/ / Language: Русский / Genre:fantasy_fight, sf_space / Series: Бальтазар

Бальтазар. Специалист по магической безопасности

Алексей Пряжников

Давайте знакомиться. Меня зовут Бальтазар, мне две тысячи двадцать восемь лет, я специалист по вопросам безопасности. Живу на космической станции «Черная радуга». Вместе со мной живет демонесса по имени Александра, которая когда-то была придворной колдуньей у самого Македонского. А еще я – маг. Ну, точнее, ученик мага, потому как свое обучение у наставника я не закончил по причине смерти последнего. Или исчезновения. Или чего еще (можете поискать в Сети про Мерлина, там про него много чего написано). До недавнего времени я весьма неплохо жил, продавал небольшие артефакты под видом плодов новейших разработок, пока однажды не получил крупный заказ, перевернувший все с ног на голову и пошатнувший все мои надежды на спокойную жизнь.

Литагент «Альфа-книга»c8ed49d1-8e0b-102d-9ca8-0899e9c51d44 Бальтазар. Специалист по магической безопасности: Фантастический роман Альфа-книга Москва 2013 978-5-9922-1451-2

Алексей Пряжников

Бальтазар. Специалист по магической безопасности

Автор благодарит О. Москаленко и В. Воропаева, без участия которых эта книга, скорее всего, никогда не была бы написана

Вместо пролога

Внутренняя дверь мусоросборного отсека Западного кольца станции нехотя, со скрежетом, распахнулась, будто кто-то с силой открывал створки изнутри. Уборщик Джозеф Патрикиас, за глаза называемый коллегами Навозным Жуком за неисправимую страсть к копанию в космическом мусоре, широко распахнул глаза и озадаченно посмотрел на вылезшего из отсека молодого человека в странной одежде. Человек был мокрым с головы до ног.

В первую секунду Навозный Жук даже решил, что ему спьяну показалось, – они с ребятами хорошо поддали в честь дня рождения начальника сектора.

– Да что это за донжон такой? – спросил сердитый голос по-валлийски. Жук навострил уши – наушник коммуникатора с трудом, но все-таки успешно переводил непонятные слова на нормальный английский язык. – И почему я весь мокрый?

Мокрый человек прислушался, словно разговаривал с кем-то по комму.

– Сам вижу, – ответил он. – Да отстань ты.

Навозный Жук перехватил поудобнее гаечный ключ, с которым не расставался даже в туалете, направил его на чужака и крикнул:

– Эй! Ты кто?

Человек с интересом посмотрел на него.

– Брит? Сакс? – спросил он.

– Сакс? Что? Да сам ты сакс, – возмутился Жук, замахиваясь своим импровизированным оружием на чужака. Тот прищурился и сделал какое-то короткое движение рукой.

В следующий момент маленький огненный шарик поглотил руку уборщика, расплавив гаечный ключ в неаккуратную лужицу. Рука, впрочем, осталась невредимой.

Жук оторопело смотрел на крохотный огрызок, оставшийся от его оружия. Затем медленно перевел взгляд на чужака. В его пьяных глазах плескались обида и злость.

– Ах ты, сволочь! – заорал он, с голыми руками бросаясь на обидчика.

Тот устало вздохнул, тряхнул кистями рук, и внезапный поток огня не оставил от Джозефа даже горстки пепла.

– Да вижу, что не норманн, – буркнул чужак, вновь отвечая кому-то. – И куда это нас занесло?

Глава 1

– Так, а ну оторвал задницу от кровати и ответил на звонок!

– М-мф-ф, – блеснул я интеллектом, за что тут же был наказан маленьким, но ощутимым разрядом в так и не оторванную от кровати область тела.

– Мма-а-а-а-ать твою! – Я дернулся и со всем присущим мешку картошки изяществом грохнулся с кровати на пол. – Как же я ненавижу утро.

Продрав глаза, я уставился на страшного изверга, садиста, сволочь и настоящего демона – маленькую девочку по имени Александра в ярко-салатовой детской пижамке. Когда я говорю «демона», именно это я и имею в виду. Остальные эпитеты – дань ее характеру.

– Бездельник! – обличила меня девочка.

– А? Че? – Поистине я сегодня просто кладезь интеллектуальности.

– Коммуникатор! – уже прям-таки прорычала она.

И действительно, придавленный писк сигнала вызова коммуникатора раздавался откуда-то из-под груды одежды. Я, пошатываясь, подошел к куче тряпья и нагнулся, чтобы раскидать ее в разные стороны. Виски пронзила страшная боль, и я уселся на пол, обхватив голову руками.

– Алка-аш… – прошипела Александра.

– Че вчера было-то? – простонал я.

– Ты с заказчиком отмечал сдачу работы. Давай выкапывай комм.

Не рискнув даже кивнуть в ответ, я принялся расшвыривать вещи в разные стороны в поисках треклятого коммуникатора. Нащупав под мятыми брюками адскую машинку, я извлек ее на свет божий и крепко зажмурился – пронзительный визг сигнала вызвал новый приступ головной боли. С третьей попытки угадав кнопку вызова, я поднес комм к уху.

– Компания «Безопасные системы безопасности» слушает.

Хриплое карканье, раздавшееся из моей глотки, было оценено по достоинству. Я прямо чувствовал, как на том конце линии лихорадочно размышляют, а не бросить ли трубку от греха подальше. «Скажите спасибо, что запах перегара не слышите», – подумал я про себя.

– Это… Гм… Добрый день. – Голос женский, приятный, с хрипотцой, но чем-то или напуганный, или…

– Утро, – мрачно поправил я. Утро я не спутаю ни с каким другим временем суток. Никогда и ни за что.

– Что?

– Доброе утро.

– А… ну да. – Мой собеседник замолчал.

Я тоже хранил молчание.

– Чем могу помочь? – процедил я сквозь зубы минуты через две.

– Мм, это точно компания «Безопасные системы безопасности»?

– Вчера была, но сейчас я подумываю сменить род деятельности.

– Мне необходима консультация.

– Чудесно, – еще более мрачно процедил я. – Подходите завтра в мой офис, обсудим вашу проблему.

– Э-э… а можно сегодня? Это срочно… немного… но… если вы заняты… – Женский голос залепетал что-то практически неразборчивое, но та-аким умоляющим тоном! Проклятье! Я просто не мог сопротивляться.

– Хорошо, жду вас в моем офисе в три часа ночного цикла, – чуть более мягко сказал я. – Двенадцатый ярус Западного кольца, офис сто семнадцатый.

– Прекрасно! Я обязательно буду! До свидания! – Резко изменившийся тон голоса тонко намекал на то, что меня тупо развели.

Я отключил комм.

– Ага, до встречи, – буркнул я, с ненавистью глядя на коммуникатор. Затем поднялся с пола и оглядел кавардак и ехидно ухмыляющуюся девочку.

– Лекса, что тут произошло вчера? – Ох, лучше бы я промолчал.

В течение двадцати следующих минут я выслушивал страстную лекцию о вреде пьянства и праздности. Вы когда-нибудь пробовали слушать нотацию от рассерженного демона в течение двадцати минут подряд? Уши начали сворачиваться уже через десять. Зато выучил пару новых ругательств на валлийском.

– Закончила? – поинтересовался я, умудрившись встрять в крохотную паузу между предложениями.

Она поперхнулась следующей фразой, возмущенно выдохнула и отвернулась. Теперь, пока будет дуться следующие минут пятнадцать, можно привести себя в порядок.

Я умылся, выглянул в соседнюю комнату, служившую офисом, и убедился, что там царит идеальный порядок. Впрочем, идеальность порядка в офисе обеспечивалась наличием двух жилых комнат, которые всегда выглядели так, будто в них только-только прошел торнадо, цунами и маленькое землетрясение.

Кое-как приведя себя в порядок, заглянул в ежедневник на коммуникаторе и увидел там только одну запись, на три часа, добавленную автоматически в расписание умным аппаратиком. Вообще, надо сказать, за последнюю тысячу лет человечество добилось большого успеха в отлынивании от ручной работы. Впрочем, меня это устраивало.

– Бальтазар! – В комнату впорхнула Лекса, уже оттаявшая от недавней страшной обиды.

Ах да.

Давайте познакомимся. Меня зовут Бальтазар, мне две тысячи двадцать восемь лет, я специалист по вопросам безопасности. Живу на космической станции «Черная радуга» в шикарном – по меркам станции – трехкомнатном отсеке, который служит мне офисом и домом одновременно. Со мной живет демон по имени Александра, которая когда-то была придворной колдуньей у самого Македонского, но в одном из экспериментов что-то пошло не так. О подробностях она категорически умалчивает. Официально она – мой фамильяр, однако реальные наши взаимоотношения трудно описать этим термином.

А еще я – маг.

Ну, точнее, ученик мага, потому как свое обучение у наставника я не закончил по причине смерти последнего. Или исчезновения. Или чего еще. Можете поискать в Сети про Мерлина, там про него много чего написано.

К сожалению, из двух тысяч двадцати восьми своих лет ровно две тысячи я пробыл заточенным в глыбу льда, болтаясь в околоземном пространстве, что и позволило мне попасть в будущее из средневековой Англии. Я пока не знаю определенно, как я очутился в ледяной тюрьме, и еще не могу точно сказать, что произошло с моим учителем. Зато при знакомстве честно признаюсь, что мне нет еще и тридцати. Хотя, безусловно, преимущество сомнительное.

Станция «Черная радуга», на которой я живу, – это огромное искусственное кольцо вокруг Луны, построенное после Объединения (да-да, именно так, с заглавной буквы: считается, что Объединение положило начало космической экспансии человечества) множества разрозненных государств Земли в единое планетарное государство. С поверхности Луны, колонизированной примерно за пятьдесят лет до Объединения, станция выглядит как огромная черная радуга, поэтому кто-то из «светлых» умов, не мудрствуя лукаво, так ее и назвал.

«Черная радуга» изначально планировалась как космопорт, однако сейчас она представляет собой дипломатический, культурный и торговый центр СНС, Содружества Независимых Систем, в которое входят Земля, Каф, Новый Иерусалим, Джунго и Пангея. Строго говоря, это планеты, а не системы, но мне показалось, что это мало кого волнует. Эти пять объединены торговыми и военными договорами. Кроме СНС, в Млечном Пути есть еще три силы, с которыми так или иначе приходится считаться: Конфедерация, Великая Империя и Внешняя Дуга. Я был просто поражен, когда узнал, что за две тысячи лет человечество расползлось по всей Галактике.

Жить на станции невообразимо дорого, поэтому приходится работать. А еще пришлось очень много учиться. За последнюю тысячу лет человечество придумало много разной новой ерунды. И продолжает придумывать до сих пор. Александра все время ругается – мол, если бы я то время, которое трачу на изучение технологических новинок, потратил на изучение стихийной магии, был бы уже как минимум магистром. Но, в отличие от бесполезной магии стихий, технологии являются прямым источником моих доходов.

А занимаюсь я в основном изготовлением и установкой систем безопасности. Дорогих и… скажем так, особенных. Как минимум потому, что они безотказны, не требуют электроэнергии, способны существовать практически в любых условиях окружающей среды и так далее, и тому подобное. Если сказать проще, то я под видом голографических камер, жучков и прочих современных гаджетов продаю собственноручно созданные артефакты, почти не выходящие за рамки возможностей рыночных устройств от известнейших производителей. Почти.

И этот маленький бизнес позволяет мне держаться на плаву, потреблять пиво в неограниченных количествах и всячески предаваться разгильдяйству и ничегонеделанию, что очень злит моего личного демона. Хотя это самое разгильдяйство существует только в ее воображении, потому как вообще ничего не делать у меня как-то не получается. К тому же Лекса не оставляет попыток сделать из меня боевого мага, но я отбрыкиваюсь и отнекиваюсь – для самозащиты мне хватит и того, что я уже знаю, а свои силы я предпочитаю расходовать на изучение артефакторства и каталогов новинок рынка технологий безопасности.

– Бальтаза-а-ар! – вновь протянула Лекса. – Заснул ты, что ли?

– Подожди. – Я сосредоточился, невзирая на тошноту, и все же смог сделать правильный жест для заклинания энергетической чистки организма. Все-таки есть свои недостатки в магии жестов: контроль должен быть абсолютным, а жест – точным и выверенным, иначе попросту ничего не получится. Другими словами – в пьяном состоянии не особенно и поколдуешь…

Как только боль отпустила, я расслабленно уселся в любимое кресло перед терминалом, заранее решив, что никуда отсюда не двинусь, чего бы там ни захотела взбалмошная демонесса.

– А ты помнишь, что ты мне обещал, Бальтазар? – вкрадчиво спросила Лекса.

Твою ж мать. Терпеть не могу таких вот вопросов. Учитывая предприимчивость и болтливость Александры, я ей обещаю что-нибудь по тридцать раз на дню, а затем, разумеется, благополучно забываю. И что прикажете теперь отвечать? «Забыл»? – это обида на весь день. «Помню» – явная ложь. Женщины…

Впрочем, по-видимому, у Александры было хорошее настроение, потому как она напомнила сама:

– Сегодня прилетает торговый корабль из системы Каф! – Я застонал, вспоминая.

– Лекса, мы же это уже обсуждали, ты не имеешь физического тела. На кой черт тебе сдалась косметика?

Демонесса насупилась:

– Посмотреть хочу!

– Но смысл?

– Ты обещал!

Убийственный аргумент.

– Ну хорошо, хорошо. – Поморщившись, я заблокировал терминал и поднялся с кресла. Александра восторженно взвизгнула, и ее тошнотворно-салатовая пижамка превратилась в дорогой выходной костюмчик.

– Тебя же все равно никто не видит, – вздохнул я.

– Это не повод выглядеть плохо, – отрезала она.

Широкие коридоры Западного кольца всегда полны людей, но в ночной цикл там просто не протолкнуться. Исторически так сложилось, что именно в Западном кольце было расположено абсолютное большинство офисов, лавок и представительств торговых домов со всей Галактики, поэтому его ярусы пестрели рекламой и самыми экзотическими нарядами.

– И что я тут делаю в такое время? – пробормотал я, закрывая магнитный замок на двери офиса и незаметно активируя охранный артефакт. Артефакт получился мощным – убить не убьет, но часов на восемь отключит. На себе проверил.

За эту фразу я получил осуждающий взгляд со стороны Лексы.

Пробираясь через разношерстную толпу жителей различных систем, я не уставал удивляться разнообразию людских культур и одежд. Здесь были и деловые костюмы бизнесменов всех видов и достатков; и странные, словно бы прозрачные, костюмы жителей Амазонии – кстати, говорят, у них матриархат; можно было заметить группки новых иерусалимцев, разодетых в парчу и шелка так, что видны только лица, – в общем, перечислять можно довольно долго, воображение людское, как и мода, не знает границ.

Минут через двадцать мы подошли к Западному шлюзу, именуемому в народе Торговым, одному из четырех главных портов «Черной радуги». Только эти четыре могли принимать крупные транспортные или пассажирские корабли, остальные предназначались для небольшого служебного или личного транспорта.

Площадь перед Западным шлюзом также носила имя Торговой. Это было огромное пустое пространство, по оригинальной задумке служившее ангаром для двух-трех военных крейсеров. Сейчас же площадь ярко переливалась неоновыми вывесками, голографической рекламой, со всех сторон доносилась различная музыка, а от запаха горячего фаст-фуда голодный желудок бунтовал и требовал положенной дани.

Повсюду носились мальчишки, предлагая товары на «попробовать», торговцы зазывали к своим лоткам, уличный музыкант развернул барабаны и принялся отбивать на них какую-то затейливую дробь…

В общем, шум стоял такой, что даже заклинание от похмелья не помогло – голова разболелась с новой силой.

Корабль из системы Каф еще не прибыл, поэтому я шатался по Торговой площади вместе с парой десятков таких же ожидающих. Я их ненавидел: никто из них не страдал, как я, от головной боли. Александра под доносившуюся из кантины музыку танцевала в воздухе, красиво играя призрачными огоньками.

Внезапно я замер: один из ожидающих, закутанный в многочисленные одежды Нового Иерусалима так, что были видны одни глаза, смотрел точно на Александру. Вверх. Я на всякий случай проследил за его взглядом – кроме Лексы, там никого и ничего не было. Да и судя по радиусу глаз, он видел именно ее.

– Исчезни, – тихо произнес я, не глядя на Лексу.

Демонесса остановилась и озадаченно посмотрела на меня:

– Ты чего? Совсем плохой?

– Исчезни, тебя видят. – Я кивнул в сторону иерусалимца.

Александра ойкнула и стала совсем невидимой, даже для меня. Хотя я мог бы определить, где она находится, если бы точно знал, что она рядом, но затевать кровавый ритуал сейчас было бы совершенно не к месту. Да и незачем.

Иерусалимец протер глаза и принялся оглядываться. Подозрительно посмотрел на меня, но я невозмутимо достал сигарету и закурил. Дурацкая привычка, подхваченная в этом тысячелетии. Разумеется, я, как маг, в любой момент мог бы бросить. В любой момент. Ну, если бы захотел.

Озадаченный иерусалимец, очевидно, решил, что привидевшаяся ему девочка была качественной голограммой, и перевел взгляд на информационное табло.

Из воздуха раздалось ехидное хихиканье.

– А можно я его подразню?

Я вздрогнул.

– Не вздумай. Согласно современной науке, ты не существуешь, – зачем ее переубеждать?

Разочарованный вздох.

– Да ладно тебе, не расстраивайся, еще придумаем, как добыть тебе тело.

Это была ее маленькая мечта – вновь получить физическое воплощение. Пока, честно говоря, я слабо представлял, как это возможно. Мне не хватало ни навыков, ни теоретической базы. Кроме того, я не до конца понимал, зачем оно ей. Зарядку делать не надо, поддерживать форму тоже, да и отсутствие необходимости в душе – это большая экономия дорогущей технической воды. Хотя, с другой стороны, будучи призраком, пива не попьешь, а вот это уже крайне неприятно, согласен.

– Кстати, насчет пива, – задумчиво произнес я, оглядывая площадь. Пока корабль не прибыл, можно спокойно выпить пивка и заодно исчезнуть с глаз не в меру наблюдательного иерусалимца.

– Опять?! – возмущенно зашипел воздух.

– Так я чуть-чуть. Пару кружечек.

– Ох, наложу я на тебя заговор неприятия алкоголя рано или поздно.

Я поежился. Это была не шутка и не пустая угроза. Она могла.

– А я перестану тебе мультфильмы включать на «диви».

Демонесса промолчала: угроза тоже была нешуточной, она без этого новомодного голографического Digital Vision, в простонародье «диви», жить не могла. То какие-то сериалы, то мультфильмы, то еще что. А недавно еще и на аниме подсела. Дрянь та еще, хотя там что ни посмотри – все дрянь, так что я «диви» вообще не смотрю, во многом просто из принципа.

Я потянул вбок дверь в кантину и зашел внутрь. Музыка была не слишком назойливой, интерьер вполне приемлемым, зал полупустым, цены наверняка космическими, но сновавшая по помещению официанточка с большим стеклянным кувшином кофе притягивала взгляд аппетитными формами.

Видимо, я засмотрелся на официантку, потому что электрический разряд из ниоткуда не заставил себя ждать, как и последовавшая за ним головная боль.

– Твою ж… – процедил я, хватаясь за голову.

– Мхе-хе-хе, – нагло захихикали у меня над головой.

В этот момент я твердо решил «забыть» включить «диви» на ночь. Но представил пробуждение на следующее утро – и моя твердость слегка поколебалась.

Я сел за свободный столик и, откинувшись на спинку, жестом ладони активировал очередное заготовленное заклинание от головной боли. Официантка прям-таки подлетела к моему столику и, чуть склонившись, налила мне кофе. Мой взгляд вновь оказался буквально прикован к ее груди, и я не успел сказать, что кофе мне не нужен.

– Пива, – произнес я, массируя виски. – Лучше всего – местного нефильтрованного «Экстра», а если его нет, то «Альдебаранского темного».

– Что-то еще будете? – Голос официантки, с томной такой хрипотцой, прям-таки звал ответить: «Тебя!», но едва слышное и очень возмущенное потрескивание разрядов возле моего уха прогнало эту мысль. Иногда немного раздражает, что фамильяр чувствует эмоции хозяина.

– Нет, спасибо. Только пива.

Официанточка упорхнула, и я, достав комм, открыл страничку новостей.

«Пираты опять совершили наглое нападение на грузовой караван в районе системы Сириуса». Опять пираты. Впрочем, с пиратами у меня были особые отношения, но это уже совсем другая история.

«Компания «Секьюрити Консалтинг» объявила себя банкротом». А вот это хорошо, больше клиентуры. Хотя, тьфу-тьфу, опять работать… А что у нас в рекламе?

«Новейшие средства наблюдения!» Ага, знаем, простейшего фантома не могут засечь.

«Хотите увеличить свой пенис?» О боги… Говорят, когда-то эти объявления были нелегальным спамом, рассылаемым то ли сетевыми ботами, то ли ботами сетей. Нынешний Уголовный кодекс СНС предусматривал тюремное заключение за рассылку спама, поэтому эти дебильные объявления, словно всем назло, стали рассылать легально по рекламным агентствам.

– Простите, здесь занято?

Я поднял голову. Передо мной стоял давешний иерусалимец. При ближайшем рассмотрении он оказался весьма полного телосложения, а большего о нем сказать было нельзя: из тряпок, которые претендовали на гордое название дипломатических одеяний Нового Иерусалима, выглядывали только маленькие блестящие глазенки и пухлые щеки.

– Занято.

– И шо, таки совсем-совсем? – Знаменитый акцент Нового Иерусалима… И противно тонкий голос. Я терпеть не могу взрослых людей с детскими голосами.

– А чего вам надо?

– Ви всегда отвечаете вопросом на вопрос?

– Послушайте, я не в настроении разговаривать ни о чем, а здесь полно свободных столиков. – Я раздраженно уставился обратно в коммуникатор.

– Понятно, простите… Я подожду, пока ваше настроение вернется.

Скрип моих зубов был, вероятно, слышен даже на улице, но я смолчал, упорно не отрывая взгляда от экрана комма. Мне было неинтересно, почему этот толстяк видит Лексу, такое время от времени случалось. Что-то связанное с электромагнитными полями и интерференцией, я не изучал этого вопроса подробно. Спросите у Александры, она вам сама расскажет.

Иерусалимец постоял немного, затем очень громко вздохнул и сел за соседний столик. И опять вздохнул.

Мне внезапно расхотелось пива.

Часы коммуникатора показывали без четверти двенадцать ночного цикла. Корабль прибудет ровно в двенадцать. Пятнадцать минут.

Минуты две я боролся с искушением встать и уйти.

Еще минуту – я размышлял, не стоит ли наложить на толстяка заклинание легкого несварения желудка.

А потом подошла официантка и поставила передо мной запотевший бокал темного нефильтрованного «Экстра», и жизнь вдруг показалась не такой уж и паршивой. А после первого глотка – даже толстяк перестал раздражать своими бесконечными вздохами.

Через десять минут я встал, кинул на стол пару монет, не забыв про чаевые, и молча вышел на площадь, даже не взглянув на иерусалимца.

На площади людей стало значительно больше. Представители торговых картелей и местных торговых домов, частные предприниматели, простые потребители – система Каф считается одной из богатейших систем Галактики: четыре планеты, и каждая специализируется на экспорте. От различного сырья и до высокотехнологичных устройств, оружия и особенно ценимой всеми модницами на всех планетах разнообразной косметики высочайшего качества. В принципе сюда мне стоило прийти хотя бы для того, чтобы увидеть новинки в области систем безопасности, хотя все равно только данное Лексе обещание победило природную лень.

Судя по возбужденному треску электрических разрядов, любопытной демонессе уже не терпелось приступить к инспекции косметических прибамбасов, которые, разумеется, мне были совершенно неинтересны.

Как всегда, прибытие большого корабля было обставлено в Торговом шлюзе с пафосом и помпезностью, призванным – теоретически – создать ажиотаж и положительный имидж «Черной радуги» для инопланетных торговцев. Цветы, музыка, а на корабле в выставочных отсеках уже готовы демонстрационные стенды, магазины и даже ресторанчики для закоренелых шопоголиков. Так что каждый корабль был одновременно магазином, развлекательным комплексом, выставочным и бизнес-центром.

Я подошел к обзорному окну шлюза: на затворках ангара уже крутились предупредительные оранжевые огни. Сейчас огни станут зелеными, створки медленно разъедутся в стороны, и гигантский транспортник «Рубикон» степенно зайдет в порт, освещая шлюз огнями и голографической рекламой продукции, находящейся на борту.

Как бы не так.

Предупредительные огни вспыхнули ярко-красным светом вместо ожидаемого зеленого. Точно таким же тревожным красным осветились коридоры станции. Взвыли сирены, люди заметались, сталкиваясь друг с другом, затаптывая самых нерасторопных и истерически вопя. Паника захлестнула площадь, словно цунами прибрежную деревушку.

Я машинально окутал себя защитным коконом. Нахлынула волна воспоминаний: ночь, норманнские пираты с факелами поджигают дома, режут людей короткими абордажными мечами… и люди, словно волны, растекаются по улочкам, убегают, ищут спасения в погребах, стогах сена…

– A furore Normannorum libera nos, Domine[1], – пробормотал я.

– Ух ты! Прям как при захвате Персеполя! – возбужденно воскликнула Лекса, проявляясь рядом со мной. Какое-то время она восхищенно наблюдала за людьми, затем с сомнением посмотрела на меня. – А тебе не надо спрятаться?

Я задумался. В теории кокон мог выдержать небольшой ядерный взрыв. В очень далекой от реальности теории, разработанной вашим покорным слугой на досуге. На практике этого проверять, разумеется, не хотелось, особенно того, как долго он в том взрыве продержится, но мое любопытство требовало удовлетворения. Чувствую, рано или поздно именно любопытство доведет меня до цугундера.

Страшный удар сотряс створы шлюза. Я приник к стеклу, пытаясь разглядеть, что происходит внутри. Створки со страшным скрежетом вмялись внутрь шлюза, сквозь них, прогибая стонущий металл, въехала носовая часть огромного корабля с поцарапанной надписью «…бикон».

Глава 2

«Тридцать минут назад транспортный корабль «Рубикон» столкнулся со станцией «Черная радуга». Число жертв пока неизвестно, свидетелей происшествия просим явиться в ближайший пункт Службы безопасности станции для дачи показаний. Причина аварии пока неизвестна, детали выясняются. Корабль будет отбуксирован на космическую верфь корпорации «Дары Волхвов» для ремонта и последующего…»

– Саботаж! Шпионы Империи! Пираты! Террористы! – возбужденно пищала Александра, прыгая вокруг «диви».

– Да банальная авария. Небось отказала синхронизация движков, – наугад назвал я одну из самых распространенных причин аварий кораблей с двойным двигателем фузионной тяги.

– Да ты что?! – возмутилась демонесса, посмотрев на меня и сжав кулачки. – На этом типе кораблей ионные движки, по четыре независимых блока, а они не требуют перманентной синхронизации! Неуч! Невежда!

Я, не выдержав серьезной мины, хмыкнул, и она тут же просекла, что над ней издеваются.

– Ах ты… – Ч-черт! Разряд молнии оплавил настольную лампу за спиной, сверкнув прямо над моей головой. Хорошая реакция магу просто необходима. Хотя бы для таких вот случаев.

Я нырнул за диван и спрятался там.

– Успокоилась? – Я осторожно выглянул из-за дивана, но мои опасения оказались напрасны: Александра, не обращая на меня никакого внимания, слушала корреспондента, который брал интервью у капитана «Рубикона».

Хм, а ничего так капитан. Длинные русые волосы, собранные в аккуратный хвост, выразительные карие глаза, правильные черты лица… второй размер груди. «Хельга Чин, капитан транспортного корабля – «Рубикон», – гласила плашка внизу экрана.

«Скажите, капитан Чин, – продолжал корреспондент. – Это правда, что на «Рубиконе» был совершен теракт?»

«Совершеннейшая ерунда, просто возникли проблемы с синхронизацией двигателей», – уверенно ответила Хельга.

– Вот видишь, – хмыкнул я. – Ты ошиблась.

Взгляд Лексы буквально окатил меня презрением.

– Да она попросту врет! Как ты не понимаешь, Бальтазар… – Я прервал ее жестом, глядя на экран. Что-то в этой девушке меня цепляло. В том смысле, что в ней было что-то необычное, но я не мог понять, что именно.

– Я думаю, не столь важно, что случилось там на самом деле. – Выключив на «диви» звук, я откинулся в кресле. Взглянул на часы – без пяти три. Хм, что-то там в три должно было…

Тр-р-рынь.

Дверной звонок. Ч-черт, совсем забыл. Клиент.

– Спрячься, Лекса.

Я протянул руку к терминалу и набрал быструю команду, снимая блокировку с двери и отключая защитные артефакты. Затем другой командой открыл дверь, впуская внутрь капитана торгового корабля «Рубикон» Хельгу Чин.

Самое приятное в работе с артефактами – это возможность подключать их к практически любой компьютерной системе. По сути, если вывести данные с артефактов с помощью энергии мелльт, или, как ее тут называют, электричества, то выходные сигналы будут мало отличаться от работы подавляющего большинства электроприборов. Другими словами, я могу подключить охранный или разведывательный артефакт к терминалу и снимать данные напрямую. Раньше для этого использовалась энергия света и шары из прозрачных минералов со специальной, магически созданной кристаллической решеткой, которая позволяла преломлять световую энергию в понятные магу образы. Во какие я теперь умные слова знаю. А раньше – просто «магический шар», м-да.

Так вот, преобразовывать сигналы в мелльт не сложнее, а то и проще, чем в световую, но вот расшифровка и визуализация… Здесь мне помогла Лекса, которая в технике и электричестве сейчас разбирается получше какого-нибудь профессионального инженера. И в отличие от гипотетического инженера, умеет напрямую воздействовать на электрический сигнал. Только нажимать сенсор включения консоли она без тела не может, чем я иногда и пользуюсь для грязного шантажа. В любом другом случае она управляется с терминалом не хуже меня, хорошо шарит в программировании и иногда всячески пытается заставить меня заняться тем же. Разумеется, я отмахиваюсь руками и ногами – зачем напрягаться, если у меня в команде есть такая замечательная демонесса? Хотя все равно приходится. Ну, тут предпочтение либо программированию, либо боевой магии.

Еще один приятный момент в охранных артефактах – процент срабатывания. А он равен единице, то есть сотне процентов. В отличие от стандартных инфракрасных, ультразвуковых и прочих датчиков присутствия, я могу настроить срабатывание на ауру человека, что и обеспечивает столь высокую надежность.

И вот сейчас, когда Хельга Чин прошла через дверной проем, заработали сразу несколько артефактов-считывателей: один снимал ее физические параметры, другой – параметры ауры, третий рыскал по публичным базам данных в поисках соответствий, а четвертый по параметрам ауры подбирал силу ментального удара, необходимую для нейтрализации посетителя. Ради подстраховки.

По экрану моего терминала побежали данные. Рост, вес, линейные параметры, мышечный тонус – от первого артефакта. Настроение, состояние, уровень страха, возбуждения – от второго. Имя, биография, род деятельности и так далее – от третьего. Данные с последнего были… озадачивающими.

Ментальную силу я измерял в мерлинах – это примерно та сила, с которой мой учитель наказывал меня в пору ученичества. Слабый ментальный удар, приблизительно равный солнечному, – один мерлин. Голова кружится и ничего не соображает, вдобавок наблюдается частичная потеря ориентации в пространстве и соответственно некоторые проблемы с вестибулярным аппаратом.

Кстати, ментальный удар – это единственное доступное мне заклинание магии разума, которая никогда не была моей сильной стороной. Пользовался я им исключительно потому, что, с точки зрения врачей, результат ментального удара был идентичен переутомлению или голодному обмороку. Мне почему-то кажется, что Служба безопасности станции вряд ли оценила бы испепеление одного-двух моих клиентов с помощью огнешаров или молний.

Так вот, для немагического обывателя трех мерлинов хватило бы, чтобы вырубить на пару часов. Чтобы отключить меня – понадобится примерно пятьдесят три мерлина.

Чтобы нейтрализовать Хельгу Чин, согласно показаниям артефакта, понадобилось бы двести восемь мерлинов.

– О как, – только и сказал я.

– Мсье Бальтазар?

– Он самый. – Я оторвал взгляд от экрана и, не скрывая любопытства, посмотрел на посетительницу. Высокая, почти с меня ростом, с ладной фигуркой. Хм, а ничего так.

– А как вас по имени?

– Бальтазар.

– А по фамилии?

– А зачем?

Капитан Чин нахмурилась. Как мило.

– Я думала, вы серьезный специалист, профессионал. Что за детские игры?

– У меня в самом деле нет фамилии. Я официальный приверженец друидизма, и, согласно канонам нашей религии, нам позволяется иметь только имя.

– Ладно, – вздохнула она, – допустим. – Чин без приглашения села в кресло напротив моего стола. – Мсье Бальтазар…

– Просто Бальтазар.

Девушка запнулась.

– Бальтазар, причина, по которой я к вам пришла, довольно… деликатна.

– Вы удивитесь, но…

– Догадываюсь, – усмехнулась она, – у всех, кто к вам приходит, проблемы деликатны?

– Нет, вы удивитесь, но я не занимаюсь решением деликатных проблем. Я решаю самые обычные проблемы безопасности… и предлагаю комплексное решение за разумную цену.

– Хорошо. Именно такое мне и нужно.

Я кивнул и устроился поудобнее.

– Дело касается безопасности корабля. Как вы знаете, корабль «Рубикон» находится в частной собственности акционерной компании «Рубикон», где мне принадлежит контрольный пакет акций, а остальные акции распространены между членами команды.

Разумеется, я этого не знал, но с важным видом кивнул. Тогда понятно: все проблемы корабля лежат на плечах команды, а не правительства системы Каф, как я думал прежде.

– А это значит, – продолжила Чин, – что всем, в том числе и системами безопасности, занимаемся мы сами. Поэтому я хотела бы нанять специалиста для анализа существующей системы и возможного ее усовершенствования.

Я помолчал, переваривая.

– Почему я?

– Скажем так, о вашей работе хорошо отзывались мои друзья в Торговом шлюзе.

Я вспомнил свою единственную работу в Западном шлюзе: маленькая фирма с малопонятным названием заказала у меня мощную систему защиты, наблюдения и контроля. И заплатили ну очень уж хорошо.

– «Каррибеан парадайз сторедж»? – уточнил я, скосив глаза на терминал.

– Совершенно верно.

– Ну что ж, давайте обговорим условия. Мои решения, видите ли, отличаются от аналогов не только повышенной надежностью, но и соответствующими расценками.

– Мы не привыкли экономить на безопасности, – тут же отрезала Хельга.

– Это хорошо. Прежде чем мы заключим соглашение, во-первых, мне необходимо посмотреть на текущее состояние ваших систем.

– Не вопрос. А во-вторых?

– Во-вторых, мне нужны ответы на несколько вопросов относительно недавнего инцидента. Если я буду работать на вашем корабле, я хочу быть уверен в собственной безопасности.

Хельга удивленно выгнула бровь.

– На все вопросы я уже ответила в интервью. Можете скачать копию с сайта информагентства.

– Да-да, рассинхронизация блоков ионных двигателей, верно?

Лицо девушки вытянулось.

– Это официальная версия…

– О боги, капитан Чин, неужели вы считаете, что я идиот? Сначала вы звоните мне и настаиваете на встрече, потом происходит подозрительный инцидент, а затем я слышу по «диви» сказку про рассинхронизацию, и вскоре вы приходите ко мне и заказываете усовершенствование системы безопасности.

Чин обмякла в кресле, закрыв глаза.

– Хотите выпить? – неожиданно для самого себя спросил я.

Глаза капитана распахнулись. Ух, ну и глазищи…

– А у вас есть ром?

– Ром? – удивленно переспросил я, мысленно перебирая ассортимент своего мини-бара. – Вроде был. Не самый популярный напиток, знаете ли.

– Стаканчик золотистого рома со льдом – было бы самое то.

Я встал, подошел к мини-бару и налил рома на два пальца, как виски, бросив в стакан пару кубиков льда.

– Держите. – Лед в стакане звякнул о стекло.

– Уф, так уже лучше, – выдохнула Чин, поставив пустой стакан на стол.

– А теперь рассказывайте, – жестким тоном приказал я, жалея, что не обладаю магией разума в достаточной мере, чтоб добавить в голос толику магической силы. Впрочем, и не понадобилось.

Девушка вновь закрыла глаза и помассировала пальцами переносицу.

– Это был саботаж.

– Ага, я так и знала! – не выдержав, пискнула Александра мне на ухо.

Мне показалось или взгляд Чин метнулся в сторону звука?

– Кто? С какой целью? – быстро спросил я.

– Не имею ни малейшего представления, – призналась она. Считывающий ее ауру артефакт доложил, что она беззастенчиво врет.

– Совсем-совсем? – недоверчиво переспросил я.

Хельга бросила на меня быстрый взгляд, затем пожала плечами:

– Возможно, конкуренты. В последнее время дела у нашего акционерного общества шли весьма неплохо.

Опять врет ведь – конкуренты здесь ни при чем. Однако я не стал давить: у каждого есть свои секреты. Главное, чтобы мои секреты были целы, как и их вместилище.

– Жертвы среди экипажа есть?

Она отрицательно помахала головой:

– Несколько раненых, но несерьезно: кто головой стукнулся, кто ноготь сломал.

– Среди команды есть подозреваемые?

– Нет, – быстро ответила Хельга.

– Поня-атно, – протянул я. Многовато вранья на единицу времени. – Хорошо, капитан Чин…

– Можно просто Хельга.

Я кивнул:

– Хорошо, Хельга. Дайте мне время подумать над вашей просьбой и подготовиться к анализу систем корабля, а завтра я приступлю к его осмотру.

– Договорились, – кивнула она, поднимаясь с кресла.

– До свидания, Хельга. Рад был познакомиться.

Она вытащила из кармана визитку, положила ее на стол и протянула мне руку. Я осторожно ответил на рукопожатие, но, на мое удивление, маленькая женская ладошка оказалась довольно сильной.

– Ну, что ты думаешь? – спросил я у Александры, когда Чин вышла из офиса.

– Что-то странное в ней. Не могу понять.

– А ты просмотри показания считывателей.

Демонесса подлетела к терминалу.

– О-го-го! Двести восемь единиц…

– Неслабо, да? Можешь провести дискретный анализ ее ауры?

– Это займет время, – пробормотала Лекса, задумавшись.

– Время у нас есть. До завтра.

Демонесса не ответила, поглощенная задачей.

Я посмотрел на мини-бар, подошел и сделал себе рома со льдом. Сделал глоток, скривился.

– Дрянь. – Я слил остатки в утилизатор, сполоснул стакан и налил себе пива. – Вот это – совсем другое дело.

– Кстати, – вдруг оторвалась от терминала Александра. – Что это за чушь с друидизмом?

– А что? – ухмыльнулся я. – Стану основателем новой религии, буду ходить с омелой и серпом и карать еретиков, подниму религиозное восстание против Единой Христианской Церкви. Восстановлю практику человеческих жертвоприношений и вообще развлекусь по полной.

– О боги… – вздохнула демонесса, возвращаясь к работе.

Я еще немножко пофантазировал на тему всеобщего преклонения перед великим мной, затем пиво кончилось, и, оставив Лексу за терминалом, я отправился ужинать к Веллеру.

Бар «У Веллера» был маленьким чудом станции «Черная радуга». Одно из немногих мест, где готовили не дрянной фаст-фуд, а настоящую еду. Причем блюда были по виду изысканными, назывались как-то странно: «рыба-рыба» или «флотская паста», – но стоили дешево, порции были огромными, а на вкус – ну просто сказка. К тому же пиво у них было всегда свежее, полутемное, собственной варки.

Заказав большую тарелку жареной картошки с грибами, я сидел, наслаждался пивом и пытался размышлять о происшедшем. В принципе в аварии не было ничего необычного, такие случались время от времени. Заказ на корабельную систему безопасности тоже вполне обыденный, разве что на таком большом я еще не работал. Самое необычное во всем этом – заказчик. Очень странная девушка. И эти непонятные двести восемь мерлинов… Когда я был учеником, я как-то попробовал проанализировать ауру своего учителя – результат был тогда, мягко говоря, неоднозначным, в пересчете на мои нынешние единицы измерения – около ста сорока двух мерлинов. Другими словами, эта девушка была устойчивей к ментальному воздействию, чем известнейший маг всех времен. То есть либо она опытный адепт магии разума, либо это какой-то природный феномен. Либо, что теоретически возможно, но маловероятно и крайне неприятно, – ошибка артефакта.

Это требовало дополнительного осмысления. Но позже.

Звякнул электронный колокольчик, сигнализируя о новом клиенте.

В проеме стоял молодой парнишка лет восемнадцати, одетый в спортивный костюм. Я мельком взглянул на него и уже собирался вернуться к пиву, но в его глазах вспыхнуло узнавание, и он направился прямо ко мне. Мне стало как-то неуютно, я заерзал на стуле.

– Таки снова здравствуйте, – радостно произнес парнишка, и я с удивлением узнал в нем давешнего иерусалимца.

– Э-э… привет… – промямлил я в ответ, совершенно ошарашенный.

– Теперь с вашим настроением снова все хорошо?

– Ну… типа того… – Как я уже говорил, в критических ситуациях уровень моего красноречия и интеллекта выходит за все разумные рамки.

– И вот оно вам надо было от меня тогда убегать? Я же не хотел предложить вам гешефт, хотя опять-таки какой дурак будет убегать от гешефта, я же хотел просто спросить вас о той безвкусной голограмме, которая постоянно крутилась возле вас!

Безвкусной гологра… я фыркнул и закашлялся. Слышала бы это Александра – не жить бы мальцу.

– И что конкретно тебя интересует?

– Я извиняюсь, но можно я сяду? – Не дожидаясь моего согласия, парнишка плюхнулся на стул за моим столиком.

Откинувшись на спинку стула, я наблюдал за ним.

– Так вот, я почему интересуюсь, таки с этого места расскажу поподробнее: я все о вас разузнал, и я скажу, шо ви таки считаетесь широко известным в узких кругах специалистом с темы миниатюрных гаджетов. И шо я вам имею сказать: если ви будете учить меня, то я вам таки хорошо заплачу, мой счет в банке хорошо обеспечен…

Речь парня звучала настолько непривычно, что буквально завораживала. Не говоря уже о том, что мне не просто не удавалось вставить слово: это мое слово даже не предполагалось в принципе. Я помотал головой, приводя мысли в порядок. Парень, однако, принял этот жест за отказ.

– Ой, не расчесывайте мене нервы, шо ви себе думаете? Я с вас удивляюсь, ви же можете получать хорошие деньги…

– Стоп-стоп, – не выдержал я словесного потока, выставив ладонь. – Погоди. Давай сначала, как тебя зовут?

– Соломон Веллер, и я…

Я опять выставил ладонь.

– Прекрасно, Соломон, скажи… э-э-э, погоди-ка, Веллер? – Я удивленно выгнул бровь. – Ты как-то связан с хозяином этого заведения?

– Ну в какой-то степени, – усмехнулся пацан. – Потому как я и есть хозяин. Ну, почти, – тут же добавил он. – На самом деле хозяйка этого бардачка – моя маман, мадам Веллер. Семейный бизнес, так сказать.

– И чем тебя не устраивает твое положение?

– Шлёма, где тебя носит?! – раздался из открытой двери кухни ужасающий рев. – А ну бегом иди сюда!

Соломон побледнел, скривился, пробормотал: «Я извиняюсь», – и бегом бросился на кухню, забыв закрыть за собой дверь.

– Вот эту рыбу-фиш доставишь на десятый ярус, офис двадцать пять – тринадцать, понял?! – продолжил все тот же рев. – И шоб одна нога тут, другая там, а третья уже снова обратно!

– Понял, маман, меня уже нету!

Соломон выскочил из кухни, словно ошпаренный, и выбежал в дверь.

– Какой занятный молодой человек, – пробормотал я, жестом подзывая официанта. – Счет, пожалуйста.

Официант растворился в воздухе не хуже одной моей знакомой демонессы.

Занятным же этот парнишка показался мне по одной простой причине: в его ауре были хорошо заметны серебряные прожилки, которые характерны для людей с задатками мага-артефактора. Что, кстати, и объясняло, почему он заметил Александру.

Учеников я брать не планировал в ближайшее время, поэтому предложение меня мало заинтересовало. Слишком уж это проблематично – учить кого-то магическому ремеслу. Я хорошо помню, как Мерлин проклинал то мгновение, когда согласился обучать меня.

Возле столика вновь материализовался официант. Расплатившись и оставив щедрые чаевые, я вышел из заведения и отправился обратно в офис. Климат-контроль в коридоре барахлил, сколько я себя помню, а поэтому здесь было довольно жарко, и коридор этот особой популярностью не пользовался.

Так что наличие человека позади, преследовавшего меня на протяжении трех секций, не обгоняя и не отставая, навело меня на мысль, что что-то тут неладно.

Глава 3

Я ускорился, мой преследователь тоже стал шагать быстрее. Тогда я уронил на пол ключ-карточку и остановился, чтобы поднять ее, – незнакомец остановился, рассматривая рекламное объявление на уже два года как нерабочем рекламном экране. Убедившись в наличии хвоста, я двинулся дальше прежним темпом, на ходу вызывая на экран комма карту яруса и уклоняясь от идущих по коридору немногочисленных людей.

Судя по карте, впереди было два ответвления: одно – налево – вело на внутреннее кольцо коридоров, второе – направо – было техническим, а потому я начал приготовления.

Создав не слишком энергозатратную оптическую обманку, я невидимым свернул направо, тогда как мой иллюзорный двойник – налево, в совершенно пустой переход между кольцами: по второстепенным переходам, как по переулкам в больших городах, мало кто ходил. Секунд десять спустя мой преследователь свернул налево, за двойником. Внимательно его рассмотрев – он прошел в метре от меня, – я хотел было двинуться за ним, но что-то меня насторожило.

Преследователь быстро оглянулся и, профессиональным отточенным движением вытащив нелегальный на станции игольник, сделал три выстрела по двойнику.

Да что же такое происходит-то!

Я едва успел среагировать, меняя параметры иллюзии, и мой двойник споткнулся, сделал несколько неуверенных шагов и упал. Убийца подошел, сделал контрольный выстрел в голову, затем как ни в чем не бывало спрятал игольник, вернулся в главный кольцевой коридор и растворился в потоке людей.

– Идиот! Кретин! Дегенерат! – изощрялась Александра, хая меня на все лады. – Дебил! Умственный рахит!

– Меня только что пытались убить!

– Болван! А еще магом называешься! Чему тебя учил Мерлин вообще? На что ты потратил тридцать лет жизни? Чему ты научился? Изготавливать детские поделки?! Это же надо – забыть повесить маячок на ауру!

– Ты разве не понимаешь? Меня пытался убить профессиональный наемный убийца! Какие там маячки на аурах?!

– Кретин!

– Ты повторяешься!

Вообще, строго говоря, Лекса была права. Я настолько привык к здешней спокойной технологичной жизни, что совсем забросил магию – кроме артефактной, разумеется. Если бы я был опытным магом, я должен был снять приблизительный слепок ауры и навесить на убийцу Руну Аркана, тот самый магический маячок. Но у меня не было нужных рефлексов для подобной задачи.

– Да мне… твою мать через коромысло, что я повторяюсь! Я еще раз повторюсь, а потом еще и еще, пока в твою тупую голову не вобьются нужные рефлексы. Навесить маячок, проследить, поймать, вырубить, допросить через астрал или под пытками, убить, расчленить, сжечь. Если бы я так халтурила, будучи придворным магом, – история Македонского закончилась бы уже на третьем засланном ассасине.

Я мрачно слушал выволочку, не находя разумных оправданий. Расслабился, разленился, да, все верно, Лекса права. А что еще я мог сказать?

– Откажись от заказа, – вдруг заявила демонесса.

– Что? – Я опешил. – Почему?

– Ты совсем дурак? Включи мозг и подумай. С чем связано покушение?

– Да пес его знает. Я не сделал ничего такого, за что можно было бы убить.

– Происходит странная авария в Торговом шлюзе, затем к тебе является капитан потерпевшего аварию корабля, оставляет заказ на систему безопасности, а вскоре тебя пытаются убить. Давай же, Бальтазар, я не верю, что Мерлин взял бы идиота в ученики.

– Ну хорошо. – Я плюхнулся в кресло. – Допустим, это как-то связано с заказом капитана Чин.

– Допустим? – иронично хмыкнула демонесса. – Тут только слепой или дурак вроде тебя не заметит связи.

Я кивнул:

– И что теперь делать?

– Да ничего. Ты на такое не подписывался.

– Может, сообщить в СБ…

– Слушай, пиво плохо влияет на твой мозг, – перебила меня Лекса. – Какая СБ? Если они начнут под тебя копать – а наверняка заинтересуются ведь, – тебе тут жизни не дадут.

– Тоже верно. И что, окопаться в офисе и носа не казать?

– Почему бы и нет? Пережди пару недель, не светись нигде.

– Ску-учно, – протянул я, впрочем, не особо возражая. Терпеть не могу лишней работы, денег у меня хватает, но если даже мой персональный «под-зад-пинатель» Александра говорит ничего не делать, то почему я должен что-то делать? В следующую секунду я пожалел о сказанном только что.

– Ах скучно? Ну тогда мы займемся магией. Я еще сделаю из тебя нормального боевого мага.

Несколько огромных мурашек пробежало по моей спине.

С тех пор как я оказался в этом времени и провалил ритуал привязки фамильяра, вызвав в реальность не доброго духа-помощника, а ставший демоном призрак свирепой боевой колдуньи, придворного мага Александра Македонского, Лекса не оставляла надежды вырастить из меня достойного преемника своих знаний и навыков.

Разумеется, я сопротивлялся.

Нет, мне было очень любопытно, что это за сокровенные знания такие, но я понимал, что как только Лекса начнет меня учить, мне придется долго и упорно работать, чтобы остаться в живых: когда она показала мне заклинание цепной молнии, я чуть не остался без пальцев на руках. Ну и, как я уже говорил, я не люблю упорно работать на непонятные мне цели. Тем более чтобы просто выжить. Поэтому каждый раз, когда на демонессу накатывал приступ наставничества, я отмазывался нехваткой времени, новыми заказами, головной болью и прочими доступными оправданиями. Теперь же все пути к отступлению были отрезаны.

– А может, не надо? – немножко более жалобно, чем хотел, спросил я.

Александра улыбнулась.

Думаю, именно с такой улыбкой она готовилась пытать захваченных персидских пленников. А еще я уверен, что, когда несчастные персы видели эту улыбку, они нервно пытались забраться под ближайший камень, накрыться им и не отсвечивать.

У меня возникло примерно похожее желание, но камней в отсеке не было, а под кроватью не помещусь – я уже пробовал, когда пришел домой пьяный вдрызг и удалил собранную Александрой коллекцию аниме.

В теории маг может приказать своему фамильяру что угодно, и тот будет обязан исполнить, или попытаться исполнить, – этот приказ. В моем же случае контракт, связывающий меня с демонессой, был, скорее, выражением ее снисходительности к жалким попыткам мага-недоучки провести полноценный ритуал. А может, ей просто скучно было. Или даже не знаю. В любом случае попытка приказать Лексе что-то сделать была не только тщетна, но и весьма опасна для моей драгоценной шкуры. Поэтому я даже не сопротивлялся. Хочет учить – пусть учит. Сдаюсь.

Только сначала откажусь от заказа.

Я вытащил из кармана комм и поднял со стола оставленную недавней клиенткой визитку. Александра, прищурившись, следила за мной.

– Слушаю, – а все-таки приятный у нее голос. Судя по форме ответа, номер оказался личным.

– Хельга? Здравствуйте, это Бальтазар.

– Да, я узнала вас. Все готово к вашему прибытию на корабль…

– Вот-вот, – я горестно вздохнул. – Я как раз по этому делу. Видите ли, у меня возникли непредвиденные трудности, и я не смогу…

– Послушайте, Бальтазар, – перебила она меня. – Мне казалось, у нас с вами есть устная договоренность на выполнение анализа моей внутренней системы безопасности. И я буду крайне признательна, если вы прибудете на мой корабль в срок и готовым к работе. Я достаточно ясно выражаюсь?

Это уже было похоже на угрозу. Терпеть не могу, когда на меня давят.

– А теперь послушайте вы, капитан Чин, – раздраженно сказал я. – Я отказываюсь браться за ваш заказ. Я достаточно ясно выразился?

– Вполне, – ледяным тоном произнесла Хельга Чин, отключая связь.

Я положил комм на стол и громко вздохнул. Александра сочувствующе хмыкнула.

– Что, клиент не из тех, кто привык к отказу?

– Угу, – кивнул я. – Если бы она обладала толикой способностей по стихийной магии, у меня от ее последнего слова ухо покрылось бы инеем. – Я машинально потер вышеупомянутый орган.

– Ну что? Тогда начнем? – Александра азартно потерла ладошки.

– Кого начнем? На часы посмотри. – Я сладко зевнул.

Лекса грозно зарычала, но, увидев на часах без пяти полночь, скорчила рожицу, пробормотала что-то вроде «ох уж эти смертные» и вернулась к терминалу. Подозреваю, готовить план завтрашнего урока.

Я еще раз зевнул и, скачав с пиратского сайта какую-то на редкость бредовую книженцию о магии, лег в кровать. За чтением я не заметил, как заснул.

Утро выдалось на редкость мерзким. Просто потому, что это утро.

– Доброе утро! – жизнерадостно поприветствовала меня Лекса.

– Угу, – промычал я, сползая с кровати.

– Начнем урок?

– Да что ж тебе не терпится-то, дай проснуться.

– Ты уже встал!

– Но еще не проснулся… – Я побрел в душевую и залез внутрь.

Тугие струи теплой воды ударили со всех сторон. Благода-ать… Я расслабился и, кажется, даже немного задремал.

Вылез из душа почти человеком. Прочапав мокрыми ногами до холодильника, достал баночку пива и уселся в любимое кресло. Вывел на терминал последние новости – ничего интересного. Александра оторвалась от своего терминала и смерила меня оценивающим взглядом.

– Оделся бы для приличия. Вдруг сейчас придет Хельга, чтобы обругать тебя лично?

Я пожал плечами. Как и Лекса, я родился в эпоху, когда нагота не считалась чем-то прям-таки постыдным.

– Ну и пусть заходит.

Но халат все же накинул.

– Что, стыдно за пузо? – ухмыльнулась Александра.

– Ты лучше скажи, что там с ее аурой, – сменил я тему разговора. Моя физическая форма была основной темой для насмешек со стороны Лексы.

– А, забыла… Вчера еще закончила анализ, напомнил бы.

– Ага, щаз, забыла, так я и поверил. Не тяни.

– Она обладает даром, – вздохнула демонесса. – Неразвитым, но сильным природным даром в области магии разума. То есть она относится к тем, кого по-модному называют эмпатами.

– И что она умеет?

– По мелочи, выезжает на чистом таланте. Чтение сильных эмоций, восприятие ауры человека, на подсознательном уровне определение правдивости собеседника.

– То есть, возможно, ее холодный тон был следствием того, что она поняла, что я ей соврал?

Александра кивнула.

– Это плохо, – вздохнул я.

Необученные маги, особенно с таким сильным талантом, неуравновешенны и непредсказуемы. В большой степени это результат сдерживаемых возможностей – у нее просто нет шанса проявить себя, и это вызывает чувство почти физической неудовлетворенности: в юношестве, до того как Мерлин взял меня в ученики, я испытывал что-то похожее, поэтому в родной деревне на юге Аргайла слыл грозой всех незамужних девушек. Некоторых замужних тоже.

Хотя, как мне рассказывал учитель, это у всех проявляется по-разному – моя склонность к стихийной магии взывала к инстинктам и эмоциям – все заклинания стихийников основаны на эмоциональной составляющей; будущие адепты смерти в детстве мучают котят и иногда людей; эмпаты склонны к торговле или политике и так далее.

Но проблема в том, что эта неудовлетворенность всегда влияет на психику. Точно так же как сексуальная неудовлетворенность, или дикий голод, или жажда. Такие люди раздражительны, мстительны, вспыльчивы. А когда у них есть все возможности для воплощения своих недостатков в жизнь – они становятся опасны.

Я не люблю обижать опасных людей. Это крайне вредно для здоровья.

– А что с параметрами второй ауры, того парнишки, Соломона? Там данные были в том же файле.

– Ну ты ведь не просил ее анализировать…

– Скажем так: я верю в твое любопытство.

– Все-то ты знаешь, – демонстративно грустно вздохнула Александра. – Конечно, я проверила и его тоже. Да, тоже дар. Потенциальный артефактор. И весьма неплохой.

– Небось все часы дома родителям поразбирал… – пробормотал я, закрывая глаза.

Вообще, строго говоря, в людях с даром нет ничего необычного – он есть как минимум у каждого пятого.

Да-да, возможно, и у вас тоже. Если вы иногда бросаете взгляд на часы и видите там 12:34, или бросаете взгляд на неприятного вам человека, а он тут же спотыкается… если вы умеете разжигать костер при любой непогоде, а то и можете «на коленке» разобрать и собрать устройство, которое впервые видите, – это все проявления дара. Но основная проблема не в наличии дара и даже не в его силе и направленности. Проблема в учителе. Без учителя вам никогда не удастся освоить всех своих возможностей. Хотя, конечно, есть исключения, но о них ходят легенды. К примеру, большинство пророков современных религий были магами-самородками со склонностью к магии жизни и сопутствующих ей магии света и разума. Как много вы знаете современных религий, в которых есть пророк?

Кстати, по поводу жизни, разума, огня и так далее. Существует такая вещь, как магическая Роза Ветров. Она определяет полярности известных магических наклонностей.

Выглядит, если схематично, вот так:

Основная сложность в том, что практически невозможно, будучи специалистом в одном полюсе, быть таким же специалистом и в противоположном. Это же касается и смежных «ветров». То есть легко быть специалистом стихий и сущности, но сложно быть спецом в магии стихий и, скажем, жизни или небытия. И практически невозможно – в магии стихий и магии разума. В лучшем случае тебе будет доступно одно-два слабеньких заклинания, но чтобы стать действительно сильным магом в противоположной твоему дару ветви магии – надо обладать талантом архимага, как Мерлин. Архимаги – это маги, которые одинаково талантливы во всех полярностях и «ветрах», но рождаются они раз в тысячу лет. А то и реже.

Я сильный стихийник, неплохо владею некромантией и хороший артефактор, что определяется направлениями «Стихия», «Смерть» и «Сущность» соответственно.

Намного хуже владею заклинаниями света и тьмы, и у меня совсем плохо с магией жизни, разума и пустоты (небытия).

Я открыл глаза. Демонесса, нахмурившись, смотрела на меня.

– Что?

– Ты собираешься учиться или да?

– А у меня есть выбор?

– Нет.

– Я так и думал. Давай только я жратвы закажу, что ли.

– Можешь сразу на пару дней, – многообещающе ухмыльнулась Лекса.

Я горестно вздохнул и взялся за комм. Позвонив в заведение Веллера, я оставил заказ на еду и пиво, затем мы принялись за занятия.

Знаете, мои друзья в детстве, в маленькой валлийской деревне, завидовали мне, что я учусь магии. Как же, смогу делать всякие клевые штуки, огонь разжигать силой мысли, управлять ветрами, а когда вырасту – буду иметь много денег и почти ничего не делать.

Я тоже так думал до того, как попал в ученики к магу. Магия – это сплошная скукота. По крайней мере, обучение. Сидишь, медитируешь, пока учитель натуральным образом взламывает твою ауру, формирует связи и прочую фигню, мне пока не слишком понятную: у меня никогда не было учеников, и я пока не планировал ими обзаводиться.

– Ну что, начнем? – деловым тоном спросила Александра.

Я поежился:

– Давай.

– Входи в транс.

Расслабившись, я сконцентрировался на своем внутреннем «я». Через какое-то время почувствовал щекотку – это демонесса прикоснулась к моей ауре.

Вообще надо сказать, что влияние на ауру возможно любой из энергий магических ветров. Чем больше аура соприкасается с какой-то энергией, тем больше развивается в направлении этого полюса. И каждая из энергий ощущается по-разному.

Будоражащая энергия стихии, леденящее душу прикосновение смерти, уверенность и спокойствие сущности – вот что я ощущал, пока Лекса ковырялась в моей ауре.

Интересно, на что похоже прикосновение небытия?..

Через несколько часов (дней? недель?) я пришел в себя. На авторазогревающем подносе, лежащем на столе, я обнаружил пакет из ресторанчика. Чувствуя себя голодным зверем, бросающимся на кусок мяса, растерзал еду в считаные минуты. Затем залил это сверху пивом и сыто рыгнул.

Александра хмыкнула:

– Ну что, ученичок, как себя чувствуешь?

– Нормально. Сколько времени прошло?

– А тебе не пофиг?

– Ты вообще помнишь, что ты мой фамильяр?

– Это еще кто тут чей фамильяр! Значит, так, Бальтазар, – тон Лексы стал серьезным. – Частично с твоими энергопотоками я разобралась, по крайней мере по «моим» полюсам. Но с противоположными какая-то ерунда, я никак не могу понять, что там натворил Мерлин.

Я пожал плечами – мне это было неизвестно тем более.

– И что теперь?

– Теперь? – Задумчивое выражение на лице демонессы превратилось в зловещую ухмылку. – Теперь закреплять энергопотоки. Марш в ванную, я уже поставила защитный полог. Огненный шар, призрачный охотник, одушевление. Вперед, ученичок!

Да, а вот и вторая стадия магических тренировок, не менее нудная, чем первая. В первой хотя бы спишь, а тут тебе надо вновь и вновь произносить три-четыре указанных учителем заклинания для расширения и закрепления новоприобретенных энергопотоков. Часов восемь подряд, затем еда, сон – и опять тренировка. И так пока не скажут «хватит».

По старой привычке я устроил из этих тренировок игру. Когда через несколько часов Александра влетела через закрытую дверь ванной, она несколько минут озадаченно наблюдала за следующей картиной:

– Аут! – как раз крикнул я. Одушевленная табуретка возмущенно подергала ножками, а призрачный охотник в противоположном углу ванной довольно ухмыльнулся.

Я наколдовал новый огненный шар взамен растекшегося по защитному пологу. Грозное боевое заклинание повисло в воздухе ровно посреди ванной.

– Начали! – скомандовал я.

Табуретка в три прыжка добежала до центра, подпрыгнула и с силой, в перевороте, в лучших традициях спейсболистов, жахнула по огненному шару. Тот с гудением метнулся в сторону охотника, но вызванный дух опытно телепортировался прямо на траекторию движения шара. По полупрозрачному лицу промелькнула кривая ухмылка, и огненный цветок, ускоренный телекинетическим импульсом, пулей отскочил от охотника.

Табуретка возмущенно скрипнула металлом по кафелю и в высоком прыжке перехватила коварную атаку наглого привидения. Огненный шар, проскочив через призрачное тело второго игрока, поглотился защитным пологом в углу комнаты.

– Гол! – объявил я. – Два один, табуретка выигрывает матч!

Одушевленная мебель несколько раз радостно подпрыгнула и побежала в свой угол. Охотник злобно скривился и сформировал в ее сторону новый импульс, но я погрозил ему пальцем, и дух раздраженно разрядил заклинание в ближайшую стенку.

– Ты что устроил из тренировки? – возмущенно набросилась на меня Александра. – Да в былые времена тебя за такое отношение любой наставник выгнал бы к чертям собачьим!..

Я пожал плечами. Тренировка получилась довольно захватывающей, я вызывал разных охотников и оживлял различные предметы в ванной, затем заставлял их играть друг с другом в упрощенный аналог спейсбола огненным шаром. Особенно удивил меня душевой шланг, водой тушивший огнешар, когда его «ворота» были в опасности. А вот щетка играет совсем из рук вон плохо… Надо будет в следующий раз дать ей в помощники мочалку, что ли… или ведро? Нет, с ведром будет явный перевес, решил я, вспомнив, как ведро накрыло собой охотника и запинало огнешар в угол.

– Ты меня вообще слушаешь?! – Оказывается, Лекса уже секунд пятнадцать что-то говорила, но я задумался и не слышал.

– А? – только и спросил я и тут же получил приличный электроразряд. – Да я всегда так тренировался!!!

С воплем выскочив из ванной, я позорно ретировался в жилую комнату и захлопнул дверь. Через стену рядом с дверью с неотвратимостью наступающей ночи проявилась разгневанная демонесса.

– Ты! – направила она указательный палец в мою сторону. По пальцу пробежала электрическая искра, щелкнула меня по носу и растеклась по коже, поднимая волосы дыбом.

– Да что тебе не понравилось-то? Тренировка как тре…

– Забудь про тренировку, – перебила она меня. – Я поняла, что пытался сделать Мерлин. – Мне показалось или у нее в глазах мелькнул испуг?

– И что же?

– Он пытался сделать из тебя архимага!

– Мэ-э? – только и пробормотал я.

Глава 4

За все историю человечества известных и обученных архимагов было всего несколько. Мне повезло быть лично знакомым с двумя – с Мерлином и его учителем Блейзом.

Сделать из простого мага полноценного архимага практически невозможно, по крайней мере, такого никому еще не удавалось. Попытки были, конечно, но кончались плачевно: третий ученик Блейза – Артур – сошел с ума, убедил себя, что он рыцарь и король, собрал несколько таких же, как он, психов и носился по стране в поисках Святого Грааля. Я содрогнулся – если бы я знал, что Мерлин готовит мне схожую участь, наверное, сбежал бы к чертям куда-нибудь в Африку. Вуду бы учился. Я прекрасно помнил, как Моргана, вторая ученица Блейза, таскалась вслед за Артуром, пытаясь его поймать и хотя бы нейтрализовать.

В общем, новость была ошарашивающей. С одной стороны, у меня возникло ощущение, что мой учитель меня предал, с другой – распирала гордость, что Мерлин счел возможным развить мои способности до такой степени.

– Не мэкай тут, – нахмурилась Лекса. Она, явно нервничая, кружила по комнате, кусая губки и теребя платьице.

– Ну а что это меняет?

– Все! – отрезала демонесса. – Я не могу тебя учить без риска уничтожить плоды работы Мерлина.

– Да и на хрен они мне сдались? – возмутился я. – Не хочу я быть архимагом!

– Идиот! – взорвалась Александра. – Каждый, КАЖДЫЙ маг хочет быть архимагом.

– Неправда, – парировал я. – Каждый маг хочет, чтобы у него был талант архимага.

– Да, это так, – моментально остыла моя напарница. – Действительно, без таланта это считалось невозможным.

– Считалось? – уточнил я прошедшее время.

– Да, – кивнула Лекса. – Потому что метод, который выбрал Мерлин, действительно мог бы сработать. Не совсем безопасно, конечно, но, скажем так, с минимальным риском для твоего психического здоровья. Кстати, возможно, именно потому, что у тебя с ним и так не все в порядке.

– То есть я еще и псих? – иронически хмыкнул я.

– Расслабься, абсолютно нормальных людей не существует… А если вспомнить, что ты родился хрен знает когда в богами забытом хлеву, а живешь на космической станции в компании с демоном…

Я подошел к холодильнику и вытащил банку пива.

– Ты знаешь, меня не особенно вообще-то это все радует.

Александра пожала плечами и ничего не сказала.

Я уселся в кресло, открыл банку и сделал глоток. Горьковатый вкус темного пива приятно пощекотал вкусовые рецепторы.

– Получается, чтобы развить в себе талант архимага, мне нужен только Мерлин?

– Да, любой другой архимаг тебе не подойдет. Нужна его методика работы с аурой и магией разума.

– А ты можешь убрать последствия его работы?

Александра недоверчиво посмотрела на меня:

– Ты всерьез хочешь отказаться от этого шанса?

– Шанса?! – взорвался я. – Какого, к дьяволу, шанса? Магов в этой эпохе нет, Мерлин сдох хрен знает когда…

– Ты не можешь знать этого наверняка, – возразила демонесса.

– Я могу утверждать это с большой долей вероятности.

Лекса помолчала.

– Надо тебе было раньше согласиться побыть моим учеником.

– И что бы это изменило? – саркастически поинтересовался я.

– Не знаю. Может, ничего. Может, многое. Мы ведь не знаем точно, сколько времени потребуется на ликвидацию этих блоков в твоей ауре.

– Мне надо подумать. Чем это мне грозит?

– Грозит? – Лекса посмотрела на потолок. – Да лично тебе – ничем, в общем-то. Смотри сам, если мы оставим все как есть – для тебя ничто не изменится. Разве что развиваться дальше не сможешь ни в одной области, кроме разума, но ты и так неплохо развит с точки зрения силы, а тонкость обращения с энергиями – вопрос опыта. Если уберем блоки – потеряется многолетний труд Мерлина, ты лишишься шанса на превращение в архимага, и… – демонесса запнулась. – И к тому же для мира окажется навсегда забытой такая область, как разум.

– Почему? – Я озадаченно моргнул.

– Дубина, ты почти не владеешь этой дисциплиной, следовательно, ты никому не сможешь настроить ауру для работы с ней. Жизнь и пустота – еще куда ни шло, на первый уровень ты сможешь наскрести умения, но разуму ты никого и никогда не обучишь.

– Ну не я, так кто-то… э-э… – Я вдруг вспомнил, что я, кажется, последний во Вселенной маг.

– То-то. Возможно, мы найдем записи Мерлина или, что было бы вообще отлично, сможем как-то связаться с его духом… – Александра невольно бросила взгляд на свое призрачное тело.

– Вот только Мерлина мне в фамильяры не хватало! – поморщился я, представив ситуацию.

– Не переживай, ты мой и только мой, – хищно усмехнулась Александра. Я вздрогнул.

– Так что с обучением? Уроки отменяются?

– Видимо, да, если ты решишь, что блоки на основных энергопотоках лучше оставить… – неуверенно произнесла демонесса. Мои глаза торжествующе распахнулись: вот оно! Никаких тренировок боевой магии!

Не то чтобы я не хотел стать архимагом, и уж точно дело было не в моем доходе от продажи созданных мной артефактов. Просто Александра хотела выучить преемника. А она была боевым магом, испепелившим не один десяток врагов, и того же хотела от меня: скорости реакции, тактического понимания ситуации и прочих совершенно ненужных мне навыков. С другой стороны, блоки, которые выставил Мерлин, были опасны. Я бы даже сказал – смертельно опасны, потому как смерть сознания определяет смерть личности. Черт с ним, с блоком на расширение энергопотоков, я всегда могу сосредоточиться на тонкости управления ими, а не на грубой силе. Однако я до сих пор без содрогания не мог вспомнить о судьбе несчастного Артура, так и не ставшего архимагом.

Другими словами, передо мной стоял выбор: оказаться учеником боевого мага и посвятить жизнь изучению совершенно ненужного мне искусства войны – или оставить все как есть, заниматься любимым делом, искать следы Мерлина, – а я не верил, что он просто так вот исчез, не оставив никаких следов, – и в перспективе стать архимагом. Возможно, главой новой школы магии. Я хмыкнул – хорошо, что у меня нет таких амбиций. Но это всяко лучше, чем терзать стены ванной бесполезными мне огненными шарами. Только вот теперь надо отказаться от обучения у Александры так, чтобы не обидеть тонкую, как ни странно, натуру демонессы.

– Тогда оставляем, – как можно небрежнее произнес я, не придумав ничего лучше. – Не хочу лишать мир систематизированного магического образования.

Лекса бросила на меня подозрительный взгляд и уже было открыла рот, когда от двери раздался мелодичный сигнал.

– Посетитель? – Я удивленно выгнул бровь и взглянул на экран терминала. Часы показали без пяти минут полночь. – В это время?

Лекса воинственно оскалилась, и я заметил, что она формирует огненный шар – самое разрушительное заклинание из ограниченного арсенала возродившейся колдуньи.

Я открыл окно с данными от входных артефактов и озадаченно уставился на информацию. Точней, на ее отсутствие. Видимо, сигнальный артефакт – надежный и простой, как топор – среагировал на ауру, но остальные не смогли считать ее параметров.

А вот это уже было неприятно. Лично я знал не так много способов, которые могли бы обмануть мои магические датчики. Точней, даже только один способ, а это значит…

– Киборг! – подтвердила мою догадку Александра, выглянувшая в коридор через стену.

Я включил защитный механизм, и магически созданный электроразряд с самонаведением по ауре ушел в коридор.

– Что там?

– Ну ты его оглушил. Кажется.

– Что значит «кажется»?

– Он явно без сознания, но уползает по коридору.

Ага, значит, это не простой киборг, а боевая модель с автономным модулем управления на случай отказа биологической «начинки». Только какого черта на станции делает этот киборг?

– Ты ведь понимаешь, что это значит? – спросил я, но Лекса уже исчезла в коридоре, намереваясь проследить за непрошеным гостем. Все-таки в вопросах логики она разбиралась намного быстрее меня.

Я нервно вскочил с кресла, походил по офису, остановился у мини-бара и налил себе виски. Быстро выпил, налил еще, но передумал. Слил остатки в диспозер и вновь сел в кресло, наблюдая за внешними артефактами. Зарядник уже набрал необходимый заряд и отрапортовал статус зеленым цветом. Остальные датчики безмолвствовали.

Выходить в коридор не хотелось совершенно.

Александра вернулась через тридцать минут. К сему моменту я проклял это время, проклял своего учителя, проклял магию как таковую и вообще успел попроклинать все на свете. Если за тобой отправляют боевого киборга – это уже не шуточки. Кто-то очень-очень хочет смерти некоего Бальтазара.

– Ну что?

– Черта с два. Он добрался до промышленного диспозера, подключился к сети, оставил там шифрованное сообщение и самоуничтожился.

– А что за сообщение? Ты сможешь проследить, кому отправлено?

– Сообщение отправлено по широковещательному протоколу. И я никак не смогу отследить адресата. Знаю только, что он на станции и в момент отсылки сообщения был в сети. Но это по меньшей мере тысяч пятьдесят подключений.

– Ясно, – разочарованно протянул я. Ситуация складывается не из приятных. – А что об этом думаешь ты?

– Тебя определенно хотят убить. – Уверенности в ее голосе мог бы позавидовать иной религиозный фанатик.

– Спасибо, – фыркнул я. – До этого я додумался и сам. Есть более конкретные мысли?

– Да куда уж конкретнее… Впрочем, если тебе будет лучше, то, возможно, тебя хотят убить уже две силы.

Я нахмурился:

– Что ты имеешь в виду?

– С одной стороны, кто-то очень не хочет, чтобы ты занялся настройкой системы безопасности «Рубикона».

– Но я же отказался от работы.

– Не забыл поставить в известность первого недоброжелателя? – ехидно хмыкнула Александра.

М-да, об этом я не подумал.

– Следуя твоей логике, с другой стороны, меня хочет убить сама капитан Чин за отказ сотрудничать… Кстати, не слишком ли суровая неустойка?

– Тебе надо больше общаться с женщинами, Бальтазар. Особенно с такими вот, властными, сильными, не привыкшими к отказам.

– Спасибо, наобщался. – Я поморщился. – А с другой стороны, меня хочет убить кто-то, кто не в курсе, что я отказался от работы, так?

– Ну как-то так.

– Варианты действий?

– Ты издеваешься? – хмыкнула демонесса. – Вариант только один: сидеть и не высовываться. По расписанию через десять дней «Рубикон» обязан покинуть порт, следовательно, у одной стороны не останется возможности, а у другой мотива для твоего убийства. А теперь дуй-ка спать. Только не забудь сперва включить экран «диви».

Я опустил проекционный экран со стены и со вздохом отправился в спальню.

Лежа в кровати, я размышлял над сложившейся ситуацией. Надо было что-то делать, но что и как – непонятно. Ясно одно – без Лексы мне лучше в коридоры станции не выходить: у нее и реакция получше, и выучка… да и проследить незаметно сможет, если что. Однако такая зависимость от демонессы меня слегка напрягала – я, конечно, привык, что на нее можно всегда положиться, но использовать ее как волшебную палочку-выручалочку мне претило. Может, мужская гордость, может, что еще.

А следовательно, мне надо было сделать что-то самому…

На следующее утро я проснулся раньше, чем Лекса собралась меня будить, что меня несказанно обрадовало. Сонно протопав в ванную, восстановил более-менее божеский вид. Затем вспомнил вчерашние мысли и отправился в свою лабораторию, расположившуюся в третьей комнате моего отсека.

Как, вы думаете, выглядит лаборатория мага? Колбы, реторты, перегонные кубы? Аккуратные ящички, чистый рабочий стол, мощный терминал? Или вы представили связку дохлых летучих мышей, склянки с глазами тритона и гигантский котел?

Ну, сразу скажу, все три раза мимо. По крайней мере, в моей лаборатории. Моя – я, правда, зову ее чаще мастерской, чем лабораторией, – представляет собой огромную кучу хлама из артефактов, электронных плат, различных гаджетов и заготовок, разбросанную по комнате в кажущемся беспорядке. Среди этих всех иной раз даже мне малознакомых хреновин угадываются очертания верстака. На нем стоит наполовину разобранный терминал, в котором часть деталей заменена на артефакты. Зачем? Ну скажем так, артефакт, заменяющий мне хранилище данных, способен пережить маленькую ядерную войну вокруг себя, многочасовое купание в жидком азоте и, как я подозреваю, даже погружение в корону нашего Солнца. При этом сей чудесный камешек обладает стандартным интерфейсом подключения. Правда, энергии жрет – как двадцать обычных накопителей… Что как бы тоже не составило для меня особой проблемы: придуманный мной генератор магической энергии плюс преобразователь оной в электрическую решали этот вопрос. Только рабочая температура генератора сравнима с плазменной горелкой, поэтому мне пришлось использовать для охлаждения… Впрочем, я увлекся. Вот так, кстати, всегда: стоит начать усовершенствовать современную технику по частям – и очень скоро приходишь к мысли, что проще было сделать все с нуля, качественнее и эффективнее. Открыть мастерскую по производству терминалов, что ли? От хакеров отбоя не было бы: к примеру, Александра однажды с умилением наблюдала, как мой рабочий терминал выполнял вечный цикл за полторы секунды.

– Так, ну а теперь немного помагичим, – произнес я вслух, закатывая рукава.

Лекса возникла словно из ниоткуда – она обожала смотреть, как я работаю. Наверное, потому что это происходило довольно редко.

Работа мага-артефактора довольно проста, если этот маг заранее озаботился созданием нужных для работы инструментов.

Сначала заготовка для артефакта. Это небольшой камешек размером в кулак. Вкладываем туда простое, как молоток, и такое же эффективное для своих целей заклинание поиска со вшитыми в него параметрами ауры вчерашнего киборга. Это заклинание при обнаружении цели отсылает узконаправленный магический импульс на заранее заданные координаты – их отслеживает мой терминал, накладывая сигнал на карту станции.

Затем добавляем заклинание левитации и простенький контур иллюзии. Активируем для проверки. Не шевелится. Хм-м… Ах да, крепим к заклинанию левитации алгоритм поведения мухи обыкновенной, а на контур иллюзии триггер на левитацию. Вновь активируем – ура, заработало! Заготовка взмыла в воздух, исчезла с помощью контура иллюзии и, судя по легким ударам вокруг меня, принялась кругами искать киборга. Ничего, жрать захочет – вернется в гнездо. Интересно, у мух есть гнезда? Тьфу, черт, по голове зарядила. Хоть шлем надевай. Лекса злорадно хихикает у меня за спиной.

Перехожу на магическое зрение: ага, вот она, заготовка. Ползает по столу и пытается сожрать аккумулятор. Это мы уже проходили: «мушиный» алгоритм интерпретирует нехватку энергии как голод. С легким щелчком отключается левитация, и заготовка проявляется в обычном зрении. Переключаюсь на обычное, а то в магическом голова кружится и в глазах рябит от обилия электрических потоков вокруг. Так, основа есть, теперь крепим к заготовке маленький артефактик, представляющий собой искатель-преобразователь – придумывать названий я не умею, – который выкачивает мизерные количества энергии из электромагнитных полей, которые сам и находит. Делаем ссылку в алгоритме на случай «голода» на сигналы с преобразователя: теперь, если «муха» «проголодается», руководить поисками энергии будет преобразователь.

Так, вроде все? Лекса делает странные жесты ладошками, как будто хлопает. Ах да. Размер. Несколько пассов – и заготовка уменьшается до размеров реальной мухи. Теперь точно все.

Я подбросил созданную магическую ищейку на ладони.

– Ну как тебе? – довольно ухмыльнулся я.

– Класс! – похвалила Лекса. – Вот только… на фига ты его создал-то?

– Как это на фига? – нахмурился я. – Киборга искать.

– Который самоуничтожился?

– Ну там же наверняка еще хотя бы один такой есть – кто же таких монстров в единичном-то экземпляре покупает?

– Дурак, что ли? Он один стоит как небольшой звездолет, к тому же абсолютно нелегален на станции. Какой идиот будет удваивать риск?

– Раньше не могла сказать, что ли? – расстроенно протянул я, замахиваясь.

– Э-э-эй, стой. Не выбрасывай еще. Вот, попробуй эти параметры. – Передо мной проявилась иллюзия с неполным руническим описанием ауры. Руническое описание ауры – это моя придумка, чтобы параметры аур в файлах хранить.

– Это кто? – мрачно спросил я.

– Не имею ни малейшего представления, – честно заявила демонесса.

– Остаточный след, что ли?

– Да ты гений! – восхитилась Лекса.

Я поморщился, и она ухмыльнулась.

– Сняла с киборга, пока он полз. Кто-то его трогал перед тем, как отправить на задание.

Я быстренько вернул ищейке первоначальный размер и извлек заклинание поиска. Пересобрав заклинание с новыми параметрами ауры, вложил его обратно и вновь уменьшил артефакт. Затем с сомнением посмотрел на обновленную ищейку.

– А из-за неполного описания не возникнет проблем?

– Ну найдет тебе три человека, подходящих под описание, вместо одного – и все…

Я подошел к двери отсека, приоткрыл ее и выпустил ищейку. Активированный артефакт исчез в сумраке коридора.

– Это на два человека больше проверять придется.

– Двумя человеками больше, двумя меньше… – кровожадно оскалилась демонесса.

Я хмыкнул – несмотря на показную кровожадность, Александра была, в сущности, доброй… ну, насколько доброй может быть древняя колдунья, возродившаяся в виде демона и привязанная к ученику мага в качестве фамильяра. Тут главное – не забывать откидывать экран «диви» со стенки.

Глава 5

Дни тянулись долго. Одно дело – когда ты отлыниваешь от работы, и совсем другое – когда тебе нечем заняться. Я бесцельно бродил по комнатам, время от времени поглядывая на терминал в ожидании сигнала от ищейки; дергал Лексу по пустякам и даже один раз попытался вместе с ней посмотреть это ее аниме, но не выдержал и пяти минут. Каждый день забегал Соломон с заказанной едой – и каждый раз уговаривал меня на «выгодную сделку». От скуки у меня даже промелькнула мысль взять его в ученики, но здравый смысл, объединившись с природной ленью, оказался непобедим даже скукой.

До конца моего добровольного домашнего ареста оставалось два дня. Я сидел за терминалом, качаясь на кресле, и в ожидании заказанного обеда задумчиво изучал снятые параметры ауры капитана Чин.

Неожиданно терминал издал переливчатую трель принятого сообщения. Я чуть не слетел с кресла, но в последний момент уцепился за стол и, открыв сообщение, разочарованно выругался.

– Что там? – спросила Лекса, не отрываясь от голографического экрана.

– Широковещательное сообщение, через полчаса в нашем секторе будут проводиться ремонтные работы в вентиляционной системе.

– Будут жечь гнездо инопланетного паразита? – хмыкнула демонесса.

– Ну и шуточки у тебя.

– Какие тут шуточки? – Лекса обернулась и сердито посмотрела на меня. – По форумам уже несколько дней бродят слухи, что в вентиляции поселился какой-то монстр. То ли гигантское насекомое, то ли растение-людоед.

– Тебе надо завязывать с аниме. Серьезно.

– Да иди ты… Не веришь – не надо.

Я покосился на нее – обиделась, что ли? Поди разбери – сидит себе, смотрит в экран…

– И ты до сих пор не проверила, есть ли он на самом деле?

– Делать мне больше нечего, по вентиляциям лазить. Тут кучу нового аниме в Сеть вылили, на «Рубиконе» завезли контрабандой.

– А что в Сети говорят по поводу самого «Рубикона»?

– Ну в явное вранье дамочки-капитана по поводу мнимой рассинхронизации двигателей не поверил никто из тех, кто хоть чуть-чуть разбирается в вопросе. Но единого мнения о случившемся нет, лично я придерживаюсь озвученной Хельгой версии с коммерческим саботажем.

Я хихикнул:

– Ты так серьезно обсуждаешь этот вопрос. Может, слетаешь к капитану Чин и просто подслушаешь?

– Дурак, она же меня видит.

– А, точно, – кивнул я. Люди с сильным магическим даром, даже неразвитым, видят призраков, сильные источники магической энергии и прочую сильно фонящую в магическом зрении ерунду.

– «А, точно», – передразнила Лекса противнейшим голосом. – Блин, вернуть бы тебя в прошлое, совсем пороху не нюхал. Тоже мне маг-стихийник.

– В прошлом не было пороха, – резонно отметил я, улыбнувшись.

– Магии тоже официально не было, – отрезала демонесса. – Китайские колдуны-наемники использовали порох в качестве оружия гораздо раньше, чем принято считать. Ты себе даже представить не можешь, что творил обычный железный кувшин, наполненный порохом и рублеными подковами и занесенный воздушным или земным элементалем прямо в шатер спящего вражеского полководца. Так и возникали мифы о гневе богов. Дескать, принес плохую жертву перед битвой – был наказан свыше.

– Ух ты, – восхищенно ляпнул я. – Ты с таким встречалась?

Взгляд демонессы чуть не испепелил меня на месте. Кажется, даже носки начали тлеть.

Ну все, теперь из нее слова не вытянешь, пока не отойдет.

– Меня такой кувшин убил, – неожиданно буркнула Александра. Ого.

– Ты же говорила, что это во время эксперимента, – растерянно промямлил я, за что удостоился еще одного обжигающего взгляда и поспешил прикусить язык. Хотя мне это и показалось довольно смешным.

Из вентиляции раздался отдаленный шум. Я не выдержал и хихикнул.

– Травят твоего космического таракана.

– С чего ты взял?

– Чувствуешь запах? – Я захохотал. – Ах да, ты ж не можешь ничего чувствовать. Аха-ха, тебя две, значит, ты не галлюцинация.

– Эй, Бальтазар, – встревоженно сказала Лекса, подлетая ко мне. – Что за запах? Что происходит?

Голова кружилась – и это было весело.

– Я как на карусели, ха! Слушай, а у нас на редкость прочные стенки, – хихикнул я, потирая ушибленный затылок. Перед глазами стремительно темнело. – Интересно, а огненный шар выдержат?

От яркой вспышки я зажмурился и, уже теряя сознание, успел почувствовать сильный порыв ветра.

Первое, что я почувствовал, когда сознание вернулось ко мне, – это страшную головную боль. Такого похмелья я давненько не испытывал. Хотя погодите, с чего похмелье-то? А, точно. Меня же отравили.

Так, быстрая ревизия конечностей: ноги на месте, руки тоже, но стянуты за спиной гибкими наручниками, голова тоже на месте, но лучше бы ее не было. Тело ломит как после хорошей тренировки в спортзале.

– Очнулся, сволочь? – Голос мужской, незнакомый. Я из принципа промолчал. Не люблю, когда мне грубят.

Впрочем, пинок под ребра, отозвавшийся новым взрывом головной боли, быстро меня переубедил.

– Где я? – Черт, лучше бы я молчал. Такое ощущение, будто наелся битого стекла. – Воды. Дайте воды. – Я бы предпочел пива, но что-то мне подсказало, что это не лучшая моя идея.

– Воды ему, – опять пробурчал голос, затем раздались шаги и шелест закрывающегося отсека.

Я рискнул открыть глаза. Окружающая обстановка ворвалась в мой больной мозг с ярким светом мощных ламп на потолке. Судя по всему, я находился в каком-то грузовом отсеке, вероятно, на технических уровнях станции. Вокруг какие-то аккуратно расставленные коробки, контейнеры, из стен торчат трубы, изоляция и прочая техническая архитектура. Я, как мог, похлопал себя связанными руками по карманам в поисках коммуникатора и с неприятным ощущением обнаружил полное отсутствие карманов. Более того, дальнейший осмотр показал полное отсутствие рубашки и брюк. Зато в наличии были семейные трусы, и слава всем богам, что мои собственные.

Дверь с тихим шелестом открылась, и из сумрака проявился мой похититель. Или один из них. Крупный, мускулистый и лысый. И пугающе холодный взгляд из-под сведенных бровей. Одет он был в рабочий комбинезон и тяжелые армейские ботинки, которые я возненавидел с первого взгляда. Ни воды, ни тем более пива он с собой не захватил.

– Значит, ты очнулся. – Хм, голос незнакомый. – Отлично. – Бандит снял с ближайшего ко входу ящика складную табуретку, подошел с нею ко мне, разложил ее и сел.

Я настороженно следил за ним.

– Ну рассказывай.

– Что? – просипел я. Горло нещадно саднило.

– А ты все рассказывай, не торопись, время у нас есть, – почти ласково ткнул меня ботинком под ребра похититель. Сговорились, что ли, по ребрам бить?

– Водички бы мне, – прям-таки прохрипел я.

Мужик кивнул и достал из бокового кармана комбинезона армейскую флягу. Неторопливо открутил крышечку и поднес флягу к моим губам. Я принялся жадно пить, фыркая и откашливаясь, только сейчас осознав, какой страшный сушняк я испытывал.

Утолив жажду, прокашлялся и поинтересовался:

– С самого начала рассказывать?

– Ага, – кивнул он.

– Ну хорошо. В начале был Хаос…

Шмяк! Ребра взорвались болью, легкие свело судорогой, а в глазах потемнело. Я закашлялся. Носок армейского ботинка показался мне копьем Кухулина, Га Булга[2], в руках римского палача.

– Рассказывай! – В голосе незнакомца прорезалась сталь.

– Да я понятия не имею, чего вам от меня надо! – совершенно честно признался я и напрягся в ожидании нового взрыва боли. Однако его не последовало.

– Конструктивный диалог – залог взаимопонимания, – спокойно произнес этот урод. – Расскажи нам все, что тебе известно о Мадам Чин.

«Нам»? Любопытно.

– Что? – совершенно непритворно изумился я. – Вы имеете в виду капитана Чин?

– Капитан Хельга Чин, она же Мадам Чин, – кивнул похититель.

Я сел, скрестив ноги, и задумчиво посмотрел на него.

– Честно говоря, мне особо нечего вам рассказать, капитан Чин попыталась мне сделать заказ, но я отказался на нее работать.

– А у нас другие сведения, – скучающим тоном возразил похититель.

Я нахмурился:

– Какие же?

Он привстал со стула, пнул меня ногой в плечо и сел обратно. Меня откинуло на спину. Не больно, но обидно.

– Не пытайся меня обмануть. Я хорошо знаю, что ты согласился на работу.

Твою ж мать. Я снова сел.

– Но позже я перезвонил и отказался.

– Почему? – приподнял бровь бандит.

– Потому что меня попытались убить, – произнес я, глядя прямо ему в глаза. На его лице не шелохнулась ни одна мышца. Вот и поди разбери, причастен он к этому или нет.

– Понятно. – Он встал, сложил стул и направился к выходу. Я растерянно смотрел ему вслед. – Кстати, – спросил он вдруг. – Ты знаешь человека по имени Соломон Веллер?

– Впервые слышу, – ответил я, чуть подумав.

– Я так и думал.

Дверь за ним закрылась, и я остался предоставленным самому себе.

В первую очередь я встал, подошел к стулу и осмотрел его. Пластик, края закругленные – разрезать наручники нечем. Да и не факт, что их можно разрезать вообще. Я беспомощно оглядел комнату в поисках хоть чего-либо из инструментов: пока не сниму эти гадские наручники, я практически не могу использовать магию, потому что даже самый слабый огненный шар требует взмаха рукой. До колдовства силой мысли я так и не доучился.

– Бальтазар? – шепот Лексы за спиной стал для меня просто праздником. Я развернулся.

– Привет.

– Что, попался, да?

– Ну вроде того. – Я развернулся к ней спиной и помахал руками. – Сними их.

– Не могу, – грустно вздохнула Александра.

– Почему это?

– Я зарядила в них огненным шаром, когда они вломились, – еще более грустно произнесла она.

– И что? – Я непонимающе уставился на демонессу.

– Да то, что у меня нет физического тела, балда ты эдакая, и мне энергию на новый огненный шар еще минимум неделю набирать.

Я ошеломленно уставился на нее:

– То есть погоди, ты все это время на самом деле не могла колдовать? И все эти угрозы и прочее… Хотя стоп, а как же работа с терминалом?

– Для работы с энергией мне не надо особенных запасов, я подпитываю энергетические корректировки прямо в процессе.

Для меня это было почти как снег на голову в середине июля.

– Так, Бальтазар, – вдруг произнесла Лекса. – У меня есть идея, как вызволить тебя отсюда, но тебе это не понравится.

– Да я согласен на что угодно!

– Да? Ну хорошо, жди здесь, никуда не уходи. – Она хихикнула и исчезла в полу. Я беспомощно сплюнул вслед.

И что мне теперь делать? Тренироваться? Кста-а-ати…

Я дернул ладонью, проверяя, насколько сильно мне стянули руки. В принципе не слишком туго, провернуть руку смогу, а значит, смогу и сделать жест «гвидд».

Магический знак, небольшое усилие – и одушевленные наручники, недовольно звякнув замком, расстегнулись. Затем поерзали и сползли на пол. Я потер запястья и встряхнул кисти рук – все, щаз буду зверствовать. Только осталось разобраться – где я и кто меня похитил. Блин, и вот где Александра, когда она так нужна?

Я подошел к двери – простой электронный кодовый замок, тонкий металл. Прислонив ухо к двери, дернулся: металл был на ощупь холодным и неприятным.

Через тонкую дверь, прислушавшись минуты на три, услышал сморкание, негромкий стук чего-то об стенку – и сделал вывод, что меня стережет охранник. Я вздохнул, собрался с мыслями и подготовил одно за другим два заклинания из стихии воздуха.

Маленькая молния легко убедила замок, что я знаю верный код, и дверь с тихим шелестом ушла в стенку.

Мощный воздушный кулак в челюсть заглянувшего внутрь охранника подбросил его в воздух и перевернул. Я осмотрел лежащее в беспамятстве тело: такой же комбинезон, как у главаря, в руке лазерный резак, переделанный в пистолет, и мой, МОЙ коммуникатор на поясе. Рядом с рацией. Я снял коммуникатор и задумчиво оглядел свои семейные трусы. М-да, девать его решительно некуда – не в трусы же пихать, в самом деле? Снять с бандита комбинезон? Я брезгливо сморщился, но особых вариантов не было – если меня кто увидит на станции в одних труселях, моментально вызовет Службу безопасности. А, как говорит один мой знакомый, оно мине надо?

Я затащил тело внутрь комнаты и вручную закрыл дверь. Видимо, он не успел предупредить начальство, потому что никто не спешил врываться сюда с плазмометом наперевес.

Быстренько раздев… ха, черта с два быстренько. Я промучился минут пятнадцать, прежде чем смог вытащить эту тушку из комбинезона. Он удачно оказался великоват, поэтому я быстро надел его и подкатал штанины. С ботинками получилось еще лучше – они были мне практически впору. Одевшись, нацепил свой коммуникатор на пояс и осмотрел себя. В общем-то, если не присматриваться, за местного сойду.

Осмотрев лазерный резак, я вздохнул: там стояла защита по отпечатку пальца, как на всех дорогих инструментах. Не для защиты от воровства, а для защиты от детей и случайных срабатываний. Значит, мне он бесполезен – не отрезать же ему палец? Переучивать блок распознавания необходимо было в течение пятнадцати минут, а я и так потерял слишком много времени, раздевая охранника.

Опять вышел в коридор, хлопнул себя по лбу и достал комм. Судя по карте, я находился действительно на техническом этаже станции в коридоре, обозначенном ничего не говорящим мне «11Т2Б», но зато соединяющим склад «11Т2Ц» и административный отсек «11Т2А». И единственный выход на жилые этажи лежал через этот самый «11Т2А», поэтому я осторожно двинулся вперед, загодя подготовив ментальный удар.

Вдоль всего коридора на стене у потолка висели плоские длинные лампы, часть из которых плохо работала. Сумрак, наполненный мерцающим светом. Поэзия, ей-богу.

Через два метра я споткнулся о какой-то металлический ящик, оставленный под неработающей лампой, и чуть не упал. В гробу я видал такую поэзию.

Сравнительно длинный коридор закончился поворотом и такой же дверью, какой и начался.

Я вновь приник ухом к холодному металлу. Мерзкое ощущение, надо сказать.

За дверью были слышны неразборчивые голоса. Наложив на дверь простенькое, но полезное заклинание под названием «реверберация», я смог разобрать отдельные слова.

– Так, вернемся к нашему барану. – Голос принадлежал моему похитителю. – На кого ты работаешь? – Звук удара кулаком по лицу. Знаете, мерзкий такой звук, которого ни с чем не спутаешь, если хоть раз получал кулаком по лицу.

– На Бальтазара! – Что за черт?! На меня? Не Александру же там пытают, да и голос, хоть смутно знакомый, но явно не ее.

– Врешь! – Еще удар. Хныканье.

– На себя! На себя работаю… – Хныканье перешло в плач.

– Вот холера… Заткнись уже и говори правду! – Еще удар. Плач прекратился.

– Ну и что делать будем? – Незнакомый голос. Значит, их минимум двое, кроме пленника. Вот говорила мне Александра – учись боевым заклинаниям, так нет же, артефактики клепал на продажу.

– Пока не знаю. Коли пока этого, а я пойду проведаю нашего гостя. Что-то он темнит – от заказов Мадам Чин не отказываются так просто. – Шаги стали приближаться, а плач после очередного удара возобновился.

Черт побери. Так, думай, Бальтазар, думай. Двоих сразу не потяну, если у них есть оружие, а оно у них наверняка есть, поэтому…

Когда бандит открыл дверь, я замер в десяти шагах от нее, прижавшийся к стенке и накрытый заклинанием иллюзии из магии света. Сложное заклинание, позволяющее заставить фотоны плавно «огибать» цель, но вот поддерживать его мне хватает сил минуту, максимум две.

Ментальный удар был еще наготове, так что я дождался, когда он пройдет мимо меня, – и жахнул по его мозгу всеми своими силами, отправив его в глубокий нокаут. Вспышка боли в голове от усилия заставила меня потерять концентрацию, и моя невидимость спала. Я подошел к лежащему в отключке похитителю и изо всех сил пнул его по ребрам.

Немного полегчало, но зато закружилась голова – скорее всего, от быстрого расхода большого количества энергии. Я сконцентрировался на собственных резервах и понял, что их осталось совсем немного. На огненный шар не хватит. Плюс в комнате еще одна жертва, а светить магию мне как-то совсем не хотелось. Решение пришло мгновенно.

Заклинание личины – одно из элементарнейших заклинаний из области света, требует очень мало энергии и по сути является скорее фокусом, чем полноценным заклинанием. Хотя, честно говоря, классический «отвод глаз» еще проще и может применяться даже исполнителем без врожденного магического дара, но он, к сожалению, относится к магии разума, на которую у меня, если можно так выразиться, аллергия. К тому же личина надежнее и поддерживается с минимальными тратами энергии.

Поэтому в комнату – благо дверь была не заперта на этот раз – я зашел под личиной первого вырубленного мной охранника.

– Боб? – недоверчиво спросил третий бандит, одетый примерно так же, как и первые два.

Я кивнул, пробежал взглядом по комнате, нашел открытую бутылку пива на столе, подошел к ней и начал пить. Молодой парнишка – жертва пыток – сидел в кресле, привязанный за руки и ноги, уронив голову на грудь. Я невольно скривился – узнал его.

– Эк тебя перекосило-то… Что там Макс делает с пленником?

Я провел ребром ладони по горлу, не отрываясь от горлышка.

– Понятно, это он умеет, – хохотнул он, поворачиваясь к своей жертве. В этот момент я размахнулся и с силой опустил бутылку на его затылок.

– Уф. Вот так, – сказал я, провожая взглядом падающее тело. Затем бросился к креслу и начал развязывать пленника. – Ну и что ты тут делаешь? – сердито спросил.

Парень посмотрел на меня взглядом испуганной лани и вжался в кресло, видимо ожидая нового удара. Черт, совсем забыл про личину! Я провел рукой над лицом, снимая заклинание, словно маску.

– О, Бальтазар, это вы… – Соломон Веллер шмыгнул носом… и разревелся как ребенок.

Я растерялся. Выглядел пацан ужасно, чувствовал себя, по-видимому, еще хуже, и ругать его совершенно перехотелось.

– Так, успокойся уже, – прикрикнул я на него.

Парень издал несколько всхлипываний и замолчал, глотая слезы и сопли.

– Успокоился?

Он кивнул, глядя мне в глаза. Лицо все в кровоподтеках, левый глаз заплыл, нескольких зубов не хватало.

– М-да, красавчик ты, – вздохнул я, отворачиваясь и оглядывая комнату. Входная дверь, шкаф, несколько ящиков. Я быстро обыскал все доступные места, но своей одежды так и не нашел, придется оставаться в комбинезоне.

– Бальтазар! – вдруг прошептал Соломон. Я вопросительно посмотрел на него.

– Их было еще трое, – вновь прошептал парень.

Час от часу не легче!

– Чего же ты молчал, придурок?! – свирепо зашипел я, лихорадочно заметавшись по комнате в поисках оружия. Ну или хотя бы ножа – палец отрезать у бандита.

Дверь открылась как раз в тот момент, когда я, склонившись над телом третьего похитителя, обыскивал его карманы.

– Не двигайся! – хриплый мужской голос.

Я замер, скосив глаза на дверь. Два силуэта, лиц не разобрать без поворота головы, а рисковать я не торопился.

– Что тут произошло? – другой голос, тоже незнакомый.

– Так, ты! А ну встать, руки за голову – и давай обойдемся без резких движений, о’кей? Это в твоих же интересах. Майкл, проверь Стэнли, он жив вообще? – Один из бандитов метнулся к телу.

Я выпрямился, заложил руки за голову и посмотрел на вошедших. Не выдержав, хмыкнул: все те же рабочие комбинезоны – униформа у них такая, что ли?

– Чего скалишься, урод? – немедленно отреагировал бандит, держа меня на мушке лазерника. – Сейчас тебе будет не до смеха. Майкл, ну чего там?

– Да жив он. В отключке. – В голосе Майкла послышалось облегчение.

– Понятно. Где остальные наши люди? – Вопрос уже явно ко мне.

– Мертвы, – зачем-то ответил я. Вот дурак, для чего соврал-то? Тоже мне герой-коммандос. Щаз как жахнет по мне лазером…

Видимо, ему пришла в голову та же мысль, потому что он скорчил свирепую рожу, вытянул руку и…

– Ложись! – шепнули мне на ухо.

…В этот момент его голова разлетелась на куски. Как арбуз. На мелкие такие кусочки, серо-красной мозговой дрянью даже заляпало мой «новый» комбинезон.

Я моргнул от неожиданности. Через мгновение в комнату ворвались четыре человека в черных закрытых армейских боевых доспехах, но без знаков отличий. Один из них держал в руках игольник, остальные трое были с армейскими плазмометами. Быстро, отточенными движениями они заняли позицию сначала на входе, откуда плазменный плевок проел дырку в несчастном Майкле, едва успевшем выхватить лазерник. Впрочем, почему-то ни грана сожаления по этому поводу я не испытал. Затем трое с плазмометами заняли позиции: один взял на мушку Соломона, второй – меня, а третий – дальнюю дверь. Видимо, снаружи остался еще как минимум один.

Я вновь моргнул.

Человек с игольником подошел ко мне, затем расстегнул шлем, и я опять утонул в огромных глазах Хельги Чин.

– Где Бройль? – резко спросила она у меня.

– Кто?

– Максимиллиан Бройль, он тебя похитил.

– Э-э-э, не знаю, но кто-то, кого этот вот называл Максом, сейчас там. – Я показал большим пальцем себе за спину.

– Живой?

– Да, я его вырубил.

Хельга едва заметно качнула головой. Двое из трех оперативников подорвались с места и исчезли за дверью.

– Кто-то может мне объяснить, что тут происходит? – попросил я.

– Ты цел? – спросила она, проигнорировав мою просьбу.

– Да вроде бы, – неуверенно протянул я.

– Отлично. Взять его, – коротко приказала Чин. Я открыл было рот – возразить, но мне технично вбили кляп, накинули на голову непрозрачный мешок и вкололи в плечо какую-то гадость из медицинского пистолета. Что-то я часто стал терять сознание, успела прийти мне мысль перед тем, как потерял сознание.

Очнулся я на этот раз без головной боли. Ребра едва заметно ныли, но если не прислушиваться к ощущениям – терпимо. Открыл глаза и с удивлением оглядел незнакомую комнату, обставленную, на мой взгляд, уж чересчур по-спартански: кроме кровати, собственно, в ней ничего не было. Впрочем, постельное белье свежее, а кровать вполне удобная.

Я сел на постели и осмотрел себя. На этот раз на мне не было даже трусов. Тенденция, однако.

– Очнулся? – шепот Александры на ухо. – Не отвечай пока, просто зевни, если ты в порядке.

Душераздирающий зевок получился даже без особых ухищрений.

– Прекрасно. А то я даже волновалась.

Я хмыкнул, но промолчал.

– Тут везде камеры, меня они не слышат, естественно, но не факт, что не видят. Так что я пока невидимкой побуду.

– И что же вчера произошло? – с задумчивым видом пробормотал я как бы сам себе.

– Когда тебя похищали, я выдала огненный шар, покалечила одного из нападающих, но от перенапряжения выпала из реальности на пару часов.

Я уронил челюсть едва ли не на пол.

– Ну да, – шепот стал смущенным. – Такое бывает при перерасходе энергии. Я ведь как бы и сама – энергия. Ну так вот, – продолжила она. – Когда… очнулась, я увидела, что на терминале есть сигнал от твоей ищейки – видимо, когда главный бандит вышел в коридор общего доступа, она смогла его обнаружить. Ну и по сигналу я нашла тебя. Я думала, он приведет к капитану «Рубикона», но ошиблась. Видимо, не она пыталась тебя убить.

– Хельга Чин? – все так же задумчиво произнес я, глядя в никуда.

– А, это… – Я прямо увидел, как она скривилась, хоть и была невидимой. – Я с ней договорилась, что мы примем ее заказ и сделаем приличную скидку, если она спасет тебя из лап похитителей.

Черт, есть еще несколько вопросов, но просто так их не задать. Что же делать?

Со стороны двери послышался тихий сигнал, и дверь с шелестом ушла в стену. На пороге стояла капитан Чин (Мадам Чин?), а на полу у ее ноги я с удивлением увидел один из старых вариантов ищейки, над которым, будто голограмма, висела Александра.

– Развлекаешься созданием искусственных интеллектов? Ты ведь знаешь, что согласно законам СНС это тяжкое преступление против человечества? – приподняла бровь капитан «Рубикона».

Я моргнул.

– Это не ИскИн, а самообучающийся бот с алгоритмом подражания личности. К тому же у него нет ни одного внешнего интерфейса. И разума – тем более. – Артефакт подъехал к кровати, и маленький, но ощутимый разряд электричества щелкнул меня по большому пальцу ноги. Я дернулся.

– Ага, так я и поверила и про бота, и про отсутствие интерфейсов. Впрочем, мне все равно, я тебе не полиция нравов. К тому же сам факт создания ИскИна говорит в пользу твоего профессионализма.

– Это не ИскИн, – вяло возразил я, но Хельга проигнорировала мою реплику и перешла к делу:

– Итак, обсудим новые условия.

– А нельзя ли мне позавтракать?

– Во-первых, сейчас уже время обеда, а во-вторых – сначала мы обсудим условия контракта, потом, по результатам достигнутого соглашения, будем думать насчет условий твоего содержания. Я доступно выражаюсь?

– Другими словами, либо я добровольно соглашаюсь сделать все бесплатно, либо вы меня заставляете это сделать насильно?

– Я рада, что мы друг друга поняли. Приступаешь к работе завтра. Вопросы, пожелания?

– Где сейчас Соломон Веллер?

– Мистер Веллер доставлен домой, в целости и сохранности. Еще вопросы или пожелания?

– Да, я хотел бы все-таки поесть.

– Обед принесут через несколько минут. Еще вопросы?

– Почему Макс называл вас Мадам Чин?

– Потому что я и есть Мадам Чин. – Хельга усмехнулась, а у Лексы за ее спиной лицо приобрело какое-то странное выражение.

– Последний вопрос: где моя одежда и коммуникатор?

– Одежда в шкафу. Коммуникатор там же, на верхней полке. Рабочие инструменты и материалы, на которые указал ИскИн, – в ящике в углу шкафа.

Я внимательно оглядел комнату.

– Шкаф, – произнесла Хельга, и в стене возле кровати открылась дверь. «Свой» комбинезон я увидел сразу и поморщился.

– Не беспокойтесь, мы захватили вашу одежду, благо ИскИн открыл нам дверь в вашу каюту. Кстати, как вам удается сделать так, что его голограмму вижу только я?

– Направленный резонанс с бета-ритмами мозга, я снял ваши параметры, когда вы заходили в мой офис. – Ответ был у меня уже наготове.

– Оригинально. И что, вы можете любую голограмму сделать видимой только для определенного человека?

Я подумал, привязка отображения к ауре – не такая сложная вещь, а вот само отображение – сложнее, тем более голографический трехмерный экран на базе артефактов. Об этом я раньше не задумывался. С другой стороны – какова идея! Можно сделать комнату с трехмерным изображением на порядок качественнее «диви», но это проект не на один месяц. К тому же я лишусь единственного средства давления на своего фамильяра.

– Нет, не могу. По крайней мере, быстро. Это штучная работа, обошлась мне в полгода труда. Впрочем, если у вас есть несколько лет времени в запасе… – Я многозначительно замолчал.

– Понятно.

Дверь вновь открылась, и в комнату вошла девушка лет восемнадцати-двадцати: огненно-рыжая, в комбинезоне механика и с подносом в руках. На лице – кстати, вполне симпатичном, с чуть раскосыми глазами – застыло выражение крайней подозрительности. Увидев меня, она ойкнула и покраснела.

– Познакомься, это Кэт. Талантливый механик и хороший программист. Она будет тебе помогать в работе, если понадобится.

Я кивнул ей и представился:

– Бальтазар.

Девушка покраснела еще больше, поставила поднос на пол и выбежала из каюты. Да что это с ней? Хельга посмотрела ей вслед, затем, с любопытством, на меня. Ах да. Я же раздет.

– И я бы предпочла, – Мадам Чин смерила меня взглядом с ног до головы, – чтобы ты работал при более традиционном дресскоде.

Я пожал плечами, утвердительно кивнул и, подняв оставленный Кэт поднос, произнес вслух: «Стол». Рядом с кроватью же из стенки откинулась столешница. Поставив поднос на нее, я сел на кровать, взял в руку ложку и принялся есть.

– Приятного аппетита, – произнесла Хельга через минуту и подошла к двери. Там она обернулась и добавила: – Мой номер коммуникатора есть в памяти твоего ИскИна.

Затем она вышла из отсека.

Я тут же отложил ложку в сторону и взял из шкафа свой коммуникатор.

– Нашла камеры? – набрал я в текстовом редакторе.

– Да, – шепнула Лекса мне в ухо. – Вот в том углу и в душе.

– А где душ? – Вот же ж Хельга извращенка-то, а?

– Там же, где стол и шкаф.

Логично.

– Что у тебя есть по Мадам Чин?

– О-о, – протянула она. – А ты не в курсе? Я же тебе скидывала ссылку на новости месяц назад.

Я поморщился. Если бы я смотрел все ссылки, скинутые мне Александрой, мне бы пришлось ночами не спать.

– Пропустил, наверное.

– Ага… В общем, есть хорошая новость и плохая.

Я посмотрел в воздух слева со всей возможной строгостью во взгляде. Лекса хихикнула.

– Хорошая новость: твой наниматель богат. Так что если даже не заплатят по новому контракту, есть возможность подзаработать на дополнительных подрядах.

– А плохая?

– Плохая новость: твой наниматель – это главарь огромной флотилии космических пиратов.

Я в ужасе обернулся на голос.

– Это шутка такая? – набрал я быстро.

– Какие уж тут шуточки… самая что ни на есть правда.

Я скептически хмыкнул.

– Ну ладно, это одна из версий. Строго говоря, имя «Мадам Чин» считается слухом, а Хельга Чин была подвергнута в свое время тщательнейшему расследованию службами безопасности всех по очереди правительств Содружества, но они ничего такого не обнаружили.

– Зачем же она сохранила фамилию? Могла как угодно обозваться.

– Это нечто вроде традиции, точней, даже должности – «Мадам Чин». Каждая новая командующая флотилии зовется Мадам Чин. Так что это вопрос гордости, скорей всего. Ну и бравада, наверное.

– Что-то как-то это на бред смахивает. Хотя вдруг удастся стать главарем пиратов?

– Ты? Главарь пиратов? Ха!

– Ну спасибо! – обиделся я.

– Незагде, – хмыкнула Лекса. – Наслаждайся ситуацией.

Я вздохнул и покопался немного в коммуникаторе. Судя по всему, я пребывал на борту «Рубикона», потому что точка моей позиции находилась за пределами карты станции, а карты корабля у меня не было.

Маленькая ищейка подъехала к шкафу и восторженно засигналила красной светопанелькой. Я недоуменно посмотрел на нее.

– Носки нашла, – прокомментировала Александра.

Точно! Я же когда-то вложил туда поисковое заклинание на поиск потерянных носков. Как я мог забыть такую полезность-то? Надо будет подновить заклинание… правда, придется с пола все поубирать, иначе ищейке ездить негде. И кстати, насчет носков – надо бы одеться.

Я доел обед, оставил поднос на столе и направился к шкафу. Облачившись в потертые «рабочие» джинсы и серую рубашку, я обул старые любимые кроссовки и кинул коммуникатор в карман, включив его в режим записи карты – на всякий случай.

Теперь я был готов к экскурсии по кораблю.

Как только я вышел в коридор – меня остановил охранник, стоявший у двери. О том, что он охранник, говорил шеврон «СБ» на плече. Он протянул мне пластиковый прямоугольник, а на мой вопросительный взгляд охотно пояснил, что это гостевой допуск на корабль. Необходимо прислонить прямоугольник к специальному выступу у двери – и система безопасности откроет дверь. Ну или не откроет, если прав нет. Куда откроет – могу спокойно идти, куда не откроет – мне нельзя.

Я поразился. Система была мне знакомой, очень дорогой, но принцип – старым, как мир. Надежности – ноль целых ноль десятых, я могу эту дверь открыть за тридцать секунд даже без помощи магии, одним только своим коммуникатором. С другой стороны, обычный человек без разрешения сервера не пройдет.

Вежливо поблагодарив охранника, я вместе с артефактом-ищейкой отправился на свою экскурсию. Судя по всему, охрану предупредили, потому что те немногочисленные эсбэшники, которых я видел в коридорах корабля, никак на меня не реагировали.

Корабль был… ухоженным. Очень и очень чистым, опрятным и аккуратным. Ни царапин на пластике, ни ржавчины, ни даже пыли – я специально несколько раз проводил рукой в разных труднодоступных местах вроде задней панели информационных экранов.

Хотя размеры торгового звездолета, который являлся одновременно и торговым центром, и пассажирским лайнером, были поистине огромными, заблудиться в коридорах было сложно: множество надписей на пяти основных языках – английском, китайском, японском, русском и испанском. Из них я знал только английский, да и то не слишком хорошо, и совсем чуть-чуть – испанский. Александра же знала все пять, причем совершенно зубодробительные китайский и русский она вроде знала еще при жизни. Между собой мы обычно разговаривали на смеси гэльского и валлийского, иногда добавляя современные термины из английского. Кстати, современный английский оказался весьма удобен для описания различных магических процессов и терминов, хотя большая часть этих «удобных» слов оказалась заимствована из латыни, что, впрочем, меня не слишком удивило: римляне уделяли очень много времени магическим изысканиям. Особенно после того, как они встретились в бою с кельтскими магами во время захвата Галлии.

Впрочем, я опять отвлекся.

Бродить по кораблю мне быстро надоело, поэтому я направился в Западный шлюз попить пива и заодно было бы неплохо зайти к Соломону и поинтересоваться у него, каким же образом он оказался втянут во все это.

Однако, когда я подошел к выставочному залу, который отделял пассажирский отсек от выхода с корабля, я вдруг обнаружил, что система безопасности не хочет меня туда выпускать. Я несколько раз подносил пропуск к приемнику, но каждый раз загорался ярко-красный свет и надпись «Access denied»[3]. После третьего раза охранник словно бы случайно положил руку на кобуру, и я спешно ретировался.

Значит, выпускать меня отсюда пока не хотят. Ну что ж, пока пробиваться наружу силой не будем, тем более что я все-таки обязан капитану Чин жизнью, значит, уж что-что, а работу сделаю.

Спросив у ближайшего встречного охранника расположение какого-нибудь бара на пассажирской палубе, я отправился туда.

В столь позднее время столики в баре были заняты почти все, поэтому я сел у стойки, заказав пива – привозную «Звезду Каф». Информационный экран над стойкой в углу вещал что-то о системе вентиляции станции, но я не слушал: пока есть время, надо поразмыслить.

Я достал коммуникатор.

– Александра? – набрал я.

– Да, я тут, – прошептала она на ухо.

– Почему ты все время прячешься?

– Здесь огромное количество людей с неразвитым магическим даром, – ответила она.

Я удивленно побарабанил пальцами по столу.

– Откуда?

– А я почем знаю? – огрызнулась демонесса. – Я подозреваю, что их неудовлетворенность из-за неразвитости дара проявляется именно так, в эдакой извращенной адреналиновой наркомании. Может, именно это толкает их на обитание в космосе.

В принципе гипотеза имеет право на жизнь. В истории очень многие талантливые люди – например, тот же Александр Македонский, его тезка Александр Суворов, Наполеон и, к примеру, Адольф Гитлер – обладали магическим даром. Понятно, что прямых доказательств или свидетельств этому нет, потому как в этот момент, судя по описанным событиям, магия находилась уже в страшном упадке; однако после тщательного изучения документов мы с Лексой пришли к выводу, что имели место некоторые магические явления. Например, почти все из них владели даром убеждения, а некоторые умели «вдохновить» солдат так, что те сутками шагали, будто машины, не зная усталости и боли, в том числе и в бою; в общем, случалось всякое малообъяснимое, что и привело нас к мысли о магических способностях.

Здесь же наблюдалась схожая картинка, если верить Александре. А не верить ей у меня поводов не было.

– Когда «Рубикон» должен уйти из системы? – спросил я.

– Отправление было задержано на три дня, по официальной версии – для дозаправки и внеочередного техобслуживания двигателей. Но, как ты понимаешь, доработка системы безопасности – истинная причина задержки.

– За три дня я могу не успеть.

– Успеешь. Типовые блоки, как для той работы на складе, у тебя готовы, я проверила. Более того, мы их захватили с собой, когда за твоей одеждой ходили, они сейчас в кладовке в твоей каюте хранятся. А текущие сигнальные цепи утилизируешь для новой системы. Другими словами, работа будет чисто механическая: заменить приемники и переставить софт на сервере.

– Плюс апгрейд сервера.

– Ну и считай: полдня на апгрейд, полдня на переустановку и настройку софта. Дня полтора на замену приемников и еще полдня на инструктаж. Ровно три.

– Форс-мажор не учли.

– А ты работай без форс-мажора, – хмыкнула Лекса. – Тоже мне маг.

Я взглянул в угол экрана коммуникатора. Часы показывали 23:30, примерно через полчасика надо будет собираться домой. То есть в выделенную мне каюту. А пока, учитывая, что примерный план работ на следующие три дня уже определен, я решил расслабиться и просто понаблюдать за жителями корабля. То, что девяносто процентов посетителей здесь – это жители, а не пассажиры или торговцы, я знал достоверно: час назад закончилась лицензия «Рубикона» на торговлю, сами торговцы предпочитали жить на станции в удобной гостинице, а регистрация пассажиров на обратный рейс всегда происходит за полдня до старта корабля.

Минут через пять я заметил входящую в бар Кэт. Все в том же комбинезоне, только через плечо была перекинута сумка для планшетного терминала. Она кого-то высматривала в толпе, затем ей помахали рукой, но она просто кивнула, проигнорировав приглашение. Заметила меня у стойки и решительным шагом направилась прямо ко мне.

– Привет, – сказала она, слегка покраснев, и бухнулась на высокий барный стул рядом с моим.

– Привет, – кивнул я.

– Капитан приказала продумать и согласовать план работ.

– Я уже все продумал. Завтра закажете набор стандартных ключей и приемников на частотах бета-волн, я могу подсказать даже хорошего поставщика. – От откатов еще никто не умирал. – И придется заменить приемники на всех замках. Ну а я тем временем займусь апгрейдом железа и настройкой софта на сервере.

– А зачем заменять приемники? – подозрительно спросила Кэт. – У нас очень хорошая и дорогая система.

– То, что она дорогая, – поморщился я, – еще не значит, что она хорошая или хотя бы качественная. Идем со мной, я покажу.

Я встал, в два глотка допил пиво, рассчитался и двинулся к выходу из бара. Кэт направилась за мной. Перед самым выходом я остановился, пропуская девушку вперед, за что был награжден подозрительным взглядом.

Подойдя к ближайшей двери, я поднес к ней карточку. Загорелся зеленый свет.

– Ты можешь запретить мне проход через эту дверь?

Кэт кивнула, вытащила из сумки свой планшетник, наклонилась чуть вперед, считывая идентификационный код замка. Через несколько секунд она буркнула: «Готово» – и скрестила руки, приглашая меня действовать. Я прислонил ключ к замку – «В доступе отказано».

– Засекай время, – улыбнулся я, доставая свой комм.

Принцип взлома такой системы относительно прост, особенно для специалиста. Сканируем частоту приемника, создаем виртуальный «сервер безопасности», подчиненный основному, даем там полный доступ для всех и перенаправляем сигнал с приемника на виртуальный сервер. Учитывая готовые скрипты – мне довольно часто приходилось демонстрировать качество товара «конкурентов», – это все заняло двадцать восемь секунд.

Я вновь поднес карточку. «Доступ разрешен», щелчок, дверь с шелестом отъехала в сторону.

– Что? Как? Подожди! – Кэт опять включила планшет и лихорадочно забарабанила по нему пальцами. – Как ты… Там до сих пор нет разрешения! И ни одного следа в логах о доступе к серверу.

– У этих замков, – довольно улыбнулся я, – есть один большой минус: стандартизированный софт основного сервера, который позволяет распределить нагрузку на систему, используя виртуальные серверы с другого «железа». Я просто создал еще один сервер, зарегистрировал его в системе и перенаправил контрольный сигнал на него. А в данный момент этот мой виртуальный сервер автоматически потерял регистрацию и все логи доступа.

– Так просто? – огорченно спросила Кэт.

– Именно так, – кивнул я.

– А подрядчик так расхваливал эту систему… «Мы вбухали в нее довольно приличный бюджет»…

– Ну строго говоря, сама система неплохая. Просто необходимо много дополнительных настроек и более надежные приемники, с активным ключом.

– Убедил, – вздохнула Кэт.

– Кстати, насчет утреннего инцидента…

– Проехали, – вновь покраснела она. Как мило.

– Я бы хотел загладить свою вину, угостив тебя чем-нибудь в баре…

– Как-нибудь в другой раз, – отказалась она. – Скинь мне на почту адрес этого твоего поставщика, я размещу заказ, а то у нас времени в обрез.

Я послушно скинул «мыло» одного из своих постоянных поставщиков, уточнил модель приемника, и Кэт, не оставив мне ни единого шанса, испарилась в коридорах станции.

Я вздохнул, а Александра хихикнула мне на ухо:

– У нее тоже дар?

– Да, с ней что-то не совсем понятно, слишком насыщенная аура, но в целом – потенциальный маг жизни.

А значит, по части магии стихий она не совсем уж на нулевом уровне.

– Вот ее в ученики я бы взял… – набрал я на коммуникаторе.

– Кобель! – возмущенно воскликнула Лекса, забыв о своей конспирации.

Я хихикнул и, открыв на комме записанную им карту, отправился в свою каюту.

Глава 6

Добравшись до кровати, я плюхнулся на нее животом вниз и через минуту активировал через ткань джинсов маленький артефактик.

– Ну что, поговорим? – спросил я, садясь на кровати.

– Ты что, дурак? – зашипела Лекса, не заметив активации артефакта.

Я усмехнулся и вытащил из кармана джинсов камешек со встроенным в него заклинанием магический блокнот. Заклинание, разработанное для аудио– и видеозаписи процесса эксперимента, плюс маленький модуль для подключения к информационному потоку видеокамеры. В итоге камера записала минуту моего «сна» и прокручивала по кругу возможному зрителю. Энергии артефакта должно хватить примерно на час времени, затем нужна будет подзарядка. Но часа мне хватит.

Александра поняла, что это за артефакт, и проявилась в воздухе. В знакомой мне тошнотворной ярко-салатовой пижамке.

– Нет, я не дурак. Но у меня есть несколько крайне интересующих меня вопросов.

– Давай-давай, трави несчастного фамильяра, дави на совесть и честность…

– Не паясничай. Во-первых, откуда такое ограничение на использование энергии?

Александра помолчала, но я терпеливо ждал.

– Ты ведь не отстанешь, да? – вдруг спросила она.

– Не отстану.

– Ладно. Видишь ли, я не совсем демон.

Я только хмыкнул:

– А кто же ты?

– Оперируя современными терминами, я скорей полтергейст. А они не могут часто выполнять сложные манипуляции с собственной энергией.

– Час от часу не легче. Почему же Мерлин назвал тебя демоном, когда я закончил ритуал?

– Ну-у, – протянула Лекса, замявшись. – Дело в том, что полтергейст – это нечто вроде куколки демона. Строго говоря, я почти не отличаюсь от демона, но для того, чтобы стать полноценным демоном, мне нужно тело. И не простое человеческое, а, скажем так, духовное тело.

– Душа то есть?

– Ну если тебя не коробит от этого клише…

– Дальше, – перебил я ее.

Александра зло сверкнула глазами:

– И когда ты исполнял ритуал, я отозвалась на него не просто так.

– Мерлин, да? – догадался я.

– Угу, – кивнула она. – Он предложил мне хорошую цену – возможность стать полноценным демоном, избавившись от этого дурацкого недосуществования.

– Почему же он не заплатил тебе?

– Потому что я твой фамильяр. И заплатить мне должен был ты, когда сможешь это сделать.

– Дай угадаю… Когда я стану архимагом.

– Вероятно, но тогда я об этом не знала. Он просто убедил меня, что ты сможешь это сделать через какое-то время, – а даже Мерлин не может соврать духу, пребывая в астрале. Просканировав твою ауру, я увидела хорошие способности к магии смерти и решила, что Мерлин именно для этого учит тебя некромантии.

– Почему же ты согласилась стать фамильяром? По сути, ты попадала в рабство.

– Но не вечное же, – пожала плечами Лекса. – Человеческий век недолог, по нашим меркам. Даже для мага. Так что я ничем особо не рисковала.

– Цинично.

Александра пожала плечами:

– Полтергейст обретает возможность стать демоном примерно через пять-шесть тысяч лет существования. Это был шанс ускорить процесс. А для тебя это был редкий шанс получить в фамильяры полноценного демона – что, кроме очевидной пользы в возможной критической ситуации, добавляло бы тебе веса в магическом сообществе.

Я не мог не признать ее правоту, так что вынужден был согласиться.

– Ну хорошо, а что ты собираешься делать теперь?

– В смысле? – удивилась Лекса.

– Ну я не могу заплатить тебе, пока не стану архимагом, да даже если стану, все равно не уверен, что смогу, – просто не знаю как.

– Ну и что? – пожала она плечами. – Все равно я бы ждала эти пять или шесть тысяч лет, пока моя энергия достаточно стабилизируется для захвата нового тела. А так две тысячи уже прошли, да и лет через сто – сто пятьдесят ты умрешь, а я снова стану свободным духом.

– Но ты собираешься помочь мне превратиться в архимага, верно?

– Всеми силами. Так я ускорю свое обращение.

– И это единственная причина мне помогать?

Пауза.

– Нет.

– И каков же очередной тайный мотив? – ехидно спросил я, прищурившись.

Пауза.

– Ты мне симпатичен.

Я широко распахнул глаза.

– Ну ты ведь в курсе, что без физического тела мы…

– Дурак! – возмущенно прервала меня она. – Не в этом смысле! Просто ты напоминаешь мне саму меня в твоем возрасте. За вычетом возможности слететь с катушек, пытаясь стать архимагом.

Я с облегчением выдохнул. Как-то трудно понять, чего можно ожидать от влюбленного демона. Или полтергейста? Пускай лучше демоном остается, так мне привычнее.

– Ладно, с этим разобрались.

Александра кивнула, но ее лицо тоже выражало облегчение. Видимо, она все же опасалась этого разговора.

– Хотя стоп. – Мне в голову пришла одна мысль. Лекса вновь напряглась. – А если, когда я стану архимагом, я смогу получить бессмертие? Ведь это не такой уж невозможный вариант.

– Да, это вероятно, – согласилась она. – Об этом я раньше не думала. С другой стороны, возможно, я тебе стану не нужна и ты меня просто отпустишь.

Я не стал ее разубеждать.

– До этого еще дожить надо. А пока вернемся к нашей ситуации.

– Ну давай.

– Меня смущает, что ты считаешь их пиратами.

Александра скривилась:

– Это не я их считаю, я просто хорошо изучила слухи в Сети, пока еще мы были на станции. Нигде прямо не говорится, что они – пираты, но если проследить маршрут «Рубикона» – он нигде, ни в одной точке не пересекается с точками появления пиратских флотилий.

– Разве это не должно говорить об обратном? – Я удивленно выгнул бровь.

– Только для дилетанта, – поморщилась демонесса. – Понимаешь, пираты не бороздят космическое пространство в поисках жертвы, они обычно устраивают эффективные засады на не слишком популярных, а потому не особенно тщательно охраняемых торговых путях. Вытряхивают из торговцев груз и смываются неизвестно куда.

– Ну и что? Если они не слишком популярные, возможно, «Рубикон» просто на них не заглядывал.

– Никогда? Ни разу? Торговец – и упустит свою выгоду из-за возможного – кстати, весьма маловероятного – нападения космических пиратов?

Я пожал плечами:

– Может, они перестраховываются?

– Не смеши меня. За последние три тысячи лет суть торговцев не изменилась ни на йоту. Так что можешь думать что хочешь, но этот корабль – не торговец. Ну или это качественно развитое прикрытие. Но с пиратами они как-то связаны.

– Но это еще не означает, что они пираты.

– Конечно, не означает, – подтвердила она.

– Тогда почему ты…

– Ну было бы здорово, если бы они были пиратами, правда? – улыбнулась эта зараза.

Я закатил глаза.

– То есть «Мадам Чин» – это не командирша флотилии пиратов?

– Вообще-то командирша, тут я тебе не соврала. Только это настоящая легенда среди торговцев, и живет эта легенда уже лет двести. И эта легендарная пиратская флотилия считается уничтоженной примерно с тех пор. Почему же Хельга представилась как Мадам Чин – я понятия не имею.

Это следовало тщательно обдумать. А еще лучше – спросить напрямую, раз уж она сама себя так назвала.

– Ладно, еще вопрос.

– Давай.

– Каким образом Соломон Веллер оказался впутан в эту ситуацию?

Александра скривилась, будто ей вместо рахат-лукума подсунули кислющий лимон.

– В день, когда тебя похитили, я ему послала сообщение на форуме, где поделилась якобы слухами, что капитан «Рубикона» ищет талантливого компьютерщика для большого заказа.

– Вы что, в Сети общаетесь, что ли?

– Да. С тех пор, как мы обнаружили в нем артефактника. К тому же Соломон обладает неплохой профессиональной репутацией технического специалиста.

– Ну а зачем ты ему послала это сообщение?

– Я хотела проверить, нужен ли Хельге именно ты, либо ей просто нужен хороший спец.

– И как?

– Понятия не имею, – призналась она. – Я отослала ему несколько сообщений, но он не отвечает, а сообщения до сих пор имеют статус «непрочитанных». Видимо, он не появлялся в Сети с момента возвращения домой.

– А может, наша Мадам Чин его пристукнула почем зря и соврала, что домой отправила?

– Не-а, – отрицательно замахала Лекса головой. – Я проследила, он действительно дома.

Я задумался, посмотрел на часы. Время еще было.

– Понятно, – сказал я. – У тебя доступ в Сеть сейчас есть?

– Да.

– Там что-то говорят о происшествии в нашем отсеке?

– Нет, – Лекса нахмурилась. – Станционные ремонтные боты, разумеется, починили дверь, но об инциденте хранится подозрительное молчание.

– А что внутри?

– Полный… гм. Плохо все. Офис превратился в настоящий свинарник. Частично сгорел, терминалы вышли из строя, но моя коллекция аниме выжила…

– Ты всерьез полагаешь, что мне интересна твоя коллекция? Что с мастерской?

– Ну там все плохо. Кое-что, что было закопано достаточно глубоко, осталось невредимым, но сверху погорело все. Терминал, к моему удивлению, выжил, хотя мне пришлось разрядить в нем пару артефактов, чтоб перепрограммировать и зарядить твою старую ищейку. – Александра показала на нелепый кубик на колесиках, замерший возле шкафа. – Пожарная система включилась, конечно, но расплавившийся пластик успел залить половину комнаты – все-таки не ожидали конструкторы системы, что придется тушить магически созданные огненные шары.

– В общем, генеральной уборки не избежать, – вздохнул я тяжко.

– Это точно.

Я снова глянул на часы. Времени уже почти не осталось.

– Ладно, я спать, завтра полно работы.

Я развернулся на живот, отключил артефакт, затем разделся и лег обратно. На этот раз – спать.

Утро началось с побудки. Хельга лично позвонила мне по комму и пригласила в серверную.

Вставать хотелось как работать, то есть не хотелось вовсе. Но контракт есть контракт, пусть даже устный. Я, кстати, вообще не слишком понимал всю эту современную бюрократию. Ударили по рукам – есть договор, обманул – руку долой. И честно, и просто. Но современная концепция под названием «гуманизм» взрывала мой мозг напрочь. Гуманизм – это когда ты вроде как обязан помогать всяким сирым, убогим и прочим умалишенным, и если тебя кто-то обманул или даже предал – ты не можешь испепелить его на месте, а обязан «подать в суд», и они уже заставят твоего недруга выплатить виру. Вира – это, конечно, хорошо, но я бы лучше руку отрубил. Откупаться деньгами от предательства – это бред какой-то. А еще у них нет смертной казни. Ну вот вообще. То есть если маньяк убил твою беременную жену, то его поймают – если еще поймают – и посадят даже не в сырой каземат, а в теплую и уютную камеру, где будут кормить, лечить, пылинки сдувать. Ибо гуманизм.

Кстати, еще у них тут есть такие совершенно безумные понятия, как толерантность и политкорректность. А я вот, скажем, римлян не люблю, хотя больше и по традиции. И англосаксов. И ревностных христиан тоже. Так тут получается, что я нарушаю кучу федеральных законов, проявляя нетолерантность к христианству и неполиткорректность к уже вымершей нации. Слышал бы их Мерлин, устраивавший целые костры из англосаксов…

В общем, кое к чему я в этом времени привыкнуть так и не смог. И хотя, казалось бы, за восемь лет сумел влиться в социум так, чтобы не выделяться, но все равно регулярно удивляюсь глупости некоторых современных обычаев.

Впрочем, понятие работы изменилось за две тысячи лет весьма незначительно, так что я заставил себя встать с постели и привести – хотя бы немного – в порядок свою физиономию. А заодно и душ принять.

– Александра, ты идешь? – спросил я в воздух, одеваясь.

– Не-а, – прошептала она мне на ухо. – Большой мальчик, сам справишься. А я в Сети покопаюсь, пока тебя нет.

Я пожал плечами и вышел из отсека бодрым шагом, когда вдруг понял, что не знаю, где серверная. Впрочем, гадать или спрашивать мне не пришлось: в коридоре меня уже ждала Кэт. Мне показалось, она выдохнула с облегчением, когда я появился из каюты уже одетым.

– Идемте, Бальтазар, – сказала она, зашагав по коридору.

– Кэт, давайте на «ты», – предложил я, следуя за ней.

– Хорошо, но меня зовут не Кэт, а Кати, Кэт – позволительно только капитану. Она иначе меня не называет.

– Прошу прощения, – галантно извинился я. Да как ни назовись, от этого ты менее восхитительно рыжей не станешь, красавица.

Кэт-Кати пожала плечами.

– Я, кстати, спросить хотел, – решился я. – Как насчет попить кофе сегодня после работы?

– Я не пью кофе, – отрезала она.

– Мм… пива?

– Не хочу.

– Вина?

– Не люблю.

Вот черт.

Я заткнулся, чтобы не лишить себя последних шансов на приятный вечер, и дальше следовал за Кати молча.

Минут через пять ходьбы она остановилась в неприметном на первый взгляд месте и достала ключ. Я отметил, что ключ не ее обычный, а раньше мной не виденный и, судя по всему, не привязанный к общей системе безопасности. Металлическая панель, искренне мной считаемая за кусок стены, плавно уехала в сторону, открывая вход в… логово, что ли? По крайней мере, это выглядело именно так – логовом страшного зверя. Примерно так же выглядела пещера моего предшественника, первого ученика Мерлина – Мордреда, прекрасного алхимика и весьма могущественного мага, известного тем, что разгадал тщательно охраняемый секрет греческого огня. Этот огонь, кстати, сыграл весьма существенную роль в битве на реке Риброит, когда, казалось, сама река полыхала огнем, пожиравшим саксонские драккары. Или на чем они там плавали – не знаю, я далек от мореходства.

Кати по-хозяйски зашла внутрь, не глядя положила сумку с планшетником на серверный шкаф и, оглянувшись, замахала мне рукой – заходи, мол.

Я, отчего-то слегка нервничая, вошел внутрь, подсознательно ожидая привычно возмущенного вопля Мордреда: «Только не трогай ничего, безмозглый дурак!»

Тут даже пахло так же, каким-то растворителем.

Видимо, девушка заметила, что я принюхался и поморщился, потому как смущенно пробормотала:

– Извини, наверное, запах не выветрился. Я тут просто платы чистила…

– Не страшно. Зачем мы сюда пришли?

– Вообще-то это и есть серверная. За дверью – гермозона, а тут – я живу.

– Странновато для отсека…

– Мне нравится, – пожала она плечами. – У меня есть и официально закрепленная за мной каюта, но здесь мне нравится больше.

– Я не это имел в виду. – Вот уж на что я бы не стал обращать внимания. Видела бы она мою мастерскую. – Сам отсек странный, слишком уж скрытый.

Кати вновь пожала плечами.

– Удобно, – сказала она, не вдаваясь больше в детали.

Подумав немного, я пришел к выводу, что такие отсеки используются для контрабанды или когда надо спрятать что-то от общего доступа.

– Ну хорошо, двигаем в гермозону, – сказал я, надевая тонкую, но очень теплую курточку, специально захваченную с собой для этой цели.

В принципе серверная меня не слишком впечатлила. Обычная. На том складе у «Каррибеан парадайз» была похожая. Кстати, даже очень похожая. Хм, та же операционка, тот же софт, даже железо практически такое же. Я достал комм, открыл архивную картотеку и убедился, что система безопасности «Рубикона» абсолютно идентична системе безопасности «Каррибеан парадайз». Совпадение было бы слишком невероятным.

Любопытно.

Уже точно зная, что делать, я принялся за работу. Заменил несколько блоков обработки информации своими артефактами, слил из архива готовые скрипты и позвонил капитану Чин.

– Что случилось? – недовольным голосом спросила она.

– Мне нужно перезагрузить сервер безопасности для переустановки системы. Одного часа на подготовку хватит?

– Да, мне Кэт говорила, что это понадобится. Хорошо, я отдам необходимые распоряжения.

Я отключился, и через секунду на комм Кати пришло сообщение.

«Код 12б», – подглядел я.

– А что такое «Код двенадцать-бэ»?

– «Код двенадцать» – приостановление работы сервера системы безопасности. «Двенадцать-а» – незапланированное, «двенадцать-бэ» – запланированное, – машинально ответила Кати, затем с подозрением уставилась на меня. – А тебе зачем?

– Любопытство – это мой самый страшный недостаток, – честно признался я. – Кстати, а что с замками?

– Их должны доставить через полчаса-час.

– Мне необходимо будет поработать с ними немного.

– Долго?

– Хм, а сколько замков?

– Вместе с запасными – двести штук.

Черт. На том складе «Каррибеан парадайз» их был всего десяток. Ну можно будет попробовать провести общее изменение, и хотя это потребует много сил, зато сильно сэкономит время. Главное, чтобы процесса никто не видел, а то придется довольно долго объяснять, зачем вокруг кучи замков начертана октограмма.

– Нет, недолго, минут тридцать. Надо будет просканировать их на предмет нестандартных частот, которые могут использоваться для «бэкдоров».

Кати кивнула.

– О’кей, я провожу тебя на склад, когда их привезут.

Ч-черт. И за сервер страшновато: вдруг нормально не установится?

Впрочем, опасения мои были напрасны: и сервак нормально встал, и на складе меня оставили наедине со штабелем замков. Нарисовав мелком октограмму, я выложился на полную, перенастраивая все замки одновременно на «магические» частоты, недоступные обычным сканерам. Происходило это довольно своеобразным способом: настраивался нужным мне порядком один замок и программатор ключей, а затем одушевлялся весь штабель устройств как единое существо. Которое и распространяло изменения с одного кусочка своего тела на все остальные.

Это трудно, но возможно, правда, только если одушевляемые предметы обладают приблизительно одинаковыми параметрами – размеры, вес, материал и так далее. А ритуальная октограмма нужна, чтобы создать магический барьер, удерживающий существо внутри. Я представил себе лица охранников, мимо которых в поисках энергии проползает гора коробок, и хихикнул.

Все, закончил, теперь хрен кто без ключа доберется до системы. Я отер с лица пот и уже хотел уйти, но хлопнул себя по лбу: вот дурак, октограмму не стер. Пришлось потратить еще несколько минут на уничтожение следов ритуала.

Сдав свежезачарованные «артефакты» Кати, я отправился в каюту. Интересно, она заметила, что я едва-едва ноги переставляю?

В любом случае теперь день-полтора от меня ничего не требуется, пока меняют старые замки на новые.

– Привет. Как работа? – шепнула мне Александра.

Учитывая, что я устал, словно вручную разгрузил корабль вольного торговца, я бросил на нее мрачный взгляд, молча прошлепал к кровати и, упав на нее, как был, в одежде, надежно вырубился до самого вечера.

Лекса меня будить не стала.

Часов в шесть вечера у меня зажужжал вибрирующий комм. Я сквозь сон «выключил будильник», но комм зажужжал еще раз. С трудом разлепив один глаз, я обнаружил, что это не будильник, а вызов. С незнакомого номера. Проклиная все на свете, я поднес комм к уху и больше промычал, чем проговорил:

– Компания «Безопасные системы безопасности», слушаю вас.

– Бальтазар, это Кати…

– Проблемы?! – Я резко вскочил, запутался в одеяле, споткнулся и чуть не расквасил себе нос об опущенную столешницу.

– Да нет, никаких проблем, я сейчас снаружи твоего отсека.

– А, да заходи тогда.

– А ты одет?

Вот далась ей эта одежда.

– Да, заходи.

Когда она вошла, все еще заспанный, я сидел на кровати, скрестив ноги.

Увидев ее, невольно замер и даже почти перестал дышать.

На этот раз она была одета не в свой замызганный комбинезон, а в аккуратное черное платье в обтяжку, безумно дорогущие туфли на псевдо-а-грав-каблуке, а роскошные волосы уложены в замысловатую прическу. И выглядела, прямо скажем, просто восхитительно. Нет-нет, я недостаточно точно выразился. Не просто восхитительно, а… волшебно! Точно. Именно волшебно. Оказывается, спецовка прекрасно справлялась с функциями маскировки, пряча та-а-а-акую фигурку…

Я молчал, потеряв дар речи, а Кати улыбалась, наслаждаясь произведенным эффектом. Пауза затягивалась, но я не мог сконцентрироваться на разбегающихся мыслях, поэтому девушка, усмехнувшись, заявила:

– Я сейчас выйду и подожду тебя ровно десять минут. Ты же, кажется, собирался меня куда-то пригласить?

Кажется, я так и не пришел в себя, потому что получил разряд пониже спины, и у меня в ухе раздался тихий-тихий шепот Александры:

– Бальтазар? Совсем дурак, что ли? Фас!

После быстрого душа одевался я не просто быстро, а чуть ли не моментально, благо демонесса, кроме рабочей одежды, захватила этот ужасный костюм, который ей так нравится. Вроде бы он страшно дорогой, она заказывала его по моей кредитке сама, я даже на чек не посмотрел. Не знаю, как я в нем выгляжу со стороны, но чувствую себя кошмарно, поэтому надевал я его два или три раза, когда нытье Лексы «этому клиенту ты обязательно должен понравиться» становилось просто невыносимым. Ей нравится, а я не понимаю.

И вот сейчас в качестве превентивной меры я сразу взялся за костюм, избежав очередного электроразряда. Тоже, что ли, научиться так с энергией работать? Или это сугубо полтергейстская «фишка»? Надо будет спросить, когда наедине будем… И вообще надо учиться говорить мысленно. Мерлин говорил, что с фамильяром такое можно.

Одевшись, я посмотрел на себя в зеркало, выдвигающееся из шкафа. Хрен его знает, честно говоря. Все-таки не понимаю.

– Отвернись от камеры, – шепнула демонесса. Я послушно повернулся к углу комнаты спиной.

Раскаленный ветер жестко прошелся по брюкам с такой скоростью и силой, что я чуть не вскрикнул от неожиданности. Брюки она так погладила… а я чуть их не испачкал с перепугу.

– Все, красавец. Цветов бы тебе еще найти где, да только где их найдешь.

– Цве?.. – Я осекся, вспомнив про камеру, но моя удивленная физиономия, видимо, оказалась довольно красноречива.

– Ох, горе ты мое, – скорбно вздохнула демонесса. – Ты хоть знаешь, куда ее поведешь?

Я машинально открыл карту комма и вдруг замер – щаз же еще один разряд куда не надо получу, если на бар ткну.

На карте зажглась точка и название – «Барабан».

– Это клуб-ресторан недалеко от площади Торгового шлюза.

– Там лучше, чем в баре, да? – быстро набрал я.

– Догадливый какой. Да, лучше. И дороже, но тебе пока волноваться не о чем. А теперь – шагом марш!

Я быстро запомнил маршрут до ресторана, спрятал комм и двинулся к выходу.

– Стой, – сказала Лекса. – Возьми малый зарядник. На всякий случай.

Зарядником мы называли одноразовый артефакт-хранилище сырой магической энергии, которую можно было легко извлечь и использовать. Выглядел малый зарядник как обычная платежная карточка, поэтому я кинул ее в бумажник, вздохнул и вышел в коридор.

Кати ничего не сказала, но, судя по выражению лица, осталась мной довольна. Она взяла меня под руку, и мы неторопливо двинулись в ресторан «Барабан».

На этот раз меня спокойно выпустили из корабля – видимо, под ответственность Кати, – и мы добрались до «Барабана» без приключений. По дороге я то и дело ловил на себе завистливые взгляды прохожих мужского пола и явно оценивающие – женского. И чувствовал я себя по этой причине просто превосходно.

«Барабан» оказался приличного размера заведением с аккуратной и почти незаметной обстановкой того рода, которая выглядит вроде бы недорого, но стоит баснословных денег. Столик, как оказалось, Александра заказала через Сеть, поэтому, как только я поднес платежную карту к сканеру, перед нами материализовался метрдотель с идеально выверенной улыбкой на лице. Я с трудом подавил желание померить углы улыбки транспортиром.

– Мсье, мадемуазель, ваш столик готов. – Моя спутница бросила на меня удивленный взгляд. Кажется, я набрал несколько очков.

Подойдя к столику, я галантно отодвинул стул, помог Кати сесть и уселся сам. Я это в «диви» подсмотрел, и, кажется, все сделал как надо.

Усевшись напротив, я взял у подскочившего официанта два меню, одно отдал девушке. Официант молча ждал заказа, а Кати, не открывая меню, положила на него руки и, улыбнувшись, сказала:

– Удиви меня.

Первой моей мыслью было наколдовать огненный шар. Предпочтительно себе в голову: и удивлю, и избавлюсь от необходимости придумывать заказ. На языке вертелась какая-то «паста карбонара», единственное «ресторанное» название съедобного блюда, которое я помнил. Ну не закажешь же тут яичницу! Я открыл меню, лихорадочно пытаясь сообразить, что заказать.

– Ох, горе ты мое, – прошептала мне Лекса на ухо. Я чуть не подпрыгнул на стуле. Вот мерзавка! Решила себе устроить бесплатное развлечение и проследить за нашим ужином! Ну я ей устрою…

– Повторяй за мной, – продолжала она. – Две порции ферганского пилава из бараньей ножки…

– Две порции ферганского пилава из бараньей ножки…

– …две порции салата ачик-чичук…

– Две порции салата ачик-чичук…

– …А на десерт – Шато д’Икем урожая… пофиг какого, у них все равно только один вариант…

– А на десерт – Шато д’Икем урожая… пофиг какого… – Я осекся и чуть ли не прорычал. – У вас ведь это вино есть только одного урожая?

– Да, простите. – Официант выглядел воплощением скорби.

– Ничего, – снисходительно кивнул я. – Нам подойдет.

– Молодец, – шепнула Александра. – Выкрутился. Так, на десерт еще закажи тирамису из маскарпоне.

– И два тирамису из сыра маскарпоне, – добавил я, закрывая меню. Что такое сыр маскарпоне, я знал хорошо, потому что регулярно жрал бутерброды с маскарпоне. Вкусно, кстати, рекомендую.

– Итак, две порции ферганского пилава, две порции салата ачик-чичук, на десерт два тирамису из маскарпоне и бутылка Шато д’Икем. Верно?

– Да, все правильно. – Вот че я щаз заказал-то? Кроме маскарпоне и вина – ничего не знакомо. Судя по задумчивому лицу Кати, ей тоже. К тому же мне показалось, что она выбирала, как лучше и быстрее сбежать отсюда к чертовой бабушке.

Официант кивнул и растворился в воздухе.

– А теперь развлеки даму разговором! – прошептала Лекса.

Я скрежетнул зубами, изображая при этом легкую улыбку. Немножко нервную, вероятно. Из простого и понятного «попить пива в баре» это превратилось в черт знает что, похлеще застенков инквизиции. Кстати, а вы знаете, что у римлян уже тогда, в пятом веке была инквизиция? Не такая явная, как вот в Средние века, но еретики подвергались гонениям уже тогда, практически сразу после признания христианства официальной религией Римской империи. Впрочем, это я нервничаю и пытаюсь думать о чем-то постороннем…

– Давно ты на станции? – вдруг спросила она.

– Почти восемь лет, – быстро сосчитал я.

– И как, не надоело?

– Да не то чтобы… а что, задумываешься осесть на месте?

– Боже упаси!

– А что, тебя так привлекает жизнь на корабле?

Она подумала немного.

– Ты знаешь, да. Привлекает. Не могу себя представить на одном месте дольше месяца. А так – каждую неделю новый порт, новая планета, новые люди… Это интересно.

Я многозначительно покивал, не решившись признаться, что не нахожу в этом ничего интересного.

– Кстати, а почему капитан Чин называет себя Мадам Чин? Вы действительно пираты?

В ответ она расхохоталась и смеялась долго и чуть ли не до слез.

– Пираты? О боже, Бальтазар, о чем ты говоришь? Какие пираты? Мы их седьмой дорогой обходим, плюс на всякий случай страхуемся в «Аркадии».

– «Аркадии»? – почему-то насторожился я. Название было смутно знакомым.

– Да, это нечто вроде крупной страховой компании, здесь, на «Черной радуге», они единственные страхуют от нападения пиратов.

– Кажется, что-то слышал о них, – кивнул я.

Принесли заказ.

Я с недоверием осмотрел блюда, стараясь не показать виду, что они мне незнакомы, но в «ферганском пилаве» я с удивлением узнал плов, который я пробовал еще в ученичестве, когда к Мерлину приезжали гости с Востока. Зачерпнул ложкой немного риса и отправил в рот. Вкусно. Не так, как в тот раз, но все же очень вкусно. Кати тоже осторожно попробовала, но после первой же ложки отбросила сомнения и с удовольствием начала есть.

Салат тоже был ничего, хотя и необычный, а от тирамису я ничего особенного и не ожидал. Зато вино было выше всяких похвал.

Когда мы, откинувшись на спинки стульев, наслаждались вкусом десерта и общались на различные отвлеченные темы, Александра вдруг шепнула мне на ухо:

– Тревога!

Я оглянулся: в ресторан вошли два человека в черных костюмах и зеркальных очках. Стояли у входа и осматривали посетителей через свои очки. Я был знаком с такими очками: через них можно было видеть так называемую «дополненную реальность», как у пилотов космических кораблей, – вокруг людей ты видел их данные, по картотеке определялись имя и фамилия и так далее. Обычно их использовали агенты СБ, деловые люди и любители компьютерных игр.

Почему-то оба вошедших человека не были похожи ни на деловых людей, ни тем более на любителей игр.

Один подошел к метрдотелю, спросил что-то у него, и метрдотель указал в нашу сторону. Мужчина направился прямо к нам.

– У тебя есть неприятности с законом? – тихо спросил я у Кати.

Она отрицательно помотала головой.

– Значит, это по мою душу, – вздохнул я, шестым чувством предвидя очередные неприятности.

– Господин Бальтазар? – спросил у меня «человек в черном», не удосужившись даже снять очки.

– Да, это я. – Я поставил бокал с тирамису на стол и сложил руку в знак «графанк», необходимый для создания разряда молнии.

– Я – агент Гросс. – Он достал и показал мне жетон Службы безопасности. – Не могли бы вы пройти со мной в офис СБ?

– По какому поводу?

– Вы обвиняетесь в террористической деятельности. – Он спрятал жетон и вытащил из-за пояса наручники. – Не могли бы вы вытянуть ваши руки вперед?

Еще как мог бы, подумал я. И обязательно это сделаю.

Глава 7

Почему я буду сопротивляться? Да потому, что я успел заметить «B.R.S.S. Dept. of Special Cases» под номером на значке: «Отдел специальных дел Службы безопасности «Черной радуги». А Лекса в свое время мне о-очень доходчиво объяснила, что это за департамент и за какие такие «специальные дела» он отвечает. В двух словах: за инопланетян и всякую сверхъестественность. Кстати, вот тоже глупое слово, потому как магия не более сверхъестественна, чем, скажем, дыхание или питание.

Да что это такое, подумал я, отбрасывая воздушным кулаком агента в глубь зала. Он пролетел несколько метров и упал на стол, опрокинув его. Брызги еды полетели во все стороны, и я со злорадством отметил, что его дорогой черный костюм оказался заляпан кафским острым соусом к рыбе, который не отстирывается от одежды ни при каких обстоятельствах, я уже пытался.

– Сзади! – Это Александра. Она кричит, не скрываясь, но все еще невидима. Ох, как она сейчас мне завидует, наверное. И локти кусает, что ничем не может помочь.

«Восемь лет я жил на этой проклятой станции без каких-либо приключений, умудряясь оставаться в тени даже от служб безопасности», – вновь подумал я, выпуская молнию во второго агента. Тот сполз по стенке, не подавая признаков жизни, но вцепившись в парализатор мертвой хваткой. Ну убить не должно было… по идее.

И вот за одну проклятую неделю моя едва наладившаяся жизнь трещит по швам.

А меня очень раздражают перемены.

Я схватил ошалевшую Кати за руку и потащил к выходу. Метрдотель вежливо открыл перед нами дверь и со все той же безукоризненной улыбкой произнес:

– Благодарим за посещение нашего ресторана, господин Бальтазар, счет за обед и причиненный ущерб мы пришлем по почте.

Да-а, вот что такое по-настоящему шикарное заведение. Подозреваю, если бы я разгромил здесь все к демонам, он точно так же улыбался бы и пообещал бы счет по почте.

Споткнувшись об эту фразу на ровном месте и машинально кивнув, я вынырнул из ресторана и быстро огляделся. Так и есть, двое слева, один справа. Идут ко мне, на ходу доставая парализаторы. Удачно, мне как раз направо: поэтому топаю ногой по металлической поверхности пола: это жест; создаю форму: сейчас мне нужна стена; напитываю нужной мне энергией – разумеется, магия сущности. Послушный металл плавится, теряет форму и вырастает в широкую металлическую стену, перегораживающую почти весь проход.

Справа раздается вскрик, я разворачиваюсь и вижу, что агент уже спотыкается и летит вперед, выронив парализатор: Кати включилась в игру и держит в одной руке крохотный ультразвуковой станнер, в другой – свой коммуникатор. Чувствую укол любопытства: где она их прятала? Но благоразумно удерживаюсь от вопроса. И как только она прошла через шлюзовый детектор?

– Чего стоишь? – спросила она сердито, обернувшись ко мне, и озадаченно раскрыла рот, заметив стену через весь коридор.

– Двигай! – подтолкнул я ее. Путей отступления у меня не так много, но сейчас главное – скрыться от эсбэшников. Кати сорвалась с места, я побежал за ней.

– Давай за мной! – крикнула она и свернула в сторону площади.

– На корабль, что ли? – удивился я, догоняя ее.

– Да. Потом поговорим. Прибавь темп!

И мы прибавили. Метров через двести у меня в боку закололо, но я, пыхтя и отдуваясь, бежал за Кати. Похоже, пора подумать об абонементе в спортзал. Или прекращать пить пиво… не-эт, лучше в спортзал.

Мы выбежали на площадь, теперь к шлюзу – и на корабль.

Западный шлюз представлял, по сути, систему портов, один из которых был гигантским, предназначенным для таких крупных кораблей, как «Рубикон», остальные же были рассчитаны на более мелкие корабли, как торговые, так и пассажирские.

Шлюз был отделен от площади таможенным контролем и вечно забитым залом ожидания.

Мы вбежали в помещение таможенного контроля и прошли через детектор в зал ожидания. Я, запыхавшийся вусмерть, попытался отдышаться, а заодно быстро оглядел толпу – никого, ни единого человека в черном. Даже странно.

– Чего опять застрял? – раздраженно толкнула меня Кати.

– Щаз, – задыхаясь, прохрипел я, сделал над собой усилие и быстрым шагом направился вслед за девушкой к порту «Рубикона», сопровождаемый удивленными и любопытными взглядами людей в зале.

Мы вышли из зала и вбежали в дверь коридорчика, соединяющего общий коридор и большой порт. Ну как «коридорчик» – метров десять в ширину, метров двадцать в длину. Когда мы добежали до середины, из двери напротив выбежали человек десять бойцов, уже не с парализаторами, а с тяжелыми армейскими плазмометами. Я обернулся, но сзади нас уже тоже ждали. Бойцы опытно рассредоточились по комнате, чтобы их нельзя было раскидать одной гранатой, и наставили стволы «плазм» на нас.

Засада.

Ну все, приехали. Как там в той сказке – я и от римлян ушел, и от англосаксов ушел, и от СБ спрятался, а тут, простите… Не спрячешься. И уходить некуда.

– Сдавайтесь, или мы открываем огонь на поражение! – приказал нам офицер СБ, стоящий за бойцами.

Время потянулось медленно-медленно, я лихорадочно размышлял, что же делать, но никак не мог придумать, что делать: один огненный шар не поможет, а десяток – не успею; защитный кокон – штука хорошая, но я смогу либо себя прикрыть, либо Кати, что меня не устраивало, без нее на корабле мне делать нечего; разметать воздушной стенкой тоже не выйдет – слишком замкнутое помещение, быстро разницу давлений создать почти невозможно.

– Слейся со мной! – шепнула Александра.

Слиться? На кой черт?

В принципе я понял, чего от меня хочет демонесса, – при необходимости маг может мысленно сливаться со своим фамильяром. Например, если фамильяр – ворон, то можно его глазами смотреть на вражеский лагерь; если не ворон, а, скажем, кот, а на дворе март… ну и так далее, вариантов использования своего фамильяра – великое множество. Но я не понял, зачем это нужно сейчас.

Лично я никогда такого не делал, поэтому, честно говоря, было страшно. Мерлин уверял, что это просто, и даже показывал, как это, но для «просто» он был слишком уж вымотанным этим слиянием.

Но выбора особого не было, а моя смерть Лексе сейчас бесполезна, так что я закрыл глаза и мысленно потянулся к Александре. Голову пронзила вспышка боли, но тут же все прошло.

– Хе-хе, – хихикнул я и удивленно обнаружил, что это не совсем я хихикнул-то. Это была Лекса, а я вроде как оставался просто наблюдателем в собственном теле. Видел, слышал, обонял, но контролировать не мог, и возникло ощущение, что руки и ноги занемели… как во время сонного паралича.

– А если я откажусь? – Мой голос раздался неожиданно для меня самого.

Я почувствовал, как мои губы раздвинулись в улыбке. Александра тянула время и, судя по необычным, но знакомым ощущениям, выполняла комплекс разминки мышц, привыкая, или скорее вспоминая, каково это – контролировать живой организм. Я чувствовал отголоски восторга, переполнявшего ее сознание.

– Я уже сказал: открою огонь на поражение, – невозмутимо произнес офицер.

– Ха! Ха-ха! Амха-ах-ах-аха-а. – Мой демонический хохот наполнил коридор. Даже мне самому стало как-то не по себе.

Честно говоря, все, что происходило в следующую пару десятков секунд, я помню смутно, поэтому особо мне рассказывать нечего. Это вот как пробегитесь по улице – вы все хорошо видите. А потом повторите пробежку со включенной видеокамерой и посмотрите, что получилось: сплошное мельтешение, и ничего не понятно.

Александра быстро до дна исчерпала весь мой небольшой запас энергии: я не успел осознать и половины созданных ею заклинаний. Из узнаваемых были только цепная молния, кокон (который был наложен на Кати) и огненный шар.

Все закончилось быстро, очень быстро. Я стоял посредине коридора, в моих руках с тихим шипением и фырканьем медленно гасли два огненных меча, рядом со мной недвижимо замерла Кати с широко открытыми от удивления глазами, а вокруг были разбросаны тела оперативников. Я перешел на магическое зрение и схватился за виски от пронзившей их головной боли – сказалась нехватка энергии.

Лекса не пощадила никого: ауры всех солдат были подернуты серой дымкой смерти.

– Александра? Ты в порядке? – спросил я, но ответа так и не дождался и обеспокоенно позвал: – Лекса, ау!

Нет ответа. Ладно, куда она денется, призраки же не умирают. Верно?

– Кати, быстрее, – произнес я, поворачиваясь к девушке. Она вздрогнула, несколько раз моргнула и, кивнув, двинулась вперед. Остался последний рывок.

Я перешагнул через офицера и первым вышел в зал, напрямую соединенный со шлюзовым отсеком «Рубикона».

Яркий свет ударил в глаза, и, щурясь и моргая, я разглядел смутные фигуры еще десятков двух человек с плазмометами.

Один из них встал перед прожектором, очертив силуэт экзоскелета с тяжелым бластером в руках.

Ну, теперь точно трындец.

– Быстро на корабль! – приказал силуэт голосом капитана Чин. – Модр скажет, куда дальше.

– Двигай же! – толкнула меня в спину Кати, и я, выключив мозг и механически перебирая ногами, побежал в сторону входа, где нас ждал здоровенный негр с «плазмой» и нашивкой «Modr» на рукаве.

Почувствовав под ногами металлический пол грузовой палубы «Рубикона», я чуть успокоился и глубоко вздохнул. В тот же момент у меня подкосились ноги и поплыло перед глазами.

– Что с ним? – удивленно спросил негр.

– Он сейчас был на чистом адреналине, так что теперь ловит ожидаемый отходняк.

– Ясно… Ты сама двигаться можешь?

– Я – да, но этого здоровяка я сейчас на себе не дотащу.

– В служебке уже оборудована полевая хирургия, двигай туда, а твоего кавалера я сейчас приволоку.

Сквозь цветные круги я увидел, как Кати уходит куда-то в темноту коридора, и в тот же момент меня подхватили за пояс и перекинули через плечо. Глаза неудержимо закрывались, голова болела, и сознание, сжалившись наконец, покинуло меня.

Очнулся я все в той же знакомой мне комнате, но вокруг меня стояло множество людей. Не открывая глаз, я слышал их и чувствовал их ауры необычайно четко и ясно – вокруг меня стояли три женщины и двое мужчин.

Жаль, распознавать ауры я так и не научился.

– Да, жить будет, но у него страшный упадок сил. – Незнакомый женский голос. – Я даже не могу снять нормально данные, настолько его организм истощен.

– Я видела, как он применял что-то… очень мощное, но это потребовало всех его сил. – Кати.

– Такие технологии могут стать не только мощным оружием, но и инструментом давления на правительственные структуры. – Голос того негра… как его там… Модра?

Вот тебе и на. Впрочем, ожидаемо.

– Не могут, – произнес я хрипло, не открывая глаз.

– Бальтазар! – воскликнула Кати. Кажется, мне почудилось беспокойство в ее голосе, но я бы не рискнул утверждать с уверенностью.

– Господин Бальтазар, мне кажется, вы задолжали нам объяснение. – Холодный тон Хельги Чин пробрал меня до самых костей. Я открыл глаза и осмотрел обступивших кровать людей.

Кати, уже в своем обычном комбинезоне, огромный Модр все в том же бронежилете и с «плазмой» за плечом, пожилая женщина в белом халате медика, незнакомый мне мужчина восточного типа, одетый в такой же, как у Кати, комбинезон, и Хельга Чин, прекрасная и холодная, в армейской униформе без знаков отличия. Тоже мне консилиум.

Тем не менее я прекрасно осознавал, что я обязан этим людям если не жизнью, то уж свободой – точно. Хотя вот зачем они меня спасали, тоже не вполне понятно, так что особенно уж обязанным я себя не чувствую.

Так, быстрый анализ ситуации, энергия до сих пор почти на нуле, все тело болит, словно после первого посещения спортзала.

– Могу я сначала прийти в себя?

– О да, времени у нас теперь много, мы уже в открытом космосе, на пути в систему Каф.

Я скривился: покидать станцию не входило в мои планы… С другой стороны, какие, к черту, планы? Просто меня раздражала необходимость менять что-то в моей жизни столь кардинально.

– Хельга, ему нужен отдых, – сказала женщина в халате. – И еда.

– Хорошо, – кивнула она. – Отдыхайте, Бальтазар. Нам предстоит серьезный разговор. Обед вам скоро принесут.

– Было бы замечательно: я голоден как волк.

Они вышли из комнаты, Кати, выходя, бросила на меня взгляд, и я, не удержавшись, подмигнул ей.

Ответной реакции не дождался. Впрочем, не особо и надеялся.

Ну что ж, Бальтазар, теперь думай. Выбора у тебя особого и нет, с корабля никуда не денешься. К тому же Александра куда-то пропала…

На «Черную радугу» мне пока что путь заказан, а в системе Каф делать нечего – не подаваться же мне в косметический бизнес? Эх, надо было соглашаться на предложение молодого Веллера, сидел бы сейчас дома и вовсю работал над любимыми артефактами. И с Лексой все было бы в порядке.

Еду мне действительно вскоре принесли – охранник с тяжелым лазерником в незастегнутой кобуре, – и я принялся рассеянно ее поглощать, размышляя о происшедшем.

В принципе думать-то особо было нечего. Я вспомнил, что мне известно о Каф: колонизирована выходцами из Евросоюза, древнего государства Земли; благодаря уникальной флоре является крупнейшим в Галактике поставщиком элитной косметической продукции; планет-спутников две: Норд, индустриальная планета-город, и Кастилия, планета-курорт. Планеты-спутники – так называются обжитые планеты, юридически подконтрольные одной из планет СНС. У Земли – это только Луна с ее подземными городами, но остальные члены СНС обладают властью как минимум над двумя планетами-спутниками, а у Джунго их целых пять, причем каждая с труднопроизносимым названием.

Покончив с обедом, я откинулся на подушку и заложил руки за голову.

Пожалуй, придется начинать жизнь заново.

А что, было бы неплохо устроиться на Кастилии…

Лежащий у меня возле уха комм разразился оглушительной трелью. Я поморщился и перевел звонок на громкую связь, даже не посмотрев, кто звонит.

– Слушаю, – буркнул я.

– Бальтазар, нам нужно поговорить. – Кати. Ну еще бы нам не нужно было поговорить, после того что она видела-то. Я удивлен, что она до сих пор не вытрясла из меня ответов. И вообще что-то тут не слишком все понятно. С одной стороны, Хельге что-то известно, но она молчит, с другой – Кати работает на нее, но чего-то от меня хочет.

– Хорошо, – ответил я. – Давай поговорим.

– Через полчаса жду тебя в серверной.

– Эй, – возмутился я. – Я как бы больной тут. Почему бы тебе сюда не прийти?

– Для тебя же стараюсь, идиот! – прошипела Кати и отключилась.

Да что за… Я уронил комм на подушку и попытался встать. Хреново. Магическое истощение отозвалось на организме самым негативным образом. Я доковылял до шкафа, обыскал свои вещи и выудил из кармана брюк бумажник. Малый зарядник нашелся внутри, и я облегченно вздохнул.

Закрыв глаза, ввел свою ауру в резонанс с частотой зарядника, и энергия артефакта стала частью меня. Такой резкий прилив сил вызвал легкое головокружение, и я сел обратно на кровать. Конечно, не все последствия истощения еще ликвидированы, но главное – что нормально ходить я уже могу.

Одевшись в привычные джинсы и клетчатую рубашку, я вышел в коридор. Кивнув охраннику, отправился по знакомому маршруту в серверную, отметив по пути, что замки уже сменили на новые. Когда я подошел к нужной панели, она с легким шелестом ушла в стенку, впуская меня внутрь. Я перешагнул порог, и панель с тем же звуком вернулась на свое место. Освещалось помещение только экраном терминала, за которым сидела Кати.

– Сядь, – сказала она, кивнув в сторону кровати. Я послушно сел.

– Значит, так. – Пальцы девушки забегали по виртуальной клавиатуре. – Есть новость плохая и очень плохая. С какой начинать?

– С просто плохой.

– Ответственность за катастрофу на «Черной радуге» взяла на себя радикальная организация «I.E.F.».

– И как это ко мне относится? – настороженно спросил я.

– А они показали фотографию человека, напрямую ответственного за взрыв. – Кати повернула экран ко мне, и я уставился на собственное изображение. – Этот человек находится в розыске как террорист.

– Охренеть, – враз охрипшим голосом сказал я. Голография не очень удачная, но вполне узнаваемая. Вдобавок под изображением было полное мое описание, имя и совершенно удручающий логотип «GSD», Глобального Отдела Безопасности, а это означало, что ориентировки переданы на все планеты СНС.

– И что же тогда за «очень плохая» новость?

– Капитан Чин в курсе, что ты обладаешь «чужой» технологией. И знала она это, еще когда оставляла тебе заказ.

Я удивленно распахнул глаза:

– В смысле?

– Не коси под идиота, Бальтазар! – Кати вскочила и принялась расхаживать взад-вперед по комнате. – Хельга Чин – владелица контрольного пакета акций группы компаний «Бифрост», крупнейшей организации на Норде. У них целых три торговых корабля и множество дочерних компаний на различных планетах как в СНС, так и за ее пределами. В том числе несколько крупных исследовательских центров и, – Кати посмотрела на меня, – знакомая тебе компания «Каррибеан парадайз сторедж».

Твою мать, подумал я. Намеренно ведь избегал крупных корпораций и прочих китов индустрии, стараясь придерживаться клиентов, которым нет дела до внутреннего устройства обычных видеокамер. Впрочем, конечно, рано или поздно это должно было случиться, но я надеялся, что это произойдет… по-другому, что ли? Как-то уж слишком все внезапно. Впрочем, из этого факта следовали любопытные выводы насчет катастрофы и прочего происшедшего.

– И что? – спросил я вслух.

– Ты же должен понимать, что, пока она не выдоит тебя досуха, тебя отсюда не выпустят…

– А какое дело тебе до этого?

Кати запнулась на полуслове и села обратно в кресло.

– У меня с Хельгой свои счеты. Я на нее работаю, но это не значит, что она мне нравится.

– Допустим. – Я кивнул, протянул руку и взял банку с пивом, стоящую на тумбочке возле кровати. Кати никак не отреагировала, что я воспринял как разрешение. – Только все равно это бесполезно – у меня нет никаких «чужих» технологий. Поэтому мне нечего предложить госпоже Чин.

– Вот только не заливай, а? – хмыкнула Кати. – Я же прекрасно видела, что ты сделал с тем отрядом десантников. В тебя словно демон вселился.

Я поперхнулся пивом и закашлялся.

– И это единственная причина?

Кати откинулась на спинку кресла и побарабанила пальцами по столу, о чем-то задумавшись…

– Понимаешь, эти твои технологии мне кое-что напомнили… Я знаю, что вероятность этого крайне мала, но…

– Бальтазар! – прозвучало у меня в голове. Александра! Вот уж вовремя. Только… Телепатия? – Не сейчас. Переключись на магическое зрение, быстро!

Я машинально выполнил приказ.

Мать честная! Аура Кати светилась как новогодняя гирлянда, я никогда раньше не видел ничего подобного.

– Что за?.. – удивленно пробормотал я.

– Она – кицунэ!

– Кицунэ?

Кати вздрогнула и, нахмурившись, посмотрела на меня.

– Оборотень!

– Ты действительно оборотень? – спросил я.

Она напряженно рассмеялась:

– Не говори ерунды. Оборотней не существует.

Я хмыкнул:

– Ага, вампиров тоже. И вообще фэйри – это сказочки.

Вообще, надо сказать, я был удивлен: за восемь лет я не встретил никого из народа фэйри и поэтому был уверен, что они вымерли. Но если задуматься, то вся их магическая сила зависит от энергетики земли, на которой они живут, поэтому в космосе фэйри должны себя чувствовать крайне неуютно. К примеру, как рыба на суше. Ну или как мы без воздуха. Другими словами, смертельно неуютно. Но ни на одной планете я за все эти восемь лет ни разу не был: не то чтобы не мог пройти таможни – просто не видел необходимости, поэтому ни одного фэйри не видел.

– Как ты узнал? – спросила Кати.

– Никак. Это не я, – пожал я плечами.

– Кто же тогда?

– Мой фамильяр. Она хорошо знакома с Малым Народцем.

Александра проявилась рядом со мной и помахала Кати ручкой.

Девушка уставилась на Лексу как на привидение.

– Знакомься – это Александра, мой фамильяр, а по совместительству учитель, призрак и недодемонесса… Ай! – Электроразряд угодил мне точно в локтевой нерв. – Рад, что с тобой все в порядке, кстати.

– Ага, рад он, – проворчала Лекса. – Ври больше.

– Ну знаешь, – возмутился я, потирая локоть. – Сначала вселяешься в меня, потом пропадаешь хрен знает куда, а теперь еще и недовольна!

– А вот нечего было отлынивать от учебы! Было бы у тебя больше энергии в запасе – не пришлось бы мне тратить свою!

Кати наблюдала за перепалкой с крайне озадаченным выражением лица.

– А я тебя не просил!

– Эк ты заговорил… А кто тогда думал «только спаси Кати, только не ставь кокон на меня?»

Я покраснел.

– Чего-то мы разговорились, – кивнул я в сторону девушки.

– А ты не переживай, – сказала Лекса. – Кто-кто, а кицунэ тайны хранить умеет. Ты ведь кицунэ? – спросила она.

– Нет, – замотала она головой. – Я – оборотень.

– Ну в кого оборачиваешься? – нетерпеливо ткнула в нее пальцем демонесса.

– В лисицу.

– Значит, кицунэ, – удовлетворенно заявила Лекса и сложила руки на груди. – И не спорь! – пресекла она попытку Кати возразить. – Мне лучше знать.

Я вздохнул.

– Тебе надо меньше смотреть этого своего аниме.

– А тебе надо больше заниматься! – парировала она. Я не нашелся, что ответить.

Выражение лица Кати было трудно описать. Удивление, возмущение, страх, полное непонимание происходящего… Она взяла себя в руки и спросила:

– Ты… тоже колдун?

– Маг, – поправил я ее.

– Маг он, как же! – фыркнула Лекса. – Жалкий недоучка. Ученик. И двоечник вообще.

– А ты знаешь хоть одного другого мага? – улыбнулся я. Лекса сердито посопела, но ничего не возразила.

Стоп. Что?

– Погоди, ты сказала «тоже»? – воскликнул я, вскакивая.

– Да, – ответила Кати. – Я знаю другого колдуна.

Я не отводил от нее жадного взгляда.

– Кто он? Где?

– Это не он, а она… Там, где я родилась, все звали ее мадам Арадия. И она была очень близка нашей общине фэйри.

Лекса нахмурилась:

– Арадия? А она не упоминала некую «Книгу Путей»?

– «Книгу Дорог»? Да, упоминала несколько раз. Я помню, что это была ее любимая книга.

– Она стрега, – уверенно заявила Александра.

– Кто? – удивленно спросил я.

– Стрега, – повторила она. – Адептка традиции под названием «стрегерия». Для них характерна ритуальная магия с одушевлением стихийных энергий.

– То есть ведьма, – разочарованно пробормотал я.

– Не ведьма, – отрицательно качнула головой демонесса. – Стрега. По сути, жрица этой традиции, к которой они относятся как к религии. Но источник сил, ты прав, тот же, что у ведьм и шаманов, – духи энергий. Так что для нас она бесполезна.

Кати удивленно смотрела на нас.

– А разве есть разница между ведьмами и магами?.. – Девушка запнулась, когда увидела, что я яростно машу ей руками, но было поздно. Александра возмущенно уперла руки в боки и переспросила:

– Что-о-о?

– Да ничего, Лекса, расслабься ты, – попытался я ее успокоить.

– Расслабиться? Меня! Только! Что! Сравнили! С ведьмой! – раздельно произнесла она и возмущенно тряхнула головой. – Да будет тебе известно, я боевая магесса, обладаю достаточными знаниями и навыками, чтобы работать с энергиями напрямую, а не призывать к помощи всяких там… элементалей… А не то что какие-то полубезумные старухи, которые только и могут…

– Ша! – цыкнул я на нее. – Хватит уже. Разбушевалась. Моргана тоже сначала ведьмой была, забыла уже?

Лекса возмущенно попыхтела, но успокоилась.

– Сколько ей лет? – спросила она у Кати.

– Кому? Мадам Арадии?

– Нет, Александру Македонскому. Конечно, этой твоей Арадии.

– Не знаю, восемьдесят-девяносто…

– М-де-э, для ученичества поздновато, – мрачно заявила Лекса.

– Тебе еще один ученик нужен? – Я удивленно выгнул бровь.

– Нет, вообще-то тебе.

– А мне-то на кой? – ошалело спросил я.

– А ты думаешь, почему маги учеников заводят? Уж всяко не потому, что им нравится конкурентов плодить, – иронично заметила Александра. – Ну да ладно, об этом мы потом поговорим. Сейчас вернемся к тому, зачем тебя сюда позвали.

Я моргнул и перевел взгляд на Кати.

– Если я правильно поняла, то ты тут в ловушке, ученичок. Твоя магия принята за чужую технологию. Кстати, ты вообще понимаешь термин «чужая»?

– Внеземная. Не держи меня за идиота.

– А за кого держать? Тоже мне… Впрочем, не суть важно. Технологии этой у нас, как ты, девочка, понимаешь, нету.

– Да уж догадалась, – вздохнула Кати.

– А теперь давай объясняй, зачем она тебе понадобилась. Зачем она нужна Хельге – ясно и так.

– Да какая теперь разница, – махнула она рукой. Или лапкой? Оборотень же. Интересно, какая она в виде лисицы? Александра погрозила мне пальцем, и я вернул мысли в деловое русло. – Ведь мне не столько технология нужна, сколько помощь.

Александра посмотрела на нее долгим, пронизывающим взглядом.

– В чем именно тебе нужна помощь?

Тут надо немного прояснить ситуацию. Фэйри, иначе называемые Малым Народцем, это существа, коим некоторые аспекты магии присущи, так сказать, от рождения. Это малообъяснимо с точки зрения как магии, так и науки, – по крайней мере той, средневековой науки. Впрочем, я сомневаюсь, что сейчас в университетах всерьез преподают геном вервольфов на лекциях по генетике. Однако, учитывая достижения человечества в области этой самой генетики, да и вообще анатомии, биологии, космозоологии и прочих «логий», думаю, для магов жизни, всегда любивших покопаться во внутренностях ближних своих, здесь просто поле непаханое работы. Объединив магию и науку, можно не просто разгадать тайну фэйри, но и создавать новые виды… а то и привить нужные гены человеку. А что, было бы здорово: маленький укольчик – и у тебя отрастает новая рука или там, скажем, хвост. Хотя, пожалуй, хвост – это перебор.

Впрочем, несущественно. Важно то, что у магов и фэйри, многие из которых тоже занимаются магией, есть множество гласных и негласных договоренностей, которые соблюдаются всегда как фэйри, так и магами. Это повелось с давних пор, когда фэйри вдруг обнаружили, что некоторые из людей обладают не просто такими же способностями, как и они, но и значительно превосходящими силами. Что едва не привело к войне между Малым Народцем и людьми, но в результате установилось сначала весьма шаткое, а затем очень прочное равновесие, практически союз между фэйри и магами. Кстати, как выяснила Александра, во времена инквизиции именно это и стало камнем преткновения между церковью и магами и вылилось в почти поголовное истребление последних.

Этот самый союз между чародеями и Малым Народцем был заключен давным-давно, существовал договор о взаимопомощи и дружбе, и этот самый договор оброс огромным количеством негласных правил. Например, фэйри не может зайти в жилище мага без его приглашения. Отсюда, кстати, и распространенный миф о похожих повадках вампиров.

Одним из таких негласных правил было то, что просьба о помощи никогда не оставалась без ответа, если маг или фейри мог оказать такую помощь. С другой стороны, проситель почти всегда становился должником, а если у тебя в должниках маг… ну, или оборотень – то это всегда может оказаться полезным.

Кати с сомнением посмотрела на Александру, затем на меня, вздохнула и сказала:

– Хельга Чин убила моего отца. Я должна… нет, я хочу ей отомстить.

Глава 8

– Деточка, – хмыкнула Лекса. – Ты смотришь слишком много сериалов.

Кати нахмурилась.

– Так ты должна «отомстить» или действительно этого хочешь? – спросила демонесса.

– И то и другое. Мне сложно это объяснить.

– Стая, – вздохнула Лекса. – Чего уж тут объяснять? Твой отец ведь тоже был оборотнем?

Девушка кивнула.

– Теперь давай поподробнее определим понятие «убила». Что ты имеешь в виду? Ведь не физическую же расправу? Потому что в таком случае была бы уже мертва или ты, или Хельга.

Кати кивнула.

– Правильнее было бы сказать «уничтожила», а не «убила», но сути это не меняет.

– Давай подробнее.

– Отец – инженер, можно сказать, гениальный инженер. Он работал на капитана Чин много лет, прежде чем решился уйти и основать собственное конструкторское бюро. К сожалению, Хельге это было неудобно, и она всячески пыталась саботировать работу нового предприятия.

– Чем именно занимался твой отец? – перебила ее Лекса.

Я встал, подошел к холодильнику в углу и вытащил оттуда две банки пива. Одну кинул Кати, вторую вскрыл сам.

– Работая на Чин, он занимался проектированием армейских истребителей.

Я едва не поперхнулся пивом.

– Ни фига себе!

Лекса бросила на меня злой взгляд, затем спросила у Кати:

– А после того, как ушел от нее?

– Начал разрабатывать недорогие шаттлы. Одноместные или семейные, без особой роскоши, но это были первые доступные персональные космические корабли на рынке.

– Погоди, твоего отца зовут случайно не Эдвард Макферсон? – удивленно спросила Александра.

– Именно. Вы о нем слышали?

– Я – да, – задумчиво пробормотала демонесса. – А этот вот двоечник – вряд ли.

Я отрицательно замотал головой.

– Ну так вот, – продолжила Кати. – Отец был счастлив, занимаясь делом, которым хотел заниматься всю свою жизнь, но Хельга принялась всячески мешать ему в его начинании и в конце концов добилась ареста и закрытия предприятия. Папа не выдержал удара и слег – его подвело слабое сердце…

Лекса как-то странно хрюкнула.

– Слабое сердце? У оборотня?

– Да, знаешь ли, в его двести десять это нормально – иметь слабое сердце, – рассердилась девушка.

– Двести десять? – моргнула Александра. – Как это? Оборотни редко живут дольше людей, а сейчас средний срок жизни – сто сорок – сто пятьдесят…

– У Норда четыре луны, – сказала Кати таким тоном, будто это все объясняло.

Александра кивнула, а я непонимающе уставился на нее.

– Четыре полнолуния, – снизошла демонесса до разъяснения.

– Ого! – восхитился я. – То есть на Норде эдакий рай для оборотней?

– Да, – подтвердила Кати, – хотя нас и осталось не так много, большинство из нашего вида живет именно там. Хотя нам и не слишком нравится то, что это планета-мегаполис. Спасает только парковая зона на экваторе, покрытая дремучими лесами.

– Так переселились бы на Кастилию, это же курортная планета.

– Кастилия нам, конечно, больше по душе, но там, к сожалению, вообще не бывает полнолуния – у нее нет спутников.

– Ах да, совсем забыл… Кстати, все хочу спросить: а как же ты в космосе-то? Вообще без луны?

Она пожала плечами:

– Тяжко, но я привыкла. Только время от времени надо все-таки спускаться на поверхность планеты. В общем-то, оборотням проще, чем многим другим фэйри, мы зависим только от лунного света, а этого вдоволь у любой жилой планеты. Так что лучше нас в космосе себя чувствуют только вампиры.

Я вздрогнул:

– Вампиры до сих пор существуют?

– О да, и чувствуют себя замечательно. Им для нормальной жизни нужна кровь, а этого у людей всегда вдоволь.

– Терпеть не могу кровососов… – соврал я, памятуя о давней вражде этих двух кланов фэйри. Александра хихикнула, а Кати пожала плечами и сказала:

– Ну и зря, среди них нормальные ребята есть.

Черт! Облом.

– Александра, как так получилось, что я за восемь лет не видел ни одного вампира? Или оборотня? Или вообще фэйри? – подумал я, в надежде, что новообретенная мысленная связь сработает. И она действительно сработала – почти сразу же я услышал ответ Лексы:

– А ты их искал, умник? Проверял ауры? Ты просто себе вбил в голову, что в космосе их быть не может просто потому, что не может быть, и все.

– Ладно, зачем тебе нужна помощь? – Демонесса решила перейти прямо к делу. – Что именно тебе нужно?

– А вы собираетесь помочь? – прищурившись, спросила Кати.

– А тебя кто учил отвечать вопросом на вопрос? Говори, что именно ты планировала сделать.

– Ну, моя цель – уничтожить империю Хельги.

– Неслабо замахнулась, – ехидно хмыкнула Александра. – И как именно ты планировала это сделать?

– Когда я услышала про «чужие» технологии, я решила их перехватить и использовать как рычаг давления на Чин.

– Святая наивность, – пробормотала демонесса. – Как? Объясни мне, как?

– Да я не знаю! – перешла Кати на крик. – Я хотела сначала их достать!

– И вот в этом все оборотни, – менторским тоном сказала Лекса, повернувшись ко мне. – Никогда не задумываются о будущем, живут только текущим моментом. Один разрабатывает военные истребители и считает, что его спокойно отпустят с этой работы, другая планирует уничтожить человека, который может раздавить ее одним движением пальца. Мозга нет – считай, калека.

Со стороны терминала раздалось сердитое рычание.

– А еще они очертя голову бросаются на тех, кто, по их представлениям, их обижает, хотя на самом деле хочет помочь!

Я посмотрел на Кати: глаза девушки светились багровым светом, словно у кошки в луче фонарика.

– Лекса, это правда, что оборотни-звери в два-три раза больше обычных собратьев?

– Ну в целом да, минимум в два раза. А дальше зависит от возраста.

– Знаешь, я как-то не уверен в том, что справлюсь с гигантской разъяренной лисицей. Не могла бы ты перестать ее злить?

– Женить тебя пора. С женщинами совершенно не умеешь обращаться. – Потрясающе, эта чертовка умеет быть ехидной даже в мыслях. А мне вот злить женщину всегда казалось очень плохой идеей. И вдвойне очень плохой, если она способна тебя буквально разобрать на запчасти…

Багровые блики в глаза девушки погасли, и она опустила взгляд. И вообще как-то вся сникла – до нее, видимо, дошло, что Лекса права. Я незаметно выдохнул.

– И… что же мне делать? – неожиданно жалобным голосом спросила Кати.

– А вот над этим мы подумаем. Сейчас, видишь ли, у нас по вине этого умника, красавца и вообще гениального стратега несколько нестабильное общественное положение, поэтому в первую очередь нужно его как-то устаканить.

– Тебе бы в фармацевтику податься, – угрюмо произнес я. – Такого яда лекари ни из одной змеи не добудут.

– А ты вообще молчи, – сердито произнесла Лекса. – Учился бы боевой магии – и не было бы у тебя проблем с мадам Чин. А деньги на жизнь как-нибудь уж добыли бы, чай, не маленькие.

Я застонал, но решил ничего не говорить, чтобы не подливать масла в огонь. Демонесса подозрительно посмотрела на меня. И вновь меня спас звонок коммуникатора. Я взглянул на него – вызов шел от Хельги.

– Слушаю.

– Бальтазар, зайдите ко мне в каюту, немедленно. Кэт тоже.

– Хорошо. – Я отключился. – Хельга зовет нас с тобой. Я так понимаю, она не подозревает, что ты играешь против нее?

– Нет, она считает, что я не совершила такой же ошибки, как отец. Более того, похоже, у меня получилось основательно втереться к ней в доверие.

– Погоди, а ты тоже разрабатываешь космические корабли? – удивленно спросил я.

Кати пожала плечами:

– Семейная традиция.

– Макферсоны всегда были корабелами, – не очень понятно прокомментировала Александра.

– Ну хорошо. – Я встал. – Веди же меня, о Рианнон![4]

– Кто? – озадаченно спросила Кати.

– Да так, одна знакомая богиня, – ухмыльнулся я и вышел в коридоры «Рубикона». Слышала бы Рианнон, что ее теперь богиней считают, возгордилась бы. Даром что и так королева.

Минут через пять мы стояли в лифте, который вел в каюту капитана. Двери лифта раскрылись, и я с удивлением погрузился в атмосферу домашнего уюта. На стенах были развешаны голографические картины, пол укрыт чем-то вроде мягкого плюша, вокруг большого круглого стола расставлены новомодные «каркасные» кресла – я в последнее время тоже задумывался о покупке таких в свой офис. С виду – проволочный каркас, обтянутый тонкой тканью, но на деле хоть прыгай на нем ногами, не сломается. А удобное – жуть просто, вставать из него не хочется. Правда, цена у них кусается из-за того, что сплав на них идет тот же, что и на броню военных кораблей.

В креслах сидели знакомые мне уже люди. Точней, частично знакомые: Хельга и Модр, в форменных комбинезонах, а кроме них еще виденные раньше женщина-медик и азиат.

– Садитесь, – властным голосом приказала Чин, кивком указав на два свободных кресла. Мы заняли места, и она продолжила: – Господа, знакомьтесь, это Бальтазар, специалист по безопасности со станции «Черная радуга». Именно по его вине мы ввязались в конфликт с полицией СНС.

– Я надеюсь, – подал голос азиат, – наши расходы будут с лихвой возмещены.

– Это Ли Марко, мой юрист и консультант по финансовым вопросам, – представила его Хельга. Азиат угрюмо кивнул.

– Профессор Октавия Шнайдер, руководитель исследовательского и медицинского отдела. – Хельга показала рукой на женщину. Та смотрела на меня совершенно равнодушно.

– Модра О’Келли ты уже знаешь. Он начальник моей службы безопасности.

– Ты ирландец? – удивленно спросил я.

– Африканоирландец! И горжусь этим, – без тени улыбки ответил негр, и я хрюкнул, с трудом подавив смех. Он подозрительно прищурился, но я изобразил каменное лицо.

– С Кейт Макферсон, моим главным инженером, вы уже хорошо знакомы.

Я отметил все эти многочисленные «мой, моего, моей». Похоже, Хельга по натуре собственник. То есть собственница.

– Мы слушаем вас, господин Бальтазар. – Хельга, положив локти на стол, соединила кончики пальцев обеих рук перед лицом и посмотрела на меня. – Простите, не знаю, как вас по фамилии. И никто, кстати, не знает.

Откинувшись в кресле, я задумчиво посмотрел на каждого из них. Так, все они ждут от меня каких-то новых технологий, что принесут им немалую прибыль. Кроме Кати. Выбора нет, остается только самозабвенно врать. Ах да, сейчас это называется благородным словом «блеф».

– Дамы и господа, прежде всего позвольте поблагодарить вас за столь своевременно оказанную мне помощь. – Я ухитрился слегка поклониться, не вставая с кресла. А заодно вознес хвалу всем богам за то, что Мерлин так часто таскал меня ко двору Утера Пендрагона, где я и нахватался светских манер – ну, или того, что я ими считал. – Разумеется, в качестве благодарности я честно и без утайки постараюсь ответить на все ваши вопросы.

– Тогда я начну, – подал голос Ли Марко. Не нравится мне этот тип. – Кто вы и откуда? Я навел справки у своих… друзей на станции и обнаружил удивительное: вы появились там из ниоткуда. Р-раз, – он щелкнул пальцами, – и все. Вы уже есть. Можете это объяснить?

– Ну, меня зовут Бальтазар, и это единственное, что я помню из своего прошлого. – Ага, щаз, расскажу я вам все «честно и без утайки». – Восемь лет назад я пришел в себя на «Черной радуге», ничего не помня, и с тех пор выживаю там, как могу. Я не могу сказать, где я родился, кто мои родители и чем я занимался до того момента. – Я пожал плечами. – Не помню.

– Бальтазар, – мягким тоном произнесла Хельга. – Просто чтобы вы знали, в рукояти вашего кресла вмонтированы датчики детектора лжи. После нашей беседы мы тщательно проверим все данные.

Я с любопытством посмотрел на удобные подлокотники кресла. Ага, так я и поверил, что эти данные не поставляются всем присутствующим в режиме реального времени.

– Меня это не волнует, – вновь пожал я плечами. Для разнообразия даже не соврал: контроль разума и тела – для мага это одно из важнейших умений. Особенно если маг использует жесты для заклинаний. Так что детекторы, даже новейшие, даже самые идеальные и точные – покажут, что я говорю правду, даже если я назову кошку собакой.

– Это приятно, – холодно улыбнулась Хельга. Эх, все-таки какие у нее глазищи-то, ух… Да и вообще… Кхм.

– К сожалению, это все, что я могу ответить на этот вопрос, – закончил я.

Хельга и Марко переглянулись.

– Хорошо. – Марко откинулся на спинку кресла. – Тогда следующий вопрос: какого рода конфликт возник у вас с СБ «Черной радуги»?

Я улыбнулся.

– Давайте начистоту – я благодарен вам за помощь в этом самом конфликте, но…

– Помощь? – перебил меня Модр. – Да мы вытащили твою задни…

– Да-да, – кивнул я, не дав ему договорить. – Может, вы еще скажете, что сделали это по доброте душевной?

– Нет, но…

– Я почему-то так и думал, – хмыкнул я. – Тогда перейдем от пустых банальностей сразу к интересующему вас всех делу – торгу.

– А у вас есть что нам предложить? – ровным голосом спросила Хельга.

Я поморщился:

– Капитан Чин, не держите меня за идиота, я прекрасно понимаю, что именно вас интересует.

– То есть вы подтверждаете наличие этих технологий. – В глазах Марко зажегся алчный огонек.

– А зачем мне это отрицать? – пожал я плечами. – Вы же и сами могли убедиться.

– Погоди-ка, – вдруг встрепенулся африканоирландец. – То есть когда ты модифицировал нашу систему безопасности, ты уже был в курсе, чего мы от тебя хотим?

– Разумеется, – улыбнулся я.

Модр бросил встревоженный взгляд на Хельгу.

– Не беспокойтесь, я не сделал с вашей системой ничего такого, что смог бы использовать вам во вред. Сочтем это благодарностью за мое спасение и на этом закроем тему благодарности в принципе.

– Кэт?

Кати пожала плечами.

– Как вы и приказали, я тщательно мониторила его работу: он действительно не делал ничего подозрительного, так что либо он абсолютный гений, в чем я лично сомневаюсь, либо говорит правду.

Я бросил сердитый взгляд на Кати – никому не нравится, когда сомневаются в его гениальности.

Чин, подозрительно прищурившись, сверлила меня глазами.

– Ну так что, продолжим наш торг? – спросил я.

– Пока я не услышала ни одного конкретного предложения, – заявила Хельга. – Или доказательства существования этих технологий.

– Доказательства? – Я хмыкнул. – И что именно вам показать? Как вы себе представляете демонстрацию?

– Достаточно будет описания характеристик вот этого устройства. – Профессор Октавия Шнайдер вытащила из кармана плоскую металлическую пластину… артефакт? Я переключился на магическое зрение: нет, не артефакт. Простой кусок металла… Правда, в точности похож по форме и материалу на мой, но начинка отсутствует…

– И что же это? – ровным голосом спросил я, сгорая от любопытства.

– Один из модулей, который мы вытащили из сервера компании «Каррибеан парадайз сторедж»…

– Ложь, – не раздумывая ни секунды, заявил я.

Октавия улыбнулась:

– Действительно, ложь. И как же вы это определили? Внешние параметры абсолютно идентичны.

Я чертыхнулся про себя и услышал мысленное хихиканье Александры. Мерзкое такое хихиканье.

– Хорошо, тут вы меня подловили, – вздохнул я. – Все устройства, использующие эту энергию, излучают в определенном диапазоне…

– Какую энергию? – быстро спросила Октавия.

– В этом и суть технологии – энергия, альтернативная любой известной вам энергии, – пожал я плечами. – Или вы хотите, чтобы я вам прямо сейчас все выдал, а потом ваш африканоирландец спокойно прострелил мне голову?

Октавия недовольно поморщилась:

– И каким же образом вы сумели обнаружить это излучение так быстро?

Я сунул руку в карман рубашки и краем глаза заметил, как Модр напрягся, готовясь к прыжку.

– Спокойно, горячий ирландский парень! – Я медленно вытащил из кармана свой комм и положил его перед собой на стол. Взгляды присутствующих скрестились на несчастном устройстве. – Сюда встроен немного переделанный стандартный энергосканер, и он сконфигурирован именно на это излучение.

– Понятно, – кивнула профессор Шнайдер. – Это многое объясняет. В каких частотах работает излучение?

– Частотах? – я покачал головой. – Вы не понимаете. Там совершенно иной принцип. Я допускаю возможность описания этого принципа известной нам физикой, но пока что я не смог этого сделать даже приблизительно. Если в двух словах, то представьте, что между атомами связь возникает не вследствие перекрытий волновых функций, это только симптомы той энергии, которая их может связывать.

– Я не понимаю…

– Лично меня это как раз и устраивает, – улыбнулся я.

– Откуда у вас эта технология?

Я ненадолго задумался. Чтоб выиграть время, потянулся к комму и медленно опустил его в карман рубашки. И тут меня осенило… Ох, черт, и устроит же мне за это Лекса…

– Помните аварию на «Черной радуге», когда в нее врезался золотой метеорит?

– Да, – кивнул Марко. – Это резко пошатнуло рынок природного золота.

– Ну в общем, метеорит был искусственного происхождения. Более того, это был вовсе не метеорит, а космический корабль.

– Бальтазар, ты что вообще удумал? – возмущенно зашипела Александра, прочтя мои дальнейшие мысли. – Да я тебя за это…

– Ты фамильяр или нет? Делай, что говорю!

Хельга вежливо улыбнулась.

– Бальтазар, вы всерьез считаете, что я поверю в эту сказочку? Я уже и так поняла, что детектор лжи на вас не работает, но врать так нагло…

Я пожал плечами:

– У меня есть доказательство…

Над столом проявилась Александра, и у меня тут же случился приступ мигрени: она была в своей тошнотворной ярко-салатовой пижамке.

– …на корабле был пассажир, – закончил я.

– Я пришла с миром, – заявила демонесса злым голосом, оглядывая сидящих за столом ненавидящим взглядом.

Вздрогнули все, даже Кати.

Хельга вздохнула и откинулась в кресле.

– Бальтазар, и вы, и я знаем, что это голограмма, проецируемая вашим ИскИном…

«Голограмма» взмахнула рукой, и небольшая молния сделала едва заметную обгоревшую выбоину в поверхности стола прямо напротив Хельги.

Октавия и Модр вскочили, но профессорша бросилась к следу от молнии, а негр, к сожалению, на меня. Едва успев сгруппироваться, я рухнул вместе с креслом на пол, погребенный под грудой мышц и больно стукнувшись головой.

– Модр, все в порядке! – крикнула Хельга.

Негр недоверчиво посмотрел на нее, затем для профилактики ткнул мне коленом по ребрам и встал.

А вот это я тебе еще припомню, громила.

Я встал, отряхивая джинсы и рубашку от несуществующей пыли.

Александра, паря в воздухе, снисходительно взирала на Октавию, которая уже с непонятно откуда взятым ручным лабораторным сканером рассматривала крохотную дырочку в столешнице.

Кати с приятным мне беспокойством посмотрела на меня. Я помотал головой, мол, все нормально, и, подняв стул, опять сел за стол.

– Прошу прощения за этот инци… – начала было Хельга, но тут ее перебили.

– Черт побери, как?! – воскликнула Октавия, оторвавшись от показаний сканера и быстрым шагом направляясь ко мне. Я невольно вжался в кресло – ее горящие глаза почему-то напомнили мне Александру в самом ее худшем расположении духа. – Как, скажи мне? Это ведь была молния, то есть электричество, верно? Если суть энергии…

– Вы называете похожий эффект квантовым скачком, – заявила Лекса все тем же злым голосом, но я заметил в нем нотку самодовольства. Октавия споткнулась на ровном месте и, задумавшись, автоматически достала пачку сигарет и закурила.

– Че? – мысленно спросил я. – С каких пор ты разбираешься в квантовой физике?

– А я в ней и не разбираюсь. Играть так играть, – ответила Лекса. – Все равно они все, что я скажу, примут за чистую монету.

– Собственно, вот, – сказал я, потирая ушибленный затылок. – Она и есть источник всех моих знаний.

Хельга задумчиво поцокала ногтями по столу.

– А что нам теперь мешает избавиться от тебя и договариваться напрямую с… – Она неуверенно посмотрела на демонессу. – С ней?

– Мое нежелание договариваться с кем-то, кроме человека, спасшего мне жизнь, – глядя мне в глаза, мрачно произнесла Александра то, что я подумал.

Обладай ее взгляд убойной силой – думаю, у меня была бы аккуратная дырка в голове. Впрочем, дырку в голове она мне потом еще обеспечит, что-то в ее глазах мне это прямо-таки обещало.

Глава 9

– Итак, господа, – сказал я. – Практически все карты на столе.

– Практически? – Капитан Чин выгнула бровь.

– Остальное – детали, – небрежно отмахнулся я. – Вопрос сейчас исключительно в вас – что вы можете предложить за мои услуги.

– За ваши… что? Услуги? – Марко удивленно посмотрел на меня. – Я думал, речь шла о покупке…

– Брось, Марко, это же смешно, – улыбнулся я. – Я никогда не отдам вам этих технологий, как есть, иначе вы меня пережуете и выплюнете.

– Бальтазар, вы меня огорчаете, я бы никогда не стала такого делать. – Хельга тепло улыбнулась. Ага, черта с два я на это поведусь.

– Я просто обрисовываю перспективы. – Жестом я показал, какие именно туманные перспективы обрисовываю.

– Хорошо, значит, услуги. Не буду скромничать или обманывать: нам, и только нам нужна эта технология, и мы сделаем все, чтобы не упустить ее в чужие руки.

– А как же все остальное человечество? – хмыкнул я.

– Так оно получит эту технологию. По разумной цене, разумеется, – ответил Марко вместо Хельги.

Я криво улыбнулся. Врут, все врут, что люди меняются. Даже в этом космическом мире, где правят уже не короли, а корпорации и исполнительные директора, человеческая натура остается той же.

– Итак, Бальтазар, чего вы хотите?

– Собственную планету! – выпалил я.

Александра бросила на меня злой взгляд – нечего, мол, ребячиться, тут серьезный разговор.

Судя по тому, как вытянулись у них лица, они это восприняли всерьез. Мне даже немного стыдно стало: довел же людей, в любую хрень верят. В инопланетян, например.

С другой стороны, Марко начал что-то считать, Хельга задумчиво посмотрела на потолок.

– Вам пригодная для жизни или как ресурсная база? – спросил вдруг Марко.

Наверное, вид у меня был немного озадаченный, потому как Хельга улыбнулась.

– Ли, я подозреваю, что господин Бальтазар просто оценивал уровень нашей заинтересованности, и мы только что сдали себя с потрохами.

И ничего я не оценивал… но звучит неплохо. Я улыбнулся и промолчал.

– Ну хорошо, – сказала Хельга. – Если вы оказываете услуги, а не продаете, так сказать, контрольный пакет, я предлагаю вам присоединиться к моей корпорации на должности, скажем, исполнительного директора. Разумеется, ваш круг обязанностей будет ограничен исключительно отделом исследований и разработки.

Я аж дышать перестал.

Мне, то есть вот мне, ученику, предлагают огромную лабораторию, множество подчиненных, практически неограниченное количество денег и…

– Ни в коем случае! – категорически заявила мне Александра.

– Почему-у-у? – Я прям-таки мысленно взвыл.

– Бальтазар, пойми меня правильно. – Ух, давно не помню Лексу такой серьезной. – Я прекрасно понимаю твой восторг по поводу этого предложения, но то, что тебе на самом деле предлагают, это фактически место придворного мага.

Я вздрогнул.

– Другими словами, как только ты станешь достаточно значимой фигурой, тебя попросту втянут во внутренние интриги корпорации, хочешь ты этого или нет. И я тебе гарантирую, стоит тебе хоть раз принять неверное решение – и тебя съедят с потрохами…

– Да понял я, понял.

– Нет, – уверенно отказался я.

Глаза всех присутствующих округлились.

– Как – «нет»? – озадаченно спросил Марко. Видимо, он не сомневался в положительном ответе.

– Ну вот так, нет. Я не согласен.

– И чего же вы хотите? – спросила Чин немного растерянно.

А и в самом деле, чего я хочу-то?

Главное – хочу, чтоб меня никто не трогал. Ну то есть вот чтобы никто не дергал, не тащил в местный филиал Службы безопасности, не требовал от меня срочно каких-то результатов. Сидеть себе, работать над артефактами, новыми заклинаниями, учиться понемногу…

Ага, то есть я обратно хочу, на «Черную радугу». И чтобы все стало как было раньше. Держи карман шире, Бальтазар.

Да и мелко как-то. Раз уж тут можно позволить себе обнаглеть до размеров планеты или почти настоящего исполнительного директора, то просить домик в деревне как-то совсем глупо. Хотя вот дачу на Кастилии…

– Для начала давайте определимся с формой оказания услуг, – вдруг сказала Александра. Все посмотрели на нее, словно на говорящую табуретку.

– Простите? – удивленно спросил Марко.

– Прощаю, – снисходительно заявила Лекса. – Для начала познакомимся: меня можете называть Александрой, а вас всех я уже знаю.

– Что ты задумала? – встревоженно спросил я.

– Щаз узнаешь, – туманно ответила Лекса и продолжила уже вслух: – Как вы уже поняли, я не собираюсь делиться своими знаниями с кем-то, кроме этого вот, – над моей головой повис призрачный огонек, – представителя вашей цивилизации. Причин тому множество, и глубокая психологическая привязанность, свойственная нашей расе, – не последняя из них.

Я отмахнулся от огонька.

– Он, как я поняла, отказался идти к вам в рабство…

– Погодите, это не рабство! – возмущенно воскликнул Марко.

– Простите, я еще иногда путаюсь в словах этого дурацкого языка. Как же это будет по-вашему? Услужение? Собственность?

– Сотрудничество!

– Ну да, точно, именно это я и хотела сказать. Так вот, я предлагаю следующий вариант: для начала вы помогаете Бальтазару зарегистрировать на Норде компанию с каким-нибудь броским названием… «Магические системы безопасности», например.

Я нахмурился.

– Зачем? – спросил Марко.

– Затем, что именно с этой компанией вы заключите контракт на наши услуги. И патент будет принадлежать именно этой компании.

– Таким образом, мы обеспечим себе авторское право, но не лишимся независимости?

– Точно, – подтвердила демонесса.

– На каких условиях будут предоставляться услуги? – поинтересовалась Хельга.

– На взаимовыгодных, разумеется, – хмыкнула Лекса. – Мы вам заготовки – вы нам процент от продаж. Для начала, думаю, хватит тридцати процентов чистой прибыли от продажи нашей совместной продукции.

– Тридцать процентов? Скажите, Александра, на вашей планете все жители сумасшедшие? Обычная ставка – пять процентов, но, учитывая необычность, мы согласны на десять.

– Тридцать два процента, – заявила Лекса, пожав плечами.

– Александра, – мягко сказал Марко, – обычно во время торга стороны пытаются прийти к устраивающей их сумме.

– Я это очень хорошо понимаю. Тридцать пять, – сказала демонесса, демонстративно зевнув.

– Да где это видано?.. – Ли вскочил с кресла и замахал руками.

– Сорок процентов, – процедила она.

– Что за?!.

– Мы согласны, – быстро сказала Хельга, перебив на полуслове покрасневшего от гнева финансиста.

– Какого че…

– Ли, мы согласны с этим предложением, – ледяным тоном произнесла капитан Чин.

Марко медленно опустился в кресло, словно воздушный шарик, из которого выпустили воздух.

– Однако у нас есть несколько условий, – добавила она.

– Каких? – спросил я, насторожившись.

– Во-первых, соучредителем компании «Магические системы безопасности» станет кто-то из моих людей. Кто-то с достаточным опытом в теоретических исследованиях, чтобы – буду откровенна – проследить за вами, Бальтазар.

– И кто же это будет? – спросил я, уже с неприязнью поглядывая на профессора Шнайдер.

– Думаю, Кейт Макферсон.

Я удивленно посмотрел на Кати.

– Опыт в теоретических исследованиях? Я думал, она инженер-конструктор.

– Она доктор физических наук, имеет степени в теоретической, квантовой и подпространственной физике.

– Ого! – протянул я. – Внушительно.

Кати пожала плечами и бросила на меня злой взгляд. Что я опять сделал не так?

– А главное, – продолжила Хельга. – Я ей полностью доверяю.

А вот это хорошо. Это просто замечательно.

– Хорошо, я согласен, – кивнул я.

– Во-вторых, компания будет работать исключительно на принадлежащий мне холдинг «Бифрост».

– Против, – отрицательно покачал я головой. – Я буду продолжать работать на частные заказы, хотите вы этого или нет.

Хельга взглянула на Марко. Тот поморщился.

– Хорошо, в таком случае вашу ценовую политику будем устанавливать мы, – наконец сказал он.

Я подумал немного. Вообще мне вроде как бы все равно.

– Хорошо, меня это устраивает.

– Отлично. Вам на производство подойдут роботы или нужны люди?

– В каком смысле?

– Кто будет делать черную работу?

– Э-э-э… имеется в виду… да я один как бы…

– Не понимаю, – Марко нахмурился. – А если заказы будут приходить в промышленных масштабах?

– Это не имеет особого значения. – Я пожал плечами.

– Вы так боитесь передать секрет в чужие руки? – насмешливо спросила Хельга.

Я вздохнул и устало потер виски.

– Еще какие-то условия есть?

– Пожалуй, нет, – подумав, ответил Марко. – Наши юристы составят контракт, а я пока от вашего имени отправлю заявки на регистрацию частного предприятия и патента на альтернативную энергию. Над формулировкой мы подумаем позже. Не возражаете?

– Нисколько.

– В таком случае я отправлю заявки вам на подпись через несколько часов. Контракт подпишем позже.

Хельга холодно улыбнулась и сказала:

– Будем рады с вами сотрудничать, господин Бальтазар. Кэт, проводите, пожалуйста, нашего гостя в его каюту. Думаю, вам есть что обсудить по поводу вашего будущего совместного предприятия. Александра, была рада познакомиться.

Дав понять, что встреча закончена, Хельга принялась вполголоса обсуждать что-то с Марко, а Модр начал как-то недобро на меня коситься.

– По-моему, я ему не нравлюсь, – подумал я, вставая.

– Судя по тому, как на тебя смотрит Кати, ты сейчас никому не нравишься.

– Даже тебе?

– Мне – особенно, – мрачно ответила Лекса и вдруг хихикнула. – Знаешь, что они там обсуждают? Может ли инопланетянка ТАК торговаться…

– Сволочь ты, хоть и маг, – зло прошептала мне Кати. Меня аж мороз по коже пробрал.

– Почему?

– Потому что я делала все, чтобы оказаться поближе к Хельге, а из-за тебя одним махом все псу под хвост.

Я невольно скосил глаза на ее спину, словно ожидая увидеть там хвост. Лекса тихонько хихикнула.

– Ну я же не виноват, что ты умудрилась получить степень в теоретической физике… и в остальных этих физиках тоже.

Она сердито зарычала, тряхнула своей рыжей шевелюрой и быстрым шагом направилась в сторону моей каюты. У-у-ух… гм. Надеюсь, Лекса не умеет читать мои мысленные образы?

Лекса подозрительно прищурилась, но промолчала, а я бросился догонять Кати.

До моей каюты мы дошли молча. Кати, не обращая внимания на охранника, стоящего рядом, с силой хлопнула по сенсору открытия двери и с самым решительным видом зашла внутрь.

– Э-э, – глубокомысленно заметил я, глядя на охранника.

– Не стой столбом! – сердито воскликнула девушка, схватила меня за рукав рубашки и затащила внутрь каюты.

Охранник сопроводил меня улыбочкой самого похабного толка.

Как только дверь за мной закрылась, Кати приложила палец к губам и вытащила из кармана маленькое устройство. Щелкнув единственным переключателем на этом устройстве, она заметно расслабилась и села за стол.

– Не стой столбом. Налей даме выпить.

– Да у меня как бы нечего, – растерянно пробормотал я, мысленно инвентаризируя все мои небогатые пожитки.

– Ты что, никогда на лайнерах не бывал?

– А что?

– Мини-бар.

У-ух ты. Лекса же наверняка знала об этом, специально, зараза, промолчала: в стене над столом открылась глубокая ниша, заставленная различными бутылками.

Внезапно я понял, что мне очень хочется выпить, – нервное напряжение недавнего допроса все же сказалось.

Я потянулся за бутылкой старого доброго «Джеймисона», но пальцы прошли сквозь бутылку.

Кати хмыкнула.

– Голограммы, что ли? – недоверчиво спросил я.

– Да, а ты только что сделал заказ.

Все бутылки исчезли, а вместо них с тихим шипением пневмопочты появилась выбранная мной бутылка виски. Я протянул руку к стоящим в углу мини-бара стаканам и замер.

– Стаканы не голографические, – вновь хмыкнула девушка.

Я сердито вытащил два, налил оба доверху.

– Ну, за успех нашего с вами предприятия, господин Бальтазар, – мрачно сказала Кати и жахнула стакан залпом.

– Вот они, шотландские корни, – восхитилась Лекса. – Не то что некоторые.

Она покосилась на меня – я выпил едва ли половину стакана.

– Тоже мне валлиец. Вот, помню, Мерлин на пару с Блейзом…

– Блейз вообще тот еще пьянчуга был, – парировал я. – С многолетним стажем. Так что неудивительно, что он пинту спирита мог залпом грохнуть.

– Спирта, невежда!

Я отмахнулся.

– Мерлин? Блейз? – удивленно переспросила Кати. – Кто это?

– Мерлин – мой учитель, Блейз – учитель моего учителя. А вообще, Лекса, тебя не поймешь, то я пью слишком много, то слишком мало.

– Пить тоже надо уметь, – отрезала демонесса. – Только пить, а не напиваться.

Я пожал плечами, допил виски, поставил стакан на стол и с наслаждением откинулся на стуле.

– А у меня сейчас настроение напиться, – сказал я. – Еще?

Кати кивнула, и я опять разлил.

Александра неодобрительно посмотрела на происходящее, вздохнула и, реквизировав мой комм, зарылась в Сети.

После третьего в голове зашумело.

– Мы ведь что-то обсуждать собирались? – уточнила Кати после очередного стакана.

– Да! Нет… Что?

– А, да… тот факт, что ты маг и сволочь, – вспомнила она.

– То, что я сволочь, – не обсуждается… – твердо заявил я заплетающимся языком.

– Согласна. По этому поводу…

– Да, за это надо…

– А я ей говорю – мой отец хотел строить гражданские корабли!

– А она?

– А она засмеялась так – мол, наивная ты дудочка.

– Дурочка.

– Сам дурак! Эх ты, а еще ма-а-аг…

– Погоди, так у тебя есть собственный корабль?

– Конечно, я же… как это… корубл… корабле-э-э-э-а-а…

– Ух ты, тут есть робот-уборщик!..

Утро встретило меня особенно неприветливо.

Я вообще не слишком люблю утра, и, похоже, утра не слишком любят меня.

Но это конкретное утро меня ненавидело.

Впрочем, взаимно.

Привстав на кровати, я понял, что сделал это зря, и медленно, очень медленно опустил звенящую от боли голову на мягкую прохладную подушку. Полегчало.

– ПА-А-АДЪЕ-О-ОМ!!! – заорала мне в ухо Лекса.

Я рефлекторно попытался схватить ее за горло и задушить.

– Проснулся, герой?

– Почему это герой?

– Оборотня перепить – это даже Мерлину не удавалось.

– А! Точно. А где Кати? – вспомнил я.

– В душе, – Лекса кивнула на комм. – Хочешь взглянуть? Я взломала их камеры ночью.

Я, видимо, до конца еще не проснулся, потому как купился и потянулся за устройством. Электрический разряд пробежался от руки до головы, отреагировавшей новой вспышкой боли, и я со стоном опустился обратно на кровать.

– Ишь какой, посмотреть ему захотелось, – довольно хихикнула демонесса.

– Демоница ты, а не демонесса. Адская тварь, посланная на мою голову в наказание за грехи.

– Спасибо, спасибо, – шаркнула Лекса ножкой в воздухе. – Не надо оваций. Лучше продолжайте грешить дальше.

Сконцентрировавшись и проигнорировав очередную вспышку головной боли, я все-таки сумел снять с себя похмелье. В голове прояснилось, боль ушла, но пить хотелось все так же. Я поискал глазами по комнате, но кроме двенадцати пустых бутылок от виски, аккуратно стоящих на столе, ничего не нашел.

– Сушит? – понимающе спросила Александра. – Щаз. – Что-то пискнуло, и рядом с мини-баром открылся холодильник. – Я разобралась в их командной системе. Примитив. И прямой контроль электричества намного удобнее голоса.

Вытащив из бокового отделения полулитровый пакет фруктового сока, я осушил его в один присест.

– Да-а-а, – выдохнул с удовольствием и изучил содержимое холодильника.

Еды в нем не было, только ледяные кубики, которых вчера так не хватало, и много различных соков и минеральных вод. Я задумчиво посмотрел на бутылку «диабетической минеральной воды», пытаясь понять, в чем смысл ее существования.

– Тебя, кстати, уже внесли в список пассажиров, поэтому можешь оставить заказ на сервере. Не нужно просить Хельгу прислать тебе пожрать.

Я залез на страничку корабельного ресторана и принялся изучать меню. Внезапно шум воды в душе прекратился, и я вспомнил, что я не один.

– Стоп, – прошептал я. – Она у меня ночевала?

– У-ха-ха, – восхищенно ответила Лекса. – А ты не помнишь, герой-любовник? И вообще только допер до этой мысли?

– Хорош уже ерничать-то. Я помню почти все из вчерашнего, кроме самого конца.

– Вы тут, конечно, очень мило обнимались ночью на этой односпальной кровати, но, к сожалению, нахреначились вы вискариком так, что о сексе даже и думать не смогли бы. В принципе вы вообще думать не могли. Да и не думали.

Я облегченно вздохнул.

Интересно, что бы сказал Мерлин, узнав, что его ученик переспал с оборотнем?

Александра ехидно хмыкнула:

– От души позавидовал бы. И поздравил бы с тем, что ты остался жив.

Дверь в душевую открылась, и я совершенно невежливо засмотрелся на завернутую в халат девушку.

– Доброе утро, – сказал я.

– Привет, – ответила она, вытирая волосы полотенцем.

– Завтракать будешь? Я как раз собирался делать заказ.

– А ты одеться не хочешь? – Она бросила на меня оценивающий взгляд и слегка покраснела. – Мы с тобой пока не так хорошо знакомы, чтобы завтракать в неглиже.

– Резонно, – хмыкнул я, снимая со стола джинсы. – Тогда пока закажи чего позавтракать… Только учти, я не оборотень и мясо с кровью не ем.

– Очень смешно, – прокомментировала Кати, выбирая что-то из меню.

– Да, я такой, – гордо заявил я, прыгая на одной ноге и пытаясь попасть второй в штанину. – У тебя, кстати, голова не болит?

– Не-а, у меня не бывает похмелья.

– Завидую, – вздохнул я. – Я, конечно, знаю заклинание от него, но…

– Заклинание от похмелья? – удивленно переспросила девушка. – И такое бывает? Я думала, магия – это огненные шары, власть над разумом, оживление мертвецов и тому подобные чудеса.

Я пожал плечами:

– Магия чаще всего используется как раз в таких вот приземленных, бытовых целях. Это практически основная причина ее развития – сделать жизнь мага проще, чтобы он не отвлекался на уборку, готовку и прочую бытовую ерунду, занимаясь тем, что ему нравится. Еще для этих же целей используются ученики и фамильяры.

Молчавшая до сих пор Александра ехидно хмыкнула.

– Ну не все фамильяры. Некоторые, особо стервозные, не делают ничего, пока их к тому не вынудишь.

– Ну-ну, и как же ты это сделаешь? – иронично спросила Лекса.

Я подошел к комму и повернул его экраном вниз.

– Вот так.

– Эй! – возмутилась демонесса, тщетно пытаясь перевернуть его обратно. – Это нечестно!

Кати улыбнулась:

– Завидую я вам.

– Это почему? – Я подозрительно уставился на нее.

– Ну вы всегда вместе… и вам не бывает одиноко.

– То есть ты завидуешь тому, что эта кара богов будет преследовать меня всю мою жизнь? – уточнил я. И тут же жестом руки развеял в воздухе ожидаемый электрический разряд. Запахло озоном.

– Ой, да ладно тебе, я же вижу, как вы друг к другу на самом деле привязаны.

– Папа, папа, купи мне мороженку, – тут же заныла Лекса, обняв меня за шею.

Я быстро щелкнул пальцами, накинув на себя магический кокон. Множество маленьких молний заметалось по поверхности кокона, не проникая внутрь.

– Скучный ты, – объявила Александра.

– Отстань уже, а? Или ты хочешь, чтобы я прямо с утра был как выжатый лимон от перерасхода энергии?

– Но зато когда ты выйдешь – охранникам это покажется весьма правдоподобным.

Кати смущенно кашлянула:

– Наверное, не стоило мне тут оставаться.

– Ага, – поддакнула Лекса. – Надо было, горланя шотландские марши и распивая виски из горла, прошествовать через полкорабля к себе в каюту.

– Мы пели шотландские песни?

– О да, а потом ты танцевала джигу под аккомпанемент Бальтазара, играющего ложками на пустых бутылках.

– Ох, черт… – Кати уже была совсем пунцовая от стыда. Вдруг она встрепенулась, метнулась к своему комбинезону и схватилась за вчерашнее устройство с кнопкой.

– Фу-у-ух, – выдохнула она, помахав ладонью, словно веером. – Работает. Вот был бы номер, если бы аккумулятор сел.

– Глушилка?

– Да, что-то вроде. Моя собственная разработка. Для них мы всю ночь обсуждали новую программу для контроля промышленной инфраструктуры будущего предприятия, перемежая речь таким количеством жаргонизмов, что там даже Октавия ничего не разберет.

– Сильно, – признал я. – Я так не умею.

– На, – протянула она мне устройство. – Дарю. Вообще-то я планировала серьезно поговорить по поводу моей роли в твоем частном предприятии, поэтому и взяла с собой глушилку.

– Ну будешь следить и докладывать Хельге. Мне в общем-то не принципиально.

– Не, я не об этом. Я хочу принимать участие.

– И каким же образом?

– Не знаю. Но я хороший инженер и думаю, смогу научиться…

– Ты что, собралась стать моей ученицей? – Я помрачнел.

– Деточка, – участливым тоном произнесла Лекса. – Подумай дважды… Нет, трижды. А лучше даже четырежды подумай, прежде чем идти к нему в ученики. Подумай, а потом заяви решительное «нет».

– Да я как бы не в ученики…

– А как же ты собираешься учиться магии?

– Учиться… что? – Кати ошеломленно замолчала.

– Ну ты ведь сказала, что собираешься научиться делать то, что собирается делать Бальтазар, да? – Александра подлетела к девушке и ткнула пальцем ей в солнечное сплетение.

– Ну да, но…

– Тогда для этого тебе придется учиться магии. Понятно?

– А это возможно? – недоверчиво спросила оборотень. Или, точней, оборотня. Хм, оборотница? Обротниха? А-а-а, проклятье! Беда с этими женскими именованиями.

– А ты думаешь, магами рождаются? – иронично спросила Лекса, но тут же посерьезнела. – Тебе – возможно, если ты этого захочешь. У тебя есть дар к магии жизни.

– Я по… я подумаю, – рассеянно пробормотала Кати, пытаясь переварить полученную информацию.

– А ты пока не думай, – сказал я мрачным голосом. – Я не возьму тебя в ученики.

– Почему? – тут же вскинулась Кати.

– Потому что это может тебя убить, – пожал я плечами. – И это не шутка.

Раздался мелодичный сигнал со стороны двери – доставили наш завтрак.

Ели мы молча. Кати не реагировала на внешние раздражители, размышляя об открывшихся ей перспективах, а я был слишком голоден, чтобы отвлекаться.

После завтрака девушка рассеянно попрощалась, пообещав еще заглянуть, и ушла к себе.

Я остался один.

Ну почти один. Я лежал на кровати, а надо мной парила в воздухе демонесса, ехидно скалясь в ответ на мои мысли.

– Ну и что это было? – сердито спросила она.

– Что ты имеешь в виду?

– Я была уверена, что ты в своем воображении залил слюной уже всю комнату при мысли о такой ученице.

– Да ну тебя. Я вообще не уверен, что готов кого-то в ученики брать.

– Ты чего? – Александра выглядела озадаченной. – Ты ведь помнишь, что такое ученик для мага?

– Ну да, личный раб и полигон для испытаний.

– Ну это тебе с Мерлином не повезло, он маг даже не старой, а древней какой-то закалки. Даже в мое время маги так над учениками не измывались.

– Если ты имеешь в виду, что ученик – это еще один способ развивать свою магическую ауру, то – да, я это помню. Но и вместе с тем я хорошо знаю, что это ответственность, потому что ученик по факту приносит своему учителю вассальную присягу. И тот обязан о нем заботиться.

– Ну и что тебя смущает?

– Да как тебе сказать… Я вот пытаюсь понять – оно мне надо? Незнакомая по факту девушка, пусть и симпатичная. Оборотень к тому же. Плюс я помню еще по своему ученичеству, как много сил отнимает первоначальная инициация у обоих. И первые корректировки ауры тоже. К тому же я не знаю, как эти блоки, установленные моим учителем, повлияют на обучение нового мага.

– Дурак ты, – вздохнула Лекса. – У тебя выбора нет. Я не смогу помочь наполнению твоей энергетической оболочки, так как моя собственная слишком слабая, поэтому тебе надо заниматься этим самостоятельно. А для мага это первейший приоритет.

– Да знаю я. – Я отключил глушилку, перевернулся на бок и уставился в стену.

Дьявол тебя побери, Мерлин, как же мне сейчас не хватает твоего совета!

Глава 10

Через час в дверь позвонили – принесли документы на подпись. Вместе с планшетом курьер отдал мне в руки запечатанный конверт с надписью «Бальтазару».

Я быстро просмотрел текст, затем положил электронный планшет на стол и предоставил Лексе его изучать. Курьер, притащивший планшет, таращился на Александру, кажется, даже не моргая.

– Лекса, у этого тоже есть дар? Или тебя все видят уже?

– Хм? Не замечала. И вообще не мешай, я занята.

– Не думала о карьере адвоката? – поинтересовался я, но демонесса меня попросту проигнорировала.

– Тут терминал есть? – спросил я у курьера.

Тот посмотрел на меня так, будто только осознал, что в комнате, кроме Лексы, есть кто-то еще, и отрицательно замотал головой. Я вздохнул и перевел комм в режим голографической проекции. Терпеть не могу, когда кто-то видит, что я делаю за компом, но маленький – с ладонь – экран комма уже достал.

Над устройством появился голографический экран и виртуальная клавиатура. Растянув пальцами экран на нужную диагональ, я полез в Сеть – просмотреть объявления о сдаче офиса внаем. Регистрация регистрацией, вряд ли бы у меня получилось быстро без документов это сделать, но я не хотел просить помощи у «Хельги и Ко» в остальном – в конце концов, я не собираюсь работать только на Хельгу.

– Я почти закончила с документами. Компания будет называться «Магическая безопасность».

– Да что вы все к этой безопасности прицепились, у меня на нее аллергия скоро появится.

– А мне нравится. Цепляет взгляд. Думаю, привлечет клиентов.

– Предыдущая твоя идея – «Безопасные системы безопасности» – не привлекла никаких клиентов.

– Не занудствуй. Лучше скажи, что в конверте.

– Заканчивай с документами, уйдет этот парень – вскрою конверт.

– Сволочь ты! – Демонесса заметалась по комнате. – Мне же любопытно!

– Что с ней? – испуганно спросил курьер вполголоса.

– Если кругами, то это нормально, а вот когда начнет восьмеркой – прячься, будет кусаться, а это очень опасно. – Я пожал плечами.

– Она что, ядовита?

– О, ты себе даже не представляешь, насколько. Один укус – и все…

– Смерть?

– Хуже. Превращаешься в любителя аниме.

Курьер сообразил, что я над ним издеваюсь, и нахмурился.

Лекса угомонилась, бросила на меня многообещающий злобный взгляд и вернулась к документу.

– Ладно, обе заявки можешь подписывать, – сказала она через несколько минут.

Я взял стилус и поставил свою подпись под каждым документом, затем отдал планшет курьеру. Он неприязненно посмотрел на меня и, даже не попрощавшись, ушел. Обиделся. Я поставил дверь в статус «не беспокоить» и включил подаренную глушилку.

– Так что там в конверте?

Вскрыв конверт, я вытащил оттуда идентификационную карточку.

– А ну, какую фамилию выбрала Хельга? – поинтересовалась демонесса. – А то я ей целый список набросала возможных вариантов.

«Бальтазар Эмрис» – гласила подпись под моей физиономией. Кстати, оказывается, у СБ «Черной радуги» есть талантливый голограф – изображение оказалось на редкость удачным.

– Эмрис? – Лекса расхохоталась. – А что, тебе подходит.

И вспомнила же она это прозвище – Мирддин Эмрис, Мерлин Бессмертный. Учитель получил его от Блейза, и каждый раз, когда я спрашивал, за что именно, – Блейз ржал, как ненормальный, а Мерлин злился и отправлял меня мыть лошадей или подметать пыточный подвал.

– Скажи спасибо, что она не выбрала чего похуже, – мерзко захихикала ехидна. – Уж поверь, я над списком знатно потрудилась.

– Щаз перепрограммирую на пустую фамилию, – сердито ответил я.

– Давай-давай, – подначила меня Александра. – Только учти, что и предприятие и патент уже зарегистрированы на имя Бальтазара Эмриса.

– Да не хочу я фамилию, мне и без нее неплохо живется.

– А ты отнесись к этому как к прозвищу.

– Прозвище мне тоже даром не нужно.

– Да ладно тебе, Бальтазар, тебе больше двух тысяч лет от роду, признай, что тебе оно подходит.

Я сердито зарычал и бросил в нее подушкой.

– Тебе надо поменьше общаться с оборотнями, ты легко перенимаешь дурные привычки, – прокомментировала мой бросок демонесса, проследив взглядом за пролетевшим сквозь нее снарядом.

Я поднял подушку, отряхнул и водрузил обратно на кровать.

– Сколько нам лететь до Норда?

– Еще два дня в подпространстве до Каф и день на полет до Норда и стыковку в обычном пространстве. А что? Не терпится приступить к работе?

– Не особенно.

– Ну да, если учесть, что тебе, возможно, придется производить артефакты в промышленных масштабах.

Я вздохнул.

– Тоже мне олицетворение вселенской скорби, – хмыкнула Лекса.

– Да как представлю количество однотипной работы – аж не по себе становится.

– Ну да, на конвейер такое дело не поставишь, – добила меня демонесса.

Внезапно я замер. Аж дышать перестал.

– Промышленных… конвейер… – Я закрыл все окна на терминале и запустил проектировочную программу.

– Что ты там придумал? – заинтересованно спросила Лекса, заглядывая мне через плечо.

– Помнишь опыты Мерлина по копированию заклинаний из драгоценных камней?

– Это когда заклинание дублировалось с кристалла на артефакт?

– Именно…

– Помню, – протянула демонесса. – Но я считаю, что он попусту тратил время. Вспомни, после десяти копирований матрица ломалась, если в роли носителя использовался алмаз. А если брался сапфир или рубин, то не всегда получалось и третий раз скопировать…

– Ты права, – перебил я ее. – Но! Это было тогда, когда самым прочным из всех кристаллов был алмаз. А сейчас…

Глаза Лексы расширились.

– Ты имеешь в виду фуллерит?

– Точно, – обрадованно подтвердил я. – Обычный фуллерит в два раза прочнее алмаза, а если взять тот, что используется для изготовления смотровых экранов на космических лайнерах, то мы сможем с одной матрицы скопировать около пятидесяти заклинаний.

– А потом распространить по методу регенерации, как с замками…

– Если прикинуть, то с каждой матрицы можно получить до десяти тысяч артефактов.

Александра восхищенно уставилась на меня.

– Чистая прибыль! И почти без затрат.

– Ну да, нам повезло, что они могут питаться от электричества. Заряжать энергией такую уйму артефактов я бы не взялся ни за какие коврижки.

Дальнейший день прошел в дискуссиях. Точней, в спорах, ругани, криках, угрозах и прочих сопутствующих процессу разработки приятностях. Но в результате к вечеру мы были счастливыми обладателями схемы первого в мире конвейера для массового производства однотипных магических артефактов.

– Знаешь, Бальтазар, а вот это по-настоящему круто, – заявила Лекса, рассматривая трехмерную голограмму получившегося аппарата.

– Дык, – гордо произнес я. – Если сможем взять напрокат пару погрузочных дроидов, так вообще можно будет свести мою роль только до создания матрицы и активизации дуплицирующей октограммы. Да и ту можно привязать к трансформатору электрической энергии в магическую – я внес несколько правок в схему. Мне останется только создавать кристалл с матрицей.

– Думаю, с дроидами проблем не будет, как и со сборкой конвейера: контракт Хельги подразумевает приличный аванс, – отмахнулась Александра. – С кристаллами тоже разберемся – «Бифрост» же занимается производством истребителей, там тоже используется армированный фуллерит. А вот помещение нормальное под это дело… Это, конечно, вопрос.

Я сохранил получившуюся модель и закрыл файл паролем, на всякий случай. Затем вновь открыл сайт одной из крупнейших риэлторских контор на Норде и углубился в изучение рынка недвижимости.

– Вот, смотри, замечательный домик недалеко от космопорта…

– Процентов восемьдесят от аванса уйдет на сборку этого твоего конвейера и покупку либо съем дроидов в аренду, – немедленно охладила мой пыл демонесса. – А на этот «домик» уйдет четыре таких аванса.

– А какой там аванс?

– Ты вообще читал документы, которые подписывал?

– Я тебе полностью доверяю, – подольстился я.

– Там Хельга в приложении скинула черновик договора. Пятьдесят тысяч кредитов.

– Ого! Десять тысяч пинт пива! – мгновенно сосчитал я. – Внушительно. Это если по пинте в день, лет на тридцать пивом обеспечен.

– Ты серьезно или шутишь? – Лекса бросила на меня подозрительный взгляд.

– Я всерьез опасаюсь, что ты мне круглыми сутками будешь горланить на ухо «Каменистую дорогу в Дублин», если я хоть кредитку из этих денег потрачу на пиво, – признался я. – Так что если мысли такие и есть, то будь уверена – я не рискну. Психика дороже.

– Да какая у тебя там психика, – отмахнулась эта зараза. – Сплошь пиво да бабы в мозгах, а мозги явно набекрень.

– По крайней мере, они у меня есть, – постучал я пальцем по макушке.

– Ты в самом деле так думаешь? – иронично спросила она. – Знаешь птичку такую, что на иве живет?

Я озадаченно покачал головой – и попался.

– «Наивняк» называется, – довольно захихикала демонесса.

До самого конца путешествия я планировал проводить время в основном в своей каюте, внаглую эксплуатируя мини-бар в качестве бесконечного источника пива, но утром следующего дня был бесцеремонно левитирован на пол.

– Подъем!

– Да ты достала уже, сколько же можно-то! – промычал я, пытаясь выпутаться из одеяла.

– У меня к тебе серьезный разговор, боец.

Я замер. Если она назвала меня «боец», то мне предстоит нечто ужасающее. Осторожно высунув голову из-под одеяла, я посмотрел на демонессу и застонал: она нарядилась в жизнерадостно-розовый спортивный костюм.

– Опять?!

– Не опять, а снова, боец, – ответила Лекса, бодро проведя пару хуков. – В здоровом теле – здоровая аура, а ты за последние восемь лет слегка расслабился.

– Я же ма-а-аг, – зевнул я. – Зачем мне физическая подготовка?

– От эсбэшников убегать, – заявила она. – На зарядку становись!

И ведь не отстанет, я же знаю. Сначала будет молниями кидаться, потом нудить и доставать – и так весь день. Я смирился со своей участью и пыхтя принялся за упражнения.

– Ать-два, ать-два, – командовала демонесса, размахивая руками в ритм словам. – Упал! Отжался!.. Теперь приседания!.. Пресс!.. Душ!

После душа я почувствовал себя заново родившимся. И потерявшим впустую час времени.

– Вечером повторим, – довольно осклабилась Лекса, а я скрипнул зубами и закатил глаза в притворном ужасе.

После зарядки я был вынужден практиковаться в создании энергозатратных заклинаний и в защитных коконах с уклонами в различные направления магии.

– На фига мне все это? – спросил я, когда вконец уже упарился.

– Честно говоря – хрен его знает, – ответила Лекса. Увидев мое выражение лица, она быстро исправилась: – Я имею в виду, что мы не знаем, как нам кости лягут дальше. На «Черной радуге» было спокойно и хорошо, а на Норде уровень преступности зашкаливает все разумные пределы. Я бы не хотела вдруг лишиться надежды на нормальное тело только потому, что тебе в темном переулке какой-то бомж гаечным ключом по голове зарядил ради твоей куртки. Или потому что голодный оборотень решил сэкономить на продуктах питания за твой счет.

– Что, там так плохо?

– Ты сводки читал? Нет? Ну так почитай. Там почти как в трущобах Камелота, только еще хуже, потому что в Камелоте боялись твоего плаща с драконом, а здесь всем будет по барабану, являешься ты придворным Утера Пендрагона или нет.

– Ну так я надену форму СБ «Бифроста», тоже будут бояться. Я так понял, она там это… в авторитете.

– Ты в это веришь? – иронично спросила Лекса. – Да на тебя плащ с драконом напялили только под угрозой смертной казни.

Я поморщился – никогда терпеть не мог всяческих символов зависимости от власть имущих. Всегда казалось, что меня помечают как свою собственность.

– Согласен, не надену. И вообще всячески постараюсь не афишировать свою связь с «Бифростом».

– Ну вот. А учитывая твои последние похождения – ты не в состоянии себя защитить сам.

– Ну прям уж… – возразил я.

– Не спорь! – Лекса топнула ножкой. – Я едва сохранила твою энергооболочку в тот раз, когда мне пришлось в тебя вселиться. По сравнению с моим человеческим телом у тебя энергии в сотни раз меньше. Чуть бы перестаралась – и кранты твоей ауре, пошла бы такими дырками, что никакой архимаг не заштопал бы.

Я нервно сглотнул – даже и не думал, что в тот момент был настолько близок к гибели. Пожалуй, я не хочу еще раз повторять этот опыт.

Определенно не хочу!

– Ладно, убедительно, – проворчал я. – Только мне бы тогда лучше какой-то курс борьбы… даже не знаю.

– Ну да, не фехтованием же тебе заниматься.

– Фехтовать-то я как раз умею, – вздохнул я.

– Ага, умеешь. Я помню, как тебя Артур хворостиной по двору гонял.

Я покраснел.

– То, что я никогда не мог сравниться с Артуром, – еще не значит, что я не справился бы с другим воином.

– С воином? – фыркнула демонесса. – Не, ну вот с крестьянином ты бы справился… если бы меч из ножен не доставал, а как дубиной бы – э-эх! – Лекса встала в позицию бейсбольного бэттера и красивым жестом размахнулась воображаемой дубиной. – А достал бы меч – без ноги остался бы. Ты думаешь, я почему тебя заклинанию огненного меча не учила? Потому что ты мне живым нужен!

– Вот давай без сарказма, – обиделся я. Фехтовал я, по-моему, и в самом деле прилично, но, учитывая, где я в конце концов оказался, лучше бы учился стрелять из арбалета.

– Ладно, не обижайся, – примирительным тоном сказала она. – Не всем же быть хорошими мечниками.

– Да я вообще не хочу быть фехтовальщиком! – взорвался я. – Это здесь совершенно бесполезно!

– Ша, спокойно! – Демонесса выставила руку ладонью ко мне. – Я согласна, но вот азы какой-то техники борьбы – было бы неплохо узнать.

– Ну тут – да, – согласился я, успокаиваясь. – Можно будет нанять тренера, когда прибудем на место.

– Не-а, – замотала Лекса головой. – Ты лучше сначала Кати спроси.

– Кати?

– Да. Ведь ты же видел, как она двигалась, когда вас попытались взять в том ресторане?

– И как она двигалась? – озадаченно спросил я.

– Как профессионал. Поверь моему опыту, у нее за плечами какая-то серьезная школа. Думаю, на одних инстинктах оборотня такого не достигнуть.

– Блин, да она какая-то универсальная, – пробормотал я. – И доктор наук, и суперсолдат. Так не бывает.

– Она – оборотень, Бальтазар. И к тому же она из семьи Макферсонов – это один из старейших кланов Шотландии. У них всегда в почете были школяры и воины, даже среди женщин. А шотландцы в целом и оборотни в частности – всегда трепетно относятся к традициям клана.

Я задумался.

– К тому же, – добавила Лекса, – я не говорю, что она суперспецназовец. Просто очень заметно, что довольно долго занималась чем-то серьезным. Но не в армии точно – иначе не краснела бы, словно экзальтированная первокурсница, при виде тебя в неглиже.

– Все равно как-то это подозрительно.

– Ты просто параноик, – пожала плечами демонесса. – Впрочем, для мага это скорее хорошо.

Недолго думая, я позвонил Кати.

– Привет.

– Йо, – ответила она бодро. – Надумал меня учить магии?

Я тут же пожалел, что позвонил.

– Нет вообще-то, – мрачно сказал я. – А надо?

Она звонко расхохоталась:

– Да я подкалываю. Мне пока есть чем заниматься и кроме этой твоей фантастики. Чего хотел-то?

– Тут Александра посоветовала спросить – можешь ли ты меня научить рукопашной борьбе?

– О как… – удивилась девушка. – А тебе зачем? Ты разве не можешь фаербол налево, фаербол направо? Я тут немного почитала о магах в Сети, там пишут, что вы почти всемогущи.

– А еще там пишут, что оборотни серебра боятся.

– Туше, – вновь рассмеялась она. – Так что случилось, решил из магов в воины переквалифицироваться?

– Ты что вообще про магов читала? Фэнтези, что ли?

– Ну да, а что?

Я вздохнул:

– Ничего. Так сможешь научить или нет?

– Да легко. Давай через час в тренировочном зале.

– Договорились. А где находится тренировочный зал?

– Ща скину тебе карту… А, к черту, сама за тобой зайду минут через сорок, мне как раз по дороге будет.

Я отключил связь и посмотрел на часы – без четверти пять.

– Накачу-ка я бокальчик светлого…

– Перед тренировкой? – возмутилась Лекса. – Убью.

Ровно через тридцать девять минут раздался звонок в дверь. Я ткнул коленом в сенсор, и дверь ушла в стену, открыв моему взору Кати в обтягивающем трико и затянутыми в хвост волосами. Через плечо у нее висела бесформенного вида сумка.

Бросив оценивающий взгляд на мои джинсы и рубашку, она тяжело вздохнула.

– Я так и знала. – Она позволила сумке соскользнуть с плеча. – Здесь спортивная форма, переодевайся, я подожду в коридоре.

Быстро переодевшись в черного цвета костюм, сделанный из непонятного мне материала, я вышел в коридор и последовал за Кати в тренировочный зал. Лекса, пролетев через закрытую дверь, догнала нас уже через минуту.

Зал был обустроен весьма просто – пустая квадратная комната тридцать на тридцать метров, в центре – ринг с мягким покрытием пола, по углам различные тренажеры и прочие атрибуты спортзала.

Кати уверенным шагом направилась к рингу, подержала для меня канаты, пока я пролезал внутрь, и, остановившись напротив меня, кинула пару смягчающих перчаток. Я заметил, что у нее на руках уже надеты такие же.

– Нападай, – сказала она, слегка подпрыгивая на месте.

– В смысле? Вот прямо так? – растерялся я. Драться я, конечно, дрался, но это были в основном трактирные потасовки. И к тому же в том, старом времени. Но драться против девушки было как-то… странно. К тому же Кати выглядела такой маленькой и хрупкой.

– Ты не бойся, я тебя бить не буду, – успокоила она меня.

– Бальтазар, не дрейфь! – подбодрила меня Лекса. – Только магию не используй.

– Угу, – буркнул я, не решаясь ударить.

– Ну давай, давай, – нетерпеливо похлопала Кати перчатками.

Я подошел поближе и неуверенно нанес удар. Через мгновение я уже висел на канатах в противоположном углу ринга, не вполне понимая, что случилось.

– Еще, – потребовала Кати.

Я привел себя в вертикальное положение и опять двинулся к ней. На этот раз я ударил прямым кроссом с правой, вложив в удар всю свою немалую массу тела. Кати дернула меня за руку, сделала подсечку – и я вновь улетел на канаты, на этот раз за ее спину.

– Еще!

На этот раз я решил подобраться поближе и взять ее в захват. Перед глазами все кувыркнулось, и я с громким хлопком упал на спину.

– Я у ваших ног, сударыня, – констатировал я очевидный факт, глядя снизу вверх.

– Вставай, джентльмен, блин, – хмыкнула Кати, подавая мне руку.

Я поднялся и с удивлением похлопал себя по ребрам – ничего не болело.

– Активная защита, – угадала она мои мысли. – В момент удара в точке приложения силы превращает ткань в жесткий каркас.

Я отряхнулся, хотя пол был идеально чистым.

– Еще? – спросил я.

– Нет, хватит, – покачала головой Кати. – Я уже вижу, на что ты способен. Точней, на что ты не способен.

– Ну я в рукопашной никогда не был силен. – Я пожал плечами.

– А в чем был силен?

– В фехтовании, наверное.

– Ага, щаз проверим. – Она спрыгнула за ринг и вытащила из огромной корзины две деревянные сабли. Я хмыкнул:

– Щитов там конечно же нет?

– Шутишь? – удивилась Кати.

– Давай тогда две сабли.

– Это боккэн[5], а не сабля, – возразила Лекса, наблюдавшая за тренировкой.

– Да хоть алебардой назови, сабля от этого саблей быть не перестанет.

Кати тем временем вернулась обратно с тремя деревянными мечами и отдала мне два. Я повертел их немного в руках – сабли как сабли, хмыкнул и взял обе на манер фалькаты[6]. Конечно, фехтовать двумя мечами я не умел, поэтому одну из сабель планировал использовать в качестве щита.

– Готов? – спросила Кати.

Я посмотрел на нее и удивленно отметил, что она держит свою саблю в обеих руках, прямо перед собой.

– У тебя ведь костюм тоже с активной защитой? – уточнил я на всякий случай, размахивая деревяшками, чтобы привыкнуть к весу.

– Разумеется, – кивнула она.

– Тогда поехали, – улыбнулся я, держа левый меч перед собой, а правый снизу и сзади.

Какое-то время мы стояли друг напротив друга, замерев. В некий момент Кати прыгнула вперед, занося саблю для флангового удара…

Вообще, надо сказать, боевое фехтование сильно отличается от того балета, который устраивают спортсмены-фехтовальщики. Я видел «диви»-трансляции спортивных и показательных выступлений как европейской школы, так и восточной, но и те и другие рассчитаны на быстрые удары, акробатику, работу ногами и так далее.

Поэтому правым мечом я жестко заблокировал ее удар и, шагнув вперед, сильно толкнул ее левой рукой с зажатым в ней мечом.

Кати не удержала равновесия и упала.

– Почему ты не увернулся? – удивленно спросила она, поднимаясь.

– А зачем? – не понял я.

– Так. Еще раз.

Вновь атака, опять жесткий блок и тычок. На этот раз Кати отпрыгнула и атаковала с другой стороны. Я не успел ничего сделать, заблокировать не получилось – и пришлось пропустить удар по ребрам. Как раз туда, где я привык видеть щит.

– Тут тоже все ясно. Ты и в самом деле тренировался со щитом и мечом?

Я пожал плечами и кивнул.

– Бесполезно. И вообще странно – где ты нашел такую школу? Впрочем, не суть важно. Мне кажется, тебе имеет смысл задуматься об «успокоителе».

– О чем?

– Нечто вроде дубинки со встроенным ультразвуковым импульсным станнером, при точном попадании надежно вырубит нападающего на полчаса-час.

– А они легальны? – удивился я.

– На Норде нет ограничений на ношение холодного оружия. – Кати сделала несколько красивых финтов деревянной саблей и, отсалютовав, вновь встала в стойку.

– Давай еще?

– А смысл? – с кислой миной спросил я, признавая ее превосходство.

– А ты используй магию.

– Уверена? – недоверчиво уточнил я.

– А то! – хмыкнула Кати и закрутила меч в вихре мулине[7].

– Ну ладно, – пожал я плечами, встал в позицию, показанную мне давным-давно Артуром, и, отбросив один меч, сложил свободную кисть в жест афаэл, что означает хват. Затем подошел к неподвижной Кати и хлопнул ей мечом пониже спины. Глаза у нее были совершенно зверские.

Отойдя на безопасное расстояние, я развеял заклинание и тут же чуть не получил этим самым боккэном в лоб. Едва уклонившись от импровизированного снаряда, все же задевшего меня по уху, я упал на задницу.

– Сволочь ты! Так нечестно! – воскликнула она.

– Ну ты ж сама просила… – растерялся я.

– Я думала, ты себе скорости добавишь… или воздушные удары какие-то начнешь наносить…

– Но так ведь намного эффективнее!.. – начал я оправдываться, но Кати остановила меня жестом и, видимо успокоившись, спросила:

– И зачем тебе тренировки, если ты можешь такое?

– Для этого заклинания хотя бы одна рука должна быть свободна, – ответил я. – Да и не всегда у меня энергии хватит. Захват – очень энергоемкое заклинание, если использовать энергию воздуха, как это делаю я. Тебе просто воздух не давал двигаться. Было бы проще через энергию разума, заставив тебя поверить, что ты не можешь пошевелиться, но я так не могу.

– Не умеешь?

– Физически не могу: энергия разума мне практически не подчиняется.

– А какие подчиняются?

– Стихии – основное направление… Сущность и смерть тоже неплохо управляются…

– Смерть? – удивилась Кати.

– Ну некромантия.

– Оживление мертвых, что ли?

Лекса захихикала, а я поморщился – вот они, плоды современного представления о магии.

– Ну как частный пример – да. Но это далеко не основное направление.

– А какое основное?

– Как ни странно, лечение. Оба противоположных вида энергий – смерти и жизни – используются в первую очередь для лечения. Маг смерти делает ставку на собственные силы пациента и лечит непосредственно болезнь, а маг жизни старается влить в пациента достаточное количество энергии, чтобы его тело победило болячку.

– Хм, то есть…

– Стоп. – Я поднял ладонь. – Я не хочу тебя учить магии. Я уже говорил об этом. И мы вообще здесь собирались тренироваться.

Кати нахмурилась.

– Давай по принципу «ты – мне, я – тебе»? – предложила она.

Лекса яростно закивала.

Я замотал головой:

– Не хочешь учить – не надо. Обойдусь, – и принялся расстегивать демпферные перчатки.

– Погоди, не горячись, – пошла она на попятный. – Я же просто спросила. Обещала – научу. Тем более что я теперь крайне заинтересована в твоем добром здравии, партнер.

Кивнув, я натянул наполовину снятую перчатку.

– Тогда я готов.

– Для начала – разминка, – безапелляционным тоном заявила Кати.

Я застонал.

Глава 11

Я спустился с трапа шаттла как доктор физико-математических наук Бальтазар Эмрис. У меня был даже диплом Кафского планетарного технического университета, который считался престижнейшим вузом в СНС. Согласно документам, мне было 32 года, и у меня была двенадцатилетняя дочь по имени Александра.

Хельга уверила меня, что она разрешила конфликт с СБ «Черной радуги» и я больше не нахожусь в общем розыске, но на станции мне лучше не появляться в ближайшие несколько лет.

Лекса хохотала, как умалишенная, когда капитан Чин передала мне все эти документы. Ее до колик смешил тот факт, что в этом мире за деньги можно легализовать даже демона.

Кстати, да, выяснилось, что Лексу теперь видят все. Если она того хочет. Причем даже компьютерные системы обнаружения принимали ее за голографическое изображение. Причин этому мы пока не нашли.

Сопровождала «доктора Эмриса» его ассистентка Кейт Макферсон.

Спустившись с трапа, я первым делом задрал голову вверх и с восторгом наблюдал блики утреннего солнца на огромных зеркальных небоскребах, офисных и жилых комплексах, соединенных между собой многочисленными арками и мостами. Воздушное пространство возле космопорта «Бифрост», принадлежащего, как несложно догадаться, одноименной корпорации, было чистым, но я знал, что где-то там есть потоки из тысяч аэромобилей, заполнявших Асгард – столицу Норда – на всех уровнях аэромагистралей.

– Бальтазар, ты, если верить документам, прибыл из Нью-Рима, веди себя скромнее. Тебя не должно это так впечатлять, – одернула меня Кати. За последние два дня мы полностью перешли на «ты» во время наших тренировок. Точней, она перешла, а я до сих пор использовал «ты» вместо непонятного мне «вы».

Я взял себя в руки, нацепил на лицо маску равнодушия и двинулся к пассажирскому терминалу. Все-таки картинки в Сети и увидеть такой город вживую – совершенно разные вещи, поэтому изображать равнодушие мне удавалось с трудом.

Лекса, впечатленная зрелищем, незримо следовала за нами, и время от времени я слышал ее восхищенное мысленное «У-ух ты-ы!».

– Так, – сказала Кати, когда мы прошли таможенный контроль и сели в вокзальной кафешке попить чаю. – Я сняла тебе комнату в привокзальном отеле, оплатила на неделю вперед. Дальше нам надо будет подыскать тебе жилье и нормальное помещение для организации твоего производства.

– Угу, – кивнул я. – А ты где остановишься?

– У меня здесь живут… родственники, если ты понимаешь, о чем я, – улыбнулась девушка.

– Альфа стаи живет в этом городе? – спросила вдруг Лекса.

– Не-а, он живет в нашем кланхолле в Йормунганде.

– Где? – озадаченно переспросил я.

– Так называется курортная зона вдоль экватора, – пояснила Кати. – Потому что…

– Я знаю, кто такой Йормунганд, – перебил я. – И догадываюсь, что там теоретически земля должна стоить просто сказочных денег.

– Так и есть. Но семья Макферсонов была одной из первых семей на планете, так что у нас, как у основателей, есть некоторые преимущества. Другие кланы были не столь удачливы.

– Как были непоседами, так и остались, – проворчала Лекса.

– Что ты имеешь в виду? – удивленно спросила Кати.

– Не так важно, – буркнула демонесса. – Потом расскажу.

– Так зачем тебе был нужен Альфа?

– Разговор есть, – непонятно отмахнулась Лекса. – Вам, молодым, не понять.

– Уж куда нам до такой бабушки, как ты, – хмыкнул я, заработав ехидный взгляд демонессы.

– Вот уж кто бы говорил, а! – захихикала она.

– О чем вы вообще говорите?

– Не суть важно! – ответили мы с Лексой в один голос.

– Ну как знаете, – обиженно протянула девушка. – Достали уже своим «не суть».

– Кати, давай об этом потом? – мягко сказал я. – Я все расскажу, обещаю. Но не здесь. И не сейчас.

– Хорошо, – кивнула она. – Но ты обещал.

Я зевнул и удивленно посмотрел на часы – утро же.

– Разница во времени, – пояснила Кати. – Разница с корабельным временем около двенадцати часов.

Ах да, об этом я забыл.

– Тогда давай пообщаемся позже. – Я вновь зевнул. – Что-то как-то спать охота.

– Хорошо. Дай комм, я скину электронный ключ от отеля. Вечером позвоню еще.

Передав мне права на ключ, она расплатилась по счету и, помахав рукой, ушла из кафешки.

Я допил чай, запустил ключ на комме и с любопытством посмотрел на голографическую стрелку, повисшую над экраном. Проследив за ее направлением, я понял, что она показывает на лифт.

Я подхватил свой чемодан – ужасно неудобная вещь, рука все время занята – и отправился к лифту. Когда я к нему подошел, двери лифта открылись, а голографическая стрелка стала показывать наверх. Внутри лифта изображение стрелки изменилось на число «27». Двери закрылись, и я почувствовал, что лифт начал подниматься.

Оказалось, шахта лифта была сделана прозрачной, как и стенки кабины, и я, поднимаясь на свой этаж, с удовольствием наблюдал одну из самых восхитительных картин за всю мою жизнь: подъем солнца над космопортом огромнейшего мегаполиса.

На двадцать седьмом этаже лифт остановился, и двери открылись.

«2717» – показала голограмма. И вновь стрелка, на этот раз вглубь по коридору. Я взглянул на таблички с номерами – все начинались с двойки и семерки. Остановившись возле номера с табличкой «2717», я прислонил комм к двери, магнитный замок щелкнул, и дверь уехала в сторону с тем же звуком, что и в моем старом офисе на «Черной радуге».

Лекса восторженно запищала прямо с порога: комната, судя по всему класса люкс, была обставлена в восточном стиле. Деревянные полы, циновки, а посредине комнаты – что-то похожее на стол с одеялом. Стены расписаны какими-то цветочками, все в пастельных тонах, и очень уютно, хотя и слегка неожиданно. Демонесса села на пятки за стол, спрятав ноги под одеяло, и с умильной улыбкой оглядывала комнату.

– Анимешники, – пробормотал я, заглядывая в ванную комнату. Ну хоть тут все вполне привычно.

Кстати! Я ни разу этого не упоминал, но, по моему скромному мнению, то, что люди придумали за последние две тысячи лет для обустройства туалетов, – это просто гениально. А мягкую туалетную бумагу впору ставить в один ряд с такими шедеврами человеческой мысли, как пиво и доставка еды на дом.

Я закрыл дверь и вернулся в царство Востока.

– Ни хрена ты не понимаешь, – довольно ухмыльнулась Лекса. – Восточная культура – это…

– Добро пожаловать, доктор Эмрис, – произнес синтезированный женский голос.

– Э-э-э, привет, – ответил я.

Посредине комнаты появилась голограмма восточного вида девушки в японском халате – вроде бы его кимоно называют. Или юката? Хрен их там разберет.

– Если вы желаете заказать обед, меню есть в приложении вашего электронного ключа. Ваш статус можно указать там же, если вам, к примеру, нужна перемена белья или абсолютный покой.

– Спать! – заявил я, душераздирающе зевнув.

– Вы желаете отдохнуть? – уточнила голограмма голосовую команду.

– Да!

– Дверь в спальню находится там. – Голограмма плавным движением указала на решетчатую панель в углу комнаты. Я подошел к двери, потянул ее влево. Затем потянул вправо. Лекса хихикнула.

– Эй, она заперта.

– Если вы желаете заказать обед, меню…

– Заткнись, – рассерженно бросил я, уже под хохот демонессы. Голограмма послушно замолкла.

– Ручку поверни, умник, – смеясь, выдавила Лекса. – Тут механический замок.

Резким, злым движением отодвинув дверь в сторону, я зашел в спальню – вполне, кстати, нормальную, а то я уже ожидал увидеть деревянные лавки… или на чем там спят эти японцы.

Раздевшись, нырнул под одеяло – и, кажется, заснул раньше, чем моя голова успела коснуться подушки.

Проснулся я от совершенно непривычных звуков какого-то струнного инструмента. Короткие, отрывистые звуки удивительно мягко вплетались в утреннюю дрему, лишая меня воли к окончательному пробуждению.

Когда собрался с силами и выполз-таки из спальни, я обнаружил Лексу в японском наряде и с чем-то вроде струнного весла в руках.

– Ты чего делаешь-то? – озадаченно спросил я.

– Воображаю, – хмыкнула демонесса, и весло пропало. Музыка, впрочем, осталась.

– Ладно, я в душ.

Через пятнадцать минут я сидел перед огромным окном в удобном кресле, которое перетащил из спальни, и пил белое сухое вино. Лекса недовольно косилась на меня – нарушаю, мол, стилистику, – но мне было на это глубоко наплевать: стилистика – это хорошо, но кресло удобнее. Да и сакэ, на мой вкус, слишком мерзкое пойло, чтобы им наслаждаться. Впрочем, признаю, это дело вкуса.

Вообще надо сказать, здорово вот так вот сидеть в удобном кресле, пить вино и наблюдать за закатом солнца – оно окрашивает комнату в оранжево-красные цвета, играет последними лучами в бутылке с вином, и ничего не надо делать, никуда не надо идти…

Не вовремя зазвонивший комм захотелось выкинуть на улицу. Пересилив себя, я поднес аппарат к уху и, скрипя зубами, ответил:

– Да?

– Доктор Бальтазар Эмрис? – Хм, незнакомый мужской голос.

– Да, это я.

– Извините, что беспокою вас, это Джошуа Крайнц, я администратор этого отеля.

Я нервно побарабанил пальцами по подлокотнику кресла – может, прикрытие Хельги было не таким уж хорошим и меня сейчас ждут проблемы с местной СБ? Хотя тут вроде нет СБ, тут есть «полиция»…

– Слушаю вас, – напряженно ответил я.

– У нас тут в регистрационной базе записано, что вы специалист по электронной безопасности, это правда?

– Да, а что? – удивился я неожиданному вопросу.

– Мы можем сейчас с вами пообщаться?

– Почему бы и нет, я сейчас свободен.

– Мне подняться к вам? Или мы можем пообщаться в VIP-комнате нашего ресторана.

Я прислушался к своим ощущением. Желудок одобрительно заурчал при мысли о еде.

– Хорошо, я спущусь, заодно и поем.

– Жду вас в вестибюле ресторана через пятнадцать минут, – сказал Джошуа и отключился.

– Ого как… – хмыкнул я.

– Кто это был? – с любопытством спросила Лекса.

– Администратор отеля. Кажется, у меня есть уже первый заказчик на Норде.

Одевшись в один из неудобных деловых костюмов, которые отныне мне было необходимо носить согласно легенде, я выбрал в приложении-ключе опцию «ресторан» и пошел за стрелочкой. Спускаясь вниз, пожалел, что не воспользовался западным лифтом и не вижу заходящего солнца.

Когда я зашел в вестибюль ресторана, от регистрационного стола ко мне направился невысокий толстый человечек с очень пышной шевелюрой. Невидимая Александра хихикнула и сказала мысленно:

– Спорим, это парик?

Я приложил все усилия, чтобы не заржать.

– Доктор Эмрис, добрый вечер, – сказал он мне.

– Ты, я так понимаю, и есть Джошуа Крайнц? – уточнил я на всякий случай. Если его и покоробило мое «ты», то виду он не подал.

– Да, это я. Очень рад, что вы нашли время встретиться со мной.

Я пожал плечами:

– Надеюсь, кормят у вас тут достойно?

– О да, и можете не волноваться – обед за счет заведения.

– Это радует, – улыбнулся я.

Крайнц махнул рукой одному из официантов, подхватил меня под локоть и повел в одну из VIP-комнат, представлявших собой нишу, скрытую от остального ресторана звуконепроницаемой перегородкой.

Я сел за стол и раскрыл меню, которое подал мне материализовавшийся рядом официант.

– Что-нибудь на усмотрение шефа, – решил я. – Но мясо я люблю хорошо прожаренным. И я очень голоден.

Официант понятливо кивнул и посмотрел на Крайнца, но тот покачал головой – дескать, ничего не надо. Парень забрал меню и вышел из комнаты.

– Я полагаю, было бы правильно подождать, когда принесут ваш заказ, но дело не терпит отлагательств.

Я удивленно вскинул бровь.

– Что-то случилось?

– Прежде чем мы это обсудим, я для начала хотел бы убедиться, что мы друг друга понимаем.

– В смысле?

– За оплатой дело не постоит, но ввиду крайней деликатности дела я бы не хотел, чтобы поползли какие-то слухи, порочащие репутацию моего отеля.

– Я думаю, даже если у вас тут кровавая баня в центральном холле случится, ничего не изменится, потому что это единственный нормальный отель рядом с космопортом.

– Известнейший – да, – покачал головой Джошуа. – Единственный? К сожалению, нет. И мы держимся в лидерах только благодаря нашей репутации. Любой скандальный факт – и начнется резкий отток клиентов. Гостиничный бизнес суров, поверьте мне.

– Ну хорошо, я понял, – кивнул я. – Разумеется, эта информация останется полностью конфиденциальной.

– Я рад, – с облегчением выдохнул толстяк, вытирая пот с лица шелковым платком, – что мы понимаем друг друга. Тогда перейдем к делу. Система безопасности отеля строится в основном на камерах, датчиках и электронных ключах; охранников в персонале у нас всего пять человек, да и те работают посменно.

– Какую конкретно систему вы используете? – перебил я его.

– «Visions», последнюю модель.

– Надежно, – одобрил я. Кстати, действительно надежно. Такую систему обмануть крайне непросто – я бы не решился вот так вот влет ее попытаться взломать.

– Еще бы, – кивнул Крайнц. – Мы консультировались у десятков разных фирм, когда решились сменить систему.

– Понятно.

– Ну так вот… Для мониторинга системы нужен только один человек, как вы знаете.

– Вы меня хотите нанять? – удивился я.

– Нет, – замотал головой Джошуа. – Как я уже говорил, у нас есть несколько человек, которые сменяют друг друга каждые восемь часов, – чтоб не притупилось внимание. И у них есть начальник – глава службы безопасности отеля.

– У меня скоро нервный тик начнется при упоминании любой службы безопасности, – пожаловался я Александре.

Она промолчала.

– Ну хорошо, а как это все касается меня?

– Дело в том, что один из охранников заболел, и позавчера его заменял начальник отдела, Сирилл Марски.

– Та-а-ак? – вопросительно протянул я.

– Он исчез прямо на смене, и с тех пор его никто не видел. Майк Коннорс, пришедший его сменить, сказал, что Сирилла нигде не было, поэтому он просто зашел на смену, и все.

– То есть у вас исчез человек?

– Да, судя по записям с камер и замков – он вышел из комнаты мониторинга и дальше нигде не появлялся. Из отеля не выходил. Лифтами не пользовался.

– Почему же вы не хотите позвонить в полицию… А, ну да, репутация и так далее.

– Совершенно верно.

– Но опять же – как это касается меня?

– Коннорс обнаружил, что с корпоративной учетной записи Сирилла в ночь исчезновения было отправлено письмо на внешний адрес.

– Что было в письме?

– Я не знаю. Майк уверяет, что какой-то бред. Похоже на ключ шифрования или что-то эдакое, совершенно бессмысленное.

– И вам нужна помощь по расшифровке этого сообщения?

– Не совсем. Я хочу знать, как и кому удалось обойти систему. Я не знаю, куда делся Сирилл и что он сделал, чтобы исчезнуть, но КАК он это сделал – вот что меня действительно интересует.

– Другими словами, вы хотите нанять меня для частичного аудита вашей системы безопасности, я правильно понимаю?

– Да. Что скажете?

Я откинулся в кресле и задумался.

Раздался звон колокольчика, а через несколько секунд дверь открылась: официант принес мой заказ – стейк с гарниром из овощей и бутылку красного сухого вина.

– Роберт, проследи, чтобы нас никто не побеспокоил, – сказал Джошуа.

Официант кивнул и закрыл за собой дверь.

Выигрывая время на размышления, я принялся за еду.

– Что думаешь, Лекса?

– Соглашайся. Попроси досье на этих Сирилла и Майка. Полное описание системы, прав доступа и так далее. Хороший шанс заработать немалые деньги и начать строить себе репутацию на Норде.

Я дожевал мясо и запил вином.

– Хорошо, Джошуа, я согласен взяться за это дело. Мне нужны будут все характеристики этой системы, досье на всех ваших охранников, включая Сирилла, текст загадочного сообщения и полный доступ во все помещения отеля.

– Не вопрос, я все приготовил заранее. – Крайнц достал из внутреннего кармана чип памяти и положил его на стол. Затем вытащил электронный планшет и протянул мне. – Кроме того, я взял на себя смелость подготовить текст договора с пунктом о неразглашении подробностей моей системы безопасности.

– Очень кстати, – кивнул я, принимая планшет и пролистывая текст договора.

– Все о’кей, не вижу никаких проблем, – сказала Александра.

Я покачал головой.

– Есть один момент – договор должен быть составлен с фирмой «Магические системы безопасности», а не со мной лично.

– Что это за фирма? – удивленно спросил Джошуа.

– Как раз занимающаяся подобными делами, – улыбнулся я. – Я – генеральный директор этой компании и не имею права взять заказ в частном порядке.

– Понимаю, – кивнул Крайнц. Он взял планшет, быстро изменил текст договора и вернул мне.

– Да, теперь все правильно, – подтвердил я, поднося свою идентификационную карту для подписи.

– Буду рад с вами работать, доктор Эмрис. – Он встал, пожал мне руку, забрал планшет и вышел из комнаты.

Я поднял чип, вставил его в свой комм, считал всю информацию с него и переформатировал. Затем аккуратно плюхнул микросхемку в вазочку с цветами и, вытащив цветы, выдал через воду короткий, но мощный электроразряд. Поставив цветы обратно, я задумчиво повертел еще мокрый чип в пальцах.

Ладно, думать будем потом. Предстоит много работы.

Я принялся доедать ужин.

В гостиничном коридоре возле своего номера я обнаружил Кати. Она стояла у окна, опершись на подоконник, и смотрела в ночное небо. Одета она была во что-то похожее на летный костюм темно-красного с черным цветов.

– Привет, кицунэ! – поздоровалась Лекса. – Давно ждешь?

– А, вот вы где, – обернулась Кати. – А я уже звонить собиралась.

– Ты же с самого начала планировала позвонить, – заметил я.

– Ничего, оказалось, я перепутала дни и полнолуние только завтра. Так что сегодня у меня куча свободного времени.

Я открыл дверь в номер и пропустил девушку вперед.

– Ты ведь не собираешься превращаться прямо в номере?

– Да я как бы вообще не собираюсь оборачиваться, ты меня за кого держишь? За щенка неуклюжего? – обиделась девушка.

– Извини. – Я поднял руки. – Сдаюсь. Не хотел тебя обидеть, просто не слишком хорошо знаком с повадками оборотней в полнолуние.

– А еще маг, – вздохнула Лекса.

Кати промолчала, но я по глазам видел – она согласна с демонессой.

Я вздохнул и спросил:

– Вина?

– А пива нет?

– Могу заказать. Судя по этому ключу, – я подкинул комм в руках, – у меня в этом отеле неограниченный кредит.

– Что? – удивленно округлила Кати глаза. – Это каким это образом? Ты что, взломал систему?

– Вот еще! – фыркнул я. – Стал бы я так светиться.

– Тогда как?

– Секрет фирмы.

– Вообще-то я и есть соучредитель фирмы, забыл?

Я засмеялся:

– Хорошо, хорошо. Администратор отеля нанял меня для частичного аудита их системы безопасности.

– А ну-ка, поподробнее! – потребовала она.

– Так тебе пиво-то заказывать?

– Ты от темы не уходи. Хотя да, закажи пива… а к пиву стейк и картошку фри. К полнолунию я всегда жутко голодная.

Я кивнул, тыкая пальцем в блюда в виртуальном меню.

– А теперь рассказывай!

Описав ситуацию как можно подробнее, я особенно подчеркнул моменты с полной конфиденциальностью и неразглашением.

– Вообще-то надо было, чтобы ты со мной посоветовался сначала, – заметила Кати, выслушав рассказ.

– И что бы это изменило? – пожал я плечами. – Или ты отказалась бы от дела?

– Да ни в жизнь, ты что! – Она замахала руками. – Это же самое настоящее расследование.

– Согласна! – подтвердила Лекса.

– Это не расследование, а аудит системы безопасности, – поправил я.

– Не будь занудой! – воскликнули они в один голос.

– Но все равно в будущем, пожалуйста, хотя бы сообщай мне заранее о такого рода договорах, – добавила девушка.

– Э, стоп. Давай сразу расставим точки над i: твоя задача – следить за мной и докладывать Хельге, верно?

– Черта с два ты от меня избавишься таким образом, – отрезала она. – Я твой полноправный партнер в этой фирме и имею те же права, что и ты. Ну почти те же, – уточнила она.

– Ладно. – Я сдался. – К черту эти споры, впереди куча работы.

– Тогда давай приступать.

Я скинул ей копии документов, и мы принялись за работу.

Минут через пятнадцать доставили заказ, и мы решили отвлечься и выпить по бокальчику пива.

– Странный тип этот Сирилл, – задумчиво хмыкнула Кати.

– Угу, – согласился я. – Друзей среди персонала не заводил, никаких замечаний от администратора не получал, идеально выполнял все инструкции… А там ведь немаленький такой список ограничений.

– Может, он из тех, что в Сети живут?

– Да нет, согласно той же инструкции, запрещено входить в комнату мониторинга со своими устройствами – коммами, планшетами и прочим. А выхода в Сеть с терминалов безопасности нет, сами понимаете.

Обе синхронно кивнули.

– Ладно, ты доедай, а я пойду дальше поработаю.

Кати что-то утвердительно промычала, и я вернулся к файлам.

Примерно через час я откинулся в кресле и задумчиво засмотрелся в потолок.

Так, что я о нем знаю?

Согласно инструкции, он обязан два раза в сутки проверять состояние системы – что-что, а инструкцию этот парень чтил. Но все проверки – я пробил по логам – были или рано утром, или поздно вечером. Он ни разу не проверял работу днем.

Дальше – больше, он днем вообще на работе не появлялся, а если заменял кого-то – то только в ночные смены. Он либо мизантроп, либо…

Я быстро поискал в логах заказы в ресторан: так и есть, каждый раз, когда он кого-то подменял, за всю ночь не было ни одного заказа. Остальные же охранники каждый раз заказывали еду: ресторан работал круглосуточно, а сотрудникам отеля полагалась немалая скидка.

Итак, работает только ночью, не ест, мизантроп, крайне исполнителен и неукоснительно следует инструкциям.

– Я думаю, что Сирилл был вампиром, – сказал я вслух.

На меня озадаченно уставились две пары крайне удивленных глаз…

Строго говоря, я легко мог ошибиться. Но судите сами: вампиры ничего не едят, не показываются на улице днем, не любят общаться с людьми и очень ответственно относятся к любой порученной им работе – недаром есть поверье, мол, чтобы спастись от вампира, достаточно рассыпать что-то мелкое, например, зерно – и он не успокоится, пока не пересчитает каждое зернышко. Это, разумеется, суеверие, но основанное на реальных чертах вампиров.

Кати оставила недопитое пиво и бросилась к документам.

– Что-то вспомнила? – спросил я.

– Ща, погоди… где тут данные о медосмотрах…

– Страница пятьдесят два, – ответил я, глядя на заголовок «Результаты медицинских осмотров».

– Ха! – через несколько секунд воскликнула она.

– Что?

– Ну да, точно. Доктор Марта Саммерс.

– А что с ней?

– Она из наших.

– Оборотень?

– Не-а. Суккуб…

– Ого! – присвистнул я.

Лекса озадаченно посмотрела на девушку и спросила:

– Суккуб? Ты в этом точно уверена?

– Да, она широко известная в кругах фэйри личность. Обычно когда кому-то из нас нужны нормальные медицинские справки, как вот в этом случае, – Кати постучала ногтем по экрану планшета, – мы идем к ней. И хорошо платим, между прочим.

– Ты с ней хорошо знакома? – продолжила Лекса свой допрос.

– В общем-то да, – неуверенно сказала Кати.

– У нее на запястье есть татуировка в виде полумесяца?

– Да. – Девушка удивленно посмотрела на демонессу. – Откуда ты знаешь?

– Не имеет значения, – махнула та рукой. – Для нас важно только то, что ей можно верить настолько, насколько демону вообще можно верить.

Мы с Кати переглянулись, и я пожал плечами.

– Ладно, – сказал я. – Тогда завтра с утра заглянем к ней в гости.

Кати кивнула, соглашаясь.

– Вообще-то уже утро, – заметила Лекса, посмотрев на часы в углу экрана.

– Меня это не волнует, – заявил я, душераздирающе зевая. – Вот когда я проснусь, тогда и наступит утро. В общем, вы как хотите, а я – спать.

Я еще раз зевнул и побрел в спальню.

Глава 12

Утром – а утро у меня сегодня наступило в половине первого – я проснулся оттого, что кто-то жарко дышал мне в ухо. Повернув голову и с трудом разлепив один глаз – сказывалось вчерашнее пиво на ночь, – я уставился на спящую Кати.

– О как, – подумал я.

– Ты, главное, глупостей не делай, а то полнолуние уже скоро совсем, – предостерегла меня Лекса.

Да я и не собирался. Приставать к оборотню, которая к тому же мастер боевых искусств? Увольте, мне как-то жизнь дороже.

Осторожно выбравшись из постели, я бросил еще один взгляд на раскиданные по подушке рыжие локоны, скользнул ниже, вздохнул и вышел из комнаты.

– Я тебе завтрак уже заказала, – невинным тоном объявила Лекса.

– Это с чего такая забота? – подозрительно спросил я.

– Ну как же, ты у нас глава семьи, кормилец, директор фирмы… Кому, как не твоей маленькой дочке, о тебе заботиться?

– Что ты задумала? – Я прищурился.

– Да ничего я не задумала, просто решила, что тебе надо правильно питаться.

Ах твою ж… Я бросился к лежащему на столе комму и просмотрел заказ. Салатик, апельсиновый сок, вареное яйцо, тост…

– Черта с два. Мясо на ребрышках, вино и… хотя салат пусть остается. И в двух экземплярах.

Лекса надулась:

– Ну вот, заботишься о тебе, заботишься… а тебе хоть бы хны, даже не оценишь.

– Не переигрывай, – покачал я головой. – Думаю, Кати тоже не оценила бы салатик на завтрак.

Демонесса махнула рукой и углубилась в дебри Сети.

– Надо еще один комм купить, – задумчиво пробормотал я.

Ухо Лексы предательски дернулось, но она промолчала. Впрочем, я был уверен, что через полчаса я буду каким-то образом абсолютно точно знать, какой модели комм мне искать.

Дверь в спальню распахнулась, и в проеме показалась совершенно обнаженная Кати.

– Чего вы тут расшумелись? – зевая и протирая глаза, спросила она.

– Э-эм-м… мнэ-э… привет… – замешкался я с ответом.

Девушка посмотрела на меня мутным спросонья взглядом, затем распахнула глаза, ойкнула и скрылась в спальне.

– Трындец тебе, – многообещающе пробормотала Лекса.

– Но я же не виноват!

– А кого это волнует? – Она пожала плечами, не отрывая взгляда от голографической консоли.

Завтрак проходил в тишине. Кати демонстративно не смотрела на меня, Лекса увлеченно рылась в Сети, а я пытался понять, в чем конкретно я оказался виноват.

– Сволочь ты, – буркнула Кати, когда молчание стало вконец уже тягостным. – Мог бы и отвернуться.

– Не-а, – замотал я головой. – Не мог. Честно.

Кати попыталась скрыть довольную улыбку за стаканом с соком. Все-таки женщины падки на любые комплименты.

– Что-то нарыли еще вчера, когда я спать ушел? – спросил я.

– Не-а, – покачала она головой. – Я пыталась разобраться с этим сообщением, которое было отослано с учетки Сирилла, но, честно говоря, это действительно какой-то бред.

– О, кстати, а что там за сообщение? А то я так и не добрался до него вчера.

– Сейчас. – Кати сходила за своим планшетом и вывела на голографическую консоль текст сообщения:

0100111010101110001011101010011010010110

0111011010101110000011100000010011001110

1001011001001110101001100111011010100110

1110011000000100100101100111011010000110

1011011010101110000101100000010011001110

1001011000101110110011101111011000010010

– Двоичный код? – удивился я, задумчиво разглядывая текст. – Может, это просто прямое совпадение с таблицей кодировки?

– Черта с два, получается какая-то ерунда. Да и в этом случае к тебе не обратились бы, у них там каждый охранник, судя по досье, нормально в электронике шарит.

– Хм… Лекса, ты что об этом думаешь?

Она неопределенно пожала плечами:

– Меня настораживает количество символов.

– Угу, – кивнул я. – Шесть строк по сорок знаков… Кратно восьми. И шестнадцати. Либо это тридцать чисел, либо пятнадцать. Может, номер телефона?

– У нас в номерах двенадцать цифр… а в пятнадцати числах может быть намного больше цифр. Тем более если по шестнадцать разрядов.

– Любопытно. Может, стандартные галактические координаты?

– Ну как рабочая версия, – кивнула Кати. – Тогда надо разбивать не по шестнадцать, а по восемь символов… – Она уставилась на цифры, что-то подсчитывая.

– Так. – Я побарабанил пальцами по столу и потянулся за коммом. – Ты думай, а мне надо позвонить.

Набрав указанный в медицинских отчетах номер, я закрыл глаза в ожидании ответа.

– Да? – Женский голос, с эдакой сексуальной хрипотцой.

– Доктор Марта Саммерс?

– Да, это я. А ты кто? – Охо-хо… томные интонации, неторопливая речь…

– Меня зовут Бальтазар… – Я замялся, но договорил: – Эмрис. Я бы хотел с тобой встретиться по… деликатному вопросу.

– Замечательно! – воскликнула она. У меня аж мурашки по спине побежали. – Я обожаю деликатные вопросы и как раз совершенно свободна до завтрашнего утра. Заезжай ко мне к пяти вечера. Или хочешь, я за тобой заеду? – Ее голос завораживал, тянул к себе и обещал просто сказочный вечер.

Я вздрогнул и потряс головой.

– Хорошо, доктор Саммерс, я подъеду к пяти.

– До встречи… – буквально простонала она, и я быстро отключился.

Кати и Лекса не спускали с меня глаз.

– Я тебе должна двадцатку, – удивленно сказала Лекса, а девушка захихикала. – Он действительно пунцовый, будто девственник на порносъемках.

– Да, – смеясь, сказала Кати. – Марта на всех мужиков так действует. Даже мой папа в свои двести краснел и стеснялся, как мальчишка, когда разговаривал с ней.

У меня, наверное, вид стал еще более озадаченным, и обе заразы расхохотались в голос. Внезапно Лекса оборвала смех.

– Я тебя одного не отпущу, – заявила она, в один момент став совершенно серьезной.

– Да я один и не собирался, – возразил я, но как-то совершенно неубедительно.

– Ага, а то я не вижу, – хмыкнула демонесса. – Я таких знаю, для них возбуждение и сексуальные желания – это как для тебя «Альдебаранское темное».

– Ну не вижу ничего плохого в глотке хорошего пива, – неуверенно заметил я.

– Ага, только тебя она выпьет досуха. Во всех смыслах.

– Во всех-всех? – уточнил я.

Лекса сердито засопела.

– Ладно, ладно, убедила. Буду предельно осторожен, – улыбнулся я.

– А чего ты так переживаешь? – удивилась Кати беспокойству демонессы.

– Я просто хорошо знаю демонов, – вздохнула та. – Для них душа мага – это лакомый кусочек, который стоит пары веков прикормки места.

– И я ничего против нее не стою?

– Если ты не маг-демонолог, то нет, разумеется. А последний раз, когда я проверяла, – ты не был демонологом.

Я отрицательно замотал головой. Лекса хмыкнула и продолжила:

– Так что даже хотя она, судя по татуировке, из человекофилов, все равно надо быть начеку.

– Человекофилов? – переспросил я. Лекса нечасто рассказывала о демонах, поэтому я почувствовал жгучее любопытство.

Она кивнула:

– Те демоны, которые не считают зазорным относиться к людям как к равным и жить с ними в подлунном мире. Их некоторые называют уничижительным прозвищем «человекофилы».

– Это ведь хорошо? – уточнил я.

– Это не значит, что она не схарчит тебя при удобном случае, – отрезала Александра.

– Не ссорьтесь, – вздохнула Кати. – Я поеду с Бальтазаром на всякий случай. Думаю, в полнолуние у меня хватит сил, если что, сразиться и с демоном, тем более низшим.

Лекса неохотно кивнула.

– А пока вернемся к нашей работе, – сказал я.

Все-таки мне казалось, что разгадка в этом зашифрованном послании.

Безуспешно попытавшись еще раз разгадать шифр, я от нечего делать тщательно просмотрел заголовки отправленного письма.

– Кати, слушай, у корпоративной почты ведь нет выхода наружу? Как было отправлено сообщение?

– Не знаю, я не думала об этом.

– Если я правильно понимаю ситуацию, был взломан почтовый сервер только ради того, чтобы отправить одно сообщение?

– Похоже, что так… – Девушка задумалась. – Вопрос только – зачем Сирилл это сделал?

– Может, хотел кого-то предупредить об опасности?

Я подумал.

– Вряд ли. Тогда бы он просто позвонил по нужному номеру, используя тот же почтовый сервер.

– Для чего тогда письмо?

– Может, чтобы остаться неузнанным? – предположила Лекса.

– Тогда нет смысла использовать собственную учетную запись, – возразила Кати.

– Если только, – протянул я, – его запись не использовал кто-то другой.

– Зачем? – усомнилась в этой версии Лекса.

– Вариантов не так много. К примеру, дать кому-то понять, кто его похитил.

– Странно. Кому вообще может помешать начальник службы безопасности отеля?

Я пожал плечами:

– Именно это нам и предстоит выяснить. Ладно, ты пока разбирайся с этим сообщением, а я посмотрю, что смогу придумать из причин для похищения или убийства Сирилла Марски.

Вооружившись планшетом Кати – перекидывать инфу на свой комм было лень – и маленьким трехлитровым кегом пива, я сел у окна и принялся размышлять.

Допустим, Сирилла убили. Я не особенно верил в версию с похищением, потому как это глупо – похищать кого-то с рабочего места. Гораздо проще похитить человека в тот момент, когда он идет на работу или домой. Значит, наиболее вероятная версия – что он убит.

Убить же его могли по двум причинам: он стал свидетелем чего-то опасного, и тогда убийство фактически побочная цель; либо же целью изначально был сам Сирилл. Все остальные возможные версии я отмел как несостоятельные.

Допустим, он стал свидетелем чего-то опасного, и его убрали.

Например, обнаружил и/или записал, как какой-нибудь высокопоставленный чиновник развлекается в отеле с любовницей или шлюхой.

Я глотнул пива.

Нет, маловероятно. Вообще чего бы он там ни увидел, после его убийства взламывать почтовый сервер и отправлять сообщение с его учетной записи – это просто-напросто лишено смысла.

Возможен, конечно, вариант, что его учетка была использована по чистой случайности, но этот вариант слишком маловероятен.

Значит, скорее всего, Сирилл и был целью с самого начала.

Я обвел последнюю запись в планшете жирным овалом.

– Эй, Бальт! – воскликнула Кати. Лекса хмыкнула.

Я скривился.

– Бальтазар, – поправил я ее. Такие попытки привить прозвище надо пресекать с самого начала, а то потом пристанет – не отмоешься.

– Зануда. В общем, я поняла, как было отправлено сообщение.

– И как? – Я постарался не выдать огорчения, что разгадал загадку не я.

– Он подключился к серверу через существующее соединение, используя виртуальный терминал, и сымитировал отправку письма прямыми запросами в базу.

– Ого, для этого надо хорошо разбираться в архитектуре этого конкретного сервера.

– Более того, это невозможно без базовых прав…

– Значит, это кто-то внутри, верно?

– Угу, – кивнула Кати.

– Хорошо, – вздохнул я. – Давай смотреть личные дела каждого из пяти охранников.

– Я уже смотрела. В день исчезновения Сирилла только один из них был отмечен в системе – Коннорс делал заказ в ресторане отеля.

Я тут же позвонил администратору:

– Джошуа?

– Да, это я. Что-то удалось выяснить?

– Этот твой служащий, Майк Коннорс…

– А, да, он взял отпуск из-за стресса.

– Ты не мог бы вызвать его на работу завтра? Это в твоих же интересах, потому можешь оплатить ему сверхурочные.

– Ну… хорошо, если это действительно нужно. Но если что, я вычту эти расходы из вашего гонорара.

– Договорились, – подтвердил я. – Кстати, он давно у вас работает?

– Дайте подумать… Три месяца вроде? Да, точно, как раз в сентябре его наняли. А разве этого нет в его личном досье?

– Да-да, конечно, спасибо, – невпопад ответил я. – Перезвоните, как договоритесь с Коннорсом.

– А зачем тебе Коннорс? – с любопытством спросила Кати, когда я положил комм на стол.

– Посмотрим, – уклончиво ответил я.

Тут же раздался звонок.

– Да?

– Это Крайнц. Странное дело, оператор утверждает, что номер комма, указанный Майком в анкете, не обслуживается. А его домашний номер ведет на какое-то рекламное агентство.

– Я так и думал, – вздохнул я.

– Что все это значит?

– Майк Коннорс, или тот, кого ты знаешь под этим именем, – и есть наш убийца.

– Убийца? – усомнился Крайнц. – Вы уверены?

– Не окончательно, но все ведет именно к этому.

– Понятно. Мм… – он замялся. – Доктор Эмрис, вы ведь помните о нашей договоренности? Не дай бог, пресса узнает…

– Разумеется, эти данные не уйдут от меня даже в полицию, – перебил я.

– Ну и слава богу, – облегченно вздохнул он. – Тогда продолжайте ваше расследование.

– Аудит, – поправил я.

– Да как вам угодно. До связи.

Я с неприязнью посмотрел на комм. Вот ведь человек! У него один сотрудник убил другого, а ему лишь бы это все не просочилось в прессу.

– Что там? – спросила Кати.

– Ну как я и думал. И телефон и адрес фальшивые. Думаю, имя Майк Коннорс тоже не слишком настоящее. Так что теперь мы знаем – кто.

– Но зачем?

– Вопрос на миллион, ей-богу.

Я сидел и лениво ковырял нолики и единички в сообщении, пытаясь собрать из них хоть что-то похожее на шифр. Но как ни крутил – получался все тот же численный бред.

– Они мне скоро сниться начнут, – проворчал я, бросая планшет на стол.

– Поцарапаешь – новый купишь, – прокомментировала Кати.

– Да, кстати, новые модели «xTreme Vitae» – просто шикарны, – как бы между прочим произнесла Лекса. Я хмыкнул.

– Ох, черт! – Кати вдруг вскочила. – Половина пятого. Пора выходить.

– Твою мать, – ругнулся я, подскакивая в кресле. – Лекса, закажи такси.

Кати покачала головой:

– Не нужно, у меня глайд на парковке отеля.

«Глайдом» оказался глайдер, двухместная машина, похожая на… даже не знаю. Лодку? Хотя по принципу работы больше всего напоминало ведьминскую метлу – пассажиры садятся сверху и летят, куда им надо.

Я хмыкнул, когда Кати оседлала глайдер и кинула мне защитные очки. Эдакая современная ведьмочка, даже рыжая. Теперь понятно, почему Кати затянута в летный комбинезон.

– Шлем наденешь? – спросила она.

– Если мы брякнемся, то шлем меня не спасет… да и не нужен он мне.

– Тем лучше, – жизнерадостно улыбнулась Кати. – Садись!

Я сел сзади, надел очки и обхватил девушку руками за талию.

– Если почувствую руки где не надо – сброшу на хрен. Понял? – все с той же жизнерадостной улыбкой заявила она.

Меня передернуло.

– Понял, понял.

– Тогда – от винта! – Она нажала ногой на педаль, и глайдер взвыл высоким жужжащим воем.

– От какого винта? – озадаченно огляделся я и чуть не свалился – машина рванула в воздух, я еле успел уцепиться за Кати.

Мы прождали короткую очередь на скоростную аэромагистраль, и Кати рванула на полной скорости – километров триста в час. Границы магистрали были защищены мощными силовыми полями, которые слегка искажали проходящее через них изображение, что придавало полету совершенно сюрреалистический вид – дома, башни, разные металлоконструкции мелькали так, что сливались в разноцветные калейдоскопические картины.

До места мы добрались очень быстро, и Кати, заложив лихой вираж, аккуратно приземлилась на парковку. Я слез с глайда и восторженно оглядел машину.

– Хочу такой же! – заявила Лекса, а я согласно кивнул.

– Разгребемся с делами – я порекомендую тебе нормальную мастерскую.

– Зачем? Они не продаются, что ли? – не понял я.

– Летать на стоковом?[8] – Кати скривилась. – А смысл? Они же в стоке больше двухсот кэмэ не идут.

Лекса с ехидной ухмылочкой закивала, всем своим видом показывая, какой я идиот.

Я пожал плечами, затем снял очки и задумчиво оглядел небольшой двухэтажный коттеджик, возле которого мы приземлились. Больше всего он напоминал яркий сказочный пряничный домик.

– Марта здесь работает, что ли? – с сомнением спросил я.

– Угу, – ответила девушка, заглушив мотор глайдера.

– Совсем не похоже на клинику.

– Доктор Саммерс работает на дому, у нее на первом этаже обустроен прекрасный медкабинет, а на втором жилые апартаменты.

– Тогда понятно, – кивнул я, расстегивая пиджак: несмотря на то, что по календарю уже началась зима, солнце палило нещадно.

– Ну чего стоишь? – толкнула меня в плечо девушка. – Двинули.

Я посмотрел на Лексу – она пожала плечами и ничего не возразила, поэтому я подошел к двери и провел рукой по сенсору домофона.

Лекса огляделась и растворилась в воздухе.

– Ты чего? – удивился я.

– Лучше я так, на всякий случай, – неопределенно ответила она. – Так проще прикрыть тебя будет.

– Кати, – добавила она из пустоты. – Меня нет, ничему не удивляйся и подыгрывай во…

– Да-а? – ответили из динамиков домофона, и Лекса моментально умолкла.

Черт, опять мурашки по спине от этого голоса!..

– Доктор Саммерс, это Бальтазар Эмрис, мы с тобой договаривались о встрече.

– О-о, разумеется. Сейчас я спущусь.

Я только пожал плечами.

Через несколько минут дверь щелкнула замком, и я едва успел отпрыгнуть: она неожиданно распахнулась наружу. Я в недоумении заморгал, глядя на дверь, – обычная деревянная дверь, но… Это была первая ОБЫЧНАЯ ДЕРЕВЯННАЯ ВХОДНАЯ ДВЕРЬ, которую я увидел в этом времени.

Вам, наверное, покажется странным то ощущение, с которым я осматривал этот совершенно обыкновенный в прошлом архитектурный элемент. Но все остальные виденные мной двери были либо пластиковыми, либо стеклянными, либо металлическими. И все задвигались в стену, уходили в пол, в потолок, да куда угодно, только не открывались по-человечески, как и положено дверям.

– Вас так удивила моя входная дверь? – послышался довольный голос из полутьмы коридора.

– Ну некоторым образом, – кивнул я, переводя взгляд на хозяйку дома.

Проклятье, первым делом мне захотелось проверить, чисто ли я выбрит и нормально ли у меня уложены волосы: передо мной стояла Женщина, которую иначе как с большой буквы и не назовешь. Один лишь взгляд на нее дарил надежду на воплощение столь откровенных эротических фантазий, каких я до этого и представить себе не мог.

Воплощение сексуальности.

Я стоял с раскрытым ртом и, казалось, забыл, как дышать.

– Каждый раз одно и то же! – недовольно воскликнула Кати. – Хватит тебе уже!

– Что хватит? – невинным тоном спросила Марта, и я возмущенно посмотрел на Кати: как она могла сказать такое о… хм, а какое «такое»? Что-то я задумался.

Я вновь посмотрел на хозяйку дома. Симпатичная, конечно, но совершенно не в моем вкусе. А жаль, голос у нее по комму был просто чудесным.

– Добрый день, – кивнул я и протянул ей руку. – Меня зовут Бальтазар Эмрис. И да, твоя дверь просто удивительна, я таких давно не видел.

Обе девушки с недоумением посмотрели на меня.

Я вскинул брови:

– Что-то не так?

– Нет-нет, все в порядке, проходите, – с непонятным выражением лица сказала Марта. – Здравствуй, Кати.

Кати кивнула и прошла внутрь.

– Как ты думаешь, сколько ей лет? – вдруг спросила Лекса.

– Выглядит на двадцать пять, – попытался я угадать. – А грудь у нее просто…

– Я про дверь, кобелина ты эдакий, – перебила меня демонесса. – Хотя с Мартой ты все равно не угадал, тоже мне знаток женской натуры.

– А что дверь? – удивился я. – Ну да, необычная для этого времени, но дверь как дверь.

– Это сикомор, – хмыкнула демонесса. – А этой конкретной двери больше пяти тысяч лет.

Я бросил еще один задумчивый взгляд на дверь. Сикомор – очень любопытное дерево. Насколько я помню, в некоторых религиях считается священным, но любопытна древесина сикомора совсем другим: возможностью накопления магической энергии. Кстати, магический посох Мерлина был сделан именно из сикомора.

– Вы как-то очень заинтересованы моей входной дверью, Бальтазар.

– Это ведь сикомор?

Брови Марты взлетели кверху.

– Вы удивительно проницательны. Кстати, такие двери считались самым настоящим сокровищем в древние времена.

– Почему? – удивился я.

– Например, в Древнем Египте древесина считалась роскошью, признаком достатка. Деревянные предметы перевозили с собой из дома в дом, даже по наследству передавали. А из сикомора, в частности, был сделан пол во дворце одного из фараонов. Но давайте не будем разговаривать в прихожей, проходите. – Хозяйка сделала приглашающий жест рукой.

Как там Лекса сказала? Пять тысяч лет? Судя по тому, как Марта рассказывала об этой двери, не удивлюсь, если они ровесницы. Я окинул ладную фигурку хозяйки взглядом – товар, конечно, пятитысячелетней свежести, но весьма качественный.

Лекса громко фыркнула у меня в голове.

– Садитесь, – сказала Марта, когда мы все зашли в большую уютную гостиную с четырьмя большими, обитыми красным бархатом креслами. В углу весело трещал дровами огонь.

– Каминус! Самый настоящий каминус! – восхитился я.

Хозяйка улыбнулась.

– Вообще эта штука называется «камин», – поправила она. – Но для современной молодежи – так уже неплохо. Вы полны приятных сюрпризов, Бальтазар. Кстати, хотите горячего чаю?

– Нет, спасибо, – отказался я, Кати тоже покачала головой.

– Как хотите. Итак, чем обязана вашему визиту? – Она положила ногу на ногу и сложила ладони на колене.

– Доктор Саммерс… – начал я.

– Просто Марта, – мягко перебила меня она, глядя мне прямо в глаза.

– Марта, – я кашлянул, – мне нужна информация об одном твоем пациенте.

Она бросила быстрый взгляд на Кати и ответила:

– Сведения о пациентах – конфиденциальны.

– Только пока пациент еще жив, верно?

Марта встревоженно нахмурилась:

– О ком идет речь?

– О Сирилле Марски.

– Он мертв? – удивилась Марта. – Этого не может быть!

Я вздохнул:

– Даже самые сильные существа легко могут стать жертвой случайности или тщательно подготовленного убийства.

– Только не Сирилл, вы просто не знаете, кто он такой.

– Вампир? – быстро спросил я.

Вновь удивленный взгляд на Кати:

– Он из наших, что ли?

Кати, поколебавшись секунду, кивнула. Марта перевела взгляд на меня.

– Странно. Я не чувствую вашей ауры, Бальтазар. Кто вы?

– Это имеет сейчас значение? – нахмурился я.

– Нет. – Она склонила голову набок. – Мне просто любопытно.

– Я тролль, – объявил я. – На четверть. По дедушке.

– Это, конечно, ваше дело, – сердито тряхнула волосами суккуба. – Но тогда наш разговор закончен. Информация в обмен на информацию – это основа торговли слухами.

– Ну вот, а говоришь, что «просто любопытно». Впрочем, хорошо, – с кривой усмешкой кивнул я. – Давай так – ты рассказываешь мне, что знаешь об этом вампире, а я признаюсь, к какому клану фэйри я отношусь. Идет?

– Сирилл не просто вампир, – покачала головой она через минуту, придя к какому-то решению. – Высший вампир. Поэтому я как-то весьма недоверчиво отношусь к вашему заявлению.

– Хренасебе! – мысленно воскликнула Лекса.

Марта вздрогнула и прищурилась.

– Высшего вампира тоже можно убить, – пожал я плечами, сделав вид, что ничего не заметил. – Сложно, конечно, но не невозможно.

Суккуба засмеялась:

– Убить? Высшего вампира? Я так понимаю, вы весьма молоды, Бальтазар, и никогда не встречались с высшими.

Я неопределенно кивнул.

– Ну тогда я вас немного просвещу. – Марта откинулась на спинку кресла. – Высший вампир – это существо, которое вышло за пределы здравого смысла. Он может жить в космосе без скафандра, убить человека одним прикосновением, пережить взрыв ядерной бомбы, и даже если его расчленить на маленькие кусочки – их воссоединение будет лишь вопросом времени. Даже солнечный свет для него не губителен, он просто доставляет ему множество неудобств.

Я кивнул и спросил:

– Кто может на равных сразиться с высшим вампиром?

Марта задумалась:

– Потенциально из вампиров сильнее только Рожденные, то есть те, которые не были людьми, а уже родились вампирами. Но им надо несколько столетий, чтоб дорасти до силы высших, а учитывая специфику политики вампирских кланов, этого добиться очень сложно. На Норде, насколько мне известно, нет ни одного Рожденного старше века.

– А из других фэйри?

– Демоны, рангом не ниже Лорда, оборотни во время полнолуния… Но демоны такого ранга интересуются исключительно людскими душами, а у высших вампиров нет души. И оборотень даже во время полнолуния не нападет на высшего – инстинкты не позволят.

Кати кивнула, подтверждая.

– Но теоретически возможно, что кто-то предложил демону-Лорду душу в обмен на смерть высшего? – вдруг осенило меня.

– Душу? – хмыкнула Марта. – Тебе бы понадобилась гекатомба, чтобы демон согласился поработать на смертного или фэйри.

– Поня-атно, – разочарованно протянул я, потирая подбородок. А ведь хорошая была версия. Но, возможно…

– А почему вы думаете, что Сирилл мертв? – оторвала меня суккуба от размышлений.

– А что бы заставило вампира уклониться от взятых на себя обязательств?

– Только смерть, – кивнула Марта. – Да, это имеет смысл.

– Кстати, а ты не знаешь, что побудило его работать на людей?

– Понятия не имею. – Она отрицательно мотнула головой.

– Ясно. Ну что ж, это все, что я хотел узнать, – сказал я, вставая.

Суккуба с любопытством смотрела на меня.

– И это все? – В ее голосе послышался оттенок угрозы.

– Я помню, что я обещал раскрыться, – улыбнулся я и стал лихорадочно придумывать, что соврать.

– Так, ладно, подыграю, – сказала Лекса мысленно. – Быстро делай «облик», используя энергии смерти и жизни, в равных пропорциях. Потом объясню зачем.

Я раскинул руки в стороны, активируя заклинание: возражать было некогда, а своему фамильяру я привык доверять.

Так, бесполезное в сущности заклинание облика энергий, форма – «я», жест – «человек», энергия – смерть и жизнь…

Меня окружила плотная черно-золотая аура, один глаз засветился ярко-золотым, другой – обернулся в средоточие тьмы. На пальцах выросли длинные когти, зубы превратились в клыки, а губы раздвинулись в кровожадной усмешке.

– Маг, – хрипло прошептала суккуба. – Демонолог. Вы вернулись… Черт побери!

Я развеял заклинание.

– Твое любопытство удовлетворено?

– Да, лорд маг, прошу прощения за свою настойчивость.

– Только не задавай сейчас вопросов! – быстро сказала Лекса, когда я уже раскрыл рот. – Все впечатление испортишь.

– В таком случае мы квиты? – спросил я совсем не то, что хотел.

– Разумеется. Я провожу вас. – Ее тон заметно изменился, в нем чувствовалось… подобострастие?

Я вышел на улицу и направился к глайдеру.

Кати тихо перебросилась с Мартой парой фраз, попрощалась с ней и подошла к парковке.

– Поехали? – спросила она.

– Угу. – Я кивнул и принялся надевать очки. – Кстати, а о чем вы в конце разговаривали?

– Да она ерунду какую-то спросила. Хотела знать, не собираешься ли ты строить зиккурат на Норде.

– Чего?! – Я распахнул глаза и остолбенело уставился на Кати. Зато Лекса довольно потерла ручки…

– Так, детишки, давайте в отеле поговорим. Есть что обсудить, – заявила Лекса.

– Почему она…

– Все вопросы задашь там, – перебила она.

– Но…

Щелк! Разряд с треском пронзил воздух и вонзился мне прямо в лоб. Кати хмыкнула.

– Ладно, – проворчал я, садясь на глайдер. – Намек понят. Полетели в отель.

Глава 13

Обратно мы летели медленно: на скоростной трассе в результате аварии обломки фрахтовщика повредили генераторы защитного поля, прикрывающие трассу от птиц, насекомых и всякого мусора, и скоростное ограничение для глайдеров составило сотню километров в час.

Кати материлась всю дорогу, я хмыкал в особо удачных местах и продолжал размышлять о деле. Как-то это все крайне странно: высший вампир взял и пропал. Ни тела, ни следов, ни мотива… только призрачный подозреваемый, о котором неизвестно почти ничего, кроме того факта, что он способен справиться с высшим.

Я попытался вспомнить все, что Мерлин рассказывал о вампирах, но получилось весьма немного: бывают Рожденные и Усыновленные, последние не могут иметь детей в человеческом смысле, но могут усыновлять других людей в качестве «потомков». Этакая суррогатная система отцов и детей.

Рожденные – правящий клан, они обладают кровной властью над всеми Усыновленными, кроме высших вампиров.

Высший же вампир – либо существо вне кланов, либо старейшина одного из кланов Усыновленных, потому как Рожденные крайне ревностно следят, чтоб ни один из «младших» кланов не получил больше одного высшего.

Обычно высший вампир – это Усыновленный, который сумел скопить достаточно сил, чтобы избавиться от кровной связи с Рожденными. Официально для того, чтобы вампиру считаться высшим, достаточно освободиться от этой связи, но на самом деле за то время, которое проходит, пока удастся это сделать, – вампир становится очень могущественным. Мало кто из них сумел достичь этого звания, будучи младше тысячи лет, поэтому их в мире – считаные единицы.

По крайней мере, так дело обстояло раньше.

Хотя я сомневаюсь, что сейчас что-то изменится: очень уж жесткие традиции у кланов – как Рожденные, так и Усыновленные тщательно контролируют свою популяцию и, если необходимо, могут даже уничтожить какой-нибудь мятежный клан целиком. Прецеденты бывали.

Итак, вопрос: кто мог справиться с высшим вампиром?

Вариант демона я отмел сразу – слишком накладно и сложно, да и не похоже это на работу демона, они более прямолинейны. Оборотень? Думаю, старая вражда между древними кланами никуда не делась, так что в принципе версия заказа вероятна, но… Во-первых, Кати уверенно сказала, что оборотень, даже в трансформации, не будет нападать на высшего из-за инстинктов, а во-вторых, думаю, подобное нападение осложнит и без того непростые отношения между кланами фэйри.

Кланы, кланы, кланы… Я тоже хочу клан. Может, разработать методику массового обучения и заняться строительством магической империи? Захватить сначала планетку, потом еще одну, создать Четвертую Магическую Империю… Или уже пятую? Так, первой была Вавилонянская, потом Египетская, потом Великая Империя Майя… да, пожалуй, четвертая. Или нет! Первая Галактическая Империя. Его Галактическое Императорское Величество, Бальтазар Первый…

– Бальтазар!

Да! И крики толпы, приветствующей меня, Великого…

– Эй, Бальтазар! Заснул?

– Мы слушаем тебя, – рассеянно ответил я, мысленно строя экономику будущей империи. Оглядевшись, я понял, что мы уже сели на посадочной площадке отеля.

– «Мы»? Тебе голову надуло, что ли? – удивилась Кати.

– А ты ему шлем в следующий раз надень, – хихикнула Лекса. – Вместо императорской короны.

Кати непонимающе посмотрела на нее.

– Очень надо, – буркнул я, неуклюже слезая с глайдера. – Задумался просто.

– Ну-ну, – ехидно улыбнулась демонесса.

Мы поднялись в номер, и я первым делом с облегчением стащил с себя пиджак и брюки, надев привычные джинсы и ставшую родной рубашку.

Кати неодобрительно покачала головой, наблюдая, как я переодеваюсь.

– Как бы тебя научить правилам приличия?

– А смысл? – усмехнулся я. – Меня и так все устраивает.

– А окружающих?

Я пожал плечами:

– Привыкнут. Вот ты уже, к примеру, даже отворачиваться перестала, когда я переодеваюсь.

Щеки девушки залились краской…

– Как дети малые, – сердито сказала Лекса. – Давайте-ка лучше к делу вернемся. У нас не так много времени до восхода луны.

Кати невольно бросила взгляд на часы.

– А что будет, если ты останешься? – полюбопытствовал я.

На этот раз у Кати покраснели даже уши.

– Твою налево, Бальтазар, она – оборотень, существо эмоций и инстинктов, – рявкнула Александра. – Если ты ей хоть немного нравишься, она тебя изнасилует, а если хоть чуть-чуть ее раздражаешь – порвет в клочья. Еще вопросы, мистер эксгибиционист?

Я вздрогнул.

– Я, пожалуй, пас, – облизнул враз пересохшие губы.

– Еще бы, – проворчала демонесса и вздохнула. – Ладно, шутки в сторону. Что у нас…

– Погоди, – перебил я ее. – Давай сначала проясним, что произошло у доктора Саммерс.

Лекса вновь тяжело вздохнула:

– Ну спрашивай.

– Во-первых, почему она не чувствовала мою ауру?

– Я ее закрыла, закольцевала силовые линии внутри. Поэтому и ее влияние на тебя прекратилось.

– Ага, это был мой второй вопрос. Почему прекратилось влияние?

– Суть эмоций – стихия, поэтому стихийные маги вроде тебя зачастую очень эмоциональны – это дает более мощную энергетическую ауру. А суккубы и инкубы воздействуют на эмоции именно через ауру, вплетая в нее нужные им эмоции. Когда я закрыла ауру, ее влияние на тебя прекратилось: вплетенные нити потеряли подпитку и поглотились твоими.

– Понятно. Третий, самый интересный мне вопрос…

– Демонологи? – перебила Лекса. – Их не существовало уже во времена Мерлина, а сейчас – тем более. Но демоны их хорошо помнят.

– В чем суть демонологии?

– В вызове демонов, в чем же еще? Демонология – это та отрасль магии, которая отвечает за вызов, контроль, создание и уничтожение демонов.

– Создание? – удивился я. – Я думал…

– Головой думай. Демоны из ниоткуда не появляются, в том числе их можно и создать. А то заклинание, которое я заставила тебя создать, – это как визитная карточка магов-демонологов: они используют два противоположных полюса магии, жизнь и смерть, для создания своих собственных заклинаний.

– Хм, Мерлин мне о демонологии ничего не рассказывал…

– И неудивительно, – пожала плечами демонесса. – Из тебя демонолога все равно не получилось бы: для этого надо быть или магом-артефактором, или пустотником, чтобы у тебя не было дисбаланса противостоящих энергий. Ну и к тому же их заклинания считаются утерянными.

– А облик энергий?

– Это не их заклинание, они просто им пользовались при разговорах с демонами. То ли традиция, то ли суеверие, но считается, что демон не может прикоснуться к носителю облика, если для создания использовались именно эти две энергии, смерть и жизнь.

– Странно…

– Ничего странного. Возможно, облик был базой для другого, более мощного защитного заклинания, которого мы, увы, не знаем.

– Хорошо, а что за ерунда насчет зиккурата?

Лекса засмеялась:

– Это Марта с перепугу спросила. Демонологией баловались в основном тольтеки, они строили огромные места средоточия силы, которые сейчас известны как зиккураты. Больше всего они были похожи на ступенчатые пирамиды, а питались жизненной силой демонов. Маги тольтеков в течение сотен лет приносили в жертву демонов, питая эти огромные аккумуляторы, – даже ранение демона вызывает сильный всплеск на магическом уровне энергий, что позволяет…

– Как Стоунхендж или пирамиды, да? – перебил я. – Только пирамиды жрали энергию смерти людей, а Стоунхендж – энергию их эмоций.

– В точку. Оба этих вида сооружений были построены после попыток разобраться в принципах работы зиккуратов.

– Хм, понятно. То есть демонолог с собственным зиккуратом…

– Это сила, с которой будут считаться даже демоны высших рангов.

– Жаль, что я не демонолог, – вздохнул я.

– Но Марта-то об этом не знает, – хихикнула Лекса. – Так что, может статься, это еще сыграет нам на руку.

У меня в желудке призывно заурчало. Я взял комм и принялся заказывать ужин.

– Чего тебе взять? – спросил я у Кати, задумчиво нажимая кнопки в меню.

– Да ничего, – ответила она с явным сожалением, рассматривая что-то в своем планшете. – Я на ночь очень плотно поем, чтобы не быть голодной, когда луна взойдет.

Она помолчала и добавила:

– Но пива закажи и на меня.

Я улыбнулся, быстро закончил с заказом и подошел к ней, заглянув через плечо: она рассматривала досье Коннорса.

– Давайте суммируем – что нам известно о происшедшем? – предложила Лекса, зависая над другим плечом девушки.

– А что нам известно? – нахмурился я. – Сирилл был высшим вампиром; скорей всего, он убит; о его убийце мы знаем только, как он выглядит, да и то, – я похлопал пальцами по планшету с открытым файлом досье Майка Коннорса, – не факт, что он до сих пор выглядит именно так.

– Другими словами, этот человек, – Кати указала подбородком на планшет, – где-то на уровне демона-Лорда или, в лучшем случае, оборотня во время полнолуния.

– Но не является ни тем ни другим, – добавил я.

– Почему он не может быть демоном? – вскинулась она.

– Демон не стал бы прятаться под сотрудника, к тому же это слишком хлопотно – скармливать ему столько душ, чтобы он согласился что-то сделать.

Кати недоверчиво покачала головой, но не возразила.

– Просто поверь, – сказала Лекса. – Он не демон. Если бы это был демон такого ранга, то тут от отеля вообще бы ничего не осталось. Еще и космопорт зацепило бы.

– Какие у нас есть еще зацепки? – спросила Кати.

– Только одна, – ответил я, выводя на голографическую консоль загадочное сообщение из ноликов и единиц. – Ладно, две – есть еще адрес, но это анонимный сервер, так что там ничего не светит.

Девушка тяжело вздохнула:

– Я уже себе весь мозг сломала из-за этого сообщения. Даже набросала программку, которая сравнивает группы по пять и больше байт и пытается их расшифровать, но пока безуспешно – даже и рядом не похоже на какой-то вменяемый результат.

– Попробуй инсценировать взлом? – предложил я. – Я обычно так поступаю, когда размышляю, как можно усовершенствовать заказанную мне систему безопасности.

– Хм, это мысль.

Кати спроецировала голографическую клавиатуру на стол и зацокала аккуратно подстриженными ногтями по отполированной поверхности. Я взял с подоконника початую бутылку вина, сел в кресло и глотнул прямо из горла.

Девушка время от времени ругалась матом, тихо рычала, иногда убирала за ухо рыжую гриву, спадающую на глаза, несколько раз счастливо улыбалась – я прям засмотрелся на нее, так это занятно выглядело. Надо будет как-нибудь включить встроенную в комм камеру и записать, как я выгляжу во время работы, какие звуки издаю… тоже ведь, наверное, не сижу каменным изваянием.

Минут через тридцать доставили заказанный ужин. Я к этому времени давно успел прикончить бутылку и с удовольствием принялся за еду, запивая мясо замечательным темным пивом.

– Да! – вдруг воскликнула Кати.

Лекса закружилась в воздухе вокруг нее.

– Ммэ? – промычал я с набитым ртом.

– Получилось.

– Разгадала шифр?

– Не-а, – покачала она головой. – Зато теперь знаю, как именно он добился отсутствия заголовков и как протокол принял это сообщение… – Дальнейшая терминология звучала полным бредом, но я с умным видом поддакивал.

– …но если взять нечетные биты…

– Ага…

– …а потом применить алгоритм Нестэди-Коллинза…

– А-а-а…

– …то сервер воспринимает в качестве отсылателя приоритетного пользователя…

– Как же я сам не догадался?

Кати вдруг запнулась.

– Ты ни хрена не понял, верно? – подозрительно уставилась она на меня. Я пожал плечами, дожевывая стейк. – В общем, теперь я знаю метод. И мы были правы – это мог сделать только человек, который очень хорошо знаком с конкретно этой системой защиты.

– Ну хорошо… – Я вытер губы салфеткой. – Давай ради проверки отошли мне сообщение с сервера отеля.

– Ща, секундочку, я скрипт переделаю под твой адрес… теперь запускаем… готово.

Комм проиграл голографическую сценку из какого-то аниме, где один персонаж отдает другому запечатанный конверт: пришло новое сообщение.

– Лекса, хватит гадости ставить на нотификаторы, – сердито сказал я, потянувшись за устройством. – Как ребенок, честное слово.

Лекса показала мне язык, и я тяжко вздохнул – у всех известных магов были нормальные фамильяры, и только у меня анимешница и мучительница – уж не знаю, какая из этих двух характеристик хуже.

– Хм, ну вроде твой алгоритм работает, – сказал я, посмотрев на экран: сообщение было с учетной записи Сирилла Марски. – Только ты опечатку сделала.

– Какую? – удивленно спросила Кати.

– «Тсет» вместо «тест».

– Не делала я опечаток, – возмутилась девушка. – Сам проверь.

Я подошел, протянул ей заказанное пиво и глянул в код скрипта. Хм, значение переменной действительно «тест». Я поменял на «проверка» и перезапустил скрипт. Над коммом опять заиграла дебильная сценка.

– «Акреворп». У тебя в скрипте… – Я хлопнул себя ладонью по лбу и лихорадочно забил пальцами по комму, выводя на голограмму текст сообщения. – Ну конечно же!

Я быстро набросал скрипт, меняющий порядок символов в строке на обратный.

0100100001101111011100110111010001101001

0111001100100000011010000111010101101101

0110000101101110011010010010000001100111

0110010101101110011001010111001001101001

0111001100100000011100000111010101101110

0110100101100101011101000111010101110010

– Так, и? – спросила Лекса иронично. – Чем это отличается от предыдущей записи?

– Всем, – ответили мы в один голос с Кати, прогоняя наборы из восьми символов через простенький дешифратор в десятичный формат, а затем подставляя номера букв из стандартной таблицы кодировки.

– И что, получилось? – с любопытством посмотрела на нас Лекса.

– Мм, ты знаешь латынь? – спросила Кати, не отрывая взгляда от сообщения. – Что такое «Хостис хумани генерис пуниетур»?

Лекса остолбенела.

– Что? Что ты сказала? Дай посмотреть!

«Hostis humani generis punietur» – гласила расшифровка.

– «Враг рода человеческого наказан». Так? – перевел я.

– Не-а. «Враг рода человеческого должен быть наказан», – уточнила демонесса деревянным голосом. – Там «puniEtur», а не «punitur».

– Что случилось? – встревоженно спросил я. – Ты выглядишь… как-то странно.

– Думаю, это просто совпадение, – сказала Лекса неуверенно.

Я промолчал. Неуверенная Лекса?

– Кати, – сказала демонесса. – Я отправлюсь с тобой в ваш кланхолл.

Девушка удивленно вскинула брови.

– Зачем?

– Мне нужно поговорить с Альфой. Он должен знать.

– Знать что? – спросил я.

– Знать все, – отрезала Александра. – Не задавай пока вопросов, я все объясню потом.

– Тогда я с тобой, – категорично заявил я.

– В логово оборотней? В полнолуние? – хмыкнула демонесса.

Я нахмурился.

– Бальтазар, – мягко сказала она. – Я тебе все объясню, потом. Если я ошибаюсь, то все хорошо, но если мои предположения – правда…

– Бред какой-то, – вздохнул я, опускаясь в кресло.

– Поверь, так надо.

Я пожал плечами и встал:

– Делай что хочешь. Я пошел спать.

Зайдя в спальню, я упал на кровать и закрыл глаза. Услышал приглушенные голоса, затем шелест внешней двери. Полежал еще немного с закрытыми глазами, но спать не хотелось совершенно, поэтому я встал и вышел в гостиную.

На столе одиноко валялся мой коммуникатор, Кати и Лекса ушли. Я печально посмотрел на недопитое пиво, в два глотка прикончил его и понял, что хочу еще.

Как и положено всякому нормальному космопорту, «Бифрост» имел и портовую кантину. Это злачное заведеньице было мной примечено еще на пути к отелю, и, недолго думая, я накинул теплую пилотскую куртку и отправился именно туда.

Освещенная множеством фонарей Припортовая площадь была наводнена людьми. Происходящее было очень схоже с тем, что происходило на «Черной радуге» во время прибытия «Рубикона», за тем лишь исключением, что над головой на высоте пяти метров не было потолка, а вместо этого от горизонта до горизонта раскинулось мутно-серое небо. Звезд на небе почти не было видно, зато четыре луны – все в разных стадиях – давали достаточно света, чтоб превратить ночь в сумерки.

Оглядевшись, я заметил большую неоновую вывеску «Веселый фузион» и маленькую надпись «кантина» под ней. Протолкавшись через людской поток, я подошел ко входу и хмыкнул – слева и справа от входа танцевали трехметровые полуобнаженные девушки. Поглазев немного на голограммы, я прошел через открывшуюся автоматически дверь и остановился на пороге.

Кантина была не то чтобы забитой, но людной, хотя я разглядел несколько свободных столиков. Возле барной стойки сидел одинокий мужчина, судя по деловому костюму и чехлу с недорогой бизнес-моделью планшета – офисный работник: клерк или кто-то вроде.

Из четырех динамиков над потолком лилась веселенькая ненапряжная музыка, Лекса такую называет то ли «базз», то ли «газз», я никак запомнить не могу, потому что эта музыка мне нравится, только когда я пьяный.

Я умостил свой зад недалеко от клерка и пальцем ткнул в возникшую передо мной голограмму ирландского виски. Бармен подозрительно посмотрел на меня и похлопал тыльной стороной ладони по табличке «Несовершеннолетним выпивку не продаем».

Я озадаченно поскреб щетину на подбородке и потянулся за идентификационной картой.

Бармен внимательно изучил ее, кивнул – и передо мной тут же появился сомнительной чистоты стакан, в который уже лилась янтарная жидкость.

Махом выпив первую порцию, я заказал литровую