/ Language: Русский / Genre:sf_fantasy,

Крылья дракона

Надежда Журавлева

Это начало истории о войне Повелителей Небес. В незапамятные времена величайшие маги создали школу для обучения высших оборотней. Школу, намертво связанную с двумя различными мирами — Землей и Неларном. В нее и попадает обыкновенная человеческая девушка Виктория Чайкова. Увы, учеба получается очень недолгой…

Журавлева Надежда

Крылья дракона

Пролог

Мало кто даже из самых мудрых и сильных обитателей Неларна знал его имя. Настоящее имя, то, что дали при рождении. Его называли по-разному. Кто-то звал его Темным, кто-то именовал Даром Демонов. Пожалуй, это имя было ближе всего к правде, ибо Дар его шел не от самого мага, а от его хозяина. Но эти имена канули в неизвестность, потерялись в хаосе прошедших лет. В эльфийские летописи он вошел как Тедаар Ш'эдан, что на даране значит «Проклятье Демона»

Он казался еще совсем молодым. Лет двадцать-тридцать, не больше. Многих вводили в заблуждение его спокойные глаза цвета стали, спокойствие которых, казалось, не возможно было нарушить и насмешливая полуулыбка, изредка возникающая на губах. Он казался сильным и гордым львом, но на самом деле в его душе скрывалась ядовитая змея.

Он был магом. Сильным, одним из лучших. Если бы не его Орден, он стал бы Главой Аэкта. У архимагов его уровня всегда есть ученики. Этот негласный закон не нарушал пока никто. Кроме членов его Ордена, которые практически никогда не имели учеников.

Орден Сумерек, Орден Sailistium, Орден Убийц. Самый таинственный и непонятный Орден Аэкта. Даже Орден Ночи не вызывает столько отторжения среди обитателей Неларна, не исключая и магических созданий. Магов, носящие браслеты с дымчатым, словно туча, камнем, не ждал теплый прием ни в одном городе, принадлежи он людям, эльфам, одавам или драконам. По всем землям шла дурная слава этого Ордена, за свое недолгое существование успевшего стяжать законное звание Убийц.

— Кейн.

Маг поднял голову от толстого фолианта, лежавшего перед ним, и посмотрел в специально заговоренную чашу, до краев наполненную водой. Спокойная прозрачная вода помутнела, закружилась в водовороте, успокоилась. На мага взглянули ярко-багровые драконьи глаза.

— Кристалл, — спокойным ледяным голосом сказал тот, кого назвали Кейном. Его настоящим именем. — Желаю тебе долгих лет полета, и пусть будут крепки твои крылья.

— Тебе того же, — откликнулась драконица.

— Все готово?

— Да. Я славно поохотилась. Давно не охотилась на столь шуструю добычу…. Он успел даже что-то сообразить и помчался к Пику как стрела. Я еле успела его схватить. Встречаемся там же?

— Да. Надеюсь, он еще жив? Труп мне не нужен, — все так же спокойно заметил маг, однако Кристалл заметила, как он вращает браслет, усеянный крупными дымчатыми камнями. Все-таки для этого мага добыча драконицы имела огромное значение…

— Не беспокойся. Жив, — коротко хохотнула Кристалл. — Поцарапан, и довольно сильно, но для тебя это значения ведь не имеет? Если магией помочь, то денек-два протянет точно. Кстати, тебе ведь с кровавником нужен был?

— Да. Если это простой, то мне не будет от него никакой пользы. Лишь разрыв кровавника с хозяином даст необходимую Силу.

— Надеюсь, наш договор в силе?

— Да. Ты получишь то, что требуешь. — И Дар Демонов разорвал связь.

Кристалл еще долго смотрела на гладко отполированный кусок обсидиана, заменявший ей Чашу Переговоров, потом хмыкнула и взглянула на свою добычу. Добыча висела на стене, прикованная магическими цепями — гордостью Кристалл. Лишь она могла создать столь крепкие узы, сотканные, казалось, из черного огня. Такие узы могли держать жертву вечность… но в этот раз такого и не требуется.

— Предательница! Отступница!

Голос жертвы заставил драконицу вздрогнуть. Хриплый от боли, жажды и перенесенных страданий, он все-таки жалил той правдой, что содержалась в этих словах. Отступница. Предательница, Принявшая Темное Пламя. С позором изгнанная из Рода драконов. У нее не осталось даже настоящего имени, лишь прозвище, что дал ей этот маг…

Воспоминания причиняли боль. С трудом отогнав их, Кристалл подошла к своей добыче и нанесла короткий, но сильный удар по голове. Жертва даже не успела вскрикнуть, лишившись сознания.

— Я могла бы убить тебя, — произнесла драконица, обращаясь к бесчувственной добыче. — Убить очень жестоко, заставляя тебя умирать от боли множество часов, а то и дней. Ты это заслужил. Никто не имеет права напоминать мне о моем прошлом. Особенно ты, подделка под Повелителей Стихий, не достойная жить. Но я не стану этого делать. Потому что ни одна боль, что причиню тебе я, не сравнится с той, которую подарит тебе маг Ордена Сейлистум…

Кейн неторопливо шагал по пустынным шахтам Серебряной горы. Виверны, в последнее время занявшие эту гору, его не беспокоили. Даже эти полуразумные создания, жалкие пародии на драконов, как считали сами Повелители Стихий, понимали, что связываться с магом опасно.

Серебряная гора… Давно уже здесь нет ни серебра, ни гномов, его добывавших, а название осталось. Хотя сам Кейн назвал бы эту гору Аеf'etti — Пустынной'на даране. Ни один народ не нуждается в этой горе, расположенной на самом юге Алара. Лишь одичавшие виверны свили гнезда на ее вершине.

Маг шел уже долго. Он зашел уже в те глубины, куда не отваживались входить даже гномы, которые проложили здесь большинство шахт. Но не все. Часть тоннелей была гораздо древнее и существовала еще до времен Прихода. За то время, пока маг шел по коридору, он не раз замечал смутные тени, скользившие у стен, несколько раз чувствовал чужой разум, вторгающийся в самую душу Кейна и отступающий, получив достойный отпор. Даже горный дух не желает встретиться с магом уровня Дара Демонов. Существа, имею-щие тело, также не спешили вступать в схватку, но здесь их удерживала рука хозяина. Хозяина, который не хочет, чтобы псы разорвали его слугу.

Несколько лет назад молодой маг Кейн, позорно проигравший на дуэли, сбежал на Эат — один из материков Неларна. О нем ничего не было слышно более двух лет. Все решили, что он погиб. Но он вернулся, вернулся, обладая огромной магической мощью и браслетом мага Сумерек. День своего возвращения он отметил тем, что нашел и убил того, кому проиграл. Его хозяин требовал кровь, и маг дал ее, сколько мог дать тогда. Но теперь он отдаст свой долг с лихвой. Пожалуй, хозяин будет даже должен ему!

Наконец маг вошел в небольшую пещеру, одну из самых глубинных в этой горе. Пожалуй, нужно считать чудом, что ее не затопило или, не обрушился потолок.

У дальней стены маг увидел довольно молодую еще драконицу с чешуей чернее агата. Она лежала, прикрыв рубиновые глаза и, похоже, дремала. Но стоило магу пересечь невидимую черту, как драконица мгновенно встрепенулась и посмотрела на него.

— Здравствую, Кристалл Medarlaan, — холодно поприветствовал драконицу маг. На его лице не дрогнула не одна жилинка, но внутренне он усмехнулся. Он знал, как сильно ненавидит теперь она свое прошлое, свое имя, которого ее лишили. По этому и произнес ее имя на чистом даране, пренебрегая обычным произношением. Мэдарлан. Чернокрылая. Так звали ее много лет назад, когда она была такой же юной драконицей, что и остальные… Но те времена давно прошли, а старая ненависть, смешанная с такой же старой болью, осталась.

Так и случилось. Гневно взревев, агатовая драконица одним плавным движением вскочила на ноги. Стремительная, сильная и смертоносная, она наступала на мага, желая растоптать, уничтожить его и разве-ять то, что осталось, по ветру. Но маг не обращал на нее никакого внимания, словно она была слабым ветерком, неспособным задуть жар пожара, огнем свечи рядом с айсбергом. Его глаза устремились на неподвижное тело, которое до этого драконица накрывала крылом.

Это был юноша. Совсем еще молодой, лет семнадцать, не более. Он был без сознания, лежал неподвижной колодой, связанный тонкой, но прочной веревкой, какие изготавливали мастера гномов. Кристалл решила не поддерживать свои чары постоянно — слишком много сил они отнимали, а довериться обычной, но крепкой веревке, тем более что пленник не мог оказать сопротивления ни при каких обстоятельствах. Жесткая веревка перетягивала конечности, грозя омертвением, глубоко задевала рваную рану на боку. Маг отметил, как сильно изранен этот юноша — кроме раны на боку, кровь запеклась и на бронзовых волосах, и на шее, и на руках… На руках особенно много.

…Когда бьешься с другим драконом, первым делом разорви ему крылья. Потом или оглуши одним метким ударом, или вгрызись в горло…

Однако все это Кейн заметил лишь мимоходом. Состояние жертвы его почти не интересовало. Взгляд стальных глаз мага был прикован к кулону, висящему на шее юноши.

Серебряный кулон в виде дракона. Кончики крыльев и зубы словно окрашены кровью. Кровавник. Амулет Высвобождения, испивший крови хозяина. Амулет, связанный с хозяином неразрывной связью. И грозящий ужасными бедствиями тому, кто попытается разорвать эту связь.

Кристалл продолжала наступать. Она раскрыла было пасть, приготовившись испепелить дерзкого мага, как вдруг Кейн вытянул руку, направив ладонь на драконицу, словно в защитном жесте. Из ладони вырвался серый и призрачный туман, мгновенно окутав Кристалл, не давая дышать, выдохнуть языки пламени, связывая лапы и крылья, высасывая жизнь. При этом туман огибал тело юноши, концентрируясь лишь вокруг драконицы. Она пыталась бороться. Нет дракона, что так легко сдаться, да и не будет никогда. Она гневно ревела, пыталась плести чары, разогнать туман разом отяжелевшими крыльями. Не получалось ничего. Наконец она упала на пол, бессильно чувствуя, как из такого огромного и могучего тела капля за каплей уходит жизнь…

— Достаточно. — В наступившей тишине голос мага прозвучал неожиданно громко и холодно. — Ты усвоила урок?

В место ответа Кристалл попыталась подняться, кинуться на врага, убить его. Ее не унижали так никогда! Даже в день изгнания…

— Вижу, что нет. Не усвоила. Ну, что ж. Ты драконица, и этим все сказано. Вы совершенно не умеете подчиняться…

Серый Туман, коронное заклинание магов Сумерек, продолжал душить драконицу. Она все еще пыталась бороться, но не могла уже шевельнуть даже крылом. Тяжелые веки закрывались, не слушаясь уже хозяйку. Голос мага стал неразборчив, словно он говорил из-под воды. Кристалл перестала уже различать даже языки тумана, призрачные силуэты, возникающие в нем… Но она продолжала бороться. Драконы борются до конца, даже если они умирают.

И вдруг туман исчез, словно его никогда не было. Затуманившимся зрением Кристалл видела смутный силуэт мага, вставшего перед ней. Серое пятно на фоне темных скал.

«Чего же ты ждешь?.. Добей…»

Ладонь мага коснулась покрытого пластинами лба драконицы, странно опалив его. Зрение начало проясняться. Кристалл вновь почувствовала свое тело, но не могла даже пошевелиться. Слишком сильна была усталость, навалившаяся на нее. Но как она хотела убить этого мага!

— Ты слышишь меня? Я доволен. Я увидел, что ты готова бороться до конца. Если вы, драконы, все такие, то мне не о чем беспокоиться… Он отдаст мне нужное количество Силы.

Голос Кейна был все так же холоден и бесстрастен, ничем не выдавая ни малейших эмоций.

— Ты заслужила свою плату. Я положу Madakraen тебе в лапу. Сейчас я уйду и заберу с собой пленника. Ты же, когда придешь в себя окончательно, поступай как хочешь. Но я не забуду тебя, и мой господин тоже.

Несмотря на слабость и ненависть к этому магу, Кристалл почувствовала радость. Madakraen в ее лапах. С ним она всесильна… Пока не окажется в Пике Совета, но туда она не собирается. А в других местах… в других местах Черная Цепь всегда к ее услугам.

Усталость медленно, шаг за шагом, отступала. Слегка повернув голову, Кристалл увидела, как маг, не-громко шелестя плащом, подошел к неподвижному юноше и, наклонившись к нему, что-то прошептал. Обоих накрыла черная сфера, мгновенно исчезнувшая. На том месте, где были Дар Демонов и пленник, уже никого не было.

— Вот мы и прибыли в мой замок, — обращаясь то ли к бесчувственному пленнику, то ли к самому себе, проронил маг.

Он стоял в подвале замка. Это было просторное темное помещение, которое Кейн приспособил для своих заклинаний. Здесь он проводил вызов демонов и других сущностей, обитающих в Крае Миров и иных пластах реальности. В последний раз маг вызывал демона только вчера, и в воздухе до сих пор чувствовалась причудливая смесь запахов серы, пепла, лаванды и корицы.

Маг, оставляя юношу связанным, подошел к огромной многолучевой звезде, тщательно вычерченной на холодном камне. Стороны света, созвездия, места сосредоточия магии, такие как Пик Совета и Древний лес — каждый луч был направлен в свою сторону, превращая обычный, хоть и заковыристый рисунок в настоящий магический шедевр.

Внутри звезды находился абсолютно пустой круг. Кейн встал в него и щелкнул пальцами, заставив тело юноши подняться в воздух, словно его поддерживали невидимые руки. Маг опустил юношу рядом с собой и вытащил из ножен небольшой широкий нож с лезвием необычного синего оттенка, по которому то и дело пробегали зеленые и белые искры. Этим ножом Дар Демонов разрезал путы пленника. Затем аккуратно провел лезвием по запястьям, щиколоткам, шее и груди юноши, так, чтобы заставить выступить на месте порезов кровь, но не повредив важных сосудов. Юноша на это никак не прореагировал, продолжая лежать без сознания. Обозрев результат, маг провел над порезами рукой и прошептал какие-то слова. Повинуясь заклинанию, на месте порезов вспухли тонкие огненные жгуты, намертво связанные с камнем.

Узы Огня — одно из самых могучих заклинаний. Они не атакуют, не могут вызвать землетрясение, но разорвать их не в силах ни смертный, ни бессмертный. Но держатся они очень недолго, так что нужно поскорее заканчивать, пока не порвались узы и не сместились созвездия…

Nauctes ar'Soleus. Ночь Солнца — ночь, наступающая раз в десятилетие, когда на небе встречаются Солнце и Путь — кольцо, опоясывающее Неларн каждую ночь. Тогда устраивают празднества, на которые собираются все, не гладя, покрыт ты шерстью или чешуей, имеешь изумрудные глаза с золотым кошачьим зрачком или обычные человеческие. Одна ночь, когда забываются все разногласия, словно исчезающие под золотисто-серебряным сиянием светил… Когда все заклятья принимают огромную силу, чем и пользуются маги.

Кейн снял чары сна, которые наложила Кристалл. Юноша открыл глаза. Некоторое время его взгляд был мутным и совершенно бессмысленным, но потом прояснился. Маг наклонился над пленником и иронично изогнул губы, когда пленник смертельно побледнел, узнав его.

— Что же ты? Боишься? Я всегда считал, что вы, люди-драконы, гораздо смелее. Наверняка это такой же миф, как и ваша огромная магическая сила, ведь так? Вы люди и всегда ими остаетесь. Лишь волею случая ты стал драконом… Глупый мальчишка! Тебе не стоило соваться в Неларн. Жил бы на Земле. Не беспокойся, я знаю, откуда вы произошли… Вы, выродки, которых не должно быть!

Юноша гневно сверкнул глазами, дернулся, попытавшись вырваться из Уз.

— А кто тогда ты? Не предатель, нет? И та… И откуда ты это знаешь?

— Я многое знаю, трусливый человек-дракон, многое. Я помогал находить вас… Искать на Земле, откуда пришли все чужаки, — невозмутимо продолжал маг, игнорируя первые вопросы пленника. — А также я знаю, что будет, если сорвать с тебя твой Амулет… Твой кровавник! О, ты испугался еще больше? Почему же? Тебе ведь все равно, на что я пущу ту энергию, что вырвется на свободу…

Маг встал и, уже не обращая на пленника ни малейшего внимания, застыл, начал читать заклинание. Его пальцы складывались в странные, невозможные для обычного человека фигуры, нож, зажатый в правой руке, оставлял за собой след из слепящих искр, вычерчивая руны прямо в воздухе. Они почти сразу же таяли, но их место занимали другие, все более сложные…

Постепенно звезда начала светиться. Сначала багровый огонь неуверенно коснулся концов лучей, потом, осмелев, кинулся к центру. Края круга, в котором стоял Кейн и лежал его пленник, загорелись, черно-багровое пламя взметнулось ввысь до самого потолка. Оно опаляло, но не тело, а душу. Смотреть на это пламя было невозможно, но и закрыть глаза человек-дракон не мог. Он должен был увидеть. И помешать тем, чем мог.

Над головой мага, казавшегося сейчас жутким демоном, из воздуха возникли очертания огромных врат. Врат в Bereddrem. Ближайший к Неларну нижний мир.

Внезапно маг замолчал, а затем крикнул, обращаясь к кому-то, кого не было видно, но чье присутствие ощущалось в воздухе, причиняя сильную боль юноше и даря чувство защищенности и злобной радости магу:

— Мой хозяин! Прими мою расплату! Прими кровь человека! Кровь дракона!

С этими словами он полоснул ножом по горлу юноши. Пленник захрипел, забился в агонии, но Дар Демонов не беспокоился. Он знал что человек-дракон умрет не раньше, чем того захочет Повелитель. А пока юноша поделится своей энергией с ним…

Кровь хлестала из перерезанного горла, наполняла канавки, искусно прорезанные в камне, и независимо от воли хозяина отдавала свои силы Вратам в Баэрддрэм. Они проступали из небытия все четче, и все лучше можно было увидеть чей-то силуэт за ними…

Но Силы явно было недостаточно. Врата еще не проявились до конца, они еще не могли провести такой мощный поток Силы… Дару Демонов остался один рывок, и он его совершил, резким движением сорвав с шеи юноши кровавник.

Юноша почувствовал жуткую всепроникающую боль, наполняющую все тело. Там, где только что был его Амулет, оставалась рваная рана, напоминающая ожог и след от удара мечом одновременно. Он был уже почти мертв. Но страшнее всего было ощущение потери. Потери, которую уже не вернуть. Никогда. В отчаянии человек-дракон зашептал обескровленными губами бессмысленные, отрывочные слова…

Сила бурлящей рекой хлынула в тело мага а затее и в Портал, укрепляя и расширяя его. Дар Демонов застонал от боли — он едва удерживал эту Силу, и был уже на грани обморока.

Но чьи-то могучие руки… нет, лапы!.. поддерживали его, не давали упасть и обещали немыслимые богатства, огромную силу. Если он выстоит. И он стоял.

Маг уже почти справился. Он уже утихомирил было реку Силы, как вдруг… Что-то пошло не так! Совсем не так! Сила, до того текущая в Портал, в Баэрддрэм, внезапно повернула вспять, с новой силой хлынула в Неларн, на Дара Демонов. Он не смог справиться, и неконтролируемая Сила уничтожила его. Маг не успел даже испугаться. После него так же безмолвно погиб пленник.

«Ты выполнил мою волю, слуга… Ты все сделал правильно… Я доволен. Наша расплата совершена…»

Лишившиеся остатков контроля Силы продолжали бушевать, сотрясая стены замка, словно огромное землетрясение. Портал был открыт, и из него текли реки все новых Сил…

Магический ураган крутился все быстрее. Языки пламени, черные вихри, ярко-алая кровь — все перемешалось в невообразимых хаос.

Замок рухнул, не устояв напору тех Сил, которые призвал Дар Демонов. Лишь огромные врата продолжали стоять на руинах и теперь уже принимали Силу смерти, что текла в них…

По воле Повелителя, хозяина мага, Силы приняли форму огромной черной волны, которая помчалась вперед, к другим материкам, круша все на своем пути, не оставляя почти ничего живого. Рассыпались в прах цветы, рушились горы, иссушались полноводные реки. Тот материк, что раньше звался Эатом — Цветущим, отныне стал Проклятым или Тидаром. На нем больше не было ни одного живого существа, да и не появится уже никогда.

В ту ночь, ставшую началом нового Века, погибла большая часть населения Неларна. Основной удар пришелся по магическим созданиям, словно задавшись целью уничтожить именно их. Черная волна убила сотни драконов, разбила об склоны гор множество грифонов, заставила фениксов осыпаться пеплом.

Из которого никогда никто не воскреснет.

В ту ночь погибли все почти люди-драконы, люди-волки, люди-грифоны. На свою беду, они все прибыли в Неларн, не оставив никого на Земле. И погибли…

Больше никто никогда не видел волшебного сияния Ночи Солнца. Больше никогда дневное и ночное светила не встречались, словно содрогнувшись от того, что произошло под их неусыпным ликом.

Такова была цена, что мир заплатил за магический Дар одного мага его Повелителю.

Новый Век вступил в свои владения.

Проклятый Век.

Книга первая

Глава 1

Тик-так. Тик-так. Тик-так. ДЗИИИНЬ!

Виктория Чайкова, а для других просто Вика, с трудом открыла глаза и, еще ничего не соображая, потянулась рукой к будильнику.

«И кто меня просил ставить будильник на семь утра?» — пробилась к замутненному сном сознанию сердитая мысль. Но, хочешь не хочешь, а подниматься необходимо — все равно уже не заснуть…

— Эх…. Давай, Вика, вставай! — сказала Виктория самой себе. Затем честно попыталась встать. Не получи-лось. Но не потому, что не хотела вставать. Просто на Викиных ногах обнаружился мейн-кун весом кило-грамм этак на десять. Встать с таким грузом на ногах затруднительно. Он также проснулся и посмотрел на нее. В зеленых кошачьих глазах Вика ясно прочитала укор.

— Нечего на меня так глазеть! Я у тебя корм не крала! И мышку твою я не трогала! — Виктория попыталась защититься от чувства вины перед котом.

Пустое дело.

— Ну, Рыж, должна же я когда-то вставать!

Рыж, или Рыжик еще некоторое время посмотрел на Вику своим коронным взглядом сверженного монарха, но чувствовалось, что только ради профилактики, чтобы хозяйка не слишком обнаглела. Потом мейнкун лениво поднялся с одеяла и пошел на кухню.

Вика тоже встала и поплелась вслед за котом. Уже неоднократно проверялось: если не покормишь кота, как только встанешь, он будет вертеться под ногами, залезать во все мыслимые и немыслимые места, пока не пойдешь на кухню и не выдашь котяре положенные полбанки консервов.

Накормив Рыжика, она пошла в ванную. Там взглянула на себя в зеркало. Со стеклянной поверхности на нее привычно смотрела невысокая девушка пятнадцати лет. Ярко-зеленые глаза, почти такого же цвета, что и у Рыжика, прямые темно-каштановые волосы до плеч. Далеко не красивая, но и полной уродкой тоже нельзя назвать. Ну, в принципе, Вика и не стремилась быть первой красавицей класса — у нее находились занятия поинтереснее, чем вставание в шесть утра, чтобы успеть перед школой намазаться всякими кремами, припудриться и накраситься…

Примерно через полчаса Вика сидела за столом в своей комнате. Мать пока не проснулась. Взгляд Вики рассеянно скользнул по комнате и остановился на полках с книгами. Что ж, можно и почитать. Вика взяла в руки томик «Саги о копье». Провела рукой по обложке, коснулась дракона, украшавшего ее, и завистливо вздохнула. Везет же книжным персонажам, особенно в фэнтези книгах! И драконов они видят, и единорогов, и с оружием умеют обращаться, и магия у них есть…. Много того, чему может позавидовать средняя пятнадцатилетняя девушка, слегка помешанная на фэнтези и особенно на драконах.

Книга сегодня читалась плохо. Обычно Вика читала быстро, заглатывая книги, словно удав, а затем спокойно обдумывая, уже тщательно вникая в смысл. Но сегодня у нее не было ни малейшего желания читать. Вика закрыла книгу и вновь уставилась в пространство…

— Мр-р-р-р? Мяк! — раздалось около стола.

Вздохнув, Виктория с трудом взяла Рыжика на руки.

— Ну чего тебе, животное? — спросила она у котяры. Тот взглянул на нее своими изумрудными глазами и что-то мурлыкнул. Поняв просьбу, Вика начала старательно чесать обнаглевшего кота за ухом. Под мурлыканье разомлевшего кота она вспоминала свой сон, тот сон, который снился ей уже несколько лет, с завидным постоянством повторяясь около двух раз в месяц.

В этом сне она летела сквозь тучи. Летела стремительно, быстрее урагана. Она была владычицей неба, повелительницей воздуха. И она была не в своем обычном теле, а в другом, гораздо более могучем, пышущим силой. Вика не видела его, но чувствовала его силу и ловкость. Она летела, испытывая бешеный, ни с чем несравнимый восторг от полета.

После таких снов она не хотела вставать. Просыпаясь же, страстно мечтала вновь увидеть тот сон, вновь взмыть в небеса, снова почувствовать ветер, свищущий в ушах, режущий глаза, но при этом такой веселый и ласковый…

Но не получалось. Этот сон никогда не получалось вызвать. Он приходил неожиданно и так же неожиданно обрывался, оставляя после себя горечь разочарования, что все произошло не на самом деле…

Вика посмотрела в окно, задумчиво скользя взглядом по блестящей крыше дома напротив. Потом, опус-тив недовольного Рыжика на пол, подошла к окну, взглянула вниз. Вика с матерью жили на тринадцатом, верхнем этаже новостройки на окраине Москвы, и значительная высота изрядно увеличивала обзор, благо таких высоких домов рядом пока не наблюдалось. Но смотреть было нечего, разве что считать машины, каждый день нескончаемой рекой ездившие по дороге.

«Скучно здесь! — тоскливо подумала Вика. — Ничего интересного… почти.»

Когда часовая стрелка перевалила за десятку, наконец-то проснулась мама. Вспомнив, что еще никто не готовил завтрак, Вика побежала на кухню.

Викин отец работал программистом. Несколько лет назад он уволился и с семьей переехал из Архангельска в Москву, надеясь на большие заработки. Однако со временем Викин отец все больше и больше скучал по родному городу. Тогда Дмитрий решил вновь поехать в Архангельск. Однако здесь уже взбунтовалась Ирина, Викина мать. Она нашла в Москве постоянную и, главное, высокооплачиваемую работу. Долгие споры привели лишь к тому, что каждый остался на своем месте. Дмитрий Чайков поехал в Архангельск, а его жена с тринадцатилетней дочкой остались в Москве. С тех пор Викина мать изменилась, причем, по мнению Вики, не в лучшую сторону. Чайкова Ирина Викторовна сделалась более серьезной, почти не шутила, на людях носила маску равнодушия, дома же частенько плакала. Вика беспокоилась за мать, но ничем не могла ей помочь. Оставалось лишь ждать.

Когда Вика с матерью сидели за кухонным столом и неторопливо ели яичницу с колбасой, Ирина Викторовна неожиданно сказала Вике:

— Сегодня, Виктория, пойдем с тобой в магазин. — Она всегда звала Вику Викторией, когда собиралась сказать что-то важное.

— Зачем? — непонимающе спросила Вика. Насколько она помнила, ей ничего такого важного не требовалось. Во всяком случае, важного на столько, чтобы мама шла покупать это вместе с ней.

— Нужно подготовиться к школе. Купим тебе учебники, одежду, книжки себе подберешь…

Вика с трудом сдержала раздражение. Ну зачем, зачем ей поступать в эту новую школу? Ладно бы недалеко от дома, так ведь где-то за Уралом!

Все началось в конце учебного года. Вика тогда готовилась к экзаменам и не слишком вслушивалась в разговоры мамы со своими приятелями, а зря…

Один из маминых приятелей — по паспорту Иван Сергеевич Лесов, для народа — Иван, предложил Ирине отдать дочурку в какую-то школу «для особо одаренных детей». Что это за школа, Вика до сих пор не поняла. Она до последнего момента не верила, что мать согласится перевести ее туда. Да и какая у нее одаренность? Училась Вика хорошо, но не блестяще. Моцартом или Айвазовским двадцать первого века ей тоже стать не грозит. Но, видно, какой-то талант у Виктории все-таки есть…

Вике не слишком хотелось в другую школу. Она яростно спорила, пыталась переменить решение матери… Бесполезно. Мать Вики никогда не отличалась особой мягкостью, а тут вообще не слушала Вику.

— Ма, я уже много раз говорила… — начала было Вика, но Ирина тут же её перебила:

— …Что ты не хочешь идти в новую школу. А я уже много раз это слышала. Ну чего ты упрямишься? Ты же даже еще не видела этой школы. Если тебе там не понравится, мы тут же заберем тебя, не волнуйся. А так поживешь так месяц, пообщаешься, может, наконец-то друзей заведешь…

Вика прикусила губу. Сама того не ведая, Ирина задела самую больную струну в душе Вики.

Друзья.

У Вики никогда не было друзей. Были приятели, были знакомые. Друзей не было. В классе к Вике относились дружелюбно, не обзывали, но и словно не замечали. Вика все время была одна. Пару раз она пыталась с кем-то подружиться, но не находила ни с кем общего языка. Вика не интересовалась модой или украшениями, она ничего не смыслила в танцах и музыке. Чаще всего о ней думали что-то вроде «чайник» или «ботаничка». Вика не знала, откуда ей это было известно. Она просто это знала. И еще она четко видела границу, лежащую между ней и другими ребятами…

Уже потом в комнате, собирая вещи, Вика подумала: а что, может и вправду? Может, в этой школе найдутся такие ребята, которые захотят с ней дружить? Вероятность все-таки была, хоть и не слишком большая… но совсем уж смиряться с выбором матери девушка не собиралась.

В коридоре раздался звонок. Вика хотела уже идти открывать, но мать опередила ее. Пожав плечами, Вика вернулась к сборам.

В дверь Викиной комнаты постучали.

— Ты чего запираешься? — весело спросил молодой человек лет двадцати пяти, стоящий на пороге комнаты.

— Ой, извините, Иван Сергеевич, — сказала Вика. Правда, в ее голосе то и дело проскальзывали злость и раздражение, да и такой уж виноватой она себя не считала.

— Да брось ты со своими «Иванами Сергеевичами», просто Иван. — Человек поморщился и быстро взглянул на девушку. — Ты чего, сердишься? Неужели потому, что из-за меня тебя в другую школу отправляют? Да ты сначала побудь там, а потом говори.

Да, Вика злилась. Злилась и ничего не могла с собой поделать.

Тут Иван хлопнул себя по лбу и достал что-то из кармана. Это «что-то'оказалось небольшой бархатной коробочкой, наподобие тех, в которых хранят ювелирные украшения.

— Вот, я тебе подарок принес. Ведь на самом деле я сильно виноват перед тобой, ведь так ты считаешь? Ну, вот считай это искуплением вины.

Вика взяла коробочку, повертела ее в руках и, решившись, открыла. Взглянула на то, что лежало в коро-бочке, и ахнула. Взглянула на Лесова.

— Я… Я не могу это взять…

— Бери, бери. Это твое. — Иван ласково взъерошил Вике волосы.

Виктория осторожно взяла небольшой серебряный кулон в виде летящего дракона. Искусство, с которым был сделан кулон, поражало — казалось, он вот-вот взмахнет крыльями и взлетит. Вика повертела в руках кулон, коснулась распахнутых крыльев, затем головы с ярко-синими, словно сапфиры, глазами. Потом подняла взгляд на Ивана.

— Спасибо, но… — начала она.

— Никаких «но»! — Отрезал Лесов. — Тебе нравится этот кулон? Если нравится, он твой. Надень-ка его…

Вика послушно повесила кулон на серебряную цепочку, которую носила на шее. Едва дракончик оказался на шее, он ярко вспыхнул пронзительным белым светом. Вика негромко вскрикнула от неожиданности. Рыжик, до этого мирно дремавший в ее чемодане, поднял голову, посмотрел на кулон и зашипел.

— Не бойся, здесь нет ничего опасного, — ободряюще сказал Иван. — Просто теперь ты хозяйка этого кулона. Ладно, до завтра. Я отвезу вас на вокзал.

Прежде, чем Вика успела что-то сказать, он вышел. А Вика осталась пораженно стоять посреди комнаты, лихорадочно соображая и рассматривая кулон.

«Кто же Иван на самом деле?..»

Глава 2

Вика шла по вокзалу, грустно катя чемодан на колесиках. Рядом с ней шла Ирина, беседуя о чем-то с Иваном. Тот все-таки сдержал обещание и отвез Вику с матерью на вокзал. Вика украдкой покосилась на дракончика, висящего у нее на шее. Тот больше не светился, и Вика начинала думать, что вчерашняя вспышка — лишь плод ее воображения.

Заморосил дождик, приятный после жары, которая стояла вот уже несколько дней. Люди вокруг радовались дождю, встрепенулись и начали весело переговариваться. Вика заметила, что напротив вагона 14, в котором ехала и она, стояли в основном ребята ее возраста, сопровождаемые родителями. Они настороженно и любопытно косились на Вику, она отвечала им тем же, но начинать разговор никто не спешил. У них будет еще достаточно времени, чтобы поговорить…

Наконец поезд подъехал. Вика вместе с другими пассажирами погрузила вещи и вышла попрощаться.

— Жаль только, там связи нет, так что звонить не получится, — говорил тем временем Иван, обращаясь к Ирине. — Но ничего, я буду часто приезжать туда-обратно и сообщать тебе, как она. Но не беспокойся, Вике там понравится…

— Надеюсь… — с некоторым сомнением ответила Ирина. — Она же у меня такая… домашняя…

— Не боись, перевоспитают!

— Ну, пока, учись хорошо. — Ирина рассеянно чмокнула подошедшую дочь в щеку и взглянула на часы — она опаздывала на работу.

— Ага, учись не просто хорошо, а на отлично! — хмыкнул Лесов и добавил — Кстати, кулон…. Не снимай его пока. Тебе потом все объяснят.

Так и не поняв, что именно ей должны были объяснить, Вика вскочила на поезд и побежала к своему ку-пе. Зайдя туда, она обнаружила, что место, которое полагалось ей по билету, уже занято высокой черноволосой девчонкой, болтающей о чем-то с другим попутчиком — светловолосым мальчишкой с лицом профессионального жулика. На вид — Викины сверстники. Четвертое место свободно.

— О, кто тут у нас? Ты тоже в другую школу? — девчонка внимательно оглядела Вику и дружелюбно улыбнулась. — Будем знакомы. Ленка Рысьева.

— Вика Чайкова, — представилась Вика и повернулась к мальчишке. — А тебя как зовут?

— Влад Орлов, — ответил тот и удивленно распахнул глаза: — У тебя…. Тоже?

— Что тоже? — не поняла Вика.

Парень показал ей… кулон в виде летящего дракона, который, правда, хранил в кармане. Вика присвистнула.

— Ага. И у меня почти такой же. Только у всех наших кулонов глаза отличаются цветом, и форма немного другая, — заметила Ленка, показывая свою подвеску.

Внимательно рассмотрев кулоны, Вика с Владом согласились с ней. Кулоны действительно немного отличались. Если Викин дракончик имел глаза цвета сапфира (а возможно, и сапфировые), то у Ленкиного они были изумрудные, а у дракона Влада — золотые. У Ленки был самый изящный дракон, по виду небольшой, юркий, у Влада гораздо более мощный. У дракончика же Вики оказался самый большой размах крыльев.

— М-да…. И что к чему непонятно… — протянула Ленка и вдруг спросила: — А вы не знаете, кто-то еще из школьников едет в нашем вагоне?

— Да весь вагон сейчас наш. Будто на море едем всем лагерем, — хмыкнул Влад. — А что, пошлите, заглянем к ним?

— Угу. Дайте только вещи положу. — Вика поставила чемодан под сиденье и швырнула рюкзак на свобод-ную полку.

— Нельзя… пока поезд не тронется, выходить из купе нельзя… — вздохнула Ленка.

Поезд дернулся.

— Думаю, это можно считать за «тронулся», — невозмутимо произнес Влад. — Пошли!

Поезд дернулся еще раз, и еще… Вика поспешно плюхнулась на сиденье — места в купе было маловато, и падать ей не хотелось.

В дверь вежливо постучали, и к ним заглянула незнакомая женщина лет тридцати-тридцати пяти.

— Елена Рысьева, Владислав Орлов, Виктория Чайкова… все здесь?

Попутчики переглянулись и единовременно кивнули. Женщина сделала пометку на небольшом листке.

— Будем знакомы. Я Светлана, ваша провожатая. Ясно?

— Да…

Женщина скрылась также быстро, как и появилась, но Вика успела заметить, что на шее у нее тоже висел кулон, — правда, не дракон, а кто-то вроде птицы.

Они подождали еще десять минут. Поезд наконец тронулся, и медленно набирал ход. Обход уже должны бы закончить… Решив так, они решили не откладывать знакомство с другими одноклассниками.

— Я одну девчонку из них видела, — сообщила Ленка, ловко, как обезьянка, спускаясь вниз, к новым зна-комым. — Только внимания на кулон особо не обратила. Веселая такая, быстрая. Она в шестом купе сейчас.

— Ну, давайте в шестое купе, — легко согласился Влад. — Не все ли равно куда?

— Никакой разницы, — заверила его Вика и первая вышла в пустующий коридор.

Вадик постучал в дверь купе с номером «6».

— Можно?

— Ну кто там? — недовольно отозвались из-за двери. — Входите уж.

Дверь открылась, и вся троица замерла на пороге, оглядывая купе. В этом, в отличие от их, человек было четверо. Три парня и одна девушка.

— Чего застыли-то? Входите, познакомимся, — сказала девушка. — Я Дина, но зовите меня Дика, мне так больше нравится. А это Петр Иванов, Сашка Лисов и Димка Вранин.

Вика, а затем и остальные представились.

— Зачем заглянули-то? — спросил Димка — пятнадцатилетний парень с черными, как смоль волосами, яр-кими зелеными глазами и восточными чертами лица.

— Да вот, спросить хотели. Вы на свои кулоны обращали внимание? — прямо задала вопроса Ленка.

Дика быстро взглянула на нее.

— Что, у вас тоже одинаковые?..

— Ага. У вас драконы? — уже ничему не удивляясь, спросила Вика.

— Не-а. А у вас да? У нас вот какие. — Парень, назвавшийся Сашкой, показал кулон в виде воющего волка.

— Интересно… — задумчиво протянул Влад. — Получается, у людей, сидящих в разных купе, разные кулоны. Думаю, если пройтись по остальным купе, то окажется то же самое.

— Угу. Вот только пока мы ничего не знаем. И, думаю, не узнаем, пока не окажемся в этой «школе для особо одаренных детей», — мрачно подвела итог Вика.

— Может, у Светланы спросим? — предложила Дика, спрыгивая с полки. Парни демонстративно не обра-щали на нее и соседей по вагону никакого внимания.

Вика усомнилась, что их провожатая объяснит им, в чем дело, но попытка не пытка. Вроде, за такие во-просы ничего не должно случится.

Порешив на этом, Вика, Влад, Ленка и увязавшаяся с ними Дика отправились искать провожатую. Однако ее нигде не было — ни в одном купе (попутно они проверили догадку Влада и убедились в ее верности), ни в тамбуре.

— Будто сквозь землю провалилась, — задумчиво сказала Ленка. — И, думаю, до конца поездки мы ее не встретим…

Троица еще немного походила по коридору, но ничего не произошло…

— Не знаете, когда прибываем-то? — зевнув, спросила Вика.

Они лениво развалились на койках, мудро последовав совету Дики, что «нечего ломать голову и лезть туда, куда не просят, а то так на пряники дадут, что и тортов не захочешь». Кстати, сама Дика тоже была здесь, уютно устроившись на свободной койке. Как она заявила, мальчишки затеяли играть в дурака и начали обвинять друг друга в шулерстве, а она девушка благовоспитанная, слушать их ругань не хочет.

— Да вроде завтра часов в девять. Поезд едет сутки… Да, в девять. Эх, опять выспаться не дадут… — пригорюнилась Ленка.

— Что, на каникулах не выспалась? Вроде времени было навалом. Или, как я, приучалась рано вставать?

— Не. Просто я читать очень люблю, вот и сижу допоздна, а младший братик рано встает и меня будит, — призналась черноволосая девушка.

— Младший? А сколько всего их у тебя? — заинтересовалась Вика.

— Двое. А еще сестра старшая. Правда, она уже давно уехала куда-то. — Ленка неопределенно махнула рукой.

— Весело у вас дома. У меня самого родных братьев, но как-то один товарищ пригласил погостить. У него как раз были две сестрички. Мелкие, одной шесть, другой восемь. Вроде двое — это не так уж и много, да? Я тоже так думал. Первое время. Потом, когда пару дней там пробыл, едва не сбежал оттуда, таких они дел умудрялись наворотить, — усмехнулся Влад. — А у тебя, Вик, есть кто-то?

— Нету. Мне как-то кота хватает.

Дика мгновенно заинтересовалась:

— А что, у тебя кот есть? Какой породы?

— Мейн-кун. Здоровый такой рыжий котяра, Рыжиком зовут. А у тебя есть какие-то животные?

— Собака, порода сибирская хаски. Тоже здоровая, черно-белая, а глаза разного цвета. А меня вообще почему-то собаки любят. Точнее, только такие, крупные породы, в которых хоть немного настоящей, дикой крови осталось, а всякие мелкие наоборот, только завидят и сразу хвосты поджимают и скулят. — Дика передернула плечом. — Помню, как-то я Пургу, так мою собаку зовут, выгуливала, зашли в парк, а там тогда много собачников гуляло. Я Пургу с поводка спустила. Сижу себе на скамейке, а Пурга с какой-то таксой играет. Вдруг вижу, парень один подзывает к себе пса своего, показывает на Пургу и «фас» говорит. Пес, видно, обученный был, сразу на нее накинулся. Я, словно безумная, бросаюсь к ним, пытаюсь разнять… Меня мать потом сильно ругала, ведь и покусать могли, а тогда я ничего не соображала. А парень смеется мне в лицо и своего пса подбадривает, чтобы Пурге горло перегрыз. Тут я почему-то успокаиваюсь и приказываю псу уйти. Просто смотрю на него и говорю: «Прочь! Нельзя!». Он так смотрит на меня, словно я вдруг чертом обернулась, и со всех ног бросается к хозяину, а тот глядит на меня и явно ничего не соображает. К счастью, пес не успел сильно покусать Пургу, и она смогла идти. Ну, когда дома оказались, отвезли ее к ветеринару, там ее раны обработали, перебинтовали, указания, что делать дальше, дали… Короче, через недели две-три она уже почти полностью выздоровела. Только в этот парк я больше ни ногой!

— Веселая у вас история получилась, — протянул Влад. — Да… а у меня только змея… была. Теперь уже нету. Маме надоело ей мышей живых покупать, вот она и отдала ее кому-то…

Разговор как-то слегка угас, но потом продолжился. Говорили они о самом разном: о школе, о книгах, о животных. Жаловались на учительниц и смеялись над анекдотами. Спорили, какая музыка лучше и, чтобы доказать свою правоту, вместе слушали ее. Как ни странно, но Вика, которая не могла спокойно общаться даже со своими одноклассниками, с которыми училась много лет, быстро подружилась с, казалось, абсолютно чужими ребятами. У нее все больше проявлялось ощущение, что это не случайность, что их что-то объединяет. Но что? У них не было почти ничего общего…

Они просидели почти до полуночи, пока Дика не спохватилась, что завтра рано вставать, а у них в планах сон даже не намечается, и не побежала в свое купе.

Вика лежала на койке, не в силах уснуть. Ленка с Владом уже давно, как говорится, сопели в обе дырочки, а она все лежала с открытыми глазами и думала: неужели поездка, начавшаяся так хорошо, может обернуться чем-то неприятным? Такого просто не может быть. Наконец Вика прикрыла глаза. Она ощутила, что та ее часть, которая пустовала из-за отсутствия друзей, наконец начала наполняться. У нее появились… может, они еще не стали друзьями, но уже чем-то ближе, чем просто приятелями. С этой успокаивающей мыслю Вика начала проваливаться в сон…

Утро началось той обычной бестолковостью, которой может начаться лишь утро в поезде. В семь утра их разбудила наконец-то появившаяся Светлана, приказав собрать вещи и приготовиться к прибытию. И, как обычно, реальность опять встретилась на узкой дорожке с расписанием и, отшвырнув в кусты, засыпала его минутами. Выяснилось, что поезд опаздывает на полчаса.

— Могли бы и не будить так рано, — зевнув, проворчал Влад.

Вика, хотя и промолчала, была согласна с ним. Если что-то в поездке на поезде она и не любила, так это последние часы перед прибытием, когда напряжение возрастает до предела, и когда лихорадочно перебираешь вещи, чтобы убедиться, не забыла ли ты свои пять тысяч где-нибудь на столике.

Спустя два часа поезд остановился около какой-то мелкой станции. Быстро выгрузили вещи, затем выгрузились сами. Едва Димка Вранин, который шел последним, спрыгнул с поезда, как тот лениво двинулся и, постепенно набирая скорость, заскользил вперед.

Провожатая собрала их в кучу и велела построиться по парам («Прям детский садик!» — хмыкнул Влад). Вика только сейчас обратила внимание, что среди них не только русские — ребята были различных национальностей, словно их собирали со всей Евразии. Да и вчера она с трудом объяснилась с какой-то девочкой на ломаном английском… Получается, та школа настолько исключительная, что в нее посылают не только московских детей?

Пересчитав их, проводница встала во главе получившейся колонны и пошла куда-то к деревьям. После пятиминутной ходьбы они наткнулись на небольшой автобус, куда и погрузились со своими вещами.

— Вперед, вперед! — подогнала их Светлана. — В автобусе поспите!

— А нам долго ехать? — спросил Влад и хотел было принять у Вики чемодан, но та сама зашвырнула его в автобус. Она не любила таких вежливостей.

— Достаточно, — заверила его проводница. — Ничего, результат того стоит!

Автобус трясся в дороге уже около часа. Вика сидела около окна и смотрела на поле, простиравшееся до самого горизонта. Не слишком подходящее место для школы, пришло ей в голову. Вика постаралась вспомнить все, что она слышала от мамы и Ивана об этой школе. Постепенно складывалась довольно четкая картина.

Школа для особо одаренных детей имела очень странное название — «Крылья дракона». Это название, помнится, очень удивило Вику, и Ирина, заметив это, пояснила, что название дано не зря. Дракон, как известно, мудрейшее и красивейшее создание. Именно поэтому основатели школы избрали дракона своим символом. Крылья же символизируют полет, стремление к новым знаниям. Все звучало очень просто и логично, но Вике казалось, что это объяснение очень далеко от истины.

Школа расположена на природе, вдалеке от городов. Учеников совсем мало, редко, когда бывает немногим больше пятидесяти. Всего в их группе двадцать человек. Около половины всех учеников. Учителей в школе неожиданно много — сколько точно, Ирина сказать не могла, но знала, что многовато для пятидесяти человек. Живут ученики в общежитии, вместе учатся, проводят свободное время. Довольно часто устраивают турпоходы на два-три дня. Каждые полгода — восемнадцатидневные каникулы.

Получается, что школа «Крылья дракона» довольно сильно отличается от школы, привычной Вике. Ну что ж, вроде все нормально, пыток и голодовок не предвидится. Хотя, разумеется, в этой школе очень и очень много странного и подозрительного…

Решив не заморачивать голову всякими ненужными и непонятными мыслями, Вика сунула в уши наушники и включила музыку потяжелее. Давно уже заметила, что в таких случаях помогает именно тяжелая музыка вроде «Арии». Она просто вышибает все ненужные мысли, оставляя и проявляя лишь самое важное. Вика откинулась на спинку сиденья и погрузилась в мир звуков.

Внезапно ее словно подкинуло на сиденье: на станции она видела одного человека…. Тогда она не обратила на него внимания, но вдруг его лицо всплыло у нее в памяти. Нет, она не ошибалась. На станции она действительно стоял Иван!

К школе подъехали через час. Она стояла на поляне около небольшого озерца. Как ни странно, но около школы не было ни обычной дорожки для бега, ни футбольного поля с покосившимися воротами, которые присутствуют около любого учебного заведения.

Водитель с помощником помогли выгрузить вещи и автобус уехали. Перед тем, как занять свое место, водитель как-то очень странно взглянул на них. Вике запомнилось, что в его взгляде было сочувствие и зависть одновременно. Что же могло вызвать такой взгляд? Вопрос так и остался без ответа.

Школа для особо одаренных детей «Крылья дракона» особо не впечатляла. Длинное серое двухэтажное здание. Несколько пристроек. Клумба. «И это та самая школа? И она находится в такой глуши?» — удивилась Вика. Затем, решив не напрягать слишком сильно мозги, а то и так уже кипят, она взяла свой чемодан и пошла вслед за Светланой.

Когда они пришли в здание школы, их быстро распределили по трехместным комнатам. Обстановка в них была самая что ни на есть спартанская: три кровати, длинный стол у окна, три стула, полка для книг. Ничего лишнего. Кроме нее в эту комнату поселили Дику и Ленку. Владу же досталась комната напротив, где кроме него жили Димка и Сашка.

Вика уже заканчивала разбирать вещи, когда зашла Светлана и сообщила, что через час все должны будут собраться в коридоре.

— Интересно, зачем это нужно? — спросила сама себя Вика, не ожидая ответа. Все равно провожатая уже ушла, а соседки по комнате не знали.

— Да вроде должен директор выступить… — неуверенно сказала Дика. — Кстати, вы заметили, что эта школа немного… необычная?

— Да разве что слепой не заметит! — фыркнула Ленка. — Ну, будем надеяться, что на этом выступлении нам все же скажут, в чем дело. А то у меня мысли самые разные — от какого-то тайного общества до замка дяди Дракулы и Гарри Поттера.

Вика хмыкнула:

— Ну, дяди Владика тут, наверное, нет, но есть кто-нибудь другой. Да и о магической школе можешь не беспокоиться — я как-то шутливо спросила у Лесова на эту тему, так он поклялся, что ничего такого там нет. Да, кстати, можно я всю полку своими книжками займу? А то их у меня вон сколько… — невинным голосом спросила она. Ленка с Дикой протестующее завопили и бросились отвоевывать жизненное пространство…

Проводница, как и говорила, появилась ровно через час. Быстро собрав стоящих в коридоре учеников и выгнав из комнат остальных, она повела их за собой…

В актовом зале все быстро расселись и успокоились. Вике с приятелями повезло — они успели сесть на переднем ряду и могли спокойно разглядывать сцену с микрофоном, не шепча при этом: «Слушай, голову вниз убери, а? А теперь на пару сантиметров влево, хорошо?»

Три человека встали у микрофона. Как полагала Вика, директором был высокий мужчина средних лет. Рядом с ним стояли Светлана и… Иван. Вот уж кого она не ожидала здесь увидеть!

Тут она обратила внимание, что у всех трех были кулоны: у Ивана дракон, у Светланы какая-то непонятная птица, а у директора то ли орел, то ли лев. Зрение у Вики хорошее, так что она легко могла разглядеть.

Директор взял микрофон и заговорил неожиданно громким клекочущим голосом:

— Здравствуйте, наши новые ученики! Мы приветствуем вас в нашей школе «Крылья дракона»! Прошу вас послушать чрезвычайно важную информацию, которая наверняка ответит на многие ваши вопросы.

Меня зовут Крэй. Так вы будете звать меня постоянно, без всяких добавлений вроде «господин» и «уважаемый». Должен также предупредить, что это правило относится ко всем в нашей школе. Здесь не должно быть ни пренебрежения, ни раболепства. Все равны. Надеюсь, все учтут это.

Наша школа — действительно школа для особых детей, как было сказано вашим родителям. — Тут Крэй усмехнулся, а друзья недоумевающее переглянулись: что значит «сказано родителям»? Что же это за школа?..

Словно подслушав их мысли, Крэй продолжил:

— Но одаренных в другом смысле. У вас есть кое-что, но талантом это назвать сложно. Это гораздо больше таланта. Не беспокойтесь, здесь не будет ни жертвоприношений, ни чего-то подобного. Здесь вас научат, как проявить себя в буквальном смысле, но только если вы сами этого захотите. Вам просто покажут дорогу, а вступать на нее или нет — ваше право. Однако должен предупредить, что дороги назад уже не будет. И сейчас я, Крэй, продемонстрирую вам, чему же учат в школе «Крылья дракона».

Крэй коснулся своего кулона…

Его тело начало резко изменяться. Он опустился на четвереньки, из спины вдруг начали расти какие-то наросты, превратившиеся потом в широкие орлиные крылья. Лицо стало огромной орлиной же головой с ярко-золотыми пронизывающими глазами. Руки обернулись птичьими лапами, ноги же превратились в лапы львиные. Выросли золотисто-белые перья, на туловище плавно переходящие в светло-коричневую шерсть, и львиный хвост. Крэй (или нет?..) увеличился, и теперь в холке был около двух метров. Перед пораженными ребятами предстал настоящий грифон.

Глава 3

Грифон прошелся перед новыми учениками, распахнул крылья и что-то проклекотал. К своему удивлению, Вика различила слова:

— Как видите, школа у нас очень необычная. Очень скоро вы, если согласитесь остаться, сами сможете возвращаться в свой истинный облик.

Вика недоумевала. Какой истинный облик?! О чем говорит этот грифон?

Тот временем продолжал:

— Итак, с чего начать?.. Думаю, для вас не секрет, что у каждого существа есть душа. В настоящее время, когда ученые изучили вдоль и поперек человеческое тело, это отрицается. Однако она есть, причем у всех — от амебы до драконов. Каждое существо имеет свой истинный облик — облик души. Чаще всего этот облик такой же, как и материальное тело. Например, у человека — человек, у собаки — собака, у единорога — единорог. Но иногда у человека бывает душа магического существа. Почему это происходит, пока неизвестно, но факт остается фактом — истинный облик у людей бывает обликом магического создания, но только магического, не обыкновенного! Случается это чрезвычайно редко, невозможно даже привести статистику… Такие люди могут стать гениями, а могут быть обычными людьми. Как ни странно, сами люди догадываются об этом очень редко. Лишь иногда во сне они видят себя в своем истинном облике…

Вика вспомнила свой сон. Неужели это правда?! Тогда…. она…. Тут Вика взглянула на свой кулон. Кажется, она начала понимать, что он означает…

— Животные, особенно собаки, кошки и совы, прекрасно видят истинный облик, под какой личиной он не находился. Видя же, они могут или преклониться перед повелителем или же решат напасть на извечного врага. Я уверен, что многие замечали странности, связанные с поведением своих любимцев. Чтобы избежать подобных случаев, около полторы тысячи лет назад создали нашу школу. Здесь собирают людей с душами магических созданий, учат их и… дают право сделать свой выбор.

Прежде чем воскликнуть «да!» или «нет!», хорошо подумайте. Второй раз у вас никто ничего не спросит. Вы или решите погрузиться в мир магии, о котором, несомненно, многие о вас мечтали, или уйдете, оставшись обычными людьми, живя обычной размеренной жизнью. Те, кто согласятся, смогут высвобождать свой истинный облик, став звеном между людьми и магическими существами. Тем, кто предпочтет остаться просто человеком, ничего не будет. Вы просто уйдете… и забудете все о нашей встрече. Но я подозреваю, что из нынешнего курса не уйдет никто, как никто не ушел из прошлого и позапрошлого курсов, — тут грифон слегка помедлил, и Вика почувствовала легкую неуверенность в его голосе, словно он что-то скрывал. — Если вы решитесь, вы сможете посетить одно место — то, куда удалились магические создания, когда их изгнали из этого мира. Место это называется Неларн. Там живут те, о ком вы слышали лишь в мифах — драконы, единороги, волкары, грифоны…. Вы сможете встретиться со своими… хм… сородичами. Неларн — это не просто небольшая полянка в лесу, это целый мир…

Теперь о вашем обучении. Оно будет длиться десять лет или более. Все будет зависеть от того, какими темпами вы будете продвигаться в учебе. На вопрос «Зачем нам обучаться?» отвечу, что в нашей школе учат не только освобождать истинный облик и жить в нем, но и обучают магии — без заклинаний, живущей в вас независимо от того, знаете ли вы о ней. Наши выпускники становятся магами, целителями и шаманами своих народов или известными врачами, изобретателями на Земле. Практически все магические существа владеют магией. Одни лучше, как найтаги, другие же, например грифоны, магии почти лишены и полагаются на свои когти и клюв, — грифон выразительно щелкнул клювом. — Однако у вас — людей с душами драконов, фениксов или грифонов, магия особенно сильна. Вся суть, чтобы подчинить ее себе.

Каждые полгода у вас будут каникулы, как вам и было сказано. На это время вы будете возвращаться до-мой, а через восемнадцать дней вновь приезжать сюда и продолжать учебу.

Решайте, останетесь вы обычными людьми, или обретете свое истинное обличье… Мы дадим вам одну ночь на принятие решения. До завтра вы никому не должны говорить о вашем решении. Решайте, но помните, что отменить ваше решение будет невозможно…

Грифон закончил свою речь и застыл. В следующую секунду его очертания странно расплылись, и он вновь стал человеком, точно таким же, что и до превращения, только одежда сменилась — официальные черные брюки с пиджаком обернулись облегающими штанами и свободной курткой из какой-то кожи.

Остаток выступления Вика пропустила, погруженная в свои мысли. В конце концов Крэй попросил Свету отвести учеников в жилое крыло и куда-то ушел. Света же, не давая ученикам разбрестись, вновь построила их по парам и позвала за собой.

— Что ты об этом думаешь? — ошарашено спросила Вика у Дики.

— Да уже и не знаю, что думать. С одной стороны, этого не может быть, но с другой — мы сами, «собственноручными глазами», как любил говорить мой дедушка, видели! К тому, не знаю, как тебе, а мне очень хочется в это верить…

Вика задумалась над ее словами. Да, ей тоже очень хотелось, чтобы это было так. Слишком уж она желала, чтобы ее сон оказался правдой…

— Ну что, Вик, все еще удивляешься, что я подарил тебе этот кулон?

Вика обернулась и едва не врезалась в говорившего.

— Ой, здравствуйте, Иван! Ну, этому теперь не слишком удивляюсь. Как и тому, что вы оказались здесь. Теперь я что-то понимаю… хотя и не очень много. А ведь у вас тоже дракон?

Иван хмыкнул и показал Вике дракона с сине-зелеными, словно морская волна, глазами.

— Ага. Ты, вижу, уже завела себе приятелей? Я почему-то так и думал. Есть какие-то вопросы?

— Целая куча. Самый важный: что мне ответить?

— На этот вопрос ты должна ответить сама, без чьей-то подсказки, ни с кем не советуясь. Ни я, ни Ирина, ни твои друзья не должны влиять на твое решение. Никто, понимаешь?

Вика кивнула.

— А вы бывали в этом… Неларне? Какой он?

— Увидишь…. Если согласишься, конечно. — Иван на прощание взъерошил Вике волосы и быстро скрылся куда-то.

Придя в комнату, Вика сразу повалилась на кровать.

— Неужели это правда? Люди, скажите мне, что я бредю… — простонала она.

— Бредишь, бредишь, — хмыкнула Ленка. — И, главное, не ты одна. Я тоже. Ну ладно, завтра выясним — если проснемся у себя в кроватях дома, значит, нужно идти к психиатру, если нет… — она пожала плечами.

— Ну, не знаю как вы, а я выбор уже сделала, — заявила Дика. — Так что можно пока не напрягаться и за-быть, где мы, и спокойно отдохнуть. В конце концов, последний день каникул, надо наслаждаться отдыхом!

— Дик, а ты всегда так говоришь? — спросил Влад.

— Как «так»?

— Ну, воспринимаешь все как данность. Не беспокоишься о том, что будет, и всегда ищешь во всем хорошие стороны.

— Ага. У меня логика простая — нечего расстраиваться, если в чем-то ошибся, поскольку назад время не вернуть, и не надо бояться будущего, ведь оно еще не наступило. Значит, нужно просто наслаждаться на-стоящим и радоваться каждому мигу!

Вика задумалась.

— Я раньше тоже так думала, вот только следовать этому принципу не получалось. Все время о чем-то думаю, о чем-то беспокоюсь…

— Это потому, что ты слишком серьезная. А я словно собака или волк — бросили, так минут пять повою, подожду, а если хозяин не вернется, пойду искать или дом, или убежище на ночь, смотря, кто бросил. Хотя… волк вообще не будет выть. Его же никто не бросит…

— Ясненько. У тебя логика волчья, вот небось и истинный облик — волк, или как там грифон говорил… Волкар? Не знаю, кто это, но, по-моему, кто-то вроде оборотней, — добавил Влад.

— Наверное…. У меня даже кулон в виде волка. Жаль только, по кулону не узнаешь, как эти волкары вы-глядят… У вас все проще — драконы, они драконы и есть. Красивейшие могучие создания, повелители стихий… — с явной завистью протянула Дика.

Ленка хмыкнула.

— Прям льстишь. Ну с чего ты взяла, что кулоны не могут ошибаться? У меня дракон, а логика у меня, как у тебя. Может, я в душе тоже волк?

— Не знаю, не знаю… Завтра выясним, если согласимся. Хотя, повторюсь, я уже все решила.

— Я тоже, — пожал плечами Влад, нагло плюхаясь Ленке на кровать. — О, что это? Неужто мифы? Дай-ка… — Он взял пухлую книжку «100 великих легенд и мифов» и восхищенно проговорил: — Что у нас здесь? Неужто мифы? Дай-ка почитаю… «Смерть Кухулина»… Обожаю сказания об этом герое! С ними никаких анекдотов не надо. Та-ак… Во, этот момент люблю читать, где конец! «Лойг сказал: «я получил смертельную рану». Простился с ним Кухулин, выдернул из раны копье — и Лойг умер». Ума у героя… м-да. Хотя вот это, где коня убили, еще лучше! «Простились конь и хозяин»… Я, разумеется, после сегодняшнего поверил в магию, но чтобы обыкновенный конь говорил? И чего Кухулина так прощаться тянет, нет, чтобы нормально ругнуться или еще чего. Оно логичнее для супергероя, который каждый день кучу людей для разминки убивает. «Окружили его враги»… таинственные такие враги, небось, все в масках и черных плащиках, да? «Сказал Кухулин: «Хотелось бы мне перед смертью добраться до озера и испить из него воды». Враги сказали: «Не станем противиться этому». Ага, а если бы он решил напоследок станцевать или что-нибудь еще более глупое, то чтобы они сказали? И враги какие-то туповатые, добивать надо было, а не болтать! И Кухулину надо было драться а-ля берсерк, а тут… интересно, а озеро далеко было? И вообще, я думаю, что от смертельных ран умирают, а тут… Что у нас дальше? «Зажимая рукой смертельную рану, пошел Кухулин к озеру и в последний раз испил холодной воды. Потом встал у высокого камня и привязал себя к нему поясом, потому что хотел умереть стоя. Издали смотрели враги на героя. С неба слетели птицы, сели ему на плечи — и Кухулин испустил дух» Мда… Видно, птички были альбатросами или кто там еще крупный, раз раздавили героя. Хотя я что-то не верю, что этот Кухулин был настолько вынослив, что умудрился выжить после удара в грудь, дошлепать до озера, привязать себя, а потом так внезапно умереть! По правилам, он должен корчиться на земле, ожидая, пока его не докончат.

— Слушай, ты! — возмутилась Ленка, выхватывая у него из рук несчастную книгу. — Это легенды! Читай по слогам! А это к тому же краткий пересказ!

— Во-во! — обрадовался Влад. — А я что говорю? Прекрасный пересказ, великие легенды. Дай еще поиздеваюсь…

— Нет уж, лучше в карты, — поспешно спрятала «Легенды'себе за спину Лена. — Вон, мне и колоду доста-вать не нужно…

— Ну дай еще немного почитать, в порядке общего образования! Это так интересно! Ну пожалуйста!

— Обойдешься!

— Ну, мы будем играть, или нет? — спросила Дика. — Если вы хотите дальше ломать головы, то ломайте их молча и не загружайте их тем, кому они еще нужны работающими.

— Будем, будем. Во что играем — то? — Влад взял колоду и стал мастерски ее перетасовывать. Он явно имел большой опыт в азартных играх, и теперь наглядно это демонстрировал.

— В «двадцать одно» давайте.

— Ну, раздавай. — Вика со вздохом уселась на кровати и взяла предложенные карты…

— Эй, не жульничай! — возмутилась Дика пять минут спустя, когда они перешли на «дурака». Влад невинно хлопнул глазами и вопросил:

— Ты чего? Кто жульничает-то?

— Ты!

— Наглый поклеп! — возмутился парень, поспешно отдергивая руку от колоды.

— Да какой поклеп, — присоединилась к Дике Ленка, — если ты и впрямь жульничаешь! Хоть скрывал бы это, ради приличия…

— Ладно, — легко согласился Влад. — Буду скрывать…

— Лучше уж так. — Вика ловко выхватила у него из рук колоду и спрятала себе за спину. — Все, теперь никто не доберется!

— А как же я? У меня же такой плохой расклад… — на пойманного жулика было жалко смотреть.

— А ты обойдешься! — безжалостно заявила Дика. — Давай Вик, раздавай…

Они играли до позднего вечера, потом легли спать…

Вика летела сквозь тучи. Вокруг сверкали молнии, она готова была поклясться, что некоторые попали в нее, однако бессильно соскользнули, не причинив не малейшего вреда. Она летела сначала медленно, затем ускорилась. Тучи замелькали вокруг, смешались, превратились в серо-черный тоннель с редкими яркими вспышками. Вика неслась по этому тоннелю. В голове засела одна мысль: «Лети! Быстрее!»

Тоннель кончился внезапно. Она летела по ясному небу. Под ней белым ковром расстилались облака. Она мчалась навстречу солнцу, на которое могла смотреть, не щурясь. Она мчалась, рассекая могучими крыльями воздух. Это было так чудесно, что она засмеялась. Но из горла вместо человеческого смеха вырвался совершенно чужой… рев? рык? вой?.. Внезапно Вика услышала: «Решай! Делай выбор!». Она вспомнила. Вспомнила о выборе. И поняла, что уже сделала его. Она решила.

Глава 4

Первое, что сделала Вика, проснувшись — начала шипеть, словно рассерженная кошка. Да она и была рассерженная. Дело в том, что подъем в шесть утра никак не входил в ее планы, да и просыпаться она предпочитала не от школьного звонка…

— Ну чего вам, изверги?.. — простонала Ленка Рысьева и накрыла голову подушкой.

— Подъем! Вставай, страна народная! — весело крикнула Дика. Оказывается, она успела не только проснуться, но и встать, одеться и привести себя в порядок.

— Дик, ты вообще когда-нибудь спишь? — спросила Вика, с трудом отрывая голову от такой мягкой и близкой подушки…

— Сплю. Просто я еще полчаса назад проснулась.

— Кстати, Дик, а полное имя у тебя какое? А то все Дика да Дика…

— Дина Снегова. А что?

— Да так, просто интересно.

Тут в дверь постучали, и, услышав дозволительное «войдите», зашел Влад.

— Идемте! Уже почти все собрались, — зевая, сказал он.

— Угу. А куда идем-то? На завтрак? — спросила Дика.

— Если бы! — Влад неопределенно махнул рукой. — «Завтрак будет только после Посвящения!» — передразнил он кого-то, скорее всего — Светлану.

— Ну, тогда нужно поскорее пройти это Посвящение, а то я голодна, как волк! — засмеялась Дика.

Снова раздался стук, и вошел Иван. Услышав Дикины слова, он сказал, хмыкнув:

— Если хочешь поскорее, то идите в коридор. Вот только, боюсь, аппетит у тебя отшибет начисто.

— А, все равно! — Дика легко вскочила с кровати и побежала к двери.

— Веселая у вас подружка. У нее ведь волк, да? — обратился Иван к ребятам. Затем протянул руку сначала Владу, потом Ленке. — Приятно познакомиться. Иван Сергеевич Лесов, но для вас — просто Иван.

— Орлов Влад. Очень приятно…

— Лена Рысьева. Рада знакомству…

— Ну, без формальностей! — засмеялся Иван. — Не то обвиню тебя в лизоблюдстве, а этого знаешь как не любят…

Хотя он говорил вроде шутливо, все ему сразу поверили. У Ивана был талант говорить убедительно.

— Иван, а что там будет? — спросила Вика.

Он перестал улыбаться.

— Да ничего страшного, не беспокойся. Будет немного непривычно и неприятно, но только первое время. Сам обряд Посвящения проходит быстро, так что особо не переживайте. Главное — вы уже решили?

Все кивнули.

— Ну и хорошо. — Иван направился к двери. Вика с Владом и Ленкой последовали за ним.

Обряд проходил где-то в подвалах школы. Как ни странно, но у этого внешне небольшого здания оказалась огромная подземная часть. Они спускались очень долго, делая множество поворотов. В какое-то мгновение Вике показалось, что она прошла через тонкою полупрозрачную пленку, которая перегораживала коридор. При этом девушка ощутила легкую волну жара, пробежавшую по всему телу и сменившуюся таким же легким холодом.

Следуя все глубже в подвалы школы, Вика начала замечать изменения, происходящие вокруг. Обычные крашеные стены сменились сначала кирпичными, а затем каменными, частично заросшими мхом. Лампы как-то незаметно стали факелами. Да вообще, окружающая Вику обстановка стала походить на средневековый замок.

И вот теперь вся их группа застыла перед дверью, за которой, предупредив, что входить нельзя, десять минут назад скрылась Света. Вика, стоящая у стены, огляделась. Она пару раз была в старинных домах, и еще несколько — в разрушенных домах. Здесь не так темно, да и оторванных обоев нет, но уж очень похожая атмосфера… Заброшенность, пыль и холод, плюс невозможность выбраться обратно… Вряд ли хоть кто-то из учеников смог бы повторить весь путь, который они совершили, идя к этому месту.

— И чего они ждут? Бенгальские огни с благовониями не приготовили?.. — проворчал Влад. К так называемому Посвящению он относился с явным скепсисом; в прочем, Вика вполне разделяла его чувства.

Словно в ответ, дверь открылась, и оттуда вышел Крэй. Внимательно осмотрев учеников, он спросил:

— Вы готовы? Точно приняли решение?

Ребята ответили ровным гулом, который можно было принять за положительный ответ. Вика не слишком уверенно кивнула. Ответ она приняла, но поручиться за его правильность не могла…

— Хорошо. Я буду называть фамилии, и те, кого я назову, войдут в эту дверь. Вы пройдете обряд и начнете… обучение. Дальше сами увидите. Начнем. Анна Камушкина!

Невысокая рыжеватая девушка с кулоном-птицей пугливо вздрогнула, но собралась и подошла к двери, открыла ее. Вика и еще несколько человек попытались заглянуть за дверь, однако увидели лишь непроницаемую черноту. Вака невольно засомневалась: так ли она хочет учиться здесь? Однако Камушкина вздохнула и шагнула в дверной проем.

Прошло две минуты…пять… десять…. Крэй прислушался к чему-то и вновь сказал:

— Дмитрий Вранов!

Побледневший Димка скрылся за дверью. Затем пошли Петр Клык и Дарья Менялова. И, наконец:

— Виктория Чайкова!

Влад ободряюще сжал ее плечо. Собравшись с духом, Вика открыла дверь и шагнула в темноту.

Вокруг темно, словно в чернильнице. Вика не различала свои руки, даже поднеся их к самому лицу. Она не знала, что делать. Вика хотела пойти назад, открыть дверь, вернуться, но тут услышала зов. Она слышала голос, очень похожий на тот, что говорил с Викой ночью.

«Иди…. Вперед…»

Вика шла. Шла и шла, не зная, сколько осталось до стены. Шаг, два? Или сотня? Она и не подозревала, что этот зал такой большой…

Внезапно она увидела, что кулон, висящий у нее на шее, начал светиться. Сначала слабо, но с каждым ее шагом все ярче и ярче. Свет, исходящий от кулона, был чистый, яркий, белого цвета. Он успокаивал, вселял уверенность.

Вика шла. Впереди она увидела свет, точно такой же, что и от кулона.

«Свет в конце тоннеля…» — подумала она и усмехнулась. Прав Влад: зачем столько ритуалов, столько помпы? Что это даст? Однако она шла. Случайно взглянув на кулон, увидела, что дракон словно ожил: по гребню по спине пробежали синие искорки, сапфировые глаза засветились, в приоткрытой пасти промелькнуло пламя.

Внезапно Вика оказалась совсем рядом с источником света. Еще мгновение назад она видела его лишь издали, а теперь может коснуться его источника рукой. Свет исходил от стеклянного шара, стоящего на серебряной подставке. Вика взглянула в него и тихо ахнула: внутри шарика свернулся красивейший дракон — очень изящный, светло-голубого цвета, с яркими сапфировыми глазами, размером со среднего лабрадора. Дракон взглянул на нее, и Вика услышала слова. С ней говорил тот самый голос, который и привел ее сюда, что говорил с ней во сне.

«Коснись шара»

«Кто ты? Что ты хочешь?»

«Коснись шара»

«Что произойдет?»

Вика не решалась. Она понимала, что отменить решение будет невозможно. Если она коснется шара, она не сможет вернуться. Неожиданно напала неуверенность, которая так часто овладевала девушкой. Вика стиснула зубы, протянутая было рука задрожала и отдернулась…

«Ты решила. Иначе бы ты не пришла сюда, в этот зал, к этому шару. Вернешься ли ты назад или пойдешь вперед? Если пойдешь, коснись шара. Ты обретешь себя»

Вика решилась. Решилась, как только вспомнила свои сны. Вспомнила пьянящее чувство полета. Она осторожно коснулась теплой твердой поверхности.

Дракон в шаре поднялся на лапы и выдохнул чистое белое с синевой по краям пламя. Стенки шара не были ему преградой. Пламя коснулось Викиных ладоней и… мгновенно охватило все тело, особенно концентрируясь на голове и левой части груди.

Вика вскрикнула. Ей не было больно, но видеть, как ты заживо горишь, неприятно. Она посмотрела на дракона. Тот встретил ее взгляд, заглянул своими чистейшими синими глазами, казалось, прямо в душу.

«Скажи о своем выборе. Ты согласна принять свой истинный облик?»

«Да!»

Внезапно Вика почувствовала боль. Поначалу слабая, она с каждым мгновением разгоралась все сильнее. Стонала каждая клеточка тела. Вика перестала различать и шар, и дракона. Осталась лишь боль и яркий, режущий свет. Ей казалось, что все тело разрывается и меняется, становясь чем-то чужим, непривычным. Последнее, что она услышало, были слова дракона:

«Прими свой истинный облик, Naitael…»

Все потонуло в ярчайшей белой вспышке.

Глава 5

— Как она?

— Нормально, скоро очнется.

— Новичкам не позавидуешь. Вспомню свои первые обращения, до сих пор жуть берет…

— Все прошли?

— Да. Никто не отказался. Хотя, думаю, многие потом пожалели о своем выборе…

Слова с трудом пробились к замутненному сознанию. Еще некоторое время понадобилось, чтобы разо-брать их, а затем понять, хоть и не до конца. Вике показалось, что она узнает голоса. Это были Крэй и Лесов.

Она попыталась открыть глаза и тихо застонала. Все тело налилось ужасной тяжестью. Болела каждая косточка. Не было сил даже открыть глаза.

— Ну как, Виктория Наитель, ты в порядке? — услышала она участливый голос Ивана. — Не говори ничего вслух, просто подумай.

«Вроде цела… Что это было?»

— Ты прошла свое первое превращение, впервые вернула свой истинный облик. Открой глаза. — Вика ощутила теплую волну, которая наполнила ее тело силой. Боль еще не прошла, но хотя бы отступила, перестала затуманивать мысли.

Вика послушалась. Первые мгновения она видела лишь мутные очертания предметов, но потом зрение очистилось, и Вика с удивлением заметила, как изменились привычные предметы. Цвета сделались более яркими, все приобрело невероятную четкость, да и сам обзор увеличился. У человека просто не может быть такого хорошего обзора!

Она лежала в просторном помещении, очень напоминающем пещеру. Над ней склонялся Иван, неподалеку она увидела Крэя в облике грифона.

Что-то было не так. Все тело словно чужое. Да оно и есть чужое… Казалось, что она вернулась в тот сон, в котором она летала, в котором она была…

— Так… Спокойно…. Не делай резких движений… — говорил ей тем временем Иван. — Не удивляйся ничему… Попробуй подняться… Только осторожнее… Только неконтролируемого дракона нам тут не хватало!

«Дракона?!»

— Непривычно, да? — спросил Лесов и усмехнулся. — Я тоже долго привыкал. А теперь жить без этого не могу!

— Я… драконица?.. — Слова с трудом проталкивались сквозь изменившееся горло. Да и сам голос изменился — теперь он стал глубже, Вика постоянно сбивалась на рычание…

— Да. Привыкай уж…

Вика попыталась подняться. Как ни странно, но ей это удалось. Покачиваясь, она встала на длинные стройные лапы, на локтевом сгибе украшенные острыми когтями. Шевельнула хвостом, чуть не ударила Ивана костяным шипом на самом его кончике. Повертела шеей, удивляясь ее гибкости — можно было даже взглянуть себе на спину, что человек бы не смог при любом случае… Вика быстро осваивалась в новом облике. Она вспомнила свой сон. Да, во сне она была драконом. Вот бы еще взлететь… Но крылья отказывались повиноваться и повисли ненужным грузом.

— Великолепно! — восхитился Иван. — Ты очень быстро привыкаешь. Я сам, помню, лишь через полчаса смог встать… А вот пытаться взлететь пока не надо. Крылья еще неокрепшие, да и не умеешь ты. Потом научим…

— Где мы находимся? — удивленно спросила Вика.

Крэй подошел к ней, негромко цокая когтями на полуптичьих-полульвиных лапах.

— В настоящей школе «Крылья дракона». То место, где вы были раньше — не более чем пустая оболочка. Настоящая школа здесь. Это… не то, чтобы настоящий мир… Скажем так — мирок, малый мир, карман. Здесь есть место лишь для школы. Ты помнишь границу, которую вы пересекли по пути к Залу Ночи?

— Это такая пелена? А Зал Ночи — то место… где шар с драконом?

— Угу. Эта «пелена» на самом деле точка перехода между мирами. Что же до шара… Для тебя в нем был дракон. И для меня тоже. А для Крэя в шаре был грифон, для Светы — феникс. Этот Зал очень необычный. Да и сам шар называется Камнем Познания, — заметил Иван. — Ты привыкла к своему истинному облику? Ходить можешь?

— Да. Но я думала, что драконы больших размеров. И огонь я не выдыхаю. — Вика попробовала дохнуть огнем, но получилось лишь небольшое облачко светло-синего, почти прозрачного дыма, неприятно защекотавшего ноздри. Она смешно чихнула и внезапно обнаружила, что может шевелить крыльями! Не замедлив расправить их, Вика долго рассматривала тонкую перепонку, по которой струились прозрачные нитки сосудов.

Что до размеров, то Вика-драконица и вправду была лишь около двух метров в холке. Маловато для дракона… Хотя для человека и этого предостаточно.

Лесов рассмеялся.

— Ну ты даешь! Ты ведь по драконьим меркам еще маленькая совсем. Драконы становятся взрослыми лишь к шестидесяти годам! Огонь они начинают выдыхать годам к пятидесяти. У таких, как мы, взросление происходит быстрее, но все равно…. Кстати, теперь ты в человеческом теле будешь стареть гораздо медленней. А так, драконы очень велики. Например, я в драконьем обличии где-то четыре метра в холке, а я еще довольно молод… Драконы растут практически бесконечно, хотя со временем процесс замедляется. А вот магические способности могут проявиться в любой момент — и у дракона, оставившего за плечами более тысячи лет, и у такой малявки, как ты. Правда, только в теории, на самом деле таких старых драконов почти нет… — тут Иван замялся, словно не желая говорить о чем-то. Но Вику эти слова почти не заинтересовали, слишком много на нее обрушилось новых впечатлений.

— Сколько времени я провалялась без сознания?

— Недолго, — успокоил Вику Крэй. — Около получаса.

— Что с Владом, Ленкой и Дикой? Они прошли обряд?

Крэй усмехнулся. Во всяком случае, этот короткий клекот Вика восприняла именно так.

— Да прошли они, прошли! Орлов и Рысьева стали, как и ты, драконами, а Снегова — волкаркой. Ты сможешь с ними увидеться, но потом. Они прошли обряд позже, чем ты, и еще не пришли в себя.

— Кстати, а превращение… Оно всегда так… болезненно? — с беспокойством спросила Вика. Ей совсем не улыбалось всякий раз при превращении терять сознание от боли.

— Боль испытываешь лишь в первые три превращения, потом она идет на спад, — успокоил юную драконицу Крэй. — Что ж, прими мои поздравления, Наитель.

— Я не Наитель, я Виктория, — удивленно напомнила драконица.

— Наитель — привычное произношение драконьего имени. Оно дается при первом превращении самим Камнем Познания и заменит тебе фамилию в общении с магическими существами. Сами имена даются на древнем, давным-давно забытом языке…. Сейчас драконы его не понимают… В Неларне его иногда почему-то называют эльфийским, хотя к эльфам он имеет лишь самое отдаленное отношение… На даране — так называется этот язык — говорили первые драконы Неларна и Земли. Те времена минули так давно, что этого не упомнят даже самые древние из драконьего рода, а они по праву считаются самой долгоживущей расой Неларна… С тех времен нам достались некоторые предметы, обладающие огромной магической мощью, в том числе и сам Камень Познания. Он дает имя каждому, кто касается его поверхности. Каждое имя что-то значит, это калька со слов на даране. Например, Naitаer означает «Победоносная». Виктория — значит «победа»? Ну, неспроста тебе дали это имя, — пояснил грифон. — У дарана свое произношение, но большинство людей… и не только… произносит и пишет на своих родных языках. Меня зовут Яромир Крэй, а Лесова — Иван Тайрен.

Вика потянулась, поцарапав при этом пол пещеры. Она чувствовала, как тело наполняется силой. Хоте-лось если не лететь, то хотя бы бежать изо всех сил. Но эйфорию прервал желудок, настойчиво напомнив, что она сегодня вообще-то не завтракала.

— А где можно будет перекусить? — виновато обратилась она к Лесову. — А то я есть хочу…

— Пошли. — Лесов поманил Вику за собой, одновременно касаясь своего кулона. Перед драконицей предстал крупный сине-зеленый дракон, который возвышался над ней на добрые два метра. Он взглянул на Вику золотыми глазами и мотнул головой, показывая, куда идти. Вздохнув, Вика пошла за ним, осторожно переступая лапами. Было непривычно идти на четырех лапах, к тому же драконы, как оказалось, опираются при ходьбе на пальцы, словно кошки или собаки. Стопоходящему человеку приноровиться к подобным изменениям удалось не сразу…

Как ни странно, но Вика довольно быстро привыкала к новому телу. Да, крылья, хвост, новое зрение — это очень непривычно и доставляло некоторые неудобства… но этот облик не был ей чужд. Она словно вернулась в свой сон, и вполне могла управлять этим, таким чужим и таким близким телом.

Когда они вышли из пещеры, Лесов приостановился, давая Вике оглядеться. Та тихо ахнула, судорожно втянула воздух.

Горы. Три огромные величавые горы. Две относительно небольшие располагались вокруг другой, которая вполне заслуженно могла носить звание Царь-горы. Множество расселин, небольших долинок, речки, озера были на этих горах. Но первым, что бросалось в глаза, была исполинская статуя дракона. Невообразимо древний, этот дракон сидел на вершине «Царь-горы», расправив огромные крылья. Восходящее солнце освещало его неземным светом, озаряя прекрасным золотым ореолом. Его огромная голова, выточенная из странного светло-золотистого камня, была слегка опущена вниз, словно дракон наблюдал за чем-то, происходящим внизу. Золотые глаза дракона казались живыми. Проследив направление его взгляда, Вика тоже посмотрела вниз. Она увидела прекрасную долину, расположенную у подножия горы. Сейчас долину окутывал, словно покрывало, белый туман, но это не помешало юной драконице увидеть круглое озеро прямо посередине долины, растущие по его берегам деревья, веселую речку, сбегающую с «Царь-горы», высокое стройное здание, похожее одновременно на Тадж-Махал и средневековый замок.

Вика с Иваном стояли на выступе скалы. Внизу простилалась глубокая пропасть. Оглядевшись, Вика поняла, что они находились на четвертой горе, меньшей, чем «Царь-гора», но превышающей по размерам две другие. Присмотревшись, она поняла, что горы не стоят отдельно, а связаны между собой хребтами, образуя чашу, на дне которой располагалась долина с озером.

Вика принюхалась. Перед ней открылось еще одно несравненное преимущество дракона — великолепный нюх. Она уловила буйную смесь запахов — трава, земля, вода и даже воздух — все имело свой запах. Они сливались, образуя главный — запах самой жизни.

Вике внезапно захотелось взлететь. Откуда-то из глубин ее сознания всплыли картины — вот она летит… вот спокойно и неторопливо планирует… устремляется к земле в вышибающем дух пике… Юная драконица уже расправила крылья…

— Стой, глупая! Куда! — сине-зеленый дракон буквально оттащил Вику от края пропасти. — Летать пока не умеешь! Правда, все ученики пытаются в первый же час взлететь. Меня мой наставник тоже так оттаскивал…

— Наставник? — Вика удивленно посмотрела на него.

— Да. У нас такая система обучения — один взрослый… в нашем случае дракон… обучает одного-двух, в редком случае двух новичков. Я — твой наставник. Ну как тебе наша школа?

— Это все — школа? — пораженно выдохнула Вика.

— Да. Этот мир был создан две тысячи лет назад специально для обучения нас — людей с душами магических созданий. Это создал один из Великих Драконов — Айран Светлокрылый. Именно его статуя находится на вершине Драконьей горы. Сам Айран исчез более трех тысяч лет назад, и больше его никто не видел…

Как ты видишь, гор три — Драконья, Снежная, Огненная… — Тайрен показал сначала на гору, расположенную слева от Драконьей, а затем ту, что справа. Приглядевшись, Вика поняла, что они вполне оправдывают свои названия: Снежную гору покрывал снег, хотя Драконья, которая была гораздо выше, до самой вершины оставалась зеленой, а на Огненной драконица заметила кратер.

— … И Изначальная гора, — продолжал тем временем Лесов. — Хотя главная гора — Драконья, создание мира началось с этой горы. Здесь же располагаются все порталы в другие миры. Именно сюда Камень переносит всех, кто его коснулся. Долина, которая располагается у подножия гор, называется Туманной или. В ее лесах живут в основном волкары и найтаги…

— А кто такие найтаги?

— Ну… Выглядят они, как крупные львы, но мех у них не желтовато-коричневый, а темно-серый, почти черный, с синим отливом, глаза ярко-зеленые с золотыми зрачками, да и гривы нет, зато есть гребень на спине. Найтаги владеют магией так, что драконы позавидуют. Правда, их мало совсем осталось, хорошо, если несколько десятков наберется…

За горами простираются степи и болота. Вообще-то, мы находимся на острове. Размеры его примерно с Исландию. Но если лететь над морем, то примерно через два часа хорошего лета натыкаешься на стену — там кончается этот мир. Я же говорю, он очень маленький. Как ты понимаешь, этот мир очень отличается от нашего. Законы притяжения и некоторые другие здесь недейственны. Сама сила притяжения примерно равна земной, правда, для магических созданий это не имеет особой разности. Взрослый, владеющий магией дракон может выжить хоть на Луне, хоть и не очень долго.

Все ученики живут около Драконьей горы. Видишь то здание? Это жилой корпус, примерно такой же, как и на Земле. Само собой, в нем ученики находятся в основном в человеческом облике, хотя могут при необходимости принять и истинный… Обучение же идет с наставником. Точного места для занятий не предусмотрено, так что мы сможем перемещаться по всей долине…. Еще вопросы?

— А где мы будем питаться? Как отсюда спуститься? И где мои друзья? — немедленно начала спрашивать Вика.

— Питание…. Тут все зависит от того, в каком ты будешь облике. Если в человеческом, то в корпусе есть столовая, а если в драконьем, то тут тебе придется поохотиться. — Сине-зеленый дракон усмехнулся. — В этом мире обитают не только магические и разумные создания, немало также и обыкновенных животных. Запомни: убивать их можно, но только ради еды и в определенных границах! Бестолковой резни ради вида крови здесь не терпят. Наказание будет очень суровым… Что до спуска, то я один смог бы полететь, но ты этого пока не умеешь, а принимать человеческий облик еще рано. Так что придется нам пройтись по тоннелям. Все горы и соединяющие их хребты просто изрезанны ими, спасибо гномам…

— Они тоже здесь есть?

— Сейчас — нет. Но раньше они прибывали сюда из Неларна и помогали обустраивать мир. За определенную плату, конечно. На счет твоих друзей… У Орлова будет свой наставник, мой друг Святослав, у Снеговой тоже свой, волкар, а вот Рысьеву обучать также буду я. Сейчас мы пойдем, посмотрим, очнулась ли она… Первое превращение — довольно-таки неприятная вещь…

Иван повернулся спиной к Драконьей горе и зашагал обратно в прохладу пещеры. Вика, нет, теперь уже Наитель, в последний раз оглянулась на этот прекрасный мир, который отныне будет и ее миром, и бросилась догонять своего нового наставника.

Глава 6

Наитель следовала за Тайреном, идя по запутанным тоннелям Изначальной горы. Путь им частично ос-вещали факелы, в некоторых же коридоров их не было. Тут Вику ждал приятный сюрприз — оказалось, что драконы прекрасно видят в темноте. По пути она внимательно осматривала стены, украшенные многочисленными фресками и каменными узорами.

А посмотреть было на что. Фрески, выполненные с редким изяществом и искусством, большей частью изображали битвы, но были и другие. На одной драконица увидела того самого золотистого дракона, чья статуя венчала Драконью гору. Этот дракон летел посреди невообразимого хаоса красок, бережно сжимая что-то в лапе. На другой он стоял на горе, в которой Наитель узнала Изначальную. Под ним простирался этот самый мир, но его очертания были расплывчаты, нечетки, словно он еще не сформировался до конца. Рядом с этим драконом находились и другие, не менее диковинные создания — огромная темно-серая львица с высоким гребнем на спине; грифон, однако не коричнево-золотистый, как Крэй, а цвета стали; огромный снежно-белый орел с светло-голубыми, словно зимнее небо, глазами; высокая девушка, вроде человек, однако Наитель заметила необычные заостренные уши и раскосые глаза — эльфийка! Все они стояли широким кругом вокруг золотистого дракона, каждый — в середине сложной фигуры, вычерченной прямо на земле…

— Да, — не поворачивая головы, сказал ее новый наставник. — Ты видишь перед собой создание этого мира. На прошлой фреске был изображен Айран, несущий в своих лапах легендарное Сердце Силы…

— А что это? И как ты узнал, о чем я думаю? — с любопытством спросила Наитель.

Тайрен вздохнул. Становясь Викиным наставником, он никак не предполагал, что девушка окажется на-столько любопытной. Хотя он и слышал, что все Воздушные драконы отличаются такой неуемной энергией.

«Повезло, что она не Огненная, как Орлов. Святославу не позавидуешь» — усмехнулся он про себя. Но ус-мехался Иван лишь до тех пор, пока не вспомнил, что Лена Рысьева также Воздушная…

— А все-таки как? — не отставала молодая драконица.

— При должной тренировке и хорошем таланте дракон может читать мысли другого. Если, конечно, они не будут заблокированы. Но блокировать сознание трудно, а от по-настоящему могущественных попросту невозможно. Да и тренироваться нужно очень долго. Я, например, кучу времени на это убил, зато стал отличным телепатом, — начал объяснять дракон. — А что такое Сердце Силы, точно не знает никто. Это было более трех тысяч лет назад — еще до создания нашей школы, во время одной войны в Неларне. Сердце Силы — гигантский алмаз, сосредоточие сильнейшей магии. Из-за него та война и разгорелась. Айран… кто-то говорит, что он похитил Сердце, но на самом деле, если бы оно оставалось в Неларне, то этот мир был бы уничтожен. В ту эпоху, названную поэтами-эльфами Кровавой, Неларн сотрясало множество войн, частично связанных с приходом магических созданий в него… Где Сердце сейчас, не известно. Предположений много, а вот точно не знает никто.

— А разве драконы не помнят тех времен, если они настолько долгоживущие? — удивилась Наитель.

— Нет. Обыкновенные драконы и вправду живут долго, но не вечно… Средний срок их жизни — около тысячи лет. Да и то, тысяча — возраст долгожителей, которых из-за одного случая почти и не осталось. Опять же, смертность довольно высокая — обвалы, бури, схватки… Правда, у нас ходят легенды о высших драконах, живущих в Крае миров, поскольку лишь он может выдержать их силу, вот они живут неограниченно много, но лично я в эти сказки не верю! — дракон еле слышно фыркнул.

Тайрен остановился у входа в небольшую пещеру. Как ни странно, но на вход перегораживали тяжелые каменные двери. Дракон слегка постучал когтем по стене, смущенно потом отдернул лапу. Наитель заметила, что в камне появилась глубокое отверстие.

— Да входи ты! — раздалось по ту сторону двери.

Дверь открылась, и ученица увидела медно-красную драконицу, размером чуть меньше Лесова. Та, не обращая на Вику не малейшего внимания, сердито уставилась на Тайрена.

— Не мог вестника послать, великий телепат?! Я жду, беспокоюсь, а он в человеческом мире торчит! Что в глаза не смотришь?! — начала сердито рычать она. Лесов как-то весь съежился, опустил глаза и начал еле слышно что-то бурчать.

— Чего извиняешься? Мне не извинения твои нужны, а ты сам! Здесь, целый и невредимый, а не где-то в человеческом мире, где и в истинном облике побыть нельзя!

— Э-э-э… Вика, познакомься с моей подругой Миланьей Нери. Миланья, это моя новая ученица, Вика Наитель. Как там Лена?

— В порядке. — Наитель уловила в голосе драконицы заботливые нотки. — Уже очнулась. Прими человеческий облик! — обратилась она к Ивану. — Потолок низкий, а ты вон какой здоровенный…

Иван вздохнул и принял свой обычный облик. Миланья также превратилась в невысокую женщину лет тридцати. Облик она имела под стать своему истинному — медные волосы, желтоватые глаза, стройная, стремительная, с резкими чертами лица, облаченная в легкую тунику и обтягивающие штаны из какого-то материала, напоминающего драконью чешую. Миланья подошла к Ивану и внезапно обняла его.

— Ты не пропадай больше, хорошо? — попросила она. Тот кивнул.

— Тебе не обязательно, — сказала Миланья юной драконице. — Ты еще невысокая совсем, голову не расшибешь…. Твоя подруга в полном порядке. Правда тебе, Тайрен, не позавидуешь — две ученицы, и все Воздушные…

— А что значит «Воздушные»? — удивилась Наитель.

Иван-Тайрен утомленно вздохнул.

— Потом объясню. Как-то не хочется еще раз повторять все Мейтри, — раздраженно пробурчал он.

— А вам и не придется повторять! — раздался голос Ленки из длинного коридора, и в пешеру просунулась длинная зеленая шея, увенчанная небольшой головкой. — Я уже тут.

К Наитель неуверенно подошла изящная зеленая драконица. Она неуверенно спросила:

— Вика?..

— Ага. Только теперь Наитель. — заметила ученица, удивленно глядя на драконицу.

— Да. А я — Мейтри. Ты так изменилась! Нет, я знала, что ты станешь драконицей, но думала, что медной или зеленой, как я…

— Кстати, я тоже так считала. Тайрен, почему так произошло? У меня же коричневые волосы, — обратилась к учителю Наитель, с восхищением оглядывая подругу. Мейтри была изящней, чем Наитель. Чешуйки у нее на животе и груди были золотые, на спине же и боках принимали густой изумрудный цвет. Все тело сверкало, словно было покрыто изумрудами и алмазами. Глаза Ленки стали золотыми, похожими на старинные монеты. Рядом с ней Вика моментально ощутила себя неуклюжей, как гусыня в деревне. Сама Мейтри с таким же восхищением оглядывала Наитель.

— Цвет чешуи зависит не от волос, а от души человека, какой ему ближе. Скорее наоборот — думаю, что ты, Наитель, скоро будешь иметь белые с серебром волосы и синие глаза, а Мейтри… глаза-то у тебя точно будут зеленые, а волосы… золотистые, думаю, или русые. Что же до «Воздушных», то обычно драконов подразделяют на четыре группы. Огненные, Воздушные, Водные и Земные. Вообще-то, драконы одинаково дружественны всем стихиям, собирая в себе их все и одновременно не принадлежа ни одной из них. Не зря на Неларне люди частенько называют нас Повелителями Стихий. Огненный дракон с удовольствием плавает и ныряет, Земной может стать великолепным летуном и прочее. Но все-таки своя стихия чуточку ближе. Вы Воздушные драконицы, значит, будете отлично летать, воздух навсегда останется вашим лучшим другом. Я — Водный дракон, Нери и ваш друг Орлов — Огненные. Обычно Воздушные драконы синие, голубые и серебряные, но иногда бывают и зеленые. Драконы разных стихий отличаются в основном телосложением — Воздушные самые изящные, Земные — самые мощные. Очень редко встречаются драконы, которые объединяют в себе все стихии, как, например, Айран… — пояснил Тайрен.

— Эх, Тайрен, Тайрен… — Нери с видимой укоризной покачала головой, однако в ее глазах плясали искорки смеха. — Девушки еще в себя до конца не пришли, даже еще не видели, какими они стали, а ты уже с лекциями лезешь… Ничуть не изменился! Пойдемте к зеркальной скале, хоть поглядите на себя…. Тебя это тоже касается, Тайр. А то явился к подруге, а сам весь испачканный, в пыли! Хоть взглянешь на себя, сам испугаешься!

Она махнула рукой, приглашая за собой. Иван пошел за ней. Наитель и Мейтри переглянулись и последовали за учителем…

Шли они совсем недолго. Уже скоро Миланья вывела их к небольшой пещерке, в которой одна стена была серебряного света и отражала, пожалуй, лучше иных зеркал. Драконица с затаенным страхом взглянула в это «зеркало». Что бы ей ни говорили, она не особенно верила в свою красоту.

На Наитель смотрела молодая драконица. Чешуйки у нее на животе были белые, с серебряным отливом. Острые шипы, протянувшиеся вдоль хребта, были также словно из серебра. Длинная гибкая шея. Изящная голова серебряного цвета, украшенная небольшими шипами и наростами, загораживающими слуховые отверстия. На лбу темно-синяя полоса, которая продолжала тянуться вдоль всего позвоночника, четко очерчивая хребет. Яркие синие глаза, словно гигантские сапфиры. Длинные ловкие лапы. Хвост, оканчивающийся острым шипом опять же цвета серебра. Это было прекрасное создание, изящное, быстрое, однако в нем чувствовалась сила, способная своротить гору. И пусть она была еще совсем юной, было видно, что из нее вырастет прекрасная сильная и гордая драконица, достойная представительница своего племени. А через несколько секунд Наитель осознала, что видит себя.

Она попыталась изумленно присвистнуть, однако драконья пасть плохо приспособлена для этого, как что единственное, что получилось у Наитель — выпустить облачко дыма. Рядом восхищенно ахнула Мейтри.

Вика недоверчиво взглянула на Нери.

— Это… это я? — От волнения голос сбивался, не давая говорить. Слишком много чувств сразу нахлынуло на нее. Здесь было и недоверие, и гордость, и восхищение, и другие, непонятные чувства.

— Ты, ты. — Миланья успокаивающе похлопала Наитель по крылу. — Это ты — серебряная драконица Воздуха. Я же говорила, что вы — настоящие красавицы!

— А почему серебряная-то? — Наитель приподняла переднюю лапу в чисто человеческом жесте, и указала на свое отражение. Впрочем, передние лапы вполне походили на человеческую ладонь, так что пальцы она себе не сломала.

— Основной-то окрас — серебряный. А полоска… да то полоска! Мало ли у кого какие полоски бывают…

Вика попыталась понять, что Миланья имеет в виду, но не смогла, и выбросила пустые раздумья из головы. Серебряная так серебряная.

— Когда вам наскучит на себя пялиться и прихорашивать чешуйки, скажете мне, я провожу вас к жилому корпусу, — ворчливо заметил Тайрен, который явно не пришел в восторг от своего вида.

— Я уже иду! Пошли, Мей. — Наитель коснулась кончиком хвоста крыла подруги.

Мейтри нехотя оторвалась от созерцания своего отражения и последовала за подругой.

Выйдя из пещеры, Тайрен и Нери приняли облик драконов.

— Все-таки, быть драконом гораздо лучше, чем человеком! — заявил Иван, с удовольствием потягиваясь, словно крупный кот. Нери рассмеялась:

— Когда-то ты так не думал…

— Я тогда молодой был, глупый. Да ты сама была хороша! Как только начала выдыхать огонь, так сразу же подожгла свою комнату! — смущенно пробурчал Тайрен.

Нери рассмеялась. Потом, приблизившись к дракону, слегка куснула его за крыло. Иван раздраженно дернул могучим плечом.

— А куда мы идем? — отдуваясь, спросила Наитель. Они шли уже довольно долго, а старшие драконы и не думали замедлять шаг.

— К жилому корпусу, куда же еще… Пока запомните первые правила вежливости: обращаться надо име-нем, соответствующим облику. Например, когда я — человек, то меня зовут Иван, а когда дракон, то Тайрен. Никакого превосходства, ко всем, от волкаров до драконов, обращаться одинаково, никого не выделяя. При встрече с учителем, не важно — чьим, склонять голову и здороваться. На магических животных не охотиться. Не драться, разумеется. В жилом корпусе в истинном облике особо долго не находиться. Еду с собой из столовой не таскать. Все понятно? — спросил сине-зеленый дракон.

Наитель и Мейтри торопливо закивали.

— Тайрен, Тайрен… Ты все такой же… — Нери улыбнулась, показывая острые, словно кинжалы, клыки.

— Все такой же, такой же… Вот погоди, отведу учениц, поговорим…

Они долго шли по запутанным тоннелям. Как Тайрен и Нери в них не терялись, Наитель не понимала. Сама она уже давно заблудилась бы. Наконец они увидели дневной свет. Наитель и Мейтри, не сговариваясь, рванули к нему. Хоть они и видели в темноте, но находиться в этом царстве камня дольше, чем нужно, не желали. Драконицы оказались на пологом склоне горы. Наитель кратко рассказала Мейтри все, что узнала от Тайрена. Они остановились, поджидая Нери и Тайрена.

— Чего понеслись? — спросила Нери. — Солнца никогда не видали?

— Этого — нет, — заметила Наитель, по-кошачьи потягиваясь и расправляя крылья в безуспешной попытке взлететь. — А оно гораздо больше нашего, и греет лучше.

— Есть немного, — Тайрен слегка отодвинулся, иначе Наитель неминуемо задела бы его небольшими, но острыми коготками, которыми заканчивались пальцы крыльев.

— А куда нам теперь? — спросила Мей.

— Вообще-то к жилому корпусу, но предлагаю провести первый урок здесь. Никто не возражает? — Тайрен начал говорить тоном профессионального лектора. Хотя, насколько помнила Наитель, на Земле он и был лектором в каком-то институте.

— Можно и здесь, — согласилась Наитель.

— Начнем с самого главного на данный момент — превращения, изменения облика. Вы помните те кулоны, которые вам дали перед поездкой? Если бы вы уже научились видеть магический контур предметов, то заметили, что эти кулоны, называемые Амулетами Высвобождения, представляют собой чистые сгустки энергии, связанные с хозяином. При превращении энергия освобождается, что и дает толчок, необходимый для проявления истинного облика… Или для того, чтобы этот облик скрыть, то есть стать человеком. При первых высвобождениях истинного облика организм еще не привык к таким… гм… радикальным изменениям, поэтому первые изменения очень болезненны. Их необходимо проводить только под присмотром наставника. Лишившись кулона, вы лишитесь и способности превращаться. Однако навыки и необычные способности останутся при вас. Например, если кулон сорвут, когда вы будете в человеческом облике, вы не сможете стать драконицами, однако сохраните необычную для людей силу, будете медленней стареть и сможете пользоваться магией, если она уже проявилась в истинном облике. При превращении кулон приобретает вид одной из чешуек на груди. Обычно она немного выделяется. Вот, глядите. — Тайрен показал на чешуйку, имевшую необычный сине-стальной цвет и ярко выделяющуюся на фоне остальной чешуи. Осмотрев свои грудные чешуйки, Наитель заметила, что она из них имеет чистый белоснежный цвет. К тому же она располагалась точно посередине груди.

— Эта? — показала она. Тайрен кивнул.

— Да. Эту чешуйку так же можно сорвать, так что берегите грудь…. Хотя ее всегда нужно беречь — дракон не так уж и отличается от животных, привычных нам. Грудь, голову и живот нужно беречь особенно. Так вот, если сорвать чешуйку, вы останетесь драконицами, что не так уж и плохо. Но это бывает лишь в тех случаях, когда на кулон не попадала кровь…

— А что будет, если попадет? — с любопытством спросила изумрудная драконица.

— Пока он на тебе — ничего. Но снять такой кулон будет очень, очень трудно… К тому же, если его все-таки снять, освобождается такое количество энергии, что вполне может снести небольшую гору… А что станет с самим обладателем кулона, точно не знает никто…

Превращаться довольно-таки легко — в человеческом облике нужно коснуться кулона, одновременно послав мысль-ключ. В драконьем же достаточно обойтись командой. Обычно это фраза или даже одно слово. В вашем случае это слово «драйкан», что на даране означает «дракон».

— А у вас разве нет? — удивилась Мей.

— Нет. У нашего курса словом-ключом было «арран», то есть «огонь», — пояснила Нери. — Мы ведь с Тайреном с одного курса, вы не знали? Вместе учились, вместе сражались… Потом я сделалась его подругой… Через пятьдесят лет Тайрена призвали в человеческий мир посредником, а я… я осталась здесь. Ну ладно, чего вам мои воспоминания слушать, лучше попробуйте обернуться людьми! Произнесите про себя свою мысль-ключ!

Вика передернула крыльями, переглянулась с Мейтри и мысленно произнесла:

«Драйкан!»

Первое мгновение ничего не происходило, и Наитель решила, что она ошиблась. Однако тут же она по-чувствовала боль во всем теле, потом сознание слегка затуманилось… И она осознала себя лежащей на камнях. Бок нещадно болел. Она взглянула на себя. Нормальная человеческая девушка, нормальное человеческое тело, кажущееся таким хрупким и жалким после пышущего силой драконьего.

— Ты в порядке? — Над девушкой склонился Иван и помог ей подняться. Он так же стал человеком. — Да-вай, Вика, стоять можешь?

Вика кивнула. Во всем теле ощущалась сильная слабость, но стоять и даже идти она могла. Повертев го-ловой, она отыскала взглядом Ленку, которую аккуратно поддерживала Миланья.

Внезапно Вика обратила внимание на свою одежду. Вместо привычных джинсов и футболки на девушке были туника и штаны того же покроя и из того же материала, что и на Миланье, только серебряного цвета, сильно напоминающего чешую.

— Заклинание снабжает человека одеждой, подходящей по цвету к его чешуе, — пояснил Иван, заметив изумленный взгляд Вики. — А сам тип одежды создали еще тысячу лет назад…

— Далеко идти-то? — устало выдохнула Ленка.

— Вон туда. — Миланья махнула рукой. Последив направление, Вика заметила жилой корпус, до которого было не меньше трех километров.

— Далеко… — простонала она.

— А что, Иван? Девушки дико устали, еще когда по тоннелям шли, а тут еще и превращение! Может, отвезем их? — предложила Миланья.

— Давай… — согласился тот и, коснувшись Амулета, вновь обратился в дракона.

— Залезай, давай — обратился он к Вика.

— А как? — озадаченно пробурчала она. Вика и на лошадь не смогла бы залезть без седла (пробовала од-нажды), что тут говорить про дракона, в котором четыре метра высоты!

Тайрен вздохнул и опустился на землю, вытянув вдоль тела длинный хвост. По образовавшейся лесенке Вика смогла подняться на спину дракона. Там она довольно-таки уютно устроилась между крыльями. Огля-нувшись, она увидела, что Лена также оседлала Нери.

Тайрен резко присел и, мощно взмахнув крыльями, взмыл в воздух. Ветер засвистел у Вики в ушах. Было очень холодно, но, не смотря на это, девушка ощутила знакомое чувство упоения полетом, близкое к тому, что она испытывала во сне. Жаль только, полет быстро кончился. Уже через несколько минут драконы приземлились перед входом в жилой корпус. По гладкому боку Тайрена Вика легко соскользнула вниз.

— Ну, бывайте, — обратился дракон к ученицам. — Внутри все почти такое же, как и в здании в человеческом мире, так что не заблудитесь…. Идите отдохните, а завтра начнем настоящие занятия!

Не успели Вика и Лена ничего сказать, как драконы вновь взмыли в небо и полетели по направлению к Огненной горе.

Вика и Ленка застыли перед жилым корпусом. Им не хотелось заходить внутрь, в здание, пропуская такой прекрасный день. Но голодное поскуливание желудка уже давно превратилось в постоянный вой. Вздохнув, Вика пошла к дверям…

— Эй, привет! — раздался у нее за спиной голос Дики.

Вика обернулась и удивленно присвистнула.

Перед ней стояла… кажется, таких созданий называют волкодлаками. Получеловек-полуволк. Серая со стальным отливом шерсть покрывала все тело. На загривке и спине она росла особенно длинная, на лапах же становилась короткой, напоминая покрытые перчатки. Огромная волчья морда, сейчас радостно улы-бавшаяся, но все равно довольно-таки страшная. Желтые волчьи же глаза. Передние лапы, больше напоминающие руки — ловкие, сильные. Пять пальцев, каждый оканчивается острым черным когтем. Существо стояло на двух лапах и, казалось, совсем не собиралось падать. Высота — около метра восьмидесяти. Несмотря на видимую мощь, казалось изящным и ловким, его легко можно было представить как неслышно скользящим по земле, так и с боевым кличем валящим врага на землю и зубами раздирающим ему горло. Впрочем, если судить по простой, но все-таки одежде, бездумно бросаться на них оно не стало бы.

— Дика? — неуверенно спросила Вика.

— Да! Удивлены? Я тоже, когда очнулась, сама себя испугалась. Все-таки не каждый день просыпаешься… гм… волкаркой. Оказывается, волкар — это здешнее название волколаков. Мне объяснили все, рассказали… Короче я теперь волкарка. Волчье имя — Варра.

— Варра — Варвара? — пошутила подошедшая Ленка.

— Не знаю. Короче, я теперь в стае. Петька, Сашка и Димка тоже. Учителя нам все объяснили и отпустили к корпусу. Не знаю, где остальные, может, решили по долине побродить, а я сюда направилась. — Варра говорила лающим голосом, в котором, как и у Вики, иногда отчетливо проскальзывало рычание. — Вы, в дрраконов превратились, да? Больно так было…

— Ты обратно превращаться будешь? — спросила Ленка.

— Ага. — Волкарка на секунду застыла, ее контуры расплылись, а в следующее мгновение она вновь стала нормальной девушкой. В отличие от Вики с Ленкой, Дика устояла на ногах, лишь слегка покачнулась от сла-бости, но не упала.

— Непривычно так, — пожаловалась она, глядя на свои руки. — Волкаркой быть как-то удобнее.

Вика хмыкнула.

— А где здесь столовая, не знаете? — спросила она.

— Я где-то план здания видела. Пойдемте посмотрим, — предложила Ленка.

Через полчаса Вика сидела за столиком в столовой, ковыряясь вилкой в тарелке с макаронами. Меню не особо поражало. Вполне стандартный выбор — ни тебе оленины с неизвестными овощами, ни мяса чудо-юдо рыбы кита… Прям не скажешь, что тут обедают живые драконы, фениксы и прочие магические создания.

Зато поражала сама столовая. Да и вообще весь жилой корпус изнутри. Обстановка такая, что королям пору позавидовать. Видно, что создатели мира заботятся о своих учениках.

Когда Вика с подругами вошли в здание, то сразу же оторопели. Общие очертания, положение коридоров — это не изменилось, но все стало просто дышать средневековьем… и магией. После пребывания в драконьем облике прежние Викины чувства обострились, появились новые. Например, теперь Вика чувствовала магию, которая была просто разлита в воздухе. Она не замечала ни ламп, ни факелов, но было светло. На стенах висели живые гобелены, изображавшие то летящих драконов, то битвы, в которых уже привычные Вике магические животные боролись то с другими такими же созданиями, то с людьми, то с кем-то еще… В нишах в стенах стояли доспехи, украшенные причудливыми рунами. Под потолком то и дело проносились какие-то тени. Сначала Вика решила, что это летучие мыши, но, присмотревшись, поняла, что с летучими мышами эти создания имели очень мало общего. Больше всего они напоминали небольших крылатых змеек серебряного цвета. Пролетав над Викой и Ленкой, «змейки» иногда снижались и пытались пролететь рядом с девушками, задеть их крыльями. А вот Дику они наоборот, старались облетать. Вика предположила, что это реакция на их истинные облики. Как там говорил Крэй?«…они могут или преклониться перед повелителем или же решат напасть на извечного врага»?.. Идя по коридорам, подруги то и дело останавливались, разглядывая заинтересовавшие их предметы.

Столовую они все-таки отыскали. Пообедав, Вика с подругами отправились в свою комнату. В ней почти ничего не изменилось, разве мебель стала более старинной, да и сама комната слегка увеличилась. Вещи никуда не делись, все осталось на местах.

— Хорошо денек прошел, да? — спросила Ленка, стоя у широкого окна и любуясь солнцем, которое уже шло на закат. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как они вернулись с «прогулки». Они успели еще раз сходить в столовую и побродить по всему корпусу, обнаруживая новые необычные вещи. Но сил на удивление уже не было. Вика невольно подумала, что, если рядом внезапно объявится сам Сатана, она лишь вежливо поинтересуется, что ему надо… Впрочем, девушка могла и ошибаться.

— Ну, против этого не поспоришь… — согласилась Вика. Она сидела за столом и пыталась нарисовать свое драконье обличие, но получалось плохо. Художником она никогда не была… — Правда, сначала было боль-но…

— И завтра тоже будет, — заметила Дика. — Я спрашивала у своего учителя, болезненны три первых превращения, правда только в волкара… или дракона. Принимать человеческий облик куда как легче, чем волчий.

— Дик, а почему ты говоришь «волчий»? Ты же волкарка, а не волчица.

Дика задумчиво почесала переносицу.

— Да вроде правила такие. Говорить «волчий», «волчонок» и все такое. Я, если правильно, не волкарка, а волчица, хотя можно и так и так. Не знаю точно.

В дверь постучали, и в комнату вошел… нет, ввалился Влад. Вика с недоумением воззрилась на него — Влад выглядел, словно ему пришлось разгружать вагоны с кирпичами — мокрый, взъерошенный и шатаю-щийся.

— Ты чего? — спросила Вика, забывая даже поприветствовать приятеля. Лена и Дика уставились на него с таким же изумлением, что и Вика.

— Да это… Препод мой… Святослав который… Наверное, он на Земле служил сначала в инквизиции, а по-том в армии! Экзекутором каким-нибудь… Только очнулся, он меня поднял… Я еще на ногах, тьфу, на лапах, нормально не стою, а он уже: «Ученик! За мной! Не отставать!»… Загонял совсем, а тут еще пока до корпуса дошел от Огненной горы… — простонал Влад.

— Вы на Огненной были? И как там? — с интересом спросила Дика.

— А как может быть в вулкане?! Не то, что бы действующем, но и далеко не спящем… Тоннели, пещеры всякие, а в самой середине — огромное огненное озеро… Хорошо еще, драконы к огню не чувствительны, как оказалось… Райк — это у Святослава драконье имя, — говорит, что я могу в этом озере даже купаться, но мне что-то не хочется… И так хватило.

— А кто там живет? Фениксы? — заинтересовалась Ленка.

— Фениксы, ящеры какие-то, на саламандр похожие… Да и вообще, всякая огненная живность… А вот драконов я что-то не заметил…

— Кстати, а у тебя чешуя какого цвета? У меня вот золотисто-изумрудная, у Вики — ну… то ли серебряная, то ли платиновая с синим, Дика серая…

— Золотисто-бронзовая, — лениво ответил Влад, нагло разваливаясь на свободной Дикиной кровати. Сама хозяйка кровати на подоконнике, задумчиво вертя в руках телефон. Зачем она его взяла, было неясно — связи здесь не было, и мобильник становился бесполезен.

— Ясненько… — протянула Ленка. — Не знаете, во сколько подъем?

— Не знаю, — сказала Вика, откладывая свой рисунок в сторону. — Наверное, рано. Все-таки, нам столько предстоит узнать!

— Узнаем, — откликнулась Дика. — Завтра и начнем наше обучение!

Глава 7

Вика проснулась необычно рано, уже отдохнувшей и полностью готовой к началу учебы. Дика с Леной уже проснулись.

— Что спишь так долго? — добродушно проворчала Дика.

— Да так… — отмахнулась Вика.

— Эх, красиво здесь, все-таки… — протянула Ленка, разглядывая пейзаж за окном. Солнце медленно под-нималось на горами, заливая туман в долине золотистым светом.

— В Неларне наверняка еще красивее, — заметила Вика.

— Ну, еще ждать и ждать, пока мы в Неларне окажемся. — Лена отошла от окна. — Нам еще столько узнать надо… Эх, скорей бы летать научиться…

— Вот меня всегда интересовало: как драконы умудряются летать? — задумчиво сказала Дика. — Они ведь много весят. А крылья, я видела, не такие уж и большие… Ну, во всяком случае, особо с такими не полета-ешь, если сравнивать силу тяжести и прочее. Дракон, наверное, весит больше тонны, а размах крыльев — от силы метров восемь… Планировать — да, получится, а вот летать…

— Магия, скорее всего, — предположила Вика. — Не все поддается описанию нашей науки. У нас, на Земле драконы, грифоны, волкодлаки вообще сказкой считаются…

Дика кивнула, показывая, что приняла версию к сведенью.

— Тук, тук, я ваш друг! — задорно донеслось из-за двери, а затем в комнату вошел Лесов. Вика с Ленкой вскочили, показывая свою готовность к любым испытаниям.

— Вижу, вы уже готовы, — одобрил Иван и обратился к Дике. — Твой учитель ждет тебя внизу. Он уже в волчьем обличии, так что не стал подниматься.

Дика кивнула и, попрощавшись, побежала вниз.

— Ну, пошлите, — сказал Лесов. — Сейчас нам в Туманную долину. Пойдем пешком, нечего на мне постоянно разъезжать. Заодно вы сможете оценить, как увеличилась ваша выносливость…

Попасть в Туманную долину, как показалось сначала Вике, было не так уж сложно: нужно было лишь спуститься по узкой извилистой тропинки до небольшого ручейка, затем идти вдоль его течения, а там…

Вика стояла на краю обрыва и смотрела вниз. Не так уж и высоко, метров десять-двенадцать, до Ниагарского водопада не дотягивает, но все же… Ей совсем не улыбалось прыгать вниз. После пребывания в драконьем облике бесследно испарилась былая боязнь высоты, но оценивать опасность Вика умела. Грохнешься, так потом костей не соберешь.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь… Сейчас начнем первый урок полета. Летать по-настоящему вы сможете еще не скоро, а вот планировать… Обрыв совсем небольшой, как раз для первой попытки, да и внизу хорошее, ровное поле. Здесь всегда тренируются в планировании, — ответил Лесов. — Отойдите от края и коснитесь Амулета, одновременно послав мысль-ключ. Еще не хватало, чтобы вы свалились. Предупреждаю, будет довольно неприятно…

Вика встала на ровную площадку и, сжав зубы, коснулась кулона, произнеся про себя: «Драйкан!»

В этот же момент ее ослепила резкая вспышка боли, и Вика почувствовала, что падает. Она не потеряла сознание, но ощущения были не из самых приятных. Время словно замедлило свой бег, и Вика смогла полностью «насладиться» процессом превращения. Она ощутила, как ее человеческое тело на исчезло, оставляя место другому облику, настоящему, пока еще не материальному, но с каждой долей мгновения обретающем плотность, как наложились друг на друга пласты реальности… В следующую секунду Вика смотрела на мир уже другими глазами, синими, как сапфиры. Мир вновь стал гораздо четче, насытился всевозможными цветами и оттенками. Повертев головой, она увидела Ленку… нет, Мейтри. Наитель встала на лапы, расправила крылья, повертела головой. Боль медленно, огрызаясь редкими вспышками, отступала.

— Великолепно, — похвалил ее Иван, касаясь своего Амулета.

— Что великолепно-то? — недоуменно спросила Наитель, потягиваясь.

— Вы очень быстро привыкаете. Хорошо переносите боль. Могу заверить вас, шесть из десяти теряют сознание при втором превращении, а вы даже не пикнули.

Наитель подошла к обрыву. Посмотрела вниз и приготовилась к своей первой попытке полета, изо всех сил стараясь не думать о возможности падения… Опасения оказались напрасны. Тело словно само расправило крылья и оттолкнулось сильными лапами от самого края обрыва. В первое мгновение драконица падала, как может падать обыкновенное не такое уж и легкое тело. Но уже в следующую секунду ветер ударил в расправленные крылья, подхватил ее, и Наитель мягко спланировала на землю и по и по инерции сделала несколько шагов, складывая крылья по бокам. Уже вскоре к ней присоединились Мейтри и Тайрен.

— Ну, теперь пошли к озеру, — сложив крылья, сказал дракон.

— А как мы подниматься будем? — спросила Мейтри.

— Пройдем долину, у Изначальной горы есть пологий спуск… Единственное место, где можно пройти в человеческом обличье. В других местах приходится или планировать… или прыгать.

— Это кто ж прыгать будет? — удивилась Наитель.

— Многие. Те же волкары. У них крыльев нет, вот и прыгают… Они вообще на редкость живучие создания — если волкар сразу не умрет, так выживет, а через месяц опять в драку полезет… Бойцы преотменные. В Неларне подрабатывают в основном наемничеством. Могут хоть на отвесную стену влезть, хоть с десяти метров прыгнуть… Шаманы у них тоже неплохие, хуже, чем эльфийские заклинатели, но лучше, чем те же грифоны. Правда, в основном на боевой магии специализируются, — пояснил Тайрен, слегка приподняв крылья. Дракон завел своих учениц в заросли какого-то кустарника, похожего на ежевику… Только еще более колючего. Тайрен рассказал, что этот кустарник называется «копьями». Наитель внутренне согласилась с названием — колючки кустарника и впрямь напоминали маленькие копья. Чешую они даже не царапали, а вот перепонка была гораздо уязвимее. Нет, она не порвалась, даже больно не было, но шипы неприятно покалывали крылья. Тайрену еще повезло, благодаря своему росту дракон возвышался над этим «кустарником», а вот его ученицы просто утопали в зарослях копий.

Лес поражал своей густотой. Вика бывала пару раз в подмосковных лесах, и отлично помнила, какими редкими и загрязненными они ей казались. Здесь все было по-другому. Найти подходящую для дракона тропинку было нелегко, превращаться же пока не хотелось. Высокие, стройные деревья отбрасывали густую тень на землю. Сколько Наитель не старалась, она не могла узнать ни одного дерева. Незнакомые листочки, необычная кора, странный запах… В драконьем состоянии Наитель могла различать даже самые слабые запахи. Правда, теперь запахов было столько, что они сливались в невообразимый хаос, который, тем не менее, был очень приятен для драконицы. На некоторых деревьях она замечала странные круглые шары чуть больше локтя в диаметре, прилепляющиеся к веткам снизу. Интересно, что это? Гнезда птиц, животных? Но скоро она выбросила эти мысли из головы.

— А найтаги? Они тоже карабкаются и прыгают? — полюбопытствовала Мейтри.

Тайрен снес ни в чем не повинные заросли копий, за которыми обнаружилась узкая (для дракона) тропинка.

— Найтаги… Да их вообще мало кто видит. Мало их. Людей с душами найтагов не бывает, сами найтаги без особой нужды не показываются. Здесь живет в лучшем случае пара десятков, а вот в Неларне их побольше будет. Там даже лес один называется Лесом Найтагов. Про него столько легенд насочиняли — про эльфов, и то меньше! Разговаривают они и по-человечески, и на даране, и на прочих языках. Одна из врожденных способностей найтагов — с рождения понимать любой язык и свободно на нем говорить. Кстати, у драконов тоже. Или вы думаете, что здесь говорят на русском?! Нет… Пасть и гортань драконов и других магических созданий за исключением волкаров плохо приспособлены для человеческих языков. Драконы понимают практически любой язык — за исключением особо древних, редких, магических, как, например, даран.

— Тайрен, а сколько всего в Неларне рас? Эльфы, люди, драконы, фениксы, грифоны, найтаги, волкары… А еще какие? — спросила Мей, пробираясь вслед за Наитель.

— Еще… Гномы, Охотники, одавы, кайрены, витиры, псоглавцы, «львиные люди», великаны иногда попа-даются, правда только в горах… Гидры, химеры, змеи, гарпии, нежити куча… правда, это полуразумные создания, да и мало их после эпохи Восхода осталось… низшие оборотни…

— Как это «низшие»? — удивилась Наитель. — А волкары какие тогда?

— Волкары — не оборотни. Они — как бы промежуточное звено между волками и людьми. Простой волкар не может стать человеком. Высшие оборотни — мы сами и некоторые создания. Оборотни — это не только сумасшедшие дяди, которые при луне обращаются в волков и режут всех подряд. Это просто те, кто принимают чужой облик не посредством материальных иллюзий, а изменяя само свое тело, в том числе и мы. Хоть у нас этот процесс называют «высвобождением души» и прочими красивыми словами, сути слова не изменяют. Различие между высшими и низшими оборотнями довольно велико. Высшие при изменении ипостаси сохраняют способность трезво мыслить, прекрасно все помнят и запоминают. Низшие же зачастую поддаются звериным инстинктам, утрачивают на время превращения часть разума, которая замещается звериной. При обратном же превращении все возвращается на свои места, но человек может не вспомнить, что он делал этой ночью. Также высшими оборотнями становятся с помощью магии, долго обучаясь. Это касается обычных людей, нам этого, к счастью, не требуется… Низшие оборотни превращаются стихийно — кто-то по определенным дням или ночам, кто-то под действием гнева или страха…

Оборотни могут становиться не только волками — нет, они оборачиваются и драконами, и химерами, и грифонами… Или же наоборот — дракон-оборотень может предстать перед вами и человеком, и гномом, и Светорожденным… И кто только придумал так называть так эльфов! — внезапно фыркнул дракон, прервав лекцию.

— А что, эльфы — не светлые создания? — удивленно спросила Наитель, вспоминая многочисленные книги, которые она прочитала на Земле.

— Нет, разумеется! — возмущенно сказал Тайрен. — Нигде, ни в одном мире нет чисто темных и чисто светлых созданий. У любого существа есть и темная, и светлая сторона. Все зависит от пропорций, в которых они смешанны. Во всяком случае, в срединных мирах… — внезапно задумавшись, уточнил дракон.

— Что значит «срединные»? — задала очередной неугомонная серебряная драконица. Тайрен только застонал. Этот допрос с пристрастием уже нешуточно утомил его. Если так пойдет и дальше… Дракон внутренне содрогнулся, представив себе такую картину. Хорошо, хоть Мейтри не задает лишних вопросов… Но просвещать ученицу все же нужно.

— Срединные миры — те, в которые мы можем попасть. Давайте ненадолго остановимся, вот и полянка неплохая, расскажу вам об устройстве… гм… ну, пусть мироздания.

Они и в самом деле вышли на залитую солнцем полянку. Заросли копий и папоротников огораживали ее практически со всех сторон. Места на ней было достаточно много… для человека. Трем же драконам пришлось изрядно потесниться, чтобы уютно устроиться. В конце концов Тайрен принял человеческое обличие и, усевшись на нагретый солнцем камень, нагло прислонился к боку Наитель. Своим ученицам превращаться он запретил.

— Край миров или, как его называют на Земле, мироздание, устроен так, — Иван взял прутик и начал чертить схему на свободном от травы участке земли. — Миры включают в себя целые вселенные. Например, наша вселенная — один мир, вселенная Неларна — другой. Миров огромное количество. Никто еще не смог их сосчитать, некоторые полагают, что их количество бесконечно. Но я, честно говоря, сомневаюсь в этом, как сомневаюсь и в бесконечности Вселенной. Миры делятся на нижние, срединные и верхние. Нижние и верхние — места обитания богов и демонов, срединные — смертных. Про верхние и нижние миры я знаю плоховато, если захотите узнать больше — спросите Светлану Ар, она давно этим увлекается.

Переходы между мирами возможны, но трудны. На макетах миры часто представляют как множество беспорядочно рассыпанных шариков. Глядите. — Иван взял горсть камушков и кинул ее на землю, затем бережно разровнял. — Видите, между некоторыми камушками остается пространство? Это Тропы. Идя по ним, можно попасть практически в любой мир, но, во-первых, попасть на Тропы очень трудно, а во-вторых, путешествие по ним так же требует определенных умений, заключающее в себе помимо прочего и умение обороняться от некоторых созданий, живущих на них. Однако большинство миров сообщаются между собой. Для перехода между ними требуется лишь открыть проход. Далеко так не уйдешь, но большинству магов хватает. Неларн, Земля, Школа — сообщающиеся миры. Хотя мир школы — карман, он мелкий очень. Обычно карманы приспособлены для определенных целей — школа, как у нас, места торга, арены…

— Арены? — удивилась Мейтри.

— Да. Это такие карманы, служащие для одной цели — быть ареной для боев каких-нибудь гладиаторов. Иногда арены вмещают в себя школы солдат, убийц, гильдии наемников и прочее. Хочешь создать или найти армию — добирайся до арены, солдат лучше не найдешь нигде. Вот только берут они за свои услуги немало…

Некоторые миры находятся на довольно большом расстоянии друг от друга. Переходы между ними осо-бенно трудны. Например, — Лесов ткнул пальцев сначала на один камушек, лежащий у самого края, а затем на другой, находящийся на противоположной стороне кучки. — Если я хочу попасть из этого мира в этот, как мне это сделать?

— Тропами? — предположила Наитель. — Или по мирам прыгать?

Иван одобрительно посмотрел на нее.

— Верно мыслишь, — согласился он. — Тропами можно попасть куда угодно, да. Но чем больше расстояние, тем трудней находить дорогу и тем больше сил на нее тратишь. По мирам же особо не попрыгаешь. Совсем правильный ответ — соединить оба способа, то есть сначала перейти по мирам, а затем выйти на Тропу. Так сэкономишь и время, и силы. Правда, иногда между мирами открываются проходы, каналами называются, и тогда можно добраться куда угодно, хоть в высшие миры. Так-то переход в них запрещен. Ладно, если мы весь день проведем в рассуждении об устройстве Края миров, то никогда не дойдем. Пошли!

Коснувшись кулона, Иван оборотился в дракона. Мотнув головой вперед, что можно было оценивать как знак идти за ним, он без особых раздумий вломился в заросли копий на противоположной стороне поляны. Наитель с тяжелым вздохом поднялась с травы и пошла за учителем…

В этот день Наитель устала, как никогда. Тайрен явно задался целью за один день показать своим ученицам всю обитаемую часть острова. Проведя их по Туманной долине, дракон повел их к горам. Драконицы побывали на Огненной горе, взглянув на огромное пылающее озеро в самом ее центре. Увидели огненных саламандр, похожих на сгустки чистейшего огня, принявшего форму ящеров, отдаленно напоминающих варанов. Когда дракон с ученицами возвращались к выходу, им пришлось вброд пересечь небольшую речку лавы. Тогда-то Наитель от души возблагодарила судьбу за то, что драконы практически нечувствительны к высоким температурам. Тайрен сообщил драконицам, что холод также не причинит им сильного вреда, однако драконы при сильном холоде делаются вялыми, да и огонь получается выдыхать слабее. Драконы вообще ближе к огню, чем к остальным стихиям.

Они прошлись также и по ледяным склонам Снежной горы. По правде говоря, на ней Наитель не понравилось. Снег слепил глаза, оседал на перепонке крыльев, так что приходилось взмахивать ими. Когти скользили по вековым льдам, и удержать равновесие было непростой задачей. Трудно представить, какая на самом деле температура на этой горе, если замерзли даже драконицы! К счастью, Тайрен не стал долго морозить своих учениц и повел их по тоннелям до самого корпуса.

— Завтра начнем учиться полетам, — напутствовал он учениц. Они лениво развалились на нагретых валунах неподалеку от корпуса. Солнце уже садилось, и небо над Наитель приняло необыкновенную раскраску — словно кто-то растянул над их головами огромную яркую радугу.

Луны — к изумлению Наитель, их оказалось две — серебряная и золотая, уже показались. Пора в корпус.

Вздохнув, она послала мысль-ключ. На этот раз превращение произошло легко и безболезненно. Вика оглядела свои руки. Было даже непривычно без когтей, без чешуи. Да и мир поблек, потерял часть красок.

Тайрен не стал превращаться. В человеческом облике Вика смогла оценить, какой на самом деле он громадный. Будучи драконицей, Вика была в два раза меньше своего учителя — довольно большая разница в размере, но все-таки дракон казался ей меньше. Да уж… Неудивительно, что средневековые рыцари так старательно охотились за ними — если дракон внезапно решит поиграть в пожар и храбрых пожарников, крестьянам придется несладко. Тайрен хмыкнул. Похоже, он опять читал мысли своей ученицы.

— Драконы довольно редко охотились на людей. Разве что совсем с охотой совсем плохо или у дракона такой необычный вкус. Некоторые предпочитают лошадей и коров, а другие — людей… Но вы, думаю, человеческое мясо есть не будете.

Девушка кивнула. Она не представляла, как можно есть не только людей, но и животных. Хотя…

Вика ясно увидела лес. Она глядела на него сверху, словно летела. Да, так и есть. Она неторопливо парила над лесом. Внезапно Вика заметила внизу небольшую полянку, на которой паслось стадо животных, сильно напоминающих оленей. Вика потеряла контроль над телом. Ее тело — тело драконицы! — резко сложило крылья, ринувшись вниз в головокружительном пике. Она камнем упала на крупного «оленя», одним ударом сломав ему шею. Остальные животные кинулись врассыпную, но драконица не обращала на них внимания. Пусть бегут… пока могут. Ее интересовала лишь добыча. Чуткие ноздри наполнил пьянящий аромат крови — такой сладкий, такой прекрасный. Она торжествующе взревела…

— Вика! — пробился к ее сознанию встревоженный голос Ивана.

Девушка огляделась. Она лежала на земле, над ней склонялся Лесов. Неподалеку маячила Ленка.

— Что это было? — с трудом спросила она, не сомневаясь, что Лесов знает, о чем она.

— Держи себя в руках… в лапах. Понимаешь, ты сейчас — полудракон, человек-дракон, как нас называют в Неларне, а у драконов также есть инстинкты, доставшиеся от древних гигантов, состоящих из переплетения всех стихий, воплощений сил, от которых они произошли… Те создания были велики и неизмеримо могучи, но у них практически не было разума, лишь инстинкты. Правда, в людях-драконах она запрятана до некоторого момента. Настоящим драконам эти инстинкты, или данай, как называют их в Неларне, не мешают, лишь помогают, но мы, люди… Для нас это очень опасно. Прорвалась плотина — и вода со всей силой устремляется на свободу, сметая все на своем пути. Лишь через некоторое время она успокаивается, превращаясь в спокойную реку. Первое время у тебя наверняка появятся несколько необычные для человека желания — ты можешь захотеть взмыть в небо, вцепиться в глотку оленю, поджечь все вокруг. Держи свои желания под контролем. Еще рано. Ты должна привыкнуть к новому телу. Драконы необузданны, очень горды, почти никому не подчиняются. Никто и никогда не видел павшего духом дракона, не замечал, чтобы дракон унижался, история не знает случаев, когда драконы пресмыкались перед кем-то. Истинные драконы борются до самой смерти… В этом драконы очень схожи с грифонами и эльфами — они никогда не подчиняются. Правда, обходится им это недешево… — сказал Вика Иван, помогая встать.

— А если это такой же дракон, что и мы? Мы-то люди… частично…

— Тогда он не достоин иметь истинный облик дракона! — отрезал Лесов. — Вспомни, ты хоть когда-нибудь унижалась перед кем-то?

Вика покачала головой. Нет, она не помнила таких случаев. Она часто просила, нередко упрашивала, но ни разу не исполняла приказов вроде «попрыгай на одной ножке, получишь конфетку». Тогда девушка предпочитала просто уйти.

— И мне ни разу ни случалось так вот… унижаться, — задумчиво сообщила Ленка. Она сидела на земле, об-няв колени, и задумчиво смотрела куда-то в пространство. — Ненавижу пресмыкаться. И вообще, я на чести немного помешанная. Если что-то не так, если нужно делать что-то против чести, то меня не заставишь.

Внезапно черноволосая девушка вскочила.

— Варра! — радостно крикнула она. Обернувшись, Вика тоже увидела подругу. Рядом с ней Вика заметила крупного волкара с очень темным, почти что черным мехом — наверное, учитель Варры. Варра тоже увидела их, тихо спросила что-то у волкара и, получив разрешение, подбежала к ним.

— Привет! — весело оскалилась Варра.

— Приветик! — сказала Ленка. — Ты уже к корпусу?

— Не. — Варра махнула лапой. — Мы с Зарром к долине идем. Везет вам, вы в корпус… А мне тут мучиться.

— Не скажу, чтобы сильно мучил тебя. — Варрин учитель умудрился подобраться к ним незаметно, не смотря на внушительные размеры. Взглянув на его морду, Вика едва удержалась от вскрика: через всю морду волкара протянулся длинный рваный шрам. — Ты еще не знаешь, что такое мучения. Привет, Иван.

— Привет, Зарр, — широко улыбнулся Лесов. — Как дела? В стае все хорошо?

— Нормально, — ответно осклабился волкар. — Да и что может быть плохо здесь, в этом мире? Тут ведь даже погоду регулируют маги. Эх, скучаю я здесь. Ни драк, ни охот настоящих. Хорошо хоть ученицу дали. Вот через полгодика отправимся в Неларн…

— Размечтался! — засмеялся Иван. — Ты только Варру не слишком жестко воспитывай, а то у нее подружки — драконицы…

— Волкар не должен быть неженкой! — вскинулся Зарр. — Волкары — воины!

— Он меня сегодня начал обучать драться, — пожаловалась на ухо Вика Варра. — Словно в армии. Накинулся на меня — и обороняйся как хочешь. Правда, Зарр говорит, что талант к драке у меня есть…

— Везет. Вы уже охотились? — Вика внезапно вспомнила, что у нее с утра маковой росинки во рту не было. А голод она почти не чувствовала!

— Я — нет. Зарр охотился, принес пару кроликов. Вкусно было, но мало, — облизнулась волкарка.

Зарр тем временем закончил свой разговор с Иваном и приказал Варре следовать за ним. Махнув когти-стой рукой на прощание, волкарка побежала вслед за учителем…

«Все-таки, здесь очень хорошо. Гораздо лучше, чем дома. Только туман мешается… Ой, блин!» — думала Наитель до того, как стукнулась головой ветку дерева.

Они находились неподалеку от Снежной горы, и погода здесь была соответствующая. Прохладно, густой туман, белым ковром покрывающий землю… Густые сосны и ели, стоящие, точно стражи леса, были здесь необыкновенной величины. На вид — обычные елочки, из тех, что украшают дома на Новый год… но размером с секвойю, а то и выше. По счастью, росли они довольно редко, и идти почти не мешали. При желании можно было даже расправить крылья. Вот только ветки деревьев были очень крепкими и длинными, представляя немалую угрозу для головы Наитель…

Тайрен вновь вел их куда-то. Насколько поняла Наитель, обучение включало в себя не только саму учебу, но и немалую физическую подготовку. Иначе, зачем дракону заставлять своих учениц каждый день совершать длительные прогулки по долине и горам?

Рядом слышалось сопение Варры. Она и Зарр решили отправиться вместе с Наитель, Мейтри и Тайреном. Дика пришла в корпус полтретьего, разбудив при этом Вику и Ленку, буквально свалилась на кровать и мгновенно уснула. А через четыре часа опять вскочила, словно и не спала. Впрочем, Вика на нее не злилась — она сама проснулась уже в пять часов. Видимо, сказывалось длительное пребывание в драконьем облике, которое придало ей выносливости.

Третье превращение прошло болезней второго. Она снова ненадолго потеряла сознание, но уже скоро очнулась. Потом Тайрен заставил ее еще два раза принять человеческий облик и обратно. Каждый раз Наи-тель испытывала сильный страх перед болью, но оказалось, что боялась она зря. Боли больше не было.

— Драконы, фениксы, грифоны — магические создания, — Тайрен, решив не терять зря времени, вел очередную лекцию прямо в пути. — Для полета они используют врожденную магию, иначе бы просто не поднялись в воздух. Такой магии не нужно даже учиться — ее нужно лишь найти в себе. Раньше, чтобы ученики быстрее соображали, их сталкивали с обрывов. Разобьешься — твои проблемы, взлетишь — молодец. Между прочим, неплохой способ. Может, попробуем?

Наитель протестующее заворчала. Ей совсем не улыбалось становиться лепешкой…

Наконец Тайрен привел их к краю котловины, в которую была заключена Туманная долина. Варра слезла со спины Наитель и, слегка прихрамывая, подбежала к своему учителю, который начал яростно ей втолковывать что-то.

Наитель взглянула на долину. Этот обрыв был повыше, чем тот, с которого они спустились вчера, да и лес подступал здесь к самой скале.

Первый урок полета прошел, на взгляд Наитель, скучновато. Тайрен велел им лишь взмахивать крыльями, запретив даже подходить к обрыву. Как он пояснил, телу необходимо выучить движения до автоматизма. Инстинкты в этом не слишком помогают… Сам Тайрен все время, пока Наитель с Мейтри занимались физическими упражнениями, спокойно пролежал на теплом песке, погрузившись в раздумья. Варра также развалилась было на травке, но ей полежать не дали — учитель позвал ее за собой, и они скрылись в лесу.

— Достаточно! — насмешливо рыкнул Тайрен, вставая с земли. — Можете прекратить упражнения.

— И долго мы будем эти упражнения выполнять? — сердито спросила Мейтри. Изумрудная драконица тут же уселась на землю. Наитель с облегчением улеглась рядом. Она не устала, но все время, пока выполняла взмахи, чувствовала себя по-дурацки — словно толстая курица, которая вдруг решила взлететь, но из-за накопленного жирка не смогла перемахнуть даже забор.

— А ну брось так думать, а то и вправду никогда не взлетишь! — рыкнул на нее учитель. — Даже не мысли об этом! Лучше говори себе, что скоро взлетишь!

— Угу… — протянула Наитель и, решив не затягивать, переменила ипостась. Блаженно потянулась и вдруг заметила, с каким удивлением смотрит на нее Мейтри.

— Ты чего? — удивилась Вика.

— Ничего… — смутилась та. — Тайрен, это у меня зрение драконье такое, или у нее и вправду волосы поменяли цвет?

Тайрен с интересом взглянул на Вику, затем хмыкнул.

— Ага. Ты, Вик, когда придешь в корпус, взгляни в зеркало.

— А чего у меня с волосами? — невольно напряглась Вика.

— Побелели они у тебя, — пояснила Мейтри. — Прядки отдельные словно из серебра стали. Ну, знаешь, как твоя чешуя на груди и боках.

— Я же говорил, истинный облик изменяет человеческую внешность. Изменения начинают заметно проявляться после третьего превращения, это своего рода переломный момент, — заметил Тайрен. — А ты Мейтри, как теперь выглядишь?

Изумрудная драконица фыркнула и обернулась человеком. Вика внимательно осмотрела ее. Подруга почти не изменилась, разве что черные, словно вороново крыло, волосы слегка посветлели, пробились одинокие пряди золотистого цвета.

— Кстати, по цвету волос можно отличить человека-дракона от обычных людей, — заметил Тайрен. — У таких, как мы, волосы часто имеют металлический оттенок: серебряный, золотой, медный, бронзовый… Правда, только у тех людей, у кого в истинном облике есть чешуйки с металлическим отливом…

Вскоре вернулись волкары. Варра бежала налегке, а вот ее учитель тащил тушу животного, в котором Вика с удивлением узнала благородного оленя. Девушка прикинула, сколько весит такой груз и уважительно присвистнула. Да уж, силенок волкарам не занимать… как, впрочем, и драконам.

— Ей, охотники пришли, добычу принесли! — весело крикнула Варра, подбегая к подругам.

— Угу. И как мы эту добычу будем есть? — критически спросила Лена. — Я, может, в душе дракон, но в человеческом облике предпочитаю человеческую еду.

— Без проблем, — откликнулся Тайрен, превращаясь в человека. — Сейчас костер разожжем, зажарим…. Вы идите, наберите хвороста, а мы пока что разделаем добычу.

Уже вскоре они все вместе сидели у костра, с жадностью поглощая оленину. Огонь развел Тайрен. Ему достаточно было один раз дохнуть на ветки, чтобы они разгорелись. Варра и Зарр приняли человеческий облик. Дика почти не изменилась, а вот Степана (как, оказалось, звали Зарра) Вика видела впервые. Степан был высок, не слишком мускулист, но очень жилистый. От него так и веяло дикой звериной силой. Через все лицо проходил длинный шрам, практически разделяя его пополам.

— Чего, любуешься? — криво усмехнулся Степан, ловя Викин взгляд. Девушка смутилась и отвела глаза. — Да любуйся, чего уж там. Этот шрам оставил мне Охотник… Он напал на наш отряд, внезапно, без предупреждения. Со мной было пять волкаров….Охотник убил их всех. Первые двое пали от его дыхания. Охотники выдыхают не огонь, а смертельный туман, дым, который не оставляет после себя практически ничего живого… Разве что драконья чешуя может выдержать его. Остальных Охотник прикончил когтями. Разорвал пополам…. Мне повезло. Он сшиб меня хвостом, переломав при этом чуть ли не половину костей, мазнул по морде шипом и оставил умирать. К счастью, на поиски нашего отряда выслали грифона. Он нашел меня и привез в лагерь. Каким чудом я выжил, не представляю, я был тогда почти мертв… — он говорил с трудом, явно давя в себе бешенство и горечь.

— Охотники… они такие опасные? — спросила Лена, внимательно слушающая Степана. Иван горько рассмеялся.

— Охотники? О да, они очень опасны. Они похожи на драконов и так же сильны. Но вместо огня, как и сказал Степан, они выдыхают клубы смертельного тумана. Чешуя Охотников черна, как уголь, и совсем не блестит. Глаза Охотников бывают лишь одного цвета — красный, словно рубины, и без зрачков. Они появились совсем недавно, около пятидесяти лет назад, и сразу показали себя ужаснейшими соперниками. Их не зря прозвали Охотниками. Они на самом деле охотятся. На всех. Иногда кажется, что единственная цель их существования — уничтожить всех живых существ в Неларне.

— А почему их самих до сих пор не уничтожили? Ведь если они причиняют столько вреда, остальные расы должны были сплотиться против них? — не поняла Вика.

— Все не так-то просто. Гляди, — Иван прищелкнул пальцами, и в его руке возник небольшой светящийся шарик. Приглядевшись, Вика поняла, что перед ней глобус. Вот только это была не Земля… — Это Неларн. Он по размерам чуть больше Земли, но ненамного. Сила притяжения почти такая же, хотя для магических созданий это не важно. Четыре материка, один из которых совершенно необитаем. Один материк по размерам с Евразию, остальные меньше, самый мелкий — Нирр немного меньше Австралии, однако считается материком. Три обитаемых материка называются Алар, Адран и Нирр. О четвертом расскажу потом… Нирр, как легко догадаться по названию, — материк волкаров, у них в большинстве названий есть двойное «р». Алар же… — Лесов ткнул пальцем в самый большой материк. — На Аларе проживает множество рас, от людей до драконов. Алар соединен перешейком с другим материком — Адраном, который так же разделяют между собой множество рас, только уже горных. Не скажу, чтобы все жили между собой в мире и согласии, как в сказках. Нет. Неларн пережил огромное количество войн, большая часть которых пришлась на Кровавую эпоху. К счастью, мировых войн в Неларне уже давно не было. Как видите, Адран почти полностью покрыт горами. Пролетать над ними — незабываемое ощущение… До некоторых пор Адран был таким же, как и Алар, и Нирр. Но пятьдесят лет назад его стала накрывать Тень — одно из самых загадочных государств Неларна. Коренные жители гор снимаются с мест и уходят, их место занимают Охотники, частенько просто прогоняя другие расы. Раньше Тень накрывала лишь один хребет — Темные горы, где и держалась последние четыреста лет. Мы не обращали на нее внимания. Тень была слаба…

— А когда начала вторжение, было уже поздно, — с горечью закончил Степан. — Сначала Тень была небольшой страной, в которой жили разные создания. Большая часть Совета Рас считала, что она имеет право на существование. «Там такие же создания, — говорили они, — как и мы. Они могут жить. От их существования ничего не изменится. Мы не имеем право вмешиваться в их дела».

— А что здесь неправильно? — не поняла Вика. Она сама придерживалась точки зрения, что все имеют право жить. Никто не должен убивать других живых существ, только потому, что они другие.

— Все правильно, — согласился Иван. — Но это касается лишь тех созданий, которые появились в мире естественными путями, к которым относятся эволюция и создание самими богами. Создания же, живущие под властью Тени — пришельцы в Неларне. Откуда они появились здесь — неизвестно, возможно, пришли из другого мира. Эти чужаки хотят захватить наш мир. В ответ мы будем сопротивляться. Мы не хотим их уничтожить полностью, достаточно заставить их уйти вновь… — продолжил он, не обращая внимания на приглушенное ворчание Степана. — Таково теперешнее мнение Совета, Степан. Мы не хотим повторять прошлых ошибок. Кровавой эпохи более, чем достаточно, чтобы усвоить урок… Знаю, что вы, волкары, всегда хотели уничтожить Тень. Но пока в Неларне остались Стражи («это еще кто?» — мельком подумала Вика), они не допустят войн до полного истребления противника… Если этот противник будет нормальным. Мы ведь не знаем, откуда появились Охотники. Они начали наступление, правда, очень медленное. До официального объявления войны еще не дошло, хотя она не за горами — именно драконам Охотники пока не сделали ничего. Но это будет война лишь между Тенью и драконами. Возможно, присоединятся волкары и грифоны. На счет найтагов неизвестно, разве что Охотники нападут на их лес. Остальные расы не хотят сражаться против Тени. Слишком опасно, слишком силен противник, слишком велик шанс быть уничтоженными полностью. Даже когда их прогоняют с земель предков, они делают вид. Что ничего не произошло… Сильнейшие создания Неларна — драконы, а Охотники соперничают с ними на равных. Хотя найтаги не раз доказывали, что лучшие маги — они. К тому же драконов мало — больше, чем найтагов, но меньше, чем тех же волкаров и грифонов, не говоря об эльфах, гномах и людях. В некоторых особо заброшенных местах нас вообще считают легендой. Да и людей-драконов почти нет, как и других высших оборотней. На этом курсе попалось три дракона, и это очень много. Иногда бывало, что нет ни одного человека-дракона… — Иван замолчал, уставившись в весело пляшущее пламя.

Вика взглянула на шарик. Обычный глобус. Синие океаны и моря, зеленые равнины и леса, желтые леса, коричневые горы… Хотя нет, далеко не все горы имели коричневый и белый цвет. Почти четверть гор Адрана, самый юг Алара, юго-запад Нирра и весь южный материк были темными, словно по ним прошелся огромный пожар, оставляя за собой лишь мертвое черное пепелище.

Глава 8

Прошло три месяца с начала учебы. Вся осень пролетела незаметно. Да и самой осени Вика не заметила — в этом мире не было смены времен года. Вика уже начала было привыкать и даже жаловаться на скуку, пока не случилось одно из самых знаменательных событий в ее жизни…

Начался день вполне обычно. Тайрен повел их с Мейтри на Изначальную гору, чтобы, как он выразился, потренироваться в ориентировании в сложной обстановке. К тому времени Вика успела излазить практически всю долину и недоумевала, куда они идут. Дракон привел своих учениц на тот самый уступ, с которого Наитель впервые увидела этот мир, ставший для нее чуть ли не родным. По странным причинам в этот раз с ними пошли Райк и Влад-Хайсен. Этому Наитель удивилась больше всего, ведь обычно они всегда занимались отдельно, вследствие чего драконицы почти не видели драконью ипостась Хайсена. И так же, как и в прошлый раз, Наитель была поражена необыкновенной золотистой чешуей друга. Кстати, волосы у Влада также стали золотеть, что дало Ленке повод дразнить его «прынцем на белом коне». Влад же привычно огрызался на нее, что, мол, сама не лучше — волосы Ленки тоже стали напоминать цветом червонное золото, не оставив ни единой прядочки былого иссиня-черного волоса. Карие глаза Лены теперь отсвечивали зеленым.

Сама Вика к тому времени могла похвастаться яркими сапфировыми глазами и белоснежными с серебряным оттенком волосами. Изменения происходили не только с цветом волос и глаз. Претерпели изменения и черты лица, став более резкими, и телосложение — теперь девушка напоминала профессиональную акробатку или эльфийку (по словам Ивана, сама она эльфов пока не встречала), что при таком активном образе жизни было отнюдь не лишним. Проявление истинного облика затронуло и гораздо более глубокие материи, чем внешний облик. Викино зрение изрядно обострилось, даже в человеческом облике она стала различать больше оттенков цвета, убыстрилась реакция, ранки заживали теперь гораздо лучше. Вика стала сильнее, как физически, так и морально. Теперь она уже могла выдерживать простенький волевой пресс, который иногда устраивал Иван, или блокировать свои мысли — ненадолго, слабо, но все же… Увы, за три месяца невозможно научиться чему-нибудь идеально…

Стоя на краю обрыва рядом с Мейтри, Наитель глубоко задумалась и не заметила неслышно подкравшегося Тайрена. Дракон взглянул вниз, весело фыркнул… и одним сильным ударом столкнул обеих учениц в пропасть. В тот же момент Райк повторил его маневр, толкнув Хайсена.

Летя вниз, Наитель очень сильно испугалась. В голове стучалась лишь одна мысль: сейчас упаду! Неподалеку серебряная драконица заметила изумрудную Мейтри, где-то мелькнуло темное золото крыльев Хайсена. А земля все приближалась…

Наитель попыталась спланировать, как до этого она планировала с обрывов, но ничего не получалось. Было уже поздно. Она падала слишком быстро, чтобы можно было так замедлить падение лишь расправ-ленными крыльями…

Внезапно в голове Наитель словно обрушились незримые барьеры. Сквозь рухнувшую плотину человеческого сознания ринулись потоки новых чувств и инстинктов, чуждых ей и одновременно родных. Полет, кровь на клыках, упоительный жар битвы, бешеный рев пламени… Все воспоминания могучих существ, истинных Владык Стихий, живших на самой заре Земли, схлестывались в сознании Наитель. Время словно замедлилось. Наитель видела приближающуюся землю, видела острые скалы, но это ее уже не беспокоило. Все силы драконицы были направлены на борьбу с данай, которые проснулись с окончательным пробуждением истинного облика. Удержаться на грани… Не дать захлестнуть себя с головой… Ее словно несло к пропасти, к той границе, за которой нет уже ничего — ни жизни ни смерти, лишь пустота, что остается после гигантского пожара, уничтожающего все на своем пути…

Она смогла. Наитель удержалась от падения. И победила. Река смирилась с новыми границами и приветливо распахнула свои глубины, открывая все новые ощущения.

Наитель впервые почувствовала потоки энергии, пронизывающей ее тело. Эта энергия закончила то, чего не могли сделать простые упражнения — скрепила, связала намертво человека и дракона. До этого момента Вика и Наитель еще не были едиными существами. Она гордилась, думала, что изменилась, что уже нашла конец дороги, не понимая, что на самом деле лишь в начале пути. На самом деле в ее душе существовала граница, разделяя на две половины. Превращения ослабили ее, пробили в стенах трещины, но не обрушили до конца. Но поток энергии смог объединить две половины до конца, смог полностью перевернуть всю душу, изменить ее.

Крылья сами сделали широкий и уверенный взмах, потом еще один и еще… Наитель взлетела.

На нее обрушились те чувства, которые до этого момента драконица испытывала лишь во сне. Она почувствовала бешеный восторг полета, пьянящую уверенность в себе, захлестывающее чувство единения с воздухом. Драконица не смогла удержать в себе этот хаос чувств, и над Туманной долиной раздался рев торжества…

Наитель парила над землей. Сильные крылья рассекали воздух, через них проходили целые клубки энергии. Каким-то внутренним чувством Наитель знала, что теперь она сможет взлететь в любой момент. Она будет летать столько, сколько захочет…

«Друзья!»

Где Мейтри, где Хайсен?! Драконица начала оглядываться, моля всех богов, чтобы они не разбились, и тут же испустила вздох облегчения. Изумрудная драконица медленно планировала над землей метров на сорок ниже Наитель. Хайсен же выписывал круги у нее над головой. Наитель сложила крылья и спикировала вниз.

Мейтри испуганно ахнула и отшатнулась, когда Наитель внезапно оказалась прямо перед ней. Серебряная драконица засмеялась.

— Ты чего?

— Как «чего»? — накинулась на подругу Мейтри, летя рядом с ней. — Знаешь, я не очень люблю, когда мало того, что со скалы скидывают, так еще и едва не врезаются!

В следующую секунду Наитель пришлось согласиться — приятного в этом мало. Потому что прямо перед ее носом вышел из пике Хайсен. Драконы закружились в воздухе, привыкая к полету. Пролетая мимо Наитель, Хайсен задел ее крылом. Драконица засмеялась кинулась на него. Золотистый дракон оглянулся, увидел мчащуюся на него Наитель и помчался прочь. Мейтри кинулась за ними. Вскоре молодые драконы носились в небе, играя в догонялки. Они пробовали повторять фигуры высшего пилотажа, которые видели на Земле, выделывали головокружительные пике и вновь взмывали в небеса. Энергия в телах молодых драконов кипела, требуя выхода.

Внезапно совсем рядом с Наитель пронесся огненный шар, похожий на пылающую комету. Драконица едва успела увернуться. Оглянувшись, она увидела над собой сине-зеленые крылья Тайрена. Неподалеку парил темно-красный Райк. Оба дракона увлеченно выдыхали огонь, целясь, правда, не точно в учеников, а рядом с ними. Эти огненные плевки заставляли учеников метаться, выделывая совершенно невозможные фигуры. Сами драконы предусмотрительно держались на расстоянии. Лишь когда Наитель поняла, что сейчас упадет, Тайрен перестал выдыхать огнем и пошел на снижение. Райк, а затем и ученики последовали за ним.

— Ну как вам первый полет? — усмехнулся Тайрен, когда они приземлились. Наитель и Мейтри приземлились нормально, а вот Хайсен слегка оплошал и теперь с недовольным видом поднимался с земли, на которой остались внушительные царапины от когтей молодого дракона.

— Отлично. Особенно мне понравились начало и конец этого полета, — ядовито сказала Наитель. Летать ей понравилось, но падать, словно комета или увертываться от огня — не самое приятное занятие. — Ты же сказал, что скидывание со скал запрещено!

— Я этого не говорил! — наигранно возмутился Тайрен.

— Говорил! Мы слышали! — поддержала подругу изумрудная драконица.

— Я говорил, что так было раньше. Но ни словечком ни заикнулся, что такие испытания прекратились!

— Запомните, ученицы, — хмыкнул Райк, — драконы лгут редко, но умеют очень искусно утаивать правду. Вот как сейчас. Вы приняли лишь одно толкование слов Тайрена, а на самом деле их огромное количество. Так и с клятвами. Потом вам придется выучить все клятвы, которые не может нарушить никто… А такие испытания продолжаются и по сей день. Настоящие драконы обходятся и без них, но людям необходимо сильное потрясение, чтобы овладеть истинным обликом до конца. Сброса со скалы достаточно, как вы думаете? — кроваво-красный дракон ехидно улыбнулся, показав острые, словно иглы, клыки.

Наитель фыркнула, выпустив небольшое облачко дыма. Да уж, хороша учеба…

— А обстрел зачем устроили? — возмутился Хайсен.

— Как зачем? У нас учеба, а в нее входят и занятия по полету. Будете учиться выделывать различные фигуры высшего пилотажа, летать наперегонки… и сражаться в воздухе. Драконы — не мирные овечки! — отрезал Тайрен.

— Кстати, об овечках, — вспомнил Райк. — Пора вам научиться охотиться. А то все еще в столовой едите, а еще драконами называетесь!

Ученики пристыжено замолчали. Что да, то да — никто из молодых драконов еще не поймал ни одной добычи. Наитель несколько раз пыталась неслышно подкрасться к оленям, которые в изобилии водились в Туманной долине, но все время шумела или показывалась добыче в самый ответственный момент. Иногда девушка-драконица задавала себе вопрос: сможет ли она убить? И неизменно отвечала, что да, сможет. Личина дракона понемногу растворялась в ней, временами прорывавшиеся инстинкты диктовали свой образ поведения. Тайрен прав. Драконы — не овечки. Драконы могут быть миролюбивыми, но в большинстве своем они бойцы. Все драконы — хищники, которые не могут питаться лишь фруктами. Вот только пока она не убила никого…

— Ну что ж… — вздохнул Тайрен. — Пора начинать урок…

Наитель медленно парила над лесом. Все было, как в тот раз, когда в ней впервые ясно заговорили да-най. Правда, в воздухе молодая драконица держалась пока не очень уверенно. Все-таки, впервые взлетела она только позавчера!

Внезапно драконица заметила под собой на опушке небольшую группу оленей. Они спокойно щипали траву, и лишь иногда то один, то другой резко вскидывал голову и озирался.

Наитель подлетела неслышно, подобно сове, тщательно следя за тем, чтобы ее тень не падала на оленей. Те все еще ничего не замечали, и Наитель даже задалась вопросом — а охотились ли на них когда-нибудь? Драконица слегка расслабилась, и тут же поплатилась за это: тень упала прямо на одного из оленей. Тот, не медля, быстро понесся к лесу. Остальное стадо мгновенно сообразило, в чем дело, и кинулось врассыпную. Наитель зарычала от досады. Стоило так подкрадываться, если в результате ее все равно заметили? Ну нет, она так легко не сдастся! Мгновение — и драконица уже помчалась к земле, нацелившись на небольшого молодого оленя. Тот удирал со всех ног, но он оказался слишком далеко от леса, да и возможно ли уйти от дракона на открытом месте?! Наитель ринулась прямо на добычу, одним ударом хвоста сломав бедняге шею, и впилась зубами в горло. Пасть заполнила теплая, почти горячая кровь, и Наитель с трудом сдержала победный рев. Пусть другие за несколько километров вокруг сообщают всем любопытствующим — я здесь, я ем! Идите, заберите у меня добычу! Она не станет поддаваться данай во всем, она все-таки не из первых чудовищ, Тайрен еще называл их Владыками, а она как-никак не просто драконица, но еще и человек…

Мясо оленя оказалось неожиданно вкусным, даром что сырое. Наитель и не заметила, как насытилась. Лишь потом, перевоплотившись в человека, она взглянула на остатки пиршества с некоторым содроганием…. Мертвый олень лежал на траве. Часть тела была разорвана сильными клыками драконицы, из рваных ран вытекла кровь. Драконица съела лишь четверть туши — она не была особенно голодна. Раньше Вика ни за что не смогла бы убить просто так, для тренировки…

«Вика, Вика, кем ты стала? Еще недавно ты была нормальной девушкой, пусть одиночкой, но все-таки обыкновенной! А теперь? Ты летаешь по небу, ты охотишься, ты пролила свою первую кровь… Ты измени-лась… Даже на твоем человеческом облике отразились все изменения! Ты стала гораздо сильнее, теперь ты не побоишься сразиться и со взрослым мужчиной, ты вполне сможешь увернуться от стрелы… Неужели тебе это нравится? Нравиться быть драконом? Быть самым могучим, самым свирепым, умным и опасным хищником многих миров? Не лучше ли вернуться назад, на Землю? Тем более что, если ты не вернешься, ты проклянешь тот день, когда получила свой кулон…»

Вика мотнула головой. Что это с ней? Уже и слышится… всякое. Словно ветер прошелестел ей прямо в ухо. Но, девушка не могла не признать, голос у ветра был неприятный, шелестящий и режущий слух. Но она могла ответить, даже если этот голос — лишь плод ее воображения, вызванный первой удачной охотой — да, нравится! Лучше быть драконом, даже опасным и проклинаемым всеми живыми существами, как их иногда описывали в книгах, чем вернуться в то зыбкое серое марево, в котором она жила до того дня, когда Иван впервые завел с Ириной разговор о новой школе!

«Зря, зря… Я предложила тебе выбор, твое дело — сделать его… Но подумай. В отличие от тех, кого ты называешь учителями, я предлагаю тебе выбор. Они — нет. Ты стоишь по одну сторону баррикады по их воле, ничего не решая сама. Хотя, возможно, я сумею подтолкнуть тебя к правильному решению… Я могу перенести тебя назад, на Землю. Ты просто уйдешь из игры, правил которой не понимаешь. Хочешь?»

Теперь Вика была уверена, что это — не просто плод ее воображения. Девушка начала озираться, ища своего собеседника… и не находя его. Вокруг было пусто, лишь кружились в воздухе бабочки. Кто, кто говорит с ней?!

«Ты еще узнаешь мое имя! — рассмеялся шелестящий голос, — Ты решила остаться на шахматной доске, слабая пешка. Что же, я ценю твой выбор. Ты решительна, имеешь огромную силу воли — так не хочешь ли перейти в мои ряды? Не бойся, выбор предстоит не сейчас… Я дам тебе время подучиться, я хочу, чтобы в мою армию попали лишь тренированные войны… Имей ввиду, что я все равно найду способ или сделать своей воительницей даже против твоей воли… или убить. До встречи…. Думаю, она состоится довольно скоро…. Не беспокойся, я позабочусь, чтобы ты ничего не сказала никому…»

Шепот прекратился, и Вика помотала головой. Что с ней произошло? Жутко болела голова — впервые за последние два месяца! К тому же она ни помнила, что произошло с ней после того, как она подошла к лесу. А ведь было, было что-то очень важное! Девушка помассировала виски. Нет, ничего не проясняется. «Будем считать, что мне напекло голову», — невесело усмехнулась она про себя, и быстро сориентировавшись, пошла к корпусу.

Она не видела, как заклубился за ее спиной легкий черный туман, не слышала, как раздался негромкий шелестящий смех, не заметила на том пятачке земли, где только что стояла, выжженное в земле изображение черного кристалла. Кристалл мигнул пару раз, и медленно растворился, уйдя под землю…

Глава 9

— Что с тобой, Вик? — спросила Миланья, озабоченно глядя девушке в лицо. Подруга Тайрена встретилась Вике неподалеку от жилого корпуса. Миланья собирала травы в лесу, и как раз возвращалась к себе в пещеру. Как понимала Вика, Миланья была целительницей. Тайрен как-то похвастался, что драконица могла вернуть пациента едва ли не с того света.

— Не знаю… — Вика растерянно пожала плечами.

Уйдя с поляны, где она впервые пролила кровь, девушка тут же почувствовала сильное головокружение, голова начала раскалываться от боли. Подойдя к опушке леса, Вика уселась на траву, прислонившись спиной к нагретому солнцу валуну, собираясь отдохнуть. Тут на нее наткнулась Миланья.

— Дай-ка, — Медно-рыжая целительница, невзирая на слабые протесты Вики, коснулась ее лба. — Лоб вроде холодный. Ты ничем не ранилась?

— Не помню. Вроде нет…

— Как это «не помню?» — нахмурилась Миланья. — Ты же драконица, у тебя должна быть великолепная память!

— Вот так, не помню! — огрызнулась девушка. Головная боль донимала ее все сильнее, и Вике было не до расспросов.

— Голова болит? — сочувствующе осведомилась Миланья. — Ну хорошо, потом все расскажешь. Пошли-ка ко мне в пещеру…

Миланья быстро провела Вику по тоннелям, благо было недалеко, и они оказались в знакомой уже пе-щерке. Именно сюда юная драконица пришла вместе с Тайреном в первый день своего прибытия.

Целительница быстро заварила отвар и дала Вике выпить. Ученица с любопытством принюхалась. От отвара пахло смесью ромашки, зверобоя и каких-то других, не известных девушке растений.

— Ну, рассказывай, — велела Миланья, садясь на крепкий дубовый стул рядом с Викой.

— Да чего рассказывать? — пожала плечами девушка, с облегчением чувствуя, что боль идет на спад. — Я охотилась, поймала свою первую добычу…

— Оленя? — с интересом спросила целительница.

— Да. Там же я и закусила… Потом пошла к лесу… и дальше не помню. Словно ластиком затерли.

— Ластиком?.. — задумчиво переспросила Миланья. — Вот что, сиди неподвижно, а я попытаюсь узнать, что произошло. Тебе наверняка стерли память, но что-то должно было остаться. Как телепатке мне далеко до Ивана, но что-то и я умею…

С этими словами целительница положила Вике на лоб руку, и девушка тут же ощутила в своем сознании присутствие чужака. Она невольно напряглась…

«Сиди тихо! — раздалось у нее в голове. — Мне и так сложно, а ты еще и сопротивляешься…»

Вика нехотя прекратила попытки выдвинуть чужака за границу своего сознания. Открывшись, она теперь чувствовала себя уязвимой, словно слепой котенок.

Через пять минут Миланья со вздохом отвела руку со лба Вики. Девушка мотнула головой, будто пес, вылезший из воды, и с надеждой посмотрела на Миланью. Этот странный провал в памяти сильно беспокоил девушку.

— Ничего, — сожалеющее развела руками рыжеволосая целительница. — Стерли память тебе знатно. Ничего не узнаешь. Ладно, — она махнула рукой, словно отгоняя неприятные мысли. — Потом мы посетим эту полянку. Кстати, поздравляю с первой добычей, хотя для человека такое поздравление очень и очень относительно… Если хочешь, могу дать снадобья против кошмаров, а то после первой пролитой крови они многим снятся.

— Нет, — Вика покачала головой. — Лучше так…

— Ну как хочешь. — Миланья вновь захлопотала, рассортировывая травы и вешая их на просушку. Вика с интересом огляделась. В прошлый раз ей было не до того, но теперь она рассмотрела пещеру Миланьи как следует.

Целительница жила в небольшой, но уютной пещерке. На уступах были развешены разные сушеные травы, создающие странную, но приятную смесь запахов. Под невысоким потолком то и дело перепархивали змеинки — так Иван назвал небольших крылатых змеек, которые водились в Туманной долине и ее окрестностях, нередко залетая в корпус. Как только что выяснилось, существовали и горные, отличавшиеся от равнинных собратьев медным оттенком чешуи и мелкими размерами. Было жарко. Приглядевшись, Вика заметила небольшое огненное озерко в дальнем углу пещеры.

— Мы часто используем жар огненных рек в своих целях, — пояснила Миланья, поймав вопросительный взгляд Вики. — Достаточно наложить заклятие, чтобы уменьшить жар подземного огня — и перед тобой готовая печка. Огонь драконов не слишком подходит для обогрева — слишком жаркий, а зачарованная магма — как раз. Да и температуру можно заклинанием регулировать.

— Удобно, — уважительно присвистнула Вика.

— Еще как.

— Ты знаешь много заклинаний? — спросила Вика. Вопрос магии мучил ее уже давно.

— Ну, как тебе сказать… — задумалась Миланья. — Смотря, в какой области. Магия же разная бывает. Я вот в целительской хорошо разбираюсь, а Тайрен — телепат. У людей-драконов магия очень сильная, но и пробуждается трудно…

— А как узнать, владеешь ты магией или нет? — Вика старалась не показывать, как заинтересовала ее эта тема.

— Для нас — никак, — пожала плечами целительница. — Магия или пробуждается, или нет. Для ее пробуждения нужно сильнейшее потрясение. Обычно это происходит в схватке, но иногда и просто. Живешь себе спокойно, а тут — раз! — камень, который мешает тебе пройти, вдруг вспыхивает от одного взгляда.

— А у тебя как пробудилась? — полюбопытствовала девушка.

Миланья улыбнулась каким-то воспоминаниям.

— Да так… Это произошло во время моей первой охоты. Я как раз собиралась убить оленя, уже бросилась на него… и вдруг заметила Тайрена, который метит в того же оленя! Ну, прикончила беднягу все-таки я, но Тайрен на меня жутко обозлился. Сначала обозвал, а потом вообще бросился. Передрались мы хорошо. Я сначала драться не хотела, мне смешно только было, но Тайрен разозлился не на шутку. Я тогда тоже очень рассердилась… и пробудила магию. Тайрен тоже. Так уж получилось, что магия у нас пробудилась одновременно…. Взрыв был знатный — всю поляну спалили. Нас потом учитель так ругал… До сих пор помню!

Вика хихикнула. Да уж… не у каждого случается такая занимательная охота!

— Голова уже не болит? Ну, тогда беги отсюда, — спохватилась целительница. — Не забудь Ивану все рассказать, пусть выяснит…

— Ничего не понимаю, — Иван развел руками. — Ощущается здесь что-то, а что… и вправду — словно ластиком стерли.

— Может, кто-то здесь с заклинаниями баловался? — нетерпеливо кусая губы, спросила Миланья.

Лесов, целительница и Вика стояли на той самой полянке, где Вика убила своего оленя. К сообщению о происшествии Иван отнесся очень серьезно и тут же велел отвести его туда. С ними пошла и Миланья.

— Не… Тут что-то другое. Нужно Крэю рассказать.

— Иван, гляди! — Вика показала на абсолютно круглый и свободный от травы участок земли.

— Интересно, — хмыкнул учитель, склоняясь над пяточком. — Ты помнишь, в какую сторону пошла тогда? Кстати, поздравляю с первой добычей. Отлично поймала, без напрасно пролитой крови, без лишнего садизма…

— Разумеется. Я встала здесь и пошла вот так… — Вика показала, после чего через пару шагов очутилась на том самом клочке земли, в нескольких метрах от туши. Кстати, сама туша оленя сильно изменилась, — от нее ничего не осталось, кроме скелета, да и тот со временем растворится в ненасытных пастях духов-падальщиков, заменяющих здесь чистильщиков и пожирающих любые естественные отходы.

— Ну, вот и ответ, — заметила Миланья, осторожно проводя рукой над клочком земли.

— Да какой же это ответ?! — Лесов сердито выдернул травинку и раздраженно отбросил ее в сторону. — Мы не нашли причину, только следствие. Для чего нужен этот круг? Как он здесь появился? Стихийно не мог… А, кроме Вики, здесь уже давно никого не было!

— Если стихийно не мог, то, скорее всего, ответ есть и на причину, хотя и неполный.

— Контакт?

— Да. Ты сам посмотри. Такой контур бывает при контакте. К тому же он потерял силу. Правда, зачем тогда стирать девочке память? — пожала плечами Миланья и, заметив недоумевающий взгляд Вики, пустилась в объяснения, — Ты видишь перед собой универсальный магический круг. С помощью такого можно совершать и призывы, он может работать батарейкой — накапливать энергию, а может становиться и посредником при разговорах. Обычно магические круги вычерчиваются, но иногда, при установке контакта, вызывающий может «проявить» его. Он вычерчивает круг у себя, и такой же появляется вокруг того, кого вызывают. После вызова он теряет силу, исчерпывается. Правда, такой способ очень ненадежен, лучше иметь постоянные круги…

— Остается один вопрос, главный, — заметил Иван, поднимаясь с колен, и отряхнул землю. — Кто его начертил?

— Будем копать, искать… — задумчиво сказала Миланья. — Есть у меня одно подозрение… Потом скажу.

Прошла неделя. Вика уже начала было забывать об этом случае, как вдруг с Ленкой произошло то же са-мое, правда, на простой охоте, а еще через две недели — с Владом.

И каждый раз на месте происшествия находили исчерпанный магический круг. Иван ходил задумчивый, пару раз исчезал на день. Тогда занятия вели Миланья или Святослав. С Дикой же ничего не происходило. Девушка-волчица не замечала ничего необычного, хоть и глядела в оба глаза.

— Видимо, это произошло лишь с учениками-драконами, — задумчиво сказала подругам Вика, когда они вечером возвращались с занятий. Тайрен и Зарр решили поохотиться вместе, но без учениц, и отпустили их идти к жилому корпусу одновременно.

— Наверное. Но Миланья говорила, что раньше такого не происходило, — заметила Ленка.

Быстро смеркалось. Туман, казалось, делался все гуще. Деревья словно выросли, помрачнели и казались теперь темными стражами Туманной долины.

Внезапно Дика принюхалась и, учуяв что-то, мгновенно перевоплотившись. Вика и Ленка также насторожились, но пока менять обличие не стали. Лес — не вотчина драконов, здесь они не могут развернуться, показать всю силу, здесь нужно оставаться человеком. Вот остальным, не таким крупным, не имеющим крылья существам гораздо легче — таким как волкары и…

— Гуляем? — раздался за их спинами мурлычущий голос.

Вика медленно обернулась. На тропинке стоял найтаг. Девушка впервые видела найтага, и теперь с любопытством рассматривала одного из самых загадочных обитателей Неларна.

Найтаг был великолепен. Его рост превышал обычного льва на метр, еще больше увеличиваясь в глазах за счет длинного гребня на спине. Темный мех в сумерках казался чернее угля. На его фоне зеленые глаза с золотыми кошачьими зрачками сверкали особенно ярко. Под гладкой и блестящей шкурой перекатывались бугры мышц. Сильные, но стройные лапы венчались длинными острыми когтями. Да уж… дразнить такую киску не рискнет даже самый отчаянный хулиган и камикадзе.

— Д-да, — чуть запнувшись, ответила Вика. Варра выдвинулась вперед, демонстративно оскаливая клыки. Волкарка явно не доверяла найтагу.

— Не беспокойтесь, я не причину вам вреда, — махнул лапой найтаг. — Мне просто интересно поговорить с молодыми учениками. Я вижу, в этот раз набрали прекрасных учеников. Три дракона, несколько волкаров, фениксов, грифонов, парочка ледяных птиц… Просто великолепно! — в голосе найтага прозвучало истинное восхищение. — Кстати, забыл представиться, Мастер Магии Ронар. Ваши имена я знаю.

— Спасибо. Мастер Ронар, — слегка склонив голову, ответила Вика, — но зачем вы пришли сюда? Вряд ли для того, чтобы лишь похвалить нас.

— Разумеется, — фыркнул найтаг. — Просто до меня дошли слухи о пустых магических кругах, через которые кто-то устанавливал контакт.

— Вы можете рассказать нам об этом что-то новое? — насторожилась Ленка.

Найтаг потянулся и демонстративно зевнул. Блеснули острые клыки.

— Ну… я не могу сказать вам о том, кто это делал… Но могу сообщить, что контакт устанавливали также и с молодыми найтагами. Правда, делали это гораздо грубее, — при этих словах глаза найтага яростно сверкну-ли, а по темной шерсти пробежали голубоватые искры. Вика поежилась. Не зря, не зря найтагов почитали как лучших магов Неларна…. Только люди-драконы могли соперничать с ними, да и то лишь в самом расцвете сил. Магия для найтагов — не просто искусство или профессия, как для других созданий. Магия — их жизнь, она для найтагов — тоже, что и кровь для человека. Завороженная необычным зрелищем, Вика не сразу обратила внимание на слова Ронара.

— У вас тоже? — переспросила она.

— Да. У нас мало котят — всего двое. Радана и Давар… Позавчера утром они пошли на охоту. Мы не обеспокоились — котята уже довольно взрослые, с магией обращаются хорошо. Но они не вернулись даже ко вчерашнему вечеру. Тогда матери котят подняли на уши старейшин, и несколько воинов отправились на разведку. Мне посчастливилось наткнуться на них. Котята лежали бесчувственными посреди магических кругов, совсем рядом. Наверняка они пошли вместе, и тут с ними одновременно установили контакт. А потом применили сильнейший магический удар… Наложить на найтага заклятие очень сложно, но здесь его и не было, только удар сырой Силой. Котятам хватило…. Их до сих пор пытаются привести в сознание. Мы не любим, когда нападают на наших котят. К тому же Радана — моя внучка. Если вы как-то к этому причастны, то… — найтаг не закончил, но его взгляд очень красноречиво договорил все.

— Мы не совершали нападения, честно, — сказала Вика. — Но почему вы говорите это нам, всего лишь уче-ницам?

— Вы имеете право знать. Но, по правде говоря, мы встретились случайно. Я шел на встречу с Крэем, и встретил вас. А раз уж встретил, то неплохо бы сообщить вам часть вестей. Хотя бы для того… — Ронар лукаво прищурился, — чтобы уберечь ваши уши от подслушивания, а головы, соответственно, — от неприятностей.

— Мы бы не подслушивали! — не слишком убедительно возмутилась Вика. Подслушивать-то специально они и впрямь бы не стали, но вот случайно пройтись мимо во время разговора…

— Может, да, может, и нет… — хитро улыбнулся Мастер Магии. — Пошли-ка до Драконьей горы вместе, за-одно и поговорим…

Ронар очень активно интересовался процессом обучения учениц. Услышав о первом полете, он только хмыкнул.

— Если вам не понравилось, как вас заставили летать, то вам повезло, что вы — не найтаги. У нас рождается мало котят, но даже из них выживают лишь лучшие. Найтаг считается взрослым, если он прошел Испытания Когтями и Магией, но проходят их не все…

— Они так опасны? — удивленно спросила Дика, успевшая перевоплотиться.

— Да. Кстати, тебе нужно знать про них побольше, юная волчица.

— Почему это? — мгновенно напряглась та.

— Обычаи волкаров не так уж отличаются от традиций найтагов. Эти два народа раньше были соседями, но потом разошлись в разные стороны. Найтаги уединились в лесу, названном теперь в их честь. Волкары же отправились в странствия, в результате чего обрели Нирр… Но старые связи и теперь проглядываются. Молодым волкарам приходится проходить Испытание Клыком. Как оно выглядит теперь, не знаю, но многие гибнут в его процессе…

Вика поежилась. И зачем нужны эти Испытания?!

— А затем, драконица, что магические существа — не простые мирные зайчики. Да и тем приходится ежедневно бороться за жизнь, — пояснил Ронар, нагло читая ее мысли. Вика попыталась защититься — бесполезно. Мастер Магии читал ее легче, чем раскрытую книгу с крупными буквами. — Должны жить лишь лучшие. Кто-то называет эти обычаи варварскими, но Испытания — необходимая часть нашей жизни.

— А какие Испытания у драконов? — спросила Ленка.

— Спросишь тоже… Я не дракон, а найтаг… — возмутился Мастер Магии. — У каждого народа есть свои заморочки. Но одно Испытание — Крыльями — вы уже прошли. И очень неплохо, я видел. Особенно меня впечатлил полет серебряной драконицы. Поразительный результат.

Вика зарделась.

— Да чего уж… — смущенно пробурчала она.

— Не «чего уж», а великолепный результат! Я смотрел истинным зрением, оно позволяет видеть магические энергии… Силы, которые во время Испытания ты собрала вокруг себя, поражают! Как тебя не уничтожили при этом, не понимаю…

— А вы часто наблюдаете за Испытаниями? — полюбопытствовала Дика.

— Ну… как сказать. Я не пропускаю ни одного Испытания драконов, но сами они бывают очень редко. Сами понимаете, если учеников мало, часто за их Испытаниями не понаблюдаешь.

Вика кивнула.

— Ронар… а в каких созданий могут перевоплощаться такие, как мы?

— Высшие оборотни? Обычно у них лишь один облик. А каким может быть этот облик… Чаще всего волкар, грифон, феникс. Изредка дракон или ледяная птица…

— Ледяная птица? Я пока таких не видела.

— Ледяные птицы, ледяные орлы… названий несколько. Они живут в основном на Снежной горе. Вы, драконы, не слишком любите холод, правда? А они — огонь. В жилом корпусе посмотри — люди с таким истинным обликом обычно очень стройные, худые, высокие, с серо-голубыми глазами и жиденькими светлыми волосами.

— А как они выглядят? В истинном облике? — поинтересовалась Ленка.

— Огромные орлы с перьями белыми, словно изо льда. В Неларне они раньше были природными противниками драконов и фениксов, даже шли на них войной, но после поражения триста лет назад присмирели. Даже подозрительно присмирели… У нас есть несколько догадок, и все они далеко не приятны… Сами птицы их все отрицают, но кто говорит на Совете абсолютно честно, ничего не скрывая?! Нет таких простаков среди членов Совета, и никогда не было…

— Странно… Я думала, в Неларне не так, как у нас, на Земле… — заметила Лена, пригибаясь, чтобы не врезаться в ветку дерева.

— Увы… Политика везде одинакова. На должность члена Совета отбирают лучших, самых мудрых и свободных от предрассудков, но таких удается найти далеко не всегда… Идиллической картинке о «мире во всем мире» не было никогда. Да и от предрассудков не всегда удается избавиться. Создания, впитывающие некие понятия еще в раннем детстве, не могут так легко взять и откинуть их. На это нужно время… Гном не может спокойно пожать руку эльфу или оборотню, ледяная птица вряд ли полетит брататься с драконом, да и тот будет явно не в восторге. Да и мы, найтаги, всегда были сами по себе… Особенно кичатся своей «индивидуальностью» и «особенностью» эльфы, люди, некоторые гномы, большая часть мэлленор — морских эльфов… Нет, бывают и тщеславные драконы, и самолюбивые грифоны, но они обычно в Старейшины не попадают. Эх, давно я не был в Неларне, а надо, надо…

— А зачем вы прибыли сюда? — полюбопытствовала Вика. — Здесь ведь нет учеников-найтагов.

— Ну почему нет? Есть. Наши котята. А зачем… Когда еще Айран не пропал, множество лет назад, найтаги оказали ему неоценимую услугу. Какую — очень долгая история. Главное, что за это Айран разрешил группе найтагов переселиться в Туманную долину. Здесь мало места и слишком много других созданий, но зато это место просто пропитано магией. Найтагам хорошо здесь, в этом сосредоточении магии. Здесь рождаются сильнейшие маги. Я и сам родился в этой долине. Большую часть времени я проживаю в Неларне, в Лесу Найтагов, но при наборе нового курса не отказываю себе в удовольствии понаблюдать за Испытаниями юнцов… Особенно любопытны Испытания Крыльями. В Неларне, разумеется, их тоже проводят, но Испытания людей-драконов… О, ни один дракон не может собрать столько энергии!

— Странно, — заметила Ленка. — Мы — все-таки наполовину люди. Насколько я поняла, люди не слишком владеют магией…

— Не совсем так, — поправил ее найтаг, жмурясь от яркого лунного света — они уже вышли из леса и приближались к скале, опоясывающей всю долину широким кольцом. — Просто магией владеют не все люди, лишь некоторые из них. Здесь и проявляется разница между магическими созданиями и другими расами. Среди магических созданий магией владеют все, одни расы лучше, другие хуже, но все. Остальные же расы — люди, эльфы, гномы, лесные карлики и прочие — владеют магией выборочно. У одного человека нет магических способностей совсем, зато другой с легкостью может вызвать бурю или землетрясение. Отсюда и получаются гигантские магические силы людей с душами магических созданий, особенно людей-драконов — силы дракона плюс магические силы человека дают впечатляющий результат…

— А мы, люди-волкары? — с обидой спросила Дика, между делом пнула небольшой камушек и тут же ойкнула от боли. Камушек развернулся, ехидно фыркнул и, покачивая панцирем, неторопливо отошел с тропинки.

— Люди-волки. Так правильней, — невозмутимо поправил ее найтаг. — У вас, разумеется, тоже есть магические силы, у большинства, во всяком случае. Ты можешь стать неплохой шаманкой среди волкаров. Но обычно люди-волки предпочитают простую битву врукопашную. Честно говоря, я был немало поражен, когда увидел у тебя волчий кулон — обычно волкарами становятся парни. Но, видно, такие уж ребята попались на этом курсе — что не ученик, то загадка для учителя. Обидно прям…

Все дружно рассмеялись, но Вика заметила в золотистых зрачках найтага легкую тень беспокойства…

За разговорами они подошли к отвесной скале. Для Ленки и Вики, конечно, она препятствием не была, а вот для найтага и Дики…

— Не беспокойтесь. Юная волкарка пусть полетит на одной из вас, а я… — Не договорив, найтаг подобрался, напружинился… и прыгнул. В следующее мгновение Ронар взирал на учениц с двенадцатиметровой высоты.

— Чего застыли-то? Присоединяйтесь, что ли?

Вику не нужно было долго упрашивать. Перевоплотившись и дождавшись, пока Дика заберется на нее, драконица слегка присела и взлетела. Уже через три-четыре секунды она плавно приземлилась рядом с Ронаром. Дика легко соскользнула на землю.

— Вы летите в корпус, а я пойду навещу Крэя. До встречи, ученицы.

Не успела Вика пробормотать вежливое «до свидания», как найтаг исчез. Лишь сверкнули в последний раз зеленые глаза, и силуэт Ронара растаял в ночном воздухе, словно растворившись во мраке.

Глава 10

— Собираешься? — мрачно спросила Дика, усаживаясь на кровать и наблюдая за Викой, которая тщательно укладывала свои вещи в чемодан.

— Да. — Викин голос был не менее мрачен. — Не хочу я отсюда уезжать! Разумеется, дома мать, товарищи по школе… Но здесь мне нравится гораздо больше! А мать… после развода с отцом она совсем чужая. Слов-но подменили!

— А я по родителям все же скучаю, — вздохнула подруга, тоже доставая свой рюкзак. — И по Пурге… Как она там?

— Ты хочешь сказать, здесь хуже, чем в Москве? — удивилась Вика.

— Нет, разумеется. Но я скучаю. Вот только, боюсь, теперь я тоже буду — как чужая. Понимаешь? Вика кивнула. Она прекрасно понимала свою подругу.

Два месяца пролетели как-то незаметно. Тренировки, полеты, учебные бои… Постепенно Вика, сама того не замечая, становилась умелой воительницей. Миланья, к которой девушка часто заглядывала, охотно рассказывала о свойствах тех или иных трав, об их применении. Тайрен частенько вел лекции по истории магии, рассказывал мифы и легенды драконов. Попутно Вика выяснила, что драконы — лучшие писатели и рассказчики, о которых ей доводилось слышать. Иногда с Викой и Ленкой занимался Райк, правда, тогда тренировки ограничивались хорошей дракой, чаще всего в воздухе. Зарр, изредка бравший дракониц с собой, рассказывал о повадках различных зверей, о том, где они водятся, и как лучше на них охотиться (разумеется, в человеческом виде). Заодно Вика не забывала изучать и вполне «земные» предметы — алгебру, геометрию, русский язык. Иван настаивал, чтобы его ученицы были развиты всесторонне, не пропуская ничего. А настаивать он умел как никто другой… Не удивительно, что от таких нагрузок Вика едва успевала доплестись до кровати, не говоря уж о том, чтобы побродить по корпусу!

Как-то раз она с Мейтри и Хайсеном решили узнать, что находится за горами. Быстро перелетев горы, они помчались на восток. Наитель была разочарована — ничего интересного им не попадалось. За хребтом начинались степи, кое-где перемежаемые болотцами или рощицами. Впрочем, летели они совсем недолго. Уже через два-три часа под молодыми драконами заплескалось море. Лететь стало гораздо труднее. Наитель помнила, как едва не упала вниз, непозволительно расслабившись в попутном потоке воздуха. К тому же было довольно страшно — если упадешь, то все… Хорошая регенерация вряд ли поможет. Потом Хайсен едва не врезался… во что-то. Просто летел, а потом резко вильнул в сторону. Подлетев поближе, Наитель увидела стену, словно сотканную из дрожащего воздуха. Казавшаяся легкой и прозрачной, эта стена выдержала драконью силу. Пришлось поворачивать назад. Зато какую взбучку им устроили по возвращении… Вика до сих пор вспоминала ее с содроганием.

Но драконицу это не успокоило. Уже через несколько дней, во время сильнейшей грозы, она на спор попыталась перелететь хребет, заключающий в себе Туманную долину. Правда, едва успев взлететь, она тут же пожалела о своем решении.

Тогда она наконец уяснила, почему Тайрен запрещал им летать на большой высоте, где властвуют сильные ветра. И почему наставник не советовал летать во время грозы…

Ураганный ветер игрался Наитель, как безвольным куском пуха, выворачивая крылья наизнанку, заставлял драконицу до боли напрягать мускулы. Драконица весила не слишком много — кости драконов напоминали строением полые внутри птичьи, изрядно уменьшая вес тела, — так что сопротивляться ветру она практически не могла. Летевший со Снежной горы мокрый снег налипал на перепонке, еще больше усложняя полет. Сверкавшие молнии лишь чудом не задевали крошечную серебристую искорку, зачем-то затесавшуюся в их царство, гром болезненными ударами отзывался в голове…

— Да… А еще, дракон Воздуха, — прошептала Наитель во время небольшой передышки, которую дала ей беспощадная погода. Потом она вспомнила свой сон… Наверное, тогда имелось в виду — когда вырастешь… Потому что сейчас Наитель ну никак не чувствовала себя повелительницей небес…

Что-то сверкнуло, и все тело пронзила боль, особенно концентрируясь на перепонке крыльев. Потом раздался сильнейший удар грома… В нее попала молния, впрочем, не нанеся слишком серьезных ран. Но почему она не упала, Наитель и сама не поняла. Родная стихия защитила драконицу, не забыв преподать урок. Мельком взглянув на перепонку, она увидела крупные темные пятна, покрывающие их. Серебряная чешуя потемнела, словно и впрямь была из серебра, пролежавшего сотню-другую лет. Теперь крупные капли дождя вызывали еще острую боль в перепонке…

Новый порыв ветра беспощадно швырнул ее к самой скале. Лишь каким-то чудом Наитель сумела не врезаться в гору. Мускулы завопили, крылья пронзила жестокая судорога. Драконица опасно закачалась, рискуя повторно оказаться около скалы. Понимая, что еще немного, и от нее останется лишь живописное серебряное с синим пятно, Наитель нашла какую-то пещерку и осталась там, пережидая грозу…

На следующее утро она испытала огромное удовольствие, глядя на смущенные и испуганные лица друзей. Но после этого до нее добрался Тайрен, который едва ли не за шкирку встряхнул несчастную ученицу и заставил поклясться, что она без его ведома никогда не будет летать во время грозы. В школе, по крайней мере… Потом потащил к Миланье, которая в свою очередь прочитала ей лекцию. Впрочем, целительница не забыла свое дело и быстро излечила царапинки и ожоги, щедро покрывавшие все тело и особенно руки ученицы.

Как учитель узнал о ее приключении, так и осталось для Вики тайной. Друзья в ответ на ее вопросы лишь разводили руками, а Тайрен, кажется, не собирался утолять любопытство ученицы… немного помучившись над этим, Вика наконец отстала, благо нашлось еще много интересных занятий…

Как ни странно, но за все время учебы Вика практически не пересекалась с другими ребятами. Лишь иногда в жилом корпусе или на охоте. Поэтому для нее стал полной неожиданностью вызов директора в актовый зал — названия этого помещения не изменили, хотя больше ему подходило название «Тронный зал». Стены были украшены чудесными рисунками, на огромных витражных окнах висели тяжелые бархатные шторы. Ближе к стене, противоположной входу, стоял тяжелый трон, сейчас, правда, пустовавший. Зал освещало множество волшебных огоньков, плавающих над головами учеников.

Вика смотрела и не узнавала своих сокурсников. Где те растерянные, недоумевающие ребята? Взять того же Димку Вранина. В поезде Вика видела невысокого полноватого мальчишку, носящего очки с толстыми стеклами. Эдакий ботаник, из которого вырастет крутой бизнесмен. Теперь же рядом с Викой стоял совсем другой человек — поджарый, стройный, с едва ли не военной выправкой. Однако Вика заметила, что так сильно, как они, ученики-драконы, не изменился почти никто.

Ребята, она чувствовала, относились к Вике с восхищением с изрядной толикой страха, чего она совершенно не понимала. Если восхищение можно списать на необычный и редкий истинный облик, то почему ее боятся? Оглянувшись, она заметила Влада и тихо спросила:

— Слушай, не знаешь, чего они? Чувствуешь?

Влад на мгновение замер, словно прислушиваясь, и кивнул.

— Опасаются нас, да?

— Угу.

— А ты бы не опасалась? — довольно мрачно спросил Влад. — Мы драконы. Сильнейшие существа в Неларне… во всяком случае считались ими до появления Охотников. Как же нас не опасаться? Вдруг что-то дурное в голову взбредет? Опять же, драконов не очень любят из-за того, что они как никто другой соблюдают Кодекс Войны… и часто смотрят, чтобы его соблюдали другие. Ты знаешь про Кодекс?

Вика отрицательно покачала головой.

— Это такой свод правил, принятый Советом во избежание всевозможных войн по причинам вроде «они не такие, как я» и «нелюдь надо уничтожать». На Неларне гораздо больше рас, чем на Земле, и на нем уже не раз случались такие случаи. Для того чтобы Кодекс Войны соблюдали все расы, около восьмисот лет на-зад, во время особого расцвета таких войн, был создан особый отряд — Стражи. Поздновато спохватились, однако. Уже было уничтожено множество рас, вроде тех же гоблинов и орков. В Стражи могут поступить драконы, найтаги, эльфы, люди и фениксы. Стражам принадлежит небольшое государство — Айр. Оно расположено неподалеку от Драконовых гор. Как бойцам Стражам цены нет. Правда, поступить в Стражи очень нелегко…

— А ты откуда это знаешь? — поразилась Вика.

— Часть Райк рассказал, опять же, библиотеку никто не отменял, — хмыкнул приятель.

— Все-таки, причем тут мы? Мы ведь, во-первых, не полные драконы, а только люди-драконы. Даже ученики! Во-вторых, я Стражем становиться не собираюсь…

— Знаешь пословицу «у страха глаза велики»? — спросила пробившаяся сквозь толпу к ним Ленка. — Ну что, хотите поиграть в милиционеров, а? Кстати, если меня будут теперь спрашивать, какую профессию я выберу, то у меня уже не будет проблемы с выбором. И на Земле, и в Неларне в милицию пойду.

Вика криво улыбнулась. С Ленкой уже все ясно. А вот что делать ей? В Стражи идти не хочется, а жить без цели, без занятий… бр-р!

— Да ты не унывай, — утешил Вику Влад. — У тебя прямо-таки на лице все написано. Может, у тебя магия хорошо будет получаться. Не обязательно ведь всем в Стражи, можно и так… спокойно жить. Опять же, можно сменить облик на человеческий и жить припеваючи хоть на Земле, хоть в Неларне…

Ученики еще не видели Неларн вживую, на самом деле, но по рассказам учителей, по показанным картам и информации в библиотеке вполне представляли, как выглядит этот мир. Множество рас, причем по большей части — нечеловеческих. Людское население — светлокожие. В Неларне до сих пор используют арбалеты, луки и мечи, но при этом не уступают современной армии по силе благодаря магической поддержке. Стран не очень много, население в них самое разнообразное. Крупных городов мало, обычно таковые встречаются на перепутье главных дорог. Дело в том, что внушающая часть населения Неларна — эльфы, оборотни, не говоря уж о магических созданиях — предпочитают жить в лесах или горах, не строя городов-гигантов. Кстати, к оборотням в городах относятся вполне нормально, не то, что на Земле, где за остатками этого некогда могучего народа безжалостно охотились инквизиторы и рыцари… Некоторые народы, вроде гномов, застолбили за собой определенную территорию, пересекать границу которой разрешается немногим. Неларн велик, неосвоенных разумными расами территорий еще много… да тот же необитаемый материк, хотя Вика не слишком поняла, почему он необитаем. Устроиться будет где.

Тем временем в зал вошла группа преподавателей из ближнего окружения Крэя. Среди незнакомых лиц Вика заметила и Ивана, который вполголоса разговаривал о чем-то с самим Крэем. Директор выглядел неожиданно уставшим, под глазами залегли круги, словно он не спал несколько ночей подряд.

Крей встал перед троном и начал речь. Все разговоры мгновенно прекратились.

— Приветствую вас, наши ученики! С тех пор, как вы в последний раз собирались в актовом зале, прошло полгода. За это время вы сделали немало успехов. Пришло время отправляться на каникулы. Возможно, часть из вас захочет остаться здесь. Увы, я не могу предложить вам такого выбора. Через восемнадцать дней вы вновь вернетесь сюда, в школу «Крылья дракона»… и, возможна, часть из вас, наиболее подготовленные ученики, посетят Неларн…

Дальнейшие слова директора заглушила буря криков. Неларн! Все ученики мечтали попасть в него. Вика не редко задумывалась, почему ее так тянет в этот мир, но никак не могла придумать подходящего ответа. Просто все драконье, что было в ее душе, изо всех сил стремилось в Неларн.

Переждав крики учеников, Крэй невозмутимо продолжил:

— Но это будет еще не скоро. Пока что прошу вас — будьте осторожнее! Истинный облик нельзя проявлять никогда, кроме чрезвычайных ситуаций. Особенно это касается обладателей крупных обличий — драконов, грифонов и ледяных птиц. Просим вас при разговорах с родителями не слишком болтать. Возможно, родители сразу вам поверят. А возможно, что отправят полечиться. Нам совсем не улыбается вытаскивать вас из психлечебниц! — при этих словах Крэй слабо усмехнулся. По залу прошелестели короткие смешки. — На всякий случай с вами отправляются ваши наставники. Они будут жить неподалеку. Если что — просто позовите их. Мобильные телефоны еще никто не отменял. Идите собирайтесь. Номера наставников вам сообщат. Отъезд завтра в десять часов утра.

И теперь Вика укладывала свои немногочисленные пожитки в чемодан. Уезжать не хотелось страшно.

— А Ленка где? — поинтересовалась она у Дики.

— Не знаю… Вроде гулять пошла.

Едва прозвучали эти слова, как в комнату ввалилась сама Ленка.

— Собираетесь? — риторически спросила она, плюхаясь на кровать. — В корпусе светопреставление только что было.

— А чего случилось? — слегка встревожено поинтересовалась Вика.

— Какая-то девчонка из фениксов, не поделила что-то с другой, ледяной птицей. Устроили драку. В результате один из коридоров наполовину обгорел, наполовину заморозился. Сейчас там убирают, лучше не соваться. Обоих девушек отругали и отправили в медпункт — залечивать ожоги и оттаивать.

— Кто победил? — полюбопытствовала Дика.

— Никто. Учителя вовремя заметили их и разняли. Обоим досталось, — хмыкнула Ленка.

Через два часа Вика рядом с разрушенным коридором и с любопытством рассматривала его, разглядывая царящую в нем разруху. Да уж… девушки хорошо повеселились. Один из гобеленов, изображавший раньше схватку дракона с рыцарем, полыхает теперь самым настоящим огнем. Зато рыцарь, стоящий в нише в стене, покрыт настоящим ледяным панцирем. Витражное окна было разбито, и теперь солнце освещало получившийся разгром. Внезапно Вике послышался слабый отчаянный писк, напоминающий плач.

Вика осторожно подошла к осколкам былой вазе. Под ними кто-то слабо копошился. Осторожно отодвинув осколки, Вика увидела маленькую еще, не больше ладони, змеинку. Малышка тихонечко пищала, пытаясь ползти и взмахивая крыльями. Присмотревшись, Вика увидела, что правое крыло сломано в районе плеча, а шкурка цвета серебра покрыта небольшими порезами и ожогами, которые, впрочем, почти затянулись. Девушка осторожно приподняла змеинку, повернулась… и столкнулась нос к носу с Миланьей.

— Ты-то что тут делаешь? — Судя по всему, целительница была не в лучшем настроении. Медные волосы были собраны в хвост, отчего вид у нее был еще более строгий. В руках Миланья держала чистые бинты и баночку с какой-то мазью.

— Да вот… — Вика растерянно показала на змеинку. Та уже немного успокоилась и свернулась клубочком, осторожно держа сломанное крыло. Иногда змеинка поднимала головку и тихо и грустно пищала.

— Дай-ка ее сюда… — Миланья сразу сменила гнев на милость, едва увидев Викину «добычу». Велев Вике продолжать держать змеинку в руках, целительница осторожно расправила крыло (змеинка при этом вновь запищала) и ловко наложила шину. Все необходимое для этого она достала из специального кошеля на поясе.

— Жаль, серебряные лирны магии не поддаются…

— Лирны? — удивилась Вика.

— А ты не знала? Лирны, змеинки — названия одних и тех же животных. Хищники. Живут очень долго, хотя взрослого состояния достигают довольно быстро — за год. До этого живут в гнезде под опекой родителей. Этой малышке, думаю, четырех месяцев. Драчуньи разрушили гнездо, и она упала, а тут еще и ваза рядом разбилась. Как малышка не пострадала сильнее, ума не приложу.

— А ее родители?

— Если они не мечутся здесь… Значит, наши девушки не заметили, как заморозили или сожгли пару лир-нов. Погляди наверх.

Вика взглянула и невольно вздрогнула. Как раз над местом, где они стояли, она увидела крупное выгоревшее пятно.

— То-то, — заметила Миланья, заканчивая перевязку. — Лирны живут в небольших гнездах, вроде птичьих. Выглядят, как абсолютно ровные шарики, сплетенные из травы, с небольшим отверстием. Ты их уже видела. Видимо, феникс хлестнул крылом или хвостом… в результате чего гнездо сгорело вместе с родителями. Этой малышке повезло — она выпала из гнезда немного раньше и обошлась лишь сломанным крылом.

Вика задумчиво посмотрела на маленькую лирну, уютно устроившуюся у нее в ладонях. Змеинка была очень тоненькая и изящная. Шкурка, словно у змеи, была цвета серебра и ярко блестела на солнце. Головка же, больше напоминающая головку ящерицы, была украшена небольшим чешуйчатым гребнем на затылке. Лапок у лирны не было, лишь хрупкие, неокрепшие еще крылья с маленькими коготками на кончиках пальцев.

— Что мне с ней делать? — спросила она у Миланьи. Целительница задумалась.

— Можешь оставить ее у меня… на время. А там или отпустишь, или возьмешься за активное приручение. Насчет ранения не беспокойся, повязку можно будет снять уже вечером…

— Приручение? — засомневалась Вика. — А лирнов приручают?

— Да, и довольно активно. Лирны очень умны, отлично понимают человеческую речь и преданы лишь одному хозяину.

— Можно я до утра ее у себя оставлю? Ее мясом кормить нужно, да?

— Да. Давай, до завтра. Мясо, думаю, сама раздобудешь.

— Последний вопрос… Миланья, как будет на даране слово «серебро»? — неожиданно спросила Вика.

— «Арэтте». А что? — насторожилась целительница.

— Нет, ничего. До свиданья.

Попрощавшись с Миланьей, Вика пошла в свою комнату, стараясь не беспокоить змеинку.

Не обращая внимания на восторженные возгласы подруг, Вика аккуратно устроила змеинку в гнездышке, сделанном из водолазки. Та некоторое время шевелилась, устраиваясь поуютней, повертела головкой, рассматривая Вику умными желтыми глазками, потом заснула.

— Где ты обнаружила это чудо? — полюбопытствовала Ленка, с восторгом взирая на спящую лирну.

— В коридоре, где была драка. Ее придавило осколками вазы, — коротко ответила Вика, нерасположенная сейчас много разговаривать.

— И что ты собираешься с ней делать? — скептически спросила Дика, с любопытством рассматривая малышку. — Теперь, перед отъездом домой?

— Не знаю… — пожала плечами Вика. — Бросать ее здесь не хочется… Может, с собой взять?

— Куда, в город? — уставилась на девушку Ленка. — У тебя же кот!

Вика снова пожала плечами. Но в душе она решила не расставаться со змеинкой. За то время, пока лирна пробыла у нее, серебряная малышка успела полностью очаровать девушку. Вот только нужно узнать, чем и как ее кормить…

Вика сидела за небольшим столом в углу библиотеки. Уже который раз ценивая ее размеры, девушка присвистнула. Да уж… сказать, что здесь было много книг, значит, не сказать ничего. Все фолианты были тщательно расставлены по полкам и рассортированы. Над каждым отделом светилась надпись, показывая, о какой области науки ведется речь в книгах, находящихся на его полках. Количество самих шкафов и стеллажей не поддавалось точному подсчету. История магии, народы и расы Неларна, Земли, Эрна (это что еще за мир?..), книги заклинаний, исследования ученых, записи путешественников… Многие фолианты поражали древностью, другие сияли новыми обложками. Но особенно Вику удивил небольшой шкафчик, стоящий у самого входа. Хотя небольшим он показался лишь рядом с другими…. На его полках расположились нормальные земные книги. Преобладала классика, но встречались и вполне привычные фэнтези вроде Сапковского, Уэйс, Толкиена…

— Это неправильно! — помнится, когда они были здесь в первый раз, сказала Дика, кивая на этот шкаф. — Здесь, в мире магии, наши книги смотрится как-то… неправильно!

Вика хмыкнула. Дика была в чем-то права, но праведного негодования подруги девушка не разделяла. Ну, книги. Ну, земные. Ну, стоят среди магических трудов. Чем они мешают-то? Благо в этой библиотеке они не привлекали никакого внимания…

Сама библиотека больше всего напоминала королевский дворец из книжки Волкова «Семь подземных королей». Только здесь число цветов было намного больше… да и не только цветов! Первое время ребята просто сновали между стеллажами, пытаясь освоиться в этом царстве науки и испытывая на себе все прелести познания магии. Забредя в отдел, над которым светилось «Криомантия», Вика жутко замерзла, в отделе «Пиромантия», располагающемся совсем рядом, быстро отогрелась и едва не схлопотала тепловой удар, попытавшись открыть одну из книг. От «Некромантии» веяло могильным холодом, в «Святой магии» звучал раздражающий звук церковных колоколов. В разделе «Магические животные» Вика встретила ужасно скучающего мантикора размером чуть поменьше рыси, посаженного на короткую цепь. Зашедшая в отдел «История магии» Ленка оглушительно взвизгнула и отпрыгнула на метр назад. Подбежавшие ребята обнаружили в этом отделе до чрезвычайности растерянного призрака. Оказывается, бедняга — лучший историк школы и по совместительству библиотекарь, ухлопал на изучение истории магии почти всю жизнь и все посмертие. Он всего-то хотел поприветствовать юную драконицу, кто же знал, что она испугается?!

Вика усмехнулась воспоминаниям и продолжила чтение. Она читала тяжеленный фолиант, носивший название «Краткий перечень и описание магических животных Неларна» и от души благодарила автора этой книги. Фолиант содержал информацию о множестве животных, в том числе и о лирнах.

Вика перевернула пожелтевшую от времени страницу.

«Лирны, иначе змеинки, — гласила книга, — одни из самых древних животных Неларна. Взрослые лирны длиной обычно не больше ларда, но встречаются и более крупные особи. Самки меньше самцов, однако способны использовать магию. Различают лирнов по окрасу. Бывают бронзовые, серебряные, медные, зеленые и белые. Лирны каждого окраса обладают своими особенностями, которые не повторяются. Так, серебряные лирны обладают иммунитетом к любой чужеродной магии и могут метать молнии (во взрослом состоянии). Бронзовые же совершенно нечувствительны к огню, белые, обитающие в горах — к холоду. Все лирны обладают высочайшей живучестью, ранения заживают за считанные часы. Обитают же лирны…»

Эту часть текста Вика с чистой совестью пропустила.

«Лирна выбирает себе лишь одного хозяина и чрезвычайно придирчива к нему. Однако, если хозяин у нее есть, то она будет служить ему верно всю жизнь. Неоднократно случалось, что лирна спасала хозяина. Если лирна попробует крови хозяина…»

Здесь Вике пришлось прервать чтение, недовольно уставившись на прожженную страницу. Ну разве можно так с книгами обращаться? Недовольно вздохнув, она продолжила чтение.

Вика прочла еще немного и закрыла книгу. Все ясно. Остался лишь один вопрос: что ей делать с найден-ной змеинкой?!

— Что-нибудь нашла, драконица? — услышала она голос здешнего библиотекаря.

— Да, спасибо… Мистер… — Вика растерянно замолчала.

— Венор, Венор Историк, — подсказал ей призрак. — Только без «мистеров», у нас в школе этого не любят.

— Венор, можно мне взять эту книгу с собой, на каникулы? — робко спросила девушка, уверенная, что ей откажут.

Библиотекарь задумался.

— Думаю, можно. Сейчас наложу заклинание… — забормотал Историк и коснулся прозрачной, но вполне осязаемой рукой обложки. Фолиант вспыхнул, уменьшился… и в руках у Вики осталась совсем другая книга. «Животный мир России», — гласила ее обложка.

— Если захочешь прочитать, коснись обложки кулоном, — сказал Венор. — А теперь пошли, запишу, что ты взяла эту книгу…

Для «записи» Вике также пришлось дотронуться кулоном до специального листа. Как ей объяснил Иван, кулоны никогда не повторяются, все их делают по специальному заказу в мастерских эльфов, и их вполне можно использовать вместо магической подписи. И впрямь, стоило Вике дотронуться кулоном до листа, как дракончик вспыхнул ярким белым светом, и в следующий миг на листе стояло четкое изображение летящего дракона.

— Книгу вернешь через три недели. Не опоздай, а то у тебя могут быть неприятности. До встречи, драконица. Желаю удачно провести каникулы, — напутствовал Вику призрак. Не успела Вика попрощаться, как в руках у Историка возник внушительный кусок мяса, и Венор поплыл к разделу «Магические животные». Из-за стеллажей донеслось восторженное мяуканье мантикора.

Придя в комнату, Вика обнаружила в ней только Дику, которая пыталась познакомиться с маленькой лирной поближе. Викина подруга протягивала змеинке кусочек копченой колбасы… а вот та была явно не в восторге. Лирна жалась к краю «гнезда», одновременно расправив крылья и открыв пасть, показывая мо-лочно-белые зубы.

— Ты чего ее пугаешь? Дай-ка я попробую ее накормить.

— Я? Ничего. Да она сама кого хочешь напугает! — обиженно сказала Дика, протягивая Вике колбасу.

Вика склонилась над гнездышком. Лирна, которая уже успела проголодаться, накинулась на предложенное угощение в один момент проглотила его на манер обычной змеи — не жуя, единым куском. Потом свернулась клубком, довольно урча, словно котенок. Под лунным светом (уже наступила ночь) змеинка казалась искусно сделанной фигуркой из серебра. Лишь сломанное крыло с наложенной шиной не давало забыть, что перед Викой живое существо.

— Это потому, что ты волкарка. Лирны интуитивно боятся волкаров, фениксов и ледяных птиц, — задумчиво заметила Вика, отбрасывая со лба серебристые волосы. — Все хорошо. Все хорошо… Арэйте. Да, я назову тебя Арэйте. Я не дам тебя в обиду.

Глава 11

Вика проснулась рано утром от писка Арэйте. В первую секунду девушка не понимала, что ее разбудило, но тут перед ее глазами возникла головка серебряной лирны. Малышка пискнула еще раз и нетерпеливо поцарапала коготками Викину шею. Виктория невольно поморщилась — коготки у Арэйте были острые.

— Погоди, а где повязка? — спохватилась Вика. Она села в кровати и, бережно взяв лирну, заставила ее показать крыло.

Перелома словно не было. Все кости целы, перепонка не повреждена. Лишь правое плечо выглядит опухшим, однако жизни лирны это явно не угрожало. Скосив глаза, Вика обнаружила повязку, валяющуюся на полу.

— Хорошая у тебя регенерация. Не понимаю только, как ты умудрилась эту повязку снять? — удивленно пробормотала девушка. Словно отвечая, Арэйте весело свистнула. От ее свиста проснулись Дика с Ленкой.

— Вик, уйми свою зверюгу! — простонала Ленка. — У меня, может, последний день отдыха, я выспаться хо-чу!

Вика легонько щелкнула змеинку по носу. Та лишь с укоризной посмотрела на девушку, сразу напомнив ей Рыжика.

Вспомнив Рыжа, Вика вспомнила и остальное. Грустно посмотрела на собранный чемодан и вздохнула.

— Ты есть хочешь? — в шутку спросила она Арэйте, не надеясь, что змеинка поймет. К ее огромному удивлению, лирна на секунду замерла, а потом решительно покачала головой. Потом она начала быстро ползать по одеялу, явно красуюсь перед хозяйкой. Ползала лирна на манер змеи. Крылья же, избавленные от повязки, оказались очень гибкими, и змеинка ухитрялась так хитро складывать их, что они казались лишь причудливыми узорами на теле лирны.

— Знатная у тебя зверюшка, — хмыкнула Дика, наблюдавшая за ними. — И речь понимает, и есть часто не хочет…

Вика лишь фыркнула, одеваясь. Девушка с сожалением оставила ставшую привычной тунику и натянула джинсы и водолазку. Немного подумала и надела поверх джинсовую куртку с большими карманами. Арэйте, мигом сообразив, что от нее требуется, заскользила по подставленной руке в карман.

— Ты ее с собой берешь?! — всполошилась Ленка.

— Да. Не брошу же я ее здесь, — хмыкнула Вика.

— С ума сошла, — покачала головой Дика. В ее глазах, однако, ясно отражалось одобрение. — Как матери-то объяснишь?

Вика лишь пожала плечами. Какая разница, как? Главное, она не бросит Арэйте здесь.

Сборы прошли в ужасной суматохе. Часть ребят, в том числе и Вика с друзьями, норовила смыться с глаз учителей долой, часть послушно стояла в главном холле со своими чемоданами. Наставники собирались и вновь разлетались или расходились, ища учеников.

— Тайрен, нельзя здесь остаться? — простонала Вика, плетясь за учителем. Дракон лишь то расправлял, то вновь складывал громадные крылья и мерно переставлял когтистые лапы.

— Мы будем послушными! — поддержала подругу Ленка.

— Сожалею, но нельзя. — Дракон покачал головой, потом внимательно посмотрел на учениц. — Я бы и сам остался, но нельзя, нельзя. Не беспокойтесь, я буду навещать вас… иногда.

— А Влад где? — завертела головой Ленка.

— Вон, его Святослав ведет, — махнул крылом Тайрен. По неизвестным причинам он не спешил принимать человеческий облик, оставаясь в драконьем.

К ним действительно с убитым видом приближался Влад под конвоем учителя. Втроем друзья продолжили уговаривать наставников хотя бы задержаться или вдруг вспомнить о неотложных делах, однако безрезультатно. Срочных дел у Тайрена со Святославом не обнаружилось, разве что то, чем они занимались сейчас — отлов и слежка за учениками.

— Что, Тайрен, интересно? — раздался насмешливый голос Миланьи.

— Не представляешь, как, — сердито буркнул дракон. Целительница засмеялась.

— Да ладно тебе. Привет, ученики. Вик, как твоя подопечная поживает?

— Великолепно. Еще утром умудрилась снять повязку и уползти куда-то, — солгала Вика. Почему-то ей казалось, что Миланья не одобрит ее решенья. Целительница удивленно подняла брови, но ничего не ответила.

— Не беспокойся. Наверняка вернется, — только и сказала она.

На самом деле Арэйте тихо, как мышь, сидела в кармане Викиной куртки. Вика запретила ей даже кончик хвоста высовывать из кармана. К счастью, убеждениям лирна вняла и даже не пыталась засвистеть или вылезти из кармана.

— Куда мы сейчас? — спросила Ленка Тайрена.

— На Землю. Сейчас все соберутся, и пойдем в подвалы. Там есть место перехода. Да вы его уже проходили, помните, в день Посвящения?

Вика вспомнила странную пелену, через которую они проходили, и кивнула.

— Потом снова на автобус погрузимся, а там и на поезд, — продолжил учитель. — Я приеду позже. Телефон мой взяли?

Вика с Ленкой кивнули.

— Ладно, — вздохнул Тайрен. — По счастью, вы живете совсем рядом, на соседних улицах, и мне не придется мотаться по городу…

— Что?! — одновременно воскликнули Вика и Ленка.

— А вы не знали? — в ответ удивился дракон.

— Не-а, — покачала головой Вика. — Странно… Как мы не встретились, не понимаю!

— А, может, и встречались… — задумалась Ленка. — В каком-нибудь магазине…

— Кстати, Вик, еще один повод поехать домой — день рождения отметишь дома. А то у нас ни один праздник нельзя толком отметить, даже Новый год пропустили, — заметил Тайрен. Девушка не могла не признать его правоту — Новый год они действительно пропустили. Собственно, потерявшая счет дней Вика даже не узнала о его приходе, пока не посмотрела на календарь. Спустя две недели.

— А у тебя когда днюха? — заинтересовался Влад. — Пригласишь?

Вика мысленно хлопнула себя по лбу. Надо же, забыла о собственном дне рождения!

— Разумеется! Телефоны только дайте, я позвоню.

Друзья быстро обменялись телефонами и адресами. Не успели они договориться о встрече, как появившаяся Светлана Ар — та самая провожатая, с которой они ехали в первый раз. И вновь, как тогда, ученики построились по парам. Только теперь рядом с ними шли наставники. Даже Крэй пошел вместе с ними, идя около своего ученика — юркого пятнадцатилетнего мальчишки с кулоном-орлом.

Они довольно долго шли по подвалам. Вика уже не пыталась запомнить путь — успела убедиться в напрасности этих попыток. Светлана остановилась лишь один раз, открывая небольшую дверь, запертую на ключ.

На этот раз Вика гораздо лучше различила границу между мирами. Прищурившись, она перешла на магическое зрение и невольно отшатнулась. В магическом зрении место перехода представлялось огромной черной воронкой, за которой ничего не было видно. Словно водоворот… А ведь при нормальном зрении Вика ясно видела то, что находилось впереди, разве что мешало легкое дрожание воздуха!

Вика не одна перешла на магическое зрение. Сзади (Вика и Ленка шли первыми) раздались удивленные восклицания, и движение колонны замедлилось.

— Все нормально, — подтолкнул Вику Иван. — Постоянные каналы всегда выглядят так. Идите поодиночке.

Вика пошла первой. Набрав воздуха, она перешла с магического зрения на обычное — смотреть на этот водоворот ей не хотелось — и попыталась одним шагом пересечь границу. Как оказалось, опасалась она не зря… На этот раз граница была вязкой, словно желе и казалась очень протяженной. Все тело словно охватило пламя, затем превратившееся в лед. Возможно, это было связано с проявлением ее истинного облика, но этот переход Вика прочувствовала гораздо сильней. Она выдохнула от боли и невольно задержалась при переходе.

Иван, пересекший границу раньше ее, рванул Вику так, что она едва не упала.

— Проходи быстрее! — рявкнул он. — Не задерживайся при обратном переходе! Многие порталы односторонние, а другие, например этот, обладают неприятными побочными эффектами…. не задерживайтесь! — крикнул Лесов остальным. — Обратный переход гораздо труднее. Нельзя задерживаться, иначе тебя просто уничтожат силы, которые властвуют в Крае миров… Поэтому переход по каналам считается одним из самых опасных… А ведь это — даже не канал — простой портал, граница кармана, примыкающая к другому миру…

Тут им пришлось отодвинуться к краю коридора, освобождая дорогу остальным ученикам. Те проходили границу с таким же трудом, как и Вика, однако почти не задерживались, наученные горьким опытом «первопроходца».

Оказавшись в обычном мире, Вика испытала сильную растерянность. Уже на улице она огляделась. Март. Самое начало. Но как же здесь непривычно! Горло не щекочет ощущение магии, вместо нее в воздухе витает «аромат» бензина, солнце какое-то блеклое… Все не так. Совсем не так! Словно в ответ ее мыслям, в кармане недовольно завозилась Арэйте, впервые попавшая в «настоящий» мир. Вика сунула руку в карман и легонько, чтобы ничего не поломать, сжала крыло лирны. При этом девушка ужасно боялась, что змеинка вновь засвистит, но нет, обошлось. Арэйте лишь легонечко куснула ее пальцы и утихла.

— Ну ладно, пошли, что ли? Вон уже все уходят, — растерянно обернулась к ней Ленка, идущая рядом.

— Пошли, — со вздохом согласилась Вика. Уже скоро зашумят по рельсам колеса и девушка с друзьями по-едут домой. В Москву… которая сейчас уже не казалась ей таким прекрасным местом, как год назад. Но зато там ее встретит мать, которую Вика несмотря ни на что любила и по которой скучала. Только не хватает еще одного чуда…

Вика поспешно загнала эту мысль в самый уголок сознания и, еще раз обернувшись и посмотрев на неказистое серое здание, пошла за подругой.

Глава 12

— Дорогая моя… Как ты изменилась! — Ирина Чайкова с изумлением рассматривала свою дочку. — Покрасилась, что ли? И глаза цвет изменили…

Вика лишь невнятно промычала что-то, задушенная объятьями.

— Ладно, поехали домой, — решительно сказала Ирина. Тут Вика удивилась. Поехали?!

— Ты купила машину? — спросила она, знавшая, что Ирина терпеть не может водить.

— Нет, кто сказал тебе такую глупость? — шутливо замахала руками Ирина. — Просто… сама увидишь. Ты уже попрощалась, да?

Вика кивнула головой. Она попрощалась с друзьями еще в поезде. Иван и вправду пропал сразу же после того, как ребята сели в поезд, однако девушка не сомневалась, что при нужде он мгновенно появится, как и обещал.

Вика взглянуло на небо. Ясное, по-весеннему синее, оно манило полетом. Но нельзя, никак нельзя! Девушка представила, какой поднимется переполох, обернись она сейчас драконом и криво усмехнулась…

Великий российский город Москва лишь раздражал ее. В воздухе не носились лирны, не дышала успокаивающим жаром Огненная гора, не было заметно и леденящего холода Снежной… Хотя снега здесь было предостаточно. Вика, стоящая в легкой джинсовой куртке, больше подходящей для ранней осени, поежилась. В начале марта погода стояла ясная, свежая, но — увы! — очень холодная. В школе смены времен года не было, и Вика успела привыкнуть к жаркому солнцу. Словно в ответ ее мыслям, в кармане тихонько засвистела Арэйте. Вика не уставала поражаться, сколько различных звуков может издавать эта лирна. Змеинка умудрялась и свистеть, и шипеть, и даже мяукать, словно настоящая кошка. Хорошо хоть, лирна была довольно тихим существом, и почти никогда не проявляла себя без повода. Лишь в редких случаях, как сейчас, например.

— Что это? — удивленно спросила Ирина, оглядываясь. — Ты не свистела? Нет? Ну ладно…

Вика негодующе щелкнула Арэйте по головке, впрочем, стараясь сделать удар как можно слабее. Вновь вняв предупреждению, лирна замолчала.

Идя за матерью, Вика поражалась переменам, которые с ней произошли. Ирина была в таком хорошем настроении, в котором не была, наверное, уже два года. Она шутила, смеялась, рассказывала о работе… Такое необычное поведение очень заинтересовало Вику, однако она промолчала.

Выйдя с вокзала, Ирина бодрым шагом направилась к автостоянке. Там оглянулась и устремилась к не-большой новенькой машине синего цвета. Марку машины Вика не разобрала, она не увлекалась машинами.

Их уже встречали. Вика с удивлением уставилась на невысокого сорокапятилетнего мужчину, со скучаю-щим видом прислонившегося к машине. Темно-каштановые волосы, такого же оттенка, какой был раньше у нее. Веселые карие глаза. Широкие плечи. Лицо в общем веселое, но немного виноватое.

— Папа! — восторженно завизжала Вика, кидаясь к нему.

— Привет, Победа, — Дмитрий Чайков ласково приобнял девушку, потом озадаченно наморщил лоб. — Мне казалось, что у тебя волосы другого цвета. И глаза были зеленые, как у Ирины…

Вика лишь передернула плечом. Да уж, на эти вопросы ответить труднее всего. Если про необычный цвет волос можно сказать «покрасила», что возможно, хоть и маловероятно, то как объяснить глаза цвета сапфира, изменившееся телосложение, возросшую силу? И, главное, как показать родителям Арэйте? Все-таки змеинка — не совсем обычное домашнее животное.

— А подстриглась-то зачем? — присоединилась к нему Ирина. — У тебя ведь волосы такие были…

Девушка сдержанно хмыкнула, не распространяясь, что пробираться по густому лесу с длинными и даже средней длины волосами невозможно. Как и охотиться, драться, проделывать различные акробатические трюки… Вот и пришлось откромсать шевелюру (парикмахерского опыта ни Вика, ни Ленка не имели) покороче. Вот только… не объяснять же это родителям?!

Но этими вопросами Вика решила заняться потом. Какая разница, что она скажет? Главное, кому она скажет. Когда она видела родителей в последний раз вместе, оба были ужасно раздражены друг на друга и почти не общались. Но теперь, кажется, они забыли прошлые обиды. Вика встревожено посмотрела на отца. Дмитрий, догадавшись, о чем она думает, виновато улыбнулся.

— Не бойся, Победа, — он всегда называл ее Победой, хотя Вику это сильно раздражало. — Мы с Ириной поговорили… Я в Архангельске жутко по вам соскучился. Решил приехать к вам. Все-таки, не одним Архангельском Россия держится. Как-нибудь проживу… Ты про себя лучше расскажи, а, Победа?..

— Потом, все потом. Поехали домой побыстрее, а то ты замерзнешь совсем, — сказала Ирина, спохватившись, что на улице холодно, а Вика толком не одета. Благодаря новоприобретенным способностям Вике не было холодно, так, прохладно, но она решила промолчать. Не стоит кричать о своих необычных возможностях на всяком перекрестке, уж это Иван сумел вдолбить в ее голову.

— Ну, тогда полезайте в машину, — распорядился Чайков.

Дождавшись, когда Ирина с Викой сядут в машину, Дмитрий сам уселся за руль и поехал. Вика обратила, что машину он вел правильно, но не слишком уверенно, словно не водил уже давно.

— Дима купил машину совсем недавно, — пояснила Ирина, заметив взгляд Вики. — Как приехал два… нет, уже три месяца назад, так и купил. Даже перед тем, как в квартиру пришел, до этого у приятеля жил. Представляешь, иду я по улице, на работу опаздываю, а около меня машина вдруг останавливается. Окна затемнены, я не вижу, кто водитель, а мне говорят: «Полезай в машину, быстро!» И голос глухой такой, специально измененный…

Дмитрий смущенно кашлянул.

— А что мне оставалось делать? — пробурчал он. — Сюрпризов я не заготовил, машина, разве что. При простом появлении ты бы от радости ошалела. Надо было покрасивее обставить мое появление…

Вика невольно хихикнула. Да уж, страсть отца к различным спецэффектам она помнила хорошо.

— Ага, покрасивее, — хмыкнула Ирина. — Да я едва галопом не помчалась, словно лошадь какая, когда за мной твоя машина поехала. А уж когда ты перед моим носом развернул, столько радости было! Хорошо хоть, окно догадался опустить.

— Она, как мою небритую рожу увидела, едва не прибила меня, — пожаловался Вике Дмитрий, не забывая, впрочем, про руль. — Не понимаю вот, за что? Я ж ничего ей не сделал…

Вика ясно представила себя представление, которое разыграл ее отец, и едва удержалась от смеха. Все-таки в том, что она вернулась домой, есть и хорошие стороны! Хотя, если бы это происходило в школе, было бы гораздо лучше…

Ехали они совсем недолго. Уже вскоре Дмитрий остановился около дома. Выйдя из машины, Вика за-держалась и посмотрела на серое тринадцатиэтажное здание — ее дом. Все так же. Ничего не изменилось. Яркое мартовское солнце освещало старую детскую площадку с вечно поломанными окнами, отражалось в покрытых тонким ледком лужах. Весна еще не вступила в права полностью, но уже была на подходе. В городе весна ощущается совсем не так, как на природе. Она приглушена шумом людей, задымлена выхлопными газами машин, заклевана стаями ворон и голубей. Но она наступает и здесь. Весна ловко раздвигает одеяло серых облаков и светит сквозь эти просветы ярчайшей синевой. Это синее небо отражается на снегу, на тротуарах, покрытых слоем льда, на крышах домов, заставляя их слепить людям глаза…

— Вик! — раздался голос Дмитрия. — Ты идешь, или здесь остаешься ночевать?

Спохватившись, Вика нырнула в подъезд…

Едва Вика успела положить вещи, как Ирина уже накрыла на стол.

— Рассказывай, как у вас в школе дела, — сказал Дмитрий, показывая на Вику вилкой. Девушка лишь нев-нятно промычала что-то, ковыряясь в тарелке с макаронами. Аппетита у нее не было — видно, сказывалась школьная привычка есть один-два раза в день. При драконьей выносливости это вполне возможно.

— Чего молчишь? — спросил Дмитрий, глядя на девушку. — Как там твоя школа называлась? «Крылья дра-кона»? Учиться понравилось? А то, может, перевести тебя в старую школу? А то и каникулы редко, и от дома далеко…

От такого предложения Вика подавилась и закашлялась. Ирина поспешно похлопала ее по спине.

— Не надо! — горячо воскликнула девушка, едва вновь смогла дышать и нормально говорить. — Мне там жутко нравится! И друзья появились, и учителя отличные, и природа рядом…

— Природа, говоришь? — удивился Дмитрий, пораженный горячностью, прозвучавшей в голосе девушки. — И часто вас отпускают гулять? Учат-то хорошо?

— Просто прекрасно! — заверила его Вика. — К тому же мы часто устраиваем турпоходы… Тебе мама не рассказала?

— Рассказывала, конечно, — кивнул Дмитрий. — Просто интересно услышать от тебя. Хорошо хоть учишься? Ты смотри, если уж в такую школу взяли, то учись соответственно!

Вика пообещала ему, что будет учиться на одни пятерки, да она и сейчас хорошо учится… Только иногда четверки попадаются. Правда, девушка старалась не слишком завираться, помня слова Райка — лучше недосказать, чем солгать. Вот она и расписывала красивейшие пейзажи, здоровый воздух, интересную учебу и постоянные физические упражнения. Последнее было одобрено Ириной, которая сама частенько бегала по утрам.

Прервав ее рассказ, Дмитрий, решив лично проверить ее знания, начал старательно опрашивать Вику по темам девятого класса — того, на котором должна была учиться Вика. Вот тогда она от всей души возблагодарила Ивана за те часы, которые он заставлял провести над учебниками! А она еще ворчала — мол, драконам нужно не алгебру с физикой изучать, а драться и охотиться.

— Дракон должен уметь все — сказал ей тогда Лесов. — И охотиться, и сражаться, и решать сложнейшие задачи. Не зря во многих легендах так воспевают их ум! А необразованный дракон мало чем отличается от виверн, которых эльфы использовали вместо коней. До того, как полностью истребили их, конечно.

Вика тогда еще покопалась в библиотеке, изрядно перепугав Левку (так звали мантикору) и с помощью призрака нашла-таки информацию о вивернах — полуразумных летучих змеев высотой более чем три метра. Вроде гигантских лирн, но имели довольно мощные задние лапы, да и окрас был лишь один — темно-зеленый с небольшой примесью коричневого. Магией не обладали, использовались как верховые животные, благо в особой заботе не нуждались и неплохо понимали человеческую речь. Обитали они в Неларне, в предгорьях Драконар (другое название неких Драконовых гор). Вика вздохнула, отгоняя непрошенные воспоминания. Ну вот, не успела приехать, как скучать начала. Вдруг в кармане джинсов зашевелилось что-то живое и маленькое, а затем раздался тихий и печальный писк. Дмитрий прервался на полуслове и удивленно повертел головой. Вика, поймав его взгляд, изобразила искреннее недоумение. Так ничего и не поняв, Дмитрий махнул рукой и продолжил опрос по физике. Вика же, уличив момент, быстренько отщипнула кусок от своей сосиски и сунула его в карман, где на него набросилась голодная лирна. Девушка, тихо вздохнув, продолжила отвечать на вопросы, сыпавшиеся на нее градом…

После ужина Вика ушла в свою комнату разбирать вещи. Заодно она выпустила погулять и Арэйте. Серебряная лирна ловко скользнула на стол, оглянулась, подползла к валявшейся на нем ручке, куснула ее. Вика улыбнулась. Арэйте забавляла ее, и девушка уже успела привязаться к лирне, хотя и знакомы-то они были всего два дня. Потом Вика, вспомнив свой урок первый полета, показала змеинке небольшой кусочек мяса, который она унесла с ужина, держа при этом руку на некотором отдалении от стола. Возбужденно запищав, Арэйте подползла к краю стола и попыталась дотянуться. Потом слегка покрутила головой и взмахнула крылышками, сорвавшись с края стола. Вика едва успела подхватить ее, уберегая от падения и, скорее всего, еще одного перелома. Держа лирну в руке, она почувствовала, как та дрожит.

— Да уж. Летать тебе еще рановато, — пробормотала девушка, легонько гладя Арэйте по голове. Лирна не-много успокоилась и посмотрела на Вику, словно прося больше так не делать. Вика мигом почувствовала угрызения совести и дала лирне мясо, на которое она с жадностью набросилась.

Вдруг девушка услышала мяуканье. Оглянувшись, она заметила Рыжика, которых направлялся прямо на Арэйте. Испугавшись за лирну, Вика прикрыла было ее рукой, но непоседливая лирна серебряным ручейком просочилась сквозь пальцы и безбоязно подползла к Рыжику. Видя их рядом, Вика вздрогнула — маленькая хрупкая лирна и громадный мейн-кун… Более разных существ трудно придумать. Как ни странно, Рыж не выказывал не малейшего гнева или страха. Он лишь наклонился и осторожно обнюхал лирну, затем с любопытством посмотрел на хозяйку.

Вика подошла к окну. Уже стемнело. Туч не было, и Вика различила россыпь звезд на темном покрывале неба. Они были видны хуже, чем в школе. Городские огни перебивали их неясный, но живой свет своим холодным и ярким искусственным. Луна казалась белой тарелкой, от которой отбили небольшой кусочек.

«Скоро полнолуние, — подумала Вика. — Интересно, а как оно отражается на высших оборотнях?..»

Уже стемнело. Небо было совершенно чистым, свободным от туч, что довольно странно для города. Дика невольно засмотрелась на полную бледную луну, кажущуюся заплаткой на бархате неба.

Ее переполняли силы. Хотелось мчаться не разбирая дороги, проламываться сквозь ветки деревьев, охотиться… Внезапно Пурга рванулась вперед, вырвав из рук Дики поводок. Прежде чем девушка опомнилась, собака уже отбежала на пять метров вперед, затем остановилась и посмотрела на Дику. Потом опять помчалась вперед, время от времени оглядываясь и словно приглашая бежать за ней. Дика вздохнула. Она прекрасно знала эту игру, любимую игру собаки, называемую «а ну-ка догони!». Суть ее в том, что Пурга убегает от нерасторопной хозяйки, а хозяйка пытается ее настичь, но лишь зря тратит время — раньше у Дики ни разу не получалось догнать Пургу.

Но тут Пурга немного просчиталась. Хитрая собака не учла, что ее хозяйка — уже не совсем человек и вполне может не только нагнать, но и опередить ее, что Дика не замедлила продемонстрировать. Обнаружив хозяйку, бегущую рядом, Пурга удивленно гавкнула и помчалась еще быстрее, озорно сверкнув разно-цветными глазами. Дика также ускорила бег, стараясь поймать поводок, который волочился за Пургой. Пурга же продолжала мчаться, ехидно тявкая время от времени.

Когда перед Дикой внезапно появился темный силуэт, она едва успела затормозить. Эйфория бега мгновенно прошла; что-то подсказывало, что простыми словами здесь не обойдешься. Пурга, бегущая чуть позади, врезалась в хозяйку, и девушка, не удержавшись, упала на одно колено.

— О, гляньте-ка парни, кто у нас здесь? — басовито прогудел чей-то голос. Дика мгновенно вскочила, от-прыгнула назад, приготовившись драться. Бежать она не собиралась. Рядом встала всклокоченная Пурга, вздыбив шерсть на загривке. Но на парня это не произвело ни малейшего впечатления.

— Чего, встала? Драться хошь? Деньги давай, — насмешливо произнес голос у Дики за спиной. — И собачку свою утихомирь, а?

— Вот не отдам, — хмыкнула Дика. — Я жадина, мне денег, что жизни лишиться!

Девушка, отлично видящая в темноте, увидела трех здоровых бугаев, поигрывающих дубинками. Дика попятилась и уперлась спиной в стену дома. «Так, тылы прикрыты, а так я с ними легко расправлюсь!» Краем глаза она заметила, еще одного парня — высокого, черноволосого, спокойно стоящего в стороне и едва ли не со скукой наблюдающего на начинающуюся драку.

Парень, стоящий прямо перед ней, свистнул дубинкой, оказавшейся бейсбольной битой прямо у нее над головой. Дика не пошевелилась, оценивая расстояние. Еще чуточку подойдет…

Но тут ее планы нарушила Пурга, кинувшаяся на того парня, что подходит сбоку. Парень (еще совсем сопляк) испуганно отшатнулся, но все-таки умудрился попасть по собаке. Пурга отлетела в сторону. Пусть собака почти сразу вскочила на лапы, но Дика пришла в неконтролируемое бешенство. Она больше не могла сдерживать себя… Волкар в ее душе яростно взвыл. Резко расстегнув куртку, девушка рванула кулон, послав мысль-ключ…

Бугаи испуганно попятились, глядя на превращение. Светловолосый парень, стоящий ближе всех к Варре, вскрикнул, когда она посмотрела на него яркими желтыми глазами, светящимися в темноте. Сопляк. Думал подзаработать, не понимая, что иногда жертва может и дать сдачи. Не тратя время на пустую болтовню, девушка-волчица демонстративно оскалила клыки и прыгнула. Одно резкое, не различимое в темноте слабыми человеческими глазами, движение — и вот уже парень повалился на спину, прижатый волкаркой. Его приятели, не связываясь с оборотнем (а кем еще они могли считать Варру?) уже улепетнули, догоняемые очухавшейся Пургой. До ушей волкарки донеслась тихая ругань человеческого парня. Вот только ругался он не на русском…

— D'errt! Ladar uil draikan! Weulkara!..

Варра удивленно подняла голову. Слишком уж это «веулкара» смахивало на «волкар»… Но черноволосого она уже не увидела, хотя долго вглядывалась в темноту. Потом, опомнившись, перевела взгляд на свою жертву. Парень дрожал, не отрывая глав от ощерившейся волчьей морды.

— Ну как, будем продолжать?

Варра встала, отпустив жертву, и брезгливо отряхнула куртку от грязи. Парень неуклюже поднялся с земли, но не делал никаких попыток улепетнуть. Варра демонстративно оскалила клыки и показала черные острые когти. Бугай испуганно сглотнул.

— Зачем вы напали на меня? Денег-то у меня не было. Я думала, вы на состоятельных дядек с чемоданчиками нападаете, — хмыкнула девушка-волчица, перевоплощаясь в человека.

— Да так… Нанял нас… парень один, — приободрившись, промямлил светловолосый.

— Как выглядел?

Дика невольно подскочила. Она даже не почуяла присутствия чужака! Стыд и позор молодой волкарке!

— Да нормальный парень… Черноволосый, в косухе такой… на металлиста или рокера похож! — бугай не разбирал, кто что сказал, лишь выкладывал все как есть.

— Да уж… и чего металлисту нужно от беззащитной девушки? — спросил Степан, неслышно, словно сова, появляясь из темноты. Его радужки опасно зажглись желтым…

— Не знаю я ничего! Вы, оборотни проклятые! — тонким голосом, совсем не подходящим такому бугаю, взвизгнул парень. Потом, набрав воздуха, парень выплеснул длиннющую тираду, в которой тщательно расписывалось его отношение к оборотням, рокерам, заказам и продажным девкам (а это тут при чем?). Варра спокойно переждала тираду и спросила:

— Как звали-то его? Или имени не называл?

— Нет…

— Ладно, отстань от него. Ничего он не знает, — поморщился Степан, спокойно поворачиваясь к парню спиной. Дика настороженно смерила светловолосого взглядом, но тот и не пытался напасть на оборотней. Раздался тихий шорох, и у Дикиной ноги появилась Пурга, с обожанием глядящая на хозяйку и сжимающая в зубах крупный кусок ткани — судя по всему, остаток штанины. Дика хмыкнула, почесала Пургу за ухом и пошла за учителем, который уже успел скрыться за углом.

— Я не ожидала увидеть тебя здесь, учитель, — удивленно обратилась она к Степану.

— А чего такого-то? — удивился Степан. — Тебя же предупредили, учителя рядом будут на всякий случай. Я сразу почувствовал, что у тебя неприятности, благо живу неподалеку. К тому же сегодня полнолуние… Собака твоя? Как зовут?

— Пурга. Эй, ты чего? — Дика с удивлением увидела, как собака попятилась, припадая на передние лапы и не сводя глаз со Степана. При этом Пурга поджала хвост, прижала уши и стала напоминать испуганного щенка.

— Это она меня увидела, — объяснил Степан. — Я ведь один из старейших людей-волков, неудивительно, что бедняга испугалась. Собаки-то хорошо видят истинный облик, а волкаров вообще за километр чуют. — С этими словами Дикин учитель наклонился и протянул руку к Пурге. Собака перестала пятиться и взглянула в желтые словно янтарь глаза Степана. Наставник ответил ей тем же. Этот обмен взглядами продолжался совсем недолго. Уже через несколько секунд Пурга опустила голову и осторожно, все так же припадая на передние лапы, подошла к Степану. Обнюхала протянутую руку, тихонько взвизгнула, словно щенок, робко лизнула ладонь Степана. Тот ласково почесал ее за ухом и повернулся к Дике.

— Видишь, как они на нас реагируют, как нас почитают? Тебя еще слабо, ты для них еще совсем молодая собака, а вот меня любая собака своим вожаком почитать будет.

— Угу… Кстати, а причем тут полнолуние? — спохватилась Дика. — Мы же вроде высшие оборотни?

— Ну… высшие, разумеется. Но полнолуние на высших отражается даже хуже чем на низших. Низшие-то только превращаются иногда по полнолуниям. Зато высшие, особенно волкары, обязательно на неприятность какую нарываются! Почти… — уточнил Степан. — Прямо негласное правило! Кстати, можешь рассказать, как все произошло? Чего ты с ними связалась?

Дика рассказала все, что знала, не забыв и про непонятную фразу черноволосого. Степан задумался, по-том мотнул головой, отбрасывая неприятные мысли.

— Ладно… Придется мне с другими посоветоваться… Ты иди домой, небось уже родители беспокоятся…

Дика кивнула и коротко свистнула Пурге, которая уже успела куда-то умчаться. Ей хотелось узнать, о чем думает Степан, но приказы учителя — или даже просьбы — не обсуждают. Это правило она успела выучить.

Глава 13

— Ма? — Вика, отрывалась от чистки картошки и с тоской поглядела на огромную гору еще нечищеного картофеля. В кармане фыркнула Арэйте, которая была явно не в восторге от запахов кухни.

— Что, Вика? — спросила Ирина, пытаясь готовить салат и читать одновременно. Вику всегда забавляла эта ее привычка, хотя девушка и сама частенько совмещала несколько дел, в результате чего толково не получалось ни одно.

— А сколько человек будет на празднике? Можно я друзей приглашу?

— Друзей? — задумалась Ирина, откладывая книгу в сторону. — Пожалуй, можно. Человек-то немного будет — наша семья да пара знакомых…

Вика обрадовано кивнула, мысленно уже звоня друзьям. Но увы… Еще раз взглянув на картошку, девушка грустно вздохнула. Что ни говори, а в предстоящем празднике были и свои минусы. Готовка, например. Или уборка.

— А какие знакомые? — без особого интереса спросила она. В принципе, знакомые родителей ее не интересовали.

— Иван Лесов и Ольга Потаповна. Помнишь ее?

Викино безразличие к гостям (кроме друзей, конечно) мгновенно прошло. Но если учителю она искренне радовалась, то вторая гостья… Девушка поморщилась.

— Ма, а может не надо ее приглашать?..

Ирина с недоумением посмотрела на дочь.

— Почему же? Не беспокойся, она не кусается. Чем она тебе не нравится-то?

Вика возмущенно воззрилась на Ирину, отложив картошку.

— Тем, что она меня считает пятилетней малышкой! Сначала пытается накормить шоколадкой, требует называть себя «тетей Олечкой», а потом начинает изучать мою внешность, разбирая меня едва ли не по полочкам! Вот скажи, как вас с папой угораздило познакомиться с ней?!

— Перестань! — Теперь пришла Иринина очередь возмущаться. — Ольга Потаповна — друг семьи!

— Ваш друг, — все еще кипя, уточнила Вика. — К моим друзьям она что-то не относится.

Ирина отложила столик в сторону и ловко щелкнула Вику по лбу. Вика, не ожидавшая такой подлости, не успела увернуться и лишь обиженно зашипела, словно кошка. Арэйте радостно откликнулась хозяйке, но ее шипение заглушилось еще одним, исходящим от закипающего чайника.

— Запомни, — поучительно сказала Ирина. — Друг семьи — твой друг. Да, Ольга… Ольга Потаповна любит указывать… Но что поделаешь? Старые привычки так просто не отбросишь.

Вика невольно улыбнулась, вспомнив, что раньше Ольга Потаповна работала в милиции, ни за что не желая уходить со службы. Девушка припомнила грандиозный скандал, который Ольга Потаповна устроила своему начальнику, когда тот намекнул, что «пора бы вам на пенсию, а то с вашим здоровьем преступников не ловят»…

Но два года назад Ольга Потаповна ушла. Не на пенсию, просто окончательно рассорилась с начальством. Чем она занималась сейчас, Вика не имела понятия.

Ольга Потаповна и впрямь была другом семьи Чайковых. Несмотря на разницу в возрасте, она искренне дружила с родителями Вики и так же искренне обожала их дочь. Но это обожание доставляло Вике немало хлопот — шестидесятилетняя работница полиции не переносила неповиновения и постоянно диктовала нормы поведения, считая Вику малышкой — ведь девушке еще не было восемнадцати! Нет, Вика уважала Ольгу Потаповну, относилась к ней дружелюбно, но такая забота тяготила ее…

— Да ладно тебе, — Ирина взъерошила Вике волосы, любуясь их серебристо-жемчужным переливом. — Ольга Потаповна и Иван — наши гости, своих-то друзей тебе никто не мешает пригласить. Иди, позвони им.

Вика с облегчением вскочила и пулей помчалась в коридор, где стоял телефон. По памяти набрав Дикин номер, она стала ждать.

В голосе раздался сначала громкий лай, а лишь затем — голос Дики.

— Алло. Кто это?

— Привет Дик! Узнаешь?

— Вика! — в голосе Дики прозвучала радость. — Ты чего звонишь?

— На днюху завтрашнюю пригласить хочу. Ты придешь?

— А как же? Только попробуйте без меня начать. Загрызу, — полушутливо сказала Дика, имитируя рычание. — Кстати, вчера я чуть не загрызла кое-кого. Сейчас сказать или завтра, чтобы не повторять?

— Лучше потом. А то тебя завтра только Ленка с Владом грызть будут, а так и я к ним присоединюсь…

— Ой, боюсь-то как! — в притворном ужасе воскликнула Дика. — Ладно, тогда завтра в два я подъеду. А может и в три. Хочу голодных драконов раззадорить как следует.

— Не беспокойся, — ехидно ответила Вика. — Голодные драконы накинутся на тебя и не оставят от наглой волкодлачки даже коготочка. Разве что я на память возьму один…

Дика хмыкнула и положила трубку. Вика немного поразмыслила, с кем могла сцепиться ее подруга, но потом махнула на эти мысли рукой и продолжила обзванивать друзей.

В дверь позвонили. Вика, с восторгом рассматривающая небольшое колечко в виде змеи — подарок родителей на день рождения, поленилась идти открывать и умоляюще посмотрела на мать. Ирина, вздохнув, пошла к двери. Вика прислушалась, одновременно скосив глаза на часы. Без четверти одиннадцать. Для друзей, которые обещали подойти к часу-двум, еще рано, да и Иван хотел вроде к двум подойти…

— Здравствуй, Ирина! А где виновница торжества? — послышалось из коридора. Мысленно застонав, Вика пошла в коридор встречать гостью.

В коридоре она увидела высокую поджарую даму лет пятидесяти — Ольга Потаповна поддерживала форму и казалась моложе своих лет. Дама как раз вешала на вешалку пальто, когда Вика вошла в коридор. Увидев девушку, бывшая работница полиции удивленно присвистнула, окидывая Вику оценивающим взглядом. Вика ощутила, как ее просканировали, измерили и взвесили, сравнив с результатами прошлого осмотра. Результат был явно не в ее пользу.

— Вика! Какая радость! — дама протянула Вике руку. Девушка, наученная прошлым опытом, пожала ее, глядя в серые глаза Ольги Потаповны.

— Здравствуйте, Ольга Потаповна.

— Здравствуй, милая. Только я не Ольга Потаповна, я тетя Ольга. Ольгой Потаповной меня лет через пять называть будешь. («Ага, — подумалось Вике. — Да она и десять лет назад так говорила!..») Как поживаешь? Говорят, ты в новую школу поступила? — в голосе женщины прорезались стальные нотки. — Вижу, ты перекрасилась… Зачем ты выбрала такой странный цвет? Он совершенно тебе не подходит!

Вика мысленно застонала. На каникулах она частенько жалела, что цвет ее чешуи — серебряный с синим. Иногда, идя по улице, ей хотелось спрятать свои волосы под капюшон и не снимать его — так часто на нее оборачивались.

— Да так… Захотелось…

— Захотелось! — передразнила ее Ольга Потаповна. — Моим клиентам тоже хотелось правила нарушить…

— Ольга что вы говорите! — возмутилась Ирина.

— Ну ладно, — смягчилась полицейская в отставке. — В честь дня рождения особо указывать не буду… Вот, держи подарок.

Вика взяла небольшую книгу, обложка которой гласила: «Оружие всех времен», из любопытства пролистала ее. Замелькали иллюстрации различных видов холодного и стрелкового оружия: мечи, арбалеты, катаны, кинжалы, луки… Потом шло современное оружие вроде пушек и пистолетов. Решив просмотреть книгу позже, Вика закрыла ее и, поблагодарив, ушла в свою комнату.

Зайдя в комнату, Вика заметила Арэйте, которая мирно дремала под боком у Рыжика. К немалому Вики-ному удивлению, довольно-таки вздорная лирна и ленивый кот прекрасно ладили и ни разу даже не шипели друг на друга.

— Просыпайтесь! Гости пришли, — шутливо сказала девушка, толкая Рыжика в бок. Арэйте и мейн-кун уставились на нее с совершенно одинаковой тоской, обменялись взглядами и нехотя поднялись. Точнее, поднялся Рыж, а змеинка подползла к Вике и обвилась вокруг хозяйкиного запястья. Вика сунула руку в карман джинсов, и лирна послушно осталась там.

Как ни странно, но с содержанием лирны в городских условиях не возникло никаких проблем. Ела лирна довольно мало и редко, шумела лишь изредка. Викины родители днем уходили на работу, так что Арэйте не приходилось прятаться в Викином кармане слишком долго — лишь утром и по вечерам.

Тем временем Ольга Потаповна с Ириной заняли кухню и принялись за готовку. Вику, которая имела не-осторожность сунуться к ним в поиске мяса для лирны, они выпроводили со словами «иди поиграйся, девочка!». В ответ на это девушка лишь пожала плечами. Ей не хотелось особо напрягаться в готовке, да и Арэйте от голода еще явно не страдала. Только скучно было… Вика посмотрела на календарь, на котором отмечала прошедшие дни. Десятое марта… Приехали в город они первого. Осталось восемь дней. Вика вздохнула. Как же ей не доставала полета, шума ветра под крыльями, будоражащей кровь охоты! Она любила свой дом, во время учебы скучала по матери… Но то наслаждение, которое ей дарил полет, невозможно было заменить ничем…

К половине первого, когда Вика уже извелась от скуки, в дверь вновь позвонили, и в коридор зеленым вихрем ворвалась Ленка. Вика, не сразу разглядевшая подругу, испугалась, что она приняла свой истинный облик — столько оттенков зеленого было в одежде Ленки. Лишь приглядевшись поближе, она увидела изумрудную куртку из переливающегося материала, напоминающего драконью чешую. Вика внутренне усмехнулась — не одна она скучала по школе!

— С днюхой! — воскликнула Ленка, протягивая Вике праздничный пакет. Вика взяла, но открывать пока не стала — к ним подошла мама, сопровождаемая Ольгой Потаповной.

— Ма, Ольга П… тетя Ольга, это Ленка, моя подруга по школе. Лен, это моя мама и Ольга Потаповна, — ска-зала Вика, ощущая себя на редкость глупо — она ненавидела моменты представления и всеми силами пыталась их избежать. Вот только удавалось это редко…

— Очень приятно, — улыбнулась Викина мать, протягивая также смутившейся Ленке руку. — Можешь звать меня Ириной.

«Тетя Ольга'ничего не сказала, окидывая Ленку внимательным взглядом, который, впрочем, ничуть не смутил девушку-драконицу. Ленка лишь слегка склонила голову набок и ответила прямым наглым взглядом, которому Вика могла лишь позавидовать — она сама не могла выдерживать «поединков взглядов», быстро смущаясь и отводя взгляд. И это при ее «драконьих» возможностях!

— Ума не приложу, что с тобой делать, — как-то сказал Иван после очередной тренировки, попытавшись устроить «турнир» по длительности взгляда. — Какая-то ты не правильная драконица. Драконы ведь славятся своими умениями в ведении ментальных поединков! А ты не можешь выдержать и десяти секунд. Тренируйся, тренируйся и еще раз тренируйся! Хотя бы на друзьях… или кошках в крайнем случае!

Вика, помнится, тогда лишь криво усмехнулась и пообещала тренироваться. Но никакие тренировки не помогали преодолеть ее неспособность к ментальной магии — и это если учитывать, что такая менталистика — простейший раздел магии, даже настоящим магом необязательно быть, чтобы владеть такой магией — достаточно большой силы воли и умения выдерживать взгляд «противника»!

В этом «поединке» Ольга Потаповна сдалась первая, смущенно отведя глаза уже через три секунды и что-то буркнув. Ленка ехидно улыбнулась и как ни в чем не бывало спросила:

— А остальных еще нет?

— Нету, — развела рукам Вика. — Ты первая пришла.

— Ну ладно! — Ленка махнула рукой. — Потом подойдут…

— Вы идите пока в комнату, — посоветовала Ирина. — Мы пока тут готовкой занимаемся, можете под горя-чую руку попасть…

Ленка вела себя совершенно по-хозяйски. За пять минут она успела изучить всю комнату, подразнить Арэйте и погладить мирно дремавшего Рыжика. Кот, недовольно мяукнув, открыл глаза и с укором посмотрел на Ленку.

— Красавец! — восхищенно сказала Лена, почесывая кота за ухом. — Эх, почему у меня животных нет…

Вика хмыкнула, распаковывая подарок. Она увидела широкий браслет, искусно вырезанный из дерева. Приглядевшись, Вика заметила вязь украшений, изображавших змей.

— Классно… — восхищенно протянула она, примеряя подарок. Небольшая проблема с надеванием (он не налезал на руку) быстро решилась — Вика отыскала застежку наподобие тех, что бывают на наручах.

— Еще бы, — хмыкнула Ленка. — Я это еще из школы притащила!

— Из школы? — заинтересовалась Вика. — А там разве такие продаются?

— Ви-ик, — хитро протянула Ленка. — Ты вообще в корпусе бывала, или все время летала да занималась? Там такая сувенирная лавка была…

Вика озадаченно почесала нос. Да уж… Жилым корпусом она не интересовалась, предпочитая проводить свободное время в полете.

Вскоре начали приходить другие гости. В половину второго пришел Влад, сразу после него в дверь постучался Иван. Уж его подарок Вику изумил — учитель подарил ей небольшой кинжал. Правда, Ирина с Ольгой Потаповной попытались возмутиться, мол, ножик детям не игрушка, но Иван только махнул рукой.

— Приедем в школу, научу работать с ним, — пообещал Вике учитель. Девушка лишь мысленно застонала…

К трем часам подъехал отпросившийся с работы Дмитрий. А вот Дика задерживалась. Вика уже начала было беспокоиться, но уже вскоре в дверь вновь позвонили.

Праздник прошел весело. Как обычно, взрослые сидели за столом, а Вика с друзьями, дождавшись повода, ускользнули в комнату.

— Ну, рассказывай. — Вика уселась на кровать, ожидающе глядя на Дику. Та состроила было непонимающие глаза, но когда ей напомнили о голодных драконах, «наглая волкарка» вздохнула и быстренько выложила все, что знала. Вика задумалась.

— Да уж… — протянула она. — И на каникулах покоя нету! И кому мы такие понадобились?

Дика пожала плечами.

— Я знаю лишь то, что рассказала. Интересно, на каком языке говорил этот парень? И почему позвал этих… бугаев? Пожалуй, мог бы найти и лучших исполнителей.

— Ну… — протянул Влад. — По-моему, он хотел просто посмотреть на это представление. Убивать тебя, думаю, не желал, похищать тоже…

Вика задумалась, отрезая себе кусок пирога, и в результате едва не осталась без пальца. Сердито зашипев, она уселась на кровать и погладила Арэйте. Лирна тоненько засвистела и внезапно лизнула кровь, вы-ступившую на месте пореза.

По руке Вики пробежала горячая волна, в пальцы словно впились сотни иголочек. Арэйте недоуменно зашипела, извиваясь от боли.

— Вика?.. — голос Влада раздавался, словно из-под воды.

Вику захлестнула волна чужых эмоций. Недоумение, боль, беспокойство — все это ощущала и она, но это… Словно она чувствовала мысли кого-то другого. На мгновение она ощутила тоненькие нити, уходящие куда-то в сторону, мелькнул серебристый росчерк…

Вика мотнула головой, приходя себя. В ответ на недоуменные и обеспокоенные взгляды друзей она лишь пожала плечами и посмотрела на лирну. Арэйте ответила ей сердитым взглядом. Вика ощутила, как по нитям прокатилась злость пополам с радостью, схожие с ее собственными ее чувствами. В душе появилась какая-то незащищенность, словно кто-то заглянул ей прямо в душу. Взглянув еще раз на Арэйте, девушка начала догадываться, что произошло…

— Вик, что случилось? — спросила Ленка.

Девушка довольно сердито показала на Арэйте, но ее гнев быстро утихал, сменяясь беспокойством за лирну. Малышка, словно почувствовав это, подняла голову и жалобно запищала. Вика остыла и осторожно погладила змеинку, заметив при этом, что она довольно сильно вытянулась — теперь от кончика головы до хвоста в лирне было сантиметров двадцать.

— Вот эта серебристая мелочь лизнула моей крови. Я читала в книге… Сейчас покажу.

Вика достала книгу, выданную ей Историком, коснулась ее кулоном и открыла на странице, где рассказывалось о лирнах.

— Видимо, кровь хозяина связывает его с лирной. Короче, теперь я могу ощущать эмоции Арэйте. А вот что может сделать сама лирна… — Девушка пожала плечами.

— Дай-ка, — Дика взяла книгу и начала ее перелистывать, восхищенно рассматривая старинные рисунки, нарисованные с редким искусством. Внезапно она задержалась на одной странице. Заинтересовавшаяся Вика взглянула на картинку. Она изображала странное существо — вроде дракона, но с более змеиными очертаниями, всего одной — задней — парой ног и гораздо более крупными крыльями, словно существо летало без магии. Чешуя, покрывавшая тело существа, больше напоминала змеиную кожу, чем треугольные драконьи чешуйки. К тому же она была украшена странными шрамами, которые складывались в незнакомые Вике руны. Но заинтересовало Вику не это существо, а хрупкая с виду фигурка рядом с ним. Неизвестный художник изобразил тонкую как тростинка девушку с чуть заостренными ушами и большими миндалевидными глазами с кошачьим зрачком. За спиной у девушки висел лук, на поясе виднелись ножны с коротким мечом.

— «Виверна со всадницей» — прочитала Дика. — Интересно, мы в Неларне их встретим?

В дверь постучали, и вошел Иван. Случайно услышав вопрос Дики, он покачал головой. Потом опустился на стул и, поймав вопросительные взгляды, начал объяснять:

— Вы не увидите ни виверн, ни их легендарных всадников — эльфов-оборотней. Их больше не осталось в Неларне. Все они были истреблены в эпоху Восхода… — Иван посмотрел в окно, за которым уже начало темнеть. — Эта эпоха ознаменовалась множеством войн… Ты, Влад, уже немного знаешь про те войны, Райк рассказывал тебе… Тогда было истреблено и изгнано столько народов… Живые вампиры, несколько Кланов эльфов, в том числе и эльфы-оборотни, гоблины, орки, наттеры, тролли, цверги, сфинксы, дейморы… эпоха Восхода во многом схожа с нашим Средневековьем. Только по Неларну катился не огонь инквизиторов, а молнии магов. Те народы, что занимают в Неларне большую часть территории — люди и эльфы — объединялись против других…

— А драконы? Найтаги, грифоны? — спросила Вика, не понимающая, как ее… сородичи смогли допустить это. Средневековье она считала одной из самых ужасных страниц в истории Земли. Оказывается, этого пе-риода не избежал и тот мир, куда она мечтала попасть! Вика уже давно начала понимать, что Неларн — не сказочная страна, избавленная от войн. Это просто другой мир… где существуют магические существа. Где место ее драконьей ипостаси.

— Нас тогда было очень мало. Даже не нас, а магических созданий! Людей-оборотней тогда не было… Лишь одна драконица…

— Это еще почему? — озадачился Влад.

— Да был один случай… — проронил Иван с какой-то непонятной горечью. — Просто примите к сведенью… И я прошу, не задавайте никому из драконов вопросов о том, что тогда произошло… И из магов тоже.

Вика затихла, в душе недоумевая, что могло вызвать такую ярость учителя. И не только учителя, видно по всему… Маги и драконы… Как они связаны?.. Кто такая Отступница?

Иван резко встал и пошел к двери. Друзья переглянулись, но ничего не сказали.

— Уже скоро… — нарушил молчание Влад, подходя к календарю. — Скорее бы в школу!

Ленка хмыкнула.

— Да уж… Скажи мне кто-то год назад, что ему хочется в школу, я бы назвала его ботаном и сумасшедшим… А теперь, получается, я и сама ботаничка… а уж про сумасшествие и говорить нечего — со здоровыми людьми никогда не случилось бы такого… — тут девушка затруднилась сказать, что именно она имела в виду. Хотя друзья и так ее поняли.

Вика продолжала рассматривать картинку в книге, особо уделяя внимание рунам, вырезанным на шкуре виверны и эльфийке-оборотню, пытаясь понять, за что ее так прозвали. Наконец она со вздохом закрыла книгу и посмотрела в окно. Падал снег, невзирая на указания календаря, укрывая землю снежным покровом, танцуя в воздухе. На мгновение Вике показалось, что она увидела в водовороте снежинок силуэт дракона, но уже через мгновение она поняла, что это — лишь иллюзия.

Глава 14

Последняя неделя каникул прошла без каких-либо событий. Вика уже даже жаловалась на скуку. Ленка, с которой они часто встречались, говорила:

— Ты отдыхай пока. В школе тебе Иван такую тренировку устроит…

И она оказалась права. В школе их ожидала не только тренировка, но и еще один сюрприз…

— Наконец-то школа! — радостно воскликнула Вика, бросив чемодан и рухнув на кровать. Ленка согласно хмыкнула.

— Дома хорошо, а в школе лучше! — перефразировала известную пословицу она.

— Гораздо, — согласилась Вика. — А где Дика-то?

Не успел вопрос повиснуть в воздухе, как в комнату ворвалась сама Дика… нет, Варра.

— Ты чего? — уставилась на подругу Вика, резко сев на кровати. Арэйте, до этого тихо сидевшая у нее на руке, возмущенно фыркнула и вонзила свои коготки поглубже в руку хозяйки. Вика поморщилась от неожиданной, хоть и не сильной, боли.

— Вас вызывает директор! И меня тоже! — крикнула запыхавшаяся Варра, по-собачьи высунув язык. — Велено прийти на поляну перед корпусом, и очень быстро! В истинном обличии!

— Во блин, — поморщилась Вика, лихорадочно перебирая в голове все свои проступки за каникулы. Вроде ничего не было… Разве что на день рождения, когда ее Арэйте укусила… А вот Варра глядела довольно ки-сло, видно, вспоминая свою драку и готовясь получить за нее нагоняй.

Перед жилым корпусом собрались все ученики. Да уж… Наитель, также принявшая истинное обличие, невольно поежилась — молодые грифоны, волкары и фениксы выглядели довольно внушительно. Когда Наитель с Мейтри и Хайсеном подошли к ученикам, те попятились, вновь не спуская с молодых драконов глаз. Хотя их можно было понять — даже довольно-таки крупные грифоны были ниже друзей.

Наитель невольно засмотрелась на сверкающее оперение фениксов, которые были словно окружены ореолом пламени. Те лишь щурили огненные глаза, демонстративно поджигая траву «случайными» касаниями крыльев. Наитель лишь вздохнула — до огненного дыхания ей было еще ой как далеко…

Внезапно Наитель заметила ледяную птицу. Громадный снежно-белый орел внимательно смотрел на драконицу прозрачными голубыми глазами, напоминающими цветом северное небо.

— Чего тебе? — грубовато спросила Наитель, глядя на ледяного орла. Тот хмыкнул и грубо проклекотал:

— Да так… интересно, как такие, как вы, умудрились победить нас в войне! Вы же ничего не умеете, даже дыханием своим не владеете!

Наитель вздыбила чешую.

— Хочешь сравнить силы? — спросила она. — А ты-то что умеешь?

Ледяной орел внимательно посмотрел на драконицу… и из его глаз хлестнула белоснежная молния, устремляясь к Наитель.

Наитель застыла, не зная, что можно предпринять… Но этого и не понадобилось. Молния бессильно разбилась о ее чешую, не в силах пробить драконью броню. А в следующую секунду Наитель сама ринулась на ледяную птицу, собираясь как следует проучить…

Начинающуюся драку прервало появление учителей, которые живо навели порядок. Наитель получила изрядную трепку от Тайрена, правда, и ее сопернику досталось.

— Ты чего тут устраиваешь? Еще всем курсом передеритесь. Запомни, дракон должен всегда сохранять каменное спокойствие, — сердито зашипел на нее сине-зеленый дракон. Наитель виновато опустила голову, внимательно рассматривая мелкие чешуйки на лапах.

— Она не виновата, — вступилась за подругу Мейтри. Влад поддержал ее одобряющим ворчанием. Учитель некоторое время рассматривал молодых драконов, потом мотнул головой и повернулся к Крэю, который как раз начинал говорить очередное объявление. Вика вздохнула. Она уже поняла, что каждое объявление несет с собой большие перемены…

Началось все как обычно. Вика спокойно пропустила мимо ушей ту часть, в которой директор приветствовал учеников, вежливо интересовался, как они провели каникулы (ученики ответили неопределенным гулом, вполне удовлетворившим директора) и уже тогда перешел к главному.

— Часть из вас хорошо проявила себя во время учебы. Ваши наставники очень довольны вами всеми, но есть и лучшие. Завтра они отправятся в Неларн…

Ученики вновь восторженно закричали (завыли, заклекотали, заворчали), но, когда Крэй начал перечислять имена, голоса словно ножом отрезало.

— Анна Leitre…

Небольшой феникс победно крикнул, с превосходством глядя на других…

— Диана Seviela, Алекс W'arme…

Наитель постаралась сохранить то каменное спокойствие, которое требовал от нее учитель, но получалось это из лап вон плохо. Так не волновалась она даже при объявлении оценок про контрольным. Где-то на границе сознания драконица ощутила волнение Арэйте.

— Дина Vearra…

Варра радостно взвыла, но тут же замолчала, виновато глядя на друзей, продолжили слушать имена.

— Дмитрий Sharrd…

Раздался торжествующий вой, и невольно вздрогнувшая Наитель увидела крупного пепельно-серого волкара с горящими от радостного возбуждения глазами. Уж его не смущали такие вещи, как отсутствие друзей…

— Виктория Naitael…

Серебряная драконица перевела дух, не забывая прислушиваться к оглашаемому списку.

— Елена Meitri, Владислав Haisen, — закончил перечисление Крэй. Наитель вновь облегченно вздохнула, радостно глядя на друзей.

Те, кто не попал в ряды «лучших», молча завидовали счастливчикам. Наитель вполне понимала их — она сама и не так бы обиделась… Возможно, даже решилась бы проследовать в Неларн без разрешения!

Около ее плеча раздался пронзительный свист, и Наитель, обернувшись и удивленно скосив глаза, увидела нагло устроившуюся на крыле Арэйте. Серебряную лирну ничуть не смущали несколько необычный вид хозяйки, словно так и должно быть. Наитель усмехнулась и шевельнула плечом, заставив змеинку отползти в сторону. Арэйте переползла на спину, при этом посылая драконице волну недовольства, к которой примешалось что-то, похожее на восхищение. «Вот ведь умная зверюшка! — подумала Наитель. — И эмоции передает, и подлизывается. Читает она меня, что ли? Мне бы так уметь…» Наитель попыталась «нащупать» те нити, которые связали ее с лирной. После некоторых неудачных попыток ей это все-таки удалось. Прикрыв глаза, драконица сосредоточилась и послала по ним мысленный образ — оскаленного волкара, вспомнив тот день, когда она, бродя в человеческом облике по лесу, натолкнулась на Варру и спугнула оленя, на которого охотилась волкарка. После этого ей пришлось спешно менять ипостась и взлетать — уж очень разозленной выглядела подруга…

Эффект превзошел все ожидания. Лирна подскочила сантиметров на двадцать и, вздымая гребень, зашипела. Мейтри удивленно посмотрела на Арэйте, потом на Вику, но ничего не сказала.

Тем временем Крэй закончил очередную речь, которую серебряная драконица бессовестно пропустила, разбираясь со своей домашней зверюшкой. Наитель успела уловить:

— …завтра в десять утра… Поняли? Тогда хорошо, идите к себе, собирайтесь. Всего наилучшего.

Уже сидя в комнате, Вика размышляла, что необходимо взять с собой. Об одежде можно не беспокоиться — достаточно один раз перекинуться в драконью ипостась и обратно — и на ней окажется новая одежда. А вот остальные вещи… После нескольких экспериментов Вика поняла, что при смене облика с содержимым карманов можно распрощаться. Бросать книги было очень жаль, но не таскать же с собой чемодан? Представив себе серебряную драконицу с чемоданом в зубах, Вика хмыкнула. Нет уж, книги она оставит здесь… А что делать с такой мелочевкой, как расческа, фотоаппарат и прилагающиеся к нему запчасти (батарейки, карточки и прочее), блокнот и прочие необходимые предметы? Как быть с подарками — кинжалом, браслетом и прочим?

Помог Лесов. Заглянув к ученицам в комнату, он бросил на Ленкину кровать три небольшие кожаные сумки.

— Вот. Они не исчезают при смене ипостаси и места много не занимают. Если кто-то не слушал Крэя… — Иван посмотрел на Вику, которая поспешила спрятать глаза за изучением сумки, и вздохнул, — то в Неларне вы пробудете четыре дня, потом вернетесь сюда. Чтобы ни на минуту не отходили от меня с Зарром! Сначала вас представят Главам Совета, так что выучите простейшие правила вежливости: вежливо поклониться, когда вас будут представлять, при разговоре стараться… — он особенно подчеркнул слово «стараться», — смотреть в глаза, но ни в коем случае не отводить взгляд на изучение потолка зала или на красивый пейзаж. Это может расцениваться как оскорбление…

— Оскорбление? — удивилась Ленка, попытавшись засунуть руку в сумку. Результат превзошел все ожидания — дно нащупалось только тогда, когда рука ученицы скрылась по локоть.

— Да. — Лесов кивнул, присаживаясь на свободную Дикину кровать. Сама хозяйка кровати улизнула на улицу. — Драконы очень щепетильны в этих вопросах… Да и остальные от них мало отстают ненамного. Очень прошу, постарайтесь не ударить мордой и лицом в грязь! Вы — первые ученики-драконы за последние триста лет…

— Сколько?! — выдохнули Ленка и Вика. Иван недовольно поморщился и по слогам повторил:

— За пос-лед-ние трис-та лет! По буквам не нужно до вас информацию доносить, нет? Чему вы вообще удивляетесь?

— Ну… А разве здесь идет набор не каждые десять-двенадцать лет? Или учеников-драконов не было на тридцати курсах?! — недоверчиво спросила Вика. Иван вздохнул.

— Тридцати курсов никогда не было. Если хотите, то ваш курс или, как говорят в Неларне, ваше поколение — шестое. Можете не спрашивать, — остановил он готовую задать новый вопрос Вику. — Да, этой школе чуть меньше двух тысяч лет. Но большую часть времени этот мир пустует, не считая его постоянных обитателей — найтагов, саламандр и прочих. Между поколениями была огромная разница во времени. Разве вы не думали, почему набор идет не каждый год? Почему здесь так мало учеников и вообще людей-оборотней, почему, несмотря на то, что новых учеников набирают лишь по окончании другими учебы, как вам и говорили, вы все здесь — ровесники?.. — продолжал Иван.

— И почему же? — прервала его Ленка.

Лесов покачал головой.

— Над этим бьются многие ученые Неларна. Но пока ясно одно — рождение поколений как-то связано с тем, что происходит на Неларне. Самый большой отрыв между поколениями был около тысячи двухсот лет назад. Именно тогда погибли почти все люди-оборотни, после чего не рождались более девятисот лет. Думаю, вам расскажут эту историю. Потом… — в его глазах вновь сверкнули языки ярости, словно он вспомнил что-то ненавистное. — Ну ладно, закончим с этим. А пока… — Иван слегка улыбнулся. — Может, проверим ваши навыки боя?

Ученицы переглянулись и единодушно застонали.

— Идите, идите, — подогнал их учитель. — Чую я, за каникулы вы разленились… Так и быть, огнем дышать не буду. Только клыки и когти! Не щадите друг друга, все равно ран сильных не нанесете, а небольшая боль полезна…

Вика промолчала, но в душе очередной раз за последнее полугодие возмутилась. При подобных драках Иван зачаровывал клыки и когти дракониц (и свои собственные) таким образом, чтобы они не могли нанести серьезных увечий. Вот только от сравнительно неопасных, но неприятных ран вроде несильно покусанной шеи или обожженного крыла, а в человеческой ипостаси — руки, это не спасало…

— Двигайся быстрее, Наитель! — демонстративно зевая, подбодрил серебряную драконицу Тайрен. Наи-тель негромко зарычала, силясь удержаться в воздухе. Погода преподнесла им неприятный сюрприз в виде сильного ветра и дождя. Нет, Наитель любила и дождь, и ветер… но как же они мешали полету! Особенно когда нужно не только хорошо и быстро лететь, но и нападать на противника…

Внизу на них смотрела Мейтри, ярким изумрудным пятном выделяясь на фоне серой скалы. Тайрен ре-шил сначала погонять одну ученицу, затем заняться другой. Наитель фыркнула, делая сильный взмах крыльями и поднимаясь выше. Теплый воздух великолепно держал ее, но вот спуск замедлял. Воздушные течения оказались чрезвычайно.

— Вот это правильно, — одобрил Тайрен и буквально застыл неподвижно, удерживая себя мощными и частыми взмахами. — Наконец-то начала усваивать мои уроки! А что ты скажешь на это… — Дракон резко сорвался с места, облетев вокруг Наитель, заставив ее отчаянно крутить головой, благодаря богов за гибкость змеиной шеи. Затем набрал высоту, явно намереваясь броситься на драконицу со стороны спины. Наитель прищурилась, собираясь отлететь в сторону. Но тут учитель нарушил ее планы, резко войдя в пике, после чего оказался прямо под драконицей. Ученица не понимала, чего он хотел этим добиться? Кстати, а где сам дракон? На мгновение выпустив учителя из поля зрения, Наитель никак не могла найти его вновь, а ведь в поединках нет опасности большей, чем потеря противника из виду…

Тайрен появился внезапно, бросившись на нее со стороны солнца, куда Наитель избегала смотреть. Дракон спикировал ей прямо на спину. Каким чудом драконица умудрилась увернуться, не поняла и она сама. Просто за мгновение до столкновения она словно окунулась в бурлящий водопад. В голове зазвучал мощный вой ветра, подчиняющийся и подчинявший все тело какому-то странному ритму, выбрасывающий из сознания все, кроме драки. Все вокруг, кроме нее самой, замедлилось, перестало создавать такую сильную угрозу. Но дракон несся прямо на нее, намереваясь схватить, как ястреб цыпленка, и вцепиться в шею. Крылья рвануло болью, словно все кости мгновенно вышли из суставов, но ей удалось отклониться на то ничтожное расстояние, которое позволило Тайрену пролететь мимо нее, задев лишь небольшие коготки, венчавшие крылья. А потом серебряная драконица сама ринулась на учителя, забыв об осторожности. В золотых глазах Водного дракона мелькнуло удивление, смешанное с беспокойством…

— Стой! — рявкнул дракон, мгновенно оказываясь рядом с ней. Наитель не слушала. Сквозь рев урагана, в котором она оказалась, слова наставника не долетали.

Тайрен вздохнул и, на мгновение застыв, прорычал какое-то слово. От кончиков его крыльев вырвались пучки слепящих молний, которые мгновенно окутали Наитель. Драконица сдавленно зарычала, не понимая, что ее держит. Что она сделала? Она лишь дралась! Чем это плохо? Наитель не могла пошевелить даже крыльями. Так она и висела в воздухе, удерживаемая магией наставника.

Раздались негромкие удары крыльев, и к спутанной драконице подлетела Мейтри, которая закружилась вокруг связанной подруги, не понимая, в чем дело.

— Тайрен, ты чего? — крикнула изумрудная драконица наставнику.

— Посмотри в ее глаза! — рявкнул дракон. Мейтри послушалась, но почти мгновенно отшатнулась. Сапфировые глаза Наитель изменились. Зрачок, как и у всех драконов, всегда немного расширенный, теперь сузился так, что почти пропал. По краям радужки мелькали белые и красноватые искорки.

Тайрен подлетел к связанной ученице… и сильно ударил ее по голове. Из пасти Наитель капнула кровь, глаза на мгновение закрылись, но уже в следующий миг, когда чешуйчатые веки приподнялись, на Мейтри взглянули уже нормальные драконьи очи цвета чистейшего сапфира, с нормальными, черными, чуть расширенными зрачками. Тайрен вновь что-то рявкнул, и молнии растаяли. Серебряная драконица едва не упала вниз, с трудом расправила крылья и спланировала к земле.

Наитель не поняла, что случилось. Просто вдруг исчез рев водопада, предметы вокруг вновь приняли привычную форму и стали нормально двигаться. Жутко болела голова, на все тело накатила слабость. С трудом приземлившись, она легла на живот. Дрожащие лапы вдруг взбунтовались и вместе с крыльями решили не держать хозяйку.

Рядом приземлился Тайрен, направился к драконице. Выражение морды при этом у него было таким, что Наитель мгновенно захотелось подобно страусу спрятать голову в песок. Пожалуй, и спрятала бы, но количества песка на этой скале не хватило бы и на детский куличек.

— Так… — протянул Тайрен. — Я что говорил, а? Не входить в боевой транс! Не понимаешь, что такую моло-дую драконицу он может просто убить?!

Наитель промолчала, пытаясь приподняться. Неподалеку мягко спланировала Мейтри, тут же бросившись к подруге. В глазах золотисто-изумрудной драконицы ярким огнем светилось беспокойство.

— Ну?.. Я жду! — напомнил Тайрен. Наитель попыталась виновато пожать плечами. Она только сейчас вспомнила, что учитель говорил на прошлом уроке. О способах боя. Об особом боевом трансе, сродни том, в который впадают берсерки, и который многократно увеличивает силы любого, даже самого слабого дракона. Но и расплата за краткие мгновения боя немалая… Сейчас Наитель на практике убедилась в этом.

Тем временем Тайрен продолжал ворчать, но его гнев постепенно стихал.

— Ты ведь выходить из него еще до конца не умеешь! Хорошо хоть, этот был совсем не глубоким. Ты помнишь, что произошло?

Наитель кивнула.

— Словно в ураган попала…

— Это потому что ты Воздушная… — с еле заметным облегчением сказал Тайрен. — Хоть это хорошо, что помнишь. А то бывает, впадают в такой глубокий транс, что и не помнят потом ничего. Я сам как вспомню… Тоже дрался, но не на учебе, а на самом деле… Залетел на территорию ледяным птиц, они на меня на-пали…

— И? — нетерпеливо спросила Мейтри.

— Когда я пришел в себя, я валялся на земле с поврежденным крылом. Трое моих противников — взрослых воинов с размахом крыльев в шесть метров — лежали на скалах в лужах крови. У меня еле хватило самообладания сменить ипостась… Как добирался до Пика Совета, где мы жили, лучше не говорить.

Тайрен замолчал, потом вновь обратился к Наитель:

— Ну, встать-то можешь? А то ни в какой Неларн ты попадешь!

Такая угроза вмиг влила в драконицу новые силы. Наитель порывисто вскочила, чувствуя себя словно после первого превращения. Лапы дрожали, но подломляться вроде не собирались.

— Вот и хорошо, — кивнул дракон, затем обратился к Мейтри. — Ну, ты чего встала? Взлетай давай, или думаешь, я тебя от занятий освободил?!

Мейтри жалобно посмотрела на учителя, затем на сочувствующе вздохнувшую Наитель, но потом, смирившись, слегка присела на задние лапы и взмыла в воздух. Тайрен покосился на драконицу и также взлетел, начав отрабатывать навыки боя уже со второй ученицей.

Блаженно растянувшись на нагретой скале, Наитель с искренним наслаждением рассматривала учебный поединок. Мейтри, более изящная, чем и Наитель, и Тайрен, довольно легко отклонялась от ударов и старалась нанести свои. Сама Наитель всегда предпочитала «прямую» атаку, которая дает больше шансов нанести серьезные раны. Вот только возможность пораниться самой при такой атаке возрастает в несколько раз…

Вопреки прошлым представлением, когда она была еще просто человеком, Наитель начала понимать, что нанести в бою с равным противником лишь легкие царапинки и укусы практически невозможно — лишь тяжелые ранения, которые вполне могут доконать и после боя. Когда же противники сцепляются в один клубок, то без ран не обходится ни один, даже самый опытный дракон — невозможно кусаться, бить всеми четырьмя лапами и крыльями, при этом уворачиваясь от ответных ударов противника. И это при условии, что драчуны не расшибутся о землю, — а в истории не раз бывало, что оба противника погибали, разбившись.

Наконец дракон с ученицей вновь спланировали к земле. Мейтри выглядела потрепанной, на боку красовалась длинная царапина от когтей учителя, левое крыло хранило следы несильного укуса. Сам дракон мог похвастаться разве что парочкой царапин от когтей Наитель и укушенной лапой — работой Мейтри. Впрочем, раны его не смущали, чего не скажешь об ученицах — приняв человеческое обличие, Вика с неудовольствием обнаружила корочку засохшей крови на лбу, а туника Ленки медленно раскрасилась кровью. Иван хмыкнул:

— Ну… если не считать транса Вики, дрались вы неплохо. Против несильного противника устоите… Будем надеяться, в Неларне вам драться особо не понадобится. Кроме испытаний, разумеется! А теперь вспомните навыки лечения, которые вам преподавала Миланья…

Вика честно попыталась припомнить все, что говорила целительница и, неуверенно кивнув, принялась высматривать нужные травы — задачка на скалах по меньшей мере трудная. После десяти минут бесплодных поисков, когда головная боль стала почти невозможной, а Ленка уже начала терять силы, учитель сжалился и исцелил раны девушек магией, пообещав спросить с них потом. Вика вздохнула и, взглянув на яркое солнце, которое наконец-то разогнало остатки туч, направилась к корпусу.

Утро не задалось с самого рассвета. Мало того, что Вику разбудили в пять часов утра, так и сразу после этого велели переменить обличие и сделать несколько кругов над долиной! Драконица с обидой посмотрела на учителя. Иван, почувствовав ее взгляд, обернулся к Наитель.

— Ну чего тебе? Думала, мы позволим вам в такой день валяться в постели? Спросонья потащим к порталу в Неларн — одному из самых сложных и неприятных? Нетушки… Сначала прогулка, потом поохотишься… Ну, чего встала? Лети давай!

Фыркнув, Наитель взлетела, стремительно поднявшись к самым облакам. Она любила летать между об-лаков, искать свободные проходы или крыльями разгонять небольшие тучки. Холодные капельки воды, оседая на чешуе, заставляли ее переливаться и сверкать ярче бриллиантов.

Было прохладно. Встречный ветер дул в глаза, заставляя драконицу щуриться и с тоской вспоминать о специальных очках, которые используют летчики. Яркое солнце освещало деревья Туманной долины, раскрашивая их в ярчайшие краски. Только здесь, в небе, Наитель начала просыпаться. Проснулся аппетит, и она вспомнила о словах Ивана об охоте. Драконица резко вошла в пике, устремившись прямо к земле…

Тайрен нашел ее сосредоточенно раздирающей на куски тушу оленя. Одобрительно хмыкнув, дракон бесцеремонно вцепился в добычу ученицы. Наитель возмущенно фыркнула, совершенно не горя желанием делиться.

— Да ладно тебе, — примиряющее сказал Тайрен и облизнулся. — Все равно все сама не съешь, а я должен оценить, хорошую добычу ты словила, или тебя вновь придется на охоту гнать… — с этими словами дракон, до этого мирно лежавший на траве, бросился на ученицу. Наитель негромко рыкнула, попыталась увернуться… и оказалась на земле. Тайрен грозно оскалил клыки, выразительно щелкнул ими около шеи драконицы, но затем смилостивился и убрал с ее крыльев лапы, позволив серебряной драконице встать и отряхнуться.

— М-да… — подвел он итог. — На земле ты стоишь маловато… Ты хоть один бой выигрывала? Не в воздухе, на земле?

Наитель покачала головой, стремясь стать как можно меньше. Тайрен вздохнул.

— Ну что скажешь… Воздушный дракон он и есть воздушный. Земного из него не сделаешь, ему воздух помогает… Ну ладно, воевать вроде не собираемся… — последние слова дракон сказал неуверенно, что сильно насторожило Наитель, но уже вскоре драконица выкинула слова учителя из головы. Что ей грозит в Неларне?..

В девять утра все ученики собрались на небольшой полянке перед корпусом, предварительно приняв человеческое обличие. Никто не хотел ждать до десяти, всеми овладело нетерпение. Вика уселась на землю, задумчиво грызя какую-то травинку. Арэйте, на которую и смотрела девушка, резко свистнула, явно жалуясь на небольшой ошейник, который на нее нацепили час назад. Ошейник был красивый, серебристо-синего цвета, с надписью «АРЭЙТЕ»… но лирна не понимала, зачем на нее нацепили такую ненужную вещь?!

— Ну что мне с тобой делать? — вздохнула Вика. — Я ведь там по большей части в драконьей ипостаси бу-ду… Ты за мной просто не угонишься! Да ты вообще летать не умеешь!

Ленка легонько потрепала лирну по голове. Арэйте, против ожидания, не огрызнулась, лишь фыркнула подобно котенку. Потом виновато ткнулась Вике в коленки, с мольбой посмотрев на хозяйку. В ее золоти-стых глазах явно читалась просьба не оставлять здесь, не покидать… Вика вздохнула.

— Можно ее в сумку пускать, — предположил Влад. — Она не исчезнет при смене ипостаси.

Вика довольно мрачно посмотрела на друга.

— А ты знаешь, куда девается сумка, пока я в истинном облике? Я — нет.

— Я знаю, — раздался негромкий голос. Рядом с друзьями опустился на колени высокий худощавый юноша. Вика хватило одного взгляда на жиденькие белые волосы и бледную кожу, чтобы понять, кто перед ней, даже не смотря на кулон.

— Чего тебе надобно, старче? — буркнула она, отводя сползающие на лоб волосы. — Хочешь еще одну драку устроить?

Друзья поддержали ее одобрительным ворчанием.

— Зачем же? — усмехнулся парень. — Считай это… ну, извинением за вчерашнее. Просто обидно видеть перед собой крупную ту… гм… драконицу и понимать, что как бы ты не старался, уважать будут именно ее, а не тебя.

Вика медленно кивнула.

— Тебя как зовут-то? И что ты знаешь? — лениво крутя в пальцах охотничий нож, спросила Дика.

— Алекс W'arme. Что же касается второго вопроса… Сумка как бы остается при вас, но теряет вес, перестает быть видимой и осязаемой — вы ее совершенно не замечаете. Так что за лирну можешь не беспокоиться. Правда, в восторге она вряд ли будет, но ее безопасность гарантирована — сумка и ее содержимое ничуть не пострадают ни от холода, ни от огня. Правда, змеинка наверняка будет не в восторге от твоего решения. — Парень тонко улыбнулся.

Вика вздохнула:

— Ну ладно… Скажи спасибо Алексу — беру тебя с собой, а то скучать будешь. — Девушка помолчала, потом посмотрела в золотистые глаза Арэйте, искрящиеся радостью. — И чтобы не вылезала, пока я не скажу! А то сюда немедленно отправлю!

Лирна ехидно фыркнула, явно сомневаюсь в способности хозяйки выполнить обещание, но все-таки кивнула.

— Вот и умница. — Вика погладила змеинку и подставила руку, позволяя лирне обернуться вокруг запястья. — Где учителя-то? Вроде скоро должны отправляться…

Вышеупомянутые учителя явились только через пятнадцать минут, когда ученики уже начали беспокоиться. Вика заметила, что вид у некоторых не важный — и Иван, и Крэй, и Миланья («А она-то здесь причем?» — задумалась Вика), и Святослав выглядели так, словно весь день выгружали кирпичи из вагонов. Да и другие мало отличались от них…

Вика подбежала к Ивану, с беспокойством посмотрев на учителя.

— Ты чего?

Иван устало улыбнулся.

— Да так… Канал настраивали. Неларн находится на некотором расстоянии от этого мира, а идти по тоннелям в Крае Миров — брр! — Лесов передернулся. — Хуже ничего не придумаешь! Вот и приходится каналами перебиваться. Так дольше и устаешь зверски, зато безопасно. Вообще-то, у нас канал постоянный, но тут что-то сбился. От'ани — без сомнений, очень интересное место, но нам пока к ледяным птицам не нужно…

Вика хмыкнула, чувствуя, как радостное возбуждение, овладевшее ею с самого утра, все возрастает.

— А куда нам нужно? — спросила подошедшая Ленка.

— Нам… Нам к Пику Совета нужно, в Драконовы горы. Но высадимся мы не около него, а чуть севернее, туда пробить канал гораздо проще. Надеюсь, нам местные жители не попадутся… — Иван как-то очень ехидно усмехнулся, явно что-то припоминая. — Так, давайте будите остальных и пошли!

Место перемещения находилось недалеко — по теперешним меркам Вики. Раньше, пожалуй, она от такой «прогулки» взвыла бы… А именно — в Туманной долине, у озера. К счастью, ученикам разрешили принять истинный облик, и они быстро домчались до нужного места. Волкаров — Варру и Сшаррда с учителями, — которые неминуемо отстали бы, старшие драконы и грифоны довезли на своих спинах. Варра, которой уже приходилось бывать в небе, лишь радостно оскалилась, а вот Сшаррд явно чувствовал себя не в своей тарелке. Пепельный волкар прижал уши и стал напоминать испуганного щенка. Потоптавшись у вежливо подставленного бока Крэя, он нерешительно пробормотал:

— Я… это… высоты боюсь…

Окружавшие его ученики ехидно захихикали — во всяком случае, Наитель именно так расценила услышанное клекотание и рычание. У бока серебряной драконицы раздалось тихое рычание. Повернув голову, Наитель увидела еще одного волкара — бурого, с необычно длинной шерстью. Скрестив когтистые руки на груди, он сердито смотрел на непутевого ученика (а кем еще мог быть этот волкар, если не учителем?) и тихо ругался сквозь зубы. Сшаррд, оглянувшись на волкара, вновь прижал уши — на этот раз с виноватым выражением — и одним резким прыжком вскочил на спину грифону. Крэй обвел учеников взглядом золотых глаз. Все смешки мгновенно стихли.

Спланировав на землю, Наитель уставилась на высокую — в рост взрослого дракона — арку, сотканную из сияющих синих и зеленых нитей. Она казалась невесомой и безопасной… но магическим зрением драконица прекрасно видела черный водоворот — такой же, что и тот, в подземельях корпуса. Только этот был гораздо больше и более… глубокий?.. Наитель не могла точно описать свои ощущения.

— Проходим быстро, — проклекотал Крэй. — Не задерживаемся ни в коем случае, но и не паникуем. Выйдете — ждите остальных, не разбегайтесь. Первыми идут драконы.

Мейтри, стоявшая рядом с Наитель, кивнула и быстро скрылась в арке. Серебряная драконица вздохнула и последовала за подругой, краем глаза заметив Хайсена, идущего за ней. Подойдя к каналу, она на мгновение застыла, набираясь решимости, и резко прыгнула вперед…

Наитель окружил непроглядный туман, не позволяющий разглядеть даже собственные лапы. Обволакивающий крылья, скользящий между лап, он напоминал реку. Наитель попыталась сделать шаг. Получилось или нет, она не поняла — не изменилось совершенно ничего. Река тумана продолжала лениво течь, не обращая ни малейшего внимания на ничтожное серебряное пятнышко в ее водах.

«Нельзя задерживаться, иначе тебя просто уничтожат силы, которые властвуют в Крае миров…»

Шаг. Еще один. И еще. Сколько их уже набралось? Пять или пять десятков? Какое расстояние она прошла?

Еще один шаг. Что-то изменилось. Туман кончился, и Наитель ясно видела перед собой дорогу, озаренную серебристым сиянием. Не прекращая шагать, драконица начала оглядываться и едва не остановилась…

Ее окружало бескрайнее пространство. Ни низа, ни верха — со всех сторон была пустота, в которой то и дело вспыхивали яркие искры. Лишь серебристая дорожка сверкала под лапами…

Шаг. Еще один. Все словно во сне… Наитель уже видела иссиня-черную воронку в конце тропы. Краем глаза она замечала и другие — там, за краем тропинки… Они то показывались, то вновь исчезали… Да и не только они. Постепенно Наитель понимала, что Край Миров — это не пустота. В нем есть и свои обитатели, своя жизнь. Например, кем может быть тот яркий солнечный отблеск, по неясной прихоти принявший форму птицы? Или полупрозрачный змей, только что скользнувший между ног?

Последний шаг. Воронка уже совсем рядом. Наитель оглянулась на Край Миров — и шагнула в водоворот, в другой мир.

В глаза ударил яркий свет, который, впрочем, быстро сошел на нет. Наитель увидела небольшую полянку, на которой стояла Мейтри. Высокие сосны, темное небо над ними. Неларн.

— Гляди, Наитель! — заинтересованная чем-то Мейтри вытянула лапу, показывая на небо, и тут же зашипела — драконье тело не приспособлено для привычных людям жестов. Наитель с любопытством взглянула на ночные небеса Неларна. А взглянуть было на что…

Прежде всего звезды, образовавшие незнакомые созвездия. Их было множество, яркие, разноцветные, они сами по себе приковывали внимание. Но внимание подруги Наитель, а затем и самой драконицы, при-влекло ночное светило Неларна. Через все небо проходил узкий серебряный пояс, образованный сотнями астероидов. Он остро напомнил драконице тропинку, по которой она шла только что…

Из портала начали выходить другие ученики. Показался золотистый Хайсен, почти сразу за ним шагнул на темную длинную траву снежно-белый орел — В'аэрм. Потянулись и остальные…

— Ты видел его? Край Миров? — спросила Наитель у друга. Хайсен кивнул.

— Угу. Красиво… Побывать бы там еще разок…

— Побываем, — хмыкнула подошедшая Варра. — Или ты тут навсегда решил остаться?

— Ну… — протянул Хайсен. — Пока мы знаем о Неларне лишь по рассказам учителей да по книжкам… кто читал их, конечно. — Дракон ехидно покосился на Наитель с Мейтри. Фыркнув, Мейтри легонько мазнула его хвостом по носу.

— Ты не завирайся! Видела я, как ты в библиотеке рылся. Ты и заходил в нее, наверное, всего пару раз. А то мы не знаем, как тебя Райк учит?

— Ну… Ты недалека от правды, — признал Хайсен. — Не пару раз… возможно.

Наитель хмыкнула.

— Гляньте-ка, — вдруг указала Варра. — Чего это учителя разнервничались?

Заинтересовавшаяся Наитель оглянулась. Учителя и впрямь выглядели не слишком довольными. Собравшись у края полянки, они обсуждали что-то. Наитель не могла расслышать, о чем именно они говорили, но вот обеспокоенные нотки в их голосах различить смогла…

— Может, подкрасться, подслушать? — предположила было Варра, но тут же наткнулась на суровый взгляд учителя и грустно вздохнула.

— Не стоит. Еще достанется…

Пока друзья разговаривали, к ним подошел Райк, казавшийся черным в свете «пояса».

— Вы нормально прошли? — негромко спросил он. — Ничего не болит?

— У меня… голова почему-то болит, — неожиданно признался Хайсен. Драконы с волкаркой удивленно повернулись к нему.

— Когда начала болеть? — деловито спросил Райк. — Во время перехода?

— Нет. Даже до него…

Райк задумался. Будь он в человеческом обличии — непременно почесал бы затылок, но в драконьей ипостаси сделать это довольно затруднительно.

— Надо подумать… Еще пару часиков потерпишь, пока до Пика долетим?

Золотистый ученик кивнул. Головная боль была не слишком сильной, но постоянной и мешающей. Хайсен уже пару раз испытывал подобные приступы, но никому не говорил об этом, списывая свое самочувствие на усталость или повреждения на тренировки. Он промолчал бы и сейчас, но кто знает, не было это последствием перехода?

Наитель тревожно принюхалась. Ей на миг показалось, что среди деревьев мелькнула нечеткая темная тень… Нет, просто показалось. Вон, учителя стоят спокойно — значит, причин для беспокойства нет.

К ученикам подошел Крэй.

— Сейчас полетим. Портал выкинул нас немного не в то место, поэтому полетим без провожатых. Встретим их по дороге… Не разлетаться, не пытаться выделывать разные фигуры высшего пилотажа. Поберегите силы. — Он щелкнул страшным клювом, словно усмехнулся. — Все в сборе? Ночью видят все, света Пути будет достаточно, чтобы вы не потерялись…

Наитель взмахнула крыльями, сильно оттолкнулась от земли — и взлетела, на мгновение вновь почувствовав бешеный восторг полета. Уже знакомо напряглись мышцы крыльев, ударил ветер в перепонку…

В этот раз ее полет кончился очень быстро. Едва Наитель оторвалась от земли, как на нее обрушилось само небо — абсолютно черное, холодное и покрытое твердой колючей чешуей.

Глава 15

Серебряная драконица отчаянно забилась под придавившей ее тяжестью, пытаясь сбросить с себя тело. В ответ раздалось лишь насмешливое ворчание. Наитель окружала непроглядная тьма, столь глубокая, что драконице показалось, что она ослепла. Но вдруг она смогла разглядеть темную траву, на которой лежала, ночное небо… и сражающиеся тени прямо над ней. Разноцветные и черные, похожие на разрезы в небе. Да и не только на небе! Неподалеку от себя Наитель заметила катающихся в яростной схватке Мейтри и… еще кого-то.

Мощный удар когтей противника Наитель приняла на крыло. Острая боль едва не лишила ее самообладания, но цель была достигнута — драконица сумела развернуться и встретиться со своим противником как подобает. И напасть.

На нее смотрела пара черных глаз, напоминающих черные дыры. Странная морда — вроде драконья, но Наитель, глядя на нее, живо вспомнила рыбу-камень. Голова нападающего, мощное приземистое тело, даже перепонка крыльев — все было покрыто буграми и небольшими шипами, растущими в невообразимом беспорядке. Словно какой-то сумасшедший скульптор решил вылепить дракона, но остановился на полпути. Наитель мимоходом задумалась, зачем эти «украшения» нужны, но как следует подумать об этом ей не дал сам носитель шипов. Что-то прошипев, он сжался в комок и прыгнул на драконицу, в прыжке расправляя крылья. Наитель чудом успела увернуться. Правое крыло при попытке взлететь рвануло болью. Краем глаза посмотрев на него, ученица увидела крупную рваную рану на плече…

Существо вновь атаковало. На этот раз Наитель не успела увернуться, и к ране на плече добавилась еще одна, на передней левой лапе. Драконица зарычала, чувствуя поднимающуюся в ней холодную ярость — чувство, которое Тайрен безуспешно пытался вызвать на тренировке.

Наитель стала осторожно обходить своего противника, ощутимо прихрамывая на раненую лапу. Драконий аналог рыбы-камня в точности повторил ее движение. Как ни странно, но его движения оказались плавными и ловкими. Он словно перетекал с места на места, то замедлялся, то ускорялся, описывая круг за кругом, не сводя с Наитель антрацитовых глаз.

Они кружились так чуть меньше минуты. Первой не выдержала Наитель, молниеносно прыгнув на противника. Существо попыталось уклониться, как до того делала сама Наитель; не получилось. Сцепившись в плотный клубок, они повалились на землю.

Все смешалось. Наитель кусала любые места, что только попадались ей на глаза. Мощные когти рвали черные пластины чешуи, терзали лишенные защиты места. Хвост мелькал, пытаясь задеть существо острым костяным шипом. Пару раз горло драконицы сжималось в спазме, пытаясь выдохнуть огонь, но она добивалась лишь безобидных облачков дыма. Она перестала замечать окружающие их предметы, полностью сосредоточившись на своем противнике. И совсем не удивилась, когда на нее вновь накатил яростный ураган боевого транса…

Но и противник не терял даром времени. Его страшные изогнутые когти также ранили драконицу, клыки вцепились в шею. Лишь с большим трудом Наитель смогла ослабить стальную хватку, грозящую переломить ей позвоночник… И вновь погрузилась в упоительную ярость битвы.

Внезапно Наитель поскользнулась на траве, щедро политой кровью — странного черного существа и ее собственной — и на миг потеряла равновесие. Ей нужно было лишь мгновение, чтобы вновь твердо встать на лапы… но противник не собирался одаривать драконицу такой роскошью. Страшный удар сбил Наитель с лап, клыки едва не оторвали уже раненое крыло. Наитель едва не потеряла сознание от боли. Что там говорил Тайрен? Драконы — сильнейшие и могущественнейшие создания? После этой стычки ему придется пересмотреть свою точку зрения…

Наитель спас Хайсен. Коршуном налетев откуда-то сверху, он повалил «дракона-камень» на землю. Наитель неловко поднялась с земли, едва удерживаясь от позорного скулежа, и осмотрелась.

Неожиданная схватка продолжалась. Темных существ в небе стало гораздо меньше… но и высшие оборотни изрядно пострадали. Над деревьями кружился Тайрен, пытаясь ранить почти такого же по размерам противника. Хайсен, яростно вцепившийся в глотку противнику, катался по земле, отчаянно хлопая крыльями. Волкары, изрядно помятые и раненые, окружили гораздо более мелкое создание, отвлекая его внимание от феникса со сломанным крылом. Нери и Крэй, спешащие им на помощь… Короткие. Отрывочные картины воспринимались не вышедшим из транса сознанием плохо, они не вызывали ни ярости, ни удивления. Слишком неправильно это было, слишком неожиданно. Словно ужасный сон… в котором нельзя проснуться. Убитых, насколько серебряная драконица видела, не было… пока. Зато она увидела беспомощно бьющегося под лапами почти такого же, что и напало на нее саму, существа, снежно белого орла.

Наитель кинулась на помощь В'аэрму. Враги, не враги — все равно. Тем более, что враги они из-за принадлежности к различным видам…

Обсидиан прижал яростно сопротивляющуюся ледяную птицу к земле и поставил лапу ему на грудь. Что ему, Обсидиану, те жалкие морозящие молнии, которые выпускала птица? Легонькая чесотка, не более… Он ухмыльнулся, оскалив внушительные клыки, и приготовился к последнему укусу. Но к чему торопиться?..

Что-то врезалось в него. Мелькнули серебряные крылья, запачканные кровью, глаза цвета сапфира…. И ничего не соображающий Обсидиан покатился по земле. Он мгновенно вскочил и увидел злобно оскалившуюся на него драконицу. Совсем молодая, чуть меньше Обсидиана — а он считался чуть ли не самым мелким среди своих! Ясные сапфировые глаза, серебряная чешуя, на хребте принимающая синий цвет, широкие израненные крылья. Обсидиан усмехнулся. Он видел, как ее едва не прибил Мрак, пока его не отвлек тот, золотистый… Что ж, придется заканчивать дело Обсидиану, тем более что это будет нетрудно. Добыча и так еле держится на лапах.

Обсидиан плавно скользнул к драконице, попытался ударить ее хвостом. Как ни странно, она умудрилась отклониться от удара мощного хвоста. Обсидиан хмыкнул и напал снова… и остановился. В голове ясно прозвучало веление Старшего:

«Отход! Сбор в лиге к северу отсюда»

Обсидиан едва не заскулил от разочарования. Хотелось сражаться… Но не послушать Старшего — занятие для самоубийц.

Он с ненавистью и разочарованием посмотрел на недобитую добычу и, тихо фыркнув, взлетел. Поврежденное при падении крыло заныло, но он не обратил на такую ничтожную боль ни малейшего внимания. Старший и больнее наказывал…

«Еще увидимся, красавица!»

Драконица удивленно затрясла головой. Обсидиан искренне удивился. Она что, о телепатии совсем ничего не знает? Хмыкнув, Обсидиан тяжело полетел к востоку — какой глупец прямо укажет, куда он летит?.. На него попытался напасть крупный сине-зеленый дракон, но Обсидиан легко оторвался — тот сильно пострадал, да и не оставит он своих зверенышей. Вот только почему он не использовал огонь?.. Жаль только, особенное задание выполнить не удалось… Но ничего, очень скоро они выполнят и его!

Наитель проводила противника долгим взглядом. Медленно утихающая ярость битвы требовала немедленно мчаться за ним… но драконица видела, что догнать существо не удалось даже Тайрену. Учитель выглядел потрепанным, но глубоких ран у него не было. Что же говорить про нее… Наитель посмотрела на израненное плечо, не дававшее о себе забыть сильной болью при каждом движении. Шею садило, но крови не было — даже острым клыкам этого чудовища не удалось пробить крепкие чешуи, надежно защищающие шею и спину…

— Ты в порядке? — услышала она встревоженный голос Мейтри. Серебряная драконица оглянулась и внимательно посмотрела на подругу. Мейтри могла похвастаться несколькими неглубокими укусами на теле, но выглядела гораздо целее подруги.

Наитель криво улыбнулась:

— Нормально. Относительно, конечно. Вот только летать я в ближайшее время не смогу… Кто это был?

Мейтри слегка приподняла крылья, словно пожала плечами.

— Никогда таких не видела… и не слышала.

Рядом раздалось негромкое шипение, и драконица увидела полузабытого В'аэрма, который зло отряхивался, разбрасывая вокруг себя мелкие белые искорки.

— Что, не сработала твоя великая магия? — ехидно спросила Мейтри.

В'аэрм щелкнул клювом и, не говоря ни слова, поковылял к учителю. Наитель заметила, как он неловко прижал крыло к телу, словно оно было повреждено…

— Да уж… — раздался позади голос Тайрена. — Видимо, для нападения отряда Охотников вы еще слабоваты…

Наитель резко повернулась к учителю.

— Охотники? Но ты говорил… Они же совсем другие! — Драконица перебирала в памяти признаки Охотников. Черные, красноглазые… изящные, словно драконы Воздуха. Черную чешую противника она заметила, а вот красные глаза или изящество…

— Новый вид, — объяснила незаметно подошедшая Нери. — Они появились около двух месяцев назад. Мы-то надеялись, что разведка ошиблась…

Тайрен смущенно поскреб лапой землю, опустив голову. Нери еще немного посмотрела на него, потом вздохнула:

— Ладно, чего уж там. Поменяйте лучше ипостась, исцелением займусь…

Наитель поменяла обличие и покачнулась, борясь с внезапно накатившей слабостью. Боль, приутихшая было в драконьем теле, вновь набросилась на свою жертву. От падения девушку-драконицу удержал Тайрен, вовремя подставивший покрытый чешуей бок.

— Ты поосторожней, — сочувствующе сказал он. — Тебе сильный противник достался, я краем глаза наблюдал за вами…

Руки, на которые переместились раны и с передних лап, и с крыла, болели. Вика жалобно посмотрела на Нери, и та кивнула, поспешно останавливая кровь.

Глядя на Вику с Ленкой, начали менять ипостась и другие ученики. От неожиданной «тренировки» пострадали все. Никто не может научиться великолепно драться в небе в непривычном облике всего за полгода — сегодня им показали эту истину на их собственных шкурах.

Миланья поцокала языком, внимательно осматривая сбившихся в одну кучу учеников. Сильнее всего пострадали Вика, Дика с Дмитрием Сшаррдом и Анна Севийела — та самая феникс, которую видела Наитель во время битвы. Ими-то целительница и занялась в первую очередь.

— Сиди спокойно! — сердито рявкнула она на Вику, прилагавшую все усилия, чтобы не зашипеть от боли. Чтобы она еще разок воспользовалась помощью целительницы!.. Раненое плечо словно пронзила тысяча иголок, постепенно расползающихся по всему телу. Правда, девушка не могла не признать эффективность такого лечения — кровь мгновенно остановилась, и края раны начали срастаться, пока на месте ранений не остались тонкие белые шрамы.

— Вот и все. Тревожить раны не советую, они еще не до конца срослись, но летать ты все-таки сможешь. Покажи свой Амулет, — внезапно потребовала Миланья. Вика удивленно пожала плечами, но кулон все-таки вытащила. С ним все было нормально.

— Вот и хорошо, — с облегчением выдохнула целительница, переходя к следующему пациенту — Дике. Вика сочувственно посмотрела на подругу, но ничего не сказала. Вместо этого она расстегнула пряжку на сумке, которая все это время мирно висела у нее на плече. Едва Вика открыла сумку, Из нее высунулась маленькая змеиная мордочка. Арэйте, радостно засвистев, кинулась на Вику. Девушка остро почувствовала беспокойство и радость, которую испытывала змеинка. Вика осторожно погладила лирну, вызвав новую волну благодарности. Потом Арэйте осторожно скользнула на раненое плечо и возмущенно пискнула.

— Ты чего? — удивилась Вика, повернув голову к змеинке. — Нету уже ничего ведь…

Арэйте фыркнула, потом посмотрела на шрам и… выдохнула небольшое светло-синее облачко, которое мягко обволокло шрам. Продержалось оно совсем недолго, потом растаяло подобно туману, не оставив после себя ни следа. Зато и шрама не осталось…

— Миланья, что она сделала? — спросила Вика, придерживая лирну, которая явно сильно устала, творя этот странный туман, и уже с трудом цеплялась за плечо хозяйки.

Целительница посмотрела на лирну, легонько коснулась до ее головы. Арэйте сразу же приободрилась, словно получила новые силы.

— Ты поосторожней с ней! Тоже мне хозяйка, — упрекнула Вику Миланья. — Ты хоть силой делиться уме-ешь?

Вика покачала головой. Миланья вздохнула, не прекращая, впрочем, заниматься ранами недовольно скривившегося Алекса.

— Учись. У тебя она маленькая такая, куда ей истинным исцелением заниматься, а? Это естественная способность всех лирн, но проявляется она лишь при связи с хозяином. То есть лирна может исцелить хозяина, но себя — не в состоянии. При этом хозяин должен уметь делиться со змеинкой энергией…

Вика, не слушая уже целительницу, прикрыла глаза и начала потихоньку нащупывать нити, связывающие ее с Арэйте. Один раз ей это уже удалось… и получилось в этот. Но сейчас Вика не стала посылать змеинке никаких мыслей — только чистую энергию. Почти сразу она почувствовала усталость… а вот лирне явно стало гораздо лучше. Арэйте оживилась и весело запищала, заскользила по руке. Вика хмыкнула и поднялась с земли, отправившись к друзьям. Те собрались у края полянки, что-то обсуждая.

— Ты как? — спросила девушка Дику.

— Нормаль. Только шрамы и остались… — Дика махнула рукой. — Когда полетим-то?

Влад задумался.

— Кажется, Святослав говорил, что не раньше, чем сюда прилетят другие. Вроде они уже успели с кем-то связаться…

— А как же по-другому? — усмехнулась Ленка, выразительно рассматривая свежий шрам на руке. — Ты поручишься, что Охотники не затеяли новую засаду? Явно они исказили направление канала…

— Знать бы еще, кто у них такой умник…

Вика увидела Святослава, прислонившего к дереву. Странно, что она раньше его не заметила — учитель Влада стоял на свету, не прячась. Он пояснил, не отрывая взгляда от ночного неба:

— Изменить направление канала почти невозможно. На это способны лишь могучие маги… Откуда они у Охотников? Совет регулярно отслеживает занятия всех магов… Даже людей-драконов. Никто не пропадал, не сотрудничал с Тенью. Сам собой напрашивается вывод, что они пришли из другого мира… А это очень плохо…

Чем? — не поняла Вика.

— Тем, что не понятно, какую силу они из себя представляют. Может, их много, может — мало. Кто знает?..

Наитель было интересно, что еще скажет Святослав, но тут ее отвлекли огромные тени, вновь накрывшие поляну.

Глава 16

На не такой уж большой полянке сразу стало очень тесно, стоило на нее опуститься пяти крупным драконам. Вика с любопытством посмотрела на своих «сородичей». Они выглядели почти так же, как и люди-драконы, но более… яростные? Дикие? Вика затруднилась дать определение. Драконы дышали яростной силой, сама первозданная природа, казалось, глядела через глаза этих прекрасных магических существ. Это впечатление еще более усиливалось благодаря гневным языкам огня, то и дело вырывавшимся из пастей.

Крэй и Иван приняли истинный облик и вышли к драконам. Ученики с остальными наставниками пока менять ипостась не стали, оставшись сидеть или стоять у края леса.

— Крэй, Тайрен. — Самый крупный и древний на вид дракон — видимо, вожак — припал на передние лапы в поклоне.

— Дорайн? — удивленно сощурился Тайрен, ответив таким же поклоном. — Ты теперь в пограничном отряде?

— Да. Ты многое пропустил, Тайрен. Что с вами случилось? Мы получили сигнал, но он был таким нераз-борчивым…

— Охотники, — коротко проклекотал Крэй. Дорайн яростно фыркнул, выпустив из пасти язычок пламени.

— Вот оно что… мы почувствовали, но еще сомневались… Они совершенно обнаглели. Напасть на учеников… Зачем? Кто-то из ваших погиб?

— Нет. Мы отделались ранениями. К счастью, Нери залечила их… Но если мы спустим им с крыльев это…

Дорайн согласно кивнул. Потом, подумав, сказал:

— Но это дело, которым нужно заняться потом, на Малом Совете. Вы все в состоянии лететь?

Тайрен кивнул, оглядев учеников.

— Ну тогда вперед, — подвел итог дракон.

Наитель легко оторвалась от земли. Крыло нисколько не болело, словно его никогда не ранили. Дорайн одобрительно сказал Тайрену, глядя на дракониц:

— Красавицы! Твои ученицы?

— Да. А золотистый — Райка.

Дорайн задумчиво взглянул на Путь. Серебряный свет Пути зажег в его желтых глазах белоснежные сне-жинки.

— Ариена будет рада. Наконец-то у нас появились ученики-драконы! Но разумно ли ты поступил, приведя их сюда? Сейчас, когда нам угрожает опасность?

Тайрен ответил на вопрос приятеля молчанием. Он поглядел на учеников. Наитель летела сразу за про-вожатым, на крыло обогнав изумрудную Мейтри. Хайсен летел где-то позади, не пытаясь соревноваться с Воздушными драконицами в полете, хотя Варра, в буквальном смысле севшая ему на спину, просила лететь побыстрее. Золотистый дракон лишь огрызался, ловя на себе насмешливый взгляд незнакомого Повелителя Стихий, летевшего неподалеку.

Великий телепат, один из старших людей-драконов, Тайрен, давно прозванный «Брызг Моря» помолчал, а потом сказал:

— Ты же знаешь, они бы не остались. К тому же нам нужны их способности. Они еще совсем недавно начали обучение, мы с Райком не успели их как следует выучить… проклятье! Почему Тень не начала наступление хотя бы через полгода?! Зачем она перешла к таким наглым и активным действиям именно сейчас?!

Дорайн тихо рыкнул:

— Успокойся! Ты ведь и сам знаешь, почему.

Тайрен кивнул.

— Да. Они знали о наших учениках. И они хорошо подготовились, напав на уязвимое место всех драконов…

Они неслись над Лесом Найтагов. Море темно-изумрудной зелени расстилалось под крыльями, колыхалось, шевелилось, словно настоящее. Об этом Лесе ходила дурная слава у всех человеческих рас — и у самих людей (у них, пожалуй, больше всего), и у эльфов, и у гномов, и у редких в этих краях оборотней. Тайрен всегда считал, что разделение на человеческие расы и магических созданий несовершенно, и его стоит пересмотреть, но все остальные находили его очень удобным.

Дорайн покосился на приятеля.

— На счет тех нападений ничего не прояснилось?

Тайрен покачал головой. Будь он в человеческой ипостаси, наверняка досадливо ударил бы кулаком по ладони, но в истинном облике, да еще в полете, сделать это невозможно…

— Им начисто стерли память. Знал бы ты, как я ненавижу такие ситуации! Когда знаешь, кто и что совершил, но сделать ничего не можешь!

Дорайн сочувствующе вздохнул. Уж это он понимал. Охотники давно переполнили чашу терпения всех драконов. Но срок мирного договора, подписанного сто лет назад, еще не истек, и драконам, не относящимся к Стражам, оставалось лишь бессильно грызть крылья и лапы в ответ на наглые нападения Охотников на других магических созданий и человеческие расы. Только Стражи могли вмешиваться в подобные стычки, но лишь в том случае, если опасность угрожала всей расе — как это было пятьдесят лет назад при столкновении отряда Охотников с горными д'ерами. Тогда Охотникам преподали урок… который они не усвоили. Однако теперь у драконов появился шанс наконец-то показать, кто — настоящие повелители небес. Но, пожалуй, Тайрен предпочел бы не использовать этот шанс. Слишком большой кровью он обойдется и Тени, и Драконовым горам, и тем магическим созданиям, что решатся присоединиться. О мягкотелых человеческих расах дракон даже не думал. Но кто мог помочь драконам?..

Задумавшись, Тайрен чуть не сшиб Нери, которая неосторожно подлетела слишком близко к нему.

— Осторожнее! Врежешься ведь! — Подруга весело оскалилась, чуть отлетая. Тайрен хмыкнул, догоняя ее.

— Давно не летал под Путем, — сказал он. Медно-красная драконица усмехнулась.

— Да… я тоже. Я уже забыла, как жалки луны по сравнению со светом Пути. Нам повезло, что мы попали на ясную погоду. Ученики взглянули на Путь в первую же ночь пребывания в Неларне.

— Вполне возможно, для них эта ночь будет и последней. Я хочу отправить их назад в школу.

Нери задумчиво кивнула.

— Я тоже об этом подумываю. Но не объяснишь же им, что мы желаем только добра? Они слишком долго ждали этого, Тайр. Драконов не загонишь в портал и огнем, да и В'аэрм вряд ли подчинится хоть кому-то.

— В'аэрм? Он-то тут причем? — удивился Тайрен.

— А ты понаблюдай за ним. Держу пари, немало удивишься. Л'эран не нахвалится на него. Говорит, у юнца огромное будущее…

— Будем надеяться, он не пустит свои способности на ветер. — Тайрен попытался по нелепой человеческой привычке пожать плечами. Крылья ответили протестующей болью, и он на мгновение потерял равновесие. — Но причем он тут, все-таки? И с каких пор ты интересуешься ледяными птицами?

— С тех пор, Тайрен, как ледяные птицы странно утихли. Ты постоянно торчишь на Земле, должна же я заниматься хоть чем-то? — Нери грустно вздохнула. Тайрен мгновенно почувствовала угрызения совести за тот век, что он провел на Земле. — Правда, ничего не получается. У меня нет такого влияния в Совете, какое есть у тебя. А эти ледышки ни в какую не отвечают на мои вопросы! Пробовала спросить Л'эрана с Д'ейлой, да они сами ничего не знают…

— Будут им чего сообщать! — гневно фыркнул дракон. — Высшие оборотни всегда были одиночками! Разумеется, им не доверяют, ведь в случае конфликтов мы не принимаем ничью сторону! Обычно…

— Но на этот раз мы примем. Да, Тайр?

— Да. Но чего рассуждать? Возможно все обойдется…

Но и Тайрен, и Нери знали, что нет. Слишком вспыльчивы драконы. Слишком долго они не могли размять крылья в сражениях. Слишком они истосковались по войне.

Тайрен прикрыл глаза, не забывая, впрочем, мерно взмахивать крыльями. Война… Когда-то он и сам мечтал о ней. И не только мечтал — молодой человек-дракон частенько принимал участие в битвах на Земле. Он был кавалеристом во время нападения Наполеона на Россию, поучаствовал и в русско-турецкой войне, сражался в рядах пехоты во время Первой и Второй мировых войн. Последняя и перевернула его отношение к войне…

Тайрен мотнул головой, отбрасывая воспоминания. Чего толку вспоминать старое? Прошлого все равно уже не изменишь… И под крыльями у него наглядное доказательство этого нехитрого утверждения.

Наитель удивленно рыкнула и слегка спустилась, глядя на внезапно открывшуюся ее глазам равнину. Непонятное грязно-серое пятно на горизонте давно тревожило ее, но драконица и не предполагала, что все окажется настолько ужасно.

Черная земля, изборожденная тысячами трещин. Ни травинки, ни деревца — лишь пепел… Пузырящиеся грязные лужицы, наполненные зловонной жидкостью. Покрывало прозрачного темно-серого тумана, напрасно пытающегося прикрыть этот жуткий шрам на земле. И явно живой туман — вот он дернулся в одну сторону, вот в нем образовалась проплешина, мигом затянувшаяся другой волной… Пораженная драконица видела призрачные силуэты людей, волкаров, драконов, фениксов… Всех их объединяло лишь одно — страшные раны на сотканных из тумана телах и невыносимая мука в светящихся взорах, которыми они провожали летящих над ними живых.

— Красиво? — горько проронил молодой дракон, летящий неподалеку от драконицы.

— Не то слово!.. — передернулась Наитель. — Что это?

— Последствие Проклятого века… Ты не слышала о нем? Это самая ужасная страница в истории Неларна. Говорят, здесь собрались все неупокоенные души, что погибли в самом его начале… Днем они невидимы и неслышимы, но каждую ночь вновь показываются на этом поле и глядят на свет Пути, напрасно пытаясь вырваться из страшной ловушки, в которую попали…

— Что же могло тогда произойти? — прошептала серебряная драконица, не отрывая взгляда от корчившего на земле дракона — еще совсем молодого, даже меньше ее самой. Жуткие язвы на чешуе, поломанные крылья…

— Не думаю, что это подходящая история, чтобы ее рассказывать в первую твою ночь в Неларне. — Дракон хмыкнул. — Успеешь еще наслушаться. Старейшины расскажут тебе… Да я и сам, честно говоря, не до конца понимаю, что к чему. Никогда не увлекался старыми сказаниями.

Наитель кивнула, с трудом оторвав взгляд от страшной картиной под крыльями и, сглотнув, поднялась выше, надеясь уйти от наполненных тоской глаз призраков…

Но уже скоро эта страшная долина кончилась. Наитель словно пересекла невидимую границу — вот она летит над живым мерзким туманом, а вот под ее крыльями уже простирается каменистая равнина, а вдалеке виднеются горы, к которым, впрочем, они быстро приближаются. Драконьи крылья делают взмах за взмахом, неся хозяйку навстречу величайшему хребту Алара — Драконовым горам.

Наитель опустилась на небольшую площадку перед каменной аркой в горе, с шелестом сложила крылья. Рядом приземлялись остальные ученики и наставниками. За три часа полета они растянулись в длинную цепь, и теперь приходилось поджидать отставших.

Драконовы горы поражали воображение. Высокие — выше Кордильер — они больше всего напоминали клыки какого-то древнего создания. Впечатление еще больше усиливалось от снега, покрывающего вершины пиков. Но это было высоко, драконы-сопровождающие же решили лететь на обычной высоте, не пытаясь перелететь горы, хотя это и сократило бы путь. Лишь ледяные птицы поднялись повыше, к заснеженным вершинам. Летя среди гор, Наитель почувствовала себя жалкой пылинкой в мироздании, как тогда, в Крае Миров.

Наитель то и дело замечала крупные разноцветные отблески и на горах, и в небе. Драконы по праву считались владельцами этих гор. Именно здесь обитали древние драконы, истинные дети Владык, и именно сюда вернулись из путешествия по мирам, растянувшимся на тысячи лет, их потомки — более мелкие и слабые, но все-таки обладающие немалым могуществом. Немногие отваживаются путешествовать по этим горам, и лишь единицы решались забрести в сердце гор — к Пику Совета.

Именно сюда прилетели ученики. Едва последняя феникс успела опуститься на гладкую площадку, как высших оборотней повели через огромную арку, искусно вырезанную в горе («Гномы постарались!» — шепнула Наитель Нери). Сопровождала их все та же пятерка драконов, к которым присоединились грифон с перьями пепельно-серого цвета и высокий человек… который на проверку оказался не совсем человеком. Когда он откинул с лица волосы, Наитель заметила ярко-желтые глаза с кошачьими зрачками и слишком широкой для человека радужкой, занимающей почти весь глаз. Также у «человека» обнаружились небольшие коготки на руках вместо ногтей и грубые черты лица. Именно так Райк, обожающий рассказывать истории, описывал одавов — странных существ, потомков и людей, и эльфов-оборотней. Не унаследовав от легендарных предков способность к смене ипостаси, одавы все-таки приняли это неверное, но привычное название. Единственное, на что способен обычный одав — незначительное убыстрение движение и способность общаться с некоторыми животными из самых развитых. Но этого вполне хватает, чтобы жить в лесах, покрывающих большую часть Алара.

Сначала они шли почти в полной темноте. Даже кошачьего зрения Наитель не хватало, чтобы разглядеть путь как следует. Так — смутные силуэты у стен, мерцание светящихся глаз Мейтри, мутный отблеск светлой чешуи Хайсена… Поэтому, когда они внезапно оказались на свету, Наитель застыла, пытаясь приспособиться к новому освещению. Ведь она могла поклясться, что перед ней был лишь мрак… И вот перед ней открылся огромный сияющий зал.

Все еще щурясь, серебряная драконица посмотрела на существ, рассевшихся около стен. Некоторые си-дели на тронах, кто-то — на простых возвышениях — но только потому, что они не поместились бы на этих человеческих символах власти.

Грифон с угольно-черным оперением и темно-коричневой шерстью, вальяжно разлегшийся под небольшим уступом. Как ни странно, но он оказался совсем небольшим — карлик по сравнению с теми, каких видела Наитель. Белоснежная до голубизны ледяная птица, устроившаяся над его головой. Полыхающий цветами раскаленной магмы феникс, также нашедший себе уступ. Пепельно-серый волкар, восседающий на подобии трона, сделанном из костей и кожи. Низкорослый бородач — скорее всего, гном, — с удобством усевшийся на небольшом коврике вроде персидского. Молодая стройная девушка, высокая, светловолосая… с заостренными ушами и большими миндалевидными глазами — эльфийка. Неподалеку от нее сидел на обычном стуле человек — высокий воин, внимательно осматривающий учеников. И огромная драконица — белоснежная, с рубиновыми глазами и необычной бело-розоватой перепонкой крыльев, прочерченной кровяными нитями сосудов. Альбинос. Она уютно свернулась у стены, однако все равно была раза в два-три больше Тайрена. То, что Наитель не заметила ее сразу, объяснялось белоснежными стенами зала, словно покрытыми снегом. Одного взгляда на эту белоснежную драконицу хватало, чтобы увидеть ее мудрость и древность. На секунду взглянув в ее очи, Наитель ужасно захотелось опустить глаза, словно провинившаяся школьница, но, вспомнив совет Ивана, серебряная драконица вновь попыталась задержать взгляд на рубиновых огнях глаз драконицы. И вновь отвела глаза…

Кто-то мягко подтолкнул Наитель в бок. Оглянувшись, она увидела медную Нери, которая, отстранив драконицу, вышла вперед, встав рядом c Тайреном, Крэем, Райком и Л'эраном — учителем В'аэрма. Остальные наставники остались около учеников, заставив их отойти к самым стенам зала. Наитель и Мейтри скромно устроились в самом конце, а вот Хайсен, не успевший к ним пробраться, тоскливо смотрел на дракониц из самой середины учеников. Варра, которую Зарр успел ухватить за лапу, также оказалась отделена от друзей.

Стоило белоснежной драконице встать на лапы, как все шепотки и шуршания мгновенно стихли. Наитель изумленно и смущенно посмотрела на правое крыло драконицы, которое та до сих пор прикрывала огромным телом. Изломанное, с порванной перепонкой, оно явно не могло ничем помочь в полете… Лишенная полета… Наитель взмолилась всем известным и неизвестным ей богам, чтобы ее не постигла такая же участь — такой страшной казалась ей участь лишиться неба.

Белоснежная драконица прошлась перед наставниками, неловко прижимая к телу изломанное крыло. Остальные существа, присутствующие в зале, также встали, но не сдвинулись с места, внимательно огляды-вая учеников. Наитель буквально ощущала чешуей их взгляды, перебегающие с одного ученика на другого. Холодные и безразличные, доброжелательные, снисходительно-любопытные… Повернув голову, Наитель заметила того, кто с любопытством взрослого, наблюдающего за ребенком, осматривал ее. Сапфировые глаза драконицы встретились с другими — цвета чистого изумруда с золотыми зрачками. А потом из тени показался и сам обладатель этих глаз — крупный найтаг, скромно устроившийся в самом уголке зала. Однако по непринужденности, с которой он держался, Наитель догадалась, что найтаг занимал среди собрания далеко не последнее место…

— Здравствуй, Крэй. Приветствую вас всех под сводами Пика Совета, — драконица поклонилась. Наставники ответили таким же поклоном, заставив склониться и учеников.

— Приветствую тебя, Ариена, — кроклекотал Крэй. — Приветствую Совет.

— Приветствую, — продолжил Тайрен.

— Приветствую, — сказала Нери.

— Приветствую, — от слов Л'эрана словно повеяло стужей.

— Приветствую! — закончил Райк. Остальные — и наставники, и Совет — продолжали молчать.

Белоснежная драконица вновь заняла свое место и оглядела наставников.

— Сегодня мы привели новых учеников, — продолжил речь Крэй. — Совет позволит представить их?

Советники переглянулись и ответили кивками, заняв свои места. Тайрен подошел к подругам и тихо прошептал:

— Когда вас вызовут, выйдете в центр зала и посмотрите в глаза Ариене. Возможно, ощущение будет не из приятных…

Наитель кивнула внутренне собираясь в комок. Ничтожно подобие смятение, внезапно овладевшего драконицей, она чувствовала лишь однажды — когда в конце учебного года объявляли оценки по контрольным. Казалось, такая мелочь, ан нет, запомнилось!

— В этом поколении у нас появились ученики-драконы, — сказал Крэй. — Их трое. Виктория Naitael…

Наитель вышла на середину зала, чувствуя на себе внимательные взгляды членов Совета. Но смотрела она лишь в рубиновые очи драконицы…

Как и в тот, первый раз, драконица почувствовала, как ее душу выворачивают наизнанку. Куда там Миланье! Ариена внимательно просмотрела все мысли — Наитель ощущала, на каких именно воспоминаниях остановилась драконица-альбиноска, что именно ее заинтересовало… А интересовало Ариену многое. И тот непонятный провал в памяти, и «знакомство» с Арэйте (где-то на грани души Наитель почувствовала беспокойство змеинки), и рассказ Варры о нападении на нее, и само нападение Охотников… Одна картина за другой помимо воли проносились перед Наитель. Она хотела прервать это, но никак не могла оторвать взгляд от страшных рубинов глаз Ариены…

— Приветствую тебя, Наитель, — сказала драконица. Ученица низко поклонилась, следую этикету и тихонько отошла-отползла к самой стене. Крэй невозмутимо продолжил:

— Владислав Haisen…

Наитель сочувствующе посмотрела на друга, который в свою очередь оказался под гипнозом глаз Ариены. Внезапно Вике стало любопытно, что же означает это имя на даране. Покрутив головой, она внезапно увидела неподалеку от себя найтага. Тот, заметив взгляд серебряной драконицы, плавным движением перетек к ней.

— Ты хотела спросить у меня, юная драконица? — мурлыкнул он, манерой речи напомнив ученице Ронара. После той встречи они не виделись, а жаль — вопросов по магии у Наитель накопилось немало… А Тайрен не мог на все ответить — Водный дракон (как и большинство Повелителей Стихий) больше полагался на когти и клыки, чем на магию.

— Д-да, — чуть запнувшись, ответила драконица. — А вы не знаете, что значит на даране имя Ариены?

— Почему нет? — задумчиво спросил найтаг. — Человеческое — Елена. А драконье… Какое именно — первое или второе?

— А их два? — удивилась Наитель, не припомнив, чтобы у других драконов было несколько имен.

— Да, — кивнул найтаг. — Первое — Linaira — «Снежная». Но от этого имени она отказалась более тысячи лет назад, приняв имя «Arienre»…

— И что оно означает? — нетерпеливо спросила Наитель, ожидая продолжения.

— «Выжившая», — криво усмехнулся найтаг.

Глава 17

Наитель посмотрела в ущелье потом покосилась на своего проводника — того самого дракона, что показал ей ту долину. К каждому из учеников на первое время приставили кого-то из молодых обитателей Неларна. К изумлению Наитель, в Пике Совета обитало великое множество магических созданий — и не только драконов. Наитель замечала среди обитателей тоннелей и гномов, и людей, и эльфов, и фениксов, видела смутные тени найтагов… Как объяснил ученицам Тайрен, Пик Совета не принадлежит никому, хотя и находится на территории драконов. Сейчас в нем особенно много жителей, поскольку близится Великий Совет, собираемый обычно раз в десять лет, хотя в случае чего его можно собрать в любое время — была бы достаточно важная причина. По идее, Совет должен был состояться лишь через полгода, но нападение Охотников на прибывших в Неларн учеников и общая ситуация заставила всех пошевелиться. Вот и ждут прибытия послов из всех стран и народов.

— Рохкан, можешь все-таки рассказать о Проклятом Веке?

Ее проводник поморщился, но все-таки ответил:

— Ну… что-то могу. Хотя я не все знаю. Началось это более тысячи лет назад. Тогда Род драконов был гораздо более могуч. Высших оборотней тоже хватало, — он усмехнулся. — Тогда драконы образовывали единую семью, названную Братством. И не было хуже наказания, чем изгнание из него! Даже смерть считалась милосерднее…

Однажды из Братства изгнали одну молодую черную драконицу по имени Мэдарлан. Она всегда была слишком жестокой, слишком не любила подчиняться законам… Летописи не сохранили, что именно совершила Чернокрылая, но раз ей было позволено остаться на Аларе, ее преступление было не из самых тяжелых. Хоть и лишенная имени, и изгнанная из Братства, она все еще могла рассчитывать на прощение — пусть и посмертное. Но она не захотела ждать, просить прощения. Чернокрылая решила идти своим путем… Она заключила договор с магом Ордена Сумерек…

Наитель слушала. Рохкан оказался великолепным рассказчиком. Он рассказал о загадочном маге, заключившем договор с демонами — иначе откуда он мог взять такие силы? Об Отступнице, которая принесла магу бесценную добычу — молодого человека-дракона, обладающего кровавником. О жуткой волне Силы, которая истребила больше половины населения Неларна…

— Ариена — единственная из высших оборотней, кто выжил в том аду. Как она уцелела — непонятно. Но через несколько недель после начала Проклятого века ледяные птицы сообщили нам, что у них находится девушка-драконица. Разумеется, драконы сразу же помчались туда… Примерно в то же время схватили и Отступницу. Подвергнутая каре Небесным Пламенем, она была изгнана за пределы Неларна. Больше о ней ничего не было слышно, — закончил дракон. — Это все, что я знаю. Захочешь узнать больше, поройся в библиотеке, я слышал, в школе множество книг!

— Книг-то множество… — задумалась Наитель. — но отыскать нужную тоже время займет. Кстати, а сейчас какой Век?

— Дневная эпоха. Перед ней была эпоха Восхода… Впрочем, это эльфийские названия. Остроухие обожают поэтику. Их хлебом не корми, дай поэмку сложить! — фыркнул Рохкан.

Наитель хмыкнула. Потом расправила крылья и взлетела. Холодный воздух ударил по перепонку, приятно охлаждая ее. Мешали лишь небольшие снежинки, сыплющиеся сверху, но Наитель почти не обращала на них внимания.

Рохкар догнал ее, когда драконица уже почти достигла вершин гор… почти самых низких среди Драконовых гор.

— Осторожней! — заметил он, глядя, как Наитель безбоязно приближается к самой скале. — Это очень опасно. Здесь, в горах, ветра очень переменчивы. Расслабишься… и поприветствуешь скалу. Знакомство, может, и приятное, но драконы его почему-то не любят… Загадка, а?

Наитель еле слышно зарычала, глядя на его ехидную морду. Потом, едва Рохкар отвернулся, кинулась на него и легонько куснула крыло. Рохкар рыкнул от боли, но отвечать не стал — лишь поспешно приземлился на какой-то уступ.

— Запомни на будущее, — мрачно сказал дракон, зализывая укус. — Драки здесь запрещены, даже шутливые. Сейчас, по крайней мере…

— Почему? — не поняла серебряная драконица, опускаясь рядом.

— Потому, что скоро Совет! Это драконы составляют единое Братство, а некоторые расы едва не дерутся между собой! Только и ждут, что повода к драке. Ариена даже запретила, ан нет, все равно дерутся!

Наитель хмыкнула.

— Ладно, охотиться-то тут разрешают?

— Разрешают, куда ж без этого? — ухмыльнулся Рохкар, оскалив клыки. — Магические существа любят мясо, да и гномов с одавами и людьми вегетарианцами не сделаешь… Давай, покажу тебе хорошую лощинку…

Наитель резко спикировала на так удачно подвернувшегося оленя и одним ударом сломала ему шею. Горячая кровь хлынула ей в пасть, заставляя скулить от наслаждения. Что ни говори, а драконий облик вместе с инстинктами подчиняют своим законам…

Мясо оленя оказалось не столь нежным, что в школе, но оно и понятно — здесь их никто не выращивает, не холит и лелеет… тем интересней! Все-таки, не всегда им жить в тепличных и безопасных условиях…

Серебряная драконица посмотрела на окровавленную тушу оленя и задумалась. Оставлять здесь не хотелось — все-таки убивала она, а тут еще кто-то найдет! Но тащить с собой кровоточащий кусок мяса весом больше центнера не хотелось еще больше.

От раздумий ее отвлек возмущенный писк Арэйте где-то на краю сознания. Хмыкнув, ученица поменяла ипостась и выпустила змеинку. Арэйте засвистела, ласкаясь к хозяйке. Вика с наслаждением потянулась. Девушку переполняла эйфория. Занятий не будет целый день — Тайрен вместе с другими наставниками попросту прогнали учеников, чтобы не мешались под лапами. Ариена любезно выделила каждому ученику проводника — молодых бездельников в Пике Совета хватало — и посоветовала полетать или побегать по окрестностям, чем ученики воспользовались. Чтобы побольше узнать, друзья разделились. Вика вместе с проводником полетели на север, к лесу Найтагов. Варра осталась обшаривать леса около Пика. Мейтри и Хайсен решили лететь вместе на юг, к морю.

— Что теперь делать, а, Арэй? — задумчиво спросила Вика лирну, которая нагло поглощала добычу хозяйки. — Лететь еще куда-то не хочется… Да и запретили нам вроде. А Хайсен с Мейтри когда еще вернутся…

Арэйте, ясное дело, промолчала. Она лишь ткнулась хозяйке в ладонь, напрашиваясь на ласку.

— Слушай, ты когда летать научишься? А то вон какая уже здоровенная, а до сих пор в сумке ездишь. Пора бы и честь знать!

Арэйте смущенно фыркнула, но при этом озорно посмотрела Вике в глаза, явно предлагая попробовать.

— Ну давай…

Вспомнив свой первый урок полета, Вика повторила его, но уже на Арэйте: бесцеремонно подкинула лирну как можно выше, не забывая смотреть, чтобы та не упала. Может, регенерация у змеинок хорошая… но лучше ее не испытывать.

Но все обошлось. Видимо, Арэйте и впрямь могла уже летать, поскольку в этот раз она взлетела с неимоверной легкостью. Она открыла свои полупрозрачные крылышки уже в полете, подставив их свежему воздуху. Вика с удовольствием наблюдала за ней, завидую, что не может вновь испытать свой первый полет.

— Эй, ты чья будешь? — услышала она внезапно.

Повернувшись, Вика увидела молодую стройную девушку, показавшуюся среди кустов. Разглядев ее чуть поближе, Вика заметила острые ушки и большие глаза, больше подходящие лани, чем девушке.

— Ничья, — спокойно сказала ученица, мысленно подзывая Арэйте. — А ты тут откуда?

— Так уж ничья! — усмехнулась эльфийка, показывая на Амулет Высвобождения, висящий у Вики на шее. — Ты ведь из драконов будешь? Из другого мира?

— Ну да, — кивнула Вика, усевшись на землю. — А ты-то тут откуда? В Драконовых горах, насколько я знаю, человеческие расы не слишком жалуют.

— Скажешь еще, «человеческие»… — эльфийка подошла поближе и уселась на корточки около Вики. Солнце сверкало в светло-коричневых волосах, поблескивало на изящном золотом браслете, змеей обвивающем левое запястье эльфийки. — Это пусть философы с менестрелями нас разделяют. Опять же, ты тоже не дракон так?

Вика хмыкнула. Эльфийка начала ей нравиться, чем-то напомнив Дику.

— А менестрели тут причем? — миролюбиво спросила она. — Мясо будешь?

— Как это причем? — искренне удивилась эльфийка, с видимым удовольствием поглощая сырое мясо. Вика лишь удивленно присвистнула, глядя на эту картину. Она-то думала, что эльфы — сплошь вегетарианцы… — Они же вечно поют о том, какие мы разные, какие эльфы красивые и хорошие, а вы — плохие и безобразные.

— А ты, значит, так не считаешь? Ты же вроде эльфийка? — удивилась Вика.

— Эльфийка. Только я полукровка, смесок. Какой с меня спрос?

— Ты полукровка? Выглядишь чистокровной…

— Я — эльф-полукровка, — уточнила эльфийка. Кажется, вопрос о чистоте крови ничуть ее не огорчал. — На-половину высокая, наполовину горная. Горные-то всегда рядом с драконами да найтагами жили… Говорят еще, что кто-то из моих предков оборотнем был, да навряд ли это… А менестрели все, как на подбор, высокие!

Вика что-то сочувствующе промычала, лаская Арэйте. Эльфийка с детским восторгом посмотрела на лирну.

— Можно? — Получив разрешение, она осторожно коснулась змеинки. Арэйте, против ожидания, не зашипела и терпеливо позволила себя погладить. — Красивая она… как ее зовут? И тебя?

— Ее — Арэйте. Меня — Вика Наитель. А тебя?

— Листа.

Вика слегка удивилась, вспомнив труднопроизносимые эльфийские имена в книгах, но смолчала. Листа подняла на нее смеющиеся глаза.

— А ты думала, мы такие же, как в ваших легендах? Чванливые, ужасно мудрые и высокие?

— А ты откуда знаешь? — удивилась Вика.

Листа шутливо всплеснула руками.

— Думаешь, в Неларне меньше легенд ходит? И о нас, словно мы призраки какие, и о магических созданиях… Хотя, у них есть основания… — эльфийка задумчиво покосилась на Викин кулон. — А уж про вас, высших оборотней, столько мифов насочиняли! Я всегда мечтала встретиться хоть с кем-то из вас… Слушай, расскажи про свой мир, а?

Вика удивленно покосилась на доверчивые ланьи глаза эльфийки. До нее постепенно доходило, что, хотя Листа выглядит ровесницей Вики, она еще совсем ребенок.

Вздохнув, девушка начала рассказывать. Она рассказала о Земле, о том, что магию на ней считают небы-лицей (Листа недоуменно поморщилась, явно не понимая, как такое возможно), об огромных городах, о машинах… Эльфийка недоверчиво покачала головой, когда ученица наконец-то закончила рассказ.

— Не понимаю, как вы все там живете! — едва ли не укоризненно заметила она. — Как вы могли променять магию на эту технику?

— Да я и сама не понимаю, — вздохнула Вика. — А теперь ты расскажи об эльфах. Я-то тут совсем новичок, не знаю ничего…

— Да чего о нас рассказывать? — передернула плечами Листа. — Мы ничуть не отличаемся от людей из ва-шего мира, как я поняла, только техники у нас нет. Только в лесах живем… да и живем больше людей. Мне-то сейчас тридцать… Я еще молодая совсем… Но с драконьим веком, разумеется, не сравнить…

Вика кивнула.

— А все-таки, каким образом ты тут оказалась? Живешь где поблизости?

Листа хмыкнула, блеснув ланьими глазами.

— Ага, так и дадут нам в Драконовых горах близ Леса найтагов жить! С Королевой я приехала. Я ее… даже не помню, с какого бока родственница. То ли внучатая племянница ее брата, то ли дочь троюродной сестры дочери сестры… Трудно сказать, я в эту политику никогда не лезла. Напросилась в путешествие, а она взяла…

— Значит, ты тут тоже в первый раз… — подытожила Вика, жуя какую-то травинку.

— Угум… Только я здесь ориентируюсь плохо, — грустно сказала эльфийка. — Забрела не знаю куда, теперь от Королевы нагоняй получу…

— Давай я тебя подвезу, — предложила ученица. Эльфийка потрясенно посмотрела на нее, и Вика сообра-зила, что она сказала что-то не то.

— Что ты сделаешь?!

— Подвезу… Только не говори мне, что это невозможно! Чего такого?

Листа возмущенно фыркнула:

— А то! Драконы никогда не возят на своих спинах седоков! Драконий всадник — ошибка, это невозможно!

— Гм… А если очень нужно? — осторожно спросила ученица.

— Ну… не знаю… Я что-то о таких случаях не слышала, — заметила эльфийка. — Лучше не будем рисковать. Ты скажи, куда двигаться, а то я по пещерам бродила…

— И как? — вмиг заинтересовалась Вика. Листа передернула плечами.

— А как может быть в давно покинутых гномьих пещерах? Сыро, темно, паутины куча… нежить какая-то бегала… Ой, что это, чувствуешь?

Вика чувствовала. Какая-то темная тень накрыла полянку. Причем накрыла не только внешне — все чувства ученицы словно притупились. Она вскинула голову, ожидая увидеть дракона…

Над полянкой летело несколько темных существ, в которых Вика с удивлением узнала Охотников. Да, все те же чешуи-колючки, черные глаза, мощные, не подходящие для полета тела… но не у всех. Лишь двое из четырех были похожи на тех, что напали на их отряд. Остальные двое больше всего напоминали драконов… только полностью черных. Казалось, солнечный свет исчезает, касаясь их чешуи — не было ни малейшего отблеска, ни крохотного блика. Лишь рубиновые глаза без зрачков алели на черном фоне…

— Посольство Тени прибыло! — прошептала Листа Вике, не отрывая карих глаз от Охотников. — Я слышала, только их и дожидались, чтобы начать Совет! Но почему только Охотники, нет кайренов?

— А это еще кто? — удивилась Вика. Листа задумчиво перебрала прядку волос.

— Такие… то ли фениксы, то ли ледяные птицы, если сравнивать с теми, кого ты уже видела, но с примесью ящеров. Раньше у нас василиски водились, одавы их приручали даже, вот на них эти кайрены и похожи. Но цвета такие грязные, не то что у василисков, да и петушиного в них ничего нет… Не черные, просто грязно-серые, темно-коричневые, и перья у них вперемежку с чешуей растут. Глаза тоже грязные, серые, как пепел, а зрачки змеиные. Лапы, словно у фениксов, но более широкие, и когти длиннее. Крылья куцые, но летать кайрены могут. Я как-то видела одного, так меня едва не вывернуло, такие жуткие! Но они слабые, драконам не помеха…

— Интересно, как они будут оправдываться? — спросила Вика, когда послы скрылись из виду. — Ты слышала?..

Эльфийка кивнула, становясь неожиданно серьезной.

— Мудрено не услышать… Я ведь в свите Королевы и ее родственница, до меня новости быстро долетают. Оправдываться им придется долго… Если они собираются оправдываться. Есть у меня предчувствие…

Крэй сумрачно сидел в зале Совета, ожидая начала, и переводил взгляд золотых глаз с одного члена Совета на другого. Вот видит Вэрин. Хороший друг, верный товарищ, хоть и человек. Он не раз помогал грифону, несколько раз спасал жизни магическим существам. Отличный тактик, великолепный полководец, король крупнейшего государства человеческих рас — Объединенного Королевства, которое для краткости называли просто Королевством… только жаль, что он не любит решать проблемы мирным путем. Да и драконам он все-таки мало чем помочь может. Люди не могут тягаться силой с Повелителями Стихий — слишком разные категории.

Вот Анрина — Королева эльфов и их страны — Ларинны, что к западу от Драконовых гор. Светлоглазая красавица кажется молоденькой и неопытной девушкой, но не зря, не зря она уже три века царствует над эльфами! Имеет огромную семью, множество родственников, что необычно для эльфа. Кажется, ее любимицу и вероятную наследницу зовут Этина… Хотя высший оборотень не был в этом уверен. Семья Королевы велика, а выбрать в наследники она может кого угодно… Мудрая правительница, мирная соседка, великая волшебница, входящая в Аэкт. Крэй уважал ее, хотя иногда она и раздражала грифона излишне мягкими мерами. Например, недавно объявила амнистию плененным после небольшого вооруженного конфликта людям. Сам грифон без колебаний прикончил бы их…

А вот кого не назовешь мягким, так это собрата Крэя — Дайра. Карлик по сравнению с обычными грифонами, он сумел вылететь из самых низов в Совет. Беспощаден к себе и к врагам, но уважает чужую силу. Магией владеет плоховато, но вызвать горный обвал вполне может, а в Антарских горах большего и не требуется…

Неподалеку от Дайра устроилась на уступе ледяная птица — А'ртела. Крэй мало знал ее. Ледяные птицы хорошо хранят свои секреты, а уж А'ртела может дать сто очков вперед любому шпиону в этом… как, впрочем, и все члены Совета. Единственное, в чем Крэй был уверен, А'ртела отлично владеет криомагией, хотя и прикидывается полным нулем в этом деле. Грифон насмешливо щелкнул клювом, встретившись глазами с льдисто-голубыми очами птицы. Холод ее царства — От'ани — впитался в сердце ледяной птицы, сделав его недоступным никогму. Да, жаль, что на Совет не пустили ни Ивана, ни Миланью, ни Святослава. Люди-драконы не слишком то ладили с ледяными птицами, зато могли с легкостью заставить уважать себя… Они бы легко напомнили, кто главный в Совете!

Нет, главная, разумеется, Ариена. Единственная из высших оборотней, пережившая Проклятый Век, она отличалась редкой прозорливостью и мудростью. Жаль только, она так редко выбирается из Пика Совета. Лишенная полета, драконица-оборотень не любит путешествовать в истинном облике и предпочитает для этих целей человеческую ипостась. Она и сейчас приняла человеческий облик — иначе в зале Совета не поместились бы представители всех рас. Хрупкая женщина сорока лет с белоснежными волосами, красными глазами и изуродованной правой рукой, она не привлекает к себе внимания. Однако Елена не только главная в Совете — даже в Аэкте магов ее голос решающий…

Около Елены сидит давний товарищ Крэя — Файрен. Полыхающий огнем феникс недружелюбно косится на ледяную птицу. Крэй не помнил, чтобы решения Файрена и А'ртелы совпали хоть однажды, и не раз гадал, кто именно идет наперекор другому. Во всяком случае, не любят друг друга они взаимно.

И еще много, много представителей различных народов… В тени притаился найтаг, не желающий выходить на свет. Крэй никогда не понимал нелюбви лучших магов Неларна к яркому свету… Гном, одав, линта, волкар, великан… но на него Крэй смотрел с жалостью. Что за насмешка — дать место в Совете тем, кого почти не осталось! Лишь в самых отдаленных горах Адрана сохранились остатки этого некогда могучего народа, почти полностью истребленного в кровавую эпоху Восхода. По правилу, их нужно было лишить места в Совете, но после этого возражали слишком многие. Все магические существа помнили Восход, и не желали отягощать еще больше память — а кто-то и совесть — полным изгнанием этого народа.

Здесь все… почти все. Не хватает лишь представителей Тени — Охотников. Пять лет назад они все-таки добились права вмешиваться в дела Совета. Высшие оборотни протестовали против этого, но решение Совета было не в их пользу. Зато теперь это на руку — не придется отправлять к ним посольство, рисковать жизнями товарищей — сами все расскажут…

Кованые двери зала открылись, и в него вошел крупный — крупнее Тайрена — изящный Охотник. Черное пятно на фоне белых стен… Крэй с любопытством и гневом посмотрел в алые глаза Охотника, но тот даже не моргнул. Лишь с вызовом кивнул грифону. Крэй скрипнул клювом, но остался на месте.

Охотники немало интересовали грифона. Вынужденный много времени проводить на Земле или в школе, он не забывал Неларн. Когда Охотники впервые громко заявили о себе, Крэй был необученным мальчишкой. Но уже тогда он заметил немалое сходство драконов и Охотников. Новый вид из другого мира? Крэй постоянно жалел, что не может ставить дела как есть и попутешествовать по близлежащим мирам в поисках ответа на этот вопрос.

Стоило Охотнику занять полагающееся ему место около двери, как в центре зала, оставленном пустым, ослепительно полыхнула белая вспышка. Охотник поморщился — яркий свет явно пришелся ему не по душе. Совет начался.

Крэй скромно молчал, пока шло обсуждение между Королевой эльфов и Вэрином о каких-то неправильных пошлинах. Но стоило им закончить и замолчать, гневно сверкая глазами (новые условия не устроили ни ту, не другого), директор встал и, получив кивки всех представителей Совета, заговорил, обращаясь больше к Охотнику:

— Два дня назад мы вместе с учениками прибыли в Неларн. Думаю, это было радостной вестью для всех, присутствующих в этом зале. Однако портал выкинул нас не в том месте, где рассчитывалось, что дает основания полагать, что этому поспособствовали… Не успели мы прибыть, как подверглись нападению отряда Охотников! Прошу объяснить ваше поведение, Рубин.

Кстати, «неправильные» имена Охотников также интересовали Крэя. Как и то, что на Совет всегда пребывал не правитель этих непонятных существ, а посол, причем все время один и тот же. Правителя же никто никогда не видел даже мельком.

По залу пробежали шепотки, и глаза всех присутствующих устремились к Охотнику. Тот, немного подождав, начал речь, нагло усмехаясь:

— Не так давно нам стало известно, что драконы заодно с высшими оборотнями готовят вторжение в наши земли. Властительница хотела подождать и попробовать решить проблему миром, но некоторые из наших детей оказались чересчур горячи для такого решения. К тому же в наших краях голод, Тень не может прокормить всех своих обитателей. Некоторые народы уже признали нашу власть и стали вассалами, но их земель слишком мало… Наши дети захотели не только предостеречь вас от неверного решения, но и попытаться отбить часть земель. Простим их за молодость?

Крэй почувствовал, как у него отвисает клюв. Какое вторжение?! Хоть его истинным обликом и был грифон, но директор (как и большинство высших оборотней) всегда был более близок к драконам, чем к своим «сородичам». И, частенько общаясь с ними, он был в курсе почти всех планов Повелителей Стихий. И мог поклясться — они никогда не нарушили бы договор. Недовольные — да, их было предостаточно. Но дальше грубых слов дело никогда не шло.

Слова Охотника вызвали удивление не только у Крэя. Файрен резко вскинул голову и сдавленно ругнулся. Анрина с удивлением посмотрела сначала на Рубина, потом перевела темные глаза на Елену. А вот А'ртела не казалась удивленной. Наоборот, холодные глаза ледяной птицы полыхнули торжествующим огнем…

— Чушь! — высказался за всех волкар Аррг. — Чтобы драконы нарушили договор?! Скорее небо на землю упадет!

— Можете выйти на улицу, посмотреть на его местонахождение, — ехидно дернул хвостом Охотник. — Я уже все сказал. Что скажет на это глава Совета?

Все взгляды обратились к Елене. Глава Совета помолчала и не спеша заговорила:

— Я не могу сказать, что мы были довольны политикой Тени. Но если бы вы обратились в Совет за помо-щью, вряд ли кто-то отказал бы вам в еде. Для этого совсем не обязательно делать столь ясные намеки о вашей способности добыть все необходимое силой. И — клянусь! — мы не собирались нарушать мирный договор, пока не истек его срок. До этого момента, по крайней мере…

— Охотник врет! — неожиданно для всех пробасил из угла великан. Даже Ариена прервалась, удивленно глядя на громилу. — Охотники не договариваются. Они силой захватывают наши земли, земли мелких народов. Горных карликов заставили стать слугами Охотников… Великанов тоже заставляют!

Охотник гневно зашипел, поглядев на великана. Видно, он считал, что туповатый гигант не будет вмешиваться в дела других.

— Признаю, что для присоединения к тени некоторых народов были… приняты несколько… грубоватые меры. Но в результате их большинство народов, не имеющих места здесь, было более или менее добро-вольно присоединено к нашей стране. Все вопросы относительно этого уже улажены…

— Я рада за вас! — грубо прервала его Елена, вставая с кресла. — Но почему напали на безвинных детей? На новых высших оборотней, только-только увидевших свет Пути?!

— Повторяю, напали не мы, — повторил Рубин. — Напали наши дети, еще молодые и неопытные… Младшие Охотники нетерпеливы и горячи…

— Достаточно, — Елена гневно сверкнула глазами, столь же рубиновыми, что и у Охотника. — Вижу, вы мо-жете отпираться бесконечно. Вы добились того, чего хотели: драконы нарушат договор… впрочем, он уже нарушен! Мы объявляем вам войну. Отныне любой Охотник, — Младший, Старший, не важно — который появится в Драконовых горах, будет уничтожен!

В зале Совета воцарилась тишина. Ее нарушил Дайр. Скрипнув клювом, он сказал:

— Что ж… Объявляю и я: грифоны не вмешаются в вашу войну… до тех пор, пока вы не вторгнитесь в Антарские горы. Стоит Охотнику или дракону напасть хоть на одного грифона, исключая тех, что в изгнании и высших оборотней, — и грифоны вмешаются в войну.

Крэй гневно взглянул на «сородича». Он-то надеялся, что драконов поддержат. Дайр спокойно выдержал его взгляд и передал телепатией:

«Извини, Крэй. Мы проиграем эту войну, если вмешаемся сейчас. Анатары неподалеку от Адрана. Я боюсь за свой народ. Ты понимаешь…»

Крэй вздохнул. Он понимал. Дела грифонов и впрямь шли не лучшим образом, как и у многих магических созданий. И Дайр прав, трижды прав — нельзя вмешиваться, нельзя давать волю эмоциям! Слишком велики будут потери, слишком их мало осталось…

— А что скажут высшие оборотни? — повернул к Крэю голову Охотник. Кажется, объявление войны его только обрадовало. Что ж, он этого и добивался. Но кто выиграл от этого больше — неизвестно.

Крэй помолчал и ответил:

— Те из высших оборотней, что захотят, присоединятся к драконам, вступят в войска. Отвечать за других я не в силах.

Охотник кивнул, принимая решение директора. После него высказались остальные члены Совета. Найтаг мурлыкнул примерно то же, что и Дайр — но в его решении Крэй не сомневался. Найтаги редко вмешивались в дела остального мира. Великан покачал головой в ответ на взгляд Елены — его сородичи пострадали слишком сильно, чтобы вмешиваться в войну небесных созданий. Феникс и волкар решили обсудить этот вопрос со своими сородичами («Да они до конца года обсуждать будут!» — фыркнул про себя Крэй). Эльфийка медовым голосом пропела, что они помогут драконам снабжением или еще чем-нибудь, но вмешиваться в дела Повелителей Стихий не будут — слишком слабы они по сравнению с драконами и Охотниками. В этом ее активно поддержали другие человеческие расы…

Все, как и ожидал Крэй. Даже то, что А'ртела заявила о нейтралитете, не слишком удивило грифона. Но насторожило — до него доходили слухи о надвигающемся союзе ледяных птиц и Охотников. «Будем надеяться, до этого не дойдет, — мрачно подумал грифон. — Только что делать с учениками?..»

Ариена шла по коридору. Совет кончился. Первыми под покровом ночи улетели Охотники. Лишь честь дракона не позволяла Ариене кинуться на посла и загрызть до смерти. Впрочем, сейчас у нее другие заботы…

— Ариена?

Альбиноска повернула голову и взглянула на крупного золотистого грифона, шедшего за ней.

— Что, Крэй?

— Что делать с учениками? Отправлять их назад? — Грифон сразу перешел к делу.

Ариена задумалась и покачала головой.

— Нет… пока. Выполни свое обещание. Спроси, хотят ли они сражаться… Пожалуй, волкаров лучше отправить на Нирр. Заодно Испытание Клыком пройдут. Они ведь подходят по возрасту. Драконами и фениксой тоже нужно будет заняться, как и ледяным птицей… Хоть одна хорошая новость — появление людей-драконов.

— Ты не боишься за них? — грифон отвел глаза и опустил голову.

— Боюсь, — согласилась Ариена. — Но ты понимаешь, мы не могли больше терпеть… Я и сама немного жалею о своей вспышке. Но напасть на учеников?! Как они вообще пошли на такое?!

— Им нужно было развязать войну, — тихо сказал Крэй. — Вот это меня и беспокоит больше всего… Ладно, — неожиданно перевел тему он, — вы ничего не выяснили?..

Драконица покачала головой.

— Словно сквозь землю проваливаются. И ведь драконов так просто не схватишь! Я бы сама пошла на то место, но из-за этого… — она с ненавистью посмотрела на искореженное крыло, — я просто не могу! И лошади меня боятся…

Крэй хмыкнул.

— Пожалуй, ты и сама не прочь иногда ими подзакусить, да? Это всегда было минусом высвобождения истинного облика — изменившийся запах и инстинкты. Эх, побеседовать бы с низшими оборотнями, да где таких найти?

— В других мирах, — задумчиво сказала Ариена. — Но поди отыщи эти миры… Куда именно они удалились?

— Ты присутствовала на той бойне? — спросил ее Крэй. Ариена кивнула, вспоминая самую кровавую и последнюю битву эпохи Восхода.

— Они сражались до последнего, пока не стало ясно, что их не спасет никакое чудо, — прошептала она. — Мы должны брать с них пример. Но только идти дальше, не скрываясь в никуда…

459 год эры Восхода по летописям эльфов, 13 день лета.

Поле боя усеяно трупами и щедро умыто кровью. Воины орошают его алой жидкостью, но взойдет здесь лишь вереск… лишь бескрайнее море вереска будет здесь через несколько лет… Но сражающимся плевать, что будет потом. Все затмило дыхание битвы…

То тут, то там видны тайзы — низшие духи-падальщики. Обволакивая щупальцами еще живых жертв, они быстро, но отнюдь не безболезненно прекращают их мучения, еще больше подрывая дух живых.

Это едва не единственная битва, в которой участвуют магические создания. На чьей стороне? Этого не могут сказать и они сами…

— Быстрее, Fankow, быстрее! — лихорадочно прошептала Елена, прижимаясь к шее огромного гнедого жеребца — единственного из всех, что были в армии, не боящегося запаха дракона, любимца Елены. Не зря его звали Фанков — отвага. — Скорее!

Конь фыркнул и прибавил скорости, хотя, казалось, быстрее уже некуда. Прыжок! Фанков перепрыгнул через тело огромной виверны с чудовищно обожженными крыльями и сломанной шеей. Елена поспешно отвела глаза от трупа ящера. Но лишь затем, чтобы наткнуться взглядом на его всадника — молодого еще юношу, невидяще смотрящего в серое небо. Пять человеческих стрел оборвали его жизнь. Из-под серых волос видны покрытые мехом острые уши, скрюченные руки больше похожи на лапы, изо рта торчат клыки. Видно, он уже начал трансформацию…

Раздался гневный птичий крик, и на Елену спикировал огромный сокол. Вскрикнув, девушка вскинула руку, приготовившись выпустить на волю заклинание. Она не хочет, не хочет! Но если ее заставят…

Однако ей не пришлось прерывать очередную жизнь. Острые птичьи глаза выхватили из кровавого марева, застилающего взор, эмблему — отпечаток драконьих крыльев. Еще раз пронзительно вскрикнув, сокол кинулся на первого попавшегося человеческого солдата… И упал, пронзенный меткой стрелой эльфа. Окровавленное тело сокола еще не успело рухнуть на землю, а крылья уже стали изменяться, превращаться в тонкие девичьи руки, голова с крепким клювом стали лицом эльфийки…

Кто сказал, что эльфы не воюют друг с другом?.. Кто сказал, что они не подчинены жажде убийства?..

— Быстрее! — пронзительно крикнула Елена, накладывая на коня заклинание неутомимости. Захрапев, Фанков на секунду сбился с галопа, а потом помчался с новой силой…

Елена не замечала слез, бежавших по щекам. Даже в хаосе первых дней Проклятого века, заполненных бесконечными льдами и снегами, она не чувствовала себя столь потерянной… Битва, когда эльф с обезумевшими от жажды убийства глазами идет на эльфа, преподала ей незабываемый урок. Но не время отвлекаться!

Фанков вскрикнул, словно человек, и повалился на землю. В его шее торчала ледяная сосулька — подарок человеческих магов… Елена еле успела вытащить ноги из стремян и, не удержавшись в седле, упала неподалеку от бьющегося в агонии коня… Жаль Фанкова. Но это не главное… Елена поднялась с земли и с трудом побежала сквозь кровавый хаос, предварительно окружив себя сеткой заклятий, призванных уберечь свою хозяйку от предательского удара стрелой или честного — мечом. На шее у нее висела сумка с главным сокровищем девушки-драконицы — пергаментным свитком…

— Все закончили? — тихо спросил Солнечный Луч, не отрывая взгляда от поля боя. Потом отвел глаза и покачал головой. Ринг, почувствовав настроение хозяина, виновато ткнулся головой ему в спину, едва не опрокинув. Виверн тоскливо посмотрел на поле битвы — он хотел сражаться вместе со всеми, но хозяин не пускал.

— Да, Луч, — нервно облизав губы, ответила его подруга и знахарка клана Радуга Небес. Предводитель последний раз взглянул на солнце, на небо Неларна и скомандовал, отбросив последние сомнения:

— Начинайте!

Знахарка запела. Ее поддержали помощники. Постепенно их пение, поначалу тихое, набирало силу и заглушило все звуки. Сложнейшая фигура, начерченная на земле, начала светиться. Радуга резко полоснула себя по запястья, закружившись в безумном танце. Капли крови орошали и без того пропитанною ею землю и бесследно поглощались фигурой…

Звучит магический напев. В танец Радуги включились и ее помощники. Свечение фигуры, разрастется, режет глаза…

Раздался подземный гул. Фигура вспыхнула в последний раз, залив молочным сиянием все вокруг… и все стихло.

Эльфийские и человеческие воины в растерянности остановились. Белый режущий глаза свет исчез… за-брав с собой врагов. Лишь трупы виверн и эльфов-оборотней остались на поле, но ни одного живого нет…

Елена, гонец третьего подразделения Драконьего Клыка, растерянно остановилась, глядя на то место, где только что был Солнечный Луч. Из ее изуродованной руки выпал свиток… свиток с предложением о помощи. Одно слово согласия — и магические создания вступили бы в схватку… Смогли бы спасти? Наверняка нет, но хотя бы помогли…

Ни один дракон, ни один грифон не мог доставить его. Согласилась лишь она. И опоздала…

Глава 18

Наитель сложила крылья и с трудом протиснулась в узкую щель. Листа, с усмешкой наблюдающая за ней, последовала за драконицей, легко обогнав ее.

— Ты, может, человеческую ипостась примешь? — предложила эльфийка. — Тут еще уже будет, всю чешую ссадишь.

Наитель кивнула, соглашаясь. Уже через секунду она догнала Листу, рассматривая стены в свете небольшого огненного шарика, созданного приятельницей. Хотя и рассматривать тут было особо нечего, как и говорила эльфийка. Паутина, множество трещин, еле заметные царапинки…

«Наитель!»

Вика подпрыгнула, оглянулась. Никого, кроме удивленно смотревшей на нее Листы рядом не было… но девушка могла поклясться, что слышала голос Тайрена!

«Наитель!»

— Стой… это не с тобой связываются? — прижав руки к вискам, спросила Листа. — Если с тобой, то лучше ответь… Просто четко подумай, что хочешь сказать…

«Что?»

«Ты меня слышишь? — в голосе Тайрена послышалось облегчение. — Ты сейчас где?»

«Где-то в скалах на северной части Драконовых гор. В каком-то тоннеле»

«Быстро возвращайся назад! Потом объясню!»

Вика с сожалением посмотрела на Листу.

— Возвращаемся… Тебя точно не нужно сопровождать?

— Не надо, не беспокойся, — улыбнулась Листа. — Когда это горный эльф затерялся в горах? Если встретишь Королеву, скажи ей, что встречала меня, ладно?

Кивнув, Вика поспешно выбралась наружу. В лицо ударил свежий ветер, закружился вокруг девушки-драконицы. Интересно, что понадобилось Тайрену? Пожав плечами, Вика приняла истинный облик.

Листа, чуть прищурившись, наблюдала, как от скал оторвалась молодая серебряная драконица. Солнце играло на голубоватой перепонке крыльев, сверкало на синей полосе вдоль хребта. Эльфийка вздохнула и вернулась в пещеру, решив пройти назад подземным путем. По тоннелю еле слышно пролетел шорох, и Листа словно растворилась в камне…

Наитель летела меж высоких пиков, мерно взмахивая крыльями. На земле расстилались леса, текли речки, спускающиеся с гор. Закатное солнце окрашивало пейзаж в яркие и теплые тона, заставляя вспомнить ювелирные украшения. Но Наитель было не до пейзажных красот. Драконица пыталась совладать с встречным ветром и лететь хоть немного быстрее. Но погода явно не разделяла благородного стремления ученицы и указывала на ошибку, постоянно сбивая с курса. Вдобавок пошел дождь, что не прибавило Наитель хорошего настроения…

Когда драконица уже подлетала к Пику Совета, она заметила что-то неладное… И тут же изумленно за-стыла в воздухе, внимательно осматривая горы и небеса над ними.

Драконы. Десятки, сотни драконов кружились в воздухе, сидели на склонах гор. Большие и маленькие, бронзовые и золотистые, кроваво-красные и небесно-голубые, черные и белые, зеленые и серебряные… Наитель растерялась, глядя на это разнообразие, и приземлилась немного дальше от Пика, чем собиралась.

На нее не обращали ни малейшего внимания, разве что пара Повелителей Стихий лениво скользнули взглядом по небольшой серебряной искорке. Покрытые чешуей гиганты были странно молчаливы, словно произошло что-то не слишком хорошее… Хотя нет, не все! В отдалении Наитель заметила группу возбужденно галдевших молодых драконов, таких же «малышей», как и она. К ней-то и направилась ученица.

Подойдя к какому-то молодому светло-синему дракону, Наитель спросила:

— Слушай, что произошло?

Дракон повернулся к ней и, удивленно оглядев, ответил:

— А ты не знаешь? Сначала Охотники напали на учеников из высших оборотней, потом состоялся Совет Рас, на котором они объявили нам войну! Ты-то где была?

— На севере, — коротко ответила Наитель, пытаясь найти в толпе драконов своих друзей. Вот только сделать это было затруднительно…

Дракон тем временем продолжал:

— На севере? Тебя ведь телепатией вызвали? Меня тоже. Сейчас всех собирают… Скоро Ариена огласит приказ… Только драться нам пока не разрешать!

Стоящие рядом драконы ответили на его слова разочарованным гулом.

— Это еще почему? — возмутилась Наитель. Войны она не хотела, даже очень… но удивлена не была. Уроки истории преподали ей, что для каждой войны нужны причины и повод. Причин она, может, и не знала, но вот повод вполне был… И сражаться ученица хотела!

— Ты что, с Пути свалилась? — удивился стоящий рядом серо-стальной дракон. — Мы же еще Испытание Стихиями не прошли! А жаль…

Наитель кивнула и, высмотрев наконец в толпе золотистого Хайсена, полетела к нему…

Хайсен беседовал о чем-то с крупным медным драконом и не сразу заметил Наитель. Лишь когда драконица фыркнула, он повернул к ней голову.

— О, привет, Наит! — радостно сказал он. — Ты нашла что-то интересное?

— Угум. Здесь. Ты не знаешь, где остальные?

Хайсен задумался.

— Ну… Мейтри где-то здесь, я ее недавно видел. А вот где Варра и прочие ученики-недраконы… Кстати, познакомься, это Лэрд. Лэрд, это Наитель.

Медный дракон слегка согнул лапы в поклоне. Наитель последовала его примеру.

— Очень приятно, — пробормотала она. — Кстати, мне сказали, что молодые не могут сражаться, не пройдя Испытание Стихиями. Это что такое?

— А мы как раз об этом и разговариваем, — хмыкнул Хайсен. — Правда, я все равно не понимаю, что это та-кое.

— Взрослые драконы никому не рассказывают о нем, — пожаловался серебряной драконице Лэрд. — Вам-то хорошо, а мне его через четыре дня проходить, когда Путь покажется полностью…

— А сейчас он, что, не полностью показывается? — поразилась Наитель, глядя на небо, где уже показалась серебряная лента Пути.

— Не-а, — мотнул головой медный дракон. — Видишь, западный конец пути словно растворяется. Полностью он показывается раз в вир.

— Вир, это сколько? — не поняла Наитель.

— Ну… В среднем, пятьдесят-шестьдесят дней. Сама понимаешь, по-разному. А у вас, что, по-другому? — искренне удивился Лэрд.

— А как же? У нас и Пути-то нет, только Луна…

— Странный у вас мир, — передернул крыльями дракон. — Мне Хайсен уже сколько рассказал… Неужели драконы раньше жили на Земле?..

— Они там жили? — поразились высшие оборотни.

— А вам не рассказывали? — вопросом на вопрос ответил Лэрд. — Ну да. Магические существа пришли сю-да… даже не помню, сколько тысяч лет назад. То ли две, то ли три… я историей никогда не увлекался. Много, таких долгожителей даже среди эльфов и драконов нет…

— Теперь Охотники хотят повторить это, скинув нас, — хмыкнул Хайсен.

— Надеюсь, это будет не так, как было при приходе магических созданий, — чуть понизил голос Лэрд. — Не думаю, что Кровавую эпоху назвали так просто от нечего делать…

Пока драконы беседовали, из огромной арки на склоне Пика Совета показалась белоснежная драконица. Чтобы пройти через арку, ей пришлось пригибаться, и Наитель только сейчас поняла, какая она гигантская. В зале Совета, свернувшись клубком, она казалась гораздо меньше…

— Драконы! — зычно крикнула Ариена, обводя взглядом пылающих глаз склоны гор. — Охотники нарушили договор! Они напали первыми! Мы не станем прятаться за не действующим уже договором о мире! Мы нападем сами!

Рев драконов оглушил Наитель. Все драконы, как один, захлопали крыльями, зачастую задевая соседа, и взревели. Какое-то чувство заставило Наитель присоединиться к ним…

Ариена подождала, пока не стихнет волна, вызванная ее словами, и рыкнула уже гораздо спокойнее:

— Мы преподадим им урок. Но помните: вы не должны гибнуть понапрасну. Именно поэтому сражаться пойдут лишь те, кто уже прошел Испытания Стихиями…

Ее слова прервал новый рев — но уже возмущенный, вырвавшийся у молодых драконов, которые уже научились летать, уже могли сражаться, но не получили подтверждения… На этот раз белоснежная драконица не стала ждать, гневно посмотрев на молодежь:

— Я уже сказала. Вы останетесь в Драконовых горах. И таково мое Слово! Лишь те, кто пройдет Испытание Стихиями в ближайшие дни, получат шанс…

Лэрд радостно хлопнул крыльями и повернулся к товарищам:

— Ура! Я уж точно попаду!

Наитель кивнула, искренне стараясь радоваться за него… но ничего не получалось. Червячок зависти грыз ее, заставляя разочарованно вздыхать. Хайсен тоже опустил крылья и посмотрел на камни под ногами. Именно поэтому он не сразу заметил подошедшего к ним Райка.

— Вы чего погрустнели? Упс… извини, — весело рыкнул кроваво-красный дракон, попутно извиняясь перед черным драконом, которому случайно наступил на хвост.

Наитель выразительно взглянула на Райка, но промолчала, понимая, что возмущаться по поводу «не взяли на войну» — не самая лучшая идея. Райк хмыкнул, потом, понизив голос, сказал:

— Думаю, вам лучше присоединиться к остальным высшим оборотням. Там вам сообщат необходимую информацию…

— …Которая будет заключаться в том, что нас отправят домой! — тихонько фыркнула Наитель, но все-таки проследовала за драконом. Хайсен махнул крылом, прощаясь с Лэрдом, и присоединился к драконице.

Взлетать, что было бы вопиющим нарушением этикета, не стали, и ученикам пришлось добираться до места пешком, пытаясь удержаться на крутых склонах и при этом не устроить обвал. Так что, когда они смогли наконец взлететь, Наитель облегченно вздохнула.

Летели недолго. Не успела серебряная драконица сделать хоть несколько шагов, как Райк снизился и приземлился у входа в небольшую пещерку. Угольно-черные когти звонко клацнули о камень, вызвав странное эхо. Оглянувшись на учеников, Райк зашел в пещеру, стряхивая с крыльев капельки воды — дождь еще не кончился, еще больше портя настроение Наитель.

Заглянув в пещерку, Наитель заметила остальных своих одноклассников вместе с их учителями. Они все приняли человеческие ипостаси, и ученица, оценив размеры пещерки, последовала их примеру. В углу пещерки Вика увидела Ивана, разговаривающего с Миланьей. Неподалеку сидела Ленка, сердито кусая губы. Заметив Вику и Влада, Лесов махнул им рукой, подзывая к себе.

— Вы где были? — спросил он, внимательно оглядывая учениц — Ленка тоже подошла к нему.

— На собрании… А что, нужно было где-то в другом месте находиться? — удивилась Вика.

Иван хмыкнул.

— Ладно… Короче, ситуация такая. Высшие оборотни принимают сторону драконов. Взрослые, разумеется, — не преминул уточнить он. — Но из-за того, что высших оборотней, мягко говоря, мало, Крэй дал согласие принять и вас… но только если вы пройдете Испытание Стихиями.

Вика кивнула, сдерживая радостный крик.

— А теперь — официальная часть, тут уж без нее ни как, — сказала Миланья, глядя по очереди всем ученикам в глаза. — Вы согласны пройти Испытание Стихиями через четыре дня, и принять участие в войне, когда пройдете его?

— Да, — просто ответила Вика, нервно проведя рукой по серебряным волосам.

— Да, — повторила Ленка.

— Да, — эхом откликнулся Влад.

— Вот и хорошо, — Иван чуть улыбнулся, однако глаза его оставались серьезными. — Тогда готовьтесь… вам двоим, — он показал на Вику и Ленку, — я занятие в ближайшие дни найду, не беспокойтесь. Отдохнули пару деньков, и хватит. А ты, Влад, будешь готовиться с Райкм.

— Погоди, — спохватилась Вика. — А что будет с остальными?

— Остальные… — Лесов пожал плечами. — Ты сама поспрашивай. Кто-то тоже останется, но поедет к себе на «родину». Кто-то вернется в школу.

— На родину, это куда? — уточнила Ленка.

— Ну… Дину Варру точно на Нирр заберут… Алекса В'аэрма к От'ани. Про остальных не знаю точно…

— Они тоже остаются? — удивилась Вика. Нет, что Дика остается, ее не удивило, а вот Алекс… Он не успел произвести на девушку впечатления умелого бойца или храбреца. Хотя, если разобраться, она сама сражалась не ахти как.

— Разумеется. Что тут удивительно? — фыркнула Миланья. — Ладно, вы свободны… пока. Кстати, Лен, в следующий раз, когда услышишь мой голос, выражайся менее выразительно, хорошо? И не советую так уж сразу отбрасывать меня со связи…

Ленка чуть покраснела и тихо буркнула:

— Давайте, когда вы пикировать будете, у самого моря, я вас тоже вызову? Я едва не окунулась!

— Почему же не окунулась? — деланно удивился Иван. — Утонуть ты вряд ли сможешь, так чего себя удовольствия от плаванья лишать?

Ленка хмыкнула, но ничего не ответила. Уже потом, когда Вика с друзьями шла к Пику Совета, где им выделили небольшие пещерки, Ленка спросила девушку:

— Ты что-нибудь интересное нашла?

— Не, — Вика покачала головой. — К тому полю я не летала, а в горах ничего не было. С одной эльфийкой познакомилась…

— Да ну? — уставились на девушку приятели, а Ленка добавила:

— И какая она?

— Не слишком высокая, волосы такие… светло-коричневые, глаза темные, черты лица — Венера позавидует… хотя это сравнение неудачное. На античную богну Листа не похожа нисколько. Изящная, и уши острые. — Вика пожала плечами. — Довольно обыкновенная. Та же Варра или одав, которого мы видели, более странными кажутся. Кстати, а куда все послы делись?

— По домам. Охотников я не видел, но Лэрд говорил, что они улетели первыми. А вот эльфов и великана я видел, — задумчиво сказал Влад. — Эльфы на каких-то лошадях умчались, а великан так ушел.

— При его размерах это не удивительно, — хмыкнула Ленка. — Не представляю его лошадь… дракон разве что…

— Вполне возможно. Кстати, вы на лошадях ездили?

— Не, — Вика с сожалением покачала головой. — Меня и лошади-то испугаются, что уж про езду говорить? К тому же… зачем? На крыльях быстрее.

— А вот это мы сейчас и проверим, — весело фыркнула Ленка, касаясь кулона. Задетая внезапно появившимися крыльями, кика упала, но мгновенно вскочила и, сменив ипостась, кинулась на подругу. Мейтри презрительно фыркнула и сорвалась с места. Зашипев, Наитель кинулась за ней. Уже в полете ее догнал Хайсен, изо всех сил взмахивая крыльями.

Как Мейтри не старалась, но уйти от Наитель ей не удалось. Длинные и сильные крылья серебряной драконицы быстро несли свою хозяйку к цели. Оглянувшись, Мейтри заметила подругу, когда она была уже совсем рядом. Повторно фыркнув, Мейтри резко вошла в пике и едва успела расправить крылья, натолкнувшись на Хайсена…

Когда драконы прибыли к пещеркам в северной части Пика Совета, они изрядно запыхались и тяжело дышали, но Наитель чувствовала себя совершенно счастливой — наверное, в первый раз за все пребывание в Неларне.

Варра появилась внезапно, словно выпрыгнула из какого-то угла. Волкарка весело оскалилась, заметив удивление на морде подруги.

— Привет! Вас пустили сражаться? — сразу перешла она к делу.

— Да. Дай пройти, — пробурчала Наитель, пытаясь проникнуть к своей пещерке. Потом, махнув на все крылом, приняла человеческий облик и повернулась к Варре. — А ты?..

— Уезжаю, — чуть погрустнев, ответила Варра. — С Зарром на Нирр поплыву… Посольство еще не успело уехать, к ним присоединимся.

— А когда? — спросила Мейтри. Она с Хайсеном, в отличие от Вики, не стали менять ипостась, и теперь ворчали друг на друга, пытаясь удобно разместиться в тесном коридорчике. Заметив это, Вика решила сменить место разговора и юркнула в свои «апартаменты», благо они располагались буквально за углом. Друзья последовали за ней.

— Завтра, — сказала Варра, прислоняясь к каменной стене. — Корабль уже готов, так что только нас и ждут.

— А мы его видели, да, Хайсен? — Мейтри повернулась к другу. — Он еще такой большой и грубоватой резьбой украшен. А на носу чья-то голова вырезана. То ли льва, то ли дракона… Зубы еще такие — я аж обзавидовалась!

— Сама ты то ли лев, то ли дракон! — шутливо обиделась волкарка. — Это Диррагр — главный бог волкаров, покровитель моряков и охотников! Зарр говорил, на носу каждого корабля вырезают его изображение, чтобы плаванье было удачным.

— И что, помогает? — заинтересовалась Вика. Варра пожала плечами.

— Кто его знает? Я еще не плавала… Но после прошедшего полугодия я и в богов готова поверить…

— Слушай, а тебе зачем на Нирр? Неужели ты не можешь остаться здесь? — спросил Хайсен, который рас-тянулся вдоль дальней стены и, видимо, изо всех сил боролся с дремотой. Полуприкрытые глаза золотистого дракона чуть поблескивали в свете факелов — комнаты и коридоры Пика освещались ими. Правда, эти факелы совершенно не коптили и не сгорали, что радовало и удивляло.

Варра вздохнула.

— Нужно… вам ведь тоже условие об Испытании поставили? Вот и мне… а Испытание Клыком можно пройти лишь на Нирре. Но ничего, это вряд ли займет больше нескольких недель… надеюсь.

Вика промолчала. Потом, вспомнив об Арэйте, выпустила лирну. Змеинка настороженно покосилась на Варру, но уже не стала шипеть на нее, как делала это в самом начале. Вместо этого она легко вползла на шею Вике и уже оттуда взлетела, явно красуясь. Мейтри одобрительно заворчала, глядя на мелькающее под потолком серебряное пятнышко.

— Ладно, — сказала Вика, тоже смотря на Арэйте, которая, быстро утомившись, нашла на стене какой-то уступ и устроилась там. — Значит, завтра… только ты постарайся побыстрее, ладно?

Варра развела покрытыми шерстью руками.

— Постараюсь… но кто знает, сколько путешествие продлится? Но еще увидимся!

Вика зевнула, потом, сообразив, что сейчас заснет, решительно выпроводила друзей из своей комнатки. Потом в драконьем обличии (кровати здесь не было, а чешуя позволяла спать хоть на снегу) долго лежала без сна… Арэйте, которую ученица не стала загонять в сумку, уютно устроилась на спине у хозяйки и весело попискивала, отгоняя сомнения.

— Знаешь, Арэй, я ведь рада, что буду участвовать в войне. Я хочу сражаться! — негромко сказала драконица. — Но я и боюсь. Я не хочу быть раненой, искалеченной, или того хуже… Я не хочу лишаться неба… А ты что думаешь?

Арэйте, разумеется, не ответила, но Наитель почувствовала, как лирна пытается ее ободрить. Негромким рыком поблагодарив змеинку, драконица клубком свернулась на каменном полу и смежила чешуйчатые веки. Уже через несколько минут она крепко спала.

Варра уплывала рано утром. Солнце, лениво поднимающееся за горами, осветило море и крошечную перчинку в его просторах — корабль волкаров. Большой, напоминающий драккар, он покачивался на волнах и ожидал своих последних пассажиров. Все приготовления к плаванью уже завершились, и лишь толстый канат удерживал его от произвольного начала плаванья.

— Ладно, до встречи! — махнула когтистой рукой Варра, собираясь подняться по трапу. — Вы не скучайте! Желаю хорошо пройти Испытания!

Вика кивнула.

— Тебе того же. Надеюсь, вы не задержитесь…

— Не надейся, — хмуро перебил ее Зарр, стоящий рядом. — Если бы только Испытания… А так, мы ведь еще должны помочь волкарам принять решение, на какую сторону встать в войне. Хотя, чего там говорить, от волкаров ничего не зависит! Что мы можем сделать против тех, кто летает в небесах? Как мы мжем помочь вам?

— Как-то, да можем, — не согласилась с учителем Варра. — Можем хотя бы попытаться… Кстати… вы будьте поосторожней, а?

Вика удивленно покосилась на подругу.

— А чего нам осторожничать? — не понял Влад, который стоял рядом с Викой, прислонившись спиной к скале. Ленка тоже была здесь — провожали Варру они вместе. А вот наставников, занятых чем-то другим, не было…

Варра выразительно промолчала, и, не говоря больше ни слова, вскочила на трап — точнее, на заменяю-щую его узкую длинную доску. Как это хлипкое подобие трапа еще держалось, Вика не представляла. Зарр обогнал ее и первым взошел на борт корабля. В этот момент корабль вновь качнуло, и доска, задумчиво покачнувшись, упала в море… но пепельно-серой волкарки на ней уже не было.

Варра покачнулась на падающей доске, быстро взглянула на корабль… и одним прыжком очутилась на корабле. «Трап» плюхнулся в воду, подняв тучу брызгов. Вика еще услышала одобрительные голоса команды, ворчание Зарра… и корабль, освободившись, повернулся и медленно поплыл в открытое море. Хлопнули, натягиваясь, паруса, шевельнулись весла, поднялся флаг волкаров — белоснежный клык на кроваво-красном фоне…

Вика прикинула, не пролететь ли над кораблем, но с сожалением отложила эту идею. У нее еще много дел… Вместо этого она спросила:

— Ну что, полетели обратно?

Варра облокотилась на борт корабля и посмотрела на темную гладь моря. Страшно не было, признаков морской болезни также не наблюдалось — как пояснил ей учитель, среди волкаров эта болезнь вообще считалась редчайшей. Волкары любят море, хотя жизнь далеко не всех из них связана с океаном.

Подняв голову, волкарка заметила в небе над морем три разноцветные искорки, сверкающие в свете утреннего солнца. Эти искорки немного покружились словно в раздумье, и, определившись, повернули точно на север к Пику Совета.

В Драконовых горах царил переполох, который, впрочем, имел вполне четкое управление. Почти каждый знал, чем ему заняться и занимался этим, не отлынивая. Лишь молодые драконы слонялись без дела, недовольно ворча.

— Глупые, — покачал головой Тайрен, который наблюдал за группкой яростно спорящих молодых драконов, удобно разлегшись на нагретой солнцем скале. — Не понимают, что война — дело серьезное. Им бы сражаться, биться…

— Ты и сам хотел преподать Охотникам урок. А они молодые, им ведь хочется выплеснуть силы. И не в пустом соревновании, а в настоящей схватке с настоящим противником, — хлопнула крыльями Нери, сидевшая рядом с другом.

— Знаю, — вздохнул Тайрен. — Знаю…

— Кстати, как там твои ученицы? — сменила тему Нери.

— Великолепно. Тренируются день и ночь. Правда, я не знаю, поможет ли им эта тренировка… Знать бы, что им предстоит!

Нери хмыкнула.

— Выдержат. Испытание легкое, а для них вообще нет никакого риска… Жаль, так мало учеников решило остаться. Драконы, волкарка, феникс, ледяная птица, два грифона… и это из тридцати учеников!

— Вторая Мировая многому их научила. Сейчас в Европе царит слоган «Нет войне!», а дети слушают… Драконы никогда этого не поймут.

— Это точно… Особенно молодые. Тебя куда отправляют?

— К северу, — Тайрен зевнул. Жаркое солнце приятно согревало чешую, вызывая легкую дремоту. Он с трудом удерживался от того, чтобы не заснуть. — Но я точно пока их планов не знаю, не сообщили…

— Не беспокойся, все будет нормально. — Нери нежно лизнула сине-зеленую чешую друга. — Мы покажем охотникам, кто сильнее!

Тайрен усмехнулся.

— Как-то ты слишком воинственна для целительницы…

— А ты слишком миролюбив для грубого вояки и одного из сильнейших телепатов этого мира. Я тебя уравновешиваю…

— Грубого вояки? На Райка посмотри, а? — шутливо обиделся дракон. — Он, кажется, все время в войне участвовал. И откуда только силы брались!

— Опс… Глянь-ка, Тайр. — Нери подошла к краю обрыва и внимательно посмотрела вниз. Тайрен деланно застонал, но все-таки поднялся и подковылял к подруге.

— Чего там?.. — закончить он не успел. Золотистые глаза дракона гневно сверкнули, и он, мгновенно растеряв всю лень, расправил крылья и помчался вниз. Нери ринулась вслед за ним, сердито и обеспокоенно рыча.

Внизу царила свалка. Долго копившиеся досада и гнев молодых драконов наконец-то вырвались наружу, заставляя забыть обо всем… Огненная кровь драконов бурлила, настоятельно требуя драки. И молодые драконы, еще не научившиеся выдыхать пламя, поддавались этим требованиям. Они упоенно дрались, кусали друг друга, пускали в ход когти. Единственное, что не делали — это не наносили смертельных ударов, запрещенных негласными правилами при выяснении отношений. Серебро, сталь, золото, алая кровь, синева небес, зелень травы — все перемешалось в одном клубке, к которому уже спешили старшие драконы. Они были не особо обеспокоенны (такие «разминки» случались и раньше, повторяясь едва ли не раз в год-два), но на этот раз ситуация усугублялась присутствием высших оборотней…

…Когда разбуженная шумом снаружи Наитель, лениво зевая, протиснулась из туннеля наружу, она сначала недоуменно замерла, мотнула головой. Она увидела столпотворение, царившее в небольшой долинке сразу за Пиком Совета. Молодые драконы плотным кольцом окружили еще двух — золотисто-бронзового и изумрудного… изумрудную. Рядом с ними стоял крупный ледяной орел и демонстративно поднимал покрытые слоем инея перья. Правда, что он делал рядом с Мейтри и Хайсеном, Наитель не поняла. Вид у них был далеко не мирный…

Узнав в этих драконах своих друзей, Наитель мигом стряхнула остатки сна и помчалась к ним. Подняв облако пыли, она опустилась внутри импровизированного кольца, чем вызвала недовольное ворчание драконов. Наитель повернулась к ним и оскалила белоснежные клыки, приподняла крылья.

— В чем дело? — тихо спросила серебряная драконица.

— Да так… Кое-кто тут очень обидчивый, не хочет оставаться дома, — насмешливо проклекотал В'аэрм. — Они хотят воевать, кусать и царапать нехороших Охотников!

— А ты не хочешь? — прорычал какой-то темно-зеленый дракон.

— А я, знаешь, не кусаю, — фыркнул ледяной орел. — Хотя ты, пожалуй, испугаешь Охотником одним своим видом! У тебя, случаем, антилоп или там коз в роду не было?

Наитель только сейчас обратила внимание на необычное «украшение» этого дракона. Кроме присутствующих у всех драконов-самцов двух небольших на нижней челюсти и своеобразных «ушей» на висках, морду этого украшали два длинных, чуть изогнутых витых рога иссиня-черного цвета, растущих на костяных щитках, которые защищают глаза дракона. Смотрелись они и впрямь необычно. Серебряная драконица невольно фыркнула, глядя на сердитую морду дракона.

— На себя посмотрите! Ледяная птица рядом с драконами! Высшие оборотни! Мягкотелые создания, лишь недавно узнавшие полет! И как вы уродились… такими… — это слово дракон буквально выплюнул.

— Ты что-то имеешь против людей и высших оборотней? — прошипел молчавший до этого момента Хайсен и чуть приоткрыл пасть. В приоткрытой пасти мелькнул багровый язык.

— Имею, — в тон ему ответил дракон; видимо, он был негласным предводителем. Остальные хранили молчание, но Наитель видела, как некоторые удивленно смотрели на предводителя и качали головами. Правда, кольцо окружения они не раскрыли и даже сжали его… — Имею, выродок!

Это слово стало сигналом к атаке. Гневно рявкнув что-то, Хайсен ринулся на дракона. Тот, не ожидавший столь резкой атаки, слегка попятился, но смог увернуться и ответить своим ударом. Наитель не стала смотреть на то, чем закончится этот поединок и также бросилась на своего противника.

Очень быстро слаженная драка «драконы против высших оборотней» переросла в обыкновенную свалку, когда все бьют всех. Наитель пришлось показать все свое мастерство, лишь чудом не впадая в транс. Что-то подсказывало ей, что не стоит этого делать… Она летела, вцеплялась в твердую чешую других драконов, изо всех сил колотила крыльями. Правда, чего она хотела, против кого сражалась, было непонятно. Об этом говорила ей человеческая часть сознания, сейчас надежно запрятанная куда-то в глубину. Неистовый дракон торжествовал…

Драка закончилась банальнейшим способом — в нее вмешалась третья сторона. Пяток старших драконов с легкостью утихомирили молодых, награждая их легкими укусами и буквально швыряя на землю. Эти воспитательные меры охладили пыл драчунов гораздо лучше воды. А легкие язычки пламени, задевающие чувствительную и тонкую перепонку, окончательно устранили всякое желание драться.

— Ну?.. — грозно спросил Тайрен и внимательно осмотрел провинившихся. А провинившихся было много — здесь собралась почти вся молодежь Драконовых гор. Оказавшаяся в первых рядах Наитель виновато съежилась под огненным взглядом учителя. Остальные драконы (и недраконы тоже) поддержали ее в хранении гробового молчания.

— Сколько раз вам было сказано?! — сердито прошипел крупный — больше Тайрена — дракон с чешуей нежно-синего цвета. — Сколько раз вы будете нарушать запрет?!

— Когда меня оскорбляют, я отвечаю! — вскинулся Хайсен. Тайрен смерил его гневным взглядом, заставив смущенно замолкнуть. Потом перевел глаза на того самого темно-зеленого дракона, который предводительствовал над другими драконами. Тот, не опуская взгляда глаз цвета весенней травы, пробормотал извинения, впрочем, явно неискренние. Тайрен вновь посмотрел на ученика своего друга.

— Когда тебя оскорбляют, не слушай! Понял?

— Д-да…

Старшие зашушукались, явно решая, что делать с непутевыми «чадами».

— Ладно… — сказала Нери. — Еще раз увидим… поняли?

Молодые драконы ответили нестройным гулом. Краем глаза Наитель заметила, как некоторые из них облегченно вздыхают и переглядываются между собой.

— Да так всегда бывает, — тихо шепнул ее стоящий рядом алый дракон. — Мы часто такие столкновения устраиваем… Ни разу на моей памяти не наказывали…

— Тебе придумать наказание, Гарат? — фыркнула Нери. — Индивидуальное, интересное… Хочешь?

Гарат фыркнул и попытался скрыться за спинами своих товарищей. Остальные драконы насмешливо за-рычали, явно смеясь над неудачливым сородичем.

— Свободны, — велел Тайрен. Наитель с большим облегчением расправила крылья и поспешила убраться с глаз учителя долой…

Глава 19

В одной из самых нижних пещер Пика Совета шли приготовления. Елена певуче выговаривала слова заклинаний, которые тонкими слоями ложились на пол, на стены и даже на потолок. Из рук главы Совета Рас вырывались то лучи ярко-багрового света, то россыпи золотистых звездочек, которые оседали на холодном камне. На секунду из трещины показалась и тут же скрылась еле различимая человеческому глазу тень, сплетенная из тонкого тумана. Елена усмехнулась — этого горного духа она знала уже давно, еще со времен ее собственного Испытания Кровью. Веселый старый чудак, обожающий подкарауливать в дальних пещерах молодых магических созданий, но никому никогда не причиняющий вреда. Он любил наблюдать за Испытаниями и всегда отгонял других непрошеных зрителей, далеко не таких безопасных, за что Елена была искренне ему благодарна.

«Завтра, Ариена-Елена?» — прошуршало у нее в голове. Елена кивнула, не забывая накладывать заклятье.

— Да. Я буду тебе благодарна…

«Без проблем. Сколько их будет?»

Елена задумалась.

— Четверо наших… Двое Огненных, Земной и Воздушный. И трое оборотней. Две Воздушные, один — Огненный.

«Оборотни? Хорошо… — он не удивился. Разумеется, дух давно знал, кто живет в его доме. — Но они слишком молоды…»

Елена поморщилась.

— Мне твердят это все! Но я возлагаю на них огромные надежды!

«Если говорят вся, значит, в их словах есть доля истины…»