/ Language: Русский / Genre:child_det, / Series: Тайное братство «Кленового листа»

Тайна Княжеской Усадьбы

Анна Устинова

В небольшом дачном поселке неожиданно объявляются потомки древнего княжеского рода, разрушенное имение которых находится по соседству. Визит наследников сопровождается цепью странных исчезновений. Размотать клубок таинственных происшествий берется Тайное братство кленового листа.

Тайна княжеской усадьбы Эксмо-Пресс 2000 5-04-005145-X

Антон Иванов, Анна Устинова

Тайна княжеской усадьбы

Все герои и место действия этой книги вымышлены. Любое сходство с существующими людьми случайно.

Братство кленового листа

Глава I СТЕЛЛАЖ КНЯЗЯ БОРСКОГО

Июнь выдался очень жаркий. Даже тут, в старинном каменном охотничьем домике князя Борского, было душно.

– Вот тебе и каникулы со свежим воздухом, – проворчал долговязый Дима.

Он дунул на одну из полок высокого стеллажа, сплошь забитого папками и древними фолиантами. В воздух поднялся столб пыли.

– Совсем от жары поехала крыша? – покрутила пальцем у виска Димина сестра-близнец Маша.

– Да он просто время тянет, – с пыхтением доволок до стеллажей тяжеленную стремянку Петька.

– Ты что, высоты боишься? – внимательно посмотрела на Диму рыжеволосая Настя.

– Ничего я не боюсь, – буркнул Дима. – Просто в пыли неохота возиться.

– Все равно, кроме тебя, никто не дотянется, – категорическим тоном проговорил Петька.

Стеллажи в охотничьем домике доходили до самого потолка. Потолок же был очень высокий. Только Димка, самый длинный из четверых друзей, мог дотянуться. Поэтому силы решили распределить так. Маша и Настя внизу придерживают на всякий случай стремянку. Дима лезет на нее и принимается разгружать самый верхний стеллаж. Петька, стоя на средней ступеньке, принимает у него связки журналов и папок и спускается с ними вниз.

– Шатается сволочь, – с большим недоверием покачал Дима разложенную стремянку.

– Да она тут, наверное, тоже еще со времен князя Борского, – фыркнула Настя.

– Это уж я не знаю, – не был склонен к веселью Дима. – Но то, что она не первой свежести, факт.

– Какая уж первая свежесть, – с бодрым видом заметил Петька. – Того и гляди развалится.

– Очень остроумно, – покосился на старого друга недобрым взглядом Дима. – Вот сам бы и лез наверх.

– Я не достану, – развел руками коренастый широкоплечий Петька. – Ладно, не тяни время, – поторопил он Диму. – А то жарища тут жуткая.

– Может быть, подождем погоды прохладней? – отдувался Дима.

– Бесполезно, – махнула рукой Настя. – Год високосный. Поэтому солнце все время очень активное.

– Полезешь ты или нет? – крикнула брату Маша. – До смерти своим занудством довести можешь!

Димка вздохнул и начал медленно подниматься. Ступени старой стремянки скрипели.

– Да держите вы крепче! – сильно качнувшись где-то на середине пути, крикнул он вниз.

– Не бойся, держим! – заверили Маша и Настя. – Она просто так качается!

– И вообще, – с укором произнес Петька. – Ниночка тут по ней лазает без посторонней помощи. А ты боишься, хотя тебя держат.

– Заткнись! – огрызнулся со стремянки Дима. – Я в этой жизни давно уже ничего не боюсь.

Он бодрой поступью устремился ввысь.

– Слушай, ты так не гони, – последовал тут же снизу новый совет. – Действительно ведь свалишься.

– Не угодишь на вас, – проворчал на ходу Димка. Останавливаться он не собирался.

Вот и верхняя ступенька. Диму сильно качнуло.

– Вот черт, как во время землетрясения! – Мальчик с силою ухватился за книжную полку.

– Спокуха, – ответил Петька. – Сейчас я эту развалюху придавлю своим весом.

Он осторожно поднялся до средней ступеньки.

– Теперь лучше? – спросил он Диму.

– Да не сказал бы, – без всякого воодушевления отозвался тот.

– Ладно, плевать, – не стал вести диспут Петька. – Раз уж мы сюда влезли, надо делом заняться. До верхней полки дотягиваешься?

Дима отпустил руки и потянулся вверх. Стремянка немедленно заходила из стороны, в сторону.

– Офонарел, что ли? – только лишь чудом удержался на своей ступеньке Петька.

– А мне каково? – не без злорадства откликнулся Дима. Вновь схватившись за стеллаж, Дима обрел некоторую устойчивость. Петька теперь тоже старался не трепыхаться.

– Вы там держите как следует, – строго предупредил он девочек.

– Ну ее, эту дуру, на фиг, – послышался с высоты голос Димы.

– Ты кого имеешь в виду? – грозно отозвались Маша и Настя.

– Не вас, успокойтесь. Я про стремянку, – внес ясность Дима. – Тут лучше по стеллажу.

Не успел еще Петька ничего сообразить, как Дима быстро перелез со стремянки на стеллаж. Теперь ноги его стояли на полке в свободном пространстве между каких-то папок.

– Ты чего? – с ужасом проследил за его манипуляциями Петька.

– Гораздо удобнее, – перебрался тем временем, словно по лестнице, на следующую полку стеллажа Дима. – По крайней мере тут ничего не качается. Полки-то еще княжеские. Фирма!

Едва он успел это проговорить, раздался треск. Вслед за чем события развернулись с такою стремительностью, что ребята потом могли их восстановить лишь в самых общих чертах.

Дима вскрикнул. Петька успел заметить, как к потолку взметнулись клубы пыли. Затем стремянка низринулась вместе с Петькой. Девочки взвизгнули.

Мгновение спустя их голоса заглушил ужасающий грохот. Тут Петьку что-то больно ударило по голове, и он на какое-то время вырубился.

– Эй! Ты в порядке? – очнулся он от того, что кто-то с силою тряс его за плечо.

Петька открыл глаза. Над ним склонились библиотекарша Ниночка и девочки.

– Где я? – с трудом включался в действительность мальчик.

Он выпростал руки из-под пыльных бумаг. Плечи отозвались тупой болью.

– С лестницы свалился, – ласково объяснила библиотекарша Ниночка. – Полки вдруг рухнули. И с них все на тебя посыпалось.

– Ты падал так страшно, – не моргая, взирала на Петьку зеленоглазая рыжая Настя. – Мы боялись, ты себе кости переломаешь.

– Нет, вроде цел, – пошевелил ногами и руками Петька. – Только плечи побаливают.

– Это от журналов, – подняла Ниночка с пола перетянутую бечевкой связку древних подшивок. – Я как раз подбежала, когда они на тебя сверху упали. Вот ужас-то!

– Ничего. Я крепкий, – уже поднимался на ноги мальчик. – Видимо, я в падении инстинктивно сгруппироваться сумел. Не зря же год занимался боевым тай-дзи-тюа-нем. Вот ты, Димка, на моем месте сейчас уже давно бы разбился вдребезги, – как всегда, подсмеивался Петька над нелюбовью старого друга к спорту. – Димка, а где ты? – огляделся Петька вокруг. – Слушайте, – посмотрел он на девочек. – Куда Димка смотаться успел?

Девочки с изумлением поглядели друг на друга. Падение Петьки до такой степени поглотило их внимание, что у них напрочь вылетело из головы: Димка-то тоже находился на верхотуре.

– Он ведь как раз на стеллаж карабкался, – поднял голову Петька. – Что? – вдруг вырвался у него сдавленный крик.

Стеллажа больше не было. Там, где он возвышался, сиял белый прямоугольник стены. На полу из нагромождений журналов, папок и каких-то тетрадей торчали доски.

– Г-где Димка? – повторил, заикаясь, Петька.

Впрочем, теперь ответа ему не требовалось. Он принялся лихорадочно разгребать завал. Девочки, мало чего соображая от ужаса, помогали ему.

Димку они нашли под кипой журналов. Лицо его было зелено-бледным. Признаков жизни мальчик не подавал.

– Не дышит, – склонился над другом Петька.

– Господи! – вскрикнула Ниночка.

– Димка! – с истошным воплем кинулась к брату Маша. – Ну, чего вы стоите? – повернулась она к остальным. – «Скорую помощь»! Быстро!

Ребята и Ниночка, сбивая друг друга с ног, кинулись в соседнюю комнату к телефону.

Не успели они, однако, снять трубку, как от разрушенных стеллажей донесся крик Маши. Предчувствуя самое худшее, Петька кинулся к ней.

Диму он обнаружил ровно на том же месте. Только тот теперь не лежал, а сидел, вытаращив глаза. Маша зачем-то по-прежнему кричала как резаная. Брат-близнец на нее совершенно не реагировал. Он явно пытался прийти в себя.

Петька потряс его за плечи. В Димке вроде бы что-то включилось, и он жутко сварливым голосом произнес:

– Говорил же: не надо было сегодня лезть.

– Тебе лучше вообще в такие дела не соваться, – отыгрывалась за доставленное волнение Маша. – Типичный Терминатор.

Терминатором четверо друзей прозвали долговязого светловолосого Димку за то, что он вечно куда-то проваливался или что-нибудь сшибал на своем пути.

– На себя посмотри, – сердито ответил Димка сестре и поднялся на ноги. – Черт! Как болит! – потер он левую ягодицу.

– Скажи спасибо, что жив остался, – назидательно проговорил Петька. – Просили тебя книжные полки использовать в качестве лестницы? Им же сто лет в обед. Уж если такое проделывать, то не с твоей ловкостью. И меня едва не угробил.

– Мне хуже досталось, – не согласился с такой постановкой вопроса Дима.

– Димка! Живой! – услыхав его голос, прибежали из соседней комнаты Настя и Ниночка. До «Скорой помощи» они так и не дозвонились. Там было занято.

– Вы уж меня простите, ребята, – виновато проговорила Ниночка. – Если бы я заранее знала… Пусть бы этот архив еще сто лет валялся неразобранным.

– Нет уж. Теперь мы его разберем, – произнес Дима с упорством воина, получившего первое боевое крещение.

– Да в том-то и дело, что надо, – не стала отговаривать его Ниночка. – Вдруг действительно родственники нагрянут…

– И потом, теперь уж действительно так все не бросишь, – посмотрели девочки на заваленный закуток.

– Слушай, Ниночка, тут окошко открыть нельзя? – задыхались от жары ребята.

– Ой, сама удивляюсь, какая жара, – затараторила библиотекарша. – Всегда тут прохлада. А сейчас дышать нечем.

– Год високосный. Солнце активное, – повторил Дима слова Насти.

– Окно-то вообще тут есть, – показала влево от закутка Ниночка. – Только удастся ли? Я его сроду не открывала.

– Это мы можем, – бодро направился к окну Петька.

– Командор он и есть Командор, – вспомнила Петькину детективную кличку Настя.

Окно было закрашено несколькими слоями краски. Шпингалеты не поддались.

– По-моему, его еще князь Борский в последний раз открывал, – усмехнулась Маша.

– Ниночка! Молоток есть? – крикнул Петька.

– Сейчас, ребята!

Ниночка повозилась на нижней полке одного из многочисленных шкафов и принесла ребятам увесистый молоток. Петька в темпе открыл шпингалеты. Однако окно и после этого не поддалось.

– Димка, беги на улицу. Толкнешь снаружи! – распорядился Петька.

– Ты просить его что-то еще сегодня решаешься? – посмотрела на Командора, словно на ненормального, Маша. – Учти, если у Димки так начался день, ничего хорошего от него ждать нельзя. В лучшем случае еще куда-то втешется, а в худшем – вообще все на воздух взлетим вместе с библиотекой.

– Сапер ошибается только один раз, – весьма некстати употребил известную поговорку Дима и, прихрамывая после недавно постигшей его катастрофы, вышел на улицу.

Вскоре Петька тянул изо всех сил за ручку, а Дима толкал окно снаружи. Сперва дело шло не особо успешно. Затем ситуация резко изменилась. Это было ознаменовано целым рядом бурных телодвижений. Петька, отлетев от окна, плюхнулся на все ту же кипу разнообразной литературы, валявшейся в закутке. Дима, напротив, не вылетел, а влетел в распахнутое окно и вновь оказался в библиотеке. При этом он получил еще несколько незначительных ушибов и ссадин.

– Я считаю, на сегодня физических упражнений с меня достаточно, – поднимаясь с пола, пробормотал он.

– Молодцы какие! Окно открыли! – восторженно воскликнула Ниночка.

– Еще одно такое окно, и я вообще навсегда тут останусь, – не разделил ее радости Дима.

– Ладно, ребята, – начала собирать папки в стопку Настя. – Давайте за дело.

Остальные кинулись ей помогать. Одна из папок в руках у Насти рассыпалась. На пол полетели толстые тетради. Девочка наклонилась, чтобы их подобрать. Петька кинулся за каким-то листком, который вылетел из тетрадки.

– Слушайте, тут вроде дневник, – открыла одну из тетрадей Настя. – Ну-ка, – перелистнула она страницы. – Ой! – воскликнула она. – Тут написано: «Юрий Борский».

– А это что в таком случае? – разглядывал выпавший из тетради лист Командор.

Друзья подошли. На листке, который держал Петька, был старательно вычерчен черными чернилами или тушью план.

– По-моему, что-то знакомое, – пригляделась к плану Маша.

– Вот и мне кажется, – не отрывал от бумажки глаз Петька. – Это парк. А вон там, – ткнул он в другую часть плана, – часовня.

И кладбище рядом. А бот пруды. Ребята, – понизил голос до шепота мальчик, – Это же план имения Борских.

– Опять Борские, – прошептала Настя. – Чувствую, что тут снова какая-то тайна.

– По-моему, тоже, – не отрывал глаз от плана Петька. – Глядите. Тут значки какие-то, – принялся водить он указательным пальцем по плану.

Остальные пригляделись. На пожелтевшей бумаге во многих местах и впрямь виднелись едва различимые крестики.

– Значит, план этот лежал среди дневников князя Борского? – заблестели глаза у Насти.

– Именно, – подтвердил Командор.

– Ребята! Как у вас там дела? – крикнула из соседней комнаты Ниночка.

– Нормально, – дружным хором отозвались те. – Разбираемся.

– Знаете что, – посмотрел на друзей Петька. – Нужно нам эту папку ко мне на дачу забрать и план тоже. Наверняка мы тут что-то найдем.

– Давайте попросим у Ниночки, – предложила Настя. – Она разрешит.

Библиотекарша Ниночка ко всем четверым и впрямь хорошо относилась. Особенно к Петьке. Он чуть ли не с семи лет, едва появляясь на даче, наведывался в библиотеку и в течение каждых каникул поглощал кучи книг.

– Разрешить-то она разрешит, – кивнул головой Петька. – Но я не хочу внимание привлекать. Лучше посмотрим, а потом тихо назад вернем. Я сейчас папку оставлю на подоконнике. Потом мы Ниночке скажем, что нам надо домой. Выйдем, папку возьмем с подоконника – и ко мне на дачу. Разобрав завал на полу, они распрощались с Ниночкой до завтра. Она им была очень благодарна, что они согласились разобрать архив князя Борского, до которого уже много лет ни у кого не доходили руки. Сперва его инвентаризацией собиралась заняться прежняя библиотекарша. Затем она состарилась и ушла на покой. Но и Ниночка, принявшая у нее должность, так пока и не сумела найти времени для покрытых вековой пылью связок. Теперь ждать было больше нельзя. В Москву, по слухам, прибыли на конгресс старинных дворянских родов потомки Борских. Вполне вероятно, они захотят посетить бывшие подмосковные владения своего предка. И тогда будет очень неловко, если архив князя Борского окажется в беспорядке. Вот Ниночка и обратилась за помощью к четырем друзьям, которые только позавчера съехались из города на летние каникулы.

– Куда? На дачу или в шалаш? – пройдя сквозь калитку Петькиной дачи, спросил Дима.

– В шалаш, разумеется, – отвечал Командор. – Зря мы, что ли, вчера целый день приводили в порядок наш летний штаб.

Миновав дом, друзья углубились в дебри огромного участка, где уже год назад их руками был возведен уютный и просторный шалаш.

– Давай сюда папку, – потребовал Петька, когда все расселись на новеньком пледе, который Дима и Маша еще прошлым летом позаимствовали у своей бабушки Анны Константиновны. Та, впрочем, об этом до сих пор не знала. Она пользовалась старым привычным пледом. А запасной все равно несколько лет валялся без дела в шкафу.

– Держи, – протянула Настя папку.

Петька внимательно ее оглядел. Мраморная бумага. Корешки и уголки из натуральной кожи с потускневшим от времени золотым тиснением.

– Точно, старинная, – пробормотал Командор.

Внутри, кроме плана, лежало пять толстых тетрадей.

Петька раскрыл одну из них.

На первой странице значилось: «21 мая 1892 года. Дневник кн. Юрия Борского, начатый в четырнадцатую годовщину жизни».

– Ого! Вы глядите! – воскликнул Петька. Подвинувшись к Командору поближе, ребята склонились над дневником юного князя.

– Просто какая-то мистика, – прошептала Настя.

– Я пока мистики не вижу, – возразила Маша.

– Ну и зря, – продолжала рыжая девочка. – Сегодня же третье июня. И вдруг именно в этот день дневник князя Борского к нам попадает. – Ну и что? – пожал плечами Димка.

– А то, что по старому стилю сегодня именно двадцать первое мая и было, – ответила Настя.

В шалаше воцарилась полная тишина.

– Обалдеть, – наконец медленно произнес Петька.

– Да ну вас, – хмыкнула Маша. – Обыкновенное совпадение.

– Не слишком ли совпадений много? – с загадочным видом проговорил Петька. – Вы еще на одну деталь не обратили внимания.

– На что тут еще внимание обращать? – по-прежнему удивлялась Маша.

– Да князю же было, как нам, четырнадцать, когда он этот дневник начал.

– Ничего себе, – вытянулось от удивления лицо у Димки. – Давайте посмотрим, что там еще.

Каждый взял по тетради. Продираясь сквозь старую орфографию и причудливый почерк, ребята пытались найти хоть что-нибудь для себя интересное. Насте попались описания гимназических будней. Маша читала про поездку семейства Борских под Тамбов к старой тетушке и охоту в рождественские праздники. Дима, измученный витиеватым почерком юного князя и бесконечными ятями, просто листал страницы в надежде найти что-нибудь интересное. Петьке досталась наиболее романтическая часть дневника. В ней четырнадцатилетний князь Борский исповедовался в тайной и безответной любви к прекрасной дочери соседнего помещика Дехтярева.

– Полная ерунда! – почти дойдя до конца тетради, сказал он.

– А о чем там? – полюбопытствовала Настя.

– Да все про любовь и ни слова о плане, – объяснил Командор.

– Как про любовь? – рванула к себе тетрадь Настя. – Дай сюда! Это же самое интересное!

– Погоди, – осадил ее Командор. – Вот досмотрю до конца, и можешь сколько угодно этот дореволюционный любовный сериал читать.

Он скорей для порядка, чем в надежде что-либо отыскать, перевернул еще несколько страниц.

– Подождите-ка! – вдруг крикнул он. – Вроде тут что-то есть.

Петька снова умолк и уткнулся в тетрадь.

– Ну? – посмотрел на него выжидающе Димка.

– Сейчас. Не мешай, – бросил в ответ Командор. – Вот. Слушайте: «Старый лакей наш Федор со мною сегодня разоткровенничался. Из его слов я вынужден заключить, что дед мой кн. Михаил Петрович, коего я уж и не помню, постоянно боялся разбойников. При нем под усадьбой велись крупные земельные работы. Прорыли целые лабиринты подземных ходов. Федор даже мне план пожертвовал. По его словам, раньше все доверенные люди моего деда подобные планы имели. А теперь вроде бы лишь у Федора и сохранилось. На всякий случай я его тут подклеиваю. Кстати, с одним из подземных ходов в нашем имении связана страшная тайна. Она и до сей поры не раскрыта. Но об этом после. Сейчас меня призывают в комнаты матушки».

Петька остановился.

– Чего замолк? Давай дальше! – пожирали его глазами друзья.

– Не могу, – развел тот руками. – Дневник кончился.

– Иди врать, – кинулись к тетради друзья.

Петька, однако, не врал. В толстой тетради оставалось еще несколько чистых страниц. Но юный князь Борский записей почему-то больше не делал.

– Надо завтра все эти бумаженции со стеллажа перерыть, – сказал Петька. – Вдруг продолжение дневника найдем.

Друзья молча кивнули. Всем четверым было ясно одно: Тайное братство кленового листа вновь начинает работу.

Глава II КОЕ-КАКИЕ ПОДРОБНОСТИ

Подмосковный дачный поселок Красные Горы (кстати, ни одной горы в поселке не было, даже пригорка) возник в середине тридцатых годов на месте бывших лесов князя Борского. Добрую половину леса вырубили и выкорчевали. На его месте был разбит целый городок с улицами, переулками, огромными участками, в глубине которых высились двух– и даже трехэтажные дачи. Зато население составляли сплошь знаменитости той эпохи – ученые, военачальники, деятели искусств. С годами состав жителей Красных Гор пестрел. Одни из старожилов умерли, другие обеднели, наследники третьих не захотели тратить деньги на содержание дорогих дач. Словом, к настоящему времени многие участки уже перешли к новым владельцам. Некоторые старые дачи вообще снесли. Теперь на их месте красовались каменные особняки, на которые большинство старожилов взирало с большим неодобрением.

Петька, Дима и Маша представляли уже третье поколение жителей Красных Гор. Настя вместе с родителями поселилась по соседству с Димой и Машей только прошлым летом, однако сразу и прочно вошла в их компанию. Особенно эта яркая девочка с копной рыжих волос нравилась Петьке.

Вскоре после знакомства с ней он и предложил основать тайное детективное Братство кленового листа. Тем же летом четверо друзей раскрыли два запутанных преступления. Во время зимних каникул – еще одно. И вот теперь, едва попав из Москвы на дачу, они, кажется, вновь наткнулись на тайну. Утром, едва позавтракав, Дима и Маша зашли на соседнюю дачу за Настей. Затем все отправились к Петьке.

Командор стоял возле крыльца и усиленно поливал из шланга машину.

– В библиотеку идем? – спросили друзья.

– Сейчас. Только машину домою, – поморщился тот. – Мой предок сегодня вспомнил, что я это еще на прошлой неделе обещал сделать. Вечно меня не вовремя загружает.

Друзья бросились ему помогать. Вскоре красные «жигули» Валерия Петровича уже сияли от чистоты под лучами июньского солнца.

– Теперь пошли, – направился скорым шагом к калитке Петька. – Нам надо сегодня как можно больше там перерыть.

– Не успеем сегодня, продолжим завтра, – спокойно заметил Дима.

– В том-то и дело, что можем не успеть, – окинул многозначительным взглядом друзей Командор.

– Что этот архив, сгорит? – усмехнулся Дима.

– При чем тут это? – продолжал Петька. – Родственники Борского со дня на день могут пожаловать.

– Ну вот, – сокрушенно вздохнула Маша. – Мало нам Ниночки. Теперь и ты. Надо еще вообще сначала проверить, есть ли какие-то родственники.

– В том-то и дело, что это уже проверено, – ответил Петька. – Они действительно сейчас в Москве. На конгрессе старинных русских дворянских родов. И наша старуха Коврова-Водкина уже там познакомилась с ними.

– Коврова-Водкина? – уставились на Командора друзья.

– Именно, – подтвердил тот. – Она тоже делегатка конгресса.

– Хорош конгресс! – засмеялась Маша.

Старуха Коврова-Водкина была местной достопримечательностью. Бабушка Димы и Маши, Анна Константиновна, знала ее смолоду. По ее словам, та всегда была несколько эксцентричной. Однако в последние годы сознание ее помутилось довольно сильно. Иногда ей казалось, что она живет в дореволюционную эпоху, иногда еще что-нибудь… К тому же Наталья Владимировна с возрастом стала плохо слышать, и это тоже во многом затрудняло верное восприятие окружающего мира.

– Зря смеешься, – посмотрел на сестру Дима. – Может, на этом конгрессе все такие. Тем более что она и впрямь чуть ли не царского рода.

Это было совершеннейшей правдой. Коврова-Водкина родилась в 1920 году, однако принадлежала к одной из ветвей княжеского рода Васильчиковых. Странная двойная фамилия произошла от двух мужей Натальи Владимировны. Еще до войны она в совсем юные годы сочеталась браком с престарелым философом-мистиком Аполлинарием Ковровым, который публиковал свои научные труды под звучным псевдонимом Аполлон Парнасский. Когда же старик два года спустя почил в бозе, Наталья Владимировна вышла замуж за знаменитого хирурга Вадима Леонардовича Водкина и присовокупила его фамилию к фамилии Аполлинария.

– Каким образом они Коврову-Водкину разыскали? – не могла прийти в себя от удивления Настя.

– А устроители этого конгресса вообще вроде по всей России кого только можно собрали, – объяснил Петька.

– Ты-то откуда знаешь? – спросила Маша.

– От предков, – продолжал Петька. – Отец мой вчера с Ковровой-Водкиной совершенно влип. Звонит она ему рано утром по телефону и чуть ли не в слезы. Спасите, мол. Вопрос жизни и смерти. Видите ли, ее дворянский долг непременно велит присутствовать на открытии конгресса, а везти ее туда некому.

– Ну да, – подтвердила Маша. – Бабушка нам рассказывала. Светлана наконец вышла замуж за своего третьего жениха Арнольдика. И они на машине уехали в свадебное путешествие.

Светлана была единственной дочерью Натальи Владимировны.

– Вот предок мой и пострадал, – фыркнул Петька. – Конечно, он над Ковровой-Водкиной сжалился и повез. А она не одна. С Филимоновной.

– А Филимоновна-то каким боком к дворянам? – не поняли остальные.

Приходящая домработница Ковровой-Водкиной жила в близлежащей деревне Борки. Каждый в поселке Красные Горы знал, что она всю Великую Отечественную войну была снайпером и видела, как берут рейхстаг. После жизнь ее не сложилась. Поэтому мирное время Филимоновна воспринимала с большим подозрением, постоянно ждала подвохов и неприятностей и бдительно охраняла жизнь и имущество любимой хозяйки. Четверо юных детективов ее побаивались. В семьдесят с небольшим Филимоновна сохранила крепкое телосложение и меткий глаз. Особенно она стала опасной в последнее время, когда в целях защиты Натальи Владимировны приобрела газовый пистолет. Однажды она уже чуть не пальнула из него в Петьку, по ошибке приняв за грабителя.

– С Филимоновной вообще на этом конгрессе полный бред вышел, – объяснил Петька. – Сперва она увязалась за Ковровой-Водкиной. Та при полном параде садится к отцу в машину. А Филимоновна следом чуть ли не в фартуке. «Не пущу, – говорит, – одну. Или со мной езжай, или вообще дома останешься. Иначе тебя там обманут». Ребята захохотали.

– Да вы лучше дальше послушайте, – рассказывал Петька. – В общем, довез их отец до Колонного зала, где конгресс открывался.

– Масштабы, – присвистнул Дима.

– Вот именно, – кивнул головой Петька. – Приезжают они туда, а вход только по приглашениям. У Филимоновны, конечно же, ничего нет. Она скандалит. Коврова-Водкина заламывает от отчаяния руки. У отца моего вообще полный аут. Через двадцать минут важная встреча с крупным банкиром. Он ее целых два месяца добивался. В общем, едва уломал, чтобы Филимоновну пропустили. Ну а вечером он их обратно на дачу вез. Тут Коврова-Водкина ему и сказала про внучку Борского. Она в Москве с мужем. И на днях собирается посетить бывшую усадьбу деда.

Петька умолк. За разговорами они прошли почти весь поселок. Теперь оставалось лишь миновать узенький переулочек, а за ним, возле опушки леса, – библиотека. В начале века князь Юрий Борский перенес из усадьбы книги в охотничий домик и оборудовал там кабинет. После революции домик стоял взаперти до тех самых пор, пока не оказался на краю поселка Красные Горы.

Тогда-то его и превратили в библиотеку. Личные бумаги князя мало кого интересовали. Поэтому они были еще под руководством первой библиотекарши сложены на стеллаж в закутке.

– Ну так, – подошел ко входу в библиотеку Петька. – Теперь в темпе за работу. Хорошо бы нам до сегодняшнего вечера управиться.

– Ой, ребята! Пришли! – распахнула перед ними дверь Ниночка. – Давайте! Входите скорей! У нас времени с вами почти не осталось. Борские послезавтра нагрянут. В правление сегодня утром звонили.

Друзья переглянулись. Похоже, их планы совпадали с Ниночкиными. Только вот цели разные.

Ребята рьяно взялись за работу.

– Ниночка! Что нам с досками делать? – крикнул Петька.

– С каким досками? – рассеянно переспросила библиотекарша.

Она в это время оформляла большой стеллаж. Там были аккуратно расставлены старинные издания классиков, энциклопедия Брокгауза и многотомный словарь Гранат – все, что за долгие годы существования библиотеки сохранилось из книг, когда-то принадлежавших Борским. Теперь Ниночка старательно выводила на ватмане: «Из собрания князя Юрия Борского».

– Доски от стеллажа! – уточнил Командор. – Мы тут с ними не разберемся.

– А-а! – дошло наконец до Ниночки. – Отнесите пока на улицу. Я уже с плотником утром договорилась. Он завтра новые полки сделает. Там этот архив потом и расставим.

Освободив закуток, ребята принялись разбирать архив. Петька, Настя и Дима аккуратно просматривали каждую папку и связку. А Маша делала краткую опись.

Вскоре выяснилось, что содержимое рухнувшего стеллажа в основном составляли старые конторские книги. По ним можно было проследить ежегодные доходы, которые приносили князьям Борским леса, деревня Борки и прочая недвижимость. Однако ничего хоть сколько-то объясняющего упоминание юного Борского о страшной тайне пока не находилось. Ребята не только просматривали папки. Они усиленно трясли каждый фолиант, но это тоже не приносило никаких результатов. Одни клубы едкой пыли.

Некоторую надежду вселили в них толстые подшивки старинных журналов, но и тут о Борских ничего не было. Исключение составлял подробный отчет об автопробеге, в котором участвовал на собственной машине Юрий Борский.

– Фу! – наконец встал с четверенек Петька. – У меня уже ноги все затекли.

– Главное, что совершенно зря силы тратим, – проворчал Дима и для разминки прошелся по закутку. – Неужели он больше не продолжал дневник?

– Может, и продолжал, – отозвалась Настя. – Но другие тетради могли вместе с усадьбой сгореть. Или вообще у него оставались в городе.

– Это запросто, – кивнул головой Петька. – Князь еще двадцать шесть лет после этого жил в России.

– Слушайте, – вдруг посмотрела в угол закутка Маша. – Там вроде какие-то книги.

– Ну и что? – равнодушно откликнулся Дима. – Мы же дневник ищем.

– Все равно интересно, – старательно обходя уже разобранные и переписанные стопки, двинулась в угол девочка.

– Да я вроде уже эти книги смотрел, – сказал Петька. – Там географические атласы прошлого века. Никакой историей Борских от них даже не пахнет.

– Ну-ка, – добралась наконец до угла Маша.

– Типичная женская логика, – с пренебрежением произнес ее брат-близнец. – Ей говорят, а она не верит.

– Очень, я вижу, ты умный, – склонилась над книгами девочка. – Лучше бы научился не ломать княжеских стеллажей.

Какое-то время она молча шелестела страницами. Затем, держа в руке пыльный фолиант, крикнула:

– А это вы видели?

– Чего там еще? – подошел к ней вплотную Петька. – А-а, – едва взглянув на об-? ложку, враз поник он. – Путеводитель тысяча девятьсот десятого года по подмосковным имениям.

– Так там же про Борское, – продолжала Маша. – Вот, – раскрыла она книгу где-то на середине. – Смотри! И рисунок есть!

На черно-белой вклейке красовалась двухэтажная усадьба Борских. Далее простирался огромный парк.

– Какая красота! – вздохнула Настя. – Жаль, что его во время революции сожгли.

Она еще год назад с какой-то особенной нежностью относилась к развалинам старого княжеского поместья. И часто пыталась вообразить, как тут все было в прошлом.

– Действительно, впечатляет, – согласился Петька. – Как же я сам не заметил этот рисунок.

– Смотреть лучше надо, – была очень горда собой Маша. Обычно Петька куда раньше остальных замечал что-нибудь важное. Поэтому друзья и назвали его Командором.

– Думаю, нам эта книга во всех случаях понадобится, – сказал Петька. – Ну-ка, посмотрим. Тут больше рисунков нет?

Он перевернул вклейку. То, что он там увидал, заставило его тихо вскрикнуть. Друзья проследили за его взглядом. На обороте вклейки был нарисован карандашом план усадьбы.

– Вроде такой же, как там, в дневнике, – прошептал Дима.

– Да, – подтвердил Командор, – Только гораздо новей. Видите дату?

Под планом было выведено четким мелким почерком: «Октябрь. 1917 г.»

Друзья подошли с книгой ближе к окну. Им хотелось рассмотреть новый план повнимательней. Но не успели они склониться над ним, как входная дверь громко хлопнула. Ребята на всякий случай закрыли книгу и были правы. В библиотеку, громко топая и отдуваясь, вошел плотный и круглолицый сторож поселка Красные Горы Иван Степанович. Голову его, несмотря на жару, увенчивала видавшая виды милицейская фуражка.

Ребята насторожились. Степаныч с незапамятных времен работал в Красных Горах. Его сторожка находилась возле шлагбаума, который перекрывал въезд на территорию поселка. Поэтому Степаныч любил повторять, что стоит на страже жизни и благополучия дачников. Кроме того, Иван Степанович при каждом удобном случае напоминал, что в прошлом он – «заслуженный работник органов правопорядка». В ознаменование этого он каждый год в День милиции надевал старую форменную фуражку. Если же милицейская фуражка появлялась на стороже Красных Гор в другие дни, это могло означать только одно: в поселке произошло преступление или, по крайней мере, что-то из ряда вон выходящее.

Петька на всякий случай засунул книгу в одну из стопок. Затем друзья затаились в закутке. Им было интересно выяснить, почему Степаныч сегодня в фуражке.

– Дочка! Ты тут? – не заметив ребят, прошествовал в главное помещение библиотеки заслуженный работник органов правопорядка.

Четверых друзей всегда удивляло, как у Степаныча, вечно подозревающего почти все человечество в тайных зловредных происках, и его мрачноватой супруги Надежды Денисовны, которую не интересовало ничего, кроме сада и огорода, могла родиться столь милая и доброжелательная дочь, как Ниночка. Впрочем, она давно уже вместе с детьми и мужем жила отдельно от родителей. Ее семейство занимало деревянную пристройку к библиотеке.

– Срочная телефонограмма! – по-военному четко вещал Степаныч в соседней комнате. – Уточнение сроков визита! Сам лично только что принял в правлении. Тебя, Нина, касается непосредственно. Делегация Борских прибудет к нам послезавтра в двенадцать ноль-ноль. Подготовься как следует. Приезд бывших законных наследников – дело большой государственной важности. Хотя…

Степаныч умолк.

– Что, папа? – переспросила Ниночка.

– Да так.

Ребята, высунувшись из закутка, увидали, как сторож с досадой махнул рукой.

– В прошлое время их бы сюда близко не допустили, – мечтательно проговорил Степаныч. – Да они бы и сами в Россию не сунулись. И нам тогда бы меньше хлопот. Ну, да что говорить. Теперь по-другому. Ты к приему готова?

– Почти, папа, – всегда робела перед отцом Ниночка. – Спасибо, ребята мне там помогают с архивом.

– Какие ребята? – встрепенулся Степаныч.

– Петька Миронов с друзьями.

– Отставить! – крикнул сторож и кинулся в закуток.

– Папа! Ты что? – бежала следом за ним Ниночка.

– Я-то как раз ничего, – уже буравил Степаныч подозрительным взглядом ребят. – А вот ты, – повернулся он к Ниночке, – проявляешь политическую близорукость. Прямо как будто и не моя дочь. Тут речь о личном архиве бывшего князя. Вполне может встретиться секретная документация.

– Какая документация! – всплеснула руками Ниночка.

– После поговорим, – произнес сурово Степаныч. – А вас прошу покинуть служебное помещение, – категорически заявил он четверым друзьям.

Тем оставалось лишь тихо уйти. Они давно уже знали: спорить со Степанычем бесполезно.

– Я провожу, – направилась вместе с ними к двери Ниночка. – Вы уж не обращайте внимания, – виновато добавила она, когда они вышли на улицу.

– Ничего, Ниночка, – улыбнулся Петька. – У нас с твоим папой давно сложные отношения. Мы к тебе после обеда придем.

– Обязательно приходите, – ответила библиотекарша. – Нам завтра к вечеру нужно управиться.

– Только ты там ничего не трогай, – поспешно предупредил Петька. – А то у нас все переписано по порядку.

– Я что, себе враг? – улыбнулась Ниночка. – Это ваш фронт работ. Даже близко не подойду.

– Тогда до скорого.

Ребята двинулись в глубь поселка.

– Жалко, книгу не удалось вытащить, – с досадой проговорила Маша.

– Не суетись, – успокоил ее Командор. – Она вторая в крайней связке к окну. После обеда вернемся и возьмем. Кстати, – взглянул он на часы, – без десяти три. Нас действительно уже всех обедать ждут. Сразу, как поедим, встречаемся возле моей калитки.

Однако после обеда попасть им в библиотеку не удалось. Настю родители увезли в гости до позднего вечера. А бабушка Димы и Маши сказала, что непременно должна прочитать им только что созданный очень важный фрагмент своих мемуаров.

Дело в том, что Анна Константиновна после смерти мужа – всемирно известного биолога Серебрякова – оставила институт, в котором с ним вместе работала, и поселилась на даче. Там, по ее словам, было спокойней писать мемуары. Жизнь и впрямь сталкивала ее со многими из великих мира сего. Анна Константиновна не сомневалась, что обязана перед тем, как уйти в мир иной, оставить записки о своем поколении.

Окончив очередной фрагмент, пожилая ученая дама считала необходимым опробовать его на слушателях. Иначе ей было трудно двигаться дальше.

– Сейчас, бабушка, будем слушать, – обреченно произнес Дима. – Только Петьке позвоню быстренько.

Набрав номер старого друга, мальчик лаконично обрисовал ситуацию.

– Тогда я к вам тоже слушать приду, – решил Командор. – Не одному же мне там разбираться.

– Приходи, – оживился Дима. – Бабушка будет рада.

«И нам веселей», – уже про себя добавил он.

Анна Константиновна описывала совместную поездку с дедушкой Димы и Маши в Англию. Там академику Серебрякову присудили степень доктора Оксфорда с вручением мантии.

Близнецам тогда еще едва исполнилось три года.

Слушали ребята Анну Константиновну со смешанным чувством. С одной стороны, им было интересно. Однако полностью наслаждаться мемуарами ученой дамы им мешал страх. Вдруг бабушке придет на ум полюбоваться дедушкиной мантией? Одна эта мысль заставляла троих друзей трепетать. До прошлого лета мантия висела в стенном шкафу бывшего дедушкиного кабинета. Потом Петька в интересах расследования проводил один мистический эксперимент. Условия его требовали черной одежды до пят. Ничего подходящего, кроме мантии академика Серебрякова, для этого не нашлось. Петька, по совету Димы и Маши, ею воспользовался. В результате мантия изрядно пострадала. Петька отдал ее в химчистку, где приемщица долго недоумевала по поводу «плохого состояния необычного плаща». После химчистки Маша мантию подштопала, и она стала выглядеть лучше. Однако на общем совете Тайного братства друзья решили, что Анне Константиновне теперь лучше с мантией не встречаться.

Но страхи ребят были напрасны. Бабушка Димы и Маши была полностью поглощена собственным текстом. Чтение продолжалось до позднего вечера. Затем позвонили возмущенные Петькины родители. Они забыли ключи от дачи и, приехав из города, торчали перед входной дверью.

Командор срочно отбыл домой…

Наутро четверо членов Тайного братства поспешили в библиотеку. Они уже были на полпути, когда увидели, что навстречу им бежит Ниночка.

– Ты за нами?

– Нет, нет, ребята, – даже не остановилась библиотекарша. – Беда!

И она убежала по направлению к шлагбауму и сторожке.

– Быстро за ней! – скомандовал Петька.

Друзья поспешили следом. Возле шлагбаума стоял потрепанный «жигуленок» участкового милиционера – капитана Шмелькова. Маленький щуплый Алексей Борисович беседовал возле машины со Степанычем. Тут же стояла Ниночка. Она тихо всхлипывала.

– Что случилось? – подбежали ребята.

– Не ваше дело! – рявкнул Степаныч.

– Ну, зачем так, – вмешался Шмельков. Он хорошо относился к четверым друзьям. – Заездил меня ваш поселок в последний год, – с грустью взглянул он на членов Тайного братства. – Криминал за криминалом. То одно, то другое… Теперь вот в библиотеку залезли.

– Как… залезли?… – уставились на капитана Шмелькова ребята. – Когда?

– Ночью сегодня. Стекло в окне высадили и учинили полный разгром, – уточнил Алексей Борисович.

Друзья переглянулись. Петька жестом поманил их в сторону. Тут Степаныч вновь что-то начал говорить Шмелькову. Ребята сумели незаметно отойти.

– Быстрей бежим! – указал Петька в сторону библиотеки. – Нам эта книга теперь нужна позарез!

Глава III СТРАННОЕ ОГРАБЛЕНИЕ

Дверь в библиотеку была заперта. – Замок не взламывали, – проверил Петька.

– Так Шмельков ведь сказал, что преступник через окно залез, – напомнил Дима.

– Тогда пошли посмотрим, через какое, – направился вокруг охотничьего домика Петька.

Левая сторона окна, которое они вчера с таким трудом открыли, была забита фанерой.

– Ничего себе, – пробормотал Дима. – Выходит, именно тут грабитель в библиотеку пролез.

– Интересно, что ему понадобилось? – не могла прийти в себя от удивления Настя.

– Да уж, кража престранная, – согласилась с ней Маша. – По-моему, преступнику куда выгодней на какую-нибудь из новых дач забраться.

– Заберешься на них, – мрачно ответил Дима. – А вдруг хозяева дома. Они когда тут, то всегда с охранниками. Эти качки из кого хочешь вышибут дух.

– Ну, хозяева-то не всегда на дачах. Можно выследить, когда нет никого, – отстаивала свою точку зрения сестра.

– Слушайте, мы что тут, рецепт для грабителей вырабатываем? – призвал всех к порядку Петька. – Если залезли, то, значит, было зачем. Тут еще знаете сколько от Борского редких книг осталось! Какой-нибудь библиофил за них кучу денег выложит. Главное, нам скорей внутрь попасть. На месте и разберемся, что заинтересовало грабителя.

– В том-то и дело, что мы попасть внутрь не можем, – пробубнил с мрачным видом Димка. – Теперь Шмельков запросто может держать дверь запертой до конца следствия. И плакала наша книга. Говорил же: нам надо было ее вчера унести. Выкинули бы незаметно от Степаныча в окно, а потом я бы ее на улице подобрал.

– Да прекрати ты ворчать! – крикнула Маша. – Вечно панику раньше времени разводишь.

Димка уже открыл рот для достойной отповеди сестре, но тут послышался шум мотора.

– Кажется, это Шмельков, – быстро проговорил Командор. – Бежим! – первым двинулся он ко входу в библиотеку. – Попробую уломать капитана, чтобы он нас впустил.

У двери и впрямь остановились шмельковские «жигули». Капитан выскочил из кабины первым. За ним из задней двери выбрался раскрасневшийся от жары и волнения Степаныч. Потом ребята увидели Ниночку. Лицо у нее опухло от слез.

– Ой, ребята! – кинулась она к четверым друзьям. – Все наши труды пропали! Там такое… такое…

И, закрыв руками лицо, она снова заплакала.

– Посторонних прошу удалиться, – кинул Степаныч суровый взгляд на членов Тайного братства.

– Да какие ж они посторонние, папа! – сквозь слезы воскликнула Ниночка. – В такую жару целых два дня пыльные папки перебирали. И вся их работа теперь насмарку.

– Тем хуже, – ничуть не смягчился бывший работник органов правопорядка. – У меня с вами по этому поводу будет беседа, – вновь посмотрел он на четверых друзей. – Вы обманом проникли в служебное помещение библиотеки, где хранились секретные фонды. Тут нужно еще разобраться, не было ли у вас определенного умысла.

– Папа! – всплеснула руками Ниночка. – Там все давно пылью покрылось. А они мне так помогли!

– Правда, Степаныч, ты что-то вроде не там преступников ищешь, – деликатно осадил сторожа щупленький капитан Шмельков. – Думаю, им как раз, наоборот, нужно с нами в библиотеку пройти.

– Естественно, – тут же его поддержала Ниночка. – Я даже не знаю точно, что там, в архиве, было. А ребята вчера почти разборку архива закончили.

– Тогда давайте за мной, – уже отпирал дверь капитан Шмельков.

– Либеральничаешь, – осуждающе произнес Иван Степанович. – Как бы потом жалеть не пришлось.

Он снял милицейскую фуражку и принялся вытирать платком круглую голову с коротко стриженной седой шевелюрой. Затем, проворчав что-то себе под нос, затопал по ступенькам крыльца.

В старинном охотничьем домике князя Борского царил полный бедлам. Ребята в ужасе озирались. Трудно было даже предположить, что все так разительно изменилось за одну только ночь.

На полу повсюду валялись рукописи и книги. Несколько ящиков с карточками грабители тоже вывернули на пол.

– Беда-а, – протянул тоскливо капитан Шмельков. – Тут действовали, по крайней мере, двое. Одному такого за целые сутки не сотворить. Ты, Нина, когда домой-то ушла?

– Да я ведь уже говорила, – тихо отозвалась библиотекарша. – Мне папа как вчера телефонограмму от Борских передал, так я заторопилась. Главное было книги из личного собрания князя покрасивей оформить. Ну, я с этим до десяти провозилась. Все-все доделала. Теперь так обидно, – вновь выступили у нее на глаза слезы.

– Значит, в двадцать два ноль-ноль, – усевшись за круглый столик в главном помещении библиотеки, начал делать пометки в своем блокноте Шмельков. – И ничего подозрительного не замечала?

– Да нет, – ответила Ниночка. – Даже из читателей никто вчера не заходил. Видно, из-за жары. А полдесятого за мной муж, Сережа, явился. «Пойдем, – сказал, – ужинать». Ну, а я его еще попросила мне на самый верх шкафа прикрепить надпись: «Справочная литература». Сережа помог. Так красиво получилось. А, лучше бы и не делать, – кинула она трагический взгляд на развороченный шкаф, где еще вчера красовались старинные книги из собрания князей Борских.

– Главное, грамотно как проникли, – ни к кому не обращаясь, произнес капитан Шмельков. Он словно бы мыслил вслух. – Отпечатки пальцев отсутствуют. Я утром уже проверял. Значит, действовали в перчатках.

Четверо друзей, стоя немного поодаль, старались не привлекать к себе внимания. Постепенно из слов Шмелькова и Ниночки составилась следующая картина. Ниночка подошла сегодня к библиотеке в половине восьмого утра. Ей хотелось поработать до наступления духоты. Едва отворив дверь, она кинулась звонить в милицию. Спустя полчаса капитан Шмельков уже был на месте, однако установить что-либо конкретнее «проникновения сквозь окно» он пока что не смог.

– Говорил же, – вдруг проворчал Степаныч, – надо было библиотеку тоже сигнализацией охватить.

Еще прошлой осенью сторож поселка Красные Горы, встревоженный, как он сам говорил, «нашествием современного криминального элемента», добился от председателя правления средств на установку сигнализации. Теперь в сторожке Степаныча находился пульт, а на всех дачах – кнопки, с помощью которых хозяева могли подать сигнал тревоги. Заслуженный бывший работник органов правопорядка этим нововведением очень гордился.

– Ну, и что бы тебе дала твоя сигнализация? – пожал плечами капитан Шмельков. – Она же не автоматом срабатывает.

– Все равно хорошо, – обиделся за сигнализацию сторож.

– Я и не спорю, что хорошо, – примиряюще проговорил Алексей Борисович. – Но кто тебе тут на кнопку ночью бы стал нажимать? Сами преступники?

Степаныч досадливо крякнул. Возразить ему было нечего.

– А украли-то что? – наконец не выдержал Петька.

– Тут самая тайна и кроется, – ответил капитан Шмельков. – Пока явных признаков ограбления нет.

– Чего же они тогда лезли? – выпалил Димка.

– В том и загвоздка, что непонятно, – еще сильней погрустнел капитан. – Ваш поселок вообще отличается. Одни нестандартные преступления.

– Неужели действительно ничего не взяли? – вступила в беседу Маша.

– Ну, до конца-то еще неизвестно, – начала объяснять Ниночка. – Во-первых, у вас еще не смотрели, – указала она рукою на закуток. – Там вообще ужас. Но тут вроде все цело. Мы с Алексеем Борисовичем утром по моему списку проверили. Я на всякий случай еще тетрадку одну завела с описью самых ценных книг. И держу ее дома.

– Правильно поступаешь, – с важным видом одобрил Степаныч. – Я тоже в органах правопорядка дублировал наиболее важные данные.

– Вот тетрадка и пригодилась, – продолжала Ниночка. – Из фондов Борских ничего не взято. Только многие переплеты попортились. Вы бы, ребята, видели, что тут утром творилось! – продолжала дрожащим голосом библиотекарша. – Из шкафа все вынуто. Книги раскрыты. Страницы отдельно валяются.

– Сильно напоминает картину обыска, – изрек внезапно Степаныч.

– Точно, – кивнул головой капитан Шмельков. – Будто бы каждую книгу трясли.

– Ты тут не очень при посторонних, – кинул Степаныч многозначительный взгляд на четверых друзей.

– А они нам не посторонние, – подмигнул капитан ребятам. Он хорошо помнил, как они помогли в нескольких расследованиях.

– Дело, конечно, твое, – надулся Степаныч. – Ладно, пойду, – еще раз протерев платком шею и голову, нахлобучил фуражку бывший заслуженный работник органов правопорядка. – Ты, Алексей, попозже зайди ко мне. Могут какие-то соображения появиться.

И, пробуравив ребят новым пытливым взглядом, сторож поселка Красные Горы отправился восвояси. Оставшиеся разом с облегчением вздохнули. Степаныч всегда очень давил на психику.

– Знаете, – обратился к ребятам капитан Шмельков. – Я предлагаю так сейчас поступить: мы с Ниночкой тут еще раз покопаемся. А вы – там, где вчера разбирались. Если чего заметите, сразу зовите.

Члены Тайного братства переглянулись. Подобный план действий вполне отвечал их собственным замыслам.

– Хорошо. Мы пошли, – ответил за всех Петька.

Не успели они, однако, двинуться с места, как в дверях библиотеки возникла Люська Кузнецова. Дача ее находилась по соседству с серебряковской. Только Настя жила справа, а Люська слева. Впрочем, члены Тайного братства с ней мало общались.

– Здрас-сьте, – с любопытством уставилась она на всю компанию.

– Привет, Люська! – отвечали ребята, – Переехала?

«И почему ты вечно не вовремя появляешься?» – с досадой подумала Маша.

– Это вы только позавчера переехали, – скривила тонкие губы в усмешке Люська. – А я уже тут неделю. Мы всегда первыми летом на даче жить начинаем.

– Понятно, – переглянулись украдкой члены Тайного братства. Они давно уже знали: вся семья Кузнецовых стремится в любых деталях быть первой.

– Ничего вам пока не понятно, – победоносно вздернула остренький носик Люська. – Это вы, может быть, тут просидите все лето. А мне некогда. Мы с матерью потом на море поедем.

– Поздравляю, – проворчал Димка.

– Уйдешь ты когда-нибудь или нет? – едва слышно пробормотала сквозь зубы Маша.

Все четверо понимали: начинать при Люське осмотр архива Борских нельзя. Она непременно за ними увяжется. А если они найдут что-нибудь важное, то через два часа об этом будет знать весь поселок.

– Ниночка! Алексей Борисович! – отвернувшись демонстративно от четверых друзей, стала поддерживать беседу со взрослыми Люська. – Тут, говорят, неприятности?

– Уж куда неприятней, – вздохнула Ниночка.

Шмельков вообще никак не отреагировал.

– Значит, залезли? – продолжала Люська расспросы. – Вот бабушка говорит: обменяй мне книжку, заодно и узнаешь.

– Узнавать нечего, – вздохнула Ниночка. – Того, что вам нужно, никто не тронул.

Члены Тайного братства фыркнули. От Ниночки им было известно, что Кузнецовы, равно как и супруга Степаныча, пачками таскают из библиотеки переводные любовные романы.

– Вот, – вытащила Люська из пластикового пакета книгу в яркой обложке. – Мы всей семьей прямо зачитывались. Очень сильная вещь.

Ребята прочли заголовок: «Матильда, или Роковая страсть».

– Продолжение есть? – спрашивала тем временем Люська.

– Сейчас, – кивнула головой Ниночка. Она скрылась за длинным рядом шкафов. Затем вернулась с еще более яркой книгой.

– Вот, – сказала она Люське. – Распишись на карточке.

– Ух! – сверкнула маленькими глазками Люська. – Значит, Матильда тут замуж вышла? Ниночка! Вы не знаете, за кого? За Артура? Нам с мамой и бабушкой он так нравится! Мать говорит, что Артур и Матильда прямо как два идеальных голубка!

– Понятия не имею, – пожала плечами Ниночка. – Я таких книг вообще не люблю.

– Очень зря, – оскорбилась Люська. – Чего ж к вам залезли-то?

– Следствием пока не установлено, – сухо ответил Алексей Борисович. – И вообще библиотека закрыта.

Четверо членов Тайного братства прочитали название новой любовной истории. На обложке кроваво-красными буквами значилось: «Матильда. Роковой брак».

– Ну, до свидания, – пошла к двери Люська. – Может, искупаться сходим? – зазывно взглянула она на четверых друзей.

– Нам пока некогда, – поспешно ответили те.

Наконец дверь за Люськой захлопнулась.

– Быстро за дело! – скомандовал Петька.

Все четверо кинулись в закуток. Ниночка не преувеличивала: там и впрямь творилось нечто невообразимое. Впрочем, часть архива Борского ребята уже видели на полу в передней. Что касается закутка, то там будто гранату взорвали.

– Ничего себе, – поскреб затылок Димка. – По сравнению с этим, когда стеллаж обвалился, вообще идеальный порядок был.

– Да уж, – согласилась Настя. – Теперь тут вообще никогда ничего не найдешь.

Друзья в растерянности топтались на месте. Папки, тетради, журналы, книги были не просто раскиданы. Похоже, их кто-то нарочно перемешал.

– Просто не знаю, с чего начать, – с ужасом посмотрел на бумажную кашу Дима.

Петька молча взирал на собственные пыльные кроссовки.

– Я думаю так, – наконец медленно произнес он.

– Можешь не думать! – вдруг крикнула Маша.

Нагнувшись, она подняла с пола тетрадку. Это был перечень княжеского архива, который четверо друзей составляли вчера.

– Ну, молодец! – улыбнулся Петька. – Тогда все вообще упрощается.

– Упростишь тут, – не разделял его воодушевления Дима.

– Вечно у тебя одни сложности, – сказала Маша. – Он до сих пор даже у себя на столе самостоятельно разобраться не может. Встанет и ждет, пока я помогу.

– Нужна ты мне очень, – огрызнулся Дима. – Сама всегда лезешь: «Давай сделаю, давай сделаю!»

– Прекратите вы! – вмешался Петька. – Времени нет. Значит, так, – перешел он к делу. – Машка ищет по списку. Она его делала, ей легче и разобраться. А мы называем Машке все, что нашли на полу.

Командор глубоко вздохнул и бросился первым в атаку на огромную кучу бумаг.

Минут тридцать спустя выяснилось, что все не так страшно, как друзья представляли себе вначале. Видимо, ночные визитеры трясли старательно каждую стопку. Однако бросали потом бумаги примерно там же, где они были сложены членами Тайного братства. Стопка, в которую Петька засунул книгу с планом, тоже была цела. Только книга нигде пока не находилась.

– Говорил же, нужно вчера было ее взять, – вновь воззрился с укором Дима на Петьку.

– Не возникай. Найдется, – бодро рылся в очередном завале Петька. – Так, Машка, смотри, – принялся диктовать он. – Тут целая папка жалоб из деревни Борки на управляющего имением.

– Ой! Я это вчера смотрела! – воскликнула Настя. – Видимо, жутко склочный был этот староста. Он про несчастного управляющего такие кошмарные вещи пишет!

– Ладно, не до него сейчас, – перешел Петька к следующей единице хранения.

– Ребята, как там у вас дела? – заглянул в закуток капитан Шмельков.

– Разбираемся, – отвечал Командор. – Пока вроде бы никаких пропаж. Только все раскидали.

– Ровно такая же картина, как в зале, – меланхолически констатировал капитан. – Мне в отделение нужно вернуться. Если что обнаружите, жду звонка. А так я сам завтра утром в поселок наведаюсь.

– Договорились, Алексей Борисович, – хором откликнулись члены Тайного братства.

Капитан уехал. Ребята снова взялись за дело. Еще через час Машин список пестрел галочками. Нашлось все, что ребята вчера успели переписать. А вот книги с планом нигде не было.

– Может, снова посмотрим? – предложила Настя.

– Чего тут смотреть, – отмахнулся Дима. – Мы уже каждую бумажку перелопатили. – Вдруг он побледнел и, вытаращив испуганно глаза, вскочил на ноги.

– Что с тобой? – подались вперед друзья.

– Вроде бы аллергия на пыль, – прохрипел Дима. – Слышите? Голос уже садится и горло немного опухло, – заботливо начал он ощупывать пальцами шею.

– Я думал, действительно что-то важное, – усмехнулся Петька.

– Зря издеваешься, – по-прежнему изучал горло Дима. – Это вообще может кончиться отеком Квинке. В таких случаях горло опухает и человек задыхается.

– Господи! – простонала Маша. – Какая же ты зануда!

– Неостроумно, – пробубнил Дима. – Ты просто здоровая, а я с детства болел.

– Сухое дерево дольше скрипит, – и тут не прониклась к нему сочувствием сестра.

– Слушай. Пойди-ка ты лучше проветрись к Ниночке, – посоветовал Петька. – Отдышишься. Заодно и расспросишь ее еще раз обо всем. Главное, выясни точно, где рылись грабители больше всего.

– Естественно, выясню, – поспешно покинул Димка закуток. Он всегда очень бережно относился к собственному здоровью.

Остальные еще раз для порядка порылись в архиве.

– Книги нет, – был полностью озадачен Командор. – Неужели воры ради нее учинили такой разгром?

– Главное, книга-то не очень редкая, – подхватила Настя. – Такие альбомы про подмосковные имения в царской России чуть ли не каждый год выпускали. Я их у Мишиных в библиотеке целых три штуки видела.

Известный художник Мишин был родственником Настиной мамы. Именно его дачу по соседству с Серебряковыми она и унаследовала в прошлом году.

– Да вроде даже у нас в Москве что-то есть, – вспомнилось Маше. – Я, конечно, ее никогда не смотрела. Надо предкам сказать. Пусть сюда захватят, когда соберутся на выходные.

– Это идея, – обрадовался Петька. – Если у вас тот самый выпуск, мы хоть статью про Борского прочитаем внимательней.

– Да там нет ничего интересного, кроме фотографии и этого плана, – возразила Настя.

– Мне вообще тоже так кажется, – кивнул головой Командор.

– Слушайте, – широко раскрыла глаза Маша. – А что, если эти грабители именно план искали?

– План? – посмотрел на нее, словно на ненормальную, Петька. – А кто, интересно, мог знать, что он тут? Ниночка понятия не имела. Прежняя библиотекарша тоже. Другие подавно. И вообще, князь его явно нарисовал просто так. Наверное, книжку начал листать. Там ему попался рисунок имения. Ну, и ему навеяло, что он когда-то в юности делал план подземных ходов. Вот он и решил его там повторить.

– А вы помните, какая дата под планом в книге стояла? – едва слышно произнесла Маша.

Настя и Петька разом повернулись к белокурой девочке.

– Октябрь. 1917 год, – отозвался, как эхо, Петька.

Ребята умолкли. Именно в октябре семнадцатого крестьяне Борского сожгли родовое гнездо князя. Именно после пожара князь бесследно исчез. Среди старожилов ходила легенда, будто бы он сгорел в собственной спальне. По слухам, многие жители этих мест видели позже, как среди развалин имения бродит по ночам призрак несчастного князя. Правда, в последние лет тридцать-сорок привидение вроде бы больше никого не тревожило. Да и останков князя после пожара не нашли. Хотя, по слухам, там полыхало так, что могли и кости сгореть. Или потом кто-нибудь тайно захоронил его останки, чтобы на всякий случай скрыть следы преступления…

Обо всем теперь разом вспомнили трое ребят. Неужели действительно старый план как-то связан с тайной Юрия Борского? Значит, кто-то об этом плане знал. Но даже если и были свидетели в семнадцатом году, то вряд ли кто-то из них дожил до нынешнего лета, И уж, во всяком случае, явно не был в состоянии ночью лезть в разбитое окно в библиотеку. А главное, чего он столько лет выжидал?

Тут в закуток влетел Димка. Лицо его было по-прежнему бледно. Ежик светлых волос стоял дыбом.

– Что, опять аллергия? – с ехидной улыбкой осведомилась у него Маша.

– Отстань! – нетерпеливо отмахнулся брат. – Лучше пойдемте скорее к Ниночке. Мы с ней там еще раз все осмотрели. Полный атас!

И, ничего больше не добавляя, он повернул обратно.

– Подожди! – остановил его Петька.

– Да чего ждать! – блестели глаза у долговязого Димки.

– Я про книгу, – тихо продолжал Командор. – Ниночке и Шмелькову пока не скажем.

– Он же просил, – возразила Маша.

– Он просил сообщить что-то важное, – настаивал на своем Петька. – А наша информация ему вообще ничего не даст. Сами прикиньте: сперли всего одну старую книгу.

– Но там же план, – прошептала Настя.

– Это мы с вами знаем, – ответил Петька. – А если Шмелькову об этом рассказать, значит, мы будем вынуждены признаться, что утащили домой дневник князя. Тут Степаныч волну погонит. Ему вечно мерещится, что мы замешаны в самых жутких делах. В общем, во-первых, на нас сразу падет подозрение. А во-вторых, нас больше сюда не допустят на пушечный выстрел. И тогда мы эту тайну вообще никогда не раскроем. Лучше давайте сами сперва во всем разберемся, а уж потом сообщим Шмелькову.

– Тем более у Шмелькова и без этой кражи забот полно, – подхватила Маша. – Надо ему помочь.

– Пошли к Ниночке, – снова заторопился Дима.

Все направились в большую комнату.

– Ну, – вопросительно посмотрела на них библиотекарша.

– Да вроде бы все на месте, – отвечал Петька. – Мы даже разобрались.

– Тогда вообще большая удача, – заулыбалась Ниночка. – Тут у меня фонд Борского совершенно цел. Только переплеты сегодня вместе с Сережей подклеим, и потомки князя могут спокойно завтра к нам приезжать.

– Неужели действительно ни одной книги не взяли? – переспросил Петька.

– В том-то и дело! – воскликнула Ниночка. – Чего они вообще тут искали? Такие ценности в фонде Борского есть!

– Ты лучше, Ниночка, им скажи про другие шкафы! – не выдержал Дима.

– А что другие, – пожала плечами та. – Они к другим книгам вообще не прикоснулись.

– Ты хочешь сказать, – медленно проговорил Петька, – что они среди современных изданий не лазили?

– Ну да, – радостно отозвалась Ниночка. – Поэтому я и говорю: мы сегодня с моим Сережей в полный порядок приведем библиотеку. Повозиться, конечно, придется. Но ничего. Успеем.

Петька посмотрел на друзей. Они едва заметно кивнули головами. Всем четверым теперь было ясно одно: ночных грабителей интересовали только книги князей Борских.

Глава IV ЕЩЕ ОДНА ПРОПАЖА

Мне кажется, нас скоро убивать будут, – взглянул на часы Петька. – Как? – спросил Дима.

– Не знаю уж как, но будут, – с уверенностью повторил Командор. – Уже четыре.

– Кошмар! – крикнули Настя и Маша. – Нам уже час назад обедать было пора.

– А я о чем, – с трагическим видом произнес Петька. – Ниночка! Мы после обеда там все доделаем.

– Чего доделывать-то? – не поняла Маша. – Архив переписан.

– Тогда вы мне больше не нужны, – запротестовала Ниночка. – И так столько времени в этой пыли провозились. Мы сами с мужем разложим поаккуратней.

– Ну, если так, – не смог скрыть радости Димка. – А то у меня аллергическая хрипота еще не совсем прошла.

– Да, да, отдыхайте, – настойчиво повторила библиотекарша.

– Все равно завтра утром заскочим, – пообещал Петька. – Вдруг что-нибудь выяснится про грабителей.

– Ох, – махнула рукой Ниночка. – Лучше б о них навсегда забыть. Тем более Борские завтра пожалуют. Еще раз спасибо большое, ребята.

На этом члены Тайного братства с Ниночкой распрощались и поспешили по домам.

– После обеда встречаемся у меня, – остановился возле своих ворот Петька.

– Договорились, – ответили остальные и повернули за угол.

Насте дома слегка влетело. Выяснилось, что ее папа специально приехал раньше со службы, чтобы спокойно провести хоть полдня с семьей. А в результате он целый час просидел в ожидании дочери без обеда и к ее появлению был от голода очень зол. Петькина мама, наоборот, даже обрадовалась опозданию сына. Она обсуждала перед обедом какую-то животрепещущую проблему по телефону. В результате курица у нее на кухне в духовке сгорела. Пришлось жарить новую, которая как раз к приходу блудного сына приближалась к состоянию готовности.

– Пожуй пока бутерброд, – смущенно предложила Маргарита Сергеевна. – Через десять минут будешь обедать.

– Ничего, мама, я подожду, – деликатно ответил сын.

У близнецов получилось еще лучше. На их настойчивые звонки вообще никто не открыл. Наконец Дима отомкнул дверь ключом. Бабушки в доме не было.

– Оригинально, – проворчал Дима. – Вообще-то есть хочется.

– Наглость твоя не знает границ, – осуждающе посмотрела на него сестра.

Они оба принюхались. Готовкой не пахло. Маша пожала плечами. В гостиной Анны Константиновны тоже не оказалось. И бывший дедушкин кабинет, где она обычно работала над мемуарами, был пуст.

– Бабушка! – на всякий случай крикнули близнецы.

По дому Серебряковых разнеслось гулкое эхо и затихло на втором этаже.

– Нету, – удивленно произнес Дима.

– Совсем о внуках забыла, – возмутилась Маша. После бурной работы в библиотеке ее тоже мучил голод.

– От кого-то я тут недавно слышал про наглость, – тут же отреагировал Дима. Сестра ничего не ответила. Просто двинулась решительным шагом на кухню. Дима, поспешил следом.

– Чур, абрикосовый йогурт мой! – вспомнил на ходу, что абрикосового остался последний стаканчик. Остальные были с малиновым, а он Диме и Маше нравился меньше всего.

– Кто первый дошел, тому и абрикосовый, – уже открывала сестра холодильник.

– Ну уж нет! – коршуном кинулся Дима отбивать добычу. – Ты уж и так за завтраком абрикосовый ела.

Позиция Маши по отношению к холодильнику была более выгодной. Отбиваясь от брата ногой, она уже отрывала крышечку из фольги от заветного стаканчика. Димка обиженно засопел и предпринял маневр с другой стороны. Маша нового нападения совершенно не ожидала. Поэтому пальцы ее разжались. Издав торжествующий клич, Димка стал поглощать йогурт без помощи ложки.

– Сейчас ты у меня получишь! – сжала кулаки Маша.

В это время на пороге кухни появилась стройная пожилая дама в темно-сером костюме из тонкого шелка.

– Бедные голодные дети! – воскликнула она с виноватым видом.

– Бабушка! Где ты была? Мы тебя уже целый час ждем! – отозвалась с хорошо разыгранным возмущением Маша.

– Скоро стены будем грызть от голода, – справился наконец с йогуртом Дима.

Маша украдкой состроила ему зверскую рожу.

– Могли бы и сами разогреть, – покачала головой бабушка. – Ничего, я сейчас быстро, – уже повязывала фартук она. – Это все из-за Ковровой-Водкиной. Я к ней на минутку забежала проведать. А она на этом дворянском конгрессе совсем помешалась. И ни за что не хотела меня отпускать. Несчастная старуха! Соображает плохо. Слышит еще хуже. Не дай Бог до такого дожить!

Близнецы, забыв о конфликте, перемигнулись. Их бабушка и Коврова-Водкина были почти ровесницами. Но Анна Константиновна считала Наталью Владимировну глубокой старухой и относилась к ней покровительственно.

– Хорошо, я вчера обед на два дня приготовила, – возилась у плиты ученая дама. – Теперь только разогреть. Маша! Накрой-ка пока на стол.

– Я помогу, – утолив первый голод, испытывал легкие угрызения совести Дима.

– Не подлизывайся, – ответила Маша. Вскоре они уже вовсю поглощали обед.

– Вы не слыхали? Вроде бы нашу библиотеку ограбили, – стала делиться последними новостями Анна Константиновна.

– Знаем, – ответил с полным ртом Дима.

– Бедная Ниночка! – посочувствовала бабушка. – Воображаю, как она расстроена. Много украли?

– Да вроде бы нет, – уклончиво отвечала Маша.

– Все редкие книги целы, – подхватил Дима.

– Чего же они тогда лезли? – удивилась бабушка.

– Капитан Шмельков тоже удивляется, – принялся излагать официальную точку зрения Дима. – А Степаныч считает, что это похоже на обыск.

– Ему виднее, – ехидно сощурилась Анна Константиновна. – Меня старуха Коврова-Водкина с этой библиотекой совсем извела. Сидит и через каждые пять минут причитает: «Это же настоящий удар по памяти князя Борского!»

– А чего ей Борский вдруг сдался? – заинтересовалась Маша.

– Ну, ты же знаешь, – развела руками Анна Константиновна. – У Натальи Владимировны вообще на дворянском происхождении пунктик. А тут еще конгресс. Совсем несчастной старухе голову задурили. И вообще, это полная чушь! – перешла к обобщениям бабушка. – Я всегда была против родовой спеси. Аристократизм, да, конечно. Но им чаще всего обладают люди совершенно не родовитые. Вот, например, ваш дедушка…

Маша вздохнула. Покойный академик Серебряков происходил из каких-то купцов.

Однако отличался не только глубокой культурой, но и изысканностью манер.

– …Так что вся эта родовая спесь мне абсолютно чужда, – тем временем развивала мысль Анна Константиновна. – А тем более у нас, в России, где вообще целых семьдесят лет была нарушена преемственность поколений и…

– Бабушка! – понял Дима, что она все дальше уходит от Борских. – Мы с Машей слыхали, Наталья Владимировна познакомилась на конгрессе с внучкой нашего князя?

– Какого еще нашего князя? – была очень недовольна Анна Константиновна, что ее перебили.

– Борского, разумеется, – быстро проговорила Маша.

– Господи! По-моему, с нашим поселком что-то не то делается, – покачала головой Анна Константиновна. – Только последнее время и слышу о Борских. Даже Степаныч вовсю готовится к их приезду. Он по этому поводу как раз при мне к Ковровой-Водкиной забегал. Весь при параде. В своей милицейской фуражке. Сколачивает по поручению председателя инициативную группу для торжественного приема бывших законных владельцев. Меня тоже хотел включить, но я, естественно, отказалась.

– А правда, что Наталья Владимировна с внучкой Борского теперь дружит? – повторил вопрос Дима.

– Ну да, – равнодушно отозвалась бабушка. – У них места были рядом в Колонном зале. Вот они и разговорились в антракте. Хотя как с бедной Наташей поговоришь. Ведь половины не слышит.

Коврова-Водкина обладала странным свойством. Она то слышала, то не слышала. Поэтому никогда нельзя было точно понять, какие из твоих слов до нее дошли.

– Во всяком случае, – продолжала бабушка, – Коврова-Водкина вдруг вспомнила, что у нее есть книга о княжеском роде Борских.

– Книга? – разом вытаращились на бабушку близнецы.

– Да, – подтвердила спокойно та. – Я когда-то ее видела еще при жизни Вадима Леонардовича, – вспомнила она о покойном хирурге Водкине. – Он же страшно любил всякие редкости.

– Это мы знаем, – сказали близнецы. У Ковровой-Водкиной еще оставалось много редких вещей, которые собрал Вадим Леонардович.

– Ну вот, – продолжала Анна Константиновна. – У нас в поселке работал бывший кучер Юрия Борского. Правда, – усмехнулась бабушка Димы и Маши, – тут у него было все поскромней. Он на кобыле с телегой помойки с дач вывозил. И одновременно приторговывал кое-какими вещами князя, которыми поживился во время пожара. От него Вадиму книга и досталась. Он ею ужасно гордился.

– Выходит, Вадима Леонардовича тоже Борские интересовали? – полюбопытствовал Дима.

– Нет, Борские тут ни при чем, – начала объяснять бабушка. – Его интересовала редкость издания. То ли к трехсотлетию дома Романовых, то ли еще к какой-то подобной дате выпустили по однотомной истории каждого из наиболее древних российских дворянских семейств. Причем печаталось это не для продажи. Тираж каждого тома не больше десяти экземпляров. Вадим Леонардович приобрел историю Борских за какой-то бесценок. Доволен, конечно, был страшно.

– Наверное, внучке Борского очень хотелось на эту книгу взглянуть, – сказала Маша.

– Если верить Ковровой-Водкиной, то да, – подтвердила бабушка. – Поэтому Борские сперва прямо к Наталье Владимировне, а уж потом под руководством Степаныча и каких-то еще добровольцев совершат паломничество к своим родным развалинам.

Ребята уже доели второе.

– Пойду чайник поставлю, – вышла из-за стола Анна Константиновна. – Ужасно пить хочется.

– А мы не будем, – вскочили на ноги близнецы.

– Как угодно, – не стала спорить Анна Константиновна. – Я тоже, пожалуй, сейчас чашку чая холодного быстро выпью и пойду поработаю. Хорошо, что вы мне про Вадима напомнили. Я как раз до него в своих мемуарах дошла. Надо бы воссоздать эпизод с этой книгой. По-моему, он проливает свет на характер Вадима Леонардовича.

– Тогда мы к Петьке до ужина, – были вполне довольны близнецы таким поворотом событий. Им хотелось скорей рассказать Командору про книгу Борских.

Близнецы забежали за Настей и вместе отправились к Петьке.

На краю его участка возле самой изгороди был овраг, где друзья и выстроили просторный шалаш, или летний штаб Тайного братства кленового листа.

Командор сидел внутри на запасном пледе Анны Константиновны. Подложив для удобства под спину две старые диванные подушки, мальчик углубился в чтение тетради Тайного братства. Там были тщательно зафиксированы три прошлых расследования.

– Решил в памяти освежить? – полюбопытствовала Маша.

– Да, кое-что, – расправил широкие плечи Петька.

Небольшой рост и довольно плотное телосложение он старался компенсировать занятиями спортом. В результате фигура у него стала почти атлетической. Во всяком случае, так казалось Маше.

Командор помолчал и добавил:

– Мне понятно только одно: такого трудного дела, как сейчас, у нас еще не было.

– То, что позади, всегда кажется легче, – философски заметила Настя.

– В общем-то, верно, – кивнул головой Командор. – Но раньше мы, по крайней мере, знали, что ищем.

– Или кого, – вспомнился Диме похищенный сын бизнесмена, который жил в одном из кирпичных особняков.

– Вот именно, – продолжал Петька. – А тут мы находим случайно дневник с какой-то дурацкой любовью к юной девице.

– Ничего не дурацкой! – возмутилась Настя. – Князь так возвышенно свои чувства описывает!

– Ладно, согласен. Возвышенно, – не стал спорить Петька. – Но я лично предпочел бы, если бы князь описал тайну, которая с подземельями связана.

– Черствый ты человек, – укоряюще посмотрела на него Настя.

– Не черствый, а деловой, – возразил Командор. – Смотрите сами: из дневника о любви вываливается старинный план. Точно такой же план мы находим в книге. Потом ночью в библиотеку лезут грабители и крадут именно книгу с планом. И больше ничего. Зачем? Почему? Полная загадка.

– Но ведь залезли же! – бодро воскликнул Димка. – Значит, преступление есть.

– Да, – хмыкнул Петька. – Пока только это и можно сказать. Ну и еще, что все нити вроде ведут к князю Борскому.

– Тогда тем более надо срочно Коврову-Водкину навестить, – с загадочным видом проговорила Маша. – И чем скорее, тем лучше.

– Зачем? – не понял Петька.

– Мы от бабушки за обедом узнали, что у Натальи Владимировны есть редкая книга о Борских, – скороговоркой ответил Дима.

– О Борских? – быстро спрятал в потаенное место тетрадь Командор. – Чего же вы раньше молчали? Бежим!

И он первым выскочил из шалаша.

– Действительно, все на Борских скрещивается, – уже на ходу говорил Командор. – Прямо окружают.

– Главное, книга очень редкая, – объяснила Маша. – Издана при царе всего в нескольких экземплярах. Внучка Борского как узнала, что она у Ковровой-Водкиной, сразу в гости к ней напросилась. Они завтра прямо с утра у нее.

– Нам нужно сегодня взглянуть, – ускорил шаг Петька. Свернув в переулок, они подошли к участку Ковровой-Водкиной.

– Слушайте, а почему ворота открыты? – удивился Петька.

– Действительно, – разделили его недоумение остальные.

Приходящая домработница Ковровой-Водкиной опасалась грабителей. С целью защиты от них она даже заставила своих племянников, сорокалетних бугаев Юрку и Борьку, обнести забор любимой хозяйки колючей проволокой. А уж ворота и все калитки Филимоновна тем более держала на запоре.

– Сейчас разберемся, – двинулся Командор по направлению к даче.

Возле крыльца стояла большая машина «вольво» темно-синего цвета.

– Ого! – воскликнул Дима. – Раньше к ней на таких шикарных тачках не ездили.

– Номер миланский, – тем временем присмотрелся Петька. – Наверняка кто-то из делегатов конгресса.

– Вроде бы бабушка говорила, что к Наталье Владимировне никто не собирался, – задумалась Маша. – Ну да, – уже уверенней продолжала она. – Коврова-Водкина с Филимоновной вовсю готовятся к завтрашнему приему Борских.

– Вы это что у машины крутитесь? – выскочила вдруг на улицу домработница-снайпер. – Вот как угощу из газа!

Ребята мигом отпрянули от иномарки. Филимоновна, потрясая увесистым газовым пистолетом, уже надвигалась на них всей мощью своего тела.

– Татьяна Филимоновна! Это мы! – крикнула Маша.

Домработница-снайпер остановилась.

– А-а! – словно бы начала приходить в себя она. – Дети Серебряковых… И Петя Миронов… И Настя… забыла, как тебя по фамилии.

Рука с пистолетом, к облегчению четверых друзей, опустилась.

– Вы к Водкиной? – уточнила Филимоновна.

– Да, – подтвердили близнецы.

– Ну хоть одних принесло нормальных, – выдавила на лице неумелую улыбку обычно мрачная домработница-снайпер.

Ребята таким приемом были удивлены. Вообще-то Филимоновна к ним всегда относилась с большим недоверием. Она считала, что члены Тайного братства так и норовят похитить какую-нибудь ценно-редкую вещь у хозяйки. Но сегодня с домработницей-снайпером явно что-то произошло.

– У вас вроде гости? – решил выяснить Петька.

– А, грех один, – в сердцах махнула рукой Филимоновна. – Одно слово, дворяне.

– Какие дворяне? – спросила Маша.

– Да Борские эти, – скривилась Филимоновна. – Ждали завтра, а грянули на день раньше. Книгу глядеть. И чего моя Водкина в них нашла? Ведь великая женщина. А на дворянской почве прямо совсем… Ах, благородство! Ах, лица! Ах, походка! – явно передразнивала хозяйку домработница-снайпер. – А посмотришь-то, тьфу! Ни кожи ни рожи. Одеты посредственно. Только носы дерут. И одни разговоры про свое бывшее достоинство.

– Что, такие противные? – решила Маша подыграть Филимоновне.

– Хочешь, пойди сама погляди, – пригласила в дом та. – Ас меня хватит. Лучше в кухне наедине посижу.

И даже не дожидаясь, пока четверо друзей пройдут в дом, она скрылась на кухне.

– Вроде ее дворяне достали, – шепотом произнесла Маша.

– Да отец говорил, она на конгрессе еще бушевала, – усмехнулся Петька. – Когда ее в зал не хотели пускать.

– Тогда это надолго, – подвела итог Настя. – Видите, даже к нам чем-то вроде любви прониклась.

– Лучше пойдемте скорее туда, – поторопил Петька.

В коридоре они замедлили шаг. Дверь гостиной была распахнута. Оттуда доносились голоса.

Друзья вошли. В гостиной сидели трое. Величественная хозяйка дома с подсиненными седыми волосами, очками на золотой цепочке и, несмотря на удушающую жару, в платье из черного бархата. Смуглая ширококостная женщина лет пятидесяти. И очень толстый мужчина с длинными курчавыми волосами по бокам большой головы и сияющей лысиной посередине.

– О! Это мои молодые друзья! – приветствовала ребят по-актерски поставленным голосом хозяйка дома. – Входите, входите.

Сейчас я представлю вас княгине и князю Пожарским.

Женщина и мужчина милостиво кивнули.

– А вы разве не Борские? – изумилась Настя.

– Я урожденная Борская, – хриплым прокуренным басом ответила итальянского вида женщина. – А мой муж – князь Пожарский.

– Понятно, – были полностью удовлетворены ответом ребята.

– Вы тоже потомственные дворяне? – неожиданно обнаружил по-детски тоненький голосок огромный толстяк.

Члены Тайного братства разом опустили головы. Кажется, им предстояло испытание не для слабонервных.

– Увы, Владимир Михайлович, – с некоторой досадой отвечала Коврова-Водкина. – Они просто потомственные интеллигенты.

– Ну ничего, ничего, – явно утратил интерес к ребятам князь Пожарский.

– А это, – простерла Коврова-Водкина руку к черноволосой женщине, – княгиня Александра Сергеевна. Внучка нашего князя.

– Да вот. Посещаем родные пенаты, – пробасила княгиня. – У деда Владимира Михайловича тут тоже неподалеку было имение.

– Ох, Наталья Владимировна, книга, конечно, роскошная! – пропищал князь Пожарский.

Тут только друзья заметили, что на журнальном столике раскрыт большого формата том.

– Вся история нашего рода! – рявкнула на всю комнату княгиня. – Просто чудо, что сохранилась. Мы специально прибыли поглядеть сегодня. А то завтра официальный прием. И посещение усадьбы. Сегодня можно полистать спокойно.

Ребята заметили, что князь и княгиня весьма чисто говорят по-русски. Видно, в их семьях и впрямь старались не порывать связей с корнями.

– Друзья мои, сядьте, – посмотрела на членов Тайного братства Коврова-Водкина. – Вы пришли в очень торжественный миг. Ноги Борских столько десятилетий спустя ступили на родную землю.

– Древний род возрождается, – пропищал князь Пожарский.

– Вырождается? – не расслышала Коврова-Водкина. – Как жаль! – всплеснула она руками. – Мне еще матушка говорила: Пожарские очень достойный род!

– Нет, мы, наоборот, возрождаемся! – толстяк стал красным от возмущения.

– Ну, тогда все в порядке, – успокоилась Коврова-Водкина. – Рада, что мой второй незабвенный муж Вадим Леонардович приобрел эту книгу. Теперь вы можете больше узнать о предках.

– Я вот как раз хотела обратиться к вам с просьбой, – сказала Александра Сергеевна, урожденная Борская. – Уж раз эта книга была выпущена императорским двором для нашей семьи, вы бы могли ее нам продать обратно. Дадим хорошую цену.

– Нет, не могу! – вдруг заартачилась Коврова-Водкина. – Это память о моем незабвенном муже! Пожалуйста, изучайте сколько хотите. Можете выписки делать. Но никаких продаж.

– Странная позиция, – кисло улыбнулась княгиня.

– Мы тут теперь вообще всего лишены, – разобиделся князь Пожарский. – Все наше в чужих руках.

– Бесспорно, мы перед вами виноваты! – с неподдельным раскаянием воскликнула Коврова-Водкина. – Наши дачи на вашей земле. Ах, как ужасно чувствовать себя захватчиками!

– Не вы одна, Наталья Владимировна, – без особого такта заметил князь Пожарский. – Если брать по законам высокой морали, тут каждый на этих дачах незаконный захватчик земель моей дорогой жены.

– Лично я никакой не захватчик! – внезапно обиделся Дима. – Мы просто живем тут! На собственной даче!

Маша ткнула его в бок. Но было поздно. Лысина князя Пожарского сделалась красной, как помидор, и он, тяжело дыша, крикнул:

– Я бы на вашем месте молчал, молодой человек!

Тут он осекся и стал считать пульс.

– Давление подскочило, – покосился испуганно он на княгиню.

– Это от жары. Очень знойно, – ответила та. – Выйдем на воздух.

– Да, да! На воздух, друзья мои! – расслышала лишь последнюю фразу Наталья Владимировна. – Уверена! Вам приятно ощутить ногами землю предков. Насколько я понимаю, тут как раз были охотничьи угодья вашего дедушки!

Княжеская семья поджала губы и переглянулась.

– Разумеется, нам приятно, – с холодной вежливостью отвечала княгиня.

– Тогда я выйду в сад с вами! – совершенно не чувствовала изменения атмосферы хозяйка дома.

Она поднялась с кресла и торжественной поступью вышла из двери гостиной вместе с четой князей в сад.

– Идите и вы, – властным жестом поманила Наталья Владимировна четверых друзей.

Те тоже поднялись на ноги.

– Давайте в саду попрощаемся и уйдем, – сказал Командор ребятам. – Очень уж эти князья мне не нравятся.

– Мне тоже с ними не хочется больше сидеть, – согласился Дима. – Филимонов/ на совершенно права.

– Редкий случай, – фыркнула Маша.

– И книга тут все равно остается, – посмотрела на журнальный столик Настя.

– А я о чем, – подхватил Петька. – Завтра утром спокойно ее посмотрим. Думаю, эти князья сюда завтра не зайдут.

– Естественно, – злобно покосился в сторону удаляющейся княжеской четы Дима. – Они только и приезжали, чтобы выманить книгу.

– Бедная Наталья Владимировна! – посочувствовала Настя. – Она ведь уверена, что эти князья с ней дружат.

– Молодежь! Где вы? – крикнула Коврова-Водкина.

Друзья спешно вышли из гостиной в сад. Догнав Наталью Владимировну и князей, они уже хотели попрощаться, когда у хозяйки дома возник неожиданный план.

– Я вас очень хочу попросить, – посмотрела она на Петьку. – Нарвите букет сирени для княгини и князя.

– Ой! Сигареты в гостиной забыла, – хлопнула себя по лбу княгиня. – Я сейчас.

И она снова пошла в дом. Друзья направились к кусту сирени.

– Чтобы этим князьям провалиться, – ворчал Дима, обламывая высокую ветку. – У меня за шиворот жуки какие-то сыплются.

– Потерпишь, – шикнула на него сестра.

– Ах, нет! Вы совсем не там срываете! – начала руководить их действиями Коврова-Водкина. – Я хотела вон ту, – указала она на куст подальше. – Персидскую белую.

После кончины хирурга Водкина на садовников средств не хватало, и участок Натальи Владимировны сильно зарос. Домработница-снайпер, правда, предпринимала кое-какие усилия по расчистке территории, но в основном это касалось огорода. Остальному было предоставлено самостоятельно пробиваться сквозь заросли сорняков и колючек.

На пути к персидской сирени друзей встретила плотная стена крапивы.

– Вот дьявол! – первым обстрекался Дима.

– Никогда не можешь пролезть аккуратно, – вздохнул Петька.

В следующую секунду и он взвыл от боли.

– Ты чего? – посмотрела на него Настя.

– Нога, – простонал Командор.

Он поднял левую ногу. К подошве кроссовки словно прилипла сухая ветка боярышника. Ее длинный шип пробил подошву и уколол Петьку в ступню.

Наконец они достигли куста.

– Попышнее срывайте, – продолжала издали распоряжаться хозяйка дома.

– Главное, ради кого ломаемся, – продолжал ворчать Дима.

– А какой ее дедушка был мужчина, – мечтательно произнесла Настя. Увидав однажды в старинном журнале фотографию Юрия Борского за рулем собственного автомобиля, Настя тут же влюбилась. Князь и впрямь выглядел импозантно.

– Видно, действительно вырождаются, – ответил Петька.

– Во всяком случае, князь Пожарский, – уточнил Дима.

– Во внучке Борского тоже аристократизма не густо, – внесла в беседу еще один штрих Маша.

– Друзья! Нельзя ли поскорей! – раздалось новое указание Ковровой-Водкиной.

– По-моему, ей сейчас кажется, будто мы ее крепостные, – тихо произнесла Настя.

Как раз к тому времени, как друзья принесли букет, из дома вернулась княгиня Александра Сергеевна.

– Красота! Красота! – милостиво взглянула она на сирень. Она зажгла сигарету и, выпустив залихватски дым из уголка рта, повернулась к хозяйке дома: – Кстати, Наталья Владимировна, вы книгу уже убрали? А то я хотела еще кое-что в ней посмотреть.

– Книгу? – удивленно подняла брови Наталья Владимировна. – Нет. Я не убирала.

– Но на столе ее нет.

– Мы последние выходили, – совершенно отчетливо помнил Петька. – Книга лежала на прежнем месте. Раскрытая.

– Но сейчас там ничего нет, – повторила княгиня.

Ребята не сговариваясь побежали к дому.

– Букет! Отдайте букет княгине Пожарской! – кричала Коврова-Водкина.

Ребята влетели в гостиную. Книги на журнальном столике не было.

Глава V СТЕПАНЫЧ, КНЯЗЬЯ И ДРУГИЕ

В доме поднялась страшная паника. Князь Пожарский, хватаясь за сердце и одновременно за пульс, громко пищал про «циничное осквернение высших духовных ценностей». Сицилийского вида княгиня нервно курила. Коврова-Водкина с растрепавшимися подсиненными волосами и горящим взором бесцельно носилась по гостиной. Наконец в ней будто бы что-то включилось, и она начала проявлять редкостное для себя здравомыслие.

– Татьяна Филимоновна! – крикнула она. – Скорее сюда!

Со стороны кухни послышалась мощная, но неспешная поступь.

– Ну, чего там еще? – изо всех сил демонстрируя полное пренебрежение к дворянским визитерам, осведомилась домработница-снайпер.

– Вы книгу о князьях Борских не убирали? – спросила хозяйка дома.

– И не думала, – отозвалась Филимоновна. – Мне вообще тут сегодня все без разницы. Своих дел на кухне полно.

– Значит, пропала! – ринулась вихрем к сигнализации Наталья Владимировна.

– Чего у тебя там пропало? – разом оживилась Филимоновна.

– Книга! – с трагическим видом провозгласила Коврова-Водкина. – Бесценная память о моем незабвенном втором муже! Татьяна Филимоновна! Срочно звоните в милицию!

– Видите! – мстительно пропищал князь Пожарский. – Лучше бы нам уступили!

– Шмельков! Живо сюда! – уже распоряжалась по телефону гренадерским голосом Филимоновна. – Водкину мою ограбили! Чего?… Нет, сама-то жива. Книга с концами.

Она положила трубку и подошла к хозяйке.

– Сейчас прибудет.

– Забудет? – переспросила Коврова-Водкина. – Нет, Татьяна Филимоновна. Тут вы не правы. Капитан Шмельков очень исполнительный и порядочный молодой человек.

– Да я говорю: прибудет сейчас! – гаркнула ей в самое ухо приходящая домработница-снайпер.

– Ну, вот это другое дело, – на сей раз осталась довольна хозяйка. – Я давно вам хочу заметить, Татьяна Филимоновна, вы порой очень несправедливо относитесь к людям.

– Ты зато у нас справедливая, – буркнула в сторону Филимоновна. – Вот твои ценности и тю-тю.

– Ну, мы, пожалуй, пойдем, – заторопились князья. – Сегодня еще очень много визитов. Позвольте откланяться, Наталья Владимировна.

– Стоять! – внезапно влетел в гостиную сквозь распахнутую дверь в сад Степаныч. – Никому не двигаться! При малейшей попытке к бегству стреляю без предупреждения!

Все испуганно замерли. Степаныч держал присутствующих на мушке охотничьего ружья. Он часто и шумно дышал. Грудь и живот бывшего заслуженного работника органов правопорядка ходили словно у загнанной лошади.

– Доложите, пожалуйста, обстановку, – потребовал он у Ковровой-Водкиной.

– Нет, нет, Иван Степанович, вся обстановка у меня цела, – принялась горячо возражать Наталья Владимировна. – Украли не обстановку, а редкую книгу.

– Ясно, – приступил к делу Степаныч.

– Ты говори попонятней, – выразительно покосившись на Коврову-Водкину, посоветовала ему Филимоновна.

– Эти присутствовали? – указал Степаныч стволом на незнакомых ему людей.

– Дети тут, – величественно подтвердила Коврова-Водкина. – Они мои юные друзья.

– С друзьями юными тоже потом разберемся, – грозно пообещал членам Тайного братства Степаныч. – У меня к вам еще по краже в библиотеке вопросы имеются. Меня другие сейчас присутствующие интересуют, – буравил пронзительным взглядом княжескую чету сторож поселка Красные Горы.

– С обеда сидят, – опередив Коврову-Водкину, мстительно проговорила Татьяна Филимоновна. – Ради самой той книги к нам и явились.

Ноздри у сторожа затрепетали.

– Карманы вывернуть. Вещи из сумки на стол, – отрывисто отдал он команду княжеской чете.

– Что? Что? – совершенно оторопели те.

– Мы, между прочим, мой дорогой, иностранные подданные! – заверещал князь Пожарский. – Счастливо оставаться.

Супружеская чета двинулась было к выходу. Степаныч, однако, резво преградил им путь.

– Видели мы таких иностранных подданных. У меня в органах правопорядка один раз даже персидский шейх допрашивался. Верней, самозванец шейха.

– Давай-ка я, Степаныч, на кухню за газом сбегаю, – передался азарт Филимоновне. – Вдвоем нам их сподручнее будет удерживать.

– Как вы смеете! – гаркнула басом урожденная Борская.

– А вас, дамочка, попрошу помолчать! – осадил ее разом Степаныч.

– Вот и я! – печатая по-военному шаг, возвратилась в гостиную Филимоновна. В ее правой руке угрожающе поблескивал газовый пистолет.

– Что тут происходит? – вопрошала сбитая с толку Коврова-Водкина.

– Твои дворяне под подозрением, – громко ей объяснила Татьяна Филимоновна. – По поводу книги.

– Книги? Дворяне? – всплеснула руками Коврова-Водкина. – Это же урожденные Борские!

– Простите! – уже срывался от гнева голос Владимира Михайловича. – Я князь Пожарский.

– Кому бы другому дезу свою вколачивал, – прищурил глаза Степаныч. – Настоящие князья Борские здесь будут завтра в двенадцать ноль-ноль. У меня достоверная информация. Вас, Наталья Владимировна, эти двое ввели в заблуждение. Сейчас обыск произведем, а затем установим личность. Карманы вывернуть! Вещи из сумки на стол! – вновь приказал он княжеской чете.

– Владимир! Предъяви ему документы! – велела мужу княгиня.

Князь Пожарский принялся рыться в карманах кремового пиджака.

– Руки! – оглушительно рявкнул Степаныч.

– Без рук документов искать не привык, милейший! – топнул ногой от ярости князь.

Степанычу нечего было возразить. Он лишь усилил бдительность. Князь, оставив в покое пиджак, уже рылся в брюках.

– Нет, Сашенька, документов, – наконец драматически пропищал он. – Я их в отеле забыл.

– Интересное совпадение, – поправил фуражку на голове бывший работник органов правопорядка. – Кому сказано? Вещи на стол! Карманы наружу!

– Книга большая. В карман навряд ли влезет, – вмешалась Татьяна Филимоновна, – А ну, не балуй! – направила она газовый пистолет в глаза князю, который попытался выскользнуть на улицу.

Тот застыл на месте. Лицо у него сделалось темно-бордового цвета.

– По-моему, его удар сейчас хватит, – шепнула Настя на ухо Командору.

Тот приложил палец к губам. Он прекрасно знал, что Степаныча лучше сейчас не трогать. Поэтому главное сейчас не привлечь его внимание.

– Карманы не надо, – внял сторож совету Филимоновны. – Сумку!

– Прошу учесть, что вы нарушаете права человека, – сказала княгиня.

– Что тут происходит? – вновь спросила Коврова-Водкина.

– После узнаете, – ответил Степаныч.

– Тогда я звоню Анечке! Пусть она мне объяснит! – уже набирала номер хозяйка дома. В критических ситуациях она почти всегда обращалась к бабушке Димы и Маши. – Анечка! – услыхали ребята. – Умоляю! Скорее ко мне! Тут что-то страшное происходит!

– Ну, слава Богу! – шепнула Маша – С бабушкой нам Степаныч не страшен.

Остальные кивнули. Анна Константиновна, при всей мягкости и интеллигентности, в гневе метала громы и молнии. Сторожу Красных Гор это уже не раз пришлось испытать на себе, и он ее побаивался.

– Что случилось, Наталья Владимировна? – вошел в гостиную капитан Шмельков.

– Редчайшую книгу украли! – воскликнула та. – Дальнейшего я вообще понять не могу!

И она устало опустилась в мягкое кресло.

– Вот, Алексей, – с достоинством стал объяснять Степаныч. – Произвел предварительное задержание. До твоего приезда. Подозреваемых двое. Именуют себя княгиней и князем. То Борскими, то Пожарскими. Явные самозванцы. Сюда явились за той самой книгой.

– Погоди-ка, Степаныч, – схватился за голову капитан Шмельков. – Откуда явились? К кому?

– Бесценная книга! – возопила Коврова-Водкина.

– Мы князь и княгиня Пожарские. Приехали на конгресс из Милана, – вещал в унисон с ней пронзительным фальцетом князь Владимир Михайлович. – Считаю необходимым заявить вам как представителю власти. Вот этот субъект, – схватившись картинно за сердце, повернулся он к сторожу Красных Гор, – попирает наши духовные и гражданские права.

– Да вы сядьте, – смутился капитан.

– Благодарим, – сухо произнесла княгиня.

Ее муж без слов плюхнулся на диван. Степаныч продолжал в него целиться из двустволки.

– Опусти ружье, – нахмурился Шмельков.

– Воля твоя, – подчинился с большой неохотой Степаныч.

– Алексей Борисович! – простерла к Шмелькову руки Коврова-Водкина. – Отыщите, пожалуйста, мою книгу! Это бесценная память о Вадиме Леонардовиче!

– Будем стараться, – вынул блокнот капитан. – Только прошу: давайте-ка по порядку.

Тут наконец появилась Анна Константиновна.

– Наташа! – подошла она к Ковровой-Водкиной.

– Ах, Анечка! – вскочила с кресла хозяйка дома. – Мой рассудок уже отказывается что-либо воспринимать! Члены Тайного братства не выдержали и разом фыркнули.

– Ребята! – только тут заметил их капитан Шмельков. – Может, хоть вы объясните?

– Вот именно, – вновь оживился сторож. – Возьми, Алексей, у них показания. Они тут тоже в период кражи присутствовали.

– Ладно, Степаныч, сейчас разберусь, – устало махнул рукою Алексей Борисович. – Ну, ребята, давайте, – ободряюще улыбнулся он четверым друзьям.

Следующие полчаса ребята излагали капитану Шмелькову суть дела. Затем он побеседовал с хозяйкой дома, которая к тому времени была с помощью Анны Константиновны и успокоительного лекарства приведена в относительную форму. Князья тоже несколько успокоились и вспомнили, что в машине у них лежит сумочка с документами. Шмельков, удостоверив для порядка их личности, извинился за произвол Степаныча. После чего князья, клятвенно пообещав, что никогда больше не переступят порога этого дома и пределов поселка Красные Горы, уехали.

– Странные люди, – пожала плечами Коврова-Водкина. – Даже не попрощались со мной. Вынуждена признать, что я в них разочарована.

– Наконец, – пробормотала домработница-снайпер. – Сколько тебе твержу: ничего путного в этих дворянах нету.

И она вместе с газовым пистолетом удалилась на кухню.

– Ну ты, Степаныч, даешь, – покачал головой капитан Шмельков. – Так когда-нибудь международного скандала дождешься.

– Жизнь покажет, кто там чего дождется, – с недовольным видом ответил бывший работник органов правопорядка. – Я реагировал на ситуацию. И, между прочим, на месте был первым. Очень кстати тебе советую допросить вот эту компанию на предмет соучастия в краже, – указал он взглядом на ребят.

– Иван Степанович! – вмешалась Анна Константиновна. – По-моему, вашей бдительности на сегодня достаточно. Во всяком случае, я не позволю вам оскорблять порядочных детей!

– Пожалуйста, – тут же смешался доблестный сторож поселка Красные Горы, – тут дело Шмелькова во всем разобраться. А у меня своих дел полно. К завтрашней встрече законных владельцев нужно готовиться.

– Боюсь, ты им встречу уже оказал, – меланхолично заметил капитан Шмельков. – Дальнейшее явно отменится.

– Тут еще разобраться надо, те ли князья перед нами были, – никак не хотел Степаныч принимать очевидное.

– Так я уже разобрался, – хмыкну Шмельков.

– Будущее покажет, – ответил Иван Степанович.

И, повесив двустволку через плечо, он отправился восвояси.

– Ну, – оглядел капитан присутствующих. – Давайте теперь разбираться спокойно. – Кто, кроме князей, заходил?

– Вот, – простерла руку к ребятам Коврова-Водкина. – Мои юные друзья.

– Мы последними книгу и видели, – внес ясность Петька. – Она на столике оставалась раскрытой.

– А потом? – сделал пометку в блокноте Алексей Борисович.

– Потом все в сад вышли, – сказала Маша.

– А дверь на веранду открытой была? – решил уточнить капитан.

– Да, – хором отозвались четверо друзей.

– Значит, в принципе туда мог посторонний проникнуть? – насторожился капитан.

– Нет, – уверенно возразил Петька. – Пока мы рвали сирень, у меня эта дверь все время перед глазами была. Если бы на террасу кто-то поднялся, я бы сразу заметил.

– Так, – принялся снова писать в блокноте Шмельков, – В доме-то кто оставался?

– Татьяна Филимоновна, – улыбнулась Настя. – Она на кухне сидела.

– Значит, возле другой двери, – констатировал Алексей Борисович. – Ну, тут я спокоен. Мимо Филимоновны никто не проскочит. Что же получается? – вдруг растерянно обвел он глазами комнату. – Взять вроде некому, а книга…

Он осекся и быстро полез под диван.

– Может, ее и не крали? – донеслось оттуда тихое бормотание капитана. – Сдуло ветром, и все.

Настя захихикала. Том был объемный. Его мог сдуть со стола разве какой-нибудь смерч.

– Нету, – наконец вытащил голову из-под дивана порядком разочарованный капитан. – Ну поселок достался! С вами тут прямо хоть ясновидящим становись. Или за консультацией в «Третий глаз» обращайся, – вспомнил он популярную передачу о колдунах и паранормальных явлениях. – Ладно. Будем расследовать. Про что хоть книга-то эта была, Наталья Владимировна?

– Уникальнейшее издание, посвященное роду Борских, – выспренне отвечала хозяйка дома. – Незабвенный мой второй муж говорил, что даже в прежние времена, когда он приобрел эту книгу, она считалась букинистической редкостью. А ведь сейчас подобные вещи сильно подорожали. Вполне вероятно, теперь она стоит не одну тысячу долларов.

Ребята переглянулись. Их давно уже удивляла в Ковровой-Водкиной причудливая смесь безумия со здравомыслием.

– Выходит, – снова извлек из кармана блокнот капитан, – похищение с целью наживы.

– Живы? – воскликнула Наталья Владимировна. – Ну разумеется. Вы же их только что видели. Княгиня – прямая наследница Юрия Борского. Жаль, конечно, что в ней мало княжеского оказалось. Увы, сегодня мне это стало совершенно ясно.

Шмельков, тяжело вздохнув, задал новый вопрос:

– Какое там хоть содержание было, в книге-то?

– Все о доблестях и славе старинного рода Борских, – на сей раз расслышала капитана хозяйка дома. – Начиная с пришествия Рюрика и кончая последним владельцем Борского князем Юрием. И еще, – взгляд у Натальи Владимировны сделался вдруг задумчивым, – там был любопытный раздел. Легенды. Что-то мы в нем с Вадимом Леонардовичем читали о тайне усадьбы.

– О какой тайне? – выкрикнул Димка.

– Ах, молодежь! – всплеснула руками Коврова-Водкина. – В вашем возрасте романтика тайн – просто питательная среда! Я и сама такой же была.

– И что же за тайна, Наталья Владимировна? – быстро проговорила Маша. Она боялась, как бы Коврову-Водкину не унесло в какие-нибудь иные дали.

– Помнится, это была очень красивая история, – с мечтательным видом отозвалась та. – Главное, замечательным стилем написано. Мы с моим незабвенным Вадимом Леонардовичем просто упивались сочностью языка и образов. Он у меня был всегда большим знатоком изящной словесности. Помнишь, Анечка, – обратилась она к бабушке Димы и Маши, – как он читал нам Гомера на греческом!…

– А о какой тайне в книге было написано? – пытаясь спасти положение, перебил Петька.

– В том-то и дело, что совершенно не помню, – покачала головой Наталья Владимировна. – Я как раз сегодня хотела эту легенду князьям показать. Чтобы мы вместе с ними ее прочли. Но вот… Не успела. Хотя я теперь понимаю: они недостойны легенд. Не князья, а какие-то парвеню! – гневно блеснули глаза у Ковровой-Водкиной. – Настоящее свинство уехать не попрощавшись!

– Неужели совсем не помните? – попытал еще раз удачу Петька.

– Абсолютно! – отрезала хозяйка дома. – Вот найдет Алексей Борисович книгу, тогда и прочтете.

Ребята сникли. Капитан Шмельков тоже особого воодушевления не испытывал. Два преступления за двое суток в одном и том же поселке представлялись ему явным перебором.

– Пора мне, – поднялся он на ноги. – Скоро заеду еще.

Он помолчал и добавил:

– Надеюсь, что с результатами.

– Да уж, мой милый! – поднялась из кресла Наталья Владимировна. – Книга должна непременно ко мне вернуться! Собрание книг покойного мужа завещано мною Румянцевской библиотеке. И я хочу, чтобы России достались все ценные книги, которые услаждают ныне мой взор и ум!

– Я буду очень стараться, – совсем смутился Шмельков. – До свидания. Он поспешно скрылся за дверью.

– Мы тоже пойдем гулять, – двинулись к выходу из дома ребята.

– Да, да. Идите, – сказала Анна Константиновна. – А я еще поболтаю с Наташей, – подмигнула она украдкой внукам. Бабушка недвусмысленно намекала, что просто обязана успокоить «несчастную старуху».

Члены Тайного братства вышли на улицу.

– Неслабый визитик! – захохотал Петька. – Я чуть не умер от смеха, когда Степаныч взялся князей обыскивать.

– Мне было хуже, – сказала Маша. – Я и так еле сдерживаюсь, а этот, – ткнула она в бок Диму, – отвернулся и хрюкает.

– Ты первая начала, – возразил брат. – Кто ногами от смеха дрыгал?

– Я тоже дрыгала, – честно призналась Настя. – Особенно, когда князь Пожарский пищал о своих гражданских правах.

– Главное, что Степаныч так на нас и не переключился, – враз посерьезнел Петька. – Иначе бы выгнал и мы так ничего не узнали бы.

– Мы и так не узнали, – мрачно заметил Дима.

– Ты считаешь? – двинулся по направлению к собственной даче Петька.

– До него вечно как до жирафа доходит, – сказала Маша.

– А чему тут особенному доходить? – пожал плечами брат. – Про то, что какая-то тайна есть, мы и без Ковровой-Водкиной знали.

– Ничего нового. Думаю, наоборот, – с загадочным видом проговорил Командор.

– Ты о чем? – не поняли остальные.

– О том, что после сегодняшней кражи я уже убежден: обе книги взял один и тот же человек. Или одни и те же люди. Мало того, украл не случайно, а охотился за ними.

Члены Тайного братства прошли на Петькин участок и залезли в шалаш.

– Но зачем он за ними гонялся? – уселась на одну из диванных подушек Настя.

– Ты бы еще спросила, кто он такой? – усмехнулся Командор. – Если бы мы знали, зачем, то, по крайней мере, стало бы известно, где его или их искать.

– А у нас по-прежнему уравнение с почти всеми неизвестными, – уныло проговорил Дима.

– Зато с одним известным, – не разделил Командор меланхолии друга. – Правда, давно покойным.

– Ты про князя Борского? – заблестели глаза у Насти. – Вот кто был князь. Не то, что его родственники. Интересно, сгорел он в своей усадьбе или ему удалось спастись?

– Раз внучка в Италии, значит, и он туда уехал, – уверенно отозвался Дима.

– Так, по слухам, князь жену и сына раньше отправил за границу, – отчетливо помнила легенду Маша. – А сам еще оставался в усадьбе. Какие-то дела ему вроде нужно было уладить. Так что одно другому не мешает. Жена и ребенок уцелели, а он тут сгорел.

– А мог и не сгореть, – с надеждой произнесла Настя.

– Тебе-то какая разница? – немного заревновал Петька. – Сгорел он или нет, все равно уж давно в могиле. Хотя…

Командор осекся. Затем уже совсем другим тоном продолжал:

– Вообще-то нам это очень важно знать. Как я не догадался выяснить у княгини Пожарской?!

– Может, она Ковровой-Водкиной говорила? – подала идею рыжая девочка.

– Вполне могла, – обрадовался Петька. – Надо завтра ее расспросить. Заодно еще раз там все спокойно осмотрим.

– Да чего вам так жизнь этого Юрия Борского далась? – взглянул Димка на Петьку и Настю, словно на психов.

– Потому что, если он тут не погиб и какое-то время прожил где-нибудь за границей с родными, значит, они могут знать про тайну последнего плана, – ответил Петька.

– То есть ты хочешь сказать, что эти князья… – разом воззрились на Командора юные детективы.

– Именно! – подхватил тот. – Вполне вероятно, конгресс был для них только поводом. А явились они ради тайны.

– Значит, будут что-то искать, – подхватил Дима.

– А Степаныч в данном случае вроде в чем-то был прав, – пришел к неожиданному выводу Командор.

– Приехали, – проворчал Дима. – Может, вообще пойдем со Степанычем посоветуемся, как нам дальше вести расследование?

Вспомнив, как бывший работник органов правопорядка держал на прицеле двустволки княжескую чету, друзья засмеялись. Все, кроме Петьки, который с полной невозмутимостью произнес:

– Между прочим, книгу, кроме них, было украсть некому.

– Как же они это сделали? – продолжал веселиться Дима. – Методом телекинеза?

– Тогда это полная чушь! – голосом собственной бабушки отрезала Маша. У них вообще с Анной Константиновной было много общего.

– Знаете, прежде чем отвергать, вы бы лучше себе представили, как бы сами себя повели, если вам позарез нужна книга, а продавать ее не хотят, спокойно продолжал Петька.

– А ведь они действительно только за книгой и приезжали, – вспомнилось Насте. – И жутко обозлились, когда Коврова-Водкина отказалась ее продать.

– Наконец-то, – наградил одобрительным взглядом рыжую девочку Петька.

– Но украсть-то они никак не могли, – снова принялся возражать Дима. – Там Степаныч такое развел…

– А он разве их обыскивал? – с победоносным видом спросил Командор.

– Нет, – растерялись друзья.

– Ерунда, – отмахнулась Маша. – Куда они ее засунули? У княгини сумка была маленькая. Только такой псих, как Степаныч, мог заподозрить, будто туда можно книгу упрятать.

– Зато у князя живот большой! – грянул Дима. – Там книгой больше, книгой меньше… Без разницы.

– Да хватит вам! – уже начинал выходить из себя Командор. – Окна гостиной были все нараспашку. Верно?

– Да, – вяло подтвердили ребята.

– А окно с одной стороны выходит как раз туда, где князья машину поставили.

– Вот это Петька! – широко раскрыла огромные зеленые глаза Настя. – Княгиня же за сигаретами из сада в дом бегала.

– Дальше продолжать будем или и так понятно? – с горделивой улыбкой спросил Командор.

Всем было понятно. Старый, как мир, трюк: выкидываешь предмет в окно. Потом сам выходишь на улицу и подбираешь.

– А кто на улице подобрал? – спросила Маша.

– Тут есть два варианта, – отозвался Петька. – Могли сами после того, как Шмельков в дом вернулся. Взяли, потом уехали. А возможно, у них есть какой-то сообщник. Я, например, совсем не уверен, что эти князья сами ночью в библиотеку лазили.

– Да уж. С такой комплекцией, как у князя Пожарского, только по окнам лазить, – прыснула Настя.

Вдруг снаружи послышались голоса.

– Кого там еще несет? – поморщился Командор.

– Петька! Ты тут? – просунулись внутрь сразу две головы.

– Вова! Саша! – первой узнала Настя мальчиков из деревни Борки.

В конце прошлого лета члены Тайного братства с ними вместе расследовали тайну, связанную как раз с тем местом, где чернели развалины усадьбы Борских. Саша, ровесник Петьки, Димы, Маши и Насти, приезжал из Москвы на лето к дяде и тетке. Жили они с Вовой по соседству.

– Вот хорошо, вы тут! – пулеметной скороговоркой выпалил младший из мальчиков. – Там такое… такое… Вообще ща закачаетесь…

– Чуть понятней нельзя? – улыбнулся Петька.

– Можно, – отвечал Саша. – Там, в усадьбе, снова творится фантастика. Кто-то там ямы роет.

– Ямы? – переспросили друзья. – Какие?

– Глубокие! – выпалил Вова и, понизив голос, прошептал: – Это планетяне.

Глава VI НОВАЯ ЗАГАДКА

Какие еще планетяне? – уставился на младшего из мальчиков Дима.

– Инопланетяне, – очень серьезно поправил Вова. – Идем – светит, – снова затараторил он с бешеной скоростью. – Сашка в кусты. Я туда. Там прямо мелькание. Огни разноцветные. Мы ближе хотели, видим – погасло. И темнота. Мы – домой. А утром там яма. Мы с Сашкой к тебе. А вас нет. Хорошо, сегодня застали.

– Стой-ка, – схватился за голову Командор. – Можно помедленней? А то я сейчас рехнусь.

– Он медленней не умеет, – улыбнулся Саша.

– Тогда может быть, ты объяснишь, – с надеждой воззрился на него Дима.

– Давай, – согласился Саша. – В общем, так, – начал крайне неспешно он. – Мы тут с Вовкой в кино в Задоры намылились. Ну, попутно ребят повстречали из Вовкиной школы. Они после кино говорят: «Давай в дискотеку». У меня вообще танцы как-то мимо. У Вовки – тем более, – глянул Саша на младшего мальчика так, словно тот был грудным ребенком.

– Мимо! – немедленно отреагировал Вова. – Он стоит, как козел, у стенки под музыку топчется, а девчонок пригласить боится.

– Вот как дам! – замахнулся Саша.

– Ну, и что дальше было? – поторопил Командор.

– Дальше Вовка прилип к игровым автоматам, – продолжал обстоятельный Саша. – Сперва с ходу пятьдесят тысяч выиграл, а после их все продул и своих пятнадцать еще добавил.

– Ничего! – влез опять в разговор младший мальчик. – Я теперь систему схватил. Как деньги папаша даст, отыграюсь!

– Слушай, Вовка! – фыркнула Настя. – Ты с прошлого лета вроде еще скорость речи усилил.

– Ну! – горделиво повел головой мальчик.

– Скоро замедлитель будем к нему приделывать, – сказал Саша. – А то у меня от него в ушах звенит. В общем, мы там до двенадцати ночи заигрались. Местным задорским-то хорошо. Раз-два и дома. А нам с Вовкой пилить до Борков. Ну и решили мы по короткой дороге мимо развалин. До развалин доходим, Вовка как прыгнет! «Ты чего?» – спрашиваю. А он только пальцем тыкает, где дом. Я поглядел – огни какие-то разноцветные. Мелькают. А там, в развалинах, сами знаете: днем-то почти никого не встретишь. Мы с Вовкой кустами, кустами – и поближе. Огни все мелькают. Один вроде белый, другой – зеленый. Тут Вовка мне на ухо зашипел: «Тарелка! Тарелка!» Он на НЛО вообще чокнутый.

– Чокнешься тут! – выкрикнул Вовка. – Тарелки везде постоянно появляются. Ящик смотреть надо!

– Ладно! – поспешил согласиться Саша. – В общем, крадемся, а оно вдруг погасло. И тихо так стало. Прямо могила. Мурашки по коже. И у Вовки зубы стучат. Он первый к дому и дунул. Я за ним.

– И все? – были сильно разочарованы четверо членов Тайного братства.

– Фигля вам всем! – победоносно кликнул Вова. – Мы утром с Сашкой туда. А там – во!

И мальчик вытянул руку над головой.

– Не «во», а яма, – внес ясность Саша. – Земли накидано… Будто экскаватором рыли. А глубина… Мне с головой как раз будет.

Петька, Настя, Дима и Маша удивленно переглянулись.

– Ночью? Яму? – первым нарушил молчание Командор.

– Если бы одну, – отвечал Саша. – Там, возле развалин, теперь каждое утро по новой яме.

– В одной и той же стороне? – решил уточнить Петька.

– В одной! – энергично кивнул головою Вова. – Говорю же, инопланетяне, какой-то нам знак подают.

– Четыре дня – четыре ямы, – подхватил Саша. – И каждую утром находим. Как сегодня четвертую обнаружили, снова решили к вам.

– Пошли прямо сейчас смотреть! – готов был в любой момент нестись к развалинам Вова.

– Знаете что, пожалуй, действительно стоит, – принял решение Петька. – И чем скорее, тем лучше.

– Тогда чего мы сидим? – вскочили на ноги девочки.

Вова выбежал из шалаша первым и понесся к калитке. Остальные едва за ним поспевали.

– Может, немного убавишь свой реактивный двигатель? – проворчал наконец Дима.

– Ладно, – послушно замедлил шаг младший из мальчиков.

Ребята дошли до шлагбаума и сторожки Ивана Степановича. Затем, миновав пределы поселка Красные Горы, двинулись вперед по дороге. Метров через пятьсот они ступили на мост, под которым была старинная дамба. Слева от моста простирался огромный пруд князей Борских, обсаженный плакучими ивами. У этих деревьев была своя история: они были посажены вокруг берегов в середине прошлого века по приказу тогдашнего князя Борского после того, как юная дочь его утопилась в пруду от несчастной любви.

Пройдя мост, вся компания повернула налево. Теперь они шагали по дороге, ведущей к станции Задоры. По левую ее сторону тянулась деревня Борки. Справа был берег пруда.

– Ну, где ваши ямы? – спросила Маша.

– Говорят же: у развалин! – выпалил Вова.

Миновав бегом пруд, он свернул на старый разбитый тракт.

Теперь впереди виднелись развалины когда-то роскошной усадьбы. Дальше тянулся запущенный парк, за ним – давно не действующая часовня, на которую два года назад местный отдел патриархии водрузил золоченый крест.

То, что осталось после пожара от усадьбы, сперва хотели снести. Затем кто-то в Москве выяснил, что эта усадьба – памятник сельской архитектуры восемнадцатого века. Снос приостановили. Лишь куда-то бесследно исчезли мраморная отделка, резные двери, изразцы и прочее из того, что пощадил когда-то огонь. Вроде бы даже имелось постановление о реставрации дома Борских. Но годы и десятилетия шли, а усадьба по-прежнему мрачно чернела пустыми проемами окон.

Ребята подошли к дому вплотную. Тут царила особая атмосфера, какая бывает лишь вокруг давно заброшенных жилищ. То птица вылетит из пустого окна, то что-нибудь тихо ухнет или ветер пронесется со свистом по пустым комнатам с полуразрушенными перегородками. Будто бы духи прежних владельцев напоминают живым о себе.

– Грустно тут все-таки, – вздохнула Настя. Ей всегда было жаль этот дом.

– И комаров полно, – громко хлопнул себя по коротко стриженной голове Дима.

– Вечно ты все опошлишь, – с укором воззрилась на него Маша.

– Когда над ухом жужжат, мне лично не до романтики, – сосредоточенно выслеживал и уничтожал комаров ее брат.

– Пруд рядом, вот и комары, – спокойно подвел научную базу Саша.

– Плевал я на пруд, – не успокаивался Дима. – У меня от жужжания этих тварей все внутри протестует. Хоть бы кусались молча. И так голова болит.

Несколько раз громко хлопнув в ладоши, он уничтожил еще несколько крылатых вампиров.

– Неэкономно себя расходуешь, – серьезно проговорил Саша. – Сколько ни старайся, всех не перебьешь.

– Пошли где ямы, – поторопил ребят Вовка.

Свернув с тракта к бывшему парадному входу, по обе стороны от которого еще сохранился заросший бурьяном въезд для экипажей, друзья обомлели. Тут словно поработал гигантских размеров крот.

– Ни фига себе! – враз забыл о своей головной боли и комарах Дима.

– Слушайте! Может быть, тут реставрацию наконец начали? – предположила Маша.

– Вот, вот, – усмехнулся Петька. – И первым делом решили под эти развалины подкопаться.

– Ну, что-нибудь укрепляют, – сказала Маша.

– Кто ж тебе ночью работать будет? – вмешался Вова.

Представив себе, что под покровом ночной темноты тут трудится бригада строителей, все засмеялись.

– Значит, ты, Машка, хочешь сказать, что они вроде бы как сюрприз нам готовят: проснемся однажды утром, а дом как новенький, – громко заржал Дима.

Сестра ничего не ответила: ее версия и впрямь была малоправдоподобной.

– Да тарелки же! – снова затараторил Вовка. – Чего там раздумывать.

– Только орудия у них почему-то земные, – вдруг шагнул Петька к пышному кусту бузины.

В следующее мгновение он извлек из зарослей испачканную глиной лопату.

– Подумаешь, – расстроился Вова. – Мало ли тут валяется всякого.

– Нет, – пригляделся к лопате Петька. – Если бы она давно лежала в кустах, то была бы ржавой. А ее недавно затачивали, – провел он легонько пальцем по краю. – Острая как бритва! – отдернул он руку. – Значит, готовились долго копать.

– Вот тебе и инопланетяне, – кисло улыбнулся Саша. Ему было тоже жаль, что их тайна объяснялась так просто.

– А чего вы такие кислые? – почувствовал их настроение Командор. – Я, например, если бы это действительно оказались инопланетяне, был бы разочарован.

Вовка и Саша с изумлением на него посмотрели.

– А чего без тарелок-то остается? – пренебрежительно плюнул в сторону Вова. – Подумаешь, яму лопатой. Тут, к примеру, червей полно. Рыбак какой-нибудь их роет, и все.

Четверо членов Тайного братства покатились от хохота. Даже флегматичный Саша заулыбался.

– Вы чего? – обиженно выпятил нижнюю губу Вова.;

– Да так, – ответила Маша. – Червей конечно, удобнее всего как раз ночью копать. Их в темноте лучше видно.

– Пойду я! – повернулся спиной ко всей компании Вова.

– Не обижайся ты! – остановил его Петька. – Если хочешь знать, вы с Сашкой потрясающее открытие сделали.

– Да иди ты, – уже ничему не верил младший мальчик.

– Не пойду, – медленно проговорил Командор. – Значит, последняя яма появилась сегодня утром? – повернулся он к Вове и Саше.

– Ну! – подтвердил Вова. – Спозаранку ходили смотреть.

– В пять утра меня, чудик, поднял, – докрутил пальцем у виска Саша. – Мы же в саду сейчас спим, на раскладушках. Жарища-то. Вот этот меня и растолкал. Прибегаем, а там разрыто. И земля сырая.

И он ткнул пальцем в яму, которая была прямо напротив бывшего парадного входа. Юные детективы подошли к самому краю и глянули вниз. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: последнее из произведений ночного землекопа отличалось куда большей глубиной, нежели три предыдущих. В метре от поверхности начиналась кирпичная кладка. Она уходила вниз еще метра на полтора. Затем, похоже, неизвестный неутомимый труженик хотел под нее подкопаться.

– Была бы веревка, я бы спустился, – сказал Командор.

– А это что? – кинулась к другому кусту Маша.

Петька пошел за ней. Там валялся испачканный в земле толстый канат.

– Видишь, Вовка, какие инопланетяне твои любезные, – ехидно покосилась Маша на младшего мальчика. – Даже канат нам оставили.

Тот насупился, но ничего не ответил.

– Так, – уже привязывал Петька канат к стволу толстой березы. – Поглядим, до чего они там докопались.

– Не советую тебе туда лезть, – с ужасом посмотрел на дно ямы Дима.

– Спокуха, – подмигнул Командор. – У меня по канату всегда пятерка была.

Петька попробовал канат на прочность. Затем, опустив его на дно ямы, ловко заскользил вниз.

– Ну, чего там? – прокричал ему Дима.

– Погоди. Дай присмотреться, – не пожалев новеньких черных джинсов, пополз Командор по траншее.

На какое-то время он скрылся из виду. Затем вылез обратно и вскарабкался по канату на поверхность.

– Ну ты и измазался! – уставилась на него Настя. – Даже лицо в глине!

– Высохнет, отчищусь, – махнул Командор рукой. – Глину щетка хорошо берет.

– Лицо тоже собираешься щеткой чистить? – протянула Маша платок Командору.

Тот небрежно провел им по лицу и, глядя на Вовку и Сашу, быстро проговорил:

– Ну, ребята! Вы вроде такое тут засекли! Инопланетяне по сравнению с этим просто детский лепет. Теперь ясно: кто-то тоннель копает. Там под кирпичами подрыто, а потом снова каменная кладка. На ней я нащупал сколы. По-моему, этот ночной тип лопатой в камне дыру продолбить пытался.

– Значит, с отбойным молотком сегодня-ночью прибудет, – усмехнулся Дима.

– Кстати, вполне вероятно, – согласился с ним Командор.

– А зачем им тоннель-то? – не поняли Вова и Саша.

– В том-то и дело, что этого мы пока не знаем, – отвечал Петька. – Зато теперь вроде ясно, где есть возможность застукать преступника. Или его сообщников.

– Какого преступника?

– Каких сообщников? – одновременно воскликнули Вова и Саша.

Петька украдкой переглянулся с Димой, Машей и Настей. Те незаметно кивнули. Во время прошлогоднего расследования Вова и Саша великолепно себя проявили. И с той самой поры пользовались среди членов Тайного братства полным доверием.

– Сейчас все узнаете, – пообещал Командор мальчикам из Борков. – Только сперва еще одну вещь проверю.

Он завернул за угол дома. Там уже много лет зиял во внешней стене огромный пролом. Петька полез сквозь него внутрь. Там находился один из тайных ходов, который юные детективы однажды случайно нашли. Вова и Саша были тогда вместе с ними.

– Зря лезешь, – поспешил предупредить Петьку младший мальчик. – Забыл? Шмельков же там все намертво законопатил.

– Да помню, – уже изнутри ответил Командор и уверенным шагом направился туда, где был потайной ход в подземелье. И почти тут же крикнул: – Идите сюда!

Остальные тут же полезли в проем. Командор стоял, уставившись в одну точку. Едва взглянув туда, ребята вполне разделили его изумление. Кирпичи на том месте, где был тайный ход, алели свежими сколами. Рядом валялись лом и кувалда.

– Ни хрена себе! – подпрыгнул на месте Вова. – Мы ж с тобой, Сашка, сюда позавчера лазили.

– И что? – посмотрел Петька на мальчиков из Борков.

– Что-что, – снова затараторил Вова. – Нормально все было.

– Кто же кирпич-то тут наколол? – медленно произнес Саша.

– Кто рыл ямы, тот и наколол, – ответил Петька. – У них как раз со вчерашнего дня появился план подземелий.

– Хватит темнить. Рассказывай, – солидно потребовал Саша.

– Расскажу по дороге, – первым вылез из развалин Командор. – Сейчас самое главное поскорее свериться с планом. Там и решим, что дальше делать.

Пути от усадьбы до летнего штаба Тайного братства как раз хватило на то, чтобы поставить Вову и Сашу в известность о событиях, которые предшествовали сегодняшнему походу.

– Значит, мы их… У, сила! – выкрикнул Вова.

– Петька прав. Почище твоих тарелок будет, – отреагировал, в свою очередь, Саша.

– Ну их, тарелки, – уже был всецело захвачен новым делом Вова. – В них я могу и на компьютере поиграть.

– Работает? – полюбопытствовал Петька.

– А то! – горделиво ответил Вова. – Папаша мне за этот год новых игр накупил. И мышку.

Компьютер появился у Вовы прошлым летом в силу странного стечения обстоятельств. После того как совхоз, в состав которого входила деревня Борки, за нерентабельность приказал долго жить, Бовин отец, ветеринар по профессии, устроился кладовщиком в какую-то московскую фирму. Фирма полгода задерживала сотрудникам зарплату. Затем задолженность погасила списанной электроникой. Кладовщику достался вполне сносный персональный компьютер, который вот уже год вовсю эксплуатировал Вова.

– Так, – взглянул на часы Командор. – До ужина еще десять минут. Ну, пяток еще прихватим. Вы – в шалаш. Я мигом к себе в комнату. Надо план взять.

Миг, однако, продлился минут пятнадцать.

– За смертью тебя посылать, – проворчал Дима, когда наконец к ним влетел запыхавшийся Петька.

– Я что, виноват? – поправил пятерней растрепавшиеся черные волосы Командор. – Предкам на глаза попался. Мать сразу: «В каком ты виде! Немедленно переоденься!» Ну и пришлось.

Тут только друзья заметили, что на Петьке чистые джинсы и майка другая.

– Ладно, некогда, – вытащил Командор из кармана план князя Борского.

Все разом стихли. Теперь в шалаше слышалось лишь громкое сопение. Друзья склонились над планом.

– По-моему, я поняла, – первой заговорила Настя. – Смотрите, наше подземелье. Крестик у входа и крестик у выхода.

– Именно, – пробормотал Командор. – А вот самое главное: фонтан у парадного входа, а на нем – крест. Только теперь там нет никакого фонтана. Видимо, тот, кто там роет, приблизительно о расположении подземных ходов узнал. Откуда – пока вопрос. Потном ему удалось увести из библиотеки книгу с планом. И он в первую же ночь после кражи роет новую яму в том самом месте, где стоит крест на плане, который у нас. Из этого, во-первых, следует, что оба плана, как мы с вами и предполагали, идентичны. А во-вторых, что кому-то непременно нужно попасть в подземелье.

– Естественно, нужно, – подхватил Дима. – Стал бы он иначе такие ямищи рыть.

– И стену всю исколупал, – напомнил Саша.

– И то же сегодняшней ночью, – снова заговорил Командор. – Что снова доказывает: в библиотеку залез именно он.

– И там искал план или что-нибудь другое о подземельях в имении Борского, – добавила Настя.

– А книгу он у Ковровой-Водкиной зачем спер? – напомнила Маша.

– Точно, конечно, трудно сказать, – откликнулся Петька. – Но я пока уверен только в одном: преступник или преступники знают о чем-то, что спрятано в подземелье. Но им неизвестно, как в подземелье проникнуть!

– Нам хуже, – мрачно проговорил Дима. – Мы вообще ничего не знаем. Что искать? Где? Кто ищет? При чем тут книга Ковровой-Водкиной?

– Да уж, – вздохнула Маша.

– Кстати, ты, Димка, не прав, – вмешалась Настя. – У нас перед тем, кто роет, одно преимущество есть.

– Какое преимущество? – с большим скепсисом взглянул на рыжую девочку Дима.

– Такое, что мы в одно из подземелий Борских уже вошли. И знаем примерно, как открывать секретные люки и двери.

– В одно вошли, а их вон тут сколько, – ткнул Дима пальцем в лабиринт подземелий на плане.

– Ну и что? – стал возражать ему Командор. – Я о таких вещах много читал. Обычно в одних и тех же старинных домах секретные запоры устраивались по схожему принципу. Иначе владельцы бы сами запутались, как у них что открывается.

– Во класс! – едва не пробив головою крышу шалаша, подпрыгнул Вова. – Значит, мы их опередить можем!

– Думаю, да, – подтвердил Командор. – Во всяком случае, попытаться стоит. Завтра с утра пойдем последовательно по плану Юрия Борского.

– Петька! Ужинать! – донесся со стороны дачи голос Валерия Петровича.

Об ужине, конечно, до этого никто даже и не вспомнил.

– Иду! – крикнул Петька. – Вот что, – сказал он друзьям. – Надо нам ночью сходить к дому Борских. Думаю, они будут дальше сегодня искать. Вдруг мы их сегодня засечем. Хоть будет ясно, кто это.

– Ух, ты! – загорелись глаза у Вовки. Остальные тоже не возражали.

– Одеваемся, как всегда, в темное? – припомнила Маша опыт прежних ночных вылазок Тайного братства.

– Естественно, – кивнул Командор. – А я захвачу для всех черные маски. Они у меня в комнате спрятаны. По пути и наденем. Встречаемся ровно в двенадцать у ворот моей дачи. А вы, – обратился он к Вове и Саше, – ждите нас в четверть первого на повороте у пруда…

…Техника ночных уходов из дому у членов Тайного братства была давно отработана, и никаких трудностей тут не возникало. Важно лишь дождаться, пока старшее поколение уляжется. Но и тут особенных трудностей не было. Анна Константиновна ложилась в одиннадцать и к тому же принимала снотворное. Обычно ее до утра пушками не разбудишь. С родителями Петьки и Насти тоже в этом плане обстояло нормально. Мальчики из Борков вообще погожими летними ночами спали в саду. Словом, в четверть первого компания из шести человек, облаченных в черные джинсы и майки, свернула с моста на берег пруда.

– Давайте маски наденем, – скомандовал Петька. – Вот. Держите.

Друзья натянули в темпе на лица черные маски. Командор изготовил их еще прошлым летом из старых колготок Анны Константиновны.

– Видок что надо, – оглядел остальных Петька.

– Ты фонарик хоть взял? – полюбопытствовал практичный Саша.

– Да, – похлопал себя по карману Петька. – Только вроде и без него все видно.

– Точно, – согласился Саша. – Дело-то к равноденствию.

Ночи и впрямь как бы не было. Сумерки где-то после одиннадцати начинали сгущаться, но, так и не перейдя в настоящую темноту, сменялись рассветом.

– Конечно, если куда-то полезем внутрь, без фонарика не обойтись, – уже бодро шагал вдоль деревни Борки Петька. – А на улице лучше не зажигать. Только внимание привлечем.

– Хорошо, что нас сейчас много, – вырвалось у Димки.

Остальные промолчали. Димка выразил общие чувства. Членам Тайного братства уже приходилось бывать возле усадьбы Борских ночами. Но каждый раз, стоило свернуть от деревни на старый заброшенный тракт, у всех четверых по спинам начинали бегать мурашки. То ли слишком много мрачных легенд ходило в округе об этих местах, то ли близость старого кладбища действовала на нервы… В общем, все, включая и Командора, были рады, что нынешней ночью их стало на целых два человека больше.

Вот и заброшенная дорога к усадьбе наполовину пройдена. Еще немного, и друзья выйдут прямо к фасаду полуразрушенного дома.

– Так, – замедлил шаги Петька. – Если они у входа еще одну яму решили копать, нам надо поосторожней. Господи! – вдруг потянул он носом. – Что за кошмарный запах?

– По-моему, эти преступники труп старый из подземелья выкопали, – предположила Настя.

– От старого с такой силой не понесет, – солидно возразил Саша.

– Хватит вам, – передернуло Вову.

– Да вы успокойтесь, – тихо сказала Маша. – Это от Димки.

– Что с тобой? – повернулся к старому другу Петька.

– Это жидкость от комаров, – с оскорбленным достоинством домазывал руки тот. – Еще дедушкина. Ему в Сибири ее подарили таежные охотники, когда он туда в экспедицию ездил. Вот я перед тем, как в засаде сидеть, и намазался.

– Хоть бы предупредил заранее, – вздохнул Петька. – И как самому не противно?

– Зато комары не жужжат, – привел контрдовод Дима.

– Нас ты тоже скоро всех выморишь, – с укором изрекла Маша.

– Лучше туда поглядите, – ткнул пальцем в сторону дома Настя.

Едва глянув на разрушенный дом, ребята вздрогнули. В оконных проемах мерцали огни.

Глава VII АГРЕССИВНЫЙ ПРИЗРАК

Кто там? – прошептал Дима.

– Откуда я знаю, – не сводя глаз с оконных проемов, отозвался Петька.

– Тихо-то как, – испуганно прижалась к нему Настя.

– Подойдем поближе, – медленно двинулся вперед Командор.

Они прокрались на цыпочках к зарослям бузины. Теперь им было отчетливо видно: на первом этаже тускло мерцает свет. Будто там горело несколько свечей.

– Слушай, там кто-то ходит, – заметила Настя, как мимо оконного проема мелькнула тень.

– Они что, внутри тоже ямы рыть будут? – полюбопытствовал Дима.

– Нет, – серьезно ответил Саша. – Там лопатой не справишься. Пол-то каменный.

Ребята умолкли и вновь прислушались. Тишина. Даже ветер, который обычно дул со стороны пруда, сейчас утих.

– Не понимаю, – ткнул пальцем Петька в сторону дома. – Если они там шуруют, то хоть какие-то звуки должны доноситься.

– Да уж, – подтвердила Маша.

– Пошли в дом о Только тихо, – скомандовал Петька.

Стараясь не поднимать шума, вся компания на цыпочках двинулась вперед. Шли они друг за другом. Когда до дома оставалось совсем немного, Димка споткнулся. Впереди него шел маленький Вова. Димка, пытаясь удержать равновесие, схватился за него. Тот от неожиданности качнулся, и они в обнимку полетели в кусты. На их беду, там стояла старая железная бочка, к которой были прислонены лопата и еще какие-то инструменты для земляных работ. Раздался ужасающий грохот. Вовка взвыл от боли. Дима всей массой своего тела вдавил несчастного в заросли крапивы.

– Обалдели? – прошептал Петька.

– Жжет, – застонал Вовка.

– Лопаты чертовы, – выбираясь наружу, трещал кустарником Дима.

– Заткнитесь! – сквозь зубы прорычал Петька. – Из-за вас все пропало.

И он указал на окна. Все разом повернулись к дому. Свет в окнах погас.

– Терминатор и есть Терминатор, – не сдержалась Маша.

– Сказано ведь, заткнитесь, – пресек возможную дискуссию между близнецами Петька.

Впрочем, Димка и так молчал. Он чувствовал себя сейчас несколько виноватым. Хотя вообще-то считал, что все произошло из-за Вовы. Дом по-прежнему утопал в тишине. Похоже, никто не собирался преследовать ребят. Значит, огонь по идее скоро тоже вновь должен зажечься. Друзья выжидали. Вдруг Настя, стоявшая рядом с Петькой, вздрогнула и вцепилась ему в руку.

– Ты что? – посмотрел на нее мальчик.

Рыжая девочка, открыв рот, силилась что-то сказать, но голос ее не слушался. Петька проследил за ее взглядом и тоже замер. Из окна дома прямо на них плыла прозрачная фигура в белом. То ли в саване, то ли в подвенечном платье. Голова ее тускло мерцала во тьме.

Всю компанию охватил разом леденящий ужас. Петька почувствовал, как волосы на его голове становятся дыбом. Ноги же будто бы налились свинцом. Дыхание перехватило. Он силился оторвать взгляд от фигуры в белом, но не мог этого сделать. Словно бы был под гипнозом. Остальные чувствовали себя точно так же. Призрак неумолимо надвигался на них. С каждым мгновением ощущение ужаса возрастало.

– Княжна Вера! Утопленница! – исторг душераздирающий вопль Вова.

Ребята словно очнулись. И ноги, помимо их воли, понесли всю компанию прочь от развалин усадьбы.

Пришли в себя они лишь на мосту.

– Вы что-нибудь поняли? – ошалело уставившись на друзей, пропыхтел Командор.

– Чего понимать-то! – немедленно отозвался Вова. – Говорю же: княжна. Утопленница.

– Борская, что ли? – переспросила Настя. – Которая тут… в прошлом веке… – покосилась она с испугом на воду.

– Ну! – подтвердил младший мальчик. – Она прежде нашим часто являлась. И всегда с разными фокусами. Прабабка моя рассказывала.

– И чего ей там не лежится, – ткнул с осуждающим видом Димка в сторону кладбища, где еще сохранился старинный склеп Борских.

– Обижена на людей, вот и чудит, – солидно проговорил Саша.

– Жених у нее пропал, – снова затараторил Вова. – То ли сам, то ли папаша помог. Ему этот парень не нравился. Чересчур бедным был. Княжна Вера – в пруд. Там и утопла.

– Не понимаю только, при чем тут мы? – проворчал Дима. – Нас-то зачем пугать?

– Думаю, сейчас мы что-нибудь вряд ли поймем, – ответил Петька. – Нужно завтра прямо с утра еще раз туда наведаться. А теперь по домам. С меня на сегодня хватит.

Остальные тоже сегодня больше ночных приключений не жаждали. И с удовольствием разошлись до следующего дня.

…Наутро, едва позавтракав, близнецы забежали за Настей.

– Мне мать сегодня такую взбучку устроила! – пожаловалась рыжая девочка.

– Неужели засекла, что тебя ночью не было? – испугалась Маша.

– Да нет, – успокоила Настя. – Тогда бы вообще скандал начался. Она по поводу моего вида. Выгляжу, говорит, плохо.

– Будешь тут выглядеть, – пробубнил Дима. – Еще одна такая ночная встреча, и я лично вообще поседею.

– Пойдемте скорей. Петька наверняка уже ждет, – поторопила Маша.

Командор и впрямь уже сидел в шалаше, уткнувшись в какую-то книгу.

– Заходите, – махнул он рукой друзьям.

– Чем это ты так увлекся? – полюбопытствовал Дима.

– Да вот, – повернул книгу обложкой к старому другу.

– «Монстры. Привидения. НЛО», – прочитал вслух тот. – Ты же ее еще в прошлом году читал по другому поводу.

– Именно что по другому, – снова уткнулся Командор в книгу.

– Хочешь понять нашу вчерашнюю очаровательную княжну? – ехидно спросила Маша.

– Да не мешало бы, – отвечал Петька. – У меня уже кое-что интересное складывается.

– Тогда говори! – потребовал Дима.

– Сперва надо еще раз сходить на развалины, – захлопнул Командор книгу. – И чем скорее, тем лучше.

Покинув летний штаб Тайного братства, друзья поспешили на улицу.

– Это еще что такое? – поглядел вперед Петька.

Возле шлагбаума выстроилась весьма колоритная группа. Степаныч, облаченный в синий милицейский китель, галифе и фуражку с белым чехлом. Рядом – супруга Степаныча Надежда Денисовна с пережженным химией мелким барашком на голове. Затем – Евдокия Борисовна, бабушка Люськи Кузнецовой. И, наконец, седенький председатель правления Красных Гор, восьмидесятипятилетний Андрей Александрович, уже двадцать лет занимавший бессменно сей пост по той самой причине, что больше никто из жителей поселка не соглашался его сменить. Каждый из пятерых держал на руках, словно грудного ребенка, пышный букет цветов. У Степаныча, кроме того, на плече висела двустволка.

– Они же князей встречают! – вспомнилось Диме.

– Точно! – воскликнула Настя.

– Только боюсь, что зря, – скорбно по качал головой Петька.

– Зато вид впечатляющий, – совсем как Анна Константиновна, сощурилась Маша. – Караул у Букингемского дворца в местном масштабе.

Поравнявшись с процессией, друзья вежливо поздоровались.

– Посторонних прошу не мешать, – зверем глянул на них Степаныч.

– Ну зачем так, – проскрипел председатель правления. – Они наша молодая поросль. Пусть тоже встречают законных владельцев. Соберите букеты и становитесь рядом с Люсенькой.

Сторож поморщился. Он сильно подозревал, что Петька с компанией может каким-то образом испортить торжественный миг.

Возразить председателю он тем не менее не решился. Лишь проворчал что-то себе под нос и, достав из кармана платок, вытер красное от жары лицо.

– Снял бы ты свою форму, Ваня, – посоветовала супруга Надежда Денисовна. – Напечет ведь. Потом будешь сердцем страдать.

– Не положено! – рявкнул Иван Степанович. – Я на официальной встрече.

Четверо членов Тайного братства не удержались и фыркнули.

– Несерьезные вы ребята, – с укором посмотрела на них Евдокия Борисовна.

– Для таких никогда ничего торжественного не существует, – поддакнула Люська.

– Сказано проходите, – чрезвычайно ободрили бабушка с внучкой Степаныча. – Нечего вам крутиться среди серьезных людей, когда на уме одни глупости.

Ребята с большою охотой скользнули мимо шлагбаума и направились к дамбе.

– Не доверяют, – состроила скорбную мину Маша.

– Куда уж нам, – усмехнулся Петька. – Не заслужили. Я, кстати, больше всего опасался, что председатель и впрямь нас заставит встречать князей.

– Фиг с ними, – отреагировал Петька. – Меня сейчас больше интересует усадьба.

– Неужели действительно нам настоящий призрак княжны явился? – широко раскрыла глаза Настя.

– Похоже, что так, – шел, глядя под ноги, Петька. – Хотя сейчас в это слабо верится, – оглядел он залитые солнцем окрестности.

– Ты лучше вспомни, как нас вчера из усадьбы вынесло, – даже сейчас поежился Дима. – Будто на катапульте.

– Ну да, – подхватила Настя. – У меня было такое чувство, словно кто-то толкнул.

– И у меня, – разглядывала с моста пруд Маша.

Они пошли дальше. Вот наконец и усадьба.

– Сперва ямы проверим, – скомандовал Петька.

Друзья быстро пошли к фасаду. Ям со вчерашнего дня не прибавилось.

– Я думал, они торопятся, – был даже как-то разочарован Дима.

– Пошли Вовке и Саше расскажем, – посмотрела на Петьку Маша.

– Погодите, – остановил ее Командор. – Во-первых, мы тут еще не все посмотрели. А во-вторых, не надо сейчас устраивать толчеи. Лучше зайдем к ним позже, когда что-нибудь конкретное выясним.

Друзья согласились.

– Пошли внутрь, – двинулся Командор к дому.

Ребята пролезли в пролом и прошли все развалины. Однако там со вчерашнего дня вроде бы все так и оставалось. Во всяком случае, кроме прежних сколов на стене, они не нашли ничего подозрительного.

– Значит, и свет княжна Вера зажгла? – посмотрела Настя на Петьку.

– Наверняка, – ответил вместо Командора Дима. – Поэтому и следов не осталось. У привидений всегда так.

– Самое обидное, что мы так и не выяснили, кто и зачем эти ямы копал, – сказала Маша.

– Кстати, о тех, кто копал, – подхватил Командор. – Верней, чем копали, – уточнил он. – Пошли-ка посмотрим, куда Димка с Вовкой вчера нырнули.

Все быстро вышли из дома и направились к пышному кусту бузины.

– Вот тут, – с некоторой гордостью продемонстрировал остальным Димка место падения.

Петька обошел куст.

– Одного не понимаю, – сказал он. – Куда все подевалось? Тут одна только бочка. А ты, Димка, вчера про лопаты кричал.

– У него вечно так – свалится на ровном месте, а после рассказывает.

– Ничего я не рассказываю, – обиделся Димка. – Если не верите, можете у Вовки спросить. Тут две лопаты по меньшей мере было. И еще ломик. Он меня по ноге ударил. До сих пор больно, – потер он левую лодыжку.

– Значит, убрали, – похоже, обрадовался Петька.

– Кто, княжна Вера? – нервно захихикали остальные.

– Да нет, – отмахнулся Командор. – Я не призрак имею в виду. Сомневаюсь, что княжна лопаты с собой прихватила. А вот ночному труженику она так же, как нам, могла помешать.

– Скорей уж его отпугнули Вова и наш Терминатор, – фыркнула Маша.

– Ну, или так, – согласился Петька. – А потом он вернулся и инструмент свой унес.

– Представляю, как он отсюда драпал, – с довольным видом потер руки Дима.

– Главное, что он вряд ли теперь по ночам тут захочет трудиться, – сказал Командор. – А днем мы его быстро выследим.

– Естественно. Днем вообще лучше, – очень обрадовался Дима, что риск новой встречи с княжной будет сведен до минимума.

– Мы же вообще можем установить тут дежурство, – припомнила Маша опыт прежних расследований. – Разобьемся по парам. И Саша с Вовкой подключатся.

– Все-таки кто это может быть? – глядела куда-то вдаль Настя.

– Давайте-ка в темпе к Ковровой-Водкиной, – двинулся Петька по направлению к Красным Горам. – Надо ее как следует расспросить.

– О Юрии Борском? – загорелись глаза у Насти.

– И о нем, и об этих новых князьях, – ответил ей Командор.

Солнце нещадно палило. Грунт на старом тракте за несколько недель без дождей потрескался.

– Ну и жара, – отдувался на ходу Петька.

– И глаза слепит, – опустил низко голову Димка. – Надо было темные очки надеть. А это еще что такое?

Он замер как вкопанный. Маша на него налетела. Настя с ходу втесалась в Машу.

– Головку солнышком напекло, что ли? – спросила у Димы сестра.

Брат ответом ее не удостоил. Он резко нагнулся. И поднял с обочины сложенный вчетверо лист бумаги.

– Теперь субботник затеял, – сказала Маша. – По расчистке княжеской территории.

Димка тем временем развернул лист и вдруг завопил благим матом:

– Стой, Петька!

Командор, невозмутимо шагавший впереди, обернулся.

– Быстро сюда! – вновь заорал Дима.

– Он тут тебе немного макулатуры набрал! – совсем развеселилась Маша.

– Чем ржать, посмотрела бы лучше, – сунул под нос ей бумажку Дима. Маша лениво взглянула.

– Что-о? – изумленно выдохнула она в следующий миг.

– Что видишь, – торжествовал Дима. – «Макулатура».

Петька и Настя тоже склонились над неожиданной находкой. На листе белой бумаги был тщательно нарисован план подземных ходов.

– Видимо, он вчера быстро бежал от княжны, – хмыкнул Петька. – Даже план посеял.

– Иногда полезно, когда солнце глаза слепит, – был очень горд собой Дима.

– Ты сегодня просто герой! – похвалил его Петька.

– Удачно, что мы вчера с преступником не столкнулись, – заметила Настя. – Ведь по одной и той же дороге бежали.

– А ты помнишь, куда бежала? – оторвался от созерцания плана Петька.

– Вообще-то нет, – ответила рыжая девочка. – Я только возле пруда очнулась.

– Думаю, что и с нашим ночным тружеником произошло то же самое, – сказал Петька. – Иначе бы он свои копии планов не разбрасывал по округе.

Петька взял у Димы план и, аккуратно сложив его, сунул в карман джинсов.

– Сейчас идем к старухе Ковровой-Водкиной, – двинулся он вперед. – Потом надо сопоставить два плана. Уверен: это тот самый, из книги, перерисованный…

…По случаю жаркого утра дверь веранды на даче Ковровой-Водкиной была распахнута настежь. Наталья Владимировна, облаченная в розовый пеньюар, вкушала завтрак. Домработница-снайпер, устроившись напротив нее за столом, с возбуждением излагала последнюю новость:

– Степаныч-то наш обломался! Он там с цветами. Делегацию сколотил. Ну, и эти ваши, Владимировна, на своей синей тачке подкатывают. Степаныч глянул и как заорет: «Самозванцы!» Тут жирный князь прямо в краску. Визжит. И Степанычу документ под нос тычет. Наш председатель с Денисовной Степаныча за обе руки оттаскивают, а он ни в какую. «Документ, – говорит, – поддельный. На экспертизу, в милицию!» Ну, тута все на него навалились, а князья ваши, Владимировна, прямиком проехали в библиотеку. Вроде бы как к своему владению в прошлом.

Ребята как раз поднялись на веранду и оттуда прекрасно слышали весь этот монолог. Девочки корчились от беззвучного хохота.

– Какой кошмар! – донеслась до членов Тайного братства реплика Ковровой-Водкиной. – О-о! Мои молодые друзья! – встретила радостно юных детективов хозяйка дома. – Слыхали, какой конфуз случился с Иваном Степановичем? – по-прежнему находилась она под впечатлением от рассказа Филимоновны…

– С твоими князьями мы скоро туг все конфуза хлебнем, – буркнула Филимоновна.

– Это еще почему потом? – не расслышала Наталья Владимировна. – Я имею полное право поделиться новостью! – властно взглянула она на приходящую домработницу.

– Делись ты, чем хочешь. Мне-то что? – побрела Филимоновна в сторону кухни.

– Замечательный человек, – выждав, когда за ней захлопнулась дверь, заговорщицки произнесла Наталья Владимировна, – только вот стала в последнее время очень обидчивой. Видимо, возраст сказывается. И еще, – понизила голос хозяйка дома. – По-моему, бедная моя Татьяна Филимоновна плохо слышит. Я уже с Анечкой, вашей бабушкой, – посмотрела хозяйка дома на Машу и Диму, – пыталась советоваться по этому поводу. Хочу в какой-нибудь деликатной форме подарить Татьяне Филимоновне слуховой аппарат, но Анечка почему-то мне не советует.

– Наверное, не надо, Наталья Владимировна, – опустив низко голову, простонал Дима.

– Как, как? – переспросила та. – Вы почему на пол смотрите? Что-то упало?

Друзья к этому моменту уже сумели взять себя в руки.

– Нет, не упало, – ответила Настя. – Нам показалось.

– Ну конечно, война сказалась, – с большим апломбом изрекла Наталья Владимировна. – На фронте всегда такой грохот, взрывы! Подобные вещи на слух очень дурно влияют.

Друзья поневоле вновь опустили головы.

– Да что там вас так привлекло? – уже начала раздражаться хозяйка дома.

Она наклонилась над полом. Это было большой удачей. У друзей появилось время, чтобы справиться с новым приступом смеха.

– Пол совершенно чистый, – наконец выпрямилась хозяйка дома. – Татьяна Филимоновна сегодня утром вымыла.

– Наталья Владимировна! Мы хотели у вас спросить, – опасаясь, что речь снова зайдет о потерянном слухе домработницы-снайпера, быстро проговорила Маша. – Вам князь и княгиня Пожарские не рассказывали о судьбе дедушки?

– Пожарские? – гневно блеснули глаза у Натальи Владимировны. – Слышать больше о них не желаю! Вот уж действительно выродились! Никакого дворянского благородства!

– Да, да, Наталья Владимировна! Вы совершенно правы! – изо всех сил старалась спасти положение Маша. – Нам они тоже совсем не понравились!

– Ноги их не будет у меня в доме! – бушевала Коврова-Водкина.

– Но Юрий Борский, наш бывший князь, совсем ведь другим был, – прибегла к новой уловке Маша.

– Юрий Борский – другое дело, – разом сменила гнев на милость Наталья Владимировна. – Это был воплощенный аристократизм и такт, – добавила она с таким видом, будто бы они с князем водили дружбу или, по крайней мере, когда-то встречались.

– Так ведь мы про него и хотим вас спросить, – пришел Дима на помощь сестре.

– Про него сколько угодно! – отвечала хозяйка дома. – А о Пожарских прошу больше в моем присутствии не упоминать.

– Но нам придется, – вмешался Петька. – Только во имя памяти Юрия Борского, – быстро добавил он.

– Ну, ради этого я, так и быть, потерплю, – смилостивилась Наталья Владимировна.

– Нас, собственно, вот что интересует, – начала Маша. – У княгини Пожарской не спрашивали, ее дедушке удалось за границу уехать?

– Какое там! – приняло горестное выражение лицо Натальи Владимировны. – Все же знают: он трагически погиб у себя в усадьбе от рук разбушевавшейся черни! Хотя… – осеклась она. – Пожарские мне об этом ничего не говорили. Куда им помнить о дедушке! У них на уме одни практические соображения.

Друзья украдкой пожали плечами. Похоже, все их старания прошли впустую. Мало того, что они не узнали ничего нового, так придется еще выслушивать рассуждения Ковровой-Водкиной о низком моральном облике князей Пожарских. Все четверо уже лихорадочно изобретали предлог для ухода, когда Наталья Владимировна вдруг сказала:

– Они думают лишь об аренде имения. Вроде даже уже условились с областной администрацией, что им передадут Борское. И они его за свой счет восстановят. И архитектора наняли. Он разрабатывает проект реставрации.

– Архитектора? – подскочил Петька на стуле.

– Именно, – саркастически изогнулись губы Ковровой-Водкиной. – Кого-то из молодых, да ранних. Он в имение, по словам Пожарских, еще во время конгресса наведывался.

Четверо членов Тайного братства переглянулись. Теперь они точно знали: у Пожарских есть сообщник.

Глава VIII ПОДОЗРЕВАТЬ БОЛЬШЕ НЕКОГО

Вырваться от Ковровой-Водкиной друзьям удалось лишь через четверть часа. Да и то лишь благодаря тому, что Филимоновна категорически потребовала внимания хозяйки по поводу каких-то срочных домашних дел.

– Быстро к Ниночке, – проговорил уже на улице Командор. – Князья, наверное, еще там.

Они направились к центру поселка и запетляли по переулкам.

– Интересно, когда-нибудь дождь пойдет? – расстегнул рубашку Дима. – Дичайшее пекло.

– Даже прогулочники наши вымерли, – бросила взгляд на пустую улицу Маша. – Одна наша бабушка еще держится.

Прогулочниками ребята называли первое поколение дачников, которые по старой привычке утром и вечером непременно выползали на променад. Среди них сколотилось несколько группировок, как правило, между собой не пересекавшихся. За последние дни все группировки, однако, сдались. Разве что выходили попозже вечером, когда жара немного спадала.

– Чем о прогулочниках, лучше давай о деле, – сказал Командор. – Нам из Пожарских надо побольше вытянуть о Юрии Борском. Тут я, Машка, больше всех на тебя надеюсь. Надо же так Коврову-Водкину раскрутить. Я думал, мы вообще ни с чем от нее уйдем.

– Это Машка умеет, – прорезалась вдруг фамильная гордость в Диме. – Любому задурит мозги. Потом вообще невозможно вспомнить, с чего разговор начался.

– Спасибо тебе, дорогой, – тут же откликнулась сестра. – Послушать тебя, я вообще какая-то аферистка.

– Да нам сейчас это как раз и надо! – думая только о предстоящей беседе с Пожарскими, изрек Командор. – Ты уж, пожалуйста, постарайся.

– Есть! – вытянулась во фрунт девочка. Петькино одобрение было ей очень приятно.

– Что-то мы о велосипедах забыли, – первой свернула Настя в узенький переулок, за которым находилась библиотека. – На них все-таки быстрей. Тем более, такие расстояния приходится преодолевать.

– В такую жару нельзя, – немедленно запротестовал Дима. – На сердце слишком большая нагрузка.

– Его надо вообще в барокамеру, – убежденно проговорила Маша. – Там даже дышат за человека. И совершенно никакого напряжения. Но на велосипедах действительно как-то сейчас не хочется, – неожиданно поддержала она брата.

– Типичная женская логика, – проворчал тот.

Ниночка стояла у входа в библиотеку. Вид у нее был встрепанный.

– Вот вам я всегда рада, – увидев членов Тайного братства, сказала она.

– А кому не рада? – полюбопытствовал Петька.

– Тем, кого только что унесло, – с не свойственной ей недоброжелательностью ответила библиотекарша. – Лучше пойдемте внутрь. Не хочу тут распространяться.

Друзья переглянулись и послушно последовали за Ниночкой в охотничий домик. Ей явно надо было с кем-нибудь поделиться.

– Князья-то были? – полюбопытствовал Петька, едва они оказались в главном помещении библиотеки.

– Лучше бы не были! – в сердцах воскликнула Ниночка. – Я так готовилась. Так старалась. А они пришли надутые, злые какие-то.

Тут Петька украдкой подмигнул друзьям. Чета Пожарских им и самим не слишком-то нравилась. Однако, учитывая прием, который им два дня подряд оказывал бывший заслуженный работник органов правопорядка, раздражительность их можно было понять.

– Князь этот толстый ходит, пищит что-то сквозь зубы, – продолжала Ниночка. – Я, правда, сама тут немного подпортила, – виновато улыбнулась она. – Только князь поздоровался, меня прямо смех разобрал. Надо же. Такой огромный, а пищит, как девчонка.

– Да. Голосок у него что надо, – подтвердил Командор.

– Ну, я кое-как с собой справилась и приглашаю их чай пить, – рассказывала дальше Ниночка. – Сережа мой утром специально в Москву за пирожными ездил по этому поводу. Княгиня как рявкнет: «Не до чая нам, милочка, ужасный дефицит времени!» И потребовала, чтобы я им книги дедушки показала. Я их сперва в архив веду. Смотрите, какой у меня там порядок.

Ребята и Ниночка пошли в закуток, где совсем недавно разбирали личный архив Юрия Борского. Едва взглянув, они охнули. Стеллаж был починен. На нем аккуратно стояли тетради, конторские книги, географические атласы и прочее из того, что переписала Маша. На полках белели картонные таблички с надписями.

– Когда ты успела? – издал изумленный возглас Дима.

– Да вот, – развела руками Ниночка. – А они даже не поинтересовались. Княгиня глазами скользнула. А потом говорит: «Это какая-то ерунда. Нужны нам старые конторские книги. Мы с князем пришли ознакомиться с библиотечным собранием дедушки». Я их – в большую комнату. Княгиня спрашивает: «Какие-нибудь издания по истории нашего рода есть?» Я им картотеку в руки. А она посмотрела и как закричит:

«Мало! Дедушка говорил, у него огромная библиотека была. Эти варвары из поселка все наше имущество растащили по своим дачам!» С тем и отъехали в свое это… как там… – запнулась Ниночка.

– Родовое гнездо, – подсказала Настя.

– Вот, вот, – дрогнул от обиды голос у библиотекарши.

– Да не расстраивайся! – начал ее утешать Командор. – Они тут всех уже обхамили. Коврова-Водкина вообще теперь о них слышать не хочет и…

Петька задумался, кого бы еще привести в пример. Тут Димка, гневно сверкнув глазами, внес недостающий штрих:

– Я тоже этого князя терпеть не могу. Он говорит, что мы захватили его землю.

– Он весь наш поселок считает вроде как вражескими оккупантами, – подхватила Маша.

Ниночка засмеялась. Ребята ей улучшили настроение.

– Так, значит, тебе внучка князя говорила, что ей дедушка о библиотеке своей рассказывал? – решил уточнить Петька.

– Да, – подтвердила Ниночка.

– Значит, князь Борский остался жив! – вырвалось у Насти.

– Да нет, – покачала головой библиотекарша. – Теперь уже, вероятно, умер.

– Естественно, – поторопился ответить Петька, одновременно делая рыжей девочке знаки, чтобы она больше не выступала.

– А они в своем родовом гнезде собирались долго пробыть? – полюбопытствовала Маша.

– Мне не докладывали, – вновь впала в уныние библиотекарша. Любое упоминание о князьях было ей неприятно. – Сели в машину и уехали. Даже толком не попрощались.

– Это у них такой княжеский ритуал, – вспомнила Маша, как княжеская чета покидала дачу Ковровой-Водкиной.

Командор в это время, ловя взгляды друзей, постукивал по часам у себя на руке.

– Димка! Мы же совсем забыли! – первой отреагировала на призыв Настя. – Ваша бабушка нас просила буфет передвинуть в столовой.

– Когда? – не дошло до Димы. – Я что-то не помню.

Маша, сидевшая рядом, немедленно ущипнула его.

– Ты что? – взвыл брат. – Больно же.

– Совсем перегрелся, – состроила скорбную мину Маша. – Пошли скорей. Бабушка ждет.

– Да, да. Ведь она нас скорей просила, – видя, что Димка хочет вновь вступить в спор, громкой скороговоркой произнес Петька, – Ты извини, Ниночка. Мы попозже сегодня зайдем. Или завтра.

– Приходите, когда захочется, – ответила библиотекарша. – Я всегда вам рада. Друзья быстро вышли на улицу.

– Вы что, действительно собрались буфет двигать? – заклинило Диму.

– Не пойму, ты у нас больной или просто прикидываешься? – покрутила пальцем у виска Маша. – Сам, что ли, не понимаешь, если бы мы еще остались у Ниночки, то князей бы профукали.

– Так сразу бы и сказали, – надулся Димка. – А то чушь какую-то порете.

– Пошли, – уже повернул Петька на улицу, которая вела прямо к шлагбауму. Командор знал: Димка иногда впадает в кратковременный интеллектуальный ступор, и спорить с ним в таких случаях бесполезно.

Синий автомобиль князей Пожарских стоял на обочине у поворота к развалинам. Видимо, «законные владельцы» не решились ехать по старому разбитому тракту.

– Ты только, Дима, больше в споры не вступай с князем, – предупредила Маша.

– Нужен он мне, – поморщился брат. – Мне с ними обоими и так все ясно.

Они подошли к дому. Изнутри слышались резкий фальцет князя и басовитые реплики урожденной Борской.

– Там, – с довольным видом пробормотал Петька.

Друзья вошли в проем бывшего парадного входа. Широкоплечая Александра Сергеевна в джинсах с помочами, клетчатой рубашке и джинсовой кепочке с длинным козырьком бродила с рулеткой между полуразломанными внутренними перегородками дома и что-то непонятное измеряла. Князь тоже в джинсах, болтавшихся под животом, и ярко-зеленой майке, на которой крупными черными буквами было по-английски написано: «Дьявол меня надоумил», стоял посредине прихожей, картинно сложив на груди руки.

– Действительно, только дьявол мог надоумить его одеться в такую майку, – шепнула Настя на ухо Командору.

– Заткнись, – хихикнул тот. Вид славного князя Пожарского и без Настиных комментариев безумно его смешил.

– Здравствуйте! – выйдя вперед, громко воскликнула Маша.

– Вам еще что тут понадобилось? – с раздражением взвизгнул князь. Зеленая майка с дьявольской надписью бурно заколыхалась на его животе.

– Какое счастье! – не давала ему опомниться Маша. – Мы так давно с друзьями мечтали! Законные владельцы Борского снова в своем родовом гнезде! Дворянская честь этих мест возрождается! Земля задышит корнями предков! – подхваченная вдохновением, несла девочка велеречивую чушь. – Александра Сергеевна! Владимир Михайлович! Простите великодушно, что мы отрываем вас от общения с руинами предков, но мы и мои друзья не могли упустить столь важный момент.

– О да! – понимая, что Машка вот-вот иссякнет, подхватила Настя. – Когда мы узнали, что вы собираетесь восстанавливать усадьбу, то бросились тут же сюда, чтобы выразить вам свое восхищение!

Надменное лицо князя Пожарского вдруг расплылось в улыбке. Сицилийского вида княгиня, оставив свои измерения, подошла к мужу. Теперь они слушали вместе. Маслянисто-черные, как южная ночь, глаза княгини блестели. Петька тут же сообразил, что успех девочек следует закрепить, и, будто бы заразившись вдохновением от Маши и Насти, воскликнул:

– Только вы, княгиня! Только вы, князь! Только слава двух ваших фамилий! («Боже мой! – пронеслось в голове у Петьки. – Что я несу?») Только природный вкус и такт, которым вы оба отличаетесь, – почти автоматически продолжал шпарить Командор вслух, – позволит восстановить во всем блеске усадьбу Борского!

Княжеская чета уже просто сияла. Петька умолк и выразительно глянул на девочек. Маша, поняв, что снова настала их очередь, уже раскрыла рот, когда в дом осторожно прокрались Вова и Саша. Они разыскивали членов Тайного братства.

– Делегация от потомков ваших крестьян из деревни Борки! – вдруг прорвало Диму.

– Каких крестьян? – возмутился Вова.

– Молчи, – шикнул Петька. – И тихо. После все объясним.

Вова в растерянности умолк.

– Идите, идите сюда, ребятишки, – с барственной благосклонностью пропищал князь. – Видишь, моя дорогая, – словно держал речь перед армией, которую собирался послать в атаку. – Духовное возрождение уже ощутимо среди детей. И наши юные друзья, – простер он картинно пухлую руку к ребятам, – красноречивое тому доказательство.

Князь Пожарский вскинул голову. Стремясь обозреть получше сцену торжественной почтительности, он вальяжно попятился назад, наступил на давно прохудившееся ведро и, крепко выругавшись по-итальянски, полетел на пол.

– Владимир! – вскрикнула басовито княгиня и кинулась его поднимать.

Судя по той легкости, с которой ей это удалось, друзья поняли, что наследница Юрия Борского обладает не только рельефным телосложением, но и хорошей мускулатурой. Огромный князь взлетел вверх как перышко, затем был бережно поставлен на ноги.

– Ты не ушибся? – заботливо осведомилась жена.

– Разве только совсем чуть-чуть, – демонстрировал князь рыцарскую стойкость к физической боли.

Затем он картинно откинул ногою в сторону предательское ведро и, выдавив из себя произвольно веселый смех, произнес:

– Вот такие, детишки, бывают смешные истории.

Торжественная часть была на этом явно завершена. Друзья поняли, что надо приступать к самому важному.

– Александра Сергеевна, – начала вкрадчиво Маша. – Нас очень судьба вашего дедушки интересует.

– Похвально, – пробасила княгиня. – Историю лучших людей родного края всегда следует знать.

– Именно, – поддакнул колоратурным сопрано князь. – Это будет способствовать развитию вашего духовного мира. А то тут вчера один нахал мне вдруг заявил, будто бы жители вон тех дач, – небрежно ткнул пальцем Владимир Михайлович в сторону Красных Гор, – вовсе и не захватывали земель моей жены. Настоящее хамство, взошедшее на плодах невежества!

– Я не… – дернулся было в бой Димка, но бдительная сестра вовремя наступила ему на ногу.

– Заткнись, – прошептала она, – Не узнали тебя, и будь доволен.

Князь и впрямь в Димке своего обидчика не признал.

– Вы согласны со мной, молодой человек? – глядя прямо ему в глаза, продолжал он.

– О! Естественно, – сам себе удивляясь, пропищал Димка точно таким же фальцетом, как князь.

Юные детективы и Вова с Сашей не удержались от смеха.

– Да, да! – по-своему расценил причину их веселья князь. – Невежество и отсутствие воспитания неизменно смешны!

И он вновь, выдал руладу натужного смеха.

– Дедушка ваш вроде тут погиб? – выждав, когда унялся приступ веселья, спросила у княгини Настя.

– Тут? – удивленно посмотрела на нее Александра Сергеевна. – Отнюдь, – покачала она головой. – Дедушка умер в тысяча девятьсот пятьдесят четвертом году. Почил спокойно в своей миланской квартире. И до последних часов вспоминал Россию и наше имение.

Княгиня умолкла и обвела скорбным взглядом развалины.

– Хорошо, что он этого не увидел, – пискнул князь Владимир Михайлович. – Его сердце надорвалось бы раньше от этого вандализма. Я и сам-то… – принялся щупать он пульс. – Дорогая, вроде опять давление, – перевел он взгляд на жену.

– Разволновался! – рявкнула та. – Сейчас дам лекарство.

Она полезла в большую сумку, стоявшую у входа в дом. Оттуда были извлечены таблетки, минеральная вода и пластиковый стаканчик.

– Может, пойдем? – шепнула Командору Настя, пока князь сосредоточенно работал над улучшением здоровья.

– Подожди, – едва слышно ответил тот. – Я еще одну вещь хочу выяснить.

Толстый князь, усевшись за неимением лучшего на перевернутое ведро, о которое так некстати споткнулся, медленно оживал. Большой палец его вновь лежал на пульсе. Взгляд был прикован к секундомеру. А на лице царила такая сосредоточенность, будто Владимир Михайлович прислушивался к голосам предков Александры Сергеевны.

– Ну, вроде получше, – оставил он наконец в покое пульс.

И тогда Петька задал новый вопрос:

– Александра Сергеевна, вы не знаете, как удалось убежать вашему дедушке?

– Убежать? – поджала губы княгиня, – Мой дедушка никуда не бежал. Они просто уехали вместе с моей бабушкой и моим отцом. Перед самой революцией.

– А мы слышали, что ваш дедушка оставался тут, – сказала Настя.

– Очень советую вам не питаться ложными слухами! – с явным раздражением пробасила княгиня.

Лицо князя Пожарского почему-то вдруг тоже скривилось от гнева. И, совершенно противореча недавним своим утверждениям, он злобным фальцетом выкрикнул:

– Советую вам вообще поменьше копаться в чужих семейных историях!

– Но вы же говорили, что мы должны изучать историю рода Борских, – немедленно разыграл изумление Петька. Князь Владимир Михайлович побагровел и снова схватился за пульс. Княгиня Александра Сергеевна кинулась к сумке.

– Ну, мы пойдем, – заспешили ребята.

– Да, да, – на ходу отмахнулась княгиня.

Князь демонстративно от них отвернулся и ничего не ответил.

Впрочем, друзья удалились с большим удовольствием.

– Ну, вы даете, – уважительно поглядел Саша на членов Тайного братства. – Как где-то окажетесь, там обязательно что-нибудь.

– Точно! – радостно выпалил Вова. – Толстяка-то как довели!

– Это мы можем, – хмыкнул Дима.

– Главное, мы про бегство сумели ввернуть, – удовлетворенно потер руки Петька. – Видели, как они сразу сникли. Я, в общем, так и предполагал. Но теперь мы зато точно знаем: они хотят скрыть, что Юрий Борский сбежал через подземный ход.

– Поэтому врали, что он вместе с семьей в Италию укатил, – сказал Димка.

– А может быть, правда так было? – не торопилась Настя уличать во лжи княжескую чету.

– Фигля! – выкрикнул Дима. – Полный свистеж. Погиб Юрий Борский или не погиб, тут никто наверняка не знал. А вот что он после отъезда семьи еще оставался тут, в Красных Горах, давно каждому дураку известно.

– Откуда? – не поняла рыжая девочка.

– Тут ведь его бывший кучер работал, – напомнил Петька. – Вот он и рассказывал, что князя перед пожаром привез из Москвы в имение.

– И у нас в Борках то же самое от покойных стариков знают, – вмешался Вовка.

– Как от покойных? – остолбенел Дима. – Они что, с того света сигналы вам подают?

– Да нет, – отвечал ему младший мальчик. – Раньше, пока были живы, рассказывали.

– Видите, – отозвался Петька. – А князья Пожарские с ходу принялись врать. И еще порекомендовали нам не копаться в чужих семейных историях. А главное, у нас есть недостающее звено.

– Ты имеешь в виду архитектора? – посмотрела на Командора Настя.

– Ну да, – кивнул головой тот. – Сколько мы ни крутили, все нити сходились к чете Пожарских, только они в таком деле никак бы не обошлись без сообщника.

– Это уж точно, – усмехнулась Маша. – Князю Пожарскому таких ям не нарыть.

– Зато жена его помощней вроде будет, – деловито заметил Саша.

– Нет, – отверг подобное предположение Петька. – Княгине тоже не справиться с ямами. А вот молодому архитектору это вполне по силам.

– Тем более, нам же Коврова-Водкина говорила, что он по поручению Пожарских еще во время дворянского конгресса сюда приезжал, – вспомнилось Насте.

– Как раз когда появились первые ямы, – подхватил Дима.

Они дошли до моста.

– С нами в шалаш пойдете или сейчас по домам, а встретимся позже? – обратился Петька к мальчикам из Борков.

– Нам вообще-то обедать пора. Уже три5 – вмешался Дима. – Жрать жутко хочется.

– Все равно я хочу сперва сверить планы подземных ходов, – возразил Командор.

– Тогда обед подождет, – загорелся Димка. – Пошли быстрей.

– И мы с вами, – двинулись в сторону Красных Гор мальчики из Борков.

– У нас с едой по-простому, – объяснил Вова. – Взрослые на работах.

– Обедаем по целесообразности, – добавил Саша.

– Тогда тем более делом займемся, – торопливо шагал вперед Петька. – Я чувствую, что сейчас нужно действовать быстро. Иначе они нас опередят. У них, к сожалению, все очень хитро схвачено.

– Да чего тут особенно хитрого, – отмахнулся Димка. – Копают ямы. Пытаются подземный ход найти. В конце концов, мы можем Шмелькову рассказать, и он за них возьмется как следует.

– В том-то и беда, что не можем, – возразил Петька.

– Эти роют, а мы не можем? – возмущенно затараторил Вова. – Во бардак! Закончики!

– Вы что, все и впрямь перегрелись на солнышке? – полюбопытствовал Командор. – Неужели не понимаете? Преступления, строго говоря, никто пока не совершал. Даже если мы засечем князей за рытьем ям, то обвинить их все равно не в чем. Тем более, они уже договорились или договариваются, что будут реставрировать за свой счет усадьбу. Ну, роет их архитектор. Или кто-нибудь там еще. Могут и в подземелье влезть. У них на это полное право.

– А у Ковровой-Водкиной воровать книги тоже их право? – воскликнул Дима.

– Вот когда мы это докажем, тогда можно помощи у Шмелькова просить, – отвечал ему Петька. – А до этого…

Он не договорил. Остальным, однако, и без того было ясно: эту тайну они могут распутать лишь собственными силами.

Миновав шлагбаум, ребята прошли по раскаленной улице и, свернув в тенистый переулок, достигли Петькиной дачи.

– Господи, пить как хочется – сказала Маша.

Остальных немедленно стала мучить жесточайшая жажда.

– Идите в шалаш, а я сейчас принесу что-нибудь из холодильника, – принял решение Командор. – Заодно план из дневника князя надо взять.

Дневник Юрия Борского Петька на всякий случай хранил в ящике письменного стола, ключ от которого всегда находился у него в кармане. Поднявшись на второй этаж дачи, мальчик извлек план подземных ходов. Затем спустился вниз и зашел на кухню. Там он вытащил из холодильника бутыль минеральной воды и спешно отбыл с ней вместе в летний штаб Тайного братства кленового листа.

Друзья утолили первую жажду. Затем, разложив обе бумажки с планами подземелий на пледе, опустились перед ними на четвереньки. Чертежи оказались совершенно одинаковыми.

– Боюсь, тут мы для себя ничего нового не найдем, – отслеживал внимательно переплетения подземных ходов Петька. – Все то же самое, – бормотал он. – И обозначения у князя на обоих планах такие же: крестик на входе, крестик на выходе.

– Но второй план – не оригинал, а копия из книги, – напомнил Дима.

– Ну и что, – не отрывая глаз от бумажек на пледе, отозвался Петька. – Кстати, перерисовано очень точно. Почти уверен, что это работа того самого архитектора.

– Чья же еще, – подхватил Димка. – Он по плану идет.

– Конечно, – тряхнула головой Настя. – А князья наблюдают, чтобы он чего-нибудь там случайно без них не выкопал.

– Думаю, по ночам он один тут роется, – возразила Маша. – Или кого-нибудь себе в помощники приводит. Вчера ночью, во всяком случае, Пожарских тут не было. Если бы князь увидал княжну Веру, то мигом бы помер.

– Давление бы повысилось, – пропищал по-княжески Димка.

– Кто бы там ни копал, все сходится на Пожарских, – возился по-прежнему с планами подземелий Командор. Теперь он зачем-то перевернул их боком и разглядывал в таком положении. – Во-первых, нам ясно: княгиня знает о тайне Борского от деда либо от отца, которому тайну когда-то раскрыл его отец. Раньше Пожарские вряд ли могли сюда приехать. Не та обстановка была. А вот теперь – самое время. Приехали. Взяли в аренду имение предков. И возись там, сколько хочешь. В общем, подозревать, кроме них, больше некого.

– Я чего опасаюсь, – с тревогой проговорил Саша. – Если они под видом строительства сюда технику пригонят, то мы проиграем. Экскаватором можно за один день вокруг усадьбы всю землю перекопать. Тогда они точно в подземный ход раньше нас пролезут.

– Тем более, они знают, чего там искать, а мы нет, – напомнил Дима.

– Вы умолкнуть хоть на минуту можете? – проворчал Командор.

Друзья с удивлением повернулись к нему. Стоя по-прежнему на четвереньках, Петька раскачивался в разные стороны и, словно в трансе, тихо бубнил:

– Тут есть и там есть… Это тоже… И это… И здесь… И там…

– Ты чего? – приблизилась к нему Настя.

– Не мешай, – немедленно последовал сомнамбулический ответ Командора.

– Еще один светлый разум от нас унесла жара, – ядовито проговорила Маша.

Петька, не реагируя, шуршал бумажками.

– Есть! – вдруг резко поднялся он на ноги.

– Я говорю ведь, спятил, – продолжала ехидным голосом Маша.

– Лучше бы посмотрела, – держал в руках обе бумажки с планами Командор.

Друзья обступили его. Петька тыкал указательным пальцем в тщательно перерисованный план из книги. Там на линии одного из подземных ходов стоял едва заметный крестик.

– Видали? – спросил Командор. – А теперь поглядите здесь, – продемонстрировал он тот же самый ход на плане из юношеского дневника Юрия Борского. Крестика посредине не было. – Теперь все ясно? – блеснули глаза у Петьки. – Именно тут, вероятно, и кроется тайна покойного Юрия Борского.

Глава IX ПЕТЬКА СПЕШИТ

Тогда вообще все безнадежно, – мрачно проговорил Дима.

– Это еще почему? – повернулся к нему Командор.

– Потому что у них на плане обозначено место, – отвечал ему старый друг.

– А ты уверен, что они это понимают? – посмотрел на него Петька.

– Чего тут понимать, – проворчал Димка. – Сразу видно.

– Сказал! Сразу! – в каком-то немыслимом темпе затараторил Вовка. – Петька вон сколько возился.

– А ведь действительно! – подхватила Настя. – Лишний крестик, и все.

– Вот именно, – устроился Командор поудобней на старой диванной подушке, – Если бы у нас на было более раннего плана из дневника, я бы вообще ничего интересного не заметил. Князь очень хитро поступил. Вроде все просто: каждая линия обозначает подземный ход. И крестики – там, где можно войти и выйти. Секрет замков не объяснен. То есть схема рассчитана на посвященного.

– Видимо, князь боялся, что план попадет в чужие руки, – сказала Настя.

– Ив результате подложил свинью собственным родственникам, – усмехнулась Маша.

– Похоже, что так, – согласился с ней Петька. – Во всяком случае, Пожарские с планом до конца не разобрались. Они явно знают о тайне только в общих чертах. Причин может быть много. Или просто не верил, что кто-нибудь из его потомков может вернуться. Или сам к старости позабыл подробности.

– А может быть, плохо относился к внучке, – предположила Настя. Она по-прежнему не могла примириться с тем, что у столь роскошного князя, каким представал на фотографиях Юрий Борский, могла быть такая грубая и несимпатичная внучка.

– Вполне вероятно, – принял ее довод Петька.

– Вас послушать, так вообще сейчас выяснится, что мы больше других знаем о княжеской тайне, – тут же возразил Дима.

– О тайне мы как раз ничего не знаем, – заерзал Командор на диванной подушке. От долгого сидения у него уже затекли ноги. – Зато с планом, по-моему, разобрались куда лучше Пожарских и этого архитектора.

– Кстати! – воскликнула Настя. – Если бы они с готовым планом явились сюда из Италии, им незачем было бы книги переть в библиотеке и у Ковровой-Водкиной.

– Точно, – подтвердил Петька. – А если бы дедушка им рассказал о секретных замках, то архитектору не пришлось бы ночами себя посвящать таким утомительным земляным работам.

– В общем-то, да, – наконец оживился Дима. – Тогда пошли скорее искать! – заблестели у него глаза. – Иначе они нас действительно опередят!

Петька лукаво посмотрел на старого друга. С Димкой такое вечно творится. Поразительная способность моментально переходить от полной апатии к бурному воодушевлению. Теперь он вскочил с места и уже направился к выходу из шалаша.

– Ты куда? – остановил его Петька.

– В имение! – выдохнул тот. – Залезем сейчас в подземелье, а оттуда прямо по плану!

– Ну ясно, – покосилась ехидно на брата Маша. – Димка у нас альтруист. Торопится показать бедненьким князьям Пожарским, пока они еще в Москву не уехали, как войти в подземелье. Конечно, зачем им зря землю рыть.

Все засмеялись. Димка с обиженным видом вновь опустился на запасной плед собственной бабушки.

– Вечно так, – едва слышно проворчал он. – Хочешь как лучше…

– А получается как всегда, – прибегла к крылатому выражению Маша.

– Надеюсь, всем ясно? – вновь посерьезнел Петька. – При князьях нам соваться на развалины нельзя. Если мы будем слишком настойчивы, они мигом все просекут.

– Тогда нас вообще, чего доброго, грохнут, – вдруг мрачно проговорил Саша.

– Кстати, не исключаю, – кивнул головой Командор. – Смотрите, какую бурную деятельность развели Пожарские. Имение берут в аренду. Архитектора поторопились нанять…

– Видали мы таких архитекторов, – вставил маленький Вова.

– Подожди, – прервал его пулеметную очередь Петька. – Если Пожарские тратят на поиски силы и деньги, значит, им это очень важно. Из этого следует, что того, кто им будет мешать…

– Тем более, что они уже наняли молодого сообщника, – перебила Маша.

– Или нескольких сообщников, – побледнел Дима.

– Подобные архитекторы запросто могут на самом деле быть киллерами, внес новый приятный нюанс Саша.

В шалаше стало тихо. Петька, подперев рукой голову, задумался.

– А чего вы так скисли? – наконец нарушил молчание он. – Просто будем теперь осторожней. Тем более, нам и не надо больше им на глаза показываться.

– Конечно! – разом приободрилась Маша. – У князей мы про Юрия Борского выяснили. Больше они нам не нужны.

– А я как вспомню про призрак, так прямо в дрожь бросает, – брякнул вдруг Вовка.

– Меня тоже, – признался Петька.

– Кстати, что ты о нем в своей книге вычитал? – полюбопытствовал Дима.

– А я разве вам еще не рассказывал? – с удивлением оглядел всю компанию Командор.

– Нет, – хором ответили те.

– Ты тогда с такой скоростью дунул к развалинам проверять ямы… – напомнила Маша.

– Конечно, – улыбнулся ей Командор. – Ну и денек сегодня! В общем, с призраком интересная вещь получается.

– Да говори ты скорей без своих предисловий! – с нетерпением выкрикнул Дима.

– Без предисловий, так без предисловий, – с очень солидным видом продолжал Командор. – Во-первых, наша княжна относится к достаточно изученному виду привидений. Это так называемые «агрессивные призраки».

– Агрессивные? – насторожились остальные.

– Да, – подтвердил Петька. – Остальные привидения, если и появляются, то ведут себя скромно и живым людям не угрожают. Агрессивный призрак другой. Его цель – испугать.

– Зачем? – спросил Димка.

– Пойди к княжне Вере и выясни, – усмехнулась Маша.

– Кстати, совсем не глупый вопрос, – произнес на полном серьезе Петька. – Тут самое интересное и начинается. Наблюдения показали, что агрессивный призрак чаще всего является людям, когда они посягают на какую-то тайну. Вот он и отпугивает, чтоб тайна не раскрылась. Поэтому агрессивных призраков часто называют «охранительными привидениями». У очевидцев, – продолжал Командор, – при появлении охранительного призрака возникают примерно те же ощущения, что и у нас с вами прошлой ночью. Сперва панический страх. Иногда впадаешь в полный столбняк. А потом тебя какая-то сила толкает, и бежишь без оглядки.

– Значит, княжна нас отпугивала, – тихо сказала Настя.

– Или нас, или архитектора, – откликнулся Петька. – А может, всех сразу.

– Если так, в подземелье действительно что-то есть, – изрек убежденно Саша. – Я слыхал, призраки тратить зря силы не будут.

– Кто их там разберет, – пожал плечами Дима.

– Во всяком случае, днем они вроде бы не опасны, – поспешил успокоить Петька друзей. – Их коронное время – после полуночи и до рассвета.

– Тогда тем более будем с утра работать, – даже мысли не допускал Дима о новой встрече с агрессивной княжной-утопленницей.

Тут Петьку позвали обедать.

– Ой, нам же тоже давно пора, – спохватились близнецы.

Договорившись собраться вновь в шалаше через два часа, все разошлись по домам.

Бабушка Димы и Маши уже поела.

– Если так будет продолжаться и дальше, – посмотрела она лукаво на внука и внучку, – то я, пожалуй, объединю обед с ужином. Живо за стол, пока все еще горячее!

Близнецы охотно последовали ее совету.

После столь бурного утра аппетит у них разыгрался.

– Кстати, звонили ваши родители, – развлекала внуков застольной беседой Анна Константиновна.

– Как там они? – вскинул голову Дима.

– Весьма успешно осуществляют свое священное право на отдых, – не без язвительности заметила Анна Константиновна. – Погода хорошая. Море теплое. Цены приемлемые. В общем, по словам вашей матери, а моей дочери, все идет как надо. У каждого барона своя фантазия. Лично меня в эту Турцию калачом не заманишь.

Отпустив еще пару колкостей в адрес турецких курортов, Анна Константиновна вдруг спросила:

– Местную новость, конечно, знаете?

– Какую? – насторожились внуки.

– Про княгиню и князя, – ответила бабушка. – Князь в больнице. Княгиня в панике.

– Что-о? – подались вперед Дима и Маша. – Пожарские?

– Других князей в округе пока не видится, – ответила Анна Константиновна. – Я к старухе Ковровой-Водкиной перед обедом зашла. У нее теперь новый пунктик, – вздохнула бабушка Дима и Маши. – Наташа убеждена, что Филимоновна оглохла и ей нужен слуховой аппарат.

– Знаем, – засмеялись внуки. – И смех, и грех, – снова вздохнула ученая дама. – Боюсь, после такого подарка Наташе придется самой заниматься хозяйством. Поэтому я ее, как могу, отговариваю. Сегодня она опять завелась. Тут вдруг появляется наш капитан Шмельков. Весь встрепанный. «Хотел, – говорит, – еще утром заехать. Но помешали чрезвычайные обстоятельства».

– Какие? – вытаращился на бабушку Дима.

– Совершенно бредовые, – отвечала Анна Константиновна.

И внуки услышали от нее действительно потрясающую историю. Пытаясь нащупать след возможного похитителя редкой книги или неизвестного, проникшего ночью в охотничий домик, капитан Шмельков объезжал свой участок. Сперва он расспрашивал местных жителей деревни Борки. Затем наведался на станцию Задоры. Не выяснив ничего существенного, Алексей Борисович возвратился к себе в отделение, когда заметил у поворота на разбитый тракт княгиню Пожарскую. Шмельков остановился. Княгиню всю трясло.

– Муж умирает! – басила она.

Шмельков увидел в машине князя Пожарского. Лицо его было землисто-бледным. Он громко хрипел, Шмельков усадил князей в свои «жигули» и погнал в местную больницу.

– Князь-то жив? – полюбопытствовала Маша.

– Вроде бы обошлось, – продолжала бабушка.

– Что же случилось-то? – выкрикнул Дима.

– Шмельков сам не может понять, – развела руками Анна Константиновна. – Он ничего путного от княгини добиться не смог. Но он говорит, что она вела себя так, будто ее до смерти напугали. А лично я полагаю, что они на солнышке перегрелись, – продолжала бабушка. – В такую жару по развалинам лазить! У кого хочешь подскочит давление. А княгиня решила, будто муж при смерти. Вот и перепугалась.

– Мне тоже так кажется, – согласилась с бабушкой Маша.

– Ну, хорошо, – встала из-за стола Анна Константиновна. – Вы вроде поели. Пойду поработаю. И так с этой историей и с Ковровой-Водкиной полдня пролетело.

– Тогда мы до ужина к Петьке, – заторопились близнецы.

Они слетели с крыльца. Теперь надо быстро зайти на соседний участок за Настей, а потом вместе в шалаш. Настя увидала друзей в окно и выбежала навстречу.

– Пошли! – запыхалась от бега Маша.

– Что-нибудь новое? – немедленно поняла рыжая девочка.

– Да загадка какая-то! – выпалил Дима. – Нужно к Петьке быстрей. Они кинулись вверх по улице.

– Приветик! – неожиданно перекрыла им путь Люська Кузнецова.

Друзья были вынуждены остановиться.

– Привет, Люся. Как поживаешь? – ответила Маша.

– Чего вы бежите? – спросила Люська.

– Гуляем, – мрачно отозвалась Маша.

– Вечно вас не поймешь, – передернула плечами Люська. – Куда идете-то?

– Туда, – указал Димка в сторону Петькиного переулка.

– К Мироновым? – последовал новый вопрос.

– Вроде бы, – уклончиво отвечали друзья.

– А стоите зачем?

– С тобой разговариваем! – начал терять терпение Димка.

– Я могу тоже с вами, – двинулась вверх по улице Люська.

– Этого только недоставало, – невнятно буркнула Маша.

– Что? – не расслышала Люська.

– Да так, – попыталась сгладить неловкость Настя.

Члены Тайного братства поняли: пережидать, пока Люська уйдет, бесполезно Лучше уж с ней беседовать на ходу. А возле Петькиной дачи как-нибудь от нее поделикатней отделаться.

– Князья, слышали, как выкаблучиваются! – уже на ходу проговорила Люська. – Встречу торжественную проигнорировали. Моя мама и бабушка говорят, что это просто невежливость. Главное, шляются тут, крутятся, – голосом, похожим одновременно на бабушку и на мать, добавила Люська. – Что-то тут подозрительно.

– А по-моему, твои мама и бабушка не правы, – с глупой улыбкой ответил Дима. – Князья Пожарские очень милые люди.

– Нам тоже понравились! – хором поддержали его Маша и Настя.

– Очень вы умные, – тут же поджала губы Люська. – Хотите сказать, что мои мама и бабушка ошибаются?

«Сейчас обидится и уйдет», – пронеслось в голове у Маши. Но трюк не сработал. Когда они поравнялись с Петькиными воротами, Люська приняла неожиданное решение:

– Я тоже зайду ненадолго.

Друзья остолбенели. Люська уже открывала калитку, явно намереваясь войти. Допустить ее до шалаша было никак нельзя.

– Отлично, Люська! – вдруг радостно крикнул Дима. – Петька будет ужасно рад!

– Спятил? – в полной панике прошипела Маша.

У Насти просто пропал дар речи, и она немо взирала на Димку.

– Тогда идем, – сделала шаг за калитку Люська.

– Ты же ведь знаешь, – не двигаясь с места, продолжал Терминатор. – Петька болен, лежит в постели и помирает от скуки.

– Болен? – ахнула Люська. – Я же утром его вместе с вами видела.

– Видела! – издал скорбное восклицание Димка. – Мы чуть-чуть погуляли, а потом у него температура сорок поднялась. Врач приезжает. Оказалось, у Петьки…

Тут Дима запнулся, вспоминая какую-нибудь подходящую болезнь.

– Знаешь, Люся, у Петьки корь. В обостренной форме, – уже разгадала замысел брата Маша.

– Корь? – попятилась из калитки Люська. – Она же заразная.

– Очень, – немедленно подтвердила Настя, – мы уже ею болели. Нам не опасно.

– И Петьке одному скучно, – бодро подхватила Маша.

– А я не болела, – расстроилась Люська.

– Тогда обязательно заболеешь, – заверил Дима. – От кори знаешь, какие осложнения бывают!

Но Люська его уже не слышала. Она убегала на всех парах от проклятого места.

– Ну, ты сегодня гигант! – с восхищением посмотрели на Димку девочки.

– Хоть раз угодил, – самодовольно усмехнулся тот.

Они поспешили к летнему штабу Тайного братства. Уже на подходе до них донеслась громкая пулеметная очередь Вовы:

– А графиня дрожит, князь вообще, Шмельков их в машину, в больнице его кладут, ничего не понятно, Шмельков в полном мраке…

– Ты-то откуда знаешь? – в полном изумлении вползли внутрь близнецы.

Насте вообще не было ясно, о чем идет речь.

– Откуда! – выпалил маленький Вова. – У нас в Борках уже каждый знает.

– Там все вообще быстро, – подтвердил с философской медлительностью Саша.

– Может, вы тогда мне объясните толком? – взмолился Командор.

– И мне, – посмотрела на друзей Настя.

Близнецы, стараясь не упустить подробностей, изложили то, что им было известно от бабушки. Вовка сперва пытался встревать, но Командор пресек его поползновения. Благодаря этому он спустя каких-нибудь пять минут уже оказался в курсе последних известий из Борского.

– Дела, – дослушав, пробормотал он. – По времени получается, что с князьями это произошло сразу же после нашего ухода.

– Видимо, да, – подтвердила Маша. – Шмельков же успел князя в больницу свозить и вернуться. И к тому же заехал к Ковровой-Водкиной.

– Неужели опять княжна Вера? – произнес испуганно Вовка.

– Кто ее там разберет? – пожал плечами Дима. – Мы, конечно, узнали все не из первых рук, но вроде с княгиней творилось примерно то же, что и с нами.

– Мне тоже так кажется, – согласился с ним Командор. – Если бы один князь, то фиг с ним. Он вообще истеричный. Таких, как он, напугать ничего не стоит. А вот княгиня не показалась мне существом слабонервным.

В шалаше наступила пауза.

– Ни фига себе? – вдруг воскликнул Вова. – Княжна-то Вера конкурента нашего убрала!

Друзья засмеялись. Потом Петька на полном серьезе заметил:

– А Вовка вообще прав.

– Что имеешь в виду? – не поняли остальные.

– То и имею, что путь сегодня свободен, – продолжал Петька. – Князь на ближайшие дни явно вырубился. Княгиню тоже сюда в скором времени не потянет и…

– Про архитектора забываешь, – перебил Димка. – Ищет-то он.

– Полагаю, княгиня его о сегодняшнем случае проинформирует, – ничуть не смутился Петька. – У него явно тоже еще свежи впечатления от прошлой ночи. Конечно, все может случиться. Но я почти уверен: до завтра они сделают перерыв.

– И что ты по этому поводу предлагаешь? – полюбопытствовала Настя.

– Берем план – и туда, – решительно шагнул Петька к выходу из шалаша.

– Может, нам тоже лучше до завтра выждать? – попытались его урезонить Маша и Настя.

– Действительно, – поддержал их Дима. – Кто его знает, что там такое.

Командор встретил их возражения упрямым взглядом.

– Можете оставаться, а я все равно пойду, – жестко произнес он.

Друзья знали: когда он впадает в подобное состояние, никакие доводы на него не действуют.

– Нет уж. Если идти, то всем вместе, – сдались друзья.

– Я почему так туда рвусь, – блестя азартно глазами, принялся объяснять Командор. – Пока вы обедали, я внимательно прошелся по плану, который наш дорогой архитектор посеял. Подземных ходов полно, но они все между собой связаны. И вот посмотрите, что получается. Видите, – развернул он листок бумаги. – Это наш подземный ход. Там, – показал он на линию, шедшую в сторону старого кладбища, – мы все прошлым летом облазили. Можем даже не тратить времени. Зато тут, – указал он на линию, которая начиналась за винным подвалом, – я вообще раньше никакого хода не предполагал. Видимо, там, в стене, есть еще одно секретное устройство. Если я не ошибся и мы туда попадем, то глядите.

Петька медленно повел пальцем по линии подземелья, которое начиналось от винного подвала.

– Ого! – первым воскликнул Дима. – Прямиком к тайне ведет.

Остальные молчали, разинув рты. Палец Командора и впрямь остановился у крестика.

– Теперь поняли, почему я так тороплюсь? – победоносно оглядел друзей Командор. – Князья же почти этот ход нащупали. Если они продолбят в нужном месте стену, считайте, что они выиграли.

– Чего мы тогда стоим? – крикнул маленький Вова. – Берем, Петька, фонарь и туда!

– Уже беру. Целых два, – достал фонарики из тайника в шалаше Петька.

В этот раз дорога к усадьбе казалась друзьям томительно длинной. И каждый из шестерых то и дело попрекал остальных в медлительности. То и дело можно было услышать:

– Тащишься, как черепаха. Шагай скорей!

Наконец они достигли развалин.

– Слушайте, мы же не попадем туда, – вдруг горестно вытянулось лицо у Димки. – Шмельков замок заклинил.

– Спокуха, – хлопнул его по плечу Петька. – Стену заклинил, а из часовни можно войти.

Скользнув мимо усадьбы, они миновали заросший парк и остановились перед старой часовней. На двери ее висел огромный старый замок.

– Теперь не мешайте, – призвал друзей к тишине Командор.

Достав из кармана перочинный ножик со множеством лезвий, он принялся сосредоточенно ковыряться в замке. Скоро раздался щелчок, и Петька растворил перед ребятами дверь. На них пахнуло сыростью и запахом старых камней.

– А княжна сюда не зайдет? – побледнел маленький Вова.

– Все-таки бывшая церковь. Не должна бы, – стал успокаивать его Саша.

Остальным разом сделалось неуютно. В азарте они на время забыли о призраке. Теперь страх вновь давал знать о себе.

– Я вам только одно скажу, – повернулся к ним Петька. – Мы к появлению княжны вроде бы как раз уж подготовлены. Значит, от страха не окочуримся. В крайнем случае еще раз сбежим.

Уверенный тон Командора всех несколько успокоил. Тем более что до вечера было еще далеко, а днем разговоры о призраках редко пугают. И, главное, каждому из шестерых не терпелось раскрыть тайну покойного князя.

– Вперед! – позвал Командор.

Он ощупал стену. Вот и знакомый рычаг. Петька потянул его на себя. Каменная плита в полу со скрежетом поднялась вверх. Перед друзьями разверзся черный вход в подземелье.

Глава X ПОЧТИ У ЦЕЛИ

Друзья медлили. Теперь, когда вход в подземелье открылся, всех сковала нерешительность. Из люка потянуло вековой сыростью.

– Пошли, что ли, – наконец первым ступил на лестницу Командор. – Не забудьте. Ступени очень крутые.

– Без тебя знаем, – проворчал Дима. – Лучше фонарик зажги.

Петька послушался. Друзья один за другим спустились к подземному ходу. Темный коридор, постепенно сужаясь, уходил вперед. Все шестеро с прошлого лета знали: метров через двадцать коридор вновь начнет расширяться и перейдет в бывший погреб, в котором Борские явно держали запасы вина.

– Все тут? – внимательно оглядел друзей Петька.

Те подтвердили.

– Тогда поднимусь, – вновь двинулся Командор по ступенькам.

– Куда ты? – не понял Димка.

– Люк закрыть, – поглядел вверх Командор. – Никто же больше не удосужился.

Остальные смущенно промолчали. Учитывая конкурентов, предосторожность была не лишней. Тем более что замок на двери часовни сейчас отсутствовал.

Сверху послышался скрип старых пружин и блоков. Люк захлопнулся.

– Порядок, – сбежал по ступенькам Петька.

Голос его разнесся по подземелью. Эхо затихло вдали. Друзья, чутко прислушиваясь, пошли вперед. Вот и длинный подвал.

– Так, – извлек из кармана план Петька. – Где же это может быть?

Друзья обступили его и принялись снова внимательно разглядывать план. В шалаше все казалось ясным. Тут же, в обширном подвале с неровными стенами, найти тайный ход в новое подземелье было делом совсем не простым.

– Задачка, – водя лучом фонаря по подвалу, пробормотал Командор.

Он пошел вглубь. Остановился. Сверился с планом. И не очень уверенно проговорил:

– Наверное, где-то здесь. При этом он указал на стену, которая была перед ним.

– Изумительно, – хмыкнула Маша. – Если неделю-другую как следует потрудимся, найдем обязательно.

– Молоточек сюда отбойный, как у шахтеров, – проговорил хозяйственный Саша.

– Издеваться легче всего, – немного обиделся Петька. – Лучше мозгами бы пораскинули. Естественно, если мы каждый кирпичик тут будем простукивать, то вообще жизни не хватит.

Он снова уткнулся в план. Остальные молча стояли рядом.

– А высота-то какая была? – вдруг спросил Вова.

– Ты о чем? – поднял глаза от бумажки с планом Петька.

– Ну, когда ты на стену там нажимал, высоко тебе было? – удивлялся младший из мальчиков непонятливости Командора.

– Вот это Вовка! – издал тихое восклицание тот. – Вроде бы секретное устройство было примерно на уровне моего плеча. Уже проще.

Друзья его поняли. Поставив Командора возле стены, они разобрались наконец, на каком уровне по идее должен находиться секретный замок и, простукивая каменную кладку, двинулись вдоль стены.

Все сосредоточенно взялись за дело.

– Есть! – вдруг послышался возглас Димы.

Остальные резко к нему обернулись. Рука мальчика вдавила каменный квадрат. Раздался уже знакомый всей компании скрежет, и часть стены медленно ушла вглубь.

От волнения никто не мог произнести ни слова. Петька направил фонарь в темноту. Вдаль простирался еще один коридор. Только гораздо уже и ниже того, по которому они только что шли от часовни.

– Вы… вы… – пытаясь разглядеть, что там, вдали, пробормотала Настя. – Понимаете? Тут же никто не ходил после Юрия Борского.

– Просто привет с того света, – словно завороженный шагнул в проход Димка.

– Не пускай его первым, Петька! – тут же взмолилась Маша. – Он там обязательно устроит какое-нибудь стихийное бедствие.

– За собой последи, – надулся немедленно брат-близнец.

– Лучше действительно я вперед пойду, – на всякий случай внял Машиному совету Петька.

Обогнав Димку, он шагнул в коридор.

– Пол вроде ровный, – посветил фонариком вдаль. – Но все равно осторожней, – повернулся он к остальным, – В таких тайных ходах иногда делали ловушки.

– Какие еще ловушки? – заволновался обычно невозмутимый Саша.

– Разные, – отвечал Командор. – В старину у изобретателей подземных ходов фантазия знаете как работала! Заказчики обычно требовали, чтобы не просто был тайный ход, а с подвохами. На случай, если, к примеру, ты убегаешь, а за тобой погоня. Тут всякие добавочные изобретения помогали. Например, хозяин знает, что в определенном месте можно пройти только по стеночке. А погоня прет прямо по середина, Ну, под ней пол и проваливается.

– У меня есть игра такая компьютерная, – затарахтел Вовка. – Там полно ловушек. Особенно мне понравилось, как проваливаешься, а внизу – дикие тигры!

– Очень приятно, – с мрачным видом пробормотал Дима.

– Князь Юрий Борский такого не мог устроить, – убежденно произнесла Настя.

– Куда ему, – хмыкнул Димка. – Попробуй тут тигров достань!

– Можно бы и е волками, – фыркнула Маша.

– Или колья железные в пол забить, – тут же прикинул Саша. – Эффект почти тот же.

– Значит, так, – настроил всех на серьезный лад Петька. – Я иду первым. Если остановлюсь, тут же замрите.

И он пошел. Остальные, выдерживая небольшую дистанцию друг от друга, медленно продвигались следом за ним. В новом подземелье было гораздо теснее. И чем дальше в него углублялись ребята, тем труднее становилось дышать. Воздух был влажный и спертый.

– Черт! – выругался Дима. Ребята замерли.

– Что с тобой? – обернулся в тревоге Петька.

Димка, опустив голову, судорожно водил руками по лицу.

– Да чего там такое? – заволновалась Маша.

– Паутина, – прошептал тот. – Все глаза залепила.

Ребята облегченно вздохнули. Димка изрядно их напугал.

– Каким образом ты на нее напоролся? – уставился с удивлением на старого друга Петька. – Я первым ведь шел.

– Каким, каким, – проворчал тот. – Меня к стене качнуло.

– Поразительный ты человек, – вздохнула Маша.

– Зато паутину какую нашел, – с восхищением досмотре! на Димку маленький Вова. – Ее может быть, еще какой-нибудь дореволюционный паук изготовил.

– Лучше бы тайну искал, – сказала Маша.

– Пойдем или нет? – наконец избавился Дима от антикварной паутины.

Все снова пошли вперед. Потолок подземного хода стал выше. Пол явно уходил вниз.

– Как подумаешь, куда мы забрались… – медленно проговорил Саша.

Остальные ему ничего не ответили. Каждый из шестерых невольно представил: если тут, в подземелье, что-нибудь случится, вряд ли кто-нибудь их отыщет. Но поворачивать назад они не собирались. Тайна покойного князя крылась где-то совсем рядом.

Вдруг Петька вскрикнул:

– Что это?

Луч фонаря уперся в гору каких-то обломков, камней и земли, возвышавшуюся до самого потолка.

– Чего стоим-то? – вновь принялся поторапливать Вова. – Снова секрет какой-то, наверное.

Но это был не секрет. Подойдя ближе, ребята увидели: ход обвалился. Пройти не было никакой возможности.

– У, гадство! – пнул ногою завал Вова.

В подземелье немедленно раздался пугающий шорох. С потолка коридора, едва не задев Петьку, шлепнулся солидный кусок камня.

– Назад! – заорал как резаный Командор.

Окрик его подействовал. Ребята кинулись вон. И бежали, не останавливаясь, до винного подвала. Там они перевели дух и в темпе устремились к часовне.

– Считайте, что нам крупно повезло, – выведя всех на улицу, возился с амбарным замком Командор. – Обвал совсем свежий. Нас же запросто там засыпать могло!

Вова не отвечал. Остальные тоже молчали. Только теперь, оказавшись на улице, каждый из шестерых понял, что их едва не погребло в подземелье. Бодрости это никому не прибавило.

Амбарный замок на двери часовни щелкнул.

– Порядок, – пробормотал Петька. Убедившись, что дверь вновь заперта, Петька убрал перочинный ножик.

– Что дальше делать будем? – поглядели на него друзья.

– Искать новый вход, – вздохнул Командор. – Отсюда не проберешься.

Он развернул план. Подземный коридор с крестиком шел в сторону усадьбы и оканчивался где-то в лесу.

– Слушайте, а ведь это наши Красные Горы! – сообразила вдруг Настя.

Остальные, не отвечая, переводили взгляды с плана на местность. Затем вновь утыкались в план.

– Я вам больше скажу, – с загадочной улыбкой оглядел друзей Командор. – Ход не просто в Красных Горах заканчивается. Он где-то в охотничьем домике. Я просто раньше не задумывался. А теперь ясно: там же во времена Борских, кроме этого домика, вообще ничего не было.

– Тогда пошли! – выкрикнул Дима.

– Сейчас нельзя, – покачал головой Командор. – Там Ниночка.

Остальные с ним согласились. Ниночка, при множестве положительных качеств, как-никак была дочерью Ивана Степановича. Поэтому посвящать ее в планы Тайного братства не следовало. Вдруг она что-нибудь расскажет отцу?

– А без Ниночки как нам туда пролезть? – озадаченно проговорил Дима.

– Ну, способ найдем, – невозмутимо ответил Петька. – Во-первых, окно еще не починено. Там до сих пор фанерой забито. В крайнем случае отдерем. Но я вообще предпочел бы обойтись без библиотеки. Оставим ее на крайний случай. Тут гораздо более интересное подземелье есть, – ткнул он вновь указательным пальцем в план.

Друзья поняли, что он имел в виду. На плане был четко прочерчен еще один подземный коридор. Под усадьбой он пересекался с тем местом, куда путь друзьям преградил сегодня завал. Другая часть коридора выходила в какое-то поле, в центре которого крестиком был обозначен выход.

– Не понимаю, что это было? – рассматривала Маша на плане микроскопическую башенку с крючком.

– Может, могила какая-нибудь? – брякнул наугад Дима.

– Ну да. Неизвестному партизану, – ядовито проговорила Маша.

Все засмеялись.

– По-моему, я знаю! – крикнула Настя. – Это ветряная мельница. Такие в старину часто ставили на открытых местах.

– Скорей всего, ты права, – продолжил разглядывать план Петька. – И выход под мельницей было бы устроить вполне логично. Только, – помрачнел он, – теперь ни поля, ни мельницы.

Поле и впрямь давно уже заросло деревьями, и лес теперь начинался прямо от кладбища.

– Тогда полезли в библиотеку! – давно уже исходился нетерпением Вова. – Ну князья! Подземельев нарыли! Делать им было нечего! А мы ищи теперь!

– Нет, – покачал головой Командор. – Давайте сперва посмотрим. Вдруг от этой мельницы хоть несколько кирпичей в земле торчат. Тогда можно попробовать ход отыскать.

Друзья загорелись. Идея была заманчивой. Компания углубилась в пролесок, на месте которого, как они теперь знали, при князе Юрии Борском находилось поле.

– И тут жара, – спотыкаясь о коряги, ворчал Дима. – Ненормальное лето!

– Лучше смотрел бы под ноги, чем бормотать, – порекомендовала сестра.

– Теперь надо найти, где тут по идее была мельница, – задумчиво произнес Петька.

– Да ведь посередине поля! – выкрикнул Вова. – На плане все нарисовано!

– Проще некуда, – проворчал Дима. – Всего-навсего осталось найти в лесу бывшее поле, а там самую середину. Только одна небольшая задачка: откуда отмерять.

Остальные переглянулись. Кажется, Димка был прав. То, что казалось очень простым на плане, на местности выглядело совсем по-иному. Поле успело так зарасти, что сливалось с большим лесом.

– Тише, – начал принюхиваться вдруг Петька. – В лесу кто-то есть.

Тут только друзья почувствовали, что пахнет костром. Стараясь больше не шуметь, они осторожно пошли дальше. Вскоре среди кустов зазеленело что-то вроде палатки.

– Стойте тут, – велел Петька. – Я сначала один схожу.

Он запетлял между деревьями и скрылся из виду. Друзья ждали. Минут десять Командора не было. Друзья стали нервничать. Затем Командор появился так же неслышно, как и ушел.

– Там палатка какая-то, – выдохнул он.

– Туристы, – разочарованно протянул Вова.

– Ага, – саркастически посмотрел на него Петька. – С лопатами.

– С лопатами? – переспросили остальные.

– Ну да, – кивнул головой Командор. – Два таких молодых человека. Они на костре что-то поджарили и как раз ели, когда я приблизился, Потом они костер землей забросали. Вроде уходить собираются. Пошли, посмотрим.

Друзья подкрались поближе к палатке. Перед ней стояло двое молодых людей. У одного в руках были лопаты. У другого – ведро.

Обменявшись какими-то замечаниями по-английски, они запетляли между деревьями и скрылись.

– Явно скоро вернутся, – прошептал Петька. – Иначе убрали бы все.

Вокруг палатки и впрямь оставалось немало вещей. Посуда, чайник и даже плед, на котором обедали молодые люди.

– А почему они по-английски то говорили? – удивилась Маша.

– Наверное, иностранцы, – ответил Дима.

– С такими лопатами? – удивленно посмотрел на них Вова.

– Да, – задумался Командор. – Очень странно. Чего они тут копают? Уж не в усадьбе ли?

– Знаете, нужно все-таки посмотреть, что у них там, в палатке, – предложила Настя. – Подозрительно как-то. Зачем иностранным туристам в таком месте жить?

– Если только ради русской экзотики, – фыркнула Маша.

– Тоже экзотика, – сплюнул в сторону Вова.

– Вы тут постойте на стреме, а я загляну в палатку, – шагнул вперед Командор.

Вскоре он появился, неся в руках какой-то белый бесформенный ком.

– Ты чего? Английскую простыню спер? – ухмыльнулся Дима.

Петька, не отвечая, встряхнул рукой. «Простыня» развернулась.

– Княжну-утопленницу узнаете? – осведомился он у друзей.

Те немо взирали на Петьку.

– Летающее устройство с дистанционным управлением, – принялся объяснять им тот. – Плюс фосфоресцирующая ткань. Летает и светится в темноте. Великолепная вещь, если хочешь кого-нибудь испугать как следует. Ладно, – усмехнулся Командор. – Пойду возвращу княжну обратно. И быстро отсюда сматываемся. Если они тут нас застукают…

Петька опять скрылся в палатке. Затем друзья быстро покинули лес и зашагали к Красным Горам.

– Теперь куда? – миновав наконец сторожку Степаныча, посмотрели на Командора ребята.

Тот быстро прикинул: надо как можно скорей попасть к охотничьему домику. А там уж действовать в зависимости от обстоятельств.

– К Ниночке, – отвечал Командор. – С привидением, надеюсь, вопросов больше не возникает. Одного только не пойму. Кто это такие?

– Архитектор, наверное, с каким-то своим сообщником, – предположил Дима.

– Архитектор вроде бы наш должен быть. Из Москвы, – возразил Петька.

– Так он запросто в совместном предприятии может работать, – взглянул на проблему с другой стороны Саша. – Там ему какой-то подходящий англичанин попался. Вот он его в сообщники себе и нанял.

– Ладно, – временно закрыл прения Петька, – Главное, нам сейчас быстрее них в подземный ход пробраться. Чувствую, что они остатки ветряной мельницы нашли.

– Мне тоже кажется, – кивнул головой Саша. – Вон с лопатами в чащу леса как почесали.

– Теперь нам остается только библиотека, – снова заговорил Петька.

Когда они подошли к охотничьему домику, Ниночка выходила наружу.

– Вы? – посмотрела она на ребят. – А мне надо на часик сбегать. Может, пока посидите? Книги посмотрите. И запирать мне тогда не придется.

Друзья едва сдержали радостные вопли.

– Ну конечно, если ты просишь, мы посидим, – удалось сохранить солидный вид Командору.

– Тогда я побежала! – обрадовалась Ниночка.

Друзья остались одни.

– Ну и удача! – воскликнул Димка.

– Явно князь Борский хочет, чтобы мы его тайну открыли, – отозвалась Настя.

– Ты сперва ход найди, – избавил ее от слишком восторженного настроения Командор.

Друзья медленно прошлись по библиотеке. Вход с подземелье мог оказаться где угодно.

– У нас времени не больше часа, – напомнил Командор.

– Можно подумать, ты что-то нам предлагаешь, – мрачно ответил Димка.

Петька прохаживался взад-вперед вдоль красиво оформленного стеллажа с книгами из личного собрания Юрия Борского.

– По идее, должно быть здесь, – наконец тихо проговорил он.

– Не поняли, – хором отозвались трое остальных членов Тайного братства.

Вова и Саша просто молча взирали на Командора.

– Ну и зря, что не поняли, – отвечал тот, – Во-первых, эта стена ближе всего к имению. А во-вторых, это единственный старый шкаф. Конечно, кроме того, что мы с Димкой сломали.

– Верно! – разом оживился Димка. – Остальные все новые!

Друзья, не сговариваясь, подбежали к стеллажу. Он был утоплен в стену.

– Начнем с этой полки, – скомандовал Петька.

Разбившись по трое, друзья принялись за дело. Никто не думал о том, как они будут впоследствии восстанавливать порядок, с таким трудом наведенный Ниночкой, Книги, покинув стеллаж, стопками ложились на пол. Ребята, продвигаясь навстречу друг другу, что было сил давили на стену за стеллажом.

– Ух, ты! – издал неожиданно боевой клич Вова.

– Ты еще громче не можешь? – уставился на него, словно на чокнутого, Саша. – Прямо не человек, а сплошной избыток энергии.

– Сам ты избыток! – завопил еще громче младший мальчик. – Глядите, чего у меня!

Петька увидел первым. Возка указывал пальцем на широкую ржавую шляпку гвоздя. Затем нажал на нее.

Шляпка под его пальцем послушно ушла в стену. Что-то заскрежетало. Ребята замерли.

– Испортилась, – разочарованно выдохнул Дима.

– Фигля! – потряс охотничий домик новый вопль Вовы.

Левая часть стеллажа е большим опозданием заметно отошла от стены. Ребята разом вцепились в нее и стачя тянуть на себя.

Стеллаж подавался, но весьма неохотно и с громким натужным скрипом. В отличие от усадьбы, устройство явно не выдержало проверки временем.

Наконец образовалась широкая щель.

Петька зажег фонарик. Вниз шли покрытые ковром пыли ступени.

– Быстрее туда! – забыв об осторожности, закричал Командор.

– С библиотекой что будем делать? – еще сохранила остатки хладнокровия Маша.

– Захлопни на замок! – нетерпеливо проговорил Петька, – Все равно раньше Ниночки вернемся назад. Да быстрее ты. Не возись!

Маша освободила «собачку» английского замка и захлопнула дверь охотничьего домика. Затем все шестеро устремились вниз.

В отличие от подземного хода под усадьбой, коридор тут был просторный. Можно было спокойно двигаться по трое в ряд.

– Нормально дед Борского оборудовался, – изрек на ходу обстоятельный Саша. – Хоть живи в таком подземелье.

– Особенно если пропылесосить, – зачихал от поднятой пыли Димка.

– Тут уж точно никто после Юрия Борского не был, – задумчиво проговорила Настя.

– Лучше сюда поглядите, – посветил фонарем влево Петька.

Там было что-то вроде крохотной комнатки без дверей и без окон.

– Неужели дошли? – выдохнул Вова.

Никто ему не ответил. Ибо свет фонаря выхватил из темноты высокий и длинный ящик, стоявший в глубине комнатки. В один прыжок достигнув находки, Петька провел по ящику ладонью. В воздух дымовой завесой поднялся столб пыли, на мгновение скрывший от взоров друзей и ящик, и Командора.

– Сундук! Кованый! – послышался его голос. – Заперто. Сейчас попробуем.

Друзья подбежали. Петька ковырял перочинным ножом замок. Остальные молча следили за ним.

– Не двигаться! – вдруг раздалось за их спинами.

Все шестеро обернулись. Их ослепил луч сильного фонаря.

Глава XI ПОСЛЕДНИЙ ПРИВЕТ ОТ КНЯЗЯ

Вернувшись в библиотеку, Ниночка увидала возле дверей «жигули» капитана Шмелькова. Сам Алексей Борисович стоял угрюмо возле двери.

– А я уже уезжать собрался, – увидев библиотекаршу, с тоскою произнес он. – Почитать чего-нибудь дашь?

– Дам, – улыбнулась Ниночка. – Чего не зашел? Я там ребят оставила. Они бы тебе и подобрали.

– Каких ребят?

– Петьку с компанией, – тут же ответила Ниночка.

– Петьку? С компанией? – похоже, еще сильней изумился капитан. – Ну да, – подтвердила невозмутимо библиотекарша. – Их обычная четверка. И еще Саша с Вовкой из Борков. Они последнее время почти все всегда вместе. Ты чего на меня так смотришь? – поймала она на себе странный взгляд капитана.

– Просто думаю, почему они там затаились? – ответил тот. – Я тебе в дверь стучал. Так в ответ даже шорохе не было.

– Не понимаю, – в свою очередь, удивилась Ниночка. – Может, ушли? Хотя непохоже. Они же обещали посидеть.

– Ну-ка, открой, – забеспокоился капитан.

Библиотекарша полезла в сумочку за ключом. Ей уже передалось волнение капитана, и, когда она отпирала замок, руки ее заметно дрожали.

Наконец дверь отворилась.

– Эй! – крикнул на всякий случай Шмельков.

Охотничий домик ответил ему тишиной. Капитан и Ниночка влетели в большую комнату.

– Господи! – всплеснула руками библиотекарша. – Кто ж это тут похозяйничал?

– Мать честная! – вырвалось у капитана при виде разбросанных по полу книг князя Юрия Борского.

– И шкаф отодвинули, – подошла ближе Ниночка. – Ой, Алеша! Смотри! – закричала она. – Там дыра!

Капитан Б1мельков уже стоял рядом.

– Ну поселок! – бормотал он, вглядываясь во тьму подземелья. – Каждый день сюрпризы! Посветить чем найдется? – посмотрел он на Ниночку.

– Сейчас… фонарик… – кинулась та в противоположную сторону помещения. – Вот. Держи. Слава Богу, работает, – включила она фонарик.

– Слава Богу, у меня пистолет при себе, – выхватил «Макарова из кобуры капитан. – Прав мой начальник. Нынче без табельного оружия шагу се ступишь. Все, Нин. Я туда, – кивнул он на подземелье. – А ты беги за отцом. Пусть со своим ружьем мигом к нам. Кто его знает, что там творится?

Ниночка кинулась на улицу. Капитан стал осторожно спускаться по лестнице в подземелье…

…Свет был настолько ярким, что ребята зажмурились.

– Не двигаться, – повторил тот же голос. Теперь в нем явственно слышался иностранный акцент.

Петька осторожно открыл глаза. Два мощных фонаря теперь светили чуть в сторону, и он мог разглядеть лица. Дорогу к выходу ребятам преграждали два тех самых туриста из палатки в лесу. В руках у обоих блеснуло по ножу. В остальном они сейчас напоминали спелеологов. В черных спортивных костюмах, бутсах на рифленой подошве. У пояса висит по мотку веревки.

– Так, – нарушил тишину тот же молодой человек, который распоряжался с самого начала. – Требую отвечать, как попали? Ребята не ответили.

– Как попали? – с раздражением повторил свой вопрос молодой человек.

– Оттуда, – ткнул пальцем Петька в сторону хода, который упирался в завал.

Молодой человек немедленно повернулся к напарнику и выдал ему гневную тираду по-английски. Члены Тайного братства достаточно знали этот язык, чтобы разобраться в сути упреков. Молодой человек утверждал, что, если бы напарник его послушался и не пожалел денег на перфоратор, они уже два дня назад продолбили бы стену и вынесли клад, не дожидаясь, пока их тут выследят. Напарник в ответ лишь разводил руками.

– Требую подробностей, как проникли, – вновь обратился молодой человек к ребятам.

У Петьки мигом созрел план: конечно, нет никакой уверенности, что он сработает, но попытаться стоит.

– А вы что, тоже подземные ходы исследуете? – с глуповатой ухмылкой ответил он.

– Попрошу без лишних выражений, – угрожающе потряс ножом молодой человек.

До Петьки немедленно дошло, что дружеских контактов с аборигенами два иностранца заводить не собираются. И он по-деловому добавил:

– Ход там. Прямо из усадьбы удобный и короткий.

Молодые люди заспорили по-английски. Наконец тот, что беседовал с ребятами (он явно распоряжался), велел второму проверить подземный ход, Второй возражал, что нечего зря тратить время. Тогда главный принялся растолковывать ему, что если там, в сундуке, окажется то, что они думают, надо будет его тащить, и чем короче ход, тем лучше» Кроме того, они могут подогнать машину к самой усадьбе. Второй в ответ посоветовал сперва взглянуть, что в сундуке. Главный, кивнув головой, сказал, что так они сейчас и поступят. Только сперва надо связать детей.

У Петьки упало сердце. План его рухнул. Командор надеялся, что хоть один из молодых людей уйдет проверять завел. Тогда со вторым можно было бы справиться, но…

Велев напарнику не спускать с пленников глаз, старший предупредил ребят, что при малейшей попытке к бегству прирежет того, кто находится ближе к нему. Друзья в панике взирали на Петьку. Тот пожал плечами. Пока оставалось лишь подчиниться силе.

Второй молодой человек, сняв с пояса моток длинной веревки, довольно ловко связал по очереди шестерых друзей. Пятью минутами позже ни один из них не мог двинуть ни рукой, ни ногой. Отойдя чуть в сторону, молодой человек оглядел результаты своих недавних трудов. Старший уже возился с замком сундука. Вот что-то хрустнуло, и он поднял крышку.

– Мама! – тут же издал хриплое восклицание он.

Второй подбежал и склонился над сундуком. Они вместе принялись ворошить содержимое. Ребята слышали шорох бумаги. Затем на пол полетели узкие продолговатые рулоны. Внутри что-то гремело. Наконец на свет показалась огромная ваза. Под лучом фонаря она золотисто блеснула.

– Тут же миллионы, – выдохнул старший. Теперь голос его от волнения сел окончательно. – А если еще картины те самые…

И, не договорив, он кивнул на рулоны, валявшиеся на полу. Младший поднял один из них и хотел развернуть.

– После посмотрим. Некогда, – быстро отдал он приказ по-английски. – Клади обратно.

Рулоны были возвращены в сундук. Ваза – тоже. Крышка захлопнулась. Молодые люди шепотом совещались. Говорили они теперь так тихо, что до ребят не доносилось ни слова. Наконец, старший подошел к ним.

– Не повезло вам, – развел он руками. – Вы совались, куда не надо.

Ребята молчали. Похоже, сбывались самые худшие их предположения.

– Сейчас мы двоих развязываем, – с сильным акцентом продолжал молодой человек. – Вы нам помогаете с этим, – указал он на сундук. – Удерете – остальных… – И он выразительно провел рукой по горлу.

Друзья угрюмо молчали. Перспектива была не блестящей. Сейчас под их руководством бандиты наткнутся на завал и, поняв, что их обманули, окончательно озвереют. Иными словами, ребята лишь получали кратковременную отсрочку. Вдруг до Петьки дошло: они же вход из библиотеки не закрывали! «Значит, – в панике размышлял он, – Ниночка скоро вернется и…» Ну конечно, она заволнуется. И позовет… Кого она позовет? Ну, даже если Степаныча… Тут Командору вспомнилась двустволка доблестного сторожа, и он первый раз в жизни испытал что-то похожее на любовь к заслуженному работнику органов правопорядка. Значит, главное протянуть время.

– Мы не пойдем, – решительно проговорил Петька.

– Совсем чокнулся? – прошептал Дима.

– Что-о? – взревел старший.

Младший, не понимая, смотрел на первого. Он явно не знал русского языка. До Петьки не доходило лишь одно; почему старший-то оказался иностранцем. Или Коврова-Водкина что-то перепутала насчет русского архитектора?

– Тогда начинаем с девочек, – шагнул с ножом к Насте старший. Настя вскрикнула.

– Говорю, соглашайся, – прошипел Дима. Петька уже раскрыл рот, чтобы именно это и сделать, когда у входа раздался голос:

– Ни с места!

Там стоял с револьвером в руке капитан Шмельков.

– Помогите! – взвизгнули девочки.

Преступники замерла.

– Ножи на землю! – крикнул Шмельков. – Лицом и стене!

Ножи со стуком упали на пол. Молодые люди медленно карали поворачиваться.

– Господи! – облегченно выдохнул Дима.

Ту? неожиданно один из бандитов резко обернулся и ослепил лучом сильного фонаря Шмелькова. Тот зажмурился. Второй бандит сбил его с ног. Ребята видели, как пистолет капитана отлетел в сторону, но ничего не могли поделать, Дюжие молодцы уже оседлали Шмелькова. Тот отбивался, как мог. Но, похоже, силы были неравными.

– Стоять! – потряс подземелье оглушительный вопль.

В следующее мгновение ребята увидели доблестного Степаныча с двустволкой. Бандиты оторопели. Шмельков ловким броском кинулся к пистолету.

– Опять эти? – вдруг направил ружье на ребят Степаныч. – Так они уже связаны.

– Какие, блин, эти! – крикнул Шмельков. Но было поздно. Воспользовавшись замешательством, молодые люди выскользнули в коридор.

– Стой! Стреляю! – понял свою ошибку Степаныч.

Преступники в панике бросили один из своих сверхмощных фонарей. Схватив его, Шмельков посветил в даль подземелья. Преступников видно не было.

– Ушли, – пробормотал капитан.

– Влево берите! – уже пришел в себя Петька. – Там у них ход. В лесу!

Капитан кинулся влево. За ним побежал Степаныч.

– А нас кто развяжет? – проворчал Дима.

– Я, – вдруг возникла будто бы из другого мира Ниночка. – Ох, ребята! – склонившись над юными детективами, запричитала она. – Что вы наделали!

– Чего, чего! Клад нашли! – радостно выпалил Вова.

– Клад? – всплеснула руками Ниночка.

– Может быть, ты нас все-таки сначала развяжешь? – усмехнулся Петька. – Фонарь мой вон там лежит, – указал головой он чуть в сторону. – И нож вон бандитский рядом.

Едва Ниночка справилась с веревками, ребята кинулись к сундуку. Библиотекарша тоже приняла в этом участие. Пока девочки, роясь в золотых безделушках, то и дело восклицали: «Фаберже!» Или: «Шкатулка какая потрясная!» – Ниночка бережно разворачивала один из продолговатых рулонов. Наконец это ей удалось. И почти тут же по старому подземелью разнесся ее восторженный возглас:

– Это же мой любимый Вермеер! Неужели подлинник?

– Вот вам и тайна, – подошла к ней Настя. – Последний привет от Юрия Борского.

– Взяли! – разом нарушил лирическое настроение запыхавшийся Степаныч. – Связанные лежат, голубчики. Как повязали, один тут же начал устраивать представление. Кричит, что он, видите ли, тоже потомок Борских. Кругом одни самозванцы!

– Потомок Борских? – воскликнул Петька.

– А вы что тут делаете? – воззрился на них Степаныч.

– Да они ж и нашли все, папа! – заступилась за ребят Ниночка.

– Все по домам! – не внял ее голосу сторож поселка Красные Горы.

– Спасибо, Иван Степанович! – вдруг с чувством произнесла Маша. – Вы сегодня спасли нас!

– Что? – едва не выронил тот ружье из рук. – А-а. Ну да, – вдруг гордо вздернул он голову. – Такая уж наша служба…

…Следующие две недели прошли для ребят в полном сумбуре. Их возили в город, чтобы снять показания. В Красные Горы тоже наведывались представители самых различных ведомств. Сундук со всем содержимым отправился на экспертизу, после которой выяснилось, что картины и ценности там подлинные. В их числе и портрет работы Вермеера, столь восхитивший библиотекаршу Ниночку. Самое главное заключалось в том, что многие из художественных произведений;, пролежавших столько десятилетий в подземелье, были внесены во многие каталоги мира и давно уже именовались «безвозвратно утраченными». Оценивалось это богатство в весьма солидную сумму.

Несколько раз члены Тайного братства пробовали выяснить у капитана Шмелькова, кто на самом деле эти таинственные бандиты? Шмельков явно о них что-то знал, но отмалчивался. Он не имел права разглашать тайну следствия.

Наконец наступил день, когда капитан собрал всех заинтересованных лиц в большой комнате старинного охотничьего домика. Вот что узнали от него присутствующие. Князь Юрий Борский недаром слыл одним из самых практичных русских помещиков. Вовремя почувствовав приближение катастрофы, он перевел за границу основную часть своих капиталов. Затем отправил в Милан, где у него были какие-то связи, жену и сына. Сам же еще оставался на родине, надеясь спасти коллекцию произведений искусства, которую начал собирать еще его дед. Но на этот раз революция опередила намерения князя.

Тогда он с помощью доверенного слуги тщательно упаковал самые ценные вещи, и они были спрятаны в подземелье. Не зная, как сложится в дальнейшем судьба, князь на всякий случай оставил план в книге о подмосковных имениях. Расчет был прост: посвященный найдет, а непосвященный вообще не догадается, в чем дело. По иронии судьбы, клад спрятали в день накануне пожара. Когда же имение вспыхнуло, князь и доверенный слуга убежали через потайной ход в спальне.

– Значит, мы были правы! – воскликнул на этом месте рассказа Петьке.

– Без вас бы вообще неизвестно, что стало бы с ценностями, – улыбнулся Шмельков. – Теперь слушайте самое главное. Молодые-то люди не врали. Они тоже потомки Борских.

– Ну уж нет! – запротестовал Степаныч, сидевший по правую руку от капитана. – Пусть там получше в Москве разберутся!

– Ты, Степаныч, и первых за самозванцев принял, – усмехнулся Шмельков.

Сторож поселка Красные Горы только рукой махнул.

Капитан Шмельков продолжал рассказывать. В двадцатых годах первая жена князя скончалась. Чуть позже Борский женился во второй раз тоже на какой-то родовитой особе из русских дворян. У них родилась дочь. Сразу же после второй мировой войны она убежала в Штаты е американским офицером. Князь ее проклял. Больше никогда не виделись. Однако о семейных преданиях, в том числе и о кладе где-то в подземелье под Борским, второй дочери было с детских лет известно. И вот когда подросли внуки Джон и Дэвид, она с ними поделилась тайной своего отца. Дэвид отнесся к этому просто как к сказке. Зато старший внук Джон загорелся. Специально выучив русский язык, он отправился з Россию на работу в филиал какой-то американской фирмы. Постепенно он выяснил, где находилось имение прадеда. Затем вызвал на помощь Давида.

Как раз, когда братья уже были готовы начать поиски, открылся дворянский конгресс, куда прибыла итальянская ветвь Борских. Братья заторопились. Джону удалось подслушать разговор в фойе Колонного зала Пожарских с Ковровой-Водкиной о книге про род Борских. Тут братья взялись за дело всерьез. Сперва успешно залезли в библиотеку, где украли никем не учтенную книгу с собственноручным планом прадедушки. На этом месте рассказа Шмелькова члены Тайного братства скромно потупились. Но капитан ничего не заметил.

– Ну, дальше все совсем просто, – заключил рассказ он. – Книгу Натальи Владимировны они увели через окно, когда все вышли в сад. Филимоновна сидела на кухне и их не заметила.

– А Пожарские что? – спросил Дина.

– Пожарские, видимо, с той же целью явились, – усмехнулся капитан. – Только у них вообще никакого плана не было. Они хитрее придумали. Берут в аренду имение. Ставят на реставрацию. Все перекапывают и где-нибудь подземелье находят.

– Нормальная фишка, – сказал Саша.

– Во всяком случае, – добавил Алексей Борисович, – едва выяснилось, что клад нашли, Пожарские от идеи аренды полностью отказались. Говорят, слишком дорого получается. В общем, отбыли они к себе в Милан. Зато вы молодцы, ребята. Кстати, нам вроде с вами потом какая-то часть за находку сокрови