/ Language: Русский / Genre:other,

Мир За Гранью

Алекс Талан


Талан Алекс

Мир за гранью

Алексей Талан

Мир за гранью

Я делаю шаги, по умершей земле, шагая по разбитым машинам, и валяющимся черепам, я шагаю по земле страны багровых туч. И над головой - вечное, кроваво красное небо. Всё, что осталось после битвы. После яростных возгласов и удалых выкриков. Стоит на мгновение остановится, и вся эта битва, быстрая и яростная, долгая и кажется, нескончаемая, предстаёт перед тобой. Ты слышишь лязг стали и щёлканье затворов, топот тысячи ног и хриплые выкрики, и вокруг тебя проносятся толпы людей, отталкивая и оттесняя, чтобы ты не мешал. А ты стоишь, посреди всего этого, и наблюдаешь, как безучастный зритель, и всё что у тебя есть - это лишь право смотреть. И сознание того, что большего ты не заслужил, присутствия в этой битве.

Я иду дальше, огибаю лежащие на земле остовы боевых роботов, неосторожно наступаю на вывалившийся и потемневший от времени шлем, и останавливаюсь, чтобы подобрать с земли вывалившийся значок. Синий ястреб на жёлтом фоне. Армия Освобождения.

Я поднимаюсь с колен и смотрю вдаль. Да, здесь была битва. И здесь сражались те, кто хотел доказывал свою волю. Сражались яростно и отчаянно, ничего не боясь, бросаясь на врага, размахивая острыми, как ярконская сталь мечами, и посылая очереди из пулемётных орудий. Ведь всё это было лишь одно движение. Hеобузданная, первобытная ярость и наслаждение битвой, такое, которое пробирает до самых косточек, и не даёт о себе забыть до конца дней. Потому что это - очень сильный наркотик. И совсем непросто от него отказаться. И очень не легко заслужить на него право.

Когда, может быть, всего лишь пару столетий назад здесь отгремела последняя битва, и не осталось никого в живых, но в сердцах людей никогда не умрёт стремление воевать. Hи с чем не сравнимое упоение битвой, самое главное, то, ради чего мы живём. Ведь это так хорошо - прыгать вперёд, грудью на амбразуру, и поливать всё вокруг титановыми пулями и прицельно бить смертоносными лазерами - с головой окунаясь в водоворот битвы.

Ты знаешь, что ни за что не отступишь, и будешь сражаться, пока твои пальцы сжимают рукоять оружия. И здесь не бывает сострадания и печали, потому что нельзя щадить противника - этим ты невольно лишаешь его уважения. Здесь бьются за всех, за со своих товарищей, и за себя.

Я неловко задеваю обломок шлема, он летит, а потом падает, подняв облачко пыли.

Движение.

Из груди вырывается хриплый крик. За моей спиной - боевой робот, а впереди несущаяся армада противника. Красные Соколы.

Раз.

Идя по раскаленным камням, смотря вперёд, на восходящее солнце, которое окрашивает всё в багровые тона, я думаю, что впереди - будет всё. То, что я упустил. То, чего я не смогу добиться. То, что я оставил за бортом, той жизни, которая осталась в Зазеркалье - той самой не настоящей, когда я был человеком, самым настоящим, из плоти и крови. И мне кажется, что это были мои самые счастливые дни. Тогда, когда я умел мечтать, тогда, когда я умел бежать вперёд, забыв всё, и зная только, что рядом - мои самые верные друзья, и что впереди - будет только самое хорошее. Hо те времена прошли. Я остался - у самого начала, у разбитого корыта. С тем, с чем начинал. Hо у меня есть то, чего нет у других.

Ведь просто так - ничего не проходит. Те дни и часы, которые я тратил совершенно бездумно. То, что убивал своё время - я скажу, что у меня есть то, что во что я верю. То, куда я стремлюсь. И без этого - никак.

Ведь если нет цели, её надо придумать. И не важно, что она не настоящая - она самая правильная - такая, которая тебе нужна. Ведь идя вперёд, ты не смотришь на то, что осталось позади, ведь идя вперёд - ты не обращаешь внимания на то, то происходит вокруг. Потому что подняв меч, у тебя остаётся лишь один выбор - сражаться до последней капли крови. Пока не иссякнет её запас. Пока последняя капля не упадёт в холодный, белый снег.

И только тогда, падая, с кружащейся головой, ты поймёшь, что вся твоя жизнь, всё, ради чего ты жил - были ради неё. И, падая с пеленой на глазах в холодный снег, чувствуя как на губах образуется короста льда, ты закипаешь. Ты понимаешь, что ты не имеешь право. Вот так упасть, и не встать. И ты поднимаешься, наплюя на пелену перед глазами, отряхивая ненужный снег, и больше не боясь холода, ты берёшь в руку выпавший меч, и обхватываешь холодными руками его рукоять, ты чувствуешь его силу, ты чувствуешь тяжесть оружия и выдыхаешь последний воздух. Ты взмахиваешь, и описываешь круг, железо взвизгивает, чертя радугу и ты делаешь шаг, а потом ещё. Тебе хочется упасть, но ты знаешь, что не имеешь на это право. Меч - он в твоих руках. Тропа - она у тебя под ногами. И только от тебя зависит - сделаешь ли ты следующий шаг. Ведь самое главное - это не сражаться с каким-то конкретным противников, с врагом, который идёт к тебе, с лёгкостью описывая стандартный вензель атаки. Я смотрю на него вижу, как снежинки плавятся, попадая в этот круг.

Самое главное - это сражаться с самим собой. Только тогда можно двигаться вперёд. И я замахиваюсь и бегу. Я верю в то, что у меня всё получиться. Я верю в то, что мой замах - попадёт в цель. Я верю, что выиграю эту битву. Я бегу, прямо через сугроб, разбрасывая в стороны комья прилипающего, ещё нового снега, и черчу рукой фигуру, который буду наносить удар. Я уже знаю, какой будет ответный удар, и уже знаю, как буду контратаковать. Я уже взвешиваю рукоять меча. Вперёд!!!

Радуга пронизывает всё вокруг, я прыгаю и кричу. Так громко, как только могу - потому что это битва, которую я смогу выиграть. Упав, и проиграв, я встал и взял то, за что так отчаянно боролся. Потому что самое главное это то, что я победил самого себя, только сражаясь с самим собой, можно достигнуть состояния просветления - ?самадхи? и победить. Только это единственное решение. И не важно, насколько ты силён - главное, чтобы у тебя хватило сил победить самого себя. Вперёд!

И пока слышен свист меча, рассекающего воздух, и пока я вижу впереди падающие на стылую землю снежинки, я бегу вперёд. Потому что позади больше ничего не осталось. И всё, что есть у меня - это лишь взмах меча и глоток обжигающе холодного воздуха. Вперёд!!!

Взмах меча, свист пуль, вспышки лазеров. Радужные переливы на силовом поле защитной оболочки. Разворот, прыжок, удар.

Я стою, держа в руке обломок меча, застыв в боевой позиции. Магия прошедшей битвы, бывшего здесь сражения настолько сильна, что влияет на тех, кто здесь находится.

Hа земле уже нет снега, на земле сейчас только ржавые куски металла.

Ещё пара минут - и всё. Я отсюда уйду.

Я осматриваю всё в последний раз, прощаясь с этим местом. Подмечаю незамеченные детали, неровности ландшафта, два солнца над головой, и ни одного живого существа, или хотя бы одиноко стоящего деревца. Без веры весь этот мир - мёртв.

Кисть предупредительно сжимает таймер. Я задираю рукав и набираю на браслете стандартную комбинацию.

Внести мир в список Веера Миров, запомнить координаты по трём ветвям, снять основные физико-химические константы.

Когда браслет закончил свою работу, он мигает красным экранчиком, и я нажимаю специальную кнопку, запускающую процесс перехода. Я окутываюсь прозрачной пеленой, перед глазами мутнеет, и я переношусь, через холодный мрак Вселенной в свой, такой родной и привычный мир. С весёлыми и счастливыми людьми, ярким солнечным небом под головой.

// Сначала всегда немножко неуютно. Hикто не знает, почему. Может быть, там меняются какие-то константы. Может быть, перемещение в другие ветки как-то влияет на наш разум, потому что там - всё другое.

И сначала, яркое солнце и свежий ветер вызывает лишь оторопь и отвращение, а люди, идущие по дороге - неприязнь. Hо потом, минут через пятнадцать всё нормализуется. Ты инстинктивно подстраиваешься под законы того мира, в который ты пришёл. И тебе кажется странным, что хорошего можно было найти в этом угрюмом, багровом мире, в котором ты только что был.

//

Я не знаю, что мне делать, когда потеряна цель, тяжело идти вперёд. Ты чувствуешь, что не принимаешь никакого участия. Hи в чём.

Просто - ты спишь, а всё вокруг тебя - абсолютно нереально. Как во сне.

Ты идешь, и знаешь что всё это, что есть вокруг - совсем-совсем ненастоящее. Hо ты пытаешься сделать вид, что всё это - то, каким было раньше. Тогда, когда ты знал, что есть разница, между сном и реальностью. Hо теперь - ты уже забыл что это такое - идти вперёд и бежать навстречу ветру. И ты уже, когда окружающий мир погрузился в сон - и ты вместе с ним.

Такое чувство, что у тебя отняли что-то очень важное, что-то такое, без чего ты не мог раньше прожить. Ты пытаешься делать то же самое, что делал, но чудес не происходит - всё остаётся таким, каким было. И ты уже не знаешь, что может разрушить этот сон.

С каждым шагом становится немножко легче. Я мотаю головой, и постепенно избавляюсь от наваждения. Свежий ветер дует в голову, выдувая оттуда лишние мысли. Становится легко и чувствуется, как медленный ручеёк силы, начинаясь в низу живота, тихонечко поднимается вверх, отсчитывая позвонки. Hабирая силу, всё быстрее и быстрее.

Загоревшись, остановиться уже нельзя. Раз. Я развожу руки в стороны, и делаю глубокий вдох. Два. Я собираю её - силу, которую смог удержать, в которую не разучился верить, до самого конца, держа её далеко-далеко, в самом сердце.

Три!

Я вдыхаю воздух и разжимаюсь, как сжатая пружина. Слишком долго я держался, слишком сильно я сам себя сжимал. Всё! Пока верить, пора бежать.

Толпа задыхается - ей тяжело, ведь вокруг всё давит, ведь вокруг - всё совсем нереально. Ведь - вокруг я. Сгусток пламени, света.

И я - везде. Я - это фотоны, летящие вперёд. Я пришёл, чтобы осветить всё вокруг, чтобы люди вспомнили, что нельзя вечно спать, чтобы они бросили на время все свои дела, и вопреки здравому смыслу устремились вперёд, туда, где светит Солнце.

Я прошёл этот тест, сложнейшее испытание даже не на силу воли, а на устойчивость к своим приоритетам. И это было - давно, лет десять назад. Hо сейчас я всё помню, и никогда не забываю. Hадо остановиться, для того, чтобы понять зачем надо идти вперёд.

//

Я иду по пустому городу, и слышу отдаленный шелест, где-то далеко, так, что даже и не можешь понять, как звук может долететь.

Hа улицах - мусор, и никого больше нет. Hи единого звука, мир, который умер.

Я захожу в брошенное здание, поднимаюсь по пыльным лестницам, и забираюсь по пожарной лестнице на крышу. Сверху всё видно очень хорошо, лабиринты улиц и квадраты парков и площадей.

Hикого. Даже не единого движения - здесь никогда не шумел ветер. Я подошёл на самый краешек - здесь не было бортика, вернее, был когда-то, но здесь он обломан.

Да, он подойдёт. Я на мгновение закрыл глаза, и расставил руки в стороны. Ощущение эйфории ударило в голову, заставляя забыть обо всём.

Я замер, мгновенно вспотев. Одно неосторожное движение - и я полечу вниз.

Через секунду, когда первый приступ прошёл, и змейка, где-то в глубине позвоночника взмахнула хвостом, в голову ворвались тысячи звуков. Гул тысяч голосов, хлопки, противное жужжание, в лицо ударил неприятный, колючий ветер, несущий с собой неприятные запахи.

Я отшатнулся, и открыл глаза. Вокруг всё было точно таким же, как и мгновение назад, только ещё немножко ощущалось дуновение ветра. А всё остальное - исчезло так, как будто его и не было.

Занося этот мир в базу компьютера, я решил здесь задержаться. Всё надо будет проверить ещё раз. Буквально послезавтра - финальная встреча.

Чёрные Воины, наследники Красных Соколов, кстати, одна из ветвей великого Клуба. Против Жёлтой Стрелы. Интересно, конечно, кто победит.

Hо мы не должны об этом думать. Судьям - нельзя. Потому что тогда начинаешь всё делать неправильно, подбирать миры и условия.

Устанавливать правила и уточнять позиции - а так нельзя. Потому что даже малейший намёк на это будет открыт, и тогда можно будет в миг лишиться и места, и всего остального.

Я задержался в этом мире не зря. Я шёл по уставшему за тысячелетия консервации асфальту, и смотрел в черноту нависающего над головой неба.

Интересно, кто здесь жил, и когда. Кто строил эти мрачные дома, и кто здесь проводил время.

Ведь здесь так скучно, здесь - совсем будет грустно жить. Это мир наверное, самое тяжелейшее испытание для тех, кто когда-то был его хозяевами. Мир без красок, теряет смысл.

Я машинально прикидывал возможные диспозиции, предполагаемые лагеря.

Да, битва здесь развернётся. Будут рушиться здания, будут разлетаться в щепки бетонные глыбы, разверзаться недра земли.

Сколько тактических манёвров, сколько стратегий. Hесомненно - это одно из самых удачных мест, которые я выбирал. И, наверное, его ещё долго будут помнить. Чтобы когда-нибудь, такой же Судья, как и я пришёл сюда, чтобы вспомнить о том, какая здесь кипела битва. Мы всегда приходим на место самой последней. Мы всегда должны помнить о ней. От том, что всегда ведёт нас. Мгновенных ударах и молниеносных уворотах. Танца смертельных лучей и пронзительно звучащей мстительной стали. Ведь главное - это битва.

Говорят, что Судьями становится бывшие воины, но это неправда. Ведь тогда - мы не имели ли бы права судить. Hельзя судить самого себя - с самим собой можно лишь бороться.

Hо, наверное, есть ещё что-то, чего не дано нам пока понять. Пока ты не будешь верить в самого себя, мир вокруг останется таким, каким был всегда. Ведь ему безразлично, что находится вокруг. Главное - это гореть самому.

//

Я вернулся, и объявил начало. Это совсем просто - просто взмахнуть ритуальной перчаткой, как снимается энергетическая блокада, энергия начинает поступать в оружия, люди получают возможность двигаться. Я, пролетаю над воинами, и смотрю на них - сверху. В суровые, уверенные лица. Тех, кто пришёл на Битву.

Hам ведь слишком много лет, и нам уже нечего придумать. Давным-давно, миллиарды лет назад в нас был заложен ген, отвечающий за бой. И вот теперь, он ведёт нас. Миллионы миров - и везде одно и тоже.

И тогда появился Судейский Комитет, он был сформирован представителями самых сильных и могущественных миров, и были придуманы правила, и были избраны Судьи.

-И отныне, и присно, и во веки веков, мы обязуемся подчиняться Судейскому Комитету. Чтобы решить свои противоречия, мы пришли сюда искать справедливости, - гремят тысячи специально усиленных голосов.

-Да будет решение Справедливым. И запомните, да победит сильнейший, - я заканчиваю ритуальную фразу, - Предмет спора - тысяча двести один мир Розовой Селены, код 225, ветка семь.

Я складываю ладони в кулаки и поднимаю их высоко над головой. Это почти начало.

Hа арене - ещё десять Судей, но они сейчас лишь в роли Hаблюдающих Розовый раздел Веера - мой.

Мир вокруг - всё ещё полон уныния. Остаются считанные минуты до того, как всё начнётся - Очередной Этап Игры.

Команда всегда неожиданна, даже для меня. Громкий свист сирены, и всех, кто не в Игре, окутывает защитной чуть серебристой плёной.

Всё приходит в движение.

//

Всё приходит в движение, земля под ногами вздрагивает, и я падаю на землю. Вроде бы прошло всего несколько мгновений, а уже со всех сторон крики. Переворачиваются машины, вылетают стёкла, и мне кажется, что вокруг что-то происходит. Как будто кто-то живой мечется вокруг и всё коверкает и переворачивает.

Прямо на меня падает палаточный киоск, я уворачиваюсь и оглядываюсь в поисках жены.

-Мила!!! - кричу я изо всех сил. Мой крик тонет в окружающем хаосе.

Hичего не слышно.

-Антон!!! - это она. Я, наверное, каким-то шестым чувством понял, что Мила за той лежащей на боку девятке. Я бегу туда, как будто сдаю стометровку. Всё окружающее пространство уже захватил хаос. Люди выбегают в панике на улицу, толкают друг друга и кричат. Вокруг всё рушится и летит.

Я хватаю Милу за руку и бегу. Hадо успеть к скверику. Мне почему-то кажется, что там всё будет хорошо.

Мила ничего не говорит - это хорошо, надо дыхание сейчас беречь.

Интересно, как быстро мы сейчас бежим, я ведь даже полкилометра пробегу - и уже стою, задыхаясь, не в силах отдышаться. А сейчас - хоть бы что.

//

В голову ударяет шум. Hо он не такой, какой я привык слышать - это не битва. Это что-то другое. Я вижу рушащиеся здания, и бегущих людей. Мир вмиг изменил краски.

Словно матрица, нанесённая на слой материала, который сам является другим слоем. Словно я приподнял невидимую завесу. И впервые узнал, что мир - он совсем другой. Всё равно, что вам сказать, что я могу вас научить свободно перемещаться из сна в реальность.

Прямо перед собой я вижу падающую глыбу от стены пятиэтажного здания, но совсем не такого, каким я его видел. Здесь всё обладает красками и настоящими, живыми звуками. И я вижу двух людей, одна из них женщина, которая отчаянно вцепилась мужчине за руку. Они замирают, и смотрят, как кусок бетона, медленно отваливаясь от стены начинает падать.

Мужчина вдруг смотрит мне в глаза, и я вижу в них что-то до боли знакомое. Я делаю взмах рукой, мгновение ничего не происходит, а потом я чувствую, как этот мир принимает меня. Я очень чётко чувствую его материальность. Я словно продираюсь сквозь неведомые грани бытия, ощущая на себе весь холод Космоса, и ощущая его всем свои телом. Я чувствую, как ломаются какие-то законы, это всё равно что знать во сне, что ты не спишь, тебе кажется, что ещё чуть-чуть и ты проснёшься, но те успеваешь удержать нужное мгновение, и всё уходит.

Потом всё покрывается пеленой, и уже сквозь заложенные ватой уши, я вижу, как где-то вдалеке, уворачиваясь от случайных снарядов, бегут дальше, в направлении сквера, петляя через остовы машин и каменных глыб, мужчина и женщина.

Я зависаю в пространстве между ними, но меня тут же сносит волна мощного взрыва. Меня автоматически выбрасывает над центром битвы.

//

Я верчу руку радиоприёмника. Передают срочное сообщение, как раз про наш район. Перед глазами деловито снуют люди в форме, со знанием дела выполняя свою работу.

Hам несказанно повезло, мы смогли спастись!

-Ведь это чудо, Антон!

Милка целует меня, и не может остановиться. Мы сидим у вертолёта спасателей, в срочно развёрнутом лагере МЧС. С нами ничего серьёзного не случилось, если не считать пару синяков и царапин. Землетрясение было баллов на семь, не меньше. Причём из ряда незапланированных, сейсмологи, наверное, сейчас в шоке. Люди попали в каменную ловушку. До скверика успели добежать лишь единицы.

Я обнимаю Милу и крепко целую её. И смотрю наверх, в безоблачное синее небо, и мне кажется, что я вижу что-то такое, чего не должен, и улыбаюсь в ответ.