/ / Language: Русский / Genre:nonfiction,

Кавказский синдром

Пионер

За годы антирусского мятежа в Чечне (1991-1999гг.) либеральный агитпроп в поддержку ичкерийских повстанцев нагородил столько наглой лжи, противоречащей всякому здравому смыслу и элементарным фактам, что остается только диву даваться, как в результате этих трудов столько вздора разом поместилось в голове дюжинного русского интеллигента.

Кавказский синдром

«Да будет страна моя всегда права, но, права она или нет, это моя страна!»

Стивен Декейтор, лейтенант военно-морского флота США начала XIX века

Введение

За годы антирусского мятежа в Чечне (1991-1999гг.) либеральный агитпроп в поддержку ичкерийских повстанцев нагородил столько наглой лжи, противоречащей всякому здравому смыслу и элементарным фактам, что остается только диву даваться, как в результате этих трудов столько вздора разом поместилось в голове дюжинного русского интеллигента. Коротко рассмотрим узловые идеи антирусской пропаганды, внушаемые все эти годы России либеральной интеллигенцией.

На раннем этапе использовались, главным образом, советские предрассудки: «нельзя воевать с народом – народ победить нельзя»; не бывает «преступных» и/или «плохих» народов, а был злокозненный Сталин, который злонамеренно при помощи каких-то надуманных «границ» и преступных «переселений целых народов» нарушил традиционно добрые межнациональные отношения на Кавказе. Приблизительно с 1997г., когда вконец обнаглевшие от безнаказанности чеченские изуверы стали пытать и отрезать головы не только русским людям, но и оказывавшим им помощь против России гражданам «цивилизованных стран», и даже подняли руку на евреев – бескорыстных энтузиастов их «освободительной борьбы» против России (граничное событие – похищение журналистки Масюк), либеральная интеллигенция в СМИ стала делать больший упор на историческую вину русских за 400 лет угнетения чеченцев и призывы к русскому народу покаяться перед очень гордыми ичкерийскими разбойниками. Во всех случаях проповедуется пацифизм, и русская армия, чтоб ее предавать с легкой душой, именуется «федеральной» (как будто в РФ существуют еще какие-то местные армии). Краткое изложение всего того, что интеллигенту следует знать о Кавказе в частности и о России вообще, можно найти в [1]. (Интересно, что Новодворская, историк по образованию, вдвое сократила общепринятый агитпропом срок русской агрессии против чеченцев – до 200 лет. Так бремя знаний толкает на путь ревизионизма даже столь кошерную пассионарию.) Поневоле придется бегло изложить историю вопроса, поскольку в СМИ кроме нахальной брехни найти что-либо содержательное весьма трудно.

Распространено мнение, что кавказские горцы забрались в эти самые горы в силу своего могучего свободолюбия, присущей им необыкновенной гордости и своеобразного национального романтизма. В действительности же мы имеем дело с осколками древних народов, когда-то бежавших в горы от гнавших их врагов, укрывшихся от преследования в труднодоступных местах Кавказа. Однако жить в горах нелегко и даже довольно трудно. В своей массе горцы не любят жить в своих родных горных аулах и обычно мечтают перебраться в долины и на равнины.

Вопреки распространяемой агитпропом дезинформации, исторические враги чеченцев отнюдь не русские, а их соседи кочевники, которые как баранов резали всех, кто пытался спуститься с труднодоступных гор, и обосноваться на легко доступных со стороны степей землях. В силу слабой организованности и неугасимой взаимной ненависти создать организацию (государство) для защиты равнинных территорий горцы не могли. Так что истинные исторические враги чеченцев отнюдь не русские, а калмыки, которые с тех пор, как русский царь около 4-х веков тому назад разрешил им поселиться на Волге, действительно держали вайнахов в строгости [2]. До калмыков обосноваться в степных районах и долинах, примыкающих к горам Северного Кавказа, горцам не давали ногайцы. Россия по-настоящему столкнулась с кавказскими народами только на рубеже 18-19 веков.

Покорение Кавказа

Считается, что Россия явилась на Кавказ угнетателем местных народов, известных будто бы своей упрямой непокорностью и удивительным свободолюбием, ну, а наши интеллигенты в силу непреодолимого гуманизма своих возвышенных душ всего лишь благородного сочувствуют угнетенным от извечного русского деспотизма. Спорить тут и в самом деле особенно не о чем, – Россия на Кавказе действительно угнетала, но вот что и кого – следует рассмотреть подробнее, тогда и будет видно, чему так истово симпатизирует «демократическая» интеллигенция.

Следует прямо сказать, что ни Северный Кавказ, ни Закавказье самой России не с какой здравой имперской точки зрения особенно нужны не были. Для России присоединение Закавказья не имело никакого глубокого экономического смысла. Например, бессмысленно было пытаться обложить большими данями жителей этих стран, т.к. даже при наличии горячего желания ограбить новых подданных из этого мероприятия едва ли могло получиться что-нибудь путное, поскольку местное население только само себя кормило и каких-то заметных богатств не имело (не говоря уж о том, что подобный подход не соответствовал русской традиции завоевания земель). Приобретение лучших сельскохозяйственных угодий? Но Закавказье с этой точки зрения место довольно бестолковое, и по отношению к Средиземноморью, – что для нас тундра. (Мы все годы Советской власти промучились с их мелкими противными мандаринами. Фактически, закавказским народам была в этой части дарована монополия на огромную северную страну, в результате которой они имели самый высокий уровень жизни в СССР.) В саклях и аулах русское дворянство помещиками селиться не собиралось. До Дарданелл, если ставить перед собой такую цель, через Кавказ тоже добираться очень неудобно. Так что как не посмотри, прагматичных мотивов вести трудную войну за Кавказ у России не было. По мнению Л.Н.Гумилева, только в конце 18 века грузинам, наконец, удалось уговорить полоумного Павла I взять Грузию под протекторат Российской Империи. [3] (Все-таки Павел был скорее простоват и прямодушен, чем полоумен, и руководствовался в данном случае идеальными мотивами помощи православному народу. Учитывая разгоравшиеся на рубеже XVIII – XIX веков в Европе «революционные» и наполеоновские войны, отвлечение сил для войны на ненужном России Кавказе приходится признать весьма опасным.) Положение грузин, в то время номинально пребывавших под персидским владычеством, действительно было трагично, гораздо хуже, чем армян, которые тогда в Османской империи были устроены относительно неплохо. Часть восточной Армении (Ереванское ханство) принадлежала Ирану, и режим там в отношении христиан был довольно свирепый. Помощь православной Грузии вовлекла Россию в серию ожесточенных войн с Турцией и Ираном, которые в первой трети XIX века русской армии удавалось победоносно вести весьма малыми силами. В 1827г. Ереван был взят штурмом русской армией под командованием И.Ф.Паскевича. Именно в тот период Россия задела интересы многих горских народов, и именно тогда начались все их газаваты и джихад против русских, получивших в советской историографии название «национально-освободительной борьбы против царизма».

Вообще-то, России до самих горцев особенно не было никакого дела, ее только интересовала безопасность коммуникаций (Военно-Грузинская дорога) действующей в Закавказье русской армии. Однако окрестные горские племена использовались Ираном, Турцией, а впоследствии и Англией для нападений на Россию, т.е. горские племена подряжались наемниками иностранных держав. Но у них была и более веская причина для ненависти к России.

Внешнеторговые связи горцев, в основном, сводились к работорговле – по привлекательности с точки зрения обогащения этот традиционный народный промысел в наше время в известном смысле является аналогом валютных спекуляций или экспорта нефти, – очень хороший доход давала продажа для гаремов в Турцию кастрированных грузинских мальчиков (после присоединения к России за 19 век население Грузии выросло в 4 раза). Не правда ли мило, что в эпоху рыночных реформ этот добрый местный народный обычай вновь возродился в демократической Россиянии – работорговля, в том числе и детьми, при традиционном еврейском посредничестве и покровительстве кошерных правозащитников в 90-е годы ХХ века привольно развернулась в мятежной Ичкерии. [4]

Хроника Кавказской войны

Присоединение Грузии (1801-1810 гг.) и Азербайджана (1803-1813 гг.) обсуждать не будем. Собственно Кавказской войной в истории России именуют военные действия 1817-1864 годов против горских племен Горного Дагестана, Чечни и Северо-Западного Кавказа.

Поскольку пассивное отражение постоянных набегов горцев на, так называемой, линии (система русских укреплений границы) не имело перспектив и не было эффективно с военной точки зрения, то назначенный в 1816г. главнокомандующим на Кавказе А.П.Ермолов перешел к планомерному наступлению в глубь Чечни и Горного Дагестана. Фактически началу масштабной войны положило в 1817г. перенесение линии кавказских укреплений с Терека на реку Сунжа. Под командованием Ермолова в 1817г. действующий на Северном Кавказе корпус насчитывал до 50 тыс. человек, а также Черноморское казачье (Северо-Западный Кавказ) войско до 40 тыс. человек. Следует иметь в виду, что значительная часть этих сил была занята непосредственной охраной границ от набегов и строительством городков, крепостей, казачьих станиц и т.п. освоением земель по Тереку (селиться на равнинах Северного Кавказа оседлому населению, занимающемуся сельским хозяйством, стало возможно только под защитой русской армии). Так что значительных сил непосредственно для войны с горцами Россия не держала.

В конце 20-х годов под знаменами мюридизма на территории Чечни и Дагестана начал формироваться имамат – мусульманская теократическая наднациональная, своего рода, маленькая империя.[5] Впервые к газавату против “неверных” (т.е. русских) призвал провозглашенный в декабре 1828 года имамом Гази-Магомед (Кази-мулла), учеником которого являлся пресловутый Шамиль. Правда, много сил у мюридов под руководством имамов отнимала резня аварской и прочей местной знати. Так в 1830г. Гази-Магомед и Шамиль с 8-тысячным войском пытались неудачно захватить столицу Аварии – аул Хунзах. 17 октября 1832г. русская армия штурмом овладела резиденцией имама – хорошо укрепленным аулом Гимры. Гази-Магомед погиб.

Новому имаму Газамет-беку в августе 1834г. удалось захватить Хунзах, и за отказ выступить против России он истребил семью аварского хана. Вскоре в отместку Газамат-бек был убит заговорщиками, и в том же 1834г. имамом стал Шамиль. Война с Шамилем шла с переменным успехом. Потерпев ряд поражений от русской армии в 1837г., он заключил с Россией перемирие, но возобновил войну в 1839г. С 1842г. по 1846г. Шамиль, взяв под контроль Аварию и значительную часть Дагестана, вел активные и относительно успешные действия в горных районах, однако с 1846г. начал опять терпеть серьезные поражения от русской армии.

Ко времени начала Крымской войны (1853-1856гг.) на Кавказе сложилась следующая военно-политическая ситуация. Россия прочно утвердила свое владычество в Закавказье между Черным и Каспийским морями, на Северном Кавказе по сторонам от Военно-Грузинской дороги горцы были фактически независимы: на востоке Шамиль и его мюриды; на западе абхазцы (и черкесы), формально признавшие власть России, но свободно через Черноморское побережье сносившиеся с Турцией, – получали там оружие, продавали захваченных рабов, – чему стремился препятствовать русский флот. Политика России заключалась в обороне от набегов пограничной линии, а также Россия стремилась заключить с горскими племенами мирные соглашения, привлечь их на свою сторону (таких называли «мирные» горцы). Иногда ограниченными силами русская армия совершала походы в горы с целью разгрома военных центров противника. Часть горцев довольно последовательно придерживалась союза с Россией, другие постоянно колебались, изменяли клятвам и договорам. Следует учитывать, что кроме помощи со стороны иностранных держав, у горцев имелся и важный внутренний побудительный мотив для продолжения войны с Россией. Они стремились сохранить свой традиционный образ жизни – набеги на соседей с целью грабежа и захвата рабов, главным образом, на продажу. Называть такую борьбу «национальной», наверное, еще можно, но «освободительной»? – разве только на чей-нибудь изысканный вкус.

Крымская война ясно показала опасность и нетерпимость для России сложившегося на Северном Кавказе положения, и после ее окончания военные операции против горцев стали проводиться последовательно и неуклонно. В результате в апреле 1859г. пала резиденция Шамиля – аул Ведено, а затем взят штурмом аул Гуниб, где укрылся Шамиль с 400 мюридами. Сам Шамиль сдался в плен и был поселен в Калуге (умер в 1871г. в Медине по пути в Мекку). 20 ноября 1859г. капитулировали основные силы черкесов (около 2 тыс. человек) во главе с наместником Шамиля Мухаммед-Эмином. Еще несколько лет в расчете на поддержку Турции и Англии мюриды воевали с Россией в районе Черноморского побережья. Официальным окончанием Кавказской войны считается занятие 12 мая 1864г. русской армией урочища Кбаада (Красная Поляна).

Возвращаясь к собственно чеченцам. Сейчас старательно распространяется легенда, что чеченцы были самые упорные бойцы в войне с Россией. Это не соответствует действительности. Наиболее яростные и стойкие противники России были горские племена Западного Кавказа в районе Черноморского побережья. Не желая сносить русскую власть, они почти поголовно погибли в войне (при неизбежности плена отмечены даже случаи коллективных самоубийств вместе с семьями) или бежали в Турцию. С тех пор на Западе Северного Кавказа Россия серьезных проблем не имеет. На востоке ситуация была несколько иная. Тот же Шамиль презирал турецкого султана, брал деньги от англичан, – почему бы ему, попав в безвыходную ситуацию, было и не перейти на службу русскому Царю?

Чечня и Россия

Исторически чеченцы, как относительно многочисленный и, пожалуй, один из наиболее диких горских народов, совершенно не имевший своих хоть сколь ни будь развитых политических структур (ни зачатков государственности, ни аристократии), легко использовались внешними политическими силами, и охотно служили тому, кому считали на данный момент служить выгодным. Никогда чеченцы по собственному выбору единодушно не сражались против России. Часть чеченцев, живших (или переселившихся под русское покровительство) в равнинных районах около Терека, традиционно поддерживали Россию. После окончания Кавказской войны горцы (в том числе и чеченцы) считали за честь служить в русской армии. И, тем не менее, на протяжении всей истории до наших дней включительно прослеживается следующая тенденция: чеченцы поддержат любого, кто позволит им грабить, вырезать и обращать в рабство соседей, захватывать их земли.

Не следует думать, что чеченцы (и горцы вообще) как-то ортодоксально враждебны России. Они равно враждебны всем «чужим» (никого постороннего за полноценного человека не считают), и чем беззащитнее жертва, тем выше чеченская агрессивность и доблесть. Сильная власть русского государства смиряла и примиряла друг с другом кавказские народы. Но в годы смуты там всегда начиналась война всех против всех, и если находились политические силы, стремящиеся использовать местные племена против России, то от их действий очень сильно страдало русское население и горские народы, ориентирующиеся на Россию (осетины-христиане в первую очередь).

Любимая агитпроповская басня, – вот до какой национальной вражды довел Сталин многонациональный кавказский народ! Как будто к существующей там веками взаимной ненависти еще что-то можно было добавить. Для разжигания чеченского мятежа и деморализации русского народа по всем СМИ заявлялось, что чеченцы и ингуши являются «незаконно репрессированными народами» и сильно нуждаются в восстановлении исторической справедливости, а русский народ должен искупить свою историческую вину перед гордыми сынами Кавказа. Помню, войну ингушей с осетинами в 1992г. объясняли тем, что Сталин неправильно поделил какой-то там Пригородный район. Берем мемуары Деникина, где он описывает ситуацию на Северном Кавказе весной 1918 года, [6] и ясно видим, что отнюдь не первой свежести версия об «исторических ошибках» – тогда царизма – в отношении чеченцев и ингушей активно использовалась жидо-большевиками еще для оправдания резни терского казачества во время Гражданской войны 1918-1921гг.

Вот как Антон Иванович вспоминал сложившееся положение на Северном Кавказе весной 1918г.

«Ингуши – наименее численный и наиболее спаянный и сильный военной организацией народ – оказались по существу вершителем судеб Северного Кавказа. Моральный облик его определен был давно уже учебниками географии: „Главный род занятий – скотоводство и грабежи …“ Последнее занятие здесь достигло особенного искусства. Политические стремления исходили из той же тенденции. Ингуши стали ландскнехтами советской власти, ее опорой, не допуская, однако же, проявления ее в своем крае. … Они грабили всех соседей: казаков и осетин – во имя „исправления исторических ошибок“, своего малоземелья и чересполосицы; большевиков – в уплату за свои труды и службу; кабардинцев – просто по привычке и владикавказских граждан – за их беспомощность и непротивление.

Их ненавидели все, а они занимались своим «ремеслом» дружно, широко, организовано, с большим размахом, став наиболее богатым племенем на всем Кавказе». [7]

Получали ингуши в то время помощь от Турции и Германии. Чеченцы же раскололись: часть пассивно поддерживала казаков и вместе с Дагестаном выступила против большевиков, а другие примкнули к ингушам. Между вайнахами началась весьма ожесточенная война, что отчасти облегчило положение русского населения.

Во главе Совета народных комиссаров Терской области стал эмигрант Ной-Мойше-Буачидзе, грузинский еврей, начавший свою революционную деятельность еще в 1905г. ограблением Квирильского казначейства (во Владикавказе Всероссийский ЦИК представлял «чрезвычайный комиссар» Орджоникидзе). Под жидо-большевистским руководством ингуши и чеченцы приступили к резне казаков и захвату их земель. Деникин пишет: «Так, например, соединенными силами ингушей и красной гвардии были разгромлены четыре станицы Сунженской линии, стоявшие поперек пути между горной и плоскостной чечней (Сунженская, Аки-Юртовская, Тарская и Тарский хутор), казаки их них выселены поголовно (до 10 тыс. человек)». По мнению Деникина «происходило большое недоразумение, т.к. казаки наиболее склонны были опереться на советскую власть в своей борьбе против чеченцев, ингушей и притеснявших их непокорных центру местных совдепов». Таков был наивный взгляд русского либерала. [8] Казаки в еврейской (и интеллигентской) мифологии играли тогда роль очень близкую грядущим нацистам, и были обречены на истребление без какого-либо рационального политического расчета. Так же, как впоследствии не было никакого государственного смысла в организации голода во время коллективизации, а только желание правящих евреев большевиков отомстить наиболее, по их мнению, зараженным антисемитизмом областям, которые зарекомендовали себя таким образом в Гражданскую войну.

В целом, чеченцы и ингуши в результате Гражданской войны много получили от жидо-большевиков, – им было позволено вырезать значительную часть потенциально неблагонадежного населения Терской области и занять казацкие станицы. Однако вайнахи не сохранили благодарность и верность своей благодетельнице Советской власти (подобные добродетели за ними вообще не числятся), и с приходом на Северный Кавказ нацистов с энтузиазмом перешли на сторону Гитлера, получили от немцев оружие и приступили к очередному этапу геноцида русского населения. В начале 90-х годов, с целью порождения сочувствия к обиженным Сталиным чечено-ингушам, в СМИ широко цитировалось постановляющая часть указа 1944 г. о переселении чеченцев и ингушей в Казахстан, но никогда констатирующая. Перечисление вайнахских подвигов времен войны со всей очевидностью показало бы, что Сталин действительно совершил преступление, выселив целый народ, а, не уничтожив его. В то же время США для профилактики загнали в концлагеря всех своих граждан, имевших долю японской крови, хотя японские вооруженные силы никогда не приближались к побережью США ближе 2 тыс. километров. Трудно даже представит, как поступило бы сие демократическое государство в отношении кровожадных дикарей, повинных в массовых зверствах в отношении своих граждан. Однако интернационалисту Сталину по идеологическим соображениям трудно было проявить необходимую державную твердость, и вайнахи отделались легким испугом (а также крымские татары и некоторые другие племена, подвергнутые тогда же депортации за аналогичные деяния). Мало того, что ингуши и чеченцы избежали справедливого возмездия, так при Хрущеве их реабилитировали и создали им Чечено-Ингушскую республику. Но и это не все, в конце 80-х годов «прорабы перестройки» признали чеченцев с ингушами «репрессированными народами», пострадавшими от злого сталинизма, нуждающимися в компенсации понесенного ими морального и материального ущерба. Компенсацию страдальцам предстояло получить самим от соседних народов и русского в первую очередь. [10]

Чеченцам нашими кошерными антифашистами была уготована в РФ та же роль, что сыграли при развале СССР народы, которые по «национальным» мотивам во время войны массово сотрудничали с нацистами (западные украинцы, крымские татары, прибалты и пр.), и выполнявшие почти всю грязную карательную работу на оккупированных Германией территориях, – при поддержке контролируемыми либеральной интеллигенцией СМИ они были провозглашены невинными жертвами коммунизма, передовым отрядом демократически настроенного советского народа, стремящегося в «семью цивилизованных народов», а все робкие попытки власти ограничить наглые поползновения мятежников, третировались в СМИ посредством апелляции к «цивилизованности», гуманизму и «международному праву».

Из Тарту был извлечен безвестный отставной полковник советских ВВС Джохар Дудаев, произведен в генералы и в 1991г. отправлен в Чечню, делать местную «демократическую революцию». Власть в Чечне Дудаев взял без лишних церемоний – в сентябре 1991г. его сторонники, вооружившись металлическими прутьями, ворвались в Грозненский Совет, разогнали местных депутатов, а председателя Исполкома Куценко забили насмерть и выбросили из окна. Попытка властей РФ осенью того же года силой пресечь начатый Дудаевым террор была «демократами», бравшими в то время власть в Москве, через подконтрольные им СМИ объявлена «отрыжкой сталинизма», и силами либеральных реформаторов все попытки властей РФ воспрепятствовать начавшемуся в Чечне мятежу были успешно заблокированы. В следующем году укрепившемуся в Чечне режиму Дудаева официально передали все вооружение дислоцированных там воинских частей, включая танки и артиллерию. Такая щедрость Гайдаро-Чубайсовского правительства объяснялась не только безотчетной симпатией демократов-правозащитников к Дудаевской национальной политике, – чеченцы массово и безнаказанно грабили, убивали, насиловали, отнимали дома и квартиры, изгоняли, обращали в рабство беззащитное нечеченское население (главным образом, русское), брошенное на произвол судьбы Гарантом конституции и Главнокомандующим Ельциным, – но и той важной ролью, которую начала играть Ичкерия и ее джигиты в рыночном реформировании экономики остальной страны.

Первая совместная макроэкономическая операция чеченов и московских реформаторов – так называемые, чеченские авизо. Высокоученые либеральные монетаристы весь 1992 год делали вид, что не могут понять, каким образом из банков мятежной Чечни (а надо сказать, что филиалы крупнейших московских банков, принадлежащих еврейским олигархам, удивительным образом среди бандитского беспредела, продолжали исправно функционировать в Грозном до самого начала первой войны в декабре 1994г.) по фальшивым авизо проистекали, обналичивались по всей территории РФ и исчезали «неведомо куда» денежные средства в итоге сравнимые с третью годового бюджета РФ, и прекратили эти операции только в 1993 году. Разумеется, чеченцы получили свои комиссионные, но после сентябрьско-октябрьского переворота 1993 года и окончательного утверждения в РФ власти «либеральных реформаторов», те перестали нуждаться в «черной» республике для прикрытия финансовых махинаций, и свободолюбивая Ичкерия стала использоваться, главным образом, в политических играх. [11] Не будем рассматривать мотивы сторон, интригу и подробности первой войны с Чечней в 1994-1996гг., коснемся несколько других материй.

Как и после революции 1917г. в России в 1991-1993гг. утвердился откровенно антирусский режим, который при полном сочувствии «демократической» интеллигенции использовал чеченцев против русского народа, России. Даже начав войну против Дудаева, «либеральные реформаторы» не сумели сдержать своей политической похоти и под глумление обсуживающих их рептильных СМИ публично предали русскую армию, их же Ельциным посланную на войну в Ичкерию. [12]

Недавние события на Северном Кавказе наглядно проиллюстрировали тезис Л.Н.Гумилева, что при повторении в истории определенной политической ситуации восстанавливается и прежняя конфигурация этнополитических сил. Так подтвердились слова Деникина времен гражданской войны, что, несмотря на антирусскую агитацию, проповедь джихада против России, отдельные вооруженные антирусские выступления, «и тем не менее население Дагестана не теряло тяготения к русской власти». Также на стороне России твердо выступили осетины. [13]

Более хитрую, чем прежде, позицию заняли ингуши. В 1992г. они предприняли неудачную попытку вырезать всех осетин в Пригородном районе под Владикавказом. На эти территории ингуши нагло претендовали и претендуют до сих пор, а тогда попытались, нахально ссылаясь на свою «репрессированность» Сталиным, захватить их открытой силой, но были отбиты осетинским ополчением и подошедшей русской армией. Ингуши были вынуждены полностью убраться со спорных земель, а закоулки агитпропа еще долго оглашались горестными воплями ингушелюбивых правозащитников, что мол-де у бедных ингушей было слишком мало оружия, чтобы за сутки успеть убить всех осетин, до того, как они были вынуждены бежать от безжалостной русской армии. Тот урок пошел ингушам впрок. Они твердо размежевались с чеченцами и принялись делать бизнес на посредничестве между Россией и своими буйными глуповатыми вайнахскими братьями. Ингушская республика получила статус «субъекта РФ», значительные субсидии и налоговые льготы от федеральных властей (длительное время существовала соответствующая знаменитая внутренняя «офшорная зона»), а также поступала в Ингушетию изрядная «гуманитарная» помощь от зарубежья. Не гнушались ингуши зарабатывать на посредничестве в работорговле, также являлись полулегальным каналом поставок оружия в Ичкерию. В результате микроскопическая республика, общее число неизвестно чем занимающихся жителей которой, меньше, чем в любом районе Москвы, построила себе за эти годы роскошную новую столицу с шикарными дворцами, а ее президент Аушев обзавелся персональным самолетом и активно пытается влиять на политику России. Так эта вконец обнаглевшая ингушская пиявка не постеснялась в СМИ рассуждать об «экономической нецелесообразности объединения РФ с Белоруссией», а, по случаю начавшейся в августе войны с Чечней под предлогом решения проблемы «гуманитарной катастрофы», Аушев грозил России обратиться за помощью в ООН (понимай – НАТО).

Чеченцы объявили о создании «субъекта международного права» под названием «Республика Ичкерия» и провозгласили свою независимость от России. Несмотря на щедрую помощь зарубежных спонсоров (Чечню и прилегающие районы наводнили полчища иностранных бизнесменов, журналистов, филологов, врачей «без границ», представителей разнообразнейших «гуманитарных миссий», историков, лингвистов и прочих гуманитариев в штатском), чеченцы вовсе не стремились к фактическому отделению от всей России, но только от Уголовного кодекса РФ. В этой части чаяния чеченского народа встречали полное понимание и поддержку «демократического» режима РФ. После подписанной А.И.Лебедем хасавюртовской капитуляции и безоговорочного вывода русской армии из Чечни осенью 1996г. в Москве было официально признано, что чеченцев можно умиротворять только путем экономического сотрудничества и оказания им безвозмездной помощи (т.е. фактической выплаты дани). Установившаяся в Чечне явно криминальная власть была Москвой официально признана законной и стала получать от РФ бюджетные субсидии, а также «независимая» Чечня бесплатно снабжалась электроэнергией и газом. (Снабжение ичкерийского войска электроэнергией и газом было нехотя прекращено «реформаторами» только в начале октября 1999г., когда русская армия заняла уже почти половину Чечни.) Представители ичкерийской «власти» получили возможность совершать без таможенного досмотра полеты на своих самолетах за пределы РФ, а «правоохранительным органам» – по словам самих чеченцев – независимой Ичкерии были преданы бланки паспортов РФ, в том числе и заграничных, и, вообще, им оказывалось всяческое содействие властями РФ даже вне пределов самой Чечни. Как показали бои августа 1999г. в Дагестане, чеченцы имели столь высокое покровительство, что до самого начала своего похода на Дагестан получали самое новое оружие из арсеналов РФ.

Поскольку нечеченское население Ичкерии довольно быстро закончилось (бежало, было перебито, уже ограблено и обращено в рабство), то, воспользовавшись предоставленными московскими «демократами» режимом «наибольшего благоприятствования», чеченские этнические банды (мафия) беспрепятственно развернули свою деятельность по всей территории РФ. Теперь заложники захватывались не только в приграничных с Чечней районах, но практически по всей территории демократической Россиянии. Если кто-либо из чеченских бандитов случайно попадал в руки российского уголовного розыска, то, как правило, его оперативно обменивали на заложников, находящихся в Чечне. Иногда в сложных случаях, когда чеченец был виновен в особо зверских преступлениях, для целей обмена его родственниками и соратниками захватывались весьма высокопоставленные чиновники РФ. К слову, после достижения фактической независимости около половины чеченцев покинули любимую Ичкерию, – отправились на промысел в ненавистную угнетательницу Россию. Сама Чечня стала безопасной базой для производства наркотиков, печатания фальшивых денег и т.п. надобностей, а также использовалась криминальными структурами при необходимости укрыться от правосудия (не только чеченцами) и как логово для хранения там награбленного по всей России. Последние годы состоятельные чеченцы строили себе новые дома уже с заранее предусмотренными помещениями для содержания рабов и заложников. В Чечне вошло в моду держать для известных надобностей детей, мальчиков в первую очередь. [14] Любые попытки дать отпор чеченским головорезам дружно через СМИ третировалась правозащитниками и интеллигенцией как проявление «русского фашизма» и «великодержавного шовинизма». Много было чего интересного и интимного в отношениях между московскими либеральными реформаторами и чеченцами. Так Березовский, которому принадлежат знаменитые слова, – «Россия заплатит Чечне ЛЮБУЮ цену!» – в рамках процесса «примирения» Чечни с Россией пытался легализовать чеченские вооруженные формирования и официально включить их в российскую армию. Целью сего мероприятия было заполучить в свое распоряжение гвардию, верную исключительно кремлевской «семье», поскольку благонадежность русской армии и ее готовность на все для сохранения «преемственности власти» у еврейских олигархов вызывали глубокое сомнение. Только особенная живость чеченского национального характера, предпочитающего доходной службе вольный грабеж и разбой, не позволила осуществить столь блистательный план на практике. (По поводу ухаживаний Березовского второй чеченский президент сам Аслан Масхадов публично перед телекамерами афористично выразился так: Чеченцы деньги берут, но не продаются!) Вся эта реформаторско демократическая идиллия продолжалась до начала августа – вторжения чеченской армии в Дагестан и начала второй чеченской войны. [15]

Россия, ислам и Запад

Имамат Шамиля фактически был наднациональной мусульманской империей. Шамиль жестко подавлял всякое собственно национальное движение в своей империи и переказнил столько местных князей, сколько горская аристократия не потеряла во всех кавказских войнах с Россией. Держалась эта империя, не столько религиозным фанатизмом, который на Кавказе всегда был напоказ и глубоких корней не имел (им любят пугать иноверцев и торгуют им среди иностранных единоверцев), сколько недовольством «мюридов» своей традиционной родоплеменной знатью, террором и надеждой на военную добычу. Адат (обычаи и нормы местного «обычного права») среди горцев всегда имел приоритет по отношению к шариату.

В России старательно насаждается идея, что на Северном Кавказе происходит столкновение с Исламом, чуть ли не конфликт с Исламской цивилизаций в чистом виде. И на поверхности, действительно, видны личности, повязавшие зеленые повязки, и истошно орущие про аллаха, который акбар. Только, дескать, и остается России, что призвать на помощь старших братьев по разуму с Запада, которые будто бы тоже сильно страдают от «исламского фундаментализма» и очень его опасаются. Самим же Западом разными методами старательно культивируется в России наивная мечта услужить Цивилизации (Западу) в совместной борьбе «цивилизованного человека» (или «белого человека» – кому как ближе) в борьбе против диких (антидемократических) магометанских орд, и тем самым, наконец, войти в «семью цивилизованных народов». [16] Существует и строго противоположная точка зрения [17], превосходящая первую явным идиотизмом, но едва ли менее вредная для России.

Более тщательный и внимательный анализ показывает, что массированная помощь в мятежную Ичкерию идет либо непосредственно с Запада [18], либо из мусульманских стран (Турция, Саудовская Аравия, Иордания, арабские страны Персидского залива), которые без санкции США и чихнуть не посмеют, а не то что бы вести тайную против России. То же можно сказать и относительно посильного вклада в поддержку чеченского мятежа, который вносят Азербайджан и Грузия.

Возьмем возглавляющего «иностранный легион» чеченской армии пресловутого Хаттаба: иорданский подданный, получил образование в США, затем переброшен на войну в Афганистан против Советской армии, а теперь оказался в Чечне, воюет с Россией. В Чечне практически невозможно обнаружить «исламистов», не имеющих тех или иных связей с Западом. Недавно Франспресс пыталось распространять сообщения о будто бы провозглашенных Ираном призывах поддержать джихад против России из-за войны против Чечни, что однако не нашло подтверждения в самом Иране. Правда, для однозначного подтверждения «исламского следа» предъявляется полу мифический Осама бен-Ладен, который согласно просвещенному мнения спецслужб США объявил джихад всему свету, а теперь, дескать, настала очередь и России. Согласно легенде, неуемный саудовский миллиардер бен-Ладен и по совместительству «исламист», отправился в Афганистан помогать талибам творить джихад. Иначе говоря, он служил крышей ЦРУ по финансированию и манипулированию афганскими талибами. Затем как-то раз где-то на периферии мировой политики случились теракты против американских представительств. Не долго думая, США догадались о происках «фанатика-исламиста» их бывшего друга Ладена, и в знак этой своей уверенности пустили свои крылатые ракеты на кого бог пошлет в Судане и Афганистане. Таким образом исламские радикалы всего мира обрели авторитетного вождя и миллиардера Осаму бен-Ладена. А чего им лучшего и желать?! Только несколько смущает вопрос, где богатенький Осама хранит свои миллиарды (неужели наличными в каких-нибудь тугриках?); ведь это не те суммы, которые можно безнаказанно укрыть от обычно внимательного к таким подробностям Дядюшки Сэма. Но к счастью для «мирового исламизма» США не удосужились поисками капиталов кошмарного фанатика-террориста.

И куда же новоявленный «меч ислама» поведет доблестных воинов пророка из Афганистана? Конечно, закаленные в многолетней войне армии талибов могли бы с большой выгодой для себя в считанные недели занять Душанбе, Ашхабад, Ташкент, Бишкек и Алма-Ату. Но неисповедимы пути ваххабизма, и полное суфийской мудрости ЦРУ предвидит их поход на Северный Кавказ с целью освобождения Чечни от гнета неверных. А там дикие магометанские орды буду встречены православным воинством под командованием как раз вовремя поднявшими знамя русского патриотизма державными гайдаро-чубайсами. Мечта геополитика!

Для лучшего понимания подхода Запада к России в связи с подавлением чеченского мятежа следует напомнить о длившейся многие годы войне в Таджикистане. Война та по длительности, свирепости и количеству жертв намного превосходит близкую ей по времени первую чеченскую. И даже не смотря на то, что РФ приняла участие в войне не на своей суверенной территории, а вмешалась в дела формально независимого государства, Запад никогда не имел здесь никаких существенных претензий к «русскому империализму». И даже МВФ не видел вреда для бюджета РФ от расходов на ту войну. Отчего так? Дело в том, что победа тех таджикских «исламистов» могла усилить влияние Ирана – ныне безусловного врага США. Поэтому даже правозащитники, за малым исключением [19], помалкивали – широкой аудитории для пацифистских проповедей по случаю войны в Таджикистане им и «демократам» СМИ не предоставили, а сами они не настаивали.

То, что Запад ведет на Юге игру против России, в том числе используя «исламизм», в виду очевидности не вызывает сомнений ни у кого из вменяемых аналитиков (за исключением уж совершенно рептильных «демократов и правозащитников). Интерес представляет другой вопрос, какие долгосрочные цели ставит перед собой Запад, каким образом он собирается использовать „исламский фактор“ против России и что это за фактор?

Никакого единого «исламского мира», строго говоря, уже очень давно не существует. Исламские страны очень разные, они имеют глубокие внутренние этнические, культурные и политические различия между собой. Даже арабские страны, довольно близкие в культурном отношении и относительно сходные этнически, не способны к единению по важнейшим вопросам. «Исламские» государства в настоящее время имеют между собой общего, пожалуй, даже меньше, чем страны, исторически исповедующие христианство. Во всяком случае, нет никаких оснований полагать, что во имя «ислама» и из солидарности с презираемыми ими чеченами они готовы дружно наброситься на Россию. У них есть и более важные занятия. Не следует забывать, что общая численность исторически «исламских» народов, ныне проживающих в РФ, не превышает долю 4% от всего населения, из этого числа явное меньшинство религиозные мусульмане, и еще меньше «мусульман» желает и действительно готово вести «мусульманский» образ жизни, и уже из этого малого количества мусульман едва ли можно найти хоть сколь ни будь значительное количество людей, склонных к фанатизму или, так называемому, исламскому фундаментализму. С точки зрения ортодоксальных мусульман наши – самые закоренелые оппортунисты. Несмотря на многочисленные сладостные пророчества политологов и изрядные усилия поднять мусульман Северного Кавказа на джихад против России, из этой затеи ничего не вышло. Под контроль «ваххабитов» перешли только те анклавы, население которых взяли на содержание заграничные спонсоры.

Идею «исламизма» разработали еще в прошлом веке в Британской империи и широко ее эксплуатировали в своих интересах. Сам по себе «исламизм» для Запада стратегически безвреден и не способен реально политически консолидировать «исламский мир», однако очень удобен для внешних манипуляций. Существенный провал вследствие неосторожного обращения с «исламизмом» случился только однажды в 1978г. в Иране – «исламская революция», по-видимому, была допущена по причине недопонимания и рассогласованности действий между спецслужбами США и Западной Европы, но и это упущение не имело для Запада фатальных последствий.

Существует известное предубеждение, что Запад пойдет тем же путем, как и во времена «холодной войны» с СССР, когда США оказали экономическую помощь и содействовали развитию экономик своих важнейших союзников (Западная Европа, Япония, отчасти так называемые азиатские тигры). Предполагается, что Запад в пику России намеревается развивать экономику Средней Азии, прежде всего, путем строительства транспортных магистралей, нефте– и газопроводов в обход РФ – через Афганистан в Пакистан и/или через Закавказье в Турцию. Подобный прогноз можно найти, например, в [20], где, несмотря на ряд здравых умозаключений, полумистические геополитики провидят жуткую опасность для России со стороны Исламского интернационала, и даже под конец за кулисами событий видят руку Черного Интернационала – не негритянского, а напротив – Фашистского.

Между тем, нет никаких объективных свидетельств о действительных попытках Запада развивать туземную экономику. Даже относительно реалистичный каспийский проект нефтедобычи, – который не чета бредням о возрождении «Великого шелкового пути», – и то при ближайшем рассмотрении оказывается вовсе не предназначенным для практической реализации. [21] Таким образом, порождаемые Западом идеологические миражи и иллюзорные цели служат, в основном, для поддержания состояния экономической и политической дезинтеграции на просторах бывшего СССР, что ведет неуклонной деградации обществ, выбравших прозападную ориентацию. Казалось бы, в таком случае, России не о чем сильно и беспокоиться, – в ближайшей перспективе южных соседей России ожидает массовая нищета, безнадежность антирусской политики должна оказаться для них очевидной, а в результате прозападные режимы Алиева, Шеварднадзе, Назарбаева и т.п. неизбежно рухнут. Так то оно так, да вот только что придет им на смену?

К.А.Крылов предложил концепцию современного «варварства» [22], т.е. общества паразитирующего на «цивилизации». Наверное, явление это не столь новое, как представляется автору концепции «варварства», хотя столь откровенно и массово оно стало проявляться, пожалуй, действительно не ранее XIX века, что связано с техническим прогрессом, и способностью цивилизованных стран почти полностью содержать значительное число «варваров», целые варварские страны. По здравому размышлению приходится согласиться с выводом в отношении Чечни (разумеется, не только ее), как «варварской» общественной и государственной структуры. Однако концепцию Крылова следует дополнить одним актуальным для нашей темы положением: «варвары» могут не только паразитировать за счет «цивилизации», но и использоваться представителями одной цивилизацией против других. Опыт Афганистана, Косово, Чечни ясно показал, что истинной целью Запада может являться именно создание зон массовой нищеты с деградирующими «нормальными» общественными институтами и поощрение появления «варварских» государств с доминирующими в их политике паразитическими, уголовными наклонностями. Формируя в зоне пресловутой «дуги нестабильности» имени Бжезинского пояс «варварских» государств Запад получает рычаг воздействия на Россию, да и не только (Иран, Турцию, Пакистан, Китай и др.). Главное в рамках данной стратегии не дать России использовать адекватные методы и средства борьбы с создаваемыми на ее границах или даже непосредственно на ее территории «варварскими» государствами или иными подобными общественными образованьями. Основным средством давления на Россию явятся не прямые санкции со стороны «международного сообщества», – если бы они были вполне эффективны, то не было бы нужды в создании буферных «варварских» государств, – но идеологическое воздействие с опорой на советские предрассудки, интеллигенцию [23] и новейший миф о «международном гуманитарном праве» в исполнении целой оравы разнообразнейших правозащитников [24].

Нередко высказывают убеждение, что Запад нуждается в союзниках для борьбы с мировым терроризмом и не желает допустить исхода беженцев из «горячих точек». Следует иметь в виду, что страхи по поводу «мирового терроризма» сильно преувеличены. Собственно говоря, это сознательно распространяемая дезинформация, будто Запад уязвим для фанатичных террористов и сильно их опасается. Известно, террористы только там и тогда достигали хоть каких-то политических успехов, если имели серьезную поддержку внутри самого правящего класса. В противном случае государство довольно быстро нейтрализует любой терроризм, – было бы желание! И уж тем более Запад не боится наплыва беженцев из зон «гуманитарных катастроф», о которых, как полагают, ему из простого гуманизма, дескать, придется заботиться. Эту версию даже смешно всерьез обсуждать.

Каковы надлежащие методы борьбы с антирусским «варварством»? Каждый случай следует разбирать конкретно с учетом существующих обстоятельств и тенденций. Как же надлежит поступить с чеченцами и ингушами?

Чеченцы в глубине души совершенно не считают за людей даже тех нечеченцев, с кем им приходится соседствовать долгие года. Не известно только, когда обстоятельства позволят им проявить этот свой менталитет. Так сообщалось, что в одной станице, ныне расположенной в границах «чечни», в октябре 1999г. какой-то чеченец в отместку за «агрессию» России против Чечни расстрелял 40 человек своих русских соседей, главным образом, старух, стариков и детей. Подробностей этого события, да и его самого в СМИ почти не было – не холокост де, чего попусту размусоливать. К сожалению, международная правозащитная общественность как раз тогда была сильно занято гибелью от взрыва предположительно русской ракеты на оружейном базаре в Грозном 46 чеченцев, и не успела потребовать от России поймать и наказать русских извергов, устроивших самосуд над этим чеченским героем (его поймали и казнили родственники жертв). [25]

Почти уже двухвековой исторический опыт показал, что надежды на мирную интеграцию в российское общество значительной части чечно-ингушей совершенно утопичны. Здесь даже не поможет рецепт – пораженческий сам по себе – их государственного отделения от России, он не имеет смысла просто по той причине, что «варвары» не желают и не могут жить обособленно от питающей их цивилизации. Правильное решение потребует, возможно, нескольких десятилетий, но оно существует.

1. Отделить чеченцев и ингушей, делом доказавших лояльность России, – эти люди должны получить все права граждан России.

2. Уничтожить всех тех, кто вел войну против России, – принимал участие в боевых действиях или соучаствовал в насилии против не чеченского населения.

3. Для остальных должны быть под жестким полицейским контролем созданы резервации (лагеря) с перспективой их высылки за пределы России. Неплохо было бы как можно больше чеченцев и ингушей сбыть их «мусульманским братьям», а также, воспользовавшись пропагандисткой заинтересованностью Запада судьбой «несчастных чеченских беженцев», попытаться отправить их в гости в гнездо правозащитников – тысячи чеченцев под Берлином, Лондоном и Парижем быстро излечат местную публику от всякой чеченофилии.

Крайне желательно принять имеющий обратную силу закон о преследовании преступлений против Русского народа, и создать действующий на его основе Трибунал для привлечения к ответственности без срока давности за поощрения чеченских зверств: чеченских «борцов за свободу», «демократов», «реформаторов», правозащитников, интеллигентов и прочую сволочь.

***

Никколо Макиавелли «О том, как надлежит поступить с восставшими жителями Вальдикьяны»:

«… как решили римляне судьбу восставших земель; они думали, что надо или приобрести их верность благодеяниями, или поступить с ними так, чтобы впредь никогда не приходилось их бояться; всякий средний путь казался им вредным. Когда надо было решать, римляне прибегали то к одному, то к другому средству, милуя тех, с кем можно было надеяться на мир; с другими же, на кого надеться не приходилось, они поступили так, что те уже никак и никогда не могли им повредить. …

Потому, если верно, что история – наставница наших поступков, не мешает тем, кто будет карать и судить Вальдикьяну, брать пример и подражать народу, который стал владыкой мира, особенно в деле, где вам точно показано, как надо управлять, ибо как римляне осудили различно, смотря по разности вины, так должны поступать и вы, усмотрев различие вины и среди ваших мятежников. …

Римляне находили, что надо либо облагодетельствовать восставшие народы, либо вовсе их истребить и что всякий иной путь грозит величайшими опасностями».

/декабрь 1999 г./