/ Language: Русский / Genre:detective,

Холодная Месть Приятнее На Вкус

Диля Еникеева


Еникеева Диля

Холодная месть приятнее на вкус

Диля Еникеева

ХОЛОДНАЯ МЕСТЬ ПРИЯТНЕЕ НА ВКУС

Диля Еникеева - кандидат медицинских наук, известный врач-психиатр, автор 36 научно-популярных книг и бесспорный авторитет в области психологии взаимоотношений мужчины и женщины. Ее энциклопедии о сексуальных тайнах были первыми книгами на "запретную" тему и сразу стали бестселлерами. Автор и сейчас осталась верна себе, став основоположницей нового жанра. Чувственный детектив - это сеанс эротического и психологического самопознания. Это легкий остроумный стиль, искроментный юмор, романтическая любовь и утонченная эротика. Это смехотерапия и положительный эмоциональный настрой.

серия ЖЕНЩИНЫ МОГУТ ВСЕ

Новый жанр современной отечественной литературы!

ЧУВСТВЕННЫЙ ДЕТЕКТИВ!

Бесподобный коктейль из детектива, эротики, юмора, психологизма,

остроумного стиля,

созданный известным сексологом

Основа жанра - многогранность чувств. Вся наша жизнь - чувства: любовь, ревность, обида, месть, чувственность, эротика и, разумеется, чувство юмора.

Уже ясно, что автор попал в десятку, так как эти книги появились в списке бестселлеров. Еще бы! Здесь нет надуманных ситуаций и инфантильных персонажей, а показана психология людей через призму эксремальных событий и в обычной, в том числе сексуальной жизни.

Автор придерживается профессионального принципа: читатель должен и сопереживать героям, и смеяться, и отдыхать душой, и закончить чтение с легким чувством. Это сеанс эротического и психологического самопознания. Это легкий остроумный стиль, искроментный юмор, романтическая любовь и утонченная эротика. Это смехотерапия и положительный эмоциональный настрой.

Романы Дили Еникеевой нравятся людям, потому что все ещё можно верить в себя и надеяться, что завтра мы будем жить лучше. И еще: они довольно смешные, а смех, как известно, лечит все беды. Наконец, в условиях всеобщего бардака и полного цинизма в них присутствует светлая идея и оптимизм героев.

"Ex Libris НГ"

Читаешь на одном дыхании, оторваться невозможно, пока не перевернешь последнюю страницу. А когда закроешь книгу - жалко, что она уже закончилась.

"Общественное радио России"

Мужчинам будет приятно прочитать о женщинах, которые удачливы в бизнесе, но при этом всегда свободны для интрижек, которые не ждут после секса признаний в любви, а затем самостоятельно добираются домой на личном авто.

"Ваш досуг"

За дело Диля Еникеева берет резво, совсем не по-дамски. Закручено лихо, написано бойко. И то сказать - автор психолог-профессионал. В общем, может все!

"Литературная газета"

Любовь - тот же детектив: улики, версии, доказательства, разоблачения. Приплюсуйте к этому криминальную интригу и получите детектив в квадрате. Именно так поступила кандидат медицинских наук психолог Диля Еникеева. Получилась взрывоопасная смесь.

"Собеседник"

Диля Еникеева стала писать в довольно оригинальном жанре, который можно обозначить как эротический детектив. Конечно, от данного факта можно было бы отмахнуться - разве мало сейчас появляется новых книг? - если бы не одно обстоятельство. Тома в серо-розовой обложке раскупаются молниеносно, как горячие пирожки на морозе, причем половину читательской аудитории составляют мужчины.

"Ваш досуг"

Романы заслуживают внимания. Само по себе интересно, что написаны они кандидатом медицинских наук, профессиональным психологом. Так что романы пресратились в пособие. Проситал - и даешь консультации своим знакомым по проблемам их личной жизни. Только, главное, не забыть про свою собственную.

"Ex Libris НГ"

Оригинальная серия "Женщины могутвсе" парадоксальным образом сочетает в себе интригу, эротику, юмор и психологический ликбез.

"Ваш досуг"

Постоянная гостья нашей передачи "Рецепты хорошего настроения" Диля Еникеева, которую радиослушатели уже хорошо знают, написала а-агромное количество книг по психологии и, что ещё интереснее, - цикл детекьтвно-любовно-эротических романов. Сама зачитываюсь ими и не могу удержаться от смеха, а иронично-афористичные фразы главной героини запоминаю и одариваю ими своих знакомых. Многие прикольные фразы из этих романов уже стали крылатыми. Судя по звонкам радиослушателей, книги им тоже пришлись по вкусу, и они с нетерпением ждут новых. Очень рекомендую прочесть - посмеетесь, а в нашей теперешней жизни можно выжить только с помощью юмора.

"Общественное радио России"

У меня были поначалу, первые страниц 50, довольно странные ощущения. И вдруг я понял, что это действителньо интересно, анализируются какие-то механизмы общения именно с психологической точки зрения, что это полезно и может пригодиться каждому.

"Ex Libris НГ"

АННОТАЦИЯ

Не каждый мужчина - романтик. Не каждый романтик - мужчина. И далеко не всякий способен в экстремальной ситуации вести себя по-мужски. Но если женщину вывести из себя, то даже ласковая кошечка станет разъяренной тигрицей.

Посвящается

Моей покойной маме, обаятельной и мудрой женщине и замечательному психиатру, ставшей прототипом героини романов Лидии Петровны.

Мама жива в моей памяти, в моих книгах, в памяти близких людей и сотен тысяч пациентов, которым она помогла за более полувека работы врачом-психиатром.

Справедливость всегда приправлена щепоткой мести.

Жорж Вольфром

- Андрей, тебе уже хватит...

- Отстань!

Вика посмотрела на золовку, взглядом призывая её прийти на помощь, но та в данный момент собирала со стола грязные тарелки и не обращала на неё внимания. Наконец Лидия уставила поднос посудой и направилась на кухню, Вика устремилась за ней, долдоня ей в спину плаксивым тоном:

- Андрюха уже лыка не вяжет, а все тянется к бутылке. Говорю ему, говорю, а он не слушается...

- А чего ты к нему вяжешься? - обронила золовка, ставя посуду в раковину. - Святое дело выпить в собственный день рождения.

- Но он уже пьяный!

- Ну и что? - Лидия обернулась к невестке и насмешливо посмотрела на нее. - Человек выпивает не для того, чтобы быть трезвым.

- Если Андрей напьется, мы опять поссоримся. Хоть ты на него повлияй.

- Я старшая сестра, но не нянька, - отрезала золовка. - Если ты забыла, по какому поводу мы собрались, напомню, что сегодня Андрею исполнилось тридцать три года. Ты неустанно пилишь его триста шестьдесят четыре дня в году, но хотя бы в день рождения могла бы не трепать ему нервы и не позорить перед гостями.

- Не могу же я молчать, видя, что он напивается?!

- Ты ему жена или кто? Желаешь влиять на благоверного - влияй, а не перекладывай это хлопотную обязанность на мои плечи. У меня и так забот хватает.

- Неужели тебе безразлично, что твой брат пьет?

Разглядывая невестку, Лидия думала: "Немудрено. От такой семейной жизни сопьешься". Вику она терпеть не могла - редкостная зануда. Из тех, кто зудит не переставая, как осенняя муха об оконное стекло. Что бы Андрей ни делал, его супруга всегда недовольна. Зачем же вышла за него замуж, раз он - сгусток недостатков?! Сама ведь вцепилась в него, как клещ, измором взяла и женила на себе, а теперь поедом ест, хотя Андрюха неплохой мужик, ничем не хуже многих.

Лидию не тревожило, что Андрей напьется в собственный день рождения, брат и раньше не был трезвенником, впрочем, как и многие, стать алкоголиком ему не грозит. Единственное, что её беспокоило, - нелады в его семье. Брату нужно не пить бросить, а жену. Детей у них нет - какие проблемы?! Развод и девичья фамилия.

Вика, по мнению её золовки, - эгоистка, лентяйка и белоручка. От материнства эта избалованная маменькина дочка категорически уклоняется, мол, она ещё слишком молода, хочется пожить ради себя - именно так невестка и говорит, не осознавая собственного эгоцентризма, - да и вообще иметь детей слишком хлопотно: когда они маленькие, с ними куча проблем, а когда вырастают - проблем становится ещё больше.

У неё даже не хватает ума маскировать собственные захребетнические установки - Вика не скрывает, что со школьного возраста мечтала выйти замуж за богатого и вести образ жизни, которого, на её взгляд, она достойна. В голове у неё полный вакуум, однако Виктория Одинцова с детства слышала от любящей мамочки, что внешность - самое большое достоинство женщины, поэтому умна не та, что семи пядей во лбу, а та, кто сумеет воспользоваться тем, чем одарила её природа, и достойно устроить свою судьбу. Под руководством хваткой мамули Вика выбрала подходящий объект и добилась своей цели. Теперь ей хочется порхать по жизни, любуясь собой и не обременяя себя заботами.

Андрей, простак, клюнул на её мордашку и ладную фигурку, не интересуясь, есть ли у неё мозги, мол, женщине не обязательно быть умной. А теперь пожинает плоды собственной глупости. Ничего удивительного, что он ищет утешения на дне бутылки. Уговаривать его не пить бесполезно - Андрюша хоть и слабовольный, но в некоторых вопросах проявляет поразительное упрямство. Разумеется, Лидии не хотелось, чтобы её брат спивался, но она решила отложить решение этой проблемы на будущее. Пусть сначала Андрей избавится от своей зудящей половины, его нервы придут в норму, и он сам перестанет искать успокоения в спиртном. А нет - так она, его старшая сестра, вправит ему мозги.

На данный момент ничего особенно тревожного в поведении брата Лидия не видела. Ну, выпил мужик, с кем не бывает?! Грех не выпить, когда жена сидит рядом, капризно надув губы и сверля его негодующим взглядом, а стоит ему потянуться к рюмке - одновременно со всеми гостями, между прочим, когда произносится очередной тост за именинника! - Вика шипит, как разъяренная кобра, да так громко, что слышно всем присутствующим: "Андрей, тебе уже хватит! Ты уже пьян!"

Да что же это такое, в самом деле! У парня день рождения, собрались его родные, друзья и коллеги, а жена кидается на него коршуном за каждую пригубленную рюмку! Остальные мужчины тоже пришли с супругами, все пьют на равных, и никто из женщин не пасет благоверного. Дело не только в том, что Вика бдительно следит за мужем, но и в том, что она его прилюдно унижает. Коллеги подумают, что он законченный алкоголик, и без напоминаний жены непременно нажрется до непотребного состояния. Одновременно Вика демонстрирует, какая она "заботливая", мол, без неё супруг пропадет, и так-то совсем пропащий.

- Ну что ты на меня уставилась? - Лидия оглядела невестку без тени симпатии. - Стоишь тут, изображаешь тревогу по поводу выпитого Андрюхой. А я считаю, что именно ты довела его до пьянки. И нечего делать губы сковородником, будто тебя незаслуженно обидели. На мой взгляд, не Андрюхе нужно делать втык, а тебе. От такой жены не только сопьешься, но и повесишься.

- Ты никогда меня не любила... - надулась Виктория.

- Да за что тебя любить? Что в тебе такого, чтобы я относилась к тебе с симпатией? На твои женские прелести пусть мужчины клюют, а как человек ты пустышка. Моя бы воля - никогда бы Андрюха на тебе не женился. Да только братишка мой упрям, когда не надо. Вот и пожинает...

- Андрей меня любил!

- А ты этим беззастенчиво пользовалась. Но когда потребовалось хоть немножко самой потрудиться, - ты сразу в кусты. Пусть, мол, сестра вразумит братца и вернет мне его в приличном виде. Хороший муж - вовсе не от Бога, а результат кропотливой воспитательной работы умной жены. А дурная жена даже отличного мужика обратит в никчемного. Так что нечего валить с больной головы на здоровую, милочка. Все, что происходит с Андреем, - твоя заслуга, и больше ничья.

Вика недовольно передернула плечиками и ушла в гостиную, а Лидия подумала: "Проповедями эту самовлюбленную дурочку не вразумить. Поговорю на днях с Андрюшей, он и сам давно понял, что его выбор неудачен. Пора скинуть эти кандалы и вернуть хищницу Вику предприимчивой мамуле, пусть подыщет для обожаемой дочурки другого богатого мужа".

Новоселье в Аллином загородном доме удалось на славу. Гости насладились кулинарными шедеврами её экономки, хозяйка повеселила их своими фирменными шуточками, а на десерт порадовала рассказом о благополучном финале детективной истории в стиле Эркюля Пуаро: собрав всех присутствующих, поведала, кто убийца и почему решился на преступление1. Правда, Алла пошла дальше литературного героя, своеобразно наказав виновных и проделав все в рамках закона. Почти.

Полчаса назад её друзья разъехались, хотя время ещё детское - без четверти десять. Застолье было приурочено к обеду, и все уже немного притомились вкушать, выпивать и танцевать, а потому Аллин приятель Эдик, посмотрев на часы, напомнил избитую шутку: "Дорогие гости, не надоели ли вам хозяева?" На возражения хозяйки гости отговаривались, что все под хмельком, а дорога дальняя, да и ей пора отдохнуть, тем более, она ещё нездорова, и отбыли, сердечно поблагодарив.

Теперь Алла бродила из комнаты в комнату, держа на руках восьмимесячного персидского кота, официально именуемого сэром Персивалем. Для хозяев он Перс, Перси, Персюха, а когда нашкодит, - "засранец".

Как и положено, сэр Персиваль первым вошел в дом, пометил территорию и вполне комфортно чувствовал себя в новом жилище, но хозяйка боялась, что он тут потеряется, - особняк огромный, ей здесь и самой ещё непривычно. Перс был отнюдь не прочь передвигаться таким образом - его все любили и соревновались за право подержать на руках.

Открывая то одну дверь, то другую, Алла бегло оглядывала комнату и шла в другую, размышляя о том, что её питомец уже освоился в доме, а ей ещё предстоит к нему привыкать - особняк выстроен в типично новорусском стиле, который ей претит.

Раньше он принадлежал одному подонку, который Аллиными заботами поплатился за свои подлые деяния2, а она купила дом у наследницы, чтобы та смогла расплатиться с людьми, которых мерзавец обманул и ограбил.

Интерьер переделали в соответствии с пожеланиями новой хозяйки, и все же пока у неё нет ощущения, что ей здесь психологически комфортно. Чужое жилище - оно и есть чужое, как ни перестраивай. Да и душок прежнего хозяина остался, что отнюдь не вызывает положительных эмоций.

Но не это основная причина, почему Алла разгуливает по дому, ощущая себя не в своей тарелке.

Приготовить одной хороший стол на два десятка гостей - непростая задача, даже при наличии достаточного времени, а Лидия была в цейтноте. Сегодня утром брат позвонил и, не объясняя причины, спросил, нельзя ли справить его день рождения на даче сестры. В общем-то, причина ясна - Вика не умеет готовить и не желает этому учиться. Андрей предполагал заказать все блюда в ресторане, но раньше он никогда этим не занимался, а его жена не пожелала организовать застолье. Видимо, они опять поцапались и вздорная Вика решила таким образом наказать мужа даже в день рождения.

Пришлось озаботиться сестре. Помощницы по хозяйству у неё нет - в этом нет необходимости, уже три года она живет одна, а гости бывают редко, - так что времени потребовалось немало. Ей пришлось обзвонить всех приглашенных и предупредить, что торжество переносится на её дачу, объяснить каждому, как туда проехать, заверить, что в доме достаточно места, а потому все желающие выпить могут остаться ночевать. Потом Лидия упаковывала посуду, чтобы хватило на всех, загрузила её в машину и отправилась на рынок и по магазинам. Лентяйка Вика может позволить себе потчевать гостей ресторанными блюдами, но ни одна уважающая себя женщина не станет этого делать.

На дачу Лидия приехала в пятом часу и первым делом поставила вариться необходимые ингредиенты для холодных закусок и салатов. К приезду гостей стол был уже уставлен, и торжество началось. После трех тостов сестра именинника незаметно ускользнула на кухню - ещё многое нужно приготовить. Лидия сновала с кухни в гостиную и обратно, забирая опустевшие тарелки и принося новые блюда, а гости, как водится, уговаривали хозяйку ограничиться в хлопотах, мол, и так всего предостаточно, стол буквально ломится, но никто не вызвался сменить её возле кухонной плиты и мойки, чтобы она наконец села за стол вместе со всеми.

Вот и получилось, что её фирменное блюдо - утка, начиненная яблоками, - будет подано так поздно - уже одиннадцатый час.

"Ну ничего, - успокоила себя хозяйка. - Всем весело, все уже сыты и пьяны. А горячее, как обычно, останется почти нетронутым".

Заглянув духовку, Лидия отметила, что утка уже подрумянилась, и вооружившись прихватками, потянула на себя противень.

"Черт бы побрал эту белоручку, - обозлилась она невестку. - Стояла тут, мозги компостировала, вместо того, чтобы помочь. Вот так всегда палец о палец не ударит, привыкла жить на всем готовом. Потом эта лентяйка укатит домой на своей новенькой "альфа-ромео", а мне придется мыть горы посуды".

Сердитая Лидия изо всех сил дернула противень, и ей на руку выплеснулся горячий жир. Она вскрикнула и непроизвольно разжала руки. Противень со всем содержимым рухнул ей на ноги, и Лидия громко закричала от боли.

Сбежались гости, заахали и засуетились, давая противоречивые советы.

- Надо приложить к её ногам что-нибудь холодное, - авторитетно заявил Владимир Емельянович, коммерческий директор фирмы "Орфей".

- Вначале нужно снять колготки, - возражала его супруга Софья Гавриловна.

- Да хотя бы от туфель её освободите, а то ожог будет ещё сильнее, взывал Гриша, приятель Андрея.

- Мужчины, марш отсюда! - скомандовала Нонна, подруга Лидии, она же первая женщина Андрея, по просьбе сестры приобщившая его к радостям секса, когда тому стукнуло уже восемнадцать. Когда мужчины покинули кухню, она обратилась к пострадавшей: - Где у тебя аптечка?

- Здесь ничего нет, - постанывая, ответила Лидия. Свод обеих её ступней и щиколотки горели нестерпимой болью. - Только йод и бактерицидный пластырь.

Нонна с Софьей Гавриловной стянули с неё туфли и колготки. Осмотрев ожоги, подруга покачала головой:

- Нужно ехать в больницу.

- А кто её повезет? - задала резонный вопрос Софья Гавриловна. - Мой супруг никогда не садится за руль в нетрезвом состоянии. Все остальные мужчины тоже выпили.

- Андрей отвезет, - кусая кубы от боли, сказала Лидия.

- Он уехал, - оповестила Нонна.

- Как - уехал? У него день рождения, собрались гости, а он смылся?

- Вика устроила ему безобразную сцену, поливала оскорблениями и его, и тебя. Андрей вспылил, дал ей по морде, та с визгом вцепилась в него, еле растащили. Андрюха высказал все, что о ней думает, хлопнул дверью и укатил. А супруга после его ухода просвещала нас, какое дерьмо его благоверный, и как она с ним мучается уже целых три года.

- Что за дрянь... - простонала Лидия. - Ничего себе - день рождения она ему устроила...

Когда Аллины гости и экономка отправились по домам, Сергей остался в гостиной, вопросительно поглядывая на нее.

- Пойду знакомиться с жилищем, - ответила она на его безмолвный вопрос. - Мне нужно решить, смогу ли я тут прижиться. Вообще-то жизнь за городом не для меня. Я типичная урбанистка, от чистого воздуха задыхаюсь, мне подавай столичный смог. Когда мы с верным оруженосцем приезжали сюда на прошлой неделе, у меня с непривычки закружилась голова. Пришлось попросить Толика завести машину, и только вдохнув выхлопных газов полной грудью, я пришла в норму.

Сергей молча кивнул, сделав вид, что его удовлетворили Аллины хохмочки в качестве объяснения.

Рядом с ним на диване лежала его гитара. Час назад он пел для неё и их общих друзей, но сейчас интуитивно понимал, что лирика неуместна - не тот у Аллы настрой.

Она оценила его такт и некотрое время внимательно смотрела на него, ещё не решив, стоит ли строить отношения заново, или лучше сказать себе: "Пусть прошлое останется в прошлом", - и вычеркнуть Сергея из своей жизни.

- Поскучай пока в одиночестве, я скоро вернусь, и мы поскучаем вдвоем, - оповестила его любительница ироничных фраз, взяла на руки сэра Персиваля и отправилась гулять по дому.

На самом деле ей хотелось остаться одной и поразмыслить.

Шестнадцать лет назад она была влюблена в сокурсника Сергея Мартова, потом рассталась с ним и избегала встреч. А Сергей любил её все эти годы.

На прошлой неделе он обратился к ней за помощью, оказавшись под следствием3. Разумеется, Алла ему помогла, не собираясь попрекать за прошлое, а в итоге обрела то, чего ей недоставало в суете обыденной жизни, - романтические отношения с человеком, которого раньше иронично называла "неисправимым романтиком".

И вот она узнала, что Сергей совершил непорядочный поступок и скрыл от неё этот факт, хотя это было очень важно для расследования преступления, в котором его обвиняли. В её понимании, человек, способный солгать в важном или скрыть неблаговидные дела, непорядочен, а непорядочных людей она вычеркивала из своей жизни. Алла стала избегать Сергея - не хотелось видеть его, изображать неведение и вести себя как ни в чем ни бывало. Не могла она переступить через себя и делать вид, будто все прекрасно в датском королевстве, когда все далеко не прекрасно. Алла Дмитриевна Королева общалась лишь с людьми, которым всецело доверяла.

Сейчас Алла раздумывала - не впадает ли снова в максимализм? Не преувеличивает ли значение поступка Сергея? Быть может, лучше наплевать и растереть? - как она обычно советует подругам, когда проблема, на её взгляд, не стоит душевных терзаний.

Матерясь сквозь зубы, Андрей гнал под сто пятьдесят, благо движение в это позднее время не очень оживленное. Его агрессия невольно сказалась на манере вождения, и другие водители брали вправо, уступая дорогу: станешь меряться крутизной - рискуешь оказаться в кювете на пару с лихачом. Жизнь дороже.

Скоро пост ГАИ, нужно бы снизить скорость, но Андрей был так зол и раздражен, что решил проскочить, авось вслед не погонятся. За субботний вечер гаишники наверняка насшибали на чарку и теперь расслабляются в будке, подсчитывая улов.

Затренькал его мобильник. Андрей машинально потянулся в карман, но там было пусто. В ушах все ещё звенели злые слова жены, в голове шумело от выпитого, и он не сразу сообразил, что пиликанье раздается из-под сиденья. Выскочив из дома, Андрей позвонил своей любовнице Эмме, предупредил, что скоро приедет, потом бросил телефон на сиденье и не заметил, что нечаянно скинул его на пол.

Не притормаживая, он наклонился, пытаясь правой рукой нашарить трубку. Как назло, мобильник завалился под сиденье, и извлечь его не удавалось. Андрей выпрямился, и в этот момент раздался глухой удар, над капотом взлетело что-то темное, машина вильнула в сторону, а ошарашенный водитель продолжал по инерции давить на газ. Проехав метров пятьсот, он остановился, упал головой на руль и глухо простонал:

"Все, кранты. Сбил человека".

И никаких смягчающих обстоятельств. Как раз наоборот - отягчающие: превысил скорость, да к тому же пьян. Правда, шоссе едва освещено редкими фонарями, но это не оправдание. Если видимость плохая, нужно проявлять максимальную осторожность, а не лихачить.

До Москвы осталось всего пять километров, вдоль шоссе много жилых домов, жильцы которых частенько переходят дорогу и, хотя пешеходной "зебры" нет, но любому водителю известно, что вблизи населенного пункта скорость не должна превышать шестидесяти, а то и сорока километров. А он, Андрей, даже не притормозил... И никто не примет во внимание, что водитель не видел пешехода, потому что в тот момент искал мобильник под сиденьем и не смотрел на дорогу...

Алла стояла у окна спальни, смотрела на сад, машинально отметив, что кусты вишни так густо усыпаны цветками, что почти не видно стволов, и размышляла о своих взаимоотношениях с Сергеем, о мужчинах и женщинах вообще и о себе самой.

Сергей Мартов женился на Рите Незнамовой сразу после того, как она, Алла, его бросила. Разумеется, это её задело. А кого бы не задело?!

Любая женщина оскорбится до глубины души, узнав, что её возлюбленный недолго горевал и нашел другую, мало того, предложил новой избраннице стать его женой. Ведь он признавался ей в любви, она ему верила. Пусть они расстались, но неужели его чувство столь мимолетно? - любил, тут же разлюбил и перекинулся на другую. Будь у них "долгая безрадостная связь" так Алла называла отношения, давно исчерпавшие себя и продолжающиеся больше по инерции или из-за того, что на примете нет иного объекта внимания, такое поведение ещё объяснимо. Но их роман с Сергеем - отнюдь не долгая безрадостная связь. Почему Алла с ним рассталась, хотя, как оказалось, ещё не перегорела - это отдельная история. Но отчего Сергей так легко смирился?..

Да, она сказала: "Ты не герой моего романа. Да и я не героиня твоего романа". Ну и что? Мало ли что говорит женщина?! На то она и женщина эмоции у дочерей прародительницы Евы довлеют над рассудком. Сильный пол это знает, по крайней мере, теоретически, но когда дело касается его драгоценной персоны, мужчина подчас ведет себя почти по-женски: разум ему отказывает, а на первый план выступают негативные эмоции - обида, уязвленное самолюбие, протестные реакции: "Ах, ты со мной так! Тогда получи!"

В итоге получается борьба эмоций, а не взаимоотношения разумных существ.

"Почему бы сильному полу не взять себя в руки, не позволяя эмоциям руководить его поведением, и не посмотреть на ситуацию с точки зрения элементарной логики: женщины мыслят и поступают не так, как мужчины, а потому оценивать их слова и поведение следуют сквозь призму снисходительного отношения к особенностям женской психики?! - задавала себе риторический вопрос Алла. - Почему бы не сделать скидку хотя бы на пресловутую женскую логику, которая, в понимании сильного пола, по своей сути - полная алогичность? А заодно и подумать об истинной подоплеке слов и поступков подруги. Будь мужчины не столь самолюбивы и уязвимы, менее пристрастны и более умны, они бы многое поняли. Женщина может что-то ляпнуть в сердцах, поддавшись эмоциям, не подумав, а иногда - из своеобразного кокетства, желая проверить своего возлюбленного. А сильный пол оценивает её с мужских позиций и пытается искать логику поступков там, где её априори не может быть. Точнее, логика есть, но весьма своеобразная, понятная лишь самой женщине. Для неё причина, почему она что-то сказала или сделала, - очевидна, и ей кажется, что мужчина должен все понимать и без её объяснений. Или, по крайней мере, проявить снисходительность. Ну подумаешь, поиграла немножко на его нервах в надежде, что он докажет, как сильно любит, и станет ещё крепче любить... Но увы... Возлюбленный не пожелал проявить понимание. У него ведь самолюбие! Не тронь за больное! А истинная дочь прародительницы Евы, между прочим, совершившей первый в истории алогичный поступок, ведет себя соответственно - не встретив той реакции, на которую рассчитывала, обижается и встает в позу. Именно потому что она женщина, существо эмоциональное и даже, с точки зрения сильного пола, неразумное. Так чего же требовать от неразумного существа рассудочного поведения?! Мужчины порой сами алогичны: говорят одно, поступают с точностью до наоборот и при этом обвиняют слабый пол во всех грехах и недостатках, которые, кстати, сами же и демонстрируют".

Алла отошла от окна, села в кресло, пристроила на коленях сэра Персиваля и поделилась с ним ироничным итогом своих размышлений:

- Мужчина делает вид, будто поклоняется ЖЕНЩИНЕ, водрузив её на пьедестал. На самом деле он ставит даму повыше, чтобы достичь большего эффекта, когда ему захочется скинуть её оттуда.

Первой его мыслью было - немедленно бежать. И тогда никто не узнает, что он сбил человека.

Андрей поднял голову и огляделся. Машины как ехали, так и едут, обгоняя его. Вдоль обочины кое-где припаркованы автомобили, но, видимо, стоят тут давно. Все произошло так быстро, вряд ли кто-то что-то заметил.

Он завел двигатель и тронулся с места. Проехав немного, опять остановился. А вдруг тот человек жив? Да, можно сейчас сбежать с места происшествия, оставив пострадавшего без помощи, но тогда его до конца жизни будут мучить угрызения совести.

"Его увидят водители проезжающих машин, окажут первую помощь и отвезут в больницу", - мелькнула ещё одна трусливая мысль.

Андрей оглянулся. Темно, не видно, лежит ли кто-то на дороге. А вдруг пострадавший упал в кювет? Удар был очень сильным, тело отлетело влево.

"Тогда его до утра никто не заметит, - размышлял Андрей. - А пострадавший может истечь кровью и погибнуть".

И все равно возвращаться не хотелось - ведь тогда придется за все отвечать. Мало того, что лишишься водительских прав, все будут осуждающе качать головой: "Поскандалил с женой, напился, сел пьяным за руль и сбил человека". Если увечье тяжелое, - будешь выплачивать немалую сумму до конца жизни. А уж если пострадал ребенок... И подумать страшно.

Любой автовладелец знает, что есть риск совершить наезд, но ведь обстоятельства бывают разные. Одно дело, когда пешеход неожиданно выскочил на дорогу в неположенном месте или был нетрезв, или у водителя не было иного выхода, и совсем другое - когда все произошло на полупустом шоссе. Пешехода тут можно разглядеть заблаговременно, а раз видимость неважная, быть вдвойне осмотрительным. А уж пьяному водителю и вовсе не отвертеться.

"Номер моей машины пешеход наверняка не заметил, но может сообщить, что это "рено-меган" серебристо-стального цвета. Модель популярная, а в марках автомобилей сейчас разбираются многие, даже не имея собственных колес. И меня запросто вычислят. Наверняка машина получила повреждения при столкновении, и автослесари настучат, если их будут опрашивать".

"Что обидного я сказала Сергею? - продолжала Алла анализировать их давний роман. - Всего лишь, слегка бравируя, привела расхожую фразу. Неужели подобная ерунда - серьезное основание почувствовать себя оскорбленным?! Так кто же из нас сильный, а кто слабый пол, в конце концов!

Сергей прекрасно знал, что я люблю порисоваться на публике и ради красного словца могу сказануть такое... Так можно ли принимать все мои слова на веру? И, тем более, обижаться. Сделай он скидку на мою взбалмошность, отнесись с позиции настоящего мужчины: женщине позволительно многое, а красивой женщине - вдвое больше, - и инцидент был бы исчерпан. Я бы покочевряжилась и унялась до следующего раза, а наш роман продолжался бы.

Не пожелал Сергей вникнуть в ситуацию и разобраться, что лежит в основе моего поведения. А будь он повнимательнее и потактичнее, понял бы, в чем тут дело".

Открыв дверцу, Андрей качнулся и чуть не выпал из машины.

"Здорово я набрался", - машинально отметил он.

Злости на жену уже не было - не до нее, теперь появилась проблема пострашнее.

Держась за дверцу, Андрей осторожно выбрался наружу. Ноги дрожали, руки тоже, но не от выпитого. Как бы ни был он пьян, но случившееся его потрясло. Хмель в голове под влиянием стресса почти улетучился, но тело отказывалось повиноваться.

Перебирая руками по дверце и капоту, Андрей обошел машину и присел на корточки, но, не удержав равновесия, ткнулся головой в капот и тут же отпрянул, опрокинувшись на спину. Провел ладонью по лицу, посмотрел на свою руку и непроизвольно вздрогнул - кровь...

Встать не было сил. Почему-то он не думал, что увидит кровь, хотя это следовало предполагать, - при таком сильном ударе пешеход наверняка получил серьезные травмы.

С детства Андрей панически боялся вида крови, из-за этого никогда не лез в драку. Однажды при нем одному мальчишке расквасили нос, и его чуть не стошнило. Он никому не признавался в своей слабости, избегал чересчур активных и агрессивных сверстников, предпочитая подвижным играм уединение и чтение, потом по совету старшей сестры поступил на экономический факультет и теперь стал совладельцем коммерческой фирмы. Всего лишь раз, три года назад, Андрей стал свидетелем крупной аварии на дороге. Дорогу перегородили искореженные автомобили, проехать было невозможно, и он сидел в своей машине, стараясь не смотреть, как на обочину выносят тела пострадавших. И все равно увидел кровь, когда шоссе наконец освободили. Потом его мучительно рвало, и он долго не мог прийти в себя.

Накатило знакомое чувство дурноты, Андрей часто задышал, стараясь справиться с тошнотой, но не помогло. От неуротимой рвоты он чуть не захлебнулся, а мерзкий запах вызвал новый позыв. Андрей повернулся на бок, сотрясаясь всем телом, потом затих, подтянув колени к подбородку.

Закрыв глаза, он мысленно твердил: "Сейчас немного отлежусь и поеду к Эмме".

Раньше у него бывали непонятные приступы, когда внезапно накатывал панический страх смерти, сердце учащенно колотилось, все внутри тряслось, во всем теле ощущалась безвольная слабость. Тайком от всех Андрей посетил психиатра, тот подробно расспросил его, а потом сказал: "Это называется панической атакой и связано с диэнцефальной патологией. Скорее всего, следствие осложнений некогда перенесенного гриппа. Субъективно состояние крайне тягостное, но сравнительно кратковременно и угрозы для жизни не представляет. Принимайте лекарства, спиртного и курения избегайте". Врач назначил лечение, и вскоре диэнцефальные приступы прекратились.

"У меня всего-навсего паническая атака, - уговаривал себя Андрей. - Я много выпил, и у меня снова разыгрался приступ. Ничего на дороге не случилось, мне стало плохо, потемнело в глазах, никакой тени над капотом не было".

За два года до их с Сергеем романа восемнадцатилетняя Алла пережила драматическую ситуацию. В общем-то все довольно банально - жених изменил почти на её глазах, да не с кем-нибудь, а с известной потаскушкой. Но банально это лишь для тех, кто сам не пострадал аналогичным образом. Для Аллы, впрочем, как и для любой женщины, это явилось большим потрясением.

А разве мужчина, окажись он на её месте, отнесся бы иначе, застав в разгар вечеринки свою невесту с известным бабником в соседней комнате в неглиже и в позе, исключающей двойное толкование? И разве не выдал бы сакраментальную фразу: "Все бабы - шлюхи!"? И наверняка потом оценивал бы противоположный пол сквозь призму случившегося, стараясь быть настороже, чтобы ситуация не повторилась. Кому хочется снова оказаться в роли обманутого?! Вот и Алле не хотелось повторения.

- Мужчина - не попутчик на дистанцию длиной в жизнь, он доводит лишь до греха и смывается, - иронично формулировала она свое отношение к сильному полу.

Сердечная рана затянулась, но окончательно не зарубцевалась. Алла подсознательно не хотела ни к кому привязываться и держала мужчин на расстоянии - ей не хотелось вновь оказаться в роли брошенной женщины.

- Любовь - это необоснованная надежда удовлетвориться одним-единственным человеком, а мне нужны многие мужчины, - с вызовом заявляла она.

Рядом притормозили "Жигули", из окна высунулся престарелый водитель и поинтересовался:

- Помощь нужна?

- Нет, - выдавил Андрей.

Тем не менее, участливый дедуля решил помочь, вышел из машины и присел перед лежащим Андреем.

- О, да у вас все лицо в крови! - ахнул он. - Вас сбили?

- Нет-нет, - испугался виновник наезда и часто задышал от накатившего из-за пугающего слова нового приступа тошноты.

- Авто ваше? - Дед кивнул на "рено-меган".

- Да, - прошептал владелец, справившись с дурнотой.

"Странно, в голове, вроде бы, прояснилось, а сам как размазня, тело не слушается", - машинально отметил он.

- Была авария, а виновный уехал? - продолжал допытываться добровольный помощник.

Андрей молчал, лихорадочно соображая, как избавиться от нежелательного свидетеля. Если въедливый старикан сейчас обернется, а тем более, подойдет поближе к его машине, то наверняка углядит, что помяты капот и бампер, левая фара разбита. И тогда от него не отделаться.

- Я хотел отлить, но проехался носом по асфальту, - придумал он убедительное объяснение. - Выпил немного, вот и грохнулся.

- Это вы зря... - покачал головой дедуля. - Я вот уже полвека за рулем и никогда себе этого не позволял. - Он щелкнул пальцем по кадыку.

- Да я тоже, - промямлил Андрей. - Но сегодня так сложились обстоятельства...

- Давайте-ка, я отвезу вас на своей машине, - вызвался ненужный помощник. - А завтра вы заберете свою красотку.

- Не стоит беспокойства, - отнекивался Андрей. - Я в порядке.

Старикан неодобрительно покачал головой:

- Вы даже встать не можете, а говорите: "в порядке"!

И в самом деле - Андрей по-прежнему валялся на земле, а собеседник сидел рядом с ним на корточках. Но ведь не скажешь, что нет сил подняться, потому что вновь и вновь в мозгах прокручивается страшная картина, и хочется уснуть, а проснувшись, узнать, что всего лишь приснился кошмар... Или напиться до невменяемого состояния, а наутро объяснить себе, что все привиделось в пьяном бреду...

- Сейчас я встану, - пообещал Андрей, спохватившись, что собеседник ждет ответа. - А вы поезжайте.

- Опасно ведь за рулем в вашем состоянии. - Дедуля смотрел на него с осуждением. - Рискуете пострадать или совершить аварию.

Не отвечая, Андрей перевернулся набок, встал на четвереньки, потом с усилием выпрямился.

- Ну вот, я уже в норме, - оповестил он, качнувшись и едва удержав равновесие.

- Да вы на ногах не стоите! - всплеснул руками его визави.

- За рулем стоять не нужно, - коряво пошутил Андрей и, не дожидаясь ответа, взял собеседника под руку и, пошатываясь, почти силком повел к "Жигулям". Достав портмоне, он наугад вытянул оттуда купюру и сунул старику в карман. - Вот, возьмите за хлопоты. Спасибо вам за участие.

- Это лишнее. - Добровольный помощник поджал губы, достал деньги и вернул Андрею. Видимо, его так оскорбила взятка, что он тут же сел в машину и, не прощаясь, уехал.

В Сергея Мартова, самого привлекательного и популярного парня в их институте, - в те времена он был известным бардом, - Алла влюбилась, несмотря на словесные декларации неверия в любовь.

- Любовь - рисковая игра, а я рискую только в преферансе, - оповестила она, едва Сергей стал за ней ухаживать.

Тем не менее, у них завертелся бурный роман, за которым с напряженным вниманием следил весь институт, а в особенности - фанатки певца и поэта Сергея Мартова. Возможно, он увлекся ею именно потому, что Алла Королева из тех женщин, которые в руки не даются.

Легкие победы сильным полом не ценятся. Что хорошего, когда женщина уступает даже без символической борьбы и потом неустанно повторяет: "Я вся твоя навеки", - и прочее в том же духе?! Слышать это, конечно приятно. Первые две недели. Ну, может, пару месяцев. А потом надоедает. Есть, конечно, мужчины, готовые внимать подобным признаниям хоть всю жизнь, однако большинство относится к категории завоевателей. Женщина должна хотя бы для виду посопротивляться, тогда мужчина горд собой, завоевав её. А если победа дается без боя - то какая же это победа?!

Алла интуитивно избрала самый верный путь: сохранять независимость, строя отношения так: "Да, мы сейчас вместе, но при этом я принадлежу не тебе, а лишь самой себе".

Скучать Сергею во времена их романа не пришлось: она ускользала, он догонял. Так они играли "в догонялки", и обоим было интересно.

И вот Алла произнесла: "Ты не герой моего романа", - и это стало началом конца: Сергей, вместо того, чтобы пропустить её слова мимо ушей или отшутиться, спасовал.

Чего она добивалась, высказавшись? Ведь мотив лежит на поверхности ей хотелось удостовериться, что он действительно её любит, не обманет, не предаст, не изменит, - то есть, уверенности: того, что желает любая женщина.

Но не могла Алла Королева, своенравная и самолюбивая женщина, признаться: "Меня уже один раз предали. Теперь я не верю мужчинам и назло всем стала "Казановой в юбке", мне причинили боль, и я плачу тем же, чтобы не показать своей уязвимости и ранимости. Близко не позовешь - далеко не прогонят. Иногда я надеюсь, что ты искренен, но все остальное время сомневаюсь. До меня у тебя были десятки романов, мне не хочется стать одной из многих в череде брошенных тобой женщин".

Ею руководили противоречивые мотивы: желание удостовериться, что Сергей не такой, как другие, что он надежен и верен, и вместе с тем неосознанное женское кокетство. Женщины часто произносят что-то в надежде, что возлюбленный станет с жаром опровергать.

Ответь он ей в том же ключе: "Давай перепишем этот роман и станем его героями", - и все сложилось бы по-другому. А Сергей, вместо того, чтобы продолжать её завоевывать, через пару месяцев женился.

Разрыв с любимым человеком нечем облегчить, зато есть чем усугубить.

Как бы на месте Аллы поступила другая женщина? Разумеется, так же, как и она, - смертельно оскорбилась бы. Мало того, что он не оправдал её надежд и отступил без борьбы, но ещё и доказал своей женитьбой её худшие представления о сильном поле.

"Все мужчины - предатели, - решила Алла. - Отныне никакой лирики. Я буду их использовать, но не они меня".

Лишь любимой подруге Ларисе она как-то раз призналась:

- Истинное лицо мужчины видишь лишь в момент разрыва.

Проводив взглядом "Жигули", Андрей перевел дух и оглянулся на свою машину. Теперь он не знал - уехать или остаться. Если уехать, виновника станут разыскивать, а старикан может вспомнить, что невдалеке от пострадавшего на дороге валялся пьяный водитель, к тому же, перемазанный в крови. И тогда не отвертеться: мало того, что сбил человека, так ещё и скрылся, оставив пострадавшего без помощи. Могут и срок навесить.

Еще раз оглядев повреждения своего автомобиля, Андрей вздохнул и нетвердой походкой двинулся в обратную сторону. Пройдя метров триста, он на четвереньках, цепляясь за траву, спустился по крутому склону в кювет, с трудом выпрямился и побрел, продираясь сквозь высокие заросли камышей.

"Черт, ключи остались в замке зажигания... - запоздало спохватился он. - Угонят ведь машину..."

Но возвращаться не хотелось.

Сухие прошлогодние стебли тыкались в лицо, царапали кожу, ботинки увязали в сырой земле, под ногами чавкало, но Андрей упорно шел вперед.

Вся дальнейшая жизнь Аллы Королевой, три неудачных брака, череда ничего не значащих в её жизни любовников, - в немалой мере явились следствием неудачного романа с Сергеем, оборвавшегося на её фразе, которая по сути ничего не значила, но почему-то была неправильно им истолкована.

Алле даже видеть его не хотелось, хотя волей-неволей приходилось встречаться - они учились на одном курсе, бывали на студенческих вечеринках. Она вела себя как ни в чем ни бывало, хохмила и поддерживала с ним легкий треп, даже себе не признаваясь, как сильно задела её женитьба Сергея.

Даже расставаясь, невозможно уйти совсем. Что-то все равно остается воспоминания, впечатления, эмоциональное отношение - с позитивным или негативным радикалом. А в памяти экс-возлюбленные подчас остаются во многом такими, как в момент разрыва.

Все сокурсники считали, что Алла бросила Сергея, и интересовались почему. Ведь Серж Мартов - мечта, а не парень: капитан институтской команды КВН, бард и поэт, красив и строен, обладает врожденным артистизмом и особым шармом, - по нему сохли многие студентки. Тем более, что следующим объектом Аллиного внимания стал Миша Лепилин, который, по всеобщему мнению, и в подметки не годился Мартову.

На настойчивые расспросы о причинах разрыва с Сергеем она отговорилась одной из броских фраз, на которые была щедра:

- Мужчина знает, когда нужно расстаться, но не знает - как, а женщина знает, как расставаться, но не знает - когда, а я взяла на вооружение мужской опыт и знаю, как и когда нужно расставаться.

Сокурсники ничего не поняли, но отстали. И никто, даже самая близкая подруга Лариса, не знали о том, что на самом деле чувствует Алла, и как она относится к Сергею.

Ничто не вечно, в том числе, и душевные страдания. Со временем все притупилось - Алла не из тех, кто жует-пережевывает свои печали. Обида тоже забылась - она не злопамятна.

И вот, спустя многие годы, Сергей Мартов вновь появился в её жизни. Разбередил ей душу воспоминаниями, признаниями в любви, стихами и песнями, посвященными ей...

Его появление легло на благодатную почву - незадолго до этого Алла надумала, что ей не хватает романтических отношений. Мужчины в её жизни есть, но они прагматики и реалисты, но ведь каждой женщине хочется сказки...

Угольки былой любви, присыпанные пеплом обыденной жизни, продолжают тлеть долго. По истечении многих-многих лет они, возможно, полностью прогорят, обратившись в пепел, но если подует легкий ветерок воспоминаний, - могут вновь вспыхнуть.

Андрей брел, не глядя ни под ноги, ни по сторонам, гонимый единственным желанием: скорее бы дойти, скорее бы определенность.

Он убеждал себя, что это был не пешеход, а животное, к примеру, лось. Конечно, в пяти километрах от Москвы лоси не водятся... Хотя - как знать? Его приятель Женька рассказывал, что однажды видел сохатого, стоявшего поперек шоссе и не желавшего уступать дорогу. Правда, случилось это далеко отсюда, но почему бы лосю не добраться до этих мест?

И вот впереди на земле что-то темное. Андрей невольно замедлил шаг, вглядываясь и прислушиваясь, не раздастся ли стон, не шевельнется ли...

"Что-то темное" оказалось именно тем, чья судьба сейчас зависела от его действий. Андрей осторожно повернул тело и чуть не застонал. Женщина... Очень молодая и симпатичная - лицо не повреждено. Ее глаза были широко открыты, и он обрадовался, что пострадавшая жива. Взяв её руку, Андрей сжал запястье и застонал уже в голос - пульса не было. Встав на колени, он приложил ухо к её груди и долго прислушивался в надежде уловить, пусть слабый, стук сердца.

Поняв, что женщина мертва, Андрей чуть не расплакался. Почему-то раньше ему и в голову не пришло, что жертва наезда погибла. Хотя, если бы он был трезв, то подумал бы об этом в первую очередь.

Если бы был трезв...

Если бы был трезв, то не совершил бы наезд. За десять лет вождения по перегруженным дорогам Москвы и загородным шоссе ему удавалось избежать аварии, хотя острых ситуаций было немало. Но реакция пьяного водителя замедлена, а то и вовсе неадекватная.

Андрей снова взял руку пострадавшей - а вдруг все же удастся нащупать пульс... Может быть, она просто потеряла сознание...

"Да я же не там ищу!" - непонятно чему обрадовался он, заметив на руке женщины часы.

Отстегнув браслет, Андрей отложил часы в сторонку и снова взялся считать пульс. Но нет, никаких толчков под тонкой кожей не ощущалось, а сама рука была холодной.

Внезапно ему стало страшно, и он отпрянул. Это ведь уже труп, а не живой человек...

Андрей опасливо огляделся. Слева - склон метра в три-четыре, слева густые хвойные посадки. Здесь ещё темнее, чем на дороге, и пострадавшую заметят не сразу.

"Надо побыстрее убираться, пока меня не увидели", - решил он и, пригнувшись, двинулся в ту сторону, где оставил машину.

Несколько часов назад Алла сказала себе:

"Я его придумала и сама поверила в этот образ. Мне казалось, что Серега - такой же, каким был шестнадцать лет назад. А тот Сергей остался в прошлом. Нужно все это забыть и начинать строить отношения с тем, каков он сейчас".

И тем не менее, на душе у неё было смутно.

Не думать ни о чем, пустить все на самотек? Это не в её характере сценарий собственной жизни она пишет сама.

В настоящий момент Алла размышляла о том, что в давние времена Сергей вел себя не так, как она ожидала, а недавно совершил ещё один поступок, который вызвал её неприятие. Где раз, там и два, и три. Так можно ли ему доверять?

И ещё одно сомнение тревожило Аллу: не использовал ли он её, зная от сокурсников, что верная боевая подруга Алла Королева всегда выручает друзей, попавшись в сложную ситуацию?

Допустим, Сергей и в самом деле любил её все эти годы, сменил поприще и стал знаменитым журналистом, чтобы любимая женщина обратила внимание на его успехи. Однако это всего лишь с его слов. Словам Алла не очень-то верила, поскольку и сама порой бросалась ими - бездумно, в аффекте или желая порисоваться. Поступки - вот что отражает истинную натуру. Слова могут быть лживыми, но поступки - это реальность. А действия Сергея как раз противоречат сказанному им. Где это видано, чтобы мужчина более полутора десятка лет безответно - а он и помыслить не мог, как на самом деле относится к нему Алла, - любил женщину и ничем этого не проявил? Все ж на дворе двадцать первый век, времена Петрарки и Лауры давно минули.

Итак, сухой остаток: Сергей столько лет жил без неё и, в общем-то, не сильно страдал, но обратился за помощью, став подозреваемым в убийстве.

Сейчас он сидит внизу, в гостиной и ждет, а ей нужно решить, что делать дальше.

"Той близости, которая недавно сложилась между нами, уже не будет. Разбитая чашка никогда не станет целой: как искусно ни склей - трещина останется".

Алла пока не разобралась в своих чувствах и решила повременить.

Видеть Сергея не хотелось. Как смотреть в глаза человеку, которому недавно призналась в любви, но уже не веришь?..

Она из тех женщин, что не прощают предательства. Даже от любимого.

- Ты что, ещё спишь? - услышал Андрей голос жены и приоткрыл один глаз.

Вика стояла рядом с диваном, воинственно уперев руки в боки и буравила его негодующим взглядом.

- Фу, какая вонища! - скривилась она, поддев носком туфли его одежду. - Нажрался, как свинья, и ведешь себя как свинья.

Приехав вчера домой, Андрей выпил полбутылки коньяку и уснул в кресле. В пять утра проснулся с колотящимся сердцем, пересохшим горлом и ощущением паники, махнул одну за одной несколько рюмок, с отвращением скинул на пол пропахшую рвотой одежду, рухнул на диван и провалился в сон.

Сейчас он опять ощущал, что сердце гулко стучит о ребра, все тело липкое от горячего пота, голова чугунная, а во рту горечь и металлический привкус.

- А-а, ты вчера ещё пил! - торжествующе вскричала Вика, углядев на столе пустую бутылку. - Целых поллитра вылакал! Неужели мало нализался до этого?! Ты что - бездонная бочка?

"Хоть бы она замолчала..." - думал Андрей, страдальчески морщась от пульсирующей боли в затылке.

- Когда это наконец кончится? - как обычно, начала заводиться жена, и её голос приобрел знакомые визгливые интонации. - Неужели ты не понимаешь, что спиваешься? Погляди на себя - ты же законченный алкоголик! Смотреть на тебя противно, а жить с тобой - ещё противнее.

От мысли, что сейчас она опять затеет многочасовой скандал, у него ещё сильнее разболелась голова.

- Не ори, - еле ворочая сухим языком, хрипло проговорил он. - У меня от твоего визга ещё сильнее болит голова.

- Ах, голова болит! - издевательски передразнила супруга. - Еще бы! Напился вчера, как скотина, опозорил меня перед гостями, а теперь я должна тебя жалеть! И не подумаю! Если хочешь знать, после того, как ты сбежал, я вслед пожелала, чтобы ты разбился всмятку! Туда тебе и дорога, алкоголик несчастный!

Андрей сел, помотал тяжелой головой, ощущая, что перед глазами все плывет, потом с трудом встал. Жена тут же заступила ему дорогу и прошипела:

- Нет, тебе не удастся опять сбежать, не надейся. Я...

- Отойди, - попросил он.

- Не отойду! - взвизгнула она. - Я знаю, что сейчас ты опять налакаешься, скотина!

Не обращая на неё внимания, Андрей прошел к бару, достал непочатую бутылку коньяку, свинтил пробку и налил полный фужер.

- Так я и знала! - заверещала Вика, пытаясь отнять у него бутылку.

Он отклонился в сторону и в несколько глотков выпил коньяк. Поднял бутылку с фужером высоко над головой, снова налил и выпил, хотя благоверная остервенело колотила его кулачками по груди и животу, не переставая сыпать оскорблениями.

Когда немного полегчало, Андрей перевел на жену тяжелый взгляд, от которого та попятилась.

- Ты опять хочешь меня ударить? - вскрикнула она. - Только попробуй! Я все рассказала маме!

- Знаешь что - иди-ка ты к своей маме, - спокойно произнес он, и от этих слов испытал облегчение.

И в самом деле - зачем ему нужна эта истеричная, скандальная дурочка, которая умеет лишь упрекать и требовать? Что хорошего было у них за три года их брака? Даже вспомнить нечего.

- Что-о? - Ее глаза округлились от возмущения.

- То, что слышала. Убирайся из моего дома. Меня от тебя мутит.

- Тебя мутит не от меня, а от пьянки!

Одним движением развернув субтильную жену спиной к себе, Андрей обхватил её руками поперек туловища и донес до прихожей. Открыл замок одной рукой и поставил супругу на ноги лишь на лестничной площадке.

- Ябедничай на меня своей маме, но больше здесь не появляйся, - сказал он и захлопнул дверь.

Воскресенье Алла провела с Олегом в праздном безделье. О Сергее она почти не думала. Так, всплывали перидически мысли, но она заставляла себя переключаться на другое. Что толку жевать-пережевывать свои печали, если все равно не можешь получить ответ на мучающий вопрос?!

Время покажет. Нужно сделать паузу, Сергей как-то себя проявит. Если он обратился к ней с потребительскими намерениями, ему не место в её жизни. У неё есть Олег, человек достойный во всех отношениях, она его любила ещё до недавней встречи с Сергеем и не перестала любить до сих пор. Останется с ним и заставит себя забыть Сергея. Ведь сумела же справиться со своей болью и разочарованием, будучи двадцатилетней, а уж в свои тридцать шесть и подавно совладает с собой.

Утром Олег ушел на работу, а Алла решила заняться любимым котом.

В бытность котенком, сэр Персиваль расценивал процедуру причесывания как игру и вертелся, стараясь ухватить расческу зубами. Его шерстка тогда была как пух и быстро сваливалась. Борьба с колтунами - занятие утомительное для хозяев и болезненное для животного, а потому Перс стал сердиться. В итоге немало пластмассовых расчесок пострадало от его острых зубов. Пытался он куснуть и щетку для вычесывания подшерстка, но не тут-то было - она сплошь утыкана острыми проволочками, загнутыми под определенным углом. Поранив губу, сэр Персиваль возненавидел щетку и, едва увидев в руках хозяйки ненавистный предмет, тут же прятался, да так, что вовек не найдешь - этот хитрюга мог часами сидеть, затаившись под кроватью или в ином укромном уголке, однажды даже каким-то немыслимым образом умудрился забраться на антресоли и устроил там уютное и безопасное логово.

Облазив все места возможного пребывания питомца, Алла взывала:

- Вылезай, засранец, я сдаюсь.

Хорошо известное ему слово "засранец" свидетельствовало, что хозяйка имеет нежелательные намерения, и умненький Перс не собирался покидать свое укрытие.

- Твоя взяла, - смеялась Алла. - Не буду тебя расчесывать, честно.

Раз хозяйка говорит веселым голосом и смеется, значит, все в порядке, и смышленый котенок являлся пред её очи. Она никогда не обманывала его если обещано, что неприятная процедура ему не грозит, значит, так и будет.

- Мир, - говорила хозяйка, беря его на руки, а котенок отвечал ей довольным урчанием, мол, ты все понимаешь правильно.

Теперь Алла не пользовалась щеткой, столь ненавидимой её любимцем, зато приводила его в порядок ежедневно "человечьей" расческой с мелкими зубьями. Подшерсток удалялся, колтунов удавалось избежать, и все оставались довольны. Процедура коту стала нравиться, и он сам вытягивал шею, мол, вот тут расчеши, здесь мне приятнее всего. Но к хвосту и прилежащим областям он относился трепетно и старался сократить до минимума соприкосновение с расческой. Теперь его шерсть стала ещё длиннее, чем раньше, зато жестче, и каждодневный туалет занимал всего несколько минут.

После её манипуляций с расческой сэр Персиваль выглядел ещё симпатичнее, хотя и так красив до невозможности, и хозяйка залюбовалась своим питомцем. От короткого розового носика спускается белый треугольник, верхняя часть мордочки, грудка, передние лапки и брюшко тоже белоснежные, а остальной окрас необычного жемчужно-серого цвета с голубоватым отливом. В трехмесячном возрасте его шерстка была почти голубой, а теперь посерела, но красоты это ничуть не убавило, наоборот, теперешний оттенок необычен, в природе такого нет, однако у персидских котов очень редкой масти бело-голубой биколор, оказывается, бывает.

Недавно вокруг его шейки появилось пышное жабо, как и положено коту персидской породы, - спереди оно спускается на грудку длинной белоснежной манишкой, а за ушками стоит как корона. А пушистый хвост, по длине почти такой же, как и туловище, вполне мог бы стать горжеткой или украшением на каске кирасира. На задних лапках у него очень смешные штанишки из густой шерсти, похожие на шаровары восточных танцовщиц. Когда Перси поворачивает попой, то выглядит презабавно - голубовато-серые шаровары и белые "носочки". Если кот валяется на спине, забавляясь с игрушкой или собственным хвостом, то видна преимущественно белая шерсть, на брюшке она тоже очень длинная и волнистая, как у породистой овечки.

Лапки у него короткие, поэтому шерсть спускается почти до пола и кажется, что он плывет, не передвигая конечностями. Все его движения удивительно грациозны и изящны, он полон чувства собственного достоинства и ощущает себя лучшим представителем кошачьего племени. Впрочем, так оно и есть.

- Хорош, черт дери! - восхитилась Алла, а сэр Персиваль, очень любивший, когда его хвалят, однако хорошо знающий себе цену, с достоинством посмотрел на нее, безмолвно ответив: "Сам знаю!"

Запасы спиртного кончились. Андрей поочередно поднимал на свет бутылки, но все они были пусты.

"Надо бы позвонить в офис..." - уже в который раз с тоской думал он.

Сегодня понедельник, вторая половина дня, но у него нет сил даже голову оторвать от подушку, не говоря уж о том, чтобы доехать до места работы.

Не вставая с дивана, Андрей дотянулся до телефонной розетки и вставил вилку - мобильник так и остался в машине. Откашлявшись, он произнес в пространство несколько слов и послушал себя - вроде бы, голос не хриплый. Набрал номер и, когда секретарша ответила, произнес:

- Полина, соедини меня с Лидией Анатольевной.

- Лидия Анатольевна в больнице.

- А что с ней?

- Разве вы не знаете, Андрей Анатольевич? - удивилась секретарша. Она сильно обожгла ноги.

Андрей растерялся, не зная, что сказать.

"По-дурацки получилось, надо было вначале позвонить сестре, а лишь потом в офис..."

- А в какой она больнице?

- Давайте я соединю вас с Владимиром Емельяновичем, он в курсе, предложила Полина.

- Соедини, - велел Андрей.

- Андрюша, что случилось, почему ты не вышел на работу? - услышал он спустя минуту голос коммерческого директора их фирмы.

- Я приболел, Владимир Емельянович.

- Ну, выздоравливай, - пожелал тот, а Андрей перевел дух - кажется, ушлый Емеля, как за глаза именовали коммерческого директора, ничего не заподозрил.

- В какую больницу положили сестру?

- В шестьдесят четвертую. Мы вызвали "скорую", и её отвезли в дежурную больницу. Так что наша фирма обезглавлена, - мрачно пошутил коммерческий директор. - Но пока справляемся.

- В четверг я выйду на работу, - пообещал Андрей.

- Можешь не спешить, если будешь не в форме, - милостиво разрешил Владимир Емельянович. - За три дня даже насморк не вылечить.

"Что это он такой заботливый? Намекает, что мое появление вовсе не обязательно? А пока нас с сестрой нет, Емеля ощущает себя в фирме хозяином?.."

- Сэр Персиваль, идите, пожалуйста, сюда, - вежливо обратилась к коту Алла.

Перс повернул мордочку, вопросительно глядя на хозяйку. Именно вопросительно, никак не иначе. У него очень выразительная мордашка - так и хочется сказать "лицо". В зависимости от его настроения, она бывает веселой, безразличной, озорной, удивленной, спокойной, сонной, презрительной, виноватой, игривой, серьезной, вопросительной, хмурой, - и ещё масса оттенков. Горизонтальная складка между бровей, - как у всех персов, - его ничуть не портит. Некоторые персидские коты из-за короткого носика выглядят постоянно нахмуренными, хотя при этом могут пребывать в самом безоблачном настроении, а у сэра Персиваля обычно жизнерадостное выражение мордочки.

Он взирает на мир и своих обожаемых хозяев с искренней любовью и вполне естественным любопытством - ещё не избавился от многих детских привычек. Любопытен чрезвычайно. Где бы, что бы ни звякнуло-брякнуло, Перс тут как тут - ему все нужно знать, все увидеть собственными глазами. Если выясняется, что предмет не представляет для него интереса, он вальяжно уходит, задрав свой роскошный хвост.

Официальное обращение хозяйки свидетельствовало, что она недовольна. Перс немного поколебался - стоит ли идти на зов, - но все же степенно подошел.

- Это кто тут надул? - спросила Алла, приподняв с постели подушку.

"Ну, я, - безмолвно ответил ей сэр Персиваль. - Имею полное право. У тебя подушек много, а мне понравилась именно эта, потому и пометил - теперь она принадлежит мне. А ты возьми себе другую".

- Ах, ты, засранец! - укорила хозяйка. - Не стыдно тебе?

Знакомое ругательное слово его ничуть не обеспокоило - ничего особенного за этим обычно не следовало, всего лишь словесное внушение.

- Ладно, - смирилась Алла. - Сколько кота ни корми, он все равно норовит надуть, желая показать, кто в доме хозяин. Против природы не попрешь.

Спустившись на первый этаж, Андрей заметил белеющий в почтовом ящике конверт. Пошарив в кармане, он достал связку ключей, открыл дверку и достал послание. На нем было напечатано: "Шевцову Андрею Анатольевичу". И все. Даже адреса нет, значит, кто-то сюда пришел и лично бросил в ящик.

Оторвав клапан, Андрей достал сложенный пополам лист бумаги и фотографию.

На снимке крупным планом было лицо женщины, что с вечера злополучной субботы постоянно являлась ему в ночных кошмарах: широко распахнутые, полные ужаса глаза, приоткрытый в безмолвном крике рот. Там, в кювете, Андрей в темноте не заметил, а на цветном фото было отчетливо видно, что упавшая на лоб прядь светлых волос в крови.

Развернув послание, он прочел: "Она погибла по твоей вине".

Сэр Персиваль проснулся, сладко зевнул, спрыгнул на пол и, задрав пушистый хвост, направился к двери. Приостановился и оглянулся с немой укоризной во взгляде: "Чего ты сидишь? Вставай, я же проголодался!"

Отказать любимцу хозяйка не в силах. Алла направилась на кухню, а Перс бежал впереди, чтобы она не вздумала свернуть с правильного пути. Четверть часа она посвятила привычному ритуалу - кормила котенка с рук.

Это пушистое существо восьми месяцев от роду быстро приучило домочадцев уважать его причуды. Одна из них - сэр Персиваль обожал свежее сырое мясо мелкими кусочками, вторая - он предпочитал есть с рук. Любящая хозяйка сразу пошла у него на поводу, а попытки экономки перевоспитать его оказались безуспешны - полная плошка могла стоять целый день, но привереда Перс даже не притрагивался к еде.

Время от времени он вредничал - разбрасывал содержимое плошки, а Зося Павловна, увидев валяющиеся повсюду куски, сердилась и выговаривала ему:

- Как тебе не стыдно, Перси! Весь пол перепачкал! Не нравится - не ешь, но зачем же безобразничать!

Кот смотрел на неё невинным взглядом, в котором читалось: "А что я такого сделал? Ты положила какую-то дрянь, а я освободил от неё посуду, вот и все".

В конце концов, сдалась даже суровая экономка, и теперь все кормили сэра Персиваля с рук, и только тем, что ему нравилось.

Андрей все ещё стоял, прислонившись плечом к почтовым ящикам и уставившись на фотографию погибшей.

В данный момент он не задумывался о том, что кто-то его видел, и чем ему это грозит. Просто тупо пялился на снимок, а в голове вертелось, что женщина молода и хороша собой, ей бы жить да жить...

Неизвестная женщина трагически погибла потому, что в пятницу, накануне его дня рождения, Вика опять затеяла затяжной скандал с набившими оскомину упреками. Тематика была все та же, благоверная с разными вариациями озвучивала её уже неоднократно, но в данном случае приурочена к моменту мол, супруг ограничивает её в расходах, а на собственное торжество средств не жалеет, в итоге будет проедена и пропита огромная сумма, а зачем выбрасывать на ветер такие деньги? - ни к чему справлять день рождения, пригласив кучу дармоедов, ведь дата не круглая, лично ей понятна истинная подоплека - ему просто хочется выпить, и он опять напьется, сыскав подходящий повод, да и вообще муж из него никакой, потому что тратит только на собственные прихоти, она вышла за него замуж, надеясь, что Андрей Шевцов приличный человек и сознает меру ответственности, а он пустое место. И далее по теме. Андрей вспылил, они вдребезги разругались, и ему пришлось обратиться к сестре. И последующая закономерная цепь событий. Если бы Вика не цеплялась к нему за столом и не унижала публично, то не случилось бы и всего остального.

Ведь было у него намерение оставить её дома и хотя бы в собственный день рождения отдохнуть от опостылевшей благоверной... Но та слышала его телефонный разговор с сестрой и прикатила незваной на своей новой машине, хвасталась перед его коллегами, и этой идиотке даже в голову не пришло, что автомобиль приобретен на деньги супруга, которого она нещадно поливает и упрекает в неимоверной скупости. А потом ревнивым взором оглядывала уставленный напитками и закусками стол, мысленно подсчитывая, во сколько это обошлось, и что бы она себе купила на эту сумму.

"Может быть, жена сделала все намерено? - вдруг осенило его. - Не сама, разумеется, эта истеричка умеет лишь из пустяка устроить сцену, а по совету своей алчной мамаши. Та продумала сценарий, подговорила дочку затеять накануне скандал, а при гостях постоянно тыркать меня, зная, что назло напьюсь, потом сяду пьяный за руль и разобьюсь. Дура Вика даже не потрудилась скрыть свои намерения, сказав, что пожелала мне вслед расшибиться в лепешку. Получается, я поступил так, как прогнозировала теща... В одном она просчиталась - я остался жив, а по моей вине погибла ни в чем не повинная молодая женщина".

Закончив с кормлением, Алла достала баночку с любимыми витаминами сэра Персиваля, и кот опять оживился - хвост заходил ходуном, на мордашке появилось умильное выражение, он кружил вокруг хозяйки, терся о её ноги и урчал в предвкушении. Эти разноцветные двухслойные таблетки Перс обожает и ради них готов на все.

Зажав таблетку-сердечко пальцами, Алла держала её довольно высоко над его головой. Сэр Персиваль встал на задние лапки, обхватил передними её руку и тут же сцапал витаминку. Через пару секунд он сел на попу и выразительно посмотрел на хозяйку. Та рассмеялась и достала ещё одну таблетку. И опять все повторилось. После третьей Алла непреклонно заявила:

- Все, Персюха, больше не дам. Все, что много - вредно. Кроме денег.

Тот посмотрел на неё с обидой, мол, жалко тебе, что ли?..

- Нечего корчить рожицы, - не купилась хозяйка. - Совесть у тебя есть?

Слово "совесть" кот тоже хорошо усвоил и понял, что больше ему не обломится. На его мордашке появилось обычное выражение, и он первым двинулся из кухни - мол, раз витаминов больше не дают, на кухне уже неинтересно.

Сев за столик, Андрей заказал двести граммов коньяку, "тещин язык" и греческий салат. Есть ему совершенно не хотелось, но надо хоть что-то через силу пожевать, все эти дни он пил не закусывая.

Торопливо опрокинув пару рюмок, Андрей вяло ковырял вилкой в тарелке и глотал пищу, не ощущая вкуса.

"Соберу Викины вещи, отвезу их к теще и заберу у жены ключи", пообещал он себе, с мстительным удовольствием кромсая на мелкие кусочки заливной "тещин язык".

Сегодня Андрей сознательно ограничил себя в спиртном - пора выходить из штопора. Сестра в больнице, а он её ещё не навестил. Да и на работе нужно показаться.

Емеля мужичок ушлый, оставлять фирму на него нельзя. Его связывают давние отношения с Павлом Головановым, Лидиным мужем, а тот три года назад продемонстрировал подлые намерения, после чего Лида выгнала мужа, но развод они ещё не оформили.

Коммерческому директору удалось отвертеться, мол, ему было неизвестно о замыслах Павла, они просто приятели, и все. Так это или нет, - осталось тайной. А выгнать темную лошадку, - а может быть, троянского коня? - сестра не может. Восемь лет назад, когда "Орфей" остро нуждался в оборотных средствах, Емеля вложился в их фирму, а сейчас не желает продать свою долю, хотя Лида не раз ему предлагала.

В коридоре Алла немного приотстала, решив понаблюдать, куда направится кот. Умненький сэр Персиваль пошел именно туда, куда надо, - в её кабинет.

Порой она удивлялась - как он все понимает. Вроде бы, всего лишь пушистый комочек шерсти, но умен.

Войдя в комнату, Алла получила возможность ещё раз убедиться в незаурядном уме своего любимца - Перс стоял возле её кресла, дожидаясь, пока она в него сядет. И в самом деле - какой смысл первым занимать кресло, если через минуту его оттуда сгонят?

Как только любимая хозяйка устроилась на привычном месте, сэр Персиваль запрыгнул ей на колени, немного повозился, устраиваясь поудобнее, свернулся клубком и тут же уснул.

Расплатившись по счету, Андрей вышел из ресторана и направился к своему дому.

"Рено-меган" все ещё стоял там, где хозяин его бросил - перед подъездом, среди других автомобилей жильцов. Каким-то чудом ему удалось вписаться между двумя соседними машинами, не задев их, хотя сейчас Андрей не мог вспомнить, как добрался до дома, как припарковался. Разбитый бампер был обращен к газону, с этим тоже повезло - со стороны не видно. Если кто-то подойдет со стороны газона - заметит повреждения, но там обычно никто не бродит, дети играют на специально оборудованной площадке, собачники гуляют с противоположной стороны дома. Но оставлять машину в таком виде нельзя, и Андрей решил после посещения сестры заехать в автосервис.

"Вначале надо смыть кровь..." - спохватился он, и опять ощутил приступ дурноты.

- Здравствуйте, Аллочка. Это Ксения Карева.

- Здравствуйте, Ксения Аркадьевна.

- Вы не могли бы приехать ко мне после работы?

- В данный момент я не работаю и могу прибыть в любое удобное для нас обеих время.

- А что случилось? Вам отказали от места?

- Увольнение мне не грозит, - рассмеялась Алла. - Я хозяйка фирмы и имею право сама решать, востребованы ли мои услуги.

- Неужели вы занялись тем, что ныне именуется бизнесом? - удивилась Ксения Аркадьевна.

- Увы... И я поддалась общей тенденции. Гуманитарной профессией нынче не прокормишься.

- И подумать не могла... - Собеседница была растеряна. - Вы и вдруг бизнес... На мой взгляд, понятия несовместимые.

- Отчего же? - Разговор Аллу забавлял. Народная артистка Ксения Аркадьевна Карева весьма далека от такой прозы жизни как "делать деньги", а для нее, Аллы Королевой, - это уже привычный образ жизни. Но не станет же она объяснять актрисе прописные истины! Любому другому из категории любопытствующих профанов Алла бы выдала: "Не лезь, где не спрашивают!" - но у них с Ксенией Аркадьевной особые отношения. - Говорят, я вполне приличная бизнес-леди.

- Извините, Аллочка, если мои слова вас задели.

- Нет, что вы, Ксения Аркадьевна. Я отношусь к вам с безграничным уважением, и ваши слова меня никогда не заденут. Да вы и не способны кого-то обидеть.

- К тем, кто сейчас занимается коммерцией, я не испытываю симпатии, пояснила собеседница и тут же поправилась: - К вам сказанное, разумеется, не относится. Наш театр сейчас испытывает материальные трудности, и администрации приходится идти на поклон к так называемым спонсорам... О, это ужасные люди... О культуре поведения и вообще о культуре они не имеют ни малейшего понятия. После общения с ними наш главный режиссер неделями не может прийти в себя. А что делать? Мы на грани краха и, как утопающим, приходится унижаться.

"Видимо, речь пойдет о деньгах, - предположила Алла, решив, что непременно поможет давней знакомой. - Но ведь Ксения Аркадьевна удивилась, узнав, что я тоже подвизаюсь в коммерции... - припомнила она начало разговора. - Или просто хорошо разыграла удивление в надежде, что я сама проявлю инициативу..."

Алла решила избавить собеседницу от унижения просить материальной помощи:

- Ксения Аркадьевна, если вашему театру нужен спонсор, то вы именно с ним сейчас общаетесь.

- Нет, нет, Аллочка, - запротестовала актриса. - Я стараюсь держаться подальше от меркантильных дел. Боже упаси!

- Тогда я предложу свою помощь вашему руководству. Уж они-то наверняка не откажутся от денег.

- Я не желаю в этом участвовать! - В голосе давней знакомой слышалось искреннее возмущение. - Это низко - пользоваться дружескими отношениями в надежде на материальную выгоду.

- Как скажете, Ксения Аркадьевна, - дала задний ход слегка удивленная Алла и подумала, что в наше циничное время отказываются от денег только такие святые люди, как Ксения Карева. - Если я приеду часов в пять, это вам удобно?

- Разумеется, Аллочка. В сегодняшнем спектакле для меня роли не нашлось, так что я целый день дома.

- Вы живете там же?

- К сожалению, та квартира теперь принадлежит другому человеку... Да мне и ни чему одной такие хоромы. Теперь у меня симпатичная двухкомнатная, и мне вполне достаточно. Запишите адрес.

"Видимо, старая актриса совсем на мели, - подумала Алла. - В общем-то понятна причина её негативного отношения к бизнесменам. Какому-нибудь нуворишу приглянулась шикарные пятикомнатные апартаменты на Тверской, и Ксении Аркадьевне пришлось продать любимое жилье, чтобы выжить".

На кухонном столе белел конверт, по виду - точно такой же, как тот, что сейчас лежал в кармане его брюк. Андрей подошел поближе и увидел такую же надпись, отпечатанную на принтере: "Шевцову Андрею Анатольевичу".

Он уже догадался, что внутри, но тем не менее, распечатал конверт.

"Как ощущаешь себя в качестве убийцы?" - значилось на листе, а на снимке Андрей сидел на корточках возле погибшей. Фотограф ухватил момент, когда виновник смотрел на свою жертву с каким-то неописуемым выражением: глаза выкатились, рот оскалился, взгляд неосмысленный. Создавалось впечатление, будто он только что совершил убийство и сам ещё полностью не осознал, сидит и таращится на тело. А в целом производит впечатление полнейшего придурка, который убил непонятно зачем и теперь не в силах решить, что ему делать. При желании можно даже расценить выражение его лица как жестокое или злобное из-за ощерившегося рта.

На самом деле ошарашенный, да к тому же, пьяный, Андрей не контролировал себя, да и не перед кем ему было стараться выглядеть подобающим образом.

А оказывается был человек, который внимательно следил за ним и фиксировал все на фотопленке...

С давних лет Аллу Королеву все называли верной боевой подругой. Родилось это полупрозвище после какого-то фильма, в котором герой исполнил песню с аналогичным словосочетанием, и один из её поклонников без всякой задней мысли назвал её так. Это определение и в самом деле очень ей подходило - и характер у неё боевой, а для своих многочисленных друзей она настоящий и верный друг.

Алла бескорыстно помогала не только друзьям и знакомым, попавшим в сложную ситуацию, но и людям, которых не видела ни разу в жизни. Такой уж характер - не могла пройти мимо, если кого-то обидели, а человек не может сам за себя постоять.

Девять месяцев назад Алла Дмитриевна Королева создала новую фирму, назвав её "Самаритянин", и пригласила на работу некоторых своих сокурсников.

Толчком явился разговор с подругой и сокурсницей Светланой. Та пригласила на свою свадьбу весь курс, и на этом, в общем-то, демократичном торжестве явно высветилась разница социального и материального статуса бывших сокурсников. Как и Алла, Светлана деловая женщина. После гибели мужа она стала президентом компании "Промэкспоцентр"4 и теперь весьма и весьма небедная бизнес-дама.

Глядя на скромно одетых сокурсников, комплексующих на фоне элегантных сотрудников "Промэкспоцентра", верная боевая подруга поняла, что из-за чрезмерной интеллигентности, гуманитарного образования и менталитета многие не смогли найти свою нишу в условиях теперешнего бардака, и предложила Светлане совместными усилиями помочь ребятам, благо возможности у обеих есть. Та сразу воодушевилась идеей и была готова взять их на работу в свою компанию, но верная боевая подруга с ней не согласилась.

И в самом деле, отношения "начальница-подчиненный" с теми, с кем уже почти два десятка лет на "ты", чреваты для обеих сторон. Если назначить непомерно высокий оклад бывшему сокурснику, пока ещё полному профану в бизнесе, будет обидно другим сотрудникам, обладающим опытом и профессионализмом. Уравнять в зарплате с другими - тоже не годится. В деловом мире платят по труду и способностям, а не из дружеских отношений. Хотя и такое случается, но Алла Королева придерживалась иного принципа: "Бизнес - не богадельня".

Установить оклад, соответствующий реальному вкладу новоиспеченного сотрудника, - тоже не лучший выход. Все ж менталитет некоторых наших сограждан пока трудно искореним. Кто-то оценивает свои способности реально, а другой скажет: "Пожидилась бывшая сокурсница, у самой денег куры не клюют, а меня обделяет". Или, того хуже, решит, что та хочет продемонстрировать их неравенство. Или сочтет себя униженным - дескать, кинула небольшую сумму, как милостыню, да ещё требует, чтобы её отрабатывали. А обе бизнес-леди - весьма строгие начальницы, дисциплина и в "Приме", и в "Промэкспоцентре" на уровне, сотрудники просто-таки горят трудовым энтузиазмом. Тем более, есть с кого брать пример - сами начальницы тоже пашут, не покладая рук. По крайней мере, так было до недавних пор. Сейчас Алла временно не у дел, но на то есть объективная причина.

Тот памятный разговор со Светланой не прошел бесследно - верная боевая подруга человек дела. Уже через пару дней идея окончательно оформилась, и она явилась к Матвею Лопаткину, тоже бывшему сокурснику, с предложением организовать и возглавить новую фирму.

По её задумке, у "Самаритянина" две задачи. Первая - помочь прилично трудоустроиться сокурсникам и другим хорошим людям. В любой фирме есть вакантные места и существует проблема с кадрами. В коммерческую структуру не возьмут человека с улицы. Хорошего специалиста никто не отдаст - самому пригодится. Набирать из числа безработных по объявлениям в газетах, - дело хлопотное и неблагодарное. Для того, чтобы понять, справится ли претендент со своими новыми обязанностями, нужно немало времени. Хороший оклад его, разумеется, устраивает, но устраивают ли фирму его профессиональные качества? Поэтому текучесть кадров большая.

"Самаритянин" занял эту нишу и теперь оказывает посреднические услуги. Обладая обширными связями и немалым опытом в бизнесе, верная боевая подруга перетрясла всех деловых партнеров на предмет имеющихся вакансий, привлекла к этому близких друзей, любовников, ныне крупных бизнесменов. Те по её просьбе провели соответствующую разведку в аспекте свободных рабочих мест в фирмах своих партнеров. Алла выделила "Самаритянину" кредит, помещение под офис, оргтехнику и прочее оборудование, дала машину, помогала сокурсникам освоить новые профессии, а фирма оплачивала обучение на курсах для освоения ныне востребованных специальностей.

За столь короткий срок "Самаритянин" приобрел хорошую репутацию. В деловом мире уже знали, что эта посредническая фирма рекомендует хороших специалистов, и те по праву занимали вакантную должность.

Но это официальная деятельность "самаритян". А теневая - помощь в сложных, в том числе, криминальных, ситуациях, коих немало у любого человека, подвизающегося на ниве бизнеса. Здесь "самаритяне" тоже преуспели и под руководством верной боевой подруги расследовали немало преступлений.

Этим Алла занималась больше для души. При её неугомонном характере она и сама частенько попадала в крутые переделки. Не могла верная боевая подруга остаться в стороне, если хороший человек оказался подозреваемым в преступлении или пострадал кто-то из близких ему людей.

Круг Аллиных знакомых, друзей-приятелей достаточно широк, а криминал и бизнес в наше смутное время зачастую идут рука об руку, так что работой "самаритяне" обеспечены. Большинство заказчиков - люди состоятельные, а их благодарность за благополучный исход непростой ситуации не знала границ точнее, выражалась в щедрых гонорарах. Если пострадавший не имел средств, то заказчицей расследования выступала верная боевая подруга. В итоге "Самаритянин" стал процветающей фирмой.

В фирме трудились особы прекрасного пола, а возглавлял её Матвей Лопаткин. Поначалу Алла намеревалась привлечь к работе своих друзей из частного детективного агентства, но потом передумала. Все ж нельзя сбрасывать со счетов и мужской шовинизм. Пусть на дворе третье тысячелетие и, как полагают некоторые мужчины, разгул феминизма, но взгляды некоторых представителей сильной половины человечества остались традиционными. В упрощенном понимании: женщина, знай свое место и не лезь в мужское дело, тебе это все равно не по силам и не по уму.

Будучи неплохим психологом и надежной подругой своим друзьям - с мужчинами она всегда была на равных, и ей не раз говорили: "Ты настоящий мужик, Алла!", - она прекрасно знала, что любой представитель сильного пола считает себя на порядок умнее даже очень умной женщины, а уж в деле, традиционно считавшимся прерогативой мужчин, тем более ощущает себя асом и снисходительно-насмешливо относится к успехам прекрасной половины, мол, чем бы баба ни тешилась...

Ее друзья-профессионалы наверняка скептически оценят деятельность начинающих сыщиц и будут втихомолку иронизировать над промахами дилетанток, тем самым лишат их веры в себя и стимула к профессиональному росту на новом поприще. И тому уже есть подтверждение в лице её бессменного напарника Виталия Рылеева. Пусть он и не говорит этого напрямую и, разумеется, не ехидничает в адрес "самаритянок", но верная боевая подруга умела понимать недосказанное.

Удостоверившись, что бывшие сокурсницы, в подтверждение известной поговорки "Не боги горшки обжигают", легко освоили премудрости сыщицкой деятельности, она окончательно решила не приглашать в фирму профессионалов.

Успехи "самаритянок" позволяли ей не раз с чувством произносить свой любимый девиз: "Женщины могут все!", - и грели женское тщеславие, которого верная боевая подруга, как и любая истинная дочь прародительницы Евы, была не лишена.

- Я терпеть не могу феминисток, но не прочь лишний раз утереть мужикам нос, - говаривала она.

Одно время верная боевая подруга поставила это своей целью: доказать, что женщины способны делать все или почти все из того, в чем достигли успеха мужчины.

- Мы не слабый, а сильный пол, - самоуверенно заявляла она. - Я женщина и этим горжусь. И пусть говорят, что слабый пол силен своими слабостями, - какая, в сущности, разница, какими способами достичь цели?! Мы идем своим путем, но в том же направлении и частенько быстрее добиваемся результата - пока мужики тужатся в логических построениях, женщина постигает все с помощью интуиции.

Правда, с некоторых пор верная боевая подруга, следуя ещё одному своему девизу: "Принципы для того и существуют, чтобы их нарушать", слегка видоизменила любимый девиз и теперь говорила: "Женщины могут ВСЕ, но не обязаны ВСЕ делать сами".

Теперь, когда Олег строго-настрого запретил ей работать, Алла не имела возможности тесно контактировать с "самаритянами" и была вынуждена заниматься расследованиями тайком от своего лечащего врача и любимого мужчины.

- Мне скучно жить, если я не у дел, - жаловалась она верному оруженосцу и подругам. - Люблю погонять адреналин в крови. Лично мне нужна дополнительная порция этого гормона.

Втайне от Олега Алла занималась криминальными ситуациями, после выписки из больницы раскрыла уже не одно преступление и наказала виновных своим способом5.

- Да, мне нравится быть робин гудом, - говорила она. - Моя беспокойная натура не может комфортно существовать без острых ощущений.

В общем, все были довольны. Лечащий врач полагал, что любимая женщина теперь выполняет предписанный режим, отдыхает, набирается сил, посещает массажистку, разрабатывает мышцы раненной руки, "самаритяне" в достаточной мере обеспечены заказами, частные детективы - гонорарами, а верная боевая подруга - острыми ощущениями.

Налив воду в кастрюлю, Андрей прихватил тряпку и спустился во двор. Знакомых автомобилистов поблизости не оказалось, и он вздохнул с облегчением - нежелательны ни новые свидетели, ни расспросы.

Стараясь не смотреть на засохшие бурые пятна, Андрей торопливо возил мокрой тряпкой, сглатывая слюну и часто дыша, чтобы справиться с приступом тошноты. Особого эффекта его манипуляции не имели, на поверхности автомобиля остались бурые влажные разводы.

Прихватив из багажника две пустые канистры, он поднялся в квартиру, налил в них воды и снова вышел во двор. Посмотрел с сомнением на грязную тряпку, валяющуюся на траве, и ногой отшвырнул её в сторону. Вылив всю воду из канистр, Андрей отметил, что теперь машина выглядит гораздо лучше. Повреждения, разумеется, никуда не делись, но теперь многие ездят на битых автомобилях, а сотрудники дорожной службы смотрят на это сквозь пальцы, если клиент платежеспособен.

Немного приободрившись, он ещё раз сходил за водой, снова полил капот и переднюю часть автомобиля, а потом тщательно протер все сухой тряпкой.

Отворилась входная дверь, и сэр Персиваль первым помчался встречать прибывших - экономку Зосю Павловну и Толика, Аллиного верного оруженосца, а по совместительству телохранителя, водителя, неизменного собеседника, исполнителя деликатных поручений и мастера на все руки.

Интеллектом и красотой слога он не блещет, зато обладает иными качествами, которые весьма высоко ценила верная боевая подруга: преданностью, честностью, верностью и, как недавно выяснилось, добротой, состраданием и готовностью бескорыстно помогать слабым и несправедливо обиженным, особенно женщинам. В свои тридцать лет Толик ни разу не был женат, любовницы не имел и вот уже четыре года верой и правдой служил Алле.

Хозяйка общалась по телефону с Олегом, и Перс взял на себя её функции. Приятные, между прочим, функции, поскольку Толик и экономка вернулись с покупками, среди которых наверняка найдется что-то и для него.

Кот совершил привычный ритуал, который он готов исполнять хоть сто раз на дню, - с разбегу запрыгнул на руки Толику, не менее любимому им, чем хозяйка. Поприветствовав гостя, сэр Персиваль решил, что есть дела поважнее, шустро соскочил на пол и помчался на кухню, куда экономка уже унесла часть пакетов с продуктами.

- Мр-р-ра-а! - оповестил он о своем приходе, умильно заглядывая ей в глаза и всем своим видом говоря: "Надеюсь, ты не забыла обо мне и принесла чего-нибудь вкусненького..."

- Не приставай, Перс! - отмахнулась Зося Павловна, выкладывая покупки на кухонный стол.

Сэр Персиваль понял, что ластиться к ней бесполезно и, не теряя оптимизма, направился навстречу нагруженному пакетами Толику, приветливо помахивая хвостом, мол, ты-то точно обо мне позаботился, и за это я тебе ещё больше люблю.

Разумеется, в награду хитрюга получил очередной подарок - круглый мешочек, набитый травой валерианы. Столь любимый кошачьим племенем запах привел его в восторг. В магазине Толик сомневался, стоит ли покупать игрушку, хотя продавщица убеждала, что она непременно понравится его любимцу. Эффект превзошел все ожидания. Сэр Персиваль, вмиг забыв о том, что он уже достиг весьма солидного возраста, в полном экстазе рухнул на пол рядом с мешочком, терся об него щекой, свивался кольцом то в одну сторону, то в другую, подцеплял игрушку коготком и натирал ею свою мордочку, потом с блаженным видом обнюхивал свою лапку и облизывал, а на его симпатичной мордашке было выражение неописуемого блаженства.

- Во балдеет! - восхитился Толик. - Чё я раньше-то ему эту штуку не купил?!

Суровая Зося Павловна оглянулась на катающего по полу Перса и поджала губы:

- Что это с ним?

- Валерьянки нанюхался, - жизнерадостно оповестил Толик.

Проходя мимо почтового ящика, Андрей скосил глаза и вздохнул с облегчением - там было пусто. Хотя успокаиваться рано - отсутствие письма ничего не значит. Снимки-то есть, и в любой момент их могут передать соответствующим органам. Да и не только это тревожило Андрея.

Больше всего его волновал нравственный аспект собственного проступка. Даже трех проступков. Первый - сел пьяным за руль, второй - насмерть сбил пешехода, третий - сбежал с места происшествия.

Водить машину в нетрезвом состоянии для него привычно. Коммерсанты нередко выпивают во время переговоров - для установления более доверительной атмосферы, - и обычно это происходит днем, в офисе. Случается и в ресторане, в большем объеме, но тогда есть возможность приехать и уехать на такси. А ему, Андрею, частенько приходится мотаться по городу, и без колес как без рук. Личным шофером он пока не обзавелся - статус не тот, не хочется стать всеобщим посмешищем. Все остальные, будучи даже повыше его рангом, сами водят свои автомобили, а он, в общем-то рядовое звено в небольшой фирме, будет раскатывать с персональным водителем?!

Если человек в нетрезвом состоянии чувствует себя за рулем неуверенно, то есть лишь два варианта: или не пить, или, приняв на грудь, воспользоваться наемным транспортом. Большинство деловых партнеров Андрея предпочитали первое, а потому на переговорах выпивали чисто символически, больше для соблюдения ритуала. А он, чего греха таить, слаб к спиртному, и одной рюмкой обычно не ограничивалось. Правда, раньше происшествий на дороге по его вине не случалось. Но, как говорится, сколько веревочке ни виться...

Так что все закономерно: не любил бы он выпить, держал бы себя в узде, - не случилось бы недавнего наезда. Следовательно, сам во всем виноват и ни к чему оправдываться.

Даже жена, устроившая ему сцену накануне дня рождения и во время самого торжества, имеет ко всему случившемуся лишь косвенное отношение. Будь супруг посильнее характером, приструнил бы скандальную подругу жизни. Переделать Вику невозможно, но имелся шанс хотя бы частично корригировать её поведение. Да хотя бы с помощью банального кнута: станешь устраивать истерики, не получишь ни копейки. Вика, хоть и дура набитая, но быстро бы сообразила, что от сцен ничего не выигрывает, как раз наоборот, - лишается источника средств. Ради денег эта алчная особа готова на все.

Да и сам факт, что он на ней женился, - свидетельство его слабости. Ее цель была видна невооруженным взглядом, об этом ему неоднократно говорили и Лидия, и бывшая любовница Нонна. Ему самому такие мысли тоже приходили в голову, но Андрей не желал серьезно задумываться и, как обычно, пустил все на самотек, пассивно подчиняясь и, по сути, исполняя чужую волю.

Слабоволие - недостаток, на который ему частенько указывала сестра. Но от упреков силы воли не обретешь.

Почему Андрей терпел скандальный характер жены? Что его удерживало от развода? Почему он втягивал голову в плечи и каждый раз уступал, стоило ей завести заезженную пластинку? Примитивная Вика, ума которой хватало лишь на все, что касалось денег, и та поняла его слабость и пользовалась ею. Мало того, именно она оказалась сильнее характером - непрестанно туркала его, не боясь, что муж не вытерпит, и всегда добивалась своего. У него была возможность ответить категорическим отказом на её все возрастающие требования, можно было просто развестись. Однако, как всегда, Андрей пассивно плыл по течению. На что надеялся? Что Вика со временем станет мягче? Да ни на что он не надеялся, просто не хотел ничего предпринимать.

Заливать уязвленное самолюбие спиртным - это ли поступок, достойный мужчины? Тем более, что уколы нанесены супругой. Это типичное поведение алкоголика, вот и все объяснение.

Сесть пьяным за руль после скандала с женой и отправиться к любовнице, чтобы в объятиях той найти утешение, - тоже отнюдь не свидетельство мужественности.

Отсюда все последующие события.

В бессильном бешенстве Андрей гнал как сумасшедший, не думая, что может столкнуться с другим автомобилем и пострадают ни в чем не повинные люди.

И доигрался.

А потом испугался ответственности, как бывало с ним всегда, и удрал.

Вначале пытался, подобно страусу, спрятать голову в песок, мол, ничего не случилось, у него всего лишь очередной приступ, сейчас он отлежится, придет в себя и, как ни в чем ни бывало, покатит дальше.

Если бы возле него не остановился пожилой водитель на "Жигулях", настойчиво расспрашивавший, не случилось ли аварии, и заметивший кровь на его лице, - Андрей бы вскоре встал, убедив себя, что ничего на дороге не произошло, и уехал.

Так он вел себя всегда: если ему не хотелось думать о чем-то неприятном, тревожащем, он старался об этом не вспоминать, сочинив для самого себя приемлемое оправдание.

Его многие считали слабовольным человеком, не только сестра. Положа руку на сердце, Андрей сознавал, что не пользуется уважением, и такое отношение заслуженно.

И тем не менее, он тешил себя надеждой, что ничем не хуже других, и придумывал моральные алиби - не хотелось выглядеть никчемным слабаком ни в собственных глазах, ни в глазах окружающих.

До сих пор ему удавалось сохранять хоть какое-то равновесие, создав для себя иллюзию, что все в его жизни более-менее гладко: получил хорошее образование, стал совладельцем фирмы, пусть и небольшой, но на его потребности хватает, есть материальные свидетельства вполне приличных достижений представителя среднего класса. Что ещё надо человеку для того, чтобы не роптать на судьбу?! С женой плохо живут, - так это не смертельно, все приятели лаются со своими половинами, а потом чихвостят их почем зря.

И вот теперь его устоявшийся мир под угрозой. И дело не только в том, что есть риск уголовного наказания, хотя и это не радует, но и в том, что если случившееся станет известно окружению, привычное равновесие нарушится.

Как и всем слабовольным натурам, подспудно ощущающим собственную неполноценность, Андрею было очень важно мнение окружающих. Осуждение разумеется, моральное, а не наказание за преступление, - было для него смерти подобно. Человек, в котором нет внутреннего стержня, держащийся лишь на внешних атрибутах, весьма болезненно реагирует на все, что задевает самолюбие и старается оградить себя от ударов по самому больному месту.

Утратить прежнее отношение окружающих - означает потерять свое лицо. А это моральная смерть.

После этого лучше не жить.

В дверь позвонили. Экономка направилась в прихожую, переступив через кота. Тот и не подумал прекратить забавы с понравившейся игрушкой - вряд ли новый гость предложит ему что-то поинтереснее.

Пришла Аллина массажистка, которую терпеть не могли и Толик, и сэр Персиваль. Первый - потому что она чересчур рьяно мяла кисть его обожаемой начальницы, да так, что та аж скрипела зубами от боли, а второй - потому что массажистка всегда выгоняла его комнаты, ссылаясь на аллергию.

"Разве может быть аллергия на таких красивых котов, как я?" безмолвно возмущался Перс, а Толик был с ним солидарен.

Выяснив, в какой палате лежит Лидия Анатольевна Шевцова, Андрей поднялся на третий этаж, прошел по коридору и открыл нужную дверь.

- Андрюша! - обрадовалась сестра. - А я уже начала беспокоиться.

- Приболел, - кратко ответил он.

- Ты ужасно выглядишь, - отметила она. - Не надо было приходить, мог бы просто позвонить.

Андрей положил на тумбочку пакет с фруктами и присел на стоящий возле кровати стул.

- Как ты себя чувствуешь?

- Если честно - ужасно, - призналась Лидия. - Упросила врача, чтобы мне кололи обезболивающие, но хватает всего на час-другой, а потом болит нестерпимо. Мне только что сделали укол, поэтому сейчас я не чувствую боли. Но долго валяться здесь не буду, выпишусь. Фирму нельзя оставлять без присмотра.

Андрей понял недосказанное - хоть они с сестрой и совладельцы, от него проку мало, все лежит на её плечах, а он компаньон лишь номинально. Задумав создать фирму, Лидия пригласила младшего брата - в то время он трудился на должности экономиста в заштатной организации, - надеясь, что способный Андрей поможет. Но его способности ограничивались умением выполнять чужие распоряжения, на самостоятельные решения он не годен - всю жизнь боялся ответственности.

"Я всегда жил за счет сестры... - подумал Андрей. - А потом посадил на её шею и свою жену. Но теперь я скину хотя бы одну ношу".

Лидия внимательно вгляделась в него и встревожилась:

- Андрюша, ты выпил?

- Совсем немножко, - соврал он.

- А вчера?

- Тоже чуть-чуть.

Она откинулась на подушку и вздохнула.

- Я вижу - ты чем-то очень расстроен. Из-за Вики?

- Нет. - Андрей отвел взгляд и решил сменить тему: - Как же тебя так угораздило, Лидуль?

- Разозлилась очень на твою благоверную и дернула противень что есть силы, а он вывалился мне на ноги.

- Я её уже выгнал, больше она не будет трепать нервы ни мне, ни тебе.

- Как же тебе удалось от неё избавиться?

- Вытолкал из квартиры, вот и все.

- Она так просто не отвяжется. Не для того Вика тебя окрутила, чтобы так просто уйти.

- Я с ней разберусь, - пообещал он. - Сегодня же отвезу все её вещи, заберу ключи от квартиры и подам на развод. Детей у нас нет, делить нечего.

- Что ж, все, что ни делается - к лучшему, - облегченно улыбнулась Лидия.

"Если бы..." - мысленно возразил Андрей.

- Куда щас двинем? - спросил Толик, когда сеанс издевательства над его повелительницей закончился, и ненавистная массажистка ушла.

- К одной моей старой знакомой, - ответила Алла, направляясь в спальню и на ходу пояснив: - Пойду ломать голову, что надеть. На улице жарко?

- Страсть! - коротко и емко охарактеризовал погоду Толик.

За квартал от своего дома Андрей заметил крупную надпись "Автосервис" над высокими железными воротами. Немного поколебавшись - слишком близко, сюда могут обратиться соседи, - он все же решился и въехал на территорию.

- Иномарки ремонтируете? - спросил Андрей вышедшего из гаража мужчину в засаленном комбинезоне.

- А как же! - с достоинством ответил тот.

- Посмотрите, пожалуйста, мою.

Автомеханик обошел машину, принял задумчивый вид и выдал многозначительное:

- Дорого встанет...

- Неважно, - отмахнулся хозяин. - Главное - чтобы была как новая.

Мастер почесал в затылке и присел на корточки, обозревая повреждения. Андрей понял намек и выдал солидный аванс.

- Неудачно парковался, - пояснил он. - Сделайте, пожалуйста, побыстрее, я хорошо заплачу.

Посмотрев на него с сомнением, автомеханик хмыкнул и перевел взгляд на капот.

"Он обо всем догадался, - испугался Андрей. - Черт, надо было придумать что-то более убедительное. Или обойтись без пояснений, а то выглядит ещё подозрительнее..."

Уставившись на повреждения, мастер стал загибать пальцы, безмолвно шевеля губами, и наконец сообщил:

- К субботе будет готово. Дайте ещё столько же авансом, а полностью рассчитаемся, когда приедете забирать.

Андрей с готовностью выдал требуемую сумму и попрощался.

"Надо было снять с машины номера, - спохватился он, выйдя за ворота. А хотя - один черт, автомеханик может переписать номера двигателя".

Открыв дверцы платяного шкафа, Алла придирчиво разглядывала свои туалеты, раздумывая, что надеть для предстоящего визита к Ксении Аркадьевне Каревой.

Обычно выбор одежды не занимал значительного времени - верная боевая подруга все делала быстро, в том числе, и принимала решения. Но тут другой случай. Ее левая рука до сих пор в плотной повязке от плеча до запястья, а бинты как следствие боевых ран украшают мужчину, но не красивую женщину. До недавнего времени такой проблемы не было - натянула рукав джемпера до середины кисти и никому не придет в голову, что под ним скрывается изувеченная конечность.

Июнь в этом году выдался на редкость знойным, уже вторую неделю стоит тридцатиградусная жара, а бывало, и поболе. Носить одежду с длинным рукавом, когда даже в топике на бретельках по спине течет, - равносильно самоубийству, запросто схватишь тепловой удар. Пусть это и преувеличение удар, конечно, не получишь, - но будешь чувствовать себя крайне дискомфортно. И самой противно, когда вся мокрая, да и раздетые до максимума, позволяющегося приличиями, окружающие будут недоуменно коситься, - почему дамочка столь неадекватно вырядилась? Одежду, не позволяющую увидеть даже кусочка обнаженного тела, вне зависимости от погоды, носят лишь убежденные старые девы, - а вдруг кто-то воспылает нечистыми желаниями и покусится на нетронутую честь! - а Алла Королева по вполне понятным причинам не желала, чтобы её причисляли к таким особам. Но и красоваться с забинтованной рукой в открытом платье тоже удовольствие так себе.

Раньше о её ранении знали лишь самые близкие люди, а на светские тусовки она уже давно не выезжала, - нет настроения, да и чувствует себя неважно, - а теперь приходится каждому объяснять, почему рука в повязке и висит плетью. "Я - почти солдат с раной", - отшучивалась верная боевая подруга, произнося фразу так, что получалось "солдат сраный". Некоторым любопытствующим Алла отвечала: "Фурункулез замучил, вся в чирьях" или "Неудачно ковырялась в ухе и схлопотала вывих". Сообразительные собеседники сразу отставали, поняв, что она не намерена подробно распространяться на эту тему, а тупые пускались в дотошные расспросы: что да почему, - и это ей порядком надоело.

"Буду смотреть на проблему проще, - решила верная боевая подруга, снимая с плечиков легкий сарафан из кисеи. - Ксения Аркадьевна не из тех, кто устроит мне допрос с пристрастием".

В прорезях почтового ящика опять белел конверт. Андрей приостановился, колеблясь.

"Если оставить его здесь, почтальонша может увидеть. Удивится, что письмо пришло не по почте и полюбопытствует".

Испытывая отвращение, он достал конверт, сунул его в карман и нажал кнопку лифта.

На столике в гостиной его поджидало ещё одно послание со знакомой надписью.

"Вот дрянь! - разозлился Андрей на жену. - Видимо, они с тещей задумали довести меня до белого каления, чтобы я разбился на машине, и наняли кого-то проследить за тем, как произойдет авария. А тот, кто ехал за мной, увидел, что я сбил женщину, сфотографировал, как я подошел к погибшей, и предоставил снимки нанимательницам. Две алчные шакалихи до сих пор не отказались от своего намерения. Вика вчера нарочно трепала мне нервы, зная, что после этого я обязательно выпью. А снимки приносит, чтобы я был в постоянном напряжении и пил. И ведь не подкопаешься - напился и влетел в столб".

- Что с вашей рукой, Аллочка? - спросила Ксения Аркадьевна, увидев её забинтованную от плеча до запястья руку.

- Перелом, - лаконично ответила Алла, решив уклониться от обсуждения проблемы своего здоровья.

Тактичная хозяйка воздержалась от расспросов, сообразив по выражению её лица, что данная тематика гостье неприятна.

Собеседницы прошли в комнату, которая, очевидно, служила гостиной. Незаметно оглядевшись, Алла отметила, что мебель все та же, некогда шикарная и дорогая, а теперь старенькая и потертая. Как и в квартире любой актрисы, стены украшали многочисленные фотографии хозяйки дома, где она снята в сценических костюмах или в обществе известных людей, с надписью наискосок: комплименты, пожелание творческих успехов, "на долгую память" и прочее.

- Все как всегда, - улыбнулась гостья. - Я будто перенеслась на шестнадцать лет назад и вернулась в свою молодость.

- Да вы и сейчас молоды, - улыбнулась в ответ хозяйка.

- Вы тоже, Ксения Аркадьевна. Ничуть не изменились, все такая же красавица, - польстила Алла, хотя прекрасно видела, как та сдала за то время, что они не виделись.

"Несладко ей, бедной... Сразу видно, что нуждается. Да и сыночек её редкостный оболтус, от него никакой помощи. Наверняка по его инициативе мать продала хорошую квартиру, а он пропил и проел её денежки", - мысленно посочувствовала немолодой актрисе верная боевая подруга, решив втайне от неё встретиться с руководством театра и предложить спонсорскую помощь.

- Спасибо, Аллочка... - Ксения Аркадьевна печально вздохнула. - Хоть вы мне и льстите, но, как говорил Бернард Шоу, лесть приятна уже тем, что человек счел вас достойным лести. Годы неумолимо отнимают, а в моем возрасте уже ничем не обогащают. Опыт накапливается лет до сорока-пятидесяти, а потом лишь пользуешься этим багажом и ежедневно что-то теряешь - красоту, здоровье, зубы, оптимизм...

Гостья не нашлась что сказать. Произносить банальности не хотелось. Да и чем можно утешить старую актрису, вся жизнь которой - в театре?..

- Теперь я играю преимущественно бабушек, - грустно продолжала народная артистка. - Правда, роли Аркадиной и Раневской все ещё закреплены за мной, но Чехова, да и вообще классику, в нашем театре уже давно не ставят - нет сборов. Теперь, увы, все решают деньги. А в современных пьесах ролей главных ролей для пожилых дам практически нет. Да никто и не даст мне заглавной роли... С тех пор, как умер мой муж, я уже не примадонна.

"Предложу главрежу денег с условием, что Ксении Аркадьевне дадут приличные роли, - придумала оптимальный выход верная боевая подруга. Пусть найдет способного сценариста, чтобы тот написал пьесу специально для нее".

- Сара Бернар играла молодых девушек в любом возрасте. И вам это по силам, Ксения Аркадьевна.

- О нет, Аллочка, - возразила собеседница. - Даже в отношении Сары Бернар были разные мнения, а мне и подавно не хочется выглядеть смешной.

- А не хотите сыграть российскую мисс Марпл? Симпатичную и очень умную даму постбальзаковского возраста, которая щелкает спицами и попутно разгадывает преступления?

- Я бы с удовольствием, - оживилась актриса, но тут же опечалилась. Но ведь таких отечественных пьес нет.

"Будут", - мысленно пообещала Алла, сообразив, какую задачу поставить перед сценаристом.

- Есть, - легко соврала она. - Детективы нынче в моде, правда, драматургия пока плетется в хвосте. Но мне говорили о способном сценаристе, написавшем цикл пьес с детективным уклоном. Я ведь не с потолка взяла слова о российской мисс Марпл. Именно аналог героини Агаты Кристи и стал главным персонажем его пьес. Тематика современная, отражает все злободневные проблемы, так что народ валом повалит, - обнадежила она актрису, попутно решив, что нужно будет озаботиться хорошей рекламой, иначе слова "валом повалит" останутся всего лишь сотрясением воздуха.

Вскрывать конверты не хотелось. Один так и лежал в кармане брюк, второй на столике.

Андрей ушел на кухню, поставил на стол заблаговременно купленную бутылку коньяку и некоторое время боролся с собой. Нервы на пределе, расслабиться бы не мешало...

"Моя машина в ремонте, так что план этих гиен не удастся, - успокоил он себя, свинчивая пробку. - Выпью всего пару рюмок, чтобы прийти в норму".

Выполнив данное себе обещание, Андрей вернулся в гостиную и взял в руки конверт.

"Надо знать, что им известно", - сказал он себе, отдирая клапан.

На листке значилось: "Убийца покидает место преступления". На снимке было отчетливо видно лежащее на земле скрюченное тело, а виновник, полусогнувшись, удалялся от него.

"Они создают впечатление, что я убил эту женщину, а не сбил", машинально отметил Андрей, вскрывая второй конверт. Записка гласила: "Убил, чтобы поживиться, мерзавец?" Фотография запечатлела, как он снимает с руки женщины часы.

- Боже мой... - простонал Андрей, закрыв лицо руками и раскачиваясь. По этим снимкам и в самом деле можно подумать, что я убил её ради того, чтобы украсть часы..."

"А ведь прототипом героини будущих пьес может стать Лидия Петровна", озарило верную боевую подругу.

Лидия Петровна Карелина, личный психиатр Аллы и её многочисленных друзей и подруг, помимо того, что замечательный врач, умница и хороший человек, ещё и прирожденный детектив.

Полтора года назад Аллина любимая подруга Лариса стала обвиняемой в убийстве6. Лара пришла к психиатру, полагая, что у неё крыша поехала - все улики указывают на нее, а она не уверена, совершила ли убийство или нет, потому что у неё напрочь отшибло память на определенное время. Лидия Петровна проанализировала психологический типаж всех действующих лиц драматической истории и её выводы оказались верны.

С тех пор Алла и все её знакомые бегали к любимому психиатру по любому поводу - рассказать о своих проблемах, обрести поддержку, поправить настроение, получить дельный совет. "Самаритянки" при расследовании криминальных ситуаций тоже обращались к Лидии Петровне, если требовалось прояснить какой-либо вопрос или получить ответ - мог ли данный человек убить. Психиатр объяснила, что люди совершают поступки в соответствии со своим психотипом, один человек по своим личностным особенностям в принципе способен на агрессию, а при определенных обстоятельствах может её реализовать и даже совершить преступление, а другой - никогда.

"Отлично! - обрадовалась Алла. - Моя идея о цикле пьес обрела хребет, сценарист получит реальный прототип, а живописать персонаж - всего лишь дело техники и таланта. Познакомлю Ксению Аркадьевну с психиатром под предлогом наблюдения за прототипом для вживания в роль, а Лидия Петровна попутно поправит ей настроение".

- А этот сценарист согласится отдать свои пьесы нашему театру? засомневалась актриса.

- Согласится, - обнадежила верная боевая подруга. - Проблема только в том, что в данный момент он в отъезде, - опять соврала она. - Но как только вернется, я займусь этим делом и сведу его с вашим руководством. Полагаю, сотрудничество будет взаимовыгодным: сценарист пристроит свои пока невостребованные пьесы в хороший театр, а ваше начальство получит пополнение к репертуару по сходной цене. Много он не запросит - гарантирую. Ему главное - чтобы играли хорошие актеры, и пьесы понравились зрителям.

- Чудесно! - просияла Ксения Аркадьевна. - Мне и самой очень интересна такая роль - никогда не играла даму-детектива.

- Значит, вы будете первой российской актрисой, сыгравшей детектившу-интеллектуалку. Щелкать спицами по роли не придется - профессия героини предполагает работу мозгами. Кстати, я лично знаю даму, ставшую прототипом этих пьес. Могу познакомить.

- Буду рада. А кто она по профессии?

- Психиатр.

- Психиатр? - переспросила растерянная актриса.

- Да, а что вас так удивило?

- Как же психиатр может разгадывать детективы? Моя приятельница однажды лежала с неврозом в психиатрической клинике, я её навещала и разговаривала с лечащим врачом. Очень серьезный человек, ни разу за все время не улыбнулся.

- Видимо, у него не было повода, - пошутила Алла. - А вообще-то психиатры - самые обычные люди. Мне и моим друзьям довелось частенько общаться с дамой, ставшей прототипом героини пьес, и с её коллегами из психиатрического центра. Умнейшие люди, должна вам сказать. У них ведь особенная профессия - психика очень тонкая материя, и грубый человек, а тем более, дураковатый и хамоватый, не сможет работать в этой области. Психиатры наблюдательны, с логическим типом мышления и острым умом, видят то, чего не замечают другие, на все имеют собственное, порой весьма оригинальное мнение, многие из них юморные, есть и саркастичные, так что дискуссия доставила мне преогромное удовольствие. Поточила язык, блеснула остроумием и интеллектом и нашла в их лице достойных собеседников. Так что не так страшны психиатры, как их малюют. К сложившемуся, между прочим, в корне неверному общественному мнению, они относятся с юмором и с удовольствием рассказывают анекдоты "про психов и психиатров". Кстати, именно я познакомила сценариста с врачом, когда ему понадобилась психотерапия. Обретя душевное равновесие и получив стимул для творчества, он так впечатлился, что тут же накатал серию пьес.

- А героиня пьес тоже психиатр?

- Да.

- Как же она разгадывает преступления?

- Очень просто. Сидит в своем кабинете, разговаривает с разными людьми, составляет психологический портрет действующих лиц криминальной истории и делает соответствующие выводы.

- Как интересно... - Актриса и в самом деле выглядела заинтересованной и оживленной - глаза заблестели, мимика, до того вялая, заиграла.

- Думаю, вы получите колоссальное удовольствие от такой роли.

- Пожалуй... Мне бы хотелось повидаться с дамой, ставшей прототипом героини. Разумеется, я привнесу в роль свое, но мне помогут характерные детали.

- Не сомневаюсь, вы тоже впечатлитесь личностью Лидии Петровны - так зовут нашего психиатра, - и вам будет легко создать образ. У неё особая аура - доброты, сострадания, мудрости и обаяния. Ее коллеги тоже очень симпатичные, могу познакомить и с ними, а вы создадите собирательный образ.

- Нет, пожалуй, лучше ограничиться общением с одним типажом. Тогда будет достовернее. Мне нужно проникнуться характером героини.

- Вы профессионал, вам виднее.

Приняв ещё сто граммов для успокоения нервов, Андрей вышел в прихожую и с ненавистью уставился на чемоданы и сумки, в которые запихал вещи жены.

Видимо, та не намерена уходить и потому не забрала их, посетив его квартиру.

Он вызвал такси и пошел на кухню. Выпить хотелось смертельно. Андрей недолго боролся с собой - что толку мучиться, пытаясь преодолеть желание, когда все мысли о том, что не мешало бы опрокинуть пару рюмок...

- Аллочка, мне неудобно обременять вас своими проблемами...

- Да какие проблемы, Ксения Аркадьевна! Мне это не составит никакого труда, а множество хороших людей в итоге реализуют себя и порадуют зрителей пьесами новой волны. Ведь это не просто детектив, хотя и интрига для пьесы привлекательна, а действо, способное заставить задуматься. Лидия Петровна очень умный и глубокий человек, до сих пор немножко идеалистка в свои пятьдесят четыре. Поначалу я, с присущим мне цинизмом, тихо удивлялась на нее, полагая, что в наше цинично-материальное время идеалисты уже вымерли, порой пыталась шокировать её резкими высказываниями, а она в ответ лишь улыбалась и говорила, что я ещё не совсем взрослая и вскоре сама все пойму. И в итоге перевоспитала меня, представляете? Меня, считавшую себя умнее самых умных, большим знатоком человеческой психологии и отъявленной реалисткой! Теперь я, неожиданно для самой себя, обнаружила, что в душе все ещё чуточку идеалистка, тяготею к романтическим отношениям, предпочитаю видеть в людях преимущественно хорошее, а недостатки объясняю особенностями личности. Правда, в моем теперешнем альтруистически-идеалистическом настрое есть и исключения - некоторые недостатки я расцениваю как пороки, к примеру, если человек патологический мерзавец и своими поступками лишь вредит людям. И тогда из альтруистических соображений я нейтрализую такого выродка.

- Как? - спросила заинтригованная собеседница, уже начиная потихоньку вживаться в роль детективши-интеллектуалки.

- По-разному, - уклонилась от ответа верная боевая подруга.

- Неужели?.. - Ксения Аркадьевна даже побоялась выговорить страшное слово, потом все же пересилила себя - надо же вживаться в роль! - и шепотом произнесла: - Неужели убийство?

- Нет, что вы! - рассмеялась верная боевая подруга. - Раньше я думала, что смогу пристрелить подонка, если не будет иного выхода, и моя рука не дрогнет. Однако Лидия Петровна вправила мне мозги, объяснив, что это, в сущности, тоже убийство. И я с ней согласилась.

- А вы умеете стрелять? - Собеседница смотрела на неё со смешанным выражением ужаса и восхищения.

- Умею.

- Мне трудно поверить... Я помню вас двадцатилетней девушкой. Вы и в юности были сильны характером, и тогда я сказала мужу, что лучшей супруги моему сыну, чем Аллочка Королева, не сыскать. Но чтобы красавица и умница Аллочка Королева стала стрелять...

- Да я больше балуюсь, Ксения Аркадьевна, - успокоила её верная боевая подруга.

- Но зачем вы научились? Мне неприятно смотреть фильмы, где женщина держит в руках оружие. Это противоестественно. Да и вообще неженственно.

- Жизнь заставила, Ксения Аркадьевна, - вздохнула Алла.

- Неужели вашей жизни угрожала опасность?

- Не напрямую, но шансы были.

- Из-за бизнеса?

- Да.

- Потому я и удивилась, что вы занялись коммерцией. Это совершенно не в вашем стиле, Аллочка, поверьте. Шестнадцать лет назад я говорила мужу, что сцена многое потеряла из-за того, что вы не стали актрисой. У вас талант, моя милая, я говорю вам со всей уверенностью, как человек, который в этом разбирается.

- Друзья считают меня прирожденной актрисой, - согласилась Алла. - В общем-то мне и в жизни приходится играть разные роли - и хорошие, и не очень. Но играть на сцене я и не помышляла. Это не мое.

- О, вы ещё не знаете себя! - с жаром возразила Ксения Аркадьевна. Вы просто не пробовали. В вас есть артистизм, и это главное. Скрытый талант чувствуется даже в человеке, который его не реализовал.

- Вам виднее, - не стала спорить верная боевая подруга. - Но поезд уже ушел.

- Раньше я уговаривала вас попробовать себя, теперь, разумеется не буду. Но не потому, что время упущено - это-то как раз не имеет значения, а потому что профессия театрального актера ныне слишком мало оплачиваема. А вы ведь в бизнесе...

- Привыкла к большим деньгам, вы хотите сказать? - рассмеялась Алла. Нет, данный аспект не является камнем преткновения. Моя фирма "Прима" уже шестой месяц работает без меня, а мне, как владелице, постоянно капает на банковский счет. В принципе, я могу полностью устраниться от руководства своей конторой. Раньше я полагала, что без меня она разорится, а оказалось, что, как говаривал один известный лидер, незаменимых нет. Теперь не вижу необходимости вновь становиться во главе фирмы - мои сотрудники уже привыкли к самостоятельности, и мое вмешательство лишь во вред. Одно время я даже немножко страдала по этому поводу - в силу присущей мне самоуверенности считала, что, создав "Приму" с нуля собственными руками и мозгами, непременно должна стоять у руля, мол, только мне по силу вести её по бурным волнам отечественного бизнеса. Оказалось - переоценивала себя. Теперь я по этому поводу уже не печалюсь. Поначалу я открыла фирму ради обеспечения себя средствами к существованию - на мой тогдашний оклад научного сотрудника можно было всего лишь разок сходить в продуктовый магазин, - а потом увлеклась бизнесом. В общем-то, это довольно интересное занятие, а я всегда стремилась разнообразить свою жизнь, мне импонирует все новое. Теперь ощущения новизны уже нет, я обеспечена на всю оставшуюся жизнь - разумеется, если в нашей стране не произойдет очередной дефолт или переворот, - так что есть возможность оглядеться по сторонам в поискать нечто иное. И я нашла.

- И какое же это поприще? - полюбопытствовала собеседница.

- Мы с вами станем своего рода коллегами. С той лишь разницей, что вы будете раскрывать преступления на сцене, согласно вашей роли, а я делаю это в реальной жизни.

- Вы раскрываете преступления? - Актриса была поражена. Ладно бы какая-то незнакомая ей дама-психиатр, быть может, это её хобби, но Аллочка Королева...

- Да, - кивнула верная боевая подруга. - Но не в одиночку, а вместе с подругами, моими сокурсницами. Они объединились в фирму "Самаритянин" и стали сыщицами.

- Поразительно... Женщины-сыщицы...

- Хотите сказать, что это неженственно? - не удержалась от легкой подколки Алла.

- Не в этом дело. Я знаю многих девушек с вашего курса, они приходили на мои спектакли, забегали в гримерную. И подумать не могла, что они изберут такое поприще...

- Между прочим, им это очень нравится. И мне тоже.

- Аллочка, но преступления - это грязно... Ведь вам и вашим подругам волей-неволей приходится сталкиваться со многими некрасивыми деяниями людей.

- Да, изнанка жизни нам порой приоткрывается, - признала верная боевая подруга. - Но изначально мы создали фирму "Самаритянин" не столько для расследования криминальных дел, сколько с целью помочь хорошим людям выбраться из трудной ситуации. Сами они такой возможности не имеют - по разным причинам, и в первую очередь, потому, что не знают, как взяться за дело. А мои подруги уже научились. Они работают немногим меньше года и стали настоящими профи, "самаритянки" ещё ни одного дела не завалили.

- Хотелось бы с ними пообщаться.

- Запросто. Приходите в офис. - Алла назвала адрес. - Все наши ребята будут рады вас видеть.

- Непременно приду, - пообещала актриса. - Свободного времени у меня сейчас предостаточно, в театре я занята мало. А вы научились стрелять, став сыщицей?

- Нет, гораздо раньше, едва начав заниматься бизнесом.

- Видимо, теперь вашей жизни постоянно угрожает опасность?

- Время от времени я сама лезу на рожон, люблю играть с огнем. Но врагами пока не обзавелась, так что перманентной угрозы нет, поскольку не существует персоны, жаждущей отомстить.

- Как же в наше время сместились акценты... Все перевернуто с ног на голову. Красивая, умная женщина совершенно спокойно говорит о том, что теоретически у неё могут быть враги, мало того, они могут с ней поквитаться... Причем, подразумевает под "врагами" преимущественно мужчин. Что происходит с нравственностью наших сограждан - уму непостижимо.

- Да, рыцарство ныне непопулярно, - согласилась Алла. - Правда, и раньше рыцари табунами не ходили.

- Не согласна с вами, Аллочка. Быть может, вы сочтете это старческим брюзжанием, но все же, на мой взгляд, в прежнее время благородства в людях было больше.

- Да и сейчас есть, - уверенно произнесла Алла. - Однако действительность не позволяет реализовать положительные черты. Многим людям некогда думать о возвышенном, борьба за существование приземляет, и они вынуждены соответствовать. Позитивный потенциал есть во многих людях, но им нужно помочь, и тогда добра в этом мире станет больше, чем зла. Скажу вам без ложного пафоса, Ксения Аркадьевна, и уверена, что вы поймете меня правильно, - силы у наших сограждан необъятные, но до поры скрытые. Со стороны кажется, что люди озлобились, ожесточились, им на все наплевать, лишь бы выжить, но это не так. Теперь я убедилась, что хорошее превалирует над нехорошим, несмотря на всеобщий бардак в общегосударственном масштабе, пессимизм, пофигизм и кажущуюся утрату веры в идеалы. Не утрачена она, поверьте. Просто условия неподходящие для того, чтобы претворить в жизнь то, чего хочется любому нормальному человеку. Подлинные альтруисты не перевелись на свете, и их очень и очень много. И я заслуженно горжусь тем, что помогаю людям реальными делами. И не только я. Нас целая команда, уже довольно многочисленная, и она постоянно увеличивается. Недавно к нам примкнули женщины, объединившиеся в "Клуб одиноких сердец". Хорошие люди стали группироваться, чтобы противостоять тому негативу, который мы сейчас наблюдаем. И уверена, со временем число таких людей станет увеличиваться.

- Я горжусь вами, Аллочка, - с чувством произнесла собеседница, а верная боевая подруга даже смутилась, хотя вообще-то смутить её было трудно.

- Да ладно, Ксения Аркадьевна, не вгоняйте меня в краску. Я ведь не собиралась хвастаться, просто такой у нас вышел разговор.

Выйдя из лифта с сопровождении водителя такси, согласившегося донести часть сумок и чемоданов, Андрей увидел, что дверь тещиной квартиры открыта, а сама Ираида Яковлевна стоит на пороге, лучезарно улыбаясь пожилому мужчине, - видимо, провожает гостя.

Узрев зятя, она нахмурилась, торопливо попрощалась с посетителем и, не здороваясь, отсупила в коридор, гневно взирая на Андрея. Пока двери кабины лифта не закрылись, Ираида Яковлевна не проронила ни слова. И лишь после того, как гость отправился вниз, а шофер, оставив поклажу возле дверей квартиры, пошел по лестнице пешком, высокомерно вопросила:

- Как прикажете это понимать?

Зять опустил чемоданы на пол и ответил:

- Вашу дочь я уже вернул, теперь возвращаю её вещи.

- Да как вы смеете! - взвизгнула теща.

"Как же я раньше не замечал, что у них даже голоса одинаковые?.. подумал он. - Оказывается, эта напыщенная мещанка, мнящая себя светской дамой, тоже способна визжать, как и её истеричная дочка".

В прихожую вышла Вика и приостановилась поодаль, наблюдая за сценой. В присутствии матери она обычно отдавала той инициативу, лишь поддакивала, как шакал Тараки тигру Ширхану.

- Верни ключи от моей квартиры, - потребовал Андрей, обращаясь к жене.

- Какой-такой вашей квартиры? - переспросила теща, сделав акцент на слове "вашей". - Вика там прописана, так что жилплощадь общая.

- Ах вот оно что...

Только сейчас до него дошло, что план они замыслили давно. С год назад Ираида Яковлевна навестила их и с сокрушенным видом сообщила, что дом, в котором за пять лет до этого Андрей купил квартиру, планируется под снос. Хоть он сталинской застройки, но пятиэтажный, а все пятиэтажки московский мэр решил снести, особенно если они расположены в престижном районе, чтобы на их месте возвести многоэтажные здания с дорогим жилым фондом. "Вам дадут другую площадь, но по принятым санитарным нормам, - оповестила теща. - Вы прописаны здесь один и получите соответственно. Нужно прописать здесь Вику, и тогда вы имеете право претендовать на вдвое большее". Андрей по своей инертности не удосужился проверить, действительно ли их дом предполагают снести, и согласился. Деятельная Ираида Яковлевна пообещала освободить его от всех хлопот, а зятя это устраивало.

Оказывается, все было проделано с определенными намерениями. Прошел год, а о сносе дома и речи нет.

- Давай ключи, - непреклонным тоном заявил Андрей, сделав шаг по направлению к жене.

- Мама, он меня опять изобьет! - заверещала та.

Теща прикрыла обожаемое чадо своим монументальным телом и пообещала:

- Только троньте её пальцем, и я обеспечу вам тюремное заключение.

- Заранее подстраховались? - мрачно усмехнулся он.

Значит, снимки имеют двойное предназначение. В случае чего Ираида Яковлевна с Викой представят их правоохранительным органам, мол, глядите, Андрей Шевцов расправился с женщиной, а потом вознамерился убить жену.

- Сегодня же подаю на развод, - оповестил он. - Если вы не прекратите меня преследовать и шантажировать, Вика не получит ни гроша. Квартира приватизирована мной пять лет назад, после развода я продам её, согласие бывшей жены мне вовсе не нужно - подкуплю всех нужных людей. Ваша жилплощадь, Ираида Яковлевна, позволяет прописать любимую дочку, так что на улице она не останется. Детей у нас нет, алименты ей не положены. Пенсия по инвалидности из-за неудачной семейной жизни тоже. Она может рассчитывать лишь на инвалидность после обследования у психиатра - из-за тяжелой степени дебильности. Но это уже не моя проблема.

- Вам это с рук не сойдет, - зловеще пообещала теща. - Я не позволю обращаться с моей дочерью как с приблудной кошкой, которую можно вышвырнуть без всяких последствий.

- Приблудную кошку я бы не вышвырнул, - спокойно ответил Андрей. - А ваша дочь - шакалиха, такая же, как и вы, алчная и безжалостная.

- Я рада, что мы поговорили и теперь поняла, что обратилась именно к тому человеку, который мне нужен.

- А что - у вас появились проблемы криминального характера? удивилась Алла.

- Что вы! - замахала руками актриса. - Я человек мирный. Но вот у Ладо не все ладно...

- А что с ним?

- В последнее время он какой-то напряженный. Обычно сын все мне рассказывает, а теперь стал скрытничать. Отмахивается, мол, ерунда, ничего серьезного, но материнское сердце не обманешь. Что-то у него случилось, но Владимир не хочет меня в это посвящать.

- Ладно, я с ним пообщаюсь и предложу свою помощь. Мы с "самаритянками" не только расследуем преступления, но можем избавить от многих проблем. У вас есть какие-то предположения? Ему угрожают? Шантажируют?

- Я ничего не знаю. Чувствую, что у сына серьезные проблемы, и меня это очень тревожит. Угрозы в его адрес могут быть, он же репортер криминальной хроники. Вдруг ему что-то стало известно?

- Да уж, обладать какой-то важной информацией опасно, - согласилась Алла и тут же прикусила язычок - зачем волновать и без того встревоженную, к тому же, престарелую женщину. - Но не беспокойтесь, Ксения Аркадьевна, "Самаритянин" возьмет его под защиту.

- Спасибо, Аллочка. - Собеседница обрадовалась. - Поначалу я полагала, что напряженность сына связана с неудачным браком - с женой они живут хуже кошки с собакой. И пригласила вас для того, чтобы вы поговорили с Ладо. Катя, его жена, милая женщина. Простовата, правда, но для семейной жизни это не самый большой недостаток. Нелады в их семейной жизни во многом по вине самого Владимира, и я хотела попросить вас вразумить его. Но теперь мне кажется, что дело не в этом. Размолвки с Катюшей сын не особенно переживал - у него есть дама сердца, и не одна. Когда они ссорились с женой, он уходил к очередной любовнице, а потом Катя просила меня помирить их. Характер у сына сложный, ужиться с ним непросто, но Катенька стоически терпит ради детей. Мы с ней ладим, у неё от меня секретов нет. Она призналась, что в последнее время Ладо сам не свой. И это меня очень беспокоит.

- Я все выясню, Ксения Аркадьевна и помогу всем, чем смогу.

- Еще раз спасибо, Аллочка. Я не знала о вашем новом поприще, но не сомневалась, что вы по старой памяти не откажете мне в просьбе.

В почтовом ящике его ждал новый конверт.

"Оперативно действуют, - отметил Андрей и, не вскрывая, сунул послание в карман. - Видно, Вика или её мамаша успели раньше меня, прикатив на машине".

Посетив тещу с женой, он часок посидел в ресторане, потом доехал до дома на частнике, - времени у двух шакалих было достаточно.

Андрей даже не удивился, обнаружив ещё один конверт на обувном стеллаже в прихожей. Сценарий уже отработан: два послания - одно в почтовом ящике, второе в квартире.

Вскрывать их он не стал - уже ясно, что там. Достав из кармана конверт, бросил его поверх лежащего на стеллаже и пошел на кухню.

Так, это уже что-то новенькое. На оконном стекле чем-то вроде стеклографа, но не черного, а красного цвета, красовалась крупная надпись: "ТЫ ЗА ВСЕ ПОПЛАТИШЬСЯ УБИЙЦА"

"Да уж, со знаками препинания моя жена не знакома, - усмехнулся Андрей. - В школе училась с двойки на тройки, заранее решив, что ни к чему обременять себя знаниями".

Он провел пальцем по одной из букв, но она не стиралась, лишь немного смазалась. Если оставить так - с улицы видно. Пусть и в зеркальном отображении, но слово "убийца" можно разобрать. Да и в гости кто-то может заглянуть.

Вооружившись тряпкой, Андрей с полчаса остервенело тер стекло. Надпись размазалась, на стекле осталось огромное пятно, но, по крайней мере, теперь невозможно прочесть.

Владимир Кохадзе, единственный и горячо любимый сын Ксении Аркадьевны Каревой, был одним из самых красивых парней с их курса. На четверть грузин, родился и вырос в Москве. В его внешности ничего кавказского, и если бы не фамилия, никому не пришло бы в голову задуматься о его корнях.

В семнадцать лет Владимир выглядел настоящим заморышем - субтильный, узкоплечий блондин, стеснявшийся своего невысокого роста. Занятия по физвоспитанию стали для тщедушного парня сущей пыткой. Рослые сокурсники с инфантильной жестокостью высмеивали его неспортивность, не желали брать в команду, когда группа разделялась на две части, чтобы сразиться в волейбол-баскетбол. Промучившись пару месяцев, бедняга признался тренеру, что в школе был освобожден от уроков физкультуры, а тот равнодушно бросил:

- Принеси справку от врача, освободим по состоянию здоровья.

Парень обратился в студенческую поликлинику, его обследовали, но ничего серьезного не нашли. Запросили амбулаторную карту из районной поликлиники и выяснили, что в школьном возрасте он получил справку с диагнозом "Вегетососудистая дистония", хотя никаких основания для этого не было.

Медсестра поликлиники оказалась соседкой его сокурсника Гены Морозова и как-то раз обмолвилась, что мать Владимира Кохадзе, известная актриса Ксения Карева, обхаживала заведующую, и та давала её сыну справку об освобождении от физкультуры. Гена тут же донес эту весть до остальных сокурсников, и несчастного парня стали травить ещё больше, придумывая обидные прозвища: "мнимобольной", "засушенный геракл", "липовый вегетодистоник", "дохляк", "симулянт".

Владимир пожаловался маме, та вновь прибегла к услугам знакомой заведующей, и ему оформили академический отпуск.

Благодаря матери и отчиму, Вениамину Борисовичу Зоричу, главному режиссеру театра, в котором трудилась Ксения Карева, облик парня разительно изменился.

Узнав, что над ним в институте смеются, обзывают "задохликом" и "заморышем", Ксения Аркадьевна договорилась со своим давним поклонником, и тот занялся физическим развитием её сына. А отчим, сам в прошлом актер, предложил:

- Давай-ка, парень, сделаем из тебя кавказца. Внешне ты совсем не грузин, а если создашь такой образ, будет интригующе. Успех у девушек обеспечен. Тому, кто нравится женщинам, другие мужчины завидуют, в итоге ты приобретешь преимущество.

Владимир и в самом деле ничем не походил на грузина: блондин изящного телосложения с серо-голубыми глазами и нежной белой кожей, - копия мать. Да, к тому же, инфантильно-капризный, держится как типичный маменькин сынок. В его отце, лишь наполовину грузине, почти не было кавказских черт. Он рано умер, сын его совсем не помнил. Ксения Аркадьевна не поддерживала отношений с родственниками покойного мужа - они не простили ему, что он их не послушался и женился на артистке. Потому Владимиру некому было подражать в манере поведения.

Поначалу, когда он пытался копировать кавказцев, отчим смеялся:

- Не надо вести себя как рыночный торговец в кепке-аэродроме. Это штамп, банальщина. Ты из московской семьи, а не дитя гор. На твое происхождение должна намекать лишь экспрессивность выражения эмоций. Это подразумевает темперамент и потому привлекательно.

С Владимиром начали работать профессионалы, а отчим с матерью корригировали его навыки.

Экспрессия и новая манера поведения дались ему легко. Владимир и сам не подозревал, что способен так быстро перевоплотиться в темпераментного грузина.

Ксения Аркадьевна даже удивилась его успехам и как-то раз призналась:

- Никогда не хотела, чтобы ты пошел по моим стопам, для мужчины актерство - не профессия, но у тебя есть данные...

Вениамин Борисович был категорически против, чтобы пасынок стал актером:

- Пока мы живы, поможем, а что потом? Нет, Ксения, пусть получит нормальную специальность.

В итоге было решено, что Владимир продолжит образование, но "огрузинится", чтобы быть оригинальным и привлечь к себе внимание сокурсников, а особенно сокурсниц.

Сокращенное имя Ладо ему придумала мать. Ксения Аркадьевна от кого-то из родственников покойного мужа слышала, что Владимир на грузинский лад звучит как Ладимири, и захотела, чтобы сын во всем был оригинален.

К новому учебному году новоиспеченного Ладо было не узнать. Времени он зря не терял - занимался теннисом, плаванием, накачал мышцы и даже немного прибавил в росте, наверстав возрастные нормы. Теперь уже никто не назвал бы его "задохликом".

Владимир не только изменился внешне - окреп, возмужал, - но и стал по-другому себя вести, сочетая кавказский темперамент с вальяжностью столичного жителя. Трудно сочетаемые качества, но у Ладо получалось органично. В его поведении был оттенок игры, потому сокурсники прозвали его "артистом", а второе его прозвище - "грузин-блондин". Теперь Владимир Кохадзе соответствовал своей фамилии и даже нарочно подчеркивал некоторые кавказские черты - приобрел акцент, которого у него раньше не было, научился произносить витиеватые тосты и цветистые комплименты девушкам, в речи и жестикуляции появилась экспрессия, а уж когда он в лицах рассказывал "национальные" анекдоты, все стонали от хохота.

Тамара Семанкина с восьмого класса школы посещала институтские факультативные занятия, летом её привлекали к работе в приемной комиссии, и она знала многих студентов со старших курсов. О Владимире Кохадзе ей было известно немало, и она стала свидетельницей происшедшей с ним метаморфозы.

В первый день занятий, когда ещё не знакомые друг с другом первокурсники толпились в вестибюле, исподтишка разглядывая друг друга, Тома Семанкина стояла у закрытых дверей аудитории и оживленно болтала с сестрами-близнецами Олей и Леной Фроловыми, с которыми летом работала в приемной комиссии.

Владимир вошел уверенной походкой, оглядел присутствующих, узрел Тамару и направился к ней.

- Привет, Томусик! - поздоровался он, сверкая белозубой улыбкой, и подмигнул.

От удивления девушка едва не потеряла дар речи - за прошедший год парень стал совсем другим, от прежнего заморыша ничего не осталось. Поняв это по её обалделому виду, Владимир ещё раз подмигнул, мол, не выдавай! - и вальяжно произнес:

- Какие красивые у тебя подруги! Я влюбляюсь во всех красавиц, мои чувства подобны молнии и длятся столько же. Познакомь нас, Томусик.

- Лена... Оля... - выдавила ещё не оправившаяся от изумления Тамара.

- А меня зовут Ладо. - Он склонил голову и посмотрел на неё чуть искоса. Девушка удивилась ещё больше - раньше все именовали его Володей. Она уже было открыла рот, чтобы задать вопрос, но сокурсник её опередил: По национальности грузин, по происхождению дворянин, по месту рождения москвич. Полное имя Владимир. Для своих, а тем более, красивых женщин, Ладо.

"А я и не знала, что он грузин..." - машинально отметила Тома.

Хотя фамилия у него грузинская, но мало ли у кого какая фамилия! Ни ей, ни его бывшим сокурсникам и в голову не пришло, что тщедушный блондин с повадками закомплексованного юноши может оказаться кавказцем. Тем более, в графе "национальность" значилось "русский" - по матери.

Ладо с ходу выдал каскад анекдотов про Вано и Гоги, а все три девушки покатывались со смеху и не сводили с него почти влюбленных взглядов. Навострили ушки и другие первокурсницы. Одни поглядывали на парня с откровенным интересом, а другие подошли поближе и тоже стали зрительницами сольного выступления Владимира Кохадзе в новом имидже.

Когда прозвенел звонок к началу первой лекции, Ладо вошел в аудиторию вместе со своей свитой из восьми симпатичных девушек. Развеселая компания заняла почти весь ряд и до конца занятий хихикала не переставая.

В течение нескольких лет Ладо Кохадзе был одним из самых популярных парней и на их курсе, и в институте. В популярности его превосходил лишь Сергей Мартов.

Бурный роман с Аллой Королевой начался на третьем курсе. Владимир использовал все атрибуты красивого ухаживания, мало того, многое делал на публику, так что зрители в партере, то бишь, в институтской аудитории или вестибюле, имели возможность наблюдать все воочию.

Когда Алла его бросила и увлеклась Сергеем Мартовым, весь курс с интересом наблюдал за развитием событий.

Классического Отелло из Владимира не получилось. Алла четко расставила акценты:

- Я принадлежу лишь самой себе и обета верности не давала. К тому же, между нами случилась всего лишь банальная студенческая интрижка, коих у меня было немало. А посему у тебя нет никаких оснований устраивать мне сцены ревности.

Ладо не успокоился, подкарауливал её везде, где можно, и затевал выяснение отношений. Свои чувства он выражал экспрессивно, и этот маленький спектакль могли видеть все желающие. Владимир то выдавал цветистую речь о том, как её любит, то высокопарно упрекал в неверности, то грозился убить Сергея, то их обоих, то падал перед ней на колени и, театрально воздев руки, мелодраматично умолял:

- Вернись ко мне, любимая!

В конце концов Алле это надоело.

- Парень, кончай валять дурака, - презрительно скривившись, ответила она на очередной надрывный монолог экс-бойфренда. - Ты ведешь себя не как мужчина, а как доморощенный актер в самодеятельном спектакле собственной режиссуры. Встань с колен, отряхни пыль с брюк, а заодно и с мозгов. Мне эти игрища осточертели, да и вообще я жалею, что связалась с тобой.

Униженный Ладо отстал, но уязвленное самолюбие повело его в другую крайность - он стал высказываться о бывшей возлюбленной и её новом поклоннике в нелицеприятных выражениях.

Алле, в общем-то, всегда было наплевать, кто и что о ней говорит, но тут она не стерпела.

- Я считала тебя несостоявшимся драматическим актером, а ты, оказывается, банальный подонок, - заявила она в присутствии многих сокурсников. - Еще раз услышу твои поливы, - сама стряхну пыль с твоих мозгов, и будь уверен, огребешь quantum satis7.

Владимир внял и вскоре обзавелся новой пассией. Спустя пару месяцев на студенческом междусобойчике, крепко подвыпив, он произнес в её честь прочувствованный тост. Алла, творец оригинальных тостов, не осталась в долгу:

- Алаверды. Утрата любимой женщины болезненна... но кратковременна. Выпьем за то, чтобы мы не теряли самого главного - чувства юмора, потому что оно позволяет посмеяться над утраченным.

Друзьями они так и не стали. Алла многое постигала интуитивно и разглядела в нем то, чего не заметили остальные.

- Чую - есть в мальце говнецо, - так характеризовала сокурсника верная боевая подруга. - Ненависть порождает большие подлости, страх - мелкие. Ладо способен и на то, и на другое.

На расспросы сокурсников, почему она так настроена, ведь Ладо Кохадзе весьма привлекателен, она отшучивалась:

- В основе женской интуиции - подозрительность.

Шутки шутками, но только Алла Королева поняла истинную натуру Ладо Кохадзе, которую тот прятал за маской разбитного парня: он - завистливый и подлый.

Унижение, которому его подвергли на первом курсе, не забылось. Владимир и себя ненавидел, будучи "заморышем", а уж тех, кто его в чем-то превосходил, и подавно. Перемена облика и манеры поведения не изменили его личности. Комплексы остались, а потому была потребность постоянно самоутверждаться за счет других людей.

"Грузином" Ладо Кохадзе пробыл сравнительно недолго. С самого начала, ещё во времена, когда с ним занимались профессионалы, отчим сказал ему:

- Если этот имидж сыграет свою роль, отлично. А если нет, станешь самим собой и отшутишься, мол, немного подурачился.

Некоторое время Ладо жил в этом образе, а с четвертого курса уже вел себя обычно.

- Мне самому было смешно - какие же все доверчивые, принимают мою игру за чистую монету! - как-то раз признался он Тамаре. Владимир был благодарен, что она сохранила тайну его перевоплощения, и остался с нею в приятельских отношениях. - Я взял реванш за то, как обошлись со мной прежние сокурсники и злорадствовал: "Вот как я всем отомстил! Выставил дураками, заставив поверить в свой образ, а вы об этом даже не догадываетесь".

"Значит, Алла не ошиблась, в нем и в самом деле есть второе дно, подумала тогда Тома. - Играл роль, притворялся, дурачил нас и торжествовал... Да уж, подловат наш красавчик Ладо. К тому же, мстителен. Опасное сочетание. Права верная боевая подруга и в том, что от человека с комплексами можно ожидать чего угодно".

Сергея Мартова он откровенно недолюбливал. Может быть, сыграла свою роль ревность. Или то, что они были антиподами. И, разумеется, зависть - до популярности Сергея Мартова ему было далеко. Талантов у Ладо не имелось, при близком знакомстве явственно проглядывали позерство, неискренность и эгоцентризм, а потому серьезных отношений ни с одной дамой сердца не сложилось, в его активе лишь непродолжительные интрижки.

Оттерев оконное стекло, Андрей некоторое время посидел в раздумьях и решил, что две алчные шакалихи - жена и теща - не отстанут, пока не урвут свой кусок падали, воспользовавшись ситуацией, а потому проблему нужно решать кардинально.

Поймав частника, он опять приехал к ним, чтобы прояснить ситуацию.

- Сколько? - с порога спросил Андрей.

- Что вы имеете в виду?

Ираида Яковлевна смерила его высокомерным взглядом, не собираясь приглашать в квартиру. Рядом маячила Вика, и на её лице было точь в точь такое же выражение, как у матери.

"Стоят плечом к плечу. Насмерть", - мысленно усмехнулся он, хотя жена выглядела рядом с монументальной мамашей, как двухмесячный слоненок возле слонихи, и её тощее плечико было на уровне груди Ираиды Яковлевны.

- Сколько вы хотите за то, чтобы оставить меня в покое?

Гиены обменялись торжествующими взглядами, на губах зазмеились улыбки.

- Проходите, - бросила теща и, развернувшись с грацией бегемотихи, первой двинулась по коридору.

Попрощавшись с Ксенией Аркадьевной, Алла спустилась вниз, села в машину и вкратце посвятила верного оруженосца в проблему.

Он в курсе всех её дел и неотлучно при ней, пока она однорукая. Да и не только в этом дело. Толик не так примитивен и туп, каким выглядит на первый взгляд. Парень сметлив, по-житейски умен, на многие вещи смотрит просто, у него особое чутье. Верная боевая подруга не раз поражалась его интуиции и точным определениям.

- Да на кой те этот гад? - подытожил верный оруженосец её монолог. Чё он те - друг что ль? Ладно б мужик был путевый, а то... - Толик презрительно сплюнул в окно.

- Так-то оно так, Толян... - задумчиво проговорила Алла. - Но не могу отказать Ксении Аркадьевне.

- А она те кто? - задал резонный вопрос верный оруженосец. - Сынок по бабам шастает, а ты ищи? Те чё - больше делать не фига?

- Ксения Аркадьевна хороший человек.

- Пускай сама сынка ищет.

- Она в возрасте - ей почти семьдесят.

- Дак он-то пацан, что ль? Ну, гуляет мужик, и пускай.

- Так ведь Ксения Аркадьевна специально меня пригласила и обратилась с просьбой повлиять на Ладо. Как же я ей скажу - это, мол, не мое дело, сами вправляйте мозги своему непутевому сыночку?

- Дак так и скажи: у меня рука раненная, лечиться надо, а не вашего сынка по бабам искать.

- Она говорила, что ему, возможно, угрожают.

- По балде дадут - враз мозги вправят, - оделил её житейской мудростью Толик, известный мастер на все руки.

Верная боевая подруга хмыкнула и призадумалась.

С матерью Ладо она познакомилась ещё во времена их романа, бывала в их доме, ходила на спектакли Ксении Каревой. Алла была поклонницей её таланта и до сих пор относилась к актрисе с огромным уважением, почти с пиететом. По её мнению, Ксения Аркадьевна не только выдающаяся актриса, но и замечательный человек, что так редко в актерской среде.

Став матерью на четвертом десятке, Ксения Аркадьевна обожала сына с первых дней его появления на свет и до настоящего времени. Будучи умной и проницательной женщиной, но при этом не лишенной идеализма, что делало её ещё более привлекательной, знаменитая артистка была совершенно слепа, когда дело касалось любимого сына.

Алла не питала симпатии к сокурснику, но сейчас это не имело значения.

"Хоть Ладо подонок, но я помогу ему выпутаться из сложной ситуации, если над ним нависла угроза", - решила она.

Алчные шакалихи потребовали столько, что Андрей возмутился:

- Да вы что, совсем стыд потеряли! Я же не миллионер.

- Вы совладелец фирмы, - напомнила Ираида Яковлевна.

- Да, но чисто номинально. "Орфей" создала моя сестра, я всего лишь помогал в меру сил.

- Раз у вас официально паи не разделены, вы имеете право требовать половину.

- Половину фирмы? - иронично поинтересовался он. - И как вы себе это представляете? Полофиса, половину оргтехники и мебели, так?

- Это ваши проблемы, - поджала в ничточку и без того тонкие губы теща.

- Слушайте, Ираида Яковлевна, а вам не кажется, что вы продаете свою дочь и при этом отчаянно торгуетесь, как базарная тетка?

- Если вы пришли нас оскорблять, то ваше дальнейшее присутствие в моей квартире бессмысленно. И нечего нас шантажировать, что вы всех подкупите!

- Это кто кого шантажирует, хотелось бы знать?

- Не желаю этого обсуждать, - отрезала теща.

Ираида Яковлевна, как всегда, солировала, а дочка согласно кивала на каждую сказанную матерью фразу.

"Ну точно Тараки", - мысленно отметил Андрей, хотя сейчас ему было не до иронии. Судя по всему, главная шакалиха настроена весьма воинственно. Что она и подтвердила незамедлительно:

- У нас есть аргумент давления на вас, и мы им воспользуемся!

Мобильный телефон Владимира не отвечал. Дома трубку взяла жена. Узнав, что Алла звонит по просьбе Ксении Аркадьевны, Катя разрыдалась:

- Ладо пропал.

- Когда?

- С конца мая, уже почти две недели.

"Наверное, живет у одной из своих любовниц, - решила Алла. - Как это обычно бывает, жена об интрижках мужа узнает последней - если вообще узнает".

- Катя, а раньше бывало, что он пропадал надолго? - Она уже знала от Ксении Аркадьевны, что Ладо частенько покидает семейный очаг, но задала вопрос, чтобы немного успокоить расстроенную женщину.

- Бывало... Но обычно Ладо уходил после скандала. А в этот раз мы с ним не цапались.

"Может быть, нашел новую пассию и закрутился, а повод для ссоры с женой придумает потом", - мысленно ответила ей Алла.

- А раньше он через сколько дней возвращался домой?

- Когда Ксения Аркадьевна нас мирила...

- Видимо, она пока не в курсе, что Ладо пропал?

- Я не хотела ей говорить... У свекрови больное сердце, она недавно перенесла инфаркт.

- Катя, не плачьте, вернется Ладо. Он очень обидчивый. Может быть, вы сказали сущую ерунду, а ваш муж почему-то надулся и решил проучить вас привычным способом. Когда Владимир объявится, передайте ему, что я просила позвонить. - Алла продиктовала номера своих телефонов.

В конце концов, попрепиравшись и наевшись взаимных колкостей, противоборствующие стороны сошлись на ста тысячах долларов - сумме, которую Вике, мнимой овечке в шакальей шкуре, должно хватить на приличную квартиру в хорошем месте, плюс ежемесячное содержание в тысячу долларов.

Андрей пообещал, что соберет деньги в рекордно короткие сроки и положит на сберкнижку, оформив её на предъявителя. Когда требуемая сумма окажется в его распоряжении, они втроем пойдут к нотариусу и оформят мировое соглашение, в котором будут оговорены все условия, а в день развода Андрей отдаст сберкнижку бывшей жене.

Оставив торжествующей супруге тысячу зеленых - на "карманные расходы" - Андрей отбыл, испытывая сложные чувства. С одной стороны - облегчение, что больше его не будут терроризировать посланиями и посещениями квартиры, а с другой - озабоченность, где достать столь немалую сумму.

Алла долго успокаивала Катю, пообещала, что сама предпримет активные меры, не посвящая в проблему свекровь, и наконец несчастная женщина утешилась, что вскоре все образуется, и она вновь увидит блудного отца своих детей. Попрощавшись с ней, верная боевая подруга позвонила актрисе:

- Ксения Аркадьевна, вы знаете любовниц Ладо?

- Да, всех троих.

- Дайте мне, пожалуйста, их координаты. - Когда собеседница сообщила ей нужные сведения, она поинтересовалась: - Может быть, Ладо завел четвертую даму сердца?

- Нет, Аллочка, сын не стал бы этого скрывать. Он мне все рассказывал.

"Ошибаетесь, Ксения Аркадьевна, - мысленно возразила Алла. - Даже я знаю о нем больше вас".

- А что, Ладо опять ушел от Кати? - спросила актриса.

- Похоже.

- Неисправимый ловелас, - вздохнула актриса. - Копия своего отца. Мы с ним прожили совсем немного, но он успел измучить меня своими изменами. Бедной Катюше нужно памятник поставить.

- Разве жена знает о его любовницах?

- Догадывается. Она хоть и простушка, но не дурочка.

"А не грохнула ли Катя неверного муженька, вознамерившись кардинально разделаться с проблемой?.."

- Ксения Аркадьевна, удобно мне обзвонить любовниц Ладо или вы сами это сделаете?

- Лучше я. Сын будет недоволен, узнав, что я посвятила вас в его частную жизнь. Он ведь до сих пор к вам неравнодушен, Аллочка.

"Это вряд ли, - мысленно возразила та. - Скорее, им руководит уязвленное самолюбие. Этот подонок с удовольствием бы поквитался, да характером не вышел".

Измочаленный тяжелым разговором с тещей, Андрей сидел за столиком попавшегося по пути кафе, раздумывая, к кому обратиться за деньгами. Определенная сумма имелась на его личном счету, были средства и на счету фирмы. Ими можно воспользоваться, пока сестра лежит в больнице, а что потом? Лида выпишется и все узнает. Как ей объяснить - за что отвалил жене такие немалые деньги?

По закону Вика имеет право претендовать на половину жилплощади. На его деньги она, в принципе, тоже может покуситься, однако со счета все можно снять хоть завтра и ищи-свищи. Нет их, потратил, имею право, вот и весь разговор. А на средства "Орфея" жена вообще не может претендовать. Фирма именуется обществом с ограниченной ответственностью, создана в приснопамятные времена, когда позволялось иметь чисто символический уставной фонд, таковым он остался до настоящего времени, а деньги на счетах сегодня есть - завтра нет. Не делить же, в самом деле, офисную мебель и оргтехнику! Да и вообще, при желании можно в ускоренные сроки оформить все так, что в собственности фирмы вообще ничего не останется, или открыть новую фирму. Главное, чтобы все было проделано до развода. Разорилась фирма, извините, господа, бывает, бизнес - дело рисковое, вчера заработал, послезавтра прогорел.

Все это Лида наверняка ему выскажет, посоветовав дать Вике сумму, равную половине балансовой - не рыночной! - стоимости его квартиры, вот и все. А балансовая стоимость вычисляется с учетом амортизации жилья. Дом застройки пятидесятых, значит, по официальной оценке квартира там стоит сущие копейки. И пусть Вика хоть в истерике бьется на пару с мамашей, по суду не получит больше половины того, что положено. Этого ей хватит разве что на приличную собачью конуру из фирменного магазина - там цены рыночные.

И что он может возразить сестре? Сказать: "Лида, я насмерть сбил женщину и позорно удрал. Теперь в распоряжении жены и тещи есть фотографии, на которых я выгляжу убийцей, а не виновником наезда. А потому я снова струсил и решил от них откупиться". И что ответит сестра? "Дурак, и все, что ты в жизни делал, включая твою женитьбу, - тому свидетельство". И, разумеется, категорически запретит ему трогать средства фирмы.

Есть один человек, который даст денег, - Лидин муж Павел Голованов. Но как же не хочется к нему обращаться... Недаром сестра не желает с ним общаться. От развода Павел пока уклоняется, хотя Лида уже давно решила развестись и как раз незадолго до того, как попасть в больницу, подала заявление. Если сестра узнает, что он, Андрей, обратился к её ненавистному супругу, упреков не оберешься. Но пока Лида в больнице.

"Ладно, - решил Андрей. - Перехвачу у Пашки, чтобы поскорее отделаться от двух гиен, а потом продам квартиру и рассчитаюсь с ним".

- Аллочка, Ладо нет ни у одной из его дам, - оповестила растерянная Ксения Аркадьевна. - Обычно он часто навещает их или хотя бы звонит, а теперь все трое говорят, что уже давненько от него ни слуху, ни духу.

- Значит, мое предположение о даме номер четыре оказалось верным.

- Но сын позвонил бы мне.

- Может быть, так увлекся, что забыл обо всем на свете.

- Не думаю...

"Это верно. Ладо на бурные чувства не способен. Его амплуа изображать".

- А раньше бывало, что он не звонил несколько дней?

- Случалось, у него ведь работа суетная. Но если он уходил от Кати, то непременно сообщал мне, чтобы я не волновалась.

- Вы же могли разыскать его по мобильному.

- Я очень далека от технического прогресса, Аллочка. У меня не хватает терпения набирать столько цифр, я все время ошибаюсь, нервничаю и потому стараюсь не звонить по столь длинным номерам. Сын это знает и всегда звонит сам.

"Похоже, с этим засранцем и в самом деле что-то приключилось. Или же он скрывается от кого-то".

- Ксения Аркадьевна, дайте мне, пожалуйста, его рабочий телефон, попросила верная боевая подруга.

Собеседница продиктовала ей номер, и Алла попрощалась, пообещав, что разыщет Ладо и напомнит, что надо позвонить матери.

Едва Андрей вошел в квартиру, зазвонил телефон. Не хотелось брать трубку - приятных сообщений он не ждал. Но вдруг звонит Лида из больницы?

- Андрюша, почему ты не приехал в субботу? - Эмма говорила капризно-обиженным тоном. - Я весь вечер тебя прождала, а ты даже не позвонил... Уже который день тебя нет ни дома, ни на работе тебя, а твой мобильник не отвечает.

- Я его потерял.

- Нужели ты не мог предупредить, что у тебя изменились планы?

- Не мог.

- Почему?

Любовница даже не поинтересовалась, что случилось. Да и вообще ей безразличны его проблемы.

- Эмма, мне сейчас некогда, - попытался он отделаться от нее, но не тут-то было.

- Ты меня избегаешь? - В её голосе слышались истерические нотки.

"Похоже, и эта решила выяснить отношения, - раздраженно подумал Андрей, держа телефонную трубку на отлете, чтобы не слышать Эмминого нытья. - Почему мне попадаются одни истерички?.. И каждой от меня что-то надо. Понятно - что. Раз мужчина обеспечен, женщину интересуют только его деньги".

- Слушай, Эмма, не звони мне больше, - перебил он её монолог. - Я не хочу тебя больше видеть.

Положив трубку на рычаг, Андрей утер пот со лба и сказал себе:

- Ну вот, от трех гиен я уже избавился. Кто следующий?

В редакции газеты "Выстрел", где трудился Владимир Кохадзе, ей ответили, что он не появлялся с прошлой среды.

"Значит, ничего страшного с ним не произошло, - отметила про себя верная боевая подруга, слушая собеседницу. - Катя говорит, что его нет с конца мая, то есть, почти две недели, однако на прошлой неделе он тусовался в редакции. Следовательно жив-здоров, просто не желает возвращаться к родному очагу".

Ее предположение оказалось верным - отсутствие Владимира Кохадзе никого не встревожило - журналистам их газеты не обязательно отсиживать на работе, их кормят быстрые ноги.

- Владимир Георгиевич говорил, что готовит сенсационный материал, оповестила её секретарша главного редактора.

"Может быть, Ладо боялся того человека, о ком намеревался писать? предположила Алла. - И затаился, пока статью не опубликуют. А когда сведения станут достоянием гласности, вновь вынырнет из своего укрытия. Публикация статьи - залог его безопасности. Если с ним что-то случится, подозрение в первую очередь, падет на героя очерка".

Услышав звук открываемого дверного замка, Андрей чуть не застонал. Вика из тех, кому укажи на дверь - полезут в окно. Беспардонная хамка. Ей совершенно наплевать, что подумают о ней и её поведении, она все равно урвет свое, пренебрегая интересами других людей.

Ведь уже обо всем договорились, он пообещал двум алчным гиенам все, что они затребовали. Павел сказал, что даст денег, но поставил неприемлемое условие. Чем лезть к нему в пасть, лучше вообще не брать у него в долг.

Ну неужели Вика с тещей не понимают, что такую сумму быстро не собрать?! Прошло всего-то три дня, а ей уже не терпится. Или жена явилась, чтобы напоследок ещё раз потрепать ему нервы? Ну, разумеется. Кому же ей теперь устраивать сцены, не мамаше же!

"Надо было уйти куда-нибудь, - обреченно думал Андрей, прислушиваясь к приближающемуся к комнате стуку каблучков. - Сейчас опять затеет истерику. Но куда от неё деться? К моему приходу Вика уже поджидала бы меня, приготовив новую порцию оскорблений. И не выставишь её - тогда она ещё выше поднимет цену, и так уж выставила астрономический счет за то, что я дал ей пощечину на даче, а потом выкинул из квартиры".

- Андрюша, ты дома? - услышал он удивленный голос Нонны и только тогда повернул голову.

"Почему в мою квартиру все шастают, как к себе домой?" - раздраженно отметил хозяин.

Бышей любовнице он до сих симпатизировал, но в данный момент видеть её не хотелось. Равно как и любого другого человека.

"Чего они все ко мне пристали? - подумал Андрей, опять ощутив раздражение. - Изображают озабоченность и участие, советуют и поучают, а по сути портят мне жизнь, доброхоты непрошенные..."

- Ты чего так на меня смотришь? - удивилась Нонна, подходя поближе. Аль не рад?

- Рад... - выдавил он.

- Извини, если я не вовремя. Всего лишь выполнила просьбу твоей сестры. Она отдала мне ключи от твоей квартиры перед тем, как её увезли в больницу, просила приглядеть. От твоей белоручки-то толку ноль.

- Я её выгнал.

- Знаю, Лидуля мне ещё в понедельник сообщила приятную новость. Кстати, завтра пятница, твоя сестра настояла на выписке. Ты её заберешь?

- Обязательно. Я недавно был у нее, и мы договорились, что я приеду за ней во второй половине дня.

- А насчет жены не печалься, мой милый. Давно надо было избавиться от этой прилипалы. Разве ты не видел, что Вика просто-напросто присосалась к тебе? Нашла состоятельного мужика, женила на себе и решила обеспечиться до конца жизни. Мы ведь тебе не раз об этом говорили, да ты все отмахивался, не хотел верить. Теперь-то хоть понял, что она за штучка?

- Понял.

- Ну и отлично, - улыбнулась Нонна. - Лучше поздно поумнеть, чем навсегда остаться дураком.

Она присела рядом с ним на диван и обняла. Андрей, почти не отдавая себе отчета, положил голову ей на плечо и замер. С Нонной ему всегда было комфортно. Вот и сейчас Андрей сразу успокоился, чувствуя себя в безопасности.

- Ты мой милый мальчик... - нежно сказала она и, повернув его голову к себе, поцеловала. Отстранилась и посмотрела ему в глаза. - А ведь я до сих пор не могу забыть того, что было пятнадцать лет назад...

- Я тоже, - тихо промолвил Андрей.

- Я ведь любила тебя, Андрюша... Знаю, что и ты меня любил. Первая любовь не забывается. Тебе тогда было восемнадцать, мне - двадцать шесть, но раньше у меня ничего подобного не было. Замуж вышла, когда время пришло, потом родились дети... Убеждала себя, что стерпится - слюбится. Даже не предполагала, что могу потерять голову и влюбиться, да не в кого-нибудь, а в пацана, которого знаю чуть ли не с пеленок. Помнишь, как ты уговаривал меня развестись и пожениться?

- Конечно, помню.

- А я была на все согласна, даже о детях не думала. Если бы твоя сестра не вмешалась, мы бы стали мужем и женой...

- С тобой я был бы счастлив, - неожиданно для самого себя признался он.

- Я с тобой тоже была бы счастлива, Андрюша, - вздохнула она. - А разница в возрасте - ерунда.

Андрей подумал, что Нонна - единственная женщина, которая любила и понимала его. А сестра, любя, порой проявляет собственнические тенденции. Или это ревность? Лида постоянно вмешивалась во все, советовала, руководила его жизнью. Наверное, она хотела как лучше - все ж старшая сестра, - но порой его это раздражало. Андрею казалось, что тем самым Лида тыкала его носом, мол, он несамостоятельный, ей лучше знать, как поступать, у неё побольше жизненного опыта, да и характер другой.

В их отношения с Нонной сестра тоже вмешалась, поняв, что они, по её мнению, зашли слишком далеко. Когда Нонна разошлась с мужем, и они с Андреем уже строили радужные планы на будущее, Лидия рассказала брату, что подруга всего лишь выполнила её просьбу: затащила в постель и обучила его всем премудростям секса, поскольку сестру тревожило, что в свои восемнадцать он ещё девственник, у него даже нет девушки, видимо, он стесняется и комплексует, что у него нет опыта интимной жизни. Так и высказалась без обиняков, не щадя его самолюбия. Когда Андрей гневно вскинулся, Лида как ни в чем ни бывало, ответила: "А что тут такого? В далеком прошлом отцы водили свои подросших сыновей в публичный дом. Отцу на нас с тобой наплевать, вот я и взяла на себя эти функции. Но доверить любимого брата проститутке не решилась, а потому обратилась к лучшей подруге".

Андрей оскорбился до глубины души. Так вот в чем, оказывается, дело! Нонна пела ему песни про любовь, а на самом деле всего лишь заменила проститутку, чтобы он, Андрей, не подцепил какой-нибудь заразы. "Проститутка!" - выкрикнул он ей при встрече. И их роман закончился Андрей так и не смог её простить. Нонна что-то пыталась объяснить, мол, вначале и в самом деле всего лишь уступила просьбе подруги, но потом полюбила его, но Андрей ей не верил. "Предательница", - мысленно твердил он, почти не слушая её оправданий. Потом все забылось. Или не забылось?..

Они иногда встречались в гостях у Лидии, Андрей держался вежливо, но отчужденно, потом Нонна снова вышла замуж, а он женился лишь в тридцать лет. И на ком?.. На Вике, истинные намерения которой были явственно написаны на её хорошенькой мордашке.

Он так и не научился разбираться в женщинах. До сих пор они для него какие-то непостижимые существа. Андрей предпочел бы смотреть на них со стороны, любоваться, но не подходить близко. Потому что вблизи женщины разочаровывают. Все они чего-то от него хотят - и Вика, и Эмма, и Нонна. И даже сестра.

Правда, Нонну он давно простил. Она добрая и душевная, не таит задних мыслей. Или все же таит?

"Женщины коварны, от них можно ожидать неожиданного удара по самому больному, - уговаривал себя Андрей в данный момент, ощущая успокоительное тепло тела своей первой женщины. - Коварство, хитрость и готовность к предательству заложены в самой женской природе. Если я сейчас доверюсь Нонне, она может воспользоваться моей откровенностью".

Бывшая любовница снова притянула его к себе одной рукой, а другой начала быстро расстегивать рубашку.

И опять он вспомнил, как пятнадцать лет назад нетерпеливо караулил возле её дома, дожидаясь, пока муж Нонны выйдет с детьми из подъезда, усадит их в машину и уедет. Все внутри дрожало от предвкушения, ниже пояса становилось горячо, брюки тут же вздувались, и он боялся, что не дотерпит до встречи с любимой женщиной. Она встречала его в легком халате, уже успев принять душ, свежая, улыбающаяся и такая же нетерпеливая, как и сам Андрей. А потом два часа блаженства, пролетавшие как одно мгновение... И вот уже Нонна с сожалением смотрит на часы - десять часов, ей пора на работу. А назавтра он уже в половине восьмого утра прятался в беседке на детской площадке во дворе её дома. И опять два часа яростного сплетения тел, протяжных стонов и неописуемого экстаза.

От воспоминаний его вновь окатило желание, и Андрей стал торопливо сдирать с себя одежду.

В этот раз опять было почти так же, как тогда.

- Как же я по тебе соскучилась... - прошептала счастливая Нонна.

В четверг позвонила Катя Кохадзе, еле сдерживаясь, чтобы не расплакаться.

- Алла, здравствуйте, это Катя.

- Привет, Катюша. Что случилось?

- Из редакции звонили, спрашивали, где Ладо. Он обещал на этой неделе сдать сенсационную статью, и начальник мужа спрашивал, нет ли на его столе распечатки. Я поискала, но там были лишь старые материалы, уже опубликованные. Начальник просил меня посмотреть в компьютере, я открыла файл с самой последней датой, а там написано: "Если со мной что-то случится, в моей смерти виновен Сергей Мартов". И статья про Сергея Мартова - что он убил свою жену.

- Та-ак... - Новость была неожиданной, и верная боевая подруга забеспокоилась. - А вы сказали об этом начальнику мужа?

- Да.

- А он что?

- Сказал, что немедленно опубликуют это в газете.

- Что именно? Статью и записку?

- Да.

- Катя, не отдавайте пока ничего сотруднику газеты. Я сейчас приеду, и мы решим, что делать.

- Они уже присылали курьера за материалами.

- И вы слили им на дискету?

- Да.

- Я выезжаю.

Отстранив заплаканную Катю, Алла устремилась в комнату. Компьютер был включен, на экране сантиметровыми буквами значилось: Если со мной что-то случится, в моей смерти виновен Сергей Мартов.

"Не в ладах Ладо с русским языком", - мысленно скаламбурила верная боевая подруга.

Прочитав статью, озаглавленную "Журналист Сергей Мартов предпочел убийство разводу", Алла чертыхнулась, но быстро взяла себя в руки. Включила принтер, распечатала материал и обернулась к стоящей с двухлетним малышом на руках Кате:

- Не переживайте, Катюша. Эта статья - свидетельство того, что с вашим супругом ничего страшного не случилось. Он просто немного покрасовался, надев доспехи правдоборца. Видимо, ему очень хотелось прославиться, тиснув статью с броским заголовком, обвиняющем знаменитого журналиста. Сергей Мартов априори не способен на убийство, так что Ладо ничего не грозило и не грозит. Пощечину ваш муж, вполне возможно, схлопочет, но может остаться и безнаказанным. Сережа и раньше не замечал его поливов, и сейчас не удостоит их вниманием.

Андрей вышел проводить Нонну и заодно обзавестись горючим на вечер. Они с любовницей прикончили последнюю бутылку коньяку, а имееть запас не помешает.

Обманывая себя, он покупал всего одну бутылку, каждый раз давая себе зарок: "Выпью только для того, чтобы успокоить нервы, а с завтрашнего дня ни капли".

А назавтра случалось ещё како-либо событие, и завязать не получалось.

- Когда увидимся? - спросила Нонна, открывая свой видавший виды "пежо".

- Пока не знаю. На днях, - ответил Андрей.

- В выходные я не смогу - мой благоверный обычно торчит дома.

- Тогда в понедельник. Завтрашний день я хочу провести с сестрой.

- А разве ты не ходишь на работу? - удивилась она.

- Я ведь не сижу в офисе, все время на колесах, могу выкроить пару часиков в течение дня.

"В субботу надо забрать машину из автосервиса", - напомнил себе Андрей.

- Отлично! - обрадовалась любовница. - Кстати, я ведь и в выходные могу вырваться на часок-другой, - сообразила она. - Ты теперь, слава Богу, живешь один, я придумаю для супруга легенду, и прямиком к тебе.

- Тогда завтра вечером созвонимся.

- Толян, сучонок Ладо подложил Сереге большую свинью, - оповестила Алла, сев в его "вольво".

- А чё?

- Написал поганую статью, будто бы Серж замочил жену.

- Ха! - презрительно сплюнул Толик, не любитель брать в голову проблемы, которые того не заслуживают. А даже если и заслуживают, он их незамедлительно решал, а не рефлексировал. - Пускай пишет хоть чё, Серега-то Ритку не мочил.

- Думаешь, насрать и растереть?

- А то!

- Ты совершенно прав, Толян, - признала его начальница после некоторого размышления. - Зря я икру метала, прочитав то, что настрочил этот писака. Ладо вообще склонен к дешевой мелодраме, видно, опять решил вспомнить свои бездарные спектакли студенческих времен и привлечь внимание к собственной персоне. - Она подмигнула своему доверенному лицу, большому специалисту без ненужной рефлекии решать проблемы, в том числе, и деликатного характера, и похвалила: - Как с тобой просто: раз-два, и все ясно. Если нет нужды принимать решение - не нужно принимать решения.

Войдя в подъезд, Андрей вновь увидел белеющий в почтовом ящике конверт. Это уже стало ритуалом - ежедневно он находил очередное послание. Если хозяин был дома, то письмо оказывалось только в почтовом ящике, но когда он надолго покидал свое жилище, конверт ждал его дома.

Вот и сейчас, проводив Нонну, пообедав и купив коньяк, он обнаружил новое послание.

Теперь он их не вскрывал. Приносил домой и с омерзением бросал в ящик своего стола. Там их накопилось уже немало. Выкинуть послания Андрей пока не решался - кто его знает, что внутри? Быть может, в какой-то момент ему нужно будет узнать, каким объемом информации располагает шантажист, и тогда он распечатает письма.

На сей раз конверт со стереотипной надписью был приклеен скотчем к зеркалу в ванной. Последней в ванной побывала любовница - перед самым уходом.

"Неужели это Нонна оставила? - вспыхнуло в мозгу, но Андрей тут же отогнал пугающую мысль: - Нет, кто угодно, но только не она".

В пятницу утром верная боевая подруга заехала в редакцию газеты "Выстрел" и, потрясая распечаткой статьи Владимира Кохадзе, провела соответствующую обработку в кабинете главного редактора, где помимо него, присутствовали ещё несколько сотрудников:

- Если вы, грязные сборщики слухов и домыслов, посмеете опубликовать эти подлые инсинуации, я вас разорю, обещаю. - Она бросила на стол свою визитку и пояснила: - Разузнайте, кто я такая и тогда удостоверитесь, что я слов на ветер не бросаю. Ваша говенная чернушная газетенка замучается судиться, уж я позабочусь о том, чтобы все, о ком вы писали мерзкие статьи, скопом подали на вас в суд. Включая Сергея Мартова, разумеется. В отличие от вас, у меня достаточно средств, чтобы нанять команду самых лучших адвокатов, и вашему штатному юристу с ними не совладать. От вашей газеты после выплаты по всем искам по защите чести и достоинства останутся лишь неприятные воспоминания. Так что, если мозги у вас на месте, думайте, пока не поздно.

Разумеется, статья Владимира Кохадзе в газете "Выстрел" не появилась. Сам Ладо тоже дома не объявился, но теперь его судьба Аллу уже не волновала. Ксении Аркадьевне она позвонила и сообщила, что угроза жизни её сыну сильно преувеличена, на самом деле Ладо всего лишь готовил бомбу, заранее озаботившись создать соответствующий антураж.

Уснуть без приличной дозы спиртного Андрей уже не мог. Только оглушив себя алкоголем, проваливался в тяжелое забытье, а через несколько часов просыпался с пересохшим горлом, опять выпивал, но уснуть не удавалось, и до утра он лежал, сотрясаясь от дрожи во всем теле и вздрагивая от любого звука.

Вот и сегодня Андрей выпил вечером, его стало клонить в сон. Он с трудом добрался до дивана - идти в спальню не хотелось, - скинул с себя несвежую одежду, выключил бра и лег.

"Зачем тем мучиться? - с тоской думал Андрей, глядя в темноту. Закрыть глаза почему-то было страшно. - Это не жизнь, а медленная агония, я постепенно скатываюсь и скоро докачусь уже до грани..."

Заскрипел ключ, вначале в железной двери квартиры, она медленно отворилась, потом послышался звук открываемого замка второй, дубовой двери. Андрей весь покрылся мурашками, задрожал ещё сильнее и с головой укрылся одеялом, хотя сам понимал, что его беспомощная попытка спрятаться - из далекого детства. Лежать в темноте, ничего не слыша, было ещё мучительнее, и он слегка сдвинул одеяло, со страхом ожидая, когда шаги раздадутся в комнате. Но вот с громким щелчком закрылась сначала деревянная входная дверь, затем раздался скрежет металла по металлу - шантажист запирал металлическую дверь.

"Неужели он не знает, что я дома? Моя машина стоит возле подъезда, не заметить её невозможно..."

Некоторое время Андрей лежал, оцепенев от страха, прислушиваясь к звукам в квартире, но было тихо. Он дотянулся дрожащей рукой до бутылки теперь Андрей держал её на журнальном столике возле дивана, - и сделал несколько больших глотков, поперхнулся, закашлялся и испуганно зажал рот рукой. Но, похоже, в квартире, кроме него, никого не было.

Полежав ещё некоторое время, Андрей наконец обрел силы встать. Добрел до прихожей, включил настенный светильник и сразу увидел знакомый прямоугольник на тумбочке. Отодрав клапан, он достал очередную фотографию. Сюжет на ней был ещё круче предыдущих. Очевидно, шантажист совместил изображение с двух снимков. Получилось, что Андрей, приподнявшись на локте, лежит на боку рядом с телом мертвой женщины, оскалив рот в жуткой гримасе. Видимо, его сфотографировали, когда он пытался побороть тошноту, но вид был ужасный: злодей, только что надругавшийся над женщиной и убивший её, валяется рядом, оскалившись, со зверской рожей.

В записке значилось: "Ты убийца и будешь жестоко наказан".

Он сполз на пол и уставился на лист бумаги.

"Чьи же это жестокие шутки?"

Андрей уже сомневался, что злосчастные послания - дело рук двух безжалостных гиен. Теща, конечно, хитроумна и может придумать броские фразы для нагнетания напряжения, но он уже раздобыл денег и продемонстрировал ей шесть сберкнижек, на которых суммарно лежала означенная сумма - сто тысяч долларов - в рублевом эквиваленте. Класть такие деньги на один счет нельзя - в этом случае сотрудники сбербанка оповестят налоговую инспекцию, а ему это вовсе ни к чему. Ираида Яковлевна оценила его предусмотрительность и одобрительно кивнула.

Обе шакалихи успокоились, да и деньги на "карманные расходы" получали регулярно - запуганный Андрей был на все готов, лишь бы от него отстали.

Желая подстраховаться, он напомнил, что в случае их неадекватного поведения Вика не получит ни копейки - именно с этой целью Андрей положил деньги не на её счет, а на предъявителя. Если гиены выкинут номер или сдадут его органам, то останутся с носом - он сам снимет все со счетов на предъявителя, а им нужен лишь презренный металл, но не восстановление справедливости.

"Почему я решил, что они посылают мне письма? Ведь ни та, ни другая ни разу не упомянули о случившемся. Теща-то кремень, но дура Вика непременно бы ляпнула, чтобы ещё больше меня уесть. Похоже, шакалихи не в курсе происшедшего. Возможно, они строили планы, что я рано или поздно расшлепаюсь пьяный, и Вика по совету мамаши нарочно заводила меня, но их план не удался. Слежку за мной они не устраивали, и о наезде, происшедшем в мой день рождения, не в курсе. Я упоминал слово "шантаж", однако его можно толковать довольно широко. Если жена затевает истерику, желая получить что-то от супруга, - это шантаж. Требования чего-то в обмен на что-то тоже называется шантажом. Я-то имел в виду конкретные действия, а жена и её мамаша, видимо, решили, что подразумеваются требования выделить Вике определенную сумму".

К тому же, теща уже намекнула о том, что именно имела в виду под "рычагом давления" - угрозу настучать в налоговые органы на фирму "Орфей". Попасть в их поле зрения не хочется ни одному коммерсанту, а потому это тоже шантаж.

"Нет, Вика с мамулей не имеют отношения к этим письмам", - сделал окончательный вывод Андрей.

Исходя из логики человека, владеющего какой-либо порочащей информацией и решившего воспользоваться ею с определенными намерениями, нет никакого резона оповещать правоохранительные органы. Какой смысл? Ведь тогда шантажист утрачивает то, ради чего обзавелся свидетельствами чьего-то неблаговидного поступка или преступных действий.

Будь этот человек законопослушным гражданином, - постарался бы оказать пострадавшей первую помощь, а удостоверившись, что она погибла, вызвал бы милицию. Однако шантажист затаился где-то, видимо, в лесопосадке, и все сфотографировал. Возможно, видел, что водитель притормозил и вышел из машины, и понял, что виновник подойдет к телу жертвы наезда. И приготовился, вооружившись фотоаппаратом. Никто не носит с собой фотокамеру просто так, к тому же, когда на улице уже стемнело. Следовательно, недоброжелатель, сообразив, что представился удобный случай, достал фотоаппарат, допустим, из машины. Следом за "рено-меганом" ехали многие автомобили, один из них, став свидетелем происшествия, мог притормозить невдалеке, а он, Андрей, пьяный и ошарашенный случившимся, ничего вокруг не замечал. На обочине там и сям были припаркованы многие машины, и он даже не приглядывался, есть ли там кто-либо, сразу решив, что они стоят тут давно. К тому же, в неосвещенном салоне ничего не видно. А некто, очевидно, наблюдал за ним и ждал, что предпримет виновник наезда.

Почувствовав, что лицо, которым он нечаянно ткнулся в ребро капота, липкое от крови, Андрей качнулся, упал навзничь и пролежал так довольно долго. А потому у нежелательного свидетеля было предостаточно времени для того, чтобы подготовиться.

"Кто же это? - спросил себя Андрей. И сам же ответил: - Да любой, кто присутствовал на моем дне рождения. Когда Лиду забрала "скорая", гости наверняка не остались на её даче, а разъехались по домам. Кто-то заметил на шоссе мой "рено-меган", узрел знакомый номер, увидел меня на земле, - я провалялся почти час, пока блевал и пытался прийти в себя. Следовательно, среди гостей был мой недоброжелатель, надумавший использовать ситуацию в своих целях, и он планомерно осуществляет этот план".

Андрей вспомнил, что возле него притормозил пожилой водитель и прошло немало времени, пока он пытался от него отделаться.

"Кстати, дедок вполне мог оказаться свидетелем наезда, - осенило его. - Я проехал вперед, а дедуля тормознул, спустился в кювет, убедился, что женщина мертва, и лишь потом подкатил ко мне с мнимо участливым видом. А заодно и запомнил номер моего автомобиля".

Оглядывался ли непрошеный помощник на его машину, Андрей не помнил, да и вообще мало что помнил. Ненужный свидетель имел возможность записать номер, когда приблизился на своих "Жигулях" к его "рено-мегану". А притормозил для того, чтобы получше разглядеть лицо водителя. Потом проехал вперед, остановился, вооружился фотоаппаратом и по лесопосадке вернулся к телу погибшей женщины, засев в месте, с которого можно все заснять. Выяснить адрес владельца, зная номер и марку автомобиля, не составляет труда.

"У дедули имелась возможность снять слепки с ключей - я оставил всю связку в замке зажигания".

Андрей возвращался к машине ещё дольше, чем добирался до тела, постоянно останавливаясь и сотрясаясь в мучительной рвоте. Да и не только старикан, а любой человек мог обзавестись слепками ключей, пока хозяин отсутствует.

И вот теперь шантажист имеет возможность являться в его квартиру в отсутствие хозяина. Значит, постоянно следит за подъездом, и как только Андрей уходит, тут же шмыгает в его жилище. Возможно, вскоре он проявит себя уже более определенно, потребовав денег или ещё чего-то. Или же решил таким образом покарать его, мол, ты виновен и будешь наказан своими мучениями.

Сегодня Олег вернулся с работы раньше обычного, и Алла обрадовалась, что удастся провести с ним вечер, они так мало бывают вместе.

"А ведь мне с ним хорошо", - подумала она, глядя, как её лечащий врач и любимый мужчина переодевается.

Полгода назад, когда Алла предложила ему жить вместе, и он согласился, она призналась: "Еще совсем недавно мне бы и в голову это не пришло. Я ведь по своей сути одиночка. Слишком независима, слишком строптива. Характер у меня ужасный". "Я не дам тебе повода, - ответил Олег. - Тебе не придется аффектироваться, а мне, соответственно не придется терпеть твои аффекты. У тебя были очень тревожные глаза. Не из-за твоего здоровья. Внутренне тревожные и беспокойные. Ты была недовольна своей жизнью, но сама этого не осознавала. В тебе много энергии, но ты не знала, куда её направить, и хваталась за все, что казалось тебе нужным и важным, и наверняка частенько растрачивала свои силы попусту. А я хочу, чтобы твои глаза стали спокойными, и чтобы ты сама, наконец, успокоилась. И все сделаю для того, чтобы так и было. Мне самому это в радость, потому что я люблю тебя. И если со мной тебе будет спокойно, я буду считать себя счастливым8".

Олег выполнил свое обещание. Ей с ним и в самом деле спокойно и психологически комфортно.

Она сама ощущала, как сильно изменилась за эти несколько месяцев. Все ж, какой бы независимой и своенравной женщина ни была, мужчина, который рядом с ней, очень влияет на её поведение и даже на мировоззрение. Понятное дело, Алла Королева, верная боевая подруга, не чеховская душечка, готовая смотреть в рот обожаемому спутнику жизни и петь с его голоса. По своей сути она осталась прежней, но её жизненные установки и поведение изменились.

Еще совсем недавно Алла говорила себе: "Я убежденная холостячка. Кому-то по нраву быть примерной женой, встречать после работы мужа, а потом сидеть с ним за ужином, делясь несущественными новостями, но не мне". И вот теперь она с нетерпением ждет Олега и радуется, что он пришел домой пораньше, и у них впереди целый вечер.

"Я ли это? - спросила себя Алла, поворачиваясь к зеркалу. Там отражалась худощавая фигура Олега - не заплыл жиром, не обрюзг, хотя на занятия спортом у него нет времени, - а на заднем плане белело её лицо. Даже символично, - мысленно усмехнулась она, - мой мужчина во весь рост и во всю мощь, а я маячу вдалеке, на втором плане".

Олег дал ей самое главное - ощущение безопасности и стабильности, а в этом нуждается каждая женщина, какой бы сильной по характеру ни была. Это стремление - стержень психологии любой дочери прародительницы Евы, и именно этого она в первую очередь ожидает от мужчины, а если не находит такого спутника жизни, её душевное равновесие нестабильно.

Можно себя убедить - мне, мол, и одной хорошо, - и даже уверовать в это и внушить окружающим, можно найти отдушину в детях, работе, интересном деле, хобби, - и все же, если рядом нет настоящего мужчины, подобная система взглядов - самообман.

А что ещё женщине остается? Только клясть судьбу, сильный пол или придумать внешне убедительное оправдание, будто бы она одна по убеждению.

Алла тоже раньше декларировала нечто подобное, цинично заявляя: "Лучше никого не любить, чем стирать мужские носки".

Стирать носки ей и сейчас не приходится, да разве в этом дело?! Не будь у неё возможности иметь экономку, - стирала бы, и корона б с неё не свалилась.

В который раз Алла вспомнила слова своего мудрого психиатра: в межличностных отношениях тон всегда задает женщина. Образно говоря, вечный белый танец - женщина приглашает, мужчина берет её под руку и ведет на площадку. Вроде бы, ОН ведет, но выбрала-то его ОНА, и танец тоже избрала она по своему вкусу. И так всегда по жизни - видимое лидерство за мужчиной, но первоначальный стимул за женщиной. Если у этой пары отношения не сложились, - значит, женщина не сумела их построить. Она может сколько угодно упрекать его, мол, муж никчемный, бездельник, дурень, зануда и прочее, - но вся соль в том, таким он не был, а стал. Между прочим, за время союза с ней. Следовательно, женщина вела себя неправильно, не сумев создать нормальных партнерских отношений.

"Не бывает плохих мужей, бывают жены - плохие воспитательницы", - ещё одна мудрость, которой обогатила её психиатр.

Теперь Алла и сама это понимала. Три её бывших мужа слова доброго не стоят. Зачем же она вышла за таких? Ведь силком никто не заставлял. Могла бы предпочесть другого - выбор у неё большой, - но стала женой именно этих мужчин.

Даже сочетавшись браком с неподходящим мужчиной, можно постепенно, потихоньку, по-умному его "перевоспитать" и вылепить из него достойного члена общества. Ну, пусть и не в столь глобальном масштабе, но хотя бы сделать приемлемым его поведение в рамках семьи. А ей было наплевать на каждого из мужей - не любила, не уважала, а как раз наоборот, презирала и не считалась с ними. Сами они тоже не очень хороши: первый - немолодой отставной майор, второй - спортсмен, получивший травму, третий невостребованный писатель. Все трое - неудачники, а от своей невостребованности стали попивать. Получается, она, Алла Королева, самодостаточная женщина, самоутверждалась на их фоне. Глупо? Конечно. Почти по пословице: молодец среди овец.

Легко самоутверждаться на фоне никчемной личности, но это не делает чести. Даже Аллин любимый девиз: Женщина может все! - в определенной мере желание самоутвердиться. Зачем сильному человеку что-то доказывать? Он и так сознает собственное преимущество и уверен в себе.

Разумеется, личность спутника жизни тоже имеет немаловажное значение. Из непутевого мужа ещё нужно что-то лепить, порой совершая ошибки, а если у женщины нет соответствующих личностных качеств, может ничего не получиться. Но если рядом Мужчина с большой буквы, то задача женщины лишь одна - стать ему достойной парой, не пытаясь ломать и гнуть под себя, требуя: "Стань таким, как я хочу!" Каждая женщина желает, чтобы мужчина был сильной личностью, но некоторые, в силу присущей женской психике противоречивости, мечтают, чтобы он оказался в полной её власти и неустанно твердил: "Ты мой свет в окошке, центр вселенной, а все остальное побоку!" Но это свойственно неумным или неопытным женщинам.

За эти полгода Алла поумнела, хотя и раньше не была дурочкой, но чисто женских житейских навыков ей не хватало. Метко стрелять, махать кулаками, бить ногой по чувствительным местам мужского тела, в чем она весьма преуспела, - не критерий ума и женственности. Когда-то Алла нравилась себе в этой роли и гордилась собой, теперь поняла, что это смешно и нелепо. Пусть её обогатила мудростью и наставила на путь истинный психиатр, - какая разница, каким путем прийти к пониманию?! Можно считать себя семи пядей во лбу, но иногда самая простая истина, лежащая, казалось бы, на поверхности, но сказанная в нужный момент уважаемым человеком, становится чуть ли не откровением и позволяет взглянуть на себя и свою жизнь другими глазами. Именно так и произошло с Аллой. Слова Лидии Петровны легли на благодатную почву: побывав по ту сторону жизни, верная боевая подруга переосмыслила прошлое и сделала правильные выводы. Но даже если бы не произошло драматического события, она бы рано или поздно пришла к этой мысли.

И вот теперь рядом с нею достойный спутник жизни. Олег надежен, порядочен, сильная личность, уверен в себе, у него есть любимая профессия и цель в жизни. Ему есть чем гордиться, а его любимой женщине - тем, что он с ней. Еще бы не гордиться! Ее привезли в больницу погибающей от кровопотери. "А ведь я умираю..." - успела подумать Алла и потеряла сознание, оказавшись у самой черты. Не задержись Олег, как всегда, на работе - она бы эту черту преступила. Молодая, цветущая женщина в полном расцвете сил осталась бы лишь светлым воспоминанием в памяти своих друзей. И только его талант вернул её с того света. Когда поступает пациент в критическом состоянии, а врач спасает ему жизнь, - это ли не высшее предназначение! А сколько таких больных прошли через его руки! Когда-то Алла гордилась тем, что будучи гуманитарием, освоила бизнес. Но что такое кураж от удачной коммерческой сделки по сравнению с ощущением хирурга, дарующего человеку второе рождение!

Так что Олег Меркулов - мужчина достойный во всех отношениях.

Да и характер у него такой, что с ним ужиться легко. Правда, даже самого спокойного мужчину истеричка может планомерно третировать и лишить душевного покоя. Кто сказал, что сильные мужчины выбирают только приличных женщин? Увы, это не так. Женская душа для многих - потемки, а уж если дочь Евы хорошая актриса, - истеричкам как раз свойственно врожденное актерство, - то неискушенный в женских хитростях, прямой и открытый мужчина попадается на удочку. Ему остается лишь посочувствовать. А уж если он любит подругу жизни, несмотря на её скверный характер, - такое бывает нередко, - то вдвойне достоин сочувствия.

Слова Олега оказались пророческими. Точнее, он был уверен в себе и не сомневался, что именно так сложатся их отношения, - и жизнь доказала его правоту. Ни разу за эти полгода они не поссорились, ни разу вспыльчивая и невоздержанная на язык Алла не взорвалась. Да, ей частенько приходилось его обманывать и выдумывать всевозможные хитрости, чтобы улизнуть из дому. Ну и что?

Маленькие женские хитрости могут принести большую пользу.

Раньше она не стала бы себя этим утруждать. "Я свободная женщина и принадлежу только самой себе!" - декларировала Алла Королева. Другому мужчине она бы без обиняков заявила: "Не смей даже пытаться руководить моей жизнью и указывать, что мне делать, а что нет. Я сама знаю, как распорядиться своей жизнью". Олегу она так никогда не говорила. Иногда, правда, про себя ворчала, мол, тяжело быть любимой женщиной врача, он уже утомил её рекомендациями насчет щадящего режима, приема лекарств и прочего. Но поворчала и перестала, поняв, что любимый и любящий мужчина заботится о ней, а вовсе не проявляет деспотические замашки.

Теперь Алла поняла простую женскую мудрость: вовсе ни к чему переть напролом, можно добиться того же, использовав хитрость и прочие женские уловки. В итоге избавила и себя, и спутника жизни от совершенно бессмысленного выяснения отношений.

Отношения нужно строить, а не выяснять.

- Привет, Андрей, узнал?

"Век бы тебя не знать, - подумал он, в который уж раз пожалев, что взял трубку. Но не мог же он сказать секретарше, чтобы ни с кем не соединяла! - Надо поменьше бывать в офисе, не отвечать на звонки по мобильнику, а дома не брать трубку, тогда я буду избавлен хотя бы от телефонных звонков. Никто не спешит порадовать приятными известиями, все только треплют нервы".

- Ну что молчишь? - напористо спросил Павел.

- А что я должен говорить?

- Ну хотя бы поздоровайся с зятем, - хохотнул тот.

- Чего тебе надо?

- За тобой должок, не забыл?

- Не забыл.

- Пора платить по счетам.

- Мы так не договаривались.

- Обстоятельства изменились. Время не терпит.

- Мы так не договаривались, - упрямо повторил Андрей.

- Похоже, ты ищешь неприятностей... - В голосе Павла явственно слышалась угроза.

"У меня их и так хватает. Кстати, именно ты и мог их организовать".

- Ну, я жду, - потребовал зять.

- Лида уже вышла из больницы.

- Ну и что? Она же ещё не ходит на работу.

"Все-то он знает..." - отметил про себя Андрей.

- Сейчас самое время, Андрюша. - Павел уже говорил увещевающим тоном. - Лида пока дома, в дела не вникает.

- Но потом она все узнает.

- Потом будет видно, - многообещающе произнес зять.

"Что этот негодяй задумал?.."

- Нет, Павел, такого уговора не было. - Андрей постарался, чтобы его голос прозвучал как можно увереннее. - Ты предложил бесчестную сделку в обмен на ссуду, я отказался. Ты дал мне в долг, и я сказал, что верну деньги через месяц. Ровно через месяц ты все получишь.

- Ну гляди, парень, пожалеешь... Со мной шутки плохи.

"Навещу-ка я любимого мужчину в ванной, - подумала Алла, когда Олег ушел принимать душ. - Все дела да дела, мы уже почти забыли, что такое секс".

Стукнув для порядка костяшками пальцев о косяк, она приоткрыла дверь и просунула голову:

- Не возражаешь, если я к тебе присоединюсь?

- Не возражаю, - улыбнулся Олег.

Алла вошла и без лишних разговоров начала сбрасывать одежду. Снимать особо нечего - всего лишь сарафан и белье, но однорукой это не так-то просто.

"Черт бы побрал эти блинские крючки", - мысленно ругнулась она, пытаясь одной рукой расстегнуть бюстгальтер.

- Давай я тебе помогу, - вызвался Олег.

Он вытер мокрые руки, а Алла повернулась к нему спиной. Наконец все лишнее оказалось на полу, и она шагнула в ванну.

- Ты намочишь повязку, - предупредил любимый мужчина.

- Плевать, - ответила любимая женщина.

Олег все же выключил душ - если повязка промокнет, придется ехать в больницу, чтобы наложить новую.

"Никакой личной жизни с этой проклятой рукой. Теперь я калечная и в физическом, и в сексуальном плане", - успела подумать Алла.

Правда, неподвижная рука почти не помешала. Когда очень хочется, такими пустяками можно пренебречь.

Выйдя из офиса своей фирмы, Андрей издалека увидел, что на ветровом стекле "рено-меган" что-то написано. Быстро сбежав по ступенькам, он подошел к машине и прочел: "Тебе осталось жить ровно неделю. Отсчет пошел". Надпись сделана таким же красным стеклографом, как и та, что появилась на кухонном окне.

Первой мыслью было: "Павел перешел в наступление". Ведь зять явно угрожал ему. Но когда же он успел? Они говорили по телефону всего полчаса назад. Или Павел был поблизости, намереваясь зайти в офис "Орфея", чтобы он, Андрей, подписал документы? А получив отказ, решил напомнить, что ни перед чем не остановится ради реализации своего плана? Спешит, пока Лида больна и не может препятствовать его махинациям?

"Да нет, Павел не станет так баловаться, - усомнился Андрей. - Писать на оконном и ветровом стекле, подбрасывать мне письма... Он матерый хищник, такие действия не его стиль. Тогда кто же? Может быть, один из наших сотрудников? Вышел незаметно из офиса и начеркал угрозу... А сейчас стоит у окна и наблюдает, как я стою тут столбом..."

Андрей затравленно оглянулся, хотя и знал, что ничего не увидит, - на всех окнах висят жалюзи.

Из сотрудников "Орфея" на дне его рождения было пятеро: коммерческий директор Владимир Емельянович, его супруга и главный бухгалтер Софья Гавриловна, начальник отдела реализации Николай Романович Вершинин и двое приятелей Андрея - Гриша Проскурин и Наум Фридкин.

Емеля - субъект жуликоватый, но вряд ли он присылает эти письма и мажет стекла. В принципе, подобное не исключено, но в тот вечер с ним была его супруга. Даже если они увидели его на дороге, коммерческий директор не стал бы в присутствии своей суровой половины бегать по кустам с фотоаппаратом. Софья Гавриловна - дама серьезная, на такие глупости не способна, а супруг у неё под пятой.

"А если Емеля ехал один? - задумался Андрей. - К примеру, супруга сопровождала Лиду в больницу. Надо бы прояснить этот вопрос..."

Только сейчас он вспомнил, что фотоаппарат у супругов был, и вполне приличный, а не ширпотреб. Софья Гавриловна первым делом пожелала, чтобы муж сфотографировал её на фоне буйно цветущего куста жасмина, мол, с девичьих лет обожает этот запах, а Нонна тогда шепотом поехидничала, что матрона желает увековечить на снимке свое новое платье, а вовсе не любимые цветы. Потом Владимир Емелянович несколько раз щелкнул присутствующих на фоне окружающей природы и отнес фотоаппарат в машину.

"Но зачем Емеле меня шантажировать? Ради денег? Он знает, что много с меня не получишь. Или Емеля в сговоре с Павлом? Это вполне возможно, они давно скорешились. Но если так, двое хищников меня запросто сожрут и не подавятся. Пока Лида болеет, быстренько провернут свои грязные делишки и будут довольно потирать руки. А что Лида может против двух матерых жуликов?!.."

Вторая вероятная кандидатура - Вершинин. Ему скоро шестьдесят пять лет, он постоянно жалуется на нездоровье, - якобы у него больные почки, - а потому исполняет свои обязанности из рук вон плохо. Сестра давно бы уволила нерадивого подчиненного и заменила молодым и энергичным сотрудником, но жалеет его - в другую фирму человека преклонного возраста, да к тому же, больного, не возьмут. Николай Романович панически боится простудиться, причитая, что после этого у него опять будет обострение заболевания почек, в любую погоду кутается в теплый шарф, закрывает фрамуги, входя даже в чужой кабинет и в сотый раз оповещая всех присутствующих, что боится сквозняков. На самом деле он больше причитает, нежели тяжко болен. За все восемь лет работы в "Орфее" начальник отдела реализации ни разу не лежал в больнице, похоже, его основная цель - давить на жалость генеральному директору, чтобы не очень придиралась за неспособность соответствовать своей должности.

Характер у него на редкость противный, он любитель чернить людей, будто бы в шутку говорить гадости и исподтишка напакостить. У Андрея не было никакого желания приглашать Вершинина на свой день рождения, к тому же, тот убежденный и воинствующий трезвенник, но Николай Романович сам напросился - в пятницу вручил ему подарок и всячески намекал, что раз весь руководящий состав фирмы присутствует на торжестве, то и ему, мол, тоже по штату положено. Произнес это вроде бы в шутку, со своими обычными ужимками и подхихикиваниями, но Андрей, как всегда, не смог ответить категорическим отказом, не сказал ни да, ни нет, но начальник отдела реализации счел его молчание за согласие.

В общем-то, Вершинин - человечек гниловатый... Больше всего на свете он боится потерять свое место, а Андрея недолюбливает и опасается - тот не раз говорил сестре, что бестолкового подчиненного пора выгнать и хорошим профессионалом. У него как раз есть подходящая кандидатура из числа приятелей-сокурсников - Слава Тарасов. Пару месяцев назад он привел приятеля на собеседование к Лиде, она в принципе одобрила, а ушлый Вершинин об этом узнал и пуще прежнего причитал про свои хвори, мол, работает из последних сил, чувствует себя ужасно, но ходит на службу. "Ладно, пусть доработает до пенсии, - решила сестра. - Проводим его с почетом, а потом возьмем Тарасова".

Так что он, Андрей, Вершинину как кость в горле. Наговаривать на него генеральному директору он не осмелится - Лида никому не позволит чернить брата, - но подгадить не прочь.

"Может быть, это вершининские проделки? - задумался Андрей, ещё раз оглянувшись на офис и остановившись взглядом на четырех окнах отдела реализации. - Решил взять меня за горло, чтобы вынудить отказаться от намерения уволить его? На него это похоже..."

И все же трудно себе представить, что Вершинин станет бегать по кустам, чтобы заснять последствия наезда, - возраст не тот. Да и в его квартиру он вряд ли полезет в присутствии хозяина. Да и в отсутствие тоже трусоват. Втихую подложить подлянку - это запросто, но предпринимать какие-либо действия, рискуя попасться, - не его амплуа.

И, наконец, Гриша и Наум. С обоими Андрей учился на экономическом факультете и пригласил их, когда сестра надумала расширять фирму. Вроде бы, приличные ребята, они приятельствовали ещё со студенческих лет, не раз сидели за бутылочкой и у кого-нибудь дома, и в бане, и за городом. Работой в "Орфее" оба дорожат, с ним лояльны, вроде бы, на подлость не способны...

Чисто гипотетически можно предположить, что один из них стал любовником Вики. Но никаких фактов за это нет. Первое время после его женитьбы оба приятеля частенько приходили к нему по старой привычке, но потом Вика стала скандалить, что ей надоели эти пьянки, и они встречались на нейтральной территории, или дома у Наума или Гриши. Наум женат, Григорий разведен. Вроде бы, оба не дураки, чтобы связаться с этой истеричкой...

"Но я-то с ней связался", - напомнил себе Андрей.

Если допустить, что один из них наставил ему рога, а потом, воспользовавшись благоприятной ситуацией, решил от него избавиться, то есть ли логика в таких действиях? Откуда приятель мог знать, что Андрей после развода отвалит бывшей жене сто кусков зеленых? А для того, чтобы иметь к ним доступ, любовнику Вики пришлось бы на ней жениться.

"Нет, моя жена не стоит сто тысяч долларов, - решил Андрей. - Я готов ей их дать, лишь бы от неё отвязаться, но жениться на ней, чтобы их получить, - упаси Боже!"

Получается, теоретически мотив есть у четверых сотрудников "Орфея".

И все же Андрею не хотелось верить, что человек, с которым он трудился бок и бок много лет, способен на такую низость. К тому же, трудно ожидать от них такой прыти - вовремя сориентироваться, заметив его на дороге, и задумать аферу с далеко идущими намерениями. Никто из них не мог ожидать, что именинник поссорится с женой и сбежит с собственного дня рождения.

Если только он не в сговоре с Викой. К примеру, использовал эту дурочку втемную, не посвятив в свои планы.

"Надо почаще устраивать праздники плоти", - думала Алла, лежа рядом с любимым мужчиной.

Сегодняшний вечер выдался богатым на плотские радости - Олег пришел не таким измочаленным, как обычно. В другие дни он приходит поздно. Примет душ, поужинает и сразу ложится спать. Через два дня на третий у него суточное дежурство, после которого он остается в отделении на полный рабочий день, хотя имеет право уйти сразу после обхода, часов в двенадцать. Но хирург Олег Павлович Меркулов - типичный трудоголик, а это, как говорила психиатр, - почти диагноз. Исправить это невозможно, не стоит и пытаться, работа - смысл его жизни.

Что ж, мужчина, увлеченный любимым делом, пусть даже одержимый, достоин уважения, и Алла относилась к спутнику жизни соответственно. Никогда не попрекала, что он целыми днями пропадает на работе, и зачем ему столько дежурств - он не обязан так много дежурить, но работать некому, не ныла, что вечерами они не могут сходить в гости или в увеселительные заведения, что почти не видит его и на полуголодном сексуальном пайке.

Алла Королева, весьма своенравная и строптивая женщина, теперь стала необычайно покладистой.

Как тут вычленишь - кто лидер, а кто ведомый в их отношениях? Оба сильные, неординарные натуры, однако мирно уживаются на одной территории. Да и надо ли это выяснять? И Олег позитивно повлиял на нее, а она - на него. В итоге получился нормальный партнерский союз. Оба спокойны, психологически комфортны, уверены в себе и совместном будущем.

"Я никогда не расстанусь с Олегом, - думала Алла, обнимая любимого мужчину. - Интрижки на стороне, любовники в моей жизни будут - я существо непостоянное. Но главный мужчина в моей жизни - Олег. Зря я пыталась реанимировать роман с Сергеем. Ничего хорошего из этого не вышло, одни разочарования. Не стоит пытаться перенести прошлое в настоящее. Я все ещё люблю Сержа - чего уж себе врать? - но со временем примирюсь с разлукой. Мы друг другу не подходим. Пусть этот неисправимый романтик ищет другую музу. У меня от него лишь душевное волнение. Живу ведь без него уже неделю, и не умерла, в петлю не лезу. Значит, проживу и всю оставшуюся жизнь. Все, с этой любовью пора завязывать".

Хотелось бы поставить на этом последнюю точку, да не получалось. Разве можно приказать себе не думать, не вспоминать, когда мысли возникают помимо воли и даже навязчиво?..

Прошло-то всего без малого три недели, а кажется, будто это было давным-давно и уже осталось в памяти как сладкое воспоминание, думать о котором и приятно, и немного больно. Приятно потому, что тогда и ей, и ему было очень хорошо, а больно - потому что, похоже, теперь это уже прошлое.

"Позитив, конечно тоже был..." - вынуждена была признаться она самой себе.

Алла припомнила их первую встречу после долгой разлуки. Вроде бы, при виде Сергея, нетерпеливо прохаживающегося во дворе офиса "Примы", ничего в душе поначалу не всколыхнулось. Он ждал её, хотя в этот день Алла не планировала заехать на работу. Но за полчаса до этого её вдруг будто подбросило, и она, не слушая возражений верного оруженосца, мол, нечего ей делать на работе, там все идет своим чередом, настояла, чтобы он отвез её в офис. Сначала они говорили с Сергеем о житье-бытье, он расспрашивал о её ранении и наотрез отказался сообщить, что за дело привело его к ней. Пришлось тянуть из него чуть ли не клещами. Да и то Серж отнекивался, не хотел, чтобы она бралась за расследование, мол, тебе нужно о здоровье думать. А она смотрела на него, невольно отмечая, какой он красивый, и даже ранняя седина его ничуть не портит, и вдруг поймала себя на мысли, что Сергей ей очень нравится, и даже испытала знакомое волнение, но тут же одернула себя: "Не место и не время!" А он возьми да и скажи, что очень сожалеет о прошлых ошибках. В ответ Алла тоже разоткровенничалась. Слово за слово, и она призналась, что ревновала его к Рите, но убедила себя, что та - пустое место, всего лишь бледная тень, следующая за мужем. И тогда Сергей признался, что у неё не было оснований для ревности - все эти годы он любил её, Аллу.

А потом она пригласила его к себе домой, заранее озаботившись, чтобы не было ни экономки, ни Толика. Сергей спел ей песню, которую написал сразу после из разрыва, а Алла повторила за ним строфу из этой песни: "Незабытая женщина снова подставит мне губы в полутемном дворе, и слезинки слизну с её век". "Когда я это писал, верил, что так и будет", - тихо промолвил он. "И даже то, что увидишь мои слезы?" - улыбнулась она, вытирая повлажневшие глаза.

Так стоит ли отрекаться, любя?

Андрей еле доехал до дома - сквозь перемазанное стекло было плохо видно дорогу. Тряпки в его машине не нашлось, и он содрал чехол с правого сиденья и остервенело оттирал надпись. Как и в прошлый раз только размазал. Но не ехать же по городу с надписью: "Тебе осталось жить неделю. Отсчет пошел"! Первый же гаишник его остановит, а потом стуканет куда надо.

Как всегда, в почтовом ящике лежало очередное послание и, как обычно, Андрей сунул его в карман, решив не читать.

В прихожей его ждал ещё один "приятный" сюрприз: на зеркале красовалась надпись: "Первый день из семи отпущенных тебе уже подходит к концу".

Он стоял напротив, тупо пялясь на красные буквы и пытаясь решить, мужской это или женский почерк.

"Что за дурь лезет в голову!" - наконец очнулся хозяин и, не разуваясь, прошел в комнату, поставил на стол заранее купленный коньяк, достал из бара чистый фужер и водрузил рядом с бутылкой, отодвинув в сторону несколько грязных бокалов. Он давно уже не пил из коньячных рюмок, предпочитая сразу хватануть дозу. Налив полный фужер, Андрей тут же в несколько глотков выпил, не закусывая. Да и нечем было закусывать, а заезжать в ресторан не хотелось. Почувствовав первые признаки опьянения, Андрей сел в кресло и закурил.

"Опять оттирать эту чертову надпись... Нарочно издевается и пишет какой-то трудно смываемой дрянью. Купить, что ли, растворитель..."

На миг ему стало смешно - взрослый мужик запасается специальным средством, чтобы удалять надписи на стеклянных поверхностях. Шантажист малюет - хозяин стирает. Дурацкие игры.

"Может быть, тем самым меня хотят ещё больше унизить? - задумался он. - Мне приходится бегать с тряпкой и выгляжу я при этом не очень... Теперь придется запастись ветошью и возить её в машине - неизвестно, что мне ещё намалюют".

Андрей обвел глазами захламленную комнату и вздохнул. Когда-то ему очень нравилась эта квартира. Ремонт сделали по его вкусу, здесь было симпатично. До женитьбы уборку делала сестра, и всегда был порядок. А когда появилась Вика, квартира быстро превратилась в гадюшник. Эта лентяйка требовала, чтобы он нанял домработницу, а ему было непонятно - если жена не работает, с какой стати брать ей помощницу по хозяйству?! Сколько скандалов было по этому поводу...

Теперь в эту квартиру противно приходить. Дом осквернен - вначале супругой, потом шантажистом.

"А может быть, в мое отсутствие он везде роется и, поняв, что я не вскрываю его посланий, стал писать на стеклах?" - осенило хозяина.

Андрей встал, прошел в соседнюю комнату и выдвинул ящик стола. Так и есть! Вчера он опять бросил оба письма не распечатанными, а сегодня поверх них лежал лист бумаги, на котором значилось: "Прочти, негодяй, или будет ещё хуже!"

Читать послания не хотелось, смотреть фотографии - и того меньше. Андрей надорвал все конверты, будто бы ознакомился с содержанием, и опять бросил в ящик поверх листа. Вспомнив про конверт, полученный сегодня, надорвал и его тоже и бросил сверху. Мелькнуло мимолетное желание написать: "Ну, теперь ты доволен?" - но, разумеется, он не стал этого делать - не хватало вступать в переписку с шантажистом.

"Чего же он хочет?" - уже в который раз задумался Андрей.

Денег у него не требуют, хотя по всем канонам шантажа уже пора.

Но если шантажист запросит энную сумму, - платить ему нечем. И так должен Павлу, а через месяц отдавать.

"Надо бы заехать в риэлтерскую фирму", - вспомнил хозяин.

Квартиру придется продать и арендовать жилье до лучших времен. Как сказать об этом Лиде, Андрей пока не задумывался. Хотелось оттянуть этот неприятный момент как можно дальше. Он и так остался один на один с враждебным миром. В данной ситуации даже сестра - не союзник. Опять начнет читать нотации, попрекать за опрометчивую женитьбу и не менее опрометчивое решение выплатить Вике баснословную сумму.

Решив, что сейчас лучше об этом не думать, Андрей решил, что не мешает ещё немного добавить для тонуса. Он вышел в коридор и тут услышал характерный звук - работал компьютер. Войдя в соседнюю комнату, хозяин убедился в своей правоте - его компьютер был включен, на экране светилась надпись: "Сегодня ты не уснешь. Жди".

Утром, когда Олег ушел на работу, Алла поиграла с Персом и Деми, а потом пошла в свой кабинет. На столе лежала гитара - ещё с того дня, когда они провели с Сергеем ночь в её квартире. Тогда она впервые спела для него, да и вообще - в чьем-то присутствии. Раньше пела только для себя, и никто не знал, что железная бизнес-леди и верная боевая подруга Алла Королева пишет стихи и поет их на мотив собственного сочинения.

Взяв гитару, она грустно перебирала струны, жалея, что однорука и не может себе подыграть. Но мотив звучал в голове, и она тихонько запела без аккомпанемента:

Как горько мне осознавать,

Что он ещё мешает жить,

Обманывать себя и ждать,

Что вдруг он все же позвонит.

Недаром люди говорят

Легко обманом окружить

Того, кто жизни не щадя,

Обманутым лишь хочет быть.

Насмешки новых дней и лет

Вновь закрывают солнца свет.

На чувства не найдя ответ,

Теряем мы сей жизни цвет9.

Эти стихи Алла написала шестнадцать лет назад, вскоре после разрыва с Сергеем. Тогда она ещё на что-то надеялась...

Если бы Алла знала, что её опрометчивая фраза приведет к такому финалу, придержала бы язычок? Как знать?.. Сейчас, оценивая прошлое через призму своего жизненного опыта, кажется, что воздержалась бы. А тогда ей ещё не стукнуло двадцати, и легко было рубить с плеча, а потом вставать в позу: "Ах, он так! Но и я не помойке себя нашла!"

Сколько ж глупостей мы совершаем... Бездумно, из-за уязвленного самолюбия, ради бравады... Ломаем себе жизнь, страдаем и жалеем о своих поступках...

Но нет пути назад. Как говорили мудрые, в одну и ту же воду дважды не ступишь.

Алла вздохнула и снова запела:

Если только ты меня ждешь,

Я поверю, что прошлое - ложь,

И в капкан прыгну, сил не щадя,

Остановит ли разум меня?

Как найти сумасшедших таких,

Как сама, чтобы жить без обид?

Чтобы чувствовать рядом плечо,

Чтоб в один нас поймали сачок...

Упорхнем мы из жизни земной,

И тогда мне не страшно, ведь ты же со мной?

Все мечты...

А твой голос умолк.

Я одна.

И на взводе курок10.

Алла вытерла мокрые глаза, подумав: "Зачем я растравляю себе душу? Зачем мучаю себя воспоминаниями? Нужно забыть все, выкинуть из головы. Отречься от прошлого. Эта любовь принесла мне одни страдания".

- Ты чё, Алка? - перепугался верный оруженосец, увидев её припухшие веки. - Чё ревешь-то?

- Сама не знаю, Толян, - призналась она. - Зачем-то стала петь себе грустные песни, и так стало себя жалко...

- Дак это... - Он растерялся, не зная, как её утешить. - Может, обидел тя кто?

- Никто тебя, как сам - себя, - невесело отшутилась она.

- А чё такое-то? Сказала б, а? - Его голос был почти умоляющим, а выражение лица такое несчастное...

Алла посмотрела на себя как бы со стороны, отстраненно, и поняла, что выглядит нелепо, - тридцатишестилетняя баба, у которой есть все, что нужно для счастья, по крайней мере, в понимании многих людей: любимый мужчина, куча верных друзей и подруг, достаток, интересное дело, - вдруг ударилась в надрыв и рыдает.

"Не буду я ничего загадывать, - решила она. - Зачем мне сейчас терзаться бесплодными размышлениями? Чего я себе напридумывала?! Непохоже, что Серж всего лишь использовал меня ради отмазки от обвинения в убийстве. Обвинение уже снято, ему ничто не грозит, но он не ушел из моей жизни и вряд ли уйдет. Серега никогда мне не лгал. Я чувствовала, что он искренен, когда говорил, что любит меня. Серж просто ждет, когда я поостыну. Сейчас мне не стоит с ним встречаться, иначе я что-то опять ляпну. Успокоюсь, постараюсь вычеркнуть из памяти весь негатив, а там будет видно, как фишка ляжет".

- Все, Толян, больше не буду киснуть! - почти бодрым тоном оповестила верная боевая подруга. - Мечтатели слишком часто падают с неба на землю и, набив шишек, разочаровываются в своих идеалах и становятся циниками. Самое время послушать мою программную песню, она всегда вселяет в меня оптимистичный цинизм.

Верный оруженосец просиял, прытко помчался в гостиную, быстренько разыскал нужный компактдиск и вскоре Алла, улыбаясь, стала подпевать:

Я помню давно учили меня

Отец мой и мать:

Любить - так любить!

Гулять - так гулять!

Стрелять - так стрелять!

- Во, теперь все путем, - порадовался Санча Панса, увидев, что обожаемая начальница опять в привычном тонусе.

Прошло несколько дней. В пятницу Алла вспомнила о своем хобби.

- Давай-ка, мой верный оруженосец, найдем укромное место и немножко поупражняемся в стрельбе. Хоть я под влиянием любимого психиатра поумнела, но сердцу не прикажешь - люблю пострелять. Искоренить симпатию к оружию мне пока не удалось, а для целкости нужна постоянная практика.

Санчо Панса отвел взгляд, шмыгнул носом и с преувеличенно серьезным видом уставился в окно, хотя там ничего особенно интересного не было.

- Что это с тобой, Толян? - удивилась Алла. - Ты чего ведешь себя как сэр Персиваль, который надул в неположенном месте?

Видно было, что он усиленно соображает, что ей ответить, но пока плоды его натужных размышлений не обрели словесного выражения.

- А ну-ка быстро колись, в чем дело? - не терпящим возражений тоном потребовала верная боевая подруга.

- Нету у меня ствола, - наконец выдавил Толик.

Это нечто новенькое. Ее верный оруженосец без оружия - как птица без полета. За четыре с лишним года их знакомства такого ни разу не было.

- А где твой "кедр"? - поинтересовалась удивленная Алла.

Тот опять принял непривычно задумчивый вид, и верная боевая подруга, умевшая читать по его лицу как по писаному, видела, что в нем происходит мучительная борьба: правды сказать не может, но сочинять он не горазд, а ей и подавно никогда не врет, правда, частенько скрывает то, что на его взгляд, ей знать не надо, дабы не испытывать излишних волнений.

- Быстро говори, куда зарыл собаку!

- Какую собаку? - опешил верный оруженосец, ныне безоружный.

- Ну, перифразировала я поговорку. Имелось в виду - где собака зарыта, то бишь, что такого экстраординарного стряслось, что ты остался без ствола?

Наконец Санчо Панса решился, испытывая при этом психологический дискомфорт:

- Сереге дал...

- Кирееву? - уточнила Алла.

Сергей Киреев был другом детства Толика Гусева. Именно он протеживал вернувшемуся из колонии Толику, и его взяли в команду Славы Миронова, больше известного под прозвищем Мирон. Друзья ударно трудились в качестве сборщиков дани с коммерсантов вверенного их заботам района, а потом Толик занял место при Алле.

- Не, - мотнул головой верный оруженосец и, терзаясь душевными муками, признался: - Твоему.

- Моему? - переспросила она, не сразу поняв, кого он имеет в виду.

- Ну...

Тут до неё дошло, что Толик говорит о Сергее Мартове.

- А ему-то зачем ствол?

- Он сказал - надо.

- Убедительный аргумент, - хмыкнула верная боевая подруга. - По-моему, Серега не из тех, кто способен на мочилово, к тому же, сроду пушки в руках не держал.

- Я его учил...

- Стрелять?

- Ну...

- Толян, я была о тебе лучшего мнения. - Алла уже догадалась, для чего Сергею понадобилось оружие, и рассердилась на верного оруженосца. - Неужели ты не понял, что Серега решил застрелить Ладо?

- Дак гад он, Ладо этот...

- Он-то гад, это ты верно отметил. Но Сереге-то зачем брать на себя мокряк? Он же, простота академическая, сварганит все так, что непременно вляпается. В этом деле навыки нужны.

- Говорил я ему: "Давай я сам"...

- Однако и тебе ни к чему пачкаться об этого мерзавца. Но ради того, чтобы отвратить Серегу от смертоубийства, лучше бы ты настоял, что сам проучишь Ладо, но без помощи огнестрельного оружия.

- Дак Серега грит: "Это дело мужской чести"...

- Ну, рыцарь хренов! - не на шутку обозлилась верная боевая подруга. Немного успокоившись, она произнесла уже тоном ниже: - Серж был и остается неисправимым романтиком.

- Дак это... - мялся Толик. - Пушка-то моя.

- И что? - не поняла глубины его мысли Алла.

- Ну дак я буду крайний, если выйдет край.

Она рассмеялась его каламбуру, к каковым раньше у Толика склонности не замечалось. Правда, в ситуации ничего смешного не было, и верная боевая подруга снова стала серьезной.

- Что один дурачок, что другой, - заклеймила она обоих заговорщиков. Серега-то без понятия, как с умом обставиться, но и ты проявил поразительную беспечность, можно сказать, преступную халатность. А почему ты мне сразу не рассказал?

- Серега велел ничё не говорить...

- Что-то мне невдомек - ты мой Санчо Панса или Серегин? - сделав акцент на слове "мой", язвительно поинтересовалась Алла.

Мучимый угрызениями совести Толик, гордившийся тем, что она называла его Санчо Пансой, решил, что ему грозит отставка, и совсем скис.

- Ну ладно, не страдай, - смягчилась начальница, видя его терзания. Когда ты дал ствол Сереге?

- Позавчерась.

- Почему он до сих пор его не вернул?

- Не звонит чё-то.

Алла не виделась с Сергеем уже две недели, со дня новоселья в её загородном доме, и сейчас встревожилась. Что он задумал? Точнее, как решил осуществить свой план?

Серж эмоциональный и тонкий человек, а отнюдь не бездушный киллер. В аффекте любой может напридумывать Бог весть что, но когда держишь под прицелом человека, не так-то просто нажать на спусковой крючок. Алла знала это по себе. Дело не в том, что ею вдруг овладевала нерешительность - этим недостатком верная боевая подруга никогда не страдала, - просто-напросто она знала, что за этим последует. Пуля ведь не игрушечная, и рана будет настоящая. А уж если выстрел окажется смертельным...

Не каждый человек способен на убийство. Даже специально обученные люди, впервые лишив жизни человека, испытывают потрясение, кем бы противник ни был, пусть даже врагом. Психика нормального человека так устроена, что убийство для него противоестественно. Конечно, немало людей с отклонениями. Но Сергей-то - психически полноценен.

Алла не стала ещё больше усугублять чувство вины верного оруженосца тот и так переживает, что спорол глупость, - и набрала номер мобильника "неисправимого романтика". Почему-то она была уверена, что ни один из его телефонов не ответит, и все же позвонила ему домой, затем в редакции газет, с которыми сотрудничал Сергей Мартов. Ее предположения оказались верны - с позавчерашнего дня Сергей нигде не появлялся.

"Как же Серега узнал место, где скрывается Ладо? - задумалась Алла. Неужели он именно тот человек, которого боялся подонок Кохадзе?.."

Во время предыдущего расследования11 "самаритянка" Тамара встречалась с Владимиром Кохадзе, расспрашивала его о Рите Мартовой, супруге Сергея. Тот отзывался о ней в весьма нелицеприятных выражениях.

Оказалось, что на первом курсе Рита домогалась Ладо, но эта "бледная моль", как он её называл, ему не нравилась. Поначалу она изображала восторженную поклонницу Ксении Каревой, клянчила у Владимира контрамарку, ходила на все спектакли, по её просьбе Ладо познакомил Риту с матерью, а девушка рассказала ей трогательную историю о своем несчастливом детстве. Ксения Аркадьевна - светлый человек, она прониклась сочувствием и просила Ладо не обижать несчастную. Пусть невзрачная Рита не в его вкусе, но мужчина должен вести себя как джентльмен с любой дамой, а тем более влюбленной, - так наставляла сына мудрая Ксения Аркадьевна.

Циник Владимир не верил Рите и относился к ней с пренебрежением избалованного женским вниманием бабника и плейбоя. Потом он увлекся Аллой и в резкой форме заявил Рите, чтобы она от него отстала. Та перестала ходить на спектакли Каревой и вскоре перекинулась на Сергея Мартова, став одной из самых верных поклонниц барда. Через пару месяцев Алла бросила Ладо и закрутилась в красивом романе с Сергеем. Рита по-прежнему не пропускала ни одного концерта известного певца и скромно стояла в уголке с неизменным букетом темно-вишневых роз на длинных стеблях, хотя весь институт знал, что он влюблен в красавицу Аллу Королеву. Алла с Сергеем расстались, и верная поклонница стала женой человека, чьего внимания столь упорно добивалась.

Вот такой сложный клубок взаимоотношений четверых людей со всеми положенными атрибутами: любовь, ревность, оскорбленное самолюбие отвергнутого.

И желание поквитаться?..

Тамара провела беседу с Ладо как настоящий профи - ничем не дала понять, что ей кое-что известно, незаметно направляла разговор в нужное русло, роняя внешне безобидные фразы, на которые обозленный собеседник сразу покупался и в запале выдал все, что ей требовалось.

Выяснилось, что они с Ритой стали любовниками уже после её замужества. Кто был инициатором? Может быть, Ладо хотел украсить соперника рогами и унизить его? И Рита, и Алла предпочли ему Сергея, а Владимир Кохадзе злопамятен и мстителен. Все пять лет студенчества он постоянно боролся с соперником за право именоваться "самым классным парнем". Но не удалось. Сергей Мартов талантлив, искренен, истинный джентльмен и романтик по складу характера - все эти качества нравятся прекрасному полу, а Владимир Кохадзе - позер и пустышка, насквозь фальшивый, лживый да к тому же, завистливый и подлый.

Каким бы ярким и красивым парень ни был, умная женщина быстро в нем разберется, интуитивно почувствовав двойное дно. Даже лгать представительнице прекрасного пола нужно умело - чтобы она поверила или, даже догадавшись, чувствовала себя польщенной, что мужчина ради неё сочиняет легенды и искушает её. Змей-искуситель знал, что желает слышать дочь прародительницы Евы, и воспользовался этим.

Ложь во имя женщины должна быть во-первых, красивой, во-вторых, достовернее правды.

Добившись своего, Ладо Кохадзе не утруждал себя дифирамбами во славу прекрасного пола. Мало того, лейтмотивом его поведения было самолюбование.

"Тебе повезло, что я остановил свое внимание на твоей персоне, безмолвно говорил он очередной пассии. - Желающих стать моей подругой пруд пруди. Так что цени подарок судьбы". Так он самоутверждался, унижая других.

Обманывать других легко, обмануть себя ещё легче.

Разумеется, ни одной уважающей себя женщине не нравится, когда её унижают. На расстоянии Владимир Кохадзе был ярким и привлекательным, а вблизи разочаровывал. Поэтому герлфренд у него долго не задерживались. Потом другая девушка проявляла любопытство, пожелав стать его подругой, но быстро остывала, затем следующая.

А Ладо гордился длинным списком соблазненных особ прекрасного пола и считал себя завзятым сердцеедом.

И вдруг такой болезненный удар по самолюбию! Серая мышка Рита Незнамова после того, как он дал ей от ворот поворот, не стала рыдать и убиваться, а перекинулась на его давнего соперника Сергея Мартова. Спустя некоторое время самая красивая девушка их курса тоже остановила свое внимание на Сергее и прилюдно высмеяла утрированные страдания брошенного бойфренда. Ладо и так доставались лишь объедки - большинство сокурсниц избрали своим кумиром романтичного певца Сержа Мартова, - а тут вдобавок два раза подряд такой постыдный облом!

Все эти годы Владимир Кохадзе исподтишка пакостил Сергею. Алле было известно о некоторых его мерзких проделках, и она как-то раз высказалась в свойственной ей манере:

- Парень, ты на грубость нарываешься. Дав щелчок, рискуешь получить пинок. Способны ненавидеть лишь те, кого никто не любит. Ты, подонок, не вызываешь нормальных человеческих чувств, а потому обозлен на весь мир. Ладно бы рычал, но ты кусаешь молча. Мне известны многие твои грязные делишки, но, оказывается, ты гораздо хуже своей дурной репутации. Запомни: подлость - это бешенство человека, сознающего свое бессилие. Имей в виду, если ты не уймешься, - огребешь таких плюх, что на всю жизнь останешься косорылым.

Разговор происходил без свидетелей, и об этом инциденте никто не узнал. Сергей, разумеется, тоже. По уму, именно он должен был поговорить с Владимиром и поставить подонка на место, но Серж Мартов витал в облаках, ухаживал за Аллой, слагал в её честь стихи, посвящал ей песни и не снисходил до прозы жизни. Завистников у него, как у любой талантливой личности, было немало, но Сергей относился к ним с позиций порядочного человека, сознающего, что ему дано больше других, а потому нужно с пониманием относиться к людям, в чем-то обделенным. Грозиться, а тем более, махать кулаками - не его стиль.

Алла же никогда не проходила мимо, встретившись с подлостью. Не стала молчать и на этот раз. И вовсе не потому, что встала за защиту возлюбленного - мужчина должен уметь постоять за себя сам, - а из присущего ей отвращения к подонкам и их мерзким делам.

Лейтмотив её поведения: ЕСЛИ БЫ КАЖДОЕ ЗЛО НЕМИНУЕМО ЖДАЛО НАКАЗАНИЕ, ТО НЕ КАЖДОЕ ЗЛО БЫ СВЕРШИЛОСЬ.

В данном случае она учила Ладо уму-разуму безотносительно его подлых поступков в отношении Сергея - Владимир Кохадзе успел напакостить многим.

Начиная с четвертого курса его популярность резко пошла на убыль. Ребята старались держаться подальше от фанфарона и пустобреха, да и девушки в конце концов в нем разочаровались, поняв, что он не тот, за кого пытается себя выдать, его "чувства" - как костер из соломы, быстро возгораются и столь же быстро затухают. Его собственные слова: "Я влюбляюсь в каждую красотку, мои чувства подобны молнии", - как нельзя лучше отражали натуру парня: молния - вспышка яркая, но недолгая.

Ловеласы привлекательны для прекрасного пола, потому что умеют ухаживать, а Ладо не особенно утруждал себя знаками внимания избраннице. Ему нужно было постоянно доказывать собственную привлекательность, и он самоутверждался в качестве донжуана, постоянно меняя дам сердца, мол, количество соблазненных им девушек уже говорит само за себя.

Вдобавок, Владимир Кохадзе был невоздержан на язык, хвастлив и треплив. Все интимные подробности очередной интрижки тут же становились всеобщим достоянием.

Разумеется, ни одной девушке не хотелось, чтобы сокурсники смаковали её взаимоотношения с Ладо, и вскоре сокурсницы стали откровенно посмеиваться над ним и в язвительной форме давали понять, что его гарцевания бесполезны - болтливому бабнику ничего не обломится.

Владимир переключился на студенток младших курсов. Тем было лестно внимание красивого старшекурсника, и сердцеед опять приободрился. Сам он, разумеется не понимал, что пытается соперничать с Сергеем хотя бы в количестве обожательниц, а кроме того, им руководит комплекс неполноценности, сохранившийся с той поры, когда он был затравленным заморышем.

А талантливый поэт и бард Серж Мартов двигался по своей орбите, не замечая злобной зависти бесталанного Владимира Кохадзе. После разрыва с Аллой Сергей написал цикл грустных баллад, имевших колоссальный успех, особенно у особ прекрасного пола, и подарил альбом бросившей его возлюбленной, подписав: "Посвящается А.К.". Та ещё не остыла после его скороспелой женитьбы и язвительно переспросила:

- Анне Керн? Не слишком ли вы самонадеянны, господин поэт?

Что сделал бы умный мужчина на месте Сергея? Во-первых, не стал бы поспешно жениться всего лишь из-за одной фразы возлюбленной. Такое поведение позволительно брошенной женщине, но никак не мужчине. Во-вторых, совершив ошибку, постарался бы её исправить. Скажи он: "Я женился назло, всего лишь хотел обратить на себя твое внимание. Я люблю тебя до сих пор. Прости меня и позволь доказать, что мои чувства ещё не остыли". Признание своих ошибок всегда обезоруживает, умная женщина все поймет правильно, а Алла умна. Пусть в её поведении порой явственная рисовка и бравада, но в определенных ситуациях она искренна и откровенна.

Язвительная Аллина реплика задела Сергея, взыграло самолюбие, и он опять поступил неправильно. Сергей Мартов не отказался от своего намерения вернуть возлюбленную. Раз Аллу не подкупить стихами и песнями - она даже не посещала его концерты, не взяла посвященный ей альбом стихов, - он решил избрать другой путь: стать известным на ином поприще, прославиться, в надежде, что Алла вновь обратит на него внимание. После окончания Гуманитарной академии Сергей поступил на журфак и со временем стал известным и высокооплачиваемым журналистом. Теперь он в числе избранных, кому позволено брать интервью у первых лиц и присутствовать на самых важных мероприятиях государственного масштаба.

Как только Серж Мартов сменил профессию, в ту же нишу устремился и Владимир Кохадзе, вознамерившись обскакать соперника. Пока Сергей был бардом, у Ладо не было шансов превзойти его, но тут он решил, что ему удастся утереть недругу нос.

В те времена газеты и журналы плодились со страшной силой и каждый, кто был более или менее в ладах с русским языком и обладал бойким пером, имел возможность попробовать себя на этом поприще.

На серьезные аналитические исследования у Ладо пороху не хватило - он во всем был поверхностным, - и парень стал репортером криминальной хроники. Ежедневно совершались десятки разнообразных преступлений, газеты захлестнули материалы о заказных убийствах, экономических преступлениях и прочих негативных явлениях современности, и работы для для Владимира Кохадзе хватало.

Имени в новом качестве он не сделал - читатели редко запоминают фамилию ординарного журналиста, пишущего как все; на слуху лишь те, кто опубликовал броский материал о сильных мира сего и других знаменитых людях. Однако у репортера малотиражной газеты "Выстрел" Владимира Кохадзе не было возможности подобраться к знаменитостям или обеспечиться документально подтвержденным компроматом и тиснуть эксклюзивную статью о властьпредержащих и прочих заметных личностях.

И вот спустя годы ему предоставилась возможность поквитаться с соперником.

Вполне возможно, он завел интрижку с Ритой не только из стремления унизить своего давного соперника Сергея Мартова, но и для того, чтобы выпытать у его жены подробности о человеке, чьи успехи не давали ему спокойно спать.

Сергей жену не любил, и она это знала. Отвергнутая женщина способна на многое. Так что Ладо получил возможность насладиться, как Рита костерит мужа.

Тогда он, по всей видимости, и не чаял, что эта информация пригодится ему на будущее, для статьи, в которой можно представить Сергея Мартова в весьма неприглядном виде, тем самым убив сразу двух зайцев: и соперника обмазать, и тиснуть броскую статейку о знаменитом журналисте.

И вдруг такая удача! Сокурсница Тамара Семанкина назначает встречу Ладо и оповещает, что Рита Мартова погибла. А ведь Владимиру Кохадзе известны многие подробности этого неудачного брака. Кто убийца? Разумеется, Сергей! Неважно, что нет доказательств - труженики "желтой" прессы не утруждают себя подобными мелочами. Любые домыслы, слухи, сплетни можно выдать за версию. Мол, проведено журналистское расследование - именно так теперь называется сбор компромата, - и вот такие получаются выводы. А в распоряжении Ладо было не только взятое с потолка предположение о виновности Сергея, но и интимные подробности его семейной жизни. Такая богатая фактура! Причем, из первых рук! Можно сказать, исповедь будущей жертвы!

Верная боевая подруга решила, что Владимир Кохадзе настрочил статью, в которой прямо обвинял Сергея Мартова в убийстве жены, а потом решил скрыться, чтобы соперник не набил ему морду. Фактов-то у Ладо нет, одни лишь домыслы и злобное желание обмазать. Тем более, что ему неизвестны детали случившегося и то, что Сергей невиновен. Уж очень Ладо хотелось, чтобы успешный соперник оказался замаранным. Столько лет мечтал подставить ему ножку и наконец-то дождался.

Обдумав все, Алла сделала вывод: Владимир намеренно нагнетал напряжение, создав у жены и матери впечатление, будто чего-то опасается. Опять вознамерился убить двух зайцев - мол, Сергей не только убил жену, но и ему угрожал расплатой за то, что в руках Ладо компромат.

"Доигрался с огнем, мерзавец, - без тени сочувствия отметила верная боевая подруга. - Серега решил не тратить время на выяснение отношений, а надумал поставить последнюю точку с помощью Толикового ствола".

Подонка Ладо ей было ничуть не жаль, а вот судьба Сергея далеко не безразлична. Пусть ещё совсем недавно она расценила его поступок как малодушный и размышляла, стоит ли строить с ним отношения или лучше порвать сейчас, чтобы снова не разочаровываться, и уже почти решила расстаться, - в данный момент её тогдашние сомнения не имеют ровным счетом никакого значения.

Близкий человек попал в беду, ведет себя как дилетант, каковым на самом деле и является, - тут не до рефлексии.

- Ксения Аркадьевна, это опять Алла. Подумайте, у кого может жить Ладо, кроме своих любовниц. Близкие друзья у него есть?

- В основном, коллеги.

"В редакции не в курсе, где он, и сами его обыскались. Так что вряд ли Ладо отсиживается у коллеги".

- Раньше у вас была дача. Сейчас она цела?

- Да. После смерти мужа некому было ею заниматься, и дом обветшал. Сын пытался найти покупателя, но предлагали сущие копейки, и мы пока оставили все как есть. Обычно мы сдаем дачу на лето, но в этом году наши постоянные съемщики нашли другую, более удобную. У Ладо руки не доходили найти других квартирантов, а мне и подавно не по силам ездить с кандидатами за город. Да и не умею я расхваливать, уговаривать.

- Быть может, Ладо живет там?

- Вряд ли. Мы уже давно не пользуемся загородным домом.

- Но ведь арендаторы там жили, значит, дача пригодна для обитания.

- Там нет душа, туалет на улице. В наше время ещё не строили особняков со всеми городскими удобствами. Дом большой, но без особых изысков. Ладо не станет там жить.

"Если этот негодяй решил изобразить, будто Сергей с ним разделался, заброшенная дача - самое подходящее убежище, - мысленно возразила Алла. Ведь недаром Ладо оставил в компьютере наводку на Сержа. Знал, мерзавец, что его исчезновение рано или поздно вызовет тревогу, сведущие люди увяжут нарочито демонстрируемые "опасения за свою жизнь и напряженность" с материалом, с которым криминальный репортер работал незадолго до этого, влезут в компьютер и нате вам! - готовый ответ, виновник назван. А подтверждает это статья, в которой представлен мотив: Сергей Мартов знал, что лишь Ладо известна его причастность к гибели жены, и разделался с носителем опасной информации. Мало того, Ладо наверняка предполагал, что его статью немедленно опубликуют - ведь это бомба: знаменитый журналист Сергей Мартов - дважды убийца!"

- Дайте мне на всякий случай адрес вашей дачи, - попросила Алла, решив, не мешкая, проехаться туда - вдруг Сергей ещё не осуществил возмездие и как раз в данный момент едет за город?

Пусть и мифическая надежда, но оптимистке Алле хотелось верить, что действительность не обманет её ожиданий.

Когда верный оруженосец доехал до нужного места, Алла попросила его притормозить у въезда в переулок - лучше не светиться, вдруг Ладо на даче один.

Возле калитки нужного дома стоял "ниссан" Сергея, чуть поодаль - две пожилые женщины, и сердце верной боевой подруги сжалось от дурных предчувствий. Не обращая внимания на соседок, она в сопровождении своего Санчо Пансы вошла в незапертую калитку, поднялась на крыльцо и подергала дверь. Заперто. Это встревожило её ещё больше.

Выйдя в переулок, Алла приостановилась, прислушиваясь к беседе соседок.

- Он уже мертвый был, со вчерашнего дня там пролежал, - сказала одна из них, пожилая женщина в темном платке.

- Нет, живой, - возразила вторая, помоложе. - Анька говорит, "скорая" приезжала, а не труповозка.

Оказалось, что дурные предчувствия сбылись. Подойдя к судачащим соседкам, верная боевая подруга спросила:

- Извините, что вмешиваюсь. Не скажете, кого увезла "скорая"?

- Мы не знаем, - ответила та, что постарше.

- А где его нашли?

- Да недалеко, в лесу. - Она показала рукой на темнеющие за рядами домов высокие стволы сосен.

- А что с ним случилось?

- Застрелили. - Соседка понизила голос до шепота и боязливо оглянулась. - Что за жизнь сейчас - страшно на улицу выйти...

- Аня, соседка моя, видела его, - вмешалась вторая собеседница. Говорит, молодой, в хорошем костюме.

"Неужели Сергей?.."

- Вы знаете этих соседей? - Алла кивнула на дом Ксении Аркадьевны.

- А как же! Артисткина дача.

- Может быть, застрелили её сына?

- Нет, тот мужчина не из нашего поселка.

"Значит, Сергей..."

Верная боевая подруга решила выяснить детали потом, сейчас есть дела поважнее.

- Куда его увезли?

- Аня говорила, что наша "скорая" приезжала. Видать, в свою больницу доставили.

Алла выяснила адрес областной больницы, узнала, что пожилую соседку зовут Ольгой Потаповной, а молодую - Валей, и попросила разрешения навестить их ещё раз.

- А кто он вам будет-то? - поинтересовалась Ольга Потаповна, когда Алла быстрым шагом направилась к перекрестку двух переулков.

- Муж, - бросила она, не оборачиваясь.

Медсестра приемного покоя больницы сообщила, что три часа назад к ним доставлен Мартов Сергей Алексеевич с огнестрельным ранением в грудь. Состояние критическое, раненный почти сутки пролежал без медицинской помощи, потерял много крови, его прооперировали, сейчас он в коме.

Услышав это, Алла отошла в сторону и прислонилась к стене. Верный оруженосец стоял рядом, страдая не ничуть не меньше, а, возможно, и больше - ведь сам дал Сергею оружие, не посоветовавшись со своей повелительницей.

Она перевела на него взгляд, и Толик произнес то, что, по его мнению, могло её утешить:

- Найду я этого гада, Алка.

- Я сама его найду.

- Дак не связывайся с ним. Борзой он.

- Когда надо - я могу быть ещё борзее. - Ее глаза сузились от гнева, и она подумала, что наставления любимого психиатра - женщине не пристало пользоваться огнестрельным оружием, - хороши, когда идет речь об абстрактных ситуациях, а вот когда тебя реально коснулось...

- Дак у тебя рука-то раненная, - гнул свое верный оруженосец.

- Ничего, я и одной рукой управлюсь. Намерения ухлопать его насмерть у меня нет - Ксения Аркадьевна этого не переживет, - но под прицелом этот подонок постоит и навалит полные штаны, стохреново.

По дороге Алла позвонила Олегу. Сейчас, когда Сергей на грани смерти, не до того, чтобы думать о том, как сохранить их отношения в тайне. Олег все поймет. А не поймет - значит, ему нечего делать в её жизни. Самолюбивый собственник в качестве сожителя ей вовсе ни к чему.

Не тратя времени на лишнее, она сразу приступила к делу:

- Олег, тяжело ранен очень близкий мне человек, мой сокурсник Сергей Мартов. Ты вытащил меня с того света, я верю, что ты можешь все.

- Понял, Аллочка, - тут же ответил её лечащий врач, не переставший быть любимым мужчиной. - Мой рабочий день закончился, но я задержался в отделении. Сейчас свободен в своих передвижениях. Куда госпитализировали Мартова?

- В небольшую областную больницу. - Алла назвала адрес. - Там ещё беднее, чем в московских. Позаботься о медикаментах и прочем.

- Обязательно. Его уже оперировали?

- Да.

- Куда он ранен?

- В грудь.

- Плохо дело.

- Еще хуже, чем ты думаешь, если только может быть хуже. Серега почти сутки после ранения пролежал в лесу.

- Значит, массивная кровопотеря плюс как минимум пневмония, гнойный плеврит или абсцесс легкого. А скорее всего, все вместе.

Алла не стала охать и ахать, мол, зачем ты меня ещё больше пугаешь, мне и так тяжело. Причитать и демонстрировать утрированные страдания ей несвойственно, сейчас тяжело не столько ей, сколько Сергею. И Олегу, которому предстоит спасать жизнь тому, кого любимая женщина назвала "очень близким человеком".

- Возьму с собой двоих коллег, торакальных хирургов, наверняка придется повторно оперировать, возможности коллег из областной больницы весьма ограничены. Закажу реанимобиль - может быть, удастся перевезти Сергея в наше отделение грудной хирургии.

- Действуй, Олежек, я верю в тебя и в высшую справедливость. Хорошие люди не должны бессмысленно умирать, тем более, от руки подонка.

Повесив трубку, Алла закурила, чтобы немного успокоиться. Хоть во время разговора держалась, но слова Олега её потрясли - что такое абсцесс легкого и гнойный плеврит, ей было известно, а уж в сочетании с большой кровопотерей и подавно есть риск для жизни.

"Этого не может быть, потому что не может быть..." - закрыв глаза, мысленно твердила она, не зная, что менее полугода назад примерно то же говорили её друзья, стоя в приемном покое больницы, пока шла операция, потом Алла почти сутки была в коме, а медсестра в справочной на настойчивые расспросы неизменно отвечала: "Состояние критическое. Кровопотеря, несовместимая с жизнью"12.

Однако Олег вернул её с того света, значит, спасет и Сергея.

"Но меня Толик привез в больницу почти сразу, - мысленно возразила она самой себе. - А Серега сутки лежал, истекая кровью..."

- Алка, давай я кровь сдам. - Верный оруженосец хотел хоть чем-то быть полезным. - Када тя подстрелили, я сдавал. Все наши пацаны тоже. Не лишняя же, другим подстреленным пригодится, а мы с ребятами здоровые, у нас крови много.

- Олег привезет все необходимое, но и мы поучаствуем, - согласилась верная боевая подруга. Бездействие её тоже тяготило.

- Не, те не надо, - возразил Толик. - У тя эта... как ее... в общем, крови мало.

- Да, моя кровь, пожалуй, Сереге без пользы, гемоглобина маловато, признала она.

Они вновь вернулись к больнице и спросили в приемном покое, где можно сдать кровь. Специального помещения там не оказалось, и их направили в хирургическое отделение. В процедурном кабинете у Толика взяли четыреста граммов крови, после чего они пошли в ординаторскую, где сидел врач и со вкусом пил чай, а может быть, и не чай, в обществе смазливой медсестры.

Поздоровавшись, Алла представилась и спросила, кто оперировал Сергея Мартова.

- Владимир Афанасьевич уже ушел, - ответил хирург, продолжая свое приятное занятие.

"Да уж, это не Олег, который сутки дежурил возле меня в реанимации..." - подумала она.

- Мартову перелили кровь?

- Наши запасы кончились на прошлой неделе.

- Почему же вы не восполнили их?

- Обеспечивать отделение - не моя обязанность, - невозмутимо оповестил врач, вновь пригубив чашку.

Аллу стала раздражать его безразличная невозмутимость. Как может человек, облаченный в белый халат, ублажать себя напитком, когда рядом погибает пациент! И медсестра возле него сидит, дабы создать приятный фон, а судя по её взглядам, их связывают не только профессиональные отношения. Быть может, именно в данный момент Сергею стало ещё хуже или капельница капает с перебоями, или они вообще не потрудились поставить капельницу, предпочтя приятно проводить время в обществе друг друга!

- У Мартова большая кровопотеря, он же может погибнуть! - напомнила она, уже с трудом сдерживаясь. Ведь дежурный врач понял, что пришли близкие раненного, они тревожатся, так хотя бы поднял свой толстый зад со стула и изобразил озабоченность!

- А что - я должен ему свою кровь перелить? - отпарировал собеседник.

- Но ведь состояние Мартова крайне тяжелое! - Возмущенная Алла повысила голос.

- Тяжелое, - равнодушно подтвердил эскулап, ничуть не встревоженный.

- Почему же вы распиваете чаи, когда у вас тяжелый больной? - Больше всего Алле сейчас хотелось выплеснуть ему в лицо содержимое чашки, из которой с аппетитом прихлебывал человек, которого язык не поворачивался назвать врачом.

- А какое вы имеете право указывать мне, что я должен делать? - не остался в долгу специалист, которому можно было бы доверить лишь вскрытие покойников.

- Скоро узнаете, - ответила верная боевая подруга и вылетела из ординаторской, громыхнув дверью так, что задребезжали тонированные стекла.

Толик, все это время стоявший рядом с нею и исподлобья мрачно взиравший на человека, некогда дававшего клятву Гиппократа, немного задержался и зловеще пообещал:

- Я тя дождусь после работы, гад. Мозги те вправлю.

Подойдя к сестринскому посту, Алла спросила:

- Где кабинет главного врача?

- Он принимает только по понедельникам и четвергам, - не поднимая головы от книжонки в мягкой обложке, сообщила молоденькая девица, судя по всему, санитарка.

- Еще чё вякни, и юшкой умоесся, - вмешался верный оруженосец. Вообще-то он женщин никогда не обижал, но от возмущения забыл про свои принципы. Внушение произвело должный эффект, и девушка сразу изъявила готовность к сотрудничеству:

- Семен Григорьевич работает до пяти.

- Давайте его домашний адрес, - потребовала Алла.

- Я не имею права... - попробовала было уклониться собеседница, но, взглянув на грозно нахмурившегося Толика, торопливо произнесла: - Точного адреса я не знаю, но он живет здесь неподалеку, в частном секторе. Вам любой покажет его дом.

Выяснив, как проехать к дому главврача, Алла с Санчо Пансой покинули отделение и минут через пять подъехали к искомым владениям. Во дворе полный мужчина добродушного вида поливал из лейки цветущие пионы.

"Какая идиллическая картинка, - зло усмехнулась верная боевая подруга. - В отделении умирает пациент, а этот цветочки поливает".

- Семен Григорьевич? - обратилась она к хозяину.

- Да, - обернулся тот.

- В хирургии в тяжелом состоянии лежит Сергей Мартов. У него огнестрельное ранение в грудь, большая кровопотеря. Тем не менее, ваши подчиненные даже не озаботились проблемой переливания крови, а дежурный врач, вместо исполнения своих непосредственных обязанностей, пьет в ординаторской чай или что-то покрепче и тискает молоденькую медсестру.

Главврач выпрямился, поставил на землю лейку, подошел к калитке, открыл её и сделал приглашающий жест:

- Входите, а то неудобно перекрикиваться через преграду.

- Да мне некогда лясы точить, - заявила верная боевая подруга, но тем не менее, вошла во двор. - Я хочу, чтобы вы немедленно приняли меры.

- Что я могу предпринять? - развел руками собеседник. - Я ведь не хирург, а администратор.

- Учись сынок - будешь врачом, не будешь учиться - станешь главврачом, - мрачно процитировала Алла известную байку студентов-медиков.

Судя по всему, Семен Григорьевич претворил студенческую присказку в жизнь. Услышанное его ничуть не встревожило, он продолжал безмятежно улыбаться, мол, все это пустые хлопоты, в любой больнице есть тяжелые больные, не станет же начальник терять покой и сон из-за каждого случая.

На его лице явственно читалось желание поскорее спровадить назойливую посетительницу и вернуться к прерванному занятию по уходу за цветами, радующими его глаз и сердце гораздо больше всего, что с связано с профессиональными обязанностями.

- Такому бездушному эскулапу не место в больнице, - настаивала Алла, от которой не укрылись намерения хозяина. Если она сейчас оставит все как есть, тот даже не потрудится донести свой жирный зад до телефона, чтобы предпринять какие-то меры.

- Ну выгоню я сейчас Купченко, и отделение останется вообще без присмотра.

- А много ли пользы от такого "присмотра"?

- Так-то оно так... Но у нас и без того недостаток кадров.

- Вы же только что объявили, что вы не врач, а администратор. Значит, и врач вы никакой, и администратор хреновый, раз не можете обеспечить вверенное вам учреждение кадрами. Или вас на этой должности тоже держат потому, что выгнать - значит, оставить больницу "без присмотра"? Видимо, ваши начальники тоже фиговые администраторы?

- Не кипятитесь, - примирительно произнес Семен Григорьевич, поняв, что от посетительницы не так-то просто отделаться. - Сейчас я позвоню Шаповалову, заведующему хирургией, и попрошу его прийти в отделение. Он разберется.

- С чем он разберется? Сядет на пару с тамошним живодером Купченко распивать больничный спирт? Щупать ту же медсестру?

- Ну зачем вы так... - увещевающим тоном попытался снизить накал её ярости главврач - улаживать конфликты ему привычно. - Геннадий Александрович примет меры.

- Почему же он оставил тяжелого больного на попечение явно профнепригодного подчиненного?

- Работать некому, - завел старую песню никудышный начальник.

- Вы сейчас не только вызовете в отделение Геннадия Александровича, но и сами туда пойдете, - непреклонным тоном заявила Алла. - А Купченко гоните в шею, его руки предназначены не для того, чтобы оперировать, ими он может лишь чарку держать, да под подол девкам лазать. Пусть поросят выращивает, на большее он не годен. С минуты на минуту в больницу приедет бригада московских хирургов.

Услышав про столичных коллег, горе-администратор засуетился, торопливо сполоснул под краном руки, подтянул сползающие с солидного брюшка заляпанные рабочие штаны и побежал переодеваться.

Верная боевая подруга с раздражением посмотрела ему вслед и оглядела владения главврача. Оказалось, что он плохой администратор лишь в больнице, но хозяйственник из него крепкий. Дом добротный, недавно отремонтированный, обнесен высоким новым забором, закрепленным на выложенных из красного кирпича столбах. Участок выглядит хорошо ухоженным, поодаль видны многочисленные постройки, на солнечном месте возведены две капитальные теплицы.

Как и многие подмосковные жители, владелец уделяет своему приусадебному хозяйству немало сил и времени, видимо, поэтому ему некогда исполнять свои профессиональные обязанности. Отсидел положенные часы, убедился, что дела в больнице шатко-валко идут, отрапортовал начальству и бегом домой, к своим цветочкам-огурчикам-помидорчикам-клубничке. Их-то он любовно возделывает, сразу видно. В хирургическом отделении уже неделю нет крови, а главврач и не чешется, хотя его прямая обязанность обеспечить больницу всем необходимым. А может быть, сюда перетекают и больничные средства.

Минут через пять на крыльце появился Семен Григорьевич, уже в приличном виде. Алла кивком показала, чтобы он сел на заднее сиденье "вольво", и вскоре они прибыли к зданию больницы. У входа в приемный покой стоял реанимобиль.

Когда Алла со своей небольшой свитой поднялась в отделение, двое санитаров быстро катили по коридору каталку. Рядом шли Олег, двое хирургов и медсестра, которая несла переносную систему для переливания крови, уже подключенную к пациенту. За ними торопливо семенил дежурный врач по фамилии Купченко.

- Семен Григорьевич... - растерянно обратился он к начальству, но главврач раздраженно заявил:

- Забирай свои монатки и уваливай отсюда. Ты уволен по статье за профнепригодность.

Алла поняла, что горе-администратор произнес это больше на публику, желая хоть как-то оправдаться, и одарила проштрафившегося зверским взглядом, мол, ты получил по минимуму, было бы у меня побольше времени, я бы с тобой разобралась покруче.

Верный оруженосец, не любитель бросать слова на ветер и сторонник любое дело доводить до конца, дождался, пока Алла и московские хирурги в сопровождении главврача, пытающегося что-то им на ходу объяснить, покинут отделение и повернулся к Купченко:

- Если Серега помрет, без башки останесся. Я тя из-под земли достану, гад.

- Олег, как у Сержа дела? - спросила Алла, пока каталку с пациентом вкатывали внутрь реанимобиля.

- Плохо, Алла. Мало того, что значительная кровопотеря, началась пневмония. Температура тридцать девять и восемь, а ему назначили всего лишь ампициллин. Этому антибиотику с таким воспалительным процессом не справиться. Мы уже начали все необходимые мероприятия, но прогноз, сама понимаешь... Торакальные хирурги говорят, что нужно было ампутировать легкое, а не латать инфицированную рану. Однако повторно оперировать в таком тяжелом состоянии опасно.

- У меня слов нет цензурных в адрес этих эскулапов... - Она кивнула на Семена Григорьевича, все ещё что-то втолковывающего одному из московских врачей. - Операцию делал какой-то Владимир Афанасьевич, а местный заведующий отделением почему-то сам не оперировал.

- Может быть, ассистировал, одному такая операция не по силам, проявил коллегиальную солидарность Олег.

- Олежек, я не буду давить тебе на нервы... - Алла положила руку ему на плечо и заглянула в глаза. - Ты умница, думаю, лишние слова тут не нужны.

- Я все понимаю, Аллочка, - кивнул он.

Его лицо было бесстрастным, да и вообще Олег Павлович Меркулов не из тех, кто бурно демонстрирует эмоции.

Шесть месяцев назад, когда раненная Алла всего несколько часов как вышла из комы и тут же соблазнила хирурга, спасшего ей жизнь, Олег спросил: "Значит, я стану одним из твоих любовников?" "Ты против?" - лукаво улыбнулась она. "По-моему, у меня нет выбора", - ответил он. "Ты прав, выбора у тебя и в самом деле нет, - согласилась Алла. - У тебя есть лишь один путь - в мою постель, и ты пойдешь именно этим путем".

Да, в чем-то она была права - выбора у Олега Меркулова и в самом деле не было, он влюбился в свою пациентку с первого взгляда, едва увидев окровавленную Аллу в операционной. Точнее, выбор был - сказать себе: "Стоп! Эта женщина опасна!" Но разве настоящий мужчина так поступит?! Спасовать, когда тебе повезло встретить столь неординарную женщину, может лишь закомплексованный слабак, а Олег слабаком не был.

Он вступил в игру, и их фривольный диалог завершился неожиданно для обоих. "Ты просто хотела заманить меня в свою постель?" - спросил он, пытаясь скрыть огорчение. "Почему бы и нет? - беспечно ответила Алла. - Ты мне нравишься. Или тебе нужна любовь до гроба?" И тогда хирург обезоружил её словами: "Я считал бы себя счастливым, если бы такая женщина любила меня до гроба". "Значит, так и будет", - уверенно произнесла она.

Уже тогда Алла интуитивно почувствовала, что их отношения не ограничатся банальной интрижкой, что это надолго. Еще совсем недавно потерявшая человека, которого любила13, и утверждавшая: "С любовью я завязала морским узлом", - Алла снова влюбилась.

Она не обещала, что будет ему верна. В общем-то такие обещания не имеют под собой ровным счетом никаких оснований. Сегодня верна, а завтра...

Новобрачные вступают под своды Дворца бракосочетаний, преисполненные уверенности, что кроме будущего супруга больше никто на свете не нужен. Проходит какое-то время, и эта пара тоже попадает в статистику, по которой число неверных мужей составляет три четверти, а по неофициальным данным ещё больше. Число неверных жен по вполне понятным причинам достоверному учету не подлежит - дамы не любят афишировать свои пробежки на стороне. Так что, как говорится, пусть бросит камень тот, кто сам безгрешен.

Сергей появился из далекого прошлого, когда Алле уже стала приедаться устоявшаяся жизнь. Натура у неё беспокойная, ей все время неймется и хочется перемен.

Могла ли она сказать в ответ на его признание в любви что-нибудь вроде: "Все давно быльем поросло. К тому же, я теперь с Олегом"? Уже с первых минут встречи, ещё до откровений Сергея, Алла поняла, что до сих пор неравнодушна к нему, её тянет к нему неодолимой силой.

А как бы на её месте поступила другая женщина? Быть может, раздумывала бы, стоит ли изменять человеку, с которым ей живется спокойно и комфортно, и не хочется рисковать устойчивыми отношениями. Но много ли найдется таких дочерей Евы, кто станет в такой момент рассудочно оценивать все "за" и "против"?..

Если женщина не уступила искушению, значит, это не женщина или это не искушение.

Вот и Алла не колебалась ни единой минуты. Она хотела Сергея, он её хотел, о чем тут размышлять?! Раздумывают обычно после свершившегося. Алла тоже некоторое время назад анализировала, стоит ли продолжать отношения с Сергеем уже на новом витке.

Но то было до того, как Сергей оказался на грани.

А теперь никаких сомнений не осталось.

Порой только в драматические моменты мы понимаем истинную ценность многого, чему раньше не уделяли должного внимания или неверно расставляли акценты. Когда жизнь человека висит на волоске, недопустимо углубляться в пустопорожние размышления. Да и вообще - нужно ценить и беречь близких, а не причинять боль, пусть и невольно.

Потому что в случае трагического исхода невольный виновник никогда не обретет прощения и душевного покоя.

Олег, с самого начала их романа предположивший, что будет всего лишь одним из её любовников, вряд ли тешил себя надеждой, будто Алла говорила серьезно насчет "любви до гроба". В тот момент он недоверчиво посмотрел на нее, но не стал углубляться в тему, сознавая, что слова не имеют значения. Можно бить себя в грудь и клясться в любви и верности, но зачем? Красивыми фразами можно кого-то обмануть, но себя-то не обманешь.

Да ведь и Алла, говоря о "любви до гроба" не имела в виду, что Олег станет единственным кого она любит. В больнице он видел двух других её любовников - Николая и Славу, причем, Алла не обещала ему, что оба немедленно получат отставку. Олег не выпытывал у нее, встречается ли любимая с ними, и наверняка догадывался, что она не вычеркнула их из своей жизни. А почему она должна немедленно разорвать отношения с мужчинами, которые ей близки?! Олег и не собирался этого требовать. Лишь глупец или самонадеянный собственник может предъявлять необоснованные претензии женщине, у которой до него было немало друзей и любимых.

Оптимально - делать вид, что тебя этот аспект жизни любимой женщины не касается. Именно так и вел себя Олег. Сам он Алле не изменял, потому что другой женщины не желал, но нельзя распространять на близкого человека свои собственные предпочтения и требовать, чтобы тот вел себя аналогичным образом.

Так что Олег и впредь не собирался её ограничивать. Да это и бесполезно. Попробуй он или кто другой предъявить на неё права, которых она ему не давала, - и Алла тут же вырвется на свободу. И потому, что дорожит своей независимостью, и потому мужчина-собственник в качестве спутника жизни ей не нужен. Чувство собственности проистекает из ущербности и неуверенности в себе: опасений, что кто-то покусится на то, что принадлежит ему, и сомнений в своей способности удержать близкого человека, - а потому обычно избираются неадекватные способы. Ущербные люди Аллу никогда не привлекали, и у такого мужчины нет ни единого шанса стать близким ей.

Все это Олег сознавал. Да и не был он собственником.

Разумеется, ни одному мужчине в здравом уме не хочется, чтобы любимая женщина имела роман на стороне. Однако если нет возможности изменить ситуацию, нужно изменить отношение к ней. Самое мудрое - убедить себя не вникать, делать вид, будто не в курсе, набраться терпения и ждать, пока все само рассосется. Или не рассосется и приведет к разрыву. В любом случае потерпевшая сторона не в силах изменить ход событий к позитивному для себя исходу, а может исказить их лишь в неблагоприятном направлении. Взывать: "Не изменяй!" - или, того хуже - закатывать сцены ревности - полнейшая дурость, этим делу не поможешь, лишь усугубишь. А потому Олег избрал самую верную тактику: я ничего не знаю и знать не желаю.

- Да поможет тебе... - Алла запнулась, не зная, кого призвать в помощники, - она не была верующей. И все же перекрестила любимого мужчину, - Олег был и остался её любимым мужчиной, а в теперешней ситуации, когда он без лишних слов бросился спасать Сергея, - и подавно. - Да поможет тебе Бог и твой талант, - уже более уверенно выговорила она.

Молча кивнув, - он вообще не любитель лишних слов, как и положено настоящему мужчине, - Олег сел в реанимобиль, где его уже ждали коллеги.

Шофер завел двигатель, включил сирену и машина умчалась с громким характерным воем, от которого леденела кровь.

- Господи Боже, пусть он только выживет... - шептала Алла вслед, утирая слезы тыльной стороной ладони. - На колени перед ним стану, буду просить прощения за все мои идиотские сомнения. Пусть только выживет...

По дороге они заехали в Преображенскую церковь, купили свечки и поставили их к лику Святого Пантелеймона, покровителя больных людей. Икона висела у самого входа в церковь, возле неё никого не было, и Алла преклонила колени, хотя никогда в жизни не молилась.

- Помоги ему, Святой Пантлеймон, - еле слышно шептала она. - Соверши чудо, помоги... Я поверю, что это ты сотворил чудо, если Серега выживет. Одна надежда на тебя и Олега, больше не на кого надеяться... Может быть, это испытание, ниспосланное нам обоим. Я люблю Серегу, и он меня любит, я не хочу его терять. Я не имею права его потерять, потому что тогда вся вина будет на мне. Если бы я не сомневалась в нем и не тратила время на размышления, нужен ли он мне, ничего бы не случилось. Значит, я виновата в том, что сейчас он умирает. Сними с моих плеч эту ношу, помоги мне... Пожалуйста...

Толик тоже встал на колени рядом с ней, но не молился, а молча застыл, упершись взглядом в стену.

Алла утерла слезы и поднялась.

- Поехали, Толян. Слезами делу не поможешь. Надо действовать.

- В тот день, когда меня подстрелили, я купила сэра Персиваля14, напомнила Алла верному оруженосцу, когда они сели в машину. - Теперь считаю его своим талисманом. Мне было так одиноко тогда... Виктор погиб, Олега в моей жизни ещё не было. Я притормозила у перекрестка и увидела женщину с котенком на руках. И сразу решила - это то, что мне нужно. Пусть согреет теплом мой пустой и неуютный дом, выбегает встречать, когда я вернусь с работы, сидит на коленях и мурлычет, и тогда одиночество уже не будет таким острым - все ж какое-то живое существо рядом... Едва взяв на руки Перса, я подумала - а с чего я закисла?! Ведь жизнь продолжается. Да, Виктор погиб, но это не означает, что мне нужно поставить крест на своей жизни и медленно умирать от тоски и одиночества. Я встряхнулась и посмотрела на себя и будущее другими глазами. Мне опять захотелось жить, и не просто жить, а полноценно, на всю катушку. Судьба любит тех, кто не сгибается под её ударами. Через несколько часов меня ранили, а спустя сутки я открыла глаза и увидела Олега. Судьба вознаградила меня за то, что я не сломалась. А выжить мне помог именно Перси. Если бы я тогда продолжала тосковать, то погибла бы, в этом я стопроцентно уверена. Когда человек цепляется за жизнь, у него прибавляется сил, и можно вернуться даже из-за грани. И я выкарабкалась после клинической смерти, потому что мир принадлежит оптимистам, а не пессимистам. Это пушистое своенравное существо, именуемое сэром Персивалем, стало моим талисманом. Сейчас я хочу купить ещё кого-нибудь, чтобы это стало символом - Серега выживет. Он не может не выжить. Он не имеет права не выжить... - Ее голос прервался, и она снова заплакала.

Толик и сам чуть не разрыдался. Носового платка у него не было, и он, шмыгая носом и пряча глаза, открыл Аллину сумочку, достал оттуда платочек, протянул ей и тихо сказал:

- Не реви, Алка... Давай щас купим котенка, только не реви...

- Нет, - покачала она головой, вытирая слезы. - Кота нельзя - Перс будет ревновать, а потом они будут отчаянно драться за лидерство, а если мы возьмем кошечку, они с Персюхой будут плодиться со страшной силой. И куда девать приплод? Лучше купить щенка. Я люблю собак, раньше у меня всегда жили дворняжки. Нет ли по пути какого-нибудь собачьего клуба?

- Дак на кой те клуб! Купи с рук.

- И в самом деле, мне породистая псина ради престижа ни к чему, согласилась она. - А Птичий рынок, по-моему работает только в выходные.

- Не, нельзя брать зверье с "птички" - там инфекция. - Верный оруженосец с момента появления в его жизни Перса стал весьма подкованным в отношении всего, что касается четвероногих питомцев, и даже обогатил свой лексикон непривычными ему словами. - Все котята и щенки на "птичке" с чумкой - эта зараза в воздухе летает. Димка, охранник из нашей конторы, купил щенка, а он через неделю помер. Маленькие мрут сразу, да и большие сильно болеют. Димыч ветеринара вызывал, тот чё-то делал в его хате, чтоб инфекцию извести. А щас Димка купил щенка в переходе метро "Коньково". Он грит, там всю дорогу котят и щенков продают, и все здоровые.

- Поехали туда! - загорелась Алла.

Почему-то ей казалось очень важным как можно скорее приобрести живое существо.

Может быть, именно сейчас Сергей уже почти переступил грань между жизнью и смертью...

На ступеньках перехода стояло с десяток женщин, держа в корзинках, коробках и просто на руках котят, преимущественно персидской породы. Лишь у одной был щенок - кудрявый, черненький, но почему-то с серым носиком и серыми "перчатками" на кончиках лап. Темные глазки-пуговки грустно взирали на мир из-под курчавой черной челочки. Алла влюбилась в него с первого взгляда, как и в своего Перса. Ни слова ни говоря, она протянула руки к щенку, взяла его на руки и прижала к груди.

- Сколько? - спросил верный оруженосец.

- Сто долларов, - ответила хозяйка.

Он протянул ей купюру, женщина порылась в сумке и достала оттуда отпечатанный типографским способом бланк, в который был впечатан какой-то текст.

- Чё это? - удивился Толик.

- Родословная.

- Дак он породистый, что ль? - ещё больше удивился он верный оруженосец.

- Да, это серебристый карликовый пудель. Только не он, а она. Это сучка. Зовут Бонни Клайд Фиорентина. Отец и мать - медалисты. Да тут все написано. - Женщина протянула ему родословную, и Санчо Панса взял её, недоверчиво поглядывая на щенка со звучной тройной кличкой.

- А чё она черная? Вы ж сказали, будто серебристый пудель.

- Это сейчас у Бонни черный окрас, но только сверху, а внутри - серый. Смотрите. - Она раздвинула шерсть на спинке и в самом деле оказалось, что у корней она серебристо-серого цвета. - Когда сострижете детскую шерстку, Бонни будет вся серебристая. Но не сразу, а месяца через четыре. Все время стригите её, делайте классическую прическу и будет она красотка, как и все карликовые пуделя.

- Сами, что ль?

- Нет, приглашайте собачьего парикмахера. Я дам вам телефон. Запустив руку в сумку, женщина извлекла записную книжку, вырвала чистую страничку и написала на ней телефоны. - Тут я указала и свой номер, звоните, если будут проблемы. Меня зовут Ингой.

- А чё в собачьем клубе не продаете? - продолжал пристрастный опрос Толик.

Алла все это время молчала, не сводя глаз с милой мордочки. Бонни тоже уставилась на неё своими блестящими темными глазками. Теперь собачка уже не выглядела грустной - видно, поняла, что обрела любящую хозяйку.

- Бонни забраковали - она великовата для серебристого карлика, да и шерсть слишком темная, - честно призналась хозяйка. - Потому и продаю дешево. У нас уже были такие щенки - это проявляется наследие прабабушки, та была черной пуделихой. Став взрослой, Бонни будет серенькой, но концы завитков все же останутся темными.

- А у нас уже есть кот, персидский бело-голубой биколор, - похвастался Толик. - Щас он серый, эта тоже будет серая.

- Ну и замечательно, - улыбнулась Инга.

- А они драться не будут? - забеспокоился большой любитель животных.

- Нет, что вы! Пуделя очень умные, добрые и ласковые. Главное, чтобы ваш кот её не обижал. Поначалу посмотрите, как он встретит Бонни. Если неприветливо, разведите их по разным комнатам. Животные, особенно кошки, очень любопытны. Ваш кот непременно будет рваться туда, где Бонни, и со временем они подружатся. У нас две кошки и три собаки и все замечательно уживаются. Едят из одних кормушек, спят вместе, играют.

- А щенкам разве можно кошачью еду? - удивился верный оруженосец.

- В консервах и сухариках для кошек больше протеина, чем в собачьих, а потому собакам они больше по вкусу. Когда Бонни станет постарше, ей можно позволить кошачий корм, но сейчас - только то, что предназначено для щенят.

- Мне не нравится кличка "Бонни", - наконец подала голос Алла. - А в сочетании с "Клайд" напоминает о преступной парочке. Я хочу назвать её Деми. У неё глаза - как у кинозвезды Деми Мур.

- Называйте как хотите, только потом перерегистрируйте её паспорт.

- Зачем? Я не собираюсь возить её на выставки, мне собачьи медали ни к чему.

- Ваша Деми не получит медалей, - не стала кривить душой Инга. - Я же говорила о её дефектах.

- Да мне это без разницы, лишь бы она была здорова.

- Деми абсолютна здорова. Но через месяц нужно дать ей глистогонное.

- А чё - у ней глисты? - всполошился Санчо Панса.

- У всех щенков они есть. Сейчас Деми два месяца, а гнать их можно только с трехмесячного возраста.

- Дак она нашего Перса глистами заразит! - ещё больше встревожился Толик.

- Не заразит, - успокоила его Инга. - У щенят особые гельминты, они не опасны даже для детей.

- А почему у неё глазки были грустные? - спросила Алла.

- Иногда пуделя и в самом деле кажутся грустными, если челочка спускается на лоб и закрывает глаза. У Деми ещё детская шерстка, очень мягкая и вьется крупными кольцами, а потом станет пожестче, завьется помельче и тогда нужно сделать настоящую пуделиную прическу - челка будет стоять надо лбом, и вы увидите, что глазки у неё жизнерадостные. Пуделя очень веселые собачки, любят играть до самой старости. Нрав у этой породы чудесный, они даже ласковее кошек. Если вы ей позволите, Деми будет спать с вами. Если нет - быстро привыкнет к тому месту, какое укажете.

- Мою кровать уже оккупировал Перс.

- А мою - все пятеро наших животных, - рассмеялась Инга. - Ни с мужем, ни с дочкой спать не желают. Иногда полежат с кем-нибудь из них, если я занята по хозяйству, но стоит мне устроиться в постели, они тут как тут. Фиоретина, мать Деми, предпочитает залезть под одеяло, а голову кладет мне на плечо. Как ребенок, право. - Она снова рассмеялась. - Я раньше пыталась возражать, но теперь привыкла. С ними тепло и уютно. Пока я не проснусь, никто из них и не шелохнется - все берегут мой покой.

- А не скандалят, кому где лежать?

- Нет, у всех уже свои места. Фиорентина - на подушке, её супруг Клайд - сбоку от меня, их дочка Мелисса - в ногах, между двумя кошками. Так что места всем хватает. Кроме мужа. - Смешливая Инга опять расхохоталась.

- Значит, и Перс с Деми договорятся, - улыбнулась в ответ Алла. - Мне кажется, она чувствует, что я стала её хозяйкой, уже смотрит по-другому.

- Конечно, чувствует! Я же говорила - пуделя очень умные. Даже щенки. Деми и в самом деле немножко загрустила - она понимала, что я отдам её в другие руки, собаки все понимают. А теперь успокоилась и полюбила вас.

- Дай подержать, - попросил Толик, желая тоже получить свою долю собачьей любви.

Алла с неохотой отдала ему теплый комочек, а верный оруженосец так расчувствовался, что тут же чмокнул собачку в нос.

- Носик, кончики лап и хвост мы ей выстригли, чтобы было видно серебристый окрас, - пояснила Инга. - Но для Деми это был стресс - она ещё не понимает, зачем эта страшная машинка щелкает возле её мордочки. А когда будете постоянно стричь, собачка привыкнет и будет стоять спокойно. Парикмахер Стелла, чей номер я вам дала, любит животных и очень бережно с ними обращается, пострижет без нервов, и Деми её тоже полюбит.

- А они всех любят, что ль? - ревниво спросил Толик.

- Не всех, а хороших людей, которых часто видят. Но хозяев обожают.

Попрощавшись с Ингой, они спустились в переход и вышли на улицу.

- Я предполагала потом подарить щенка Сереге, - сказала Алла. - Но сейчас передумала. Не отдам, я её уже люблю. И все равно Демка будет талисманом. Теперь я почти уверена - Серж выкарабкается.

Дойдя до "вольво" верного оруженосца, Алла забрала у него собачку и предложила:

- Давай отвезем Деми домой.

- Дак пускай с нами ездит. Скучно ж ей дома.

- Персюха не позволит ей заскучать.

- Ага, как даст в глаз! Когти-то у него будь здоров!

- Да, пожалуй, рискованно оставлять их в первый день наедине, согласилась Алла. - У Зоси Павловны своих дел хватает, ей некогда за ними приглядывать. А если Демку запереть в другой комнате, она затоскует. Мне нужно заехать к "самаритянам", не таскать же с собой щенка!

- Дак я в тачке посижу, а ты иди к ним.

- Ну ладно, - уступила она и погладила собачку. Та сразу подняла мордочку и посмотрела на неё взглядом, полным любви. - Ну что за прелесть! - восхитилась новоиспеченная хозяйка. - Взгляд как у человека. Умница ты моя! - Подняв Деми правой рукой, она поцеловала её во влажный бархатный носик и изрекла афоризм в тему: - Лучшие друзья - это животные, они не критикуют и не делают подлостей.

Как только Алла вышла из машины, верный оруженосец выбрался следом, забрал у неё собачку и поставил её на газон.

- Пускай сделает свои дела, - пояснил он.

Хотя опыта общения с щенками у него нет, Толик многое постигал верхним чутьем. Уж что-что, а интуиция у него есть.

Деми оправдала его надежды - тут же присела, из-под коротенького хвостика потекла струйка.

- Ну, умная! - восхитился Санчо Панса.

- Ты смотри, как бы она под колеса не попала, - предупредила Алла.

- Пригляжу, - обнадежил Толик. - Пусть побегает, а после я зайду в наш офис, Димычу её покажу. Он зверей любит. Ты долго будешь базарить?

- Минимум час.

- Тада я щас сгоняю в магазин, куплю ей еды.

- Поводок не забудь, - напомнила хозяйка.

- Дак какой ей поводок! - возмутился верный оруженосец. - У ней шея-то во. - Он сложил в кольцо указательный и большой палец и показал Алле.

- Обязательно нужен поводок, - настаивала она. - Как с ней гулять-то? Может убежать или взрослые собаки напугают. Для щенков есть специальные поводки, они охватывают подмышками и за спинку, а не за шею. Ты зайти с Демкой в магазин, продавщицы сами подберут по размеру.

- Да ну! - отмахнулся Санчо Панса. - Заразу тама подхватит. Сам выберу, а её в тачке оставлю.

- Ну, как знаешь. Купи ей игрушки и косточки из бычьих жил - у неё зубки чешутся, - а то всю обувь изгрызет.

- Лады.

Алла наклонилась и погладила пуделиху, которая вовсе не собиралась никуда убегать, а резвилась поблизости.

- Пока, Деми.

Та подняла серую мордочку в ореоле густых черных кудряшек, уставилась на неё своими блестящими, как маслины, глазками и чуть раздвинула губы, будто улыбнулась.

- Ну чудо что за псинка! - пришла в восторг хозяйка. - Толик, а ведь у неё человеческое лицо!

В офисе "Самаритянина" верную боевую подругу встретили Матвей, Тамара и ещё двое сыщиц - Ирина и Олеся. Остальные, как выяснилось, трудились в поте лица над очередным делом.

- Томик, труби общий сбор, - оповестила Алла с порога. - Пусть все наши девицы подтягиваются. На имеющемся задании оставь минимум "самаритянок", остальных перебросим на более важное дело.

- Что случилось? - в один голос вскричали Олеся с Тамарой, увидев её заплаканной, со смывшимся макияжем, а без привычной "морды лица" верная боевая подруга не встречала их даже в палате реанимации.

- Серега ранен, состояние крайне тяжелое, - ответила она и рассказала о случившемся.

- Почему ты решила, что это дело рук Ладо? - спросила Ирина.

- Твердой уверенности у меня нет. Просто сложила одно к одному. Все ж Серегу нашли неподалеку от дачи Ксении Аркадьевны, а рядом с домом стоит его машина.

- Но Сергея мог ранить кто-то другой. В Подмосковье сейчас полно бандитья, - резонно возразила Тамара. - Недавно я разговаривала с одним сотрудником из подмосковных органов, он говорит, что по весне находят десятки "подснежников", причем, рядом с населенными пунктами, а жители стараются не углубляться в лес, предпочитая более длинный, зато безопасный путь по шоссе.

- На фига Сереге углубляться в лес, рискуя нарваться на пулю какого-нибудь отморозка?

- А зачем ему идти в лес с Ладо, если Сергей приехал его застрелить?

- Да, пожалуй, в этом есть определенный резон, - согласилась Алла. Но может быть, Серега решил подкараулить Ладо в лесу и застрелить?

- А Ладо выхватил пушку первым? - с сомнением покачала головой Ирина. - Вряд ли он ходит со стволом. Полагаю, у него вообще нет оружия.

- Ну, стволы нынче есть у многих, а Ладо крутится среди криминальных личностей. Приобрести навыки тоже не проблема.

- Может быть, Владимир назначил ему встречу в лесу, а сам пришел раньше и встретил Сережу пулей? - предположила Олеся.

- Он подонок, но не придурок. Проделать это рядом со своей дачей значит, подставиться.

- Из этого следует, что не Ладо стрелял в Сережу, - продолжила её мысль Тамара.

- Владимир Кохадзе трус, - презрительно обронил Матвей. - Его амплуа пакостить исподтишка. Выстрелить, глядя человеку в глаза, он не посмеет.

- А выстрел в спину?

- На это Кохадзе способен, - признал глава "Самаритянина".

- Девицы, определитесь, кто прокатится в поселок "Алдонино", на дачу Ксении Аркадьевны. Лучше послать туда нескольких "самаритянок". Подробно расспросите всех жителей, начните с двоих женщин, с которыми я уже познакомилась. - Алла дала подругам адреса Ольги Потаповны и Вали. Найдите тех, кто обнаружил Серегу. Выясните, нашли ли при нем "кедр" моего верного оруженосца. Сейчас я озабочу Наташу, пусть добывает информацию в ментовских кругах.

Алла позвонила своей подруге, адвокатессе Наталии Покровской, супруге частного детектива Леонида Кудрявцева, рассказала ей о случившемся и поставила перед ней задачи.

- Леню тоже привлеки, - попросила верная боевая подруга.

Наташа не стала тратить время на соболезнования, хотя хорошо знала Сергея Мартова - тот был её подзащитным, когда велось следствие по делу о гибели его жены15.

- Ты не знаешь, сохранили ли хирурги пулю, которой ранили Сергея? деловито спросила она.

- Черт, даже в голову не пришло спросить! - спохватилась Алла. Боюсь, что сельские эскулапы и тут проявили халатность.

- Тогда я немедленно пошлю Леню в эту больницу.

- Умница, Натуль. Наверняка мусорные баки ещё не вывезены с территории больницы. Труд нелегкий, но пулю можно найти.

- Леня возьмет ещё нескольких детективов.

- Пусть привлекает столько ребят, сколько нужно, лишь бы на пользу делу. "Самаритянкам" рыться в помойке не пристало, а сыщики ко всему привычные.

- Кто займется опросом свидетелей в поселке?

- Наши девицы.

- Не рискованно ли, Алла? Убийцей может оказаться кто-то из местных жителей.

Верная боевая подруга задумалась, поглядывая на "самаритянок". Подставлять под удар других - не в её правилах.

- Я сама поеду.

- Это неверное решение, - возразила адвокатесса. - Ты оставайся в городе для координации действий всех работающих по этому делу и, как всегда, замыкай всю информацию на себе. В Подмосковье мобильная связь иногда работает с перебоями, к тому же, нежелательно разговаривать в присутствии свидетелей.

- Твоя правда, - согласилась Алла. - Рисковать нашими девицами нельзя, но и частные сыщики - не лучший вариант. Мужику предпочтительнее общаться с представителем своего пола, а вот бабу эффективнее разговорит именно женщина.

- Тогда пошли пару сыщиков-мужчин и двоих "самаритянок". Ребята их подстрахуют.

Советы адвокатессы всегда в точку, и Алла согласилась, что это оптимальный вариант.

- Виталия задействуешь?

- Даже и не знаю, - засомневалась верная боевая подруга.

С одной стороны, Виталий Рылеев, ранее частный детектив, а ныне телохранитель её подруги Ларисы, - бессменный Аллин напарник, а с другой если его привлечь, это станет известно Ларе, а у неё больное сердце. Жару она, как и все сердечники, переносит тяжело, у неё опять появились какие-то ненужные зубцы на электрокардиограмме, и кардиолог на днях посоветовал пациентке поехать в санаторий, расположенный в месте с более умеренным климатом.

- Нет, пока обойдемся без Витальки, - решила Алла.

- Почему? - удивилась Наташа.

- Не хочу, чтобы Ларка узнала о случившемся.

- А ты ей не говори, - посоветовала адвокатесса. - Скажи, что я провожу расследование, и Виталик нужен мне.

- Умна почти как я! - похвалила верная боевая подруга.

- Тогда я сейчас ему позвоню и в присутствии Ларисы оповещу, что он мне срочно нужен. А через некоторое время перезвоню и переключу на тебя.

- Действуй.

Алла дала отбой и обратилась к Тамаре:

- Томик, направь кого-нибудь в редакцию газеты "Выстрел", где трудится Ладо. Может, там найдется зацепка, где этот мерзавец прячется. На даче его нет, дом заперт. И вряд ли он туда вернется, если подстрелил Серегу.

Попрощавшись с подругами, Алла вышла из офиса "Самаритянина", забрала у Толика Деми, чмокнула её в нос, а потом позвонила на мобильник Олега. Тот сразу ответил, значит, не в операционной.

- Как он? - спросила она.

- На аппаратном дыхании, - лаконично ответил хирург.

- Что - сам не дышит?

- Нет.

- А операция?

- Нельзя.

Она не стала терзать его расспросами о прогнозе. Зажмурилась, пытаясь сдержать набегающие слезы, судорожно вздохнула и тихо произнесла:

- Пока, Олежек, я позвоню попозже.

Тамара Семанкина занималась в "Самаритянине" организационной работой. Так уж сложилось, хотя никто на неё этих обязанностей не возлагал. Когда Матвей Лопаткин под нажимом верной боевой подруги согласился возглавить фирму "Самаритянин", Тамара была первой из сокурсниц, кого он пригласил.

Еще со студенческих лет она отличалась аккуратностью, обязательностью, повышенным чувством ответственности. В комслидеры и на прочие руководящие посты не лезла, хотя ей не раз предлагали стать старостой или комсоргом курса, но все ответственные поручения всегда давали ей, не сомневаясь, что Тома Семанкина выполнит их наилучшим образом.

Матвей решил, что лучшей помощницы в фирме, деятельность которой на тот момент он представлял весьма смутно, не сыскать. И не ошибся. Тамара считалась его правой рукой, а по сути руководила сокурсницами, осваивающими новую профессию - частных сыщиц.

В первые дни работы в новом качестве она по собственной инициативе обзвонила всех сокурсников, выяснила, кто где работает, не желает ли сменить профиль, и составила картотеку. Теперь в базе данных "Самаритянина" представлены все ныне востребованные профессии.

Тамара открыла файл с картотекой и стала искать подходящую кандидатуру среди сокурсников. По образованию они гуманитарии, а периодики сейчас издается море, так что многие, кто в ладах с русским языком, стали сотрудничать с газетами-журналами.

Марина Градова работала в дамском журнале "Фемина". В общем-то, для столь деликатного дела женщина подходит больше, но только не Марина. Она из тех, кого называют "слишком правильными". Уже с первого курса было понятно, что эта строгая девушка - стопроцентная кандидатура в старые девы. На лекциях Марина без устали строчила в толстой тетради, а на занятиях ела глазами преподавателя, всем свои видом говоря: "Спросите меня! Я отвечу на любой вопрос!" Знаниями она овладевала с истинной одержимостью. Ее всегда ставили в пример как образцовую студентку, она даже простуженной ходила в институт и пропустила две недели лишь когда лежала в больнице с пневмонией. Сокурсники над ней посмеивались, сокурсницы презирали.

Замуж Марина так и не вышла. На десятилетии окончания института она, как всегда, держалась особняком, такая же строгая, как и в студенческие годы, и даже с той же прической - незатейливая стрижка женщины, которой собственная внешность безразлична.

Нет, Марина Градова не из тех, кто найдет подход к коллегам Ладо и вызнает у них все, что нужно. Выяснить, с кем он приятельствовал, не проблема, но нужно установить, нет ли у него любовницы, появившаяся недавно, о которой пока неизвестно его матери.

Инна Орлянская трудилась в журнале "Круиз", куда устроилась по рекомендации родственницы. Музей малоизвестного широкой публике художника, в котором она работала раньше, перестали финансировать, и Инна с коллегами остались без средств к существованию. Писать она так и не научилась и работала редактором. Оклад её не устраивал, а потому по совету Тамары Инна недавно закончила бухгалтерские курсы и ждала вакансии в коммерческой фирме.

После некоторых размышлений Тамара отвергла и кандидатуру Инны - нет в ней обаяния и умения расположить человека к себе. Типичная неудачница, и это сразу видно.

В Аллину квартиру первым вошел верный оруженосец. Обычно Перс с разбегу кидался на руки любому из вошедших хозяев, и Толик решил принять первый удар на себя. Когда кот оказался у него на руках, Санчо Панса отступил на несколько шагов, пропуская хозяйку. Перс тут же вытянул шею, вглядываясь в нежданную гостью, уютно устроившуюся на сгибе Аллиного локтя, но ни шипения, ни вздыбленной шерсти, ни иных свидетельств неодобрения не выказал. Только любопытство. Деми тоже смотрела на него, совершенно спокойная, будто встретила не смертельного врага собачьего племени, а вполне безобидное существо.

- Давай потихоньку сближаться, - почему-то шепотом велела Алла.

Хозяева сделали осторожный шаг навстречу друг другу, потом еще, но их питомцы вели себя мирно и с интересом таращились друг на друга. И вот верная боевая подруга и Толик уже сошлись, а оба домашних зверя вытянули мордочки, столкнулись носами, понюхали, но, судя по всему, никаких негативных чувств при этом не испытали.

- Отлично, - прошептала Алла. - Теперь потихоньку опускаем их на пол.

Они медленно присели, давая возможность животным спуститься самим. Первым на правах хозяина спрыгнул сэр Персиваль, подошел поближе и, приподнявшись на задние лапки, уткнулся мордочкой в незнакомку. Хозяйка замерла, готовая в любой момент защитить свою собачку, если Перс вдруг зашипит. Но тот спокойно опустился на все четыре лапы, затем Деми перевалилась через Аллину руку и шлепнулась на спину. Брюшко у неё ещё почти без шерстки, розовое и очень трогательное в своей беззащитности. Видно, джентльмен сэр Персиваль понял, что гостья безобидна, и дружелюбно ткнул её носом, мол, вставай. Та немного побарахталась, суча в воздухе лапками, потом ей удалось повернуться на бок, она неуклюже встала, и кот с крохой пуделихой начали с энтузиазмом обнюхивать друг друга.

- Ну, слава Богу, - перевела дух хозяйка, заговорив в полный голос. Познакомились. Непохоже, что Перс намерен её обижать.

- Дак он умный, понимает, что Демка маленькая. Гляди, Перс на сколь больше нее.

И в самом деле упитанный сэр Персиваль был значительно крупнее, а вместе с хвостом - почти вдвое длиннее собачки.

Вдоволь нанюхавшись и покружив вокруг незнакомки, он вальяжно двинулся вглубь квартиры, будто приглашая гостью следовать за ним. Та не заставила себя ждать и бойко затрусила следом, забавно семеня коротенькими лапками с выстриженными серыми "перчатками", как и положено ухоженному пуделю. Симпатичный хвостик собачки с пышной кисточкой на конце, по классической пуделиной моде, смешно подрагивал в такт её движениям.

- Если Персюха поведет Деми на кухню, значит, окончательно принял, сказала Алла, наблюдая за ними.

Именно так и поступил великодушный и гостеприимный кот.

- Порода! - восхитилась верная боевая подруга. - Не зря мы дали ему столь громкое имя. Сэр Персиваль - настоящий аристократ не только из за своей породистости, но и по натуре.

Деми уже вовсю хрустела сухим кошачьим кормом, а Перс стоял рядом, не проявляя и тени недовольства, что гостья лакомится из его кормушки его едой.

- Вредно ж ей, - напомнил верный оруженосец.

- От одного раза ничего не будет. А для закрепления отношений полезно.

- Не, у ней живот заболит, - авторитетно заявил он. - Я щас Демке другую кормежку принесу.

Санчо Панса отправился в прихожую, а хозяйка присела у стола, глядя на своих питомцев. Она и кота обожала безмерно, а теперь, когда у неё двое трогательных маленьких существ, считала себя счастливой. В эту минуту Алла даже не вспоминала о том, что Сергей колеблется между жизнью и смертью. От присутствия животных в доме и в самом деле становится эмоционально тепло, недаром их называют домашними психотерапевтами.

Толик появился на кухне, держа в руках несколько пакетов с покупками. Поставив три новых кормушки, он открыл банку консервов для щенков, зачерпнул чайной ложкой студенистую массу, выложил в плошку и придвинул к мордочке Деми. Пока та обнюхивала угощение, верный оруженосец незаметно вытащил из-под её брюшка кошачью кормушку и поставил на подоконник. Собачка ничуть не возражала против замены и с аппетитом накинулась на новую еду.

- Во метет! - порадовался Толик, подкладывая в плошку ещё несколько ложек консервов.

- Не то что Перс, - поддакнула Алла. - Сэр Персиваль при всех его несомненных достоинствах, ужасно привередлив в еде.

Будто желая доказать, что хозяйка к нему несправедлива, Перс приблизился к кормушке с другой стороны и понюхал желе. То ли ему понравился запах, и он надумал продегустировать, то ли пожелал сделать гостье комплимент, мол, твоя еда не хуже моей, то ли решил - пусть ей меньше достанется, да и вообще я главнее, - мотив известен лишь ему самому. Главное - капризуля Перси тоже принял участие в трапезе и что ещё более удивительно - продемонстрировал при этом отменный аппетит, хотя обычно морщился и презрительно кривился на любое пропитание, за исключением сырого мяса.

- За компанию и кошка с собакой уплетают будь здоров, прокомментировала совместную трапезу верная боевая подруга.

Щедрая Деми не возражала против того, что новый друг тоже решил угоститься. Так они и ели - с двух сторон одной кормушки, причем, попеременно: если пуделиха наклонялась за очередной порцией, Перс галантно ждал, а если он утыкался в плошку, терпеливо дожидалась своей очереди собачка.

- Класс! - восхитилась Алла. - Сбегай-ка в спальню за фотоаппаратом и видеокамерой, такую идиллию нужно непременно увековечить.

Толик резво помчался за техникой и через несколько минут появился. Верная боевая подруга снимала своих питомцев на видео, а Санчо Панса щелкал фотоаппаратом.

Как всегда, пачкуля Перс половину еды вывалил на пол - у него всегда все выпадало изо рта. Посмотрев на него и удостоверившись, что её дружок не против, Деми аккуратно доела с пола консервы.

- Так, глядишь, она приучит его к порядку, - засмеялась Алла. Аристократ сэр Персиваль никогда не подбирает с пола, хотя сам же и уронил. А кроха Демка умница.

Насытившись, пуделиха попила воды, а дабы напомнить хозяйке, что она ещё маленькая, тут же надула лужицу.

- Ой, надо было прогулять её перед тем, как мы вошли домой, спохватилась Алла.

- Да ладно, я щас вытру, - проявил понимание проблемы Толик и отправился в туалет. Вскоре он вернулся, держа в руках домашнюю швабру с влагоемкой тканевой бахромой.

- Зося Павловна хлопнется в обморок, узнав, что ты вытираешь собачьи писюхи её любимой итальянской штуковиной. Она сама купила её за бешеные деньги и считает очень ценной домашней утварью.

- Ничё, перебьется, - отмахнулся верный оруженосец, не слишком жаловавший строгую экономку.

- Хорошо, что она уже ушла, иначе всыпала бы нам по первое число. Зося Павловна и на Перса-то частенько покрикивает, когда тот надует на ковер или ещё что-то пометит, а уж теперь, когда их стало двое...

- Пускай только обидит кого... - многообещающе произнес Толик.

- Ладно, я ей приплачу, - нашла компромисс Алла. - Работы-то ей прибавится. Кстати, именно экономке придется гулять с Демкой, когда нас не будет дома. Щенков нужно выгуливать шесть раз, а с шестимесячного возраста они уже приучаются терпеть и делают свои дела на улице.

- Я сам, - вызвался верный оруженосец.

- Так ты же со мной катаешься.

- Тада Демку будем брыть с собой.

- В общем-то мудрое решение. Но ведь ей нужно спать.

- На заднем сиденье поспит. Перса-то я два месяца катал, пока ты в больнице лежала. Он где хошь спал, хоть на коленях, хоть возле окна, хоть на сиденье. И Деми привыкнет.

- И мне с ней веселее, - обрадовалась Алла, а на радостях разродилась афористичной фразой: - Любая собака может стать другом человеку, но не каждый человек способен стать другом, даже собаке.

Как всегда, Тамара решила обратиться за советом к верной боевой подруге. Позвонив ей, она спросила:

- Ал, как думаешь, кого бы послать в редакцию газеты "Выстрел"?

- Не вижу проблемы - несколько наших сокурсников стали акулами пера, ответила Алла, наблюдая за своими питомцами.

Сэр Персиваль в этот момент умывался - он вообще страшный чистюля, не терпит ни пятнышка на своей белоснежной шерстке. Деми сидела рядом и принимала посильное участие в его туалете, тычась мордочкой ему в грудь голова крошечной пуделихи доставала только до ключиц сидящего на попе кота. Перса её вмешательство ничуть не раздражало, и он продолжал с энтузиазмом вылизывать себя.

- У каждой кандидатуры есть и плюсы, и минусы.

- Например?

- Марину Градову ты помнишь...

- Закомплексованная старая дева! - припечатала верная боевая подруга. - Маринка не сумеет найти к людям, стохреново. Еще кто?

- Инна Орлянская.

- Инка тоже не коммуникабельна. И как такие бабы работают в журналистике - ума не приложу!

- Мне доводилось общаться со многими журналистками, и я тоже удивлялась, почему они выбрали эту стезю - ни обаяния, ни умения расположить собеседника к себе, некоторые настроены откровенно недоброжелательно и готовы обмазать каждого, кто попадает в сферу их профессиональной деятельности. Как же они берут интервью?

- Как-нибудь на досуге обсудим этот животрепещущий вопрос с нашим психиатром, если это тебя так сильно волнует. Могу предположить, что некоторые пошли на журфак, чтобы решить свои личностные проблемы. Слышала о комплексе маленького человека?

- Разумеется.

- Так вот, когда никчемный человечек приобретает хоть толику власти, он борзеет и ощущает себя чуть ли не вершителем судеб, а в его поступках в той или иной форме проявляется посыл: "Хочу - казню, хочу - милую". Думаешь, какой-нибудь вахтер сидит на своем месте ради копеечной зарплаты? Нет, он считает себя чуть ли не властелином. Или нянечка в больничном гардеробе, единственная власть которой - дать или не дать халат посетителю. Или мент, с трудом осиливший десять классов и больше ни на что ни годный, но в форме и при дубинке он имеет возможность власть употребить и таким образом самоутверждается. Так и некоторые представители журналистской братии. Иногда гляжу на какого-нибудь писаку, возомнившего о себе, и диву даюсь. По сути он никто, маленький человек, единственное достоинство которого - умение более-менее правильно слагать слова в предложения, да и это-то не всем дано, судя по теперешней прессе. То, что сейчас публикуется, без диплома журфака осилит любой человек, кто дружит с русским языком, ведь во многих статьях ни проблеска таланта или хотя бы профессионализма. А мыльный пузырь, получивший толику иллюзорной власти, пыжится от гордости, и в его деятельности невольно звучит: "Хочу - казню, хочу - милую". Обмажет любого по собственной инициативе или по заказу, педалируя пресловутую свободу слова, которую некоторые журналюги понимают как вседозволенность, мол, имею право высказать свое мнение, я журналист! Да кому, на хрен, нужно его сраное мнение, когда печатью интеллекта данный писака не отмечен, зато на лбу аршинными буквами написаны все его комплексы! И тем не менее, он возомнил себя рупором свободной прессы и влияет на умы, ведь наш народ по старинке верит всему, что напечатано в газетах. Теперь стало модно кусать всех и вся, - тем самым журналист демонстрирует свою мнимую неангажированность, мол, я честен и объективен, вывожу на чистую воду мерзавцев и привлекаю общественное мнение к их деяниям. А создав себе имидж правдоборца, может поиметь с этого весьма неплохой навар.

- Ты считаешь, что Марина и Инна придерживаются аналогичных взглядов?

- Как говорится, с волками жить - по волчьи выть. Но это применительно к тем, кто ощущает себя на острие атаки. Я же не знаю, в каких боевых листках они подвизаются.

- Марина работает в дамском журнале "Фемина", а Инна - в "Круизе".

- Ну, у них другой профиль. Разгромные статьи в таких изданиях не публикуются. А то, что они берут мзду с известных людей за симпатичное интервью, - так это сейчас повсеместно.

- Что-то мне расхотелось привлекать к нашему делу журналистов...

- Ты очень впечатлительная, Томик, - хмыкнула верная боевая подруга. Я тебя просветила вовсе не для того, чтобы ты потеряла веру в человечество в лице журналистской братии. Во-первых, среди них есть те, кто искренне любит свою профессию и честен. Полагаю, таких журналистов немало, и очень даже немало. А во-вторых, теперь ты знаешь, что к оценкам тех, кто избрал это поприще, нужно относиться с определенными оговорками, учитывая все вышесказанное. Инка и Марина как раз относятся к категории людей с личностными проблемами. Если человек в силу собственных комплексов недоброжелательно настроен ко всему белу свету, - как можно принимать на веру его мнение?! Как минимум, делить на пять, опустив его злобные характеристики и вычленив лишь факты.

- Марина и Инна могут что-то знать о Ладо...

- Вот и выясни, что им известно.

- Кого бы из девочек к ним направить? Ни та, ни другая ни с кем на нашем курсе не дружили.

- Сама их расспроси - ты же была всеобщей любимицей.

- Ты тоже, - не осталась в долгу Тамара.

- Это так, - согласилась Алла, которой грозило умереть от чего угодно, но только не от скромности. - Но у меня статус другой. Ты - правая рука главы "Самаритянина", а я бизнес-леди. Усекаешь? Любой озаботится вопросом - а с какой стати деловая дама Алла Королева суется в область, которая не входит в сферу её интересов? И второе - про наш с Серегой роман уже многим известно. О том, что он тяжело ранен, очень скоро будет знать вся Москва. Сразу станет понятно, что я увязываю Серегино ранение с Ладо Кохадзе, и тем самым мы спугнем подонка.

- Да я вовсе не имела в виду, что ты сама будешь собирать информацию... - стала оправдываться Тамара, которая и в самом деле намеревалась максимально оградить боевую подругу от участия в расследовании - дело касается близкого ей человека, к тому же, ей ещё нужно здоровье поправить.

- Формально мне нужно держаться в стороне, иначе Ладо быстро смекнет, что к чему. Созвонись, а если понадобится, встреться с Мариной и Инной и поспрошай, что им известно, ведь Ладо давно в журналистике. Эти девицы могут и других соратников по перу потрясти. Мало ли - вдруг что-то всплывет.

- Может быть, мне самой сходить в газету, в которой работал Владимир?

- Не обязательно, Томик. Все "самаритянки" знают, о чем расспрашивать, как направлять разговор в нужное русло. Для начала пообщайся с Инной и Мариной, а исходя из полученной от них информации, выстраивайте план беседы с коллегами Ладо.

- Хорошо, Ал, сейчас я им позвоню.

- Действуй, дорогая, - напутствовала её верная боевая подруга. - Еще раз напомню, что твоя задача - координировать действия "самаритянок".

- Честно говоря, надоело сидеть на телефоне, - призналась Тамара.

- Ага, оперативной работы захотелось!

- Мне понравилось самой участвовать в расследовании. Когда мы занимались дачным убийством16, я ездила к свидетелям сама...

- ... и ощущала себя в гуще событий, - иронично продолжила Алла.

- Вот именно. Да и в расследовании убийства Вали17 я тоже принимала непосредственное участие. А теперь стала администратором.

- Но ведь и этим кто-то должен заниматься, - резонно возразила боевая подруга.

- Я понимаю. Но в данном случае я могу совместить то и другое.

- Тебе виднее, старушка. Но не слишком увлекайся, ведь время не терпит. Если ты будешь сама встречаться со всеми, немало воды утечет. А почему ты не привлекаешь Люлю? По прошлому расследованию мы уже убедились, что она бесценный источник сведений18.

- Она звонила мне на днях и сказала, что уезжает в командировку. Вернется завтра-послезавтра и тогда я её приобщу.

- А что наш Ниро Вульф отечественного разлива? Опять сидит и морщит мозг, предаваясь размышлениям о высоких материях?

- Да, Матвей у себя в кабинете, - сдержанно ответила Тамара.

Стучать на сокурсника она не собиралась, впрочем, как и на любого другого человека. Но, положа руку на сердце, от Матвея Лопаткина толку мало.

Попрощавшись с верной боевой подругой, Тамара набрала номер рабочего телефона Марины Градовой.

- Здравствуй, Марина, это Тома Семанкина.

- Здравствуй, Тамара, - без тени доброжелательности ответила та.

- У тебя найдется свободная минутка?

- Говори, я слушаю. - Тепла в голосе сокурсницы не прибавилось, и "самаритянка" решила, что от Марины вряд ли будет толк. Тем не менее, она решила выжать из собеседницы по максимуму:

- Ты что-нибудь знаешь о Владимире Кохадзе?

- Что именно?

- Любые сведения, которые тебе известны, вы же трудитесь в одной сфере.

- А почему тебя это интересует?

Обычно спокойная Тамара стала немного раздражаться.

"Неудивительно, что Маринка осталась старой девой, - сердито подумала "самаритянка". - Если она и с мужчинами так же себя ведет, то любой предпочтет держаться от неё подальше".

- Дело в том, что он пропал, - максимально нейтральным тоном сообщила Тома.

- Ну и ?.. - не желала идти на контакт Марина.

- Мы выясняем, что с ним случилось.

- Кто это мы? - продолжала допрос сокурсница, а Тамара подумала:

"Похоже, не я её, а она меня выспрашивает".

- Мать Владимира Кохадзе обратилась к Алле Королевой с просьбой помочь - наша верная боевая подруга не раз выручала людей в сложной ситуации.

- Не имею ни малейшего желания быть припутанной к вашим делам, отрезала сокурсница, подчеркнув слово "вашим", и повесила трубку, даже не попрощавшись.

- Да застрелись ты! - в сердцах вскричала "самаритянка", невольно использовав сленг верной боевой подруги.

В приемную заглянула удивленная Олеся:

- Ты на кого так орешь?

- Да с Маринкой Градовой пыталась пообщаться, а она меня отшила. "Не имею ни малейшего желания быть припутанной к вашим делам", - передразнила Тамара сокурсницу.

- Эта пересушенная вобла вечно изображает из себя нечто, - фыркнула Олеся. - Зачем ты ей звонила-то?

- Она теперь работает в дамском журнале. Я надеялась, что они с Ладо пересекались, ведь журналисты все друг друга знают.

- Маринка стала журналисткой? - изумилась "самаритянка". - Вот уж никогда бы не подумала. И как же она общается с людьми? Ведь слова в простоте не скажет, фригидка чванливая!

- Алла говорила, что некоторые самоутверждаются с помощью печатного слова.

- Это уж точно! Не завидую я бедным читательницам этого журнала. Представляю, какой шедевр может выйти из-под Маринкиного пера.

- Ладно, Леся, я уже поостыла и теперь в силах позвонить Инке Орлянской.

- Том, может быть, мне не ждать до завтра, а проехаться сейчас в "Алдонино"? Чем быстрее что-то выяснится, тем больше будет зацепок. Никогда не видела Аллу в таком состоянии, даже после гибели Виктора. Тогда она собралась, отринула эмоции и занималась расследованием. И сейчас ей нужно отвлечься, чтобы не фиксироваться на своей беде. Она человек действия, ей некогда сопли размазывать, если есть конкретное дело. Мне хочется хоть что-то узнать, пусть дело сдвинется.

- Поздно уже, Леся. На улице стемнело - куда ты поедешь на ночь глядя?

- Зато все свидетели дома. А завтра они уйдут на работу.

- Но ведь уже решено - ребята вас подстрахуют...

- Ввалимся мы в поселок вчетвером, а все жители сразу насторожатся.

- В общем-то в твоих словах есть резон... Давай, я посоветуюсь с верной боевой подругой.

- Да что ты дергаешь её по каждому пустяку! - возмутилась Олеся. - Ей и так досталось. И сама после ранения, и Сережа при смерти. Пусть хоть немного отдышится.

- Ладно, - решила "самаритянка", - поедем вместе. На пару мы соберем вдвое больше информации.

Алла с верным оруженосцем вывели Деми погулять. Поводок пока решили не надевать, и хозяйка несла его в руке, а пуделиха сидела на руках Толика, чувствуя себя вполне комфортно. На пустыре за домом он опустил собачку на траву. Умненькая Деми тут же сделала все свои дела и бегала поблизости, обнюхивая травинки.

- Здесь гуляют все собачники, - озабоченно проговорила хозяйка. Какой-нибудь злобный доберман запросто перекусит нашу кроху пополам.

Словно в подтверждение её слов показалась соседка с двумя огромными борзыми, обе были без поводка, одна из них тут же огромными прыжками устремилась к Деми. Крошечная пуделиха в этот момент деловито рыла передними лапками землю метрах в десяти от своих хозяев. Охнув, Алла рванулась вперед, за ней Санчо Панса, но борзая их опередила. Остановившись перед пуделихой, собака ткнула её носом и перевернула на бок. Деми отчаянно завизжала, в этот момент на выручку подоспела Алла и подхватила её правой рукой.

- Не бойтесь, Трезор не тронет щенка! - издалека кричала его хозяйка. - Он очень любит маленьких.

Взрослый пес и в самом деле не выказывал признаков агрессии. Стоял рядом, задрав длинную узкую морду, дружелюбно повиливал пушистым хвостом и поскуливал. Оказавшись в безопасности, пуделиха вдруг отчаянно расхрабрилась и сердито затявкала. Алла чуть не расхохоталась от этой уморительной картины: крошечное существо сидит на её руке и, сотрясаясь всем телом, визгливо тявкает на здоровенного кобеля, будто ругается.

Хозяйка борзых приблизилась вместе со вторым псом и успокаивающим тоном произнесла:

- Вы спустите щенка на землю, а то Трезор от вас не отстанет. Если вы пойдете домой, увяжется за вами, даже меня не послушается. А я не взяла поводки, мои мальчики очень добродушные. Трезор обожает маленьких, у него к ним нечто вроде материнского инстинкта, хоть и кобель. Марс к маленьким собачкам равнодушен, но и он их не тронет. У вас девочка или мальчик?

- Девочка.

- Тем более. Даму ни один кобель никогда не обидит, даже если та скандалит и сама задирается.

Алла осторожно опустила пуделиху на землю, и та сразу же перестала тявкать. Трезор обнюхал незнакомку, не переставая вилять хвостом и всячески выражая дружеские намерения, а потом легонько ткнул её носом, и Деми завалилась на бок. Вывалив язык величиной как раз с кроху пуделиху, пес стал с упоением вылизывать её лысое брюшко, а та ничуть не возражала и даже закрыла глаза от удовольствия. Наконец Трезор решил, что подружка уже достаточно чистая, и снова толкнул её носом в бок, мол, вставай, давай поиграем. Когда Деми перевернулась, кавалер побежал вперед, а она припустила за ним, смешно переваливаясь на кочках и буксуя, попав в ямку.

- Не убегут? - встревожилась Алла.

- Нет, Трезор теперь будет возиться с ней как нянька. Не волнуйтесь, он сознает меру ответственности - не наступит на нее, не причинит никакого вреда, наиграется и приведет девочку обратно. Они с Максом родные братья, но совершенно разные. Трезор ласковый, игривый, а Макс - вещь в себе.

И в самом деле, второй кобель бродил поодаль, не желая присоединиться к играм брата с подружкой. Деми с Трезором носились кругами, пуделиха тявкала и нападала, норовя вцепиться в его длинный хвост или лапу, но кавалер был гораздо шустрее и успевал вовремя увернуться.

- У вас только одна собака? - обратилась соседка к Алле.

- Да.

- А у меня три. Мать Трезора и Макса уже совсем старенькая, еле ходит, я выношу её на руках. А усыпить жалко... Агнессе восемнадцать лет, она мне как дочь... Хотя у меня две дочери, но от собак я вижу больше любви и понимания, чем от собственных детей. Обе дочки характером пошли в отца...

- Меня зовут Аллой, - перебила её верная боевая подруга, не имея желания выслушивать жалобы соседки на безразличного к ней мужа.

- А меня Лидой. Рада познакомиться. Я иногда вижу вас на улице, немало наслышана...

- Сплетники всегда знают больше подробностей, чем объект сплетен, отшутилась Алла.

- Нет, я не сплетни имела в виду. Хотя и сплетничают о вас немало, призналась новая знакомая. - Но многие отзываются о вас с восхищением.

- Да ну? - удивилась верная боевая подруга. - Никогда бы не подумала. Я ведь не общаюсь с соседями.

- Я это знаю. И тем не менее, слухами земля полна. Правда, Алла, вами многие восхищаются.

- Восхищение возможно только издалека, а при более близком знакомстве немедленно исчезает, - иронично отпарировала та, не желая муссировать эту тему.

Верный оруженосец во время их светской беседы бдительно следил за играми Трезора и Деми. Решив, что на всякий случай приглядеть не помешает, он подошел поближе, а потом тоже надумал принять участие. Подобрав с земли палочку, Толик помахал ею перед носом пса, а потом забросил подальше. Трезор обрадовался и гигантскими прыжками помчался за добычей, следом засеменила его подружка, не желая скучать в одиночестве. Санчо Панса и ей дал палочку, и пуделиха, завалившись на спину, стала с упоением её грызть. Прибежал Трезор с палкой в зубах и встал в паре метров от нового игрока, помахивая мордой, мол, отними. И тут Толик неожиданно проявил навыки дрессировщика.

- Дай-ка сюда, - потребовал он.

Пес подошел поближе и положил добычу у его ног.

- Молодец, - похвалил верный оруженосец, подбирая палку, потом снова бросил её. Игра продолжалась. Присев на корточки перед пуделихой, он погладил её голое брюшко, а та сразу выпустила палочку и блаженно закатила глаза.

- Может быть, зайдете как-нибудь вечерком? - неуверенно спросила соседка. - Я пока дома, болею. Да и вы, насколько мне известно, нездоровы. Я живу в сто сорок первой квартире.

- Спасибо, непременно, - неожиданно для самой себя согласилась Алла.

Верная боевая подруга не желала общаться с соседями по дому, считая их типичными новыми русскими, а эту новую человеческую особь она презирала. Но Лида ей сразу понравилась - в людях Алла хорошо разбиралась.

- А можно зайти с Деми? - спросила она.

- Конечно. Трезор будет в восторге.

- А как Макс отнесется к вторжению чужой собаки в его владения?

- Он хорошо воспитан, а дома тем более ведет себя безупречно. С сучкой и подавно.

- А их мать? Она же тоже сука.

- Агнесса очень добрая, всех приветливо встречает, хотя передвигается с большим трудом.

- Ваш муж бизнесмен? - продолжала предварительный опрос верная боевая подруга. Хоть она и не сомневалась, что Лида не имеет корыстных намерений, но все же не мешает побольше знать о людях, набивающихся в знакомые.

- Да. Вы, как я понимаю, не очень любите эту братию?

- Не люблю, - согласилась Алла. - Правда, вынуждена с ними общаться.

- Я тоже терпеть их не могу, хотя сама в бизнесе, - призналась Лида. Уже несколько лет приятели мужа не приходят в наш дом. Да и сам он уже три года предпочитает жить в другом месте. Так что я почти все время одна, с моими собаками.

- А ваши дочки?

- Обе учатся за границей, сюда приезжают только на каникулы, да и то не всегда, предпочитают отдыхать в более цивилизованных странах. От отца они переняли главную черту: деньги мерило всего. А поскольку у мужа денег гораздо больше, чем у меня, они избрали его общество - перспектива получше.

- Нам пора, Лида. - Алла улыбнулась собеседнице. - Непременно загляну к вам. Вы мне симпатичны.

- Вы мне тоже, - улыбнулась в ответ соседка.

- Одинаковые доходы позволяют дружить бескорыстно, - одарила её напоследок ещё одной ироничной фразой верная боевая подруга.

Как всегда, сэр Персиваль встретил их в прихожей. На этот раз он не стал запрыгивать на руки ни одному из хозяев, да и вообще его поведение с появлением нового члена семьи разительно изменилось.

Усталая от впечатлений Деми уснула на ковре, возле Аллиного кресла, Перс немного покрутился вокруг неё и тоже решил прикорнуть.

Алла позвонила любимому мужчине:

- Олег, как Серега?

- Пока без изменений.

- Ты сегодня останешься в больнице?

- Разумеется. Сколько понадобится, столько и буду дежурить.

- Спасибо, мой дорогой. Я люблю тебя.

- Я тебя тоже.

По пути на вокзал Тамара позвонила Инне Орлянской, но та не обладала никакой полезной информацией. Ковырялась помаленьку в своем "Круизе", правила чужие статьи, заказанные владельцами турфирм, о том, как замечательно отдыхать в каком-то экзотическом месте, дальше своей редакции никуда не выезжала, никого из собратьев по перу, кроме сотрудников журнала, не знала, о Ладо не слышала давно.

- Слушай, мне вот что пришло в голову, - обратилась Тамара к Олесе, когда они устроились на свободном сиденье в полупустом вагоне электрички. Почему Маринка так взвилась, услышав про Аллу? До этого отвечала без энтузиазма, но хоть как-то поддерживала разговор, а тут вдруг дала дугу...

- Да она Аллу терпеть не может ещё со студенческих лет.

- Да ну? - изумилась Тома. - А по-моему, верную боевую подругу все любят.

- Нормальные люди - да. А дуры вроде Градовой, завидуют. Маринка ведь изо всех сил старалась быть лучшей, а её никто в упор не замечал.

- Ты думаешь, она так рьяно зубрила для того, чтобы её заметили?

- А как же!

- А я полагала, что у неё типичный "комплекс отличницы".

- Ну, мотивы бывают разные. Я, если помнишь, тоже одно время страдала этим комплексом. По совету Аллы я побывала у нашего психиатра, и Лидия Петровна мне разъяснила, что некоторые стараются учиться на пятерки, чтобы к ним хорошо относились учителя, - для таких людей очень важно чье-то одобрение, особенно в школьном возрасте, в частности, положительная оценка взрослыми всего, что они делают. Мнение родителей тоже имеет для них значение. Другие приобретают этот комплекс из-за боязни получить замечание за плохо выученные уроки. Третьих долбят предки, чтобы в дневнике были круглые пятерки. А четвертые стараются хоть чем-то выделиться среди соучеников. Если внешность не очень и с противоположным полом облом, то они пытаются обратить на себя внимание хотя бы отличной учебой.

- Но обычно ребята сторонятся девчонок-зубрилок.

- Да ведь сами учинурики этого не знают. Они придумали способ, как выделиться среди красивых, но плохо успевающих ровесниц, а оказывается, что это не приносит успеха.

- А ты к какому типажу относишься, Лесь?

- Мой "комплекс отличницы" сформировался на основе того, что я сенситивная личность, - то есть, излишне чувствительная, ранимая. В общем, мимозоподобная, как говорят психиатры. Помнишь, раньше я чуть что - в слезы. Кто-то сделал пустяковое замечание, и я в дауне. А похвали меня, и я порхаю.

- Да все знали, какая ты тонкая натура, и никто тебя не обижал.

- Вот-вот. Лидия Петровна говорила, что это типичный вариант "тепличного растения". Я попала в среду наибольшего благоприятствования, где не было условий для того, чтобы я огорчалась по ерунде. И родители тоже растили меня как "тепличное растение", и мой муж очень деликатный и тактичный, никогда не скажет того, что меня заденет, вот я и расцвела, как орхидея в теплице. А окажись я в другом коллективе или в другой семье, или выйди замуж за махрового эгоиста, - не вылезала бы из неврозов. Психиатр научила меня аутотренингу, визуализации и другим методам, с помощью которых можно приобрести уверенность в себе, сохранять выдержку и не кукситься. Пригодится в жизни, все ж окружающая действительность - отнюдь не теплица для таких "мимоз", как я.

- Неужели Маринка Градова до сих пор злобится на Аллу?

- Закомплексованные бабы ужасно злопамятные. А что ей ещё делать кроме как пережевывать мнимые и реальные обиды! У других есть личная жизнь, а у обозленных одиночек нет, вот они и копят негатив.

- Мне кажется, Марина что-то знает. Ведь могла бы сразу сказать, что о Ладо ей ничего не известно, а она стала меня выспрашивать.

- Может, до сих пор к нему неровно дышит? - предположила Олеся.

- А разве раньше Марина была неравнодушна к Владимиру?

- Так он же её трахнул и бросил. Женщины своего первого мужчину никогда не забывают, а уж комплексующие - тем более. Другого-то нет, так что первый опыт у Маринки оказался единственным.

- А про неё говорили - старая дева...

- Перезрелая, но уже давно не дева, - рассмеялась Олеся.

- А зачем Ладо на неё полез? У неё же ни кожи, ни рожи.

- А он берет не умением, а числом. Из тех, кто раз-два и кончил. Потому женщины у него не задерживаются. Ему, похоже, без разницы, с кем спать, лишь бы не отказала.

- Ты-то откуда знаешь?

- Стыдно признаться, но я тоже оказалась в числе соблазненных.

- Да ну? - ахнула Тамара. - Я и не подозревала.

- Сей прискорбный факт я тщательно скрывала, а Ладо в то время ещё не был таким трепливым, так что ни про Маринку, ни про меня никому неизвестно.

- А про неё ты откуда узнала?

- Помнишь, осенью на первом курсе нас послали в совхоз на трудовую повинность?

- Я не ездила - заболела.

- А, тогда понятно, почему ты не в курсе. В общем, Ладо там вознамерился оприходовать как можно больше девчонок и почти выполнил свое намерение. Мы Маринкой оказались в числе первых. Тогда Кохадзе ещё не явил свою подлую натуру, все наши девочки считали его самым красивым парнем на курсе и были от него без ума, он сыпал цветистыми тостами в грузинском стиле, говорил комплименты, мы всей компанией ежевечерне дегустировали местные напитки, включая самогонку, а под это дело, сама понимаешь...

- Ну, Леська... - покачала головой Тамара. - Мне Владимир тоже поначалу нравился, но лишь в общении.

- Говорю же - до сих пор стыдно. Единственное оправдание, что мы в семнадцать лет ничего не понимали в мужчинах и жизни вообще. Правда, когда после меня Ладо затащил Маринку в подсобку, где сушилась наша рабочая одежда, я быстро все сообразила. А он после неё перекинулся на другую девчонку и так далее. Я-то постаралась поскорее забыть сей прискорбный факт, а она, видно, бережно хранила в памяти светлый образ своего соблазнителя. Потому и Аллу возненавидела - с другими Ладо быстро расставался, а за Аллой долго бегал, на коленях перед ней стоял на глазах всего курса, а верная боевая подруга лишь смеялась. Вот Маринка и злобилась - её обожаемого Ладо унижают пренебрежением.

- Лесь, так, может, Владимир у неё скрывается?

- А что - это мысль! - воодушевилась Олеся. - Если у Маринки до сих пор сохранилось к нему трепетное отношение, то она не откажет ему в убежище.

- А расспрашивала меня для того, чтобы выяснить, почему я им интересуюсь, - подхватила идею Тамара.

- Если это все так, то эта перезрелая "не дева" будет стоять насмерть, но не сдаст Ладо - он её единственная надежда скрасить унылое существование.

- Значит, нужно проследить за Маринкиной квартирой.

- У тебя есть её адрес?

- В картотеке записан. Позвонить Алле?

- Да оставь ты её в покое! Мы и сами не маленькие. Звякни кому-нибудь из наших девчонок, пусть понаблюдают пока за Мариниными окнами и подъездом, а потом придумаем, как проникнуть в её квартиру.

- Если Ладо прячется, то не станет подходить к окнам.

- Уже темно, на шторах виден силуэт тех, кто в комнате.

Тамара позвонила "самаритянке" Лене, попросила её съездить в офис их фирмы, выяснить в базе данных адрес Марины Градовой, а потом понаблюдать за квартирой сокурсницы.

- Хорошо бы последить за ней, когда она делает покупки, - внесла ещё одно предложение Олеся. - Марина живет одна?

- По-моему, да.

- Одинокой бабе много еды не нужно, да и готовить для себя не хочется. А если в доме мужик, да к тому же, старая любовь, тут уж она расстарается. Ты звонила ей недавно, Марина ещё в редакции, значит, после работы наверняка заскочит отовариться на ужин.

- Но нашим сокурсницам нельзя появляться поблизости от нее. Она и так после моего звонка насторожилась, а тут и вовсе встревожится.

- Пошли Таисию, её Маринка не знает.

- Но Тая в "Самаритянине" всего-ничего, ещё не имеет опыта.

- Да никаких особых навыков в данном случае не нужно - пусть отирается в магазине возле Марины и запомнит все, что та купила, вот и все. Заодно начнет осваивать работу сыщицы, мы же ещё не привлекали её к расследованиям, а Таисия горит желанием приобщиться к нашей деятельности.

Оценив совет подруги, Тамара позвонила Тае Незнамовой и дала ей задание.

Из динамика донеслось: "Следующая станция "Алдонино".

- Эх, надо было нашу "волжанку" взять, - спохватилась Олеся, выходя вслед на подругой в тамбур электрички. - Возвращаться придется в ночь-полночь.

- На "Волге" глава фирмы отправился домой. Притомился после тяжелого трудового дня в качестве Фунта, - с серьезным видом произнесла Тамара, и "самаритянки" прыснули.

Выспавшись, Перс с Деми часа два неутомимо играли в догонялки и носились по всей квартире - то он за ней, то она за ним. Кот бегал гораздо быстрее - все же он почти взрослый, а его подружке мешало толстенькое пузико. Но она не сдавалась и упорно трусила за ним, смешно подрагивая кисточкой на коротеньком хвостике. Сэр Персиваль и тут проявил джентльменские качества - убежав на определенное расстояние, он приостанавливался и оборачивался, дожидаясь, пока дама приблизится, а потом вновь резво устремлялся вперед.

Он отчаянно рисовался перед подружкой, чего раньше за ним не замечалось, - то передвигался огромными прыжками, мол, гляди, какой я спортивный! - то падал перед нею на пол, изогнувшись в кольцо, потом резко разгибался и сворачивался кольцом в другую сторону, а если Деми оказывалась в доступной близости, трогал её мягкой лапкой и тут же отскакивал. В общем, вовсю заигрывал.

В гостиной, устланной ковровым покрытием, их было не очень слышно, но когда они выбегали в коридор или оказывались в другой комнате, слышался то торопливый топот, то цокот. Перс, как всегда, передвигался бесшумно, а лапки собачки с довольно длинными коготками издавали при беге по паркету характерный звук. По этому топ-топ-топ или цок-цок-цок можно было определить, где на этот раз развлекается парочка.

Потом сэр Персиваль придумал новую игру. Убежав вперед, он прятался за углом коридора или за мебелью в одной из комнат и, распластавшись по полу и изображая хищника, ждал подружку. Как только та появлялась, он выпрыгивал из своего укрытия и стрелой перелетал через нее. Или терпеливо ждал, пока она приблизится, и неожиданно трогал её лапкой. Деми кокетливо взвизгивала, а её кавалер, как мальчишка-подросток, дернувший понравившуюся девочку за косу, спешно убегал. Достигнув следующего укрытия, он опять прятался и снова все повторялось. Собачка ничуть не боялась его прикосновений, но тем не менее, каждый раз игриво повизгивала, мол, ах, какой брутальный мужчина, вы меня напугали!

- Прирожденная кокетка, - смеялась Алла, наблюдая за игрой питомцев. Вся в меня. Раньше я говорила, что Перс такой же своенравный и боевой, как я, а теперь в моем доме появилась Деми с повадками обольстительницы. Ты гляди, Толян, как быстро она его приручила, сэр Персиваль в ней уже души не чает.

Они выдали питомцам игрушки - и кошачьи, и собачьи. Имитация костей из бычьих жил почему-то не произвела впечатления даже на Деми, а на Перса и подавно, зато мячики и всевозможные катающиеся бренчалки привели в восторг обоих животных. Но уже вскоре они закатили игрушки под мебель, а привычный Толик ползал на четвереньках, извлекая мячики. Вскоре очередная игрушка опять оказывалась под креслом или диваном, Перс просовывал туда лапку, пытаясь её достать, а собачка топталась рядом и тыкалась мордочкой, стараясь тоже поучаствовать в процессе и помочь всем, чем можно, хотя бы сочувствием.

Набегавшись и наигравшись, парочка направилась на кухню подкрепиться. Толик заблаговременно насыпал сухого корма для щенят, справедливо решив, что Персу от него плохо не станет, а для малышки Деми кошачья еда пока тяжеловата.

В квартире наступила тишина. Через некоторое время Алла и её Санчо Панса на цыпочках прошли на кухню и застали такую картину: Деми лежала на боку рядом с кормушками, как раз возле свежей лужицы, и сладко спала, посапывая, её длинное кудрявое ухо оказалось в плошке с водой, а Перс возлежал на бархатном кухонном диване, положив мордочку на вытянутые передние лапы, и охранял её сон. Потом, видно, решил, что подружке ничего не грозит, а ему после активных физических нагрузок тоже не мешает поднабраться сил, свернулся кольцом, прикрылся пушистым хвостом и тоже заснул.

- До чего же забавные звери, - умилилась хозяйка. - Чую - скучать мне с ними не придется. Теперь даже жалко их разлучать. Нет, не будем мы возить с собой Демку. Пусть резвятся дома. Видишь, Перс даже под её режим подстроился. У неё тихий час, и он решил соснуть. Оказывается, собака не только лучший друг человека, но и кота.

"Самаритянки" возвращались домой довольные. Хоть и устали, но обе были рады, что удалось выяснить немало. Сев на пустое сиденье вагона электрички, они стали делиться информацией.

- Сергея нашли местные мальчишки, - начала Тамара. - Взрослые боятся заходить далеко в лес, а пацанам все нипочем. У одного из них есть овчарка, и они с ребятами взяли её с собой. Пацаны бы не заметили Сережу, если бы не собака. Они стали строить шалаш, а пес куда-то убежал, а потом вдруг завыл. Мальчишки помчались к нему и увидели окровавленное тело Сергея. Рядом с ним валялся ствол - судя по описанию, это "кедр" Толика, - пацаны тут же схватили оружие и бегом оттуда - решили, что это труп. Он и в самом деле не подавал признаков жизни. Ребята примчались в поселок, громко вопя, сбежались взрослые, группой отправились в лес, нашли Сергея и обнаружили, что он жив. Один из жителей побежал в поселок вызывать "скорую" и милицию, остальные хотели отнести Сергея, но посоветовавшись, решили его не трогать - вдруг только хуже сделают. Оружие у пацанов отняли и передали местному милиционеру.

- Я разговаривала с Ольгой Потаповной и Валей, - сообщила Олеся. - Обе были на работе, когда обнаружили Сергея, зато они живут рядом с домом Ладо. Оказывается, он в последнее время обитал на даче.

- Алла так и предполагала - что он скрывается в своем загородном доме. Вот ведь мерзавец! Ксения Аркадьевна - немолодая и больная женщина, а он даже мать не пожалел, лишь бы создать видимость, что ему угрожают, и он чего-то боится.

- Но Ладо и в самом деле мог кого-то бояться.

- Думаешь, Сергея?

- Может, и его. Или ещё кого-то, на кого собирал материал. Соседки говорят, что Ладо отоваривался продуктами в местном магазине, а в Москву отправлялся только под вечер, но потом возвращался.

- Видно, не хотел, чтобы при свете дня его кто-то разглядел и узнал, предположила Тамара.

- Я тоже так подумала, - кивнула Олеся. - С соседками он изредка общался, выглядел как обычно, напряженки они в нем не заметили, я специально их расспрашивала.

- Машина у него есть?

- Есть. Старенький "жигуль".

- Значит, на данный момент он укатил на своей машине.

- И направился к Маринке, - продолжила её мысль Олеся. - Решил у неё отсидеться, пока все уляжется. Останься он на даче - и его привлекут как минимум в качестве свидетеля.

- А соседки не видели его вместе с Сергеем?

- Они в это время были на работе, - напомнила Олеся. - Да и вообще в "Алдонино" днем безлюдно, как и в большинстве поселков Подмосковья.

- Из тех, кого я расспрашивала, тоже никто не видел Сережу до того, как его обнаружили.

- Ольга Потаповна с Валей склоняются к мнению, что Сергея подстрелили с целью ограбления.

- Есть факты?

- Пока лишь предположения.

- Надо бы выяснить, нашли ли при нем бумажник, часы.

- Завтра все узнаем. Если местным жителям это неизвестно, кто-нибудь из наших съездит в больницу и выяснит у персонала - все вещи принимают по описи.

- Будем звонить Алле?

- Ты без верной боевой подруги как малое дитя без мамкиной сиськи, рассмеялась Олеся. - Позвонишь, когда прибудем в Москву. Новости того стоят.

Верный оруженосец час назад отправился домой. Алла ещё раз позвонила Олегу и не услышала от него ничего нового.

В данный момент она лежала на постели, глядя в потолок. Сна не было ни в одном глазу, хотя день выдался тяжелым.

Перс, как всегда, спал на её подушке, а его длинная шерсть щекотала Аллину щеку при каждом вздохе. Чтобы не устраивать дискриминацию, она положила на постель и Деми. Та вначале долго возилась, рыла передними лапками, сбивая одеяло. Алла не могла понять, чего она хочет. И только когда пуделиха соорудила нечто вроде норы, хозяйка догадалась. Решив, что ей холодно, она укрыла малышку одеялом, и уже через минуту Деми сладко сопела.

Мобильник лежал рядом на тумбочке - Алла ждала звонка любимого мужчины с обнадеживающими новостями. Но телефон молчал.

Не хотелось думать о плохом, но помимо воли, в сознании всплывала картина: Сергей лежит с интубационной трубкой во рту, черты лица заострились, кожа приобрела желтовато-сероватый оттенок, глаза превратились в темные провалы, к руке тянется трубка системы для переливания крови, рядом за него ритмично "дышит" аппарат искусственного дыхания, на осциллографе мечутся показателей гемодинамики и бежит извилистая кривая электрокардиограммы. Все это Алла не раз видела, когда лежала в больнице.

Все пациенты в коматозном состоянии почти на одно лицо. Олег говорил ей, что оно называется Facies hyppocratica - гиппократово лицо. Это означает - предсмертное лицо, агония...

Наконец мобильник запиликал. Но, к сожалению, это был не Олег.

- Ал, как Сергей? - первым делом спросила Тамара.

- Плохо, - вздохнула Алла. - В коме, на аппаратном дыхании, да ещё пневмония, температура почти сорок, хотя ему льют мощные антибиотики и всевозможные лекарства.

"Самаритянка" промолчала. А что тут сказать? Слова: "Он крепкий, выкарабкается", - пустой звук.

- Мы с Олесей кое-что выяснили, - после паузы сообщила она, полагая, что только делом можно отвлечь верную боевую подругу от горестных мыслей. И не ошиблась.

- Выкладывай, - уже более оживленным голосом велела Алла.

Тома рассказала все, что они с Олесей узнали. Верная боевая подруга внимательно слушала, потом спросила:

- Девки, вы что, на ночь глядя потащились в "Алдонино"?

- Хотелось начать расследование побыстрее. Видишь, уже есть задания для других наших девочек.

- Молодцы, конечно, но все же впредь так не рискуйте. Надеюсь, вы скатались туда на "волжанке"?

- Так ведь ею пользуется Матвей.

- Я дала машину "Самаритянину", а не Моте! - возмутилась Алла.

- А Матвей теперь не оставляет её возле офиса, ездит на ней домой.

- Твою мать! - в сердцах вскричала верная боевая подруга и, спохватившись, добавила: - Извини, Томик, я, понятное дело, не твою маму имела в виду.

- У меня, как ты обычно говоришь, тоже уже не хватает слов цензурных.

В течение ночи Алла трижды звонила Олегу, но ничего утешительного не услышала - Сергей в коме, температура высокая, двусторонняя пневмония. Хотя Олег уговаривал её поспать, пообещав позвонить, если состояние пациента хотя бы немного улучшится, но она так и не сомкнула глаз. Лежала, глядя в пустоту, и размышляла.

Утром, едва хозяйка пошевелилась, Перс тут же открыл глаза и сладко потянулся. Деми, зарывшись с головой в одеяло, продолжала спать. Алла тихонько поднялась, чтобы не потревожить малышку, сэр Персиваль тут же соскочил на пол, и Деми тоже проснулась. Сладко зевнула, продемонстрировав хозяйке розовую пасть с крошечным розовым язычком, и попыталась спрыгнуть с кровати, но кувыркнулась через голову и шлепнулась на спину. Однако перенесла неудачное падение стоически, без визга, немного подрыгала в воздухе лапами, перевернулась и встала на все четыре конечности.

Перс дожидался их у двери спальни, всем своим видом говоря: "Ну что вы так долго возитесь! Одно слово - женщины..."

Когда хозяйка направилась к двери, он тут же пошел вперед, задрав свой роскошный хвост, Деми топала за ним, замыкала шествие Алла. По пути собачка напустила лужу, хозяйка перешагнула через неё и наконец вся троица собралась на кухне. Алла положила консервы для щенят в две миски, насыпала сухого щенячьего корма тоже в две кормушки. И кот, и собачка вначале обнюхали все четыре плошки, потом Деми оставила свое внимание на желе, а Перс из солидарности стал есть из той же миски, что и подружка.

Алла чувствовала себя разбитой, но держалась - расслабляться нельзя, ей будут постоянно звонить с новостями.

Позавтракав, Перс с Деми отправились играть, а Алла пошла в ванную. Закончив с утренним туалетом, она выпила лишь чашку крепкого кофе, хотя обычно плотно завтракала. Но сейчас есть совершенно не хотелось.

Прикурив сигарету, верная боевая подруга позвонила Олегу, но его мобильник не отвечал. Обычно он не брал его с собой ни в операционную, ни в реанимацию, ни на обход.

Чтобы немного развеяться, она решила посмотреть, чем заняты её питомцы. Те развлекались вовсю. Перс забрался в кресло, а Деми подпрыгивала на полу на задних лапках, пытаясь залезть туда же. Коварный кот некоторое время наблюдал за её безуспешными стараниями, а потом шлепал лапкой со спрятанными когтями по мордочке. Деми повизгивала, но упорно пыталась допрыгнуть до дружка. Алла решила помочь ей и поддержала под попу. Та шустро вскарабкалась в кресло, но хитрый кот перепрыгнул на спинку и оттуда взирал на подружку с чувством собственного превосходства.

- Ладно, животные, играйте сами, - сказала Алла, усаживаясь в другое кресло.

Спустя некоторое время Персу надоело сидеть в позе сфинкса, и он спикировал прямо на кроху пуделиху, накрыв её своим телом. Та от неожиданности заверещала тонким фальцетом, а хозяйка рассмеялась.

Кот с собачкой продолжали возню и, наблюдая за их игрой, Алла немного приободрилась.

В восемь утра явился верный оруженосец. Он тоже выглядел помятым и невыспавшимся.

Сегодня Перс решил продемонстрировать, что имеет на него приоритетное право, и по привычке запрыгнул ему на руки.

Деми стояла у ног Толика, задрав очаровательную серую мордочку, и смотрела на него с немым вопросом в глазах: "А я?" Чтобы её не обижать, Санчо Панса подхватил пуделиху другой рукой и направился в гостиную, чем-то немного напоминая отца младенцев-близнецов.

- Что - тоже всю ночь не спал? - спросила Алла, когда верный оруженосец сел в кресло и пристроил Перса на одном колене, а Деми - на другом.

- Купченке мозги вправил, - сообщил он.

- Жить будет? - поинтересовалась она.

- Будет, но плохо, - ответил Санчо Панса одной из её излюбленных фраз.

- Ноги ему, на хрен, выдернул? - Теперь уже Алла использовала любимую фразу своего верного оруженосца.

- Не, помял малость и в свиное дерьмо башкой засунул. Он, гад, там свиней разводит, - пояснил он.

- А потом этими руками перевязки и операции делает...

- Ну. Ты прям в точку попала - ему только поросят разводить. Он их разводит, а после продает. Деловой!

- Да уж... - брезгливо скривилась верная боевая подруга. - Каков поп, таков и приход. Главврач у них полное дерьмо, и подчиненные ничем не лучше.

- Я тама с разными людями поговорил. Они грят, Купченку из другой больницы турнули - он вовсе безрукий, операции делать не умеет, чуть не зарезал двоих. А этот главврач его взял - Купченко его свиней в своем сарае держит, ведрами из больницы объедки таскает да хлеб буханками. Главврачу вроде как западло со свиньями возиться, к нему разное начальство приезжает. Они рядом живут, через забор. На поросятах да свинине Купченко себе дом отстроил, а московскую хату сдает.

- Кстати, я тогда подумала, что больничные средства главврач наверняка разворовывает. На его зарплату так богато дом не отделаешь, да и хозяйственные постройки весьма солидные.

- Дак он и не врач вовсе.

- Как это - главврач и не врач?

- Раньше, грят, тараканов да мышей выводил, а после сидел где-то с бумажками.

- Санитарный врач, что ли?

- Пес его разберет, но людей лечить не умеет.

- Прокачусь при случае в их вышестоящую организацию да тряхану хорошенько эту шарагу. Что за бардак они развели!

- Дак он, грят, поросят молочных и свинину начальникам возит, они и не суются.

- Значит, обращусь в ещё более вышестоящую организацию. Как же там больных лечат?

- Местные в ту больницу не ложатся, в Москву ездют. Только старичье, да у кого вовсе денег нет, в ихней больнице лежат.

- Да ведь старикам и неимущим тоже нужно человеческое обращение, уход, медикаменты!

- Воруют они все, - убежденно произнес Толик. - У них тама аптека рядом, туда сливают все лекарства.

- Ничего себе! - ахнула Алла. - Я и не предполагала, что медики могут творить такой беспредел!

- Дак какие они медики! Путевых врачей тама нет. Пьянь одна. Везде повыгоняли, туда пристроилися. А этому главврачу до фени, лишь бы не возникали.

- А разве от больных жалоб не поступало?

- Жаловались, грят, дак ведь у этого, который тараканов выводил, все схвачено.

- Непременно займусь этим делом и наведу там порядок.

- Я у него тоже пошуровал - теплицы порушил, забор везде сломал да свиней Купченковых выпустил. Они все грядки перетоптали, а после разбежалися. Я тоже там все потоптал да поломал. Бардак устроил - будь здоров! Вовек запомнит, гад.

- Тебя кто-нибудь видел? - встревожилась боевая подруга.

- А пускай! - беспечно махнул рукой Санчо Панса.

- Неужели рачительный хозяин не выскочил, когда ты рушил его имущество?

- А я дверь в дом ломом подпер. Главврач в окно высунулся, дак я ему сказал, что щас без башки останется, он и уполз. А уж Купченко как выл да хрюкал - почище борова! Ему я тама тоже набардачил - будь спок! Свинарник его чертов разнес да и ваще все переломал, чё под руку попало.

- Да, славненько ты их проучил, мой храбрый оруженосец. Жлобу материальный урон хуже ножа под сердце. Кстати, "кедр" ты свой больше не увидишь, он в ментовке.

- Дак пускай, чё я, пушку не найду, что ль!

Алла пересказала ему информацию, добытую "самаритянками".

- Чё ж девки мне не сказали? Я б их отвез.

Толик относился к "самаритянам", мягко говоря, без симпатии - ему не нравилось, что те постоянно припутывают его обожаемую начальницу к своим делам. На его взгляд, раз они считают себя сыщицами, пусть сами работают, а не дергают Аллу. Но в данном случае, чувствуя себя виноватым за то, что дал оружие Сергею, он был готов к сотрудничеству, лишь бы побыстрее провели расследование.

- А ты знал, что Мотя единолично пользуется "волжанкой"?

- А то!

- Почему ж мне не сообщил?

- Дак ты ругаться начнешь.

- Ну ладно, я поговорю с Мотей. Не дело это девкам на задание без колес мотаться.

- А чё Серега?

- Пока без перемен.

- Пойду погуляю с Демкой, - вызвался верный оруженосец, вставая.

- Я с ней уже гуляла.

- Пускай ещё побегает на травке.

- Поосторожнее, если на пустыре появится собачник с большой психой.

- Дак сам знаю! - отмахнулся он.

- Мы ответственны за тех, кого приручили, - словами Сент-Экзюпери ещё раз напутствовала его верная боевая подруга.

Только Алла собралась позвонить Тамаре, та сама тут как тут.

- Ал, вчера я устала и выскочило из головы то, что мы с Олесей обсуждали по пути в "Алдонино". Дело в том, что Ладо может скрываться у Марины Градовой.

"Самаритянка" вкратце изложила их с Олесей диалог и оповестила:

- У дома Марины дежурит Лена, но она пока не звонила. Видимо, ничего существенного не выяснила.

- Дай ей в подмогу ещё нескольких девиц. Окна Марининой квартиры, вполне возможно, выходят на разные стороны дома. Кроме того, пусть "самаритянки" аккуратно расспросят соседей, когда Марина уйдет на работу. Но предупреди, чтобы во дворе не светились - Ладо может наблюдать за входом в подъезд, спрятавшись за шторой, и узнает наших девок.

- Кого послать на это задание?

- Посоветуйся с Мотей. Вы лучше знаете свои кадры.

Тома промолчала - с Матвеем она уже давно ничего не обсуждала.

Когда-то верная боевая подруга полагала, что "самаритянки" будут собирать фактуру, а он займется анализом полученной информации. На данный момент Матвей Лопаткин числится главой "Самаритянина", однако организует расследование занимается и аналитической работой преимущественно Алла, а доводит дело до ума она, Тамара. А Матвей - типичный Фунт. Но нужен ли их фирме Фунт?..

- Слышь, Алка, я тама обратно эту бабу с кобелями встретил, - сообщил Санчо Панса, вернувшись с прогулки.

- Какую бабу с кобелями? - переспросила верная боевая подруга, не сообразив, что он имеет в виду собак, а не мужчин.

- Ну, вчерась она к тебе подвалила.

- А, Лида. Ну и что?

- Ничё, привет те передавала, на чай приглашала. Меня тоже, похвастался он.

- Толян, а тебе не кажется подозрительным, что она очень уж набивается в друзья?

- Не, а чё? Баба, вроде, путевая.

Верный оруженосец, как и его боевая подруга, неплохо разбирался в людях, благо опыт общения с представителями самых разных социальных уровней у него немалый.

- Да мне тоже показалось, что Лида приличная дама.

- А муж у ней гад первостатейный.

- Откуда ты знаешь?

- По роже видать.

- Ты такой классный физиономист? - поддела Алла.

- Чё? - не понял незнакомого слова Санчо Панса.

- Суть людей определяешь по их физиономии, - пояснила она.

- Ну, - подтвердил верный оруженосец. - У него контора была в твоем районе, мы с корешем к нему ходили.

Алла поняла, что он имеет в виду сбор дани вместе с Серегой Киреевым, своим другом детства, в бытность, когда оба трудились в качестве рэкетиров. Офис её фирмы "Прима" поначалу располагался в сфере влияния Толика с Серегой Киреевым, и она тоже выплачивала оброк, как и все коммерсанты, а потом Слава Миронов освободил свою боевую подругу от подати и даже с лихвой компенсировал ранее выплаченное, - умела Алла найти подход к людям, даже к главарям организованной группировки.

- Как зовут Лидиного мужа?

- Пашка.

- Ну и как он тебе?

- Сволочь, - кратко охарактризовал супруга соседки Санчо Панса, и это говорило о многом - ни с того, ни сего он не станет возводить поклеп на человека.

- Какие у тебя факты?

- Пашка нам с корешем бабки предлагал, чтоб замочить одного мужика.

- Ну и?..

- Я по башке ему дал. Дак он все одно нашел отморозка. Мочканули того мужика. Командир потом разбирался.

Командиром Толик по старой памяти именовал Славу Миронова, в команде которого состоял семь лет.

- Н-да... - задумалась она. - Семейка не внушает мне доверия. Пожалуй, не стану я пить чай с супругой организатора заказняка.

- Дак она-то ни при чем. Они ваще с ним уже не живут.

- А ты откуда знаешь?

- Видал его во дворе. Сказал, что ваще башку оторву, если чё, а Пашка грит, что тута редко бывает, у него другая хата есть.

- А ты почему на него наехал?

- Дак он Лидку хотел заказать. У ней на пару с братом фирма, а этот жлоб Пашка хотел все себе загрести.

- Ты от Мирона это знаешь?

- Ага. Командир, када разбирался, узнал, что Пашка нанял отморозков мочкануть Лидку и брата её. Ну и послал наших ребят вправить Пашке мозги, мы с корешом тоже там были. Дали ему по балде, чтоб не залупался.

- Выходит, Лида и её брат остались живы благодаря тебе?

- Да не я, а командир все сделал путем.

- А ей это известно?

- Ну. - В лексиконе Толика это означало согласие. - Командир с ней говорил.

- Так может быть, сейчас её жизни опять угрожает опасность, если алчный супруг стал возле неё крутиться?

- Этот гад кого хошь закажет, если бабки светят.

- Тогда нам нужно вмешаться. Не позволю причинить зло хорошему человеку.

- Теперь Пашка бздит их трогать. Командир, если чё, с ним чикаться боле не станет.

Беседу Аллы с верным оруженосцем прервало пиликанье мобильника.

- Ал, привет, это опять я, - услышала она в трубке голос Тамары. Таисия только что приехала в наш офис. Вчера Марина Градова купила бутылку водки, приличный кусок парной вырезки, много деликатесов, явно под закуску, соленья-маринады и прочее.

- Попался, мерзавец, - обрадовалась верная боевая подруга. - Значит, Ладо точно засел у Маринки, и она решила попотчевать его вкусненьким. Даже водочки прикупила, ханжа недотраханная.

- Что будем делать?

- Давай-ка станем спешить медленно. Пусть девицы ещё немного попасут её квартиру и потрясут соседей. А когда мы точно удостоверимся, что Ладо там, захлопнем мышеловку.

- А потом?

- Суп с котом, точнее, с мышом, оказавшимся в мышеловке. Возьмем Ладо тепленьким и вытрясем всю его поганую душонку.

- Как же мы его возьмем? Мы же женщины. А он Сергея подстрелил, значит опасен.

- Неужели ты боишься эту мразь, Томик?

- Да я плохо себе представляю, как действовать. Владимир может просто-напросто не открыть нам дверь. А даже если и откроет, что делать? Ввалиться всей толпой с криком: "Руки вверх!"? Так он раскидает наших девиц и смоется. Скрутить-то мы его не сумеем, приемам восточных единоборств не обучены.

- Не боись, Томик, на завершающем этапе вступлю в игру я, толпы "самаритянок" не понадобится.

- Да куда ты с раненой рукой!

- Я этого мерзавца и с обеими ранеными руками одолею.

Верный оруженосец теперь не спускал с рук пуделиху. Как только он шевелился, намереваясь встать с кресла, она сразу просыпалась и весело таращилась своими блестящими глазенками, но стоило ему сесть, Деми опять засыпала у него на коленях.

- Отпусти её, - попросила Алла. - Вон Перс уже ревнует, ходит кругами и поглядывает на нее.

- Пускай поспит, она ж маленькая. Дети много спят.

На самом деле Толику просто нравилось держать на коленях теплый пушистый комочек. Стоило её погладить, и Деми тут же благодарно лизала руку ласкающего, а тот тихо млел.

Суровый Санчо Панса, ранее не склонный к нежностям, с момента появления в его жизни котенка стал совсем другим. К Персу он тоже относился с трогательной любовью, но теперь тот подрос, и вся нерастраченная нежность верного оруженосца обрушилась на крошечную пуделиху. Стоило Алле отвернуться, он подносил её к лицу и целовал во влажный черный нос, а Деми тут же высовывала розовый язычок и облизывала его лицо. Так они непрестанно целовались-миловались, и Толику это очень нравилось. Он даже воздерживался от курения, считая, что малышке вредно вдыхать табачный дым, да к тому же, от него будет неприятно пахнуть, и ей это придется не по вкусу.

Чтобы Персу было не обидно, Алла взяла его к себе. Он и раньше много времени проводил у неё на коленях или на сгибе её здоровой руки, хотя теперь стал тяжеловат, и хозяйка пересаживала его на плечо. Персу в принципе было все равно, с кем из хозяев быть в близком контакте, и он без каких либо негативных эмоций свернулся клубком и тут же уснул.

Трель телефона не разбудила ни одного из питомцев, но когда Алла потянулась за трубкой, сэр Персиваль проснулся, вопросительно посмотрел на нее, удостоверился, что хозяйка не намерена вставать, сменил позу и снова задремал.

- Звонила Лена, - сообщила Тамара. - Вчера она допоздна следила за квартирой Марины, но кроме силуэта самой хозяйки, никаких других не мелькало. Сегодня с утра Лена снова заступила на пост. Десять минут назад Марина вышла из подъезда, села в свою машину и уехала, видимо, на работу. Мы с Катей и Олей тоже здесь. Кстати, шторы на окнах плотно задернуты.

- Видимо, днем Ладо разгуливает по квартире и не хочет, чтобы его заметили с улицы.

- Мы с девочками посоветовались и решили, что четверых "самаритянок" может оказаться мало. Ты не возражаешь, если я возьму ещё парочку?

- Мать, глава "Самаритянина" - Мотя. Согласуй этот вопрос с ним.

- Ой, Ал, он сейчас будет полчаса долдонить. Я ведь даже не поставила его в известность, что мы следим за квартирой Марины Градовой.

- Так поставь! Томик, ну, что ты, как маленькая! Не так Мотя страшен, как сам себя малюет.

- Да не хочется зря время терять. Я говорю по мобильному.

- А-а, экономишь! Молодец! Я тоже люблю экономить на спичках. Тогда обрисуй ему ситуацию в двух словах и скажи, что тебе нужна ещё пара "самаритянок".

- Матвей начнет подробно выяснять - зачем да почему, и с какой стати я взяла на себя руководящие функции.

- Что - уже так далеко зашло? Неужели Мотька боится выпустить бразды правления из рук?

- Еще как боится!

- Перетопчется Мотя. Оповести его, что шестеро "самаритянок" перекинуты на новое задание, вот и все. В детали не вникай.

- Он не отстанет. Приставучий, как банный лист.

- Старуха, за то время, пока ты препираешься со мной, ты бы уже давно все разъяснила Моте. Конечно, я могу сейчас ему позвонить и велеть все, что нужно. Но не хочу этого делать, понимаешь? Такие мелкие вопросы вы должны утрясать сами. Не буду же каждый раз буфером между вами.

- Ну, ладно, - сникла Тома и дала отбой.

Сделав глубокий вдох и выдох, она позвонила в офис "Самаритянина". На её счастье, Матвей ещё не появился на работе - ощущая себя начальником, он позволял себе прийти позже всех. Ответила Татьяна.

Посвятив её в детали, Тамара попросила:

- Танюш, посиди сегодня на телефоне.

- Томусь, Мотька разорется.

- Да плевать на Матвея! Надоело уже под него подстраиваться.

- Ты рассказала Алле?

- Пока нет, но как-нибудь расскажу. Мое терпение уже иссякло.

"Самаритянки" быстро утрясли все вопросы, радуясь, что не придется препираться с зиц-председателем, как за глаза все именовали своего номинального руководителя.

Алла каждые четверть часа набирала номер мобильника Олега, но он не отвечал.

- Давай заглянем к Лиде, - предложила она верному оруженосцу. Надоело сидеть без дела. Она говорила, что болеет, значит, скорее всего, сейчас дома.

- Дак ты ж на телефоне!

- Мне позвонят на сотовый. Если сведения будут конфиденциальными, я выйду в другую комнату, вот и все.

- Лады, - согласился он и, бережно подхватив крошку Деми, первым направился к двери.

У двери Лидиной квартиры Алла спохватилась:

- Черт, надо было предварительно позвонить. Вдруг мы не вовремя?

- Ничё, - обнадежил верный оруженосец, не любитель лишних церемоний.

Она нажала кнопку звонка. Хозяйка сразу открыла и заулыбалась:

- Очень рада. Проходите, пожалуйста.

Квартира была в точь-точь как Аллина. "Гребанный сарай", - так именовала свои апартаменты верная боевая подруга.

В прихожую вышли оба кобеля. Трезор был несказанно рад подружке и, подняв морду, заскулил, прося Толика отпустить её. Даже Макс на сей раз был более общителен - подошел, дружелюбно повиливая пышным хвостом, и обнюхал малышку. Та была отнюдь не прочь обзавестись ещё одним кавалером и тоже вовсю вертела хвостиком и даже пухлой попкой.

- А можно познакомиться с их матерью? - спросила Алла.

- Конечно.

Хозяйка провела их в дальнюю комнату - в Аллиной квартире она считалась гостевой спальней, хотя у неё редко оставались ночевать, - там на широкой подстилке лежала борзая. Увидев гостей, она подняла голову и заколотила хвостом по полу. Верная боевая подруга подошла поближе и присела рядом.

- Привет, Агнесса, - поздоровалась она и погладила её по голове. Собака лизнула её руку и благодарно посмотрела в глаза. - Ты хорошая, ласково произнесла гостья. Слово "хорошая" известно любой псине, а даже если и нет, важны интонации.

Борзая улыбнулась ей - иначе невозможно было расценить её мимику: губы чуть развинулись, обнажив голые, без зубов, десны, в глазах была признательность, хвост доброжелательно стучал по полу.

- Она совсем не может вставать? - обернулась Алла к хозяйке.

- Только с чужой помощью. Агнесса очень ослабела, лапы не слушаются и разъезжаются по полу.

- Как же вы выносите её на улицу?

- Так и выношу.

- Она ж тяжелая.

- Своя ноша не тянет.

- Давай я отнесу, - вызвался Толик.

- С вами Агнесса не пойдет. Стесняется своей немощи.

- Надо же... - покачала головой Алла. - Чисто человеческие эмоции. Старый человек ведь тоже не каждого к себе подпустит.

- Да собаки почти как люди. Нужно лишь постараться понять их.

- Наверное, псы тоже чувстуют близкую смерть...

- Конечно.

- Я бы тоже не смогла усыпить свою собаку. Это же предательство. Все равно это убийство, даже если животное уже беспомощно.

- Агнесса знает, что я никогда этого не сделаю. Даже не могу себе представить, что повезла бы её в клинику, а она при этом сознавала, что я её приговорила.

- Тяжелая тема, - вздохнула Алла, ещё раз погладив борзую и потрепав её по холке. - Завести животное легко, но это такая ответственность... Разумеется, для человека, который это сознает. А уж расставаться с псом, который стал членом семьи... - Она выпрямилась, глядя на старую собаку и подбодрила ее: - Ты молодец, не утратила человеческих качеств даже в преклонном возрасте, чего не скажешь о многих людях.

От похвалы престарелая псина ещё сильнее заколотила хвостом по полу и приподняла правую лапу.

- Это она дает вам лапу, - пояснила хозяйка. - Раньше Агнесса многое умела, прошла специальную выучку.

Алла снова присела на корточки и пожала собачью лапу.

- Ну будь здорова, Агнесса, - попрощалась она.

Гости прошли в гостиную и сели вокруг низкого стола. Хозяйка отправилась на кухню готовить кофе и чай, а Алла огляделась.

Все три псины крутились тут же. Деми заигрывала с обоими кавалерами, кокетливо тявкала, наскакивала, прикусывала их за щиколотки, а те стоически терпели.

Опять затренькал Аллин мобильник. Лида все ещё возилась на кухне, и верная боевая подруга ответила своим привычным:

- Я!

- Ал, девочки уже кое-что выяснили, - оповестила Тамара. - Наше предположение оказалось верным.

- Ладо там?

- Пока неизвестно. Но удалось узнать, что он прикатывал к Марине вечерами на своих "Жигулях", оставался допоздна, потом уезжал. Видимо, по какой-то причине Владимир предпочитал ночевать в загородном доме.

- Наверное, ему мало радости проводить ночь в постели с этой селедкой. У неё же мослы торчат как у голодающей Поволжья! Да к тому же, сексуально голодная - затрахает до смерти, а у Ладо и в юности плохо стояло.

- Зачем же он её навещал?

- Выясним. Чую - уже недолго осталось, скоро мы получим ответы на все вопросы. Кстати, у него могут быть с ней какие-то дела. Раз она так по нему млеет, что старается угодить водочкой с разносолами, то он может использовать её в своих целях.

- Странно - зачем ему мотаться за город, рискуя быть узнанным? Сидел бы у нее.

- Значит, этому подонку что-то было нужно на даче. Кстати, причина поздних отъездов Ладо может быть связана с опасением, что при свете бела дня его кто-то увидит и узнает. Потому он и не оставался у неё ночевать чтобы утром его не разглядели.

- Сколько "самаритянок" понадобится на дело Сергея-Ладо, как думаешь? Мы же ведем ещё два заказа, по ним работают семеро наших девочек. Может быть, снять их с тех заданий и перебросить на это?

- Опять же согласуй этот вопрос со своим непосредственным начальником. А если тебя интересует мое мнение, то привлеки столько девиц, сколько нужно.

- Да что ты все на Матвея киваешь! - не выдержала Тамара.

- Томик, ты же Мотина правая рука. Обсуди с ним степень важности взятых вами заказов, можно ли с этим повременить или время не терпит - это же ваш кусок хлеба, между прочим, - и сами решите, оставить ли "самаритянок" на прежнем задании или привлечь к нашему делу.

- Матвей ни одного вопроса решить не в состоянии. Зиц-председатель, и этим все сказано.

- Не стоит так демонстративно отставать его в сторону. Он обидится. К тому же, ты Мотьку явно недооцениваешь. Мозги у него свежие, аналитик из него неплохой.

- Да какой из него аналитик! - фыркнула "самаритянка". - Сидит в кабинете, попыхивает сигареткой и язвит. А девчонки бегают, информацию добывают.

- Но он же руководитель, его дело анализировать полученные данные.

- Да не он, а ты все факты анализируешь! Матвей своими замечаниями и вечной пикировкой только тормозит дело.

- Зря ты так, Томик, - попыталась урезонить её верная боевая подруга. - Мне Мотьку, честно говоря, жалко. Живет один, как сыч, некому его ни пригреть, ни обласкать, ни обматерить.

- Так чего же он до тридцати шести лет не женился!

- Не смог найти себе пару. Ему подавай интеллектуалку, да к тому же, красавицу. И чтобы, при прочих достоинствах, была бессребреницей и мирилась с тем, что он не умеет зарабатывать.

- Потому Матвей и не женился, что у него высокие запросы. Умерил бы свои амбиции, и невеста бы нашлась. Чем он может осчастливить красивую и умную женщину? Тем, что будет ехидничать в её адрес? А больше Матвей ничего не умеет.

- Да, бабам не нравится, когда вместо комплиментов мужик сыплет колкостями, - согласилась Алла. - Нет у Мотьки навыков деликатного обращения с чувствительным прекрасным полом. Хоть он и говорит, будто влюблен в меня ещё с первого курса, но это просто отговорки.

- Остальных женщин Матвей по тебе меряет.

- Не в этом дело, подружка. Сама посуди - разве нормальный мужик способен восемнадцать лет сохнуть по одной бабе! Ну, млеть-то он может, если нашел свой идеал, но между делом мог бы пару раз жениться, чтобы набраться опыта и время быстрее бежало, пока пассия наконец оценит верность своего воздыхателя. А Моте жениться нечем, у него женилки нет. Я считаю, что если мужик до тридцати лет не женат, то у него проблемы либо с головой, либо ниже пояса. С мозгами у нашего Моти порядок, а вот насчет его постельных способностей - сильно сомневаюсь. По-моему, именно в этом-то и состоит его проблема. А когда сперма застаивается и не имеет выхода, то бросается в голову. Оттого Мотька и мается дурью. Кстати, поговорю-ка я насчет него с нашим психиатром, Лидия Петровна обязательно что-то дельное присоветует. Пропадет ведь мужик.

- Честно тебе скажу, Ал, он меня уже достал. - Тамара решила, что раз уж данная тема затронута, нужно высказаться до конца - накипело. - Мне часто приходится сидеть с ним в офисе, пока "самаритянки" в разгоне. Меня уже тошнит от того, что Матвей изображает из себя начальника. Всего девять месяцев сидит в этом кресле, а уже ощущает себя шишкой.

- Ну, прости ему этот маленький грех, Томик, - успокаивающим тоном произнесла верная боевая подруга. - Да, наш Мотя тщеславен, потому что ещё не реализовал себя. Но ведь ему самому очень нравится работать в "Самаритянине". Помнишь, он сказал, что за всю его жизнь это были самые счастливые и насыщенные событиями месяцы?

- Так-то оно так, но не стоит держать Матвея в этом кресле всего лишь ради удовлетворения его тщеславия.

- Ты хочешь совершить переворот? - подначила Алла.

- Я вовсе не стремлюсь на его место. Мне теперь неинтересно сидеть в офисе. Сыщицкая деятельность привлекает меня гораздо больше.

- Вот видишь! Нашим "самаритянкам" тоже по душе работа частных детективш. А Моте нравится сидеть в кресле и рассуждать. Так что все при деле.

- Ну, ладно, - сдалась Тома. - Но если он опять будет изображать из себя начальника, я не буду больше сдерживаться.

- Что ж, конструктивная критика ещё никому не вредила. Глядишь, и Моте пойдет на пользу.

- Сомневаюсь я, Ал. Ты уже не раз насмешничала над этими тенденциями, а Матвей и в ус не дует.

- И ты насмешничай, - посоветовала верная боевая подруга. Язвительные подколки на людей Мотиного типа действуют лучше всего.

- Я ведь не умею хохмить, как ты. Если уж скажу - так всю правду в глаза.

- А вот это ты зря, Томик, - укоризненным тоном произнесла Алла. Правда, высказанная в ироничной манере, не так обидна и не вызывает бурного протеста, потому что человек не может позволить себе обижаться на шутку, боясь обвинения в отсутствии чувства юмора. Но что-то я не заметила, чтобы Мотя слишком уж злоупотреблял своим начальственным положением.

- Потому что в твоем присутствии он шелковый. А когда тебя в офисе нет, Матвей командует так, будто имеет на это полное право. Не одна я так думаю, все "самаритянки" возмущаются. Мы же сокурсники, какая может быть субординация! Тем более, все знают, что фирму создала ты, финансируешь большинство расследований тоже ты, решаешь все вопросы ты, фактуру анализируешь тоже ты. Так какого черта Матвей строит из себя шишку?!

- Та-ак, похоже, бунт на корабле... Томик, меня очень огорчает такая ситуация. Ваша контора существует всего-ничего, а вы уже готовы перессориться. Сама ведь знаешь, для чего создан "Самаритянин". А если в итоге вы через энное количество времени разбодаетесь и разбежитесь, получится, что фирма принесла больше вреда, нежели пользы.

- Да мы и без Матвея не пропадем, - уверенно заявила Тамара. - Наши девочки очень дружные, между нами ни разу не возникало трений, всем очень интересно работать, и никто не собирается уходить. Разброд вносит только Мотя. Ты бы слышала, как он начальственным тоном вызывает нас по одной в кабинет и требует отчитаться за проделанную работу. Мы же знаем, что потом придешь ты, и придется все пересказывать снова. А Матвей держит "самаритянок" в кабинете по часу, по два, критикует их работу, язвит, ехидничает. А когда приходишь ты, он - молчок, будто не распекал кого-то час назад. Кто дал ему право так себя вести?!

- Не ожидала подобного от Моти, тем более, в отношении сокурсниц. Недаром говорят, что старые холостяки становятся желчными, особенно в отношении прекрасного пола. Может, нам его женить, а, Томик?

- Тебе бы все шутить, Ал.

- А я не шучу. Я и в самом деле хочу помочь Моте устроить личную жизнь.

- Да кому он нужен! - презрительно фыркнула Тамара. - Одни амбиции, а ткни - труха.

- Между прочим, некоторые бабы млеют от таких коноебистых мужиков. Чем больше тот выкобенивается, тем более умным она его считает.

- Да ведь он-то о себе очень высокого мнения! Ему дуру не надо. Матвею подавай умную.

- Найдем ему вумную как вутка.

- Бесполезно, Ал. Он ведь и "самаритянок" за дур считает. На прошлой неделе своими ехидными замечаниями довел Машу до слез. Она крепилась-крепилась, пока он язвил, но не выдержала и расплакалась. А Матвей ещё больше распалился, мол, вы, женщины, горазды только рыдать да истерики закатывать, а работнички из вас аховые. Будто он великий детектив, а мы ничто. Между прочим, именно ты его так захвалила, называя отечественным Ниро Вульфом. Хоть ты и говорила это с иронией, а Мотя возомнил о себе невесть что, шишка на ровном месте! Ты бы слышала, как язвительно он комментирует и наши действия, и наши интеллектуальные способности!

- Да неужели! - возмутилась верная боевая подруга. - Вот говнюк! Никогда бы не подумала. Вроде, был хороший парень, хохмач и весельчак. Жизнь его так озлобила, что ли...

- Да у кого сейчас легкая жизнь?! Всем трудно, однако мы не подкусываем друг друга, не срываем зло на окружающих.

- А Мотя и в самом деле позволяет себе оскорбительные реплики в ваш адрес?

- Еще какие! Все "самаритяне" начинали примерно одинаково, все ошибаемся, все учимся. Да от него, между прочим, вообще никакой пользы. Он что - надсмотрщик за нами? Лучше уж по делу мы все расскажем тебе, ты сразу выхватываешь самую суть. А Матвей цепляется к ненужным мелочам: почему не выяснили то, почему не узнали это, почему упустили из виду пятое-десятое. И каждый раз всех нас тычет носом, будто он один умный и прозорливый, а мы дуры набитые. А в итоге оказывается, что эти мелочи, за которые он нас мордой об стол, вовсе не нужно было выяснять. Ни разу Мотя не дал дельного совета, одни общие слова. Сидит и с умным видом по часу разглагольствует. А мы теряем время, выслушивая его разглагольствования. И самое обидное ладно бы по делу, если бы в результате его какая-то гениальная идея озарила. А то - пустопорожняя болтовня. Как ты говоришь - язык об зубы стирает. Да и сама манера его общения оскорбительна.

- Не хотела я вмешиваться, Томик. Напрасно ты думаешь, что я создала карманную фирму для собственных нужд. Между прочим, я её не финансирую. Так уж получилось, что заказчицей несколько раз были я и мои хорошие знакомые. А в расследовании я принимаю участие потому, что это касается лично меня или моих друзей

- Да ладно, Ал. А то мы не знаем степень твоего участия в делах фирмы! Кто дал "Самаритянину" кредит? Не ты, разве? А помещение? А машину? А заказами кто обеспечивает? А кто выполняет за Мотю анализ фактуры, которую мы собираем?

- Это временно, Томик, пока вы окончательно не встанете на ноги. А потом мое вмешательство уже не понадобится. Сами будете зарабатывать и погасите кредит.

- Да где Мотя найдет заказчиков, если ты устранишься! Он же сидит в кресле и думает о высоких материях! У него ни связей, ни знакомых. А откуда возьмутся заказы без труда и знакомств!

- Да я ведь не собираюсь совсем вас бросать. Заказами всегда обеспечу. А помогаю, пока вы ещё не совсем освоились. Заказчики, кстати, дело наживное, они растут в геометрической прогрессии. Со временем от заказов отбоя не будет, кольями придется отбиваться, уж поверь мне.

- Хочется надеяться. Так что с Матвеем?

- А что - у тебя уже лопнуло терпение?

- И не только у меня. Просто другие "самаритянки" стесняются тебе об этом сказать, а говорят мне. Ведь я пришла в фирму первой, а потом пригласила их и чувствую за них ответственность. Работой они довольны, а Матвеем - нет.

- Что ж, видимо, придется сделать ему втык. Хотя, честно говоря, очень не хочется. Не те у нас отношения, чтобы мне устраивать ему разнос. Наорать, обматерить - запросто, а вот втыкать - не мой стиль взаимоотношений.

- Но ведь своим подчиненным ты наверняка делаешь выговор.

- Так ведь то подчиненные, а Мотька сокурсник. Да и не бывает так, чтобы мои ребята зарывались, все пашут до седьмого пота.

- Значит, ты не хочешь устранить Матвея?

- Устранить - категорически нет. А поговорить - поговорю.

- Почему ты не хочешь сказать ему, что он не подходит для этой работы? Ведь от него пользы, как от козла яиц!

- А ты хочешь, чтобы нас сочли феминистками? - отшутилась Алла, но Тамара поняла её буквально:

- Да нам-то какая разница! Пусть считают кем угодно. Мы же не феминистки.

- Нет, Томик, выгонять Мотю я не имею морального права, пойми. Я сорвала его с прежней работы, обнадежила и теперь скажу - пошел на хер! Так нельзя. Даже приблудную собаку нельзя выгонять на улицу, если ты её приласкал и обогрел. А человека и подавно. Мотя неплохой мужик. А что зарвался и язвит в ваш адрес - плюнь и разотри. А ещё лучше - парируй такими же язвительными репликами.

- Я так не умею.

- Ладно, тогда я сама. Хотя в аспекте субординации это не есть хорошо. Ведь я ему не начальник, мы на равных.

- Ну, ты сама найдешь верный тон, я в этом не сомневаюсь. Извини, что жалуюсь, получается, будто ябедничаю. Я бы и дальше молчала, но девочки возмущаются. А если Мотю не остановить, то он почувствует себя таким всесильным и безнаказанным, что потом его уже ничем не проймешь.

- Все поняла. Получит он за всю масть. Но и вы все же делайте скидку на то, что Мотя старый холостяк. Сама подумай - другой мужик придет домой и выплеснет свое раздражение на жену. А Мотя на кого? Вот он и отыгрывается на вас. Думаю, наш Мотька и сам понимает, что всего лишь номинально считается руководителем "Самаритянина", и подспудно ощущает свою неполноценность, вот и ехидничает, чтобы скрыть комплексы. А критикует, чтобы показать свою полезность.

- Да ведь это во вред делу, Ал! Он портит нам настроение, девчонки после его разносов расстраиваются и считают себя непригодными для этой работы. Позавчера Катя приехала радостная, что удалось многое узнать, а Матвей в пух и прах разнес все, что она добыла. К тому же, он заставляет нас приезжать пораньше, часа за два до твоего прихода, чтобы первому снять сливки и быть в курсе событий, обдумать все, а потом с умным видом вставлять реплики. А "самаритянки" за эти два часа могли бы получить много полезной информации, ведь днем многие свидетели на работе. А Матвей срывает сыщиц с дела, они стоят перед ним на ковре и выслушивают его критические замечания.

- Томик, я и не подозревала, что дело зашло так далеко. Вот теперь я разозлилась. На личностные качества я готова смотреть сквозь пальцы, если с этим человеком можно сработаться, но если из-за своих амбиций и комплекса неполноценности он вредит делу, то тут пощады не будет. С Мотей я серьезно поговорю.

- Спасибо, Ал. Если Матвей после этого будет вести себя нормально, мы и дальше будем с ним работать.

- Не удивляйся, если стены его кабинета будут дрожать от моего мата. Даже слабые доводы усиливаются, если использовать крепкие выражения.

Когда верная боевая подруга и её Санчо Панса открыли входную дверь, экономка вышла им навстречу. Увидев на руках Толика пушистый комочек, она нахмурилась.

- Зося Павловна, у нас прибавление, - опередила её хозяйка. - Вот, прошу любить и жаловать, карликовая пуделиха двух месяцев от роду по имени Деми Бонни Клайд Фиорентина, в просторечии Деми, Дема, Демка, Демимур.

- Опять грязь, - поморщилась экономка.

- Дема очень умненькая, - с подхалимскими интонациями произнесла Алла. - Мы уже дважды с ней гуляли, она все дела справляет на улице и скоро не будет пачкать в доме.

- Я уже две лужи обнаружила, - поджала губы Зося Павловна. - Грешила на Перса, однако это, видно, её проделки.

- Она же ещё маленькая... - продолжала подлизываться хозяйка.

- Да чё там лужу-то подтереть, - не вытерпел Санчо Панса, считавший, что раз за это платят, и хорошо платят, обязанность экономки бороться с грязью, а не выговаривать работодательнице.

- Я прибавлю вам жалованье, - пообещала Алла.

По мнению верного оруженосца, и прежнего было вполне достаточно. Экономка должна поддерживать чистоту в доме, сколько бы хозяева и их питомцы ни пачкали.

- Не в этом дело, - ответила Зося Павловна. - Не сегодня-завтра вас опять положат в больницу или вы уедете в другую страну долечиваться. Кто останется с животными?

- Я сам. - Толик одарил её хмурым взглядом исподлобья, решив, что она просто набивает себе цену, чтобы выцыганить у хозяйки побольше денег. Он и раньше недолюбливал экономку, а теперь почти возненавидел.

- Ну ладно. - Зося Павловна ушла на кухню, а хозяева питомцев переглянулись.

- Чё она залупается? - возмутился Санчо Панса. - Ей какое дело! Хоть десять собак бери - имеешь право.

- Не сердись, мой верный оруженосец. Зося Павловна лишь с виду суровая, а на самом деле добрейшей души человек. Будь она другой, я бы никогда не взяла её в дом. До неё у меня было немало помощниц по хозяйству. Стервоз, нечестных или чересчур любопытных я сразу выгоняла.

Толик пожал плечами и двинулся в сторону гостиной, но Алла его остановила:

- Толян, давай заедем в Олегову больницу. Его мобильник не отвечает, и я не могу узнать новости. Где-то на дне души копошится мысль, что он отключил мобильник, боясь сообщить мне трагическую весть. Я хочу сама во всем удостовериться.

Вид знакомого здания вызвал у неё двойственные чувства. В молодости Алле не раз пришлось валяться на больничной койке, поэтому она ненавидела лечебницы, а специфический запах вызывал у неё отвращение. С этой больницей ассоциировались, по большей части, приятные воспоминания - все, что связано с Олегом и их романом в экстремальных условиях, - но перевязки, капельницы, инъекции...

Поднявшись в отделение, где провела два месяца, Алла направилась в ординаторскую, на ходу здороваясь с персоналом и отвечая на вопросы о своем самочувствии.

Олег, видимо, только что вернулся с операции. На нем был зеленый хирургический костюм, маска болталась под подбородком, шапочку он держал в руке, утирая ею потное лицо. На звук открытой двери любимый мужчина обернулся, но не удивился - так и думал, что Алла не вытерпит и приедет.

- Как он? - спросила любимая женщина, поздоровавшись с коллегами Олега.

- Пока не могу ответить определенно. После операции мы поместили Сергея в барокамеру.

- Вы все же решились его прооперировать?

- Пришлось, ведь оставались ещё две пули. В областной больнице его сразу взяли в операционную, не сделав рентгенографию. Повреждения обширные, а потому хирурги извлекли лишь одну пулю, а двух других не обнаружили.

- Суки! - вскричала Алла. Реакция других врачей, присутствовавших в ординаторской, её ничуть не волновала - они знали необузданный нрав бывшей пациентки.

Любимый мужчина оставил без комментариев непрофессионализм хирургов загородной больницы и продолжал уверенным тоном опытного врача:

- Мы предварительно подготовили Сергея к операции, перелили восемьсот граммов крови, внутривенно вливали мощные антибиотики, приостановили воспалительный процесс, сбили температуру, хрипов в легких стало поменьше, стабилизировались гемодинамические показатели. Собрали консилиум и решили рискнуть.

Алла поняла, почему Олег не позвонил ей перед операцией - как и многие хирурги, он немного суеверен. Любимый мужчина никогда заранее не делает самоуверенных заявлений, даже если не сомневается в благополучном исходе. А уже когда твердой уверенности нет...

- Ты сам его оперировал?

- Я и двое торакальных хирургов.

- Ему удалили легкое?

- Да.

- Видимо, это единственно возможный выход?

- Да.

- Спасибо за все, Олег.

Он промолчал. Хирург от Бога Олег Павлович Меркулов десятки тысяч раз слышал слова благодарности и всегда относился к ним сдержанно.

Алла запоздало спохватилась, что не стоило настойчиво расспрашивать его в присутствии коллег, тем самым ставя Олега в неловкое положение, - все знают об их "больничном романе" и о том, что сейчас они живут вместе, а любимая женщина проявляет повышенный интерес к другому мужчине...

"Черт, балда я, зачем накинулась на него в ординаторской... Надо было попросить выйти в коридор..."

- Тебе удалось уснуть? - спросил Олег как ни в чем ни бывало, и она мысленно восхитилась любимым мужчиной, в частности, его выдержкой.

Алла подошла поближе, обняла его и поцеловала, не смущаясь других врачей. Те, правда, делали вид, что очень заняты своими делами, с озабоченным видом разглядывали рентгеновские снимки и строчили в истории болезни.

- Ты настоящий мужик, Олег. Я люблю тебя.

- Я тебя тоже, - как всегда, ответил он.

- Раз уж ты здесь, давай-ка я проконсультируемся с Деминым. А то в другой раз тебя в больницу не затащишь.

- Не затащишь, - улыбнулась Алла.

Теперь, когда Олег прооперировал Сергея, у неё появилась уверенность, что тот выкарабкается. У её любимого мужчины золотые руки и интуиция талантливого врача. Раз он взялся оперировать, значит, верил в успех, и это гарантия оптимистического исхода.

Они перешли в другое крыло здания, где располагалось травматологическое отделение. Валерий Анатольевич Демин, завтравматологией, только что закончил обход и встретил их с улыбкой. Строптивую пациентку он хорошо знал ещё со времен, когда она лежала в этой больнице, и относился к ней с симпатией, а Олег Меркулов - его старинный друг.

Олег протянул ему папку с рентгеновскими снимками Аллиной руки, врачи поочередно устанавливали их на светящемся экране и заговорили на своем языке, из которого ей были понятны лишь отдельные слова. Наконец Валерий Анатольевич повернулся к коллеге и подвел итог:

- Диастаз большой, а образование костной мозоли замедлено. Прошло уже достаточно времени, я, признаться, ожидал иного. Алла молодая, цветущая женщина... Неужели сидите на диете? - обратился он к непослушной пациентке.

- Нет, я считаю, что хороших диет не бывает. На мой взгляд, голодание - это лишь перерыв в процессе обжорства. В еде я себе не отказываю, а вот насчет лекарств и режима, каюсь, манкировала.

Травматолог неодобрительно покачал головой и перевел взгляд на Олега, тот едва заметно пожал плечами.

- Но теперь я принимаю все лекарства, - попыталась оправдаться Алла.

- Теперь - это когда?

- Примерно месяц...

- Алла, вы же разумная женщина... - укорил её врач. - Неужели вы не понимаете, что все должно быть своевременно?

- Я думала - само срастется...

- А о ложном суставе вы слышали?

- Олег говорил...

- И что - вы хотите, чтобы ваша рука сгибалась не только в локте, но и в области плечевой кости?

- Зато смогу левой рукой ковырять в правом ухе, - неуклюже пошутила она, лишь потом запоздало спохватившись, что её привычное ерничанье неуместно.

Валерий Анатольевич оставил без комментариев её дурацкое высказывание и обратился к Олегу:

- Придется воспользоваться трансплантантом. Прошло уже шесть месяцев, ждать не имеет смысла.

- Опять операция? - запаниковала Алла.

Хирурги молча смотрели на нее, правда, ни один из них не демонстрировал ей своим видом, мол, сама виновата, нужно было выполнять врачебные предписания.

- Но это уже пятая операция в моей жизни, - простонала она. - А самое главное - пятый наркоз. Я не столько боюсь операции, сколько наркоза. Мои мозги не выдержат...

Ее голос был таким жалобным, лицо сморщилось, и оба врача невольно улыбнулась - такой они Аллу ещё не видели.

- Давай подождем ещё месяц, - предложил Олег коллеге. - На вживление трансплантанта это не повлияет, а надежда, что костная мозоль станет плотнее, все же есть.

- Диастаз... - напомнил Валерий Анатольевич.

- Ты же видел, что между двумя последними снимками есть прогресс.

- Ладно, подождем, - согласился травматолог и перевел взгляд на пациентку.

- Все поняла! - вскричала она. - Буду честно выполнять все назначения.

- Можно заменить ей повязку, - сказал Валерий Анатольевич, обращась к Олегу. - В гелевой Алла не может сгибать руку в локте, а если наложить мягкую повязку, объем движений увеличится, и трофические процессы пойдут быстрее.

- Рискованно, Валер...

- Сам понимаю, что рискованно... Рискнем? - повернулся он к пациентке.

- Риск - мой конек, - не преминула та выдать свою коронную фразу.

- Значит, оседлаем вашего конька, - кивнул травматолог. - Но имейте в виду, Алла, вам придется соблюдать максимальную осторожность. Одно неловкое движение, и слабая костная мозоль не выдержит.

- Сделаем комбинированную повязку, - предложил Олег. - От плеча гелевую, а ниже - мягкую.

- Пойдемте. - Валерий Анатольевич встал и взял Аллу под здоровую руку.

На сей раз она воздержалась от привычных препирательств, мол, осточертели хирургические манипуляции, сколько ж можно, как вы мне все надоели...

- Я не буду смотреть, - оповестила Алла, когда все трое перешли в гипсовую, и поянила: - Вид моей изуродованной руки эстетического чувства не вызывает.

- Зато рука цела, - резонно возразил травматолог, разрезая специальными ножницами повязку. - Я бы на месте Олега при столь обширном повреждении сделал ампутацию - плечевая кость была так раздроблена, что не оставляла надежд. Тем более, вы поступили в тяжелейшем состоянии, с массивной кровопотерей. В этой ситуации решиться на кропотливую, многочасовую операцию по восстановлению костных обломков, наложению штифтов и прочего, мог только мой отважный друг Олег Меркулов. Другой на его месте подумал бы, что риск слишком велик - можно потерять пациентку, - и избрал бы меньшее зло - ампутацию.

- Не мог же он отрезать мою некогда красивую конечность! - Алла смотрела на любимого мужчину, нарочито отвернувшись от своей несимпатичной руки, над которой колдовал Валерий Анатольевич.

- В конечном итоге Олег оказался прав, - признал травматолог, закончив накладывать новую повязку. - А костная мозоль, мышечная и жировая ткань дело наживное. На крайний случай есть возможность заменить этот участок кости трансплантантом.

- Оптимисты творят будущее, а пессимисты за этим наблюдают. - Верная боевая подруга после окончания малоприятной процедуры немного повеселела и порадовала собеседников ещё одним свежеиспеченным афоризмом: - Оптимизм ценное качество, а потому нужно относиться к нему бережно и тратить экономно, чтобы хватило до конца жизни.

- Мне поменяли повязку, - оповестила Алла верного оруженосца. - Теперь могу сгибать руку в локте, правда, пока искусственно - с помощью здоровой. Почти как в старом медицинском анекдоте про сексопатолога-оптимиста: "Раньше он вставал сам, а теперь с помощью вашей руки". Зато на данный момент больше простора для тренировки мышц, а также легкого массажа на предплечьи.

- А чё Серега?

- Его повторно прооперировали, сейчас лежит в барокамере. Олег пока ничего конкретного не говорит, видимо, боится сглазить, но судя по выражению его лица, надежда есть. Кстати, в Серегином легком оставались ещё две пули, а эти косорукие деревенские эскулапы даже не потрудились их поискать.

- Значит, мало я им навтыкал, - расстроился Толик.

- Да ведь не они его оперировали, а завотделением и ещё один хирург, которого Купченко назвал Владимиром Афанасьевичем

- Дак тада я к этим скатаю, - обрадовался верный оруженосец, что беспечные непрофессионалы не останутся безнаказанными.

- Черт с ними, не трогай их, - попыталась поумерить его боевой задор начальница.

- Не, - мотнул головой её Сансо Панса. - Поучить надо, а то других зарежут.

- Безголовому, да к тому же, безрукому наука не впрок.

- Все равно прочищу им мозги, - упрямился Толик.

- Остынь, Толян. Осла можно привести к водопою, но невозможно заставить его пить.

Тот промолчал, оставшись при своем мнении, а Алла решила переключить его на другую тему. Достав из сумочки небольшой полиэтиленовый пакетик, она показала его верному оруженосцу:

- Олег позволил мне забрать вещдок, хотя должен был передать ментам. Надо отвезти пули Наташе, пусть озаботит экспертов выянить, из какого ствола они выпущены. Ленька с сыщиками могут и не найти в помойке первую пулю, извлеченную областными хирургами.

Толик молча завел двигатель и поехал по знакомому машруту. Всю дорогу он молчал, насупившись, - обдумывал план на сегодняшний вечер и в итоге твердо решил, что доставив начальницу домой, прокатится в областную больницу, выяснит адреса халатных горе-эскулапов и хорошенько проучит их.

Передав адвокатессе пакетик, Алла велела:

- Пусть кто-нибудь из Ленькиных сыщиков съездит в область и установит, где сейчас "кедр" Толяна, а потом эксперты по-тихому сделают баллистическую экспертизу.

- Хорошо, Алла, я позвоню Лене. Как Сергей?

- Повторно прооперировали, вроде, появилась надежда.

- Дай Бог...

- Не хочу пока об этом думать, а то сразу впадаю в тоску и самобичевание.

- Да ты-то при чем?

- При чем... - Алла не стала вдаваться в подробности, о своей личной жизни она почти никому не рассказывала.

- А как сама?

- Некогда думать о себе. Пока не найду этого мерзавца, не будет мне покоя.

- Ленины коллеги-сыщики и "самаритянки" сами бы справились.

- Кто-то должен держать руку на пульсе. Тамара сама участвует в оперативной деятельности, так что вся информация стекается ко мне.

- Ты думаешь, это дело рук Владимира Кохадзе?

- Есть такое подозрение. Но твердой уверенности нет. Мы уже обнаружили его логово, но неизвестно, там ли зверь. У него могут быть и другие лежбища.

- А Владимир тянет на убийцу? - Наташа никогда не видела Ладо и знала о нем лишь с Аллиных слов. - У меня сложилось мнение, что он трус.

- Именно трусы и становятся убийцами.

- Вообще-то ты права, - согласилась адвокатесса. - Но в данном случае требовались навыки обращения с огнестрельным оружием.

- Сама знаешь, любителей побаловаться стрельбой сейчас до и более. Наш общий психиатр говорила, что злоба и агрессия свойственны тем, у кого недостаточно мужских качеств. Сильный человек уверен в себе, а потому не злобен. Злобствуют от бессилия лишь слабаки. Оружие становится для них атрибутом мужественности, поскольку у двуного в штанах нет иной возможности доказать, что он мужчина.

- Я тоже недавно беседовала с Лидией Петровной на эту тему и согласна с её мнением.

- Еще бы! Наш психиатр никогда не ошибается в своих оценках. В данном случае речь не идет о людях, вынужденных пользоваться оружием по роду работы. Однако и среди них немало тех, у кого не хватает мужского полового гормона тестостерона, а потому они избирают профессии, ассоциирующиеся с силой, решительностью и мужественностью. - Алла зло усмехнулась и на ходу придумала афоризм в тему: - Киллер - это человек, доказывающий свою любовь к человечеству метким выстрелом.

- Теперь поехали к "самаритянам", Толян. Не все ладно в Датском королевстве.

- А чё?

- Мотя выкаблучивается, передозировал по части самолюбования и самовлюбленности. Возомнил о себе и регулярно мордует "самаритянок". Придется вмешаться.

- Пускай девки сами ему навтыкают. - Преданный Санчо Панса расстроился, что после хороших новостей его обожаемая повелительница испортит себе настроение. - Вон Ирка какая боевая! А дылда Кларка его запросто в окошко выкинет. - На его взгляд, именно там самое место лентяю Матвею, которого он именовал не иначе как "жиртрест х...в".

- Девицы уже пытались его вразумить, да без толку. Учиться хочет только умный, дурак предпочитает поучать. Но и зазнайке можно вправить вывихнутые мозги.

Войдя в офис "Самаритянина", Алла попросила троих подруг, сидящих в приемной:

- Девицы, потусуйтесь пока в другой комнате, я с Мотей по душам потолкую. Наедине он съест от меня все, что угодно, а если будет знать, что вы все слышите, ему будет неловко. В брани есть своя сермяжная правда стоит крепко выматериться, и тебе сразу и безоговорочно верят.

Когда приемная опустела, верная боевая подруга прошла в кабинет Матвея.

- Привет, Мотя, - бросила она сокурснику, усаживаясь возле длинного стола. - Как жизнь?

- Нормально, - ответил тот.

- У тебя-то нормально, однако народ ропщет.

- Это почему же? - Матвей вскинул брови, и его лицо приобрело высокомерное выражение.

- Да разведка донесла, что ты слишком круто распекаешь наших девиц.

- Жаловались? - ехидно поинтересовался он.

- Они-то не жаловались. Для шпионской деятельности у меня есть верный Санчо Панса. - Верная боевая подруга не хотела ссылаться на Тамару - им с Матвеем ещё предстоит вместе работать. А Толику на него плевать, равно, как и на всех, кроме нее, Аллы, Ларисы, её сына Алешки, Олега, своего командира, да ребят из Мироновой команды. - Толян как-то шел мимо твоих окон и слышал, как ты чихвостишь девиц во все печенки, не стесняясь в выражениях. Твоих умных слов мой верный оруженосец не понял, но общий тон уловил и донес мне.

- А ты поощряешь его в этой деятельности?

- Поощряю, - кивнула Алла, ничуть не смущаясь, хотя никогда не жаловала стукачей. - Ты же знаешь, что я никого в обиду не дам, а уж женщин и подавно.

- А я считаю, что никого не обидел, - высокомерно бросил Матвей. Если они не умеют работать, пусть учатся, а не обижаются на справедливые замечания.

- Етит твою мать! - выругалась верная боевая подруга. - Мотя, ты что, охренел? Это кто тут не умеет работать? И кто умеет? Уж не ты ли?

- А ты считаешь, что я плохо работаю?

- Да ты вообще не работаешь, если уж на то пошло! И не хера изображать из себя великого сыщика, Ниро Вульф недоделанный! Ты что - всерьез поверил, будто я считаю тебя великим детективом? Не понял издевки? Или ты уже разучился шевелить извилинами и не видишь очевидных вещей? Называя тебя так, я хотела простимулировать тебя на умственную деятельность, а отнюдь не собиралась тешить твое тщеславие.

- Но ты сама пригласила меня возглавить фирму.

- Да, пригласила, полагая, что ты и в самом деле классный аналитик и будешь руководить действиями "самаритянок". Помогать тебе я не отказывалась, но не предполагала, что мне придется делать за тебя всю понимаешь, - ВСЮ работу. На хер ты здесь нужен, скажи на милость, если от тебя никакого проку, одни амбиции? Я-то думала, что ты ещё не въехал в сыщицкую работу, но постепенно все освоишь, а ты, оказывается, считаешь себя вне критики, возомнил о себе невесть что и уже почиваешь на лаврах, которые заработали "самаритянки"!

- Да что они такого наработали? - презрительно скривился Матвей.

- Ежкина ж мать! - в сердцах вскричала она. - Мотя, бляха-муха, ты намеренно прикидываешься непонимающим, потому что тебе так проще? Я знала, что ты самоуверен и высокомерен, но не подозревала, что настолько. Оказывается, у тебя острый приступ амбициоза. А ну-ка скажи мне, что конкретно сделал ты. Именно ты. Своими мозгами, руками? Ногами, в конце концов?

- Но я тоже помогал в расследовании, - произнес Матвей уже менее уверенным тоном.

- Конкретнее, Мотя. Что сделал именно ты, как руководитель и как аналитик? - потребовала верная боевая подруга.

- Ну... - Он замялся, пытаясь вспомнить хоть какой-то весомый вклад в общее дело. И, конечно же, ничего не вспомнил.

- Баранки гну! - зло сощурилась Алла. - "Самаритянки" бегали по Москве и Московской области, собирали информацию, я, бывало, приходила по два раза на дню, чтобы утром дать им задание, а вечером проанализировать полученные данные, а ты, едрена копалка, день-деньской просиживал своей толстой жопой вот это кресло и предавался размышлениям о высоких материях. Мечтатель херов! Это ты считаешь аналитической работой? Ковырять в носу, глазеть в потолок и думать о приятном?

- Но я тоже участвовал в обсуждении, - не сдавался Матвей, уже чувствуя, что земля под ним качается, и есть риск не усидеть в этом кресле и в этом кабинете.

- А ну-ка, великий аналитик, оцени реальную пользу от своих реплик. Насколько они помогли расследованию, насколько были верны. Забыл, как во время расследования гибели Виктора19 ты изображал из себя великого Плевако и впал в адвокатский пафос, пытаясь всех разжалобить, какая бедненькая-несчастненькая вдова по имени Марина? Забыл, как ты защищал её, бедную парализованную женщину?

- Но я же тогда искренне заблуждался, - попытался оправдать Матвей.

- Засунь свои искренние заблуждения себе в жопу! - вспылила верная боевая подруга. - Потому что если бы я тогда не обозлилась, твои искренние заблуждения увели бы расследование в сторону. И "самаритянки" под твоим мудрым руководством занимались бы полной херней.

- Но ведь в итоге все выяснилось...

- Хрен бы что выяснилось, если бы я не вмешалась.

- Я не умаляю твоей роли и твоих способностей...

- Мне срать, что ты там умаляешь или не умаляешь! - Алла уже почти кричала. - Я человек дела, понимаешь? И как деловому человеку, мне нужен конкретный результат. А ты - трепло мелкого помола, упивашься собственным красноречием, просто-таки ловишь кайф от своих витиеватых речей. Иди тогда в адвокатуру, в политику, там можно ни фига не делать, лишь языком молоть, посиживать в теплом кресле в уютном кабинете или пафосно выступать с трибуны, часами витийствовать и любоваться собой.

- Но ведь и наши "самаритянки" не так уж много сделали... - отбивался Матвей.

- Да-а? - издевательским тоном произнесла верная боевая подруга. - А кто добывал фактуру? Не зная всей информации, я не смогла бы разобраться ни в одном деле. "Самаритянки", по крайней мере, работают, хотят работать ещё лучше и всему научиться. А ты уже успокоился, мол, и так умен, дальше некуда, и тебе вовсе нечему учиться. Великий детектив Матвей Лопаткин, глава знаменитой фирмы "Самаритянин", етит твою мать!

- Но со временем...

- Не дребезди, Мотя, - гневно перебила его Алла. - Ничему бы ты не научился даже со временем. Потому что у тебя нет такового желания. Ты лентяй по своей сути, привык лишь язык об зубы стирать на научных конференциях, с умным видом зачитывая очередной псевдонаучный доклад на тему, которая никому и на хер не облокотилась и никакой конкретной пользы не принесет! И при этом был преисполнен самодовольства, что ты великий ученый и двигаешь отечественную науку к недосягаемым вершинам! Знаю я эту так называемую науку, сама отпахала там аж девять лет, и мне прекрасно известна реальная ценность всех этих псевдонаучных изысканий. А больше вы, горе-ученые, ничего не умеете и не желаете переучиваться, предпочитая жаловаться на жизнь, на нищенский оклад. Ждете, что вам, как и в прежние времена, из бюджета полноводной рекой потекут денежки, заработанные другими людьми, которые им приходится отстегивать в виде налогов, чтобы прокормить таких дармоедов, как ты. А теперь, ничему не научившись, ты отыгрываешься за свою некомпетентность на "самаритянках", сознавая, - они и без тебя обойдутся, потому что, в отличие от тебя, пустопорожнего пиздобола, занимаются делом.

- Но кто возглавит фирму? Ни у кого из них нет организаторских способностей.

- А у тебя есть? Ты у нас великий организатор? Ты сплотил "самаритянок" и создал дружный коллектив единомышленников? Да ты лишь мешаешь им работать, мудак! Какого хера ты отрываешь их от дела, заставляя стоять перед тобой на ковре и отчитываться, а?

- Но я же должен быть в курсе!

- Вот именно - ты должен быть в курсе того, что сделали другие. Они работают, - а ты в курсе. Ты что, Мотя, и в самом деле возомнил себя начальником?

- Но ты же сама сказала, что я буду руководителем "Самаритянина".

- Я надеялась, что ты сможешь руководить расследованием, строить версии, давать задания. А что делаешь ты? Распекаешь, ругаешь, тычешь носом и язвительно комментируешь результаты труда других людей. То есть, ведешь себя как классический начальник образца советских времен. Разве только по столу кулаком не стучишь, да матом не ругаешься. Уж лучше бы ты матюгался, но приносил пользу. А от тебя пользы, как от петуха, - тот голосисто поет, а яйца несут курицы. Запомни, Мотя, етишкина твоя мать, раз и навсегда, потому что второго раза уже не будет: здесь нет начальников и подчиненных. Мы все на равных. Я организовала эту фирму вовсе не для того, чтобы ты реализовал свои начальственные амбиции, а ради конкретного дела, которому ты, Матвей Лопаткин, трепло сраное, мешаешь.

- Но я никому не мешал...

Он уже не выглядел столь самоуверенным, как обычно, и отчаянно цеплялся за свое место, - ему очень не хотелось расставаться с "Самаритянином". Слышать матюги от верной боевой подруги ему доводилось не раз, но никогда она не упрекала и не распекала его так яростно, как сейчас.

- Еще как мешал. - Алла говорила уже с меньшей экспрессией, выпустив пар с помощью привычного мата, а это всегда её успокаивало. - Я раньше помалкивала на финансовую тему, считая этот вопрос несущественным, но теперь все скажу. Потому что не хочу, чтобы "самаритянки" обижались, потому что я их всех люблю и не позволю обижать. Вот скажи-ка, Мотя, с каких это хренов ты назначил себе зарплату, впятеро превышающую зарплату Тамары и почти вдесятеро превышающую оклад остальных "самаритянок"?

- Но ты же сама говорила, что я могу сам назначить зарплату себе и остальным.

- Да, именно так я и сказала. И в принципе справедливо, когда у начальника оклад выше, чем у рядовых сотрудников. Но ещё раз повторю: в "Самаритянине" нет начальников и нет рядовых сотрудников. Твоя должность чисто номинальная.

- Но моя подпись стоит на всех документах! - Матвей искренне возмутился. - Я отвечаю за все.

- И за что же ты отвечаешь и на каких-таких документах стоит твоя драгоценная подпись, великий бздун Мотя? - ехидно поинтересовалась верная боевая подруга. - На ведомости на зарплату, по которой ты получаешь немалые бабки? А ещё на каких? Заказчики отдают тебе гонорар черным налом и даже расписок не требуют. На расчетный счет "Самаритянина" официальные перечисления приходят без твоего участия, в банк ходит Нина, исполняющая обязанности бухгалтера. Она же считает налоги и приносит тебе баланс на подпись. На каких ещё бумажках стоит твоя подпись, которую ты ценишь так дорого, а, Мотя?

Матвей молчал, рассматривая какое-то пятно на своем столе. В общем-то, Алла была права. Никакой особой документации фирма не вела. А финансовой отчетностью занималась Нина Москвина, совмещая её с сыщицкой деятельностью.

Наконец он нашел аргумент:

- Но в случае чего спросят с меня, как с руководителя фирмы.

- И что же с тебя спросят, Мотенька? - приторно-сладким голосом спросила верная боевая подруга. - Налоги с ваших официальных доходов Нина оформляет правильно, опыт у неё есть. К тому же, при таком малом сроке работы налоговая инспекция вас не тронет. А случись что, ты же не сам будешь решать проблему, а тут же ко мне прибежишь, жалобно взывая: "Алла, помоги!" - не так ли, трусло Мотя?

Тот промолчал - возразить было нечего. Именно так и обстояли дела Матвей не утруждал себя тем, чтобы вникать в финансовую отчетность, а если бы возникли проблемы с заказчиками или ещё какие-то неувязки, он бы обязательно обратился к верной боевой подруге, не сомневаясь, что та решит любую проблему.

- Ну, как, господин Фунт, нечем крыть? - усмехнулась Алла. - Казалось бы - мелочь, зарплата, однако в этом высветилось многое. И должна признаться, это меня очень сильно разочаровало и изменило мои представления о тебе. В принципе, мне насрать, какую зарплату ты себе назначил, это деньги "Самаритянина", и я не собираюсь вмешиваться в финансовые дела. Однако в моей "Приме" ни один из сотрудников не получает столько, сколько назначил себе ты. Причем, по сравнению с другими коммерческими фирмами, у меня очень высокие оклады, зато ребята пашут без выходных, от зари и до зари, и все они профессионалы высочайшего класса, не чета тебе, Мотя. Я знала о твоих сибаритских наклонностях, но не подозревала, что, ко всему прочему, ты столь меркантилен. Считал себя лучше других, потому что лучше всех устроился. За чужой счет, между прочим. Когда пять лет назад я организовала "Приму", мой оклад был раз в двадцать меньше твоего, потому что все вкладывалось в дело. Потом уж я нашла человека, ссудившего меня большой суммой, однако я сама на него вышла и уговорила дать мне кредит, и никто мне ничего на блюдечке с голубой каемочкой не приносил. А ты, работая без году неделя, первым делом обеспечил себя, не думая о том, что надо расширять дело, выдавать зарплату "самаритянкам", да и вообще, не мешает иметь заначку на случай, если в делах будет простой.

- Но нам пока хватает... - Упрямый Матвей даже не понимал, о чем она говорит.

- Хватало. - Верная боевая подруга намеренно сделала акцент на прошедшем времени. - И ты успокоился, пребывая в уверенности, что дальше все пойдет само собой, я буду обеспечивать фирму заказами, клиенты будут отстегивать гонорар черным налом, в том числе, и я, поскольку частенько выступаю заказчицей расследования, и денежки потекут ещё более полновесной струей.

Он посмотрел на неё неуверенно, будто стараясь понять, не решила ли Алла прекратить помощь "Самаритянину".

- Еще одна мелочь к твоему портрету, но достаточно демонстративная. Какого хрена ты стал разъезжать на "самаритянской" тачке, а? Я дала вам "Волгу" для сыскной работы, а вовсе не для того, чтобы ты возил свой жирный зад в офис и домой, закупал на ней хорошие напитки и деликатесы, которыми ты так любишь себя побаловать. "Самаритянки" ездят на общественном транспорте, а за город на электричке или автобусе, возвращаются заполночь, рискуя нарваться на какого-нибудь пьяного мудака, а ты катаешься по своим личным делам на тачке, принадлежащей "Самаритянину". Небось, даже на бензин не тратишься из собственного кармана, все за счет фирмы, не так ли, жлоб мелочный? По глазам вижу, что так и есть. Даже на такой ерунде экономишь. Эх ты, Мотя... - покачала она головой с искренним сожалением. - Не был бы ты моим сокурсником, я бы с тобой не так поговорила.

- Да ты уже и так говоришь, будто я тебе что-то должен и в чем-то перед тобой провинился.

- Так ты до сих пор ничего не понял... - Верная боевая подруга смотрела на него с изумлением.

- А что я должен понять? Ты предложила мне возглавить "Самаритянина", что я и сделал, работаю по мере своих возможностей, а ты приходишь и начинаешь меня распекать.

- Слушай, ты что - тупой? Действительно не понимаешь или просто придуриваешься, потому что тебе не хочется терять хорошую зарплату за непыльную работу? - Ее голос снова набирал обороты, глаза сузились от гнева. - Надеешься, что я ограничусь выговором, а дальше все пойдет, как прежде? Считаешь, будто делаешь все, что в твоих силах, и получаешь адекватную оплату за свой труд? А наши девчонки пусть и дальше таскают для тебя каштаны из огня, бегают, высунув языки, собирают фактуру, получая за свою рискованную деятельность вдесятеро меньше тебя, а ты будешь критиковать их, ехидничать, устраивать им разнос и изображать из себя начальника? Я-то думала, что тебя привлекло новое дело, а тебе, оказывается, нравится командовать и огребать бабки за то, что ты попусту мелешь языком... Не-ет, сучонок Мотя, ты ещё плохо меня знаешь. Кончилась твоя сладкая жизнь. Убирайся отсюда на хер!

Растерянный Матвей привстал со своего места, ещё не веря.

- На хер, на хер, - подстегнула его верная боевая подруга. - Выметайся немедленно, а то я по-настоящему разозлюсь и запросто тебя членоповрежу.

Хлопнув дверью так, что зазвенели оконные стекла, она вышла из кабинета Матвея, в несколько стремительных шагов пересекла приемную и открыла дверь в комнату, где сидели остальные "самаритянки".

- Мы все слышали, Алла, - опередила её Нина.

- Я так громко орала?

- Даже здесь было слышно.

- Ну и ладненько. Значит, не придется пересказывать.

- Мы целиком с тобой согласны, - проявила солидарность Маша.

- Что - не хотите, чтобы Мотя был вашим руководителем?

- Не хотим. - "Самаритянки" были единодушны в своем мнении, что и подтвердили дружным трио.

- Да ладно вам, бабы, - примирительно произнесла верная боевая подруга. - Я же нарочно устроила ему моральный мордобой, чтобы хорошенько встряхнуть. Мотя придет в чувство и будет вести себя как пай-мальчик.

- Ты его не знаешь, Алла, - возразила Алена. - Он ведь ещё со студенческих времен только с тобой считался, потому что побаивался тебя. А над другими насмешничал, ехидничал, особенно над девушками.

- Ну, простите ему это маленький грех. Прибор у человека плохо работает, понимаете? А импотенты все женоненавистники.

- Да зачем же нам работать с женоненавистником? Матвей все время портит нам настроение. Без него гораздо спокойнее. Мы часто остаемся здесь вечерами, когда он уезжает домой, сами все обсуждаем и никто друг над другом не насмешничает.

- Девки, давайте не будем пороть горячку. Промедление в гневе полезно. В любом деле, особенно в межличностных отношениях, есть испытательный срок, но не исключен и исправительный. Из своей фирмы я бы турнула нерадивого подчиненного уже после первого раза, но тут другое дело - Мотька нам не чужой. Если он сейчас обидится и уберется, значит, так тому и быть. Самолюбие обходится дорого, особенно людям, не знающим истинной цены вещей. Мотя у своей мамы первенец, а первый блин всегда комом. Если он встанет в позу, значит, из Матвея каши не сваришь. Мы занимаемся делом, ублажать краснобаев недосуг. А если до него что-то дойдет, тогда поглядим. Даже зайца полезно щелкнуть по носу, чтобы не мнил себя сильнее волка. А второго раза уже не будет. Если до Моти не дойдет, - вылетит отсюда к ежкиной матери. Сильный не обязан доказывать истину.

- Устрою-ка я сегодня день разносов, дабы не растягивать надолго это сомнительное удовольствие, - поделилась Алла с верным оруженосцем. Поехали в областное управление здравоохранения или как оно теперь именутся. Пора тряхануть начальство деревенских эскулапов. Где это видано, чтобы врачи разводили поросят вместо того, чтобы выполнять свои профессиональные обязанности?! В принципе, любой человек имеет право заниматься чем угодно в свободное от работы время, однако в данном случае налицо явное манкирование тем, чем обязаны заниматься врачи. А уж то, что они сообща воруют у больных лекарства, которое государство выдает больнице бесплатно, и сливают их в аптеку, - вообще ни в какие ворота не лезет! Да наверняка тащат не только лекарства. Причем, в этом грязном деле должны наличествововать преступный сговор и круговая порука. Не станет же главврач потихоньку тырить медикаменты из отделения и относить в аптеку, чтобы потом прикарманить денежки! Значит, в этом участвуют и другие эскулапы, и персонал. В общем, шайка расхитителей. На зарплату теперешнего врача и даже главврача такие хоромы, как у Семена Григорьевича, не отгрохать. На свининине и поросятах тоже. Так что они воруют по-крупному, а вышестоящие начальники их покрывают.

Алла безошибочно нашла приемную главного начальника и, не обращая внимания на попытки секретарши воспрепятствовать её вторжению, без стука вошла в кабинет.

- Это вы главный взяточник, берущий борзыми щенками, то бишь, молочными поросятами и парной свининкой? - с порога гневно обрушилась она.

Сидевший за столом мужчина удивленно воззрился на нее. Хотя посетительница избрала хамскую манеру поведения, он сдержался и не стал её одергивать.

- Присядьте, пожалуйста, - доброжелательно произнес хозяин кабинета, указав на кресло.

Верная боевая подруга села, сохраняя непримиримое выражение лица.

- Очевидно, вы пришли с жалобой, - полуутвердительно-полувопросительно произнес собеседник. - Я вас внимательно слушаю.