/ Language: Русский / Genre:prose_rus_classic,

Ваня Ты Как Здесь

Василий Шукшин


Шукшин Василий

Ваня, ты как здесь

Василий Шукшин

ВАНЯ, ТЫ КАК ЗДЕСЬ?!

У Проньки Лагутина в городе Н-ске училась сестра. Раз в месяц Пронька ездил к ней, отвозил харчи и платил за квартиру. Любил поболтать с девушками-студентками, подругами сестры, покупал им пару бутылок красного вина и учил:

- Вы, главное, тут... смотрите. Тут народ разный. Если он к тебе; "Вы, мол, мне глянетесь, то-се, разрешите вас под ручку", - вы его по руке: "Не лезь! Мне, мол, сперва выучиться надо, и потом уж разные там дела. У меня, мол, пока одна учеба на уме".

В один из таких приездов Пронька, проводив утром девушек в институт, решил побродить до поезда по городу. Поезд уходил вечером.

Походил, поглазел, попил воды из автоматов... И присел отдохнуть на скамейку в парке. Только присел, слышит:

- Молодой человек, простите, пожалуйста. - Подошла красивая молодая женщина с портфелем. - Разрешите, я займу минутку вашего времени?

- Зачем? - спросил Пронька.

Женщина присела на скамейку.

- Мы в этом городе находимся в киноэкспедиции...

- Кино фотографируете?

- Да. И нам для эпизода нужен человек. Вот такого... вашего типа.

- А какой у меня тип?

- Ну... простой... Понимаете, нам нужен простой сельский парень, который в первый раз приезжает в город.

- Так, понимаю.

- Вы где работаете?

- Я приезжий, к сестре приезжал...

- А когда уезжаете?

- Сегодня.

- Мм... тогда, к сожалению, ничего не выйдет. А у себя... в селе, да?..

- Но.

- У себя в селе где работаете?

- Трактористом.

- Нам нужно, чтоб вы по крайней мере неделю побыли здесь. Это нельзя?

- Трудно. Сейчас самое такое время.

- Понимаю. Жаль. Извините, пожалуйста. - Женщина пошла было, но вернулась. - А знаете, у вас есть сейчас минут двадцать времени?

- Есть.

- Я хочу показать вас режиссеру... для... как вам попроще: чтобы убедиться, в том ли мы направлении ищем? Вы не возражаете? Это рядом, в гостинице.

- Пошли.

По дороге Пронька узнал, как будет называться кино, какие знаменитые артисты будут играть, сколько им платят...

- А этот тип зачем приезжает в город?

- Ну, знаете, искать свою судьбу. Это, знаете, из тех, которые за длинным рублем гоняются.

- Интересно, - сказал Пронька. - Между прочим, мне бы сейчас длинный рубль не помешал: домишко к осени хочу перебрать. Жениться надо, а в избе тесно. Пойдут ребятишки - повернуться негде будет. У вас всем хорошо платят?

Женщина засмеялась.

- Вы несколько рановато об этом. А вы могли бы с неделю пожить здесь?

- Неделю, думаю, мог бы. Я дам телеграмму, что...

- Нет, пока ничего не нужно. Ведь вы можете еще не подойти...

- Вы же сказали, что я как раз тот самый тип!

- Это решает режиссер.

Режиссер, худощавый мужчина лет за пятьдесят, с живыми умными глазами, очень приветливо встретил Проньку. Пристально, быстро оглядел его, усадил в кресло.

Милая женщина коротко рассказала, что сама узнала от Проньки.

- Добре, - молвил режиссер. - Если дело пойдет, мы все уладим. А теперь оставьте нас, пожалуйста, мы попробуем... поиграть немного.

Женщина вышла.

- Как вас зовут, я забыл?

- Прокопий. - Пронька встал.

- Сидите, сидите. Я тоже сяду. - Режиссер сел напротив. Весело смотрел на Проньку. - Тракторист?

- Ага.

- Любите кино?

- Ничего. Редко, правда, бывать приходится.

- Что так?

- Да ведь... летом почесть все время в бригаде, а зимой на кубы уезжаем...

- Что это такое?

- На лесозаготовки. Женатые-то дома, на ремонте, а холостежь вроде меня - на кубы.

- Так, так... Вот такое дело, Прокопий. Есть у нас в фильме эпизод: в город из деревни приезжает парень. Приезжает в поисках лучшей судьбы. Находит знакомых. А знакомство такое... шапочное: городская семья выезжала летом отдохнуть в деревню, жила в его доме. Это понятно?

- Понятно.

- Отлично. Дальше: городская семья недовольна приездом парня лишняя волокита, неудобства... и так далее. Парень неглупый, догадывается об этом и вообще начинает понимать, что городская судьба - дело нелегкое. Это его, так сказать, первые шаги. Ясно?

- А как же так: сами жили - ничего, а как к ним приехали - не ндравится.

- Ну... бывает. Кстати, они не так уж и показывают, что недовольны его приездом. Тут все сложнее. - Режиссер помолчал, глядя на Проньку. - Это непонятно?

- Понятно. Темнят.

- Темнят, да. Попробуем?.. Слова па ходу придумаем. А?

- А как?

- Входите в дверь - перед вами буду не я, а те ваши городские знакомые, хозяин. Дальше - посмотрим. Ведите себя, как бог на душу положит. Помните только, что вы не Прокопий, Пронька, а тот самый деревенский парень. Назовем его - Иван. Давайте!

Пронька вышел из номера... и вошел снова.

- Здравствуйте.

- Надо постучаться, - поправил режиссер. - Еще раз.

Пронька вышел и постучал в дверь.

- Да!

Пронька вошел. Остановился у порога. Долго молчали, глядя друг на друга.

- А где "здравствуйте"?

- Я же здоровался.

- Мы же снова начали.

- Снова, да?

Пронька вышел и постучался.

- Да!

- Здравствуйте!

- О, Иван! Входите, входите, - "обрадовался" режиссер. Проходите же! Каким ветром?

Пронька заулыбался:

- Привет! - Подошел, обнял режиссера, похлопал его по спине. Как житуха?

- А чего ты радуешься? - спросил режиссер.

- Тебя увидел... Ты же тоже обрадовался.

- Да, но разве ты не чувствуешь, что я притворно обрадовался? Дошло?

- А чего тебе притворяться-то? Я еще не сказал, что буду жить у вас. Может, я только на часок.

Режиссер наморщил лоб, внимательно посмотрел в глаза Проньке.

- Пожалуй, - сказал он. Давай еще раз. Я поторопился, верно.

Пронька опять вышел и постучался. Все повторилось.

- Ну, как житуха? - спросил Пронька, улыбаясь.

- Да так себе... А ты что, по делам в город?

- Нет, совсем.

- Как совсем?

- Хочу артистом стать. Режиссер захохотал. Пронька выбился из игры.

- Опять снова?

- Нет, продолжай. Только - серьезно. Не артистом, а... ну, в общем работать на трикотажную фабрику. Так ты, значит, совсем в город?

- Ага.

- Ну и как?

- Что?

- А где жить будешь?

- У тебя. Вы же у меня жили, теперь я у вас поживу. Режиссер в раздумье походил по номеру.

- Что-то не выходит у нас... Сразу быка за рога взяли, так не годится, - сказал он. - Тоньше надо. Хитрее. Давай оба притворяться: я недоволен, что ты приехал, но как будто обрадован; ты заметил, что недоволен, но не показываешь виду - тоже радуешься. Попробуем?

- Попробуем. Мне глянется такая работа, честное слово. Если меня увидят в кино в нашей деревне, это будет огромный удар по клубу, его просто разнесут по бревнышку.

- Почему разнесут?

- От удивления. Меня же на руках вынесут!..

- М-да... Ну, давайте пробовать. А то как бы меня потом тоже не вынесли из одного дома. От удивления.

Пронька вышел в коридор, постучался, вошел, поздоровался. Все это проделал уверенно, с удовольствием.

- Ваня! Ты как здесь?!-воскликнул режиссер.

- А тебя как зовут?

- Ну, допустим... Николай Петрович.

- Давай снова, - скомандовал Пронька. - Говори:

"Ваня, ты как здесь?!"

- Ваня, ты как здесь?!

- Нет, ты вот так хлопни себя руками и скажи: "Ваня, ты как здесь?!" - Пронька показал, как надо сделать. - Вот так.

Режиссер потрогал в раздумье подбородок и согласился.

- Хорошо. Ваня, ты как здесь?! - хлопнул руками. Пронька сиял.

- Здорово, Петрович! Как житуха?

- Стоп! Я не вижу, что ты догадываешься о моем настоящем чувстве. Я же недоволен! Хотя... Ну хорошо. Пойдем дальше. Ты все-таки следи за мной внимательней. Ваня, ты как здесь?!

- Хочу перебраться к город.

- Совсем?

- Ага. Хочу попробовать на фабрику устроиться...

- А жить где будешь? - сполз с "радостного" тона Николай Петрович.

- У тебя. - Проньку не покидала радость. - Телевизор будем вместе смотреть.

- Да, но у меня тесновато, Иван...

- Проживем! В тесноте - не в обиде.

- Но я же уже недоволен, Иван... то есть, Проня! - вышел из терпения режиссер. - Разве не видишь? Я уже мрачнее тучи, а ты все улыбаешься.

- Ну и хрен с тобой, что ты недоволен. Ничего не случится, если я поживу у тебя с полмесяца. Устроюсь на работу, переберусь в общагу.

- Но тогда надо другой фильм делать! Понимаешь?

- Давай другой делать. Вот я приезжаю, так?..

- Ты родом откуда? - перебил режиссер.

- Из Колунды.

- А хотел бы действительно в городе остаться?

- Черт ее... - Иван помолчал. - Не думал про это. Вообще-то нет. Мне у нас больше глянется. Не подхожу я к этому парню-то?

- Как тебе сказать... - Режиссеру не хотелось огорчать Проньку. У нас другой парень написан. Вот есть сценарий... - Он хотел взять со стола сценарий, шагнул уже, но вдруг повернулся: - А как бы ты сделал? Ну, вот приехал ты в город...

- Да нет, если уж написано, то зачем же? Вы же не будете из-за меня переписывать.

- Ну, а если бы?

- Что?

- Приехал ты к знакомым...

- Ну, приехал... "Здрасте!" - "Здрасте!" - "Вот и я пожаловал", "Зачем?" - "Хочу на фабрику устроиться..."

- Ну?

- Все.

- А они недовольны, что тебе придется некоторое время у них жить.

- А что тут такого, я никак не пойму? Ну, пожил бы пару недель...

- Нет, вот они такие люди, что недовольны. Прямо не говорят, а недовольны, видно. Как тут быть?

- Я бы спросил: "Вам што, не глянется, што я пока поживу у вас?"

- А они: "Да нет, Иван, что ты! Пожалуйста, располагайся!" А сами недовольны, ты это прекрасно понимаешь. Как быть?

- Не знаю. А как там написано? - Пронька кивнул на сценарий.

- Да тут... иначе. Ну, а притвориться бы ты смог? Ну-ка давай попробуем? Они плохие люди, черт с ними, но тебе действительно негде жить. Не ехать же обратно в деревню. Давай с самого начала. Помни только... Зазвонил телефон. Режиссер взял трубку.

- Ну... ну... Да почему?! Я же говорил!.. Я показывал, какие! А, черт!.. Сейчас спущусь. Иду. Проня, подожди пять минут. Там у нас путаница вышла...

- Не слушаются? - поинтересовался Пронька.

- Кого? Меня?

- Но.

Режиссер засмеялся.

- Да нет, ничего... Я скоро. - Режиссер вышел.. Пронька закурил.

Вбежала красивая женщина с портфелем. На ходу спросила:

- Ну, как у вас?

- Никак.

- Что?

- Не выходит. Там другой написан.

- Режиссер просил подождать?

- Ага.

- Значит, подождите. - Женщина порылась в стопке сценариев, взяла один... - Может, вам сценарий пока дать почитать? Почитайте пока. Вот тут закладочка - ваш эпизод.

Она сунула Проньке сценарий, а само с другим убежала. И никакого у нес интересы к Проньке больше не было. И вообще Проньке стило почему-то тоскливо. Представилось, как приедет завтра утром к станции битком набитый поезд, как побегут все через площадь - занимать места в автобусах... А его не будет там, и он не заорет весело на бегу: "Давай бабка, кочегарь, а то на буфере поедешь!" И не мелькнут потом среди деревьев первые избы его деревни. Не пахнет кизячным дымом... Не встретит мать на пороге привычным: "Приехал. Как она там?" И не ответит он, как привык отвечать: "Все в порядке". - "Ну, слава богу".

Он положил сценарий на стол, взял толстый цветной карандаш и на чистом листке бумаги крупно написал:

"Не выйдет у нас.

Прокопий Лагутин".

И ушел.