/ / Language: Русский / Genre:prose_counter, sf_social

Исламский прорыв

Дмитрий Ахтямов

На смену сподвижникам последнего пророка Мухаммада, отдавая дань технократической эпохе, явился новый тип моджахедов из партии Аллаха, сжимающих в карающей длани компьютер и Коран.

Повесть о простом русском человеке, который перестал быть рабом современного социума, что, по сути, есть завуалированная глобальная рабовладельческая система. Главный герой после мучительного духовного поиска и обретения смысла жизни обращает свой взор в сторону абсолютного Единобожия — Ислама.


Муслим Дмитрий Ахтямов

Исламский прорыв

Обложка книги создана вопреки пожеланиям автора, который утверждает;

«…большинство мусульманских богословов не разрешало создавать изображения творений, обладающих душой. Создание таких изображений является тяжким грехом, что подтверждается многочисленными хадисами»

Благодарим Асламбека Эжаева и издательство «UMMAH» за содействие в издании этой книги.

Часть 1

ВОЗВРАЩЕНИЕ В ЕДИНОБОЖИЕ

Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного!

(Глава 1) С чего все началось

Для тех, которые избежали поклонения Тагуту и обратились к Аллаху, есть благая весть. Обрадуй же Моих рабов, которые прислушиваются к словам и следуют наилучшим из них. Это — те, которых Аллах наставил на прямой путь. Они и есть обладающие разумом.

КОРАН (39:17–18)

Одним прекрасным утром я не пошел на работу. Автоматическим движением рука выключила противный визг будильника, и в квартире вновь воцарилась полная тишина. Я неподвижно лежал на расправленной кровати, уставившись в потолок, и с удивлением прислушивался к посетившим меня необычным мыслям. За стенами моего уютного жилища просыпались десятки зомби и привычными маршрутами, повинуясь могущественной руке, дергавшей невидимые ниточки над их головами, ручейками сливались с нескончаемыми реками своих собратьев. От их равномерной поступи мне стало не по себе. Попытавшись скрыться от четкого ритма марширующего строя, я спрятался под подушку, однако его ровный шум эхом отдавался в моих ушах.

«Я сошел с ума, — подумалось мне, — точно, по мне плачет больничная койка!»

Однако где-то там, в глубине души, я был абсолютно спокоен и четко осознавал реальность происходящей перемены. Мое ранее дремавшее «я», внезапно пробудившись по неведомой причине, потихоньку оттесняло предыдущее руководство от дел.

Откинув подушку в сторону, я встал и подошел к окну, наблюдая с высоты десятого этажа колонны стандартных граждан. С минуту я смотрел на них сверху вниз и понял, что отныне больше не принадлежу к их стаду. От этих странных мыслей мне стало слегка не по себе. Гражданин номер такой-то, серия энная, год выпуска тысяча девятьсот… сломался в своем ремонтнозаправочном ангаре. Скоро Система подаст первый предупреждающий сигнал. Пока о тревоге не может быть и речи. У монстра куча всевозможных стимулов восстановить порядок. Широкий спектр для тех, кто сбился с шага монолитной колонны и упал на горячий от поступи асфальт. В лучшем случае поломанный механизм просто затопчут следующие потоки, в худшем — останешься без средств к существованию, и, когда кончатся последние капли горючего, развалишься на запчасти. И то и другое меня не устраивало.

Безликое радио вещало про очередной кровавый террористический акт, якобы устроенный религиозными фанатиками-мусульманами. Пылающий праведным гневом диктор упавшим голосом поведал, что вчера ночью был взорван многоэтажный жилой дом. Прогрессивная общественность была опять возмущена злодеянием…

На кухне со свистом закипел чайник, призывая своего хозяина. Крепкий тонизирующий напиток приятно освежил еще сонное тело, подпитывая энергией, необходимой в этот переломный час. Скоро, возможно уже в ближайшее время, на меня посыплются предупреждающие знаковые события. Первое время социальный монстр будет только грозить, лишая мое изнеженное тело привычных продуктов и услуг. После он заберет у меня все остальное, и в ячейке номер двести семь сотого муравейника пятого блока будет проведена капитальная уборка и появится новый бедолага. Сценарий стандартный, ничего нового придумывать не придется. И что же мне теперь делать? Вернуться в колонны марширующих по жизни манекенов с пустыми головами и бездонными желудками? Чтобы по утрам отдавать большую часть энергии, производя какой-либо совершенно бесполезный продукт, по вечерам пялиться в телевизор с однотипным спектром программ для дегенератов? А по выходным играть в футбол или просто напиваться?

Внезапно я четко увидел всю свою будущую жизнь как на ладони. Серые трудовые будни. Рано или поздно в моей жизни появится намертво приваренная браком особь противоположного пола. Мы будем любить друг друга, плодить будущих маленьких роботов, а потом, через строго известное, просчитанное клерками Системы время, отправимся на свалку, где еще будем скрипя перемещаться некоторое время, пока окончательно не рассыплемся, превратившись в удобрения для новой жизни. Плюс-минус десять лет. В пределах допуска. Все расписано заранее, словно ровный ряд нот на сетке скрипичного ключа. Симфония чертова порядка.

Одевшись, я вышел на свежий воздух, в тайной надежде прийти в себя и одуматься, пока еще не поздно. Монстр не обратит внимания на сбой одного из миллиардов его верных слуг. Если что, наказание будет терпимо, и в худшем случае я просто лишусь заработка.

Однако мое второе «я» не собиралось сдавать позиции. Вскоре, вслед за упавшим с вершины снежной главы маленьким камешком, двинулась небольшая нарастающая лавина.

Должен быть выход. Но в коварной Системе предполагалось, что выход там же, где вход. Конечно, можно было попытаться на максимальное время погрузиться в мир грез, будь то мультимедиа, витание мыслей в фэнтези, наркотики всех видов, включая алкоголь, или тихое сумасшествие. Но позиция страуса мне противна.

Поток зомби потихоньку ослабевал. На улицах мегаполиса остались трудовые резервы и отбросы общества. Жизнь последних — чем не попытка выхода из под опеки социального монстра? Но на самом деле — это свалка для поломанных роботов со сбоями управляющих программ и для бракованных моделей. Система лишь позволяет им спокойно доживать свои годы. Утилизация стоит дороже. Поэтому у них негласный двусторонний договор. Не мешать друг другу. А мне-то что делать?

Итак, что я теряю, выпадая из общей обоймы? Прежде всего все средства к существованию. Отказавшийся трудиться на благо социальной пирамиды во все времена подвергался нещадным гонениям. Скоро у меня кончатся виртуальные и бумажные циферки личного счета. Это означает, что я перестану представлять интерес для потребительской системы как совершенно некредитоспособное лицо. Через непродолжительное время явятся блюстители порядка нижнего звена и выгонят меня из индивидуальной ячейки. Примеры тому ковыряются за окном на помойке. Они выбрали свободу слишком дорогой ценой. Такой вариант бегства меня не устраивал.

Автоматически я утрачивал все свои знакомства и связи, в том числе личные. Любая особь противоположного пола немедленно бросит, с ее точки зрения, полного неудачника, который вместо того, чтобы засучив рукава броситься покорять вершину Холма, скатился с него на самое дно. Что ж, придется смириться с неизбежным, но это еще не все. Самой главной утратой являлась потеря коллективной энергетики. Воспринимай данный факт как хочешь, однако прежде всего человек — существо общественное, одновременно состоящее в нескольких группах. Я вылетал из могущественного социального эгрегора, который в моем положении и являлся многоголовым монстром, контролирующим все и вся. Вот в чем состояла основная загвоздка.

С этими мыслями я задумчиво сидел на уличной скамейке в пустынной части городского парка и молча смотрел в бездонное небо. Кучевые облака безмятежно парили над суетливой землей, словно пушистое покрывало.

Одиночные прохожие заметно отличались от рабочей массы общества. Они никуда не торопились. Высокий подтянутый мужчина в легкой зеленоватой курточке и точно таких же брюках поравнялся с моей скамейкой. Мы обменялись короткими взглядами. Мой взор утонул в голубых глазах мужчины. Внезапно незнакомец остановился и повернулся в мою сторону со словами:

— Это немножко бестактно, но можно вопрос?

Я молча кивнул головой.

— Вы верующий?

Пожав плечами, я неопределенно кивнул головой.

— У вас светлые глаза верующего человека. Это заметно.

На мгновение я задумался, и внезапное предчувствие запланированности нашей встречи Свыше охватило меня. Все идет по плану. Ощущение не пропало и после того, как я жестом указал на место подле себя. Прохожий присел рядом, положив руки на колени. С минуту мы молчали, ожидая завязки разговора, и я начал первым:

— У меня сегодня необычный день. С самого пробуждения. Я чувствую, как внутри происходят глобальные перемены.

— В чем это выражается?

— Я кое-что понял. Ранее это казалось мне нормальным, то, что творится вокруг. Я считал естественным тот ужас, который делает из людей биороботов, спешащих навстречу своей смерти, порождая себе подобных. Вернее, тиражируя их. Но дети-то при чем? Они же пока не понимают!

Незнакомец молча кивнул головой, провел ладонью по аккуратной бороде и отозвался:

— Знакомое явление. Примерно десять лет тому назад я точно так же сидел на подобной скамейке и меня посещали такие же мысли. Замкнутый круг…

Я с удивлением подался вперед. Честно говоря, мне просто подвернулась возможность выговориться, сбросить свой душевный груз в свободные уши. Но подобной реакции своего случайного собеседника я не ожидал. Он, похоже, понимал меня. Это нонсенс, потому что я никогда не встречал свободного человека.

— Старая система ценностей развалилась как карточный домик. Все, ради чего ты работал не покладая рук, куда вкладывал свою энергию и мечты, развеялось как туман на ветру. Ведь так? — продолжил мужчина.

— Да. И выхода нет.

— Почему же? — непринужденно пожал плечами мой собеседник. — Выход там же, где вход.

(Глава 2) Звонок

Воистину, Сатана является вашим врагом, и относитесь к нему как к врагу. Он зовет свою партию к тому, чтобы они стали обитателями Пламени.

КОРАН (35:6)

Хмурый дядя взял трубку телефона и после третьего гудка буркнул, не представляясь:

— Они встретились.

Его невидимый собеседник с колючими глазами помолчал некоторое время и отозвался на том конце провода приятным для уха баритоном:

— Что ж, Джонн, этого следовало ожидать. Надо было принять превентивные меры.

— Неужели этот новый малый настолько опасен для нас?

— Ты мыслишь старыми категориями. Еще немного, и отстанешь от жизни. Угроза, исходящая от неофита, настолько велика, что необходимо принять незамедлительные меры.

— Понял, сделаем, — ответил господин Джонн Сумайевич и сунул телефон во внутренний карман пиджака. Этот необычный мужчина чем-то неуловимо отличался от окружающих людей. Казалось, он отлит из другой, особенной, формы, создан из иного материала, нежели человек. Чуть-чуть раскосые глаза, слегка заостренные уши, словно у кошки, большой крючковатый нос и несколько других едва заметных аномалий непроизвольно отталкивали чем-то. Иногда чудилось, что в глазах Сумайевича сверкают огненные искры. Изо рта едва заметно тянуло едким запахом серной кислоты.

Некоторое время Джонн обдумывал слова своего хозяина, пытаясь вычислить нить разговора.

Интересно, чем же не угодил этот малый из числа людей его боссу? Время покажет, и все же… Надо будет потрясти ищеек, пусть оправдывают серьезные финансовые вложения, потраченные на их подкуп и содержание.

Серое высотное здание в стиле фальшивых дворцов располагалось в центре города, где ему и положено было быть. Из этого, на вид невзрачного, заведения осуществлялся невидимый контроль за всеми и вся, на определенной подшефной территории. Страна была покрыта сетью сот, за каждым из которых мудро закреплялась местная контора. К слову сказать, обитатели дворца обладали немалыми способностями и представляли собой лучшие образцы индивидуума, воспитанные социальным монстром. Дети системы намного превосходили остальных зверолюдей, зомби и демонов по всем параметрам. И это было неудивительно, ведь соглядатай должен быть круче своих опекаемых.

Конечно, у Системы были и другие верные слуги. Целая свора свирепых и бдительных церберов трудилась в определенных контрольных точках общества. Но представители данной конторы, на сленге точно обозначенные как борзые, на голову возвышались над остальными. Обладая навыками силовых единоборств и прекрасно разбираясь во всех видах оружия, они представляли собой весьма опасных противников. Государство никогда не тратило свои силы и средства зря. Ищейки являлись представителями элитной спецслужбы — самое лучшее, что может предложить Система для защиты своих интересов. Естественно, существовали и другие, возможно более профессиональные представители сыска, но каждый из таких обучался по единому сценарию, что, впрочем, было основной слабостью подготовки. Стандартное мышление не раз приводило к провалам тщательно разработанных мероприятий.

Контора всегда предпочитала превентивные методы устранения угрозы, выискивая «больные» места общества и занимаясь социальными диссидентами по мере их появления. Инфекцию легче предупредить, чем вылечить. Так считали руководители ордена «плаща и кинжала», а также их настоящие хозяева. Здесь получали ордена не за подвиг по спасению многострадальной родины от новой опасности, а за хитроумные хирургические операции и прививки. Бесстрастные рослые ребятки — периферия аналитиков и прогнозистов — неумолимо вторгались в судьбы недовольных и ломали их жизни. Они деловито стучались в офисы и приемные работодателей субъектов разработки, мягко пожимали плечами и говорили бархатные речи. Будьте с этим человеком поосторожнее. В чем дело? Государственные интересы. Социально опасен. Да, просто так заниматься бы не стали, он на самом деле требует повышенного внимания. Надо помогать государству, тем более в наше беспокойное время, когда участились террористические акты и умножились секты.

Беседы с руководителями разных рангов всегда приводили к нужным результатам. Недовольному создавались всевозможные трудности, вплоть до увольнения. Далее ребятки ставили диссидента под колпак, поместив его в «отбойный список» и фильтруя все его перемещения. Сложная надзорная система автоматически предупреждала попадание этого человечка во властные структуры. Он никогда не мог занять определенные должности и всегда находился под присмотром. Рано или поздно проводились сезонные проверки на вшивость. Если уровень активности диссидента снижался, то его переводили в карантин, где держали до самой смерти.

На заднем крыльце внушительного серого дворца из служебного входа появились две подтянутые тени с бесстрастными взглядами и не спеша, вразвалочку, направились к белой легковушке с тонированными стеклами. Крепкие рослые фигуры таили в себе скрытую силу. Эти мужчины лет тридцати пяти могли легко слиться с толпой, приняв облик стандартного городского обитателя. Они были одеты в легкие курточки и классические брюки. На головах короткие аккуратные прически. Внешне они походили на спортсменов. У каждого на поясе висел сотовой телефон.

Борзые перебросились фразами и уселись в автомобиль. Машина внешне ничем отличалась от своих заводских близнецов, однако на этом сходство заканчивалось. Под крышкой капота покоился мощнейший двигатель с форсированным режимом работы и шестиступенчатой коробкой передач. Подвеска легковушки могла выдержать долгую интенсивную гонку по пересеченной местности, а бампер запросто сносил бетонную тумбу. Колеса были соединены с системой автоматической подкачки давления на случай преднамеренного повреждения или прострела шин. Механическая часть выполнена по высшему классу, зачастую выдерживает многократные перегрузки. Однако электроника экипажа тоже поражала своими возможностями и тщательной продуманностью. В ее состав входил бортовой компьютер с целеуказателем и привязкой к карте местности. Мощная рация позволяла вести уверенный прием на нескольких диапазонах и на большом удалении от базы. В комплект связи входил портативный спутниковый телефон и ноутбук, соединенный со специальной электронной сетью «Глобус». База данных последней позволяла в считанные минуты находить сведения на любого зарегистрированного гражданина с подробным описанием его досье.

Старший напарник, известный в кругах профи под позывным Альфа, уселся на пассажирское сиденье справа от водителя. Он чем-то походил на своего напарника. Однако его волосы были чуть кудрявее и светлее, а на лице виднелись небольшие оспинки. Шофер, он же Бета, повернул ключ зажигания. Белая легковушка с тонированными стеклами плавно тронулась с места и, прокатив несколько десятков метров, притормозила у массивных металлических ворот внешнего контрольно-пропускного пункта. Вахтенный кивнул головой и нажал кнопку не сходя с места. Ворота плавно и практически бесшумно ушли в сторону, освобождая проезд. Машина легко набрала скорость, потерявшись в потоке других автомобилей.

Приятный на вид мужчина при выходе из дома поправил черный плащ и прищурился на сентябрьском солнце. Он производил бы на окружающих благое впечатление, если бы не жуткий взгляд бездонных водянистых глаз. Мистер Силби-младший тщательно скрывал свой недостаток под черными солнцезащитными очками. Едва он махнул перчаткой, как бесшумно подъехала блестящая черная машина представительского класса. За тонированными стеклами мелькнула угрюмая небритая рожа амбала, который выступал в роли водителя. Хлопнула закрываемая дверца, и призрачная тень лимузина метнулась в сторону городского шоссе.

(Глава 3) Реперная встреча

…Аллах начертал в их сердцах веру и укрепил их духом от Него. Он введет их в Райские сады, в которых текут реки, и они пребудут там вечно. Аллах доволен ими, и они довольны Им. Они являются партией Аллаха. Воистину, партия Аллаха — это преуспевшие.

КОРАН (58:22)

— Этот мир катится к логическому финалу. Признаки налицо, — продолжал мой новый бородатый знакомый Гавриил. — Мы можем сами наблюдать рост уродств, повсеместное распространение лжи и умножение прелюбодеяний. Все известно заранее. Перед наступлением Судного часа распространится грамотность, численность женщин будет много больше численности мужчин.

Даже верующие люди будут считать опьяняющие напитки разрешенными и придумывать для них другие названия. Повсюду также будут одетые, но в то же время обнаженные женщины, а их головы похожи на покачивающиеся верблюжьи горбы. Блудницы будут ходить, размахивая своими прелестями из стороны в сторону, делать вызывающие прически и публично соблазнять мужчин своей красотой.

Перед Концом Света будет много музыкальных инструментов и певиц, человек не будет придавать значения тому, как он заработал имущество: разрешенным путем или запрещенным. Сюда же можно отнести появление многочисленных лжепророков и всевозможных мессий. Время должно ускориться. Год будет подобен месяцу, а месяц — неделе, неделя пройдет как день, последний равен часу, а час — времени тления головни. Люди будут состязаться в строительстве высоких домов.

Дети будут проявлять неуважение к родителям, участится количество убийств, кругом распространится беспутство, непристойности, разрывы родственных связей и неуважение к соседям.

— Откуда информация? — поинтересовался я.

— Достоверное наследие последнего пророка Мухаммада, мир ему. Ниспосланное через него предупреждение.

— Что же нам делать? Борьба с этим злом бесполезна. Оно вездесуще и непобедимо.

— Почему же? Мы считаем наоборот.

— Кто это мы? — спросил я.

Собеседник лучезарно улыбнулся и ответил:

— Последняя надежда агонизирующего народа. Воины из партии Всевышнего.

— Разве это возможно? И это не богохульство?

— Вовсе нет, Он сам нас так называет в Своем писании.

Легкий осенний ветерок окатил прохладой мое раскрасневшееся лицо. Странные мысли копошились в голове, пробуждая давно забытую информацию. Как будто некий скрытый файл начал самостоятельно распаковываться от слов незнакомого мужчины. Последний уподобился ключу, который запустил лавинообразный процесс. Я почувствовал необратимость перемен в моем сознании и… улыбнулся.

— У тебя кристально чистые глаза верующего человека, — продолжил Гавриил. — Именно по ним я нашел тебя в этой безликой толпе зомби. Это своеобразный тест. Конечно, он первоначален и дальнейшее впечатление закрепляется после разговора.

— С кем вы враждуете? — бросил я.

— С партией дьявола из числа людей, зверей и джиннов. Племя Иблиса — это те, которые работают на него, кто последовал за ним. Их всех называют шайтанами, что означает — черт, злодей, дьявол, сатана.

И вот этот Иблис, будь он проклят, с тех пор как он был изгнан из рая, не имел другой работы, кроме сбивания людей с правильного пути. И за это длительное время он накопил огромный опыт в изобретении разных видов обмана и обольщения. И всему этому он обучает свое племя.

Мы боремся с проявлением многоликого зла многобожия и невежества. Наш враг — это все, что ведет к пороку и выходит за рамки дозволенного. Мы сражаемся за души людей.

— Но как? Разве это возможно в наших условиях? — удивился я.

— Конечно. В наше время боевые места не в седлах лихих коней, не в титановых гробах танков и бронемашин, нет, брат, оно в теплых офисах с кондиционерами и вентиляторами, у экранов компьютеров. Мальчики с умными глазами интеллектуалов — вот наше новое войско, которое мы бросаем на борьбу с многоликим невежеством и многобожием. Наши стрелы и снаряды — это слова и книги, а сражения с не меньшей яростью, чем во времена последнего пророка, мир ему, разгораются повсюду, во всех мирах.

— В виртуальном? — спросил я.

— И в нем тоже. В Паутине собирается лучшая, самая энергичная часть человечества. Именно эти думающие люди могут решить и решают судьбы своего поколения. От их волеизъявления зависит, куда пойдет основная масса человечества, в огонь или в рай. Стоит только крохотной части их одуматься, как мы, бойцы невидимого фронта, заметно усилимся и переломим ситуацию, вобрав в свои ряды этих солдат. Но пока все тщетно. Сейчас они на той стороне баррикад, хотят того или нет. Многие из них даже не задумываются о тех вещах, которые я говорю тебе. Раньше не задумывался и ты, ведь так?

— Почти так. Но на самом деле я изначально стремился к справедливости, которой здесь, на грешной земле, не хватает. Но должна же она быть? Иначе я бы возненавидел этот мир.

— Не сомневайся, справедливость существует. Просто надо понимать, что с помощью людей она может осуществиться только приблизительно. Высшая справедливость в карающей длани Того, Кто держит в ней этот мир. Расчет будет после, здесь же испытательный тест по проверке приборов на прочность. По сути, на земле происходит переплавка золотосодержащей руды. Слиток на небо, шлак в огонь, туда, где он должен быть. Все логично. Кто-то плавится за два-три десятка лет, часть сразу, кто-то не хочет подчиниться вообще.

Линия фронта в наше время проходит не по раскаленному песку Аравии или тонкой нити океана на Гибралтаре. Нет, конечно. Мир изменился до неузнаваемости. Все идет к логическому концу, и признаков тому масса. Извините, глобализация. Невидимые баррикады переместились на улицы мегаполисов. Огневые позиции и укрепрайоны теперь не крепости и форты, а телевышки, издательства и сайты Интернета. Повсюду кипит жаркий бой. Особенно ожесточенная и самая кровавая схватка идет в финансовой сфере. Случилось так, что часть войска Всевышнего от пророка Мусы-Моисея ослушалась следующих и в своей гордыне перешла на сторону своего заклятого врага.

— Речь идет об иудеях? — догадался я.

— Абсолютно верно. Народ Моисея, мир ему, ждал следующего посланника и не уверовал в него. Они чуть не убили Ису, то есть Иисуса.

— Разве не убили? Но ведь священные книги утверждают обратное?

— Бывшие Руководства утеряны насовсем.

— Утеряны? А Тора?

— «Таурат» в ходе истории была утеряна два раза и оба раза восстановлена по памяти. Инджиль, Благая весть, данная Исе, погребена в куче отвергнутых церковными Соборами Евангелий.[1]

Иудеи проспали последнего пророка Мухаммада, мир ему, который пришел из арабов и для всего человечества. «Богоизбранный» народ, пораженный гордыней слепого нацизма, не смог поверить в то, что на этот раз посланник пришел не к ним» а к диким племенам Аравии, по сути к другой ветви Авраамического потомства.

— Что значит «бывшие» и что значит «Руководства»? — вновь спросил я.

— А то, что к каждому творению есть свое описание, тем более к такому сложнейшему, как человек. Судить о своем творении может только его создатель. Он и устанавливает параметры. Больше никто не имеет права, тем более человек. Даже гениальный. Ведь на каком-то уровне все равно закрадется ошибка. Как поступать правильно, что такое добро и зло и где проходит граница дозволенного?

Говоря языком программирования, предыдущие версии Руководства ниспосылались локально для отдельных народов с учетом их национальных и территориальных особенностей, а также истории и нравственности. Человечество не было готово к принятию глобального учения. В один прекрасный момент старые версии были отменены и заменены окончательной, действующей вплоть до Судного дня.

(Глава 4) Операция «Наш дом»

Неужели те, которые строят злые козни, не опасаются того, что Аллах заставит землю поглотить их или мучения постигнут их оттуда, откуда они их не ожидают?

КОРАН (16:45)

Контора разбросала свои сети по всей необъятной родине. В то же время спецслужба, естественно, управлялась мировым наднациональным правительством, будучи образованием глобального масштаба. Созданная при содействии королевской сестры, Контора уже которое десятилетие прочно занимала подобающее место под солнцем. Было бы величайшим заблуждением считать ее зорко стоящей на страже интересов России. Этот утопический миф о чекистах раздулся до необъятных размеров. Невидимые рыцари холодной войны противостояли угрозам бывшей красной империи. Полная туфта. На самом деле только армия и ГРУ, как инструмент и всевидящее око Генерального штаба, могли играть подобную роль. Эта спецслужба во все времена занимала антинациональную позицию, устраивая перевороты на своем огороде в пользу контролирующего русский удел финансово-сакрального клана. Нынешний глава государства, впрочем ее ставленник и кадр, тоже испытывал некоторые иллюзии по поводу своего положения. Правда, наместнику иногда напоминали его место, устраивая провокации, начиная с экономических и завершая террористическими актами. Это не единственное заблуждение подобного рода. В недрах сознания раболепного народа, умело подогретого нужными руками, тоже почивала идея патриотического рыцаря «плаща и кинжала», неусыпно стоящего на страже родины. Подобные воззрения умело разрабатывались специальными институтами и поддерживались подконтрольными средствами массового зомбирования.

Старший следователь задумчиво смотрел в окно, наблюдая за полетом птиц над крышами старых домов. Пернатые бесшумно скользили между проводов и ветвей раскидистых деревьев. Стройный мужчина с правильными чертами лица и небесно-голубыми глазами поднял руку и глянул на наручные часы в стальном браслете. Подарок отдела за блестяще проведенную операцию. Какую, общественность узнает только через полсотни лет. Если вообще узнает. Но в своем кругу ее оценили на все сто процентов. И наши, и те, против кого была проведена спецоперация. Относительно молодой офицер безопасности отличался от своих коллег кристальной честностью, которая не раз выходила ему боком. Там, где в противоречие вступали карьеризм и чистота взглядов, выигрывали более наглые коллеги. Впрочем, как покажет время, их выигрыш на самом деле был временным, ограниченным рамками этого мира и оборачивался огнем в будущем.

Этот герой заметно отличался от другой конторской братии своими честными убеждениями, в которых не было места распространенным в стенах заведения карьеризму и лизоблюдству. Можно сказать, сыщик был ищейкой по призванию и занимал свое место в Системе. Он не пил и не курил, занимался спортом и отличался строгой нравственностью, чем значительно выделялся из окружающей серой массы. Мало того, у офицера хватало наглости бросать вызов всему демоническому коллективу.

Сейчас, находясь в свободном поиске, так как не было сил указывать ему направление действия, следователь чисто случайно зацепился за тоненькую ниточку, тянувшуюся к хорошо запутанному клубку. Еще не представляя полной картины, он почувствовал охотничий инстинкт. Однако, сдерживая себя и боясь разорвать невидимую цепочку, он ожидал закрепленного за ним оперработника.

Последний появился, как всегда, неожиданно. В дверях показалась фигура, облаченная в голубые джинсы, зеленую куртку и черные кроссовки. Гуттаперча собственной персоной. Сослуживцы за спиной называли его Пластилином. Опер полностью соответствовал своей кличке. Светясь от радости, еще довольно молодой мужчина уселся на стол напротив следователя и растянул мясистые губы в счастливой улыбке. Говорили, что он несколько раз попадал в аварию, горел на пожаре, ему на голову падало бревно с высоты третьего этажа, однако Гуттаперча оставался цел и невредим, за исключением сорок раз сломанного носа. И даже преуспевал. Он мог всю ночь просидеть в засаде по горло в ледяной воде и после этого вступить в жестокую схватку с тремя противниками сразу.

— Здравствуй, что принес? — спросил следователь.

— Здорово. Кое-что.

— Выкладывай.

— Я смог достать случайную запись перехвата зашифрованного сообщения, посланного по сотовой связи. Три дня лучшие криптографы этазком ниже пытались подобрать код. Три ящика пива высосали из меня эти ребята.

— Врешь, речь шла об одном.

— Ну, я помог им немного… Посодействовал при разгадке сложнейшего кроссворда…

— Где расшифровка? Давай сюда.

На стол перекочевал лист белой бумаги с короткой строчкой записи:

Абоненту…. Начало операции «Наш дом «… Начинаем ночью в установленное время. Просим срочно начать подстраховку. Прикрытие обеспечено. Акцию произвести согласно плану. Подпись….

Следователь три раза прочитал сообщение и поднял глаза на коллегу, который все так же загадочно улыбался.

— И что?

— А то, дорогой мой «мегамозг», что, по нашим данным, именно в этот день произошли всего три значащих события.

— Какие?

— Убита крупная фигура теневого мира в нашем районе, отвечающая за транзит редкоземельных металлов. Космически доходный рынок. В прямом и переносном смысле. Официально его никто не ищет, однако дельцы сильно обеспокоены. «Космонавты» в ужасе.

— Это их внутренние разборки. Пусть рвут друг друга. Что еще?

— Дорогой, по нашим оперативным данным, прибыла крупная партия плана.

— Не называй меня дорогим! Уволю за фамильярность! — вспылил следователь, и улыбка мгновенно слетела с лица Пластилина. Он опасался холодной ярости своего шефа, единственного, кого по-настоящему уважал после, конечно, Генерала.

— Извини, — поправился опер. — И еще в этот день произошел теракт в жилом доме. Интерес дела в том, что ребятки из сообщения, назовем их господа X, сработали стерильно. Так во всей стране могут работать только единицы, — добавил Гуттаперча, вглядываясь в лицо офицера.

Подобные преступления, сопряженные с надгосударственной политикой, железно переходили в разряд висяков. Раскрыть дело о терактах не удавалось практически никогда. За редким исключением, когда нужная информация всплывала «сама собой». Да, теперь подвернулась настоящая удача. Судя по доступной информации, Контора дала указание СМИ валить все на религиозных фанатиков. Вслед за этим последовали жесткие, якобы обоснованные карательные мероприятия против мусульман, число которых увеличивалось в геометрической прогрессии, что было опасно тоталитарному Тагуту. Свободных людей должно было стать меньше.

— Твои варианты? — слишком сильно напрягся следователь.

Опер пожал плечами.

— Тебе виднее.

— Хорошо, что по номерам телефонов?

— Их нет в природе.

— То есть?

— Они не зарегистрированы у телефонистов.

— Такие бывает.

— Выходит, что бывает.

— Срочно свяжись с коллегами из контроля за средствами связи. Пусть покопают, в том числе и на зарубежный роуминг.

— Не найдем.

— Что ты предлагаешь?

— А то, — опер загадочно усмехнулся, — что удалось определить место сеанса одного абонента.

— Продолжай!

— Я вышел на дачу, зарегистрированную на одного гражданина.

— Поставь наружку.

— Сделано. Ты подпиши.

(Глава 5) Троян

Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне.

КОРАН (51:56)

Мы сидели в уютном кафе на берегу реки и ненавязчиво беседовали, совмещая полезное с приятным. Удаленный от общего зала столик располагал к доверительной беседе. Владелец заведения умел создать интимную обстановку, что значительно повышало посещаемость.

Вместе со мной за столиком находился Гавриил, который немного поведал о себе и своем прошлом. Будучи офицером в отставке, этот человек уже свыше десятка лет как принял ислам и полностью посвятил себя борьбе с многобожием.

— Как вы узнаете друг друга? — спросил я, подавшись вперед.

— Очень просто, дружище, — по глазам. Они буквально излучают религиозный свет, то есть нур. Конечно, есть много других признаков, ведь верующего человека видно за версту. Еще одной приметой сознательного брата по вере является наличие бороды. Это весьма желательно, то есть Сунна пророка. Современные мужчины со своими отскрябанными лицами напоминают безволосые физиономии гермафродитов. Женоподобные мужчинки повсюду. А ведь если Всевышним создана растительность на лице мужа, значит, это для чего-то надо?

Я молча кивнул головой, подумав о своей персоне. В принципе, он прав. Этот человек, как и его окружение, открывал мне глаза на явные вещи, которые я раньше обходил вниманием.

— Во всем виновата джахилия, то есть невежество. Люди забыли свое предназначение и порождают отсебятину. Никто не знает, чем руководствоваться. Каждый считает себя правым. Именно в эти щели между людьми и лезет грязь, внося разлад и склоки.

Над нашим столиком возникло улыбающееся лицо ожидаемого гостя. Подтянутый молодой человек в джинсовом костюме пожал нам руки и сел за столик.

— Познакомься, это Троян, он же Артур, — представил Гавриил. — Без лишней скромности могу сказать, что этот молодой человек внес серьезный вклад в наше общее дело.

— Какие планы на будущее? — внезапно поинтересовался Троян, пожав мою руку. Я с интересом глянул на его открытое лицо, за простецкой маской которого скрывался острейший интеллект. Этот молодой мужчина лет тридцати обладал усредненной, ничем не выделяющейся внешностью. При определенной имитации он вполне мог сойти и за рядового работягу, и за высокопоставленного чиновника.

— Не знаю, — ответил я. — Столько всего нового произошло…

— Мы найдем тебе применение, — махнув рукой, предложил мой новый знакомый. — Я, например, занимаюсь экономическими вопросами. Умение находить уязвимые места в потоке денежных единиц Тагута — моя стихия, однако охота за золотом — удел жадин. Я предпочитаю ни на чем определенном не зацикливаться. Хотя… Если честно, то моя заветная мечта — разыскать товарищей по разуму, которые так же, как и я, вдруг осознали, что по большей части все люди — марионетки, нами рулят все, кому не лень, начиная с больших начальников и заканчивая дядями из мирового правительства. В один прекрасный день я проснулся и понял, что больше не хочу жить по плану. Нет моих сил смотреть одну и ту же серию бесконечного фильма под названием: «Жизнь и смерть гражданина порядковый номер такой-то». Хватит!

Это не просто — взять и выйти из бесконечно длинного строя биороботов. Почти то же самое, что самому сесть на электрический стул. Ведь никто не поймет, ни близкие, ни знакомые, даже лучшие друзья отвернутся. Надо смочь порвать невидимые путы. Главное — решиться, сдвинуться с мертвой точки, остальное пойдет по накатанной. Вот она, истинная свобода.

Однако Система не собиралась никого выпускать из своих цепких лап. Давным-давно, еще в эпоху первых государств, начал оттачиваться механизм по насильственному возвращению «заблудших» овечек. Чтоб другим неповадно было. Просто раньше давили и стреляли, а сейчас — цивилизация. Эра высоких технологий. Вшивают чипы и зомбируют. Подход чисто научный, можно сказать профессиональный. Куда злобным пращурам до современников!

— Что значит слово Тагут? Это религиозное понятие? — спросил я.

— В исламе нет разделения на светское и религиозное. Тагут — это все, чему поклоняются люди, за исключением Аллаха.

— Ясно. Чем ты конкретно занимаешься?

— Перераспределяю денежные ресурсы Тагута в нашу пользу. Чем больше инструментов в моем распоряжении, тем меньше их остается у рабовладельческой Системы, основанной на многобожии и ссудном проценте. Проклятые паразиты. Соответственно, тем более живучей становится наша община.

— Получается, мы преступники?

— Большинство великих людей для своего времени являлись вопиющими преступниками. Возьми, например, любого пророка, мир им всем. Время показало, что они были правы. В смысле «преступать определенные юридические границы»; мы подходим под эту формулировку. Но вопрос в том, каков закон?

На минуту я замолк, обдумывая слова Трояна. Он читал мои мысли с лица, понимая, что я открыл для себя нечто новенькое, ранее недоступное для понимания. Наконец я тряхнул головой и продолжил беседу:

— Но, если честно, мне жалко рабов.

— Кого? — переспросил Артур.

— Подданных Тагута, обычных граждан.

— А что касается жертв, то мы имеем полное право стричь их. Подумай сам. Они рабы Системы и ее верные слуги. Презренные существа, далекие от человеческого строя психики. Какая им разница, кто будет брить их, я или социум? Овцы для того и нужны, чтобы их стригли, хотят они этого или нет. Но если вдруг случится чудо и хотя бы один из зомби очнется от летаргического сна и сможет переосмыслить свое существование, я буду первым, кто протянет руку помощи. Он станет мне братом. А пока они играют на противоположной стороне, и это печальный факт.

— Довольно жесткое обоснование, — задумался я, — но я начинаю понимать. В какой-то мере бессознательно я сам руководствовался подобными элементами твоей идеологии. Однако при этом чувствовал себя негодяем. Теперь я понимаю, что был прав.

— Вопрос состоит только в том, куда перераспределяются изъятые средства. Если себе в карман, тогда ты ничем не отличаешься от злобной Системы, только карликовой. В этом случае она все равно вернет все себе обратно, и в какой-то мере ты способствуешь ее целям. В принципе, речь идет о стихийной преступности. Истинное коварство социума состоит в том, что он контролирует, казалось бы, недоступные явления, вроде «подлунного» мира. На виду у всех борьба закона с бандитами — на самом деле они выполняют заказ монстра. Двойное налогообложение. Причем стихийная преступность находится под жестким контролем.

— А куда тратишь деньги ты? — поинтересовался я.

— Пятая часть военных трофеев идет на нужды нового сообщества. Нашего. Сюда входит безвозмездная помощь бедным братьям по вере, сиротам, путникам, должникам и тем, кто сражается с многобожием вместе со мной. Остальное — моя личная добыча. Извини, но я рисковал своей свободой и жизнью. Тут все честно и правильно. Таков порядок, установленный Самим Всевышним. Удел Его воинов — беспрекословно исполнять закон.

— Юридически это нарушение закона.

— На самом деле это экономическая война. Все зависит от намерения, то есть нията сражающегося. Мы находимся на земле многобожников и по мере возможности обязаны бороться с куфром. А как это делать, если все инструменты неверующего общества, в том числе экономические и карательные, находятся не в наших руках? Разве нас спрашивают, вводя новые налоги на борьбу с исламом? Мы сами отстегиваем на содержание тоталитарного аппарата, который гноит и трамбует нас же самих. Извини, брат, Я веду партизанскую войну и не вижу другого выхода. Дьявол — великий шутник и любит менять понятия местами. В его методах переворачивать черное и белое, когда все наоборот. У него много приспешников — шайтаны из числа людей, зверей и джиннов.

— Джиннов? — переспросил я. — Как это понимать?

— Что ты представляешь при слове «джинн»? Учти, что слово — есть нечто вроде названия файла, за которым кроется многоликий образ, описывающий этот термин во всем его многообразии. Ты, брат, наверное, представляешь старика Хоттабыча из бутылки или лампы? Ведь так?

Я молча кивнул головой.

— Видишь ли, в современном понимании это параллельный мир. Он существовал еще до создания человека. Все аномальные и необъяснимые явления, а также колдовство исходят оттуда. Его существа почти полностью подобны людям, но с одним существенным отличием. Согласно Откровениям, тело человека создано из «звонкой» глины, а тело джинна из бездымного огня.

В достоверных преданиях от пророка Мухаммада, мир ему, рассказывается об этих творениях Господа. Праотец джиннов попросил у Создателя, чтобы они видели, а сами были невидимыми и чтобы сами могли скрываться в земле, а перед кончиной возвращалась молодость. То есть они недосягаемы для человеческого глаза, взрослые же из них не умирают, пока к ним не вернется молодость.

Существует мнение, что Аллах сотворил джиннов за тысячу лет до человека, другие ученые считают — за сорок лет. Всевышний создал их из огня самума, то есть кончика пламени.

— Ты говоришь удивительные для моего понимания вещи, — пожал я плечами.

Артур усмехнулся, обменялся взглядом со своим старшим товарищем и бросил:

— Увы, наш новый брат, — это только начало. Скоро в твоем сознании произойдут необратимые сдвиги. Ты полностью поймешь окружающий мир, цель своего существования и способ ее достижения. И пусть завидуют тебе и нам все остальные люди. Только мы, истинно верующие, счастливы по-настоящему, ибо Господь открыл исключительно наши сердца. Значит, мы достойны Его милости и должны верно служить Ему, наводя порядок в этом порочном мире.

— Ну а цель моего существования? — спросил я.

— Отвечу словами Творца: «Я создал джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне… Аллах создал небеса, землю и то, что между ними, только ради истины и только на определенный срок… Аллах сотворил небеса и землю во истине и для того, чтобы каждая душа получила воздаяние за то, что она приобрела, и с ними не поступят несправедливо».

За соседним столиком, не привлекая внимания, скучали двое крепких подтянутых мужчин с безразличными глазами. Агенты Альфа и Бета, подобно клещам, вычислили и крепко уцепились за свою жертву. Они готовы были в любой миг выполнить самый немыслимый приказ, вплоть до ликвидации мишени. Но команды пока еще не поступало.

(Глава 6) «Зеленая» сеть

Клянусь твоим Господом, Мы непременно соберем их и дьяволов, а затем поставим их вокруг геенны на колени.

КОРАН (19:68)

Черный лимузин плавно подъехал к сверкающему рекламными огнями стриптиз-бару. Вход сюда равнялся месячному жалованию обычного раба. Хлопнули закрываемые дверцы, и две подтянутые тени направились в храм разврата и порока. Едва только оба гостя скрылись в заведении, как из-за угла вышла высокая светящаяся фигура в белом, которая проводила их пристальным взглядом небесно-голубых глаз и глянула в бездонное небо.

Завидев достойных гостей, которых каждый лакей чувствует за версту, услужливый администратор расплылся в подобострастной улыбке и предложил самое удобное местечко.

— С вами еще кто-то будет? — поинтересовался слуга, намекая на женщин легкого поведения.

— Да, — отрезал мистер Силби-младший. — Будет.

В сигаретном дурмане разыгрался очередной акт языческого бога Эроса. Полупьяные самцы и самки добивали в себе остатки человеческого начала, прямо на глазах превращаясь в низменных животных. Уподобляясь зверям, они пополнили собой похотливое войско самодовольного шайтана.

— Нравится мне эта обстановка. Чувствую себя как дома, — развалившись в кресле, пробормотал Силби-младший. — Больше всего я люблю подобные заведения и рынки. Наши слуги и солдаты — это полуголые женщины и спесивые мужчинки из числа людей.

Джонн Сумайевич кивнул головой, спокойно разглядывая окружающих. Чувствуя у своего господина философское настроение, он решил начать доверительную беседу и кое-что выведать у босса:

— Слушай, шеф, расскажи немного о себе.

— Зачем тебе это?

— Просто так, хочу знать, за что сражаюсь с правоверными.

— Что ж, — Силби многозначительно улыбнулся и щелкнул костяшками пальцев, — я расскажу тебе. Кое-что. Тот, кому я служу, впервые переродился в тот день, когда отказался выполнить повеление Творца поклониться первому человеку. С этих пор мы всеми фибрами души возненавидели Адама и все его потомство и обязались доказать Создателю недостойность человека. Мы в постоянной вражде.

Мы ловим людей в сети, которыми являются похотливые самки. Наш аргумент — мираж и всевозможные обещания.

— А что мусульмане? — невозмутимо переспросил Джонн, разглядывая очередную шлюху, которая гнулась перед зрителями.

— Правоверные — покорные Богу. Я дроблю их на секты числом в семьдесят три. И только одна спасется.

Мои лучшие агенты в стане заклятого неприятеля — лицемеры. Наш второй фронт состоит из не молящихся. Оттуда, из этой биомассы, мы черпаем постоянные резервы. Ибо кто не с Ним, тот с нами.

Мои жены в этом мире — блудницы. Я рисую татуировки на телах самодовольных глупцов. Мои лозунги призывают к общечеловеческим ценностям и демократии. Я маскируюсь лучше хамелеона. Я и мои слуги проживаем в туалетах и банях, на базарах и пляжах. Моя мечта — сделать всех людей кафирами-неверующими. Педерасты и лесбиянки стоят в авангарде моего лютого войска, следом за ними идут актеры и актрисы, а также певички всех мастей. И наконец, мы обожаем мертвечину, пролитую кровь и свинину…

Силби-младший склонился к своему собеседнику и проникновенно зашептал:

— Я решил тебе поведать главный план, который собираюсь осуществить в самом ближайшем будущем. Если он получится, то мы сможем серьезно разгромить локальную ветку Сети.

— Сети? О чем это ты, господин?

— Мусульмане, по сути, выстраивают сетевое сообщество. Вроде информационно-организационной паутины, похожей на Интернет. Более сложной модификацией корпоративного сетевого сообщества являются транснациональные корпорации.

Видишь ли, наша задача значительно усложняется тем, что по своему строению их исламская сеть изначально создана как сообщество, которое вообще невозможно уничтожить. В этом типе структуры заложены особые свойства и необычные возможности, которые дают громадное превосходство над любыми другими. Главное преимущество нашего заклятого врага состоит в самоуправлении. Они могут реагировать на внешнее воздействие в реальном режиме времени.

В наше время структура уже неэффективна и ограниченна. Ей присуща масса неустранимых недостатков, таких как карьерные войны, землячество, наместничество, ограниченность авторитетов и тому подобное. Время пирамид всех уровней безвозвратно уходит в прошлое. Глобализация, скорость смены событий и увеличение скорости распространения информации неизбежно ввергают любую структуру в управленческий ступор, и она теряет оперативность. В результате следует одна катастрофа за другой, которые в итоге приводят к закономерному краху. И, соответственно, чем глобальнее объект управления, тем с большей вероятностью произойдет потеря контроля.

Единственно приемлемой моделью управления в наше время является новый тип — это самоуправление, где каждая единица выстраивает свое автономное поведение согласно многомерному вектору. Стоит только измениться одному из параметров окружающей среды в общем уравнении, как любой абонент без консультаций с центром может принять единственно правильное решение. Такое возможно только при наличии некоторых особенностей построения нового общества.

Потенциально каждый абонент сетевого сообщества должен иметь отношения с любыми собратьями. Это «прописано» в их общем алгоритме поведения, мировоззрения и одинаковом понятийном аппарате. Для сотрудничества им не надо будет выстраивать взаимоотношения и ломать всевозможные социальные или этнические барьеры. Они уже заранее готовы к немедленному взаимодействию. Их связывает некий общий системный язык, тонкости которого понятны только им самим.

Способность каждого абонента к автономному различению и выбору цели строится на их Руководстве. Их Коран — синхронизирующая автономная голограмма, которая проецирует цельную картину. Божественный компас, указывающий самое короткое и верное направление. Священное писание — это есть единый вектор, в направлении которого автоматически выстраиваются домены всей структуры.

Исламское сетевое сообщество обладает необычайными боевыми характеристиками. Мусульманская Сеть изначально задумывалась как организм, который невозможно уничтожить. Она способна перенести потерю любого своего фрагмента и остаться на плаву. Победа над ней возможна только при полном физическом уничтожении всех без исключения носителей-абонентов.

Джонн поежился от непростой перспективы затяжного столкновения с малочисленным, но могучим неприятелем. Увидев это, его собеседник раскатисто рассмеялся:

— Но у меня есть отличнейший план. Древнейший, как этот грешный мир.

— В чем же он заключается? — осторожно поинтересовался Джонн, заметив приближающуюся женскую фигуру.

— Безотказное средство. И я далеко продвинулся в этом направлении. Прямой путь к Господу проходит через испытания и тернии. На нем мы поставили множество ловушек, самая страшная из которых — искажение истины. Нам удалось ввести в ислам множество новшеств, заставив людей отклониться от истины. Мы заставляем людей забывать, что Аллах ниспослал законченную религию, которая не нуждается в модернизации и будет действовать неизменно до Судного дня.

Они начинают выдумывать всевозможные праздники и искать объекты поклонения помимо Господа. Эти заблудшие, к нашему удовольствию, совершают ширк, то есть придают Аллаху сотоварищей.

За тысячу четыреста лет нашими усилиями среди мусульман появилось много сект, люди отклонились от Корана и Сунны пророка, выдумав свои предположения. Могу похвалиться, что самой нашей серьезной победой является появление в исламе рафидитов. Нет более лживых и коварных людей, которые ввели множество новых обрядов и преданий. С помощью этого течения мы сбиваем огромное множество мусульман, отдаляя их от своего Господа…

К столику буквально порхнула изящная молодая женщина, не на шутку радующая мужской похотливый глаз. Тряхнув вьющимися локонами, девушка грациозно устроилась на стуле. Повеяло ароматом дорогих духов.

— Доброй ночи, — мягко, словно по слогам, произнес Силби-младший.

Джонн повернул голову и, встретившись с взглядом патрона, кивнул и вышел.

Девушка автоматически пыталась обольстить мистера Силби, но, наткнувшись на холодные колючие глаза, отпрянула, словно попала под ледяной душ.

— Слушай меня внимательно, Карина. И запоминай. Это твоя мушка, госпожа паучиха. Ты в его вкусе.

Патрон бесшумно рассмеялся, протягивая девушке фотографию жертвы.

— Вот его портрет. Не бойся. Не урод и не извращенец. К сожалению для нас. Иначе был бы другой разговор. Молод и свеж. Неплохая командировка. Возьми и ознакомься со своей легендой.

Силби-младший открыл кейс, достал листок бумаги, и девица пробежалась по строчкам.

— Как обычно, ты не только внешне, но и внутренне одаренная особа. Не зря мы потратили деньги и время на твое музыкальное образование. Теперь ты — единственная и ненаглядная деточка семейства творческих деятелей. Папа — литературный критик, мама — преподаватель музыкальной школы. Эти люди существуют реально. Ты проживаешь с некоторых пор одна по этому адресу в центре города. С утра загляни туда и разбросай свои вещички.

— Какова моя цель?

— Схема стандартная. Хлоп — и на крючок.

— Перспектива?

— Долгосрочная. Кидаешь якоря и привариваешь их сваркой. Не мне тебя учить. Сразу предупреждаю — деньги не клянчить и ничего не просить. А то раскусит через пять минут. На расходы возьми. Кто знает, может, это твоя командировка на всю жизнь.

— Даже так?

— А почему бы и нет? Всем хорошо. И волки сыты, и овца цела.

(Глава 7) Эволюция сознания

Разве ты можешь заставить слышать глухих или наставить на прямой путь слепых и того, кто находится в очевидном заблуждении?

КОРАН (43:40)

Последние вести совсем не радовали. Глобальный социум порождал дикий набор проектов по установлению мирового порядка. Он неумолимо диктовал свою волю вложенным в него маленьким монстрикам государственного масштаба. Цель Тагута была проста — планета больше не может прокормить паразитов в человеческом облике. Достигнут предел количества особей, которые пасутся и сжирают все на своем пути. Социум видел единственное логичное с его точки зрения решение. Число рабов должно быть ограничено возможностью биосферы. Остальные должны просто умереть.

На оставшуюся часть необходимо нацепить такие ошейники, которые позволяют контролировать любую деятельность «овцы», особенно направленную против установленного режима. Технические средства в ближайшем будущем позволяли решить все проблемы разом. А пока стоило немного поэкспериментировать, отстрелять «паршивых» индивидуумов и приучить оставшихся к идее тотального информационного контроля посредством объединения документов с магнитными карточками. Симбиоз предполагалось реализовать в электронном чипе и воткнуть в башки зверолюдей. И тогда полная победа. Спутники отследят любое перемещение и точные координаты кого угодно. Ни спрятаться, ни скрыться от всевидящего ока. Догонят верные слуги. На худой конец послал управляемую ракету с точечным радиусом поражения. Новая финансовая система позволит манипулировать денежными счетами особей по своему усмотрению. Хочешь новый налог — пожалуйста, взял да и снял без спроса энное количество у каждого. Расстроила овечка революционным поведением? Ничего страшного, лишим ее корма на сутки, заблокировав счет. Пост! Сразу образумится. А нет — ее проблемы. Воздержание можно продлить до бесконечности. И соболезнующие не помогут. Дать нечего, денег-то нет, одни виртуальные циферки.

От этих мыслей мне стало не по себе. Так или иначе, играть в эти игры я не собирался. Нет ничего противнее, чем исполнять роль бездушного ресурса в чьих-то происках. Но есть ли у меня выбор? А его, судя по всему, мне не оставили.

Уже который день я маялся в преддверии предстоящего отлучения от социального монстра. Вряд ли можно понять мое психическое состояние в тот момент. Вконец уставший от нелегких раздумий, я забылся в тягостном сне. Мне грезились тысячи отвратительных зомби, легионами наступающие из громадного города-замка на ослепительно яркий свет. Он потихоньку таял в кровавом закате. Я бросился бежать и проснулся.

Последующая бурная беседа с бывшей милой прошла как наваждение. «Любимая» долго пытала меня, пытаясь разобраться в странной перемене, которая случилась с ее будущим женихом:

— Ты сошел с ума!

— Нет, дорогая, наоборот. Пришел в себя. Осознал весь ужас окружающего.

Теперь я не собирался штурмовать вершину сословно-кастовой пирамиды, как раньше, чтобы добраться с тысяча сто первого уровня на четыре позиции вверх за всю жизнь и увеличить объем своей потребительской корзины на семь процентов. Не дождешься! И произошло чудо. «Драгоценная» перестала пытать, окончательно утратив интерес ко мне. Она бросилась искать другого «носителя», проклиная зря потраченное время на прикорм и отлавливание моей, как оказалось, никчемной персоны.

Друзья оказались еще спокойнее. Внезапно я почувствовал, что они глубоко чужды мне своими мерзкими устремлениями и желаниями. Стандартный набор молодого зверочеловека абсолютно устраивал их: девочки, развлечения и весь спектр дурмана. Эти псевдолюди просто исчезли из моей жизни, словно их никогда не было. Их рациональный ум посоветовал поскорее избавиться от изгоя. Да я и не переживал. Просто мотал на ус, чем руководствуются окружающие, и ожесточенно думал.

Бороться против Системы с ее позиций бесполезно. Многие пытались, но ничего не вышло. История наполнена массой подобных примеров. Получается пародия на сражение. Игра в одни ворота. Рано или поздно получишь гол. В этой партии, где ЗАРАНЕЕ ОБОЗНАЧЕНО, что мои фигуры имеют права пешек, а у противника ферзи, выиграть невозможно. И что тогда остается, просто сидеть и ждать? Можно, конечно, мимикрировать под стандартного гражданина, а самому тайком втыкать палки в колеса. Вроде тоже выход. Однако есть одно «но». Коварная система как раз держится на таких хамелеонах, которые, по сути, есть демоны, крохи глобального. Пусть они пытаются перераспределить часть ресурсов в свою пользу. Ну и что? Тысячи пытались таким способом, но всесильного монстра не переиграть внутри аквариума, надо выбираться наружу. Только куда?

Ослепительная по своей грандиозности догадка пронзила мой мозг. Я поразился простоте выхода из, казалось бы, кризисной ситуации. Выход нашли эти странные люди со своей верой. Раньше я считал, что у невольников социальной системы нет выбора. Осознавший печальную картину может выбрать только два пути. Они лежат как на ладони. Первый путь кажется самым разумным и предполагает жесточайшую борьбу за существование. Узник пытается подняться по иерархической лестнице как можно выше, ослабляя давление всех вышестоящих, которые, по сути, стоят у него на плечах. На определенном уровне пирамиды обычные обитатели общества, обладающие животным строем психики, сменяются другим типом людей. Здесь правят демоны всех мастей и расцветок, которые выделяются из общего стада стальной волей и неслабым интеллектом. Рано или поздно они «высасывают» из новичка всю энергию, делая его больным и беспомощным психическим калекой.

Второй путь предполагает паническое бегство в наиболее нетронутые цивилизацией места. Напряженность социального монстра неодинакова в разных государствах. Так было раньше. По идее, можно было сбежать от давления государства на дикий материк и всю оставшуюся жизнь прожить там в спокойствии и одиночестве. Осознавая это, социальный монстр решил распространить свое влияние на всю планету, охватить ее, чтобы беглецам некуда было скрыться. Так возникли предпосылки к созданию единого мирового государства, которое по своим методам рабовладения еще затмит известные в истории эксперименты над свободой. Однако ситуация усугубляется еще экологическим кризисом. Цивилизация превратилась в раковую опухоль, пожирающую все ресурсы вокруг себя.

Теперь оказалось, что существует альтернативный выход. Очень простой и весьма эффективный. И похоже, самый приемлемый в современных условиях. Надо взять и «объявить» себя несуществующим в этом многомерном уравнении с множеством неизвестных. Эти правила коварной игры не для тебя. Пусть они грызутся без тебя. Теперь ты над ними.

(Глава 8) Незримая смерть

Не печалься о них и не будь стеснен тем, что они замышляют.

КОРАН (27:70)

Над площадью, в сером внушительном здании, где первые этажи были облачены в металлические решетки, в окне стоял стройный голубоглазый мужчина. Он размышлял о странном стечении обстоятельств, в котором оказался по воле провидения. А подумать было о чем. Старший следователь отвернулся от панорамы улицы и встретился взглядом со своим оперативником по кличке Пластилин, который, раскачиваясь, сидел на столе.

— Что накопала твоя группа? — спросил офицер.

— Довольно мало. Я не ждал большего от этих болванов.

— Докладывай.

— Смысл такой. Наружкой проявилась неизвестная группа с разветвленной сетью агентуры. Они смогли выйти вначале на вышеупомянутого адресата, а спустя неделю на еще несколько человек.

— Род занятий?

— Ты будешь смеяться.

Следак недоуменно вздернул брови.

— Это наши. Из двенадцатого отдела.

— Выведенные за штат? — искренне удивился следователь. — Ты уверен?

— Как никогда. Они работают во внешней среде и опутаны агентурой, но это наши. Ручаюсь, они провернули серьезное дело по указке с самого верха.

— Сами не засветились?

— Вроде нет.

— Давай отчет. Я посижу подумаю. Ты нарисовал график их перемещений?

Когда опер вышел за дверь, следователь опустился за свой стол, заваленный бумагами, и лихорадочно потер виски. Этого не может быть! Защитный механизм обратился против своих подопечных. Пастухи начали резать своих овец. Что это? Жертвоприношение на мистический праздник? Ужас открытия до глубины души потряс некогда хладнокровного офицера. Что же теперь ему делать? Закрыть глаза на грандиознейшую мистификацию и продолжать жить по-старому, делая вид, что ничего не случилось? Разве такое возможно? Да, дьявол великий обманщик…

Если государство принялось трамбовать своих граждан, значит, дело очень плохо. Жесткая административная политика, сопряженная с завинчиванием гаек, говорит только о слабости системы. Тоталитаризм приведет только к краху. Впрочем, все это неудивительно. Невольники никогда не хотели работать. Они предпочитали отлынивать и никогда даром не стояли на страже карательной системы.

Тем временем Пластилин покинул кабинет шефа и, спустившись по лестнице, вышел во двор, где среди множества машин сел в свое белое авто. Легковушка легко завелась и влилась в городской поток. На небольшом отдалении от нее двигался черный джип. Еще несколько неприметных машин, периодически меняясь, вели белую тачку. Когда ее маршрут обозначился, вездеход исчез, выбрав самый короткий путь. Джип свернул и, прикрепив на крышу синий маячок, рванул вперед, нахально нарушая правила. Внедорожник полетел в направлении дома, где опер проживал в одиночестве, периодически приглашая к себе подружек.

Когда белая легковушка остановилась во дворе, Пластилин вытащил из нее полный пакет, из которого торчали банки пива и закуска. Он закрыл машину, не беспокоясь, что кто-то посмеет угнать его механическую лошадку. Перед деревянной дверью своего двухкомнатного жилища Гуттаперча принялся шарить в кармане в поисках ключа. Внезапно дверь перед ним распахнулась сама собой. Опер был буквально втянут внутрь двумя волосатыми здоровущими руками. Борьбы не было. Все случилось так стремительно и неожиданно для Пластилина, что он не успел среагировать. Еще бы, попался противник экстра-класса. Тонкий шприц по самое основание иглы вошел в шею оперативника. Через тридцать секунд препарат начал действовать. Тренированное тело обмякло и утратило свои боевые качества.

— Кто сделал заявку на слежку? — четко, по слогам произнес голос за кадром, усадив вялое тело Пластилина в кресло.

— Мой шеф, старший следователь Центрального управления.

— Кто еще знает об этом?

— Руководитель группы наружного наблюдения.

— Адреса! Где они проживают? Их домашние телефоны?

Выжав нужные сведения, громила скомандовал подручному:

— Залейте ему водки, устройте в квартире следы попойки.

Черный джип отъехал от дома на приличное расстояние. Спустя некоторое время в квартире на седьмом этаже произошло возгорание. Огонь быстро объял несколько этажей, и, когда приехали пожарные, целый стояк с седьмого по девятый этаж полыхал синим пламенем, угрожая обрушиться. Спустя три часа с восьмого этажа вытащили обгорелый труп. К счастью, больше жертв не было. Квартира на седьмом этаже была сдана внаем, но жильцы еще не въехали. Пока огонь добрался до верха, соседи выше успели выбраться наружу. В трупе опознали Пластилина. Судя по всему, он погиб от удушья задолго до того, как пламя перекинулось на его этаж. Первичные факты показали, что оперативник был в сильном алкогольном опьянении. На кухне и в зале нашли фрагменты бутылок и банок из-под спиртного. Налицо несчастный случай. Следственная группа единодушно пришла к такому выводу.

Но это еще не все. Начальник наружного отдела неудачно переходил через дорогу в неположенном месте. По крайней мере, там нашли его тело. Он умер мгновенно. Концы в воду. И никто не посмел соединить эти два трупа в единый узел. Кроме Генерала, который с печальным видом на следующее утро прогуливался по набережной. Вместе с ним шел худощавый мужчина с колючими глазами, успокаивая искренне расстроенного служаку. Мистер Силби-младший умел успокаивать людей, проникшись их горем. Впрочем, он сам создавал беды этим недалеким существам, поэтому тут же решал все проблемы.

— Зачем ты, громила, уничтожил моих самых лучших людей, не спросив моего совета? — сказал Генерал, непроизвольно кривя лицо. Ветер с реки колыхал его синий галстук и распахнутые полы пиджака цивильной одежды. — Почему не поставил меня в известность?..

— Не я, а они должны были поставить тебя в известность! — резко ответил собеседник, сверкнув колючими глазами. — Не я, а ты должен был звонить мне с предупреждением и советом! Ты чувствуешь разницу?!

Генерал чувствовал и поэтому промолчал, проглотив ответ. Ему было крайне неуютно, и он слегка поежился. Силби-младший еще раз искоса глянул на старика. Что ж, похоже, пенсионер уже не тот и не может контролировать свое ведомство. Годы берут свое. От данного факта никуда не уйти. С этими мыслями собеседник вспомнил намек своего знакомого о надежном человеке. Полковник уже давно дожидался кадрового повышения и был готов за большую звездочку порвать кого угодно. Надо будет устроить перестановку.

Этим же вечером шифрованный, запечатанный специальным ключом и еще раз зашифрованный пакет информации рванул до спутника и отразился обратно на землю.

Просим в ближайшее время через центральный аппарат заменить генерал-лейтенанта X на полковника У. Подпись…

(Глава 9) Тагут

Те, которые уверовали, сражаются на пути Аллаха, а те, которые не уверовали, сражаются на пути Тагута. Посему сражайтесь с помощниками сатаны. Воистину, козни Сатаны слабы.

КОРАН (4:76)

Наконец нам надоело стоять на промозглом северном ветру и дожидаться машины. Гавриил, не долго думая, предложил мне немного прогуляться до ближайшего ресторанчика и скоротать время ожидания там. Почему бы и нет? Я согласился, и мы не спеша зашагали по многолюдным улицам мегаполиса. Впереди замаячила фигура постового, облаченного в форму мышиного цвета. Он надменно разглядывал прохожих и проезжающие мимо машины.

— Видишь этого дроида? — поинтересовался мой новый бородатый знакомый. — Сколько спеси в его властном взгляде! Он олицетворяет собой иммунную клетку, зорко стоящую на страже Системы. А ведь если повнимательнее разобраться, кто он такой? На самом деле всего лишь оболочка, в которую воплотился кусочек монстра. Явный пример перевоплощения, по-другому называемый одержимостью.

— Выходит, этот постовой одержимый?

— Да, причем не самым сильным демоном. Так, мелочевка. Есть монстры намного мощнее. Они способны выкачивать энергию у целых народов. Наверняка тебе еще придется встретиться с ними.

— На все воля Аллаха! В принципе в последнее время я также начал склоняться к подобным мыслям о человеческом муравейнике, ощущая свою беспомощность.

— Дело тут не только в городе, а в глобальной невольничьей системе, построенной на человеческих ресурсах. Люди обезличиваются, превращаются в некие биомеханизмы, обслуживающие чуждые им цели.

— Есть ли выход из этого тупика? Ты можешь предложить что-нибудь в качестве альтернативы?

— Могу. За этим мы встретились. Для начала нужно понять способы и средства эксплуатации, увидеть цепи, которые намертво сковали каждого из нас.

— А после?

— Выход простой: перестать жить по дьявольским законам — исчезнуть. И все. Превратиться в привидение, невидимое для органов распознавания и идентификации. Мы это умеем. По сути, надо перестать пополнять куфр своей энергией. Но для этого надо разбить его в своей голове идеологически. Это возможно сделать только намного превосходящей системой ценностей. Ислам как истинное Единобожие в первую очередь освобождает от всевозможного поклонения. Это ширк, то есть придание Всевышнему сотоварищей. Только Он — единственный, Кто достоин поклонения.

Смешавшись с многолюдной толпой, мы приблизились к ресторанчику. К моему удивлению, здесь было относительно безлюдно. Гавриил выбрал отдаленный столик в уголке, за небольшой ширмой, и мы с удовольствием расположились в тепле и уюте. Я оглянулся по сторонам. В ресторан вошла очаровательная девушка, буквально источая своеобразную энергию молодого тела. Я непроизвольно отвлекся на очередное творение Аллаха. Собеседник незаметно усмехнулся, проследив за моим взглядом, и поинтересовался:

— Глаз не отведешь? Не так ли, дружище?

— А ведь красиво, разве не так?

— Нашел чему предаваться. Молодая самка, коих мириады, вступившая в режим привлечения партнеров. Коллективная проститутка, выставляющая свои прелести напоказ.

— Утрируешь?

— Почему? Констатирую факт. Она выставила свое тело на виртуальную продажу. Лот номер такой-то. Не согласен?

— В принципе да, — с неохотой признался я, разрушая еще одно свое заблуждение. — Но ведь это на самом деле красиво. Ее молодое тело совершенно.

— Несомненно. Все, созданное Аллахом, идеально. Мерзки деяния Его творений. Об этом и еще о многом и пойдет наш с тобой разговор на весьма серьезную тему. Сдэется, после этой беседы ты сможешь очень сильно изменить свое отношение к этому безбожному миру. До неузнаваемости.

— Интригуешь.

Поблизости нарисовалась официантка, которая получила заказ и не спеша удалилась. Гавриил надиктовал ей список блюд, проявляя отменный вкус. Непроизвольно я заметил, что в рационе напрочь отсутствовали мясные изделия. Гораздо позже я узнал почему. Некоторая еда кафиров являлась мерзкой мертвечиной.

Когда нас оставили в покое, мусульманин сделал многозначительную паузу и, немного подавшись вперед, произнес:

— Ты готов слушать меня?

— Не тяни. Выкладывай.

— Как ты видишь свое будущее?

— Ничего особенного, еще три-четыре десятка лет протяну.

— Какой ценой и, главное, в каком обществе?

— Есть альтернатива?

— Спрашиваешь. Именно для этого мы встретились. Речь идет о твоем личном спасении. Этот мир — всего лишь временное испытание для души.

— Не понял, объясни поподробнее.

— На определенном этапе развития человек начинает подсознательно понимать, что устройство окружающего общества не соответствует его идеалам. Мало того, оно противно стремлениям свободной личности. Посмотри вокруг, что ты видишь?

Я непроизвольно оглянулся и ответил:

— Люди разного возраста, принадлежащие примерно к одной статусной группе, обедают в перерыве от работы.

— На самом деле несколько иначе. Особи разной степени изношенности их организмов, занимающие определенный уровень под солнцем, временно выпущенные Тагутом на подзарядку, поглощают биомассу.

— Подробнее! Что за монстр?

— Это все, чему поклоняется человек, кроме Всевышнего. Это олицетворение современного социума, закона и местных обычаев. Я предлагаю тебе вернуться на путь служения только Ему одному, и никому более. Иди путем абсолютного Единобожия. Только ислам является единственно правильным путем для спасения.

Мне стало несколько легче от принятого решения.

— Я согласен, пока…

— Подумай, обратного хода не будет.

— Почему?

— Эта трансформация — необратимый процесс: начав, свернуть невозможно. Обратного пути нет. Поэтому решай сразу.

— Почему?

— В любом случае по-старому жить ты уже не сможешь. Это тебе будет невыносимо на фоне ясного и прямого пути к выходу. Психика отступника не выдерживает. Они гибнут или самоуничтожаются средствами алкогольного или наркотического геноцида. Это неоспоримый факт. Кто сможет отвернуться от истины? Только падший грешник, будущий обитатель огня.

— Хорошо, согласен, только мне нужны гарантии.

— Какие?

— Я хочу все от «а» до «я» понять сам и, если можно, пощупать все своими руками.

Наконец появилась официантка с большим серебристым подносом. Она молча выгрузила пищу на столик и, качнув бедрами, удалилась. Мусульманин взял вилку и принялся за салат из овощей. Некоторое время мы молча поглощали пищу. Я ел, не ощущая вкуса, глубоко погрузившись в обработку необычной информации, полученной минуту назад. С трапезой было оперативно покончено, и товарищ увлек меня за собой на оживленную улицу, где мы сразу растворились в общем ритме движения мегаполиса.

— Смотри, как четко работает слаженный механизм! — усмехнулся Гавриил, шепнув мне на ухо: — Каждое движение четкое и продуманное. Чувствуешь общий ритм?

— Да, захватывает.

— Все эти тысячи людей и сотни машин — красные кровяные шарики, которые волокут кислород и питательные вещества для нужд города. Там, где-то внизу под землей, в каналах проложены нервные цепи и магистрали мегаполиса, толстые кабели связи и энергии, водопровод, теплотрассы, канализация, по котррым непрерывным током бегут пучки импульсов, энергий и зарядов. По ним Система снабжает свои органы информацией, продуктами жизнедеятельности и получает нужный эффект управления. Люди в этой схеме выполняют роль винтиков, поставленные Тагутом на свою службу. Поломанные запчасти спешно ремонтируются специальными бригадами и водружаются на свои места, остальные проваливаются в самый низ, на свалку.

На горизонте появилась красная машина, которая мигнула поворотником и припарковалась у обочины. Гавриил улыбнулся и нырнул внутрь салона. Я последовал его примеру. За рулем сидел незнакомый мне молодой парень с серыми глазами и открытым лицом. Черная кожаная куртка ладно сидела на его подтянутом теле. Водитель тепло поздоровался с нами:

— Салам алейкум, дорогие братья!

— Малейкум ассалам, брат! — внезапно для себя отозвался я, и Гавриил лучезарно улыбнулся.

Спустя минуту наш автомобиль влился в густой поток оживленного уличного движения. Я молча смотрел на сверкающие небоскребы и думал о своем. Через несколько минут бородатый брат разорвал тишину салона своим комментарием:

— Кстати, дружище, ты должен быть в курсе, что в самых оживленных местах и на ключевых перекрестках установлены видеокамеры, соединенные в общую сеть, которая обслуживается скоростным суперкомпьютером. Всем нашим этот факт известен, мало того, некоторые специально занимаются этим вопросом, вычисляя расположение камер. У нас даже есть специальная карта города с секторами видеообстрелов тайных соглядатаев.

— Честно говоря, догадывался! — воскликнул я.

— Монстр пытается взять под свой контроль передвижения своих подданных. Многие преуспевающие предприятия вводят специальные системы безопасности, основанные на радиомаяках. Руководство всегда в курсе, где находится транспортное средство или сотрудник и чем он занимается. Все это преподносится под видом улучшения комфорта и защиты, однако на самом деле конторы запускают лапу в частную жизнь своих рабов, заставляя их работать до состояния выжатых лимонов.

Гавриил перевел разговор в другое русло:

— Все это лирика. Для начала я хочу познакомить тебя с одним авторитетным братом. Талиб, что означает «знающий и ученый», уже ждет нас.

— Кто это?

— Увидишь. Ты готов?

Я секунду раздумывал и молча кивнул головой. Спутники ободряюще улыбнулись, и Гавриил достал из кармана мобильник. Он набрал номер абонента и произнес:

— Мир тебе, брат Талиб. Это я, Гавриил. Он со мной.

— Очень хорошо, — отозвался незнакомец. — Я давно жду вас.

— Скоро, иншаАлла, будем.

Мой старший товарищ спрятал трубку в карман и выразительно посмотрел мне в глаза:

— Ты готов к предстоящим переменам?

(Глава 10) Свидетельство веры

Воистину, тем, которые уверовали и вершили праведные деяния, совершали намаз и выплачивали занят, уготована награда у их Господа. Они не познают страха и не будут опечалены.

КОРАН (2:277)

Религиозный ученый проживал в многоэтажке большого спального района. Перед моим взглядом предстала длинная коробка человеческого муравейника. Ремонтный бокс для биомассы. Там, в многочисленных пронумерованных ячейках усталые роботы восстанавливали утраченные в ходе рабочего дня силы. В них же завершали свою жизнь до полной утилизации устарелые модели и программировались новые. Жизнь шла своим чередом, полностью подчиняясь производственным процессам.

Наша троица миновала железную дверь подъезда, с помощью которой обитатели муравейника тщетно пытались отгородиться от воинствующих вандалов. Лифт понес нас наверх, жалобно поскрипывая. На десятом этаже кабинка остановилась, и мы вышли в длинный, слабо освещенный коридор. Гавриил позвонил в дверь. Спустя несколько мгновений скрипнул засов, и перед нами предстала чуть сгорбленная фигура высокого человека в очках с толстыми линзами. Жидкая бородка торчала на подбородке. Он обнажил в улыбке неровный ряд зубов и кивнул головой. Хозяин трехкомнатной квартиры был одет по-домашнему: спортивные штаны, футболка, на босых ногах красовались мягкие тапочки. Внешне он ничем не отличался от стандартной модели обывателя и совсем не походил на опаснейшего для Тагута мятежника.

— Салам алейкум — мир вам! — поздоровался Талиб, расплываясь в благодушной улыбке. — Проходите, дорогие братья.

Мы поздоровались, причем мои товарищи три раза по-мужски обнялись друг с другом, словно давно не виделись. На кухне послышался свист закипающего чайника.

— Проходите в гостиную, — скомандовал ученый, — будем пить чай.

К моему безмерному удивлению, хозяин расстелил скатерть на полу и начал выставлять посуду. Гости помогали ему. Я решил не мешать и внимательно присмотреться к убранству просторной комнаты. Сразу бросилось в глаза, что на стенах напрочь отсутствовали портреты и фотографии. Кроме пары глянцевых плакатов с каллиграфией, специфического календаря и натюрморта, на обоях ничего не висело. На скатерти кроме чашек появилось варенье в блюдцах, мед и печенье. Мужчины расселись вокруг, и Талиб произнес перед трапезой:

— Во имя Бога Милостивого, Милосердного!

Мы приступили к еде, и спустя некоторое время хозяин начал разговор, посвященный новичку, то есть мне:

— Человек от рождения единобожник. Кафиром его делают родители. Особенно это проявляется в экстремальных случаях. Когда наступает угроза для жизни, тогда люди прозревают, и никому из них в голову не придет просить о спасении святых, живую вселенную, природу или тому подобное. Все как один молят единого Творца — Аллаха.

— А христиане? — поинтересовался я.

— Как у Творца может быть сын от земной женщины? А если бы у нее были другие дети, от человека, то что, тогда (да простит меня Аллах!) они были бы братьями Бога? Какая нелепица и богохульство!

Мессия Иса, сын Марьям-Марни, является посланником Аллаха, Его Словом, которое Он послал Марьям, и духом от Него. Веруйте же в Аллаха и Его посланников и не говорите: «Троица!» Прекратите, ведь так будет лучше для вас. Воистину, Аллах является Единственным Богом. Он пречист и далек от того, чтобы у Него был сын. Ему принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле. Довольно того, что Аллах является Попечителем и Хранителем!

Ни Мессия, ни приближенные ангелы никогда не посчитают для себя унизительным быть рабами Аллаха. Не уверовали те, которые сказали: «Воистину, Аллах Мессия, сын Марьям». Скажи: «Кто может хотя бы немного помешать Аллаху, если Он пожелает погубить Мессию, сына Марьям, его мать, и всех, кто на земле?» Аллаху принадлежит власть над небесами, землей и тем, что между ними. Он создает, что пожелает. Аллах способен на всякую вещь.

Вот сказал Аллах: «О Иса, сын Марьям! Говорил ли ты людям: «Примите меня и мою мать двумя богами наряду с Аллахом»?» Он сказал: «Пречист Ты! Как я мог сказать то, на что я не имею права? Если бы я сказал такое, Ты знал бы об этом. Ты знаешь то, что у меня в душе, а я не знаю того, что у Тебя в Душе. Воистину, Ты — Ведающий сокровенное.

Я не говорил им ничего, кроме того, что Ты мне велел: «Поклоняйтесь Аллаху, моему Господу и вашему Господу». Я был свидетелем о них, пока находился среди них. Когда же Ты упокоил меня. Ты стал наблюдать за ними. Воистину, Ты — Свидетель всякой вещи.

Если Ты подвергнешь их мучениям, то ведь они — Твои рабы. Если же Ты простишь им, то ведь Ты — Могущественный, Мудрый».

Как у Создателя может быть сын, ведь нет у Него жены?

— Они заблудшие, — вставил Гавриил, — которые не хотят осознать истину. Причина их отклонения от прямого пути состоит в излишнем желании преклоняться христиане придумали множество элементов религии, внеся отсебятину. За что и будут наказаны. Ведь у каждого есть своя голова, способная разобраться. Аллах, хвала Ему, ничего не возложил на человека сверх его возможностей. Иначе это было бы крайне несправедливо и граничило бы с тиранией.

Я почесал нос и глубоко задумался. Эти люди были правы на все сто процентов. Как же я могу отвернуться от истины и пройти мимо нее? Внезапно я понял, что хочу стать одним из них и бороться с куфром плечом к плечу, вместе с этими настоящими людьми, бросившими вызов несправедливому миру, где царствовал Тагут. Заплетающимся от волнения языком я произнес:

— Я хочу принять ислам. Что для этого нужно?

Сияющие улыбки появились на лицах присутствующих. Я никогда не видел столько неподдельной радости в эмоциях людей. Да, значит, я не ошибся в своем выборе. Это было предопределено.

— Человеку, который всем сердцем принимает Единобожие и произносит клятву, что нет Бога, кроме Аллаха, прощаются все предыдущие грехи, — поведал хозяин. — Он становится чистым, как белый лист.

— Ты должен сделать полное омовение и в присутствии двух свидетелей из числа мусульман произнести свидетельство Таухида — динобожия, — добавил бородач. — Но для начала мы обязаны объяснить тебе основы веры. Они состоят из пяти столпов, каждый из которых является обязательным. Это свидетельство, что нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммад Его посланник, ежедневное пятикратное прославление Бога, пост в священный месяц Рамадан, ежегодный налог в пользу бедных с определенного количества имущества — закят и, по возможности, паломничество по святым местам — хадж.

— Знай, — вставил Талиб, — что если все люди на земле захотят нанести ущерб мусульманину, то они не смогут этого сделать без соизволения Свыше.

Я обвел присутствующих внимательным взглядом и ответил:

— Я готов. Ла илаhа илла Ллаh ва Мухаммад, — расулу Ллаh, — нет Божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Его посланник.

— Теперь ты в Его партии, Его воин. Слава Всевышнему! — торжественно провозгласил бородач. — Тебе желательно взять новое имя, если твое настоящее противоречит канонам Единобожия.

— Я ношу имя в честь языческой богини Деметры, — немного подумав, ответил я.

— Тогда непременно возьми себе другое, — посоветовал Гавриил.

— Захар… Пойдет?

— Закарийа?! Отличное! В честь одного из пророков.

— Я хочу помолиться своему Господину. Когда это можно будет сделать? — воспылал я.

— Скоро время предвечерней молитвы, Захар, и ты встанешь в наши ряды. Молитва — это прославление Аллаха, когда Его воин встает перед своим единственным Господином на отчет. Нам положено пять раз представать перед Ликом.

Присутствующие сделали малое омовение и после призыва на молитву выстроились за имамом. Мы встали плечом к плечу, и внезапно я почувствовал необычайны# подъем духа, никогда ранее мне не ведомый. Некая сила сжала мое сердце и наполнила его уверенностью, что я сделал единственно правильный выбор. Наша религия — это удел всех мужчин без исключения. Наши женщины — это надежный тыл и кузница кадров. Мы — партия Господина миров. Все остальные — будущие обитатели огня либо те, кто одумается, пополнит наши ряды и окупит свои злодеяния, сражаясь со своими бывшими союзниками.

Нас очень мало, поэтому приходится напрягаться за десятерых. Если прикинуть количество верующих против орд многобожников, то на каждого из нас приходится легион кафиров. Трудно представить, какая мощь стоит против мусульман. Многие из неверных воинственны и беспощадны к своим заклятым врагам.

По сути, мы — настоящая элита человечества, которая уверовала в единого Бога и отвергла современные воплощения идолопоклонства. Сюда входит почитание на грани поклонения вождей, президентов, павших героев. Люди воздвигли культы женского тела, моды, меченых коней и денег. Псевдобоги имеют ощутимую ценность в этом мирке, но никакой в другом. Что смогут забрать с собой эти несчастные?

(Глава 11) Догадка старшего следователя

А тот, кто раскаялся, уверовал и поступал праведно, возможно, окажется в числе преуспевших.

КОРАН (28:67)

Это решение далось старшему следователю ценой неимоверных усилий. Целый час он задумчиво и неприкаянно слонялся по оживленным улицам мегаполиса. Возвращаться домой было смертельно опасно. Теперь наступила его очередь. Но самое обидное, что нанести ответный удар было не по силам. Бывший добропорядочный гражданин внезапно понял, на чьей страже он стоял все эти годы службы.

Истина оказалась куда более пугающей, чем ощущалось с первого взгляда. В ходе частного расследования выяснилось, что человеческий материал для терактов поставляла засекреченная тоталитарная секта, растившая зомби по спецзаказу той же Конторы. Гуру с восточным уклоном программировали впечатлительных личностей на короткие боевые операции. Из них выходили безвольные торпеды, которые применялись по мере надобности, когда Тагуту необходимо было в очередной раз подтянуть гайки над своими подданными. А потом оставалось просто указать козла отпущения и скомандовать «фас». У истинных владык появлялось моральное право резать кого угодно. Объединенное ужасом общество сбивалось в кучу и ничего не соображало от страха. Руки Тагута были автоматически развязаны для любого злодейства.

Следователь по особо важным делам, используя служебное положение, сумел пролить свет на серию террористических актов, совершенных накануне. Как оказалось, сотни людей погибли в результате заранее спланированной операции, заказчиком которой являлась сила, которая должна была осуществлять защиту своих граждан. Сторож взял и спокойно угробил своих подопечных. Это страшное открытие до глубины души потрясло сыщика, который поначалу даже не поверил в него. Он сидел в кабинете и тупо перебирал очевидные факты, по крупицам собранные погибшим оперативником. Все сводилось к одному — взрыв жилых домов с их обитателями запланировала сама спецслужба. Рядовыми исполнителями были наемники, естественно не имевшие никакого отношения к исламу.

Когда истина явилась к следователю в столь неприглядном свете, этот волевой мужчина впал в психологический шок. Однако подсознательное стремление покарать заказчиков преступления взяло верх, и сыщик активно приступил к разработке. Судя по двум смертям в его службе, враг почти добрался до него. После рокировки с Генералом стало ясно, что следующим в цепочке смертей будет сыщик собственной персоной. Надо было срочно что-то предпринимать.

С этими мыслями бывший офицер безопасности покинул рабочий кабинет в урочное время и направился домой. Для безопасности он вызвонил такси. Выйдя на улицу, сыщик перешел через оживленную дорогу в толпе прохожих, стараясь определить слежку. Богатый опыт вряд ли бы помог в этом деле, ибо противостояли настоящие профи. Сверив номер «мотора» с названным диспетчером таксопарка, беглец назвал адрес. Легковушка легко донесла пассажира до места назначения. Расплатившись, ищейка вышел у самого подъезда и нырнул за стальную дверь. Внезапно в пустом коридоре послышался легкий шорох. Кусок штукатурки упал между лестничными пролетами. Молчаливая фигура затаилась между этажами. Сыщик понял сразу, что ждут именно его персону. Со стороны улицы послышался шум автомобиля. Неизвестные отсекали единственный путь к отступлению.

Стремительно глянув в окно подъезда, офицер заприметил в серой легковушке двоих молодых парней, которые вышли из машины и направились в его сторону. Сверху ожидал еще один тип. Трое на одного. Сыщик помолился Богу, дав обет, что обратится к Нему, если выживет. Развязка наступила через минуту. Едва только парочка заметила затаившегося офицера, как в их руках появилось оружие. Грянуло три выстрела, и двое наемных убийц оказались на полу с простреленными головами. Сыщик стремительно перепрыгнул через корчащиеся в агонии жертвы и бросился прочь. Последний исполнитель затаился наверху, опасаясь нарваться на засаду. Когда бывший ищейка скользнул под балконами, сверху грянуло несколько приглушенных выстрелов. Пули застучали по бетонной коробке здания и отрикошетили в разные стороны.

Спасшись от неминуемой смерти самым чудесным образом, офицер безопасности растворился в толпе прохожих. Долгое время он блуждал по многолюдным улицам. Разные мысли посещали его. Наконец мужчина принял решение и направился строго к цели. Старший следователь решился на весьма рискованный эксперимент. Он обладал необычайной интуицией, которая вывела его на нужного ему человека. Никакая сыскная техника и специальные мероприятия не могут заменить обычную человеческую прозорливость. Так оно получилось и в этот раз. Весь этот громадный режимный механизм спасовал перед обычным конторским служакой, который проявил фантастическое везение. Он вычислил своего бывшего заклятого врага из числа мусульман, которого хорошо знал по оперативным разработкам.

Сыщик «вел» Трояна довольно долго, пока тот не зашел в небольшой ресторанчик, где заказал себе плотный ужин. Следователь незаметно устроился через два столика и принялся наблюдать за жертвой, ничего не предпринимая.

Ни один мускул не дрогнул на лице Трояна, когда за его столик молча скользнула подтянутая фигура. Служака обнажил в улыбке ровный ряд зубов и молча положил обе руки на стол. Два непримиримых врага, заклятых противника по разные стороны баррикад с минуту внимательно изучали друг друга. Они почувствовали друг друга сразу, невольно преклоняясь перед обоюдными способностями. Охотник вышел на свою зубастую жертву, ничем не уступающую по своим боевым параметрам.

— Что тебе надо? — наконец осторожно спросил Артур, стрельнув глазами по сторонам и выискивая команду прикрытия.

— Никого больше нет. Я один, — ответил офицер безопасности. — Только ты и я.

— Что тебе надо? — повторил правоверный, непроизвольно вращая в ладони столовую вилку.

— Только одного. Я хочу откровенно поговорить с тобой.

— А что мне за это будет?

— Вопрос поставлен неправильно. Мне нужна помощь.

— Неужели? Я не только не верю, мне даже смешно выслушивать подобные слова из уст конторского дроида. Неужели Орден решил пойти на переговоры?

— Нет, Контора тут ни при чем. Это моя инициатива, — спрятал глаза следователь.

— С каких пор?

Сыщик непроизвольно сжал ладони в кулаки, но сдержал свои эмоции. Базовая программа сторожевого демона попыталась взять инициативу в свои руки, но не сумела преодолеть волевые блокировки.

— Это так, — выдавил сыщик. — Поверь мне.

— Допустим. Продолжай.

— Мне обязательно нужно узнать кое-что от тебя. Позарез необходимо мнение со стороны. С враждебной стороны. Тебе виднее.

— Тебе одному? Или, быть может, кому-то еще?

— О чем это ты? — переспросил сыщик, непроизвольно следя за игрой острого столового прибора.

— Неужели ты не понимаешь, господин ищейка, что для вас вся наша бесконечная борьба — это проявление симбиоза в чистом виде. Вы, слуги Конторы и рабы Системы, имеете в нашем лице непримиримого врага, на сражение с которым ваш прогнивший социум выделяет огромное количество ресурсов. Мы, диссиденты, а особенно стихийная часть, играем роль сорняков, в полном уничтожении которых ваш орден не заинтересован. Его устраивает перманентная стычка. Под видом борьбы вы выколачиваете для себя все новые и новые средства, рекрутируете легионы служак, увеличивая мощь карательной машины во всех ее проявлениях.

— Может быть, и так, — равнодушно отозвался бывший представитель конторского ордена.

— Не сомневайся. Но в этой схеме не все так просто. Вашей злобной энергетикой питаются по полной программе. И чем сильнее накал, тем лучше для ваших господ.

— Про что ты говоришь, какие господа, дружище? Кого ты имеешь в виду?

— Истинных хозяев вашей иерархии. Ты думаешь, что это люди?

— То есть? — откровенно изумился высокопоставленный служака. — Ты хочешь мне сказать…

— То, что ты хочешь от меня услышать.

Сыщик отвел взгляд в сторону и замолк, обдумывая вышесказанное:

— Продолжай…

— Видишь ли, реальная картина такова, что подавляющее большинство людей считают себя свободными. Они подчеркивают это при каждом удобном случае. Однако истина в обратном. Просто рабы не понимают своей жесткой привязки к Тагуту. Неразумные люди зачастую идут на поводу у дьяволов разных уровней, считая, что поступают по воле своих собственных мыслей. А ты стоишь на их страже.

— Мне сейчас не до философии. Давай к делу. Кто устроил теракт в жилом доме на прошлой неделе? — резко спросил сыщик.

Артур впился глазами в невозмутимое лицо своего собеседника.

— У меня есть страшная по своей убойной силе информация. За нее я отдал двух своих людей и еще черт знает сколько покинут этот свет. Скорее всего, мне тоже осталась от силы пара часов. Недавно они завалили моего помощника, лучшего опера города, — устало выдавил следователь. Он заметно постарел — на десяток лет, и по его еще молодому лицу пролегли первые морщины.

— Рассказывай, — попросил Троян.

— Но для начала я хочу поговорить с тобой по душам. Вчера мне приснился странный сон. Ко мне явился светящийся человек в белом, с суровым лицом, который спросил меня, как долго я собираюсь сражаться со своими братьями.

Офицер безопасности нервно застучал аристократическими пальцами по столику. При последних словах сыщик потянулся во внутренний карман пиджака и положил перед собой миниатюрный диск. Он молча придвинул передачу в сторону собеседника. Последний повертел носитель информации в руке и спрятал его.

— Здесь все, что мы знаем. Видео- и аудиозапись реальных событий теракта, которые имели место в действительности. И еще… где тут приносят клятву Всевышнему? Свидетельствую, что нет Божества, кроме Аллаха, и пророк Мухаммад Его раб и посланник. Мне бы поторопиться… пока не поздно…

(Глава 12) Карина

…Мы сделали одних из вас искушением для других: проявите ли вы терпение? Твой Господь — Видящий.

КОРАН (25:20)

Мы познакомились с этой очаровательной особой весьма случайно. Она вошла в мою жизнь легко, подобно раскаленному ножу в масло. Карина обладала ослепительной внешностью. Ее великолепное тело и манеры непроизвольно оказывали соблазнительное действие. Первоначально поддавшись этой неприхотливой магии тела, я уподобился слепцу, который в упор не видел очевидного, а оно заключалось только в том, что просто так ничего не бывает. Я пропустил начало нового и довольно серьезного испытания.

О, она могла многое. Обладая поистине ангельской внешностью, девушка могла запросто обворожить любого. Но почему она выбрала именно меня? По меркам обычных социальных запросов я не представлял никакого интереса.

Тогда я еще не знал некоторых ограничений свободного общения между разнополыми людьми. Ведь там, где уединятся мужчина и женщина, не спаянные узами родства или брака, третьим непременно будет дьявол. В дальнейшем чуть так и не получилось. А пока она умело вскружила мне голову.

Наше очередное свидание с недавней знакомой состоялось в тихом тополином скверике, расположенном в отдалении от пульсирующих автотранспортом вен города. Мы не спеша прогуливались на морозном воздухе, обмениваясь фразами. Ее интересовало буквально все, связанное с моей персоной. Молодая женщина показала себя приятным собеседником. Она могла без напряжения вести нить беседы в любом направлении. Иногда я ловил себя на мысли, что поневоле первоначальная симпатия перерождается в более глубокое чувство. Мой взгляд лериодически пробегал по ее ладному телу, предназначенному для любви и обожания.

— Ты странный человек, Захар, — проговорилась собеседница, отведя глаза.

— Почему?

— Мне все время кажется, что ты вовсе не тот, за кого себя выдаешь. Что-то неуловимое постоянно прослеживается в твоем поведении, как в разговоре, так и в манере держаться. Но только что? Вот в чем вопрос.

— Неужели…

— Одно ясно, Захарик: ты абсолютно не похож на других, словно вылеплен из особого теста. Это одновременно привлекает и отталкивает.

— Пришелец, — попытался отшутиться я.

Молодая женщина стрельнула в меня задумчивыми глазами и промолчала. Некоторое время мы шли по аллее, думая каждый о своем. Наконец собеседница нарушила тишину и предложила:

— Хочешь, я приглашу тебя в гости?

Очарованный ею, я хотел было уже дать свое согласие, как внезапно откуда ни возьмись выросла фигура Гавриила. При виде меня он радостно улыбнулся и поздоровался:

— Вот ты где, Захар! А я тебя ищу! Мобильник не отвечает. Как хорошо, что мы встретились!

Краем глаза я заметил, что Карина злобно сверкнула глазами и отвернулась. И внезапно словно пелена слетела с моих глаз. Я узрел ее истинный облик бессердечной сирены и отшатнулся. Мгновенно все встало на cbojj места.

— Ты можешь пойти со мной прямо сейчас? — прищурив глаза, спросил проницательный бородач.

Я молча кивнул…

Внезапно в дамской сумочке запиликал телефон. Очаровательная блондинка непроизвольно оглянулась, торопливо достала трубку и приложила ее к уху. После некоторого молчания приятный мужской баритон на том конце провода поинтересовался:

— Ну, и что скажешь?

— Очень непросто. Случай особый.

Голос незнакомца хмыкнул и продолжил:

— А ты как думала? Поэтому к тебе и обратился.

— Ставки возрастают.

— Сколько?

— Вдвое, нет! Втрое!

(Глава 13) Мудрец

Скажи: «Господи! Я прибегаю к Тебе от наваждений дьяволов. Я прибегаю к Тебе, Господи, дабы они не приближались ко мне».

КОРАН (23,97–98)

Склонный к полноте седовласый мужчина задумчиво отложил очки. Он почесал аккуратную бородку и глянул в окно. Мысли окончательно запутались. В общей мозаике не хватало нескольких ключевых кусочков. Картина не складывалась. Каждый ее фрагмент жил своей самостоятельной жизнью и не хотел делиться глобальным секретом. Но он присутствовал, спрятанный за слоями информации. Крупицу истины предстояло выковыривать из многоуровневой ракушки.

Большая комната, обставленная дорогой мебелью из натурального дерева коричневых тонов, настраивала на рабочий лад. У окна, завешенного дорогим белоснежным тюлем, стоял массивный дубовый стол, на котором в рабочем состоянии ожидал мобильный компьютер. В огромном стеллаже, занимающем одну из стен, стояли ряды всевозможных книг, разнообразнейших форматов и направлений. Обширная библиотека сразу выдавала отменный вкус своего хозяина.

Мудрец, как его за спиной называли товарищи, задумчиво прошелся по рабочему кабинету и услышал свист закипающего чайника. Да, крепкий тонизирующий напиток будет весьма кстати. Мужчина направился к газовой плите и заварил превосходный чай с бергамотом. Ароматный запах мгновенно распространился по всей квартире.

В процессе чаепития где-то глубоко в подсознании родилась ослепительная мысль, которая сдвинула ход рассуждения с мертвой точки. Процесс пошел. Отставив дымящуюся чашку, мужчина стремительно застучал по клавишам портативного компьютера. Но внезапно, в самый важный момент размышлений окружающее спокойствие как по команде уступило место какофонии посторонних звуков. За стеной визгливо взвыла дрель. Сосед приступил к совершенно ненужному ремонту, который с утра не входил в его планы. Под окно подрулила какая-то машина и пронзительно просигналила. Вой ворвался в раскрытую форточку, и Мудрец уже слегка раздраженно захлопнул ее. Но невидимый водитель как назло не унимался. Зашумел, подчиняясь единой дирижерской палочке, древний, доисторический пылесос у старухи сверху.

Некая сила изо всех сил пыталась помешать мыслительному процессу. Невидимая для человеческого взгляда фигура металась по округе, стараясь помешать человеку. В ход пошло все, любой раздражитель, благо цивилизация бездумно приготовила их немыслимое количество.

В непонятном для человеческого ума измерении невидимая рука нащупывала доступ к абоненту. Помешать любой ценой. В радиусе доступа оказалась «кукла» старого знакомого. Последний, повинуясь неизвестно откуда взявшейся мысли, набрал давно забытый номер.

На столе зазвонил радиотелефон. Мудрец вздрогнул и после пятого звонка снял трубку. Пустопорожний разговор. Ни о чем. Дань вежливости. Трубка телефона легла на рычаг. Невидимая рука усиленно нащупывала в пространстве свободный «манекен». В подъезде, шатаясь, поднималась фигура пьяного человека, который невидящим взглядом пялился на цифры квартир. Легкое дуновение, и нужная дверь предстала перед современным зомби.

Сакральная война шла на всех уровнях миров, начиная с улиц поселений и завершая душами людей. Линия фронта проходила по границам государств, переулкам мегаполисов и обеденным столам обычных семей. Битва разгоралась с новой силой, цена которой была неимоверно велика. Стоимость равнялась бессмертным душам.

Информационная сеть мусульман, состоящая из нескольких газет, журналов и множества виртуальных площадок, ожидала важную информацию, которая могла бы пролить свет на страшное событие. Кровавый террористический акт, совершенный неизвестной силой, унес жизни сотен людей. Тагут уже нашел стандартного козла отпущения. Пресловутый исламский фактор. Надо было срочно ломать дезу, иначе под удар ставились безвинные люди.

Указательный палец Мудреца нажал на клавишу «Enter». Электронный импульс с необычайной скоростью выстрелил в сторону ближайшего сота, и через короткий миг на далеком сервере, расположенном за тысячи километров, появилось новое электронное письмо…

(Глава 14) Божественный компас

Скажи: «Если бы люди и джинны объединились для того, чтобы сочинить нечто, подобное этому Корану, это не удалось бы им, даже если бы они стали помогать друг другу».

КОРАН (17:88)

Вечернюю молитву «магриб» мы прочитали вдвоем на квартире у Гавриила. После обращения к Аллаху, находясь в благостном, умиротворенном настроении, мы попивали чай на крохотной кухоньке. Мой новый знакомый рассказывал мне свою необычную жизнь. Будучи молодым человеком, воспитанным на патриотизме, он с блеском окончил офицерское училище. Потом последовало распределение на государственную границу великой славянской империи. Там он впервые задумался об исламе, к которому его привлек подчиненный солдатик, сильный духом и верой. Всю последующую жизнь бывший офицер, выйдя на пенсию, посвятил служению единому Богу.

— Захар, если ты не против, то поможешь мне перетаскать «снаряды», которые сейчас подвезет наш брат, — внезапно перевел разговор в другое русло мой собеседник.

— Какие еще снаряды? — недоумевающее насторожился я.

— Увидишь…

И вправду, спустя пару минут к подъезду подкатил микроавтобус, и мы последовали вниз. Хлопнула дверца авто, и перед нами из темноты предстал лысоватый приземистый мужчина в кожаной куртке. Он крепко пожал наши руки и раскрыл задние створки кузова. Внутри салона лежали черные свертки, связанные бечевкой. Мои спутники молча начали переносить поклажу в квартиру к бывшему офицеру. Спустя десять минут все было закончено. Несмотря на настойчивые требования бородача испить чаю, водитель замахал руками и удалился.

— Что это? — спросил я, показывая на свертки.

— Мощнейшие информационные снаряды, Захар. Это наше самое главное оружие, которым мы сражаемся за души людей в вещественном мире. Здесь своего часа ожидает мертвое слово. Оно бьет немногим хуже слова живого, человеческого, но действует дольше и в обход блокировок сознания.

С этими словами бывший офицер начал распаковывать бумажные свертки, показывая мне глянцевые обложки толстых книг и тоненьких брошюрок. Их было великое множество. Большая часть их уйдет по местам ожидания, где человек вынужден «убивать» свое время. Опыт показывал, что литература особенно эффективна в местах лишения свободы, где у человека есть масса времени переоценить свою жизнь, задуматься о прошлом и грезить будущим. В этот момент человек наиболее близок к Всевышнему.

— Но особенно ценна одна-единственная книга, первооснова других ее проекций. Это слово самого Аллаха, ниспосланное нам через его последнего пророка Мухаммада, мир ему! Всевышний указывает своим созданиям, зная их слабости и достоинства, лучший путь к себе.

Именно тем, что наш закон ниспослан, а не установлен людьми, мы и отличаемся от других вер и философских систем. Мы следуем указаниям Создателя, а не человека. Человек на определенном уровне сложности склонен к ошибке, но Бог — никогда. Поэтому наша система ценностей гармонична, взаимовложенна и не противоречит себе. Она целостна. Слова Творца — незыблемый закон мусульман, то есть «покорных Богу», и основа их процветания. Божественный закон предусматривает все сферы человеческого существования. Перед ним равны все люди без исключения, а правитель — это самый богобоязненный из них. Кто из правоверных будет сознательно нарушать установления Аллаха, если он знает, что рано или поздно предстанет пред Его ликом и будет нести ответ за все свои злодеяния?

Мы, партия Всевышнего, рано или поздно победим. Вопрос только во времени. А сейчас мы ждем и готовимся к повторному приходу пророка Исы, который объединит нашу раздробленную мировую общину в единое целое, развенчает миф христианства, и все люди примут Единобожие. И тогда мы восстановим Халифат, законами которого будут законы Всевышнего. Мы буквально обречены на победу.

И еще, Захар, я хочу сказать тебе самое главное. Мы, мусульмане, — самые счастливые люди на земле. Бог открыл наши сердца. Нас ожидает рай в любом случае, если мы не собьемся с прямого пути, конечно. И даже если враг повергнет любого из нас, то тем лучше, ибо падшие на пути Всевышнего уходят прямо в рай без отчета в Судный день. Мы в выигрыше при любом раскладе. Это удел воинов из партии Всевышнего. Цени это и береги свою веру, брат.

— А как я смогу определить, что Коран — это слово Бога?

— Только изучением его. Оно ниспослано в стихотворной форме на языке, который не изменился ни на йоту. Из него, в отличие от других, не исчезло ни буквы, ни даже огласовки. Он неизменен со времен послания и таким пребудет до Конца Света. Никто из людей не смог не то что превзойти, но даже приблизиться к стилю написания. Еще одним признаком Откровения является его внутренняя непротиворечивость, учитывая, что оно ниспосылалось кусками целых двадцать три года. Когда его собрали в единую книгу, ни одно четверостишье не оказалось лишним. Даже самый гениальный мозг не смог бы заранее разбить, а потом состыковать все в единый монолит. Это не под силу земному разуму. Я уже не говорю, что Писание многомерно. Например, слово «день» повторяется триста шестьдесят пять раз, как и «ночь». Число упоминания ангелов равно числу дьяволов. И так далее.

Последнее Откровение подтверждает предыдущие и предсказывает будущие события. Многие из них уже свершились. Руководство описывает неизвестные тогдашней науке открытия и свойства. И только сейчас, с изобретением, например, микроскопа или телескопа, мы узнаем крохотную часть изложенного.

Божественное Откровение подразумевает отрицание человеческого авторства. Всевышний предлагает сомневающимся принести другое откровение и заменить его им. Но ни человек, ни джинн не смогут создать ничего подобного, даже если одни будут помогать в этом другим.

— Но разве пророк, мир ему, не мог сочинить Коран сам? — на всякий случай поинтересовался я.

— Я могу легко доказать тебе обратное. Обычно утверждают, что пророк придумал Откровение сам или узнал его от других людей. Подумай сам, ведь пророк до ниспослания жил среди своего племени сорок лет и все знали, что он был неграмотен. Все, от мала до велика. Современникам даже в голову не пришло обвинить посланника в авторстве. Не читал он никакого Писания и не чертил его своей десницей. Сам пророк Мухаммад отрицал свое авторство. Но люди приписывают ему всевозможные мотивы для подлога. В этот список входит материальная прибыль, стремление к славе и власти и бессознательная подделка. Первое утверждение разбивается сразу. До ниспослания пророк, будучи женат на богатой женщине, был куда богаче, чем в любой другой момент свой жизни и смерти. Став предводителем правоверных, он вел скромнейший образ жизни и умер в простейшей обстановке, не оставив после себя наследства. Желание власти и славы ни разу не проявлялось за всю долгую жизнь пророка. Последний запрещал своим последователям вставать при его появлении, сам чинил свою одежду и доил козу. В начале передачи Откровения знатные курайшиты предложили ему прекратить проповедь в обмен на богатство и власть. И потом, в некоторых четверостишиях Всевышний нещадно критикует своего пророка. Как это было бы возможно, если человек добивается славы и имитирует подобным образом?

Утверждение, что Откровение — это бессознательная подделка, вообще полная чушь. Бред сумасшедшего иди религиозного фанатика не может быть так совершенен и логичен. В Коране нет слабых мест и противоречий, ибо за тысячу четыреста лет критики он был бы давно отвергнут либо не принят людьми вообще. Тем более что последнее Откровение легко стыкуется с остатками предыдущих и подтверждает факты, вообще недоступные неграмотному пастуху. Посланник называл города и народы, археологическое открытие которых произошло совсем недавно.

— А может ли быть, что некто написал Откровение и передал его посланнику? — спросил я напоследок.

— Нет, потому что Писание ниспосылалось по конкретным сложившимся обстоятельствам кусками в течение двадцати трех лет, а не сразу. Человеку или джинну просчитать заранее ход истории и написать ответы на вопросы будущего невозможно. Нонсенс.

(Глава 15) Боевое место админа

Выступайте в поход, легко ли это вам будет или обременительно, и сражайтесь на пути Аллаха сврим имуществом и своими душами. Так будет лучше для вас, если бы вы только знали.

КОРАН (9:41)

В стране каждый день происходит множество разнокалиберных событий и происшествий. В мире их на порядок больше. Тысячи и тысячи профессиональных толкователей и в десять раз больше любителей пытаются повлиять на мириады людей, пережевывая информационную пищу и кормя ею массы. Любая тоталитарная система, а тем более современное рабовладельческое общество новой, мировой формации, обязано контролировать умы и настроения своих рабов. Подданные Тагута кормились эрзац-пакетами информации, умело выкроенными «из ничего» инженерами человеческих душ и им подобными. И все же современное развитие технических средств связи не обуздать никому. Невозможно объять необъятное. Часть думающих людей сами искали нужные сведения, выискивая их в виртуальном пространстве. Именно для таких и трудились команда бойцов невидимого фронта. Спецы последних просеивали гигабайты информационного мусора, выискивая зернышко истины. Раскаленные компьютеры выдавали нагора сухие информационные снаряды, которые выстреливались по звенящим медным проводам со скоростью света. Пакеты информации летели по виртуальной Паутине, размещаясь на выставочных площадках, где их уже ждали истосковавшиеся по правде читатели.

Мудрые головы в правдивом свете анализировали последнее событие, разоблачая очередную диверсию спецслужб государств и мафиозных кланов. Заказчики желали обосновать ужесточение тоталитарного строя новыми карательными мероприятиями. Бывало, что вслед за этим сама по себе рушилась хитроумная комбинация операций Конторы и из мягкого кожаного кресла катапультировался очередной ответственный генерал системной безопасности.

Однако помимо Конторы злейшим врагом для админов информационных ресурсов была другая, некая мистическая сила, которая рушила винты, жгла приводы и коверкала информацию. Эта неосязаемая рука использовала закон подлости на полную катушку. Внезапно в самый ответственный момент летела связь, некогда трижды проверенный провайдер давал сбой, глючили машины и так далее. Зачастую никто не ожидал проблем, и они приходили в самый важный час, когда та или иная информация могла решить ход исторических событий регионального значения.

Где-то далеко-далеко отсюда, за тысячи километров, «заботливая» рука с периодичностью, достойной лучшего применения, готовила новый сюрприз. Злобная программа, разработанная гениальным негодяем из спецлаборатории, со скоростью света летела по известному адресу. Эта точечная вирусная атака была подготовлена заранее. Операционная система словила вирус, который преодолел многоуровневую защиту опытных администраторов. Результат дьявольской агрессии не заставил себя ждать.

— Все, винт рухнул! — взорвался программер, отбросив от себя затертую клавиатуру.

Опытный системный администратор, хотя ему с трудом можно было дать больше двадцати лет, отрывался от экрана компьютера только по очень уважительной причине. Сюда относились: очередная молитва, еда и сон. Казалось, молодой человек был рожден у компьютера, и его руки с самого детства являлись не чем иным, как продолжением клавиатуры и мыши. Каждый такой специалист ценился на вес золота, однако эти тратили свое время на администрирование сайта и контроль за форумами бесплатно. Ребята обслуживали сайты и являлись связующим звеном с множеством мусульманских и союзных электронных средств массовой информации, осуществляя ежедневную адресную рассылку «горячих» новостей. Они призывали к исламу тысячи тысяч думающих людей в электронном пространстве, не выходя за пределы своей квартиры. Братья вещали на все русскоязычное информационное пространство. Языковой барьер со временем был преодолен. Импортные СМИ входили сами, предлагая размещать информацию на их ресурсах.

— Волоки другой, — вяло отозвался собрат по кабинету.

— Больше нету. А переставлять долго.

— Возьми у меня в сумке. С работы прихватил…

Замороженная система вновь начала сброс информации в медийное пространство. Дружественные электронные ресурсы и виртуальные «зеркала» бумажных изданий начали размещать свежие сенсационные материалы, разработанные мудрыми головами. Боевая точка сопротивления заработала с новой силой, наверстывая упущенное.

Мистер Джонн выругался про себя и пожал плечами. Что ж, высокие технологии — слишком тонкий инструмент для диверсии и, как обычно, подвели. Попробуем старым дедовским способом.

В пустынной коморке дежурного электрика зашевелилась пьяная фигура. Невидящий взгляд удивленно пошарил по сторонам, пытаясь понять свое местонахождение. В грязной комнате стоял сигаретный смог. Кругом валялись пустые бутылки из-под сивушного пойла. Спертый воздух действовал не хуже спиртных паров. Остатки еды были погрызены мышами и тараканами, которые соревновались между собой, кто унесет больше.

Подчиняясь странному наваждению, навеянному не только винными парами, шатающийся зомби современной эпохи направился на цель. Торпеда на человеческой элементарной базе, ведомая опытной рукой, с трудом приблизилась к распределительному ящику. Необычно твердая рука потянулась к рубильникам…

Послышался короткий треск, и все стихло. Боевое место обесточено. Еще одна точка сопротивления подавлена. Временно. А их и так мало.

(Глава 16) Единобожие

Обрати свой лик к религии, исповедуя Единобожие. Таково врожденное качество, с которым Аллах сотворил людей. Творение Аллаха не подлежит изменению. Такова правая вера, но большинство людей не знают этого.

КОРАН (30:30)

Из общения с братьями-мусульманами я почерпнул огромный пласт информации, ранее недоступной мне. До этого окружающие меня носители эрзац-культуры были далеки от подобного, поклоняясь своим современным божествам. Город безмозглых биороботов, спешащих по своим делам, падал ниц перед чем угодно, кроме Бога. Цивилизация машин поглотила их разум и души. Мириады зверолюдей сновали по своим делишкам в поисках комфорта. С восходом солнца многие из них выходили на ежедневную охоту по законам каменных джунглей. Остальная биомасса зомби тупо перемещалась по заранее протоптанным маршрутам, следуя стандартному сценарию. Но теперь я не принадлежал к их числу, став по-настоящему свободным даже в этой душной тюрьме. И, о чудо, изменения не заставили себя ждать.

Я стал спокоен как удав, ибо уверенность, что все происходит по воле Аллаха, наполнила мое сердце умиротворенностью. Теперь суета окружающих воспринималась мною как очередной забег за призрачными целями. Я перестал воспринимать проблемы и жизненные трудности как личную трагедию. Это всего лишь очередная проверка, ведь Бог создал жизнь и смерть испытанием для нас. Психический комфорт мгновенно отразился на самочувствии и отношении других людей. На моем лице появился здоровый румянец, в глазах вновь вспыхнул задорный блеск. К тому же новая система ценностей была создана как самый легкий и прямой путь к совершенству. Она предусматривала отказ от всего вредного, что мы зачастую воспринимаем как дар или благо. Железно обоснованный запрет на самом деле очищал организм от всевозможных ядов, облегчая жизнь его хозяину.

Хотелось бы отдельно остановиться на дозволенном и запретном в исламе, тем более что Всевышний четко указал на границы. Мои братья исповедовали принцип — «разрешено все, что не запрещено». Человек, который запрещал дозволенное или разрешал запрещенное, мгновенно выводился из веры. Еще бы, кто посмел изменить указание Бога? Кто мог отвергнуть Его дар и благо и разрешить мерзость? Стоит указать, что большинство запретов назывались в предыдущих Писаниях.

Всевышний запретил в употребление Своим творениям свинину, мертвечину и пролитую кровь. Современные исследования, в частности, показали, что по генотипу ткани хрюши идентичны человеческим. Недаром современные медицинские клиники используют органы свинок для пересадки человеку. А ведь еще тысячу четыреста лет назад Писание утверждало, что часть иудеев была превращена в свиней. Те, кто поедает свинину, — занимаются сакральным каннибализмом. Недаром испанский грипп, унесший миллионы жизней, от некоторых пернатых мутировал на промежуточном звене — свинье и потом перекинулся на людей, как колорадский жук с паслена на картошку. По сути, механизм возникновения новых болезней совершенно не изучен, и не исключено, что большинство вирусов человечество получает именно таким способом, поедая мерзость. Существо, которое для жизнеобеспечения использует поганый строительный материал, само строится из него. Впрочем, поделом. Отметим, что Единобожие разумно и исключительная необходимость снимает запрет.

Ислам зорко стоит на страже семьи, поэтому прелюбодеяние карается самым жестким способом. Мало того, порицаются оголение женских прелестей и те, кто разглядывает их. Верующие обязаны отводить взоры от запретных частей тел окружающих. Ведь на самом деле, какое огромное количество поломанных судеб, сирот, убийств и суицида происходит из-за ревности. Как презренна и глупа «красотка», которая пытается привлечь своим телом, даже не задумываясь, что она получит соответствующего мужа. А ведь все бренно, и старость не за горами. Что тогда будет в семье цементирующим раствором? А как ничтожен похотливый самец, пожирающий самку своими глазками? Это простой эпизод из повседневной жизни зверолюдей, который мы наблюдаем каждый день тысячи раз в общественных местах: метро, офисах и на улицах. Каково являться плодом таких утех и осознавать, что ты лишь следствие животных инстинктов? Разве это не мерзость?

..Но эти вышеперечисленные грехи меркнут перед самым страшным, направленным против Бога. Презренные творения не признают Его власти и отворачиваются от Его милости. Они изгаляются в своем безбожии, измышляя Всевышнему сотоварищей, помощников и сыновей. Что может быть неблагодарнее? Ведь это намного хуже непризнания своих родителей. Нам не приходит в голову возводить в родители трех или более человек или вообще строить свою родословную от зверей, но мы можем придумать Всевышнему триста шестьдесят конкурентов (да простит меня Аллах!). А кому молятся псевдоединобожники из числа «людей Писания»? Представьте себе, что вам надо просить в долг денег. Вы напрямую пойдете к кредитору и спросите у него. Вам не придет даже мысль просить у одежды, дающей руки или фотографии человека? Почему же тогда люди взывают к Его фрагментам или каким-то Его творениям, воображая, что последние коммутируют доступ в приемную Бога. А что если двое людей обратятся к своим святым-покровителям с прямо противоположными желаниями? Как те будут их отстаивать? И вообще, суждение по отсебятине нелепо, тем более что Творец всевидящ и всеслышащ. Он Сам открыл, как к Нему надо обращаться!

Некоторые безумцы вообще считают, что все возникло само собой, после вселенского взрыва. Укажите мне хоть на один случай за всю историю цивилизации, когда в результате взрыва возникло любое, пусть самое простейшее творение.

Почти сто процентов людей регулярно потребляют дурман всех видов, начиная с алкоголя и завершая успокоительным. Этим они бросают вызов Богу, подразумевая, что для полного совершенства подаренного тела не хватает одной капли никотина и двух доз кофеина в час. По сути, люди бегут от действительности в алкогольный и наркотический дурман, отвергая возложенные на них испытания. Они пытаются уклониться от ответственности, а ведь Господь не возложит на человека свыше того, что он сможет вынести. По плодам и награда в грядущем мире.

В своих поступках необходимо отталкиваться от того, что Бог видит скрытое и явное. От Него не ускользнет ничего. Ни один листок не шелохнется без Его ведома. К каждому человеку прикреплены ангелы, которые регистрируют все наши поступки. Правый ангел пишет в нашу книгу добрые деяния, а левый заносит все зло, чтобы потом взвесить приобретенное.

Надо знать, что никакие благие намерения не оправдывают совершения греха и он запретен для всех людей без исключения, невзирая на происхождение и социальное положение. Все люди равны между собой, так как происходят от одного общего предка. Не могут плоды одного дерева быть лучше или хуже других.

Господь запретил недостойные поступки, как явные, так и скрытые, а также греховные деяния, несправедливое притеснение, признание других богов наряду с Ним, хотя Он не ниспосылал об этом никакого предписания. Запретил Он и возводить на Него то, чего вы не знаете.

(Глава 17) Охота на сыщика

Разве тот, кому его злодеяние представлено прекрасным и кто считает его благом, равен тому, кто следует прямым путем? Воистину, Аллах вводит в заблуждение того, кого пожелает, и ведет прямым путем того, кого пожелает. Не изводи себя скорбью по ним. Воистину, Аллах знает о том, что они творят.

КОРАН (35:8)

Контора все-таки выследила своего бывшего винтика и раба — старшего следователя, который скрывался в снятой квартире. Его подвел телефонный звонок жене на работу. Когда в распечатке переговоров высветился неизвестный номер, ищейки Альфа и Бета многозначительно переглянулись и вышли на улицу. Они неторопливо уселись в свой автомобиль и направились по известному адресу. Дальше все было делом техники. Покрутившись по кварталу, они нашли нужный дом, где был зарегистрирован городской телефон. Дроиды Конторы заступили на боевое дежурство. Неприметная легковушка с тонированными стеклами заняла удобную позицию с широким обзором. Логово беглеца располагалось в старом спальном районе, целиком состоящем из пятиэтажек. Жилые дома утопали в желтизне увядающих деревьев. Редкие пенсионеры следили за малыми детишками и восседали на скамейках около своих подъездов. Мамаши с колясками выгуливали своих чад на свежем осеннем воздухе. Как обычно, в районе царила стандартная идиллия обывательской жизни.

Один из оперов автоматически впал в дрему, в то время как другой вооружился видеотехникой высокого качества. Ловушка захлопнулась. Оставалось только ждать глупую мышь, которая позволила себе так легко отдаться в руки врага.

Однако субъект долго не показывался. Только к вечеру его чуть согнутая фигура соизволила появиться с хозяйственной авоськой в руках. Старший напарник Альфа толкнул своего товарища. Ищейки мгновенно оценили ситуацию. Это он. Все приметы сходятся. Подозреваемый не спеша вошел в подъезд дома и спустя минуту в окнах подозреваемой квартиры зажегся свет. Сомнений не оставалось. Надо брать. Наблюдатели молча переглянулись, и Бета потянулся к портативной рации.

Дежурный прикинул расположение контрольной точки до ближайшего поста и резким движением снял трубку экстренной связи:

— Пятый, ответьте первому! В квартире по улице… дом… обнаружен подозреваемый. Высылаю фотографию. Предварительные данные… Приметы…

— Первый, вас понял! Немедленно выезжаем!

Где-то там, за несколько кварталов отсюда, тренированные человечки в камуфлированной форме, зеркальных касках и с оружием наперевес прыгали в фургон микроавтобуса. Сверкнула сирена, и автомашина на полной скорости устремилась в сторону пятой контрольной точки. Еще две оперативные машины, по два агента в каждой, сменили свои патрульные маршруты и выдвинулись на подстраховку основной группы. Спецназ не стал привлекать для операции нижестоящие уровни слуг правопорядка. Не тот масштаб операции. Здесь можно обойтись без милиции и войск. Своими силами.

Старший офицер группы прикинул план захвата, и на подъезде сирена смолкла из соображений секретности. Микроавтобус с тонированными стеклами резво подкатил к подъезду, сбрасывая пехоту прямо на ходу. Дом обложили с двух сторон, страхуя окна. Первая тройка спецназовцев оперативно вынесла деревянную дверь и не мешкая ворвалась в квартиру. Последовала короткая немая сцена, и подозреваемый оказался на полу. Мужичишка в кепке не ожидал такого оборота и сильно испугался. Он замер как вкопанный, уподобляясь лягушке под гипнозом удава. Что ж, тем лучше. Ему профессионально заломили руки и выгнали наружу. Мужчину завалили на пол салона лицом вниз. В спину для контроля уперся ботинок бойца. Хлопнули дверцы отъезжающего автобуса, и жизнь в округе вернулась в прежнее русло. Словно ничего не произошло. Пошли пузыри, и обывательское болото вновь затянуло тиной.

Однако победу было праздновать рано. Последующая проверка личности показала, что произошла ошибка. Взяли добропорядочного гражданина, слегка похожего на беглеца. Выезд бригады быстрого реагирования оказался ложным. Победоносный доклад наверх так и остался пылиться на столе.

В окне соседнего жилого дома слабо шевельнулась занавеска. Бывший старший следователь, а теперь глубоко верующий брат, известный под именем Хамза, устало опустил мощный бинокль. Все ясно. Эпизод с подставным человеком раскрыл крапленые карты. Рыбалка на живца удалась как никогда.

Захват подсадной утки наглядно показал бывшему офйцеру безопасности, в насколько серьезные разборки он вляпался. Значит, все так, как он и предполагал. Конторский Орден играет в очень грязные игры, иначе бы не было столь спешной и беспощадной охоты за офицером-ренегатом. Правоверный пока не подозревал, какая огромная паутина была наброшена на город только для того, чтобы выловить его. Он еще не понял, какие зацепил опаснейшие пласты невидимой жизни общества. И той вонючей клоаки, что над ним.

Бывший цербер карательной системы откинулся на спинку стула и глубоко задумался. Пути Господни неисповедимы. Все было предопределено. Он, офицер со стажем, стал мусульманином. Все произошло не просто так. Значит, его боевой опыт нужен для серьезного дела. Что может для настоящего мужчины быть важнее противостояния мерзости многобожия? Теперь он уверен в исключительной правильности своего выбора. Нет Божества, кроме Аллаха, и пророк Мухаммад Его раб и посланник! Еще повоюем!

А тем временем в нескольких кварталах отсюда одинокая фигура вынула из кармана мобильный телефон, и длинный палец в черной перчатке застучал по светящимся клавишам. После пятого гудка трубку сняли.

— Надо окончательно решить проблему, — сразу, без вступления повелел приятный баритон.

— Встретимся? — заискивающе ответил второй собеседник.

— Зачем, и так все ясно.

— Надо обсудить детали.

— Хорошо. Через минуту у меня.

Одинокая фигура щелчком сложила раскладной телефон, который юркнул в карман плаща. Сверкающий лакированный ботинок поддел случайный камешек и ловким движением запустил его в кусты. Худощавая тень сунула руки в карманы верхней одежды и не спеша направилась по мрачной аллее.

Впереди горел одинокий фонарь, вырывая у темноты небольшой кусок пространства. Порывы ветра периодически налетали на светильник, раскачивая его. От этого эффекта казалось, что ветви деревьев раскачивают землю, которая ходила из стороны в сторону. В общем, неприятное впечатление. В округе не было ни души, что вполне естественно для позднего и слякотного времени. Внезапно налетел мелкий дождь, повсюду рассеивая пронизывающие капли. Одинокая фигура подняла воротник плаща и натянула широкополую шляпу прямо на глаза.

Силби-младший хмуро задумался о создавшейся ситуации. Проклятый мусульманин все время ускользал от расставленных ловушек. Ни один из соблазнов почему-то не действовал. В ход пошло все, даже самые проверенные способы, ориентированные на человеческие пороки. Но все тщетно. Даже красотка Карина опростоволосилась с упрямым мальчишкой. А ведь дела развивались синхронно на разных уровнях в направлении поворотной точки.

Судя по действиям Силби-старшего, окончательная развязка в битве за планетарное господство неумолимо приближалась с каждой секундой. Армия Сатаны путем тысячелетнего усилия смогла приблизиться к захвату мировой управленческой пирамиды. Она силой выдавила локальные кланы. Обладая высочайшими боевыми свойствами на психическом уровне, демоны всех мастей вышли на финишную позицию. Погрузив планету в очередную мировую мясорубку, со второй попытки они создали надправительственное управление. Искусственно создав мощный блок полицейских государств, мировой Тагут собирался нанести решающий удар. Оставались только небольшие детали. Все было готово для решающей битвы, время для которой еще не наступило.

Под контролем глобального Тагута оказались почти все сакральные точки планеты. Остатки были оккупированы или обложены со всех сторон. И все же не могли не беспокоить некоторые упущения, ибо сил на все не хватало. На землях мусульман было неспокойно. Марионетки тряслись от народных волнений. Еще одна дремлющая до поры северная сила, так называемый «русский бурый медведь», начала возиться в своей берлоге, сотрясая окрестности. Появились первые признаки выхода из тысячелетней спячки, искусственно навязанной с помощью смертельного византийского вируса, который тут же умер, заразив одну шестую часть суши. Пока еще прозрела горстка из числа голубоглазых северян, протерла глаза и начала активное воздействие на своих прозомбированных собратьев. Плоды тут же дали о себе знать. Русские люди начали принимать ислам. Вопрос только во времени. Сумеет ли больной организм перебороть прогрессирующую смерть или нет, смогут ли эти антитела реанимировать труп?..

Запахло серой, и откуда ни возьмись появилась еще одна тень. Субъект в плаще нисколько не удивился и невозмутимо двинулся дальше, не изменяя темпа ходьбы. Приземистый крепыш в сером одеянии пристроился рядом и некоторое время они шли молча, не поворачивая голов друг к другу.

— Опять все провалил? В который раз… — равнодушно молвил баритон. Внезапно колючие глаза остановились на лице гостя, и тот отшатнулся. Фигура в плаще отвела взгляд и отвернулась. — Сгною вместе с твоей шлюхой! Почему она не смогла затащить парня в постель?

— Ты же сам знаешь, — попытался оправдаться Джонн.

— Что знаю?! — прошипел баритон.

— Нам не дают соблазнить и сбить, если на то не будет соизволения Аллаха. Это не в нашей власти. Все происходит по Его воле…

Силби-младший остыл, и некоторое время они шли молча. Наконец он произнес, глядя перед собой:

— Остается только одно. Раз мы не можем переманить его на свою сторону и запятнать серьезным преступлением, тогда…

— Это окончательное решение? — оживился собеседник.

— Да. Приступай.

(Глава 18) Боец правоверных

Крепко держитесь за вервь Аллаха все вместе и не распадайтесь. Помните о милости, которую Аллах оказал вам, когда вы были врагами, а Он сплотил ваши сердца, и по Его милости вы стали братьями. Вы были на краю Огненной пропасти, и Он спас вас от нее. Так Аллах разъясняет вам Свои знамения, — быть может, вы последуете прямым путем.

КОРАН (3:103)

Мы повторно встретились с Трояном после короткого телефонного разговора. Молодой подтянутый мужчина ожидал в вестибюле одной из библиотек и при встрече крепко обнял меня. Мы не торопясь вышли на свежий воздух, обсуждая последние события.

— Мир тебе, дорогой брат Захар! Хочешь узнать, зачем я позвал тебя? — жизнерадостно улыбнулся Артур.

В ответ я молча кивнул головой.

— Я слышал, что у тебя проблемы с трудоустройством. Это так? Мы можем помочь тебе. Причем все это вкупе с богоугодным делом. Двойная награда.

По оживленной улице проносились потоки машин и пешеходов. Желтые листья падали к ногам лысеющих деревьев и уносились ветром. Периодически побрызгивал дождь, уступая место осеннему солнцу.

— В чем состоит предложение?

— Работа чисто мужская, оплата достойная. На нее можно содержать не только самого себя, но и большую семью. Нам нужны проверенные сотрудники службы безопасности, которая курирует наши производственные точки и другую инфраструктуру.

— Интересно. Неужели братья-мусульмане содержат своих секьюрити?

— Конечно. Вокруг джамаата бурлит море куфра, пытаясь поглотить наш богобоязненный оазис. Куча демонов, тагутовских дроидов и просто обычной мрази шастает повсюду, пытаясь поставить нас под свой контроль. Без своей маленькой, но боеспособной армии мы обречены на поражение. Многобожники будут рады любому нашему проигрышу, ведь они ненавидят нас всеми фибрами своей черной души. Поэтому мы обязаны обороняться и держать руку на пульсе жизни, благо тот же закон дает на это право. Почему бы мусульманам не воспользоваться этим моментом?

— Правоверные идут в ногу с техническим прогрессом. Это радует. Я почему-то всегда считал, что мусульмане и иудеи склонны к идее компактного проживания — гетто.

— Величайшая глупость! Надо строить общину по принципу диаспоры, проникая повсюду, где это возможно. Раз Тагут дает слабину, значит, надо лезть туда и пользоваться этим. Карательная машина инертна и тупа, она не может предусмотреть все варианты в силу своей ограниченности. Мы должны расставлять своих агентов повсюду. Те, кто ограничивается уровнем гетто, никогда не победят, ведь они уже проиграли идеологически, духовно уступив многобожникам. Они сами приписали себя к людям второго сорта, ограничившись ареалом обитания. Это пораженчество, и не так давно большинство «этнических» мусульман проводило подобную политику, не осознавая этого. Они даже почти прекратили призывать русских и другие немусульманские народы. К счастью, им удалось преодолеть внушенный комплекс неполноценности. И это неудивительно. Тагут использует все методы, чтобы создать правоверным трудности и оттеснить их на периферию жизни.

— Какие предприятия содержит джамаат верующих? — спросил я.

— Все, что нужно для полного автономного существования. Там, где возможно, мы предпочитаем обращаться к братьям, лишь бы поменьше плавать в мерзком куфре и соприкасаться с ним. Сила Тагута велика, и мы строим свою систему, выводя из-под его влияния финансовые потоки и выбивая экономические рычаги. Это более чем реально. В некоторых случаях трояны, подобные мне, буквально вырывают куски из общего пирога, проводя блистательные операции экономического джихада.

— Это криминал.

— Официально да. Но с нашей точки зрения это разновидность битвы с куфром. Изъятие ресурсов, которые Тагут обращает против нас же. Ты в курсе, что существует огромный список предприятий мирового уровня, которые отстегивают на борьбу с исламом? Они официально платят гигантские суммы с огромными нулями. Представь, какая финансовая махина ТНК противостоит нам. Неверующие воюют с нами своим имуществом и своими душами.

— Ясно. В чем заключается моя работа?

Троян доступно и понятно объяснил мне суть. Мне предстояло защищать джамаат и его инфраструктуру. Паразиты всех мастей готовы разорвать анклав мусульман. Сейчас идет скрытое противостояние. Социальный монстр чрезвычайно силен и продавливает свою политику. Но мы действуем в рамках закона, используя своих юристов и силовиков.

По сути, вся планета поделена на три сектора: земля веры, где установлен божественный закон, земля мира, которая покорилась и платит дань, и земля войны, с которой идет жесткое противостояние. Местами и временно некоторым народам удается установить островки веры, но мировой Тагут мгновенно оккупирует их своими военными силами. За свободу по всей планете идут жесточайшие столкновения, ибо единственная сила, которая еще не покорилась мировой рабовладельческой системе «золотого миллиарда» — это единобожие от пророков. Все остальные конкурирующие системы давно побеждены. Например, «малый Сатана» — СССР, источник «красной» угрозы, лежит в руинах. Безбожникам не удалось воплотить в жизнь утопическую идею и установить царство божье на земле.

— Сейчас подъедет твой новый товарищ. Он посвятит тебя в нюансы и объяснит тонкости. Зовут его Емельян. Для своих Емеля. Я с ним созвонился, — пояснил Артур.

И вправду, буквально через минуту к обочине дороги подъехала шикарная черная иномарка. Из нее выбрался крепкий, плотный мужчина славянской внешности, с небольшой бородой и улыбнулся до ушей.

— Емельян, можно Емеля. Мое светское имя было в честь одного языческого бога, поэтому я сменил его на нормальное, — поприветствовал мой новый товарищ.

— Это наш новый брат Захар, про которого я тебе говорил, — представил меня Троян. — Я оставлю вас, знакомьтесь. Емельян, устрой брата по высшему разряду.

— Обижаешь, дружище.

— Ладно, мир вам.

С этими словами Троян удалился, махнув рукой, и мы остались наедине. Новый брат ободряюще хлопнул меня по плечу и произнес:

— Очень хорошо. Мне давно нужен напарник. Работка у нас пустяковая. Потрясений практически не бывает. Эпоха открытых войн закончилась. Убивают более крупные фигуры и те стараются незаметно. Так что не переживай.

— В чем состоит наша деятельность?

— Садись в машину. По дороге тебе расскажу.

В ходе беседы стало известно много интересного, что обычно ускользает от взгляда обычного гражданина. Город давно поделен. Все под контролем куфра в разных проявлениях. Часть якобы под опекой чистого государственного Тагута. Но на самом деле здесь кормятся потомственные мафиозные кланы. Мелочь отстегивает им оптом. За крупными закреплены представители кланов. Все они пытаются пожрать друг друга, в том числе используя стенобитные орудия всевозможных клерков и боевых дроидов в форме. «Цивилизация».

— Мы боремся со всей этой мерзостью, по мере возможности устанацливая божественный порядок на длину протянутой руки. Это святая обязанность каждого верующего мужчины. Рано или поздно мы победим. Времени у нас до самого Судного дня. На нашей стороне правда и законы Всевышнего.

На вывесках наших предприятий поставлен знак для посвященных. Невнимательным ненавязчиво пояснят на словах. Жулики и менты знают это и не трогают наши объекты. Им не по зубам. Дроиды конторы иногда беспокоят, но зацепиться им не за что. Все по законам Тагута. Еще мы охраняем своих братьев, которые занимаются самостоятельным бизнесом и держат свои предприятия, в которых трудятся верующие.

В принципе, все точки делятся на два вида: выпускающие запретные товары и услуги или разрешенные. Первые до разорения долбят трояны с помощью стенобитных орудий самого же Тагута. Последние просто захватывают по возможности, и предприятия работают на нас. Завоеванием занимаются специально обученные специалисты своего дела. Улыбающиеся интеллигентные «гости» ненавязчиво стучат в двери генеральных директоров или учредителей и вежливо просят аудиенции. От их корректных слов меркнут лица владельцев. Пришельцы сочувственно улыбаются. Да, мы понимаем все. Но обстоятельства сильнее людей. Придется подчиниться.

Попасть в разряд «гостей» очень непросто, туда берут строго проверенных и неординарных личностей. У этих, как правило, высшее образование, широкий кругозор и крепкая вера. Они первые держат удар. Это своеобразная боевая элита правоверных. Мы их называем «боевыми клерками». Люди плаща и компьютера. Солдаты экономического джихада. Троян из их числа. Интеллектуал.

Наша машина заскользила по улицам огромного города. Периодически Емеля останавливал авто и указывал на крыльцо подшефного предприятия. Попадались магазины, офисы и киоски. У джамаата были даже свои заводы. Наша патрульная пара опекала свой небольшой райончик, который словно пчелиный сот смыкался с другими — их курировали соседние бойцы. База располагалась в отдельно стоящем трехэтажном здании, окруженном высоким кирпичным забором, где по периметру висели телекамеры. Оказалось, что юридически мы оформлены как частная охранная служба. В арсенале кроме спецсредств имелось боевое оружие.

В ходе экскурсии я понял, что в единый живой механизм объединились специалисты своего дела, каждый старается оказать собратьям помощь в том, в чем особенно глубоко разбирается. В анклаве присутствует множество людей с различными способностями, каждому из которых находится применение по профилю. Именно поэтому мы необычайно сильны в своей разнородности и охватываем весь спектр человеческой деятельности. У нас свои врачи, адвокаты, чиновники, представители государственных спецслужб, руководители предприятий и финансовые воротилы. Каждый из вышеперечисленных, предлагая свои услуги, твердо уверен, что в любой момент сможет получить квалифицированную дружескую помощь в любом затруднении. Так завещал нам пророк. Поодиночке каждый из нас легко утонет в океане безбожия, который омывает наши островки, где мы постарались установить божественные законы. А вместе мы великая сила…

Поколесив по улице, мы направились перекусить в кафе одного из наших братьев, который предоставлял бесплатные услуги в обмен на охрану и финансовое содействие. В меню заведения напрочь отсутствовало спиртное и запрещенные продукты питания. Закусочную посещало огромное количество мусульман всех народностей. Они отдыхали от внешнего мира, наслаждаясь общением друг с другом и обмениваясь последними новостями. Емеля заодно приобрел исламскую газету «Нур», которую сунул за пазуху.

Плотно пообедав, мы запили еду ароматным чаем. Внезапно у Емельяна зазвонил мобильный телефон. Он активизировал связь, и в течение разговора его лицо помрачнело.

— Тревога, Захар! Диспетчер сообщает, что в соседнем районе у Ильдара серьезные проблемы. Прикатили какие-то заезжие отморозки и расколотили нашу точку. Через пять минут у наших стрела на перекрестке улиц…

— Поспешим.

Мы бросились к машине, оставленной на платной стоянке у кафе. Емеля по дороге вводил меня в курс дела:

— Соседние патрули в курсе. Операцию проводит сам Хамза. Можешь быть спокоен. Этот лидер мусульман обладает огромным опытом и связями. Он на танки нас не бросит и по возможности двинет прикормленных дроидов Тагута. Пусть посшибают друг другу рога. Но мы обязаны страховать братьев.

Наша патрульная машина бешено закрутилась по узким улочкам. Емеля вовсю давил на педали, вращая рулем, как на гонках. Через пару кварталов мы услышали первые выстрелы.

— Захар, на подъезде нырни под приборную доску. У тебя пока нет броника и пушки. Ты безоружен и беззащитен. Смотри не шали и не дергайся на пулю.

Миновав образовавшуюся в ходе чрезвычайного происшествия пробку, наша легковушка угодила под пистолетный огонь. По крайней мере одна пуля глухо щелкнула по кузову машины. Я последовал указанию напарника и согнулся на полу. Один из нападавших оказался на пути нашей тачки, и Емеля не колеблясь пустил его под колеса. Послышался глухой удар и крик человека. Еще двое бандитов бросились наутек, периодически отстреливаясь. Однако с той стороны улицу загородила еще одна наша машина и авто патрульно-постовой службы. Последние, не долго думая, выставили автоматы и парой коротких очередей прицельно свалили одного нападавшего. Второй отбросил пистолет и поднял руки.

После перестрелки мой спутник посмотрел на часы и напомнил:

— Время полуденной молитвы, Захар. Поехали в мечеть. Заодно кое с кем пообщаешься.

Мы — бойцы общины правоверных. У мусульман свой автономный анклав, в котором действуют законы и порядки, основанные на божественном шариате. Кто из людей посмеет нарушать или искажать Закон Создателя? Плевать мы хотели на другие законы, придуманные людьми. Мы сами себе порядок. Осталось распространить его на всю планету.

(Глава 19) Призыв

Ты не заставишь слышать мертвецов и не заставишь глухих услышать твой призыв, когда они обращаются вспять. Ты не выведешь слепых из их заблуждения. Ты можешь заставить слышать только тех, которые веруют в Наши знамения, будучи мусульманами.

КОРАН (27:80–81)

Талиб жил скромной и неприметной жизнью, ничем не выделяясь среди своих соседей. Разве только иногда к нему приходили бородатые гости. Но посетители были на редкость скромны и отличались приятными манерами. Случайный прохожий мог заметить странный блеск в их глазах, который сразу поднимал настроение.

Жена сидела с ребенком и не работала. В исламе мужчина обязан полностью обеспечивать ее. Если женщина хотела трудиться, тогда она оставляла заработанное только себе и не вкладывала в семейную копилку. В принципе, супруга могла помогать мужу финансами, но это воспринималось как милостыня. Слабый пол, согласно предписаниям религии, обладал большими преимуществами и льготами по сравнению с теми устоями, коих придерживались безбожники. Сюда входили защита материнства и детства, семьи, родительских прав и наследственные вопросы. Всевышний не упустил ни одного мельчайшего момента, установив справедливые взаимоотношения между людьми. Однако проклятый дьявол, побиваемый камнями, извернул все наоборот в головах обывателей, далеких от божественных законов. В своем невежестве они, как обычно, руководствовались разжеванным мнением всевозможных «светил» и «признанных» авторитетов. Последние нагло врали прямо в глаза своей пастве, пошире оттопыривая карманы для дядек с волосатыми ладошками. В результате в головах биороботов сидели враждебные и ложные штампы, предохраняющие их от прозрения и перехода на сторону партии Всевышнего.

Всю свою жизнь Талиб посвятил Единобожию. Даже работа способствовала распространению веры. Каждое утро, кроме одного выходного, он выходил к центральному рынку и раскладывал свои книги и предметы культа. Проходное место способствовало хорошей посещаемости. Благодаря этому и благожелательному отношению к покупателям ученый приобрел весомый авторитет. Обладая религиозной грамотностью, он постепенно стал выступать в качестве знающего человека, способного разрешать спорные ситуации между людьми согласно шариату. Авторитет рос прямо на глазах. Со временем к нему начали приходить за советом уважаемые люди.

По определенным дням ученый призывал людей к исламу. Он ходил по знакомым, вел религиозные беседы и наставлял всех желающих на путь истинный. Никогда не навязываясь, ученый смог призвать к Единобожию довольно большое количество людей. И стар и млад слушали его речи, призывающие к спасению. Талиб не делал различий между богатыми и бедными, порочными и не очень. Его вовсе не интересовало социальное положение собеседника. В загробном мире нет предпочтений, и ничего, кроме собственных деяний, мы не возьмем с собой, оставив земле все, в том числе и свое бренное тело.

По воскресеньям в одном из заведений собиралась районная группа изучения Священного писания, в основном молодежь, которой опостылела царившая вокруг мерзость. Эти люди приходили в ислам своими собственными путями. Некоторую часть интересовала восточная экзотика, но они быстро охладевали, переключаясь на другое веяние моды. Основную массу привлекала четкость и логичность основ Единобожия, отсутствие противоречий. И самое главное, в этой вере четко выстраивалась преемственность от первого человека и пророка до наших дней, не было хронологических разрывов и необъяснимых неточностей. Единобожие доступно каждому человеку, невзирая на его интеллектуальное развитие. Здесь нет исключения и быть не должно. Просто уровней понимания много. Многомерность. Каждому — свое. По заслугам и стремлению.

Мусульмане заметно отличались от других людей. Мужчины и женщины осознанно выбрали целью жизни служение единому Богу — Аллаху. Они отрекались от всего ложного, строя свои жизни и воспитывая подрастающее потомство в русле законов Всевышнего. Правоверные строго выполняли все заповеди и предписания, ожидая награды в будущей жизни. Этих с пути не сбить, не соблазнить никакими коврижками. Партия Аллаха вела локальные стычки с куфром и готовилась к решающему сражению, ожидая повторного возвращения пророка Иисуса, мир ему. Они готовились встретить его во всеоружии, чтобы сокрушить многобожие и все его современные проекции. Вопрос только во времени.

Исключительная ценность уверовавших единобожников, чьи предки поклонялись Тагуту в различных вариациях, заключалось в сознательном выборе. Они смогли не только принять ислам, но и найти в себе силы бросить вызов закостеневшему обществу. По сути, они стали изгоями и пошли на это, осознавая тягчайший вызов. Плыть против течения смогут только герои. Подумайте сами, кто из вас сможет выступить против общества и его спектра мнений? Кто захочет терпеть едкие усмешки, порицания и гонения, наконец. «Вы ренегаты и предатели своих отцов и дедов. Вы предали то, во что верили наши предки и погибали за это. Вы перестали быть детьми своего народа. Прочь!» Кто из обывателей сможет хотя бы представить себе такую картину?

Неэтнические мусульмане четко осознавали пороки и грехи своего народа. Они страстно хотели спасти свою родню и племя, ибо сами с таким трудом нашли выход из тупика мракобесия. Они призывали народ, жертвуя всем, чем возможно. Но тупые зомби отмахивались от протянутых рук. Иблис, да будь он проклят, легко не отпускает свои жертвы. Надо сделать над собой усилие, ведь только достойный заслуживает спасения. Остальные уйдут в огонь геенны навеки. И поделом.

А ведь к каждому народу в свое время ниспосылался пророк из их числа, призывающий на местном языке. Свыше ста двадцати тысяч посланников, мир им всем, рождались, проповедовали и умирали среди своих племен. Когда-то и к нашим славянским предкам приходили посланники Аллаха, призывая их к истинному Единобожию, к поклонению только Всевышнему, и никому более. И следы этих пророков можно обнаружить в национальных обычаях, в которых остались элементы веры. И у русских они тоже обильно присутствуют, надо только пристальнее приглядеться. И это при тотальном замалчивании.

Тысячи и тысячи мусульман несли божественный свет по всей необъятной родине, наставляя людей на путь истинный. Подобно пчелам, каждая из которых несет свою ношу, они методично боролись с безбожием на расстоянии протянутой руки, жертвуя своим имуществом и личным временем. Эти скромные люди не требовали земной награды. Вовсе нет. Все только во имя единого Бога — Аллаха, Милостивого и Милосердного!

(Глава 20) Опорный пункт веры

Воистину те, которые уверовали и совершали праведные деяния, являются наилучшими из творений.

КОРАН (98:7)

Красавица мечеть возвышалась над окружающими постройками своими стройными минаретами. Она располагалась в центральной части делового города. Будучи двухэтажным зданием, храм Всевышнего был построен из отменного красного кирпича. Периметр основного здания окаймлял чугунный витиеватый забор, покрашенный черной грунтовкой. На большой асфальтированной площадке перед зданием мечети своих хозяев ожидало несколько автомобилей.

При нашем приближении к дому Всевышнего в небо взмыла большая стая голубей. Миновав несколько широких луж, мы выехали на относительно сухое место на краю стоянки. Энергичная жизнь закипала у самого порога. За углом храма слабо гудел сварочный аппарат. Трое мужчин в рабочих спецовках занимались хозяйственными делами. Тут же возвышалась куча речного песка, рядом с которым лежали носилки и совковые лопаты. Мы миновали облагороженный двор, покрытый тротуарной плиткой и газонами стриженой травы, и оказались на пороге дома Всевышнего.

В вестибюле помимо вахты располагался прилавок религиозной литературы и предметов культа. Бросалось в глаза огромное множество книг всевозможных форматов и объемов. На заднем плане висело несколько больших плакатов с каллиграфией и календарей. Холл был устелен толстыми паласами всех оттенков зеленого. Справа от входа располагался гардероб с длинными рядами деревянных скамеек и вешалок. В небольшой тумбе стояли домашние тапочки всех расцветок. Две винтовые лестницы на второй этаж уходили в оба крыла сразу за дверями с мутными цветными стеклами. В пролетах располагались длинные ковровые дорожки.

Емеля обменялся приветствиями с пожилым грузным вахтером, по старинке одетым в теплую домашнюю фуфайку. За толстыми стеклами очков сверкнули умные глаза, повидавшие множество разных событий на своем веку. Голубоглазый дедок-фронтовик внимательно посмотрел на меня, и мы пожали друг другу руки. Старик слегка кивнул головой и показал мне рукой на вторую обувь. Я скинул ботинки и куртку, оставив их в гардеробе. Еще несколько мужчин бурно поприветствовали нас. Емельян по очереди представил меня братьям, лица которых светились доброжелательностью и благодушием. У них были глаза глубоко верующих людей. Я никогда не видел столько богобоязненных в одном месте. Честно говоря, можно было даже гордиться компанией мусульман, с каждым из которых я бы не задумываясь пошел в разведку. Без сомнений. Большинство из них были бородаты, ибо поросль на лице мужчины отличает его от женщины и ребенка, показывает его патриархальность. Ислам четко поддерживает естественный порядок построения семьи, каждый член которой пользуется своими уважаемыми правами и обязанностями.

Именно патриархат являлся непримиримым врагом современной модификации рабовладельческой системы. Немногим ранее государственный Тагут, путем кровавого тысячелетия и жесточайшего прессинга, сумел подавить род и размыть его. Семейные кланы, отличавшиеся свободолюбием и автономией, были повержены. Социальный монстр ненавидел род лютой ненавистью из-за сопротивления тирании, ибо идеал человека для последней — бездушный винтик. Социуму удалось разорвать родственные связи людей, превратив их в безликую рабочую массу. Немалый эффект при этом сыграла урбанизация. Теперь Тагут взялся за раскол семьи, уравняв различие между мужчиной и женщиной. Так появилось среднеполое существо, способное ко всему.

— Это региональный опорный пункт веры, — шепнул мне на ухо мой провожатый. — Отсюда происходит распространение ислама по округе. Здесь, наподобие времен пророка, мир ему, своего рода штаб и центр управления. В этом месте происходит концентрация религиозного света. Сюда приходят люди, чтобы учиться Слову и Закону Всевышнего. Знающие люди преподают изучение Корана.

— Кто все эти люди? — спросил я.

— Свободные из мусульман, которые решили уделить часть своего личного времени для общего полезного дела. Кто во что горазд. Некоторые просто приехали отдохнуть душой, ведь чем больше времени мы проводим вместе, тем меньше с куфром, то есть неверием. Там, за островком ислама, люди буквально тонут в океане многобожия.

— Идиллия…

— Если бы так. Тагут периодически засылает к нам своих дроидов. Конечно, они легко вычисляются, потому что имитировать веру невозможно. Например, «кроту» чрезвычайно тяжело вставать на утреннюю и ночную молитву. Актерство здесь не поможет — слишком много нюансов. Мы легко вычисляем агента. Система религиозной идентификации у нас совершенна. Куда более опасны естественные лицемеры, чьи души оказываются во власти дьявола.

— А я могу стать одним из них?

— Только при одном условии. Если черви сомнения сгрызут тебя. Видишь ли, с самого рождения коварная система, как правило, расставляет в головах своих рабов всевозможные мины, взрывы которых невозможно предсказать и тем более предотвратить. Устанавливаются они чрезвычайно просто, путем бессознательных ассоциативных связей. Представь себе бормашину стоматолога. Тебя передергивает от непроизвольного зуда, заложенного еще в детстве. Если при этом врач стучал хирургическими инструментами, то их звук или что-либо еще намертво запишется в подсознании. Это ключи. Активация ощущения происходит при их использовании.

Сейчас используется телевидение. Вначале показывают трупы или смерть человека. Это шокирует, ведь для психики человека нет ничего страшнее гибели. В экстремальном состоянии мозг впечатлительнее в тысячу раз. Некий голос за кадром произносит кодирующие фразы, которые будут ассоциироваться с сюжетом. Например, это постулаты нашей веры или ее лозунги. В следующий раз, когда обыватель услышит кодовые слова типа «шариат», «Аллаху акбар», «ислам», в его голове автоматически всплывет кровавый сюжет и появится устойчивая психическая реакция на раздражитель, то есть на тебя или меня. Так мы становимся врагами номер один.

Гостям предложили горячий чай с выпечкой, и все присутствующие расположились за длинным деревянным столом, вдоль которого тянулся ряд скамеек. Мы приступили к еде после поминания Аллаху, ведя непринужденный разговор о последних событиях. Оказалось, что нашими реальными союзниками в море куфра являлись две торговые общины приезжих нацменьшинств, которые тоже придерживались ислама. Единственным различием было то, что они соблюдали свои собственные обычаи — адаты, отличные от наших.

Постепенно разговор перешел в другое русло.

— Братья, кто из вас поведает достоверное предание о пророке Мухаммаде, мир ему? — громко спросил высокий парень в джинсовом жилете…

Новая жизнь увлекала меня своим мощным течением, открывая все новые горизонты. Внезапно мне стало тепло на душе, и я радостно улыбнулся. Хвала Всевышнему, Господину миров, Милостивому и Милосердному!

(Глава 21) Гость

Воистину неверующие расходуют свое имущество для того, чтобы сбить других с пути Аллаха. Они будут расходовать его, а затем будут сожалеть об этом, а вслед за тем они будут повержены…

КОРАН (8:36)

На широкой центральной площади ветер гонял одиночные бумажки и пакеты. Солнце изредка хмуро выглядывало из-за облаков, чтобы вновь спрятаться за серыми тучами. Вот-вот мог начаться промозглый дождь. Голуби чувствовали это и, повинуясь инстинкту самосохранения, попрятались на чердаках старых построек.

К одной из них, эпохи дворцов, с налетом современности, подъехала широкая машина представительского класса. Из нее вышел молодой человек в черном плаще, с кожаной папкой в худощавой руке. Он поправил указательным пальцем позолоченную оправу очков и провел ладонью по вьющимся темным волосам. Охранник на входе автоматически, с профессиональной точностью просканировал глазами посетителя и про себя причислил последнего к элитному классу. Из вежливости он поинтересовался целью визита и беспрекословно пропустил гостя. Молодой человек и не ожидал другого приема. Он досконально знал весь спектр человеческих слабостей и преотлично разбирался в людях. Иначе быть не могло. Ведь гость не кто иной, как кредитор. Нет долгов? Не бывает. Найдем. Не найдем, так сделаем, чтобы были. Троян по имени Сергей насквозь видел людишек с их недалекими мыслишками.

В приемной гость прошел более точную идентификацию. Секретарша тренированным чутьем определила статус посетителя.

— У себя? — поинтересовался гость, смотря сквозь референта.

— Как доложить?

— Скажите, что пришли оказать помощь.

Спустя минуту двери кабинета гостеприимно распахнулись и, покинув шлюз, Сергей прошел внутрь по ковровой дорожке.

— Добрый день, — поприветствовал гость. Не спрашивая разрешения, посетитель уселся прямо на директорский стол, используя древнейший психологический прием. Хозяин кабинета своей шкурой вдруг болезненно почувствовал, что он уже здесь совсем не хозяин и пришло время для нового господина. Однако виду не подал: сказалась многолетняя закалка.

— Что вы себе позволяете? — устало обозлился последний. — Я вызову охрану, и вас вышвырнут вон!

— Не вызовешь.

— Почему это? — удивленно переспросил генеральный, чувствуя, что заклинание с охраной не имело должного эффекта. Он тайком нажал кнопку скрытой сигнализации.

— Вначале прочти это.

С этими словами молодой человек распахнул папку и выудил из нее тонкий листок, который перекочевал на стол директора. Иногда троянская Сеть прибегала к «железно» подготовленному давлению для достижения своих целей. Неудивительно, ведь, обладая громадными банками данных, боевая Паутина пользовалась ими по полной программе. Каста троянов была своеобразным авангардом на передовой борьбы с куфром. Этот способ применялся для усиления влияния, кадрового роста и расстановки своих людей на ключевые позиции всех представляющих интерес структур, особенно государственных. В наш век информация была своеобразным «золотым ключиком», который действовал эффективнее денег. По сути, байты исполняли роль купюр.

В проеме двери возникли два амбалообразных охранника и нерешительно замялись у входа, ожидая приказа.

— Пошли вон, — не поворачивая головы, бросил гость. Стража тупо воззрилась на хозяина.

— Оставьте нас, — устало отмахнулся генеральный. Бойцы испарились, и в кабинете возникла полная тишина, прерываемая тиканьем часов.

— Что вам нужно? — тихо спросил хозяин, прервав свое занимательное чтение.

— Льготные контракты.

— Это невозможно!

— Твои проблемы. Выбирай. У тебя минута. Время пошло.

— Подождите! Дайте подумать.

— Мне некогда. Мое время очень дорого стоит.

— Хорошо. Я согласен. Что мне будет?

— Посмотрим. Может, даже, если повезет, все останется как прежде. Все зависит от тебя. Для начала оформи все нужные бумаги…

Усатый дядя снял наушники, положив их на стол, повернул голову и бросил своему товарищу с колючим взглядом:

— Круто берут. Профессионалы.

— Посмотрим, — после некоторой паузы отозвался второй.

Оставшись в одиночестве, директор долго и тупо смотрел куда-то в угол. Наконец он поднял трубку телефона. Палец потянулся к номеронабирателю и замер на месте. Решение принято. Звонка на «крышу» не будет.

Черная дорогая машина плавно тронулась с места и влилась в городской ноток. Коротко стриженный угрюмый водитель в кожаной жилетке периодически поглядывал в зеркало заднего обзора. Иногда появлялось прикрывающее авто службы безопасности, отсекая возможные случайности. Покружив по городу, Троян по имени Сергей окончательно уверился в отсутствии слежки, которая не редкость в его опасной работе. Клиенты зачастую пытались «пробить» источник угрозы, однако на этот раз опекаемый сдался без боя. Слишком веский был собран компромат. Хватало на десяток уголовных дел. Но так или иначе клан, стоящий за спиной директора, попытается повлиять на события.

Автомобиль заехал во двор двухэтажного здания. Молодой человек прихватил свою папочку и вошел в помещение. Поднявшись на последний этаж, он нашел нужную дверь. Прервав совещание, руководитель одного небольшого посреднического предприятия выпроводил своих сотрудников и заказал своей секретарше два кофе. Владелец фирмы на вид был крепким, склонным к полноте мужчиной «золотого» возраста.

Будучи в полном расцвете сил, он мог пойти на разумный риск за достаточную долю выгоды. Расстегнув светло-зеленый пиджак, хозяин офиса протянул руку в приветствии, и мужчины обменялись рукопожатиями.

— Здравствуй, Андрей Владимирович. Я привез тебе скромный подарок. Послезавтра ты должен приехать во всеоружии по этому адресу.

Сергей протянул визитку и продолжал:

— Это твой новый клиент. Представишься от моего лица и попросишь его об одолжении. Он обязан обеспечить тебе место льготного абонента, а старого выбросить на помойку. Теперь твое предприятие займется выгодным бизнесом, на десять процентов ниже заводской стоимости по специальному льготному контракту будешь приобретать продукцию этого гиганта и с двойной накруткой сбывать всем жаждущим.

— Извини, а меня не пошлют?

— Ты начал сомневаться в моих словах? — негромко переспросил Сергей, даже не повысив голоса. Его собеседнику на миг стало не по себе. Казалось, он краем глаза заглянул в атомный реактор.

— Нет, конечно нет! — слишком поспешно поправился толстяк. — Просто все это кажется довольно фантастичным.

— Кофе у тебя дурацкий, Андрей Владимирович. Смени сорт.

Закончив беседу, Троян вновь сел в черную машину, которая все это время терпеливо дожидалась своего хозяина.

— Куда? — спросил водитель, не поворачивая головы.

— В университет. В главный корпус.

Декан экономического факультета был о себе самого высокого мнения и позволял роскошь подолгу задерживать просителей в приемной, набивая цену. Троян глянул на часы и засек время. Через сорок минут научное светило соизволило принять у себя очередного посетителя.

— Знаешь, сколько стоит десять минут моего личного времени? — вместо приветствия начал необычный посетитель. Косматые брови немолодого декана взлетели вверх. Он открыл рот и закрыл его.

— Твое месячное жалованье, — продолжил гость грустным голосом. — Я же ждал сорок минут. Но это еще не все. Мне стало известно, что ты отчислил студентку с золотой медалью, которая не угодила только тем, что она мусульманка и носит хиджаб. Вместо нее ты, кафирская морда, запихнул посредственное чадо одного богатея. За скромную плату, конечно.

Светило слегка померкло и покрылось пятнами.

— Я могу устроить тебе кучу проблем. Можешь не сомневаться. Будем звонить министру? Или, быть может, куда еще, где тебе мои старые приятели отвесят такого пинка? Что будем делать?

— Как фамилия твоей протеже? — наконец выдавил декан, совладав с собой.

Сражайтесь с неверными. И пусть они убедятся в вашей суровости. Аллах накажет их вашими руками и одарит вас победой над ними…

(Глава 22) Погоня

А воздаянием тех, кто приобрел зло, будет равноценное зло. Их постигнет унижение, и никто не защитит их от Аллаха. Их лица словно покроются клочьями ночного мрака. Они — обитатели Огня, в котором они пребудут вечно.

КОРАН (10:27)

Захар и Емеля даже не подозревали, что с первых минут сегодняшнего выезда приобрели аккуратный хвост в лице двух штатных оперативников на белой иномарке. Сыщики получили своевременную наводку от коллег, которые отреагировали на оперативную сводку и сообщили районному подразделению всемогущей конторы. По большому счету в это широкое понятие не вкладывается какая-то отдельно взятая спецслужба. Они настолько переплетены в один общий клубок, опутывающий государство стальными нитями, что зачастую определить, где кончается одно ведомство и начинается другое, физически невозможно. Другими словами, все эти подразделения социума являлись, по сути, неким ОРДЕНОМ, выражающим волю правящих в данный момент кланов. Последних во все времена было не больше двух-трех.

Сотрудники Конторы под позывными Альфа и Бета незаметно пристроились сзади, пропустив вперед пару случайных машин. Буквально недавно они получили аванс за уничтожение Захара и его товарища. Теперь оставалось только выбрать удобный момент. В плотном потоке городского движения можно было легко потерять объект наблюдения из виду, поэтому в операцию должны были включиться еще две мобильные группы наружного наблюдения. Жертвы слегка расслабились. Захар первым заметил аккуратную слежку и внезапно попросил Емельяна притормозить:

— Остановись!

— Зачем? — поначалу удивился водитель. — Тут же нельзя.

— Увидишь сам. Под мою ответственность!

Черная иномарка скрипнула тормозами и встала у обочины. Мужчины проследили взглядом за белой легковушкой с двумя молодыми мужчинами.

— Запомни номер, — попросил Захар и развернул листок, который достал из внутреннего кармана. — Обнаружены мною вчера и позавчера. Вот расписание наших пересечений с этой машиной.

— Нас срисовали, — хмыкнул Емеля. — Хорошо работают.

— Что будем делать?

— По обстановке. Это может быть контрольная проверка.

— Кто это может быть и как они нас вычислили?

— Не смеши меня, — съязвил Емеля, — в распоряжении Тагута все. Выбирай что хочешь. Скоро плюнуть некуда будет, попадешь на мышиную форму, стукача или микрофон. Ладно, потихоньку тронули!

Осознав свою промашку, ищейки решили прижать мусульман к бордюру, изо всей силы врезавшись в их машину правым бортом. Раздался скрежет, и куски пластмассы мелькнули под колесами машины. В руке Альфы сверкнула вороненая сталь пистолета с глушителем. Правоверные не ожидали такого поворота. Послышался негромкий хлопок, и в лобовом стекле черной машины появилось пулевое отверстие. Мусульманам не оставалось другого выхода, как скрыться от убийц любой ценой. Черная легковушка закрутилась по улицам города, словно ее укусила сумасшедшая муха. Тихая слежка превратилась в шумную погоню. Теперь, уже невзирая на правила, они не раз пролетали перекрестки на красный свет, стараясь уйти от преследования.

Странное поведение неприятеля, граничащее с убийством, не укладывалось в голове у беглецов. Тагут решал преступить свою собственную иллюзию закона только в экстремальном случае. Но особой опасности эта пара верующих не представляла. Значит, дело было в некой третьей силе, которая вмешалась, надавила на нужные педали или банально проплатила заказ. Тогда все становилось на свои места. Будут давить до победного конца, пока не закатают в асфальт. Пленные им не нужны. Только скальпы.

Старший оперативник Альфа понял, что без подмоги не справиться, связался по рации с базой и доложил:

— Сигнал: пятый — первому! Объект оказал вооруженное сопротивление и уходит! Преждевременное начало операции…

— Где вы? — отозвался центральный пост.

— На пересечении улиц…

— Да, теперь вижу вас, пятый! Подмога прибыла?

— Пока никого нет.

— Держитесь на хвосте.

— Они занервничали, наверняка везут что-то запрещенное в машине. Пока мы тут гоняем, преступники избавятся от компромата.

— Ждите помощь. Будем брать.

— Первый! Вас понял. Ждем.

Вторая оперативная машина вынырнула с боковой улицы и, резво набирая обороты, пошла на обгон преступников. Белая иномарка сыщиков пристроилась сзади, отсекая путь к отступлению. Внезапно беглецы резко остановились. Идущий сзади конторский автомобиль не успел затормозить и стукнулся о нежданное препятствие. Водитель и его напарник ударились о приборную доску, на некоторое время потеряв ориентацию. Первая опермашина пролетела несколько десятков метров и затормозила. Сверкнули белые огни заднего хода, и она вернулась к месту столкновения. Однако было уже поздно, авто беглецов резко развернулось и исчезло в потоке городского транспорта.

Преступникам удалось на время перехитрить карательную систему. Пусть думают так. Все это временно. Но мало кто понимает, что Контора многолика в прямом и переносном смысле, ее верные слуги имеют массу образов и расцветок, зачастую скрываясь под обликом серого обывателя. До поры до времени эти безликие серые мышки занимаются своей бытовой возней. Но когда поступает сигнал «X», по выстрелу зеленой ракеты легионы «спящих» существ выбираются из своих щелей и присоединяются к стройным колоннам людей в униформе. Несчастные уже не принадлежат сами себе, они даже готовы умереть за Систему. И когда они шагают по улицам городов, меркнет солнце от их смрадного дыхания.

Альфа сверкнул глазами, вытер тыльной стороной руки кровь с разбитых о руль губ и сунул пистолет за пазуху. В обойме не хватало одного патрона. Подождем более благоприятной ситуации.

(Глава 23) Современное многобожие

Большая часть их верует в Аллаха, приобщая к Нему сотоварищей.

КОРАН (12:106)

Выйдем на улицу оживленного города, где по своим житейским делам снуют мириады людей. Они мчатся по жизни, не поднимая головы, и автоматически совершают злодеяния, которые никто не замечает потому, что они стали обыденностью. Теперь только суперзлодейство может ненадолго оторвать человека от его суеты. И все же вина обывателя нисколько не уменьшается. Мыслящее существо обязано отвечать за свои поступки.

Большинство людей даже не предполагают, что творят беззаконие и поклоняются множеству богов. Псевдоверующие объясняют свое многобожие приближением к Господу посредством заступничества праведников и проявлением любви к ним, а поклонением, согласно их суждениям, это не является. Однако они неоригинальны, и то же самое говорили доисламские язычники: «Мы поклоняемся им только для того, чтобы они как можно больше приблизили нас к Аллаху».

Но несмотря на это многобожие, большинство из них верит в единственность Господа как Творца и проявляет многобожие в поклонении, как сказал об этом Всевышний: «Не верует большая часть из них в Аллаха без того, чтобы не приобщать к Нему сотоварищей!»

Отрицают существование Бога немногие люди наподобие фараона, атеистов и коммунистов. Это плод прежде всего гордыни и невежества. Однако в глубине души они вынуждены признать существование единого Бога.

Всем понятно, что у каждого творения несомненно должен быть творец. Вселенная построена по сложнейшему, многоуровневому принципу взаимовложения, подобно русской матрешке. Общим знаменателем сотворенного является число семь. Вселенная нуждается в Могущественном и Милосердном, который когда-то установил и поддерживает в ней строгий порядок. Отрицать это может только безумец или слепой гордец, будущий обитатель огня.

В понятийном языке верующих многобожие, то есть «ширк, цирк, сотоварищ», — это приобщение к Богу сотоварищей в атрибутах господства и поклонении. Многобожие чаще всего проявляется в поклонении, когда человек молится и взывает к кому-либо наряду с Господом. К этой же категории относятся жертвы и обеты. Сюда включаются страх или любовь, надежда, сравнимые с отношением к Богу.

Многобожие — наистрашнейший грех, вызванный явной неблагодарностью за все предоставленные блага и тем более за само существование творения. Ширком является уподобление сотворенного Творцу, когда какое-либо творение наделяют теми или иными божественными качествами. Несправедливейшие пытаются сравнить и поставить на один уровень немыслимое. Как могут быть соизмеримы Создатель и Его творение? Почему-то никому в голову не приходит уравнивать в правах программиста и компьютер. А ведь здесь разница много больше. Многобожие — это величайшая несправедливость.

Естественно, Господь не простит многобожников, о чем он сам предупреждает в своем Откровении. Но в то же время Он может простить все, кроме этого, кому пожелает. Соответственно, рай запретен для многобожников, и они вечно будут пребывать в геенне огненной. Все без исключения добрые дела этих людей тщетны и не принимаются. По сути, вопрос ставится только об уровне их нечестивости. Даже если человек из их числа вообще не будет грешить, что невозможно, то все равно рай будет недоступен ему, так как ни одно хорошее дело не будет записано в личную книгу деяний. В этом великие опасность и наказание. Нет ничего страшнее. Многобожие сводит на нет все деяния человека, пусто окажется каждое его дело.

Многобожие — это наиболее тяжкий из всех великих грехов. Если хорошо задуматься, то целью сотворения является познание творениями своего Создателя посредством Его имен и качеств, поклонение одному лишь Ему, не приобщая к Нему сотоварищей, и соблюдение людьми справедливости.

Бог отправил посланников и ниспослал свое Писание, чтобы люди придерживались справедливости. Величайшей же справедливостью является Единобожие. Следовательно, многобожие — это величайшая несправедливость, причем ее наихудший вид. Мало того, Господь отказался принимать от многобожника какое-либо деяние, внимать его зову или отвечать на его просьбы в будущей жизни. Многобожие — высшая степень враждебности и противодействия по отношению к Всевышнему.

Злодеяния многобожия творятся в виде жертвоприношений, обетов и чувства страха перед любым творением. В качестве последнего подразумеваются: знать, могилы святых и праведников, джинны и дьяволы, амулеты и гадание. Получается, что человек поклоняется тому, что на самом деле не приносит ему ни вреда, ни пользы.

Ношение амулетов для избавления от беды или ее предотвращения, подвешивание их из боязни дурного глаза или влияния джиннов тоже относится к великому многобожию, так как подобное свидетельствует о том, что человек полагался и надеялся на нечто помимо Аллаха.

Скрытой формой многобожия является показуха и стремление к славе, когда люди творят добрые дела в надежде услышать похвалу или получить почет. Когда подобное стремление примешивается к какому-нибудь деянию, оно делает его тщетным. Человек, творящий благие дела, в поклонении Господу не должен присоединять к Нему никого.

К этому же относятся обряды поклонения, совершаемые ради мирских благ, например если человек ради денег или человеческого одобрения совершает паломничество, работает проповедником, изучает Закон Всевышнего или отправляется на Священную войну. Пророк сказал: «Несчастен раб динара, несчастен раб дирхама и несчастен раб одежды, несчастен раб убранства! Он доволен, когда даровано ему благо, а если не получает ничего, то негодует».

В наше время люди не задумываются о множестве элементов язычества в своей повседневной жизни. Особое место здесь занимает почитание изображения живых существ, особенно глав правительств, царей, героев и священнослужителей, что повсеместно распространено вокруг. Кругом возводят памятники, ставят скульптуры и бюсты, именные могилы и обелиски, на стенах кабинетов непременно висят в рамках фотографии президентов. Люди с почтением возлагают к могилам венки и цветы.

Пророк запрещал развешивать изображения на стенах и в других местах и устанавливать изваяния, в том числе и памятники, ибо подобные действия приводят к многобожию. Объясняется это тем, что впервые многобожие возникло на земле именно из-за изображений, так как среди народа Ноя жили праведники, а когда они умерли, люди опечалились, и тогда дьявол принялся внушать им, чтобы в тех местах, где эти праведники любили сидеть, были установлены их изваяния, которые они назвали бы их именами. Так и сделали, и поначалу эти изваяния не были объектом поклонения. Когда эти люди умерли и вместе с ними исчезло знание о том, зачем сами памятники были установлены, им стали поклоняться. И тогда Господь послал к людям своего пророка Ноя.

(Глава 24) Авария

Славь имя Господа твоего Всевышнего, Который сотворил все сущее и всему придал соразмерность, Который предопределил судьбу творений и указал путь…

КОРАН (87:1–3)

Красная иномарка стояла на перекрестке, ожидая зеленый свет светофора. Дизельный двигатель ровно постукивал под крышкой капота. Цивилизация выковала несколько сотен стальных коней, поставив их на четыре колеса. За рулем сидел стандартный молодой человек, коих тысячи тысяч. Он неторопливо что-то пожевывал, пропуская бурный поток пешеходов.

Среди последних, ничем не выделяясь из серой массы прохожих, задумчиво шел молодой мужчина. Полностью уйдя в себя, Захар слегка опустил голову. Внезапно для самого себя водитель красной иномарки дернулся, побелевшими руками уцепившись за руль автомобиля. Через миг короткой и безуспешной борьбы глаза его остекленели. Лицо молодого водителя изменилось до неузнаваемости. Неожиданно для всех взвизгнули покрышки разгоняемого авто, и иномарка резко набрала скорость. На светофоре застыл запрещающий свет. Невзирая на это, машина стремительно пересекла белую стоп-полосу и разогналась наперерез задумчивому пешеходу.

Казалось, все уже решено. Захар был обречен. Красная механическая смерть среднестатистического гражданина собиралась снять свой урожай. Но не успели зеваки повернуть любопытные головы, как, оглушительно гремя, появилась новая стальная тень. На огромной скорости на перекресток влетел мощный грузовик и буквально снес легковушку, которая едва не настигла свою жертву. Огромная красная кегля, отбитая уверенной рукой Провидения, отлетела от пешехода. Послышался оглушительный грохот, скрип тормозов и раздираемого железа. Вращаясь словно детский волчок, иномарка врезалась в бордюрный камень, не причинив никому вреда. Толпа бросилась к месту аварии.

Откуда ни возьмись на перекрестке появилась фигура постового, который начал устанавливать порядок. С четвертой попытки извлекли тело молодого водителя легковушки. Он был уже мертв и не мог никому поведать о своем странном и загадочном поведении. И еще он не мог рассказать, что вовсе ни при чем и что не несет персональной ответственности. Разве только за то, что был настолько грешен, что никто не защитил его. И поделом.

Невольный герой и главное действующее лицо происшествия очнулся от своего сонливого состояния и с ужасом взирал на груду искореженного металла. Захар пока ни о чем не догадывался.

Когда патрульный постучал в дверь кабины грузовика, то никто не отозвался. Водителя не было на месте, словно он испарился.

Люди тяжело инфицированы. Они поражены сильнейшим вирусом, который закрался еще к первому человеку. В обычном виде он незаметен, запакован. Но стоит только появиться неким раздражителям, или дистанционно запустят резидентную программу, как человек меняется прямо на глазах. Теперь он уже не властен над собой. Управление в свои руки берет другое существо.

Но Всевышним задумана не только болезнь, которой подвержены самые слабые, но и лекарство от нее. Образно говоря, вакцина — это Коран и Сунна пророка Мухаммада, в которой указывается путь к окончательному и бесповоротному избавлению от недуга. Все честно и справедливо, ведь на самом деле каждому — свое. Ведь зло исходит только от самих людей…

Мистер Джонн хмуро пожал плечами и направился прочь. Не удалось. Его сгорбленная фигура удалялась прочь, покидая место аварии.

На крыше соседнего небоскреба стояла одинокая светящаяся фигура. Яркие лучи заходящего солнца насквозь пронизывали свинцовые облака, которые торопились накрыть светило своими необъятными тушами. Казалось, последние нависли над распростертым городом.

Высокая стройная фигура с необычайно суровым и красивым лицом приблизилась к самому краю железобетонной башни и, прищурившись, глянула в бездонную пропасти. Небесно-голубые глаза нашли где-то там далеко внизу то, что искали. Сомнений быть не могло. Это он, проклятый грешник, далекий потомок первого джинна Сумайя, будущий обитатель огня. Готовься и трепещи! Пришло время возмездия.

Часть 2

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Дайте мне 10 000 бойцов-мусульман, и я подчиню себе весь мир!

Канцлер Германии Бисмарк.

(Глава 1) Анклав

Среди Наших творений есть община, которая ведет путем истины и устанавливает справедливость.

КОРАН (7:181)

Постепенно я влился в новое общество, разительно отличавшееся от стандартного сборища зверолюдей, которые искали способ обмануть или ограбить друг друга. Царившие здесь умиротворение и благожелательность контрастировали с окружающей мерзостью, и люди непроизвольно тянулись сюда, желая погреться у человеческого костра, излучающего любовь и братство. Многие многобожники, придя впервые и познакомившись поближе с основами ислама, больше не возвращались в куфр, принимая правоверие. Они прямо на глазах становились людьми и решительно порывали с прошлым.

В городе действовало несколько богобоязненных оазисов, вокруг которых концентрировались лучшие силы общества. Со времен последнего пророка Мухаммада мечеть всегда являлась опорным пунктом веры, своеобразным штабом, ночлегом для путников и собранием верующих. Это сейчас многие из домов Всевышнего превратились в похоронные бюро и чисто молитвенные учреждения. Муллократы в зеленых халатах хитрыми глазенками оценивали покойника и его скорбящую родню, которая совершенно ничего не понимала в религии. И тогда, «пробив» их уровень знаний и толщину кошелька, лицемер, в глубине души завидующий блеску соседней церкви и богатству христианского прихода, приступал к изъятию средств. Мало того, на стенах подобных «похоронных бюро» висели расценки по оказанию дополнительных религиозных ритуалов за деньги. Тариф муфтиатский — дешево и сердито. При таком соответственно процветали нововведения. Муллы важно читали Коран над мертвыми, которым он уже ничем не мог помочь, собирая за это определенную мзду. Скопировав обряды поминок у более жирных соседей — попов, заблудшие модернизировали свои адаты под «людей Писания»…

Помимо мечетей оазисами Единобожия во все времена являлись религиозные учебные заведения разного уровня. Здесь важную роль играли подготовка самих преподавателей, их знания и крепость веры. По мере сил медресе предоставляли своим ученикам проживание и бесплатное питание. Однако после того как зарубежные благотворительные организации значительно сократили финансовую поддержку, духовным училищам стало выживать труднее. «Денежные» мешки из числа этнических правоверных изредка подбрасывали крохи со своего стола, будучи сами неверующими на сто процентов. Кстати, к своему глубочайшему удивлению, после задушевных разговоров с братьями разных национальностей я понял, что на самом деле количество мусульман среди этнических, может, даже меньше, чем среди вновь обратившихся к исламу народов. Этот невероятный факт потряс меня до глубины души. Вскоре оказалось, что это удивительная правда. Впрочем, большинство людей верят в Творца, придавая Ему сотоварищей, что все равно ввергает их в огонь навечно. Без права на прощение.

В городе действовало несколько точек реализации разрешенного для еды халяльного мяса. Убитое в кафирском забое домашнее животное, по сути, являлось мертвечиной и было запретно для питания, в том числе в силу своей отравленности и необратимых изменений в структуре мяса. Подобных взглядов строго придерживались иудеи, в то время как их собратья христиане давно утеряли свои твердые устои. Кстати, правоверным разрешается еда «людей Писания». Проблема только в том, что последние в своем большинстве перестали быть ими по духу и являлись чистым номинантом по рождению. Обладая единым корнем, неким сакральным знаменателем, мусульмане и люди Книги имели много общего. Например, помимо прочего правоверным разрешалось брать в жены целомудренных женщин из числа иудеев и христиан.

Община верующих финансово поддерживала молодые семьи, разумно предоставляя им беспроцентный кредит по основам Единобожия.

— Когда собираешься обзаводиться женой, Захар? — как-то поинтересовался Емеля. — Женитьба и воспитание детей — богоугодный акт поклонения Всевышнему.

— Не знаю, надо подумать. Выбор супруги — это ответственное дело, ведь речь пойдет о совместном будущем целой семьи.

— У нас существует целая система брачных знакомств, связанная с соседними общинами правоверных.

Найти хорошую, близкую к идеалу девушку, строго соблюдающую свои обязанности перед Аллахом и своим мужем, сейчас гораздо проще, чем раньше. Помнится мне, что еще не так давно, когда вместо ислама на этой земле царствовали псевдохристиане в первом поколении от атеистов, это было ужасной проблемой. Представляешь, изолированные единицы верующих, не зная о существовании друг друга, боролись с куфром поодиночке. Сам знаешь, о какой конкуренции с Тагутом может идти речь. Редкие «партизанские» отряды правоверных попадались буквально в единичных экземплярах, распространяя учение по мере возможностей, которые были тогда весьма ограниченны. Сейчас ситуация намного улучшилась, но все же оставляет желать лучшего. Тагут опомнился и начал жестко противостоять.

— Но как правоверные добились перелома ситуации? Как жалкие единицы сумели призвать тысячи последователей?

— Только за счет беззаветного самопожертвования, граничащего со стальным духом и бесконечным терпением.

— И всего лишь? — недоверчиво переспросил я.

— Разве мало того, что поддержку своей партии оказывает Сам Аллах? Насколько творения достойны ее.

— Это безусловно.

— Успех к мусульманам пришел только после того, как на их сторону начали переходить представители титульной нации державы — русские, ибо она составляет численное большинство. В этом вопросе заключалась огромная трудность, ибо их предки придерживались искаженной версии Единобожия, которую довели до такой крайности, что она стала неотличима от язычества. Этот народ напрочь отказывался от призыва в течение нескольких столетий, даже имея в составе империи захваченные территории с правоверными. Лишь единицы принимали ислам, но информации об этих спасшихся от вечного огня ада практически не осталось. Известно лишь несколько выдающихся лиц, например Лев Толстой, Афанасий Никитин.

— Как же смогли призвать коренные народы? — не унимался я.

— Аллаху акбар! Они пришли к Богу сами. Потеряв цели, испачкав идеалы и осквернив совесть, эти люди поняли, что их отцы и деды завели сыновей в тупик. Они смогли посмотреть правде в глаза и переломить гордыню. И тогда эти северяне с голубыми глазами преобразились до неузнаваемости. Именно они возглавили движение за воцарение религии Аллаха, будучи несгибаемыми духовными лидерами…

Джамаат мусульман представлял из себя остров братства и человечности в омывающем океане демонизма, где зверолюди грызли друг друга и окружающую среду в яростной злобе. Там, за толстыми стенами духовных оазисов, царил закон выживания, лозунгом которого являлось утверждение: «Человек человеку — волк». Здесь же царило спокойствие на пути понимания Предопределения. Верующие по мере сил отгородились от невежества и спокойно растили следующие поколения. Они постарались создать полностью автономный корабль, существующий независимо от социума.

На периферии двух миров находились бойцы и обеспечение общины. Они стояли на страже, фильтруя мерзость. Помимо них в куфре, как рыба в воде, «плавали» трояны, добывая необходимые ресурсы. Они внедрялись в чужеродные структуры и проводили хитроумнейшие операции. Солдаты партии Всевышнего расширяли жизненное пространство, ведя войну с переменным успехом. Проповедники регулярно, как на работу, уходили призывать к Единобожию. Плацдарм постоянно расширялся. В округе периодически возникали очаги ислама, и новые люди вливались в религиозное сообщество.

Это не могло не вызвать ответную реакцию Тагута, который болезненно реагировал на потерю и бегство своих бывших рабов. Последние смели даже игнорировать его законы и жить по-своему. Монстр засылал к верующим своих разведчиков и агентов влияния, вербуя слабых верой и лицемеров, которые по тем или иным соображениям втайне отошли от правоверия.

По сути, исламский анклав обладал исключительной автономией и имел собственную инфраструктуру вплоть до своей маленькой, но грозной армии. Правоверные продублировали все необходимые для жизнедеятельности сферы жизни: здравоохранение, воспитание, трудоустройство, социальные и медицинские нужды. Все было учтено, начиная с рождения и завершая похоронным обрядом. У общины были свои врачи, детские сады, аккредитованные учебные заведения, производственные предприятия и фирмы. Детишки с яслей до юношества воспитывались в строгом Единобожии и привычке держаться друг за друга. Тепличные условия были отброшены сразу, ибо будущим бойцам еще предстояло влиться в социум, и получить от него противоядие необходимо было заранее. Будущие ученые в зависимости от желания направлялись на учебу в высшие религиозные заведения за рубеж, с хорошими рекомендациями. Они возвращались с крепкими знаниями, усиливая свет ислама в регионе.

Огромное значение уделялось укреплению связей с соседями. Исламская Сеть несокрушима своим единством. Общение происходило по формальным и неформальным поводам. Периодически выезжали всевозможные делегации, начиная с конкурса чтецов Корана и завершая коммерческими конференциями. Надежные поставщики и покупатели из числа верующих выстраивали экономические цепочки, которые значительно усиливали финансовую мощь правоверных. Воплощались в жизнь многочисленные проекты, и проходили благотворительные акции для мусульман. Детей из бедных и малообеспеченных семей ставили на обеспечение, им выдавался пакет социальных гарантий и обеспечивались халяльные рабочие места.

Особое внимание уделялось собственным средствам массовой информации. По небольшой цене с некоторым количеством бесплатных экземпляров выпускалась своя газета, призывающая людей к основам Единобожия. В ней рассматривалось множество вопросов по шариату, сквозь призму ислама освещались местные, региональные и мировые события. В издании печаталась коммерческая информация, знакомства и реклама услуг предприятий правоверных.

У мусульман даже процветал собственный банк, в котором не было ссудного процента и все сделки происходили согласно предписаниям веры. Опираясь на взаимовыручку и братство, анклав единобожников, по сути, являлся государством в государстве со своими законами и порядками. Община, или, по-другому, джамаат, в целом была готова к предполагаемому крушению кафирской империи. Прогнозы грандиозной катастрофы звучали довольно давно. Все признаки были налицо. У Тагута не осталось цементирующего раствора для скрепления государства в единое целое. Орды ленивых и вероломных рабов с этой задачей справиться не могли, лишь усложняя проблему. Не было сил, готовых пожертвовать своим здоровьем и жизнями ради общества. По сути, оно уже было мертво, продолжая катиться по инерции. Глиняный колосс, покачиваясь, стоял на краю пропасти, готовый рухнуть в любое мгновение. Вопрос был только во времени и кровавости предстоящего раскола.

(Глава 2) Боевой клерк

Аллах — нет божества, кроме Него, Живого, Поддерживающего жизнь.

Он ниспослал тебе Писание с истиной в подтверждение того, что было до него. Он ниспослал Таурат (Тору) и Инджил (Евангелие), которые прежде были руководством для людей. Он также ниспослал Различение (Коран). Воистину, тем, кто не верует в знамения Аллаха, уготованы тяжкие мучения, ведь Аллах — Могущественный, Способный на возмездие.

КОРАН (3:2–4)

Боевой клерк, он же в сообществе верующих брат Кирилл, задумчиво сидел за своим столом. За окнами офиса протекала размеренная жизнь деловой части города. Сквозь пластиковые жалюзи блеснул луч солнца, и на душе стало гораздо веселее. Жизнь продолжалась, набирая все новые и новые обороты. Этот молодой мужчина, разменявший третий десяток лет, вступал в свой золотой возраст, приближаясь к сроку жизни в тридцать три года, в котором будут постоянно находиться райские жители.

Последний час Кирилл разрабатывал умнейший план по зарабатыванию денег с помощью новейшей финансовой схемы. Средства от операции должны были пойти на жизнь и создание видеолекций для призыва к Единобожию. Вкупе с парой других братьев — экономистов он продвинул несколько весьма выгодных контрактов, которые не противоречили запретам ислама.

Кирилл начал кардинально задумываться о смысле жизни уже давно, мучительно выискивая его повсюду. В Единобожие он пришел через долгий духовный поиск, отвергнув десяток других вер и философских систем. Как это часто бывает, об исламе мужчина узнал чисто случайно, однажды столкнувшись с себе подобным преуспевающим молодым человеком. Конечно, кое-какие представления о Единобожии у него были, но они разительно отличались от действительности в силу тех штампов, которые вколотили средства массовой информации обычному обывателю. Разговор о вере зашел в иномарке вышеупомянутого знакомого Фаиля, когда они вместе встретились по общим коммерческим делам. Увидев зеленый брелок с золотистой каллиграфией, висевший на зеркале заднего обзора, Кирилл заинтересовался:

— Красивая штука.

— Каллиграфия на божественную тематику. Нравится?

— Конечно. Хочу такую же.

— Без вопросов. Я дарю тебе ее. Кстати, ты сам кто по вероисповеданию?

Кирилл отвел взгляд и промычал невнятно:

— Да так, своя собственная система ценностей. Понадергал из разных систем.

— Интеллектуальный коктейль?

— Вроде того. Что-то не пришел к единому знаменателю, хотя и пытался найти. Пока, видно, не суждено…

— Думаешь? А обращался в сторону Единобожия?

— Бог един для всех людей.

— Это ясно большинству, однако они верят в Него, придавая сотоварищей.

— Не согласен, — ответил Кирилл, — обоснуй.

— Легко. Ты, например, боишься этого постового, ведь он может остановить и содрать с тебя штраф? — безмятежно улыбаясь, указал Фаиль на промелькнувшего за окном патрульного регулировщика.

— Не то чтобы боюсь, конечно, но опасаюсь.

— А своего директора? Он может тебя запросто уволить или устроить кучу неприятностей.

— Его я боюсь, недавно он устроил мне серьезный нагоняй…

— Дрейфишь, когда ощущаешь, что крутая сделка может сорваться и пойдут пени?

— Конечно, это у всех так.

— Видишь, дружище, — все это чистой воды многобожие.

— Почему же? Разве такого не может произойти? Ведь неприятность может ждать в любую секунду, за каждым поворотом.

— Все это в руках Аллаха, но не постового, директора или партнера. Считать, что творения могут причинить тебе вред, — значит в какой-то мере равнять их со своим Создателем. Получается, в волеизъявление Бога может вмешаться тварь, которая самостоятельно принимает решения, и изменить его. Ставить созданных в один ряд с Всевышним, разве это не многобожие?

— Но они могут вмешаться и вмешиваются!

— Это так, но только по воле Аллаха. Ты-то боишься их, а не Его! Вот в чем казус.

Изумленный логическими доводами товарища, Кирилл откинулся на спинку сиденья. С минуту он молчал, переваривая услышанное. Спустя некоторое время молодой мужчина пробормотал:

— Выходит, мы проявляем великую неблагодарность к своему Создателю, расплатой за которую будет огонь геенны?

— Да, — невозмутимо отозвался Фаиль, — это так. Ни один листок не шелохнется без Его волеизъявления, ни одна самка не забеременеет, ни одна душа не покинет этот мир. Все по воле Аллаха и только Его. Никто ни в какой, самой малой степени не может вмешаться. И карой за то, что люди почитают творения и поклоняются, таким образом, им, будет не просто огонь, а геенна на веки вечные. Всевышний может простить человеку все, кроме придавания Ему сотоварищей. Ведь считать так — высшая неблагодарность и несправедливость. Это несравненно хуже, чем отказываться от отца и от матери, выдумывая себе других родителей либо их отсутствие.

— Убедил, но откуда ты это все знаешь?

— Ислам, дружище, — это высшая степень гармонии с Богом, покорность только Его воле. Это целая система ценностей, которая опирается на Слово Творца — Коран. Мудрость Единобожия в том, что никто из людей не вправе вносить изменения или искажать Закон. Он един для всех без исключения и просуществует до самого конца этого мира. Мы, мусульмане, в своей жизни опираемся только на Руководство и ни на что другое. Все остальное, чему поклоняются или к чему относятся с почтением, — есть Тагут. Это от дьявола.

— Если честно, то ты заинтриговал меня, — задумчиво отозвался Кирилл. — Теперь я начинаю понимать, почему ты так спокоен в самых непростых ситуациях.

— На все воля Аллаха. Пойми, с этим пониманием жить гораздо легче. Стресс автоматически уходит в небытие. Нет психических заболеваний и осложнений здоровья на этой почве. А ведь большая часть болезней тела от душевного недуга. Это неоспоримый медицинский факт. Мы лечим лекарствами только последствия, а не причину, которая кроется в многобожии.

— Но у наших отцов тоже было Слово Бога…

— Ты имеешь в виду Библию?

— Да.

— Эта книга состоит из двух Писаний — Торы и Псалтиря и приравненных к ним произведений человеческой руки. К последним относится описание жизни и похождений пророка Иисуса, мир ему, составленное людьми, которые даже не застали тех, кто общался с ним. Это как минимум пересказ с третьих рук. Как можно эти тексты приравнять к слову Бога и поставить их наравне с ним?! Только этим объясняется множество противоречий в священных текстах. Целые куски отрицают постулаты предыдущих частей. Библейские пророки бухают и прелюбодействуют, да простит меня Всевышний! Ты можешь себе представить пьяного Иисуса или Лота, мир им обоим? Я — нет. Кстати, богословы признают, что Тора в ходе гонений и преследований была утеряна и восстановлена два раза по памяти.

— Меня как раз и оттолкнула противоречивость, — отозвался Кирилл. — Я чувствовал, что в Библии что-то не то. Слово Бога присутствует, но ощущается примесь постороннего.

— Это от дьявола. Он внес искажения. И потом, время и место действия этих Писаний ограничено рамками отдельных народов и эпох.

— Об этом тоже написано в Коране?

— Об этом и многом другом. Обо всем, что Аллах посчитал нужным сказать своим творениям. И если об остальном Он решил умолчать, то, значит, так оно нужно нам самим.

— Как мне поближе познакомиться со Словом Божьим?

— Сейчас заедем ко мне, и я от всей души подарю тебе эту Книгу…

Так Кирилл стал мусульманином. К своему глубокому удивлению, он понял многомерность Единобожия, которое кардинально перевернуло его жизнь, наделив ее смыслом существования. Раньше он не знал, ради чего живет в этом мире. А ведь истина проста. По сути, стоит жить только ради того, что мы заберем с собой. А это добрые и злые дела, которые нельзя распознать без компаса веры в единого Бога — Аллаха. Причем добрые деяния от многобожников не принимаются вообще. У них отсчет идет в сторону накопления только злых дел. С каждой минутой все ниже и ниже в огонь.

Время показало, что один правоверный менеджер гораздо ценнее целой деревни его собратьев. В целом прослойка интеллигенции, в том числе технической, была готова принять Единобожие в его чистом виде. У них остро отточен интеллект, есть инструмент познавания мира — соответствующее образование и свободное время для размышления. А между тем нет ценнее примера для призыва к исламу, чем преуспевающий мусульманин. У интеллигенции есть масса достоинств и возможностей, например творческие способности для воплощения призыва к Единобожию в понятную для простого народа форму. На уровне подсознательных образов, литературных произведений и видеофильмов. Будущие лидеры нации способны к МАССОВОМУ призыву соотечественников и, спасая себя, могут вывести из мрака невежества свои народы, в том числе и русский.

(Глава 3) Конторские наработки

Если кто жаждет могущества, то ведь могущество целиком принадлежит Аллаху… А тем, которые замышляют злодеяния, уготованы тяжкие мучения, и их замыслы окажутся безуспешными. КОРАН (35:10)

Хозяин кабинета обладал реальной властью над большинством граждан своего округа. Все, за исключением узкого круга высшей номенклатуры, могли почувствовать на своей шкуре его железную длань. Однако последние сведения показывали, что в общем правиле, установленном десятилетиями, есть исключения. Это очень обеспокоило руководителя надзорной государственной структуры. Именно поэтому он вызвал своего лучшего помощника, того, кто разбирался в вопросах, о существовании которых другие не подозревали вообще. Склонный к полноте, с выпирающим из-под пиджака животом, генерал задумчиво глянул в окно с видом на огромную центральную площадь. Да, хозяин кабинета начинал потихоньку стареть, однако его цепкая хватка крепчала из года в год. Он обладал массой талантов. Но превыше всего в стенах этого заведения ценились прогностические способности. Именно умение предвидеть и обуздать приближающиеся трудности являлось кадровым принципом построения высшей иерархии Конторы.

Иван Изиевич вынул из кармана платок и приложил его к лысине. Белоснежная сигарета затлела в его узловатых пальцах. Спустя минуту в дверь постучали. В кабинет вошел худощавый мужчина среднего возраста, с длинной шевелюрой, присущей всем гениям. Помощник был одет в опрятный костюм, который несколько мешковато сидел на его фигуре. При виде своей правой руки Генерал вспомнил, что не так давно в центральном аппарате исчез аналитик подобного уровня. Наверное, перекупила дворцовая охранка.

— Вызывали, товарищ генерал?

— Да, Сергей Михайлович. Проходи и присаживайся. Видел это?

На стол перед помощником хлопнулась тонкая папочка. Последний придвинул к себе документ и пробежал глазами по титульной странице.

— Да. Это аналитическая записка из головного ведомства. Круг лиц для ознакомления ограничен руководителями управлений и их заместителями.

— Ты понимаешь, о чем идет здесь речь?

— Судя по всему, дается прогноз предстоящего состояния общества. Аналитики центра пришли к радикальным выводам. Кардинальная трансформация общественных отношений, сетевые технологии и так далее.

— И что?

— Полностью согласен, Иван Изиевич. Мы вступаем в эру невидимых социальных потрясений, своеобразный апокалипсис. Хотят этого государственные структуры или не хотят, впереди у всех нас сетевое состояние общества, когда каждый может установить прямую связь с любым человеком. И никто ему не в силах помешать. Мало того, никакими искусственными запретами и ограничениями здесь ничего не достичь.

— Почему это?

— Технически невозможно. Это данность, своеобразные начальные условия для решения задачи. Если наше и другие ведомства будут глупо игнорировать ситуацию, вскоре она станет игнорировать нас. Мы рискуем оказаться на обочине истории, несмотря на огромный потенциал нашей службы. И тем не менее…

— Я не понял, в чем основная причина предстоящих перемен?

— Очень просто. Количество людей, занятых в обработке и распространении информации на профессиональном уровне, превысило все остальные сферы жизнедеятельности человечества. Произошел информационный взрыв, последствия которого уже начинают сказываться. Даже мы не можем предотвратить утечку всех видов некогда секретных сведений и баз данных. По-моему, это стало уже невозможно. В качестве видимого показателя можно проследить сравнительный рост состояний богатеев, занятых в сфере высоких информационных технологий. Всего тридцать лет назад такого не было, и максимум дохода приносили банковские операции, в особенности кредитование. Теперь все сменилось. Посмотрите на фамилии самых богатых людей планеты и их занятия. Это самый лучший показатель глобальных тенденций. Вскоре государства утратят контроль над своими гражданами и произойдет размывание такого фундаментального понятия, как суверенитет.

— Но наш уровень, Михалыч?

— Изменения происходят по всему фронту. Кстати, наши оперативные сотрудники обнаружили следы местного сетевого образования.

— Коммерческая секта?

— Нет. Мировая религия в нашем случае. Ислам.

— Восточная вера у нас?

— Да. Правда, совсем не восточная. Насколько я помню, сейчас в мире полтора миллиарда мусульман. Наши «продвинутые» правоверные перестроились в методах. Они модернизировали старую модель отношений религиозного сообщества с внешней средой в соответствии со временем и техническим прогрессом. Внутренний уклад и столпы веры те же, а экономическое и политическое взаимодействие с социумом в новом варианте.

— То есть?

— Мусульмане представляют религиозное сетевое сообщество, которое существует во враждебной среде. Их агенты внедрены в обычное общество. «Пятая колонна» перераспределяет коллективные ресурсы социума в свою пользу.

— Проще говоря, грабит общество.

— Да, но по их понятиям это составной элемент Священной войны. Экономический джихад. Безбожный социум противостоит исламу и воюет с ним во всех мирах. Чем меньше ресурсов у врага, тем он слабее. Все логично.

— Что ты предлагаешь, Михалыч?

— Изучить и по возможности препарировать, товарищ генерал. Надо исследовать новую тенденцию. Они хорошо оснащены технически. В их рядах интеллектуал на интеллектуале. У каждого по компьютеру и сотику, все мобильны и коммуникабельны. Истеблишмент.

— Приступай к разработке немедленно, — озаботился хозяин кабинета. — Эта новая, не выявленная угроза может перерасти в настоящую катастрофу. Я наделяю тебя особыми полномочиями и освобождаю от выполнения посторонних занятий до особого приказа.

— Я уже отдал соответствующие распоряжения.

Генерал по-новому глянул на своего помощника, но промолчал. Далеко пойдет. Если вовремя не остановят.

По приказу сверху Контора развернула свою активную деятельность по обнаружению и разработке нового сетевого противника. Основная проблема предстоящего противоборства заключалась в том, что жертва принципиально превосходила своего охотника по ряду ключевых показателей. Однако Контора тоже не лыком шита, поэтому схватка обещала быть жесткой и весьма захватывающей.

Сергей Михайлович, будучи помощником главы секретного ведомства, прекрасно понимал драматичность всей ситуации. Целую неделю с момента получения секретного приказа он допоздна просиживал в своем кабинете и изучал скудные крохи запрошенных данных. Нужная информация несколько проясняла картину, однако никто из государственных мужей никогда не подходил к решению этой проблемы. Никто, кроме другой, не менее важной конторы, которая опутала своими секретными кабелями связи половину страны. Но узкоклановые интересы не позволили двум родственным службам найти точки соприкосновения, поэтому аналитик еще раз почесал репу и задумался.

Для начала Михалыч временно вывел из общего состава наиболее перспективных молодых офицеров. Престарелые служаки совершенно не годились для предстоящей работы в силу закостеневших стереотипов. Жизненная частота не та. Помощник запросил для себя целый аналитический отдел. Десятки оперативных работников начали копать первые крохи информации. Тоненькие папочки досье стали потихоньку наполняться и сортироваться по важности. Понемногу перед Сергеем Михайловичем начали прорисовываться первые контуры иной, особой жизни. Люди здесь помимо стандартных ФИО имели мусульманское имя. Они занимали некоторые ключевые посты в обществе и делали стремительную карьеру. Все эти мужчины, казалось ничем не связанные между собой, выстраивали незаметную схему, целью которой являлось перераспределение ресурсов социума в свою пользу. Однако, в отличие от обычного клана, их сетевое сообщество шагало к цели семимильными шагами, обгоняя других конкурентов.

Постепенно стало выясняться, что агенты соединены между собой общими целями и современными электронными средствами связи, что неудивительно. Они ощущали себя в мусульманском братстве полностью защищенными от всех невзгод современной жизни. И, что самое важное, в сообществе не было выявлено явного лидера. Этот момент сильно поразил старшего офицера Конторы. Последний поначалу даже решил, что сетевого руководителя просто еще не вычислили. Да, логика новых противников была совершенно непонятна.

Паутина проникала во многие сформировавшиеся структуры и организации, продвигая своих членов на руководящие посты. Как правило, несколько абонентов объединялись в определенном проекте и внедрялись в перспективную среду. Они создавали свои собственные банки данных, своеобразное досье на «жертву», и, по мере подключения к программе новых вирусов, умножали полученную информацию. Вскоре старое образование начинало проводить политику Сети, по сути превращаясь в ее филиал. Все это не могло не вызывать у Конторы тревоги, потому что никто не гарантировал, что рано или поздно эти семена не взойдут в самой спецслужбе. В принципе а почему бы и нет?

В голове старшего офицера родился коварный план. Он долго листал личные дела своих лучших сотрудников, выбирая наиболее подходящих для предстоящей задачи. Наконец Сергей Михайлович отложил в сторону три тоненькие папки и вызвал на собеседование этих перспективных работников. Когда троица прибыла, новый шеф перешел в особый кабинет, оснащенный системой защиты от прослушивания. Руководитель разработки внимательно оглядел своих подчиненных, принимая итоговое решение.

— Я собрал вас для того, — начал Михалыч, — чтобы изложить детали особого задания, которое никогда не выполнялось в стенах нашего заведения. Суть его заключается в проникновении в необычную среду разработки. Вы должны детально изучить так называемое мусульманское сетевое сообщество, филиал которого образовался на нашей подведомственной территории.

Объект разработки разительно отличается от тех моделей, которые известны вам по предыдущему опыту. Поэтому советую сразу отбросить все штампы и попробовать с чистого листа. Сетевая инфраструктура в чистом виде встречается только в некоторых видах религий. Например, в первоначальном христианстве. Здесь принципиально нет духовных должностей, вместо них присутствуют только «продвинутые», ученые индивидуумы. Раз нет четкой структуры, значит, взаимодействие членов происходит только на основе самоуправления. Члены организации находятся в своем информационном поле, которое, по сути, диктует свои правила и руководит…

— Чем тогда управляется? Каков скелет? — подал голос один из лейтенантов.

— Очень просто. Деятельность абонентов соотносится с сетевым поведением. У нас немного детальной информации по этому вопросу. Самоуправление основано на определенном религиозном кодексе — Коране и практике пророка, Коран наши «подшефные» считают компасом для жизни.

— Сложновато. Трудно понять.

— В начале беседы я не зря оговорился, что предстоит непростое задание, — усмехнулся старший офицер. — Религия — очень непростая для изучения штука. На определенном этапе логика заканчивается и начинается вера.

— Как осуществляется координация филиалов с центром? — поинтересовался другой лейтенант.

— У них нет центра.

— То есть как нет? — удивились присутствующие. — Такого не может быть!

— Я предупреждал вас, чтобы не смели пользоваться стереотипами. У «зеленой» Сети принципиально не может быть центра управления, в противном случае она перерастает в стандартную иерархическую пирамиду.

— В чем состоит общий план задания? — поинтересовался один из будущих агентов.

— Наружное наблюдение, поиск благоприятного варианта контакта, развитие знакомства и внедрение агентуры. Легенды уже подготовлены для каждого из вас. Соответствующие документы и детали получите позже.

— Ограничения?

— Никаких. Дело особой важности.

(Глава 4) «Крот»

Разве ты не видишь, что Мы послали к неверующим дьяволов, чтобы те подстрекали их?

КОРАН (19:83)

Черная пелена ночи легла на засыпающий город, который постепенно погружался в кромешную тьму. Спальные районы покрылись мраком. Редкие уличные фонари скупо освещали ключевые места рабочего гетто. Трудовые ресурсы завершили свой день и уступали место ночным жителям, которые едва проснулись для бурной жизни. Пост сдал, пост принял.

Черный лимузин ехал по пустынным улицам города в сторону злачных мест, минуя ярко освещенные сомнительные заведения. В последних закипала бурная жизнь «подлунных» жителей. Размалеванные девицы легкого поведения заступили на свои боевые посты. Наркоторговцы «забивали» молниеносные стрелы нарастающему потоку клиентов. Полуночные маньяки и грабители выкопали томагавки и вышли на тропу войны, подстерегая своих шатающихся от алкогольного дурмана жертв. Ничего особенного, так кончался вечер стандартного современного мегаполиса.

Силби-младший снял черные очки и потер блестевшие глаза. Наступало его время, период наибольшего порока и разврата. Верные слуги из партии Сатаны вновь заполонили улицы этого города. Демоны всевозможных мастей и расцветок оживились и строили грандиозные планы. Здоровущий амбал с мутным взглядом крутил баранку черного лимузина. Обладая внушительной фигурой, он по совместительству выполнял роли шофера и телохранителя. Мало кто рискнул перейти дорогу этой небритой махине, стеклянные глаза которой вызывали неприятное ощущение сумасшествия. За душой этого дяди было порядочное количество жертв, и поэтому патрон весьма ценил своего Бультерьера. Никто не знал его настоящего имени, предпочитая название породы смертельно опасной собаки.

— Куда? — проскрипел водитель, не поворачивая головы.

— Как обычно, — отозвался мистер Силби, находясь в раздумьях. — Нас будут ждать.

— Кто?

— Очень милый человек. Ты его не знаешь.

— Он не опасен? — удостоверился телохранитель.

— Нет.

Водила кивнул головой и замолчал. За окном скользнули яркие огни публичного дома под видом гостиницы, и лимузин причалил к парадному входу. Промелькнула чуть сгорбленная фигурка коротышки в полном наряде представительного клерка. Светло-коричневый костюм правильно сидел на плотном мужчине неопределенного возраста. Короткая прическа-площадка не портила внешний вид. На широком скуластом лице располагался небольшой заостренный нос и бегающие серые глазки. Он держал в руках кожаный портфель, который нес, раскачивая при ходьбе. Коротыш умел много и красиво говорить, строя из себя порядочного человека. В глазах других он даже представлялся эдаким борцом с беспределом, намекал на многочисленные связи, которых у него не было. Этот мужичишка любил распускать о себе всевозможные сплетни и невероятные истории, где он представал героем на белом коне. Подобный пиар играл на руку и в коммерческом интересе, который присутствовал в каждом движении. Но больше всего Коротыш Коротышевича заботило ущербное самолюбие. Будучи маленького роста, он постоянно проигрывал в борьбе за существование другим детям и в один прекрасный момент понял, что хитрость ценится выше силы. Это открытие бесповоротно изменило его последующую жизнь. Коротышка почти сразу стал Коротыш Коротышевичем, оставшись при тех же физических параметрах.

История начинающего демона вполне стандартна. Маленькие злобные дети беспринципного общества, еще не умея контролировать собственные желания и копируя поведение взрослых, беспощадно относились к слабым и жалким. Они терроризировали более человечных и добрых детишек. Детские комплексы зачастую перерастали в серьезные психические расстройства и мании. Люди прямо на глазах становились демонами. Эти маленькие тираны вскоре вырастали до уровня рабочих зомби и замирали в развитии. А бывшие смышленые жертвы по инерции шагали дальше, упиваясь своим демонизмом. Так современная система образования и воспитания подрастающих поколений ломала детские судьбы, извергая на свет неисправимых чудищ. Корни бед закладываются в самом детстве. Проституция, например, происходит из совместного обучения половозрелых детей, в то время как еще в начале столетия их учили раздельно. Будущие жены учатся заигрывать и давить конкуренток, пускать омерзительные сплетни про наиболее удачливых соперниц. Девочки в ущерб своему здоровью и учебе пытаются стать привлекательнее, вызывая ответную реакцию у противоположного пола. Будущие страдания закладываются в детстве. А система строительства будущих семей вообще не выдерживает никакой критики, ломая судьбы впечатлительных и пытающихся стать взрослыми юношей и девушек…

Коренастая тень скользнула на заднее сиденье лимузина и протянула короткую руку для пожатия. Силби-младший даже не повернул головы. Коротыш сдулся еще на одно деление. Он насупился и пожал плечами.

— Догадываешься, для чего я позвал тебя? — поинтересовался приятный баритон.

Коротыш Коротышевич вздрогнул и отозвался:

— Нет.

— Есть одно щепетильное дело. Ты, я думаю, справишься. За определенную плату, конечно.

— А куда девался ваш бывший помощник, господин Джонн? — внезапно припомнил Коротыш. При этих словах фигура водителя слегка повернула голову в немом любопытстве. Мистер Джонн Сумайевич бесследно исчез, даже не попрощавшись с Бультерьером. Патрон молчал как рыба, ни разу не обмолвившись о пропавшем слуге из числа джиннов. Что-то тут было не так.

— Уехал, — задумчиво бросил Силби-младший. — Очень далеко, откуда не возвращаются.

Казалось, тень легкого сомнения скользнула по его лицу, и оно стало мягче. Но этот миг длился доли секунды, уступив место каменному выражению. Демон взял себя в руки.

— Понятно, — разочарованно протянул Коротыш. — В чем состоит дельце?

— Немного введу тебя в курс. Необходима тонкая и щепетильная работка по проникновению в закрытое сообщество.

— Богема? Секта?

— Нет. Мусульманская религиозная община. Надо стать там своим в доску, чтобы войти в доверие.

— Правоверные? Они мне голову открутят!

— Тебе нет, — заверил Силби-младший.

— Я понял. Короче говоря, нужен «крот».

— Совершенно верно. Умный высокооплачиваемый «крот», — подтвердил мистер Силби и откинулся на мягком сиденье. — Но проблема усложняется тем, что эти люди могут запросто определить чужака. Надо быть очень искусным актером, если это вообще возможно.

— Попытка не пытка, я попробую. Что вас интересует?

— Все, — отрезал заказчик и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

С некоторых пор в соборной мечети появился фанатичный неофит. Низкорослый, чуть сгорбленный мужчина неопределенного возраста в светло-коричневом костюме усердно посещал дом Всевышнего и со временем стал узнаваемым лицом. Это был первый шаг к установлению нужных знакомств в новой среде, по которым он был величайшим мастером.

(Глава 5) Выход из мракобесия

Приблизится истинное обещание, и тогда закатятся взоры неверующих. Они скажут: Ю горе нам! Мы беспечно относились к этому. Более того, мы были беззаконниками.

КОРАН (21:97)

Когда идешь по улицам современного города, то создается впечатление, что утопаешь в соблазнах. Мы буквально плывем с головой в море всевозможной мерзости, в которой наши «любимые» позволяют себе приоткрывать свои прелести перед толпами прохожих мужчин, не обнаруживая ни стыда ни совести. И самое противное, что они оголяют интимные места от пупка до колена, не дозволенные для обозрения даже другим женщинам, за исключением близких родственников. Будущие матери накрашиваются и принаряжаются при выходе на люди, пренебрегая мужем, только ради которого в принципе они обязаны это делать. А пошлые танцы на пьяных оргиях? Какие торжества обойдутся без алкоголя и плясок, когда неуправляемые зверолюди начинают после пары стопок похотливо разглядывать противоположных особей, а затем прижиматься друг к другу под музыку? «Пылкие» возлюбленные на время меняются партнерами, жены сдают в аренду на несколько вальсов своих благоверных. Казалось, такое может присниться только в самом ужасном сне, но это происходит наяву с регулярностью красных дней календаря. В мире и обществе царит мерзость и многобожие.

Летом происходит полный разврат. Еще не дошло до того, что люди будут, прикрываясь жарой, находиться в общественных местах голыми, но кое-где это уже свершившийся факт. На пляжах под всеобщим обозрением возлежат самки и самцы, ибо другого точного названия им не дать, утверждаясь в своем бесстыдстве и подталкивая к нему несмышленых детей. Чем тогда песок отличается от интимного ложа постели? А сама идея загара — бесплатно стать «шоколадкой» и привлекать еще большее количество мужчин. Причем будут выставлять свои загорелые прелести в жестокую стужу, невзирая на слабое здоровье и простудные заболевания, которые могут закончиться тривиальным бесплодием.

Многие туристы из мусульман по причине показного беспутства даже опасаются приезжать в Россию летом. Неудивительно, ведь там, где царит относительный порядок в нравах людей, наша пошлость кажется дикостью и развратом.

В общественном транспорте и других местах скопления людей крутится много сексуальных маньяков, которых с каждым годом становится все больше и больше. Тайные «гурманы» трутся о тела особей противоположного пола, прижимаясь к ним. Но последние бывают не против, им льстит внимание ухажеров. Статистика изнасилований и домогательств на сексуальной почве неуклонно стремится вверх. Кто в этом, спрашивается, виноват? Разве ответственность не лежит на подавляющем большинстве жертв, которые возбудили низменные инстинкты «слабых на передок» маньяков?

Прислушайтесь к разговорам зверолюдей на улицах! О чем они беседуют по дороге на работу или обратно? Уши буквально режет от пошлых намеков и шуточек, густо приправленных сквернословием. Похабные истории вещаются без малейшего намека на стыд или совесть. Мало того, тех одиночек, которые пытаются сделать замечания, поднимают на смех.

Телевидение и радио повсюду взывают к самым низменным инстинктам, обращаясь ласковыми голосами разнополых сирен и гермафродитов. Они навязывают еще духовно слабому подрастающему поколению ложные идеалы, в то время как взрослые заняты собой или добыванием средств к существованию. Образ жизни синтетических зверолюдей заполонил нашу смертельно больную родину. Раковые клетки размножались как угорелые, угрожая превратиться в подавляющее большинство и необратимо преобразовать организм. Их поведение становится нормой, а тип человека — исключением.

Псевдодоктора предлагают горемыкам целый спектр отравы, выдавая ее за сверхновое достижение науки и медицины. Последняя вообще превратилась в конвейер по искалечиванию поколений. Этот эффективный пылесос выкачивает деньги не хуже проституции. «Айболиты» калечат и тут же предлагают средства к излечению, усугубляя болезнь пациента. Новое средство дает осложнение и побочный эффект, и круг замыкается. Аптечный бизнес считается самым доходным и находится на одном уровне с наркобизнесом. Только тут легальный, патентованный Тагутом. Вначале спаиваем и скуриваем биомассу, а потом излечиваем ее от алкоголизма и никотиновой зависимости. Круг искусственного ада, в котором демоны рубят бабло.

Что может заставить людей прозреть и очистить общество от мерзости? Ведь мы наблюдаем лишь верхушку айсберга. Его основная часть скрыта в глубине подсознательного. Основная причина безумия, которое захлестнуло мир, — в иллюзии безнаказанности. А ведь все пророки без исключения, мир им, остерегали людей Судным днем. Именно неверие в подведение итогов и воздаяние по делам каждого приводит к совершению грехов, тем более в таком массовом порядке. Подавляющее большинство человечества не верует в основной столп Единобожия — Судный день, пренебрежительно относятся к нему даже «люди Писания». Обвешивать, обманывать и издеваться теперь стало допустимо, ибо наказания не будет. Так думают будущие обитатели огня. Иначе нет справедливости, что противоречит всем Откровениям и законам мироздания. Возмездие будет, хотим мы этого или нет.

Но как решить проблему падения нравов в таком массовом порядке, когда целые континенты пали в пучину разврата? Как может одиночка вырваться из плена и противостоять махине общества? Хватит ли у жалкого человечишки сил? Во-первых, возвращаясь в Единобожие, мы обретаем самого Лучшего Защитника — своего Творца. Ибо даже если все люди земли соберутся совершить злодейство по отношению к мусульманину, то ничего не смогут сделать, если на это не будет соизволения Аллаха. Поэтому бояться неверующих при покровительстве Бога — как минимум многобожие, потому что автоматически мы наделяем жалкие творения божественными свойствами, которые могут противостоять Его воле. Это уже ширк. Поэтому поднимите выше головы и вперед!

Одиночка может не только вырваться из пут мракобесия, но и способен спасти своих близких. Это его первоочередная задача. Особенно касается мужчины, что создан опекателем и защитником слабых. Обрел прямой путь сам — помоги родне и друзьям. Придерживаясь божественных предписаний, мусульмане автоматом выпадают из соучастия в общем беспутстве. Поэтому надо тщательно изучать законы Всевышнего и обучать им других. Следуя этому компасу, можно легко избежать грехов и избавиться от пороков. Примеров этого в истории мировой цивилизации множество. Надо только по-настоящему захотеть.

Объединяясь с другими верующими, а по-другому не получится, ибо преступники станут омерзительны, единобожники смогут успешно противостоять грязи окружающего мира и защищать от нее подрастающее поколение. Зачем детям заново проходить тернистый путь, чтобы в конце жизни потерять здоровье и честь? Не лучше ли с детства четко различать добро и зло, строить свою будущую жизнь правильно, избегая житейских ловушек на своем пути.

Но самое главное — надо осознать: эта жизнь преходяща и временна, а следующая — вечна. Здесь мы сеем будущий урожай, который пожинать будем только сами. Каждому своя ноша и воздаяние.

(Глава 6) Вербовка

И пусть Сатана не отвратит вас, ведь он является вашим явным врагом.

КОРАН (43:62)

Встреча с незнакомцами произошла неожиданно для меня. Направляясь по своим делам в центр города, я почувствовал за собой демонстративную слежку. Меня вели как минимум двое. Убедившись в этом окончательно, я решил ускорить неизбежную встречу и замедлил шаг. Воспользовавшись этим, меня нагнал подтянутый человек неопределенного возраста в сером плаще.

— Добрый день, — вежливо поздоровался гость, коснувшись кончиками пальцев козырька кепки.

Я окинул его слегка недовольным взглядом, вызвав ответную реакцию в виде неуловимой усмешки. Холодные, расчетливые глаза изучали мою реакцию.

— Здравствуйте, чем обязан? — холодно поинтересовался я.

— Нам есть о чем побеседовать.

— Кто вы? Если честно, то я занят.

— Уж не религиозной ли сетью?

От его последних слов меня передернуло, однако я постарался не подать виду:

— О чем это вы?

— Ладно, давайте поговорим. Я из государственной службы, которая «опекает» подобных вам «деятелей».

— Впервые слышу.

Визитер невозмутимо пожал плечами:

— На первый раз у нас с вами неофициальная беседа. Однако советую все выложить начистоту. Пообщаемся?

— Хорошо. Только учтите, я свои права знаю.

Я пожал плечами и демонстративно прибавил шаг. Мой собеседник сделал театральный жест и нагнал меня. Очевидно, он решил поменять тактику своего поведения.

— Я уже довольно долго вплотную занимаюсь этим так называемым мусульманским джамаатом. И, скажу вам, довольно преуспел. Остался только маленький штришок. Мне не хватает еще одного козыря, чтобы наверняка прихлопнуть Паутину разом. Всех, вместе взятых, которые залезли во всевозможные организации, фонды и фирмы.

— А я-то тут при чем? Ваши проблемы меня не касаются.

— А при том, что, попав по дурости в серьезные игры, ты еще не успел основательно запачкаться. Потом будет поздно. Рано или поздно кто-нибудь заложит всю Сеть, и тогда ты тоже окажешься на скамье подсудимых.

— Не понимаю, о чем вы?

— Не шути со мной. За моей спиной стоит серьезная государственная служба с длинными руками, которые в любой момент могут сомкнуться на шее вашего религиозного сообщества. Я могу устроить тебе кучу неприятностей, начиная с личной жизни и завершая работой. Поможешь нам — окажем содействие и мы. Так что решай.

— Ничего не знаю. Ошибочка вышла. А теперь прошу удалиться, я занят и не намерен тратить свое личное время на пустые разговоры.

— Ладно, прощаться не будем. Не хочешь по-хорошему, будем по-плохому.

С этими словами гость многозначительно посмотрел мне в глаза и удалился, оставив меня наедине со своими мыслями.

В связи с произошедшими событиями я решил отложить личные дела и отзвонился Емеле. Последний прибыл довольно оперативно и подобрал меня на одной из улиц. Когда наша черная иномарка сорвалась с места, я непроизвольно оглянулся и коротко поведал о незваных гостях.

— Тебя пробивают на прочность. Вербуют. Как они выглядели? — невозмутимо поинтересовался Емеля.

— Их было двое. Ко мне подходил только один. Высокий, спортивного телосложения, короткая стрижка… особых примет не было.

— О чем спрашивали?

— Задавали вопросы про какую-то сеть. Сдается мне, они имели в виду Трояна и его товарищей.

— Это очень серьезно, — внезапно нахмурился Емеля. — Поехали к Хамзе.

За окном заскользили перегруженные улицы оживленного города. Мы миновали деловой центр и спустя полчаса остановились перед металлическими воротами и высоким забором из красного кирпича. Спустя несколько мгновений мы зарулили в глухой дворик, который заканчивался гаражом. Еще две легковушки ожидали своих хозяев. По правую руку возвышалось двухэтажное здание. Никто не вышел встречать нас, поэтому я решил, что подобное здесь не принято. Однако несколько неприметных камер автоматически отследили нашу траекторию до самой металлической двери с глазком посередине. Едва слышно щелкнул электронный замок, и мы проследовали внутрь.

Навстречу нам вышел худощавый парень в зеленом свитере и черных джинсах, который широко улыбнулся и поприветствовал:

— Мир вам! Наконец-то пожаловали! Долго добираемся. Чайник уже успел два раза остыть. Ну да ладно.

— Малейкум ассалам, брат! Хамза у себя? — поинтересовался Емеля.

— У себя, где ж ему еще быть…

Поднявшись на второй этаж по ковровой дорожке, мы на миг остановились у кабинета шефа охранного агентства. Емеля негромко постучал и потянул ручку. В дальнем углу просторного помещения располагался большой пластиковый стол, за которым восседал бывший старший следователь конторского ордена собственной персоной. Офицер безопасности, более известный в кругах верующих под именем Хамза, занял достойное место, своим профессионализмом значительно увеличив силы правоверных. Подобных профи в городе можно было сосчитать по пальцам. А этот еще и работал за идею, так что цены ему не было. Он быстро отладил механизм безопасности анклава мусульман, устранив недостатки иммунной системы общины. Дела джамаата значительно пошли в гору.

Хамза оторвался от жидкокристаллического монитора компьютера и поднял на нас вопрошающий взгляд голубых глаз. Напротив стола возвышались видеотехника и широкоэкранный телевизор. Вдоль одной стены стояли шкафы с папками, в углу притаился несгораемый сейф. Всю другую стену от пола до потолка занимала детальная карта города.

— Пришли, — вместо приветствия бросил Хамза, разглядывая меня с головы до ног. — Докладывай, Емельян, что там у вас.

— Наведывались дроиды-вербовщики.

— Рассказывай, — попросил меня начальник службы безопасности.

Я коротко поведал о происшествии, остановившись на описании агентов Конторы.

— Что-то тупо работают. Странно, — протянул Хамза, — на Контору не похоже. Может, провокация…

Он постучал по клавишам компьютера, и спустя пару секунд зашелестела бумага в цветном принтере. Хозяин кабинета разложил передо мной качественные фотографии. Я пробежался по ним глазами и с уверенностью указал на одного типа:

— Это он.

— Так-так, — многозначительно протянул Хамза. — Очень интересно. Ладно, ребятки, идите работайте. А я пока подумаю на досуге.

Через несколько минут бывший следователь снял трубку телефона, включил декодер и набрал известный ему одному номер телефона.

(Глава 7) Аналитик

Их предшественники тоже замышляли козни, но все козни — у Аллаха. Ему ведомо то, что приобретает каждая душа, и неверующие узнают, кому достанется Последняя обитель.

КОРАН (13:42)

Ведущий аналитик уже который час взирал на большой лист бумаги, покоившийся на его столе. Взяв в руку карандаш, Сергей Михайлович дорисовал еще один кружок, в середине которого сделал надпись. Призрак номер одиннадцать. Немного поразмыслив, он добавил стрелку от соседней ячейки. Весь лист был покрыт разноцветными овалами с номерами и именами, которые соединялись разными по типу линиями. Собирая крупинки противоречивой информации, аналитик сумел составить более или менее полную схему. Говоря инженерным языком, граф взаимодействия могущественной сетевой структуры. Он занимался этим делом неспроста.

Сергей Михайлович аккуратно сложил листок в трубочку и направился к шефу, который уже ожидал его. Кстати, заказ на разработку данного проекта инициировал именно его начальник, обеспечив при этом абсолютную сверхсекретность. Какой был в этом интерес у руководителя серьезной спецслужбы, аналитик точно не знал, но догадывался. Обладая довольно серьезными возможностями, такая мощная фигура, как его босс, по всей видимости, имела основания для опасений.

— Как проект, Михалыч? — вместо приветствия начал руководитель ведомства.

— С точки зрения снятия информации готов на сто процентов, товарищ генерал. Более ни к чему не приступали. Соответствующей команды не было.

— Не спугнули сетевиков?

— Маловероятно. Эти ребята не особенно боятся внешнего воздействия. Судя по структуре Сети, она не имеет определенного нервного основания.

— Позвоночника? — заинтересованно переспросил Иван Изиевич, потянувшись за дорогой сигарой.

— Типа того. Каждая ячейка, или, если угодно, узел, имеет свой собственный нервный отросток, соединенный с соседними, зацепив который можно поставить всю систему на уши. Она мгновенно нанесет мощный контрудар с любой точки. Удача улыбнется агрессору только в случае, если ударить по нескольким клеткам сразу. Иначе это бессмысленно. Правоверные быстро Затянут брешь и восстановят строй.

— В теории все просто, однако в реальном деле намного сложнее. Как обеспечить единовременное нападение сразу на несколько целей? Где взять необходимые силы для проведения масштабной акции, сражения обещают развернуться во многих координатах? Может, стоит отсекать клетки поодиночке?

— Исключено.

Генерал хмыкнул и слегка повернулся в массивном кресле. С минуту он молча смотрел в окно. Очевидно, решение давалось ему с тяжелым трудом, что отражалось на его задумчивом лице. Наконец Иван Изиевич в упор уставился на собеседника и продолжил:

— Как ты считаешь, реально нанести боевой Паутине мусульман смертельный удар?

Аналитик с секунду обдумывал вопрос и отозвался, тщательно взвешивая каждое слово:

— Нет. Это самая живучая структура из тех, которые мне известны. Мало того, она создана противостоять такой агрессии. В чем, в чем, а в этом я абсолютно уверен.

— Почему? Откуда такие сведения?

— Очень просто. У Сети нет жизненно важных органов, каждая клетка в целом самодостаточна и автономна. Бить не по чему. Цель отсутствует полностью. Это все равно что стрелять из пушки по воробьям. Можно на время попробовать нейтрализовать нейронноинформационную связь. Но в современном мире достаточно других технических средств сообщения, вплоть до голубиной почты. Сеанс будет оперативно установлен спустя короткое время. В идеале просто упадет общее быстродействие системы. И все.

— И что ты предлагаешь, Михалыч?

— Яд.

— Не понял? — удивленно вскинув брови, переспросил шеф.

— Надо ввести в Сеть раковые клетки. Это единственный способ уничтожить Паутину. Но вопрос даже не в этом.

— В чем же?

— Насколько решительно будет настроен агрессор. Лично я, при всем моем к вам уважении, считаю, что наших ресурсов пока недостаточно. Просто не хватит.

Они профессионалы и энтузиасты. Госаппарат на окладах слишком инертен. Мы только закалим противника, выработав у него иммунитет. Мало того, вполне возможно, поменяемся ролями, сами из охотника превратимся в дичь. Или мы, или они. Если уже их ребятки не ходят по этим коридорам.

— Какая наглость! — внезапно взорвался хозяин апартаментов. Он встал с кресла и начал ходить по кабинету. Подойдя к огромному аквариуму, генерал некоторое время наблюдал за самой важной рыбешкой и сказал, ткнув в нее пальцем:

— Идея идет от Него. Фараон распорядился лично. Готовь удар. Средств не жалей, на людях не экономь. Обо всех изменениях докладывай немедленно!

Аналитик пожал плечами, смутно осознавая свое печальное будущее. Когда он возвращался на свое рабочее место, внезапно в голову ему пришла невообразимая и дикая мысль. А вдруг мусульмане абсолютно правы и на самом деле являются воинами Господа? Аналитический мозг Сергея Михайловича проштудировал всю доступную информацию про ислам. Коран был безукоризнен как в смысле логики, так и по строению. Он не нашел ни одного противоречия. А что, если нет Божества, кроме Аллаха, и Мухаммад Его посланник? На чьей стороне воюет жалкий человечишко по имени Сергей Михайлович? На мгновение аналитик вздрогнул и приостановил шаг.

(Глава 8) Женщина в исламе

Мужчины являются попечителями женщин, потому что Аллах дал одним из них преимущество перед другими и потому что они расходуют из своего имущества. Праведные женщины покорны и хранят то, что положено хранить в отсутствие мужей, благодаря заботе Аллаха…

КОРАН (4:34)

Как-то мы ехали с Емельяном по городу и беседовали на разные темы. У меня, что свойственно всем неофитам, в голове крутилось много вопросов. Я решился затронуть непростую тему и «занять» место критика:

— Емельян, ты ведь знаешь, что у обывателя сложилось весьма превратное мнение о правах женщины в исламе. Рядовой россиянин твердо уверен, что наша вера реакционна по отношению к женщине. Многоженство, принудительное закрытие прелестей, беспрекословное подчинение мужу, присуждение двойной доли мужчине при разделе наследства и так далее.

Мой брат невозмутимо ответил, вращая баранку автомобиля:

— Обвинений много, и речь о них долгая. Начинать разговор придется издалека, со времен джахилии, то есть невежества. Думаю, тебе известно, что ислам пришел еще в эпоху язычества. Тогда новорожденных девочек заживо закапывали в землю, мужчины имели до десяти и более жен, хозяин заставлял своих рабынь заниматься проституцией, наживая на этом бизнесе немалые деньги. У многих народов со смертью мужа убивали благоверных и клали в могилу. Представляешь, какие права были у женщин раньше? Вообще, право мужчины иметь четырех жен — это дозволенность, а не обязанность. Это позволяет в критические для общества моменты избавить женщин от возможного позора, от проституции, от нищеты и экономического рабства. Разве в эмансипированной Европе положение женщины лучше, в этом мире распутства, ханжества и безнравственности, где мужчина формально состоит в браке с одной, а внебрачные отношения поддерживает с десятками? А торговля телами? Спрос порождает предложение.

Не лучше ли женщине быть второй, законной, полноправной женой мужа, чем бесправной наложницей, подпольной сожительницей и презираемой окружающими любовницей женатого мужчины. Ведь, по данным сухой статистики, в некоторых странах и исторических ситуациях соотношение количества мужчин и женщин достигает одного к четырем и более. Особенно это касается регионов, где идет война и смертность мужей весьма высока. Что остается делать женщинам, которым просто численно не хватило женихов? Торговать телом? Воровать других мужей и отбивать благоверных? Или тайком сношаться под страхом разоблачения? А ведь у каждой женщины есть законное право на брак.

Что это, если не угнетение? Мировая история знает много примеров, когда европейские державы вводили многоженство. Например, всем известный факт, что в Германии в ходе Второй мировой войны солдатам разрешалось брать вторую жену. Ислам — очень гармоничная и чрезвычайно справедливая религия, предназначенная устранить или сгладить недостатки человеческих взаимоотношений. В правоверии есть ответы на все жизненные вопросы. Всевышний бесконечно добр и мудр. Он все предусмотрел в Своих законах для творений.

Если мы возьмем реальные цифры, то окажется, что в большинстве мусульманских стран мужчины состоят в браке только с одной женой. Две и более супруги редкое исключение, вызванное в основном болезнями или бесплодием. Факты — вопиющая вещь.

Вместе с тем Единобожие выдвигает непростые условия в многоженстве, то есть справедливость и равноправие между женами, как сказано в Коране: «Если вы боитесь, что не сможете быть справедливы, — то одна

Однозначно, что самое почетное место для женщины — это ее дом, круг семьи. Она призвана быть хранительницей очага, отдавать себя полностью воспитанию своих детей. Какое из нижеследующих положений лучше: когда женщина загружена общественными обязанностями, а дети находятся на беспутном попечении нянек и в детских садах или когда женщина постоянно находится при детях и всецело отдается их воспитанию? Ответ ясен: дети, воспитанные собственной матерью, окруженные ее лаской и заботами, вырастают крепче здоровьем и бывают намного воспитанней, чем дети той, которая всецело посвящала себя общественному труду.

Это не значит, что ислам против участия женщины в жизни государства. Известно множество примеров, когда верующие женщины занимали высокое положение в обществе, нам известно немало поэтесс, ученых, высокообразованных, талантливых, занимающих высокие посты в правительстве наравне с мужчинами, отдающих свои силы и способности служению отечеству.

Ну а ношение хиджаба, то есть платка, — в интересах самой женщины. Максимальное сокрытие ее фигуры и лица лишь повышает к ней интерес, она становится более желанной и загадочной, таинственной и привлекательной. Уместно сравнение закрытой женщины с флаконом дорогих духов, предназначенных для услады единственного любимого. Или, быть может, лучше ходить по рукам, растрачивая молодость и здоровье? Кто-нибудь задумывался, как пошло со стороны выглядит молодая «красотка». Она буквально торгует свои телом, наслаждаясь вниманием самцов, получая от них заряд и энергетику. Разве это не мерзко? А в это время ее благоверный похотливо разглядывает других самок.

Летом, когда на пляже много обнаженных тел, они теряют свою притягательную силу, не вызывают интереса, нагота становится обычным явлением и не действует возбуждающе. Так не выгоднее ли быть женщине загадочной, таинственной и желанной?

Ислам предоставляет женщине такие права, которые отсутствуют в «просвещённой» Европе. У нас женщине дают брачный дар, а у них она должна иметь приданое. У них лишь бы спихнуть, у мусульман же — одарить благоверную.

Преобладание мужчин в сфере государственного управления, а также большой процент их участия в общественной жизни — это нормально. Правят, изобретают, строят, созидают, издают законы, присутствуют там, где нужна богатая фантазия, сила духа, крепость мускулов, твердость характера, только мужчины. Природа сама распорядилась этим и предназначила им эту патриархальную роль. Даже в таких чисто женских профессиях, как моделирование одежды, кулинарное искусство, ткацкая промышленность, мужчины превзошли женщин. Это неоспоримый факт.

Мужчина естественно главенствует над женщиной в силу своих природных качеств, благодаря способностям, складу ума, психологии, природной силе и выносливости, которыми наградил его Создатель. По предназначению. Никому же не придет в голову мысль пилить молотком или заколачивать гвозди пилой?

Отсюда нам ясно, почему ислам присуждает мужчине двойную долю при разделе наследства. По той простой причине, что мужчина является опорой семьи, ее создателем и кормильцем, ее защитой. Отношение Единобожия к женщине — это сама справедливость!

И когда Господь избрал для женщин дом и круг семьи, а для мужчин общественную жизнь, то мужчине он доверил проявить себя во всех сферах творческой деятельности, а женщине вверил надежность самого святого, самого важного и ценного — воспитания человека! Поистине, это высокое доверие к женщине — поручить ей самое сокровенное, воспитание человека! Разве это — дискриминация?

(Глава 9) Контракт

Ни богатство, ни дети чинен не помогут перед Аллахом тем, кто не уверовал. Они являются растопкой для Огня.

КОРАН (3:10)

Троян по имени Артур сидел в кожаном кресле за широким столом в одном из многочисленных офисов в центре города. За окном длинными, бесконечными потоками, то и дело застревая в пробках, двигались колонны автомашин. Колючий холод царствовал между огромными коробками из стекла и бетона, над асфальтом мерзлых дорог. Но только не здесь. В кабинете стояла тропическая жара.

Артур вел непринужденную беседу с одним из своих клиентов. На этот раз дело касалось весьма дорогостоящего и важного договора. Даже для такой крупной рыбы, как Троян. Контракт требовал неоднократной подстраховки, и она будет выполнена по полной программе. На том конце провода лысоватый толстенький мужичишка в белой рубашке и галстуке буквально обливался потом от напряжения. Периодически голос Якова Моисеевича менял интонацию, что мгновенно регистрировалось на голосовом детекторе. На плоском экране перед невозмутимым молодым мужчиной появлялся процент лжи в различном цветовом оформлении, что сказывалось на аргументах с его стороны. От этого толстяк еще больше потел и сбивался. Для пущей уверенности разговор автоматически писался на диктофон, присоединенный к телефонной линии, чтобы потом, в более спокойной обстановке, детально разобрать и разложить все по полочкам. После этого записью займется группа аналитиков, которая выведет резюме с подробным заключением.

Этот метод использовался очень давно и приносил ни с чем не сравнимые результаты. С большой, практически стопроцентной вероятностью Троян раскрывал истинные замыслы клиентов. Не был исключением и сегодняшний разговор.

Положив трубку, молодой человек в очках с позолоченной оправой на некоторое время задумался. Он сложил руки на столе в замок и размышлял о цене сделки. И все же Артур колебался. Тогда его взгляд обратился на толстую красную папку. Здесь лежала ежедневная оперативно-аналитическая сводка за полные сутки и сводка еженедельных событий. Сюда входила информация по степени достоверности, начиная от докладов информаторов и завершая сплетнями и слухами. В почте рассматривались произошедшие события со всех ракурсов: официального, газетных предположений, мнений специалистов, разговоров на улице и заключений закрытых структур.

На данный момент в городе и его окрестностях было относительно спокойно. Однако произошел ряд событий, который вызвал серьезный резонанс во многих кругах общества. На встречах и фуршетах прошел слух о неожиданном исчезновении нескольких воротил теневого мира, причем высказывались различные, в том числе и противоположные мнения. Говорили, что дельцы скрылись с крупными суммами денег. Другой слух оповещал местных о вторжении иноземного капитала в регион и тайной перекупке некоторых важнейших предприятий разной направленности. Все они были рентабельны и приносили хорошие прибыли.

Троян захлопнул папку и подошел к окну с видом на центральную площадь. Несколько минут Артур взирал на улицу и затем нажал кнопку вызова. В кабинет постучали, и через порог переступил усатый мужчина средних лет. Он притворил за собой дверь и встал, ожидая указаний. Специалист широкого профиля отлично знал свое дело и мог добыть или скрыть любую информацию, создать структуру под заказ и развалить противную в считанные дни. Он мог многое, почти все. Единственное, что он твердо знал: превзойти своего шефа невозможно.

— Мне надо еще раз проверить лояльность нашего партнера по последнему контракту. Сейчас, после нашего разговора, твои люди должны проявить повышенную внимательность. Если есть заговор, тогда должен произойти звонок третьим лицам для консультации. Если что, запись срочно мне в руки. В любое время. Что сообщают наши агенты?

— Все нормально, никаких махинаций.

— Хорошо, если что, свяжешься.

Помощник кивнул и вышел за дверь. Усатый прошел по ковровой дорожке и вернулся в свой кабинет. По его коротким и емким распоряжениям цепочки агентуры зашевелились еще активнее, ускоряя процесс съема данных. Сексоты выстроились в очереди в банки, получая переводами от бабушек и тетушек плотные пачки денег. Фургоны радиоэлектронной борьбы взяли в плотное кольцо головной офис партнеров. Шпионы словно тучи мух вились по коридорам контор. И все же все они вместе не стоили одного единственного агента, внедренного во вражеский лагерь самим Трояном. Лично. Агент держал прямую связь только с шефом и ни с кем более. И никому не подчинялся. Артур не брезговал самолично проводить операции, непосредственно находя исполнителей для сверхсложных дел. Оно и правильно. Каста вирусов в случае чего умела развить и построить нужные связи с нуля, что бывало не раз. Тогда ценность всех фигур возрастала в несколько раз, и ферзь тоже принимал участие в операциях. Он снял трубку и, включив сверхскоростной шифратор телефонных сообщений, набрал известный ему номер.

— Здравствуй, — сказал молодой человек в микрофон. — Это я.

— Здравствуй. Я тебя внимательно слушаю, — ответил твердый голос условной фразой, что означало отсутствие помех для разговора.

— Что говорил твой шеф о последнем контракте с неким предприятием под названием…

— Он был сильно возбужден новыми перспективами и сразу принял сторону, нужную тебе.

— А что его босс, президент компании?

— Колебался всю неделю. Однако последнее время склонился в сторону заключения договора. Информация точная, из рук в руки.

— Спасибо, ты выручил меня. Я сам найду тебя, если возникнет необходимость.

— Прощайте.

В трубке послышались гудки. Троян положил телефон и улыбнулся, что случалось с ним на работе чрезвычайно редко. Почти никогда.

(Глава 10) Сексоты

Или же они желают замыслить козни?

Но ведь неверующие сами станут жертвой козней.

КОРАН (52:42)

Оперативные работники Конторы приступили к реализации плана внедрения в религиозное сообщество мусульман своих сексотов, в дальнейшем планируя проводить детальные оперативно-розыскные мероприятия. Агенты влияния формировались по разным принципам. Кто-то велся на так называемый патриотизм, романтику «рыцарей плаща и кинжала», часть тривиально работала за бабло, остальные страдали манией преследования. Оперативных работников готовили профессионально, тщательно преподавая науку взаимодействия с сексотом. Изучив основы психологии, социологии и медицины, «вожатые» в погонах относились к своим подопечным с изрядной долей проникновенности. Но еще бы, Тагут с древнейших времен научился зомбировать своих трусливых жертв.

Для вербовки «подопечных» использовались разные способы. Часть сексотов вербовалась в местах заключения и передавалась цивильным коллегам по наследству. Сыщики особенно любили налаживать оперативные отношения с только что попавшими за решетку. Им ненавязчиво предлагался вариант соскочить со срока, начав делиться информацией. Свежеиспеченного агента снабжали легендой и запускали в разработку. В редких случаях наиболее осторожным и незапятнанным людям устраивали подставы, подкидывая в личные вещи наркоту или оружие. Этот вариант практиковался нерегулярно, но зачастую сами жертвы глупили и давали другие способы вербовки.

Самым высшим шиком для оперов было иметь в сексотах женщину, которая сама по себе весьма ценный кадр. Именно шпионки зачастую изменяли ход истории, проникая в самое сердце вражеского лагеря. Но для мусульман этот способ совершенно не годился. Запускать разведчицу и проводить с помощью слабого пола диверсии в принципе невозможно. Так же рушились все стандартные схемы с соблазнением, ловлей на крючок и проституцией. К правоверным с этой дьявольской стороны не подступиться. А ведь именно с помощью «давалок» рушились самые неприступные вражеские порядки и покорялись целые крепости. Но сила и правда всегда на стороне верующих, хотят того кафиры или нет. Это свершившийся факт.

В сообществе правоверных начали появляться новые люди всех возрастов и социального положения. Они исправно посещали все мероприятия, мечеть и курсы изучения веры. Неофиты не пропускали ни одной видеолекции, исправно брали книги из религиозной библиотеки. Многие из них постепенно втирались в доверие братьев.

Однако на самом деле любой мусульманин чувствует намерение соседа своим сердцем по множеству мельчайших признаков. Передача этой информации происходит на подсознательном уровне, непроизвольно выстраивается отношение, и поэтому обмануть искреннего человека практически невозможно. Сексоты не знали этой особенности среды внедрения. Между тем лучшие из агентов, поближе познакомившись с Единобожием, уверовали на самом деле и раскаялись, постепенно отойдя от всех дел. Оперативники конторы пытались давить на все доступные педали, чтобы образумить заблудших овец, но все тщетно. Мусульманину плевать на угрозы куфра. Он целиком и полностью во власти Всевышнего, который не даст его в обиду, если это не очередное испытание. Быть воином Бога — непередаваемые ощущения, недоступные рабам Тагута.

Оставшаяся часть сексотов была постепенно изолирована. Руководитель службы безопасности правоверных побеспокоился обо всем. Хамза предпринял соответствующие действия, чтобы устранить угрозу, не обнаруживая провала агентуры. Мало того, в Контору потоком пошла дезинформация. Сексоты продолжали регулярно посещать все мероприятия, но тщетно. Внедрения по факту не получилось. Вскоре это стало ясно всем, и операцию заморозили. Оперативники получили выговор от начальства, которое не на шутку призадумалось.

Одному только «кроту» удалось втереться в доверие. Коротыш воспользовался своим излюбленным приемом. Ораторствуя и на словах сокрушая многобожие, он охмурил одного авторитетного ученого по имени Усман. Последний настолько погрузился в изучение веры, что непроизвольно отстал от научно-технического прогресса. В принципе это беда многих этнических правоверных. Причины, способствующие изоляции мусульман, заключаются в выдавливании их с ключевых постов и из слоев общества, где царит демонизм. Выполнять обязательные предписания и жить в обществе дьяволов и зомби невыносимо трудно. Кафиры изо всех сил препятствуют, пытаясь соблазнить мусульман или сбить с пути. Поэтому даже обратившиеся в ислам бывшие демоны испытывают прессинг окружающей среды и с трудом держат ее удары. А что говорить об «этнических» верующих, элиту которых методически трамбовали во все времена.

Коротыш Коротышевич имел внушительную внешность, несмотря на свой карликовый рост. Зачастую он брал наглостью и самомнением, выставляя себя борцом за справедливость. «Я всегда в глубине души был мусульманином и исповедовал Единобожие. Просто тогда я делал это интуитивно…» — любил врать «крот». Люди верили ему. Да и как не поверить, если прямо на глазах многих Коротышка резал «правду-матку» прямо в лицо какому-нибудь мелкому демонюге. Последний интуитивно чувствовал класс более мощного демона и ретировался. Так «крот» прослыл своим человеком в рядах мусульман, которые утратили свою бдительность в общении с ним. Постепенно он завязал дружеские контакты с некоторыми лидерами общины, такими как Наиль и Джаффар. Но надолго ли, ведь рано или поздно любая самая «зашифрованная» хитрость проявляется. Возмездие будет однозначно. А пока этим людям надо было пройти очередное испытание с различением лицемеров.

(Глава 11) Жертвоприношение для фараона

Кого Аллах наставляет на прямой путь, тот идет прямым путем. А кого Аллах вводит в заблуждение, те становятся потерпевшими убыток.

КОРАН (7:178)

За широким окном завывал холодный ветер, изо всех сил налетая на стекло. Перед молчаливо стоящей фигурой простиралась грандиознейшая панорама. Небесное светило заходило за горизонт, освещая необъятный мегаполис своими угасающими лучами. Спустя миг краешек солнца исчез за терминатором, сверкнув напоследок снопом света, и все вокруг начало меркнуть. Силби-младший, не отрывая взгляда от окна, сложил руки перед собой и крепко задумался. Его хитроумный мозг выстраивал многоходовые комбинации, коварнейшие ловушки и финансовые схемы. Он умел очень многое. Для того чтобы противостоять столь опытному врагу, как дьявол, нужно изучать его, необходимо знать все его слабые стороны, его методы.

В жизни людей существует только два пути: путь Всевышнего, который Он передал нам через Своего посланника Мухаммада, мир ему, и путь Иблиса, который он разделил на множество разукрашенных троп, что в конечном счете ведут к вечному пылающему огню. А путь Аллаха ведет к вечному раю, где для человека все, что его душе угодно, где нет старости, болезни, где нет страха и печали, и не будет этому блаженству конца. И здравомыслящий никогда не отдаст предпочтение аду, оставив в стороне рай.

Внезапно за спиной Силби-младшего слабо скрипнула дверь, и здоровущая фигура замерла в почтении, боясь потревожить своего патрона. Последний бросил, не поворачивая головы:

— Что там у тебя?

Амбалообразная туша телохранителя приблизилась и подобострастно склонилась перед боссом. В руке беспощадного убийцы по кличке Бультерьер появился телефон необычной конструкции. Алая трубка перекочевала в руку мистера Силби-младшего. На прямой связи был сам Силби-старший. Это означало только одно. Он никогда не беспокоил своих верных слуг по пустякам. Значит, случилось что-то из ряда вон выходящее. Или произойдет. Так или иначе, разговор предстоял серьезный.

С этими мыслями Силби-младший поежился и втянул голову в плечи. Он стрельнул глазами в сторону своего телохранителя, который не преминул поспешно удалиться. Здоровая тень, на удивление бесшумно для столь грузного на вид тела, растворилась, словно ее и не было.

— Нижайше слушаю вас, повелитель, — лебезящим голосом молвил младший партнер. Ответом ему было молчание. Силби-младший внезапно для себя вспотел. В такой момент у рабов особенно трясутся поджилки, ибо неизвестно, что можно ожидать от коварных господ.

— Я вас внимательно слушаю, — заплетающимся языком повторил абонент.

— Какие у тебя планы? — внезапно спросил ровный голос на том конце связи. Казалось, он проникает в самое нутро, своей неприметной вкрадчивостью сотрясая нервные волокна и шевеля корни волос на голове. Этот мягкий шепот бьет по ушам вакуумным ударом, кипятит мозг и сотрясает все тело. Все это адское сопровождение касалось только тех, кто отвернулся от Всевышнего, сознательно вступил в партию Сатаны и выбрал непримиримую борьбу с добром. Свою же партию Аллах никогда и ни при каких обстоятельствах не даст в обиду, если только это не очередное испытание, что, по сути, великодушное желание сделать их еще чище и поднять в раю еще на одну ступеньку выше. Каждое из творений выбирает свой путь и своего господина самостоятельно. Каждому свое. Только глупцу, безумцу и гордецу не ясно, что воздаяние за совершенные дела рано или поздно наступит. Все в руках Бога.

Падение творений осуществляется через прекращение поминания Всевышнего, постепенный отказ от молитв и восхвалений Его. Тогда дьявол начинает нашептывать созданию всевозможные лживые слова, постепенно сбивая его. Лукавый внушает заблудшему постоянство его благополучия и окружающего мира, убеждает, что Судный день далек и призрачен. В результате этого творение постепенно впадает в ересь, грех и разврат. В итоге худшие из созданий начинают сомневаться в расплате, не признают Судный день и полностью отворачиваются от истины.

— Все под контролем, — ответил Силби-младший, с трудом удерживая трубку необычного телефона трясущимися руками.

— Ты уверен? — мягко поинтересовался голос собеседника. Силби-младший окончательно потерял дар речи, словно на него накатила волна страха.

— Почти… — буквально выдавил лакей.

— Смотри, подходит время окончательного подведения итогов.

Удушье постепенно отпустило Силби-младшего. Он заметно повеселел и более уверенно ответил:

— Я сконцентрировал максимум сил, которые смог собрать в подконтрольном мне уделе. Мои ставленники на ключевых постах социума и государственной машины ждут команды. Фараон тоже под колпаком. Все в наших руках. Тщательно разработанный план дал свои плоды. Все готово.

— Как мусульмане? Что сообщают лазутчики из стана врага?

— Правоверные крепнут на глазах. Боюсь, любая задержка уменьшает наши шансы на победу.

— Не беспокойся. Всему свое время. ЗАВТРА.

— Каким образом я узнаю о начале? — взволновался Силби-младший.

— Узнаешь. ЗАВТРА.

— Но я…

— До ЗАВТРА.

Связь прекратилась. Лакей опустил руки и надолго задумался. Глобальный Тагут приготовился нанести решающий удар по исламу всей мощью своего огромного воинства. Локальные составляющие поддержат по единой команде. Синхронное плавание.

Вот оно, время развязки. Наступает миг, ради которого он совратил множество душ, обманул их и заставил работать на себя. С этими и другими мыслями мистер Силби-младший подошел к своему столу и снял трубку спутникового телефона. Худощавая рука с тонкими пальцами заскользила по клавишам номеронабирателя.

Всем адресатам полетели нужные распоряжения. Мистер Силби-младший сидел в своем кресле из свиной кожи и дергал за невидимые ниточки над головами своих кукол, заботливо прикормленных и расставленных по многомерной шахматной доске:

— По поводу нашего с тобой разговора, приступаем ЗАВТРА.

— Ты готов к ЗАВТРАшнему мероприятию?

— Все начнется ЗАВТРА…

— Слушай меня, дорогой, как насчет ЗАВТРА?

— Ты идешь и запускаешь всю схему ЗАВТРА…

— ЗАВТРА с самого утра проводишь операцию…

Внезапно мистер Силби-младший поднял осоловелые раскрасневшиеся глаза на настенные часы и понял, что теперь уже СЕГОДНЯ.

Где-то за тысячи километров от мест будущего осуществления массовых террористических актов, проплаченных авансом, зашевелились щупальца интернационального террористического монстра, созданного Тагутом. Транснациональная корпорация страха и шантажа неугодных режимов и правительств, тайная рука власти приготовилась дать несколько серьезных пощечин забывшемуся русскому фараону, чтобы подтолкнуть его к нужным действиям. Легионы агентов влияния, как единый оркестр, поддержат любую обвинительную симфонию. Козел отпущения в современной версии будет найден и назван. Жертвоприношение состоится по древним дьявольским обрядам в строго рассчитанное сакральное время. Волосатая рука раскроет мистический календарь и отметит красным маркером нужную дату. И тогда ужаленный фараон будет вынужден пойти на нужные действия, просчитанные до мелочей с самого начала умными мальчиками и девочками из-за морей и океанов.

(Глава 12) Гибель Хамзы

Уверовавшие в Аллаха и Его посланников — это правдивейшие люди. А павшие мученики находятся возле своего Господа, и им уготованы их награда и их свет.

А тем, которые не уверовали и сочли ложью Наши знамения, являются обитателями Ада.

КОРАН (57:19)

«Крот» выманил Хамзу из логова, купив его обещанием важной информации. Коротыш Коротышевич вывел ищеек на Хамзу в самый неожиданный момент. Бывший следователь как раз покинул свое защищенное убежище без сопровождения, направившись на секретную встречу в одиночестве. Это было непременным условием «крота», который набрал известный ему телефон и торжествующе поведал невидимому собеседнику:

— Он согласился на встречу со мной.

— Один? — в ощущении скорой расправы осведомился мистер Силби-младший.

— Обещал быть в одиночестве. Иначе встреча не состоится.

— Это хорошо, очень хорошо. Где?

— В лесополосе за городом. Десятый километр… объездной дороги.

— Ладно, свое получишь, — отстраненно буркнул Силби-младший и отключился. Не торопясь он набрал другой номер телефона и услышал ровный, безжизненный голос, словно принадлежащий бездушному роботу:

— Да, вас слушают, — отозвался ищейка Альфа, оторвавшись от карты города, которую расстелил на коленях. Его напарник с любопытством повернул голову и прислушался к разговору.

— Это я, патрон покойного Джонна. Помните меня?

— Да, господин.

— Слушайте новую задачу…

Хамза с нетерпением сидел за рулем своего автомобиля и ждал гостя, обещавшего сообщить важнейшую информацию о планах нападения на общину мусульман. Часть предварительной информации подтвердилась, и стало ясно, что информатор не врет. Только поэтому бывший старший следователь решился на столь рискованный шаг. Такова судьба. Он решил спасти ценою своей жизни весь джамаат правоверных.

Мимо изредка проносились машины. Пустынный осенний лес шелестел ветвями деревьев. Листья давно устлали землю, покинув замерзшие кроны. Невдалеке, минуя железную дорогу, проходила высоковольтная линия, которая слегка гудела от напряжения и сырости.

Наконец появилась долгожданная белая машина, которая мигнула поворотником и направилась к автомобилю Хамзы. Скрипнули покрышки резко остановившейся легковушки, и из одновременно распахнувшихся дверей шагнули две подтянутые фигуры, вооруженные пистолетами. Не сговариваясь, они открыли пальбу, целясь в Хамзу, который выскочил из машины, отстреливаясь. Но удача была на стороне мусульманина. Все решилось стремительно быстро.

Получив пулю в живот, Альфа упал лицом вниз. Его тело дернулось несколько раз и затихло. Его напарник, известный в среде спецов под псевдонимом Бета, оказался более удачливым. Он успел оперативно отреагировать. Опер нырнул за кузов автомашины и выстрелил в полете. Свинцовая смерть поразила Хамзу. Слабеющей рукой он выпустил всю обойму в сторону затаившегося врага и выронил пистолет. Вороненое орудие убийства жалобно брякнуло о землю. Бывший старший следователь повалился на бок и застонал, ожидая контрольного выстрела. Однако господин Бета не сдвинулся с места, потому что в его голове стало на три дыры больше. Все было кончено.

Хамза перевернулся на спину и затих. Он вздрогнул, когда сквозь прищуренные веки увидел, как с небес на землю к трупам ищеек спустились фигуры с грубыми черными лицами и с двумя дерюгами вместо савана. В голове у Хамзы промелькнула мысль: «Отчего ангелы принесли только два савана?» Один из пришельцев приблизился к голове ищейки Альфы, который лежал согнувшись. Остальные ангелы сели неподалеку. Подошедшая фигура склонилась над телом Альфы и молвила:

— О скверная душа! Выходи навстречу гневу и негодованию Аллаха.

В этот миг душа неверного расползлась по его телу, пытаясь ускользнуть от неизбежного. Но ангел смерти со страшной силой вырвал ее из тела, разрывая сосуды и нервы, подобно тому как вертел с множеством зубцов проходит сквозь мокрую шерсть. Все ангелы, находящиеся между небесами и землей, как один принялись с отвращением проклинать черную душу многобожника Альфы. Со скрипом закрылись все небесные врата, и их хранители начали молить Бога, чтобы Он не позволил этой грешной душе пройти мимо них. Душа Альфы пыталась вырваться, но ее облекли в адскую дерюгу. Она начала извергать самое скверное зловоние, которое только можно встретить на земле.

Тем временем ангел смерти приблизился к телу умирающего Хамзы, которое затряслось мелкой дрожью, и, на миг задержавшись, прошел мимо. Он направился ко второму участнику развернувшейся трагедии, который возлежал за легковушкой. Бета распластался навзничь, раскидав обессилевшие руки. На голове засыхала свежая кровь. Лицо трупа было искажено до неузнаваемости. Ангел смерти поравнялся с головой Беты и точным движением вырвал и его черную душонку. Процессия соединилась, и две адские дерюги пренебрежительно поволокли в небо.

Бывший следователь, офицер безопасности, более известный в кругу мусульман под именем Хамза, лежал на спине, истекал кровью и плакал, провожая удаляющуюся в небо процессию, поняв, ЧТО только что миновал. Его взгляд с благодарностью был обращен в голубую бездну. Там, за семью небесами, находился трон Милостивого и Милосердного Создателя, Господа миров. Его творение испустило благодарственную слезу и распластало руки в великой любви к своему Творцу. Редкие облака медленно плыли по небосводу, практически не отбрасывая тени на грешную землю. Там, далеко внизу, копошились тварные существа, зачастую забывая свое ничтожество. И лишь только предсмертный миг расставлял все по своим местам. Он являлся своеобразной гранью, когда завершались земные деяния и больше ничего изменить в соотношении добрых и злых дел невозможно. Книга человеческих деяний закрывалась, и лишь только некоторые хорошие дела, которые продолжались после смерти человека, еще могли приносить свои плоды.

Хамза поднял стекленеющий взгляд в небо и внезапно улыбнулся кончиками губ. На большее не хватило сил. Нестерпимая боль от смертельного ранения отошла на задний план, уступив место умиротворенности. Он осознал, что умирает и навсегда покидает этот мир. Бывший следователь прожил полную событиями жизнь, наполненную опасностями и бедами. Она стремительно прошла перед его глазами, промелькнув как многосерийный документальный фильм.

Внезапно умирающий почувствовал чье-то присутствие и попытался повернуть голову. Повеяло благовониями. Несколько белоснежных фигур со светлыми, точно солнце, лицами разворачивали светящийся саван. Затем они сели неподалеку, за исключением одной, которая приблизилась к Хамзе. Белоснежная фигура уселась у головы человека и, глянув на него, молвила:

— О благая душа! Выходи навстречу прощению и благосклонности Бога!

Душа правоверного Хамзы, словно капля из горлышка сосуда, покинула израненное тело. Все небесные врата разверзлись, и их хранители взмолились, чтобы душа павшего взошла на небеса через них. Ангел смерти, произнесший слова над головой Хамзы, забрал его душу, и другие ангелы осторожно приняли ее. Не прошло и мгновения, как они бережно облекли ее в саван с благовониями. Душа мусульманина начала благоухать, испускать неимоверно приятный запах, который вряд ли почувствуешь на земле. Затем миниатюрная процессия взмыла в небо, и сонм ангелов вопросил:

— Чья это прекрасная душа?

Ангелы с райским саваном поднимались все выше и выше, пока не растворились в глубине бездонного неба.

(Глава 13) Пятничная проповедь

О те, которые уверовали! Когда призывают на намаз в пятничный день, то устремляйтесь к поминанию Аллаха и оставьте торговлю. Так будет лучше для вас, если бы вы только знали.

КОРАН (62:9)

Посещение пятничной проповеди — это обязанность каждого мусульманина. Женщины, дети и рабы не обязаны посещать мечеть. Судя по всему, в число невольников входило большое количество людей, которым мешала исполнять обязательные обряды работа. Коллективная молитва была намного больше, чем просто собрание верующих. Она не только увеличивала награду в двадцать семь раз и более, но и спаивала людей единым устремлением. Проведение пятничной проповеди в любой местности являлось непременной обязанностью общины мусульман.

Мы с братом Емельяном прибыли чуть раньше начала пятничной проповеди, когда народ только начал собираться. У мечети уже стояло довольно много машин, принадлежащих разным по богатству и социальному положению слоям населения. Но все они равны перед Аллахом, хвала Ему. Здесь мерят совершенно другими критериями. Только богобоязненность является показателем человечности. Все остальное — несущественные детали. В исламе и богатый имеет полное право на рай и достойное вознаграждение. Правда, соблазнов у них гораздо больше, поэтому достичь небес намного сложнее.

Мы с Емелей вместе с другими верующими пошли в специальное помещение, где взяли малое омовение. Только в этом состоянии позволительно совершать молитву, в то время как просто обращаться к Всевышнему с просьбами и мольбами разрешается и без этого. Мы скинули обувь в холле мечети и по мягким коврам прошли в мужской зал, где уже было полно народу. Люди всех возрастов ожидали начала проповеди.

Наконец послышался азан — призыв к молитве. Высокий парень со звучным голосом встал впереди всех и поднес руки к голове. Полились слова, ниспосланные на сакральном языке. Это сигнал для мусульман бросить все свои земные дела и обратиться к Лику Всевышнего. Все остальное тленно и преходяще.

Имам — самый богобоязненный из верующих — обратился лицом к полному залу. Его голос возвысился от важности проповеди, стараясь своей интонацией передать неповторимость и красочность Откровения Всевышнего. Сегодняшняя тема касалась важнейшего краеугольного камня в фундаменте Единобожия. Речь шла о рае и аде в качестве воздаяния для людей за их дела.

Я украдкой глянул на замершие от внимания лица верующих, читая в их глазах лихорадочный огонь. Этот мир преходящ, краткий миг по сравнению с бесконечной жизнью. Каждый из людей пытался проникнуть в самую глубину Откровения, усвоить его многомерный смысл и спасти свою бессмертную душу. Но знания — прежде всего. Как избежать многочисленных ловушек проклятого Иблиса? Как последовать самым коротким и менее безболезненным путем, не отвлекаясь на лже-идеалы? Для этого надо было просто стремиться к примеру идеального человека — последнего пророка Мухаммада, мир ему!

Духовный лидер начал пятничную проповедь со слов:

— Хвала Всевышнему Аллаху, Господу миров! Мир и благословение последнему пророку Мухаммаду, которого Бог отправил к людям с религией истины и праведности, чтобы вывести человечество из тьмы невежества к свету веры. Каждый человек обязан уверовать в Аллаха Милостивого, Милосердного, Прощающего, который сотворил Вселенную и сотворил человека, который кормит нас и заботится о нас, который Один достоин всякой хвалы и искреннего поклонения. Человек обязан уверовать в Его ангелов, Писания: Тору, Псалтирь, Евангелие и Коран. Он должен подчиняться приказам Бога, ниспосланным в Священном Коране — лучшей и единственной неизмененной Книге Господа. Он обязан уверовать в Его пророков и посланников и следовать руководству последнего пророка Мухаммада, после которого уже не будет пророков; и уверовать в предопределение Господа с его добром и злом. В царстве Аллаха все происходит по Его воле. Он также обязан уверовать в День воскресения, когда все люди будут воскрешены и предстанут пред своим Творцом, чтобы нести ответ за содеянное ими. В тот великий день праведники войдут в рай, а грешники станут растопкой для адского пламени.

Многие люди сегодня с уверенностью заявляют о своей вере в Единого Бога и Его последнего посланника. Они бездумно произносят слова «нет Божества, кроме Аллаха, и пророк Мухаммад — посланник Его», но не веруют в День воскресения. Они также не веруют в рай и ад, и поэтому вы часто можете слышать слова: «И рай — на земле, и ад — на земле».

О слуга Господа! Твоя вера не станет правой, пока ты не уверуешь в ад и рай, уготованные для людей за совершенные ими деяния. Человек на земле не может ни увидеть прелестей рая, ни услышать стоны адских мучеников. Однако доказательством их существования являются ясные четверостишия Корана. Многочисленные чудеса и научные знамения, изложенные в Священном Писании, являются доказательством его божественной природы и свидетельствуют об истинности всех его сообщений.

Всевышний сказал: «О те, которые уверовали! Охраняйте свои души и свои семьи от Огня, растопкой которого будут люди и камни. Над ним — ангелы грубые, сильные». Всякий, кто слышит эти слова Господа, должен опомниться и уберечься от огня, творя благие деяния и отказавшись от совершения грехов.

О слуга Господа! Пока твоя грудь способна вдохнуть глоток воздуха, пока твои руки слушаются тебя, пока твои уста шевелятся, обрати свой лик к Творцу и попытайся укрыться от адского пламени хотя бы финиковой кожицей, а если и ее не найдешь, то добрым словом. Поистине, облик ада ужасен!

Пророк говорил, что огонь, зажигаемый сынами Адама, составляет одну семидесятую часть огня геенны. Адский огонь разводили тысячу лет, пока он не стал белым, затем его разводили еще тысячу лет, пока он не стал красным, а затем его разводили еще тысячу лет, пока он не стал черным. Он — черный, подобно темной ночи.

Всевышний сказал про грешников: «Их лица словно покрыты кусками мрачной ночи. Это — обитатели Огня. В нем они пребывают вечно». Поистине, человек не может представить себе пламень геенны, но ему достаточно взглянуть на огонь в этом мире, который готов поглотить все живое, возникающее на его пути. Поэтому праведные предки, глядя на него, испытывали страх пред Аллахом. Всевышний изрек: «Размышляли ли вы об огне, что вы высекаете. Мы сделали его напоминанием…» Бог сделал земной огонь напоминанием об адском огне — огне черном, знойном…

Как мрачны картины ада! И как велико заблуждение того, кто легкомысленно относится к обещанию Всевышнего! Искренне уверовавший в Господа не сможет забыть о своем долге, не сможет забыть об обещанной награде и суровом наказании. Когда один мусульманин спросил другого: «Мне сообщили, что ты никогда не смеешься?» — тот ответил: «Как могу я смеяться, когда огонь ада уже разведен, цепи в нем расставлены, а адское воинство готово?»

И поистине, местом, назначенным для всех них, будет геенна. У нее — семь врат, и у каждых врат — отдельная группа. Чем ниже расположены врата, тем более ужасен их жар. Врата ада запрутся вслед за вошедшими в него, и их подопрут колами из железа, чтобы жар и зной возвращался к грешникам.

В аду не будет другой пищи, кроме колючек, которые не утоляют голода. Как же ужасны эти колючки! Их вкус горче алое, а запах отвратительнее запаха гнили. Когда кто-либо съест их, они не попадают в желудок и не выходят обратно в рот, а застревают между ними. Аллах уготовил для неверных мучительное наказание. Оно окажется для них еще более мучительным, потому что подобное даже не могло прийти им в голову. В аду, из бездны огненной пропасти растет дерево заккум. Господь назвал его искушением для грешников. Из-за безобразия этого дерева Создатель сравнил его плоды с головами шайтанов, и сколько будут обитатели Огня откусывать их, столько плоды будут кусать их в ответ. Не будет им пищи, кроме гноя обитателей ада.

Обитателей Огня поят кипящей водой, которая рассекает их внутренности. Эта вода вскипает, и на этом заканчивается жар. Поистине, это не просто кипяток, это горящая вода, жидкость кровавая и гнойная. Если эти несчастные взмолятся о помощи, то им помогут водой, подобной расплавленному металлу, что опалит их лица. Это питье — кипящее масло. Эта вода подобна осадку масла, и когда ее подносят к лицу, то кожа головы падает в нее.

Тем, которые не веровали, будут выкроены одежды из огня. Адские грешники будут связаны цепями. Их одеяние будет из смолы, а лица их покроет огонь. Смола не только не укроет мучеников от языков пламени, а увеличит их страдания, ибо еще сильнее разжигает огонь и имеет отвратительный цвет и неприятный запах. Ложа и покрывала грешников также будут из огня, и геенна станет для них тюрьмой. О слуга Господа, как же много людей, для которых геенна станет вечной тюрьмой!

Их еда — огонь, их питье — огонь, их одежды — из огня, и их ложе — из огня… Тот, кому запись его деяний будет вложена в левую руку, скажет: «О, если бы мне не вручали моей записи, и не знал бы я, каков мой счет! О, если бы смерть была концом всего! Не спасло меня мое достояние, и лишился я своей власти». Где же их меха и шелка?! Их дворцы и слуги?! Их высокомерие и самонадеянность?! Все, чем одарил их Аллах, они оставили в этом мире, и лишь их деяния сопровождали их до конца. И скверен был их конец!

Обитатели Огня будут постоянно обращаться к Аллаху, моля о прощении, отсрочке и погибели. Они скажут: «Господь наш, Ты умертвил нас дважды и оживил нас дважды. Мы признали свои грехи — нет ли для нас пути к выходу?» Но ответом им будет: «Это для вас за то, что когда призывали Единого Аллаха, вы не верили, а когда придавали Ему сотоварищей, то верили». Грешники будут униженно просить дать новый шанс, чтобы доказать, что они уверовали. Но разве они не клялись раньше, что изменились? Разве им не давали целой долгой жизни, чтобы опомниться, одуматься и прекратить творить злодеяния. Разве к ним не приходил увещеватель?

Несколько раз Всевышний ответит на молящие стоны неверных, и они все еще будут взывать о прощении. Но посреди этих мучений, когда грешники будут не в состоянии даже предположить более худшего, их постигнет величайшее из разочарований. После им будет запрещено говорить с Господом, и это станет апогеем адских страданий.

Двуличные в этой жизни в День воскресения будут иметь две огненные головы. Всякий раз, как сготовится их кожа, Аллах заменит ее другой кожей, чтобы они вкусили наказания. Пламя будет вздыматься над их сердцами, а на головы проливаться расплавленная медь. Ангелы будут бить грешника палицами, поднимать на высоты ада и бросать его на дно, и не останется на его теле куса мяса… Это наказание длится вечно.

Каково же самое малое наказание в геенне? Самым малым наказанием людям в День воскресения будут два огненных угля, лежащие под средней частью стопы, от жара которых вскипает головной мозг, подобно тому как закипает котел и бутыль.

Величайшим же наказанием для людей будет лишение возможности лицезреть Господа. Неверные не увидят прекрасного лика Господа. Он не взглянет на них, ибо взгляд Всемогущего Бога является величайшей милостью, которой будут лишены неблагодарные творения.

О слуга Господа! Задумайся над своей судьбой уже сегодня. Всякий, кто искренне уверовал в Бога, обязан обратить к Нему свой лик и творить праведные дела. Тот же, кто еще не утвердился в своей вере, должен изучить Священное Писание — Коран и увидеть ясные знамения, которые Аллах открыл в нем всему человечеству. Этот выбор является важнейшим в жизни каждого человека, и человек не должен терять свое время.

И да исправит Творец наши дела и убережет нас от адского огня!..

Проповедник прервал свою речь, и в храме Всевышнего, несмотря на многолюдность, воцарилась абсолютная тишина. Люди подавленно молчали, представляя себе муки ада, столь образно описанные в последнем и окончательном Священном Писании — Коране. Мусульмане не на шутку призадумались о том будущем, которое ожидает самых грешных из них. Я глянул на их озабоченные лица и увидел в их глазах решимость избежать адского огня и уберечь своих близких.

Спустя минуту молчания имам продолжил свою проповедь, затронув тему райской награды, которая ожидает праведников. В ходе его плавных речей лица верующих начали светиться от отблеска будущего блаженства, которое уготовано лучшим творениям.

— Милостивый и Милосердный Аллах избавил верующих от бедствий Судного дня и одарил их процветанием и радостью. За то, что они терпели, Он воздаст им райскими садами и шелковыми одеяниями. Они будут лежать на ложах, не зная ни зноя, ни мороза. Тень деревьев будет осенять их, а плоды будут низко склоняться над ними. К ним приблизятся девы с сосудами из серебра и чашами из хрусталя, блистающего совершенством. В том саду девы напоят их из чаши напитком, настоянным на имбире, из райского источника. Поистине, это вознаграждение вам, воздаяние благодарностью за ваше усердие. Не ведают души, что скрыто для них в награду за то, что они творили.

У рая восемь врат, которые расположены одни над другими. В День воскресения будут праведники, которым Всевышний позволит войти в рай через все восемь врат, и одним из них будет первый халиф.

Земля в раю из белого мрамора, изготовленного из серебра. Она подобна зеркалам. Свет рая подобен свету в час перед восходом солнца. Он таков, но там нет ни того солнца, ни той стужи. Отдавайте предпочтение белому, потому что Господь сотворил рай белым.

Райские дома для правоверных состоят из золотого и серебряного кирпича, а глиной является мускус. Щебень — жемчуг и яхонт, пыль — шафран. Вошедший туда будет облагодетельствован и не станет отчаиваться, он вечен и не умирает.

Для благочестивых Всевышний приготовил в раю высокие горницы, под которыми текут реки. Поистине, обитатели рая будут видеть обитателей горниц над ними подобно яркой звезде, исчезающей за горизонтом на востоке и западе. Так будет выражено их превосходство над другими.

Обрадуйте же тех, которые уверовали и вершили благие дела; ведь им уготованы райские сады, где текут под ними ручьи. Картина рая, обещанного богобоязненным, такова: там текут ручьи из воды, которая не портится, ручьи из молока с неизменным вкусом, ручьи из вина, дарующего наслаждение пьющим, и ручьи из чистого меда. В нем — всякого рода плоды и прощение от их Господа.

Дно райских рек покрыто мускусом, а по берегам их расставлены шатры. Эти реки берут начало в высшей части рая и протекают под дворцами и горницами. В раю — сто уровней, уготованных Великим и Могучим Создателем для борцов на Его пути. Между каждым уровнем расстояние словно между небом и землей. Когда вы молите Господа, то просите у Него высший уровень, ибо это — центр рая, над которым находится Трон Милосердного. Из него вытекают райские реки.

Милостивый Аллах приготовил для богобоязненных рабов Своих сады высшей части. Они различаются своей красой, своими ручьями и деревьями. В них протекают два источника. В них — от всяких плодов два вида. Верующие возлежат на ложах, подкладка которых из парчи, а над ними плоды на ветвях, склоняющихся низко…

О слуга Господа! Представь себе, из чего сшиты ложа праведников, если подкладка их сшита из драгоценной парчи.

Для самых праведных рабов Бога приготовлены сады с текущими ручьями, те же верующие, чья награда пред Аллахом будет меньше, получат сады, в которых вода не течет, а бьет ключом. В одних садах каждое растение будет давать плоды двух видов, а в других — по одному. Райские плоды будут пребывать там среди лотосов, лишенных шипов, под бананами, отягощенными плодами, в тени раскидистых деревьев, среди ручьев текучих и плодов обильных, доступных и разрешенных. Верующие будут заказывать там любые плоды, будучи в безопасности. Они будут спокойны оттого, что эти плоды не кончатся и не испортятся.

Поистине, богобоязненные будут под сенью деревьев и среди источников и плодов, какие только захотят. Им скажут: «Ешьте и пейте во здравие за то, что вы вершили». Им принесут плоды и блюда мясные — какие они только пожелают. Они будут передавать друг другу чашу, содержимое которой не развязывает язык и не влечет к греху. Милостивый и Милосердный приготовил для Своих праведных рабов лучшие блюда и вина. Вина, запечатанные мускусом, лежат со времен сотворения и ожидают своего часа. Они не развяжут язык, не повлекут к греху и не отяготят головы. Райские наслаждения сполна восполнят человеку все, от чего он отказывался в этом мире ради Господа.

Обитатели рая едят, пьют, но не сморкаются, не испражняются и не мочатся. Съеденное ими выделяется из них с отрыжкой, имеющей запах мускуса. Их вдох — это прославление и возвеличивание Всевышнего, подобно тому как вы вдыхаете воздух.

Лица истинных верующих в Судный день будут сиять и взирать на Господа своего. Им будет то, чего они пожелают, а у Всевышнего — добавка. Самым великим благом для человека будет обещанная Богом добавка, когда он увидит лик своего Господа и Творца, Милостивого, Милосердного, Щедрого… Поэтому самым прекрасным днем в раю будет пятница, ибо это — день добавки. Однако среди рабов Создателя будут такие, которых Он одарит еще большей милостью. Самые благородные из правоверных будут лицезреть своего Господа утром и вечером…

При последних словах имама правоверные замерли, переполненные чувством невыразимой благодарности своему Создателю за те блага, которые он обещал лучшим из творений. В глазах некоторых верующих появились слезы. Со счастливыми лицами, исполненные решимости угодить Господу, они поклялись себе творить только добрые деяния и избегать злых.

Проповедник завершил свою пятничную речь словами о тех мусульманах, которые в силу собственных грехов все же войдут в огонь. Зал замер от внимания, ожидая дальнейших слов.

— Некоторые верующие из-за своих грехов войдут в Огонь и пребудут в нем столько, сколько пожелает Всевышний. Затем многобожники станут дразнить их, говоря: «Мы не видим, что ваша верность и вера в пророков принесла вам пользу». Тогда Всевышний выведет оттуда всех до единого, не приобщавших сотоварищей к Богу.

Да упасет нас Аллах от приобщения к Нему сотоварищей и введет нас в рай!

(Глава 14) Тотальная война

Те, которые враждуют с Аллахом и Его Посланником, будут унижены, как были унижены их предшественники. Мы уже ниспослали ясные знамения, а для неверующих уготованы унизительные мучения.

КОРАН (58:5)

Все с самого начала шло к столкновению двух взаимоисключающих систем. Партия Сатаны решила, пока не поздно, нанести решающий удар, предупредив свое падение. Времени для атаки с каждым днем оставалось все меньше и меньше, ибо бывшие рабы Тагута толпами переходили во вражеский лагерь под флаги ислама. Еще немного, и вся социальная рабовладельческая система затрещит по швам, разваливаясь на смердящие фрагменты. Оттягивать конец было глупо и опасно.

Тагут решил объявить Единобожию тотальную войну, не задумываясь о последствиях. Однако он смутно осознавал, что борьба предстоит непростая. Проблема рабовладельческого социума заключалась в слабом ресурсе, который сплошь состоял из рабов и демонов. Огромная карательная машина количественно раздулась до такой степени, что грозила похоронить под своей массой любую, даже самую эффективную экономику. К тому же процент надсмотрщиков «по призванию» в обществе всегда не более определенной части. Дошло даже то того, что начали брать в «рэксы» негодных типов, которые тут же пользовались своими новыми правами и начинали преступать закон на законных же основаниях. Короче говоря, Тагут набрал такое войско, которое грозило задавить его самого. Вся эта слабоуправляемая орда спешно готовила агрессию.

Контрра, находясь на верхушке карательного аппарата, предпочитала действовать превентивно, гася предполагаемые болезни общества. Имея свои наработки и датчики на человеческой элементарной базе во всех слоях общества, Орден представлял реальную ситуацию и лихорадочно искал выход из предстоящего тупика, в котором готовилось столкновение двух противоположных систем жизнеустройства: глобальное рабство против божественной справедливости. Обладая некоторыми особыми свойствами, сеть партии Аллаха превосходила своего заклятого врага качественно. Об этом знал узкий круг верхушки конторского Ордена, который тесно смыкался с периферией глобальной аристократии. Последняя реально решала судьбы планеты.

Но нужен был повод. Просто так взять и отменить остатки свобод и прав непросто, могут начаться волнения и разброд в обществе. Оставался один единственный верный прием. Надо было сплотить общество против врага, угрожающего общему жизнеустройству. Вопрос нелегкий, ибо общество разнородно, но решаемый. И тогда началась волна террористических актов, последний из которых затмил своей кровавостью череду предыдущих и выступил в качестве отправной точки.

Россия замерла перед предстоящими переменами. Стадо напуганных зомби и озлобленных демонов, раскачанных инженерами человеческих душ из средств массовой дезинформации, возопило о возмездии. Быдло предложило адекватно отреагировать на угрозу, но так как никто толком не знал, на какую именно, то умелые руки нашли козла отпущения. В принципе, именно ради этого момента и разрабатывалась тщательно спланированная акция с террором. Безликий интернационал, корни которого уходят в сатанизм, устроил кровавое шоу на полную катушку, направив в северную страну несколько диверсионных групп спецов. Проплаченная операция по подставе мусульман прошла как по маслу.

Теперь русский фараон никак не мог разрешить непростую головоломку с множеством неизвестных. Мировая аристократия отвесила российскому наместнику увесистого пинка. Этот северный колосс после катастрофы семнадцатого года, когда страна лишилась потомственной управленческой элиты, все последующие годы находился под временным управлением. С этого момента началось дикое разворовывание русского банкрота в мировом масштабе. Его планомерно уничтожали, проводили безумные эксперименты и бросали на фашистских маньяков, вырвавшихся из другой лаборатории для монстров. Страна и ее обитатели больше не принадлежали сами себе, а выполняли роль марионеток в прописанном сатанинском сценарии, который до мелочей продумали жрецы и слуги дьявола.

Тем временем коварные дяди за бугром просчитывали все варианты событий. Все идет по плану. Бывшая супердержава номер два была обречена всеми. В том числе и предавшим ее народом, который предпочитал пьянство и разврат былому патриотизму. Развал страны начался не вчера и был предрешен. Все нужные механизмы по стандартному плану «качели» запущены. Согласно всем вычислениям глобализаторов от «золотого миллиарда», гигантский маятник должен качнуться в противоположную сторону.

У фараона и его команды был единственный шанс спасти страну, народы, ее населяющие, и самих себя. Можно было переломить гордыню и признать ислам государственной религией — уникальный выход из многоуровневого кризиса. Надо было помогать мусульманам спасать своих соплеменников и Россию. Ведь это единственный союзник против всех расцветок партии дьявола, которые окружили державу почти со всех сторон. Неукротимая пассионарность правоверных сумела бы наполнить разваливающегося колосса своей энергетикой.

Однако невидимые черви уже источили самую верхушку вавилонской пирамиды в русском варианте, и колосс на глиняных ногах качался на штормовом ветру. Страна воинствующих безбожников, согласно плану архитекторов от «золотого миллиарда», вскоре должна была прекратить свое существование. Гигантский маятник качнулся в противоположную сторону, и родина многих народов должна была умереть, так и не выполнив своего предназначения. Ее полумертвое тело еще агонизировало. Матушка Русь была обречена. Вопрос ставился только о мере кровавости предстоящих грандиозных событий. Гигантский русский «Титаник», теряя отсек за отсеком, медленно, но неуклонно шел на дно вместе со своими обитателями и командой провокаторов. Офицеры последней преспокойно паковали чемоданы, ожидая следующий выгодный контракт в конкурирующем пароходном агентстве.

Но жизнь продолжалась. Вселенское кино под названием «Жизнь и смерть потомков пророка Адама» выявляло новых героев. Чтобы в предопределенный Всевышним момент истины расставить все по своим местам. Каждому — свое. Конвейер по переплавке золотосодержащей руды продолжил свой методический отсев. Золото наверх, шлак вниз, в преисподнюю. Кто-то из созданий плавится дольше, выявляя свою истинную сущность для самого себя, чтобы нечего было возразить своему Творцу. Последнему ведь известно все с самого начала. Он знает, чем все закончится. Все уже предопределено, хотя есть шанс вымолить изменение в грандиознейшем сценарии. Свобода воли в дозволенных пределах все же существует. Но и эти изменения предопределены. Часть же тварей в своей скверне не выделят золота вообще. Этих в ад. Все справедливо. Бесконечно честно.

Все фундаментальные варианты глобального мироустройства делятся на две противоположные группы. Самая большая часть из них — это вымышленные и созданные людьми системы ценностей. Гениальные деятели с группами единомышленников или жреческими кланами периодически рождали или реанимировали идеологии и религии, которые распространялись в обществе, чтобы достигнуть тех или иных результатов. Плоды их сомнительных трудов достигали такого эффекта, что целые пласты цивилизации сталкивались между собой, создавая разность потенциалов. Хитроумные тайные правители тут же подключали динамо-машины и грелись у костра, потирая волосатые ладони. Ни о какой справедливости здесь не могло идти и речи.

Но Создатель, хвала Ему, Милостивому и Милосердному, никогда не оставлял Своих рабов один на один с господином нечестивых Иблисом. Творец ниспосылал на помощь людям из их среды пророков и Руководства. Ранние религии Единобожия периодически очищали народы, давая им последний шанс одуматься и вернуться в естественное русло. Но бесчисленные легионы дьявольской армии не спали и изо всех сил пытались вредить пророкам и их сподвижникам, находя слабые места в душах грешных людей. Демоны вносили искажения в Откровения.

Поэтому любой думающий человек, находящийся в духовных поисках, обречен на прохождение тернистого пути. Наиболее удачливые, наделенные различением, разбираются довольно быстро и встают в строй партии Аллаха. При всем многообразии идеологических и религиозных течений, на самом деле сил всего две. Какие, понятно даже несмышленому ребенку.

В принципе, мусульмане уже победили еще в тот самый день, когда каждый из них, независимо от национальности, встал на путь ислама, выбрав строгое Единобожие и полностью подчинив себя Аллаху. Они были буквально обречены на победу и в этой, и в следующей жизни. Ибо так и должно быть. Ведь уверовавшие — лучшие из творений.

С тяжелыми мыслями русский фараон не спеша шел по заснеженной аллее. Первый снег хрустел под его ногами. Тропические пальмы покрылись толстым слоем осадков и зеленели из-под белого покрывала. Убегающая вдаль асфальтовая дорожка скрывалась за поворотом.

Рядом с руководителем северной супердержавы прогуливалась худощавая фигура в черном пальто и шляпе. Мистер Силби-младший недавно прибыл на личном самолете, спеша на разговор со своим подопечным.

Они неторопливо беседовали ни о чем, плавно приближаясь к давно назревшей теме.

— Скажи мне, — наконец озабоченно начал фараон, — есть ли у меня другой выход из ситуации?

— Нет, — спокойно, без эмоций отрезал бархатный баритон. — Это мировая тенденция. Ты — лишь скромная скрипка в общем оркестре, который собрался сыграть глобальную симфонию. Пирамида, изображенная на долларовой банкноте, решила давить мировую исламскую Сеть до победного конца. Повсеместно. Везде и повсюду. В кровь и сопли. Соответствующие инструкции уже получены всеми. И у тебя нет выбора. Он уже сделан за твоей спиной. Последний раз чуть меньше двух тысяч лет назад.

— О чем это ты? — удивился фараон, вздернув брови.

— Да так, о своем, — поправился «серый» советник.

— Но как мне поступить сейчас?

— Воспользуйся предоставленным моментом и начни давно просчитанную программу.

— Уже готовую? Кто дал команду? — Смутная догадка проявилась в голове правителя. А нет ли здесь связи с серией терактов, которые больно ударили по федеральной власти и словно подталкивают ее к репрессиям против мусульман?

— Сам же знаешь, мои спецы предусматривают все варианты событий, — слегка поправился мистер Силби.

— Что ты предлагаешь?

— Ислам распространяется по России со скоростью пожара. Теперь его начали принимать даже немусульманские народы. И русский тоже. Информационный взрыв, охвативший общество, нарушил барьеры. Это неизбежный процесс глобализации, в который вовлечены все державы от мала до велика, в том числе и мы. Мусульманская Сеть разрастается и проникает во все слои общества. Даже наша элита начала симпатизировать правоверным. Это грозит катастрофой для нас. Учение пророка Мухаммада стремительно распространяется по всей России. Если так пойдет дальше, то вскоре мы проснемся в мусульманском государстве, неком русском секторе всемирного Халифата.

— Неужели все так?

— Почти. Эта «зараза» намного мощнее византийского вируса, который блокировал Русь от ислама целое тысячелетие. Во времена «красного» атеизма он умер и попытки реанимировать греческий вариант христианства обречены на провал. Наспех внедренный протестантизм не успевает охватить Россию. Он не приживается здесь, и его носители при первой же возможности сваливают на Запад. Скоро здесь воцарится ислам, хотим мы этого или нет.

— Когда примерно это произойдет?

— Трудно сказать точно. Судя по количеству построенных в этом году мечетей и медресе, а также по количеству новых проповедников, нам осталось ждать пять-десять лет. Исламская лавина накатывает, и строить плотину уже поздно. Да и нечем. Пришло время для хирургического вмешательства.

— А как же запланированное внедрение «раковых клеток»?

— Ты имеешь в виду рафидитов?

— Да.

— Наш проект провалился. Российские сунниты проявили невиданную бдительность.

— А что муфтиаты? Разве они не проводят нашу политику?

— Они напрочь игнорируются молодыми силами. Внедренный еще коммунистами раскол лишь только на верхушке мусульманского айсберга. В глубине они давно спаялись в сеть джамаатов, которая включена в мировую исламскую Паутину. Екатерининский барьер утратил свои свойства.

— Что же тогда остается?

— Силовое давление.

— Но как? У нас правовое государство. Я не могу пойти против Конституции.

— Не смеши меня! Можно провести любой закон. Дума вся твоя. Кругом наши ставленники.

— Что ты посоветуешь?

— Надо подготовить чрезвычайное положение.

— Но это обязательно приведет к кровопролитию! Фанатики ни за что не сдадутся без боя. Мне докладывают, что мусульмане активно работают на всех направлениях. У них серьезная поддержка даже в госаппарате и армии.

— А чего ты боишься? Оппозицию мы раздавили. В лепешку. Это оказалось совсем нетрудно. Теперь от нее остался круглый ноль. Быдло в стойле. Это внутренние проблемы. А с внешними делами еще лучше. Мировое сообщество сконцентрировалось вокруг планетного жандарма и будет нещадно долбить правоверных фундаменталистов. Твоя инициатива будет воспринята должным образом…

— Ты уверен? Слишком много «но».

— Мы ГАРАНТИРУЕМ тебе.

Фараон с удивлением стрельнул глазами в сторону своего собеседника. Мистер Силби-младший невозмутимо продолжил:

— Ты понимаешь, о чем я? Не зря твои жалкие шавки из спецслужб строчат на меня доносы. Ведь так? Так! Пробивал на всякий случай, сынок? Теперь ты убедился?

При этих резких словах фараон слегка поник и стал еще меньше ростом. Он немного помолчал, осознавая зависимость от своего собеседника.

— Хочу услышать твои дальнейшие прогнозы. Мне нужен подробный план молниеносного разгрома исламской Сети…

Эта парочка, увлеченная своей беседой, удалялась все дальше и дальше, пройдя мимо незаметной фигуры постороннего, которому не было места в этом сверхрежимном объекте с многоуровневой охраной. И все же гость проник в сердце секретной зоны — зимней резиденции правителя. Мистер Силби и его высокопоставленный собеседник миновали нежданного посетителя в полушаге и прошли мимо только потому, что он был соткан из чистого света. А потому и невидим для обычных глаз.

Воспользовавшись благоприятным моментом, который давал кровавый террористический акт, русский фараон решил дать бой. Вернее, контролирующий клан озвучил свою идею непримиримой войны через собственную куклу. Последняя многозначительно нахмурила брови и выдала «собственные» мысли. Ужесточаем, ограничиваем и запрещаем. Эти три слова выстрелились в головы тупых зомби. Разнокалиберные дроиды мгновенно приступили к реализации тщательно продуманных годами планов. Настало время явной войны с исламом. Наступило время кардинального испытания мусульман. Партия Аллаха пошла под удар Тагута.

(Глава 15) Удар куфра

Вы непременно будете испытаны своим имуществом и самими собой, и вы непременно услышите от тех, кому было даровано Писание до вас, и от многобожников много неприятных слов. Но если вы будете терпеливы и богобоязненны, то ведь в этих делах надлежит проявлять решимость.

КОРАН (3:186)

Когда во всеуслышанье объявили об арестах среди мусульман и их судебном преследовании, мы с Емелей находились в одном из подконтрольных предприятий. Известие о том, что ислам поставили вне закона, нисколько не удивило моего напарника, благо признаков наступления подобной развязки было много. Газеты и телевидение буквально захлестнула волна ненависти к исламу. Уже начались провокации и закрытия наших учебных заведений и предприятий. Были арестованы счета некоторых крупных фондов и фирм.

Мой собеседник подошел к широкому окну высотного здания, за которым простирался огромный город. Крохотные коробочки машин и фигурки пешеходов муравьиными потоками струились по линейкам улиц.

— Глянь на эту грандиозную картину! — воскликнул Емеля, показывая рукой на простирающийся мегаполис. — Кафирский бастион в своем великолепии. Его ресурсы огромны, а мощь велика. Он опирается на легионы многобожников и полки демонов.

— Как нам победить эту махину? — спросил я.

— Словом и делом. Их сила призрачна, а монолит реально раздроблен. Введение жесткого административного управления, наоборот, говорит о крайней слабости Тагута. Он обречен на катастрофу. Управление только с мостика такого громадного корабля, как Россия, без ориентации на места — закономерный провал. Думаю, это специально введенное заблуждение.

— А теракты? Кто их реальный заказчик?

— Подумай сам, кому они выгодны в первую очередь. Смотри в суть мотива, и все станет ясно. Здесь можно провести аналогию с одиннадцатым сентября. Монстр сам себе устроил заклание, для того чтобы развязать себе руки.

— Теперь ясно, откуда у фараоновской команды домашние заготовки, которые они вытащили сразу же в этот день. Значит, они знали все заранее.

— Верхушка — однозначно.

Внезапно послышалась трель телефона. Я остановился на полдороге. Емельян достал из кармана трубку и нахмурился.

— Надо срочно уходить отсюда! Началось! — воскликнул мой напарник, складывая телефон. — У них наверняка есть здесь свои люди. Пошли!

— Что началось? — переспросил я.

— Тагут официально объявил нам всем войну. Уже начались первые аресты. Диспетчер службы безопасности сообщил о наступлении запасного варианта. Срочная эвакуация.

Невдалеке послышался вой сирен. Красно-голубые проблесковые маячки приближались с каждой секундой. По нашу душу. Недоброе предчувствие охватило меня.

Минуя лифты, мы поспешили на редко посещаемую лестницу. Спуск вниз занял несколько минут. Проследовав мрачными коридорами, мы оказались в подвале, который соединялся с подземным гаражом. Однако Емеля, который хорошо знал местность, повел меня в другую сторону. Ударом ноги он вышиб решетку на окошке и нырнул на газон. Я пролез за ним, оставив на прутьях куски ткани. Мы присели за кустами у бетонного забора, с трудом переводя дыхание.

— У тебя есть телефон? — прошипел мой спаситель.

— Да.

— Выключай.

Найдя дыру между плитами, Емеля прильнул к забору.

— Они блокировали весь корпус. Несколько экипажей машин дежурят по периметру. Так я и знал, вся операция тщательно спланирована. Где только они набрали столько сил? Чуть ли не войсковая операция. Хотя дроидов сколько развелось…

— Что будем делать дальше? — прошептал я.

— Продвигаемся на запасной аэродром. В гости к Левше.

— Кто это?

— Увидишь.

Емеля увлек меня по парку в сторону небольшой служебной будки. Выставив решетку, мы проникли внутрь камеры.

— Здесь технический тоннель в соседнее здание, — пояснил провожатый.

Спустя некоторое время мы молча ехали в такси, на всякий случай поменяв несколько машин и изрядно покрутившись по городу. Неведомая тропа привела нас на окраины, где оставшуюся часть пути пришлось осилить на своих двоих. Наконец брат привел меня к высоченным воротам и нажал на кнопку. Мельком он глянул в незаметную камеру, давая невидимому хозяину осмотреть гостей. Щелкнул автоматический замок, и мы очутились во дворике. Две пары желтых глаз воззрились на нас из густых зарослей. Послышался резкий свист, и тени здоровущих овчарок скрылись в кустах.

Суровый угрюмый мужик молча открыл дверь. Здоровяк, он же Левша, в майке и спортивных штанах, не говоря ни слова взял со стула автомат с укороченным стволом и ушел прочь. В довольно просторном кабинете, явно предназначенном для работы, Емеля усадил меня на диван и произнес:

— Давай к делу, время не ждет. Они уже громят наши точки. Чем быстрее мы возьмем ситуацию под контроль на своем участке, тем меньше у нас будет хлопот.

Где-то там, в нескольких кварталах отсюда, ужасно рассвирепевшие дяди с перекошенными от злобы лицами запрыгивали в машины. А самый страшный из них молча сверлил взглядом простиравшиеся улицы города с высоты птичьего полета. Некоторое время он смотрел в окно и думал. Генерал Иван Изиевич понял, что с блеском начатая широкомасштабная атака захлебнулась на втором аккорде. Также он знал, что после удара в пустоту следовало ожидать контрудара из неожиданного места. Значит, придется рубить всю ветку Сети. Причем настолько быстро, чтобы вся Паутина не успела отреагировать. Приняв решение, он подошел к телефону и, набрав известный номер, коротко произнес:

— Михалыч! Настало время альтернативного плана.

— Вас понял, — ответил голос на том конце связи, и послышались короткие гудки.

По всей необъятной родине, занимающей одну восьмую часть суши, и ее сателлитам начались повальные аресты и преследования мусульман. Закрывались некоторые мечети и медресе, магазины с дозволенной пищей и торговые точки. Люди в мышиной форме останавливали мужчин с бородами, женщин в платках и задерживали их. По сфабрикованным делам начались многочисленные судебные процессы. Многие общественные организации, издательства, сайты и газеты были закрыты. Тагут нанес первый удар, нарушивший напряженное равновесие.

(Глава 16) Спецоперация

Они замыслили хитрость, и Мы замыслили хитрость, но они не ощущали этого. Посмотри же, каким был конец их хитрости! Мы уничтожили их вместе со всем их народом.

КОРАН (27:50–51)

Многоэтажное серое здание посередине города по своей безвкусице уступало только коробке правительственного корпуса. Казалось, один и тот же человек планировал оба сооружения. Повсюду присутствовали малозаметные общие штрихи одинаковой руки эпохи ложных дворцов. Любой начинающий архитектор легко выведет общую формулу конструкции: практичность плюс экономность. Дешево и сердито. Это касалось всего, произведенного временем красного мракобесия.

Система корпусов была спланирована по специальному проекту, который преследовал несколько целей. В мирное и военное время, а также в эпоху беспорядков здесь можно было держать оборону малыми силами. Жизнедеятельность конторского блока строилась на автономии от наружного энергообеспечения. Внутри здания ожидали часа «X» дизельная станция с запасом топлива, склады, небольшой госпиталь и командный пункт. Вместе с режимной службой здесь нашла приют закрытая воинская часть, обеспечивающая правительственную связь. «Кабельщики» не подчинялись даже всевидящей Конторе, образуя другое, более зашифрованное ведомство.

Между тем в одном из окон центрального аппарата конторы, несмотря на столь поздний час, горел свет. Настольная лампа подобно огню лампады собрала вокруг себя ночных мотыльков. Здесь сконцентрировался весь цвет и слава боевого ордена «плаща и кинжала», который задумал немыслимое. По жесткому приказу из аппарата фараона готовилась серия спецопераций. Тагут начинал серьезную заварушку.

Полковник безопасности, более известный под оперативным псевдонимом Такса, внимательно слушал докладчика из аналитического отдела. Последний разложил на столе рулоны исполнительных съемок местности, на которых были детально изображены инженерные коммуникации, здания и сооружения района, мечети. Несколько офицеров склонились над бумагами и задумчиво чесали свои носы. Операция под кодовым названием «Ящики Трои», тщательно разработанная и выверенная лучшими мозгами Конторы, готовилась реализоваться в ближайшее время.

В подвале серого здания уже ожидали своего часа новенькие автоматы Калашникова и пластиковая взрывчатка. Пара свежеокрашенных ящиков должна была послужить разменной монетой для поломанных судеб безвинных мусульман. Конторский орден приготовился организовать тривиальную подставу, известную по всем учебникам криминалистики. Дальше пойдет по накатанной, особенно если в твоих надежных руках все борзописцы округи. Тексты будущих гневных статей и репортажей с горячих мест уже лежали под красным сукном, дожидаясь своего часа. Все было готово для проведения массовой акции по устрашению и ликвидации религиозной общины правоверных, которая посмела активно распространиться по округе, плотно контролируемой Тагутом.

Вопрос был только в одном. Каким образом эта пара ящиков должна быть подложена внутрь красавицы мечети, при условии, что в ней почти постоянно находятся верующие. Именно над этим и ломали головы лучшие умы Конторы.

Между тем автобусы для будущих арестованных были уже заказаны и, сверкая новой краской, ожидали своего часа в ведомственных гаражах. В изоляторах временного содержания спешно освобождали места для свежего потока заключенных. Зэки чесали бритые затылки и ломали головы, гадая, в какую сторону метнется карающая длань государственного маховика.

— Можно попробовать паре лазутчиков тайно проникнуть в мечеть под покровом ночи, — предложил один из офицеров.

Остальные отрицательно замотали головами, отвергая этот рискованный вариант.

— Слишком просто, и легко провалить всю операцию. Мало того, мы дадим правозащитникам и адвокатам мусульман повод спустить на нас журналюг, — отозвался усатый полковник. — Какие еще будут варианты?

— Можно сымитировать ящики и подбросить уже после задержания, — предложил другой сыщик.

— А оперативные видеосъемки? — поинтересовался молодой лейтенант.

— Всегда успеется, — усмехнулся полковник Такса. — Этот вариант на край. Думайте, лучшие умы, мыслите шире.

— Давайте устроим какие-нибудь землеройные работы, проложим кабель или устроим прорыв водопровода.

— Долго, а времени нет, — покачал головой старший группы. — Своих агентов ни у кого нет?

— Посмотрим, вроде есть один. Только он слегка не в себе, — предложил капитан.

— Ничего, пойдет. Вытаскивай его под любым предлогом. Жаль, что придется «устраивать» маленький тайник. Ну да ничего. Было бы за что уцепиться, а дальше раскатаем по полной программе. Все, господа офицеры. По мечети и местным верующим ясно. С кавказцами и выходцами из Средней Азии будем работать стандартными способами. Паспортно-визовый режим и наркотики. Двойной удар. Гости города особой помехи не составят. От них большой отпор только на родине. Ну а там пусть наши доблестные Вооруженные силы разбираются, кто есть кто. А мы здесь, в городских условиях, сами себе хозяева.

— Какая настоящая цель операции? — поинтересовался капитан. — От этого и надо плясать.

— Как можно больше шума. Нам надо развязать себе руки и оправдать жесткость арестов и трамбовки мусульман, — пояснил Такс.

— Откуда исходит приказ и не дадут ли нам по рукам?

— Исключено.

— Сколько планируется групп захвата?

— Две. Зайдем отсюда и отсюда, — показал полковник. — Сопротивления не будет. Возьмем прямо на молитве. Чем больше народу, тем лучше. Нам надо показать журналюгам роту бородатых моджахедов. Сластаем и положим мордами вниз рядом со складом оружия.

— Отлично! Пусть обыватель трясется от страха. Мы его защитим по полной программе, — воскликнул кто-то, и все засмеялись.

— Все ясно? — поинтересовался полкан. — Тогда все свободны! Товарищ подполковник и начальник спецгруппы, останьтесь.

Когда остальные офицеры покинули кабинет, полковник проницательно оглядел боевую элиту и произнес:

— А теперь, господа спецназ, надо продумать вооруженное сопротивление мусульман. Чтобы по полной программе, с жертвами и взрывами. И побольше шума. На весь город. Телевизионщики будут снимать в прямом эфире. Наши люди уже скооперировались с зарубежными каналами…

Негодующее небо смотрело на злобствующих кафиров с бездонных высот. Многобожники строили свои мерзкие козни, но справедливое возмездие уже ждало своего триумфального часа.

(Глава 17) Шура по хиджре

Кто совершает переселение на пути Аллаха, тот найдет на земле много пристанищ и изобилие. Если же кто-либо покидает свой дом, переселяясь к Аллаху и Его Посланнику, после него его настигает смерть, то его награда ложится на Аллаха. Аллах — Прощающий, Милосердный.

КОРАН (4:100)

В связи с преследованием мусульман общество раскололось на два враждующих лагеря. Государственный Тагут и его прихвостни, большая часть быдла и активные демоны всех мастей нестройной ордой пошли в атаку по всему фронту. Противостоящая сторона, состоявшая из верующих, им симпатизирующих и правозащитников по духу, начала активное сопротивление установлению тотальной диктатуры. С каждым днем противостояние набирало обороты, вовлекая в конфликт все новые массы человеческих судеб и финансовых ресурсов.

Вместе с тем в обществе загноились старые раны. Оживились вооруженные формирования на границах империи. Массы мусульман всех национальностей бежали от преследования властей, пополняя ряды боевиков. Отряды бородатых бойцов периодически захватывали пограничные районы безбожного государства, карая кровавых злодеев и лицемеров, на совести которых были безвинно замученные жертвы. При появлении регулярных войск вооруженные отряды мусульман растворялись, оставляя за собой взорванные остовы режимных учреждений и трупы казненных судом шариата врагов.

На территории, полностью подконтрольной Тагуту, правоверные использовали другую тактику. В ответ на убийство или избиение мусульманина следовали адекватные меры. Правоверные предпочитали точечные удары и угрозы. Вначале поступало предупреждение, потом следовала молниеносная акция по захвату врага. После того как бесследно исчезло несколько ортодоксальных политиков и высокопоставленных чиновников, оставшиеся церберы поутихли. Спесь и желание угодить Тагуту испарилось как дым. Они быстро утратили былой пыл, и вся боевитость улетучилась, подобно мареву в пустыне.

За каждым погибшим в застенках тюрем или при операциях спецслужб обязательно следовал ответный удар. Правоверные выступали с публичным объявлением, назначая награду за очередного кровавого тирана. Ему давался срок публично покаяться и навсегда покинуть страну. Далее следовал жесткий размен фигур.

Солдаты из партии Аллаха презирали смерть и считали гибель в сражении с Тагутом за высшую милость Бога. Этим они разительно отличались от орд трусливого врага, который буквально трясся за свою драгоценную шкуру. Партия Сатаны очковала по полной программе, предпочитая гасить ужас наркотиками и отсиживаться за толстыми стенами блокпостов и укрепрайонов. Поэтому вся орда врага была, в принципе, обречена. Вопрос состоял только во времени.

Количество заключенных мусульман увеличивалось с каждым днем. Это породило новое явление. Уголовный элемент в массовом порядке начал переходить в ислам. Поначалу в тюрьмах и следственных изоляторах начались кровавые разборки, инициированные оперативными работниками СИЗО, однако правоверные в силу своих выдающихся личных качеств, свободолю-бивости и спаянности, буквально меньшинством отбили все покушения на независимость и установили свои собственные порядки среди заключенных. В этом им помогали задержанные бородатые боевики из числа этнических мусульман. Угрюмые горцы, закаленные в жестоких пограничных боях с войском Тагута, по ночам душили активистов и стукачей голыми руками.

Между тем братья из-за рубежа оказывали осажденным всевозможную помощь, начиная с финансовой и завершая информационной поддержкой. Сотни петиций и обращений в международные организации и суды завалили столы их секретариатов. Несколько сайтов и подпольных газет тайно проповедовали идеи ислама.

В ходе гонений еще раз подтвердилось правило, что запретный плод сладок. Склонная к отрицанию агрессивная молодежь заинтересовалась исламским учением и значительно пополнила ряды верующих, увеличивая их с каждым днем. «Сумасшедшие» неофиты с улыбкой на устах творили чудеса героизма, чуть ли не вручая боевые листовки лично в руки офицерам спецслужб и расклеивая на дверях их квартир плакаты типа «Демон из партии сатаны» или «Будущий обитатель огня». Буквально за ночь стены министерства внутренних дел и других правительственных зданий, несмотря на охрану, были исписаны красной краской — требованиями остановить правовой беспредел. Но до открытых боевых действий пока не доходило. Не было пока ни условий, ни сил явно противостоять вооруженному до зубов Тагуту.

Совет джамаатов, или, по-другому, шура анклава, начался в условиях строжайшей секретности. Лидеры мусульманских общин собрались в тайной резиденции в центре города. Большой частный заводик со своей режимной охраной и проходной на время пустил внутрь несколько неприметных автомашин. Вооруженные люди помимо постов охраны заняли вышки и боевые места на случай атаки, собираясь в случае чего дорого отдать свои жизни и задержать нападавших.

Заняв услужливо предоставленное союзниками помещение в офисе, лидеры верующих совершили коллективную молитву под руководством имама Гавриила с просьбой о милости Аллаха к своим рабам. Бородатые мужи всех национальностей обняли друг друга и приступили к совету, решая судьбы правоверных и членов их семей.

Гавриил начал свою речь со слов:

— Во имя Аллаха, Милостивого и Милосердного! Хвала Всевышнему, Владыке миров! Мир и благословение последнему пророку Мухаммаду, которого Бог отправил к нам с религией истины и праведности, чтобы вывести человечество из тьмы джахилии к свету ислама.

Уважаемые братья! Мы собрались здесь для того, чтобы обсудить давно наболевшие вопросы. Откладывать их далее невозможно, ибо Тагут преступил последнюю черту, угрожая нашим мирным семьям. Проклятая партия Сатаны выступила с предложением возложить ответственность на семьи верующих и преследовать их за деяния мужей.

Всем вам известно, что многобожники начали травлю наших джамаатов по всей России. Особенно страшный удар обрушился на нас. Сейчас нам надо решить, как отвести угрозу с наименьшими потерями для муслимов. Честно говоря, создалась неразрешимая ситуация. Тагут выдавливает правоверных по всем направлениям, и мы теряем бойцов и свое влияние. Если так пойдет дальше, то скоро мы не сможем защитить даже самих себя.

В порядке круговой очереди настала пора сказать лидеру другого джамаата. Массивный Тамерлан расправил свои широкие плечи и оглядел присутствующих мужей маленькими прищуренными глазками.

— Бисмилля! В таком вопросе нам надо исходить из Сунны пророка Мухаммада, мир ему и благословение Аллаха. Там есть ответы на все вопросы. Жизненный пример посланника Господа охватывает все периоды. Как вы знаете, мекканская пора заключалась в мирном призыве к воинствующим многобожникам. Мусульманам приходилось мириться с куфром и жить среди него. Они были ограниченны и слабы. Это время длилось десять лет. Правоверных преследовали, над ними издевались, их убивали. Тогда в общине пророка Мухаммада, мир ему и благословение Аллаха, появились первые павшие за веру — шахиды. Как только кафиры собрались убить божьего посланника и его последователей, он получил приказ переселиться в город Ясриб. Благородные ансары уже ждали их. Посланник Аллаха тайно покинул Мекку в компании Абу Бакра и вошел в Медину — город пророка. Так начался другой период, который ознаменовался открытым противостоянием с Тагутом и закончился Священной войной с неверными — джихадом.

Результаты вооруженного усилия знаем мы все. Буквально за двадцать лет халифат уже простирался от Испании до Инда, от Кавказа до Нила.

— Все это так, дорогой брат Тамерлан, — отозвался худощавый безбородый Фаиль. — Твоя линия, скорее всего, верна. В примере пророка, мир ему, кроется универсальный ответ на все вопросы, в том числе и наш. Мудрость Аллаха безгранична! Но есть ли у нас ансары?

— Несомненно, — подал голос рослый русский муж по имени Олег. Пышная русая борода придавала ему поповский вид, и православные зачастую принимали его за священнослужителя и просили благословить. Его голубые глаза светились благодушием и иманом. — Мой друг Максим, с которым я созванивался буквально вчера и разговаривал на эту тему, готов принять многие наши семьи.

Присутствующие оживились после предложения русского брата. Каждый из них четко осознавал всю опасность, нависшую над союзом джамаатов. Исламская Сеть должна была найти выход.

— В свое время, спасая иудейский народ от фараона, пророк Муса-Моисей также совершил хиджру, — вставил горец Абдурахман с некоторым акцентом. — Я думаю, нам надо выслушать предложение нашего русского брата. Пусть он расскажет нам все детали…

Амиры джамаатов пришли к единственно правильному выходу из создавшейся кризисной ситуации, угрожавшей женщинам и малым детям, ведь партия сатаны выступила с предложением возложить ответственность на семьи мусульман. Тагут не оставил выхода, кроме как эвакуировать общину верующих, а особенно семьи, в более благоприятные условия. Надо было где-то сконцентрировать силы правоверных, набрав критическую массу, которой не хватало на местах. Только так можно было запустить необратимую цепную реакцию. Такое тоже случалось во времена пророка, мир ему, когда соплеменники объявили войну мусульманам. Тогда партия Аллаха вступила с кафирами в открытое столкновение и победила, а их противники оказались в явном убытке в этой и следующей жизни. История повторяется.

Шура длилась несколько часов. Все это время молодые люди под руководством Левши с оружием в руках ожидали спецоперации государственного Тагута. К счастью, она запоздала. Когда штурмовые отряды ворвались по наводке агентуры на территорию заводика, большая часть амиров уже покинула предприятие. Под удар спецназа попали только двое из лидеров.

У проходной возникла беспорядочная перестрелка. Один из камуфлированных пехотинцев упал, сраженный пулей Левши. Несколько мусульман открыли огонь из здания заводоуправления. Понеся потери, спецназ перегруппировался и вызвал армейскую подмогу. Штурмовики не рассчитывали на серьезный отпор. За это время большая часть мусульман покинула предприятие, прорвавшись сквозь жидкое кольцо обычных милиционеров. Последние потеряли пару бойцов и не выдержали натиска профессионалов. Боевики бесследно растворились в городе, который с ужасом прислушивался к автоматной стрельбе.

Вскоре к трехэтажному зданию подкатил бронетранспортер, который начал методически поливать его из крупнокалиберного пулемета. Но оборонявшихся уже и след простыл. Они заминировали входную дверь и поставили несколько сигнальных мин на этажах, что вызвало очередной переполох.

(Глава 18) Левша

Скажи неверующим, что если они прекратят, то им будет прощено то, что было в прошлом. Но если они возвратятся к неверию, то ведь уже были примеры первых поколений.

КОРАН (8:38)

Никто не знал ни настоящего имени этого угрюмого человека, ни других личных данных. Для правоверных он был брат Левша, а для кафиров — сокрушительное стенобитное орудие. Многобожники боялись его. Сверкающий огонь в глазах обращал в бегство самого стойкого демона в человеческом обличье. Воспитанный Тагутом как идеальное орудие убийства, первую часть своей жизни Левша верно служил ему.

Левша обладал не только внушительной наружностью, но и полностью соответствовал своему виду внутренне. Его, казалось бы, грузное тело могло бесшумно перемещаться со скоростью молнии. Никто из врагов никогда не видел своего убийцу. Однако остальные братья мусульмане ценили вовсе не его боевые характеристики, а кристально чистую душу, которая жила в этом человеке. Он мог буквально в лепешку расшибиться, лишь бы помочь нуждающемуся. И хотя на небритой физиономии практически никогда не появлялась улыбка, дети правоверных обожали этого громилу, за спиной которого была непростая судьба.

Левша почти не помнил своего детства, остались короткие бессвязные воспоминания. Он не знал ни свою мать, ни отца. Его воспитывали чужие дяди и тети, не особенно балуя лаской. Он рос в детском приюте, куда попал неизвестно откуда, пока наконец в заведении для сирот не появился улыбчивый вежливый мужчина, который приехал с множеством подарков для подшефной организации. Презенты предназначались детям и персоналу, причем последний предпочел невзрачные мятые бумажки.

Показав красные корочки, на которых их улыбчивый владелец был изображен в форме с непонятными регалиями, высокопоставленный гость вытащил из кожаного портфеля какие-то бумаги, которые предъявил заведующей. Спустя полчаса всех юных созданий в возрасте от семи до десяти лет выстроили длинной шеренгой в коридоре. Улыбчивый в сопровождении заведующей несколько раз прошелся от начала до конца рядов, пристально разглядывая мальчишек. В его руках находилась стопочка из трех личных дел. После детей отпустили, кроме тех троих, которые заинтересовали странного посетителя.

Постоянный гость, который приезжал один раз в год, на этот раз забрал с собой маленького мальчика и парочку других сирот. Откуда явился Улыбчивый, знала только заведующая, но та молчала как рыба. Детишек некоторое время везли на армейской машине до небольшого режимного аэропорта, где их уже ожидал транспортный самолет. Последний сразу пошел на взлет и несколько часов прстбыл в воздухе. Аэробус приземлился на бетонную полосу среди льдов и корявых хвойных деревьев, в те места, где господствовала суровая зима и арктический климат. Здесь же помимо колонии строгого режима располагались военная база и центр подготовки диверсантов.

Тетенька в белом халате тщательно осмотрела новоприбывших и, сделав соответствующие записи в чистых бланках, назначила повышенное питание и витамины. Детишек провели в крохотные, но уютные покои, где оставили до следующего утра. С этого дня у них началась новая необычная жизнь, состоящая из нескольких этапов. Вначале их посадили за парты, затем погнали в спортзал, после на тренажеры и снова за парты. Начался бесконечный вихрь подготовки. Их группа, состоящая из двенадцати детей примерно одного возраста, занимала обособленное от всех остальных положение. Другие были поставлены на поток, а эти нет. Они готовились по индивидуальному заказу. От кого заказ — не знал никто. Были заданы конечные параметры стажера, и все. Остальное — под грифом «сверхсекретно».

Шли годы. Мальчик оформился в крепкого юношу с серьезным взглядом зрелого мужчины. Теперь он умел многое и мог не только постоять за себя, но и знал огромное количество других вещей. Усиленная физподготовка и бесконечные марши в разных климатических условиях, начиная с тундры и завершая жаркими пустынями, сделали свое дело. Налились силой стальные мускулы, прорезалась дикая реакция, а в глазах появился задорный огонек. Левша научился легко управляться с любым видом стрелкового и холодного оружия, начиная с вилки и заканчивая гранатометом. Мало того, стажеры могли любую обыденную вещь обратить в грозный инструмент, способный нанести тяжелые увечья и даже убить. Одновременно им внушали чувство полного самопожертвования ради выполнения поставленной задачи. Или ради того, кто отдавал приказы.

Специальные курсы учили презирать боль и телесные муки. Главное — дух! Через определенные периоды после усвоения стажерами премудрой теории их без средств к существованию, чуть ли не в голом виде бросали в пустынных районах необъятной Родины. Спустя какое-то время задания усложнились. Их заставляли в одиночку выживать в трущобах больших мегаполисов, где ученикам противостояли самые коварные звери: двуногие. Стажеров забрасывали в немыслимые условия, когда стражи закона одновременно с десантированием получали ориентировки на беглецов. Начиналась дикая травля, в ходе одной из них и погиб лучший и единственный друг Левши. Условия борьбы за существование — самые жестокие. Курс от точки «А» в пункт «Б». Время — неделя. Кругом вооруженные охотники, тренирующиеся в свою очередь. И не только силы правопорядка, но и темные личности. Для последних погоня — хорошая практика. Крутись как хочешь! Без денег, еды, теплой одежды. И выворачивались, просачиваясь сквозь плотные барьеры и кордоны, нарушая кольца и контуры оцеплений. Не все, конечно. Иногда приходилось сидеть в обезьянниках и тюрьмах, приспосабливаясь к местным условиям, побоям и допросам стражи, климату, обитателям камер. Всякое бывало. Но везде и всегда сам себе хозяин. Подмоги не будет, никто не спасет, не придет на помощь. Сам себе голова!

После учебки за спиной у Левши осталось несколько боевых конфликтов, куда его отправляла «родина» в лице враждующих мафиозных кланов, которые в очередной раз не поделили сферы влияния или зарвались и наступили на хвост «старшему» брату. Надо отметить, что помимо явных на земле происходит бесконечное число тайных войн, пожирающих своих жертв и кучу денег. Впрочем, это самый доходный бизнес, на котором нагревались демоны всех мастей, продавая оружие обеим враждующим сторонам. Главное в таком типе коммерции — удерживать боевое равновесие сторон. Пусть грызут друг друга до полного изнеможения. После будем выкачивать кровь посредством ссудного процента. Таким образом, «богоизбранный» народ нарушил свой завет с Богом и подпал под Его гнев, ужас которого еще не осознал никто в полной мере. Так Иблис, будь он проклят, сумел сбить с прямого пути часть своих заклятых врагов и обернуть их на свою сторону.

На последней войне, происходившей на границе разваливающейся красной империи, громила впервые столкнулся с новым типом противника. В отличие от множества предыдущих врагов всех народностей и стран, мусульмане поразили Левшу своим бесстрашием и презрением к смерти. Скорее даже наоборот, бородатые воины врага сами искали геройскую погибель в борьбе с многократно превосходящим и супервооруженным неприятелем. Они никогда не бежали с поля боя, предпочитая подороже отдать свои жизни. Мало того, религия этих бесстрашных воинов превозносила смерть на поле битвы, что сильно поразило Левшу. Сам, будучи воином по духу, он не на шутку задумался, чем руководствовались эти люди, потому что его боевые соратники разительно отличались от врага и боролись со своим страхом наркотическим или алкогольным дурманом. Последние сами же продавали за наркотики Оружие, которым убивали их товарищей. Одну такую группу «оборотней» и вычислил Левша. Он выступил против этих мерзавцев и перебил их в жестоком бою. Взятый в плен предатель поведал, что нити от доходного бизнеса тянутся в офицерский корпус и еще выше.

Все идеалы и патриотические грезы Левши развеялись как дым. Он понял, на чьей стороне воевал, жертвуя своим здоровьем и жизнью. Едва не сорвавшись в алкоголизм, громила демобилизовался и вернулся на родину, которую тем временем продавали оптом и в розницу. По цене два рубля за килограмм в час продалась и его девушка. В связи с этим для молодого дембеля рухнула еще одна иллюзия. Следующие удары судьбы погрузили Левшу в философское состояние. Он понял, что современное общество противно человеческой природе и его индивидуумов трудно назвать людьми даже с натяжкой. Скотина на скотине сидит и скотин ой погоняет. Все в комфорте. Их устраивает это свинское состояние.

В поисках жизненной правды Левша в качестве последней инстанции обратился к церкви. Но и здесь, на «последнем» бастионе добра, его ждало горькое разочарование. Оно явилось в виде попа, что, отслужив обедню, уселся в джип, на котором врезался в столб, будучи в пьяном состоянии. И это в суровый пост.

Но Бог есть, несмотря ни на какие человеческие извращения. Громила свято верил в это и искал Его. И нашел. Кто ищет, тот всегда найдет. Левшу призвал Талиб, и получилось это чисто случайно. Взгляд здоровяка уперся в толстую зеленую книгу Откровения, в которой он прочитал: «Хвала Аллаху, Господу миров, Милостивому, Милосердному, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молили о помощи. Веди нас прямым путем, путем тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших». Левша медленно поднял глаза, и взоры двух мужчин встретились. Внезапно бывший солдат понял, что выццел на ровную прямую дорогу. На путь к Богу!

(Глава 19) Плацдарм

Когда придет помощь Аллаха и настанет победа, когда ты увидишь, как люди толпами обращаются в религию Аллаха, восславь же хвалой Господа своего и попроси у Него прощения. Воистину, Он — Принимающий покаяния.

КОРАН (110:1–3)

За грязными окнами железнодорожных вагонов мелькнули первые постройки крупного провинциального города, который ничем не выделялся из другой массы населенных пунктов необъятной России. Я с некоторым волнением разглядывал незнакомую мне местность. Вскоре окраины сменились деловым центром, и на горизонте появились многоэтажные здания. Под железнодорожными мостами спешили по своим делам вереницы автомобилей, подобных многочисленным муравьям. Десятки заводских труб коптили бездонное небо. На холме возвышались градирни ТЭЦ, опутанные высоковольтными электрическими проводами многочисленных трансформаторных подстанций. Жизнь здесь кипела в своем собственном ритме. Скрипнули тормоза локомотива, и поезд замер у бетонной платформы.

Первые полномочные гонцы мусульман в нашем лице ступили на тихую землю города Н-ска.

Мы с Емелей оказались в группе сопровождения наличных денег, которых набралось целых два саквояжа. Мы несли их по очереди. Туго стянутые пачки банкнот разного достоинства должны были в скором времени материализоваться в жилые дома и другую недвижимость для новой колонии мусульман. Вместе с местными верующими мы должны были воплотить в жизнь решение шуры о переселении. Тагут напирал на исламскую Сеть по всему фронту, особенно мощно в центре России, и потому этот тихий город был выбран весьма неслучайно. Здесь существовала многочисленная община мусульман, которая сумела наладить отличнейшие отношения с выборной властью. Мало того, верующие смогли образовать решающий депутатский блок и выдвинуть на пост мэра города своего тайного представителя, который победил на прошлых выборах. Глава самоуправления ввел в администрацию профессиональную команду мусульман. Так исламская Сеть, сконцентрировав точечное усилие на удаленном фронте, сумела продавить свою политику. Пока остальные джамааты отвлекали Тагут, в городе Н-ске тихой сапой победило правоверие.

Регион представлял из себя оплот ислама. Здесь компактно проживало несколько этнических мусульманских народов и новообратившиеся русские. Угрюмые горцы, темпераментные татары и хладнокровные русские вместе восседали на проповедях в мечетях и сообща решали все дела. Истинное братство не могло не победить окружающий куфр. В многочисленных населенных пунктах непременно располагались мечети и медресе. Сотни лучших выпускников покидали стены религиозных учебных заведений, «десантируясь» в округе и по всей стране. Они повсеместно несли свет Единобожия, проповедовали не щадя сил и призывая людей покориться своему Творцу. В любом, даже самом малом поселке или городке обязательно возвышался над другими постройками дом Аллаха. В области с неимоверной скоростью увеличивалось число правоверных, несмотря на многочисленные препятствия, которые чинил государственный Тагут через своих полномочных представителей. Вера людей росла прямо на глазах.

Новый глава самоуправления повел дальновидную политику, выступая в качестве буфера для федерального Тагута. Мэр прикрывал бурно разрастающуюся общину мусульман от всевозможных препятствий и вредительства государственных органов и спецслужб. Последние захлебывались от доносов, которые оседали в столице. После краткого противостояния в управленческом аппарате команда мэра вытеснила кафиров с контрольных точек правительства. Враг озлобился и ушел в глухое подполье.

Исламская Сеть годами целенаправленно взращивала еще несколько региональных джамаатов, способных сыграть ключевую роль после неизбежного развала России. Более благоприятного варианта для переселения не было. Вопрос создания мощной колонии должен был решиться в кратчайшие сроки. Времени было в обрез.

На перроне железнодорожного вокзала нас уже ожидали доброжелательные хозяева. Поезд встречали несколько представительных мужчин с пышными бородами. Небольшой кортеж ожидал нас прямо на перроне, что нисколько не смущало местных постовых.

Сразу бросалась в глаза лояльность органов правопорядка, в среде которых было много мусульман. От встречи на лимузинах с правительственными номерами радушные хозяева отказались из соображений безопасности. Ведь шпики многоликой Конторы не дремали, пытаясь повлиять на ситуацию и собрать весомый компромат на мэра.

Первым спрыгнул на перрон Емеля. Под черным пальто прятался короткоствольный складной автомат из партии, подаренной нашей службе безопасности сочувствующим полковником спецназа. В каждой моей руке было по внушительному чемодану, битком набитому деньгами. Часть средств, конечно, пойдет безналом, однако мусульмане опасались, что дроиды Конторы вычислят денежные потоки. Верующие постарались избежать перехвата денег и разоблачения, сократив риск до минимального.

Крепкий седовласый мужчина, которого мы ранее видели на фото, распростер объятия и по очереди приветствовал всех. Его младший товарищ в сером пуховике услужливо распахнул дверцу крайнего черного автомобиля, и чемоданы перекочевали на заднее сиденье. Обменявшись рукопожатиями, мы расселись по автомобилям, и кортеж сорвался с места. В машине наконец-то завязался долгожданный разговор. За запотевшими от морозца окнами авто заскользили улицы города.

— Мы переживали за вас, дорогие братья, — начал беседу седовласый. — Кстати, я не представился и не познакомил вас с моими братьями. Меня зовут Максим. Я — амир местного джамаата верующих. Это мой лучший друг и соратник Руслан. Он представляет интересы этнических родов мусульман.

Руслан кивнул головой в знак поддержки слов брата. Его благородное лицо буквально светилось от крепкой веры. Рослый горец смотрелся весьма молодо для своего уже почтенного возраста.

— Очень приятно, братья, — ответил Емельян. — Как у вас тут обстановка?

— Слава Аллаху, идем в гору. Тагут пытается давить, но пока все нормально. Общими усилиями мы совершили здесь прорыв. Насколько вы должны помнить, мэр города из числа наших мусульман. Это значительно развязывает нашим руки.

— Как вам удалось выиграть выборы?

— Очень просто, братья. Это результат двух факторов. Наш регион — самый верующий в России. Плотность мусульман и их влияние здесь весьма велики. Мы развернули массовый призыв и добились кое-каких результатов. Вторым фактором явились вы. Вам удалось стянуть на себя почти все силы и резервы Тагута, которому стало не до нас. Он буквально проспал ситуацию. А потом было уже поздно. Пока мы еще не лишились остатков демократии, нас не тронут. Но это время, судя по всему, уже Не за горами. У партии Сатаны нет другого выхода, как перейти к вооруженному столкновению. Их аргументы кончились и больше не действуют. Вся система социального рабства трещит по швам и рушится прямо на глазах. Как, впрочем, и страна.

— Думаешь, этот колосс рухнет? — недоверчиво переспросил Руслан.

— Очень и очень скоро. Надо бы успеть подготовиться, — подтвердил Емеля.

— Что-то не очень верится… — протянул горец, пожав плечами. — Государственный Тагут очень силен.

Против нас стоит такая машина. Орды войск готовы заполонить все.

— Это только так кажется, — вставил Максим, — на самом деле это стадо зверолюдей ни на что не способно. Они трусливы и боятся только кнута своих надсмотрщиков. Вся их система не стоит и ломаного гроша. Стоит начаться серьезному кризису, как Тагут треснет по швам. Вот увидишь, брат!

— Я буду молить Аллаха об этом!

Мы дружно засмеялись.

— Рано или поздно Россия развалится, — продолжил Максим. — Мировой аристократией готовятся несколько вариантов событий. Мощная Русь не нужна в первую очередь америкосам, которые хотят сокрушить Евросоюз. Нефтяная держава снабжает сырьем большую часть Европы. Например, весь промышленный потенциал Германии полностью держится только на наших газе и нефти. Стоит только отрезать тонкие стальные нити, как на Западе возникнет затяжной кризис, и ничто более не будет мешать полной гегемонии Штатов. Последние вовсю раздувают сепаратизм малых народов России. Америкосы снабжают все горячие войны против Москвы, чтобы иметь в распоряжении управляемый кризис. Если Кремль попытается «соскочить», то его ждет мгновенный развал.

— Поэтому нам надо подготовиться к беспорядкам и анархии, которые захлестнут северную Евразию. Централизованной власти скоро не будет. В такой обстановке будут решать автономные и решительные силы. Нам надо потихоньку выстраивать контуры мусульманского государства и вооружать маленькую, но грозную армии воинов Аллаха. Это самый благоприятный расклад для распространения ислама по континенту.

— Русский фронт глобального Халифата! — воскликнул Емеля.

Точно. Но для этого надо много потрудиться.

Максим похлопал ладонью по туго набитым саквояжам со словами:

— Это и многое другое должно нам помочь. А пока надо сконцентрировать здесь силы мусульман и добиться критической массы. Для того чтобы кафиры начали непроизвольно копировать поведение правоверных, нас должно быть выше одного — пяти процентов. Будем выстраивать мусульманский «скелет» в невежественном обществе. Только единым фронтом мы сможем добиться нашего присутствия во всех программах социума. И тогда автоматически начнется необратимая цепная реакция, вовлекающая в свою орбиту всех людей. Только собрав в одном месте бойцов партии Аллаха, мы сможем победить куфр. На местах не хватает коллективной энергии для разжигания огня Священной войны с многобожием. Так или иначе, не мы, так наши дети, все одно Тагуту осталось недолго. Но надо осознавать и другое, дорогие соратники и братья: смысл джихада состоит не только в воцарении божественных законов на земле, установлении наместничества человечества — Халифата, но и в проверке на вшивость. Эта грешная земля прежде всего испытательный стенд для людей, который раскрывает суть каждого. Достойные и недостойные разделяются на два потока. Каждому свое. Они не равны друг другу, и соответственно разным будет воздаяние. Все вокруг нас тленно, дорогие братья.

— Это точно, — произнес Емельян. — Ясно только одно. Что мы в любом случае обыгрываем партию Сатаны, удел которой оказаться в адском огне. Даже если они временно победят. А мы, воины Аллаха, пассионарии по духу и вере, оказываемся однозначными победителями. И особенно те из нас, кто падет на поле битвы. Шахиды попадут в рай, минуя Судный день. Разве это не прекрасно? Разве это не мечта любого из нас? О, Милостивый и Милосердный, позволь мне умереть павшим за веру!

Мои собеседники согласно закивали. Точно так же думал каждый из них.

— Будем надеяться на скорый приход имама Махди и повторное возвращение пророка Исы-Иисуса, — мечтательно произнес Емеля. — Приход этого спасителя избавит мир от нравственного падения, бесчестия, несправедливости, лицемерия и горестей. Он взойдет на самый высокий государственный пост. Его деятельность как в политической, так и в духовной сферах, а также мощная проповедническая миссия будут иметь огромный успех. Деятельность имама охватит весь мир, не ограничиваясь лишь одним кругом людей или регионом. Он будет вести великую идейную борьбу во всех сферах и по воле Аллаха сделает ислам господствующей религией во всем мире.

— Как мы узнаем его? — поинтересовался я, подавшись вперед.

— Пророк Мухаммад, мир ему и благословение Всевышнего, в своих достоверных хадисах очень подробно описывает все особенности Махди. В пояснениях улемов также содержатся важные сведения о нем. Он будет происходить из рода Мухаммада, мир ему. Он распространит подлинную мораль ислама по всему миру. Единобожие станет господствующим на земле. Махди очистит ислам от всех ересей и заблуждений, которые были внесены в него после смерти пророка Мухаммада, мир ему. Имам установит мир и благополучие на всей земле. Махди сплотит весь исламский мир, где не останется никаких течений и сект, и все верующие сплотятся под общим руководством. Все мусульмане признают его как своего лидера.

— Разве это возможно?

— Несомненно, — подтвердил Емеля. — Прежде всего Махди воссоздаст исламское единство, то есть подлинный союз всех мусульман. Затем, благодаря мощи объединенной Уммы, он установит господство подлинного ислама во всем мире. По мере исполнения этой миссии по воле Аллаха его правление обретет огромную мощь и власть. При этом Махди не будет рекламировать свои заслуги. Его величайшие свершения и деяния будут самыми яркими доказательствами и знамениями того, что появившаяся личность и есть этот долгожданный человек. В одном из достоверных хадисов нашего пророка, мир ему, сообщается, что люди «будут присягать на верность Махди, хотя он и не будет этого хотеть». Не он назовет себя Махди, но люди с неоспоримой ясностью признают в нем Милость и Знамение от Аллаха. Кафиры попытаются остановить его, но тщетно.

— Как сообщается нам в хадисах, — подхватил Максим, — когда пророк Иса, мир ему, вновь придет на землю, он будет действовать вместе с Махди. Эти два величайших человека объединят свои усилия и установят на земле господство Единобожия. Узрев Ису воочию, мир ему и благословение Аллаха, истинные христиане уверуют и примут ислам. Пророк Иса, мир ему, устранит Даджаля, то есть библейского Антихриста, который возглавит на земле все безбожные силы, а Махди будет помогать ему в этой борьбе.

— ИншаАлла! — отозвался Руслан. — Приход Даджаля — это самое серьезное испытание, брат.

— Как скоро это произойдет? — спросил я.

— Аллаху алем! — отозвался Максим. — Но мы полагаем, что время появления имама Махди и пророка Исы близко. Когда мы, иншаАлла, узнаем их, то немедленно присоединимся к армии Махди. По воле Аллаха мы включимся в великую благословенную и победоносную борьбу за установление на земле единой истинной веры нашего Господа. С нашей хиджрой уже все готово для того, чтобы сразу встать под их флаги. Аминь!

Мусульмане замолчали, каждый думая о своем месте в этом мире.

— Сейчас приедем на место и будем реализовывать наши планы, — нарушил тишину Максим. — Впереди много серьезных проблем и препятствий, самое главное из которых — обеспечить скрытность массового переселения людей. Мы должны в кратчайший срок сконцентрировать здесь первый эшелон, оставив в тылу Тагута диверсионные отряды.

— По мнению наших аналитиков, в связи с предстоящими лишениями самым оптимальным жилищем является частный дом, — вставил Руслан. Может произойти все, вплоть до отключения электроэнергии, газа и воды. Этого можно ожидать всегда. Семьи верующих должны быть максимально защищены и подготовлены ко всему. Поэтому, согласно специальной программе муниципалитета, мы бросили большие деньги на строительство пригородных поселков городского типа и значительно расширили окраины. В результате цены на жилье значительно упали. Спроса нет. Наши риэлторы уже ждут команды скупать недвижимость. Думаю, мы сможем взять еще по старым ценам.

— Отлично, как с регистрацией и пропиской беженцев? — спросил Емельян.

— Обижаешь, брат, — отмахнулся Максим, — устроим всех.

— Тогда немедленно приступаем, и надо будет отзвониться Гавриилу в центр.

— А сейчас, дорогие путники, поехали в мечеть, где уже накрыт стол, — улыбнулся Руслан, вращая руль автомашины.

— А как же наши планы? Надо немедленно приступать! — озаботился Емельян.

— Успокойся, брат! Мы тут сами без тебя как-нибудь, — понимающе похлопал по плечу Максим. — Мы же у себя дома. Все уже готово. Нужные люди ждут сигнала.

С этими словами он достал из кармана миниатюрный мобильный телефон. После второго гудка трубку сняли.

— Салам алейкум, брат! Это я, Максим. Узнал? Как дела? Ждешь команды. Так вот, братья приехали и сильно волнуются за нас. Не подведем? Нет? Ты точно уверен? Тогда всем команду. Начинаем!

Этому городу еще предстояло сыграть свою ключевую роль в переломном моменте жесточайшей битвы Единобожия с Тагутом. Современные ансары ждали своего часа, чтобы объединить свои пламенные усилия с переселившимися мухаджирами, сконцентрировать в кулак неимоверную мощь, которая должна сокрушить многобожие. Нахлынувшей волне ислама предстояло смыть плотину, наспех воздвигнутую партией Иблиса. Голубоглазый «северный медведь» еще только начал возиться в своей берлоге, но окрестности уже задрожали от предстоящих сакральных событий.

(Глава 20) Возмездие

Будет еще то, что вы любите: помощь от Аллаха и близкая победа. Сообщи же благую весть верующим.

КОРАН (61:13)

Коротыш Коротышевич засветился далеко не случайно. Убийца Хамзы рано или поздно должен был запутаться в грандиозном неводе, который раскинулся по всему городу, отлавливая нужную рыбку. Правда, последняя обладала не одним десятком острых как бритва зубов в несколько рядов. Однако рыбаки оказались на редкость способными малыми. Они шарили в мутной воде стальными рукавицами. Современные технологии поисков отличаются особой тщательностью мельчайших деталей. Особенно внимательно изучался почерк преступления, его особенности и нюансы. Установление личности наемников не составило особого труда. Началась кропотливая работа по выявлению заказчиков преступления. Левша буквально рыл землю в поисках следов убийц бывшего старшего следователя. Он не жалел ни денег, ни связей, давя на многочисленные педали. Его знали и уважали во всех проекциях социального монстра.

Наконец верхушка организованной преступности собралась на военный совет, который должен был внять настойчивым просьбам Трояна. Был установлен солидный гонорар за голову Коротыш Коротышевича. Шариатский суд заочно приговорил убийц Хамзы к смертной казни. Дальше — дело техники. В тот же вечер сотни сомнительных личностей и боевиков получили соответствующие инструкции. Красавицы досугов, сутенеры, карманники, лохотронщики, мошенники и другие представители преступности за солидное вознаграждение с несколькими нулями бросились на поиски убийц Хамзы. Результат не заставил себя ждать. Специально созданная Левшой мобильная бригада отрабатывала все возможные варианты. Наконец они вышли на долгожданную цель. Последовала цепочка звонков. Последним абонентом была молодая зеленоглазая женщина. Она активировала связь и доложила:

— Здравствуйте. Я по поводу оплачиваемого заказа.

— Все верно. Услуга платная. Ее стоимость устроит вас. Говорите.

— У меня есть интересующая вас информация. Вероятность сто процентов.

— Мы гарантируем выполнение данных обязательств.

— Тогда слушайте. Субъект находится по адресу…

Было еще очень рано, однако ведомый привычкой Коротыш раскрыл глаза и осторожно сел на мягкой двуспальной постели. Спящая рядом златокудрая женщина с точеной фигуркой слегка пошевелилась, сладкий сон не выпустил ее из своих цепких объятий. Аферист на некоторое время легендировался под возлюбленного дочери богатенького папочки, который являлся генеральным директором крупного фармакологического концерна. Они познакомились в ресторанчике недавно, однако это не помешало наладить довольно тесные отношения. Незамужняя женщина проживала одна в хорошо обставленной уютной квартирке элитного дома в центре города. Она была инициатором их связи, интуитивно ощущая в своем возлюбленном первобытную силу настоящего хищника.

Мужчина мельком глянул на часы. Он и без этого знал, который сейчас час. Коротыш Коротышевич нырнул под струи холодного душа и, насухо вытершись, бесшумно надел спортивную форму. Тихонько скрипнула металлическая дверь, и поджарая фигура вышла на лестничную площадку. Впереди ожидала утренняя пробежка по свежему воздуху, еще не изгаженному выхлопами автомашин и городских предприятий. Пока тело ритмично отсчитывает километры, мозг виртуоза не менее четко выстраивает далеко идущие планы. Ему предстояло сделать еще многое в этом городке. Для начала патрон укажет новую цель. Посчитать варианты диверсии — дело времени и техники. И того и другого у него навалом. Судя по всему, Силби-младший шутить не любит.

Это хорошо, что Коротыш неплохо устроился под крылышком у очаровательной леди. А то могут вновь закинуть в глухую дыру без комфорта и уюта. И будешь скакать по жаре или дикому холоду. Планета велика, работы хватит на всех и на всю жизнь. Коротыш собирался протянуть еще пару десятков лет. Опасно? Конечно! Дружи с головой, и все будет в порядке. Бесценный опыт накоплен путем проб и ошибок. Но ему повезло: многих из его товарищей уже нет в живых. Ну да ничего, все мы там будем.

Не успел «спортсмен» спуститься на половину пролета, как навстречу шагнула пара безликих фигур. Они молча и неотвратимо, как полноправные представители злого рока, поднимались по лестнице. Коротыш мгновенно почуял неладное. Он повернул голову назад и увидел еще две неумолимые тени. Все, это конец! На улице, у самого подъезда, с работающим двигателем стоял белый микроавтобус, ожидая развязки. Аферюга расправил плечи, еще раз оглядев Левшу. Пришли профи высочайшего класса. Значит, оценили по достоинству. Но всегда есть выход. И он всегда уходил нестандартными методами. И сейчас тоже уйдет. Нетрадиционно.

Коротыш Коротышевич усмехнулся своим собственным мыслям и спокойно надкусил ампулу со смертельным ядом, вшитую в ворот его рубашки.

(Глава 21) Охота на популяра

Веруйте в Аллаха и Его Посланника и сражайтесь на пути Аллаха сбоин имуществом и своими душами. Так будет лучше для вас, если бы вы только знали.

КОРАН (61:11)

После массовых арестов мусульман, связанных с перестрелкой в соборной мечети и «найденным» складом оружия, несколько особо ретивых «рэксов» призывали Тагут раз и навсегда покончить с правоверными. Видный политик проправительственной фракции Марк Давидович, который по совместительству возглавлял богатейшую промышленную группу, состоящую из нескольких крупных предприятий, начал публичную травлю ислама. Дешевый популяр решил поднять свой пошатнувшийся рейтинг репрессиями против мусульман. Заодно не помешало бы выслужиться перед государственным Тагутом. Лакею по призванию лизнуть закон — «святая» обязанность. Политический воротила публично от лица своих избирателей-зомби призвал к тотальному преследованию верующих и запрету исповедания ислама. Мистер Давидович выступил с «общественной» инициативой по реставрации смертной казни для мусульман за сопротивление закону.

Неизвестные лица начали активную разработку вышеназванного псевдопопуляра, дабы остановить общую тенденцию и остудить пыл наиболее агрессивных «овчарок». В ход пошли все приемы, начиная от графиков передвижения и встреч с потенциальными избирателями и завершая банальной прослушкой сотовой связи. Виртуозы правоверных вплотную занялись жертвой, имея далеко идущие намерения. Марк Давидович славился своей непримиримостью и тем, что провел через Думу закон об ужесточении мер по борьбе с исламом. Теперь мусульман при минимальной доказательной базе можно было закрывать на большие сроки заключения и вообще казнить, нарушая мировое законодательство. Нейтрализацией депутата убивалось сразу несколько зайцев. Самым значимым фактором было ослабление влияния Конторы, стоящей за мистером Марком. Плюс значительное устрашение политической группировки воинствующих кафиров.

Служба безопасности крупного политика опиралась на прикормленных секьюрити, которые «крышевали» и стерегли всю промышленную группу. Возможности охранного агентства были велики, начиная с количества привлеченных бойцов и завершая связями в силовых ведомствах. Генерал регионального управления внутренних дел видел в Марке Давидовиче своего лучшего друга, который не раз решал серьезные вопросы в правительстве. Однако, как после оказалось, никакие связи не помогли предотвратить похищение.

Для наружного наблюдения, с целью выявления охраны и наиболее благоприятных условий для захвата «народного» избранника, Левша направил две независимые мобильные группы, каждая из которых была оснащена по последнему слову техники. Профессионалы провели слежку на все пять с половиной баллов, ничем не выдав своего присутствия. Впрочем, один раз они серьезно просчитались, когда помощник депутата обратил внимание на подозрительных лиц, оккупировавших округу. Особенно пристальное внимание уделялось жилищу народного избранника. Левша лично побывал в окрестностях элитного дома с внутренней охраной и даже сумел незамеченным проникнуть в подъезд. Он прикинул наиболее благоприятные места для засад с сектором обстрела и спустя сутки, после тщательной разработки плана, вывел его на бумаге. В единственном экземпляре.

Поздним вечером немногословный Левша вышел прогуляться по безлюдным улицам города. Свернув в парк, он достал свой спутниковый телефон и набрал известный ему одному номер. Спустя несколько секунд в трубке послышался ровный мужской голос.

— Салам алейкум, брат Гавриил. Это я, — поздоровался громила. — С нашей стороны все готово к запланированной операции.

Телефон преобразовал цифровой сигнал в шифро-код и стрельнул в сторону ближайшего спутника. На том конце «провода» с неимоверной скоростью, которая никак не исказила разговор, произошла обратная замена. Поэтому при всем желании посторонний слушатель не смог бы выяснить предмет разговора, несмотря на технический перехват канала. Количество любителей подслушать чужие разговоры росло с каждым днем в геометрической прогрессии, как на дрожжах. Съемом информации в наше неспокойное время занимались все, кому не лень. Комплексы по прослушиванию сотовой и спутниковой связи имели спрос не хуже квартир в центре города и, несмотря на свою космическую стоимость, реализовывались на ура. Некоторые «серые» фирмы открыли новый вид бизнеса, который предлагал платные услуги распечатки переговоров заказанных телефонных номеров. Жены читали диалоги своих благоверных с их любовницами, начальство цитировало подчиненных, продающих хорошие контракты левому клиенту, спецслужбы разрабатывали потенциальных преступников, а теневые воротилы ловили своих коллег на тайных переговорах.

— Малейкум ассалам, брат Левша. Жди разрешения. Пока добро не даю.

— Теряем хорошую возможность. Все готово. Завтра могут произойти необратимые изменения.

— Ждем!

— Вероятность падает. Я снимаю с себя все гарантии стопроцентного результата…

На этом связь разорвалась по инициативе амира правоверных. Левша покачал головой, сложил телефон и пошел по аллее прочь.

Имам союза джамаатов задумчиво отвернулся от окна и отложил телефон в сторону. Красочная картина гигантского города раскрылась перед ним. Сонный мегаполис лежал под ногами, ожидая невидимых жесточайших сражений, которые пройдут во всех проекциях миров. В прямом и переносном смысле. Теперь ему надо сделать так, чтобы никакие шестерки Иблиса, да будь он проклят во веки веков, не смогли помешать грандиозным замыслам мусульман. Предстоящая контратака с захваченного плацдарма начнется завтра с выведения из игры одной ключевой фигуры. Белая ладья берет черную пешку. Утром. Одним ударом. Синхронно с этим в бой вступают «боевые» клерки — специалисты экономических войн. Под видом собственных управленческих решений несколько гигантов резв ко сменят рыночную политику. Это тоже из раздела войн, только финансовых, где вместо танков — компьютеры, а пехоту заменяют люди в черных пиджаках, с кожаными папочками. К вечеру серьезные проблемы начнутся на нескольких градообразующих предприятиях, отрезанных от жизнеобеспечения энергетическими монополистами. Если все правильно рассчитать, то заводики встанут. Сорвутся серьезные заказы. Пострадают деловые интересы и репутация. Люди выйдут на улицы, требуя зарплату. Банки как по команде откажутся выдавать очень нужные кредиты. Средства массовой информации, прикормленные троянами популярны и их карманные общественные движения начнут визг, который будет услышан кем надо. Как из рога изобилия посыплются проверки всей плеяды надзорных органов. Мэр столицы открестится от всего и будет пытаться пойти на переговоры с кем угодно, лишь бы удержаться в кресле на следующий срок. Иначе злопамятные избиратели не проголосуют.

С этими мыслями Гавриил набрал засекреченный номер Трояна и спустя несколько мгновений услышал его бодрый голос:

— Да, дорогой, я слушаю те.

— Узнал по номеру?

— Конечно. Какие мысли терзают лидера правоверных?

— Проклятые кафиры обкладывают нас со всех сторон.

— Ерунда. На нашей стороне сам знаешь Кто. Он нас в обиду не даст. Если это только не очередное испытание.

— Ты и твои боевые «клерки готовы к началу операции?

— Спим и видим, — усмехнулся Троян на том конце связи. — Наконец-то. Я так долго шифровался, что даже порою забываюсь.

— Неудивительно.

— Руки чешутся!

— Не торопись, успеешь еще.

— И да поможет нам Аллах!

— Хвала Ему!..

Но глупо рассчитывать на гладкую победу. Поэтому сейчас надо приготовиться и на первые сутки отвести внимание от предстоящей акции с депутатом каким-нибудь ярким событием. Надо отвлечь общественность и погасить резонанс. Пойдут вторичные волны, но будет поздно, развернется пружина запущенного в ход сценария. Под шумок. Кто или что будет громоотводом?

(Глава 22) Город Н-ск

Или вы полагали, что войдете в Рай, не испытав того, что постигло ваших предшественников? Их поражали нищета и болезни. Они переживали такие потрясения, что Посланник и уверовавшие вместе с ним говорили: а когда же придет помощь Аллаха?» Воистину, помощь Аллаха близка.

КОРАН (2:214)

Лидер джамаата города Н-ска не подвел нас. Современные ансары приготовили масштабный по своей задумке экономический план, который должен был воплотиться в ближайшие месяцы. Все понимали, что впереди ждут грандиознейшие события. Каждый из правоверных чувствовал это своим нутром, и подстегивать не приходилось никого. Любой мусульманин сконцентрировал усилия на своем месте.

Местные условия и теплый климат позволяли переселенцам наладить быт в кратчайшие сроки. Домов всем семьям не хватило, но ансары гостеприимно распахнули двери своих собственных жилищ. Сотни беглецов прибывали каждый день на разных видах транспорта.

Десятки наших подставных «туристических» агентств перебрасывали сюда массовые экскурсии, часть народа добиралась сама, многие просачивались поодиночке. Поток приезжих шел с трех направлений. В общей сложности готовилось несколько тысяч мест, и городок поглотил всех. Переселенцы покинули самые «горячие» места страны, где Тагут злобствовал наиболее сильно, оставив «призраков», мимикрировавших под многобожников. Последние от души проводили всевозможные диверсии, начиная с экономических и завершая давлением на опорные точки социального монстра. Партизанская война завязалась не на шутку, создавая видимость массового противостояния и отвлекая неверующих, в то время как почти все роды уже покинули насиженные места.

Некоторая часть верующих просто перебралась в более тихие области. Российская часть уммы не решилась «складывать все яйца в одну корзинку». Будущее в длани только Аллаха, и поэтому отрабатывались все варианты, в том числе и самый трагический.

Особо пристальное внимание проповедники города Н-ска уделяли многочисленным близлежащим войсковым частям. Путём разнообразнейшего воздействия удалось добиться того, что призванные на службу местные верующие оставались в регионе. В казармах были устроены молельные комнаты и мечети. В каждом полку был свой духовный лидер и проповедник. Число офицеров, которые были призваны в ислам, увеличивалось в арифметической прогрессии. Количество местных контрактников умножилось на порядок. Голубоглазые бородачи примеряли камуфлированную форму и чистили оружие.

Трояны всех уровней остались в теле Тагута с целью дальнейшего перераспределения финансовых ресурсов в пользу мусульман. Они также являлись, по сути, разведчиками и агентами влияния, пытаясь добиться нужных для правоверных политических и административных решений. «Призраки» влезали в схемы неприятеля, перехватывали их или рушили управление. Объединенные некой многомерной диверсионной сетью, трояны играли на внесение разлада в общий оркестр Тагута, который и так издавал страшную какофонию. Все рушилось, скрипя шестернями карательного механизма. Хитроумные клерки бойкотировали опасные тенденции, саботировали программы по давлению на мусульман и задвигали свои собственные планы жизнеустройства. Контора, уподобившись медузе Горгоне с множеством голов, пыталась выклевать из тела Тагута опаснейшие вирусы, но те оперативно скрывались, подставляя многобожников. Террор и подозрительность раздулись в аппарате государства до такой степени, что чиновники боялись принимать даже самые безобидные решения. Они опасались, что их припишут к саботажникам.

Трояны проводили свою независимую политику, по сути формируя напрочь отсутствующую оппозицию. В ход шли подпольные газеты и листовки, вещание мобильных передатчиков и стук матриц типографий, интернет-салоны и сайты в интерактивном пространстве. В тылу Тагута с неимоверной силой разгорелась битва.

Системные «призраки» не только вредили рабовладельческой машине, но агрессивно призывали активную молодежь, используя все доступные методы. Еще не до конца пораженная вирусом многобожия, молодость нутром чувствовала, на чьей стороне правда, и примыкала к партии Всевышнего целыми группами. Богобоязненные мальчики с компьютером в одной руке и компакт-дисками Корана в другой проворачивали массовые акции. Иногда их касалась карающая косилка социума. И тогда, разбрызгивая свежую кровь, под откос летели сломанные юные судьбы, но ангелы уже ожидали павших за веру с райскими саванами и благовониями.

Международная обстановка накалилась до предела. Чувствуя, что бывший гигант завяз в борьбе с ветряными мельницами, окружающие демонические государства совсем обнаглели — бросились кусать «медведя» за самые слабые места. Не в силах усмирить беспокойных соседей, монстр уступал жизненное пространство, что еще больше усугубило его положение. Обстановка в зоне влияния замерзшего северного колосса привлекла рассерженное внимание глобальной пирамиды управления, которая накренилась от очередного удара этнических правоверных. Последние долбили ее в хвост и в гриву, жертвуя своими жизнями. Противостояние с «золотым миллиардом» наращивало свои обороты по всем мирам, закручивая тугую пружину планетного маховика. Тот, рано или поздно, должен был произвести выброс накопленной энергии в окружающее пространство, что являлось предвестником предстоящего сакрального сражения. Мировому Тагуту и так было некогда помогать своему локальному вассалу. Он прочно увяз в перманентном сражении по всему спектру человеческих отношений.

Сакральный пульс планеты звучал с каждым мигом все отчетливее. Каждая сила со своей стороны вводила в бой все новые и новые полки, стараясь переломить ситуацию. Бесконечные орды многобожников, подстрекаемые демонами всех мастей против стройных рядов мусульман с богобоязненными глазами. Предопределенное время неминуемо приближалось.

(Глава 23) Методы оппозиции

Сражайтесь на пути Аллаха с тени, кто сражается против вас, но не преступайте границы дозволенного. Воистину, Аллах не любит преступников.

КОРАН (2:190)

Ведущий журналист центральной газеты смаковал свою будущую статью. Находясь в состоянии охотничьей эйфории, он обладал гигантской трудоспособностью, что не раз выдвигало его заметку на первую полосу. Писака имел тончайший нюх на сенсации, которые кормили, поили и одевали его. На этот раз вся думающая общественность будет в шоке, ведь в его руки попал мощнейший компромат убойной силы. Конечно, пострадают люди, некоторые лишатся своих кресел, кого-то посадят или привлекут к административной ответственности. На то она и пятая власть, чтобы периодически показывать свои зубы. Пусть считаются, боятся и лебезят.

С этими мыслями журналист включил свой персональный компьютер и, несмотря на поздний час, принялся стучать по клавиатуре машины, отбивая длинный список предстоящих приговоров. Этот источник информации никогда не подводил, периодически подбрасывая жареные факты. На экране росла будущая разоблачительная статья с громким заголовком: «Ислам рвется к власти…»

На столе перед представителем газеты лежала тонкая черная папочка с машинописным текстом. Несколько смертельно опасных листочков. Они придадут ближайшему выпуску особый колорит и принесут баснословный рейтинг, который несколько упал ввиду острейшей конкуренции на бумажно-информационном рынке. Последнее время появилась масса красочных, но пустых изданий, которые оттянули на себя часть покупателей. Ситуацию надо исправить, перетянув одеяло на себя. Помочь может только сенсация. Так сказал главный редактор. Он знает, что говорит. Нужна информационная бомба, и она будет.

За окном скрипнули шины подъезжающего автомобиля. Хлопнули закрываемые дверцы, и в подъезде послышались тяжелые шаги, которые неотвратимо приближались. Стук ботинок прекратился. Внезапно в дверь позвонили. Журналист вздрогнул и нехотя пошел поглядеть в глазок. Кто бы это мог быть так поздно?

На лестничной площадке стоял улыбающийся молодой человек в черном пальто. Писака не знал его в лицо, поэтому помялся у двери, но открывать не стал. Он удалился в глубь комнаты на цыпочках, не понимая, что в окне ярко горит свет, выдавая присутствие хозяина. Впрочем, мешать они ему не собирались, не хочешь — не открывай. Визитер улыбнулся своему невидимому товарищу и достал из кармана инвертор дверного глазка, который приложил к выступающей линзе.

— Ушел, — негромко буркнул улыбчивый парень.

— Пройдем, навестим дружище, — эхом отозвался серьезный напарник в кожаной куртке.

В замочной скважине шевельнулся и выпал ключ хозяина квартиры. Четыре раза щелкнул замок, и дверь отворилась. Перед нежданными гостями предстал до ужаса испуганный писака, который от переполнявших чувств даже не смог вскрикнуть. С секунду он стоял, парализованный наглостью ночных визитеров, пока ближайший из них не сгреб его. Сопротивления, естественно, не было.

— Показывай, где тут у тебя бумаги? — поинтересовался Весельчак.

Ответ пришел сам собой. Угрюмый склонился над экраном монитора и прочитал название статьи.

— Громко сказано, но не вовремя. И совсем не про тех лиц, — ровным голосом произнес Весельчак. — Отпусти журналиста. С ним надо провести профилактическую работу.

Писака рухнул на ковер.

— Хочу поведать тебе несколько элементарных вещей, — продолжал улыбчивый парень в черном пальто. Он деловито пододвинул стул и уселся на него задом наперед. — Ты залез в очень опасную сферу, за неправильное поведение в которой зачастую откручивают голову. В этих игрищах надо четко осознавать дозволенную грань. Пиши ради Бога, но знай меру. Теперь второе. Предоставленный тебе материал все равно был бы остановлен на каком-то этапе, будь это рядовой борзописец либо главный редактор. Если надо, мы скупим весь тираж до единого экземпляра. Поэтому не кори себя зря….

Когда нежданные гости удалились, писатель осторожно встал и выглянул в коридор. Никого. Дверь закрыта ключом. Из комнаты послышался громкий писк компьютера, и на экране появилась небольшая надпись: «Форматирование дисков закончено».

Молодой парень в сером пальто вышел из лимузина, притормозившего напротив управления внутренних дел. Водитель остался ожидать своего пассажира в автомобиле. Последний сунул кожаный портфель под мышку и не спеша направился в сторону парадного крыльца, на котором курили несколько сотрудников в форме. Они покосились на гостя и продолжили свои занятия, беседуя друг с другом. Молодой прапорщик на вахте выдал заранее приготовленный и подписанный самим Генералом пропуск. Он внимательно пригляделся к, судя по всему, важной птице, стараясь запомнить его в лицо.

Миновав лестницу, ведущую на второй этаж управления, Троян нашел нужную ему дверь приемной и зашел, широко улыбнувшись молодой секретарше. Последняя с интересом воззрилась на привлекательного парня крепкого вида.

— Мне назначена встреча в девять ноль-ноль. Прошу доложить, — молвил Артур.

— Как представить? — поинтересовалась референт.

— Скажите, что по поводу интересующей его информации. Генерал знает и уже извещен. Кстати, удачная прическа…

Девушка стрельнула в парня изучающим взглядом и ответила:

— Вы уверены?

— Несомненно.

Улыбка коснулась накрашенных губ, Вербовка проведена успешно. Свой человек у подножия государственной наковальни не помешает.

С этими мыслями Троян потянул на себя первую дверь тамбура, за которым располагался огромный генеральский кабинет. Подтянутый хозяин апартаментов поднял голову и встал с места. Молодой человек подошел поближе и пожал протянутую руку. Он бывал здесь уже не раз, принося в кожаном портфеле интересные сведения. Гость уже несколько лет курировал управление и связанные с ним государственные ведомства. Впрочем, легче сказать, чего он не опекал в этом городишке.

— С чем пожаловал на этот раз?

Вместо ответа Троян раскрыл кожаный портфель и положил на стол тоненькую пластиковую папочку.

— Что здесь? — спросил генерал МВД, покосившись на материалы.

— Первое: несколько дней назад в наш регион прибыла интернациональная преступная группа профессиональных убийц с неизвестными пока целями. Наверняка они отрабатывают уже оплачиваемый заказ. Профи такого уровня могут сильно попортить нервы, устроив террористический акт. Это может серьезно сказаться на карьере некоторых. Второе: здесь серьезный компромат на известную финансово-промышленную группу. Махинации с векселями и зачетами по энергоресурсам. Уголовное дело и еще одна большая звезда на погоны.

Генерал МВД нахмурился и потянул папочку на себя. Минуту он изучал несколько тоненьких листочков и сказал:

— Разберемся.

— В идеале можно предотвратить правонарушения превентивными методами. Например, устроить проверку документов и тайное наружное наблюдение. Кстати, есть неплохой повод отличиться и утереть нос Безопасности, которая уже начала оперативно-розыскные мероприятия. Сами понимаете, что лишний укор от конкурентов не нужен.

(Глава 24) Похищение политикана

Вам предписано сражаться, хотя это вам неприятно. Быть может, вам неприятно то, что является благом для вас. И быть может, вы любите то, что является злом для вас. Аллах знает, а вы не знаете.

КОРАН (2:216)

Под окнами уже десять минут ожидал черный автомобиль представительского класса. Марк Давидович выглянул в окно и, сделав последний глоток кофе, направился в прихожую. Последняя молодая подстилка, как обычно, вышла проводить патрона. Она поправила ему галстук, помогла накинуть пальто и поцеловала в надушенную щеку. Важный политик подмигнул ей и направился на улицу.

В сотне шагов от депутатского лимузина стояла неброская легковушка с тонированными стеклами. Когда хлопнула подъездная металлическая дверь, водитель Марка Давидовича завел двигатель и плавно тронулся с места, имея намерение поближе подъехать к своему шефу. Однако внезапно скрипнули колеса доселе безмолвной легковушки, которая резко рванула и за секунду достигла фигуры ничего не подозревающего политикана. Последний ничего не успел сообразить, а тем более предпринять, когда рядом нарисовались две плотные фигуры. В руках бойцов появилось оружие. Один за другим послышались два выстрела из помпового ружья. Бронебойная картечь насквозь пробила руку шофера, мгновенно превратив ее в кусок окровавленного мяса. Пистолет выпал из ладоней телохранителя. Он дико взвыл и от болевого шока потерял сознание.

Один из нападающих пнул пистолет водилы в сторону и схватил за шкирку отупевшего Марка. Последний нисколько не сопротивлялся. Его буквально впихнули в легковушку. Хлопнули дверцы автомобиля. Через мгновение машина похитителей ринулась с места и скрылась за поворотом. В салоне запахло человеческими испражнениями. Левша сморщился и брезгливо отвернулся в сторону.

Контрольный стрелок на крыше дома напротив аккуратно проследил за всеми разворачивающимися событиями в оптический прицел и принялся не спеша собирать в чемоданчик дорогостоящее оружие. Его услуги не понадобились. Группа справилась сама. Очень хорошо. Снайпер сложил винтовку и спустился вниз, где его ожидал красный автомобиль. «Стрелок сунул чемодан под сиденье и набрал номер телефона.

— Второй на связи. Все хорошо. Они выехали.

— Встречаем, — отозвался координатор и перезвонил другому исполнителю:

— Поехали!

Белая легковушка с тонированными стеклами миновала кольцевую дорогу и на большой скорости залетела на длинный мост через реку. Группа слегка нервничала, ожидая погони, которой быть не могло. Все чисто, свидетели не сумели разглядеть номер и марку автомашины преступников, поэтому органы правопорядка нанесли несколько ударов в пустоту и не успели вовремя отреагировать. Однако следовало подстраховаться.

Позади скрывающихся ходко катил серебристый джип с двумя крепкими парнями. Сидевший на пассажирском сиденье мужчина держал по мобильному телефону в каждой руке. Один телефон зазвонил, и в трубке послышался голос Левши:

— Как там у вас?

— Идем за вами.

— Все, ребята, тормози.

— Понял.

Спустя несколько мгновений машина с тонированными стеклами перелетела через отбойную тумбу моста и, зацепившись за металлические перила, полетела вниз. Холодная вода приняла в свои объятия кусок металла. Тонкая корка льда разошлась в стороны, и пошли большие белесые круги. Послышалось шипение, и на поверхность всплыли пузырьки. В прямом и переносном смысле концы в воду. Теперь вряд ли будут искать, жертвуя здоровьем водолазов. Тем более, судя по карте, здесь не меньше десятка метров глубины. Течение затащит машину под мост, где она пролежит до весны. Или до тех пор, пока река не сменит русло.

Серебристый джип притормозил, подхватывая три фигуры. Пассажир вездехода позвонил со второго аппарата, который все это время был на связи, и буркнул:

— Говорит третий. Все. Машина под водой.

— Вас понял. Спасибо за работу. Сворачивайтесь по плану.

— Хорошо. Приступаем к отходу на исходные позиции. Конец связи.

Гавриил повертел трубку мобильного телефона и набрал номер Трояна. Он прокашлялся и начал разговор:

— Мир тебе, дорогой брат! Начинайте.

— С Богом? — спросил ровный, уверенный голос Артура.

— Все как планировалось. Мы взяли болтливого свиноеда. Информация проверенная. Другие варианты полностью исключены.

— Как прошла операция?

— Силами брата Левши. Машина на дне реки. Цепочка разорвана.

— Ну тогда понеслась…

Троян задумчиво отложил телефон и отбил пальцами барабанную дробь по столу. Рука потянулась к стакану с натуральным грушевым соком. Итак, началось. Оркестр расставлен по местам, ожидает взмаха дирижерской палочки. Одинокая скрипка разрезала плотную тишину резким визгом. Первая нота была сыграна, вторая плавно вошла в начало будущей симфонии, в которой он дирижер и диджей.

Надо срочно бить дальше, целясь в глаза и голову куфра. Особенно в голову, пытаясь достать мягкий мозг, скрытый за непробиваемой черепной коробкой. Начнем. Настала пора второго инструмента. Брат Троян позвонил посреднику:

— Алло, это я. Приступаем к оговоренным вчера действиям. Лично свяжись с генеральным директором монополии и проконтролируй его дальнейшие ходы. Он обязан предоставлять тебе всю текущую информацию. Можешь принимать непосредственное участие в переговорах с руководителями предприятий-доноров. Официально со вчерашнего дня ты принят в штат на должность коммерческого директора. Приступай.

Второй звонок последовал очередному посреднику:

— Доброе утро. Ждешь? Настало время. Выезжай в головной офис банка, тебя встретит сам упавляющий. С этого момента ты там самый главный Все будут слушать твои распоряжения и рекомендации. Предварительная схема известна и просчитана на порядок. Используй все доступные ресурсы, но не забывай, что несешь полную ответственность за свои ходы. Цель ясна? Удачи!..

Третий звонок занял минуту:

— Мир тебе! Где съемочная бригад? В ожидании? Отлично! Сценарий у тебя готов. Приступай! Всё без изменений…

— Салам! Запускай своих дроидов. Пусть кидаются по контрольным точкам!..

— Это я! Узнал? Слушай, дорогой, проведи пару трестов! В знак нашей старой дружбы… Не бойся, у меня сканер телефонной линии. Нет, не прослушивают. Что делать с взятыми под стражу? Ничего особенного, просто подержи их в клетках пару дней. Расчет как обычно…

Череда звонков, сопровождающихся некими инструкциями, продуманными до мелочей, затронула мощные струны отрегулированного инструмента — смывного бачка, куда будут сливать спесь кафирови отрезанные куски противостоящей армии Тагута. В принципе операция стандартная, ничего нового не изобретено. Резкий толчок, и началось раскачивание структуры неприятеля. Заскрипели качели. Предъявить скупленный через посредников долги, акции и обязательства, дать указание пятой колонне и оппозиции для проведения экономических диверсий в стане противника, нацелить внешние силы на штурм, распустить компрометирующие слухи, которые заставят осторожных партнеров попридержать сделки и выполнение контрактов. Карточный домик рассыплется сам собой. Дальше подхватит пресса и другие масс-медиа, ведь нужные материалы направлены сразу по нескольким адресам.

Серебристый джип не останавливался до самой конечной точки. На дорогах никто из законников не проявил никакой активности. У глухого дачного поселка машина сбавила скорость. Спустя миг вездеход заехал во двор через высокие металлические ворота. Скрипнули ставни, и ворота тюрьмы для Марка Давидовича закрылись до лучших времен. Последнего бесцеремонно схватили за волосы и потащили на второй этаж, где молодой человек с длинными космами уже настраивал свою аппаратуру.

Политикан был раздавлен психологически. Он плел околесицу, извинялся перед людьми за свои некогда пылкие речи и откровенно трусил. Репортаж уже ожидали нужные люди из всех доступных мусульманам средств массовой информации. Цифровая камера в упор снимала его обрюзгшее лицо и бегающие глазки. И впрямь свинячьи.

(Глава 25) Исламская сеть

Они не станут сражаться с вами вместе, разве что в укрепленных селениях или из-за стен. Меж собой у них жестокая вражда. Ты полагаешь, что они едины, но сердца их разобщены. Это — потому, что они являются людьми неразумеющими.

КОРАН (59:14)

На парадное крыльцо великолепного небоскреба из стекла и бетона, принадлежавшего крупной российской финансовой корпорации, которая проплачивала борьбу с мусульманами, ступила нога дипломата. Под черным пальто — деловой костюм, галстук на золотистом зажиме и лакированные ботинки. Молодой мужчина осторожно нес в своих руках большую картонную коробку, обклеенную международными почтовыми этикетками и марками. Посыльный с трудом протиснулся сквозь стеклянную вертушку и, оказавшись в холле, прямым ходом направился на пост охраны.

— Здрафствуйте, — поприветствовал с ломаным акцентом иностранца.

Стражники в униформе покосились на посылку. Самый старший из них удивленно поинтересовался:

— Что это?

— Подарок вашему шефу, — улыбаясь, отозвался дипломат, выговаривая слова с заметным искажением.

— Откуда?

— Доставлен дипломатической почтой прямо с самолета. Даже в посольстве не успел надолго задержаться.

— Не положено, — неохотно отрезал старший охранник.

Служба безопасности еще раз подозрительно оглядела заокеанский презент, не зная, что предпринять дальше. Иностранец выручил сам, предложив позвонить в приемную и побеседовать лично. Спустя минуту заинтригованная секретарша зашла в кабинет к генеральному директору корпорации и доложила:

— Извините, вам подарок.

— Какой еще подарок? — изумился хозяин кабинета.

— От вашего зарубежного партнера по бизнесу. С курьером. По дипломатической почте. В знак уважения.

— Где он?

— Внизу, в холле.

Генеральный покачал головой и принял решение. Любопытство взяло верх:

— Пригласите курьера. Без подарка. Вдруг там бомба? В наше неспокойное время всего можно ожидать…

Спустя минуту появился очаровательный зарубежный гость, который широко улыбнулся и произнес на ломаном языке:

— Рад вас видеть. Ваш народ всегда отличался гостеприимностью, вы не исключение из правил.

Две минуты заняли приветственная речь и обмен любезностями. Сердце главы корпорации растаяло. Не каждый день встречаешь дипломата далекой могущественной державы, с которой едва налажены тесные контакты. Получив сопроводительное письмо, хозяин кабинета окончательно растрогался, когда на стол легли несколько совместных с компаньоном фотографий времен прошлой поездки на тропические острова.

— Где презент? Тащи сюда! — махнул рукой генеральный.

Коробку вскрыли, разорвав оберточную бумагу с непонятными надписями на латинском языке. Клерк осторожно выставил на свет чудесное произведение искусства. Присутствующие ахнули от восторга, когда увидели изящный макет парусника восемнадцатого века, воспроизведенного в миниатюре с потрясающей точностью. Пахнуло дорогой породой дерева и свежим лаком. Генеральный наклонился над кораблем, и его восторгу не было конца. Фрегат выставили на тумбу у входной двери кабинета, а гостя проводили в директорский буфет…

Тем временем за стенами небоскреба в жесточайшей схватке в ход шли все инструменты, начиная от банального шантажа и завершая хитроумными многоходовыми ловушками. Чиновники на местах принимали нужные решения, купленные руководители надзорных органов государства склонялись в выгодном для мусульман направлении. Видимая часть тагутской Пирамиды не на шутку билась внутри себя. Невидимый мир сотрясали более изощренные приемы, причем исчезновение людей здесь было далеко не редкостью. Каждый шаг к победе доставался неимоверной ценой. В итоге победить мог только тот, у кого собрано наибольшее количество ресурсов всех видов. Но всегда есть исключение из правил. Войсками в этой тайной войне являлись интеллектуалы в костюмах при галстуках и дипломатах, пулями и снарядами — пачки денег и круглые суммы на виртуальных счетах. Была, конечно, пехота, причем не простая, а на уровне спецназа. Но ей отводились вспомогательные функции охраны своих мозгов и соответственно наибольшего пораже