/ / Language: Русский / Genre:sci_history,nonf_biography,prose_military, / Series: За линией фронта. Мемуары

Товарищи до конца. Воспоминания командиров панцергренадерского полка Дер Фюрер. 1938–1945

Отто Вайдингер

Эта книга – результат коллективного труда командиров панцер-гренадерского полка СС «Дер Фюрер», сформированного в Австрии весной 1938 года и закончившего свой путь в Германии 12 мая 1945 года, когда полку было объявлено об окончании военных действий и капитуляции вооруженных сил Германии на всех фронтах. На основе подлинных документов, включающих журналы боевых действий, личные дневники командиров и однополчан, приказы, схемы и картографические материалы, Отто Вайдингер – последний командир «Дер Фюрер» и автор-составитель этой книги – рассказал об участии полка в сражениях на театрах военных действий в Голландии, Бельгии, Франции, Югославии и России, во время наступления на Западном валу в Арденнах и Венгрии, а также в боях в Вене и Праге.

Отто Вайдингер

Товарищи до конца. Воспоминания командиров панцер-гренадерского полка «Дер Фюрер». 1938–1945

Предисловие

Предлагаемая вашему вниманию история полка представляет собой совместный труд всех четырех командиров полка, каждый из которых подготовил свой раздел самостоятельно или в рамках делового сотрудничества со своими однополчанами. Каждый из них описал боевые действия полка с той точки зрения, какой он придерживался на момент совершения этих действий, и настолько объективно, насколько это было возможно.

К сожалению, большинство подлинных журналов боевых действий полка было утеряно, что значительно усложнило работу над настоящим изданием. Воссоздание истории полка не может быть цельным, и объясняется это тем, что отдельные периоды были отображены исходя из самых разных предпосылок. Многое было записано по памяти, в то время как для описания других периодов использовались личные дневники однополчан, подлинные приказы, схемы и картографический материал.

Полк «Дер Фюрер» являлся важной составной частью панцер-гренадерской (моторизованной, с октября 1943 г. официально танковой, хотя и раньше по штату она соответствовала танковой дивизии. – Ред.) дивизии СС «Дас Рейх», которая с декабря 1943 года до середины апреля 1944 года сражалась на Восточном фронте (ошибка автора. Дивизия «Рейх» («Дас Рейх») на Востоке с июня 1941 г., с июля 1942 г. на Западе, с февраля 1943 г. на Востоке, с марта 1944 г. на Западе, в ноябре 1944 г. на пополнении, в декабре 1944 г. на Западе, в январе – феврале на отдыхе, с марта 1945 г. на Востоке. – Ред.) в рядах сухопутных войск, поэтому в историю полка был включен и материал о боевых действиях этого подразделения в указанный период.

Название «Дер Фюрер», которое было присвоено полку, следует понимать в рамках этой книги чисто исторически, так как его, как исторический факт, нельзя просто взять и вычеркнуть из истории. Уже во время войны в разговорной речи однополчан получило большое распространение сокращение «ДФ», и в этих записках главным образом будет употребляться именно оно.

История полка «ДФ» свидетельствует о тяжелых и кровопролитных сражениях, которые полк вел с 1939 по 1945 год на театрах военных действий в Голландии, Бельгии, Франции, Югославии и России во время наступления, на Западном валу, в Арденнах и Венгрии, а также о боях в Вене и Праге. Она рассказывает о победоносных наступательных операциях и тяжелых оборонительных боях, в которых полк принимал участие, а также о сокрушительных ответных ударах противника, о тяжелейших потерях, многодневном отступлении и о горьком конце. Невозможно точно подсчитать потери полка убитыми, ранеными и пропавшими без вести, так как все документы были утеряны или попали в руки союзников. Однако, опираясь на имеющиеся у нас записи, можно с определенной уверенностью сказать, что полк, насчитывавший по штату военного времени около 3 тысяч человек, был трижды или даже четырежды полностью обескровлен и должен был заново пополняться. По грубой, однако, очень осторожной оценке, это означает, что с 1939 по 1945 год полк «ДФ» потерял около 10 тысяч человек. Из них от 35 до 40 % – убитыми.

Боевое использование полка как составной части старейшей дивизии войск СС – 2-й танковой дивизии СС «Дас Рейх» (с октября 1943 г. до этого (с декабря 1940 г.) моторизованная дивизия, ранее (с ноября 1939 г.) дивизия СС особого назначения. – Ред.), – как и родственного полка СС «Дойчланд», а также других частей дивизии, всегда происходило в германской действующей армии наравне с другими обычными армейскими формированиями.

Повсюду, как в наступлении, так и в обороне, полк часто сражался бок о бок со старыми, испытанными в боях танковыми или панцер-гренадерскими (моторизованными) дивизиями сухопутных войск или батальонами парашютных двизий люфтваффе.

Сражаясь с ними плечом к плечу, мы знали, что всегда могли положиться друг на друга. Многие из нас нашли себе настоящих друзей в других подразделениях и частях. Нередко подразделения сухопутных войск воевали под командованием нашего полка, и, наоборот, наш полк часто подчинялся армейским дивизиям.

Из всего этого следует, что полк «ДФ» был исключительно полевым полком и всегда сражался на передовой. Его история свидетельствует о том, что бойцы фронтовых дивизий войск СС были обычными солдатами, которые всегда были готовы пожертвовать жизнью ради своего отечества и своего народа.

В заключение я хотел бы от имени моих фронтовых товарищей выразить признательность всем тем бывшим противникам, которые противостояли нам в честной и открытой борьбе, за их смелость и героизм.

Пусть Вторая мировая война останется последней великой битвой народов в истории человечества!

В этом желании мы едины со всеми настоящими солдатами – все равно, какой нации, – и надеемся, что эта история полка, ответственным редактором которой мне выпала честь стать, как его последнему командиру, явится важным вкладом в дело мира, правды и примирения!

Отто Вайдингер

Условные обозначения

А – армия

«АГ» – лейбштандарт «Адольф Гитлер» – дивизия СС

АК – армейский корпус

Арт. – артиллерийская (й)

бат. – батальон

Бв. – боевая

Б – бригада

Бв. – боевая (й)

Гв. – гвардейская (й)

Гр. – группа

«Г» – «Германия» – полк

«ГД» – «Гроссдойчланд»

Д – дивизия

Д-н – дивизион

«Д» – «Дойчланд» – полк войск СС

«ДР» – «Дас Рейх» – танковая дивизия СС

«ДФ» – «Дер Фюрер» – полк войск СС

Кв. – кавалерия, кавалерийская (й)

К – корпус

КП – командный пункт

Л – лыжный (полк, батальон)

Мех. – механизированная (й)

Мт. – моторизованная (й)

Мтц – мотоциклетный батальон дивизии СС «Рейх»

О – отдельный

ОН – особого назначения

Пех. – пехотная (й)

П – полк

ПТП – противотанковый полк

Р – рота

«Р» – «Рейх» – дивизия СС

Разв. – разведывательный

С – стрелковая (й)

Т – танковая (й)

«Т» – «Тотенкопф» – дивизия СС

Уд. – ударная (й)

Ус. – усиленный

Ш – штаб

Глава 1

Март 1938 года – первая половина июля 1941 года[1]

В конце марта 1938 года, несколько дней спустя после возвращения из похода в Австрию (в ходе аншлюса в марте 1938 г.) оберфюрер СС Георг Кепплер, командир 1-го батальона полка СС «Дойчланд», получил задание по формированию нового полка в Австрии, 3-го полка СС. В качестве мест расквартирования для этой новой части были предусмотрены: Вена – штаб полка и 1-й батальон; Грац – 2-й батальон; Клагенфурт – 3-й батальон.

С целью ускорения формирования полка и обучения личного состава было отдано распоряжение об откомандировании унтер-офицеров и офицеров из «Лейбштандарта» в Берлине, а также из полков «Дойчланд» и «Германия» из Мюнхена и Гамбурга. Благодаря австрийским органам власти в начале апреля 1938 года 1-й батальон получил в свое распоряжение казармы Радецкого в предместье Шмельц в Вене, а штаб полка – дом в переулке Копфгассе.

В Граце и Клагенфурте для 2-го батальона было арендовано здание санатория на курорте с термальными минеральными водами Тобельбад, расположенном в живописной местности. А для 3-го батальона в качестве временного пристанища была арендована одна из школ в Клагенфурте. С самого начала во всех трех городах планировалось в 1938 году начать строительство новых казарм. В течение 1938 года их действительно начали строить. Но, к сожалению, полк так никогда в них и не расположился. После того как началась война, запасной батальон полка размещался сначала в новой казарме «Шёнбрунн» в Вене, а в конце 1939 года он был переведен в новую казарму «Ветцельсдорф» в Граце.

Дальнейшую подготовительную работу взяли на себя вместе со своими рабочими штабами: в 1-м батальоне в Вене – штурмбаннфюрер СС Биттрих; во 2-м батальоне в Грац-Тобельбаде – гауптштурмфюрер СС Шольц; в 3-м батальоне в Клагенфурте – штурмбаннфюрер СС Вакерле.

В начале мая 1938 года в новые места расположения уже можно было вызывать кадровый состав из трех других полков. Под ярко-синим небом на фоне покрытых снегом вершин гор Караванке (горный хребет на границе Австрии и Словении, в описываемое автором время Югославии. – Ред.) командир полка приветствовал офицеров полка «Германия», прибывших из Гамбурга, первой реакцией которых было утверждение «Гамбург остается Гамбургом». Однако этот костяк нашего формируемого полка сумел на удивление быстро обжиться на новом месте и образовал сплоченную команду с молодыми солдатами из Штирии, Вены, Тироля, Каринтии и Судетской области.

Комплектование полка осуществлялось исключительно из добровольцев, которых оказалось так много, что, несмотря на строгий отбор, скорое формирование полка было гарантировано. Юных солдат этого нового австрийского полка повсюду в Австрии все слои населения встречали с «распростертыми объятиями». С большим воодушевлением молодые люди стремились к тому, чтобы им разрешили вступить в ряды именно этого полка. Отбор кандидатов и призыв на военную службу осуществлялся в Вене на специально созданном призывном пункте под руководством гауптштурмфюрера СС Штикдорна в тесном сотрудничестве с командованием полка и батальона.

Наряду с основательной боевой подготовкой большое значение придавалось прежде всего строевой подготовке, что должно было позволить полку принять участие в партийном съезде в Нюрнберге в сентябре 1938 года. От участия в этом съезде командир полка ожидал получить большую психологическую пользу. Одновременно необходимо было отдать должное австрийскому складу ума новобранцев, что должно было пробудить и развить качественно высокие солдатские способности молодых австрийцев. Сознательно было решено отказаться от приказного тона в сфере политработы с личным составом. Вместо этого упор был сделан на демонстрацию высоких воинских достижений австрийского народа и армии в прошлом. Командир полка придерживался мнения, что для формирования у этих молодых людей солдатского характера важнее всего было выдвигать на передний план именно такие исторические моменты вместо устаревших школьных понятий. Благодаря этому удалось добиться решающего успеха. В души новобранцев было заложено плодотворное зерно образцового солдатского духа, который вдохновлял этот полк до последнего часа его существования и помог преодолеть трудности послевоенного периода в тесном товариществе и крепкой солдатской дружбе!

8 апреля 1938 года в Линце 3-му полку СС было присвоено почетное название «Дер Фюрер».

По случаю партийного съезда 1938 года полку были вручены штандарты и знамена. Растущее гордое, здоровое чувство собственного достоинства светилось в глазах юных солдат, когда они – уже с полковыми нашивками на левом рукаве – маршировали по улицам Нюрнберга под звуки марша «Принц Ойген» (т. е. Евгений Савойский (1663–1736), австрийский фельдмаршал и генералиссимус; по оценке Наполеона, один из семи величайших полководцев в истории (вместе с Александром Македонским, Ганнибалом, Цезарем, Густавом II Адольфом, Тюренном и Фридрихом II). – Ред.). Их повсюду приветствовали ликующие толпы народа, как 1-й австрийский полк, особо выделявшийся своей образцовой дисциплиной и выправкой.

Вступление в Судетскую область

После возвращения из Нюрнберга главное внимание в обучении новобранцев уделялось боевой подготовке в ночных и дневных условиях. Незадолго до вступления полка в Судетскую область в полк с инспекторской проверкой прибыл генерал пехоты Киниц, командовавший войсками, расквартированными в Вене. Он проверял боевую подготовку как отдельных бойцов, так и подразделений, вплоть до роты.

Результаты проверки оказались в высшей степени убедительными. Подготовка полка заслужила полнейшее одобрение. Тем временем начался ввод войск в Судетскую область. (Результат Мюнхенского сговора Англии и Франции с Гитлером – Чехословакии, имевшей прекрасно вооруженную миллионную армию и гарантии силовой поддержки со стороны СССР, не дали возможности обороняться, заставив принять условия Гитлера. – Ред.) В большой спешке от каждого батальона было выделено по три боеспособных роты с тяжелым вооружением и направлены вместе с частями полковых подразделений в район южнее Цнайма (город Зноймо в Чехии близ границы с Австрией. – Ред.), где они были подчинены Венской армейской дивизии под командованием генерал-лейтенанта Шуберта. Особую благодарность заслужил при подготовке и проведении этой трудной операции начальник штаба армейского корпуса в Вене, в то время полковник, а позднее генерал-полковник Рендулич, который оказывал полку ценную поддержку при устранении возникавших трудностей.

1 октября 1938 года начался поход полка «Дер Фюрер» из района сбора под местечком Цветтль в Нижней Австрии в направлении Цнайма. Для проведения разведки в нашем распоряжении было всего лишь несколько дней; сообщения о контрмерах чешских войск на границе были крайне скудными. Тем не менее их продолжительная подготовка к закрытию границы позволяла сделать вывод, что продвижение может сопровождаться определенными трудностями. Тем радостнее было воспринято сообщение о том, что чешское правительство отдало приказ оставить Судетскую область без сопротивления. Таким образом, марш проходил без каких-либо значительных инцидентов, и немецкое население Судетской области повсюду бурно приветствовало наш полк. После непродолжительного пребывания в районе Цнайма полк вернулся назад в места своей постоянной дислокации.

Вступление в Чехословакию

Были усилены боевая подготовка и обучение оказанию первой медицинской помощи. Реорганизация полка при переходе от использования конных упряжек к полной моторизации не была связана с непреодолимыми трудностями, которые в первую очередь возникали при ускоренной подготовке инструкторов по вождению, технического персонала и водителей и которые объяснялись недостаточным опытом вождения. Благодаря активному сотрудничеству и самоотверженности всех офицеров, унтер-офицеров и рядовых поставленные цели были достигнуты. В начале марта 1939 года полк был готов к моторизованному применению, хотя у него и не было опыта в организации моторизованных маршей и в моторизованном ведении боевых действий.

В это время полк был включен в операционный план сухопутных войск. В случае оккупации Чехословакии полк должен был, двигаясь с юга, занять город Пресбург (Братислава). (Еще до н. э. на месте Братиславы возник римский укрепленный лагерь Посониум, в Y в. здесь поселились славянские племена и возник г. Преслов, в IX в. одна из крупных крепостей Великоморавского княжества, в 907 г. захвачен венграми и назывался Пожань, с XIII в. назывался Пресбург (из-за немецкой колонизации). В 1541–1784 гг. резиденция венгерских королей и архиепископов. С 1918 г. в составе Чехословакии (как главный город Словакии), возвращено имя Братислава. С 1993 г. столица суверенной Словакии. – Ред.)

В ночь с 14 на 15 марта 1939 года полку было приказано занять исходную позицию в районе под Брук-ан-дер-Лайта. Первые подразделения полка уже собрались там, когда командир полка «Дер Фюрер» получил приказ явиться в штаб корпуса в Вене. Генерал Киниц проинформировал командира полка о том, что было решено отказаться от плана занять Пресбург с юга, так как на этом направлении ожидалось сильное сопротивление чехов. Теперь полк «ДФ» получил приказ на рассвете 15 марта перейти чешскую границу к востоку от Гензерндорфа (северо-восточнее Вены), прорваться через Малые Карпаты до Бёзинга (Пезинок) и там блокировать долину реки Ваг от района восточнее Пресбурга на юге до района восточнее Яблоницы на севере. Один батальон полка было приказано передать в распоряжение армейской дивизии, которая наступала севернее. Но прежде надо было проверить мост через реку Марх (Морава. – Ред.) к востоку от Гензерндорфа, чтобы узнать, выдержит ли он тяжелые грузовики полка.

Теперь надо было в первую очередь остановить марш полка «ДФ» в направлении Брук-ан-дер-Лайта и направить полк по новому маршруту через Вену в направлении Гензерндорфа. Эти довольно трудные для моторизованной части маневры были чрезвычайно осложнены неожиданно разыгравшейся сильной метелью, которая покрыла дороги гладким как зеркало льдом. Первый батальон полка «ДФ» был выдвинут вперед и передан армейской дивизии, действующей севернее. Несмотря на возникшие трудности и препятствия, эта перегруппировка прошла без происшествий.

На рассвете 15 марта полк собрался согласно приказу в районе Гензерндорфа. Сильные сомнения вызывала разведка относительно грузоподъемности старинного моста через реку Марх. Но он оказался неповрежденным и охранялся незначительными силами. Сначала погода благоприятствовала продвижению вперед. Но у подножия Малых Карпат снова пошел сильный снег. В самих горах толщина снежного покрова достигала полуметра. В Бёзинге командир полка «ДФ» получил донесение, что из нескольких сотен полковых автомобилей только один потерпел небольшую аварию. Молодые водители сумели успешно преодолеть покрытые снегом горные серпантины Малых Карпат. В середине дня 15 марта была отправлена радиограмма о том, что пункт назначения достигнут.

17 марта главнокомандующий сухопутными войсками, генерал-полковник фон Браухич, сообщил по радио о своем прибытии в расположение полка. Он не побоялся долгого пути через Малые Карпаты, чтобы лично засвидетельствовать полку свою особую признательность – поскольку «ДФ» оказался единственной частью действовавшего в этом районе корпуса, которая сумела достигнуть предписанного приказом пункта назначения. Это было значительным достижением для молодого полка, совершившего моторизованный марш в труднейших условиях горной местности.

В Праге – Западный вал – войска СС

В мае 1939 года полк «ДФ» был передислоцирован на армейский учебный полигон «Гросс-Борн» в Померании. Весь путь до места назначения полк прошел моторизованным маршем через Силезию. Это снова оказалось большим событием для молодых парней с дальних хуторов альпийских горных долин! Как же велика была их радость и удивление, когда молодые солдаты впервые в своей жизни увидели ветряные мельницы и аистов.

На полигоне «Гросс-Борн» все время было посвящено углублению и закреплению полученных в процессе обучения навыков. Одиночная подготовка и подготовка в составе соединения, часто с применением боевых патронов, во взаимодействии со всеми видами тяжелого оружия позволила добиться такого уровня обучения личного состава, который был сравним с подготовкой солдат рейхсвера. Именно здесь была заложена основа будущих успехов полка «Дер Фюрер».

Вслед за этим, где-то в конце июня 1939 года полк был переброшен для несения караульной службы в Прагу, в Протекторат Богемии (Чехия) и Моравии (обрубок Чехословакии, образовавшийся после отторжения Судетской области Германией, Тешинского округа Польшей, Закарпатья и юга Словакии Венгрией, а также выделения из состава Чехословакии марионеточного государства Словакия. Оккупирован немцами в марте 1939 г., после чего и получил это название. – Ред.). Солдаты полка несли караульную службу в городском районе Праги Градчани и важнейших административных зданиях протектората. Сердца солдат наполнялись гордостью, когда каждый день в полдень три роты полка маршировали под звуки оркестра по улицам Праги для смены караула.

В то время как в Чехословакии постепенно воцарилось внешнее спокойствие, события в Польше вызывали беспокойство у каждого немца. Поэтому, услышав сообщение о заключении 23 августа 1939 года германо-советского пакта о ненападении, все в полку почувствовали облегчение. Все рассчитывали на то, что благоразумие и здравый смысл восторжествуют. Однако эти надежды оказались напрасными.

1 сентября 1939 года польскому правительству было передано заявление об объявлении войны. (Война уже началась – в 4:45 немецкая авиация нанесла удары по аэродромам, транспортным узлам, экономическим и административным центрам Польши, а сухопутная армия перешла в наступление. Подобный способ «объявления войны» позже немцы применяли не раз – в Скандинавии, на Балканском п-ове и, в предельно наглом виде (без предъявления каких-либо, как в предыдущих случаях, претензий), при нападении 22 июня 1941 г. на СССР. – Ред.) Решение правительства Германии легло тяжким бременем на плечи немецкого народа, который по глубокому внутреннему убеждению чувствовал себя совершенно свободным от какой бы то ни было вины за такое развитие событий. Осознавая серьезность момента, народ покорился своей неизбежной судьбе.

Личный состав полка, естественно, настаивал на том, чтобы не оставаться в стороне от великих событий. Так что нельзя было не заметить определенное разочарование, охватившее всех, когда пришел приказ, согласно которому полк должен был оставаться в Праге, где ему дополнительно поручалась охрана вокзалов, мостов и туннелей. Международное положение, а вместе с ним политическое и военное положение Германии еще больше обострилось с объявлением войны Англией и Францией. Мудро предвидя дальнейшее развитие событий, было решено начать ускоренное возведение вдоль германо-французской и германо-бельгийской границы Западного вала. Все имевшиеся в наличии воинские формирования, не занятые в Польской кампании, были срочно направлены на Западный вал, так как создание оборонительных укреплений здесь еще не было закончено. Прежде всего, здесь не хватало моторизованных соединений в качестве подвижного резерва для контрнаступления.

В середине сентября 1939 года, двигаясь форсированным маршем, полк достиг района города Вальдкирх в Шварцвальде. В качестве моторизованного резерва полк подчинялся занимавшей позиции на южном участке Западного вала 7-й армии под командованием генерала Дольмана. Все наше время было занято разведкой, разработкой различных вариантов ведения боя и отработкой их на картах во время штабных учений, а также изучением оборонительных укреплений Западного вала. Большое впечатление на население Шварцвальда произвела дисциплина, царившая в полку, и выправка его солдат. Многие девушки из Шварцвальда сочетались узами брака с воинами полка.

Тем временем Польская кампания была успешно завершена. Создание германского вермахта было продолжено с учетом опыта, полученного в Польше. Были сформированы первые моторизованные и танковые дивизии (например, имевшиеся к началу войны 1, 2, 3 и 4-я легкие дивизии были переоборудованы соответственно в 6, 7, 8 и 9-я танковые дивизии. – Ред.). Для полка «Дер Фюрер», как и для других полков СС, теперь начинался новый, важнейший этап развития. На заседании рейхстага было объявлено о создании «моторизованной дивизии войск СС». Здесь впервые было сформулировано это понятие, которому в дальнейшем было суждено приобрести такое глубокое, судьбоносное значение!

В рамках данной полковой истории нет места для подробного обсуждения принципиального, вызывающего частые споры вопроса о целесообразности и необходимости создания войск СС. Но для того чтобы понять истинное положение дел, следует заявить, что солдаты войск СС, и особенно полка «Дер Фюрер», никогда не считали себя какими-то особыми формированиями или гвардией. Все ощущали себя обычными немецкими солдатами. Как каждый воин сухопутных войск, военно-морских сил (кригсмарине) и военно-воздушных сил (люфтваффе), так и солдаты войск СС осознавали свои обязательства по отношению к своему народу и отечеству в это трудное время. Солдаты войск СС всегда сознательно не участвовали в этих дискуссиях. Они никогда не видели в войсках СС ничего другого, кроме как неотъемлемую часть германского вермахта, структура которого, формирование, вооружение, денежное содержание, обеспечение и, прежде всего, задачи в мирное и военное время были точно такими же, как и у формирований СС или, позднее, у войск СС.

Во время боевого использования дивизии войск СС всегда подчинялись исключительно армейскому командованию, приказы которого выполнялись в боевом содружестве с армейскими соединениями.

Поэтому можно понять, что в результате такого тесного взаимодействия и благодаря одинаковой направленности целей и задач имело место большое сходство между войсками СС и армейскими формированиями. Этому развитию не помешали даже оторванные от жизни и от армейской действительности приказы рейхсфюрера СС Гиммлера, который, осознавая, что теряет былое влияние, тщетно пытался наладить взаимодействие с войсками СС. О том, насколько далеко зашла эта внутренняя разобщенность, наиболее выразительно свидетельствует тот факт, что в 1942 и 1943 годах Гиммлер по личной инициативе предлагал Гитлеру изъять полевые формирования войск СС из рамок СС и включить их в качестве четвертого рода войск в германский вермахт. К сожалению, несмотря на всю его правильность и целесообразность, это предложение не было принято. А ведь в противном случае можно было бы избежать множества несчастий и недоразумений.

Впервые эту мысль Гиммлер высказал в сентябре 1940 года, выступая перед офицерами СС во время посещения войск в Голландии. Это высказывание вызвало позднее оживленную дискуссию в окружении фюрера.

В начале октября 1939 года полк «Дер Фюрер» был освобожден от несения службы на Западном валу и передислоцирован на бывший чешский армейский полигон Брды восточнее Пльзеня. Полк «Дер Фюрер» вместе с полками «Дойчланд» и «Германия», разведывательным и саперным батальонами и батальоном связи был объединен в дивизию СС особого назначения под командованием группенфюрера (генерал-лейтенанта) СС Пауля Хауссера. Одновременно были сформированы штаб дивизии, 1-й артиллерийский полк войск СС, подразделения и части снабжения дивизии и прочие подразделения, входящие в состав дивизии. Так возникла 1-я дивизия войск СС.

Служба на полигоне Брды позволила углубить одиночную подготовку бойцов. Здесь же продолжилось обучение пополнения унтер-офицеров и была организована боевая подготовка подразделений в полевых условиях, что позволило им приобрести бесценный опыт.

В декабре 1939 года дивизия СС особого назначения получила приказ передать армии усиленный полк. Во исполнение этого приказа был выделен полк «Дер Фюрер» с подчиненными ему артиллерийским батальоном под командованием гауптштурмфюрера СС Эрспенмюллера (погиб 24 мая 1940 года), саперной ротой и службой тыла. Моторизованным маршем усиленный полк «ДФ» передислоцировался в район города Даттельн (Северная Рейн-Вестфалия) и поступил в подчинение 10-го армейского корпуса вермахта под командованием генерала артиллерии Хансена. Полк был включен в состав 207-й пехотной дивизии вермахта, которой командовал генерал-лейтенант фон Тидеман.

В это время в полку проводились занятия с бойцами по ведению боевых действий в суровых зимних условиях и по форсированию рек. Для офицеров были организованы штабные игры на картах, многие новобранцы закончили обучение на курсах унтер-офицеров. Эти курсы унтер-офицеров позволили подготовить в полку «ДФ» такой резерв младшего командного состава, который к началу Западной кампании в три раза превышал его потребности. В это же время полк получил первое пополнение из запасного батальона, который к тому времени размещался в новой только что построенной казарме «Ветцельсдорф» в Граце.

Западная кампания 1940 года

Когда Франция вышла победителем из войны 1914–1918 годов, она посчитала, что сможет с минимальными потерями надолго удержать эту позицию. Французское понимание безопасности было традиционным и нашло свое выражение в создании линии Мажино, основой которой были гигантские оборонительные сооружения.

Такими же соображениями руководствовались и Бельгия с Голландией, так что в конце концов по ту сторону западной германской границы возникли сплошные укрепрайоны, протянувшиеся от пролива Па-де-Кале до швейцарской границы. Напротив этих укреплений Германский рейх построил, как уже упоминалось, Западный вал. Это было сделано не из-за неуверенности в своих силах, а исключительно руководствуясь военно-географическим положением страны и из-за опасения войны на два фронта.

С началом в сентябре 1939 года войны армии западных государств не собирались отсиживаться за своими оборонительными сооружениями, напротив, под прикрытием линии Мажино они готовили вторжение в германский промышленный район на берегах Рейна и Рура. Эти своевременно разгаданные руководством Германии намерения вызвали вынужденные ответные меры со стороны Третьего рейха.

К этим мерам относилась и передислокация в Вестфалию усиленного полка «ДФ». Незадолго до начала Западной кампании полк был выдвинут из района города Даттельн в район города Бохольт (у границы с Нидерландами).

10 мая 1940 года началась Западная кампания, которая по своему планированию и проведению вошла в военную историю и навсегда останется в ней как «молниеносная война» – блицкриг – с применением самых современных боевых средств. Для усиленного моторизованного полка «ДФ» война началась с вторжения в Северную Голландию в составе 18-й армии под командованием генерала артиллерии фон Кюхлера, в группе армий «Б» под командованием генерал-полковника фон Бока.

Это стремительное наступление 18-й армии в Голландии и на севере Бельгии сорвало подготовленный союзниками план ударить по 6-й армии группы армий фон Бока, наступавшей южнее, в Бельгии, сильным франко-английским северным флангом. Тем самым оно обеспечило успех германского главного удара на Центральном фронте.

Боевое использование полка в Северной Голландии в период с 10 по 14 мая 1940 года

9 мая 1940 года усиленный полк «Дер Фюрер» получил приказ об объявлении тревоги. В ночь на 10 мая полк выдвинулся на исходную позицию в район Эльтена (у самой границы, северо-западнее Эммериха). 2-й батальон «ДФ», усиленный одним взводом 13-й роты и одним взводом 14-й роты «ДФ», был передан в качестве моторизованного передового отряда в распоряжение 368-го пехотного полка (командир генерал-майор фон Остеррайх, награжденный прусским орденом «За заслуги») и занял исходную позицию у населенного пункта Анхоль.

10 мая в 5:35 занимавшие на голландской границе исходную позицию штурмовые группы прорвались вперед, разгромили голландские пограничные отряды и продвинулись до Бабберика, первой намеченной цели наступления. Сопротивление голландских пограничников было незначительным, а там, где оно возникало, его быстро подавляли, часто с помощью одних только ручных гранат. Много времени занимало устранение многочисленных заграждений, особенно на дорогах.

3-й батальон «ДФ», в качестве передового ударного батальона, получил задание реквизировать все имеющиеся у населения велосипеды и ускоренным темпом продвигаться к мосту под Арнемом, чтобы предотвратить его взрыв. Одновременно в сторону Арнема двинулся бронепоезд, приданный 207-й пехотной дивизии. Но прежде чем он успел доехать до моста через реку Иссель (в пределах Нидерландов Ауде-Эйссел. – Ред.), мост был взорван. Несмотря на многочисленные заграждения на дорогах, передовые части 3-го батальона «ДФ» в 7:20 уже достигли реки Ауде-Эйссел восточнее Арнема.

В 8:30 3-й батальон «ДФ» получил приказ занять исходные позиции для форсирования реки Ауде-Эйссел. Для его поддержки на позицию выдвинулись 2-й дивизион артиллерийского полка дивизии СС особого назначения и приданная ему тяжелая батарея (256-го пехотного полка). Вооруженные тяжелым оружием бойцы полка «ДФ» вместе с артиллеристами взяли под обстрел позиции противника на северном берегу реки Ауде-Эйссел и особенно находившийся напротив моста форт «Вестервоорт». Только при такой огневой поддержке стало возможным выдвижение на передовую противотанковых пушек и пулеметов для стрельбы по амбразурам вражеских укреплений, а также для рекогносцировки мест, удобных для переправы через Ауде-Эйссел, и подготовки надувных лодок и понтонов. Сами возможности переправы оказались крайне неблагоприятными. На той стороне реки предстояло преодолеть около 300 метров открытого пространства. На противоположном берегу Ауде-Эйссела, ширина которого в этом месте составляла около 150 метров, были установлены усиленные проволочные заграждения. Весь берег находился под интенсивным огнем противника, как с фронта, так и с флангов.

После того как часть огневых точек противника была подавлена, начало атаки было назначено на 11:00 после короткого огневого налета из всех видов оружия. Несмотря на массированный огонь противника с флангов, штурмовые ударные группы вместе с саперами энергично бросились вперед. Переправа на надувных лодках прошла успешно; в 11:15 уже были прорезаны первые проходы в проволочных заграждениях на противоположном берегу Ауде-Эйссела. Волны атакующих бойцов следовали одна за другой, и уже в 12:15 личный состав 3-го батальона «ДФ» переправился на другой берег. После короткого, но ожесточенного боя с применением холодного оружия и ручных гранат форт «Вестервоорт» и огневые позиции противника, находившиеся напротив переправ, были захвачены.

В этом бою особенно отличился обершарфюрер (фельдфебель) СС Кепплингер из 11-й роты полка «ДФ». Обершарфюрер СС Кепплингер со своей штурмовой группой еще до переправы 3-го батальона «ДФ» стремительной атакой первым прорвался под интенсивным огнем противника через взорванный мост на противоположный берег Ауде-Эйссела и атаковал форт «Вестервоорт». Он заставил гарнизон форта сдаться и тем самым способствовал успешному наступлению 3-го батальона, захватившего форт, что позволило полку «ДФ» быстро продвинуться вперед. За этот смелый, решительный поступок, а также за другие отважные действия обершарфюрер СС Кепплингер первым из унтер-офицеров войск СС был награжден Рыцарским крестом, и одновременно за проявленный героизм в боях с врагом ему было присвоено звание унтерштурмфюрера (лейтенанта) СС. При штурме линии Греббе (оборонительная линия между р. Ваал на юге и заливом Зёйдер-Зе (Эйсселмер) на севере. – Ред.) он был тяжело ранен. Летом 1944 года Кепплингер, уже в звании штурмбаннфюрера (майора) СС, не вернулся из разведывательной вылазки в Нормандии.

Голландский комендант захваченного форта «Вестервоорт» попросил командира полка «Дер Фюрер», оберфюрера СС Кепплера, оставить ему шпагу, которая когда-то была вручена его отцу за храбрость во время колониальных войн Голландии. Оберфюрер СС Кепплер согласился выполнить его просьбу.

Кепплер пишет:

«Я считаю, что моя прямая обязанность перед полком и всеми однополчанами уделить особое внимание такой славной странице в истории полка, как бои в Голландии, в которых полк прошел свое первое тяжелое боевое крещение. Выжившие и павшие в боях товарищи заслужили своей храбростью и отвагой вечную память в наших сердцах.

Вскоре после переправы первых частей полка через реку Иссель в расположение полка прибыл командующий 10-м армейским корпусом генерал Хансен со своим начальником штаба полковником Гаузе. Он хотел уже здесь на месте недавних боев выразить мне свою признательность за достигнутые полком успехи, в ответ я заявил, что горжусь своими бойцами и лишь хотел бы и в дальнейшем получать подкрепление из Австрии.

Еще во время Западной кампании полевая почта доставила мне письмо из Австрии – если я не ошибаюсь, из Штирии – письмо от отца одного из моих солдат, погибшего в боях на Исселе. В этом письме отец писал, как тяжело он переживал смерть своего сына и что только осознание того, что его сын пал в боях за Германию, помогло смягчить эту боль. Он особо подчеркнул, что для него и для Австрии наибольшей похвалой явились мои слова об австрийских воинах, прозвучавшие в разговоре с генералом Хансеном, о которых ему сообщил друг его павшего сына, случайно услышавший их. Меня глубоко тронуло письмо этого славного простого австрийца».

Смело продвигаясь вперед, 3-й батальон полка «ДФ», во главе с командиром штурмбаннфюрером СС Вакерле (позже погиб на Восточном фронте, командуя полком в танковой дивизии «Викинг») ворвался в город Арнем. Энергично подавляя всякое сопротивление, 3-й батальон быстро достиг поставленной цели, западной окраины Арнема.

Плотный фланговый огонь противника сильно мешал переправе через Ауде-Эйссел с его быстрым течением. Срочно брошенные в бой штурмовые группы устранили эту угрозу. После этого смогли переправиться подразделения с тяжелым пехотным оружием и рота стр ел к о в – м ото ц и к л исто в, которые присоединились к 3-му батальону «ДФ». Саперы быстро разминировали дороги, по которым проходило наступление. Бойцы приданного полку армейского понтонномостового парка, трудясь без устали, к 16:30 навели мост, выдерживающий нагрузку до 8 тонн.

Тем временем для большей маневренности 3-й батальон пересел в Арнеме на велосипеды и вместе с взводами 15-й роты двинулся из Арнема в направлении Вагенингена. Помимо многочисленных огневых налетов противника, прежде всего из непросматриваемой местности с правого фланга, 3-й батальон столкнулся с сильным сопротивлением под Хилсумом. Быстрая огневая поддержка из тяжелого оружия во взаимодействии с другими ротами заставила замолчать и этого противника. В Ренкюме 3-й батальон снова натолкнулся на сильно укрепленные вражеские позиции. Хорошо оборудованные пулеметные гнезда на опушке леса западнее Ренкюма и прицельный артиллерийский огонь противника со стороны линии Греббе нанесли 3-му батальону ощутимые потери. В результате разведки, проведенной бойцами 15-й роты, удалось обнаружить крупные силы противника на правом фланге под городом Эде и восточнее его. Правый фланг полка «ДФ» был полностью открыт, так как части 207-й пехотной дивизии сильно отстали.

Все подразделения полка, которые тем временем перешли реку по временному мосту под Арнемом, в 20:30, выставив усиленное охранение, расположились на ночлег с 10 на 11 мая 1940 года в районе Ренкюма и западнее его. Таким образом, первый боевой день полка закончился полным успехом. Полку удалось не только за короткое время пересечь границу и быстро форсировать Ауде-Эйссел, но и в тот же вечер со всеми своими подразделениями прорваться к передовым позициям линии Греббе. Здесь интересно привести высказывание попавшего в плен коменданта форта «Вестервоорт»: «Голландское армейское руководство твердо рассчитывало на то, что позиции на реке Ауде-Эйссел можно будет удерживать не менее трех дней».

Полк «ДФ» прорвал эти позиции уже через четыре часа после вступления в бой первых штурмовых групп.

На рассвете 11 мая выдвинутая вперед разведка установила, что ночью противник оставил свои позиции в лесу западнее Ренкюма. Чтобы скрыть эти передвижения своих войск, противник всю ночь вел беглый артиллерийский огонь по району вокруг Ренкюма, а в утренние часы подверг этот район сильному огневому налету из легких и тяжелых орудий.

Развернувшись для наступления, с усиленной 15-й ротой впереди, 1-й батальон справа, 3-й батальон слева и 2-й батальон позади него, полк начал атаку на город Вагенинген. Нам снова удалось в результате решительного, энергичного наступления быстро отбросить противника. Мощные заграждения на улицах и минные поля замедляли наше продвижение по городу Вагенинген. Шаг за шагом наши роты с боем продвигались вперед. Снова и снова противник встречал нас плотным огнем из окон домов, из-за деревьев и живых изгородей, поддерживаемый прицельным артиллерийским огнем. Однако в 11:00 город был в наших руках. На него обрушился интенсивный артиллерийский огонь противника из тяжелых орудий, что привело к многочисленным пожарам и почти полному разрушению центра города.

Около полудня командир полка «Дер Фюрер», находившийся со своим штабом на западной окраине Вагенингена, получил приказ подготовиться к атаке на линию Греббе.

1-й батальон «ДФ» расположился справа, 3-й находился слева, их разделяло шоссе Вагенинген – Греббе. 2-й артиллерийский дивизион занял позицию на юго-восточной окраине Вагенингена. Кроме того, для поддержки атаки полка «ДФ» из состава 207-го артиллерийского полка 207-й пехотной дивизии был выделен еще один артиллерийский дивизион, который занял позицию восточнее Вагенингена. 2-й батальон полка «ДФ» находился в резерве и располагался восточнее Вагенингена.

Закончив подготовку, полк начал левым флангом атаку на линию Греббе в предписанном боевом порядке. Вопреки донесениям нашей разведки, выдвинутые вперед позиции противника восточнее собственно оборонительной линии Греббе оказались более сильными, чем предполагалось. Голландцы сражались исключительно смело, так как здесь оборонялись лучшие части голландских колониальных войск. Сопротивлению противника благоприятствовала и сама местность с хорошо оборудованными стационарными боевыми позициями. Большую поддержку голландцам оказывал и постоянно корректируемый плотный артиллерийский огонь.

Местность, на которой велся бой, во многих местах пересекали живые изгороди, ряды деревьев и заборы, что чрезвычайно затрудняло обзор. Голландцы умело использовали баррикады и заграждения из поваленных деревьев на дорогах, которые мы преодолевали с большим трудом. Так начались необычайно упорные, жестокие схватки, исход которых часто решался только в рукопашном бою с применением холодного оружия. 2-й артиллерийский дивизион, выделенный по просьбе полка 207-й пехотной дивизией, который поддержал его своим огнем только после обеда, не смог значительно облегчить наступление. Как и прежде, основная тяжесть боя легла на пехоту. С упорством и ожесточением гренадеры бесстрашно вгрызались в оборонительные порядки противника, медленно, метр за метром, продвигаясь вперед. Опорные пункты голландцев пали один за другим.

В 19:00 передовые группы 3-го батальона находились уже в 600 метрах от собственно линии Греббе. И 1-й батальон, который наступал севернее шоссе, своим левым флангом находился на одной линии с 3-м батальоном, в то время как его правый фланг сильно отстал. Он сильно пострадал от лобового и флангового огня противника. Батальон постоянно нес потери из-за огня противника с линии Греббе и с возвышавшейся над полем боя высоты Греббе. Но больше всего он пострадал от многочисленных снайперов, засевших в кронах деревьев и за живыми изгородями, которые смогли продержаться еще около трех дней.

После очередного сосредоточения огня передовым взводам 3-го батальона к 21:00 удалось продвинуться к подножию высоты Греббе. Однако все попытки еще этим же вечером форсировать водную преграду потерпели неудачу из-за слишком плотного огня обороняющегося противника из всех видов оружия. Поэтому было невозможно использовать надувные лодки для переправы через канал Греббе.

Ввиду такого положения командир полка «Дер Фюрер» принял решение уже в ночь на 12 мая под покровом темноты форсировать канал Греббе и ворваться на высоту Греббе. Для этой цели 2-й батальон выдвинулся из района Вагенинген – Буитенваарден и приготовился к атаке слева от 3-го батальона. Были выполнены все необходимые приготовления для ночной атаки. Эта атака южного склона высоты Греббе должна была выполняться силами 2-го и 3-го батальонов, в то время как 1-й батальон, продвигаясь севернее шоссе Вагенинген – Греббе, должен был одновременно предпринять отвлекающую атаку восточной стороны высоты Греббе.

Однако 12 мая, примерно в 3:00, пришлось окончательно отказаться от такой ночной атаки, так как непрерывный прицельный огонь противника не позволял нашим подразделениям приблизиться к каналу Греббе. При свете постоянно взлетающих сигнальных ракет невозможно было организовать скрытную переправу войск. Поэтому командир полка «Дер Фюрер» приказал основным силам 2-го и 3-го батальонов отойти на исходные позиции и отдыхать, выставив усиленное охранение.

Хотя 11 мая прорвать оборону на линии Греббе не удалось, этот день закончился для молодого полка вполне успешно, так как он с тяжелыми боями все же сумел прорваться к линии Греббе. Этого успеха полк сумел добиться в первую очередь благодаря отваге каждого солдата, унтер-офицера и офицера полка, которые, не боясь опасности, сломили сопротивление врага.

Ввиду боев, которые предстояло провести 12 мая, командир полка «ДФ» пришел к убеждению, что атака на высоту Греббе невозможна без мощной артподготовки. Договоренность об этом была достигнута еще ночью с 207-й пехотной дивизией, которая обещала выделить для этой цели три легких и два тяжелых артиллерийских дивизиона. Полк планировал начать атаку на высоту Греббе рано утром 12 мая. Однако из-за опоздания артиллерийских дивизионов, которые частично передвигались на конной тяге, и из-за трудностей пристрелки артподготовка смогла начаться только в 14:00. Сначала артиллеристами командовал командир артиллерии 207-й пехотной дивизии, а затем командование взял на себя командир артиллерии 10-го армейского корпуса.

Тем временем полк приготовился к атаке и вместе со своими штурмовыми группами и отделениями саперов занял исходные позиции. Первым атаковать предстояло 3-му батальону, который должен был прорваться на запад. За ним следовал 2-й батальон для прорыва на северо-запад. 1-й батальон оставался в резерве, располагаясь севернее шоссе. Ударом по линии долговременных огневых сооружений противника на северо-западе он должен был развить успех атак 2-го и 3-го батальонов. Первой целью атаки полка был находившийся у подножия высоты Греббе у шоссе Вагенинген – Греббе хорошо укрепленный форт и расположенные по обе стороны от него позиции противника. Второй целью являлась сама высота Греббе, а третьей и на сегодняшний день последней целью была железнодорожная линия восточнее Ренена.

По согласованию с командиром артиллеристов начало атаки было назначено на 14:20. После последнего огневого удара артиллерии вперед устремились штурмовые группы 9-й и 12-й рот, за которыми последовали ударные группы саперов 16-й роты с надувными лодками и всем необходимым для переправы. Несмотря на плотный огонь со стороны вражеских позиций, огневые точки которых не были подавлены во время артобстрела, и на усиливающийся огонь с флангов, некоторым передовым штурмовым группам удалось с ходу форсировать канал Греббе и закрепиться на позициях форта, гарнизон которого был уничтожен в ожесточенном рукопашном бою. С подходом остальных подразделений 3-го батальона начался бой в глубине обороны противника вдоль линии Греббе, многие оборонительные сооружения которой не были повреждены во время артналета.

Голландцы защищались отчаянно, однако победа была на нашей стороне. И на этот раз мы добились успеха благодаря нашему несгибаемому наступательному духу и сокрушительному атакующему порыву. Только благодаря этому нам удалось прорвать первую оборонительную позицию линии Греббе и приступить затем к штурму высоты. Штурм был произведен 2-м батальоном, который продвигался вперед справа от 3-го батальона, и 3-м батальоном, который продолжил свое наступление на запад. Это наступление по крутому, поросшему лесом восточному склону стратегической высоты, который голландцы защищали с чрезвычайным упорством, было особенно кровопролитным. Но уже никто не мог остановить наши неудержимо рвущиеся вперед роты. Именно в этом бою наиболее ярко проявился массовый героизм и отвага наших бойцов. В 19:00 в штаб 207-й дивизии поступило донесение, что высота Греббе занята полком «Дер Фюрер».

Для дальнейшего наступления на запад по направлению к железнодорожной линии восточнее Ренена требовалось занять новое исходное положение, так как голландцы сумели закрепиться на новых, хорошо покрытых проволочными заграждениями позициях в лесистой местности в 2 километрах восточнее Ренена. Многочисленные атаки на эти вражеские позиции были отбиты плотным огнем противника.

Тем временем 1-й батальон атаковал хорошо укрепленную вражескую линию долговременных огневых сооружений вдоль берега канала Греббе северо-восточнее высоты. Эта атака увенчалась успехом лишь благодаря упорству штурмовых групп, продвигавшихся от одного дота к другому. Но она не смогла принести облегчение батальону, наступавшему на высоту Греббе, так как из-за высокой эффективности вражеского огня с позиций третьей линии обороны на северном склоне высоты батальон продвигался вперед очень медленно. Для продолжения наступления и для отражения многочисленных контратак противника 2-му и 3-му батальонам требовалось тяжелое пехотное оружие. Однако его можно было доставить только после сооружения временного моста через канал Греббе вместо взорванного шлюзового моста. И здесь особой признательности заслуживают саперы полка и приданного полку 1-го саперного батальона СС, которые под интенсивным артиллерийским огнем противника сумели выполнить задание, проявив при этом немалое бесстрашие и хладнокровие.

В 20:00 на высоту Греббе прибыл командир 1-го батальона 322-го пехотного полка, направленного на помощь полку «Дер Фюрер». Поскольку его батальон должен был подойти к высоте около 22:00, то командир полка «ДФ» приказал командиру своего 3-го батальона в 22:00 продолжить наступление вдоль шоссе Греббе – Ренен и расширить плацдарм до железнодорожной насыпи восточнее Ренена.

Командир 1-го батальона 322-го пехотного полка получил приказ со своим батальоном закрыть возникшую при этом брешь между позициями 2-го и 3-го батальонов «ДФ». В 23:00 3-й батальон во главе со своим командиром снова начал атаку и в ходе стремительного наступления в рукопашном бою с применением ручных гранат захватил шесть голландских орудий. В 24:00 согласно приказу батальон достиг железнодорожной линии восточнее Ренена.

Из-за темноты 1-й батальон 322-го пехотного полка заблудился в лесистой местности и не смог выполнить приказ и закрыть брешь между 2-м и 3-м батальонами «ДФ». Брошенная вперед ввиду сложившегося положения 15-я рота «ДФ» тоже не смогла закрыть ее, так как в это время голландцы успели выслать подкрепление и снова заняли лесной массив. Таким образом, значительные силы 3-го батальона и 15-й роты оказались отрезанными. Следует отметить, что эти отрезанные от основных сил полка подразделения во главе с командиром 3-го батальона, который к тому времени был уже дважды ранен, держали оборону против превосходящих сил противника на участке железнодорожной линии восточнее Ренена. Несмотря на многочисленные контратаки противника, они сумели удержать свои позиции, пока 13 мая передовые части 322-го пехотного полка не подошли к железнодорожной линии.

В ночь с 12 на 13 мая командование 207-й дивизии приказало, чтобы 322-й пехотный полк 13 мая продолжал наступление с высоты Греббе на запад через Ренен, в то время как полку «Дер Фюрер» было приказано силами 1-го и 2-го батальонов атаковать хорошо укрепленные вражеские позиции на северо-западном участке линии Греббе.

13 мая 1940 года. Рано утром 13 мая, во исполнение полученного приказа, полк начал атаку на вражескую линию долговременных огневых сооружений на северном склоне высоты Греббе и на цепи холмов северо-западнее от нее.

1-й батальон наступал справа, 2-й батальон – слева. Они должны были смять фронт противника ударами с юго-востока на северо-запад. Голландцы все еще продолжали оказывать ожесточенное сопротивление, однако блиндаж за блиндажом, дот за дотом падали под неудержимым напором атакующих рот 1-го и 2-го батальонов и сражавшихся в первых рядах штурмовых групп.

В 11:00 было захвачено почти полтора километра вражеских позиций. В этот момент было решено временно приостановить дальнейшее наступление полка, так как многочисленные попытки 322-го пехотного полка прорваться со стороны высоты Греббе на запад потерпели неудачу, и у нас не было сил, чтобы прикрыть открытый на протяжении полутора километров левый фланг полка «Дер Фюрер».

После того как к полудню атака 322-го пехотного полка, впервые поддержанная пикирующими бомбардировщиками, удалась и полк продвинулся на запад, полк «ДФ» продолжил свое наступление на линию Греббе. В 19:00 в руках полка был последний дот, находившийся перед районом затопления. И в этих боях молодые бойцы отличились своим решительным хладнокровием, когда из-за нехватки боеприпасов бросались на штурм дотов с гранатами и холодным оружием в руках.

Из-за того, что к вечеру атака 322-го пехотного полка на железнодорожную линию восточнее Ренена снова захлебнулась, командир полка «ДФ» приказал 2-му батальону силами усиленной разведроты ударить с севера в спину занимавшего позиции под Рененом противника, чтобы тем самым ослабить сопротивление врага 322-му пехотному полку. Кроме того, по просьбе командования 207-й дивизии 322-му пехотному полку был передан взвод бронемашин, с помощью которого в 22:00 была проведена успешная атака горящего после артобстрела Ренена.

14 мая 1940 года. 2-й батальон был передислоцирован в район в 10 километрах северо-западнее Ренена. Он получил приказ прикрывать правый фланг 207-й пехотной дивизии, наступившей через Амеронген на Дорн, от возможных вражеских контратак со стороны линии Греббе под городом Венендал и севернее его. Остаток дня для полка прошел в незначительных стычках с противником. Вечером без боя капитулировал Утрехт.

15 мая 1940 года. В 5:00 в полк поступил приказ немедленно приготовиться к моторизованному маршу. Командующий 10-м армейским корпусом, генерал Хансен тем временем остановил продвижение 207-й пехотной дивизии и распорядился, чтобы полк «Дер Фюрер» возглавил вступление войск в Голландию как первый полк, форсировавший Иссель, и как полк, прорвавший линию Греббе. В 10:00 полк отправился маршем из Амеронгена через Утрехт и Амстердам в Харлем, где он взял на себя охрану побережья под Эймёйденом и Зандвортом. Уже утром 16 мая полк был выведен из состава 10-го армейского корпуса и направлен для дальнейшего использования в Северной Франции в качестве усиления дивизии СС.

Резюме

Полку СС «Дер Фюрер» противостояли на линии Греббе две голландские дивизии, которые, главным образом, были укомплектованы подразделениями из лучших голландских колониальных войск. Голландцы защищались смело и стойко и, за исключением отдельных случаев, воевали подобающим образом. Нечестным было, например, такое поведение, когда над дотами вывешивались белые флаги, после чего наши штурмовые группы попадали под фланговый огонь из заранее подготовленных укрытий. Потери голландцев были, по-видимому, большими. Только пленными наш полк взял около 5 тысяч человек.

Поведение всех офицеров, унтер-офицеров и рядовых бойцов полка в бою было выше всяких похвал. При первой удобной возможности, даже в самых трудных ситуациях они демонстрировали отвагу и, когда надо, непоколебимое хладнокровие. Только благодаря этому полк сумел добиться такого большого успеха в Голландии. Этот успех выражался прежде всего в том, что только благодаря прорыву полка вся Северная Голландия капитулировала уже через четыре дня после начала боевых действий. По высказываниям многих пленных голландских офицеров, армейское руководство Голландии твердо рассчитывало на то, что оборона на линии Греббе продлится не менее двух с половиной месяцев. Полк «Дер Фюрер» прорвал ее уже через три дня после пересечения границы.

Потери полка во время боев в Голландии составили: 118 убитыми (из них 7 офицеров), 231 ранеными (из них 10 офицеров) и 15 пропавшими без вести.

О том, как высоко оценил достижения полка и его решающий вклад в общий успех операции командир 10-го армейского корпуса генерал Хансен, лучше всего свидетельствует то, что при выводе нашего полка из состава его корпуса он вызвал меня к себе в Гаагу. Генерал попрощался со мной самым сердечным образом и дал указание передать мне большую часть Железных крестов 2-го и 1-го класса, чтобы незамедлительно и как знак его благодарности наградить наиболее отличившихся бойцов полка. Я особо отметил это доказательство человеческого и солдатского величия прежде всего по той причине, что это дало мне возможность лично наградить Железными крестами 2-го или 1-го класса раненого оберштурмбаннфюрера СС Вакерле и некоторых других раненых бойцов полка во время посещения госпиталя в Арнеме.

Усиленный полк отправился из Харлема моторизованным маршем через Амстердам – Арнем – Клеве – Венло– Маастрихт в Бельгию. Полк дважды пересек Маас, первый раз под городом Юи и второй раз в районе города Живе. В начале ночи 17 мая 1940 года полк прибыл в расположение дивизии СС особого назначения под бельгийским городом Марьенбур, которой он теперь снова был подчинен.

Тем временем операции на Западе развивались таким образом, что после прорыва группы армий «А» фон Рунштедта, и прежде всего танковой группы фон Клейста Мажино, сильные танковые соединения под командованием генерала Гудериана при поддержке самолетов люфтваффе преодолели Арденны, а затем через Седан и Аррас прорвались до Кале. Тем самым все находившиеся севернее соединения французской армии, бельгийская армия и весь британский экспедиционный корпус оказались отрезанными и были лишены своих оперативных баз.

Теперь было необходимо обеспечить безопасность открытых флангов вырвавшихся вперед германских танковых соединений, чтобы закрепить достигнутый успех. Для этой цели были стянуты все моторизованные соединения, среди них и дивизия СС особого назначения.

Из-за сильных заторов на дорогах полк продвигался вперед в последующие дни и ночи с большим трудом. Примерно 21 мая он прибыл в район канала Эр-ла-Басе, пройдя через Ирсон и Гюиз, севернее Сен-Кантена и южнее Арраса, затем повернув на север через Обиньи-ан-Артуа.

Отрезанные от основных сил, попавшие в котел во Фландрии соединения французов, англичан и бельгийцев отчаянно отбивались от успешных немецких атак с востока и северо-востока. Район южнее Ипра снова, как и в Первой мировой войне, стал ареной ожесточенных, кровопролитных боев, где немецкие войска натолкнулись на стойкое сопротивление и были остановлены. Вследствие этого 22 мая полк получил приказ подготовиться к маршу для атаки на этот район с запада, чтобы открыть путь через эти обильно политые кровью рубежи атакующим с востока германским войскам. Но полк не успел приступить к выполнению этого приказа, так как сразу после обеда немецким войскам удалось занять этот район ударом с востока.

Вместо этого 23 мая 1940 года полк получил приказ по удержанию двадцатипятикилометрового участка на реке Лис и канале Эр-ла-Басе южнее Армантьера и Байёля. Полк действовал в составе 41-го танкового корпуса под командованием генерала Рейнхардта. Давление окруженных вражеских сил на север и на юг становилось все сильнее. Едва 9-я рота полка успела выдвинуться в район Байёля для охраны имевшихся там важных переправ, как в ночь с 23 на 24 мая ей пришлось отражать внезапную танковую атаку противника. Так окруженные вражеские войска пытались с боем прорваться на юг. Ввиду незначительной численности наших сил и благодаря внезапности ночной атаки врагу удалось силами пехотного батальона при поддержке пятидесяти танков прорвать нашу оборону и смять 9-ю роту.

И снова хорошо проявил себя отличившийся ранее в бою за высоту Греббе гауптштурмфюрер СС Хармель, который сумел продержаться до тех пор, пока командир 3-го батальона «ДФ», гауптштурмфюрер СС Кумм, лично не возглавил контратаку своего батальона вместе с резервом 9-й роты при поддержке пулеметного взвода 12-й роты и противотанкового взвода 14-й роты. Менее чем за час в бою под Сент-Илером было подожжено тринадцать вражеских танков и взято в плен около пятисот человек. Однако основная масса вражеских танков атаковала не здесь, а севернее, в районе городка Эр-сюр-ла-Лис. Здесь они натолкнулись на 7-ю роту под командованием смелого и осмотрительного гауптштурмфюрера СС Лингнера.

В ходе упорного рукопашного боя и боев на улицах городка 7-й роте удалось не только остановить прорыв врага, но и уничтожить все без исключения вражеские танки и взять в плен их экипажи. Когда обеспокоенный сложившимся положением генерал Рейнхардт поспешил на командный пункт полка, то еще до обеда 24 мая ему было доложено о полном провале попытки вражеского прорыва. И в этих боях, в которых полк впервые вступил в боевое соприкосновение с вражескими танками, смелость и мужество всех офицеров, унтер-офицеров и рядовых полка заслуживают наивысшей похвалы. С удивительным хладнокровием они подбивали танки врага прямой наводкой или связкой гранат или же смело запрыгивали на стальную громаду, открывали люки и забрасывали внутрь гранаты.

Но опасность была окончательно устранена только после атаки полка через реку Лис под городком Эр-сюр-ла-Лис для создания плацдарма на северном берегу, причем в этом бою полку впервые противостояли английские войска.

27 и 28 мая последовали тяжелые бои в районе леса Ньеп за переправу через реку Лис. Если в самом начале атака развивалась вполне успешно, то вскоре сопротивление противника, поддерживаемое точным артиллерийским огнем, усилилось. Кроме того, наступлению мешала заболоченная, лесистая местность с множеством глубоких траншей. Отборные английские части, которые здесь нередко стояли по грудь в болотной жиже, отчаянно защищали каждую пядь земли, сражаясь до последнего солдата. Так же мужественно сражались и бойцы полка «ДФ», метр за метром продвигаясь вперед. Часто лишь в ожесточенном рукопашном бою удавалось сломить сопротивление противника. К вечеру этого дня подразделения полка вплотную подошли к каналу.

Ночь на 28 мая прошла в тяжелых ночных стычках, в которых противник, пользуясь отставанием наших соседей (справа полк «Германия», слева 6-я танковая дивизия), пытался ударами по открытым флангам заставить наш полк оставить лесистый участок, завоеванный в ожесточенном бою. Но полк отбил все эти атаки. В то же время проведенная полком рано утром 28 мая атака с целью захвата переправы через реку Лис натолкнулась на такое ожесточенное сопротивление противника, получившего ночью значительное подкрепление, что она захлебнулась под плотным артиллерийским огнем врага.

Только после повторной артподготовки и занятия исходного положения полку удалось после полудня 28 мая форсировать. Однако дальнейшему наступлению мешало яростное сопротивление врага в сложных условиях лесистой местности. Тяжелый бой продолжался до самого вечера. И только после того, как с помощью успевшего переправиться противотанкового батальона удалось уничтожить значительное число вражеских танков, сопротивление противника начало ослабевать и в конце концов закончилось беспорядочным отступлением по всей линии фронта.

Лесной массив Ньеп был нами занят, а британский экспедиционный корпус отступил в сторону Дюнкерка. Полк продолжил развивать наступление через Азбрук, однако в районе Каселя получил приказ остановиться. С высоты Каселя нам казалось, что Дюнкерк лежит перед нами в непосредственной близости, однако странный приказ, запретивший дальнейшее наступление, позволил англичанам эвакуировать в Англию остатки своего экспедиционного корпуса, бросив на берегу все вооружение и боеприпасы.

Из-за большой скученности немецких войск, наступавших на побережье с юга и востока, после нескольких дней долгожданного отдыха 2 июня 1940 года полк был отведен в составе дивизии СС особого назначения в район юго-восточнее Арраса. Здесь он занял исходное положение для наступления на остатки французской армии, занявшей оборону на линии Вейгана, южнее позиций немецких войск, прорвавшихся к Ла-Маншу.

Дивизия СС особого назначения входила в состав 16-го корпуса 6-й армии, которой командовал фон Рейхенау. Новое наступление началось 5 июня 1940 года. Дивизия СС особого назначения наступала во втором эшелоне. 7 июня полк форсировал Сомму и в ночь с 7 на 8 июня, пройдя вдоль открытого фланга противника, ударил ему в спину. Из завязавшегося боя с «цветным» (колониальным) французским полком наш полк был выведен и заменен на армейский пехотный полк (чтобы «расово чистые» эсэсовцы «не марали руки», сражаясь с неграми. – Ред.).

Дивизия СС особого назначения продолжила наступление, продвигаясь через реку Авр на Мондидье – Компьень, при этом справа наступал полк «Дер Фюрер», а слева – полк «Дойчланд». Первой целью наступления полка был городок Гербиньи на Авре. Здесь на выгодной для него местности противник сосредоточил такие мощные силы, что в ходе ожесточенных боев 8 и 9 июня, несмотря на поддержку атаки полком «Дойчланд», нашему полку так и не удалось форсировать Авр. Назначенная на 10 июня новая атака с одновременным обходным маневром и атакой силами 2-го батальона «ДФ» с запада не состоялась. Для поддержки прорыва танковой группы Гудериана восточнее в Шампани потребовалось вывести дивизию СС особого назначения в качестве мобильного соединения из этого района боевых действий и заменить ее 33-й пехотной дивизией сухопутных войск. Но сначала дивизия СС особого назначения была отведена в район севернее Сен-Кантена, где полк получил пополнение из запасного батальона.

Но уже 13 июня дивизия СС особого назначения была переведена в подчинение 14-го танкового корпуса фон Витерсгейма из танковой группы фон Клейста для совершения моторизованного марша через Суасон, реку Марну под Шато-Тьерри и Сену под Ромийи-сюр-Сен. Этот марш в летнюю жару под палящим солнцем по дорогам Шампани, покрытым мельчайшей белой пылью, не забудет никто из его участников. Плюс ко всем трудностям совершенно неясное расположение войск противника, что требовало постоянного ведения глубокой разведки во избежание неожиданных стычек. Первое же сопротивление противника южнее Ромийи-сюр-Сен 16 июня 1940 года было быстро подавлено.

Казалось, что тяжелее будет развиваться бой 17 июня под городком Лень. Но сила сопротивления и этих французских войск, отступавших от линии Мажино на запад под ударами нашей южной группы армий «Ц», которой командовал фон Лееб, оказалась настолько подорвана, что они сдались уже после первой серьезной атаки. Они даже не сумели задействовать дивизион тяжелых орудий, который вместе с боеприпасами и большим числом пленных стал легкой добычей нашего полка.

Последний свой бой полк провел 18 июня 1940 года в районе города Кульмьеле-Сек, занятом сильной вражеской группировкой. И снова после налета нескольких пикирующих бомбардировщиков бой быстро закончился. Бойцы полка взяли большое число пленных и захватили богатые трофеи. В то время как полк вел этот бой, маршал Петен обратился с речью к французскому народу, в которой он объявил о капитуляции армии. Французские пленные, услышав это, бурно ликовали и со словами camarade пытались брататься с нашими бойцами. Затем полк совершил моторизованный марш по западной части плато Лангр через Отен в Ле-Крёзо, старую оружейную кузницу Франции. Но и здесь полку посчастливилось передохнуть всего лишь несколько дней.

Уже 21 июня 1940 года полк выступил в путь по маршруту Отен – Монтаржи – Орлеан – Тур – Пуатье – Ангулем– Бордо, совершая ежедневно длительные моторизованные марши – последний составил около 380 километров задень. Наконец, вечером 26 июня полк прибыл на всемирно известный курорт Биарриц на берегу Бискайского залива.

По пути туда мы разоружали встречавшиеся нам на пути остатки французской армии. Многочисленных иностранцев (англичан, американцев и т. д.), которые нашли пристанище в огромных отелях Биаррица, спасаясь от тягот войны, и которых ошеломило внезапное появление нашего полка, было приказано не трогать. Перед полком была поставлена задача по обеспечению порядка на побережье Бискайского залива и охране учрежденной после капитуляции Франции демаркационной линии, которая разделила страну на оккупированную и свободную зоны.

Поздним вечером 26 июня 3-й батальон «ДФ» выдвинулся в изрезанные ущельями Пиренеи до франко-испанской границы, где он отметил победу над Францией вместе с ликующими испанскими солдатами. Именно эти незабываемые впечатления наряду с сильным прибоем Атлантического океана и незнакомым ландшафтом Пиренейских гор позволили всем бойцам полка в эти редкие дни отдыха и раздумий проникнуться величием успеха блицкрига против Франции.

Краткие выдержки из журнала боевых действий 3-й и 6-й рот полка «Дер Фюрер» с 9 мая 1940 года по 25 июня 1940 года (типичные для всех рот полка)

3-я рота полка «ДФ»:

09.05.1940 года. Приказ об объявлении тревоги и выступление боевым составом в количестве 3 офицеров, 21 унтер-офицера и 140 гренадеров.

11.05.1940 года. Первое боестолкновение с противником. В 10:28 первым из роты погибает штурман СС Райнер из 9-го отделения, наступивший на мину на шоссе Вагенинген – Беннекен. 1-й взвод под командованием оберштурмфюрера СС Данца захватывает, несмотря на ожесточенное сопротивление, первый дот противника. Сильный артиллерийский огонь. 3-й взвод занимает дот № 45. Голландцы активно защищаются, особенно на боевых позициях № 41, 42, 44 и 49. Плотность огня вражеской артиллерии возрастает, после захвата дота № 43 взято около 350 пленных. В ночные часы сосредоточены все пулеметы 1-го батальона «ДФ», чтобы обеспечить огневую поддержку 2-му батальону «ДФ» при форсировании шлюзов.

В первый день боевых действий в 3-й роте погибли: штурманы СС Райнер, Крассер и Вагнер, а также гренадеры Швамменшнайдер и Шефер. Были ранены: унтершарфюреры СС Вилле, Випперман, Иммерфоль, Штурм и Шёнляйтнер, а также роттенфюрер СС Танних и штурман Кар. Гренадер Дирнхофер пропал без вести.

13.05.1940 года. 1-й батальон «ДФ» занимает исходную позицию во рву Греббе, он должен взять позиции противника в 2 километрах западнее рва. Направление атаки на Хорст, начало атаки в 12:30. Предварительный налет пикирующих бомбардировщиков на вражеские доты. Несмотря на вывешенные белые флаги, гарнизоны дотов открывают огонь по бойцам 3-й роты «ДФ». Здесь был убит командир роты, гауптштурмфюрер СС Бойзен-Шмидт, шедший в атаку во главе роты. Погиб также унтершарфюрер СС Холланд. Оберштурмфюрер СС Данц берет на себя командование 3-й ротой, которой поручено прикрывать 1-й батальон «ДФ» в районе дота № 58. Ночью наши позиции подверглись артиллерийскому обстрелу противника.

15.05.1940 года. Сообщение о капитуляции Нидерландов поступило в роту в 22:30, в тот же день командование ротой взял на себя оберштурмфюрер СС Брандль.

18.05.1940 года. За проявленную храбрость в боях с врагом и особые заслуги звание унтершарфюрера СС было присвоено: роттенфюрерам СС Энгельпуцендеру, Майндлю, Каммляйтнеру, Энгелю, Танниху и Праклю, а также штурману СС Брукмозеру.

23.05.1940 года. Тревога в 5:25: 2-я рота «ДФ» отрезана. После проведения разведки и занятия исходной позиции 3-я рота атакует в 12:30 Витерне и силами 2-го взвода быстро занимает северную окраину городка. 2-й взвод стоит у Керна и метр за метром с боем продвигается по улицам занятого врагом городка. Роттенфюрер СС Котгассер погибает здесь в результате прямого попадания в голову. 1 – й батальон «ДФ» продолжает наступление на город Эр-сюр-ла-Лис, где 2-я рота «ДФ» все еще продолжает вести тяжелый оборонительный бой. После разведки 3-я рота наступает на Исберг, и в 19:30 рота атакует Ла-Рупи и окапывается возле железнодорожной насыпи.

27.05.1940 года. Начиная от канала Эр-ла-Басе 3-я рота атакует через мост под Исбергом и следует за 2-й ротой «ДФ», получив задание соединиться с левым флангом полка «Германия». Со стороны Танне сильный пулеметный и оружейный огонь по атакующим бойцам 3-й роты. Рота быстро продвигается вперед, и следующей целью атаки становится шоссе Морбек – Хверскерк. Прочесывается Буа-де’Амон, 1-й взвод продвигается вперед до опушки леса под Ле-Туке в Буа-Мойен. Находившаяся здесь батарея противника была атакована и уничтожена.

28.05.1940 года. Начало атаки в 9:20, рота занимает часовню в Ле-Парк. На Рю-де-Мортс 2-й взвод натыкается на вражеские танки. В Буа-де-Ваш происходит перестроение роты. По роте ведется артиллерийский огонь. На Рю-де-Мортс из состава 3-й роты погибли: унтершарфюрер СС Ридель, роттенфюреры СС Пуц, Дуринковиц и Дисль, а также гренадер Клингеман (скончался 28 мая 1940 года в городе Эр-сюр-ла-Лис). Унтерштурмфюрер СС Хармс берет на себя командование 3-й ротой «ДФ», после того как были ранены оберштурмфюреры СС Брандль и Данц и еще 13 унтершарфюреров СС и рядовых. Около 18:00 3-я рота «ДФ» вышла к ручью Бурра в Буа-д’Аваль и окопалась.

30.05.1940 года. Обершарфюрер СС Леке и штурман Грюнеберг награждены Железным крестом 2-го класса. (А. Леке погиб 11 марта 1944 года в России под Шепетовкой (Западная Украина) в чине гауптштурмфюрера СС, командуя 1-м батальоном «ДФ». Он относился к числу самых смелых и популярных офицеров полка «ДФ». 10 декабря 1943 года А. Леке был награжден Рыцарским крестом.)

05.06.1940 года. Оберштурмфюрер СС Гюнстер берет на себя командование 3-й ротой «ДФ», а штабешарфюрером становится обершарфюрер СС Краусхофер.

06.06.1940 года. После постоянной готовности к наступлению и ежедневной полной боевой готовности последних дней в 15:00 получен приказ к выступлению: 1-й батальон «ДФ» марширует в авангарде. Боевой порядок: авангард:

1 противотанковая пушка, 1 взвод 1-го батальона «ДФ», 1 взвод 4-й роты «ДФ», 1 взвод 13-й роты «ДФ», полвзвода ПВО, 1 противотанковая пушка; основная часть полка:

1 противотанковая пушка, 1 взвод ПВО, 1-я рота «ДФ», штаб 1-го батальона «ДФ», остаток 13-й роты «ДФ», остаток 14-й роты «ДФ», 3-я рота «ДФ», остаток 4-й роты «ДФ»; маршрут: Андкур – Буллекур – Экюст-Сен-Майн – Мори– Гинши – Фойере – Шольн – Фокюкур.

07.06.1940 года. В 12:00 3-я рота подошла к местечку Эрш, и 1-й взвод очистил населенный пункт. В Гербиньи 1-я рота «ДФ» наткнулась на врага, занимавшего хорошо оборудованные позиции. Она собиралась достичь переправы через ручей. После занятия новой исходной позиции примерно в 15:00 нанесен огневой удар из всего тяжелого пехотного оружия по Гербиньи. Цель атаки для 3-й роты район ручья на восточной окраине Гербиньи. Используя штурмовые группы и помощь саперов, 3-я рота «ДФ» стремительно продвигается вперед, выходит на восточную окраину Гербиньи и занимает южную опушку леса. В течение ночи, прошедшей без особых происшествий, рота несет здесь боевое охранение.

08.06.1940 года. Штурмовая группа 2-го взвода захватывает развилку дороги на Мондидье, и в 7:00 1-й взвод врывается в город и занимает мост. Саперы убирают заграждения. В 12:05 продолжение атаки на запад и в 15:00 удар по Буа-де-Гербиньи силами трех рот: 2-я рота «ДФ» слева, 3-я рота «ДФ» в центре и 1-я рота «ДФ» справа. 2-й взвод 3-й роты проникает в лес и выходит к шоссе на Лижнире. Противник засел на хорошо укрепленных, замаскированных позициях. Атака развивается медленно. Во время боя в лесу под Гербиньи в 3-й роте погибли: унтершарфюрер СС Майндль, роттенфюрер СС Виндгрубер и гренадер Эггер. Также ранены два унтершарфюрера СС и четыре бойца.

09.06.1940 года. Примерно в 6:00 армейские пехотные подразделения сменяют 3-ю роту на ее позициях. 1-й батальон «ДФ» собирается на шоссе Гербиньи – Бушуар и садится на машины.

10.06–16. 06.1940 года. При страшной жаре 1-й батальон «ДФ» движется в составе полка по провинции Шампань и 16 июня прибывает в населенный пункт Ориньи-ле-Сек. В 12:00 поступает приказ 1-му батальону:

1. Враг отступает в полном беспорядке по всему фронту, очевидно за Луару. Следует ожидать, что отступающие с северо-востока вражеские колонны, обходя с обеих сторон Труа, 16 июня наткнутся на дивизию СС особого назначения.

План Верховного командования заключается в том, чтобы остановить отступающего противника, отрезать вражеские войска, находящиеся восточнее, и уничтожить их.

2-я армия, находящаяся слева от дивизии СС особого назначения, будет наступать на Аррас в направлении на Ромийи-сюр-Сен – Труа.

Танковая группа фон Клейста, наступающая в южном направлении, должна помешать врагу ускользнуть между Дижоном и швейцарской границей. 16-й армейский корпус, находящийся на левом фланге от группы фон Клейста, наступает на Дижон по направлению на Осер – Тоннер. 13-я пехотная дивизия наступает на Тоннер перед дивизией СС особого назначения.

2. Полк прибывает 16 июня в район Шеси – Ванбри– Лe-Борд – Ле-Кудр-Давре.

3. 1-й батальон «ДФ» выступает в качестве маршевого эшелона 5, сбор на шоссе Орвиль – Сен-Флуа. Маршрут: Бельвиль – Бруней – Сен-Пьер – Сен-Жюльен – Фонван– Бьюпи – Гран-Шар – Вошасси – Жаверно – Сен-Фаль– Шамуа до Ароля. Выступление в 14:30. Еще до достижения пункта назначения следующий приказ 1-му батальону «ДФ»:

1. В некоторых деревнях враг еще оказывает незначительное сопротивление.

2. 17 июня дивизия СС особого назначения продолжает наступление с полком «Дер Фюрер» справа и полком «Дойчланд» слева.

3. Маршрут: Вилон – Молнес – Крюзи-ле-Шатель – Нисе – Лень.

4. Порядок движения прежний.

5. В 5:45 1-й батальон «ДФ» стоит на пути следования, готовый к маршу.

17.06.1940 года. Во время наступательного марша авангардом захвачено большое число пленных. До сих пор нам не встречалось сильное сопротивление противника. Около 10:00 1-й батальон «ДФ» вошел в Нисе. 1-й батальон должен наступать отсюда в направлении Гризеля, чтобы уничтожить силы врага, которые движутся ему навстречу. Начавшаяся атака остановлена, так как вражеские войска сдались.

25.06.1940 года. В палаточном лагере под Вивонном 3-я рота «ДФ» получает сообщение о капитуляции Франции.

В журнале боевых действий 6-й роты «ДФ» во время боев на Западе были сделаны следующие записи (в выдержках):

23.05.1940 года. В 6:00 рота поднята по тревоге командиром батальона. Приказ: в Блесси противник внезапно атаковал с юга части батальона (в основном подразделения обоза) и 2-й дивизион артиллерийского полка СС, нанеся удар в спину. В настоящее время продолжается отражение атаки противника на Блесси. 6-й роте «ДФ» надлежит немедленно выдвинуться в Блесси для подкрепления.

Вместе со штабным взводом, отделением станковых пулеметов и 2-м взводом рота выдвигается на западную окраину Блесси. Шум боя подсказывает направление движения. В городе идет ожесточенная перестрелка. Противник сумел ворваться в южную часть города и взорвал несколько артиллерийских тягачей. Мы занимаем исходную позицию для атаки. Как по заказу, внезапно появляется наш 1-й взвод. В результате неожиданной атаки враг отброшен назад. Противник понес большие потери. У нас лишь легко ранен унтершарфюрер СС Кубат. В связи с этим ранением он получил отпуск с поездкой на родину.

27.05.1940 года. В 17:00 поступает приказ от командира батальона: крупное подразделение противника не дает 5-й роте «ДФ» развить атаку на юго-западную окраину Морбека. 6-я рота должна немедленно начать атаку на Морбек и захватить его.

Рота наступает на город силами двух взводов: 1-й взвод продвигается южнее шоссе, а 2-й взвод – севернее. 3-й взвод получает задание атакой с юга зажать противника в тиски и подавить его сопротивление. Нас встречает плотный оборонительный огонь из пулеметов, винтовок и противотанковых ружей. В бой включается вражеская артиллерия. Из-за каждого угла раздаются пулеметные очереди. После огневой поддержки нашей артиллерии мы вскакиваем и бегом врываемся в городок.

Раздаются взрывы ручных гранат, англичане падают на землю, многие спасаются бегством. У нас всех только одна мысль: скорее ворваться в городок и выбить оттуда англичан. Задыхаясь от быстрого бега, мы оказываемся на противоположной стороне городка. Приказ выполнен. Поступают донесения: обершарфюрер СС Прокш, командир 2-го взвода, тяжело ранен, обершарфюрер СС Каспар, командир 3-го взвода, погиб, унтершарфюрер СС Коглер ранен, Шарингер, Дерлер, Хофбауер, Хайнце, Коллер и Шрайнер ранены. Пратес и Зибер погибли…

28.05.1940 года. В Буа-д’Аваль: прицельный огонь вражеской артиллерии. Унтерштурмфюрер СС Хайнц Вернер (позднее командир 10-й роты «ДФ» и командир 3-го батальона «ДФ»), сейчас командир 1-го взвода, легко ранен, остается со своим взводом. Достигнув населенного пункта Сек-Буа, мы окапываемся. Штурмовая группа Кёрбиссера выходит вперед на разведку, возвращается с 80 пленными англичанами…

Во время Западной кампании 1940 года смелые боевые действия 6-й роты были отмечены пятьюдесятью Железными крестами 2-го класса. Были вручены четыре Железных креста 1-го класса, сорок два бойца роты были награждены пехотным штурмовым значком. Гауптшарфюрер СС Хайгер и обершарфюрер СС Эггер получили Крест за боевые заслуги 2-го класса. В послесловии к журналу боевых действий, которое в 1940 году получили все бывшие бойцы 6-й роты «ДФ», командир роты, гауптштурмфюрер СС Альберт, пишет в память о пятнадцати павших товарищах:

«Вам, родителям и женам наших павших товарищей, посвящается эта книга, задуманная как скромный знак нашей благодарности, которую мы выражаем вашим сыновьям за их верную дружбу и героическую смерть!

Для вас, бойцов 6-й роты, она должна стать живым напоминанием о достойных гордости боевых буднях и выполнении святого воинского долга!»

В официальном сообщении от 22 августа 1940 года действия полка «Дер Фюрер» были прокомментированы следующим образом:

«Полк войск СС под командованием оберфюрера СС Георга Кепплера оказался единственным пехотным полком в составе армейского корпуса, которому удалось осуществить прорыв через линию Греббе.

Быстрота его действий имела далекоидущие оперативные последствия. Оберфюрер СС Кепплер отличился особой смелостью при руководстве полком, при рекогносцировке и при ведении боевых действий. Он лично возглавил 3-й батальон при форсировании р. Иссель под огнем противника и при штурме высоты Греббе под плотным артиллерийским огнем врага.

Осознавая решающее оперативное значение прорыва через ключевую позицию противника, оберфюрер СС Кепплер вместе со своим полком при активном личном участии выиграл это тяжелое сражение и получил за него Рыцарский крест».

Период оккупации в Голландии и Франции

2 июля 1940 года новый приказ выступать в поход прервал прекрасное пребывание в Биаррице, Байонне и Пиренеях, которое было посвящено не только отдыху, но и ремонту вооружения и транспортных средств.

3 июля начался марш через Либурн – Ангулем – Пуатье– Тур – Орлеан – Фонтенбло – Шато-Тьерри – Намюр – Люттих (Льеж. – Ред.) – Ахен – Мёнхенгладбах – Везель – Бохольт– Девентер – Зволле в город Меппел в Северной Голландии. Этот марш был примечателен тем, что частично проходил по местам недавних боев, которые, по-видимому, вызывали у бойцов разные воспоминания. Большое впечатление на всех произвело пересечение границы рейха западнее Ахена. Толпы ликующих немцев теснились вдоль дорог и радостными криками приветствовали наш победоносный полк. На границе собрались уважаемые представители города Ахена. Они устроили полку такой сердечный прием, что мы были вынуждены сделать короткий привал.

Значительно менее радостным был прием полка в Голландии, где он расположился в качестве оккупационного войска в районе городов Меппел и Зволле. Возникшие в Голландии беспорядки и забастовки сделали это мероприятие необходимым. Соответственно прохладным и сдержанным оказался прием полка голландским населением. Однако дисциплинированное, достойное и скромное поведение личного состава полка привело к тому, что вскоре атмосфера недоверия была развеяна и первоначальная холодность голландцев превратилась в исключительную сердечность. Проводились совместные культурные и общественные мероприятия. Многие из нас получили дружеские приглашения посетить голландские семьи. Но не только это: было заключено довольно много брачных союзов между бойцами полка и симпатичными голландскими девушками.

Но в первую очередь это время оккупации в Голландии послужило углубленной подготовке личного состава полка с учетом опыта, приобретенного во время Западной кампании. Курсы младших командиров обеспечили необходимый резерв унтер-офицеров. По распоряжению командования дивизии на базе нашего полка были организованы курсы для командиров рот, на которые направлялись командиры изо всех частей войск СС. В качестве признания образцовых успехов, достигнутых 3-м батальоном в Западной кампании, командиру 3-го батальона, гауптштурмфюреру СС Кумму, было поручено вести эти курсы.

Некоторое разнообразие в повседневную жизнь полка вносили учения по погрузке и выгрузке танков и автомашин на транспортные баржи, которые проводились в порту города Ден-Хелдер. После первоначальных трудностей эти погрузки-выгрузки стали проводиться с абсолютной надежностью и удивительной быстротой. В соответствии с царящим тогда настроением все с нетерпением ожидали операции по высадке десанта в Англии. С помощью сильной воздушной разведки англичане наверняка с большим беспокойством наблюдали за нашими учениями. К сожалению, мы так никогда и не узнаем, отвечали ли эти учения истинным намерениям Верховного командования или были всего лишь отвлекающим маневром.

Наше пребывание в Голландии закончилось, когда в середине декабря 1940 года неожиданно пришел приказ готовиться к выступлению. В лютый холод полк в составе дивизии СС особого назначения, которая теперь носила имя «Рейх» (позднее «Дас Рейх»), отправился маршем в Южную Францию – через Дортмунд по автобану до Карлсруэ, затем через Вогезы, преодолевая покрытые льдом и снегом перевалы и далее до плато Лангр, западнее Везуля, где из-за низкой плотности местного населения полк легко нашел достаточно помещений для размещения личного состава. Отношения с местным населением были абсолютно индифферентными. В общем и целом это время во Франции прошло без каких-либо значительных происшествий. Несмотря на имевшиеся опасения, треть полка смогла отправиться домой на рождественские каникулы.

Где-то в марте 1941 года 15-я (мотоциклетная) рота полка «Дер Фюрер» под командованием гауптштурмфюрера СС Клингенберга была передана в дивизию, чтобы там вместе с другими мотоциклетными ротами из остальных полков образовать мотоциклетный батальон. С тяжелым сердцем полк наблюдал, как уезжали эти товарищи, которые сослужили полку хорошую службу во время Западной кампании в качестве разведывательного и подвижного боевого подразделения.

Поход в Югославию

Лишь несколько дней тому назад Югославия в очередной раз заверила в своей дружбе державы оси (25 марта 1941 г. премьер-министр и министр иностранных дел Югославии подписали в Вене договор о присоединении к «антикоминтерновскому пакту». – Ред.), однако после государственного переворота в начале апреля 1941 года (27 марта 1941 г., совершен группой прорусски настроенных офицеров. – Ред.) она перешла в стан наших врагов (5 апреля 1941 г. в Москве был подписан договор о дружбе и ненападении между Югославией и СССР. – Ред.). Этот неожиданный поворот привел к поспешной войне с Югославией, для ведения которой в ускоренном порядке были собраны имевшиеся силы.

6 апреля 1941 года дивизия «Дас Рейх» тоже получила неожиданный приказ без предварительной подготовки и без достаточного обеспечения горючим выступить ускоренным маршем из района Везуля в Южной Франции. Дивизия отправилась в путь через Вогезы с их обледеневшими перевалами и заснеженный Шварцвальд и далее по маршруту Мюнхен – Зальцбург – Линц – Вена – Будапешт – Аради (Орадя) в Тимишоару (в прошлом Темешвар, Темешбург), экономический и культурный центр банатских швабов (швабы переселились сюда после 1716 г., когда Темешвар (упоминается как венгерский город с 1212 г.) был присоединен к Австрии (в 1552–1716 гг. был под властью турок); с 1920 г. в составе Румынии. – Ред.).

Повсюду, где полк проходил маршем, в Австрии, в Венгрии, в Будапеште, в Банате, местное население радостно приветствовало его, и особенно там, где оно имело немецкие корни. Западнее и южнее Тимишоары оно было настроено особенно дружелюбно и охотно предоставляло свои дома для размещения личного состава полка. Здесь полк в составе дивизии «Рейх» был подчинен танковому (41-му моторизованному. – Ред.) корпусу Рейнхардта. Ожидалось, что перед нами будет поставлена задача по умиротворению (оккупации. – Ред.) югославской части Баната и области Бачка (часть Воеводины в Северной Югославии, до 1918 г. в составе Австро-Венгрии, в 1919 г. отошла к Югославии. Находится между Дунаем и Тисой. – Ред.) вплоть до Дуная с общим направлением наступления на Белград.

Осторожно проведенные разведывательные мероприятия и опросы местного населения показали, что предназначенная для наступления полка местность была до такой степени заболочена, что транспортные средства могли передвигаться исключительно по единственной проселочной дороге, находившейся к тому же в ужасном состоянии и наверняка заминированной.

Итак, в Страстную пятницу 1941 года (6 апреля) произошел глубокоэшелонированный переход югославской границы по всему фронту. Причем все транспортные средства остались по другую сторону границы. Они были подтянуты позднее после полного разминирования дороги. В качестве объекта атаки для полка «Дер Фюрер» было определено местечко Селеус, слева от нас находился полк «Дойчланд», наступавший на Алибунар, а слева от него на Панчево наступал армейский пехотный полк «Гроссдойчланд». Сопротивление противника было сравнительно незначительным и быстро подавлялось. Последняя довольно интенсивная перестрелка завязалась на Терезиен-канале (канал Дунай – Тиса), где оказались взорванными все мосты.

Однако гораздо более тяжелым для наступавших с оружием, боеприпасами и прочим снаряжением рот оказалось продвижение по заболоченной местности, которая из-за непрерывных дождей накануне наступления превратилась в бездонную трясину. Несмотря на эти трудности, полк, пройдя за день с полной боевой выкладкой почти 50 километров и приняв участие в нескольких боях, в начале ночи достиг главного объекта атаки, местечка Селеус.

Здесь для полка закончился поход в Югославию, так как на южном берегу Дуная на Белград двигались сильные германские танковые соединения, а взятие Белграда с севера казалось невозможным из-за высокого паводка на Дунае. К тому же единственный большой мост через Дунай был взорван.

Тем не менее гауптштурмфюреру СС Клингенбергу удалось раздобыть исправную моторную лодку, на которой он переправился через Дунай со штурмовой группой из десяти бойцов мотоциклетного батальона. Они проникли в Белград и смогли прорваться в германское посольство. Клингенберг вызвал в посольство обербургомистра Белграда, описал ему сложившееся положение, после чего тот по всей форме сдал Клингенбергу город и крепость Белград.

Наш полк гордился тем, что такая смелая выходка удалась именно Клингенбергу и бойцам полка «Дер Фюрер».

Несколько дней спустя полк в составе дивизии «Дас Рейх» отправился маршем через Будапешт – Дьёр – Вену в район города Эфердинга западнее Линца, где после основательного ремонта техники и вооружения собирался с силами для нового похода.

Приложение

Штаб армии 14 мая 1940 года

Командующий 18-й армией

СОЛДАТЫ 18-Й АРМИИ!

10 мая по приказу Фюрера и Верховного главнокомандующего вермахтом подразделения армии вошли в Нидерланды. Сегодня большая часть страны в наших руках. Связь с нашими воздушно-десантными войсками под Роттердамом установлена через мосты под Мурдейком.

Командующий группой армий («Б». – Ред.), генерал-полковник фон Бок, выразил мне сегодня благодарность и признательность за успехи, достигнутые армией.

С особой радостью и удовлетворением я передаю эту благодарность частям и соединениям 18-й армии. В дни боев у меня постоянно была возможность находиться в сражающихся воинских частях. Я смог лично убедиться в том, что каждый боец, не щадя своей жизни, был готов до конца выполнить свой долг и сделать все возможное ради величия и свободы Германии.

Нужно только лишь сломить последнее сопротивление в крепости Голландия. Как бы тяжела ни была борьба, победа будет за нами.

Генерал артиллерии фон Кюхлер

Штаб армии, 16 мая 1940 года

Командующий армией

ПРИКАЗ ПО АРМИИ

После того как 15 мая 1940 года переговоры между мной и нидерландским главнокомандующим о сдаче были закончены, все нидерландские вооруженные силы безоговорочно капитулировали.

Тем самым война против Нидерландов закончена.

Мы воевали только с вооруженными силами Голландии, а не с ее народом. Поэтому я ожидаю, что каждый из вас будет строго соблюдать дисциплину. Я буду всеми имеющимися в моем распоряжении средствами самым строжайшим образом карать за мародерство и злоупотребления.

Каждый солдат своим поведением и поступками должен доказать, что он достоин служить в славных германских вооруженных силах.

Генерал артиллерии фон Кюхлер

Дивизия СС особого назначения КП дивизии, 20 мая 1940 года

Оперативный отдел

Выдержка

ПРИКАЗ НА ПРОДОЛЖЕНИЕ МАРША 20 МАЯ 1940 ГОДА

1. Полк СС «Дер Фюрер» переходит в подчинение дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер» и выводится из состава дивизии.

2. Дивизия немедленно готовится к маршу.

3. Маршрут: Живе, перекресток, в 1 километре южнее Ромидана, Ромере, Марьенбур, развилка северо-западнее Кувена, Форж-Филип, Маркенуаз, Ирсон.

О следующем пункте назначения будет сообщено в отдельном приказе.

4. Порядок движения:

Маршевый эшелон А: разведывательный батальон; маршевый эшелон Б: полк «ДФ».

Передовой отряд: 15-я рота «ДФ»; авангард: усиленный батальон, в том числе: командир 2-го артиллерийского полка: артиллерийские тягачи и группа управления батареи;

батарея; 1-й саперный батальон СС; оперативная группа штаба дивизии (как последняя маршевая команда).

Основной отряд: полк без усиленного батальона; в том числе: штаб полка «ДФ»; взвод боевого охранения; батальон связи; штаб артиллерийского полка; взвод наблюдателей. В конце маршевого эшелона (в порядке следования): штаб саперного батальона; штаб зенитного батальона; противотанковый батальон; 1-й автомобильный взвод.

Хауссер

Дивизия СС особого назначения КП дивизии,

21 мая 1940 года

Оперативный отдел

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ НА ПРОДОЛЖЕНИЕ МАРША 21 МАЯ 1940 ГОДА

1. Дивизия СС особого назначения переходит в подчинение 41-го армейского корпуса.

2. В ночь с 20 на 21 мая 1940 года дивизия продолжает марш без остановок через Ирсон, Ла-Капель, Гюиз, Бихаин, Элинкур, Обаншёль.

21 мая предусмотрено продолжение марша на Ле-Пав (на шоссе Сен-Кантен – Камбре).

За дивизию по поручению гауптштурмфюрер СС Рейнхардт

Дивизия СС особого назначения КП дивизии,

23 мая 1940 года

Оперативный отдел

Выдержка

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ НА 23 МАЯ 1940 ГОДА

1. Прорвавшийся на запад противник уничтожен западнее канала Эр-ле-Басе. Положение в Бетюне неясное. Не исключены вражеские атаки, особенно ночью, на стыке между дивизией СС и танковой армейской дивизией.

2. Полк СС «ДФ» продолжает зачистку севернее установленной линии разделения с полком СС «Германия». 3-й батальон «ДФ» остается на своих боевых позициях. Плацдарм в районе города Эр (Эр-сюр-ла-Лис) должен остаться в руках полка.

3…

4. Новые задачи:

Полк СС «ДФ» соединяется в районе железнодорожной линии севернее Эма с полком СС «Германия», занимает оборонительную позицию до изгиба канала и блокирует его вплоть до города Эр. Подразделения, находящиеся на берегах, временно подчиняются 8-й танковой дивизии для образования плацдарма.

5. Командир артиллерийского полка решает следующие задачи: а) оборона на определенном приказом рубеже, основной район обороны справа, б) переход в атаку в направлении Бетюна.

6. Противотанковый батальон следует направить в основной район обороны справа.

7. КП дивизии: в Оши, северный выезд… Установить телефонную связь с полком СС «ДФ» в Матцинхеме.

Хауссер

Дивизия СС особого назначения КП дивизии,

24 мая 1940 года

Оперативный отдел

Выдержка

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ НА 24/25 МАЯ 1940 ГОДА

1. Полк «Германия» при огневой поддержке других подразделений дивизии в результате внезапной атаки форсировал канал Эр-ле-Басе и реку Лис и успешно отразил контратаки вражеских танков. Справа от дивизии действуют части 3-й танковой дивизии.

2. Фюрер и Верховный главнокомандующий сегодня в полдень приказал прекратить дальнейший переход через канал Эр-ле-Басе.

12. Полк СС «Дер Фюрер» остается на прежних позициях, обеспечивает охрану на рубеже канала Эр-ле-Басе и поддерживает связь с 8-й танковой дивизией.

13. Пароль: Зейдлиц.

16. КП дивизии: Бюн, замок.

Штурмбаннфюрер СС Остендорфф,

Хауссер

Дивизия СС особого назначения

КП дивизии,

26 мая 1940 года. 22:30

Оперативный отдел

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ НА ПЕРЕХОД К ОБОРОНЕ В НОЧЬ

С 26 НА 27 МАЯ 1940 ГОДА

1. 26 мая дивизия СС особого назначения атаковала противника восточнее канала Эр-ле-Басе и после ожесточенного боя глубоко вклинилась во вражеские позиции. Противник беспорядочно отступает в северо-восточном направлении.

2. Ночью дивизия переходит к обороне на своих боевых позициях между 3-й танковой дивизией справа и 8-й танковой дивизией слева.

Рубеж обороны: Ла-Мадалери (разграничительная линия с 3-й танковой дивизией) – северо-восточная окраина Хаверскерка – 500 метров восточнее Лепинел – узкая полоска леса – Пон-де-Пендю – канал де Ньеп – Шато-де-ла-Мот – Ле-Тир-Англе (разграничительная линия с 8-й танковой дивизией).

Сектор А: граница справа до выхода лесной дороги в 500 метрах восточнее Лепине. Командир сектора: оберфюрер СС Демельхубер. Подразделения как в приказе от 26 мая.

Сектор Б: до границы дивизии слева. Командир участка оберфюрер СС Кепплер. Подразделения как в приказе от 26 мая, кроме того, разведывательный батальон, зенитная рота, 2/3 противотанкового батальона.

В тех секторах, где есть соприкосновение с противником, выставить сторожевые посты, чтобы не потерять контакта с противником ночью. Далее, препятствовать передвижению врага на прифронтовых дорогах.

3. Проводить разведку в секторе Б до восточной опушки леса Форе-де-Ньеп, фиксировать передвижение врага в восточном направлении.

4. На 27 мая подготовить дальнейшее наступление в северо-восточном направлении.

5. Транспортные средства полка СС «ДФ» ночью переправляются через канал Эр-ле-Басе и размещаются в населенных пунктах Тьен, Лe-Гисо и Гассион.

6. В течение ночи будут подвезены боеприпасы для войск. Из-за трудностей с подвозом боеприпасов надлежит получить их 27 мая.

7. Пароль: Цитен.

8. КП дивизии: Бёсеген. Связь остается без изменения, как и 26 мая.

Хауссер

Дивизия СС КП дивизии, 28 мая 1940 года

Оперативный отдел

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ О ПРОДОЛЖЕНИИ НАСТУПЛЕНИЯ

28 МАЯ 1940 ГОДА

1. В течение ночи не удалось получить никаких сведений о противнике. Похоже, что он отступил на северо-восток, оставив арьергарды.

2. 28 мая в 8:00 дивизия СС особого назначения продолжает преследование, зачищает лес Ньеп и после прочесывания леса поступает в распоряжение штаба корпуса.

3-я танковая дивизия справа и 8-я танковая дивизия слева смыкают свои фланги под Вье-Беркен и продолжают наступление в северо-восточном направлении перед дивизией СС особого назначения.

3. Боевой порядок:

в) Полк СС «ДФ» вместе с подчиненными ему подразделениями. 1-й батальон полка СС «ДФ» атакует по обе стороны шоссе Ле-Парк – Ла-Рю-де-Морт, южная опушка лесного массива Буа-д’Аваль.

Объект атаки: восточная опушка Буа-д’Аваль.

Разведывательный батальон, стремительно наступая, поддерживает фланговым огнем атаку 1-го батальона полка СС «ДФ» и по особому приказу собирается в северо-западной части лесного массива Буа-Клебер (затем поступает в непосредственное подчинение дивизии).

3-й батальон полка СС «ДФ» форсирует канал и атакует по обе стороны шоссе Шато-ла-Мот – Вье-Беркен. Объект атаки: северо-восточная опушка лесного массива Буа-д’Аваль.

4. Независимо друг от друга подразделения начинают атаку в 8:00. Необходимо подтянуть средства для переправы. При прорыве использовать огнеметы саперного батальона.

5. 8-я танковая дивизия осведомлена о проведении атаки под Ле-Тир-Англе, она соединится с левым флангом полка СС «ДФ».

6. Связь остается такой же, как и 27 мая.

7. КП дивизии сначала в Бегаме. После достижения объектов атаки предположительно в южной части Морбека.

Штурмбаннфюрер СС Остендорфф,

Хауссер

Дивизия СС особого назначения КП дивизии,

11 июня 1940 года

Оперативный отдел штаба

Выдержка

ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЕ РАСПОРЯЖЕНИЕ О ВЫСТУПЛЕНИИ

ДИВИЗИИ

1. Противник отступает перед 6-й армией по всему фронту. Перед правым флангом армии паническое бегство за Сену. На левом фланге армии 44-й армейский корпус успешно продвигается к р. Марне южнее р. Урк. Восточнее его на правом фланге армии передовые части, как сообщается, уже достигли Марны под Шато-Тьерри.

2. В ночь с 10 на 11 июня 1940 года 16-й армейский корпус вместе с 3-й и 4-й танковыми дивизиями вышел на рубеж Виллер-Котре – Артен, чтобы атаковать через Марну.

3. Дивизия СС особого назначения должна быть готова к маршу с 11:00. Следует ожидать выступления в течение 11 июня. Дивизия будет следовать за обеими танковыми дивизиями (двумя походными колоннами).

Дивизия СС особого назначения КП дивизии,

16 июня 1940 года

Оперативный отдел

Выдержка

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ НА 16 ИЮНЯ 1940 ГОДА

1. Противник беспорядочно отступает по всему фронту, по всей видимости за Луару.

Необходимо принимать в расчет, что отступающие с северо-востока по обе стороны от Труа колонны противника натолкнутся на дивизию СС особого назначения.

2. План Верховного главнокомандования заключается в том, чтобы остановить избегающего боя врага, отрезать его от сил, находящихся восточнее, и уничтожить.

Находящаяся слева от дивизии СС 2-я армия будет наступать на Осер с рубежа Ромийи – Труа.

Танковая группа фон Клейста, наступающая в южном направлении, должна помешать врагу устремиться в проход между Дижоном и швейцарской границей; 16-й армейский корпус (находящийся на левом фланге танковой группы фон Клейста) наступает на Дижон по направлению на Осер– Тоннер; 13-я пехотная дивизия наступает на Тоннер перед дивизией СС особого назначения.

3. Дивизия СС особого назначения с подчиненными ей подразделениями обеспечивает охрану вдоль Сены на рубеже Труа – Ромийи до прибытия 2-й армии.

Главные силы дивизии СС особого назначения 16 июня занимают район Шеси – Кусаньи – Ромийи – Буй – устье р. Йонна. Любое подразделение противника, которое пересечет Сену в западном направлении, подлежит уничтожению.

4. Охранение: согласно устному распоряжению, обеспечивают охранение вдоль Сены по обе стороны от Труа полк СС «Германия» к северу с примыканием к полкам СС «Дойчланд» и «Дер Фюрер».

5. Части и подразделения, которые не поставлены в охранение, занимают предписанный приказом район в следующем боевом порядке:

д) Маршевый эшелон полка СС «ДФ»: Шерси – Ванле– Ле-Борд – Ла-Кудр – Давре.

7. Маршрут продвижения (танковый маршрут С 2): Фон-ван, Брюсе, Вошасси, Жаверно, Жёньи, Шотур. Право проезда в первую очередь перед всеми другими подразделениями имеет танковая группа фон Клейста. Дивизия СС особого назначения следует за 13-й пехотной дивизией.

8. Готовность к выступлению 16 июня с 10:00. Пункт отправления: Фонван. Для разведывательного батальона начало выступления в 11:00; для полка «Дойчланд» в 11:45; для саперного батальона СС в 14:15; для полка СС «Дер Фюрер» в 15:15; для тыловых служб в 17:45.

10. КП дивизии в Фонване, выступление в хвосте авангарда полка СС «Дойчланд».

За полк штурмбаннфюрер СС Остендорфф.

Хауссер

ДИВИЗИЯ СС ОСОБОГО НАЗНАЧЕНИЯ 24 ИЮНЯ 1940 ГОДА.

23:30

Для полка СС «ДФ»

Перемирие с Францией вступает в силу 25 июня 1940 года в 1:35.

За полк Пазенов

Главнокомандующий группой армий «Б»

Ставка, 25 июня 1940 года

Война с Францией закончена!

За 44 дня военных действий группа армий в ходе стремительного наступления преодолела голландские и бельгийские оборонительные сооружения, в кровопролитных боях разгромила армии обоих государств и вынудила их сдаться; в ожесточенных боях были наголову разбиты англо-французские войска, спешившие на помощь своим союзникам; Париж и все атлантическое побережье находятся в наших руках.

Число пленных превысило 1,5 миллиона человек, захвачено огромное количество танков, пушек и оружия всех видов.

Плечом к плечу с пилотами люфтваффе достигнута победа, равной и прекраснее которой не знает история.

Молодая германская армия выдержала тяжелейшее испытание перед лицом всего мира, истории и перед самой собой!

Лишения и позор, испытанные нашим народом после Первой мировой войны, стерты из памяти благодаря вашей верности и храбрости! Основная тяжесть кровавых жертв легла на плечи германской армии. Мы готовы с гордостью и радостью нести ее, твердо намереваясь добиться окончательной и полной победы.

Фон Бок

Дивизия СС особого назначения КП дивизии,

26 июня 1940 года

Выдержка

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ (переданного через адъютанта)

1. В нижнем течении Луары противник продолжает отступление на юг. В отдельных местах он оказывает слабое сопротивление, в остальных местах нет соприкосновения с войсками противника.

2. 18-я армия стоит на рубеже Ажентан – Тур – Мартез– Менклер – Шательро – Ла-Рош – Посей.

3. Танковой группе фон Клейста поставлена задача продвинуться на юг между побережьем и демаркационной линией и занять рубеж Руан – Сент – Ангулем – Ла-Рош – Фуко.

4. Дивизия СС особого назначения, находящаяся в середине 14-го армейского корпуса (справа 10-я и слева 9-я танковые дивизии), должна на своем участке выйти передовым отрядом на демаркационную линию, а главные силы должны занять район Пуатье, в Пуатье направить один полк.

Правая колонна: командир оберфюрер СС Кепплер Маршевый эшелон, полк СС «ДФ»

Дивизия СС особого назначения КП дивизии,

30 июня 1940 года. 10:00

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

1. В течение ближайших дней дивизию СС особого назначения сменит 1 – я пехотная дивизия. Дивизия выступит маршем на север. Выступление произойдет не раньше чем 1 июля 1940 года.

2. 1-я пехотная дивизия прибудет в расположение дивизии СС железнодорожным транспортом в полдень 29 июня 1940 года. Штаб 1-й пехотной дивизии вначале располагается в Даксе.

3. Смена должна быть подготовлена при личной встрече командиров дивизии СС особого назначения и 1-й пехотной дивизии, как только прибудут подразделения 1-й пехотной дивизии. Проведение смены будет происходить по специальному приказу.

4. До смены подразделения 1 – й пехотной дивизии размещаются непосредственно позади соответствующих подразделений дивизии СС. Если позволяет площадь, использовать те же самые места расквартирования. Оказать поддержку квартирьерам 1-й пехотной дивизии.

5. После смены, если в населенных пунктах вдоль линии охранения будет недостаточно квартир для подразделений обеих дивизий, подразделения дивизии СС собираются вблизи нынешних мест расквартирования, а именно таким образом, чтобы выступление полков СС «Германия» и «Дойчланд» могло проходить по шоссе вдоль демаркационной линии. Остальные подразделения движутся по шоссе Байонна – Бордо.

6. Занимают следующие участки охранения:

Усиленный 22-й пехотный полк занимает участок полка СС «ДФ» без 3-го и разведывательного батальонов.

1-я рота разведывательного батальона занимает границу в Пиренеях до Сен-Жан-Пье-де-Пор включительно. Усиленный 1 – й пехотный полк занимает участок полка СС «Дойчланд» до Ортеза.

Усиленный 43-й пехотный полк занимает участок полка СС «Германия» и Ортез.

7. Группа АРКО остается в своих местах расквартирования до выступления. 2-й батальон артиллерийского полка СС остается на огневых позициях юго-западнее Биаррица, пока его не сменит 2-й батальон 66-го артиллерийского полка (со 100-мм орудиями), который вводится в действие АРКО.

8. КП дивизии с 29 июня 1940 года в Биаррице, отель «Мирамар». Телефонная связь со всеми подразделениями охранения.

Операция «Барбаросса»

Война с Советским Союзом – начало 22 июня 1941 года

Для нападения на Советский Союз были созданы три группы армий. В Восточной Пруссии занимала позиции группа армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала фон Лееба. От Припятских болот на юге до польского города Сувалки на севере дислоцировалась группа армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала фон Бока. Южнее Припятских болот разместилась группа армий «Юг» под командованием генерал-фельдмаршала фон Рундштедта. (Кроме того, от Балтики до Баренцева моря против СССР действовала финская армия и немецкая армия «Норвегия», всего 21,5 дивизии, из них 17,5 финских, 407,5 тыс. чел. Всего же против СССР было выделено (включая армии союзников Германии) 190 дивизий, 5500 тыс. чел., 47 200 орудий и минометов, около 4300 танков, 4980 боевых самолетов. – Ред.)

В состав группы армий «Центр» (помимо 4-й и 9-й армий. – Ред.) входили 2-я танковая группа генерал-полков-ника Гудериана и 3-я танковая группа генерал-полковника Гота. 2-я танковая группа генерал-полковника Гудериана и начальника штаба подполковника барона фон Либенштейна была образована из следующих соединений:

24-й танковый корпус: генерал танковых войск барон Гейр фон Швеппенбург. 3-я танковая дивизия: генерал-лейтенант Модель. 4-я танковая дивизия: генерал-майор фон Лангерман. 10-я пехотная дивизия (моторизованная): генерал-майор фон Лёпер. 1-я кавалерийская дивизия: генерал-лейтенант Фельдт.

46-й танковый корпус: генерал танковых войск барон фон Витингхофф. 10-я танковая дивизия: генерал-лейтенант Шааль. Пехотная дивизия СС (моторизованная) «Рейх»: генерал-лейтенант Хауссер. Пехотный полк «Гроссдойчланд»: генерал-майор фон Штокхаузен.

47-й танковый корпус: генерал танковых войск Лемельсен. 17-я танковая дивизия: генерал-майор фон Арним. 18-я танковая дивизия: генерал-майор Неринг. 29-я пехотная дивизия (моторизованная): генерал-майор фон Больтенштерн.

Авиационная группа поддержки: генерал Вибих. Зенитный полк «Герман Геринг»: генерал фон Акстхельм. Саперы: генерал Бахер. Подразделение связи: полковник Праун. Артиллерия: генерал Хайнеман. Разведывательная авиация: полковник фон Герлах, позже подполковник фон Барсевиш. Полковник Мёльдерс со своей истребительной авиационной эскадрой обеспечивал прикрытие с воздуха 2-й танковой группы во время наступления.

Дивизия СС «Рейх», входившая в состав 46-го танкового корпуса, была в резерве. После захвата мостов через Буг она должна была выдвинуться вперед вслед за левым флангом танковой группы.

До Днепра

В начале июня 1941 года полк в составе дивизии СС «Дас Рейх» был доставлен по железной дороге в район польского города Люблин – для обеспечения охраны границы с Россией, как нам сказали. Однако в действительности здесь происходило сосредоточение и развертывание войск, что в сочетании с развертыванием тыловой службы могло означать только подготовку к войне с Россией. Это не могло не вызывать серьезную озабоченность у всякого сознающего свою ответственность здравомыслящего немца.

Принимая во внимание общую военную обстановку, уже тогда нельзя было исключить возникающую для Германии огромную опасность войны на два фронта. Правда, Франция была разгромлена и капитулировала. Но ни в коем случае нельзя было недооценивать военную мощь Англии, для которой усмирение Германии было вопросом жизни и смерти. Чем сильнее становилась Германия, тем большие опасения вызывала ее военная мощь у Англии.

Нетрудно было догадаться, что при принятии судьбоносных решений надо было иметь в виду, что Америка симпатизировала не Германии, а союзникам, и уже тогда ее надо было рассматривать как возможного противника в будущем. К этому добавлялась сильная распыленность немецких оккупационных войск в Бельгии, Голландии, Франции, Дании, Норвегии, генерал-губернаторстве (Польше), в Чехословакии и на Балканах. Это было связано с большими расходами на военные и гражданские нужды, что негативно сказывалось на подготовке операции против России.

Ко всем этим рассуждениям примешивалось и беспокойство, вызванное тем, что германское руководство было плохо информировано о реальной мощи вооруженных сил русских и об их образе мыслей. Видимо, оно в значительной мере полагалось на удачу, которая сопутствовала ему до сих пор, и сильно недооценило русских как противника. Таким образом, начавшийся 22 июня 1941 года поход в Россию представлялся каждому думающему человеку крайне опасным и рискованным предприятием, вызывавшим нехорошие предчувствия, которые вскоре подтвердились в полной мере.

Еще не была известна точная дата начала наступления на Россию, но все очевиднее становилось, что решение уже принято. Это стало ясно, когда пришел приказ об откомандировании нескольких офицеров полка в район стратегического сосредоточения и развертывания юго-западнее Брест-Литовска (Бреста. – Ред.) для решения вопросов по регулировке движения. Эти офицеры сообщали о том, что наши войска подводятся вплотную к Западному Бугу.

На рассвете 22 июня 1941 года внезапно начался сильный обстрел из всех калибров дальнобойной артиллерии русских позиций на восточном берегу Буга и в дальнем тылу. Эскадрильи немецких бомбардировщиков и истребителей непрерывными волнами пролетали над расположением полка, который только что получил приказ подготовиться к выступлению. Так началась роковая война с Россией!

Начали поступать долгожданные первые сообщения о том, что русские, занимавшие позиции на берегах Буга, были захвачены врасплох. Сообщалось также об удачной переправе через Буг, о тяжелых боях в Бресте и в его окрестностях, об огромных потерях русских и об их беспорядочном отступлении на других участках фронта.

С большим интересом мы наблюдали за завязавшимися воздушными боями с плохо подготовленными русскими летчиками, и все радовались нашему абсолютному превосходству в воздухе. Повсюду быстро разгорались все новые и новые бои.

Ожидание продолжалось еще четыре дня, до 26 июня, когда после падения Бреста (с 22 июня до конца этого месяца бои шли на всей территории Брестской крепости. С конца июня до 20-х чисел июля оборона носила очаговый характер. – Ред.) 46-й танковый корпус устремился по шоссе на Барановичи. Причем наш полк наступал в середине следующей во втором эшелоне дивизии СС «Дас Рейх». Снова и снова приходилось останавливаться, так как все дороги были забиты наступавшими войсками. Наконец мы перешли границу под Брестом. Здесь, в городе, все еще шел бой за крепость, которую героически защищали выпускники русского военного училища, они успешно отбивали все атаки германских войск. (В обороне Брестской крепости принимали участие подразделения 6-й и 42-й стрелковых дивизий, 17-го погранотряда и 132-го отдельного батальона войск НКВД. В результате внезапного нападения в первые часы войны 3,5 тыс. воинов этих формирований были окружены и в дальнейшем образовали гарнизон Брестской крепости. – Ред.)

Надежде на быстрое продвижение вперед по шоссе не суждено было сбыться. Оно было в плохом состоянии и к тому же забито колоннами с боеприпасами и марширующими немецкими пехотными дивизиями. На обочинах громоздилось множество подбитых и сгоревших русских танков и автомобилей. Нескончаемым потоком по дороге двигались постоянно растущие колонны русских пленных.

Однако в несравнимо худшем состоянии оказались проселочные дороги справа от шоссе, по которым двинулась дивизия, прикрывая фланг 46-го танкового корпуса, в районе между Припятскими болотами и шоссе Барановичи– Смоленск. В летнюю жару она с трудом прокладывала себе путь через эти заболоченные районы с огромными тучами комаров, двигаясь через Слуцк на Свислочь (ту Свислочь, которая на Березине, а не у Минска. – Ред.). Сопротивление противника было в этом районе относительно слабым. С ним обычно успешно справлялись усиленные передовые отряды и особенно батальон стрелков-мотоциклистов и разведывательный батальон дивизии.

От Свислочи дивизия должна была двигаться, форсировав реку Березину, на восток в сторону Могилева, за исключением 11-го панцер-гренадерского (моторизованного) полка, который вошел в состав дивизии СС «Дас Рейх» вместо выбывшего полка СС «Германия» и получил задание перейти Березину в районе населенного пункта Березино. Переправа через Березину главных сил дивизии у Свислочи сильно затянулась из-за ремонта местного временного моста, который был взорван русскими, когда по нему двигалось первое штурмовое орудие дивизии. После полудня 6 июля 1941 года полк СС «Дер Фюрер» готовился к переходу через Березину по восстановленному временному мосту, однако в этот момент из штаба корпуса поступил приказ, согласно которому полк должен был остаться на месте. Тем временем 11-й полк под командованием оберштурмбаннфюрера СС доктора Вильгельма Брандта, перешедший Березину в районе Березина и для расширения плацдарма наступавший на северо-восток, натолкнулся на такое ожесточенное сопротивление противника, что это грозило сорвать наступление всего корпуса.

Поэтому наш полк получил приказ из штаба корпуса, продвигаясь на север по западному берегу Березины, перейти реку в районе Березина и поддержать атаку 11-го полка. На временном мосту под Березином царила такая невероятная неразбериха, что только приказ из штаба корпуса, предоставлявший полку СС «Дер Фюрер» право преимущественного проезда, позволил развязать этот узел, и еще ночью полк смог переправиться на восточный берег Березины.

На рассвете 7 июля, быстро заняв исходные позиции, полк начал атаку, которую возглавил 3-й батальон под командованием штурмбаннфюрера СС Кумма. Пройдя через передовые позиции 11-го полка, подразделения полка СС «Дер Фюрер» завязали ожесточенный бой в заболоченной, поросшей густым лесом местности с цепко оборонявшимся, но затем все-таки начавшим отступление противником. Во время этого стремительного наступления были уничтожены пехотная и артиллерийская колонны русских и взято много пленных. Однако затем передовые отряды 3-го батальона попали в заранее подготовленную вражескую засаду. Яростный огонь из всех видов оружия и первое появление на поле боя огнеметных танков вызвали замешательство в рядах наступавших и вынудили их перегруппировать свои силы.

После проведенной разведки выяснилось, что противник отступил на восток в сторону населенного пункта Заболотье, двигаясь вдоль единственной проселочной дороги, ведущей через заболоченную, поросшую дремучим лесом местность. Таким образом, продолжив продвижение вперед, 3-й батальон сначала не встречал никакого сопротивления врага, и только ближе к полудню он снова вошел в соприкосновение с противником, которое вскоре переросло в ожесточенный бой. После того как разведка донесла о сосредоточении впереди крупных вражеских сил, полк, следовавший маршем по обе стороны от лесной дороги, развернулся для атаки силами 3-го батальона справа и 1-го батальона слева. Как только передовые отряды выбрались из леса, они натолкнулись на крупные силы противника, который окопался на открытой местности за насыпью и оказывал яростное сопротивление при эффективной поддержке своей артиллерии, которая часто вела огонь прямой наводкой.

При допросе пленных выяснилось, что полку СС «Дер Фюрер» противостояла 100-я (Сибирская) танковая бригада русских, которая особо отличилась еще во время зимней кампании против Финляндии и относилась к элитным соединениям Красной армии. Ввиду сложившегося положения полк решил продолжить атаку только после планомерного занятия нового исходного положения, включая ввод в бой тяжелого вооружения. Была подтянута и с большими трудностями размещена на позициях артиллерия. На командные пункты батальонов и рот были направлены офицеры связи и наблюдатели.

После массированного огня изо всех видов оружия проведенная после полудня атака закончилась полным успехом. Однако благодаря хорошей выучке и умелому руководству русским удалось организованно отойти на восток и оторваться от преследовавших их 1-го и 3-го батальонов полка СС «Дер Фюрер».

Только ближе к вечеру 3-й батальон снова натолкнулся на противника западнее деревни Заозерье. После короткой, но ожесточенной схватки он заставил противника отступить и занял эту деревню. Из-за приближавшейся темноты командир полка приказал остановить дальнейшее наступление. Ввиду запутанности положения на обширных российских просторах и полной оторванности полка от основных сил дивизии 1-му и 3-му батальонам было приказано в ночь с 8 на 9 июля занять круговую оборону западнее Заозерья. В самом начале ночи в расположение полка вернулись основные силы 2-го батальона, который охранял штаб дивизии, следовавший за полком.

На рассвете 8 июля по периметру круговой обороны полка в разных местах враг открыл постепенно нарастающий огонь по позициям полка. После нескольких незначительных отвлекающих атак в 3:00, проведя короткую, но интенсивную артиллерийскую подготовку, противник атаковал 3-й батальон в Заозерье. В охваченной огнем деревне завязался бой, однако противник так и не сумел занять ее. Осознав бесперспективность своего наступления и понеся большие потери, примерно в 9:00 враг наконец прекратил атаки и отошел в юго-восточном направлении, в лесистую местность юго-восточнее Заозерья. Согласно приказу 3-й батальон во главе с 10-й ротой под командованием гауптштурмфюрера СС Мейера начал преследование. Однако противник снова так хорошо окопался на опушке леса, разместив в густых кронах деревьев снайперов, что дальнейшее продвижение вперед было чревато большими потерями. По этой причине было решено сначала подвергнуть опушку леса интенсивному обстрелу из всего имевшегося в наличии тяжелого оружия и артиллерии, включая тяжелую батарею, полученную только после многократных обращений в штаб дивизии. Успех был полным, вражеское сопротивление ослабло, что наконец позволило 3-му батальону продолжить наступление и отбросить остатки войск противника в юго-восточном направлении, загнав их в непроходимые болота.

Однако, поскольку преследование противника в этом направлении отвлекло бы полк от поставленной задачи – наступать на северо-восток, чтобы как можно быстрее достичь Днепра и форсировать его, – был отдан приказ по дивизии, согласно которому полк СС «Дер Фюрер» должен был прекратить преследование отступавшего противника и переориентироваться на продвижение в прежнем направлении на востоко-северо-восток.

В заключение этих заметок о первых серьезных боях полка в России следует сказать, что все были поражены упорством и умелыми действиями русских войск, которые – в отличие от некоторых эпизодов Западной кампании, – несмотря на всю ожесточенность боев и решимость биться до последнего бойца, всегда сражались корректно и честно.

Еще до полудня 9 июля полк СС «Дер Фюрер», выставив сильное охранение на флангах и непрерывно ведя разведку, начал продвижение на восток, к Днепру, в направлении города Шклова, конечной цели наступления. Во главе полка шел 2-й батальон под командованием штурмбаннфюрера СС Хармеля. После незначительных стычек с ослабленными боями сибирскими частями противника к вечеру 9 июля полк прибыл в район населенного пункта Заболотье и, снова заняв круговую оборону, расположился на ночлег в ночь с 9 на 10 июля. Полк провел эту ночь в открытом поле под удивительно красивым, высоким русским звездным небом.

Недостроенная оборонительная линия Сталина находилась на восточном берегу Днепра. На западном берегу у русских имелось несколько хорошо укрепленных плацдармов.

10 июля в ходе разведки патруль полкового взвода бронемашин под командованием оберштурмфюрера СС Шнайдера обнаружил такой вражеский плацдарм с хорошо укрепленной системой траншей и проволочных заграждений на высоте 215 западнее Шклова. Полку предстояло наступать по открытому, хорошо просматриваемому с высоты 215 пространству, которое, кроме того, было так густо покрыто минными полями, что делало его непреодолимым для любого транспортного средства. По этой причине полк бросил в атаку на высоту 215 два батальона при активной поддержке всего тяжелого оружия. 2-й батальон наступал справа, а 1-й батальон – слева. Завязался ожесточенный, кровопролитный бой, каждую пядь земли приходилось отвоевывать ценой больших потерь. Многочисленные попытки прорвать вражеские оборонительные позиции на высоте 215 в ходе рукопашных схваток потерпели неудачу.

Наконец, уже вечером штурмовая группа обершарфюрера СС Блауенштайнера из 5-й роты первой сумела пробить брешь во вражеских позициях и с помощью подоспевших других штурмовых групп и тяжелого оружия захватила семь огневых точек русских. Таким образом, еще до наступления темноты эта господствующая высота, которую русские войска защищали с таким упорством, была взята. В руках нашего полка оказались богатые трофеи и большое число пленных, среди которых было много гражданских лиц, даже женщин и девушек, русские заставили их защищаться с оружием в руках, и они храбро сражались вместе с красноармейцами.

(Это были санинструкторы и связистки, хотя, возможно, и добровольцы. – Ред.)

Время до полудня 11 июля было заполнено дальнейшим продвижением к Днепру, очисткой прилегающей местности от последних остатков вражеских сил, разведкой наиболее удобных мест для переправы через Днепр и подготовкой полка к форсированию реки. Каким же было наше удивление, когда после налета наших пикирующих бомбардировщиков русские войска без боя оставили хорошо укрепленные позиции линии Сталина на восточном берегу реки! Сразу после полудня 11 июля под палящими лучами солнца полк начал переправу через Днепр, которая, вопреки ожиданиям, прошла быстро и гладко, без каких-либо помех со стороны противника.

Кепплер: «Еще во время переправы первых подразделений полка через Днепр ко мне явился спецкурьер с приказом оставить полк и немедленно прибыть в ставку фюрера в Растенбург («Вольфшанце» («Волчье логово») в 1 км восточнее г. Растенбург (совр. Кентшин). – Ред.) (Восточная Пруссия) и принять командование дивизией СС «Тотенкопф» («Мертвая голова»). Прежний командир дивизии выбыл из строя из-за ранения. Этот неожиданный приказ глубоко потряс меня, так как расставание с моим полком, к офицерам, унтер-офицерам и солдатам которого я за время совместных боев привязался всем сердцем, далось мне очень тяжело. Я передал полк командиру 3-го батальона штурмбаннфюреру СС Кумму и утром 12 июля с тяжелым сердцем отправился в Люблин, следуя в обратном направлении по боевому пути полка. Все это время, с апреля 1938 года по 11 июля 1941 года, когда я в радостные и тяжелые дни командовал полком СС с гордым названием «Дер Фюрер» и сплотил весь личный состав в единую команду, было и навсегда останется для меня самым прекрасным воспоминанием моей долгой и наполненной событиями солдатской жизни».

Начало Восточной кампании ознаменовалось страшной жестокостью. Мы все твердо убеждены в необходимости такой борьбы, мы верим в наше руководство и в свои собственные силы и не сомневаемся в победоносном исходе и этого столкновения.

Но, несмотря на непоколебимую твердость наших убеждений, несмотря на уверенность в своих силах, нас охватывает чувство одиночества, когда мы – следуя за передовыми танковыми отрядами – продвигаемся вперед по бесконечным российским просторам. Мы не разделяем безрассудный оптимизм многих, кто надеется встретить Рождество 1941 года снова у себя на родине. Для нас Красная армия является «таинственным незнакомцем», с которым нужно считаться всерьез и которого нельзя недооценивать. Конечная цель этой борьбы лежит в незримой дали.

В этом безграничном одиночестве родной полк становится для нас всех в еще большей степени родиной, тем единственным сообществом, в котором мы можем найти надежность и доверие. И это чувство надежности и доверия никогда больше не покидало нас – даже в самые тяжелые часы и в самых жестоких битвах – всех нас, бойцов полка «ДФ»!

Отто Кумм

Глава 2

Вторая половина июля 1941 года – февраль 1942 года[2]

Русские войска без боя оставили восточный берег Днепра. В то время как подразделения моего 3-го батальона переправляются на надувных лодках через реку, командир полка, бригадефюрер СС Кепплер, поручает мне принять полк. Меня переполняет не чувство гордости, а охватывает осознание тяжелой ответственности. Прощание с нашим убывающим на новое место службы командиром полка проходит по-солдатски кратко, но чувство, которое мы оба испытываем при этом, еще долго бередит душу.

Здесь я хотел бы от имени всех однополчан выразить нашему «старому герру Кепплеру» глубочайшую благодарность за формирование полка, воспитание личного состава и руководство этим полком. За человечность, с которой он по-отечески опекал всех нас, за личное участие в боевых действиях, которым он поддерживал нас, за то, что он всегда был для нас примером.

Полк СС «Дер Фюрер» и впредь сохранит свое лицо!

Переправа через Днепр и наступление на Ельню

На восточном берегу Днепра создается плацдарм глубиной около 5 километров, а предполье очищается от разрозненных вражеских подразделений. После выставления охранения на восточном берегу устанавливается затишье. Теперь под защитой плацдарма саперный батальон дивизии может приступать к возведению временного моста, и уже 13 июля через Днепр удается переправить технику. Продолжается наступление на восток в направлении населенного пункта Горки. Полк СС «Дер Фюрер», соблюдая назначенный порядок движения, следует за 11-м полком.

В то время как 11-й полк обеспечивает охранение в селе Горки и вокруг него (командир полка, оберштурмбаннфюрер СС доктор Брандт, погибает в результате воздушного налета), в полк СС «Дер Фюрер» в полдень 15 июля поступает приказ командующего 2-й танковой группой, генерал-полковника Гудериана, изменить направление движения и повернуть на юг. Полку предстоит уничтожить вражеские части, отступающие от Могилева на восток, а затем вновь наступать на Мстиславль.

Вечером полк вступает в ожесточенную схватку с крупными подразделениями противника в 15 километрах севернее дороги Могилев – Мстиславль. Ночью из-за недостаточной ориентировки в незнакомой местности бой приходится прекратить. Утром 16 июля враг отступает. Не вступая в соприкосновение с противником, полк выходит на дорогу Могилев – Мстиславль и продолжает наступательный марш на Мстиславль со 2-м батальоном во главе колонны.

Почти в 2 километрах западнее Мстиславля авангард, в котором кроме командира 2-го батальона штурмбаннфюрера СС Хармеля находился и командир полка, обнаруживает, что высоты с обеих сторон от Мстиславля заняты крупными танковыми силами. Сначала не удается определить, чьи это танки, наши или советские. Полк продолжает движение, и вскоре выясняется, что это немецкие танки. Батальон 10-й танковой дивизии взял Мстиславль, наступая с северо-запада. Он получил задание разбивать все вражеские колонны, отступавшие из-под Могилева. Несмотря на неоднократные просьбы командиров танковых рот разрешить им открыть огонь по приближающейся в клубах пыли колонне, командир батальона медлил с отдачей такого приказа, так как был не до конца уверен, чья это колонна – немецкая или вражеская.

Все с облегчением переводят дух, когда оба формирования приветствуют друг друга в Мстиславле. Для более чем сорока танков не представляло бы большого труда расстрелять двигавшийся на автомашинах полк. Вот к каким роковым последствиям может привести такое положение, когда соседние части не информируют друг друга о своих перемещениях!

После двух дней незначительных стычек в районе Мстиславля 19 июля полк продолжает продвижение на северо-восток и, выйдя на дорогу Монастырщина – Починок, вновь присоединяется к основным силам дивизии. Здесь он получает приказ занять станцию Починок и аэродром Даньково, расположенный южнее. 2-й батальон получает задание уничтожить вражеский артиллерийский дивизион, который, ведя беспокоящий огонь с юга, мешает продвижению дивизии вперед.

Между тем 3-й батальон (гауптштурмфюрер СС Хан) занимает станцию Починок, а 1-й батальон (штурмбаннфюрер СС Эрат) – аэродром Даньково. В это время командир полка получает приказ от командира дивизии, группенфюрера СС Хауссера, силами своего полка (без 2-го батальона) наступать на Дорогобуж, лежащий почти в 100 километрах северо-восточнее Починка, взять город и перерезать шоссе Смоленск – Москва. Для выполнения поставленной задачи полк получает в качестве усиления разведывательный батальон (гауптштурмфюрер СС Мюленкамп) и 2-й дивизион артиллерийского полка (штурмбаннфюрер СС Вундер).

Командир полка выражает сомнения относительно выполнения этого сложного задания, тем более что из-за плохой погоды уже несколько дней не велась воздушная разведка и не разведаны пути следования. Однако приказ поступил из штаба 2-й танковой группы Гудериана в такой не подлежащей изменению форме, что следовало немедленно приступить к его исполнению.

С наступлением темноты полк вместе с подразделениями усиления уже на марше. Идущий впереди разведывательный батальон ведет постоянную разведку обстановки и ищет подходящие пути следования. Дороги оказываются совершенно непроходимыми, к тому же они не совпадают с теми, которые обозначены на картах. Многочисленные маленькие мосты оказываются шаткими и прогнившими, и вскоре по ним уже становится невозможно переправляться. В итоге усиленный полк за ночь сильно растянулся почти на всем пути следования.

Утром 20 июля разведывательный батальон и 3-й батальон выходят к хорошо укрепленным вражеским позициям западнее Дорогобужа. Они атакуют и в ходе стремительной атаки с первой попытки прорывают вражескую оборону. Противник подтягивает из города очень сильные резервы, так что нашим подразделениям приходится оставить занятые позиции и отойти назад в перелесок на исходные рубежи.

В это же время в полк поступает новый приказ: «Прекратить бой за Дорогобуж и всеми имеющимися в наличии силами перерезать дорогу Смоленск – Ельня в районе деревни Язвино, чтобы предотвратить возможные попытки противника вырваться из окружения под Смоленском». В результате удается захватить в плен лишь одну хлебопекарную роту противника.

Находившаяся слева от 2-й танковой группы Гудериана 3-я танковая группа Гота в ходе стремительного наступления своих 7, 12, 19, 20-й моторизованных дивизий и 17-й танковой дивизии, а также 18-й моторизованной дивизии вышла к реке Вопь и натолкнулась здесь на хорошо укрепленную линию Сталина. В тылу этих выдвинувшихся далеко вперед дивизий, а также танковой группы Гудериана оказались в окружении 16-я и 20-я советские армии, в составе которых насчитывалось пятнадцать пехотных дивизий и шесть танковых соединений. Эти вражеские силы были сильно потрепаны, но тем не менее оказывали ожесточенное сопротивление.

В эти дни Ельнинский выступ представлял собой самый дальний участок Восточного фронта, занятый немецкими войсками. Он являлся естественным крайне важным стратегическим плацдармом для наступления на Москву. Прекрасно понимая это, противник использовал все резервы, чтобы ликвидировать этот плацдарм и вернуть себе Смоленск. Советское Верховное главнокомандование издало суровые приказы. Солдаты, которые оставляли свои позиции без приказа, подлежали расстрелу. Офицеры отступающих подразделений представали перед военно-полевым судом.

Здесь же, под Ельней, впервые возникало и такое понятие, как советские гвардейские дивизии. Под Ельней Красной армии необходимо было любой ценой остановить наступление немецких танковых дивизий и мобильных соединений.

Сражение под Ельней

Под Ельней 10-я танковая дивизия (командир – Шааль) ведет тяжелые бои с превосходящими силами противника.

Утром 22 июля командир дивизии отдает приказ дивизии СС «Рейх» атаковать высоты восточнее Ельни, захватить их и удерживать. Атака осуществляется силами полка СС «Дойчланд» справа (на его правом фланге 10-я танковая дивизия) и полка СС «Дер Фюрер» слева, на пока еще открытом левом фланге. К полудню полк СС «Дер Фюрер» занимает исходную позицию и переходит в атаку 2-м батальоном справа и 1-м батальоном слева. 3-й батальон следует слева, прикрывая открытый фланг с тыла. Быстро завязывается чрезвычайно тяжелый бой. У противника хорошо оборудованные позиции на цепи холмов. Он сражается с крайним ожесточением при эффективной поддержке своей артиллерии. Только благодаря введению в бой всех видов тяжелого оружия полка и собственной артиллерии, некоторые орудия которой бьют по врагу прямой наводкой, и охватывающей атаке 3-го батальона с левого фланга поздним вечером удается окончательно выбить противника с его позиций.

Полк снова выполнил поставленную перед ним задачу, но из-за ожесточенных боев при изнуряющей жаре весь личный состав полка совершенно измотан. Ночью полк окапывается на захваченных рубежах. 2-й батальон упирается своим правым флангом в железнодорожную насыпь, уходящую от Ельни дальше на восток. Штурмовые группы батальона проникают до населенного пункта Пронино и на одной из высот южнее железнодорожной линии устанавливают контакт с полком СС «Дойчланд». Левый фланг 2-го батальона проходит по неубранному ржаному полю, в котором для пулеметов проделаны широкие проходы. Основные силы 1-го батальона располагаются в вытянутой лощине, где для сооружения некоего подобия укрытий используются торфяные брикеты и кучи торфа.

3-й батальон занял плоский гребень невысокого холма и для обороны оборудует позиции в непросматриваемой, поросшей кустарником местности фронтом на северо-восток. (Гауптштурмфюрер СС Кемпин возглавил 3-й батальон, а прежний командир, гауптштурмфюрер СС Хан, отправлен командовать 13-й ротой.) 16-я рота (гауптштурмфюрера СС Брауне), соблюдая все меры предосторожности, тотчас начинает разминирование минного поля, обращая особое внимание на обезвреживание противопехотных мин, взрыватели которых подсоединялись к тончайшей стальной проволоке. Одновременно разведываются и минируются все удобные для возможного прорыва танков противника проходы. В качестве единственного резерва в полку остается только 15-я рота. Командир размещает командный пункт полка в 200 метрах от переднего края обороны в глубокой железнодорожной выемке, проходившей перпендикулярно фронту.

23 июля на КП полка появился командир дивизии и выразил свою личную признательность за успехи в последних боях. Группенфюрер СС Хауссер одобряет намерение командира полка захватить господствующую высоту в 500 метрах от переднего края обороны 1 – го батальона, с которой противнику открывался хороший обзор в глубину немецких позиций. В случае успеха позиции батальона значительно улучшались.

Рано утром 24 июля 1-й батальон в ходе молниеносной атаки берет высоту, закрепляется на новых позициях и удерживает их все последующее время, успешно отражая непрерывные атаки противника.

Тем самым для полка начинается тяжелое испытание обороной, которое он с честью выдержал: яркий пример для раскрытия понятия «оборона».

Наши храбрые гренадеры из Австрии и Судетской области показали, с какой удалью, с каким бесстрашием и боевым духом они бросаются в атаку. Сохранят ли они такой же боевой дух и при переходе к обороне? Они сохранили его! То, что они показали в последующие пять недель, стало славной страницей в истории всей германской армии!

Днем и ночью противник беспрерывно атакует наши позиции. Мощь его артиллерийского огня возрастает с каждым днем, и время от времени огонь становится просто ураганным. Нашей дивизии СС «Рейх» противостоят семь непрерывно атакующих дивизий Красной армии. И ни в одном месте выступа фронта мы не отступаем ни на шаг!

Днем и ночью штурмовые группы батальонов прорываются в глубь вражеских позиций, срывая тем самым подготовку к новым атакам, и приводят пленных, дающих важные показания.

Оборону осложняет постоянная нехватка боеприпасов, и прежде всего для артиллерии. Поскольку 46-й танковый корпус, в составе которого сражается дивизия СС «Рейх», в эти недели стоит на самом переднем крае всего Восточного фронта, то пути подвоза боеприпасов растянулись почти до бесконечности.

31 июля 2-й батальон сменяет на его позициях армейское подразделение, и, по крайней мере, хоть на какое-то время он отводится в резерв полка. В результате КП полка переносится дальше на север за позиции 3-го батальона и размещается на гребне невысокого холма, откуда открывается отличный обзор позиций всего полка. Это позволяет в любое время обнаружить вражескую атаку в самом ее начале и подавить ее в зародыше массированным огнем или бросив в бой резервы.

Здесь противник впервые бросает в бой танки Т-34. Все танки, которые встречались полку до сих пор, не доставили его бойцам больших хлопот. Гренадеры шутили: «Мы ловим их пилоткой!»

Неожиданно десять танков Т-34 врываются на позиции 1-го батальона, давят гусеницами наши 37-мм противотанковые пушки и устремляются в глубь расположения полка. Однако бойцы сохраняют хладнокровие. С помощью трофейных бутылок с «коктейлем Молотова», дисковых противотанковых мин или же просто обливая танки бензином, они поджигают один бронированный колосс за другим. Последние танки подбиваются на огневых позициях нашей артиллерии. После боя бойцы со знанием дела и не без удивления тщательно изучают сгоревшие танки снаружи и изнутри. Мнение едино: «Они еще доставят нам немало хлопот!»

В начале августа полк СС «Дер Фюрер» на его позициях сменяет 292-я пехотная дивизия. Через станцию Глинка полк перебрасывается в район между реками Ужа и Устром и занимает оборону, развернувшись фронтом на север. (А из Ельни немцев 6 сентября советские войска выбили. – Ред.) Тяжелые бои с окруженными под Смоленском войсками русских, в которых, согласно сводкам вермахта, в плен попало более 300 тысяч красноармейцев, достигают кульминации. Поэтому понятно, что вражеское давление на юг и юго-восток ежедневно растет.

Полк занимает оборонительные позиции в следующем порядке: справа 3-й батальон, а слева 2-й батальон. Соседом полка справа здесь оказывается полк «Гроссдойчланд». 12 августа 1941 года 1-й батальон полка был отозван в распоряжение 2-й танковой группы. И с этих позиций батальоны ежедневно совершают разведывательные и атакующие вылазки, две из которых заслуживают особого упоминания.

Разведывательная группа 2-го батальона незаметно просачивается сквозь позиции противника, углубляется почти на 6 километров в тыл врага, обнаруживает и уничтожает штаб советской дивизии. Группа благополучно возвращается назад с важными пленными.

Перед позициями 3-го батальона находится небольшая деревушка. Однажды после тяжелого боя с превосходящими силами противника мотоциклетный взвод 15-й роты полка СС «Дойчланд» вынужден был оставить деревню, бросив при отступлении все свои мотоциклы. Штурмовой отряд 3-го батальона численностью до двух отделений под командованием унтершарфюрера СС Гутберлета атакует деревню и выбивает из нее противника, который оставил много убитых. А штурмовой отряд благополучно возвращается с мотоциклами назад.

В этой связи особо хочется отметить образцовое взаимодействие с командиром армейского артиллерийского полка, который выполнял любое наше желание. Благодаря хорошей работе своих наблюдателей он подавил не одну вражескую батарею и множество огневых позиций врага, которые обнаружили разведчики нашего полка. К сожалению, мне неизвестно имя этого офицера и номер его полка.

18 августа полк сменяют армейские части. Полк отправляется маршем в Смоленск через Глинку – Болтутино – Починок и располагается в районе восточнее Смоленска на отдых и доукомплектование. Во время этой короткой передышки батальоны помогают убирать урожай на колхозных полях.

Во время последних боев 12-я рота потеряла своего любимого командира, гауптштурмфюрера СС Ледерваша.

Отто Кумм пишет: «Мне посчастливилось наградить большое число солдат полка за проявленный героизм Железными крестами 2-го и 1-го класса. Во время обстоятельного совещания командиров в штабе дивизии нас подробно информируют о ходе Восточной кампании. После этого уже ни у кого не остается никакого оптимизма относительно оценки этого похода. Хотя мы можем гордиться достигнутыми успехами германского вермахта, нашей дивизии СС «Рейх» и особенно полка СС «Дер Фюрер». Однако та информация, которую нам сообщил о противнике начальник разведки дивизии, не оставляет сомнения в том, что мощь Красной армии будет расти с каждым днем».

Сражение с окруженными под Киевом войсками Красной армии

Несмотря на впечатляющие успехи, достигнутые группой армий «Центр», которые нашли свое отражение прежде всего в огромном числе пленных и захваченных трофеев во время боев с окруженными войсками противника под Гомелем и Смоленском, а также в захвате территории, принимается решение о временном отказе от продолжения наступления на Москву. Теперь главное внимание уделяется группе армий «Юг». Уже неоднократно велись бурные дискуссии о целесообразности смены направления главного удара. Здесь нет места для разглагольствований на эту тему.

Германский план предусматривал уничтожение в ходе широкого охвата в районе Киева сильной группировки Красной армии – а именно группы армий маршала Буденного (маршал С.М. Буденный был главкомом войск Юго-Западного направления (с июля по сентябрь 1941 г.). Главкомом Юго-Западного фронта был генерал-полковник М.Н. Кирпонос (погиб, прорываясь из окружения, 20 сентября) – Ред.). Для этого в штабе группы армий «Центр» было решено привлечь прежде всего танковые соединения Гудериана (в том числе дивизию СС «Рейх», 3, 4, 17 и 18-ю танковые дивизии, 10-ю и 29-ю моторизованные дивизии и полк «Гросс-дойчланд»).

1 сентября 1941 года дивизия СС «Рейх» выступила маршем вместе с полком СС «Дер Фюрер» через Смоленск– Рославль на юг. 2 сентября марш продолжается через Мглин и Унечу на Стародуб. Дождь льет как из ведра, и без того ужасные дороги превращаются в настоящее болото. Водителям приходится особенно тяжело, и они вынуждены демонстрировать все свое искусство. Из-за таких дорожных условий дивизия сильно растягивается.

3 сентября южнее Стародуба происходит несколько коротких боев с остатками отступавших советских частей. Вечером 3 сентября полк (без 1-го батальона) располагается в Авдеевке, оставив далеко позади себя остальные части дивизии СС «Рейх». Накануне под сильным натиском противника части 10-й пехотной (моторизованной) дивизии были вынуждены оставить значительные территории южнее этой деревни.

Генерал-полковник Гудериан приказывает полку СС «Дер Фюрер» рано утром 4 сентября наступать в этом направлении, не дожидаясь прибытия основных сил дивизии «Рейх». Еще вечером 3 сентября батальоны выдвигаются на исходные позиции южнее Авдеевки, справа разворачивается 3-й батальон, а слева – 2-й батальон. Слабый беспокоящий огонь вражеской артиллерии достигает окраин деревни. Во время одного из ночных налетов получает ранение командир 3-го батальона гауптштурмфюрер СС Кемпин. С тяжелым сердцем командир полка назначает командиром 3-го батальона полкового адъютанта, гауптштурмфюрера СС Лингнера, одного из самых лучших офицеров, имевшихся в полку.

4 сентября в 5:00 через наши линии охранения начинается атака на хорошо укрепленные позиции противника, который отчаянно сопротивляется. Сначала атака развивается медленно. Но потом 2-й батальон под командованием штурмбаннфюрера СС Хармеля стремительно прорывается вперед и начинает преследовать отступающего врага, не давая красноармейцам организовать оборону. Ближе к вечеру 2-й батальон после неожиданно быстрого форсирования реки (Убедь) разгромил штаб вражеской дивизии.

За день было захвачено большое число пленных и около двадцати орудий. 3-й батальон продвигается вперед на такое же расстояние. 5 сентября наступление на юг продолжается. Многочисленные, беспорядочно отступающие отряды советских войск рассеиваются огнем артиллерии. Во время одной из передышек 1-й батальон снова нагоняет полк, сразу же выходит вперед и, развернувшись, стремительно атакует противника, отбрасывая его далеко на юг.

Во время этого наступательного марша вдоль колонны полка проезжает генерал-полковник Гудериан и тепло приветствует солдат, выражая им свою признательность. Утром 6 сентября передовые части полка выходят к реке Десне южнее Сосницы. Под городком Мена 1-й батальон настигает колонну противника и в ходе стремительной атаки наносит ей ощутимые потери.

Окружение войск противника становится все ощутимее. Передовой отряд 3-й танковой (Берлинской «медвежьей») дивизии 2-й танковой группы Гудериана 7 сентября выходит к городу Конотопу. В районе города Ромны кольцо окружения должно сомкнуться.

Под ударами наступающей 2-й армии крупные соединения советских войск отступают по железнодорожному мосту под Макошином на другой берег Десны. Сильная оборона на северной и восточной окраине Макошина, основу которой составляют два бронепоезда, должна была позволить Советам удержать этот стратегически важный мост через Десну, ширина которой в этом месте достигает 60 метров.

Полк с ходу начинает готовиться к атаке на Макошино вместе с подчиненным ему мотоциклетным батальоном дивизии. 1 – й батальон тем временем все еще продолжает вести упорные бои восточнее Мены. 2-й и 3-й батальоны закрепляются на берегах Десны восточнее Макошина. Начать атаку планируется в 13:30 после налета на Макошино пикирующих бомбардировщиков. Наступает 13:30 – бомбардировщиков нет, 13:45 – их все еще нет, 14:00 – самолетов не видно! Тогда генерал-полковник Гудериан, находившийся на КП полка СС «Дер Фюрер» в 500 метрах восточнее Макошина, приказывает мотоциклетному батальону атаковать Макошино. Батальон отважно врывается на вражеские позиции, и завязывается чрезвычайно упорный бой. Из-за трудностей с ведением артиллерийской разведки артиллерия может поражать вражеские цели только на окраинах Макошина.

В 14:30 – мотоциклисты уже давно сражаются на улицах Макошина – появляются двадцать семь пикирующих бомбардировщиков, идущих тремя волнами, и, несмотря на все наши сигналы флагами и ракетами, наносят бомбовый удар по центру Макошина – в самую гущу атакующих рот бесстрашных мотоциклистов!

Мы несем страшные потери от собственных бомб, и многие из нас посылают проклятия в адрес летчиков. Правда, атака пикирующих бомбардировщиков принесла и положительный результат – оба вражеских бронепоезда уничтожены, и сопротивление противника в Макошине ослабевает. В ходе этого боя командир 14-й (противотанковой) роты, унтерштурмфюрер СС Франк и командир зенитной роты, оберштурмфюрер СС Рентроп с горсткой людей прорвались по восточной окраине Макошина к мосту, смелым броском стремительно пересекли мост и закрепились на южном берегу Десны. При этом они предотвратили взрыв моста, перерезав провода, ведущие к взрывчатке.

Противник прекрасно осознает грозящую ему опасность, так как он намеревался эвакуировать через этот мост свои многочисленные отступающие части. Он сразу же переходит в контрнаступление. С каждым часом его контратаки становятся все яростнее, а сам мост он держит под таким плотным огнем, что переброска по нему подкрепления становится невозможной. Все попытки прорваться на помощь к нашим отважным бойцам оказываются тщетными, в дневное время сделать это было невозможно. Они должны самостоятельно продержаться до темноты. Немецкие солдаты вгрызаются в землю на крошечном пятачке и удерживают этот важнейший для нас мост, успешно отбивая все вражеские атаки. Унтерштурмфюрер СС Франк погибает смертью храбрых в этом жестоком бою. Оберштурмфюрер СС Рентроп был награжден за свой героизм Рыцарским крестом. В этом бою храбро сражались также 15-я рота и дивизион (батальон) штурмовых орудий.

В течение ночи 7 сентября слабые силы мотоциклетного батальона, поддержанные штурмовыми орудиями «Принц Ойген» и «Дерфлингер», вышли к крошечному плацдарму. Тогда командир полка решает форсировать реку силами двух батальонов (1-й батальон западнее моста, а 3-й батальон восточнее) и создать второй плацдарм, чтобы затем уничтожить окруженного противника.

2-й батальон форсирует реку примерно в 6 километрах восточнее, в ходе быстрой атаки захватывает небольшую деревушку на южном берегу Десны и удерживает ее, отбивая многочисленные атаки противника, прикрывая тем самым левый фланг полка.

Форсирование реки 1-м и 3-м батальонами проходит по плану и заканчивается без происшествий 8 сентября рано на рассвете. На южном берегу Десны 1-й батальон втягивается в тяжелый бой на пересеченной местности, однако еще до обеда ему удается достичь железнодорожной насыпи южнее моста у Макошина.

3-й батальон продвигается в густом тумане по берегу Десны и примерно в 3 километрах перед собой обнаруживает большое село Слободка, раскинувшееся на холме, где не было тумана. Бесшумно продвигаясь вперед, батальон незаметно подходит к подножию холма и так внезапно врывается в село, что противник не успевает оказать серьезного сопротивления.

В руки батальона попадает большое число пленных и батарея полевых гаубиц. Еще до обеда батальоны соединяются в районе железнодорожной насыпи. Окруженные в результате этого войска противника окончательно рассеиваются бойцами мотоциклетного батальона и подоспевшим полком СС «Дойчланд».

9 сентября полк СС «Дойчланд» выступает с этого плацдарма для наступления в южном направлении, опираясь левым флангом на железнодорожную линию Макошино– Бахмач. В этот же вечер, несмотря на ожесточенное сопротивление противника, удается взять Борзну. Затем полк СС «Дер Фюрер», выдвинув вперед 3-й батальон, продолжает наступление вдоль железнодорожной линии. Ночью ему удается обогнать полк СС «Дойчланд», и утром 10 сентября он вступает в бой в районе железнодорожного узла Бахмач с превосходящими силами противника, отступающего на восток.

На левом фланге устанавливается контакт с соседом, 4-й танковой дивизией. Противник несет тяжелые потери. В этом бою полк теряет одного из лучших своих офицеров, храброго командира 11-й роты, гауптштурмфюрера СС Карла Нея. От Бахмача полк СС «Дойчланд» выходит на острие наступления дивизии СС «Рейх». В ходе стремительного наступления ему удается разгромить крупные формирования противника. Тем временем полк СС «Дер Фюрер» движется во втором эшелоне и 15 сентября снова вступает в бой.

В то время как полк СС «Дойчланд» при поддержке штурмовых орудий и саперов берет населенный пункт Ичня, полк СС «Дер Фюрер» получает задание атаковать и взять Прилуки. Таким образом, постепенно складывается такое положение, что дивизия СС «Рейх», сопровождаемая с обеих сторон отступающими армиями противника, оказывается во главе клина, нацеленного на Киевский котел.

Вечером 15 сентября противник снова закрепляется на позициях в Матишовке, и особенно на холмах южнее деревни. Атаковавший с ходу 2-й батальон несет тяжелые потери. Погибает отличный командир 6-й роты, гауптштурмфюрер СС Грунд. С наступлением темноты батальон вынужден прекратить атаку и перегруппироваться.

В это же время 3-й батальон полка СС «Дер Фюрер» вступает в тяжелый бой с противником на дороге в 3 километрах восточнее. 1 – й батальон снова передан в распоряжение 24-го танкового корпуса генерала Гейра фон Швеппенбурга. Несмотря на постоянное проведение разведывательных рейдов в ночные часы, противнику удается незаметно оторваться от атакующих немецких частей. Снова и снова приходится констатировать высокий уровень подготовки и стойкость советских солдат и офицеров.

2-й батальон, атакуя по обе стороны дороги, выходит на покинутые вражеские позиции и поэтому быстро продвигается вперед. Не встречая сопротивления, ранним утром 16 сентября 2-й батальон вступает в Прилуки с севера. Прилуки лежат на обоих берегах реки, причем малая часть города лежит на северном берегу, а большая часть растянулась на 2–3 километра на южном берегу. Противник удерживает позиции в домах и садах северной части. С западного конца городка настойчиво атакует танковый взвод русских.

«Ни шагу назад. Держитесь или умрите!» – так звучит приказ красноармейцам, отданный Верховным главнокомандованием.

2-й батальон, атаковавший с ходу, закрепляется в северной части города. Каждый дом, каждый садовый участок приходится брать с боем, часто исход схватки решается только с помощью ручных гранат и автоматов. Взвод штурмовых орудий под командованием оберштурмфюрера СС Телкампа прорывается вместе с 15-й ротой до моста в южной части города. Однако немецким солдатам не удается помешать противнику взорвать мост.

В ночь с 15 на 16 сентября 3-й батальон, совершив бросок на своих автомашинах, прорвал вражеские позиции и нанес противнику ощутимые потери. Продолжая наступление, 3-й батальон выходит к реке в нескольких километрах восточнее позиций 2-го батальона, однако здесь ему приходится залечь под сильным вражеским огнем из южной части города.

С раннего утра 16 сентября командный пункт полка находится на холме примерно в 300 метрах севернее Прилук, откуда открывается отличный обзор поля боя. С этой высоты можно эффективно управлять огнем своей артиллерии, что позволяет остановить атаку танкового взвода противника. В 9:00 командир полка с удивлением обнаруживает, что противник силами до двух пехотных батальонов широким фронтом приближается с северо-запада к тылам 2-го батальона и к полковому КП. Одновременно вражеская артиллерия открывает сильный огонь по командному пункту полка. С каждым часом нарастает интенсивность огня вражеской артиллерии, и одновременно противник усиливает натиск своей пехоты. Только бросив в бой всех имеющихся в наличии людей, удается остановить эту атаку. При этом существенную помощь в отражении вражеской атаки оказывает 5-я батарея под командованием гауптштурмфюрера СС Йоста, которая ведет огонь прямой наводкой по наступающим войскам противника.

Однако работа командного пункта парализована на несколько часов. Только после того, как 2-й батальон в ходе упорного боя прочно завладевает северной частью города до самой реки, командиру полка удается послать ему на помощь 5-ю роту, усиленную штурмовыми орудиями «Йорк» и «Шилль». И совместными усилиями они отражают атаку противника, направленную в тыл 2-му батальону.

В этом бою 5-я рота действительно зарекомендовала себя с самой лучшей стороны! В продолжавшемся почти два часа бою вражеская колонна была полностью разгромлена. На поле боя осталось около 900 убитых, 30 орудий, 13 танков и 150 автомашин разных типов. Многочисленные подразделения русских, пытаясь спастись, отошли на юг к реке и были загнаны в заболоченную пойму, где многие из них утонули.

В ночь на 17 сентября 3-му батальону удается пересечь реку и глубоко вклиниться в южную часть горящего во многих местах города. Днем 17 сентября, ведя тяжелые уличные бои, батальон продвигается дальше на запад к мосту. В ночь на 18 сентября 2-му батальону, поддержанному атакой 3-го батальона, тоже удается пересечь реку. Весь день 18 сентября продолжаются упорные уличные бои. Но вечером 18 сентября командир полка смог доложить командиру дивизии, прибывшему на КП полка на одном из холмов южнее Прилук: «Прилуки полностью в руках полка».

Командир дивизии выразил свою признательность такими словами: «Я всегда рад посетить полк СС «Дер Фюрер». В этом полку всегда все в порядке!»

Генерал Гейр фон Швеппенбург, пользуясь случаем, сообщает, что кольцо окружения вокруг котла замкнулось под Лохвицей, где 13 сентября (кольцо окружения замкнулось 15 сентября. – Ред.) в 18:20 разведывательный отряд 6-го танкового полка (танковая группа Гудериана) наткнулся на передовые части 16-го саперного батальона (танковая группа Клейста). Полку СС «Дер Фюрер» обещают предоставить несколько дней заслуженного отдыха.

Но в ночь на 19 сентября полк вновь поднимают по тревоге, так как получен следующий приказ: «С целью пробить брешь в кольце окружения противник направляет из-под Харькова в сторону населенного пункта Ромны заново сформированный корпус в составе стрелковой дивизии, кавалерийской дивизии и танковой бригады. Находящиеся в том районе наши силы, 10-я пехотная (моторизованная) дивизия, не в состоянии отразить этот удар. Дивизии СС «Рейх» с полком СС «Дер Фюрер» во главе немедленно выступить ускоренным маршем в сторону города Ромны, атаковать с наших оборонительных линий эти вражеские силы и уничтожить их».

На рассвете 19 сентября полк начинает выдвижение к Ромнам. Командир полка выезжает вперед, чтобы установить контакт с находящимися там немецкими силами и прояснить обстановку. С командного пункта 10-й пехотной моторизованной дивизии, размещенного на колокольне местной церкви, открывается отличный обзор места предстоящего боя. Расположенные на возвышенности Ромны рассекались на две части рекой Сулой, протекавшей с северо-востока на юго-запад. На другой стороне реки раскинулся пологий холм шириной около 5 километров, на котором подразделения 10-й пехотной моторизованной дивизии удерживали плацдарм.

В этот час противник находился еще вне пределов видимости. Но даже одни только сообщения о приближении названных соединений противника вызывали легкое беспокойство. Всего лишь одна неосторожно брошенная фраза «Вражеские танки идут!» оказывала на многие наши подразделения неприятное воздействие.

Сразу после полудня в Ромны прибывают наши подразделения. 1-й и 3-й батальоны быстро переправляются через реку и занимают исходные позиции для атаки на большом плацдарме. Деревню Сидоренково и господствующие высоты необходимо взять при поддержке штурмовых орудий. 2-й батальон выдвигается на позиции на этой стороне реки примерно в 5 километрах северо-восточнее. В момент занятия 1-ми 3-м батальонами исходного положения русские атакуют силами почти тридцати танков, среди которых было много тяжелых. Наши силы на плацдарме начинают отходить. При поддержке штурмовых орудий «Дерфлингер» и «Йорк», которые находились в секторе атаки 1-го батальона, оба батальона переходят в контратаку.

Эффективную поддержку атакующим батальонам оказывает расчет батареи 88-мм зенитных орудий, которая располагалась на позиции южнее реки. Воодушевленные этой поддержкой бойцы смело атакуют вражеские танки. Те из них, которые не были подбиты штурмовыми орудиями или зенитной батареей, выводятся из строя противотанковыми минами и связками гранат. Через час на поле боя горят двадцать восемь вражеских танков. Только двум танкам удается отойти.

Как только стемнело, 2-й батальон, перейдя реку, атакует небольшую деревушку на другом берегу реки. Ему удается застать врасплох вражеский кавалерийский полк и почти полностью уничтожить его. Воспользовавшись успехом 1-го батальона, 2-й и 3-й батальоны в ту же ночь на 20 сентября выдвигаются вперед на рубежи 1 – го батальона.

Утром 20 сентября полк СС «Дойчланд» атакует противника с позиций полка СС «Дер Фюрер». Завязывается ожесточенный, но успешный бой за деревню Журавли и высоту 91,55. После полудня полк СС «Дер Фюрер» выдвигается справа от полка СС «Дойчланд», встречая лишь слабое сопротивление противника. 21 сентября около 6:00 оба полка атакуют при поддержке штурмовых орудий высоту 91,55 и после тяжелого боя занимают ее.

Вслед за этим полк СС «Дер Фюрер» был повернут на юг, чтобы атаковать крупные вражеские силы, которые наступали оттуда. Вечером 1-й и 2-й батальоны подходят к деревне Сакуново, в то время как 3-й батальон остается для прикрытия правого фланга. Проведенная ночью разведка сообщает, что в деревне расположились слабые силы противника.

Рано утром 23 сентября без артподготовки полк поднимается в атаку. Практически не встречая сопротивления, он проходит Сакуново и занимает важную высоту на другой стороне деревни. Внезапно в тылу обоих батальонов вспыхивает сильная перестрелка из всех видов оружия. Как позже выяснилось, подразделения противника силой до полка отлично замаскировались в домах, садах и полях и, находясь теперь между батальонами и близко расположенным командным пунктом полка «ДФ», пытаются ударить в спину выдвинутым вперед ротам. Оба батальона недолго думая резко разворачиваются и еще раз атакуют Сакуново с юга, в то время как со стороны КП полка их поддержали огнем изо всех видов тяжелого оружия, и прежде всего из полковых пехотных орудий. Завязывается ожесточенный бой, который продолжается весь день. Противник применил «катюши», которые нанесли удар с позиций западнее деревни. Позднее 3-му батальону удается захватить одну из них. К вечеру бой в деревне заканчивается. Противник оставляет на поле боя почти 1200 убитых. Наши потери тоже значительные, но они не идут ни в какое сравнение с потерями врага.

Тем самым потерпела окончательную неудачу попытка противника разблокировать Киевский котел на этом участке фронта. Полк СС «Дер Фюрер» снова внес решающий вклад в успех дивизии СС «Рейх» и по мере своих сил способствовал тому, что окружение под Киевом стало одной из крупнейших успешных операций германских войск за всю войну.

Согласно сводкам вермахта, в плен попало 665 тысяч советских солдат и офицеров, было захвачено или уничтожено 3718 орудий, сожжено 884 танка, захвачено в качестве трофеев огромное количество боеприпасов и боевой техники. (Всего во вражеском кольце оказалось 452,7 тыс. чел. Бои в окружении шли 15–26 сентября, некоторые группы советских бойцов и командиров выходили из окружения до 2 октября. Всего в Киевской оборонительной операции (7 июля – 26 сентября 1941 г.) безвозвратные потери советских войск (убитые, пропавшие без вести, пленные) составили 616 304 чел. (включая свыше 100 тыс. погибших и попавших в плен 2—11 августа под Уманью). Советские войска потеряли в Киевской операции 411 танков, 343 самолета и 28 419 орудий и минометов. – Ред.) Главнокомандующий группой советских армий, маршал Буденный, был снят со своей должности еще во время боев. (Автор ошибся. Буденный был главкомом войск Юго-Западного направления (Юго-Западный и Южный фронт). Его преемник генерал-полковник Кирпонос (не преемник, а главком Юго-Западного фронта. – Ред.) и начальник его штаба генерал-лейтенант Пуркаев погибли при попытке вырваться из котла (автор снова напутал – вместе с Кирпоносом погиб начальник штаба фронта генерал-майор В.И. Тупиков, а также член Военного совета М.А. Бурмистенко. А Пуркаев (начштаба фронта в июне-июле) воевал всю войну и умер в 1953 г. – Ред.), а командующий 5-й армией генерал Потапов был взят в плен. Пять советских армий были полностью уничтожены, а две армии – сильно потрепаны. Около миллиона красноармейцев погибло, было ранено или пропало без вести. (Осенью 1941 года германская сухопутная армия на Восточном фронте состояла из двенадцати армий и танковых групп.)

За время этих боев полк СС «Дер Фюрер» взял в плен 15 тысяч солдат и офицеров противника и захватил более двухсот орудий. Сейчас уже невозможно подсчитать точное число уничтоженных танков, автомашин и другой боевой техники.

24 сентября полк в составе дивизии СС «Рейх» направляется моторизованным маршем по маршруту Ичня – Чернигов – Гомель в район Рославля и на несколько дней размещается недалеко от Волчея. Прибывает пополнение, и начинается подготовка к следующему большому этапу боевых действий.

Генеральное наступление на Москву под кодовым названием «Тайфун» – начало наступления: 2 октября[3] 1941 года

Основной оперативный план предусматривал расчленение крупных оперативно-стратегических объединений вражеских войск, оборонявшихся на позициях перед Москвой, окружение их в районах Брянска и Вязьмы и последующее уничтожение, а затем наступление на Москву всеми силами группы армий «Центр».

На время проведения этой операции дивизия СС «Рейх» включалась в состав 40-го танкового корпуса (генерал Штумме), входившего в 4-ю танковую группу Гёпнера. Первоначально планировалось наступать на Юхнов из района Рославля – на Спас-Деменск – Мосальск, а после форсирования Оки (Угры. – Ред.) повернуть на север и под Гжатском у автострады Смоленск – Москва замкнуть кольцо окружения под Вязьмой.

4 октября полк выступает маршем в составе дивизии. Не вступая в соприкосновение с противником, он несколько дней продвигается на северо-восток. 6 октября выпадает первый снег. 9 октября 16-я (саперная) рота наводит мост через Оку под Юхновом. После этого полк СС «Дер Фюрер», продвигаясь справа от полка СС «Дойчланд», продолжает наступление на север. Крупные вражеские силы, которые постоянно пытаются прорваться на восток, после тяжелых боев отбрасываются назад. В бою у деревни Нижняя Петряйка погибает командир батареи штурмовых орудий, гауптштурмфюрер СС Гюнстер, который был похоронен в селе Тупишино вместе с двумя солдатами из своего экипажа.

Утром 10 октября южнее автострады разгорается тяжелый бой. Во время атаки на деревню Молчаново 2-й батальон вынужден залечь в открытом поле под сильным огнем противника. Командир 7-й роты оберштурмфюрер СС Хольцер берет инициативу на себя, поднимает свою роту в атаку и врывается в деревню. Вскоре деревня оказывается уже в наших руках, а разведывательные группы выдвигаются до самой автострады. Все три батальона проводят еще несколько боев местного значения, и после полудня им удается перерезать шоссе восточнее Гжатска.

Полк временно разворачивается фронтом на запад и на восток и занимает оборону. С востока, из района деревни Сноски противник начинает наступление при поддержке 52-тонных танков (КВ-2, масса 52 т, экипаж 6 чел., вооружение 152-мм гаубица, 3 7,62 пулемета. Толщина брони (лоб, борт, башня) 75 мм. – Ред.). Но даже эти бронированные колоссы не смогли напугать наших бравых солдат. При поддержке штурмовых орудий часть из них была уничтожена, а остальные повернули назад. При оказании помощи нашим раненым особо отличился экипаж штурмового орудия «Лютцов».

Оседлав шоссе Смоленск – Москва, 11 октября полк продолжает наступление через село Ивашково. В это же время полк СС «Дойчланд», который продвигался в том же направлении по старой почтовой дороге в 5 километрах севернее, атакует населенные пункты Столбово и Зуево. В то время как 1-й батальон успешно наступает через деревни Войново и Курьяново, 2-му и 3-му батальонам приходится залечь перед опушкой леса, где закрепился противник. Сильный пулеметный огонь прижимает роты к земле. Начинает пристрелку вражеская артиллерия. Несмотря на то что по опушке леса ведется плотный огонь изо всех видов имеющегося в наличии оружия, противник не успокаивается.

В это время на КП полка появляется командир 1-го батальона 7-го танкового полка 10-й танковой дивизии. Он сообщает, что у него в распоряжении семьдесят танков и что он готов поддержать атаку наших гренадеров. Редко мы были так счастливы видеть товарищей по оружию, как в этот момент.

Танки выстраиваются в боевой порядок севернее шоссе и атакуют опушку леса. Из леса со страшным грохотом вырываются около тридцати вражеских танков и устремляются в контратаку. Завязывается драматичное танковое сражение, которое через полчаса заканчивается полной победой боевых машин 10-й танковой дивизии. Большая часть вражеских танков объята пламенем, и только немногим удается отойти назад в лес. 3-й батальон, разместившись на броне танков, тотчас начинает наступление на восток. Этой же ночью ему удается прорвать хорошо укрепленные вражеские позиции. Так в боях крепнет товарищеское сотрудничество между танкистами 10-й танковой дивизии и бойцами нашего полка.

13 октября продолжается наступление вдоль автострады. 3-й батальон снова атакует врага на броне танков 10-й танковой дивизии, 1-й и 2-й батальоны следуют за ними на своих автомобилях. Им удается прорвать оборону противника у деревень Клемятино (южнее станции Колочь, юго-западнее станции Бородино) и Рукашово и после полудня выйти к Московской оборонительной линии.

Эта линия обороны в данном месте была создана на другом берегу ручья на холмистой местности и имела глубину более 2 километров. Ее прикрывали пять рядов противотанковых препятствий: русло ручья, ряд надолбов, противотанковый ров, металлические противотанковые ежи и заграждения из колючей проволоки. На этой оборонительной линии имелись сплошные траншеи с проложенными в них телефонными кабелями, отличные бетонные доты и хорошо оборудованные огневые позиции. Танки Красной армии были закопаны здесь в землю по башню, пятьдесят установленных здесь огнеметов защищали мост на автостраде. А на другой стороне этой оборонительной линии, на лесной опушке снова стояли танки, предоставляя вражеской артиллерии отличные наблюдательные пункты. Правда, все эти детали бойцы нашего полка обнаружили только в ходе боя.

Передовой танковый отряд остановился на высоте, прикрытой с обеих сторон дороги лесом. 3-й и прибывший вскоре 2-й батальоны тотчас выслали разведгруппы в лес, и те добыли первые сведения о параметрах Московской линии обороны. Командный пункт полка развернулся на холме примерно в 500 метрах от первой линии вражеских позиций.

Днем 13 октября на КП полка прибыл командир дивизии и приказал провести разведку и готовиться к атаке рано утром 14 октября. Разведгруппы начинают прощупывать вражескую оборону. Командиры батальонов и рот выдвинулись вперед, чтобы провести рекогносцировку местности и определить места удобные для атаки. Хорошо замаскировавшись под прикрытием леса, роты заняли исходные позиции: справа от шоссе расположился 2-й батальон, а слева – 3-й батальон. 1-й батальон пока еще находился в 3 километрах позади основных сил полка. Противник ведет сильный беспокоящий артиллерийский огонь по району сосредоточения полка.

Прорыв Московской линии обороны[4]

Поздно вечером 13 октября на командном пункте полка вновь появился командир дивизии и сообщил, что левому соседу полка СС «Дер Фюрер», полку СС «Дойчланд», неожиданно удалось прорвать линию обороны русских. Командир дивизии приказывает полку СС «Дер Фюрер» начать атаку уже этой ночью.

Разведка выяснила, что наиболее подходящим для прорыва был район севернее шоссе, то есть в полосе действия 3-го батальона. Поэтому командир полка выдвинул из резерва 1-й батальон и поставил его на исходные позиции слева от 3-го батальона. Затем он приказал переданному ему в поддержку 2-му дивизиону артиллерийского полка дивизии СС «Рейх» занять позицию также слева от шоссе и направить своих наблюдателей в 1-й и 3-й батальоны. В то время когда 1-й и 3-й батальоны должны были атаковать врага, 2-му батальону надлежало охранять обе стороны дороги и поддерживать атаку обоих батальонов огнем.

В жестокой рукопашной схватке, подчас только с личным оружием в руках, штурмовые группы обоих батальонов ворвались на вражеские позиции, проложили себе путь, захватывая траншею за траншеей, и в течение ночи с 13 на 14 октября прорвали вражескую линию обороны (Можайская линия обороны. – Ред.) на всю ее глубину. Удается установить контакт с полком СС «Дойчланд». Утром 14 октября подтягивается 2-й батальон с заданием ударить из места прорыва по вражеским позициям, смять их и отбросить на юг через автостраду. И весь этот день ведутся тяжелые бои. Снова и снова обнаруживаются хорошо замаскированные вражеские позиции и траншеи, которые умело устроены на обратных склонах небольших холмов. К вечеру вражеская линия обороны и за автострадой шириной почти 4 километра находится в руках полка СС «Дер Фюрер».

Еще в ходе этих боев отважные саперы 16-й роты выдвинулись вперед по автостраде, с помощью миноискателей обследовали мост и под сильным вражеским огнем разминировали его. Во время разведки этого моста, примерно в 300 метрах от командного пункта полка в результате танкового обстрела тяжелое ранение получает командир дивизии, наш глубокоуважаемый «папаша Хауссер». Все офицеры, унтер-офицеры и солдаты полка потрясены этим печальным известием. Командир полка СС «Дойчланд», бригадефюрер СС Биттрих, принимает командование дивизией СС «Рейх».

Прорывом Московской линии обороны полк вписал еще одну славную страницу в свою историю. Сейчас уже невозможно в деталях воспроизвести тот героизм, который продемонстрировали в этих боях каждая штурмовая группа, каждый отдельный боец, можно лишь подчеркнуть, что весь полк действовал как великолепный инструмент в руках руководства.

Еще в ночь на 15 октября 1-й и 3-й батальоны продолжили наступление на восток через деревню Артемки и затем окопались, временно заняв оборону на опушке леса в нескольких километрах западнее (южнее. – Ред.) Бородина. Тем временем 2-й батальон продолжил зачистку Московской линии обороны в южном направлении.

Путь для танкового батальона 10-й танковой дивизии открыт. Полк СС «Дер Фюрер» вскоре снова устремился вместе с танкистами в атаку на врага.

С 16 по 19 октября полк продолжал наступление на восток, продвигаясь по обе стороны шоссе. Противник постоянно предпринимал сильные контратаки, поддерживаемые танками и огнем артиллерии. И после прорыва Московской линии обороны его боевая мощь не сломлена. Под Бородином – местом исторического сражения русской армии с войсками Наполеона – разгорается ожесточенное танковое сражение между 10-й танковой дивизией и советскими Т-34. В этом сражении 10-я танковая дивизия понесла тяжелые потери. (На историческом Бородинском поле 32-я стрелковая дивизия полковника В.И. Полосухина при поддержке 18, 19 и 20-й танковых бригад четверо суток отбивала атаки немцев, которые потеряли здесь 117 танков и около 10 тыс. чел. убитыми и ранеными. – Ред.)

Несмотря на сильный снегопад, противник все чаще использует штурмовую авиацию. С каждым днем погода становится все менее благоприятной для наступления: сильные метели сменяются дождем. По ночам легкий морозец, днем снова плюсовая температура. Дороги и прилегающая к ним местность превращаются в вязкую грязь.

Между тем потери в полку достигли уже такого размера, что в бой приходится бросать последние резервы. В ротах насчитывается в среднем по 35 бойцов – два взвода, состоящие из двух неполных отделений (штатная численность германской пехотной роты около 200 чел. – Ред.). Однако, тем не менее, каждая поставленная перед полком боевая задача выполняется, хотя и на пределе возможностей.

21 октября полк СС «Дер Фюрер» вместе с приданным ему мотоциклетным батальоном дивизии СС «Рейх» продолжал наступление южнее Можайска и захватил важный перекресток дорог Шелковку (Дорохово. – Ред.). Сам Можайск был взят 22 октября полком СС «Дойчланд» при поддержке танков 10-й танковой дивизии. В 10 километрах южнее Можайска, непосредственно с обеих сторон от шоссе (на Верею и Боровск. – Ред.) раскинулось крупное село Борисово. Разведывательный батальон 7-й пехотной дивизии атакой с юга занял село, но после тяжелых боев был вынужден отойти. Тем самым дальнейшее продвижение 7-й пехотной дивизии было остановлено.

Полк получает приказ взять Борисово и силами 1-го и мотоциклетного батальонов удержать упомянутый выше перекресток. Между Можайском и Борисовом проходят ведущие на Москву старая почтовая (Старая Смоленская) дорога, проселочная дорога, шоссе или автострада (Минское шоссе), а также железнодорожная линия Смоленск– Москва.

Село Борисово (ныне около 1000 чел. В прошлом крепость Царев Борисов Городок, основанный в 1600 г. Сохранились остатки мощных валов, отразивших поляков в 1609 и 1618 гг. – Ред.) раскинулось на длинном гребне холма, а с севера и с юга село имело естественную защиту в виде широкой поймы реки (р. Протвы на юге, р. Мжут на севере. – Ред.). У противника были хорошо укрепленные позиции на окраинах села, и его поддерживала артиллерия, позиции которой располагались восточнее Борисова.

Заняв исходное положение, полк атаковал село силами 3-го батальона справа и 2-го батальона слева. Однако в пойме реки роты попали под сильный вражеский огонь с флангов и не могли продвинуться вперед ни на шаг. 2-й дивизион артиллерийского полка дивизии СС «Рейх» под командованием штурмбаннфюрера СС Вундера поддержал атаку батальонов. Артиллеристы быстро распознали ключевые точки вражеской обороны и подвергли их массированному огню из всех орудий. Им удалось подавить вражеские опорные пункты, накрывая одну огневую точку за другой, и затем полностью разгромить отступающего противника в самом селе. Под прикрытием этого артиллерийского огня роты врываются в Борисово и на южной окраине устанавливают контакт с разведывательным батальоном 7-й пехотной дивизии.

Тем временем 1-й и мотоциклетный батальоны, поддержанные штурмовыми орудиями, вынуждены были вести чрезвычайно трудный оборонительный бой. Противник бросил в бой прибывшую из Монголии 82-ю мотострелковую дивизию, элитное соединение Советов, чтобы отбить важный дорожный узел Шелковку.

В документальном отчете об операции «Барбаросса» отмечалось: «Когда капитан Кандуч, офицер для поручений при начальнике разведки 40-го танкового корпуса, докладывал генералу Штумме о ходе боя, у него на глаза навернулись слезы. В рукопашном бою 18—20-летние бойцы, вооруженные только саперными лопатками, ручными гранатами и штыками, опрокинули два советских батальона. Многие из этих юных эсэсовцев пали в бою. И у всех у них были сапоги на босу ногу. И это при пятнадцатиградусном морозе!»

Из-за непрекращающихся дождей (при пятнадцатиградусном морозе? – Ред.) продвижение вперед становится все мучительнее. Хотя полку СС «Дер Фюрер» и удалось достичь крупной развилки шоссе на Рузу – Волоколамск, в 25 километрах восточнее Можайска, но затем наступление было остановлено.

На пятидесятикилометровом участке шоссе между Гжатском и Можайском стояли бесконечные колонны машин, увязнувших в грязи по самые оси, а в некоторых местах – и по радиаторы. Если до сих пор удавалось вытащить автомобили с помощью тягачей, то теперь безнадежно застряли даже полугусеничные машины. Таким образом, вся дивизия в районе Можайска и восточнее его оказалась обездвиженной. Она кое-как разместила свой личный состав и ждала.

Ждала, пока наступит зима, ударят морозы и сделают дороги снова проезжими.

Если сейчас много говорится о том, что раннее начало зимы 1941 года стало причиной нашего первого (крупного. – Ред.) поражения под Москвой, то я полагаю, что, опираясь на собственный опыт, мы можем сказать – мы страстно желали прихода зимы. Нашему неудержимому наступлению на Москву помешали непрекращающиеся дожди и непролазная грязь. Противник использовал эти недели для того, чтобы перебросить по своим исправным железным дорогам свежие войска с Дальнего Востока, чтобы организовать оборону Москвы.

В эти дни 11-й полк дивизии СС «Рейх» был расформирован, а его личный состав распределен между полками СС «Дойчланд» и «Дер Фюрер». Когда в начале ноября дожди почти прекратились и ударил легкий морозец, полк СС «Дер Фюрер» был передислоцирован через дорожный узел Шелковка в район Рузы в 20 километрах на север от автострады. Дорога Шелковка – Руза в некоторых местах проходила по самому переднему краю, поэтому из-за постоянного вражеского артобстрела автомашинам приходилось преодолевать эти участки на высокой скорости.

Из района Рузы ослабленные части 10-й танковой дивизии прорвались через лес на северо-восток. Благодаря бревенчатому настилу удалось сделать проходимой разбитую лесную дорогу. Русские войска пытались днем и ночью атаками с востока отрезать передовые части 10-й танковой дивизии, одновременно они подвергали их массированному обстрелу, используя при этом несколько батарей своих «катюш».

Мороз крепчал, и уже несколько дней шел снег. 7 ноября в Старой Рузе полк получает приказ очистить от войск противника выложенную бревнами дорогу (часть) в восточном и южном направлении и охранять ее. По данным, полученным от 10-й танковой дивизии, речь шла идет о слабых вражеских силах. Поэтому было принято решение сначала задействовать только 1 – й батальон. Приданные ему штурмовые орудия «Блюхер» и «Лютцов» пока не могли быть использованы на сильно заболоченной местности.

В ходе атаки в густом заснеженном лесу 1-й батальон понес тяжелые потери, однако ему удалось занять важную стратегическую высоту в 500 метрах к югу от гати. Батальон не мог в одиночку очистить густой лес шириной почти 3 километра, так как из-за одностороннего движения на гати пока не удавалось подтянуть тяжелое оружие. Отдельные отряды противника даже сумели в некоторых местах выйти к гати, и теперь они обстреливают ее с обеих сторон. Один задругам вперед выдвигаются 2-й и 3-й батальоны и направляются на охрану гати. Однако продвижение на юго-восток по этой лесистой местности сопровождается большими потерями. Особенно тяжелые потери понесла в этом бою 3-я рота оберштурмфюрера СС Лекса.

12 ноября штаб полка выдвигается на другую сторону леса в деревню Лыткино, и теперь он находится в непосредственной близости от передовых отрядов 10-й танковой дивизии. Снегопад не прекращается, а по ночам мороз только усиливается.

17 ноября – установились уже такие сильные холода, что земля промерзла, – начинается последнее крупномасштабное наступление на Москву.

Южнее Москвы наступала 2-я танковая группа (с 5 октября танковая армия) Гудериана, которая к началу декабря вышла в район Рязани юго-восточнее Москвы (до Рязани было еще 70 км. Попытка немцев прорваться к Кашире закончилась неудачей – 27–29 ноября контрударом 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, усиленного танками, была разбита и отброшена к Мордвесу 17-я танковая дивизия немцев. Героически оборонялась Тула. – Ред.). С запада лобовой удар наносила 4-я танковая группа Гёпнера (дивизия СС «Рейх» входила в число соединений этой танковой группы). С северо-запада через Клин и далее на канал Москва – Волга наступала 3-я танковая группа (с 1 января 1942 года танковая армия) Гота.

Полк СС «Дер Фюрер» получил приказ атаковать через лес на юго-восток и захватить населенный пункт Городище на другой стороне леса. Однако при этом он сталкивается с огромными трудностями. В лесу на хорошо подготовленных позициях окопалась отлично оснащенная Сибирская стрелковая дивизия, которая оказывает ожесточенное сопротивление. Была предпринята попытка выбить противника с его позиций в лесу с помощью одного тяжелого и одного легкого дивизиона реактивных минометов. Однако эффективность реактивных минометов оказывается намного меньшей, чем ожидалось. У командира полка остается только одна возможность: приказать 2-му батальону обойти лес с севера и, совершив охватывающий маневр, атаковать Городище. Эта атака, начатая при поддержке штурмовых орудий в 11:30, наконец-то увенчалась успехом. И к вечеру 20 ноября деревня была уже полностью в руках полка. Последнее сопротивление противника в лесу тоже подавлено.

Эти бои за мощенную бревнами дорогу (гать) оказались самыми тяжелыми и кровопролитными из всех тех, которые полк вел до сих пор.

Затем полк продолжает наступление на деревню Силково. 22 ноября полк атакует село Никольское. Бросив тяжелое вооружение, противник в панике отступает. Во время наступления 23 ноября удается перейти старую почтовую дорогу и железнодорожную насыпь Волоколамск – Москва, чтобы взять деревню Глебово и выйти к населенному пункту Горки. Затем полк СС «Дойчланд» проходит через позиции полка СС «Дер Фюрер» и продолжает атаку. Однако родственный полк сталкивается с ожесточенным сопротивлением врага и лишь с большим трудом продвигается вперед.

10-я танковая дивизия, наступавшая слева от дивизии СС «Рейх», подтягивается на этот рубеж. 25 ноября полк СС «Дер Фюрер» снова на острие атаки, ему приказано взять город Истру. Для проведения разведки в сторону Истры направляется 15-я (мотоциклетная) рота под командованием оберштурмфюрера СС Волькершторфера. При поддержке штурмовых орудий «Принц Ойген» и «Йорк» мотоциклистам удается смелым внезапным ударом ошеломить противника, захватить мост через реку Истру и уберечь его от взрыва. И вслед за этим они захватывают маленький плацдарм на другом берегу реки. Все это происходит в конце дня 25 ноября.

Истра – небольшой городок, который просторно раскинулся на холме примерно в 500 метрах восточнее моста. Небольшая речка Истра полукругом огибает город. На западном выступе холма, нависающем над рекой, высится Истринский собор (Новоиерусалимский монастырь с Воскресенским собором, повторяющим в плане одноименный собор в Иерусалиме. – Ред.) – комплекс из высоких зданий. Весь комплекс окружает мощная пятиметровая каменная стена. Высокий земляной вал ведет от моста до самой городской окраины.

Противник приготовился к обороне на хорошо оборудованных позициях на склоне холма, откуда пулеметным огнем простреливалось все широкое заснеженное поле между его оборонительными позициями и мостом. Особенно хорошо подходил для обороны Истринский собор (Новоиерусалимский монастырь. – Ред.), настоящая средневековая крепость, чем не преминули воспользоваться многочисленные подразделения русских. Кроме того, красноармейцев поддерживала своим огнем советская артиллерия.

Одной из штурмовых групп 10-й танковой дивизии под командованием подполковника Де ля Шеваллери удалось захватить мост через Истру у села Бужарово в нескольких километрах севернее позиций полка СС «Дер Фюрер». Храбрые братья по оружию из 10-й танковой дивизии, которая тоже понесла большие потери (в ней насчитывалось всего лишь двадцать восемь танков и четыре сильно поредевших пехотных батальона, а также десять орудий), оказывали на противника сильное давление севернее города.

С наступлением темноты 25 ноября 3-му батальону удалось переправиться по мосту через Истру и оборудовать выдвинутый командный пункт полка в маленьком блиндаже немного восточнее моста. Поскольку 2-й батальон был временно выведен из состава полка, то в качестве усиления ему был придан 2-й батальон полка СС «Дойчланд» под командованием гауптштурмфюрера СС Хансмана. Этой же ночью 3-му батальону удается ворваться в собор (монастырь. – Ред.) и в тяжелом бою занять весь комплекс зданий. Однако проведенная утром 26 ноября с плацдарма атака 1 – го батальона полка СС «Дер Фюрер» и 2-го батальона полка СС «Дойчланд» была отбита массированным пулеметным огнем противника. В полдень 3-й батальон с территории собора (монастыря. – Ред.) начинает еще одну атаку на город. В это же время 69-й стрелковый полк 10-й танковой дивизии под командованием подполковника Мауса атакует город с севера, и к вечеру 26 ноября Истра оказывается полностью в наших руках.

У противника здесь сражалась 78-я Сибирская стрелковая дивизия и части, которые только что были переброшены из-под Хабаровска. У них был приказ любой ценой удержать Истру, последний оплот Московской оборонительной линии. (Истра была опорным пунктом, но не находилась на рубежах Московской зоны обороны. Впереди немцев ждали еще три рубежа этой зоны, они подошли к внешнему рубежу только у Крюкова и Красной Поляны. – Ред.)

Наибольший вклад в успех полка внесли 15-я рота под командованием оберштурмфюрера СС Волькеншторфера и 9-я рота под командованием оберштурмфюрера СС Шобера, которые в ходе ожесточенного боя сумели первыми ворваться в соборный комплекс (Новоиерусалимский монастырь).

27 ноября восточнее Истры в районе населенного пункта Высоково полк занял оборону и 28 ноября сумел удержать этот рубеж под непрекращающимся артиллерийским огнем противника, который бросил в бой также и свою штурмовую авиацию.

Условия для ведения боевых действий становились все тяжелее. Хотя боеспособность частей противника значительно уменьшилась, но по численности он все еще намного превосходил немецкие дивизии. (Наступающие немецкие войска имели преимущество и в численности и в технике (кроме авиации). – Ред.) Но, прежде всего, он располагал достаточным количеством артиллерии всех калибров и боеприпасов для тяжелого вооружения.

А полк СС «Дер Фюрер» был теперь не таким прекрасным, как всего лишь год тому назад! Несмотря на полученное пополнение из 11-го полка, в ротах в среднем насчитывалось по двадцать пять бойцов (то есть почти в 8 раз меньше штатной численности). Пришлось расформировать 2-й батальон. Штурмбаннфюрер СС Хармель был назначен командиром полка СС «Дойчланд», а испытанные во многих боях 5, 6, 7, и 8-я роты были распределены между 1-м и 3-м батальонами. Тем самым временно прекратил существование отлично зарекомендовавший себя батальон. Но он навсегда остался в сердцах однополчан.

Мы от всего сердца поздравляли штурмбаннфюрера СС Хармеля с новым назначением, хотя прощание с полком далось ему тяжело. Он был самым заслуженным командиром батальона в полку СС «Дер Фюрер».

29 ноября полк продолжал наступление на юго-восток вдоль дороги Истра – Москва. Температура опустилась до – 30°, сильные метели затрудняли продвижение вперед. Тем не менее полку снова удается добиваться больших успехов, ежедневно он с боями преодолевал от 5 до 6 километров, атакуя при этом на очень широком фронте, зачистку которого можно было производить, только двигаясь зигзагом.

4 декабря полк занимает фабрику на западной окраине городка Ленино, а к вечеру того же дня роты, ведя упорные уличные бои, прорываются к станции.

Тем самым в руках полка оказывается пригород всего лишь примерно в 17 километрах от городской черты Москвы! (Автор несколько приукрашивает. С занятием Ленино и Снегирей немцам оставалось еще более 20 км до современной границы Москвы, а в 1941 г. город был намного меньше. – Ред.)

Русские бросают в контратаки ополченцев, которых поддерживают танки. Все бойцы полка верят, что можно по пальцам одной руки пересчитать дни, оставшиеся до того момента, когда полк сможет ворваться в Москву. В ясную погоду можно уже без бинокля различить высокие городские башни. Выдвинутая вперед батарея 105-мм пушек ведет беспокоящий огонь по городу (предельная дальность стрельбы 105-мм германских пушек «18» 19,1 км. – Ред.). Поступает приказ перейти к обороне на достигнутом рубеже. Батальоны, справа 3-й батальон, а слева у дороги 1-й батальон, окапываются и готовятся к отражению атак противника.

6 декабря поступает для всех совершенно непонятный приказ: «Прекратить атаки! Дивизиям отойти назад за Истру и перейти к обороне, заняв зимние позиции!» (В результате прорывов советских войск севернее немцам ничего не оставалось, как отходить, чтобы не быть отрезанными. – Ред.)

А ведь Москва находится так близко! Москва – это не вопрос престижа, а крупнейший железнодорожный узел, который связывает все движение в западной части Советского Союза! При потере Москвы противник лишился бы почти всех возможностей переброски резервов и подвоза боеприпасов и военной техники!

И в те дни, но прежде всего сейчас, приводится много аргументов, которые касаются отвода немецких дивизий от Москвы (поспешного отступления и бегства под ударами Красной армии. – Ред.). Был ли в этом виноват «генерал Мороз»? Разумеется, температура воздуха, которая временами достигала 52° мороза (сильное преувеличение. По данным архива Главного управления метеослужбы, в ноябре 1941 г. в Подмосковье средняя температура держалась около 4–6° ниже нуля. Правда, 5–7 февраля морозы достигли —28°, но ненадолго. – Ред.), доставляла большие трудности солдатам германской армии. Транспортные средства и оружие не были готовы к эксплуатации в таких условиях.

Были ли тому виной сибирские дивизии? Эти свежие и боеспособные соединения, в белых маскировочных комбинезонах, оснащенные самым современным оружием, несомненно, сыграли важную роль. Но не решающую. Под Истрой, например, хваленые сибирские подразделения были вынуждены отступить под натиском сильно ослабленных рот нашего полка.

Была ли в этом виновата российская система дорог? Или виной тому были ошибки, допущенные при планировании операции Верховным главнокомандованием вермахта и Генеральным штабом сухопутных войск? Или же была допущена недооценка Красной армии и, прежде всего, не учтены ресурсы территорий, лежащих восточнее Москвы?

Чем же объясняется недостаточная оснащенность германской армии для ведения войны в зимних условиях? Неужели германские военно-воздушные силы были не в состоянии помешать снабжению советского фронта из восточных районов России? Была ли виновата в этом железнодорожная сеть в оккупированных районах? Были ли паровозы подготовлены к эксплуатации в зимних условиях, или непреодолимые трудности возникли из-за перешивки рельсового пути на европейскую ширину?

Многие из этих аргументов действительно сыграли свою роль. Германские фронтовые дивизии, без сомнения, сделали все, что было в их силах. Они были сильно измотаны многомесячными непрерывными боями, полки были обескровлены. Временами обмороженных было больше, чем раненых. Дивизия СС «Рейх» и 10-я танковая дивизия, а также части 40-го танкового корпуса в период с 9 октября по 5 декабря 1941 года потеряли, согласно официальным сводкам, 7582 человека личного состава (солдат, унтер-офицеров и офицеров). Общие потери на Восточном фронте к 5 декабря 1941 года составили около 750 тысяч человек. (Согласно Ф. Гальдеру (Военный дневник. 14.12.1941 г.), потери немцев с 22 июня по 10 декабря 1941 г. составили 775 078 чел., в т. ч. 162 799 убитых, 32 484 пропавших без вести и 579 795 чел. раненых – Ред.) Возникает вопрос: смогли бы свежие войска, хорошо оснащенные для ведения зимней войны, сломить последнее сопротивление противника под Москвой? Даже такого храброго и так фанатично защищавшегося? Легко догадаться, каков будет ответ. Однако пусть каждый читатель составит себе собственное мнение. Давайте лучше вернемся к истории полка СС «Дер Фюрер».

Оборонительные бои между Истрой и Рузой

7 декабря вступает в силу первый решающий приказ об отводе войск. Передвижение войск начинается по плану. Полк и два батальона, один от полка СС «Дойчланд», а второй от полка СС «Дер Фюрер», остаются в арьергарде дивизии СС «Рейх», прикрывая ее отход. Русские сразу замечают изменение во фронтовой обстановке и усиливают натиск, бросая в бой многочисленные подразделения и, прежде всего, танки. Бойцы полка сражаются с ледяным спокойствием, так как воодушевление первых месяцев погасло, а настроение упало до нуля. Много вражеских танков уничтожается в ближнем бою с помощью связок гранат или мин, а каждая попытка противника прорваться через наши оборонительные линии срывается.

В своей книге «Великая битва под Москвой» российский автор А.М. Самсонов пишет об этих боях:

«16-я советская армия генерала Рокоссовского перешла в атаку из района Крюково – Дедовск и нанесла свой главный удар по Истре. 5-я армия под командованием генерала Говорова, которая наступала южнее 16-й армии, поддержала наступление армии Рокоссовского в направлении Истра – Волоколамск. Во время боев в районе Крюково, который фашисты намеревались использовать в качестве района сосредоточения для последнего наступления на советскую столицу, противник защищался особенно упорно. На рубеже Крюково – Каменка – Истра противник оказывал ожесточенное сопротивление…

Подразделения 8-й гвардейской стрелковой Панфиловской дивизии, 1-й гвардейской танковой бригады и другие соединения атаковали Крюково…»

10 декабря полк отходит за Истру. Саперы дивизии и 16-я (саперная) рота подготовили вполне приемлемые опорные пункты. В ночь на 11 декабря бойцы полка приступают к основной работе – прокладке сквозных ходов сообщения. Через три дня оборонительные позиции полностью оборудованы. Слева от дивизии СС «Рейх» занимает позиции свежая 5-я танковая дивизия, прибывшая в ноябре. Правый сосед отошел за Истру дальше на запад, поэтому правый фланг дивизии СС «Рейх» совершенно открыт. Так же обстоят дела и на левом фланге 5-й танковой дивизии.

После того как многочисленные атаки противника на позиции обеих дивизий, несмотря на огромные потери, были успешно отражены, он обходит обе дивизии с флангов. За несколько дней ему удается продвинуться далеко на запад. За спиной немецких дивизий смыкается кольцо окружения – так полк СС «Дер Фюрер» впервые оказывается в котле. Но это обстоятельство не выбивает никого из колеи – настолько велико доверие друг к другу и непоколебимо чувство превосходства над противником, пусть даже и имевшим многократный численный перевес. (К началу декабря 1941 г. группа армии «Центр» вместе с люфтваффе имела в своем составе 1 млн 708 тыс. чел., около 13 500 орудий и минометов, 1170 танков и 615 самолетов. Советские войска, привлеченные к контрнаступлению, насчитывали около 1 млн 100 тыс. чел., 7652 орудия и миномета, 774 танка (в т. ч. 222 средних и тяжелых) и 1000 самолетов. Следовательно, немцы (надо сказать, выдохшиеся и замерзшие из-за разгильдяйства высших инстанций, не подготовивших теплой одежды, соответствующих горюче-смазочных материалов для техники и т. д.) превосходили советские войска в людях в 1,5 раза, в артиллерии в 1,4 раза, в танках в 1,6 раза. И только в авиации уступали в 1,6 раза (при том, что самолетов новых типов во фронтовой авиации у нас было только 47,5 %). – Ред.) Однако теперь удержание позиций под Истрой стало уже нереальным.

15 декабря поступает приказ о дальнейшем отходе на запад. Полк снова идет в арьергарде дивизии СС «Рейх», и в полночь ему удается оторваться от наседавшего противника. Из-за продолжающейся метели и гололеда дороги находятся в ужасающем состоянии. Часть автомашин безнадежно застревает в пути, и их приходится взрывать. Расставание со своими машинами, которые так долго верно служили им, дается нашим водителям нелегко.

На рассвете 16 декабря поступает приказ занять оборону. Вскоре показывается преследующий нас противник. Некоторые его подразделения передвигаются на лыжах. Весь день до наступления темноты идет тяжелый бой, а в ночь на 17 декабря происходит очередной отвод наших войск назад.

Отступая таким образом через Слободу, через реку Озерна на Лысково и далее на Курово (на берегу реки Рузы), совершая изнурительный ночной марш, полк преодолел по колено в снегу при пробирающем до костей холоде около 30–35 километров (из района Слободы до Курова). А днем бойцам полка приходилось постоянно отражать яростные атаки наступающих красноармейцев.

Последний марш в ночь на 20 декабря оказывается особенно изнурительным. На рассвете 21 декабря батальоны подходят к Рузе. Тяжелое пехотное оружие частично перевозится на санях, запряженных лошадьми, бойцы в грязных маскировочных халатах крайне измотанны. Эта картина способна тронуть сердце даже самого сурового и черствого человека. В то время как командир полка обсуждает с командирами батальонов вопросы размещения боевого охранения на ранее разведанных позициях, противник снова атакует нас крупными силами. При таких обстоятельствах приходится отказаться от боевого охранения, и как можно быстрее полк переходит к обороне западнее Рузы. Кроме пяти-шести больших воронок в замерзшей земле на почти шестикилометровом участке, занимаемом полком, больше ничего не было подготовлено для обороны. Как раз в тот момент, когда батальоны занимали свои оборонительные участки – справа 3-й батальон, а слева 1-й батальон, – противник прорывается на позициях 3-го батальона. В течение получаса роты 3-го батальона в ходе яростного боя отбрасывают противника назад, нанеся ему тяжелые потери.

Перспектива окончательно закрепиться здесь чрезвычайно мала. Тем не менее бойцы сразу приступают к сооружению зимних оборонительных позиций. Там, где лопаты и кирки не справляются с мерзлой землей, ее взрывают с помощью тыловых шашек и дисковых противотанковых мин. Три дня неописуемо тяжелой работы, которая постоянно прерывается необходимостью отражения вражеских атак, и полк готов защищать свои позиции и у Рузы.

Противник чувствует, что не может прорваться в этом месте, и его активность снижается. Однако артиллерийский огонь вражеских батарей усиливается, что нарушает пути подвоза боеприпасов и наносит урон транспортным средствам. Из-за высоких снежных заносов перевозка грузов от складов на передний край обороны может осуществляться только на исхудавших лошаденках, запряженных в сани. Устанавливаются сильные холода со страшными снежными буранами. За несколько дней все вокруг занесено снегом до такой степени, что все дороги стали почти непроходимыми.

В таких условиях полк СС «Дер Фюрер» встречает Рождество 1941 года – холодный гороховый суп и мерзлый хлеб на обед, весь личный состав в изношенных сапогах и рваных носках. Из-за нехватки подготовленных к зиме паровозов и постоянных снежных заносов на всех железнодорожных линиях и дорогах снабжение войск оказывается под большим вопросом. Тем не менее полк наконец получает зимнее обмундирование: меховые куртки, утепленные брюки, валенки и шубы. Правда, большая часть сброшенных с транспортных самолетов люфтваффе (Ю-52) рождественских посылок с дополнительным праздничным рационом приземляется на территории, занятой противником.

Командир полка, Отто Кумм, так пишет об этих днях: «И все же, когда я посещаю своих бойцов в их блиндажах на переднем крае обороны, я повсюду наблюдаю одинаковую уверенность и непоколебимую решимость, как и прежде, продолжать нашу борьбу. Везде чувствуется сознание полного превосходства над этим противником. Все в большей и большей мере противник чувствует, что его атаки на нашем участке фронта являются безуспешными и лишь приводят к большим потерям. Он переходит к отвлекающим атакам небольшими силами и подвергает наши позиции постоянным артиллерийским обстрелам. Направление своего главного удара он переносит на другие, более слабые, участки фронта. Таким образом, 1941 год заканчивается для полка без особых происшествий на оборонительных позициях под Рузой. Также хотелось бы особо отметить заслуги офицеров тыловых служб. В тяжелейших условиях, действуя зачастую на пределе сил, эти люди обеспечили боевые роты всем необходимым. В великолепных достижениях и успехах полка за последние недели есть в равной мере и их заслуга».

Оборонительное сражение под Ржевом

В середине января 1942 года в соответствии с планом (в связи с наступлением советских войск на других участках фронта в ходе Ржевско-Вяземской наступательной операции (8 января – 20 апреля 1942 г.). – Ред.) позиции под Рузой были оставлены, чтобы, отведя войска под Гжатск (совр. Гагарин. – Ред.), сократить фронт и создать новую линию обороны. В результате дивизия СС «Рейх» была высвобождена для выполнения новых трудных заданий.

В начале 1942 года Советам удалось прорваться на юго-запад между Валдайской возвышенностью и Волгой. Основные силы 29-й русской армии оказались в районе Белого и собирались наступать в направлении Смоленска. Между 6-м корпусом в Ржеве и 33-м корпусом слева от него образовалась брешь шириной около 16 километров. 9-я армия под командованием генерал-полковника Моделя, которой теперь была подчинена дивизия СС «Дас Рейх», собиралась ударами обоих корпусов закрыть эту брешь, окружить и уничтожить прорвавшегося противника.

Полк СС «Дер Фюрер» проходит маршем через Гжатск на запад, там грузится в вагоны и по железной дороге перебрасывается в Сычевку (Сычовку), которая находится в 50 километрах южнее Ржева. Полк СС «Дойчланд» прибыл первым на своем собственном автотранспорте и уже был выдвинут в район северо-западнее Сычевки. Командир полка СС «Дер Фюрер» ожидал прибытия своего полка на командном пункте дивизии в Сычевке. Генерал-полковник Модель отдает приказ командиру дивизии СС «Дас Рейх» передать один из полков дивизии 6-му корпусу в Ржеве для удара с целью закрыть брешь в линии фронта западнее Ржева и для последующей обороны старого места прорыва на Волге. Таким образом, для выполнения этого задания остается только один еще не прибывший полк «Дер Фюрер».

24 января 1942 года 6-й корпус собирается начать атаку собственными силами, сосредоточенными на левом фланге. Полк получает приказ атаковать рано утром 25 января в северо-западном направлении, чтобы развить успех, достигнутый во время наступления 24 января, выйти на рубеж излучины Волги северо-западнее Ржева и перейти к обороне на участке шириной около 6 километров фронтом на северо-восток. Остальные силы в это же время должны были организовать оборону от оказавшегося у них за спиной и окруженного противника фронтом на юго-запад.

В последний момент, ночью 25 января, батальоны полка СС «Дер Фюрер» прибывают в Ржев. Им пришлось с боем отбивать у противника некоторые участки железной дороги между Сычевкой и Ржевом, чтобы продолжить путь. Не успев передохнуть, батальоны с ходу бросаются в атаку. Противник не оказывает серьезного сопротивления, и еще до полудня 25 января полк выходит к Волге. Командир полка вместе с командиром 1-го батальона, штурмбаннфюрером СС Эратом, и командиром 3-го батальона, гауптштурмфюрером СС Гельмутом Шульцем, намечает передний край обороны. 3-й батальон занимает позиции справа от Волги, а 1-й батальон – слева.

Волга замерзла, и лед выдерживает даже вес тяжелых танков. На левом, восточном берегу Волги, на участке 3-го батальона находится деревня Клепенино, насчитывающая около тридцати домов. Справа, сразу за деревней раскинулось слегка всхолмленное открытое заснеженное поле. Примерно в 80 метрах от переднего края обороны, который проходит по северной окраине деревни, начинается перелесок, уходящий на северо-восток. В тылу батальона оказался небольшой лесок шириной около 600 метров.

Позиции 1-го батальона расположены немного выгоднее. Здесь передний край обороны проходит в 200 метрах от леса, и у батальона хороший сектор обстрела и отличный обзор предполья.

Однако большие опасения вызывает чрезвычайно малочисленный боевой состав полка: два батальона, прислуга тяжелого оружия, штабы и связисты, все вместе насчитывают всего шестьсот пятьдесят человек! В батальонах осталось по две пехотные роты и остатки пулеметной роты, рота полковых орудий с одним легким и одним тяжелым взводами, противотанковая рота с еще двумя взводами 37-мм противотанковых пушек. 15-я и 16-я роты были расформированы.

С каждым днем температура опускается все ниже и ниже и в первые дни февраля достигает своего предельно низкого уровня —54°! (Уже говорилось, что немцы (как и за 140 лет до них французы Наполеона) сильно преувеличивают ужасы русской зимы, пытаясь прикрыть свою несостоятельность в войне с русскими. Но видимо, тридцатиградусные морозы изредка в феврале 1942 г. были. – Ред.)

Выйдя на передний край обороны, роты тотчас приступают к работе, чтобы с помощью толовых шашек и мин выбить в промерзшей земле углубления. Через каждые 100–200 метров оборудуются пулеметные гнезда и стрелковые окопы. Передний край обороны оказывается слабо насыщен личным составом. Оборонительный рубеж совсем не имеет глубины. В распоряжении полка не остается абсолютно никаких резервов.

26 января с согласия командира полка командир 3-го батальона решает атаковать лес перед своими позициями, чтобы в случае успеха перенести передний край обороны на северную опушку этой узкой лесной полосы или, по крайней мере, выставить на северной опушке леса посты охранения. К своему удивлению, в лесу 3-й батальон наталкивается на хорошо оборудованные вражеские оборонительные позиции. Как выяснилось, это был старый оборонительный рубеж русских, подготовленный еще осенью.

Гауптштурмфюрер СС Шульц вынужден прекратить безнадежную атаку и отвести свой батальон, по возможности «невредимым», назад на уже подготовленные позиции. При этом гауптштурмфюрер СС Шульц лично возглавляет отход батальона и погибает. Это такая потеря, которой в данной ситуации вообще невозможно найти равноценную замену. Командование батальоном принимает гауптштурмфюрер СС Боллерт, бывший командир 10-й роты. Противник тотчас атакует крупными силами, но атаку удается отбить.

Командный пункт полка находится примерно в 800 метрах позади 3-го батальона в маленькой деревушке Ножкино в 50 метрах от южной опушки лесочка. Ежедневно, то на грузовике, то верхом на лошади, то на легком самолете-разведчике «Физелер-Шторьх» командующий 9-й армией, генерал-полковник Модель, наведывался в расположение полка, так как этот участок фронта казался ему наиболее уязвимым.

Где-то на третий день обороны, как раз тогда, когда генерал-полковник Модель опять находится в штабе полка, разведчики 1-го батальона приводят пленного с важными сведениями, радиста из штаба 30-й русской армии. Во время допроса пленный сообщает, что на дороге от Калинина до села Высокое и дальше до излучины Волги стоят друг за другом соединения всей 30-й армии: семь стрелковых дивизий и шесть танковых бригад, получивших приказ поддержать наступление 29-й армии. Начало атаки запланировано на утро завтрашнего дня. Затем пленный называет нам наименования отдельных дивизий, полков и бригад и очередность их выдвижения на передний край.

Генерал-полковник Модель покидает командный пункт полка в большой тревоге, приказал нам быть предельно внимательными, хотя сам он посчитал показания пленного радиста преувеличенными.

На следующее утро действительно начинается атака русских – и именно в том же самом месте, где ранее прорвалась 29-я армия, на что указывали две широкие колеи, сохранившиеся на обоих берегах Волги. Непрерывно, днем и ночью, в течение трех недель противник пытается прорваться в этом месте. К счастью, не массированным ударом всей армии, а посылая в бой батальон за батальоном, полк за полком, одну танковую бригаду за другой, именно в такой последовательности, в какой подразделения подходили к линии фронта.

Бойцы полка успешно отражают все атаки и удерживают свои позиции. Тот героизм, который бойцы продемонстрировали в эти дни, намного превзошел все то, что было показано до сих пор! Каждая атака отбивается с ужасными потерями для наступающего противника, часто только лишь в рукопашном бою, с применением ручных гранат и штыков. Перед позициями каждой роты лежат горы вражеских трупов.

Но наибольшую опасность представляют атаки неприятельских танков. У 3-го батальона в деревне Клепенино для отражения танковых атак используются две 50-мм противотанковые пушки, а у командного пункта 1-го батальона стоит одна 88-мм зенитка. После нескольких дней боев выдвинутая вперед 50-мм противотанковая пушка была раздавлена вражескими танками. У другого орудия за очень короткое время трижды меняется обслуга. Но оно продолжает стрелять, пока на ближних подступах к деревне не подбивает около двадцати танков и пока дым от горящих танков окончательно не закрывает сектор обстрела. Сменить позицию невозможно, так как орудие заметено снегом по самые оси, и ни один тягач не может прорваться в зону обстрела. Тогда храбрым гренадерам не остается ничего другого, как отбивать танковые атаки вручную, с помощью противотанковых мин, связок гранат и «коктейля Молотова».

Проходит шесть дней… противнику так и не удалось прорваться! Хотя крайние дома в Клепенине и сгорели в ходе ожесточенных боев.

Однажды утром перед позициями 10-й роты появляются танки – по три-четыре танка перед каждым пулеметным гнездом и пехотным окопом – и с расстояния 30–40 метров открывают огонь из всех пушек по позициям роты. Этот огненный ураган продолжается полчаса, потом танки отходят назад в лес. Через несколько часов на командный пункт 3-го батальона приползает тяжелораненый гренадер и докладывает, что на позициях 10-й роты никого больше не осталось в живых!

Тем самым на переднем крае обороны полка возникает брешь шириной более километра. У командира полка нет резервов, чтобы закрыть ее! В ответ на его настоятельную просьбу штаб корпуса высылает для закрытия бреши сводную роту численностью сто двадцать человек, созданную в спешке из водителей, поваров, сапожников и портных, под командованием начальника финансовой части. Все они были, конечно, достойными уважения солдатами, вот только у них совершенно не было опыта ведения боевых действий, и особенно в таких условиях.

С тяжелым сердцем командир полка приказывает этому подразделению занять позиции 10-й роты и закрыть брешь. Дело в том, что ночью ожидалась еще одна вражеская атака и именно на этом участке фронта. И действительно, после сильного минометного обстрела противник бросился в атаку. Необстрелянные солдаты теряют голову, в панике бросают свои позиции и бегут назад. На открытом заснеженном пространстве они все попали под смертоносный пулеметный огонь.

У корпуса не осталось больше никаких резервов, и он ничем не может помочь полку. Ночью противник беспрепятственно продвигается вперед через эту широкую брешь, и на следующее утро его подразделения, поддержанные сильными артиллерийскими и танковыми частями, уже занимают южную опушку леса, всего лишь в 50 метрах от командного пункта полка.

В уцелевших восьми деревенских хатах предусмотрительно были подготовлены оборонительные позиции. Глубокие дыры в полу были расширены, а в нижнем венце сруба пробиты амбразуры. Чтобы удержать этот участок фронта, в бой бросаются все имеющиеся в полковом штабе люди – водители, радисты и посыльные. В течение трех дней противник атакует из леса и огнем танковых орудий до основания разрушает последние дома в деревне. Но все его массированные атаки отражаются с нанесением ему огромных потерь в живой силе и технике. Душой обороны становится адъютант полка, гауптштурмфюрер СС Хольцер, прекрасно зарекомендовавший себя как командир 7-й роты в прошлом и как будущий командир 11-й роты. Под огнем противника он бесстрашно перебегает от одного бойца к другому, подбадривая их и вселяя в них уверенность.

Командир полка продолжает отчаянно бомбардировать штаб корпуса просьбами прислать подкрепления, чтобы изменить это просто невыносимое положение. В ответ на его просьбы в расположение полка прибывает начальник штаба 6-го корпуса. В штабе отказываются верить тому, о чем уже несколько дней сообщает командир полка. Получасовое пребывание начальника штаба на полковом командном пункте убедило его… Этим же вечером пехотный полк, состоявший из двух ослабленных батальонов, направляется ускоренным маршем на позиции полка СС «Дер Фюрер». Перед ним ставится задача выбить противника из леса и, отбросив его назад за передний край обороны, закрыть брешь, сомкнувшись справа с 9-й ротой 3-го батальона.

Однако атака этого полка, видимо, родилась под несчастливой звездой. Едва батальоны успели углубиться в лес, как они были отброшены назад контратакой противника. Только с большим трудом командирам батальонов и офицерам удается снова собрать сильно поредевшие роты. Теперь уже нечего и думать о повторении атаки. Командира пехотного полка тотчас отзывают в штаб корпуса, а остатки обоих батальонов передают полку СС «Дер Фюрер». Эти роты размещаются на позициях вдоль Волги, от Клепенина на юг до полкового командного пункта, чтобы помешать противнику перейти Волгу и выйти в тыл 1-му батальону.

Во время всех этих событий на 1 – й батальон и на остатки 3-го батальона обрушиваются непрерывные фронтальные атаки противника. При этом противнику удается ворваться на позиции 2-й роты, которая героически защищалась до последнего человека и была полностью уничтожена! При таких обстоятельствах командир полка решает оставить Клепенино, в котором сохранился всего лишь один дом, направить последних девять бойцов 3-го батальона в 1-й батальон и отвести 1 – й батальон с переднего края обороны на рубеж командного пункта 1-го батальона.

Наконец корпус направляет в полк боеспособное подкрепление, пехотный разведывательный батальон под командованием блестящего офицера майора Муммерта. Этот разведывательный батальон занимает позиции у полкового штаба, так что, по крайней мере, хотя бы временно восстанавливается сплошная линия обороны. Штаб же полка переносится в небольшую деревушку Пайково западнее Волги, сразу же за позициями 1-го батальона. Хотя теперь командование полка и находится в пределах досягаемости вражеского артиллерийского и минометного огня, но зато не на переднем крае обороны.

Противник продолжает непрерывные атаки – его артиллерийский огонь усиливается изо дня в день. Во время одной из таких атак ему удается пересечь Волгу на участке, обороняемом остатками пехотного полка, и захватить узкую полоску леса на западном берегу Волги. Этот перелесок войдет в историю полка СС «Дер Фюрер» под названием Русский лесок. Все попытки вернуть эту полоску леса, даже с помощью тем временем переподчиненного полку мотоциклетного батальона дивизии СС «Рейх» под командованием гауптштурмфюрера СС Тихсена, оказываются тщетными. Гауптштурмфюрер СС Тихсен был тяжело ранен при первой же атаке. Противник обнаружил в том леске такие хорошо оборудованные позиции, что его уже невозможно было выбить оттуда. Правда, его удается прижать к земле огнем 210-мм миномета, который каждые 4–7 минут посылает в этот лес мину. Маленькая церквушка на холме на западном берегу Волги южнее Русского леска в течение этих дней десять раз переходила из рук в руки, но в конце концов разведывательный батальон майора Муммерта окончательно закрепляется в ней.

Боевой дух немногих оставшихся в живых бойцов полка СС «Дер Фюрер» остается несломленным. Когда однажды противник атаковал поредевшие оборонительные позиции 1-го батальона силами десяти танков и батальона пехоты, солдаты, укрывшись в своих окопах, пропустили вражеские танки. Затем, заняв свои позиции, они отбили атаку красноармейцев, нанеся русским огромные потери. А прорвавшиеся танки были подбиты при приближении к артиллерийским позициям.

«Зимнее сражение под Ржевом» – так озаглавлено боевое донесение, заверенное служебной печатью штаба 9-й армии. Вот выдержки из него:

«…в результате энергичной атаки во время ожесточенного боя 1-й танковой дивизии и прибывшей позднее дивизии СС «Дас Рейх» удается окончательно отбить у противника район Сычевки и тем самым обеспечить бесперебойное снабжение Ржева по железной дороге и по шоссе…

Атаки противника, поддерживаемые танками и фронтовой авиацией, в период с 28 по 30 января 1942 года достигают своей наивысшей точки и приводят к многочисленным прорывам, которые удается ликвидировать, только бросив в бой последние резервы.

При этом примеры наивысшего героизма снова демонстрируют 256-я пехотная дивизия, полк СС «Дер Фюрер», 413-й пехотный полк, 561-й противотанковый батальон, а также зенитные части 4-го и 49-го пехотных полков…

Командующий армией (генерал-полковник Модель) благодаря своим почти ежедневным посещениям самых горячих точек битвы постоянно держал в своих руках судьбу своей армии и личным примером вдохновлял войска и командиров на последний и решающий бой…

Основные силы 29-й и часть 39-й армии противника попали в котел и приговорены к уничтожению. Уже вечером 5 февраля приказом по армии начинается уничтожение окруженного противника… Противник осознал всю опасность сложившегося положения и удвоил мощь своих отвлекающих атак на позиции северного фронта 6-го армейского корпуса (256-я пехотная дивизия и полк СС «Дер Фюрер»)… Орды красноармейцев при активной поддержке танков, артиллерии и авиации непрерывными волнами накатываются на оборонительные позиции сильно потрепанных и уже неделями не выходящих из боев германских войск… Целые подразделения жертвуют собой, нанося противнику огромные потери, но фронт держится; войска образцово исполняют свой долг. Здесь сражаются немецкие герои!..

За достижение решающего успеха приходится дорого платить кровью немецких солдат. Большие потери свидетельствуют о высочайшей боевой готовности немецкой армии. Особенно тяжелые потери понесли следующие соединения: 86-я пехотная дивизия, дивизия СС «Дас Рейх» (особенно полк СС «Дер Фюрер» и мотоциклетный батальон), 256-я пехотная дивизия (особенно 456-й пехотный полк), 251-я пехотная дивизия (особенно 459-й и 471-й пехотные полки), а также кавалерийская бригада СС…»

Подполковник барон фон Рекум, в 1941 году командир 2-го батальона 459-го пехотного полка 251-й пехотной дивизии, писал об оборонительных боях под Ржевом: «Командир 459-го пехотного полка, полковник Фишер, рассказывал мне тогда о тяжелых боях на этом участке фронта. По его словам, соседи справа, остатки тяжелой пулеметной роты войск СС, оборонялись буквально до последнего человека».

Командир полка СС «Дер Фюрер» Кумм рассказывал: «17 февраля мне звонил наш командир дивизии, группенфюрер СС Кляйнхайстеркамп. Он сообщил мне, что полк СС «Дер Фюрер» на следующий день сменят другие свежие части, что находившийся в котле противник уничтожен и что за выдающиеся достижения полка я награжден Рыцарским крестом».

С уничтожением 29-й русской армии неожиданно прекращаются и атаки на позиции полка. (29-я армия с большими потерями прорвалась на соединение с 39-й армией. Попало в окружение (на 25 января) около 20 тыс. чел. Пробилось к своим (к концу февраля) 6 тыс., в т. ч. 800 раненых. – Ред.) Армейская пехотная дивизия сменяет полк на его позициях 18 февраля 1942 года. Полк возвращается назад на командный пункт дивизии СС «Дас Рейх».

На этом для полка заканчивается самый тяжелый период в его истории. Как всегда, полк героически сражался, находясь иногда в почти безвыходных положениях, и с честью выполнил все полученные задания. Полк внес решающий вклад в осуществление плана Верховного командования по уничтожению (см. примеч. ранее. – Ред.) советской 29-й армии и способствовал предотвращению прорыва частей Красной армии на участке фронта группы армий «Центр».

За эти недели на участке фронта, который оборонял полк, противник потерял только убитыми около 15 тысяч человек, количество раненых не поддается оценке. Благодаря достоверной информации о номерах советских полков, полученной при допросе пленных и многократно перепроверенной нашей разведкой, можно было с большой точностью подсчитать потери отдельных советских батальонов и полков. По этой причине командир полка считает себя вправе назвать это чрезвычайно большое число потерь противника!

В это же время на участке обороны полка было уничтожено более семидесяти танков, не считая те машины, которые прорвались через позиции полка и были уничтожены другими подразделениями.

Правда, и полк тоже понес тяжелейшие потери убитыми и ранеными. Из насчитывавшихся в начале боев 650 человек личного состава 150 солдат погибло, но гораздо большее число было ранено или обморожено. (Соотношение потерь 1:100 (150 убитых эсэсовцев против 15 тыс. красноармейцев) фантастическое и достойное пера Мюнхгаузена (возможно, он был одним из предков автора). На самом деле соотношение потерь здесь было другим. Советские войска в ходе трудно складывавшейся Ржевско-Вяземской наступательной операции (7 января – 20 апреля 1942 г.) потеряли 776 889 чел., в т. ч. 272 320 чел. безвозвратные потери и 504 569 санитарные потери. Немцы (группа армий «Центр») только за период 1 января – 30 марта 1942 г. потеряли около 334 тыс. убитыми, ранеными и пропавшими без вести (Рейнгардт К. Поворот под Москвой. Штутгарт, 1972. В рус. пер.: М., 1980. С. 381). – Ред.)

По прибытии полка СС «Дер Фюрер» на командный пункт дивизии СС «Дас Рейх» командир полка доложил генерал-полковнику Моделю, что боевой состав полка на данный момент насчитывает 35 человек. Во время этих боев полку поочередно были подчинены семь батальонов и других подразделений, вклад которых в успех оборонительных действий также был очень велик. По ходатайству командира полка СС «Дер Фюрер» командир разведывательного батальона, майор Муммерт, был награжден за личные заслуги и за героизм солдат его батальона, проявленный при оборонительных боях, Рыцарским крестом.

Особую признательность заслуживает отличное взаимодействие с полком СС «Дер Фюрер» командира артиллерийской батареи. Все описываемое время этот храбрый офицер направлял огонь своей батареи, находясь на передовой. Любое скопление войск противника, любая атака тотчас подавлялась метким огнем артиллеристов. По приказу командира полка этой батарее был передан весь запас снарядов, имевшийся в полку. Имя этого командира батареи: обер-лейтенант Тиземайер. Номер полка (в котором числилась эта батарея), к сожалению, неизвестен.

Особого признания заслуживает и батарея штурмовых орудий (из бригады штурмовых орудий «Рыцарь Адлер»), Отражая наступление противника, даже когда боеспособной оставалась только одна самоходка, артиллеристы всегда оказывали бойцам полка ощутимую поддержку.

Храбро сражались артиллеристы батареи штурмовых орудий «Дас Рейх», в том числе и как пехотинцы в составе полка. После того как 28 января батарея потеряла последнюю самоходку, 1 февраля 32 солдата и унтер-офицера пополнили ряды полка СС «Дер Фюрер».

Подводя итог битвы под Ржевом, Отто Кумм писал:

«У меня сейчас только одно желание: заново укомплектовать полк на одном из учебных полигонов на родине. Так как 9-я армия и группа армий «Центр» не могли исполнить мое желание, 21 февраля, по предложению генерал-полковника Моделя, я полетел в ставку фюрера в Восточную Пруссию, чтобы получить разрешение на это. Но и здесь никто не мог решиться на такой шаг. Более того, от меня ожидали, что, получив из резерва пополнение в 100 офицеров и 1000 солдат, я за короткое время восстановлю боеспособность полка в районе, приближенном к линии фронта.

Я решительно выступил против этого требования. Ведь 100 офицеров и 1000 солдат пополнения – это еще далеко не полк, и тем более не полк СС «Дер Фюрер»! Для этого необходимо систематическое воспитание и обучение, но, прежде всего, продолжение завоеванных в тяжелейших боях традиций, ведь именно они обеспечивают такой войсковой части высокую боевую ценность.

И мои усилия увенчались успехом! Во время одного из ужинов меня представили Адольфу Гитлеру, который немедленно исполнил мое желание. В тот же вечер я отправил в полк телеграмму с приказом отправляться на родину – сначала в давно заслуженный отпуск, а с середины марта 1942 года сбор на переформирование, место сбора общевойсковой полигон и учебный центр «Фаллингсбостель» в Люнебургской пустоши». (Эсэсовцам удалось выйти из района тяжелейших боев, предоставив эту честь армейским частям. Наступательные операции Красной армии здесь продолжались до 20 апреля 1942 г. (позже возобновлялись в июле – августе и ноябре – декабре 1942 г., в марте 1943 г.). – Ред.)

Переформирование и доукомплектование полка

В середине марта 1942 года начинается переформирование и доукомплектование панцер-гренадерского моторизованного полка СС «Дер Фюрер» («ДФ») в самых благоприятных для этого условиях. Полку было разрешено призывать в свои ряды всех выздоравливающих из учебно-резервного батальона в Штральзунде, а также всех раненых и больных офицеров, если в течение трех ближайших месяцев они снова будут признаны годными к участию в боевых действиях. Поэтому в течение весьма короткого времени складывается такое положение, что в полк возвращается около четырехсот офицеров, унтер-офицеров и солдат, которые уже успели принять участие по крайней мере в некоторых боях полка и которые образовали костяк вновь формируемых рот и батальонов.

Один за другим прибывают воинские эшелоны с молодыми рекрутами – всего около 3 тысяч человек в возрасте от 18 до 20 лет. Недостаток офицеров тоже быстро восполняется. Некоторые из них уже имеют боевой опыт, но большинство еще не нюхало пороху. Из юнкерских училищ в Брауншвайге и Бад-Тёльце в полк возвращаются уже в звании оберюнкеров те солдаты, которые были направлены на офицерские курсы до начала Восточной кампании. По хорошо зарекомендовавшему себя примеру в полку сразу создаются учебные роты для подготовки унтер-офицеров. Благодаря этому уже в обозримом будущем можно было закрыть все имеющиеся в этой области узкие места.

Обеспечение полка оружием и транспортными средствами происходило довольно медленно. Однако боевая и стрелковая подготовка от этого не страдала. Большие трудности возникают с обеспечением полка транспортными средствами. Кроме нескольких грузовиков, привезенных с Востока, в полку ничего больше не было. Из-за этого сильно страдает обучение водителей. Но самое главное – в результате этого полностью парализуется обучение действиям моторизованных подразделений.

Командирами батальонов назначаются: в 1-м батальоне гауптштурмфюрер СС Опифициус, во 2-м батальоне прекрасно зарекомендовавший себя во многих боях гауптштурмфюрер СС Штадлер, в 3-м батальоне имеющий большой опыт преподавания в юнкерских училищах штурмбаннфюрер СС Хорн. Полковым адъютантом остается гауптштурмфюрер СС Хольцер, который в трудные часы проявил себя как отличный помощник командира полка. Во главе рот и взводов полка поставлены очень хорошие командиры, но, к сожалению, почти треть из них не имела фронтового опыта.

С начала апреля 1942 года в учебный центр начинают прибывать взвод за взводом и другие подразделения дивизии. Переформирование и доукомплектование дивизии, которая теперь носит название панцер-гренадерской моторизованной дивизии СС «Дас Рейх», происходит под руководством уважаемого всеми группенфюрера СС Кепплера. Согласно штату военного времени дивизия получает приятное пополнение в виде танкового батальона.

Обучение в армейском учебном центре приносит хорошие плоды. Руководству полка теперь уже не нужно мучиться сомнениями, как поведут себя бойцы в «случае реальной опасности». С самого начала обучение строится на передаче молодым рекрутам собственного богатого фронтового опыта, на наглядных примерах демонстрируется умение вести себя в боевых условиях и рассказывается о правильном применении оружия. «Молодняк» с воодушевлением берется за учебу; затаив дыхание, юноши с горящими глазами восторженно слушают правдивые рассказы своих опытных инструкторов. Каждый из них ставит перед собой ясную цель – стать таким же отважным воином, сражаться так же храбро, как их преподаватели.

В начале июля 1942 года, раньше остальной дивизии СС «Дас Рейх», полк переводится на северо-запад Франции в качестве резерва командующего группой армий «Запад» и подчиняется командующему 7-й армией, генерал-полковнику Дольману.

Действительно, в самую последнюю минуту полк наконец-то получает необходимые транспортные средства: 1-й и 2-й батальоны – снова автомобили для перевозки войск (трехтонные «Опель-Блицы»), а 3-й, теперь уже бронированный батальон – трехтонные бронетранспортеры. И полковые подразделения теперь тоже отлично оснащены. Что касается оснащения транспортными средствами, то остается лишь добавить, что они были предоставлены в полном соответствии с предписанием по оснащению армейских частей. Таким образом, с точки зрения вооружения полк ни в коей мере не отличался от обычного панцер-гренадерского моторизованного полка сухопутных войск.

Вначале полк размещается в районе Майе, юго-восточнее Лe-Мана. С момента прибытия в район дислокации начинается еще более интенсивное обучение, чем в учебном центре. Полк был особенно благодарен начальнику штаба группы армий «Запад» за предоставление в достаточном количестве боеприпасов и горючего. Благодаря этому были созданы все условия для повышения качества обучения подразделений полка.

Командир полка придавал особое значение боевым стрельбам и учениям взводов, рот и батальонов с применением боевых патронов. Это позволяет за короткое время приучить молодое пополнение преодолевать страх, возникающий у солдат в условиях реального боя. Под руководством опытных унтер-офицеров и офицеров новобранцы занимали позиции всего лишь в нескольких метрах от бункеров и блиндажей условного противника, которые все еще подвергались обстрелу из пулеметов, минометов и артиллерии, и затем врывались в расположение условного противника и забрасывали его боевыми гранатами. Гренадеры 3-го батальона учились преодолевать заградительный огонь из пулеметов и винтовок, сидя в бронетранспортерах.

В течение лета постепенно прибывали и остальные части и подразделения дивизии СС «Дас Рейх». Теперь учеба продолжалась с использованием танков Pz III и Pz IV, а также артиллерии. Это была великолепная подготовка к боевым действиям в реальных условиях, когда роты учились выдвигаться вперед к самой границе зоны своего артиллерийского огня в полной уверенности в том, что артиллеристы, минометчики и пулеметчики с полной ответственностью относятся к своим обязанностям и ни одна мина или снаряд не упадут на головы своих же солдат. Кто хоть раз, стоя в окопе, испытал, как над ним проносится собственный танк, тот всегда сможет хладнокровно встретить и атаку вражеских танков.

Большое беспокойство у командира полка вызывало то обстоятельство, что военная форма свободно болталась на худеньких плечах юношей. Но этот недостаток удается быстро исправить. В нарушение существующих строгих норм питания на полевые кухни рот дополнительно доставлялись хорошие куски говядины, свинины или телятины. И просто глаз радовался, когда было видно, как быстро крепли молодые парни от этого дополнительного питания. Тем, кого вскоре перебросили на Восточный фронт, понадобились все силы и резервы организма.

Так незаметно пролетали недели. Результаты обучения достигали такого уровня, который мог быть сравним с великолепным уровнем довоенной подготовки. Плюс ко всему такой важный фактор, как бесценный фронтовой опыт. Теперь полк снова готов в соответствии со своими высокими боевыми традициями выполнять новые сложные задания.

1 октября 1942 года полк перебрасывается в Нормандию – в район Сен-Лo, а несколько дней спустя в район Виллер-Бокаж. Здесь в основном проводились учения по отражению вражеского вторжения. Волей случая именно в этот район полк будет направлен через два года, чтобы вести тяжелые бои по отражению вторжения войск союзников.

В декабре этого же года полк переводят еще раз, теперь в район южнее Рена. Но спокойное время интенсивной учебы заканчивается. Сражающийся Восточный фронт зовет, каждый чувствует это. Полк ежедневно ожидает приказа об отправке туда для выполнения новых приказов. В начале января 1943 года это время приходит. На «Опель-Блицах» подразделения дивизии СС «Дас Рейх» во главе с полком СС «Дер Фюрер» перебрасываются через Францию, Германию и Польшу под Киев, чтобы оттуда моторизованным маршем выдвинуться в район Харькова.

Во Франции к Рождеству расцвели фиалки, а вокруг Киева раскинулось бескрайнее, сверкающее снежное покрывало – такова внешняя перемена, которая полностью соответствует внутренней!

Сражение за Харьков

Советский полковник Морозов в своей книге «К западу от Воронежа» пишет:

«В ноябре 1942 года советские войска прорвали фронт, который обороняли германские войска и войска их союзников. Они с обеих сторон обошли Сталинград и окружили его. В декабре 1942 года в ходе следующего наступления в этом районе была полностью разгромлена итальянская армия. Советские соединения наступают широким фронтом на юго-запад в направлении Ростова.

13 января 1943 года южнее Воронежа переходит в наступление советский Воронежский фронт генерал-полковника Голикова силами 40-й армии (генерал-майора Москаленко), усиленной 4-м танковым корпусом 18-го отдельного стрелкового корпуса и 3-й танковой армией генерала Рыбалко.

Целью наступления было уничтожение немецкого 24-го танкового корпуса, итальянского корпуса альпийских стрелков и 2-й венгерской армии. Следующей целью был выход к р. Оскол. После занятия намеченных рубежей следовало начать наступление на Харьков с последующим его захватом.

Все эти формирования были полностью укомплектованы личным составом. Левый сосед Воронежского фронта, советская 6-я армия, должна была одновременно нанести удар из района Кантемировки в направлении населенных пунктов Покровское и Купянск. В это же время Брянский фронт силами 13-й и 38-й армий наносил удар по стоявшим здесь немецким соединениям 2-й армии и поддерживал эти планы с целью захвата города Курска».

Эти наступательные операции русских войск продолжались пятнадцать дней, в немецком фронте была пробита брешь шириной около 500 километров. Зажатые советскими войсками немецкие дивизии и дивизии союзников Германии, неся огромные потери, отступали общим направлением на запад.

Противник ранее, в декабре 1942 года, сумел отбить контрудар немецких танковых дивизий (6, 17 и 23-й) из района Котельникова, которых поддерживали плохо подготовленная 15-я авиаполевая дивизия, а также 5-я и 8-я румынские кавалерийские дивизии и слабый румынский армейский корпус. Эта операция под названием «Зимняя гроза», которой руководил генерал-полковник Гот, должна была деблокировать Сталинград. Но поскольку по-настоящему боеспособной была одна только немецкая 6-я танковая дивизия, а две других были крайне измотаны, то судьба немецкой 6-й армии в Сталинграде была предрешена.

Танковый корпус СС под командованием генерал-лейтенанта Пауля Хауссера, состоящий из танковых дивизий СС лейбштандарт «Адольф Гитлер», «Дас Рейх» и «Тотенкопф» («Мертвая голова»), был отправлен из Франции слишком поздно, чтобы принять участие в этом ударе с целью освобождения из котла 6-й армии генерал-фельдмаршала Паулюса (помимо соединений и частей 6-й армии в окружение попало множество других формирований – из 4-й танковой армии, румынских и также хорватский полк. – Ред.).

Сначала полк СС «Дер Фюрер» несколько дней оставался в Харькове, чтобы дождаться прибытия остальных частей дивизий СС «Дас Рейх» и лейбштандарта «Адольф Гитлер». 1-й батальон, двигавшийся в авангарде полка вместе с другими подразделениями, был направлен в район Сталино – Ворошиловград и использовался там в рамках взаимодействия с другими армейскими дивизиями. Поэтому 1-й батальон не смог вместе с другими подразделениями полка участвовать в предстоящих боях за Харьков (см. участие в боях 1-го батальона и боевой группы капитана Шульдта, с. 190).

В последние дни января полк перебрасывается в район Белый Колодезь – Волчанск – Великий Бурлук. 2-й батальон под командованием гауптштурмфюрера СС Штадлера разворачивается широким фронтом на оборонительных позициях у реки Оскол. Правым соседом выступает полк Витта дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер», дислоцированный в районе Купянска. Крайне слабая оборонительная линия не может помешать крупным механизированным частям противника просачиваться сквозь нее.

Что касается соединений и частей противника, то здесь речь идет о 6-м гвардейском кавалерийском корпусе, советской 111-й стрелковой дивизии, советской 201-й танковой бригаде, частях советской 180-й стрелковой дивизии, 48-й гвардейской стрелковой дивизии и о советском 146-м гвардейском стрелковом полке. Советская 179-я танковая бригада и 1245-й противотанковый артиллерийский полк, используя складки местности, создали здесь мощный оборонительный противотанковый рубеж.

3-й батальон тоже подтягивается к линии фронта, чтобы вместе с 2-м танковым полком дивизии СС «Дас Рейх» контратакой отбросить противника назад. Эта танковая группа прибывает 5 февраля, и в районе Белого Колодезя ей удается остановить прорвавшиеся части противника, нанеся ему ощутимые потери. 6 февраля 3-й батальон наступает на Ольховатку и выбивает противника с его позиций на глубину до 10 километров. Во время преследования противника 3-й батальон и 1-й батальон 2-го танкового полка натыкаются на хорошо укрепленный противотанковый рубеж у населенного пункта Великий Бурлук. Танковый батальон несет досадные потери. Наступившая темнота вынуждает прервать бой.

7 февраля 3-й батальон вновь приступает к отвлекающим ударам, и противник снова отбрасывается назад. Быстро продвигаясь вперед, 10, 11 и 12-я роты оттесняют русских на северо-западную окраину Великого Бурлука.

Действуя в одиночку, 9-я рота наступает на Готчино и отбрасывает противника. В этом бою особо отличился тяжелый взвод 9-й роты: метким массированным огнем с фланга минометчики унтершарфюрера СС Поссельта и пулеметные расчеты унтершарфюреров СС Бибера, Хофера и Пёшля пробили брешь во вражеской обороне.

Эти молниеносные, энергичные атаки по всем направлениям тормозили наступление противника. Однако с учетом сложившейся обстановки нашим войскам приходится оставить позиции близ реки Оскол. Дивизия СС «Дас Рейх» переводится за реку Северский Донец, чтобы закрепиться на этом рубеже.

В это время упомянутый выше советский 6-й гвардейский кавалерийский корпус вместе с 201-й танковой бригадой начал обходной маневр в направлении Андреевка– Охочее – Новая Водолага – Люботин. Этим вражеским соединениям удалось обойти правый фланг дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер». Дальнейшее их продвижение угрожало важной коммуникации Полтава – Харьков. Это стремительное наступление противника могло бы негативно сказаться и на ситуации в самом Харькове. Как показывало расположение войск противника, и это позднее подтвердили вражеские источники, противник стремился двусторонним обходом с флангов взять в кольцо немецкие войска в Харькове и разгромить их.

А вот взгляд на развитие событий с советской стороны:

«Советская 40-я армия наступает из района Старого Оскола на Харьков через Белгород. От Волоконовки (на р. Оскол. – Ред.) через Волчанск Харьков атакует 69-я армия, советская 3-я танковая армия заняла исходные позиции в районе города Валуйки для атаки в западном направлении, а 6-й гвардейский кавалерийский корпус должен был в ходе стремительной атаки прорваться мимо Купянска на запад и соединиться с частями 40-й армии западнее Харькова.

Советская 6-я армия под командованием генерала Харитонова атаковала 29 января южнее в направлении на Балаклею. 6 февраля она взяла город Изюм, а 8 февраля перерезала железнодорожную линию Харьков – Лозовая. Опрокинув слабые силы немецкого охранения, она вышла на рубеж Красноград – Новомосковск.

Соединения советской 1-й гвардейской армии под командованием генерала Кузнецова нанесли главный удар восточнее Старобельска на Красный Лиман, обошли Славянск и 11 февраля взяли важный транспортный узел Лозовая.

Советская 3-я гвардейская армия под командованием генерала Лелюшенко должна была обойти Ворошиловград с юга. Генерал Попов со своими механизированными соединениями сражался на рубеже Славянск – Красноармейское. Главнокомандующий советским Юго-Западным фронтом хотел прорваться со своими соединениями до излучины Днепра и захватить переправы у Днепропетровска и Запорожья.

Советский гвардейский кавалерийский корпус вместе с 201-й танковой бригадой взял железнодорожную станцию и населенный пункт Борки южнее Харькова и 11 февраля вышел на рубеж река Мжа – Карловка – Новая Водолага».

В то время как дивизия СС «Дас Рейх» оставалась на прежних позициях, полк СС «Дер Фюрер» был переброшен в район города Мерефа и введен в состав дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер». Вместо него дивизии СС «Дас Рейх» был передан полк из дивизии СС «Лейбштандарт», чтобы, по возможности, стабилизировать положение восточнее Харькова, где противник постоянно усиливал мощь своих атак.

Весь юный полк «Дер Фюрер», который до сих пор использовался только в оборонительных боях, облегченно перевел дух. Наконец-то он должен был снова атаковать!

11 февраля дивизия СС лейбштандарт «Адольф Гитлер» начинает атаку на юг от Мерефы. Справа 1-й разведывательный батальон (танки Мейера), в центре полк СС «Дер Фюрер», вынужденный взаимодействовать с 1-м танковым полком, слева полк Витта. Температура опустилась до —20°, почти тридцатисантиметровый снежный покров значительно затрудняет движение. Изрезанная глубокими балками местность делает использование танков почти невозможным. Как и в прежние времена, полк может рассчитывать только на свои собственные силы. Несмотря на отработку взаимодействия с танками во время учений, оправдывается стремление полка уметь вести боевые действия главным образом без поддержки танков.

В первые два дня завязываются тяжелые бои, но благодаря решительным атакам удается добиться больших успехов. Новая Водолага была взята 12 февраля, а уже 13 февраля 3-й батальон занимает село и железнодорожную станцию Борки. 77-я авиационная эскадра пикирующих бомбардировщиков, офицер наведения которой все время находится в полку, отлично поддерживает стремительно атакующие батальоны.

Продолжая наступление от Борков на Рябухино, 9-я рота безнадежно застревает на своих бронетранспортерах в глубоком снегу. Противник начинает немедленно контратаковать застрявшую в открытом поле роту. Через несколько часов прибывает вызванная по рации помощь – полковая ремонтная рота под командованием оберштурмфюрера СС Хербста, который с помощью своих бравых бойцов и трех двенадцатитонных танков-тягачей освобождает из снежного плена бронетранспортеры роты.

В ночь на 14 февраля полк подтягивается в село Рябухино. Следующей целью атаки является село Охочее, расположенное почти в 10 километрах южнее. Разведка 10-й роты под командованием унтерштурмфюрера СС Никмана докладывает, что Охочее занято войсками противника. Еще той же ночью полк во главе с 3-м батальоном (2-й батальон пока в резерве) выдвигается на исходную позицию, в небольшой лесок примерно в 4 с половиной километрах севернее села Охочее. Здесь он разворачивается для атаки. Атаку должна поддержать танковая рота дивизии СС «Лейбштандарт» и батарея 2-го дивизиона артиллерийского полка «Дас Рейх». Двигаясь вдоль дороги Рябухино – Охочее, 10-я и 11-я роты 3-го батальона быстро выходят к крайним домам села, которое раскинулось в верховьях небольшой реки Берестовой. Танкисты и артиллеристы бьют по селу прямой наводкой, посылая один снаряд за другим и оказывая тем самым хорошую поддержку атакующим ротам. К сожалению, они очень быстро расстреляли весь боезапас и не смогли помочь, когда бой разгорелся в полную силу. На своих бронетранспортерах 9-я рота приблизилась на километр к селу. Она получила задание с ходу проскочить село и прорваться через речку Берестовую на юг. В тот момент, когда рота начинает движение и оказывается на огромном открытом пространстве, внезапно начинается очень интенсивный огонь противника из пулеметов, минометов, противотанковых пушек и танковых орудий. Роты, и прежде всего 9-я, несут существенные потери. Отставшие части рот отходят назад, в то время как передовые взводы пытаются укрыться за домами и вступают в бой.

Получив это сообщение, командир полка немедленно выезжает к селу Охочее и видит, что под натиском превосходящих сил противника его подразделения готовы отступить. Командир 3-го батальона, два командира рот и многие офицеры, унтер-офицеры и солдаты погибли или ранены. В этой ситуации, когда уже начинает смеркаться, батальон прекратит борьбу, то он вряд ли сможет успешно отразить последующую атаку русских. По приказу командира полка полковой адъютант, гауптштурмфюрер СС Хольцер, принимает командование 3-м батальоном с заданием поднять батальон в атаку и при любых обстоятельствах продолжить ее. Одновременно 2-й батальон, сев на бронетранспортеры 3-го батальона, устремился к селу с востока через деревню Поповку. Тут выясняется, что противник отлично замаскировал под стога сена около тридцати танков и противотанковых пушек, расставив их по всему селу, и сейчас ведет интенсивный огонь из всех орудий.

Бой продолжается до глубокой ночи. Наконец противник побежден и село Охочее в руках полка. К сожалению, большей части вражеских танков удалось отойти.

Но главное достижение дня заключается прежде всего в том, что 3-й батальон, находясь под интенсивным вражеским обстрелом, после проявления минутной слабости быстро сумел снова взять себя в руки и вновь перешел в атаку. Юные бойцы быстро сумели вновь поверить в свои силы и эту веру не теряли больше никогда.

Здесь особо следует отметить самоотверженные действия всех санитарных служб полка. Так, военврач 3-го батальона, гауптштурмфюрер СС Шпильбергер, вместе со своими санитарами выезжал, несмотря на ураганный вражеский огонь, на передовую и эвакуировал раненых бойцов в тыл.

Советский полковник В.П. Морозов в своей книге «К западу от Воронежа» так описывает бои на подступах к Харькову и в самом городе в период с 11 по 14 февраля 1943 года (в выдержках):

«11 февраля, в 8:20, войска получили конкретные задания по захвату Харькова. По плану генерала Рыбалко 6-й гвардейский кавалерийский корпус должен был соединиться с 40-й армией, блокировать харьковский гарнизон с запада и тем самым полностью изолировать его. На рубеже Пересечная – Люботин – Ракитное он должен был образовать внешний фронт окружения, проходящий на расстоянии 25 километров от внутреннего фронта окружения. Все соединения получили задание не вытеснять фашистские войска из Харькова, а уничтожать их прямо в городе…

Противник подтянул с рубежа Северского Донца основные силы танковой дивизии СС «Дас Рейх» и дивизии «Лейбштандарт» и сконцентрировал их к западу от Мерефы. (Что касается основных сил дивизии СС «Дас Рейх», то здесь речь идет о панцер-гренадерском моторизованном полке СС «Дер Фюрер» без 1-го батальона! – Авт.) Со стороны реки Мжа полк перешел в контратаку против кавалерийских частей.

11 февраля кавалеристы отбили все атаки, но тем не менее были вынуждены оставить рубеж Борки – Ордивка.

С учетом сложившегося положения, командир гвардейского кавалерийского корпуса, генерал Соколов, решил отвести свои войска на юг на рубеж Охочее – Мелиховка, затем перегруппировать их и неожиданно ударить во фланг перешедших в контратаку подразделений противника и на их плечах ворваться в район Люботина. Утром 13 февраля части кавалерийского корпуса при поддержке 201-й танковой бригады организовали круговую оборону в районе сел Охочее и Мелиховка и заняли удобную позицию для отражения атаки танковой группировки противника. 14 февраля части кавалерийского корпуса были втянуты в тяжелые оборонительные бои в этом районе».

15 февраля полк продолжает атаку и, пройдя всего лишь несколько километров, вновь вступает в соприкосновение с противником. Но противник уже крайне измотан, и после стремительной атаки его сопротивление сломлено.

Тем временем 1-й танково-разведывательный батальон дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер» стремительным броском на юг взял населенный пункт Берека, однако был окружен превосходящими силами противника. Погрузившись на бронетранспортеры 3-го батальона, бойцы 2-го батальона устремляются к Береке на выручку попавших в беду товарищей и с ходу прорывают кольцо окружения. Совместными усилиями 1 – го танково-разведывательного батальона и 2-го батальона полка «ДФ» удается наголову разбить части противника в районе Береки.

Утром 17 февраля в полк поступают тревожные сообщения от соседа слева, полка Витта дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер». Наступающие с востока крупные соединения противника атакуют его полк во фланг. В полку Витта имеется только один усиленный батальон, и он попадает в критическое положение. Взяв на борт бойцов, бронетранспортеры 3-го батальона спешат на выручку Витту. Мощной контратакой противник отброшен на восток, и полк Витта, не понеся больших потерь, смог после полудня выйти на предписанный рубеж и занять оборону.

Планы противника потерпели полный крах. Кавалерийский корпус, который получил задание перерезать важную коммуникацию Харьков – Полтава и замкнуть кольцо окружения вокруг Харькова, разбит нашими гораздо более слабыми силами. Вот таким насыщенным и успешным оказалось начало будущих крупных наступательных операций.

Между тем в положении в районе Харькова произошла драматическая перемена. Относительно слабые силы танковой дивизии СС «Дас Рейх» оказались не в состоянии долго удерживать сильно растянутый участок фронта восточнее города, который подвергался непрерывным атакам превосходящих сил противника. И занимавшая оборону севернее моторизованная дивизия «Гроссдойчланд», несмотря на героизм своих бойцов, была вынуждена отступить под мощными ударами противника, который сумел вклиниться между этими двумя дивизиями. Наступавший с севера противник начинает обходить Харьков, и его войска врываются в город с севера и запада.

Несмотря на многократные прямые указания фюрера держать Харьков до последнего бойца, командир танкового корпуса СС генерал-лейтенант Хауссер решает оставить город, собрать свои соединения юго-западнее Харькова и подготовить их к контрудару. 15 февраля в 12:50 генерал-лейтенант Хауссер приказывает танковой дивизии СС «Дас Рейх» пробиваться на рубеж реки Уды. В самый последний момент удается при поддержке танков провести дивизию через Харьков, а затем отвести ее, обойдя город с юго-востока. В 13:00 об этом решении сообщается в штаб группы армий «Юг», и корпусу отдается приказ на отвод войск. В 16:30 из штаба группы армий вновь поступает приказ, который требует оборонять город при любых условиях. Но теперь этот приказ уже опоздал. 16 февраля арьергард танковой дивизии СС «Дас Рейх» с боем пробился через город и отступил.

Полк СС «Дер Фюрер» был выведен из состава танковой дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер», переброшен маршем в Красноград и вновь перешел в подчинение танковой дивизии СС «Дас Рейх».

В ротах зачитывается приказ фюрера, в котором указывается на решающее значение предстоящих сражений. В этом приказе также подчеркивается, что каждый солдат должен до конца выполнить свой долг, а командиры обязаны максимально быстро исполнять порученные им приказы. Однако мы не нуждались в таком приказе, командиры и без него едва сдерживали своих бойцов, рвущихся в бой – наконец-то предстояло решающее контрнаступление.

Ведь это же большая удача, что благодаря сдаче Харькова удалось избежать окружения полутора боеспособных танковых дивизий и что теперь можно было вести оборону на значительно более коротком участке фронта. Главное значение решения, которое принял командир танкового корпуса СС, заключалось в том, что удалось высвободить эти соединения для продолжения атаки на юг, чтобы соединиться с группой армий «Юг» (с 13 февраля, до этого группа армий «Б». – Ред.), которой была подчинена оперативная группа Ланца (с 21 февраля оперативная группа «Кемпф». Кому-то надо было ответить за сдачу Харькова, но Гитлер не тронул эсэсовца Хауссера (который не выполнил приказ об обороне города), но снял командующего войсковой группировкой, оборонявшей этот район, горного генерала Ланца (до этого известного, в частности, своими наступательными действиями на Центральном Кавказе). – Ред.).

Положение группы армий «Юг» (командующий генерал-фельдмаршал фон Манштейн) благодаря решению генерала Хауссера могло только значительно улучшиться, особенно на северном фланге. Ведь теперь группа армий «Юг» имела в своем распоряжении свежий корпус с тремя танковыми дивизиями вместо окруженного противником в Харькове танкового корпуса, который сам нуждался бы в срочной помощи.

19 февраля моторизованная дивизия СС «Дас Рейх» с полком СС «Дойчланд» под командованием оберштурмбаннфюрера СС Хармеля в авангарде начинает наступление на юг. В это время передовые формирования противника (6-я советская армия) уже перерезали шоссе Красноград– Днепропетровск и продолжали движение на запад. Смелой атакой при поддержке танков полк СС «Дойчланд» нанес удар во фланг наступающим соединениям противника и разбивал одну колонну за другой. В ночь на 20 февраля дивизия форсирует реку Орель под городом Перещепино. Утром вперед выдвигается полк СС «Дер Фюрер», который, пройдя через позиции полка СС «Дойчланд», продолжает атаку в южном направлении. Выдвинув на острие атаки 3-й бронированный батальон, которым теперь командует гауптштурмфюрер СС Ценц Кайзер, полк решительно атакует находящиеся на марше колонны противника.

Успешно продвигаясь вперед, полк еще до полудня выходит к Новомосковску и устанавливает контакт с находящейся там армейской группой, составленной из отпускников и ведущей тяжелый оборонительный бой. Наступательное продвижение советской 6-й армии пресечено, разбитые части противника подвергаются окончательному разгрому идущей вслед танковой дивизией СС «Тотенкопф».

От Новомосковска наступление должно продолжаться в восточном направлении на Павлоград. Для этого надо форсировать реку Самару, расположенную восточнее Новомосковска. Через разветвленные рукава реки ведут три больших железнодорожных моста, которые противник прочно удерживает в своих руках.

В ночь на 21 февраля в бой вводится 2-й батальон под командованием штурмбаннфюрера СС Штадлера с заданием завладеть мостами, не позволив противнику взорвать их. В ходе превосходно организованной смелой атаки, в которой высочайший личный героизм проявили все гренадеры, унтер-офицеры и офицеры батальона, 2-му батальону удается выполнить это трудное задание. К утру 21 февраля мосты через реку уже полностью в руках полка. Тем временем 2-й батальон занял позиции на плацдарме восточнее реки. Полк получает приказ продолжить наступление на восток. Следующим объектом наступления становится Павлоград, находящийся примерно в 60 километрах от Новомосковска. Командир корпуса подчеркивает, что важно максимально быстро выполнить и это задание, и выражает надежду, что уже через два дня полк будет в Павлограде.

Для выполнения этого стремительного броска полку передаются танковый батальон (штурмбаннфюрера СС Тихсена) и 3-й бронированный артиллерийский дивизион (гауптштурмфюрера СС Айхбергера) дивизии. Для этого танкового удара полк формирует три мобильные ударные группы, каждая из которых состояла из одной танковой роты, одной роты на бронетранспортерах и одной артиллерийской батареи. 2-й батальон, выставив собственное охранение, следует сомкнутым строем на большом удалении за ударными группами.

21 февраля в 8:00 полк выступает в таком боевом порядке на восток в сторону Павлограда по прямой как стрела, только что насыпанной дороге, на которой, правда, не было ни прочного основания, ни дорожного покрытия. Уже через несколько километров передовой танковый отряд натыкается на противника, который совершенно ошеломлен появлением наших танков. Открыв ураганный огонь, наши танкисты быстро рассеяли вражеские силы.

Стремительное наступление продолжается. Вражеские войска, которые располагаются в населенных пунктах севернее и южнее дороги и которые ведут наступление в общем направлении на юго-запад, становятся все сильнее.

Сама новая дорога проходит в стороне от населенных пунктов. Поэтому нашей танковой колонне удается, развернув башни в сторону и ведя интенсивный огонь из пушек и пулеметов, который своим огнем поддерживают бортовые пушки бронетранспортеров, быстро продвигаться вперед, не встречая непосредственного сопротивления противника.

К 10:00 пройдена почти половина пути до Павлограда. Командир полка вызывает по рации штаб штурмовой авиации и просит в 13:00 нанести удар эскадрильей пикирующих бомбардировщиков по Павлограду, в надежде на то, что одновременно с бомбежкой в город смогут ворваться подразделения полка. На часах 11:30, передовой отряд останавливается перед железнодорожным мостом, который на высоте 4 метров пересекает дорогу. С железнодорожной насыпи командир полка и командиры батальонов видят примерно в 500 метрах впереди город Павлоград, раскинувшийся в долине. На улицах города царит невообразимая толчея от скопления автомашин и солдат противника. Ведь Павлоград в это время был центром снабжения советской 6-й армии. В 150 метрах от железнодорожной насыпи находится колхоз, где полно русских войск.

Русские еще не обнаружили бронированную группу полка. Готовая к наступлению длинная колонна бронетехники стоит у самого города и не может начать атаку, так как уже невозможно отменить налет пикирующих бомбардировщиков на Павлоград. Командир полка с ужасом вспоминает о Макошине!

3-й бронированный артиллерийский дивизион занимает боевую позицию сбоку от дороги, стрелковые роты вместе с танками разворачиваются для атаки. Ведя постоянное наблюдение за противником, полк ждет сигнала к атаке. В тягостном ожидании проходит полчаса, час. В этот момент из города в сторону затаившегося полка выезжают два грузовика, нагруженные сеном. Как только они минуют мост, танки метким огнем поджигают их. Грузовики вспыхивают как спички. Противник никак не реагирует.

Наконец часовые стрелки замирают на 13:00. Появляются пикирующие бомбардировщики. Тремя волнами кружат они над городом и затем с ревом устремляются вниз, нанося смертоносный удар по обнаруженным целям. Три боевые группы устремляются к городу – одна атакует город в лоб, другая, подойдя к городской черте, поворачивает на север, а третья обходит город с юга. Артиллеристы огнем из всех орудий поддерживают атаку боевых групп. Бомбы пикирующих бомбардировщиков, которые сейчас поливают улицы города очередями из своих бортовых пулеметов, и огонь танковых орудий вызывают в городе страшные разрушения и массовую гибель красноармейцев.

Противник захвачен врасплох. Не встречая существенного сопротивления, бронированные подразделения врываются в город. Там, где противник пытается оказать хоть какое-то сопротивление, его немедленно атакуют и опрокидывают наши ударные группы. В 16:00 почти полностью охваченный огнем город в руках полка и подчиненных ему подразделений. Захвачены огромные трофеи: оружие, транспортные средства, боеприпасы и предметы снабжения, а также многочисленные пленные. Еще засветло в Павлоград прибывает командир корпуса, генерал-лейтенант Хауссер, и командир полка докладывает ему о выполнении задания. К вечеру в город входит 2-й батальон и выставляет вокруг города кольцо охранения.

Разбитая и лишившаяся своей базы снабжения советская 6-я армия, передовые отряды которой уже вышли к Днепру под Запорожьем, вначале оказалась захваченной врасплох. Но потом ее передовые части развернулись и начали отход на Павлоград, а отставшие части продолжили движение к Павлограду. (Командующий Юго-Западным фронтом генерал Ватутин правильно оценил обстановку и начал отступление. Немцам не удалось окружить соединения Юго-Западного фронта, которые значительно уступали врагу и в людях и, особенно, в танках и самолетах (более чем в 2 раза). – Ред.) Таким образом, нашему полку предстояло вести ожесточенные бои по всем направлениям.

Уже вечером южнее города разгорается крупное танковое сражение, в котором было подбито много вражеских танков, но, к сожалению, сгорело немало и наших машин. Полк СС «Дойчланд» и 15-я пехотная дивизия в ходе трехдневных боев так сильно потрепали основные силы противника, находившиеся к юго-западу от Павлограда, что он уже был не способен к продолжению наступления.

Мотоциклетный батальон дивизии выдвигается от Павлограда дальше на восток, и 22 февраля ему удается соединиться с танковой дивизией «Викинг», которая сражалась в составе наступавшего в том районе 48-го танкового корпуса.

23 февраля полк вновь переходит в наступление, чтобы, повернув на север, в качестве первой цели форсировать Самару у населенного пункта Вербки. Ему приходится преодолевать сильное сопротивление войск противника, который, кажется, все еще никак не может прийти в себя.

24 февраля Вербки остались уже позади, но передовые роты полка попадают под огонь танков, стоящих на холме примерно в 500 метрах от авангарда полка. К всеобщему удивлению, выясняется, что это наши танки. Только спустя некоторое время удается подать знак, что мы свои. Оказывается, что это передовой отряд танковой дивизии СС «Тотенкопф» («Мертвая голова»). Таким образом, установлен контакт с наступающим с северо-запада флангом танкового корпуса СС. К всеобщей радости, во время этого обстрела полк не понес никаких потерь. Теперь наступление на север продолжается широким фронтом – справа от полка находится полк СС «Дойчланд», слева – танковый полк Отто Баума из танковой дивизии СС «Тотенкопф».

На некоторых участках фронта противник все еще продолжает оказывать ожесточенное сопротивление. Крупными колоннами он передвигается по сильно пересеченной местности вдоль и поперек своего главного направления наступления. Эти вражеские подразделения подвергаются обстрелу из всех видов оружия. Но из-за этого существенно замедляется наше собственное продвижение вперед.

Следующим объектом наступления полка является крупный железнодорожный узел Лозовая. Утром 25 февраля передовой отряд полка приближается к городу и попадает под сильный вражеский огонь из всех видов оружия с южной окраины города. Город обороняют подразделения 1-й гвардейской армии русских. Несмотря на этот огонь, 3-му батальону силами 10-й и 11-й рот, а также части 12-й роты удается ворваться в южную часть города и продвинуться до железнодорожной насыпи. Вечером, атакуя с позиций этих рот, 9-я рота прорывается в глубь города. Командир 3-го батальона, гауптштурмфюрер СС Кайзер, находится во время этого прорыва среди бойцов 9-й роты. Противник яростно контратакует, и ему удается окружить 9-ю роту под командованием унтерштурмфюрера СС Шмагера.

Ударные группы 2-го батальона также вынуждены были вести тяжелый бой в непросматриваемом районе фабрики и железной дороги. Но к вечеру 25 февраля вокзал Лозовая уже в руках полка. Правда, 9-й роте пришлось еще два дня биться в окружении, пока подоспевшим на помощь ротам не удалось разорвать кольцо окружения.

Передовой наблюдатель 2-го артиллерийского дивизиона дивизии СС «Дас Рейх», находившийся в эти тяжелые часы в рядах 9-й роты, показал, какими искусными стрелками могут быть артиллеристы. Он так умело руководил огнем своей батареи, что снаряды ложились всего лишь в нескольких метрах от позиций 9-й роты, давая роте необходимую передышку, когда противник наседал особенно сильно.

К сожалению, при атаке на Лозовую погибли отлично зарекомендовавший себя во многих боях унтерштурмфюрер СС Никман из 10-й роты и храбрый обершарфюрер СС Кёк из 9-й роты.

И здесь следует особо отметить самоотверженную работу военврача 3-го батальона: под покровом темноты вместе с санитаром, унтершарфюрером СС Рихтером, гауптштурмфюрер СС доктор Шпильбергер смело прорвался на автомобиле через вражеские позиции к 9-й роте, загрузил раненых и, пока не рассвело, вернулся назад.

Первое задание, данное танковому корпусу СС, было выполнено. Следует отметить, что с 21 февраля танковый корпус СС подчинялся 4-й танковой армии генерал-полков-ника Гота. Вражеская ударная группировка была лишена своей ударной силы, а ее основные соединения и части вытеснены из зоны прорыва, так и не достигнув своей цели.

В эти дни тяжелый удар постиг танковую дивизию СС «Тотенкопф»: погиб командир дивизии, обергруппенфюрер (генерал) Эйке (один из самых жестоких эсэсовских командиров, организатор концлагерей. Лично убил Рёма в ходе «ночи длинных ножей» в 1934 г. В сотрудничестве с СД формировал печально знаменитые айнзатцгруппы. Отличился вместе со своей дивизией в боях под Демянском весной 1942 г. – Ред.), самолет которого был сбит во время разведывательного облета театра военных действий.

Наступление на север продолжалось. Полк СС «Дер Фюрер», усиленный танками, штурмовыми орудиями, противотанковыми пушками, зенитками и подразделением саперов, превращается в боевую группу «Дер Фюрер» и с этого момента сражается как отдельный ударный клин с самостоятельным фланговым прикрытием. Теперь противник лишился возможности организовать сплошную линию обороны и проводить планомерные атаки. Его перемещения стали беспорядочными (как представлялось немцам. – Ред.) и, очевидно, совершались без согласования с верховным руководством. Хотя каждый населенный пункт и каждую складку местности приходилось с боем отбивать у упорно сопротивляющегося противника, но он был уже не в силах сдерживать быстрое наступление боевой группы «Дер Фюрер».

28 февраля противник начинает перегруппировку своих войск перед правым флангом танковой дивизии СС «Лейб-штандарт». Противник отводит с рубежа Люботин – Валки два танковых корпуса (сильно ослабленные, с малым количеством танков. – Ред.) и три стрелковые дивизии 3-й танковой армии, чтобы бросить их навстречу танковому корпусу СС. Разгораются упорные сражения, которые вынуждают поддерживать тесный контакт с соседом и точно согласовывать все наступательные действия.

1 марта соединения танковой дивизии СС «Дас Рейх» прорвались в район Первомайского. 2 марта дивизия разворачивается севернее Парасковеи с целью занять группу холмов вокруг Староверовки. В этот же день 48-й танковый корпус взял село Берека.

3 марта полк получает приказ изменить направление атаки на северо-запад, взять известное по февральским боям село Ефремовка и северо-западнее села сомкнуться с правым флангом танковой дивизии СС «Лейбштандарт».

После ожесточенного боя, в котором полк атакой с хода отбросил противника, передовые отряды полка уже в сумерках выходят к Ефремовке, находясь на расстоянии около километра южнее села. В этот момент их накрывает плотный огонь вражеской артиллерии и противотанковых пушек или танков. Это большое село широко раскинулось, вытянувшись с востока на запад, на цепи холмов, южный пологий склон которых обрывается глубокой балкой.

2-й батальон, выдвинутый на переднюю линию, укрывается в такой балке. Автомашины расставлены далеко друг от друга или отведены назад. Командир полка приказывает командиру 2-го батальона, гауптштурмфюреру СС Штадлеру, провести интенсивную разведку и, по собственному усмотрению, неожиданно атаковать – ночью или ранним утром после артподготовки, вместе с занявшим исходную позицию 3-м батальоном. Быстро темнеет. Вражеский огонь ослабевает. Но когда разведгруппы приближаются к селу, он вспыхивает с новой силой. Вернувшиеся разведгруппы единодушно докладывают, что все село забито войсками и танками и что в нем оборудовано множество пулеметных гнезд. Тем не менее командир 2-го батальона принимает решение атаковать ночью, четко осознавая, что атака днем по широкому заснеженному склону будет связана с огромными потерями.

В 2:00 2-й батальон выступает тремя ударными группами в сопровождении двух штурмовых орудий. Передвижение войск по огромному заснеженному пространству не могло остаться незамеченным. Противник открывает ураганный огонь из всех видов оружия. Однако из-за плохой видимости ночью обстрел не приносит желаемого результата. Основательная подготовка всех рот полка к ведению боя в ночных условиях и на этот раз дает великолепный результат. С минимальными потерями ударные группы врываются в село, с автоматами и гранатами в руках бойцы подавляют одно пулеметное гнездо за другим, бесстрашно атакуют слепые ночью танки, и к рассвету почти все большое село Ефремовка уже находится в руках 2-го батальона. С первыми лучами света в бой вступают наши штурмовые орудия, и один танк за другим становится жертвой их меткого огня. Результат этого ночного боя впечатляет: тринадцать танков, большое количество пушек, станковых и ручных пулеметов и несколько сотен пленных. Особенно велики потери противника ранеными и убитыми. 4 марта в 10:00 село полностью в наших руках.

3-й батальон, сразу же брошенный в бой, продолжает наступление через горящую Ефремовку в северо-западном направлении и вскоре соединяется с передовым отрядом дивизии СС «Тотенкопф» (несколько сот танков. – Ред.). Вместе с танками батальона Мейердресса 3-й батальон продолжает наступление, быстро подавляя встречающееся на его пути вражеское сопротивление. После полудня того же дня удается сомкнуться с 1-м полком под командованием штандартенфюрера СС Виша танковой дивизии СС «Лейбштандарт».

Перед фронтом обеих атакующих дивизий СС «Дас Рейх» и «Тотенкопф» далеко на юго-запад продвинулась сильная вражеская группировка (15-й танковый корпус 3-й танковой армии русских). (Еще 28 февраля в 15-м танковом корпусе осталось всего 20 танков. Еще меньше, 19 танков, было в другом, 12-м танковом корпусе 3-й танковой армии. Немцы в начале Харьковской операции (4—25 марта 1943 г.) превосходили наши войска по танкам в 11,4 раза, по самолетам более чем в 3 раза, в артиллерии в 2,6 и в личном составе в 2 раза. – Ред.) Благодаря контакту между частями обеих дивизий и дивизией СС «Лейбштандарт» удается отрезать эту вражескую группировку от основных сил, окружить ее и до 5 марта полностью разгромить силами дивизии СС «Тотенкопф», при поддержке тяжелого оружия дивизии СС «Дас Рейх». Противник понес в этих боях огромные потери, а в качестве трофеев захвачено большое количество оружия и транспортных средств самых разных типов. Можно сказать, что основные силы двух танковых корпусов (менее 40 танков. – Ред.) и трех стрелковых дивизий были разбиты. В результате этих боев советская 3-я танковая армия была существенно ослаблена. Рубеж по реке Берестовой оказался в наших руках.

6 марта с рубежа Охочее – Крутая Балка танковый корпус СС начал наступление в общем направлении на север. Справа атаковала дивизия СС «Дас Рейх», слева – дивизия СС «Лейбштандарт», а дивизия СС «Тотенкопф» движется вслед за левым флангом.

В качестве следующего объекта наступления для обеих передовых дивизий определен рубеж реки Мжа.

Условия передвижения ухудшались с каждым километром. Слабый ночной морозец уже не мог надолго сковать размякшую за день землю. Из-за глубокого снега, который местами сменялся липкой грязью, приходилось напрягать все силы, чтобы продвигаться вперед. Получая подкрепления, противник старался удержать каждый населенный пункт. Поэтому полк продвигался вперед очень медленно, к тому же ему приходилось постоянно отбивать атаки противника на правом фланге, так как сосед справа, 48-й танковый корпус, сильно отставал своим левым флангом. (Здесь у немцев были крупные неприятности в районе Соколова, где в составе 25-й гвардейской дивизии сражался 1-й отдельный чехословацкий батальон полковника Л. Свободы (в 1968–1975 гг. президент Чехословакии). В бою 8 марта за Соколово чехословаки сожгли и подбили 19 танков, 4–6 бронетранспортеров с автоматчиками, убили до 300 немцев. – Ред.) Дивизии СС «Лейбштандарт», преследующей отступающего противника, удается с ходу выйти на рубеж реки Мжа, создать первый плацдарм у поселка Бридок и, продолжая наступать дальше на северо-запад, приблизиться к городку Валки.

Утром 7 марта полк получает приказ командира корпуса немедленно перейти Мжу и продолжить наступление, минуя Мерефу с запада, и атаковать Люботин.

В этот же день полку Витта из дивизии СС «Лейбштандарт» удается смелой атакой взять Валки. Полк СС «Дер Фюрер», выдвинув справа в качестве ударной группы 3-й батальон, при поддержке штурмовых орудий и самоходных противотанковых пушек стремительно наступает дальше на северо-северо-восток. Обойдя крупные силы противника перед соседом справа, 48-м танковым корпусом, на рубеже Ракитное – Мерефа, сразу после полудня, преодолев ожесточенное сопротивление противника, полк выходит на объект атаки на 7 марта, на рубеж Мерефа – район севернее Каравана.

В этот момент командир 3-го батальона, гауптштурмфюрер СС Кайзер, получает сообщение от воздушной разведки, что противник выходит из боя в районе Коротыча и отходит на восток на юго-западную окраину Харькова.

3-й батальон тотчас меняет направление атаки и в качестве нового объекта атаки выбирает развилку дорог севернее поселка Коротыч.

Поддерживаемые штурмовыми орудиями и самоходными противотанковыми орудиями, бронетранспортеры 3-го батальона устремляются на север, навстречу сгущающимся сумеркам. Передовой взвод 9-й роты врывается в гущу ошеломленного противника и захватывает железнодорожную линию Люботин – Харьков на северной окраине Коротыча. После подхода основных сил 3-го батальона и кровавого ночного боя поселок Коротыч к утру 8 марта оказывается полностью в руках полка, который выставляет усиленное охранение с востока.

В течение дня 8 марта полк Виша из дивизии СС «Лейб-штандарт» занимает позиции на западной окраине Люботина. Теперь полк СС «Дер Фюрер» тоже атакует Люботин силами 2-го батальона с юга и 3-го батальона с востоко-юго-востока. В то время когда полк СС «Дер Фюрер» и полк Виша вели ожесточенный бой на улицах города и в конце концов разгромили противника, полк Витта из дивизии СС «Лейбштандарт» в качестве сильной боевой группы проходит с севера мимо Люботина и прорывается на окраину Харькова.

Тем временем полк СС «Дойчланд», огибая Люботин с запада, продолжает наступление на север. Оказавшись севернее дороги Полтава – Харьков, полк поворачивает на восток и тоже приближается к окраине Харькова. Намечается следующий объект атаки: город Харьков.

Согласно журналу боевых действий танкового корпуса СС, 9 марта 1943 года поступает следующая радиограмма из штаба 4-й танковой армии: «Воспользоваться возможностью и взять Харьков в ходе внезапного налета»!

Как написано в книге генерал-полковника Хауссера «Войска СС в действии», танковый корпус СС собирался с боем пробиться через Харьков и одновременно помешать противнику перебрасывать свежие подкрепления с востока. Для выполнения этого плана танковый корпус СС вводит в действие следующие силы: 1-ю танковую дивизию СС «Лейбштандарт» с севера и северо-запада, 2-ю танковую дивизию СС «Дас Рейх» с запада по трем автодорогам, переходящим в городские улицы, танковую дивизию СС «Тотенкопф» для прикрытия с северо-запада и севера от атак противника, стоящего перед армейской группой «Кемпф», и от атак направленных сюда новых подразделений противника.

Для выполнения поставленной задачи дивизия СС «Дас Рейх» создает две усиленные боевые группы. Полк СС «Дойчланд» под командованием оберштурмбаннфюрера СС Хармеля и полк СС «Дер Фюрер» под командованием оберштурмбаннфюрера СС Кумма. Полк СС «Дер Фюрер» получает задание прорваться вдоль южной окраины Харькова, перейти дорогу Мерефа – Харьков и восточнее этой дороги прикрыть правый фланг танкового корпуса СС.

Подразделения дивизии СС «Лейбштандарт» и усиленная боевая группа Хармеля занимают удобные позиции для вторжения в город, однако, чтобы сломить сопротивление противника на окраине города, они были вынуждены объединить свои силы. Саму же атаку на город приходится перенести на 11 марта.

К вечеру 10 марта танковый корпус СС готов начать вторжение в город: танковая дивизия СС «Дас Рейх» на западной окраине города (усиленная боевая группа полк СС «Дойчланд»), группа прикрытия фронтом на юго-восток против противника, стоящего перед 48-м танковым корпусом (усиленная боевая группа полк СС «Дер Фюрер»); передовые атакующие подразделения в Синолицевке (Солоницевке) и западнее села Куряшное – танковая дивизия СС «Лейбштандарт» с двумя группами атаки, одна северо-западнее Алексеевки, у северного въезда в город на дороге на Белгород, а другая на южной окраине Большой Даниловки. Линия охранения дивизии СС «Тотенкопф» проходит по рубежу северная часть Дергачей – Феськи– Новая Культура – западнее Олыпан.

В третий раз в этой войне начинается битва за Харьков. Противник использовал прошедшие недели для того, чтобы подготовить город к обороне. Западнее и юго-западнее города были вырыты длинные траншеи и противотанковые рвы. Участки реки и большие здания были включены в систему обороны. Улицы были во многих местах перегорожены баррикадами или подготовлены к взрыву.

Согласно советским источникам, для обороны Харькова Красная армия ввела в город свою 3-ю танковую армию (3-я танковая армия, в которой танков оставалось меньше, чем в немецком танковом батальоне, отступила в город, пытаясь организовать его оборону. – Ред.), на западных окраинах города заняла оборону 69-я армия, а с севера город защищала 40-я армия (численность этих армий была ничтожной. Даже в начале битвы за Харьков общая численность 40, 69 и 3-й танковой армий составляла 61 тыс. чел., 70 танков, 1500 орудий и минометов и 90 самолетов.

У наступавших немцев (опер, группа «Кемпф» и 4-я танковая армия) было 115 тыс. чел., 1810 орудий и минометов, 714 танков и 270 самолетов. – Ред.).

Несмотря на упорное сопротивление противника, корпусу удалось глубоко вклиниться в город, сначала частями и подразделениям дивизии СС «Лейбштандарт», а потом и боевой группе Хармеля. Тем временем полк СС «Дер Фюрер» с боем прорывается через полевые укрепления южнее города и после полудня, преодолев небольшую речку, блокирует дорогу Харьков – Мерефа. На этом рубеже, согласно приказу, полк закрепляется.

Утром 14 марта полк с юга вступает в битву за город. На восточной окраине города после ожесточенного боя в районе локомотивостроительного завода ему удается перейти широкую магистраль, ведущую на восток. Здесь полк соединяется с 1-м танковым разведывательным батальоном Мейера, а приданный полку 3-й дивизион 2-го артиллерийского полка вступает в артиллерийскую дуэль с противником восточнее города.

Между тем крупные формирования противника, оборонявшиеся напротив 48-го танкового корпуса южнее и юго-восточнее Харькова, продолжают стойко держаться, несмотря на грозящее им окружение. Появляется возможность окружить и уничтожить и этого противника смелым ударом через поселок Рогань на юго-восток. Но этот план мог быть осуществлен только в том случае, если будет открыт проход через Харьков. Исполнение приказа штаба 4-й танковой армии «вывести части дивизии СС «Дас Рейх» из уличных боев и направить их в обход Харькова с севера» означало бы при заплывших грязью дорогах потерю времени как минимум в 24 часа. Поэтому подразделения дивизии СС «Тотенкопф» получают задание сначала прорваться в Чугуев и закрепиться там. Руководство танкового корпуса СС придерживается мнения, что для выполнения нового задания дивизией СС «Дас Рейх» сначала надо отвоевать у противника проход через город.

После того как дивизии СС «Лейбштандарт» и «Дас Рейх» вечером 12 марта соединились в северо-западной части Харькова, боевая группа Хармеля направляется маршем через северную часть Харькова в сторону поселка Рогань, чтобы закрепиться на рубеже Рогань – Водяное.

По приказу армейского командования приходится отказаться от успешного продвижения вперед в западной части Харькова, что значительно облегчало наступление дивизии СС «Лейбштандарт». Вместо этого предлагается разбить формирования противника, стоящие юго-восточ-нее Харькова.

В нескольких километрах восточнее Харькова, на обширной территории находится Харьковский тракторный завод, размеры которого сопоставимы с размерами небольшого города. Здесь закрепились крупные пехотные и танковые формирования противника, которые со своих позиций постоянно обстреливают восточные кварталы Харькова. С крыш высоких фабричных зданий на восточной окраине города открывается отличный обзор территории тракторного завода. Для поддержки атаки полка разрабатывается единый план ведения огня всеми артиллерийскими дивизионами, и 14 марта еще до того, как стемнело, батареи начинают пристреливаться. Усиленный полк должен атаковать тракторный завод 15 марта. В ночь накануне атаки полк выдвигается на юг через летное поле аэродрома, чтобы занять исходные позиции. На рассвете 15 марта полк СС «Дер Фюрер» со своим 2-м батальоном и с 2-м батальоном полка СС «Дойчланд» (3-й батальон полка СС «Дер Фюрер» в данный момент сражался в составе боевой группы Хармеля) разворачивается для атаки в рабочем поселке южнее тракторного завода.

До сих пор противник все еще не обнаружил передвижения полка. Только благодаря исключительной бдительности всех офицеров и унтер-офицеров удается избежать ненужного шума, чтобы сохранить момент внезапности.

Как только рассвело, артиллерийские дивизионы открывают огонь с запада, одновременно роты срываются со своих исходных позиций и бросаются вперед на территорию завода с его многочисленными корпусами. Внезапность полностью оправдала себя, так как противник все свое внимание обратил на запад. Поэтому проходит некоторое время, прежде чем он замечает атакующую мотопехоту. Этого времени оказывается вполне достаточно, чтобы ворваться в ближайшие заводские корпуса. Завязывается кровопролитный бой. Но танки и штурмовые орудия отлично помогают нашим ротам продвигаться вперед. В ожесточенных рукопашных схватках у противника отвоевывается цех за цехом, корпус за корпусом, а между корпусами бойцы полка храбро бросаются на танки противника (которых оставалось несколько единиц. – Ред.) и выводят их из строя. К полудню усиленный полк занимает весь огромный тракторный завод. С запада к заводу подходят бронетранспортеры 1-го разведывательного батальона дивизии СС «Лейбштандарт», таким образом, контакт между частями установлен.

Тем временем бои в самом городе прекращаются, заканчивается и решительное контрнаступление немецких войск в ответ на зимнее наступление крупных сил Красной армии. (Оно далеко не заканчивалось. В планах Манштейна был прорыв к Курску. С 17 марта немцы развернули наступление на Белгород и 18 марта захватили город. Однако попытки развернуть дальнейшее наступление были отражены переброшенными советскими 64-й армией (из-под Сталинграда) и 21-й армией (с Центрального фронта). Эти армии были усилены 2-м и 3-м гвардейскими танковыми корпусами. – Ред.) Вновь восстановлена связь между отдельными участками фронта группы армий «Юг», значительная часть советских войск, принимавших участие в наступлении, уничтожена, остатки сильно измотаны. (Немцы тоже умылись кровью – см. примеч. далее. – Ред.)

В течение двух следующих дней противник был отброшен далеко на север и северо-восток. В ночь на 17 марта полк занял исходные позиции для последней за этот период боевых действий атаки. Приказано прорвать оборону противника по обе стороны от шоссе Харьков – Белгород. Для успешного выполнения этого задания полку передаются танки дивизии СС «Дас Рейх» под командованием штурмбаннфюрера СС Тихсена. Атака увенчалась полным успехом. По своей численности и материальному обеспечению противник еще довольно силен (в несколько раз уступая немцам. – Ред.), однако из-за поражений в последние недели его моральный дух надломлен. При поддержке танков роты храбро бросаются вперед на вражеские позиции и опрокидывают противника. Вскоре после полудня этого же дня дорога на Белгород свободна. Полк СС «Дойчланд» и части танковой дивизии СС «Лейбштандарт» ускоренным маршем устремляются вперед мимо полка СС «Дер Фюрер» дальше на Белгород, который к вечеру того же дня был взят (остатки 69-й советской армии оставили город. – Ред.).

В качестве верного и самоотверженного соседа на левом фланге сражался полк «Гроссдойчланд».

Полк СС «Дер Фюрер» получает задание повернуть на восток, выйти на рубеж Северского Донца и широким фронтом занять оборону на западном берегу реки.

На этом участке река прекрасно подходит для обороны. Западный берег сильно возвышается над рекой, сама река достигает ширины около 30 метров при глубине примерно полтора метра. Восточнее реки раскинулось широкое открытое поле. Любое перемещение противника можно легко увидеть издалека. На крутом склоне берега роты обнаруживают хорошо оборудованные позиции, которые использовались во время прошедших боев, и быстро занимают их для обороны. Наступает тишина – лишь изредка дальнобойная артиллерия Советов ведет беспокоящий огонь. Через несколько дней полк СС «Дер Фюрер» на его позициях сменяет армейский пехотный полк. Теперь наш полк отправляется маршем в Харьков. Батальоны размещаются в южной части города, и наступает долгожданное время отдыха и пополнения измотанных в боях частей.

На этом для полка заканчивается еще одна важная глава в его истории. Доукомплектованный в 1942 году полк под командованием опытных командиров образцово сражался и в эти последние недели и в полном объеме продолжил традиции полка. Он выполнил множество трудных заданий и с честью вышел из сражений, отличавшихся крайней ожесточенностью.

Танковый корпус СС во время своего первого боевого применения с начала января до середины марта 1943 года предотвратил крушение всего южного участка Восточного фронта. Во взаимодействии с армейскими соединениями он наголову разбил три вражеские армии и вынудил поспешно отступить на восток еще четыре армии. Как оказалось, это была наша последняя крупная победа на Восточном фронте.

Специальное сообщение германского радио свидетельствовало об этих огромных успехах. Участие панцер-гренадерского полка СС «Дер Фюрер» в этих боях настолько велико и важно, что этим по праву может гордиться каждый боец полка. После завершения боев под Харьковом командир полка, оберштурмбаннфюрер СС Отто Кумм, первым из офицеров танковой дивизии СС «Дас Рейх» получил дубовые листья к Рыцарскому кресту. Оба храбрых командира батальонов, гауптштурмфюрер СС Штадлер из 2-го батальона и гауптштурмфюрер СС Кайзер из 3-го батальона, были награждены Рыцарскими крестами. Вот какой славы добился полк в этих кровопролитных боях. Все солдаты и офицеры полка вместе с командирами были счастливы, узнав об этих высоких наградах, в каждую из которых и они внесли свою посильную долю. Командир дивизии, генерал-лейтенант Вальтер Крюгер, объявил об этих высоких наградах и вручил их вместе с другими орденами и медалями во время торжественного построения всех подразделений дивизии СС «Дас Рейх» перед строем танков и штурмовых орудий. Для командира полка, оберштурмбаннфюрера СС Кумма, одновременно с награждением пробил час расставания со своим прославленным полком СС «Дер Фюрер». Оберштурмбаннфюрер СС Кумм был назначен начальником штаба 5-го горного корпуса СС.

В своих воспоминаниях он пишет: «У меня нет даже возможности проститься со своим полком. При этом болезненном расставании только одно позволяет мне испытать радостное удовлетворение: по моему предложению командиром полка назначается командир 2-го батальона, штурмбаннфюрер СС Штадлер – гарант того, что и во всех последующих боях у полка будет образцовое руководство».

Общие потери танкового корпуса СС в этих боях составили:

– в дивизии СС лейбштандарт «Адольф Гитлер»: 167 офицеров, 4373 человека младшего командного состава и рядовых убитыми и ранеными;

– в дивизии СС «Дас Рейх»: 102 офицера, 4396 человек младшего командного состава и рядовых убитыми и ранеными;

– в дивизии СС «Тотенкопф»: 94 офицера, 2170 человек младшего командного состава и рядовых убитыми и ранеными;

– в подразделениях корпуса: 2 офицера, 215 человек младшего командного состава и рядовых убитыми и ранеными. (Всего немцы в Харьковской операции 4—25 марта потеряли 60 тыс. убитыми, ранеными и пропавшими без вести, 400 орудий и минометов, 587 танков и 128 самолетов. Советские войска (с учетом подкреплений) с 4 по 25 марта в Харьковской оборонительной операции потеряли 86 469 чел. (в т. ч. 45 219 безвозвратные потери), 322 танка и САУ, 3185 орудий и минометов, 110 самолетов. – Ред.)

Генерал-полковник Хауссер пишет в своем личном дневнике:

«При изучении литературы послевоенного времени бросается в глаза, что многие авторы, в том числе А. Хойзингер в своей книге «Командная власть в конфликте», в своих многочисленных разговорах в штабе главного командования сухопутных войск во время напряженного положения на фронте не упоминает события февраля и марта 1943 года вокруг Харькова. Может быть, заслуги и успехи танкового корпуса СС не вписывались в общий замысел книги? Их значение для Верховного командования является несомненным.

Генерал-фельдмаршал фон Манштейн в своей книге «Утерянные победы» тоже почти нигде не упоминает танковый корпус СС. Автор не говорит, что главная тяжесть сражений лежала на плечах танкового корпуса СС, поскольку остальные соединения с конца 1942 года, с момента попытки разблокировать окруженные под Сталинградом войска и с началом отступления в тяжелейших условиях, постоянно находились в действии.

Что касается последующей атаки в районе Харькова, то автор пишет, что ему пришлось лично энергично вмешаться, чтобы предотвратить атаку танкового корпуса СС в лоб на город, чтобы «как знак победы положить его к ногам своего фюрера».

«Конечно, танковый корпус СС хотел снова занять Харьков. Но у его командира оказалось достаточно благоразумия, чтобы отложить исполнение этого желания, если бы этого потребовала оперативная концепция группы армий. В действительности еще за несколько дней до этого было неясно, следует ли направить корпус на восток для атаки на Харьков, или его следовало повернуть на запад против войск противника, противостоявших оперативной группе «Кемпф». Впрочем, это сражение развивалось согласно указаниям 4-й танковой армии путем охвата противника без нанесения лобового удара силами танкового корпуса СС. Правда, весенние погодные условия, которые сделали дороги непроходимыми, потребовали скорейшего открытия сквозных путей через город».

Эта точка зрения звучит более чем странно, и, прежде всего, она противоречит фактам. Штаб 4-й танковой армии под командованием генерал-полковника Гота, вероятно, обозревал сложившееся в эти дни и часы положение лучше, чем командование группы армий, находившееся в тылу, о чем свидетельствует радиограмма из штаба 4-й танковой армии, направленная 9 марта 1943 года в танковый корпус СС (см. выше).

О. Вайдингер

Приложение

Генерал-полковник Гудериан о войсках СС

«Бить так бить!» – таков был девиз, который генерал-полковник Гудериан предложил танковым войскам в качестве путеводной нити. В своей книге «Воспоминания солдата» он пишет о войсках СС:

«…подготовка молодежи для гвардии фюрера, войск СС, была поручена бывшему армейскому генералу Паулю Хауссеру, моему старому шефу из Штеттина. Генерал Хауссер был хорошим офицером, умным и храбрым солдатом, обладавшим выдающимся, прямым и безупречным характером. Войска СС многим обязаны этому отличному офицеру…

…правда, благодаря влиянию Гиммлера у них было преимущество при комплектовании и вооружении. Но этот вызывающий зависть факт отступал на задний план перед товарищескими отношениями, которые существовали на поле битвы между подразделениями сухопутных сил и войск СС. Я видел, как сражались «Лейбштандарт» и дивизия СС «Дас Рейх», а позже в качестве инспектора танковый войск я посетил многие дивизии СС и, суммируя увиденное, могу сказать, что эти подразделения всегда отличались дисциплиной, хорошими товарищескими отношениями и стойкостью в бою. Они сражались плечом к плечу с армейскими танковыми дивизиями, и чем дольше длилась война, тем больше они становились для нас своими.

…но в конце концов недоверие Гитлера коснулось и его самых верных сторонников. Удаление нарукавных нашивок в марте 1945 года свидетельствует о степени отчужденности между Гитлером и войсками СС.

…23 июля 1941 года: наконец, еще о дивизии СС «Рейх» севернее Ельни. Задень до этого дивизия взяла 1100 пленных, но не смогла продвинуться вперед между Ельней и Дорогобужем. Продвижению помешали сильные бомбежки русских. Я направился к передовым постам, мотоциклистам под командованием храброго гауптштурмфюрера СС Клингенберга, чтобы составить личное впечатление о положении дел и о местности. Результатом этого посещения стало убеждение, что с переброской пехотного полка «Гроссдойчланд» следует подождать, пока не начнется наступление на Дорогобуж.

…6 сентября я снова посетил дивизию СС «Дас Рейх». Она атаковала железнодорожный мост через Десну под Макошином. Я постарался обеспечить ей поддержку со стороны люфтваффе. Из-за плохих дорог дивизия еще не собралась в полном составе. По пути я встретил целый ряд подразделений: одни были на марше, другие отдыхали в лесу. Войска произвели на меня очень благоприятное впечатление своей дисциплинированностью. Они не скрывали своей радости оттого, что вновь оказались вместе с танковой группой. После обеда мост был взят, в наших руках оказалась еще одна переправа через Десну.

На обратном пути мы встретили подразделения 1 – й кавалерийской дивизии и марширующие из-за плохих дорог пешком части войск СС. Прибыв на командный пункт дивизии, я отдал приказ так расширить плацдарм за Десной, чтобы она смогла оттуда начать атаку на западном берегу Сейма для облегчения наступления на этом участке фронта 24-го танкового корпуса».

Дивизия СС «Дас Рейх»

Оперативный отдел штаба КП дивизии,

28 июля 1941 года

БОЕВОЕ ДОНЕСЕНИЕ ДИВИЗИИ СС «ДАС РЕЙХ»

Об участии в боях с 22 июня по 28 июля 1941 года

В рамках операций 2-й танковой группы в войне против России дивизия СС «Дас Рейх», которая была включена в состав 46-го армейского корпуса, сначала получила приказ во время наступления через Буг и перехода через реку дивизий первого эшелона регулировать движение транспорта в зоне действия 24-го и 46-го армейских корпусов. Затем, с 26 по 28 июня, дивизия двигалась маршем по шоссе № 1 во втором эшелоне, не вступая в соприкосновение с противником.

29 июня дивизия получила приказ очистить от противника участок между шоссе № 1 и 2 и продвинуться вперед до Березины. При выполнении этого задания дивизия участвовала в следующих боях:

29 июня: отбрасывание назад слабых сил противника под Старчицей силами разведывательного батальона.

29 и 30 июня: атака мотоциклетного батальона и частей полка СС «Дойчланд» на полевые позиции русских в районе деревни Лоза.

1 июля: мелкие стычки при наступлении разведывательного батальона на Пуховичи; атака на противника с применением танков восточнее Пуховичей. Атака полка СС «Дойчланд» вдоль дороги Пуховичи – р. Уша.

2 и 3 июля: атака полка СС «Дойчланд» и мотоциклетного батальона на крупные силы противника западнее Березины в районе населенных пунктов Якшицы и Перевоз. Наступление разведывательного батальона на разрозненные силы противника в направлении Колодезя.

На 4 июля дивизия получает задание форсировать Березину, чтобы стремительно наступать к Днепру.

Бои

4 июля: форсирование Березины в районе деревень Якшицы и Бродец.

5 и 6 июля: наступление полка СС «Дойчланд» и разведывательного батальона по дороге Селиба – Суша – Долгое до реки Друть. Бои со слабыми подразделениями противника.

С 7 по 9 июля: атака основных сил дивизии вдоль дороги Березино – Белынычи 100-й дивизии русских, одного из элитных соединений Красной армии. 100-я дивизия была разбита.

10 июля: наступление основных сил дивизии на Шклов и тяжелый бой полка СС «Дер Фюрер» с крупным формированием русских войск на плацдарме западнее Шклова. Оборонительные бои полка СС «Дойчланд» западнее Могилева.

На 11 июля дивизия получает задание атаковать через Днепр и создать плацдарм восточнее Шклова. Задание выполнено практически без боя.

С 12 по 17 июля дивизия наступает вслед за 10-й танковой дивизией, выставив охранение на обоих флангах, через Ермаки, Рясну, Мстиславль, Хиславичи на Панково.

В эти дни происходят затяжные бои на обоих флангах, чтобы выдержать предписанное приказом направление наступления.

В Горках во время воздушного налета погибли командир 11-го полка вместе с адъютантом и полковым врачом, а также значительная часть штаба.

18 и 19 июля дивизия наступает на юго-восток для захвата передовой базы военно-воздушных сил русских в районе Данькова, где находятся многочисленные аэродромы.

Запланированная на 20 июля атака усиленного полка СС «Дер Фюрер» на север с целью перерезать единственную дорогу, ведущую с запада на восток, по которой противник отступает из Смоленска, не состоялась из-за плохих дорожных условий, а также из-за того, что все силы 46-го танкового корпуса были заняты под Ельней. Разведывательный батальон получает задание охранять северный фланг корпуса от атак крупных соединений противника в районе поселка Басманово. Охрана южного фланга под Даньковом и восточнее этого поселка, имеющая большое значение из-за незаменимых для люфтваффе аэродромов, передается пехотному полку СС «Гроссдойч-ланд».

Тем временем район восточнее Ельни, занятый 10-й танковой дивизией в тяжелых боях, стал объектом атаки сильных русских соединений. Это обстоятельство, а также тот факт, что вырвавшийся далеко вперед 46-й танковый корпус уже почти исчерпал запас хода, вынуждают нас создать такой оборонительный рубеж, который позволит отразить все атаки русских и даст нам возможность пополнить запас боеприпасов и пополнить наши части.

Таким образом, намечавшееся окружение русских армий, сражающихся под Смоленском, должно быть пока отложено.

21 и 22 июля дивизия подтягивается к Ельне. Быстро заняв исходную позицию, она начинает атаку на цепь холмов восточнее и юго-восточнее Ельни, где крупные формирования русских войск создали местами просто превосходную оборонительную линию. Перед дивизией поставлена задача занять и в дальнейшем удержать рубеж (карта 1:100 ООО) высота 125,6 (ошибка автора. Очевидно, 256. – Ред.) (в 11 километрах юго-восточнее Ельни) – высота западнее деревни Пантелеево – высота севернее деревни Красная – высота в районе деревни Ушаково.

Командир дивизии проводит инструктаж командиров 22 июля в 5:00 на высотке в непосредственной близости от южной окраины поселка Ярославль (в 5 километрах северо-восточнее Ельни).

Атака начинается в 9:15 без артиллерийской подготовки. Из-за нехватки боеприпасов артиллерия не может в должной мере поддерживать наступление. При численном превосходстве русской артиллерии это сказывается крайне негативно. В ходе непрерывных, сопровождающихся большими потерями атак поставленная задача к вечеру выполнена, несмотря на постоянные контратаки противника.

23 июля используется для того, чтобы в ходе атаки отбить у противника важные для обороны высоты и закрепиться на них для отражения ожидаемых контратак. Протяженность фронта дивизии составляет 38 километров, с учетом протяженной линии охранения на левом фланге разведывательного батальона, патрулирование которой приходится выполнять разведывательным группам. Полки вынуждены ввести в действие все батальоны и роты; в качестве подвижного резерва на случай вражеских контратак приходится использовать только саперные роты. При такой ширине фронта не может быть и речи о сплошной линии обороны, так как ротам пришлось окопаться только в опорных пунктах без глубины обороны. Большие пространства удается контролировать только огнем из тяжелого оружия.

Уже 22 и 23 июля воздушная разведка сообщает о подходе к Ельне с юго-востока, востока и северо-востока крупных сил противника, так что дивизия должна быть готова к тяжелым боям. Проводя бои местного значения и организуя атаки силой до батальона, противник пытается прощупать расположение и глубину нашей обороны.

Ранним утром 24 июля после сильной артиллерийской подготовки на многих участках фронта начинается атака многочисленных полков Красной армии при поддержке танков. На всех участках фронта удается отбить атаки противника, нанеся ему тяжелые потери и вынудив его отвести свою пехоту назад. Было подбито большое количество вражеских танков.

Части люфтваффе, передовые базы которых находятся в районе Данькова, вынуждены защищать аэродромы от воздушных и наземных атак противника и почти не появляются на участке фронта дивизии. Самолеты разведывательной эскадрильи корпуса большей частью сбиты или повреждены и не могут летать. На участке фронта, который обычно закрывает целая армия, дивизия вынуждена рассчитывать только на свои собственные силы и на два тяжелых артиллерийских дивизиона, переданные ей в качестве усиления. К этому добавляются значительные трудности с подвозом боеприпасов, так как дорожные условия просто ужасны, а дивизия находится на самом острие атакующего Москву клина и у нее самые растянутые коммуникации.

Из допросов пленных удалось выяснить, что у противника имеется много дивизий, к которым ежедневно прибывают все новые танковые полки. Батарея артиллерийской разведки установила, что противник выдвинул на передовые позиции на участке фронта перед дивизией такое количество артиллерии, которое пятикратно превышает количество артиллерийских стволов в дивизии СС «Рейх».

Анализ вражеского артиллерийского огня показывает, что подвоз боеприпасов у противника почти безграничен.

25 июля на отдельных участках фронта артиллерийский огонь достигает такой плотности, которая сравнима с ураганным огнем в самые тяжелые дни войны на Западном фронте. В секторе обороны одной-единственной роты в течение пяти минут было зафиксировано 156 разрывов артиллерийских снарядов разных калибров. На отдельных участках наши солдаты не могут даже высунуть голову из укрытия.

За многочасовой артиллерийской подготовкой следуют атаки полков русской пехоты, поддержанные танковыми подразделениями в количестве до тридцати танков. При наличии многочисленных брешей в оборонительной линии и при отсутствии глубины главной полосы обороны противнику удается прорваться во многих местах. Но, собрав свои последние силы, немецкие подразделения стремительной контратакой выбивают противника с занятых позиций и отбрасывают его назад за линию фронта, нанося ему тяжелые потери.

Однако, заметив, что прорыв ликвидирован, противник снова открывает артиллерийский огонь и после многочасового ураганного огня приступает к следующей атаке.

Противник имеет почти полное господство в воздухе. Вражеские бомбардировщики и истребители целый день без помех атакуют немецкую пехоту. Только зенитная артиллерия дивизии ведет огонь по вражеским самолетам, время от времени сбивая их. Впервые в секторе обороны дивизии СС «Рейх» противник применяет тяжелые танки. Речь идет о 30-тонных Т-28 (средний трехбашенный танк весом 25,4 т, пушка 76 мм, 4 х 7,62 мм пулемета (в т. ч. 2 – в отдельных башенках). Слабая броня – 30 мм лоб и 20 мм борт и башня. Но были также и танки с дополнительными листами 20-мм брони. Их вес достигал 32 т. Очевидно, именно их и не могли подбить 37-мм пушки немцев. Карбюраторный, т. е. бензиновый, двигатель 450 л. с. Скорость до 40 км/ч. – Ред.). Наши 37-мм противотанковые пушки не могут пробить их броню, тогда против прорвавшихся танков были применены 50-мм противотанковые пушки, которые отогнали стальных монстров за линию фронта. Но и они не причинили им особого вреда. Тогда некоторые храбрые солдаты с бутылками бензина в руках прыгали сзади на броню этих танков, обливали их бензином и поджигали выстрелом из ракетницы. Одно из подразделений захватило у русских бутылки с «коктейлем Молотова» и теперь с успехом использовало их в бою. Какой-то унтершарфюрер СС взобрался на русский тяжелый (устаревший средний. – Ред.) танк, ударом ноги вывел из строя пулемет, выстрелил из пистолета в смотровую щель, а затем поджег этот танк.

Все бойцы дивизии испытывали необыкновенный прилив решимости стоять до конца. Несмотря на удары вражеской артиллерии, несмотря на непрерывные атаки пехоты и танков и на непрекращающиеся потери в наших рядах, все бойцы были настолько воодушевлены своими успехами, что всех охватывает приподнятое настроение. Охота на вражеские танки превращалась в спорт, когда бронированные чудовища с азартом выводились из строя. На каждую атаку вражеской пехоты следовал ответный удар. Две наши роты подпускали противника к самым траншеям, не открывая огня; потом начали строчить сразу из всех пулеметов, а в следующее мгновение обе роты поднялись в контратаку и в рукопашной схватке отбросили противника назад. Побросав оружие, боеприпасы и автомобили, охваченный паникой вражеский батальон попытался спастись бегством.

Артиллеристы, до позиций которых часто доходил противник во время таких локальных прорывов, защищались в рукопашных схватках, а затем прямой наводкой расстреливали многочисленные вражеские танки. К вечеру артиллерийский огонь и атаки пехоты стихли. За день противник понес тяжелейшие потери в живой силе и технике.

Но уже ночью снова начались огневые налеты и атаки вражеских ударных отрядов. Наши разведывательные дозоры без устали беспокоили противника, чтобы не позволить ему внезапно напасть на наши позиции. Несмотря на переутомление всех бойцов, которые уже четверо суток вели непрерывные бои, не выпуская из рук оружие и не отрывая от глаз бинокли, об отдыхе остается только мечтать. Каждый понимал, что дивизия является передовым отрядом немецких войск в России, и был готов защищать свои позиции до последней капли крови.

26 июля, после того как огонь вражеской артиллерии еще раз усилился, а непрерывные атаки пехоты так и не прекратились, из-за чего небольшие резервы полков приходилось постоянно перебрасывать с места на место, чтобы контратаками снова выбивать противника с занятых им позиций, пришло сообщение о том, что скоро нам станет полегче. Вечером ожидался массированный налет наших пикирующих бомбардировщиков и истребителей на обнаруженные позиции вражеской артиллерии.

Эта радостная новость тотчас облетает все подразделения. Все облегченно переводят дух, так как наша артиллерия, у которой в последние два самых тяжелых дня на батарею оставалось только по восемьдесят снарядов, не могла существенно помочь пехоте. Ей оставалось только смотреть, как вражеская артиллерия выдвигалась на позиции и открывала огонь по нашим бойцам.

Связисты батальона связи день и ночь заняты устранением повреждений на телефонных линиях, постоянно рвущихся во время артобстрелов, чтобы обеспечить непрерывное управление войсками. Хирурги круглые сутки оперируют в дивизионных медицинских пунктах, не имея возможности укрыться во время вражеских бомбежек.

Но, несмотря на огромное численное превосходство в эти два дня, русским так и не удалось продвинуться вперед ни на шаг. После очередной атаки дивизия каждый раз прочно удерживала свои позиции.

С 27 июля постепенно становится легче. Улучшается подвоз снарядов для артиллеристов. Пикирующие бомбардировщики и эскадрильи истребителей атакуют обнаруженные артиллеристами и пехотинцами вражеские цели. Наши истребители хотя бы время от времени очищают воздушное пространство от русских самолетов.

Поступает подкрепление в виде артиллерии резерва главного командования, и теперь начинается систематическое подавление вражеских огневых точек. Это оказывается очень эффективным.

Тем не менее вражеские атаки продолжаются, но, как и прежде, они заканчиваются ничем.

29 июля наступает восьмой день, как дивизия ведет непрерывные бои с численно многократно превосходящими силами противника, но, несмотря на это, настроение в войсках великолепное. Поступившая в дивизию 28 июля карта с нанесенной обстановкой на всем Восточном фронте наглядно продемонстрировала всем бойцам дивизии, что мы продвинулись дальше всех немецких войск на восток. Это наполнило наши сердца еще большей гордостью и вселило в нас непоколебимую решимость.

Эти восемь дней непрерывной обороны оказались для дивизии самыми тяжелыми с момента ее создания, но и самыми знаменательными.

Хауссер

Дивизия СС «Дас Рейх»

Оперативный отдел штаба дивизии,

26 июля 1941 года. 22:00

Солдаты дивизии СС «Дас Рейх»!

Уже четыре дня мы ведем одну из решающих битв этой военной кампании. Она потребовала от всех вас проявить максимум того, что можно потребовать от солдата.

Вся Германия смотрит на солдат Восточного фронта с гордостью и восхищением. То, что сейчас мы продвинулись на восток дальше всех дивизий сухопутных сил, должно стать для нас обязанностью.

Хауссер

Дивизия СС «Дас Рейх»

Оперативный отдел штаба дивизии, 29 июля 1941 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ НА 29 ИЮЛЯ 1941 ГОДА

Противостоящий дивизии СС «Дас Рейх» противник силой до пяти стрелковых дивизий, двух танковых дивизий и двух моторизованных полков непрерывно атакует в количестве от батальона до полка. Отбивая эти атаки, дивизия вот уже шесть дней удерживает позиции на участке фронта шириной 38 километров.

Хауссер

Дивизия СС «Дас Рейх»

Адъютант дивизии, 9 августа 1941 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

Дивизия СС «Дас Рейх» выступила 26 июня в составе танкового корпуса. Ее путь пролег от Буга под Брестом через Березину и Днепр и привел ее в район юго-восточнее Смоленска под Ельню. При этом дивизия выполняла следующие задания: зачистка непросматриваемой лесистой местности между шоссе, по которым наступали танковые дивизии; атака на позиции противника под деревней Лоза через реку под Пуховичами, атака плацдармов на Березине и Днепре; уничтожение крупных соединений противника на северном фланге корпуса между Березиной и Днепром; обеспечение охранения в тылу боевых действий после прорывов русских войск; фланговое прикрытие с юга по ту сторону Днепра и одновременно с севера в направлении на Дорогобуж. Атака крупных формирований противника, некоторые из которых занимали заранее подготовленные позиции под Ельней, а вслед за этим тяжелейшие оборонительные бои с намного превосходящими силами русских, – не менее пяти дивизий, – поддержанных многочисленными танками и мощным артиллерийским огнем. В период с 23 июля по 8 августа противник настойчиво пытался ликвидировать большой выступ Восточного фронта, который обороняла дивизия. При этом дивизия держала оборону на участке фронта шириной 38 километров при наличии в резерве только одного батальона из резерва корпуса, не уступив противнику ни пяди земли. Каждый вражеский прорыв тут же ликвидировался ответным контрударом. Тем самым дивизия оказала решающее влияние на битву за Смоленск. Главными очагами боев, которые потребовали от нас многочисленных жертв, были: высоты в районе деревень Пантелеево и Поселье, лежащее на холме село Ушаково.

Отмечая заслуги дивизии, следует подчеркнуть, что сейчас участок обороны дивизии занимают две с половиной армейские дивизии.

Мы помним о наших павших и раненых товарищах, особенно о погибших командирах, оберштурмбаннфюрере СС докторе Брандте из 11-го полка и оберштурмбаннфюрере СС Керстене из 2-го артиллерийского полка. Они навсегда останутся в наших сердцах.

Мы желаем всего наилучшего нашему первому командиру полка СС «Дер Фюрер», бригадефюреру СС Кепплеру, на его новой должности.

Невозможно перечислить все достижения дивизии. Достаточно сказать, что молодой 11-й полк достойно влился в ряды таких многократно испытанных в боях полков СС, как «Дойчланд» и «Дер Фюрер». Мотоциклетный и разведывательный батальоны и недавно образованная батарея штурмовых орудий добились выдающихся успехов под руководством своих энергичных командиров. В оборонительных боях артиллеристы показали себя настоящими братьями по оружию с пехотинцами, а батарея артиллерийской разведки с честью выдержала испытание боем. У истребителей танков было достаточно возможностей для охоты и на средние танки противника. В последних боях снова отличились батальон связи, саперы, зенитный дивизион, подразделения полевой жандармерии и снабжения; последним не раз приходилось вступать в бой с оружием в руках. Снова образцово действовали санитарные службы.

Успехи, достигнутые отдельными бойцами:

1. Штурмовые орудия многократно прокладывали путь пехоте, дважды они первыми врывались на мосты. На Березине русские взорвали мост в тот момент, когда на нем находилось штурмовое орудие оберштурмфюрера СС Телкампа. Орудие упало в реку с высоты около 8 метров. Командир батареи, гауптштурмфюрер СС Гюнстер, и оберштурмфюрер СС Телкамп со своим экипажем продолжили сражаться и отличились в бою. При этом особых заслуг при охране штурмовых орудий и отражении вражеских контрударов добился отряд разведчиков полка СС «Дойчланд» под командованием унтерштурмфюрера СС фон Термана.

2. Гауптшарфюреры СС Ритт и Штуцман из разведывательного батальона отличились особой осмотрительностью и находчивостью как командиры разведывательных групп под Пуховичами и на дороге Смоленск – Дорогобуж.

3. Обершарфюрер СС Блауенштайнер из 5-й роты полка СС «Дер Фюрер» при атаке на высоту первым ворвался на вражеские позиции и лично уничтожил семь пулеметных гнезд русских.

4. Во время битвы под Ельней: обершарфюрер СС Фридель из 3-й роты полка СС «Дойчланд», после того как в бою за высоту 125 выбыло из строя все отделение, в одиночку с пистолетом в руках и гранатами прикрывал отход взвода, пока тот не занял исходные позиции. Унтерштурмфюрер СС Раппль из противотанкового батальона уничтожил со своим взводом тяжелый 50-тонный танк (очевидно, слабобронированный пятибашенный Т-35, но, возможно, и КВ-2. – Ред.), два танка Т-34 и еще один танк, из них два танка он вывел из строя лично с помощью связки гранат и бутылок с бензином. Унтершарфюрер СС Росснер, 2-я рота противотанкового батальона, подбил из своей пушки восемь вражеских танков во время одного боя, когда дивизия двигалась на Дорогобуж. Его образцово краткий приказ звучал так: «Подпустить на 50 метров, сначала первый, затем последний, а потом уже остальные!» 6-я батарея артиллерийского полка, часто ведя огонь прямой наводкой, подбила много вражеских танков. Командовал батареей оберштурмфюрер СС Штольтер.

24 июля после массированной артиллерийской подготовки противнику удалось в третий раз ворваться в село Ушаково, сломив сопротивление наших малочисленных сил. Боеспособность защитников была сильно ослаблена. Положение было критическим, так как еще одна атака грозила ухудшить общее положение танкового корпуса. Штабной офицер, оберштурмбаннфюрер СС Остендорф поспешил вперед, лично определил места прорыва, задействовал тяжелое оружие, штурмовые орудия, а позднее и танки, собрал последнюю имевшуюся в наличии роту и лично возглавил контратаку. Так ему удалось устранить опасность на левом фланге и стабилизировать положение.

Во время этих ночных боев отделение Фёрстера из 1-й мотоциклетной роты показало пример героического выполнения своего задания по прикрытию фланга роты. Они защищались до последнего человека и до последнего патрона: когда их нашли, все бойцы были мертвы, но и мертвые они продолжали целиться во врага, а в руках были намертво зажаты кольца от ручных гранат. А перед их позицией в непосредственной близости лежало от шестидесяти до восьмидесяти мертвых красноармейцев!

Наши трофеи: 125 танков и бронемашин, включая разведывательные бронеавтомобили; 23 самолета, из них один захвачен полком СС «Дер Фюрер» и один командиром батальона снабжения; 22 орудия, включая противотанковые пушки и пехотные орудия. Кроме того, большое количество пулеметов и винтовок и прочей военной техники.

Бои были жестокими и кровопролитными. Русские сражались ожесточенно, вплоть до рукопашной с применением всех подручных средств. Тем не менее мы продемонстрировали свое явное превосходство, как в наступлении, так и в обороне. Нас не испугали ни танки, ни воздушные налеты, ни ураганный артиллерийский огонь.

Дивизия СС «Дас Рейх» особо может гордиться своими достижениями и успехами, которые получили высокую оценку и признание у вышестоящего руководства. Мы ждем следующего приказа о введении дивизии в действие. С бойцами дивизии СС «Дас Рейх» можно достать черта из красной преисподней!

Хауссер

Дивизия СС «Дас Рейх»

Командир дивизии КП дивизии,

12 сентября 1941 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

1. Фюрер и Верховный главнокомандующий наградил унтершарфюрера СС Росснера (2-я рота противотанкового батальона) Рыцарским крестом за мужество при уничтожении нескольких вражеских танков в боях на Ельнинском выступе. Унтершарфюрер СС Росснер позднее скончался от полученных тяжелых ран.

Мы склоняем наши штандарты и знамена перед этим храбрым солдатом.

2. Главнокомандующий сухопутными войсками (фельдмаршал фон Браухич. – Ред.) передал благодарственное письмо унтерштурмфюреру СС Вайзенбаху и унтерштурмфюреру СС Эну (14-я рота полка СС «Дойчланд») за их успехи при уничтожении вражеских танков на Ельнинском выступе. Их имена внесены в почетный список германских сухопутных сил.

3. 1 сентября 1941 года дивизия выступила из района под Смоленском, чтобы принять участие в боевых действиях за переправу через Десну на правом фланге танковой группы Гудериана. Из-за плохих дорог и частых дождей марш был сопряжен с небывалыми трудностями как для техники, так и для бойцов, потребовав напряжения всех сил. Подразделения и части дивизии растянулись более чем на шесть дней пути.

Благодаря умелым действиям разведывательного батальона полку СС «Дер Фюрер», мотоциклетному батальону и частям дивизионных подразделений удалось в ходе стремительной атаки разбить русские формирования севернее Десны и захватить большое количество пушек и военной техники. При этом своим стремительным наступлением особо отличился 2-й батальон полка СС «Дер Фюрер». Славной страницей в истории дивизии стали бои за железнодорожный мост у населенного пункта Макошино, который противник хотел удержать любой ценой.

6 сентября первыми на мосту были оберштурмфюрер СС Рентроп из зенитного дивизиона, унтерштурмфюрер СС Франк, унтерштурмфюрер СС Бурмайстер, обершарфюрер СС Руланд, роттенфюрер СС Фред ель из 14-й роты полка СС «Дер Фюрер», затем последовали штурмовые орудия, 15-я рота полка СС «Дер Фюрер» и мотоциклетный батальон. Образцовым броском вперед оберштурмфюреру СС Рентропу и сопровождавшим его четырем товарищам удалось предотвратить взрыв моста, потушить начавшийся на мосту пожар, захватить вражескую противотанковую пушку и помешать русским вернуть себе мост.

В этом бою погиб унтерштурмфюрер СС Франк.

Наступавшие сразу вслед за первыми смельчаками штурмовые орудия уничтожили танковый взвод русских на южном берегу, а затем вместе с противотанковым взводом разгромили три танковых взвода противника на северном берегу. Благодаря досрочному прибытию штурмовых орудий мотоциклетному батальону удалось создать небольшой плацдарм на южном берегу. Подразделения мотоциклетного батальона смогли удержать этот плацдарм и на следующий день, несмотря на интенсивный артиллерийский огонь и многочисленные атаки русской пехоты.

После введения в бой полка СС «Дер Фюрер» удалось значительно расширить этот плацдарм. Затем с этого плацдарма атаку на юг начали 11-й полк, полк СС «Дойчланд» и вслед за ними полк СС «Дер Фюрер», которых поддержала артиллерия и другие дивизионные части. В ходе неудержимого наступления, которое не прекращалось и ночью, русские формирования южнее Десны были разбиты.

11 сентября удалось достичь поставленной перед дивизией оперативной цели – железнодорожной линии из Бахмача на запад. Был установлен контакт с 4-й танковой дивизией и предоставлена возможность соседу справа, армии сухопутных войск, начать дальнейшее наступление южнее Десны. Эти марши и бои проводились в основном в пешем строю. Из-за плохих дорог моторизованные марши были крайне затруднены. Не всегда удавалось передвигаться на автомобилях и по железнодорожным линиям.

Командир 24-го танкового корпуса, генерал Гейр фон Швеппенбург, выразил свою полную признательность командному составу и бойцам дивизии СС «Дас Рейх». Наступление продолжается.

Хауссер

Командующий

2-й танковой группой, 23 сентября 1941 года

ПРИКАЗ ПО ТАНКОВОЙ ГРУППЕ

Солдаты дивизии СС «Дас Рейх»!

1 сентября 1941 года дивизия выступила из района под Смоленском, чтобы принять участие в боевых действиях за переправу через Десну на правом фланге танковой группы. Из-за плохих дорог и частых дождей марш был сопряжен с небывалыми трудностями, как для техники, так и для бойцов, потребовав от них напряжения всех сил. Подразделения дивизии растянулись более чем на шесть дней пути.

В тяжелых боях фронт противника был прорван, реки Десна и Сейм форсированы, и 13 сентября замкнулось кольцо окружения вокруг соединений противника восточнее Киева путем соединения с одной из танковых групп, наступавшей с юга.

Командующий 5-й русской армией (тяжело раненный генерал Потапов. – Ред.) попал в наши руки. Тем самым весь Южный фронт русских полностью разгромлен. В эти недели вы еще раз в полной мере исполнили свой долг, взяв на себя все трудности, хотя с 22 июня вы не знали ни одного дня отдыха. Славной страницей в истории дивизии останутся бои за железнодорожный мост в Макошине.

Я благодарю вас за ваш боевой, наступательный дух, который вы так часто проявляете. Я желаю дивизии, выводимой в данный момент из распоряжения нашей группы, всего наилучшего в будущем.

Гудериан

Дивизия СС «Дас Рейх»

Штаб дивизии, 23 сентября 1941 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

После замыкания большого котла восточнее Киева дивизия СС «Дас Рейх» была направлена ускоренным маршем в район Ромн, чтобы, действуя в составе 24-го корпуса, удержать Ромны, отразив отвлекающую атаку крупных сил противника, а затем уничтожить направленные сюда вражеские формирования.

При выполнении этого задания все части и подразделения дивизии проявили себя с наилучшей стороны.

Для расширения плацдарма полк СС «Дер Фюрер» сначала наступал вместе с 41-м пехотным полком. В этом бою было уничтожено большое количество вражеских танков.

В последующие дни полки СС «Дойчланд» и «Дер Фюрер» стремительно наступали на восток и в тяжелых боях заняли большую территорию противника. Вечером 22 сентября полк СС «Дойчланд» после разгрома крупных сил противника смог ворваться в село Недригайлово и уничтожить большую вражескую колонну. Полк СС «Дер Фюрер» одновременно продолжал наступать на юго-восток, чтобы преследовать отступающего противника. В ожесточенном бою 23 сентября удалось разгромить вражеские части. 11-й полк нанес удар по противнику с правого фланга плацдарма и стремительной атакой захватил Семеновку. Разведывательный и мотоциклетный батальоны, неустанно ведя разведку в непросматриваемой местности на северном фланге, создали необходимые условия для успешного продвижения дивизии. В то время как отдельные части и подразделения дивизии продолжали вести бой, передовой полк уже приступил к новому наступательному маршу. Предъявляемые к нам требования велики.

Генерал-лейтенант

Хауссер

Командующий

4-й танковой группой, 2 октября 1941 года

ПРИКАЗ ПО ТАНКОВОЙ ГРУППЕ

2 октября день рождения покойного генерал-фельдмаршала фон Гинденбурга.

Он был первым, кто одержал великую победу над русскими (в Восточной Пруссии в августе 1914 г. – Ред.) и тем самым не позволил им вторгнуться в Рейх.

В день его рождения мы выступаем в новый решающий поход против последней крупной группировки русских сил.

Для танковой группы 2 октября 1941 года пароль звучит так: «Гинденбург – вперед – победа»!

Генерал-полковник

Гёпнер

Дивизия СС «Дас Рейх»

Адъютант дивизии, 23 октября 1941 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

Дивизия СС «Дас Рейх» наступала почти без пауз с 6 по 21 октября 1941 года. Мы наносили удар от Юхнова на север до Гжатска, продвигаясь вперед с двумя открытыми флангами вдоль восточного края котла под Вязьмой. При этом были разбиты или уничтожены крупные вражеские силы, и стремительным броском была достигнута поставленная цель, автострада Смоленск – Москва. В это же время дивизии сухопутных войск атакой с запада отбили у противника позиции восточнее Починка, которые дивизия ранее удерживала в течение нескольких недель в Ельнинском сражении. Тем самым «удалось отомстить за наших товарищей, павших под Ельней», как было написано в приказе по 46-му танковому корпусу. Затем дивизия продолжила без отдыха наступление на восток вдоль автострады и севернее от нее. Благодаря быстроте нашего наступления и не раз продемонстрированной готовности наших солдат и офицеров сражаться до последнего бойца удалось помешать противнику закрепиться на рубежах Московской (Можайской. – Ред.) оборонительной линии. Непроходимые дороги, снежные бураны и пронизывающий холод не являлись для дивизии серьезным препятствием, так же как и ожесточенные контратаки численно превосходящего противника.

Этот период боевых действий займет в истории дивизии свое достойное место рядом с прежними достижениями. Достигнутые успехи были огромными. Все части и подразделения дивизии в равной мере внесли свой вклад в их достижение.

Мы салютуем нашим павшим товарищам. Их смерть не должна быть напрасной. Мы помним наших раненых и шлем им наши наилучшие пожелания.

Пал один из храбрейших воинов дивизии, командир батареи штурмовых орудий, гауптштурмфюрер СС Гюнстер. Наш командир дивизии, обергруппенфюрер СС и генерал войск СС Пауль Хауссер, был тяжело ранен на передовой. Он просил передать свои наилучшие пожелания дивизии в предстоящих сражениях.

В следующий период нашей борьбы мы должны еще раз доказать, что не ударим в грязь лицом. Я знаю, что смогу положиться на вас.

Биттрих

Штаб 40-го танкового корпуса, 16 ноября 1941 года

ПРИКАЗ ПО КОРПУСУ

Из-за резкой перемены погоды, которая принесла дожди и грязь, мы были вынуждены не по своей воле остановить наступление после сражения с окруженными русскими войсками под Вязьмой и после прорыва Московской оборонительной линии.

Без устали, выполняя свою работу в тяжелейших погодных условиях, вы создали все предпосылки, необходимые для продолжения операций. За это вам моя благодарность и признательность.

Противник хорошо использовал время нашей вынужденной остановки наступления и пытается своими атаками окончательно остановить наше продвижение вперед. Но ему не удалось этого сделать благодаря вашей храбрости, выдержке и упорному сопротивлению на пронизывающем холоде и в неблагоприятных условиях.

Сейчас мы снова вцепимся противнику в горло, окончательно разобьем врага и дойдем до поставленной цели, до Москвы, которая уже совсем близко. Вперед с новыми силами!

Генерал танковых войск

Штумме

Штаб

40-го танкового корпуса, 27 ноября 1941 года

ПРИКАЗ ПО КОРПУСУ

Я выражаю мою особую признательность офицерам 3-го батальона панцер-гренадерского полка СС «Дер Фюрер», 2-го батальона полка СС «Дойчланд» и мотоциклетной роты полка СС «Дер Фюрер», усиленной штурмовыми орудиями, за решительность и отвагу, с которой они вели в бой своих солдат при взятии комплекса монастырских зданий в Истре.

Такую же признательность я выражаю всем бойцам названных подразделений, которые благодаря своей смелости, напору и выдающейся храбрости внесли основной вклад во взятие Истры.

Командующий танковой группой, генерал-полковник Гёпнер, поручил мне передать вам его благодарность и признательность.

Генерал танковых войск

Штумме

Штаб 40-го танкового корпуса, 9 декабря 1941 года

ПРИКАЗ ПО КОРПУСУ

Демонстрируя неукротимый боевой дух, с которым дивизия СС «Дас Рейх» успешно сражалась во всех боях и битвах последнего времени, 8 декабря вы, солдаты войск СС, одержали славную победу в оборонительном бою против численно превосходящего противника, который с крайним ожесточением атаковал со всех сторон с использованием всего имевшегося у него тяжелого оружия с целью сломить ваше сопротивление. Эта победа добавляет новые лавры на ваши знамена! Она имела особое значение для всей боевой операции!

Моя благодарность и признательность за ваши выдающиеся достижения!

Мы склоняем знамена перед вашими храбрыми павшими товарищами и выражаем уверенность в том, что вопреки плохим погодным условиям и связанным с этим большим физическим нагрузкам и усталости мы будем твердо стоять там, куда нас направит приказ.

Генерал танковых войск

Штумме

Дивизия СС «Дас Рейх»

Оперативный отдел штаба дивизии, 11 декабря 1941 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

Бойцы дивизии СС «Дас Рейх»!

В ходе тяжелейших трехнедельных боев с упорным противником, несмотря на ужасный холод, вы уничтожили многочисленные формирования врага и продвинулись к Москве, остановившись всего лишь в нескольких километрах от города.

И если теперь наступление остановлено и мы отошли на новые оборонительные позиции за Истру, то это совсем не означает, что мы отступили перед силой противника. Скорее всего, из-за начавшейся зимы возникли такие трудности в дальнейшем ведении войны, что было решено отойти на зимние позиции.

Биттрих

Штаб 40-го танкового корпуса, 13 декабря 1941 года

ПРИКАЗ ПО КОРПУСУ

С сегодняшнего дня дивизия СС «Дас Рейх» выводится из моего подчинения.

В победоносных сражениях вы проложили себе путь от берегов Десны через Гжатск – Можайск – Городище – Истру– Ленино вплоть до внешних укреплений на подступах к Москве.

Я расстаюсь с вами, радуясь и гордясь вашими достижениями, которые войдут в военную историю, но в то же время глубоко сожалея, что приходится расставаться с такой боеспособной дивизией. Я знаю, что вы всегда останетесь такими бойцами, на которых Верховное командование сможет положиться в любой ситуации, как бы тяжела она временами ни была.

Славной дивизии СС «Дас Рейх» я желаю новых боевых успехов, а каждому из вас солдатского счастья и благополучного возвращения домой после победоносного окончания войны.

Генерал танковых войск

Штумме

Дивизия СС «Дас Рейх»

Командир КП дивизии, 21 декабря 1941 года

Товарищи!

В суровый час я был награжден нашим фюрером и Верховным главнокомандующим Рыцарским крестом.

Вы должны быть твердо убеждены в том, что не я один ношу на груди эту высокую награду. Я вижу этот крест на груди у каждого бойца дивизии. Я ношу его за павших и за вас, за всех тех, кто продолжает еще сражаться.

Выше головы, мы разобьем врага на берегах Рузы, чтобы выиграть время для будущих операций.

Я выражаю мое глубокое уважение павшим бойцам и преклоняюсь перед вашим духом самопожертвования.

Генерал-майор

Биттрих

Дивизия СС «Дас Рейх»

Командир дивизии, 11 января 1942 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

Солдаты славной дивизии СС «Дас Рейх»!

С 9 января 1942 года я вступил в командование дивизией. Я, как ветеран дивизии, отдаю себе отчет в том, какая большая честь выпала мне – командовать дивизией в эти зимние месяцы. Ваши дела, ваша боевая готовность, ваши стойкость и дисциплина являются примером и войдут в историю войск СС и сухопутных сил.

Я убежден, что и в дальнейшем под моим руководством вы приложите все силы для сохранения и приумножения достигнутых успехов.

Я очень рад передать вам самый сердечный привет и наилучшие пожелания от вашего командира дивизии, генерал-лейтенанта Хауссера, который хотел бы как можно скорее вернуться к вам.

Мы с благоговением вспоминаем наших павших и раненых товарищей.

Генерал-майор

Кляйнхайстеркамп

Полк СС «Дер Фюрер»

Командир полка, 1 февраля 1942 года

ПРИКАЗ ПО ПОЛКУ

Солдаты!

В ходе многодневных тяжелейших боев полк стойко держался на решающем участке фронта и нанес противнику тяжелейшие потери.

Потерпел неудачу замысел противника прорваться на этом участке силами четырех стрелковых дивизий и танковой бригады при активной поддержке артиллерии на выручку к своим окруженным на юге дивизиям.

Командующий 9-й армией, генерал-полковник Модель, сообщил о вашей стойкости и достигнутом успехе в ставку фюрера, указав название полка. Гордитесь тем, что вы сделали.

Враг и дальше будет атаковать. Но я твердо убежден в том, что и в дальнейшем вы будете сражаться так же храбро. Это самое трудное испытание в истории полка, и мы выдержим его вместе. Я выражаю всем вам мою благодарность и признательность. Мне поручено передать вам особую благодарность командующего 9-й армией.

Оберштурмбаннфюрер СС

Кумм

Сводки вермахта о боях за Харьков

24 февраля 1943 года: соединения и части сухопутных сил и войск СС продолжили наступательные операции в районе между реками Северский Донец и Днепр против выдвинутого фланга крупной группировки советских войск и окружили их. (Дивизии СС «Дас Рейх» и «Лейбштандарт».)

7 марта 1943 года: в районе южнее Харькова мобильные группы сухопутных сил и войск СС прорвали сильную оборону противника и отбросили его на север. Были уничтожены окруженные соединения 3-й советской танковой армии, состоящей из частей 12-го и 15-го танковых корпусов, кавалерийского корпуса и трех стрелковых дивизий. (Дивизии СС «Дас Рейх», «Лейбштандарт» и «Тотенкопф».)

12 марта 1943 года: танковые и пехотные соединения сухопутных сил и войск СС прорвали под Харьковом глубо-коэшелонированную оборону противника и с нескольких сторон ворвались в город. (Дивизии СС «Дас Рейх» и «Лейбштандарт».)

13 марта 1943 года: в Харькове в некоторых городских районах все еще продолжаются ожесточенные уличные бои. Части войск СС сломили сопротивление противника, продвинулись до центрального вокзала и заняли привокзальную территорию. (Дивизии СС «Рейх» и «Лейбштандарт».)

15 марта 1943 года: как уже было объявлено в специальном сообщении, после многодневных боев подразделения войск СС, при эффективной поддержке самолетов люфтваффе, охватывающей атакой с севера, запада и юга, снова овладели городом Харьков. (Дивизии СС «Дас Рейх» и «Лейбштандарт».)

Глава 3

Январь, февраль 1943 года

Боевые действия 1-го батальона, усиленного 14-й (зенитной) ротой и взводом 16-й (саперной) роты, в январе и феврале 1943 года в излучине Северского Донца[5]

10 января 1943 года. В Рене первыми из всех подразделений полка погрузились на автомашины 1-й батальон под командованием гауптштурмфюрера СС Опифициуса, а также 14-я рота и один взвод 16-й роты. Подготовка, оснащение и боевой дух в ротах отличные. Время доукомплектования полка, проведенное во Франции, было использовано наилучшим образом. Все бойцы нашего батальона, так же как и бойцы остальных батальонов, были полны решимости и уверены в своих силах, хотя положение на Восточном фронте не давало повода для излишнего оптимизма. На своих новеньких «Опель-Блицах» мы отправились через Францию (температура воздуха 26° тепла), Германию и Польшу в Россию и в ночь на 20 января 1943 года прибыли в Авдеевку (температура на улице 28° мороза).

Исполняя приказ командира танковой дивизии СС «Дас Рейх», командир батальона тотчас явился в штаб оперативной группы «Фретгер-Пико» в Ворошиловграде. Моторизованным маршем прибыли: 1-й батальон полка СС «Дер Фюрер», а также 14-я рота и один взвод 16-й роты того же полка, две батареи 2-го артиллерийского полка и одна зенитная батарея 2-го зенитного дивизиона дивизии СС «Дас Рейх». Это было отличное достижение, прежде всего, конечно, со стороны водителей, которые преодолели расстояние 265 километров без каких-либо существенных поломок.

22 января 1943 года батальон собрался в районе Ворошиловграда, а 23 января занял исходные позиции на рубеже Александровка – Сабовка.

24 января 1943 года. Невероятно резкая перемена погоды – наступила оттепель, и пошел дождь. При поддержке танков были атакованы высоты 165,7 и 168,1. Закрепившийся на этих высотах противник был отброшен на 2 километра назад. В ночь на 25 января 1943 года произошло резкое падение температуры: теперь термометр показывал 28° мороза! Пробиравший до костей холод и пронизывающий ветер доставили личному составу огромные трудности. Потери из-за обморожений оказались весьма значительными, и боеспособность батальона упала в эту ночь почти на 50 %. Дело в том, что из-за резкого потепления накануне многие солдаты оставили свое зимнее обмундирование в машинах. Стремительная атака заставила всех хорошенько вспотеть, а из-за оттепели и дождя все промокли до нитки. Когда командир батальона сообщил по рации о своем решении посадить своих бойцов на танки, чтобы достичь поставленной цели атаки, ему было запрещено это делать, а приказано удерживать завоеванные позиции на открытой возвышенности. Все предложения командира батальона продолжать наступление (разведка батальона не обнаружила противника) или же вернуться на исходные позиции были отклонены. И только к концу ночи удалось добиться отвода батальона назад и замены его двумя армейскими ротами. Оставалось только сожалеть, что первая атака подразделений полка проходила в таких неблагоприятных погодных условиях.

До 31 января 1943 года происходило переформирование 1-го батальона, а также подчиненных ему полковых подразделений. Батальон получил усиление в лице 304-го полевого запасного батальона без штаба и штабной роты. Одновременно батальону была предоставлена 100-ваттная радиостанция для поддержания связи с дивизией СС «Дас Рейх», а также 105-мм полевое орудие и две 50-мм зенитки для охоты на танки. Батальону была подчинена также и созданная по инициативе оберштурмфюрера СС Даля добровольческая рота из отставших от своих пехотных частей солдат, которая отличалась необыкновенной смелостью и боеспособностью.

28 января 1943 года все эти подразделения были объединены под единым командованием в боевую группу «Шульдт». Все соединения собрались к 30 января 1943 года в районе Ворошиловграда. Воздушная разведка сообщила, что противник наводит ледяные мосты через реку Северский Донец.

В ночь на 1 февраля 1943 года Советы начали атаку – пехота численностью до полка при поддержке танков. Примерно в 3:00 определилось направление главного удара противника на Ворошиловград, который защищали основные силы батальона, и на село Петровка северо-западнее города, которое обороняла усиленная 1-я рота (взвод 14-й роты с 20-мм зенитной установкой и одной 50-мм противотанковой пушкой). 20-мм самоходки и противотанковая пушка были становым хребтом обороны села. Роттенфюрер СС Хайдер подбил из своей пушки пять вражеских танков, он получил на поле боя Железный крест 1-го класса, а затем был произведен в унтершарфюреры СС. Заведующий оружейным складом 1-й роты, обершарфюрер СС Зепп Каммерер, подорвал противотанковой миной прорвавшийся Т-34 и тоже был награжден Железным крестом 1-го класса.

Противник напрасно штурмовал наши позиции в Ворошиловграде. Батальон стойко удерживал свои позиции, успешно отбивая все атаки численно превосходящего противника. Здесь особо отличился взвод 16-й роты под командованием обершарфюрера СС фон Эберштайна. Противник начал атаку на позиции батальона одновременно слева и справа, но атака была успешно отражена с нанесением противнику больших потерь. Слева атаку отражала 3-я рота под командованием гауптштурмфюрера СС Лекса, а справа храбро билась добровольческая рота оберштурмфюрера С С Даля.

В ночь на 2 февраля 1943 года батальон был отведен в район населенного пункта Водяное. Противник продолжал штурмовать наши позиции при массированной поддержке артиллерийского и минометного огня, танков и истребительной авиации. Несмотря на чрезвычайно неблагоприятные условия для ведения обороны, гренадеры сумели закрепиться в окопах, траншеях и домах и отбили яростные атаки противника. В этой связи хотелось бы выразить особую благодарность танкистам 6-й танковой дивизии сухопутных сил и летчикам пикирующих бомбардировщиков за их помощь в критический момент боя. Во время этих боев в результате прямого попадания погиб командир 4-й роты, гауптштурмфюрер СС Хоккее – в тот момент, когда он находился на КП батальона.

14 февраля 1943 года батальон отводится с занимаемых позиций и вместе с приданными ему подразделениями направляется через Самсонов под Краснодон. В последующие дни задания по охранению, контрудары и атаки с ограниченной целью.

17 февраля 1943 года отдых в районе населенного пункта Красная Звезда. Подразделение снабжения танковой дивизии СС «Викинг» по-товарищески поделилось с нами горючим, в котором мы остро нуждались.

21 февраля 1943 года адъютант, оберштурмфюрер СС Панке, был направлен с подробным докладом в штаб дивизии в Павлоград, чтобы добиться возвращения батальона в свой полк.

23 февраля 1943 года приходит радиограмма с приказом командиру батальона лично прибыть в штаб дивизии. Командование батальоном принимает командир 3-й роты.

Вплоть до 7 марта следуют незначительные бои севернее Дебальцева. После возвращения командир батальона привез с собой приказ, согласно которому усиленный 1-й батальон должен немедленно отправиться через Павлоград, чтобы снова прибыть в распоряжение полка СС «Дер Фюрер». Эта новость вызвала всеобщую радость. Марш назад в родной полк проходил при острой нехватке горючего. И только организационный талант офицеров и бойцов батальона помог справиться с этой проблемой.

После этой настоящей одиссеи 14 марта 1943 года командир усиленного 1-го батальона доложил командиру полка о прибытии. После переформирования в две пехотные роты (гауптштурмфюрера СС Лекса и оберштурмфюрера СС Панке) и одну тяжелую роту (оберштурмфюрера СС Рудольфа) батальон в составе полка принял участие во взятии Харькова.

Боевое использование усиленного 1-го батальона за прошедшие дни было довольно трагично. Как самостоятельная боеспособная единица, находясь под чужим командованием, батальон в это кризисное время постоянно направлялся в самые горячие точки обороны. Используя батальон повсюду как «летучую пожарную команду», от него требовали почти невозможного – и он добивался этого.

Глава 4

Май-декабрь 1943 года[6] операция «Цитадель»

Новый командир полка СС «Дер Фюрер», оберштурмбаннфюрер СС Штадлер, хотел бы предварить повествование о периоде, когда полк находился под его командованием, следующими соображениями.

В последний раз на Востоке германская армия пытается в ходе широкомасштабного наступления вернуть себе инициативу, однако ей не удается добиться перелома.

После того как на фронте реки Миус мощное наступление противника привело к ликвидации важного плацдарма, пришлось немедленно бросить все имеющиеся в районе Харькова силы навстречу русскому крупномасштабному наступлению, чтобы предотвратить возможный прорыв.

Ниже подробно описывается, сколько смелости, самопожертвования, стойкости и наступательного духа потребовали эти кровопролитные бои от всех офицеров и солдат полка, сколько им пришлось вынести трудностей и испить горечи при переходе от обороны в контрнаступление и при последующем отступлении за Днепр и дальше в район Житомира. Как всегда, и здесь полк постоянно сражался в самых горячих точках.

Конечно, это всего лишь робкая попытка правдиво описать пережитое, потому что в нашем языке не хватает слов, чтобы передать величие этого времени, радость и гордость от достигнутых успехов, верность и товарищеские отношения, а также глубочайшее горе отчаяния в тяжелые и тяжелейшие часы отступления.

Для всех нас, оказавшихся в этом единственном в своем роде боевом содружестве, это был великий, но одновременно и горький период жизни!

Сильвестр Штадлер

На стыке группы армий «Юг» (под командованием генерал-фельдмаршала фон Манштейна) и группы армий «Центр» (под командованием генерал-фельдмаршала фон Клюге) после весенних боев 1943 года вокруг города Курска образовалась дуга фронта, выступающая далеко на запад. Она увеличивала длину германского фронта почти на 500 километров и тем самым сковывала значительные силы германской армии. Этот «открытый мешок» с точки зрения снабжения войск был только помехой для наших оперативных планов. Но прежде всего, противник мог использовать этот выступ в качестве стратегического плацдарма для ударов по флангам групп армий «Центр» и «Юг». Этот вражеский выступ надо было устранить.

Другая цель операции «Цитадель» заключалась в том, чтобы нанести удар по вражеским танковым резервам еще до их пополнения и тем самым вновь завладеть стратегической инициативой на советско-германском фронте.

9-я армия под командованием генерал-полковника Моделя (группа армий «Центр») выдвинула на исходные позиции для атаки на Курск три танковых корпуса. (2, 4, 9, 12, 18 и 20-я танковые дивизии, 21-я танковая бригада (45 «Тигров») и др. части – отдельные дивизионы штурмовых орудий (280 машин) и 656-й танко-истребительный полк (20 танков). – Ред.)

В составе группы армий «Юг» в боевую готовность была приведена оперативная группа «Кемпф», имевшая в своем составе 3-й танковый корпус под командованием генерала Брайта (6, 7 и 19-я танковые дивизии и 198-я пехотная дивизия) и 11-й армейский корпус генерала Рауса (106-я и 320-я пехотные дивизии). Перед ними была поставлена задача в ходе отвлекающих атак восточнее или северо-восточ-нее Белгорода прикрыть прорыв на Курск.

23-я танковая дивизия и дивизия СС «Викинг» сначала были в резерве группы армий «Юг». 4-я танковая армия группы армий «Юг» под командованием генерал-полков-ника Гота получила приказ осуществить прорыв на Курск. Для этого танковой армии были подчинены 48-й танковый корпус под командованием генерала фон Кнобельсдорфа с 3-й и 11-й танковыми дивизиями, моторизованной дивизией «Гроссдойчланд», а также двумя третями 167-й пехотной дивизии; 52-й армейский корпус с 57, 255 и 332-й пехотными дивизиями и 2-й танковый корпус СС под командованием генерал-полковника Пауля Хауссера с дивизиями СС «Дас Рейх», лейбштандарт «Адольф Гитлер» и «Тотен-копф» и одной третью 167-й пехотной дивизии. (Кроме того, была 10-я танковая бригада (252 танка, в т. ч. 204 Pz Y «Пантера», и отдельные дивизионы штурмовых орудий (106 машин). – Ред.)

Начало наступления постоянно сдвигалось, начиная с мая до начала июля. Вероятно, здесь сыграли свою роль политические соображения верховного руководства. За это время германские войска получили пополнение живой силой и техникой. В начале июля 1943 года в группе армий «Юг» насчитывалось более тысячи танков разных типов (в основном это были танки Pz III) и почти четыреста штурмовых орудий. (Согласно Б. Мюллер-Гиллебранду (Сухопутная армия Германии. Т. III. С. 285–286), в составе группы армий «Юг» на 30 июня 1943 г. насчитывалось 1493 танка (в т. ч. 133 Pz VI «Тигр» и 204 Pz V «Пантера» и 253 штурмовых орудия. В составе группы армий «Центр» насчитывалось 746 танков (в т. ч. 45 «Тигров») и 280 штурмовых орудий. И танков Pz III было относительно немного. Зато много Pz IV с длинноствольной 75-мм пушкой и дополнительными бронелистами. – Ред.)

5 июля перешла в наступление 9-я армия. Противник оборонялся на этом участке фронта настолько упорно, что уже 11 июля наступление германских войск пришлось прекратить и перейти к отражению массированного контрнаступления вражеских армий.

Как следует из расположения противника в предстоящих боях, хотя бы одна из целей германского руководства была достигнута: разгром русских танковых соединений, стоявших на передовой, что заставило советское руководство бросить в бой стратегические резервы, чтобы остановить успешное вначале наступление немецких дивизий. В ходе сражения и эти свежие соединения были сильно измотанны. Тем не менее советскому Верховному главнокомандованию удалось проявить чрезвычайную активность на этом участке фронта уже в начале августа 1943 года.

Противник перед началом операции «Цитадель»[7]

По данным советской разведки, в конце марта 1943 года на рубеже Белгород – Харьков было сосредоточено около сорока пехотных и двадцати танковых немецких дивизий. Буквально это звучало так: в районе Харькова и южнее германское Верховное командование сосредоточило основные ударные силы своих войск – среди них танковые дивизии СС «Лейбштандарт», «Тотенкопф» («Мертвая голова»), «Викинг» и «Дас Рейх», а также танковая (моторизованная. – Ред.) дивизия «Гроссдойчланд» («Великая Германия»).

На основе полученных данных советское Верховное главнокомандование разработало план операции на весну и лето 1943 года, чтобы отразить ожидаемый удар германских войск на Курской дуге и одновременно перехватить инициативу на этом участке фронта и на других фронтах.

Перед северным флангом группы армий «Юг» (под командованием генерал-фельдмаршала фон Манштейна) стоял советский Воронежский фронт, который занимал оборонительные позиции в глубокоэшелонированных боевых порядках (5–6 оборонительных полос (рубежей). На всем протяжении Курской дуги был создан главный рубеж обороны глубиной до 6 километров, состоящий из батальонных узлов сопротивления, опорных пунктов противотанковой обороны и целой системы разнообразнейших заграждений. Были прорыты ходы сообщения и траншеи длиной почти 2500 километров, оборудовано более 30 ООО окопов и пулеметных гнезд и создано около 10 ООО позиций противотанковой обороны, которые были призваны максимально затруднить прорыв немецких дивизий. Было подготовлено множество наблюдательных пунктов и хорошо замаскированных командных пунктов, установлено более 430 ООО мин и протянуто почти 700 километров заграждений из колючей проволоки.

Между отдельными оборонительными рубежами, имевшими общую глубину до 40 километров, были вырыты противотанковые рвы и создана разветвленная система обороны. Чтобы скрыть возведение этих гигантских оборонительных сооружений, работа велась преимущественно по ночам. В ночные часы обычно усиливали свою активность советские легкие самолеты типа По-2, которые немецкие солдаты называли «дежурный унтер-офицер», а красноармейцы именовали «кукурузниками» или «огородниками».

Советское командование перебросило в район Курской дуги 2, 16 и 17-ю воздушные армии (2-я ВА поддерживала с воздуха Воронежский фронт, 17-я ВА – Юго-Западный фронт. На севере Курской дуги 16-я ВА поддерживала Центральный фронт. Кроме того, наготове были 5-я ВА в составе Степного фронта на юге, а 15-я ВА Брянского фронта действовала на севере. – Ред.), которые насчитывали более двух тысяч истребителей, около восьмисот штурмовиков и более семисот других боевых самолетов.

В направлении Обояни (где позднее наступала немецкая 4-я танковая армия) и на Корочу (перед фронтом наступления армейской группы «Кемпф») Воронежский фронт подготовил усиленный оборонительный рубеж.

О концентрации войск автор пишет следующее:

«…на Обоянском направлении оборону занимала 6-я гвардейская армия под командованием генерала Чистякова. На своем участке фронта шириной 64 километра эта армия ввела в бой в первом эшелоне 81-ю, 78-ю, 72-ю и 36-ю гвардейские стрелковые дивизии и 262-й танковый полк. Второй эшелон составляли 73-я и 15-я гвардейские стрелковые дивизии, 213-я стрелковая дивизия, 167-й и 148-й танковые полки, а также 27-я гвардейская танковая бригада и 201-я танковая бригада…

Резерв Воронежского фронта состоял из 1-й танковой армии (6-й танковый корпус и 3-й механизированный корпус), 5-го и 2-го гвардейских танковых корпусов, а также из артиллерийских и минометных частей… на Курском направлении были стянуты также крупные стратегические резервы, к которым относились 4-я и 5-я гвардейские армии, 27-я, 47-я и 53-я армии, а также 5-я гвардейская танковая армия, 4-й гвардейский танковый корпус и 10-й танковый корпус, которые занимали позиции восточнее Курской дуги и оборудовали несколько оборонительных рубежей, последний из которых проходил по берегу Дона».

В связи с назначением на должность командира полка штурмбаннфюреру СС Штадлеру было присвоено звание оберштурмбаннфюрера СС. 22 апреля полк передислоцируется в район Должик – Пересечная – Золочев.

Адъютант полка: гауптштурмфюрер СС Шульце; командир 1-го батальона: гауптштурмфюрер СС Опифициус; командир 2-го батальона: гауптштурмфюрер СС Мэтр; командир 3-го батальона: штурмбаннфюрер СС Ценц Кайзер.

Прибывшее молодое пополнение оказалось недостаточно обученным. После нескольких дней и ночей усиленной военной подготовки оно было распределено по ротам. Во время весенних боев особенно большие потери были среди младшего командного состава. Под командованием оберштурмфюрера СС Вернера была создана учебная рота для унтер-офицеров. На выпускных экзаменах присутствовал командующий 4-й танковой армией, генерал-полковник Гот, который остался очень доволен результатами экзаменов. Благодаря тактическим учениям с применением боевых патронов, обучению подразделений взаимодействию со всеми видами тяжелого оружия, с танками и штурмовыми орудиями, со штурмовыми отрядами, а также благодаря штабным играм удалось хорошо подготовить полк к выполнению предстоящих заданий.

1 июля: соблюдая все меры маскировки, полк направился маршем в район сосредоточения северо-восточнее Белгорода и южнее Яхонтова. Начало операции «Цитадель» снова переносится. Наконец, в ночь с 3 на 4 июля полк занял исходные позиции.

5 июля в 4:00 входящий в состав дивизии СС «Дас Рейх» полк СС «Дойчланд» прорвал сильный оборонительный рубеж противника. Возглавлял прорыв 3-й батальон под командованием штурмбаннфюрера СС Вислицени. 10-я рота полка СС «Дойчланд» под командованием оберштурмфюрера СС Шрайбера пробивается до противотанкового рва и в ожесточенной схватке с частями советской 52-й гвардейской дивизии закрепляется там. Для ознакомления с обстановкой генерал-полковник Хауссер лично прибывает в расположение полка СС «Дойчланд». При поддержке бригады реактивных минометов «Небельверфер», впервые примененных в бою, полку СС «Дойчланд» удается продолжить наступление, и теперь наступает очередь идти в атаку полку СС «Дер Фюрер».

6 июля: в ходе успешной атаки 1-й и 2-й батальоны полка СС «Дер Фюрер» быстро продвинулись на север и в полдень заняли населенный пункт Лучки. В этом районе противник сконцентрировал 51-ю гвардейскую стрелковую дивизию, 31-й танковый корпус, 5-й гвардейский танковый корпус, 1-ю гвардейскую танковую бригаду, 49-ю и 96-ю танковые бригады. После взятия Лучков полк СС «Дер Фюрер» перегруппировался и приготовился к взаимодействию с 2-м танковым полком дивизии СС «Дас Рейх».

Ближе к вечеру полк выступил в сторону Калинина и, несмотря на упорное сопротивление противника, быстро продвигался вперед. Ночью приходится занять неудобный оборонительный рубеж.

3-й батальон при поддержке танков и штурмовых орудий дивизии начинает наступление на село Тетеревино, которое обороняют 52-я гвардейская стрелковая дивизия, части 10-го танкового корпуса и 183-й стрелковой дивизии. Однако наша атака быстро захлебывается.

Тем временем у противника сложилось следующее положение (Маркин И.И. Указ. соч.):

«Под впечатлением успехов немецкой 4-й танковой армии Верховное главнокомандование Красной армии было вынуждено срочно вводить в бой крупные резервы. Так, на участке фронта советской 1 – й танковой армии были задействованы 6-й танковый и 3-й механизированный корпуса. Чтобы прикрыть с востока (вдоль железнодорожной линии через село Беленихино) намечавшийся прорыв дивизии СС «Дас Рейх» в северном направлении, в бой была брошена 93-я стрелковая дивизия. Восточнее села Лучки должны были занять исходные позиции для атаки 5-й и 2-й гвардейские танковые корпуса.

О боях 7 июля дословно написано следующее:

«С рассветом удалось… прорвать оборону ослабленных в ходе двухдневных боев советских подразделений и узким клином выйти в район железнодорожной станции села Беленихино, а также в район села Тетеревино. 31-й танковый корпус, 5-й гвардейский танковый корпус и стрелковые соединения 6-й гвардейской армии своим огнем и непродолжительными контратаками мешали дальнейшему продвижению… утром 7 июля в районе западнее села Беленихино танковые дивизии СС «Лейбштандарт» и «Дас Рейх» попытались атаковать совхоз «Комсомолец» и железнодорожную станцию в поселке Прохоровка. Благодаря ответному огню и контратакам частей 183-й стрелковой дивизии и 5-го гвардейского танкового корпуса удалось отбить эту атаку. Тогда противник изменил направление атаки и нанес удар в северо-западном направлении по селам Малые Маячки и Грязное. Благодаря значительному численному превосходству ему удалось ворваться на оборонительные позиции на окраине этих сел».

Чтобы ослабить мощь немецкого наступления и предотвратить дальнейший прорыв на Курск или Обоянь, советское Верховное главнокомандование развернуло для контрудара части 40-й армии, 6-й, 10-й и 2-й танковые корпуса, а также 5-й и 2-й гвардейские танковые корпуса. Сюда же были направлены все военно-воздушные силы и значительная часть артиллерии Воронежского фронта.

7 июля: танковые роты 2-го танкового полка и подразделения 2-го танково-разведывательного батальона вышли к дороге Тетеревино – Вторые Лучки. 3-й батальон силами 10-й роты атаковал железнодорожную линию у станции в поселке Прохоровка. Под чрезвычайно плотным огнем противника штурмовым группам 10-й роты приходится залечь. Вместе с 2-м танковым батальоном, подразделениями полка СС «Дойчланд» и при сильной огневой поддержке 2-го артиллерийского полка, а также реактивных минометов «Небельверфер» 3-й батальон начинает новую атаку на железнодорожную линию, и на этот раз ему удается отбросить врага. Теперь передний край обороны проходит по железнодорожной насыпи.

1-й и 2-й батальоны атакуют немного севернее и ведут наступление на совхоз «Комсомолец». При атаке на железнодорожную линию получает ранение командир 10-й роты оберштурмфюрер СС Вернер, и командование ротой берет на себя унтерштурмфюрер СС Крюгер. В 9-й роте в этом бою особо отличился унтершарфюрер СС Грашер, который за проявленное хладнокровие при обороне и за организацию ответной контратаки был награжден Рыцарским крестом.

3-й батальон перебрасывается на другой участок фронта для наступления при поддержке танков на село Грязное. Интенсивность вражеского артиллерийского огня постоянно возрастает. Для прикрытия открытого фланга полка 15-я рота направляется в лесополосу вдоль железнодорожного полотна. Она получает задание соединиться с частями 167-й пехотной дивизии, которая обеспечивает прикрытие с востока. После удушающей жары прошедших дней ночью разразилась страшная гроза, и пошел проливной дождь.

8 июля: в то время как 1-й и 2-й батальоны ведут ожесточенные бои в лесистой местности, 3-й батальон вместе с 2-м батальоном 2-го танкового полка начинает атаку из района села Грязное на Кочетовку. Стремительная атака увенчалась успехом, и противник отходит на северо-запад.

15-я рота занимает оборонительный рубеж между 1-м и 2-м батальонами. Позиции 15-й роты атакуют десять русских танков Т-34. Два из них подбивает 50-мм противотанковая пушка. Шесть танков уничтожает батарея штурмовых орудий под командованием оберштурмфюрера СС Брауна, которая занимала позиции позади 15-й роты. Один танк застревает в лесу в расположении 15-й роты, и его удается подорвать связкой гранат. При этом погибает унтерштурмфюрер СС Мает. Одному танку удается прорваться на позиции 1-го батальона, но бойцы подрывают и этот последний танк.

В присутствии командира полка 3-я рота гауптштурмфюрера СС Лекса из 1-го батальона смелой атакой прорывается до позиций штаба корпуса русских и берет в плен советского генерала вместе с его штабом.

С 9 по 11 июля: атаки с ограниченными целями сменяются вражескими контрударами по занятым позициям. Активизируются советские военно-воздушные силы. Атака на село Сторожевое. Вечером массированное наступление противника при поддержке танков.

В этой связи приведем выдержки из книги «Курская битва»: «…только к вечеру группе вражеских танков удалось ворваться в село Сторожевое, и теперь они угрожали ударить в тыл 5-й гвардейской танковой армии, которая готовилась к контрнаступлению. Чтобы устранить эту опасность, командующий Воронежским фронтом приказал выдвинуть 2-й гвардейский танковый корпус с рубежа Беленихино – Ивановка– Виноградовка и предпринять контратаку в направлении Сторожевое – Прохоровка. 11 июля около 20:30 25-я и 26-я гвардейские танковые бригады перешли в контратаку. Ожесточенные встречные бои продолжались всю ночь. Советским танкистам не удалось продвинуться вперед, но своими контратаками они остановили наступление врага и устранили опасность для 5-й гвардейской танковой армии».

Гренадеры полка СС «Дер Фюрер» и дивизии СС «Дас Рейх» называют эти бои в своих воспоминаниях «встречное танковое сражение северо-восточнее Калинина». Противнику опять удалось вклиниться в переднюю линию обороны. Храбрые немецкие солдаты снова и снова отбрасывали его назад, хотя непрекращающиеся массированные атаки русских танков вызывали у всех состояние близкое к отчаянию. Тем не менее ни одной пяди земли не отдано врагу.

12 июля: на КП полка появился генерал-полковник Гот. После подробного доклада о сложившемся положении он выразил свое восхищение достижениями полка и высоким моральным духом солдат и офицеров. Он передал командиру полка, оберштурмбаннфюреру СС Штадлеру, телеграмму в адрес полка от генерал-фельдмаршала фон Манштейна примерно со следующим текстом: «Моя особая признательность великолепному полку СС «Дер Фюрер» под командованием его командира и храбрым солдатам за их успехи во время танкового сражения северо-восточнее Калинина. Для награждения самых смелых бойцов в полк дополнительно передаются 150 Железных крестов 2-го класса и 100 Железных крестов 1-го класса».

Противник продолжал атаковать с неиссякаемой энергией. Еще до полудня во время очередной атаки двум советским танкам удается прорваться в глубь позиций полка. Оба Т-34 без помех добираются до обоза 15-й роты, и один из танков успевает раздавить ротную полевую кухню, прежде чем его удается подорвать связкой гранат. Другой танк застревает, и в самую последнюю минуту его расстреливают из 50-мм противотанковой пушки, которая находилась в обозе для ремонта.

Таким образом, за последние дни 15-я (мотоциклетная разведывательная) рота вывела из строя 14 вражеских танков. Ее сменяют подразделения 167-й пехотной дивизии, а рота отводится в резерв полка севернее Калинина.

5-я гвардейская танковая армия и 5-я гвардейская армия русских продолжают свои атаки. На участок фронта дивизии СС «Дас Рейх» противник дополнительно направил свой 2-й танковый корпус. Кажется, что встречные танковые бои еще не достигли своей наивысшей точки. В лесополосах западнее Беленихина и восточнее Калинина мощные вражеские атаки (2-го советского гвардейского танкового корпуса) сменяются ответными контратаками полковых рот. И только в ночные часы слегка стихает шум сражения. Тяжелые, темные тучи приносят сильную грозу. В этой трудной оборонительной битве потери полка, к счастью, не очень велики.

С 13 по 17 июля: отражение вражеских атак на наши позиции и активное проведение разведки. 14 июля при атаке на железнодорожную насыпь северо-восточнее Калинина ранен оберштурмфюрер СС Бух. Командование 15-й ротой берет на себя унтерштурмфюрер СС Шмагер.

17 июля: по приказу главного командования сухопутных войск весь 2-й танковый корпус СС выводится из состава группы армий «Юг» для последующей отправки в Италию. Роты полка на их оборонительных позициях сменяют пехотные подразделения сухопутных сил. В составе дивизии полк собирается в районе севернее Харькова и ожидает нового приказа.

Группа армий «Юг» (помимо вышеуказанного распоряжения по поводу 2-го танкового корпуса СС) должна была также передать еще две другие дивизии группе армий «Центр» и поэтому была вынуждена отказаться от дальнейшего наступления на Курск и перешла к обороне. (На фронте группы армий «Центр» наметилась катастрофическая ситуация на Орловском направлении. А 2-й танковый корпус СС, понесший огромные потери, в Италию не отправился – ему пришлось отражать наступление Красной армии под Харьковом. – Ред.)

17 июля противник атаковал на реке Миус и в Донбассе позиции 6-й армии (командующий генерал Холлидт) и 1-й танковой армии (командующий генерал фон Макензен), что, однако, не было неожиданностью для германского руководства. Противнику удается осуществить несколько крупных прорывов. Тем самым операция «Цитадель» была окончательно прекращена. Противник бросил в бой на Курской дуге (в южной ее части. – Ред.) около тридцати стрелковых дивизий и более десяти танковых или механизированных корпусов. Его потери, по всей видимости, были очень велики.

По ходатайству группы армий «Юг» 2-й танковый корпус СС был временно оставлен в ее распоряжении, его должны были использовать в составе 6-й армии на Миусе, чтобы выправить сложившееся там критическое положение.

Частично по железной дороге, частично моторизованным маршем через Лозовую и Макеевку полк прибыл к 30 июля в Харцызск и продолжил движение дальше в район Дернового, севернее села Куйбышево.

В предыдущие дни противнику удалось прорвать позиции 6-й армии на фронте около 20 километров и в глубину до 15 километров и тем самым создать крупный плацдарм на господствующих высотах для ведения дальнейших операций. На этот плацдарм противник выдвинул около шестнадцати стрелковых дивизий, два механизированных корпуса, а также танковые бригады и прочие части.

Сражение на реке Миус

30 июля, в 15:00, командир полка прибыл на командный пункт дивизии СС «Дас Рейх» и в присутствии генерал-фельдмаршала фон Манштейна доложил командиру дивизии, генерал-лейтенанту Крюгеру, о скором прибытии полка. До сих пор все наши атаки на вражеские позиции на господствующих высотах противник успешно отбил, нанеся нашим войскам значительные потери, так что теперь руководство размышляло над тем, не прекратить ли операцию по уничтожению этого вражеского плацдарма. Сразу после доклада командира полка генерал-фельдмаршал фон Манштейн спросил его в присутствии командира 2-го танкового корпуса СС, генерал-полковника Хауссера, когда ожидается прибытие полка. «Через пять-шесть часов» – таков ответ командира полка. Это время кажется генерал-фельдмаршалу фон Манштейну слишком долгим, и он предоставляет генерал-полковнику Хауссеру право самому решить, стоит ли продолжать атаку на плацдарм или нет.

Однако, полагаясь на силу бойцов панцер-гренадерского полка СС «Дер Фюрер», генерал-полковник Хауссер придерживается мнения, что следует еще раз атаковать господствующие высоты, поставив полк во главе наступающих войск. Но генерал-фельдмаршал фон Манштейн убежден в том, что один полк не сможет успешно завершить атаку там, где уже потерпели неудачу целые дивизии. Генерал-полковник Хауссер подчеркивает, что с взятием высот можно было бы продолжить наступление на весь плацдарм.

Под руководством своего командира полк претворил в жизнь это важное решение, принятое при оценке сложившейся обстановки.

Для осуществления этой атаки командир корпуса предложил командиру полка любую поддержку: танки, артиллерию корпуса, пикирующие бомбардировщики, реактивные минометы «Небельверфер» и т. п.

После проведения разведки атакуемой местности генерал-полковник Хауссер запросил по телефону план атаки. Оберштурмбаннфюрер СС Штадлер решил провести внезапную атаку в последние ночные часы без артиллерийской подготовки и без поддержки танков, только реактивные минометы должны были своим огнем прикрыть фланги полка. На местности командир полка обсудил со своими командирами батальонов каждую фазу атаки. Отдельные роты, а также взводы и отделения получили необходимую информацию и приказы с конкретными объектами атаки.

В ночные часы проведение запланированной операции полка еще раз было поставлено под угрозу, когда противнику вновь удалось ворваться на линии охранения и оборонительные позиции. Однако это не особенно мешает полку занять исходные позиции для атаки.

На рассвете 31 июля в точном соответствии с договоренностью с командиром полка СС «Дер Фюрер» открыл огонь полк реактивных минометов. Реактивные минометы бьют по заранее выявленным целям в полосе атаки и огневым валом прикрывают фланги полка. Под прикрытием густого дыма от разрывов реактивных снарядов 2-й батальон в 4:35 совершенно бесшумно начал атаку и за довольно короткий промежуток времени преодолел предполье шириной около 3 километров. 1-й батальон, действуя таким же образом рядом с 2-м батальоном, быстро продвинулся вперед. В течение 45 минут вражеские позиции на высотах перешли в руки полка.

Совершенно ошеломленный внезапной атакой противник отчаянно защищается, однако он не выдерживает атакующего порыва гренадеров и поспешно оставляет свои позиции.

В этом бою особо отличились командир 4-й роты, оберштурмфюрер СС Гриме, который за свою доблесть получил Рыцарский крест.

3-й батальон, который на этот раз воюет в пешем строю, в результате смелой атаки прорвался через вражеские позиции и 8 августа вместе с танковой ротой атаковал высоту 223,7 западнее Степановки. При этом особо отличился унтерштурмфюрер СС Йохен Крюгер с бойцами 10-й роты, который позднее получает за этот бой Рыцарский крест.

Все утро противник подвергает высоты ураганному артиллерийскому обстрелу. Нам удалось отразить все массированные танковые атаки противника. Укрывшись на хорошо оборудованных позициях, которые еще раньше были отлично укреплены немецкими соединениями, бойцы полка СС «Дер Фюрер» успешно отразили все вражеские удары, и вновь их прекрасно поддерживали штурмовые орудия дивизии СС «Дас Рейх».

Из-за сильного артиллерийского огня русских батарей была нарушена телефонная и радиосвязь между выдвинутым вперед и тыловым командными пунктами полка. Только к 9:00 удается восстановить связь с помощью посыльных. Поэтому не удалось сразу воспользоваться важной информацией о подготовке советских войск оставить весь плацдарм, которую командир полка получил, наблюдая за перемещениями противника со своего КП на одной из высоток. Тем не менее атака 2-го танкового корпуса СС силами дивизий «Дас Рейх», «Тотенкопф» и 3-й танковой дивизии увенчалась полным успехом, который стал возможен только благодаря взятию этих стратегических высот. После полудня 2 августа удается ликвидировать весь русский плацдарм, который теперь прочно удерживали в своих руках 2-й танковый корпус СС и 3-я танковая дивизия. Во время этих боев удается захватить несколько сотен танков, около 600 орудий разного калибра и почти 18 тысяч пленных. (Немцы преувеличивают свой временный успех в обороне. В наступательной операции на р. Миус с 17 июля по 2 августа безвозвратные потери (убитые и пленные) советского Южного фронта (2-я гвардейская, 5-я ударная, 28-я и 51-я армии, 8-я ВА) составили 15 303 чел. А 13 августа началась катастрофическая для немцев Донбасская наступательная операция (продолжавшаяся до 22 сентября), в ходе которой немецкий Миус-фронт был прорван в первый же день наступления на этом участке, 18 августа. – Ред.)

Командующий группой армий «Юг», генерал-фельдмаршал фон Манштейн, направил в дивизию СС «Дас Рейх» приветственную телеграмму, в которой он особо выделяет наступательный дух и храбрость солдат полка СС «Дер Фюрер».

В сводке вермахта от 4 августа 1943 года сообщалось: «В битве на реке Миус пехотные и танковые соединения сухопутных сил и войск СС под командованием генерал-фельдмаршала фон Манштейна успешно отразили многократные попытки прорыва крупных сил противника и в ходе стремительной контратаки разбили прорвавшегося врага в районе севернее Куйбышева».

Полк внес значительный вклад в эту славную победу, которая, несомненно, явилась одной из величайших побед полка во время последних боев. Тщательно подготовленная атака была ярким примером классической внезапной атаки с минимальными потерями и незаурядными тактическими последствиями. Такой успех стал возможен только благодаря наличию бойцов с высоким боевым духом и отличной военной подготовкой.

Уже в 17:00 2 августа полк был отведен с достигнутых рубежей, и передовую линию обороны заняли пехотные армейские части, которым эта передовая была хорошо знакома, так как они сами строили ее:

Оборонительные бои под Харьковом в августе 1943 года на рубеже Должик – юго-восточнее Богодухова – Коротыч

4 августа 1943 года полк был отведен с только что занятых позиций и направлен в район Сталино (совр. Донец. – Ред.).

После успехов, достигнутых полком в последние дни и отмеченных командованием в приказах, в рядах гренадеров царило приподнятое настроение. К тому же появляется непроверенный слух, что полк в составе дивизии вскоре должен быть переведен в Италию. Дивизия СС «Лейбштандарт» и штаб 2-го танкового корпуса С С уже находились на пути в Северную Италию. В батальонах полка СС «Дер Фюрер» начали формироваться передовые команды, которые готовились к отправке.

Еще раньше бывшая союзница Германии Италия начала с союзниками переговоры о перемирии. При драматических обстоятельствах Муссолини был арестован и изолирован, а затем вновь освобожден немецкими спец-подразделениями. Части итальянской армии под командованием маршала Бадольо собирались открыто перейти на сторону союзников. Для усиления немногочисленных немецких дивизий в Италии туда и должен был направиться 2-й танковый корпус СС.

5 августа началась погрузка в вагоны штаба полка и штабной роты, через несколько часов за ними следует 15-я рота с частями 13-й роты (рота пехотных орудий под командованием унтерштурмфюрера СС Ленте). Оставшаяся без защиты 13-я рота подверглась налету двенадцати русских штурмовиков Ил-2 и понесла большие потери в живой силе и технике. Только с большим трудом удалось заставить железнодорожный персонал подготовить состав к отправке, и, наконец, с большим опозданием этот эшелон отправился в путь… Все бойцы полка еще верили, что их везут на «солнечный юг». Но все сложилось по-другому. Поезд направился на север!

В Новой Баварии, на территории Харькова, командира полка вызвали в штаб оперативной группы «Кемпф» (позднее преобразована в 8-ю армию под командованием генерала Вёлера) и ввели в курс дела.

Еще раньше наша воздушная и радиоразведка установили, что противник стянул крупные танковые соединения в район южнее Курска и юго-восточнее Харькова. Вскоре, сразу после прекращения операции «Цитадель», русские танковые соединения атаковали фронт 4-й танковой армии, но особенно сильный удар они нанесли по 167-й пехотной дивизии оперативной группы «Кемпф».

Согласно плану наши войска оставили завоеванную ранее территорию в зоне действия обеих армий. Затем немецкие дивизии отошли на исходные позиции, которые они занимали 5 июля. 3 августа противник перешел в наступление большими силами и смог прорвать фронт на участке шириной 12 километров в зоне обороны измотанных 167-й и 332-й пехотных дивизий. Части 11-й и 19-й танковых дивизий попытались закрыть брешь. 4 августа для развития своего наступления противник бросил в бой новые соединения. Пришлось оставить Белгород (5 августа), и красноармейцы могли в любой момент перейти в атаку в районе юго-восточнее Харькова. Севернее Харькова к 6 августу советские дивизии вышли на рубеж Зиборовка – Микояновка – Зол очев – Богодухов – Тарасовка– Краснополье.

На этом закончилась наша «мечта о путешествии в Италию», и полк занял в отведенном ему районе рубеж Золочев – Богодухов, снова исполняя неблагодарную роль «пожарной команды». Местоположение противника в районе боевых действий оставалось совершенно неясным. В подчинение полка перешел 2-й танково-разведывательный батальон под командованием штурмбаннфюрера СС Вайдингера (будущего командира полка СС «Дер Фюрер»), который ускоренным маршем был переброшен в район городка Богодухов. Опережая полк, основные силы которого все еще находились в Сталино или перевозились по железной дороге, командир полка вместе со своим штабом и штабной ротой выехал в самый опасный район южнее Золочева.

В ходе молниеносной атаки удалось вызволить из окружения штабную роту 3-го танкового полка, которым командовал генерал-полковник Брайт, и штаб полка во главе с начальником штаба полковником Мерком, которые отчаянно отбивались от наседавших на них русских войск. Поэтому дальнейшее сотрудничество с полковником Мерком и его солдатами было особенно сердечным.

До полудня 6 августа в район Харькова Новая Бавария прибыл второй железнодорожный состав с подразделениями полка, и мотоциклисты 15-й роты направились ускоренным маршем в населенный пункт Должик, где штаб полка своими силами выставил слабую линию охранения. Рота с ходу взяла под охрану рубеж шириной около 7 километров, размещая свои посты только на отдельных опорных пунктах. Взвод 75-мм противотанковых пушек штабной роты под командованием гауптшарфюрера СС Манца был передан в подчинение 15-й роты. Едва рота успела занять свои позиции, как противник начал атаку, сначала небольшими силами, а потом все более и более крупными. Используя свою мобильность, рота успешно отбила все атаки противника. Большую поддержку ей оказывал в этом противотанковый взвод со своими 75-мм пушками, а также 50-мм противотанковые пушки 15-й роты. Инженер полка, гауптштурмфюрер СС Хербст, по собственной инициативе установил две 50-мм пушки на однотонные тягачи, тем самым значительно повысив подвижную огневую мощь роты. После полудня из противотанковых пушек было подбито восемь вражеских танков разных типов, а сбитый советский самолет-разведчик пополнил список боевых достижений 15-й роты.

Уже 6 августа удается установить контакт с соседом справа, разведывательным батальоном 3-й танковой дивизии. Однако левый фланг до Богодухова, где стоит 2-й танково-разведывательный батальон, оставался открытым, и пока с соседом слева сомкнуть фронт не удалось. Прибывающие подразделения дивизии, саперная рота и две роты полка СС «Дойчланд», также были переданы в подчинение полка СС «Дер Фюрер» и выдвинуты на левый открытый фланг, где заняли отдельные опорные пункты.

А противник снова и снова атаковал эту кое-как оборудованную слабую линию обороны. В течение дня командир полка многократно появлялся на позициях 15-й роты. С каждым часом напор врага становился все сильнее, томительно долго тянулось время.

Наконец, рано утром 8 августа первой из 2-го батальона полка СС «Дер Фюрер» прибыла 7-я рота, тут же направленная на открытый левый фланг. Она тоже заняла широкий участок фронта и организовала оборону лишь в отдельных опорных пунктах.

Вечером советские войска внезапно атаковали силой до роты при поддержке танков позиции отделения, которое залегло в дозоре перед небольшой рощей. Сломив ожесточенное сопротивление, красноармейцы ворвались на позиции. В неравном бою погибли все восемь бойцов отделения.

Советский прорыв удалось ликвидировать только с прибытием после полудня подразделений 1-го батальона полка СС «Дер Фюрер», в частности 1-й роты под командованием гауптштурмфюрера СС Хессельмана.

Однако положение на фронте 4-й танковой армии оставалось по-прежнему крайне опасным.

Противник представлял себе сложившееся положение следующим образом (Маркин И.И. Указ. соч.):

«В то время когда танковые дивизии «Дас Рейх», лейбштандарт «Адольф Гитлер» и «Мертвая голова» были заняты в отражении наступательной операции советских войск на реке Миус, советское командование сконцентрировало мощные ударные группировки на Курской дуге, чтобы разгромить немецкую группировку в районе Белгород– Харьков, перерезать железнодорожное сообщение в направлении Полтава – Красноград – Лозовая и одновременно блокировать все дороги. Вслед за этим советские войска должны были широким фронтом выйти к Днепру.

Эти задачи были поставлены перед Воронежским фронтом под командованием генерала Ватутина (член Военного совета Н.С. Хрущев), Степным фронтом под командованием генерала Конева и Юго-Западным фронтом под командованием генерала Малиновского. На рубеже Малиновка (около 35 километров юго-восточнее Харькова) – Волчанск – восточнее Белгорода – Гостищево – Солдатское– Басы советское командование сосредоточило следующие войска: 57-ю армию, 7-ю гвардейскую армию, 69-ю армию, 48-й стрелковый корпус, 53-ю армию, 5-ю гвардейскую армию, 6-ю гвардейскую армию, 27-ю армию, 40-ю и 38-ю армии.

После осуществления прорыва 1-я танковая армия и 5-я гвардейская танковая армия должны были использовать ударную группировку 5-й гвардейской армии и расширить сектор прорыва. На каждом километре фронта советское Верховное командование сосредоточило до 70 танков, а плотность артиллерийского огня составляла здесь около 230 орудийных и минометных стволов. Советские 2-я и 5-я воздушные армии получили задание наглухо закрыть воздушное пространство.

3 августа с 5:00 до 8:00 русская артиллерия вела интенсивный огонь, временами переходящий в ураганный. Эта канонада лишь время от времени прерывалась короткими паузами.

5 августа 89-я гвардейская стрелковая дивизия и 305-я стрелковая дивизия взяли Белгород. Вечером 6 августа советская 53-я армия находилась уже под Микояновкой, 5-я гвардейская армия дошла до Казачьей Лопани, 5-я гвардейская танковая армия вышла в район Золочева, а 1-й советской танковой армии удалось прорваться до Богодухова.

Если бы советскому Верховному главнокомандованию удалось до конца довести это широкомасштабное наступление, то это не только грозило бы уничтожением войскам в Харькове и вокруг него, но и привело бы к развалу всего немецкого южного фронта» (т. е. фронта группы армий «Юг». – Ред.).

2-й танково-разведывательный батальон в составе полка СС «Дер Фюрер»

Тем временем 2-й танково-разведывательный батальон под командованием оберштурмбаннфюрера СС Вайдингера прибыл в полном составе в район юго-восточнее Богодухова. Здесь оказалась следующая горячая точка обороны.

Вечером 6 августа передовой отряд 1 – й советской танковой армии появился под Богодуховом и ему удалось опрокинуть стоявшие там малочисленные немецкие дозоры. 7 августа русские войска занимают сам городок Богодухов, форсировав реку Мерлу. Передовые танковые отряды русских устремляются дальше на юго-запад.

В качестве поначалу единственного крайнего бастиона всего оборонительного рубежа 2-й танково-разведывательный батальон был призван выполнить две важные задачи: проведение разведки в северном, северо-восточном и юго-западном направлениях и одновременно с этим создание фронта, способного помешать противнику продвигаться в юго-восточном направлении (т. е. на окружение с юга Харькова. – Ред.).

Для этого 2-й танково-разведывательный батальон и был переведен в подчинение полка СС «Дер Фюрер». Теперь командир полка руководил обороной на рубеже почти в 40 километров.

Поставленные перед ним задачи разведывательный батальон выполнял в атакующей манере, то есть разведка боем сменялась чисто разведывательными вылазками. Роты на автомобилях-амфибиях использовались как пехота. Результаты разведки немедленно передавались командиру полка и одновременно сообщались в штаб дивизии СС «Дас Рейх».

Значение оборонительного рубежа, который занимал 2-й танково-разведывательный батальон, подчеркивалось направлением сюда подразделений, не входивших в состав дивизии: роты штурмовых орудий сухопутных войск и танковой роты с опытными экипажами и отважными офицерами. Тяжелый артиллерийский дивизион, реактивная установка залпового огня и танковый взвод сухопутных сил отлично поддерживали наши войска во время разгоревшегося вскоре ожесточенного боя.

В боях вдоль железнодорожной линии на Богодухов эффективно действовал танковый взвод. Однако основная тяжесть легла в эти дни на плечи бойцов 2-го танково-разведывательного батальона. Почти ежедневно противнику удавалось прорывать слабые немецкие оборонительные позиции. Однако, собрав последние силы, батальон не только восстанавливал положение, но и при поддержке штурмовых орудий передвигал передний рубеж обороны далеко вперед. Противник ни на один день не прекращал свои атаки, но к 10 августа положение стабилизировалось и здесь. Большой урон нашим войскам наносил огонь русских минометов.

Не имея контакта с правым флангом 2-го танково-разведывательного батальона, его эффективно поддерживали части и подразделения дивизии СС «Викинг». На левом фланге, тоже не входя в контакт, энергично контратаковали части дивизии СС «Тотенкопф» («Мертвая голова»). Одновременно с этими атаками из района, где оборонялся разведывательный батальон, наносили удары части 6-й танковой дивизии и 323-й пехотной дивизии. Тем временем сам разведывательный батальон выдвинулся дальше на юг, чтобы в составе полка СС «Дер Фюрер» принять участие в предстоящем ударе в северо-западном направлении.

Хочется особо выделить одно достижение 2-го танково-разведывательного батальона: два разведывательных четырехосных бронеавтомобиля под командованием унтерштурмфюрера СС Шеллера без ведома командира дивизии получили приказ от командира своего батальона, двигаясь в западном направлении через территорию прорыва русских, установить связь с находящимися по ту сторону немецкими частями, отметить на карте расположение их позиций и оборонительных рубежей и передать по рации сведения о перемещении вражеских войск.

Этот разведывательный рейд проходит через территорию прорыва противника южнее Богодухова. В первый день разведывательный отряд регулярно передавал сообщения о своем местонахождении, и командир разведывательного батальона получал важную информацию о перемещениях противника. Радиосвязь становилась все слабее и в конце концов прекратилась. В течение двух дней от разведчиков не поступало никаких вестей. Все в батальоне опасались того, что унтерштурмфюрер СС Шеллер и его люди попали в руки врага. На третьи сутки радиосвязь с разведчиками неожиданно вновь появилась: «Задание выполнено, возвращаемся».

В штабе разведывательного батальона все с нетерпением ждали возвращения своих товарищей. Когда разведывательный отряд в полном здравии прибыл на КП батальона, результат превзошел все ожидания. Играя в прятки с русскими подразделениями, оба бронетранспортера незаметно проскользнули через всю территорию, занятую противником, не вступая с ним в бой, так как их задание было чисто разведывательным, а не боевым. Когда они прибыли в штаб корпуса, генерал уставился на унтерштурмфюрера СС Шеллера и его людей «как на пришельцев с того света», когда узнал, откуда они прибыли. Начальник штаба корпуса лично отметил на карте расположение войск и пожелал Шеллеру и его команде доброго пути. Командир батальона по телефону сообщил в дивизию о результатах рейда разведчиков. Генерал-лейтенант Крюгер пришел в восторг от великолепного результата. Ведь уже несколько дней ничего не было известно о расположении немецких войск по ту сторону прорыва. После визита в штаб 11-го армейского корпуса унтерштурмфюрера СС Шеллера направили в 3-й танковый корпус, где также очень обрадовались, получив важную информацию. Благодаря этому смелому рейду разведчиков армейское командование получило важные сведения, которые сыграли определяющую роль при принятии последующих решений.

За это выдающееся достижение командир разведывательного батальона представил унтерштурмфюрера СС Шеллера к награждению Железным крестом 1 – го класса, который и был ему вскоре вручен.

В ходе выравнивания переднего края обороны полк СС «Дер Фюрер» занимал позиции на рубеже Должик – высота 210,6—Рогозянка, при этом 1-й батальон находился справа (у села Должик), 2-й батальон – на высоте 210,6, а 15-я рота – на левом фланге, открытом на запад. Противник крупными силами непрерывно атаковал новый оборонительный рубеж, и красноармейцам удалось прорваться на стыке 2-го батальона и 15-й роты и захватить несколько домов на высоте 158,2.

Получив это тревожное сообщение, командир полка вместе с экипажем своего командирского бронетранспортера «Лейпциг» немедленно направляется в расположение 15-й роты. Мотоциклисты отбили атаки крупных сил противника. Находившийся до сих пор в резерве взвод Бруннера прикрыл открытый фланг от прорвавшегося противника, и позиции удалось удержать. После доклада командира 15-й роты о сложившемся положении командир полка лично возглавил контратаку 2-го батальона, и в ходе стремительного контрудара удалось восстановить прежнюю переднюю линию обороны.

В ночь на 10 августа полк на его позициях сменили подразделения сухопутных войск, и полк был переброшен в район сосредоточения юго-западнее Богодухова. Вместе с 2-м танково-разведывательным батальоном полк атаковал через железнодорожную станцию Ковяги в направлении Шаровки и отбросил противника. Тесное взаимодействие бойцов полка и разведывательного батальона оправдывает себя, и, несмотря на энергичные контратаки, противнику не удалось прорвать новую переднюю линию обороны.

15 августа бывший командир 1-й роты, гауптштурмфюрер СС Хессельман, назначается адъютантом полка. Хорошо зарекомендовавший себя в недавних боях гауптштурмфюрер СС Шульце возглавил 2-й батальон. Во время сражений последних дней был ранен командир 3-го батальона, штурмбаннфюрер СС Ценц Кайзер. Бывший командир танково-разведывательной роты, гауптштурмфюрер СС Кемпфе, принимает командование 3-м батальоном. Командир 10-й роты, унтерштурмфюрер СС Крюгер, который после ранения оберштурмфюрера СС Вернера взял на себя командование ротой в бою под Белгородом и вместе со своими солдатами внес решающий вклад в успех 3-го батальона в бою под Тетеревином (севернее Белгорода), тоже получил тяжелое ранение. По просьбе штурмбаннфюрера СС Кайзера унтерштурмфюреру СС Крюгеру во время его пребывания в дивизионном медицинском пункте было присвоено звание оберштурмфюрера СС. За личную храбрость оберштурмфюрер СС Крюгер был посмертно награжден Рыцарским крестом.

Оберштурмфюрер СС Шарфе, командир роты разведывательного батальона, был тяжело ранен и скончался в тот же день в полевом госпитале.

Противник так описывал сложившееся положение (согласно книге «Курская битва»): «10 августа советская 1-я танковая армия из района южнее Богодухова вновь перешла в наступление в юго-западном направлении, в то время как части 5-й гвардейской танковой армии и 5-й гвардейской армии развертывались в районе Золочева и дальше на юг в направлении Богодухова. Передовым отрядам советских войск удалось достичь населенных пунктов Шаровка и Одиннадцатая Сотня, где они встретили малочисленные подразделения дивизии СС «Мертвая голова», которые оказали упорное сопротивление. 11 августа советской 6-й механизированной бригаде при поддержке 1-й гвардейской танковой бригады удалось продвинуться вперед и занять село Высокополье и расположенную восточнее железнодорожную станцию Ковяги. Тем самым была перерезана железнодорожная линия Полтава – Харьков».

Дальше это звучит дословно так:

«Танковая дивизия СС «Мертвая голова» с юга и танковая дивизия СС «Дас Рейх» с востока одновременно начали атаку на позиции 6-й механизированной бригады и 1-й танковой бригады.

Одновременно с этим командующий советской 1 – й танковой армией усиливает свои соединения в районе Шаровки. На этом участке фронта теперь находились: 162-я стрелковая дивизия, 22-я танковая бригада, 200-я танковая бригада 6-го танкового корпуса. В ходе боев сюда дополнительно были подтянуты 18-й и 29-й танковые корпуса 5-й гвардейской танковой армии.

Находившаяся западнее советская 6-я гвардейская армия тоже перешла в наступление и смогла к вечеру 13 августа выйти на рубеж Шелестово – Колонтаев. Эта армия получила приказ продолжить наступление дальше на юго-запад. 5-я гвардейская армия, сражающаяся в районе Богодухова, получила подкрепление в виде тяжелых противотанковых самоходных артиллерийских установок. Кроме того, советские 1-я и 5-я гвардейская танковые армии тоже получили подкрепления, чтобы предотвратить прорыв немецких войск на северо-запад, в тыл советских 1-й танковой армии и 6-й гвардейской армии».

Вплоть до 18 августа полк оставался на своих позициях, а затем его сменили другие части. Активность противника уменьшилась. Теперь полк должен был получить новое задание, действуя в составе дивизии СС «Дас Рейх».

Но совершенно неожиданно в 14:00 того же дня приходит приказ выступить в район Коротыча.

Здесь обстановка развивалась следующим образом: «Утром 18 августа командующий Степным фронтом отдал приказ 53-й армии продолжить наступление общим направлением на юг (обходя Харьков с запада). В районе населенных пунктов Пересечная и Гавриловка разгорелись жаркие бои. Передовым танковым отрядам 53-й армии удалось ударным клином прорваться в Коротыч. План советского руководства заключался в следующем: 53-я армия, продвигаясь западнее Харькова, должна была прорваться на юг и, соединившись южнее Харькова с 57-й армией, повернуть на запад, чтобы завершить полное окружение немецких войск в Харькове. Чтобы развить первоначальный успех 53-й армии, с 20 августа сюда была направлена 5-я гвардейская танковая армия с заданием взять Коротыч и тем самым перерезать железнодорожную линию Харьков – Полтава».

Полк получил задание выступить навстречу вражеским силам под Коротычем и ни при каких обстоятельствах не допустить дальнейшего прорыва русских, учитывая, что в Харькове и в его окрестностях еще сражаются немецкие войска.

В эти дни вокруг Харькова полукругом, начиная с юга от Безлюдовки, занимали позиции следующие немецкие войска: части 161-й пехотной дивизии, 39-я пехотная дивизия, 6-я танковая дивизия, 106, 168, 198-я и 282, а также 320-я пехотные дивизии.

Чтобы попасть в новый район боевых действий, полк должен был выдвинуться из района сосредоточения, находящегося на расстоянии 45 километров от линии фронта. Взяв с собой всего лишь горстку людей, командир полка поспешил выехать вперед, в надежде на то, что в поселке Коротыч и его окрестностях еще держались пехотные дивизии сухопутных войск. Однако на месте выяснилось, что немецкие войска уже оставили поселок. На улицах поселка командиру полка на глаза попался только передовой наблюдатель одного из артиллерийских дивизионов, который как раз собирался покинуть свой наблюдательный пост.

Немногочисленная группа штаба полка только-только успела добраться до северной окраины поселка, как первые русские танки с пехотой на броне начали атаку. Командир полка вместе со своими солдатами занял позицию и лег за пулемет. Им удалось немного задержать противника, а пушки из артиллерийского дивизиона благодаря умелым действиям передового наблюдателя подбили один танк Т-34.

Наконец прибыла 15-я рота, и ей вместе с мотоциклистами удалось отбить все атаки противника. Противник бросил в бой пятнадцать танков, среди них несколько тяжелых КВ-1, которые сопровождал батальон пехоты. Удалось подбить семь танков и пулеметным и автоматным огнем отсечь пехоту от боевых машин. Даже после того, как отдельные танки прорвались в поселок, а красноармейцы просочились через редкую линию обороны, бойцы 15-й роты не оставили свои позиции.

Мотоциклистам становилось все труднее удерживать свой оборонительный рубеж, плотный артиллерийский огонь накрывал передовую, но воля бойцов 15-й роты была несгибаемой. Они прочно удерживали в своих руках северную окраину поселка.

Наконец подошел 1-й батальон. Вражеские артиллерийские батареи и «сталинские органы» (пусковые установки залпового огня, т. н. «катюши» и др. – Ред.) снова усилили огонь, противник вводил в бой все новые и новые танковые подразделения, но им никак не удавалось прорваться через позиции полка СС «Дер Фюрер».

Прибыли 2-й и 3-й батальоны, и наконец появилась возможность провести контратаку. Стремительной атакой удалось закрыть шестикилометровый фронт прорыва, и передний край обороны передвигается вперед к железнодорожной насыпи севернее поселка. Противник бросил в бой новые подразделения. Но танковым частям советской 5-й гвардейской армии не удается прорвать немецкую оборону. В течение двенадцати дней полк удерживал свои позиции, а там, где противнику удавалось прорваться, по нему сразу же наносится контрудар, и он снова отбрасывался на исходные позиции.

Когда в один из этих дней русским снова удалось прорваться в секторе обороны 1-го батальона, обершарфюрер СС Лайнер поднял в контратаку горстку своих людей и устранил критическую ситуацию. За этот героический поступок обершарфюрер СС Лайнер получил Рыцарский крест.

1-й и 2-й танковые батальоны дивизии СС «Дас Рейх» отлично поддерживали оборонительные действия полка. Гауптштурмфюрер СС Кестен с девятью танками Pz IV своей 6-й танковой роты смело бросился в контратаку навстречу шестидесяти русским танкам и в последнее мгновение спас критическое положение. На поле боя остались 29 горящих танков противника. 2-й танковый батальон дивизии СС «Дас Рейх», который очень часто взаимодействовал на поле боя с полком СС «Дер Фюрер», и здесь под руководством своего командира штурмбаннфюрера СС Тихсена оказал неоценимую помощь и поддержку гренадерам полка.

Прибывший по железной дороге 1-й танковый батальон под командованием штурмбаннфюрера СС Вайса, оснащенный новыми танками Pz Y «Пантера», также доказал свое бесстрашие и отвагу в многочисленных атаках и контрударах. По-товарищески плечом к плечу с бойцами полка сражаются храбрые до безрассудства солдаты дивизиона штурмовых орудий под командованием штурмбаннфюрера СС Книпа. Оберштурмбаннфюрер СС Кройц, командир артиллерийского полка «Дас Рейх», метким огнем своих батарей накрывал скопления вражеских танков и пехоты, оказывая тем самым огромную помощь гренадерам полка.

Но главную роль в успехе дивизии СС «Дас Рейх» в боях у поселка Коротыч сыграли, без всякого сомнения, гренадеры полка СС «Дер Фюрер». Отделения и взводы стойко отражали непрерывные атаки превосходящих сил противника. Так если кто и виноват в том, что планы советского командования потерпели неудачу и им не удалось взять в клещи и уничтожить немецкие войска в Харькове и его окрестностях, так это в первую очередь славные гренадеры полка СС «Дер Фюрер»! (Харьков был взят штурмом в ночь с 22 на 23 августа и в первой половине дня 23 августа. Значительная часть немецких сил сумела выскользнуть из окружения. Однако в ходе Белгородско-Харьковской операции 3—23 августа 1943 г. советские войска разгромили 15 дивизий врага, в том числе 4 танковых. – Ред.)

Дни тяжелой обороны в поселке Коротыч и на подступах к нему стоят в одном ряду с оборонительными битвами полка в 1941 году под Ельней и в 1942 году под Ржевом.

За это славное достижение полка его командир, оберштурмбаннфюрер СС Штадлер, был награжден дубовыми листьями к Рыцарскому кресту, став 303-м солдатом германского вермахта, получившим эту высокую награду.

В сводке вермахта от 27 августа 1943 года отмечалось: «В тяжелых боях в районе Харькова особых успехов в обороне и наступлении добилась панцер-гренадерская дивизия СС «Дас Рейх». Одна только эта дивизия за 35 дней боев подбила 1000 вражеских танков». (Во всей Белгородско-Харьковской операции 3—23 августа Красная армия потеряла 1864 танка, а также 153 самолета, 423 орудия и миномета; безвозвратные потери составили 71 611 чел., санитарные 183 955 чел. Немцы потеряли (за период с 1 по 31 августа) убитыми 90 154 чел., ранеными 169 326, пропавшими без вести 9244. – Ред.)

Приложение

Панцер-гренадерская (моторизованная) дивизия СС

«Дас Рейх» КП дивизии, 24 августа 1943 года

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ № 30 (выдержки)

1. Крупные пехотные и танковые подразделения противника атаковали сегодня правый фланг дивизии.

На участке фронта полка СС «ДФ» в кровопролитном ближнем бою противник был отброшен назад. За выдающийся успех в оборонительном бою я выражаю полку свою признательность.

1-й танковый батальон подбил в своем первом бою 53 танка противника. За этот отличный результат я выражаю батальону свою признательность.

24 августа следует ожидать продолжения вражеских атак при поддержке танков.

2. Панцер-гренадерская дивизия СС «Дас Рейх», в подчинение которой снова переходит полк СС «Дойчланд» (без 2-го батальона), сражается в настоящее время на переднем крае обороны и, как только позволит обстановка, проведет атаку совместно с 198-й пехотной дивизией своим правым флангом, чтобы выровнять возникший на фронте корпуса угол южнее излучины реки Уды.

3. Новые рубежи обороны

Справа от 198-й пехотной дивизии:

восточная окраина Ордынки… S от Синолицевки. Разделительная линия: полк «ДФ» – разведывательный батальон: восточная окраина Камышеватое – Y от Богатый – 2 кургана, 1 км ЮВ.

Слева от 3-й танковой дивизии:

группа домов 800 м северо-западнее кирпичного завода (1500 м южнее 7) – 29 – восточная опушка рощи северо-восточнее квадрата 41-109.

4. Прохождение переднего края обороны:

северная опушка 12 (там же позднее перенос вперед – северная опушка на северо-запад 12–27—36—182,6—лес 1500 м юго-западнее 40 – угол леса 1200 м восточнее 41).

5. Приказ

Полк «ДФ» удерживает нынешнюю линию обороны и готовит открытие правого фланга согласно специальному приказу.

2-й танково-разведывательный батальон удерживает нынешнюю позицию и при удержании позиции содействует при 36 фланговой атаке танков на Y и овладению поймой реки.

Полк «Д» удерживает новый рубеж и расширяет его. Если остатки русской группировки прорвутся через новую линию фронта в точке 182,6, они должны быть уничтожены 24 августа. 2-й танковый полк, используя свои танки на переднем крае, оказывает содействие панцер-гренадерским полкам «ДФ» и «Д» и 2-му танково-разведывательному батальону удерживать оборонительные рубежи.

Взаимодействуют: 2-й танковый батальон с полком «ДФ», а 1-й танковый батальон с разведывательным батальоном и с полком «Д».

Рота «Тигров» сначала взаимодействует с полком «ДФ». Следует предусмотреть взаимодействие с полком «Д» в случае изменения направления главного удара противника.

Танковый резерв следует держать за правым флангом, где его можно будет использовать для контрударов в случае вражеских прорывов в секторе правого соседа. 2-й дивизион штурмовых орудий: 1-я батарея взаимодействует с 198-й пехотной дивизией, 2-я и 3-я батареи взаимодействуют с полком «ДФ».

2-й танково-артиллерийский полк приказывает своим 2-му и 4-му дивизионам и дивизиону реактивных минометов «Небельверфер» взаимодействовать с полком «ДФ», 3-му дивизиону взаимодействовать с разведывательным батальоном и правым флангом полка «Д», 1-му дивизиону взаимодействовать с полком «Д».

Для нанесения концентрированных огневых ударов следует сосредоточить не менее двух дивизионов. Одну из батарей следует задействовать таким образом, чтобы она фланкировала DG Y с запада. Необходимо поддерживать тесную связь с АРКО-411. 2-й танково-артиллерийский полк должен сообщить подразделениям на передовой обо всех своих наблюдательных пунктах в зоне их действия. Копию кальки со схемами направлять в штаб дивизии.

2-й танково-саперный батальон (без 2-й роты) передает одну роту в подчинение полку «ДФ» в качестве резерва на случай контрудара, ночью, а при возможности и днем, минирует пойму реки у населенного пункта Коммуна и остается в северной части леса 25 в распоряжении дивизии. Утром 24 августа доложить о боевом составе.

2-й танково-зенитный дивизион: перегруппировывается 24 августа таким образом, чтобы прикрыть район боевых действий дивизии от налета вражеской авиации и чтобы была возможность использовать 88-мм зенитные батареи в наземных боях. Обеспечить силами одной батареи фланкирование вдоль DG Y. Необходимо поддерживать связь и взаимодействовать с 1-м зенитным дивизионом в секторе 33.

2-й танковый батальон связи обеспечивает телефонную связь от нового КП дивизии до панцер-гренадерских полков, разведывательного батальона, танкового полка, артиллерийского полка, дивизиона штурмовых орудий, саперного батальона и зенитного дивизиона. Радиосвязь со всеми подчиненными подразделениями.

7. КП дивизии южнее 6, с полудня 24 августа северо-западная опушка леса 4.

Генерал-лейтенант

Крюгер

Панцер-гренадерская дивизия СС КП дивизии,

26 августа 1943 года

«Дас Рейх»

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ № 31 (выдержки)

1. Сегодня противник снова предпринял атаку. Направление главного удара пришлось на колхоз западнее Коротыча.

В героическом бою бойцы гренадерского полка «ДФ», при великолепной поддержке частей 2-го танкового полка, а также 2-го танково-артиллерийского полка и армейской артиллерии, контрударами трижды выбивали противника с занятых позиций. Я выражаю особую признательность всем офицерам, унтер-офицерам и солдатам, принимавшим участие в бою за колхоз. Сообщить всем об этом.

2. Панцер-гренадерская дивизия СС «Дас Рейх» продолжает защищать прежние позиции, при этом на позиции бывшего правого фланга полка «ДФ» вводится 198-я пехотная дивизия.

5. Замена: в ночь с 26 на 27 августа 1943 года боевая группа 198-й пехотной дивизии заменяет правый фланг полка «ДФ» на его позициях. Заменой руководит командир полка «ДФ». Все схемы позиций, включая планы минных полей, передать 198-й пехотной дивизии. Момент передачи командования определяет командир полка «ДФ». О передаче командования обоим командирам доложить лично в дивизию по телефону или радиограммой.

Высвобожденные подразделения полка «ДФ» должны занять позицию в лесу в 2 км юго-западнее Коротыча в качестве резерва дивизии, согласно планам полка «ДФ» их необходимо перегруппировать и подготовить к занятию новых позиций вечером 27 августа. Передовым отрядам выдвинуться на новые позиции до обеда 27 августа.

Для прикрытия смены полку «ДФ» придается усиленный эскадрон 106-го разведывательного батальона.

Замена правого фланга 2-го танково-разведывательного батальона перегруппированными частями полка «ДФ» вечером 27 августа. По завершении переформирования передать в штаб дивизии схему с обозначенными рубежами обороны до 8:00 28 августа.

Генерал-лейтенант

Крюгер

Панцер-гренадерская дивизия СС КП дивизии,

26 августа 1943 года

«Дас Рейх»

В ШТАБ 11-ГО АРМЕЙСКОГО КОРПУСА Ежедневный доклад начальника оперативного отдела К п. 1. Как и в предыдущие дни, противник атаковал фронт дивизии крупными пехотными силами при поддержке танков и пытался совершить прорыв. В течение всего дня шел упорный бой за колхоз западнее Коротыча в непосредственной близости от поселка. В ходе боя колхоз три раза переходил из рук в руки. В жестоких рукопашных схватках при поддержке танков с обеих сторон противник снова и снова выбивался из колхоза. При этом было уничтожено двадцать вражеских танков.

В этой связи следует особо выделить героическую стойкость солдат полка СС «Дер Фюрер», которые в течение четырех дней почти непрерывных ожесточенных боев, часто в рукопашных схватках, а сегодня и в обороне и в атаке добились почти невозможного. У полка сегодня был самый тяжелый бой со времени его ввода в состав корпуса. Разгоревшееся вокруг колхоза танковое сражение потребовало от бойцов полка немалого мужества.

Другое место прорыва у населенного пункта Коммуна было ликвидировано ответным контрударом, и границы старого переднего края обороны были восстановлены.

Все атаки противника, которые он проводил силами до батальона, были успешно отражены бойцами дивизии. По поступившим до сих пор сообщениям было уничтожено тридцать вражеских танков.

Слабая воздушная активность наших люфтваффе. Повышенная активность авиации противника. Бомбардировка и обстрел из бортового оружия переднего края обороны и тыловых частей.

К п. 4. Разведывательный батальон 106-й пехотной дивизии (без усиленного эскадрона) залег в лесу юго-западнее Коротыча. Усиленный эскадрон был введен в брешь между полком «ДФ» и 2-м танково-разведывательным батальоном на западной окраине колхоза и подчинен полку «ДФ». Этот эскадрон должен оставаться на своих позициях и 27 августа, чтобы прикрыть смену полка «ДФ».

К п. 6. Наличие танков:

Pz III 4 штурмовые орудия:

Pz IV 31 16

Pz Y 21 противотанковые пушки:

Pz VI 6 50-мм 22 В. Pz. 6 75-мм Z 12

К п. 7. Удержание позиции. Замена частей полка «ДФ» подразделениями 198-й пехотной дивизии, перегруппировка частей полка «ДФ» для последующей смены батальона.

К п. 9. Солнечно, тепло, видимость хорошая. Дороги проезжие, сильная запыленность.

Подлинник, полк «ДФ».

За командира дивизии,

для ознакомления 1-й офицер Генерального штаба

По поручению подписано:

гауптштурмфюрер и адъютант Зоммер

Панцер-гренадерская дивизия СС КП дивизии,

17 сентября 1943 года

«Дас Рейх»

Адъютант дивизии

ПРИКАЗ ПО ДИВИЗИИ

Фюрер и Верховный главнокомандующий наградил оберштурмбаннфюрера СС Штадлера, командира панцер-гренадерского полка СС «Дер Фюрер», дубовыми листьями к Рыцарскому кресту, как 303-го солдата германского вермахта, удостоенного этой высокой награды.

Этой высокой наградой фюрер отметил огромное мужество и выдающиеся заслуги оберштурмбаннфюрера СС Штадлера и его славного, отлично зарекомендовавшего себя во многих битвах и сражениях панцер-гренадерского полка СС «Дер Фюрер».

Это особая честь для полка, так как уже второй командир полка становится кавалером дубовых листьев. Полк может этим гордиться.

Кроме того, вся дивизия гордится славными деяниями полка, которые он совершил под командованием своего нынешнего командира в битвах под Калинином, Беленихином, на реке Миус и под Коротычем.

От имени всего командования дивизии я с особой радостью поздравляю оберштурмбаннфюрера СС Штадлера и его прославленный полк с этой высокой наградой.

Генерал-лейтенант

Крюгер

Бои при отступлении до Днепра и под Кременчугом

Из-за общего изменения положения дел на фронте 2 сентября передний край обороны был частично отодвинут назад в направлении населенного пункта Валки.

6 и 7 сентября. Полк СС «Дер Фюрер» очень сильно укрепляется, превращаясь в боевую группу, и получает задание следовать в арьергарде 3-го танкового корпуса (в ходе поспешного отхода к Днепру под ударами Красной армии. – Ред.).

При выполнении этого задания полк «ДФ» снова демонстрирует высокий боевой дух и превосходную выучку своих гренадеров. Этот планомерный (?! – Ред.) отвод войск является образцом «управления войсками» на тему «сковывающее сопротивление и отступление». Взаимодействие с подчиненными подразделениями функционирует образцово (образцовое бегство. – Ред.) – это совместное достижение всех задействованных войсковых частей и подразделений дивизии СС «Дас Рейх»:

полка «ДФ»;

1-го танкового батальона 2-го танкового полка;

2-го дивизиона штурмовых орудий;

2-го танково-разведывательного батальона;

2-го танково-артиллерийского полка, включая дивизион реактивных минометов «Небельверфер»;

2-го танково-саперного батальона.

Части 2-го танкового полка, а также полка СС «Дойчланд» были тем временем отведены за Днепр для доукомплектования и отдыха.

Боевые действия разворачиваются как при «игре в ящике с песком» от одного оборонительного рубежа до другого.

2-й танково-разведывательный батальон, главные силы которого используются как пехота, на своих четырехосных бронетранспортерах вел постоянную разведку местоположения войск наступавшего противника. Затем противник подвергался массированному артиллерийскому огню. Пользуясь замешательством врага, танкисты и гренадеры 3-го батальона наносили по нему удар, проводя атаку с ограниченной целью. В таких боях удавалось добиться большого успеха. Тем временем 2-й танково-саперный батальон находил новый оборонительный рубеж и оборудовал позиции, которые занимали солдаты 1-го и 2-го батальонов и главные силы разведывательного батальона (без разведывательной роты). Развертывание танковых подразделений происходило при поддержке реактивных минометов, которые ставили дымовые завесы на участках, просматриваемых противником. Во время наших танковых ударов артиллерийский полк размещался на позициях за новым оборонительным рубежом и быстро разворачивал свои орудия в боевое положение. Наше танковое подразделение разворачивалось на новой позиции и сразу же начинало готовиться к следующему контрудару.

Такая последовательность повторялась примерно каждые два дня и почти в одном и том же ритме, что вселяло во всех участников этого процесса невероятное спокойствие и еще большее чувство собственного достоинства, смешанного с чувством сильного превосходства над осторожно преследующими нас красноармейцами, которым приходилось получать сильные контрудары. Зато контратаки противника постоянно натыкались на пустоту (автор ошибается. – Ред.). В общем психозе отступления такая спокойная уверенность в своих силах является особенно ценной и передается всем остальным формированиям 3-го танкового корпуса. Поэтому на участке фронта этого танкового корпуса отступление проходило с соблюдением полного порядка и строжайшей дисциплины.

Полк и подчиненные ему подразделения снова неоднократно отмечались в ежедневных приказах. Особенно выделяются среди этих боев два боестолкновения усиленной боевой группы полка.

Во время боев на плацдарме под Полтавой противник атаковал мост через Ворсклу еще до того, как подошел арьергард боевой группы.

И здесь снова отличился 2-й дивизион штурмовых орудий, артиллеристы которого отразили все ожесточенные атаки противника, пока последний грузовик боевой группы не миновал мост. С горсткой людей командир батареи штурмовых орудий из 2-го дивизиона в жестоком ближнем бою отбил все попытки противника захватить мост. Тем самым оберштурмфюрер СС доктор Рёдер дал нашим саперам возможность взорвать мост. За этот героический поступок оберштурмфюрер СС доктор Рёдер получил Рыцарский крест. Саперам 2-го танково-саперного батальона удалось взорвать мост буквально в самую последнюю минуту. Благодаря этому взрыву удалось на некоторое время задержать наступление русских соединений на направлении главного удара. Здесь чрезвычайно храбро сражалась 2-я рота сап