/ Language: Русский / Genre:other,

Коротенький Рассказ Без Имени

Тим Келли


Келли Тим

Коротенький рассказ без имени

Тим Келли

КОРОТЕНЬКИЙ РАССКАЗ БЕЗ ИМЕНИ

Антуану де Сент-Экзюпери,

Рэю Дугласу Брэдбери,

Владиславу Петровичу Крапивину

посвящается.

* * *

Темно. Бьют часы. Бом-м... Бом-м... Их удары монотонным гулом разносятся по дому. Бом-м... Полночь.

Поднимаюсь с постели, тихо, чтобы никого не разбудить.

- Мр-р-р?.. - кот соскочил с подоконника и потерся мне об ноги.

- Чучело - мяучело, - обзываю его ласково, - ложись спать. Я тоже сейчас лягу. Вот только пройдусь, подышу немного...

Не верит. Свернувшись калачиком на подушке, укоризненно смотрит вслед.

Выхожу на улицу. Прохладный ночной воздух неожиданно обволакивает меня целиком и погружает в себя, нежно, с некоторым трепетом и удовольствием. Иду вдоль улицы, вдыхая тончайший аромат летней ночи. Тишина... Лишь стук моих шагов уносится далеко вперед, в темноту длинной улицы, растворяясь вдали.

Легкая тень улыбки скользит по моему лицу. Я уже слышу по-мальчишечьи легкие и проворные шаги, приближающиеся с каждым шорохом травы, буйно растущей вдоль дороги. Делаю еще несколько шагов и останавливаюсь.

- Привет! - говорит мне Он и протягивает худую, но крепкую руку. - Я тебя ждал.

- Я пришел, - тихо шепчу я и сжимаю его ладонь в своей.

- Идем.

- Но куда?

- Пойдем, мне нужно показать тебе кое-что... такое... Я не могу объяснить.

- Хорошо. - Я сжимаю его ладонь еще крепче и чувствую мелкую дрожь, внезапно охватившую моего друга. Тонкая струйка пота сбегает по его шее, змеясь на загорелой коже.

- Что с тобой? Ты не болен?

- Совсем нет. Идем же! - В его голосе слышны нотки нетерпения.

Мы идем по пустынным улицам, взявшись за руки, почти не разговаривая, так как понимаем друг друга с полуслова. Изредка останавливаемся, чтобы рассмотреть получше падающую звезду, дерево, причудливо раскинувшее свои ветви в лунном свете, или просто, чтобы застегнуть ремешок на непослушных босоножках, так и норовящих соскочить с тонких, нескладных ног.

Так, неспеша, мы выходим на главную площадь и я замираю, не в силах оторвать глаз от открывшейся нам чудесной картины. Высоко взобравшаяся луна раскрасила серебристым светом старую водонапорную башню, стоящую тут с незапамятных дней. Чуть покосившаяся, она примостилась с краю площади и сейчас каждый треснувший от времени кирпичик, плющ, обвивший ее почти до самой макушки, несколько застекленных окошек - все сияло призрачным, неземным сиянием. И в этом сиянии старая башня постройнела, преобразилась, и как будто даже выросла...

- Красиво, правда?

- Да, - с трудом отрывая взгляд, отвечаю я. - Никогда не замечал, что тут так красиво...

- А завтра ее снесут. - Он говорит это очень тихо и в его глазах появляются крохотные искорки слезинок.

- Как же так?

- Да так... Говорят, что не нужна она никому, место только зря занимает.

- Как никому? А нам? Тебе и мне!

- Нас не спросят. Взрослые всегда так. - Дрожь вновь пробегает по его руке и я ничего не могу ответить.

- Пойдем, заберемся на самый верх! - вдруг предлагает Он и, высвободив руку, устремляется через площадь.

- Погоди, там ведь может быть опасно. И темно...

- Я там уже был. Ничуть не темно. И не страшно.

Преодолевая преграды из груд битого кирпича и щебня, мы добираемся до входа в башню. По узкой винтовой лестнице медленно поднимаемся, не обращая внимания на поскрипывание деревянных ступеней, своим скрипом словно жалующихся на свою судьбу.

Вот мы уже и наверху.

- Давай постоим, - робко предлагает мой спутник, - посмотрим на мир...

Я не возражаю - отсюда открывается чудесный вид на город, тихо дремлющий в полночный час. Вот площадь, блестящая брусчаткой в лунном свете; а вот узкие улочки, и дома, где мирно спят горожане. А там, вдалеке, за холмом - течет река, а за ней тенистый лесок, в котором еще водятся белки. И все это можно увидеть отсюда, с этой старенькой и вроде бы никому не нужной башни... А вот завтра уже будет нельзя. Люди крепко спят и не догадываются об этом...

Постояв, мы решаем спуститься, и мой спутник стремглав ныряет вниз, громко топоча по лестнице.

Никогда не знаешь, насколько длинна жизнь неодушевленных предметов. Такие, казалось бы мощные дубовые ступени, со временем становившиеся лишь крепче, закаленные холодом и непогодами, испускают протяжный вздох и подламываются под Его ногами... Хрупкое мальчишечье тело, взмахивая руками, как взмахивает крыльями бабочка, пытаясь удержаться в воздухе при сильном порыве ветра, падает вниз, с высоты двух этажей, на бетонный пол, засыпанный битым кирпичом.

Позабыв всякую осторожность, перепрыгнув злосчастные ступени, треснувшие у самой стены, я слетаю вниз, к Нему, моему лучшему другу, спеша хоть чем-то помочь. Глаза застилает туман, я с трудом поднимаю мальчика и голова его повисает с моей руки, а широко раскрытые глаза, полные боли и удивления, глядят куда-то вдаль.

Мгновения застыли в вязком воздухе, я уже ничего не осознаю от боли, раздирающей душу, и раскаленной иглой вонзающейся в сердце. Тихо сажусь на пороге башни, опуская бездыханное тело на колени и уже не могу удержать слез.

- Испугался?

От неожиданности я отпускаю руки и Он скатывается с порога в пыльную траву, тут же вскакивает и смеется.

- Нет, ну скажи честно, испугался?

Разве я в состоянии что-то ответить? Опустив голову на руки, я тихо плачу. Слезы недавнего горя, несмотря на пришедшую ему на смену радость, катятся по моим щекам и я даже не стараюсь сдержать их. Он тихо подходит ко мне, кладет руку мне на плечо и, уперев взгляд в пол, шепчет:

- Ну что ты? Перестань. Я ведь только хотел испугать тебя.

- Тебе это удалось...

- Не плачь, пожалуйста, ведь видишь, со мной ничего не случилось.

Я молчу. Тогда он обхватывает мою шею руками, крепко обнимает меня, и тихо, еле слышно, просит прощения. Не как напроказничавший мальчишка, а медленно и торжественно, как будто клятву, произнося слова раскаяния.

- Я ни за что больше не буду так глупо шутить. И никогда, слышишь - никогда не покину тебя, пока мы будем друзьями.

И пусть эти слова маленького мальчишки звучат чересчур громко и самоуверенно, я верю ему, потому что он сам верит в них, и слово это он будет держать, несмотря ни на какие преграды, так часто возникающие у людей на пути.

Мы продолжаем свой путь по ночному городу. Теперь уже я, крепко взяв за руку своего спутника, направляю маршрут нашей прогулки к берегу реки, той самой, к которой я так часто бегал, когда был мальчишкой.

Конечно, мы уже не молчим - накопившиеся эмоции выплескиваются в потоке внезапно прорезавшегося красноречия. Без умолку болтая, рассуждая о всевозможных вещах, мы тем самым пытаемся заглушить недавние воспоминания.

Луна по-прежнему ярко светит, ночной воздух посвежел и слегка затуманился - река уже близко. Мы сворачиваем с дороги, чтобы, как давным-давно, скатиться к реке по влажной, покрытой росой траве. Для этого нужно подняться на холм, и мы без особого труда преодолеваем это несложное препятствие, поочередно помогая друг другу.

- Ну, вперед?! - Его голос звонко раздается в тишине.

- Вперед!

С шумом и хохотом, загребая полные руки травы, мы съезжаем вниз, попеременно обгоняя друг друга.

- Искупаемся? - в Его глазах блестит озорной задор. Не дожидаясь ответа, мигом сбрасывает одежду и ныряет в теплую, как парное молоко, воду.

Я что-то невнятно бурчу насчет того, что в моем возрасте уже не принято купаться голышом. Стыдно признаться, но мне так и не удалось научиться плавать... Присаживаюсь на скользкий, покрытый мхом валун, закуриваю сигарету. Мысли мои далеко отсюда, я думаю о старой башне, которую жестокие взрослые люди немилосердно обрекли на смерть. Но я позабочусь о ней. Мне это будет нисколько не трудно - ведь я никогда не говорил Ему, что в своей взрослой жизни давно уже стал мэром этого городка; для него это совершенно не важно - он, скорее всего, даже испугался бы, что потерял своего лучшего друга в мире взрослых людей.

Но это будет завтра - а сегодня мы еще долго, почти до рассвета, будем бродить по городу, и мой спутник будет удивлять меня снова и снова, показывая такие вещи, на которые я никогда не обращал внимания, погрязнув в повседневной суете.

А когда начнет светать мы попрощаемся:

- Ты придешь еще? Я буду ждать, - скажет он и крепко пожмет мою руку.

- Да, я обещаю, - крикну я в ответ и улыбнусь, наблюдая как стремительно он бежит прочь. Он обернется и помашет мне рукой. Он мне верит.

Все. Утро.

Донецк, 21.06.1998 г.