/ Language: Русский / Genre:sf_fantasy / Series: Ксанф

Злобный ветер

Пирс Энтони


ruenА.Ютанова"БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА ЭЛЕКТРОННЫХ КНИГ В ФОРМАТЕ FB2 - http://www.fb2book.com"ПирсЭнтониhttp://www.fb2book.com2006-12-111.0Злобный ветерАСТМосква20055-17-028059-9

Пирс Энтони

Злобный ветер

Глава 1

ПРОСТО ФИЛЯ

Демоны системы собирались нечасто. Поводом всегда были очередные разногласия или вопрос, требующий обсуждения. В данном случае сработали обе причины.

— Ты наверняка играл нечестно! — заявила демонесса V(E/N)US . На самом деле демоны не обменивались словами, а выражали свои мысли иначе. Но во имя понятности и доступности их взаимодействие здесь изложено обыкновенной прозой. — С недавних пор ты выигрываешь все состязания!

— Я просто научился выигрывать, — спокойно ответил демон X(A/N)F известный читателю как демон Иксанаэнный. — Все мои победы — честные.

— Сомневаюсь, — заметила E(A/R)th . — Очень подозрительно то, что какой-то дурацкий смертный парень сдался в последний момент, и ты выиграл наши ставки.

— Подозрительно и то, что та сумасшедшая младшая демонесса решила, что очевидно невиновная птица виновата, и ты выиграл наши ставки, — согласилась V(E/N)US .

— Просто в моей зоне есть хорошие младшие существа, и я позволяю им самим попадать в переделки без вмешательства с моей стороны, — запротестовал демон Ксанфа. Он искоса взглянул на E(A/R)th . — В отличие от некоторых.

— Если бы я им это позволяла, мои тупые существа уничтожили бы мою зону! — отпарировала та.

— А разве они и так этого не делают? — ехидно спросила V(E/N)US .

— А твои младшие о таком даже и не задумываются, — не осталась в долгу E(A/R)th . — У тебя там одна пустыня и туман вместо молока и меда.

— Мы все сделали маленькие ошибки, — примирительно сказал JU(P/I)ter . — И поэтому не выиграли значительный постоянный статус. Но на самом деле Иксанаэнный в последнее время необыкновенно удачлив.

— Вот это верно, — веско сказала V(E/N)US .

— Согласна, — поддержала E(A/R)th .

Со стороны остальных присутствующих демонов донесся гул одобрения.

— Это все мои младшие существа, — продолжал настаивать демон Ксанфа. — Я хорошо к ним отношусь, а они платят мне хорошим поведением. Моя удача — в особенности моих существ.

Остальные демоны обменялись ста пятнадцатью взглядами за миллионную долю секунды.

— Может, мы это проверим? — предложил JU(P/I)ter .

Иксанаэнный заинтересовался:

— Ты вызываешь меня на состязание?

— Да. Думаю, да. Предлагай условия.

— Если я выиграю, я получу статус доминирующей сущности в системе.

— Согласен. А если проиграешь, то вернешься к статусу низшей сущности и уступишь свою землю мне.

Демон Ксанфа потратил три тысячи лет, чтобы заработать второе место в этой огромной структуре. А чтобы занять его снова, может понадобиться и того больше. Тем не менее вполне вероятно, это единственный шанс свергнуть JU(P/I)ter . Ведь обычно доминирующий демон не ставит на кон свой статус:

о. Кентавров

Любое совпадение с каким-либо обыкновенским островом находится исключительно в сознании автора, который живет неподалеку от Северной деревни.

— Согласен. Условия?

JU(P/I)ter улыбнулся. Словно комета с коротким хвостом, рассыпаясь и размазываясь, пересеклась серией неистовых столкновений.

— Ты должен подчинить себя прихотям твоих замечательных младших существ, которые, как ты утверждаешь, так хорошо себя ведут. Ты должен принять форму смертного существа и быть среди них во время состязания.

А вот это уже совсем другое!

— Но обычно мы никак не влияем на смертных, и поэтому отдача полностью произвольна. Или, в конце концов, не затронута воздействием демона, — Иксанаэнный мрачно взглянул на V(E/N)US , которая, по его подозрениям, в последнее время пренебрегала этим правилом.

SA(T/U)rn кивнул:

— На сей раз у тебя будет разрешение влиять на них — в той мере, в которой сможешь.

Иксанаэнный понял, что его подставили. Остальные демоны сговорились его сместить, потому что их злили его победы. Но у него на самом деле хорошие существа, и, быть может, они принесут ему величайшую победу. И все же состязание заманчиво. Он уже однажды общался с подопечными, когда они вторглись в его сознание, но никогда не делал этого достаточно долго.

— Ну, я могу вмешаться. А в чем суть состязания?

— Если ты в сущности демона, — принялся объяснять JU(P/I)ter , — ничто не ограничивает твоих возможностей. Какую бы форму ты ни принимал. Но для состязания твоя сфера действий будет ограничена. Ты не должен рассказывать ни одному существу о настоящей твоей природе, и если кто-нибудь узнает о ней, ты мгновенно проигрываешь.

— Если, конечно, какое-нибудь другое всесильное существо не проинформирует их, — сказал X(A/N)f , снова взглянув на демонессу.

— Согласен, — подтвердил JU(P/I)ter . — Мы это проконтролируем. Все остальное ты можешь сообщить только одному существу очень быстро, в один-единственный момент времени. А потом…

Он сделал многозначительную паузу:

— Тебе придется смириться с еще одной неприятностью: на оставшееся время состязания ты потеряешь способность вербального общения.

Но будет достаточно одного момента! Иксанаэнный задумался. Наверняка, тут еще какая-то ловушка.

— Что еще?

— Все остальные твои возможности, за исключением речи, остаются при тебе, ограниченные лишь твоими собственными способностями и способностями того существа, которое ты выберешь себе в спутники.

— Но если мне нельзя объяснить мою настоящую природу в тот единственный момент…

— Придумай что-нибудь, — предложил JU(P/I)ter . — Что угодно, только не правду. Однако если ты подойдешь к правде настолько близко, что твой спутник или другой обитатель твоей зоны раскусит тебя, — ты проигрываешь.

Тоже вполне разумно. Он может лишь чуть-чуть приблизиться к истине, но, если подойти слишком близко, существо поймет, что перед ним демон Ксанфа. И тогда — полный крах. Но в условиях еще чего-то не хватало.

— А что будет, если выбранное мной существо меня покинет?

— Ты потеряешь возможность передвижения, — ответил JU(P/I)ter . — Когда существо прервет вашу связь и отдалится от тебя больше, чем на секунду и дальше, чем на единицу расстояния, ты станешь не только безмолвным, но и абсолютно неподвижным. Ты утратишь магические способности. Все, кроме сознания демона. Так что лучше добраться до цели прежде, чем твоему спутнику придет в голову идея расстаться с тобой.

— Задача, время, география, — добавила V(E/N)US . — Все честно, не так ли? Тройное ограничение. Никаких случайностей.

Для нее «все честно» тогда, когда она уверена в его проигрыше. И этого она жаждет больше, чем собственной победы.

Придется, конечно, нелегко. Говорить он сможет только один раз, а действовать — только когда находится рядом с избранным им существом. Младшие существа печально известны своим непостоянством. В любой момент по какой-нибудь ничтожной причине или вообще без причины спутник может решить, что больше не хочет находиться в его обществе, сообщить об этом и уйти. А по условиям состязания возразить будет невозможно.

Но что-то тут не так. Есть что-то еще, о чем демоны умалчивают. Это вполне может означать, что у него нет ни малейших шансов. Необходимо узнать самое худшее.

— А в чем состоит цель?

— Ты должен стать причиной хотя бы одной слезы любви или печали того существа, которое не понимает значения этих чувств.

— Того существа, с которым ты будешь связан, — поправила V(E/N)US . — И именно его.

Ну вот оно. Ему нужно вызвать симпатию абсолютно равнодушного к нему существа.

— А сколько времени у меня будет, чтобы вызвать слезы?

— Столько, сколько будет жить твое смертное тело. Если ты станешь немым и неподвижным, не добившись цели, твое тело будет вести себя так же, как и тела смертных: оно будет медленно умирать. А когда оно наконец умрет, состязание закончится, и ты проиграешь.

X(A/N)F размышлял. Они только и ждут его провала и дальнейшей расплаты.

— Я согласен. А теперь дайте я выберу себе смертное обличье.

Может, стать какой-нибудь красоткой, ведь смертные с поразительной готовностью льют по ним слезы. Или, еще лучше… ребенком.

— А теперь последний пункт: твой смертный облик выберу я, — объявил JU(P/I)ter .

— Но ты выберешь что-нибудь сложное!

— Верно. Зато будет настоящее состязание. Выиграй его — и я признаю, что твои существа и вправду настолько хороши, как ты говоришь.

— Тогда ты признаешь не только это, — ехидно ответил Иксанаэнный, — Я получу твою власть, и все демоны увидят, что я с ней справляюсь ничуть не хуже, чем ты. А то и лучше.

Остальные согласно кивнули. Дело обещало стать захватывающим.

— А теперь прими свою смертную долю, — напыщенно провозгласил демон JU(P/I)ter . — Осел с задницей дракона или дракон с головой осла — как тебе больше нравится. С голосом водяного нырка. Имя твоего персонажа — просто Филя.

И прежде чем Иксанаэнный успел что-нибудь возразить, он очутился в Области Безумия. В обличье существа, чье тело представляло собой вышеупомянутую драконову задницу в диагональную нежно-розовую и тошнотворно-зеленую полоску и завершалось головой обыкновенского осла.

— Вот те раз! — пробормотал он. И тут же послышался голос водяного нырка, напоминавший нечто среднее между звуками, издаваемыми гоблином с зажатым носом, и бульканьем ядовитого газа на поверхности болотной воды.

Рядом в сточной канаве что-то зашевелилось. Настоящий водяной нырок высунул голову из вонючей жижи в надежде обнаружить своего собрата. Не найдя никого подходящего, он занырнул обратно. Эти нырки живут под водой, и им приходится задерживать дыхание, чтобы охотиться за жучками на поверхности.

Что ж, теперь Иксанаэнного зовут просто Филя, простофиля, то есть имя, вполне соответствующее его нынешнему положению и дурацкой внешности. Такому существу вряд ли будут где-нибудь рады.

И перед ним стоит первая задача. Как ему убедить кого-нибудь просто приблизиться к нему, не то что лить по нему слезы?

Хорошо лишь то, что хоть частичка демонической натуры осталась с ним. Демон отпустил на волю свое сознание, охватывая весь Ксанф. Он знал, что делает каждое существо, где растет каждое растение. Жизнь в Ксанфе била ключом. Где-то там должен быть тот, кто не испугается драконьей задницы, кто выслушает его, кто будет плакать о нем. Может быть, не сразу, но со временем, после того как узнает его получше. Потому что, несмотря на все нелепые ограничения, он будет изо всех сил стараться понравиться. Пусть только кто-нибудь к нему подойдет. Путь у этого кого-то хватит смелости общаться с таким чудовищем, как он…

Но вместо того чтобы наткнуться на подходящего кандидата, Иксанаэнный наткнулся на новую проблему. В тот момент, когда он принимал свое смертное обличье, случилось легкое магическое изменение. Из-за него произошло временное ослабление Щита между Обыкновенией и Ксанфом. Так что в течение следующих нескольких часов можно будет свободно перемещаться из Ксанфа и обратно, не попадая в другое время. Это повлечет за собой весьма неприятные последствия. В нормальной ситуации, будучи демоном, дыру можно было бы потихоньку залатать. Но по условиям состязания Филя полностью зависит от спутника и не может ничего предпринять, если его об этом не попросят. А магия всех низших существ скопом не в состоянии тягаться даже с самой захудалой силенкой демона Ксанфа. Обычно Иксанаэнный из принципа не вмешивался в жизнь подвластных ему земель. Но Щит, установленный местными обитателями, был вполне функционален и помогал сохранять спокойствие. Поэтому он тайно подпитывал его энергией. Оставалось только надеяться, что, пока Щит будет восстанавливаться, в Ксанф не переползет какая-нибудь дрянь из Обыкновении.

Было бы неплохо, если тот, к кому обратится демон Ксанфа, окажется весьма общительным и понятливым и сразу же разрыдается, даря ему таким образом и победу, и свободу. По нельзя даже упоминать, что нужна всего лишь слеза! Это слишком близко к истине, что не есть хорошо. Тем не менее, если у него что-нибудь спросят, он сумеет ответить, а если потребуют сделать что-нибудь с прорехой в Щите, он справится. Само собой, он сделает это так, чтобы скрыть свою настоящую сущность. Так что есть возможность устранить неполадку прямо во время состязания. Осталось найти подходящее существо.

Демон сосредоточился, внимательно присматриваясь ко всем жителям страны. Большинство из них оказалось абсолютно неподходящими. Многие были полностью зациклены на собственных проблемах и не хотели знаться с каким-то непонятным монстром. В зависимости от степени храбрости, они убежали бы от него или напали. Требовался кто-то открытый, разумный и сообразительный. Некоторые существа подавали надежды.

Он пригляделся к ближайшему. Им оказалась хорошенькая девушка по имени Удача. Умненькая, славная, дружелюбная, симпатичная и заботливая, не судит о других по внешности. Во всех отношениях замечательная будущая жена. Во всех, кроме одного. Ее талант — неудачи, и они всегда приходят тогда, когда все складывается отлично. Тем не менее идеальный вариант для Фили, который по ее просьбе смог бы вывернуть ее талант наизнанку. Он застанет ее в одиночестве и потратит шанс объясниться на то, чтобы убедить ее, что дракон с головой осла может ей чем-то пригодиться. Потом он замолчит, по условиям состязания, но этого будет достаточно. Девушка узнает его получше, поймет, что он вовсе не жуткое чудище, и попросит исправить ее удачу. После этого она оценит его по достоинству. Конечно, сразу же она не расплачется, но, возможно, это случится позже, если она начнет о нем заботиться. Она часто плачет, когда с ее питомцами или родственниками происходит что-то плохое. А из-за ее таланта случается это весьма часто. Придумано неплохо.

Филя потрусил на свидание. Его драконье тело оказалось достаточно сильным и позволяло проворно передвигаться. Шкура была достаточно толстой, чтобы не обращать внимания на крапиву и ветки. Глаза вполне годились для выбора подходящей тропинки. Нос благополучно вынюхивал и маленьких, и больших существ. В этот момент Филя почувствовал первый приступ голода. Теперь он смертный и ему нужно есть. Это было в новинку. Поэтому, разнюхав пирожковое дерево, он слопал свеженький вишневый пирог. Проглотил и довольно облизнулся. А есть, оказывается, весело!

Демон снова дал волю сознанию. Удача как раз собиралась пойти за веткой времяники. Ее мать куда-то очень опаздывала, а ей нужно было во что бы то ни стало успеть.

— Времяника кончилась, — сказала она. — Сходи принеси еще.

И Удача по доброте душевной немедленно пошла собирать требуемое.

Филя тотчас обследовал окружающее пространство. Как выяснилось, в округе имелось несколько тропинок, ведущих к времянике. Ими постоянно пользовались многие семьи. Видимо, времяника высоко ценится. Что ж, времени до появления Удачи оставалось немного.

Он принялся обдумывать, что же сказать девушке при встрече. Он появится перед ней в образе страшного урода. Поэтому лучше заговорить первым, заинтересовав словами. Потом, когда она будет уже готова, он покажется во всей красе. Слова должны быть максимально действенными, ведь у него есть только один-единственный момент на произнесение речи. По длине, конечно, моменты бывают разные; и длинные, и короткие. Но в данном случае время закончится тогда, когда Удача как-то ответит на его слова. Нужно предотвратить любой вопль или восклицание, чтобы этот самый момент не оборвался прежде, чем удастся убедить девицу в собственной полезности. Например, заявив, что сможет на время вывернуть талант бедняжки наизнанку. Сказать, что у него, мол, есть наоборотная деревяшка и что он знает, как ее употребить ей во благо. Однако в таком случае девчонка просто попросит эту деревяшку. Лучше сообщить, что его талант сделает ее такой, какой она хочет быть, но лишь на то время, пока они будут вместе. Так что госпоже Удаче придется быть с ним. Ведь, если она уйдет, он будет обречен на молчание и неподвижное сидение на месте. Итак, его вступительный монолог должен быть крайне содержательным. Пора приступать. Сейчас с одинаковым успехом можно выиграть и провалить задание.

Он подошел к времянике. Деревце было совсем молоденьким, поэтому его способности еще не достигли расцвета. Кто-то нарисовал на земле круг, обозначая линию безопасности. Если хочешь раздобыть листик времяники, орудуй деревянным крюком. На неодушевленные предметы растение действует слабее. Именно это и предстояло сделать Удаче. Потом она поместит листок в магический мешочек, который поглощает его воздействие, и отнесет домой матери. А мама уж наверняка знает, как безопасно с ним справиться. Мамам всегда не хватает времяники.

Демон нырнул за кучу камней неподалеку от дерева. Нырки всегда хорошо ныряют, ведь это часть их природы. А в Филе есть частичка и от них. Отсюда было не очень хорошо видно девушку, но так и она не заметит его. На это и рассчитано. Конечно, можно наблюдать за ней с помощью сознания, но гораздо проще услышать шаги. Надо сосредоточиться и заняться репетицией речи.

Как же привлечь ее внимание, не произнося ни слова? Может быть, если тихонько крякнуть, она подумает, что это нырок, и, особенно не беспокоясь, остановится. Единственное, что нужно, — попросить выслушать и дальше шпарить без остановки. Благодаря постоянному невезению Удача давно привыкла ко всему относиться с опаской, так что в любом случае она некоторое время будет слушать.

Его ослиные уши дернулись. Она уже здесь! Пока он тут раздумывал, девушка подошла неслышной походкой. Теперь она стояла на границе времяники. Сознание уловило образ человеческого существа женского пола. Надо же, чуть не упустил. Нельзя терять ни секунды.

— Кря-кря, — произнес он голосом нырка. — Выслушай меня, пожалуйста, не говоря ни слова. У меня есть то, что тебя очень заинтересует. Я знаю, у тебя проблемы с талантом, и я могу помочь перевернуть его. Мой талант — делать всех такими, какими они хотели бы быть. Но лишь на то время, пока они со мной.

Все идет неплохо, девушка не издала ни звука. Но надо успеть сказать и остальное, пока момент не кончился.

— Я друг, хотя и не человек. Я существо уродливое и страшное, но у меня и в мыслях нет причинить тебе малейший вред. Мне нужен человек, такой как ты, и я изо всех сил постараюсь стать хорошим другом. И оправдать твое доверие. Когда я закончу говорить, я не смогу больше сказать ни слова. Я потеряю дар речи. Так что тебе придется самой сообщать мне, чего тебе хочется. Ведь у меня не будет возможности спросить тебя об этом. Останься со мной, и, пока мы будем вместе, у тебя будет все, о чем ты мечтала. Что до меня, мне просто нужна твоя дружба. Пожалуйста, не пугайся моей внешности. Я тебе абсолютно не страшен, ведь я пропаду без тебя!

Достаточно ли этого? Он не мог рассказать о себе больше; он и так подошел к истине настолько, насколько хватило духу. Но, может быть, стоит объясниться по поводу своей внешности, чтобы она при виде него не закричала и не убежала сразу же.

— Я — существо заколдованное, не совсем то, чем кажусь. От тебя зависит моя судьба. Теперь, если ты не против взглянуть на меня, посмотри на кучу камней справа от тебя. Я подниму голову и кивну, а потом замолчу. Но ты можешь говорить со мной, я все пойму. И сделаю для тебя все, что смогу. Пожалуйста, поверь мне! Меня зовут Филя.

Все, он сказал достаточно. Демон медленно поднял голову и выглянул из-за камней. Там стояла Удача, и… Это была не та девушка!!!

— Ой, какой смешной ослик! — воскликнула она.

Теперь, по правилам состязания, демон нем. У него был хороший длинный момент общения, гораздо более длинный, чем он ожидал. И говорил он хорошо. Но как же случилась эта досадная ошибка? Филя искал сознанием след девушки, прошедшей здесь, и наконец нашел его: невезение Удачи снова сыграло злую шутку. На перекрестке тропинок, как раз за широкой стеной плюща, Удача столкнулась с другой девушкой. Они обе запыхались и присели отдышаться. Потом они поднялись с земли, отряхнулись, быстро вежливо извинились друг перед другом, как будто обе были виноваты, и пошли своей дорогой. Но не по тем тропинкам! Удача пошла по делам другой, которые состояли в том, что нужно было принести отцу новый ключ для сарая с развесистой ключницы, растущей неподалеку. А то ее жестокая мамаша устроит ей накозание и спустит на нее козу. А другая девица пошла по пути Удачи и поняла свою ошибку как раз в тот момент, когда Филя заговорил.

Ее звали Хлорка, талантом ее было отравлять воду. В противоположность Удаче она оказалась некрасивой, глупой и не слишком жизнерадостной. Столкнулись они по ее вине, потому что она слишком быстро неслась по тропинке, не глядя по сторонам. Именно так эта девица принесла неудачу Удаче, лишив ту встречи с Филей, который мог бы ей помочь, а ему самому — еще большую неудачу: он потратил свой монолог впустую. И что ему делать с этой глупой гусыней? Ведь он теперь с ней связан!

Хлорка подошла поближе.

— Так, значит, ты больше не можешь говорить, Филя? — спросила она. — Даже реветь?

Она захихикала над своей неуклюжей шуткой. Девица напрашивается. Филя встал, показывая свое драконье тело.

— Ой, да ты еще и жуткий дракон! — воскликнула она. — Самое уродливое существо, какое я когда-нибудь видела! И зачем это мне с тобой общаться?

И правда, зачем? Удача проявила бы побольше симпатии, ведь она хорошо воспитанная, приличная девушка. А у Хлорки весьма грубый характер, и вот подтверждение этому. После ознакомления с ее жизнью выяснилось кое-что похуже: когда-то у нее были чувства, но все они погибли под напором ее хамской семейки. Плакала она так давно, что теперь у нее осталась всего одна слеза, но Хлорка и сама не знала, куда она подевалась. Но даже если удастся растрогать эту бой-бабу, она ни за что не станет плакать о нем. Да ее и не растрогать, потому что она давно стала циничной и безразличной к чувствам других. Вот уж подарочек!

Филя совсем повесил нос. Едва ли можно найти спутника хуже! А все потому, что он не удосужился проследить, чтобы нужная ему девушка в очередной раз не пострадала от своего невезения. Он распинался, составил блестящую речь — и все для той, которая этого совсем не заслуживает. Единственный шанс на победу испарился. Демон окончательно пал духом.

— Но, — заявила Хлорка, — если то, что ты говоришь, правда, то мне, наверное, сегодня повезло. Я хочу дать тебе шанс. Но предупреждаю: если ты попытаешься меня съесть, я отравлю всю воду в тебе, и ты подцепишь страшную сыпную инфекцию.

На самом деле мысли она излагала более грубо и образно. В данном случае ключевой фразой стало что-то про разноцветные испражнения, но Филя не особенно разбирался в местных диалектах.

Итак, за свою безопасность девица особенно не беспокоилась. Она могла отравить любую воду одним прикосновением, а это означало, что при желании могла и убить любое существо. Конечно, Хлорка не могла сделать этого с Филей, ведь он демон. И само собой он не мог ей позволить такое. Он с ней связан, и состязание еще не проиграно. Может, до сих пор есть какой-то завалящий шанс на победу. Поэтому он кивнул, показывая, что усвоил ее предупреждение.

— Сделай меня красивой! — потребовала Хлорка.

Это было несложно. Он сосредоточился и стал постепенно совершенствовать те сомнительные прелести, которыми одарила девицу природа. Торчащие в разные стороны желтые космы с прозеленью стали блестящими зеленовато-золотистыми локонами. Желтушный кожный покров превратился в самую прекрасную в Ксанфе кожу. Яйцеобразное тело приняло соблазнительно округлые формы. Толстая неуклюжая ножища сменилась тоненькой изящной ножкой в искрящейся туфельке. Бесформенная одежонка исчезла, а па ее месте возникло элегантное платье, эффектно обтягивающее точеную фигурку. Теперь миру явилось дивное создание. Хлорка оценивающе оглядела себя.

— О! А это взаправду? В смысле — не иллюзия? Ощущение-то настоящее.

Она ущипнула себя за восхитительную попку, чтобы удостовериться в сногсшибательной реальности.

Филя в подтверждение кивнул. Но только до тех пор, пока они вместе.

— Мне нужно зеркало! — заявила она. — Хочу посмотреть на свое лицо!

Филя почистил одну из своих чешуек до зеркального блеска и повернулся к девушке так, чтобы ей было видно. Она потрясенно воззрилась на себя.

А затем сообщила:

— Обычно я не только плохо выгляжу, но и плохо соображаю. Я это довольно часто говорила. А ты не можешь сделать меня еще и умненькой?

Сказанное прозвучало как вопрос, но на самом деле было просьбой. Так же как и требование зеркала. Филя сконцентрировался на болотисто топком содержимом ее головы, увеличивая способности ее ума.

Девчонка улыбнулась.

— Хей, да я умнею! Я даже чувствую это! Начинаю понимать вещи, о которых раньше не задумывалась! Передо мной раскрываются новые перспективы, — она замолчала, а потом добавила: — И мой лексикон тоже расширяется. Я никогда раньше так не говорила!

Демон снова кивнул. Он не только увеличил глубину мысли, но и прибавил широты ума. Теперь она могла не только спокойно решать проблемы силой интеллекта, но судить о том, куда эту силу приложить. И могла с полным знанием дела использовать термин «сыпная инфекция».

Хлорка гордо подняла голову и взглянула на благодетеля:

— Знаешь, а ты не так плох, как я думала. Я действительно об этом мечтала. У тебя мощный талант. Но теперь у меня достаточно ума, чтобы посмотреть дареному коню в зубы. С какой стати ты все это для меня делаешь? Ты говоришь, что тебе необходимо мое общество, но наверняка я не единственная, кто мог бы помочь тебе. Ты встретился со мной случайно или это было запланировано?

Филя не мог ничего ответить и просто смотрел на нее. Имея в распоряжении новый ум, она быстро сообразила, в чем дело.

— Давай тогда попробуем так: это случайность?

Филя закивал в подтверждение. Он искал Удачу, по невезуха подкинула ему Хлорку.

— Ты нашел меня случайно, — медленно проговорила девушка, ощущая, как в ее новоириобретепный ум забредают разные мысли. — Но у тебя должен был быть какой-то план. Значит, на моем месте могла оказаться любая другая?

Филя утвердительно потряс головой.

— Все, что ты делаешь, тебе выгодно?

Он опять кивнул. Нужно завоевать ее доверие, чтобы она могла пролить о нем слезы.

Но теперь Хлорка оказалась слишком хитра, чтобы так просто принять это заявление.

— И для меня это так же выгодно, как и для тебя?

Тут она попала в самую точку. На деле он ни капли не заботился о ее благополучии. Главное — выиграть состязание. Но, поскольку нужно вызвать ее эмоции, да еще так, чтобы она заплакала из-за него, он решил быть поласковее. Надо бы ей понравиться, чтобы она заботилась о нем. А для Хлорки его появление было просто «счастливым билетом». Так что он кивнул в знак согласия.

— Тебе просто нужен кто-то, да? И не для того, чтобы съесть его или как-то покалечить?

Филя согласился.

— Само собой, я не совсем уверена, что тебе можно доверять, — с опаской заметила она.

Теперь разум и осмотрительность стали ее сильной стороной.

— Но, глядя на те способности, которые ты продемонстрировал, я чувствую: на бессознательном уровне ты меня убедил и доказал, что все это не пустая болтовня. Так что твои притязания очевидны. Тебе нужна компания.

Демон слегка наклонил голову.

— Но наверняка за этим стоит что-то еще, — глубокомысленно произнесла она. — Я могу думать над этим целыми днями и так и не придумать. Я никогда особенно не отличалась в игре «задай девятнадцать вопросов», а уж тем более пять.

Хлорка помолчала.

— Но зато теперь я смогу отличиться и тут. Ладно, это неважно. Пока я с тобой, я могу быть такой, как сейчас. Но если мы разделимся, я снова стану тем, чем являюсь на самом деле?

Филя подтвердил и это.

— Ну, давай посмотрим, чего еще я хочу, — подытожила Хлорка, становясь практичной. — Красота — это только внешнее. Хочу быть здоровой.

Демон сделал ее потрясающе здоровой. Он уже немного об этом позаботился, занимаясь красотой и умом. Но теперь ее организм стал столь же совершенен, как кости и плоть. Она будет жить долго, никогда не будет болеть, ссадины станут заживать быстро. Все это — пока она остается с ним.

— Да, теперь я чувствую такой прилив здоровья, что хочется скакать и прыгать.

Этим она и занялась. Тело слушалось ее безоговорочно.

— А какой радиус действия всех этих чудес? — поинтересовалась девушка. — Десяток моих шагов? Сотня? Тысяча?

Филя кивнул на третье предположение. Она не должна разлучаться с ним. Значит, должно быть какое-то пространственное ограничение.

Но Хлорке не пришло в голову задать плавно вытекающий отсюда вопрос: а можно ли ей выйти за эти пределы, формально разорвав отношения, а потом взять да и передумать и вернуться, не потеряв всех благ. Девица решила, что можно, — сознание демона позволило это выяснить. Со временем это могло стать проблемой для обоих. Но он не мог сказать этого; сначала она должна спросить.

Девушку посетила новая мысль.

— Теперь мой ум и тело стали совершенными, а мой характер — нет. Я так и осталась циничной злобной ведьмой; и люди недолюбливают меня. Сможешь сделать меня милой? Только не перегни палку. Не хочу быть паинькой.

Вот, еще одна просьба. Филя послушался и переменил ее характер. Он проделал основательную работу, наделив девушку такими качествами, как честность, сострадание, симпатия и чуткость. Но так же прибавил и солидную порцию здравомыслия, так чтобы не получилась сентиментальная дура.

— Ой, мама, — всплеснула руками Хлорка, — какой же я стервой была! Тем более по таким мелким причинам! Нужно многое исправить. Чем я и займусь в ближайшее время.

Она снова взглянула на Филю.

— А что с моим талантом? Нельзя ли его улучшить?

А вот это уже опасно. Она вполне может попросить талант всезнайки, а если она его получит, то в скором времени будет знать про него все. Сообразительность и то уже пугает. Потому он покачал головой.

— Ну что ж, — прибавила Хлорка, легко с этим смирившись, — ты и так уже столько для меня сделал, что не слишком вежливо просить что-то еще. Теперь пришло время отплатить добром тебе. А можешь ли ты изменить себя так же, как изменил меня?

Филя об этом не подумал. Конечно, может. Но должен ли? Решив, что в этом нет ничего страшного, он кивнул.

— Тогда стань под стать мне — и внешне, и по уму, и по здоровью, и по характеру, — попросила она. — Этаким благородным юношей.

И Филя стал красивым, умным, здоровым и добрым благородным молодым человеком. Он утратил столько же уродства, сколько потеряла сама Хлорка.

— О да! — восторженно прошептала девушка. — Ты именно такой, о каком я мечтала! Но знала, что такой парень даже не взглянет в мою сторону!

Хлорка критически оглядела его.

— Посмотри на меня.

Девчонка решила, что может им распоряжаться. А это совсем не так, но пока особой роли не играет. Он взглянул на нее.

— Теперь обними и поцелуй!

Филя обнял и поцеловал. В общем-то, он сам создал ее. И его собственное обличье не было особо привычным. Но этот опыт он нашел весьма интересным, даже приятным. Наверняка потому, что он создал полный образ мужчины, со свойственной им реакцией на женщину, выглядящую и ведущую себя как эта. Ее тщательно вылепленное женское тело вызывало в здоровом и сильном мужчине соответствующие рефлексы. Филя понял, что в первый раз за все его долгое существование он ощутил прилив человеческого желания.

Девушка прервала поцелуй и вздохнула:

— Как жаль, что на самом деле ты дракон с головой осла! Если бы ты был настоящим, я вышла бы за тебя замуж.

Вот тебе и иллюзии! Но хорошо, что она думает о нем как о монстре, а не как о демоне Иксанаэнном.

— Ты все еще нем?

Филя кивнул, оценивая преимущества своего состояния: не нужно что-либо объяснять, вдаваться в подробности о своем прошлом.

— Ну хорошо. Значит, мне нужно разговаривать за обоих, — Хлорка призадумалась. — Конечно, я не могу в таком виде пойти домой. Моя семья никогда меня не узнает, а если все-таки узнает, то сразу начнет завидовать. Я думаю, я просто исчезну на несколько дней. Они даже скучать обо мне не будут!

Девушка снова поцеловала его, тесно прижавшись, так что его тело окончательно взбунтовалось. Затем кокетливо отстранилась.

— Пойдем куда-нибудь в незнакомые места в наших нынешних обличьях, а когда мне наскучит, я придумаю, что делать дальше. Потому что, если это только временное состояние, я хочу насладиться им по полной программе.

Она снова пристально посмотрела на него:

— Подозреваю, что у тебя не очень большой опыт любовных похождений.

Филя кивнул. Если честно, он совсем не представлял, о чем она говорит. Сознание демона пыталось уловить ее мысли, но там было не за что зацепиться. И что такое любовные похождения? И имеет ли это какое-то отношение к возмущениям тела от ее поцелуя?

Хлорка рассмеялась:

— Не бойся, Филя. Я тебя всему научу. Раньше мне это было не нужно, но теперь, когда я красива и мила, я начинаю оценивать это по достоинству. Но спешить не стоит. Что ж, давай начнем наше приключение.

Девица схватила его за руку и повела вниз по тропинке, прочь от времяники. Тут Хлорку осенило:

— Ты же сказал, что можешь перевернуть наоборот мой талант! Как насчет этого?

Это было самое большее, на что он мог согласиться. В процессе короткой игры в да-нет они порешили, что Хлорка будет не отравлять воду, а очищать се. Хотя на самом деле неосознанно она это делала и раньше; отравление было временным, но в процессе этого умирали все существа, живущие в этой воде. Так что демон ничего толком не изменил.

У Фили даже поднялось настроение. Хлорка — это, конечно, ошибка, но задача стала гораздо интереснее. Может быть, даже удастся найти ее затерявшуюся слезу. Он знал, где она прячется, но не мог сказать без очередной игры в да-нет. Но сейчас это ее не интересовало. Девушка занималась тем, что требовалось: строила их отношения.

Между тем краем сознания он уловил, что опасения насчет вторжения из Обыкновении оправдались: сильнейший ураган был готов ворваться в Ксанф. Хотя демон не мог видеть будущее, древние знания подсказывали, что это может значить. Если ветер поднимет достаточно большое количество магической пыли, то случится такая катастрофа, какая бывает раз в тысячу лет. И предотвратить ее будет невозможно.

Только теперь он понял, как лихо надули его другие демоны. Они знали, что в то время, когда Иксанаэнпый поменяет обличье и окажется в Ксанфе как некий персонаж, Щит станет слабее, и ураган прорвется сквозь него. Они все точно просчитали, жестко ограничив его способности как раз на это время. А он, намереваясь завоевать доминирующий статус, беззаботно попался в западню.

Глава 2

ВЕСЕЛЬЧАК

Карен смотрела в окно фургончика, жадно ловя отблески солнца на поверхности бушующего моря: — Этот Весельчак уже здесь? — поинтересовалась девочка.

Ей было семь, и поэтому ее интересовало все, кроме дома и школы.

— Это Глэдис, глупышка, — ответил Дэвид. Как настоящий старший, да к тому же еще и сводный брат двенадцати лет, он считал, что знает все, чего не знает сестренка. — Ураган Глэдис.

Это замечание, как обычно, привлекло внимание и другого сводного брата — Шона. Ему было семнадцать, так что он имел такое же превосходство над Дэвидом, как сам Дэвид над Карен.

— Это все-таки тропический шторм Весельчак, — усмехнулся он, — Здорово! Но нет, это еще только начало. Смотри дальше.

Карен хихикнула, радуясь такому повороту событий. Отсюда она видела, как мама и папа, в кабине машины, обменялись одним из своих многозначительных взглядов. Взрослые понимали, в чем дело, и осторожно относились к таким проявлениям сил природы.

— Тропический шторм Весельчак, — констатировала мама. — Это, конечно, еще не ураган, но все же, наверное, не стоит ехать ему навстречу.

Теперь дети обменялись многозначительными взглядами. По поводу взрослых и их осторожности.

— Тэ У … Вэ Ка, — невинно заметил Шон. Потом, выдержав как раз такую паузу, чтобы все недоуменно воззрились на пего, пояснил. — Тропический Ураган Весельчак.

— Вэ Ка! — прыснул Дэвид. Карен сохранила серьезную мину, словно не знала, что обычно на их выдуманном языке значит Вэ Ка. Хотя на самом деле это было не так. Конечно же, ВонючКа. Так же как и ДМ значит ДерьМо. Но вот что такое Тэ У? Может, Тупой Урод? И то, что она не знает, это совсем не смешно, мальчишки наверняка будут потом над ней подшучивать.

Все они — современная смешанная семья. Папа был женат и раньше, мама тоже побывала замужем. Но тогда что-то не сложилось. Карен, само собой, знала почему. Просто они были созданы друг для друга, так что первые браки стали ошибкой. Так же как и первые дети. Но этого Карен никогда не говорила, разве что в пылу ссоры, когда кто-то из братьев окончательно доставал ее. Шон — папин сын, а Дэвид — мамин. Из-за этого они постоянно друг с другом соревнуются. И в этом оба сильно проигрывают Карен, которая помимо того, что появилась па свет от обоих родителей, оказалась еще и девочкой. Шон и Дэвид — только сводные братья, и лишь Карен — кровная сестра каждому. И ей это нравится.

Но смотреть на воду, даже если на ней так красиво играют «солнечные зайчики», девочке уже наскучило. Так что она направилась проведать животных. Сейчас они сидели в клетках, чтобы не хулиганили, пока фургончик едет.

— Привет, Буфер! — Карен похлопала по морде огромного отнюдь не чистокровного дога. Буфер принадлежит Шону, но пес любит все семейство. Особенно тех, кто приносит еду. Его шерсть была такой же черной, как шевелюра Шона, которая в свою очередь являлась копией папиных волос.

— Привет, Мидранж! — она потрепала за ухом кота. Внешность этого чуда не поддавалась описанию. Его хозяин — Дэвид. Кот ластился ко всем, кто мог просидеть на одном месте больше секунды. Его грязно-белая шкура напоминала соломенные патлы Дэвида, которые достались ему от густых белокурых локонов мамы.

— Привет, Твиттер! — Попугай являлся собственностью самой Карен и уважал только ее, хотя и терпел остальных. Его перышки были разных оттенков коричневого и, естественно, напоминали ее собственные рыжие кудряшки — попытка природы найти нечто среднее между брюнетом папой и блондинкой мамой.

Вся живность была в восторге от ее прихода. Девочка всегда возилась с ними больше, чем кто-либо другой. Каждый из несчастных созданий был в свое время найден или в приюте для бездомных, или на блошином рынке и вызволен оттуда но просьбе кого-нибудь из членов семьи. Никому больше эти щенок, котенок и попугай нужны не были. Но Карен считала, что каждый из них по-своему великолепен, и они с ней соглашались.

Фургончик тряхнуло.

— Черт! — выругался пана с водительского кресла. — Опять мотор барахлит!

— Но здесь нельзя останавливаться! — запротестовала мама. — Нельзя, а то ураган…

Она замолчала, так как остальное, что она собиралась сказать, не было предназначено для детских ушей.

Это мгновенно заинтересовало Карен. Она во что бы то ни стало захотела услышать продолжение.

— Извините ребята, я должна все узнать! — сообщила она пестрой компании подопечных и побежала к столу.

Теперь и девочка услышала перебои мотора. Он рычал, как Дэвидовы модели самолетов. Машина стала сбрасывать скорость.

— Просьба пассажирам пристегнуть ремни, — отчеканил Шон голосом командира экипажа. — Мы входим в зону турбулентности. Нет повода для паники, повторяю: нет повода для паники.

Последние несколько слов он произнес, выделяя как-то по-особенному, как будто командир желал скрыть собственное напряжение.

В этот момент страшный порыв ветра потряс фургончик. Вокруг все запрыгало. Это совпадение рассмешило Дэвида и Карен. И правда, очень напоминает самолет.

— Здесь где-то точно можно свернуть, — заявил папа. — У меня нет никакого желания торчать на мосту! Где мы?

Мама сверилась с картой.

— Мы пересекаем Большую Сосновую отмель. Может, мотор все-таки…

— Не стоит рисковать! — оборвал папа. — Если ураган зарядит надолго, лучше пересидеть здесь до тех пор, пока я не смогу добраться до двигателя.

— Аварийная посадка, — объявил Шон все тем же обеспокоенным голосом пилота. — Просьба пассажирам оставаться на своих местах. Пересмотрите, пожалуйста, инструкцию и уточните местонахождение ближайшего аварийного люка.

И снова для большей реалистичности на фургончик обрушился порыв ветра.

— Я повторяю: повод для паники… тьфу, то есть пет повода для паники. — Получилось, будто бы сам пилот в конце концов потерял самообладание.

Карен думала, что помрет со смеху. Хотя где-то глубоко в душе она начала нервничать. Они возвращались от своих друзей на Западной отмели, где провели выходные. И как раз приближение тропического шторма ускорило отъезд. Еще предстояло проехать длинную узкую плотину и мост, прежде чем они доберутся домой в Майами. Но море становилось все более и более грозным. А что, если их одним порывом сдует в воду?

Мотор активно продолжал чихать.

— Не мог сломаться попозже! — ворчал папа. — Там впереди перекресток?

— Да, там проходит еще одна дорога, — уткнувшись в карту, поведала мама. — Может, там можно найти какое-нибудь укрытие.

Фургончик дополз до перекрестка и повернул на север. Ветер наседал, стараясь столкнуть машину с дороги, но папа так просто не сдавался. Сверху рухнула стена дождя, скрывая за водной пеленой окружающий мир. Из окна Карен ничего не видела и понимала, что с ветровым стеклом дело обстоит не лучше. Дело плохо. Раньше девочка наслаждалась поездкой, ловя каждое движение могучей стихии, но восторг быстро прошел. Теперь стало страшно. Карен начала думать, что все это не так уж весело, как рассказывают.

— Я даже не вижу где остановиться, — пробормотал папа. — А это что, еще один поворот?

— Там пересечение с 940-й трассой, — ответила мама нарочито спокойным тоном. Это еще больше испугало Карен. Даже мальчишки уже не шутили. Теперь стало очень легко представить, что фургончик — это самолет, падающий вниз сквозь потоки воды. Девочка изо всех сил старалась отогнать этот образ.

— Перекресток? Что-то непохоже, — засомневался папа. — Но, может, там есть большое здание, за которым можно укрыться от ветра? Я не рискну остановиться раньше чем мы найдем хорошее место, ведь мотор может больше не завестись!

Машина дернулась, продолжая ползти вперед. Мама тихонько вскрикнула — плохой признак. Значит, она испугалась, а испугать ее нелегко.

— Джим…

— Как нам вернуться к мосту? — спросил папа.

— Тут две дороги. Я думала, мы на левой, но мы, наверное, все-таки на правой. Она ведет на Безымянную Косу.

— Что ж, как бы там ее ни звали, едем вперед, — решил папа.

Карен обрадовалась, когда за окном снова показалась земля: коротенький мост. Она посмотрела вперед через ветровое стекло. Дорожный знак гласил — Роквэлл. А другой — Безымянная Коса. И в самом деле — они на Безымянной Косе.

А укрытия нигде не видно. Наконец мотор кашлянул последний раз и заглох. Как бы то ни было, придется простоять некоторое время здесь, па безымянной отмели. Мама не даст папе даже сходить проверить мотор, потому что ветер сейчас носит всякие обломки по воздуху и делает метательные снаряды из всего, что подвернется. Все, что им остается, — это только ждать.

— Удачная посадка на брюхо, — провозгласил Шоп, — в далекой стране. Пожалуйста, без паники! Нас спасут прежде, чем охотники за головами найдут нас.

Шутку все проигнорировали.

Семейство наделало бутербродов и засело петь песни, притворяясь, что они на пикнике, пока за окном выл ветер и ночь, словно голодный зверь, поглощала последние отблески дня. Фургончик трясло постоянно, так что вскоре на это просто перестали обращать внимание.

Наступило затишье. Решили быстро сделать необходимые дела. Папа пошел посмотреть, что с мотором, а дети вывели своих питомцев на улицу справить природные потребности. Хотя Твиттеру это было не нужно, Карен вынула его из клетки и уютно устроила в ладонях. Он потерся клювом о ее нос — поцеловал хозяйку. С другими он так не делает. Единственный трюк, которому попугайчика удалось обучить. Зато этого достаточно. Значит, Твиттеру с ней так же хорошо, как и ей с ним.

Ветер подул снова. По силе его новых порывов стало понятно, что будет еще хуже, чем раньше. Все бросились обратно в машину. Папе, понятное дело, не удалось наладить мотор, но зато он нашел несколько камней, чтобы заблокировать колеса. Мама включила радио, совсем ненадолго, только чтобы узнать погоду.

— В ближайшие двадцать четыре часа ожидается приближение к минимальной точке силы урагана, — услышала Карен и истерически рассмеялась. Так, значит, это еще даже не минимум! Тогда что такое максимум и знать не хочется! — Двадцать четыре градуса шесть минут северной широты, восемьдесят один градус три минуты западной долготы, двигается на северо-запад со скоростью десять миль в час.

Мама проследила направление по карте и снова вскрикнула:

— Да это прямо здесь! Он идет прямо сюда!

— Ну, говорят, в самом центре урагана обычно тихо, — попытался успокоить ее папа.

И снова ничего не оставалось, кроме как сидеть и ждать. Все решили, что кровати сейчас — не самая удачная идея, так что каждый пристроился как мог и попытался заснуть. Особых причин запирать животных не было, они бродили где хотели. Буфер уселся у ног Шона, Мидранж избрал общество Дэвида. Твиттер, инстинктивно побаиваясь Мидранжа, укрылся в клетке. Кот никакого интереса к птицам не проявлял, но Карен одобрила выбор попугая.

Прогноз погоды оказался верным. Ветер внезапно стих, уступив место абсолютной тишине. Но все отлично знали, что выходить нельзя, ураган может нанести удар в любую минуту. Карен некоторое время прислушивалась к окружающему миру, а потом заснула.

Карен проснулась на рассвете. На небе не было солнца, но все-таки стало светлее. В голове у девочки мелькала картинка, будто бы вокруг фургончика кружатся облака, посылая в него стрелы, но эти стрелы были сделаны из пара и не причиняли никакого вреда. Тем не менее ветер стих, так что самое страшное позади. Машину не перевернуло, не унесло в море. Теперь все можно вспоминать как забавное приключение.

С появлением света зашевелились и остальные. В туалет выстроилась очередь. Мама принялась стряпать завтрак, пока папа собрался на улицу попытаться снова починить мотор.

— Ух ты! — удивленно воскликнул он.

Карен как раз в эту минуту освободилась и с Твиттером на пальце высунулась вслед за отцом. И удивленно застыла в дверях.

Пейзаж изменился. Теперь они были не на побережье полустрова. Недалеко от машины росли деревья, как будто бы сделанные из металла, их плоды напоминали подковы. А рядом с одним из этих деревьев стояла самая странная лошадь, которую девочка когда-либо видела. Видимо, это был конь. Задняя часть была вполне обычной, лошадиной. Но спереди торчал торс с руками и головой мужчины. У него за спиной болтался потертый изогнутый лук и колчан со стрелами.

— Это что такое? — спросила Карен, слишком удивленная, чтобы испугаться.

— Кентавр…— сказал папа каким-то чужим голосом.

— Что?

— Мифическая помесь лошади и человека. Наверное, это статуя. Но выглядит очень натурально.

Статуя обернулась.

— А, чужеземцы! — воскликнула она. — Какими судьбами на Острове Кентавров?

Карен посмотрела на свою птицу:

— Что-то мне подсказывает, что мы уже не во Флориде, Твиттер!

Папа, судя по всему, проглотил язык, так что Карен решила ответить за него:

— Мы Балдуины. Сюда нас занес ураган Весельчак. В смысле, тропический шторм. А мы сейчас где? Эта коса называется Островом Кентавров?

— Причем здесь коса? — кентавр удивленно поднял брови. — Это же не косина. Сельскохозяйственные орудия у нас растут в другом месте. А это — башмачное дерево.

Он протянул руку и коснулся позвякивающей на ветке подковы.

Услышав разговор, на улицу вылезли остальные члены семьи.

— Ого! Человек-конь, — провозгласил Дэвид. — А я думал, это фантастика.

— Так и есть, — кивнул папа, — мы, должно быть, попали на какое-то шутовское шоу.

— Простите, я вас, наверное, не так понял, — жестко сказал кентавр. — Вы считаете меня шутом?

Внезапно неведомым образом у него в руках оказался лук. Острие стрелы точно указывало на папу.

Карен среагировала раньше, чем успела подумать. Как обычно, в общем.

— Не надо! — крикнула она, бросаясь между кентавром и отцом. — Папа не верит в сказки.

Кентавр опустил оружие.

— Не верит? А как насчет магии?

— В нее тоже не верит.

— А тогда он кто? — существо явно удивилось.

— Обычная домашняя разновидность семейного человека, — объяснила девочка. — Из Майами.

— Что в мае? — Карен засмеялась:

— Что ты, это не май, Май-ами! Из Майами. — Кентавр смущенно наморщил лоб:

— А это какая часть Ксанфа?

— Это часть Флориды, в Америке.

Кентавр изумленной дернул хвостом и мотнул головой:

— А вы случайно не из Обыкновении?

— Нет, мы из Флориды.

— Вы попали сюда через Ворота? — Карен огляделась.

— Мы явно попали сюда через что-то, потому что на дом это не похоже.

Кентавр окончательно убрал лук.

— Ворота тут недалеко. За ними обычно следит Ключник. Людей это удерживает. Но что-то случилось, и вас не предупредили.

— Нас, наверное, ветром пронесло мимо него. Мы были в самом очаге.

— А вы там не поджарились? — Девочка снова засмеялась:

— В самом очаге урагана Весельчак.

— Висел что? — удивился кентавр.

— Какой ты смешной! Самый центр урагана. Он так называется.

— А, ураган. Посмотрим, что можно сделать. Настало время представиться. Я кентавр Седрик Десятый с Острова Кентавров.

— Меня зовут Карен Балдуин.

— Надо сказать, с балдой у тебя все в порядке!

Карен вспомнила, что у нее на голове мочалка, все волосы за ночь спутались.

— Просто волосы так растут. До тех пор пока мама меня не расчешет, у меня по утрам они кажутся запутанными джунглями.

Седрик улыбнулся:

— У наших жеребят такие же проблемы. Мы стараемся следить за путанными джунглями. Но путаны продолжают разрастаться.

— Мы должны пожать руки? — спросила Карен, сомневаясь, все ли идет согласно этикету.

— Не думаю, что это нужно. Но если у тебя чешется рука, можешь пожать ее. Станет лучше! — Седрик показал как.

Карен подавила смешок.

— Да нет же, пожать руки друг другу, чтобы показать, что мы настроены дружелюбно.

— Странно.

Девочка потянулась вверх, кентавру же пришлось наклониться. Они обменялись рукопожатием.

— Вот так. А это моя семья, — Карен указала назад. Все сгрудились вокруг папы и таращили глаза.

— Отлично! Идите за мной. — Существо развернулось и поскакало прочь.

Карен обратилась к ошарашенным родственникам:

— Ну? Вы идете?

Чувство гордости переполняло ее. Надо же, удалось всех обставить! Все четверо переглянулись и безропотно последовали ее примеру.

Ветер дул все так же сильно, срывая с ближайших деревьев листву и снося ее на обочину. Некоторые листья напоминали щупальца. Все страньше и страньше .

Седрик привел их в деревню, где вместо домов повсюду виднелись конюшни. Тут жило множество кентавров: жеребцы, кобылки, подростки и совсем маленькие жеребята. Одежду здесь не носили. На приход чужеземцев обратили внимание только малыши. Остальные занимались починкой разрушенных ураганом домов: с некоторых стойл сдуло крыши.

Они подошли к центральному зданию, рядом с которым стоял юный кентавр одних лет с Шоном.

— Я нашел этих обыкновенов неподалеку от побережья, — объяснил Седрик. — Они назвались Балдуинами. Наверное, высадились где-то рядом. Видимо, их перебросило сквозь Ворота. Разберись с этим, Карлетон, ладно?

Карлетон приблизился.

— Добро пожаловать на Остров Кентавров. К сожалению, вам нельзя здесь оставаться, если только вы не хотите стать слугами. Поскольку вы обыкновены, вы не обладаете магией, весьма полезной для нас. Но мне кажется, что вам будет лучше на материке Ксанфа среди себе подобных.

Папа наконец пришел в себя:

— Только скажите точно, где мы находимся? — Карлетон задумался:

— Вы о Ксанфе хоть что-нибудь знаете?

— Ну, если это имеет отношение к желтому азотистому соединению, называющемуся ксантин…— Под непонимающим взглядом кентавра папа прикусил язык. — Нет, мы ничего о нем не знаем.

— Тогда нам стоит обменяться информацией, — заключил Карлетон. — Во время беседы не хотите ли перекусить?

— Да! — брякнула Карен, по обыкновению не успев подумать. Они еще не завтракали, а девочка успела проголодаться.

Карлетон махнул рукой, и тут же появилась молоденькая кентаврица. Ее обнаженная полная упругая грудь так соблазнительно покачивалась, что Дэвид и Шон не могли отвести глаз. Карен почувствовала укол зависти: ведь даже уже будучи взрослой, ей ни за что не обзавестись таким потрясающим бюстом.

— В чем дело? — спросила девушка.

— Шейла, это обыкновены. Им нужно задать корм.

— Я сейчас, — кснтаврица грациозно удалилась.

— Задать корм?.. — повторил Дэвид.

Но Шейла быстро вернулась, принеся с собой миски, полные странных фруктов и другой снеди. Она поставила их па стол под навесом.

— Тут папайя, мамайя, сестрайя и братвайя, — пояснила кентаврица, указывая на миски. — Здесь черника, голубика, красника и розовика. Вот буханка с хлебного дерева и жучок-маслячок. В скорлупках молочай, — она подмигнула Карен, — с шоколадом.

Мама взяла буханку. Хлеб распался на тонкие ломтики. Она потянулась за жучком-маслячком — тот раскинул мерцающие крылышки и улетел, оставив на тарелке кусочек масла.

— Какая прелесть! — оценила мама с потрясающей выдержкой. — Спасибо, Шейла.

Кентаврица изящно изогнула торс. Глаза Шона чуть не выпрыгнули из орбит. Сама Карен едва справилась с собой, хотя и была девочкой. Однажды она тайком подглядела, как брат смотрел фильмы «детям до шестнадцати», но Шейла во много раз превосходила формы тамошних красоток. К маминому облегчению, кентаврица удалилась.

Карен схватила скорлупку с молочаем и отхлебнула. И правда — чай с шоколадным молоком и ох какой вкусный. Между тем мальчишки накинулись на разномастные фрукты и ягоды. Мама передала хлеб с маслом папе и принялась намазывать бутерброд себе.

— Ксанф — страна магии, — начал Карлетон. — Тут есть множество волшебных артефактов и большая часть людей обладает магическими талантами. У каждого талант свой. У кентавров, конечно, их нет, здесь магия считается непристойностью.

Но иногда встречаются исключения. Например, Чена, моя сестра…— он махнул рукой. — Впрочем, это к делу не относится. Иногда кентавры пользуются магическими вещами. За пределами Ксанфа находится Обыкновения, место довольно унылое по причине отсутствия магии. Обычно путь в Обыкновению лежит на северо-запад через Перешеек. Быть может, и вы выберете этот путь, чтобы вернуться на родину. А теперь можно поинтересоваться, как вы все-таки попали сюда?

Папа посвятил кентавра в подробности поездки и разыгравшейся бури, рассказал о том, как они остановились на Безымянной Косе.

— Вы что-то говорили о воротах, — заключил он, — видимо, это и есть точка соединения наших миров. Эпицентр урагана прошел над нами и, судя по всему, забросил нас в это… хм… измерение. Если, конечно, это не какой-нибудь эксперимент, проводимый на Косе.

— Остров Кентавров — никакой не эксперимент! — настойчиво заверил Карлетон. — Мы создали его столетия назад из мелких местных островков. Здесь уровень магии довольно низок, и нам это по душе. Но на материке при желании можно встретить массу волшебных явлений. Однако должен предупредить, что для непосвященных они большей частью опасны. Вы когда-нибудь имели дело с драконами?

— Драконы! — возопил Дэвид. — А можно на них хоть одним глазком взглянуть?

Карлетон смерил его ледяным взглядом:

— Не думаю, что это мудрая мысль. Драконов нужно всячески избегать, если ты не превосходный стрелок или у тебя нет специального охранного заклинания.

Тут заговорила мама:

— Значит, вы хотите сказать, что вся Флорида, то есть весь Ксанф, — это сплошная магия? Что здесь живут фантастические существа?

— Именно. Мы можем донести информацию о вашем местонахождении до правительства в замке Ругна. Они вышлют отряд вам на помощь, ведь вы не захотите идти через Ксанф в одиночку.

— Замок? — в восторге переспросила Карен. Она обожала все волшебное.

— Замок Ругна — столица людской части Ксанфа, — пояснил кентавр. — Король Дор наверняка вами заинтересуется.

— Король! — Карен была готова лопнуть от счастья. — В этой стране есть все!

— Но мы не можем бросить наш фургончик, — вспомнила мама, как всегда глядя на все с практической стороны. — Нужно его починить и потом уже ехать домой.

— Я уже не говорю о животных! — добавил папа. Карен осенило:

— Буфер! Мидранж! Твиттер! Они там, бедняги, одни!

— Они и раньше бывали одни, глупышка! — напомнил ей Дэвид.

— С вами есть кто-то еще? — спросил Карлетон.

— Наши домашние животные, — ответил Шон, — мы встретили вас так неожиданно, что даже не подумали выпустить их из машины.

— А что это за существа?

— Буфер — собака, Мидранж — кот, Твиттер — птица, — затараторила Карен. — Они — часть нашей семьи. Их просто необходимо забрать с собой.

— Конечно, прежде чем покинуть остров, сделайте это.

— Для начала машину нужно завести, — упорствовал папа. — Где ближайшая бензозаправка?

Карлетон насупился:

— Никогда не слышал о таком существе!

— Нужно топливо. Вы тут его не используете? Бензин, понимаете?

— Есть такие морские птицы — бедзины. Может быть, они подойдут?

— Такое маслянистое вещество — бензин называется. Кентавр замотал головой:

— Думаю, мы говорим о разных вещах. Не слышал, чтобы бедзины имели какое-то отношение к маслу. Они только летают и ищут рыбу. По легенде, раньше они были домашними птицами, но когда их хозяйка Бедная Зина умерла, то ли из-за несчастной любви, то ли упала из какой-то корзины, горемычные тварюшки остались без присмотра и одичали. Их и прозвали в честь хозяйки — бедзинами.

— Да уж, грустная история, — посочувствовал папа. — Но у нас неприятности. Без топлива машина не тронется с места. Ладно, для начала надо хотя бы починить двигатель. Мы, может, дохромаем до дома и на том бензине, который остался. Если, конечно, найдем дорогу.

— Вашему существу нездоровится? Вы сказали, что оно прихрамывает?

— Никакого существа нет, — объяснил папа. — Это автофургончик, домик на колесах. Мотор начал чихать и заглох. Наверное, внутрь попала морская вода.

— А целебный эликсир ему поможет?

Папа на минуту задумался и предложил:

— Лучше взгляните на него сами и решите, поможет или нет.

— Конечно, я только захвачу с собой пузырек.

Они закончили завтрак и отправились обратно к машине. Карен с нескрываемым восхищением смотрела на мускулистую лошадиную часть Карлетона. Девочка была без ума от животных, а в особенности от лошадей.

Кентавр перехватил ее взгляд:

— Ты не очень тяжелая девочка, Карен, — сказал он. — Хочешь, я тебя прокачу?

Карен сразу смутилась:

— Что ты… Я даже не знаю как… Может, когда-нибудь я займусь верховой ездой… А то я упаду…

Но ей страшно хотелось попробовать.

— Никуда ты не упадешь, — успокоил ее Карлетон.

Карен умоляюще обернулась к маме. Может, хоть в этот раз она не откажет. Мама тяжело вздохнула и отвернулась: так она всегда показывала, что препятствовать — выше ее сил.

Папа поднял дочку и посадил на мощную спину кентавра. Девочка сразу же ухватилась за шерсть — у самого торса она была подлиннее — в надежде удержаться.

Карлетон сделал шаг. Несмотря на отсутствие седла, Карен не потеряла равновесия. Ему как-то удавалось идти так, что каждое движение поддерживало девочку, давая чувство уверенности. Поэтому никакой опасности упасть не было. А ощущения превосходили все ожидания.

Они пошли дальше. Когда пришло время спешиться, Карен еще не придумала, как это сделать. Тогда кентавр протянул ей руку, и девочка соскользнула на землю.

— Спасибо, спасибо огромное! — пролепетала она. — Это была лучшая поездка в моей жизни!

Карлетон ласково улыбнулся:

— Ты напоминаешь мне мою сестренку.

— А где она?

— Ее изгнали, — он так стиснул зубы, что Карен поняла: больше об этом он ничего не скажет.

Живность была в восторге от их прихода.

Шон надел на Буфера ошейник, Дэвид проделал с Мидранжем то же самое. Многие считают, что водить котов на поводке неправильно, но водители в Майами особой аккуратностью не отличались, да и Мндранж к такому новшеству уже привык.

Вот Твиттер — это другой случай. На прогулках он всегда держался поближе к Карен, и стоило ей поднять палец, как он сразу же устраивался на нем, словно на жердочке. Поэтому у него было больше свободы передвижения. Попугай гордо занял свое место на ладони хозяйки, и та вынесла его на свет.

И собака, и кот, и птица были ошарашены видом кентавра. Они подозрительно косились на него и никак не могли понять, враг он или друг.

— На материке у эльфессы Дженни тоже есть кот, — сказал Карлетон. Он повернулся к фургончику. — А это и есть тот самый домик?

— Да, домик с мотором, — ответил папа. — Что-то вроде избушки на курьих ножках. Он может передвигаться.

— А, волшебный домик, — понимающе закивал кентавр. — И как он движется?

— Двигатель соединен с колесами, он заставляет их крутиться и двигать машину вперед, — папа открыл капот. — А вот и мотор. Провода вроде все на месте, так что тут поломка посложнее. Я не механик, и в этом деле мои возможности ограничены.

— Мои и подавно, — поддержал его Карлетон. — Я вообще мало что понял из того, что ты сказал. Так он может сейчас работать?

— Сейчас посмотрим, — папа влез в кабину и повернул стартер. Мотор кашлянул и затих.

— Потрясающе, — констатировал кентавр. — Он как будто живой, но у него очень плохо со здоровьем. Испробуем эликсир.

Он достал пузырек и уронил несколько капель жидкости на мотор. Карен еле сдержала улыбку. Она не особо разбиралась в машинных двигателях, но понимала, что это бессмысленно. Мальчишки отреагировали так же.

Папа снова запустил стартер. Мотор чихнул и мерно заурчал.

Еще несколько капель упало под капот.

— Это просто совпадение…— прошептал Шон, — или… Мотор заурчал еще веселее.

Папа спрыгнул со ступеньки кабины, оставив двигатель прогреваться:

— Как это получилось? — спросил он. — Машина вдруг завелась.

— Я просто брызнул на него целебным эликсиром, — сообщил Карлетон. — Обычно он практически не действует на неодушевленные вещи, но поскольку ваш моторчик живой — это лучшее средство. Я очень рад, что лекарство помогло. Теперь с вашим домиком все будет в порядке, он абсолютно здоров.

Кентавр поднял бровь и добавил:

— Но я так и не понял, как он передвигается.

— Смотри, — сказал папа и полез обратно на свое место. Фургон дернулся и поехал вперед. Он сделал круг и вернулся па место. Двигатель затих.

— Нет смысла тратить бензин, — пояснил папа, вылезая наружу.

— Феноменально, — восхитился кентавр. — Ездящий дом. Я такого раньше не видел.

— Но тут вроде нету мощеных дорог, — забеспокоилась мама. — И мостов тоже нет. Нам некуда ехать.

— На материке есть большая дорога, — успокоил ее Карлетон. — Но, к сожалению, там повсюду заставы троллей. Придется им платить на каждом шагу.

— Ну, к этому мы привыкли, — усмехнулся папа. — А как нам перебраться на материк?

— Мы с удовольствием перевезем вас туда на пароме. Он будет готов к полудню.

— Но ветер еще слишком сильный, — слова занервничала мама. — Это небезопасно.

— С этим мы справимся, — сказал Карлетон тем же уверенным тоном, каким уговаривал Карен прокатиться.

Мама посмотрела на него с сомнением, но спорить не стала. Кентавр ускакал, оставив семейство готовиться к путешествию.

Папа потряс головой.

— Во все это очень трудно поверить, — заявил он. — Но мне станет лучше, когда мы наконец доберемся до шоссе.

Все остальные поддержали его. Кентавры оказались дружелюбны и милы, но ситуация в целом казалась чересчур необычной. Карен уже представляла себе, как расскажет о том, где они были, своим недоверчивым друзьям. Никто, понятное дело, не поверит, но от этого не станет менее интересно.

Около полудня в поле зрения появился довольно большой корабль с четырьмя крепкими кентаврами на борту. В это время со стороны деревни прискакали Карлетон и Шейла. Парни снова вытаращились на бюст девушки. Папа тоже не игнорировал столь замечательное зрелище. Мама поджала губы — отнюдь не самый лучший признак. Карен давно научилась подмечать всякие мелочи, незаметные движения и жесты. Это много раз помогало ей избежать заслуженной трепки. Поэтому она сдержала свою радость по поводу появления кентавров.

— Я подумала, что вам пригодится в дороге немного еды, — сказала Шейла, вручая им огромную сумку с надписью «ПРОВИЗИЯ». — Тут еще молочай, булочки с медом и боксерские груши…

— Боксерские груши? — недоуменно поднял брови Дэвид. Кентаврица достала из сумки фрукт, весьма отдаленно похожий на грушу, и вручила ему. Дэвид понюхал это «нечто»:

— Пахнет собачьим кормом…

— Так оно и есть. В Ксанфе живут собаки боксеры. Они очень любят драться и постоянно устраивают состязания по боксу. Так вот эти груши — их любимое лакомство. В честь их этот фрукт и назвали. Но его уважают и другие животные. Я принесла это для ваших питомцев.

— Как мне нравится эта кобылка! — пробормотал Шон, глядя совсем не на грушу. Шейла кокетливо поправила свою дивную каштановую гриву и улыбнулась ему. Тот чуть не умер от счастья.

Корабль пришвартовался к берегу.

— Ну, если ваш домик готов, мы перевезем вас на материк, — сообщил Карлетон. — Я связался с Добрым Волшебником Хамфри, который обещал послать к вам проводника. Она и ее помощник прибудут на место ближе к вечеру. Шейла познакомит вас, а потом вернется сюда.

— Шейла поедет с нами? — спросил Шон. Его глаза уже и в самом деле готовы были выпасть из орбит.

— ам бы не хотелось, чтобы наш остров считали негостеприимным по отношению к тем, кто попал сюда не по своей воле, — объяснил Карлетон. — Обычно мы не одобряем визиты посторонних, но всегда можем войти в положение потерпевших бедствие и помочь им. Мы сделаем все, чтобы доставить вас на материк в целости и сохранности. Добрый Волшебник очень мудр, поэтому выбирает самых компетентных проводников.

— Спасибо большое, — поблагодарил папа. — Мы очень ценим ваше гостеприимство и помощь. Может быть, еще увидимся.

— К сожалению, вряд ли, — кивнул Карлетон, махнул хвостом и ускакал. Папа пошел к фургончику.

— Он немножко не в себе из-за потери сестры, — вздохнула Шейла. — Если вы ее встретите, передайте ей от него привет, он будет очень рад.

— А почему ее изгнали? — спросила Карен. Шейла поджала губы:

— У нее обнаружили магический талант. Она милая девочка, но такое запрещено на Острове. Мы считаем это непристойностью.

— Ты не знаешь, что мы считаем непристойностью, — встрял Дэвид.

— Если вы — рядовые представители своего вида, то непристойностью вы считаете свое собственное тело и его природные потребности. Все, кроме еды, — мгновенно отпарировала кентаврица. — Поэтому вы скрываете тело под одеждой, стыдясь его и притворяясь, что у вас нет нужды в дефекации и способности к продолжению рода.

Карен взглянула на Дэвида.

— Тебя опустили на все сто, — блеснула она знанием жаргона.

— Это точно, — согласился Дэвид. — Но обычаи кентавров мне нравятся больше.

— Мне тоже, — поддержала брата Карен.

Мама и Шон обменялись многозначительным взглядом. Карен заметила, что Шон начинает вести себя по-взрослому.

Фургончик завелся и медленно въехал на паром. Устраиваясь поудобнее, он слегка задел обшивку. Дэвид и Карен забежали вслед за ним и заблокировали колеса на случай, если тормоза не выдержат.

Потом все успешно погрузились на борт, и кентавры подняли якорь. Затем развернули парус и крепко привязали его. Ветер продолжал стараться изо всех сил, так что корабль быстро летел по волнам. Шли галсами. Все четверо кентавров-моряков знали свое дело. У каждого было свое место у паруса, румпеля или руля.

— Самое время перекусить, — предложила Шейла. — Чтобы переплыть пролив, потребуется время, а на материке вам будет не до еды.

Мама пересилила себя и предложила:

— Может быть, поешь с нами, Шейла?

— Конечно, — ответила кентаврица, — я сейчас схожу за табуретками для вас.

Она отошла к другому борту и принесла четыре табуретки в форме жаб. Когда все расселись, раздалось дружное «кв-в-а-а-а!».

— Как интересно, — заметил папа, — у нас жабы молчат, квакают только лягушки.

— Обыкновения — загадочное место, — вежливо ответила Шейла. — Наши жабы не придерживаются никаких ограничений.

Пока они ели, паром достиг берегов материка. Береговая линия поросла джунглями из странных деревьев. Перед ними простирался золотистый пляж.

— Золотой Берег, — объявила Шейла. Туда они и высадились.

— Я покажу место стоянки, где вы подождете проводника, осталось уже недолго, — сообщила кентаврица. — Ваш домик может ехать рысью?

— Если по твердой почве — то да, — ответил папа. — Пляж вполне подойдет.

— Нам нужно на самый край Золотого Берега. Потом вы поедете по дороге троллей, она уж точно подходит для езды. Я поскачу впереди, а вы подстраивайтесь, ладно?

Семейство погрузилось в фургончик, и папа завел мотор. Машина развернулась, чтобы ехать за Шейлой. Все дети смотрели в ветровое стекло, чтобы видеть, что происходит.

Сначала кентаврица пошла шагом. Как только они ее догнали, она припустила рысью. Поскольку машина не отстала, она перешла на галоп. Ее роскошные волосы развевалась на ветру.

— Хочу увидеть ее спереди, — бормотал Шон.

— Ты уже достаточно на нее насмотрелся, — отрезала мама.

Так они и ехали со скоростью двадцать пять миль в час. Видимо, это была средняя скорость передвижения кентавров. Вскоре впереди показалось нечто напоминавшее гигантскую подушку, лежащую на песке. Тут Шейла и остановилась.

— Ух ты, ваш домик быстро движется, — заметила кентаврица.

Она тяжело дышала. Это лишь способствовало выпаданию глаз Шона из орбит. В Майами надо будет отправить его к врачу.

— Я начинаю думать, что Обыкновения — не такое уж и унылое место, как говорят.

— Там есть свои плюсы, — дипломатично ответил папа. Шейла посмотрела на наручные часы. При ближайшем рассмотрении они оказались парой глаз, нарисованной на кисти. Они подмигнули ей, что, видимо, имело какой-то скрытый смысл.

— Ваш проводник скоро будет на месте.

Все уселись и стали ждать.

Глава 3

ХЛОРКА

Хлорка пребывала в восторге от самой себя. Оказывается, так здорово быть красивой и умной! Тем более в компании не менее умного и красивого, хоть и немого мужчины. Но постепенно восторг стал улетучиваться. Никто не видит ее блистательной внешности! А Филя — одна только иллюзия, ведь на самом деле он отнюдь не принц. И ко всему прочему именно он сделал из Хлорки красавицу. Так что этот не в счет. Надо, чтобы вокруг находились нормальные люди, чтобы они восхищались и завидовали. Но вернуться в родную деревню нельзя, там кто-нибудь может узнать ее, и тогда весь триумф насмарку. О соседних деревнях вообще ничего не известно. Где же можно продемонстрировать миру свои прелести? Пусть новый ум поработает над этой задачкой.

Над головой у Хлорки вспыхнула яркая лампочка. Нужно пойти к Доброму Волшебнику Хамфри с Вопросом! Такие походы одобрены законом. Конечно, когда она получит ответ, придется отработать за него целый год, и тут-то как раз и можно, опять же с одобрения закона, блеснуть своей внешностью. При этом появится возможность сделать что-то полезное. Ведь теперь Хлорке так этого хочется.

Пора придумать Вопрос. Только все должно быть честно. Что ей действительно интересно узнать?

Озарение пришло почти сразу. Как замечательно иметь такой ум! Стоит только подбросить проблемку, как он сразу принимается за нее с мощностью в двадцать кентавровых сил! Конечно, нужно спросить, куда же подевалась ее последняя слеза. Хлорка уже давно раздумывала на эту тему, а теперь подвернулся случай это выяснить.

— Филя, — объявила она, — мы отправляемся в замок Доброго Волшебника Хамфри, я хочу задать ему вопрос.

Филя посмотрел на спутницу с сомнением. Даже слегка встревоженно. Он, наверное, подумал, что не поправится Доброму Волшебнику.

— Не беспокойся, — ласково сказала Хлорка, — я расскажу ему, как ты мило со мной обошелся, хотя на самом деле ты ослик с хвостом дракона. Я уверена, он все поймет.

Филя вроде не очень успокоился. Но это ничего, он расслабится, когда увидит, что все идет как надо. Добрый Волшебник знает все, а значит, и то, как он хорошо поступил с несчастной девушкой. А если у Хамфри появятся какие-то сомнения, он сверится со своей Книгой Ответов и выяснит все относительно немого дракона. Значит, нет повода для беспокойства.

Но есть небольшая неприятность: неизвестно, как без особых хлопот добраться до заветного замка. Хлорка жила па северо-востоке Ксанфа, а замок должен быть где-то в центре страны. Идти туда долго и сложно.

Но с этим наверняка может помочь Филя.

— Филя, я хочу быстро, безопасно и с комфортом добраться до замка Доброго Волшебника Хамфри. Знаешь, как это сделать?

Филя кивнул.

— Тогда покажи как.

Филя зашагал к ближайшей деревне. Вскоре он обнаружил аккуратную тропинку, и уже через два или три поворота они очутились у указателя. Он гласил «Ив ангород». Точно! Теперь Хлорка вспомнила. Всех в этой деревне вне зависимости от пола звали либо Иван, либо Ваня, либо, в крайнем случае, Ван. Жители занимались производством вантузов. Они делали ван-тузы разных размеров и цветов. Здесь можно было встретить и маленькие сувенирные, и нормальные рабочие модели. В общем, этот промысел шел в гору.

Филя подвел девушку к небольшой металлической коробочке, прикрепленной под табличкой с названием. Устройство называлось «Позвани Ваньке». Рядом болтался шнурок с крошечным вантузом со встроенным колокольчиком на конце. Хлорка за него дернула. Колокольчик звякнул, в коробочке приоткрылась щелка. Из нее раздался сварливый голос:

— Хватит Ваньку валять!

Хлорка огляделась, но никакого Ваньки не нашла.

— Я никого не валяю. Я просто хочу как можно быстрее добраться до замка Доброго Волшебника Хамфри.

— Нужен аванс ! потребовали из коробочки. Девушка осмотрелась в поисках чего-нибудь подходящего.

Неподалеку росло пирожковое дерево. Теперь главное — сделать правильный выбор. Новенькие извилины сработали на удивление быстро: Ване наверняка поправится ванильная сдоба! Она сорвала пирожок и засунула в щель.

— Маловато, — заявил голос. Хлорка скормила в дырку еще один.

— Надо же, какой 6олван! — шепнула она Филе.

— Я не болван, а болванщик, делаю болванки для шляп! — отозвалась коробочка. — Теперь я свяжусь с нашим Созванием, и мы пришлем вам рыдван. А пока будете ждать, присядьте и попейте иван-чая.

Хлорка и Филя уселись за столик, стоящий рядом, и принялись за содержимое кувшина. Напиток был чуть пряный, но приятный. После второй чашки в голове у Хлорки зашумело. Видимо, в него для вкуса добавили иван-да-марьи. (Она слышала, что в других частях Ксанфа эту травку называли марихуаной.)

На тропинке появился мускулистый мужчина. На плече он нес огромный топор.

— Вы извозчик? — спросила Хлорка, любуясь бицепсами незнакомца.

— Что вы! — запротестовал он. — Я дровосек Иван. А вам бы, мисс, я посоветовал так не налегать на иван-чай, а то голова закружится.

Хлорка обхватила голову руками, чтобы предупредить очередной приступ головокружения. Стало чуть-чуть лучше.

— Спасибо большое за совет.

— Да не за что, милашка, — добродушно брякнул Иван и пошел своей дорогой.

Хлорка покраснела от удовольствия. Но тут же вспомнила, что она и в самом деле очень мила и комплимент был заслуженным. Но все равно к таким проявлениям внимания она еще не привыкла, так что будет смаковать их еще долго.

На дороге появилось облачко пыли. Облачко быстро приближалось и в конце концов остановилось прямо у столика, сформировавшись в некое подобие кареты. Надпись па ней гласила: «Эх, прокачу!». Дверца распахнулась. Филя полез внутрь, Хлорка последовала его примеру. В салоне обнаружилось мягкое сиденье как раз на двоих.

Дверца захлопнулась. Рыдван с ревом рванул вперед. Они неслись по тропинке с огромной скоростью, за окном мельтешили стволы деревьев.

— Ты уверен, что так и должно быть? — поинтересовалась девушка.

Филя кивнул. Только теперь она расслабилась. Впереди было еще одно сиденье, а за ним — прозрачная пластина. Они мчались на всех парах, лес летел им навстречу.

Над сиденьем Хлорка разглядела надпись: «Ваш водитель демон Страхолюд».

Она снова начала нервничать.

— Филя, эта надпись…

Внезапно на переднем сиденье возникло рогатое существо. Судя по всему, тот самый демон. Очень даже симпатичный. И почему такое странное имя?

— Эта надпись только для того, чтобы запугать тех, кто оставляет плохие чаевые, — сообщил Страхолюд. — Вы заплатили все авансом, так что беспокоиться не о чем. Разве что я не справлюсь с управлением. Ведь мое настоящее имя — Лихач. Обожаю лихачить!

Рыдван резко вильнул, уворачиваясь от дерева.

— Ой! — взвизгнула Хлорка. — А что за чаевые? Это имеет отношение к тому иван-чаю, который мы пили?

— Нет, чаевые — это благодарность мне за успешную доставку пассажиров на место. Но с вас, прекрасная барышня, я возьму один лишь поцелуй.

Девушка взглянула на Филю, тот согласно мотнул головой. Хлорка наклонилась вперед и поцеловала демона в правое ухо.

Рыдван взмыл в воздух, затем ринулся вниз.

— Bay! — восхитился Лихач-Страхолюд. — Вот это был поцелуй!

— Спасибо, — пробормотала девушка, заливаясь краской. Раньше ей не приходилось краснеть так часто.

Рыдван с визгом затормозил у самого края жутко глубокой расщелины.

— Пересадка, — сообщил водитель. — Провал за пределами моей компетенции.

— Спасибо большое, — поблагодарила Хлорка, выбираясь из кареты. — Ты самый милый и лихой демон скорости!

Теперь краской залился демон. Он стал благородного темно-красного цвета, местами от него валил пар.

— Я, пожалуй, пойду, — смущенно пробормотал он. Рыдван взвился в воздух и взял курс обратно на северо-восток.

Солнце уже готовилось скрыться за горизонтом. Видимо, поездка длилась достаточно долго. Огромная черная тень поднялась из Провала и приземлилась рядом. Тень напоминала птицу рок, только черного цвета. В коггях она сжимала небольшую корзину с надписью «Ночные перелеты».

Хлорка кивнула. Значит, эта птица летает только ночью. Все рассчитано верно.

Филя залез в корзину, которая оказалась больше, чем показалось вначале. Размер птицы зрительно уменьшал ее. Хлорка присоединилась к спутнику. Птица расправила крылья и спрыгнула вниз, в Провал.

На секунду желудок подскочил к горлу, но потом гигантские крылья поймали струю ночного воздуха, и все встало на свои места.

Они летели не через Провал, а внутри него, оставаясь в темноте, пока последний свет дня озарял края расщелины и парящие над ней облака. Хлорка перегнулась через борт корзины, стараясь разглядеть внизу блеск чешуи легендарного Провального дракона. Но под ними клубилась лишь осязаемая тьма. Поскольку трогать этот мрак не хотелось, девушка старалась не обращать на него внимания. Когда же ночь окутала весь Ксанф, птица, миновав Провал, набрала высоту и полетела над джунглями. Внизу, там где местные жители жгли костры, виднелись огоньки. А может, это вовсе не безобидные костры, а дыхание драконов, вылезших из логова на ночную охоту? Но все равно красиво.

Вдалеке засияли огни замка, на темном фоне проступили стены и башни. Было уже не просто красиво, а потрясающе красиво. Хлорка смотрела вперед в немом восторге. Как бы хотелось побывать в таком замке! Как, наверное, здорово жить там, быть принцессой… Нет, пусть даже горничной! Может быть, она сейчас и привлекательна, но когда она расстанется с Филей, чары спадут и она вернется к своему унылому «я». И все мечты рассеются как дым! Она не пожалела бы последней слезы, если бы знала, конечно, где она, плача о своей навеки потерянной мечте.

И именно поэтому Хлорка сейчас направлялась к Доброму Волшебнику. Она рассмеялась, но в этом смехе сквозила изрядная доля горечи.

Птица подлетела к великолепному замку и приземлилась прямо у рва. Все, они на месте!

Филя вылез из корзины и помог выбраться Хлорке. Темная птица взлетела и неслышно растворилась в ночи. Они остались один на один с сияющим замком.

Хлорка отлично знала, что не стоит пробовать пройти испытания ночью. Она решила подождать до рассвета. Вдобавок есть неплохой шанс выспаться.

Внезапно ее сонную голову посетила мысль:

— Филя, а тебе нужно спать?

Красавец покачал головой. Нет, не нужно.

— Тогда не мог бы ты посторожить меня, пока я буду спать? Если тебе несложно, конечно. То есть ты безупречен во всех отношениях, но я не хотела бы, чтоб ты переутомился, — она грустно засмеялась. — Понимаешь, в нормальном состоянии я об этом бы даже не заикнулась, я на этот счет даже не побеспокоилась бы… Но теперь я красивая и мне не все равно. И все благодаря тебе. Выполнишь мою просьбу, ладно?

Филя кивнул.

— Хорошо, ты тогда держи ухо востро и разбуди меня, пожалуйста, перед восходом солнца. Тогда я смогу в полной мере насладиться его красотой.

Хлорка принялась собирать листья для подстилки. Но тут ее осенила еще одна идея:

— А ничего, если ты на время станешь таким, как раньше? Я на тебя тогда положу голову. Если нет, ты сразу скажи…

Филя снова стал драконом с головой осла. Он лег на землю, Хлорка пристроилась рядом с ним. Хотя на шкуре были чешуйки, теперь они стали мягкими.

— Знаешь, ты, правда, смешной, — заметила она. — И чем больше ты для меня делаешь, тем больше ты мне нравишься… Даже такой, как сейчас. Надеюсь что это тебя не смущает…

Филя дернул ухом, показывая, что это ему только приятно. Хлорка свернулась калачиком и мгновенно заснула.

Она проснулась оттого, что щекотало нос что-то мягкое.

— Кто? Что? Где я?

Потом Хлорка сообразила, что это Филя тыкался в нее ухом. Она же просила разбудить се за несколько минут до рассвета, что тот и сделал.

— Спасибо, — улыбнулась она.

Несколько минут прошло, и небо порозовело. Разноцветные лучики показались из-за верхушек деревьев. Брюшки соседних облачков матово засияли. Затем, когда стало совсем светло и безопасно, над лесом взошло солнце. Солнце никогда не вставало ночью, потому что боялось темноты.

— Великолепно! Я знала, что так и будет! — восхитилась Хлорка. — Спасибо, Филя, за то, что меня разбудил.

Она ласково почесала ослика за ушком, затем вскочила:

— Ты пока поищи что-нибудь поесть, а я приведу себя в порядок.

Филя заковылял прочь, а Хлорка зашла за ближайший кустик совершить необходимый обряд. Оправив платьице, она достала расческу и занялась волосами. Роскошные локоны переливались в мягком утреннем свете. Они так и остались зеленовато-желтыми, но теперь зеленый стал глянцево сочным, а желтый — отливал золотом. Девушка посмотрела в лужу и увидела свое отражение: сейчас она напоминала принцессу, только что вернувшуюся из прекрасной страны сновидений. Как жаль, что это приключение когда-нибудь закончится!

Хлорка вернулась к тому месту, где они провели ночь, и увидела Филю, который семенил к ней, аккуратно держа губами шоколадные и ванильные пирожные. Он, наверное, нашел хорошее пирожковое дерево. В истинном обличье рот у Фили был достаточно вместительный, так что туда уместилось большое количество сластей. Все были в целости и сохранности.

Тут Хлорка спохватилась:

— А я от этого не потолстею?

Филя замотал головой. Что ж, ему виднее. Ведь это он сделал ее такой. Больше не беспокоясь, Хлорка накинулась на еду. Дракончик с удовольствием смотрел, как она ест.

— Ой, ты же сам голодный! Съешь хоть одно пирожное!

Филя заколебался, потом кивнул. Но все равно смотрел на сладости с сомнением.

— Только в таком виде ты слопаешь все сразу и ничего мне не оставишь. Превратись в того красавца и давай завтракать.

Дракон исчез, вместо него появился вчерашний душка. Филя взял пирожное и надкусил. Видимо, ему понравилось. Тут Хлорку осенило:

— А как же кусачие мошки? Ночью они летают повсюду. Но меня почему-то не покусали… Ты отогнал их?

Филя подтвердил.

— Вот уж не знаю, что я буду делать без тебя, когда все закончится! Мне все очень нравится, хотя мы еще не сделали ничего значительного или неприличного, — она окинула молодого человека оценивающим взглядом. — Ничего, неприличное может и подождать. Еще нужно пройти три испытания, чтобы попасть в замок.

Они стояли прямо у рва. Утром замок тоже выглядел замечательно. Вода во рву была спокойной, не было заметно признаков присутствия ровных чудовищ. Подъемный мост поднят. Вброд никак не перейти. Как раз неподалеку располагалась пристань, а к ней была привязана лодка.

Тут Хлорка заметила, что на траве у ее ног что-то лежит. Она наклонилась и подняла маркер. Такими дети пишут свои имена на одежде. Нет смысла бросать его тут, лучше взять с собой — авось пригодится! Она засунула находку в сумочку.

— Ну что, пойдем посмотрим, каково это! — весело сказала Хлорка. — Но это мое испытание, поэтому просто иди за мной. Я уверена, что ты наверняка знаешь, как пройти все этапы, но не подсказывай, а то это будет нечестно. Тем более что я с удовольствием справлюсь со всем сама. Хочу еще раз проверить мою новую смекалку.

Она сделала шаг к лодке. Внезапно ниоткуда появился огромный циклоп и двинулся к девушке. Чудище топало вперед, угрожающе расставив руки. В последний момент оно круто развернулось и исчезло. На спине существа девушка успела разглядеть надпись: «циклоп».

Хлорка так резко отступила назад, что не удержала равновесие и шлепнулась на землю. Хорошо, что в последний момент она успела дернуть подол юбки вниз! Будь она обычной несимпатичной девчонкой, ничего бы не случилось, если бы юбка задралась и явила миру ее трусики. Но теперь она очень привлекательна, и такая ситуация была бы непростительна.

— Какой ужас! Это не просто циклоп, а цикл-оп! On! — и меня нет! Как же мне теперь пройти?

Стоящий сзади Филя пожал плечами. Значит, сохраняет нейтралитет. Хлорка заподозрила, что это неспроста. Нет, Филя всегда дружелюбен, а сейчас он хочет сказать, что есть какой-то вход в замок, который важно пустить в ход. Конечно, вход есть, ведь в ином случае это было бы нечестно.

Хлорка немного подумала, потом поразмыслила, потом обмозговала задачку и решила, что ничего не получится, если не найти правильный подход. Обойти или побороть циклопа не выйдет. Она снова задумалась. Здесь явно скрыто то, что на самом деле очевидно. Потому что так устроены все испытания Доброго Волшебника. Он терпеть не может, когда все пристают к нему с дурацкими вопросами, поэтому изобрел эти испытания. Но, уж если кто проходит их, он играет по-честному и дает самые подходящие с его точки зрения ответы. А вот с точки зрения многих, он — просто ворчливый гном. Однако здесь такая версия не рассматривается. Так как же быть? Новый ум снова сосредоточился на циклопе в поисках свежих решений и обходных путей. Что же здесь скрыто, но на самом деле очевидно? Вокруг ничего необычного не было, никаких дверей в подземный тоннель или чего-нибудь подобного. Единственное примечательное — это найденный маркер.

Ха! Ну конечно! Рядом с замком Хамфри ничего так просто не валяется! Значит, маркер для чего-то нужен. Вот и ключ к разгадке.

Хлорка вытащила находку. Обычный старенький маркер. Как он ей может помочь?

Им нужно что-то сделать? Маркер… Волшебный маркер… Приклеить марку к циклопу? Маловероятно, он раньше успеет схрумкать ее прекрасное, но беззащитное тело. Вообще маркером обычно рисуют или пишут…

Пишут!.. Предположим, можно что-нибудь им написать… Но зачем? Что-то вроде: «Пошел вон, циклоп»?

Хлорка отыскала в сумочке маленький блокнотик, сняла с маркера колпачок и вывела: «Пошел вон, циклоп».

Ничего не произошло. Ладно, сейчас попробуем. Она шагнула к пристани с лодкой — циклоп снова устрашающе понесся на нее. Девушка отпрыгнула назад — чудище испарилось.

Значит, это неправильно. Видимо, маркер нужен для чего-то другого. Как еще можно его использовать? Но даже в новую умную голову ничего не приходило.

Хлорка оглянулась на Филю, но тот упорно демонстрировал полное бесстрастие.

— Э… Если хочешь поспать…— Да нет же, он уже сказал, что никогда не спит! — Может быть, поиграешь в какую-нибудь интеллектуальную игру сам с собой? А то я не хочу раздражать тебя своими глупыми попытками.

Филя кивнул, отошел и уселся на траву. Ей стало интересно, о чем может думать дракон с головой осла. Надо будет как-нибудь спросить его об этом. Но только потом.

Хлорка зачеркнула надпись. Вокруг нее распространилось легкое сияние. Она огляделась, но ничего подозрительного не заметила. Значит, это магия. Зачеркнув надпись, она отменила предыдущее заклинание. Знать бы только, в чем оно заключалось.

Почему же у нее возникает столько проблем с тем, что должно быть очевидно? Даже кажется, что в глупом состоянии она догадалась бы быстрее.

Тут у нее над головой тускло засветилась лампочка. Может быть, все три испытания направлены на ее предыдущее, не отличающееся умом «я». Может, Добрый Волшебник Хамфри не заметил, что она поумнела. А может, и заметил, но не придал значения. Поэтому он устроил ей легкое испытание, и она сейчас слишком умна для него.

— Что ж, попробуем подумать по-старому, — сказала Хлорка сама себе.

Она перевернула страничку и написала «циклоп», потом аккуратно зачеркнула слог «ци». Хлорка снова ощутила покалывание магии. Неужели сработало?

Она шагнула вперед и увидела крошечное существо, копошащееся у ее ног. А вот и клоп! On! — И его нет! Но девушка пожалела несчастную тварюшку. Клоп попытался броситься ей под ноги, но она его просто перешагнула. Ура! Первое испытание позади! С помощью волшебного маркера ей удалось превратить опасного циклопа в совершенно безобидного клопа. Цель испытания — назвать врага и переименовать его должным образом. Понятное дело, задачка тривиальная.

Хлорка направилась ко рву. Где тут пристань и лодка? Лодка оказалась на месте, а вот пристань исчезла. Вместо нее на берегу сидел самый здоровый, жуткий, волосатый и отвратительный паук, которого она когда-либо видела. За один присест он ее, конечно, не проглотит, но за два или три вполне справится. Тем более пауки не любят сжирать жертву целиком и сразу, они предпочитают опутать ее паутиной и смаковать добычу, постепенно высасывая соки. Хлорке совсем не хотелось знать, насколько вкусны соки ее молодого прелестного тела.

Она попятилась — самое разумное, что можно было сделать. Паук не побежал за ней. Наоборот, теперь вместо пего на берегу снова расположилась симпатичная пристань. Девушка бегом бросилась туда, но паук возник опять, а пристань исчезла.

Хлорка отступила назад, теперь внимательно глядя на противника. Тот растворился, уступив место пристани. Ага, значит, они превращаются друг в друга. Так это же беспристанный паук! Он беспрестанно превращается в пристань, а когда снова становится пауком, она, Хлорка, остается без пристанища!.

Но тут явно одной заменой букв П и У в слове «паук» на К и Ю не отделаешься. А даже если это сработает, каюк пристани ей абсолютно ни к чему. Доски развалятся, и, чтобы сесть в лодку, ей придется испачкать свои изящные туфельки. Нужно поймать момент, когда паук снова станет пристанью. Но только вот как?

Должен быть до глупости простой ответ… Вот! Подкупи паука! Но чего же еще он хочет, кроме как отведать ее кровушки? Что еще ему может понравиться?

Волшебный маркер! Больше он не понадобится, но пауку эта игрушка может приглянуться. Теперь главное — убедить животину, что эта штука ему пригодится.

Хлорка осторожно сделала несколько шагов вперед, готовая в любой момент дернуть назад.

— Послушай, очаровашка! — крикнула она. — У меня для тебя кое-что есть!

Паук плотоядно засучил лапками. Капля ядовитой слюны упала на землю, задев крошечный, еще совсем слепой кустик куриной слепоты. Он еще не успел стать цыпленком и уже никогда не превратится в гордую птицу. Хлорка, если б могла, расплакалась бы от жалости.

— Нет, меня ты не съешь, — быстро поправилась она. — Под этой миловидной внешностью скрывается абсолютно худосочная и невкусная личность. Но у меня есть то, что понравится тебе больше, — волшебный маркер!

Девушка повертела его в руках.

— Этот маркер может превращать одно в другое. Смотри, сейчас покажу, — она огляделась в поисках побегов лука. Присмотрев симпатичную луковицу, она положила ее перед собой. Затем Хлорка старательно вывела в блокноте слово «лук» и исправила букву «л» на «ж». Лук стал толстым круглым жуком.

— Видишь? Ты наверняка всегда мечтал об этом, — весело продолжала она. — Представляешь, что ты сможешь сделать с большим луком?! У тебя получится самый громадный сочный и вкусный жук в Ксанфе! Попробуй то же самое с буком и суком.

Паук пустил слюну снова. Значит, ему нравится.

— Я отдам тебе этот маркер за крошечное одолжение, — осторожно продолжала Хлорка. — Просто стань ненадолго пристанью и пусти меня в лодку. Тогда маркер и блокнотик — твои. Ты сможешь…

Хлорка запнулась, ей в голову пришла нелепая мысль.

— А ты умеешь писать?

Паук качнул головой. Нет, не умеет.

Вот те на. Но котелок продолжал варить на ура.

— Хорошо, а рисовать умеешь? Сейчас проверим, сработает ли с картинками.

Девушка выковыряла еще одну луковицу и села рядом. Схематично набросав лук, она перечеркнула рисунок п изобразила снизу жука.

Лук снова стал жуком. Значит, получается и с картинками. Может быть, Добрый Волшебник решил, что она глупа настолько, что не умеет писать? Что ж, он недалек от истины. Хлорке никогда не удавалось перейти во второй класс школы кентавров, и справлялась она только с написанием двухсложных слов. Если бы ее попросили написать «квинтэссенция», она бы долго мучилась.

— Так что, если умеешь рисовать, маркер сделает все, что пожелаешь, — заключила она. — Не знаю, что он еще может, но у тебя тут полно лука, и жуков ты можешь наделать, сколько влезет. Ну что, мы договорились?

Паук кивнул.

Но тут Хлорка засомневалась. А вдруг он обманет? Вдруг он схватит и ее, и маркер? Нет, все должно быть честно, Добрый Волшебник не устроил бы подлого испытания. Она выпятила живот… Нет, это неженственно. Хлорка высоко подняла подбородок и гордо прошествовала к пауку. Если он ее сцапает и попытается высосать, она отравит его внутренности, не зря же у нее такой талант. Но будем надеяться на лучшее.

Паук покорно превратился в пристань. Хлорка легко ступила на доски и села в лодку. Потом она положила на причал волшебный маркер и блокнот. Отвязав веревку, девушка взяла весло и отчалила.

— С тобой приятно иметь дело! — жизнерадостно крикнула она.

На месте пристани опять возник паук, сжимая в лапках маркер. Он помахал ей вслед длинным усиком. Еще одно испытание позади.

Упс! Она забыла Филю.

— Эй, там, на суше! Филя! Иди сюда! — Хлорка подгребла назад.

Филя подошел. Паук вежливо превратился в пристань, помогая ему перебраться в лодку. Он, наверное, принял Филю за дракона с толстой чешуей, а с таким связываться не стоит.

Через ров удалось переплыть без сюрпризов. Но Хлорка точно знала, что должно быть еще третье испытание. В чем же оно заключается? Задачи, понятное дело, никогда не повторяются. Хорошо, что это не ровное чудовище, с ним что делать — непонятно.

Они пришвартовались в саду, разбитом вокруг замка. Как только они вылезли на берег, лодка сама отправилась назад, отрезая их от земли. Все, теперь пути назад нет.

Хлорка оглядела сад. Он был одновременно милым и отвратительным. Левая часть заросла какими-то корягами и вонючими сорняками, статуи способны были вызвать тошноту. Правая сторона садика представляла собой коллекцию чудных, нежно пахнущих цветочков и деревьев. Идти дальше хотелось именно по этой стороне.

Но дорожка вела через омерзительные заросли, и идти пришлось туда. Попасть в красивую часть, не поломав хрупкие ветки и не потоптав нежную травку, было просто невозможно, а крушить все на своем пути у Хлорки не поднималась рука. Однако пробраться через мрачную часть даже по дорожке было сложновато. Тропинка поросла терновником, шиповником, какими-то колючками, кусачками, а также вонючкой. Кто хоть раз наступит на это зловредное растение, будет вонять потом всю жизнь.

Чем дальше Хлорка продиралась, тем яснее становилось, что дальше идти невозможно. Вот уж действительно отвратительный сад. Так что вот оно, третье испытание.

Она вернулась к Филе, который стоял и ждал с независимым видом. Теперь прелестное платье Хлорки было изодрано в клочья, руки и ноги исцарапаны в кровь. Просто жуть!

Девушка с тоской посмотрела на симпатичную часть зарослей. Как жаль, что там нет дорожки! Но ветки и лозы переплетались так же тесно, как и в левой стороне. А проламываться через них можно было с тем же успехом.

Но должен же быть какой-то путь! Значит, все дело в дорожке. Хлорка посмотрела сначала налево, потом направо. Что-то она все-таки упустила.

Дорожка была обсажена подорожником, что наводило на мысль о дороге, и путевками, которые не могут существовать без пути. Кое-где торчали измученные странники. Видимо, это подсказки, чтобы сразу стало понятно, что дело в дороге.

Над головой у Хлорки тускло замерцала лампочка. Странники — может, нужно сделать что-то с ними? Пусть они протопчут просеку там, где надо. Это версия.

Девушка потянулась за самым спелым стеблем, но достать не смогла. Она попробовала еще раз, но только поцарапалась. Нет, должен быть другой выход.

Поменять дорогу нельзя. А может, можно поменять садики? Маленькая лампочка над головой засветилась ярче. Но вспышка пока не последовала.

Как же это так сделать, чтобы дорожка проходила через приятную часть сада? Способ точно есть. Выворачивать наизнанку — одно из самых любимых занятий Хамфри.

Хлорка еще раз осмотрела сад и дорожку. Теперь она углядела, что на обочине стоит ужасающего вида декоративная ваза, а в ней что-то лежит. Девушка подошла к этому творению сумасшедшего скульптора, осторожно ступая между колючками и кусачками, и заглянула внутрь. Фу! Внутри была навалена куча омерзительных удобрений. Вроде бы не ядовитые. Хлорка всегда могла отличить ядовитое от неядовитого, ведь это ее талант. Просто очень мерзкие удобрения.

Прямо через дорожку росла чахлая, не менее мерзкая на вид времяника. Девушка внимательно обследовала и ее. С времяникой нужен глаз да глаз, все это знают. Она может ускорять и замедлять события, даже менять время дня. Обычно люди держатся от нее подальше. Но почему она растет здесь, рядом с дорожкой и удобрениями? Лампочка готова была вспыхнуть.

Мерзкие удобрения, мерзкая времяника… Мерзкая часть сада. Это неспроста. Удобрения, несмотря па запах, делают все добрым, хорошим. А времяника… Она связана со временем, и иногда время бывает неподходящим, плохим. Само по себе оно совсем не плохое, просто наступило не вовремя. А что если немножко удобрений бросить на времянику? Тогда недобрый час должен стать добрым! Конечно!

Хлорка взяла искореженный совок, зачерпнула отвратительной жижи. Конечно, выглядит все печально, но если она окажется права…

Девушка бросила горстку удобрения на замученную времянику. Несчастное деревце почти сразу позеленело и выпрямилось. Наступила ночь.

Что? Хлорка огляделась. Но до ночи еще было далеко! Это все времяника! Она ускорила время, отправив садик в глубокую темноту. Стоило это предусмотреть.

Только вот что это дало? Ночью пробираться сквозь заросли гораздо сложнее. Если только не…

Но тут Хлорка хлопнула себя по лбу. Теперь мрачная часть сада стала симпатичной, и наоборот! Это садик «день и ночь», его половинки различаются так же, как эти два времени суток. И теперь дорожка вилась среди ласковой травы и нежной растительности. Все, наконец-то пройдены все испытания.

— Пойдем, Филя, — сказала Хлорка таким тоном, как будто бы только что покончила с очередной домашней обязанностью. — Нанесем визит волшебнику Хамфри.

Она зашагала по дорожке, путь ей освещали висящие на ветках светлячки.

Тропинка привела прямо к входу в замок. Хлорка постучалась, ворота немедленно открылись. Миловидная женщина приветственно подняла руку.

— Добро пожаловать в замок Доброго Волшебника, Филя и Хлорка, — сказала она. — Меня зовут Вира. Я его невестка. Проходите, пожалуйста.

Значит, их ждали. Хлорка радовалась, что ей удалось найти честный способ пройти все испытания.

Они вошли. Внутри оказалось светло, солнечные лучи проникали через окна. Хлорка поняла, что ночь была не настоящей, а локальной, только лишь эффектом садика. Стоило им отойти от времяники, как все стало на свои места.

— Откуда ты знаешь наши имена? — поинтересовалась Хлорка. — Ведь ты, если память мне не изменяет, даже не видишь нас.

— Да, я слепая, — согласилась Вира. — Но я отлично знаю замок и не заблужусь. Я слышала, как Добрый Волшебник ворчал по поводу вас. У него не возникло сложностей с определением тебя, Хлорка, но вот твой друг поставил его в туник. Ему даже пришлось свериться с Книгой Ответов. Там тоже не оказалось никакой информации о нем. Но в Книгу можно зайти с другой стороны, а об этом Волшебник забыл. Там как раз и говорится, что Филя — это дракон с головой осла, его талант состоит в том, что он исполняет любое желание своего спутника. Его полное имя — просто Филя. Волшебник никак не мог смириться с тем, что он не знал о его существовании. Боюсь, что это начинает сказываться возраст.

Хлорка улыбнулась:

— В Книге Ответов, как всегда, все сказано верно. Филя совсем не тот красавец, который сейчас перед тобой. Мое сердце всегда открыто для него, потому что я сужу о нем не по внешности, а по делам. Его единственный недостаток в том, что он не может говорить. А он и в самом деле сделал мою жизнь на некоторое время лучше.

— На некоторое время?

— Я знаю, что все очень скоро кончится и я вернусь к своей скучной исковерканной жизни. Но я всегда буду помнить это замечательное приключение, единственный счастливый момент в моей жизни. И все благодаря Филе. Сейчас мне хочется жить в полную силу.

— Боюсь, Хамфри потребует от вас большего, чем вы ожидали.

— Нет-нет, год службы входит в мои планы, — весело засмеялась Хлорка. — Я готова на все. Это продлит мое приключение.

Вира подвела их к некрасивой женщине, штопавшей гору носков:

— Мать София, к нам посетители.

София подняла глаза:

— Ты уверена, что хочешь задать Вопрос Ему Самому? Он потребует от тебя год тяжелого труда.

— Конечно, — подтвердила Хлорка. — Я только этого и хочу. Чем больше приключений, тем лучше.

— Что ж, как пожелаешь. Вира отведет вас к нему.

Слепая девушка провела их по каменной лестнице в тесную комнатку. В потемках, уткнувшись носом в огромную книгу, сидел Добрый Волшебник Хамфри. Он посмотрел на вошедших.

— Я вас слушаю, — пробурчал он.

— Где моя последняя слеза? — бойко спросила Хлорка.

— У тебя в глазах, она поделена между ними и увлажняет их. Половина ее находится в одном глазу, половина в другом. Без нее ты ослепнешь.

Хлорка удивилась:

— Никогда раньше об этом не задумывалась! Конечно, это именно так.

— Именно, — проворчал Хамфри. — А теперь иди к котапульте и спроси ее про свою службу.

Но Хлорка вежливо, но не очень вежливо возразила:

— Я знаю, что должна отработать год. Но не за этот же вполне очевидный факт? Это нечестно.

— Пожалуйста, не спорь, — забеспокоилась Вира. — Он от этого начинает кипятиться.

— Но я все равно отвечу, — закипятился Хамфри. — Ты знала условия заранее, так что если ты профукала шанс задать Действительно Важный Вопрос и получить Действительно Важный Ответ, то во всем виновата только ты сама!

— Конечно, все верно, — согласилась Хлорка. — Я знала условия. Извините, пожалуйста, за дурацкие придирки.

Хамфри снова оторвался от своей книги и взглянул на нее. Его глаза уже потускнели от старости, а белки покрылись фиолетовой сеточкой сосудов. Но внезапно, при виде Хлорки, они вдруг заблестели, все признаки возраста исчезли.

— Вот это да! — удивленно воскликнул он. — Да ты прехорошенькая! Глаза отдыхают: праздник души, именины сердца!

— Это Филе спасибо, — смутилась она, неприятное ощущение перебранки стерлось бесследно. — На самом деле я страшная и глупая.

— Да уж. Но раз ты дала отдых моим уставшим глазам, я отвечу на твой Вопрос подробнее. Он не такой уж бесполезный, каким может показаться. Ты можешь плакать, можешь пролить свою последнюю слезу, если сочтешь нужным. Но мне кажется, что ты не сделаешь себя такой несчастной.

— Ни за что! — воскликнула Хлорка.

— Я в этом не совсем уверен и поэтому предупреждаю тебя: может прийти такой момент. Подумай, прежде чем расстаться с ней.

Хлорка кивнула.

— Спасибо за совет, Добрый Волшебник. Я запомню его, — она улыбнулась.

Ее улыбка осветила тесный кабинет, а Хамфри помолодел еще лет на пять.

— Жаль, что я этого не вижу, — вздохнула Вира, почувствовав, что случилось что-то хорошее. Может, она почувствовала жар света, который озарил комнату.

— Сейчас увидишь! — ласково успокоил ее Хамфри. — Ромашка?

Хлорка увидела, как сцена повторяется. Но теперь она смотрела на все это со стороны. Она видела себя, Виру, Филю и Доброго Волшебника. Она улыбнулась, и столетний Хамфри стал девяностопятилетним.

— Спасибо большое, Ромашка! — радостно воскликнула Вира. — Я видела!

Хлорка была поражена. Хамфри попросил кобылку-страшилку, а точнее, дневную кобылку, показать им случившееся как грезу. Так и слепая девушка смогла увидеть, что произошло. Даже не верится. Добрый Волшебник наверняка очень любит свою невестку.

Кабинет вернулся в свое нормальное состояние, и немного отдохнувшие глаза Хамфри снова уставились в книгу. Аудиенция окончена.

Хлорка вышла за Вирой и спустилась вниз. Та еще улыбалась воспоминаниям. Значит, и вправду случилось что-то хорошее.

Глава 4

ШОССЕ ТРОЛЛЕЙ

Джим Балдуин удивленно смотрел по сторонам. С первого взгляда это место очень напоминало Флориду, но, если присмотреться получше, сразу заметишь поразительные отличия. Даже если закрыть глаза на присутствие сказочной кентаврицы Шейлы. Ее потрясающую обнаженную грудь он не мог не оценить по достоинству, несмотря на присутствие семьи. Мэри, его жена, придерживалась либеральных взглядов и к фантастическому она относилась в общем положительно. Но вот изящный торс девушки ее несколько беспокоил. По ее мнению, он пробуждал скрытые мужские фантазии. В основном это относилось к Шону и Дэвиду. Но и к нему самому, конечно. Такое предположение было отнюдь не беспочвенно.

Они ждали проводника, сидя на пляже под чем-то странным, напоминающим огромную подушку. Отсюда их должны забрать. Проводника им послал Добрый Волшебник. После всего, что он здесь увидел, Джим уже был готов смириться с существованием добрых и злых волшебников. Остается надеяться, что гид окажется опытным. Также остается надеяться, что они скоро выберутся отсюда. Джиму не нравилось, что ветер крепчает, несмотря на то что он так красиво треплет шелковистые волосы Шейлы. Судя по всему, ураган набирает новую силу. Тогда уже будет все равно, Флорида это или Ксанф. Дети оживленно расспрашивали кентаврицу о Ксанфе. Джим взглянул на Мэри, она обернулась и подошла.

— Я не паникер, — вполголоса сказал он жене, — но обрати внимание на ветер.

Мэри откинула волосы с лица и мрачно ответила:

— Да, я заметила.

— Мы скоро уедем, и чары кентаврицы рассеются. Не переживай.

Она натянуто улыбнулась:

— Спасибо, что внес ясность.

Тут в воздухе появилось нечто. Оно летело с севера. Все пригнулись, не зная, куда приземлится это НЛО. Неопознанный летающий объект напоминал большую тряпичную куклу. С весьма аппетитными ножками.

Бух! Она приземлилась прямо на гигантскую подушку. Юбочка вздулась, и куколка судорожно одернула непокорную ткань вниз. Кукла оказалась симпатичной молоденькой девушкой, ничуть не хуже кентаврицы! Парни мгновенно переключились на нее.

— Привет, ребята, — улыбнулась она, поспешно приводя в порядок платье и поправляя золотисто-зеленые локоны. — Меня зовут Хлорка, я ваш проводник. К вам меня послал Добрый Волшебник Хамфри. Сейчас появится мой напарник, и мы с вами поговорим.

Прежде чем вся честная компания успела подобрать отвалившиеся челюсти, с севера принесло еще одну куклу. Точнее, молодого человека исключительно приятной наружности.

— Это Филя, — представила его Хлорка. — Он немой, но это его не портит. Он будет помогать мне помогать вам. Но сначала я должна предупредить, что вот-вот разыграется страшный ураган.

— Это мы заметили, — усмехнулся Джим, шагнув вперед. — Здравствуйте, я Джим Балдуин, это моя жена Мэри и наши дети — Шон, Дэвид и Карен. Мы из Обыкновении, или как вы там ее зовете.

— Все верно, — с сияющей улыбкой ответила Хлорка. Она повернулась к Шейле. — Спасибо, что довела их сюда. Теперь ты хочешь вернуться обратно на Остров?

— Конечно, тем более что ветер усиливается, — подтвердила кентаврица. Затем обратилась к семейству: — Желаю вам всего наилучшего. И если встретите Чену, сестренку Карлетона, передайте ей все-таки от него привет.

— Обязательно, — горячо ответил Джим. — Огромное спасибо вам с Карлетоном за все, что вы сделали.

— Пожалуйста! — Шейла развернулась и поскакала вдоль пляжа. Ребята смотрели ей вслед до тех пор, пока ее тоненькая фигурка не скрылась из виду. Затем все взоры обратились к Хлорке. Конечно, одежда ее была гораздо скромнее, но завораживающая красота девушки так же магнетически притягивала взгляд, как и обнаженный бюст Шейлы.

Хлорка повернулась к Джиму:

— Слушайте, это очень важно. Вам опасно здесь находиться. Жена Доброго Волшебника София знает об этом не понаслышке. Она сама обыкновенка и понимает, как тяжело вам привыкнуть к Ксанфу. Как я вижу, у вас есть самоходный домик.

Дети рассмеялись.

— Это автофургончик, — поправила Мэри. — Хотя самоходный дом — тоже подходящее название.

— Тогда поехали. До начала урагана осталось совсем немного времени. Моя задача доставить вас туда, куда вам нужно, в целости и сохранности. Но если мы не поторопимся, всю нашу целость и сохранность ветром сдует.

— Поехали, — решил Джим. — Вам с Филей тоже хватит места. Надо торопиться!

— Ах да, я совсем забыл. Нам скоро понадобится топливо, — вспомнил Джим. — Можно дизельное, так как не думаю, что в этой стране разница между дизелем и бензином принципиальна. Иначе мы не сможем сдвинуться с места.

— Топливо? — озадаченно переспросила Хлорка.

— Да, бензин, топливо, дизель… Наша машина ест его. Точнее пьет.

— Да уж, — девушка обратилась к своему немому спутнику: — Филя, знаешь где достать еду для этого существа?

Тот кивнул.

— Тогда покажи, нам нельзя долго тут задерживаться.

— Залезайте внутрь, — скомандовал Джим. — А Филя пусть садится в кабину со мной и показывает путь.

Филя покорно уселся в соседнее с водительским кресло. Хлорка, к вящему восторгу Шона с Дэвидом, забралась с остальным семейством назад. Обычно они не брали пассажиров, но в Ксанфе приходится делать исключения. Насчет урагана Хлорка оказалась права, он набирал новые обороты, словно хотел наброситься на них со свежими силами. Снова пережидать непогоду в машине не было никакого желания.

Джим завел мотор. Хлорка вскрикнула от неожиданности, Филя же сохранял невозмутимое спокойствие. Он указал на ведущее прочь от пляжа шоссе. Джим с готовностью свернул туда. Ровная поверхность, оставшееся количество бензина и ветер позволяли развить неплохую скорость.

На въезде на трассу торчало страшное чудище.

— Так, так, так, дайте, я угадаю, — пробурчал Джим. — Это тролль.

Филя улыбнулся. Значит, речь он понимает, но сам говорить не может. Парень со странностями, но вполне дружелюбный.

Фургончик затормозил рядом с троллем. Неподалеку виднелась табличка с надписью «Патролль». Смахивает на патруль. Но сколько платить за проезд, указано не было.

Что ж, начнем с двух центов. Джим опустил стекло и протянул деньги:

— Тут два цента.

Чудище схватило монетки, улыбнулось — эффект получился жуткий — и махнуло лапищей, пропуская транспорт.

Все прошло как надо. Колеса почувствовали ровное покрытие, двигатель довольно заурчал. Почти как дома!

Впереди появилась новая табличка: «Шоссейная поверхность». Дорога буквально пошла вверх, достигнув уже верхушек деревьев. Тут все понимают чересчур дословно. Только вот на высоте ветер стал гораздо сильнее.

— Нам еще долго ехать по верху? — Джим решил справиться у Фили.

Тот только покачал головой. Но больше ничего сказать не попытался. И правда, непонятный тип.

Джим прислушался к разговору сзади. Дети мучили Хлорку — странное имя — расспросами, та отвечала по мере возможности. Послушать было интересно.

— Да, конфеты в Ксанфе растут. Есть такое дерево — конфетти. Подходишь к нему, а на тебя конфеты сыплются. Печенье и другая выпечка произрастают на Выпечном болоте, — объясняла Хлорка. — А в Обыкновении разве еда не растет?

— Ну, местами — да, — ответил Дэвид. — На деревьях — фрукты, например. В огородах — овощи всякие, в полях — злаки. Но конфеты и печенье нужно готовить. И покупать. На это уходят все мои сбережения.

— Сбережения?

— Деньги на карманные расходы. А в Ксанфе деньги есть? — поинтересовалась Мэри.

— Конечно. Это омерзительная зеленая гадость, к которой ни одно нормальное существо не притронется.

Это всех развеселило.

— А у нас эта зеленая гадость очень даже ценится! — смеясь, сообщил Шон.

Порыв ветра потряс фургончик.

— Ах да, это напомнило мне, — спохватилась Хлорка, — что я должна рассказать вам, какой опасности вы подвергаетесь. Добрый Волшебник попросил меня все вам объяснить. Так вот. Случилось так, что Щит…

— Какой щит? — встряла Карен.

— Щит между Ксанфом и Обыкновенией. Он не пускает обыкновенов к нам. Только, пожалуйста, не обижайтесь. Но что-то произошло, и обыкновенский ураган занесло сюда и вас вместе с ним. Он направляется к центру страны. А это значит, что магическая пыль…

— Магическая пыль? — переспросил Шон.

— Залежи этой пыли находятся в центре Ксанфа. Именно благодаря ей тут есть магия, — пояснила гид. — Без нее магия испарится, и это будет ужасно. Там, где такой пыли много, магия сильна настолько, что порождает безумие. Если ураган разнесет ее по всему Ксанфу…

— Ого! Все сойдут с ума? — догадался Шон.

— Ну, не обязательно. Но могут произойти совершенно непредсказуемые вещи. Однако вам не стоит об этом беспокоиться. Я успею провести вас по стране до начала урагана. Так что надо поспешить. На остановки и сон времени практически не будет.

— Ничего страшного, — сказал Шон, — мы поспим тут, а папа поведет.

«Ага, значит, папе спать не надо», — подумал Джим. Но ничего, так бывало и раньше. Ему не нравилось, что ветер продолжает крепчать. Лучше уж не поспать ночь, чем попасть снова в тот же ураган.

Филя указал на ответвление дороги, спускающееся вниз. Джим свернул. Шоссе по спирали уходило в лес. Он и не думал, что они забрались так высоко! Верхушки деревьев вообще исчезли из поля зрения!

Когда фургончик снова оказался на земле, Филя показал налево. На обочине росло большое уродливое фиолетовое дерево, напоминающее ель, а рядом с ним стоял еще более уродливый и фиолетовый монстр с зелеными жабрами. Свиду он был явно чем-то недоволен. Джим искренне надеялся, что его недовольство вызвано не их появлением и что монстр не голоден. А то такой запросто слопает и ребенка, и взрослого человека. Но Филя, наверное, знает, что делает.

— О! Это дизель, он выращивает диз-ель! А рядом с ним и диз-елка, — сообщила Хлорка, просовывая прелестную головку в кабину. Золотистые волосы мягко коснулись щеки Джима. Его окутал легкий нежный аромат. Так можно п голову потерять!

Дизель, любитель диз-елок. Забавно.

— А топливо у него есть?

— Конечно. Надо с ним договориться. Договориться, значит. Что ж, попробуем, как с троллем.

Джим опустил стекло.

— Нам нужно твое топливо.

Дизель уставился на него прыгнул. Появилось маленькое едкое облачко, которое распространяло запах прокисшего топлива.

— Ты выпил слишком много? — сочувственно спросил отец семейства. Монстр жалобно кивнул. — Сейчас тебе станет лучше.

Но тут воображение Джиму изменило. Что же поможет несчастному?

— Наверняка подойдут мамины таблетки от живота! — осенило Дэвида.

— Давайте.

Мэри выудила из сумки таблетку и передала ее мужу. Джим вручил дизелю пилюлю:

— Мы тебе таблетку, ты нам дизель. Пойдет? Интересно, получится?

Существо проглотило лекарство и снова рыгнуло. Теперь пахло не так отвратительно. Он поднял хвост. Джим разглядел, что тот напоминает шланг для заправки.

— Вот сюда. — Приглушив мотор, он выскочил из машины и отвинтил крышку бензобака.

Дизель приставил кончик хвоста к отверстию. Послышалось бульканье, запахло топливом.

Наполнив бак, существо втянуло хвост, и Джим закрыл крышку.

— Большое спасибо.

Монстр кивнул. Теперь его жабры порозовели — видимо, от таблетки ему полегчало. Так что сделка была честной.

Джим залез в кабину и завел мотор. И тут ему в голову пришла блестящая мысль.

— Мы ехали по шоссейной поверхности, — обратился он к Филе, — а может, есть еще что-нибудь подходящее внизу, на земле? А то наверху слишком сильный ветер.

Филя указал вперед. Конечно, там оказалась дорога, идущая по земле. Джим направил машину туда:

— Премного благодарен.

Дорога была вполне ровной. Наверняка это продлится недолго. Но пока покрытие приемлемое, нужно радоваться. Двигатель мерно урчал — топливо было весьма качественным. С души упал очередной камень. Хорошо еще, что хоть это тут не воспринимается буквально. А то такими темпами скоро весь фургончик будет завален свалившимися с души булыжниками. Джим снова прислушался к разговору за спиной.

— А как вы добрались до нас? — пытала Хлорку Карен. — Вы прилетели, словно на парашюте.

— С юбкой выше головы, — ехидно добавил Шон.

— О нет! — в отчаянии воскликнула девушка. — Неужели были видны мои трусики?!

— Нет, что ты, — торопливо ответил Джим, сообразив, что в здесь это, видимо, считается верхом неприличия. Кентавры вообще плюют на одежду, а люди, наоборот, тщательно следят за ней. А дети могут этого не понять и устроить международный скандал. — Мы увидели только твои ножки. И какие ножки!

— Слава Иксанаэнному! — облегченно вздохнула Хлорка, а Филя что-то задергался. — Я бы сгорела от стыда, если… Не важно. Добрый Волшебник отправил нас сюда котапультой.

— И почему я так уверен, что это совсем не то, что называем катапультой мы?.. — ни к кому не обращаясь, обронил Шон.

— Я могу показаться любопытной, — ответила Хлорка, — но почему же ты так уверен?

Повисла пауза. Как изящно она отбрила нахального парня!

— Ну… Я… Я просто имел в виду, что здесь все совсем по-другому. У нас катапульта — это машина, которая бросает вдаль всякие штуки.

— И у нас это то же самое. Это огромный кот, который пружинистым хвостом запуливает всякие штуки туда, куда нужно. Добрый Волшебник указал коту, куда целиться. Хорошо, что в месте нашего приземления была большая подушка.

— А этот Добрый Волшебник, — поинтересовалась Мэри, — он, наверное, знает все?

— Это точно! Абсолютно все! Я пришла к нему спросить, где моя последняя слеза, и он рассказал мне. Но теперь я в качестве платы должна отслужить ему год. И вот Хамфри послал меня проводить вас.

— Вы нам очень помогли, — поблагодарила Мэри. — И кентаврица Шейла тоже. Но я правильно расслышала? Служить год за ответ на вопрос?

— Все правильно. Я поступила глупо, задав Вопрос, на который могла ответить сама. Но на самом деле я сделала это, чтобы устроить себе приключение. И, как видите, у меня получилось. И вы, и ваш дом — просто фантастика!

Дэвид рассмеялся:

— И после того как ты попала к нам с помощью гигантской кошки, ты можешь утверждать, что эта колымага — фантастика?

— Само собой! Все пользуются котапультой. Но таких домиков на колесиках у нас в Ксанфе никогда раньше не было! Разве что избушки на курьих ножках. Но это вполне обычное явление. Лучшего приключения мне и не представить!

Ну вот, опять она всех огорошила. Джим решил заполнить повисшую паузу собственным вопросом:

— Я не хочу показаться невежливым и лезть в личную жизнь, но, раз Филя не может говорить, могу ли я спросить у тебя о его прошлом и о нем самом?

— Нет проблем, — весело ответила Хлорка. — Филя — это дракончик с головой осла. Но сейчас он принял облик мужчины. Я могу попросить его вернуться к своему естественному виду, но тогда он сюда не влезет.

— Мы лучше поверим тебе на слово, — осторожно отказался Джим. Эта девушка удивляла его не меньше, чем страна.

— Он сделал для меня очень много хорошего, — продолжала Хлорка. — Обычно, в реальной жизни, я… скажем так, некрасива. И отнюдь не такая умная и милая. Но талант Фили — делать своего спутника, каким этот спутник хотел бы быть. Так что я захотела стать хорошенькой, умненькой, здоровой и милой.

— Тебе это удалось…— выдохнул Шон, беззастенчиво оглядывая ее с головы до ног. Сам Джим никогда раньше не видел таких здоровых и во всех отношениях совершенных девушек.

— Вы, наверное, мне не верите, — сказала Хлорка, — но я вам сейчас покажу, ведь в размерах в отличие от Фили я не увеличусь.

Хлорка повысила голос:

— Филя, покажи меня такой, какая я есть. Но только на секундочку.

Сидящий рядом с Джимом молодой человек кивнул. Раздался вздох удивления. Джим тоже оторвался от созерцания дороги.

Девушка и правда изменилась. Теперь перед ними сидела страшненькая девица, в каких-то обносках, с тупым выражением лица. Волосы обвисли как сосульки и отливали тошнотворно-зеленым.

Через секунду на ее месте возникла прежняя красотка. Ножки и бюст оформились, тусклые волосы засияли. Она улыбнулась, и в домике стало как будто бы светлее.

— Вот видите! Я обязана Филе многим.

— Точно…— Шон пожирал ее глазами. Джим снова повернулся к шоссе.

— Но почему Филя все это для тебя делает? — спросила маленькая Карен. — Почему, если он и вправду дракон, он тебя не съел?

— Карен! — оборвала дочку Мэри.

— Ну, мам, ты что, ее и вправду хочется съесть! — подтвердил Дэвид.

Хлорка расхохоталась:

— Ну спасибо! И я тоже этого сначала боялась. Но он оказался симпатичным драконом. Очень симпатичным.

— Да уж, — согласился Дэвид. — Я тоже такого хочу. Я бы попросил его сделать меня звездой футбола. А может, и кем-то еще.

— Когда мы первый раз встретились, Филя мне все рассказал, — Хлорка предупреждающе подняла руки. — Да, он теперь немой, но сначала мог говорить. Он сказал, что ему необходимо мое общество и что он сделает все, что я пожелаю. Филя предупредил, что говорить может только один раз, и этот раз он уже использовал. С тех пор он молчит. Но меня понимает и может объясняться жестами.

— А может быть, ему нужно сказать тебе что-нибудь важное, — предположил Шон, заинтересовавшись чем-то еще помимо внешности проводницы. — Например, то, что тебе угрожает опасность. Может, спросишь у него, так это или нет?

— Ладно, пожалуйста. Филя, это так?

Филя обернулся назад и кивнул.

— Правда? И я не смогу сама быстро догадаться в чем дело?

Филя кивнул снова. Хлорка растерялась:

— Но как же мне это узнать, если я даже не знаю, о чем спрашивать?..

— Пусть он напишет! — предложил Дэвид.

— Да, но я не умею хорошо читать! — совсем расстроилась девушка. — Могу понять только короткие слова и общеизвестные символы. Символы понятны всем, даже животным, потому что на них наложены специальные заклятия. А самостоятельно прочитать что-нибудь серьезное я не могу. Я прогуливала занятия в школе кентавров.

— Ну так пусть Филя сделает тебя грамотной! — посоветовал Шон.

Сзади что-то вспыхнуло.

— Лампочка! У тебя над головой вспыхнула лампочка! — раздался восторженный голос Карен.

— Конечно, — подтвердила Хлорка. — Я поняла, что Шон абсолютно прав, это блестящая идея. Филя, сделай, пожалуйста, меня грамотной, чтобы я сумела прочесть то, что ты напишешь, каким бы трудным это ни было. И напиши мне то, что я должна знать.

Молодой человек тотчас выудил откуда-то блокнот и карандаш и принялся строчить. «Да, у магии есть свои преимущества», — подумал Джим. В Обыкновении все происходит далеко не так быстро.

— Это меня навело на мысль, — сказал он вслух, — что это уж точно не наша страна, тут другие правила. Значит, вы и кентавры говорите на одном языке?

— Это тоже все магия Ксанфа, — ответила Хлорка. — Все тут говорят на едином языке. Все, кроме животных. У них язык свой, он отличается от нашего, поэтому мы чаще всего их не понимаем. Но зато они всегда понимают нас.

— У нас тоже есть животные, — сказал Шон. — Только они не разговаривают.

— Что ты, точно разговаривают! Мы же в Ксанфе. Но только нужно быть големом Гранди, чтобы понять их.

— Кем?

— Големом Гранди. Это жутко надоедливое маленькое существо. Но зато он знает все языки.

Между тем Филя закончил свой опус и передал его назад. Хлорка взяла блокнот и внимательно посмотрела на написанное.

— Ура! Я теперь могу читать! — она аж взвизгнула от восторга. — Могу! Я грамотная! Поразительно!

— Так что он пишет? — поинтересовался Дэвид.

— Сейчас…— девушка сосредоточенно смотрела в листок. — На Проезде Ящериц гоблины устроили засаду на неосторожных путешественников. Они создали иллюзию баррикады и поставили стрелку объезда, указывающую на другую трону. Она ведет в ловушку. Гоблины схватят жертву и сварят из нее плов.

— Неужели то, что я думаю, — правда? — в ужасе спросила Мэри.

— Если ты думаешь о том, что гоблины варят людей, то правда, — ответила Хлорка. — Гоблины — жуткое дело!

Она продолжила чтение:

— Поскольку я должен защищать тебя, а ты тоже пострадаешь, если обыкновены попадут в ловушку, я должен рассказать тебе, как ее избежать. Не верьте иллюзии, езжайте прямо но дороге, не сбавляя скорости. Гоблины не смогут напасть на машину на полном ходу.

— А почему они не могут просто перегородить дорогу настоящими бревнами? — удивился Шон.

— Шоссе заколдовано, — объяснила Хлорка. — Тролли гарантируют, что оно абсолютно безопасно. Иначе никто по нему не поедет. Оно и так пустое, потому что его построили недавно, а многие вдобавок боятся его хозяев. Тролли обычно строят мосты, но знают, как прокладывать действительно хорошие дороги. Так что гоблины не смогут устроить настоящую баррикаду. Но если они перехитрят нас и заставят свернуть с безопасного пути — мы станем их добычей.

Хлорка громко обратилась к Филе:

— Ты извини, что так получилось. Мне не приходило в голову тебя спросить. Но если что, ты обязательно пиши мне, ладно?

Филя кивнул.

«Забавная ситуация, — подумал Джим, — этот молодчик знает все, но сам сообщить о чем-то не может; его нужно обязательно попросить».

А дорога и впрямь была отличная.

— А вот и Проезд Ящериц, — прочитал вывеску Джим. — Что-то мне это напоминает!

— Нашу Аллею Аллигаторов, — подсказал отцу Шон. Тот согласился:

— Пародия на знакомый нам мир. Я правильно понял, что если появится баррикада и объезд, я на это не обращаю внимания, еду прямо напролом?

Сидящий рядом парень кивнул.События становились все интереснее и опаснее. Флориду называют Болотистым Штатом, она находится на уровне моря, а то и ниже. А здесь повсюду горы. Проезд Ящериц — переделанное американское название. Рядом тут, похоже, вулкан, а дорога ведет как раз к нему. Не хватало еще, чтобы они попали в извержение.

На северо-востоке висели тучи. Там буйствовал Весельчак. А что, если ураган поднимет магическую пыль и станет волшебным? Такое и вправду может случиться. Так что нужно удирать от него во все лопатки.

Внезапно прямо перед носом выросла баррикада. Как же он ее прозевал? Завал из деревьев перекрывал всю трассу. Рядом торчал здоровенный знак, который гласил: «Дорога перекрыта. Объезд».

Там, куда указывала стрелка, вилась симпатичная тропинка.

Джим ударил по тормозам.

— Нет! — крикнула Хлорка. — Это же иллюзия! Езжай прямо! — На раздумья времени не оставалось. Его предупредили.

А ошибка может стать последней. Джим выровнял руль и вдавил сцепление. На всех скоростях они неслись навстречу стене из стволов. В последний момент Джим зажмурил глаза…

И ничего не почувствовал. Он открыл один глаз. Машина продолжала мерно катиться по ровной дороге. Значит, можно открывать и второй. Пульс постепенно приходил в норму. Хлорка и Филя оказались правы.

— Bay! — восхитился Дэвид. — Прямо как в фильмах про гангстеров!

Даже похлеще. Джим посмотрел на Филю и вздрогнул. Парень оказался прав. Прав насчет завала, может быть, прав и насчет гоблинов.

А вот и они. Орава маленьких, коренастых, похожих на людей монстриков прыгала по правую сторону дороги и потрясала кулаками. Многие размахивали дубинками и копьями. Ничего хорошего от них ждать не приходилось. Благодаря своевременному предупреждению удалось сбежать.

— Филя, а можно поинтересоваться, как ты узнал об этой засаде? — спросил Джим. Он не был уверен, что Филя ему ответит. Но Хлорка, наверное, кивнула напарнику, и парень принялся писать. Минуту спустя он отдал Джиму блокнот.

Джим пристроил его на руле и стал читать:

— Я должен охранять моего спутника, поэтому знаю, что где происходит. Но действовать по своей воле я не могу. Мне нужно приказать. А гоблины устраивали засаду.

Понятно. А если бы Хлорка не спросила его, они бы все попали в ловушку. Что бы тогда сделал Филя? Наверное, превратился бы в дракона и утащил девушку в безопасное место. Если бы она об этом попросила. А вот остальным бы не повезло.

Хлорка, видимо, подумала о том же:

— Филя, я взялась вывести этих ребят из Ксанфа. Если с ними что-нибудь случится, я провалю задание. А делать я этого не хочу. То есть, если им что-то угрожает, а мне нет, предупреждай все равно! Они — неотъемлемая часть меня. Хорошо?

Филя кивнул.

— Спасибо, — поблагодарил Джим.

Впереди замаячил вулкан. Из его жерла вырывался дымок.

— Он действующий?

— Да, это Попакатипетль, — глядя вперед, сказала Хлорка. — В прошлый раз, когда его разозлили, он выплюнул столько лавы, что она остудила Ксанф на целый градус. Но если его не обижать, вулкан никого не тронет.

— Обижать? Вулкан? — удивился Шон. — Он же не живой!

— Тс-с! Говори тише, — шикнула Хлорка. — Он может тебя услышать.

Как раз в этот момент гора вздрогнула и выплюнула очередное облачко дыма.

— Нет-нет! — затараторил Шон. — Я ничего такого в виду не имел! Какой-то очень впечатлительный вулкан.

Гора успокоилась, а облачко рассеял ветер.

— Обидеться может все что угодно, — пояснила Хлорка. — Неодушевленные вещи очень трепетно относятся к мелочам. Король Дор может с ними разговаривать. Неодушевленные не слишком умны, но и у них есть свое мнение. Так что лучше без особых причин их не задирать.

— Согласен, — озадаченно кивнул Шон.

— Мам, можно в туалет? — спросила Карен.

— Милая, он заполнен, — ответила Мэри. — Потерпи немного, мы где-нибудь остановимся.

Она абсолютно права. В фургончике пришлось сидеть очень долго, а почистить уборную они забыли.

— Хлорка, тут где-нибудь можно остановиться? Там, где нет гоблинов, — поинтересовался Джим.

Девушка обратилась к Филе, тот задумался. Но затем указал на поворот, и Джим свернул на тропинку. Она вывела на милую полянку с домиком для нужд путешественников в центре. Фургончик заехал за него и остановился.

— Уверен, что тут безопасно? — уточнил отец семейства. Филя помедлил, затем подтвердил.

Все высыпали наружу. Но Джим задержался. Ему не понравилось это промедление с ответом.

— Ты что-то недоговариваешь?

Хлорка вышла со всеми, поэтому они остались одни. Филя снова помолчал и принялся писать записку.

Джим ждал. Наконец молодой человек сунул ему листок: «Опасность находится недалеко; твои увидят ее и перепугаются; это может вызвать некоторые затруднения».

— Какая опасность?

«Ураган потревожил злобных существ. Они испугают твоих детей».

— Но, если тебя слушаться, мы останемся невредимы, так?

Филя энергично закивал.

— Спасибо, — Джим сделал паузу. — Хотел бы я узнать о тебе побольше, парень! Но как-нибудь в другой раз.

Джим вылез из кабины.

Полянка оказалась чрезвычайно живописной. Карен нашла дерево и как раз срывала с него пирожок. Пирожковое дерево?! Значит, и в самом деле пироги тут растут на деревьях.

Местный туалет оказался примитивным, по вполне приемлемым. Конечно, чего еще ждать от троллей! Ветер завывал в кронах деревьев. Значит, ураган совсем рядом.

Тут Джим вспомнил о домашних животных и вернулся к машине. Филя вовсю с ними общался, хотя они обычно сторонились незнакомцев. Странный молодой человек их нисколько не смущал.

Джим подошел поближе. Филя обернулся и протянул ему письмо.

«Их не нужно держать в клетках. Выпусти их».

— Мы выпускаем их дома. Но здесь рисковать не стоит. Буфер начнет тут носиться, суя нос куда не следует; Мидранж полезет на дерево; а Твиттер улетит в кусты и потеряется навсегда.

Филя написал снова.

«Они не станут этого делать. Магия сказалась и на них. Теперь они понимают все, что им говорят. Они будут хорошо себя вести и никуда не убегут».

— Откуда ты знаешь? — Джим скептически оглядел парня. — Это уже не иллюзорная баррикада, а характеры животных.

«Я читаю мысли. Это тоже часть моего таланта. Я должен знать, что к чему. Иначе бы я не смог сделать Хлорку такой, какой она хотела быть».

Похоже на правду.

— Филя, послушай, я не хочу ссориться с детьми. Если они согласятся, мы выпустим живность.

Дети как раз подошли, уплетая за обе щеки сорванные пироги. Прядь волос Карен забилась в пирожок, но девочка была слишком увлечена едой, чтобы что-нибудь заметить. Джим объяснил, в чем дело.

— Давайте отвяжем для начала Буфера, — предложил Шон. — Если он не начнет безобразничать, выпустим остальных.

Пес выскочил из машины и понесся к ближайшему дереву. Там он поднял лапу и тщательно полил растение. Затем Буфер потянул носом воздух и, виляя хвостом, вернулся к хозяевам.

— И ты не будешь переворачивать тут все вверх дном? — удивленно спросил собаку Шон.

— Гав! — ответил пес. Не будет. Дэвид подошел к коту и открыл клетку.

— Давай, Мидранж, твоя очередь.

Мидранж нашел песчаную ямку и сделал дело. Затем тоже принюхался и вернулся к Дэвиду.

Карен освободила Твиттера. Попугайчик уселся на ближайшую ветку и сбросил накопившийся груз. Подлетев к Карен, он уселся ей на плечо. Поначалу птичка из-за ветра летела как-то косо, но потом приспособилась.

Джим, не веря своим глазам, покачал головой:

— Отлично. У вас есть пять минут. Можете делать все, что хотите. Потом возвращайтесь сюда, и мы поедем дальше.

Все трое разбежались в разные стороны. Буфер ринулся в гущу кустарника, жадно обнюхивая все на своем пути. Твиттер покружил в небе и исчез. Мидранж залез на ореховое дерево и скрылся в листве. Трое детей по мере своих возможностей последовали за ними.

— Это уже слишком…— пробормотал Джим. Он был потрясен: все животные старательно ждали его разрешения, прежде чем полностью отдаться своим инстинктам. Если они вдобавок ко всему и вернутся в назначенное время, значит, мнению Фили стоит доверять на все сто.

Появилась Мэри с корзинкой припасов. Ветер изо всех сил старался задрать ее платье, но она стойко сопротивлялась. Она поставила корзину в машину и повернулась к мужу:

— А где все животные?

— Филя сказал, что их можно отпустить. Мы так и сделали.

Она посмотрела на него как на чокнутого, но ничего не сказала.

Вернулся Твиттер. Он приземлился на плечо Фили и что-то оживленно зачирикал. Тот быстро достал блокнотик, написал новую записку и вручил ее Джиму.

«Ураган разбудил огромных птиц, которые могут повести себя враждебно. Они летят сюда».

Джим забеспокоился:

— А насколько огромных?

Гигантская тень накрыла полянку. Все посмотрели вверх. Похоже на самолет. Только беззвучный. А может быть, планер.

Но тут тень каркнула. Птица размером с авиалайнер! Такая дылда запросто сможет унести в когтях фургончик целиком!

— Джим…— встревоженно окликнула его Мэри.

— Верно, — он повысил голос Дети! Животные! Время вышло!

Народ повалил со всех сторон. Ветер красиво играл волосами и платьем Хлорки. В этот момент она была несказанно хороша. Но парни смотрели не на нее.

— Ого, какая здоровая птица! — крикнул Дэвид, останавливаясь поглазеть.

— Марш в машину! — приказала Мэри.

Все влезли внутрь. Проверив, все ли в порядке, Джим сел за руль. Филя предупредил, что чудища напугают детей, но, судя по всему, они больше напугали Мэри. И небезосновательно.

Он завел мотор и направился к выезду со стоянки. Слава богу, кассы с троллем на выезде не оказалось. Значит, можно продолжать путь без промедления.

Дети смотрели в окна на громадную птицу.

— Это птица рок, — сказал Шон, — самая большая фантастическая птица. Никогда бы не подумал, что увижу хотя бы одну!

Твиттер чирикнул. Джим взглянул на Филю; тот снова что-то писал.

«Он говорит, что это еще не все».

— А это что? — воскликнула Карен.

— Дракон, — ответил Шон. Он не шутил, тон был абсолютно серьезен.

В небе повисло огромное угловатое существо. Действительно, дракон. Карен испуганно закричала. Джим перевел взгляд на Филю:

— Дорога защитит от них?

Филя помедлил, затем кивнул.

— Явно есть какое-то «но», — сразу сказал Джим, — в чем дело?

«Крылатые монстры не могут прямо атаковать нас на заколдованном шоссе. Могут только что-то вытворить и заставить вас свернуть. Не поддавайтесь».

— Дети испугаются, — отметил Джим. Филя согласился.

— Ой, мама! — пискнул Дэвид. Карен снова вскрикнула. Даже Мэри ойкнула.

Джим глянул в одно окно, потом в другое, покрутил головой, но так ничего и не увидел.

— Дорога заколдована, — напомнил он остальным. — Нам ничего не сделают.

— Физически — да, — откликнулась Мэри.

— Что вы такое увидели?

— Гарпию, — ответила Хлорка. — Они очень уродливые и страшные.

— Птицы с человеческими головами? — уточнил Джим. — А что такого плохого…

Он не успел договорить. Что-то очень грязное возникло прямо перед ветровым стеклом. Оно напоминало целиком перемазанного чем-то грифа с головой и грудью старухи.

— Кра-а-а! — прокаркала птица, прежде чем исчезла из виду. Лапы блеснули обломанными разноцветными копями. Джим, боясь столкновения, вильнул в сторону, едва не съехав с дороги. Теперь понятно, почему все так разнервничались.

— А может этот ваш домик ехать быстрее? — спросила Хлорка.

— Да, по ветер дует навстречу, я не хотел перегружать двигатель.

— Лучше сделать это, — серьезно сказала девушка. — Гарпии нас не тронут, но им может взбрести в голову отложить на крышу яйца…

— Какая мерзость! — поморщился Шон.

— Это точно. Их яйца взрываются. Они могут что-нибудь повредить.

Взрывающиеся яйца? Несмотря на ветер, Джим решил прибавить.

Раздался душераздирающий вопль — это гарпии осознали, что жертва ускользает.

— Они у нас на хвосте, — сообщил Шон. — И драконы тоже.

Джим изо всех сил надавил на газ. С тех нор как они тут устроили гонки на выживание, ветер усилился, стал более порывистым. Машину водило из стороны в сторону, но Джим героически удерживал ее на дороге. Такой стиль вождения ему не нравился. Другим, судя по всему, тоже: дети сохраняли гнетущее молчание.

Они медленно, но верно отрывались от крылатых чудовищ. Джиму даже удалось немножко сбросить скорость. Теперь он оценил предостережение Фили о том, что дети могут испугаться. Тут не только ребенок струсит! Если бы они не сделали ту дурацкую остановку, не пришлось бы иметь дело с этими нечистоплотными бестиями. Но остановка была неизбежна. Теперь устраивать перекуры будем только в крайних случаях.

Филя отдал ему очередную записку. Джим пристроил ее перед собой так, чтобы читая, не отрываться от дороги.

«Скоро мы подъедем к Провалу. Там будет паром. Он не очень для нас удобен, но зато охраняется».

Джим стиснул зубы:

— Что еще за Провал?

— Это огромное ущелье, которое пересекает Ксанф, — ответила Хлорка. — Когда-то на него было наложено забудочное заклятие, так что все забывали о нем. Но во времена Безволшебья заклятие рассеялось, и теперь большинство жителей помнят о Провале. Говорят, что он очень впечатляет.

— Ты его видела? — уточнил Джим. Теперь он понял, что выяснять все нужно до конца.

— Не совсем, — ответила она. — Я никогда не покидала родную деревню надолго. Вплоть до этого приключения, поистине великолепного, между прочим. Я пересекла Провал ночью, поэтому не рассмотрела его в должной степени. Но я о нем многое слышала. По слухам, в нем живет огромный Провальный дракон. Он ловит то, что попадется под лапу, и пожирает.

— Филя говорит, что там есть паром.

— Значит, мы не попадемся в когти Провальному дракону, — облегченно вздохнула Хлорка. — Я про паром ничего не знаю, но если Филя сказал, значит, так оно и есть.

«Но не очень удобно для нас, — вспомнил Джим. — Лучше подготовить детей должным образом».

— Ребята, нам предстоит трудный путь. Держите хвост пистолетом.

Сзади донесся вымученный стон. Волшебная страна явно потеряла часть своего очарования.

Филя указал вперед. Джим не увидел ничего, но послушался сигнала и притормозил. Как раз за секунду до того, как дорога впереди внезапно оборвалась в пропасть. Она казалась невообразимо глубокой. Жать на газ и прыгать вниз — было последним пунктом в списке желаний отца семейства.

Глава 5

БЕС ПОДОБИЕ

Мэри завороженно смотрела на приближающийся Провал. Все, что касалось этого странного мира, сначала казалось невероятным, потом несколько тревожным, теперь же устрашающим. Но она молчала, не давая выхода чувствам, ведь это может испугать детей. Они уже и так испереживались по поводу всякого летающего сброда. Главное, чтобы не стало хуже!

На краю пропасти стояла маленькая будка. Внутри сидел очередной тролль. Джим запустил руку в карман и вытащил несколько монет.

— Мы на паром, — сообщил он троллю, протягивая деньги, как будто бы это было самым обычным делом.

Нужно отдать мужу должное — в нестандартных ситуациях он не теряет присутствия духа. Снова все вышло как надо. Существо приняло монеты и согласно затрясло головой.

Парома нигде не было видно, только бездна завывала внизу.

— Это не опасно? — спросил Джим у Фили. Странный молодой человек отрицательно качнул головой.

Мэри отлично знала, что Филя оказывает им неоценимую помощь. Но приходилось признать, что этот тип вселяет в нее какую-то тревогу. Он сильно отличался от остальных. Ей гораздо больше нравилась Хлорка, которая, несмотря на то что была не в своем настоящем виде, оставалась человеком.

Джим и дети решили не выходить из фургончика, на случай если крылатые чудовища вернутся. Все внимательно смотрели, как небольшое облако отделилось от тучи, висящей над Провалом, и медленно поплыло по направлению к ним. За облачком оставался след, напоминавший след самолета.

О нет! Неужели это и есть паром? Мэри запрятала это подозрение далеко внутрь себя в надежде, что оно не оправдается.

Но оно оправдалось. Облачко пришвартовалось к пристани на краю Провала. Теперь дорога, ранее обрывавшаяся, вела прямо внутрь белой ваты. На вид паром выглядел надежным, но как такое может быть?

Джим посмотрел на Филю. Мэри подумала, что не стоит так полагаться на этого непонятного субъекта.

— Нам туда? — уточнил Джим. Филя кивнул.

— Да, наверное, это и есть паром, — подтвердила Хлорка. — Я пересекала Провал ночью, поэтому меня обслуживали Ночные Перелеты.

Джим завел мотор.

— Джим! — беспокойно воскликнула Мэри. Тот оглянулся:

— Милая, их советы уже много раз нам помогли. Надо прислушаться к ним и сейчас.

Мэри сглотнула и почувствовала, что побледнела (а она и впрямь стала белой как снег):

— Хорошо… Только очень медленно!

Машина двинулась вперед. Передние колеса уже погрузились в мякоть облака. Оно держало!

— Здорово! — восхитился Дэвид, наблюдая за происходящим.

— Вы верите в массовые глюки? Ну, страшилки всякие? — риторически вопросил Шон.

Вот именно! Все происходящее очень напоминает галлюцинацию. Но Мэри придержала свои замечания при себе.

— Страшилки? — подхватила Хлорка. — Кобылки-страшилки приносят их тем, кто заслуживает таких снов. А в Обыкновении разве их нет?

— Конечно, есть! — сказала Карен. — Мне страшилки снятся постоянно!

— А при чем тут лошади? Мы, наверное, снова говорим о разных вещах, — обратился Шон к Хлорке.

Да, вот еще что. Мэри абсолютно не нравилось, какое действие эта девушка оказывала на ее впечатлительного семнадцатилетнего сына. Глаза Шона, словно намагниченные, неотрывно следили за ней. Он пытался скрыть восхищение, но от матери этого не спрятать. Хлорка даже не собиралась флиртовать, но одного ее присутствия было вполне достаточно. Понятно, что у нее нет опыта быть привлекательной. Любое случайное обстоятельство нет-нет да и приоткрывало какую-нибудь часть ее прелестного юного тела. Девочка была абсолютно невинна, но от этого количество таких случайностей только увеличивалось.

— Страшилки-кобылки, — пояснила Хлорка. — Ими управляет Конь Тьмы. Все они живут в мире гипнотыквы. Кобылки-страшилки по ночам приносят людям мрачные кошмары.

— Лошади?! — удивился Дэвид. Кажется, он тоже попал под действие чар Хлорки, — Настоящие лошади разносят сны?

— Именно так. Но их не всегда можно увидеть. Дневные кобылки тоже приходят незаметно. Есть кобылка Ромашка, которая появляется днем и приносит приятные грезы.

Глаза девушки на секунду затуманились, словно кобылка Ромашка подарила ей такую грезу. Мальчики в немом восторге смотрели на Хлорку.

Разговор и разглядывание девушки отвлекли всех от того, что происходило вокруг. Фургончик уже всеми четырьмя колесами стоял на облаке. Джим заблокировал колеса и выключил двигатель.

— Мы благополучно погрузились на борт, — шутливо сообщил он.

— Да уж, благополучно, — прошептала Мэри.

Облачко отчалило. Оно поплыло над Провалом. День клонился к закату, поэтому на дне уже сгущались сумерки. Косые лучи солнца ласково грели отвесные стены ущелья. У самого дна они тонули в подступающей темноте. Но внизу еще виднелись скалы и деревья.

— А вон там Провальный дракон! — крикнула Хлорка, указывая куда-то.

Все посмотрели вниз. Среди камней извивалось нечто, похожее на червяка. Мэри не сомневалась, что вблизи дракон покажется несколько более внушительным. Но оценивать размеры этого чудовища в полной мере совсем не хочется.

Карен вскарабкалась на колени к отцу.

— Папочка, а это все на самом деле? — спросила она.

— Я и сам не уверен. Но лучше принимать эту страну за реальную, пока мы отсюда не выберемся.

С этим Мэри была абсолютно согласна. Она уже не сомневалась в реальности этого мира и страстно желала выбраться из него как можно скорее.

Поднялся ветер.

— Ну вот, это Тучная Королева, — расстроилась Хлорка.

— Кто?

— Тучная Королева — это самая вредная туча. Она всегда устраивает дождь на пикниках. Сейчас она попытается помешать нам пролететь. Ох, не нравится мне это!

— Злобная туча? — переспросила Мэри, по спине у нее пробежали мурашки. Эта туча может разразиться не только дождем, но и грозой. Вокруг нее мерцали молнии.

— Ой, у нее есть лицо! — пискнула Карен.

Девочка оказалась права: часть тучи по форме напоминала рожицу. Маленькие сердитые глазенки, огромный уродливый рот и раздувшиеся щеки, как будто бы Тучная Королева набрала побольше воздуха, чтобы сдуть их отсюда.

— Надеюсь, что паром тоже под охранным заклятием, и Тучная Королева нас не сдует, — сказала Хлорка.

— Можно спросить у Фили, — напомнил Дэвид. Хлорка улыбнулась мальчику:

— Конечно, я почему-то, как всегда, не подумала об этом. — Филя уже передал ей записку с ответом.

— Да, мы в безопасности, — прочитала Хлорка. — Ну и отлично!

Мэри тоже успокоилась. Значит, туча может тужиться, пыжиться и угрожать, но сдуть их ей не удастся.

Тучная Королева все же решила попробовать. Лицо раздулось, рот сложился трубочкой. Струя воздуха ударила прямо по облачку. Но струю развернуло. Словно отразившись от невидимого щита, она прошла над фургончиком.

Королева явно надулась. Мэри поймала себя на мысли, что относится к Тучной Королеве как к одушевленному существу. Забавное ощущение.

— Ух, как она теперь разозлилась! — с удовольствием отметил Дэвид, — Давай попробуй, нас голыми руками не возьмешь!

Мальчишка показал туче язык.

— Прекрати, — одернула его Мэри. — Это невежливо. — Мэри пришлось сознаться самой себе, что на самом деле она боялась разозлить Тучную Королеву еще больше. Кто знает, насколько сильно охранное заклятие? И выяснять это совсем не хотелось. А Дэвиду не стоит приобретать дурные привычки.

Туча предприняла новую попытку. Но все было тщетно. Домик стоял как приклеенный. Они продолжали плыть и вскоре пристали к противоположному краю Провала. Карен слезла с колен отца и вернулась назад.

— Мне нравятся местные тролли, — заявил Джим, заводя мотор. Колеса машины снова встали на твердую землю.

Мэри расслабилась. На протяжении всего перелета она сидела как на иголках. Она и так очень подозрительно относилась к путешествиям по воздуху, но это оказалось самым пугающим из всего, что ей пришлось пережить.

— Да, с дорогой тролли постарались на славу, — поддержала она мужа.

— Классно мы перелетели! — возбужденно заявил Дэвид. Даже Хлорка посмотрела на него, как на сумасшедшего. Фургончик набирал скорость. Вечерело. Стало понятно, что придется провести в Ксанфе еще один день. Можно, конечно, ехать дальше, если только…

— Нам хватит топлива? — поинтересовалась у мужа Мэри.

— Нет, — последовал ответ. — Осталось меньше половины бака. Скоро нам потребуется новая диз-елка.

— Филя…— начала Хлорка.

Ее спутник уже усердно строчил записку. Джим зачитал:

— Впереди есть еще один дизель. Но есть небольшое препятствие. Он на другой дороге, за пределами действия охранного заклинания. Это опасно.

— Еще не хватало, — пробормотала Мэри. Но топливо на исходе. — А что за опасность?

Филя что-то дописал.

— Пузырная завеса, — сообщил Джим.

— Что?! Может быть дымовая? — переспросила Карен. Джим редко каламбурил.

— Так написано: пузырная завеса. Спросить, что это такое?

— Я знаю, такое было в одной компьютерной игре, — сказал Дэвид. — Чтобы ее пройти, нужно быть очень вертким.

— Отверткой, — съехидничал Шон. В отличие от отца, у него поток шуток и каламбуров не иссякал никогда.

Джим обратился к Филе:

— А насколько опасна пузырная завеса?

Парень нацарапал новое послание. Джим прочел его вслух:

— Если избегать пузырей, то здесь, внутри машины, нам все нипочем. Но на вид пузыри могут показаться отвратительными.

Джим обернулся к семейству:

— Я-то отвратительное перенесу. А вот вы стерпите?

— Придется, — обреченно ответил Дэвид.

Мэри не была до конца уверена, но нехватка бензина волновала ее больше.

— Я думаю, мы потерпим, солнышко.

— Ты называешь его солнышком? — удивилась Хлорка.

— Да, так сложилось, — устало улыбнулась Мэри.

Филя показал, где сворачивать, и Джим съехал с защищенной дороги. Почти сразу началась пузырная завеса. На дороге и вокруг нее висели огромные разноцветные пузыри. Они напоминали гигантскую ядовитую плесень, которой наверняка и были.

Джим притормозил и принялся осторожно объезжать первый пузырь, стараясь не съехать с дороги. На обочине рос такой бурьян, что там и слон застрял бы, не то что фургончик. Муж змейкой объехал следующий. Пока все идет неплохо. Объезжать пузыри не так уж сложно.

— Нападение сверху! — провозгласил Шон, тыча пальцем в окно.

И правда, на них с огромной скоростью что-то неслось.

— О нет! — воскликнула Хлорка, наклоняясь к Шону, чтобы рассмотреть приближающийся объект. В любой другой момент Мэри не понравилось бы то, что грудь девушки коснулась плеча ее сына, но сейчас было не до того. — Мы попали под мясеоритный дождь!

— Может, метеоритный? — донеслось с водительского места. — У нас тоже есть такое явление.

— Нет, ты не так понял, — поправила Хлорка. — Тебе, вероятно, плохо слышно меня, а мне — тебя. А может быть, это потому, что вы попали в Ксанф весьма экстравагантным способом и при проходе выучили наш язык не в полной мере. Вы понимаете меня, но некоторые нюансы вам пока недоступны. Мы попали в дождь из мяса. Мясеоритный дождь. Он не очень опасен, но весьма неприятен.

— С неба будут сыпаться гамбургеры и хот-доги? — не удержался Шон.

— Нет, только мясо. Или теперь я чего-то недопонимаю?

— Не важно, — Шон махнул рукой. Что-то тяжелое ударилось о крышу машины.

— Слушай, а куски какого размера?

— Да всякого, — пожала плечами девушка. — От обычных куриных ножек до целой туши птицы рок. Могут попадаться протухшие куски, это зависит от того, сколько времени они сюда летели.

— Пап, — сказал Шон, — давай-ка пи-и-и-п отсюда! — И удивленно поднял бровь:— Пи-и-и-п? Я хотел сказать совсем другое!

— Тебе сколько лет? — деловито спросила Хлорка.

— Семнадцать, а что?

— Значит, ты еще попадаешь под действие Взрослой Тайны. Нельзя ругаться до восемнадцати.

Шон был поражен.

— Как так? Что, совсем не могу?

— Совсем.

Мэри спрятала улыбку. Значит, и в Ксанфе есть кое-что хорошее.

— Я уж как-нибудь переживу, — сказала Карен, улыбаясь во весь рот.

— Дайте-ка я попробую, — оживился Дэвид. — Пи-и-и-п! И правда! Пи-и-п! Пи-п!

— Перестань, — утихомирила его Мэри.

— А может быть, я не ругался! — обиженно сказал он.

— У тебя на лбу все написано.

— А-а-а! — протянул Дэвид и потер рукой упомянутое место. Что-то с диким грохотом обрушилось на крышу фургончика.

— Черт! — Мэри показалось, что воздух вокруг мужа задымился. Ага, а Джиму, значит, можно чертыхаться. Он надавил на газ, стараясь миновать пузырную завесу как можно скорее.

Красно-коричневое пятно расползлось по стеклу. Темный сок потек в разные стороны.

— Фу! — взвизгнула Карен, — Это еще что?

— Думаю, что кусок сырой пи-и-и-п печени! — мрачно ответил Шон.

— Я буду вегетарианкой! — заявила девочка.

Машина обогнула очередной пузырь, волоча одно колесо по обочине, и въехала в лужу с какой-то жижей.

— Вон дизель, пап! — крикнул Дэвид.

— Браво, — констатировал Джим, останавливаясь около чудища. Оно один в один напоминало предыдущего заправщика. — Мэри, таблетки еще остались?

Мэри пошарила в косметичке.

— Да, держи, — она открыла банку и высыпала несколько пилюль. Одну она торжественно вручила мужу.

Тот отдал ее дизелю. Чудище проглотило таблетку и принялось искать бензобак. Он был закрыт. Джим как раз собрался открыть дверь.

— Стой! — завопила Мэри, — Тебя мясом пришибет!

Джим заколебался, затем захлопнул дверцу.

— Но кто-то же должен снять крышку с бака, — возразил он, — Но только не ты и не дети!

Хлорка предложила:

— Может быть, Филя?

Не говоря ни слова, молодой человек открыл дверь и вышел. Огромная бесформенная туша свалилась прямо перед ним.

— Его же убьет! — жалобно простонала Мэри. Хлорка на секунду задумалась, а потом крикнула:

— Филя! Стань самим собой! У тебя же крепкая чешуя!

Юноша исчез. Вместо него появилось самое уродливое существо, какое Мэри только могла себе представить. Передняя часть напоминала гигантского осла, а задняя была заимствована у древнего динозавра. Все его тело покрывала жесткая чешуя. Более того, раскрашена шкура тоже была подходяще. Полоски вполне приемлемого розового цвета перемежались линиями тошнотворно-зеленого. Так вот какой Филя на самом деле! Теперь понятно, почему Мэри было с ним так неуютно.

Но она напомнила себе, что он помогает им. Она смотрела, как Филя протопал к баку. Шматки мяса бомбардировали его, но он, казалось, не замечал этого. Чешуя и вправду оказалась на высоте. Но только очень быстро испачкалась.

Он подошел к баку и зубами отвинтил крышку. Дизель пристроил свой хвост. Послышался звук льющегося топлива. Когда бензобак наполнился, Филя привинтил пробку на место и завернул ее зубами покрепче. Он прошествовал обратно к двери. И как раз в тот момент, когда он снова принял вид приятного молодого человека, на него с неба обрушилась какая-то гадость. Судя но всему, больно Филе не было, но и он сам, и его одежда оказались теперь вымазаны по самое не могу.

— Залезай сюда, пока тебя не убило! — в ужасе закричала Мэри.

Филя открыл дверь и влез внутрь.

— О-о-ой! Фу! — отреагировала Карен, унюхав, как от него пахнет. — Какая вонь!

Она была права. От Фили воняло прогнившими внутренностями.

— Ничем не могу помочь! — безапелляционно заявил Джим и завел мотор.

— Перебирайся назад, — потребовала Мэри. — Посмотрим, смогу ли я тебя отчистить.

Она чувствовала себя немного виноватой, ведь он так измазался, помогая им.

Филя перелез назад. Дети брезгливо отодвигались от него, но Мэри приходилось отчищать грязь и похуже.

— Нужно тебя помыть и сменить одежду, — по-матерински тепло сказала она. — Знаешь, как пользоваться нашим душем?

Филя кивнул.

— Тогда мойся. Потом отдашь мне все грязное, а я подыщу тебе смену.

Он ушел. Мэри начала поиск чистых вещей.

— Я дам ему что-нибудь из твоего, — сообщила она Шону. — Ему должно подойти. Ладно?

— Конечно, мам, — ответил парень.

Мэри вытащила рубашку, джинсы, трусы и старые потрепанные кеды. Когда дверь душа открылась, она сунула это туда, а в обмен получила отвратительно пахнущие вещи Фили. Их амбре мешало дышать. Она скомкала их и бросила в корзину для грязного белья.

Между тем Джим вел фургончик обратно к дороге, огибая очередную часть пузырной завесы. Стало заметно легче. Мясе-оритный дождь прекратился, пузыри вроде бы стали уменьшаться. В Ксанфе плохое длится недолго. Вскоре они вернулись на шоссе троллей.

Появился Филя, аккуратно одетый в выданные вещи. Теперь его было не отличить от обыкновенного тинэйджера. Одежда Шона пришлась ему впору.

— Давай я тебя причешу, — предложила Мэри. Она достала щетку и привела в порядок влажные вихры.

— Ха! Да теперь он сойдет за одного из нас! — обрадовался Дэвид. — То есть за члена нашей семьи.

— Скажи, хочешь стать моим братом? — пристала Карен. Филя озадаченно смотрел на них.

— Они тебя дразнят, — сказала Мэри. — Тебе совсем не обязательно становиться членом семьи.

Тут она поняла, что теперь ее отношение к этому странному молодому человеку изменилось. Мэри остерегалась его, потому что не могла понять. Теперь же она видела его таким, какой он есть на самом деле, и стала понимать его намного лучше. Филе явно было неуютно среди людей, и теперь Мэри хотелось ему помочь. Ведь он их постоянно спасает. Конечно, это только потому, что он спутник Хлорки, и делает то, что хочет именно она, а та, в свою очередь, обязана вывести семейство из Ксанфа. Но все равно, нужно ценить помощь Фили.

Мэри убрала щетку и поправила ему воротник. Филя внимательно посмотрел на нее.

— Ой, прости, — смущенно извинилась она. — Я так привыкла заботиться о своей семье, что многие вещи делаю просто на автомате. Я знаю, что ты не ребенок.

Филя улыбнулся. Он отыскал свой блокнот — точнее, бумага и карандаш возникли у него в руках — и написал что-то. Потом протянул листок ей.

«Спасибо. Никто, кроме Хлорки, не относился ко мне так ласково. Я рад, что показался тебе частью твоей семьи».

— Спасибо, Филя, — Мэри было чрезвычайно приятно. Она тепло пожала ему руку и вернулась на свое место.

— Если хочешь стать частью семьи, нужно развлекать младших, — объявила Карен, — Иди сюда, Филя, будем играть в дурака.

— Это совсем не обязательно, — возразил Шон, — пусть эта шустрая девчонка тебя зазря не напрягает.

— В дурака? — переспросила Хлорка.

— Это карточная игра, — пояснила Карен. — Вообще, карточных игр много, но в эту может играть много народу. Сейчас я вас научу.

Шон и Дэвид подвинулись, уступая место за Столом Хлорке и Филе. Скоро все сосредоточенно погрузились в игру. Хлорка делала обычные для начинающих ошибки, а Филя справлялся на ура. Либо он очень сообразителен, либо всеведение позволяло ему видеть закрытые карты. А может быть, и то и другое.

Как может дракон с головой осла быть настолько одаренным? Мэри не была до конца уверена, но ей казалось, что соотношение между интеллектом людей и животных здесь, в Ксанфе, другое. Животные тут умнее. Самое удивительное, что это коснулось и обыкновенских животных. У них появился ум, они стали более рассудительными. Твиттер предупредил о приближении крылатых монстров. А может, и нет! Может, это Филя притворился, что слушает птицу и пишет записку. А на самом деле писал от себя.

Мэри вдруг срочно понадобилось это разузнать. Ехали они спокойно, без всяких приключений. Шон уселся вперед, рядом с отцом, а Филя и Хлорка играли с Карен. Дэвид смотрел за игрой, принимая в ней живое участие. Так что сейчас ей удастся провести небольшой эксперимент, особо не привлекая к этому внимания.

Она тихонько встала и скользнула назад, к клеткам с животными.

— Буфер, — позвала Мэри. Пес поднял голову. Она отвязала поводок. — Ты теперь очень сообразительный, да?

Буфер завилял хвостом.

— А если я попрошу тебя посмотреть в левое окно? — Пес посмотрел в левое окно.

Мэри взяла себя в руки. Спокойно.

— А если я попрошу открыть клетку Твиттера?

Буфер повернулся к птичьему загону, взялся зубами за клинышек в замке и потянул. Клетка распахнулась.

— Отлично. А ты, Твиттер, сядь на голову Карен.

Попугай полетел и сел девочке на темя. Карен была так занята, что не заметила этого.

— Мидранж.

Кот поднял на Мэри глаза.

— Перекатись через спину, — попросила она. Вообще-то это собачий трюк, котов ему не обучают.

Мидранж перекатился.

— Вы все меня понимаете, да? — Кот кивнул.

— Если мы будем относиться к вам как к разумным существам, вы станете вести себя соответственно?

Мидранж снова кивнул.

— Хорошо. А вы знаете, почему вы вдруг так поумнели? — Тут кот мотнул головой.

— Думаю, что это из-за магии этого мира. В воздух попало очень много волшебной пыли, что повлекло за собой ряд разрушений и послужило причиной исключительной разумности многих необычных существ, — Мэри специально говорила несколько запутанно, чтобы выяснить, насколько теперь умны их подопечные. — Вы что-нибудь поняли?

Мидранж секунду поразмыслил, затем кивнул.

— Но, как вы и сами знаете, здесь есть различные непонятные опасности, — напомнила Мэри, удивляясь, с какой легкостью она приняла новый стиль общения. — Так что я надеюсь, что вы будете держаться поблизости, когда мы выходим из машины. И будете, как уже сделал Твиттер, в случае необходимости предупреждать об опасности.

Мидранж снова согласился и удалился на поиски уютного местечка, чтобы вздремнуть.

Мэри вернулась на свое место. Она была рада, что Филя не обманул их: он действительно понимал птичью речь, а попугай и правда говорил.

И тут Мэри осознала, что наступила ночь. Она отвлеклась на свое маленькое расследование и не заметила этого. Раньше шел разговор о том, что ночью они поедут дальше, но теперь она сомневалась, что это будет мудро. Если Джим ужасно устанет, а они как раз попадут в очередную переделку, добром это не кончится.

— Дорогой, может, поищем место для ночлега? — спросила она.

— А останавливаться надолго безопасно? — Хлорка оторвалась от карт:

— Филя, что там с безопасностью? — Последовала записка:

«Мы сильно обогнали ураган. Смело можно остановиться до рассвета».

— Вот и хорошо, — заключила Мэри. — А где это лучше сделать? Тут есть какой-нибудь кемпинг? Или еще лучше гостиница, где можно спокойно переночевать?

«Тут недалеко есть несколько деревень бесов. Эти существа исключительно гостеприимны. Особенно любят приезжих издалека. Если выбрать правильную деревню».

Вскоре Филя указал на поворот. Впереди появился знак с надписью «Бес Перспективняк». Маленькая стрелочка указывала вправо. Но Филя дал понять, что это не то. Чуть далее высилась табличка «Бес Предел». Стрелка была направлена вправо. Филя забраковал и этот поворот. Мэри была с ним абсолютно согласна: поскольку в Ксанфе все воспринимают буквально, еще неизвестно, что им предложат в деревнях с такими подозрительными названиями. Наконец появился знак поворота в деревню «Бес Подобие». Этот вариант показался Филе приемлемым. Мэри осталась довольна выбором.

Деревушка оказалась маленькой, но симпатичной. Джунгли кое-где вырубили и превратили в маленькие опрятные садики, в которых прятались небольшие аккуратные домики. Нигде не было видно ни котлов с кипящим маслом, ни сковородок с грешниками. Видимо, в Ксанфе бесы остепенились.

Народу тут жило немного. А домики и садики были совсем небольших размеров, человек бы в них не поместился. Следуя указаниям Фили, они доехали до самого большого здания в деревеньке. По виду оно напоминало огромный отель, но в высоту имело лишь два человеческих этажа.

Несмотря на то что уже наступила ночь, маленькие фигурки с фонариками сновали туда-сюда. Мужчины были ростом меньше полуметра, женщины — и того ниже. Но в остальном они полностью походили на людей. Они что-то носили из своих домиков в лес.

— А что они делают? — поинтересовалась Хлорка. Филя написал в ответ:

«Они носят драгоценные камни в глубокую пещеру».

— Ах да, — вспомнила девушка. — Приближается ураган.

Все вылезли из фургончика и принялись разминать затекшие конечности. Буфер, Твиттер и Мидранж вели себя на пять с плюсом. Дверца гостиницы открылась, и оттуда появились мужчина и женщина. По человеческим меркам мужчине на вид было лет семьдесят, женщине — пятьдесят.

— Здравствуйте, большие люди! — приветливо сказала маленькая женщина, ее голосок как раз соответствовал ее размерам. — Меня зовут Киета. А это мой отец — Бес Козырный. Мы старейшины нашей деревни, поэтому содержим этот дом гостеприимства. Вы станете нашими гостями?

Повисла пауза. Мэри шагнула вперед.

— Конечно! Но мы… мы не совсем уверены, что размеры вашей гостиницы нам подойдут, — Мэри выразительно посмотрела на дверь высотой сантиметров в шестьдесят.

— Но у нас же есть заклинания Уравнения, — ответила Киета. — Все будет отлично, входите.

Все еще сомневаясь, Мэри сделала шаг вперед. Вдруг здание засияло и выросло до необходимых размеров. Киета и Козырный тоже.

— Что случилось? — удивилась Мэри.

— Тебя уравняли, — объяснила Киета. — А остальных твоих друзей еще нет.

Мэри обернулась. Там стояло несколько гигантов ростом четыре-пять метров. Даже животные казались огромными.

— Ох! — только и сказала она, побледнев. Киета не дала ей упасть.

— Прости, я не думала, что для тебя это так важно. А вы все случаем не из Обыкновении?

— Да, — ответила Мэри, приходя в себя.

— Заклинание абсолютно безвредно. Оно только делает представителей разных по величине видов одного роста друг с другом. Для тех, кто находится вне зоны действия заклинания, мы кажемся маленькими, как бесы, а они нам кажутся большими, как люди.

— Это уж точно, — согласилась Мэри, не в состоянии выдать что-нибудь более содержательное.

Теперь Хлорка сделала шаг вперед, засияла и стала ростом с Мэри.

— Разве не здорово? — восхитилась она. — Я никогда раньше заклинаниями Уравнения не пользовалась. Но мне очень понравилось. Наверное, удобно, когда существа разных размеров хотят вызвать аиста.

— Кого вызвать? — Мэри была в шоке. Но потом подумала, что в этой сумасбродной стране и правда в соответствующих случаях зовут аиста, и спаривание человека с бесом становится вполне реальным.

Хлорка жестом позвала остальных. Те, включая животных, осторожно вступили в круг заклинания.

— Ой! — радостно воскликнула Карен, уменьшаясь.

— А теперь входите, — пригласила Киета. — Я покажу вам ваши комнаты, пока мой отец приготовит ужин.

Они поднялись за ней по лестнице на роскошный второй этаж. Киета гостеприимно распахнула двери прелестного номера.

— Ну, что скажете? — робко спросила она. — Здесь четыре спальни, четыре ванные комнаты, и все остальные удобства для людей и животных.

— Но мы не можем себе это позволить! — запротестовала Мэри.

— Позволить? — женщина подняла брови.

— А сколько стоят эти царские покои?

— Стоят? — еще больше удивилась Киета.

— Бесы не берут плату со своих гостей! Тут все бесплатно! — шепнула Хлорка.

— Но мы не можем жить тут так просто! — воскликнула Мэри.

Киета смутилась:

— Ради Демонов, простите! Я подумала, что этот номер подойдет. Но сейчас попробую поискать для вас покои получше.

— Нет-нет! Что вы! — поспешно сказала Мэри. — Дело совсем не в этом! Просто эти комнаты столь шикарны, что мы не имеем права занимать их, не заплатив.

— Но вы же гости! — возразила Киета. Мэри взглянула на Хлорку:

— Это такой обычай, да? Все это — бесплатно? Только потому, что мы тут остановились?

— Да, я думала, вы знаете… Конечно, если бы мы остановились в Пределе или Перспективняке, там все было бы гораздо хуже.

— Сплошной беспредел и полный бесперспективняк, — понимающе пробормотал Шон.

— Так что вы решили? — с надеждой в голосе спросила Киета.

— О милая, это просто бесподобно! — успокоила ее Мэри. — Я и не думала, что все будет настолько прекрасно. Мы… мы привыкли к гораздо более скромным условиям.

— В Бес Подобии гордятся гостеприимством! — с облегчением сказала Киета. — Вам хватит часа перед ужином, чтобы прийти в себя?

— Само собой, — ответила Мэри. — Спасибо тебе огромное, Киета. Здесь очень красиво.

— Мы всегда готовы вам помочь, — улыбнулась та.

Все бросились исследовать номер. Огромная спальня, рядом еще три поменьше, гостиная с мягкими диванами и нишей, где стоял корм для собак, котов и птиц. Ванна большой спальни скорее напоминала бассейн. В остальных трех комнатах с кроватями был душ.

— Наверное, это здорово, — сказала Мэри, — быть гостеприимными за просто так.

Буфер, Твиттер и Мидранж спокойно чего-то ждали. Мэри первая сообразила чего.

— Ой, вы тоже делайте, что хотите, отдыхайте.

Животные бегом бросились к кормушкам и мискам и принялись жадно есть.

— А нам что делать? — спросил Дэвид. — Вы с папой занимаете большую спальню с гигантской ванной, Хлорка и Филя отправляются в одну из комнат поменьше. А как быть нам троим? Ведь остается только две спальни…

Мэри задумалась, а потом предложила:

— Если кто-то из вас согласен спать на диване в гостиной, то тогда у каждого будет по целой комнате. Делить придется только ванную. Договоритесь между собой?

Троица радостно закивала.

— Не забудьте! Ужин через час.

Мэри обратилась к Хлорке:

— Послушай, если не хочешь жить в комнате с Филей…

— Нет, все отлично! — замахала руками девушка. — Пойдем, Филя, ты еще немного воняешь после мясеоритного дождя. Я тебя сейчас отмою.

Она повела молодого человека в спальню. Шон смотрел им вслед.

— Ах, если бы меня отмывало такое создание, как она…— Тут он понял, что мать смотрит на него, и смутился (на вид — недостаточно).

Джим и Мэри удалились в свою спальню и закрыли дверь.

— Ну, кто первый? — спросила Мэри, глядя на ванну непомерных размеров.

— А может, вместе?

— Наш медовый месяц давно прошел, — игриво ответила она.

— Ну и что? — удивился Джим. Он прав.

— Ладно, вместе, — согласилась Мэри. — Только, чур, не приставать!

Она повернула кран с водой. Как интересно. Кран был только один, но вода из него потекла как раз нужной температуры. Полотенца оказались маленькими, но, когда Мэри до них дотронулась, мгновенно впитали воду. На раковине лежал совсем небольшой кусок мыла, но в воде он усердно начал мылиться и пускать пузыри. Тут, наверное, тоже без магии не обошлось. Со временем к ней начинаешь привыкать, и она преподносит все более и более приятные сюрпризы.

Скоро они оба сидели в ванной, усердно смывая друг с друг грязь. Джим все же немного поприставал, но Мэри была не против. Все действительно напоминало их медовый месяц.

— Если бы вот так было каждый день…— пробормотала она.

— Да…— согласился Джим. — Ксанф — словно мощная компьютерная игрушка. Сначала ты ничего не понимаешь и вляпываешься во что ни попадя. Это тебя бесит и сводит с ума. А потом ты вдруг начинаешь понимать, что к чему, и оцениваешь ее по достоинству.

— М-м-м-м…— томно согласилась Мэри.

Тут все пошло совсем не так, как она предполагала… Но это того стоило. Слишком давно дети не оставляли их наедине.

Через час они, блистая чистотой и довольными улыбками, появились в гостиной. На удивление, дети не опоздали. Животные, видимо, тоже собирались пойти со своими хозяевами.

— Но…— попыталась было воспротивиться Мэри, но вспомнила, что теперь с ними не будет никаких проблем. — Ну конечно.

Все удивленно посмотрели на нее, Мэри улыбнулась, но промолчала.

В этот момент появилась Киета:

— Вот сюда, пожалуйста.

Они очутились в светлой комнате, посередине которой был накрыт стол, как раз на их команду. Киета исчезла за дверью кухни и вскоре появилась оттуда, неся большой поднос тарелок и кувшинов. На блюдах лежали разнообразное мясо, овощи, пирожные, хлеб, кувшины были наполнены различными напитками.

— Я буду подавать вам еду. Но я не очень хорошо знакома с пристрастиями обыкновенов, поэтому принесла всего на выбор, — пояснила она. — И я с радостью отвечу на все ваши вопросы по поводу незнакомой еды.

Шон потянулся за кувшином.

— Тут что-то знакомое. Это что?

— Пинок-в-зад.

— Я так и подумал, — усмехнулся Шон. Он налил себе целый стакан, отхлебнул и подпрыгнул:

— Ай!

Карен расхохоталась:

— Пинок-в-зад! Это мне нравится. Как раз для тебя. Мэри углядела кусок мяса, напомнивший ей о мясеоритном дожде:

— Скажи, пожалуйста, а это что?

— Бифштекс с бифштексного дерева.

Мэри решила рискнуть и не прогадала. Нежное мясо просто таяло на языке. Все принялись пробовать экзотическую пищу и явно получали удовольствие. На десерт подали морожаное. Разнообразные рожицы весело корчились на тарелках, но по вкусу напоминали известную обыкновенскую сласть.

Когда ужин подошел к концу, появился Бес Козырный:

— Я попытаюсь вас чем-нибудь развлечь, пока Киета моет посуду.

— Может быть, ей помочь? — предложила Мэри, чувствуя вину, ведь все это великолепие было абсолютно бесплатным.

— Не стоит. У вас не будут работать нужные заклинания. Что же мне для вас сделать?

— Мне бы, например, хотелось узнать побольше о вашей деревне, о вас, — сказал Джим. — Я раньше никогда не встречал бесов.

На лицах Карен и Дэвида было написано отчетливое желание посмотреть телевизор, но Мэри предупреждающе на них шикнула.

Козырный, однако, услышал ее и понял, в чем дело.

— Может быть, дети останутся тут и посмотрят Волшебное Зеркало, — предложил он, — пока я покажу взрослым деревню.

— Волшебное Зеркало? — обрадовалась Карен.

Бес подошел к большому зеркалу, висящему в углу комнаты.

— Свет мой, зеркальце, здесь дети, Покажи им все наcвeme! — продекламировал он.

В стекле появился рот. Он казался отражением, но отражать было нечего:

— Подходи, обыкновен! Покажу я Гобелен, Гобелен с дворцовых стен!

— Гобелен…— расстроенно протянул Дэвид.

— Волшебный Гобелен замка Ругна показывает любую сцену в Ксанфе, все, что вы захотите увидеть, — объяснил Козырный. — Детям он нравится. Только нельзя нарушать законы Взрослой Тайны.

— А-а-а-а…— еще больше расстроились оба.

— Но он показывает исторические сражения, где драконы пожирают людей, мужчины закапывают женщин живьем, льются реки крови.

— Эге! — обрадовались они.

Мэри вздрогнула. Значит, и Ксанф прошел через все ужасы войны.

Дэвид и Карен подтащили стулья к зеркалу.

— Ну, давай посмотрим на реку крови, — предложил Дэвид. — Тут надо рифмовать, да?

Мальчик задумался, а затем выдал:

— Покажи нам реку крови, Где растут кусты моркови!

Зеркало показало деревенский пейзажик, через который протекала ярко-алая река.

— Здесь вода такого цвета, Никакой тут крови нету! — не согласилась Карен.

На фоне сцены снова появился рот зеркала:

— Закажи тогда программу — Показать реки исток, Где из огра жуткой раны Кровь вливается в поток!

— Точно! — обрадовались дети.

Киета принесла тарелку ванильных колесиков с шоколадными спицами:

— Вот вам печенье, ешьте.

Мэри улыбнулась: дети останутся вполне довольны.

— Нам сюда, — сказал Козырный, направляясь к двери. Джим, Мэри, Шон, Хлорка и Филя пошли за ним. Мэри надеялась, что экскурсия окажется не такой занудной, как думали дети. Но это была дань вежливости, чтобы отплатить бесам за их гостеприимство. Главное, чтобы она не затянулась и скоро можно было погрузиться в долгожданный сон.

Трое животных последовали за ними. Это заставило Мэри задуматься:

— Буфер, останься, пожалуйста, с ребятами, хорошо? — Пес посмотрел на нее, кивнул и вернулся к Карен и Дэвиду.

— Спасибо, — прошептала Мэри.

Ей не хотелось оставлять детей одних в чужом месте. До них теперь можно добраться буквально только через труп Буфера. А псу не будет мучительно скучно смотреть на Гобелен в компании детей.

Глава 6

РЕШЕНИЕ

— Мяу! — требовательно мяукнул Мидранж. Шон улыбнулся и бережно взял кота на руки. Мидранж не любил ходить пешком тогда, когда можно было этого не делать. Пес Шона остался с Дэвидом, поэтому ответственность за кота брата переходит к нему.

Подлетел Твиттер и уселся Шону на голову. Вот те раз! Карен умудрилась внушить Мидранжу, что любое нападение на птицу повлечет ответное нападение на самого кота. Так что Твиттер был оставлен в покое. Но закадычными друзьями назвать их было сложно. Благодаря магии они стали относиться друг к другу терпимее. Все животные заметно поумнели. И Твиттер, видимо, решил, что, во всяком случае, кот поймет его лучше, чем люди.

Они покинули комнату, где обедали, и вышли на улицу. Ветер задул сильнее. Бес Козырный снял фонарь с крюка при входе и осветил улицу.

— Ах да, как же быть с заклинанием Уравнения? — спросил Шон у беса, который теперь выглядел как обычный пожилой человек. — Если мы уйдем из гостиницы, мы снова станем большими?

Козырный поднял фонарь, чтобы он светил дальше.

— В эту лампу встроено добавочное заклинание Уравнения, — объяснил он. — До тех пор пока вы остаетесь в ее свете, оно будет удерживать вас в нынешнем состоянии.

Тогда ладно. Шон вернулся к предмету своего постоянного интереса, то есть к Хлорке. Она была самой сексуальной девушкой, которую он когда-либо встречал. Конечно, он видел ее в настоящем невзрачном обличье, но какое это имеет значение теперь? Взять, например, Филю. Он вообще оказался драконом с головой осла. И ничего, никто особо из-за этого не переживает. Так почему же ему, Шону, нужно напрягаться по поводу Хлорки? Красивых изнутри вообще нет: там у всех кишки и кровь. А к тому времени когда Хлорка снова станет уродиной, он уже будет далеко, в Обыкновении. Так что надо ловить момент и ни о чем не думать.

Шон замедлил шаг и немного отстал от основной группы. Чуть поодаль шли Хлорка и Филя. Теперь, если она его обгонит, можно будет кайфовать весь оставшийся вечер. Но даже если этого не случится, он уже достаточно долго пялился на ее завлекательные формы, так что сможет некоторое время жить лишь воспоминаниями и фантазиями. Хлорка явно еще не очень освоилась с новым соблазнительным платьем, поэтому периодически восхищенному взору открывались такие перспективы, что захватывало дух. Но Шону это было только на руку, и сообщать об этом девушке он не собирался.

Твиттер тихонько чирикнул ему в ухо. Что-то вроде «Смотри влево». Шон обалдел, но последовал совету и посмотрел налево. К нему направлялась Хлорка.

— Какие славные зверюшки! — нежно пропела она. — Твиттер тебе что-нибудь сказал?

— О да! Он сказал, что нечто сногсшибательное приближается ко мне слева!

Девушка улыбнулась.

— Ты, Твиттер, тоже мне очень нравишься.

Птичка сделала ножками несколько танцевальных па и радостно расфуфырила перышки.

— Шон, после того как Филя сделал меня красивой, ты первый мужчина, которого я вижу рядом с собой, — сказала Хлорка. — Можно, я потренируюсь использовать свои чары на тебе? Если, конечно, ты не против?

— Э… Ты… можешь тренироваться сколько влезет! — ответил Шон, несколько ошарашенный ее прямотой. Как ему хотелось затащить ее в уголок потемнее и приступить к настоящим тренировкам!

— Понимаешь, всю жизнь мужчины издевались надо мной, потому что я была некрасива, — грустно продолжала девушка. — И теперь я теряюсь и не знаю, как себя вести в их обществе. Я не могу тренироваться на Филе, потому что он не совсем человек. Но если я тебе надоем — ты так и скажи!

— Как бы ты ни старалась, тебе не удастся надоесть мне! — У Шона кружилась голова.

Хлорка звонко рассмеялась.

— Это довольно просто! В моем настоящем облике, конечно. Но Филя сделал меня ласковой, умной и красивой. Однако ум не заменяет опыта! — она подмигнула ему.

— Это верно. — От открывшихся возможностей пульс стал биться в два раза быстрее. Она хочет любовного опыта!

Но они как раз пришли куда-то. Ну вот, в самый интересный момент!

Компания вошла в дверь ничем не примечательного здания.

— Здесь мы готовим сырье для камней, — заговорил Козырный. — Бес Прерывный — наш самый быстрый и постоянный работник.

И правда, бес так быстро работал топором, что его было практически не видно. Из-под лезвия на стол падали разноцветные камешки.

— Это особая технология изготовления камней посредством рубки. Таким образом мы получаем…

— Рубины! — догадалась мама. Драгоценные камни — ее пунктик.

Старый бес улыбнулся:

— Верно.

— А это что? — спросила Хлорка, указывая на мерцающие в темноте буковки А.

— Это а-метист, — пояснил Козырный. — Им метят дорогу ночью.

Они вышли на улицу и подошли к горке камней, от которой бес отколупывал киркой небольшие сверкающие зелеными огоньками кусочки.

— Близко не подходите, — предупредил Козырный, — не подпускайте животных, а то они приблизятся… и замрут.

Значит, у вас изумруд так действует? — уточнил папа.

— Да, — кивнул бес. Но Печному на все наплевать, и он может работать с ними.

— Беспечный…— прошептал Шон.

Они прошли мимо садика, в котором росли небольшие цветочки с золотистыми лепестками. Шон остановился у решетки и залюбовался ровными грядками. Вдруг один цветочек ему подмигнул. Среди лепестков скрывался маленький глазик, опушенный густыми ресничками! Тут он услышал голос гида:

— Это златоглазки, мы собираем с них пыльцу и используем в ювелирном деле.

Группа подошла к стойке с коричневатыми камушками. Они злобно хмурили брови и морщили носики. Мама наклонилась, чтобы получше рассмотреть каменные личики. Одно из них попыталось укусить ее за нос. Мидранж зашипел, Твиттер гневно захлопал крылышками.

— Да что с ними такое? — возмутилась пострадавшая. — Почему они такие злые?

— Это сердитые лики, — пояснил Козырный. — Покойный быстро их утихомирит.

Нервно оглядываясь по сторонам, появился бес. Да уж, покоя в его фигуре не наблюдалось. Но, как только он приблизился, личики мгновенно успокоились.

— Сердолик… Беспокойный…— сообразил Шон.

— Ты такой умный! — восхитилась Хлорка, наивно хлопая ресницами. Значит, решила начать тренировки. Шон готов был растаять на месте.

Они подошли к пруду, у которого очередной бес брил непомерно лохматую лиану.

— Толковый всегда так тщательно брил лиану, что в конце концов она становилась бриллиантовой. Его работа нравится Королеве жемчужин. Ее каждый год вытаскивают из пруда. Она хватается за драгоценную лиану и вылезает на берег. Толковому снова досталась честь вытаскивать Королеву.

— Бестолковый… Бриллиант…— продолжал блистать смекалкой Шон. Ресницы Хлорки снова взметнулись вверх. Так вот где счастье!

Козырный подвел группу к бассейну. Его стенки были отделаны корой, которая тихонько орала.

— Кора орала… Корала…— задумался Шон. — Коралл!

Из глубин вынырнул конь с рыбьим хвостом и заржал.

— Морской конь! — воскликнула Хлорка.

— Мы по времени не успеваем выкормить их, так что приходиться повременить.

Повременить с чем? — спросил папа.

— Повременить со спасением их от урагана. Пусть они пока едят, мы будем вывозить их в последнюю очередь. А ураган близится. Наши изделия очень чувствительны к изменениям в магии. К завтрашнему вечеру нам нужно уйти из деревни. Именно поэтому мы работаем ночью. Нам нужно закончить все дела и доставить все вещи в безопасное место, — бес нахмурился. — К сожалению, морские кони немного приболели, с ними нелегко справиться.

Хлорка коснулась пальцем воды:

— Немудрено заболеть, в этой воде полно микробов!

— К сожалению, да, из-за урагана тут развелась странная живность. Мы ничего не можем с этим поделать, — Козырный вздохнул.

— Сейчас исправим, — сказала девушка и снова коснулась воды.

— Ты ее отравила? — озабоченно спросил Шон.

— Да, но такая доза на коней не повлияет. Яд просто убьет микробов и растворится. На некоторое время вода останется чистой.

Шон хлопнул себя по лбу:

— Ну конечно! Как я раньше не догадался! Мы же тоже для этих целей используем хлорку! Тоже чистим ею воду!

— Яд для того чтобы очистить воду? — удивился бес. — А я думал, в Обыкновении нет магии…

Шон засмеялся.

— Кажется невероятным, но это так. Коням явно стало легче.

— Спасибо огромное, — обратился Козырный к Хлорке. — Мы бы сами до этого никогда не додумались.

Они пошли дальше смотреть на работу бесов.

— Но…— подала голос мама, — неужели только из-за нас вы с дочерью забросили работу?

— Вы же гости! — непонимающе развел руками Козырный. — Мы должны заботиться о вашем уюте.

Мама замолчала, но явно не успокоилась. Бес указал на портал, сделанный из прозрачного камня. От него исходил мелодичный хруст.

Через этот портал мы выносим наши творения. Ворота сделаны из камня, прочного как сталь. Бес Страшный покажет вам наше хранилище.

Ниоткуда появился бес жутковатого вида и смело протянул руку незнакомцам. Но Шона мучила другая мысль:

— Хрустящий камень… Камень как сталь… Хрусталь!

— Я прямо не знаю, что сказать! — Хлорка опять взялась за свое. — Ты просто феноменально сообразителен!

В этот момент она показалась Шону особенно хорошенькой. Она показалась бы такой, даже если бы не была красавицей.

— Ты тоже, — не остался в долгу он.

— Ой! — воскликнула она, комплимент застал ее врасплох. — Значит, комплименты говорят и в ответ?

— Само собой, это и называется этикет, — Шон почувствовал себя несказанно мудрым.

— Джим, — донесся шепот мамы.

— Большое спасибо, — обратился папа к Козырному, поняв мамины переживания, — мы увидели уже очень много. Но нам нужно выспаться к завтрашней поездке.

— Конечно, конечно, — тут же согласился бес, — я отведу вас обратно.

Шон понял, что родичи не хотели больше отнимать у бесов время, когда им еще столько предстоит сделать. Это понятно. Плюс еще мама наверняка обеспокоилась его слишком долгим пребыванием рядом с очаровательной Хлоркой. Мысль о том, что дети когда-нибудь вырастут и найдут свою любовь, почему-то вызывала у мамы нервную дрожь. Такое ощущение, что после нее никто больше не перешагнет порог взрослой жизни.

По пути обратно в гостиницу Хлорка приветливо заговорила с Козырным.

— Я никогда не думала, что бесы производят столько камней! Я всегда считала, что это дело нимфы Самоцветик.

— Бесы производят все драгоценные камни в Ксанфе, — гордо ответил бес. — Все, начиная с лучиков света в утренней росе и заканчивая настоящими сокровищами. Как ты думаешь, откуда нимфа берет камни?

— Из волшебной бочки, которая всегда полна ими…

— Потому что мы ее и наполняем. Мы придумываем их вид и состав. А нимфы прячут наши камни, чтобы потом кто-нибудь их нашел. Так было всегда.

— Я просто обескуражена! В смысле, удивлена. У вас все получается так замечательно!

— Очень тебе признателен, — старый бес расплылся в улыбке. Чары Хлорки действовали и на него.

Они подошли к гостинице. Дэвид, Карен и Буфер так все и сидели как приклеенные у Волшебного Зеркала. Мама выковыряла их оттуда и потащила наверх.

— Классно! — делился впечатлениями Дэвид. — Мы видели такую резню!

Мама уже начала медленно поворачиваться, чтобы сказать сыну все, что думает, но Карен вовремя взяла слово:

— А еще мы видели эльфессу Дженни. Она из Двухлунии и тоже долго привыкала к Ксанфу. Как и мы!

Шон усмехнулся. Хоть раз в жизни Дэвид дал сказать что-то своей младшей сестренке. Эльфесса маме понравилась больше, чем захватывающая резня.

Когда все наконец вволю набегались и завалились спать, Шон в окружении животных улегся на диван в гостиной. Он выбрал самый большой и вытянулся во весь рост. Теперь парень полностью осознал, насколько устал. Он лежал и тешил свое воображение образами невинно обнаженной Хлорки. Шон понимал, что на самом деле между ними ничего нет, что это все демон, точнее, ангел-искуситель. Но оп хотел насладиться этим искушением в полной мере.

Трое животных подошли поближе.

— Вы все хотите залезть ко мне в кровать? — Шон подмял бровь. — Ладно, только не обделайтесь.

— Си-и-и-н! — чирикнул Твиттер. Парень протер глаза и уставился на птицу.

— Пи-и-п, ты сказал мое имя! — От удивления Шон забыл, что ругаться тут бессмысленно.

Твиттер кивнул.

— Скизать! — снова щебетнул попугай.

— Ты хочешь мне что-то сказать?! Не могу поверить!

— Сказа-а-ать, — мяукнул Мидранж.

— Да-а-а-у-у-у! — подтвердил Буфер.

— Видимо, придется, — смирился Шон. — Так что же вы хотите сказать?

Троица немного растерялась.

— Вопр-р-рос, — нашелся Буфер.

— Ага, вам сложно говорить со мной, поэтому предлагаете сыграть в угадайку?

Животные радостно закивали.

— Ладно. Я могу быть уверен, что вы остаетесь нашими друзьями и не доставите нам беспокойства?

Они снова закивали.

— Отлично. Тогда давайте упростим. Один гав, мяу или чирик — значит да, два — нет, три — нужно что-то уточнить. Попробуем?

Раздался один гав, мяу и чирик.

— Теперь давайте выберем спикера, — улыбнулся Шон. — Твиттер быстрее всех ответил на мой первый вопрос, так что эта почетная должность предоставляется ему. Но остальные тоже имеют право высказывать свое мнение. Начинаем? Итак, нам что-то угрожает?

— Чирик.

— Это относится к урагану, который мы пытаемся опередить?

— Чирик.

— Мы собираемся ехать на север утром. Нужно раньше?

— Чирик.

— Лучше выехать, когда прорежется первый луч солнца, и забрать завтрак с собой в машину?

— Чирик.

— О'кей. Пойду скажу папе. Он, наверное, еще не заснул.

— Чирик-чирик-чирик.

— Хм…— Шон задумался. — Я должен узнать что-то еще?

— Чирик.

— Сейчас-сейчас. Вы узнали что-то, чего люди не знают. Но вы постоянно были рядом с нами — двое со мной, один — с детьми. Так почему же вы знаете больше? Или вы узнали это раньше? О! Вы разговаривали с другими животными по пути?

— Чирик.

— И они сказали вам что-то, что люди не знают?

— Чирик-чирик-чирик.

— Они сказали вам что-то, чего не знаем мы. А бесы? Они знают?

— Чирик.

— Поэтому они и хотят смыться отсюда поскорее. Ураган… Но мы ничего о нем знаем…

— Чирик-чирик-чирик.

— Что-то об урагане. Помимо того что он носит вещи по воздуху и может сдуть нас. Ничего в голову не приходит.

— Бесыр-р-р-р, — подал голос Буфер

— Подожди, сейчас не до сыра. Дай подумать.

— Гав-гав.

— Ты не о сыре? А о чем?

— Мяу-бесы, — сказал Мидранж.

— Так вы о бесах! Они очень добродушные существа.

— Чирик.

— Ураган им тоже принесет неприятности. Ведь в воздух поднимется магическая пыль и повлечет за собой безумие. Теперь они собирают шмотки и уматывают.

— Чирик-чирик-чирик.

— Еще об этом. — Голова раскалывалась. — Они знают, что делать… Они успеют вовремя?

— Чирик-чирик.

— Ого! Не успеют?!

— Чирик.

— Потому что мы отвлекли их от дел и отняли время? — Трое животных переглянулись.

— Чирик-чирик, — с сомнением в голосе ответил Твиттер.

— Но мы могли им помешать! Своим появлением!

— Чирик.

— Теперь понятно. А мы можем им как-нибудь помочь?

— Чирик.

— Например, носить вещи… Точно! Выйдя из-под действия заклинания Уравнения, мы станем больше и сможем унести очень много! Тогда все окончится благополучно.

— Чирик.

— Пойду скажу папе.

На этот раз протестов не последовало. Шон подбежал к двери большой спальни и забарабанил в нее. Через секунду в дверном проеме появился немного помятый и заспанный папа.

— Что случилось?

— Животные сказали мне, что бесы не успеют унести все отсюда до урагана, потому что мы их задержали. Может, предложим им свою помощь?

— Сейчас спросим, — тотчас проснувшись, ответил папа. Они поспешили вниз. Животные побежали следом.

Внизу никого не оказалось.

— Все ушли работать, — сказал Шон. — Надо же, они нам и слова об этом не сказали!

— Пойдем искать их, — они вышли на улицу. Папа взял волшебный фонарь. — Думаю, нам стоит оставаться нужного роста.

Как только они побежали по дороге, появилась Киета. Ее передник сбился на сторону, волосы растрепались. Она казалась страшно занятой.

— О, простите! — испугалась она. — Я вас бросила одних! Что вы хотели?

— Мы узнали, что сильно вас задержали. Теперь вы не успеваете закончить все, — сообщил папа. — Мы можем вам как-то помочь до отъезда…

Киета качнула головой.

— Очень мило с вашей стороны, — улыбнулась она. — Но ваша помощь будет стоить вам очень дорого. У вас едва остается время покинуть Ксанф, прежде чем пыль начнет делать свое дело. Вам нужно выехать на рассвете и ехать без остановок. С помощью Волшебного Зеркала я поговорила с Добрым Волшебником, а он всегда прав. Нельзя откладывать. Если вы останетесь нам помогать, ураган настигнет вас и вы не сможете покинуть Ксанф. Вы останетесь здесь надолго. И мы будем крайне расстроены, если позволим этому случиться.

— Ну, тогда мы поможем вам сейчас, ночью, до рассвета, — предложил Шон.

— Нет, я не хочу отвергать вашу помощь, но вы обыкновены. Вы будете спотыкаться в потемках, и пользы будет немного. Вы можете сделать что-то только днем, но к этому времени вы уже уедете.

Папа посмотрел на сына.

— Мне самому это не нравится, но лучше нам уехать вовремя.

— Наверное, — неохотно согласился Шон. — Единственное, что мы можем сделать для этого народца — это великодушно убраться с их пути.

Папа обратился к Киете:

— Простите, что задержали вас. Мы уедем с первым лучом солнца. Не беспокойтесь о нашем завтраке, мы все уладим сами сами.

— Спасибо, — ответила Киета. — Но еду можете взять с собой. Буфер уже знает, где она лежит. Счастливого пути!

Она повернулась и побежала вниз по дорожке.

— Мне очень стыдно, — сообщил Шон.

— Мне тоже, — ответил папа. — Но мы ничего не можем с этим поделать.

Отец и сын вернулись в гостиницу.

Шон снова устроился на диване, животные прилегли рядом. Он закрыл глаза, и перед его мысленным взором предстала Хлорка в прозрачной ночной рубашке. Если бы ему только удалось провести ночь рядом с ней…

Перед рассветом родители уже были на ногах и стучались во все комнаты. Шон никак не мог понять, как им удается просыпаться в нужное время. Хлорка выглядела сонной, но это только добавляло ей очарования. Филя был, как всегда, бодр. Пока дети, как сомнамбулы, разбредались по ванным, папа начал грузить вещи в машину, а мама с Буфером отправилась на кухню. Все вокруг суетились. Шоп прошелся по комнатам и собрал весь мусор, чтобы хоть как-то облегчить задачу Киете. Он чувствовал себя виноватым.

Затем он собрал животных и вывел их наружу, чтобы те не крутились под ногами. Забавное ощущение — выходить из круга действия заклинания Уравнения, ты становишься гигантом рядом с кукольным домиком. Шон засунул животных в фургончик. Любое промедление может стать роковым.

За несколько минут до рассвета все забрались в машину и папа завел мотор. Бесы не переставая шныряли вокруг, торопясь по своим делам. Шону показалось, что он увидел Киету, и помахал ей. Но та его не заметила. Она выглядела очень усталой.

Фургончик покатил обратно на дорогу троллей. Тут послышался треск, будто кто-то что-то разрезал. На темном небе возник ровный разрез, оттуда выглянул луч и осветил Ксанф.

— Что это? — удивился Джим.

— Это прорезался первый луч солнца, — засмеялась Хлорка. — Иногда он задерживается, и солнце не может встать, потому что боится темноты. Этот луч вспарывает ночь и льет на нас первый свет.

Тут даже Карен решила, что это как-то неестественно. Но для Ксанфа такое — обычное дело.

Они развернули еду, которую оставили бесы. Заклинание Уравнения увеличило ее до нормальных размеров. В корзинке нашлось что-то для каждого, от на удивление холодного морожаного до боксерских груш для животных. Даже на расстоянии бесы умудрялись быть гостеприимными.

Дорога очень быстро наскучила, и Шон взялся научить всех играть в покер на спички. Хлорка постоянно нечаянно «светила» карты, так же как и соблазнительные части тела. Но это ей очень шло. А вот молчащий Филя оказался крепким орешком. Он явно знал все карты, и вскоре горка спичек перекочевала к нему. Игра прекратилась.

— А вы заметили, что в деревне не было женщин и детей? — спросила мама с переднего сиденья.

— Думаю, они все уже в безопасной пещере, — предположила Хлорка. — То, что можно доделать, остались заканчивать мужчины.

— Этого оказалось недостаточно, — заметил Шон. — Они не успеют справиться со всем, прежде чем до них дойдет волна безумия и испортит камни.

— Как не успеют? — заволновалась девушка. — Откуда ты знаешь?

— Мне рассказали животные, — ответил Шон, — а сами они узнали от других.

Хлорка взглянула на Филю. Тот кивнул.

— А мы не можем помочь? — забеспокоился Дэвид, демонстрируя в кои-то веки проснувшуюся совесть.

— Нас самих тогда догонит ураган, — объяснил папа.

— Нет, нет! — запротестовала Хлорка. — Я должна вас вывести из Ксанфа в целости и сохранности.

— Но бесы такие очаровашки, — загрустила Карен, — нужно было помочь им.

— Если бы вас настиг ураган, стало бы еще хуже.

— Да…— протянула девочка. Шон понимал и разделял чувства сестренки.

Время шло. Шон устал пялиться в окно, а любоваться Хлоркой и не быть замеченным — было тяжко. Поэтому, когда все снова сели играть в дурака, он задремал.

Шон проснулся, когда фургон свернул с главной дороги. Он взглянул на часы. Прошло много времени, было около полудня.

— Мы уже выезжаем из Ксанфа? — несколько расстроенно спросил он.

— Нам снова нужно топливо, соня, — ответила сестра. Шон выглянул наружу.

— А где мы?

— Это Ксанф, не забыл еще? А это поднебесные деревья. За окном и впрямь мелькали очень высокие деревья.

— Поднебесные, — согласился Шон. Не хочется вляпаться в какую-нибудь неприятность на глазах у Хлорки.

— Мы ищем водителя, у него должно быть топливо, — сказала Карен. — Дизелей тут больше нет.

— С чего вы взяли?

— Филя так сказал.

Значит, так оно и есть. Шон стал оглядываться в поисках того, что могло бы оказаться водителем.

— Вот он! — крикнула Карен, сверкая голубыми глазами. Навстречу им ехала машина, полностью состоявшая из воды. Папа посигналил. В машине их, видимо, услышали, потому что та припарковалась у обочины.

— Не вылезайте, — предупредил он. — Это может быть опасно. Филя согласился.

И правильно. Из машины выбралось нечто, напоминавшее огромную муху, и полетело к ним. Она приземлилась на крышу фургончика и попыталась прокусить ее. Но водный хоботок ничего не мог поделать с металлическим покрытием. Насекомое сердито зажужжало и улетело к водянистой машине.

Оттуда вышла пожилая женщина. Она тоже состояла из воды. На ней было изящно колышущееся прозрачное водяное платье, волосы украшал роскошный тюрбан из водорослей.

— Здравствуйте, я — Заводила, танцую в водевилях. Хотите, станцую и для вас?

Вся компания испуганно смотрела на нее.

— А! Вы испугались нашего овода? Он заводной, не правда ли? И совсем не страшный. Мой сын, Водитель, — пчеловод. Он разводит таких зверюшек.

— Значит, у него нет топлива…— расстроились все.

— Почему же? Он же настоящий Водитель!

— Я вам дам за топливо один цент, — объявил папа.

— Отлично! Сынок, иди сюда!

Из воды вышел паренек. Он подошел к оводу и привязал к нему поводок. Затем он направился к матери, неся в руках бутылку с прозрачной жидкостью.

— А вот и водитель, — прошептала Карен.

Папа вылез наружу и отвинтил крышку бензобака. Водитель вылил туда содержимое бутылки.

— Это водка, — пояснила Заводила.

Что?! Зачем? Как они теперь поедут?! Но папа спокойно, ничему не удивляясь, снова сел за руль. Видимо, он уже перестал чему-либо поражаться. Что ж, будем теперь ездить на водке. Если получится, конечно.

Папа завел мотор. Вроде бы заработал. В баке еще остался сок дизеля, так что это не показатель.

— Спасибо, — сказал папа. Заводила помахала им вслед. Огромная тень закрыла солнце. Шон посмотрел вверх и увидел гигантскую птицу:

— Опять птица рок! — крикнул он. — Чудища снова догнали нас!

Филя написал:

«Нет, это рок-етка. Они тут собираются и играют в теннис».

— Тогда все ясно, — кисло буркнул Шон. Гигантская птица кружила над ними.

— Она думает, что мы хотим потревожить ее гнездо, — предположил папа, — и поэтому следит за нами.

— Папа прав.

— Но эта туша может запросто поднять нас и бросить в море! — заметил Шон. — Как от нее отвязаться?

Филя передал папе новый листок:

«Впереди есть ОСь. Там живут ОСы. Они Очень Страшные и смогут отогнать рок-етку».

— Тогда показывай дорогу, — храбро сказал папа.

Филя перебрался на переднее сиденье, мама заняла место сзади.

— Чем раньше мы выберемся из этого странного мира, тем лучше, — сказала она. — В Обыкновении нужно опасаться только грабителей и разбойников.

Она улыбнулась, показывая, что это была шутка.

— А как же бесы? — спросила Карен. Мама вздохнула.

— Девочка моя, я сама очень хотела бы им помочь! Они были так добры к нам, несмотря даже на крайнюю ситуацию, в которой оказались сами.

В этот момент они подъехали к огромной оси, вокруг которой вились самые здоровые осы, которых Шон когда-либо видел. Значит это та самая ОСь.

А как они относятся к чужакам? — осторожно спросил папа.

— Хорошо, если их не злить, — ответила Хлорка. — Но они не кусаются, только пугают. Ведь они Очень Страшные!

— Мне становится страшно, когда меня хотят укусить! — забеспокоилась Карен.

Папа, следуя совету Фили, опустил стекло и начал общаться с жужжащими аборигенами:

— Я ОСмотрел вашу ОСтрую ОСь и Остановился. ОСмелюсь сказать, я решил, что вы можете сделать нечто ОСобенное для нас. И мы ОСтанемся друзьями. Что я могу ОСтавить вам за Освобождение от рок-етки? Вот, ОСваивайте, — папа протянул им пластиковую расческу.

ОСы заинтересовались. Для них это было что-то новое и необычное. Они мгновенно утащили расческу в гнездо, то есть в ОСь, и приняли предложение. Рой выстроился клином и устремился вверх, туда, где парила рок-етка. Paздaлoqь оглушительное «Кар-р-р!», и птица, изо всех сил размахивая крыльями, понеслась прочь.

Карен захихикала:

— Они сели ей на хвост! В прямом смысле!

— Стратегическое оружие ОСобого назначения свою миссию выполнило, — отчеканил Шон. — Я ОСуждаю наше первоначальное мнение об ОСах.

Он взглянул на маму, которая постоянно шарахалась от всех насекомых подряд.

Отец повел фургончик обратно на дорогу троллей.

— Теперь я наконец-то в полной мере оценил замечательное охранное заклинание, наложенное па эту дорогу, — сказал он. — Как только мы съезжаем с нее, мы сразу же вляпываемся во всякие неприятности.

— А бесы? — спросил Дэвид.

— Бесы стали редким исключением, — согласился папа. — Кстати, мы уж подъезжаем к границе Ксанфа. Через несколько часов мы вернемся к обычной жизни. Может быть…

— Нам придется расстаться с Хлоркой…— Это откровение поразило Шона до глубины души.

— Ну и с Филей, конечно, — поспешно прибавил он, чтобы скрыть свои чувства.

— Кто еще нам поможет так, как это сделали бесы…— протянула мама.

— Значит, все думают о том же, что и я? — спросил папа. Шон тотчас воспрял духом:

— Может, не будем пока уезжать?

— Как? Нужно ехать домой! — запротестовала мама. — Мы уже опоздали куда только можно!

— В школу, например, — Карен сморщила личико.

— Пропустили уборку, — вставил Дэвид.

— Проспали работу, — добавил папа.

— И очередное исследование, — согласилась мама. — Мне пришло в голову, что раз я так люблю свою работу, исследование древних языков, то мне предоставляется уникальный шанс провести небольшую научную работу прямо тут. Вы, может быть, не заметили, но мы говорим уже на языке людского населения Ксанфа. А животные — на языке животных Ксанфа. Такую возможность нельзя упускать!

Шон усмехнулся.

— У мамы всегда были проблемы с изложением собственных мыслей. Сейчас она просто предлагает остаться тут еще на некоторое время.

— Точно! — воскликнула Карен, захлопав в ладошки. Папа взглянул на маму:

— Всегда, когда ты приводишь весомые, но слегка расплывчатые научные доводы, ты что-то скрываешь. Что это на сей раз? Тебя разве не испугал мясеоритпый дождь или бомбы гарпий?

— Бесы, — раскололась мама, — они были так добры, а мы украли у них необходимое время. Я хотела бы как-то помочь им.

— Но тогда мы попадем под действие безумия! — напомнил Шон, хотя руками и ногами был за то, чтобы остаться в Ксанфе. Просто с мамой нужно быть очень аккуратным. А то, если сразу согласиться, она тотчас переметнется на противоположную сторону и начнет доказывать обратное. Нужно внушить ей, что это она убеждает их остаться в Ксанфе.

— Да, но в опасности весь Ксанф! И разве честно убегать, когда другие этого сделать не могут?

Отлично, мама попалась на крючок. Шон сегодня был на высоте.

— Давайте спросим животных.

И прежде чем кто-либо успел что-то сказать, Шон обернулся к зверинцу:

— Ну а вы что скажете? Вы хотите остаться в Ксанфе еще? — Все трое кивнули. Но этого мало. Нужен веский аргумент.

— Вы что-то знаете, чего не знаем мы?

— Гав, — рявкнул Буфер и попытался снова, — бесыр-р-р…

— Опять что-то о бесах, — понял Шон. — Те, кто были в гостинице? Киета? Козырный?

— Гав.

— Козырный. Он не тот, кем кажется?

— Гав.

— Это плохо?

— Гав-гав.

Шон сосредоточился на этом:

— Значит, хорошо?

— Гав-гав-гав.

— Он не просто хозяин гостиницы? — поняв правила, подключилась Хлорка.

— Гав.

Лампочка вспыхнула над ее головой:

— Вспомнила! Он же старейшина деревни!

— Гав!

— Боже мой! — воскликнула мама. — Я совсем забыла! Они же нам об этом сказали!

— Самый главный бес в городе всегда содержит гостиницу, — объяснила Хлорка. — Бесы считают, что гостеприимство — их самая главная обязанность. Я тоже об этом забыла. Если бы я уделяла больше внимания учебе, я бы сообразила это раньше.

— Но старейшина деревни должен был управлять эвакуацией, распределять работу, — сказал папа.

— Мяу, — подтвердил Мидранж. Дэвид посмотрел на кота:

— Точно, но он приступил к этому, только обслужив нас.

— Да, — согласился Шон. — Козырный и Киета ушли работать, когда мы с папой ночью пошли их искать. Они думали, что мы крепко заснули, и решили вернуться к своим делам. Но нам об этом ничего не сказали, чтобы мы не беспокоились.

— Такое редко встретишь в Обыкновении, — сказал папа. — За это нужно отплатить добром.

Сработало!

— Мы должны вернуться! — озвучила мама всеобщее решение.

— Мы еще успеем к бесам? — спросил папа. — Они должны закончить все к вечеру.

— Филя? — обратилась к спутнику Хлорка. Тот кивнул.

— А как же ты? — мама повернулась к девушке. — Это продлит еще твою работу. Мы не имеем права…

— Я буду только рада, — ответила Хлорка. — Мне никогда не было так весело и интересно. И мне тоже очень понравились бесы.

Шон был в восторге от услышанного. Теперь он ненадолго — а может, и надолго — останется с Хлоркой. И пусть она дальше тренируется на нем. Может быть, постепенно они пойдут дальше приятных разговоров.

Папа развернул фургончик.

— Надеюсь, мы об этом не пожалеем, — сказал он. Но выглядел он очень довольным.

Глава 7

БЕЗУМИЕ

Дэвид был ужасно рад возвращению. Он уже привык к волшебству Ксанфа. Тут было гораздо веселее, чем в Обыкновении. Он, конечно, понимал, что рано или поздно ему все равно придется вернуться в нудную школу. Но теперь у него хотя бы есть о чем писать сочинение на тему «Как я провел лето».

Теперь они ехали в глубь Ксанфа, вместо того чтобы улепетывать отсюда во все лопатки. Ветер усиливался, ехать становилось все сложнее и сложнее. Поездка предстояла долгая. Дэвид, как и всегда в таких случаях, захотел пить.

Тут он заметил на обочине табличку: «Река Яблочная Кола».

— Пап! Может быть, остановимся и глотнем колы?

Папа отреагировал на удивление положительно. Наверное, тоже хотел пить.

— Значит, так, — сказал он. — Все вылезают наружу и делают, что хотят. В следующий раз мы остановимся не скоро.

Спасибо за предупреждение. Все выпрыгнули наружу и разбежались по кустам. Дэвид добыл огромный кувшин и зачерпнул как можно больше колы. Очень удобно, здесь все надо понимать буквально. Написано — река Яблочная Кола, значит, вместо воды в ней яблочная кола. Так же как и реки крови, которые они видели по Зеркалу или Гобелену. Они и впрямь текли из ран гигантов, разливаясь на многие мили. Вода в этой речке весело пузырилась и действительно напоминала яблочную колу. Дэвид тотчас выдул несколько кружек и снова наполнил кувшин.

Он пошел уже к фургончику, но увидел огонь. Ряд маленьких огоньков шел ему наперерез. Парнишка не особо переживал, перешагнуть их — пара пустяков. Но интересно, откуда они взялись? Он остановился и стал смотреть.

Это оказались муравьи. Маленькие красные муравьи.

— Огненные муравьи! — восхитился он.

— Да ладно тебе! — ответил Шон. — Я тут нашел несколько прикольных булыжников.

Дэвид посмотрел туда, куда указывал брат, и увидел кучу камней в форме человечков. Прикольные, потому что лежат рядом с рекой из колы.

— Идите сюда! — крикнула Карен. — Тут есть смешные цветы. — Братья посмотрели на девочку, стоявшую в клумбе цветов, но смеха это не вызвало.

— Ничего смешного, — откликнулся Дэвид.

— Держи, — сестренка подошла к нему и вручила синий цветочек. — Понюхай!

Дэвид сделал что просили, и захохотал. Самое странное, что он совсем не собирался этого делать! Просто засмеялся — и все.

— Чего веселишься? — подозрительно спросил Шон.

— Понюхай, — сказала Карен, протягивая ему красный цветок. Шон коснулся его носом и едва не задохнулся от смеха. Он смеялся и удивленно смотрел на Дэвида.

— Класс, мне нравится, сразу вдохновляет, — одобрил он.

— Ага, — довольно подтвердила Карен. Тут подбежал Буфер.

— Гав! — деловито пролаял он и показал носом в сторону машины.

— Пора, — понял Шон. — Побежали, пока папа не уехал без нас.

Они бросились к фургончику, потому что папа не шутит, когда куда-то торопится. Машина уже собиралась отъезжать. Мама, конечно, не оставит их тут, но лучше прибавить ходу.

— Вы видели мухоловок? — спросил папа, выезжая на дорогу троллей.

— А что в этом такого интересного? — спросила мама, устраиваясь в переднем кресле. Она всегда сидела там и перебиралась назад только в особых случаях.

— Это лягушки с удочками, которые занимаются мушиной ловлей.

Мама звонко рассмеялась.

— Серьезно?

— Абсолютно.

— А знаешь, что я видела?

— Ну? — с интересом подбодрил ее папа.

— Быка-наперстка.

— Быка в наперстке?

— Нет, быка-наперстка.

— Быка и наперсток?

— Да нет же, самца коровы в форме наперстка. С рогами и копытами.

Теперь расхохотался папа.

— И он пасся в поле иголок и булавок!

— Ну конечно.

Дэвид не стал рассказывать, что видели они, потому что в волшебной стране это в порядке вещей.

— Здорово, что они так радуются, — прошептал Шон.

Дэвид согласился, что брат прав. Родители в последнее время общались как-то натянуто, по-деловому. Но теперь вроде бы переняли настроение Ксанфа. А это просто отличный знак.

Дэвид огляделся. Все животные спали, усердно сопя и дергая во сне различными частями тела. Карен перекладывала туда-сюда карты. Шон незаметно бросал восторженные взгляды на ножки Хлорки: ее юбочка задралась слишком высоко. Сама Хлорка беззаботно смотрела в окно. Но тут девушка тихонько стрельнула глазками в Шона, — ага, значит, она знает, что на нее смотрят! Она специально выставляет ножки! Вот это уже интересно.

Но Дэвиду все равно было абсолютно нечем заняться. Можно сыграть в дурака, но уже надоело. Он обратил внимание на Филю. Вот это уж точно странный тип. Дракон с головой осла в теле молчаливого смазливого парня. А может быть, он…

Филя повернулся к Дэвиду.

Может, он и правда читает мысли? Вся скука прошла. Это же супер!

«Можешь?» — подумал Дэвид.

Филя кивнул.

Ого. Проверим еще раз. «О чем я теперь думаю?» Он представил страшную нарисованную морду.

Филя взял блокнот и карандаш — они просто появились у него в руках — и изобразил морду.

Ого! Так с ним можно вслух и не разговаривать! Можно взять и подумать свой вопрос. Но лучше об этом никому не говорить.

Филя вопросительно посмотрел на него.

«Люди очень любят всякие секреты, — громко подумал Дэвид. — Вот, например, Шон пялится Хлорке под юбку, наслаждается видом ее ножек, но не хочет, чтобы кто-нибудь узнал об этом. А она позволяет ему делать это, но не желает, чтобы Шон знал. Можешь посмотреть на них».

Он закончил мысль, Филя через некоторое время кивнул.

«Но лучше не подавать виду, что ты это заметил, а то они оба очень смутятся. Ведь они оба взрослые, или почти что взрослые. Это что-то вроде Взрослой Тайны, которая не дает говорить „пи-и-и-п“. Никто не должен знать. Загляни им в голову, поймешь, что я прав».

Через пару секунд Филя удивленно кивнул снова. Дэвид был доволен. Он учит человека, который и так знает все.

Филя усмехнулся и опять кивнул.

Дэвид понял, что совсем не обязательно специально формулировать мысли; Филя может читать все подряд. Но, раз он так хорошо умеет читать чужие мысли, почему же он такой… ну, неосведомленный?

Филя вручил ему записку:

«Я знаю все, что происходит вокруг меня, но этого всего так много, что я должен специально искать то, что мне нужно. С мыслями то же самое. Их так много, что на большинство я просто не обращаю внимания. Тем более у меня сложности с пониманием человеческих желаний и эмоций».

Дэвид не мог не дать совет. Если Филя хочет понять мысли и чувства взрослого человека, пусть прислушается к умам мамы или папы. Если ему интересны страстные фантазии юных придурков, экземпляра лучше Шона не сыскать. За наивными детскими впечатлениями нужно обращаться к Карен. Ну а если нужен разумный, уравновешенный мозг — Дэвид готов предоставить свой.

Филя благодарно кивнул.

Но Дэвида жутко интересовала одна вещь, и, может быть, Филе удастся найти ответ. Он отлично понимал, почему Шон постоянно заглядывает Хлорке под юбку, это очень увлекательно. Он и сам был бы не прочь углядеть ее трусики. Но почему же Хлорка позволяет Шону смотреть?

Филя написал:

«Она никогда не была красивой и теперь хочет узнать, как действует ее красота на других. Так что она тренируется на Шоне, который наиболее похож на людей, с которыми она будет общаться. Она считает: что сработает с Шоном, сработает и с другими мужчинами».

Конечно, сработает. Значит, с ее стороны это научный эксперимент. На Шона ей наплевать.

Филя быстро написал:

«Научный?»

Он не знает о науке? Хорошо, Дэвид решил рассказать Филе все о обыкновенской науке. Только пусть Филя в точности опишет, что они с Хлоркой делали прошлой ночью в своей комнате в гостинице бесов.

«Она спала. Я сидел и наблюдал за Ксанфом».

Как так?! Никакой Взрослой Тайны? Дэвид никак не мог поверить.

«Хлорка не испытывает нежных чувств к драконьей заднице. Ей нужны отношения с человеком».

А разве Филе не нужно спать?

«Мой вид не чувствует в этом необходимости».

Но теперь Филя человек. Разве его хоть чуть-чуть не интересует, как Хлорка выглядит без одежды? Дэвиду еще только двенадцать, но ему уже хочется увидеть ее обнаженной!

«Я создал ее красоту. И свою привлекательность тоже. Я могу в любой момент видеть ее голое тело, да и тело любого из вас. Так что это для меня не новость».

Видимо, нет. Но, обладая такой силой, зачем Филя носится с ними как с писаной торбой? И вдобавок молчит?

«Я должен молчать, пока не выполню одно задание».

А, похоже на рыцарский обет. Понятно. Но, тем не менее, постоянно находясь в обществе такого соблазнительного существа, как Хлорка, неужели ему никогда не хотелось узнать, что такое человеческая любовь и би-и-и-и-п?

«Я действительно хочу узнать о человеческих эмоциях побольше. Меня это очень интересует. Но эмоции не всегда логичны».

Ну да, но это только потому, что он пытается их анализировать, а не чувствовать. Он прямо как учитель в школе, который из всего может сделать сплошную скукотень. Дети засыпают на уроках сексуального воспитания. А на самом деле люди испытывают эмоции. Некоторые, например, сходят с ума по глупой игре в мяч, а кто-то с головой ныряет в любовь. Филе стоит прочувствовать это.

«У меня нет таких эмоций, как у людей. Как же мне тогда быть?»

Можно попробовать последить за эмоциями самого Дэвида. Он специально постарается воспринимать все ярче, чтобы Филя научился.

«Спасибо. Я попробую».

А теперь надо вернуться к обыкновенской науке. С точки зрения Дэвида, обыкновены с помощью науки добиваются того, для чего в Ксанфе используют магию. Они приходят к одному результату, но разными путями. Слово «рычаг» Филе знакомо?

Так они и общались, пока фургончик катил вперед, Карен перебирала карты, а Хлорка и Шон продолжали играть в игру «покажи и посмотри».

Через некоторое время пошел дождь. Сначала Дэвид подумал, что ему показалось, но потом и вправду разглядел, что дождь цветной. Красные, зеленые, синие и желтые капли стучали в окна. Это всегда так?

«В Ксанфе — да. Дождь такой сильный, что, когда мы доедем до реки, она выйдет из берегов. Тролли собираются перекрыть дорогу, потому что она становится небезопасной».

Но нужно же доехать до Бес Подобия сегодня! Чтобы помочь бесам унести все сокровища.

«Если меня попросят, я проведу вас туда в целости и сохранности».

— Сейчас попросим, — сказал Дэвид вслух.

— О чем? — спросила Карен, Оторвавшись от карт.

— Филя говорит, что впереди сильный дождь и река вышла из берегов. Поэтому тролли перекроют шоссе.

— Но нам нельзя сворачивать, — возразил папа. — Нужно ехать прямо.

—Филя покажет, как это сделать, — сообщил Дэвид.

— Если это волшебный дождь, ему придется, — мрачно ответил папа.

Дождь, как и написал Филя, усилился. Папе пришлось притормозить.

«Остановите тут», — написал Филя.

Дорогу еще не совсем залило. Папа подчинился. Парень выбрался наружу и превратился в дракона. Монстр затопал прочь.

— Он вернется, — заверила всех Хлорка.

Через секунду Филя появился. В ослиной пасти он сжимал ветку с крупными спелыми вишнями.

— Вишня! — радостно воскликнула Карен и потянулась за ягодами. Но Филя отпрянул и покачал головой.

— Похоже, это бамбуховая вишня, — сказала Хлорка. — Но таких крупных, свежих и спелых я никогда не видела. Давай я подержу.

Она осторожно взяла ветку. Филя снова стал человеком и влез в фургончик. За эти несколько минут он уже успел промокнуть до нитки, поэтому мама опять отправила его в душ и вручила очередные шмотки Шона. Что поделаешь, материнский инстинкт.

— А бамбуховая вишня растет на деревьях? — поинтересовался Дэвид, когда машина покатила дальше.

— Все растет на деревьях, — ответила девушка. — Кроме людей, хотя иногда и такое встречается…

Она села. Хлорка была так увлечена веткой вишни, что совсем забыла о платье. Поэтому эта тщательно оберегаемая гроздь не преминула зацепиться за подол и за вырез одежды. Дэвид услышал, как Шон сглотнул.

— А это, видимо, какой-то особый вид, — закончила она.

— А почему я не могу ее съесть? — не унималась Карен. Если уж ей чего-то захотелось, она так просто не отступит.

— Потому что это бамбуховая вишня, глупенькая, — еще раз объяснил ей Дэвид. — Эти ягоды взрываются.

Дэвид чувствовал себя несравненно более умным.

— Взрываются?

— Да, когда их бросают, — подтвердила Хлорка. Ей наконец-то удалось отцепить от ветки платье. Ткань заняла надлежащее место, а Шон снова начал дышать. Ага, а этот случай оказался действительно случайным.

Но вид открылся очень и очень притягательный. Дэвид начал интересоваться такими вещами только в последние два месяца, но подозревал, что со временем этот интерес начнет расти. А тело Хлорки было просто потрясающим. Но это не позволило ему забыть о вишнях.

— А что-нибудь еще так делает? — поинтересовался он. — Взрывается то есть?

— А как же. Лимонки или ананаски, например. Они гораздо более опасны. Ведь они больше.

Появился Филя, одетый в очередную партию вещей Шона. Но брат не обратил внимания, он был полностью поглощен слежкой — авось ветка зацепится за что-нибудь еще.

— А что это за разновидность бамбуховой вишни? — спросила Хлорка.

Филя написал ответ. Никто никак не мог заметить, как у него в руках появляется блокнот и карандаш и как они исчезают. Парень вручил записку Дэвиду.

— У этих вишен в ядре яд, — прочитал Дэвид. — Они гораздо более мощные, чем обычные. Эти ягоды нужны нам для реки.

— Ядерная бамбуховая вишня! — поразился Шон. — Они уж точно супермощные!

Дэвид заметил небольшую приписку:

«То, что ты испытал, когда увидел, что у Хлорки за вырезом платья, — это эмоция?»

Дэвид улыбнулся. Ну да, в каком-то роде. Но, если уж хочется ощутить это в полной мере, Филе лучше забраться в чувства Шона. Сам Дэвид возбуждается только чуть-чуть, а вот Шон распаляется по максимуму. Судя по внешности, Филя того же возраста, что и Шон, так что ему надо реагировать так же.

Филя уселся на свободное место. Дэвид с удовольствием наблюдал, как он теперь смотрит на Хлорку. Почти как Шон, — исподтишка, но настойчиво. Он учится.

— О-хо-хо, — мрачно проговорил папа.

Дэвид посмотрел вперед и увидел баррикаду с надписью «Объезд». Рядом с ней стоял тролль в сияющем шлеме. Папа подрулил к нему.

— А куда ведет этот объезд?

— Обратно в лес, — последовал ответ. — Там во время урагана безопаснее.

— Но нам засветло нужно добраться до Бес Подобия!

— Дорога может стать непроходимой. Там наводнение.

— А если мы хотим рискнуть? — Тролль строго посмотрел на папу:

— Можете ехать, только на свой страх и риск. Тролли снимают с себя ответственность за вашу безопасность.

— Но охранное заклинание продолжает действовать? На нас не нападут?

— Нет. Но вода течет туда, куда ей вздумается. Наводнение может втянуть тебя в какую-нибудь неприятность, несмотря на заклятие.

— Понятно. Мы едем дальше.

— Ну и глупо, — буркнул тролль и отошел в сторону.

— В этом ты, наверное, прав, — согласился папа. Дэвид выглянул в окно:

— А что там за здание в форме бутылки? — Хлорка посмотрела туда, куда он указывал:

— Это винный погреб. — Шон засмеялся:

— Хорошая идея сделать винный погреб в форме бутылки!

Между тем дождь усилился. Вскоре ом перерос в сильнейший ливень. Цветные струйки бежали по стеклам, стекаясь в радужный узор. Переливающаяся дымка проникала сквозь щели полуопущенных окон.

Что-то попало в глаз. У Дэвида потекли слезы. Он плакал, хотя и сам не знал отчего. Сквозь слезы он оглядел остальных и увидел, что все, кроме Фили, трут глаза и рыдают. Даже папа хлюпает носом. Что это такое?

— Мы что, по луковому полю едем? — мокрым голосом спросила Карен.

— Тут знак, — сказала мама. — Река Слезняк.

— А! Слезняк! — повторила Хлорка. — Тогда все ясно. В винном погребе отсюда берут воду, для вина. Даже черствые люди, обидевшие кого-то, попробовав это вино, чувствуют вину и рыдают. А от воды этой речки слезы льются просто так. Странно, но когда мы ехали в другую сторону, мы почему-то не плакали…

— Тогда она не вышла из берегов, — ответил папа. — Вода была далеко внизу, и до нас не дошел ее запах.

Машина сбросила скорость. Дэвид разглядел, что они доехали до воды. Слезный поток пересекал дорогу. Нечего и думать ехать прямо через него.

— Только непонятно, как вода поднялась так быстро и высоко, — пожал плечами папа. — Между рекой и мостом было приличное расстояние. Дождь был, конечно, сильный, но за такое время поток не мог подняться на шесть метров.

Филя принялся что-то писать. Он передал записку Дэвиду и тот озвучил ее для остальных:

— Филя говорит, что гоблины устроили на реке запруду. Как раз за границами действия охранного заклинания. Поэтому река так быстро вышла из берегов.

— Опять гоблины! — возмутился папа. — Можно было уже и самим догадаться. А можно с ними как-то справиться?

Филя накатал новое письмо.

— Поэтому я набрал ядерных бамбуховых вишен, — прочитал Дэвид. — Они уничтожат плотину, и вода схлынет.

— А гоблины не нападут на нас, когда мы пойдем взрывать завал? — забеспокоилась мама.

— Нет, если мы останемся в зоне действия охранного заклинания и сбросим вишню на плотину, — прочел Дэвид.

— Но мы можем запросто промазать, — возразил Шон. — Давайте сначала спустим ветку на веревке, а под конец отпустим.

— Так и сделаем, — решил папа.

Дождь уже закончился, только иногда принималось моросить. Папа, мама, Филя, Хлорка и Шон вылезли из фургончика.

— А вы, ребята, оставайтесь тут, — скомандовал Шон. Дэвид и Карен уселись, свесив ноги из открытой боковой дверцы машины, и смотрели на уходящих взрослых. Отовсюду поднималась радужная дымка, превращаясь в воздухе в разноцветные фигуры.

Где-то весело звякнул колокольчик.

— Я пойду посмотрю, что там, — крикнула Карен, выпрыгивая наружу. — Похоже на коровий колокольчик.

— Нам нельзя никуда уходить! — одернул ее брат. — Это опасно!

— Мы же на заколдованной дороге, дурачок! — Карен побежала по тропинке на звон колокольчика. Ей только дай чем-нибудь позвенеть! Твиттер приземлился ей на голову и взволнованно зачирикал, но она только отмахнулась.

Дэвид разрывался между желанием побежать и вернуть свою непутевую сестру и наказом взрослых сидеть тут. Он нашел компромисс.

— Иди за ней, Буфер! Не дай ей вляпаться в какую-нибудь неприятность.

— Гав! — откликнулся нес и побежал за девочкой.

Тут Дэвид услышал удар барабана. Мощный, глубокий звук проникал во все уголки его сознания. Что же это за барабан такой? Паренек был всегда сам не свой от ударных, потому что с ними не нужно много сил, чтобы создать много шума.

Прежде чем Дэвид успел что-либо подумать, он уже несся по дороге на завораживающий грохот. Мидранж бросился за ним.

— Мяу! — истошно завопил кот.

К Дэвиду вернулось сознание. Он почти сделал то, за что только что так ругал Карен! А это опасно, потому что звуки доносились с незащищенной части дороги. Он остановился. Но тем не менее продолжал смотреть во все глаза туда, откуда доносились манящие звуки, в надежде увидеть хоть краешек заветного барабана.

Ура! Ему удалось! В кустах стоял барабан в форме уха. Значит, громыхала барабанная перепонка! Так вот почему звук так подействовал на уши Дэвида.

Мальчик взял Мидранжа на руки и медленно пошел обратно к фургончику. Будем надеяться, что у Карен хватит мозгов не сходить с дороги. Но она ведь ребенок, ей всякое в голову может взбрести…

Снова звякнул колокольчик. Девочка уже, наверное, насмотрелась на него и скоро вернется. Но где же она?

Больше Дэвид ждать не мог.

— Пойду найду эту дуреху, — решил он. — Ты, Мидранж, сиди тут и, если вернутся наши, скажи, куда я пошел.

Кот кивнул и растянулся на земле у двери машины.

Дэвид побежал на звон колокольчика. Вскоре он нашел его источник — корову с бубенчиком. Обычный коровий колокольчик. Но Карен рядом не было. Она, наверное, пошла куда-то еще. Вот глупая девчонка!

Тут Дэвид увидел странное существо, похожее на маленькую обезьянку. Зверек был целиком вывалян в каких-то мелких черных зернышках. Подойдя поближе, Дэвид понял, что это мак. На груди у существа висела табличка с надписью: «Ака». Обезьянка была такой смешной, что нельзя было и представить, что она опасна. Паренек набрался смелости и спросил:

— Слушай, Ака! Ты не видела мою глупую младшую сестренку?

Обезьянка внимательно посмотрела на Дэвида и молча указала путь. Мальчик бросился туда. Только отбежав на приличное расстояние от странной зверюшки, он сообразил, что это была макака.

Тут он увидел кота.

— Я же сказал тебе сидеть в фургончике! — набросился Дэвид на несчастное животное. Кот повернулся к нему. Это не Мидранж! Это был очень странный кот. На нем была шляпа с узкими полями и серебряная курточка с надписью: «Ион».

— Извините, пожалуйста, — пробормотал смущенно Дэвид.

Животное посмотрело па него искрящимся взглядом, отвернулось и зашагало прочь. Это же котион. Наверное, он пошел искать какой-нибудь ион.

— Он остается положительно заряженным до тех пор, — прошептал Дэвид, — пока не соединится со своими друзьями.

Да уж, природа Ксанфа становится все интереснее. Но следов Карен что-то не видно. Дэвид все чаще возвращался к мысли, что она свернула с дороги и вышла из зоны охранного заклинания. Может, стоит сказать маме? Ему, само собой, влетит по первое число за то, что он позволил Карен уйти.

Дэвид почувствовал, что на него что-то летит, и пригнулся. Но предмет пролетел мимо. Паренек рассмотрел, что это была картина. Мимо просвистела еще одна, за ней третья. Что же это такое?!

Но через секунду Дэвиду в голову пришел ответ:

«Это картиллерпя, кто-то стреляет в меня картинами!»

— Ка-а-арен! — позвал он. — КА-А-А-АРЕН! — Молчание было ему ответом. Лая тоже не было слышно.

Плохо…

Дэвид продолжал искать, но Карен нигде не было. Значит, она точно сошла с дороги троллей. И тянуть больше нельзя. Нужно бежать за помощью.

Он развернулся и рванул изо всех сил к фургончику. Дэвид боялся не обнаружить его на месте. Но машина стояла там, где он ее оставил. Мидранж лежал на своем посту.

— Никто не возвращался? — спросил кота Дэвид. Тот потряс в ответ головой. Значит, придется докладывать о случившемся самому, а не быть пойманным на месте преступления. Может быть, это и к лучшему.

— А где остальные?

Мидранж встал и подошел к мальчику. Дэвид посадил его на плечо. Так они обычно и передвигались.

— Мяулево…— промурлыкал кот.

Дэвид повернул налево, шагая вдоль берега разлившейся реки. Чем ближе он подходил к реке, тем сильнее слезились глаза. Времени вытирать слезы не было, так что приходилось часто моргать. Почти сразу он наткнулся на маму, наблюдавшую за тем, как Шон связывает вместе какие-то деревяшки. Мама с опаской косилась на вишневую ветку, которую держала в руках. По ее лицу тоже катились слезы. Невдалеке виднелась плотина из всякой рухляди, из-за которой полноводная река превратилась в озеро.

Дэвид никак не мог решиться сказать прямо, что случилось. А вдруг мама от волнения уронит бамбуховую вишню? Поэтому мальчик решил начать издалека:

— Мам, у нас неприятности. А где папа? — Но маневр не сработал.

— Какие неприятности? — мама мрачно повернулась к сыну.

Дэвид вытер глаза рукавом:

— Понимаешь, ну… Карен ушла…

— Одна? — мамин голос зазвенел.

— С ней пошли Твиттер и Буфер.

— Джим! — крикнула мама не допускающим возражений тоном.

Ответа не последовало. Появились Хлорка и Филя.

— Он следит за гоблинами, — доложила Хлорка. Ей явно очень хотелось заплакать, но что-то мешало. Поэтому глаза сильно покраснели. — Если он ответит, гоблины узнают, что мы здесь. Ему что-нибудь передать?

Мама задумалась, а потом сказала:

— Не стоит. Может, вы мне поможете. Карен потерялась. Попытайтесь, пожалуйста, найти ее.

— Конечно, сейчас. Филя наверняка знает, где она.

Девушка повернулась к Филе. Только на него река Слезняк не имела никакого действия.

— С ней все в порядке? — Филя выразил согласие.

— Тогда давай быстренько за ней сходим. Превратись в дракона, а я побегу за тобой. Карен знает нас в лицо и не испугается.

Филя превратился в странного дракона, и они убежали на поиски Карен.

Мама повернулась к Дэвиду.

— И ты ее отпустил? — Несмотря на слезы в глазах, в ее голосе слышался лед. Интересно, как вся вода вокруг еще не замерзла?

— Мам, она меня не послушалась, — хныча, оправдывался парень. — Она услышала коровий колокольчик и убежала.

Мама кивнула.

— Очень на нее похоже, — признала она и, вздохнув, натянуто улыбнулась. Значит, он не виноват. Тем не менее Дэвид ощущал вину очень явственно.

— Послушай, я не хочу никуда уходить, пока вишня у меня, — через секунду сказала мама. — Можешь тихонько сбегать и посмотреть, как там папа?

— Конечно! — Дэвид побежал в том направлении, откуда пришли Хлорка и Филя. Вскоре он увидел отца — окруженного маленькими уродливыми существами с большими головами и ногами, то есть гоблинами. Они выследили его, а он, видимо, сидел уже за границей охранного заклинания дороги, потому что гоблины медленно, но верно сужали круг.

— Папа! — завопил Дэвид. — Берегись!

Но было уже слишком поздно. Гоблины всей оравой бросились на него. Папа пытался отбиваться, но воинских навыков у него не было. Через несколько мгновений он уже лежал на земле.

Дэвид понимал, что нужно что-нибудь сделать, но никак но мог придумать что. Гоблины потащили папу прочь. Их было слишком много, чтобы попытаться его отбить. Не нужно было ему сходить с дороги троллей! И Карен, между прочим, тоже. А вдруг она у гоблинов? Филя мог предупредить о засаде, но он ушел искать мерзопакостную девчонку! И все потому, что Дэвид дал ей уйти.

— Мам! Шон! — паренек бросился назад. — Папу поймали!

— О боже! — мама была готова упасть в обморок.

— У нас есть одна попытка, — усмехнулся Шон, смахивая слезы. — Плотик, конечно, медленный… Мама, давай бомбы.

Мама передала ему ветку. Ничего не видящими глазами она смотрела в никуда. Дэвид никогда ее такой не видел.

— Отвлеки от меня гоблинов, ладно? — попросил Шон и зашагал прямо к плотине.

— Не от папы, а от тебя?

— Да. Давай!

Видимо, Шон знает, что делает. Дэвид решил постараться на славу. Он начал бегать туда-сюда, размахивать руками и кричать:

— Эй, поймайте меня!

— Дэвид! — заорал папа, разглядев, чем занимается сын. — Марш обратно на дорогу!

Но Дэвид не послушался. Он был очень испуган, но знал, что нужно отвлекать гоблинов. А другого способа не придумать. Так что он сделал рукой жест, запрещенный Взрослой Тайной, и дал деру. Наверное, гоблинам привиделся какой-нибудь очередной пи-и-и-п, но они все равно бросились за ним.

Гоблины оказались проворнее, чем думал Дэвид. Даже проворнее, чем он! Парень старательно уворачивался и отпрыгивал, но вскоре их корявые руки ухватили его. Вместо того чтобы спасти папу, он вляпался сам. Сомнительная помощь!

— Ну что ты там устроил? — грозно вопросил папа, когда гоблины притащили к нему мальчика.

— Обед, молчать! — отрезал главный монстр, сверкая глазенками. — А то будем жарить вас на медленном огне!

Жарить? Внезапно Дэвид в полной мере осознал, что им грозит. И все только потому, что Карен потерялась, и, вместо того чтобы помогать папе, Филя отправился на ее поиски. За это Дэвида, правда, нужно поджарить!

Вдруг что-то БАМБУХнуло, и послышался треск ломающихся бревен.

— Плотина! — заверещал гоблин. — Она рухнула!

Значит, Шон взорвал завал! Пока все отвлеклись на Дэвида, он подобрался к плотине поближе и бросил туда ветку бамбуховой вишни. Вода хлынула наружу, смывая все на своем пути, включая гоблинов. Огромная пенящаяся волна обрушилась сверху. Папу и сына отпустили.

— Беги к дороге, сыпок! — крикнул папа.

А как же! Они вместе рванули прочь, разбрызгивая воду. Гоблины, убегая от потока, бросились в противоположную сторону. Умом эти существа не отличались. Теперь их охватила паника. Может быть, вода представляла для них большую опасность, ведь они совсем невелики ростом. Как и Дэвид, впрочем.

Они выбрались на дорогу троллей. Уровень воды спадал. Река будто бы бросилась вдогонку за гоблинами, мстя за то, что они запрудили ее. Дэвид надеялся, что все они утонули.

Мама ждала их там, где стояла раньше. Вода спадала, и поэтому слезы стали течь меньше. Папа подбежал к ней и обнял. Они были на волосок от гибели.

Тут мама переполошилась:

— А где Шон?

— Его, наверное, подхватило водой, когда запруда взорвалась, — ужаснулся Дэвид. — Он хотел подорвать плотину и спасти тебя, папа.

— О нет! — пробормотал папа и посмотрел вниз па то, что осталось от завала. Шона нигде не было видно.

— Джим…— сказала мама полным отчаяния тоном.

— Я найду его, — решил папа и направился было к плотине.

В этот момент Дэвид увидел Хлорку. За ней семенил Филя в облике дракона.

— Карен не хочет идти с нами, — сообщила девушка. Ее глаза были все еще красными, но сухими. — Она… Что случилось?

Она удивленно смотрела на убывающую воду.

— Шон взорвал запруду, — ответил Дэвид. — Но мы не знаем, где он.

— С ним все в порядке, — спохватилась Хлорка. — Филя просил меня передать вам это. Я не поняла тогда, о чем он. Шон скоро сюда вернется.

— Его, наверное, смыло водой, — повторил Дэвид. — Так что теперь ему надо топать с того места, куда его занесло. Значит, с ним все хорошо.

— Ну, слава богу! — с облегчением сказал мама. — Что там с Карен?

— Ее обманули духи, — объяснила Хлорка. — И теперь она думает, что мы — духи, и не хочет идти с нами. Филя не знает, что делать, потому что не понимает до конца человеческий разум и эмоции.

— Нужно идти к ней сейчас же! — снова запереживала мама.

— Мне кажется лучше подождать здесь Шона, — предложил папа. — Ему может быть плохо, и требуется знакомое лицо, чтобы сориентироваться.

— Это тебе, наверное, плохо, — ответила мама. — Эти гоблины…

— Ничего мне не сделали, — отпарировал папа. Мама повернулась к Филе:

— Это правда?

Дракон качнул ослиной головой.

— Я так и думала, — сурово кивнула мама. — Ты, наверное, весь в ссадинах и синяках. Дай посмотрю!

Папа заколебался, и Дэвид понял, что его-таки сильно измутузили, но он не хочет говорить об этом при детях.

— Я пойду за Карен, — вызвался Дэвид. — Меня она узнает. Тем более я же виноват, что она заблудилась.

— Нет, ты тут ни при чем, — сняла с пего обвинение мама. — Но все равно спасибо за помощь.

— Тогда мы пошли, — решил Дэвид.

Филя, прочитав его мысли, уже двинулся вперед. Хлорка поспешила за ними.

По мере того как они углублялись в джунгли, пейзаж становился даже более странным, чем обычно в Ксанфе. Деревья росли боком, а то и вверх ногами. По воздуху плыли какие-то непонятные кляксы. Эти странные лужи двигались им навстречу.

— И что это им неймется? — спросил Дэвид, уворачиваясь от очередного водяного пятна.

У Фили в руках появились карандаш и блокнот. Он что-то написал, Хлорка взяла листок и прочитала:

— Дрейфующие пруды.

— Дрейфящие пруды? — переспросил Дэвид и скорчил смешную рожицу. Рожица отделилась от него и поплыла по воздуху прочь, забавно искажаясь. Парнишка судорожно схватился за лицо. Все оказалось на месте. Улетела просто копня.

— Дрейфующие, — поправила Хлорка. — Их, наверное, смутил высокий процент волшебной пыли в воздухе. Мы все можем пострадать от этого.

— Я уже пострадал, — пожаловался Дэвид, следя за тем, как копия его физиономии врезалась в кляксу.

Им навстречу попался персонаж с абсолютно прозрачной челюстью. Через нее были видны его язык и зубы, в свою очередь тоже абсолютно прозрачные. Человек пробежал мимо них, не сказав ни «здравствуйте», ни «до свидания». Он куда-то очень спешил.

— Первый раз вижу человека со стеклянной челюстью, — удивилась Хлорка.

Дэвид тоже видел его в первый раз. Но то, что он углядел впереди, заинтересовало его еще больше. Один из дрейфующих прудов приземлился на полянку, где стояли два странных существа. Мальчик разглядел их спины. У одного из них были человеческие голова и руки, передние ноги и торс — лошадиные и чешуйчатый рыбий хвост. У другого была человеческая голова, крылья грифа и тело змеи.

Дэвид знал, что останавливаться не стоит, но любопытство пересилило.

— Скажите, если несложно, кто вы такие? — спросил он. Двое повернулись к нему, демонстрируя две пары роскошных, вполне человеческих грудей.

— Мы — полукровки, — сказала та, что с рыбьим хвостом. — Я кенталка, помесь кентавра и русалки; а это гарпага, помесь гарпии и нага.

— Но… но я же ребенок…— совсем невпопад сморозил Дэвид, пялясь во все глаза на их бюсты, — мне нельзя видеть такое…

Господи! Что это он такое болтает? Сумасшествие какое-то. Красотки улыбнулись.

— Не переживай, — сказала гарпага. — Это наша подруга — помесь кентавра и кобылки-страшилки — послала тебе наши образы. Прощай…

Обе помахали руками и растворились. Дэвид уставился в пустое пространство, где они раньше стояли.

— Вы это видели? — спросил он.

— Что? — откликнулась Хлорка.

Значит, эти полукровки ему привиделись. И никакого нарушения Взрослой Тайны тут нет. Но хотелось бы посмотреть на этих созданий еще раз.

Полукровки появились снова.

— Ты этого хочешь? — томно выдохнула кенталка.

— Ого! — порадовался Дэвид. — А вы можете появляться в любой момент?

— Конечно, пока длится безумие, — ответила гарпага, проводя локоном волос по перьям крыла. — Тебе стоит только захотеть увидеть нас…

— Обязательно захочу! — пообещал Дэвид. — Но теперь мне нужно вытаскивать из очередной беды мою младшую сестренку.

— Тебе лучше поспешить, — сказала кенталка. — Она вот-вот еще во что-то вляпается.

Видение исчезло. Дэвид не мог никак решить, доверять фантазиям или нет, но все-таки решил послушаться совета.

— Мы можем ускориться? — спросил он уже па бегу.

— Хорошо, — согласилась Хлорка, догоняя. — Как замечательно быть здоровой! В обычном виде я бы так ни за что не смогла!

Дэвид окинул ее критическим взглядом.

— Знаешь, Шон, увидев тебя бегущей, просто из штанов от восторга выпрыгнет.

— Правда? Надо пробежаться перед ним.

Наконец они нашли Карен, сидящую на ветке огромного дерева. Его листья напоминали лоскутки, а ветви — иголки и булавки. Ствол состоял из наслаивающихся друг на друга кусочков ткани.

— Вроде бы с ней все хорошо, — сказала Хлорка. — А это дерево вза-шей-ка.

Дерево немаленькое, — оценил Дэвид. — Но она все еще в опасности?

— Нет, вза-шей-ка гонит всех взашей от того, кто на ней сидит, — пояснила Хлорка. — Одно такое дерево растет неподалеку от моего дома. Девочка выбрала правильное место.

— Но что-то тут все равно не так, — возразил Дэвид, вспомнив предупреждение полукровок.

— С чего ты взял? — удивилась Хлорка. Но тут Филя кивнул. — Значит, ты прав. Но Карен с нами не пойдет, она думает, что мы духи.

— Какие духи? — спросил Дэвид.

— Видения, которые иногда мерещатся людям. Они нереальны, но могут заманить в ловушку. Ведь жертва думает, что они настоящие и хотят ей добра, хотя на самом деле это не так.

Обычно духи встречаются нечасто, но безумие придало им новые силы.

Дэвид уже настолько знал Ксанф, что сразу насторожился. Вещи не всегда такие, какими они кажутся. Может быть, это вовсе не Карен, а дух, пытающийся убедить их, что они нашли его сестру. В одном страшном фильме вампир похитил девочку, а вместо нее оставил живую куклу. Родители могли бы об этом вообще не догадаться, но кукла никогда не скандалила и вела себя хорошо. Это и навело их на мысль, что дочь подменили.

— Позови ее, — попросил Дэвид. Хлорка послушалась:

— Карен! Карен! Это Хлорка. Пойдем с нами!

— Отстаньте от меня! — завопила Карен, карабкаясь еще выше. — Вы опять меня обманете!

— Вот видишь, она поняла, что ее провели, но никак не может отличить правду от обмана.

— Сейчас все исправим, — заявил Дэвид и подошел к дереву. — Эй, мелкая глупая сопля! Слезай оттуда, пока не пришла мама и как следует не надавала тебе по заднице!

— Дэвид! — радостно вскричала девочка. Она буквально скатилась вниз.

Карен восторженно подскочила к брату и влепила поцелуй ему в щеку.

— Хватит распускать нюни, подлиза, — отрезал он. — А теперь бегом к маме.

— Конечно, братик! — она попыталась пнуть Дэвида в голень, но тот резво отдернул ногу. Он знал все ее приемы, так же как и она — его.

— Шон подорвал плотину, и его смыло, — доложил он последние новости. — Но Филя сказал, что с ним все в порядке. Тут становится опасно, так что пошли быстрее.

— А это правда Филя с Хлоркой? — спросила Карен. — Хлорка пыталась заманить меня в темную пещеру. А там что-то сопело. Я схватила ее за руку, словно схватилась за воздух. Тогда-то я и догадалась про духов.

— Возьми ее за руку сейчас, — предложил Дэвид. Девочка заколебалась, но Хлорка протянула руку, и Карен взяла ее. Лицо сестренки засияло — рука оказалась настоящей!

— Прости, что я сомневалась… А в прошлый раз сюда за мной приходила ты?

— Да, я, — подтвердила Хлорка. — Но ты абсолютно правильно сделала, что не поверила мне. Кстати, как ты поняла, что это настоящий Дэвид?

— Духи вели себя вежливо, — ответила девочка. — А Дэвид никогда таким не бывает.

Тут Дэвид резко остановился.

— Животные! — воскликнул он. — С тобой были Вуфер и Твиттер. Где они?

— Я послала их за тобой, — ответила Карен. — Ты не поэтому меня нашел?

— Нет. К нам они не приходили. — Брат и сестра в ужасе переглянулись.

Глава 8

ЯОГАЛИЗАТОР

При виде Дэвида Мидранж встал и сладко потянулся. Рядом с хозяином шла Карен, значит, ему удалось найти сестру. Но где же Буфер и Твиттер?

Дэвид подбежал к коту.

— Мидранж, у нас проблемы. Филя сказал, что Шон вернется минут через двадцать, и придется ехать дальше. Иначе безумие возьмет свое и доехать до Бес Подобия станет невозможным. Но Филя никак не может обнаружить остальных животных. Что-то их прячет. Вокруг полно фантомов собак и птиц, как две капли воды похожих на Твиттера и Буфера. Филя видит их всех, но никак не может решить, какие из них наши. Можно, конечно, подходить к каждому попугаю и каждому псу, но это займет слишком много времени, и шанс найти нужных слишком мал. Но он говорит, что, если бы знал, кто из них настоящие Буфер и Твиттер, он мог бы их спасти. Филя нашел два кусочка наоборотного дерева. Знаешь, что это такое? Вот и я не знаю. Но он считает, что оно поможет. Если мы, конечно, найдем попугая и собаку вовремя. Ты сможешь это сделать?

Мидранж был обижен. Само собой сможет, если его попросят. Главное — учуять их запах.

— Но я предупреждаю, — продолжал тараторить Дэвид, — если ты и сам потеряешься, нам придется уехать без всех вас. А Филя говорит, что есть какая-то опасность, так как то, что создает эти странные фантомы птиц и собак, пытается скрыть Буфера и Твиттера и, значит, сделает все, чтобы не дать тебе подобраться к ним… Или попытается захватить тебя в плен. Так что если не хочешь…

Мидранж отлично понимал, что, если он откажется, Дэвид сочтет его трусом. Ему, конечно, плевать на это… Но лучше уж спасти попугая и псину. В конце концов, они уже довольно давно знают друг друга.

— Филя может тебе помочь, отплатив нашему врагу той же монетой. То есть создавая копии. Он обнаружил тут немного тотализатора, так что теперь ты сможешь разбрасывать вокруг себя тысячи своих копий. Станешь настоящим котэлогои, где много котов! Тогда враг не будет знать, кто же из вас настоящий Мидранж, и ты сможешь подобраться к нему незамеченным. Мы думаем, что Твиттер и Буфер в пещере, ведь именно туда духи пытались заманить Карен. Если бы она их послушалась, ее бы с нами сейчас не было. Значит, нужно искать пещеру. Но будь осторожен. Если успеешь найти животных за пятнадцать минут, но все-таки вляпаешься во что-нибудь сам — Филя в облике дракона придет и вытащит всех вас. Он считает, что тут поблизости нет ничего такого, что сможет сладить с драконом. Он приведет вас сюда, мы погрузимся в фургончик и поедем дальше. Идет?

Мидранж кивнул. Это задание как раз для настоящего кота.

— Отлично, вот котализатор, — Дэвид протянул ему капсулу с булькающей внутри жижей. — Проглоти его. Тебе стоит только сделать резкое движение — и появится копия, которая будет выглядеть и вести себя так же, как и ты. Но на самом деле это лишь иллюзия. Если она встретится с фантомом птицы или собаки, обе исчезнут, отменят друг друга. Понятно?

Мидранж кивнул. Он взял зубами гадкую капсулу и проглотил ее. Ощущения странные, но ничего особо страшного. Кот мягко двинулся вперед, ловя ноздрями собачий запах. Его нюх, конечно, уступает нюху Буфера, но и этого вполне достаточно. Нос ловил и легкий приятный аромат Твиттера, то есть аромат еды. Это может сильно помочь. Нужно только сориентироваться.

Кот пошел в том направлении, куда ушел Буфер. След был свеж, его оставили лишь час назад. На земле даже заметны следы когтей, и пахнет псиной. И не просто псиной, а именно Буфером.

А как же Твиттер? Птица сидела на голове у Карен, поэтому след был очень слабым. Его забивал запах девочки. Но так будет гораздо проще понять, когда Твиттер покинул свою хозяйку и полетел за псом. У каждого из них есть свой хозяин. Так было решено давным-давно, чтобы никому не было обидно. И с детьми гораздо веселее, чем со взрослыми. Они гораздо активнее, постоянно впутываются в какие-нибудь истории, возятся в грязи. Твиттер принадлежал Карен, самый маленький — самой маленькой. Серединкой стали Мидранж с Дэвидом. А громадный Буфер присматривал за старшим Шоном. И если бы пес был с парнем, его бы не смыло во время взрыва плотины. Но собаку отправили за Карен. Впрочем, Буфер не самый умный из своих сородичей. Да и вообще собаки умом не блещут. Для этого природа создала кошек. В каждой семье должно быть такое одаренное животное, чтобы блюсти порядок. Но, когда семейство постоянно в разъездах, тяжело за всем уследить. И именно поэтому теперь все идет наперекосяк. Для тщательного надзора требуется, чтобы все были вместе и никуда не разбегались.

Пора проверить действие призрачных копий. Мидранж прыгнул в сторону, и от него отделилось его собственное изображение и побежало вперед. Оно не издавало ни звука, никак не пахло. Но вполне уверенно огибало стволы деревьев. Этого хватит, чтобы обмануть никуда не годные глаза, слух и нюх человека. Может быть, даже удастся провести и чувства животного. С большого расстояния, конечно.

Кот снова прыгнул, и новая копия отправилась туда, куда он только что шел. Значит, эти фантомы можно слать в любом направлении. Тем лучше.

Тут он увидел собаку. Буфер! Он побежал ей навстречу, но внезапно понял, что та не имеет запаха. Это копия, одна из призрачных собак, запущенных кем-то сюда.

Мидранж дернулся в сторону, посылая наперерез призраку иллюзию кошки, и притаился за камнем, чтобы понаблюдать за их встречей. Интересно же…

Клон кота прыгнул к призраку собаки — и оба исчезли. Иллюзия уничтожила иллюзию. Так и предполагалось.

Замечательно. Будем посылать кота за каждой собакой. Чем больше ненастоящих псов он уничтожит, тем проще будет найти оригинал. Мидранж яростно запрыгал туда сюда, посылая во все стороны видения. Потом снова напал на след Буфера.

Внезапно кот увидел птицу. Твиттер! Но это тоже оказался клон. Призрак-кот скакнул вверх и поймал попугая зубами. Оба растворились в воздухе. Одно снова отменило другое.

Кстати, копия напомнила, что Твиттера нужно спасти, а не съесть. Птицы всегда желанная добыча, но Твиттер — друг, а друзей есть нельзя.

Мидранж вышел на полянку, где росло огромное дерево со смешными листьями. Здесь особо сильно чувствовался запах собаки, птицы и ребенка. Карен тут укрывалась от духов, а значит, можно найти ее след, ведущий в пещеру, куда девочка идти не решилась. Но туда ли пошел потом Буфер? Даже собаки не настолько глупы, чтобы возвращаться в пещеру, откуда они только что улизнули. Может быть, туда идти бесполезно. Но особого выбора нет, ведь прошло уже целых пять минут.

Мидранж нашел более свежий след Буфера, ведущий от дерева. Теперь к нему присоединился и запах Твиттера, такой же легкий, но более яркий, чем раньше. Он летел вслед за собакой, очень близко к земле. Иногда он опускался на ветку или стебель. В этих местах запах становился более насыщенным. Так гораздо удобнее.

Но Мидранж не забывал и об осторожности. Пес и попугай направлялись прямо в какую-то ловушку, а попасть туда же совсем не хочется. Определив точное направление, куда вел след, кот решил пойти по обочине, прячась за кустами и камнями, словно выслеживая жертву. Периодически он пускал новую копию, чтобы сильнее запутать возможного наблюдателя. Потом он снова тихо подберется к следу, чтобы проверить, не сбился ли. И для любого теперь совсем не ясно, где находится Мидранж и он ли это вообще.

Кот подошел к глубокому ущелью. След тут останавливался и сворачивал вдоль разлома. Наверное, пес нашел место переправы. Здесь слишком широко, чтобы прыгать. Как бы так перейти на ту сторону, чтобы не идти точно за собакой и не попасть в ту же ловушку? Ведь она наверняка где-то рядом.

Мидранж принюхался и почуял аромат каких-то цветов. Цветы уж точно не помогут. Он пошел дальше. Тут из кустов что-то зарычало. Мидранж мгновенно оказался на соседнем дереве.

Он посмотрел вниз и увидел маленькое, похожее на песика существо.

— Ты кто? — испуганно мяукнул застигнутый врасплох кот.

— Я — Колтун, — протявкал щенок. — А ты что, киса, не можешь нормально разговаривать? Мурлычешь что-то…

Этот маленький хам особого доверия не внушает. Мидранж терпеть не мог, когда его называли кисой, да еще таким тоном.

— Я-то хоть мурлычу, а вот у тебя сплошное гавканье выходит, — отпарировал кот. — Ты откуда такой? С заболевшей путаны?

— Не совсем. Меня вычесали из волос девочки. Но она бросила меня и ушла, а я не успел стать ее собакой. Меня это очень расстраивает. Поэтому я и остаюсь пока только колтуном, — песик внимательно посмотрел на Мидранжа. — А ты, случайно, не хозяина ищешь?

Кот уже открыл было рот, чтобы выдать нечто совсем оскорбительное, но вовремя сообразил, что этот щенок может пригодиться. Он-то уж точно не фантом.

— Я, скорее, ищу попутчика, — осторожно начал он. — Если он, конечно, будет мне полезен.

— Полезен?

— Я ищу большую собаку и маленькую птичку. Ты их видел?

— Видел, всего несколько гавков назад. Они шли за пи-и-и-п-духом.

— За каким духом?

— Люди придумали этот глупый запрет — Взрослая Тайна называется, — он запрещает произносить название самки собаки в присутствии детей. А поскольку я появился из волос ребенка, это распространяется и на меня. Идиотское правило, я и сам знаю, но ничего не поделаешь.

Вот как!

— Так ты их видел? Куда они пошли?

— Вон туда, — Колтун указал носом-пуговкой за ущелье. — Должен сказать, что пи-и-и-п-дух была очень привлекательной. Если бы она принадлежала моему виду, я бы тоже за ней пошел. Она даже правильно пахла. Птица была против, но пса остановить не смогла.

Оказывается, вот в чем разница между духом и фантомом. Духи могут полностью подражать живым существам, только они бесплотны. Поэтому Буфер, здоровый, но очень глупый самец, потащился за самкой-духом. Твиттер был против, но бросать друга не захотел.

Мидранж решил поверить Колтуну. Он может помочь выполнить задание.

— Мне нужно как-то перейти эту трещину. Может быть, подскажешь?

— Да, пожалуйста! Видишь, там растут ромашки? — черный носик указал на клумбу.

— Вижу. Ну и что?

— Это ромашки-переправляшки. Они превращаются в лестницу, если сорвать их и назвать по имени.

Ну что ж. Мидранж подошел и сорвал цветочек. Он отнес его на край расщелины и пристроил там.

— Ромашка-иереправляшка, — сказал он.

Цветок распустился, его лепестки стали перекладинами. Они медленно вытягивались, превращаясь в лестницу. Вскоре она доросла до нужных размеров.

— Помоги, пожалуйста, перекинуть ее на другой край ущелья, — попросил Мидранж.

— Хорошо, — Колтун взялся зубами за один конец лестницы, кот, неуклюже придерживая ее лапой, перебросил импровизированный мостик через трещину. Затем они осторожно двинулись по нему. У Мидранжа от природы было отличное чувство равновесия, Колтун же постоянно спотыкался, лапы у пего все время проваливались между перекладинами, но он мужественно карабкался дальше.

Перебравшись наконец, они поспешили туда, куда пошел Буфер.

— Скажи мне, когда нападешь на след, — попросил Мидранж. Он запросто найдет его и сам, но теперь ему хотелось узнать, честно ли играет его спутник. Одно из замечательных (а таких немало) свойств кошек — не доверять незнакомцам.

Периодически кот пускал в разные стороны свои копии, чтобы еще сильнее сбить с толку врага.

— Какой у тебя интересный талант, — восхитился Колтун. Мидранж не стал его посвящать в то, откуда такой талант взялся. Ему это знать абсолютно ни к чему.

Вскоре они подошли к тому месту, где трещина сузилась. Запах псины появился снова.

— А вот и след! — обрадовался Колтун.

Ну и хорошо. Значит, совесть песика чиста.

— Давай сделаем крюк, а потом снова отыщем его, — сказал Мидранж, не поясняя зачем. Колтун согласился. Он оказался весьма сговорчивым. Он, наверное, стал бы хорошим другом для той девочки.

Мидранж решил задать вопрос, который его давно волновал:

— Послушай, я в Ксанфе недавно. Я из Обыкновении. Каким образом мы, животные, можем разговаривать?

— В Ксанфе все разговаривают, — ответил Колтун. — Все из-за магии. А теперь ее уровень почему-то повышается.

— Ураган поднял магическую пыль, — пояснил кот. — Но скоро он станет настолько высоким, что наступит безумие.

— А ты много знаешь, — поразился песик.

— Не так уж и много. Животные понимают большую часть из того, что говорят люди. И понимают друг друга. Но, попав в Ксанф, мы почему-то умнеем и теперь можем спокойно общаться между собой и с другими существами.

— В Ксанфе есть общие языки, — пояснил Колтун. — Я слышал всякие байки; это все выдумки, конечно, что в Обыкновении люди говорят на разных языках и совсем друг друга не понимают. Животных и растений это тоже касается. В Ксанфе люди говорят на человеческом языке, а животные разных типов — на своем языке. У млекопитающих один язык, у рептилий — другой, у насекомых — третий. Существуют различные диалекты. Вот я, например, говорю не совсем так, как ты. А с единорогом нам будет еще сложнее. О кентаврах вообще речь не идет. Они больше любят человеческий. Там свои закавыки. И с птицами могут быть сложности.

— Это верно, — согласился Мидранж. — Если бы я не знал Твиттера так хорошо, мы бы друг друга не поняли. Он ведь говорит на птичьем.

— Я про то и говорю. С насекомыми еще сложнее, а с растениями — совсем трудно наладить контакт. Драконы не так уж плохи, у них просто варварский акцент. Да и близко подходить к ним небезопасно.

Это проясняло, что с ними произошло. Кстати, о драконах.

— А вообще тут драконов много?

— Да полно. Огнедышащие, дымовики — на любой вкус. Крылатые, сухопутные, водяные. Большие, очень большие и огромные — выбирай любого. И все они постоянно голодные. Едят все, что движется. Лучше держаться от них подальше.

Мидранж особенно и не собирался с ними знакомиться. Но тут оба замолчали, потому что подошли к пещере. След вел внутрь нее. Кот даже уловил легкий аромат той пи-и-и-п, которая заманила сюда Буфера. Спасибо Колтуну, поход сюда занял только пять минут. Теперь осталось еще пять минут, чтобы оценить ситуацию и позвать Филю.

— А есть другой вход в пещеру? — спросил Мидранж.

— Может быть. Нужно разнюхать, — песик повернул направо и принялся жадно принюхиваться.

Мидранж повернул налево. Вскоре он нашел узкую дыру, куда можно было проскользнуть. Кот устремился туда. Внутри было темно, но особого неудобства это не вызывало. Кстати, это еще одна причина, почему кошки на ступень выше в развитии всех остальных живых существ.

Кот втянул носом воздух и почуял запах Буфера. Это помогало продираться сквозь лабиринт поворотов. Он снова шел нужным путем, но постоянно петлял, чтобы не быть замеченным раньше времени.

Вдруг он услышал тявкание. Это Колтун! Песик, видимо, нашел еще один туннель. Почему же он не пришел сказать о нем?

Мидранж пошел на звук и очутился в огромном зале. Посреди него лежал Буфер, рядом пристроился Твиттер. Они даже не пытались убежать, хотя их ничто не держало.

Из какой-то дырки, поджав хвостик, выкатился Колтун. У него был несчастный вид, он явно подчинялся чьему-то приказу. Но рядом никого не было. Только в центре зала лежала куча металлолома и тускло светилась.

Колтун заговорил:

— Я пришел не один. Со мной кот, который собирается спасти птицу и собаку.

Ах ты маленький предатель! Этот пес все разболтал! Неужели он, мудрый кот, поверил шпиону?!

— Кот пошел другой дорогой, — продолжал Колтун. — А сейчас он устроился прямо за тобой.

Вот так, да? Мидранж, словно тигр, прыгнул вперед.

— Буфер! Твиттер! Уходите! — крикнул он. — Я сейчас прыгну на эту штуку!

Что-то возникло прямо у него перед носом. Маленький телевизионный экранчик с картинками. Одна картинка увеличилась: на ней кот наткнулся на невидимую стену в воздухе.

Шлеп! Мидранж повторил действие картинки и шлепнулся на пол.

Вне себя от ярости, он приготовился к новому прыжку. Но на экране появилась картинка с котом, завязшим в жутко липком клее. И Мидранж почувствовал, что двигается мучительно медленно.

Появилась картинка с говорящей собакой, и словно по волшебству Буфер начал говорить:

— Эту штуку зовут ПРОРВА, ПРОграмма Реализации Вожделений Абонента. Она изначально была программой, оживившей обыкновенский компьютер волшебника Мэрфи. Она помогла ему и принцессе Айви вернуться в Ксанф. Они взяли ее с собой. Теперь она решила захватить весь Ксанф. Это займет много времени — около нескольких тысяч лет, — но она терпелива. Сейчас программа создает группу существ, которые будут ей подчиняться. Недавний всплеск магии позволил ей действовать более эффективно. Поэтому она заманила в свою пещеру меня и Твиттера. С Карен у нее не получилось. Но это ничего страшного, она получит и ее и остальных людей, когда магия усилится еще.

— Но как она это делает? — спросил Мидранж.

— Как и Конпутер, ПРОРВА обладает способностью изменять окружающую реальность, — ответил Буфер. — Только Конпутер печатает то, что он хочет изменить, а ПРОРВА предпочитает использовать картинки. Она заманила нас сюда и сделала пленниками. Теперь ее картинки контролируют наши передвижения. Ее воле противостоять невозможно.

— Вот почему я разболтал все о твоем задании, — объяснил Колтун, — Картинки заставили меня это сделать. Прости.

Теперь эта ПРОРВА поймала и Мидранжа. Сейчас кот осознал это в полной мере.

— У тебя нет выбора, — сказал песик.

Но Мидранж решил, что так дальше дело не пойдет. Эта спятившая программа может заставить его выболтать то, что Филя идет за ним, чтобы всех спасти. Нужно отвлечь этот кусок железа на несколько минут. Может быть, она падка на лесть?

— Я думал, что смогу найти Буфера и Твитера и спасти их, — начал кот. — Но теперь ясно, что идея была абсолютно дурацкой.

На экране появилось изображение смеющегося клоуна. ПРОРВА решила, что это смешно.

— Но вместо этого, — продолжал Мидранж, — я попался сам. Но мне вот что интересно. Как ты убедила духов помогать тебе заманивать существ сюда? Духи же обитают за пределами твоего действия.

Мидранж был в этом абсолютно уверен, иначе программа заставила бы подчиняться себе всех в радиусе одной мили.

На экране снова возникла говорящая собака. Буфер взял слово:

— Пока мы тут ждали, когда придешь ты и все остальные, она нам сказала, что заключила с духами договор. Если они помогут ей набрать силу, она даст им новую плоть. А они очень хотят заполучить тела. Так что теперь они работают вместе.

— Тела? — спросил Мидранж. — А как это возможно?

— Им дадут наши тела, — грустно ответил Буфер. — Духи поселятся в нас.

— Но это же издевательство! — возмутился кот.

На экране снова засмеялся клоун.

Снаружи пещеры донесся какой-то шорох. Влетел перепуганный дух.

— Там девушка и дракон! — чуть слышно сказал он. — Она очень симпатичная, а у дракона ослиная голова. Они уже входят в пещеру!

Экран развернулся к Мидранжу. На картинке заговорил кот.

Мидранж вдруг понял, что не может противиться, и начал болтать:

— Это Хлорка и дракон Филя. Они пришли нейтрализовать тебя и спасти нас. Я тут разглагольствовал, чтобы дать им возможность подойти незамеченными. У них есть два кусочка наоборотного дерева.

Экран раздраженно мигнул. Ему явно не понравилось упоминание о наоборотном дереве. Зажглось изображение захлопывающейся двери. Поздно. Деревянный шарик вкатился в пещеру и застыл перед экраном. Картинка показала собаку, кота и птицу, выталкивающих этот шарик наружу. Но прежде чем они успели что-то сделать, шарик развалился на две половинки. Экран ПРОРВЫ потух.

— Давайте быстро отсюда! — заорал Мидранж. — Пока она не успела прийти в себя!

Все четверо, освободившись от власти программы, выскочили из пещеры.

У входа стоял полосатый дракон с головой осла. Рядом красивая девушка. Видимо, это она только что бросила шарик в пещеру.

— Привет, ребята, — улыбнулась Хлорка. — Два кусочка наоборотного дерева нейтрализовывали друг друга. Но когда они распались, то подействовали на ПРОРВУ. Она останется в таком состоянии, пока деревяшки не вынесут из пещеры. А это сделать не так-то просто. Теперь побежали, дом на колесиках отъедет с минуты на минуту.

Все понеслись за драконом, который указывал дорогу. Колтун поспешил за ними.

Окончательно запыхавшись, они добежали до фургончика. Он уже собирался отъезжать. Вся вода сошла, теперь по дороге можно было проехать.

— Они нас не видят! — воскликнула Хлорка.

Филя схватил кусок дерева, зажал его зубами и по-утиному свистнул. Звук получился жуткий. Но зато подействовало — фургончик притормозил.

— Филя, да ты можешь говорить! — на бегу восхитилась Хлорка.

Дракон качнул головой. Мидранж понял: он просто издал бессмысленный звук, а не заговорил. Свист получился искусственным, потому что воздух уперся в кусочек дерева, который дракон сжимал в зубах. Он просто просигналил, что они здесь. Это шум, а не осмысленная речь.

Хлорка тоже очень быстро это сообразила.

— Ясно. Звук издал ты, но не сам, а с помощью этого сучка. Я могла и раньше догадаться, — улыбнулась девушка.

Они добрались до машины, и Филя снова стал человеком. Буфер и Твиттер забрались внутрь, Хлорка последовала за ними. Мидранж задержался:

— Колтун, а как же ты? — спросил он песика. Тот прижал уши.

— Тут кому-нибудь нужно домашнее животное? — поинтересовался он.

Песик помог Мидранжу сделать все вовремя. Великодушием кот не отличался, но решил, что так будет честно — хорошая компания в благодарность за помощь.

— Давай залезай, — сказал он. — Мы что-нибудь придумаем.

Филя тоже задержался. Он взял Колтуна на руки — его лапки были слишком коротки, чтобы забраться в домик самостоятельно, — и подсадил. Мидранж запрыгнул следом. Филя закрыл за собой дверь.

— Молодец! — кинулся к коту Дэвид. Он подхватил его на руки и принялся тискать. — Ты спас всех! Я знал, что у тебя вес получится!

Великие кошки! Тисканье — самое жуткое проявление чувств! Но в данном случае Мидранж был не в обиде. Через несколько секунд ему удалось вырваться из чересчур жарких объятий хозяина. Он отлично справился с заданием. Стоит, конечно, отдать должное и достижениям науки, то есть тотализатору, а также Колтуну и Филе.

Фургончик набирал скорость. Колтун сидел на коленях у Хлорки и увлеченно смотрел в окно, восхищаясь невиданной машиной. Внезапно он пролаял:

— Вот она!

Ну что еще? Мидранж выглянул. Вдоль дороги шла темноволосая девочка с заплаканными глазами. Она что-то искала.

— Кто это? — спросил кот у песика.

— Моя настоящая хозяйка! Я появился на свет из ее волос. Может быть, она меня ищет?

Мидранж не был в этом уверен, но решил попытаться. Он перескочил вперед, туда, где сидел Джим-папа.

— Мяой! — выдал кот на лучшем человеческом, на какой был способен.

Джим-папа посмотрел на него:

— Ты хочешь, чтобы мы взяли эту девчушку с собой? Но у нас и так…

— Мяует, — надрывался Мидранж. — Простомяу мяуой! Это же язык сломаешь такое выговорить! «Нет, просто стой!»

Джим-папа вздохнул и притормозил. Он припарковал машину рядом с девочкой, которая, удивленно раскрыв глаза, наблюдала за невиданным животным. Но бежать прочь явно не собиралась.

Колтун спрыгнул на пол и полез на переднее сиденье к Джиму-папе. Маленькие лапки песика забавно разъезжались на незнакомой поверхности. Он перебрался туда как раз в тот момент, когда девчонка отвечала на очередной вопрос Джима:

— Меня зовут Урса. Я ищу свою собаку. Меня отвлекли, и пес исчез, теперь не могу никак его найти. Я боюсь, как бы безумие не причинило ему вреда, если я его не найду и не уведу домой. Вы не видели?..

Тут Колтун рванулся вперед. Урса поймала его на лету.

— Колтун! Ты нашелся! С тобой все в порядке! — девчушка радостно ласкала песика, и его хвостик восторженно дергался из стороны в сторону.

Значит, Колтун дальше с ними не поедет. Он нашел свою хозяйку. Мидранж смотрел в окно. Фургончик тронулся, возобновляя путь. Девочка махала им вслед, песик тявкал. Потом они исчезли из поля зрения. Карен утерла катящуюся по щеке слезу. Мидранж почувствовал, что и его глаза почему-то стали влажными. Наверное, это все из-за близости реки Слезняк.

Вскоре езда снова стала беспросветно скучной. Джим-папа вел машину быстро, стараясь доехать до места прежде, чем безумие окончательно накроет Ксанф. Движение на дороге полностью отсутствовало, что было весьма кстати. Но безопасной дорогу все же назвать было нельзя. Дети благополучно вернулись к занятию ничегонеделанием. Только Шон был чем-то подавлен, как будто бы заново переживал свой всеми позабытый подвиг. Мидранж повернулся ко всем спиной и задремал.

Кот проснулся, когда фургончик резко дернуло в сторону. Неудивительно: драконы снова висели у них на хвосте. Они дышали огнем. Джим-папа старался не въехать в очередной столб пламени. Увернуться не удалось. Но огонь не причинил никакого вреда.

— Опять иллюзии! — раздраженно констатировал Джим-папа. — Они хотят заставить нас свернуть с дороги. Она все еще заколдована, и тут им нас не достать.

Фургончик упорно продолжал нестись вперед, невзирая ни на что. Один дракон решил дыхнуть прямо в ветровое стекло. Но ничего не произошло.

Мидранж сел и стал наблюдать за происходящим. Становится гораздо веселее. Что, если одна из этих зверюг окажется настоящей, а Джим-папа не станет уворачиваться от его пламени? И что делать, если в охранном заклинании есть дыра, и эти страхолюдины ее обнаружат? Но вскоре драконам надоела игра «кто дальше плюнет». Не интересно же, ведь фургончик оказался таким догадливым и не попался на удочку.

На обочине дороги показалась табличка с надписью: «Осторожно! Барахолка».

— Это что еще такое? — удивился Джим-папа. — Ее. тут раньше не было!

За очередным изгибом трассы обнаружился перекресток. Посередь него громоздилась гигантская куча всякого хлама. Опять вопрос: барахло тут накидано на самом деле пли это снова иллюзия? Самая высокая точка горы находилась как раз над центром нужной дороги. Влететь в кучу на всех скоростях не пойдет машине на пользу.

— Попытка — не пытка, — пробормотал Джим-папа, не снимая ноги с педали газа. Он угадал. Барахло пронеслось мимо, не причинив фургончику никакого вреда.

С этого момента начались всяческие глюки. В небе и на земле стали возникать странные пейзажи. Иногда верх и низ менялись местами. Над головой вверх тормашками высились горы, а земля вдруг становилась прозрачной, и по ней летали птицы. Желтая лента дороги змеилась среди этого сплошного нарушения законов физики. Она то прошивала насквозь холмы и скользила над водой, то неслась прямо в пространство, оставив леса и горы далеко внизу. Но Джим-папа стойко вел фургончик прямо вперед, не обращая никакого внимания на окружающие спецэффекты. Врожденное обыкновенское неверие в магию помогало ему разносить иллюзии и воздушные замки в пух и прах. Как раз к наступлению сумерек они подкатили к повороту на Бес Подобие.

Едва въехав в деревеньку, компания увидела кучки отчаявшихся бесов. Они упорно продолжали работать, но выглядели абсолютно измученными. Горки корзинок и коробок с камнями оставались стоять на тротуарах — их еще не успели отнести в безопасное место. Видимо, уже и не успеют.

Фургончик остановился. Появилась маленькая Киета с растрепанными волосами, в измятом и влажном от пота платье.

— Мы думали, что вы уже давно покинули Ксанф! — воскликнула она.

— Мы вернулись, чтобы помочь вам закончить работу, — сообщил Джим-папа. — Скажите, что нужно сделать.

Киета не стала терять время на бесполезные возгласы удивления:

— Отнесите, пожалуйста, эти горы коробок в пещеру. Бес Славный покажет куда.

Все приступили к делу, на сей раз не пользуясь заклинанием Уравнения. Все люди, включая Филю, взяли по кучке камней и аккуратно потащили их в указанном направлении. Маленький бес мог перетаскать такой груз только подходов за десять. Все пошли за Славным, осторожно ступая по тропинке, явно не рассчитанной на человеческие габариты. Но принимать размеры бесов нет смысла, ведь в таком случае помочь народцу в полной мере не удастся.

Дети и взрослые подошли к пещере. Она скорее напоминала норку. Даже бесам приходилось влезать туда на коленках. Поставив коробки с камнями на землю, компания вернулась в деревню.

Мидранж, как и Буфер с Твиттером, мог только наблюдать. Носить камни животным было нечем. Но и они нашли способ помочь. Когда люди вернулись, все трое сразу провели их к новым горкам мешочков и пакетов. Потом было решено, что совсем необязательно выносить камни на улицу и складывать в определенном месте. Их стали передавать прямо в руки, не вынося из зданий. Увидев это, бесы стали работать с большим энтузиазмом. То и дело появлялись кольца кальцита, связанные колечками. Молодые люди их часто дарят своим возлюбленным. А те, в свою очередь, используют чароит, чтобы очаровывать мужчин. Вокруг кучками лежали гранаты, имеющие обыкновение взрываться в самый неподходящий момент. Но в присутствии бесов они вели себя вполне прилично. Мимо Мидранжа на носилках пронесли светящееся деревце, листья-камешки которого опали. Ага, а вот и опалы. На одной улице были свалены столы изящной работы, инкрустированные пир-итами. За такими столами пиры всегда проходили на ура. Неподалеку от них лежала горка тур-малинов, с помощью которых местные жители устраивали туры в Обыкновению за малиной. Камней было так много, что Мидранж потерял к ним интерес раньше, чем успел рассмотреть все виды.

— А это что за увалень? — грубо поинтересовался какой-то бес, глядя на кота.

Мидранж уставился на обидчика.

— Ты, видимо, Бес Пардонный, — сказал кот на языке животных, надеясь, что бес его не поймет.

— Слушай, котяра, как ты угадал? — все так же невежливо поинтересовался бес А теперь лучше убери свою тушку отсюда! Мне на место твоей кошачьей задницы он-иксы сложить нужно.

Им уже объяснили, что он-иксы используют для того, чтобы скрывать свою личность. Того, кто положит камешек в карман, никто не узнает, ведь теперь оникс. Мидранж нехотя поднялся и отошел в сторону. Все-таки не все бесы такие милые, как Киета.

В этот момент пришел Дэвид, чтобы забрать очередную кучу упаковок. За ним шли два беса.

— Знаешь, Понтовый, эти люди здорово помогли нам, — сказал один. — Но все беды еще только начинаются.

— Ты прав, Крайний, — согласился второй. — Теперь мы успеваем спасти все наши труды, за что мы безгранично им благодарны. Но судьба всего Ксанфа гораздо страшнее.

— Надеюсь, что когда мы наконец снова выйдем из пещеры, Ксанф сможет обеспечить нам достойное существование, — задумчиво сказал первый. По его тону было ясно, что он в этом далеко не уверен.

Оба пошли дальше, заглядывая во все дома и проверяя, не осталось ли где камней. Но Мидранжа очень обеспокоил этот разговор. Значит ли это, что опасность есть не только для бесов? И вообще, в чем она заключается? Ему совсем не нравилась мысль, что они все ввязались в эту историю ради какой-то мелочи.

Кот побежал за Дэвидом, ведь с ним общаться проще всего. Мальчик как раз отнес последние коробки. Уже почти стемнело.

— Мяуэвид! — сказал Мидранж. Дэвид повернулся и взял кота на руки.

— Что такое, герой? — спросил он, вороша шерсть на загривке любимца. Мидранж решил, что так еще терпимо.

— Непримяутности! — Чтоб блохи съели этот проклятый человеческий язык!

— Неприятности? — переспросил Дэвид. — А я думал, что все уже улажено. Мы сейчас войдем в зону заклинания Уравнения и укроемся вместе с бесами в пещере. Там и переждем безумие.

Мидранж уже не был так спокоен. Быстро объяснить парню, в чем дело, не удастся.

— Мяуиля!!

— Спросить у Фили? Ладно.

Как раз в этот момент подошел Филя. Такое ощущение, что он всегда знает, когда кто-то хочет с ним поговорить.

«Бесы говорят, что существует угроза для всего Ксанфа, — подумал кот, зная, что Филя умеет читать мысли. — Что это за угроза? Можем ли мы что-то сделать? Расскажи все Дэвиду».

Филя написал записку и передал ее Дэвиду.

— Есть опасность! — воскликнул тот. — И мы можем этому помешать!

Пришла Хлорка.

— Новая опасность? — спросила она.

Дэвид вручил ей листок бумаги. Она прочитала и вздохнула:

— Тогда нужно передать это остальным, хотя последствия могут оказаться весьма и весьма неприятными.

Дэвид кивнул:

— Ты не рада, да? Продолжение работы с недоумками?

Хлорка потрепала его вихры. Мидранж с интересом наблюдал, какое действие это оказало на парнишку. Если Шон был окончательно и бесповоротно покорен ее красотой, то на Дэвида она действовала процентов эдак на семьдесят.

— Что ты, я совсем не против! Но как ты догадался спросить Филю об этом?

— Мидранж попросил.

Хлорка повернулась к коту и с игривой суровостью погрозила ему пальчиком.

— Так, значит, ты! — девушка потрепала и его шерстку. Ему тоже очень понравилось. Видимо, есть все же что-то в сногсшибательно красивых девушках с милым характером, даже если знаешь, что все это великолепие создал дракон с головой осла.

И, лапу на сердце положа, для Мидранжа это самое захватывающее приключение, которое когда-либо выпадало на его долю. Все по полной программе: дракон, красотка, риск и опасность, магия и тайны. О чем еще может мечтать простой домашний кот?

Глава 9

ДВАДЦАТЬ ВОПРОСОВ

Хлорка отправилась на поиски остальных. Джим Балдуин как раз нес к пещере последнюю порцию камней. Она подошла к нему.

— Простите… — и тут она поняла, что не знает, как к нему обратиться. — Отец из Обыкновении…

Тот улыбнулся:

— Можешь называть меня Джимом. Так гораздо проще.

— Так вот, Джим, я узнала, что существует еще одна опасность. На сей раз не только для бесов, но и для всего Ксанфа. Дэвид спросил об этом у Фили. Он молчал на сей счет раньше, так как эта угроза не затрагивала нас напрямую. Но…

— У нас была возможность помочь бесам, но спасти Ксанф не в наших силах, — ответил Джим. — Нужно воспользоваться заклинанием Уравнения и присоединиться к бесам в их пещере. Там и переждать ураган и безумие.

— Бесы боятся, что к тому времени, когда они покинут свое убежище, от Ксанфа мало что останется… — возразила девушка.

— Лучше поговорить с Филей лично. Ветер усиливается, так что не стоит тянуть с окончательным решением.

— Он там, — Хлорка повела его к Дэвиду, Мидранжу и Филе.

— Филя, что там с угрозой всему Ксаифу, и как это касается нас? — спросил Джим.

Молодой человек протянул ему уже исписанный листок.

— Ураган особенный, так как попал сюда извне, — прочел Джим. — Он будет продолжать набирать силу. И волшебная пыль, которую он поднял, сметет все на своем пути. Если, конечно, ее не остановить. Тех, кто живет под землей или укроется там, ураган не затронет. Но все, что останется на поверхности, в воде, в воздухе, — все это ощутимо пострадает. Большую часть растительности просто сдует. Повсюду будут разбросаны жалкие остатки прежнего Ксанфа. Однако мы можем изменить участь страны, если немедленно предпримем решительные действия. Но для этого нужно рискнуть.

— Рискнуть? — переспросила Хлорка. — Но я должна вывезти вас из Ксанфа в целости и сохранности.

— Ну, этим мы несколько пренебрегли, вернувшись сюда, — мрачно напомнил ей Джим.

Во время чтения записки к пещере подтянулись и остальные.

— Пап, нужно предпринять эти самые решительные действия, — высказался Шон.

— Ага! — поддержала Карен. Джим посмотрел на Мэри.

— Я согласна, — уныло призналась та.

— Но опасность реальная, — напомнил отец семейства. — Филя не станет просто так говорить «надо рискнуть». А мы уже и так устали от всего этого.

— Ксанф может исчезнуть с лица земли, — возразила Мэри. Джим повернулся к Филе:

— И что мы можем сделать?

Филя уже строчил ответ. Джим молча прочел его и перевел взгляд на Хлорку.

— Наверное, нам придется разделиться.

— Но я же должна вывезти вас отсюда целыми и невредимыми! — с испугом повторила она. — Это мое задание. Пока я его не выполню, я не могу вас бросить!

— Филя считает, что тебе не удастся справиться с этим, если Ксанф не будет спасен, — усмехнулся Джим. — Так что придется поступить именно так. Ты с Филей отправишься добывать Ветровку. А мы поедем в замок Ругна, чтобы уговорить Тучную Королеву помочь нам в спасении Ксанфа.

— Bay! — издал восторженный звук Дэвид.

Хлорка была крайне удивлена. Она посмотрела на Филю. Тот кивнул.

— Ну что ж… Если я не выполню задание Доброго Волшебника, во всем будешь виноват ты! — решила она. — Я очень надеюсь, что ты на самом деле не преувеличиваешь своих способностей.

Филя кивнул снова. Он был уверен в том, что знает, хотя совершенно очевидно, что он знает не все. Это, пожалуй, единственная его несносная черта.

Филя что-то написал и протянул ей.

«Я знаю только то, что происходит в Ксанфе сейчас, а не то, что еще случится. Я знаю, что Тучная Королева и Ветровка могут спасти Ксанф, но отнюдь не известно, удастся ли им это. Я знаю наилучший путь, как этого достигнуть, но никто не знает, получится ли все как надо. И я совсем не хочу показаться несносным».

Ну и как на него можно злиться? Он сделал ее красивой, неглупой и здоровой, а теперь помогает ей в лучшем приключении ее жизни.

— Прости, я была не права, — извинилась Хлорка, ведь помимо всего прочего он еще сделал ее вежливой.

Она отлично знала, что в обычном своем «я» она ни капли не заботилась бы о чувствах Фили, и была счастлива иметь новый облик и другой характер. Теперь жить на свете стало гораздо лучше, и не только потому, что все стали смотреть на нее по-другому. Она обязана Филе всем.

— Значит, так тому и быть, — подытожил Джим.

Хлорка начала подозревать, что ему самому нравится это приключение, ярко отличающееся от скучной обыкновенной жизни.

— Мы едем в… — Джим сверился с бумажкой, которую ему вручил Филя, — …в замок Ругна. Нам нужно добраться туда к утру.

Мэри потихоньку взяла мужа за руку.

— Дорогой, ты и так уже долго сидел за рулем, — сказала она. — Ты немного отдохнешь, а машину в это время поведу я.

Карен удивленно взглянула на мать:

— Мам, разве ты умеешь водить фургончик?

— Не смейся надо мной, маленькая пи-п-и-п, — улыбнулась Мэри. В отличие от остальных, она на самом деле произнесла слово «пи-и-и-п». Взрослая Тайна была здесь ни при чем.

— А как мы найдем туда дорогу, если с нами не будет Фили и Хлорки? — спросил Дэвид.

— Хороший вопрос, — похвалил Джим. В этот момент к ним подошла Киета.

— Мы вам очень благодарны за то, что вы помогли нам закончить сборы вовремя, вопреки своему решению покинуть Ксанф, — сказала она. — Мы никак не могли придумать, чем же отплатить вам за это, но теперь у меня, кажется, есть идея. Мы снабдим вас проводником.

— Но ему же придется покинуть безопасную пещеру! — запротестовала Мэри.

— В замке Ругна она будет в безопасности, тем более если вам удастся спасти Ксанф. Вот моя дочь Тренита.

Женщина помоложе выступила вперед. На вид ей было около тридцати.

— Что ж, тогда в силу обстоятельств мы вынуждены принять ваше предложение, — решил Джим. — Безумие уже близко. Вы поскорее прячьтесь в пещеру, а мы поедем.

Значит, второе решение тоже не далось им без вмешательства бесов. А те, по подозрениям Хлорки, были только рады, что им не придется развлекать обыкновенское семейство пока они будут сидеть в пещере. Все разошлись. Семья Балдуинов погрузилась в домик на колесах. Мэри села за руль, Тренита устроилась рядом с Карен на максимально поднятом сиденье. Хлорка и Филя наблюдали за их отбытием. Казалось, что машина растягивается и выгибается, как огромная гусеница, но Хлорка прекрасно знала, что это все влияние безумия. Девушка обернулась к своему спутнику:

— Ну и где искать эту Ветровку?

Тот, как обычно, ответил запиской: «Это имущество ПРОРВЫ. Нам нужно забрать его у этой программы».

— Опять ПРОРВА?! Та самая, у которой мы еле отняли обыкновенских животных? Мы обречены.

«Надо подойти к ней с нужной стороны. ПРОРВА весьма разумна».

— И как мы к ней подойдем?

«Мы принесем ей подходящий подарок и ответим на двадцать вопросов».

— Какие еще двадцать вопросов? Я, может, благодаря тебе теперь и умная, но все равно сомневаюсь, что смогу ответить все правильно. А что будет, если мы хоть раз ошибемся?

«Станем собственностью ПРОРВЫ».

— Ой-ой, Филя! У меня есть задание, и, после того как я его выполню, я вернусь домой, снова стану дурнушкой и все кончится. Я не могу сейчас позволить себе попасть в рабство к какой-то выжившей из ума программе!

«Но я же могу ответить на вопросы».

— Ох. А ты уверен? И как мы туда доберемся? И на обыкновенском домике на колесиках мы ехали оттуда долго, так что пешком и за ночь не дойдем. Даже если нам не помешает безумие, не говоря уже о ветре.

Словно в подтверждение этого резкий порыв ветра задул юбку Хлорки вверх, грозя также окончательно и бесповоротно спутать ее дивные волосы. Теперь Шона рядом не было, так что Девушка сочла такое положение совершенно неприемлемым.

Филя повел ее в сторону от дороги.

— Зачем мы сошли с зачарованной тропинки? Теперь мы станем легкой добычей для всяких чудовищ!

Но в глубине души Хлорка отлично сознавала, что Филя знает, что делает, и не поведет ее на верную гибель.

В ветвях одного из деревьев они обнаружили огромный ком хлопка. Только он, вопреки своему обыкновению, почему-то не хлопал. Это же облако! Наверное, одно из тех, что составляют провальный паром, оторвалось и приплыло сюда. И Филя, конечно, знал об этом. Хлорка помогла выпутать несчастного пленника из веток и колючек.

Но маленькое облачко никак не удавалось спустить па землю. Оно рвалось в вышину. Тогда Филя забросил девушку наверх. Хлорка упала на мягкую, выгнутую, как глубокая тарелка, поверхность. Очаровательные ножки задрались вверх, непослушная юбка накрыла голову.

Филя забрался на облако с другой стороны и скатился в центр «тарелки». Он тоже приземлился вверх ногами, но его брюки вели себя гораздо более благопристойно.

— Так нечестно! — возмутилась девушка. — Когда я приземлилась, все могли наслаждаться видом моих трусиков! А с тобой такого не происходит. Кстати, ты тоже их видел?

Филя кивнул.

— И ты даже не смутился? — допытывалась она. Филя покачал головой.

— Ни капельки? — Хлорка забеспокоилась. Но потом решила, что он всего лишь дракон и не смотрит на девушек как на потенциальных партнеров. Тогда зачем так переживать из-за трусиков?

Она привела себя в порядок и заглянула за край облака. Ветер все быстрее нес их на север. Внизу змеилась дорога троллей. Значит, они движутся в нужном направлении. И Филя отлично об этом знал. Трасса была пустой. На обочине росли деревья, которые поминутно меняли цвет и вид. Видимо, и их не миновало безумие. Облачко продолжало набирать скорость.

— Раз уж мы тут надолго, давай устроим щит от ветра, — решила Хлорка.

Девушка набрала полные пригоршни облачной ваты и начала лепить стены. Постепенно она стала скруглять их, и в итоге над их головами образовался купол. Вата мерцала, освещая внутренности домика мягким желтым светом. Лепить было приятно, материал оказался податливым и послушным.

— Женщина должна обустраивать гнездышко, — закончив работу, объявила Хлорка.

Ей не хватило материала на завершение крыши, поэтому она выровняла получившуюся дыру и превратила ее в окошко, через которое были видны звезды. Филя и Хлорка уютно устроились в получившейся комнатке, и, если бы не легкое покачивание, казалось бы, что домик стоит на твердой земле.

— Сейчас будет удобнее, — сказала девушка и скатала из облачной ваты две подушки. — Просто полежим, пока не прибудем на место. Уверена, что ты знаешь, когда это произойдет.

Филя кивнул.

Полет продолжался. Но новизна ощущений вскоре пропала. Хлорка наверняка заснула бы, но было еще слишком рано, тем более что она вздремнула еще в фургончике. Так что сон не шел, и становилось скучно.

— Филя, кто ты на самом деле, а? — спросила она. — Нет, то, что ты — дракон с головой осла, который все про всех знает, который сделал и себя, и меня красивыми, — это все понятно. Но я никогда раньше не слышала о таких, как ты. Откуда ты? Чем обычно занимаешься?

В руках Фили появился карандаш и блокнот. Он написал ответ и протянул листок Хлорке. Она прочла его вслух:

— Я особое существо. Я состязаюсь с другими существами, принадлежащими моему классу. Мы живем только играми с четко установленными правилами. Если их нарушить, ты проиграешь. Некоторые игры короткие, некоторые длятся веками.

Девушка воззрилась на Филю:

— Веками?! Вы, наверное, живете долго!

Филя кивнул с извиняющимся видом. Хлорка продолжила читать:

— Статус определяется ограничителями. Самый простой статус — это скобки, следующий уровень — квадратные скобки, потом идут фигурные, затем — треугольные. Хотя для простоты обычно мы используем только круглые.

Она прекратила читать.

— Ничего скучнее не придумаешь! Филя! Теперь понятно, почему ты решил отправиться со мной на поиски приключений. Наверное, ужасно быть драконом с головой осла, да еще заключенным… Заключенным в скобки, то есть. Бедняжка!

Хлорка отбросила записку в сторону. Бумажка мгновенно превратилась в дымок и исчезла.

Филя кивнул в знак согласия. Странно, но на заключенного он похож не был. Скорее он чему-то обрадовался. Но Хлорке по-прежнему было скучно. Прошлое Фили ее ни капли не развеселило.

Тут ей в голову пришла гениальная идея.

— Филя, помнишь, когда мы встретились в первый раз, я пообещала научить тебя любви? Тогда, когда наступит подходящий момент. Мне кажется, что этот момент как раз наступил. У нас за спиной множество приключений, да и впереди еще немало. А сейчас у нас есть свободное время. Мы же не знаем, что будет потом, так что давай воспользуемся подвернувшимся случаем, — Хлорка пристально посмотрела на Филю. — Ты понимаешь, о чем я?

Филя замотал головой. Девушка рассмеялась.

— Конечно, ты можешь читать мои мысли, но не можешь понять, о чем я думаю. Ведь на самом деле ты — полосатый дракон с головой осла. Тебе недоступны человеческие эмоции. Ну а поскольку я знаю, кто ты, длительных отношений между нами быть не может. Так же как и с Шоном из Обыкновении.

Но было весело заставлять его глазеть на меня. Хотя последние несколько часов он как будто ничего не замечал, а я чуть не показала мои… — Хлорка оборвала эту неприятную мысль. — А ты никогда не разобьешь мне сердце и не заставишь меня расплакаться.

На этом месте Филя вдруг погрустнел.

— Но я очень ценю все то, что ты для меня делаешь, и думаю, что нужно отплатить тебе за это. Так что я покажу тебе, что нужно делать, если ты настоящий красивый мужчина, а не странное смешное существо. Кто знает, может быть, это тебе как-нибудь пригодится. Тем более это наверняка весело, — Хлорка прищурила глаза. — Ты еще ничего не понял?

Филя тряхнул шевелюрой.

— Все просто. Я научу тебя вызывать аиста. Жалко только, что не по-настоящему. Но мы постараемся сделать все как можно лучше. Я уже достаточно потренировалась на Шоне и знаю, что заводит мужчин. Так что завести тебя у меня получится. Готов?

Филя сомневался. Хлорка улыбнулась.

— Мы начнем издалека. Отлично. Ты не можешь говорить, так что мне придется произносить и твои реплики. Но выполнять действия будешь ты сам. Что бы я ни сказала, я буду делать это; что бы я ни сказала, чтоб ты сделал, — делай, ладно?

Филя, все еще сомневаясь, кивнул.

— Ты мужественно и смело говоришь: «Как тебя зовут, красотка?» Я хлопаю ресницами и отвечаю: «Хлорка, красавчик. А тебя?» Ты говоришь: «Филя. Я не мужчина, а настоящий дракон. Я пришел забрать тебя отсюда». Я говорю: «Это так романтично! Я должна тебя поцеловать». И так и делаю.

Хлорка подошла к Филе, легла рядом и уверенно поцеловала его в губы. Несмотря на кукольный диалог, она действительно вошла в роль, и поцелуй получился настоящий. Тем более что Филя ответил на поцелуй. Значит, все идет как надо.

— Теперь, поскольку ты мужчина, у тебя в голове только одна мысль, — продолжала она. — Я имею в виду «вызвать аиста». Так что ты говоришь: «Хлорка, ты такая красивая, но думаю, что без одежды ты будешь еще краше». Ты кладешь руку мне на коленку и нежно жмешь ее, — она взяла его руку, и, поскольку он медлил, сама водрузила ее себе на коленку. — Я невинно отвечаю тебе: «Ты, правда, так думаешь? Ты хочешь посмотреть на мои трусики?» У тебя перехватывает дыхание, так что ты не можешь ответить и просто улыбаешься. А потом…

Хлорка замолчала. В окошке над ними торчало лицо с двумя огромными глазами и зубастой пастью.

— Это еще что такое? — возмутилась девушка и запустила в шпиона подушкой. Подушка врезалась лицу в глаз и разлетелась в пух и прах. Это Оконный Проем! Эти любопытные существа обожают подглядывать в окна! А если окна нет, то они его проедают. Но брошенный Хлоркой снаряд смутил Проема, и тот исчез.

— Так, на чем мы остановились? — кокетливо спросила Хлорка, распуская золотисто-зеленые волосы. Сверкающая масса волной окутала ее плечи. — Ах да! Как раз на главной цели мужской жизни — увидеть чьи-нибудь трусики! Мы не будем вспоминать, что мои трусики создал ты. Нет, сейчас ты просто молодой сексуально озабоченный самец. А я только что сделала тебе потрясающее предложение, и это кружит тебе голову. Ты согласно киваешь, ты горишь желанием увидеть их, потому что это самое захватывающее зрелище во всем Ксанфе. Тем более что я тоже совсем не против показать их тебе и отлично знаю, что ты будешь просто в восторге. Ведь твое желание уже перешло всякие границы, и нет таких сил, которым удалось бы вернуть тебя в разумное состояние. Так что…

Она расстегнула платье и стянула его через голову.

— Еще рано радоваться. Я ношу сорочку. Как настоящей соблазнительнице мне приходится придерживаться некоторых правил Взрослой Тайны. Но…

Облако вдруг резко тряхнуло.

— Что на этот раз? — раздосадованно вопросила Хлорка. Ее терпение уже собиралось выйти из себя и окончательно испариться.

В руках Фили снова появился блокнот и карандаш. Но, прежде чем он успел что-либо сделать, облако встряхнуло еще сильнее. От рывка подол сорочки Хлорки взмыл вверх. В окошке сверху опять возникло лицо.

— Я думала, что избавилась от тебя! — крикнула девушка, но в последнюю секунду поняла, что эта здоровая, круглая, скорее всего мужская физиономия принадлежит кому-то другому.

— Здесь есть огры? — поинтересовалась физиономия, облизываясь.

Терпение Хлорки упорно пыталось открыть дверь, чтобы выйти вон.

— Разве я похожа на огра? — ответила она, брыкнув ножками в сторону пришельца.

Рожа моргнула. Она явно не принадлежала человеку, поскольку открывшееся зрелище ее с ума не свело.

— Нет, не похожа. Ты скорее напоминаешь пикантную закуску из симпатичной девицы с вполне приличными ножками.

Все шло неплохо, пока физиономия не произнесла последние три слова. Терпение Хлорки наконец нашло дверь и, громко ею хлопнув, вышло из себя.

— Вполне приличные? — прошипела она. — А что же ты тогда называешь приличными!

— Ноги огра, само собой.

— Ноги огра? Ноги огра?! — завопила она на манер гарпии. — Да ты кто вообще такой?

— Я любитель огров, — застенчиво ответило существо.

— Ах, любитель огров! Ты что, их ешь? Я о таких никогда не слышала.

— Ну, нас не так и много. Огры не такие уж и вкусные, — чудище снова взглянуло на ее ноги. — Но если здесь нет огров, сойдешь и ты. На твоих ножках немало аппетитного мясца.

— Не надо! — спохватилась Хлорка, прижав одну ногу к другой. — Мне они самой нужны! Иди и поищи лучше нормального огра!

— Ладно, — согласился любитель огров. Физиономия исчезла. Топот шагов снова тряхнул облако, но постепенно тряска прекратилась.

Хлорка вернулась к прерванному занятию. Филя все еще держал в руках записку.

— Уже не важно. Я все выяснила сама. Давай-ка займемся делом до того, как кому-то взбредет в голову снова нас потревожить. Хорошо бы облако летело повыше, и всякие личности сюда больше не совались.

Филя начал вставать.

— Нет-нет! Не беспокойся по этому поводу! — быстро сказала она. — Я хочу пи-и-и-п прежде, чем мы прибудем на место. Понимаешь?

Филя выглядел понимающим. И правда, ей начало казаться, что урок любви интересовал его все больше и больше. Отлично! Как здорово быть красивой и воспламенять мужские сердца! Как замечательно быть сексуальной и заставлять мужчин думать только об одном — «надо вызвать аиста»! Она уже проверила все на Шоне из Обыкновении. Но он слишком молод.

Хлорка уже собралась было сбросить сорочку, но почему-то не сделала этого. Руки не хотели ее слушаться.

Что случилось? Вот он, шанс сделать то, что мужчины не хотели делать с ней раньше! А она медлит! Почему?

Филя протянул ей листок.

«Потому что ты знаешь, что я — дракон с головой осла. А тебе нужен настоящий мужчина».

Хлорка поняла, что он прав. Она может воображать, что ей вздумается, придумывать любые сценки, но в глубине души знает, что все это не по-настоящему. Потому что он — ненастоящий! И она сама — тоже. Она — просто несимпатичная девчонка с дурацким характером и большими претензиями. Что уж тут поделаешь?

Хотя если не взять быка за рога, то приключение может окончиться раньше, чем подвернется еще один шанс. Так что претензии все-таки лучше, чем ничего.

— Плевать! Филя, давай доведем дело до конца! Я хочу показать трусики хоть кому-то, а ты можешь вообще никогда не увидеть женского нижнего белья. Разве что если девушка не будет знать, что ты дракон с головой осла. Ты согласен продолжать?

Филя кивнул.

Хлорка взялась за сорочку снова:

— Теперь смотри и наслаждайся!

Она легким движением сдернула тонкую ткань и гордо предстала перед Филей в нежно-фисташковых трусиках и бюстгальтере.

Но Филя почему-то не собирался помирать от восторга. И не только потому, что он был драконом. Ведь он сам создал эти миниатюрные детали женского гардероба и тело, которое они так эффектно облегали. Филя ничего нового не увидел.

— Ну вот, не работает, — расстроилась девушка. — Все зря… Тебе было скучно. Прости, Филя.

Филя вручил ей записку. «Что ты! Мне не было скучно». Неправда, ей виднее.

— Совсем неинтересно смотреть на то, что ты сделал своими руками! С тем же успехом я могла бы стать такой, какая я на самом деле, когда мои трусики мало кого могут заинтриговать, а тем более сразить наповал.

Хлорка подхватила сорочку и надела ее.

— Извини, что втянула тебя в это постыдное представление. Больше такого не повторится. Я готова расплакаться от разочарования, но не могу сделать даже этого.

Филя забеспокоился и принялся судорожно что-то писать.

— Нет, не надо, — твердо сказала Хлорка. — Не надо меня утешать. Оставим вранье для тех, кто не знает правды.

Филя погрустнел, но его блокнотик исчез. Девушка подобрала брошенное платье.

— Но, Филя, я хочу, чтобы ты знал, что ты мне очень нравишься, я очень тебя уважаю, и если бы ты был настоящим мужчиной, я бы занялась этим с тобой. Даже если б ты был не человеком, а демоном, например. Демоны знают, как оценить смертную женщину, с физической точки зрения, в конце концов. А вот дракон… Тебе, наверное, было очень смешно. Не буду больше тебе надоедать. Я и так обязана тебе всем, что у меня есть. Забавно все получилось.

Платье было водворено на место. Хлорка принялась приводить в порядок волосы. Внезапно она подбежала к Филе и обняла его.

— Спасибо, что ты мой друг, — прошептала она и чмокнула его. В ее глазах блеснули слезы, но, к счастью, остались на своих законных местах.

Филя замер и смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Может быть, ей все-таки удалось довести его до нужного состояния? Но через секунду он пришел в себя и написал: «Всегда пожалуйста, Хлорка».

Она улыбнулась.

— Во всяком случае, мы понимаем друг друга. Может, это и есть самое лучшее.

Филя кивнул. Казалось, он почти достиг чего-то очень важного, но внезапно это что-то ускользнуло у него из рук. Быть может, все-таки стоило довести историю с аистом до конца, раз уж удалось его соблазнить. Но нет. Она все сделала правильно. Пусть вызов аиста останется для мужчины, которого она полюбит по-настоящему, а не будет потрачен на бессмысленную игру.

Облако продолжало свой путь. Мысли, мелькавшие в головах пассажиров, его ничуть не интересовали.

Вскоре Филя вручил Хлорке послание.

«Мы на месте».

— Уже? — удивилась она. Но потом сообразила, что облако движется обманчиво незаметно. Видимо, он прав. Что ж, возможность сделать что-то неприличное упущена. В глубине души Хлорка сожалела об этом и дулась, но решение приняла она сама.

Филя полез наверх, к окошку в крыше, и протянул ей оттуда руку. Он вытащил ее из домика удивительно легко. Несколько секунд девушка пребывала в недоумении, откуда у него такая силища, но потом сообразила: он же дракон! Они уселись на скате слепленного Хлоркой купола. Облако неслось с огромной скоростью. Ветер все крепчал. В ушах свистело. Когда они были внутри, стенки из облачной ваты гасили все звуки так, что она успела забыть о вое ветра. Летели они чуть ниже верхушек деревьев.

Филя потянулся и ухватился рукой за ветку растущего у обочины дерева. Облако зависло в воздухе. Крепко уцепившись ногой за выступ в облачной массе, парень удерживал их транспорт на месте. Но опускаться на землю облако не собиралось. А до полянки внизу было далеко. Значит, любитель огров был парнем немаленьким!

— А как нам спуститься? — спросила Хлорка.

Филя кивнул на свои ноги. Хм, что бы это могло значить? Он собирается слезать вниз? Парень замотал головой, и она вспомнила, что он может читать мысли. Значит, нужно просто придумать верное решение.

Хлорке представилась очередная возможность блеснуть новой соображалкой. Надо сделать что-то с его ногами. Спихнуть их с облака? Но тогда оно унесет ее. Разве что она зацепится за ноги Фили. Ага! Она повиснет на его ногах! Так она сократит расстояние до земли и приземлится невредимой. Полянка внизу была мягкой, покрытой опавшими сосновыми иголками. Само собой, это не совпадение. Филя всегда знает, что делает. Но как тогда слезет он сам? Он сможет спрыгнуть с такой высоты? Тот кивнул.

— Ладно, — согласилась Хлорка. — Я тебе доверяю. Я прыгну, тем более ты и без того уже видел мои трусики.

Она наклонилась к нему и ухватилась за его штаны.

— Надеюсь, я с тебя их не сдерну, — усмехнулась она.

И так понятно, что этого не произойдет. С Филей никогда не случается конфузов. Жаль, что тогда, в облаке, они не дошли до того момента, когда надо было снять с него штаны. Хлорке вдруг стало ужасно интересно, о чем он сейчас думает.

Она отогнала прочь эти мысли и соскользнула с облака. Вися в воздухе, она почувствовала, как нога Фили отпустила их транспортное средство, и то радостно понеслось дальше но своим делам. Девушку болтало на ветру, как маятник, пока она переставляла ладошки, чтобы сползти к щиколоткам висящего сверху путешественника. Хлорка спрыгнула и аккуратно приземлилась в рыхлую кучу сухих, совсем не острых иголок. Получилось! Спасибо отличному здоровью и Филе, который его подарил. Конечно, с грацией при приземлении у нее еще не все в порядке, но за это здоровье не отвечает.

Кто-то рассмеялся. Смех напоминал рев осла, но это был не Филя, который все так и висел наверху в ожидании, когда освободится посадочная площадка. Хлорка огляделась.

Из леса вышел человек в каких-то отрепьях. Вместо шляпы на голове красовалась консервная банка.

— Давай еще раз, сестричка, — проревел он. — Может, на этот раз я разгляжу что-нибудь интересное.

Хлорка о таких слышала. Это мусорщики, которые в процессе сбора мусора нашли наоборотную деревяшку и стали разносчиками мусора. Поскольку они всем подсовывают в почтовый ящик всякую дрянь, их не любят и гоняют. И она уже придумала, что сейчас сделает.

— Ах, тебе интересно? — сладким голосом спросила Хлорка, изящно поднимаясь на ноги. Зная, что он на нее смотрит, она повернулась и подняла вверх обе юбки.

Стало тихо. Она вернула платье и сорочку на надлежащие места и оглянулась. Разносчик мусора лежал на спине, тупо пялясь в небо и не делая попыток подняться. Он напоминал бревно. Он так и будет лежать некоторое время. Потому что он сражен наповал.

Хлорка улыбнулась. Она доказала силу своих трусиков.

Тут она вспомнила о Филе, который продолжал висеть на ветке, и быстро освободила место для приземления.

— Можешь слезать, — ласково пропела она. — Я тут мусор убрала.

Филя спрыгнул и улыбнулся. Он все понял. Хлорка любила в нем это качество. Он сильный, молчаливый, всегда готов помочь и — главное — понять.

Они прошли мимо сраженного наповал мусорщика и направились к логову ПРОРВЫ. Несмотря на то что уже стемнело, Филя точно знал, куда идти. Когда Хлорка споткнулась, он взял ее за руку и повел по тропинке. Не было необходимости беспокоиться об опасностях. Филя избегал их автоматически. Или просто знал, как с ними бороться. Хлорка поняла, что ей с ним не страшно и уютно. И это ей тоже очень нравилось.

Вскоре они подобрались к пещере коварной программы. Филя спокойно вошел внутрь, Хлорка последовала за ним. Внутри было еще темнее, чем снаружи, но Филя нашел светящийся гриб, который заменил фонарь. Он всегда находил то, что нужно.

Посреди главной залы пещеры так и лежали две половинки иаоборотного дерева, продолжая держать ПРОРВУ в бездействии. Филя поднял их и соединил в шарик. Потом передал его Хлорке.

Она с перепугу чуть не выронила его.

— Но… — Тут она сообразила, что, пока две половинки вместе, ничего страшного случиться не может. Поэтому девушка крепко сжала шарик в кулачке, так что ноготки больно впились в ладонь. Кстати, ей самой наоборотное дерево особенно не повредит. Разве что вместо того, чтобы отравлять воду, она будет делать ее сладкой. Только вот почему наоборотные деревяшки не действуют на Филю? Почему они не переворачивают его талант?

Плоский экран засветился. На нем появился человечек с большим вопросительным знаком над головой. Видимо, злобное устройство еще не очнулось окончательно. Филя посмотрел на Хлорку. Ага, значит, вести переговоры, как всегда, предстоит ей.

— ПРОРВА! — сказала она тоном, не допускающим возражений. — Мы пришли заключить с тобой сделку. Ты не можешь сделать что-нибудь с нами, потому что у меня в руке два кусочка иаоборотного дерева. И если со мной что-нибудь случится, я брошу его на пол, кусочки расколются, перестанут нейтрализовать друг друга и переключатся на тебя. Ты снова станешь бесполезной кучей металлолома. Ясно?

Экран мигнул. Вопрос над головой человечка растаял.

— Нам нужна Ветровка, — продолжала она. — Я знаю, что она у тебя и что ты отдашь нам ее, если мы ответим на двадцать вопросов. Верно?

Экран вспыхнул. Человечек на нем улыбнулся. Потом экран поделился на две части. Верхняя половина показывала симпатичную девушку с курткой-ветровкой в руках, нижняя демонстрировала юношу и девушку в цепях.

— Если мы ответим на вопросы верно, мы получим Ветровку, — перевела Хлорка. — Если нет, мы до конца жизни станем твоими рабами.

Она замолчала и нерешительно подняла глаза на Филю. Он точно уверен?..

Тот кивнул. Хлорка собрала остатки храбрости в кучу и сказала:

— Похоже, что все честно. Мы принимаем вызов. Мы будем совещаться и решать, что ответить. И только потом я буду сообщать тебе окончательный ответ. Согласен?

На экране снова появилась улыбающаяся рожица.

— Отлично, — весело сказала девушка, как будто ее сердце мерно билось там, где положено, а не пыталось спрятаться в желудке. — Поехали.

На экране появились слова. Значит, ПРОРВА может еще и печатать, а не только показывать мультики и картинки.

ПЕРВЫЙ ВОПРОС БУДЕТ ПРОБНЫМ, ЧТОБЫ ПОКАЗАТЬ ВАМ ТИП ЗАДАЧ И ОТВЕТОВ. ЭТО ТОЛЬКО ДЕМОНСТРАЦИЯ.

— Хорошо, — Хлорка понимала, что есть правила игры и ПРОРВА не хочет проиграть из-за какой-нибудь необговоренной мелочи.

ВОПРОС-ОБРАЗЕЦ №1: В ТРЕТЬЕЙ КНИГЕ МУЗ ОБ ИСТОРИИ КСАНФА СКАЗАНО, ЧТО В 236 ГОДУ ДВЕНАДЦАТИЛЕТНИЙ ВОЛШЕБНИК ДОР ПЫТАЛСЯ ОСТАНОВИТЬ ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ ЗАБУДОЧНОГО ЗАКЛИНАНИЯ. У НЕГО ЭТО НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ. ХОТЯ БЛАГОДАРЯ МАГИЧЕСКОМУ ТАЛАНТУ ОН МОГ РАЗГОВАРИВАТЬ С НЕОДУШЕВЛЕННЫМИ ПРЕДМЕТАМИ. ПОЧЕМУ ОН НЕ ПРИОСТАНОВИЛ ДЕЙСТВИЕ СВОЕГО ТАЛАНТА, ЧТОБЫ ЗАБУДОЧНОЕ ЗАКЛИНАНИЕ ПЕРЕСТАЛО ГОВОРИТЬ?

Хлорка прочитала вопрос и ужаснулась. Из уроков истории в школе кентавров (которую она частенько прогуливала) она помнила, что принц Дор отправился в прошлое Ксанфа на восемьсот лет назад и привел в действие Забудочное заклинание. Благодаря чему Провал был забыт на девятьсот лет, а заклинание было снято только во время Безволшебья. Но эти знания не помогали ответить. Даже новый сообразительный ум не справлялся. Если все остальные вопросы будут такими же, они уже обречены.

Но Филя принялся писать ответ. Он вручил Хлорке листок, и тут же все стало ясно.

— Он не сделал так, потому что это было бесполезно, — озвучила она. — Забудочное заклинание продолжило бы считать не вслух, а про себя. И все равно сработало бы. Если обратный отсчет начался, его уже не остановить.

Экран на мгновение потух. ПРОРВА наверняка не ожидала правильного ответа и пребывала в замешательстве. Через секунду она пришла в себя.

ВЕРНО. КОНЕЧНО, ЭТО БЫЛ ПРОСТОЙ ВОПРОС. НАСТОЯЩИЕ ВОПРОСЫ БУДУТ СЛОЖНЕЕ. ВЫ ГОТОВЫ ОТВЕЧАТЬ?

Хлорка прикусила язык, сглотнула и ответила с деланной уверенностью:

— Конечно. Это будет захватывающее состязание.

Но программу не обманешь.

ВОПРОС № 1: ГОВОРЯТ, ЧТО, КОГДА В 1021 ГОДУ ВОЛШЕБНИК ТРЕНТ ПЫТАЛСЯ ЗАХВАТИТЬ КСАНФ, ОН ПРЕВРАТИЛ ЛЮДЕЙ В РЫБ И ОСТАВИЛ ИХ ПОДЫХАТЬ НА СУШЕ. ОН УТВЕРЖДАЕТ, ЧТО НИЧЕГО ПОДОБНОГО НЕ БЫЛО. ЧТО СЛУЧИЛОСЬ НА САМОМ ДЕЛЕ?

Хлорка ужаснулась снова, но на этот раз сильнее. Кто же знает, что произошло семьдесят пять лет назад?

Но Филя уже что-то строчил. Она взяла бумажку, зная, что, если его ответ неверен, она не сможет предложить ничего лучше:

— Волшебник Трент действительно превратил людей в рыб, когда те упали в реку и тонули. Потом он ушел. Некоторые новоиспеченные рыбы, подумав, что они остались людьми, вылезли на сушу и погибли. Волшебник Трент этого не видел и ничего об этом не знал.

Если ПРОРВА и была удивлена или поражена, она не подала виду. На экране возник следующий вопрос.

ВОПРОС № 2: ВОЛШЕБНЫЙ ТАЛАНТ БИНКА СОСТОИТ В ТОМ, ЧТО МАГИЯ НЕ МОЖЕТ ПРИЧИНИТЬ ЕМУ ВРЕДА. ПОЭТОМУ ПРОВАЛЬНЫЙ ДРАКОН, БУДУЧИ МАГИЧЕСКИМ СУЩЕСТВОМ, НЕ МОГ НИЧЕГО С НИМ СДЕЛАТЬ. НО КЕНТАВР ЧЕСТЕР ЧУТЬ НЕ РАЗДАВИЛ ЕМУ ГОРЛО, А ПУТАНА ЧУТЬ НЕ ЗАДУШИЛА. И ТОТ И ДРУГАЯ — МАГИЧЕСКИЕ СУЩЕСТВА. КАК ЭТО ОБЪЯСНИТЬ?

Хлорка удивилась:

— Так вот в чем талант Бинка! Я всю жизнь думала, что у него нет магии!

ТЫ ТАК И БУДЕШЬ ДУМАТЬ ВСЮ ОСТАВШУЮСЯ ЖИЗНЬ, ВЕДЬ ДРУГИМ ЭТО ЗНАТЬ НЕЛЬЗЯ. ТЫ ЗАБУДЕШЬ ЭТОТ ВОПРОС, КОГДА ИГРА ЗАКОНЧИТСЯ.

Между тем Филя выдал ответ. Хлорка прочитала:

— Вопрос не совсем корректен. Данные неточны. Бинку не может причинить вреда магия, а волшебные существа могут, если не будут использовать магию. Именно поэтому дракон мог просто сжевать его, но не мог околдовать. Талант Бинка не распространяется на угрозы или даже избиение, только на серьезный магический ущерб. Так что здесь нет никакого противоречия.

Экран снова погас на несколько мгновений. Хлорка в третий раз вывела зловредную программу из равновесия. Точнее не она, а Филя. Его ум начинал внушать ей благоговейный трепет. Как смешной дракон может столько знать?! Само собой, это его талант. И он успешно превратил их в красивую молодую пару. Откуда у него столько талантов?

Филя передал ей записку.

«Изменение формы — это магия, знание — неотъемлемая часть меня».

А, ну тогда понятно. Но все равно он потрясающее, особенное существо!

На экран замерцал очередной вопрос.

ВОПРОС № 3: ДО ВРЕМЕНИ БЕЗВОЛШЕБЬЯ 1043 ГОДА ЗАБУДОЧНОЕ ЗАКЛИНАНИЕ ВИСЕЛО НАД ПРОВАЛОМ. ОБ УЩЕЛЬЕ ПОМНИЛИ ТОЛЬКО ТЕ, КТО ЖИЛ В НЕМ. ТЕМ НЕ МЕНЕЕ, КОГДА ВОЛШЕБНИК ТРЕНТ В 1042 ГОДУ ВЕРНУЛСЯ ИЗ ОБЫКНОВЕНИИ, ОН ПОМНИЛ О НЕМ. КАК ЭТО ОБЪЯСНИТЬ?

Хлорка тихо присвистнула. Это не просто вопросики из серии «кто, когда и что сделал». Они требовали исключительного знания и понимания истории Ксанфа. Ответы мог знать только Волшебник Хамфри — и Филя. Можно подумать, что Филя и есть Добрый Волшебник. Но Хлорка видела их вместе. Может быть, они как-то связаны и Филя, так же как она, выполняет задание Хамфри. На благо Ксанфа.

Появился новый листок.

— Магия Ксанфа в Обыкновении практически не действует, а волшебник Трент провел там двадцать лет. За это время Забудочное заклинание перестало на него влиять. Вскоре после возвращения, Трент снова забыл о Провале.

ВОПРОС № 4: В ТОМ ЖЕ ГОДУ БИНК И ХАМЕЛЕОША, В СТАДИИ УРОДЛИВОЙ, НО УМНОЙ ИДЫ, ПОКИНУЛИ КСАНФ. ОНИ ПОНИМАЛИ ОБЫКНОВЕНОВ, С КОТОРЫМИ ОБЩАЛИСЬ. КАК ТАКОЕ МОЖЕТ БЫТЬ, ЕСЛИ ЖИТЕЛИ КСАНФА НЕ ПОНИМАЮТ ОБЫКНОВЕНСКИЙ ЯЗЫК?

Хлорка просто зачитала ответ Фили, поскольку собственного у нее не было:

— Еще один вопрос с подковыркой. Бинк и Хамелеоша ни разу не слышали обыкновенской речи. Они все время были на границе действия магии, и все обыкновены автоматически говорили на языке Ксанфа.

Так и продолжалось. Откуда великан Жирар знал о волшебнике Мэрфи, которого изгнали на семьсот лет раньше, чем Жирар был доставлен своей матери совершенно выдохшимся аистом? Потому что Жирар немного знал историю. Почему писатель-призрак назвал наисчастливейшим то мгновение, когда увидел прекрасную нагу Наду, хотя такой же соблазнительной фигурой обладают и Айрин, и Горгона, и любая нимфа или кентаврица? Потому что писатель-призрак никогда их не видел и, кроме всего прочего, преувеличивал, как это свойственно всем писателям. Почему кентавры не стали учить принца Дольфа правописанию? Потому что они потерпели полное фиаско с Дором, его отцом. Для того чтобы быть студентом, нужно иметь некоторые способности, иначе даже кентавры будут бессильны. Почему принц Дольф иногда превращается медленно, хотя может и быстро? Для разнообразия. Почему Волшебник Хамфри выпил эликсир из Леты, чтобы забыть Розу из замка Ругна, но забыл заодно и все остальное, что случилось в то время? Потому что то время было заполнено ею и воспоминания обо всем остальном без нее привели бы к нейтрализации действия эликсира.

Голова Хлорки кружилась от такого количества фактов, неизвестных всем остальным. Но Филя знал ответы на самые каверзные вопросы ПРОРВЫ. Все попытки программы поставить его в тупик рассыпались в прах.

Девушка зачитывала ответы, уже едва вникая в детали. Снова включилась она только на № 19. Не то что бы он был особо хитрый или сложный, просто он был предпоследним. Этот, потом еще один, — и они победят! Она опять начала переживать.

ВОПРОС № 19: В ОДНОМ ТОМЕ ИСТОРИИ КСАНФА МУЗА КЛИО ПИШЕТ, ЧТО КОБЫЛКИ-СТРАШИЛКИ ПАСУТСЯ ТОЛЬКО НА ТЕРРИТОРИИ КСАНФА. В ДРУГОМ МОЖНО ПРОЧЕСТЬ, ЧТО КОБЫЛКИ ЗАХВАТЫВАЮТ И ОБЫКНОВЕНИЮ. КАК ЭТО ОБЪЯСНИТЬ?

Хлорка страшно испугалась этого невинного вопроса, зная, что на самом деле он совсем не такой невинный, как кажется. Это же состязание. Неужели злобная программа поймала на ошибке саму Музу? И как тогда можно правильно ответить на вопрос? Ноги у нее стали слабеть и подгибаться, как макаронины, брошенные в кипяток.

Но Филя не остановился. Он исписал очередной листок и передал его спутнице. Хлорка читала и восхищалась ясностью и простотой теперь уже очевидного ответа:

— Обыкновения, как и Ксанф, со временем меняется. Иногда ее границы закрыты и кобылки-страшилки пасутся в Ксанфе, иногда портал у Безымянной Отмели открыт, и кобылки заскакивают в Обыкновению. Муза отмечает в книге то, что происходит в данный момент. Там, где присутствует фактор времени, нет ничего постоянного.

Экран потемнел. Видимо, программа размышляла, станет ли она победителем или нет. Еще один вопрос — и решится все.

ВОПРОС №20: КОЛОНИЗАЦИЯ КСАНФА ЧЕЛОВЕКОМ ДАТИРУЕТСЯ НУЛЕВЫМ ГОДОМ, ГОДОМ ПРИБЫТИЯ ПЕРВОЙ ВОЛНЫ, 1096 ЛЕТ НАЗАД. НО МОРСКАЯ ВЕДЬМА ЖИВЕТ НА СВЕТЕ УЖЕ НЕСКОЛЬКО ТЫСЯЧ ЛЕТ. КАК ЭТО ОБЪЯСНИТЬ?

Ноги Хлорки стали совсем ватными. Она слышала о страшной Морской Ведьме, которая прожила уже тысячи лет, забирая тела у молодых девушек и юношей и пользуясь ими до тех пор, пока они не постареют и не износятся от ее образа жизни и ужасного отношения. Откуда же она взялась, если она старше времени колонизации Ксанфа людьми? Она не может быть обыкиовенкой, ведь у них плохо с магией. Как-то же она попала сюда! Несмотря на ее ведьминскую сущность, она человек. Сумеет ли Филя ответить?

Филя сумел. Читая, Хлорка кляла себя, что снова попала в аккуратно расставленную ловушку. Вредоносная ПРОРВА изобретала всякие хитрости до самого конца.

— Морская Ведьма относится не к Первой Волне, которая ознаменовала начало продолжительной оккупации Ксаифа людьми, а к исчезнувшей людской колонии, созданной около 2200 лет назад. Эта колония угасла через триста лет после возникновения из-за неосторожного обращения с Источником Любви. Люди спаривались с другими существами, производя на свет гарпий, наг, сфинксов, огров, гоблинов, эльфов, фавнов, нимф, фей и всех остальных. Так что Морской Ведьме около трех тысяч двухсот девяноста шести лет, обычно это число заменяется приблизительным «тысячи».

Экран ПРОРВЫ гневно покраснел. На нем появились клубы дыма. Засверкали молнии. Злобная программа терпеть не могла проигрывать. Но проигрыш есть проигрыш, и она знала это.

ЗАБИРАЙТЕ СВОЮ ВЕТРОВКУ.

В стене за монитором выдвинулась панель, открывая шкафчик, где висела куртка.

— Большое спасибо, — как можно более сердечно поблагодарила Хлорка. — Ты была мучительно любезна.

На экране бушевал пожар.

Девушка подошла к нише и взяла Ветровку. Ничем не выдающаяся куртка. И это ключ к решению кризиса в Ксанфе?

МОЖНО ЗАДАТЬ ВОПРОС ЛИЧНОГО ХАРАКТЕРА? — появилась надпись на пылающем кумачом экране.

Хлорка взглянула на Филю, тот покачал головой.

— Нет, — ответила она с глубоким удовлетворением и прошествовала к выходу из пещеры.

Она знала, что мерзкая программа хочет выяснить, откуда Филя знает все ответы, чтобы, если им придется встретиться еще раз, ПРОРВА сумела бы его переиграть.

Выход из пещеры превратился в монолитную стену. Куча металлолома решила заняться изменением реальности.

— Ну-ну, — поощряюще сказала Хлорка, поднимая кулак, в котором все еще сжимала кусочки наоборотного дерева. Она может разжать руку и отключить сумасшедшее устройство в любой момент. И сделает это, как только на экране появится хоть какая-то картинка или надпись.

Выход вернулся на место. Хлорка и Филя вышли на свежий ночной воздух Ксанфа. Девушка уже хотела было бросить шарик в пещеру, но Филя качнул головой. Она спрятала деревяшки в сумочку. Потом надела Ветровку, — оказалось очень удобно.

Часть задания успешна завершена. Интересно, как там дела у обыкновенской семьи?

Глава 10

ПРИНЦЕССЫ

Тренита уселась рядом с Карен. В последний момент выяснилось, что бесовка слишком мала и ей не видно дороги. Дэвид заснул, но Карен не спалось, и она скучала. Теперь, когда заклинание Уравнения не работало, стала заметна разница между размерами людей и бесов. Трените было, как и маме, тридцать семь, но ростом она была всего сантиметров тридцать. Ремень, которым се пристегнули, по сравнению с ней казался просто огромным. Да и весил для нее он немало. Но Тренита не жаловалась.

Фургончик катил по дороге троллей, оставляя позади все более фантастические фокусы набиравшего силу безумия. Карен принялась донимать вопросами свою соседку:

— Ты часто путешествуешь?

— Нет, я первый раз выехала из своей деревни.

— Но откуда тогда ты знаешь дорогу в замок Буги?

— В замок Ругна, — терпеливо поправила Тренита. Прямо как мама. — В Ксанфе все знают, где он находится. Я изучала карты кентавров и знаю все о зачарованных тропах.

— Это те, где на нас не нападут?

— Именно. Я знаю, куда они идут и где заканчиваются.

— Заканчиваются?

Тренита улыбнулась:

— Они заканчиваются там, где будешь стоять ты, когда придешь на место. В данном случае это будет замок Ругна.

— А там хорошо?

— Тебе наверняка понравится. Там есть сад, где растет все, о чем только можно мечтать. Даже пирожковые деревья.

— Ням-м-м… А шоколадные пирожные?

— Само собой. Королевские детки постарались. Еще там есть жвачные деревья. С жвачкой.

— В замке живут дети?

— Да. Там выросли принцесса Айви и принц Дольф. Теперь они уже взрослые, у каждого своя семья. Например, у принца Дольфа и принцессы Электры появились на свет близняшки. Их зовут День и Ночь. Сейчас им пять лет.

— А у них есть таланты?

— Конечно, — ответила Тренита. — У всех потомков волшебника Бинка таланты уровня волшебника. Крошка День может рассказать все о любом живом существе. А Ночь может описать любой неодушевленный предмет.

— Вот это да! Я тоже хочу иметь какой-нибудь волшебный талант. Даже самый завалящий.

Тренита покачала головой.

— У обыкновенов нет магии. Чтобы он у тебя появился, тебя должны принести в Ксанф.

— Принести?

— Ну да. Тебя должен принести аист.

— На самом деле принести? Значит, дети не рождаются?

— В смысле?

— Ну, мамы их не рожают?

— Аисты приносят детишек мамам, которые их заказывали. Все просто.

— Заказывали? Как по каталогу новинок?

— При чем здесь кот? Или лог? Тот, что в лесу? Нет, письмо посылают прямо аисту.

— Хе-хе, тут все по-другому. А как посылают эти письма?

— Мне нельзя говорить тебе об этом. Это строжайше запрещено Взрослой Тайной.

Ага, значит, не совсем по-другому. Эта женщина не больше куклы, а ведет себя как настоящий взрослый.

— В общем, они пи-и-и-п, да? А почему детям нельзя об этом знать?

— Потому что они могут попробовать вызвать аиста и не будут потом заботиться о детишках.

Это Карен поняла. Потому что в Обыкновении зачастую так и случалось.

— А слова? Почему некоторые слова тоже запрещены? Слова ведь не маленькие дети, о них не надо заботиться. Что плохого, если дети будут их произносить?

— Плохо будет окружающим. Ты разве не видела выжженную листву вокруг гнезда гарпий? Разве ты хочешь, чтобы дети творили такое?

— Ха, если знать эти слова, можно жечь все вокруг? Интересно.

Тренита вздохнула.

— Вообще-то, полное название такое — Взрослая Тайна, чтобы Скрывать от Детей Массу Интересных Вещей. Этакий Заговор Взрослых.

— Вот это уже больше похоже на правду, — удовлетворенно сказала Карен.

— Так, нужно сказать твоей маме, где повернуть к мосту через Провал, — забеспокоилась Тренита. — А то она пропустит поворот.

— Сейчас, — с готовностью ответила девочка. — Мам, мам! Скоро поворот!

— Но мы уже почти доехали до парома, — возразила мама через плечо.

— Паром закрыт, слишком сильный ветер, — пояснила Тренита, — нужно ехать через мост.

— Дело говорят, мам, — очнулся Шон. Что-то он в последнее время тихий какой-то. Нет сексапильной Хлорки, пялиться теперь не на кого. — Ветер сносит облака.

— Отлично, впереди развилка. Если повернуть, мы не съедем с заколдованной дороги?

— Нет, на все дороги в Замок Ругна наложено охранное заклятие, — ответила Тренита.

Мама повернула. Карен снова принялась мучить несчастную женщину:

— А как это быть бесом?

— Думаю, что так же, как и человеком. Ты заметила что-нибудь странное, когда, воспользовавшись заклинанием Уравнения, попала в нашу гостиницу?

— Нет, все было классно! Особенно зеркало с историческими мультиками.

— Оно показывало вам Волшебный Гобелен замка Ругна. Скоро ты увидишь оригинал.

— Bay! Гобелен и шоколадные пирожные вполне заменят телевизор и леденцы. А ты в детстве тоже обожала всякие сласти?

Тренита улыбнулась.

— Конечно, и мама это не одобряла.

— А у тебя было много камешков? Ну, чтобы играть?

— Нет, только капельки росы, которые делала моя мама. Да и то, это было только до того, как мой дед стал старейшиной и начал заведовать производством менее текучих камней.

— А как твой дедушка Козырный стал старейшиной?

Тренита заулыбалась от наплыва воспоминаний.

— Мой дедушка был очень честолюбив. Но, когда умерла моя бабушка, все его честолюбие сошло на нет. Как-то раз дедушка попался в крокодилий капкан, и тот принялся жевать его ногу. Тут появился страшный огр Хруп и рыком прогнал голодный капкан. И, раз такое большое существо оказало столь важную услугу такому маленькому, единственное, что мог дедушка сделать в ответ, — это достойно прожить свою жизнь, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы. Поэтому в нем опять взыграло забытое честолюбие, он принялся усердно трудиться и дорос до своего нынешнего имени.

— То есть стал Бесом Козырным, так? — подытожила Карен. — Здорово!

Фургончик притормозил.

— Мост слишком узкий, — сообщила мама. — Нам не проехать.

— Нет, он такого размера, какой нужен тому, кто по нему идет, — сказала Тренита. — В отличие от невидимого моста или моста в одну сторону. Просто поезжай дальше.

— Давай я тебя приподниму, чтобы тебе была видна дорога, — предложила Карен. — А то что-то не верится.

— Хорошо. Поставь меня себе на плечо.

Карен осторожно подняла бесовку и аккуратно поставила себе на плечо. Тренита крепко ухватилась за прядь ее волос.

— Какой восхитительный цвет! — улыбнулась женщина, и девочка покраснела от удовольствия.

Папа, до этого сладко посапывавший в задней части фургончика, внезапно вскочил:

— Эй! Смотри куда едешь! Там же Провал! — заволновался он.

— Спи дальше, — посоветовала мама.

Как только машина подъехала к обрыву, картина изменилась. Мост вдруг стал шире. Да и на вид надежнее. Когда фургончик окончательно въехал на него, мост был уже что надо.

— Неисповедимы пути магии, — философски заметил Шон.

Днем Провал производил потрясающее впечатление. Ночью вид, открывающийся с узенького моста, леденил душу. Далеко внизу лежала мерцающая дымка, наводя на мысль о бездне. Темнота по краям казалась почти осязаемой.

Внезапно мост уперся в тупик. Сворачивать некуда, разве что в Провал.

Машина заскрипела тормозами.

— Мост обрывается, — сообщила мама исключительно спокойным голосом.

— Нет, — возразила Тренита, — это иллюзия. Мост тоже под охранным заклятием и не причинит нам вреда. Просто поехали.

Мама медлила в нерешительности. Карен ее понимала, тупик был уж очень натуральным.

— Вспомни про гоблинскую засаду, — посоветовала девочка.

— Это верно, — согласилась мама. Фургончик двинулся дальше.

Как только передние колеса коснулись «кирпича», иллюзия исчезла. Мост вернулся на место. Но стал сворачивать в сторону.

— Тут нет поворота, — крикнула Тренита. — Мост прямой!

— Спасибо за предупреждение, — мрачно сказала мама и направила машину прямо.

— Иллюзии могут убивать, — поразился Шон.

— Если их принимать за реальность, — уточнила Тренита.

Впереди из ничего появилась драконья морда. Пасть распахнулась, явив зрителям ряды сияющих в темноте зубов. Ядовитый дымок вырвался из глотки. Окутав фургончик, он превратился в отвратительную кроваво-красную слизь.

— Хорошо бы Охранное Заклинание охраняло бы и от иллюзий, — мечтательно протянула Тренита.

— Ну, не знаю, — шаловливо ответила Карен. — С ними можно позабавиться. Правда, Шон?

— А как же! — сразу понял Шон. Значит, он поддерживает ее идею.

Они на пару высунулись в окно.

— Эй, комок слизи! — задиристо крикнула Карен. — Что ты слопал сегодня на ужин?

— Может жареных червяков или тухлых слизняков? — поинтересовался брат.

Липкая гадость зашевелилась. Может, это и иллюзия, но она их слышала. Самое замечательно в Ксанфе — это то, что даже неодушевленные вещи умеют чувствовать. И даже несуществующие могут реагировать. Карен удачно придумала, что сделать. Тем более тут Шон вернулся к жизни.

— Я должна была догадаться: ты дракон без кишок, — продолжила девчонка. — Просто липкий дым.

— На мой взгляд, весьма слабая попытка произвести впечатление, — громко согласился Шон. — А я-то думал, мы увидим настоящее шоу…

Слизь превратилась в потроха. Они были тошнотворно настоящими, все в каком-то отвратительном соке. Куски постоянно соскальзывали друг с друга. Карен чуть не вывернуло, но ей удалось сдержаться.

— Я видела потроха и получше.

— Ага, у пьяной свиньи, например, — поддержал Шон. — Скучно тут у вас. Может, следующая иллюзия окажется по-прикольнее…

Внутренности превратились в пылающий горн. Иллюзия явно сильно разозлилась. Тем лучше. Карен продолжала издеваться:

— Скукотища…

— Вот-вот, — закивал Шон. — Карен, давай хоть гримасы построим, что ли? Это уж точно повеселее.

— А что ни делай, все равно будет веселее, чем это, — подтвердила девочка. Она засунула пальцы в рот, растянула улыбку и высунула язык.

Шон притворился, будто выковыривает глаз и вручает его сестре. Карен «взяла» глаз брата и забросила его себе в рот. Затем смачно сглотнула.

— Ик… Он сырой! — Никто больше не смотрел на иллюзию за окном.

— Она исчезла, — сообщила Тренита.

— Точно, — ответил Шон. — Никто не может выдержать наше представление.

Он улыбнулся Карен.

— Молодец, дурашка!

— Спасибо, дурень! — не осталась в долгу сестра.

— Здорово, — сказала Тренита, — никогда не видела, чтобы кому-нибудь удалось прогнать иллюзию.

— Это обыкновенский талант, — ухмыльнулся Шон. — Никто не может устоять перед нами.

Тренита рассмеялась:

— Это уж точно!

Фургончик преодолел мост и въехал на твердую землю. Тренита вернулась на свое место. Карен расслабилась. Она действительно боялась, что иллюзии удастся напугать маму и они свалятся в пропасть. Но все теперь позади.

Несмотря на поздний час, заснуть ей все же не удавалось. Она решила задать бесовке заведомо скучный вопрос:

— Почему у бесов-мужчин имена со смыслом, например Козырный или Страшный, а у бесов-женщин — нет?

— Потому что имена мужчин подчеркивают их значимость, — ответила Тренита, — а женщинам это не нужно, ведь они и без того знают себе цену. Поэтому мы выбираем просто красивые имена.

— Прямо как я, — пробормотала Карен и заснула.

Когда она проснулась, солнце уже почти взошло, и фургончик приближался к густому лесу. Шон спал на заднем сиденье, а папа уже проснулся и сидел впереди рядом с мамой. Твиттер расположился у Карен на голове, Буфер развалился на полу в ногах у Шона. Ночь прошла, мама, несмотря ни на что, выглядела бодрой, хотя девочка отлично понимала, что она очень устала. Но им во что бы то ни стало нужно было ехать.

Карен выглянула в окно. Три огромные ветки стоящих по бокам дороги деревьев скользнули вниз и перекрыли фургончику дорогу. Девочка моргнула и протерла глаза. Это правда, или ей только показалось?

— Скажи им, что мы пришли спасать Ксанф от злобного ветра, — сказала Тренита.

Мама опустила боковое стекло и повторила ее слова. Ветки вернулись на свои места, и машина покатила дальше.

— Деревья — самые лучшие охранники для замка, — пояснила Тренита. — Но и они чувствуют влияние магической пыли.

Они въехали в очаровательный сад. Повсюду и в самом деле росли пирожковые деревья.

— Замок Ругна! — воскликнула Карен. — На завтрак мы будем есть шоколадные пирожные!

Ее вопль разбудил Дэвида.

— Ого! — сказал он, тоже выглядывая наружу.

Наконец перед их глазами предстал замок. Более красивого здания Карен не могла себе представить. Замок утопал в лучах рассветного солнца и, казалось, светился сам, испуская в разные стороны радужное сияние. Все остальное было как положено — и ров, и стены, и башни, и остроконечные крыши с флагами.

— Вот это да! — восторженно выдохнула девочка.

— Вот это да! — гримасничая, попытался передразнить ее Дэвид. Но у него ничего не вышло, потому что у него тоже перехватило дыхание. Они уже вдоволь насмотрелись на джунгли и иллюзии Ксанфа, так что теперь наслаждались приятной переменой.

Как только фургончик покатил по дороге, ведущей к замку, подъемный мост гостеприимно опустился. Навстречу машине выбежала девушка в голубых джинсах, эффектно обтягивающих стройную фигуру. Светлые волосы были заплетены в две косички. На вид ей было лет шестнадцать. Наверное, какая-нибудь горничная.

— Привет! — крикнула она, когда домик на колесах затормозил рядом с ней. — Вы, должно быть, те самые обыкновены. Добро пожаловать в Замок Ругна! Меня зовут Электра.

— Да, мы семья из Обыкновении, — ответила мама. — Мы знаем, что можем помочь спасти Ксанф от злобного ветра, если кто-нибудь нам объяснит, куда идти и что делать.

— Все правильно. Пойдемте, — пригласила Электра. — Вы, наверное, устали путешествовать в этом домике на колесах.

— Это верно, — согласилась мама. — Но мы сейчас не при параде, и лучше бы нам не появляться в королевском замке. Может, кто-нибудь выйдет и скажет нам, куда ехать.

— Что вы! Вы обязательно должны зайти к нам! — запротестовала девушка. — Король Дор настаивает!

— Но мы же грязные и вонючие! — возразила мама.

— И голодные, — вставил Дэвид. В этом он абсолютно прав.