали ей такую завидную возможность для дуэли. Я во время пришел, еще бы минут пятнадцать, и она заставила бы вас извиняться.

- Извиняться. За что?

- Она знала, что у меня есть разрешение. А тут подвернулся завидный шанс подшутить над вами. Это сильней ее этических принципов.

- Какой тут смысл? - возмутился инспектор.

- Когда-то давно ваша организация испортила ей карьеру в Космофлоте. Теперь она - командор Галактиса, что по рангу много выше любого из вас. Почетному гражданину Галактиса и командору не требуется разрешение на полеты через галактические территории, Земля-то уж второй десяток лет в составе Галактиса. Передайте это тому, кто нас заложил. Улетайте лучше, а то она может вернуться.

Игорь попрощался уставным жестом и пошел к Геликсу.

Он поднялся на борт, когда инспекторы отчалили.

- Эл, ну неужели так сложно поставить Космофлот в известность, - упрекнул он.

- Конечно, конечно. Ставить мое изображение со всеми регалиями в зале назначений академии можно, но чуть я за ворота, так на короткий поводок меня, - громко возмутилась Эл. - Не дождутся.

- Как ты их спровадил? - осторожно спросила Ольга, по ее виду Игорь заключил, что Эл уже успела резко высказаться по поводу появления патруля.

Он показал карточку с разрешением.

- Вот зачем ты летал, - догадалась Ольга.

Игорю осталось кивнуть ей с грустной улыбкой.

- Все. Пора! - скомандовала Эл. - Никаких вопросов. Делаете, как я скажу.

Она ринулась из корабля наружу, так что им пришлось бежать за ней.

Опять они оказались на памятном пирсе, а дальше произошло совсем неожиданное для них событие.

Глава 5

Понимание пришло с опозданием. Игорь еще спорил мысленно с Эл по поводу ее беседы с патрулем, поэтому он не уловил мгновения перехода. Изменившийся пейзаж ударил по нервам и заставил все забыть. Тот мир остался, словно, за спиной, от неожиданности Игорь вздрогнул и оглянулся. Он увидел там вздымавшуюся, застывшую волну крутого песчаного берега, когда-то обвалившегося. Первым впечатлением было, что эта стена хочет их догнать, он посмотрел вперед, чтобы вовремя сорваться с места. Впереди о песчаную, гладкую полосу берега бились реальные волны. Перед ним было море.

- Вот и все, - услышал он слова Эл. - Вышло. А это что такое? Так. Геликс?

Слева висело серебристо туманное тело корабля. Эл, уперев руки в бока, качала от удивления головой.

- Здорово! - воскликнула Ольга и поискала того же восторга в лицах друзей.

Озабоченная Эл и изумленный Игорь радости не показали. Оля грустно улыбнулась.

- Это определенно не остров Тома, - заключила она.

Здесь не было конкретного источника света, он шел словно отовсюду и ниоткуда, создавая иллюзию пасмурного дня.

- Так значит, тут ты очутилась тогда, - продолжала размышлять Ольга.

Но Эл двинулась к кораблю, положила на корпус руку и спросила:

- Это я или ты сам?

Известный своей разговорчивостью Геликс ответил молчанием.

- Ладно, потом поговорим.

Эл улыбнулась друзьям. Указала на песчаный обрыв, провела рукой вдоль него, словно объясняя дорогу.

- Там есть проход или штурмуем берег?

От нетерпения Оля полезла первой, но Эл быстро ее опередила и уже подавала руку сверху. Ольга редко занималась физическими тренировками, запыхавшаяся, она не отказалась от помощи. Игорь влез на обрыв одновременно с ней. Подстраховал, на случай, если Эл не справиться.

Чем дальше, тем неожиданнее. Впереди из-за невысоких деревьев сада показались кровли дворца.

- Это что за архитектурный раритет? - удивился Игорь. - Эл, это сюда ты пришла умирать?

- Э-э-э, - протянула в ответ Эл. - Здесь не было ничего, что вы наблюдаете. Это целая история, я оставлю объяснения на потом. У тебя будет еще немало поводов продолжить размышления о квазиментальном пространстве.

Эл хитро улыбнулась. В это мгновение она поняла, что рука не болит. Она забыла о беспокойстве, посмотрела на ладонь, гладкую и здоровую.

- Это место не подходит для смерти, - оглядываясь, сказал Игорь.

Эл жестом пригласила их идти за ней. Дворец медленно нависал, пока гости не запрокинули головы, чтобы оглядеть верхние ярусы. К лестнице они подошли с опаской и волнением. По той же причине они молчали.

Эл сняла ремень, стащила с плеч куртку и перекинула одежду через плечо. Она поднималась по ступенькам и вспоминала, как оживало это место при ее первом появлении. Да, тогда она поняла, что способна удивиться, испытать трепет, она понимала, что значит ожить душой.

Она ожидала, что едва они поднимутся в галерею, там непременно окажется Тиамит. Он возник, приближаясь из самой дальней точки. Ольга и Игорь застыли с поворотом головы. Эл приветственно поклонилась.

- Осматривайтесь, а я переоденусь, - сказала она и собралась уходить.

Потом подумала, что должна присутствовать при знакомстве, по старой традиции полагалось представить незнакомых людей друг к другу. Как быстро ожили земные традиции ее детства, мелькнула у нее мысль.

Тиамит, будто с фантазийной картинки, седой, высокий, крепкий, но уже не такой старый, приближался к ним. Его белая мантия с синим кантом красноречиво причисляла его к касте волшебников. Эл увидела восторг в лице Ольги и любопытство Игоря. Улыбаясь, она указала на мага.

- Это Махали, - восторженно вздохнула Оля.

- Это Тиамит, которого вы знаете под именем Махали, - пояснила Эл, потом с сопроводительным жестом представила друзей. - Это Ольга. Это Игорь.

- Приветствую вас обоих. Рад знакомству. Вы те двое из друзей Эл, кого я не знаю. А где тоя воспитанница? - обратился Тиамит к Эл.

- Ей еще рановато сюда, - ответила Эл.

- Отдыхай, девочка моя, я займу твоих гостей беседой.

Ольга посмотрела на Эл с мольбой во взгляде, ей было неловко остаться наедине с тем, о ком она много слышала от Эл, но с трудом верила в его существование. Волнение росло.

- Здравствуйте, - сказал Игорь. - Вам знаком наш язык?

- Мне не нужны слова, чтобы понимать друзей, - ответил Тиамит. - Путешествие было легким?

- Сюда да, а остальное - формальности, - ответила Ольга.

- В чем состояли формальности, и что это за гость у лестницы? - спросил он.

Ольга поняла, что они забыли о корабле.

- Это мой друг. Это летающий… - пыталась ответить Эл, подбирая слова. - Летающий друг. Ему интересно это место. Мне не известно, сам он сюда нырнул, или я его притащила. Я это потом выясню. Сам его расспроси.

- Эл, ты можешь идти, - сжалился Тиамит, заметив, что Эл не терпится уединиться.

- Осматривайтесь. Какие-нибудь двери здесь открываются. Я обойдусь без разъяснений. Так даже правильнее, - сказала Эл и стала пятиться спиной, чтобы уйти.

- Личные впечатления, - согласился Игорь.

Он был рад познакомиться с бородатым старцем. Игорь ощущал некое торжественное состояние в его присутствии, но не смущался, как Ольга.

Эл проводили три разных взгляда. Тиамит изучал друзей своей подопечной с хитрым прищуром. Девушка утонченная и чуткая контрастировала с напористой Эл и не подходила бы ей в подруги, если бы не что-то глубинное, особенное связывало бы их душевными узами. Молодой человек слегка растерянный в момент приближения к дворцу сейчас расправил плечи и бесшумно набирал полную грудь воздуха, ловил запахи и пылал любопытством исследователя. Он не будет скучать.

- Вы не будете против, если я вас разлучу? - обратился он к ним, не дожидаясь, когда Эл исчезнет из виду.

Игорь выказал беспокойство.

- У меня есть вопросы медицины, которые я желал бы обсудить с вашей спутницей, - успокоительным тоном сообщил Тиамит.

- Мне нравиться эта идея, - согласилась Ольга.

Гордость наполнила ее, чудо-старик избрал ее как собеседницу, Оля забыла волнение, любопытство победило страх, и она сама сделал первый шаг навстречу.

- Что мне посоветуете осмотреть это здание или окрестности? - спросил Игорь.

Ольга подумала, что в душе он обидится, но по его выражению лица нельзя было понять его чувства.

- Дворец, разумеется, - ответил Тиамит.

Оля, чинно вышагивая, двинулась за стариком, а Игорь побрел в другую сторону, туда, куда ушла Эл.

Дуги коридоров, казались бесконечным лабиринтом, от взгляда на замысловатый декор у него начинала кружиться голова. Сначала было тихо, и он слышал только свои шаги, но потом уловил слабые звуки, которые складывались в звукоряд, но не были похожи на музыку в его понимании. Это явление заинтриговало Игоря, он отправился искать источник. Он старательно запоминал дорогу, потому что предполагал, что вернется тем же путем. Он оказался во внутренней галерее, перед ним был двор, овальный, без растений, печальный на вид. Посреди двора стояла Эл, уже в другой одежде. Он мог поклясться, что нестройная мелодия исходила от нее. У него была теория, что люди звучат, каждый на свой лад, но не обладая сверхслухом, как у Димки, например, Игорь не мог утверждать, что действительно что-то слышит. Эх, Димкино бы ухо сюда.

- Ты уже тут. Неплохо, - сказала Эл.

Мелодия оборвалась, звук слов разрушил его связь с неким пространством, где она звучала.

- Мне показалось, что я слышал звуки, - признался Игорь.

- Тогда ты не заблудишься и найдешь много интересного. Здесь важно прислушиваться не к логике, а к чувствам, позывам души.

Эл изменилась. Не было вялой усталости, с какой она явилась на остров Тома, напряжения, которое ощущалось на базе. Одета она была иначе, архаично. Темные по колено брюки и бежевая рубаха с поясом, сандалии вместо ботинок. Легкая одежда Эл навевала ему романтическое настроение, он улыбнулся.

- Ты тут другая, - признался он.

- Да, это верное наблюдение. Только тут я чувствую настоящую себя. Так много тут напоминаний.

- А почему здесь ничего не растет? - спросил он, обводя рукой пространство двора.

- Хороший вопрос! - Эл широко улыбнулась. - Я не знаю. Может быть, некому любоваться красотой.

- Эл, ты жила здесь одна или с Тиамитом?

- Тиамит тут такой же гость, как вы. Он недавно здесь.

- Одна, в таком огромном пространстве? Как-то неуютно.

- Я люблю это место, - Эл по-хозяйски уперла кулаки в бока, словно архитектор, который затеял реконструкцию.

Ее взгляд скользил по колоннадам ярусов, по дугам арок, по косым линиями подъемов, Игорь понял, что она отлично читает рисунки здания, все тут ей знакомо.

- Ты пробовал двери открывать?

- Нет, еще. Тиамит увел Ольгу. Это не опасно?

- Пошли совещаться о моем здоровье. Тиамит рассчитывает, что я продолжу свои путешествия, вы тут, кстати, в качестве спутников.

- Я с радостью.

- Тебе скучно, дружище. Мало тебя пираты трепали, не устал от приключений?

- Пираты меня не трепали, эти слова больше к Димону относиться. Кстати, где они?

- Дома, там, где я их оставила.

- Я думал они будут тут раньше нас.

- Они здесь никогда не были, я не знаю прохода сюда из нашего времени. Если он есть, тогда задача будет выглядеть проще. Я пройдусь по окрестностям, а ты тут побудь. Место очень интересное.

Эл поднялась по узкой лесенке в нижнюю галерею, мелькнув между колоннами, исчезла.

Припомнив совет Эл на счет ощущений, Игорь погрузился в свои.

Эл спускалась к саду. Он немного ожил с прошлого раза. Благотворное присутствие Тиамита ощущалось повсеместно. Волнения прошлого были забыты. Эл вдыхала время от времени густой воздух, с чувством удовлетворения. Она думала недавно, что оказаться в московской атмосфере, означало для нее пережить ощущения "я дома". Оказывается, остров дал ей гораздо большую гамму таких чувств. Неужели это место она станет считать домом? Возможно, возможно.

Эл отошла подальше от массива дворца, чтобы осмотреть его. С дорожки было видно только три верхних яруса из пяти, остальной вид закрывали деревца сада. Они выросли. Эл обратила на это внимание лишь теперь. Взгляд скользнул по крыше и остановился на башне. Стоит забраться туда. Тут у Эл побежал холодок по спине от воспоминаний. Там она, очевидно, встретит фантом Алика. Ненастоящего. Помимо своего желания мысли о нем захватили ее. Яркое воспоминание, сравнимое с недавним видением странника пришло в ее сознание, образ человека, который олицетворял когда-то ее жажду свободы. Ради кого она рвалась из пяти миров, так ли уж ради Алика? И которого из них? Эти мысли Эл не понравились. Она нахмурилась, дернула плечами и отвернулась. На башню - ни ногой. Волнение задавило чувство покоя и удовлетворения. Почему ее мучают такие мысли, если решение уже принято. Если она отдала руку и сердце, как говорили в древности, более точных слов не найти, и руку, и сердце.

Ей захотелось увидеть Алика настоящего. Столь острого желания она не испытывала со времени возвращения в двадцатый век. Эл поспешила обратно, скакала через ступеньку, взбегая по лестнице, словно кто-то гнал ее, она собиралась прервать беседу Ольги и Тиамита. Может быть, беспокойство связано с тем, что она не поставила мага в известность о намерении выйти замуж. Пока вопрос не разрешен, покоя ей не найти.

Эл уже собиралась набрать скорость и пробежаться до комнат Тиамита, но сквозняк, который она подняла, отворил по дороге, какую-то дверь. Эл рефлекторно бросилась ее закрывать и застыла, ухватившись за массивную ручку. За дверью стоял Дмитрий.

- Опа! Ты откуда? Я не слышал, как ты вошла. Тебе не холодно?

Дмитрий заметил, как Эл таращит на него глаза, одежка у нее не по сезону. Отопление вчера выключили, и в квартире стало холодно. Она стояла в дверях комнаты, держалась за ручку двери, точно собиралась грохнутся в обморок и таращила глаза.

- Алик где? - спросила она с опаской. - Зови Алика.

- Эл, ты чего? - удивился Дмитрий.

- Зови Алика, быстро.

Алик был рядом и должен был слышать их разговор. Дмитрий хотел оглянутся.

- Взгляд не отводи! - взвыла Эл, не отпуская дверь.

- Алик, тут Эл появилась, - сообщил Дмитрий.

Поведение Эл было странным, но он не привык ей возражать, поэтому стал подманивать Алика рукой. Алик приблизился и оцепенел.

- Руку ей дай, - проговорил он Димке на ухо, а сам крепко стиснул Димкин локоть.

- Вы что ошалели? Разыгрываете.

- Ру-ку, - потребовала Эл и протянула свою.

Дмитрий развернул ей открытую ладонь. Эл схватила кисть и дернула на себя. Дмитрий не сопротивлялся, но потом пережил нечто необычное, пространство расплылось, ударило по глазам, он их закрыл, потом открыл и ахнул.

- Великий космос! - громогласно произнес Дмитрий, оглядывая пространство галереи. - Ей-ей, дворец! Ну, командор! Вот это трюк!

Эл взволнованно дышала. Потом лихорадочно осмотрелась, захлопнула дверь и указала на нее пальцем.

- Дверь запомните и не трогайте.

- Это и есть остров? - спросил Алик. И посмотрел на Эл счастливыми глазами. - Получилось.

Эл вздохнула шумно, как человек тащивший груз. Она потрепала себя по волосам, тем самым, показав растерянность.

- Что это было? - поинтересовался Дмитрий.

- Дверь, - одновременно ответили Эл и Алик.

- Класс. Что машинка сработала? - шутливо, сочувственно спросил Димка, рассматривая удивленную Эл. Он тоже потрепал ее по волосам, взъерошив кудри. - Сама еще не поняла.

Эл перевела взгляд на дверь, вопреки собственному запрету она подошла и дернула ее на себя. Дверь открылась с сильным скрипом, однако за ней оказалась пустая плохо освещенная комната дворца.

Алик наблюдал ее удивление с улыбкой, потом толкнул ее локтем в плечо и сказал:

- Привет, давно не виделись.

Ум Эл был занят анализом случившегося, ответная улыбка была дежурной, он чмокнул ее в щеку и обратился к Димке.

- Пошли, побродим, что ли. Такая возможность открылась.

- Погодите, а сколько у вас прошло времени? - спросила Эл.

- Три месяца и четыре дня, - ответил Алик.

Он соскучился, готов был броситься к ней с объятиями, но счел, что в подобной обстановке и состоянии Эл, проявление чувств излишне. У нее голова кругом шла от происшествия.

- Признайся, ты очень хотела меня видеть, - пошутил он, обнимая ее сзади и целуя в макушку.

Эл ожила вдруг и тоже улыбнулась, повернулась и обняла его.

- Так и есть! - воскликнула она. - Все-таки, страсти иногда движут миром.

- Глубокомысленное наблюдение. Пигалица с тобой? - спросил Дмитрий.

- Кто?

- Кто-кто. Мышка-норушка. Ника, - в голосе Дмитрия звучала некоторая тревога.

- А. Нет. Она там осталась. Ребята тут. Оля, Игорь. Тиамит тоже.

- Значит, почти все в сборе? Что-то затевается? - азартно поинтересовался Дмитрий.

- Нет. Мне бы с тем, что есть разобраться, - ответила Эл.

- Ну, ты себя недооцениваешь.

- Я хочу всех увидеть. Где они? - сказал Алик.

- Где-то тут, - неопределенно ответила Эл.

- Погоди. - Дмитрий многозначительно поднял палец вверх, прислушался и указал за спину Алика. - Там.

- Пошли, проверим, - предложил Алик.

Они пошли по галерее. Дмитрий намеренно сильно топал, правда в домашних тапочках у него плохо выходило шуметь, галерея хранила тишину.

- Мы тут! - крикнул он.

Голос превратился в эхо.

По галерее им на встречу легкими шажками семенила Оля.

- Тиамит показал, куда мне бежать! Он вас почувствовал! Как здорово! Привет!

Алик первым получил порцию приветствия.

- Привет, Оленька, - сказал он.

- Алик. Димка!

Ольга кинулась к Дмитрию. Он поцеловал ее в щеку.

- Какой же ты здоровый! Я уже успела забыть! Димка! - ликовала Ольга. - Ребята! Мы опять вместе! Эл, ты молодец! Как ты смогла?

Скоро появился Игорь в сопровождении Тиамита.

- Мне показалось, что небо стало более ясным! Бродяги! А! Как же я рад! - ликовал он.

Они обнялись по очереди.

Тиамит и Эл встретились взглядами. Эл сияла счастьем, Алик обнимал ее за плечо, что-то говорил друзьям. Он в знак общей благодарности, снова поцеловал Эл в щеку. Она уловила вопросительный взгляд мага и просияла в ответ счастливой улыбкой.

- Скучно вам в прошлом? - спрашивала в этот момент Ольга.

- Нет. Нисколько, - возразил Алик.

- Он обобщает, - возразил Дмитрий.

- Ника осталась дома, Эл наказала ее, - сообщила Ольга.

- Хвала небесам. Мое нежное сердце не выдержало бы бурной встречи, - шутил Дмитрий. - За что наказана?

- За константы по навигации.

- Так ей и надо.

- Дмитрий. Ну, что она тебе сделала, - взмолилась Ольга.

Дмитрий не ответил, увлеченный вопросами Игоря. Он косился на Тиамита время от времени, потому что присутствие мага было для него важнее. Димка не увидел покоя и радости в его глазах, а значит, объединение их оравы было ему не совсем по душе, а может что-то иное. Тиамит кивнул ему, когда Дмитрий прямо посмотрел в лицо старику. Ему показалось, что он приветствует его. В ответ Димка тоже кивнул. Тиамит захватил его внимание, Дмитрий был готов хоть сейчас оставить друзей, ради короткой беседы с покровителем Эл. Согласие читалось в глазах Тиамита, и Дмитрий ответил вторым кивком понимания.

- Что вам более интересно, - заговорила Эл, обращая на себя внимание, - осмотреться или услышать мою историю?

- Историю! - закричали несколько голосов.

- Идет. Тогда пошли на берег. Устроимся там и поговорим.

Алик знал часть истории, в которой сам участвовал, он видел ситуацию глазами Кикхи, но рассказ Эл начался с гораздо ранней точки отсчета. Он ощутил как все замерли, когда Эл заговорила о своем вынужденном уходе. Он испытал старое чувство вины, тоску и грусть, окунаясь снова в воспоминания.

- Вы можете смело перебивать меня, говорите, если вам скучно или не интересно. Я не могу рассказать абсолютно все, что-то уже не важно, что-то еще не важно, - говорила она.

Эл оглядела севших на песке в кружок людей, Тиамит сел отдельно, на камне. Тут Эл явственно поняла его. Он выразил всем существом просьбу не рассказывать, что она дочь владыки, а если получиться, то не употреблять понятие - великая. Эл остро почувствовала грань между собой прежней и нынешней. Эл, наделенная могуществом, без труда сообразила бы, что следует рассказать в дружеском кругу, а что следует оставить в тайне. Но, даже не будучи столь сильной, как когда-то, она ощутила разницу в опыте своем и людей тесным кружком сидевших рядом. Взгляд Дмитрия сказал ей: "А стоит ли?" Но они ждут рассказа, ждут терпеливо и давно. Они заслужили право знать ее секреты хотя бы потому, что сохранили добрые чувства, возродили дружбу, готовы идти дальше. Трудно поверить, что когда-то они чувствовали вражду и ненависть, страдали по прошлому и боролись каждый со своей темнотой. Эл начала рассказ со встречи с Лороланом, но сообщила о нем скупо, заметив попутно, как напрягся Алик, как усмехнулся Тиамит. Потом она долго говорила о начале жизни на острове, излишне описывая подробности. Она увлеклась, руками показывала то, что появлялось, рождалось, делилась переживаниями. Они редко видели Эл такой, этот артистизм демонстрировал ту сторону души Эл, которую трудно было в ней заметить в обыденности. Панцирь приоткрылся, и ее душа блистала трепетными красками. Описания говорили о сокровенных переживаниях и острой памяти. История Эл вызывала в их душах тревогу, иногда жгучее сочувствие, но больше показывала параллели с ними самими. Они узнали, как возникло удивительное по красоте место, где они теперь встретились. Эл останавливалась и спрашивала, не устали ли они, желая оставить часть рассказа на потом. Они протестовали. Так дело дошло до визита в миры. И тут Эл стала более скупой на описания, старалась подбирать выражения. Со стороны казалось, что она утомилась, но Алик знал, как трудно обрисовать те события в коротком рассказе. Перед Эл стояла трудная задача, она должна была передать события, которые могут показаться фантастическими. И тут он понял, что сам был участником первого похода, что Дмитрий застрял в скальном мире, и стало на душе тревожно и грустно. Снова он был виноват в обмане и нарушении законов, скоро откроется, что из-за него Эл застряла в мирах. Ему стало отчаянно не по себе. Придется посмотреть друзьям в глаза, даже Дмитрию, который всегда сначала сердился, а потом старался понять, и понял уже. Стоило опять всплыть этому пласту прошлого, и Алик пережил старые муки снова.

Тиамит смотрел на него и временами кивал головой, то ли осуждающе, толи сочувственно. Он следил за всеми сразу. Ему, уже умудренному долгой жизнью было не в диковинку, что столь значимое существо, как Эл, привяжется к обычным людям, станет считать их неотъемлемой частью своего мира и своей жизни. Они же без всякого знания о ее предназначении, ответят уважением и трепетной заботой.

История Алмейры вызвала бурный интерес, а весть, что во дворце есть библиотека - ажиотаж. Незнание языка их не останавливало. Рассказ не надолго прервался, потом вернулся в старое русло. Решение Эл оставить состязания вызвало всеобщее удивление.

- Эл, ты же, как бульдог, если что-то начала, то не отпустишь. До сих пор удивляюсь, как же ты отказалась! - возмущался Дмитрий.

- Не ты один, Дмитрий, поражаешься моему поступку. Я рада, что тогда возобладал здравый смысл, - отвечала Эл. - Это несколько облегчило мою жизнь в дальнейшем.

Эл не упоминала о своих чувствах к Алику, но в процессе рассказа Игорь вдруг предположил, что в этой роли выступал кто-то из ребят и, судя по ошибкам и поведению, это был именно второй капитан из их команды. Речь зашла об этом и все потребовали объяснений догадке Игоря.

- Прости, капитан, - обратился к Алику Игорь, - но самое неприемлемое для меня твое качество - это гордость и стремление соревноваться с более сильными. Ты уж прости, но все твои беды от этого. Когда-то ты состязался с Эл, потому что ты не штурман, ты полководец. Этакое рыцарское стремление быть первым. Я подчеркиваю слово рыцарское, поскольку тобой обычно движут благородные стремления, идеализм, любовь, но когда дело доходит до выбора средств, то тут ты даешь сбои на таких простых вещах. Будь на месте Кикхи Дмитрий, он бы в душу к Эл влез, влюбил бы ее в себя до обморока, увел бы с собой без борьбы. Потому что Димка своих правил не устанавливает, а ты волей хочешь взять то, что берется согласием.

- Какой я хороший, - пропел Дмитрий.

- Легко обсуждать то, что случилось, - возразила Эл. - Знаешь, мой дорогой, аналитик, как не просто влезть в чужую шкуру. Роль была сыграна наилучшим образом, если учесть ранг его персонажа, он никогда не делал то, что делала, например, я. Мне знаком настоящий Кикха, и могу заверить, что сыграно было так, что не подкопаешься. Я его не узнала.

- Потому что если бы узнала - нам конец, - согласился Дмитрий. - Я не знаю подробности заварухи, но думаю, что их главный все знал заранее. Ты молодец, Эл, во время сообразила, что сам ход событий не ведет к победе.

- А что было с Алмейрой и Радобортом? - спросила Ольга.

- Эта история имела неожиданное и решающее для меня продолжение, - сказала Эл, - Алмейра - автор синего фолианта, который вы разыщете в библиотеке, если, конечно разыщите. Если вам положено знать, то узнаете.

- А что за огромная книга там лежит? - спросил Игорь.

- Ты был в библиотеке? - удивилась Эл.

- Я его там нашел, - подал голос Тиамит.

- Если есть двери, значит, должны куда-то вести, - предположил Игорь.

- Осторожно, пока не освоитесь, я бы не советовала вам экспериментировать с дверьми. Не уверена, что сама знаю все свойства этого места.

- Слушаюсь, капитан. Так что за книга?

- Не знаю, я ее не открывала.

- Так она открыта, - сообщил Игорь.

Эл пристально посмотрела на него.

Она уставала, постепенно стали спускаться сумерки, а рассказ о состязании наследников еще оставался не досказанным.

Эл сдалась первой, после повествования об уходе из Города Проклятых.

- Не могу больше. - Она повалилась на спину. - Остальное потом. А надо еще вернуться во дворец.

- Я покажу им комнаты. Ты можешь спать здесь, - сказал Тиамит.

- Я тебе буду так признательна, - выдохнула Эл.

- Интригующая история, дотерпеть бы до завтра. Я не усну после такого, как в сказке побывала, - рассуждала Ольга.

- Спать. Все. Спать, спать, - по-хозяйски стал спроваживать всех Дмитрий. Он не прогнал только Алика, который остался сидеть рядом с засыпающей Эл.

- И как же ты простила меня после всего этого, - вздохнул он печально.

- Потому что я любила тебя. И сейчас люблю, - бормотала Эл сонным голосом. - Мне вот только с Тиамитом поговорить.

И она заснула.

Алик склонился, хотел поцеловать ее, но услышал шум. Дмитрий тихонько крался к ним.

- Идем, - сказал он.

- Я бы лучше с ней побыл.

- Тиамит сказал, она любит тут спать. Он комнаты покажет, говорит, мы сами двери не откроем.

Алик согласился уйти, чтобы Димка не бубнил и пошел за ним в глубь острова.

Глава 6

Тот вечер был особенным. Первый вечер на острове. Эл продолжала рассказы все последующие дни, но рассказы не были столь яркими, как в первый раз. Она сохраняла хронологию, но не погружала собеседников в свои переживания и едва касаясь сути событий, о которых приходилось говорить. После рассказа об уходе Алика и Тиамита, о причине их ухода, повисло напряженное молчание. Эл ждала, что они услышат о ее особом положении при владыке и начнут спрашивать снова и снова. Ей хотелось сознаться в своем происхождении, она готова была поделиться тайной, но в одно мгновение отчетливо поняла, что разделит их и себя расстоянием непреодолимым. Эл смолчала, представив положение, как обязанность служить, за отказ от состязаний, как плату за освобождение Алика. Опасения и его и ее не оправдались, они не расценили уход Алика как слабость, повисло минутное молчание, а потом Ольга с грустью заметила.

- Это была вилка. Безвыходная вилка судьбы. Димка верно подметил, твой владыка мог знать заранее, поэтому подстроил исход дела в свою пользу. Ой, как это неприемлемо для существа столь высокого предназначения.

- Он практически лишился всех наследников, а тут Эл. Черт бы побрал Нейбо с его методами, - возмутился Дмитрий - это его работа.

На этом рассказ оборвался, а в следующий раз Эл изменила тактику. Она рассказывала отдельные истории, стараясь не акцентироваться на том, что происходило между нею и владыкой.

Наверное, они догадывались, домысливали, фантазировали, но не делились предположениями. Ее друзья были достаточно умны, чтобы осмыслить величину проблем, с которыми она сталкивалась.

Так шли дни, если можно было назвать днями периоды активности на острове. Время исчезло в обыденном понимании, назад никто не спешил вернуться. Эл сравнила свои ощущения и их, они переживали все те же этапы, которые проходила здесь она.

Игорь упомянул о книге. Эл не сразу устремилась в библиотеку. Визит произошел день на четвертый, когда любопытство стало преобладать над опасениями. Массивный том был открыт, на странице ничего не было, Эл смогла пролистать его, ни текста, ни рисунков не нашла.

Возник Тиамит, присоединился к ней, с любопытством наблюдая, как Эл изучает книгу.

- Ты не зашла ко мне ни разу, - заметил он.

- А зачем?

- В гости.

Эл улыбнулась.

- Я зайду. Для чего она?

Тиамит провел по глади листа с нежностью, словно испытывал наслаждение от прикосновения. Он вздохнул сладко.

- Будущее, - сказал он. - Это твоя будущая история.

- Зачем? В такой форме? Не во всех культурах известны книги. Какой прок записывать мою жизнь? Отныне она проста.

- История уже существует. Тоя задача собрать фрагменты, которые ее оживят.

- И кто ее записывал?

- Я. Давно, когда я встретил тебя, когда понял, что меня схватят, что плен будет долгим, я оставил тебе напоминания. Собери мои записи или их часть, и ты узнаешь, что тебе следует делать.

- Ты написал трактат под именем одного восточного мудреца. Я искала твои следы в прошлом, - сообщила Эл.

- Я бы удивился обратному, - сказал Тиамит. - Тебе нужно путешествовать. Собери свитки. Их было почти сорок.

- Мы встретились. Почему бы тебе просто не пересказать записи.

- Это невозможно.

- Почему?

- Потому что я не помню.

Эл удивилась.

- Ты. И не помнишь.

- Ты же победила Нейбо.

- Нет. Я его не побеждала.

- Ты выжила. Почему?

- У меня были свойства нужные ему для жизни. Он меня берег.

- Каковы были условие вашего сотрудничества?

- Я не помнила.

- Вот и я забыл. Благодаря моей забывчивости твое знакомство с владыкой случилось не сразу после нашего прощания. Тебе нечем заняться, так ищи мои записи.

- Почему ты сделал вывод, что мне нечем заняться?

- То чем ты живешь теперь, приносит тебе новый опыт? Что из окружающего еще не случалось с тобой? Ты не ищешь. Поэтому и страницы здесь пусты, - он указал на книгу.

У Эл было легкое расположение духа с утра, поэтому намеки Тиамита не вызвали ни отзыва, ни напряжения между ними. Она положила руку на том и заявила.

- Пусть подождет. Как тебе мои друзья? - спросила она.

- Отвечать обязательно?

- Да.

- Они люди.

Эл опять улыбнулась.

- Исчерпывающий ответ. Да. Они люди.

- Они люди, ради которых ты преодолела притяжение миров, - добавил он.

- Точно, - покивала Эл и стала серьезной.

Она отошла от книги.

- Ты мне хотела что-то сказать, но не решилась до сих пор.

- Если ты знаешь, зачем говорить.

- Когда ты облечешь своим мысли в слова, тебе придется обосновать их.

- Я выхожу замуж. За Алика.

Тиамит промолчал, потом взял ее за плечи и склонился, чтобы их лица оказались на одном уровне. Эл почувствовала веяние детства те дни, когда он склонялся еще ниже, чтобы глаза в глаза сказать свое наставление. Он был единственным существом мнение, которого ей хотелось учесть, но его отзыв был неожиданным.

- Это невозможно, - произнес он с сожалением.

Эл опешила. Тишина зала раскололась стуком ее собственного сердца, она физически ощутила, как оно сжалось, и укол боли заставил Эл поморщиться.

- Это не обсуждается. Я лишь хотела поставить тебя в известность.

- Я сам с ним поговорю.

Эл поджала губы и возмутилась.

- Только попробуй.

- Послушайся меня, - мягко попросил он.

Она ушла из библиотеки. Дверь осталась открытой.

Тиамит обошел вокруг овальный стол с книгой, провел рукой по чистому листу, поправил бороду и повернулся в сторону открытой двери. Секунду спустя в дверях появился Алик. Он улыбнулся приветливой улыбкой. Тиамит жестом пригласил его войти. Алик заметил книгу, покосился на пустой лист, ничего не спросил. Он надеялся на свою наблюдательность, на то, что время даст ему отгадки.

- Эл была здесь, она сказала о вашем решении, - заговорил Тиамит.

Алик казался чутким и внимательным, Тиамит заметил, как взгляд его стал пристальным, словно он пронизал им собеседника, но потом он отвел глаза, и его лицо стало обманчиво безмятежным. Молодой человек был подкупающе обаятельным. Это лицо Тиамит знал наизусть, каждую черту. Он был в том состоянии, когда молодой человек становиться мужчиной. К тому же Алик обладал той силой, которая когда-то играла в Эл, он мог предугадать исход их беседы, не задав Тиамиту ни единого вопроса.

- Вы считаете, что нам следует ждать еще? - спросил он.

- На сколько сильна твоя страсть? - спросил в ответ старик.

- Очень сильна, - кивнул Алик.

- А ее?

- Вы же знаете. Если Эл однажды приняла решение, его не так просто изменить. Если наш брак - ошибка, нам нужно ее совершить.

- Ты знаешь, кто она?

- Она великая, - он поправил сам себя, - она из тех, кого в мирах называли великими.

- Не скрывай своих мыслей, они верны. Она была великой, - поправил его Тиамит. - Она отдала силу, чтобы быть рядом с тобой.

Алик печально вздохнул.

- Вы намекаете, что мы неравны? Даже сейчас.

- Я не намекаю. Я этого не знаю. Я не имею понятия, чем обернется для Эл ее порыв. Стань сам таким, какой была она, если ты доберешься лишь до кромки ее дара, то сам поймешь, что для вас возможно, - многозначительно сказал маг.

Алик глубоко вздохнул, потом поднял глаза на Тиамита.

- Я возьму на себя ответственность и сам отсрочу этот брак. Но если Эл примет окончательно решение, я не буду ей препятствовать. Мы любим друг друга.

- Я бы сказал иначе, - Тиамит перевел взгляд на книгу. - Вы стараетесь поставить точку в ваших отношениях, но она может превратиться в запятую, выражаясь языком вашего времени. Все ваши знаки препинания ничего не значат в истинном ходе событий.

Тиамит ждал возражений, Алик согласно кивнул ему. Отпора не последовало. Тиамит убедился, что он старается быть разумным, но разум слабее страсти. Алик собрался уходить, Тиамит, остановил его за локоть.

- Надеюсь, что ты не станешь считать меня врагом.

- Нет, что вы. Я знаю, вы ничего не скажете и не сделаете, без веской причины. Вы считаете, что я ее не достоин?

- Я так не говорил и не думаю. Я просто знаю, что между вами есть разница. Эл знает, кто она и чего стоит, а ты только встал на этот путь. Разберись, кто ты есть. Я постараюсь тебе помочь. Ты демонстрировал силу в мирах. Откуда она взялась?

- Мы с Эл очень похожи. У нас одинаковые симптомы. Были. То есть были у Эл, я смог остановить или смягчить процесс.

- Вам следует начать путешествовать, - посоветовал Тиамит.

- Рад это слышать.

Алик смог улыбнуться, и Тиамит его отпустил.

Вне стен библиотеки ему стало легче. Он шел длинной галереей, расстояния здесь словно насмехались над глазом, казалось, что цель близка, но это был обман, или напротив, расстояние сокращалось, словно только что бежал со всех ног. Так он добрел до первого ориентира. Впереди показалась лестница в сад. В одной из внешних арок, близко от лестницы на перилах примостился Игорь. Он сидел, опираясь спиной о колонну, и увлеченно что-то чертил. Алику показалось, что он рисует. Игорь сидел к нему лицом, но не заметил, так был занят делом. Он поднял голову на шум шагов.

- Привет, - сказал он.

- Чем занят? - поинтересовался Алик.

- Пишу стихи, - ответил Игорь. - Представляешь, я два года ничего не писал, вернее все, что пытался сделать, было вымученно и обездушено. А тут! Я не понимаю, спал ли я, что это было. Я не нашел своих вещей. Вместо моей одежды - эта.

Игорь был одет по-другому, он теперь своим видом смахивал на Эл. Вид был романтический, словно он актер, играющий героя Александра Грина. Алика развеселила его изумленная восторженность, совсем как в юности, когда вместо схемы полета во время занятий он вдруг записывал ноты.

- Мой секретарь исчез вместе с одеждой. Я не писал вручную так давно, что мои мысли бегут быстрее способности писать. Я боюсь забыть то, что сочинил. - Игорь потряс несколькими исписанными листами.

- У Дмитрия хороший почерк. Попроси он с удовольствием запишет твои вирши.

- Издеваешься. Он будет смеяться.

- Он спит с томиком Шекспира под подушкой. Димка любит поэзию.

- Он любит появляться, едва о нем напоминаешь. - Игорь указал пальцем за спину Алика.

Эл тем временем сидела в саду. Она видела, как Игорь сидит на перилах, увлеченно пишет, улыбнулась с грустью, завидуя его порыву вдохновения. Ей было не до возвышенных чувств. Слова Тиамита раздосадовали ее, внутри родился протест, она вышла за пределы дворца, опасаясь, что наткнется на Алика и расстроит его известием о задержке. Выпытать у Тиамит причину не получиться. Эл решила успокоиться, посидеть в одиночестве. Игорь все писал, она удобно уселась среди кустарника, чтобы ее из галереи не было видно, только, если умышленно не вглядываться в сад. Так она просидела достаточно, чтобы прийти в себя.

Рядом раздался щелчок, Эл посмотрела в сторону. На ветке раскрылась крупная почка. За ночь почки набухли на всех ближних к дворцу кустах, а она не заметила. Она сидела и вслушивалась в короткие щелчки. Сад пробуждался. Это явление заставило Эл забыть свою печаль. Если здесь что-то происходит, оно может означать начало новых событий. Снова щелкнула почка, Эл подняла глаза выше и увидела башню, как фон для вершины куста. Почему она испытывает неловкость, когда думает о подъеме туда. В первый же день она испытала желание забраться на самый верх, почему ее одолевает сомнение вперемешку с опасением.

Раздался шум голосов. Игорь что-то говорил подошедшему Алику. Ответ был перед ней. Что искать наверху, если то, что нужно ходит с ней в одной плоскости. Игорь тряс листами, он снова стал писать, Эл издали наблюдала его изумление, потом рассмеялась.

- То ли еще будет, - произнесла она.

Потом Игорь указал куда-то. Эл увидела Дмитрия в одежде черной, как смола, Эл даже плечами передернула. Этот мрачный силуэт держал в обеих руках по мечу. Алик и Игорь что-то ему возражали, но Дмитрий закричал в сад:

- Эл, выходи! Я знаю, что ты там! Я хочу сразиться с тобой!

Увещевания друзей на него не подействовали, Дмитрий зашагал к лестнице.

Возражал Димке только Игорь, а произнес он следующее:

- Димка, уймись! Посмотри, какое утро. Не порти его бряцанием оружия. Это место не для войны.

- Это не война, - возразил Дмитрий. - Это тренировка. Я их здесь нашел, значит, оружие имеет место быть. Кому поэзия, а кому пение клинка.

И тут он заорал:

- Эл выходи!…

И все последующие слова.

Алик смотрел на Дмитрия, на его вид и оружие в руках, слова Тиамита всплыли в уме, он не был намерен останавливать Димкин порыв, ему даже стало любопытно. Он, Алик, не почувствовал присутствие Эл в саду, а Димке не нужно было всматриваться. Его способность разыскивать Эл повсюду была поразительной.

Димка скакал через ступень по лестнице вниз. Эл шла через кусты сада ему наперерез. Она подошла к нижней ступени. Дмитрий взял мечи за лезвия и протянул ей.

- Я имею честь сразиться с вами, мадам. Выбирайте оружие.

Вид у него был угрожающий. Он был одет не в черное, а в тот темно синий цвет, который иногда носил владыка. Эл покосилась на него.

- Ты мне угрожаешь? - спросила она.

- И чтобы всерьез, - требовал он.

Эл выбрала меч, взялась за рукоять.

- Сам напросился.

К лестнице бегом бежала Ольга. Она начала утренние пробежки, заканчивала одну из них, когда заметила две фигуры на лестнице, она не узнала Дмитрия сразу и решила, что появился кто-то еще. Когда Эл взялась за меч, сердце Ольги забилось от тревоги, и она во всю прыть помчалась к лестнице.

Она остановилась совсем близко от них, когда началась схватка. Дмитрий стремительно налетел на хрупкую, по сравнению с ним Эл. Металлический стук, оказался резким, и Ольга инстинктивно присела.

- Димка, прекрати! - крикнула она.

Пара на нее внимания не обратила. Ольга догадалась, что ее вмешательство может обернуться ранением, замерла в ожидании.

Эл отступала, Димка нападал с нешуточным напором, она преимущественно защищалась.

- Нападай! - рыкнул Дмитрий. - Нападай, черт побери, командор!

Оля попеременно видела их лица. Эл бледная и сосредоточенная, Димка разъяренный, словно в огне боя, наседал на нее. Резкие звуки металла пугали Ольгу.

- Алик, останови его, - попросил Игорь, который переживал за Эл. - Он же бешенный.

Алик словно не слышал его, он был поглощен сражением.

Димка загнал Эл на ступени, она получила преимущество, потом они поравнялись. Биться на лестнице было рискованно. Они окружили друг вокруг друга, сложно становилось разобрать, кто нападает, кто обороняется, за атакой следовала контратака, удар на удар. Дмитрий шарахнул по мечу Эл с такой силой, что казалось, меч выскочит из рук. Эл успевала увертываться от заведомо опасных ударов. Они опять оказались внизу лестницы, стали ходить по кругу, словно выжидая, кто первым решиться напасть, дышали тяжело, и смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. Расстояние между ними и Ольгой немного сократилось, она вынуждена была отбежать в сторону. Они как два бойцовых петуха в круге были готовы наскочить друг на друга. Ольга не ждала, что Эл ринется в атаку первой. Рывок, и лезвие уткнулось в горло Дмитрия. Он так и замер с занесенным клинком. Он должен был ее оттолкнуть, он мог, но остановился.

- Ты проиграл. Ты мертв, - сообщила Эл.

- Согласен, - ответил он с выдохом.

Он бросил меч на землю. Эл опустила свой, воткнула в грунт.

- Так-то, дружище.

Тут Димка возликовал.

- Ты победила! - Он подхватил Эл и подкинул вверх. - Ты победила!

Игоря в чувства привел посторонний, показавшийся незнакомым голос. Он видел, как замер Димка. И ему вспомнился, случай, когда они однажды чуть не убили друг друга.

- Не испытывай судьбу, - сказал стоящий поодаль Тиамит, он незаметно появился в галере и наблюдал не саму схватку, а реакцию зрителей. - Не связывайся с мастером.

Он говорил об Эл? Игорь перевел вопросительный взгляд на Алика, надеясь услышать внятный ответ, но Алик спокойный, словно ничего не происходило, смотрел вниз. Он не улыбался, не был рад победе, не усмехнулся Димкиному проигрышу, на его лице была словно маска, он видел событие другими глазами, что именно, Игорь не решился спросить.

Дмитрий тем временем усадил Эл себе на плечо и торжественно внес ее по лестнице наверх.

- Болван, - ворчала идущая сзади Ольга, - ты мог ее ранить.

- Она меня тоже, - ответил ей Дмитрий, пыхтя от усердия. - Но она предпочла убить меня. Ты не такая легкая, как я думал, командор.

- Проиграл - трудись, - заявила Эл.

- Вы двое друг друга стоите, - возмутилась Ольга.

Дмитрий внес Эл наверх лестницы и поставил на ноги.

- Теперь меня продадут в рабство, - притворно проныл он.

- Так тебе и надо, - ответил ему Игорь. - Не нашел другого занятия. Такое утро испортил.

- Завтра еще попробуем, - заявил Дмитрий.

- Ты решил брать уроки? - спросил Тиамит издали.

- Это еще неизвестно кто кого будет здесь учить, - гордо ответил Димка.

- В следующий раз проколи ему шею, Эл, - посоветовал Тиамит.

Димка такой шутки не ждал, да не шуткой прозвучали слова. Он посмотрел на Тиамита, потом оглянулся, чтобы посмотреть на Эл, но заметив на рукаве своей замечательной, новой рубашки три ровных пореза, на одинаковом расстоянии друг от друга, он адресовал немой вопрос Эл. Характер порезов был не хаотичным, слишком ровными и одинаковыми они выглядели, он не заметил, когда она успела разрезать его рукав. Эл в ответ подмигнула.

- Ничего, это поправимо, - сказала она и словно стряхнула с рукава пыль. Димка не видел больше порезов и округлил глаза.

Эл прошла мимо, подошла к Алику.

- Пошли, я тебе кое-что покажу.

Они ушли, Тиамит отправился за ними следом. Игорь спрыгнул с перил. Когда он засмотрелся на сражение, то выронил свои записи. Листки рассыпались по полу, он начал подбирать их. Оля решила ему помочь, взяла лист, прочла несколько строк.

- Это стихи? - удивилась она. - Ты опять пишешь?

- Так, наброски, - смутился Игорь.

Ольга смогла подобрать еще несколько листов, но он осторожно забрал их, не позволяя прочесть.

- Они прекрасны, - утешительным тоном произнесла Ольга.

Игорь выпрямился.

- Это не я. Это остров. Пошли отсюда, - предложил он. - Следует оставить этого вояку одного в наказание.

Димка спустя минуту остался один. Вспомнил, что не забрал оружие, прошелся вниз по лестнице, но не заметил внизу мечей. Они исчезли. В его уме рисовалась странная картина, догадка мелькнула и осела убежденностью. Он вспомнил события, предшествовавшие этому моменту.

Он спал, кажется, целую вечность, потом встал, чтобы одеться и не нашел свою одежду. Темно синий костюм, который возник вместо домашней, московской одежды оказался ему по размеру и ощущения от прикосновения ткани к телу, заставили Дмитрия с удовольствием расправить плечи и вдохнуть полной грудью. Ему хотелось искупаться. Он так и сделал, добежав до моря, где вволю поплавал. Шум волн и ветра, приветливо говорил с ним, что рождало убежденность, будто все идет правильно. Во дворце просыпались новые обитатели. Ольга занялась бегом, Игорь строчил вирши, а Алик искал Эл.

Димке захотелось шалить. Он понял, что отыщет Эл первым, а когда старший братец застанет их вместе ранним утром, то будет немного раздосадован этим обстоятельством. А он, Дмитрий, будет находиться рядом с Эл, делая вид, что ему так хочется, что беседа интересна, пока она его сама не отправит прогуляться, но к тому времени Алика уже будет распирать нетерпение. Дмитрий поспешил осуществить свой коварный умысел.

Эл скрылась в библиотеке, он направился туда, но там возник, не вошел, а возник маг. Появление Тиамита его не удивило, Дмитрий даже решил, что сможет освоить внезапное перемещение. Он уже собрался присоединиться к ним, но содержание беседы, выветрило всякое желание вмешиваться в ситуацию. Они говорили о свадьбе. Эл испытала бурю чувств, ее эмоции неприятно ударили по его нервам. Дмитрий замер, так и остался стоять у двери, когда Эл стала уходить, он отбежал и спрятался в соседнем дверном проеме. Эл повернула на удачу не в его сторону, а поскольку, она его присутствия не ощутила, то он смог остаться незамеченным. Тут же с другой стороны появился Алик, и Дмитрию стало вовсе не по себе. Вообще-то не в его привычках подслушивать у двери, но сейчас он так и выглядел. Спрятаться было некуда, разве только в комнате у него за спиной. Дмитрий на удачу не надеялся, не все двери здесь открывались. Он приготовился краснеть и оправдываться, но толкнул спиной дверь, и она отворилась легко и бесшумно, и закрылась раньше, чем Алик поравнялся с нею. Дмитрий был спасен.

Он полагал, что в столь мирном месте не предусмотрено оружие. Тем не менее, он ввалился в оружейную. Брови поползли вверх, он ощутил, как его лицо искажается в гримасе изумления. Дмитрий покряхтел, для того чтобы привести себя в чувства. Тут было много из того, что он способен был себе вообразить. Свой меч, с которым Эл путешествовала в мирах, она вынесла определенно отсюда. Дмитрий даже увидел тот самый излучатель, из которого когда-то в нее стрелял. Воспоминание было ярким и не приятным, поэтому он отвел глаза и закрыл их. Ему в голову бы не пришло взять такое оружие в руки опять, после того случая он вообще опасался брать в руки любые излучатели или огнестрельное, отдав предпочтение холодному оружию. Вид самострелов и пары мечей порадовал его глаз и отвлек он неприятных мыслей. Он взялся за рукоять, повертел меч в руке, потом прихватил другой, взвешивая и сравнивая их. Они были одинаковыми, хорошо лежали в руке и казались не тяжелыми. Тут его посетила мысль, что если оружие присутствует, то это что-то должно предвещать. Так он оказался снова в галере вооруженный и намерением увлечь Эл схваткой. Едва ли она сразу захочет любезничать с Аликом после того, что слышала от Тиамита. Дуэль ей не повредит, остудит пыл и заставит сосредоточиться. Дмитрий уверенный в своей правоте собирался идти в сад, где она скрылась от всех, кроме него.

В галерее стоял Тиамит.

- Подслушивать не хорошо, - сказал он.

Дмитрий виновато опустил голову. Тиамит улыбнулся в бороду, он знал, что подслушал Дмитрий невольно и вовремя. Дмитрий был особенным среди них, сила сжатая в кулак, которая управлялся чутьем и разумом. Он выглядел мужественно в своем темном одеянии с двумя мечами в руках, а смутился как подросток.

- Извините, - отозвался Дмитрий и не стал оправдываться.

- Ты слышал ровно столько, сколько полезно.

Дмитрий хотел сказать, что Эл более всех заслужила право быть любимой и счастливой, но что-то подсказывало ему, что магу это тоже очевидно. Если бы он хотел говорить с ним об Эл, то тема не касалась бы ни Алика, ни их отношений, Дмитрия волновали совсем иные стороны жизни, а в этой области давно все ясно.

- Зачем тебе два меча? - спросил он.

- Собираюсь потренировать Эл, - ответил Дмитрий.

- Мне казалось, что она в обучении не нуждается, - заметил старик.

Дмитрий усмехнулся.

- Еще как нуждается. С тех пор как она стала человеком, тренировки ей необходимы, как воздух.

- Такое оружие подразумевает узкий период истории Земли, когда его можно использовать. Эл собирается в прошлое? - спросил Тиамит.

Он и так все знает. Дмитрий догадался, что ответ предназначается не Тиамиту, а ему.

- Она ничего такого не предлагала. Я нашел оружие, так почему бы не опробовать его. На лезвиях ни царапины, а значит, им никто не пользовался. Способ ковки мне тоже не ясен, на Земле так клинки не делают, уж я то в этом разбираюсь.

- Осторожно. Она сейчас не в настроении щадить, - предупредил Тиамит.

В его словах был скрытый смысл, который Дмитрий уловил только теперь.

Теперь оружие пропало, а что означает этот факт, он не мог понять. Все не так просто, как он себе представлял. Дмитрий пошел по галерее следом за остальными, а поскольку он был один, делиться впечатлениями было не с кем. Дмитрий решил продолжить утреннюю затею и найти Алика и Эл. В сложившейся ситуации он был целиком на их стороне. Дмитрий шел в библиотеку, зачем он еще не понимал, только в задумчивости он пропустил нужную дверь и уткнулся в другую. Он оказался далеко, задумался о том, чтобы возвратиться, подумал, что библиотека его не занимает. Отворил дверь перед собой и очутился в большой уютной комнате. Там он увидел Тиамита, который, глядя в окно, не оборачиваясь, подал знак войти. Дмитрий сообразил, что наступил момент, которого он ждал с самого начала. Словно между ним и магом был договор.

- Ты можешь сесть, - разрешил Тиамит.

Дмитрий не решился, поскольку старший стоял, он из вежливости остался на ногах, подошел к окну, посмотрел в его простор. Отсюда была видна та часть острова, которая выходила на холмы. Дмитрий сложил руки на груди, не заметил, что Тиамит стоит в той же позе.

- О чем будем говорить? - спросил Дмитрий.

- Об Эл, конечно. Как давно ты ее знаешь?

- Всю жизнь. Мне было три года, когда мы поселились в одном доме, Эл немного старше меня, даже года нет.

- Я слышал о тебе от Эл во времена нашего первого знакомства, а вот Алика она ни разу не упомянула. Откуда он взялся?

- Так он и возник потом, как раз когда она вернулась после вашей встречи.

- Вы с Эл друзья.

Дмитрий не совсем понял его интонацию, Тиамит явно не спрашивал, но и не утверждал.

- А третий, то есть Алик?

- Они с Эл тоже друзья детства. И не только друзья, - хихикнул Дмитрий.

По выражению обращенного к нему строгого лица Дмитрий понял, что шутка не уместна. Потом он заметил, что они стоят у окна в одинаковых позах. Тиамит в светлом одеянии, а он в темном. Дмитрий криво улыбнулся, изменил позу, снова засмотрелся на пейзаж.

- Я не понимаю ваших опасений. Это лучшая пара в моей жизни. Алик боролся за право быть с ней, и Эл, кажется, приложила титанические усилия для этого, - снова заговорил он.

- А что потом? - спросил Тиамит.

- А потом все жили долго и счастливо, - пошутил Дмитрий.

- Ты не серьезен, - заметил Тиамит.

- А зачем мне быть серьезным. Мне не известны причины вашей тревоги, я, как у нас принято говорить, не владею информацией, нет повода мне печалиться. Я еще успею подставить себя под удар предназначенный ей.

- Ты знаешь свою судьбу? - спросил Тиамит.

- Я сам себе судьба. Куда Эл, туда и я.

- Тебя устроит роль слуги?

- Я не слуга, я - друг, - с достоинством заявил Дмитрий. - Придется изображать слугу, значит, буду изображать. Меня этот театр не напрягает.

- Но на каком же поприще вы будете демонстрировать свои способности, если вас занимают мысли о спокойной жизни, о мирном существовании, о личных отношениях.

Дмитрий опять улыбнулся.

- Не люблю намеков, - вздохнул он. - Я бы предпочел прямоту.

- Я спрошу прямо. Ты удивился своему проигрышу в схватке с ней?

- Нет. Я хотел проиграть. Год я хотел проиграть. Ей нужна защита, я могу ее защитить, но я и Алик не всегда можем быть рядом, Эл должна уметь все сама.

- Ольга очень лестно отзывалась о талантах Эл. Мне не совсем понятно ее определение "хороший разведчик". Что она хотела выразить?

- Вы беседуете с каждым?

- У меня появилась возможность узнать вас, дружеская беседа - лучший способ, - сказал Тиамит, впервые не задав встречного вопроса.

- Утреннюю беседу, которую я подслушал, дружеской не назовешь.

- Эл - исключение. У нее есть основания к недоверию. Она хотела оставить все свое прошлое позади, я же являюсь напоминанием о нем. Мы обязаны друг другу, обстоятельства наложили грубый отпечаток на наши отношения. Я обязан ей жизнью, а она мне свободой. Мы еще не определились, кто кому больше обязан. Эл очень желает измерить эту величину, потому и сопротивляется.

- Она всегда вас высоко ценила, она цитировала вас всегда. Если Эл кого-то ценит, то не изменяет этому.

- Есть еще примеры, кроме меня?

- Да, есть. Ее родители. Земные родители. Они всего лишь ее вырастили, они дали ей возможность развиваться, но большую часть пути она прошла без их помощи. Не смотря на это, Эл их любит и ценит их любовь, оберегает их чувства. Ни я, ни Алик такими связями похвастаться не можем.

- Алик тоже приемный сын? - спросил Тиамит.

- Нет. А впрочем, никто не старался выяснить.

- Откуда же он все-таки взялся?

Дмитрию показалось, что вопрос Тиамит задал сам себе, словно советовался со своей бородой.

- Жил себе спокойно, пока нас не встретил. С тех пор мы и дружим, - ответил Дмитрий.

Ему вовсе не хотелось выяснят, кто и откуда взялся. Существовало сегодня, неумолимое и ясное. В этом сегодня была подавленная Эл, встревоженный Алик, пропавшие мечи и он, Дмитрий, который был участником непонятных пока процессов.

- В молодости многие вещи кажутся просто разрешимыми. Но не мне старику, - посетовал Тиамит.

- Почему вы против их свадьбы?

- Я? Я не говорил, что против.

- Вы сказали: "невозможно". Это круче, чем против.

- Что означает "круче"?

- Значительно сильнее.

- Я не могу объяснить, сама Эл должна осознать смысл моих слов.

- А пока она осознает, можно им пожениться?

- Ты забавно размышляешь. Ты хочешь видеть ее счастливой и одновременно желаешь ей боли.

- Боль неизбежное в нашей обычной жизни, что бы мы вообще понимали без нее.

- Ты много знаешь о боли?

- Достаточно. В меня столько раз стреляли, я разбивался и горел заживо, я валялся в коме и пережил три клинических смерти. Мое полетное время приблизительно равно времени проведенному в руках врачей, так что о боли и смерти из нас всех больше знает только Эл. Еще Оля, может быть, повидала страданий, только чужих. О боли душевной даже распространяться не стану. Она у каждого своя. Вернемся к разведке. Это одна из специализаций Эл - контакт с другими культурами, он раньше умела вживаться в другую традицию, она была спецом по катастрофам. У нее способность такая.

И тут Дмитрий понял, что говорит о прошлом. Слово "была" - тут ключевое. А что теперь и в будущем может Эл?

- Вот и мне интересно, - вздохнул Тиамит. - Кроме умения держать в руках меч и упрямиться, я особенных талантов не заметил.

Дмитрий утратил свое равновесие, он выглядел озадаченным. Тиамит понял, что первым его порывом было помчаться и выяснить, что Эл в действительности теперь может. Он вспомнил схватку и успокоился. Она может кое-что, а остальное всплывет потом, когда будет время проявиться силе. Но тут он решил, что "не всплывет" само собой.

- Вы правы. Нам нужно путешествовать. - Дмитрий щелкнул пальцами. - Двери! Двери-то она может найти.

- Не может, - ответил Тиамит. - Она пользуется теми, о которых знала прежде.

- Тогда нас бы тут не было.

- Ты помнишь, в каком месте вы появились?

- Я? Нет. Не помню. Тут дверей…

- Идем, я тебе покажу.

Тиамит повел Дмитрия за собой. Где-то недалеко от лестницы Тиамит остановился.

- Открывай, - он указал на дверь.

Дмитрий подошел, неуверенно потянул ручку на себя, она подалась. Он стоял на пороге между коридором и большой комнатой его квартиры, откуда Эл перетащила их на остров. Прикосновение заставило его шагнуть назад. Снова была галерея и Тиамит рядом, с хитрым прищуром глаз и улыбкой.

- Вот видишь. Она существует не зависимо от Эл.

На всякий случай, он плотно прикрыл дверь.

- Убедили, - кивнул Дмитрий.

Димка чувствовал, как уходит основательность из его мыслей, как он теряет собственную точку зрения, что он не понимает ровным счетом ничего, и объяснений у него не найдется, поскольку ситуация ему совсем незнакома. Должен же быть какой-то высший смысл во всем, что твориться с ним и его друзьями.

- Я предоставляю тебе право самому отыскать ответы. Занятие очень увлекательное, - с иронией сказал Тиамит. - Посоветуйся с друзьями, вместе вы непременно придумаете очередную версию.

Он двинулся назад, а Дмитрий отошел к перилам, примостился на них в точности, как недавно сидел Игорь и замер.

В таком состоянии его застала Ольга. Накануне они договорились с Тиамитом встречаться и беседовать. Ольга была очарована этим стариком, готова была часы с ним проводить, слушать его, а если придется трудиться до упаду. Она теперь хорошо понимала детские чувства Эл, потому что сама была покорена мудростью и глубиной таинственного нового друга. Вид сидевшего в задумчивости Дмитрия ее разжалобил. Ольга решила, что он переживает стычку с Эл, которую признал ошибочной. Он мог расстроиться не из-за проигрыша, а из-за того, что его порыв не оценили.

Ольга приблизилась к нему.

- Не переживай, никто на тебя уже не сердиться, - сказала она.

- А? - очнулся Дмитрий от своих раздумий.

Ольга увидела вопрос в его глазах.

- Что с тобой? - спросила Ольга.

- Со мной? - переспросил он, стараясь собраться с мыслями. - Я вот думаю, что с нами происходит. Что в действительности должно происходить? Куда теперь?

- А тебе здесь плохо? Ты, бурундук непоседливый.

Дмитрий метнул в Ольгу недовольный взгляд. Она догадалась что скука или незанятость тут ни при чем.

- Что-то случилось?

- Эл же теперь ни черта не может. Так? Я должен защитить ее, а для этого нужно знать потолок своих возможностей. А как его узнать без доли экстрима.

- Ну, на счет ничего не может, ты преувеличил, вон, как она тебя обставила. Может Эл не желает демонстрировать свои способности? И правильно делает. Не с Тиамитом ли ты побеседовал?

Ольга догадалась, что так оно и было. Первый разговор с ним ввел ее в состояние оцепенения. То, что Ольга узнала, опечалило ее как врача и друга. Эл в прошлом получила два серьезных ранения. Тиамит поведал, что у ран скрытый характер, они способны проявиться, когда Эл станет тратить себя попусту, что еще одна такая рана, и ее жизнь вытечет как вода сквозь пальцы. После той беседы Ольга решила не отставать от Тиамита, во что бы то ни стало освоить другие способы врачевания, самые древние и надежные, чтобы в случае опасности для жизни Эл, она знала, как поступать. Новость была не просто пугающей, Ольга осознала, что за видимой стороной жизни Эл, существует другая, в которой Эл еще сама не вполне ориентируется. Тиамит напустил таинственности, что подхлестнула Ольгино стремление помочь другу. Озадаченный Дмитрий напомнил ей саму себя. Ольга уверенно сказала:

- Надо опять учиться. Боюсь, что наши предыдущие познания здесь мало пригодятся. Теперь я понимаю, почему Элька не стремится обратно в Космофлот или в Галактис, есть цели поважнее полетов.

Дмитрий посмотрел на нее и кивнул.

- Игорь знает? - спросил он.

- Не уверена. Он весь в творчестве, его отсюда за уши не вытянешь. Давай подождем парочку деньков и соберемся поговорить. Мы тут не случайно. Эл не ради встречи нас сюда привела. Все, что происходит здесь, будет иметь отклик по другую сторону дверей, важно будет не растеряться. Знаешь, поучи меня держать меч.

И это говорила Оля, которая бросала управление картера в момент опасности, шарахалась от оружия и боялась неизвестности. Прежде Димка стал бы подшучивать над ней, а теперь смотрел в глаза с уважением и благодарностью.

- Завтра, после твоей пробежки начнем, - кивнул он.

Ольга двинулась своей дорогой. Она все еще была одета в летную форму, не претерпев местного изменения гардероба. Дмитрий вздохнул и снова задумался.

Глава 7

Эл привела Алика к башне.

- Готов к небольшому испытанию? Там, наверху, тебя ждет весьма удивительное открытие.

- Интригуешь?

Она не говорила об отмене их договора, он тоже не спешил сообщить о том, что согласился с доводами Тиамита.

Эл вошла в арку входа первой. Алик выдержал дистанцию и следовал за ней шагах в пяти. Он наблюдал, как Эл двигается, вальяжно, по-хозяйски. Она точно знает, что их ждет, не торопиться, предвкушая впечатление. Она гармонировала со всем, что окружало ее здесь. Этот остров, название уже прижилось среди друзей, был пропитан ею. Тут присутствовала не та Эл, которая их оставила, а та, что тут в последствии родилась заново. Он с удовольствием заменил, что миролюбивая расслабленность слетела с нее тут, Эл демонстрировала уверенную стойкость и делала все с королевским достоинством. Эти галереи словно заставляли ее не идти, а шествовать, а простая одежда была предназначена, чтобы скрыть величие ее положения. Здесь она была полновластной хозяйкой, он хорошо прочувствовал это в первые два дня. Теперь она шагала наверх по винтовой лестнице, в движениях скользила грация, не присущая Эл того мира, из которого они сюда явились. Ее рассказ о состязании наследников выглядел как описание дней столь далеких, что Алик догадался о том, что срок ее службы у владыки был не малым. Откуда у человека лишенного удивительных способностей, присущих ему раньше, возьмется такое спокойствие и желание жить человеческими категориями. Тиамит сказал, что она пожертвовала силой, но совершила она этот шаг не только ради него, любви, свободы, а потому что сила и положение тяготили ее.

Он начал уставать, причем быстро. Дыхание стало сбиваться, он опустил голову, набирая в грудь больше воздуха, но его все равно не хватало. Подъем стал так труден, что он решился прекратить восхождение. Он поднял голову, чтобы попросить пощады и увидел, как Эл сползает по стене вниз, готовая соскользнуть со ступеней и покатиться по ним. Глаза ее закатились, руки не могли нащупать опору. Как бы тяжело не было в эти мгновения ему, он ринулся вперед, чтобы помочь и вовремя остановил опасное для нее падение.

Он очнулся только внизу, сидя на широкой нижней ступени и держа на руках Эл. Она была без сознания. Он нащупал пульс на ее шее, немного успокоился и перевел дух.

Он отдышался не сразу, его мутило, и стена перед глазами норовила уплыть в сторону. Он концентрировался на том, чтобы удержать Эл в руках. Потом ему стало лучше. Он рассматривал ее лицо, склонился и поцеловал теплые губы.

- Что же произошло, Элька? - задал он вопрос в никуда.

- Я не смогла подняться. Что ж. Это даже хорошо.

- Ты очнулась, - с облегчением вздохнул он.

- Шею отпусти. Больно.

- Где больно?

Он стал ощупывать ее шею, решил, что она ударилась, отогнул воротник, провел по гладкой коже. Эл в ответ зашипела.

- А-ах-х… Не трогай.

- Я не вижу рану. Где? Где больно, Эл?

Он боялся пошевелиться, но руку убрал. Не было ни следа пореза или другой травмы.

Он осмотрел ее с ног, до головы. Она держалась рукой за бок.

- Ты ударилась? Я не помню. Ты не упала.

- Это старые. Это силы наверху. От них болит. Я не то, что прежде. Я получила два ранения в мирах. Их не видно глазу, но они существуют.

- Где?

- В шее и в боку. Ничего пройдет.

- Эл, это особенные раны?

- А ты у Тиамита спроси. Он знает.

- Тебе что? Пытались голову отрубить?

- Именно. А еще в меня воткнули отравленный кинжал по самую рукоятку. От первой раны я не слишком страдала, а вот вторая меня почти убила. Владыка меня спас или не он, я не знаю. Фуф. Отпустило, кажется.

Алик снова осторожно обнял ее, не касаясь больных мест.

- Бедная ты моя. Зачем же тебя на башню понесло?

- Я хотела показать тебе, как здесь красиво. Думала ты поднимешься, ты теперь как я когда-то, сильный.

- Я не смог. Я собирался просить пощады, когда ты стала падать. Так что, с силой у меня не так, как у тебя.

- М-м-м, - протянула она. - Не знаю чему тут удивляться. Ты никогда не поднимался туда? Во сне или в видении.

- У меня не бывает видений.

- Я тебе никогда не снилась?

- Ты уже спрашивала. Может быть, я видел тебя во сне, только не здесь.

Эл вздохнула, он уловил сожаление во вздохе.

- Ты меня здесь видела? Это мог быть воображаемый я. Извини, что не был героем твоих снов.

- Однажды, я поняла, что это были иллюзии. Они помогли мне. Очень помогли. Благодаря им, я осознала очень четко и остро, как я тебя сильно люблю. Если бы не ты, я бы не вернулась назад.

Он погладил ее по волосам, потом стал целовать, потому что сердце горело любовью, благодарностью за признание, убежденностью в обоюдных чувствах. Он испытывал особенную нежность к ней.

Она шумно выдохнула, когда он оторвался от ее губ.

- Ах. Вот это да, - протянула она. - Как легкий наркотик, голова кружиться. Ты понял, что произошло?

- Я тебя целовал? Или?

- Ты меня… Как бы точнее… Твоя сила перетекала в меня.

- Это… здорово. Тебе лучше?

- Как снова родилась.

Он посмотрел ей в глаза. Взгляд был ясным и игривым. Она села рядом на ступеньку, задумалась, улыбка блуждала на ее лице, потом оно приобрело чуть грустное выражение. Она думала о чем-то приятном и далеком.

- Эл, кем ты в действительности была в мирах? - спросил он. - Мне это важно. Тиамит дал понять, что я такой, как теперь, не достоин тебя.

- Он все-таки говорил с тобой. А я просила.

- Эл, я согласен подождать. Давай попытаемся разобраться. Я поэтому и спросил о твоем ранге.

Эл вздохнула.

- Пожалуйста, Эл. Я догадался, что ты великая. В этом не было и нет ничего, что остановило бы меня.

- Хуже, Алик. Я одна из наследников. Я старшая из них. Я его дочь.

Он посмотрел на нее пронзительно, без страха или смятения, даже намека на недоверие она не уловила в этом взгляде. Он ничего не сказал, отвел глаза, посмотрел себе под ноги.

- Я ставлю тебя под удар, - заговорила она. - Если он узнает о нашем браке, то не жить одному из нас или обоим. Я его последняя надежда. Я думаю, что Тиамит это имел в виду. Я стану заметной, едва обрету хоть какую-нибудь силу, а это опасно. Я так дерзко обставила его с уходом, я использовала то, чему он меня учил в надежде на то, что я останусь навсегда. А я удрала ради…

- Простого смертного, как сказал бы великий. Договаривай, я не обижусь. Вот она разница возможностей. На их приобретение нужна уйма времени. Сколько ты там пробыла?

- Четыре столетия, по земным меркам немного больше.

Ей было трудно говорить, Алик был не столько удивлен или обескуражен новостью, сколько тем напряжением, с которым Эл выдавливала из себя признание. Ей так трудно признаваться в том, что вызывает только уважение и трепет в его душе. Он испытывал смесь угнетенности и гордости, а потом пришло какое-то радостное ощущение, что он смог стать для нее той целью, ради которой она всем пожертвовала.

- Ты действительно поступила как великая, - восхитился он.

- Для меня это слово звучит как ругательство. Я рассталась со всем без сожаления.

- Не сомневаюсь, это вполне в твоем духе. Эл, ты святая. Я не уверен, что смог бы вот так.

- И что посоветовал тебе Тиамит?

- Я должен стать таким как ты была.

- А он хитрец. Знает, что это не возможно.

- Он сказал, что поможет.

- Вот как? Алик, не играй с силой. Я не та цель, ради которой стоит брать на себя такой груз. Ответственность будет прямо пропорциональна квадрату твоей силы. Мы оба останемся несчастными.

- Если ты видишь силу как трагедию, то со мной может быть по-другому. Я - мужчина.

- Для силы - без разницы, категории пола тут не действуют.

- Ты не одобряешь мое желание дотянуться до тебя?

- До меня не надо дотягиваться. Я рядом. А вы с Тиамитом споетесь. Не сомневаюсь.

- Эл, ты странно себя с ним ведешь. Ты боготворила его всю жизнь. Теперь он рядом, а ты готова возражать ему.

- У меня есть причины. Но о них я не имею права говорить даже друзьям. Это не мои тайны, и не тайны вовсе, просто я не знаю саму суть и боюсь ввести вас в заблуждение. Давай не будем сейчас говорить о моем прошлом, и о моих отношениях с Тиамитом.

- И о нас мне тоже не говорить?

Эл вздохнула.

- Это глупо. Выглядит глупо. На самом деле нам ничего не мешает, мы просто хотим учесть все мнения, а это невозможно. Ничего. Время покажет, кто из нас прав.

- Не уверен, что это будем мы, - заметил Алик.

- Где это мы не будем? - раздался от входа голос Димки. - Прячетесь.

- От тебя? - удивилась Эл.

Дмитрий подошел к лестнице, сел рядом с Эл на ступеньку. Алик и Эл улыбнулись друг другу.

- Ну, о чем шептались? - спросил он.

- О разнице возможностей, - ответила Эл.

- Кого относительно кого?

- Это не важно. А мы опять не женимся, - сообщил Алик.

Дмитрий панибратски хлопнул Эл по колену.

- А вы знаете? Я почему-то не удивлен! Я даже прихожу к выводу, что вам вообще не стоит переводить свои отношения на другой уровень. Вы кайф испытываете оттого, что не можете это сделать, - он говорил без досады, но с легкой издевкой. - Слава небесам, что не родилась еще та, что заставит меня решать подобные задачи. Лично мне свобода дороже. Поэтому тему объявляю закрытой и хочу узнать, что тут делает Геликс или у меня галлюцинации?

- Он появился.

- Я его заметил. Он фонит, - Дмитрий засунул указательный палец в ухо и потряс его, словно прочищая канал. - Почему он прячется?

- Он не прячется. Он изучает остров, - ответила Эл.

- Каковы же результаты исследований?

- Я не знаю. Я не спрашивала. Это его личное дело.

- Ага. У корабля теперь есть личные дела. Занятно. А могу ли я сгонять на нем, скажем, на Землю?

- Можешь. А зачем?

- Полетать хочется.

- Дим, ты прописан теперь в двадцатом веке, - напомнил Алик. - По идее мы должны быть дома.

- Это по твоей идее. Тебя все устраивает. А меня - нет. Я дорвался до уникальных возможностей, считаю долгом исследователя опробовать новый способ перемещения.

- Нарвешься на патруль, - предупредил Алик.

- И что? Я в Космофлоте не служу. Я - герой войны. Что мне будет? Правда, Эл?

- Ты немедленно хочешь отправиться или здесь еще побудешь? - шутливо спросила Эл.

- Ну, какое-то время, я бы еще тут пожил, а потом можно и полетать.

- Ты наверняка попадешься.

- А я знаю, и знаю наверняка, что нужно расширять поле возможностей. Чем больше будет диапазон, тем больше степень свободы, - заявил Дмитрий.

- Я предлагаю тебе с Геликсом обсудить план действий, - предложила Эл.

- Но ты же его капитан, - напомнил Дмитрий.

- Я разрешаю, а он пусть сам решает.

- Он со мной не разговаривает.

Дмитрий подскочил с места и быстро ушел.

- Я знаю, Алик, раньше бы я подумала тридцать три раза. Теперь решения принимаю не я. Пусть попробует. Ему всего-то нужно остаться незамеченным.

С этого момента жизнь на острове перестала быть безмятежной. Друзей все больше охватывали новые заботы. Едва ли кто-то из них скучал, все кроме Эл были постоянно чем-то заняты. Игоря вообще никто не видел несколько дней. Пропал Тиамит. Поскольку Эл не стремилась тесно общаться с ним, то отнеслась к его отсутствию спокойно. Ольга потратила полдня на поиски и убедилась, что задушевной беседы не случится, заподозрила, что к исчезновению Тиамита причастна Эл.

Душу Эл посетило беспокойство, она не могла сердиться долго. Она обещала ему защиту, но сейчас защитник из нее был неважный. Обещание включало больше, чем укрывательство Тиамита на острове. Его планов Эл не знала.

Она подловила Ольгу во время пробежки.

- Закончишь, приходи в библиотеку, побудь там, пока все не соберутся.

Ольга кивнула и побежала дальше.

Алик был на берегу.

- У нас совет? - спросил он в ответ на ее предложение.

- Что-то вроде.

Он кивнул. Эл устремилась дальше. Поиски Игоря оказались самыми длительными. Дмитрий появился сам.

- Он мог заблудиться? - спросил Дмитрий.

- Нет. Погоди. Я сосредоточусь. - Она помолчала. - Давай попробуем второй ярус.

- Я там живу и провел все утро, - заметил Дмитрий.

- Это остров, - пояснила Эл. - Вы можете быть близко и не видеть друг друга. Здесь существует то, что ошибочно называется искривлением пространства. Давай пройдемся.

Она оказалась права. Зрелище было интригующим. Игорь был чем-то перепачкан, на лице виднелись бурые и серые пятна, он был в поту и нес в руках какой-то предмет. Их появление вызвало восторг.

- Ребята, я тут кое-что нашел!

- Не знала, что поэзия - занятие грязное, - пошутила Эл.

- Я нашел кузницу. Вот!

Он показал им лезвие или то, что можно было так назвать. Дмитрий взял этот кусок металла в руки, повертел.

- А не дурно. Римский меч напоминает, но без рукоятки. Ты где его добыл?

- Я сделал его сам, - ответил Игорь. - Я вам все покажу.

Эл по дороге смогла осмотреть произведение Игоря. То, что показалось грубым куском металла, на самом деле был покрытый окалиной клинок. Если учесть, что Игорь к кузнечному делу в жизни не имел тяги, то первый опыт ему удался. Она решила, что общая встреча подождет, что у Ольги с Аликом хватит терпения.

Это была просторная мастерская, здесь пахло углем и серой, воздух был горячим. Эл понятия не имела, что на острове может быть нечто подобное. Она придирчиво осмотрела устройство мехов и инструменты, куски руды, какие-то чаши с порошками и развела руками.

- Кому что, - произнесла она.

Дмитрий тем временем продолжал изучать творение Игоря.

- Если его доработать и заточить, посадить на рукоятку, то у нас будет пополнение в арсенале. Ты длиннее не мог сделать? Металла не хватило? - спросил он Игоря.

Тот пожал плечами.

- Я просто пробовал. У меня был такой порыв. Я был уверен, что смогу. Кое-какие общие знания, работа руками мне не вновь. И звук металла, напоминает мне пение. Я скорее по звуку его сделала, а не по задумке. Ни рисунка, ни размеров. Осенило.

- Судя по работе, ты тут все время и провел, - заключила Эл.

- Да. Я вот только что вышел, хотел всем показать. Здорово. Я хочу еще попробовать. Только отдохну и умоюсь.

Он присел на край небольшой тумбы, и устало выдохнул. Эл всмотрелась в него тем особенным взглядом, каким изучала людей в мирах владыки. Игорь поймал взгляд, заметил его особенный оттенок. В голове Эл родились параллели. Процесс ей знаком. Он открыл в себе способность, а она могла бы дать ей объяснения. Ему не хотелось объяснений, ему просто хотелось прочувствовать и прожить удивительную перемену, вздох за вздохом следить за ощущениями. Он не смог бы найти достаточно ярких выражений, чтобы передать остроту пережитого порыва. Он словно вступил в поток, который двигал его умом и руками, его слухом и особенным чувством ритма, силой его рук и остротой глаза. Меч, который он выковал, казался ему идеальным. Он знал, как это бывает, пройдет время, он приобретет навык, возьмет своего "первенца" в руки и удивиться неуклюжести работы. Только не сейчас, когда гордость и удовлетворение владели его чувствами, а мудрый и загадочный взгляд Эл убедил его, что события текут в верном русле. Он улыбнулся, а Эл ему подмигнула.

- Возвращайся в свою комнату, ты найдешь там все что нужно. Если устал - выспись. Я хотела собрать вас в библиотеке, отложим.

- Нет. Я не сильно устал. Я приду.

Дмитрий осматривал мастерскую. Игорь отправился умываться. Эл встала в дверях, чтобы оказаться в прохладе.

- Как странно. Кому что. Я нашел гору оружия. А что нашла ты?

- Ничего. Ничего нового.

- А хотела бы?

- Не могу сказать, что стремлюсь к поискам. Видишь ли, я миновала стадию, когда было необходимо искать события и действовать. Теперь события сами находят меня.

- Это называется недеяние. Да ты - даос.

Эл засмеялась.

- По-моему, ты не далек от истины.

- Так значит, ты не слишком стремишься куда-либо, целей у тебя - никаких, но если возникнет некоторое завихрение событий, ты будешь в них участвовать.

- Да.

- Я тебя обожаю, командор. Это может означать, что нам перепадет немножко приключений. Всяко интересней, чем с Аликом в Африку мотаться.

Дмитрий вспомнил, что клинок Игоря все еще у него в руках. Он поиграл им.

- Это что-нибудь означает? Он не саблю сковал, ни ножик, ни рапиру. Длина, размер, вес. Я не удивлюсь, если мы окажемся в древнем Риме.

- Почему ты так решил?

- Я припомнил историю с синей книгой. Она появилась задолго до того, как ее написали в твоих мирах. Предвестие. Быть может порыв Игоря - это пророчество. Поэтическая натура и тому подобное. Он прячет от меня свои стихи, я бы пошел на хитрость, чтобы их прочесть.

- Дим, ты строишь планы?

- Я надеюсь.

- Ты тренируешь Олю.

- Она попросила. Кстати, получать шишки она уже не боится. Геликс помог ей с моторикой, он поработал с ней по-своему и теперь наша доктор не только может сделать грамотную операцию, но накостылять потенциальному пациенту. Она знает, куда наносить удары, и тут медицинская подготовка оказалась очень кстати.

- Ей нужно освоить палку и рукопашный бой. Любую технику. Моторика - это хорошо. Я попрошу Геликса записать в ее сознание информацию, как это делали с нами в академии. Ей будет легче освоиться.

- Ты не возражаешь?

- Вы же все как один собрались куда-то. Я плохо представляю, что меня ждет впереди, каким образом выстроиться моя жизнь, а мои друзья уже занялись приготовлениями к будущим событиям. Забавно.

- Просто мы, в отличие от тебя, еще не насытились жаждой приключений. Как говориться, охота пуще неволи. - Дмитрий тяжело выдохнул. - Фуф. Жарко здесь. Наш Дедал потрудился на славу.

Эл вышла в коридор первой. В библиотеке они застали уже троих.

- Итак? - спросил Алик.

Эл в задумчивости стала обходить овальный стол.

- Итак, вы тут освоились, - заговорила она. - Поскольку никому не скучно и течение времени мало кого заботит, то я намерена ненадолго вас оставить. У меня есть некоторые заботы по ту сторону жизни. Как уже выразился Дмитрий, мне здесь искать нечего. Следуя естественному течению силы, я ощущаю потребность уйти отсюда. Кто желает остаться?

- Я, безоговорочно, - заявила Ольга.

- И я, - присоединился к ней Игорь.

- Я с тобой, командор, - отозвался Дмитрий.

- Алик? - спросила Эл, потому что наступила пауза, и он единственный не выказался.

- У меня двоякое чувство. У меня есть пара дел в Москве, я бы завершил их, прежде чем ввязываться в новые события.

- Долг - прежде всего, - заметила Ольга.

- Не могу по-другому.

- Я тут еще побуду, если планы изменяться, время у вас есть. Не советую самостоятельно покидать остров, - предупредила Эл.

- А как? Мы же двери не чувствуем, - возразил Игорь.

- Все может быть. Теперь каждый знает, какие ощущения этому сопутствуют. Осторожно. Как мне вас потом разыскивать? - предупредила Эл.

Глава 8

- Что с Геликсом?

Дмитрий был не встревожен, а немного озадачен. Он мало, что понимал в устройстве корабля Эл и его функциях, но даже ему стало ясно, что корабль ведет себя не так, как обычно. Эл недоумения не выказала.

- Если он сможет объяснить, то потом расскажет, а пока ждем, - ответила она.

Они вернулись назад, на ту самую пересадочную базу, с которой Эл переправила на остров Игоря с Ольгой. Геликс проскользнул за ними обратно, теперь висел там без всякого отзыва.

- У тебя есть объяснения? - спросил Дмитрий.

- Он мог потерять энергию на переходе, или от скачка произошел сбой. Он отзовется или…

Эл не стала продолжать.

Она намеревалась сориентироваться, выяснить время, узнать новости. Они заглянули в информационный центр, потом в гостиницу, обошли технические корпуса.

- Не сезон, - констатировал Дмитрий. - Словно вымерли все. Сколько тут никого не было?

- Давно. С момента нашего ухода. И это не удивительно. Здесь редко бывают посетители.

- Эл, мне все это не нравится.

- Ты чувствуешь опасность, тебя тревожит что-то? - Эл внимательно изучала друга.

Дмитрий помялся, потом поводил руками в воздухе.

- Не нахожу определения. Я не привык. Такое чувство, словно должно что-то случиться.

- А у меня был сюрприз, но если Геликс не очнется, то мне придется менять планы. Ближайший попутный корабль через пять местных суток. Пойдем устраиваться в гостиницу.

Он не думал об отдыхе, поскольку усталость не могла возникнуть в таком напряжении. Дмитрий привык к мобилизации сил до того момента, пока не прояснялась ситуация, пока события не приходили к логическому завершению. Эл же безмятежно улеглась спать. Дежурить у двери было глупо, но контролировать коридоры ему никто не запрещал. Попутно он тренировался в ориентации. Теперь пространство отражалось в его существе некой моделью, он чувствовал объемы всем телом, чувствами, особенно слухом. Когда звук прокатывался по пространству коридоров он мысленно мерил его шагами, мог сообразить, сколько нужно времени, чтобы оказаться в заданной точке, он знал сколько поворотов сделала звуковая волна, до того, как произошло затухание. И это была малость информации, которую он мог получить, только топнув ногой. Была еще масла знаков, объемная модель возникала в его воображении, и процесс длился с быстротой невероятной. Ему лишь достаточно было сосредоточиться. Скоро он знал устройство гостиницы и расположился на одном этаже с Эл.

Прошло три дня. Геликс не ожил. Эл не проявляла активности, выходила на прогулку и вела непримечательный событиями образ жизни. Это была словно не она. В прежние времена она активно изучала бы что-нибудь, искала способ разбудить корабль, строила планы. Ничего подобного она не демонстрировала теперь.

- Тебе не скучно? - спросил он.

- Ничуть. Отдых - блаженное состояние, которым нужно уметь пользоваться.

- Расскажи, как ты выбралась из миров.

- Дим, пощади.

- Ты не слишком откровенна, когда речь заходит об этом отрезке прошлого. Назад не хочешь?

- Нет.

- А если придется?

- Лучше смерть.

- Не поверю, что ты выберешь смерть.

- Что толку говорить о том, что развеялось. Если б, да кабы.

- Я могу стать таким, какой ты была?

- И этот туда же. Алик озадачен своим возвеличиванием, теперь и тебя волна подняла. Эй, ребята, вам не терпится влезть в мою шкуру? По началу будет весьма не плохо, даже приятно. У меня встречный вопрос. Как вы нашли Хеум?

- Приемник Торна нам помог. Тот, кто нашел запись вашей последней беседы, твой договор с Галактисом.

- Вот как? Так вот, вам кое-что следует знать. Этот самый приемник вовсе не новичок на корабле. И у меня с ним давние, тесные и некогда дружеские отношения. Его зовут Зента, он собрат Нейбо по расе, и что особенно примечательно, это он подготовил меня к встрече с ним, привел меня к мысли, что попасть в плен разумно и помог убить Нейбо.

- Мы не знали. Он помог нам с поисками.

- Дим, вы точь-в-точь идете по моим стопам. Сначала Зента, потом Хеум, а потом Кикха. Вуаля. Алик вклинивается в состязание, я опять попадаю в неприятности. Не стану говорить, что вы виноваты. Нет. Вы инструменты в руках судьбы, только эта судьба строиться не сама собой, ею ловко управляют те, кто знает законы бытия. Од вас не снабдил высшим знанием о своем предназначении?

- Од - это кто?

- Обитатель Хеума.

- Эл, я его не знаю.

- Тогда рассказывай.

- Ну, как такое расскажешь.

- Начнем сначала. Как вы вычислили дрейф?

- Алик вычислил. Ты подарила корабль Марату. По логике вещей во время поисков мы обратились к нему. Он был последним, с кем ты делилась впечатлениями. Алик возился с кораблем очень долго, мы обратились за экспертизой в Галактис. Так нам удалось вычислить карту поисков, которые ты вела. Нужно сказать, что этот черный монстр потрясающе умен. Попутно мы ознакомились с записями с твоего шлема, то есть с костюма, который ты носила. Эл, это ужас. Прости, что вспоминаю, но шок у нас обоих не проходил долго. Алик с тех пор поклялся, что на коленях будет прощения просить. Ты тысячной доли не рассказала из того, что было на самом деле. Мы оба практически в деталях знаем твою историю отношений с Нейбо, и временами мне чудилось, что это была не ты.

- Дим, это не важно.

- Это важно. Потому что тогда Алик на сто процентов уверился, что у вас обоих идут схожие процессы. Так что, свидание с Хеумом стало неизбежным. К тому моменту накопилось то, что мы хотели бы забыть или приглушить. Если война сделал меня злым, то полтора года поисков вывернули на изнанку все мое нутро. Я стал верить, что мы тебя не разыщем, потому что наша встреча мне никак не виделась, разница между нами была такой огромной, что говорить не о чем. Хеум приблизил нас. Что я могу описать? Ощущение собственной ничтожности и одновременно могущества, ощущение себя частицей мироздания и прахом. Все что я помню - это эмоции, как будто мое сознание впитывало что-то помимо них, познание в чистом виде. Все наше образование - фикция, умения и навыки - детские игры, забавы для малышей. Даже война, которую я считал этапом становления всех нас, выглядела ничтожным хлопком в пустоте. Поменялось все цели, смысл, мироощущение. А, черт возьми, я все не то говорю. Слова. Слова. Опустошение - вот что было тогда. Огромная, необъятная пустота внутри. И полное осознание, что ее нужно заполнить только самым сокровенным. И лишь одно я вынес оттуда абсолютно точно - тебя. Твой образ. Я не могу описать, какое счастье я пережил, когда понял, что наши души сплавлены вместе. Эл, если тебе сейчас не удастся ощутить это, то я уверен, что ты еще это почувствуешь. Я понял, почему я так жил и поступал, свои скрытые мотивы, о которых сам не догадывался. Все это пришло из воспоминаний, а закончилось осознанием моей жизненной задачи. Я - твой Хранитель. Я тот, кто будет стоять у тебя за спиной в самые темные дни. Это звание оправдывало все мое разгильдяйство и мои достижения. Смысл только в этом. Я прикрываю твою спину. Считай меня самонадеянным. Я ничего не придумал. Я знаю, командор. Хеум подарил мне себя. Пока я жив, я не дам тебе погибнуть. А сила мне нужна, чтобы тебя защищать, в остальных случаях мне наплевать, как жить и чем владеть.

- Похоже, из нас двоих ты лучше знаешь свое предназначение. Я отвечу только, что не стану тебе ни чем мешать.

- Можно подумать, ты своего предназначения не знаешь! - воскликнул он. - Как бы не так.

Эл приблизилась, ее лицо оказалось очень близко, она осторожно взялась за край его воротника.

- Мое предназначение, как раз то, чего я старательно пытаюсь избежать. Не спрашивай, в чем оно заключается.

- Очень надо. Ты как минимум на одном уровне с наследничками владыки, если не выше. А, судя по тому, как ревновал тебя старший братец, у владельца миров на тебя были виды. Хм, тайны мадридского двора. Ты можешь читать лекции Алику, Оле с Игорем, а мне вовсе не важно знать, что там было. Я сам догадываюсь. Я знаю, почему ты не сдалась Нейбо, не потому что я видел картинку. Я прочел то, что скрыто. Потому что корни наших талантов лежат много выше обыденного пространства небытия. Выживала не та Эл, что была здесь, а та, которая жила там. Никакая сволочь туда не дотянется, потому что там нет места низким энергиям, нельзя захватить то, что принадлежит истинному хозяину. А все эти проявления силы - марионеточный театр. И с твоим владыкой было точно также. Ты не демонстрируешь свои истинные способности, но они никуда не делись. Ты можешь не знать о них, как не знала в юности. Их можно на время заглушить, чтобы быть неприметным человеком, но нельзя уничтожить совсем. Кому дано право это решать? И я уверен, что если тебя припереть к стенке, ты найдешь способ их извлечь из праха прошлого. Нас обоих прошлое колышет мало. Вот о будущем стоит позаботиться заранее. Единственное, что бы я узнал у тебя, это как отличить тех, кто за тобой однажды явится.

- Мурашки по коже. Не явится никто.

- Эл. Они меня убьют. Я знаю.

- Не говори чепухи. Начал за здравие, так красиво, так масштабно, а закончил летальным исходом.

- Смирись, командор, однажды меня убьют. Пусть попозже. От тебя зависит.

Эл нахмурилась.

- Я скорее сама умру.

- Это в тебе говорит маленький кудрявенький человечек Элли Светлова.

Эл засмеялась, а он жал отпора.

- И кто я, по-твоему?

Дмитрий не смутился и ответил сразу.

- Ты та, что отсрочила нечто очень важное, но неизбежное.

- Эти интонации говорят о том, что ты полон ожиданий.

- Я стараюсь быть ко всему готовым.

- Это невозможно. Мне знакомо чувство, когда каждая мелочь вокруг является знаком, предвестием событий. Их много, они должны вот-вот случиться, и душа просит вмешательства. Мой тебе совет, уйми порыв, из всех потоков событий только один истинно твой. Ты не обязан реагировать на каждое шевеление воздуха.

- Неужели так заметно.

- Ты ведешь себя, словно нас должны атаковать. Наихудшее из зол - сюда опять явится патруль.

- Я почувствовал старые энергии. Эта база меня напрягает. Ты отсюда исчезла.

- Ты знаешь куда. Мы как раз оттуда.

Дмитрий какой-то своей частью ощущал, что она права. И все таки не находил рационального объяснения своему беспокойству.

Он пробыл один не долго, потом опять зашел к Эл в комнату.

- А какой сюрприз ты готовила? Ты что-то сказала про сюрприз.

- Пустяки. Я хотела выдать свое присутствие на Земле.

- То есть? Ты учишь пилотов.

- А вот так. Обо мне знает узкий круг. Академическое начальство преимущественно, даже пилотажные группы пару раз не ставили в известность о том, кто будет инструктором.

- Представляю их реакцию.

- Сначала они скептически замечают, что я много говорю о буферной зоне, о картах полета, технике и так далее. Первые предположения, что я рассказываю заранее заученный конспект. Потом мы летаем, и в головы моих подопечных закрадывается подозрение. Они начинают наводить обо мне справки. Потом испытывают ужас и шок. Потом мои приказы выполняются безоговорочно, они ловят каждое слово и прощаются неохотно, шлют сообщения, советуются. Я перестаю быть зверюгой в их глазах.

- Я учил пилотов, я знаю, каково это.

- Они изначально не знают кто я такая. Не смешно, знаешь ли, когда в середине обучения те, кто вчера шутил и даже флиртовал со мной, имеют бледный вид на завтра. Мне пора покинуть кулисы и выйти на сцену. Я хотела поучаствовать в пилотажном празднике. Игоря вписала вторым пилотом. Сама судьба против меня. Мы застряли здесь. Так что я остаюсь в тени.

- Ты не расстроена.

- А зачем мне расстраиваться. Расстраиваться нужно тому курсанту, которого записали к нам в тройку.

- Не повезло бедолаге, будет сдавать пилотажный экзамен один, - посочувствовал он.

Дмитрий насторожился. "Встал в стойку сеттера", как называла его напряженное состояние Эл.

- Или нет. Двигатели работают.

- В реестре на сегодня нет посадок. Ну, если это снова патруль, я буду хамить.

- Да успокойся ты, - махнул на нее Дмитрий. - Это не наши.

- Что означает не наши?

- Во всяком случае - это не патруль. А ты мне не верила. Вот оно, случилось. Оружие есть?

- Что ты сразу за оружие. Идем к диспетчерской.

Они искали в атласе корабль, который должен был вот-вот причалить к пирсу рядом с ними. Эл попутно подумала, что чутью Дмитрия нужно доверять, а заодно поняла, что коридор его чувств не так широк, как она полагала. Он среагировал на конкретное событие, точно, избирательно. Дмитрий избежал того резкого скачка в ощущениях, которое случилось с ней. Что ж он, как всегда, - везунчик.

На всякий случай они остались в гостинице. На пирс высадилась большая группа из тридцати существ.

- Уф, это археологическая станция, - они отметились в реестре. - Эл, ты попадешь на праздник, они летят к Земле. Мы даже можем попросить погрузить Геликс. Нужно пообщаться.

Он успокоился и был воодушевлен будущим знакомством. Однако, Эл он оставил в гостинице, наотрез отказался брать ее с собой.

- Включи защиту и заблокируй дверь, - строго потребовал он.

- Димка, у тебя мания.

- Я требую.

Эл выполнила нужные манипуляции, чтобы его успокоить.

Ждала Эл не долго, спустя полчала в дверь раздался знакомый стук. Дмитрий не стал дожидаться, пока откроются запоры двери, и кричал снаружи.

- Эл, ты не поверишь, но они к тебе!

Он вошел и продолжил.

- Я сказал, что ты лично с ними общаться не будешь. Они настаивают. Я понял, что у них для тебя что-то есть.

- Что?

- Я не знаю. Их пять штук в общем зале внизу. Ты не обязана спускаться.

- Как они меня нашли?

- Они навели справки, что твой корабль был тут. Они заметили переход, решили, что ты вернешься. Эл, какой след остается при переходе? Можно обнаружить остров отсюда?

Дмитрий был обеспокоен всерьез.

- Я поговорю с ними. Теперь твоя очередь прятаться.

- Я пойду с тобой.

- Я предполагала, что случиться нечто подобное. Отдыхай.

Ее встретила делегация из пятерых человекоподобных существ, даже в общем классе гуманоидов они были схожи с землянами. Как тут не усмотреть, что земляне открыли космос не пятьсот лет назад с сегодняшней даты.

Эл сделала приветственный жест. К встрече они подготовились заранее, ей предложили сесть. Эл не особенно чувствовавшая барьеры между народами Галактиса и к этим созданиям отнеслась, как к родным. Зазвучал знакомый ей земной язык и у нее появились первые подозрения.

- У нас имеется к вам поручение, - заговорил с ней один из них. - Нас любезно просили передать вам послание. Это не единственный повод для знакомства. Нам хотелось бы воспользоваться вашими услугами, как ретроспективиста.

- Кого?

- Вы хорошо знакомы с прошлым вашей планеты. Нас интересуют смежные области исследований.

- Я не могу похвастаться, что хорошо знакома с прошлым моей планеты. Я не историк.

- Вы путешествуете во времени, простите, за старомодный оборот. Видите ли, мы по содержимому послания поняли, что можем обратиться к вам с деликатным заданием.

Эл предположила, что они редко встречают отказы. Если они предложат обмен - послание за услуги, то ей придется им отказать.

- Я не понимаю вас.

- Мой язык не хорош?

- Язык понятен, намерения - нет. О чем конкретно вы просите?

- Сначала послание.

Торговли не будет. Эл решила сделать паузу. Они восприняли молчание, как знак и двое других вытянули вперед конечности. Возник приличных размеров прямоугольный ящик, потертый и поцарапанный.

- Проекция? - поинтересовалась Эл.

- Да. Он неудобен в перемещении, мы не уверены были, что вы примете его. Мы не знакомы, что вызывает разумные подозрения. Не подозревайте нас, за доставку мы не попросим услуги. Мы хотели бы отдать его вам при любых обстоятельствах.

- Я могу увидеть содержимое?

- У нас нет информации о содержимом.

- Но вы намекнули, что этот предмет имеет отношение к прошлому.

- На крышке символ. Он известен в связи с вами.

Двое повернули проекцию. Эл выпрямилась, увидев знак на обороте. Это была приблизительная копия ее медальона.

- Мы умеем определять возраст. Коробка и содержимое имеют солидный возраст, - пояснил он.

- Примерно какой? - спросила она.

- В каком исчислении?

- Скажем, в галактическом.

- Ему семьсот галактических лет.

- Очень старый. Как такое могло сохраниться? Где? И кто послал?

- Некто по имени Радоборт.

- Что? - У Эл мурашки пошли по спине. - Вы его видели?

- Нет. Мы только передаем послание.

- Вы не почта, чтобы доставлять такие посылки, - вырвалось у Эл. - Откуда он у вас? Археология?

- Да. Раритетная находка. Мы установили владельца ящика и по знаку обнаружили связь с вами. Изображение системы планет в знаке дает представление о месте расположения солнечной системы этого типа.

- Вы идентифицировали эти миры?

У Эл начало перехватывать дыхание.

- Да, у нас есть пятнадцать вариантов, но наша экспедиция не занимается поисками. Нас интересуют родственные народы. Быть может, вы сообщите нам, похожи ли обитатели мира, создавшего этот раритет, на вас и на нас.

- Откуда мне это должно быть известно?

- Знак на крышке - ваш.

- Я воздержусь от ответа.

- Вы заберете коробку?

- Заберу. А какое предложение вы собирались мне сделать?

- Мы пригашаем вас к сотрудничеству в сфере исследования прошлого Земли. Галактис использовал вас как наблюдателя внедренного в иные культуры, таким образом, со своей собственной культурой у вас не будет затруднений.

- Эта область мне мало интересна. Я не историк, повторяю, не археолог, вообще не ученый. Мой профиль - космическая разведка.

- Разве вам не интересны истоки собственной цивилизации?

Тут у Эл в голове возник вполне резонный вопрос: какую цивилизацию ей считать своей?

- Я не могу давать ни обещаний, вообще никакого ответа. Я не имею касательства ни к одной из организаций на Земле, которая ведет исследования такого рода. Это нарушение закона.

- Вы не подчиняетесь законам, - возразил он, чем озадачил Эл.

- Я избавлю нас от дискуссии. Мне не интересны ваши предложения.

- Мы не огласили суть.

- Неинтересно, - твердо отказалась Эл.

Получив ящик, Эл вернулась в свою гостиничную комнату. Дверь открыта, подозрительно тихо. Она шагнула за порог с опасением.

- Не крадись, я тебя слышу, - раздался издали голос Дмитрия.

Он вышел ей навстречу.

Эл неуклюже держала в руках массивный ящик, казалось, он сползал из рук в бок, вот-вот стукнется об пол. Он поспешил на помощь.

- Тяжелый, - заметил он. - Что это?

- Я не знаю.

- Это они притащили?

- Да. Это посылка.

- Они что? Почта?

Эл улыбнулась его вопросам.

- Нам нужно вернуться на остров.

- Они еще не улетели.

- Значит, ждем, когда улетят.

Глава 8

- Димка? - Оля удивилась, когда увидела на берегу рослую фигуру в летной форме. - Вы же ушли. Или здесь время идет иначе?

- Мы вернулись, - ответил он. - Эл что-то напугало.

- Шутишь. Что такое может напугать Эл?

Он почувствовал облегчение. Эл с ящиком удалилась в сторону дворца, а он остался на берегу. Шум волн заставил его расслабиться, напоминая, что здесь защита Эл не требуется. Сейчас он понял удивление Ольги и согласился с ней.

- Скажем, Эл подстраховалась.

Ольга была и озадачена, и обижена.

- Чё дуешься? - спросил он.

Ольгу не удивил вопрос, чуткость Дмитрия не новость для нее.

- Вы трое что-то затеяли, мы с Игорем не участвуем в ваших замыслах?

- Да с чего ты так решила? Алик натурально отправился домой.

- Вы ушли на базу?

- Да, мы оттуда.

- А Геликс почему тут? Как вы собирались попасть на Землю без корабля?

Димка вдруг просиял.

- Ты его видела? Геликс. Где?

- Да там же, где он был.

- Я клянусь, что никаких планов без вас мы не строили. Мы с Эл собирались полетать и только. Если не веришь, летим с нами.

- Нет. Тиамит вернулся, я буду с ним беседовать. Мне тут стало одиноко без вас. Игорь куда-то запропастился. Я не могла дозваться, не нашла.

- Он сейчас очень занят, поэтому ты его не ищи, сам вернется. Удачи тебе в беседах с магом, а я к Эл пойду.

- А чем занят Игорь? - спросила Ольга.

Дмитрий подавил желание улыбнуться.

- Он мастерит кое-что. Не ты одна собираешься учиться. Ну, все, бегу за Эл. У меня есть уверенность, что во второй раз мы выберемся удачно.

Он быстро отыскал комнату Эл и деликатно постучал. Дверь сама открылась. Он еще ни разу не был в ее комнате, заглянул, изображая виноватое смущение.

Эл сидела в черном кресле с высокой спинкой, которое имело солидный, основательный вид. На столе, таком же темном и массивном лежала заветная коробка. Эл задумчиво, не отводя от коробки глаз, махнула, разрешая ему войти.

- Я, кажется, знаю, почему Геликс не отвечает. Одна его часть там, на пирсе, а вторая тут. Если такое возможно, - сообщил новость Дмитрий.

- Все возможно, - уныло ответила Эл.

- Тиамит вернулся. Оля сказала, - предупредил он.

Он постоял у стола, Эл апатично смотрела на коробку перед собой.

- Открывала? - поинтересовался он.

Она отрицательно замотала головой.

- Хочешь, я попробую.

Ответ был тот же.

- Позови Тиамита, - попросила она.

- Эл, если бы старик был нужен, то был бы уже здесь. Это из области - разбирайтесь дети сами.

- Что бы ты посоветовал?

- Ты у меня просишь совета? Ты вернее определишь, что там. Я могу не уходить на всякий случай. Решайся. Подарки нужно уметь принимать.

Эл сняла с шеи медальон, повертела в руке и положила на крышку коробки. Едва она отпустила диск медальона, руку пронзила знакомая боль. Она сжала кисть и прижала к груди другой рукой.

Дмитрий старался не шевелиться, почувствовал, как Эл напряглась, будто испытывает боль. Он стоял на месте, пока лицо Эл не вытянулось от страдальческого выражения, и взгляд был устремлен на него, как призыв о помощи. Он принял решение мгновенно. Обогнув разделявший их угол стола, он схватил медальон и одним движением накинул петлю цепи ей на шею. Ему показалось, что этого мало, и он оттащил Эл от стола к двери, а потом и в галерею.

В глазах ее читалась беззащитная покорность. Событие сообщило ей некий смысл. Стоило ему вспомнить свое беспокойство на базе, как тут же ум связал его с коробкой и состоянием, которое теперь переживала Эл. От таких ситуаций он ее защищать не умеет.

- Я найду Тиамита. Не открывай без нас, - предупредил он и помчался к башне, где по его предположению был старик.

Эл побрела за ним, потирая болевшую руку. Визит странника дал знать о себе. Она очнулась в дверях библиотеки, подошла к столу, заглянула в книгу, где появилась первая запись, несколько слов нетвердой рукой, коряво выведенное: "Путь далее невозможен без договора". Эл провела рукой по листу, словно хотела смахнуть кривые буквы, пальцы замерли ниже строчки. Пока не проясниться, о каком договоре идет речь, поскольку Эл знал только один договор, а его действие никто не отменял, послание от Радоборт стоит оставить в покое. Текст мог иметь в виду нечто иное. Чтобы не видеть надпись, Эл закрыла книгу.

- Она не исчезнет, - предупредил Тиамит, который, вместе с Дмитрием, появился рядом.

Димка сочувственно посмотрел на нее.

- Если ты пилот, займись вашим кораблем. Скоро Эл к тебе присоединиться, - сказал Тиамит.

Дмитрию пришлось уйти, преодолевая алчное любопытство.

- Я видел надпись. Я полагал, что договор возобновлен. Сколько ты пробыла в том месте, которое считаешь домом?

- Год в одном времени и почти два в другом, - ответила Эл. - Что имеется в виду под договором?

Тиамит знает о договоре? Интересно.

- Я удивлен твоей наивности, Эл. После всего, что ты о себе знаешь, ты упрямо считаешь, что мир твоих приемных родителей - истинно твой. Припомни, как ты там оказалась.

- Ты меня украл.

- Не совсем точно, ну пусть и так. А что было потом?

- Ты выбрал другой мир.

- Дмитрий сказал, что у тебя растерянный вид. Я скажу, что для растерянного человека, ты быстро думаешь.

- Я слышала рассказ владыки.

- Он, разумеется, не упомянул, что не так легко поселиться в чужом мире. В свой мир он пустил тебя не безусловно. А если учесть твой ранг и происхождение, то без строгих условий ты бы не имела возможности существовать в земном мире. Ты будешь заблуждаться, если подумаешь, что Земля чем-то в этом отношении отличается от других миров?

- О каком договоре идет речь?

- О твоем праве жить, расти и существовать на Земле.

- Для этого требуется разрешение?

- Конечно.

- Договор заключил ты?

- Да.

- И с кем?

- С теми существами, которые ведают существованием жизни на Земле.

- Явно тут не правительство имеется в виду.

Тиамит только улыбнулся.

- А почему теперь мне нельзя жить дома, как прежде? - спросила Эл с досадой. - Что такого во мне теперь?

- Ты взрослая. Самоосознающее существо. Ты покинула Землю в одном состоянии, а вернулось нечто иное. Тут Дмитрий прав, если тебя припереть к стенке, то ты себя можешь проявить как угодно ярко.

- Ты что подслушивал? - возмутилась Эл.

Тиамит в ответ засмеялся добрым смехом.

- Если меня нет поблизости - это не означает, что я не слежу за твоими поступками. Пока ты сама не очертишь свое существование, я за тебя отвечаю, перед силами твоей планеты. Когда-то я вел речь о маленьком сияющем существе, которое нуждалось в доме, но я не могу отвечать за опьяненного свободой великого, способного менять месторасположение по шкале времени и пространства. Пусть ты не более чем бывший великий, но я не могу предсказать твои поступки. Опыт перечеркнуть невозможно. Слушаться ты отказываешься. Надпись подсказала тебя вариант.

- Но каким образом? Мне что письмо в небесную канцелярию написать? - удивилась Эл.

- Тебе достаточно встретиться с кем-нибудь из земных управителей, выслушать требования и ответить согласием. В какой форме будет встреча - тебе решать. А послание от Радоборта ты оставь пока. Тебе теперь не до посланий из прошлого, тебе свое будущее нужно устроить. Ты верно поступила. Пусть оно храниться тут, до времени, когда твое любопытство пересилит опасения.

Эл постояла молча, потом собралась уходить.

- А почему ты выбрал именно Землю? Потому что существа похожи?

Он опять засмеялся.

- Тебе же все равно, в каком виде существовать. Тебе мой выбор уже не нравиться? - ответил он.

- Ну и шуточки у тебя. Погоди, придет время, я докопаюсь и до твоего прошлого, хитрый чародей, - с улыбкой отозвалась на шутку Эл.

- Жду с нетерпением, - в след сказал он.

Эл помолчала.

- Я видела странника. Рыжего странника, которому поручила Радоборта. Теперь только глупый не свяжет его появление с этой посылкой.

- Почему сразу не сказала? - спросил Тиамит заинтересованно. - Замечу, что ты своеобразно теперь расставляешь приоритеты. Подобный визит - самое значительное, что происходило с тобой. Эл, странник всегда приносит перемены. Забыла? Они стали происходить в то мгновение, когда ты увидела его.

- Вот. - Эл подняла больную руку вверх, демонстрируя ладонь.

- Больно?

- Очень.

- Осмыслила? Рука не будет болеть, если ты найдешь адекватное применение такому дару.

- Я понятия не имею, что это значит. Весточка из прошлого. Он упомянул мою мать.

- Лучше будет, если ты употребишь имя.

- Монтуэль. Он упомянул о ней.

- У странников свои особенные ритуалы. Он бесхитростно решил, что ты его поймешь. Он, наверняка, удивился, твоему обращению со своими способностями, его наивной рассудительности хватило бы для восхищенного изумления.

- Да. Так и было.

- Эл, он поспешил исполнить поручение, но для тебя оно преждевременно.

- И что мне делать?

- Забыть о подарках, посланиях, странниках и жить той жизнью, которую ты себе представляла. Я всегда дам совет, если ты его попросишь.

- Ты смягчился?

- Ты стала боле внимательно меня слушать. Простой подарок заставил тебя думать о важном.

- Подарочек из прошлого. Мне не слишком хочется связываться снова с прежними силами и событиями. Хлопот не оберешься.

- Если не прошлое, то твои друзья не позволят тебе скучать. Если ты поспешишь, то сможешь осуществить свою затею с полетом. Иди, девочка моя, твоя подруга права, тебя ничем нельзя удивить или напугать.

Короткий разговор придал ей уверенности. Тиамит умеет действовать умиротворяюще.

Эл застала озабоченного Дмитрия рядом с Геликсом.

- И этот молчит. У него раздвоение личности, что ли. Давай его на берег вытолкаем, - предложил он. - Он движется, я уже пробовал.

- Вторая попытка, - согласилась Эл.

Она уверенно толкнула серебристое тело корабля. Дмитрий последовал ее примеру. Попутно он удивлялся, что такому умнику, как Геликс требуется для перемещения их примитивная физическая сила. Он заставил Эл засмеяться, тем самым успокоился сам, готовый встретить очередную порцию событий.

Глава 9

Эл знала, что за ними следят несколько тысяч глаз. Курсант в хвосте их тройки будет знаменит, хотя бы тем, что решился так летать. Ему обеспечена сдача пилотажного экзамена.

Дмитрий, получил на руки полетную карту, посмотрел, улыбнулся, сунул в карман своей куртки, вместо системы управления катером и устроил полет века.

Сначала в его выкрутасах не было ничего сверхвозможного, он еще помнил первые десять минут полета, что на хвосте у него новичок. Едва они выбрались в стратосферу, начались неробкие эксперименты с пилотажем, тут-то она поняла, что напрасно доверила ему руководство тройкой. Следующие десять минут, которые показались долгими, она маневрировала, чтобы сгладить Димкины кульбиты, чтобы курсант не растерялся и не отстал.

Вынырнув в звездном пространстве Дмитрий ошалел от возможностей, задав бешенную скорость. Потом он вспомнил о карте полета, поскольку третья часть должна состоять из обязательного набора комбинаций. На экране ее катера появилась долгожданная полетная карта. Эл осталась бы довольна этим, если бы там, в кабине ведущей "Дельты", сидела она, а на ее месте заявленный в состязание Игорь. Она божилась, что убьет Димку, едва он вылезет из кабины. Димка устроил военные маневры, сотворив из скромного задания боевой вылет.

Говорить по связи ругательства означало сдаться диспетчерам, которые русского языка не знают, от номера жеребьевки не трудно провести цепочку выкладок и узнать, какой герой сидит в ведущем катере.

На крутом развороте она сама от напряжения вылетела из строя, бросила управление, схватилась за голову, но с облегчением выдохнула, когда курсант проскочил мимо, точно повторив траекторию ведущего катера, ей же пришлось довериться автоматике.

- Ты офонарел! - завопила она, едва из кабины показалась довольная до сладострастия Димкина физиономия. - Будь проклята та минута, когда я позволила тебе быть ведущим! Решила красиво вернуться.

- Эл, ты не удержала вираж, - удивленно заметил Дмитрий.

- Да причем тут я! Хвала небу, что это я!

- Курсантик - умница, - похвалил Димка с довольной улыбкой. - Ему наверное подгузник вспоминался. Но молодец.

- Так! Я не оставлю все как есть! Ты сейчас пойдешь и извинишься, бурундук полосатый!

Эл зашагала к третьему катеру, из которого по известным причинам не показывался экзаменуемый курсант, в себя приходил.

Купол отошел, и Ника в поту без шлема стала выкарабкиваться из кабины. Она бросила взгляд на приближающуюся пару, заметив знакомую до боли в сердце довольную рожу Дмитрия Королева, она всплеснула руками.

- Понятно! Можете даже не говорить, кто это устроил! Вы оба звери, а не люди!

- Это при том, что он не знал, кто у нас третьим будет, - пояснила Эл виновато. - Прости. Это я доверила ему командование. Зато экзамен тебе обеспечен по наивысшему баллу.

- Я поклялся извиниться. Ну, извини, мышка, не знал, что это ты, - отозвался Дмитрий.

Он подумал, хотел сказать, но Ника закончила фразу за него, на чистейшем русском.

- А то бы мне настала полная хана.

Дмитрий распахнул объятия, надвигаясь на нее.

- Она уже по-нашему лопочет. Молодец! Хороший был вираж! Прости.

Он обнял ее и шутливо чмокнул в щеку. Эл заметила, как личико Ники стремительно заливает краска.

- Дмитрий, - командным тоном произнесла она. - Убирайся на остров, до конца дня видеть тебя не желаю.

- Я должен быть поблизости, - напомнил он.

- У тебя мания, - ответила Эл и нахмурилась. - Я иду разгребать то, что мы с тобой натворили.

- А я? - спросила Ника.

- А ты либо идешь получать свой экзаменационный лист, либо делай, что угодно, я его получу.

- Лучше ты, слышать не хочу то, что они скажут и особенно, то что они подумают. - Ника замерла, а потом заявила. - И вовсе я не трушу. Я могу туда сходить. Обещай, что ты со мной поговоришь. У меня важный разговор.

- Не сомневаюсь, - кивая, согласилась Эл.

- Я сам могу пойти и объясниться, - строго вмешался Дмитрий.

- Ты вылетел из строя. Желаешь покрыть себя позором, лучший пилот Космофлота, - язвительно заметила Ника.

- Это почему это? - возмутился он.

- Потому что ты в тройке не заявлен, - ответила Ника. - Эл - ведущий, я - курсант, а вторым должен был лететь Игорь. Эл знала, что мы подстроили жеребьевку.

От удивления лицо Дмитрия стало по-детски наивным.

- Эл, ты допустила обман? Ты их вычислила и позволила врать?

- Я посадила в катер тебя. Это была моя маленькая месть. - Она обернулась к Нике. - Вранье наказуемо.

- Здорово! - вполне серьезно восхитилась Ника. - И ты себя не выдала! Я не догадалась.

Эл усмехнулась грустно.

- Я не знала, что встречу его. Никакой мистики. Я иду оправдываться. Я хотела красиво появиться, а теперь горю желанием провалиться сквозь землю.

- Я думал тебе все равно, - заметил Дмитрий.

- Я тоже, - ответила Эл и ткнула пальцем в Нику. - Через час в оранжерее Академии.

Эл удалялась от них. Ника вздохнула.

- Она расстроилась.

- Она вылетела из строя. Поэтому? - спросил Дмитрий, Ника точно знает ответ.

- У нее изменились реакции, а не только жизненные приоритеты, - ответила Ника.

- Жизненные приоритеты, - усмехнулся Дмитрий. - Умничаешь.

- Проваливай на остров. Тебя не существует. Ты - Игорь, который вылетел из строя.

- Не сердись. Я извинился.

- При других обстоятельствах, я была бы тебе рада, а сейчас мне хочется тебя покусать.

Дмитрий поднял рукав куртки до локтя и выставил вперед руку, зажмурился, делая сосредоточенный вид.

- Кусай, если полегчает.

Ника смотрела на него, и ей хотелось расплакаться. Она его обожала даже в этот момент, когда он был виноват и делал вид, что вины за собой не чувствует. Но он думал и беспокоился только об Эл, которой ничто не угрожало. Ника ушла, скрываясь за ближайшими кустами.

Они встретились через час в оранжерее. От разнообразных запахов, носившихся по огромному пространству, наступало такое расслабление, что Ника в ожидании Эл начала засыпать, покачиваясь на скамейке-качели. Эл застала ее зевающей, и они отошли туда, где сквозняк был силене, пахло лимоном и еще терпкой примесью. Ника передернула плечами, сбрасывая дремоту.

- Ну, успокоилась? - спросила Эл.

- Тебе сильно влетело?

- Нет. Не очень. На твоей репутации пилота это сказалось наилучшим образом. Ты оценена по самым высоким стандартам.

- Тебя отчитали, как школьницу. Что это значит?

- Не подслушивай.

- Не могу. Я расслабилась. - Ника опять зевнула. - Я не хочу быть пилотом. Я не хочу вообще иметь дело с космосом. Мне не интересно.

Не будь она такой сонной, слова ее прозвучали бы, как ультиматум. Произнесенные с ленцой фразы, текучие с интонацией дикой скуки произвели убедительное впечатление. Ника была уверена, что Эл станет настаивать.

- Тогда что? - спросила Эл.

Она сама выглядела уставшей, нет, по-прежнему расстроенной.

- Случилось что-то помимо полета? - спросила Ника.

Эл кивнула.

- Так что же ты избрала? Какое поприще?

- А почему я уже должна была бы что-то избрать? - удивилась девочка.

- Потому что ты не решилась бы мне сказать, что бросаешь занятия в Академии. У тебя есть интерес. Поделишься? Или тайна?

- Ты не сердишься?

Эл улыбнулась.

- Я сбежала из дому сюда, когда мне было тринадцать с небольшим. Может, физиологически, я была старше, но сознание подростковое, как у тебя сейчас. Кто я такая, чтобы диктовать тебе, как следует выбирать будущее? Свое я выбирала, следуя мечте и голосу своего сердца. Не вижу причин мешать тебе, сделать так же. Я однажды спасла тебе жизнь, не более того. Ты даже выросла практически без меня.

- Я выросла, подражая тебе, - добавила Ника.

- Но ты не моя копия. И не должна ею быть. Я не могу тобой командовать.

- А Димкой командуешь.

- Потому что он позволяет. А если им не командовать, то будет выходить что-нибудь подобное сегодняшнему полету.

- Не могу с тобой не согласиться.

- Так ты поделишься соображениями? - напомнила Эл.

Ника почесала лоб, кстати, повторяя одну из привычек Эл, потом потопталась на месте.

- Я на острове жила между занятиями в Академии. Я заглянула в работы твоего воспитателя, Тома Мисса. Знаешь, мне понравилось. Это интересно. Я не знаю историю этой планеты больше чем на сто лет и то - в сжатом виде, а тут происходило столько разных событий. Я хочу понять, почему все так развивалось? В чем причина?

Ника поймала на себе внимательный, испытующий взгляд.

- Поэтому ты учила русский моего времени? Не хитри.

- Эл, ты говорила о мечте. Моя мечта оказаться в прошлом, как было с тобой. Я хочу. И я не напрашиваюсь. Только если ты сочтешь важным и ценным мое участие, только если я не стану мешать.

- Я хотела позвать тебя в двадцатый век. Тут масса препятствий, включая мое шаткое положение, но у меня есть такое намерение, - призналась Эл.

Эл обняла ее за плечи одной рукой, прижала к себе и поцеловала в висок.

- Готова ждать?

- Я найду, чем себя занять. Я буду учиться. Спасибо, Эл.

- За что?

- За то, что понимаешь меня.

- Если у нас больше нет дел, тогда летим на остров, - предложила Эл.

- Предлагаю макнуть Димку в океан, - отреагировала Ника.

- Мне с ним теперь не справиться, и он давно купается без нас.

- Все равно сержусь. Представить страшно, чтобы он учудил, если бы знал, что я в тройке.

- Он просто дорвался до полетов. Страсть неудержима.

***

Эл в задумчивости сидела за столом в гостиной. Перед ней лежали два ряда прозрачных пластинок. Она водила по ним глазами и периодически засовывала по одной в утилизатор. Выражение ее лица мало отличалось от того, что Дмитрий видел на острове, когда Эл разглядывала загадочный ящик.

Ника, изучавшая архитектурные раритеты острова, миниатюрные модели древних сооружений, изготовленных когда-то Томом, вернулась с прогулки и вопросительно посмотрела на Эл, а потом на Дмитрия, который совершенно спокойно покачивался в кресле, стоявшем у распахнутого в сторону океана окна.

- И чем же вы тут заняты? - поинтересовалась Ника.

- Бездельничаем, - ответил Дмитрий.

- Не обобщай, - заметила Эл и сунула очередную пластинку в утилизатор.

- Можно подумать твое занятие высокосодержательное, - парировал он.

- Это что? - Ника покосилась на стол.

- Это назначения, малыш,- ответил ей Дмитрий.

- Столько? - удивилась Ника. - Однако охотников полетать с бывшим пиратом набралось немало. И сколько всего было?

- Я не считала, - ответила Эл.

- Там еще прилетели, - Дмитрий кивнул в сторону миниатюрного информационного центра, который разбивал атмосферу архаики в гостиной.

- И что тут есть? - спросила девочка.

Эл взяла в руки пластинки из первого ряда по очереди.

- Разведка. Капитаном группы разведки. Полетная тренировка экипажа курсантов Академии. Изучение аномальных явлений в туманности Краба 265.

- Я даже не знаю где это, - заметила Ника.

Дмитрий хмыкнул.

- Краба нам только не хватало.

- Два предложения из спасательной службы, - продолжала Эл. - Прислали повторно. Спасательный флот Галактиса, место командора. Скукатища.

Эл вздохнула и бросила пластинки на стол.

- Она произнесла слово "скучно"? - тоном искусственной заинтересованности протянул Дмитрий и поднял вверх указательный палец. - Вот. Вот до чего мы докатились.

Ника подошла к столу, прочитала содержимое остальных пластин.

- Давайте обедать? - предложила она.

Эл одним движением собрала пластинки вместе и собиралась сунуть их в утилизатор. Ника выхватила пластинки из ее руки.

- Ты что? Там могут быть интересные предложения. Неужели только космос? Планетарные назначения имеются?

- Полно. Наблюдателем - в любой конец, - ответила Эл. - Галактис стремиться заполучить меня назад.

- Ты все-таки еще сердишься, - укоризненно сказала Ника.

- Нет. Я не нахожу себе места и, если сержусь, то абстрактно.

- Ник, сообрази поесть, - предложил Дмитрий.

Ника показала ему язык и ушла.

- Эл, - начал разговор Дмитрий. - Ты нервничаешь. Дело не в моем полете, не в том, что Ника бросила академию. Дело в том ящике? Давай вернемся и глянем, что там.

- Нет. Ящик здесь ни при чем. Я не знаю, куда мне двигаться. И нужно ли вообще куда-нибудь двигаться?

- Ждать случая? Не успеем за событиями - получим по затылку, - заметил Дмитрий. - Ты не хочешь делиться. Со мной?

- Это сугубо мое дело. На столько сугубо, что тебе лучше даже не спрашивать. Рассел прислал приглашение в аналитическую группу, скорее всего я буду работать с ним.

- Рассел. Тире. Контакты. Тире. Пираты. Тире. Буферная зона. Ты с дуба рухнула? Эл, тебя там убьют.

- Они организуют две колонии. А я знаю как.

- Эл, лучше в этого… Краба двести с чем-то. Космофлот с трудом переварил твое появление на арене, не дразни собак.

Эл поднялась, добыла еще одну пачку назначений и тряхнула ими.

- Это все мне не интересно. Если бы было хоть одно касательно службы на Земле. Ни одного.

- Постой. - Дмитрий дотянулся до кипы в ее руках.

Из пачки в его пальцы скользнула пластинка синего цвета, среди желтых пластин назначений.

- Приглашение.

Он потряс пластиной. Прочел, поднял брови.

- Чё-то я не постигаю. Эл, тебе служба времени, в которой ты уже работаешь, прислала приглашение? Куда? Персональное. Почему вот мне предупреждение не выслали, я ж без спросу сюда нырнул, а тебе целое приглашение.

Эл забрала у него пластину, тоже прочла, скривила губы на сторону.

- Или патруль на меня настучал, или случилось что-нибудь.

- Когда патруль, тогда карточка другая, - напомнил Дмитрий.

- Ловить меня просто не хотят. О, черт, придется лететь.

- Я с тобой.

- Конечно! Вот ты, очень будешь необходим, как доказательство моей вины. Ты - папуас из двадцатого века.

- Подумаешь. Ты же научную работу можешь вести. Канал. Двери. Объясни им.

- У них свои теории о времени, они в двери не верят. В моем случае - это дар Божий, а их - чистая наука.

- Ты - шаман пространственно-временного континуума, - воскликнул Дмитрий.

- Ты не далек от истины.

- Я же папуас, а папуасы в шаманов верят.

- О чем это вы? - Ника с подносом в руках появилась в дверях. - Я тоже хочу.

- Это пустая болтовня. Едим, и я лечу на материк, - подытожила Эл.

- Вы себя со стороны не слышите. Ну и слова. Пупуас, шаман, материк. Их никто тут не использует.

- Сама ты - пупуас, - передразнил Дмитрий. - Ты улетишь, Эл, я тут из угла в угол буду метаться?

- Расскажи Нике про двадцатый, - попросила Эл, помогая накрывать на стол.

- Это еще зачем?

- Затем, что так надо.

Глава 10

Корпус исследования временных аномалий, а попросту служба времени, представлял собой примечательное сооружение. Буйная фантазия архитектора смешала стили не одного десятка эпох, глазу не на чем было остановиться, и Эл захотелось отвести взгляд. Может быть, так было задумано?

По гравиевой дорожке, тоже в старом стиле, навстречу шагал человек.

- Капитан, - обратился он.

Эл остановилась.

- Это я прислал карточку. Я не назвал вас командором. Знаю, что это звание вам не по нраву.

Старый оборот в речи, выдал историка.

- Можете звать меня по имени и в единственном числе. Мы не служим в Космофлоте, субординация - лишнее, - сказала она.

- Ну, как посмотреть. Исследования времени тесно связаны с полетами на огромных скоростях.

- Откуда вам известно, что я не люблю свое второе звание? - спросила она.

- Мне сказал Бишу. Мы давно знакомы. Поблизости есть здание, где я тружусь, приглашаю в гости.

Маленький корпус, в котором фасад не выдавал этажность, показался из-за густого паркового массива, который они пересекли. По дороге они не разговаривали. Эл размышляла, что общего у Бишу с этим человеком, но то были просто домыслы. Проницательность ее подводила за отсутствием напряжения жизненных событий.

- Вы обеспокоены чем-то? - спросил он. - Личное?

- Да, личное, - коротко ответила она, и разговор опять оборвался.

Эл перестала угадывать количество этажей. Она рассматривала холл, а потом апартаменты, которые располагались на первом этаже. Назвать их кабинетом язык не поворачивался. Эл сразу вспомнила Тома и заключила, что собеседник личность творческая, с необычными увлечениями.

- Тут можно работать? - не скрывая удивления и удовольствия, заметила Эл.

- Еще как! Присаживайтесь, пожалуйста. Нам необходимо обстоятельно поговорить, и забудьте официальные условности, чем меньше их будет, тем мне будет проще.

- Вы не представились, - намекнула Эл.

- Вы сунули карточку в утилизатор, не читая имени.

Эл достала карточку. Действительно, имя было. Алексей Дубов. Эл хотела узнать отчество, но вспомнила, что это время такого обращения не требует.

- И "на ты"? - переспросил он.

Эл кивнула. Они сели к прозрачному с перламутровым отливом столу, на котором ничего не лежало. Эл положила на него карточку и заметила, как пространство стразу сузилось. В первое мгновение стол показался большим, он разделял собеседников, маленькая карточка сократила расстояние.

Эл осмотрелась в поисках других метаморфоз. Пространство было обставлено по определенному принципу. Взгляд скользил и останавливался на определенных предметах, в определенном порядке.

- Здесь вещи расположены особенно, - сказала Эл.

- Только человек знающий психологию храмовой архитектуры мог это заметить. Другим моим коллегам просто нравиться тут бывать. Бишу рассказывал, что в тебе грандиозный потенциал.

Замечание насторожило Эл.

- Когда так начинается беседа, значит, от меня что-нибудь нужно.

Он улыбнулся, и его улыбка ей понравилась.

- А возможна простая беседа? - спросил он в свою очередь.

- Нет, - согласилась с его подозрениями Эл.

- Доверие. Так глупо утраченное доверие. Извините нас людей. За всех сразу прощения прошу.

Эл нравился его голос, тихий, но четкий, его интонации были точны, он должно быть хороший оратор. Извинительные нотки тронули ее, Эл не захотелось возразить, не при такой подаче. Она улыбнулась вместо ответа.

- Много предложений? Я опасался, что мое послание канет в утилизаторе.

- Почти кануло, спасибо моему другу, - не стала отпираться Эл.

- После такого красивого появления назначений будет достаточно, - с некоторым разочарованием заметил он.

- Давайте поговорим о деле, - предложила Эл.

- Я все-таки выскажусь. Я видел полеты вчера. Мне нравятся такие праздники. Двое моих сыновей учились в Академии, а теперь дочь пошла туда же. Молодежь влекут просторы, трудности. Я старик, мне Земля милее. Но вчерашний полет вашей тройки - это грандиозно. Я против решений жюри. Да, рискованно, резко, остро, на грани, но как красиво!

- Я тоже, - призналась Эл. - У меня впечатление сложилось, что обилие предложений граничит с намерением спровадить меня обратно в космос. Полет всех просто раззадорил. Мня обвинили в хулиганстве.

Он засмеялся тихо, плечи его ссутулились и смешно сотрясались в такт смеху.

- У меня выросли шансы. Я начинаю думать, что летать ты не хочешь. И мой кабинет тебе понравился.

- Да, понравился. Прежде я попадала в помещение и первое что делала - это искала путь возможного бегства. Время сделало свое дело, мне здесь просто нравиться, если даже патруль появиться, я убегать не буду.

- Патруля не будет. Я не настолько лжив. - По интонации Эл догадалась, что ход ее мыслей ему неприятен.

Он был искренним человеком, располагающим к себе, его интерес к ней был вызван чем-то важным. При иных обстоятельствах он не стал бы к ней обращаться. Эл чувствовала это наверняка.

- Алексей, о чем будет разговор?

Только теперь Эл заметила, что он не молод, до этого момента его бодрый вид и приподнятое настроение делали его человеком без возраста. И вдруг. Перемена. Он постарел на глазах.

- Я думал ты не прилетишь, увидел изображение с границы территории и понял, что встреча состоится. Готов был прислать и десяток приглашений, пока меня заметят. Мне трудно.

Он задумался. Эл ждала, рассматривая пестрый ковер за прозрачной границей стола. Она убрала пластинку, чтобы проверить эффект искривления пространства. Алексей заметил этот непринужденный жест. Она успокоилась, если занята шуточным исследованием. Самое время говорить.

- Не скучно быть просто наблюдателем? Одно время, пусть кризисное, но тогда не происходило значительных событий, до них еще несколько десятилетий. У меня чувство, что тебе лет пятьсот. Размеренную жизнь выбирают либо те, кто перемен не желает в принципе, либо тот кто, переменами пресытился.

- Странное начало, - отреагировала Эл. - Я начинаю верить, что право жить здесь, на этой планете, действительно сопряжено с некими течениями. Словно я права не имею тут находиться.

- Вот и я мучаюсь дилеммой. Мне трудно просить, просьба связана с трудностями, с необходимостью отказаться от тобой избранного образа жизни. Если бы я видел иного кандидата, то не послал бы приглашения.

- Как далеко вы собрались меня послать? Вы, это не вы лично, я имею службу времени в виду. И даже если увлечете идеей, я одна не уйду. Со мной еще четверо, как минимум, условие жесткое.

- Ну, разумеется, будет участвовать вся команда. Так мне можно попытаться? Эл, у меня просьба, не отказывайся сразу. Это ни сделка, ни политика, ни манипуляция, это наука. Чистая наука на грани цивилизаций.

- Заинтригована, - Эл в знак согласия поклонилась собеседнику и сложила руки домиком, опираясь локтями о прозрачную столешницу.

Указательными пальцами обеих рук она зажала губы, и взгляд ее стал пронизывающим и хитрым.

Алексей сделал жест рукой, в боковую едва заметную дверь, проскользнула фигура. Эл искоса посмотрела на визитера, вытянула руки перед собой, от чего столик стал еще меньше.

- О-о-о, старый знакомый.

Это был гуманоид, с которым они беседовали на базе, в точности он, если можно доверять глазам. - Ну и, как же это понимать? И непременно я?

Старый знакомый кивнул с достоинством и присел рядом с Алексеем.

- Мой коллега достаточно долго излагал мне свою гипотезу о том, что наши предки общие, - заговорил Алексей. - Я склонен верить.

Сейчас, когда рядом с гуманоидом сидел привычного вила человек, Эл сочла, что они сильно отличаются. Кроме устройства тела, рук, ног, глаз, ушей и даже волос, можно было перечислить массу отличительных признаков.

- А я-то здесь при чем? - спросила она. - Я несколько особняком, поскольку моя матрица не типична для человека.

- Нет. Я не имел тебя в виду, как экземпляр для исследований, поторопился объяснить Алексей. - Необходимо твое знание прошлого и возможность в него попасть. Речь идет о временном путешествии. Точка заброски лежит на самой границе наших возможностей.

- Я не олух, мне же не случайно галактожители командорское звание присвоили в области разведки. Ваши возможности - это лет триста-пятьсот до нашей эры, а судя по отличиям, наших предков миллионы лет разделяют. Где тут почва для исследований? Археология - наука благородная, спорить не буду, у меня древние представления и сугубо земные. Раскопки, наземные поиски, исследования артефактов.

- Именно, - уточнил гуманоид. - Артефактов.

- Коллега, - вмешался Алесей, - лучше я изложу. Здесь есть тонкости, которые для нас с вами ясны, а вот у Эл они вызовут протест или подозрения. Эл, мне известно, что была предварительная беседа, и наши гости услышали категорический отказ. Я догадываюсь, что ты не желала вмешиваться в работу нашего направления науки.

- Я не уверена, что допуск посторонних в эту область разумен, - ответила Эл.

Алексей поднял брови, искренне удивился, посмотрел на гостя, на Эл, ни тот ни другая никак не комментировали сказанное, его немой вопрос не был услышан.

- Эл, объясни.

- Я повременю. В чем суть вопроса? В прошлый раз я не вдавалась в подробности. Поскольку наши гости настойчиво пытаются заполучить меня, и у меня есть основания думать, что намерения их очень серьезные, продиктованные необходимостью. Я в первую очередь, в любом деле, требую правдивого изложения причин. Итак?

Она по очереди посмотрела на обоих. Гость жестом дал понять, что говорить теперь будет он.

- Длительные исследования находок нашей ветви цивилизации, привели нас к тому, что для развития нашим предкам были переданы особенные символы. Они кочуют из поколения в поколение, из эпохи в эпоху, иначе трактуются вплоть до абсурда, но подлинное прочтение всегда одно. Истина. Мы вычленили ряд изображений, которые сохранили наши предки, которые являются оплотом жизни. Их всего шесть, а должно быть семь. Я настаиваю на семи. Одного не хватает. Он утерян. Без него дальнейшее течение жизни в нашем потоке эволюции невозможно. Постижение его откроет путь к вершине развития. Мы как делегаты нашей культуры обратились к собратьям, столь нам близким за помощью, с надеждой на участие, на понимание. Я понятно объясняю?

- Да. Я понимаю, о чем идет речь, - ответила Эл.

- Причина достойная? - уточнил Алексей, адресуя вопрос Эл. - Дальше возникает вопрос, вполне резонный. Зачем прыгать в другое время? В наших архивах нет ничего подобного.

- Я уже в тридцатый раз посещаю вашу планету. Я рисковал летать к вам даже во время войны. Я не нашел ответа. Помогите. Прошлое может дать его, - настаивал гость.

- В наших гипотезах развития эволюции есть нечто похожее? - спросила Эл у Алексея.

- Эл, это уже не наука, это из области мистики. Тайные знаки, мистерии, магия. Я - историк, мне такой подход кажется анахронизмом, простите коллега. Но мы как-то существуем вне влияния таких теорий. Символы - вещь сама по себе значительная, но то, что от них зависит судьба цивилизации, я не уверен.

- Знаки из прошлого управляют нашим настоящим, их понимание - ключ к будущему, - с гордостью сказал гуманоид. - Ты именуешься Эл. Это самое древнее имя Бога употребляемое и известное в вашей цивилизации. У нас он именуется так же. Это знак.

- Оно переводиться, как милосердие и возмездие, а еще как свет, поверьте мне на слово к имени Бога мое имя отношения не имеет, - возразила Эл.

Алексей изумленно посмотрел на нее. Откуда такое уверенное утверждение! За ее словами был скрыт смысл, они не звучали предположением, тон уверенного знания его так смутил, что Алесей подумал, что эти двое заговорили на непонятном ему надсознательном языке.

- Обращаясь ко мне, вы можете оказаться в поле моего милосердия или я принесу вам поражение, как возмездие за ошибочное мнение. Подумайте, - предупредила Эл.

- Я согласен, - твердо ответил гуманоид. - Если бы я не представлял, пусть приблизительно, кто ты такая, то не произнес бы твое имя прилюдно.

Лицо Эл расцвело в улыбке смешанной с сочувствием.

- Если я приму участие, тогда мне решать, как поступить с находкой, если по пути возникнут побочные эффекты, вы рискуете не получить то, что ищете.

- Я не понимаю, - взмолился Алексей. - Эл, я бы не советовал договаривать напрямую.

- Я, пока, ни о чем не договариваюсь.

- Какой символ имеется в виду? - спросил он у гостя. - Что так может влиять на мир?

- Как верно замечено. На мир, - с восхищением заметила Эл. - Он имеет в виду числа. Числа правят миром. Старинная аксиома. На Пифагора не надейтесь, его время вне досягаемости. Что вы ищете?

- Пятый символ, - торопливо проговорил гость.

- Пятерка. Символ совершенного человека, - протянула Эл.

Она стала изучать иное существо напротив. Взволнованный Алексей заметил, как многогранен взгляд, как мелькает мысль в ее глазах, словно она на некоем экране старается разглядеть "нутро" того, кто обратился к ней с необычной просьбой.

- Как скоро планируется сей поход? Сколько у меня времени на размышления? - спросила она, наконец.

- Сколько угодно, - тут же ответил Алексей. - Формальностей достаточно, может понадобиться большое количество времени.

Гость простился и ушел. Алексей сделал вывод, что уход был поспешным. Удивление смешалось с тревогой. Девушка, напортив, откинулась на спинку своего сидения и мечтательно смотрела в потолок. Эл усмехнулась дважды.

- Не захотел беседовать дальше, - сказала Эл.

- Эл, я шел на встречу с увечностью, что будет напряженный разговор, резкий тон с твоей стороны. Я представлял себе отказ. И признаюсь, уговаривать тебя не считал возможным. Эл, это больше походило на согласие. Это риск.

Она молчала, обдумывала разговор или варианты развития событий. Волнение понемногу схлынуло, и Алексей тоже прокрутил в уме беседу.

- Как поразительно легко вы поняли друг друга, - заключил он.

- Если бы я читала мысли, то мне разговаривать не пришлось бы. Решать теперь, где же он слукавил. А все-таки слукавил. Что-то в этой просьбе есть. Скрытое.

- Эл, если ответ с твоей стороны будет положительным, то потребуются недели на подготовку, - предупредил Алексей.

- Я не буду торопиться. Не рассчитали уровень взаимопонимания? Почему бы тем, кто принял по политическим причинам просьбу наших гостей, не насторожиться лишний раз? Эти собратья по разуму могут считать нас младшенькими. Риск не в том, что я и мои друзья не вернемся назад, риск в том, что, пуская в дом посторонних, нарушаем покой и порядок.

- Эл, можно подумать, что находка артефакта может что-нибудь радикально изменить.

- Может, дорогой ученый. Я не собираюсь приводить примеры, лекции не по моей части, я - практик. Поживем - увидим.

- Эл, мне кажется, что согласие уже есть.

- Я обещала думать. Думать тут нужно обстоятельно. Я не могу решить такую дилемму в одиночку. Мне нужно посоветоваться, изучить кое-что. Мне нужны основательные причины, чтобы сказать "да" или "нет".

Глава 11

Алик завершил все дела, свел к минимуму домашние заботы и ждал. Первым появился Дмитрий. Из его пересказа следовал вывод, что Эл опять оказалась в гуще событий. Известие о посылке сильно его взволновало. Выходку Димки с полетом капитан Алик не счел весельем. А поведение Эл сильно взволновало его. Дмитрий пытался понять, какие выводы делает друг, но Алик не спешил делиться ими. Он решил, что возвращение на остров - необходимость. Эксперименты с дверью не привели Алика дальше прихожей в квартире. Напряжение стало возрастать.

- Ты точно вернулся этим путем? - спрашивал Алик, стоя на пороге комнаты.

- Ничего у тебя не выйдет. Эл для этого необходима, - высказался Дмитрий, подтрунивая над Аликом.

- Что случилось во время визита Эл в службу времени?

- Ей Богу, не знаю, она ничего не рассказывала. Часа не прошло, как она вернулась, и мы уже летели к базе.

- А что с Геликсом? Выяснили?

- Нет. Пока. Он будто остался по две стороны канала. - Дмитрий развел в стороны руки, показывая ими воображаемую трубу. - Сбой показал, что к дверям без Эл соваться не следует, уйди с порога, очень тебя прошу.

Алик провел рукой по косяку двери.

- Ты прожил в этой квартире столько лет, - сказал Алик. - Почему здесь?

- Это Эл спровоцировала проход. Она хотела нас видеть. Пардон. Тебя хотела видеть. Уймись, друг. Видишь. Я здесь. Я ее отпустил. Кто после Африки убеждал меня, что ей ничто не грозит, что Элли - большая девочка. Меч в ее руках на острове убедил меня в том же.

- То было на острове. Она нас туда привела за тем, чтобы мы познали свои возможности. Оля и Игорь сейчас именно этим занимаются. Эл проводила тебя сюда, и что?

- Она сказала, что мы скоро увидимся, - ответил Дмитрий с успокоительными нотками в голосе. - Эл появиться здесь.

- Она два года исполняла обязанности наставника пилотов, ее устраивала секретность, но вдруг она решила выйти на свет. Зачем? У нее нет амбиций. Что ее спровоцировало? - размышлял Алик.

- Ты не учел, что полет затевался ради Ники, Эл не планировала громкого появления. Она просто хотела о себе напомнить. Это я устроил показательные выступления, - сказал Дмитрий.

Следуя логике Алика, лишний шум мог Эл только навредить, тут был повод чувствовать себя виноватым. Дмитрий пожалел о содеянном, но только потому, что не мог предвидеть всего, что потом случиться. Его часто обвиняли в недальновидности. Он согласился, но при этом опасности не чувствовал. Алик метался потому, что привык контролировать ситуацию, в этом случае контролировать было нечего, поскольку замыслов Эл они не знали.

- В чем ты видишь подвох? - спросил Дмитрий, чтобы не забивать голову рассуждениями.

- Я думаю, что у Эл и Тиамита есть договоренность. Она скудно описала жизнь после встречи с нами. Она избегала подробностей и объяснила причину недостатком информации, чтобы не вводить нас в заблуждение. Я полагаю, она не стала откровенничать, потому что повод молчать очень веский. Она получила послание и оживилась. Весточка из прошлого заставила Эл выбраться из уравновешенного состояния.

- Я бы добавил, что она была подавлена, - поделился впечатлением Дмитрий. - Шутка ли, она вылетела из строя в полете. Где такое видано? Пусть я переборщил со сложностью комбинации, но Ника выскочила, а Эл потеряла контроль.

- Ты меришь Эл старыми мерками. Она уже не может того, что могла прежде. Мне жаль. Она, наверняка, расстроилась.

- Ника сказала, что очень. И, знаешь, я с тобой согласен. Согласен. Спросим у нее или не станем приставать с расспросами?

- Я не могу спрашивать в лоб, - признался Алик.

- Она не расстраивается, что у нее нет прежних возможностей.

- Дим, мы оба знаем, что рано или поздно пожалеет. Она старается себя не демонстрировать. Тот уровень энергии, на котором ее могут заметить, ей недоступен, но он доступен нам. Тиамит посоветовал мне занять ее место. Маг предвидел эту ситуацию.

- У Эл рука больная. Ты знал? - спросил Дмитрий.

- Я не заметил.

- И я не заметил. Мы сражались как равные. Всему виной этот ящик. Будь он предназначен мне, я бы его открыл.

- А вдруг он подобен ящику Пандоры? Вас с Эл различает отношение в контроле своих порывов. Эл мудро поступила. Ума не приложу, что она затеяла?

***

Так миновало две недели. Для Дмитрий время бездействия длилось уже гораздо дольше. Он забросил тренировки, спал полдня и много ел.

Эл появилась к вечеру пятницы. Алик вышел за очередной порцией топлива для Димкиного желудка. Дмитрий подумал, что вернулся он и даже с дивана не поднялся.

- Встану, только когда не будет мочи терпеть! - заявил он.

Эл появилась в дверях на половину корпуса.

- В какую аскезу ты впал? - спросила она.

Дмитрий вскочил, сел, протирая глаза.

- Хвала Всевышнему, явилась! Эл, ты - деспот! Мучитель. Так долго!

- Ты что орешь? - удивилась она. Посмотрев на заспанного Дмитрия, и предположила. - Страхов друг другу нарассказывали?

- У нас комплекс. Мы не любим, когда ты пропадаешь.

- Подъем. Душ. Кофе. Дело есть.

- Уже лечу, командор.

Алик просиял, увидев ее.

- Ну, привет, - дежурным поцелуем и улыбкой, он скрыл налет подозрений, спокойствия он не ждал. - Как ты смогла запихать его в душ? Он ведет себя отвратительно. Он сожрал трехнедельный запас.

- У него нервное перенапряжение. Что вы тут себе придумали без меня?

- Что тебя украли злые монстры, а мы даже координат не знаем, - пошутил Алик.

- Готов все бросить? - спросила она.

- А есть чего ради?

Она кивнула.

Эл дождалась момента, когда взгляд Дмитрия стал нетерпеливым и ясным. Она вращала кофейную чашечку, изучая след от кофейной жижи на стенках.

- Ну, орлы, хотите прыгнуть? - спросила она.

Оба не ответили. Ждали продолжения.

- Служба времени предлагает нам отвлечься от скучной работы наблюдателей и посетить далекое прошлое, - продолжила она. - Мне нужно согласие всей компании.

- Эл. Значит, мы не своим ходом, а по науке? - переспросил Алик.

- У меня со своим ходом - проблемы, - созналась Эл.

- Не наговаривай.

- Тиамит воистину прав, я могу воспользоваться только теми проходами, которые знала раньше. В данном случае мой опыт ничего нам не подскажет.

- Куда? - спросил Дмитрий.

- Александрия.

- Мать честная. А повод?

- Археологическое изыскание, - пояснила Эл.

- Эти? - спросил Дмитрий и изобразил такую рожу, по которой безошибочно можно было узнать археологов с базы. - Эл, какими силами они тебя заставили?

Алик слушал их, не торопливо аккумулируя вопросы. Он знал о встрече Эл с чужаками, но до этого момента не предполагал, что она вступит в договор с посторонними. Ничто в ее поведении не выдавало намерений работать по чьей-либо просьбе. Тайны. Снова тайны. Она неисправима.

- Я бы ответила их словами. Мы безошибочно нашли друг друга.

- Какое участие требуется с нашей стороны? - задал конкретный вопрос Алик.

- Абсолютное, непосредственное, стопроцентное. Тебе командовать, Алик.

- Мне? Почему?

- Опытный патрульный. Звание выше моего. Координаторские способности. Вы командой работали без меня. Споетесь. А я - одиночка. Я могу вылететь.

Что означает "вылететь" поняли оба, каждый по-своему.

Первой реакцией Алика было отрицательное мотание головой. Дмитрий едва сдержался, чтобы не сделать так же.

- Они больше ни с кем не соглашаются работать, - объясняла Эл. - У них мистические воззрения на сей счет. Им навязывали настоящих патрульных с опытом. Они на отрез отказались. Вплоть до отказа от экспедиции. Меня просто-таки в интригах заподозрили. Люди в службе времени таких назначений и экспериментов годами ждут. Ученые со стажем, опытные, авторитетные. Мне один в сердцах пригрозил. Ну, мол, разведка, я из тебя душу вытрясу за интриги.

- Эл, это классический вариант развития событий. Тебя опять обвиняют в том, что ты не делала. Вывод - мы опять куда-нибудь вляпаемся по самое не балуй, - высказался Дмитрий. - Откажись.

- Я обещала подумать. Третью неделю уже думаю.

- Это поразительно. В день твоего похода по приглашению Ника мне все уши прожужжала о периоде Македонского царства. Меня тогда менее всего интересовала эта эпоха. Наш ребенок предвосхитил события? Эл, какие там у них мистические воззрения? И что выковал наш любезный друг? Какой меч? Да-а-а. Дела-а-а.

Эл только покивала.

Алик впал в задумчивость. Перспектива командовать таким походом его не привлекала. Эл высвобождает себе место для маневра. Никто из них не сориентируется в чужом времени лучше ее. Ей нужна свобода, а его командование будет для нее формальностью. И опять он подумал о тайнах. Он почувствовал, как течение событий заставляет Эл скрыть намерения от тех, кому должна бы доверять.

Глава 12

Свет проникал в прихожую сквозь матовое стекло двери. Эл не спала. Дмитрий открыл дверь бесшумно.

- Я пришел не один. Мы тут с кофейником решили поговорить с тобой.

Он проскользнул в дверь, держа в руках кофейник и две чашки. Дверь он прикрыл ногой, пройти дальше не торопился. Эл сделала разрешающий жест.

- Ты сварил кофе? - удивилась она.

Димка и кухня встречались лишь во время еды.

- Я подумал, что ты все равно не спишь, кофе не действует на тебя. А я выспался днем. У меня есть важный разговор.

Он сел на стул напротив, поставил чашки на журнальный столик и чинно разлил кофе.

- Хороший кофе, - похвалила Эл, после пары глотков.

- Вдохновение. - Дмитрий мечтательно покрутил кистью в воздухе.

Эл изобразила внимание.

- Эл, если Алик не спросил о причине, это совсем не означает, что он не заинтригован. Я более нетерпелив, я не успокоюсь, пока не узнаю правду.

- Я не требовала согласия.

- Да тут логика проста. Он понимает, что если мы все откажемся, то ты смиришься и дашь отрицательный ответ. Только тебя хватить месяца на полтора, а потом ты согласишься пойти туда хоть одна. Алик прекрасно знает, что я тебя одну не отпущу. Оля и Игорь будут вынуждены вступить в наши ряды. Я не для себя прошу, Алику правду скажи.

- Он спит? - спросила она.

- Да. Он намаялся со мной. Ника права, я мерзкий тип.

- Тогда я могу подождать до утра? Еще есть неразрешимые вопросы?

- Есть. На черта ты вообще связалась со службой времени? Дала бы согласие в обход. На результате не отразиться. Хочешь понять, как оно все работает?

- Не таким образом. Нет. Ответ в этой плоскости я бы не стала искать при любых обстоятельствах, - ответила она. - Моей способности проходить сквозь время здесь объяснения не найдется, а если найдется, то корявое.

- В чем тогда смысл? И зачем тебе мы?

- Между мной и вами существует разница. Она, - Эл задумалась. - Большая. Нет. Колоссальная. Она именуется опытом. Дело не в способностях, они результат общего процесса. Да простят меня старшие члены команды, но, пока, только Ника может относительно свободно действовать на том поле, на котором когда-то действовала я. Тиамит был абсолютно прав, когда сказал, что вам придется постигать мой опыт. Если кому-то удастся проникнуть за ту завесу, лишь тогда он добудет крупинку сути. Ты побывал на Хеуме, ты вынес оттуда много вопросов и один внятный ответ, со мной происходило что-то похожее, а остров пока тебе еще ничего не дал. У меня есть тайны, они потому так и называются, я права не имею разглашать некоторые аспекты своего существования здесь или где-либо. Это табу даже для вас. Если говорить по существу, я бы с радостью пошла туда одна. Мне не впервые. Я не могу отмахнуться от вашего добровольного выбора. Если я соберу вас сию минуту здесь, задам вопрос, то все как один согласятся участвовать. Я лишь проводник ситуации, в которую эти годы вы стремились угодить. Алика не мои тайны пугают, а факт, что я не стану слушать его команд.

Дмитрий потер щетинистый подбородок.

- Он требует порядка до занудства. Он думает, что миром правят числовые комбинации, которые можно просчитать. Жизнь не схема.

- Схема. Только очень замысловато устроенная, - возразила она с милой улыбкой. - Ты поразительный человек, Дмитрий.

- Чем же?

- Ты умеешь чувствовать самое важное, и одновременно не пользуешься простой логикой. То отвага до безумия, то осторожность до той же точки.

- Из чего такой вывод?

- Из слов о числах. Ты меры не знаешь.

- В три часа ночи твои намеки звучат не обидно, а весьма таинственно.

- Да какая уж тут таинственность. Все как на ладони. Когда мы дадим согласие, когда выстроиться вариант развития событий, когда проект начнет жить, я еще вернусь разговору о тайнах, мере и нас всех.

- Причина - числа? Ты зацепилась за числа? Это какой-то ключевой фактор?

Он решил пойти в обход.

- Нет. Повод.

- Эл, ты хочешь приключений?

- Я? Нет.

- Тогда почему? - взмолился он.

- Я не имею права говорить.

Он хлопнул кистью по коленке.

- Смириться?

- По мере сил. Дим, не напирай.

Он посмотрел ей в лицо. В нем не было напряжения, тени беспокойства, уныния, которое он видел до ее прихода сюда. Она была дома. Она всегда называла это время "своей территорией".

- Ты не собираешься спать? - спросил он.

Ему хотелось просто поболтать. Странно, что на ее "острове", на острове Тома его не тянуло к задушевной беседе. Здесь, в еще бабушкином уюте его квартиры, ночью ему захотелось поговорить о мелочах, о какой-нибудь сиюминутной глупости.

- Нет. Жду, когда пойдет метро, - ответила она. - Я буду жить у родителей.

- Почему не здесь? Ты замечательно разбавляешь нашу сухую мужскую компанию. Я всегда утверждал, что девушки облагораживают мужское общество. Оставайся.

- Меня не было три недели. Я ушла без объяснений. Впереди еще одна разлука. Вдруг, не вернемся.

- С тобой-то. Эл, я могу поспорить, что если не так, то своим ходом выберемся. Может, Нику возьмем с собой?

- Я бы согласилась, но не я даю бал.

- Я заметил, что ты отпустила поводок и даешь нашей мышке свободу. Она напромышляет чего-нибудь. - Он подумал. - Не обязательно плохое.

- Ей пора жить своей жизнью.

- Вот так просто?

- Себя вспомни. Ты сел за управление катером в двенадцать лет.

Он мечтательно улыбнулся и покивал.

- Меня воспитывал Алик и Академия.

- Я возьму Нику в команду, если она не будет создавать напряжение.

- Не могу утверждать с полной уверенностью, но ее внутренне развитие зависит от твоего присутствия рядом. Она первая так сказала, за несколько лет наблюдений я с ней согласился.

- Я кое-что заметила. Она не ровно дышит в твоем присутствии. Осторожно. Она взрослеет.

- О-о-о, - с некоторым отчаянием протянул он. - Это, боюсь, станет проблемой. Ты не подумай, что с моей стороны был подан повод.

- Ты был вторым землянином, которого она восприняла как родного. Ты излучаешь обаяние, что же тут поделаешь. Это повод.

- Эл, я ни в коем случае не стану потакать ее воздыханиям.

- Ой, не зарекайся. В движениях души, которые мы называем любовным притяжением, сложно разобраться.

- Эл, можно я тогда спрошу? Есть догадка, разреши вопрос, коли тема всплыла.

- Давай.

- Там был кто-то? В прошлом? Ну, там. Клянусь, я Алику ни вздоха, ни полвздоха.

- Почему ты так решил? Аргументы, помимо подозрений.

- У тебя взгляд изменился. Единственный аргумент. Я не сомневаюсь в том, что ты чувствуешь теперь. Но там кто-то был.

Она задумалась.

- Это были отношения иного порядка, - сосредоточенно стала объяснять Эл. Дмитрий догадался по интонации, что для нее вопрос остался открытым. Она заговорила живо, как в ту пору, когда поведала о своем первом периоде жизни на острове. - Если брать чувства, то они были. Я до сих пор не могу утверждать, что была взаимность с моей стороны. Слишком велика была разница в нашем с ним положении. Он скорее убедил меня, что я безоглядно люблю Алика. Когда живешь без всякой надежды, а я верила, что возвращения не будет, он напомнил чего ради можно сражаться. Его не напугало даже мое величие.

- В тебя сложно не влюбиться, - вдруг заметил он.

- В меня? - Эл усмехнулась. - Я столь неудобный предмет для обожания. При том образе жизни, который я вела и веду.

- Эх, командор, напрасно ты на себя наговариваешь, в твоем случае только особенный человек станет претендовать на право встать с тобой рядом.

- Он был потенциально особенным, таким бы и остался, если бы я не решила спасти ему жизнь. С ним было та же, как с Никой.

- Как с многими, - поправил Дмитрий, - Рассел когда еще подметил, что столкновение с тобой меняет людей. В тебе энергия.

- Поправочка. Была энергия, - заметила она.

- Не знаю, - усомнился он. - Надо проверить. Эх, хотел с тобой о глупостях поболтать, а не выходит. Не могу в твоем присутствии думать о глупостях. Что не думай о себе, а твой масштаб сложно игнорировать. Как хоть его звали?

- Не скажу. Он формально умер, зачем сотрясать воздух.

- Как умер? И как это формально?

- Его убила моя сила, дорогой мой друг. Сила пробудила в нем возможность действовать вне границ плотного существа, что и произошло потом. По моим догадкам родился еще один великий. Как он поведет себя в последствии, я не могу представить.

- Ты могла сделать из человека великого? Ух, ты.

- Дим, умолкни. Такие разговоры не доставляют мне радости.

- Я никому не скажу.

- Алик знает. Все в прошлом уже, хвала небесам, - Эл выдохнула фразу с облегчением.

- Как тут не удивляться. Нужно быть не просто сильным, а в сто крат сильнее, чтобы преодолеть такое искушение. Знаешь, Элька, ни у кого из твоих монстров вроде Нейбо и владыки твоего не было шансов заполучить тебя. Ты будто запрограммирована игнорировать собственное величие. Я определение этому подобрать не могу.

- Ты ошибаешься. Ты не видел меня другой. Мне не чуждо тщеславие.

- Никому не чуждо, - кивнул уверенно Дмитрий, - но бороться с ним - это большое умение, есть тут, за что тебя уважать, ты дважды выдержала напор своей гордыни.

- Ой. Перехвалишь. Что скажешь, если мы прогуляемся чуток. Спать не будем, тогда пройдемся.

- Дома хорошо и тихо, а там темно и холодно, - поежился с неохотой Дмитрий.

- Ты шумишь, даже не заметил, как забасил во весь голос. Алика разбудим. У него чуткий сон, - заботливо произнесла она, и Дмитрий согласно кивнул, так тепло прозвучали ее слова.

Он натягивал кроссовки, не развязывая шнурков, и думал о нынешнем течении событий. На душе становилось спокойно. Она права - все в прошлом. Только в одном он по-прежнему не согласился бы с ней, а именно, что сила утрачена безвозвратно.

Разговор продолжился в сумерках наступающего утра, и вот теперь он приобрел ту непринужденность, которую Дмитрий желал. Со стороны их беседа напоминала разговор двух сумасшедших, поскольку они сыпали галактическими терминами, переходя на незнакомый этому времени язык понятий, потом возвращались к детским воспоминаниям, проходя мимо беседки, где толпилась молодежь и припоминая одну детскую драку именно в этом месте. Они прошли дальше мимо стадиона, потом улицей, которая шла не к метро, а в сторону от него. Сделали большой крюк, и в половине шестого Эл заспешила обратно. Решили срезать угол, но наткнулись на какой-то бетонный забор и разновозрастную подпившую компанию.

Дмитрий почуял опасность, но увлеченный беседой, решил проигнорировать шевеление чего-то внутри. И, если откровенно, то в отделившихся от общей группы парнях, он, уверенный в себе, не увидел угрозы. Их приглашали в компанию, вовсе не из радушия. Их внимание привлекла симпатичная, улыбающаяся Эл, а он, как сопровождающее лицо, был приглашен с некоторым напряжением в хрипловатом голосе парня, начавшего и беседу, и драку. Все это рассудок Дмитрия восстановил потом, содержание разговора не мог точно вспомнить, все было довольно банально, даже первая оплеуха, от которой не увернулся по собственной самонадеянности.

- Ну что, командор, наваляем им? - процедил Димка сквозь зубы.

А потом сообразил, что понятия не имеет, сможет ли Эл одолеть половину этой оравы. Их было много, он мысленно принял на себя шестерых, а Эл, как не крути, достанется пятерка. Пусть даже найдется тройка трусов, все равно много.

Эл подала голос из-за его спины.

- Стену видишь?

Сбоку от них был бетонный забор с фигурными выступами, этакая архитектурная попытка скрасить серую действительность ограждения, зато облегчающая лазание.

- Вижу, - ответил Дмитрий, попутно пропуская мимо, кинувшегося на него смельчака.

Эл уворачиваться от нападения не стала, к удивлению Дмитрия, первый ее ответный пинок был сильным заявлением на драку, вызвал негодование у пьяных парней. Потасовка началась. Пока они кидались по одному, меряясь силами, не мешая друг другу проявить удаль. Пока шансы были на стороне его и Эл.

- Давай через стену, - тоном приказа сообщила Эл. - В два прыжка.

- Раз плюнуть, - согласился он. - Ты первая. И не спорь.

Им обоим было не по душе стать участниками пьяной драки, да еще с утра, и было жаль прерванной задушевной беседы, и неплохого утра. И они вдвоем, как люди весьма цивилизованные, понимали, что на равных биться будет трудно, если вся орава налетит на них.

- Давай, капитан! - крикнул Дмитрий.

Он схватил за рукав одного, самого плохо стоявшего на ногах и крутанул вокруг себя, расчищая пространство для рывка Эл. Она быстро нашла брешь в обороне противника и, свалив с ног невысокого, худенького парнишку, как самое слабое звено, добежала до стены без преследования. Ее прыжок на стену вызвал некоторое замешательство в компании. Эл высоко прыгнула, даже выше, чем ожидал Дмитрий, зацепилась за край и оказалась наверху, оседлав стену, без всякого видимого со стороны напряжения. Пока Дмитрий не без гордости наблюдал этот ловкий штурм, он упустил свой удачный момент, кольцо сомкнулось, и ему пришлось бы теперь пробиваться к стене в одиночку. Он о себе не волновался, кулаки у него крепкие, он трезв и силен, он одного опасался, что Эл вернется, чтобы помочь ему. Вот она спрыгнула за стену, теперь он сосредоточился на том, чтобы стряхнуть со спины соперника и не дать сбить себя с ног. Пока он стоит, шансы можно считать равными.

Часть вторая

Безвременье

Глава 1

Сумерек не было. Вокруг царствовало утро. И какое ясное! Стена перед глазами не была серой. Крупная кладка из блоков песчаника, зелень роскошного куста справа. Она стояла на тропе у стены, лицом ней.

Когда она спала? Когда, перескакивая через стену, оставляя Димку, лучшего друга, в одиночку против тупой пьяной оравы, или теперь, стоя на песчаной узкой, едва заметной в траве тропе. Эл посетил естественный порыв махнуть обратно за стену, пусть быть битой, но с честью.

Стена высоковата. Выше той, которая была недавно. Солнце отражалось от стены, кажется, ее ум в этот момент посетило первое прозрение. Сон был или нет, так просто отсюда ей не выскользнуть. Проснуться не получиться.

В спину был устремлен осторожный взгляд. Эл оглянулась. Открытое пространство за спиной залитое утренним светом потерялось из-за маленькой детали на первом плане всей этой красоты. Эл опешила.

- Я тоже не люблю, когда пялятся в спину, когда я думаю. Мне нужно было внимание привлечь, - произнесло беловолосое, кудрявое чудо, чья копна волос искрилась в утреннем свете.

Эл замерла и редкое для нее чувство мурашек бегущих по спине, заставило передернуть плечами и зажмуриться. Перед ней только что предстала она сама лет этак десяти, в том же джинсовом потертом комбинезоне на лямках и большим карманом спереди в котором она попала в свое первое детское приключение с перемещением. На худеньких ногах у нее были надеты полосатые носочки и любимые ею в детстве, превыше другой обуви, кеды. Эл несколько раз снизу вверх и сверху вниз прошлась взглядом по маленькой фигурке напротив.

Эл старшая так таращила глаза на маленькую девчушку, что та нахмурила белесые брови, и губы ее многозначительно чмокнули, предупреждая о том, что сейчас будет сказано нечто важное, но маленькая передумала возмущаться, уперла руки в бока и спросила:

- Мы так стоять будем или поищем дорогу? Я пробовала через стену, но черта с два - у меня не вышло. Тут хода - нету, - заявила она.

"Черта с два" было ее любимым детским выражением, когда она в компании мальчишек играла в пиратов, она частенько для важности своего положения присоединяла эту присказку и вне игры.

Видок у нее - залюбуешься. Шпана. Руки в боки. Взгляд дерзкий, уверенный, без всякого сомнения в собственной правоте. Надо бы что-то ответить.

- Налево или направо? - спросила Эл старшая.

- Относительно кого? - был задан вполне резонный вопрос.

Эл старшая не слишком уверенно подняла левую руку, но показала направо, теперь, едва удерживаясь от смеха, улавливая в детском личике отношение к себе, как туповатой особе, хоть и большой. Она смогла улыбнуться и даже тихо хохотнуть, глядя в спину удаляющейся по тропинке коротышке.

- Отлично, - сказала она себе под нос. - Надеюсь, Димка простит меня. Но такое…

Тропа никуда не поворачивала, она следовало строго параллельно стене. Единственным препятствие на их пути оказался куст больше того, который Эл уже видела. Из-за куста торчали ноги в форменных ботинках, слишком хорошо знакомых старшей Эл. Штаны тоже форменные. Она обогнала маленькую Эл, остерегаясь, что та наткнется на незнакомца и испугается. В ней сработал инстинкт защитника, ту, что уже заворачивала за куст "черта с два" напугаешь. Она уже склонилась над новым, пока не шевелящимся персонажем. Этих двоих кроме как персонажами назвать было сложно. Все говорит о том, что при прыжке со стены она головой стукнулась, и теперь галлюцинация заняла место реальности.

За кустом мирно спал человек. И это был вовсе не Дмитрий, как решила прежде Эл. Она склонилась так же, как девчушка рядом, но мгновенно выпрямилась опять, в то время как ребенок с интересом рассматривал спящего человека в капитанской форме Космофлота. Эл тряхнула для верности головой. Утро осталось ярким, и стена приятного цвета песчаника. Только добавился детский комментарий.

- Спит. Не умер, определенно. Разбудим?

Она собралась ухватиться за штанину индигового костюма. Ухватилась ловко и быстро, Эл старшая не успела рта раскрыть, скользкая ткань выскользнула из детский рук, она повалилась назад, Эл старшей пришлось ухватиться за лямку комбинезона, чтобы ее уменьшенная копия, так усердно рванувшая штанину, не рухнула на спину. Падать невысоко, но позорно.

Перед ними мирно спал Алик. Настоящий. Вполне взрослый. Только не в том виде, в каком Эл оставила его спать в московской квартире. Он даже открыл глаза. Эл догадалась улыбнуться ему. Он улыбнулся слабо, сонно.

- Сейчас проснусь, - проворчал он. - Утро такое сниться, не оторваться.

Он перевел взгляд на маленькую Эл и окончательно открыл глаза. Его лицо расплылось в улыбке. Увиденное позабавило его, но он думал, что еще спит, не принимая ничего всерьез. Будет жестоко сразу развенчать его сонное заблуждение. Неизвестно кто, кому сниться.

- Привет, мелкая, - сказал он добродушно маленькой Эл. - Да, такое только во сне увидишь.

- Он думает, что спит, - сообщила в ответ маленькая, перевела на старшую взгляд, с каким бывалый доктор ставит диагноз и еще пальцем у виска покрутила.

Алик сел, стал тереть кулаками глаза.

- Сейчас проснусь, - с удовольствием зевая, сказал он.

- Черта с два, - почти одновременно ответили ему взрослый и детский голоса.

Он протер глаза, открыл их, осмотрелся. Эл старшая решила, что ждать и наблюдать в этом случае - единственное, разумное средство разгадать суть наваждения. Алик в капитанском костюме - явление знаковое. В таком виде, а не иначе, он предстал перед ней. Тут вполне уместно поставить его вид в ряд с детским своим воспоминанием, которое что-то жестикулировало, давая понять Алику, что он не спит. Неужели именно этот его образ отпечатался в ее сознании особенно ярко. Пожалуй.

Он сидел и вникал в эту реальность вполне натурально. Яркое утро не оставило его равнодушным. Он был в приятном расположении духа. Вид маленькой Эл забавлял, а ее вид, ее старшей, сообщал, что он наблюдает некое видение, что потом оно развеется, уступая место тому миру, в котором он заснул.

- Доброе утро? Ты кто? - спросила маленькая Эл.

Эл старшая приложила палец к губам в знак молчания, сама не зная зачем, это была необходима предосторожность, она сделала жест скорее бессознательно.

- Я - капитан, - нашел, что ответить спросонья Алик.

Ответ вполне удовлетворил любопытство ребенка.

Тут-то Алик и сообразил, что уже не спит. Он ткнул пальцем в выпяченный вперед животик с карманом, потом зацепил указательным пальцем за край кармана и потянул на себя, словно намереваясь заглянуть в него, за что получил по руке, крепкой детской ладошкой.

- Без фамильярностей попрошу, - фыркнула обладательница кармана и деловито поправила лямки комбинезона.

- Ты, определенно, Эл, лет десяти, я думаю.

Он поискал подтверждение догадки у Эл старшей, та скривила губы и пожала плечами, потом подняла брови и покачала из стороны в сторону головой. Тем самым, сообщая, что он в чем-то прав.

Он осматривал их по очереди.

- Класс, - заключил он.

Он улыбнулся старшей Эл.

- Твое творчество?

- Полагаю, что да, - согласилась она.

- Вы оба хоть в чем-нибудь уверены? - возмутилась маленькая Эл.

- Нет, - ответила Эл старшая.

- Взрослые, - разочарованно протянула девочка и махнула рукой.

Алик расхохотался с удовольствием.

- Отлично! - смог произнести он.

Он позволил себе смеяться столько, сколько душа просила.

- У меня есть предложение. Пошли, поищем. Может, тут брожу и я? - предложил он, поднимаясь и предлагая маленькой идти первой.

Она затрусила по тропе, оставляя на песочке едва заметные отпечатки протектора кед. Алик и Эл изучали сначала их, а потом это забавное существо впереди.

- А маленькая ты была чудесная, - заметил он.

- Да уж, - согласилась она.

- И как это понимать?

- Понятия не имею. Ничего подобного со мной еще не бывало. Не до такой степени.

Алика младшего они не нашли. Тропа ни разу не удалилась от стены, из чего все трое решили, что кто-то тут бродил упрямо, в поисках бреши или иного выхода. Эл маленькая предположила, что тут побывала много народу, с чем вполне согласились ее старшие спутники.

- Меня здесь нет, - задумчиво проговорил Алик. - Предлагаю завершить поиски и просто свернуть.

Так и поступили. Но скоро зеленое, залитое солнцем, плоское, как тарелка, поле, что простиралось за стеной, выдало свое истинное, непривлекательное свойство. Это было болото. Под ногами чавкала вода. Алик оказался в наилучшем положении в непромокаемой одежде и обуви. Обе Эл промочили ноги и приуныли.

Алик продвигался первым, остановка могла быть весьма опасной, он разумно сделал крюк, чтобы выйти снова к стене, она виднелась сбоку, все время сбоку и не приближалась ни на шаг.

- Просто Алиса в стране чудес, - подала голос Эл-ребенок.

- Алиса в Зазеркалье, - поправил ее Алик. - Это там она куда-то бежала, бежала и никак не могла добежать.

- Спорить не буду, - важно ответила девочка.

Эл старшая ничего не сказала, поскольку эту историю практически не помнила. С момента возвращения она не однажды подмечала, что не помнит элементарных для простых людей вещей, восполняя прежний опыт потом, и мудро помалкивая о своем незнании. Замечания ее спутников вряд ли имели практическое применение. Она решила высказать свое мнение гораздо позднее, когда они решились остановиться на наиболее сухом, по мнению Алика, месте.

- Я предлагаю не возвращаться, а двигаться от стены. Если ваша Алиса так поступила, то могла достигнуть цели.

На самом деле она не помнила, как поступила Алиса, просто рассуждала от противного.

- Вы что двое детские книжки любите читать? - спросила маленькая Эл.

- Нет. Мы тоже были детьми, - ответил ей Алик.

- По тебе не скажешь, - отреагировал ребенок.

Ее фраза вызвала смех Эл и удивление Алика, он посмотрел на обеих спутниц с некоторой обидой, словно его обвинили в том, чего он не собирался никогда делать. Эл старшая извинилась легким прикосновением руки.

- Идем, - призвала к действию Эл маленькая.

Стена осталась за их спинами, солнце било в глаза, трое щурились, высматривая путь, но впереди было только пропитанное болотной влагой поле. Когда пришел момент обернуться, стены не было видно.

- Слишком быстро она исчезла, - заключила Эл старшая и придирчиво оглядела окрестности. - Не люблю равнину. Укрыться негде.

- Почему непременно нужно искать укрытие? - спросил Алик. - Нет тут опасности.

Алик не чувствовал напряжения или постороннего присутствия. Напротив, в душе царил покой от обилия света и обширного пространства. Неожиданное уединение от мира в приятной компании наполнило его существо восторгом. Он не думал ни об опасности, ни о промокших ногах обеих Эл. Его посетила беззаботность, как горожанина-дачника вышедшего в чистое поле на рассвете, в июле, когда роса еще не холодна ранним утром. Солнечный свет сиял в каплях росы, туман постепенно подниматься вверх, окутывая их, приглушая яркость света. Все что его окружало, он назвал про себя красотой. Он расстегнул куртку, сбросил привычным движением, перекинул ее через плечо. Удовольствие стало острее, когда холодок утра проник к телу сквозь безрукавку. Он выключил климат-контроль своей одежды, щелкнув клавишей своего браслета. Замечание Эл вызвало его удивление, но не погасило восторга.

Маленькая Эл заметила браслет на руке Алика и изучала его очень внимательно. Она переводила взгляд то на лицо Алика, то на его запястье. Она не решалась попросить браслет. Эл старшая мягким, почти не ощутимым движением освободила его кисть от браслета, ее пальцы действовали с ловкостью карманника. Браслет перекочевал в маленькие ручки девочки. Алик не протестовал, и с удовольствием потер свободную руку. Эл младшая, заполучив вожделенный предмет, отошла от взрослых шагов на пять, чтобы изучить это сокровище.

Восторг в ее личике, покой в лице Алика навели другую Эл на мысль, что она одна сейчас беспокоиться о последствиях происшествия. В конце концов, это же ее видение, этим двоим не обязательно разделять ее опасения. Увы, результат долгих странствий оставил отпечаток на душе, радость, восторг стали реже посещать ее. Да, мир вокруг был красив, но Эл не обладала той остротой восприятия, какая была присуща ей в прошлом, молодость миновала - такое определение можно считать уместным, если прикинуть ее реальный возраст, или душа очерствела от долгих скитаний, а может быть, таково качество зрелости. Маленькой Эл есть что познавать, Алик - пленник города и космоса, оказаться в такой атмосфере - редкий случай.

Она осматривалась, выбирая направление. Она наблюдала, как марево тумана поднимается вверх, скоро он станет совсем густым, отрежет путь к возвращению, дорогу назад они не отыщут так просто. И солнце словно стоит на месте, а может, времени прошло немного. Пока один наслаждался утром, а другая изучала незнакомый предмет, она заняла место постового, отыскивая в белых облаках намеки на продолжение пути. Она подняла голову вверх, в том направлении, которое она еще не изучила. Кучевое облако, единственное на ясном небе запечатлело силуэт женщины, таковым было первое впечатление. Эл вдруг вспомнила портрет в мире ее всемогущего отца, ей показалось, что облако копирует тот силуэт только в зеркальном отражении. Потом облако утратило форму, больше Эл не искала в нем сходства с чем-либо. На всякий случай Эл решила запомнить этот момент, как намек или как знак.

- Мы потонем в тумане, если не двинемся дальше. Правее я вижу просвет. Идем, - позвала она и пошла первой.

Просвет действительно был. Шагов через триста их путь пересекла тропа, такая же узкая, как у стены, не мокрая, а песчаная. Такая особенность Эл удивила. Кругом болото, по крайней мере, сырость, на тропе же был сухой песок. Она встала на твердую почву, потом присела, чтобы проверить то, что у нее под ногами. Шум за спиной, шум шагов тяжелых и мерных заставил ее принять положение готового к прыжку зверя, поскольку она видела обоих своих спутников, то за спиной был посторонний.

Маленькая Эл тоже расслышала посторонний шум. Потом все трое, не сговариваясь, отступили тихо в туман, прочь от тропы и залегли в траве, надеясь, что не будут замечены. Эл старшая оказалась по одну сторону тропы, а маленькая Эл и Алик - по другую.

Из облака тумана появился молочного цвета силуэт. Всадник окутанный белым плащом восседал на тонконогой, высокой лошади. Конь фыркнул и прошелся по тропе с завораживающим изяществом, на которое способна лошадь благородный кровей, а поскольку он был под стать всаднику - белым, то их монументальное единство вызывало ощущение, что мимо проплывает мираж. Тихие шаги коня стихли в тумане. Силуэт растаял. Эл решилась пошевелиться. Она ползком прокралась к тропе, присела, изучая следы. Эл исследовала тропу шагов на десять в обе стороны. Конь не оставил следов. Животное со всадником оказалось миражем?

Из тумана донеслось тихое детское хихиканье и шепот мужского голоса.

- Выходите, - позвала Эл.

Причина веселья оказалась понятной. У костюма Алика сработала защитная программа. Из тумана показалась его верхняя часть, вернее голова и мускулистые руки, а следом двигалась голова поменьше. Это маленькая Эл завернулась в капитанскую куртку, материал костюма скопировал туман, тело исчезло, виделась только голова с мокрыми от влажности волосами.

- Развлекаетесь, - заметила Эл.

Трое стояли на дороге. Алик тоже не увидел следов.

- Я видел всадника. А ты? - спросил он у девочки.

- Я не видела. Я пряталась с головой. Что-то шумело. Точно.

- Всадница. Это была всадница. Я заметила женское седло. Посадка. Легкость, - сообщила Эл.

- Из тумана? - спросила Эл младшая.

- Не совсем. Я замерла близко от дороги. Конь не среагировал на меня. Гостей тут не ждут или предпочитают не замечать.

- Пойдем за ней? - спросила девочка.

- Давай на разведку. Пробегись вперед шагов на пятьдесят. Ты маленькая. Куртку не снимай, - дала команду старшая.

Воодушевленная "боевым" заданием маленькая засеменила по тропе и пропала в тумане.

- Что ты думаешь об этом? Ты. Ребенок. Я, - перечислял Алик.

- Могу назвать пару путешествий, когда мне не попадались дети. Они вездесущи. Я чую тут символику. Мы - три персонажа. Мы что-то значим друг для друга. Я - ключевая точка. Она - ключевая точка. Что здесь делаешь ты? Ума не приложу.

- Наверное, потому что я дорог тебе? - с нежностью в голосе намекнул Алик и обнял ее за талию.

Эл рассмеялась, потому что камуфляж костюма все еще работал, она видела руки, которые ее обнимали, голову напротив, что не создавало романтического настроения.

- Ты смешной. Человек-невидимка. Отключи его.

- Не могу. Браслет остался у тебя маленькой.

Он поцеловал ее в щеку.

- Я рад, что оказался с тобой рядом. Я просто счастлив.

- Что ты помнишь последним? Перед пробуждением. Нет. Перед сном? - спросила Эл о том, о чем хотела узнать.

- Я заснул дома.

- У Димки?

- А где же еще? Кстати. Почему его здесь нет? Он, кажется, обязан тебя охранять.

Эл вздохнула виновато.

- Я его бросила. Полагаю, что ему сейчас бьют лицо десяток пьяных молодцов.

- Какое вежливое выражение. Бью морду, Эл. Правильно так. Грубо, но верно. Мне трудно поверить, что ты не закрыла его спину. Как же так?

Эл пришлось рассказать историю утренней прогулки. Вернулась Эл младшая с вестью, что тропа пуста и можно идти дальше.

Они шли тихо, туман не собирался развеиваться, воздух застыл, смешавшись с маревом влаги. Они двигались до того места, где тропа вдруг раздвоилась.

- И куда? - спросила девочка.

Эл старшая ощутила, чуть ли не впервые с начала странных событий, потребность взять на себя право выбора.

- Правая, - сказала она уверенно.

Тропа стала шире, шла по насыпи, которая сползала в туман. Эл шла первой, ее спутники сзади. Она не видела пару за своей спиной. Алик протянул девочке руку, она уверенно подала свою. Они шагали, держась за руки, и испытали тонкое чувство единства. В этом ребенке Алику увиделась сама суть человека шедшего впереди. У маленькой Эл был очень выразительный взгляд, и темные еще детские глаза в контрасте с белыми волосами придавали ей вид космического существа. Ребенком, подростком и взрослым он никогда раньше не ощущал так четко этого контраста в Эл.

- У меня будет трудная жизнь? - вдруг спросила она.

Алик тут же припомнил об этике. Ему до сих пор казалось, что Элли младшая не ассоциирует себя с Элли старшей. Ему трудно было ответить, неосторожные слова могут принести вред.

- Почему ты так решила? - спросил он.

- Ты из будущего. В нашем времени таких людей не бывает. Ты ведь можешь знать о нас.

Тут Алик догадался, что в жизни этого ребенка еще не существует его, Алика. Их встреча случиться потом. Вот почему Эл спрашивала, что он помнит.

- И все же. Почему трудная? - переспросил он.

- Я так чувствую. Она сильная.

- Что ты имеешь в виду? Я не очень понимаю, к чему ты клонишь?

- Мой папа говорит, что сила не измеряется крепостью мускулов, что она в духе человека. Я не знаю, что такое дух, но у нее он сильный.

Алик посмотрел на фигуру впереди.

- Да. Ты правильно понимаешь. Да. Жизнь была сложная.

Она вздохнула.

- Всегда хотела узнать, кем буду. Не хочу жить, как все.

- Не живи. У тебя всегда есть выбор, - по взрослому важно сказал он.

- Всегда?

- Всегда.

- Ты всегда выбираешь то, как тебе поступать? - спросила она.

Алик задумался.

- Пожалуй, не всегда, не буду врать. Мне остается право решать: принимать участие в той игре, которую предлагает жизнь или нет. У меня не всегда бывает право выбора, но всегда право на попытку.

- Жизнь не игра. Право на попытку. Здорово.

Она задумалась и шла рядом, крепко держа его руку. Алик вспомнил Нику, они постоянно сравнивали Эл и Нику, почему-то считая, что Ника повторяет повадки и характер Эл. Видимо оттого, что он прожил рядом с Эл часть детства и юности, рос рядом, то воспринимал Эл иначе. И образ Эл проецировал на Нику так же, как друзья. Эта Элли, шаркающая кедами по тропе, оказалась иной. Алику захотелось застрять тут и понаблюдать за ней. Его восприятие может сильно измениться от этого.

- Я чувствую что-то впереди.

Он мог думать и одновременно ощущать пространство вокруг, туман ему не был помехой.

- А точнее, - шепотом произнесла старшая Эл.

Младшая же замерла, не отпуская его руки. Она не сжала сильней, не вздрогнула. Она выжидала со спокойствием не свойственным ребенку такого возраста. Она смотрела на другую Эл, ожидала ее команды.

Та Эл жестом попросила их ждать и скрылась в тумане. Младшая слегка дернула руку Алика, тихонько сняла с плеч куртку протянула ему, потом вернула браслет и жестом очень ясным показала, чтобы он шел следом, а сама спустилась в туман с тропы.

Алик удивился про себя ее поступку и счел его разумным. Он крался за Эл, как подмога.

Вдруг из тумана на него выступила стена, выросла до небес. Он вытянул руки, ощупал камень. Первая мысль была о том, что они сделали круг, он с досадой обшарил камни. Он ощущал, что стена не совсем ровная, что поверхность имеет форму дуги. Он двинулся направо, считая шаги. Вскоре он почувствовал Эл старшую, она еще не показалась из тумана.

- Это я. Я перед тобой, - сообщил Алик. - Мелкая прячется в тумане.

- Это башня, - сообщила Эл.

- Как узнала.

- Обошла вокруг. Если ты идешь мне навстречу, значит это не стена.

- Пожалуй, - согласился он.

- Здесь кто-то есть? - раздался сверху третий голос.

Двое подняли наверх глаза.

- Есть, - ответила Эл чуть громче. - Что так слышно?

- Слышно, - был ответ сверху. - Народ, вытащите меня отсюда. Там где-то валяется веревка.

Из тумана вышла Эл младшая.

- Вас слышно, между прочим, - предостерегала она.

- Значит, нас уже четверо. И кто же там? - спросил Алик.

Он старался разыскать веревку, но Эл маленькая опередила ее и уже тащила за мокрый конец к стене.

- Если нужно лезть на стену, то я могу, - вызвалась она. - Кого спасаем?

- Там наверху кто-то есть, - сообщила старшая Эл. - Но я не видела ни двери, ни прохода. Откуда ты там?

- Замуровали, - ответил голос сверху. - Черт бы побрал мою доверчивость. Увидела стражу на болоте, решила подойти, дорогу узнать. Меня сцапали. Так глупо попалась.

- Голос девичий. Она не старше нас, - заключил Алик. - Одни девчонки кругом.

Голос показался Алику знакомым, подозрениями делиться не стал, некогда было рассуждать.

- Как высоко окно? - спрашивала тем временем старшая Эл.

- Если бы окно. Дыра в стене. Пролезу, веревку бы только, - был ответ сверху.

- А откуда веревка? - спросила Эл.

- Я ношу ее на поясе, - последовал ответ.

Алик видел, как Эл закусывает губу и уже с некоторой опаской смотрит наверх.

- Алик, ты ее чувствуешь? - спросила Эл.

- Я знаю, где дыра.

- Становись под ней. Я встану тебе на плечи, а маленькая заберется на мои.

Алик прикинул высоту.

- Если та свесится вниз, то есть шанс, - ответил он. - Эй, наверху, слышишь меня? Свеситься можешь?

- Конечно.

Алик уперся руками в стену. Эл старшая ловко влезла ему на плечи, а следом и маленькая, как обезьянка быстро вскарабкалась наверх. Конец веревки она держала в зубах. Операция по освобождению заняла кратчайшее время.

Очень скоро перед ними предстал подросток в одежде курсанта Академии Космофлота, по нашивкам уже капитанского курса. Алик посмотрел на старшую Эл, которая терла подбородок с очень озадаченным видом. Это была третья Эл.

Алику впервые представилась уникальная возможность сравнить этих двоих людей разделенных не просто годами, а умопомрачительными, невероятными, судьбоносными событиями.

Перед ними была Эл с той самой видеограммы, которая висела на стене хижины на острове Тома, которую никто не смог убрать, она была своеобразным символом прошлого времени. Это изображение было любимо всеми членами их команды, всеми друзьями Эл, включая старших Лондера и Рассела. Эл четырнадцати лет по данным Академии, на самом деле чуть старше, но другая. Алик уловил потрясающее очарование совсем юной девушки. Именно этот образ был связан в его душе с первыми порывами любви, с немым обожанием, с гордым молчанием о своих чувствах, с первой ревностью. Она узнала его. Определенно узнала, ее взгляд задержался на его лице даже дольше, чем на облике своей старшей копии.

Она несколько раз внимательно осмотрела троицу напротив и ничего не сказала, поскольку эта Эл всегда воздерживалась от комментариев, пока не спросят.

Ее прямой, упрямый, не знающий компромиссов взгляд обжог душу старшей Эл. Такова она была. Поразительный по силе сгусток энергии, ума, возможностей, азарта и упрямства. Живая сила, представшая перед ней. Вот оно - еще не изведавшее страданий и боли существо, начало того пути, который привел ее сюда.

- Утро доброе, - выдохнула средняя Эл, преодолев волнение.

- Привет, - ответила маленькая.

Эл старшая и Алик кивнули четвертому персонажу.

- Надо бы убраться с открытой местности, здесь курсирует что-то похожее на патруль, поймают в раз, как меня поймали. Я выскочила на них. Укрыться негде. Сцапали и затолкали в эту башню. Даже не объяснили зачем.

Эл старшая взялась за мочку уха и потерла его.

- Дела, - протянула она. - Далеко они? Видела их сверху? Как они далеко?

- До тумана видела, - ответила Эл средняя.

- А всадника? - спросила маленькая.

- Нет. Всадников.

- Дыра с другой стороны. Тропу отсюда не видно, - прокомментировал Алик.

Эл средняя оглянулась, будто в тумане был спрятан ориентир, который она искала.

- Там - река. Туман нас прикроет. Доберемся до воды, там они нас не найдут. Туда они не ездят.

- У них транспорт? - спросила Эл старшая.

- Лошади. Белые лошади. Словно знак какой-то.

- Сколько их?

- Больше десятка. Считала, потом сбилась, они рядами не ездят. Отрядами.

- Верхом по болоту, - усомнился Алик.

- Тут полно троп.

- Видимо давно ты там сидишь, - заметил Алик.

- Местные сутки, я так думаю.

- Как это местные сутки? - заинтересовалась Эл маленькая.

Ее живой интерес вызвал улыбку старших и несколько презрительный взгляд обладательницы формы курсанта, с каким подростки смотрят на младших.

Алик, продолжая улыбаться, заметил тихо, повернув голову в сторону, так чтобы фразу слышала лишь старшая из Эл:

- Ты оказывается вон еще с каких лет имела цепкий ум. Что думаешь по поводу третьей?

- Не сейчас, - осекла она шепотом.

Эл старшая присела. Алик расслышал шорох шагов в тумане, они были едва-едва слышны его слуху, он почувствовал приближение.

- Нужно бежать. Сюда идет целая группа, - предупредил он, повторяя опасливое движение Эл и приседая. Потом он обратился к средней Эл. - Направление на берег хорошо помнишь?

Та кивнула.

- Веди.

Он сделал указующий жест, рефлекторно, намерений командовать у него не было, но три его спутницы единодушно повиновались жесту и скрылись в пелене тумана. Ему пришлось догонять. По пути он прихватил младшую за лямку комбинезона, приподнял и перекинул через плечо.

- Прости, но ты сама не успеешь, - сказал, чтобы его действия не вызвали шумный протест.

Шуметь она не собиралась.

- Конечно, мои ноги короче ваших, - бормотала она, - хоть я и быстро бегаю для своего возраста.

Так он и бежал сквозь туман с ребенком на плече, чавканье болотной жижи под ногами выдавало его, шум сзади приближался. Алик не оглядывался. Если их преследовали конные, то шанс скрыться даст тишина и туман.

Он остановился. Впереди было слышно, как бегут две старшие Эл.

- Ты, что встал, нас поймают, - дрожащим голоском прошептала маленькая Эл.

- Тс-с-с.

Он присел. Она оказалась на ногах. Он накрыл ее курткой.

- Направление помнишь? - На всякий случай он указал ей ориентир на предполагаемый берег. - Не выходи к воде, прячься в траве. Я отвлеку их, а потом найду тебя. Все поняла.

- Да. А ты меня найдешь?

- Точно найду.

Он рванулся вперед по болоту, бежал со всех ног, пока не осознал, что не чувствует преследования. Он встал в тумане, несколько мгновений стоял в двигающемся, плывущем мимо молочном месиве, слабый ветерок сдувает их ненадежное укрытие и скоро долина станет совсем видна. Туман исчезал стремительно. Алик начал поворачиваться вокруг своей оси, но не для того, чтобы отыскать направление к берегу, он искал в остатках тумана тех, кто гнал их по болоту. Но чувства подвели его, он вообще ни чего не ощущал, даже Эл, которую привык выделять из всех возможных источников энергии. Он был уверен, что почувствует неладное даже на приличном расстоянии, в чем убеждался уже на практике, да в той же самой Африке, например, и на острове тоже. Теперь Эл пропала для него.

Шум донесся совершенно с другой стороны. Единственный источник, на который среагировало его чутье был там. Он стал красться туда. Шум стал голосами.

- Отвали от меня! Отпусти, слышь, ты! Отцепись, репейник! - возмущался детский голосок.

Младшая попалась. Алик разочарованно покачал головой. Решение было единственным - отбить девочку.

Не зная, сколько будет противников, как они расположены и чем вооружены, сложно придумать план, поэтому он крался медленно и тихо, надеясь на удачу. Туман предательски таял, он видел силуэты, восемь дюжих человек, похожих на охрану спешились, чтобы изучить находку. Лошади фыркали, стоя чуть поодаль.

Возмущаясь вплоть до визгливых ноток в голосе, младшая старалась выскользнуть из кольца блокады. Ее не отпускали, отобрали куртку. Ее и куртку рассматривали, как ценную находку. От нападений ребенка шутливо отпихивались, и к чести всадников, младшая не получила ни одной оплеухи, хотя напрашивалась на грубость. В конце концов, один из конников, вскочил в село, подал знак. Девочку водрузили на седло впереди него, ухватив за перекрестье лямок на спине комбинезона. Она возмущенно болтала ногами, старясь пнуть обидчика. Что-то это очень напоминало Алику. Ника пришла бы в ярость от такого отношения к себе. Сопротивление младшей Эл со всей очевидностью походило на поведение воспитанницы старшей Эл.

- Не брыкайся, а то привяжу, - пригрозил всадник строго.

Алик решился напасть, сколько бы их ни было, отбить младшую Эл было делом чести, коль он виновен в ее пленении.

Алик сделал бросок вперед. Его заметили. Воины двинулись к нему. Но тут с флангов из остатков тумана на них налетели две другие Эл. Атака была наглой. Алик отлично знал, как они обе могу драться. Втроем у них есть возможность победить. Сбив обидчиков в кучу, они не позволили им занять оборону. В тесном пространстве, наталкиваясь друг на друга, их соперники растерялись ненадолго. Их лошади отбегали в сторону, загораживая путь к отступлению. Алик врезался в ряды врага, расчищая проход к лошади, на которую посадили маленькую Эл. Старшая Эл пришла к цели раньше него. Прыжок был мощный и грациозный. Она, Эл маленькая и всадник рухнули с лошади, конь метнулся в сторону, сошел с твердой почвы и увяз передними ногами в болотной жиже, а всадник запутался в стременах. Алик видел, как старшая Эл, оказавшись первой на ногах, отшвыривает в сторону маленькую под защиту откуда-то вынырнувшей средней, а сама вместо того, чтобы оказать сопротивление наступающим на них остальным воинам, кидается к упавшему всаднику.

А еще Алик увидел, как за ее спиной показывается подмога их соперникам, еще один отряд, поменьше.

- Сзади! - крикнул он.

Всадник нужен был Эл для того, чтобы отобрать оружие. Она забрала у него длинный нож, потом выхватила меч из ножен прикрепленных к седлу вязнущей лошади, но не воспользовалась им, а швырнула его средней Эл. Та, заполучив оружие, махнула им с такой силой, что раздался свист клинка, разрезавшего воздух. Теперь ее за просто так не возьмешь.

Алик напал с тыла на первую группу воинов, хотя исход стычки был ему заранее известен, семерых он вряд ли одолеет. Трех Эл теснил подоспевший конный отряд. Шансов избежать плена не оставалось никаких.

Эл старшая повторила свой прыжок и сшибла с коня еще одного всадника. Только этот оказался ловчее, они сцепилась в схватке. Эл средняя воспользовалась коротким замешательством, успела вскочить в седло ближней лошади, усадив маленькую Эл впереди себя. Младшая заполучила поводья и деловито потянула их на себя, конь приподнял передние копыта. Верхом на коне, вооруженные мечом одним на двоих они вполне могли дать отпор. Конные воины кругом обступили Эл и сбитого ею воина, эти двое катались по земле, мелькал нож, который Эл не спешила пускать вход, она лишь угрожающе махала им, несколько раз избавившись так от хватки противника. Наконец, она захватила воина за шею со спины и приставила кинжал к его горлу.

- Назад все! - заорала она. - Убью его сразу!

Ярость в ее глазах, искаженное злостью лицо заставило Алика похолодеть. Такую ярость он не видел со времен ее пиратства. Вид у нее в эти мгновения был жутким. Конники разомкнули кольцо, решили, что она просто выйдет из него и отпустит заложника.

- Что вам от нас надо?! - рычала старшая Эл.

- Возвращайтесь к стене, мы проводим вас, - сказал тот самый воин, которого захватила Эл.

Видимо он имел некий вес в обоих отрядах, поскольку никто не пытался больше нападать на четверку пришельцев. Воины с удивлением смотрели на Эл, ее ярость не напугала их, но сильно удивила.

Алик заметил перемену, тут было чему удивиться. Облик Эл изменился. На ней уже не было джинсов и куртки, серый костюм и высокие сапоги, знакомые ему по путешествию в миры, сделали Эл похожей на хорошо обученного ремеслу разбоя человека, ее угроза была столь серьезной, что Алик окончательно поверил в то, что Эл убьет пленного. У него возникло желание помешать ей, он не знал как.

- Мы ничего не нарушили, - возразила Эл.

- Мы оберегаем границы, вы их нарушили. Возвращайтесь обратно, - проговорил воин.

- Ха. Если бы мы знали, куда и как, - возразила средняя Эл и для устрашения еще раз махнула мечом. - Мы пройдем к воде. Пропустите.

Один из всадников двинулся на нее, доставая свое оружие.

- Угроза?! - возмутился он.

В ответ наездница махнула мечом, словно намереваясь отсечь голову наглецу, тот успел отклониться назад, ноги его оказались почти вровень с шеей ее коня. Эл еще раз рубанула клинком ниже, перебила подпругу, седло сползло в бок, всадник упал с коня через круп лошади, при этом животное не было задето.

- Следующему точно башку снесу! - пригрозила она.

- Ловко, - заметил один из воинов.

- А то! Я не шучу! - гордо заявила она.

Маленькая неплохо управлялась с конем, он слушался поводьев, чуть приплясывая под ними.

- Поезжайте к воде. Мы тут сами разберемся, - том приказа сказала старшая, не отпуская своего заложника.

Требование было выполнено без возражений. Лошадь ровно пошла по траве, словно болота не было вовсе. Две Эл скрылись из виду, лишь тогда старшая отпустила соперника.

Она поднялась первой.

- А теперь давайте-ка разберемся, ребятки, что здесь не так? - спросила Эл.

Тон ее голоса изменился, пропала остервенелая хрипота. Она стояла среди возвышавшихся всадников, с видом дружелюбным, точно не было никакой стычки, словно они случайно встретились без намерения препятствовать друг другу. Спешившиеся воины тоже обступили ее. Алик оказался вне этого кольца, будто его вообще не было.

- У тебя не было намерения, меня убивать? - спросил ее недавний пленник.

- Вы подали нам повод для шуток? Мне нужна свобода для меня и моих спутников. Мы оставим оружие на берегу, коня тоже. Придется нас пропустить. Если мы, куда вторглись, так не по своей воле. Окажите любезность, объясните, где мы?

- Ты не получишь от нас ответа. Мы призваны охранять границы. У тебя нет договора.

- Так я за тем пришла. Пропустите.

- Договор есть у всех, кроме тебя, - был ответ.

- Так пускай они пройдут, а я останусь с вами, - уверенно сказала Эл.

Алик возразить не смел, он почувствовал, что происходящее имеет тайный смысл, в который он не может пока вникнуть. Эл обернулась к нему.

- Алик, найди девочек, я приду позднее.

Ее новый облик действовал на него, как дурман, она впервые с момента возвращения выглядела убежденной, что события будут развиваться так, как угодно ей. Уверенность передалась ему. Он согласно кивнул и развернулся, чтобы уйти.

"Вот почему она оставила Димку одного. Она была уверенна, что с ним не случиться беды", - подумал он.

- Возьми коня, - услышал он оклик одного из воинов.

Со спины лошади он увидел картину иначе. Эл не стояла в тесном кольце, впечатление было таким, словно ей никто не препятствует. Все рассматривали с любопытством его персону, он забавно выглядел в своем невидимом костюме и верхом на коне. Один из воинов подал ему куртку, отобранную у младшей Эл, по его улыбке Алик догадался о тщетности такой маскировки. Алик отключил защиту костюма, ткань потемнела на глазах у воинов, вызвав удивление. Эл улыбнулась ему. Он небрежно набросил куртку, но при этом крепче сжал коленями бока лошади. В седле он не слишком уверенно себя ощущал. Они с детства учились ездить верхом, но столько лет прошло уже с его последней конной прогулки, тело помнило навык, но былой ловкости не было. Он развернул коня, отстегнул притороченные к седлу ножны с мечом, бросил оружие на землю и поехал шагом. Его провожали взглядами, которые он чувствовал, не было в них холода, насмешки, агрессии, словно добрые люди показали дорогу заплутавшему путнику и оставили в покое. Что все это означало, он намеревался узнать у Эл.

Глава 2

Младшие Эл прятались в траве, когда Алик выехал на берег. Отпустив лошадь, он присвистнул, хлопнул коня по крупу, чтобы тот понял, что свободен. Однако животное уходить не торопилось.

Первой показалась Эл постарше, потом из травы на четвереньках выбралась младшая. Алик остался наедине с двумя персонажами из прошлого его Эл и растерялся. Он не имел представления, как ему поступать дальше, поскольку цель этого странного приключения осталась не ясной.

- А где? - первой спросила младшая.

- Осталась для переговоров. Нас пропустили, ей придется нас догонять.

- Без нее мы переправляться не будем, - сказала средняя Эл.

- Раз мы ждем, я поищу брод, на всякий случай, - предложила маленькая.

- Давай, - дала согласие другая.

Коротышка Эл затрусила по берегу, а средняя села на песок. Алик тоже сел рядом, они смотрели на мерно текущую мимо них воду. Несколько минут молчания позволили обоим собраться с мыслями. Алик почувствовал, что сейчас состоится важный разговор. Он извлекал из памяти события того времени, к которому относилась эта Эл. Он вспомнил вопрос заданный ему старшей Эл и повторил его.

- Что ты помнишь последним? До того, как сюда угодила?

- Я свалилась в море с высоты. Это смерть?

- Нет, - ответил Алик, как ему показалось излишне уверенно.

Она может подумать, что у него есть ответы на ее вопросы. Одно неверное слово или интонация и острый ум юной Эл сделает выводы, последствия которых могут изменить всю цепь событий.

- Что же тогда?

- Я сам не знаю, - тут он не лукавил, она почувствует.

- Нет, не смерть, если я увидела свое будущее. Значит, я не потеряла дар.

- Не потеряла, - согласился он.

Она снова помолчала.

- Ты Алик? Через много лет? Не хочешь, не отвечай.

- Ты же узнала, зачем вопросы?

- Капитан Космофлота класса Д, а я в джинсах из двадцатого века, - заключила она.

Тут Алик остро почувствовал всю степень ответственности, неопределенности момента. Она свалилась в море со скалы. Как потом выясниться, происшествие случилось перед самым полетом на Тобос. Сейчас эта Эл делает выбор между полетом в экспедицию и дружбой. Ни его, ни Димки не было рядом в тот день, потому что они крепко повздорили на этот счет. Очень ясно Алик вспомнил свое негодование. Так ярко он свою жизнь еще не вспоминал, словно назад вернулся. Он как раз принял решение любым способом завоевать внимание Эл, фактически отбить ее у влюбленного Игоря, чьи романтические чувства, стихи и баллады в ее честь пробудили в Эл взаимность. Ему показалось, что цель достижима, Эл заметила его знаки внимания, кажется, заметила. Но тут возникло предложение Ставинского по поводу Тобоса, и ситуация стала неуправляемой. От бессилия он просто злился, потом пришло отчаяние, и Димка в шутку посоветовал ему напиться. Слушать советы Дмитрия - дело рискованное. Этому совету он последовал. Опьянение вызвало отчаяние, в котором его не вовремя нашла Эл. Она зашла помириться, поговорить о полете. Он выпалил, что любит ее. Потом она полоскала его под душем и заставила вызвать рвоту. Вспоминать жутко. В тот день он понял, что она никогда больше не обратит на него внимания, что презрение будет ее единственным чувством. Что он вел себя как слабак, а на такого друга Эл рассчитывать не станет. Он сам создал ситуацию похожую на тупик их отношений. Быть может, именно в тот момент, она приняла решение улететь.

Для этой Эл важно стать капитаном. Не случайно он очнулся в этой форме. Ему нечего ей сказать, он является живой демонстрацией их будущего.

- Я тоже иногда хожу в джинсах, - он попытался улыбнуться и сделал хитрые глаза. - Я не могу говорить об этом, сама понимаешь почему.

Она вздохнула и опять замолчала. Она косилась на рукав его куртки. Хорошо, что сидела она справа, ей не был виден левый рукав, где по полоскам с цветными метками даже курсант сможет прочесть список полетов и их военное назначение. Он решил снять куртку, свернул ее так, чтобы она не видела ни знаков, ни меток.

- Но зачем-то мы встретились, - заключила она. - Я не могу задавать вопросы самой себе.

- У маленькой спроси. Дети все знают, а чего не знают - придумают.

- Странно на нее смотреть, словно шило в одном месте. Я не сомневаюсь, что брод она найдет.

В этих замечаниях скользила некая мудрая ирония. Алику показалось, что две младшие Эл знают о себе больше, чем старшая, которая, можно сказать, уже "собаку съела" в попытке докопаться до своей сути.

Трудно не рассуждать об Эл, когда она вокруг в таком количестве, однако, он только что задумался о себе, о том прошлом, которое предпочитал не вспоминать. Эта мысль стала его маленьким открытием. Это место, эти встречи - повод каждому из них что-то понять. Эл - это Эл, при таком количестве самой себя у нее шансов больше. А почему он здесь? Один. В единственном числе.

- Значит, мы будем вместе? - спросила она.

- Не хочу тебя сердить, только отвечать на твои вопросы я не буду, - ответил он.

- Я не спрашивала. Вопрос был риторический, - с несколько искусственным равнодушием сказала она. - Тут можно без вопросов столько выводов сделать, что на трактат хватит. Странно, что именно ты. Ни Димки, ни Ольги, ни Игоря рядом.

- А кому из нас ты была больше рада? - спросил он.

- Хм. Смотря зачем, - ответила она. - За-чем.

- Ты мне не доверяешь?

Она скривила губы, опустив вниз уголки, выражая тем самым недоумение и некоторое безразличие.

- Я привыкла ориентироваться на свои ощущения, а не на подсказки посторонних.

Это точно. Неоднократно таким подходом к делу она до исступления доводила инструкторов, педагогов, кураторов, друзей, Ставинского, которого неизвестно что бесило больше, то ли независимость талантливой ученицы, то ли понимание, что в этой девочке скрыт такой потенциал, который командор раскрыть полностью не сможет. Возможности Эл были на порядок выше других его учеников. Ставинский изводил Эл придирками, но все равно не выгнал бы ее из Академии. Его жизненный опыт и умение разбираться в людях подсказывали ему, что убежденность Эл в своей правоте скрывает не просто упрямство или демонстрацию собственной исключительности, а совсем иные качества, в том числе постоянный поиск наилучшего, точного решения.

Это сейчас так думал Алик, а тогда он неистово спорил с ней, потому что существовали уже придуманные другими способы решения той или иной учебной задачи, и тратить силы на поиски некоего другого способа - глупо.

Теперь, сидя рядом с этим курсантом, Алик четко понял, что все они оказались в ситуации, которая не описана заранее, негде получить подсказку, никто кроме них не найдет выхода. Как очевидно это теперь, но тогда он не знал, что именно из непредвиденных ситуаций Эл придется выбираться чаще всего. Она пополняла свой опыт не книжными истинами, а потом и кровью.

В эту минуту Алик согласился с тем, что Эл должна лететь на Тобос. Никак иначе. Сколько раз он желал изменить прошлое, вернуться вновь в ту точку, с которой жизнь пошла бы иначе. Мгновения проходили. Он молчал, глядя на воду, и размышлял о том, что ничего не хочет и не может изменить.

- И правильно делаешь, - согласился он.

Еще одна непредвиденная ситуация завершилась благополучно, Эл старшая шла к ним по берегу, а маленькая трусила рядом.

- Отдыхаете? - спросила она лукаво.

- Ты похожа на корсара в этом наряде, - сказал ей Алик.

- Не ты один делал такие заключения.

Заметив перемену в одежде, Эл средняя приподняла одну бровь, осмотрела еще раз всех и про себя сделала очередной вывод. Алик понял, что ее замечание о его звании и джинсах имело окраску ущемленного самолюбия, перемена наряда подняла старшую Эл в ее глазах. Изучая мир, что свойственно подростку она выбирала и сравнивала, она не могла по-другому. Только что сравнение было не в ее собственную пользу, но высокие сапоги сделали свое дело и подняли самооценку на должную высоту.

- Ты с ним разобралась? - с гордостью спросила маленькая Эл.

- Самую малость, - со смехом ответила старшая.

- Как это можно надавать по шее самую малость? - удилась девочка.

Старшая рассмеялась ей в ответ еще громче. Потом она присела на песок рядом с курсантом и выдохнула, как после трудного предприятия.

- Мы договорились, - ответила она.

- Я не нашла брод, - сказала младшая. - Так что придется так переплывать. Я не боюсь. А вы?

- Ты только в ту сторону ходила. Предлагаю еще одну разведку, - сказал Алик.

Она легко согласилась, они отправились по берегу в другую сторону. Отойдя шагов на тридцать, младшая заявила:

- Думаешь, я попалась на твою хитрость. И без тебя знаю, что стоило оставить их одних.

- Тебя не проведешь. Как догадалась?

- Я почувствовала. Мне тоже интересно поговорить, но я еще не выбрала с кем. Ты, меня откуда знаешь? Меня большую.

- Мы потом познакомились?

- Ты инопланетянин?

- Нет.

- А галактика почему?

Она имела в виду эмблему Космофлота на его груди, единственный понятный ей знак на его форме.

- Ты космонавт?

- Да.

- Капитан?

- Да. А почему ты так подумала?

- С кем бы я точно стала дружить, так это с капитаном, - мечтательно сказала она.

Она была просто чудом. Алик не удержался.

- Ты тоже станешь капитаном.

- Я? Правда? - ее глазки загорелись азартом.

- Если очень сильно захочешь.

- А я как-то не думала об этом. Мне и на Земле дел хватает.

Алик опешил от такого заявления.

- И какие же дела? - без иронии, вполне серьезно спросил он.

- Да эти… Дыры… Нет… Трещины… Завихрения, которые я чувствую. Глазом моргнешь, и все пропадает. На дверь похоже. Когда дверь хлопает, идет сквозняк, только тут не воздух, а сила какая-то. Я у брата утащила учебник физики, но там ничего не написано. Что это? Ты знаешь?

- Дверь. Пожалуй, верно, дверь.

Это же Эл первой употребила такое название проходов между мирами. Как не назови: проход, дыра, портал - сплошные аллегории. Невозможно точно описать словами то, что нужно пережить.

- А куда они ведут? - спросила она.

- Я не прохожу в них, пройти можешь только ты, - ответил он.

- Я не успеваю.

- На это время нужно.

- Значит, я не псих, и с моей головой ничего не произошло, - заключила она. - Не хочу быть назойливой, собственно это единственный факт, который я хотела установить, поэтому спрашивать больше стану. Идем искать брод.

Две другие Эл сидели бок о бок. Средняя не спешила с вопросами, а Эл старшую больше волновала встреча с охраной границ. Они знали о договоре. Она вспомнила предупреждение старшего из охраны, на которого она напала.

- До конца дня ты должна, если не продлить договор, то найти способ его продлить, или получить подтверждение, что он будет возобновлен. Я не буду учтив. Ты применила силу, не пытаясь выяснить причин. Довольно было мелочи, чтобы ты показала свое подлинное обличие. Раз уж так случилось, мы пропустим вас, но не думайте, что станем терпеть ваше присутствие долго. В этом мире - вам не место.

- Исчезните, - строго сказала она.

- Мы не являемся плодом конкретно твоего воображения. Не ты вообразила нас, мы - стражи, мы будем стеречь вас до конца, не в твоих силах нас развеять.

- Тогда просто разойдемся, - предложила Эл.

На том они действительно разошлись.

Прекрасное утро, девочки, туман и даже Алик появились в этом пространстве по воле желания. Все что происходило - иллюзия. Она должна разгадать ребус заданный ею же самой.

- Интересно. Кто из нас вообразил болото? - ворчала она, выбирая дорогу посуше. - Точно не я.

Эл стала догадываться о причинах появления здесь. Временами ее занимали именно те образы, которые теперь стремительно возникали один за другим. Она изучала себя на видеограмме, вспоминала детство, период до переходов. Вспоминала с трудом, потому что, чем дальше были те дни, тем менее реальными они казались. Она когда-то выглядела обычным ребенком? Пусть через чур сообразительным для десяти лет, но зато она жила от души, она такой была когда-то. Четырнадцатилетняя Эл - самородок из ее прошлого. Ей стали понятны опасения старого Зенты. Действительно трудно было тогда угадать, куда двинется этот конгломерат сил. В схватке с охраной границ никто из них четверых не был более всех настроен на агрессивный отпор, чем Эл-подросток. Ее собственная выходка с кинжалом и угрозами была блефом, театром, рассчитанным на чуткого зрителя, совсем иное - действия средней, меч в руках ее младшего прототипа вполне мог бы найти жертву этим утром. Без сомнения.

Теперь сидя рядом с собой на берегу, под снова возникшим солнышком Эл старшая испытала желание говорить с самой собой. В отличии от Алика, она хорошо знала на какие темы стоит обратить внимание, а о каких не следует упоминать.

- Алик не стал разговаривать со мной, - сообщила другая.

- Правильно. Не его забота.

- Ты ведешь себя так, будто в твоей жизни ничего не происходит. Тебе стало милым спокойное существование?

- Успокойся, тебе до этих времен еще хватит забот.

- Я не рассчитываю на обычную жизнь.

- Ее не будет.

- Сколько тебе лет?

- Не знаю. Смотря откуда считать.

- Ага. Выходит, я так много странствовала, что со счета сбилась, - удовлетворенно сказала средняя.

Она ассоциировала себя со старшей и выказывала отстраненность от себя маленькой. Эл большая подметила этот нюанс.

- Кто из нас придумал как напасть на охрану? - спросила она. - Мне показалось, я слышала тебя.

Эл старшая отрицательно замотала головой.

- Полагаю, что было обоюдное, независимое решение. Признаюсь, что думала, как подросток.

- Ты знала о втором отряде?

- Нет.

- Как это? Ты не знала, что приближается помощь?

- Нет, - отрицательно замотала головой старшая Эл.

- Вот новость. И Алик, и я ощущали, что в тумане есть кто-то еще. Мы медленно действовали, поэтому второй отряд успел на помощь. Ты не чувствовала.

Эл старшая усмехнулась.

- Я теперь многого не чувствую. Не сочти это наказанием, уж поверь, в таком существовании добра больше.

- Я зря им угрожала? Я рассчитывала на тебя. Я думала, что мы победим, а ты просто договорилась. Они нас отпустили, - сокрушалась Эл-подросток.

- Не все схватки можно выиграть.

- Ты такого не говорила, а я такого не слышала, - возмутилась она. - Не спорю, что на счет всех сражений, но пытаться стоит всегда. На твоей стороне была удача и сила, чтобы они делали без командира?

- Забудь про атаку на стражей, они не твоя забота, - добавила в голос строгости старшая Эл. - Ты появилась тут не для того, чтобы участвовать в войне. У нас более существенные заботы.

- Не представляю какие, - заупрямилась другая.

- Каждая из нас очутилась тут в момент жизненного поворота, когда события никак не складываются с стройную схему. Фрагменты жизни, как раскиданная мозаика.

Эл средняя задумалась и про себя согласилась, поскольку азарт спорить пропал, она не призналась, что старшая права, признание озвучивать не требовалось, ей не хотелось думать, что она не права.

- У тебя есть, что мне сказать? - спросила она, надеясь уйти от дальнейшего обсуждения.

- Алик уже говорил тебе, и сама ты понимаешь, что рассказов о будущем не будет.

- Мы обе не помним, чтобы с нами случалось такое завихрение. Я не помню, чтобы маленькой оказывалась здесь. Следовательно, ты и я забудем все, едва окажемся каждая на прежнем месте.

Эл старшая молчала, поскольку формально аргумент был правильным, этой Эл нечего опасаться, но про себя она так утверждать не могла. Еще вернуться нужно.

- Что? Этот вопрос тебе не интересен? - тормошила ее курсант.

- Тебе не нравится твое будущее? - задала Эл встречный вопрос.

- А что я знаю о будущем? - с хитрым прищуром спросила другая Эл.

- Алик стал капитаном. А я в джинсах, - словно извиняясь, произнесла старшая.

Средняя смутилась, поняла намек.

- Да, признаюсь, что мне странно было увидеть себя такой. Он не просто капитан, для такого возраста звание большое. Он преуспеет больше, чем я? Ты же знаешь, что не ради тщеславия спрашиваю.

- И ради тщеславия тоже, - поправила Эл старшая. - Алик действительно будет талантливым капитаном, у него ум и задатки лидера.

- Он же боится отступать от правил.

Действительно, она права. Эту деталь время скрыло от нее. Старшая, потерла предплечья, словно согреваясь.

- А ты их не любишь. Та же крайность, - заметила она.

- Не люблю. Законы существуют, но у природы очень гибкий механизм, и то, что порой кажется противоречащим закону, на деле подтверждает его. Никто меня не переубедит.

О-о-о. Это была ее любимая аксиома в свое время. Одна из учебных работ была посвящена исключениям из правил. Возможно, ознакомившись с ее размышлениями и подбором фактов, да и манерой поведения в русле размышлений ее наставники в Академии сочли Эл заядлым индивидуалистом, наградили припиской к одиночным полетам. Она не пыталась понять, почему так вышло. Прошло время выяснять тонкости. Время показало, что клеймо было поставлено верно. Всю жизнь до этого момента она предпочитала действовать в одиночку, не прибегая к помощи посторонних, а скорее делясь заботами. Позже в обществе владыки она постигла мудрость, что каждое живое, наделенное волей существо должно само решать свои жизненные задачи и исполнять само свои желания, рождать устремления, иначе не будет индивидуального развития, даже, если ты располагаешь большими возможностями, их не всегда мудро предоставлять другим. Вот тебе и закон с правилами и исключениями. Права юная Эл по-своему и одновременно ошибается.

Эл старшая кивнула ей в знак согласия, на этом жизненном этапе она в праве так думать.

- Речь не об Алике. Его достижения почетные и честно заслуженные.

- А как же Игорь?

Она не могла не задать этот вопрос.

- Мы дружим по-прежнему. Он по-прежнему пишет музыку.

- Просто дружим, - уяснила она.

Кажется, известие принесло облегчение ее душе.

- Ты упала со скалы, - убежденно сказала старшая.

- Да. Вычислила.

В ответ другая кивнула.

- А ты откуда?

- Я из тех времен, когда миновали почти все сложности в моей жизни. Я довольна тем, что я есть.

- Ты путешествуешь?

- Нет.

- Нет? - возмутилась она. - А костюм?

- Он из прошлого.

- Он не похож ни на одну эпоху.

- Земную эпоху, - поправила старшая.

- Другая планета? Здорово. А, пожалуй, такое будущее более богато возможностями, чем обычное капитанское житье. Пожалуй, я не против такого будущего.

Интерес быстро потушил огонек тщеславия. Теперь снова был виден азарт в молодом существе, готовом на любые усилия ради будущих достижений. Она выберет Тобос.

- Без возраста. Без времени. Трудно?

- Очень.

- Отлично.

- Совет примешь?

- Конечно!

А Эл старшая подумала, что она откажется. Она не слишком точно помнит себя, ну за прошедшими событиями таких мелочей не видно.

- Никогда не позволяй своей силе преобладать над здравым смыслом. Если выбираешь уход, что не забудь позаботиться о том куда, и в какие отношения ты вернешься.

- Возвращаться обязательно? Столько может или могло произойти. Ты можешь изменить течение событий, но ты не хочешь. Я знаю, что не хочешь. Из-за Алика? Из-за него? Я заметила, как вы смотрите друг на друга и на меня.

Она сама наблюдала, сама догадалась, ей остался не большой жизненный шаг до того момента, когда она поймет, что старый друг превращается в существо более близкое и дорогое, только она не успеет оценить ценность нового качества. У старшей Эл заныло сердце, едва она представила тот промежуток времени, который они еще должны прожить, целую эпоху для нее и много мучительных лет для него. Как много! Искушение впервые посетило ее разум. Они могут быть вместе и насладиться взаимными чувствами любви, миновать ужас вражды и отчуждения, осознание потери дорогого существа. Если и были те, кого Эл могла ненавидеть, но и им бы она не пожелала такой участи. Вот уж верно, врагу не пожелаешь.

То, что она переживала, нельзя было назвать внутренней борьбой, на время она почувствовала то же, что Эл-курсант к Эл-ребенку - отчужденность. В эти минуты она не сопоставлял себя с ней абсолютно, и жалость на минуту сжала сердце, жалость к этому светлому пылкому юному воину, чей ум и меч готов к битве со злом, желание уберечь ее от страданий стало сильным. Она набрала в грудь воздуха и задержала дыхание.

К счастью слева появились две фигуры, Алика с маленькой Эл.

- Я не хочу ничего изменить, - себе самой сказала она.

- Мы не нашли брод! - издали кричала им младшая.

- Как я и предполагала переплывать мы будем тут, - сообщила курсант.

Она многое тогда "угадывала", информационный поток, в который она потом научиться входить, пока доступен ей подсознательно и безотчетно. Она действительно не столь тщеславна, чтобы приписать себе в заслугу обладание сверхспособностями, она знает о них мало, знает, что они потенциально существуют, но рассматривает их, как инструмент для контакта с миром, как врач, который не ставит себе в заслугу обладание медицинскими инструментами.

Обе поднялись и вошли в воду одновременно.

Алик окликнул.

- Эл! Сапоги!

Это были особенные сапоги, сидели на ногах плотно, воды не боялись, Эл жестом ответила, что помехи не будет.

Они плыли парами, старшая рядом со средней, а Алик по-рыцарски присматривал за младшей. На середине потока их подхватило течение, весьма сильное, усилия удвоились, слышалось над водой тяжелое дыхание, а потом каждый из четверки остался в одиночестве.

Эл старшая потеряла спутников из виду, течение отнесло ее ближе всех к противоположному берегу, она сочла, что догонять их по суше будет более разумно и менее всего отнимет сил. Однако, когда она выползла на узкий берег, встать сразу на ноги было трудно, ее возращение в воду не спасло бы спутников.

Туман еще кое-где был виден над водой, она наблюдала, как три головы торчат из движущегося потока, Алик был рядом с маленькой, а средняя Эл старалась подплыть к ним ближе, но и ее неумолимо относило к берегу, она перестала бороться, тогда поток снес ее прочь. За небольшим поворотом Эл старшая потеряла ее из виду.

С того берега течение не было видно и ощутимо, быть может, его не было вовсе, просто кто-то из четверки захотел острых ощущений.

Эл поднялась, она опять стала выглядеть иначе. Одежда стала четной, совершенно сухой. Метаморфоза вызвала внутри напряжение и неприятные чувства, связанные с этим костюмом.

- Не стоит ассоциировать себя с одеждой и увлекаться происходящим. Они не заблудятся, - послышался за спиной приятный и очень знакомый голос.

Она обернулась. Белая фигура на лошади вырастала из высокой, прибрежной травы, та самая, что была на тропе у башни. Конь фыркнул, Эл вздрогнула оттого, что звук оказался естественным. Вовсе не видение было передней. Складки одежды взметнулись вихрем, и наездница спешилась, она соскочила со спины коня легко.

- Ступай, дружище. - Она потерла морду коня, тот еще раз фыркнул и попятился.

Эл глядела в след удаляющейся лошади.

- Ты задаешься вопросом, чья это фантазия? - послышался вопрос и тут же прозвучал ответ. - Ты правильно рассудила. Все тут плоды воображаемой реальности каждого из вас. Кроме Алика.

- А он, чей плод воображения? - спросила в свою очередь Эл.

Она увидела знакомое лицо и не смогла сдержать улыбку. Перед ней будущее, цепочка продолжилась еще одним звеном. Одежда самой старшей из цепочки Эл выгодно отличалась от ее одежды. Эта была облачена в наряд похожий на тот, что Тиамит носил на острове. Он не был похож ни на один из тех платьев, что ей приходилось надевать в мирах ее отца, но был подобен тому, что Эл видела на портрете в тайной комнате, только не лиловый, а почти белый с молочными оттенками и другим орнаментом.

Она была еще молода, хотя, наблюдая особ вроде Милинды или Фьюлы, Эл не стала бы предполагать точный возраст, здесь речь может идти о годах или столетиях, не угадаешь.

- Алик, - повторила имя другая. Она посмотрела на свою младшую копию. - Вечный спутник.

Был слышен вздох, какой обычно издает человек, не решающийся высказать истинное положение вещей, чтобы не тревожить собеседника.

- Мне следует знать только то, что следует знать, - произнесла словесную формулу Эл в черном. - Что будет с остальными?

- Курсант уже выбралась на берег, у нее свои встречи, а еще двоим пока рано на этот берег. Одна маловата и приключений на ее веку будет достаточно, ну а Алику не все следует знать.

- Он всегда был для меня человеком, которому можно жизнь доверить. Разве не так?

- Жизни других, Эл, но не собственную. Для того призван Дмитрий.

- Ему пока не представилась такая возможность.

- Ты из тех времен, когда пыталась жить, как человек.

Улыбка озарила лицо Эл в белом. Как же она была красноречива, по ней так много можно было прочесть, и снисходительность, и добрую зависть, и сочувствие, и покровительство.

Она протянула руку, сделала жест, приглашая встать с ней рядом. Эл так и сделала.

- Не ломай голову над тем, что ты оказалась в неизвестном пространстве. Тому причиной я, - сказала она. - Это я захотела увидеть себя прежнюю. Образы из тех лет, которые кажутся самыми бестолковыми, но потому и ценными, когда мы учимся ждать своего часа, копим силы. Главное веру не потерять. Ты единственная из нас кому сейчас не приходится воевать, кто воевать не желает. И это верно. И о договоре не переживай, он будет еще заключен в самой неожиданной форме.

Взгляд и улыбка выразили удовлетворение, удовольствие. Рука в белом рукаве легла на плечо затянутое в черную ткань. Эл ощутила теплое дружеское объятие.

- Я рада себя видеть такой. И одежда эта тебе идет, нет в ней ничего постыдного, ничего дурного нет в том, чтобы служить своему миру или простому смертному, нуждающемуся в разумной помощи. Тебе нужно кое-что знать. Иди со мной.

До этого момента остатки тумана скрывали пространство перед ними, туман стал расступаться и, как в сказке, перед глазами проступали новые образы. Впереди был манящий красотой лес, а к его опушке вела широкая тропа. Конь недалеко щипал траву. Вся эта картинность походила на обман, у Эл в черном костюме побежали по спине мурашки.

- Не веришь? - с доброй иронией произнесла другая Эл. - Правильно. Антураж не существенен. Полагаю, наличие рядом красных скал менее тебя обеспокоило бы.

- Не нужно.

- Не любишь то место?

- Не то чтобы не люблю, оно действует на меня так, словно пришла пора исполнять обещания.

- Это место тоже имеет смысл. Не сочти меня назойливой, я должна поторопить тебя. Время существует даже тут.

Шла она, все же, не спеша, словно что-то мешало ей идти быстрее. Эл сначала наблюдала белую фигуру со спины, а потом поравнялась, вдруг она не любит взглядов в спину. Они молчали, когда вошли в лес, Эл насладилась запахами уходящего лета, особенной свежестью и даже уютом красивого места. Через плотно спутанные ветви кустарника, в которые упиралась тропа, был виден арочный проход. Им обеим пришлось склонить головы. Сказка продолжалась. За ветвями была спрятана резная дверь.

- Терем-теремок, он не низок не высок, он не близок, не далек.

В ответ на ее шутку прозвучал смех.

- Ты шутишь, когда попадаешь в полосу неизвестности. Этим мы с Дмитрием всегда отличались. Волнуешься?

- Еще бы. Я не воображала сказочных лесов, болот и башен. Что ждет меня за этой дверью?

- Всего лишь мирная беседа.

Комната была подобна лесу вокруг. Тонкие орнаменты, резная мебель, много света.

- Садись где-нибудь, - предложила Эл в белом.

Сели обе, позы оказались одинаковыми. Они улыбнулись друг другу.

- Как вы общались между собой? Те две Эл и ты?

- Младшая - просто прелесть. Постарше - натура сложная, зато очень вдохновляющая. А как она мечом размахивала! Стража настоящая?

- Настоящая. Предостережение было настоящим. Все что ты видела не совсем иллюзия. Я не знаю иного пространства, в котором ты можешь находиться безнаказанно. Вмешательство в земную жизнь чревато ответственностью. Ты заметила и оценила, в какие моменты застала двух младших Эл, но не определила свою точку поворота. Я объясню. Ты потратишь много сил на метания, а силы нужно беречь. Тебе нужно ясно ощутить себя либо землянином, либо носительницей сил другого мира. У земной цивилизации, как всех других существуют свои покровители, наставники, хранители истин. Местная структура отличается от той, что ты видела в мирах владыки. Я не боюсь сказать, что земные силы менее нуждаются в тебе, чем те миры, из которых ты сломя голову сбежала. Правильно сбежала, - предвосхитила она вопрос и продолжила со все той же доброй улыбкой, - иначе и быть не может. Ты не готова к тому, чтобы вступить в этот бешеный поток перемен. Ты мало знаешь.

- Я будто с Тиамитом разговариваю.

- Ты еще встретишь его.

- Здесь?

- Забудь пока.

Догадка превратилась в убежденность.

- Ты решила изменить прошлое?

- А верно все подмечают, я очень сообразительна. - Она покачала головой, то ли удовлетворенно, то ли насмешливо. - Да. Я хочу изменить прошлое. Я имею на это право.

- А как же договор?

- Договор. Такая малость, по сравнению с грядущими теперь событиями.

- Но что я должна изменить?

- Рецепта нет. В тебе уже достаточно мудрости, чтобы понять истину - история совершается здесь и сейчас. Каждое мгновение. Ты одна переплыла реку.

С каждым словом таяла между ними граница. Видеть себя в облике похожем на владычицу, в ореоле покоя и красоты было удивительно и тревожно. И этот взгляд, в котором читались чувства, навеял другое предположение.

- Миры погибли, - озвучила она догадку.

Она кивнула.

- Я узнала на днях. Не стану лукавить, угрызения совести меня не мучают. Но…

Она умолкла и до этого ясный и открытый взгляд стал виноватым, а потом она опустила веки.

Эл в черном ощутила резь в глазах, боль в груди словно ей сообщили о смерти близкого, картинки из прошлого замелькали перед глазами.

- Я выбрала Землю.

- Это я выбрала Землю. Ты пока еще командор Галактиса, беглая принцесса. Ты почти не отличаешься от курсанта. Вы обе не знаете сил, которые правят вами. Я выбрала иную жизнь. Она была плодотворной и более-менее счастливой. Долгой.

- Что мне выбрать?

Эл в черном подалась вперед, прищурилась, точно могла, сократив немного расстояние, увидеть ответ в лице собеседницы.

- Оставь за собой право свободы, - выдохнула белая Эл.

- Это означает стать странником.

- Возможно. Да один из путей именно этот.

- Но как?

- Найти другого странника.

- Один рыжий тут обретался поблизости, - усмехнулась Эл в черном и потрясла той рукой, которая недавно очень болела.

- С ним ты больше не увидишься. Он свою задачу выполнил. Ищи другого. Только не спеши. Судьба тебе сама подскажет. Тиамит очень мудро оставил следы. Делай, как он сказал. Ищи свое прошлое, его записи. А если встретишь странника и получишь его одобрение, то письмена в твоей книге сильно изменятся.

- Ну, какой из меня сейчас странник? Я не стремлюсь изучать дотошно жизнь, как было прежде, я устала от бродяжничества. Я не хочу обратно в миры.

- А тебе и не нужно туда. Тебе ни в коем случае нельзя становиться правителем миров, - особенное предостережение звучало в ее голосе. - По сей день меня не покидает удивление, когда я вспоминаю те времена. Как у меня хватило духу и упрямства устоять перед ним!

- Благодаря Алику, - убежденно сказала Эл в черном. - Любовь.

Встретив пристальный взгляд, она заключила, что будущее показало что-то иное, чем ее простое утверждение.

- Я совсем не помню момент, как вышло, что я сопоставила его и видение? - спросила Эл в белом.

- Ничего я не сопоставляла. Разница очевидна. Одно дело милое сердцу воображаемое существо, а реальный человек - это другое.

Эл искала в лице белого существа подтверждение или опровержение, но оно стало отчужденно бесстрастным. После краткого молчания она заметила.

- Ах, если бы только любовь… Или ты действительно убеждена в этом. Я действительно хочу понять, что двигало мной? Какое имя дать той силе? Алик? Так ли он важен? Ты помнишь лучше меня.

- Так ли он важен? Именно он изначально пытался вытащить меня из миров. Я умирала в объятиях этого образа. Пусть его облик принял сам владыка, но рядом с ним я захотела жить снова. Разве жизнь не показала, что мы предназначены друг другу? - горячо возразила Эл в черном.

Эл в белом молчала, опустила глаза. Сомнения заставили Эл в темном растеряться. Она смотрела с недоумением и беспомощностью на свой старший образ.

- Ты предполагаешь, что миры погибли из-за того, что я предпочла Алика?

Видимо ответ был из той области, которая должна остаться тайной, поэтому ответа не последовало. Эл в белом снова посмотрела на нее улыбающимся взглядом.

- Это только одна причина. Не могу утверждать, что ключевая, - ответила она. - От тебя не требуется им жертвовать. Сама судьба не способна на такую жестокость по отношению к нам. Поскольку любовь - единственная сила, которая питает твое желание жизни в эти годы, все прочее стало несущественным.

Эл в черном уверенным кивком согласилась.

- Замечательное было время, - сказала Эл в белом.

- И как решить мне эту дилемму? Как я могу помочь, не возвращаясь в миры, не присягая Совету Одиннадцати, тем паче что ни одного из них я в глаза не видела. Довольно неопределенная ситуация. Просвети меня, если возможно.

- Я не нарушу ничего, если поделюсь предположениями. Все чем я поделюсь - только предположения. Готова ли ты выслушать меня с такой оговоркой.

- Выслушать - пожалуйста, мне даже приятно, что я не получу наставлений.

Она засмеялась приятным смехом.

- Я говорю и о себе тоже. Хотя для меня нынешней эти предположения останутся не более, чем умозаключениями лишенными практической проверки. Тебе выпадет шанс их проверить на практике. Я имела один лишь опыт в познании истинной причины моего появления на свет. Результат так напугал меня, что я окончательно отказалась от повторных попыток узнать, зачем и как меня создали. Поэтому я решилась дать тебе подсказку. Вы сидели на берегу, и ты испытывала к младшей Эл те же чувства, что сейчас испытываю я. Ты смолчала. Смолчала верно, потому что эти пятьсот лет, на которые ты перенеслась вперед, стали истинным шагом к самой себе. Тиамит, как мог, скрывал твое месторасположение от владыки, потому что юная Эл легко стала бы добычей. Это личная жертва Тиамита позволила тебе вырасти в могучее существо готовое противостоять натиску мощной силы. Владыка - великая сущность, мудрая, мощная и одновременно страшная и роковая для своих владений. Миры погибли не из-за отсутствия владычицы, а из-за его страсти владеть ими безраздельно. Для миров существо по имени Эл является осколком могущества той, что им покровительствовала изначально. Ты и я то, что могло стать ключом к их спасению.

- Но как?

- Я не знаю. Я не искала путей. Я стала частью земного существования. А теперь жалею об этом.

- Как это все странно. Ты из глубины времен обращаешься ко мне, не имея представления о том, что следует делать.

- Ответ был заключен в той фразе, помнишь: найти свое место…

- Которое твое по праву, - повторила Эл в черном.

- И вернуть королю его трон. Эта аллегория, которую я сотню раз перекладывала на все лады, она подходила под столько жизненных ситуаций.

- И что оно означает?

- Все усилия, быть может, само предназначение нас с тобой в том, чтобы найти истинного правителя миров. Для этого и существует дар, переходы, трансформации в других существ, воинская сила и даже любовь. Тот владыка, которого ты знаешь, узурпировал власть в мирах, отобрал их у истинного владельца.

- Ха! Шутка ли? Такое возможно? Вопреки законам существования? - возмутилась Эл в черном.

- А кто до конца знает эти законы?

- Ты призываешь меня начать поиски? Где? Как?

- Начни с себя самой. Если ты сможешь найти свою историю, то, наверняка, она приведет тебя к тому таинственному персонажу. У Тиамита спросить нельзя, он действительно не помнит, он разрушил свою память, чтобы не дать тебя найти, - она говорила с убедительным пылом, в котором не было несдержанности, а была абсолютная убежденность.

- У меня сейчас пар из ушей повалит. Как я, не имея ничего, кроме человеческого облика, пусть даже со способностью проходить в другое пространство и время, смогу осуществить такую титаническую задачу? Как? Сил уже нет.

- Силы придут пропорционально поставленной задаче. Тебе стоит лишь захотеть и механизм включиться сам. Никто не ждет от тебя молниеносных подвигов. Все будет происходить медленно и может быть скучно. Лента времени не будет разматываться равномерно и не в прямом порядке. Как раз, наоборот - в обратном. В том и сложность, что до самого конца невозможно будет установить истину. Я не смогла. Я оставила попытки из-за невозможности собрать все воедино. Я так запуталась, что проще было бросить все и жить нормальной и понятной жизнью. Теперь я знаю, нужно дать событиям протекать с их скоростью. На это уйдут все силы и вся жизнь. Она будет в несколько раз короче, чем моя, зато будут оправданы усилия вех, кто пытался спасти положение. Тебе решать. Или ты станешь частью земной волны существования, или попытаешься спасти миры.

Эл в черном развела руками. Заявление так красноречиво, что дар речи пропал.

- Да. Понимаю, - посочувствовала Эл в белом. - Давай прогуляемся.

Они покинули чудесную "беседку". Кругом был чистый наполненный дыханием жизни лес, самый обычный, напоминающий леса средней полосы. Мысли Эл в черном не отвлеклись от обдумывания неимоверно трудной задачи, на окружающие красоты она не смотрела. Она помрачнела, как полагается человеку в такие моменты. Ощущая полную неготовность принять предложенный вариант жизни, она тяготела к белому спокойному образу красавицы Эл без возраста. Эта женщина рядом была красива и большую часть жизни бесстрастна.

- Сколько у меня времени? - наконец, спросила Эл в черном.

- До начала крушения лет десяток, я думаю. При некоторых усилиях ты сможешь оттянуть начало катастрофы на более долгий срок, - деловито ответила Эл в белом, словно стратегия ей была давно ясна.

- От меня процесс мало зависит. Окропить землю миров своей кровью, как герой из легенды. Так что ли?

- Нет, разумеется, нет. Не твоя задача спасать миры, найди того, кто способен на это. Ты хорошо усвоила прием самопожертвования, но для поисков он не подходит. Ты изначально выбрала себе путь спасателя. Он верен по сути, но не в той форме к какой ты привыкла. От тебя не требуется умирать ради достижения цели, напротив, ты обязана выжить, любым способом. Для этого тебе нужна наша старая команда и особенно Дмитрий.

- Ты второй раз упоминаешь его.

- Ваши судьбы тесно связаны, тесней, чем с кем-либо.

- А твоя?

- Я не отвечу.

Они продолжали молча шествовать, пока Эл не спросила.

- А куда мы идем?

- Я обнаружила способность замыкать некоторые круги событий. Один из них я хочу начать и замкнуть. Без твоей внушительной внешности мне не обойтись. Повидайся кое с кем. Это важно. Не спрашивай, ты догадаешься сама, едва все начнется.

Перед ними возник второй свод из крон кустарника.

- Иди одна.

Эл склонила голову и приготовилась толкнуть другую резную дверь, но за ветвями оказалась только темная дыра, проход в подземелье.

Холодок прошелся по телу. Эл знала закоулки именно этого подземелья. От напряжения рука потянулась к плечу, где не было меча в ножнах, дошедшее до рефлекса движение выдало ее готовность драться.

Она прошлась неслышными шагами по коридору к знакомой нише и увидела там бледную фигуру в серой одежде, голова была окутана бело-серой копной волос. Этот старик без сомнения был Тиамит времен заточения.

Эл присела перед ним на корточки. Он не мог ее увидеть, глаза были отчужденно пусты, как у безумца погруженного в грезы. Эл покачала головой, склонила ее на бок, она двигала глазами, поджимала губы, таким образом выдавая свое присутствие.

После безуспешных попыток она выпрямилась во весь рост, и тогда глаза смерили ее, а потом и голова чуть запрокинулась назад, чтобы увидеть лицо. Эл удержалась от прикосновения, оно могло быть опасным для пребывающего в постоянном трансе узника.

- Ты плод моего безумия? - прохрипел его голос.

Он говорил на древнем наречии, которое Эл изучала в десять лет, чтобы общаться с ним. Эл удивилась своей памяти и способности ответить ему теми же звуками древнего языка.

- Я едва ли более реальна, чем ты сам.

- Ты понимаешь язык. Имя назови, - хрипел он.

- Мое имя - Эл.

- Да. Будь ты иной, ты не ответила бы. Ты пришла за мной?

- Нет. Но я еще приду.

- Ты выросла такой. Как долго…

Он умолк, сил говорить не осталось.

- Я твое видение…

- Надежда, - уходя в бессильный шепот выговорил он и снова бесстрастно замер.

Эл выскользнула из наваждения, снова оказалась перед темной дырой, которую заботливо укрыла от ее глаз рука в белом рукаве.

- Тяжелое зрелище. - Рука заботливо, успокаивающе легла на плечо оцепеневшей Эл. - Не задумывалась до этих пор? Такова была плата за твою свободу.

Эл молчала, не двигалась.

- Будет что-нибудь еще? - спросила она с волнением в голосе.

Мягкие руки заставили ее повернуться, добрая улыбка ее собственного лица прогнала холод из души.

- Я еще хотела бы побыть с тобой. Мне остаются воспоминания, я хочу не просто вспомнить события, но и услышать мысли тех времен. Давай погуляем еще, а потом я открою тебе еще один секрет.

- А время? - спросила Эл в черном.

- Я помню о времени.

Прогулка была приятной, Эл вспомнила, говорила, что бросила Димку одного против хулиганов, как вылетела из строя во время полетов, как бросала карточки назначением в утилизатор, как спорила с Тиамитом, как Ольга и Игорь остались на острове. Ее собеседница слушала коротенькие зарисовки из обыденной жизни с удовольствием, внимательно, впитывая слова, как благословенную влагу.

- Мне кажется или ты действительно хочешь возвратиться в мои времена? - спросила Эл.

- Действительно хочу, - кивнула она и длинные пряди волос упали с плеч вперед, она откинула из легким жестом.

Потом разговор переключился на Нику, Алика, Курка, Лондера и здесь она уже не выказывала большого внимания. Она остановилась и Эл поняла, что пришло время услышать ее тайну.

- Ты помнишь о точках поворота? - спросила она.

- Конечно.

- И каковы они?

- Каждая из нас на пороге выбора, но он еще не представился.

- Так вот скоро он представится. До момента договора тебе лучше держаться подальше от Земли. Самое место - космос.

- А как же Александрия? - спросила Эл. - Ее не будет?

- Не могу этого сказать. Не потому что нельзя, а потому что момент перемены должен случиться вот-вот, как там пойдут события, я не могу представить.

- И что же тогда случилось?

- Рассел.

- Так! - Эл всплеснула руками. - Эта чертова экспедиция. Он улетел без меня.

- Ты отказалась сама, - уточнила она.

- Я уже отказалась, - встревожено произнесла Эл.

- Ты в двадцатом и время еще будет. Примерно месяц. Хочешь его спасти, советую ничем ни гнушаться. Утрата Курка отзовется большой болью и повлияет на всю твою жизнь. Вот так малое рождает большое, одна смерть переворачивает другую жизнь. Я не знала, как тебе сказать.

- Да я хоть сейчас.

- До конца дня. Эл, только береги себя.

- Река там? - Эл указала направление.

- Верно, но тебе нужно подняться выше. Там есть лодка, там же и курсант бродит, по дороге подберете еще двоих. Ты поймешь куда причалить. - Она остановила ее, взяв за рукав выше локтя. - Знала. Стоит мне сказать, и ты умчишься. Как бы мне хотелось еще побыть с тобой. Ты мне нравишься такой.

- А ты мне такой. Говорят, что нельзя встретиться с самим собой.

- Как заявила бы курсант: в любом законе найдутся исключения, подтверждающие этот закон.

Эл собралась уходить, но задержалась и спросила серьезно:

- А как же Алик? Он тут тоже, потому что связан с событиями?

Она кивнула.

- Что с нами будет?

- Я не знаю, если ты изменишь свой путь.

- Я хочу быть с ним рядом. Возможно ли это?

- Я не имею права…

Эл остановила ее жестом.

- Будущее покажет. Я не хочу уходить так сразу, словно получила что хотела, но и спешить нужно.

- Чего же хочется больше?

- Побыть тут еще. Я чувствую, что не все случилось.

- А утверждаешь, что силу утратила. Предчувствие, интуиция - вот что это. Ты правильно ощущаешь. Раз я пошла наперекор закону, то нужно идти до конца. Я покажу тебе один прием. Пройдем дальше, и не тревожься ни о чем.

Снова они шли бок о бок, молчали, слушали лес. В третий раз возник свод из ветвей. Белая вошла первой. Они вступили в зал, который Эл именовала храмом.

- Каждая ниша - это дверь, - пояснила она, когда обводила рукой пространство круглого зала с двенадцатью нишами.

- Я догадалась.

- Догадки мало. Ты не можешь ими воспользоваться.

- Я не пыталась даже.

- Они откроются тебе. Должны открываться по очереди. Не бойся приходить сюда, не бойся вглядываться в эти углубления, едва заметишь образ, значит, ты готова вступить туда или сам образ придет к тебе.

Эл слышала, что она говорит, одновременно ее внимание было приковано к новому предмету, который прежде отсутствовал в зале. По центру появился столб на постаменте из двух ступеней, совсем как в тех многофункциональных сооружениях, что она встречала в мирах неоднократно. Где-то на постаменте стояла статуя, где-то жертвенник, где-то геометрическая конструкция. Здесь навершие столба было пустым.

- Подойди, - посоветовала Эл в белом.

Она повиновалась, приблизилась. Высота была такой, что легко ладонь можно было положить на поверхность столба. Он был овальным в сечении, не круглым, материал прозрачный, но внутри просматривались грани, словно мастер гранил его изнутри, уловить в гранях порядок Эл не могла, пока они казались хаотичными. Она стала обходить эту короткую колонну вокруг, положила на нее ладонь совершенно рефлекторно. Столб полыхнул изнутри так ярко, что ослепил ее. Рука пылала вместе с поверхностью. Эл не почувствовала ничего кроме испуга, она резко отдернула руку, факел потух, колонна утратила внутренние грани и стала монолитным цилиндром, прозрачным как вода. В руке ощущалось приятное покалывание и легкость. Она опять потянулась пальцами к гладкой поверхности, сияние стало нарастать еще до того, как она прикоснулась к ней, а за плечом зазвучал приятный смех.

- Неутомимый исследователь, ты не думала пугаться, а мне показалось.

- Любопытство превыше страха, как поговаривал один наш общий знакомый.

- Тебе не повредит привлечь этого общего знакомого к поискам Рассела.

- Как же. Согласиться он.

- Ты убедительна, если захочешь.

- Что это? - спросила Эл в черном, имея в виду сияние.

Она то подносила пальцы к столбу, то отводила руку, играя вспышками света.

- Перестань, ты устанешь. Это просто твоя энергия, она идет изнутри. Странник причинил тебе боль, он мог знать, какой подарок ты получишь, а мог и не знать. Я по прошествии лет судить не берусь. Мне было довольно знать, что это подарок от той, которая меня создала. Им можно исцелять, производить поражающие воображение вещи, можно изучать его до бесконечности, только ни ума, ни познаний, ни мудрости, никаких иных благ обладание этим огнем не дает, ради соблюдения баланса сил им даже пользоваться лишний раз не стоит. Я не разгадала, что она имела в виду, отдавая такой дар, возможно, тебе в твоих поисках придет ответ. Я знаю наверняка, что на острове этот огонь имеет особенные качества, отличные от земных проявлений. А теперь посмотри в потолок.

Эл подняла глаза. Там был звездный купол.

- Найди Пегаса. От него BS8631 и BS8642. Где-то между ними.

- Да-а-а. Это очень маленькое расстояние во вселенском масштабе, - проворчала Эл.

- Только там есть клочок буферной зоны, где не велись поиски.

- Есть. Правда, с Земли его рассматривать - пустое дело.

- Там были последние следы Рассела и его группы. Где-то посередине.

- Все ж больше, чем ничего.

- Как ты сама догадываешься, поиски нужно вести помимо возможностей Космофлота, пиратскими методами и техникой. Экипаж поручи Алику. Не забивай голову, вам нужны военные люди, без особенных притязаний на исключительность землян.

- Без военных действий - никак?

- Те с кем ты столкнешься, понимают другой язык? Миролюбие уместно не в этом случае, тут уместно пресечь алчные устремления бывших союзников Нейбо. Припомни, кто объявил эру небывалой наживы?

- Я. Но чего ради, - многозначительно заявила Эл в черном.

В ответ Эл в белом одеянии дружески похлопала ее по плечу.

- Слово не воробей. Вот и пожнешь, что посеяла.

- Что за словарь пословиц! Ты знаешь ход событий?

- Я знаю свою ошибку.

- И в чем она?

- Ты догадаешься.

- А сказать нельзя?

- Нет.

Испытывая досаду Эл в черном опустила глаза, осмотрелась.

- А что станет с тобой, если я изменю ход истории.

- Я стану другой реальностью тебе уже не доступной.

- Ты попросту исчезнешь.

- Как вариант.

Она улыбнулась своей обескураживающей добротой улыбкой. Эл в черном всматривалась в нее. Так не хотелось отрывать глаз от столь притягательного и желанного образа. Она бы хотела стать именно такой. Тревога уже звала ее к действию, она согласилась все изменить, словно иного выбора не существует, но потерять эту возможность, также было жаль. Мучимая противоречиями она не сразу отозвалась на просьбу покинуть зал.

Потом были проводы у реки, к которой их вывела тропа.

- Мне отчаянно жаль уходить, - призналась Эл в черном.

- Ты увлеклась. Где же твой здравый смысл? Все здесь условная реальность, нужная лишь для того, чтобы направить твои силы в новое русло.

- А остальные? Они - иллюзия?

- Отчасти - да, отчасти - нет. Зависит от твоего отношения. Ты либо творишь ее осознанно, либо участвуешь в ней бессознательно. Ты способна творить свою и менять окружающее и окружающих. Да к примеру собственную одежду.

Эл снова стала такой, какой сюда попала.

- А жаль, - протянула она со вздохом, - сапоги не промокали.

Перед ней была текущая вода, слева к берегу прибило, откуда не возьмись, лодку с веслами. Эл стала развязывать кроссовки, потом закатывала штаны по колено. Услышав за плечом смех, она, не оборачиваясь, тоже улыбнулась.

- Это моя предусмотрительность, - сказала она.

Она бросила обувь на дно лодки. За спиной послышался вздох, на который она оглянулась.

- Я желаю тебе удачи,- произнесла ее белая копия.

Эл вздохнула в ответ и кивнула.

- Я не стану давать обещаний, слишком все странно. Пообещаю, а у самой духу не хватит.

- Сомневаешься?

- Как любой нормальный человек.

- Ты не человек, Эл, пора об этом вспомнить. Твое тело, как и прежде способно измениться до самой причудливой формы, это тоже дар.

- Но зачем менять тело? Меня устраивает то, что я вижу, - Эл лукаво улыбнулась себе другой.

- Скоро поймешь. Прощай. До сумерек тебе нужно всех собрать и добраться до стены.

Стало пасмурно, будто пространство отразило чувства обеих. "Совсем как на острове", - подумала Эл, корой предстоял путь назад.

- Садись к веслам, я толкну лодку, - предложила Эл в белом.

Она вошла в воду, замочив расшитый край платья. Другая Эл хотела было возразить, слишком хрупкой казалась белая Эл, без намека на прежнюю силу, но толчок оказался достаточным, чтобы днище сошло с мели на глубину. Эл в белом напутственно кивнула ей, другая повторила в точности прощальный кивок.

Берег удалялся, его опять стало застилась туманной дымкой, но уже не утренней, а осенней, навевающей печаль и размышления.

Глава 3

Весла с мягким плеском разрезали воду, а в ушах у Эл звучали отголоски ее собственного голоса. Ей много раз говорили, что произносимые ею звуки спокойной речи завораживали слушателей, правда лишь с том случае, когда она говорила ровным, спокойным и убежденным тоном. Последняя встреча, а она действительно последняя в череде событий, так она чувствовала, перевернула ее сознание. Шутка ли услышать напутствие от самой себя. Перспектива вернуться в миры, столько не желанная казалась пугающей, как возвращение на каторгу. С тяжелым сердцем Эл думала о Расселе. Решимость наполнила душу, появилось нервное ожидание конца ровной жизни. Совсем недавно Эл рассуждала: что бы такое могло заставить ее сдвинуться с места? Она перебирала варианты событий, много вариантов, при которых она вернулась бы в миры или в космос. И не находила ни единой наиболее веской причины. Все причины казались ей надуманными. Война? Очередная? Опять? Нет. Отчаянная просьба о помощи? Возможно, но прежде она послала бы просителя поискать другой доступный способ. Путешествие во времени, эта странная затея существ из другой культуры? Даже здесь Эл испытывала неуверенность, сомневалась, что ее участие так уж обязательно.

И вот - Рассел. Едва ли она помчалась бы сама его спасать. Лезть в буферную зону, к пиратам, где она сама представляла ценность куда большую, чем Курк со всем экипажем вместе взятые, - смерти подобно. Однако, решимость не казалась безумством, а возникший план выглядел стройным. Все переменилось за мгновения, а с очередным плеском весел, напоминавшим голос старшей Эл, росла ее уверенность в успехе.

- Эй!

Оклик с берега возвестил о первой находке. Курсант энергично махала ей. Она стояла в высокой траве по пояс. Эл развернула лодку, чтобы причалить, а та, нетерпеливо подскакивая над травой, помчалась к ней.

- Черт побери! Я вас потеряла всех.

Она не дала лодке причалить, оттолкнула ее от берега и ловко вскочила на дно, она балансировала на качающейся поверхности, а потом села напротив.

- У тебя опять старая одежда, - заметила она.

- Пора возвращаться.

- Ты знаешь как?

- Узнала.

- Добежать обратно до стены? Если получиться миновать охрану.

- А мы постараемся.

- Вдвоем? А как же Алик и маленькая. Их отнесло течением. Я была на обоих берегах, я раза три переплыла эту реку, чтобы их найти

Течение подхватило лодку, Эл подняла весла.

- Уже скоро, - сказала она.

Она посмотрела на курсанта, утомленная поисками она притихла, кажется, доверилась этому течению, как старшая, смирилась, наконец, что не в ее власти управлять все этим пространством. Она не спрашивала, что делала Эл на другом берегу. Получив свои уроки, они поняли, что делиться опытом бессмысленно, задачи у них разные.

- Неужели смысл все этой метаморфозы лишь в том, чтобы посмотреть на себя со стороны, - заключила она. - Хотя как можно посмотреть? Ты старше, маленькая еще ничего не видела. В чем смысл?

- А тебе хотелось бы что-то изменить до сегодняшнего дня? - спросила старшая Эл.

- Мне некогда было думать об этом.

- Подумай теперь.

Она задумалась, с той сосредоточенностью в лице, над которой подсмеивался Димка, сравнивая Эл с умным ежиком.

Эл старшая время от времени правила веслами, чтобы лодка не крутилась в потоке воды, других движений она не делала, чтобы не прервать размышлений.

- Мы получили шанс, что-то изменить? Тогда нас не станет, если младшая, что-то изменит, а тебя не будет в таком виде, если я что-то изменю.

- Не совсем точно. Если я что-то захочу изменить, то должна побудить тебя, а ты можешь повлиять на младшую.

- На нее уже Алик влияет. Ты уверена, что он ей что-нибудь не присоветует.

- Он осторожный малый, - улыбнулась в ответ старшая Эл. - Ты не очень доверяешь ему.

- Я? - она нахмурилась. - Алик хороший друг. Он выручал нас неоднократно, Димка учиться ему благодаря. Но я… Я не уверена, что он способен на ошеломительные поступки. Это его стремление всегда держаться в рамках меня просто раздражает иногда.

- А мне всегда чудилось, что я избавлена от комплекса собственной исключительности, - усмехнулась старшая Эл. - Спасибо, что открыла мне глаза.

- И ты мне тоже.

- Все так неприглядно?

- Ты. Ты аморфная какая-то, разве так реагирует существо, достигшее некоей высоты развития. У меня впечатление, что ты хочешь казаться ниже, чем ты есть. Почему ты прикидываешься сереньким человечком? Что такого хорошего в обыденной жизни?

- О-у, да у нас бунт на корабле? Сколько эмоций сразу.

- Неужели я сломаюсь?

Взгляд курсанта стал вопросительно-растерянным.

- Не один раз, - сурово сказала старшая. - Ставинский был прав на счет моей самоуверенности, наблюдаю за тобой и соглашаюсь. Нотации мне читать несложно, особенно если учесть, что ничего ты еще не сделала такого, что сделала я. Но это придет.

- У меня желание надолго оттянуть тот период, когда меня потянет на покой, - фыркнула курсант.

- Из того, что я знаю - ждать не долго. Хм, знаешь, не будь ты мной, я бы отшлепала тебя, но так и быть припомню, что все, что сейчас было, происходит от недостатка жизненного опыта. Ничего я менять не стану. Твое будущее останется таким, каким оно было для меня.

Курсант насупилась, свела брови и зыкнула угольками глаз на Эл у весел.

"Точно, звереныш", - подумала Эл старшая. В ней уже бушевала сила, которая рушила материю, меняла ее тело, портила приборы, толкала ее на безрассудную отвагу и самопожертвование. Разве можно прервать это течение мощи! Пусть развивается. Из этого родиться великая.

Взгляд старшей остудил пыл курсанта. В этих глазах она прочла соучастие, интерес, ни на миг раздражения, хотя предупредительная речь в ответ на ее выпад, могла показаться гневом. Нет. Эта Эл смотрела с достоинством, открыто. Она знала все. Уже знала.

Тряхнув кудряшками, курсант пробормотала:

- Извини.

Она склонила голову, словно демонстрируя покорность.

Лодку резко развернуло, и старшая Эл первой заметила причал. Не потребовалось усилий, чтобы пристать. Еще минута. Лодка коснулась пристани, и обе Эл выскочили из нее.

- Они должны быть на этом берегу, - сказала старшая.

- Дорога, - удивленно сказала курсант, указывая на песчаные колеи, ведущие прочь от берега.

- Нам не придется метаться по болоту, - отозвалась старшая.

- Но на дороге нас лучше всего видно, нас проще поймать.

- Нас уже ловили сегодня. А к стене, наверняка, более короткого пути просто нет.

Дорога сворачивала несколько раз. Вдали показалась башня, по виду та самая, из которой вытащили одну из Эл.

- Я не видела дороги. Тут подвох, - засомневалась она.

- Башня другая, - предположила Эл старшая. - Мы ее не минуем все равно.

Вечер сменял свет дня, они спешно дошли до башни, еще издали, заслышав шум голосов. Она была обитаема.

Они легли в траву.

- Нужно разведать, - предложила старшая.

- А если стража?

- Мы утром договорились.

- Вот так и попалась я в прошлый раз, с утра мило общались, потом заперли, - засомневалась курсант.

- Ты здесь дольше, чем сутки?

Эл старшая припомнила, что было утро и башня, за беседой с последним персонажем она утратила связь с утренними событиями, будущее захватило ее. Во всем было столько неопределенности, простых до банальности событий, но они легко затушевали в ее сознании утро и тех, кто попался ей на пути. Они - ключевые фигуры и не расстанутся до той поры, пока не решиться некий вопрос ставший причиной встречи, исключительной с точки зрения законов мироздания.

- Почему ты оказалась в башне?

- Почему именно теперь тебя интересует этот факт?

- Потому что мы одни, впереди еще одна башня. Глупо попадаться в одну и туже ловушку. Что происходило до нашей встречи?

- Я думала, меня швырнуло назад. Знаешь, как бывает, не плавная волна, а бросок. В детстве такое было один раз, в самый первый раз, при возвращении назад. Естественно, до встречи с вами, я и предположить не могла, что происходит. Я исследовала поле до стены, потом нашла дорогу к реке, потом встретила всадников. Мы вежливо побеседовали, мне предложили передохнуть. Клянусь, что башен я не видела. Вдруг одна возникла и оказалась одной из цепи охранных башен. Я вошла вместе с воинами внутрь и больше я ничего не помню. Очнулась взаперти, дверь исчезла, выхода нет, одно окно высоко над землей. Я не уверена была ли здесь ночь. Были утро и туман. Шум. Кто-то проехал мимо башни или не далеко. Я высунулась посмотреть, но в тумане я даже вас не разглядела. Только когда вы стали разговаривать у стены, я поняла, что не послышалось.

- Что ты подумала, когда увидела нас?

- Что я вляпалась во что-то большее, чем прошлое. Маленькая и ты, и Алик посредине - неохватное поле для фантазии. Я догадалась, что мы все - ключевые фигуры. В чем еще может быть здесь смысл, только в том, чтобы изменить направление нашего мышления. Все события в жизни происходят ради переосмысления, особенно такие. Я не удивилась, с такими завихрениями как мои, могло, что угодно произойти. У Тома много заметок на такой случай, буквально накануне я немного читала о такого рода путешествиях, правда они чисто мифологические, походящие на выдумку. Но мы-то с тобой знаем, что обычный человеческий ум не может что-то придумать сам, он черпает из прошлого. Подлинные факты обрастают надуманными выводами, пересказываются на разные лады и рождается легенда. Вся шелуха слетит, если слышать между слов и читать между строк.

- Почему ты об этом думала?

- Потому что этот урок Тома важен, я буду контактировать с другими цивилизациями, во всяком случае хотела, до этого момента, а в таких контактах подлинная суть заключена в чистоте восприятия, в отрыве от стереотипов. В древности так воспитывали учеников, чтобы сдвинуть сознание человека ставили лицом к лицу с парадоксами разного уровня. Наша встреча - подобный парадокс. Пример для учебника по аналитике.

- Твой ум остро воспринимает реальность. Мне интересен твой анализ. Если мы пойдем к башне, вдруг опять не сможем поговорить. Обсудим?

Она начала открываться для беседы. Прежде ей было интересно изучать. Первый этап накопления информации прошел. Она приступила к анализу и готова была делиться выводами. Эл было важно слышать ее мнение.

- Даже если нас поймают, мы все равно отобьемся, - с насмешкой ответила она. - Скоро стемнеет, нам сложно будет ориентироваться в темноте, но я надеюсь на свои ощущения, а ты должна знать, как выбраться.

- Нужно перелезть обратно за стену. Вот не знаю всем вместе или поодиночке.

- Как попали, так и уходить будем.

- Я не помню этих записок Тома. О чем ты читала?

- Я не знаю, к какой именно культуре это относиться. Там было название места - Трион, что-то наподобие места возобновления обетов, встречи с собой. Не уверена, что это физическое место, полагаю, человека вводили в транс, он видел образы подобные тем, что видим теперь мы. Там описывались участники, препятствия к достижению познания, хранители, подсказчики, стража. Наш случай похож. Башня, что перед нами существует вне стены. Зачем так строить? Башня - это граница между стеной и рекой. С точки зрения фортификации - это нонсенс. Стена сама по себе - граница и залезть на нее с этой стороны очень тяжело, я трижды сползла на пузе, прежде чем отказалась от затеи перебраться через нее. И какой смысл имеет Алик? Почему ни Димка, Оля, Игорь?

- Вечный спутник, - повторила Эл.

- Точно. Я уже устала на него натыкаться. Он ревнует меня к Игорю. Это нелепо, если учесть, что сам он не стремится оказывать знаки внимания. Как его понять? Впрочем, это я о другом Алике. В этом новом что-то есть. Вот чего ему не хватает, так это хорошей доли мальчишества.

- Эт точно, - согласилась старшая. - Не могу не согласиться. Его с лихвой компенсирует Дмитрий.

- Так и остался шалопаем?

- Временами.

Она улыбалась, вздохнула.

- Очень хотела однажды увидеть себя взрослой. Я мучалась тем, что могла совершить ошибку, отправляясь в будущее, мальчишек притащила. Верить ли мне этой реальности? По сути, не важно, кто чего достиг, важно, что ты не хочешь менять свое прошлое, а значит, в оставшемся пути у меня своя задача.

- Ты умеешь много, например, можешь вывести нас к стене впотьмах.

- Я могу, а ты - нет. Почему?

- Способности - не цель, ими можно пожертвовать на определенном этапе жизни.

- А чем тогда нельзя?

Прямолинейный, правильный вопрос подростка вызвал улыбку старшей Эл.

- Другими ради достижения собственной цели, особенно друзьями.

- Так просто? Я ждала развернутых комментариев.

- Я же не любила воспитательных речей, помниться. Я в башню, а ты жди здесь.

- Почему ты?

- Ты там уже сидела, теперь моя очередь, - пошутила Эл и поднялась из травы.

- Ты не ответила на вопрос, зачем сказала очевидную фразу?

- Потому что это правда. Свисни, если заметишь опасность.

Эл приблизилась к башне с той стороны, где не заметила окон. Утром, в тумане тело башни казалось огромным, теперь ей не составило труда быстро обойти периметр и найти вход. Петли двери были отлично смазаны, Эл скользнула в щель дверного проема, не издав лишнего звука. Вправо наверх уходила лестница, а левее был арочный проход в помещение нижнего этажа. Эл облегченно выдохнула, расслышав звучный детский голосок маленькой Эл и низкие нотки голоса Алика. На всякий случай Эл заглянула туда, откуда шли голоса, на секунду выглянув из-за края дверного проема. Они были в компании охраны. Эл решала пленники они или нет, когда кралась по лестнице наверх. Наверху был еще один проем, в который Эл выглянула наружу. Снизу слышались голоса. Они весело общались, послышался смех, они были свободны, но охрана сидела так, чтобы отрезать их от двери при необходимости. Она добралась до верхней площадки, убедилась, что она пуста и выглянула в единственное окно, - из которого открывался вид на стену. Высоты башни не хватило, чтобы увидеть пространство за стеной. Эл оставила площадку, дошла до узкого окна, которое вело не наружу, а внутрь того помещения, где сидели люди. Просунув туда голову, Эл могла рассмотреть сцену внизу. Голоса были приглушенными, разговор прерывался. Никто не поднял головы вверх, а потому Эл безбоязненно следила за тем, что происходило внизу. Она мысленно призывала Алика посмотреть вверх, но он не ощущал призыва, она позвала маленькую и девочка тут же подняла глаза вверх. Сделала она это ловко, словно потягиваясь, зевая, запрокинула голову и увидела знак, подаваемый старшей. Она сделала еще несколько потягиваний и пальцами рук дала понять, что видит и понимает ее. Эл похвалила собственную сообразительность.

Маленькая тем временем заерзала, шепнула Алику на ухо что-то.

- Мне нужно в туалет, - заявила она смущенно.

Ее вывел один из стражей. Старшая Эл успела спуститься и выскочить из башни. Страж был схвачен, обездвижен и прижат к земле. Пошло несколько секунд и в дверях возник Алик. Вдвоем они запихнули стража обратно, а потом навалились на дверь.

- Бегите к стене, - скомандовала старшая Эл. - Бегите со всех ног. Нас не ждите.

На шум прибежала курсант.

- Помоги ей, - попросила Эл старшая.

- Сделаю, капитан, - с торжеством в голосе ответила та, выказав особым тоном удовлетворение и уважение старшей Эл.

Стражи рвались наружу, напирали.

- Отпускаем, - скомандовал Алик.

Они отскочили от двери.

- Беги к стене, - настойчиво произнес он.

- Ты первый. Просто беги. Если вернешься первым, спасай Рассела. Он в беде. Давай! У меня с ними особые отношения.

Алик помчался следом за младшими Эл. Стражи вылетели из башни, дверь едва с петель не слетела от удара.

- Мы же договаривались, - возмутилась Эл, приняв оборонительную позу.

- У нас приказ оставить тебя здесь, - твердо прозвучал ответ.

- Нет уж, спасибо за гостеприимство. Догоняйте.

Она помчалась к стене, слыша шум погони за спиной. Она бежала не оборачиваясь, не думая о болоте и высокой траве.

Алик достиг стены первым, маленькая и средняя Эл примчались к ней позже. Он подхватил младшую и подбросил вверх.

- Цепляйся и лезь, - сказал он, переводя дыхание.

- Я подстрахую ее, - сказала курсант. - Лезь сам. Главное верить, что стену можно преодолеть.

Она кинулась на стену, ей помощи не потребовалось. Алик замер внизу, прислушался. Он слышал шум погони, сумерки были уже такими густыми, что фигур не было видно. Ему чудилось, что за спиной слышен шум сотни шагов и бряцание конской сбруи, голоса, что сообщают друг другу к какой цели нужно идти. Отыскать там Эл было невозможно. Он понял, что если не начнет подъем при таком освещении, то шанса уйти вообще не останется, вслепую в полной темноте возврат казался невозможным.

- Давай же! - раздалось сверху. - Она должна быть последней. Каждый уходит сам!

Глава 4

Эл очнулась на пустыре за бетонным ограждением. Ум был ясным, от сна или видения он не проясняется столь резко. Шум погони превратился в шум города. Через бетонный забор перелезал Дмитрий. Он спрыгнул рядом, склонился.

- Ушибла что-нибудь? Чего сидишь? Нужно исчезать.

Он потянул Эл за рукав вверх. Она поднялась, ощущая тяжесть в мышцах, будто действительно только что бежала со всех ног. Бег продолжился через пустырь, через дыру в заборе и еще два квартала в сторону дома.

На безопасном расстоянии от места событий Дмитрий остановился, чтобы отдышаться.

- Я думала тебе физиономию без меня разобьют, - собираясь извинится, заговорила она.

- Коне-е-ечно. Так я и позволил, - протянул Дмитрий.

- Их было много.

- Хм. Ты откуда, командор? - он нагнулся, чтобы его глаза оказались на одном уровне с глазами Эл. - Со стены упала? Случилось что-то?

- Рассел в беду попал, - произнесла Эл, вспоминая события "за стеной".

- Как узнала?

Дмитрий насторожился. Стычка длилась минуту или чуть больше, а Эл, как с Луны свалилась. Известие о Курке она получила, перелезая через стену? По взгляду он догадался, что объяснения запутают дело.

- Пошли будить старшего братца. Домой ты попадешь не сегодня, - заключил он.

Алик мирно спал на диване, там же где заснул. Дмитрий набрал в грудь воздуха, чтобы громко объявить побудку. Эл прикрыла ему рот рукой.

- Чай сделай, я сама разбужу.

- Так мы торопимся, - напомнил Дмитрий.

- Надо подумать.

Эл смотрела в лицо Алику, потом тронула за щеку. Он вздрогнул и проснулся. Пробуждение стало приятным, когда он увидел ее и улыбнулся.

- Доброе утро.

- Что тебе снилось? - спросила она.

- Не помню. Не ставил такой цели. Что-то хорошее.

Он потянулся. Для Эл его ленивое потягивание казалось фальшью. Они недавно удирали по полю, воспоминание еще живо. Быть не может, чтобы там не было его.

- Ничего важного? - переспросила она.

- А что сегодня день особенный? Ты выглядишь странно. Что произошло?

- Рассел пропал, - сказала Эл.

Она смутилась, потому что говорить о видении в эту минуту означало запутать ситуацию. Вопрос был предсказуем.

Алик стал потирать руки, потом стал тереть пальцами лицо, так он делал каждый раз, когда нужно быстро очнуться ото сна.

- Откуда знаешь?

- Есть источник, - неопределенно ответила Эл и отказалась от идеи поведать обоим о том, что пережила.

- Законный?

- Вполне.

- Сейчас оденусь.

Эл зашла в другую комнату села в кресло, где провела ночь, но времени подумать ей не представилось. Дмитрий и Алик заглянули в проем двери.

- Я рад, что планы изменились. Мне приятней искать Рассела, чем гоняться за неизвестными науке артефактами, - высказался Дмитрий.

- Я предпочел бы артефакты, - возразил Алик. - Как давно пришло известие, почему ты не сказала сразу? Наш вечерний разговор теряет смысл.

- Я получила известие особым способом. У меня было видение, - призналась Эл.

- Эл, - Алик поднял брови и недоверчиво посмотрел на нее, - ты уверена? Это твой вполне законный источник?

- У вас есть право законно вернуться в будущее? - спросила она.

- У меня есть, - ответил Алик. - Если потребуется я вызову и Димку. Эл, как ты объяснишь набор экипажа? Видением? Если вдруг выясниться, что связь с ними есть, что никто не пропадал? Тебе одна дорога отсюда - на остров. Что нужно сделать? Мы соберем кого нужно.

- Нет. Я сама. Нужно подумать. Можете час не беспокоить меня.

Дмитрий тут же исчез и вернулся уже с большой кружкой чая и бутербродами.

- Помогает думать, - намекнул он, косясь на завтрак.

Эл с благодарностью покивала обоим.

Через час они снова заглянули к ней. Кружка была пуста, завтрак съеден. Она исчезла.

- Хоть бы предупредила, - проворчал Дмитрий. - Куда нам деваться?

- Рискну, возьму тебя с собой, - сказал Алик, выныривая из своей задумчивости.

- А как она дверь открыла?

- Откуда я знаю, - равнодушно ответил Алик.

Часть 3

Пропавший рейс