/ Language: Русский / Genre:prose_rus_classic,

Точка Зрения

Василий Шукшин


Шукшин Василий

Точка зрения

Василий Шукшин

Точка зрения

Повесть-сказка

В некотором царстве, в некотором государстве жили-были два молодых человека - Пессимист и Оптимист. Жили они no-соседству и все спорили. Пессимист говорил: "Все в жизни плохо, пошло, неинтересно". Оптимисту, наоборот, все чрезвычайно нравилось. "Жизнь - это сплошное устремление вперед, это как бы стометровка, - любил говорить он. И добавлял: - Я, может быть, говорю общеизвестные истины, но в том-то и дело, что я не думаю о том, как надо думать о жизни, - она переполняет меня всего, и мне остается только петь". И он часто пел. А Пессимист нехорошо как-то смеялся: "Ка-ка-ка!" - "под Мефистофеля".

- Вы, такие, не знаете, что такое жизнь! - громко кричал Оптимист. - И мы вас, таких, предупреждаем!..

- Нет, это вы не знаете, что такое жизнь! - тоже кричал Пессимист. - А мы знаем. Наша тоска оправданна!

- Ты не прав, Алик!

- Ка-ка-ка! - горько смеялся Алик, Пессимист.

Вот раз спорили они, спорили, чуть не подрались, но опять ни до чего не договорились. Тогда Оптимист говорит:

- Я знаю одного волшебного человека. Пойдем к нему, он нас рассудит.

- Я знаю, зачем вы пришли ко мне, - сказал Волшебный человек. - Я помогу вам. Но прежде вы мне - каждый - покажете жизнь такой, какой вы ее видите. Только тогда я смогу разрешить ваш спор.

- Я согласен! - звонко воскликнул Оптимист.

- С удовольствием, - сказал Пессимист. - Я вам ее покажу. О, я вам ее покажу!

- Видите этот дом? - спросил Волшебный человек, поморщившись на такую чрезвычайную уверенность Пессимиста.

- Видим!

- Там живет девушка. Вечером ее придут сватать. Я хочу, чтобы каждый из вас показал это событие в ее жизни так, как он видит. Заделаем? - и Волшебный человек негромко засмеялся.

Сказано - сделано. Вечером все трое пришли к дому девушки и сели напротив, на лавочке. Волшебный человек посмотрел на часы.

- Пора. Кто первый?

- Я! - сказал Пессимист. Ему очень уж не терпелось. Волшебный человек дал Пессимисту волшебную веточку и велел:

- Махни этой веточкой и скажи:

"Распояшьтесь, распахнитесь,

Не стесняйтесь, покажитесь.

Веточка, веточка, покажи мне людей, но не такими, какими их все видят, а такими, какими я, имярек, вижу". Пессимист взял веточку взмахнул ею и сказал:

- Распояшьтесь, распахнитесь,

Не стесняйтесь, покажитесь.

Веточка, веточка, покажи мне людей, но не такими, какими их все видят, а такими, какими я, Алик, вижу.

Только он так сказал, стена дома Невесты с треском раскололась. И видно стало: грязная комната, семейство Невесты - сама Невеста, ее Мать, Отец и Дедушка сидят за столом, ужинают.

Мать Невесты наклонилась к уху свекра и сказала:

- Ну и жрать ты здоров, папаша!

Дед сморщился, переспросил:

- А?

- Кушаешь, говорю, много, куда к черту!

Старик обиделся, отодвинул тарелку.

За него вступился сын, Отец Невесты:

- Объел он тебя? - крикнул он на жену.

- А что я такое сказала? - в свою очередь обиделась Мать Невесты. - Пусть ест. Надо только меру знать.

Невеста крикнула на ухо Деду:

- Рубай, дедушка!

Старик придвинул тарелку и стал торопливо хлебать.

В это время по улице, направляясь в дом Невесты, прошла группа людей семейство Жениха: сам Жених, его Мать, Отец. И с ними еще кто-то - Непонятно кто.

- А ту комнату я все равно перегорожу, и мы будем там жить! - кричал Жених.

- А шишок под носок хочешь? - спросил Отец.

- А я говорю: буду!

- А я говорю: нет!

- А я говорю: буду!

- А я говорю: нет!

- А где же он жить-то будет? - спросила мужа Мать Жениха. - Интересный ты тоже какой-то.

- Пусть где хочет, там и живет, - заявил Отец. - Когда я женился, мне отец тоже так сказал: "Как хошь, так и живи".

- Суд разберется, - значительно сказал Жених.

- Суд разберется, - согласился Отец.

Группа вошла в подъезд.

А в комнате между тем Мать Невесты рассказывала:

- Эта зараза сегодня и говорит мне на кухне: "Мне, - говорит, - кто-то керосину в суп подлил". А сама на меня смотрит. Я говорю: "Если ты, - говорю, - думаешь, что это я, так ты глубоко ошибаешься - не из таких. Нас, - говорю, - девять человек в семье росло, и все в люди вышли, а ты, говорю, одного..."

- Мамаша, а я видела, - сказала Невеста.

Дед тихонько засмеялся.

- Чего ты видела? - строго спросила Мать.

- Как ты керосин подливала.

Дед опять тихонько засмеялся. И все тихонько засмеялись. Мать Невесты тоже хихикнула.

- Я ей хотела туда мочалку положить, но пожалела мочалку, - призналась она.

В дверь постучали.

- Кого там еще черт несет, - проворчал Отец и пошел открывать.

В комнату вошел Жених со своим семейством. Поздоровались:

- Привет!

- Здравствуйте!

- Приятного аппетита!

- Здравствуйте.

Только двое промолчали: Дед и Непонятно кто. Непонятно кто стал осматриваться в комнате.

- Может, ужинать с нами? - спросила Мать Невесты.

- Благодарственны, - сказал Отец Жениха. - Мы по делу к вам.

- По какому такому делу? - спросил Отец Невесты, будто не понимая, в чем, собственно, это дело.

Отец Жениха с неудовольствием посмотрел на сына, вышел на середину комнаты и сказал:

- Ну вот, значит: у вас, мы слыхали, товар залежался, а у нас купец вот дурью мучается... Вопчем, надо их окрутить, и дело с концом. Как вы насчет жилплощади?

- Это вы не туда попали! - отрезала Мать Невесты.

- Как? - Отец Жениха посмотрел на сына; тот сделал ему знак рукой: "Туда. Она просто поломаться хочет". - Нет, мы туда попали. Мы "не туда" никогда не попадаем.

- Может, и туда, но товар у нас не залежался, - пояснила обиженным тоном Мать Невесты. - У нас в роду этого не было...

Тут не выдержала Невеста.

- Мама, ну чего ты? Прям-то, как эта... Это же обряд такой, - сказала она.

- А ты молчи! - прикрикнула на нее Мать. - Прижми хвост и помалкивай. Без тебя как-нибудь разберемся.

- Вы свататься, что ли, пришли? - нетерпеливо спросил Отец Невесты.

- Свататься.

- Так и говорите, а то крутют тут...

- А то ты не понимаешь! - ехидно сказал Отец Жениха.

Непонятно кто не обращал никакого внимания на сватовство. Он осмотрелся, подошел к старику, спросил:

- Шифонер не сами делали?

Дед не расслышал.

- А?

- Шифонер, говорю, не сами делали?

Дед посмотрел на шифоньер.

- Нет. Какого лешего я его сам буду делать?

- А чего эт ты к шифонеру приглядываешься? - спросил Отец Невесты, подозрительно глядя на незнакомого человека. Тот в это время внимательно разглядывал тумбочку. На вопрос не ответил.

Жених все время стоял у двери. Когда Мать Невесты сказала дочери: "Прижми хвост и помалкивай!" - он уставился на нее немигающими строгими глазами. Потом не вытерпел и сказал:

- Я дико извиняюсь, но вы, мамаша, тоже неправильно выражаетесь. Вы, например, сказали: "Прижми хвост". Я не согласен.

Мать Невесты приятно изумилась.

- Скажите, какой заступник выискался! Она еще пока моя дочь - как хочу, так и говорю с ней. Вот когда она будет твоя жена, тогда можешь мне затыкать рот.

Жених не почувствовал в словах будущей тещи доброго отношения к себе, глупо уперся.

- А я не согласен! Надо тоже выбирать выражения. Я вам тоже могу сказать: "Закройте поддувало". Вы тоже будете не согласны.

Мать Жениха и Отец Жениха засмеялись. Зато Мать Невесты и Отец Невесты нехорошо посерьезнели.

- Нет, почему, - сказал Отец Невесты, - я просто за такие слова в лоб дам разок, и все.

Жених снисходительно улыбнулся, а Невеста хихикнула.

- Папаша, - сказала она радостно, - он же перворазрядник по боксу. У него же удар - двести пятьдесят кило.

Отец Невесты прикусил язык.

- А тумбочки тоже не сами делали? - спросил Непонятно кто Деда.

- А?

- Тумбочки, говорю...

Дед посмотрел на тумбочки.

- Нет.

- Ну ладно, - сказал Отец Жениха, - это все пустые разговоры. Как у вас с жилплощадью? Только не тяните кота за хвост.

Тут неожиданно взорвался Дед.

- Это безобразие! - воскликнул он. - При чем тут жилплощадь, если они любют друг друга?

Все удивились.

- Ты что, чокнулся? - спросил Отец Невесты. - Или сорвался с одного места?

- Проснулся, - ядовито заметила Мать Невесты. - Чего ты лезешь не в свое дело? Твое место знаешь где?.. Сказать?

- Я правильно говорю. Сперва надо невесту спросить: согласна она или нет. Ты согласна, внучка, за этого дурака?

Жених опять снисходительно улыбнулся. Все, однако, посмотрели в сторону Невесты.

В этот момент как на грех вошла Соседка, стареющая дева. Зыркнула глазами туда-сюда и моментально сообразила, что здесь происходит.

- О, у вас гости? - сказала она улыбаясь. - Извините, пожалуйста, я только хотела утюга попросить. Катя, - к Невесте, - дай мне, пожалуйста, утюга.

Катя решила сыграть на Соседку, решила воздвигнуть на кухне небольшой нерукотворный памятник себе: решила убить Соседку.

- Я еще не знаю, - сказала она потупясь. - Я еще подумаю. Вообще-то мне еще рано замуж.

Все опешили. Повисла неловкая пауза.

- Да? - спросил Жених. - Может, нам лучше разойтись как в море корабли? Чтобы без трепа?..

Опять пауза. Момент тяжелый, противный.

- Катя, - заговорила Соседка. - Я насчет утюга... Извините, пожалуйста.

Никто на нее не обращал внимания. Кате и подавно было не до утюга. Дед поднялся, нашел утюг, подал Соседке. Та вышла. Непонятно кто остановил Деда и заговорил:

- Интересно, а этажерку...

- Пошел к черту! - разозлился старик. - Я не столяр! Я машинистом был ту-ту!.. Понял?

- Что вы кричите? Я же не глухой, как некоторые тут...

- Нет, я хочу понять - в каком смысле надо понимать: "Мне еще рано замуж"? - спросил Жених.

- Да в таком самом... - Невеста поняла, что ужасно сглупила, растерялась.

- В каком "в таком самом"?

- Да в таком самом. И нечего ко мне приставать, - она чуть не плакала от отчаяния.

- Я все понял, - сказал Жених. - Пойдемте, родители.

- Посмешили людей и пошли? Так только комики делают, - сказала Мать Невесты.

- Я, может, пошутила, - попробовала выйти из положения Невеста. - Я, может, просто так сказала.

- Ничего тебе шуточки! - воскликнул Жених. - Я тоже могу сказать: "Мне еще рано жениться, я еще не нагулялся". Интересно, понравится тебе это? Не понравится, я больше чем уверен.

- Она не хотела так сказать, - сказала Мать Невесты.

- А как же она хотела сказать?! Я же не дурак, как намекает ваш глухарь, я же понимаю, как она сказала.

- Она - девушка и должна проявлять скромность, - встрял в неприятный разговор Отец Невесты. - Мало ли, что она согласна! Она должна говорить, что не согласна.

- Я только сказала: я подумаю.

- Знаете!.. - взревел Жених. - Знаем мы эти штучки! Сегодня - подумаю, а завтра - хаханьки с соседом. Знаем мы это. У меня один друг тоже женился: она ему на другой же день изменила.

- Ну и мы тоже кое-что знаем! - оживилась Невеста. - У одной моей подружки тоже муж сказал, что едет в командировку, а сам жил с нашей общей знакомой. Она их застукала. Так он набрался нахальства и говорит: "А мы, - говорит, ничего, мы, - говорит, - письмо турецкому султану пишем..."

- Тоже - комик, - заметила Мать Невесты.

- А у меня товарищ был, - вспомнил Отец Невесты, - так что он выкинул: застукал тоже жену с хахалем и скинул его с четырнадцатого этажа.

- Разбился? - поинтересовался Непонятно кто.

- Хахаль-то? Конечно. С четырнадцатого этажа... Попробуй.

- А я этто иду вчера по улице, - заговорил Отец Жениха, - гляжу: муж колотит жену со всех сил. А у самого кулак - с детскую головку. Я ему говорю: "Что ж ты делаешь? Ты же можешь ей ребра сломать". А он мне отвечает: "Чем, говорит, - меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей". Доцент какой-нибудь...

- У вас санузел объединенный? - спросил Непонятно кто у Отца Невесты.

- Объединенный, - ответил тот.

- Это плохо, - сказал Непонятно кто.

- Кому как, - Отец Невесты опять подозрительно посмотрел на незнакомца. В тесноте, да не в обиде, говорят.

- А соседи как? Ничего?

- Ничего. Тимошка Соколов только буянит часто. Вот тут, через стенку, живет. С топором бегает, стекла бьет иногда... А вчера, например, явился домой в состоянии зеленого алкоголя. А семья, - ну, то есть, родные и знакомые, смотрели телевизор. Ну, он тоже стал смотреть. Посмотрел немного и говорит: "Таких плотников не бывает!" Его попросили привести себя в порядок. А он свое: "Таких плотников не бывает! Я, - говорит, - сам плотник - знаю! Это вранье все". Снял сапог с левой ноги и произвел удар по телевизору.

- Сколько дали? - спросил Непонятно кто.

- Пятнадцать суток. Я сам и отвел его в отделение. Критик ты, - говорю, а не плотник.

- Какой телевизор? - спросил Непонятно кто.

- Обыкновенный телевизор.

- Они разные бывают.

- У них "Рекорд" был, - сказала Невеста.

- Самый плохой. А вот у вас, я смотрю, никакого телевизора нету.

- Телевизор - это одно беспокойство, - упрямо сказал Жених. - У одного моего друга тоже телевизор был... Смотрели как-то с соседями постановку про любовь. Свет, конечно, выключен. Ну, один сосед начал щупать жену друга. Они, значит, так сидели: она впереди, жена-то, а муж с соседями сзади. Ну, он начал ее поглаживать. Она говорит: "Это ты, Вася?" - мужа-то Васей звать. А Вася ни сном, ни духом. "Чего?" - говорит. "Ничего", - это она-то, "Я, - говорит, думала, это ты".

- Ая-яй! - сказала Мать Невесты.

- Ловко! - с восхищением заметил Отец Невесты.

- А, по мне, вот - хоть он есть, этот телевизор, хоть его нет - все равно, - сказала Невеста. - Я больше люблю в окно смотреть.

- Баловство одно от этих телевизоров, - согласилась Мать Невесты.

- Нет, иногда можно посмотреть, почему, - сказал Жених. - Совсем не смотреть телевизор - это тоже отсталость. Но зачем свет выключать?

- Да, это уж так, - поддакнула Мать Невесты. - Свет выключут - тут уж конечно...

- Да, тут уж только держись, это точно, - подкинул Отец Невесты.

- При свете-то, конечно, можно посмотреть, - поправилась Невеста, - я в этом смысле и сказала. Я в этом смысле ничего не имею против. У одной моей подружки тоже телевизор есть... Она, как видит меня, всегда говорит: "Почему ты никогда на телевизор не приходишь?" Я говорю: "Нет, смотрите уж сами". Она говорит: "Почему? Хоть, - говорит, - посмеемся". - "Нет, - говорю, - смотрите уж сами". А потому что я знаю, что они, когда смотрят телевизор, свет всегда выключают.

- "Посмеемся"! - возмутилась Мать Невесты. - "Приходи, хоть посмеемся"! Начнут все смеяться, так ты и не заметишь, как тебя общупают всю. И я всегда своей дочери говорила: "Никогда не смейся, доченька!" Она иной раз: "Мам, я в кино схожу". - "А чего, - говорю, - ты там не видела? Чего? Опять смеяться будете?"

- Нет, иногда можно посмеяться, почему. Если комедия какая-нибудь пожалуйста, смейся. Для того и на афишах пишут: "Комедия", - Жених потихоньку наглел. - Я сам люблю комедии...

- В здоровом теле - здоровый дух, - согласился Отец Невесты. Чем больше наглел Жених, тем активнее заискивали перед ним Невеста, Отец Невесты, Мать: как ни крути, а замуж надо.

- А при чем тут тело? - строго спросил Жених.

- Я в том смысле, что я тоже кино уважаю.

- Надо бы выбирать выражения.

- Это правильно, конечно.

- Вообще-то, кино - это разврат, - сказал Жених. - Ты же берешь билет, ты же не знаешь, кто рядом с тобой сидеть будет. Бывает так, что сядет какая-нибудь фифочка... От нее духами и всякими... Тут не то что на экран, тут всякие мысли в голову лезут, хе-хе...

Все громко засмеялись. В дверь постучали.

- Можно! - сказал Отец Невесты.

Вошел пожилой скромный Гражданин с газетой в руках.

- Что случилось, соседушка? - миролюбиво спросил Отец Невесты.

- Нельзя ли потише, товарищи?

- У нас, видишь ли, ЧП - дочку замуж выдаем.

- Я понимаю, но все-таки... пожалуйста, а?

- Ладно.

Скромный Гражданин вышел.

- Кто это? - спросил Непонятно кто.

- Да бухгалтеришка один... Вредный, зараза! Мы тут на днях клопов морили керосином, ну, конечно, открыли дверь, чтобы запах в коридор выходил. Так он нарочно завязал голову полотенцем и ходите полотенцем. "Голова, - говорит, болит от вашего керосину".

- "От вашего керосину..." А сам, наверно, с похмелья мучился, - сердито сказала Мать Невесты.

- Закладывает? - спросил Непонятно кто.

- Да говорит, что у него желудок вырезан. А сам, наверно, пьет потихоньку. Кто нынче не пьет?

- Я сам на днях клюкнул с дружками в кафе - еле до дому добрался, - весело сказал Отец Невесты. - Спасибо, ребята-дружинники помогли.

- Если не буяните, почему не выпить? - вставила свое слово Мать Жениха. Бывают буйные.

- Нет, он у нас спокойный, - не без одобрения сказала Мать Невесты.

Отец Невесты был явно польщен этим замечанием жены и стал хвастать:

- Я сразу - спать. Других тянет шататься где-нито, а я сразу домой спать.

- Папа у нас, как напьется, так берет песенник и поет все песни подряд. И все на один мотив, - сказала Невеста, с любовью глядя на отца.

Довольный Отец засмеялся.

- Ну, ты уж скажешь, дочка.

- А что, неправда? Мама его ругает матом, а он себе поет.

- Хе-хе-хе... Нет, я действительно не понимаю таких: напьется - и вот начинает строить из себя! Правильно, что начали бороться с такими. Напился? иди домой! И никто никогда тебе слова не скажет. Наоборот, будут в пример ставить.

- Если не буяните, то почему же, - опять сказала Мать Жениха и посмотрела на своего мужа.

- У меня отец-покойничек, царство ему небесное, дедушка Катин, - вспомнила Мать Невесты, - такой был. Душевный человек! Уж так пил, господи-батюшка!.. Один две поллитры усиживал. Но чтобы он кому-нибудь лишнее слово сказал или ругнулся на улице - никогда! Придет, бывало, еле на ногах стоит, а сам все улыбается. "Вот и я", - говорит. Любили его все. Так от запоя и помер, сердешный.

- А я вот никогда не помню, что со мной бывает, - сказал Отец Жениха. Проснешься утром и думаешь: "Что же вчерась было?"

- Это опасно, - авторитетно сказал Отец Невесты. - Так можно подзалететь. У нас на днях судили одного...

- А с моим другом тоже на днях история была, - заговорил Жених. - Пошел он с женой в гости к нашим общим знакомым, выпили тоже, завели радиолу, пошли танцевать. А он, друг-то, замечает, что у его жены что-то глаза блестят. Ну, притворился пьяным. Потом - раз на кухню: а там целует его жену наш общий знакомый. Свет, конечно, выключен.

- Ая-яй! - сказала Мать Невесты.

- Ловко! - воскликнул Отец Невесты.

- А он что? - спросил Непонятно кто. - Выкинул его?

- Кто?

- Муж-то?

- Он им ничего не сказал.

- !!!

- А когда они ушли из кухни, он взял им холодильник испортил и выпустил попугая из клетки. Совсем - в форточку.

- Ловко!

- Я вот не понимаю женщин, которые танцевать любят, - заговорила Невеста. - Что хорошего? Кружатся, кружатся - смотреть противно.

- Нет, иногда можно потанцевать, почему. Но вообще-то - это разврат, я по себе погонюсь: пойдешь с какой-нибудь фифочкой, а от нее духами всякими... Хе-хе...

Все опять громко засмеялись.

В дверь постучали.

- Можно! - сказал Отец Невесты.

Вошел пожилой человек с газетой.

- Товарищи, нельзя ли потише?

- Знаете что!.. - взорвалась Мать Невесты. - Идите лучше похмелитесь! Ходют тут алкоголики всякие!

Гражданин вытаращил на нее глаза.

- Вы что, спятили?

На Гражданина двинулся Отец Невесты.

- Как ты сказал? Я что-то не расслышал. Ну-ка, повтори еще...

Жених остановил его и вежливо сказал скромному Гражданину:

- Товарищ, я вас сейчас изуродую. Вот сюда достану разок... Оп!.. - он сделал выпад, пугая Гражданина.

Гражданин выбежал из комнаты. Все опять засмеялись.

- Вот так и надо с ними, - сказала Мать Невесты.

- До чего обнаглел народ! - возмутился Отец Невесты. - Это ж - не пройдешь по улице, чтобы тебе чего-нибудь не отдавили. Мне на днях все руки отдавили.

Непонятно кто вопросительно уставился на Отца Невесты.

- А я как-то иду по улице, - заговорил Отец Жениха, - ко мне подходят двое. "Давай, - говорят, - на троих?" Я говорю: "У меня денег нету". Так один мне сунул вот сюда кулаком и говорит: "Зазнался, сука".

- В таких случаях надо сразу вот сюда бить, - сказал Жених. Подошел к отцу, показал - под ложечку. - Вот так - р-раз!..

- Ой!

- У нас недавно случай был: приходим с другом в парк...

- Одну минуточку я перебью, - сказал Непонятно кто. - Я не понял, как это вам руки отдавили?

Отец Невесты оглушительно захохотал. И все, кто был в комнате, оглушительно захохотали и посмотрели на Непонятно кого, как на дурачка.

- А вот как! - воскликнул Отец Невесты, встал на четвереньки и пошел по комнате. - Идите ко мне.

Непонятно кто стоял на месте.

- Ну иди, иди, - подтолкнул его Жених.

Непонятно кто пошел к отцу Невесты.

- Вот я иду домой, - стал объяснять Отец Невесты, стоя на четвереньках. Так? А ты - прохожий... Иди мимо меня. Иди!

- Зачем?

- Да иди, не бойся!

Непонятно кто пошел мимо него.

- Идешь, да? - спросил Отец Невесты.

- Иду.

- Теперь наступай мне на руку... Ну, наступай!

- А-а! - понял наконец Непонятно кто.

Все опять засмеялись. Отец Невесты встал, отряхнул колени.

- Вот так и отдавливают руки, молодой человек, - сказал он, снисходительно улыбаясь.

- Ну, приходите вы, значит, с другом в парк? - напомнила Невеста Жениху, заранее улыбаясь.

- Ну, приходим мы, значит, в парк, друг и говорит мне: "Тут, - говорит, один тип есть, он у меня девушку отбил. Пойдем, - говорит, - потолкуем с ним, как жельтмены". Я ему как дал вот сюда, он двадцать семь минут в нокауте был.

- Ловко!

- Я только не поняла, кто в нокауте лежал: ваш друг или тот тип? спросила Мать Невесты.

- Да тот тип, конечно, - воскликнула Невеста. - Мама скажет тоже...

- Тип, - подтвердил Жених. - Я ему в печень дал.

- Одну минуточку, я перебью: сколько у вас квартплата выходит? - спросил Непонятно кто.

- Пять с копейками, - ответил Отец Невесты.

- Продолжайте.

Но тут заговорил Отец Жениха.

- Ну, а как мы решим наше дело-то? - спросил он всех.

- Нет, я же ясно сказал: ничего не выйдет, - сказал Жених. - Мы разойдемся как в море корабли.

Минуты три все молчали, смотрели на Жениха.

- Я не люблю зря трепаться, - пояснил тот. - Я же сказал давеча: "Знаем мы эти штучки".

Дед тихонько засмеялся.

- Пошляк! - громко сказала Невеста и заплакала.

Отец Невесты, тоже чуть не плача от обиды и оскорбления, пошел снимать ружье.

- Ты боксер, да? Ты боксер? - снял ружье, взвел курок. - А я вас тогда дуплетом...

Первой, взвизгнув, бросилась из комнаты Мать Жениха, за ней - Отец Жениха. Потом выскочил Жених. Непонятно кто остался и, не обращая внимания на суматоху, стал мерить шагами комнату - считал метраж.

- А тебе чего тут надо?! - заорал Отец Невесты. - Ты кто такой?

- Я квартирант ихний, Лизунов Евгений Елизарович, - спокойно пояснил Непонятно кто. - Как вы насчет того, если мы поженимся с вашей дочкой?

Невеста неприлично разинула рот. Мать Невесты ущипнула себя за руку. Отец Невесты зачем-то посмотрел в дуло ружья и повесил ружье на стенку.

- Черт его знает, - сказал он. - Я что-то ничего не понимаю...

- Что ты не понимаешь?! - накинулась на него супруга. - Что тут непонятного, скажи, пожалуйста? Совсем уж одурел?..

Лизунов засмеялся.

- Это, знаете, бывает. По-научному - первая стадия.

- Закрой рот, - негромко сказала мать дочери. Потом обратилась с улыбкой к Лизунову: - Тонко же вы подъехали!.. Просто даже удивительно!

Лизунов снял пиджак, аккуратненько повесил его на спинку стула, стал закатывать рукава.

- Жизнь, мамаша, сложная штука. Простите, ванночку можно принять? И мне бы махровое полотенце и детскую шампунь. Перхоть, знаете...

- Можно. Пойдемте, я покажу, - захлопотала Мать Невесты. - А ты, Катюша, собери пока на стол. А ты, отец, сбегай в магазин...

Лизунов пошел и запел:

Не брани меня, родная...

Тут Волшебный человек взял у Пессимиста волшебную веточку и взмахнул ею. Стена дома сомкнулась.

- Ты не прав, Алик! - воскликнул Оптимист и стал взволнованно ходить возле скамейки. - И откуда в тебе это?! Откуда?

- Ка-ка-ка!.. - засмеялся Пессимист.

Волшебный человек между тем перевел свои волшебные часы назад на два часа и отдал веточку Оптимисту.

- Теперь ты. Время вернулось назад на два часа - событие то же: придут сватать Невесту. Покажи, как ты это видишь.

Оптимист махнул веточкой и сказал:

"Распояшьтесь, распахнитесь,

Не стесняйтесь, покажитесь.

Веточка, веточка, покажи нам людей, но не такими, какими их все видят, а такими, какими я, Эдуард, вижу".

Только он так сказал, стена дома Невесты с треском раскололась.

Все так же, как мы уже видели, и все тем не менее не так. Люди те же, и вместе с тем совсем другие. И в комнате все как будто так же, да не так...

- Ну и любите вы покушать, папаша! - весело сказала Мать Невесты на ухо Деду.

- А?

- Аппетит, говорю, у вас отличный!

- Не жалуюсь, не жалуюсь. Бывало, в империалистическую на спор барана съедал. Зато и силенка была! Посажу бывало, трех неприятелей на штык - и через себя.

- Вы бы писали об этом, дедушка, - сказала Невеста. - У вас такая богатая жизнь.

- А я и пишу, внучка. Пишу книгу. Называться будет: "Руки вверх, неприятели!" Если хочешь, почитаю после ужина.

- С удовольствием послушаю, - согласилась Невеста.

- Кушайте, папаша, кушайте, - угощала его Мать Невесты. - Потом нам всем почитаете. Мы все с удовольствием послушаем.

По улице, направляясь в дом, проходит семейство Жениха, и с ними еще кто-то - Непонятно кто.

- Ну, рояль, холодильник, телевизор - это все забирайте, - говорил отец Жениха. - Вы - молодые, вам это нужно.

- Спасибо, отец! - с чувством сказал Жених. - Но я предпочитаю приобрести все на свои заработанные деньги.

Отец Жениха улыбнулся хорошей улыбкой.

- Понимаю - гордость! Вот таким я и хотел видеть своего сына.

Мать отвела сына в сторонку и сказала негромко:

- Отец хочет вам подержанную "Победу" купить на свои сбережения.

- "Победу"?!

- Тш!.. Только ни слова об этом. Он хочет сделать сюрприз.

Сын догнал Отца, обнял его и поцеловал в щеку.

- Что еще такое? - спросил Отец с мужской, доброй суровостью. - За что?

- За все, папа!

Мать Жениха и Непонятно кто идут сзади.

- Какой у вас замечательный сын! - сказал Непонятно кто.

Мать было всплакнула, но тут же вытерла слезы. Улыбнулась.

Вошли в подъезд.

А в комнате Мать Невесты рассказывала:

- Сегодня поссорилась с Марьей Николаевной.

- Что такое? - спросил муж. - Почему?

- Она говорит, что сегодня ее очередь оставаться с соседской девочкой, а я говорю - моя.

- Мама, но вы же вчера оставались с ней, - сказала дочь. - Марья Николаевна права.

- Да, но девочка ко мне привыкла, - стала оправдываться Мать. - Кроме того, мы с девочкой не дочитали повесть "Жилин и Костылин".

- Какая повесть! - сказал Дед. - Умел закручивать граф Толстой. А? Мастер, мастер. Биография только... того, а так - мастер.

- Мастер, - согласился Отец Невесты. - И что удивительно - все предельно просто и лапидарно!

- В том-то и штука. Я, например, в своей книге "Руки вверх, неприятели!" хочу тоже изложить события предельно простым языком. Но трудное это дело! Ох, трудное! Я понимаю Толстого с его "Не могу молчать!" Иной раз такое волнение охватит, думаешь: лучше бы я ему в морду дал, отрицательному герою какому-нибудь, хочется, извиняюсь, матом крыть, а приходится писать, что называется, кор-рэктно. Тьфу!.. слово-то какое-то...

- Когда вы думаете закончить книгу дедушка? - спросила Невеста.

- Думаю, что через пять лет закончу. Это будет мой скромный подарок грядущим поколениям.

В дверь постучали.

- Войдите! - сказал Отец Невесты.

Вошло семейство Жениха.

Жених: - Добрый вечер!

Отец Жениха: - Здравствуйте!

Мать Жениха: - Добрый вечер! Приятного аппетита!

Непонятно кто: - Здравствуйте, товарищи!

Невеста: - Здравствуйте!

Отец Невесты: - Вечер добрый!

Мать Невесты: - Добро пожаловать!

Дед: - К нашему шалашу!

- Извините, что в такой поздний час, - заговорил Отец Жениха. - Но дело, как говорят, не терпит отлагательств.

- Пожалуйста! - воскликнул Отец Невесты. - Какие могут быть разговоры? Присаживайтесь с нами.

- Спасибо за приглашение: мы только что отужинали - и сразу сюда.

Жених и Невеста переглядываются. Невеста покраснела. Дед с этакой стариковской хитрецой наблюдает за молодыми.

- Так по какому же такому делу пожаловали, товарищи? - спросил Отец Невесты: он действительно не понимает, в чем дело.

- Пожаловали мы по весьма, так сказать, щекотливому делу, - заговорил Отец Жениха, заметно волнуясь. - Молодые люди - ваша дочь и мой сын, - оказывается, любят друг друга.

Отец Невесты очень удивился, а Мать Невесты не удивилась, но она тоже была заметно взволнована. А Дед улыбался хорошей стариковской улыбкой - хитрой и доброй. Невеста опустила глаза долу.

- Я со своей стороны серьезно и обстоятельно беседовал с сыном, продолжал Отец Жениха. - Думаю, что к браку он готов.

Отец Невесты, заметно волнуясь, ходил по комнате.

- Ах, стрекоза!.. А я-то, старый дурак, живу и ничегошеньки не знаю. Я-то думаю, что она у нас все еще девчонка, а она вон что!.. Почему ты мне не сказала, что у тебя есть молодой человек и что вы хотите пожениться? Почему? Неужели я консерватор какой-нибудь?

- Папуля, мне было как-то стыдно об этом говорить. Я просто не знаю... Я знала, что вы не консерватор, и все равно... Мне и сейчас ужасно стыдно, товарищи... Просто не знаю, - Невеста тоже заметно взволнована.

- Как же так, дочка? Я удивлен, я тебе честно говорю: я удивлен. Не сказать отцу...

- Ну что ты к ней пристал, Микола, - вступился за внучку Дед. - Молодость диктует свои законы, которые нам не всегда дано понять. Ты тоже в свое время не сказал мне...

- Тогда было другое время, отец.

- Я бы хотел только обратить внимание молодых людей на тот факт, что женитьба - это очень и оченъ ответственный шаг, дети мои, - сказала Мать Невесты. - Я не против того, чтобы вы поженились. Я знала о том, что вы дружите... Мне обо всем рассказывали соседи и ваши учителя. Но вы не представляете, дети мои, насколько это серьезный и ответственный шаг, - она всплакнула.

- Успокойся, мать, - сказал Отец Невесты. - Жизнь есть жизнь: молодое растет, старое старится. А давно ли, кажется, мы с тобой стояли на перроне вокзала... Я уезжал тогда на Крайний Север... Ах, время, время! - Отец смахнул скупую слезу.

- Да, да... И мы тоже стояли когда-то на перроне вокзала, - Отец Жениха тоже смахнул скупую слезу.

Непонятно кто подошел к деду и спросил:

- Я слышал, вы книжку пишете, дедушка?

- Пишу, молодой человек, пишу.

- "Воспоминания пожилого человека"?

- Ась?

- Я говорю, называться будет: "Воспоминания пожилого человека"?

- Плохо вы о нас думаете, молодой человек! - обиделся Дед. - Какие же мы пожилые?! Разве годы могут старить человека?

Непонятно кто смутился.

- Нет, я не в том смысле сказал... Я понимаю, что годы тут ни при чем.

- То-то! Я в свои семьдесят девять лет моложе иного восемнадцатилетнего. А почему? Да потому, что не отстаю от жизни. А вот некоторые... Ну-ка, молодые люди!.. - (это к отцам) - Чего захлюпали?! Выше голову! Грянем, братцы, уда-лу-ую!..

Все громко засмеялись.

Стук в дверь.

- Войдите, - сказал Отец Невесты.

Вошел пожилой Гражданин с энциклопедией в руках.

- Добрый вечер, товарищи!

Отец Невесты: - Здорово, сосед!

Мать Невесты: - Здравствуйте, Семен Кузьмич!

Дед: - К нашему шалашу, Кузьмич!

Невеста: - Здравствуйте, дядя Семен.

Отец Жениха: - Здравствуйте!

Мать Жениха: - Здравствуйте!

Жених: - Здравствуйте!

Непонятно кто: - Здравствуйте!

- А я слышу: у вас какое-то торжество! - дай, думаю, зайду, - сказал Гражданин.

- А вот они, виновники торжества! - сказал Отец Невесты и показал на Жениха и Невесту. - Моя дочь выходит замуж.

- Да что вы говорите! - изумился Гражданин. - Катюша, милая!.. Поздравляю тебя, дитя мое, поздравляю! - подошел, поцеловал Невесту в лоб. - А где же?.. Ага, вот он! - он строго, но вместе с тем любовно посмотрел на Жениха. Ничего, ничего... хорош! А? Арсений Назарыч?.. Как находишь?

- Мне - лишь бы не отставал от жизни, - сказал Дед.

- Нет, хорош, хорош... Поздравляю, молодой человек, от души поздравляю! Вы, можно сказать, открыли клад.

- Э-э, что - клад, Семен Кузьмич, - упрекнул Гражданина Дед. - Что в наше время клад?

- Я просто к слову Арсений Назарыч. Нет, хорош... А ведь я Катюшу-то вот с каких лет знаю, когда она еще под стол пешком ходила, хе-хе-хе... Ах, где мои семнадцать лет!

- А вот этого я не люблю, Семен Кузьмич, - опять осадил его Дед. - Что это за вздохи?

- Я так, Арсений Назарыч, к слову. Нет, хорош! Так, молодые люди... одну минуточку. - Семен Кузьмич вышел с таинственным видом.

- Неисправимый человек! - усмехнулся Отец Невесты. - Сейчас что-нибудь принесет в подарок, уж я его знаю.

- Когда я еще была маленькой, - заговорила Невеста, - дядя Семен водил меня в планетарий, показывал на Луну и говорил: "Учтите, вы там будете". И плакал.

- Он у нас, как Циолковский, - вставил Отец Невесты. - Тоже, кстати, все чертит чего-то. Спросишь: "Чего ты изобретаешь-то все?" Он махнет рукой и скажет: "Так... мысли распирают".

- Но сдает последнее время, сдает, - заметил Дед.

Вошел Семен Кузьмич с телевизором в руках.

- Прошу принять от меня этот скромный подарок, молодые люди.

- Что вы, дядя Семен! - воскликнула Невеста.

- Что вы, Семен... э-э... Семен Кузьмич! - тоже воскликнул Жених.

- Прошу, прошу... И без церемоний - я этого не люблю. Иначе обижусь. Берите, мне тяжело держать.

Жених принял телевизор.

- Спасибо.

- На здоровье. Мне он на старости лет...

Дед погрозил Семену Кузьмичу пальцем.

- Кузьми-ич!..

- Молчу. Эх, грянем, братцы, удалу-ую!..

Дед подхватил:

- Эх, на поми-ин ее души!

Все громко засмеялись.

Семен Кузьмич посмотрел на часы.

- Хорошо с вами, дорогие мои, но дело есть дело: судим одного прохвоста товарищеским судом. Представляете, выкинул номер: обиделся, что его покритиковали на жилактиве за некультурное поведение в лифте, пришел домой, включил везде свет - днем!.. Включил утюг, электроплитку и сидит.

- Позор! - сурово сказал Дед. - Выселить в необжитые районы.

- Мало того: он начал петь! Соседи, естественно, возмутились: попросили прекратить. И знаете, что он ответил? "Я, говорит, не знал, что в доме такая звукопроницаемость".

- А вот это уже нахальство, - сказал Отец Невесты. - Он не знал, что в доме такая звукопроницаемость! Наивный ребенок!

- В наше время многие под наив работают, - сказал Непонятно кто. - У нас в институте один парень тоже... "Я, - говорит, - не знаю, почему Ремарк - это плохо..."

- Пропесочить разок хорошенько - узнает, - посоветовал Дед.

В дверь постучали.

- Войдите! - сказал Отец Невесты.

Вбежала Соседка, подруга Невесты.

- Боже мой!.. Катя!..

- Зина!..

Они обнялись.

- Катя!..

- Зина!..

- Катька!..

- Зинка!..

Семен Кузьмич засмеялся, махнул рукой и вышел.

- Ну, теперь разговорам конца не будет, - притворно рассердился Дед и повернулся к Непонятно кому. - А вы что, тоже пишете, молодой человек?

- Да.

- О чем, если не секрет?

- Вещь называется "Три товарища" - в пику Ремарку. Действуют три друга: Димка, Толик и Боб. Они сперва заблуждаются, потом находят себя. А потом я буду писать еще одну вещь - в пику Хемингуэю.

- Одобряю, - похвалил Дед. - Благословляю, так сказать. Нам надо раскладывать, надо бичевать, надо перетряхивать!.. Я, например, в своей книге "Руки вверх, неприятели!" перетряхиваю все на свете.

- Надо, надо.

- Итак, молодые люди, - заговорил Отец Невесты, - вы будете жить самостоятельно. Как вы себе это представляете? Я хочу спросить прежде всего вас, молодой человек.

Жених вышел на середину комнаты и заговорил, заметно волнуясь:

- Мне легко отвечать на этот вопрос, потому что я недавно отвечал на вопросы анкеты одной молодежной газеты - "Ваше мнение о семье и браке". Я подробно остановился там на духовном облике современной молодой семьи, на ее, так сказать, идейной подоплеке. Я высказал там одну, на мой взгляд, интересную мысль: современная молодая семья не может существовать без взаимопонимания и дружбы.

- Так, - Отец Невесты кивнул головой.

- Далее, я указал, что современная молодая семья не мыслится без взаимного уважения и доверия.

- Правильно.

- Вот эти четыре компонента, как три кита, составляют, на мой взгляд, основу основ современной молодой семьи.

- Так.

Жених вошел в раж.

- Я глубоко убежден, - говорил он звенящим голосом, - что, если даже только один из этих четырех компонентов перестанет соответствовать нормам современного общежития, молодая семья распадется. Я глубоко убежден также, что бракоразводный процесс в нашем законодательстве очень уж усложнен. Я могу навлечь на себя немилость леваков, могу показаться излишне тенденциозным, но я говорил и говорить буду, что объявлять в газетах о расторжении брака - это... альковное кощунство!

Все внимательно слушают расходившегося Жениха.

- Вы юрист? - спросил Отец Невесты.

- Я, так сказать, антиюрист, - Жених улыбнулся своей шутке. - Я филолог. Но дело тут, как вы сами, понимаете, не в профессии. Меня глубоко волнует человеческая сторона этого вопроса. В самом деле, вы пришли с работы, приняли ванну, поужинали и ложитесь на диван. У вас отличное настроение. Вы берете газету и начинаете ее просматривать. Все хорошо. И вдруг: "Марья Иванна Загогулькина..."

Все громко засмеялись.

- "...возбуждает дело о расторжении брака с Загогулькиным".

Все опять громко засмеялись.

- Смешно? - спросил Жених. - Нет, грустно!!! Ты лежишь, тебе тепло, у тебя отличное настроение, а где-то плачет в пепел семейного счастья эта самая Загогулькина Марья Иванна...

Никто не смеется.

- Где-то пропадает хороший человек Загогулькин. Пропадает только потому, что вовремя не досмотрели, не проявили заботу! - в глазах Жениха горячие огоньки справедливого гнева. - Как же ты можешь лежать на диване, как ты можешь чувствовать себя хорошо, если где-то произошла драма! Нет, встань, найди этого самого Загогулъкина, поговори с ним, узнай, в чем дело, а потом уж ложись. А до этого не смей лежать!!! Я кончил.

- Так их, молодой человек! - вскричал Дед. - И не бойтесь быть излишне тенденциозным! Слово-то какое-то тоже...

- Но ты впал в противоречие, Андж, - заметила Невеста.

- В какое?

- Если бы не было объявлений в газете, ты бы не узнал о драме.

- Ага! Ну-ка, ну-ка, - Дед от удовольствия потер ладони. - Люблю всякие пикники.

Жених снисходительно и с любовью посмотрел на Невесту.

- Я впал в противоречие только потому, что тебе этого хочется.

- Но если бы не было объявления в газете, ты не узнал бы о драме, и у тебя было бы хорошее настроение, - стояла на своем Невеста. У нее тоже загорелся в глазах огонек.

- Значит, по-твоему, не будь газеты, я бы не знал жизни? - спросил Жених.

Все с интересом наблюдают за молодыми, хорошо улыбаются.

- Я не утверждаю, что, не читая газет, ты бы не знал жизни - для этого существует кино, радио, телевидение. Я только хочу сказать, что ты бы не узнал о конкретной драме Загогулькина.

- Да я этого Загогулькина за два квартала узнаю! - воскликнул Жених. Идет человек с грустными глазами - стоп! В чем дело, товарищ? Ну-ка выкладывай, не стесняйся - что там у вас случилось? И неважно, будет это Загогулькин или кто еще.

- Ты узнаешь, а другой не узнает. Нельзя всех мерить на свой аршин. Я знаю сколько угодно молодых людей, которые со спокойной совестью пройдут мимо Загогулькина.

- Во-от! - воскликнул Жених и показал пальцем на Невесту. - Вот мы и договорились!.. Вот с кем надо бороться - с равнодушными! Именно об этом я и хотел сказать, когда заговорил о бракоразводном процессе.

- Это все правильно, молодой человек, - сказал Дед. - Мне нравится ваша горячность, с какой вы отстаиваете свои убеждения. На мой взгляд, это несколько запальчиво, но с годами это уйдет. Вы станете спокойнее, и вам легче будет находить те единственно верные слова, которые проложат вам путь к счастливой жизни. Я хочу спросить о другом: как вы себе представляете другую сторону семейной жизни - материальную, так сказать?

Жених поморщился.

- Как-то не хочется об этом сегодня...

- Нет, уж вы скажите, - настаивал Дед. - Я понимаю, мой вопрос несколько коробит вас, но мы, люди пожилые, знаем, что над этим вопросом многие ломали головы.

- Ну, во-первых, у нас будет две комнаты, два телевизора... Кроме того - я открываю чужую тайну... - Жених радостно засмеялся и посмотрел в сторону своего отца. - Но я очень рад и потому скажу: папа покупает мне подержанную "Победу".

В комнате воцарилась зловещая тишина. Все презрительно и гневно смотрят на Жениха. Он медленно, с ужасом постигает, как низко он пал со своей ничтожной, глупой, неуместной радостью.

- Вон, - негромко сказал Дед.

- Так вот вы какой, оказывается, - тоже негромко сказал Отец Невесты. Вас в этом мире волнует только "Победа"? Можете считать, что сегодня вы не победили. Я присоединяюсь к требованию моего отца - вон! И, думаю, моя дочь тоже к нам присоединится.

- Я присоединяюсь, папа... Я... я не знала, какой он на самом деле... Невеста заплакала. - Когда мы с ним говорили о семейной жизни, он говорил только о четырех компонентах. Он даже не заикался о "Победе". Он казался мне благородным, с превосходной подоплекой, а оказывается... оказывается, он вынашивал мысль о собственной "Победе"! Ничтожество! О, как я обманулась!

- Я сам только сегодня узнал, - вякнул было Жених.

- Не смейте! - Дед стукнул костылем в пол. - Не смейте ничего говорить! Если вы радуетесь по поводу того, что у вас будет своя "Победа", то радуйтесь еще больше, что вы в моем доме и я не могу вас отлупить вот этим костылем, потому что я бла-ародный человек! Можете идти в ресторан!

- Я потрясен, товарищи! - заговорил бледный Отец Жениха. - Мне трудно сейчас говорить... Я не узнаю своего сына... Я что-то просмотрел в нем в свое время - это несомненно. Я что-то главное не увидел в нем. Я действительно хотел купить ему "Победу". Но я никогда не думал, что вместе с "Победой" в нем подымет голову тот маленький собственник, которого он так искусно скрывал в себе. Я сам всю жизнь вот этими руками разливал газировку (показал руки), мне подчас было не до сына, я передоверил его воспитание бабушке - и вот результат.

Мать Жениха тоже заплакала.

- Андрюша, сынок... Сколько раз я тебе говорила: не водись с этими молодыми людьми, это плохая компания. Ты мне что говорил? "Мама, это хорошие люди, хоть они и артисты. Но это не вина их, а беда". Ты говорил...

Отец Жениха: - О-о!

Отец Невесты: - Все понятно.

Мать Невесты: - Ая-яй!

Дед: - ну, конечно!

Невеста: - Да-а!

Непонятно кто: - Да-а...

- А вместе с тем я знала, - продолжала Мать Жениха, - что один из этих молодых людей развелся с женой, у другого - выговор по общественной линии за грубость с начальством... И сколько бы он ни говорил, что это несправедливый выговор, я не верила. Несправедливых выговоров не бывает...

Жених стоял белый, как бумага. Он посмотрел на Непонятно кого.

- Толик, скажи им, что это неплохие люди... Скажи хоть что-нибудь!

- Я не хочу с тобой говорить! - отрезал Толик. - Я больше тебе не друг. Ты только что говорил о борьбе с равнодушными - ты лгал! Ты не только не узнаешь Загогулькина, ты наедешь на него собственной "Победой". Ты раздавишь его! Подумай о том, что с тобой случилось сегодня, пойми, пока не поздно, что ты стоишь над пропастью во ржи! Ты говорил, что не надо объявлять расторгнутые браки в газетах, ты опять лгал: их давно не объявляют. Ты изолгался!

- Люди узнаются на крутых поворотах, - сурово сказал Дед. - Я не случайно заговорил о материальной, так сказать, стороне дела. Когда он говорил о четырех компонентах, в его словах чувствовалась какая-то неуверенность, он все время что-то недоговаривал. Меня не проведешь, молодой человек. Я раскусывал экземпляры посложнее, и мне жаль вашего отца и вашу мать: не велика радость иметь такого сына.

- Я осознал, товарищи, - жалко залепетал Жених. - Мне ужасно стыдно. Мне... я... Мне так трудно сейчас... - он сморщился, сдерживая невольные слезы... Махнул рукой и быстро вышел, не попрощавшись.

- Ничего, у него есть еще время стать настоящим человеком, - все также сурово сказал Дед. - Помогите ему, не оставляйте сегодня его одного.

- Какой ужас! - простонал Отец Жениха. - Какой ужас!.. До свиданья!

- Вот до чего доводит дурная компания, - сказала Мать Жениха. - До свиданья.

- До свиданья.

- До свиданья.

- Всего хорошего, - сказал Дед. - Последите сегодня за ним. Уберите из его комнаты все ножи, вилки - вообще колющие предметы. Но особенно чернила - не допускайте, чтобы он писал упадочнические стихи.

Мать Жениха и Отец Жениха ушли. Тут на середину комнаты вышел Непонятно кто (Толик).

- Николай Арсеньевич, и вы, Анна Иванна, и вы, Арсений Назарыч... - голос Толика слегка дрожал. - Одним словом, я прошу руки вашей дочери и внучки. Извините за дерзость.

Мать Невесты: - Как?

Отец Невесты: - Как?

Дед: - Как?

- Я давно люблю Катю. Но я знал, что она дружит с этим... Я не хотел мешать их счастью.

- Это бла-ародно, молодой человек!

- Я на последнем курсе филологического факультета - изучаю язык древних арабов. Защищаю диплом и еду на Крайний Север. Многим это может показаться странным - зачем, мол? Я же убежден, что мое знание древнеарабского языка пригодится в суровой тундре.

- Ничего в этом странного нет! - воскликнул Дед. - Это бла-ародно.

- А пока я живу в общежитии, гол как сокол, за душой - ни копейки. Все - в будущем. Если вас это смущает, скажите сразу - я напишу на вас фельетон.

- Что вы! - воскликнул Отец Невесты. - Кого это может смущать?

- Но учтите, дети мои, семейная жизнь, да еще в условиях тундры... - Мать Невесты опять всплакнула.

- Браво, молодой человек! - опять воскликнул Дед. - Я когда-то так же начинал.

- Толик!.. Толька... - Невеста бросилась к Толику. - Я всегда за тебя голосовала!..

Волшебный человек взял веточку у Оптимиста, махнул ею - стена дома сомкнулась.

- Я затрудняюсь, молодые люди, - сказал он. - Вот что: у меня есть заместитель по оргвопросам, я попрошу его побеседовать с вами, он дока в этих делах. Потом мы решим, - и Волшебный человек исчез.

А Пессимист и Оптимист опять заспорили.

- Ты кретин, - сказал Пессимист.

- Нет, это ты кретин, - ответил Оптимист.

- Ты - восторженный конь!

- Подонок!

- Сейчас я тебя буду бить!

Тут они стали драться. Прибежали люди, разняли их. Пришел милиционер.

- В чем дело, граждане?

Оптимист показал на Пессимиста.

- Вот этот тип исказил картину жизни!

- Нет, это ты исказил!

- Нет, ты!

- Нет, ты!

Милиционер видит, что так они ни до чего не договорятся, хотел их взять с собой, но тут подскочил Некто, хромой и бойкий, и сказал, что он разберется.

Пришли в какое-то помещение.

Пессимист струсил, Оптимист - тоже: им не понравилось помещение.

- Посидите здесь пока, никуда не уходите, - сказал Некто, а сам ушел.

- Давай заключим пока мир, - предложил Пессимист.

- Давай, - согласился Оптимист.

- Что делать?

- Не знаю.

- Эх, ту бы волшебную веточку сюда! - вздохнул Пессимист.

- У меня есть один листочек от нее, - сказал Оптимист. - Когда старик дал мне веточку, я незаметно сорвал один.

- Давай его сюда, - взревел Пессимист.

- Ишь ты какой!

- Давай так: кого первого вызовут, тот возьмет с собой листок, - предложил Пессимист. - Нужно, чтобы нас там поняли. Без листочка не поймут. Давай?

- Давай, - согласился Оптимист. Он был великодушный малый.

Первого вызвали Пессимиста.

Оптимист незаметно сунул ему листок от волшебной веточки.

Едва только Пессимист ступил на порог кабинета, как в кабинете все помрачнело и Некто в один миг из доброго, расторопного превратился в какого-то свирепого Малюту Скуратова, нервного и внимательного.

- Говори, подонок, что случилось?! - рявкнул он. - Только не путай тут.

- Я высказывал свои взгляды на жизнь. Я убежден... Я утверждал...

- Короче!

- Я высказывал взгляды... Я утверждал...

- Короче!

- Я высказывал взгляды...

- Короче! Воруешь?

- Я бы попросил...

- Я тебе сейчас попрошу! - Некто встал, подошел к Пессимисту и начал его обыскивать. - Где нож?

- Нету.

- Где нож, я тебя спрашиваю?

- Нету.

Некто дал Пессимисту в челюсть.

- Где нож?

Пессимист заплакал.

- Я не ворую, я принадлежу к философской группе...

Некто внимательно посмотрел на Пессимиста, сел, приготовился писать.

- Чем занимается группа? В каком районе действует? Кто вожак? Отвечать быстро и точно.

- Я - мыслитель.

- В чем заключаются твои обязанности?

- Я думаю. Я как бы разрезаю действительность и вскрываю...

- Где нож?

- Я мысленно разрезаю!

Некто ткнул Пессимиста в живот.

- Где нож!

Пессимист опять заплакал.

- У меня нет ножа. Я головой разрезаю...

Некто стоит в недоумении.

- Ты не темни здесь! Ты меня путаешь!

- Честное слово! Я головой разрезаю, извилинами...

Некто сел, начал писать.

- Говори дальше. Все говори.

- Я считаю, что самый верный и быстрый способ познания жизни - это заставать ее врасплох, неожиданно... Это мой метод. Я бросаюсь на нее прыжкообразно и срываю всяческие покрывала...

Некто достал из ящика стола наган, положил рядом с собой.

- Дальше.

- Меня уже ничем не удивишь. В жизни действуют одни подлецы и мошенники. Хороших людей нет. Их выдумывают писатели, чтобы заработать хорошие деньги. Честных людей тоже нет. Все воруют, лгут и оскорбляют друг друга...

Некто встал, подошел к Пессимисту и... пожал ему руку

- Спасибо. Наконец-то я встретил настоящего человека. Извини, я принял тебя за вора. Говори дальше, я буду записывать каждое слово и вечерами читать.

- Самое мое любимое занятие - смотреть в чужие окна. И что же я там вижу?! Я вижу там одни свинцовые мерзости.

- Свинцовых мерзостей не бывает, - поправил Некто. - Бывают - пьяные. В нашем волшебном мире, например, много пьют.

- Кстати, что это за волшебный мир? Что вы там делаете? - поинтересовался Пессимист.

- Мы хотим жизнь превратить в сказку!

- Да?

- Да!

- Хотел бы я знать, как вы это болото превратите в сказку. Бульдозерами, что ли? Засыплете?

- Это не ваше собачье дело! - почему-то вдруг обозлился Некто. - Ваше дело...

Но тут Пессимист показал волшебный листик.

- Вы, забываетесь...

- Да, да... Извините, увлекся. Так на чем мы остановились?

- Что жизнь - болото.

- Болото. Кстати, вы не хотели бы пойти поучиться на волшебника?

- Зачем это? - удивился Пессимист.

- Видите ли, в той сказке, которую мы хотим создать, предполагаются... как бы это выразиться... представители темных сил, что ли.

- Баба Яга, Змей Горыныч?..

- Что-то вроде этого, только без той гадкой сущности, какую привыкли нести эти твари. Так вот, для подготовки этих персонажей...

- Нет, - твердо сказал Пессимист. - Я буду продолжать копаться в грязи, я буду выдумывать все новые и новые комбинации отчаяния и грусти. Я никогда не поверю ни в какое светлое будущее...

Некто перестал записывать.

- Я это не пишу. Дальше.

- Хорошо. Но я буду смеяться над теми, кто поверит в светлое будущее. Вот так: "Ка-ка-ка!"

- Прелесть! Умница! Оскар!

- Какой Оскар?

- Ну, тот... в тюрьме-то, в Рэдингской, забыл фамилию...

- Вы бросьте, слушайте! - прикрикнул опять Пессимист.

- Я уже заткнулся.

- Нам и так-то не сладко, а вы еще с намеками тут...

- Какие намеки? Бросьте вы тоже...

- Не надо. Не надо! Не надо!! - Пессимист стал нервничать и подергиваться. - Не надо!! А то я дам в лоб мраморной пепельницей...

- Довольно, - сказал Некто. - Спасибо. Я слушал ваши слова как музыку. Это что-то невероятное!.. Пишите книгу, молодой человек, пишите стихи, делайте что-нибудь, черт вас возьми, но не зарывайте ваш талант. Подождите в коридоре, мы потом еще поговорим.

Пессимист вышел из кабинета.

- Ну что? - спросил его Оптимист.

- Ажур. Мы поняли друг друга: я ему наговорил...

- Давай листик.

- На. Только не потеряй его. Смело гни свою линию: листик работает.

В кабинет вызвали Оптимиста. И едва только он вошел туда, как все вокруг посветлело. Некто преобразился. Это уже не Малюта Скуратов, и это не бойкий, нервный зам - это спокойный проницательный добряк, веселый и жизнерадостный.

- Садитесь, молодой человек, - вежливо предложил он. - Курите.

- Спасибо.

- Так что у вас там случилось?

- Я волнуюсь и не умею говорить, но я скажу. Я все скажу! - загорячился Оптимист.

- Скажите, скажите, - Некто добродушно улыбался.

- Я не только скажу, я просто не позволю, чтобы всякие нытики глумились над жизнью. Ведь жизнь - это... это как бы стометровка!

- Почему же стометровка! - возразил Некто. - Я бы сказал: жизнь - это рысистые испытания. Или лучше: бег с препятствиями. Препятствия, в смысле трудности, еще имеются, молодой человек. Незначительные, конечно, пустяковые, но имеются. Итак?..

- А меня лично жизнь зовет, и я устремляюсь. И я лично не понимаю, о каких трудностях вы говорите!..

- Ну, ну... я пошутил просто. Какой горячий молодой человек! Уж и пошутить нельзя!

- Нельзя! Нельзя так шутить, вы понимаете?!

- Ну, а если, скажем, молодой человек или девушка едут в необжитые районы, в Сибирь, должны же им сказать, что их там, кроме всего прочего, ждут и трудности?

- Ни в коем случае! - воскликнул Оптимист. - Мы делаем великую глупость, когда предупреждаем об этом. Вот потому-то и видишь иной раз: человек едет в необжитый район, а задумчив. Почему, спрашивается? О чем задумался? Что ты оставил здесь, что давало бы тебе основания задумываться? Квартиру с удобствами? Родных и друзей?.. А там тебя ждет палатка! Там тебя ждут бураны, медведи, волки!.. Спрашивается: что же лучше? Что лучше: удобная квартира или палатка с медведем?

- Я понимаю, что вы хотите сказать. Конечно, палатка с медведем лучше. Но ведь едут-то они туда строить дома с удобными квартирами. Это тоже нельзя забывать. Значит, медведь не вечен? - Некто поднял кверху палец, хитро прищурился.

- Медведь, к сожалению, не вечен, - согласился Оптимист. - Но это не должно нас смущать: кончатся трудности - мы их выдумаем!

- Это вы точно сказали. Это не в бровь, а в глаз.

- Я всегда говорю в глаз, хотя и не умею говорить и всегда волнуюсь. Да, так о чем мы? Ага, о юноше, который едет в необжитый район и сидит в вагоне задумчив.

- Нет, мы заговорили о медведе. И я хотел спросить вас в связи с этим: вот, скажем, вышли вы утром из палатки, а в десяти шагах стоит медведь. Бурый обыкновенный медведь средних размеров. Ваши действия?

Оптимист немного подумал.

- Песня! - воскликнул он. - Я запеваю бодрую песню и иду от палатки. Медведь слушает и идет за мной. Таким образом я увожу его от палатки, в которой спят мои товарищи, и они никогда не узнают, какая опасность подстерегала их в то утро. Я иду по тайге и пою. Медведь идет за мной. Я устаю идти, устаю петь, но я иду и пою. Потом я ползу и пою. Потом я перестаю ползти и петь. Медведь подходит ко мне, и я вижу в его звериных глазах восторг и удивление...

- Так, правильно. Еще один вопрос: вы идете с товарищем по тайге. Вы заблудились. У вас на исходе продукты. Вы все делите пополам и продолжаете идти...

- Стоп! - воскликнул Оптимист. - Во-первых, я не стану делить продукты пополам - я отдам товарищу все.

- Я знал, что вы так скажете. Поэтому еще один вопрос: а если ваш товарищ поступит точно так же?

- Тогда мы бросаем пищу и идем дальше.

- Правильно. Вас не поймаешь.

- Как-нибудь!

- Последний вопрос: вы выходите из тайги?

- Не-сом-нен-но!

- Вы готовы к трудностям, молодой человек!

- Потрогайте, - Оптимист дал потрогать свои бицепсы. Некто потрогал.

- Да, вы готовы к трудностям. В этом я еще и еще раз убеждаюсь.

- Я готов ко всяким трудностям.

- Значит, вы едете в Сибирь?

- Я повторяю: я готов ко всяким трудностям и лишениям, но у нас их нету. Палатка с медведем - это, сами понимаете, не трудность. Значит?..

Некто не догадывается, что - "значит".

Оптимист улыбнулся.

- Ну?.. Я готов к трудностям, но их нет, - значит?.. Логика, логика!

- Не могу догадаться, - Некто смутился.

Оптимист терпеливо объясняет:

- К трудностям я готов. Так? Но трудностей нет. Палатка, бураны и медведи не трудности. Значит?..

- Честное слово, не могу...

- Значит, я не еду в Сибирь! - громко и весело сказал Оптимист.

Оба искренне смеются.

- Браво, молодой человек! Двадцать копеек с меня. А в волшебники к нам не хотите пойти работать? У нас есть кое-какие трудности.

- Ваши трудности - это тоже не трудности, - сказал Оптимист. - Я их, кстати, не знаю и не хочу знать. Жизнь идет вперед. И как поезд идет мимо небольшого полустанка, не останавливаясь на нем, так жизнь грохочет мимо ваших, например, трудностей, не обращая на них внимания. Значит?..

Некто опять в затруднении.

Оптимист решил объяснить предметно.

- Вот полустанок - то есть ваши трудности, - положил на стол коробок спичек. - Так? Вот - жизнь... - хотел взять наган, но Некто смущенно убрал его. Оптимист взял протокол, свернул его в трубку. - Вот - жизнь, которая стремительно проносится мимо, - показал. - Теперь: я занимаюсь вашими трудностями... - ткнул в коробок пальцем. - А жизнь - смотрите! - грохочет мимо. Значит? Логика?..

- Не понимаю, - Некто опять в затруднении.

- Значит, я не иду к вам работать!

Опять весело рассмеялись.

- Ловко вы меня, - сказал Некто.

- Если я пойду к вам работать, значит, я останусь на полустанке, и жизнь будет грохотать мимо меня. Я же хочу все время устремляться вперед. И я устремляюсь.

- Стоп! Сейчас я угадаю вашу профессию, - сказал Некто.

- Не угадать.

- Угадаю!

- Ни за что!

Некто пристально посмотрел на Оптимиста.

- Летчик.

Оптимист покачал головой.

- Вы слишком буквально поняли устремление вперед. Летчик - это механическое устремление.

- Геолог!

- Геолог - это устремление вглубь, а не вперед.

- Преподаватель истории!

- Ну-у, это совсем не то. История - это...

- Нет, нет, зто действительно не то. Сейчас, сейчас...

Оптимист улыбается, ждет.

- Ну?..

- Сейчас, сейчас... Позт?

- Близко, но не то.

- Черт возьми! Сейчас, сейчас... Сутенер! То есть... Тьфу, черт... не то хотел сказать, извините, пожалуйста, - Некто покраснел.

- Ничего, - великодушно сказал Оптимист.

- Я хотел сказать - связист!

- Не то.

- Тогда не знаю. Пас.

- Вы взялись за непосильную задачу. Мою профессию определить невозможно.

- Почему?

- Потому что у меня нет никакой профессии.

Некто так и покатился.

- Ну ловко же вы меня!.. Ха-ха-ха!.. А что вы делаете?

- Ничего, в том-то и дело.

- Как?

- Так. Обычно лежу на диване или прохаживаюсь по улице.

- Но вы же сказали, что вы все время устремляетесь вперед!

- Да, я лежу и устремляюсь. Понимаете?

- Ну, лежу и одновременно устремляюсь вперед! Неужели вы себе не можете представить такого? Это после эйнштейновской-то теории?!

- Как-то трудно, знаете... Не могу, знаете, ощутить этого явления.

- Душой! Сердцем! Помыслами устремляюсь!

- А-а, вот теперь понял...

В этот момент окна кабинета сами собой распахнулись, ворвался с улицы вихрь, выхватил из рук Оптимиста волшебный листик и унес в окно.

- Так вы, значит, нигде не работаете? - строго спросил Некто. Он сделался пожилым, усталым.

- Нет.

- И не желаете работать?

- Работать - значит не устремляться вперед. Верно? Значит?..

- Попросите другого сюда, - распорядился Некто.

Но дверь сама открылась, и вошли Волшебный человек и Пессимист. Пессимист сразу зарычал на Оптимиста:

- Сороконожка!.. Где волшебный лист?! Сейчас я тебя буду бить...

Волшебный человек остановил его твердой рукой.

- Спокойно.

- Вы видели подонков, которые никуда не устремляются?! - вскричал Оптимист. - Вот один из них. Позвольте ваш наган, на минутку: я его кокну.

- Спокойно! - опять сказал Волшебный человек. - Сядьте. Лист у меня, больше вы его не получите.

- Но он же исказил картину жизни!

- Нет, это ты ее исказил!

- Спокойно! - еще раз сказал Волшебный человек. - А то я превращу вас в баранов, и мы с замом наделаем с вас шашлыков, - Волшебному человеку самому понравилась эта шутка, и он засмеялся: - Гы-гы-гы...

Пессимист и Оптимист не засмеялись.

Волшебный человек скрестил руки и долго ходил по кабинету. Он думал.

- Вы оба исказили картину жизни, - сказал он. - Вы оба ударились в крайность. А смысл в том, чтобы... - он опять погрузился в свои думы.

- В чем смысл? - спросил Оптимист. - А то я волнуюсь.

- Смысл в том, чтобы... Заманчивая идея, черт возьми! - Волшебный человек опять погрузился в думы.

- У вас туалет где? - негромко спросил его Оптимист.

- В коридор и налево. Побыстрей там, я сейчас буду изрекать смысл - нечто новое.

- Боитесь, что убегу? Принципиально не пойду. Я лучше здесь...

- В чем смысл? - нетерпеливо спросил Пессимист.

- Смысл в том, - торжественно заговорил Волшебный человек, - чтобы соединить обе эти точки зрения и в результате напряженного философского акта породить - третью! А? Заделаем?

- Как? - спросили все.

- Так. Я перевожу свои волшебные часы... Есть. Сватовство идет. Семейство Невесты такое, каким его видит наш Оптимист. Семейство Жениха - как видит Пессимист.

- Ура! - вскричали Пессимист и Оптимист. Взялись за руки и стали танцевать.

В этом мире - тру-ля-ля!

тру-ля-ля!

тру-ля-ля!

Жизнь не стоит ничего!

ничего!

ничего!

- Вперед, шалунишки! - скомандовал Волшебный человек. - Все идемте. Мы увидим сейчас нечто новое.

А в это время в доме Невесты творилось что-то невероятное.

Дед читал Непонятно кому свою книгу:

- ...Тут я взял винтовку и шарахнул его. Голубые мозга свистнули на парапет и ухлюпами долго содрогались. В этот момент она вышла из комнаты и подняла свою гадючью головку, стараясь произвести обратное впечатление. Я заклацал затвором, чувствуя, что меня всего обволакивает. "Получай!" - сказал я и ее тоже шарахнул. "Гук! Гук! Гук!" - разнеслось по всем комнатам.

- Сколько метров? - спросил Непонятно кто.

- Где?

- Квартира?

- Не знаю.

- А чего же пишешь? Тумбочки лучше делай.

В другом углу Жених учил Отца Невесты боксу. Обмотал кулак полотенцем и показывал приемы.

- Крюк! - кричал разгоряченный Жених. - Опп!

Отец Невесты отлетел к стенке.

Отец Жениха повел его опять к окну.

- Удар, а?..

- Отличный удар. Вот я помню, когда уезжал на Крайний Север...

- Погоди ты со своим Севером! Становись.

- Вы полегче его, - сказала Мать Невесты. - А то сотрясение будет.

- Какое сотрясение! - воскликнул Отец Невесты. - Надо - значит, надо!

- Он мне один раз как засветил, - вспомнил Отец Жениха, - я неделю на кварц ходил. Ну-ка, сынок, как ты мне тогда?.. Ну-ка, ему тоже так!

- Прямой правой? - спросил важный Жених.

- Я не видел. У меня тогда искры из глаз посыпались.

Все засмеялись.

- Как образно! - сказала Невеста. - "Искры посыпались..." Какой все-таки русский язык!..

- Это - правой в лоб, снизу, - вспомнил Жених. - Это делается так... Нагни голову!

Отец Невесты послушно нагнул голову.

- Есть.

- Ниже.

- Есть.

- Следите за моей правой ногой... Вот что она делает... Удар пойдет оттуда.

Все замерли и следили за правой ногой Жениха. Он прыгал.

- Опп! - сказал Жених, и Отец Невесты полетел в угол.

- Все, нокаут, - сказал Жених.

Действительно, Отец Невесты не поднимался. Его стали приводить в чувство.

- Ты увлекся, Андж, - сказала Невеста.

- Если бы я увлекся, здесь бы давно уже никого не было. Мы один раз пошли с дружком к одним знакомым... А дружок с женой был. А там один фраер был. Ну, мы их застукали в туалете. Вот там я увлекся! Начали фраера в унитаз толкать, он не лезет...

- Принципиально не лезет или просто не может? - спросила Мать Невесты.

- Не хочет!

- А вы?

- Мы сняли с него костюм и пустили в одной шляпе. Он в два часа ночи голый когти рвал.

- Это же неэтично, Андж.

- Э? - спросил Жених.

- Неэтично...

- Зато - голый! И скорость приличная.

- Я понимаю твое увлечение скоростью, Андж, но согласись: голый человек в два часа ночи... Ты можешь возразить: а как же Высокое Возрождение?..

- Они не успели, - сказал Жених.

- То есть?

- Мы пришли раньше.

- Я говорю о Возрождении.

- Я тоже. Они не успели. Мы пришли раньше.

- При чем тут вы?

Жених посмотрел на Невесту как на дуру. Показал пальцем на лоб.

- У тебя что, замкнуло?

- Андж!!!

В это время в комнату вошли Волшебный человек, Оптимист, Пессимист и Некто. На них никто не обратил внимания. Дед и Непонятно кто о чем-то спорили в своем углу. Невеста тоже что-то горячо доказывала. Жених возражал. Мать Жениха и Отец Жениха тоже заспорили с Матерью Невесты и Отцом Невесты.

- Он меня хотел изуродовать! - кричал Отец Невесты. - Это членовредительство!

- Членовредительство бывает не такое! - возражал Отец Жениха. - Он куда тебя шарахнул? По башке?..

- Я бы попросила!.. - тоже горячо заговорила Мать Невесты. - Я бы попросила выбирать выражения!

- Да?! - спросила Мать Жениха. - А мне кажется, что тут кое-кому надо закрыть поддувало! А то - сквозняк!

Отец Жениха взял Отца Невесты за грудки.

- А я тебе говорю: голова - это что?

- А что же это такое, по-вашему?

- Голова-то?

- Ну.

- Голова - это орган. А членовредительство - это... Пойдем к двери, я тебе покажу членовредительство!

- Не пойду!

- Пойдешь!..

Страсти разгорались.

Все говорили сразу, ничего нельзя было разобрать.

И в этот момент раздался громкий протяжный возглас:

- Полундра!.. - это Дед вскочил с места и забегал по комнате. - Где моя сабля?! Я его сейчас развалю на две половинки! У меня еще полно пороха в пороховницах!..

Непонятно кто бегал за Дедом и повторял:

- Сундук! Сундук!

- Атас! - вскричал Жених и стал снимать пиджак.

Отец Жениха тащил Отца Невесты к двери.

- Иде-ем! Счас узнаешь, что такое членовредительство! Счас я тебе объясню...

- Полундра-а! - кричал Дед.

Тут не выдержал Волшебный человек и решил вмешаться.

- В чем дело, дедушка? Почему вы так раздухарились?

- Он на меня говорит: "Сундук"!

- Слушай, - обратился Волшебный человек к Непонятно кому. - Почему ты на него говоришь "Сундук"?

- Потому что он не хочет делать тумбочки, - сурово сказал Непонятно кто.

- Я пишу книгу!

- Он пишет книгу...

Тут подошел Пессимист и засмеялся "под Мефистофеля":

- Ка-ка-ка!

- Что, что тут смешного? - встрял Оптимист. - Продолжайте, дедушка, писать, не слушайте разных хлюпиков.

- В том-то и дело! Поэтому-то я и хочу развалить его на две половинки!

Тут к ним подошли Отец Жениха и Отец Невесты.

- У нас спор, - сказал Отец Невесты. - Что такое голова?

- Голова? - удивился Волшебный человек. - Голова - это... - он подумал, это чердак. Я выражаюсь образно. Вот дедушка меня поймет.

- Я в своей книге "Руки вверх, неприятели!" называю голову - кумпол.

- А вот у нас тоже был случай, - подошел Жених. - Идем мы раз с другом к нашей общей знакомой, к нам подходят двое. Я как дал одному...

- В каком районе? - спросил его Некто.

- Запутать хочешь, да? - насторожился Жених. - Не на того нарвался.

- При чем тут сразу - "запутать"! - вмешался Волшебный человек. - Он просто поинтересовался...

- А ты закрой поддувало и не вякай. Я не с тобой разговариваю.

- Сынок, дай им всем снизу вверх под сорок пять градусов, - посоветовал Отец Жениху.

- Что-то я не вижу тут ничего нового, - сказал Пессимист.

Волшебный человек нахмурился.

- Молодой человек, разве можно так выражаться?

- Они вообще расхамились тут, - сказал Отец Невесты. - Дочка, дай ружье.

- Руки! - закричал Дед.

- Кто сказал - "руки"? - озверел Жених. - Кто? Вот этот нафталин? Внимание, сейчас будет - правой снизу в челюсть! Следите за ногами. - Он запрыгал перед Дедом.

- Сейчас он его изуродует, - радостно сказал Отец Жениха.

Все остановились возле Жениха и Деда и ждали.

- Следите за ногами, - предупредил Жених, - удар начнется оттуда.

Дед растерянно ждет.

- Он же убьет его! - сказала Мать Невесты.

- Не убьет, у нас бокс любительский, - заметил Оптимист. - Но челюсть может вылететь.

- Сынок, - заговорила Мать Жениха, - лучше левой в печень, чтобы он сразу загнулся.

- Правильно, - согласился Непонятно кто, - метраж будет свободнее. Все равно он не хочет тумбочки делать.

- Нет, лучше по голове...

- По голове не надо, - предупредил Дед. - Я не допишу книгу.

- Следите за ногами! - опять крикнул Жених.

- Сейчас он его...

- Дедушка, сколько вам было лет? - спросил Оптимист. - Я завтра статью о вас буду писать.

- Семьдесят восемь.

- Кошмар! Давно надо было...

- Что давно?

- Давно надо было полное собрание написать. На чем вы остановились в вашей книге?

- Как я попал в плен и измордовал неприятельского генерала.

Жених перестал прыгать. Все тоже удивились.

- В плену?

- Конечно. Он у меня двое суток пятый угол искал. Причем, что удивительно: он мне нарисовал карту земного шара и говорит: "Все, я больше ничего не знаю". Но этот номер ему не прошел...

- Следите за моими ногами! - вскричал опять Жених.

- В печень, сынок! В печень!

- Дочка, дай ружье!

- Держись, дедушка!

Все кричат, ничего не разобрать.

Дед громко запел:

А я еду, а я еду за туманами,

За туманом и за запахом тайги!

- Слушайте, прекратите это! - потребовал Некто у Волшебного человека. Тут ничего невиданного нет.

Волшебный человек посмотрел на руку... - часов нет.

- Кто свистнул мои волшебные часы?!

- Следите за ногами!.. - орал Жених.

- В печень, сынок! В печень!

- Снизу вверх под сорок пять! Снизу вверх под сорок пять!

- Гоп со смыком - это буду я! Ха-ха!..

- Папаша, стреляй! Огонь, папа!

- Кто свистнул часы?!

А я еду, а я еду за туманами,

За туманом и за запахом тайги!

- Кто взял часы? Какая сволочь?

В этом мире - тру-ля-ля!

тру-ля-ля!

тру-ля-ля!

Жизнь не стоит ничего!

ничего!

ничего!

пели Оптимист и Пессимист.

- Огонь, папа!

Некто и Волшебный человек пытаются навести порядок, но не могут. Пошли в ход подушки, стулья.

- Снизу вверх под сорок пять!

В это время вошел Сосед.

Взял за воротник Волшебного человека, подвел к двери и дал ему пинка под зад.

Потом взял Пессимиста и выпроводил его таким же образом. И Оптимиста также. И Некто пошел следом.

Все замолчали. И смотрят друг на друга с недоумением.

- Теперь давайте так, как это бывает на самом деле, - с точки зрения нормальных людей.

* * *

- Проходите, товарищи, - сказал Отец Невесты, - садитесь, пожалуйста. Чем обязаны?

Гости (семейство Жениха) расселись, где кому удобно.

- Дело такое, - заговорил Отец Жениха, - пришли мы, как говорится, по весьма щекотливому делу: сватать вашу дочь. И решили целым семейством сразу: заодно и познакомимся. Не возражаете?

- Да ведь тут... как тут возразишь? - Отец Невесты засмеялся (нормально). - Кое-кто тут, надо полагать, раньше знаком. Что ж... просим к столу Мы, правда, не готовились, но как-нибудь выйдем из положения.

- Прошу дорогие гости, прошу, - сказала Мать Невесты.

- Э-э! - воскликнул Дед. - Так я еще и на свадьбе погуляю.

Все засмеялись и стали садиться за стол.