/ Language: Русский / Genre:sf_epic,

Star Wars Под Покровом Лжи

Джеймс Лучено

Давным-давно в далекой Галактике... Считанные дни до осады Набу. Боевой флот Торговой Федерации во главе с вице-королем Нуте Гунраем готов осадить солнечный мир набу и гунганов. Галактическая Республика в чудовищном кризисе. На Корусканте, центре цивилизованного пространства, несмотря на все усилия верховного канцлера Валорума, Сенат поражен алчностью и коррупцией. В отдаленных уголках Галактики все торговые пути контролируют гигантские станции набирающей силу Торговой Федерации. Но теперь даже Торговая Федерация оказалась под перекрестным огнем - пираты и рейдеры нападают на ее корабли, а террористы требуют положить конец торговой тирании. Для тех, кто борется за сохранение Республики, настало время испытаний. Последняя надежда Галактики на рыцарей-джедаев - вечных хранителей мира и справедливости. Один из лучших рыцарей Куай-Гон Джинн вместе со своим учеником Оби-Ван Кеноби оказываются в ключевой точке катастрофы Галактической Республики... Сенаторы Кос Палпатин и Бэйл Органа, магистр Йода и канцлер Валорум, правители Торговой Федерации Нуте Гунрай и Даултай Дофайн в преддверии Первого Эпизода Звездных Войн!

Джеймс Лучено

 Star Wars: Под покровом лжи

Глава 1

Купаясь в вечном свете бесчисленных звезд, грузовик Торговой Федерации "Доход" лениво проплывал вдоль края завесы перистых облаков Дорваллы. Неотличимый от мириад своих собратьев, корабль походил на блюдце, с выпуклой, скрывающей двигатели гипердрайва центросферой посередине и двумя гигантскими полукружиями ангарных крыльев по сторонам.

В носовой части корабля крылья ангаров тянулись навстречу друг другу, словно хотели замкнуть круг. На самом деле между ними оставался спроектированный зазор, каждый ангар завершался огромными стыковочными захватами и шлюзами.

Непрерывный поток грузов исчезал в ненасытной утробе корабля Торговой Федерации. Уже примерно три стандартных дня "Доход" кормился у Дорваллы.

Основным товаром отдаленных планет была ломмитная руда - главный компонент в производстве транспаристила для иллюминаторов кораблей и колпаков кабин звездных истребителей. Неуклюжие челноки перебрасывали добытую в карьерах руду на высокую орбиту, затем к перевозкам подключался огромный флот самоходных барж, тендеров и грузовых капсул, многие из которых не уступали размерами челнокам, и на всех без исключения красовался огненный шар, эмблема Торговой Федерации.

Сотни беспилотных транспортников с Дорваллы втягивались мощными лучами захвата в створ между изогнутыми крыльями ангаров дисковидного грузовика, стыковочные захваты распихивали беспилотников по ангарам под защиту силовых полей.

Охрану процесса от нападений пиратов и прочих рейдеров обеспечивали тупоносые истребители, снабженные четверкой досветовых двигателей. Собственная защита у них была слабовата, но зато на бортах имелись скорострельные лазерные пушки. Дроидыпилоты подчинялись центральному компьютеру, расположенному в центросфере грузовика.

Над кормовой частью центросферы возвышалась башня командного и диспетчерского центра. Верхний этаж занимал капитанский мостик, где перед многочисленными иллюминаторами раздраженно вышагивала фигура в мантии.

Отсюда открывался вид на дальние края ангарных крыльев и нескончаемый поток мелких грузовиков. Корпуса капсул и барж блестели на солнце. А еще дальше, там, где обзор не заслоняли ни крылья ангаров, ни бурые спины челноков, медленно поворачивалась туманнобелая Дорвалла.

- Состоян'ие д'ел? - прошипела фигура в мантии.

Навигатор "Дохода", неймодианец по происхождению, отозвался со своего троноподобного кресла, расположенного немного ниже полированного капитанского мостика: - На борт груз'ится посл'едний челнок, шкип'ер Дофайн.

Речь неймодианца перекатывалась как вода в каменистом ручье: слова он растягивал, напирая на первый слог.

- Что ж, оч'ень хорошо, - ответил Дофайн. - Отзов'ите истр'ебители.

Навигатор вместе с креслом развернулся к Дофайну: - Уже, шкип'ер?

Дофайн прекратил вышагивать и бросил подозрительный взгляд на члена экипажа. Месяцы в глубоком космосе так обострили естественное для Дофайна недоверие ко всему и всем, что он вовсе не был уверен, что правильно понял своего навигатора. Относился ли его вопрос к состоянию погрузки, или же были какие-то веские причины отложить отзыв звездных истребителей? Эти тонкие различия давались Дофайну с трудом - озвучив подозрения, он рисковал потерять лицо, если бы вдруг оказалось, что он был не прав. На сей раз он решил не рисковать, исходя из того, что вопрос не содержит скрытого вызова.

- Я хочу, чтобы истр'ебители были отозваны. Ч'ем быстрее мы покин'ем Дорваллу, т'ем лучше.

Навигатор кивнул: - Как вам буд'ет угодно, шкип'ер.

Капитан "Дохода", которому подчинялись все живые существа, составлявшие костяк экипажа, был обладателем пары красных овальных глаз, вытянутой физиономии и рыбьего рта. Пульсирующие вены и артерии просвечивали через его сморщенную, покрытую пятнами кожу. Маленький по меркам своего вида - за глаза некоторые называли его "коротышкой из улья", - свое щуплое тело он прятал в складках голубой мантии и пышного плаща, который больше подошел бы священнику, чем капитану корабля. Все одеяние, даже головной убор, призвано было подчеркнуть благосостояние и высокое положение.

Навигатор тоже красовался в ниспадающей мантии и замысловатом головном уборе, но его плащ был непроницаемо черным и более простого покроя. Высунувшись из кресла в форме морской раковины, он общался с окружавшими приборами при помощи выпуклых линз очков - дешифраторов, отчего глаза казались постоянно вытаращенными, и дисковидного комлинка, закрывавшего его рот.

Техниксвязист "Дохода" был родом с Суллуста: щекастое существо с водянистыми глазками и остроконечными ушками.

С центральным компьютеромдиспетчером работал трехглазый гран.

Ассистентом корабельного казначея был зеленоватый и носатый иши тиб.

Дофайн терпеть не мог, когда в его приближении находились инородцы, но пойти на эту уступку его заставили соглашения между Торговой Федерацией и меньшими транспортными концернами: небольшими компаниями вроде "Перевозки Вираксо" и такими влиятельными кораблестроителями, как "Тэгг и компания" и "Хорш-Кессель".

За все остальные задачи на корабле отвечали человекообразные дроиды.

И только Дофайн вновь пустился в путь вдоль иллюминаторов, как вдруг заговорил суллустианин: - Шкипер, "Дорвалла-Копи" сообщает, что платеж, который они получили, меньше на сотню тысяч республиканских кредитов.

Дофайн пренебрежительно махнул рукой с длинными тонкими пальцами.

- Пусть она перепроверит ц'ифры.

Суллустианин передал слова Дофайна и стал ждать ответа.

- Она утверждает, что вы и в прошлый раз говорили то же самое.

Дофайн театрально вздохнул и указал на большой круглый экран в глубине мостика: - Соед'ините.

Когда Дофайн подошел к экрану, на нем возникло увеличенное изображение женщины человеческой расы с огненнорыжими волосами и веснушчатым лицом.

- Я н'е знаю н'и о каких н'едоплатах, - заявил он безо всякого вступления.

Голубые глаза женщины сверкнули: - Не лгите мне, Дофайн. Сначала это были двенадцать тысяч, затем пятьдесят, а теперь сто. Сколько мы потеряем, когда Торговая Федерация вновь удостоит визитом Дорваллу?

Дофайн внимательно посмотрел на иши тиба, который повернулся с легкой ухмылкой на лице.

- Ваш м'ир так удал'ен от обычных косм'ических трасс, - сказал он, спокойно глядя на экран. - Как от Окраинного торгового пут'и, так и от кор'еллианской торговой дуг'и. Вот поэтому в вашей с'итуации и требуются дополн'ительные расходы. Кон'ечно, если вы чем-то н'едовольны, вы вс'егда мож'ете в'ести д'ела с каким - н'ибудь друг'им конц'ерном.

Женщина фыркнула и горько усмехнулась: - С другим концерном? Да ведь Торговая Федерация всех под себя подмяла. Дофайн в ответ развел руками: - Что в наше вр'емя сотн'я тыс'яч кред'итов - сотн'ей больше, сотн'ей меньше?

- Вымогательство - вот что это такое.

Кислая мина, которую скорчил Дофайн, очень естественно смотрелась на его дряблой и невыразительной физиономии.

- Вы мож'ете подать жалобу в Торговую Ком'иссию на Корусканте.

Женщина на экране пришла в бешенство, ноздри ее затрепетали, щеки покраснели: - Вам это так не пройдет, Дофайн…

Рыбий рот Дофайна изобразил нечто, похожее перекисшую улыбку.

- Ах, и в этом вы тоже ош'ибаетесь! - он без предупреждения оборвал связь и повернулся к неймодианцу: - Сообщ'ите мн'е, когда проц'есс погрузки будет зав'ершен.

x x x

Глубоко в ангарах, с постов, поднятых высоко над палубой, дроиды надзирали за размещением грузовых капсул. Капсулы - горбатые и носатые, словно неведомые зверюшки, вплывали на репульсорной тяге через силовые шлюзы и распределялись в соответствии с содержимым, которое дроиды определяли по кодам на корпусах кораблей. Каждый ангар состоял из трех двадцатиэтажных зон, разделенных переборками со скользящими дверями. Обычно зона - 3, ближайшая к центросфере, заполнялась первой. Но челноки с товарами, предназначенные не для Корусканта или других центральных миров, направлялись в зону-1 или зону-2, независимо от порядка поступления на борт.

По всем ангарам были разбросаны охранные дроиды с бластерными винтовками БласТек, некоторые с бликогасителями на стволах.

В отличие от рабочих дроидов - пустотелых аспов, пэкатек с длинными гибкими шеями, шкафообразных ГНК или плоскостопых сдвоенных погрузчиков, строение охранных дроидов напоминало двуногие формы жизни.

Правда, ни круглой головы, ни псевдомускулатуры, как у их ближайших родственников, дроидовсекретарей, дроидыохранники не имели. Головы у них были полуцилиндрические, спереди суживающиеся к вокодеру, а сзади изгибающиеся вниз к неповоротливой шее. Что отличало этих дроидов, так это встроенный мощный комлинк и телескопическая антенна.

Большинство дроидов, обеспечивающих охрану "Дохода", были просто манипуляторами центрального корабельного компьютера, но не сколько штук были наделены малой долей интеллекта. На лбу и нагрудных пластронах этих долговязых командоров красовались желтые метки, подобно нашивкам на рукавах военных, - они предназначались не столько для других дроидов, сколько для существ из плоти и крови, которым в конечном итоге подчинялись командоры.

ОЛР-4 был одним из таких командоров.

С бластером наперевес стоял он в зоне-2 правого ангарного крыла, четко посередине между переборками, разграничивающими огромный ангар. ОЛР-4 осознавал происходящее вокруг него: движение грузовых челноков к зоне-3, шум других челноков, опускающихся на палубу, непрерывный гул и щелчки движущихся механизмов. Но осознавал он все это довольно смутно. Центральный компьютер корабля поставил перед ОЛР-4 задачу следить за всем, что не вписывалось в обычный ход событий и выходило за границы параметров, установленных компьютером.

Неподалеку, со стороны опускающейся грузовой капсулы, раздался глухой звук, который вполне вписывался в упомянутые рамки обычного. Звуки, доносящиеся изнутри, могли быть вызваны перемещением содержимого трюма. Странным было шипение воздушных клапанов и резкие металлические щелчки, которые предшествовали открытию нестандартно большого круглого носового люка.

ОЛР-4 повернул длинную голову и сфокусировал оптические датчики на капсуле. Полученное изображение - увеличенное и с повышенной четкостью - поступило в центральный компьютер, который мгновенно сравнил его с каталогом подобных изображений и зафиксировал некоторые несоответствия.

Пока ОЛР-4 изучал поднимающуюся крышку люка, несколько дроидовохранников поспешили занять позиции вокруг подозрительной капсулы. ОЛР-4 установил нижние конечности в боевую стойку и навел бластерное ружье.

За открытым люком должен был быть грузовой отсек корабля, но вместо этого датчики дроида зафиксировали там еще один люк - накрепко закрытый.

ОЛР-4 успешно идентифицировал структуру внутреннего люка, но его хилому процессору, оказалось не под силу определить смысл того, что уловили рецепторы. Это была задача для центрального компьютера, но и тот разгадал эту головоломку, как оказалось, недостаточно быстро.

Прежде чем ОЛР-4 успел шевельнуться, внутренний люк выдвинулся вперед, как телескопическая труба, с такой силой и скоростью, что два охранных и три рабочих дроида с хорошим ускорением отлетели на середину ангара. ОЛР-4 и трое других охранников немедленно открыли огонь по развернувшемуся тарану и самой капсуле, но разряды их бластеров рикошетом отлетали от брони.

Пара дроидов запрыгнула на челнок, чтобы с тыла напасть на атакующее устройство, но усилия оказались напрасными. Удары, бластеров настигли их раньше, четвертовав одного и уничтожив другого. И только тогда ОЛР-4, с его ограниченными интеллектуальными способностями, сообразил наконец, что противники скрываются за тараном. И судя по точности выстрелов, они были существами из плоти и крови.

Грузовые капсулы попрежнему проплывали над ними, сотни рабочих дроидов тупо продолжали заниматься своими делами, не обращая внимания на перестрелку посреди ангара. ОЛР-4, в попытке заполучить преимущество над нападающими, не прекращая огня, кинулся в сторону. Разряды шипели у него над головой, а понизу едва не задевали ноги.

Впереди два дроидаохранника от метких выстрелов лишились голов. Третий остался в целости, но рухнул на палубу, безнадежно ослепленный.

Встроенный дисплей сообщил ОЛР-4, что его бластер перегрет и почти разряжен. Центральный компьютер, хоть и получал всю информацию, не отменил своих приказов: ОЛР-4 продолжал стрелять, пытаясь обойти таран с тыла.

Справа от него выстрелом с верхней части корпуса капсулы подбили дроида, чье туловище, нелепо вращаясь, пролетело по ангару, пока не врезалось в один из челноков. Третий дроид потерял ногу, но продолжал балансировать на оставшейся, пока и она не подломилась, - тогда он рухнул на палубу, полыхнув на прощанье фейерверком искр из вокодера.

ОЛР-4 перемещался стратегическим зигзагом, уклоняясь от бластерных разрядов, и почти добежал до капсулы, когда выстрел достал его левое плечо, заставив закружиться на месте. Он пошатнулся, удерживая равновесие, но тут следующий заряд ударил в другое плечо, и, описав круг, дроид упал на спину. Его ноги застряли под челноком. Глядя вверх, он мельком увидел вооруженный отряд, который сумел проникнуть на грузовой корабль: около дюжины двуногих существ из плоти и крови в маскировочных комбинезонах и черной броне. Лица были скрыты дыхательными масками с клыками воздушных фильтров.

В фокус рецепторов ОЛР-4 попал человек с разметавшимися по плечам длинными черными космами. Сервомоторы правой руки дроида были еще дееспособны, и пальцы нажали спусковой крючок бластера. Разряженное оружие отозвалось лишь тихим свистом.

- Ох, - только и сказал ОЛР-4.

Мельком взглянув на него, длинноволосый человек поднял бластер и выстрелил.

Перегруженные системы ОЛР-4 отказали. Его механическое немудреное сознание быстро таяло, он успел передать центральному компьютеру последнее изображение и перестал существовать.

x x x

Сигнал тревоги со сканеров прорезал рабочий гул механизмов на мостике "Дохода". Шелестя одеждами, Даултай Дофайн протащился по командорскому пандусу и послал запрос дроиду, отвечающему за контроль над сканерами.

- Мониторы дальнего слежения обнаружили скопление малых кораблей, двигающихся на полной скорости к нашим позициям, - моно тонным металлическим голосом отрапортовал дроид.

- Что? О ч'ем это он? Суллустианин пояснил: - Корабли идентифицированы как "невидимки" и одна канонерка класса "буря".

Челюсть Дофайна шмякнулась на впалую грудь.

- Напад'ение?

- Шкипер, - произнес дроид, - корабли приближаются.

Дофайн резко ткнул пальцем в сторону огромного экрана: - Покаж'ите мн'е их!

Пока он изучал изображение на дисплее, раздался новый тревожный звук - на этот раз со стороны рабочего места грана, отвечающего за работу компьютера: - Центральный контрольный компьютер сообщает о беспорядках в зоне-2 правого ангара.

Дофайн в изумлении уставился на грана.

- Какого рода б'еспор'ядки?

- Дроиды ведут огонь по одной из грузовых капсул.

- Эти б'езмозглые маш'ины! Если он'и разрушат какуюн'ибудь из грузовых…

- Шкипер, на экране звездные истребители, - доложил суллустианин.

- Возможно, просто неполадки в системе, - продолжал тем временем гран.

Дофайн все в большем раздражении метал злобные взгляды то на одного, то на другого инородца, словно это они были во всем вино ваты.

- Звездные истребители меняют направление. Расходятся на два звена, - суллустианин повернулся к Дофайну. - Перестраиваются в эмблему "Невидимого фронта".

- "Н'евид'имый фронт"! - Дофайн рванулся к дисплею и ткнул длинным и толстым указательным пальцем в матовочерную канонерку. - Этот корабль…

- "Нетопырка", - поспешно подсказал суллустианин. - Корабль капитана Коула.

- Невозможно! - рявкнул Дофайн. - Коул, согласно отч'етам, еще вч'ера был у Маласт'ера.

Суллустианин снова уставился на экран.

- Но эт-то его ккорабль. И где "Нетопырка" - ттам и К-коул, - он слегка заикался.

- Истребители перестраиваются в боевой порядок, - сообщил дроид.

Дофайн повернулся к навигатору: - Акт'ив'ировать с'ист'емы защ'иты!

- Центральный компьютер сообщает; перестрелка в ангаре правого борта продолжается, восемь дроидовохранников уничтожены.

- Ун'ичтож'ены?

- Защитные системы: цель - истребители "Невидимого фронта" - захватили! Дефлекторные щиты активированы!

- Истребители противника открыли огонь!

За обзорным иллюминатором ослепительно полыхнуло, мостик тряхнуло так, что дроид не устоял на ногах и, падая, прокомментировал: - Турболазеры открыли ответный огонь по противнику!

Дофайн круто развернулся на каблуках как раз вовремя, чтобы увидеть, как небо расчертили прерывистые красные импульсы, протянувшиеся от расположенных в "экваториальном поясе" корабля турболазерных батарей.

- Гд'е наше ближайшее подкр'епл'ение?

- В сос'едн'ей зв'ездной сист'ем'е, - ответил навигатор. - "Влад'елец". На н'ем установлено бол'ее тяжелое вооружение, ч'ем у нас.

- Отправьте с'игнал о помощи!

- Раз'умно ли это, шкип'ер?

Дофайну было прекрасно известно, что это значит. Звать на помощь - всегда унизительно. Но он считал, что сохранность груза стоит того, чтобы пойти на унижение.

- Выполн'яйте, - сухо приказал он навигатору.

- Звенья истребителей перестраиваются для второго захода, - доложил суллустианин.

- Гд'е наши истр'ебители? Поч'ему он'и н'е участвуют в отраж'ении атаки?

- Вы отозвал'и их, шкип'ер, - ответил навигатор.

Дофайн бешено замахал руками.

- Ну так запускайте их! Запускайте их, приказываю вам! На старт!!!

- Центральный компьютер запрашивает разрешение изолировать зону - 2 ангара правого борта.

- Закрыть! - заверещал Дофайн. - Изол'ировать ее немедленно!

Глава 2

Отряд, которому удалось проникнуть на борт "Дохода", был не менее разношерстным, чем истребители, которые их прикрывали, - люди и нелюди, мужчины и женщины, приземистые и стройные. Они появились из телескопического люкатарана, обеспечившего им преимущество внезапности. Все они были в маскировочных комбинезонах, охотничьих бесшумных мокасинах, матовочерных бронежилетах, защитных очках военного образца и дыхательных масках. В руках все они держали штурмовые винтовки последнего поколения, и у каждого на ремне был полевой деструктор.

Горстка дроидовохранников, которая к тому моменту еще держалась на ногах, повалилась на палубу с покореженными или с безнадежно запутавшимися конечностями.

Человек, прикончивший ОЛР-4, бесстрашно прошел в центр огромного ангара, взглянул на данные комлинка на запястье и снял дыхательную маску и очки.

После перестрелки в воздухе витали запахи озона и окалины.

- Атмосфера пригодна для дыхания, - сказал он сообщникам. - Но содержание кислорода не больше, чем на высоте четырех километров. Снимите маски, но держите их под рукой, особенно нюхачилюбители т'бака.

Раздалось несколько приглушенных смешков, и все последовали его совету.

Лицо самого главаря, хоть и лишенное теперь защитных приспособлений, все равно выглядело как маска: смуглое, заросшее густой жесткой бородой, с татуировкой из маленьких ромбиков, цепочкой протянувшейся от виска к виску. Лиловые глаза с ледяным спокойствием изучали нанесенный противнику ущерб.

Дроидовохранников видно не было, но зато вся палуба была завалена их останками. Рабочие дроиды различных модификаций продолжали направлять капсулы к месту стоянки.

Другой человек из отряда пнул тяжелую руку дроидаохранника.

- Эти штуки были бы опасными, если б научились хорошенько шевелить мозгами.

- Хорошенько стрелять, - поправил бородатый мужчина.

- Скажите это Расперу, капитан Коул, - сказал третий боевик, родианец Бойни. - Это ведь дроид его пришил.

Зеленокожий родианец был обладателем круглых глазок, вытянутой морды и шипастого желтого гребня.

- Удачливый дроид, выстрел еще удачнее, - заметила его соотечественница.

- Мы здесь не в игрушки играем, - предостерег Коул, пристально посмотрев в глаза каждому. - Центральный компьютер скоро пере бросит сюда подкрепление, а мы все еще за километр от центросферы.

Все посмотрели туда, где в отдалении виднелась переборка. Над головами нависали массивные фермы, двутавровые балки, краны, служебные погрузчики и подъемники, запутанный лабиринт труб и направляющих.

Единственная женщина человеческой расы в отряде тихо присвистнула: - Звездный тупик, да тут можно целую армию спрятать!

Она была такая же смуглая, как и Коул, с короткими каштановыми волосами и тонкими чертами лица. Даже маскировочный комбинезон не мог скрыть ее отличную фигуру.

- Для этого им пришлось бы потратить часть своих прибылей, Релла, - возразил мужчина. - А неймодианцы не станут вкладывать деньги, пока не обновят мантии.

Бойни оскалился: - Ты преувеличиваешь паек полуголодных неймодианцев, вот в чем штука.

Коул кивнул двоим из отряда: - Оставайтесь у челнока. Мы свяжемся с вами, когда захватим мостик.

Он обернулся к остальным: - Группа один, возьмите на себя внешний коридор. Остальные - за мной.

"Доход" слегка содрогнулся. Издалека донеслись раскаты взрывов.

Коул прислушался: - Должно быть, это наши корабли.

В ангаре взвыли сирены, под ногами загрохотало, рабочие дроиды застыли на месте. Релла мельком взглянула на переборку: - Они изолируют ангар.

Коул махнул рукой первому взводу.

- Вперед. Встретимся у турболифтов правого борта. Настройте маскировку ваших комбинезонов на режим пульсации - это собьет дроидов с толку - и не тратьте зря шоковые гранаты. И не забывайте проверять уровень кислорода.

Он сделал несколько шагов, но остановился и добавил: - И вот еще что: если кого-нибудь заденет дроид, терапия бактой будет удержана из его доли.

x x x

Даултай Дофайн напряженно замер на пандусе мостика, с неподдельным ужасом наблюдая, как "Невидимый фронт" безжалостно терзает его корабль.

Разнокалиберные истребители обрушились на "Доход" в полную силу. Как хищные птицы накидывались они на раздутые ангары грузовика, на сопла его строенных досветовых двигателей. Пилотируемые дроидами истребители с "Дохода" не были оборудованы собственными щитами и уничтожались сразу, как только высовывались из защитного поля грузовика.

Вдохновленные успешным натиском, вражеские корабли сотрясали командную башню атаками на бреющем полете. Выстрелы ионной пушки канонерки проникали сквозь дефлекторные щиты и выводили приборы из строя. Лиловый свет заливал иллюминаторы.

Все, что оставалось Дофайну, это стоя на мостике вполголоса поливать террористов бранью.

В обмен на получение практически эксклюзивного права вести торговлю в отдаленных системах, Торговая Федерация обязалась перед Галактическим сенатом на Корусканте довольствоваться властью денег и удерживаться от соблазна превратиться в вооруженное формирование путем накопления военной техники. Но чем дальше от Корусканта уходили исполинские корабли Федерации, тем чаще они становились жертвами нападений пиратов, каперов и террористических группировок - таких, как "Невидимый фронт", затаивших обиду не только на Торговую Федерацию, но и на сам Корускант.

Поэтому Сенат в конце концов даровал Федерации разрешение оснащать грузовые корабли военной техникой в целях самообороны в системах, разбросанных между основными торговыми путями и гипертрассами, где официальные власти не могли в полной мере контролировать ситуацию. Но это только подвигло налетчиков на наращивание собственных вооружений, что, в свою очередь, заставляло Федерацию периодически усиливать оборонительную мощь.

Столкновения в провинциях и на Внешних территориях - в так называемых свободных торговых зонах - стали делом обычным.

А Корускант был далеко, даже если передвигаться со скоростью света, и не всегда просто было установить, кто виноват и кто первым открыл огонь. Временами дело доходило до суда, но зачастую судьи не могли вынести никакого решения, поскольку, кроме голословных свидетельств заинтересованных сторон, им не на что было опереться.

Дела Торговой Федерации могли бы сложиться иначе, если бы не неймодианцы, которые были настолько же скупы, насколько и алчны, Когда дело касалось оборонного оборудования гигантских кораблей, они отыскивали самых дешевых поставщиков и при этом настаивали на том, что важнее всего - защитить груз.

Именно неймодианцы, вопреки голосу разума, настояли на том, чтобы счетверенные лазерные батареи размещались на внешней окружности ангарных крыльев. Хотя подобное расположение турболазеров вполне могло отражать фланговые атаки, оно доказало свою полную беспомощность при отражениях атак сверху или снизу, оставляя незащищенными почти все важнейшие системы корабля: генераторы дефлекторных щитов, реакторы гипердрайва и центральный компьютер.

Таким образом, Торговая Федерация была вынуждена вкладывать деньги во все более мощные генераторы дефлекторных щитов, более толстую броню и, в конце концов, завести эскадроны истребителей. Но на использование в бою истребителей требовалась санкция Сената, и грузовые корабли вроде "Дохода" зачастую оказывались беззащитными перед лицом бывалых налетчиков.

Прекрасно зная все недостатки своей защиты, Даултай Дофайн мог только стоять и смотреть, как корабль и драгоценный груз ломмитной руды уходит из его рук.

- Запас мощности щитов - пятьдесят процентов, - сообщил гран с другого конца мостика, - но мы в опасности. Еще несколько ударов, и "Доход" окажется беспомощным.

- Гд'е "Влад'елец"? - взвыл Дофайн. - Он должен быть уже зд'есь!

Залп с канонерки "Невидимого фронта" - личного корабля капитана Коула - сотряс мостик. Прошлые столкновения научили Дофайна, что большой размер не гарантирует ни защиты, ни тем более победы, зато трехкилометровый диаметр делает его грузовик самой легкой мишенью, какую только можно себе представить.

- Мощность щитов приближается к сорока процентам.

- Лазеры с первого по шестой не отвечают, - добавил суллустианин. - Истребители сосредоточили огонь на дефлекторном генераторе и реакторах двигателей.

Дофайн злобно поджал губы.

- Пусть центральный компьютер акт'ивирует вс'ех дроидов, вс'ю т'ехнику и приготов'ится к защите от вторжения на борт, - закричал он. - Только ч'ерез мой труп капитан Коул подн'имется на этот мостик.

x x x

Не успел отряд капитана Коула преодолеть двери в массивной, разделяющей зоны переборке, как вся техника в зоне-3 неожиданно будто сговорилась не подпустить их ни на метр ближе к шахте гравикомпенсатора, которая связывала крылья ангаров с центросферой.

Краны почти прицельно сбрасывали крюки им на головы, башни подъемников опрокидывались на их пути, сдвоенные автопогрузчики преследовали их, точно в урбанистическом кошмаре, уровень кислорода в воздухе быстро понижался. Даже рабочие дроиды вступили в схватку, размахивая фузионными резаками и силовыми кадибраторами, словно огнеметами и виброножами.

- Центральный компьютер весь корабль на нас натравил, - закричал Коул.

- А чего ты ожидал, Коул, королевского приема? - ответила ему Релла, сосредоточенно палившая по группе вооруженных гидроключами дроидов.

Коул сделал знак Бойни, Релле и остальным пробиваться к последней переборке, отделявшей их от турболифтов центросферы. В разреженном воздухе оглушительно выли и стонали сирены. Трассы бластерных разрядов, умноженные рикошетами, сплетались в полыхающую паутину не хуже праздничной иллюминации на Корусканте в честь Дня Республики.

Коул стрелял на бегу, потеряв счет уничтоженным им дроидам и израсходованным обоймам бластера. Дроиды загнали в угол двоих из его отряда, и тем теперь сложно будет добираться до места встречи, но выручать их уже некогда.

Преследуемый тремя автопогрузчиками, отряд на полной скорости миновал двери в переборке и стал пробиваться к ближайшим шахтам турболифтов.

Люк, ведущий к путепроводам, оказался задраен.

- Бойни! - позвал Коул.

Родианец сунул бластер в кобуру, подбежал к капитану, осмотрел люк сверху донизу и кинулся к контрольной панели на стене. Он потер ладони, прищелкнул длинными пальцами с присосками на концах, собираясь с духом, прежде чем приступить к взлому кода. Коул хлопнул его по загривку.

- Что застрял, новобранец нестреляный? - с мрачным видом спросил он, - Хакни эту штуковину.

x x x

Дофайн мерил шагами мостик, когда люк снесло взрывной волной, а последовавший за этим шквал парализующего жара швырнул Дофайна на палубу.

Шестеро боевиков Коула, почти невидимых благодаря маскировочным комбинезонам даже на фоне полированных переборок, вышли из облака дыма. Быстро и умело они обезоружили грана и закрепили ограничительные блоки на грудных пластронах дроидов.

Коул послал одного из своих людей к передатчику: - Свяжись с "Нетопыркой". Скажи, что мы захватили рубку. Пусть перестроят истребители в оборонительные порядки и прикроют наш отход.

Повинуясь жесту Коула, другой боец подошел к рабочему месту грана.

- Прикажи центральному компьютеру перейти на ручное управление. Открой все переборки в ангарах.

Человек кивнул и спрыгнул с пандуса.

Коул набрал код на комлинке у себя на запястье и поднес его ко рту: - Основной команде. Мы взяли мостик. Перегоните челнок в зону-3 и посадите у внутренней стены, как можно ближе к порталу. Мы скоро подойдем.

Капитан обнулил комлинк, оглядел лица пяти немеханических пленников и остановился на Дофайне. Тогда Коул достал бластер.

Дофайн поднял руки повыше и попятился на два шага. Коул наступал на него.

- Вы стан'ете стрел'ять в б'езоружного, капитан Коул? - пролепетал Дофайн.

Коул уткнул ствол под ребра Дофайну.

- Если бы я застрелил безоружного неймодианца, я бы спал еще крепче.

Он зло посмотрел в глаза Дофайну, потом убрал бластер в кобуру и повернулся к родианцу.

- Бойни, приступай. И поживее. Коул вновь развернулся на каблуках и встретился взглядом с Дофайном: - Где остальные члены вашего экипажа, шкипер?

Дофайн сглотнул - он едва мог говорить.

- Возвращаются с Дорваллы на ч'елноке.

Коул кивнул: - Что ж, это упрощает дело.

Подталкивая Дофайна указательным пальцем в грудь, Коул заставил его попятиться вниз по пандусу к креслу навигатора. Последним толчком он усадил Дофайна прямо в кресло.

- Давайте поговорим о вашем грузе, шкипер, - начал Коул.

- Г-ггруз? - заикаясь, переспросил Дофайн. - Ломм'ит - для п'ереправки на Слуис Ван.

- Тьма с ним, с ломмитом, - прорычал Коул. - Я говорю об ауродиуме.

Дофайн изо всех сил старался, чтобы его красные глазки не выскочили на лоб. На мигательные перепонки напал тик, и он моргнул дюжину раз подряд, прежде чем проморгался.

- Аурод'иум? - последним усилием воли шкипер попытался изобразить святую невинность.

Коул наклонился к нему: - Вы везете два биллиона в слитках ауродиума.

Дофайн под взглядом Коула окоченел и даже перестал стучать зубами.

- Вы… вы, должно быть, ош'ибаетесь, кап'итан. "Доход" загружен рудой.

Коул выпрямился во весь рост и навис над Дофайном.

- Повторю еще раз: вы везете слитки ауродиума - мзда, которую передали вам миры Внешних территорий, чтобы обеспечить себе дальнейшую благосклонность Торговой Федерации.

Дофайн неожиданно для самого себя ухмыльнулся: - А, так вы вал'юту ищ'ете. А мне вс'егда говор'или, что пресловутый кап'итан Коул работает на высокие ид'еалы. Т'еперь-то я в'ижу, что он обыкновенный вор.

Коул тоже усмехнулся: - Не всем же быть ворами по лицензии, вроде вас и вашей кодлы!

- Торговая Фед'ерация не зан'имается нас'илием и убийствами, кап'итан.

Коул внезапно двумя руками сгреб Дофайна за грудки, комкая его дорогое одеяние, и чуть не выдернул из кресла.

- Пока еще вы этим не занимаетесь, - процедил он и пихнул Дофайна обратно в кресло. - Но время покажет. Сейчас меня волнует ауродиум.

- А если я н'е подч'инюсь? - пискнул Дофайн.

Не сводя глаз с шкипера, Коул показал на родианца.

- Бойни там сейчас занимается установкой термального детонатора на систему подачи топлива. Насколько я понимаю, это устройство вызовет взрыв, достаточный, чтобы уничтожить ваш корабль через… Бойни?

- Шестьдесят минут, капитан, - откликнулся Бойни, поддерживая на весу металлический шар размером с дынювонючку.

Коул достал что-то из кармана своего маскировочного комбинезона и пришлепнул это что-то к тыльной стороне ладони Дофайна. Дофайн пригляделся и понял, что это таймер, который уже вел обратный отсчет. Он поднял взгляд на Коула.

- Вернемся к слиткам, - сказал Коул. Дофайн кивнул.

- Да. Я скажу, если вы пооб'ещаете пощад'ить корабль.

Коул коротко рассмеялся.

- "Доход" - это уже история, шкипер. Но я даю слово, что сохраню вам жизнь, если вы выполните мои условия.

Дофайн снова кивнул.

- Что ж, тогда я, по крайней м'ере, доживу до вашей казн'и, - ему уже почти нечего было терять. Подумать только, что скажет вицекороль…

Коул пожал плечами.

- Кто знает, шкипер… - Он выпрямился и подмигнул Релле: - Ну, что я тебе говорил? Это же просто, как…

- Капитан, - перебил его человек у передатчика. - Из гиперпространства вышел корабль. Идентифицирован как корабль Торговой Федерации "Владелец".

Релла оглушительно фыркнула.

- Что ты там говорил, Коул?

Взгляд Коула, обращенный к Дофайну, был полон неподдельного удивления: - Может, ты и не такой тупица, как кажешься.

Он запрыгнул на другой пандус и подошел к ряду иллюминаторов. Релла присоединилась к нему.

- Сценарий меняется, - объявил всем Коул. - "Владелец" запустит истребители, как только окажется в зоне досягаемости. Передайте "Нетопырке" команду принять бой.

Дофайн позволил себе удовлетворенно ухмыльнуться: - Возможно, т'еперь, с уч'етом обстоятельств, вам прид'ется отказаться от сокров'ища, кап'итан Коул?

Коул испепелил его взглядом.

- Я не уйду без него, шкипер, - и без вас тоже, - он сверился с таймером на правом запястье Дофайна. - Пятьдесят пять минут.

- Коул, - выразительно окликнула Релла. Он искоса взглянул на нее.

- Без ауродиума операция не окупится, солнышко.

С досадой покусывая ослепительными зубками нижнюю губу, она все же заметила: - Да, но хорошо бы остаться в живых, чтобы суметь потратить добычу.

Он покачал головой.

- По крайней мере, в моем раскладе смерть на карте не стоит.

Совсем недалеко от мостика сгусток убийственной энергии настиг одного из истребителей "Невидимого фронта", и тот исчез в ореоле раскаленной добела пыли и собственных обломков.

- Выстрел "Владельца", - доложил один из наемников.

Черты Реллы исказила тревога.

Коул проигнорировал ее взгляд. Он сдернул Дофайна с кресла, рывком за шкирку поставил его на пандус и принялся подталкивать его к взорванному люку.

- А ну-ка в темпе, шкипер. У нас резко сократилось время на сборы.

Глава 3

Последняя грузовая капсула, плывущая на репульсорной тяге к зоне-3 летной палубы сквозь тьму и хаос правого ангарного крыла, не привлекла особого внимания. Она была немного больше, чем большинство капсул, направляемых к зоне-3, хотя и не такая огромная, как челнок "Невидимого фронта", и значительно уступала размером баржамрудовозам. Более того, никому бы и в голову не пришло, что в этом челноке, как и в том, что использовали террористы, скрывается живой груз.

Двое мужчин человеческой расы спиной к спине сидели в креслах. Их одежды являли собой прямую противоположность наряду Даултая Дофайна - светлые туники и штаны свободного покроя, без всяких украшений, высокие сапоги из кожи нерфа, а головными уборами и драгоценностями пришельцы вовсе не озаботились.

Столь скромные одеяния лишь придавали еще больше таинственности их "коварному" замыслу.

Подставной челнок не был снабжен иллюминаторами, но скрытые в его обшивке видеокамеры транслировали фрагменты происходящего в ангаре его пассажирам.

Наблюдая, как в беспорядке отходит банда Коула, молодой человек на переднем сиденье заметил: - Учитель, капитан Коул оставил для нас четкий след.

- Верно, падаван, - откликнулся второй. - Но если встречаешь следы в лесу, не обязательно идти по ним, сколь бы отчетливы они ни были. Используй Силу, Оби-Ван, сколько раз повторять.

Едва умещавшийся на заднем сиденье старший в этой паре превосходил своего спутника не только по возрасту, но и по га баритам. Он носил густую бороду, а пышную гриву седеющих, когда-то рыжих волос зачесывал назад, оставляя открытым высокий благородный лоб. Глаза его были пронзительно голубыми, а переносица слегка приплющена, как если бы некогда нос был сломан так, что даже терапия бактой не смогла скрыть последствий.

Его спутник по имени Оби-Ван был безусый и безбородый юноша с ямочкой на подбородке и высоким чистым лбом. Каштановые волосы были собраны в короткий пучок на затылке. Изза уха на правое плечо свисала тонкая косица - символ его положения.

- Учитель, а на их челноке есть какие-то отличительные знаки? - через плечо спросил Оби-Ван.

Тот, к кому он обращался, кое-как извернулся на сиденье и показал на открытый челнок в левом нижнем дисплее над головой Оби-Вана.

- Вон тот. Они, должно быть, планируют стартовать от внутренней стены ангара. Посади нас поблизости, но постарайся не привлекать внимания. И входной люк пусть лучше смотрит в другую сторону. Коул никогда не забывает выставить охрану.

- Не хотите сами взять управление, учитель? - обиженно буркнул ОбиВан.

Куай-Гон улыбнулся: - Ну если только тебе самому надоело сидеть в кресле пилота, падаван, Оби-Ван поджал губы, надувшись еще больше.

- Мне вовсе не надоело, учитель, - какое-то время он изучал изображение на экране. - Я нашел для нас подходящее местечко.

Двигаясь, будто бы под управлением дроидоврегулировщиков, капсула опустилась на четыре шасси. Джедаи молча наблюдали за экранами. Наконец из челнока Коула появились двое мужчин в кислородных масках, закрывающих лица, и с деструкторами в руках.

- Вы были правы, учитель, - радостно сообщил Оби-Ван. - Коул становится предсказуемым.

- Будем надеяться, Оби-Ван, будем надеяться.

Тем временем один из выставленных вокруг челнока часовых отошел к открытому люку, где ждали остальные.

- Это наш шанс, - сказал Куай-Гон. - Ты знаешь…

- Я знаю, что делать, учитель. Но я все еще не понимаю, что вы задумали. Мы могли бы взять Коула здесь и сейчас. Воспользуемся преимуществом внезапности.

- Гораздо важнее выяснить расположение базы "Невидимого фронта", падаван.. У нас еще будет время положить конец деяниям капитана Коула.

Куай-Гон закусил мундштук небольшого дыхательного прибора и повернул рычаг, открывающий круглый носовой люк. Какофония пронзительного воя сирен приветствовала их. Два джедая выбрались на свет - мерцающий красный свет аварийных ламп.

Ничто с такой ясностью не говорило об их принадлежности к Ордену, как отполированные металлические цилиндры, висевшие на поясе у Куай-Гона и ОбиВана. Узкий цилиндр тридцати сантиметров длиной казался просто одной из полезных мелочей, которые обычно распихивают по карманам или подвешивают на ремень. Джедаи и в самом деле именно так его и расценивали. Но, по сути, это было оружие света - хоть в обыденном, хоть в возвышенном смысле, - с которым многие поколения джедаев охраняли мир и справедливость в Галактике. Охраняли чистоту Светлой стороны Силы. Орден десятки тысяч лет посвятил изучению и созерцанию Силы, энергетического поля, пронизывающего все живое и сплетающего все Галактику в единое целое, и обрел могущество взаимодействия с нею. Ныне Орден добровольно взял на себя обязанность служить Республике.

Короткими перебежками, быстро и бесшумно, Куай-Гон подбирался к челноку Коула, сжимая в правой руке лазерный меч и используя любое маломальски подходящее укрытие. Он понимал, что при таком шуме отвлечь двух охранников будет задачей не из легких. Но он должен был дать Оби-Вану хоть несколько мгновений.

На изогнутом носу одного из челноков валялись останки боевого дроида - верхняя часть туловища и удлиненная голова. Не сводя глаз с караульных Коула, Куай-Гон вдавил кнопку активатора на рукояти меча.

Короткий зеленый клинок с шипением вырвался из эфеса и тихо зазвенел в разреженном воздухе. Одним размашистым ударом Куай-Гон отсек голову дроида от его тонкой шеи и почти тотчас же вытянул левую руку ладонью наружу. Тяжелая металлическая голова пролетела через ангар и с грохотом рухнула на палубу метрах в пяти от поста террористов.

Двое караульных с деструкторами наизготовку резко развернулись на звук.

В это самое мгновение Оби-Ван тенью скользнул к челноку Коула.

x x x

На осевом уровне центросферы грузовика Коул, Релла, Бойни и остальные боевики Коула, выпучив глаза и отвалив челюсти, уставились на заначку слитков ауродиума, которую они выволокли из охраняемого склада "Дохода" и взгромоздили на грависани. Слитки светились изнутри, переливаясь всеми цветами радуги, и словно гипнотизировали.

Даже Дофайну и его четверым помощникам едва удалось оторвать взгляд от этого зрелища.

- Тьма, да я чуть не задохнулся, - сказал Бойни. - Теперь и помирать не так обидно будет.

Коул стряхнул наваждение и повернулся к Дофайну. Запястья неймодианца были скованы светящимися шоковыми наручниками.

- Примите нашу благодарность, шкипер. Немногие из неймодианцев были бы столь любезны в вашем положении.

Дофайн посмотрел сердито.

- Вы сл'ишком много с'ебе позволяете, кап'итан.

Коул равнодушно пожал широкими плечами.

- Скажите это членам правления Торговой Федерации.

Он кивком скомандовал Релле тронуть сани, затем подтолкнул Бойни за плечи к встроенной контрольной панели.

- Залезь в центральный компьютер, пусть он проведет диагностику системы подачи топлива. Когда он обнаружит термальный детонатор, выдаст сигнал об аварийной эвакуации.

Бойни понимающе закивал.

- И обязательно убеди его избавиться ото всех грузовых капсул и барж, - добавил Коул.

Глаза Дофайна расширились - ему показалось, что он начал понимать замысел Коула.

- А, так вы вс'е же подумали о ломм'ите! Коул повернулся к нему: - Неужто вы полагаете, что меня хоть как-то волнует мнение Торговой Федерации? Вы меня явно с кем-то путаете.

Дофайн смешался.

- Тогда поч'ему вы спасаете груз?

- Спасаю груз? - Коул упер руки в боки и неудержимо расхохотался. - Да просто обеспечиваю достаточное количество мишеней "Владельцу", шкипер.

x x x

С тем же проворством, которое помогло ему добраться до челнока террористов, Оби-Ван вернулся к кораблю джедаев.

- Все на месте, учитель, - сказал он, с трудом перекрикивая рев сирен.

Куай-Гон показал ему на люк. Но не успел Оби-Ван и шагу ступить, как все челноки в ангаре принялись один за другим отрываться от палубы и двинулись по направлению к наружному шлюзу ангара.

- Что происходит?

Куай-Гон в легком недоумении огляделся по сторонам.

- Они сбрасывают груз.

- Не слишком-то это похоже на террористов, учитель.

Куай-Гон задумчиво наморщил лоб.

- Центральный контрольный компьютер не допустил бы этого, если бы грузовику не угрожала серьезная опасность.

- Возможно, так оно и есть, учитель. Куай-Гон не стал спорить.

- В любом случае, падаван, нам лучше спрятаться. Если только затея Коула не провалилась, он должен быть здесь с минуты на ми нуту.

x x x

Едва поспевая за нагруженными слитками грависанями, отряд Коула трусцой бежал по ангару правого борта к месту сбора. Команда "Дохода" старалась не отставать, терпя кислородные маски и тычки бластеров в спины. Повсюду вокруг них грузовые челноки и тендеры воспаряли в воздух и устремлялись к порталам во внутренних и внешних стенах ангара.

К тому времени, когда они добирались до поджидавшего их челнока, даже Коул стал задыхаться. Только один из ранее отставших бойцов группы Коула, белый и пушистый до кончика хвоста ботан, сумел прорваться к месту встречи, но Коул отказался возвращаться, бросив оставшегося боевика на произвол судьбы. Каждый из них знал, на что идет.

- Укладывайте ауродиум, - крикнул Коул Бойни через речевой аппарат дыхательной маски. - Релла, пересчитай бойцов и поднимай всех на борт.

Даултай Дофайн озабоченно покосился на таймер, который так и висел на его запястье.

- Что буд'ет с нам'и? - возопил он.

Человек из отряда Коула развязно махнул рукой в сторону большого челнока поблизости, который с минуты на минуту должен был стартовать.

- Могу предложить вам разгрузить эту штуку и запихать свои тушки внутрь.

Дофайн из последних сил старался не поддаваться панике.

- Мы же пог'ибнем в н'ем! Человек презрительно рассмеялся.

- А что? Тоже вариант! Дофайн повернулся к Коулу.

- Ваш'е слово…

Коул наклонил голову и посмотрел на таймер, затем любезно бросил Дофайну: - Если поторопитесь, успеете к спасательным капсулам.

Глава 4

Оби-Ван дождался, пока челнок террористов оторвется от палубы, и запустил репульсорные двигатели. Вдоль внутреннего изгиба ангарного крыла в каждой зоне открылись вспомогательные магнитные шлюзы.

К этим меньшим выходам устремилось множество грузовых челноков и барж, и, несмотря на все усилия центрального компьютера, в узких проходах моментально образовались пробки.

Оби-Ван понимал, что если они вовремя не поспеют к шлюзу, им с КуайГоном придется изыскивать другие способы покинуть корабль. Но юный джедай был сама педантичность. Прежде чем выбрать курс, он не пожалел времени на пристальное изучение потоков транспорта, пытаясь предсказать возникновение пробок, и только потом выбрал курс и тронул рычаги управления.

Этот курс бросил их прямо вверх, под потолок, куда едва доставали стрелы кранов и подъемников, а потом круто вниз, к выходу из зоны-3. Зацепив при снижении три челнока, Оби-Ван чудом избежал столкновения с баржей, которая незамедлительно закупорила собой весь проход шлюза.

Коул покинул ангар минутой раньше, но охотничий нюх говорил Оби-Вану, что настоящему джедаю не составит труда отыскать корабль Коула среди всего этого бегущего стада.

- Вот они, учитель, - сообщил он Куай-Гону, изучавшему дисплеи заднего обзора. - Направляются прямиком к центросфере. Не могу точно сказать, собираются ли они обойти ее сверху или снизу, но они набирают скорость.

- Держись за ними, Оби-Ван, но сохраняй дистанцию. Нам пока ни к чему, чтоб они нас засекли.

Кольцо исполинских ангарных крыльев, обнимающих белоснежную башню центросферы… да, на это стоило посмотреть. Особенно когда из трюмов величественного грузовика брызжет во все стороны поток кораблей всех форм и размеров. Но беспорядочное движение этих челноков и барж не оставило ОбиВану времени любоваться видом. Он старался следить одновременно за мерцающей точкой, обозначающей корабль Коула на дисплее следящей системы у себя над головой, и экранами на контрольной, панели с изображением всего происходящего вокруг корабля.

Поскольку большая часть челноков стремились к нижней части центросферы, то когда один из них хотя бы слегка задевал другой, сразу начиналась цепная реакция столкновений. Уже многие беспорядочно вращались, потеряв управление, а несколько штук рисковали врезаться в крылья ангаров.

Все это начинало напоминать Оби-Вану утомительные упражнения в начале обучения в Храме на Корусканте: когда надо было сосредоточиться на одномединственном задании, пока не меньше пяти преподавателей делали все, чтобы отвлечь его.

- Следи за кормой, падаван, - предупредил Куай-Гон. - Ну вот, пожалуйста…

Вынырнувший изпод их корабля челнок зацепил-таки корму. Чтобы не начать кувыркаться вверх тормашками, Оби-Ван добавил мощности на носовые маневровые двигатели. Но толчок сбил их с курса, и они неожиданно оказались в опасной близости от широкой несущей трубы, - соединяющей центросферу с крыльями ангаров.

Оби-Ван покосился на дисплей над головой, но мерцающей точки на нем не обнаружил.

- Учитель, я потерял их.

- Сосредоточься на том, куда ты хочешь двигаться, Оби-Ван, - спокойно посоветовал Куай-Гон. - Забудь про дисплей и позволь Силе вести тебя.

Оби-Ван закрыл на мгновение глаза и выправил курс так, как подсказала ему интуиция. Покосившись на дисплей, он обнаружил, что челнок Коула теперь впереди и чуть справа.

- Я вижу их, учитель. Они нацелились на верхушку центросферы.

- Капитан Коул никогда подолгу не задерживается в стаде.

Оби-Ван запустил маневровые двигатели и скорректировал курс Изображение центросферы заполнило собой экраны, связанные с видеокамерами на носу их корабля. Оби-Ван знал, что когда-то там были конференцзалы и каюты для экипажа, пока Торговая Федерация полностью не перешла на использование труда дроидов.

Они уже почти достигли вершины центросферы, когда на одном из дисплеев промелькнул одиночный истребитель. Спаренные лазерные пушки палили по невидимой цели.

- "Невидимка" "Невидимого фронта", - с легким удивлением прокомментировал Куай-Гон.

Прочный малогабаритный истребитель со скошенными крыльями, "невидимка" был спроектирован для боев в атмосфере. Но террористы оборудовали его хвостовыми стабилизаторами и гипердрайвом.

- Но по кому они стреляют? - спросил Оби-Ван. - Пилоты Коула, должно быть, уже уничтожили звездные истребители "Дохода".

- Полагаю, скоро мы это узнаем, падаван. А ты пока не отвлекайся от дел более насущных.

Оби-Ван на это мягкое замечание спеша ощетинился, но сознавал, что получил по заслугам. Была у него привычка забегать вперед, вместо того чтобы, как это делал Куай-Гон, сосредоточиться на мудреной штуке, которую джедаи называли живой Силой.

Поднявшись довольно высоко над центросферой и угловатыми сканерами на вершине командной башни грузовика, челнок Коула набрал скорость и, совершив несколько дерзких маневров, вынырнул из скопления других челноков и барж, служивших ему укрытием. Опасаясь слишком уж отстать от них, Оби-Ван добавил мощности двигателям.

К тому моменту, когда они по дуге проходили над центросферой, Оби-Ван существенно сократил дистанцию между челноками. Он готовил корабль к преследованию в космосе, когда еще один истребитель - модифицированный Зет95 "охотник за головами" - промелькнул в поле зрения камеры и взорвался.

- Бой продолжается, - заметил Куай-Гон.

Выйдя за пределы кольца ангаров, джедаи наконец увидели источник ответного огня. Над ночной стороной Дорваллы, словно гигантское кольцо, завис другой грузовик Торговой Федерации. На его дефлекторных щитах распускались огненные цветы - следы попаданий кораблей "Невидимого фронта". Щиты пока держались, поглощая энергию.

- Подкрепление Торговой Федерации, - пробормотал Оби-Ван.

- Этот грузовик может усложнить нам задачу, - задумчиво проговорил Куай-Гон.

- Но на этот раз мы непременно возьмем Коула, - с энтузиазмом заявил Оби-Ван.

- Коул не так прост, Оби-Ван, и предвидел такой оборот. Он и шага не сделает без плана.

- Но, учитель, без кораблей огневой поддержки…

- Хватит гадать, - перебил его Куай-Гон. - Просто держись курса.

x x x

В тесных отсеках челнока террористов восемь бойцов Коула занимались каждый своим делом. Обязанности были строго распределены заранее.

- Внешние и внутренние люки задраены, капитан, - отрапортовал Бойни из своего угла у изогнутой приборной панели. - Все системы в норме.

- Приготовиться к переходу с репульсоров на фузионную тягу, - сказал Коул, поправляя ремни своего кресла.

- Подготовка к переходу пошла, - передала Релла.

- Передатчик включен, - доложил еще ктото. - Настройка на приоритетную волну.

- Мы вышли в открытый космос, капитан. Преодолеваем тысячеметровый рубеж, считая от центросферы.

- Спокойнее, - сказал Коул, памятуя об определенной нехватке воздуха. - Будем держаться тише воды, ниже радара, пока не перейдем отметку в десять тысяч метров. Тогда уйдем в прыжок.

Релла взглянула на него с одобрением - Хорошо задумано и выполнено безупречно…

- А главное, исключает возможность того, чтобы кто-то нас засек: до, во время или после, - закончил Бойни.

- Курс одинодинсемь, нос грузовика, - сказал им Коул. - Ускоряемся к точке пять. Отключить фузионную тягу.

Он откинул спинку кресла и включил экран правого борта. "Нетопырка" и корабли поддержки сумели не подпустить "Владельца" ближе. Но в бою участвовали все звездные истребители Торговой Федерации. Пилоты "Невидимого фронта" изматывали их, а грузовые потоки, извергающиеся из ангаров "Дохода", сбивали с толку. Теперь вся проблема была в том, чтобы воссоединиться с "Нетопыркой" и оторваться на пару парсеков от "Владельца".

Релла наклонилась к Коулу и прошептала: - Коул, если мы выживем, я прощу тебя за то, что ты согласился начать эту операцию.

Коул открыл было рот, чтобы ответить ей, но тут заговорил Бойни: - Капитан, что-то необычное… Может, это случайность, но одна из грузовых капсул висит у нас на хвосте.

- Покажи, - сказал Коул, свирепо уставившись на экран.

- Прямо по центру. Та штуковина с узким соплом.

Коул немного подумал и приказал: - Изменить курс на одинодиндевять. Релла занялась корректировкой курса. Бойни нервно хихикнул.

- Капсула меняет курс на одинодиндевять.

- Может, что-то вроде гравитационного следа? - спросил другой боец, человек по имени Йалан.

- Гравитационный след? - насмешливо переспросила Релла. - Да что это за штука такая, луны Богдена тебя раздери?

- Это такая штука, которая заменяет нашему Йалану извилины, - пробормотал Бойни.

- Прекратите немедленно, все трое, - сказал Коул, задумчиво поглаживая бороду. - Просканировать эту капсулу мы можем?

- Можно попробовать. Коул тяжело вздохнул и скрестил руки на груди.

- Что ж, давайте поиграем с этим навязчивым булыжником. Направляемся обратно в рой грузовиков.

x x x

- Учитель, они нас сканируют, - сообщил Оби-Ван. - А еще они меняют курс.

- Рассчитывают затеряться среди грузовых капсул, - согласился КуайГон. - Пора подкинуть им новую головную боль. Активируй термальный детонатор, как только они отойдут от грузовика.

x x x

Челнок террористов немилосердно затрясло, когда он вошел в облако сброшенного груза, клубящегося в пространстве между двумя грузовикамигигантами Торговой Федерации, и капсулысоседи принялись задевать его бортами. Коул вцепился в подлокотники кресла.

- Так мы не слишком много выгадали, - проворчал Бойни, цепляясь пальцамиприсосками за приборную панель.

- Коул, - рявкнула Релла, - если мы отсюда в темпе не уберемся, то точно сгинем под огнем истребителей.

Взгляд Коула был прикован к экрану над головой.

- Что делает та капсула?

- Аккуратно повторяет каждое наше движение.

Один из людей вполголоса выругался.

- Да что там такое, в этой штуке?

- Или кто? - добавил другой.

- Все не так просто, - покачал головой Коул. - Нутром чую…

Бойни покосился на него.

- Капитан, я ни разу в жизни не встречал никого, кто мог бы так пилотировать грузовую капсулу.

Коул принял решение и хлопнул по подлокотникам.

- Хватит терять время. Запустить маршевые фузионные двигатели!

Бойни вдруг чуть не выпрыгнул из кресла, врезался макушкой в низкий потолок, потерял дар внятной речи и принялся размахивать руками, как сумасшедший, мычать и тыкать в один из индикаторов панели?

- Бойни! - заорал Коул, пытаясь привести родианца в чувство. - Говори толком!

Бойни резко повернулся к нему, уставился черными глазками, словно не очень-то веря в происходящее, и сообщил: - Капитан, у нас на реакторе термальный детонатор!

Коул воззрился на него не менее недоверчиво.

- И сколько до взрыва?

- Пять минут, отсчет пошел!!!

Глава 5

Мостик "Владельца", с его бессмысленной роскошью, круговыми иллюминаторами и расположенными чуть ниже уровня мостика контрольными панелями, за которыми работали члены экипажа, был словно братблизнец мостика "Дохода", с той только разницей, что на нем присутствовал полный состав экипажа - восемь особей, причем все - неймодианцы.

Шкипер Нап Лагард разглядывал через лобовые иллюминаторы маячивший вдалеке "Доход" С такого расстояния тупоносые капсулы и баржи, изливавшиеся из его трюмов, казались просто блестящими в солнечном свете пятнышками. Но на экранах, транслировавших увеличенное изображение, было видно, что сотни капсул пали жертвами метких попаданий истребителей и случайных столкновений. Драгоценный ломмит вываливался из них и болтался в пространстве. Душераздирающее зрелище. Но Лагард уже твердо решил, что сделает все возможное для спасения груза, который еще можно спасти, - учитывая, что за террористами можно и потом погоню организовать.

Искалеченный "Доход" являл собой фирменный знак "Невидимого фронта": пузыри на дюрастиловой броне, зияющие пробоины в корпусе, куски покореженной командной надстройки. "Владельцу" такая участь не грозила: на нем недавно были установлены усиленные перекрывающиеся дефлекторные щиты. А кроме того, "Владелец" нес вдвое больше обычного пилотируемых дроидами истребителей.

Истребители "Невидимого фронта" набросились на "Владельца", как только тот вышел из гиперпространства. При поддержке счетверенных лазерных батарей грузовоза истребителям "Владельца" удалось отразить атаку и оттеснить террористов к "Доходу", где битва продолжалась до сих пор. Пилотируемые дроидами корабли один за другим исчезали в сферических облаках взрывов, но и "Невидимый фронт" не жалел крови, потеряв две "невидимки" и одного "охотника за головами".

Только "Нетопырка" - канонерка размером со средний фрахтовик, принадлежащая наемнику, известному как капитан Коул, - продолжала угрожать "Владельцу", испытывая его новые щиты на прочность разрушительными налетами.

Но теперь уже и "Нетопырка" отступила, устремившись к полярной шапке Дораваллы, только дюзы засверкали.

- Каж'ется, мы их отт'еснили, - позволил себе заметить один из помощников Лагарда.

Лагард неопределенно хмыкнул.

- Должно быть, кап'итан, Коул отдал команду об аварийной эвакуации, - продолжал помощник. - "Нев'идимому фронту" больше по душе, чтобы наш ломм'ит зат'ерялся в космосе, нежели позвол'ить ему попасть к нашим покупателям на Слуис Ван.

Лагард снова хмыкнул.

- Мож'ет, они думают, что нан'если удар по Торговой Фед'ерации. Но им прид'ется пер'едумать, когда мы застав'им Дорваллу возм'естить нам убытки.

Помощник кивнул.

- Суд буд'ет на нашей стороне.

Лагард на мгновение оторвался от зрелища за иллюминатором.

- Да. Но эт'им т'ерактам нужно положить кон'ец.

- Шк'ипер, - вмешался офицер по связи, - мы получ'или кодированное сообщение от шкипера Дофайна.

- С "Дохода"?

- Со спасат'ельной капсулы, шк'ипер.

- Пропуст'ите сообщение через деш'ифратор и подготовьте ант'енны луча захвата.

Динамики на мостике ожили с легким треском.

- "Влад'елец", говорит шк'ипер Даултай Дофайн.

Лагард поспешил к центру мостика.

- Дофайн, говорит шк'ипер Лагард. Мы пр'имем вас на борт в скор'ейшие сроки.

- Лагард, слушайте внимательно, - сказал Дофайн, - свяж'итесь с вицекоролем Гунраем. Мн'е необход'имо безотлагательно с ним п'ереговорить.

- С в'ицекорол'ем? Что за срочность?

- У м'еня информация, предназначенная для ушей вицекороля, - прошипел Дофайн.

Лагард стерпел оскорбление и отступил.

- А как же кап'итан Коул, шк'ипер Дофайн? Он завлад'ел вашим корабл'ем?

- Кап'итан Коул удрал на подставной грузовой капсуле.

Лагард повернулся к иллюминаторам.

- Вы мож'ете как-то его ид'ентифицировать?

- Идентифицировать? - ядовито переспросил Дофайн. - Пожалуйста: это точно такая же капсула, как и все остальные.

- А что с "Доходом"?

- А "Доход" вотвот разл'етится вдр'ебезги!!!

x x x

В челноке террористов Бойни с ужасом пялился на приборную панель.

- Тридцать секунд до взрыва.

- Коул! - взвизгнула Релла, не дождавшись реакции капитана. - Да сделай же чтонибудь!

Коул взглянул на нее, поджав губы.

- Сделать? Хорошо: сброс наружной оболочки.

Один из его боевиков вздохнул с облегчением. Бойни бешено отстучал команду.

- Заряды активированы, - доложил родианец. - Сброс через десять секунд. Коул фыркнул.

- В такие минуты всегда хочется увидеть физиономии противников.

x x x

Куай-Гон и Оби-Ван наблюдали за челноком Коула каждый на своем экране. Внезапно челнок опоясала серия небольших взрывов, и он распался на две части. Внутри оказался сплюснутый кораблик поменьше.

Заработали фузионные двигатели, и кораблик умчался прочь от сброшенной оболочки. И только тогда нижняя половинка отстреленного корпуса взорвалась.

- Должно быть, наш детонатор сработал, - флегматично заметил Куай-Гон. - А как там маячок?

- Закреплен на корпусе меньшего челнока и продолжает функционировать, учитель, - ответил Оби-Ван. - Вам снова удалось предугадать действия капитана Коула.

- Я просто знал, что делаю, палаван. Оби-Ван потянулся к приборам и мечтательно улыбнулся.

- Хотел бы я сейчас увидеть физиономию Коула…

x x x

Челюсть Коула упала на грудь, да так там и осталась: на его глазах корабль преследователей опоясала цепочка небольших взрывов. Внутри оказался бескрылый кореллианский "ланцет", весь - от кончика заостренного носа до граненого хвоста - окрашенный в откровенный кармин.

- Цвета Корусканта! - ошарашенно выдохнул Бойни. - Департамент юстиции.

- Повторяет каждый наш маневр, - доложила Релла, которая вела корабль сквозь рой грузовых капсул и свободно плавающие скопления ломмитной руды.

- Настигает, - уточнил Бойни. Релла наотрез отказалась признавать этот очевидный факт.

- С каких это пор пилоты департамента юстиции вытворяют такие фортеля?

- А кто ж там еще может быть пилотом? - хмыкнул один из боевиков. - Уж точно не неймодианец.

Коул встретился взглядом с Реллой.

- Джедай? - хором выпалили они оба. Коул подумал и покачал головой.

- Что здесь делать джедаям? Мы не на территории Республики. А кроме того, никто - то есть ни одна живая душа - не знал об этой операции.

Бойни и остальные как-то слишком поспешно закивали.

- Капитан прав. Ни одна душа.

Вот только голос Бойни звучал настолько фальшиво и неуверенно…

Коул внезапно осознал, что все внимательно на него, Коула, смотрят.

- Никто, Коул? - многозначительно спросила Релла.

Он набычился.

- Во всяком случае, никто за пределами "Невидимого фронта".

- Ну, может, им Сила нашептала, - пробурчал Бойни.

Релла внимательно изучила показания приборов.

- У нас еще есть шанс догнать "Нетопырку".

Коул придвинулся ближе к опоясывающим челнок иллюминаторам.

- Где она?

- Держится у точки рандеву над полюсом Дорваллы, - ответила Релла. Поскольку капитан опять надолго замолчал, она добавила: - Ну, пока ты не решил, что нам делать, я полетаю кругами.

Коул повернулся к Бойни.

- Запусти сканирование поверхности корпуса.

- Сканирование поверхности? - с сомнением в голосе спросил Бойни.

- Живо! - рявкнул Коул. Бойни склонился над приборной панелью, потом резко выпрямился в кресле, сообщив: - На нас "жучок"! Коул прищурился.

- Они рассчитывают сесть нам на хвост.

- Поправка, Коул, - сказала Релла. - Они уже у нас на хвосте.

Коул сие замечание проигнорировал и снова повернулся к Бойни.

- Сколько времени осталось до взрыва "Дохода"?

- Семь минут.

- Можешь рассчитать пространственные параметры взрыва?

Бойни и Релла беспокойно переглянулись.

- В определенном приближении, - выдавил родианец.

- Считай. И выдай мне максимально точную оценку радиуса взрыва и плотности облака обломков.

Бойни напряженно сглотнул.

- Даже самая точная оценка, которую я смогу рассчитать, будет давать погрешность в плюсминус пару сотен километров, капитан.

Коул некоторое время молчал, осмысливая услышанное. Потом поднял взгляд на Реллу.

- Поворачивай. Резко. Она уставилась на него.

- Это доказывает, что ты все-таки сошел с ума.

- Ты слышала, что я сказал, - рыкнул Коул. - Мы возвращаемся обратно к грузовозу.

x x x

Даултай Дофайн неуклюже выкарабкался из бочки спасательной капсулы прямо в магнитном шлюзе ангара "Владельца", куда привел ее луч захвата. Навигатор и остальные члены его команды вышли вслед за ним.

Шкипер Лагард уже ждал их, чтобы встретить.

- Это большая ч'есть для нас - выруч'ить из б'еды столь важную п'ерсону, - сказал Лагард.

Дофайн с грехом пополам привел в порядок складки своей мантии и принял приличествующую рангу позу.

- Да уж, н'е сомн'еваюсь, - прошамкал он. - Вы сд'елали то, о ч'ем я просил?

Лагард указал на неймодианское самоходное кресло, которое, по - видимому, должно было доставить Дофайна на мостик.

- Вицекороль жажд'ет услышать ваш доклад. Как и я, шкип'ер.

Дофайн молча протиснулся мимо Лагарда к креслу. Не успел он усесться, как оно двинулось в сторону центросферы - несомненно, по приказу Лагарда.

Это забавное и неимоверно дорогое устройство производил транспортный дом Аффодиев с самой Изначальной Неймодии. Задняя пара серповидных ног у самоходного кресла завершалась когтистыми ступнями, а пара ведущих конечностей была многосуставчатой, напоминая лапы членистоногих. Металлические поверхности покрывали выгравированные при помощи лазера изображения священного жука королевского дома Неймодии. В равновесии вся конструкция поддерживалась при помощи гироскопа. Сие сооружение с высокой спинкой являлось скорее символом общественного статуса своего пассажира, нежели практичным видом транспорта. Но Дофайн быстро сообразил, что кресло его положение не спасет.

Там, куда его с такой помпой доставили, обнаружилась круглая голопластина, проецирующая уменьшенное изображение вицекороля Нуте Гунрая, главы Неймодианского Узкого Круга, члена директората Торговой Федерации и прочая, и прочая, собственной персоной. Изображение пересекали диагональные полосы помех межзвездного происхождения.

- Государь, - почтительно склонил голову Дофайн… и едва успел поймать кресло, которое решило поковылять куда-то по своим делам.

Вицекороль и прочаяпрочаяпрочая отличался выступающей нижней челюстью и от рождения презрительно оттопыренной нижней губой. Его выпуклый лоб делила строго на две половины глубокая вертикальная борозда - следствие особой глубины мозговых извилин. Его кожа всегда имела здоровый сероголубой оттенок - следствие постоянных массажей и употребления в пищу изысканнейших грибов. Его красные и оранжевые одеяния ниспадали величественнейшими складками, вместе с не менее величественным коричневым стихарем, свисающим до самых королевских колен. На его монаршей шее сияло ожерелье из каплевидных слитков электрума. А на его царственной макушке безупречно сидела черная трехлепестковая тиара с парой ниспадающих шлейфов.

- Что за крайняя н'еобход'имость заставила вас обрат'иться ко мн'е, шкип'ер Дофайн? - соизволил осведомиться Гунрай.

- Государь, мой скорбный долг сообш'ить вам, что "Доход" был захвач'ен боевикам'и "Невидимого фронта", - с неподдельной тра гичностью в голосе признался Дофайн. - Груз ломм'итной руды пар'ит в пространств'е. И сейчас, пока я говор'ю с вами, взрывное устройство отсч'итывает посл'едние с'екунды, прежде ч'ем нанести смерт'ельный удар кораблю.

Тут Дофайн сообразил, что так и не удосужился отцепить таймер. Он высвободил руку из просторного рукава.

- Значит, капитан Коул вновь наносит удар, - без выражения произнес Гунрай.

- Да, государь. Но у м'еня есть и еще бол'ее гор'естное известие, - Дофайн глянул по сторонам, в надежде, что Лагард обретается где-нибудь за пределами слышимости. Но, разумеется, он был тут как тут. - Тайн'ик со слитками ауродиума, - выдавил он в конце концов. - Каким-то образом Коулу стало изв'естно о н'ем. У м'еня не было другого выхода, кром'е как пер'едать ему слитки.

Дофайн был готов к самому худшему. От стыда он опустил голову, делая вид, что присматривает за своевольным самоходным креслом. Но вицекороль поразил его.

- Ваша ж'изнь и ж'изнь ваш'его эк'ипажа был'и в опасности.

- Им'енно так, Ваше в'еличество, - пролепетал Дофайн.

- Тогда вам неч'его стыдиться, Дофайн, - молвил Гунрай. - То, что произошло с'егодня, послуж'ит процв'етанию Торговой Фед'ерации и благу неймодианцев.

- Процв'етанию, государь? - ошеломленно заморгал Дофайн.

Гунрай кивнул.

- Приказываю вам принять командование "Владельцем". Отзовите истребители и выводите корабль из битвы.

x x x

- Коул направляется обратно к грузовику, - сообщил Оби-Ван, сидя за приборной панелью истребителя судебного департамента. - Может ли быть так, что он заставил грузовик избавиться от груза, хотя кораблю и не угрожала реальная опасность?

- Сомневаюсь, - сказал Куай-Гон, изучавший обстановку сквозь транспаристиловый колпак кабины "ланцета". - Все корабли огневой поддержки Коула, даже корвет, отошли на безопасное расстояние от "Дохода".

- И правда, учитель… даже "Владелец" старается держаться подальше.

- Из этого мы можем смело заключить, что грузовик обречен. И тем не менее капитан Коул на полной скорости движется прямо к нему.

- Как и мы, учитель, - рискнул добавить Оби-Ван Но Куай-Гон, казалось, не слышал его.

- Интересно, что у Коула на уме? - рассуждал он вполголоса. - Отчаянные поступки вовсе не в его характере, Оби-Ван. Не говоря уже о самоубийстве.

Кеноби давно привык к манере учителя проговаривать вслух мысли, ни к кому, по большому счету, не обращаясь. Только вот почему-то Куай-Гон всегда ухитрялся услышать и учесть ответ, даже если не демонстрировал этого.

- Челнок не снижает скорости и не меняет курса. Коул нацелился прямо на ангар правого борта, - сказал Оби-Ван.

- Как раз туда, откуда мы стартовали.

Юношеское чело Оби-Вана прорезали тревожные морщины.

- Э… учитель, мы уже подошли ужасно близко и продолжаем приближаться. Если корабль действительно обречен…

- Я сознаю опасность, падаван. Возможно, капитан Коул просто испытывает нас.

Оби-Ван стиснул зубы и терпел, как мог, но все же решился снова подать голос: - Учитель?

Куай-Гон пристально разглядывал челнок, который словно с горки катился вниз, прямиком в центр летающего блюдца "Дохода". Он призвал на помощь Силу и "прислушивался" сейчас к тому, что происходило в челноке Коула. То, что он обнаружил, рыцарю не понравилось.

- Уходим, Оби-Ван, - сказал он. - Быстро!

Оби-Ван перевел двигатели на полную мощность и резко потянул рычаг управления на себя. Корабль описал вытянутую дугу и на пол ной скорости стал удаляться от неймодианского грузовоза.

И тут "Доход" взорвался. На кабину "ланцета" будто накинули снаружи покрывало из ослепительно белого света. Маленький кораблик получил удар под хвост, перекувырнулся и понесся вперед на гребне взрывной волны. Обгоняя их, во все стороны, словно кометы, летели огромные брызги расплавленного дюрастила.

"Ланцет" трясло на пределе прочности, приборы сыпали снопами искр, дисплеи отказывались показывать чтонибудь, кроме помех, а потом и вовсе погасли.

Оглянувшись через плечо, Оби-Ван увидел, как раскалывается на части "Доход". Гигантские крылья ангаров на мгновение сомкнули объятия, прежде чем разлететься в разные стороны, словно два полумесяца. Центросфера и командная башня отломились и, бешено вращаясь, летели прочь от разрушенной трубы гравикомпенсатора и тою, что осталось от строенных дюз корабля.

Вдалеке, над темной стороной Дорваллы, отходил на еще более безопасное расстояние "Владелец". Корвет Коула и два корабля огне вой поддержки пронеслись прочь от планеты и ушли в гиперпространство.

- Дорвалла или подпрыгнет до луны, или попадет под обломки, - ляпнул Оби-Ван, когда к нему вернулся дар речи.

- Боюсь, что верно последнее, - проговорил Куай-Гон. - Свяжись с Корускантом. Сообщи в Совет, что Дорвалла нуждается в экстренной помощи.

- Я постараюсь, учитель, - Оби-Ван принялся щелкать переключателями в надежде, что хоть что-нибудь из систем связи уцелело после статической бури, сопровождавшей взрыв.

- Какие-нибудь признаки присутствия челнока Коула?

Оби-Ван взглянул на дисплей.

- Сигнала маячка нет. Куай-Гон промолчал.

- Учитель, - не выдержал Оби-Ван, - я знаю, что Коул ненавидел Торговую Федерацию. Но разве он мог столь пренебрежительно отнестись к собственной жизни?

Прежде чем ответить, Куай-Гон долго хранил молчание.

- Что гласят шестое и седьмое правила боевого Кодекса, падаван?

Оби-Ван насупился и стал вспоминать.

- Шестое - "Во всем ищи положительные и отрицательные стороны".

- Это пятое правило, падаван. Оби-Ван снова мучительно задумался.

- "Даже к простейшим проблемам подходи осмотрительно".

- Это восьмое.

- "Учись видеть очевидное".

- Да, - к радости Оби-Вана наконец-то согласился учитель. - А седьмое?

- Простите, учитель. Не могу вспомнить.

- "Учись видеть неочевидное".

Оби-Ван честно постарался обдумать мудрую мысль. Потом с надеждой воззрился на Куай-Гона. Тот, словно договорился с Орденом мучить несчастного падавана, невозмутимо разглядывал звезды.

- То есть… значит, ничего еще не закончилось?

- Вряд ли, мой юный падаван, - вздохнул рыцарь. - Я чувствую, что самое страшное только начинается.

Глава 6

Все четыре стены кабинета Финиса Валорума на вершине одного из самых величественных зданий на Корусканте были смонтированы из треугольных траспаристиловых пластин.

Корускант - планетамегаполис, "Искрящаяся Сфера", "Жемчужина Центральных миров", сердце Галактической Республики - простирался вокруг хаосом сияющих куполов, точеных шпилей и ступенчатых пирамид, взбирающихся к небесам. Самые высокие здания напоминали застывшие в стартовых шахтах старинные кораблиракеты или потухшие вулканы с изъеденными лавой склонами. Одни купола представляли собой приплюснутые полусферы, положенные на цилиндрические цоколи, другие на их фоне смотрелись как кегельбанные шары, увенчанные шпилями.

Среди шпилей и в глубинах многоэтажной бездны, словно косяки экзотических рыб, струились направляемые силовыми полями транспортные потоки - аэробусы, такси и прочие летательные аппараты всех мастей. Но это были не хищные рыбы, скорее наоборот - они несли изобилие прожорливым триллионам, для которых Корускант был домом.

Чем чаще Валорум любовался этим видом - а надо сказать, он занимал пост верховного канцлера Галактической Республики уже семь лет, - тем меньше его волновало захватывающее поначалу зрелище панорамы Корусканта. Этот мир не был ни чрезвычайно большим, ни слишком суровым, но так уж исторически сложилось, что Корускант стал вертикальным жизненным пространством, жизнь в нем напоминала скорее мир океанских глубин.

Главный офис Валорума располагался на нижнем уровне купола Галактического сената, но поскольку там было совершенно не продохнуть от прошений, требований, заявок и государственных дел, для более приватных бесед канцлер предпочитал кабинет наверху.

Канцлер стоял, сцепив бессильные кисти рук за спиной, и любовался на рассветное зарево сквозь транспаристиловую стену, хотя рассвет миновал этот меридиан несколько часов назад. На Валоруме была алая туника с высоким воротником и брюки в тон, подпоясанные широким поясом. Помещение заливал теплый свет, слегка приглушенный поляризованным транспаристилом. Но единственный гость Валорума выбрал место подальше от изобилия света.

- Боюсь, верховный канцлер, мы стоим на пороге смутных времен, - говорил сенатор Палпатин, оставаясь в тени. - Границы Республики ослаблены, коррупция разъедает ее. По сути, Республика стоит на грани распада. Необходим порядок, жесткие меры, чтобы восстановить утраченное равновесие. Не стоит отметать даже самые отчаянные варианты действий.

Хотя подобные мнения высказывались уже давно и стали делом обычным, слова Палпатина ножом резанули Валорума. Оттого что это была правда, легче не становилось. Верховный канцлер отвернулся от панорамы за окном, вернулся за рабочий стол и тяжело опустился в мягкое кресло.

У него были проницательные голубые глаза, под которыми залегли глубокие тени, темные кустистые брови и редеющая седая шевелюра. Суровые черты и глубокий голос Валорума выдавали сострадательную душу и пытливый ум. Но, по крайней мере, по линии политической династии, имеющей тысячелетнюю историю (династии, которая, по мнению некоторых, со временем выродилась как раз вследствие своей удивительной долговечности), ему так и не удалось в полной мере укротить свойственную ему некоторую аристократическую надменность.

- В чем и когда мы ошиблись? Когда выбрали неверный путь? - тверда но печально спросил он. - Как умудрились мы проглядеть зловещие предзнаменования?

На лице Палпатина было понимание и сочувствие.

- Беда не в нас самих, верховный канцлер. Вся проблема во Внешних территориях и их обитателях, которые несут беспорядки и беззаконие, - он говорил тщательно выверенным тоном, тоном человека, уставшего от жизни, чуть рассеянного, будто бы невосприимчивого ко всему нехорошему. - Да вот возьмите, к примеру, недавние события у Дорваллы.

Валорум глубокомысленно кивнул.

- Департамент юстиции просил сегодня аудиенции, так что я услышу от них о последнем развитии событий.

- Возможно, я смогу помочь вам с этим, канцлер, - рассеянно предложил Палпатин. - По крайней мере, исходя из того, что я слышал в Сенате…

- Слухи или факты? - уточнил Валорум.

- Полагаю, всего понемножку. В Сенате полно представителей, которые интерпретируют события как угодно, не особо беспокоясь о достоверности, - Палпатин умолк, словно собираясь с мыслями.

Тяжелые веки на его удивительно бледном лице дрогнули, прикрыв водянистые голубые глаза. Рыжие волосы, давно утратившие блеск молодости, сенатор укладывал в провинциальном стиле, как во Внешних территориях, - зачесывая назад, но оставляя длинные тонкие пряди за низко посаженными ушами. В одежде Палпатин тоже демонстрировал верность обычаям своей родины, отдавая предпочтение вышитым туникам с угловым вырезом и двойным воротником и старомодным стеганым плащам.

Представляя в Сенате интересы сектора отдаленной планеты Набух и еще тридцати шести миров, Палпатин приобрел репутацию честного и открытого политика, чем завоевал сердца многих своих коллег - сенаторов. В ходе бесчисленного множества встреч - как частных, так и публичных - Валорум убедился, что сенатор Палпатин проявляет гораздо больший интерес к тому, что действительно необходимо пред принять, нежели к соблюдению многочисленных правил и инструкций, которые превращали работу Сената в запутанный клубок процедур.

- Как, несомненно, вам уже сообщил департамент юстиции, - заговорил наконец Палпатин, - наемники, которые совершили нападение на корабль "Доход", принадлежащий Торговой Федерации, и уничтожили его, работали на террористическую группировку "Невидимый фронт". Очень похоже, что доступ на корабль им помогли получить рабочиедокеры с Дорваллы. Каким образом "Невидимый фронт" узнал о слитках ауродиума, которые перевозились на этом корабле, нам еще предстоит выяснить. Но совершенно очевидно, что "Невидимый фронт" рассчитывал использовать ауродиум для финансирования дальнейших террористических актов, направленных против Торговой Федерации и, возможно, против колоний Республики на Внешних территориях.

- Рассчитывал? - переспросил Валорум.

- Все указывает на то, что капитан Коул и его сообщники погибли при взрыве, уничтожившем "Доход". Но инцидент тем не менее будет иметь далеко идущие последствия.

- Все это мне по большей части прекрасно известно, - произнес Валорум с ноткой отвращения. - Поскольку налеты не прекращаются, Торговая Федерация планирует потребовать вмешательства Республики или, если им будет отказано, санкции Сената на дальнейшее увеличении контингента боевых дроидов.

Палпатин поджал губы и кивнул.

- Должен признаться, канцлер, что первым моим побуждением было не раздумывая отклонить их требования. Торговая Федерация и так сосредоточила в своих руках слишком большие силы - как экономические, так и вооруженные. Но позднее я пересмотрел свою позицию.

Канцлер заинтересовался.

- Буду рад, если вы поделитесь своими соображениями.

- Ну, для начала, Торговую Федерацию составляют коммерсанты, а никак не воины. Неймодианцы, в частности, крайне трусливы во всем, что выходит за рамки их коммерческих махинаций. Поэтому идея о том, чтобы предоставить им разрешение увеличить численность их оборонительной армии дроидов - по крайней мере, слегка, - не кажется мне ошибочной. Гораздо важнее, какие преимущества мы можем получить, даровав им такое разрешение.

Валорум сплел пальцы и чуть подался вперед.

- И какие же преимущества тут могут быть?

Палпатин вздохнул.

- В обмен на предоставление Торговой Федерации разрешения на наращивание их оборонительных сил и удовлетворение ее требований о вмешательстве Сенат мог бы потребовать, чтобы все торговые операции во Внешних территориях в дальнейшем подлежали бы налогообложению в пользу Республики.

Валорум откинулся в кресле, не скрывая разочарования.

- Мы уже обдумывали эту идею, сенатор. Нам обоим прекрасно известно, что большинство сенаторов совершенно не волнует происходящее во Внешних территориях, и еще менее их волнует, что творится в свободных торговых зонах. Но зато они крайне озабочены тем, что произойдет с Торговой Федерацией.

- Да, поскольку шелковые карманы мантий многих сенаторов набиты взятками от неймодианцев.

Валорум фыркнул.

- Снисходительное отношение к собственным слабостям нынче в порядке вещей.

- Вне всяких сомнений, это так, верховный канцлер, - терпеливо продолжал Палпатин. - Но это еще не повод позволять, чтобы подобная практика продолжалась и в дальнейшем.

- Конечно же, нет, - проговорил Валорум. - Оба моих срока в должности верховного канцлера я стремился положить конец коррупции, которая разъедает Сенат, и уничтожить круговую поруку, которая расстраивает все наши планы. Мы издаем законы только для того, чтобы обнаружить, что мы не в состоянии претворить их в жизнь. Комитеты и подкомиссии плодятся, как вомпыпесчанки, и не поддаются никакому контролю. На то чтобы принять решение о парадной отделке коридоров в Галактическом сенате, требуется никак не меньше двадцати комитетов.

- Торговая Федерация достигла процветания именно благодаря бюрократии, которую мы развели, - пожал плечами Палпатин. - Жалобы на Федерацию оседают в судах, пока комиссии до потери сознания обсуждают каждую мельчайшую деталь. Ничего удивительного, что Дорвалла и многие другие миры, расположенные вдоль Окраинного торгового пути, поддерживают террористические группировки вроде "Невидимою фронта".

- Но введение налогов вряд ли спасет ситуацию, - заметил канцлер. - В действительности такой ход может подтолкнуть Торговую Федерацию вовсе оставить Внешние территории в пользу более выгодных рынков Центральных миров.

- Тем самым оставив Корускант и его соседей без важнейшего сырья и предметов роскоши, которые поставляют Внешние территории, - заученным тоном вставил Палпатин. - Конечно, неймодианцы будут рассматривать введение налогов как ход предательский и подлый, хотя бы потому, что Торговая Федерация знает гиперпространственные маршруты, связывающие Центральные миры с Внешними, как облупленные. Не говоря уже о том, что многие из нас давно ждут случая поставить эти прибыльные торговые маршруты под контроль Сената.

Валорум помолчал, обдумывая сказанное.

- Это может оказаться политическим самоубийством.

- О, я прекрасно понимаю это обстоятельство, верховный канцлер, - согласно кивнул Палпатин. - Сторонники введения налогов столкнуться с безжалостными нападками со стороны Гильдии купцов и Технологического союза, а также всех объединений, занимающихся перевозками, имеющих разрешение на деятельность в свободных торговых зонах. Но это приемлемая цена.

Валорум медленно покачал головой, поднялся на ноги и снова подошел к окну.

- Ничто не забавляет меня так, как возможность прижать Торговую Федерацию.

- Тогда сейчас самое время этим заняться, - сказал Палпатин.

Валорум не отрываясь смотрел на далекие башни на горизонте.

- Могу я рассчитывать на вашу поддержку?

Палпатин тоже встал на ноги и присоединился к канцлеру в любовании урбанистическим пейзажем.

- Позвольте мне быть с вами откровенным. Мой статус представителя одного из Внешних секторов ставит меня в неловкое положение. Поймите меня правильно, верховный канцлер, я буду на вашей стороне в том, что касается установления централизованного контроля и налогообложения. Но Набу и другие Внешние миры, несомненно, сделают вывод, что бремя налогов скажется и на них - в виде роста цен на услуги Торговой Федерации, - он помолчал. - Я буду вынужден действовать с предельной осмотрительностью.

Валорум просто кивнул.

- Остается добавить, - поспешно продолжил Палпатин, - что я сделаю все, что в моих силах, чтобы обеспечить проекту налогообложения поддержку в Сенате.

Валорум слегка повернул голову и тепло улыбнулся Палпатину.

- Как всегда, сенатор, я благодарен вам за совет. Особенно сейчас, когда ваша родная планета переживает тяжелые дни.

Палпатин многозначительно вздохнул.

- Печально, что король Веруна оказался втянутым в скандальную историю. Хотя мы с ним никогда не встречались с глазу на глаз, что бы обсудить рост влияния Набу, меня беспокоит, что его затруднительное положение бросает тень не только на Набу, но и на множество соседних миров.

Валорум сцепил руки за спиной и прошагал в центр просторного кабинета. Когда он обернулся к Палпатину, по его лицу было ясно видно, что мысли канцлера вновь вернулись к больному вопросу, - Вы считаете, что Торговая Федерация согласится на обложение налогом в обмен на ослабление ограничений, которые мы наложили на ее оборонительные меры?

Палпатин задумчиво переплел пальцы и поднес их к подбородку.

- Неймодианцы очень трепетно относятся к товару - любого рода. Постоянные налеты рейдеров и пиратов на их корабли доводят их до отчаяния. Идею налогообложения они воспримут в штыки и поднимут крик, но в конце концов они смирятся. Единственная альтернатива, которая у нас сейчас есть, - это прямые действия против группировок, которые изводят их налетами, и я знаю, что вы против этого шага.

Валорум кивнул.

- В Республике уже на протяжении многих поколений нет регулярной армии, и мне определенно не хочется быть тем, кто восстановит этот институт. Корускант должен оставаться местом, куда приходят, чтобы разрешить конфликт мирным путем, - он перевел дыхание. - Позволить Торговой Федерации иметь защиту, достаточную, чтобы противостоять террористам, представляется мне более правильным политическим ходом. В конце концов, департамент юстиции не может с достаточной долей уверенности сказать, что джедаи всецело посвятят себя решению проблем неймодианцев.

- Нет, - твердо сказал Палпатин. - У джедаев и департамента юстиции есть более важные задачи, чем охранять торговые пути.

- Хоть что-то остается неизменным, - задумчиво проговорил Валорум. - Только подумать, чем бы мы были без джедаев.

- Я могу только догадываться.

Валорум сделал несколько шагов и положил руки на плечи Палпатину.

- Вы настоящий друг, сенатор. Палпатин ответил ему тем же жестом.

- Интересы Республики - мои интересы, верховный канцлер.

Глава 7

Окутанный множеством слоев дюракрита, пластала и других столь же прочных материалов, Корускант казался неуязвимым для течения времени и неподверженным разложению и хаосу.

Говорили, что на Корусканте можно прожить всю жизнь, не выходя из сооружения, которое вы называете своим домом. Что если даже вы положите весь отведенный вам до смерти срок на то, чтобы осмотреть как можно больше уголков Корусканта, вы едва успеете обойти все, что нагромождено на нескольких квадратных километрах его поверхности. Что проще облететь все тысячи миров Республики, чем обойти Корускант. Сама поверхность планеты была забыта давно и накрепко, превратившись в некий загадочный параллельный мир, обитатели которого искренне гордились тем, что их подпольное царство не видело солнечного света уже двадцать пять тысяч стандартных лет.

Но ближе к небесам, там, где воздух постоянно тщательно очищался, а гигантские зеркала позволяли свету добраться до дна не самых глубоких каньонов, - там царили богатство и процветание. Здесь, на много километров выше мрачных глубин, обитали те, кто создавал собственную рафинированную атмосферу, кто разъезжал на частных скиммерах класса "люкс" и любовался, как движется по планете закат, и кто рисковал спуститься ниже двухкилометрового уровня только ради того, чтобы заключить сомнительную сделку или посетить уставленные скульптурами площади, простирающиеся перед теми памятниками старины, чьи величественные архитектурные формы не были снесены, сожжены или перестроены какой-нибудь самонадеянной бездарностью.

Одним из таких памятников был Храм.

Усеченная пирамида в километр высотой, увенчанная пятью элегантными башнями, была намеренно изолирована от бурления перекрывающихся электромагнитных полей Корусканта и стойко сопротивлялась тлетворному дыханию времени. С нее открывался вид на крыши, виадуки, воздушные трассы, городские артерии - и все они, будто сговорившись, сплетались в великолепную геометрическую мозаику: колоссальные спирали и концентрические окружности, перекрестья и треугольники, квадраты и ромбы. Величественный и странный знак для тех, кто смотрит со звезд. Или, быть может, недолговечное множество созвездий.

В Храме было одновременно и что-то утешительное, и отталкивающее. Аскетичный и нелюдимый, запретный для туристов и вообще кого бы то ни было, чье желание посетить его было вызвано досужим любопытством, Храм служил постоянным напоминанием о другом, древнем, мире, когда все было гораздо проще.

По замыслу Храм был призван символизировать путь падавана к Посвящению - к единению с Силой через повиновение Кодексам. Но, кроме этого, строение Храма выполняло еще и вспомогательную, гораздо более практичную функцию: его башни - четыре ориентированные по сторонам света и пятая, самая высокая, в центре - были усеяны антеннами передатчиков, которые в ряду обстоятельств и кризисов позволяли джедаям не терять контакт с Галактикой, которой они служили.

Таким образом, возвышенное созерцание и ответственность перед обществом были тут на равных.

Нигде в Храме это единство целей не проявлялось так очевидно, как в зале Малого Совета. Как и в зале Совета Ордена на верхнем этаже соседней башни, здесь был сводчатый потолок и высокие окна по всей окружности стен. Но этот зал был менее официальным, в нем не было расставленных по кругу кресел, предназначенных исключительно для двадцати членов Верховного Совета, которые отвечали за решение важнейших вопросов.

Куай-Гона вызвали на Малый Совет через три дня после возвращения на Корускант. Но короткая передышка была приятной: он спокойно медитировал, изучал древние тексты, мерил шагами мрачные коридоры Храма или принимал участие в тренировках по фехтованию на лазерных мечах.

Благодаря своим знакомствам среди служащих Галактического сената КуайГон уже знал о том, что Торговая Федерация потребовала от Республики вмешательства в борьбу с терроризмом и санкции на дальнейшее наращивание оборонительных армий дроидов - в этих требованиях не было ничего нового. Зато Куай-Гон был немало удивлен, узнав о заявлении Торговой Федерации о том, что капитан Коул не только уничтожил "Доход", но и похитил тайный запас слитков ауродиума, который, по слухам, оценивался в миллиарды кредитов.

Эта новость не выходила у рыцаря из головы, пока он шел, чтобы предстать перед Советом. Он и не подозревал, что в Совете в это время напряженно обсуждался инцидент у Дорваллы.

Многие полагали, что Куай-Гон уже давно вошел бы в Совет, если бы не его склонность обходить правила и следовать собственной интуиции даже тогда, когда эта интуиция противоречила объединенной мудрости членов Совета. Этим он отнюдь не снискал любовь вышестоящих магистров и рыцарей. Скорее наоборот, они видели в его нежелании подчиниться и занять место в Совете еще один признак не исправимой испорченности.

В Малый Совет входили пять членов. Хотя это редко были одни и те же магистры. Сегодня, например, их было только четверо: Пло Коон, Оппо Ранцисис, Али Галлия и Йода.

Куай-Гон отвечал на их вопросы, стоя в центре зала. Ему было позволено сесть, но он предпочел остаться стоять.

- Откуда узнал ты, Куай-Гон, о капитана Коула замысле, ммм? - спросил Йода, меряя шагами каменный пол, опираясь на посох из дерева гимер.

- У меня был информатор в "Невидимом фронте", - ответил Куай-Гон.

Йода прекратил расхаживать и внимательно посмотрел на него.

- Информатор, говоришь ты?

- Битх, - пояснил Куай-Гон. - Мы встретились на Маластаре, а позже он известил меня о плане Коула напасть на "Доход" у Дорваллы. На Дорвалле мне удалось узнать, что Коул переоборудовал для своих целей грузовую капсулу. Мы с Оби-Ваном сделали то же самое.

Йода покачал головой в крайнем удивлении.

- Новость, да. Один из сюрпризов Куай-Гона многих.

Маленький, сморщенный и неимоверно древний патриарх, в чьей мудрости и силе не сомневался никто, был старшим в Совете Ордена - негласно, потому что считалось, что старшего там нет. Недовольно морща курносый нос, сейчас он снизу вверх смотрел на своего бывшего ученика, которому едва доставал до колена. Сколько он ни старался, сколько ни вбивал в упрямую голову КуайГона - иногда в прямом смысле - азы управления Великой силой, падаван предпочитал собственные выводы и концентрацию на живой Силе. И имел наглость объяснять, что он, Куай-Гон Джинн, просто так устроен. Даже в учебный бой он редко вступал, опираясь на продуманную стратегию. Вместо этого он позволял себе импровизировать, менять технику по собственному усмотрению в соответствии с требованиями момента - даже в тех ситуациях, когда дальновидный расчет мог бы оказаться полезным.

- Куай-Гон, - заговорила Али Галлия, - нам дали понять, что "Невидимый фронт" нанял капитана Коула. С какой целью твой ин форматор пытался сорвать операцию, санкционированную "Невидимым фронтом"?

Куай-Гон повернулся к ней. Рыцарю всегда нравилось смотреть на красивых женщин, а Али Галлия была на редкость привлекательна - высокая, смуглая, с длинной стройной шеей, вызывающими глазами и полными губами. Восемь свитых в толстые жгуты прядей волос обрамляли ее лицо, свисая изпод небольшой шапочки, плотно сидевшей на хорошенькой головке.

- Операция не была санкционирована. Именно поэтому я и мой падаван оказались там.

Йода поднял посох и ткнул им в сторону Куай-Гона.

- Объяснить должен ты.

Куай-Гон сложил сильные руки на груди и начал: - "Невидимый фронт" представляет интересы множества миров провинции и Внешних территорий, которые не приемлют силовые методы и предосудительную манеру вести дела, практикуемую Торговой Федерацией. Многие из этих миров когда - то были колонизированы расами, которые бежали туда от давления цивилизации Центральных миров. Они яростно отстаивают свою независимость и не желают иметь ничего общего с Республикой. И при этом, чтобы торговать, им приходится иметь дело с консорциумами вроде Торговой Федерации. Планеты, которые пытались пользоваться услугами других концернов, вскоре обнаружили себя вовсе вытесненными с рынка.

- Возможно, "Невидимый фронт" и преследует похвальные цели, но его методы неприемлемы, - нарушил недолгое молчание, воцарившееся после выступления, отпрыск королевской династии Тисспиаса Оппо Ранцисис, от макушки до пят покрытый длинными белыми волосами.

Из благородной растительности виднелись только глаза с красными веками да крошечный рот.

- Продолжай, Куай-Гон, - прогнусавил изпод маски, которую ему приходилось носить в кислородсодержащих атмосферах, Пло Коон.

Как и Ранцисис, он был искушен в вопросах военной тактики.

Куай-Гон почтительно наклонил голову в знак согласия.

- Не пытаясь оправдать действия "Невидимого фронта", я все же должен сказать, что прежде чем обратиться к террористическим методам они пытались договориться с Торговой Федерацией мирным путем. И хотя они могли бы добывать средства для своих операций путем контрабандных перевозок пряностей хаттам, они тем не менее отказываются иметь дело с любыми расами, которые потворствуют работорговле. Даже начав прибегать к насилию, они ограничивались в своих действиях тем, что срывали сроки поставок Торговой Федерации, всеми доступными средствами задерживая ее корабли.

- Уничтожение корабля определенно является надежным методом задержать его, - сказал Ранцисис.

Куай-Гон холодно взглянул на него.

- Ничего подобного до последней операции Коула не происходило.

- Тогда что подвигло "Невидимый фронт" на обострение жестокости? - спросила Галлия.

Куай-Гон чувствовал, что она задала этот вопрос не столько от лица Совета, сколько от лица верховного канцлера Валорума, своего доброго знакомого.

- Мой источник утверждает, что в "Невидимом фронте" образовалось радикальное крыло, и именно эти воинствующие активисты захватили руководство организацией.

Йода задумчиво потер подбородок.

- Ауродиум был нужен им, не так разве? Куай-Гон покачал головой.

- Честно говоря, учитель, это заявление Торговой Федерации пока вызывает у меня некоторые сомнения.

- У тебя есть причины для сомнений? - уточнил Коон.

- Это вопрос методов. Торговая Федерация признает, что груз охранялся недостаточно. Почему, в таком случае, она доверила перевозку ауродиума "Доходу", оборонительные силы которого очень малы, а не более тяжеловооруженному "Владельцу", который пребывал на расстоянии одной звездной системы?

- Резонно говоришь ты, - произнес Йода.

- Я полагаю, причина очевидна, - возразил Ранцисис. - Торговая Федерация ошибочно полагала, что никто не заподозрит "Доход" в тайной перевозке такого драгоценного груза.

- Все это не имеет существенного значения, - заговорила Галлия. - То, что в дело вступили наемники наподобие Коула, говорит о начале согласованной кампании, направленной на то, чтобы свести на нет оборонную способность Торговой Федерации и в конечном итоге вовсе лишить ее влияния во Внешних территориях.

- К счастью, капитан Коул больше не представляет опасности, - заметил Пло Коон.

Йода посмотрел на него широко распахнутыми глазами.

- Опасается Куай-Гон Коула еще.

Куай-Гон почувствовал, как недоверчиво смотрит на него весь Совет.

- Я не верю, что он погиб при взрыве, - произнес он наконец.

- Ты ведь сам присутствовал при этом, разве не так? - спросил Ранцисис.

- Видел он своими глазами, да, - сказал Йода и подмигнул.

Куай-Гон поджал губы.

- Коул все предусмотрел. Он не направил бы корабль к эпицентру взрыва только ради того, чтобы уйти от преследования.

- Но тогда почему ты не схватил его, как рассчитывал? - допытывался Ранцисис. Куай-Гон опустил руки.

- Как заметила магистр Галлия, Коул - не конечное звено цепи. Мы с моим падаваном закрепили на корабле Коула следящее устройство, рассчитывая, что он выведет нас на нынешнюю базу "Невидимого фронта". Эта база может располагаться на любом из миров Внешних территорий, которые поддерживают террористов. После взрыва сигнал от маяка исчез.

Пару секунд Галлия сверлила его взглядом.

- Вы искали Коула? - спросила она наконец.

- Мы с Оби-Ваном не обнаружили никаких признаков его челнока. Насколько нам известно, он проскользнул вдоль границы взрыва, нырнув в гравитационный колодец Дорваллы.

- Вы сообщили в департамент юстиции о ваших подозрениях? - спросил Ранцисис.

- Несколько мест из тех, где может объявиться Коул, взяты под наблюдение, - ответила Галлия за Куай-Гона.

Коон вместе с креслом подъехал ближе к Куай-Гону.

- Капитан Коул, быть может, был лучшим в своем роде, - сказал он. - Но таких, как он, - бессердечных и жадных - в Галактике хватает. У воинствующего крыла "Невидимого фронта" не будет проблем с поиском кандидатов на его место.

Ранцисис глубокомысленно кивнул.

- За этим стоит присмотреть.

Йода проковылял через зал, часто кивая на ходу.

- Избегать стычек с "Невидимым фронтом" должны мы. Деньги сулят сейчас. Скомпрометируют нас завтра…

- Согласен, - сказал Ранцисис. - Мы не можем нарушать нейтралитет.

- Но нам придется нарушить его, - выпалил Куай-Гон. - Я не выступаю на стороне Торговой Федерации. Но пусть действия "Не видимого фронта" ограничиваются задержкой грузовозов. Невинные существа страдать не должны.

Все замолчали, только Йода высказался.

- Настоящий рыцарь наш Куай-Гон, да, - сказал он с мягким упреком. - В поиске своем справедливости всегда.

Глава 8

Неймодия была маленькой и влажной планеткой. Стареющее солнце освещало ее скудно и словно бы презрительно. Словом, Неймодия вовсе не была тем местом, куда все стремятся попасть. Даже сами неймодианцы не любили ее. Близость самоуверенной Кореллии и индустриализированного Куата не только не играли на руку Неймодии, но даже наоборот, добавляла ей поводов для страданий: ни раньше, ни теперь содружество Центральных миров не принимало Неймодию в свой круг. Унизительное положение вечных изгоев пронизывало все слои неймодианского общества.

Это пренебрежение убедило неймодианцев, что успеха и процветания добьется только тот, кто проявит себя не просто способным индивидуумом, но настоящим хищником. Достичь вершины пищевой цепочки можно только по головам более слабых конкурентов. А чтобы удержаться на ней, нужно подмять под себя все ресурсы, до которых сможешь дотянуться, и не подпускать к ним остальных.

Именно эти нехитрые принципы зачастую вспоминали, чтобы объяснить быстрый взлет неймодианцев, в первую очередь связанный с Торговой Федерацией, чьим фирменным знаком была бессердечность.

Неймодия, которая раньше была завзятой домоседкой, теперь выбрала участь бродячего торговца. В результате она не добилась особой любви у представителей слабых рас, которых свозили на строительство гигантских ульев, ферм по выращиванию плесени и питомников для жуков.

Вицекороль Нуте Гунрай делил добровольное изгнание со своими соотечественниками, испытывая противоестественную неприязнь к родному миру. Но вот встречу Узкого Круга приходилось проводить там, где стены точно не имеют ушей Корусканта. А в этом смысле Неймодия была лучшим убежищем.

Проблема, которой было невозможно избежать при возвращении на родину, заключалась в том, что никому не по силам было изгнать застрявшие на клеточном уровне воспоминания о тех семи годах, которые неймодианцы проводили в телах жалких, слабых, извивающихся личинок, в постоянной борьбе с себе подобными за выживание, за шанс вырасти в красноглазую, безносую и безмерно подозрительную взрослую особь.

Взрослые особи вроде Гунрая задрапировывали тела в прекраснейшие одеяния, которые можно было купить за кредитки Республики, и не имели привычки вспоминать прошлое.

На таких вот размышлениях поймал себя вицекороль, пока самоходное кресло несло его мимо имитирующих старинные ульи сводчатых залов из прекрасно обработанного камня, мимо длинных шеренг дроидовсекретарей, ожидающих приказаний, - к месту встречи.

Конечным пунктов его церемонного продвижения был темный, сырой грот, абсолютная противоположность блистающим капитанским мостикам грузовозов Торговой Федерации. На дисплее чахло несколько образцов экзотической флоры, брошенных на произвол судьбы и вынужденных выцеживать влагу из спертого воздуха. На сводчатых стенах красовались симметричные эмблемы благочестия и власти: огненный шар и гархаи - рыбаброненосец, символизирующая повиновение и верность просвещенному предводителю.

Ближайшие советники вицекороля уже ждали его: полномочный представитель вицекороля Хас Мончар и юрисконсульт Руне Хаако. Оба они по такому случаю были в головных уборах, соответствующих рангу. Мончару полагалась трехзубцовая корона, уменьшенная копия той, что носил Гунрай, а Хаако - высокий закругленный колпак с двумя рожками на лбу.

Советники приветствовали своего вицекороля - каждый посвоему.

- Добро пожаловать, Ваше вел'ич'ество, - проскрипел Хаако, сутуло хромая ему навстречу и жестикулируя корявой рукой. - Мы надеемся, что вы пр'ишли не зря.

Было в нем что-то от старого паука. Лицо Хаако было изрезано глубокими морщинами, под глазами набухли мешки, дряблый подбородок плавно переходил в дряблую же шею.

Вицекороль раздраженно дернул рукой.

- Он сказал, что буд'ет присутствовать. Дл'я м'еня этого вполне достаточно.

- Для вас… - прошептал Мончар.

Гунрай с неудовольствием уставился на своего представителя, - События разворачивал'ись им'енно так, как он предсказывал. Наемники Коула совершили напад'ение, и "Доход" разрушен.

- Но разве это повод для л'икования? - спросил Хаако. Его голос, пропущенный через коробку искусственного речевого аппарата, звучал глухо. - Этот ваш план стоил Торговой Фед'ерации первоклассного грузовоза и биллионов в слитках ауродиума.

Мигательные перепонки Гунрая выдавали его. Он долго и часто мигал, прежде чем к нему вернулось самообладание.

- Од'ин корабль и од'ин сундук с сокровищами. Если наш покровитель действит'ельно тот, за кого с'ебя выдает, такие затраты не стоят упом'инания.

Хаако с важным видом поднял разбитую параличом руку.

- Если он действительно тот, за кого с'ебя выдает, его сл'едует бояться, а не восхищаться им. И вообще, как мы можем быть увер'ены? Какие выгоды он об'ещал вам, государь? Вы же вид'ели только его голограмму, он мог утв'ерждать вс'е что вздумается.

Гунрай выпятил и без того выдающуюся челюсть.

- У кого могли атроф'ироваться мозги до такой ст'епени, чтобы делать подобные заявления, если он не в состоянии их подтверд'ить?

Откуда-то из складок мантии он выудил портативный голопроектор и установил его на столе.

Когда, несколько месяцев назад, ситх - Повелитель Тьмы впервые связался с ним, Гунраю показалось, что тот знает практически все о нем самом и его пути наверх, в частности, как Гунрай свидетельствовал в директорате Торговой Федерации против "Супертанкера Пульсара" во время массовой кампании по обвинению "Пульсара" в "злонамеренном пренебрежении прибылью" и "благотворительных пожертвованиях, которые не принесли очевидной выгоды".

Несомненно, именно эти показания и другие подобные проявления алчности и привлекли к нему внимание Дарта Сидиуса.

Но даже несмотря на это, Гунрай оставался бы настроенным не менее скептически, чем его советники, если бы Дарт Сидиус не продемонстрировал ему свое широчайшее влияние и власть. Действуя скрытно, Дарт Сидиус организовал присоединение нескольких миров, являющихся ведущими поставщиками сырья, к Торговой Федерации на правах условного членства. В обмен на выгодные условия торговли и, по возможности, защиту от контрабандистов и пиратов, эти миры отказались от представительства в Галактическом Сенате. И каждый раз Дарт Сидиус обставлял все так, что успехом в достижении прибыльной договоренности Федерация была обязана Гунраю, что сильно укрепляло его авторитет и способствовало его назначению в директорат.

А что касается того, действительно ли влияние Дарта Сидиуса объяснялось его способностями ситха, этого Гунрай не знал и желанием узнать не горел, исходя из того немногого, что он знал о ситхах - древнем, возможно, мифическом ордене черных магов, которые много тысяч лет назад оставили Галактику.

Некоторые считали, что ситхи - это джедаи, поддавшиеся влиянию Темной стороны Силы. Другие утверждали, что именно джедаи положили конец власти ситхов в жесткой битве Света и Тьмы. А третьи говорили, что ситхи сами перебили друг друга в борьбе за власть. Но Гунрай не знал, что из этого правда, а что - нет, и надеялся, что и не узнает.

Он уставился на проектор. Близился назначенный миг…

Не успел он додумать эту глубокую мысль, как над пластиной проектора появились голова и плечи призрачной фигуры в капюшоне, опущенном на глаза, так что собравшимся оставалось любоваться на выступающую нижнюю челюсть и раздвоенный подбородок. Голос призрака в капюшоне словно заржавел от долгого неупотребления.

- Вижу, наместник, что вы собрали своих холуев, как я вас просил, - начал Дарт Сидиус.

Гунрай понимал, что Мончар и Хаако вряд ли сочтут словечко "холуи" за комплимент. Хотя тут мало что можно было поделать, он счел за лучшее попытаться исправить положение.

- Это мои сов'етники, влад'ика Сидиус. Лицо Сидиуса ничего не выражало.

- Да, конечно, ваши советники, - согласился он без выражения. Потом помолчал, словно прислушиваясь к бесчисленным парсекам, которые их разделяли. - Я улавливаю дух недоверия, вицекороль. Последствия нашего плана вам не по душе?

- Нет, что вы, вовсе нет, влад'ика Сидиус, - пролепетал Гунрай. - Просто н'екоторых очень взволновала пот'еря грузовоза и сл'итков ауродиума, - он выразительно покосился на советников.

- У некоторых недостает вашего чутья и хватки, вицекороль, - презрительно проговорил Сидиус. - Возможно, необходимо посвятить их в наши планы по завоеванию поддержки Торговой Федерации в Сенате. Вот почему мы сообщили "Невидимому фронту" о транспортировке ауродиума. Потеря слитков сыграет нам на руку. Скоро политики и бюрократы будут есть из ваших рук, и тогда Торговая Федерация наконец получит армию дроидов, которая ей так нужна. "Бактоид", "Хаор Челл Машиностроение" жаждут выполнить ваши заказы.

Гунрай принялся переминаться с ноги на ногу.

- Армия, влад'ика Сидиус?

- Богатства Внешних территорий ждут того, у кого хватит смелости захватить их. Гунрай поперхнулся.

- Но, влад'ика Сидиус, быть мож'ет, мом'ент не самый удачный для подобных действий…

- Неудачный момент? Это ваш звездный час, вицекороль. Если у вас за спиной будет стоять армия дроидов, кто осмелится оспаривать полноправную власть Неймодии на звездных дорогах?

- Мы бы приветствовали все, что дало бы нам возможность защищаться от п'иратов и смутьянов, - рискнул заговорить Хаако. - Но мы вовсе не хот'им выходить за рамки соглашения о торговле с Республикой. За возможность обр'етения армии дроидов нам придется плат'ить налоги в трех свободных торговых зонах.

- Так вы уже слышали о намерениях верховного канцлера Валорума? - спросил Сидиус.

- Только то, что он, похоже, приложит вс'е свое влияние, чтобы продв'инуть это предложение, - сказал Гунрай.

Сидиус кивнул.

- Будьте уверены, вицекороль, верховный канцлер - наш самый преданный союзник в Сенате.

- У влад'ики Сидиуса есть определенное влияние в Сенате? - осторожно поинтересовался Хаако.

Но Сидиус был слишком умен, чтобы принять этот вызов.

- Вы еще убедитесь, что мои распоряжения выполняют очень многие, - сказал он. - Они понимают то, что вам еще предстоит понять, - что служа мне, они тем самым служат самим себе.

Хаако и Мончар быстро переглянулись.

- Члены директората Торговой Фед'ерации вряд ли одобрят предложение потратить с таким трудом полученные доходы на армию дроидов, - сказал Мончар. - Нас, неймодианцев, сч'итают неимоверно подозр'ительными.

- Что думают по этому поводу ваши - партнеры, мне прекрасно известно, - проскрежетал Сидиус. - Имейте в виду, что глупый друг хуже врага.

- И тем не менее, они будут оспаривать это предложение.

- Тогда мы простонапросто найдем способ убедить их.

- Влад'ика Сидиус, не поймите превратно, я не хочу показаться неблагодарным… - стал извиняться вицекороль. - Но просто… про сто, мы же в'едь на самом д'еле как бы и не оч'ень знаем… то есть совс'ем не знаем, кто вы такой и на что вы на самом д'еле способны. Вы же… не пойм'ите превратно, еще раз прошу… вы же мож'ете оказаться джедаем, который задумал нас обмануть…

- Джедаем! - проскрежетал Сидиус. - Да, вы и в самом деле насмехаетесь надо мной. Но это ничего, вам еще предстоит узнать, что я всепрощающий покровитель. А что касается ваших сомнений в моей личности - моем происхождении, с позволения сказать, - мои дела будут говорить сами за себя.

Неймодианцы обменялись недоумевающими взглядами.

- А как же джедаи? - спросил Хаако. - Они н'е останутся В' стороне.

- Джедаи будут делать только то, о чем их попросит Сенат, - сказал Сидиус. - Вы глубоко заблуждаетесь, если думаете, что они станут рисковать своей драгоценной недвижимостью на Корусканте и противостоять Торговой Федерации без одобрения Сената.

Гунрай многозначительно покосился на советников, прежде чем ответить.

- Мы полностью в ваш'ем распоряжении, влад'ика Сидиус.

Сидиус чуть не улыбнулся.

- Я так и думал, что мы с вами найдем общий язык, вицекороль. Я знаю, что вы не подведете меня.

Изображение померкло так же внезапно, как и появилось, оставив троих неймодианцев размышлять над сущностью того загадочного союза, в который они только что записались.

Глава 9

Ночь на Корусканте не могла понастоящему вступить в свои права. Солнце, как положено, скрывалось за горизонтом, но верхние ярусы рукотворного леса небоскребов еще долго ловили лучи заката, оттесняя темноту на дно самых глубоких архитектурных каньонов и в жилища тех обитателей планеты, которые могли позволить себе окна из поглощающего свет транспаристила. Из космоса темная сторона Корусканта искрилась, словно сотканный из люминесцентных водорослей изысканный орнамент, какие можно встретить в музеях народного творчества или фамильных залах старинных родов.

На небе Корусканта никогда не было звезд - ими можно было любоваться лишь с вершин самых высоких башен. Но зато звезды самого разнообразного толка по ночам обнаруживались в развлекательных комплексах - певцы, артисты, политики. Последние, как правило, задерживались на небосклоне моды меньше, чем остальные. В данный исторический период они предпочитали посещать оперу, следуя примеру верховного канцлера Валорума, прославленные предки которого сохранились в народной памяти как покровители изящных искусств.

В Галактике, которая могла похвастаться миллионами народов и в тысячи раз большим числом миров, недостатка в означенных искусствах не было никогда. В любой отдельно взятый момент где-нибудь на Корусканте обязательно шла премьера или совершалось открытие. Но право выступать в Большом театре Корусканта было привилегией лишь очень немногих трупп.

Здание театра являло собой памятник архитектуры дореспубликанской эпохи: обилие витиеватых украшений, старомодная оркестровая яма, ярусы и частные ложи. Словом, все было выдержано в освященных веками традициях. К услугам публики попроще были тесные залы в галереях уровнем ниже, где граждане могли наблюдать голографическую трансляцию представления в реальном времени и делать вид, что они тоже причастились к высшему свету, рас положившемуся в ложах наверху.

Сейчас на сцене шла опера "Недолгое царствие духов будущего". Создана и впервые поставлена она была на Кореллии, но сейчас ее представляла труппа битхов, гастролирующая с этим выступлением от мира к миру все последние двадцать лет. Битхи - раса двуногих, родом с Внешнего мира Клак'Дор VII. У них были огромные круглые головы, черные, лишенные век глаза и складчатые мешки под подбородком. Звуки битхи воспринимали так, как люди воспринимают цвета.

Учитывая, что именно родители Финиса Валорума в свое время приложили руку к выходу в свет "Недолгого царствия", не было ничего удивительного, что верховный канцлер не пропустил долгожданного возвращения этой оперы на Корускант. Сам факт того, что верховный канцлер удостоит спектакль своим посещением, взвинтил цены на билеты и сделал их столь же дефицитными, как кристаллы Адегана. В результате в здании театра наблюдалась концентрация знати, какой уже давно не видел Корускант.

Как водится, Валорум задержался, словно желая обязательно последним занять свое место. Когда канцлер вступил в богато отделанную ложу, которая была забронирована за его семьей на протяжении добрых пяти столетий, публика в зале встала, повернулась к нему и разразилась продолжительными аплодисментами, переходящими в овации.

На этот раз канцлер был без обычного эскорта гвардейцев, исключительно в сопровождении своей помощницы Сэи Тария - миниатюрной женщины с раскосыми глазами и кожей цвета спелого зерна. Одета Сэи Тария была в подобающие случаю темнокрасные одежды.

Как это принято на Корусканте, слухи начали циркулировать еще до того, как Валорум успел занять свое место. Но верховный канцлер давно привык к инсинуациям. И дело здесь было не только в его аристократическом воспитании, а еще и в том, что практический каждый сенатор, независимо от семейного положения, имел привычку появляться на публике с молодой привлекательной спутницей или спутником Валорум милостиво взмахнул рукой и снисходительно наклонил голову. Прежде чем опуститься в кресло, он снова поклонился. Второй поклон адресовался сидящим в частной ложе напротив.

Дюжина зажиточных гостей в ложе, которую канцлер удостоил такого внимания, поклонилась в ответ и осталась стоять, пока Сэи Тария не заняла своего кресла. Между прочим, со стороны владельца ложи это был немалый подвиг: сенатор Орн Фрие Таа так раздобрел за время пребывания на Корусканте, что меньше чем на трех стульях, не умещался.

Таа был тви'лекк рутианского происхождения - с лазоревой кожей, необъятной физиономией и двойным подбородком размером в пищевой мешок банты. Его заплывшие жиром головные щупальца, словно обожравшиеся змеи, свисали на пухлую грудь. Из его парадного плаща можно было бы выкроить парочку шатров. Его спутница бросалась в глаза не меньше - задрапированная в шелка сексапильная краснокожая летанская тви'лекка.

Таа входил в состав комитета финансов. После того как Рилоту, родине Таа, специализирующейся на пряностях, было несколько раз подряд отказано в статусе повышенного благоприятствования, Таа стал открыто выступать против Валорума.

Среди гостей в ложе Таа присутствовали: Тоонбук Тоора, Пассель Аргенте, Эдсель Бар Ганэ, Палпатин и два его референта - Кинман Дориана и Сате Пестаж.

- Знаете, почему Валорум так любит ходить в оперу? - спросил Таа на общегалактическом. - Потому что это единственное место на Корусканте, где ему все аплодируют, - выплюнул он.

- И здесь от него немного больше проку, чем в Сенате, - поддержала тему Тоора. - Он всего лишь просматривает протоколы заседаний и изображает заинтересованность.

Она была баснословно богата, эта покрытая шерстью двуногая особа с тройным подбородком, глазамибусинками, носомпуговкой и костяным гребнем на макушке.

- Валорум - беззуб, - присоединился Пассель Аргенте, желтолицый гуманоид в черном тюрбане и платке под подбородком, оставлявшим открытым только лицо и завитой рог на макушке. Пассель Аргенте состоял в Корпоративном союзе. - В то время когда нам так необходима законность, целеустремленность, единство, Валорум продолжает тупо ползти путем проб и ошибок. Путем, который гарантирует поддержание существующего положения.

- К нашему удовольствию, - пробубнила Тоора.

- Но этот поклон… - проговорил Таа, устраиваясь в кресле, специально изготовленном под его объемы. - Чему мы обязаны такой чести?

Тоора пренебрежительно отмахнулась.

- Всей этой заварушке с требованиями Торговой Федерации. Чтобы провести введение налогов в свободных торговых зонах, Валоруму потребуется серьезная поддержка в Сенате.

- Тогда тем более любопытно, что он удостоил нас своим вниманием, - заметил Таа. Он широко взмахнул рукой, обводя жестом ложи напротив. - Вот там, чуть ли не у Валорума на коленях, расселись сенатор Органа, Хорокс Риидер, Тендау Бендон… Любой из них гораздо более достоин канцлерского поклона.

Таа поднял полную руку, и вся компания только тут сообразила, что за ними наблюдают.

- Тогда этот жест должен относиться исключительно к сенатору Палпатину, - многозначительно проговорила Тоора. - Я слышала, наш представитель от Набу пользуемся благосклонностью верховного канцлера.

Таа заинтересованно повернулся к Палпатину.

- Это правда, сенатор?

Палпатин обезоруживающе улыбнулся.

- Могу вас заверить, что все несколько не так, как вы, быть может, вообразили. Верховный канцлер встречался со Мной, чтобы услышать мое мнение по поводу того, как введение налогообложения может быть воспринято во Внешних территориях. Мы поговорили о том, о сем. Как бы то ни было, канцлер едва ли нуждается в моей поддержке, чтобы претворить в жизнь свой план. Он не настолько беспомощен, как многие полагают.

- Чепуха, - фыркнул Таа. - Этот проект завязнет в прениях между фракцией Бэйла Органы и теми, кто позволяет команде Айнли говорить от их имени. Как обычно, Центральные миры будут на стороне канцлера, а ближние колонии - против.

- Он рассчитывает еще больше разобщить Сенат, - прошепелявил Эдсель Бар Ганэ, представитель Роона, покачивая раздутой головой.

Тоора оставила это замечание без комментариев и снова взглянула на Палпатина.

- Я заинтригована, сенатор. И что же вы наговорили Валоруму относительно того, как повлияет налогообложение на Внешние миры?

- Включите акустическую защиту ложи, и я шепну вам на ушко, - ответил Палпатин.

- О, включите же, Таа, - восторженно взвизгнула Тоора. - Обожаю все таинственное.

Таа щелкнул выключателем на перилах ложи, и защитное поле надежно изолировало их от подслушивания. Но Палпатин заговорил лишь после того, как Сате Пестаж - педантичный брюнет с редеющей шевелюрой - не перепроверил дважды, действительно ли функционирует защитное поле.

Это произвело глубокое впечатление на Аргенте.

- Сенатор, неужели на Набу все такие осторожные?

Палпатин пожал плечами.

- Считайте, что это моя дурная привычка.

- Так расскажите же нам, - нетерпеливо пискнула Тоора, - что, верховный канцлер действительно встал на опасный курс, когда решил сцепиться с Торговой Федерацией?

- Опасность в том, что он не желает замечать обратную сторону ситуации, - начал Палпатин. - Хотя он будет в поте лица отрицать это, Валорум - такой же бюрократ в душе, какими были его предки. Правила и предписания для него важнее, чем действия. Ему недостает справедливости. Именно династия Валорумов несет огромную ответственность за то, что несколько десятилетий назад мы даровали столько привилегий Торговой Федерации. Откуда, повашему, взялись гигантские накопления в этом семействе? Уж конечно, не покровительство Внешним территориям принесло им богатство. Они заключали выгодные сделки с межгалактическим банком и корпорациями вроде "Тэгг и Компания". Нынешнее обострение ситуации вокруг "Невидимого фронта" особенно забавно тем, что отец Валорума имел возможность искоренить эту террористическую группировку - и упустил ее. Вместо того чтобы разогнать их, он их всего лишь немного припугнул.

- Вы удивляете меня, сенатор, - проговорила Тоора. - Впрочем, удивляете скорее приятно. Продолжайте.

Палпатин закинул ногу на ногу и приосанился.

- Верховный канцлер никак не может осознать, что будущее Республики очень во многом зависит от того, что происходит в провинциях и на Внешних территориях. Гниение, которое подступает к Корусканту, то подлинное разложение, которое однажды может поразить всю систему насквозь, - всегда начинается в провинции. Оно прогрессирует от периферии к центру. Если Валорум не предпримет ничего, чтобы остановить этот процесс, в один прекрасный день Корускант окажется рабом этих систем и не сможет принимать законы без их согласия. Если не унять их сейчас, рано или поздно мы все равно окажемся перед необходимостью подчинить их централизованной власти. Внешние территорий - ключ к выживанию Республики.

Таа раздраженно запыхтел.

- Если я вас правильно понял, вы утверждаете, что Торговая Федерация является связующим звеном между нами и этими системами, послом Корусканта, с позволения сказать. И, дескать, поэтому мы не можем допустить охлаждения отношений с неймодианцами и прочими.

- Вы меня неправильно поняли, - твердо сказал Палпатин. - Торговую Федерацию необходимо взять под контроль. Валорум прав, когда пытается протолкнуть законопроект о налогообложении, потому что к настоящему моменту Торговая Федерация имеет слишком большое влияния во Внешних секторах. Отчаявшись вести нормальную торговлю с Центральными мирами, сотни Внешних систем вступают в Торговую Федерацию на правах доверителей, отказываясь от своего представительства в Сенате. Пока еще у неймодианцев и их партнеров не хватит голосов, чтобы провалить закон о налогообложении. Но через годдругой у них будет достаточно поддержки в Сенате, чтобы наложить вето на любой закон.

- Тогда вы - на стороне Валорума, - заключила Тоора. - Вы поддерживаете введение налогов.

- Не вполне, - уклончиво сказал Палпатин. - Он рассматривает этот проект как возможность приструнить Торговую Федерацию - и в то же время пополнить казну Корусканта. При таком подходе от нас отвернется не только Торговая Федерация, но и периферийные системы. Но, с одной стороны, я представляю интересы Набу, а с другой - хочу посмотреть, как разделятся голоса. Те, кто ясно представляет себе все стороны происходящего, очевидно, окажутся в наиболее подходящем положении, чтобы вывести Республику из этого кризиса. Если Валорум получит достаточную поддержку без привлечения моего сектора - что ж, тем лучше. Но я не могу оставаться в стороне, когда мой долг призывает меня сделать все возможное для общего блага.

- Вы говорите прямо как будущий организатор партии, - гоготнул Таа.

- В самом деле, - совершенно серьезно согласился Аргенте.

Тоора окинула Палпатина откровенно оценивающим взглядом.

- Еще пара вопросов, если не возражаете. Палпатин жестом указал на сцену.

- Я буду рад обсудить это с вами, но, кажется, представление уже начинается.

x x x

Две дюжины юных джедаев, в неброских туниках и мягких сапогах, стояли в две шеренги друг напротив друга, две дюжины пар рук сжимали рукояти лазерных мечей, две дюжины сияющих клинков готовы были скреститься.

По команде учителя фехтования двенадцать учеников, стоящие в одной шеренге, синхронно отступили на три шага назад и приняли защитную стойку: ноги на ширине плеч, меч прикрывает корпус точно по центральной линии.

Каждый меч был сделан специально для его обладателя, подогнан по руке, так что ни один из них не был похож на другой, хотя некоторые общие черты у них и были: силовые ячейки, кнопки активации, проекционные пластины и кристаллы, которые, собственно, и давали жизнь лазерному мечу, - большая редкость, между прочим. В Галактике мало что могло противостоять лазерному мечу. На полной мощности и в умелых джедайских руках он резал дюракрит и даже мог медленно прожечь себе путь сквозь дюрастиловые створки шлюза космического корабля.

По следующей команде учителя вторая шеренга встала в атакующую стойку: ноги чуть согнуты в коленях, чтобы понизить центр тяжести, корпус повернут на четверть оборота, лазерный меч держится хватом двух рук так, как если бы требовалось битой отбить крученый мяч.

И по последней команде инструктора ученики второй шеренги азартно атаковали первую. Ученики из первой шеренги, уходя от атаки, отражали удар, затем возвращались в защитные стойки, и все повторялось. Когда они прошли половину зала, учитель остановил выполнение упражнения, и шеренги поменялись ролями.

Теперь атаковали те, что раньше защищались. Сверкающие лезвия скрещивались с легким звоном, их сияние смешивалось, пространство зала заполнилось всполохами света.

Куай-Гон и Оби-Ван наблюдали за тренировкой сверху, с обзорной галереи, нависающей над фехтовальным залом, который располагался в самом основании пирамиды Храма. Ученики тренировались все утро, но лишь немногие из них выказывали признаки утомления.

- Будто только вчера и я с ними был, - сказал Оби-Ван.

- Мой юный падаван, у меня этих "вчера" наберется порядком, - ехидно усмехнулся в усы Куай-Гон.

Детство и отрочество обоих прошло в Храме, хотя для падавана этот период миновал совсем недавно - чего никак нельзя было сказать о его учителе. Собственно, все джедаи - ученики, падаваны, рыцари или магистры - росли в Храме. Способности к управлению Силой проявлялись уже в младенчестве, и большинство потенциальных джедаев жили в Храме с шестимесячного возраста. Некоторых привозили в Храм члены семьи, других разыскивали в отдаленных мирах опытные джедаи. Зачастую, чтобы проверить жизнеспособность задатков кандидата к Силе, применялись определенные испытания. Но результаты их еще не определяли жизненного пути кандидата: он или она, человек или представитель иной расы могли с равным успехом встать с лазерным мечом в руках на защиту мира и справедливости, а могли и провести свою жизнь, работая в агрокорпусе Храма и тем самым помогая накормить голодных и обездоленных.

- Сколько себя помню, на тренировках я всегда боялся, что мне не хватит силы воли, чтобы стать падаваном, не говоря уже о том, чтобы вступить в ранг рыцаря, - добавил Оби-Ван. - Я всегда сражался яростнее, чем кто бы то ни было, чтобы скрыть неуверенность в своих силах.

Куай-Гон возвышался над ним, скрестив руки на груди.

- Если бы ты сражался хоть на йоту усерднее, ты бы точно остался в агрокорпусе. Путь открылся, когда ты перестал столь ожесточенно стараться.

Падаван с подозрением скосил глаза на учителя: не смеется ли тот. Нет, не смеется, даже не улыбается.

- Я не мог сосредоточиться на текущем моменте.

- И до сих пор не можешь.

Двенадцать лет назад Оби-Ван, так и не выбранный ни одним из учителей, получил позорное, по его мнению, назначение в агрокорпус на Бандомире, и именно там судьба свела их с Куай-Гоном окончательно. Но несмотря на взаимопонимание, которое сложилось между ними, Оби-Ван порой сомневался, действительно ли у него есть задатки рыцаря.

- Как я могу быть уверен, что мое предназначение - не труд земледельца, учитель? Быть может, тогда, на Бандомире, я свернул на ложный путь?

Куай-Гон в конце концов отвлекся от созерцания тренировки и в упор посмотрел на своего воспитанника.

- Путей много, Оби-Ван. Не многим из нас удается сердцем найти тот единственно верный путь, который предназначен нам Силой. Что говорят тебе чувства о тех решениях, которые ты принял?

- Я чувствую, что я на верном пути, учитель.

- Я тоже, - Куай-Гон хлопнул Оби-Вана по плечу и вновь повернулся к сражающимся юнцам. - Но все равно, думаю, тебе еще предстоит набраться сноровки.

Теперь ученики сидели на матах в центре зала. В зале не раздавалось ни звука, кроме шагов учителя фехтования, который мед ленно шел между рядами, оценивая успехи каждого.

Учителя звали Аноон Бондара, это был мускулистый тви'лекк с тонкими головными щупальцами, фехтовальщик каких мало. Куай-Гон никогда не упускал возможности сразиться с ним. Поединок с Бондарой, каким бы коротким он ни был, был поучительнее дюжины боев с более слабыми соперниками.

Учитель остановился напротив своего падавана, девушки по имени Дарша Ассант, и опустился перед ней на корточки, чтобы было удобнее разговаривать.

- О чем ты думала, когда атаковала?

- Что я думала, учитель?

- Что было в твоих мыслях? Какова была твоя цель?

- Просто быть как можно лучше в поединке, учитель.

- Ты хотела победить.

- Не победить, учитель. Я хотела безупречно сражаться.

Бондара скорчил мину.

- Избавься от раздумий. Не жди победы. Не жди поражения. Не жди ничего.

Оби-Ван покосился на Куай-Гона.

- Где-то я это уже слышал…

Куай-Гон шикнул на него, не отрывая глаз от Бондары, который уже двинулся дальше.

- Лазерный меч, - говорил Бондара, - предназначен не для того, чтобы побеждать врагов или соперников. Вы должны использовать его, чтобы уничтожить собственную алчность, злобу и глупость. Тот, кто создал лазерный меч и идет с ним по жизни, должен жить так, чтобы самому быть оружием против всего, что направлено против мира и справедливости, - он остановился и оглядел учеников. - Вы поняли?

- Да, учитель, - хором ответили ученики. Бондара громко хлопнул в ладоши.

- Нет, вы не поняли. Вы должны учиться держать меч, не сжимая его. Вы должны учиться наступать ритмично, для того чтобы научиться самим создавать аморфные ритмы. Вы поняли?

- Да, учитель, - было ему ответом.

- Нет, вы не поняли, - он нахмурился и опустился на маты. - Я расскажу вам притчу.

- На далекой планете, - начал он, - человека, несправедливо обвиненного в совершении преступления, везли на флаере в тюрьму через обширную пустыню. Внезапно посреди пустыни флаер сломался и, резко затормозив, завис прямо над огромной ямой. Но это была не просто яма, а огромная жадная пасть обитающего в этих песках хищника. Резкий толчок при торможении выбросил охранников из флаера, и слизистая пасть монстра поглотила их. Человек тоже выпал за борт, но в последний момент сумел ухватиться за посадочную опору флаера. Но не руками - они ведь были скованы у него за спиной, - а зубами. Вскоре показался караван путешественников. Путешественники заблудились и проголодались. Они спросили дорогу до ближайшего поселения, где они могли бы пополнить свои запасы. Человек оказался перед трудным выбором. Он понимал, что если он не поможет им, путешественники, заблудившиеся в пустыне, будут обречены на гибель. Но если он откроет рот, чтобы произнести хоть слово, он обречет себя на верную смерть в пищеварительном тракте чудовища.

Бондара немного помолчал.

- Как должен был поступить человек в подобной ситуации?

По прошлому опыту ученики уже знали, что вряд ли им суждено услышать ответ из уст Аноона Бондары.

- Ваши ответы я выслушаю завтра, - закончил учитель фехтования, поднимаясь на ноги.

Сидящие ученики низко поклонились и не отрывали лбов от пола, пока Бондара не покинул зал. Только тогда они встали. Им явно не терпелось обменяться мнениями по поводу занятия, но никто и словом не обмолвился о возможностях решения головоломки.

Куай-Гон потрепал Оби-Вана по плечу.

- Пойдем, падаван. Мне бы хотелось кое с кем поговорить.

Оби-Ван поплелся вслед за ним вниз по узкой лесенке.

Там внизу несколько магистров совещались со своими падаванами. Некоторых из магистров Оби-Ван немного знал, но ту женщину, к которой направился Куай-Гон, видел впервые.

Это была, наверное, одна из самых необыкновенных женщин, которых когда-либо встречал Оби-Ван. У нее были широко расставленные раскосые глаза (с такой огромной пронзительноголубой радужкой, что она, казалось, мешала ей моргать), широкий и плоский нос и кожа цвета фруктового дерева, высокие скулы и маленький круглый подбородок.

- Оби-Ван, я хочу познакомить тебя с магистром Луминарой Ундули.

- Мастер Джинн, - немного захваченная врасплох женщина почтительно поклонилась. Куай-Гон поклонился в ответ.

- Луминара, это Оби-Ван Кеноби, мой падаван.

Она слегка поклонилась и Оби-Вану тоже. От полной иссинячерной нижней губы к подбородку тянулась татуированная полоса маленьких ромбиков. На каждом сгибе пальца тоже красовалась татуировка.

Выражение лица Куай-Гона стало серьезным.

- Луминара, мы с Оби-Ваном недавно столкнулись с человеком, у которого были похожие отметины…

- Арвен Коул, - Луминара не дала Куай-Гону договорить. Она чуть улыбнулась. - Если бы я росла не в Храме, а на своей родной планете, уверена, я бы слушала истории об Арвене Коуле с самого детства и до сих пор.

Куай-Гон изобразил взглядом крайнюю заинтересованность.

- Это был борец за свободу, герой войны нашего народа с соседней планетой. Он был великий воин, и он многое принес в жертву победе. Но вскоре после того как наш народ отвоевал свою независимость, люди, на стороне которых он сражался, обвинили его в заговоре. Они сделали это, чтобы он не занял высокого поста, на котором его хотел видеть наш народ. Много лет провел он в тюрьме. Ужасные условия и наказания еще больше ожесточили того, кого и без того достаточно ожесточила война.

- Когда, - продолжала Ундули, - при помощи нескольких бывших сподвижников Коулу удалось сбежать из этого ужасного места, он отомстил за себя тем, кто обошелся с ним несправедливо. И он поклялся никогда больше не иметь ничего общего с миром, за свободу которого он так яростно сражался. Он стал наемником и открыто похваляется, что никогда больше не повторит своей ошибки, которую допустил однажды. Что он теперь постиг суть мироздания и всегда будет на шаг впереди тех, кто слишком слаб, чтобы победить, захватить его или еще каким-либо образом помешать его планам.

Куай-Гон втянул носом воздух.

- У него какие-то свои счеты с Торговой Федерацией?

Луминара покачала головой.

- Не больше, чем у любого жителя моей планеты. Торговая Федерация соединила нас с Республикой, но сделала это ценой ресурсов нашего мира. По началу Арвен Коул нанимался только к тем, чьи цели полагал справедливыми. Но спустя какое-то время, без сомнения, сказались те реки крови, которые он пролил, - он превратился в обычного пирата и наемного убийцу. И он всегда говорил, что не предаст друга или союзника.

Она помолчала немного и добавила: - Жаль, что в историю скорее войдет Коулпреступник, а не Коулгерой. Я была огорчена, когда услышала, что он погиб у Дорваллы.

Куай-Гон промолчал.

- Разве нет? - спросила Луминара. Куай-Гон, казалось, по уши погрузился в свои думы.

- Пока что я полагаю, что он пропал без вести у Дорваллы.

Луминара неуверенно кивнула.

- Жив Коул или мертв, все в руках департамента юстиции, не так ли?

И снова Куай-Гон ответил не сразу.

- Все, в чем я уверен, - произнес он наконец, - это что судьба Коула явно не в моих руках.

Глава 10

Полукружие правого ангара "Дохода" зависло над серой полярной шапкой Дорваллы, над самой границей планетарной тени, словно решило поселиться тут навечно. Страшный взрыв, уничтоживший корабль, покрыл его дюрастиловую поверхность пузырями и полосами нагара. Сквозь главный портал на обломки грузовых суденышек лился солнечный свет, которому все было нипочем.

Но посреди всего этого хаоса, закрепившись на внутреннем изгибе корпуса ангарного крыла, словно прилипала, ютился потрепанный челнок. А внутри него, в свою очередь, ютились восемь его пассажиров - потрепанные еще больше.

- Ты, кажется, обещала извиниться? - напомнил Коул Релле. - Можешь приступать. Она попыталась испепелить его взглядом.

- Как только ты вытащишь нас из этого дерьма. Если вытащишь. И ни мгновением раньше.

Все сидели в своих креслах. Кто-то заснул, свесив голову на грудь, кто-то похрапывал, откинувшись в кресле. Свет был тусклым, воздух - холодным, да вдобавок еще кислород, бессчетное число раз пропущенный через изнасилованную систему очистки, отчетливо отдавал металлом.

Они отсиживались в ангаре уже почти четыре стандартных дня. Питались пищевыми таблетками. Чтобы хоть немного развеять скуку, надевали скафандры и совершали вылазки в ангар. В челноке поддерживалась система искусственной гравитации, а вот прогулки по ангару напоминали подводную экспедицию в нутро затонувшего корабля. Большинство грузовых капсул скопилось вдоль внешнего изгиба ангара, зато тучи ломмита и спутанные клубки дроидов дрейфовали вокруг, как обломки кораблекрушения. Бойни даже обнаружил труп тви'лекка, который не смог пробиться к месту встречи, - обгоревший почти до неузнаваемости.

Вообще-то они не собирались задерживаться в ангаре после взрыва. Но раз уж так получилось, что ангарное крыло оказалось на геостационарной орбите Дорваллы, Коул решил, что лучшего места, чтобы отсидеться, не придумаешь. "Нетопырка" и корабли поддержки "Невидимого фронта" скрылись. Даже "Владелец" испарился - чем немало озадачил Коула. УЖ больно непохоже это было на неймодианцев - оставить груз за бортом, или сбросить его вместо балласта, или еще что-нибудь в этом роде.

Альтернативой было опуститься на поверхность Дорваллы, туда, где была их база перед началом абордажной операции. Но Коул сильно подозревал, что эта база раскрыта и взята под наблюдение. Когда Релла и еще кто-то предложили направиться вместо этого на соседнюю Дорваллу IV, Коул напомнил им, что подкрепление и корабли, которые должны были заняться спасением остатков груза, могли быть уже на пути к Дорвалле, и одинокий челнок, ползущий сквозь пространство, определенно привлечет их внимание.

И действительно, команды спасателей объявились всего через несколько местных часов после взрыва. С того времени "Дорвалла-Копи" пришлось задействовать все свои транспортники, чтобы подобрать как можно больше остатков груза, хотя большая часть ломмита норовила вернуться домой, на поверхность планеты. Центросферу и второе ангарное крыло отбуксировали подальше, пока и их не притянула Дорвалла. Вскоре спасатели доберутся и до правого ангарного крыла.

Для Коула эти долгие дни были просто скучны. Не то что годы заточения, которые он провел в тюрьме, осужденный по ложному обвинению в заговоре. По обвинению, которое сфабриковали те, с кем он сражался плечом к плечу и кого считал своими друзьями. Команда челнока безоговорочно доверяла ему и потому не жаловалась на скуку. К тому же большинство из них по своей природе умели терпеть лишения, да и знакомы были с ними не понаслышке.

Только Релла все норовила высказаться. Но они с Коулом отлично понимали друг Друга.

- Что в эфире? - спросил Коул Бойни.

- Ни единого писка, капитан, - откликнулся тот.

Релла фыркнула.

- Коул, ты от кого весточки ждешь? "Нетопырка" уже далеко.

Коул не обратил на нее внимания.

- Системы корабля?

- В норме.

- Знаете, ребята, - проворчала Релла, - я тут сижу столько же, сколько любой из вас, но этот текст достал меня так, что хоть в космос прыгай, - она передразнила их голоса, - "Системы корабля?" - "В норме", - она раздраженно тряхнула головой. - Вы не могли бы, что ли, хоть слова менять?

- А вот я тебя сейчас подбодрю, Релла, - раздраженно откликнулся Йалан. - Орбита крыла дестабилизируется.

Она сделала большие глаза.

- Если ты имеешь в виду, что мы рискуем сверзиться с небес сам знаешь куда, то тогда ты меня и в самом деле напугал! Уже вся дрожу!

Йалан посмотрел Коула.

- Пока реальной опасности нет, капитан. Но, возможно, пора подумать о том, чтобы отсюда выбраться.

Коул кивнул.

- Ты прав. Пора шепнуть последнее "прости" этому местечку. Хотя оно неплохо нам послужило.

Релла возвела глаза к низкому потолку.

- О, слава звездам!

- Куда мы направляемся, капитан? - спросил Бойни.

- Вниз.

- Капитан, надеюсь, вы не имели в виду, что мы полетим на этой штуковине на Дорваллу - осторожно спросил Йалан. - Спасатели будут…

Коул отрицательно покачал головой.

- Мы возвращаемся на базу своим ходом. Его команда недоуменно переглянулась.

- Простите великодушно, капитан, - решился уточнить Йалан, - но не вы ли сами говорили, что база под наблюдением?

- Я уверен, что она под наблюдением. Релла мгновениедругое сверлила его взглядом.

- Ты сбрендил, Коул? - поинтересовалась она. - Последние четверо суток нас выслеживают корабли департамента юстиции, не говоря уже о корветах Дорваллы. Если ты с самого начала собирался отправиться прямо им в лапы, зачем ты заставил нас отсиживаться в этом… - она обвела рукой тесный интерьер. - В этом во всем?

Остальные неразборчиво ее поддержали.

- Даже если мы доберемся до базы в целости, а не в виде мясных консервов, - продолжала Релла, - что потом? Без космического корабля мы сможем только кверху брюхом лежать.

- Может, Дорвалла IV - не худший выход, а, капитан? - подхватил Йалан. - Если мы таки умудримся до нее добраться… ну, то есть я хочу сказать, ведь "Невидимый фронт" думает, что мы сгинули и ауродиум сгинул вместе с нами…

Релла заговорщицки подмигнула Коулу.

- Слышал? Йалан дело говорит. Коул поджал губы.

- А что будет, когда "Невидимый фронт" узнает, что мы выжили? Вам не пришло в головы, что они планеты перевернут, чтобы нас выловить?

- Об этом можно не волноваться, капитан, - осторожно высказался Бойни. - Да с такой прорвой ауродиума в кармане мы запросто купим себе новые жизни, хотя бы в том же Корпоративном секторе… Глаза Коула потемнели. - Этого не будет. Мы взялись за эту работу, и мы доведем ее до конца. А потом получим плату, - он свирепо обернулся к Релле. - Начинай предполетную подготовку. А вы все - по местам, мы стартуем!

x x x

Маленький кораблик прожигал мутную воздушную оболочку Дорваллы, нос его раскалился докрасна, от корпуса то и дело что-нибудь отваливалось. Члены экипажа молча сосредоточились каждый на своей задаче, хотя от контрольных панелей периодически тоже что-нибудь отваливалось и принималось злобно носиться по тесной кабине.

Релла направила трясущийся челнок в широкую долину в экваториальном поясе, между двумя почти отвесными кряжами. Там, где на месте древних морей поднялись тектонические плиты, местность была покрыта густым лесом первобытных деревьев и папоротников. Монументальные вершины скалистых холмов, поросшие буйной растительностью, вздымались, словно острова в океане леса. С этих ослепительно белых в солнечном свете островов низвергались величественные водопады. Ледяные струи обрушивались с тысячеметровой высоты и собирались в бурные, кишащие водоворотами бирюзовые омуты.

Но при всей своей первозданной дикости, это место не было вовсе необитаемым. Стараниями "Дорвалла-Копи" к подножиям большинства самых крупных сопок вели широкие дороги, и две круговые посадочные площадки, достаточно обширные, чтобы принимать регулярные рейсы, зияли серыми проплешинами посреди зелени. Вершины сопок были источены язвами шахт, и большая часть покрывавшей их растительности поблекла под толстым слоем ломмитовой пыли. Глубокие кратеры, заполненные грязными сточными водами, отражали небо, словно тусклые зеркала.

Именно отсюда при помощи нескольких лишенных гражданских прав служащих "Дорвалла-Копи" Коул отправился на абордаж "Дохода". Но далеко не все на Дорвалле испытывали отвращение к Торговой Федерации, и еще меньше ее жителей терпимо относилось к наемникам. И уж конечно, этого не стоило ожидать от тех, кто рассматривал Торговую Федерацию как единственное связующее звено между Дорваллой и Центральными мирами, как спасение Дорваллы.

Челнок Коула как раз выходил из зубодробительного пике, когда в непосредственной близости обнаружился тупоносый корабль и на сверхзвуковой скорости рванул влево, явно собираясь обнародовать их присутствие.

- Это еще что? - Релла машинально пригнулась, когда грохот корабля догнал челнок.

- "Дорвалла-Космос", - сообщил Бойни, колдовавший над системой опознавания. - Ага, кажись, на второй заход собираются.

Коул резко развернул свое кресло к обзорному иллюминатору. Чужой корабль стремительно приближался. Это был сторожевой корабль с жестким креплением крыльев, рассчитанный на одного пилота, но снабженный сдвоенными лазерными орудиями.

- Входящее сообщение, капитан, - снова заговорил Бойни. - Они приказывают нам идти на посадку.

- Они запросили у нас идентификацию?

- Ответ отрицательный. Просто требуют, чтобы мы сели.

Коул нахмурился.

- Значит, они и так знают, кто мы, - Это "ланцет" департамента юстиции, - сказала Релла. - Кто бы там ни был, наверное, они узнали характеристики нашего двигателя.

Над ними снова с воем промчался сторожевик, на этот раз уже ближе.

- Если так и дальше пойдет, они просто вколотят нас в грунт, капитан, - высказался Йалан.

- Продолжаем держаться курса на базу, - распорядился Коул.

Сторожевик сделал бочку и мертвую петлю и снова пошел на сближение, на этот раз паля из носовых орудий. Перед закругленным носом челнока воздух прошили красные пунктиры.

- Эй, капитан, да они не шутят! - подпрыгнул Бойни.

Коул повернулся к Релле.

- Присмотри нам местечко, чтобы рухнуть. Она недоуменно покосилась на него.

- Ты хотел сказать, чтобы сесть?

- Я сказал, чтобы рухнуть, - с нажимом повторил Коул. - А до тех пор - полный ход. Подтащи нас как можно ближе к базе.

Она стиснула зубы.

- Коул, после таких скачек от нас останется, в лучшем случае, ауродиумная лепешка.

- Сторожевик ведет огонь, - сообщил ктото.

- Уклоняемся, - скомандовал Коул.

- Не выйдет, капитан. У нас маневренности не хватит, чтобы его обвести! - отрезала Релла.

Лазеры сторожевика прошили хвост их суденышка. Челнок бешено закрутился, равномерный рев двигателей превратился в оглушительный вой. Изза кормовой переборки вырвалось пламя, клубы дыма заполнили кабину.

- Нас же по грунту размажет! - закричала Релла.

Коул сдавил ее плечо.

- УСПОКОЙСЯ! Врубай репульсоры. Всем пристегнуться.

Оставляя за собой хвост черного дыма, челнок проскользнул над вершиной одной из сопок и пошел на бреющем над лесом, задевая верхушки самых высоких деревьев. Релла пыталась удержать его в горизонтальном полете, но челнок таки свалился в пике. Кораблик врезался в огромное дерево и закрутился по часовой стрелке, словно диск циркульной пилы.

Птицы подняли гвалт и разлетелись, щепки полетели во все стороны. Ремни безопасности, не выдержали, и двоих членов экипажа швырнуло о переборку правого борта, словно кукол. Челнок завалился на хвост и устремился вниз, Иллюминаторы покрылись сетью трещин и лопнули, осколки разлетелись по кабине.

Столкновение непосредственно с поверхностью гостеприимной Дорваллы оказалось даже жестче, чем они боялись. Правый стабилизатор пропахал рыхлую, усыпанную палой листвой лесную почву, заставив корабль покатиться, подобно брошенной монетке. Кресла оторвало от палубы, приборы выдрало с корнем из переборок. Казалось, это болтанка с оглушительным акустическим сопровождением никогда не кончится. Корпус перекорежило, из лопнувших труб били фонтаны ядовитых жидкостей и газов.

И вдруг все кончилось.

Кабину заполнили новые звуки: скрип остывающего металла, шипение пробитых труб, неистовый щебет перепуганных пташек, дробь осыпающихся сучьев, шишек и чего-то там еще по корпусу. Кашель, проклятья, стоны…

Гравитация любезно сообщила Коулу, что прекратить свое вращение челнок решил в положении, которое принято именовать "вверх тормашками". Коул отстегнул ремни и позволил гравитации осуществить жесткую посадку его тела на потолок челнока, который теперь служил полом. Релла и Бойни были уже там. Синяков и порезов на обоих хватало, но зато они уже пришли в себя к тому моменту, когда Коул к ним присоединился.

Остальные члены команды либо были мертвы, либо умирали. Убедившись, что Релла серьезно не пострадала, Коул отдраил люк правого борта. В лицо пахнуло влажным, жарким, но зато насыщенным благословенным кислородом воздухом. Коул червем выполз наружу и сразу же сверился с компасом, встроенным в комлинк. Он отвык от стандартной гравитации и собственное тело казалось ему налившемся двойной тяжестью. Каждое движение давалось с трудом.

- Йалан уцелел? - слабым голосом спросила Релла.

- Вряд ли, - пробормотал тот.

Коул протиснулся внутрь. Йалан безнадежно застрял под обломками панели управления. Коул положил руку ему на плечо.

- Мы не можем взять тебя с собой, - тихо сказал он.

Йалан кивнул.

- Тогда позвольте мне прихватить с собой несколько этих типов, капитан.

К ним подползла Релла.

- Не стоит, Йалан… - начала было она.

- На меня объявлен усиленный розыск в трех системах, - перебил ее Йалан. - Если они найдут меня, я еще пожалею, что не умер.

Бойни вопросительно посмотрел на Коула. Тот кивнул.

- Дай ему код самоуничтожения корабля. Релла, разложи слитки на четыре равные доли. Две в мою сумку, одну в твою, одну - Бойни, - он снова взглянул на Бойни. - Берем только оружие и ауродиум. Вода и пища нам не потребуется - если не доберемся до базы, силы правопорядка Дорваллы обеспечит нас всем необходимым. Если это вас не слишком вдохновляет, я не знаю, что еще сказать.

Несколько минут спустя все трое выбрались из челнока.

Коул поправил тяжелую сумку на плече, последний раз сверился с компасом и установил репер на ближайшую сопку. Его спутники держались бодро и старались двигаться быстро, скрываясь под густым пологом леса каждый раз, когда сторожевик снова и снова проходил над ними, пытаясь обнаружить признаки их присутствия. С подножия ломмитового холма им было видно, как. сторожевик завис над верхушками деревьев.

Релла поморщилась.

- Он нашел челнок.

- Тем хуже для него, - сказал Коул.

Не успел он это выговорить, как земля содрогнулась от взрыва, который оказался полной неожиданностью для истребителя. Пилот умудрился ускользнуть от распухающей огненной сферы, но двигатели захлебнулись, истребитель накренился на левый борт и камнем упал вниз.

Второй сторожевик проревел над головами как раз в тот момент, когда первый взорвался. Третий прошел следом и нацелился прямо на ту сопку, у подножия которой укрылись Коул сотоварищи.

Сторожевик принялся поливать огнем утес, откалывая огромные глыбы ломмита. Коул смотрел, как корабль завершил разворот и лег на второй заход. Пока он приближался, другой звук прокатился во влажном воздухе - более низкий и угрожающий. Малиновый луч прорезался откуда-то изпод облаков и подрезал сторожевику крылья. Лишенный возможности сманеврировать, истребитель на полном ходу врезался в утес и развалился на части.

- Тут есть кое-кто, за кого можно не беспокоиться, - Коул чуть не надорвал голосовые связки, пытаясь перекричать рев в небе.

Релла подняла голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромный корабль пронесся над ними.

- "Нетопырка"! - Она ошарашенно уставилась на Коула. - Ты знал! Ты знал, что она прилетит!

Он покачал головой.

- Запасной план предусматривал, что она здесь будет, но уверен я не был. Она чуть не улыбнулась.

- Ну, вот теперь я, пожалуй, принесу свои извинения.

- Прибереги их до тех пор, пока мы не окажемся в безопасности на борту.

Все трое вскочили на ноги и кинулись вниз по щебенке, покрывавшей подножие утеса. Совсем близко, сверкая орудиями, "Нетопырка" садилась в мутный и грязный водосборный бассейн.

Глава 11

Тысячи разумных рас имели представительство на Корусканте - хотя бы в виде одногоединственного неописуемой архитектуры сооружения в километр высотой. И почти каждый народ имел на Корусканте свой голос - хотя бы в лице коррумпированного представителя, глубоко испорченного многочисленными удовольствиями, которые Корускант мог ему предложить.

И все это многообразие голосов звучало в Галактическом сенате, который разросся посреди правительственного сектора Корусканта. Вокруг него были купола поменьше, терявшиеся в тени, и башни побольше, с множеством контрфорсов, - чьи вершины терялись в густонаселенных небесах. А перед зданием Сената расстилалась обширная пешеходная площадь. Площадь явно считала себя выше окружающих ее башеннебоскребов. Возможно, такому впечатлению способствовали тридцатиметровые статуи Первопроходцев Центральных миров - площадь была буквально утыкана ими. Угловатые антропоморфные бесполые скульптуры гордо возвышались на постаментах, сжимая в руках длинные и тонкие церемониальные жезлы.

Сей лейтмотив продолжался и внутри здания Сената: многие коридоры, окружающие центральную ротонду, были заставлены подобными дылдами.

Бодро вышагивая по одному из таких коридоров, сенатор Палпатин тихо удивлялся, почему это Сенат до сих пор не заказал и не выставил тут скульптуры негуманоидных очертаний. Некоторые видели в недостаточном представительстве негуманоидов всего лишь легкий недосмотр, а другие полагали это неприкрытым оскорблением. Прочих декор вообще волновал мало. Но с тех пор как в Сенате прибыло представителей провинции и Внешних территорий, где не гуманоиды составляли большинство (к потаенному ужасу многих представителей - людей из Центральных миров), перемены стали в порядке вещей.

Полусферическое здание Сената, с его многополосными движущимися дорожками, проходами, вертикальными и горизонтальными турболифтами представляло собой лабиринт, запутанный не хуже, чем кулуарные дела Сената. Благодаря объявлению верховного канцлера Валорума о внеочередной сессии, коридоры были запружены даже больше чем обычно, но тот факт, что представители оказались способны отложить свои дела ради вопроса расширения импорта, Палпатина вдохновлял.

Любезно улыбаясь, Палпатин в сопровождении референтов, Дорваны и Пестажа, пробрался к ротонде Зала Сената, миновал стоявших у дверей гвардейцев в голубой форме и вступил в одну из лож огромного амфитеатра - ложу представителей планеты Набу.

Всего в Сенате было одна тысяча двадцать четыре одинаковых ложи. По сути, это были автономные летучие платформы, прилепившиеся к внутренней стене купола, венчающего здание. Любая из них могла бы вместить не меньше полудюжины людей. В каждой из них размещались представители планет Республики. Здесь же кипела светская жизнь и совершались темные делишки.

Подобрав полы своего плаща ручной работы, Палпатин шагнул к пульту на возвышении у внешнего края ложи. Отсюда, с высоты положения Набу (точнее, ее ложи), открывался головокружительный вид.

Амфитеатр был специально изолирован от солнечного света и изменчивой атмосферы Корусканта, чтобы свести к минимуму влияние наступающих сумерек на представителей разных миров. Предполагалось, что это должно было помочь им сосредоточиться на текущих государственных делах, если заседание затянется допоздна. Но последнее время все больше граждан склонялись к тому, чтобы считать такую изоляцию символом оторванности Галактического сената от жизни и окружающей действительности. Говорили, что сенаторы так старательно уединяются, чтобы обсудить второстепенные или тайные дела, имеющие непосредственное касательство к незаконному их обогащению.

И тем не менее Палпатин ощутил свежую струю в искусственно очищаемом воздухе. Все ударились в обсуждение сплетен и слухов о том, какие же вопросы намерен выставить на повестку дня Валорум. Правда, большинство сенаторов слышали только самих себя.

Последние несколько дней Палпатин потратил на кулуарные встречи, чтобы определить, как разделятся мнения относительно введения налогов на внешних торговых маршрутах. Он постарался мягко и осторожно склонить сомневающихся на сторону Валорума, так что теперь верховный канцлер мог одержать победу и без поддержки Набу и ее ближайших соседей. В то же время Палпатин разработал и несколько запасных планов, если в деле появятся непредвиденные обстоятельства.

Результаты его бурной деятельности поразили его самого. Суматошная болтовня в зале оказалась заразительна. Но Валорум, как и тогда, в опере, намеренно задерживался. К тому времени когда верховный канцлер наконец явился народу, атмосфера в зале накалилась до предела.

Трибуна верховного канцлера располагалась на тридцатиметровом возвышении посреди зала, словно цветок на длинном стебле. Валорум вознесся к "бутону" на турболифте и остался в гордом одиночестве - сержанты гвардии Сената, стенографисты и пресссекретари сидели чуть ниже, на широкой площадке, опоясывающей трибуну. На канцлере был светлолиловый парчовый плащ с широкими рукавами и пояс в тон - цвета, которые хорошо сочетались с общей цветовой гаммой амфитеатра.

Палпатину, пока он вместе со всеми приветствовал верховного канцлера аплодисментами, пришла в голову мысль, что такое высокое (в прямом и переносном смысле) положение не только ставит в центр внимания, но и делает канцлера отличной мишенью.

Хлопки и словесные здравицы не стихали довольно долго, и Валорум поднял руки, требуя тишины. Его первые слова вызвали у Палпатина сдержанную улыбку.

- Члены Галактического сената, мы стоим на пороге смутных времен. Границы Республики ослаблены, коррупция разъедает ее изнутри. По сути, Республика стоит на грани распада. Последние события в провинциях и во Внешних территориях требуют от нас незамедлительных шагов по восстановлению порядка и равновесия. Только так мы сможем остановить пожар внутренних раздоров. Наше положение столь гибельно, что мы не можем позволить себе отказываться от рассмотрения даже самых крайних мер.

Валорум выдержал краткую паузу, чтобы до слушателей лучше дошел смысл сказанного.

- Свободные торговые зоны изначально были созданы для того, чтобы способствовать товарообмену между Центральными мирами и отдаленными системами. Предполагалось, что свободная и открытая торговля будет приносить выгоду всем участвующим сторонам. Но приходится признать, что со временем эти зоны стали рассадником не только пиратов и контрабандистов всех мастей, но и транспортных и торговых картелей, которые воспользовались предоставленными нами льготами для того, чтобы превратиться в политическую и военную силу.

В наэлектризованном воздухе прокатилось как одобрительное, так и возмущенное бормотание.

- Торговая Федерация обратилась к нам с требованием, чтобы мы предприняли меры для защиты торговли на территории отдаленных секторов. Они вправе требовать от нас этого, и наше соглашение обязывает нас не. оставлять эти требования без внимания. Но мы не можем закрывать глаза и на те сомнительные действия Торговой Федерации, которые сделали ее мишенью для воров и террористов.

Валорум возвысил голос, чтобы перекрыть шепоток сотен частных разговоров на многих языках.

- И мы должны признать, что во многом в сложившейся ситуации повинны мы сами. Поскольку именно мы даровали Торговой Федерации такую свободу действий, именно мы снова и снова закрывали глаза на то, что творилось в отдаленных системах. Так больше продолжаться не может. Торговая Федерация разрослась, словно хищный монстр, поглощая меньшие концерны. Она отказывается иметь дело с мирами, которые пытались воспользоваться для перевозок услугами ее немногих уцелевших конкурентов. Не будет преувеличением, если я скажу, что эти торговые зоны более не являются свободными. И теперь Торговая Федерация требует, чтобы мы положили конец хаосу, который она выпестовала. Но решение существует. Если Торговая Федерация требует, чтобы мы гарантировали безопасность торговли во Внешних территориях - а эта задача потребует решительных действий, как от нас самих, так и от многочисленных систем, которые расположены на территории свободных торговых зон, - тогда эти планетарные системы должны быть приняты в Республику как полноправные члены. Эти миры, интересы которых на текущий момент в Галактическом сенате представляет Торговая Федерация, должны разорвать соглашения с Федерацией и снова начать говорить за себя в этом зале устами своих представителей как суверенные субъекты Республики.

Валорум дал несколько секунд ропоту в зале и снова жестом призвал к тишине.

- Мы обращаемся к мирам свободных торговых зон с убедительной просьбой действовать быстро и решительно. Террористические группировки наподобие "Невидимого фронта" - это лишь крайние проявления недовольства, которое глубоко пустило корни. Действуя согласованно, добровольческие отряды и космические силы миров Внешних территорий смогут подавить мятежи, прежде чем они вырастут в широкомасштабное восстание. Прямым следствием этого шага станет аннулирование свободных торговых зон как таковых. Торговые маршруты, связывающие Республику с этими мирами, станут отныне облагаться налогами, точно так же, как и торговые пути Центральных миров, колоний и Внешних миров. Я могу с уверенностью утверждать, что эта меры серьезно запоздали. Не может быть свободной торговли, если вся торговля контролируется одним картелем.

Зал наполнился криками одобрения и недовольства, но реакция была не настолько противоречивой, как опасался Палпатин. И все же он был разочарован. Валорум поставил вопрос о налогообложении, не упомянув ни о возможных последствиях, ни о вариантах компромисса.

Прежде чем такой проект будет утвержден законодательно, особо заинтересованные фракции - те, кто на откупе у Торговой Федерации, или другие подобные концерны - официально зарегистрируют свои опротестования. После чего проект поступит на рассмотрение некоего комитета, где будет еще более ослаблен. Затем он обрастет дополнительными статьями, направленными на то, чтобы облегчить участь заинтересованных фракций и лоббистов. И в итоге он поступит на обсуждение, которое будет тянуться до бесконечности.

Но ведь существовали способы разрубить бюрократический узел. Палпатин раздраженно оглядел амфитеатр, гадая, кто же сделает первый ход - в прямом и переносном смысле.

Это оказались неймодианцы - их ложа отделилась от внутренней стены и поплыла к центру зала. Сами по себе ложи представляли собой всего лишь более респектабельный вариант аэротакси на репульсорной тяге, которыми были заполнены воздушные магистрали Корусканта. Поговаривали, что некоторые из этих лож могли двигаться значительно быстрее, чем остальные, даже на автопилоте. Это было немаловажно, поскольку делегации частенько устраивали гонки за право голоса, которое предоставлял верховный канцлер.

- Слово предоставляется Лотту Доду, - сказал Валорум, - представителю Торговой Федерации.

Лотт Дод, разумеется, был при роскошных мантиях и головном уборе. Похожая на летающее блюдце с одинокой антенной голокамера, зависшая перед ним, транслировала его плоское изображение на встроенные экраны лож сенаторов.

- Мы утверждаем, что Сенат не имеет права облагать налогами отдаленные торговые зоны. Это всего лишь уловка с целью раздробить наш консорциум. Именно Торговая Федерация открыла гиперпространственные маршруты, ведущие к отдаленным системам. Именно Торговая Федерация рисковала жизнями своих шкиперов, чтобы присоединить еще в недавнем прошлом первобытные планеты к Республике, а Центральные миры обеспечить новыми ресурсами. Теперь, - продолжал Дод, - нам дают понять, что мы должны сами защищать себя от нападений наемников и пиратов, которые прикидываются борцами за свободу лишь для того, чтобы удобнее было набивать карманы награбленным у нас добром. Мы пришли просить о помощи, а вместо этого оказались жертвой предательского удара.

Со стороны представителей Гильдии купцов и Технологического союза раздались громкие выкрики одобрения.

- Если Сенат не желает - или, на самом деле, не способен - защитить нас от "Невидимого фронта", - говорил Дод, - так дайте нам хотя бы право самим защищать себя. В настоящий момент мы практически беззащитны перед лицом разбойников.

Раздались как одобрительные, так и возмущенные выкрики, а Валорум просто кивнул.

- Мы можем назначить комиссии, которые определят, насколько необходимо увеличение оборонительных сил в данной ситуации, - строго сказал он.

От вогнутой стены отделилась другая ложа.

- Слово предоставляется Айнли Тииму, представителю от Маластара, - объявил Валорум.

Тиим был граном с тремя близко посаженными глазами на стебельках.

- Поскольку Торговая Федерация желает защитить себя своими силами и за свой счет, нет никаких справедливых оснований, чтобы облагать торговые маршруты налогами, - заговорил он низким резким голосом. - Можно вспомнить прецедент с Корпоративным союзом. В противном случае все будет выглядеть так, словно Республика всего лишь пытается наложить лапу на доходы тех, кто на свой страх и риск прокладывал гиперпространственные маршруты, которыми теперь все подряд пользуются.

Половина зала разразилась аплодисментами. Но в самый разгар овации к центру зала приблизилась третья ложа.

- Слово предоставляется Бэйлу Органе с Алдераана.

- Верховный канцлер, - с воодушевлением заговорил человек, - ни при каких обстоятельствах Сенат не должен позволять Торговой Федерации увеличивать оборонительные армии дроидов. Если "Невидимому фронту" удалось сделать некоторые сектора опасными для торговли, то пусть Торговая Федерация обходит эти сектора стороной до тех пор, пока их планеты не найдут способа изжить терроризм. Дав санкцию на наращивание оборонительных сил Торговой Федерации, мы тем самым нарушим равновесие сил на Внешних территориях.

- А что станет с мирами, расположенными в этих секторах? - вопросил сенатор Орн Фри Таа с Рилота. Его синие головные щупальца лежали поверх необъятного плаща. - Как мы будем торговать с Центральными мирами? Кто будет перевозить грузы?

Яростные возражения посыпались со всех сторон - от делегаций вуки, суллустиан, биммов и ботанов. Валорум попытался напомнить о регламенте, но большинство сенаторов на регламент чихать хотели, и их выкрики заглушили слова канцлера.

- Торговая Федерация попытается возместить то, что она потеряет на налогах, путем увеличения расценок на перевозки, - настаивал представитель ботанов. - И тогда бремя налогов ляжет на Внешние системы.

Палпатин видел, к чему все идет, и оперативно послал Сате Пестажа передать написанную от руки записку одному из сержантов, чтобы тот, в свою очередь, передал ее верховному канцлеру. Валорум получил записку как раз в тот момент, когда ботан выказывал желание знать, на что пойдут средства, полученные от новых налогов.

Прежде чем ответить, канцлер поднял голову и отыскал ложу Набу.

- Полагаю, дополнительные бюджетные поступления пойдут на развитие экономики Внешних систем, - сказал он.

С верхних ярусов, где располагались ложи представителей отдаленных миров, раздался одобрительный рев, многие из сенаторов в этих ложах зааплодировали стоя. На более низких ярусах свою поддержку выразили сенатор вуки Яруа, Тендау Бендон с Итора и Хорокс Риидер, который представлял тысячи миров сектора Рэйобалло.

Палпатин отметил про себя тех, кто промолчал, - в частности, Тоонбук Тоора, По Нудо, Ват Тамбор и другие. Потом он тронул с места свою ложу и двинулся к центру зала в сопровождении двух паракамер.

- Слово предоставляется сенатору от суверенной системы Набу, - объявил Валорум.

- Верховный канцлер, - начал Палпатин, - разрешите предположить, что хотя здесь были затронуты многие важные аспекты проблемы, эти вопросы еще очень далеки от разрешения. И возможно, нам следует вынести их на отдельное обсуждение. Если у всех присутствующих будет время тщательно обдумать и взвесить все сказанное сегодня, мы сможем более глубоко и тщательно подойти к решению вопроса.

Валорум, казалось, на секунду смешался.

- Что за обсуждение, сенатор Палпатин?

- Прежде чем проект поступит на рассмотрение комитета, я предлагаю провести встречу, в ходе которой представители Торговой Федерации и миров, отдавших ей свои голоса, смогут открыто обсудить и выдвинуть свои предложения по выходу из "смутных времен", как вы выразились.

Сенаторы, которые поддерживали Валорума, теперь аплодировали Палпатину.

Валорум слегка побледнел - его одолело неясное и, быть может, ложное дурное предчувствие.

- У вас есть какие-то предложения относительно места проведения встречи, сенатор? - спросил он.

Палпатин задумался.

- С вашего позволения, быть может… Эриаду?

К ложе Палпатина в центре зала присоединилась еще одна. Ее занимали смуглые люди в просторных одеждах и тюрбанах.

- Верховный канцлер, - сказал их представитель, - Эриаду почтет за честь предоставить свое гостеприимство для этой встречи.

Сенатор Тоора повторила этот жест и поддержала идею о введении моратория на проект налогообложения.

Валоруму ничего не оставалось, кроме как уступить.

- Я посоветуюсь с участниками и назначу дату встречи, - сказал он, когда всеобщее оживление немного спало. - Что касается проекта введения налогообложения на внешних торговых маршрутах, то голосование откладывается до тех пор, пока в ходе встречи не будут выражены все точки зрения. Кроме того, я лично приму участие во встрече, чтобы подчеркнуть заинтересованность Сената в поддержании мира и стабильности.

Многие в зале вскочили на ноги и зааплодировали.

Валорум поймал взгляд Палпатина и несколько мгновений удерживал его. Палпатин заговорщицки улыбнулся и кивнул.

Глава 12

Щеголяя рваными ранами, которых у нее не было ни при первом появлении у Дорваллы, ни позже, когда она шла на посадку, чтобы подобрать остатки отряда Коула, "Нетопырка" плыла в космосе, удерживаемая гравитацией тускложелтой планеты засушливых горных хребтов и льдистосиних морей. Пять истребителей-"невидимок" окружали ее, а шестой ткнулся носом в шлюз правого борта канонерки. Далеко позади них расстилалось космическое минное поле, замаскированное под пояс астероидов.

Коул бдительно ожидал гостей у шлюза "Нетопырки". Руки его были изодраны острыми как бритва листьями папоротников, через которые им пришлось пробираться на Дорвалле. Смуглая от природы кожа на его лице под татуировками и буйной растительностью являла собой сплошной синяк. Буйная грива черных волос, словно капюшон змеи, обрамляла этот и без того не слишком доброжелательный лик, добавляя ему пущей суровости.

На панели шлюза вспыхнул огонек индикатора.

- Мне исчезнуть? - спросила Релла у него за спиной.

Она выглядела еще похуже, чем Коул. Ее левый глаз закрывала повязка, пропитанная бактой, левое предплечье было в лубке. Бойни еще оставался в ванне с бактой.

Коул покачал головой, не отрывая глаз от шлюза.

- Не уходи. И бластер держи под рукой.

Раздалось шипение открывающегося шлюза, и в коридор шагнули двое - человек и рептилоид, оба в одинаковых туниках, простых широких штанах и сапогах до колен. Кожу рептилоида покрывали чешуйки, переливающиеся в свете корабельных ламп, а кулаки у него были размером со скупбольный мяч. Нос у него как таковой отсутствовал, зато присутствовали множественные дыхательные щели прямо на плоской физиономии. А на лбу торчала четверка маленьких рожек. В руке рептилоид без особого труда нес порядочных размеров переносной кейс.

- Добро пожаловать на Асмеру, капитан Коул, - произнес человек на общегалактическом. - Рад видеть тебя живым и относительно здоровым.

Коул нелюбезно кивнул в знак приветствия.

- Хавак.

- А это Синдар, вы ведь уже встречались? - Хавак показал на своего шкафообразного партнера.

Коул снова кивнул. Ни он, ни сканеры "Нетопырки" не засекли у этих двоих никаких признаков припрятанного оружия.

- Релла, - представил он свою спутницу, небрежно махнув рукой в ее сторону.

Хавак улыбнулся и галантно протянул руку.

- Разве я смог бы забыть вас?

- Давайте пройдем дальше, где можно поговорить, - не менее галантно буркнул Коул.

По дороге он присматривался к гостям, перебирая все, что ему о них известно. Хавак - это было не настоящее имя человека, скорее боевая кличка. В прошлом он был то ли корреспондентом, то ли документалистом, активно выступал за права негуманоидных рас во время Большого гиперпространственного конфликта, а последние несколько лет вел летопись различных злодеяний, злодейств и злоупотреблений Торговой Федерации. На самом деле, страсти к насилию он не питал, но отличался проницательностью и талантом к вероломству.

По нему с Синдаром нельзя было судить о тысячах людей и представителей других рас, которые составляли "Невидимый фронт". Но они были типичным следствием разрастания радикального крыла. В данный момент база "Фронта" находилась на этой засушливой планете. "Фронт" вербовал новых членов во всех мирах, вдоль и поперек всего Окраинного торгового пути, но только Древние династии, правящие в секторе Сенекс, предоставляли ему базу для операций.

- А где же остальные члены вашей команды, капитан? - спросил Хавак у него за спиной.

Этот невинный вопрос словно плетью ударил Коула. Точно такой же вопрос он задал шкиперу "Дохода" несколько дней назад, когда в команде Коула насчитывалось двенадцать бойцов.

- Можно сказать, что многие из них никогда не покинут пространство Дорваллы, - ответил он наконец.

Хавак не сразу понял намек, но через мгновение сочувственно нахмурился.

- Мне горько слышать это, капитан. Но мы ведь думали, что и тебя никогда больше не увидим.

Коул покачал головой.

- Не в этот раз.

- Половина Внешних миров только и говорит, что о происшествии у Дорваллы. Мы действительно не думали, что вы взорвете "Доход".

- Не люблю терять время. Особенно когда имею дело с неймодианцами, - пояснил Коул. - Они скорее согласны пожертвовать своими шкурами, чем грузом. К счастью, шкипер "Дохода" оказался трусливее, чем большинство неймодианцев. А что касается уничтожения грузовоза, можете рассматривать это как мой подарок.

Они вчетвером вошли в каюткомпанию и расселись за круглым столом. Синдар положил переносной сейф на середину стола.

- Я должен вручить это вам, капитан, - сказал Хавак. - Вам удалось обратить в бегство Торговую Федерацию. Они далее потребовали помощи у Корусканта.

Коул пожал плечами.

- Попытка - не пытка.

Тогда Хавак подался вперед с нескрываемым энтузиазмом.

- Ауродиум при вас?

Коул взглянул на Реллу. Та отцепила от пояса дистанционник и набрала короткий код. Небольшой ящичек на репульсорной тяге оторвался от палубы и подплыл к столу. Релла набрала еще один код, и крышка откинулась. Радужное сияние слитков залило каюткомпанию.

Хавак и Синдар, как по команде, распахнули глаза пошире.

- Выразить не могу, как много это значит для нас, - сказал Хавак.

Но во взгляде его партнера проскользнула подозрительность.

- Здесь все? - спросил Синдар.

Взгляд Коула из равнодушного превратился в бешеный.

- Вы меня об этом спрашиваете?

Рептилоид пожал плечами.

- Я просто подумал - может, что затерялось по дороге?

Коул резко перегнулся через стол, схватил Синдара за грудки и рванул на себя.

- Слушай, ты! Эти сокровища оплачены кровью. Много хороших ребят погибли, чтобы ты смог ими полюбоваться, - он толкнул Синдара обратно в кресло. - Лучше бы вы пустили его на доброе дело.

- Перестаньте, пожалуйста, - попросил Хавак.

- Не любишь насилия, когда оно не по твоему приказу происходит, да?! - прорычал Коул.

Хавак с безучастным лицом разглядывал свой маникюр, потом поднял взгляд на Коула.

- Остается только заверить вас, что ауродиум пойдет на доброе дело, капитан.

Синдар привел в порядок свою одежду, но еще не успел прийти в себя после вспышки ярости Коула. Он подтолкнул переносной сейф - тот скользнул к Коулу по крышке стола. Коул взял сейф и поставил его на палубу.

Синдар внимательно наблюдал ним.

- Ты что, не хочешь спросить, все ли здесь? - поинтересовался он.

Коул глянул свирепо.

- С вашего позволения, я поступлю так. За каждую кредитку, которой я здесь недосчитаюсь, вы заплатите мне килограмм мяса.

- Значит, я в дураках, - усмехнулся Синдар.

Коул серьезно кивнул.

- Ты в дураках.

Релла вручила Хаваку дистанционник, Синдар захлопнул крышку ящичка со слитками.

- На что пойдет ауродиум? - ровным голосом спросил Коул.

Хавак изобразил на лице крайнее удивление.

- Капитан, разве я спрашиваю тебя, на что ты собираешься истратить гонорар?

Коул улыбнулся.

- Резонно.

- Уверена, они собираются пожертвовать его на свои любимые благотворительные цели, - предположила Релла.

Хавак засмеялся.

- Вы не так уж далеки от истины, милая леди.

- У меня для тебя еще кое-что есть, Хавак, - сказал Коул. - У Дорваллы мы столкнулись с одним неприятным сюрпризом. Кто-то проник на "Доход", воспользовавшись теми же методами, что и мы. Они выследили нас и чуть не сорвали план, который я полагал секретным. Их корабль оказался "ланцетом" департамента юстиции.

Хавак и Синдар изумленно переглянулись.

- Департамент юстиции? - эхом повторил Хавак. - У Дорваллы?

Коул внимательно наблюдал за его реакцией.

- На самом деле я думаю, это были джедаи.

Хавак изумился еще более.

- Почему ты так решил? - недоверчиво спросил он.

- Назовем это интуицией. Суть в том, что, по идее, об этой операции никто не должен был знать.

Хавак, совершенно сбитый с толку, снова опустился в кресло.

- Теперь моя очередь удивляться, капитан. Что ты хочешь от меня узнать?

- Кто еще в "Невидимом фронте" знал об операции?

Синдар насмешливо фыркнул.

- Пошевели мозгами, Коул! Зачем кому-то из нас срывать нашу же затею?

- Именно это я и хочу знать, - сказал Коул. - Могло оказаться так, что не всем в организации нравятся ваши методы - например, то, что вы наняли нас. Кто-то пытался насолить именно вам, а не мне.

Хавак кивнул.

- Спасибо, капитан. Я буду иметь это в виду, - он немного помолчал. - И что вы двое собираетесь делать дальше?

- Мы думали о том, чтобы уйти на покой, малость зализать раны, - сказала Релла, взяв Коула за руку. - Может, заведем ферму по добыче воды.

Хавак усмехнулся.

- Так и вижу эту картину. Вы двое где-нибудь на Татуине или еще в какой глуши предаетесь слиянию с природой среди бант и рососпинников. Ну да, конечно. Как раз в вашем стиле.

- А почему ты спрашиваешь? - поинтересовался Коул.

Усмешка Хавака исчезла.

- У нас, возможно, намечается большое дело. Коечто, что прямо - таки предназначено для ваших талантов, - он взглянул на Реллу, потом снова на Коула. - Плата будет достаточно велика, чтобы обеспечить вам вашу спокойную жизнь в отставке.

- Не слушай его, Коул, - предупредила Релла. - Пусть "Невидимый фронт" нанимает кого-нибудь другого, - она ожгла Хавака взглядом. - Кроме того, мы собираемся уйти с шиком.

- Хотите разбогатеть? - вмешался Синдар. - Купите неймодианца за ту цену, которую он на самом деле стоит, а потом продайте по той, в которую он сам себя оценивает.

- Работа, о которой я говорю, позволит вам уйти с шиком, - принялся искушать их Хавак.

- Коул, - завелась Релла, - ты собираешься сказать этим ребятам, чтобы отправлялись обратно на свой корабль, или я должна сама это сделать?

Коул отпустил ее руку и подергал себя за бороду.

- Ну если мы просто выслушаем их, вреда не будет.

- Будет, Коул, будет. Еще как будет. Он взглянул на нее и коротко рассмеялся.

- Релла права, - сказал он. - Нам это неинтересно.

Хавак расправил плечи и протянул Коулу руку.

- Приходите, если передумаете.

x x x

А далекодалеко от них, почти у самых Центральных миров, "Владелец" возвратился домой. Угрюмая Неймодия медленно поворачивалась под гигантским кольцом грузовоза. Как и в далеком секторе Сенекс, тут полным ходом шли весьма зловещие встречи. Обсуждалась тактика и стратегия, разрушение и смерть. Но кораблям, которые доставили гостей на борт "Владельца", ни к чему было тыкаться носами в шлюзы. Зачем, если ангары грузовоза могли вместить целую наступательную армию?

В зоне-2 ангара левого борта в положении неустойчивого равновесия пребывал вицекороль Нуте Гунрай собственной персоной - в расшитых одеяниях цвета красного вина и трехлепестковой тиаре. Равновесие было неустойчивым, потому что пребывал он в самоходном кресле, балансировавшем на когтистых лапах. По правую руку от него стояли юрисконсульт Руне Хаако и представитель вицекороля Хас Мончар. По левую руку от вицекороля стоял новый шкипер "Владельца", не вышедший ростом Даултай Дофайн, еще не вполне при шедший в себя и равно сбитый с толку как разгромом у Дорваллы, так и неожиданным повышением.

В центре ангара примостилось приземистое крылатое чудище, очень дальний родственник неймодианского иглолета. По трапу, свешивающемуся словно язык широко распахнутой пасти, поднимались чудища поменьше - словно созданные по образу и подобию бант: красноватокоричневые, защищенные толстой броней, они злобно выгибали спины и выпускали горячие облака выхлопных газов. Лазерные пушки торчали вперед, словно бивни. А за ними шли танки на репульсорной тяге, управляемые дроидами, - с рылами, напоминающими ковш экскаватора, и высоко посаженными орудийными башнями.

Образцы военной техники, колоссальные десантные корабли, чудовищные транспортники для перевозки всех родов войск и обтекаемые танки были спроектированы и выпущены корпорациями "Хаор Челл Машиностроение" и "Бактоид". Представители этих концернов сейчас стояли перед Гунраем и прямо-таки сияли от гордости.

Особенно "Хаор Челл", для которого завершение разработки было равнозначно религиозному празднику.

- Смотрите, вицекороль, - прочувствованно воскликнул насекомообразный представитель "Хаор Челл", всплеснув всеми четырьмя хватательными конечностями в сторону ближайшего транспортника - в его верхней части как раз начал открываться круглый десантный люк.

И Гунрай с изумлением смотрел, как из люка, словно подзорная труба, выдвинулся разгрузочный пандус, и дюжины боевых дроидов вдруг раскрылись, развернулись, раздвинулись перед ним.

- А вот это, вицекороль… - ревниво перехватил инициативу крылатый представитель "Бактоида".

И Гунрай снова перевел взгляд на десантный корабль - как раз вовремя, чтобы увидеть, как дюжины летательных аппаратов воспарили под верхние балки ангара. Узкие, словно лезвия, с двойными посадочными опорами и бластерами на верхушке, пилотируемые исключительно дроидами.

Гунрай хранил молчание.

Хотя все это он видел впервые, в каждом из образцов он замечал элементы механизмов, которые Торговая Федерация веками использовала при транспортировке природных ресурсов и других грузов. К примеру, в фюзеляже десантного челнока определенно было что-то от баржирудовоза. Но "Хаор Челл" взгромоздил фюзеляж на цокольное основание и снабдил его парой дополнительных крыльев, которые, вероятно, удерживало от провисания тензорное поле.

Несмотря на анималистические очертания, которые "Бактоид" придал своим транспортникам, Гунрай без труда узнал в них грузовые капсулы Торговой Федерации, только увеличенные до совсем уж невменяемых размеров. Что до складных боевых дроидов и однопилотных летательных аппаратов, то это были просто модернизированные охранные дроиды "Бактоида" и летательных аппаратов с Беспина.

Но одно было несомненно: все, что ему сейчас демонстрировали, предназначено не столько для обороны космических кораблей, сколько для наземного десанта. Это понимание упорно не хотело помещаться в голове у Гунрая. Да он и не хотел, чтобы оно там умещалось.

- Как вы, наверное, уже заметили, Ваше величество, - говорил тем временем представитель "Хаор Челл", - в настоящий момент Торговая Федерация располагает большинством материалов, необходимых для создания собственной армии. Действуя совместно с концерном "Бактоид", - он жестом указал на представителя "Бактоида", - мы могли бы превратить ваших охранных и рабочих дроидов в боевые модели, а ваши баржи и грузовые капсулы - в десантные корабли.

- Большая численность за меньшие деньги, - добавил представитель "Бактоида".

- Самое замечательное, что десантные корабли можно разобрать на составные части - крылья, фюзеляжи, основания - и перевозить по частям. Вы можете разместить один десантный корабль на сотне грузовозов или сотню десантных кораблей на одном грузовозе - на случай особо тяжелых непредвиденных обстоятельств. Другое дело, что если кто-либо поднимется к вам на борт с инспекцией, - он ни за что не поймет, что, собственно, он видит. Как говорит наш общий друг, вы будете иметь армиюневидимку.

- Общий друг… - пробормотал Руне Хаако так, чтобы его слышал только Гунрай. - Стоит Дарту Сидиусу только сказать - и все уже готово.

- Нам доставляет огромное удовольствие иметь дело, с неймодианцами, - рассыпался тем временем представитель "Бактоида". - Нам нравится ваш энтузиазм и трепет перед нашими созданиями. Поэтому мы можем предложить вам еще кое-что: звездные истребители больше не будут зависеть от пилотов дроидов, а будут управляться напрямую центральным компьютером.

- Возможно, вы захотите даже связаться с концерном "Колликоид" на планете Колла IV. Ходят слухи, что они разработали боевого дроида, который способен катиться к месту назначения, - негуманоид широким жестом обвел огромный ангар. - Такие дроиды могли бы покрывать огромные расстояния в трюмах ваших грузовозов и защищать их от вторжения на борт.

Гунрай расслышал, как звучно сглотнул Дофайн, но и на этот раз заговорил Хаако.

- Это безумие, - сказал он, понизив голос, и захромал поближе к самоходному креслу. - Мы торговцы или завоеватели, в конце концов?

- Ты слышал, что сказал Дарт Сидиус, - просипел Гунрай. - Это оружие поможет нам остаться торговцами. Это - наша гарантия, что группировки вроде "Невидимого фронта" или наемники вроде капитана Коула никогда больше не рискнут выступить против нас. Спроси шкипера Дофайна. Он тебе расскажет.

- Дарт Сидиус держит нас в раболепном страхе, - Хаако часто заморгал.

- А что мы можем поделать? Вместо того чтобы удовлетворить наши требования о дополнительных оборонных силах, Сенат грозит нам введением налогов. Нам остается только самим защищать грузы. Или ты хочешь, чтобы мы и дальше теряли корабли изза всяких террористов, как будто мало того, что мы потеряем прибыль изза налогов?

- Но остальные члены директората?

- Пока им незачем об этом знать. Мы постепенно введем их в курс дела.

- И только при крайней необходимости.

- Да, - согласился Гунрай, - только при необходимости.

Глава 13

Корускант, с его бесчисленными темными каньонами, отвесными стенами, скрытыми нишами и выступающими парапетами - короче говоря, с его обилием укромных местечек, - был просто раем для заговоров и прочих темных дел. Да и географическое расположение тоже этому способствовало.

Палпатин прожил на Корусканте последние несколько лет. Ему казалось, что он изучил это место лучше многих старожилов. Он знал его, как лесной зверь знает свою территорию. Он нутром чуял малейшие колебания настроения планетымегаполиса и инстинктивно чувствовал ее узловые точки и опасные зоны. Он почти воочию видел нити тьмы, пронизывающие Сенат, и свет, разливающийся от шпилей Храма.

Для того кто значительную часть жизни посвятил ученым занятиям, истории, искусству, собиранию редкостей - это было замечательное место. Как и для того, кто испытывал страсть к исследованию многообразия жизни - от сияющих высот до мрачных ее глубин.

Палапатин частенько сбрасывал плащ ручной работы и переодевался в простые одежды торговца или отшельника. Он набрасывал на голову капюшон и бродил в беспросветных безднах, по темным тропам и заброшенным площадям, тоннелям и переулками, дыша спертым воздухом нижнего мира. Инкогнито он мог отправиться к экватору, или полюсам, или в другие дальние края. Вне своих честолюбивых замыслов - относительно собственной судьбы, или судьбы Набу, или Республики в целом - он всегда оставался очень непритязательным. И это позволяло ему оставаться неузнанным, раствориться в толпе, как может это сделать только понастоящему одинокий человек - тот, кто много лет оставался наедине с собой.

И все же окружающие искали его общества. Возможно, на самом деле он плохо знал сам себя. Сначала он думал, что окружающие находят его склонность к уединению интригующей, как тайная жизнь, но очень быстро обнаружил, что на самом деле все, что им нужно, - это поговорить о себе. Они не нуждались в его советах и сочувствии, им просто нужно было, чтобы их кто-то выслушал. Они верили, что он будет хранить их секреты, как хранит свои собственные.

Так было с Валорумом, который в начале своего второго четырехлетнего срока службы на посту верховного канцлера вообразил, что их что-то связывает с Палпатином.

Недостаток харизмы Палпатин компенсировал искренностью, и эта прямота создала ему отличную репутацию в самых разных кругах сенаторов. Он всегда держал наготове дружескую улыбку. В этом был весь Палпатин. Среди упадка, обманов и двуличия он был этаким исповедником, всегда готовым выслушать банальные признания в тривиальнейших злодеяниях, не осуждая - по крайней мере, вслух. В душе же он судил Вселенную по своим собственным законам и четко чувствовал, что правильно, а что - нет.

Это чувство вело его, и он не нуждался в других проводниках.

Среди представителей отдаленных систем у него сложилась особенно положительная репутация. Сначала его принимали за своего просто потому, что Набу была крошечной планеткой на самом краю провинции. Единственным сколько-нибудь значимым ее соседом был Маластар - дом гранов и дугсов. Как на многих планетах в этой части Галактики, системой правления Набу была выборная монархия - и довольно непросвещенная к тому же. Но это была мирная планета, неиспорченная, богатая классическими элементами. И населяли ее не только люди, но и ее коренные жители - раса рептилий, известных как гунганы, которые селились преимущественно под водой.

В то время как большинство его ровесников одного с ним круга по достижении двадцати лет бросали общественную работу, Палпатин предпочел остаться политиком. Пребывание на Корусканте дало ему обостренное понимание несчастий отдаленных систем.

Впервые о существовании "Невидимого фронта" он узнал от представителей битхов. А позднее именно битх представил его некоторым руководящим членам этой организации. Многие их претензии к Торговой Федерации и Корусканту были вполне законны. Другое дело, что там, где замешана Торговая Федерация, трудно оставаться беспристрастным.

Будь Палпатин одним из тех сенаторов, что регулярно получали гонорары от Торговой Федерации, он бы не придал этому значения или остался слеп и глух - как выразился давеча Валорум. Но будучи представителем мира, который зависел от Торговой Федерации в вопросах ввоза продовольствия и импорта других товаров, как зависела Набу, было невозможно игнорировать то, что он видел и слышал.

В конце концов, битх представил его новому лидеру "Невидимого фронта", Хаваку.

Предыдущие встречи с Хаваком Палпатин назначал в уединенных местечках нижних уровней Корусканта, куда не доставала рука закона. Но нынешний кризис в Сенате вынудил их резко повысить уровень мер безопасности. Поэтому на этот раз Палпатин выбрал клуб на среднем уровне Корусканта, куда вход был разрешен только представителям человеческой расы. Здесь собиралась элита, чтобы наслаждаться мирскими удовольствиями вроде т'бака, бренди, игры в дэджарик или просто спокойно почитать. И здесь на самом деле было гораздо меньше любопытных глаз, чем на более низких уровнях. В порядке дополнительной предосторожности Палпатин только в последний момент сообщил Хаваку место встречи. При всех тактических способностях у Хавака не хватило бы знания дела, чтобы поймать Палпатина при ослабленной охране.

- Наглый парень этот Валорум, - зло брякнул Хавак, едва они уселись за столик в столовой клуба, обшитой панелями твердого дерева. - Хватило же у него наглости назначить конференцию на Внешнем мире - на Эриаду, ни больше ни меньше - и не пригласить "Невидимый фронт" поучаствовать.

- В отличие от Торговой Федерации, - заметил Палпатин, - у "Невидимого фронта" пока нет представителя в Сенате.

- Да, но зато у "Фронта" есть много друзей на Эриаду, сенатор.

- Что ж, думаю, тем лучше для вас.

Хавак пришел один, как и Палпатин. Хотя оба помощника Палпатина - Сате Пестаж и Кинман Дориана сидели по соседству. Палпатин с самого начала решил, что "Хавак" - это прозвище, и впоследствии Пестаж нашел тому подтверждения. Пестаж также выяснил, что Хавак был уроженцем Эриаду, где его вдохновенные голографические репортажи сделали его не просто противником Торговой Федерации, а борцом за права негуманоидных рас, вечным оппозиционером и идеалистом. Он безнадежно зациклился на стремлении изменить мир, но все его обличительные тирады о несправедливости по большей части оставались незамеченными. Никем.

В "Невидимый фронт" он пришел относительно недавно, но радикальное крыло привлекло его для особых поручений. Возмущенные безразличием Сената и действиями Торговой Федерации, которая продолжала нарушать торговые соглашения, агрессивно настроенные члены "Невидимого фронта" решили перейти от простого вмешательства в дела Федерации к терроризму. Хавак и радикалы "Фронта" задумали нанести удар по самому нежному месту неймодианцев и других членов Торговой Федерации - по их толстым кошелькам.

Палпатин поддерживал Хавака, но открыто насилия не одобрял. Более того, он настаивал, что самый верный путь к переменам ведет через Сенат.

- Мы по горло сыты делишками Валорума, - говорил Хавак. - Он все время идет на поводу у Торговой Федерации, как они скажут - так он и сделает. Эта его угроза обложить налогами торговые маршруты - только слова, и ничего больше. Пора дать ему понять, что "Невидимого фронта" надо бояться больше, чем Торговой Федерации.

Палпатин пренебрежительно отмахнулся и сказал: - Чистая правда, что верховный канцлер не слишком понимает цели "Невидимого фронта", но не он ваша главная помеха.

Хавак выдержал подчеркнуто равнодушный, но долгий взгляд Палпатина и произнес: - Нам нужен другой канцлер. Сильный. Ктото, кто не был рожден в богатстве и роскоши.

Палпатин снова отмахнулся.

- Не там врагов ищете. Посмотрите, например, в директорате Торговой Федерации.

Хавак немного пораскинул мозгами.

- Может, вы и правы. Может, мы действительно не там ищем, - он ухмыльнулся и добавил, понизив голос: - Мы заполучили нового влиятельного союзника. Он уже предложил несколько направлений, в которых мы должны действовать.

- В самом деле?

- Это он сообщил нам данные, которые были необходимы, чтобы уничтожить грузовоз Торговой Федерации у Дорваллы.

- У Торговой Федерации тысячи грузовозов, - сказал Палпатин равнодушно. - Если вы думаете, что, взрывая их корабли, вы добьетесь победы, то вы глубоко заблуждаетесь. Вам нужно добраться до хозяев. Чем я и занимаюсь в Сенате.

- У вас есть там друзья?

- Ничтожно мало. Тогда как Торговая Федерация пользуется поддержкой многих значительных сенаторов - таких, как Тоонбук Тоора, Тессек, Пассель Аргенте… Их лояльность высоко оплачивается.

Хавак возмущенно тряхнул головой.

- Как трогательно, что "Фронт" должен покупать поддержку сенаторов тем же прискорбным манером, каким ему приходится пользоваться услугами наемников.

- Другого пути нет, - многозначительно вздохнул Палпатин. - Суды бесполезны и пристрастны. Но у коррупции есть свои хорошие стороны: вы можете просто купить голоса не слишком щепетильных чиновников, вместо того чтобы убеждать их в правоте своей позиции.

Хавак поставил локти на стол, перегнулся к Палпатину и доверительно прошептал: - У нас есть средства, о которых вы просили.

Палпатин удивленно поднял брови.

- Так скоро?

- Наш доброжелатель сообщил нам, что "Доход"…

- Будет лучше, если я не буду знать, как вы их раздобыли, - перебил Палпатин.

Хавак согласно кивнул.

- Тут только одна неувязка. Эти средства у нас - в слитках ауродиума.

- Ауродиума? - Палпатин откинулся в кресле и задумчиво сплел пальцы. - Да, это может создать проблему. Я не очень хорошо представляю себе, как распределить слитки среди сенаторов, которых мы хотим… поощрить.

- Слишком легко отследить, - сказал Хавак.

- Именно. Придется обратить слитки в республиканские датари, даже если это потребует некоторого времени, - Палпатин ненадолго примолк, потом заговорил снова: - Если желаете, один из моих референтов поможет вам открыть особый счет в банке на отдаленной планете, где не будут задавать лишних вопросов о происхождении слитков. Как только вы положите ауродиум на депозит, можно будет перевести средства в ИнтерГалактический Банк и снимать суммы со счета уже в республиканских кредитках.

Хавак не скрывал восторга.

- Уверен, вы найдете этим деньгам наилучшее применение.

- Я сделаю все, что в моих силах. Хавак восхищенно осклабился.

- Сенатор, вы - подлинный голос Внешних систем!

- Я вовсе не голос Внешних систем, Хавак, - спокойно возразил Палпатин. - Если вам так уж хочется наградить меня почетным титулом, зовите меня гласом Республики. Запомните это, потому что если вы начнете противопоставлять Внешние миры Центральным, а сектора - окраинам, в ваших рядах никогда не будет единства. Не к всеобщему равенству мы должны стремиться, а положить конец анархии и распаду.

Глава 14

Куай-Гон Джинн стоял у восточных ворот Храма и раздумывал, куда бы направиться. День был теплым и безоблачным, только у верхушек самых высоких зданий Корусканта, на севере, клубились грозы местного значения. А КуайГону нечего было делать.

Он пошел прямо на солнце. Воспоминания юности охватили его, образы сменяли друг друга, словно карты в колоде для саббака, которую тасует умелый игрок. Как всегда, перед его внутренним взором мелькали дни, проведенные в Храме. Там он медитировал, учился, тренировался, заводил друзей, а иногда - терял их. Из глубин памяти всплыл день, когда он, совсем сопливый мальчишка, очутился в одной из башен и впервые понастоящему увидел Корускант с высоты. И как он с той самой минуты был одержим желанием излазить всю планетумегаполис, сверху донизу. Это приключение оставалось его самой заветной мечтой до самого отрочества и, фактически, было исполнено. До отвала.

В тех редких случаях, когда ученикам дозволялось покидать Храм, они ходили по окрестностям, словно группы туристов, и всегда в сопровождении наставника - не одного, так другого. Экскурсии в Галактический сенат, Дом правосудия, Дворец правительства…

Но и этих первых вылазок Куаи-Гону хватило, чтобы понять, что Корускант - вовсе не та сказочная страна, какой он воображал его в детстве. Погода на планете была более или менее управляемой, детали естественного рельефа сглажены, и все, что осталось от природы, обитало в комнатных условиях, под присмотром и контролем.

Поскольку Сила была свойственна всему живому, она в некотором смысле концентрировалась на Корусканте. Но здесь она ощущалась иначе, чем в мирах, которые пребывали в более естественном состоянии, где взаимосвязь всего живого формировала мягкие ритмы и циклы. Если на большинстве планет Сила была подобна тихому шепоту, то здесь это был рев - постоянный фон для ощущений джедая.

Куай-Гон хотел просто пройтись. У него не было никаких особых планов. На огромной трехмерной карте в башне Совета Ордена мерцали сотни тревожных огоньков, обозначающих проблемные точки или чрезвычайные происшествия, но Малый Совет не озаботился послать их с Оби-Ваном ни к одному из них. Быть может, Йода или еще кто - нибудь из Совета остался недоволен (чтобы не сказать хуже) тем, как он зациклился на капитане Коуле.

По глубоко личному мнению Куай-Гона, члены Совета слишком уж хотели видеть в Коуле всего лишь еще один симптом наступления тяжелых времен, тогда как на самом деле Коул был чем-то большим. И к тому же Совету было свойственно долго и подробно размышлять о последствиях, о будущем и гораздо меньше внимания уделять настоящему. Йода, например, прямо-таки обожал твердить, что будущее всегда в движении, и все же он и Мэйс Винду иногда поступали так, словно случайности вовсе исключены.

Может быть, они видят некое великое грядущее событие, которое маячит на горизонте, размышлял Куай-Гон. А сам он не увидит его даже тогда, когда оно окажется у него перед носом? Оставалось, по крайней мере, не отметать с порога возможность, что магистрам Совета Ордена известно чтото, что пока недоступно ему, Куай-Гону.

Единственное, что он принимал на веру, не рассуждая, - это то, что Сила на самом деле гораздо более загадочное явление, чем кажется любому джедаю.

Он не прошел и полукилометра, когда вдруг обнаружилось, что Ади Галлия идет рядом, буквально на расстоянии вытянутой руки. Разумеется, она застала его врасплох.

- Ищешь что-нибудь конкретное, Куай-Гон, или просто бродишь в надежде, что наткнешься на нечто, достойное твоего внимания?

Он улыбнулся ей.

- Уже наткнулся.

Ади рассмеялась, потом одарила его сердитым взглядом.

Ногти ее были тщательно отполированы, синие глаза подведены голубым, и такие же голубые тени украшали кисти рук. Она уже больше десяти лет состояла в Совете Ордена, а титул магистра получила намного раньше. Ее родители были кореллианскими дипломатами, но она, как и Куай-Гон, выросла в Храме. Ади всю жизнь была влюблена в Корускант и знала эту планету лучше, чем кто - либо. За эти годы ее связала прочная дружба с верховным канцлером Валорумом и некоторыми представителями Центральных миров.

- А где же твой юный ученик? - спросила она, медленно шагая рядом с Куай-Гоном.

- Остроумие оттачивает, - уклончиво ответил Куай-Гон.

- Так ты, оказывается, и в самом деле дал ему возможность немного отдохнуть от своей неусыпной опеки? - поддела она.

- Это счастье глубоко обоюдное.

Она снова рассмеялась, потом посерьезнела.

- У меня есть новости, которые тебя определенно заинтересуют. Кажется, ты был прав относительно Коула. Возможно, он действительно выжил после взрыва грузовоза Торговой Федерации.

Куай-Гон остановился как вкопанный прямо посреди воздушного моста, по которому они шли. Дроидам и пешеходам ничего не оставалось, кроме как обходить внушительную фигуру джедая.

- Коула видели?

Ади облокотилась на перила моста и устремила взгляд туда, откуда они вышли, на Храм.

- "Дорвалла-Космос" преследовала челнок, подходящий под описание, которое составили вы с Оби-Ваном. И характеристики двигателя тоже совпадали. Челнок упал и взорвался уже после падения, недалеко от того места, где Коул оборудовал временную базу.

Куай-Гон кивнул.

- Я знаю этот район.

- На месте крушения мало что осталось для анализа, но останки трех человек, найденные среди обломков, были идентифицированы как тела сообщников Коула. Но вот что интересно: челнок явно пытался выйти на встречу с личным кораблем Коула.

- "Нетопыркой".

- Она совершила посадку неподалеку от места крушения, а потом рванула прочь от Дорваллы - только дюзы засверкали, сбив по дороге немало сторожевиков Дорваллы.

- Коул сумел добраться до корабля, - сказал Куай-Гон.

- Ты так в этом уверен?

- Уверен. Ади кивнула.

- Один из пилотов сторожевиков докладывал, что двое или трое из команды Коула могли добраться до "Нетопырки" живыми.

- О корабле с тех пор что-нибудь слышно?

- Они ушли в прыжок, как только оторвались на достаточное расстояние от Дорваллы. Но за всеми известными убежищами Коула удвоено наблюдение. Если он выжил, его рано или поздно засекут и, если еще немного повезет, схватят.

- Ади, а есть ли шанс, что мы с Оби-Ваном могли бы…

- Коул больше не наша забота, - отрезала она. - Верховный канцлер пытается уговорить системы, расположенные вдоль Окраинного торгового пути, взять на себя ответственность за пресечение терактов в своих секторах. Наше вмешательство будет выглядеть как косвенная поддержка Торговой Федерации.

Куай-Гон нахмурился.

- Это недальновидно. Большинство миров вдоль Окраинного пути в той или иной степени поддерживают "Невидимый фронт". Кадры, средства, разведанные.. . Всем этим и многим другим террористов обеспечивают Внешние миры.

Ади некоторое время молча разглядывала его.

- Куай-Гон, думаю, я смогу организовать тебе встречу с верховным канцлером - может, ты лично введешь его в курс дела?

Куай-Гон кивнул.

- Хорошо.

- Тогда - решено. Я как раз к нему иду, так что лучшего случая не придумаешь.

x x x

Канцлер Валорум откинулся в своем рабочем кресле, устало вздохнул и изо всех сил потянулся, благо никто не видел. Он только что покончил с утренним разбором документов, а теперь ему предстояло принимать представителей миров, которые, без сомнения, уже нетерпеливо отирались в приемной его рабочего кабинета, расположенного уровнем ниже Зала Сената. Жаждали урвать хоть минуту его времени.

- Что у нас на вторую половину для? - спросил он Сэи Тария, когда она вошла в кабинет, аккуратно прикрыв за собой высокую, богато украшенную дверь.

Молодая женщина посмотрела на дисплей комлинка у себя на запястье.

- У вас назначена встреча с Ади Галлией, потом повторное совещание с сенаторами Бэйлом Органой и Хороксом Риидером. После это вы встречаетесь с представителями Корпоративного союза и делегацией торговцев с Орд Мантелл, потом…

- Достаточно, - Валорум устало потер глаза. Он махнул рукой в сторону двери в приемную. - Насколько там напряженная обстановка?

- Там собралась самая большая толпа, какая там собиралась на моей памяти, сэр, - сказала Тария. - Но я боюсь, что это далеко не все и даже не половина…

Валорум встал и потянулся за плащом.

- Дайте мне передохнуть.

- Площадь запружена демонстрантами, сэр. Одни призывают распустить Торговую Федерацию, другие недовольны вашим упорством относительно налогообложения. Служба безопасности рекомендовала нам пользоваться для выхода площадкой на крыше.

- Нет, - твердо сказал Валорум. - Это именно то, чего все ждут, а сейчас неподходящее время для опасений.

Она одобрительно улыбнулась.

- Я так и сказала службе безопасности - что именно это вы и ответите. Они тогда сказали, что если вы будете настаивать на том, чтобы уходить через площадь, они утроят охрану.

- Очень хорошо, - Валорум расправил плечи. - Вы готовы?

Она двинулась к дверям.

- Только после вас, сэр.

Как только Валорум вошел в приемную, двое рослых гвардейца шагнули к нему и пристроились по сторонам. Они были одеты в длинные темносиние плащи, перчатки и шлемы с двойным гребнем, оставляющие на виду только глаза и рот. При них были длинные, громоздкие ружья, скорее ритуального, чем практического назначения. Пока Валорум добрался до наружной двери, гвардейцев стало больше. Еще пара присоединилась к нему у самого выхода и еще двое - как только он вышел в коридор. В итоге он оказался в плотном каре охраны.

Широкий проход был битком набит представителями самых разных рас. Им приходилось стоять плечом к плечу за спешно установленными ограждениями.

Гвардейцы, шедшие перед Валорумом, перестроились клином и стали пробираться через лес вытянутых рук. И все же несколько рук ухитрились протиснуться сквозь строй охраны, норовя засунуть послания в глубокие карманы Валорумова плаща, но чаще всего они промахивались, и послания падали под ноги идущим, на гладкий, блестящий каменный пол.

В коридоре стоял гул голосов - большей частью умоляющих Валорума уделить внимание тому или иному вопросу.

- Верховный канцлер, о сроках мирных переговоров…

- Верховный канцлер, относительно недавней девальвации ботанского кредита…

- Верховный канцлер, вы обещали ответить на обвинения в коррупции, выдвинутые против сенатора Максимия…

Валорум узнавал некоторые голоса и многие лица. Вон, у левой стены едва дышит полураздавленный представитель Нового Борналекса. Позади него - сенатор Греблейпс и его трио большеглазых представителей Бродо Асоги. А справа представитель Маластара Акс Мое умудрился высунуться из толпы, когда Валорум проходил мимо.

Когда они подошли к выходу на площадь, шум голосов в коридоре стал почти неслышен за ревом и скандированием демонстрантов, заполнивших Аллею Первопроходцев с ее высоченными статуями.

Гвардейцы сомкнули ряды вокруг канцлера еще плотнее и только что не на плечах вынесли его на площадь.

Командир отряда развернулся к Валоруму.

- Сэр, мы проследуем прямо к северной площадке для ховеров. Ваш персональный шаттл уже ждет. Никаких остановок по пути, чтобы ответить репортерам или протестующим. В случае непредвиденных обстоятельств вы поступаете под нашу опеку и подчиняетесь нашим указаниям. Вопросы, сэр?

- Никаких вопросов, - механически ответил Валорум. - Но позвольте мне, по крайней мере, проявить участие, капитан.

x x x

- Ты не говорила, что зовешь меня на политический митинг, - сказал Куай-Гон, когда они выбрались на бушующую площадь.

- Я и сама не знала, - Ади действительно выглядела удивленной.

Разношерстная в прямом и переносном смысле толпа заполнила собой всю площадь, от здания Сената до транспортного терминала "Аллея Основателей". С его галереи открывался вид на площадь и неуклюжие скопления зданий, возвышающиеся над ней.

- Где ты должна с ним встретиться? - спросил Куай-Гон, перекрикивая равномерный гул и периодические скандирования.

- Снаружи, у северного выхода, - прокричала она ему на ухо.

Высокий рост позволял Куай-Гону смотреть поверх большинства голов, чем он и воспользовался, чтобы изучить обстановку у купола здания Сената.

- Мы к нему не пробьемся - а то я не знаю гвардейцев!

- Все равно давай попробуем, - сказала Ади. - А если не получится - отправимся в его частный офис в Губернаторской башне.

Куай-Гон взял Ади за руку, и они ввинтились в толпу. На таком расстоянии от Сената и речи быть не могло о провалорумовых настроениях среди ярых его противников.

Куай-Гон погрузился в Силу и прислушался к настроениям толпы.

Под общим гулом злости и противостояния что-то еще витало в воздухе. К обычному реву Корусканта примешивалось ощущение угрозы. Куай-Гон чувствовал опасность. Это была не та неопределенная опасность, которую всегда вызывают такие сборища, но нечто необычное и целенаправленное. Он на мгновение закрыл глаза и позволил Силе руководить собой.

Открыв глаза, он обнаружил битха, стоявшего во главе одной из групп. Сила заставила Куай-Гона взглянуть налево - там, у подножия высокого пьедестала одной из статуй, притаились два родианца. Ближе к северным воротам Сената стояли два тви'лекка и ботан.

Куай-Гон поднял взгляд наверх, на непрерывные потоки транспорта, мельтешащие над северным краем площади. Его внимание привлекло зеленое аэротакси. На вид оно ничем особенным не отличалось от других такси Корусканта - такое же дисковидное, с открытым верхом и полукружиями стабилизаторов под днищем. Но то, что оно парило вне воздушных коридоров автоштурманов, подсказало Куай-Гону, что его пилот - еще один родианец - достаточно хорошо знал воздушные маршруты, чтобы получить свободный доступ.

Недалеко от того места, над которым зависло аэротакси, парила восьмиместная репульсорная платформа, на которой ждал персональный шаттл канцлера Валорума.

Куай-Гон резко обернулся к Ади.

- Я чувствую волнение в Силе. Она кивнула.

- Я тоже, Куай-Гон.

Она снова взглянул на аэротакси, потом покосился на родианцев у пьедестала.

- Верховный канцлер в опасности. Нам нужно спешить.

Сняв с поясов лазерные мечи, они стали пробираться сквозь толпу. До северных ворот они добрались как раз тогда, когда на площадь выступила фаланга гвардейцев. За ними вышел Валорум со своей молодой помощницей в окружении еще шести гвардейцев. Охранники повели их к посадочной платформе.

Куай-Гон посмотрел вверх. Аэротакси развернулось и принялось парить над площадью. И одновременно к Валоруму устремились два тви'лекка. Руки они прятали в рукавах мешковатых плащей.

Гул толпы нарастал.

И вдруг откуда-то из толпы сверкнули разряды бластеров. Два гвардейца, которые шли впереди, упали на камни мостовой. Поднялся крик, толпа запаниковала и принялась крушить все на своем пути, стремясь скрыться от опасности.

Куай-Гон активировал лазерный меч и двинулся к тви'леккам. Те выхватили оружие и принялись палить. Сверкающий зеленый клинок меча КуайГона благополучно отразил все выстрелы. Бластеры родианцев присоединились к атаке, но Куай-Гон не стоял на месте и умудрился отбить и их тоже. При этом он успевал еще и заботиться о том, чтобы отраженные разряды прошли над головами разбегающихся демонстрантов и никого не задели.

Сила подсказала ему, что Ади с малиновым клинком наготове пробивается к Валоруму, которого его гвардейцы успешно прижали к мостовой.

Глухой взрыв раздался неподалеку. Оттуда поплыли облака едкого дыма, еще больше распугав демонстрантов.

Куай-Гон быстро сообразил, что взрыв был только отвлекающим маневром. Настоящая опасность шла с противоположной стороны площади, откуда быстро приближались еще два профессиональных убийцы с маленькими ручными бластерами.

Когда еще один гвардеец упал, один из убийц выстрелил в образовавшуюся брешь в кордоне Валорума. Ади блокировала два разряда, но третий достиг цели.

Лицо Валорума исказилось от боли, и он повалился на бок.

Подошло подкрепление сенатской гвардии. Оба наемника упали.

Куай-Гон услышал, как аэротакси круто пошло на снижение. С дисковидной машины упали три каната. Тви'лекк и двое родианцев пробились на свободное пространство и вцепились в веревки.

Куай-Гон на бегу сдернул с пояса канатомет и выстрелил. Крюк прочно застрял в днище такси, моноволоконный канат принялся разматываться. КуайГон вцепился в канат, запустил сматывающий механизм и повис, поднимаясь вместе с аэротакси, левой рукой держась, а правой сжимая активированный лазерный меч.

Догнав и перегнав родианцев, он перерезал их канаты и отправил в свободное падение обратно на площадь. А вот тви'лекк оказался проворнее - он все еще был над Куай-Гоном, и приходилось признать, что он, Куай-Гон, решительно не успевает. Аэротакси уже подбиралось к северному краю площади с весьма очевидным намерением стряхнуть его, Куай-Гона, в первый попавшийся достаточно глубокий провал.

Поравнявшись с самой высокой из статуй Первопроходцев, Куай-Гон отцепился и спрыгнул Первопроходцу на плечи, потом соскользнул вниз, на пьедестал, и, наконец, соскочил на плиты площади.

На площади же творилось следующее.

Один из родианцев пятился задом, планомерно отстреливаясь. Так, пятясь, он и влетел прямо в объятия двоих гвардейцев, которые до вольно грубо уложили его на мостовую. Второму родианцу было еще проще - сломанная нога приковала его к месту падения, где он и дожидался смирно своей участи.

Куай-Гон, потеряв интерес к родианцам, развернулся на каблуках и поспешил к Валоруму. Уцелевшие гвардейцы сомкнули вокруг него каре и стояли с ружьями наизготовку. Ади была тут же. Заметив Куай-Гона, она предупредила стражников, чтобы они его пропустили.

Правая сторона плаща Валорума пропиталась кровью.

- Надо доставить его в медицинский центр, - выпалила Ади.

Куай-Гон подхватил Валорума под руку и помог ему подняться. С другой стороны канцлера поддерживала Ади. Так, с активированными лазерными мечами, они и двинулись обратно к зданию Сената. Гвардейцы прикрывали отход.

Глава 15

Кто-то - у кого было время и желание этим заниматься - подсчитал, что любой свалившийся с крыши здания Галактического сената приземлится прямо в медцентре, где сенаторы пользовались исключительными привилегиями. При условии, конечно, что ветра, продувающие каньоны Корусканта, будут дуть как раз в нужном направлении и упавшему достаточно повезет, чтобы его не сбили разнообразные летательные аппараты, когда он будет пролетать сквозь воздушные магистрали.

Более безопасный метод для них очутиться невредимым в медцентре Галактического сената был подняться туда на лифте из зала Сената или воспользоваться ховером, как предпочел поступить сенатор Палпатин.

Медцентр занимал верхние пять этажей заурядного здания с отвесными стенами, возвышавшегося до среднего уровня Корусканта. Его многочисленные входы были размечены разными цветами и другими знаками, поскольку для каждой расы здесь был свой отдельный вход. Ведь многим из них требовались особая сила тяжести и состав атмосферы. Ложи в зале Сената тоже учитывали условия, которые требовались их обитателям.

Сате Пестаж посадил ховер в свободном боксе парковочной платформы, вблизи от входа, помеченного как предназначенный для людей и близких к ним рас, но подальше от самой разукрашенной из всех приемных зон.

- Не теряй времени, - сказал Палпатин с заднего сиденья, - но веди себя вежливо.

Пестаж кивнул.

- Будьте уверены.

Палпатин открыл заднюю дверцу округлого ховера, вышел, изящным жестом поправил складки вышитого плаща и исчез в дверях. В холле он наткнулся на сенатора Орна Фри Таа.

- Я слышал, вы там присутствовали, - сказал Палпатин.

Пухлый тви'лекк потряс тяжелой головой - повидимому, это должно было означать глубокую скорбь.

- Настоящая трагедия. Воистину, это ужасно.

Палпатин скептически приподнял бровь.

- Ну, хорошо, - раздраженно запыхтел Таа. - На самом деле, Валорум отклонил мои требования относительно снижения тарифов на экспорт рилла с Рилота. Если я смогу помочь делу, навестив его в медцентре, я так и сделаю.

- Мы делаем, что должны, - мягко сказал Палпатин.

Таа некоторое время молча изучал его.

- И я правильно понимаю, что ваш визит вызван исключительно искренней заботой?

- Верховный канцлер - глас Республики, верно?

- На данный момент, - с отвращением согласился Таа.

Охранники из Гвардии были расставлены по всей приемной зоне, так что Палпатину пришлось не меньше шести раз предъявлять идентификатор, прежде чем его впустили в зал ожидания, зарезервированный для посетителей Валорума. Там он обменялся приветствиями с сенатором от Алдераана Бэйлом Органой - высоким, привлекательным брюнетом - и со столь же представительным сенатором от Кореллии, Комом Фордоксом.

- Вы уже слышали, кто несет ответственность за все это? - спросил Фордокс, стоило Палпатину усесться на кушетку напротив него.

- Только то, что "Невидимый фронт" наверняка замешан.

- У нас есть доказательства их участия, - сказал Органа.

Лицо Фордокса исказилось от гнева и смущения.

- Это за пределами понимания.

- Акт, который не может остаться безнаказанным, - согласился Органа.

Палпатин сочувственно поджал губы и покачал головой.

- Ужасное веяние времени, - сказал он.

Недуги, которые приводили в медцентр, обычно были следствием злоупотребления едой или напитками, или травм, полученных на скупбольных кортах, или аварий аэротакси. Бывало, что попадали они сюда и в результате случающихся время от времени дуэлей. Изредка сенаторов загоняла в медцентр болезнь, и уж совсем редко - попытка покушения.

Палпатин чувствовал свою ответственность.

Он должен был выяснить, что произошло во время его встречи с Хаваком. Этот юный радикал не раз подчеркивал, что Валоруму нужно дать понять, насколько опасен "Невидимый фронт". Но Палпатин и не думал, что Хавак пойдет на покушение.

То, что Хавак был к тому же и глупцом, делало его особенно опасным. Неужели он действительно верил, что, если во главе Сената будет стоять ктото другой, дела "Невидимого фронта" изменятся к лучшему? И неужели он не понимает, что Валорум - их самый надежный союзник в деле обуздания Торговой Федерации - путем введения налогов или еще каклибо? Попытавшись убить Валорума, Хавак не только придал достоверности в глазах общественности заявлениям Федерации, что "Невидимый фронт" представляет угрозу для общества, он еще и сделал более обоснованными их требования о наращивании оборонительной армии.

Стоит напомнить Хаваку, кто его настоящий враг.

Если только, подумал Палпатин, Хавак вовсе и не хотел привлекать к себе внимания. Может ли оказаться так, что за обходительной, но неопределенной миной Хавака скрывается пытливый ум?

Палпатин предавался раздумьям, пока Фордокс и Органа наносили визит Валоруму. Он все еще продолжал размышлять, когда спустя какое-то время в зал ожидания вошла Сэи Тария.

Палпатин встал и поздоровался.

- Как я рад вас видеть живой и здоровой, Сэи. С вами все в порядке?

Она постаралась приветливо улыбнуться.

- Теперь-то я нормально себя чувствую. Но это было ужасно.

Палпатин изобразил на лице понимание серьезности момента.

- Мы сделаем все возможное, чтобы защитить верховного канцлера.

- Я знаю.

- Как он?

Она взглянула на дверь.

- Он… очень хочет вас видеть.

x x x

Палату Валорума охраняли все те же вооруженные гвардейцы. Это был загон без окон, стены которого сплошь состояли из медицинских мониторов и сканеров, за которыми надзирал меддроид - двуногий, снабженный щипцамиманипуляторами, с вокодером, чем-то на поминающим дыхательную маску.

Валорум был бледен и мрачен. Тем не менее он упрямо сидел в постели. Его правая рука от плеча до кисти была заключена в гибкий цилиндр, наполненный бактой. Бакта - прозрачная студенистая жидкость, которую производила раса насекомообразных, - обладала способностью ускорять регенерацию клеток и процесс заживления. Обычно после терапии бактой не оставалось шрамов. У Палпатина часто бывало ощущение, что эта чудодейственная субстанция, как и джедаи, была ключом к выживанию Республики.

- Верховный канцлер, - произнес он, подходя к постели. - Я пришел, как только узнал. Валорум мягко отмахнулся здоровой рукой.

- Не стоило беспокоиться. Меня выпишут уже сегодня, - он жестом предложил Палпатину стул. - Знаете, что сделали гвардейцы, когда притащили меня сюда? Они выставили всех пациентов из помещения неотложной помощи, потом очистили весь этаж, ничуть не заботясь об удобстве для пациентов.

- У службы безопасности были на то причины, - сказал Палпатин. - Зная, что если их покушение на площади сорвется, вас доставят сюда, убийцы могли оставить засаду в приемном покое.

- Возможно, - признал Валорум. - Но сомневаюсь, что действия моих защитников добавят мне сторонников, - он нахмурился. - Хуже того, мне придется признать прозрачный интерес сенаторов вроде Орна Фри Таа.

- Даже сенатор Таа понимает, что вы нужны Республике, - сказал Палпатин.

- Чепуха. Есть многие, которых прочат на мое место. Бэйл Органа, Айнли Тиим… даже вы, сенатор.

Палпатин изобразил на лице ужас.

- Да что вы!

Валорум ухмыльнулся.

- Вспомните хотя бы, как вас принимали во время последней внеочередной сессии.

- Внешним территориям отчаянно не хватает голосов. Я всего лишь один из многих.

Валорум покачал головой.

- Все не так просто, - он немного помолчал. - Во всяком случае, я хочу поблагодарить вас за записку, которую передал ваш помощник. Но почему вы заранее не сообщили мне о своем плане выдвинуть предложение о конференции на высшем уровне?

Палпатин развел руками.

- Меня осенило в последний момент. Нужно было что-то предпринять, прежде чем проект налогообложения поступит на рас смотрение комитета, где его могут завалить с ходу.

- Блестящий ход, - на этот раз Валорум замолчал надолго. - Департамент юстиции уведомил меня, что те, кто напал на меня, были членами "Невидимого фронта".

- Я тоже это слышал. Валорум тяжело вздохнул.

- Теперь я вижу, что не дает покоя Торговой Федерации.

Палпатин промолчал.

- Но что толкнуло "Невидимый фронт" напасть на меня? Я делаю все, что в моих силах, чтобы найти мирное решение всего этого.

- Ваши усилия для них недостаточно очевидны, - сказал Палпатин.

- Неужели они думают, что Органа или Тиим на моем месте действовали бы иначе?

- Сенатор Органа, - начал Палпатин, осторожно подбирая слова, - думает только о Центральных мирах. Вне всяких сомнений, он бы проводил политику невмешательства. А что до сенатора Тиима, то он, возможно, удовлетворил бы все требования Торговой Федерации по вопросу дополнительных вооружений или дополнительных голосов.

Валорум задумался.

- Возможно, я ошибся, когда решил, что "Невидимый фронт" не должен принимать участия в конференции на Эриаду. Я опасался создать впечатление, что Республика признает их как политическую организацию. Более того, я както плохо представляю их спокойно сидящими за столом переговоров с неймодианцами, - он смешался. - Но что они рассчитывали выиграть, убив меня?

Палпатин вспомнил злобные разглагольствования Хавака по поводу того, что их не пригласили на конференцию. "Нам нужен верховный канцлер посильнее", сказал тогда Хавак.

- Я задаю себе тот же вопрос, - ответил Палпатин. - Но вы были правы, когда не стали приглашать их принять участие во встрече. Они опасны - и они заблуждаются.

Валорум кивнул.

- Мы не можем рисковать, допустив их на Эриаду. Слишком много стоит на кону. Нужно дать Внешним системам возможность высказаться, не опасаясь нападок Торговой Федерации или вмешательства "Невидимого фронта".

Палпатин задумчиво сплел пальцы, припоминая подробности недавней встречи с Хаваком, каждое его слово…

- Возможно, пора обратиться за помощью к джедаям, - сказал он в конце концов.

Теперь настала очередь Валорума надолго задуматься, внимательно разглядывая собеседника.

- Да, наверное, джедаи захотят вмешаться, - его вдруг осенило. - Двое из них сегодня помогли сорвать планы моих несостоявшихся убийц.

- В самом деле?

- Сенату придется дать санкцию на привлечение джедаев. Вас не затруднит внести предложение?

Палпатин улыбнулся одними глазами.

- Сочту это за честь, верховный канцлер.

x x x

Оставив позади парковочную платформу медцентра, Сате Пестаж разогнался в воздушном транспортном коридоре среднего уровня, а потом на каждой развязке стал переходить на ярус выше, пока не оказался в зоне частных ховеров. Движение здесь было значительно меньше. Такси, а тем более машины доставки здесь встретить было трудно. Потому что обитатели высот пользовались личным транспортом, а грузы доставлялись на более низкие этажи и уже оттуда возносились к небесам на турболифтах.

Пестаж продолжал подъем, пока не оказался на самой высокой магистрали, предназначенной исключительно для летательных аппаратов, пользующихся дипломатическими привилегиями, - мобильные сканеры могли в любой момент запросить подтверждение. Личный аппа рат сенатора Палпатина такие привилегии имел.

Пестаж направил машину к платформе, прицепленной к роскошному небоскребу и припарковался. Потом достал из багажника две сумки, недешевые на вид. Та, что побольше, была небольшим чемоданчиком. А в другой сумке, сделанной специально для него, уютно устроился шар размером с дынюлипучку. Эту кладь Пестаж повесил на ремне через плечо.

Все это Пестаж прихватил с собой в холл верхнего яруса, где его отсканировали с головы до ног, прежде чем допустить к турболифту, ведущему (точнее - везущему) наверх. И снова ему пригодился мандат его хозяина, чтобы распахнуть множество дверей, которые иначе оставались бы для него закрыты. Несколько обитателей небоскреба промелькнули поблизости, но никто из них не посмотрел на него дважды, свято веря, что если уж некто умудрился проникнуть в здание, значит, у него есть на это полное право.

Сате поднялся на турболифте в покои на крыше, принадлежащие одному из коллег Палпатина по Сенату. Но в данный момент здесь никого не было, поскольку сенатор как раз вчера отбыл навестить родную планету.

В саду на крыше Пестаж с багажом подошел к двери и набрал код на сенсорной панели в стене. Когда сканер запросил сверку рисунка сетчатки, он отстучал второй код, который, по сути дела, приказал сканеру отказаться от обычной процедуры подтверждения личности и просто открыть дверь в апартаменты.

Код сработал, и дверная панель скользнула в стену.

Мягкое освещение включилось, стоило Пестажу шагнуть в элегантную прихожую. Вокруг мебель и произведения искусства, соответствующие утонченному вкусу сенатора. Пестаж, не задерживаясь, прошел к дверям на террасу и вышел.

Внизу, за выложенными черепицей перилами, гудели транспортные потоки. Огни других не менее высоких здании освещали площадку. Воздух здесь был градусов на десять холоднее, чем на среднем уровне, и гораздо менее грязный. С высокого, по грудь, ограждения Пестаж мог любоваться видом здания Галактического сената в одной стороне и башен Храма в другой.

Но эти виды его не интересовали. Ему нужны были роскошные апартаменты напротив, от которых его отделяла пропасть меж небоскребами.

Пестаж поставил сумки на пол и открыл их. В квадратной скрывался компьютер со встроенным дисплеем и клавиатурой. Во второй оказался дроиднаблюдатель, черный и круглый. Из его макушки и по бокам торчали три антенны. Пестаж поставил дроида и компьютер рядышком.

Они посовещались на своем языке трелей и гудков. Потом дроид милостиво согласился взлететь и поплыл к пропасти.

Пестаж переставил компьютер так, чтобы можно было следить за полетом дроида и одновременно вводить команды на клавиатуре.

К тому времени черный шар уже перелетел городской каньон. Теперь он парил перед окнами одной из освещенных комнат, исправно передавая цветное изображение на дисплей компьютера. На небольшом экране показались пять тви'лекк, расслабляющихся в уютной гостиной. Одна из них была краснокожая супруга сенатора Орна Фри Таа, летанка по происхождению. Прочие могли быть младшими женами или просто подругами летанки. Они болтали и выпивали, пока толстомордый сенатор отлучился навестить Валорума в медцентре.

Пестаж был доволен. Женщины так увлеклись вечеринкой, что вряд ли помешают его делам.

Он скомандовал дроидунаблюдателю переместиться к одному из неосвещенных окон и перейти на инфракрасный режим. Мгновение спустя на экране появился крупный план компьютерного терминала Таа, который, хотя и мог в принципе работать дистанционно, для удаленного доступа был заблокирован.

Пестаж быстро набрал команду.

Дроид прижался к окну, активировал встроенный лазер и вырезал в звукоизолирующем и бронированном окне аккуратное отверстие - не больше, чем требовалось, чтобы просунуть манипулятор, который телескопически выдвинулся из его круглого корпуса. Магнитный захват на конце манипулятора дроид вставил в порт доступа системы Таа.

Компьютер загрузил операционную систему и запросил пароль, который Пестаж знал. Новичок в таких делах мог бы поинтересоваться у Палпатина, откуда ему стали известны нужные пароли и коды. Но Пестаж потому и был настоящим профессионалом, что никогда не задавал лишних вопросов.

Компьютер Таа распахнул перед ним виртуальные двери.

Теперь оставалось просто взломать нужные файлы и припрятать зашифрованную информацию в памяти компьютера. Но все равно пришлось повозиться. Прежде всего требовалось замести следы, то есть сделать все так, чтобы компьютер был уверен, что данные на самом деле просто только сейчас были выявлены, а не введены со стороны. Потом нужно было запрограммировать компьютер, чтобы он выдал данные только в ответ на определенные запросы Таа.

И самое главное, Таа должен быть убежден, что он самолично обнаружил информацию такой сногсшибательной важности, чтобы ему захотелось немедленно начать выкрикивать ее прямо с крыши.

Глава 16

В центре зала Совета, в самой высокой башне Храма, висела в пространстве огромная трехмерная карта Галактики с подсвеченными разными цветами "горячими точками" и центрами деятельности джедаев. Сферическая проекция постоянно менялась в соответствии с сигналами, поступающими от многоточечной фокусирующей системы из башни на коллимирующий диск, который в свою очередь направлял лучи в нужные точки голограммы.

Куай-Гон с Оби-Ваном стояли на галерее, опоясывающей карту, и ждали, когда их вызовут предстать перед Советом Ордена. Тут же бродили еще несколько джедаев - кто-то разглядывал карту, кто-то просто шел на одну из площадок для медитации на балконах башни, откуда открывался великолепный вид на мегаполис. Именно с одной из таких площадок Куай-Гон впервые понастоящему разглядел Корускант.

- Первый раз вижу, чтобы был выделен Корускант, - заметил Оби-Ван, который пялился на проекцию, навалившись на перила галереи.

Куай-Гон нашел мерцающее пятнышко, обозначающее столицу Республики, потом перевел взгляд на другой участок карты, гораздо ближе к ее внешним границам, - там горел другой тревожный огонек Дорвалла.

- Корускант стоило бы подсвечивать во все времена… - начал было он, но тут вспыхнул еще один огонек, даже более удаленный, чем Дорвалла.

- Эриаду, - добросовестно прочитал Оби-Ван и вопросительно уставился на наставника.

- Место проведения предстоящей конференции, - пояснил тот.

- А чья это была идея, учитель? - спросил Оби-Ван.

- Сенатора Палпатина, - ответил ему вовсе не Куай-Гон, а звучный баритон за спиной.

Они обернулись и оказались нос к носу с Йорусом К'баотом - магистр, старше Куай-Гона, с красивым аристократическим лицом. Волосы он носил такие же длинные, как и Куай-Гон, а в дополнение - окладистую длинную бороду.

- Палпатин - представитель планеты Набу, - пояснил К'баот.

- Планета как раз по Куай-Гону, - изрек кто-то из рыцарей, стоявший дальше на галерее.

К'баот глубокомысленно кивнул.

- Там больше живности на квадратный километр, чем можно встретить на сотне миров, - он сдержанно улыбнулся. - Я даже легко могу представить, что мастер Куай-Гон там заблудится.

Прежде чем Куай-Гон или Оби-Ван нашли что ответить, в зал, где висела карта, вошла Ади Галлия.

- Куай-Гон, мы готовы принять тебя, - объявила она.

- Не говори ничего, падаван, - тихо предупредил Куай-Гон, когда они вошли в круглый зал. - Просто слушай и запоминай.

Оби-Ван покорно кивнул.

- Да, учитель.

Из огромных арочных окон открывался вид на все стороны света. Сводчатый потолок терялся во тьме, а глянцевый пол был украшен концентрическим цветочным орнаментом.

Оставив Кеноби торчать столбом у дверей, Куай-Гон вышел на середину зала и остановился, скрестив руки на груди. Оби-Ван принялся исподтишка разглядывать собравшихся.

Справа от него сидела Депа Биллаба, стройная уроженка Чалакты. Ее раса почти не отличалась от человеческой. Над переносицей она носила блестящее украшение. Ее соседом справа был Эит Коф, с лицом, покрытым паутиной глубоких морщин, и множественными руди ментарными рожками разной длины на безволосом черепе. Дальше шел длинношеий кермианин Йараель Пуф. За ним - Ади, Оппо Ранцисис и Эвен Пиелль, воин родом с Ланника, с лицом, покрытым глубокими шрамами. Справа от Пиелля сидела Йадль, женщина той же расы, что и Йода. Саэссие Тийн, иктотчи, с загибающимися вперед рогами, Ки-Ади-Мунди, поразительно высокий гуманоид родом с Цереа. Йода, утопавший в своем красном кресле. И Мэйс Винду - бритый наголо, атлетически сложенный, смуглый человек. А между турболифтом и Винду сидел Пло Коон.

Мэйс Винду сплел пальцы и подался вперед.

- Мы только что встречались с работниками департамента юстиции относительно попытки покушения на верховного канцлера Валорума. Мы надеемся, что вы сможете пролить дополнительный свет на то, что произошло у Галактического сената.

Куай-Гон кивнул: - Я тоже на это надеюсь. Йода шевельнулся в кресле, покосился на Винду, потом в упор посмотрел на Куай-Гона.

- Как случилось, что ты у Сената оказался, Куай-Гон? Предупредил тебя твой знакомый из "Невидимого фронта", ммм?

- На это отвечу я, - сказала Ади Галлия. - Я попросила Куай-Гона сопровождать меня к Сенату, чтобы лично встретиться с верховным канцлером Валорумом.

Винду неприязненно уставился на нее.

- С какой целью?

Ади бросила взгляд на Куай-Гона.

- Куай-Гон имел основания полагать, что верховный канцлер совершил ошибку, возложив ответственность за противодействие террористам на планеты, расположенные вдоль Окраинного торгового пути.

- Это так? - спросил Ки-Ади-Мунди. Куай-Гон кивнул.

- Большую часть средств "Невидимый фронт" получает именно от этих миров.

- Многое Куай-Гону о происходящем известно, да, - как-то уж слишком ласково промурлыкал Йода. - Прав он был, говоря о том, что капитан Коул выжил у Дорваллы после взрыва, - он примолк. - За покушения попыткой Коул стоял, ммм?

- Нет, учитель, - сказал Куай-Гон. - Коул в бегах. Более того, я не уверен, что "Невидимый фронт" стремился навредить канцлеру Валоруму.

Йода посуровел.

- Стреляли они в него, да. Выследили их, по документам, на тайную базу в секторе Сенекс отправились они.

- Слишком просто, учитель, - стоял на своем Куай-Гон. - Слишком уж все на поверхности.

- Террористы они. Не воины, - не отступал Йода.

Винду перевел взгляд с Куай-Гона на Йоду, с ученика на учителя и обратно.

- Тут вам определенно есть над чем подумать. Продолжайте.

- Наемники целились не в самого Валорума, а в гвардейцев, которые его охраняли. Мне кажется, что тот разряд, который задел верховного канцлера, был просто неточно направлен. Бегство с места преступления тоже неубедительно. И они должны были понимать, что шанс уйти невелик, так зачем же они носили с собой документы?

- Не то что капитан Коул, а, Куай-Гон?

Куай-Гон кивнул.

- Он бы не проявил подобной беспечности.

Йода корявым пальцем поскреб зеленую сморщенную щеку.

- План этот он составил - издалека. Разыскать своего знакомого из "Невидимого фронта" должен ты.

- Я так и поступлю, учитель. И все же, зачем "Невидимому фронту" понадобилось наносить удар по канцлеру, если их главный противник - Торговая Федерация?

- И зачем же? - спросил Винду.

Куай-Гон набрал полную грудь воздуха и тряхнул головой.

- Я точно не знаю, магистры. Но боюсь, что "Невидимый фронт" задумал нечто гораздо более коварное.

x x x

"Нетопырка" уносилась прочь с зеленой планеты и двух ее жестоко изрытых кратерами лун. Пунктиры красного света злобно расчерчивали пространство вокруг канонерки. За ней по пятам гнались три длинных и узких "ланцета", окрашенных в красные цвета Корусканта.

На тесном мостике канонерки Бойни изучал данные системы распознавания.

- Кореллианские крейсеры, капитан! - возвестил он. - Догоняют. Расчетное время встречи…

- Знать не хочу, - успел процедить Коул из капитанского кресла, прежде чем взрыв круто бросил корабль на левый борт. - Долбаный департамент юстиции! Им что, больше заняться нечем?

- Видимо, нечем, капитан, - утешил его Бойни.

Коул вместе с креслом отвернулся от обзорных экранов и уставился на Реллу, сидевшую На месте пилота.

- Сколько еще осталось до выхода на прыжок?

Она ожгла его злобным взглядом.

- Навигационный компьютер не хочет нас слушать.

Коул обернулся к Бойни.

- Вразуми эту штуковину!

Родианец, пошатываясь, пересек рубку и хлопнул ладонями по кожуху компьютера.

- Это поможет, - с облегчением заметила Релла.

Корабль снова тряхнуло.

- Мощность на кормовые дефлекторы, - приказал Коул.

- Я этим займусь, капитан, - отозвался Бойни, который уже прихромал обратно к своему месту и теперь пристегивался.

- Знаешь, Коул, - проговорила Релла, не отрываясь от компьютера, - а ведь по лезвию ходить не всем дано.

Тот неестественно расхохотался.

- И это мне говорит та, что сроду по широкой дорожке ходить брезговала?

- Я изменилась, - парировала Релла. - И у меня нынче другие представления о том, что смешно, а что - не очень.

- Тогда лучше засунь эти нынешние представления куда-нибудь поглубже, пока мы не выберемся.

Ужаленная в хвост "Нетопырка" опять содрогнулась и завалилась набок.

- Где координаты прыжка?! - взревел Коул и добавил еще кое-что вдохновляющее.

- Сейчас будут, - спокойно заверила его привычная к таким сотрясаниям воздуха Релла. - Пора сматываться из этого сектора, Коул. Все наши схоронки под присмотром.

- Ну так и куда ты предлагаешь отправиться? - не без яду поинтересовался Коул.

- Да хоть к хатту под хвост. Но здесь нас определенно не любят.

Коул скорчил мину.

- Только не говори мне, что стала бы работать с этими дутыми червяками.

- А разве я упоминала о работе? - очень натурально удивилась Релла.

- А как же насчет "уйти с шиком"? - напомнил капитан.

- В данный конкретный момент я хочу просто уйти, тихо и мирно.

Коул покачал головой.

- Я это себе не так представлял. И кроме того, меня бесит, когда меня пытаются прогнать с моих охотничьих угодий.

- Даже когда ты определенно превратился из хищника в жертву?

Коул внимательно посмотрел на нее.

- Ты ведь серьезно, да? Ты думаешь о том, чтобы меня бросить.

Она закусила губу и кивнула.

- Если ты не одумаешься, Коул. Мы уже стары для всего этого. Я хочу, чтобы исполнилось хоть что-то из того, что мы обещали друг другу. Пока не стало слишком поздно.

Он честно подумал, потом рассмеялся.

- Ты не уйдешь. Ты же сама знаешь, что будешь слишком скучать по мне, и рано или поздно примешься меня разыскивать и все равно ко мне придешь. Сама.

Релла насупилась.

- Ты забыл, что я теперь другая, Коул. Коул весело покосился на Бойни.

- Эй, я прав или нет? Насчет того, что она сама станет меня искать?

Родианец быстренько втянул голову в плечи.

- Не путайте меня в ваши разборки! Вот команды я хорошо исполняю, а в ваши дела - не впутывайте!

Коул снова повернулся к Релле и покачал головой.

- Наша первая ссора.

- Нет, Коул. Последняя, - она потянулась к рычагу сектора газа. - Уходим в прыжок.

"Нетопырка", попрежнему зажатая в "вилке", рванулась вперед. Звезды за ее иллюминаторами растянулись в сплошные линии, и канонерка исчезла из поля зрения преследователей.

Глава 17

В приемном зале офиса верховного канцлера в здании Галактического сената Валорум накинул на плечи парадную мантию и придирчиво оглядел свое отражение в обрамленном искусной резьбой зеркале. Его правая рука почти зажила и покоилась в мягкой повязке, задрапированной широким рукавом плаща.

У дверей стояли на страже двое гвардейцев, но Валорум в ожидании встречи с мастерами джедаями Мэйсом Винду и Йодой не обращал на охрану внимания. Джедаи должны были прибыть с минуты на минуту.

Династия Валорумов издавна лелеяла надежду, что кто-нибудь из ее отпрысков будет обладать способностями к Силе. Но, судя по всему, таковых способностей пока не наблюдалось. Это достойное сожаления обстоятельство, однако, вовсе не мешало Финису Валоруму относиться к джедаям с уважением, даже с благоговением. Когда он был юношей из почитаемой на Корусканте и в других Центральных мирах семьи, то провел бесчисленное множество часов над семейными хрониками, жадно глотая подробности отношений и дел предков с джедаями, зачастую ставшими уже легендой. Эти истории только укрепили его к тому времени уже сформировавшуюся веру в могущество и справедливость Ордена, Пусть он не мог стать джедаем - зато он мог строить свою жизнь, опираясь на их идеалы, жить так, словно Сила была его союзником, и посвятить себя защите мира и справедливости.

Но Республика, которую унаследовал Валорум, предоставляла ему мало возможностей для заботы о мире и справедливости. Ослабленный алчностью и коррупцией Сенат превратился в инструмент для расширения пропасти между богатыми и бедными, для раздувания амбиций влиятельных и знатных. Стараясь сохранять верность своим идеалам, Валорум обнаружил себя беспомощным перед разжиревшими на взятках и погрязшими в эгоизме сенаторами. К чему работать во имя всеобщего блага, когда гораздо более выгодно работать на Корпоративный союз, Технологический союз, Гильдию купцов или Торговую Федерацию?

Кто по личным мотивам, а кто - в обмен на торговые привилегии для своих миров, сенаторы подчинялись влиятельным корпорациям, а те, в свою очередь, требовали только одного: чтобы одни предложения отклонялись, а другие - поддерживались. Снова и снова Валорум оказывался в ситуации, когда он выглядел слабым, потому что его предложения не проходили через Сенат. И эта мнимая слабость заставляла особо сведущих считать его беспомощным.

Конечно, именно доказать его непригодность и стремились те, кто предпочитал покупать голоса в Сенате. Если слабый лидер будет смещен, его заменят новым, который простонапросто откажется от борьбы и будет единодушно признан лучшим во всех отношениях.

Валоруму оставалась печальная участь балансировать меж двух зол. Так было долго, слишком долго, пока (совсем недавно) вокруг него не начали объединяться такие сенаторы, как Бэйл Органа, Хорокс Риидер, Палпатин. Они заверяли его, что окажут поддержку, чтобы положить конец коррупции или, на самый крайний случай, взять ее под контроль. Многие полагали, что нынешний кризис с Торговой Федерацией будет своего рода испытательной площадкой, что его исход покажет, чего ждать в будущем. Валоруму оставалось только надеяться, что он сможет до конца срока оставаться на своем посту, защищая права всех и каждого, верой и правдой служа миру и справедливости.

Именно поэтому "Невидимый фронт" должен был быть остановлен.

Обычно к джедаям не обращались за помощью в коммерческих разногласиях, но покушение на жизнь Валорума переводило дело из разряда коммерческих разногласий в класс дел, касающихся нарушения закона и порядка. Поскольку джедаи несли ответственность перед верховным канцлером и департаментом юстиции, теперь вполне можно было запросить их вмешательства, и в этом смысле попытка покушения имела свои положительные стороны.

Во всяком случае, Валорум не мог припомнить случая, чтобы джедаи отказали в помощи. Однако порой Валоруму казалось, что тут он имеет дело с силой более грандиозной, чем все торговые консорциумы вместе взятые или даже сама Республика.

Объединенная мощь десяти тысяч джедаев была так велика, что они могли бы править Республикой по своему разумению - если бы захотели, если бы их приверженность делу мира не была столь сильна. Орден получал финансирование из бюджета Республики, но порой Валорум начинал всерьез опасаться, что одним финансированием тут не отделаешься, что в один прекрасный день они явятся к нему и потребуют, чтобы их помощь и поддержка были возвращены в десятикратном размере. Хотя Валорум и не мог вообразить, чем им могла бы помочь Республика или он сам. Джедаи активно участвовали в мирских делах, но сами при этом оставались в стороне, погрузившись в свои таинственные взаимоотношения с Силой, словно в иную реальность.

А еще порой казалось Валоруму, что джедаи исходят из того, что миром правит Сила, а их роль состоит в том, чтобы до скончания времен поддерживать равновесие добра и зла, тьмы и света, не давать ему сместиться ни на йоту ни в ту ни в другую сторону. Не впустить в мир потоки тьмы и не позволить свету ослепить всех и каждого некой высшей истиной.

Две тысячи лет назад джедаи столкнулись со страшной угрозой, которая нависла над миром в Галактике - в лице ситхов и армии их учеников, последователей Темной стороны Силы. Ситхи верили, что не использовать власть - значит попусту тратить энергию. Они стремились к единоличной власти, а дороге последовательного понимания предпочитали путь подчинения, и насилия.

К счастью, энергию темной стороны оказалось не так-то легко обуздать, и за тысячу лет ситхи успешно и всецело истребили друг друга.

Валорум услышал, как встрепенулись гвардейцы у входа. Дверь в приемную открылась, и вошла Сэи Тария, за ней следом двое магистров. Мэйс Винду, казалось, заполнил собой все помещение - в плаще с капюшоном, сверкающей белизной тунике и сапогах по колено он выглядел внушительно и величественно. Однако большую часть пространства почему-то занял маленький, хрупкий и загадочный Йода - в поношенном и небрежно сшитом плаще.

- Магистры, - тепло приветствовал их Валорум. - Спасибо, что согласились прийти.

Йода секундудругую рассматривал его огромными глазами, потом чуть улыбнулся.

- Поправились вы, да.

Валорум машинально погладил правое предплечье, задрапированное плащом.

- Почти. Если бы стрелок прицелился чуть лучше…

Винду и Йода многозначительно переглянулись.

- Чем Орден может быть вам полезен, верховный канцлер? - спросил Винду.

Валорум указал им на кресла.

- Не хотите ли присесть?

Винду сел - прямой и подтянутый, как гвардеец на посту. Йода задумчиво посмотрел на кресло, потом зашагал к центру помещения, постукивая посохом.

- Думается лучше мне на ходу, да.

Валорум отпустил помощницу и охранников и опустился в кресло напротив Винду - оттуда ему было видно и Йоду тоже.

- Полагаю, вы уже знаете, что было установлена принадлежность участников покушения к террористической группировке "Невидимый фронт"? - Валорум дождался утвердительного кивка Винду, прежде чем продолжать. - Нескольким из них удалось уйти. Мы выследили их. Они направились на Асмеру, планету на краю сектора Сенекс.

Валорум чуть наклонился вперед, к столу, что стоял между ним и Винду, и включил голопроектор. Над столом, в конусе голубоватой дымки, появилась звездная карта.

- Сенекс - автономный сектор. Правят в нем жестокие и самоуверенные королевские династии. Республика признает независимость миров сектора Сенекс и не стремится вмешивается в их внутренние дела. В частности, это относится к моему недавнему предложению, чтобы миры, располагающиеся вдоль Окраинного торгового пути, объединились, дабы самостоятельно покончить с терроризмом в своих секторах пространства. Однако, когда происходящее в этом секторе, пересекая глубины космоса, сказывается на делах Корусканта, мы не можем оставаться в стороне.

Валорум отключил голопроектор.

- Я связался с главами династий Вандрон и Элегин, чье влияние распространяется на Асмеру и другие системы в той области сектора Сенекс. Они отрицают, что предоставили убежище "Невидимому фронту". Более того, они утверждают, что террористы отбили Асмеру у малочисленного местного населения и используют эту планету как базу для налетов на корабли, курсирующие по Окраинному торговому пути и Кореллианской торговой дуге. Опасаясь, попасть под удар террористов, правящие дома Вандрон и Элегин, по сути дела, игнорировали происходящее на Асмеру.

- До нынешнего времени, - вставил Винду.

Валорум кивнул.

- Они согласились помочь нам удержать "Невидимый фронт" на Асмеру до завершения конференции на Эриаду.

Йода нахмурился.

- Рабовладельцы они, да. Не лучше, чем те, кто "Невидимый фронт" собрали.

Валорум со вздохом согласно кивнул.

- Это правда. Именно рабовладение препятствует открытой торговле сектора Сенекс с Республикой. В надежде на налаживание торговых связей они и согласились помочь нам.

Винду сдвинул брови.

- Какого рода помощь предлагают правящие дома Сенекса?

- Материальнотехническое обеспечение. Благодаря расположенной поблизости гравитационной яме и космическим минным полям, установленным самим "Невидимым фронтом", к Асмеру не так-то легко приблизиться. Династия Вандрон предложила сопроводить нас.

Винду обдумал сказанное.

- Вы хотите, чтобы мы отправились на Асмеру вместе с крейсерами департамента юстиции?

- Да, - просто ответил Валорум. - Если вы согласитесь, я направлю в Сенат прошение дать вам соответствующие полномочия. Но позвольте объяснить. Эта операция задумана не как демонстрация силы и не как возмездие за недавнее происшествие со мной. Я намерен послать на Асмеру два крейсера. На них отправятся тридцать приставов департамента юстиции и столько джедаев, сколько вы сочтете нужным включить с экспедицию.

- Из всего того, что нам известно, - продолжал Валорум, - следует, что те, кто ответствен за покушение на мою жизнь, могут быть членами радикального крыла "Невидимого фронта". Остальные могут вовсе ничего не знать о покушении. Как бы там ни было, я не хочу, чтобы они сорвали встречу на Эриаду. Кроме того, мне хотелось бы узнать, чего они рассчитывали добиться, убив меня. Если их действия продиктованы тем, что их не пригласили участвовать в конференции, я хочу довести до их сведения, что я согласен встретиться с ними - при условии, что они воздержатся от нападений на корабли Торговой Федерации. Если же они не согласятся заключить перемирие, Торговая Федерация, вероятнее всего, получит санкцию на увеличение ее и без того существенного арсенала вооружений.

Прежде чем ответить, Винду взглянул на Йоду.

- А если наша попытка донести до них эту информацию будет отвергнута?

Валорум помрачнел.

- Тогда я бы попросил джедаев проследить, чтобы никто из "Невидимого фронта" не покидал Асмеру. Их придется удерживать там до дальнейших распоряжений.

Винду потер подбородок.

- Может оказаться так, что вы пошлете ваших приставов прямиком в ловушку.

- Нам придется пойти на этот риск, - жестко сказал Валорум, потом сбавил тон. - Мы должны хотя бы попытаться вызвать их на переговоры, прежде чем переходить к крайним мерам.

Он переводил взгляд с одного магистра на другого и обратно.

Йода перестал расхаживать, постукивая посохом, и без всякого сочувствия посмотрел на Валорума.

- Увидеть этот спор разрешенным хотим мы, - сурово сказал он.

Винду сплел пальцы и подался вперед.

- Не следует давать Торговой Федерации разрешение на наращивание вооружений. Оборонительное или нет, но оружие - не метод разрешения данной ситуации. Подобные действия приведут только к дальнейшей эскалации конфликта.

- Не спорю, - печально кивнул Валорум. - Хотел бы я, чтобы все было так просто. Но Торговая Федерация запустила щупальца глубоко в политическую жизнь Республики.

- Сами с собой воюете вы, - с укором произнес Йода. - В своих же спорах погрязли.

Валорум покачал головой, замечание задело его.

- Такие проблемы требуют особо тонкого подхода, приходится идти на сделки, которые претят мне.

Винду поджал губы.

- Мы обдумаем, какую помощь мы могли бы оказать экспедиции на Асмеру.

Валорум был разочарован.

- Спасибо, мастер Винду. Я бы также попросил вас рассмотреть и обеспечение безопасности конференции на Эриаду. Боюсь, сейчас никто не может чувствовать себя в безопасности.

Винду кивнул, поднялся на ноги и пошел к двери.

Йода, прежде чем уйти, повернулся к Валоруму.

- Совещаться мы будем и о нашем решении сообщим вам.

x x x

"Нетопырка" и модифицированный "невидимка", соединенные жестким стыковочным рукавом, кружились в мрачном танце на орбите тускло - коричневой Асмеру.

- Если честно, я не думал, что ты вернешься, - говорил Хавак капитану Коулу в каюткомпании канонерки.

Коул фыркнул.

- Если честно, я сам этого не думал.

Напарник Хавака, Синдар, демонстративно оглядел каюту.

- Капитан, а где же твой первый помощник? - поинтересовался он.

- Ушла, - сказал Коул.

Хавак удивленно уставился на него.

- А ты, значит, не ушел вместе с ней? Почему?

- Мое дело, - отрубил Коул.

Синдар не смог подавить наглой ухмылки.

- Ты, капитан, вернулся, потому что не можешь противостоять зову кредиток. А она могла.

Коул яростно тряхнул головой.

- Я вернулся не изза денег, ясно? - он горько усмехнулся. - Куда уходить такому как я? Да что я знаю о добыче воды и прочем фермерстве? - он похлопал по кобуре бластера. - Вот это - я знаю отлично. Тем и живу.

Хавак с Синдаром обменялись довольными взглядами.

- Тем больше мы рады видеть тебя снова на борту, капитан.

Коул поставил локти на стол.

- Тогда скажите мне, что я не зря сюда приперся.

Хавак кивнул.

- Может, ты еще не слышал - верховный канцлер собирается обложить свободные торговые зоны налогами. Если предложение получит поддержку Сената, Торговой Федерации останется только смотреть, как значительная часть ее доходов утекает на Корускант. И все было бы хорошо и здорово, если б неймодианцы стерпели молча. Но они не станут. Они попытаются компенсировать это дело, повысив расценки на перевозки. Поскольку больше перевозчиков уже практически не осталось, Внешним территориям волейневолей придется раскошелиться. А те планеты, что откажутся играть по новым правилам, мигом окажутся отрезанными, и их рынок загнется.

- Драка предстоит та еще, - добавил Синдар. - Особенно тяжко придется тем, кому до зарезу нужно торговать с Центральными мирами. Они будут сулить уйму денег каждому, кто захочет воспользоваться ситуацией.

Коул ухмыльнулся.

- А при чем здесь я? Меня не волнуют ни те ни другие.

Хавак прищурился.

- Именно безразличия-то эта работа и требует, поскольку мы хотим поменять правила.

Коул молча ждал.

- Мы хотим, чтобы ты набрал себе команду наблюдателей, наводчиков и спецов по оружию, - сказал Хавак. - Эти ребята должны хорошо знать свое дело и быть настолько же равнодушными к этому делу, как ты. Но я не хочу привлекать профессионалов. Они могут либо уже находиться под присмотром, либо на них на первых падет подозрение, когда дело будет сделано.

- Тебе нужны наемные убийцы, - сказал Коул.

- От тебя не требуется участие в операции, - сказал Синдар. - Только разработка. Если это успокоит твою совесть, можешь считать это командой по перевозке оружия.

Губы Коула изогнулись.

- Я дам тебе знать, когда моя совесть потребует утешений. Кто жертва?

- Верховный канцлер Валорум, - с расстановкой произнес Хавак.

- Мы хотим нанести удар во время торговой конференции на Эриаду, - уточнил Синдар.

Коул изумленно уставился на обоих.

- И это та крутая работа, которую вы мне обещали?

Синдар развел руками.

- Твоя счастливая старость, капитан.

Коул покачал головой и вдруг рассмеялся - Кто тебя надоумил на эту блестящую идею, Хавак?

Тот одеревенел лицом.

- Мы получаем поддержку от могущественной силы, сочувствующей нашим целям, - отчеканил он.

- Ага, от той же, что нашептала вам про переправку ауродиума, - догадался Коул.

- Меньше знаешь - крепче спишь, - предостерег его от дальнейших догадок Синдар.

Коул снова рассмеялся.

- Гы, тоже мне секретная информация!

Лоб Хавака покрылся морщинами от напряженной умственной деятельности.

- Ты думаешь, что это невыполнимо? Коул пожал плечами.

- Убить можно всякого.

- Тогда в чем проблема? Коул презрительно фыркнул.

- Вы оба, должно быть, принимаете меня за торговца шерстью. То обстоятельство, что меня мотает по всем Внешним территориям и этому сектору в придачу, еще вовсе не означает, что я не прислушиваюсь к фоновым шумам. Вы пытались убить Валорума на Корусканте и прокололись. А теперь решили обратиться ко мне, хотя это надо было сделать с самого начала.

Синдар глумливо усмехнулся в ответ.

- Тебе же было все это неинтересно, помнишь? Ты собирался завести ферму по добыче воды на Татуине.

- Не говоря уже о том, что мы вовсе не прокололись, - сказал Хавак. - Мы думали, что Валорум с перепугу позовет "Невидимый фронт" участвовать в конференции. Но поскольку он не почесался, придется закончить дело на Эриаду.

Синдар злорадно ухмыльнулся.

- Мы так раздолбаем его конференцию, что они это надолго запомнят, Коул почесал бороду.

- А зачем? Ну не обложит Валорум налогами свободные торговые зоны - чем это "Невидимому фронту" или Внешним территориям поможет?

- А я думал, ты у нас политикой не интересуешься, - очень натурально удивился Хавак.

- Да я так, из чистого любопытства.

- Хорошо, - снизошел до объяснений Хавак. - Если не будет налогов, планетам не придется беспокоиться о повышении тарифов на перевозки. А что до Торговой Федерации, то мы продолжим с ними разбираться своими методами.

Коула это почему-то не убедило.

- Хавак, да ты просто стремишься нажить себе новых врагов. В том числе - джедаев, если я хоть что-то в этой жизни смыслю. Но, думаю, ты мне не за размышления платить собираешься.

- Точно, - подтвердил Синдар. - Об откате мы как-нибудь сами побеспокоимся.

- С моей стороны проблем не будет, - сказал Коул. - Но давайте поговорим об Эриаду. Потому что после ваших упражнений на Корусканте охрана будет ох как усилена. Дело не в том, чего вы там пытались добиться, а в том, что вы сами же себе насолили.

- Вот именно поэтому и нужно собрать настоящую команду, - не стал спорить Хавак.

- Мне нужен новый корабль, - сказал Коул. - "Нетопырку" слишком хорошо знают.

- Будет, - пообещал Синдар. - Еще что? Коул немного подумал.

- Как я понимаю, надеяться, что вы уберете у меня с дороги джедаев, не приходится? Хавак самодовольно улыбнулся.

- На самом деле, капитан, я могу тебе практически гарантировать, что у джедаев будет чем заняться кое-где еще.

Глава 18

Два дипломатических крейсера, едва освещенные жиденькими лучами местного. солнца, стараясь не привлекать внимания, огибали крошечную луну и приближались к светлобурой Асмеру. С каждой стороны, чуть впереди карминовых кореллианских кораблей, их эскортировали тикиарские истребители - темные, напоминающие хищных когтистых птиц с большим клювом. Чуть позади крейсеров все еще не вышла из тени луны пара дредноутов с эмблемой королевского дома Вандрон - исполинские, ощетинившиеся оружием корабли с клыкастыми мордами и элегантным хвостовым оперением.

В иллюминаторах, эффектная как на бархатном черном театральном заднике, сверкала гигантская спираль, от которой корабли сейчас отделяло расстояние в сотни световых лет.

Куай-Гон разглядывал дикой красоты небо из ходовой рубки замыкающего крейсера. Оби-Ван, разумеется, стоял тут же и тянул шею - высокие спинки пилотских кресел заслоняли ему обзор. В кресле пилота сидела женщина, вторым пилотом был мужчина, Оба в ладно облегающей синей униформе департамента юстиции.

- Приближаемся к минному полю, - произнесла пилот, пока ее руки сноровисто щелкали тумблерами на панели.

Куай-Гон увидел впереди россыпь чуть поблескивающих отраженным светом цилиндров.

- Я бы запросто принял их за астероиды, - простодушно признался второй пилот.

Оби-Ван наклонился к нему и доверительно сообщил: - Вещи - не всегда то, чем они кажутся. Куай-Гон укоризненно покачал головой.

- Не забудь об этом, когда мы окажемся на поверхности, падаван, - тихо сказал он.

Оби-Ван проглотил собственное мнение по поводу некоторых магистров и смиренно кивнул.

- Да, учитель.

Второй пилот вызвал на экран увеличенное изображение одной из мин.

- Управляемый детонатор, - сообщил он через плечо Куай-Гону. - Возможно, эти мины могут быть взорваны дистанционно - со сторожевиков террористов или с поверхности.

Пока Куай-Гон обдумывал эту информацию, в динамиках рубки раздался женский голос: - "Эклиптика" вызывает "Протуберанец". Наши проводники советуют нам поднять дефлекторные щиты и твердо придерживаться курса. Сканеры дальнего радиуса засекли три истребителя по другую сторону минного поля. Есть веские основания полагать, что им известно о нашем приближении.

Куай-Гон тронул ученика за плечо.

- Самое время присоединиться к остальным в пассажирском салоне.

К великому разочарованию Кеноби они покинули тесную рубку и отправились по длинному коридору, мимо навигационной рубки, центра связи и каюткомпании на корму. Там коридор упирался в дверь лифта, на котором они и спустились палубой ниже. Затем миновали вестибюль пассажирского салона и оказались в салоне как таковом.

На кореллианских крейсерах пассажирские салоны размещались в нижней части носа корабля, под носовой сенсорной системой. Они были взаимозаменяемы и давали возможность поддерживать специфический состав атмосферы, если такая необходимость возникала. А в аварийных ситуациях салоны катапультировались и использовались как спасательные капсулы. В этом салоне имелись иллюминаторы - как по левому, так и по правому борту, а также большой круглый стол с голопроектором.

- Мы преодолеваем минное поле, - сообщил Куай-Гон.

- В самом деле. Преодолеваем, - меланхолично отозвался Ки-Ади-Мунди, не отрываясь от созерцания иллюминатора правого борта.

- Обеспокоенным твой падаван выглядит, Куай-Гон, ммм? - заметила сидевшая за столом Йадль. - Минное поле виной тому или другие заботы?

Куай-Гон чуть не засмеялся.

- Это его обычное состояние. Когда он понастоящему волнуется, у него пар из ушей идет.

- Да, - согласилась Йадль, - во время боя учебного пар этот видела я.

- И вовсе я не обеспокоен, - постарался разуверить магистров Оби-Ван. - Я просто предусмотрителен.

Он ждал, что Куай-Гон, как обычно, изречет что-нибудь мудрое относительно живой Силы, но на этот раз его учитель промолчал. Разнообразия ради, надо полагать.

- Прав ты, что о будущем думаешь, падаван, - проговорила Йадль. - Бороться не трудно с обстоятельствами, и уж совсем легко с обстоятельствами незначительными. Трудно встретить переломный момент и разрешить его мягко, если заранее не решился ты, если действовать неопределенность тебе мешает. Когда время приходит, помогут твои заблаговременные раздумья тебе, - она перевела взгляд на Куай-Гона. - Согласен ты, Куай-Гон, ммм?

Тот учтиво наклонил голову.

- Как скажете, магистр.

Сидевший напротив Йадль Саэссие Тайн поднял взгляд и улыбнулся, словно прочитав мысли Куай-Гона. Рядом с ним за столом сидела Вергере, женщинафош, бывшая ученица Трасии Чо Лим, покинувшей Орден несколько лет тому назад. У Вергере было изящное тельце, покрытое коротенькими разноцветными перышками, слегка вогнутое лицо, широкий рот с изящными усиками и гибкие ушки с антеннами на кончиках. Двигалась она на двух косолапых ножках, коленками назад.

Рядом с Вергере стояла Депа Биллаба, надвинув капюшон на лоб.

Из динамиков салона сквозь помехи раздался голос пилота "Протуберанца": - Мастер Тийн, вас вызывает на связь наш эскорт.

Куай-Гон шагнул ближе к столу. Спустя мгновение над пластиной голопроектора возникло изображение аристократичного мужчины человеческой расы.

- Досточтимые представители Ордена, - начал он. - От имени и по поручению господина Круийи и госпожи Тиалы из дома Вандрон имею честь приветствовать вас в секторе Сенекс. Мы приносим наши извинения за то, что вынуждены были провести вас кружным путем, а также за меры предосторожности, к которым нам пришлось прибегнуть. Приливные силы в сочетании с орбитальным оружием создают крайне взрывоопасную смесь, - он тонко улыбнулся. - Но мы смеем надеяться, что вы не осудите сектор Сенекс за то, с чем вам, воз можно, придется столкнуться на Асмеру. Когда-то на этой планеты стояли большие прекрасные города и величественные дворцы, но все пало жертвой внезапного изменения климата. В настоящий момент население планеты составляют рабыоссаны. Это уроженцы планеты Карфеддион, подчиняющейся королевскому дому Вандрон, но сосланные сюда по причине тех или иных дефектов. Выведенные для сель скохозяйственных работ, эти рабы сумели создать какое-то подобие цивилизации, хотя я сомневаюсь, что вы найдете их особенно гостеприимными. Так же обстоит дело и с "Невидимым фронтом", за исключением того, что террористы лучше вооружены.

- Прелестно, - сказала Депа негромко, чтобы услышали только свои.

- Мы сожалеем, что на этот раз больше ничем не сможем вам помочь, - добавил человек с аристократическим лицом. - Возможно, позже, когда текущий кризис разрешится, правящие династии Сенекса и Республика смогут встретиться за столом переговоров, чтобы найти точки соприкосновения.

Миниатюрное изображение исчезло, оставив семерых джедаев обмениваться взглядами, полными дурных предчувствий.

- И еще даже полпути по минному полю не прошли мы, - сказала Йадль.

Снова раздался мелодичный сигнал комлинка.

- Связь со сторожевой линией Асмеру, - объявила пилот. - Сторожевые корабли "Невидимого фронта" не представляют явной угрозы, но истребители правящего дома Вандрон отходят, не желая вмешиваться.

В иллюминатор Куай-Гону было видно, как обтекаемые тикиары грациозно уходят в сторону от "Протуберанца". Когда он повернулся обратно к столу, в конусе голубого света над голографическим проектором наблюдался гуманоид с крупными чертами лица, варварским изгибом рта, грубой, словно выдубленной кожей с расширенными порами и бритым черепом - только плетеная косица свисала с затылка на плечи. Куай-Гон успел подумать, что он впервые наблюдает одного из рабовизгнанников Асмеру, но тут гуманоид заговорил: - Корабли Республики, идентифицируйте себя, или мы откроем огонь, Саэссие Тийн расположился перед камерой и откинул капюшон, явив собеседнику гладкое обтянутое кожей лицо и загибающиеся вперед рожки.

- Мы - члены дипломатической миссии, направленной Корускантом.

- Это не пространство Республики, джедай. У вас нет здесь власти.

- Мы признаем это, - спокойно ответил Тийн. - Но нам удалось убедить правителей сектора провести нас к Асмеру, чтобы мы могли начать переговоры.

Гуманоид продемонстрировал зубы.

- "Невидимый фронт" недоволен Торговой Федерацией, а не Корускантом. И мы можем с этим своими способами разобраться. И вообще, мы очень хорошо знаем, как вы, джедаи, "ведете переговоры".

Тийн наклонился вперед, к камере, сузил и без того узкие глаза.

- Тогда позвольте мне объяснить, почему мы здесь. Корускант недоволен "Невидимым фронтом" с тех пор, как они предприняли по пытку покушения на высокое должностное лицо Республики.

Гуманоид заморгал в замешательстве.

- Я не улавливаю, джедаи. Чья жизнь была под угрозой?

- Жизнь верховного канцлера Валорума, - веско произнес Тийн.

На грубом лице гуманоида проступило беспокойство.

- Тебя неверно информировали, джедаи. Как я сказал, у нас нет разногласий с Республикой.

- Мы выследили нескольких участников покушения. Они направились на Асмеру, - настаивал Тийн.

- Может, вы и проследили их путь сюда, но мы ничего о них не знаем. Тийн не сдавался.

- Пусть кто-нибудь из членов командования поднимется к нам на борт.

Гуманоид издевательски усмехнулся.

- Космос помутил твой разум, джедаи.

- Тогда позволите ли вы нам опуститься на поверхность, чтобы мы могли поговорить?

- А у нас есть выбор?

- На самом деле - нет.

- Так я и думал, - мрачно кивнул гуманоид. - Сколько вас, джедаи?

- Семеро.

- А приставов?

- Порядка двадцати.

Гуманоид посовещался с кем-то вне поля зрения камеры.

- Пусть один из крейсеров, в порядке подтверждения ваших добрых намерений, останется на орбите вместе с большей частью приставов, - ответил он наконец. - Две наших "невидимки" проводят второй крейсер вниз.

Тийн покосился на Йадль, потом на Биллабу. Обе женщины кивнули.

- Мы будем ждать ваш эскорт, - сказал он в камеру.

x x x

- У кого-нибудь есть добрые предчувствия? - спросила Вергере.

Крейсер миновал тонкий облачный слой, едва скрывавший морщинистую поверхность Асмеру. Никто не ответил. Тогда хрупкая пернатая Вергере покачала непропорционально большой головой.

- Я, признаться, просто боюсь.

Куай-Гон выразительно посмотрел на своего ученика. Они вдвоем покинули салон и направили стопы в рубку. К тому времени, когда они туда добрались, в иллюминаторы уже можно было разглядеть детали ландшафта - заснеженные горные пики, пустынные плоскогорья, запутанные лабиринты обрывистых террас в отрогах гор, уступами поднимающихся над лентами черной воды и покрытых светлозелеными побегами злаков.

- Что мы будем делать, если возникнут проблемы, учитель? - тихо спросил Оби-Ван.

Куай-Гон не отрываясь любовался пейзажем.

- Если тебя застанет в пути ливень, ты попытаешься побыстрее добраться до укрытия. Но все равно промокнешь.

- То есть лучше заранее смириться, что сухим не останешься, - сообразил Оби-Ван.

Куай-Гон кивнул.

На горизонте появились развалины древнего каменного города - цельные монументы, прямоугольные фундаменты, ступенчатые пирамиды вырисовывались на фоне неба, словно гряда холмов. Прямо под ними вечно выжженную землю покрывали гигантские геометрические фигуры и изображения животных. Город был обнесен стеной из циклопических булыжников, выложенных в форме зигзага.

Вокруг развалин простирался лабиринт примитивных лачуг, построенных из грязи и высушенной на солнце глины. В пыльных проходах между домами (язык не поворачивался назвать их улицами) тут и там виднелись крошечные фигурки. Некоторые катили повозки, другие гнали стада вьючных животных, по размерам не уступающих бантам. К северу от поселения виднелось обширное озеро сложной формы, усеянное крошечными скалистыми островками и чем-то напоминающее большую неряшливую лужу.

- Вон посадочная площадка, - сказала пилот.

Она показала на огромную площадь в центре развалин, шириной с ангарное крыло грузовоза Торговой Федерации и в два раза длиннее. Такой площадки хватило бы, чтобы принять флотилию. По периметру площади стояли усеченные пирамиды.

- "Эклиптика" вызывает "Протуберанец", - раздался уже знакомый голос в динамиках рубки. - Наши сканеры засекли пять неопознанных кораблей, приближающихся с ночной стороны Асмеру. Тикиары и дредноуты Вандронов сходят с орбиты.

- Это ловушка, капитан, - убедительно произнес Куай-Гон. - Прикажите "Эклиптике" отойти на безопасное расстояние.

- "Эклиптика", - заговорила пилот в микрофон комлинка, но тут в динамиках раздался взрыв помех.

Потом снова прорвался женский голос: - "Протуберанец", они детонируют мины! Мы не можем маневрировать! Неопознанные корабли приближаются. Четыре истребителя и одна канонерка класса "буря".

У Оби-Вана глаза полезли на лоб - от волнения.

- "Нетопырка"?! - задохнулся он.

- Это мы скоро узнаем, - проговорил Куай-Гон.

Динамики принялись выть и хрипеть. И в ту же секунду "Протуберанец" жестоко затрясло.

- Нас тормозят, - изумленно проговорила пилот.

Они со вторым пилотом принялись бороться с управлением. Куай-Гон прислонился лбом к холодному транспаристилу лобового иллюминатора. В наклонной поверхности одной из пирамид появилось прямоугольное отверстие, откуда показалась антенна луча захвата.

- Это гражданская модель, - сказал Куай-Гон. - Мы можем вырваться?

- Попробовать можно, - сказала пилот.

А можно и досветовые двигатели перегреть, подумал Оби-Ван, но промолчал.

Второй пилот открыл проход в центр связи.

- Отправьте сообщение на Корускант, предупредите их о нашем положении.

Внизу, под ними, раздвинулась плоская крыша одного из зданий. Из образовавшегося люка выдвинулся ствол орудия.

- Ионная пушка, - с усмешкой процедила пилот.

Куай-Гон присел на корточки рядом креслом пилота.

- Нас здесь ждали, капитан, - сказал он.

Пилот резко повернулась к системе аварийного сброса пассажирского салона.

- Магистр, скажите вашим спутникам, чтобы они покинули салон. Это может быть выходом из положения.

Куай-Гон взглянул в иллюминатор. Один из "невидимок" изменил направление и пошел наперерез крейсеру. Посадочная площадка была прямо перед ними, до нее оставалось всего несколько километров.

- Выходы существуют всегда, капитан. Но не те, что вы имеете в виду.

- Делайте, что сказано! - рявкнула она.

Куай-Гон поколебался, потом наклонился к интеркому.

- Мастер Тийн, уходите все из салона немедленно, - сказал он в микрофон.

- Почему?

- Нет времени объяснять. Быстрее.

Пилот дождалась подтверждения, что капсула салона опустела. Потом запустила механизм сброса. Нос крейсера дернулся, когда отсоединились магнитные захваты, расположенные прямо под рубкой, и капсула отделилась от фюзеляжа.

Невосприимчивая изза малых размеров к действию луча захвата, капсула устремилась вперед, оставляя позади тормозящий "Протуберанец". Она была снабжена автономными двигателями, но курс капсулы задавала капитан крейсера.

Пилот ведущего "невидимки" так и не узнал, что его ударило.

Получив хороший удар капсулой под хвост, истребитель накренился на нос, потом отчаянно ушел в сторону. Пилот пытался скорректировать курс, но репульсорные двигатели были необратимо повреждены, и маленький истребитель потерял управление. Он завалился на правый стабилизатор и, оставляя за собой хвост белого дыма, ушел в штопор в направлении площади.

Пилот наклонилась вперед, впившись взглядом в горящий истребитель.

- Так держать, - умоляла она его, - так держать…

"Невидимка" врезался носом в косую стену пирамиды, скрывающей аппаратуру луча захвата, и взорвался на множество осколков. Антенна, в которую он чуть не попал, мгновение еще держалась, потом по периметру ее невидимого дефлекторного щита заплясали искры.

- Это-то нам и нужно! - воскликнула пилот.

Она подала полную тягу на строенные двигатели и толькотолько начала набирать высоту, когда крейсер содрогнулся и застыл, потом освободился, только затем, чтобы содрогнуться еще сильнее и затормозиться уже окончательно.

- Вы повредили антенну, капитан, - сказал Куай-Гон. - Но вы ее не уничтожили.

Пилот продолжала биться над приборами и добилась исключительно того, что крейсер, начал вращаться в горизонтальной плоскости, вызвав у Оби-Вана приступ головокружения. Попрежнему наполовину зажатый в хватке луча захвата "Протуберанец" резко завалился на правый борт и пошел над площадью прямо в северной пирамиде. Куай-Гон был уверен, что они со всего размаха врежутся в допотопное сооружение, но в последний момент крейсер рванулся вверх. Но хвост все равно задел верхнюю площадку пирамиды, и они лишились центрального и правого сопла.

И в ту же секунду ионная пушка открыла огонь.

Энергетические импульсы; извергаемые вибрирующими стволами орудия, нашли слабое место в обороне корабля. Ионные заряды беспрепятственно проникали сквозь дефлекторный щит, ветвились, словно молнии, и окутывали корабль паутиной голубых всполохов.

Все системы корабля вышли из строя.

Мгновение царила тишина, потом приборы ожили. Крейсер начал плавное скольжение, удерживаемый в воздухе последним уцелевшим двигателем.

Под ними раскинулась черная гладь озера.

- А я думал, вы в переносном смысле сказали насчет промокнуть, учитель, - удрученно проговорил Оби-Ван, оглядываясь в поисках, за что бы уцепиться.

Глава 19

"Протуберанец" коснулся поверхности воды и заскользил на брюхе к центру озера. Казалось, они врежутся в один из скалистых островов, но корабль вдруг клюнул носом. Крейсер тряхнуло, движение вперед прекратилось, они завалились на поврежденный борт и стали медленно погружаться.

Семеро джедаев и те несколько приставов, что были на борту, собрались у шлюза правого борта. Люк открылся, они погрузились в ледяную воду и поплыли в сторону ближайшего острова - груды обточенных водой и ветрами валунов, поднимавшейся метров на сто над водой.

Первым до берега добрался Куай-Гон. Он выбрался на сушу, встал на ноги, оглядел узкую полоску каменистого пляжа и, как мог, отжал длинные волосы. Волны, расходившиеся кругами от тонущего крейсера, лизали щиколотки. Тогда он стащил сапоги и промокшую тунику и накинул плащ, который, пока плыл, предусмотрительно держал над водой. Отцепил с пояса лазерный меч, опробовал клинок. Убедившись, что меч не пострадал, деактивировал его и вернул на широкий поясной ремень.

Он глубоко дышал, но легким не хватало кислорода - высокогорный воздух был слишком разреженным. Небо казалось гигантской опрокинутой пронзительносиней чашей, упавшей на белые бесконечные горные цепи. Солнце Асмеру огромным красным пятном клонилось к западу. Температура быстро падала, подмораживало.

На юге небо перечеркивали белые перистые следы кораблей, идущих на посадку, без сомнения, на ту самую площадь. Куай-Гон на мгновение задумался, который из них "Нетопырка"?

Он повернулся спиной к озеру и окинул взглядом безжизненные неприветливые скалы. Над островом кто-то основательно потрудился: если когда-то это и было естественное образование, то сейчас этот клочок представлял собою пирамиду, увенчанную какими-то древними развалинами.

Тут и остальные подоспели, принялись выбираться на сушу, волоча за собой пропитанные водой одежды. Оби-Ван выкарабкался из воды на один из некрупных валунов и теперь стучал там зубами. Вергере покачивалась на поверхности как водоплавающая птица. Добравшись до берега, она оттолкнулась от дна мощными задними конечностями с вывернутыми назад суставами и оказалась на суше. Саэссие Тийн греб большими руками словно ластами. Йадль путешествовала на широких плечах Ки-Ади-Мунди, обхватив его голову короткими ручками; ее золотистый хохолок намок и облепил зеленую макушку. А неподалеку на каменистый берег грациозно, словно из теплой ванны, вышла Депа Биллаба.

В трех сотнях метров от них еще виднелась над водой верхняя часть тонущего "Протуберанца". Огромные воздушные пузыри всплывали на поверхность и громко лопались.

Всем было не по себе. Больше всех пострадала пилот крейсера - у нее была сломана рука. Морщась от боли, она пробралась по камням к Куай-Гону и долго не могла отдышаться.

- Я думала, мы сумеем прорваться, - извиняющимся тоном произнесла она.

- Не стоит во всем винить только себя, капитан, - утешил ее Куай-Гон. - Случайностей не бывает.

Пилот кивнула и спросила, обращаясь к Тийну: - Это Вандроны нас предали?

Иктотчи скрестил руки на широкой груди.

- Для нашего нынешнего положения это не очень важно, - он посмотрел на Йадль. - Вопрос в том, что нам теперь делать.

- Ответа немедленного этот вопрос требует, - ответила крошечная женщина. - Ибо не одни мы тут скоро будем.

Куай-Гон проследил ее взгляд. От южного берега озера к ним приближались несколько кораблей.

Оби-Ван сразу же потянулся к оружию, но наткнулся на взгляд Куай-Гона и тут же раздумал.

- Это мы всегда успеем, - пояснил учитель. - А сейчас надо разобраться, где мы находимся.

Оби-Ван добросовестно огляделся.

- На острове посреди озера, по которому к нам приближается неприятель, учитель, - поделился он результатами своих наблюдений.

- Разве не ты говорил, что вещи - не всегда то, чем они кажутся?

Оби-Ван насупился.

- Вечно меня поправляют.

Куай-Гон потрепал падавана по плечу и кивнул остальным.

- Незачем изображать легкие мишени.

С более высокого уровня было удобнее рассматривать, что же, собственно, собралось к ним в гости. А приближались к берегу суда на репульсорной тяге, такие же до отвращения расфуфыренные, как корабли династии Вандрон: у одних носы были украшены рострами, другие могли похвастаться причудливыми рельефными изображениями устрашающих ликов, у третьих, словно ребра, выступали шпангоуты. Но скоростные самовзводные бластерные установки были установлены на всех.

Вся эта чудовищная флотилия зависла перед самым островом. Дула орудий смотрели на берег. Команда каждого корабля состояла из людей, виквайев, родианцев, битхов, суллустиан и представителей других видов. На многих из них были тяжелые бронежилеты, лица скрывали шарфы и натянутые маски.

Стоящий на носу флагмана высокий человек размотал шарф, скрывающий нижнюю часть лица, и поднес руки рупором ко рту: - Эй, джедай! К чему так надрываться? Мы хотели обеспечить вам теплый и, конечно, сухой прием!

Саэссие Тийн, Ки-Ади-Мунди и Куай-Гон высунулись из укрытия.

- Такой же теплый, какой достался нашему второму крейсеру? - удивился Тийн.

Высокий человек даже корабль развернул, чтобы удобнее было разговаривать.

- Этот ваш крейсер пытался удрать и напоролся на мины. Мы и не собирались в него стрелять.

- А здесь вы что собираетесь предпринять? - поинтересовался Ки-АдиМунди.

- Ну, вопервых, донести до вашего сведения, что нас крайне возмущает, что джедай решили выступить против свободной торговли, когда встали на сторону Торговой Федерации.

- Мы не принимали ничью сторону, - хрипло ответил Тийн. - Единственное, к чему мы стремимся, - разрешить кризис прежде, чем он перерастет в настоящую войну. Этого же добивается и верховный канцлер Валорум, который вовсе не враг вам.

- Мы ничего не знаем про попытку покушения! - прокричал кто-то с другого корабля.

Первый оратор яростно развернулся на каблуках, поискал взглядом источник помехи, не нашел, успокоился и продолжил выступление: - Если Валорум не враг нам, тогда почему нас не пригласили на Эриаду?

- Если вы согласитесь встретиться с верховным канцлером, он объяснит вам, что им двигало.

Террорист покачал головой.

- Этого недостаточно. На Эриаду Торговая Федерация и Гильдия купцов сговорятся против нас. Мы требуем, чтобы Валорум отменил встречу.

- И все ради этого? - спросил Куай-Гон. - Вы собираетесь держать нас в заложниках, пока ваши требования не будут выполнены?

Тот только развел руками в перчатках.

- А разве иначе Валорум нас послушает?

- А если верховный канцлер откажется вас слушать? - спросил Тийн.

- Тогда ваша кровь останется на руках Валорума, - после паузы ответил террорист и продолжил, прежде чем кто-либо успел ему ответить: - Нам известно о ваших возможностях. Мы еще не сошли с ума, чтобы попытаться захватить вас силой. Мы знаем, что вы наверняка сможете выжить сколь угодно долго на груде камней даже без нормальной пиши и воды. Но это нас вполне устраивает. На данный момент с нас хватит того, что вы будете сидеть тут на мели. Правда, мы надеемся, что вы все же одумаетесь и позволите нам взять вас под стражу в более традиционном стиле.

x x x

Ночь тянулась медленно.

На вершине острова оказался полуразрушенный храм. Там и заночевали. Джедаи сбились в кучу на каменном полу, чтобы согреться. Приставов затолкали в середину. Из снаряжения всего и былото: лазерные мечи, факелы из неприкосновенного запаса да пищевые таблетки оттуда же. Но не было воды - озерная оказалась слишком соленой.

Вергере поджала под себя ноги и нахохлилась, словно птица на насесте. Йадль закуталась поплотнее в тонкую мантию и соскользнула в транс. КуайГон, Оби-Ван, Депа Биллаба, Ки-Ади-Мунди и Саэссие Тийн сменяли друг друга на часах.

Наконец через трапециевидные окна в храм просочились первые лучи рассвета. Когда все проснулись, Йадль и Биллаба сразу перешли к делу.

- К настоящему моменту на Корусканте уже знают о наших проблемах, - открыла совещание Биллаба. - Лично я уверена, что верховный канцлер не пойдет на то, чтобы отменить или перенести конференцию. Но, возможно, он отправит на Асмеру подкрепление из департамента юстиции.

- Столкновение это будет означать непременно, - сказала Йадль. - Потеряли мы уже "Эклиптику" и всех, кто был на ней, видимо, тоже. Теперь еще смерти грядут. Лучший путь в том, чтобы здесь все разрешить, состоит.

На своем веку - какникак целых четыреста семьдесят шесть стандартных лет - миниатюрная женщинаджедай уже не раз бывала под стражей. Легенды утверждали, что в ранг магистра ее возвели после того, как она более ста лет провела в подземной тюрьме на планете Коба.

- "Невидимый фронт" ничего не добьется, если будет держать нас здесь. Да они и не надеются, - поделился подозрениями Куай-Гон. - Они не могут не знать, что перед катастрофой у нас была возможность связаться с Корускантом.

- Возможно, они об этом не задумываются, - предположил Ки-Ади-Мунди. - Возможно, они еще не доросли до такого рода стратегических соображений.

Куай-Гон поднял на него взгляд.

- Доросли. Я видел их в действии.

- Объяснит это капитан Коул тебе, когда встретишься ты лицом к лицу с ним, - сказала Йадль. - А пока решить, бороться или сдаваться, нам следует, должны мы.

Вергере навострила гибкие ушки. Она выразительно посмотрела на КуайГона и показала взглядом на лишенный дверей проход в смежное помещение храма. Куай-Гон секундудругую напряженно прислушивался, потом они с Ки-АдиМунди бесшумно встали и столь же бесшумно двинулись с разных сторон к зияющему проходу.

Йадль, Депа и Вергере как ни в чем не бывало продолжали беседу. КуайГон и Ки-Ади-Мунди подкрались поближе и резко рванулись в проход. Последовала недолгая возня, и они вернулись, вытащив за собой на скудный свет гуманоида, который выглядел так, словно он - или она? или даже оно? - восстал прямо из земли. Кожа этого существа, без сомнения, была абсолютно безразлична к ветру, снегу и солнечному излучению. Четыре руки и две босые ступни были созданы для того, чтобы копать, рыть и окучивать, а спина явно проектировалась с расчетом на переноску тяжестей. Лицо было не лицо, а не более чем намек на физиономию - уши и нос отсутствовали как вид, а рот был просто деталью речевого аппарата. На лице выделялись глаза - огромные, выпуклые, очевидно, способные видеть в темноте.

Оказавшись в надежных руках двух джедаев, существо сразу принялось возбркденно лепетать что-то на непонятном языке.

Депа поднялась на ноги и подошла ближе.

- Он говорит на торговом наречии династий сектора Сенекс, - объяснила она.

Йадль кивнула.

- Один из бракованных рабов, о которых упоминали они, это.

Раб снова заговорил, не отрывая взгляда от Депы.

Она выслушала, мягко улыбнулась и погладила его по плечу.

- Похоже, у нас есть еще один выход из положения, о котором мы не подумали, - сказала она, обращаясь ко всем. - Этот субъект предлагает нам бежать.

- Каким образом? - внятно спросил Куай-Гон раба.

Депа перевела ответ.

- Тем же путем, каким он добрался до нас.

Раб двинулся в смежное помещение. Куай-Гон и Оби-Ван зажгли два факела и нырнули в проем. В дальней стене комнаты обнаружилась приоткрытая дверь в метр толщиной.

За спиной у них бесшумно возникла Йадль и с интересом спросила: - Исследовал это место ты в течение ночи, разве нет?

- Да, мастер, - вздрогнув, ответил Оби-Ван. Она с упреком покачала головой.

- Небрежен ты.

Раб что-то сказал Депе.

- Он говорит, что этот храм с городом соединяют подземные тоннели. Некоторые из них ведут к строениям вокруг главной площади - посадочного поля. Повидимому, площадь охраняется небрежно, и он надеется, что мы легко сможем захватить один из истребителей.

Йадль задумчиво прикрыла глаза.

- Ясно, хочет он что, - сказала она. - Меньше уверена я, что сможем мы покинуть Асмеру.

Тийн решительно кивнул.

- Давайте решать проблемы по мере их возникновения, - предложил он.

x x x

Потайная дверь открывалась в темный и сырой проход. Вниз вели крутые ступеньки. В конце пролета ждали еще двое рабов, ничем не отличающихся от первого. Едко чадили факелы.

Лестница привела их компанию в широкий коридор. Стены и сводчатый потолок были сложены из плотно пригнанных камней без использования строительного раствора. Коегде подвижки грунта нарушили древнюю кладку. Сквозь некогда надежные стыки камней просачивалась озерная вода, капала и собиралась в лужи на каменном полу. Коегде стены полностью покрылись солью.

Пока они спускались, Депа продолжала расспрашивать раба.

- Когда "Невидимый фронт" впервые объявился на Асмеру, они просили убежища и ничего не требовали от рабов, - объясняла она. - Но те, кто пришли позже (они зовут их "солдаты"), выгнали рабов из жилищ и заставили поставлять продовольствие. Солдаты столь же жестоки, как владыки Сенекса. И у них часто бывают стычки с менее воинственными основателями "Фронта" о том, как и что следует делать. К счастью, сейчас на планете не так много командиров этих солдат.

- Мало солдат, - заметил Куай-Гон себе под нос. - Это странно.

- Почему, учитель? - немедленно встревожился Оби-Ван.

- Тогда где же они? И чем занимаются, пока мы застряли здесь?

Тоннель пошел в гору, навязчивая капель прекратилась - теперь над ними был материк. От него во все стороны отходили коридоры поменьше. Было заметно, что проходы активно и регулярно использовались для перемещения вокруг древнего города. На стенах были закреплены грубые светильники, а сами камни стен были отполированы до блеска прикосновениями бесчисленных рук.

- Мы уже близко к посадочному полю, - тихо сказала Депа.

Центральный тоннель, по которому они шли, заканчивался большой прямоугольной пещерой. В каждой стене начинались лестницы, ведущие наверх. Депа указала на ближайшую.

- Эта приведет нас в северную пирамиду. Истребители стоят неподалеку от строения, в котором скрывалась антенна луча захвата.

- Довольно далеко, - проворчал Куай-Гон. Депа кивнула.

- Большинство охранников расположены возле аппаратуры луча захвата. Мы определенно столкнемся с сопротивлением.

Раб повел их вверх по ступенькам, потом - через анфиладу небольших помещений к массивным воротам, которые выходили на площадь. Отсюда были хорошо видны несколько "невидимок" и "Нетопырка", опирающаяся на три посадочных опоры.

На относительно безопасном расстоянии вяло перекидывались словами на общегалактическом несколько вооруженных охранников.

Оставив рабов, Куай-Гон с Оби-Ваном повели остальных через площадь, благо большую ее часть скрывали длинные утренние тени. Они не прошли и половины пути до ближайшего истребителя, когда их окликнули.

- Как я рад, что вы все-таки решили к нам присоединиться, - произнес знакомый голос.

Мгновенно вспыхнули семь лазерных клинков. Джедаи перестроились в круг и приготовились отражать нападение. В центре круга пригнулись приставы с бластерами наизготовку.

Тот же человек, что говорил с ними с борта корабля, когда они прятались на острове, шагнул на балкон великолепного дворца, выходящего на площадь. Со всех сторон на площадь высыпали боевики "Невидимого фронта", потрясая всеми видами бластерного оружия. За спинами террористов сгрудилась настороженная толпа любопытствующих рабов.

- Опять нас предали, - констатировал Ки-Ади-Мунди.

Депа обернулась на выход из пирамиды. Двое вооруженных боевиков подталкивали стволами ружей двоих трясущихся от первобытного страха рабов.

- Нас предала наша же предсказуемость, - сказала она.

- Учитель, а кто здесь наши враги? - поставил вопрос ребром Оби-Ван.

Куай-Гон покачал головой.

- Именно этот вопрос мучает меня с самой Дорваллы, падаван. Во всем этом есть нечто, о чем мы даже не догадываемся.

Давешний оратор спустился по наружной лестнице на площадь. Внизу его ждал еще один террорист - битх.

Оби-Ван покосился на Куай-Гона.

- Учитель, а разве это не…

- Тихо, падаван, - шикнул на него учитель.

Человек и битх подошли ближе и остановились на безопасном расстоянии от ощетинившегося лазерными мечами круга.

- У нас есть два выхода, - заговорил человек. - Вы, конечно, можете броситься в драку. И не сомневаюсь, в конечном счете выйдете из нее победителями. Но некоторые из вас по ходу дела могут погибнуть, и именно те, кто не сможет заставить себя хладнокровно перебить всех нас. Или… - он выдержал паузу. -.. мы можем сложить оружие.

Куай-Гон взглянул на Йадль и Тийна. Те молча кивнули и деактивировали мечи. По сигналу разговорчивого террориста боевики принялись убирать оружие в кобуру. Куай-Гон и остальные джедаи последовали их примеру, деактивировали мечи, но не спешили убирать их.

- Я восхищен, что мы нашли общий язык! - с искренним, казалось, облегчением воскликнул высокий незнакомец.

Куай-Гон переводил взгляд с одного террориста на другого.

- Где капитан Коул? - спросил он, так и не обнаружив искомого.

Их собеседник выглядел захваченным врасплох.

- Капитан Коул? А, ну да, конечно, - проговорил он после заминки. - Вы опознали его корабль.

- Где он? - повторил Куай-Гон. Тот покачал головой.

- С глубоким сожалением вынужден сообщить вам, что капитана Коула больше нет с нами. Полагаю, он ушел в отставку. Но вернемся к нашим бантам. Итак, мы заключили перемирие?

- В лучшем случае, временное, - ответил Тийн.

- Замечательно, только сначала я закончу одно небольшое дельце, - он обернулся к боевикам, что сторожили троих рабов.

Сверкнули разряды бластеров, и рабы повалились на плиты площади. Депа бросилась к ним и опустилась на колено возле того, который провел их через пирамиду. Она пощупала пульс на сонной артерии, потом подняла взгляд на Йадль и печально покачала головой.

- Вот что бывает с предателями! - крикнул высокий человек рабам, столпившимся по краям площади.

Куай-Гон, Йадль и Тийн быстро переглянулись.

Снова сверкнули семь лазерных клинков.

- Мы разрываем перемирие, - объявил Тийн.

Глава 20

В голубоватом световом конусе над голографическим проектором дипломатический крейсер пытался маневрировать среди замаскированных под астероиды космических мин, задевая одну, другую, третью… С каждым столкновением он терял куски обшивки, разваливался на части и, в конце концов, исчез в облаке раскаленного газа.

- Это была "Эклиптика", - пояснил Валорум сенаторам Бэйлу Органе, Хороксу Риидеру и Палпатину, которые собрались в его офисе в Административном Центре Республики. - Изображение было передано на Корускант с "Дымки", одного из кораблей династии Вандрон. Все двадцать приставов, которые были на борту, предположительно мертвы.

Валорум отключил проектор и ссутулился в кресле.

- "Протуберанец" выходил после этого на связь? - спросил Органа.

Валорум покачал головой.

- Все, что нам известно, это что все, кто был на борту "Протуберанца" - семеро джедаев и пять приставов, - выжили после падения корабля. Но в данный момент они могут находиться в плену.

- Есть ли основания предполагать, что династия Вандрон тоже замешана в этом? - спросил сенатор Риидер.

Он был исключительно высок - даже для анкса. Вытянутая голова величественно сидела на изогнутой шее. Кожа у него была пестрая, желтозеленые пальцы напоминали вытянутые веретенца. Он носил бороду, а одеваться предпочитал в яркие красные мантии с высокими стоячими воротничками.

- Абсолютно никаких, - сказал Валорум. - Круйя утверждает, что их корабли заранее получили приказ не вступать в бой ни при каких обстоятельствах.

- Я ни секунды в это не верю, - сказал Органа.

Валорум тяжело вздохнул.

- Я и сам не могу сказать твердо, что верю им. Мастер Йода был прав относительно правителей Сенекса. Они ничем не лучше террористов "Невидимого фронта".

- "Фронт" уже выдвинул какие-либо требования? - ненавязчиво спросил Палпатин.

- Пока нет. Но я подозреваю, что ничего неожиданного тут не ожидается: они потребуют распустить Торговую Федерацию либо дать гарантии от имени Республики на снижение тарифов на перевозки для Внешних миров. Я на это не пойду, но если нам ничего другого не останется, придется по крайней мере отложить конференцию до тех пор, пока кризис не разрешится.

- Простите, верховный канцлер, но при всем моем уважении, я не могу с этим согласиться, - осторожно сказал Палпатин. - Я уверен, что именно этого и добивается "Невидимый фронт".

Валорум сдвинул брови.

- Они могут удерживать выживших после падения "Протуберанца" в заложниках. А я несу ответственность за то, что послал их на встречу опасности.

- Тем больше оснований проявить твердость, - Палпатин оглядел комнату. - Верховный канцлер, с вашего позволения, я должен сказать, что сейчас как раз настал тот исторический момент, когда нужно продемонстрировать, как далеко простирается власть Республики, - и тем самым обеспечить поддержку в Сенате проекта введения налогов на торговых маршрутах.

Валорум нахмурился еще больше.

- Вам напомнить, что сектор Сенекс не является территорией Республики? Если мы пошлем подкрепление на Асмеру, это будет означать грубое нарушение суверенитета Сенекса. Сенат никогда не одобрит подобного.

Палпатин не потерял хладнокровия.

- И снова я не могу согласиться с вами. Сенат даст санкцию, потому что на кону стоят интересы Республики, - он снова покосился на Риидера с Органой. - Допустим на минуту, что джедаи не справятся со своей дипломатической миссией. Тогда ничто не помешает "Невидимому фронту" сорвать конференцию на Эриаду и тем самым втянуть в конфликт уже не только Торговую Федерацию, но и Гильдию купцов вкупе с Корпоративным союзом. Верховный канцлер, вы сами сказали, что мы ни при каких обстоятельствах не можем подвергать конференцию риску. Именно это в первую очередь двигало вами, когда вы принимали решение о том, чтобы направить джедаев на Асмеру.

- Да, - признал Валорум, - вы правы.

- А как же правители Сенекса? - обратился Риидер к Палпатину.

- Они поддержат любые наши начинания, как только у них появится шанс, что мы отменим ограничения на прямую торговлю между Сенексом и Республикой.

Валорум некоторое время обдумывал замечания Палпатина, потом покачал головой.

- Даже если нам удастся заполучить одобрения ваших предложений Сенатом, "Невидимый фронт" убьет заложников, как только наши вооруженные силы объявятся у Асмеру.

Палпатин терпеливо улыбнулся.

- Верховный канцлер, заложники - рыцари джедаи.

- Даже джедаев можно убить, - парировал Органа.

- Тогда, возможно, нам стоит оставить выбор курса действий Ордену.

Валорум провел рукой по усталым глазам.

- Я согласен с вами. И лично этим займусь.

x x x

В разреженном воздухе плато злобно шипели разряды бластеров, в резонанс с ними мерно гудели клинки лазерных мечей, сверкали вспышки искусственного света.

Куай-Гон, Оби-Ван и Ки-Ади-Мунди стояли спина к спине, отражая град бластерных выстрелов, который обрушили на площадь террористы. Клинки их мечей - зеленый, голубой и пурпурный - двигались быстрее, чем способен был уловить человеческий глаз Вергере, вытянувшись в полный рост на своих длинных птичьих лапах, пыталась прорваться к лестнице, изумрудный клинок так и мелькал над пушистой головкой. За ней едва поспевали двое приставов, расстреливая на бегу обойму за обоймой.

Где-то рядом Саэссие Тийн вел другую пару приставов в наступление на группу из полудюжины террористов, закрепившихся в узком проходе между пирамидами. Его кобальтовый клинок мерцал, словно облако света, парируя выстрелы и выбивая бластеры из рук противников.

Йадль и Депа оставались с раненой женщиной, капитаном крейсера, у входа в северную пирамиду. Шквал огня из бункера прижал их к стене, и они бешено вращали мечами, отбивая разряды.

Рабы большей частью бросились врассыпную сразу после зверской казни трех своих соплеменников. Но некоторых из них террористы использовали в качестве живых щитов.

Куай-Гон, Оби-Ван и Ки-Ади-Мунди стали медленно продвигаться через площадь, намереваясь добраться до "невидимок", а быть может, даже до канонерки, прежде чем кто-то из террористов сумеет опередить их.

Куай-Гону выпало идти первым. Или так распорядилась Сила, или он сам выбрал - сейчас было не до того. Рыцарь шаг за шагом приближался к цели, хаотическая перестрелка едва доносилась до его ушей, даже негромкий гул собственного меча джедай почти не слышал. На противника он не смотрел, скорее предчувствуя выстрелы, нежели отслеживая их сознательно. Настоящего не было, только то, что ждало впереди. Прошлое исчезало, растворялось, сглаживалось, едва оно становилось таковым, словно кильватерная струя за кормой.

И в своей сосредоточенной отрешенности рыцарь оставался неуловимым и неразличимым, невидимым. Он ни разу не остановился, чтобы присмотреться или чтобы обдумать свои дальнейшие действия.

Раненные отраженными разрядами, террористы один за другим падали на его пути, и он уже, казалось, вотвот должен был схватиться с кем-нибудь из них врукопашную, но не столкнулся - уцелевшие боевики поспешно отступали к истребителям.

- Если они взлетят, проблем у нас прибавится, - обронил Куай-Гон во время недолгой передышки.

И тут новый звук; разрезал холодный горный воздух. Изза края южной пирамиды появились два корабля из тех, что джедаи уже видели на озере.

Очереди разрядов скорострельных пушек обрушились на плиты площади. Куай-Гон с падаваном синхронно бросились в укрытие, а Ки-Ади-Мунди парировал едва не накрывший его с головой шквал огня.

Корабли пошли на второй заход, нещадно поливая площадь огнем орудий.

Захваченные врасплох трое джедаев были вынуждены отступить. Куай-Гон увидел, что отряды Вергере и Тийна тоже оказались от теснены на площадь. Вергере первая спрыгнула на плиты площади и вместе приставами бросилась под укрытие северной пирамиды, но только один из людей смог добежать - второго срезало выстрелами из ближайшей башни.

Двое приставов, которые сражались в команде Тийна, были ранены. Одного из них Тийн нес под мышкой девой руки, защищаясь правой. Второй бежал позади, прикрывая их отход в буре огня канонерских лодок.

Куай-Гон и Оби-Ван бросились на помощь Тийну.

Канонерки проутюжили площадь и снова разворачивались для очередной атаки на бреющем. Куай-Гон подал знак Оби-Вану, и они вдвоем подпрыгнули на десяток метров в высоту. Их лазерные мечи раскроили репульсорные двигатели ведущей канонерки.

Сверху на них дождем посыпались искры. Джедаи быстренько откатились в укрытие. Подбитая лодка накренилась, потеряла управление, врезалась в верхний этаж дворца и взорвалась на множество раскаленных добела осколков, обрушив на площадь лавину камней.

Тийн и его приставы едва успели укрыться в пирамиде, прежде чем этот камнепад накрыл площадь. Куай-Гон с учеником нагнали их уже внутри, разряды орудий второй канонерки обрушились на покрытые резьбой колонны портика и монолитную притолоку.

Йадль и остальные сгрудились в глубине коридора.

Вжавшись в стену, Куай-Гон осторожно выглянул на площадь.

- Нам нужно добраться до истребителей.

- Нужно - значит, доберемся.

Оби-Ван просто кивнул и вновь активировал меч.

И они снова перешли в наступление.

x x x

Без троих магистров, которые отправились на Асмеру, зал Совета опустел. На этот раз в центре расхаживал по мозаичному полу Йода, а Мэйс Винду и остальные обсуждали, что делать.

- Даже несмотря на то что "Протуберанец" не выходил на связь, мы не Можем исходить из того, что корабль уничтожен и все, кто был на борту, погибли, - говорил Винду. - Мои чувства говорят мне, что Йадль и остальные живы.

- Жива она, - проговорил Йода. - И остальные тоже. Но в серьезной опасности они.

- Это подтверждает заявление "Невидимого фронта", что они держат дюжину наших представителей в заложниках, - сказала Ади Галлия. - Они требуют отмены конференции на Эриаду.

- Валорум не должен уступать им, - покачал головой Оппо Ранцисис.

- Он и не собирается уступать их требованиям, - заверил всех Винду. - Он сознает, что, если он это сделает, он только уменьшит шансы на одобрение Сенатом проекта налогообложения.

- "Невидимый фронт" здесь не имеет решающего значения, - сказал Йараель Пуф. - Все дело - в Торговой Федерации.

Йода всем корпусом развернулся к длинношеему магистру.

- Думают все, что не важен "Невидимый фронт". Но всем управляют они, - строго сказал он. Прошелся по кругу, остановился. - Двигают нами, словно игрушками.

- Тогда надо закончить игру, - убежденно проговорил Эвен Пиелль.

Винду кивнул.

- Я заверил верховного канцлера Валорума, что ему нет нужды лично приносить извинения. Мы согласились вмешаться в это дело, так что большая часть ответственности лежит на нас.

- Думали мы мало, - печально сказал Йода. - Работает здесь сила, о которой не знаем пока. Трудно ее намерения уловить.

Винду положил подбородок на сплетенные пальцы.

- Сенат обещал предоставить верховному канцлеру любые полномочия, которые понадобятся ему в ходе разрешения этого кризиса. Но мы не можем переложить решение на его плечи.

Йода кивнул.

- Весь в думах о конференции предстоящей он.

- Департамент юстиции тоже получил расширенные полномочия, - продолжал Винду. - Они настаивают на передислокации вооруженных сил от Эриаду, которая находится на расстоянии минимального скачка от Асмеру.

- Силы департамента направлены на Эриаду, чтобы охранять верховного канцлера и делегатов, - сказала Галлия.

- Департамент юстиции уверен, что у них хватит контингента для выполнения обеих задач.

- У нас есть какие-либо гарантии, что правители сектора Сенекс останутся в стороне? - спросил Пуф.

- Мы можем предложить им сделку, - сказал Пиелль. - Они давно уже хотят торговать с Республикой, но лишены такой возможности из - за продолжающихся нарушений Прав Личности. Если мы предложим им нашу помощь в достижении соглашения с Республикой, я уверен, они посмотрят сквозь пальцы на вторжение на их территорию.

Йода долго разглядывал пол у себя под ногами, потом задумчиво покивал сам себе.

- Все глубже, и мрачнее, и печальнее становится это, - он поднял взгляд на Винду. - Сколько джедаев на Эриаду?

- Двадцать.

- Пошлите на Асмеру десять из них вместе с приставами, чтобы мастеру Тийну и остальным помочь, - удрученно проговорил Йода. - Оплатим долги тогда, когда придет время.

Винду мрачно кивнул.

- Да пребудет с ними Великая сила, - подвела черту Ади Галлия.

Глава 21

Четверть пути от портика пирамиды через открытое пространство площади они прошли, построившись клином. На острие атаки был Куай-Гон, а Оби-Ван, Тийн и Ки-Ади-Мунди прикрывали его с флангов. На долю женщин и двоих уцелевших приставов осталось держать тылы.

Рыцарь чувствовал, что начинает уставать. Зеленый клинок не останавливался ни на миг, звучно возвращая противникам их же выстрелы. Боевики падали с наружных лестниц, уступов пирамид и балконов дворцов, но никто из них и не думал отступать.

"Вам придется перебить всех нас", - сказал тогда тот высокий террорист.

Не успел он об этом подумать, как заметил, что град выстрелов несколько поредел. Воспользовавшись нежданным подарком судьбы, Куай-Гон огляделся и обнаружил, что террористы перевели огонь на укрепленный периметр площади.

Потрясая каменными топорами, ножами, самодельными копьями, примитивными сельскохозяйственными орудиями и вообще всем, что можно было заточить и использовать для нанесения увечий, с диким боевым кличем на площадь ворвались рабы.

Их были сотни. Они сметали все на своем пути. Выстрелы бластеров косили их без счета, но на место убитых становились новые и новые бывшие рабы, полные решимости во что бы то ни стало покончить с теми, кто покусился на жалкие крохи их свободы.

Что ж, теперь некоторое время все будут заняты. Но одной решимости, чтобы выстоять против бластеров, недостаточно.

Оби-Ван по примеру учителя удвоил старания, они вдвоем перешли в наступление. Рядом Вергере занималась тем, что, высоко подпрыгивая, раздавала противникам удары с воздуха. Боевикам пришлось обороняться на два фронта.

Но тут террористов поджидал еще один сюрприз. Вообщето, Куай-Гон и сам несколько опешил, когда несколько боевиков упали, сраженные выстрелами. Казалось совершенно невероятным, чтобы рабы умудрились приспособить бластеры для своих лишенных пальцев конечностей.

Потом он увидел, кто стрелял.

К ним короткими перебежками приближался отряд террористов. А вел их тот самый битх, который и был информатором Куай-Гона.

Оставалось только предположить, что последние события серьезно обострили противоречия между радикальным крылом "Невидимого фронта", которое несло ответственность за покушение на жизнь верховного канцлера, и умеренными, которые много лет ограничивались относительно мирными методами противодействия Торговой Федерации.

Радикалы явно не ожидали мятежа со стороны своих однопартийцев. Битва за "невидимок" превратилась в отчаянное побоище.

Один из истребителей уже поднимался в воздух на репульсорной тяге. Сориентировавшись в ситуации, пилот развернул машину на пол - оборота, направив на площадь носовые орудия. Очереди сгустков неукротимой энергии принялись косить противников, от древних зданий по периметру площади камнепадом брызнули осколки, уничтожая тех, кому повезло избежать смертельных лучей.

Одинединственный истребитель без сомнения мог коренным образом изменить происходящее - и далеко не в пользу джедаев и их нежданных союзников.

Пилот парящей над площадью "невидимки" словно прочитал мысли Куай-Гона и стал разворачиваться в сторону джедаев. Лазерные пушки уже нащупали цель, но тут истребитель загадочным образом взорвался сам. Осыпавшиеся плоскости обрубили проектор луча захвата, а объятый пламенем фюзеляж рухнул на площадь.

Куай-Гон с трудом заставил себя поднять голову. Он и не помнил, когда и каким образом очутился на земле. Плащ тлел, прожженный в нескольких местах. Интересно, откуда был сделан столь своевременный и меткий выстрел. Ничего подходящего в поле зрения не обнаруживалось.

Ну если стреляли не снизу, так только сверху.

Небольшой белокрасный кораблик на бреющем промчался над площадью, заставив рыцаря вновь ткнуться носом в каменные плиты.

- "Ланцет" департамента юстиции, - сообщил Куай-Гону ученик, когда рев стих и стало можно без опаски подняться на ноги.

Кеноби отряхивал колени и был, как обычно, невероятно доволен собой.

Белые прожилки, располосовавшие голубой купол неба, означали, что на подходе и другие корабли.

Куай-Гон оглянулся: как там Депа и все остальные. Один из приставов как раз разговаривал с кем-то по комлинку. Почувствовав взгляд рыцаря, поднял голову и мимикой изобразил, что разговор конфиденциален.

Рыцарь оказался на время лишним в общей неразберихе. Оставалось только разглядывать небеса. С юга к острову подходил кореллианский крейсер.

Как оказалось, радоваться было рано. Впечатляющее зрелище вовсе не заставило радикалов отказаться от своей затеи - они упорно пробивались к оставшимся истребителям. Еще три машины воспарили над площадью, но пилотам уже было не до прицельной стрельбы, по рабам и прочим пешим противникам. И вообще не до стрельбы. Корабли на полной тяге рванули на запад, пара "ланцетов" устремилась за ними. Четвертая "невидимка" поднялась в воздух как-то не слишком уверенно, но неосмотрительно приблизившийся к ней "ланцет" сбить умудрилась.

Слева заработала ионная пушка. Еще один "ланцет", схватив прямое попадание, перекувырнулся и бесшумно спикировал вниз. Где-то за южной пирамидой ахнул далекий взрыв.

Расчет приободрился, но объединенные силы бывших рабов и умеренных террористов уже штурмовали здание, в котором было установлено орудие. Дюжина воинов пала смертью храбрых, остальные укрылись за опрокинутым монументом и забросали огневую точку гранатами.

Минутой позже к небу взметнулся столб огня, и здание, где скрывалась ионная пушка, сложилось внутрь себя, как карточный домик.

Изза неразберихи на площади крейсер садиться не стал, а просто завис над вершинами пирамид, открыл нижние люки, и вниз по канатам соскользнули вооруженные фигуры. Коекто имел при себе бластеры, а кое-кто - и лазерные мечи.

Через несколько минут все было кончено. Воинствующие радикалы оказались окружены и принялись бросать оружие и опускаться на колени. Рабы пинками и самодельными копьями выгоняли на площадь пленных.

Тийн, Депа Биллаба и еще несколько джедаев из подкрепления бродили по площади, подбирая оружие и помогая раненым. Куай-Гон нашел Йадль - она стояла у портика северной пирамиды, с тревогой покачивая головой.

Куай-Гон послал падавана на поиски знакомого битха, сам отправился в противоположную сторону. Но вскоре Оби-Ван уже махал обеими руками с югозападного угла площади.

Куай-Гон вернул меч на пояс и бегом бросился через площадь. Он знал, что уже слишком поздно.

Битх скорчился на земле, зажимая руками с длинными тонкими пальцами зияющую рану в животе. Рыцарь опустился рядом с ним на колено.

- Я пытался связаться с вами на Корусканте, - слабым голосом заговорил битх. - Но после Дорваллы Хавак и остальные заподозрили, что среди них утечка.

- Хавак? - переспросил Куай-Гон. - Это тот, кто казнил рабов?

Битх покачал крупной безволосой головой.

- Это был просто помощник. Хавак - главарь. Но его здесь нет. Многих из радикалов нет, - он замолчал и перевел дыхание. - Они погубили все, что мы пытались сделать. Они превратили все в войну против Торговой Федерации, а теперь и против Республики.

- Все кончено, - сказал ему Куай-Гон. - Вы их победили. Побереги силы, друг.

Битх слабо похлопал рыцаря по руке.

- Ничего не кончено. Они замышляют что-то страшное.

- Где? - сунулся Оби-Ван. - Когда?

Битх с усилием повернул голову и посмотрел падавану в глаза.

- Не знаю, - сказал он. - Эти планы держали в секрете от большинства из нас. Но я знаю, что в этом замешан капитан Коул…

Битх умолк. Куай-Гон чувствовал, что ученик не сводит с него напряженного взгляда, но не стал поворачиваться, потому что именно в это мгновение свет в глазах умирающего погас.

- Он умер, учитель, - проговорил Оби-Ван.

- Джедай, - раздалось изза их спин. Рядом стоял плосколицый рогатый никто.

- Не хотел тебе мешать, но твой друг был и моим другом, - сказал он.

Куай-Гон поднялся на ноги.

- Он говорил о каком-то плане… Чтото, к чему причастен Хавак и капитан Коул. Вам хоть что-нибудь известно о нем?

- Я знаю, что это как-то связано с Карфеддионом, - ответил никто.

- Карфеддион? - повторил Оби-Ван, в высшей степени неодобрительно уставившись на собеседника.

- Родная планета дома Вандрон, - пояснил Куай-Гон. - В самой глубине сектора Сенекс.

Он снова повернулся к никто.

- Как вас зовут?

- Синдар.

- Вы знаете Хавака в лицо?

- Знаю.

- Пойдемте с нами.

И они отправились через площадь туда, где уже собрались Тийн, Йадль и еще несколько джедаев.

- Нет времени, чтобы разобраться во всем этом, - говорил Тийн. - Совет Ордена и департамент юстиции приказывают нам покинуть сектор Сенекс в кратчайшие сроки.

- Но сначала нам придется сделать одну остановку, - сказал Куай-Гон. - На Карфеддионе.

Тийн взглядом потребовал объяснений.

- Коул сейчас работает над другим планом, - Куай-Гон кивнул на Синдара. - Он выразил готовность помочь нам найти его.

Тийн и Йадль переглянулись.

- Коул больше не работает на "Фронт", - высказался Тийн. - Это всем известно.

- Этот план был тщательно засекречен. За ним стоит некто по имени Хавак. Мы должны лететь на Карфеддион.

- Невозможно это, Куай-Гон, - проговорила Йадль, покачивая головой. - Покинуть Сенекс должны мы.

Куай-Гон расправил плечи.

- Тогда туда отправимся мы с моим падаваном.

Оби-Ван едва успел подобрать отвисшую челюсть. Кажется, никто не заметил.

- Мы не дадим тебе корабля, Куай-Гон, - отчеканил Тийн.

Рыцарь, ничуть не смутившись, рассеянно огляделся по сторонам.

- Хорошо. Тогда мы возьмем "Нетопырку", - заявил он.

Оби-Ван подумал и решил, что скрипеть зубами не стоит - могут неправильно понять.

- Самолично ты это решил, - сказала Йадль. - Нарушая прямой приказ Совета. Куай-Гон и не думал спорить.

- Мне приказывает Сила, магистр, - сказал он.

Запрокинув лопоухую голову, Йадль долго и пристально разглядывала рослого рыцаря.

- Чем кончится все это, Куай-Гон? - грустно спросила она. - Чем кончится?

x x x

Голографический лозунг, смутно мерцающий в клубах т'бачного дыма, заменявшего в кантине кислород, гласила: "Пьяная Минокка" приветствует "Крушителей Черепов" Карфеддиона!". "Крушители Черепов", местная команда по кручболу, были широко известны в Сенексе своим глубоким презрением к правилам игры и жизням соперников. Шумная компания этих героев спорта занимала столик в углу "Пьяной Минокки", активно поднимала уже не кружки, а целые бутыли перебродившего пойла в честь кого попало, все глубже погружаясь в объятия алкогольного дурмана и явно все более преисполняясь желанием учинить потасовку для собственного развлечения.

Через несколько столиков от них сидели Коул и Бойни. Их внушительных размеров собеседник вполне мог бы сойти за "Крушителя Черепов", если б был он на несколько сантиметров пониже и намного менее опасным на вид.

Симпатичная девушка, взращенная на одной из ферм по разведению рабов, каких много было на Карфеддионе, поставила перед гостем Коула добрую порцию яркожелтой жидкости. Тот прикончил ядреное пойло одним глотком.

- Спасибо, капитан, - вполне искренне выдохнул человек, вытирая рот тыльной стороной кисти. - Не так-то часто доводится попробовать реальной выпивки.

Коул окинул Скачка, как тот себя называл, изучающим взглядом. То, что этот Скачок умеет обращаться с кулаками, сомнений не вызывало. Но успех операции на Эриаду зависит не от грубой силы, а от сочетания мастерства и смекалки. Конечно, все может пойти по наиболее тщательно продуманным запасным сценариям, когда дойдет и до драки. Но Коул пока что не был убежден, что Скачок сгодится даже на этот крайний случай.

- На чем специализируешься? - спросил он.

Скачок водрузил локти на стол.

- Вибронож, шоковая дубинка, парализующее копье. Но я и с бластером умею обращаться - с БласТеком, Мерр-Сонном, Кзеркасом…

- Но больше тебе по душе врукопашную? Скачок пожал плечами.

- Ну, когда до этого доходит - то да, так мне сподручнее. А что за работа, капитан? Коул покачал головой.

- Этого я тебе сказать не могу. Пока не решу точно, что ты летишь с нами. Скачок кивнул.

- Понял, шеф. Что до меня, то я не прочь с вами поработать, капитан. Лучше вас не сыщешь.

Эту мелкую лесть Коул пропустил мимо ушей.

- Где тебе доводилось работать?

- Да по всей Кореллианской дуге, в основном. Завязал во время Большого конфликта. Я бы и сейчас порхал по Центральным мирам, если бы они не выставили такую высокую награду за мою голову после той мелкой мокрухи на Саккории.

- Еще где-нибудь тебя разыскивают?

- Только там, капитан.

Это Коулу понравилось, хотя и не слишком. Скачок был типичным бродягой вне закона, которые стекались во Внешние территории, но он не был профессионалом.

- Ты имеешь что-нибудь против работы с чужими расами, Скачок?

Тот покосился на Бойни.

- Не с родианцами. Кто у вас еще в команде?

- Готал.

Скачок почесал давно небритую челюсть.

- Готал, говорите? Ну, с этими, пожалуй, сработаемся.

У дверей в кантину внезапно возникла давка. Внутрь протолкались четверо здоровенных и неприятных типов. Коул решил было, что это "Крушители Черепов" или, наоборот, члены какой-нибудь другой команды пришли свести с ними счеты, но тут один из типов влез на барную стойку и выпалил из бластера в потолок.

- Скачок, я знаю, что ты где-то здесь! - заорал неприятный тип, последовательно оглядывая столик за столиком. Изза туч штукатурки с потолка, которую он сам же на себя и обрушил, сканирование было несколько затруднено. - Выходи, слизкий трус!

Коул с интересом оглядел типа на стойке и перевел взгляд на Скачка.

- Твой приятель?

- Не надолго, - ответил тот, после чего встал изза стола и призывно взмахнул рукой. - Вот он я, Пеззль!

Пеззль отыскал глазами источник звука, спрыгнул со стойки и принялся проталкиваться и пропихиваться сквозь толпу в указанном направлении. Его дружки к нему присоединились.

- Ты - нехороший человек и обманщик, - дипломатично заявил он, ткнув в Скачка толстым пальцем. - Ты что, вообразил, что сможешь удрать не заплатив?

Коул с профессиональным вниманием следил, как Скачок с одного взгляда оценил все - куда направлен ствол в руке Пеззля, где и как стоят остальные трое и сколько им нужно времени, чтобы выхватить бластеры.

- Вы не заслужили платы, - ровным голосом произнес Скачок. - Вы позаботились только об одном из них и оставили мне всю грязную работу.

Коул и Бойни стали подниматься изза стола с намерением убраться в сторонку, но Скачок положил увесистую лапу на плечо Коулу.

- Погодите, капитан. Это не займет много времени. Можете считать это частью собеседования.

- Хорошо, - согласился Коул, устраиваясь поудобнее.

А вот прочие посетители кантины не были так уверены. Сшибая стулья и все, что попадалось на пути, народ отхлынул прочь с линии огня.

Пеззль взмок, сглотнул и с некоторым трудом вновь обрел дар речи.

- Ты нам заплатишь, - несколько двусмысленно выдавил он, брызгая слюной.

Коул так и не увидел, когда бластер Скачка успел покинуть кобуру.

Он увидел только размытую вспышку в правой руке Скачка, услышал четыре одиночных выстрела, а потом почему-то оказалось, что Пеззль и трое его приятелей уже грузно оседают на пол.

Скачок, все еще с дымящимся бластером с руке, выжидательно смотрел на капитана.

- Ты принят, - кивнул Коул.

x x x

Космопорт Карфеддиона представлял собой нелепую мешанину посадочных боксов, ремонтных мастерских и питейных заведений даже более сомнительного толка, чем "Пьяная Минокка". В боксе под номером 331 стоял потрепанный фрахтовик, которым одарил Коула "Невидимый фронт", и копались несколько техников. Коул, Бойни и Скачок кивнули в знак приветствия техникам и подошли к кораблю.

- А что случилось с "Нетопыркой", капитан? - спросил Скачок, без всякого восторга взирая на старую развалину.

- Там, куда мы направляемся, ее слишком хорошо знают, - пояснил Коул.

У подножия трапа стояли двое людей, Коул представил им Скачка.

- Капитан, - сказал, один из них, - вас там, в носовой каюте, какая-то дама дожидается.

- Кто? - спросил Коул.

- Она не сказала.

Коул и Бойни переглянулись.

- Может, это та охотница за головами, которую вы разыскивали? - предположил Бойни.

- У меня другая версия, - сказал Коул, но уточнять не стал.

- Вы же не думаете…

- А кто ж еще это может быть? Единственное, чего я не могу понять, так это как она меня нашла?

- Может, она засунула вам куда-нибудь "жучок", прежде чем смыться? - высказал еще одну гипотезу Бойни.

Они оставили Скачка знакомиться с теми двумя членами команды, что топтались у трапа, а сами пошли в корабль.

- Ну, разве я не говорил, что она соскучится? - спросил Коул через плечо, когда они вошли в носовой отсек.

В кресле Коула, скрестив длинные ноги, сидела Релла.

- Ты прав, Коул, - сказал она. - Я не могла оставаться в стороне. Но вовсе не потому, о чем ты думаешь.

Весь ее наряд - туника, брюки, плащ с капюшоном - был из серебристой ткани и переливался при каждом ее движении.

- Глядя на тебя, я бы сказал, что ты слишком увлеклась покупкой нарядов и теперь твой пенсионный фонд нуждается в пополнении, - усмехнулся Коул.

И, разумеется, получил в ответ сердитый взгляд.

- Здесь можно говорить, не опасаясь лишних ушей? - серьезно спросила она.

Коул кивнул Бойни, и тот включил систему защиты.

- До меня дошли слухи, что ты собираешь новую команду, - сказала Релла, когда Коул опустился в кресло.

Он пожал плечами.

- А что еще мне делать, когда ты ушла от меня?

Она не улыбнулась.

- Я слышала, что ты активно покупаешь ищеек и громил вроде того типа, что только что привел.

- На крутую работу нужны крутые ребята. Релла подозрительно покосилась на него.

- Во что ты опять вляпался, Коул? Только не лги мне - в память о старых добрых временах.

Коул подумал, потом сказал: - Ликвидация.

- Кто объект?

- Валорум на Эриаду.

Релла спала с лица. Было похоже, что подтвердились ее худшие опасения.

- Ты не можешь сделать этого, Коул. Он коротко хохотнул.

- Можешь прийти и посмотреть. Приглашаю.

- Послушай меня, Коул… - начала она.

- Что, купила себе пару новых шмоток, чтоб никто не сомневался, что в новых шмотках - новая ты?

- Шмотки? Не зли меня, Коул.

- Ну так что там с Валорумом? Она покачала головой.

- Дело не в нем. Дело в тебе - в твоей репутации. Мне даже особо напрягаться не пришлось, чтобы выяснить, что ты побывал на Белсависе, Маластаре, Клак'доре и Йетуме. Как потвоему, другим заинтересованным лицам это будет не слишком сложно? Я не имею в виду головорезов, которых ты нанимаешь на дело. Я говорю о джедаях.

- Я ценю твою заботу, Релла, - желчно сказал Коул. - Но теперь это все не имеет значения. Я уже набрал всех, кого нужно. Если, конечно, ты тоже не хочешь на это подписаться.

Она выдержала его взгляд.

- Хочу.

Он ошалело заморгал.

- Я не шучу, Коул.

Коул вдруг стал серьезным, потянулся к ней и взял ее руки в свои.

- Послушай, малыш. Я знал, что рано или поздно ты разыщешь меня, но это не то дело, в котором тебе понравится быть замешанной.

- А я и не буду замешана, - сказала она, не отрывая от него оценивающего взгляда. - Минуту назад ты вел себя так, словно всей Галактике хвост накрутил.

- Ерунда, Релла, чисто и просто.

- Ты хочешь сказать, что жалеешь о том, что взялся за эту работу?

- Может, у меня просто возраст начинает чувствоваться… - замялся он. - Но… да, пора выходить из дела, пока не поздно. То есть, я хочу сказать, ведь… ну, эта, как ее, ферма по добыче воды, это ведь такая штука, которую мы запросто освоим, так? И там тоже будут свои волнующие моменты…

Релла широко улыбнулась.

- Конечно, будут, Коул. Просто брось всю эту дрянь. Ты ведь можешь уйти прямо сейчас. Он покачал головой.

- Я дал слово. Я должен довести это дело до конца.

Релла мгновение изучала его, потом вздохнула.

- Тогда я тем более полечу с вами. Так я хоть пригляжу за тобой.

Глава 22

Скучный, серый мир скудных морей и труднопроходимых континентов, Эриаду давно стремился стать Корускантом Внешних территорий. Этому способствовало крайне удачное расположение - в самом сердце сектора, на пересечении Окраинного торгового пути и хидианского маршрута. Но если на Корусканте заводы и фабрики располагались исключительно в отведенных для этих целей зонах, то на Эриаду промышленность заправляла всем и вся, засоряя воздух, почву и воду непрерывными выбросами ядовитых отходов. Хуже того, хотя Эриаду был весьма зажиточным миром - по сравнению со своими соседями, его правители попрежнему оставались более заинтересованы в наращивании производств, нежели в инвестициях в воздухо - и водоочистительные сооружения и системы переработки отходов, которые делали Корускант пригодным для жизни.

Главный город планеты располагался в южном полушарии. Процветающий морской порт, зародившийся в устье судоходной реки, теперь он протирался почти на сотню километров в глубину суши, растекался по берегам вытянутого залива на западе и карабкался вверх и вниз по когда-то лесистым холмам.

Сидя на заднем сиденье укрытого силовым полем репульсорного лимузина, который нес его над толпами демонстрантов, Валорум поду мал, что, должно быть, когдато, давнымдавно, это был на редкость живописный городок.

А сейчас его взору предстал мрачный муравейник крыш, узких переулков, высоких арок и башен и открытых рынков системы "базар". На базарах копошились торговцы в тюрбанах и женщины с закрытыми лицами, какие-то бородатые личности тянули куда-то фонтанирующие шланги, а среди всего этого возвышались шестиногие вьючные животные, нагруженные товарами и не уступающие по размерам ржавым флаерам и древним ховерам, теснившимся тут же.

Валорум не мог выбросить из головы, что вот так же, наверное, выглядят грязные и убогие трущобы Тида, столицы Набу.

Гвалт голосов и шум машин рвался сквозь звуконепроницаемые тонированные окна лимузина, хотя движение на многих улицах было закрыто в честь приезда канцлера. Транспорт пустили в объезд, и почти на каждом перекрестке стояли охранники и дроиды службы безопасности. Горожане могли любоваться проездом канцлера, сгрудившись на узких тротуарах, но всякий, кому вздумалось бы поглазеть на Валорумов кортеж из окон верхних этажей или с нависающих над улицами галерей и переходов, рисковал пасть от руки одного из снайперов департамента юстиции, расставленных по крышам и эскортирующих на гравициклах машину канцлера.

Валорум знал, что от космопорта в город отправилось еще несколько подставных кортежей и что маршрут его проезда был изменен в последний момент из соображений безопасности.

Для приставов, гвардии Сената и дроидовохранников персона канцлера шла под кодовым названием "Багаж". После того как было решено отослать для разрешения кризиса на Асмеру половину контингента джедаев, начальники расчетов охраны настояли на том, чтобы Валоруму был временно имплантирован пеленгатор, чтобы они всегда знали, где он находится.

Было забавно, что ему приходилось держаться в центре внимания, в то время как все внимание Внешних территорий сосредоточено на самой идее конференции. И все же он был рад, что у него хватило здравого смысла прислушаться к совету сенатора Палпатина и не переносить сроки конференции, несмотря на происходящее в секторе Сенекс.

Еще более забавно было то, что семья Валорума внесла свой вклад в загрязнение атмосферы Эриаду, поскольку именно благодаря им труба на окраине города периодически извергала в воздух гигантские огненные шары.

Вкладом его семьи был кораблестроительный и транспортный концерн. Производственные мощности размещались как на орбите, так и на поверхности. По объему выпуска продукции концерн и рядом не стоял с "Тагге и Компания", а по объему перевозок в подметки не годился "Перевозкам Дуро", не говоря уже о Торговой Федерации. Но отчасти благодаря имени Валорумов компания всегда оставалась прибыльной.

У Валорума были родственники на Эриаду, и они наперебой предлагали ему почтить своим присутствием их дома и усадьбы. Но канцлер и здесь решил последовать совету Палпатина и остановиться в доме какого-то его знакомого.

Знакомый Палпатина Уилхуфф Таркин занимал должность лейтенантгубернатора, и из его резиденции открывался замечательный вид на неестественно голубые воды залива.

x x x

Таркин, по слухам, был человеком честолюбивым и с грандиозными амбициями. Его вилла у моря полностью этим слухам соответствовала.

Резиденция не уступала по размерам усадьбам зажиточных дальних родственников самого Валорума и была выстроена в аляповатом стиле, представляющем собой дикую смесь классицизма Центральных миров и декоарта Провинции. Проявлялось это в высоких стенах внешних строений, куполах, золоченых колоннах и отполированных до зеркального блеска каменных полах. Но во всех этих величественных колоннадах и просторных залах было что-то холодное, безликое, официальное. Словно бы вся эта дорогая мебель и произведения искусства были выставлены здесь только для вида, а сам хозяин отдает предпочтение практичному уюту добротного космического фрахтовика.

В резиденцию Таркина Валорум вошел, окруженный кольцом гвардейцев. Сэи Тария и дюжина членов делегации Корусканта тоже шли в сопровождении охраны. За ними следовали Ади Галлия и еще трое джедаев, которые, подчиняясь пожеланию Валорума, старались держаться в тени.

Когда они вошли в здание, гвардейцы немного расступились, дав Валоруму некоторую свободу, да и то только потому, что каждый из гостей и дроидов дома был тщательно просканирован задолго до прибытия канцлера. Сам дом был от подвалов до чердаков нашпигован аппаратурой. Командир расчета охранников, который об этом позаботился, не поскупился и на то, чтобы оборудовать командный центр и штаб. На деревьях и парапетах засели снайперы, а воды залива патрулировали канонерки.

Валорум, естественно, предполагал, что ему окажут соответствующие чину почести, но к такому великосветскому приему, который ждал его на вилле, он готов не был. Они с Сэи Тария вошли в огромный бальный зал, заполненный высокопоставленными представителями миров Провинции и Внешних территорий - с Суллуста, Маластара, Беспина и Рилота. Немногие из них были преданными поклонниками Валорума, но все они очень хотели высказаться по вопросу налогообложения свободных торговых зон.

- Верховный канцлер Валорум, - сказал тот, кто все это устроил. - Для Эриаду большая честь приветствовать вас.

Хозяин дома оказался человеком заметным и необычным. Особенно поражало лицо. Вялые, невыразительные очертания рта не вязались с умными, пронзительноголубыми глазами. Лицо было так туго обтянуто кожей, что по нему с успехом можно было изучать строение лицевых костей. Волосы над высоким лбом с ранними залысинами были аккуратно зачесаны и не менее тщательно подстрижены. Безупречная осанка выдавала несколько поколений профессиональных военных.

Валорум смутно припомнил, как ему доводилось слышать, что Таркин и в самом деле служил в армии в те времена, когда Эриаду был частью так называемых Внешних территорий.

- Сенатор Палпатин прибыл вместе с вами? - спросил лейтенантгубернатор, источая аристократическую ауру.

- Неотложные дела требовали его присутствия на Корусканте, - ответил Валорум, - но я уверен, что делегация Набу успеет к открытию конференции.

Таркин объявил собравшимся о прибытии Валорума, и они стали неспешно прогуливаться по залу. Толпа почтительно расступалась перед ними.

- Это очень редкий случай, когда лицу, вовлеченному в политическую жизнь Республики, доводится покидать Корускант, - говорил хозяин. - Это ведь своего рода тюрьма, не правда ли? Если бы мои обязанности требовали от меня постоянного присутствия на одном и том же месте, я бы по крайней мере потребовал, чтобы вокруг меня было свободно, - он очертил тонкой рукой воображаемый круг.

Валорум выдавил улыбку.

- Путешествие было коротким и необременительным.

- Да, но ведь для вас покинуть Центральные миры и забраться с такую даль - это просто из ряда вон выходящее мероприятие!

- Это просто необходимое мероприятие, - сказал Валорум.

Брови лейтенантгубернатора высоко изогнулись. Было совершенно непонятно, где у него скрываются мышцы для такой богатой мимики.

- Возможно, это и необходимо, но определенно не имеет прецедентов в прошлом. И я верю, что это говорит о вашем стремлении сделать все возможное для блага Внешних территорий, - он понизил голос и добавил: - Я надеюсь, эти беспорядки вас не очень огорчили?

Валорум нахмурился.

- Я не заметил никаких беспорядков. В космопорте была, помнится, какая-то толпа недовольных, но…

- Ах да. Конечно, вы не могли видеть никаких беспорядков, потому что маршрут вашего кортежа был изменен в последний момент.

Валорум не нашелся, что на это ответить.

- Позвольте мне сказать, как мы все были обеспокоены этой недавней попыткой покушения на вашу жизнь, верховный канцлер. Но с другой стороны, полагаю, у всех нас хватает забот на местах. У Рилота - контрабандисты, у короля Набу, Веруны - его клеветники, а у Эриаду - Торговая Федерация и возможность обложения налогом торговых путей.

Валорум и без того уже уловил несколько не слишком доброжелательных взглядов со стороны гостей дома.

- Похоже, известия о попытке покушения не прибавили мне популярности в этом зале.

Таркин величественно отмахнулся.

- В том, что касается налогообложения, мы больше всего боимся роста коррупции. Ведь тогда между теми, кто во власти, и теми, кто вне ее, добавится еще одна ступенька бюрократической лестницы. Но это вовсе не означает, что мы поддерживаем сепаратизм или поощряем открытый мятеж. Как и на многих мирах, расположенных вдоль Окраинного торгового пути, на Эриаду хватает сторонников "Невиди мого фронта", но ни я, ни кто-либо еще из администрации губернатора к ним не принадлежим. Угрозе мятежа может противостоять только сильная централизованная власть. А то каждый может улучить момент и нанести удар.

Впечатление от этой пламенной обличительной речи Таркин постарался загладить, рассмеявшись с легкой самоиронией.

- Не обращайте внимания на бредни ничтожного заместителя губернатора, верховный канцлер. Кроме того, я же понимаю, что Республике вовсе не пристало отвечать жестокостью на жестокость.

- Я тоже до недавнего времени так полагала, - вдруг раздалось поблизости.

В аристократичном голоске смешались презрение и вызов. И его обладательница была, несомненно, благородного происхождения - от зубцов бесценной короны до кончика шлейфа безумно дорогого платья.

Таркин, мило улыбнувшись, предложил руку отнюдь не хрупкой женщине.

- Верховный канцлер, имею честь представить вам госпожу Феалу Вандрон из сектора Сенекс.

Захваченный врасплох, Валорум немного смутился.

- Госпожа Вандрон, - произнес он без выражения, почтительно наклонив голову.

- Может, вам будет интересно узнать, верховный канцлер, что ситуация с заложниками на Асмеру была, с позволения сказать, разрешена.

- Асмеру? - переспросил Таркин. Валорум уже взял себя в руки.

- Республика направила мирную делегацию приставов и джедаев на переговоры с агентами "Невидимого фронта", которые разместили там свою базу.

Таркин недоверчиво покосился на него.

- Для переговоров? Или для противодействия?

- Как вам будет угодно.

Лицо Таркина осенило понимание.

- Так вот почему несколько приставов и джедаев были отозваны с Эриаду. Ну, в любом случае это означает, что наши политические взгляды не так уж несхожи, верховный канцлер.

- Сразу после покушения верховный канцлер предпринимает прямые Действия в не принадлежащих Республике областях, - проговорила госпожа Вандрон, обращаясь исключительно к Таркину. - Его готовность отправиться в рискованное путешествие достойна всяческих похвал.

Валорум ответил на этот сомнительный комплимент с аристократическим спокойствием.

- Остается только заверить вас, мадам и господин заместитель губернатора Таркин, что Корускант в хороших руках.

x x x

Хотя Валорум даже на Корусканте никогда не пользовался всеобщей поддержкой, его отсутствие тем не менее чувствовалось. Особенно в правительственном квартале. В воздухе запахло неприятностями.

Пока на Эриаду шла конференция, члены Галактического сената позволили себе расслабиться. Но были среди них и несколько особо старательных, которые попрежнему продолжали являться в свои офисы в здании Сената, пользуясь возможностью спокойно поработать.

Одним из таких упорных сенаторов был Бэйл Органа.

Все утро он провел, разрабатывая законопроект, который разрешил бы торговые противоречия между его родным Алдерааном и соседней Делайей. Прервавшись, на обед, он мечтал только о стаканчике гизерэля в своем любимом ресторане неподалеку от здания суда. Но его мечтам не суждено было осуществиться - политическая жизнь Республики внесла свои коррективы, явившись к нему в неприятном лице сенатора Орна Фри Таа, который перехватил его в одном из самых многолюдных коридоров.

Тучный синекожий тви'лекк перемещался на персональных грависанях. Своими силами ему с гравитацией было не справиться.

- Ничего, если я немного проедусь рядом с вами, сенатор Органа? - спросил он.

Органа неопределенно кивнул.

- В чем дело? - спросил он, не скрывая раздражения.

- Если без обиняков, дело в том, что ко мне попали весьма любопытные данные. Я хотел представить их вниманию сенатора Палпатина, но он сказал, что, возможно, мне стоит поговорить с вами как с председателем комитета внутренних расследований.

В голове алдераанца уже сложилась простая и четкая формула вежливого указания адреса, по которому следовало бы обратиться со своими любопытными делами некоторым тви'леккам, но в последний момент обязательность взяла верх, он вздохнул и покорился судьбе и Таа.

- Продолжайте, сенатор.

Толстые головные щупальца Таа хищно дрогнули в предвкушении.

- Как вам известно, - не спеша, смакуя каждое слово, начал он, - не так давно я был включен в состав комитета по бюджетной политике. И в этом качестве я проводил глубокие изыскания на предмет прецедентов и соответствия существующему законодательству последнего законопроекта верховного канцлера Валорума о введении налогообложения в свободных торговых зонах, - тви'лекк остановился, отдышался после столь замысловатого захода и продолжил: - Совершенно Очевидно, что введение налогов будет иметь ряд непредсказуемых последствий и побочных эффектов, но мы надеемся воспрепятствовать коррупции, предполагая, что законопроект, скорее всего, пройдет экспертизу Сената.

- Конечноконечно, - пробормотал Органа. - Воспрепятствуете.

На Таа его сарказм не произвел никакого впечатления.

- Верховный канцлер заявил о своем желании, чтобы определенный процент доходов, полученных в результате налогообложения торговых путей, - то есть, по сути дела, налогов, взимаемых с Торговой Федерации, - был направлен на социальное и технологическое развитие Провинции и Внешних территорий, которые могут почувствовать на себе отрицательное влияние введения налогов.

Интересно, долго он наизусть эту речь заучивал? мельком удивился Органа. По опыту он знал, что остановить Таа или заставить его отказаться от преамбул решительно никому не под силу.

А Таа между тем снова отдышался и продолжил выступление: - Однако здесь перед нами встает дилемма. Если предложение верховного канцлера будет ратифицировано и Торговой Федерации придется отказаться от части своего влияния на космических дорогах, то многие меньшие транспортные корпорации начнут получать прибыль - не только за счет изменений на рынке услуг, но и из тех средств, которые будут направлены на развитие отдаленных миров.

Органа позволил себе выразить недоумение.

- Простите, но я не очень хорошо улавливаю, в чем здесь дилемма.

Таа это только еще более воодушевило.

- Ну тогда позвольте мне проиллюстрировать этот момент на конкретном примере. Возьмем базу данных комитета по бюджетной политике и проведем по ней поиск корпорации Внешних территорий, которые в результате ратификации предложения верховного канцлера получат дополнительную прибыль из бюджетных средств, а потом проведем аналогичный поиск по базе комитета по ассигнованиям, в котором я тоже имею честь состоять. Сравнивая результаты поиска, мы видим, что из многих тысяч корпораций выделяется только один концерн: транспортный концерн на Эриаду, который получил неожиданное и, с позволения сказать, существенное финансовое вливание, - торжествующе закончил Таа.

- Это меня не удивляет, - пожал плечами Органа. - Инвесторы с их чутьем на наживу провели те же изыскания, что и вы, с той только разницей, что их интересовали возможности выгодного вложения капитала, а не пол