/ / Language: Русский / Genre:sf_action / Series: Мета-игры

Битва за будущее

Джефф Нортон

В недалеком будущем серьезный экономический кризис подрывает всю систему мира: люди из последних сил борются за свою жизнь. Лишь в одном месте можно снова почувствовать себя по-настоящему живым – в виртуальном мире под названием Метасфера. Юноша по имени Иона терпеть не может реальность, и для него каждая вылазка в Метасферу – словно глоток свежего воздуха. Вскоре начинают происходить странные, поистине ужасные вещи, и Ионе предстоит узнать о своем погибшем отце правду, которая изменит оба мира…

Джефф Нортон

Битва за будущее

© Text © Awesome Media & Entertainment Ltd 2012

© О. Попова, перевод на русский язык, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

Глава 1

Гонка началась.

Иона Делакруа изо всех сил отталкивался колесами своих роликов, быстро продвигаясь вперед и вырываясь из толпы гонщиков. Более сотни человек из южной части Лондона принимали участие в этом жестоком состязании, вопреки комендантскому часу проводимому под покровом темноты. Призом были звонкие метадоллары. Достаточная сумма, чтобы Иона и его мать могли не беспокоиться о еде и крыше над головой как минимум полгода.

Он должен был выиграть.

Иона был моложе и меньше остальных гонщиков. Не вырвись он из толпы, его бы просто сбили с ног и затоптали. Он рванулся вперед, чтобы оказаться на безопасном расстоянии от двадцати лидеров, с которыми до этого шел вровень. Иона чувствовал, как его ролики врезаются в дорожное покрытие. Его поза, равновесие, ритмичные движения – все было идеальным. По обочинам заброшенной дороги с головокружительной скоростью мелькали полуразрушенные склады. Он почти летел.

Почти.

Но это было лучшее, на что он мог рассчитывать в реальном мире. Когда он несся по дороге, когда ощущал, как ветер треплет его волосы, он почти верил, что находится не здесь, в распадающейся Британии, когда-то предположительно именовавшейся Великой, а снова в Метасфере, в виртуальном мире, который казался ему гораздо более реальным, чем эта дорога, эта ночь и эта гонка.

– Сосредоточься, – прошептал он самому себе. Иона знал, что если позволит себе думать слишком много, если даст сознанию беспрепятственно блуждать, то может споткнуться и упасть.

Он участвовал в этой гонке уже три раза и дважды был близок к победе, но упустил ее. В течение двух месяцев Иона тренировался каждый вечер. Он знал каждый вираж, каждый поворот, каждую кочку и выбоину на этой дороге. Ему были знакомы каждый поваленный фонарный столб и каждый переполненный мусорный бак из тех, что встречались на пути.

Он увидел автобусную остановку, значит, половина маршрута уже пройдена. Иона едва не засмеялся, так нелепо выглядело здесь это сооружение.

На этот раз он мог выиграть. Должен был выиграть. Чтобы принять участие в этой гонке, ему пришлось поставить почти все свои метадоллары, но игра стоила свеч. Призовых денег хватило бы, чтобы платить за еду и жилье на верхнем этаже целых полгода. Конечно, при условии, если он и его мать не будут слишком тратиться на еду. Это стало бы их первой удачей за последние годы.

Впереди маячили спины еще четырех участников, и Иона уже наступал им на пятки, выдавая лучшую скорость, чем когда-либо прежде. Но, попытавшись обогнать одного из крупных гонщиков, он заметил что-то сверкающее на его кожаной куртке. Лезвия!

Соперник замахнулся на Иону правой рукой, но тот успел вовремя пригнуться. Кулак пролетел над его головой, и Иона изо всех сил оттолкнулся левым коньком, чтобы ускользнуть.

«Сегодня я не могу проиграть».

Он снова рванулся вперед, чтобы поскорее оказаться вне досягаемости верзилы с лезвиями.

Впереди появилась большая выцветшая вывеска заброшенного магазина товаров для ремонта, которая обозначала начало последнего отрезка. «Сделай сам» – так назывался магазин. У Ионы сохранились достаточно четкие воспоминания о том, как он посещал это место с отцом. Маленький Иона стоял в тележке, которую отец толкал по центральному проходу, и ему казалось, что он парит над сверкающим полом, а мимо проносились ряды унитазов и различных инструментов. Это тоже было похоже на полет.

Когда Иона доехал до потрескавшейся вывески, он немного приободрился, прочитав выведенный на ней слоган: «Сделай сам! Достигни цели!»

Ноги Ионы заныли от усталости, но он снова заставил себя ускориться. Еще один рывок – и он действительно может выиграть. На полной скорости пройдя поворот, он приблизился к трем лидерам, постепенно сокращая расстояние до них.

Впервые за долгое время у Ионы появилась надежда.

Достигни цели!

Не подозревая о том, что вскоре мимо них пронесется толпа гонщиков, двое притаились у заброшенного здания магазина.

Сэм, меньшая и младшая из этой пары, семнадцатилетняя девушка с короткими рыжими волосами, понятия не имела, что означает вывеска, но слова придавали ей уверенности: «Достигни цели!» Именно это она и собиралась сделать. Даже если цель была незаконной и очень опасной.

В тесном черном комбинезоне, с черным рюкзаком на плечах, Сэм растворялась в окружающей ее темноте. Она наблюдала за пустынной улицей.

В нескольких шагах позади Сэм взрослый мужчина, вооружившись ломом, трудился над дверью заброшенного магазина. Устаревший инструмент для весьма старомодного занятия. У мужчины были седеющие волосы, всклокоченная борода и напряженный взгляд. Как и Сэм, он был одет в черный рабочий комбинезон. Его звали Аксель, но для Сэм он был просто «папа».

Наконец дерево поддалось, и дверь открылась. Аксель жестом велел Сэм следовать за ним внутрь. Девушка извлекла из кармана фонарик и щелкнула выключателем.

Ступив внутрь темного помещения, Сэм почувствовала, как холодок пробежал по спине.

Вокруг высились ряды неясных прямоугольных силуэтов. В свете фонарика она различала лишь тусклые серые поверхности. Центральные процессоры. Серверные шкафы. Они были старыми, возраст их исчислялся не одним десятком лет, но они все еще работали: самодовольно гудели и пощелкивали.

Сэм и не предполагала, что в магазине может быть такая низкая температура. Поток холодного воздуха от кондиционера на стене дул ей прямо в шею. Но несмотря на это в помещении было очень пыльно, и в носу у Сэм защипало.

В дальнем углу под потолком она заметила маленький красный огонек и потянула Акселя за рукав, привлекая его внимание. Тот кивнул.

– Датчики движения, – пробормотал он, – и они нас уже засекли. Ничего неожиданного.

– Не имеет значения, – сказала Сэм, – мы должны сделать то, зачем пришли. – Она скинула со спины свой рюкзак и принялась его развязывать.

– Спешить некуда, детка, – ответил Аксель. – Полиция сейчас на другом конце города. Отвлекающий маневр Брэдбери должен был сработать. Пока они доберутся сюда на своих велосипедах, мы уже закончим.

– Надеюсь, – отозвалась Сэм, – но что, если они не купились на вашу уловку? Что, если оставили патруль неподалеку?

Иногда ей казалось, что это она взрослая, а Аксель – подросток, о котором нужно заботиться, хотя в действительности все должно быть наоборот. Ее отец обычно сначала делал, а потом уже думал, что, по мнению Сэм, было довольно опасным, если принимать во внимание род их занятий. Однако Сэм должна была признать, что чутье его обычно не подводило.

Она достала первую партию взрывчатки из своего рюкзака и передала отцу. Это были грязно-белые «кирпичики» пластида. Аксель размещал их по периметру магазина, а тем временем Сэм разматывала шнур детонатора.

Ее руки дрожали. Усилием воли она заставила себя успокоиться. Пока сохраняется хладнокровие, бояться нечего. В любом случае отступать поздно, даже если бы она захотела.

Сэм и Аксель были Стражами. Для многих это означало, что они террористы или «интернет-боевики», но Сэм знала правду. Стражи боролись за свободу. Она верила в эту идею и готова была сражаться за нее.

Но готова ли она за нее умереть?

Глава 2

Внезапно Иона почувствовал, как под его коньками задрожала земля, шум взрыва оглушил его, горячая волна ударила в левый бок.

Иона потерял равновесие. Он попробовал удержаться, резко взмахнув руками, но тело предательски не слушалось. Ноги разъехались в разные стороны, и он, перевернувшись в воздухе, ударился о землю. Лежа на спине, Иона отчаянно пытался восстановить дыхание после падения.

Плотный слой клубящегося дыма поднимался от горящего магазина, заслоняя луну. Гигантскую вывеску искорежило огнем, и ободряющие слова на ней было уже не различить. Ночной воздух пронзил пульсирующий сигнал тревоги. Иона не знал, был ли взрыв случайностью или результатом террористического акта, но в данный момент это его не интересовало.

Несколько гонщиков также были вынуждены остановиться. У парня с лезвиями кровь шла из тех мест, где его опасные украшения вонзились в тело, распоров куртку. Но трое лидеров продолжали продвигаться вперед. Иона с трудом поднялся на ноги и снова толкнулся изо всех сил. Ему нельзя было сдаваться. Только не теперь.

На фоне оранжевого зарева пылающего магазина Иона заметил два бегущих силуэта. Они выскочили на улицу прямо перед ним.

Он попытался избежать столкновения, изменив направление, но врезался в мускулистого гонщика, который толкнул его прямо на одну из фигур.

Это оказалась девушка. Чтобы не упасть, Иона ухватился за нее, едва не стиснув в объятиях. Он заметил короткие рыжие волосы и широко распахнутые, встревоженные зеленые глаза. Девушка была красивой, но она стояла у него на пути.

Второй силуэт, мужчина в черной спецовке, оттащил девушку прочь. Они перебежали через улицу и исчезли в темноте.

Иона вновь сконцентрировался на гонке, но было уже слишком поздно. Он увидел, как лидер проехал мимо ряда контейнеров, обозначающих финишную линию. Гонка закончилась. Иона проиграл. Снова.

Он подъехал к организаторам, кучке наглых подростков ненамного старше его самого, и попытался протестовать:

– Нужно назначить повторный заезд!

Но они лишь отрицательно замотали головами. Верзила-победитель, который, судя по его пижонским шестиколесным роликам, в деньгах особо не нуждался, рассмеялся и провел кредиткой по портативному считывателю, получив несколько тысяч метадолларов на свой счет.

– Но был же взрыв! – закричал Иона. – Это нечестно! Это было… Я мог выиграть! Если бы вы только знали, как мне нужны…

Его голос сорвался. Никто его не слушал. Щеки Ионы отчаянно пылали. Все это было ужасно несправедливо, но он ничего не мог поделать.

Гонщики разъезжались. Один за другим их силуэты растворялись в сумраке ночи. Кто-то из ребят постарше подъехал к Ионе и посоветовал убираться как можно скорее.

– Похоже, очередной теракт, – сказал он. – Полиция и пожарные будут здесь с минуты на минуту. Лучше бы тебе поскорее отправиться домой, чтобы не встречаться с ними.

Само собой, он был прав. В довершение всех неудач Ионе не хватало только быть пойманным за нарушение комендантского часа.

Сэм бросилась прочь от полоумного парня на роликах. Один раз она обернулась, чтобы проверить, не преследуют ли ее, но парень уже скрылся.

«Что, если он сможет описать меня полиции?» – мелькнула мысль.

Взрыв был мощнее, чем ожидалось. Они использовали слишком много взрывчатки. Сэм предупреждала, но Аксель настоял на том, что больше лучше, чем меньше. Главное, серверы были полностью уничтожены.

В ближайшем переулке они остановились, чтобы проверить, не получил ли кто-то из них ранений. При свете полыхающего пожара Сэм сперва осмотрела себя, а затем отца, но не нашла ни одного пореза или даже царапины. Оба оказались абсолютно невредимы, что можно было считать настоящим чудом. Но Акселя, кажется, не волновало, что они могли серьезно пострадать. Вероятнее всего, он об этом даже и не думал.

Сэм тронула его за рукав.

– Полиция прибудет с минуты на минуту, вместе со всеми остальными, – напомнила она, потянув Акселя к велосипедам.

Они успели отъехать на добрых десять кварталов, прежде чем послышались первые звуки сирены.

– Сегодня ночью нас могли убить, – сказала Сэм.

Она ехала первой по безлюдным улицам, указывая отцу путь, который наметила заранее.

– Стоило ли так рисковать?

– Мы ударили Миллениалов по самому больному месту, – отозвался Аксель. – По кошельку. На этих серверах хранилась информация о сотнях тысяч их коммерческих операций в интернете.

– Даже если и так, – возразила Сэм, – это лишь капля в море.

– Подожди немного, детка, – ответил Аксель, – подожди немного, и увидишь. Мы только что стоили Миллениалам несколько миллионов метадолларов, но важно не это. Завтра вся Метасфера будет гудеть от этой новости. Сегодня ночью мы сделали серьезное заявление, нанесли удар. За Стражей. За свободу.

– Надеюсь, – сказала Сэм, хотя до конца не была уверена. Она знала, что каждый раз, когда Стражи уничтожали имущество Миллениалов, они также подрывали свою репутацию и настраивали общество против себя. Часто она думала о том, нет ли другого, лучшего пути к достижению целей.

– Не волнуйся, детка, – сказал Аксель, ощутив ее беспокойство, – послезавтра мы покинем Англию. А когда найдем эти Четыре Угла, мы изменим ход войны.

Настроение Ионы совсем упало, когда он обогнул последний угол и увидел пять сотен тесно прижавшихся друг к другу красных автобусов. Когда-то это место именовалось Клэпхемской Общиной, но в данный момент Иона называл его домом.

Несколько лет назад он и представить себе не мог, что когда-нибудь ему придется жить в подобном месте. А теперь они с матерью, похоже, не могли позволить себе даже этой тесной квартирки на втором этаже старого автобуса.

Несколько фонарей на солнечных батареях, мерцая, освещали автобусный городок. Ворота из проволочной сетки, как всегда, были открыты. Старый замок исчез, но никто не потрудился повесить новый. Мать всегда переживала из-за этого. Она говорила, что однажды грабитель спокойно пройдет прямо через ворота, заберется в их автобус и унесет все имущество. Иона не особо верил; каждому лондонцу известно, что у обитателей автобусного городка нет ничего стоящего.

Как-то отец рассказал, что во времена его детства на этом месте были лишь трава и деревья, и по выходным он приходил сюда поиграть в футбол. Но Иона так и не понял, шутил отец или нет.

Конечно, если слушать отца, в прежние времена все было по-другому. До того, как численность населения в мире перевалила за отметку в десять миллиардов. Когда топливо и вода были в изобилии, глобальное потепление казалось лишь сомнительной теорией, а не повседневной реальностью. Когда образование и медицина были доступны каждому, а не горстке избранных. Британия из детских воспоминаний его отца казалась сказкой.

Прокладывая себе путь в лабиринте красного металла, Иона старательно обходил битое стекло и лужи застоявшейся дождевой воды. Как и прежде, он иногда подолгу блуждал среди автобусов, но в конечном итоге всегда находил свой по номеру, сто тридцать семь, и по белой надписи на передней части: Мраморная Арка[1].

Теперь отца уже не было с ними. И именно после того, как он погиб три года назад, для семьи Ионы наступила черная полоса. Мать не смогла платить за их маленькую квартирку в Брокли. Пришлось прожить несколько месяцев в приюте, прежде чем ей удалось найти новое жилище на верхнем этаже автобуса.

В том, где жил Иона, свет не горел. Он испытал огромное облегчение. Значит, мать уже спала, так же, как и соседи с нижнего этажа, мистер и миссис Коллинз, хозяева метапаба.

Иона снял ролики, скользнул в заднюю дверь автобуса и бесшумно поднялся к себе по истертым ступеням, мечтая поспать хотя бы пару часов перед школой.

Стараясь не шуметь, он спрятал ролики под кучей грязного белья, которую его мать точно не рискнула бы обыскать, и наконец добрался до своего гамака.

И тут он понял, что попался.

– Иона Бенедикт Делакруа, – услышал он голос матери.

Когда она называла его полным именем, Иона прекрасно знал, что за этим последует.

Глава 3

В пяти тысячах миль от крошечной квартирки Ионы, в тесной тюремной камере, один состоятельный человек тоже не спал.

Мэтью Грейнджер, слушая стрельбу и взрывы снаружи, с удовлетворением отметил, что эти звуки обозначали не что иное, как падение американского правительства. Он в очередной раз взглянул на часы. Если Грейнджер рассчитал правильно, его сторонники доберутся сюда в течение следующих десяти минут. Через двадцать минут он выберется из тюрьмы и меньше чем через час покинет Калифорнию.

Грейнджер услышал торопливые шаги. Кто-то распахнул смотровое окошко в металлической двери, и он увидел юные голубые глаза, заглянувшие в камеру. Заметив его, глаза просияли.

– Вам лучше отойти немного, сэр, – сказал молодой человек. Грейнджер так и сделал. Он прижался к белой бетонной стене в глубине камеры. Небольшой взрыв сорвал с петель дверь, и в проеме появились его спасители, трое молодых людей в камуфляже.

Верные последователи Грейнджера, его Миллениалы. Он выпрямился на своем убогом подобии кровати, как будто сидел на троне, и обратился к ним.

– Нас ждет самолет? – это было скорее утверждение, чем вопрос.

– Да, сэр.

– А мои ноги?

Юные Миллениалы вкатили в камеру большой металлический кейс и извлекли из него две киберкинетические ноги. Тюремное заключение лишало Грейнджера возможности пользоваться ими, так как они были оснащены оружием.

– Надеюсь, не забыли положить на лед бутылочку «Cuvée de prestige»[2] две тысячи двенадцатого года? – Грейнджер улыбнулся своей тщательно отработанной чарующей улыбкой, способной открывать для него любые двери. Ему было уже под сорок, но он знал, что выглядит намного моложе благодаря своей ангельской внешности и копне непослушных светлых волос. – В этом месте невозможно достать хорошее шампанское, – добавил он.

– Для нас большая честь встретиться с вами, мистер Грейнджер.

– Не сомневаюсь. Могу ли я и дальше рассчитывать на вашу поддержку?

Трое Миллениалов принялись наперебой убеждать его в своей преданности.

– Видите ли, друзья мои, – сказал Грейнджер, – сегодня великий день для Метасферы. Слишком долго она находилась в руках дилетантов. Пора забрать у них мир, который я создал.

– Кое-кто… Кое-кто говорит, – нерешительно начала девушка, – что после освобождения вы собираетесь захватить власть над… над Четырьмя Углами.

Грейнджер защелкнул крепления ножных протезов и снова улыбнулся.

– Так и есть, – ответил он, – и пусть только попробуют меня остановить.

Вспыхнул резкий слепящий свет, и Иона прищурился. Его мать, Мириам, примостившись на краешке своей кровати в передней части автобуса, включила флуоресцентную лампу. С минуту она смотрела на Иону печальными глазами, не произнося ни слова.

Иона ненавидел эту тишину, которая все чаще воцарялась в их квартирке. Каждый день его мать молча сидела напротив него за завтраком, уставившись в пространство. Но сейчас все было по-другому.

Сейчас мать Ионы смотрела ему прямо в глаза со странным выражением, которое, должно быть, представляло собой смесь злости и разочарования.

– Я думал, что могу выиграть, – прервал он молчание, надеясь, что мать поймет.

– Это небезопасно, Иона, – в конце концов проговорила она. – Я слышала звуки взрыва, а тебя не оказалось в гамаке.

Она смахнула слезы рукавом своего халата:

– Я не могу потерять еще и тебя.

Иона не знал, что сказать. Он чувствовал себя виноватым.

– Это еще не говоря о том, что тебя могли поймать за нарушение комендантского часа, – продолжила она испуганно. – Возможно, если бы я запретила тебе вылазки в Метасферу…

– Ты не имеешь права! – оборвал Иона, не предполагая, что его слова прозвучат так резко. Он слышал подобные угрозы от матери и раньше. Она была метафобом и никогда не выходила в интернет. Но для Ионы все самое значимое находилось там: его школа, их сувенирный магазин и единственный из его родственников, бабушка. Он знал, что мама никогда не воплотит свои угрозы в жизнь.

– Мне жаль, – сказал Иона, – но я действительно думал, что могу выиграть, и тогда нам хватило бы денег, чтобы…

– Но я зарабатываю в банке, – возразила мать.

– Я знаю, мама, знаю, но в Метасфере ты могла бы заработать намного больше. Работа в реальном мире – это для…

Иона не позволил себе закончить фразу, но Мириам и так знала, что он хотел сказать. Она отбросила назад свои длинные темные волосы и медленно выдохнула, покачивая головой.

– Для неудачников? – спросила она. – Вот кем ты меня считаешь, верно?

– Конечно, нет, – возразил Иона. – Я просто думаю, что ты была бы гораздо, ну… счастливее, что ли, если бы выходила в интернет.

– Виртуальный мир – это не спасение от реальности, Иона.

Хоть в чем-то Иона был согласен с матерью. Для него виртуальный мир был не спасением, он был полной заменой реального мира. Он был ярче и лучше во всех отношениях; Иона хотел бы вообще никогда не возвращаться в реальный мир.

– Тебе придется продать магазин, – сказала мать безапелляционно. – Ты знаешь, что нам нужны деньги.

– Я могу достать деньги, – возразил Иона. – Я могу снова участвовать в гонке и…

– Нет! Я не собираюсь это обсуждать. Ты должен продать магазин. Другого выхода нет.

Иона знал, что когда-то этот момент настанет, и надеялся победой в гонке избежать или хотя бы отсрочить его. Но теперь мать все решила. Пришло время продать сувенирную лавку, созданную родителями сразу после свадьбы. Она была единственной вещью в Метасфере, которая напоминала Ионе об отце, и теперь он должен был расстаться с ней.

Глава 4

Утро наступило слишком быстро. Матери пришлось будить Иону дважды, прежде чем он наконец выбрался из своего гамака.

Парня ждал привычный завтрак: клубничный Про-Мил, протеиновая паста в пластиковом тюбике. Измотанный событиями прошлой ночи Иона буквально рухнул на одно из двух пластмассовых сидений. Столом им служила тонкая деревянная доска, торчащая из стены. Прямо из тюбика он поглощал безвкусную смесь с непонятными крупинками, явно не имевшую ничего общего с клубникой. Но нормальная еда давно уже была им не по карману.

Мама поставила портативный монитор рядом с локтем Ионы и включила любимый новостной канал. На экране мультяшные фламинго и носорог обсуждали последние новости. Иона подумал, что бабочка, должно быть, в отпуске.

– Мы можем подтвердить, что американское правительство признало невозможность выполнить свои обязательства и потерпело крах, – объяснил фламинго спокойным женским голосом.

– Власти других западных государств также находятся на грани банкротства, – взволнованно добавил носорог.

– Виртуальный мир, который до сегодняшнего дня считался единственным островком безопасности, защищенным от непостоянства реального мира, может стать новым полем сражений между Стражами и Миллениалами.

Стражи и Миллениалы!

В последнее время все только и делали, что обсуждали, кто из них прав. Будто могут быть какие-то сомнения. После того, что произошло с его семьей, Иона не понимал, как кто-то мог поддерживать этих Стражей. Этих террористов.

– Я думала, они скажут что-то про ночной взрыв, – произнесла мама.

– Это наверняка дело рук гнусных Стражей, – разозлился Иона. – Кто-то должен их остановить.

Мать Ионы выключила монитор и надела свое пальто:

– Мне пора на работу, а тебе в школу. Не забудь выставить магазин на продажу. И никаких отговорок!

– Мы не можем подождать еще пару месяцев?

– Подождать чего? Пока мы умрем с голоду?

– Но я уверен, что отец хотел бы…

– Его больше нет, – ответила мать резко, – и он не вернется. А нам нужно жить дальше. Ты сам знаешь, Иона.

Мириам поцеловала сына в лоб и спустилась вниз по лестнице. Иона услышал, как она сказала миссис Коллинз, что сегодня их магазин будет выставлен на продажу.

Иона смял тюбик, выдавливая из него последние капли «клубничной» мешанины, и бросил его в мусорный контейнер. Еле переставляя ноги, он спустился на нижний этаж и поздоровался с миссис Коллинз. Та посмотрела на часы и покачала головой с легким упреком.

Иона опаздывал в школу.

Снова.

В дневное время мистер и миссис Коллинз превращали свое жилище в метапаб. Они оставили большую часть покрытых искусственной кожей сидений автобуса на своих местах, и теперь клиенты, подключенные к сети, сидели рядами по двое. Иона зевнул, шлепнулся на свое обычное место в носовой части автобуса и нащупал сбоку сетевой кабель.

– Вы тоже не спали из-за взрыва? – спросил мистер Коллинз. – Уверен, что это были Стражи! Тоже мне борцы за свободу! Самые настоящие террористы!

Он передал Ионе упаковку со стерильным переходником для прямого доступа в сеть, продолжая бормотать себе под нос что-то о ситуации в мире. Иона зубами надорвал пакетик из фольги и воткнул интернет-кабель в гнездо переходника. Затем он задрал футболку и нащупал в районе поясницы маленькое пластиковое кольцо, закрывающее доступ в спинномозговой канал.

Для Ионы это было обычным делом. Как и большинство ровесников, он имел порт прямого доступа к интернету, вживленный прямо в тело еще в младенчестве. Это являлось частью его.

Иона Делакруа не представлял себе мир без Метасферы.

Англия, как и большинство стран, имела многое, но не горючее. Истощение запасов топлива сделало практически невозможным передвижение куда бы то ни было в реальном мире. Да и кому нужна эта реальность? Реальный мир был жарким, тесным и жестоким местом.

В Метасфере все было по-другому.

В Метасфере Иона мог летать. Он мог отправиться куда угодно, в свободное от школы время.

– Я немного задержусь сегодня. Мне придется выставить магазин на продажу, – частично объяснил, частично пожаловался Иона.

– Я знаю, дорогой. Мама сказала. Очень жаль.

Миссис Коллинз вбила координаты Академии Чанга на экране монитора Ионы и подождала подтверждения.

– Если бы только у нас были метадоллары, мы бы купили у вас это место. Но их нет. Вот так.

Иона осторожно вставил переходник в пластиковое кольцо на пояснице. Он проделывал это тысячи раз, но прикосновение холодного переходника каждый раз заставляло его вздрагивать.

Щелк. Переходник соединился с кольцом. Иона протолкнул его чуть дальше, чтобы установить связь со спинномозговой жидкостью.

Щелк. Переходник начал передавать информацию нервной системе, установив прямую связь с мозгом.

– Ты готов, – сказала миссис Коллинз, – и потрудись выучить там хоть что-нибудь.

На экране монитора Ионы она подтвердила выход в Метасферу. Одно прикосновение пальца, и привычная волна тошноты унесла прочь реальный мир, погрузив Иону в темноту головокружения.

Каждое из пяти чувств отключилось, а сознание погружалось все глубже в компьютерную сеть. Мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы адаптироваться к новой – виртуальной – реальности. Иона закрыл невидящие глаза и потерял связь со своим реальным телом, развалившимся в кресле метапаба. Там, куда он направлялся, ему не было нужно тело.

Глава 5

Чувства Ионы вернулись, начиная со зрения. Яркий трехмерный пейзаж раскинулся вокруг – вокруг его виртуального «я».

Он стоял в увитом плющом дворике перед величественным фасадом Академии Чанга для одаренной молодежи, одной из лучших и самых дорогих школ в интернете.

Иона успел как раз вовремя. Центральные двери уже закрывались. Он взмыл в небо, оставив парить позади гигантское золотое кольцо, его личный портал между двумя мирами. Иона ощутил прохладный свежий ветер и знакомое чувство возбуждения в животе. Здесь он был дома.

Иона полностью контролировал полет, управляя каждым мускулом виртуального тела. Он спикировал вниз, прямо в закрывающиеся двери. Сканер зафиксировал его прибытие.

– Иона Бенедикт Делакруа, – объявил металлический голос. Двери позади захлопнулись. Над ними появилась запрещающая иконка в виде замка, необходимая, чтобы студенты оставались внутри, а посторонние снаружи.

Раньше Иона посещал школу в реальном мире, но она закрылась, а другая ближайшая находилась на расстоянии шести километров. К тому же он ненавидел реальные школы, так как слишком часто проигрывал в драках на школьном дворе. Отец каким-то чудом раздобыл для него место в Академии, иначе он никогда не смог бы посещать подобное заведение.

Иона грациозно приземлился в холле. Летать по школьным коридорам было строго запрещено. Круглое красное диалоговое окно возникло рядом, чтобы сообщить, что его присутствие отмечено в школьном журнале, так же как и очередное опоздание. Взмахом руки он отогнал красное облачко и поспешил в свой класс, попутно стараясь следить, чтобы ноги касались пола при каждом шаге.

Иона прошел мимо серебристого кентавра, который взглянул на него с неодобрением:

– Снова опаздываете, мистер Делакруа?

Голос кентавра был дребезжащим и женским.

– Да, мисс, – ответил Иона. – Извините, мисс.

Все одноклассники уже сидели за партами. Он извинился перед учителем, золотым китайским фениксом по имени мистер Пэнг, и поспешил на свое обычное место за последней партой.

– Рад, что ты пришел, человек, – прокудахтал Гарри, неугомонный петух, сидящий за соседней партой.

Иону окружали самые разные создания: собаки и кошки, пантера, желтая корова и даже робот высотой в два метра ростом. В Метасфере у каждого был свой уникальный аватар, у кого-то более обычный, у кого-то менее.

Аватар Ионы имел человеческий вид и являлся его цифровым двойником – с такими же веснушчатыми щеками и копной взъерошенных темных волос, которые невозможно было заставить лежать ровно. Реальный Иона был невысоким для своего возраста; аватар был немного выше, однако все равно уступал в росте большинству окружающих существ. Но парень все еще надеялся, что однажды неожиданно вырастет.

У Ионы был единственный человеческий аватар во всей школе, и это его сильно смущало. Он ненавидел тот факт, что выглядит ординарно. Но поделать ничего не мог. Никто не мог решать, как будет выглядеть его аватар. Те рождались в самых тайных уголках подсознания своих владельцев.

Иона сделал движение рукой, и перед ним появился маленький металлический сейф – иконка, которую видел только он. Это было его личное хранилище файлов, фото и приложений. Иона извлек оттуда свой виртуальный планшет, который в данный момент загружал файлы для урока.

В классе обсуждалась самая животрепещущая тема – падение правительства Соединенных Штатов.

– Мой отец говорит, это хорошо, что правительства распадаются, – произнесла пантера в дальнем углу кабинета. Пантеру звали Майк Сойер. И он был единственным в классе студентом из Англии, если не считать Иону.

– Он говорит, чем быстрее мы избавимся от нашего тоже, тем лучше.

– Они только и делают, что суют носы в наши дела, – согласилась гигантская божья коровка по имени Анджела, – и облагают наши деньги налогами.

– Даже Метасфера стала медленнее с тех пор, как правительство захватило власть над ней, – горячился Майк.

Мистер Пэнг поднял крыло и призвал всех к тишине:

– Многие люди думают так же. Они верят, что реальный и виртуальный миры должны оставаться разделенными и управляться разными людьми. Тем не менее события в одном мире могут влиять и влияют на жизнь в другом.

Иона нахмурился. Разве он пришел сюда не для того, чтобы на время забыть о реальном мире?

– Итак, если Метасферой больше не будет управлять правительство, кто будет ее контролировать? – спросил мистер Пэнг.

– Она должна вернуться под управление Мэтью Грейнджера и его Миллениалов, – заявил Майк. Несколько голосов выразили свое согласие, другие, напротив, звучали неодобрительно.

– Почему вообще кто-то должен ее контролировать? – заговорила Кайли Эллис. Ее аватар представлял собой колеблющийся лиловый квадрат, абсолютно плоский, пульсировавший в такт словам. Никто до конца не знал, что это было такое.

– Метасфера принадлежит ее пользователям, – она говорила словами Стражей. – Она принадлежит всем нам!

В классе разразилась горячая дискуссия, в которую Иона попытался вмешаться:

– Нельзя просто позволить каждому делать то, что он хочет! Будет настоящий хаос!

– Мы можем сами о себе позаботиться. Не нужно, чтобы это делал кто-то еще.

– А как насчет вещей типа подделки аватаров, что с этим делать?

Все кричали друг на друга, каждый пытался высказать свое мнение. Как раз это Иона и ненавидел в политике: никто никого не слушает, все просто кричат.

– Стражи говорят, они учредят специальные общества самоуправления…

– А кто будет управлять ими?

– Стоит только дать кому-то такую власть, и вскоре они начнут скрывать от нас информацию, решая, что нам можно знать, а что нет.

– Мэтью Грейнджер не станет так поступать, – сказал Майк. – Он не станет контролировать контент, как это делает правительство. Он…

– Отправился в тюрьму за уклонение от налогов, не так ли? Он ничем не лучше…

Иона больше не мог это слушать.

Все в комнате затихли, когда он вскочил на ноги. Его кулаки были стиснуты, а плечи вздрагивали.

– Если бы не Мэтью Грейнджер, Метасферы бы вообще не было.

– Ты говоришь так только потому, что твой отец работал на него, – произнес Дейви Биггс, бегемот, сидящий позади Ионы.

– Вовсе нет! – запротестовал Иона. – Я говорю так, потому что это правда. Мистер Грейнджер создал Метасферу и прекрасно управлял ей, пока у него ее не отобрали.

– Вы знаете, что я слышал? – выпалил Майк. – Грейнджер сбежал из тюрьмы прошлой ночью. Он возвращается!

Квадратный аватар Кайли завибрировал. Может, она покачала головой?

– Он не может просто так взять и вернуться. Стражи этого не допустят.

– Кого волнует, что думают Стражи? – возразил Иона. – Они террористы!

– Они сражаются за нас всех! – возразила Кайли.

– Да это просто сборище головорезов и убийц! – не соглашался Иона.

– Метасферой не должен управлять диктатор, – голос Кайли стал походить на крик, – и не будет. Я верю, что Стражи сделают ее свободной, чего бы это ни стоило!

– Включая убийства невинных людей? – Иона свирепо взглянул на своих одноклассников, ожидая, рискнет ли кто-то не согласиться с ним. Большинство, опустив глаза, разглядывали свои парты, а квадрат Кайли Эллис, кажется, приобрел красноватый оттенок.

– Да, мой отец был пилотом Мэтью Грейнджера – сказал Иона. Слезы закипали у него внутри каждый раз при воспоминании о том дне, три года назад, когда отец не вернулся домой. – И вы все знаете, что с ним произошло.

В один день были уничтожены тридцать семь аэропортов, но лондонский Хитроу, где находился отец Ионы с частным самолетом Грейнджера, стал главной целью.

– Его убили Стражи!

Мистер Пэнг вмешался и попытался всех успокоить.

– Иона, я уверен, что никто не хотел тебя обидеть, – произнес он. – И давайте перейдем к теме сегодняшнего занятия. Пожалуйста.

Иона не мог сконцентрироваться на лекции. Ему казалось, что стены комнаты давят на него, угрожая расплющить.

– Гарри, – прошептал он, – у тебя все еще есть тот вирус?

– Да, – ответил Гарри-петух, – но я больше не пользуюсь им. Иначе меня точно выгонят.

– Тогда отдай его мне, пожалуйста!

Гарри заработал на обучение в Академии благодаря таланту программиста. Но, кажется, он использовал свой талант только для создания всяких запрещенных хитроумных штучек. В школе еще не забыли день, когда он стер дверь учительской.

Гарри открыл персональный невидимый цифровой шкафчик, извлек оттуда приложение в виде печенья и вложил его в руку Ионы. Иона быстро запихнул печенье в рот, чтобы переписать информацию, содержавшуюся в компьютере Гарри, где бы он ни находился в реальном мире, на свой. Затем встал со своего места и покинул кабинет. Обеспокоенный мистер Пэнг окликнул его, но Иона не отреагировал.

Он полетел по школьным коридорам, игнорируя правило, и вскоре снова оказался у закрытых дверей центрального входа. Иона положил ладони на двери, чтобы запустить в них вирус Гарри. Миллионы пикселей рассыпались, и двери со щелчком открылись, а Иона поспешил выбежать в школьный двор. Он выбросил руки вперед и полетел.

Академия Чанга осталась внизу. Он чувствовал, что злость и обида удаляются вместе с ней, как это обычно и происходило, когда он летал.

Возможность летать нравилась Ионе в Метасфере больше всего. Он думал, что отец, должно быть, чувствовал то же самое, когда управлял самолетом в реальном мире.

Здесь, наверху, Иона мог не стесняться своего аватара. Мог почувствовать себя свободным от ответственности, которую постоянно ощущал как единственный член своей семьи, выходящий в сеть. И свободным от реального мира, в котором отец больше никогда не вернется домой.

В течение нескольких прекрасных мгновений Иона парил над всем этим.

Глава 6

Академия Чанга располагалась на собственном острове в море, недалеко от берега.

Иона направился к материку. Он миновал цепочку островов с песчаными пляжами, кокосовыми деревьями и коктейль-барами. Он взглянул вниз на праздных аватаров, наслаждающихся своими виртуальными отпусками. Достигнув материка, Иона увидел внизу лес, где в самом разгаре была многопользовательская игра. Он заметил внизу толпы аватаров, преследующих с винтовками и электрическими силками прозрачных призраков. Игра «Охотники за привидениями» была популярна среди многих одноклассников Ионы, но он предпочитал охоту на зомби.

Как только Иона набрал высоту, виртуальный мир внизу превратился в цветастое лоскутное одеяло. Любой мог купить клочок виртуальной земли в Метасфере и построить что угодно. В последнее время крупные разработчики начали скупать крупные участки и создавать гигантские тематические зоны, но основная часть ландшафта по-прежнему оставалась сборной солянкой из разношерстых проектов.

Иона взял левее и полетел над разноцветной, сверкающей популярной игровой зоной, из которой он давным-давно вырос. Привычный ворох визжащих рекламных буклетов устремился вдогонку, но он с легкостью оторвался от них.

В небе вокруг было множество аватаров разных форм и размеров: животные, люди, геометрические фигуры. Больше всего было птиц и крылатых насекомых; Иона заметил даже один зеленоватый вертолет. Чтобы летать, в Метасфере не нужны были ни крылья, ни винты, но те, кто имел их, наверное, наслаждались полетом больше остальных.

Иона приземлился в Парке Венеры. Выдержанный в японском стиле, тот представлял собой настоящий рай из цветущих вишен, где аватары парили над петляющими тропинками или бродили парами между деревьев.

Парк был популярным местом встреч для влюбленных. Разделенные в реальном мире огромными расстояниями, они могли встретиться здесь под благоухающими вишнями или на изысканно украшенных мостах через пруды, в которых водились золотые рыбки. Иона заметил разноцветного жирафа, прогуливающегося с порхающим ромбом, и волосатого мамонта с букетом виртуальных цветов в хоботе, который пытался впечатлить хихикающего шмеля.

Парень не понимал, почему люди называли тот, другой, унылый и серый мир реальным. Для Ионы он не был и вполовину таким реальным и ярким, как Метасфера. Парк Венеры напомнил Ионе о лучших временах. На одной из улиц, ведущих к парку, располагался магазин семьи Делакруа. Он провел здесь много счастливых выходных дней и месяцев каникул, помогая родителям продавать цифровые безделушки влюбленным парам.

Иона огляделся по сторонам и увидел, как шмель поцеловал мамонта, после чего они расстались. Каждый нырнул в свой портал и вернулся к своей реальной жизни.

Ионе часто становилось интересно, кто скрывался за аватарами. Он пытался представить, как выглядят в реальной жизни их тела, оставленные где-то за ненадобностью, пока сознание свободно блуждает в Метасфере. Ему казалось нечестным, что аватары прячут реальный облик своих владельцев. Его отец, чьим аватаром был великолепный красный дракон, всегда говорил, что Иона должен гордиться схожестью виртуального и реального «я». Это означает, что ему нечего скрывать.

Иона увидел группу протестующих во главе с облезлой злобной гиеной, вышагивающих туда и обратно перед центральными воротами парка.

– Миллениалы, руки прочь от наших свобод! – лаяла гиена. Протестующие аватары с восторгом встречали ее слова. Иону ужасно злило, что люди могут быть такими безмозглыми.

Со вздохом он направился к магазину своих родителей. Иона не хотел его продавать, но мать была права. Умереть от голода он хотел еще меньше.

Окна магазина были сплошь оклеены цифровыми листовками агентов по недвижимости, предлагавшими продать участок. Иона сорвал одну из них, обещающую «быструю продажу и низкую комиссию». После сканирования аватара Ионы двери магазина распахнулись.

Полки внутри были практически пусты, если не считать нескольких пирожных-сердечек, воздушных шаров и пары плюшевых медведей. Магазин не работал уже почти два года. Мама винила во всем бюрократию, но Иона знал, что это лишь часть проблемы. Бизнес постепенно приходил в упадок, их сувенирный магазин стал считаться старомодным. Изредка к ним заходили один-два покупателя. Для матери Ионы все это было слишком тяжело. Было слишком больно находиться там одной.

Она удалила свой порт для подключения к сети и присоединилась к метафобам, противниками интернета, застрявшим в мрачной реальности. Ионе было тяжело смотреть на то, что она с собой сделала. Отрезала себе доступ в Метасферу – единственную значимую для него реальность – именно в тот момент, когда сын нуждался в ней больше всего. Он пытался заставить себя уважать решение матери, но понять его так и не смог.

Оставшуюся часть утра Иона провел, наводя порядок в магазине. Он хотел как следует подготовить его к продаже на аукционе, чтобы выручить самую высокую цену. Иона собрал медведей и прочие безделушки, засунул их в коробку и отправил в мусор. Затем вернулся к листовке агента по недвижимости, из которой немедленно выскочило облачко с просьбой подтвердить запрос о продаже магазина. Иона нажал «да» и закрыл диалоговое окно. Он ждал.

Листовка отсканировала помещение, и чуть выше нее засветилась трехмерная модель магазина. Появилось еще одно облачко, сообщившее Ионе, что его недвижимость оценена в двести семь мета-долларов. Иона подумал, что магазин едва ли стоит этих денег. Но прежде, чем он успел согласиться со стоимостью, появилось еще одно сообщение, подсвеченное красным: ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕНО НЕИЗВЕСТНОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ! Ниже маленькими буквами сообщалось:

В процессе сканирования обнаружено неизвестное приложение. Возможно, это вирус. Пожалуйста, удалите приложение, прежде чем завершить продажу.

Иона огляделся. Никакого приложения в абсолютно пустом магазине он не видел. Да он и не собирался искать слишком тщательно. Неизвестное приложение давало ему повод не продавать магазин.

Но внезапно он заметил что-то странное в 3D-модели. У отсканированной копии имелся еще один этаж – ниже того, на котором находился Иона. Похоже, в магазине был тайный погреб. Иона тщательно осмотрел каждый сантиметр деревянного пола, затем отодвинул витрины, чтобы проверить, не скрывается ли что-то под ними. И именно там, под центральной витриной магазина, обнаружился деревянный люк с металлическим кольцом в качестве ручки.

Иона вырос в этом магазине. Он думал, что знает его, как свои пять пальцев, ведь он засунул нос в каждый уголок. Разве могло здесь скрываться что-то, чего он не видел раньше?

Сердце Ионы забилось сильнее, когда он потянул за кольцо и открыл люк. В нос ему ударил сильный запах плесени. Со своего места он мог видеть две кирпичные стены, сходящиеся углом. По длине и ширине погреб не уступал магазину.

Было ли известно о нем маме и папе?

Свет внизу отсутствовал, и Иона пожалел, что у него нет фонарика. Что-то могло быть спрятано в этой темноте. Возможно, нечто очень ценное, оставшееся от предыдущего владельца и способное разрешить все проблемы семейства Делакруа. Иона покачал головой. Всего лишь глупые мечты. И тем не менее…

Лестницы не было, ему пришлось спрыгнуть в погреб. Несколько секунд он стоял, часто моргая, и ждал, пока глаза привыкнут к темноте. А когда смог видеть, его сердце ушло в пятки.

Он был не один в погребе. Кроме него, там был еще кто-то.

Фигура, скорчившаяся в углу. Кто-то, кого он и не надеялся никогда увидеть снова.

Это был огромный красный дракон со сложенными за спиной крыльями. Его мерцающие желтые глаза смотрели прямо на Иону. Парень сделал два шага назад, подальше от этого существа, но затем заставил себя остановиться и снова приблизиться к дракону.

Он знал этот аватар. Знал почти так же хорошо, как свой собственный, но… Все же это было невозможно. Или возможно?

– Папа?

Глава 7

Дракон не отвечал. Иона приблизился еще на шаг, вглядываясь в фигуру у стены. Грудь сдавило, он не мог говорить, едва мог дышать, но он должен был узнать.

– Папа… Это ты?

– Иона… – произнес дракон низким голосом отца. Иона успел забыть, каким успокаивающим был этот голос. Так неужели отец прятался здесь все эти годы?

– Папа, но почему ты… – начал Иона со смесью облегчения, радости и злости, которые вызвало в нем это открытие. Но дракон продолжил говорить, и Иона с горечью осознал, что тот представлял собой лишь копию аватара отца, воспроизводящую аудиозапись.

– Если ты нашел этот аватар, значит, меня уже нет. И я прошу тебя простить меня за это. Сейчас нет времени объяснять, почему некоторые стороны моей жизни ты не знал. Для твоей же безопасности, Иона. Но, если сейчас ты смотришь эту запись, значит, я больше не могу защитить тебя. И поверь, мне очень жаль, что я не увижу, как ты взрослеешь. В тебе заложен огромный потенциал, даже если ты сам еще этого не осознаешь. Однако другие люди заметят это, и ты станешь борцом за свободу в этих двух мирах.

При жизни отец никогда не разговаривал с ним так, и Иона поймал себя на мысли, что прикасается к аватару, словно это может помочь вернуть отца.

– Но, Иона, есть вещь, которую ты должен сделать для меня и для достижения очень важной цели. Мне нужно, чтобы ты загрузил мой аватар в свой профиль. Найди моего друга Акселя, он знает, что делать дальше. Жаль, что я не могу рассказать тебе больше. Но чем меньше ты знаешь, тем лучше для тебя и Мириам. Пожалуйста, сделай это для меня, Иона. Я люблю тебя, мальчик мой.

Запись закончилась, и дракон протянул Ионе два своих когтя. Тот знал, что если прикоснется к ним, это запустит процесс загрузки, и Иона незаконно присвоит аватар своего отца.

Это было самым опасным решением за всю его жизнь.

Мэтью Грейнджер поселился в самом огромном и самом дорогом люксе роскошного парижского отеля. Деньги не были для него проблемой. Правительство, прекратившее к данному моменту свое существование, считало, что хорошенько наложило лапу на его состояние, но в действительности они не обнаружили и десятой доли всех его счетов в интернете.

Directeur d’hôtel[3], конечно, узнал его, но за соответствующее вознаграждение согласился сохранить в тайне личность постояльца.

Миллениалы, соратники Грейнджера, заняли соседний номер, вооружившись самыми передовыми из предлагаемых на рынке компьютерами. Его компьютерами. На несколько лет он был вынужден отойти от дел, но конкурентам так и не удалось обойти его.

Он вызвал сюда и своих лучших программистов. Тех, что оставались верны даже во время его заключения. Ни один из них не был старше двадцати пяти. Они были поглощены работой на своих планшетах – рыскали в Метасфере, перелопачивая терабайты информации.

Грейнджер с радостью распрощался с тюрьмой, но не чувствовал себя свободным. Пока. Он знал, что не сможет чувствовать себя по-настоящему свободным, пока не вернет то, что принадлежит ему по праву.

Когда Мэтью Грейнджеру исполнилось шесть, его мир рухнул. Автомобильная катастрофа в округе Марин унесла жизни обоих родителей; сам он больше четырех часов пролежал среди искореженных обломков в ожидании смерти.

Доктора ампутировали обе его ноги выше колен. Они сказали, он должен радоваться, что вообще остался в живых. Однако он не чувствовал радости.

Дядя, который воспитывал его с тех пор, понятия не имел, как нужно обращаться с детьми, зато отлично разбирался в компьютерах. Благодаря ему Грейнджер понял, что может создать новый мир. Мир, в котором он сможет спрятаться от реальности. В котором он сможет ходить. И даже более того.

Мир, в котором он сможет летать.

Изобретение Вэб 4.0 принесло ему целое состояние. В двадцать шесть он стал миллиардером. Наконец у него было достаточно денег, чтобы с помощью технологий НАСА воплотить в жизнь одно из своих ранних изобретений – киберкинетические протезы. Двадцать лет Мэтью Грейнджер провел прикованным к инвалидной коляске; теперь это осталось в прошлом.

Тем большим ударом для него было поменять одну тюрьму на другую.

Официально его обвинили в уклонении от налогов. Однако Грейнджер знал правду. Некоторое время назад власти самых значимых на мировой арене государств оказались в затруднительном положении. Так как львиная доля финансовых операций перекочевала в интернет-пространство, с каждым днем им становилось все труднее собрать достаточное количество налогов на собственное содержание. Грейнджер же, напротив, на жизнь не жаловался, получая небольшой процент с каждой операции, проведенной в созданной им Метасфере.

Правительству нужны были эти деньги. Но Грейнджер отказался делиться, совсем. В панике его враги обратились к какой-то невнятной резолюции ООН и трактовали ее так, как им было выгодно. Они национализировали Метасферу, поделив ее на зоны влияния, а Грейнджера арестовали по ложному обвинению и тем самым убрали со своего пути.

Он был застигнут врасплох, преданный одним из своих сотрудников; кем конкретно, он так и не узнал. Федералы скрутили его и демонстративно конвоировали в зал суда. Да, он был застигнут врасплох, но у Мэтью Грейнджера всегда был план на случай непредвиденных обстоятельств.

– Есть, сэр! – сообщила миниатюрная девушка, одна из программистов Грейнджера (запомнить ее имя он не потрудился.) – Это он, в списке отслеживания.

Грейнджер заглянул через ее плечо и проверил данные на экране.

– Так, – выдохнул он, – значит, он все-таки жив.

– Он делал все возможное, чтобы его не нашли, – сказала девушка, – его аватар не регистрировался нигде в течение трех лет, двух месяцев, и…

– Как вы его нашли?

– Его аватар засветился в отчете об ошибке. Я не понимаю, сэр. Зачем он вновь всплыл на поверхность после всех этих лет?

– Он, наверно, узнал о том, что я освободился, – заявил Грейнджер, который никогда не сомневался в своей значимости. – Должно быть, запаниковал и начал совершать ошибки. Он может быть проблемой. Он работал моим пилотом в течение десяти лет. Вместе мы облетели все Четыре Угла вдоль и поперек. Он единственный, кроме меня, оставшийся в живых, кто может указать туда дорогу.

– Вы думаете, он может представлять угрозу, сэр?

– Я всегда подозревал его. В последний раз я видел его вбегающим в горящее здание. Но его тело так и не было найдено. Зачем ему прятаться от меня? Зачем, если он меня не предавал? Зачем, если только он не был агентом Стражей, внедренным в ряды моих сотрудников?

– Что мы должны делать, сэр? – спросила девушка.

– Найдите источник отчета об ошибке, – ответил Грейнджер, – найдите Джейсона Делакруа, я имею в виду в реальном мире, и убейте его!

Глава 8

Иона почувствовал тошноту и закрыл глаза. Перед ним вспыхивали странные образы, но они исчезали слишком быстро, чтобы он мог хоть что-нибудь понять. Он ощутил головокружение, как будто падал куда-то, и на мгновение испугался, что может вообще выпасть из Метасферы. Он попытался выпустить когти, но его руки бесконтрольно тряслись. Дракон рассыпался на пиксели от головы до хвоста, и красная волна устремилась к Ионе. Его всего трясло, он с трудом сдерживал нахлынувшую тошноту. Каждый новый пиксель врезался в него подобно осколку стекла. Когда боль утихла, Иона обнаружил себя стоящим на коленях в секретном погребе сувенирной лавки. В теле красного дракона. В теле своего отца. Он чувствовал драконьи крылья за спиной, словно пару дополнительных рук. Иона повел плечами и расправил крылья так, что их кончики коснулись стен подвала. Он прикоснулся руками – точнее, теперь уже лапами – к лицу, ощупал свою морду и осторожно коснулся острых зубов. Он до сих пор чувствовал тошноту и легкое головокружение. Мир стал казаться ему меньшим, чем раньше. Хотя Иона, конечно, понимал: причина в том, что он сам стал больше.

Но своего аватара Иона теперь не видел. Он осторожно развернулся, чтобы посмотреть позади себя. Он чувствовал себя огромным и неповоротливым, неспособным повернуть свою неуклюжую гигантскую шею. Он вообще с трудом мог двигаться в этом тесном пространстве. Его аватара нигде не было; он исчез.

Иона запаниковал.

Как можно было быть таким дураком? Всем известно наказание за использование чужого аватара: изгнание. Данные о ДНК Ионы поместят в черный список. Ему навсегда будет закрыт доступ в Метасферу. Он будет вынужден прожить всю свою жизнь в реальном мире, никогда больше не увидит своих друзей, потому что не знает, где их найти и даже как они выглядят в реальном мире. Это все равно что умереть. Нет, это даже хуже, чем смерть. Если бы он умер, то мог хотя бы пройти процедуру Переноса.

Ионе нужно было выбираться отсюда, прочь из Метасферы, пока кто-нибудь не узнал о случившемся. Он вылетел из погреба магазина и поспешил к своему порталу. Новые крылья давали ощущение силы и свободы. Ничего подобного он никогда не испытывал с прежним аватаром. Он возвращался к школе, со страхом думая о том, что кто-то из его знакомых или, еще хуже, кто-то из знакомых отца мог увидеть его.

Его портал парил во дворе академии, где и прежде. Это кольцо было лишь одним из многих, но оно засветилось при его приближении, как будто приглашая войти. Иона с облегчением констатировал, что портал по-прежнему узнавал его. Кольцо было единственным для него выходом из Метасферы, единственным способом вернуть сознание его отключившемуся телу. Без него аватар Ионы окажется навечно заключенным в Метасфере, пока тело будет медленно угасать в реальном мире.

Иона нырнул в светящееся кольцо.

Он снова оказался в своем автобусе, в метапабе. Он снова находился в реальном мире, заключенный в своем неуклюжем теле, но на этот раз был даже рад этому.

Парень немного встревожился, увидев мистера Коллинза, который присел на корточки рядом с ним и нахмурился, глядя на планшет.

– У тебя там все было в порядке, сынок? – спросил он.

Иона не мог ответить. Он просто кивнул.

– Я думаю, мы имеем дело с программным глюком, – объяснил мистер Коллинз, – какое-то время система показывала, что в этом терминале зарегистрированы сразу два аватара, что, само собой, невозможно. Я сообщил об ошибке, но мне придется запустить сканирование. Если это вирус, нельзя его упустить.

Обеспокоенная миссис Коллинз подошла к ним, постукивая высокими каблуками. Она спросила, почему Иона не в школе, и он ответил, что плохо себя чувствует. Как только он это произнес, то понял, что не соврал. Он надеялся избавиться от тошноты в реальном мире, но не тут-то было.

Миссис Коллинз засуетилась.

– Может быть, позвонить твоей маме? – предложила она.

– Нет, не надо, – быстро ответил Иона, – правда. Мне просто нужно подняться наверх и прилечь ненадолго. Со мной все будет в порядке.

– Сэр, мы нашли его! – воскликнула девушка-программист.

– Где? – спросил Грейнджер.

– В Лондоне, – на экране ее монитора отображалось местечко под названием Клэпхемская Община, обнесенное проволочной изгородью скопище красных двухэтажных автобусов. Изображение приближалось, пока наконец не сфокусировалось на одном из них.

– У нас есть агенты в этом районе? – задал еще один вопрос Грейнджер.

Девушка кивнула, щелкнув пальцами по экрану планшета.

– Да, сэр. Высылаю в указанный сектор прямо сейчас. У нас есть описание мистера Делакруа для них?

– Он мог изменить внешность, – ответил Грейнджер, – мы не можем позволить себе так рисковать. Я хочу, чтобы все находящиеся в этом автобусе умерли!

Как только Иона закрыл глаза, странные образы вернулись: люди и места, которые были ему незнакомы, воспоминания, которые ему не принадлежали. Он уже не понимал, спит или бодрствует. Он услышал странный рокочущий звук, но вскоре понял, что по крайней мере этот звук вполне реален. Рокот звучал где-то неподалеку. Он выбрался из гамака и взглянул в окно. Сначала он ничего не видел, но звук становился все громче и ближе.

Затем в поле зрения появились два мотоцикла, лавирующие между рядами автобусов. Настоящих мотоциклов Иона не видел уже много лет. Мотоциклисты резко остановились прямо под окном, рядом с его автобусом, и спешились. Они были одеты в камуфляж, их лица скрывали шлемы. У них было оружие.

С открытым ртом Иона наблюдал за тем, как двое в камуфляже ввалились в автобус через открытые задние двери. Он услышал крик на нижнем этаже. Кажется, кричала миссис Коллинз.

Иона бросился к лестнице, но успел спуститься лишь на пару ступеней, когда еще один звук заставил его замереть: выстрелы. Кажется, они звучали вечно, превращаясь из стрекотания в оглушительный грохот, а затем резко прекратились.

Наступила пугающая тишина.

Иона никак не мог осознать все это, не мог поверить в то, что подсказывали ему органы чувств. Но он знал, что это не сон. Как будто он участвовал в одной из игр Метасферы с той лишь разницей, что все происходило на самом деле, здесь и сейчас, в автобусном городке. В реальном мире.

И это означало, что Иона был абсолютно беззащитен. В отличие от аватара он мог быть ранен и даже убит. От этой мысли мороз пробежал по коже.

Осторожно и тихо, как только мог, он поднялся обратно по ступеням, схватил свои роликовые коньки и торопливо натянул на ноги. Он вытянул резиновый уплотнитель из окна аварийного выхода в задней части автобуса и выдавил стекло. Упав, оно вдребезги разбилось о землю, и Иона тут же услышал торопливые шаги внизу.

Кто-то поднимался по лестнице. Он вылез в окно, оказался на крыше автобуса, вскочил на ноги и, изо всех сил оттолкнувшись, покатился по крыше. Несколько пуль пробили крышу позади него. Сомнений не осталось: мотоциклисты пытались его убить. Похоже, они уже убили мистера и миссис Колинз и всех, кто был в автобусе.

Большинство жертв, скорее всего, были в сети. Они даже не поняли, что произошло. Иона мог оказаться среди них, явись байкеры часом раньше.

Он доехал до конца крыши и перепрыгнул на соседнюю. Контакт был жестким, но он удержался на ногах. Иона продолжал прыгать с крыши на крышу так быстро, как мог. Позади он услышал рев – это завелись двигатели мотоциклов. Его преследовали.

На одной из скользких металлических крыш Иона потерял равновесие и врезался в вентиляционную систему автобуса. Он шлепнулся о землю так, что кости затрещали, но, к счастью, ему удалось остаться на ногах.

Иона слышал приближающийся рев мотоциклов.

Он петлял в лабиринте старых красных автобусов без какого-либо конкретного плана и без особой надежды уйти от своих преследователей. Несколько лиц появились в окнах, привлеченные шумом. Но в это время дня большинство людей были в сети. На своих рабочих местах где-то в Метасфере они и не подозревали о событиях, происходящих в реальном мире. Мотоциклистов, кажется, зеваки также не интересовали. Им нужен был именно Иона. Сколько бы сил он ни прилагал, как бы ни петлял, ему не удавалось оторваться от преследующих мотоциклов.

Он обогнул угол автобуса под номером двадцать три и в ужасе замер, обнаружив за ним тех самых байкеров, надвигающихся на него.

Иона рванул вправо, затем налево, снова направо и опять налево. Мотоциклы превосходили его в скорости, но не могли сравниться по маневренности. Он наконец по-настоящему почувствовал свои ноги, и к нему вернулась уверенность. Он провел столько времени, тренируясь… Это не помогло ему одержать победу в ночных гонках, но сейчас могло спасти жизнь.

Тем не менее оторвался от байкеров он ненадолго. Они разделились – теперь рев двигателей слышался с обеих сторон. Они пытались загнать его в угол. И если Иона не выберется из замкнутого пространства автобусного городка, им это наверняка удастся.

Он обогнул еще один автобус, увидел перед собой открытые ворота и мгновенно принял решение.

Он рванул изо всех сил.

Глава 9

Довольно скоро Иона понял, что совершил большую ошибку.

Днем улицы вокруг автобусного городка выглядели совсем иначе и казались незнакомыми. При свете солнца в глаза бросались грязь и мусор, граффити и разбитые стекла.

Здесь было полно народу. Рикши, велосипедисты и такие же, как он, роллеры – все, кто торчал в реальном мире, толкались в этом тесном пространстве.

Он не был на улице в дневное время уже около двух лет. Иона успел забыть, какими отталкивающими эти места могут быть до наступления комендантского часа.

Но в этом существовали и свои плюсы. В толпе он мог скрыться от своих преследователей-мотоциклистов. Однако и сам он в этих условиях продвигался нестерпимо медленно.

А что, если здесь его поджидают другие убийцы?

Иона подозревал каждого, кто к нему приближался, всех, кто, проезжая мимо, задевал его локтем. Он был окружен нищими, которые заметили, что его одежда лучше, чем их собственные обноски. И хотя он сказал, что у него нет денег, Иона боялся, что ему не поверили. Он слышал множество ужасающих историй о том, как людей убивали за горсть мелочи, лишь бы выйти в онлайн на пару часов.

Он услышал рев мотоцикла. Очень близко. Должно быть, его преследователи разделились, чтобы поскорее найти его. Он представил, как они гонятся за ним и давят всех, кто не успевает убраться с пути. Иона не должен был попасться им на глаза. Он знал, что если это случится, второй раз сбежать не получится.

В стороне от дороги он увидел зеленый пластиковый бак. Мусорный контейнер. Высотой ему по грудь. Иона не раздумывал ни секунды.

Он схватился за край контейнера, подтянулся и рухнул в кучу бумаги, жестяных банок, разбитых бутылок и еще чего-то, холодного и скользкого, о чем предпочел не думать. Иона зарылся в эту кучу так глубоко, как мог. Он лежал и слышал, как сердце колотится у него в груди, а из легких вместо дыхания вырывается хрип. И еще один звук: приближающийся рев двигателей.

Все ближе и ближе. Судя по звуку, мотоциклы поравнялись с контейнером и остановились. Иона затаил дыхание, думая обо всех людях, десятках людей вокруг, которые видели, как он запрыгнул в контейнер, о незнакомцах, которые могли выдать его.

Прошло несколько ужасающе долгих минут, прежде чем мотоциклы наконец тронулись с места. Рев двигателей удалялся и вскоре совсем затих.

Иона еще долго лежал неподвижно. Он не мог заставить свои мышцы работать, не мог заставить себя выбраться из своего убежища.

Он не мог вернуться домой. Что, если его там уже ждут? В любом случае его автобус сейчас представлял собой арену жестокого побоища. Ему нельзя туда возвращаться. Так же, как и его матери. Нужно рассказать ей о том, что произошло.

Вот только для начала было бы неплохо понять это самому. Почему-то он чувствовал себя виноватым в произошедшем. Было ли простой случайностью, что его автобус подвергся нападению вскоре после того, как Иона воспользовался аватаром отца? Из-за него ли умерли мистер и миссис Коллинз?

Иона услышал не предвещающий ничего хорошего щелчок и звук включившегося мотора. Мусор вокруг зашевелился. Он догадался, к счастью, не слишком поздно, что в мусорном баке заработал перерабатывающий механизм. Нужно поспешить выбраться наружу, пока его не затянуло в лопасти и не измельчило.

Теперь выбора не было. Дальше прятаться он не мог.

Низко опустив голову и поднимая глаза, лишь когда это было крайне необходимо, Иона направился на северо-восток. Он пробирался сквозь толпу и постепенно, по мере того, как он вспоминал, каков этот мир при свете дня, к нему возвращалась уверенность в себе. Он миновал электростанцию Тейт Модерн, где сжигался и перерабатывался в электроэнергию мусор со всего Лондона; затем проехал по мосту Миллениум и продолжил свой путь мимо контрольного пункта у собора Святого Павла.

Иона оказался в Сити, деловом центре Лондона, представлявшем собой два квадратных километра стабильности и процветания, изолированную от полуразрушенных улиц вокруг. Он увидел нависающий небоскреб Сити Тауэр и осознал, что в последний раз был здесь три года назад, когда мать в поисках работы бродила по этим улицам и таскала его за собой.

Иона вкатился в лобби и остановился, чтобы круглый белый детектор в потолке просканировал его на наличие взрывчатых веществ. Когда красную лампочку сменила зеленая, запыхавшийся Иона смог продолжить путь к стойке администратора.

– Мне нужно увидеться с матерью, – выдохнул Иона.

Охранник оторвался от монитора Метасферы, где показывали виртуальный футбол. Кажется, он был недоволен, что ему помешали.

– Мириам Делакруа, – пояснил Иона, – она работает на шестьдесят первом этаже.

– Ах, да, – лицо охранника просветлело, – это та, что меняет подгузники. Так ты явился, чтобы тебе поменяли памперс, верно, малыш?

Иона попытался проигнорировать подкол, но почувствовал, что щеки запылали. Он не мог, как ни старался, заглушить чувство стыда за то, чем его мать зарабатывала на жизнь. Людям, избегавшим Метасферы и не подключавшимся к сети, выбирать не приходилось.

Он прислонил большой палец к сканеру, чтобы зарегистрироваться в книге посетителей, упорно не желая встречаться взглядом с посмеивающимся охранником, затем покатил по направлению к лифту.

Подъем на шестьдесят первый этаж был довольно долгим. Иона смотрел на свое отражение в зеркальной стене лифта и видел жалкого, растрепанного мальчишку. Воспоминание о том, что произошло, вызвало новый приступ паники и клаустрофобии. Как объяснить матери, что у них опять нет дома?

Двери лифта разъехались в стороны, открывая вид на просторное и светлое офисное помещение, в котором около ста человек, отключившихся от реальности, болтались в подвешенных к потолку гамаках. Работа Мириам Делакруа заключалась в заботе о телах, пока сознание блуждает где-то в Метасфере. Она следила за удовлетворением их физиологических потребностей, а они могли не покидать свои виртуальные биржи по нескольку часов или даже дней. Время – деньги. А как иначе?

– Мам? Где ты? – позвал Иона. Она была единственным человеком на всем этаже, не подключенным к сети.

Увидев сына, Мириам уронила из рук катетер и бросилась ему навстречу.

– Иона! Что ты здесь делаешь?

– Я… Я… Кое-что случилось, – пробормотал он, – кое-что плохое.

А потом слова сами посыпались из него:

– Я нашел папин аватар и загрузил его себе, а потом пришли эти люди и убили всех, кто был в автобусе. Я вылез на крышу и сбежал от них.

– Помедленнее, Иона. – Мать положила руки ему на плечи, успокаивая, чтобы он перестал задыхаться. – Отдышись.

Она поцеловала сына в лоб и пристально посмотрела в его глаза. Он знал, что мать грустила при каждом упоминании об отце, и жалел, что приходилось касаться этой темы. Но сейчас он чувствовал и еще что-то, кроме грусти.

– Этот день должен был настать, – выдохнула Мириам, – но ты еще так молод!

– Я не понимаю, – сказал Иона, – ты ждала… ждала чего?

– Твой отец все рассказал мне, Иона.

– Ты знала про аватар? Ты знала, что он сделал копию?

– Он сделал не просто копию. Он создал нечто намного более важное, чем обычный аватар.

– Скажи мне, как от него избавиться? Как снова стать самим собой?

Мама покачала головой:

– Он знал, что его жизни угрожает опасность. Он оставил аватар, чтобы ты нашел его, если произойдет самое худшее. Лучше бы этого не случилось. Не сейчас, еще слишком рано.

– Мне кажется, он… этот аватар что-то сделал с моей головой.

Мама кивнула:

– Это воспоминания твоего отца. Он их скопировал, все. Мне неизвестно, как ему удалось это сделать, минуя Остров, но он смог. Теперь это твои воспоминания.

Иона моргнул. В памяти снова всплыли странные видения, посетившие его, когда он впервые загрузил в свой профиль аватар отца, странные сны, которые ему не принадлежали. Могли ли они быть образами из памяти отца? Как это возможно?

– О, Иона, – вздохнула его мать, – есть столько всего, что мы скрывали от тебя. Я могла бы рассказать тебе раньше, но я думала… Я не хотела, чтобы тебе пришлось взрослеть так рано. А теперь… Теперь времени у нас почти нет.

Она усадила его в один из гамаков и сунула в руки стерильный переходник, затем понизила голос, словно висящие вокруг тела могли их услышать.

– Я не способна защитить тебя, Иона, – сказала она, – но есть другой человек.

– Аксель?

Мама удивилась, когда Иона произнес это имя:

– Верно. Есть человек по имени Аксель Кавана. Он был лучшим другом Джейсона, твоего отца, еще со времен летной школы. Ты должен разыскать его в Метасфере, чтобы он мог найти тебя в реальном мире.

– Как? – спросил Иона. – Где?

– «Икар», – ответила мама, – помнишь это место? Аксель частенько там бывает.

Иона помнил. «Икаром» назывался бар неподалеку от их сувенирного магазина. Там встречались пилоты; он был любимым местом отца.

– Мам, а кто были эти люди? – спросил Иона. – Те, что пытались меня убить?

– Миллениалы, Иона, агенты Грейнджера, – ответила она.

– Но это полная ерунда! – воскликнул Иона. – Отец сам был Миллениалом, он работал на Мэтью Грейнджера многие годы. Так зачем бы они стали?..

– Твой отец кое-что знал. – Мириам развернула сетевой провод, помогая Ионе подключиться к терминалу. – Ему были известны все тайны самого Грейнджера. Теперь они известны и тебе.

– Нет же! – запротестовал Иона. – Клянусь, я ничего не знаю.

– Все здесь, Иона, – она погладила его по голове, улыбаясь нежно и грустно, – ты просто еще не научился пользоваться этими знаниями.

– Но я не хочу, – сказал Иона, – если бы я просто мог избавиться от папиного аватара…

– Слишком поздно, – прошептала мама, – есть еще одна вещь, которую ты должен знать. Твой отец не был Миллениалом; он только притворялся им, чтобы подобраться поближе к Грейнджеру. Он был двойным агентом. Он был Стражем.

Иона открыл рот, чтобы сказать что-нибудь. В голове, цепляясь друг за друга, вертелись тысячи вопросов. Но соединение с Метасферой было завершено, и он почувствовал, как желудок сжимается, а сам он падает в кромешную темноту.

Глава 10

Первым, что ощутил Иона, был резкий запах специй и кожи.

Вокруг него материализовался огромный рынок, похожий на марокканский базар, который он однажды видел в кино. Вокруг толпились аватары, они громко торговались.

Терминал Сити Тауэра, где работала мать, автоматически отправил его в виртуальный торговый зал. Многие аватары, торгующие здесь, вероятно, принадлежали тем самым телам в гамаках, о которых заботилась Мириам.

Иона все еще был в аватаре своего отца. Развернув гигантские крылья, он взмыл в небо, осмотрел базар сверху и постарался запомнить место, где оставил свой портал. В незнакомой части Метасферы легко можно заблудиться.

Все его тело встрепенулось, когда он захлопал крыльями. Он почувствовал силу и мощь, и какая-то его часть, помимо воли, наслаждалась новыми ощущениями.

Но он был также испуган и сбит с толку – и даже немного зол. Он был зол на себя за то, что поспешил загрузить аватар отца; и он был зол на родителей, которые столько всего от него скрывали. Иона пытался осознать сказанное матерью. Его отец – Страж? Как такое могло произойти? Стражи убили отца; по крайней мере, он всегда так думал. И что такого знал Джейсон Делакруа, что его стоило убивать? Парящий в виртуальном небе Иона испустил крик разочарования. Его дыхание превратилось в огонь, и поток пламени окутал чешуйчатое красное тело.

Дракон пролетел над Парком Венеры, над сувенирной лавкой своей семьи, затем взял левее. Он парил над одним из старейших районов виртуального мира, который назывался «Зеркала». Здания здесь были прорисованы с более низким разрешением, чем принято теперь, поэтому они казались плоскими, почти двухмерными. Им не хватало реалистичной текстуры современной Метасферы. Под собой Иона увидел улицу Мета-Оксфорд, копию реальной Оксфорд-стрит Лондона. Поначалу основная часть Метасферы состояла из таких копий, точно воспроизводящих реально существующие в Лондоне места. Иона никогда не понимал, зачем это нужно.

Вдоль оживленной улицы со множеством магазинов медленно ползли красные двухэтажные автобусы. При виде их Иона совсем пал духом. Все они имели номер 137, как и его автобус. Его дом. Навсегда потерянный.

«Икар» представлял собой большое коническое здание. Наружная неоновая вывеска изображала человека с руками-крыльями в оранжевом круге. Вход находился на высоте третьего этажа, поэтому в бар посетители могли только влететь. Отец Ионы всегда отмечал, что для прибежища пилотов это более чем уместно.

Иона приземлился на карниз и сложил крылья. Много раз в прежние времена он ждал здесь отца, но сегодня впервые сам вошел в эти двери.

Внутри бар напоминал гигантский птичник. Шесть этажей со входом посередине. Бар был заполнен аватарами – по большей части птицами или другими крылатыми созданиями. Они болтали, пили и вспоминали ушедшие дни, сидя на широких жердях, торчащих из стен на разных уровнях, или на качелях, подвешенных к высокому куполообразному потолку.

– Джейсон Бенедикт Делакруа, – объявил металлический голос. Иону просканировали, чтобы идентифицировать его аватар, точнее, аватар отца.

Внезапно болтовня в «Икаре» стихла. Все посетители повернулись ко входу и уставились на дракона так, словно тот был призраком. Впрочем, осознал Иона, он им и был.

Он еле сдержался, чтобы не развернуться и не улететь прочь. Меньше всего ему хотелось сейчас быть в центре внимания. Но если он сбежит, то никогда не найдет Акселя Кавана, старого друга отца. А Аксель был его единственной надеждой, тем, кто мог помочь разобраться в этом сумасшествии.

Иона смущенно подлетел к одной из трех стоек и приземлился. Он чувствовал, как сотни глаз буквально сверлят его спину, и ощутил огромное облегчение, когда маленький краснокрылый дрозд вспорхнул на барную стойку рядом:

– Джейсон, это действительно ты?

– Аксель? – спросил Иона.

– Тебя не было больше трех лет. Все думали, что ты погиб в тот день.

Иона не знал, что ответить. Наверное, нужно было признаться, что он вовсе не тот, за кого его все принимали, и лишь позаимствовал аватар своего отца. Но дрозд был так рад снова его увидеть, что не давал вставить ни слова:

– Где ты скрывался все это время? Я хочу все знать. Мы должны встретиться в реальном мире. Где ты сейчас?

– Я в Лондоне, здание Сити Тауэр, – ответил Иона, – но…

Прежде чем он успел закончить, гигантское орлиное крыло смахнуло дрозда с барной стойки. В воздух взлетело несколько маленьких перьев.

– Эй! – воскликнул Иона. Он расправил собственные крылья, готовый броситься на помощь ошеломленному дрозду, но две мощные лапы впились в него когтями.

– Усядься, Дух Прошлого Рождества! – проворчал голос прямо в ухо Ионы.

– Кто вы? – закричал Иона. – Что вы делаете?

– Это я, Аксель, безмозглый ты дракон, и я спасаю твою шкуру!

– Отличный удар, пап. Теперь он мой! – крылатый единорог пролетел мимо Ионы и, наклонив голову, бросился на дрозда. Птичка, однако, уже достаточно оправилась и сумела увернуться. Единорог же влетел головой в стену бара с такой силой, что все предметы вокруг задрожали. Краснокрылый дрозд, усмехаясь, оглянулся на Иону, затем нырнул в свой портал и исчез.

– Ты в порядке, дочка? – цепкие лапы выпустили Иону, их обладатель метнулся к единорогу.

Теперь Иона смог разглядеть аватар как следует. У него было тело льва, но голова и крылья орла. Грифон.

– Я упустила его, пап. Он ушел. – Единорог был явно ошеломлен, хотя твердо стоял на своих четырех копытах.

Грифон обрушил гнев на Иону.

– Какого черта ты творишь, Джейсон? Я считал, что у тебя больше мозгов… Достаточно, чтоб не попадаться на удочку шпионов Миллениалов.

– Что? Что ты имеешь в виду? – запинаясь, спросил Иона.

– Много ты успел ему выболтать?

Грифон был прав. В горле у Ионы пересохло. Он наивно предположил, что дрозд был ему другом, но за аватаром мог скрываться кто угодно.

– Ты раскрыл ему свое место в реальном мире? – прорычал грифон. И все, что Иона способен был сделать – тупо кивнуть в ответ.

Он понял, что совершил ужасную ошибку. Сказал дрозду о Сити Тауэр.

– Не такой уж он и умный, этот ваш пилот, сэр. – Агент Грейнджера с усмешкой обратился к боссу, как только вынул кабель из своего порта.

– Что произошло? – бросил через плечо Грейнджер. Он смотрел в монитор, подключенный к терминалу своего агента. Тот вышел из сети, но терминал все еще транслировал сигнал из «Икара», выводя на монитор изображение красного дракона. Аватар, который Грейнджер не ожидал когда-либо увидеть снова.

– Тупоголовый дракон явился прямо в этот притон и раскрыл мне свое местоположение в реале.

Несколько мгновений Грейнджер обдумывал эти слова.

– Интересно, – пробормотал он, – это совсем на него не похоже, такая доверчивость. Но в любом случае мы должны все проверить. Где он?

– Сити Тауэр, Лондон.

– Отправьте туда агентов. Устраните всех, кто в здании, если потребуется.

Миллениал бросился к планшету, исполняя приказ. Взгляд Грейнджера был по-прежнему прикован к монитору. Он взвешивал разные варианты.

Джейсон Делакруа однажды уже сбежал от его убийц. И может сделать это снова. Он научился искусно прятаться в реальном мире. Но его аватар… Его аватар был на экране, прямо перед Грейнджером.

Было бы глупо упустить такую прекрасную возможность.

Грейнджер выхватил планшет у испуганного программиста и начал вводить какие-то команды. Потребовалось время, чтобы остальные поняли, что он делает. Один за другим все обернулись к нему с раскрытыми ртами. Одна девушка даже хотела было запротестовать, но вовремя одумалась.

Грейнджер не собирался отчитываться перед ними. Он бы ни за что не стал терпеть, если бы кто-то вздумал указывать ему, что делать.

– Тебе лучше поскорее убраться отсюда, Джейсон, – произнес грифон, – ныряй в свой портал, прежде чем…

– Нет! Нет, подожди, – запротестовал Иона, – откуда я знаю, кто ты? Может, ты тоже шпион?

Он был полон решимости не повторять недавнюю ошибку. Однако, прежде чем грифон успел ответить, крыша заведения рухнула.

Посетители «Икара», согнанные со своих мест, хлопали крыльями, с трудом уворачиваясь от летящих вниз кусков штукатурки и искореженного металла. Помимо шума испуганных голосов Иона мог слышать еще какой-то пронзительный сверлящий звук. Через секунду огромный бур пробил потолок.

– Переработчик! – закричал единорог. – Что он здесь делает?

– Быстро к своему порталу, Сэм! – толкнул его грифон. – И ты тоже, приятель. – Грифон ткнул Иону в спину острым клювом.

Они бросились к выходу, и в ту же секунду решетчатые стены бара пронзили еще два бура. Иона решил, что выбраться не удастся. В дверях была страшная давка, все пытались протиснуться через них одновременно.

Затем он внезапно оказался снаружи, в дневном свете. Иона обернулся и увидел их: Переработчики, как и сказал единорог. Похожие на гигантских металлических птиц с длинными ногами, они нависли над «Икаром», разрушая его своими клювами-бурами. Там, где они клевали здание, оно рассыпалось на пиксели, пока на месте бара не осталось ничего, кроме бесцветной пустоты.

Конечно, Иона и раньше видел Переработчики, но не в таких условиях. Метасфера постоянно менялась, многое перестраивалось и совершенствовалось. Переработчики представляли собой средства удаления старого программного кода. От окончательно устаревших элементов избавлялись, остальные модифицировались. Всякий раз, когда какое-либо здание или участок земли решали перепрофилировать, появлялись Переработчики. Но они должны были работать только с пустыми зданиями и заброшенными участками земли.

Глава 11

Иона понял все практически сразу.

Он до сих пор не знал, можно ли доверять новым знакомым. Однако сейчас других вариантов не было. Он полетел за ними по многолюдным улицам, сквозь толпу бегущих в панике людей. Оглянувшись, Иона увидел позади Переработчики, преследующие его и его новых знакомых со скоростью ракет.

– Нужно как-то увести их от людей! – закричал Иона.

Переработчики уничтожали все, что попадалось на пути. И всех.

Иона поднял кверху драконью морду, хлопая крыльями изо всех сил. Грифон и единорог последовали его примеру, все трое набрали высоту.

– Они нас догоняют, – закричал единорог.

И действительно, Иона почувствовал, что его тянет вниз. Буры Переработчиков создавали вихри, угрожающие затянуть Иону.

Он увидел испуганного попугайчика, застывшего на пути, нырнул и пролетел под ним, надеясь, что Переработчики не тронут птаху, так как их целью был Иона.

Грифон приблизился.

– Время взглянуть правде в лицо, – проворчал он, – нам с дочкой конец.

– Нет!

– Наши порталы остались там, рядом с «Икаром». Нам никогда не добраться до них, нечего и надеяться.

– Но на самом деле им нужен только я! Я могу увести их от вас.

Грифон покачал головой:

– По одному на каждого, помнишь? Не знаю, о чем ты думал, Джейсон, когда явился сюда. Лучшее, что мы можем сделать, это вернуть тебя поскорее в реальный мир. Где твой портал? Надеюсь, где-то поблизости?

Иона посмотрел вниз. Гигантская полоса пустоты, словно шрам, прорезала сердце Зеркал. Значительная часть улицы Мета-Оксфорд была уничтожена. Иона подумал, что его портал, возможно, исчез вместе с ней, но затем с облегчением вспомнил, что материализовался в Метасфере на базаре. Нужно было вернуться туда. Сердце ушло в пятки. Это слишком далеко! Ничего не выйдет!

Тогда Иона свернул в сторону Парка Венеры, пролетел над головами романтических парочек и толпы митингующих, направляясь к магазину Делакруа, двери которого распахнулись при его приближении. Грифон и единорог следовали за ним.

Люк в полу магазина все еще был открыт. Они нырнули вниз сквозь проем, и Иона захлопнул дверцу погреба.

Грифон часто заморгал, оглядывая темный подвал:

– И где же он, твой портал?

– Не здесь, – ответил Иона, – у меня есть идея получше.

– Скажи, что ты шутишь! – взревел грифон.

– Нам не спрятаться от них, – сказал единорог, – они разрушат эти стены и…

– Я знаю. – Иона был спокоен. – На это я и рассчитываю.

Погреб начал сотрясаться под напором Переработчиков. Иона глубоко вдохнул, уперся лапами в стены и запустил вирус, полученный у одноклассника Гарри. Он почувствовал, как информация передается сквозь виртуальное тело, точнее, сквозь аватар отца, прямо в стены подвала, которые начали размываться и искажаться.

В ту же секунду появились Переработчики. Они пробили потолок и уже приближались к своей добыче. Иона и его друзья были загнаны в угол. Он обнял их своими гигантскими крыльями в безнадежной попытке защитить.

В спину уперся бур, он взвыл от боли и едва не изверг из своей драконьей пасти огонь, но сдержался, опасаясь обжечь кого-нибудь.

Внезапно буры остановились. Переработчики затряслись, распались на пиксели и исчезли. План Ионы сработал.

– Где ты взял вирус? – спросил грифон и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Ты инфицировал весь магазин, не так ли? Поэтому, когда Переработчики поглотили стены, они тоже заразились.

Иона не слушал. Он ткнул своей драконьей мордой туда, где раньше был пол сувенирной лавки, а теперь зияла пустота.

– Ничего не осталось, – прошептал он.

– Мне жаль, – произнес единорог. – Это место принадлежало тебе?

Иона не ответил. Он буквально онемел. Несколько аватаров слетелись поглазеть на то, что осталось от сувенирной лавки.

– Как… Как такое могло случиться? – спросил Иона. – Кто подослал к нам эти Переработчики?

– Это, должно быть, тот дрозд, – ответил единорог.

– Наверное, специально торчал все время в «Икаре» на случай, если ты там появишься, – добавил грифон.

– Мы с папой примчались, как только смогли, – продолжил единорог, – получив уведомление о том, что твой аватар зарегистрирован сканером на входе в «Икар», но…

– Слушай, дружище, – сказал грифон, – мне очень жаль, что это место разрушено. Я знаю, ты хотел однажды оставить его сыну. Но сейчас ты по прежнему в опасности.

– Папа прав, – поддержал единорог. – Миллениалам известно твое местонахождение в реальном мире. Они найдут твое тело. Тебе нужно поскорее вернуться и спрятаться.

– Но как я вас найду потом? – спросил Иона.

– Завтра на рассвете мы покидаем Англию. Ты должен уехать вместе с нами, – сказал грифон. – Встретимся в Дельта Хаус. Вспомни свою клятву Стража – пришло время ее исполнить! А сейчас поскорее выбирайся отсюда!

– Что за Дельта Хаус? – Иона посмотрел на грифона.

Грифон расхохотался, запрокинув свою орлиную голову, и шлепнул Иону по крылу львиной лапой.

– Рад, что ты не потерял чувство юмора! – сказал он. – А теперь вперед.

Иона понятия не имел, что такое Дельта Хаус, но собирался разобраться с этим позднее. Он понимал, что Сэм (так грифон называл единорога) была права. Ему нужно поскорее вернуться в реальный мир.

Портал по-прежнему ждал его на своем месте, в центре многолюдного базара.

К счастью, он добрался туда, больше не встретив на своем пути ни одного Переработчика.

Иона нырнул в портал и вновь оказался в реальном мире, в своем теле, ожидавшем в небоскребе Сити Тауэр. Ему потребовалась секунда, чтобы сфокусировать взгляд, как если бы он внезапно пробудился от глубокого сна. Все, через что ему пришлось пройти – события в «Икаре», погоня, разрушение сувенирного магазина, – все теперь показалось сном. Ночным кошмаром.

Иона потер глаза и испуганно огляделся вокруг.

Мамы нигде не было видно.

Он отключился от сети и вылез из гамака. Иона пошел между подвешенными к потолку телами, на ходу зовя мать. Вдруг послышался громкий треск. Иона бросился на этот звук и вскоре увидел мать, взламывающую офисную дверь пожарным топором.

– Иона! – закричала Мириам Делакруа. – Сюда, быстро!

Она взмахнула топором еще раз, и ручка двери наконец отлетела в сторону. Мириам пинком открыла дверь и влетела в полностью обставленный, но не занятый офис.

– Мам, что ты творишь? – закричал Иона. – Ты меня пугаешь!

С порога он наблюдал за тем, как она распахнула металлический шкаф в одном из углов комнаты и извлекла оттуда непонятное приспособление, украшенное эмблемой Пегаса. Подскочив к сыну, Мириам начала прикреплять устройство на его спину.

– Ты и должен быть напуган, – сказала она. – Надень это, Иона. Тебе нужно выбираться отсюда.

– Но, мам, я должен рассказать тебе…

– Я уже знаю, Иона, следила за всем по монитору. Я видела Переработчики. Я все видела. Миллениалы знают, что ты здесь, в этом здании.

– Тогда бежим. Я вызову лифт, и мы…

Мать положила руки на плечи Ионы, и ее серьезный печальный взгляд заставил его замолчать.

– Слишком поздно, милый, – сказала она, – взгляни…

Мать подвела его к окну, и Иона увидел внизу два черных грузовика без опознавательных знаков. Он понятия не имел, кто мог быть внутри них, но мать явно была сильно напугана. Она затянула ремни на талии, груди, руках и ногах Ионы. Только ремень на животе все еще болтался, и он протянул руку к красному тросу, предполагая, что сможет закрепить его.

– Нет, – одернула его мать. – Не раньше, чем окажешься снаружи. Прикрой глаза, дорогой.

Она снова взмахнула топором и разбила окно. Осколки посыпались во все стороны, один порезал ладонь Ионы, которой он пытался прикрыться. Иона посмотрел на металлический шкаф, который открыла мать, и заметил надпись на нем:

ПЛАНЕР ДЛЯ ЭКСТРЕННОЙ ЭВАКУАЦИИ

Порыв ветра, влетевший в офис на шестьдесят первом этаже, заставил Иону прищуриться. Мама подтолкнула Иона к разбитому окну. Она взяла его руку и положила на красный трос снаряжения.

– Как только окажешься снаружи, дерни за него, – объяснила она. – Ты слышишь меня? Дерни за этот трос!

Он смотрел на улицу внизу. Грузовики приближались слишком быстро.

Не тормозя, первый из них врезался в основание Сити Тауэр и взорвался. Столб пламени взметнулся вверх, здание задрожало. Иона потерял равновесие и, оступившись, оперся спиной на мать. Но она снова подтолкнула его к окну.

– Нет, мама, нет, – закричал он.

– Другого выхода нет. – Она обняла его в последний раз, быстро и крепко. – Я люблю тебя, Иона. Твой отец теперь живет внутри тебя. Учись у него, но прислушивайся и к своему собственному сердцу, тогда ты всегда будешь поступать правильно.

Мириам толкнула сына в открытое окно, и он почувствовал, что падает, падает прямо в огонь. Иона изо всех сил дернул красный трос. Рюкзак раскрылся, и за его спиной развернулись два черных крыла, поддерживаемые алюминиевыми креплениями.

Впервые Иона летал в реальном мире.

Он почувствовал второй взрыв еще раньше, чем увидел его, – планер подбросило вверх волной горячего воздуха. Иона обернулся посмотреть, что происходит позади него, но крылья повернулись вслед за его движением, словно бумажный змей на веревочке, и понесли обратно к горящему зданию. Иона быстро отвернулся и сосредоточил взгляд на урбанистическом пейзаже плотно застроенного Южного Лондона. Планер послушно понес его прочь от разрушающегося здания башни. В безопасность.

Смелости обернуться еще раз не хватало. Он все равно не смог бы смотреть. Мама осталась там, в адской ловушке, навсегда потерянная для него. Нужно было отказаться от планера, уступить ей. Но он просто не успел сообразить. Нечестно, что она пожертвовала собой ради него. Нечестно, что он потерял и маму тоже.

Иона пролетел над рекой и увидел внизу свой автобусный городок, скопление красных четырехугольников. Затем наклонился влево и направил планер прочь от этого места, где его больше никто не ждал. За прошедшие несколько часов он потерял все. У него больше не было дома ни в реальном, ни в виртуальном мире. Он стал сиротой – и все из-за одной глупой ошибки.

Иона все еще не мог осознать этого. Ему нужно было с кем-то поговорить. Кто-то должен был рассказать ему, что делать дальше. Но он был абсолютно один. У него никого не было. Никого не осталось в живых.

«Я отправлюсь на Остров Перенесенных», – подумал Иона.

Он собирался поговорить с мертвыми.

Глава 12

Иона сильно ударился о землю.

Он пролетел около пяти миль на юго-восток от Сити и приземлился на ровном участке дороги рядом с приютом Кристалл Палас. В воздухе ему казалось, что он летит медленно, но во время приземления он увидел, что трасса приближается с пугающей скоростью. Иона держал колени согнутыми, поэтому основной удар пришелся на резиновые колесики роликов, которые все еще были на его ногах.

Его внезапное падение с неба застигло врасплох велосипедистов и рикш. Иона слышал их крики, но не поднимал головы, чтобы никто не мог увидеть его лицо. Теперь он понимал, что любой может оказаться шпионом Миллениалов, охотящимся на него.

Чудом ему удалось удержаться на ногах и ни с кем не столкнуться. Если бы только ему повезло так и прошлой ночью. Если бы!

Как только Иона достаточно замедлился, он отстегнул снаряжение и сбросил рюкзак планера. Это была последняя вещь, которую дала ему мать, он не мог спокойно смотреть на него. Иона укатился прочь так быстро, как только мог. Он хотел оказаться насколько возможно дальше от Сити. Он ехал и ехал, пока ноги не заболели.

Голова у него шла кругом. Нужно было задать матери столько вопросов, пока у него был шанс.

Он нашел открытый метапаб и вкатился внутрь. Это было старомодное заведение с темными деревянными стенами и низким потолком. Тучный хозяин, расположившийся за барной стойкой, сердито взглянул на ролики Ионы.

– Сними-ка эти штуки, парень, – пробурчал он.

Иона послушался. Он ухватился за полированные перила и, оглядев помещение, принялся развязывать шнурки. Примерно с десяток посетителей, подключенных к своим терминалам, расположились по периметру тускло освещенного бара.

Иона бросил голодный взгляд на пакеты с Про-Милом и подошел к стойке, чтобы узнать стоимость подключения.

– Восемьдесят метадолларов в час, парень, – ответил хозяин, – А протеин – тридцать за пачку.

У Ионы не было достаточно денег, чтобы заплатить за все сразу. Ему было необходимо выйти в сеть, а реальное тело нуждалось в отдыхе. Еда подождет.

– Только доступ. – Иона занял последний терминал. – И мне нужен адаптер.

Хозяин бросил блестящий пакетик через комнату. Он наблюдал, как Иона вводит координаты того места, куда хочет попасть:

– Собираешься поболтать с покойниками? Ладно, только не пытайся перенести себя. У меня тут респектабельное заведение, а не притон для самоубийц.

Иона проигнорировал болтовню толстяка. Он подключил адаптер к своему каналу и покинул реальный мир.

Красный дракон плюхнулся в теплую воду. Портал покачивался рядом, словно буй. Иона еще не плавал в этом теле, и потребовалось какое-то время для осознания, что небольшие драконьи руки не смогут удержать на воде массивное тело. Пришлось пустить в ход крылья.

Волна подхватила его и выбросила на берег. Иона приземлился лицом вниз, и в пасть набился песок. Еще одна волна обрушилась сзади, пока он пытался встать на ноги. Парень все еще хватал ртом воздух, когда услышал знакомый и обнадеживающий смешок.

– Надеюсь, свои самолеты ты сажаешь получше, сынок, – произнесла бабушка.

Хобот большого серого слона (так выглядел ее аватар) подрагивал от радости.

Иона наконец поднялся и поплелся по пляжу, похожему на настоящий рай. Мощные драконьи лапы утопали в мокром белоснежном песке, полоска которого простиралась до самого горизонта. Слон затопал навстречу. Бабушка обвила своим сухим серым хоботом его плечи и притянула голову к себе. Она не могла по-настоящему обнять огромного дракона, как обнимала старый аватар Ионы. Тем не менее он всегда находил утешение в объятьях Нэн и теперь был очень благодарен ей за это. Он не хотел отпускать ее.

– Так приятно снова видеть тебя, сынок, – произнесла бабушка. – Я думала, ты уже никогда не придешь.

Она думала, что это отец. Конечно, она так думала.

Иона подумал, не рассказать ли правду, но решил, что это будет слишком тяжело для нее.

Остров Перенесенных был местом, где умершие в некотором смысле продолжали жить. Миллионы аватаров проводили здесь время между визитами друзей и родственников, нежась в солнечных лучах. Большинство в реальном мире скончались от старости или стали жертвами неизлечимых заболеваний.

В случае с бабушкой Ионы верно было и то, и другое.

Ей повезло.

Родителей Ионы здесь не было. Они не могли предвидеть свою смерть; у них не было времени подготовиться, перенести свои аватары и свою память в пространство Острова.

– Как там маленький Иона? – спросила бабушка. Она перенесла свое сознание на остров еще до его первого дня рождения и помнила только младенца.

– Ну… – ответил Иона, которому не хотелось обманывать. – Он изменился. Довольно сильно.

– Так и бывает в его возрасте. Я всегда изумлялась, глядя на то, как быстро ты рос, Джейсон. Только что ты был маленьким мальчиком, потом молодым мужчиной, и вот ты уже взрослый человек, у которого есть собственная семья. Кстати, Мириам сегодня с тобой?

– Нет… Она не смогла.

– Жаль, но ты же не забудешь передать ей от меня привет?

– Конечно, – ответил Иона, тщательно скрывая подкатившие слезы.

– Что-то не так, правда? – спросила бабушка. – Мы всегда были честны друг с другом.

Иона стал тщательно подбирать слова.

– Меня попросили сделать кое-что, – сказал он, – а я не знаю, как. Я не знаю, что это означает и к чему может привести.

– Звучит, как приключение, – ответила бабушка. – А ты всегда любил приключения, вне зависимости от того, насколько опасными они были. Я никогда не могла удержать тебя, как ни старалась. Как с этой чепухой про Военно-Воздушные силы. Дело снова в этом, Джейсон? Ты все еще думаешь присоединиться к ним?

Теперь ее сознание блуждало в другом временном отрезке, до рождения Ионы. Такое часто случалось, и Иона привык к этому.

Умершие загружали на Остров свою память из реальной жизни, но воспоминания их были хаотичными. Порой, когда Иона приходил сюда в своем обличии, бабушка вспоминала его по предыдущим визитам. А порой ему приходилось заново объяснять, кто он такой.

Иногда он завидовал ей – ее возможности жить давно ушедшим прошлым. Он всегда хотел сделать то же самое – погрузиться в прошлое и блуждать там среди воспоминаний о лучших днях.

– Почему бы тебе не остепениться, – предложила она, – и не завести собственную семью?

– Обязательно, – ответил Иона в соответствии со своей ролью. Он не хотел ее расстраивать. – Обязательно. Очень скоро. Обещаю. И у тебя даже будет внук.

– Внук? – ее сознание снова затуманилось. – Ты еще слишком молод для этого. У тебя вся жизнь впереди. Почему бы просто не насладиться своей юностью?

Глаза слона пристально смотрели на Иону, и его сердце забилось чаще. На секунду ему показалось, что бабушка смотрит сквозь драконий аватар и обращается к нему самому. Но это, конечно, было невозможно.

Как бы он смог объяснить все, что произошло? Как бы рассказал, что ее сын и невестка погибли?

Бабушка до конца не понимала правды даже о себе самой. Никто не говорил вслух о том, что загрузка на Остров убивает физическое тело пользователя. Каждый на этом солнечном пляже покончил с собой, чтобы оказаться на Острове. Но никто из них об этом не помнил. Метасфера скрывала от них эту часть воспоминаний, чтобы не свести с ума.

Жители Острова не знали, что мертвы.

– Могу я задать тебе один вопрос? – спросил Иона, чтобы приблизиться наконец к цели своего визита.

– Конечно, – ответила бабушка, – все, что угодно. Ты же знаешь.

– Тебе о чем-нибудь говорит название Дельта Хаус?

– Лейтенант авиации Джейсон Делакруа, – усмехнулась бабушка, снова погружаясь в воспоминания. – Каждую неделю. Я пишу тебе письмо каждую неделю.

– Письмо? – спросил Иона. – На бумаге?

– Лейтенант авиации Джейсон Делакруа. Дуврская база ВВС Великобритании. Министерство обороны. Дельта Хаус.

Конечно! Адрес отца в летной школе. Теперь все прояснялось. Место, где отец познакомился с Акселем Каваной. Именно его имел в виду Аксель, грифон, когда назначал Ионе встречу.

– Спасибо. – Иона поцеловал слона в морщинистый лоб.

– Поцелуй маленького Иону от его бабушки, – сказала она. – Я скучаю по нему.

Иона повернулся и захлопал крыльями, поднимая в воздух горячий белый песок. Он направился к воде.

Огромная волна накрыла его, и он нырнул в свой портал. Теперь он знал, что делать.

Нужно добраться в Дувр. До рассвета.

Глава 13

Ионе пришлось катить на роликах всю ночь.

А что еще оставалось делать? От Лондона до Дувра более семидесяти миль. С тех пор, как ввели режим экономии топлива, поезд туда ходил раз в месяц. Впрочем, у него все равно не было денег на билет.

Солнце начало подниматься, когда Иона ехал по пустынным улицам. Он боялся не успеть. Но, движимый вперед инстинктом и адреналином, он вскоре нашел старую базу ВВС на восточной окраине города.

Базу закрыли несколько лет назад; теперь она представляла собой жалкое зрелище. Одна-единственная взлетно-посадочная полоса с покосившейся диспетчерской вышкой да парочка ветхих бараков. Асфальт растрескался и зарос травой. Ни один самолет не смог бы здесь приземлиться, если, конечно, самолеты вообще летали бы в Англию.

Над разрушенной взлетной полосой в воздухе висел дирижабль. Иона остановился у изгороди разглядеть его. Дирижабль был огромным, в длину не менее десяти автобусов. Покрытый зеркальными панелями солнечных батарей, он походил на гигантскую, сияющую черную черепаху.

Бородатый мужчина висел под дирижаблем на страховочных тросах. Достаточно худой, но, судя по тому, как он ловко перемещался по брюху дирижабля, силы ему было не занимать. К поясу черного комбинезона мужчины прикреплялся целый набор разнообразных инструментов. Порывы ветра, прилетающие с Ла-Манша, трепали седые волнистые волосы. Он возился с одним из винтов, расположенным под кабиной.

– Проверь-ка, Сэм, – закричал мужчина, оттолкнувшись подальше от винта. Тот закрутился, и мужчина остался очень довольным собой.

– О’кей, дочка! Теперь все готово.

– Тогда давай подниматься в воздух, Аксель, – крикнул незнакомый Ионе низкий голос.

Он донесся с земли и принадлежал крупному мужчине с темными усами и жесткими темными волосами, который удерживал страховочные тросы человека в черном. Поверх синего костюма на нем был надет длинный плащ. Ионе он не внушил доверия.

Аксель заколебался.

– Только рассвело, – сказал он, – вдруг он все же придет.

– Мы не можем ждать, – настаивал мужчина, – мы здесь, как на ладони.

– Ты не знаешь Джейсона. Он придет.

А вот и подходящий момент. Иона протиснулся через дыру в заборе и покатился по неровному асфальту. Приблизившись к дирижаблю, он уже открыл было рот, чтобы представиться.

Но здоровяк, должно быть, услышал его раньше. Для своих размеров он оказался невероятно шустрым. Резко развернувшись, он вытащил из кармана плаща пистолет и наставил его на Иону.

– На землю! – закричал он. – Руки за голову! Быстро!

Испуганный Иона сделал, что ему было сказано. Все равно он буквально валился с ног от усталости. Все еще висящий под брюхом дирижабля Аксель достал пистолет поменьше и тоже направил на Иону.

– Кто ты? – крикнул он. – Как ты нас нашел?

Иона не предполагал такого приема. Он, конечно, отдавал себе отчет в том, что эти люди ждут его отца, а никак не подростка на роликах. Он понимал, что к нему отнесутся с подозрением. Но оружие… Эти двое выглядели так, словно готовы применить его в любой момент без особых угрызений совести.

Сердце едва не выпрыгивало из груди Ионы. Он тяжело дышал.

– Вы сами позвали меня сюда, – еле выговорил он. – Д-дельта, Дельта Хаус.

Выражение ужаса появилось на лице Акселя.

– Это ты был в «Икаре»? – закричал он. – Ты был в теле дракона?

Здоровяк нахмурился:

– Ну, что я тебе говорил, Аксель.

– Я знаю. Я знаю, что должен был проверить его аватар, но у меня не было на это времени. За нами гнались Переработчики, и…

– Джейсон Делакруа умер три года назад, – произнес верзила, – а ты купился на трюк Миллениалов и привел их прямо сюда!

– Нет! – выдохнул Иона. – Я… Я не…

– Мы должны пристрелить этого мелкого шпиона прямо сейчас, – заявил здоровяк.

– Нет! Нет, стойте! – закричал девичий голос.

Иона с благодарностью посмотрел вверх. Он увидел девушку не намного старше его самого, которая высунулась из окна кабины дирижабля. У нее были короткие рыжие волосы. Он подумал, что уже где-то видел ее раньше.

– Разве вы не видите, что он напуган? – сказала девушка. – Он же ребенок, всего лишь ребенок. Зачем бы Миллениалы стали посылать за нами ребенка?

– Полезай-ка обратно внутрь, Саманта, – приказал Аксель.

Значит, это была Сэм, единорог.

– Ну, послушай же, папа, какой в этом смысл?

– Она права, – сказал Иона, к которому наконец вернулся голос. – Меня зовут Иона. Иона Делакруа. Я сын Джейсона. Это я был вчера в «Икаре» и в сувенирной лавке. Я спас нас благодаря вирусу. Нужно было рассказать вам сразу, кто я такой. Но я ехал сюда на роликах всю ночь, чтобы успеть вовремя. Отец велел мне найти вас.

– Я не знаю, – сказал Аксель. – Что ты думаешь по этому поводу, Брэдбери?

Здоровяк начал выходить из себя:

– Я думаю, мы должны пристрелить его!

– А если он говорит правду? – запротестовала Сэм.

– А если он лжет? – мужчина по имени Брэдбери по-прежнему держал его на прицеле. – Может, он и не из Миллениалов, но он точно не из наших. А раз так, его присутствие здесь ставит под угрозу выполнение нашей миссии. Я метко стреляю, Аксель. Только скажи.

Иона не мог в это поверить. После всего, что ему пришлось пережить, после жестоких нападений, в которых он едва уцелел, его застрелят прямо здесь те самые люди, к которым он пришел за помощью. Он закрыл глаза в ожидании выстрела.

Аксель тяжело вздохнул.

– Нет, Брэдбери, – сказал он, – опусти оружие. Опусти. Сэм права. Возможно, он говорит правду. Только посмотри на него! Бог ты мой, да он похож на Джейсона, как две капли воды.

Ионе никогда не говорили, что он похож на отца, поэтому он предположил, что этим замечанием Аксель просто хотел разрядить обстановку. В любом случае, это сработало. Брэдбери неохотно опустил пистолет, а Аксель спустился на землю, подошел к Ионе и протянул руку.

Иона с трудом поднялся с колен. Каждая мышца ныла от боли. Старательно избегая недружелюбного взгляда Брэдбери, он подъехал к Акселю, и они представились друг другу как следует.

– Тебе не стоило приходить сюда, парень, – сказал Аксель. – Не знаю, что там тебе сказали, но мы не можем с тобой нянчиться. То, чем мы занимаемся, очень опасно. Если хочешь совета, отправляйся обратно в Лондон и избавься от этого аватара дракона, чем скорее, тем лучше.

– Но я не знаю, как! – отчаяние захлестнуло Иону.

– Тогда не выходи в интернет. Миллениалам нужен не ты, а твой отец. Но пока ты скрываешься за его аватаром…

Глаза Акселя затуманились, и он отвернулся. Ионе стало понятно, что этим утром он ожидал встретить не просто единомышленника. Он надеялся воссоединиться со своим старым товарищем.

– Давай, Брэдбери, – сказал Аксель с печальным вздохом, – пошли!

В этот момент Иона услышал рев моторов, а Сэм закричала:

– Папа, сзади! Машины!

Иона обернулся и увидел два черных грузовика без опознавательных знаков. Те смяли проржавевшую ограду аэродрома и ехали по взлетной полосе. Через лобовые стекла Иона отчетливо видел, что водительские кресла обеих машин пусты. Парень застыл от ужаса. Он точно знал, какой смертоносный груз везут машины, но был бессилен предотвратить надвигающуюся катастрофу.

Затем он услышал голос Брэдбери:

– Взлетаем, Аксель!

Иона снова обернулся к дирижаблю и увидел, что Аксель, вскарабкавшись вверх по веревочной лестнице, нырнул в люк. Брэдбери отвязывал тросы от металлической тумбы, которая удерживала летающую громадину на месте. Как только он закончил с последним узлом, дирижабль стало относить в сторону. Брэдбери схватился за веревочную лестницу и двинулся наверх.

– Подождите! – закричал Иона. – Возьмите меня с собой! Пожалуйста!

Дирижабль поднимался все выше. Ионе было уже не дотянуться до лестницы. Он попытался поймать один из свисающих с корабля тросов, но не смог.

– Хватайся за страховочную веревку! – закричала Сэм.

Насколько возможно быстро перебирая ногами, Иона рванулся за веревкой снаряжения Акселя. Она волочилась за дирижаблем, извиваясь и танцуя перед глазами Ионы, словно насмехаясь над ним. Взлетная полоса заканчивалась, и Иона вдруг осознал, что сразу за ней обрыв. Если он не затормозит прямо сейчас, то перелетит через ограждение. А грузовики со смертоносным грузом были все ближе и ближе.

Иона пытался ухватиться, но по мере приближения к концу взлетной полосы ветер становился сильнее, оставляя все меньше и меньше шансов. Парень собрал остатки угасающих сил, пригнул голову, чтобы легче было противостоять ветру, и, выбросив руку вперед, наконец, поймал веревку.

Иона сразу закрепил одну руку в страховочную петлю. Правую ногу удалось также просунуть в снаряжение, левый ролик все еще катился по асфальту. Теперь не нужно отталкиваться, достаточно просто позволить дирижаблю тянуть его за собой. Вдруг его правый конек попал в выбоину, он споткнулся и упал навзничь. Подняться было невозможно, его потащило по полосе. Рубашка разорвалась, изломанный асфальт впивался в голую спину.

Иона взвыл от боли, но ветер унес его крик прочь.

Затем земля исчезла, и он полетел вниз.

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем страховочные веревки натянулись, прекратив падение.

Под мощными ударами ветра Иона держался изо всех сил. Его мышцы свело от боли. Позади два черных грузовика достигли края обрыва и полетели в мутные воды Ла-Манша.

Один из них был прямо под Ионой, когда взорвался. Парень был готов к тому, что произойдет в следующий момент.

Горячая волна подбросила его и ударила об одну из солнечных батарей на брюхе дирижабля. Он ухватился за металлическую конструкцию и наконец нашел точку опоры. Подняв глаза, он увидел, что Аксель, Сэм и Брэдбери следят за ним из кабины.

Внизу второй грузовик ударился о воду и взорвался, не причинив никому вреда.

Оглянувшись, Иона увидел, как удаляется легендарный Белый Обрыв Дувра, теперь с черным пятном от взрыва. Здесь заканчивалась Англия.

Впервые в жизни он находился за пределами своей страны.

Пути назад не было.

Глава 14

Ионе казалось, что он закрыл глаза всего на минуту.

Сэм пришлось трясти его, чтобы разбудить.

– Эй, осторожнее! – вскрикнул он.

Все тело ломило. На нем был надет новый серый свитер, он лежал на кушетке в каюте без окон.

– Где я? – пробормотал он.

– Где-то над Францией, – ответила Сэм. – Ты отключился, как только мы втянули тебя внутрь дирижабля. Что, видимо, было к лучшему, учитывая состояние твоей спины.

Иона почувствовал повязку под свитером, и ему в голову пришла ужасная мысль. Сэм, должно быть, прочитала все в его глазах и поспешила успокоить:

– Не волнуйся, твой порт цел и невредим. Ты мог бы выйти в сеть хоть прямо сейчас, если бы захотел.

Она предложила Ионе пакет с Про-Милом. Он принял его с благодарностью, так как не ел со вчерашнего завтрака.

– Послушай, э… Иона, не так ли? – начала Сэм. – У моего отца и у Брэдбери есть много вопросов, которые не могут ждать. Думаю, ты предпочтешь, чтобы их задала я.

Иона кивнул, не отрываясь от еды. Идея беседовать с малосимпатичным Брэдбери ему точно была не по душе.

– Как ты нас нашел?

Спокойным голосом Иона Сэм описал все, что с ним произошло, начиная с момента, когда он нашел аватар отца, и заканчивая визитом в «Икар». Рассказал о возвращении к реальности в Сити Тауэр и о двух черных грузовиках, взорвавших башню, очень похожих на те, что они видели на аэродроме.

Он запнулся, когда рассказывал, как пожертвовала собой его мама. Сэм сжала его руку и ждала, пока он придет в себя и продолжит. Она не сказала ни слова, но Иона чувствовал, что она все поняла.

– Подожди, – сказала Сэм, когда Иона уже приближался к концу своей истории. – Когда ты выходил в сеть поговорить со своей бабушкой, ты был в метапабе?

Иона кивнул.

– Это все объясняет, – сказала Сэм. – Брэдбери прав. Он думает, что это ты привел к нам Миллениалов. Так и есть.

– Нет, – закричал Иона, – нет же! Ни за что!

– Все в порядке, малыш.

Она называла его «малыш», прямо как Аксель. Как будто была намного старше его.

– Я знаю, что ты этого не хотел. Просто терминалы в публичных местах не такие уж надежные. Твой разговор с бабушкой, видимо, засекли.

– О, – только и смог выговорить Иона. Он вдруг почувствовал себя тупым и неуклюжим.

Раньше его не беспокоила конфиденциальность в Метасфере. Насколько он знал, тайна частной жизни в интернете была еще одним мифом из тех, что рассказывал отец.

– Извини, я не знал. Думаешь… твой отец поверит мне? Что я не шпион?

– Это ведь именно мой отец завербовал твоего в Стражи, – ответила Сэм. – Он поверит тебе.

– А Брэдбери?

Сэм усмехнулась:

– Не парься из-за него, он всех подозревает.

– Так и есть, – послышался голос. – Работа у него такая.

Аксель вошел в комнату. Иона мысленно задал себе вопрос, как долго тот мог стоять за дверью, прислушиваясь к разговору.

– Брэдбери отвечает за безопасность, – сказал Аксель, – и подходит к этому серьезно. К тому же он лучший инженер, что я когда-либо видел.

– Папа, – повернулась Сэм, – думаю, он говорит правду. Иона, я имею в виду. Он не агент Миллениалов, он просто…

Аксель кивнул. Он выглядел раздраженным.

– Шпион или нет, Брэдбери был прав, парень будет для нас помехой. Из-за его присутствия здесь мы всем рискуем.

– Но… Но вы же сами позвали меня! – возмутился Иона.

– Тогда я думал, что ты – это твой отец, – проворчал Аксель, а потом вздохнул. – Я сам во всем виноват. Мне слишком сильно хотелось верить в то, что он жив. Возможно, мы высадим тебя в Тегеране. Там ты сможешь найти какую-нибудь работу, пока…

– Но я не хочу… То есть, хочу сказать, я могу помочь! Мой отец знал что-то, ведь так? Так моя мама сказала, прежде чем… Она сказала, папа знал нечто такое… Какие-то тайны. Она сказала, что теперь я тоже их знаю.

Глаза Акселя сузились:

– Какие еще «тайны»?

Ему ответила Сэм. Она повторила все, что рассказал Иона об образах в его голове. Аксель внимательно слушал, осторожно опустившись на кровать рядом с Ионой. И пока дочь рассказывала, в его глазах разгоралась осторожная искорка надежды.

– Так вот что он сделал, – произнес Аксель. – Я должен был догадаться… У Джейсона всегда был запасной план, и в этот раз тоже. Он не мог никому рассказать обо всем, что знал, поэтому и оставил копию своего аватара, чтобы мальчишка однажды нашел его.

– Я не мальчишка, – запротестовал Иона.

– Иона, послушай, – сказала Сэм, – это важно. Ты когда-нибудь слышал о Четырех Углах?

– Конечно. – Иона, может, и наломал дров, но полным идиотом все-таки не был.

– Что ты знаешь? – спросил Аксель.

– Это четыре группы серверов, которые обеспечивают работу Метасферы. – Иона будто отвечал на вопрос мистера Пэнга в школе. – Но только Мэтью Грейнджер знает, где они находятся. Он построил их и хранит местоположение в секрете.

– Это не совсем так, парень, – пояснил Аксель. – Прямо сейчас серверы находятся под контролем правительств четырех стран, что не очень хорошо. Они скрывают местонахождение залов.

– Все, что представляет собой Метасфера, – продолжила Сэм, – все, что с ней происходит, определяется Четырьмя Углами. И любой, кто получит контроль над всеми четырьмя…

– Получит власть над миром, – закончил Аксель, – виртуальным миром. Мы оба знаем, что это единственное имеющее значение сегодня.

– Грейнджер сбежал из тюрьмы, – снова включилась в разговор Сэм. – Мы думаем, вместе с Миллениалами он собирается вернуть себе Четыре Угла.

Иона едва сдержался, чтобы не воскликнуть: «И что?» Ведь, в конце концов, до вчерашнего дня он считал Мэтью Грейнджера полноправным владельцем Метасферы. Но потом Миллениалы убили мать Ионы и пытались убить его. Он узнал, что отец был агентом злейших врагов Миллениалов, Стражей, которых Иона ненавидел всю свою жизнь.

– Никто не должен иметь такую власть, – проворчал Аксель, ответив тем самым на немой вопрос Ионы. – Но мы не сможем остановить Грейнджера, пока сами не найдем Четыре Угла. А кроме него самого, в мире был всего один человек, который знал их месторасположение.

– Человек, которому Грейнджер не мог не показать дорогу туда, – продолжила Сэм.

– Его личный пилот, – закончил Аксель, – твой отец.

Иона взглянул на Акселя; тот смотрел на Сэм.

– Ты говоришь, воспоминания отца теперь перешли к тебе, – сказала Сэм, – а значит, ты можешь рассказать, где они находятся.

Иона не знал, что ответить. Он не понимал, что ему делать.

– Не могу, – запинаясь, проговорил Иона. – Мне сказали, что теперь его воспоминания у меня, и я видел какие-то фрагменты, но я не … я не знаю, как разобраться во всем этом.

– Попытайся! – потребовал Аксель.

– Пожалуйста, – мягко добавила Сэм.

Иона попытался. Он закрыл глаза и сконцентрировался, как мог. Он пытался снова и снова, пока не заболела голова, но толку не было. Просто ощущение, что когда-то он знал, где находятся Четыре Угла, а теперь забыл.

– Мы зря теряем время, – проворчал Аксель. Он собирался покинуть комнату, но в дверях обернулся и посмотрел на Иону. – О чем только думал Джейсон, когда решил доверить все, что знал, какому-то малышу? Неужели он думал, что ты сможешь разобраться в этой жуткой мешанине из своих и чужих воспоминаний, втиснутой в твою маленькую голову? Это никому не под силу!

Щеки Ионы пылали.

– Я сделал все, что мог, – промямлил он.

– Мы знаем, что все так и есть, Иона, – сказала Сэм, не сдержавшая вздоха разочарования.

– В любом случае, это не имеет никакого значения. Нужная нам информация, скорее всего, потеряна навсегда, – заключил Аксель.

– Подожди! Возможно, это не так, – предположила Сэм. – Иона, расскажи ему, как ты нас нашел, ну, в реальном мире.

– Я уже говорил, – ответил Иона. – Чтобы навестить бабушку, я отправился на…

– На Остров Перенесенных, да-да, и она рассказала тебе про учебную базу в Дувре. Но как ты нашел базу?

– Просто ехал по старым указателям на дороге, они привели меня в Дувр.

– А дальше?

– Я не знаю.

– Думаю, я знаю, – вмешался Аксель. – Эта база не используется уже многие годы. Сомневаюсь, что остались какие-то указатели, ведущие к ней.

– Я просто… – начал Иона. – Я не знаю. Просто нашел ее.

– Но как? – настаивала Сэм. – Раньше ты здесь быть не мог. Ты же сам сказал, что до вчерашнего дня не покидал Лондон ни разу в жизни. Ты спрашивал у кого-то, как попасть сюда?

– Не знаю… – беспомощно ответил Иона. – Я… Я просто… не помню.

Аксель обернулся к Сэм:

– Ты думаешь о том же, о чем и я, дочка?

– Я думаю, все, что знал Джейсон Делакруа, теперь знает Иона, – ответила Сэм, – он может обращаться к воспоминаниям отца, просто не знает, как. Пока не знает.

– Я знаю, как, – сказал Аксель.

Зеленые глаза Сэм в испуге распахнулись еще шире.

– Нет, папа, только не это!

– Другого пути нет, Саманта.

– И что это за путь? – Иону испугало выражение нарастающего беспокойства на лице Сэм.

– Должен быть другой способ, папа. Иона нашел дорогу к базе ВВС. Значит, он обратился к воспоминаниям своего отца, сам того не зная. Нам осталось только выяснить, как он это сделал, и мы сможем…

– У нас нет времени. – Аксель обернулся к Ионе, который следил за каждым его движением, охваченный неприятным предчувствием.

– Послушай, мальчик, – начал Аксель, но тут же исправился. – Я хотел сказать, Иона, послушай, в нормальной ситуации я бы не стал спрашивать, но сейчас у нас катастрофически мало времени. Ты хочешь нам помочь, верно? Именно поэтому ты нас и искал. И собираешься помочь нам остановить Грейнджера с Миллениалами, ведь этого хотел бы Джейсон…

– Что ж, значит, это правда, – проговорил Иона, – то, что мама сказала? Мой отец работал двойным агентом? Он действительно был… был Стражем?

– Ты не знал? – спросила Сэм.

– Иона был ребенком, – сказал Аксель. – Джейсон не хотел его впутывать в эту нашу войну, считал слишком маленьким для этого. Но даже не сомневайся, мальчик, все, что он делал, он делал только для тебя. Хотел, чтобы ты вырос в свободном мире.

Сердце Ионы пронзила боль, словно там образовалась дыра. Он начал понимать, что совсем не знал отца, как будто они были совсем чужими.

– Мы должны сказать ему, папа, – попросила Сэм. – Скажи ему, чем мы занимаемся. Он заслуживает этого, он должен узнать все прежде, чем…

Ее голос затих.

– Вы о чем? – нервно спросил Иона. – Что я должен знать? И что конкретно вы хотите от меня?

Аксель не успел ответить. Иона услышал приглушенный рокот реактивных двигателей, и в ту же секунду дирижабль сильно тряхнуло. Акселю удалось устоять на ногах, уцепившись за дверь, а Иона слетел с кушетки и грохнулся прямо на Сэм. Он очень близко увидел ее зеленые глаза и наконец понял, где они встречались раньше.

Девушка, из-за которой он проиграл гонку.

Старый динамик в одном из углов потолка ожил и голосом Брэдбери произнес:

– Тебе лучше подняться в кабину, Аксель. У нас проблемы!

Глава 15

Нос истребителя, похожий на орлиный клюв, несся прямо на дирижабль.

Иона в ужасе уставился на него. Он не видел настоящих самолетов уже многие годы, а теперь был на расстоянии вытянутой руки от одного из них.

Брэдбери вцепился в штурвал второго пилота, а Аксель рухнул в кресло первого, чтобы помочь, но оба мало что могли сделать. Их грузный, неповоротливый дирижабль был легкой добычей для стремительного серого хищника.

Однако в последнюю секунду истребитель резко изменил курс и убрался с их пути. Иона проследил за его движением через иллюминатор и встревожился, заметив, что самолет после резкого виража снова нагоняет их.

– Он с нами играет, – прорычал Аксель.

– Это ненадолго, – процедил Брэдбери сквозь зубы. – Он уже сделал предупредительный выстрел. Дает нам последний шанс предъявить коды разрешения на полет.

– Я думала, оно у нас есть, – проговорила Сэм, располагаясь между креслами.

– Мы предъявили коды, – ответил Бредбери, – но те, что у нас есть, уже не действительны.

– Видимо, изменились, – сказал Аксель. – Если на борту самолета кто-то есть, мы погибли. Хотя есть надежда, что это просто дрон. Мы способны?..

– Работаю над этим, Аксель. Но он может быть закрытым.

Стоя в дверях кабины, Иона чувствовал себя абсолютно беспомощным. Он боялся шелохнуться, боялся издать хоть звук, не хотел путаться под ногами. Для начала просто потому, что его сюда вообще-то не приглашали, он просто пошел за Сэм.

Аксель прижал ладонью наушник, чтобы отчетливее слышать звуки в своей гарнитуре.

– Самолет Миллениалов будет нас обстреливать, – объявил Аксель, – через пять, четыре, три…

Брэдбери отчаянно бегал пальцами по планшету, встроенному в панель управления судна.

Истребитель несся прямо на них, и дирижабль затрясся, словно предчувствуя катастрофу. Однако самолет пролетел над ними и начал удаляться.

– Ты сделал это! – закричала Сэм.

Аксель победно ударил кулаком в воздух.

Иона больше не мог сдерживаться:

– Что? Что он сделал?

– Вместо кодов разрешения, – ответила Сэм, – Брэдбери загрузил вирус в системы дрона. Вирус разорвал связь между беспилотником и его оператором на земле. Сейчас он летит на аварийном автопилоте.

– Я выиграл для нас время, – сказал Брэдбери, снимая свою гарнитуру и выбираясь из кресла, – чтобы убраться из этого чертова дирижабля.

– Нет, – ответил Аксель, – пока рано.

– Ты спятил, Аксель? Миллениалы восстановят связь с самолетом и пришлют его обратно. Не успеешь глазом моргнуть, как он будет у нас на хвосте.

– Я говорил с парнишкой, Брэдбери, я хотел сказать, говорил с Ионой. Он знает, или по крайней меры мы полагаем, что он знает, как найти Четыре Угла.

Брэдбери смерил Иону недоверчивым взглядом.

– Тем более, – сказал он, – еще одна причина свалить отсюда прежде, чем нас собьют.

– Нет, нет, нет. Ты так и не понял. Грейнджеру известно об Ионе. Вот почему они послали грузовики со взрывчаткой на базу, и по той же причине нас сейчас ищут в небе. Это не нас Миллениалы хотят убить, Брэдбери, а мальчишку!

Брэдбери бросил на Иону презрительный колкий взгляд:

– Значит, все-таки ты привел их сюда?

– Они начнут прочесывать территорию Франции раньше, чем мы успеем замести следы, – сказал Аксель. – У нас нет ни единого шанса, если мы…

– Если нам не поможет кто-то из местных, – закончила за него Сэм.

– Дельфина? – Брэдбери прищурил глаза.

Аксель кивнул:

– Дельфина знает местность, она поможет нам избежать любых встреч с Миллениалами и проведет через границу. Но ее будет не так-то просто разыскать внизу. Нужно сперва связаться с ней, чтобы она встретила нас.

– Я знаю, где ее найти, – сказала Сэм, – в Метасфере. Я выйду в сеть.

– Я с тобой, – быстро добавил Иона. Он ожидал, что Аксель и Брэдбери будут возражать, но те молчали.

– Не задерживайся там, – Брэдбери напутствовал Сэм. – У нас около пятнадцати минут, прежде чем истребитель вернется. И можно не сомневаться, на этот раз он сначала будет стрелять, а потом уже задавать вопросы.

Иона и Сэм подключились к сети в одной из пустых кают. В Метасфере они материализовались посреди залитого солнцем кукурузного поля. Крупные желтые початки доставали Ионе до носа, а Сэм утонула в них с головой. Дракон и единорог захлопали крыльями, поднимаясь в воздух.

– Ты уверена, что мы в нужном месте? – Иона оглянулся. Во все стороны поле простиралось до самого горизонта. – На километры отсюда не найдется ни одной живой души.

– Они здесь, – ответила Сэм. – Мы просто их еще не видим.

Она прикинула направление, исходя из положения солнца на небосклоне, и повела Иону на северо-восток.

Раньше он не замечал, какой удивительный у Сэм аватар. Тот, конечно, уступал красному дракону, но уж точно превосходил в размерах старый аватар Ионы. Шкура единорога была жемчужно-белой, а перья на крыльях сияли в солнечных лучах. Ярко-рыжие грива и хвост единорога имели тот же оттенок, что и собственные волосы Сэм. Иона мог бы по-настоящему наслаждаться солнечным днем и этим полетом вместе с ней над кукурузным полем, если бы не их бедственное положение в реальном мире.

Затем, в мгновение ока, кукурузное поле исчезло.

Иона оказался во дворе обнесенного стеной средневекового замка, где толпились разношерстные аватары. Внезапно некоторые из них, вооруженные пиками, накинулись на Иону.

Иона сопротивлялся, и мощь драконьего аватара поразила даже его самого. Ему удалось одолеть двоих нападавших, но другие подоспели на помощь. Они прижали крылья дракона к его бокам.

– Все нормально, Иона, – сказала Сэм, – это друзья.

– Ничего себе друзья, – возмущался Иона, силясь освободить свои крылья.

– Вы должны пройти идентификацию, – потребовал мускулистый гвардеец.

Сэм назвала свое имя и имя Ионы. Затем она продиктовала несколько букв и цифр, которые, как догадался Иона, являлись неким паролем.

– Нам необходимо увидеться с Дельфиной, – сказала Сэм.

– Сначала я проверю ваши аватары, – грубо ответил гвардеец.

– Само собой, – ответила Сэм, – но поторопитесь, пожалуйста. В реальном мире наши жизни сейчас в большой опасности.

Гвардеец кивнул. Он подал знак другим, и те повели Иону к серым сторожевым башням замка.

Над заостренными крышами на ветру развевались черные и зеленые флаги.

Их провели под поднятой крепостной решеткой, затем по мраморному полу коридора они прошествовали в маленькую, устланную коврами приемную.

Дверь за спинами захлопнулась, и поверх виртуальной каменной кладки появился желтый значок замка.

Иона замолотил крыльями по двери.

– Эй, – кричал он, – разве вы не слышали, что сказала Сэм? Это очень срочно! Вы не можете просто взять и закрыть нас здесь!

– Они все слышали, – заверила Сэм. – И Дельфина придет. Очень скоро.

Ее голос звучал не слишком уверенно, но больше они все равно не могли ничего сделать. Оставалось только ждать.

Встревоженный Иона летал туда-сюда по комнате. Сэм использовала свой рог, наколов на него красное яблоко с фруктовой тарелки на столе. Она забросил фрукт себе в рот и захрустела. Еда в Метасфере была запрограммирована так, что пользователь мог ощущать ее восхитительный вкус, но нужно было помнить, что настоящее тело в реальном мире не насыщалось.

– А вообще, кто такая Дельфина? – спросил Иона. – Еще один Страж?

– Не совсем, – ответила Сэм, – но ее группа… они… – Сэм подыскивала слова. – Они разделяют многие наши взгляды и готовы союзничать в случае необходимости.

– А ты уверена, что она станет нам помогать?

– Надеюсь, – ответила Сэм. – Надеюсь, станет, когда узнает, что поставлено на карту.

Иона еще размышлял над ее словами, когда перед ним возникло диалоговое окошко, гласившее «5 МИНУТ».

Без сомнения, это было напоминание от Брэдбери.

Сэм боднула дверь своим рогом.

– Эй! – позвала она. – Есть здесь кто-нибудь? У нас очень мало времени! Нам очень нужно увидеть Дельфину. Эй?

Они услышали тихий щелчок, и желтый замок исчез. Сэм и Иона отступили в глубь комнаты, когда дверь наконец распахнулась, и в комнату вошел рыцарь в сияющих серебряных доспехах. Его сопровождали два гвардейца.

– Дельфина? – догадался Иона.

Рыцарь быстро повернулся к Ионе. Его забрало было опущено, закрывая лицо. Шлем украшали два пера, зеленое и черное.

– Маленькая Саманта Кавана, – произнесла Дельфина с сильным французским акцентом. – Все еще таскаешься за своим папочкой?

– В последнее время мне кажется, что все как раз наоборот, – холодно ответила Сэм. – Так вы проверили наши аватары и?..

C’est exact[4], – ответила Дельфина, – с твоим аватаром все в порядке. – Затем она повернулась к Ионе: – А вот твой аватар принадлежит умершему человеку.

– Это долгая история, – сказала Сэм. – Ты видишь перед собой аватар Джейсона Делакруа, но это не он. Это его сын. Нам нужна твоя помощь, Дельфина.

Дальше все происходило очень быстро.

Сэм рассказала Дельфине о дроне Миллениалов и попросила убежища. Она объяснила, что информация, хранящаяся в сознании Ионы, чрезвычайно важна для дела Стражей. Иона заметил, что после этого Дельфина буквально не сводила с него глаз. Он почувствовал себя пешкой в какой-то опасной игре.

Сэм протянула Дельфине виртуальное печенье, содержащее информацию о координатах воздушного судна в реальном мире. Дельфина проглотила печенье, не поднимая своего серебристого забрала, и в ответ протянула Сэм виртуальный круассан.

– Путь к надежному убежищу, – объяснила она, – я встречу вас там.

Затем охрана проводила Сэм и Иону обратно во двор замка, где они прошли прямо сквозь каменную стену. Когда Иона обернулся, то вновь не увидел позади ничего, кроме бескрайнего кукурузного поля.

Они нырнули в свои порталы, и Иона очнулся в каюте дирижабля.

В реальном мире у него не было времени толком прийти в себя. Едва он открыл глаза, Брэдбери бросил ему тяжелый парашют.

– Давай, парень, – поторопил он, – нам пора убираться отсюда!

Иона пытался отключиться от терминала одной рукой. Как хорошо, что Брэдбери сказал «нам», а не «тебе».

Пошатываясь, парень встал на ноги. Он держал парашют перед собой на вытянутых руках, пытаясь разобраться в многочисленных ремнях, и на секунду запаниковал. Он не знал, что делать, а Аксель, Брэдбери и Сэм уже выбегали из каюты.

Иона увидел, как Сэм привычными движениями надевает парашют на бегу.

– Повторяй за мной! – прокричала она.

Он делал все так, как показывала Сэм, и вскоре понял, что парашют имеет много общего с планером для экстренной эвакуации, которым ему пришлось воспользоваться вчера. Мысли вернулись к ужасным последним секундам, когда он умолял маму не выталкивать его из здания небоскреба. Но холодный ветер быстро вернул Иону в реальность.

Аксель распахнул люк; он и Брэдбери без колебаний нырнули в него. Ветер едва не утянул Иону следом. Сэм все еще стояла рядом с ним. Она быстро проверила снаряжение Ионы, затянула пару ремней, схватила парня за руку и прыгнула, увлекая за собой.

Он снова падал.

Сэм была очень близко, но изо всех сил пыталась отдалиться от него, чтобы парашюты не запутались, когда раскроются. Сквозь свист ветра в ушах Иона смог различить еще один, хорошо знакомый жуткий звук. Звук реактивных двигателей.

Потом Иона услышал звуки стрельбы и взрывов. Он посмотрел вверх и увидел, как дрон триумфально удаляется, оставляя позади расстрелянный дирижабль. Пламя уже лизало его правый бок.

Сэм дернула за кольцо, и огромный белый купол развернулся над ее головой, увлекая вверх, прочь от Ионы. Конечно, Сэм все еще падала, но скорость снижения резко замедлилась.

Иона хотел сделать то же самое, но не смог найти свой вытяжной трос. Он принялся лихорадочно искать, чувствуя, как его охватывает паника.

Он почувствовал огромное облегчение, когда влажные пальцы наконец сомкнулись на металле кольца. Он закрыл глаза и потянул.

Иона почувствовал резкий рывок вверх, когда парашют раскрылся. Теперь он чувствовал, что плавно парит в воздухе. Он мог видеть внизу белые круги парашютов Акселя и Брэдбери, на удивление далекие. Те снижались над бескрайними зелеными полями. Сэм парень не видел.

Нарастающий рев двигателей напомнил Ионе, что он все еще в опасности. Высоко над ним подбитый дирижабль дымился и снижался, петляя.

С корабля вниз летели пылающие обломки и осколки солнечных батарей. Иона затаил дыхание. Он знал, что если один из обломков случайно прорвет парашют, это будет означать конец.

В этот раз он оказался вполне готовым к скорости приближения земли. Но в отличие от предыдущего дня у Ионы больше не было резиновых колес, чтобы смягчить удар. Будет больно.

Он согнул колени, чтобы спружинить, приземлился на ноги и покатился по земле. Ему показалось, что гигантский молот ударил одновременно по каждой косточке в его теле. Но когда он наконец остановился, лежа лицом вниз в колючей благоухающей траве, то понял, что ничего не сломал.

Парашют опустился прямо на него. Минуту пришлось, задыхаясь, барахтаться вслепую, чтобы выбраться из-под белой ткани.

Иона увидел, как пылающие обломки дирижабля исчезли за небольшой рощей, оставив за собой дорожку черного дыма.

Земля под ногами слегка содрогнулась, когда гигантский раненый бегемот врезался в нее носом.

Затем на мгновение наступила полная тишина.

Глава 16

Мэтью Грейнджер был не в настроении.

Его ужин – первая приличная еда за три года, стейк с кровью, приготовленный одним из лучших французских шеф-поваров, – был прерван.

Он приказал своим агентам немедленно поставить его в известность, когда Джейсон Делакруа будет мертв. Но Миллениалы снова могли предложить ему лишь сомнительные предположения.

– Мы обнаружили воздушное судно, сэр, – с усталым видом сообщил один из них.

– Выжившие есть? – спросил Грейнджер и аккуратно отложил в сторону вилку, не сводя при этом глаз с острого ножа.

– Мы не знаем наверняка, – ответил агент.

– Кто руководил этой операцией? – Грейнджер поднялся со стула. Он поместил нож в небольшой отсек правой киберкинетической ноги.

Едва Грейнджер переступил порог, в командном пункте воцарилось молчание. Два десятка Миллениалов склонились над компьютерами и делали все, чтобы не встретиться взглядом со своим хозяином. Они знали, кто по опыту, а кто по слухам, что когда Грейнджер получал плохие новости, лучше не попадаться ему под горячую руку.

– Кто управлял дроном, который преследовал воздушное судно Стражей? – вопрос Грейнджера прорезал тишину.

Руку поднял юный очкарик с копной непослушных волос.

Грейнджер подошел к его компьютеру и пробежался глазами по информации на экране.

– Ты держал их на мушке, – сказал Грейнджер тихо, но угрожающе.

– Д-да, сэр, – запинаясь, ответил программист, – но я не был уверен…

Грейнджер заговорил сквозь зубы:

– Мы стоим на пороге нового мирового порядка. Все, ради чего мы работали столько времени, уже наше. Осталось только протянуть руку и взять. Единственный человек, который может помешать нам достичь цели, – предатель и террорист Делакруа. Ты держал его на мушке и произвел предупредительный выстрел?

Голос Грейнджера становился все громче и на последних словах превратился в крик. Юный программист испуганно молчал, белый, как полотно.

– Простите, сэр, – вмешался Миллениал, который приходил к Грейнджеру с докладом. – Позвольте заметить, что цель была поражена, и человек, о котором вы говорите, почти наверняка погиб.

Грейнджер повернулся к нему:

– Джейсон Делакруа выживал в передрягах и похуже. У него было полно времени, чтобы убраться с корабля и как следует спрятаться на земле!

– Мы отправили всех свободных дронов в эту зону, сэр. У нас есть агенты во французской жандармерии, которые могли бы…

Миллениал затих, так как Грейнджер отвернулся от него с презрительной усмешкой.

– Я посвятил всю свою жизнь созданию нового мира, – заорал он, – лучшего мира для всех нас. А когда я доверяю вам важную миссию, вы ее проваливаете! Люди наподобие тебя, – он обернулся к дрожащему очкарику, – не достойны жить в мире, который я создал. И не будут!

Грейнджер схватил очкарика и задрал его рубашку, обнажив спину и вживленный в нее порт прямого доступа в Метасферу, затем достал нож для стейка и одним движением отрезал пластиковое кольцо, соединенное со спинным мозгом жертвы. Парень закричал, когда Грейнждер вырвал окровавленный порт из его спины и швырнул на пол.

– Я больше не хочу видеть твой аватар! Никогда! – проорал Грейнджер, указывая ножом на дверь.

– Сэр, пожалуйста, – взмолился очкарик. – Что, что я буду делать? Где я…

– Не знаю, – отрезал Грейнджер, – мне плевать. Теперь ты никто. Ничто. Живи своей никчемной жизнью в этом тоскливом реальном мире. В мой тебе больше ходу нет.

Никто не проронил ни слова, ни единого звука, пока очкарик плелся к двери, склонив голову и зажимая рукой дыру от переходника на своей спине.

Грейнджер обратился к остальным, уже гораздо более спокойный.

– Надеюсь, все извлекли для себя урок. Мы здесь не в игрушки играем. У нас нет права на повторный дубль. То, что случится в ближайшие несколько дней, определит будущее человечества. Мы приведем в порядок наше существование или погибнем в хаосе. Нам нельзя сомневаться, ибо сомнения порождают ошибки. Если кто-то из вас не может обещать непоколебимую, беспрекословную верность, пусть лучше покинет эту комнату прямо сейчас.

Как он и ожидал, никто не осмелился шелохнуться.

Мэтью подождал немного, чтобы каждый из присутствующих осознал смысл его слов, затем напомнил, что Джейсон Делакруа остается их главной целью. Он требует, чтобы его нашли и убили, вместе со всеми, кто с ним контактировал и мог узнать его тайны.

Грейнджер вернулся в свой номер с неприятным чувством в желудке. Он вновь уселся за стол и положил салфетку на свои колени.

– Мне нужен новый нож! – рявкнул он.

Он оказался не готовым к такому повороту событий. Из тюремной камеры он наблюдал, как количество врагов возрастает с каждым днем, но у него не было запасного плана на случай, если кто-то из них найдет секретное оружие.

Он не рассчитывал, что Стражам удастся найти Джейсона Делакруа живым.

Нельзя позволить им взять верх. Он слишком долго ждал, беспощадно боролся и тщательно планировал, чтобы позволить теперь кому-то встать у него на пути.

В комнате, естественно, был терминал. Лежа на спине и скинув обувь, Грейнджер достал из ящика комода стерильный переходник и вышел в сеть.

Он закрыл глаза, а когда вновь открыл их, то оказался уже совсем в другом месте: в светлой переговорной комнате с длинным отполированным столом, большим экраном и кулером с водой. Он смотрел на мир глазами своего аватара – толстого мохнатого черного паука полутора метров высотой. Грейнджер придумал эту комнату как центр своей паутины.

Здесь не было ни дверей, ни окон. Попасть сюда можно было, только введя точные координаты, а их знали всего пять человек. Как только Грейнджер попал в комнату, он запустил программу, зашифрованную в коде его аватара, и отправил сообщения оставшимся четверым.

Ожидая ответа, он ходил туда-сюда по залу, наслаждаясь возможностью вытягивать свои восемь ног. Его киберкинетические ноги были последним словом техники, но все же не давали ощущений полной свободы.

Они прибывали, один за другим возникая за длинным столом. Первой появилась белая амурская тигрица, затем человек-волк. Третьим был паук, похожий на аватар Грейнджера, но поменьше размером и красноватого оттенка. Последней появилась пирамида с голубым глазом на вершине.

Это были доверенные лица Грейнджера, помощники, главы четырех боевых отрядов, которым предстояло вернуть ему Метасферу.

Устроившись во главе стола, он выслушал доклады каждого.

– Мои силы на западе насчитывают шестьдесят бойцов, – начал человек-волк, – и еще несколько на подходе.

– Мои восемьдесят уже на пути к Северному Углу, – продолжила тигрица. – Надеюсь, вы понимаете, что это довольно далеко от наших позиций.

– У нас на востоке нет нехватки в рекрутах, – объявила пирамида.

– Приятно слышать, – подвел черту Грейнджер. – Потому что я изменил сроки. Штурм должен начаться одновременно во всех точках через двадцать четыре часа.

– Сэр, – запротестовал красный паук, – не уверен, что это возможно… Как вы знаете, наша цель находится в тысячах миль от любого большого города. Наше оборудование и наши солдаты…

– Двадцать четыре часа. – Грейнджер был непоколебим. – Не важно, что для этого требуется и чего это будет стоить, вы должны быть готовы. Вам ясно?

– Да, сэр, – коротко ответил паук.

Остальные тоже согласились, а амурская тигрица заявила, что ее люди пойдут в атаку по первому слову.

– Мы должны действовать быстро, – продолжил Грейнджер. – Четыре Угла все еще в руках павших правительств, а значит, они уязвимы. Но Стражи теперь знают их месторасположение и незамедлительно нанесут удар. Я хочу, чтобы серверы были в безопасности.

– Есть предположения, куда они ударят в первую очередь? – спросила тигрица.

– Куда угодно, – ответил Грейнджер, – но на южном сервере хранится Остров Перенесенных, а Стражи сентиментальны. Я сам полечу в Южный Угол и возьму на себя командование операцией.

Красный паук хотел было возразить, но Грейнджер остановил его взглядом.

Он отпустил четырех своих помощников; те нырнули в свои порталы и исчезли. Теперь у каждого из них было много неотложных дел в реальном мире.

У Грейнджера тоже было чем заняться, но он задержался на минуту. Он провел рукой по одной из стен переговорной, и та стала прозрачной. Сквозь эту стену он смотрел на небоскребы процветающего метагорода и на стайки аватаров в небе. Он хотел бы полетать с ними, но это могло подождать.

Грейнджер не мог показаться в Метасфере; его аватар слишком узнаваем. Поэтому стена была прозрачной только с его стороны. Но вскоре мир Метасферы снова будет принадлежать ему…

Мэтью улыбнулся. Ему не следовало беспокоиться из-за Стражей. Они всего лишь разрозненная толпа оборванцев, цепляющихся за устаревшие догмы. У них не было никого, кто мог бы сравниться с Грейнджером умом, лидерскими способностями или дальновидностью. Поэтому пусть попробуют. Пусть отправляются в Четыре Угла, и посмотрим, кто доберется первым!

Гонка началась.

Глава 17

Еще один дрон появился в небе.

Стражи укрылись под чахлой живой изгородью. Иона лежал в грязи, ветки ежевики царапали его щеки. И все равно он был рад дать ногам отдых.

Когда шум реактивных двигателей стих, они встали, отряхнулись и продолжили свой путь. Ионе казалось, что они идут уже несколько часов. Но это было невозможно, так как солнце по-прежнему стояло высоко в небе.

Все приземлились недалеко друг от друга. Иона видел с воздуха, куда опустились Аксель и Брэдбери, и нашел их на земле довольно быстро. Они забросали парашюты землей и травой, чтобы нельзя было увидеть с воздуха. Затем они отправились пешком куда-то по французским полям.

Сэм шла впереди с компасом, который извлекла из кармана своего черного комбинезона. Она избегала проторенных тропинок, поэтому они огибали поля, а не пересекали их.

Иона никогда прежде не оказывался в реальном мире на таком широком участке открытого пространства. Было ощущение, что Иона, Сэм, Аксель и Брэдбери единственные люди в мире. Само собой, это было не так.

Им пришлось прятаться в канаве от неповоротливого трактора, которым управлял седой старик в джинсах. Ионе он не казался похожим на агента Миллениалов. Тем не менее Брэдбери извлек из кармана плаща пистолет и держал его наготове. Иона испытал огромное облегчение, когда трактор проехал мимо – его хозяин остался невредим.

Они продолжили свой путь и вскоре увидели невдалеке побеленный деревенский дом с зелеными и черными ставнями.

– Будем ждать здесь, – сказала Сэм.

Она ушла немного вперед, и Ионе пришлось поднажать, чтобы догнать ее. Аксель и Брэдбери плелись позади.

– Ты обещала рассказать о вашей миссии, – сказал парень, радуясь, что наконец появился шанс поговорить наедине, – перед тем, как дрон атаковал наш дирижабль.

Сэм кивнула:

– В Шанхае есть человек, который изобрел способ защитить Метасферу от контроля извне. Он называет это устройство Мостом Чанга.

– Вы собирались лететь в Китай? – спросил Иона. – На дирижабле?

– Этот прибор, – продолжила Сэм, – нужен Стражам, чтобы сделать Метасферу свободной. Проблема только в том, что мы можем найти его слишком поздно. Грейнджер сбежал из тюрьмы. А нам, чтобы запустить прибор, нужно добраться до Четырех Углов. Это мог сделать твой отец… но когда его… когда он погиб…

– Он унес всю информацию с собой, – завершил за нее Иона.

– До сих пор мы так думали.

– М-м-м, – начал Иона, – Аксель, твой отец… он сказал, что может быть какой-то способ?

– Можно сделать полное сканирование, – ответила она, – твоей головы.

– Это возможно? Каким образом?

– Есть кое-какое оборудование, разработанное пару лет назад, – ответила Сэм. – Мы подсоединим тебя к компьютеру, программа прочитает, систематизирует и запишет всю информацию, хранящуюся в твоей памяти. Когда это будет сделано, мы сможем искать что-то конкретное.

– Например, Четыре Угла, – предположил Иона.

– Если ты действительно знаешь, где они находятся, если эта информация хранится в глубинах твоего подсознания, мы сможем найти то, что нам нужно, с помощью нескольких нажатий клавиш.

– Вау!

– Не обольщайся, – сказала Сэм. – Этот процесс очень опасен для серого вещества, и он может…

– Может что?

– Разрушить твой мозг, Иона. Навсегда.

– Спасибо, что заступилась за меня, – сказал Иона, – перед твоим отцом.

– Без проблем, – ответила она. Иона улыбнулся. – Забудь.

Дом был давно заброшен. В углу самой большой комнаты, рядом с камином, валялась сломанная мебель. Старый деревянный пол покрывал толстый слой пыли. Иона заметил, что следов на ней не было.

– И вы называете это надежным убежищем? – съязвил он.

– Скорее временным, – ответил Аксель. – Мы не пойдем к Дельфине. Она сама за нами придет.

Брэдбери покачал головой и занял позицию у окна с пистолетом наготове.

– Если хочешь быть полезным, – сказал он Ионе, – следи внимательно, не появятся ли жандармы.

Сэм заметила замешательство Ионы и пояснила:

– Военная полиция.

– Мы во Франции, парень, – проворчал Брэдбери. – Здесь по-прежнему есть некое подобие общественного порядка.

– И можно поклясться, – согласился Аксель, – что они примутся расследовать крушение воздушного судна на их территории.

Иона пытался воскресить в памяти один из уроков мистера Пэнга. Он вспомнил, что благодаря торговому союзу с Ираном и Россией Франция являлась одной из немногих западных стран с неограниченным доступом к топливу. Поэтому положение ее правительства было стабильным. А Стражи…

В большинстве стран Стражи считались нелегальной организацией. Если бы Иону поймали здесь, он, скорее всего, оказался бы в тюрьме до конца своих дней.

Парень подумал, что Брэдбери не зря так осторожен. В этот момент он впервые осознал ужасную правду: весь мир настроен против них, и каждый хочет их поймать!

Четыре усталых беглеца сидели в полной тишине. Иона смотрел, как тусклый солнечный свет пробивается сквозь грязные окна. К своему удивлению, он начал погружаться в сон. Разбудил его собственный желудок, бурчащий от голода.

Вскоре послышался еще один звук – во двор фермерского домика въехал автомобиль. Иона слышал, как открылась дверца машины; затем женский голос сказал:

– Если вам не нужны проблемы, вы должны поехать со мной.

Он узнал этот голос. Голос рыцаря из замка.

– Дельфина! – сообщил он остальным и бросился открывать черный ход, игнорируя недовольный шепот Брэдбери, который предпочел бы подождать немного из осторожности.

Иона шагнул наружу через порог и был ослеплен ярким светом фар, поэтому было сложно как следует разглядеть грузовик-развалюху и даму, стоящую рядом с водительской дверью. Она выглядела совсем не так, как он себе представлял. Ей было около девятнадцати лет, она носила старомодные очки, а темные волосы мягкими волнами опускались на плечи.

– Это ведь ты, не так ли? – спросил он неуверенно. – Дельфина?

– А ты, должно быть, petit garcon[5], который нарядился в папин костюм?

Дельфина смерила Иону долгим снисходительным взглядом. Казалось, она в чем-то подозревала его. С еще более недоверчивым видом она оглядела троих его спутников, вышедших из дома. Иона заметил, что правая рука Брэдбери оставалась в кармане плаща, наверняка сжимая пистолет.

– Merci de nous rencontrer[6], – сказала Сэм по-французски, чем очень удивила Иону.

– Ты говорила, что в голове мальчишки хранится очень важная информация?

– Самая важная, – уточнил Аксель, показав четыре пальца.

– Les quatre coins[7], – прошептала Дельфина. – Нужно убираться отсюда! Жандармерия прочесывает деревни, ищут вас.

Она открыла кузов грузовика, чтобы там могли разместиться Сэм, Аксель и Брэдбери.

– Что касается тебя, – сказала она Ионе, – по-моему, ты выглядишь довольно безобидно, так что можешь ехать в кабине avec moi[8].

Иона не знал, принимать ему это как комплимент или как оскорбление.

Зато он прекрасно понял значение предостерегающего взгляда Брэдбери: главное, не сболтнуть ничего лишнего!

Глава 18

Дельфина на большой скорости вела грузовик по извилистым деревенским дорогам. Подвеска была жесткой, и Иона подпрыгивал на кочках, словно резиновый мячик, несмотря на то, что пристегнулся ремнем безопасности.

– Итак, – заговорила она через некоторое время, – меня очень интересует твоя маленькая махинация. Расскажи, как получилось, что ты можешь использовать аватар отца?

Иона не знал, можно ли ей доверять, да и не хотел обсуждать эту тему. Он решил просто отмолчаться.

Когда на горизонте показались огни небольшого города, дорога стала шире и ровнее.

– Я так понимаю, ты решил присоединиться к Революции?

– Я… Я не знаю, – замялся Иона. – Возможно.

– Стражи борются за открытую каждому, свободную Метасферу. Думаю, это хорошо для всей нашей планеты. Здесь, во Франции, как и во многих других странах, все еще есть те, кто руководствуется устаревшими, эгоистичными, разрушительными принципами. А для жизни в интернете топливо не нужно.

– Так ты эковоин? – спросил Иона.

Дельфина скривила губы в ухмылке:

– Разве Саманта не сказала тебе?

– Только то, что ты союзник Стражей.

– ГеррВер[9], может, слышал что-нибудь об этой организации?

О да, он много чего слышал. Название заставило его вздрогнуть.

– Бомбардировка отеля в Вене в прошлом году. Разве не?..

– Я лично не принимала участия в той операции, но это был славный удар во имя нашей общей цели.

– Но… но множество невинных людей погибли из-за того взрыва. Случайные прохожие.

– Не такими уж они были невинными, – отрезала Дельфина. – Да и что значат жизни нескольких прохожих в сравнении с сотнями тысяч погибающих ежегодно из-за глобального потепления? В том отеле проходила конференция действующих мировых производителей топлива. Это они решили продолжать войну против нашей планеты, а в войне всегда бывают жертвы.

– Думаю, ты не права, – покачал головой Иона.

Дельфина указала на бардачок. Иона открыл его и обнаружил черный холщовый мешок.

– Надень его, – сказала она, – и это не просьба.

Остаток пути Иона провел в тишине и темноте.

Наконец Иона почувствовал, что грузовик свернул на дорожку, усыпанную гравием, проехал еще немного снова по ровной поверхности, остановился, и Дельфина выключила зажигание.

– Положи мешок, откуда взял, – скомандовала она.

Иона стащил с головы свой «капюшон» и обнаружил, что они находятся в гараже. Сэм, Аксель и Брэдбери выбрались из кузова, растирая ушибленные руки и ноги.

Дельфина заперла гараж и повела их по лабиринту темных переулков, а затем по вымощенной дорожке вдоль линии старых полуразвалившихся домов. Она поднялась на два пролета по старой проржавевшей пожарной лестнице и исчезла, скользнув в раскрытую створку окна. Сэм и Аксель немедленно последовали за ней, но Иона замялся.

Он все еще думал о ГеррВер.

Иона уже не колебался сопровождать Акселя; хотя тот и являлся Стражем, но был лучшим другом отца. А Сэм ему понравилась с самого начала. Иона почти принял тот факт, что всю свою жизнь ошибался, и Стражи не такие уж плохие парни.

Но ГеррВер… Не было сомнений, кем они являются.

Часть Ионы – и достаточно значительная его часть – хотела бежать куда глаза глядят, пока он не увяз в этих проблемах еще глубже. Возможно, он бы так и сделал, если бы не молчаливое присутствие Брэдбери, который за спиной ждал своей очереди взобраться по лестнице.

В любом случае, куда бы Иона побежал в этой незнакомой стране? У кого бы стал искать помощи?

Приоткрытое окно служило узким проходом в обветшалую гостиницу. Дельфина исчезла, но вместо нее появилась еще более юная девушка с соломенного цвета волосами, подвязанными голубой лентой, и проводила Иону наверх, в тесную чердачную комнатушку с умывальником и кроватью.

Он присел на край постели и уткнулся лицом в ладони. Он запутался. Ему было одиноко. Что он делал здесь, во французской глубинке, с теми, кого весь мир считал террористами?

Через несколько минут в дверь постучалась Сэм и сообщила, что внизу для них приготовили ужин. Он не хотел спускаться. Ему не хотелось никого видеть, даже Сэм, не то что Дельфину. Он хотел только спать, питая глупую надежду, что утром, когда проснется, все как-то само собой прояснится для него. Однако голод, вгрызающийся в стенки желудка, одержал победу над усталостью.

На ужин были обычные пакеты искусственного протеина, правда, поданные с ломтями настоящего хлеба. Кроме Ионы, за столом сидели Сэм, Аксель, Брэдбери, Дельфина, девушка с голубой лентой и еще двое незнакомцев, мужчина и женщина.

Они говорили о ситуации в мире, о том, что, по слухам, Мэтью Грейнджер был в Париже, хотя подобные сигналы поступили и из трех других городов. Иона поглощал свою порцию, не принимая участия в дискуссии. Однако он начал прислушиваться к разговору, когда прозвучала фамилия Делакруа.

– …всегда подозревали, что он был одним из вас, – сказала Дельфина.

– Одним из лучших, – подтвердил Аксель.

– Должно быть, это правда, – ответила Дельфина, – иначе ему не удалось бы работать так долго под прикрытием. Сколько времени он был пилотом Грейнджера?

Они разговаривали об отце Ионы.

– Наверное, он был источником чрезвычайно важной информации.

– Он мог бы им быть, – ответил Брэдбери, – если бы прожил достаточно долго, чтобы донести эту информацию до нас.

– Да-да, – согласилась Дельфина, – печальный поворот событий. Но, я слышала, не все потеряно? Джейсон Делакруа, возможно, передал все свои знания мальчишке?

Иона едва не подавился; Брэдбери бросил на него испепеляющий взгляд. Парню хотелось оправдаться, что он ничего не рассказывал Дельфине и она просто строила догадки. Однако к тому времени, когда он смог заговорить, было слишком поздно.

– Только вот сможем ли мы получить доступ к этим знаниям, – продолжала Дельфина. – Если хотите, я найду специалиста, который…

– Нет нужды, – из набитого рта Акселя вылетела пара крошек, – мы и так собираемся просканировать мозг парня. Сегодня ночью.

Иона бросил встревоженный взгляд на Сэм. Казалось, она была удивлена словами своего отца не меньше.

– Очень жаль, – сказала Дельфина, – что ваш агент не убил Грейнджера, когда имелась такая возможность. Как легкомысленно с его стороны вместо этого отдать свою жизнь. Если бы он был одним из наших…

– Не забывайте, что вы говорите о моем отце.

Иона не собирался говорить вслух. Он просто не сумел сдержаться, тихонько пробормотав слова себе под нос, но все услышали и повернулись к нему. Сначала его смутило всеобщее внимание, но спустя секунду захлестнула волна негодования.

– Не забывайте, что говорите о моем отце! – повторил он уже смелее. – И был он Стражем или нет, я уверен, он бы не… Я знаю, что он никогда бы не убил кого бы то ни было. И он не стал бы работать с теми, кто убивает людей. Его убили такие, как вы!

Парень отодвинул тарелку, вскочил на ноги и со стиснутыми кулаками направился к двери.

За спиной раздался голос Сэм:

– Иона…

Он остановился в дверном проеме и, обернувшись, посмотрел на их изумленные лица. Затем взглянул прямо в глаза Акселя:

– А ты… Не знаю, что нашел в тебе отец, но я никогда не позволю копаться в моих мозгах.

Он отвернулся и спокойно поднялся по ступеням в маленькую чердачную комнатушку.

Глава 19

Иона услышал назойливый стук в дверь.

– Убирайтесь! – крикнул он, лежа в своей постели ничком и обхватив руками подушку. Его сердце все еще бешено колотилось из-за сцены, которая разыгралась внизу, в столовой.

Дверь приоткрылась. Иона поднял голову, надеясь, что Сэм пришла навестить его.

Это был Аксель.

– Довольно жестко сказано, – начал он. – Хотя возможно, я это заслужил.

– Возможно? – возмутился Иона.

– Хорошо, не возможно, а скорее всего, – согласился Аксель, – но не более.

Иона не ответил. Он знал, что Аксель хочет залезть в его голову, и не собирался соглашаться на это.

Гость повернул стул и сел, облокотившись на его спинку. Иона не пошевелился.

– Слушай, я просто пришел убедиться, что с тобой все в порядке.

– Нет, – отозвался Иона, – не для этого. Ты пришел уговорить меня позволить порыться в моих мозгах. Чтобы найти нужную информацию. Чтобы взорвать еще больше зданий и убить еще больше людей. Но ты зря теряешь время.

– А теперь слушай сюда, сынок, – ответил Аксель.

– Я тебе не сынок, – ответил Иона. – Я больше никому не сынок. Никому!

– Знаю, ты расстроился из-за слов Дельфины, но я думаю…

– Я почти поверил вам. Там, на дирижабле, вы сказали, что мой отец был одним из вас и умер за Стражей. Но это не так. Он не умер за Стражей. Они убили его!

– Нет! Нет, Иона. Все было совсем не так.

– Если это сделали не Стражи, тогда кто-то типа ГеррВер, кто-то типа этой Дельфины, а вы… Вы сотрудничаете с ними, зная, что они собой представляют.

– Иона, никто так и не взял на себя ответственность за бомбардировку аэропортов, ты должен был слышать об этом, – ответил Аксель. – Газеты обвинили во всем Стражей, но…

– А кого еще они должны были обвинить? Миллениалов? Думаешь, те решили убить своего собственного лидера? Они знали, что Грейнджер должен лететь в Лондон в тот день. Знали, что мой отец поведет его самолет в Хитроу.

– Миллениалы убили твою мать, Иона. Это мы знаем точно.

Как будто Ионе надо было напоминать. Он зарылся лицом еще глубже в подушку, чтобы не заплакать.

– Вряд ли тебе станет от этого легче, – сказал Аксель, – но Дельфина тоже потеряла родителей. Ей было шесть, когда Маврикий окончательно ушел под воду. Спасательных шлюпок на всех не хватило. Она уплыла с другими детьми, мама обещала ей сесть в следующую лодку. Вот что движет Дельфиной, Иона. Каждого, кто летает самолетом, бурит нефть или производит пластик, она считает виноватым в уничтожении родины и убийстве семьи.

– Звучит вполне в ее духе, – ответил Иона, – бомбить аэропорт.

– Возможно, – согласился Аксель, – но если бы ГеррВер сделали что-то подобное, они, думаю, кричали бы об этом на всех перекрестках, разве нет?

Ионе было нечего возразить.

– Дельфина нужна нам, – продолжил Аксель. – Черт! Я хотел бы, чтобы все сложилось иначе. Ты же знаешь, она не входила в наши планы. Мы планировали долететь на дирижабле до Ирана и там сесть на самолет до Китая. Но теперь это невозможно. А наш соратник в Тегеране не станет ждать. Это слишком опасно. Только Дельфина сможет нам помочь.

– Как?

– Посадить нас на самолет до Москвы.

Иона поднял голову и посмотрел на Акселя. Тот усмехнулся:

– Она говорит, что все это ради правого дела…

Иона сел на кровати и подтянул колени к груди:

– А что мы будем делать в Москве?

– Там у нас тоже есть свои люди, – ответил Аксель.

– Такие же убийцы?

– Поверь, я понимаю, что ты чувствуешь, – сказал Аксель, – но Дельфина права в одном. Мы ввязались в войну за будущее нашего мира, обоих наших миров, и мы не можем проиграть. Возможно, для этого придется идти на компромиссы, возможно, из-за этого кто-то пострадает… Надеюсь, со временем ты поймешь это или, по крайней мере, сможешь принять.

– Я не хочу никого убивать, – твердо произнес Иона. – Это неправильно.

– Говоришь в точности как отец.

– Ты хорошо его знал, да? – спросил Иона.

– Мы были лучшими друзьями, – слегка улыбнулся Аксель, – еще когда учились в летной школе. Мы всегда прикрывали спины друг друга. Бывало, мы сопровождали нефтяные танкеры в Персидском заливе.

– Я помню, – сказал Иона. – Отец рассказывал, что танкеры были легкой добычей для пиратов, для конкурирующих правительств и… для экотеррористов.

– Не рассказывай Дельфине, – подмигнул Аксель, – но в свое время мы с твоим отцом потопили не меньше десятка кораблей ГеррВер.

– Почему отец ушел из Воздушных Сил? – спросил Иона.

– Разве это не очевидно? В те времена Метасфера набирала обороты. В свободное от полетов время мы с Джейсоном постоянно обитали там. Мы, как и все, верили в то, что строил Грейнджер. В реальном мире все меньше и меньше нефтяных танкеров плавало по морям, и уж тем более они плыли не в Британию. Продовольствия не хватало, начались беспорядки. Мы вели бессмысленную борьбу. Но однажды в виртуальном мире Джейсон встретил девушку.

– Мою маму, – закончил Иона. Он уже слышал эту историю.

– Он захотел вернуться в Лондон и встретить Мириам. Подал в отставку, устроился в коммерческую авиакомпанию, которая летала из аэропорта Хитроу. Он и мне там нашел работу. Это были хорошие деньки. Мы зависали в «Икаре». В этом и заключается прелесть Метасферы. Мы могли быть в Сингапуре или Гонконге, но все равно собирались по вечерам за виртуальной выпивкой.

– И тогда вы?.. То есть, я хотел спросить, как?..

– Хочешь спросить, почему мы связались со Стражами?

Иона кивнул:

– Это папа?..

– Сначала они подошли ко мне. Джейсон в тот момент нечасто там появлялся. Мириам как раз была беременна.

– А-а-а, – протянул Иона.

– Знаешь, что касается твоего отца, он всегда думал о будущем. Не то что я. Я особо не переживаю по этому поводу, спроси Сэм. Но Джейсон, он прекрасно понимал, как устроен реальный мир. Если люди перестанут летать, пилоты не будут нужны.

– Вы были последними в своем роде, – сказал Иона.

– Он говорил так, да?

– Не знаю. Я не уверен, мое это воспоминание или, может, его…

– Он был прав. Он знал, что однажды этот момент настанет, поэтому снял свою пенсию, поменял на метадоллары, купил сувенирный магазин и какое-то время неплохо на нем зарабатывал.

– Ты рассказывал про Стражей, – напомнил Иона.

– Джейсон видел, что Грейнджер желает все больше и больше. Он часто говорил, особенно после твоего рождения, что к моменту, когда ты вырастешь…

– …виртуальный мир поглотит такой же хаос, как и реальный, – процитировал Иона.

– Именно так.

– Я чувствую, – сказал Иона, – как разочарован был отец, как он хотел…

– Я присоединился к Стражам по воле минутного импульса, – объяснил Аксель. – Думал, будет весело. К тому же так я мог продолжать летать. Но это я. А Джейсон… из-за него я стал верить в нашу цель. Поэтому, когда им понадобился кто-то на должность пилота Грейнджера… Джейсон был единственным подходящим для этой работы, и меня попросили завербовать его.

– Сначала он не соглашался, – сказал Иона, – знал, что это будет опасно. Он не хотел, чтобы я… вырос без отца.

Ионе казалось, что он присутствовал в двух местах одновременно. Он видел Акселя, сидящего на чердаке, седеющего и утомленного, но он также видел его другим – молодым, полным энергии и энтузиазма.

– Ты нашел путь к его воспоминаниям, не так ли, сынок? – спросил Аксель.

Так и было. Иона переживал моменты из жизни своего отца. Вспышки воспоминаний: разговор с Акселем, спор, затем ссора с Мириам, а потом собеседование с Мэтью Грейнджером. Картины были разрозненными и запутанными, Иона не мог их контролировать, но они были там, в его голове. Они были в его памяти.

– Может, Сэм все же права. Может, нам не нужно сканирование. В конце концов, если ты можешь…

– Нет, – ответил Иона, – я вижу только обрывки, куски… Я хочу, чтобы вы это сделали. Хочу пройти сканирование.

Аксель поднял бровь:

– Ты в этом уверен?

– Уверен, – по правде говоря, он совсем не был уверен. Ни в чем. Но Иона прикоснулся к воспоминаниям отца и почувствовал, как глубока была его любовь. После всего, через что он прошел, после всех потерь этот дар имел особое значение.

Сын Джейсона Делакруа осознал, как сильно тот хотел создать новый мир, чтобы Иона мог жить в нем, чего бы это ни стоило.

Теперь парень знал, чего хотел бы от него отец.

– Давайте делать сканирование, – повторил Иона, – пока я не передумал.

– Идет, сынок, – ответил Аксель, – приступим.

Комната Сэм располагалась этажом ниже и была раза в два больше, чем у Ионы. Из мебели присутствовали пыльное кресло и встроенный шкаф. Но самое главное, там был терминал. Иона опустился в кресло и вцепился пальцами в подлокотники.

Он подключился к терминалу, но не ввел координаты, поэтому не мог завершить переход в Метасферу. Но и в реальном мире он уже себя не ощущал. Комната обрела странные, призрачные очертания, словно во сне.

Брэдбери подключил свой планшет к терминалу и, нахмурившись, склонился над парнем. Аксель маячил в дверях. Он четыре раза переспросил Иону, уверен ли тот в своем решении. Сэм присела на кровать рядом с Ионой. Она мягко оторвала его правую руку от подлокотника и стиснула ее. Сейчас ее поддержка была очень важна.

– Что-то не так, – пробормотал Брэдбери.

Аксель подскочил к Ионе:

– Тогда выводи его, прямо сейчас!

– Я не об этом, – ответил Брэдбери, – парнишка в полном порядке. Программа зависает.

– Что стряслось? – спросила Сэм.

Брэдбери заскрежетал зубами от злости:

– Я запросил отчет об ошибке, но все без толку. Как будто…

Аксель заглянул через плечо Брэдбери:

– Компьютер показывает два аватара: Джейсона и… Это твой аватар, сынок?

Иона невольно хихикнул. Он чувствовал странную легкость в голове и был словно отстранен от происходящего вокруг.

– Мистер Коллинз так и сказал, в автобусе, когда я был дома. Два аватара.

– Не знаю, как это возможно, – обратился Брэдбери к Акселю, – но, похоже, аватар твоего друга так и не стал единственным для его сына. Каким-то образом, не спрашивайте меня как, они оба одновременно живут в его сознании.

– Это невозможно, – запротестовала Сэм, – никто не может иметь сразу два аватара.

– Брэдбери, ты когда-нибудь прежде слышал о таком? – спросил Аксель.

Брэдбери покачал головой:

– Нет, ни я, ни компьютер. Он не может отделить воспоминания Джейсона от воспоминаний мальчика. Поэтому не выполнит сканирование.

– Никаких вариантов? – настаивал Аксель.

– Абсолютно никаких, – ответил Брэдбери. Он отключил свой планшет от терминала. – Будем откровенны, Аксель, теперь мы не сможем найти Четыре Угла, а значит, не попадем туда раньше Грейнджера и его Миллениалов.

– Следовательно, мы можем проиграть войну, – подытожил Аксель.

Глава 20

На следующее утро они покинули гостиницу, спустившись вниз по пожарной лестнице. Дельфина уже ждала рядом со своим грузовиком, больше никого не было видно.

Иона не сказал Дельфине ни слова. На этот раз парень забрался в кузов вместе с остальными. Он отдохнул за ночь, и теперь ему было немного лучше, но он все еще чувствовал вину. Иона знал, что это не так, но ему казалось, что он всех подвел. Подвел отца.

Он спросил Акселя о дальнейших планах.

– Как я и говорил тебе прошлой ночью, – ответил тот, – Дельфина раздобыла для нас самолет.

– Так мы полетим в Москву?

– Я думаю…

– Мы не единственные Стражи, которые ищут Четыре Угла, – перебила Сэм, – есть и другие агенты.

– А когда они найдут их… – продолжил Аксель.

– Если найдут, – поправила Сэм.

– Рано или поздно это случится. И когда случится, мы должны быть полностью готовы. Нам нужен Мост Чанга.

Дельфина опять вела машину крайне агрессивно, поэтому Ионе пришлось держаться изо всех сил, чтобы его не швыряло по всему кузову. Он был очень рад, когда грузовик наконец остановился, и через мгновение дверца кузова распахнулась.

– Мы на месте! – объявила Дельфина.

Иона услышал звук двигателей. Он выпрыгнул из кузова на асфальтированную дорогу и открыл рот от изумления.

Он не видел столько самолетов за всю свою жизнь. Они стояли вокруг, восемь или девять штук – Дельфина проехала прямо в центр стоянки.

Грузовик с горючим заправлял один из самолетов. От незнакомого запаха – запаха авиационного топлива – в горле у Ионы запершило. Другой самолет выводили из ангара под руководством мужчины в зеленом рабочем комбинезоне. Здесь было еще несколько человек, все они перекрикивались по-французски. Паренек, который выглядел слишком юным для своих усов, подошел к Дельфине и провел своей метакартой по портативному платежному терминалу Дельфины. Аппарат звякнул, сообщая о завершении операции; только после этого мужчина поприветствовал четырех спутников Дельфины коротким кивком и повел их к воздушным судам.

К моменту, когда Иона осознал, что Дельфина больше их не сопровождает, она осталась уже далеко позади. Он увидел, что она вернулась в грузовик. Скатертью дорожка.

Было сложно представить, что сторонники ГеррВер могут владеть самолетами. Он был лишь немного удивлен, когда они миновали ряд серебристо-белых реактивных мини-лайнеров и остановились у старого потрепанного турбиновинтового самолета. Тот казался громоздким и безвкусным на фоне изящных сверкающих суперджетов, с его сколотой местами белой, красной и голубой краской.

– Хирам! – прокричал усатый юнец. – Ils sont ici![10]

Пилот выпрыгнул из кабины поприветствовать их. Это был седой мужчина лет пятидесяти с приятным бронзовым загаром.

На нем были рубашка без воротника и шорты.

– Здорово, народ! – сказал пилот, растягивая слова на американский манер. – Добро пожаловать на борт «Четвертого Июля». Я слышал, вы направляетесь в Москву?

Иона положил руку на фюзеляж самолета.

Его захлестнула волна воспоминаний, но не собственных. Он увидел себя за штурвалами сотен самолетов, подобных этому, выполняющих всевозможные фигуры пилотажа.

Воспоминания угрожали окончательно свести его с ума; он резко отдернул руку и встряхнул головой, чтобы вернуть ясность мыслям.

Иона никогда раньше не летал на самолете.

Ничего общего ни с полетами в Метасфере, ни с путешествием на дирижабле.

Как только они оторвались от земли, желудок Ионы упал куда-то ближе к ботинкам. Поскольку самолет был маленьким, сильно ощущалась турбулентность. Иона чувствовал каждый порыв ветра, каждую воздушную яму, и в конце концов его сильно замутило.

В салоне было всего четыре кресла, и он оказался между двумя задними, между Сэм и Брэдбери.

– Согласно полетному плану мы должны лететь в Тунис. – Хирам пытался перекричать шум двигателей. – Поэтому будем придерживаться южного направления, но сменим курс, как только благополучно покинем Средиземноморье. А пока нам нужно, чтобы шпионы Миллениалов потеряли к нам интерес.

Сэм встревоженно посмотрела на Иону. Он попытался ответить самой убедительной улыбкой, которую смог изобразить, чтобы она поверила, что с ним все в порядке. Но, кажется, обмануть девушку не удалось.

И вот когда Иона подумал, что больше уже не выдержать, он внезапно почувствовал странное успокоение, зарождающееся где-то глубоко внутри. Воспоминания отца. Папа любил все это. Иона закрыл глаза и представил себе, а может, вспомнил тысячи подобных полетов. Тысячи раз небо принимало его. Ощущение было непередаваемым, и он попытался его удержать. Однако, чем больше парень старался, тем быстрее наваждение ускользало от него.

– Земля вызывает Иону! – донесся до него голос Сэм. – Где ты был?

– Нигде, – пробормотал Иона, – и везде.

Брэдбери позади него погрузился в метатранс. Даже такие дряхлые суденышки, как это, имели спутниковый терминал для подключения.

В салоне было слишком шумно, чтобы Аксель и Хирам услышали их, поэтому у Ионы появился шанс вновь поговорить с Сэм один на один.

– Этот прибор, – начал он, – Мост Чанга, что он собой представляет?

– Что-то вроде жесткого диска, – ответила Сэм, – но очень необычного. Единственного, у которого достаточно памяти, чтобы скопировать всю Метасферу.

– Скопировать Метасферу? – Иону завораживала сама мысль о том, что такое возможно, но он не понимал, для чего это Стражам. – Но зачем? Какой от этого толк?

– Как ты не поймешь? Если мы скопируем ее, сможем построить новые серверные блоки и запустить Метасферу без участия Грейнджера.

– Так вы планируете построить собственные Четыре Угла! – наконец понял Иона.

– Не четыре. Миллионы.

– А кто тогда… кто будет руководить всем этим?

– Никто, – ответила Сэм. – В том-то и дело. Если Метасфера будет работать благодаря миллионам серверов, разбросанных по всему миру, никто и никогда не сможет ее контролировать.

– Тогда Метасфера будет…

– Такой, как и должна быть. Свободной! – провозгласила Сэм. – Демократичной. Принадлежащей только ее пользователям, а не правительствам и уж, конечно, не Миллениалам. Изменить что-то возможно будет только с согласия всех и каждого.

Иона задумчиво кивнул:

– Тогда вам нужно действовать быстро. Пока мистеру Грейнджеру не придет в голову такая же идея, и пока он не приобретет себе собственный резервный жесткий диск.

– Однажды это может случиться, – согласилась Сэм. – Хотя, к счастью, у нас еще есть время. Насколько известно Стражам, мистер Чанг на данный момент является единственным обладателем этой технологии.

– Мистер Чанг? – отозвался Иона. – Ты имеешь в виду того самого мистера Чанга?

– Ну конечно, кого же еще?

– Точно, я должен был догадаться, еще когда ты сказала, что устройство называется Мостом Чанга.

– Чанг и Грейнджер злейшие враги, – объяснила Сэм. – Чанг всегда был недоволен тем фактом, что Грейнджер имел монополию на жизнь в Метасфере. Так разве странно, что он поддерживает Стражей?

– Нет, – ответил Иона, – думаю, нет… Просто я хожу… я ходил в одну из его школ.

– Академия Чанга? – Сэм была по-настоящему впечатлена.

– Еще одно место, куда я больше никогда не смогу вернуться, – вздохнул Иона.

– Кто знает. Однажды, когда все это останется позади…

– Но теперь это лишь воспоминания, не так ли?

Воспоминания. Внезапно его посетила одна мысль.

Он не мог проникать в воспоминания отца осознанно, но что, если попробует сделать это подсознательно? Ведь такое уже случалось прежде, в Дувре, и когда он разговаривал с Акселем. И на Острове Перенесенных. Каждый раз, когда он имел дело с чем-то, что было хорошо знакомо Джейсону Делакруа, он невольно погружался в воспоминания отца.

– Не возражаешь, если я выйду в сеть?

Сэм пожала плечами.

– Будь осторожнее, – попросила она. – Не позволяй просканировать твой аватар и тем более не разговаривай со всякими дроздами.

Иона взял пакет с адаптером из кармана кресла Сэм и подсоединил его к проводу.

– Мне нужно кое с кем увидеться, – пояснил он.

В этот раз он был готов оказаться в воде.

Иона летел над самой поверхностью моря и грациозно приземлился у кромки воды на Острове Перенесенных. Сложив за спиной драконьи крылья, он огляделся в поисках бабушки.

Сначала он ее не заметил.

В обычной ситуации это не взволновало бы его. Нэн иногда бродила по Острову, впрочем не слишком долго, и всегда возвращалась на это место. Однако Иона не мог не заметить, каким многолюдным оказался участок пляжа на сей раз.

Большинство из аватаров были обитателями Острова, другие, как и Иона, пришли кого-то навестить. А если среди них были шпионы Миллениалов, отправленные на поиски красного дракона? Он обернулся и проверил, на месте ли портал. В этот раз он не повторит своей ошибки, не будет удаляться от выхода в реальный мир и уж точно не назовет никому свои координаты там.

Иона почувствовал облегчение, когда услышал знакомый смешок бабушки.

– Как приятно видеть тебя, Джейсон, – сказала она, обнимая своим сухим слоновьим хоботом. – Ты теперь приходишь очень редко.

Они лежали в тени пальмы и разговаривали.

Сегодня сознание Нэн застряло во временах молодости. Она вспоминала своих школьных друзей и одного милого молодого человека из Манчестера, с которым была знакома еще до встречи с дедушкой Ионы.

– Конечно, – сказала Нэн, – в те времена мы могли видеть друг друга лишь на экранах мониторов, через устройства, которые называли веб-камерами.

В любое другое время Иона был рад послушать ее истории, но сейчас у него имелась вполне определенная и очень важная цель.

– Что скажешь о моей школе, мам? – Ионе совсем не нравилось притворяться своим отцом, но это был самый простой путь.

Нэн в замешательстве посмотрела на Иону, как будто не могла вспомнить, кто он такой. Затем взгляд прояснился, и она сказала:

– Я знаю, что ты несчастен там, Джейсон. Я бы так хотела, чтобы мы могли позволить тебе учиться онлайн, но…

– Знаю, – улыбнулся Иона, – я всегда был очень беспокойным. Терпеть не мог сидеть в душных темных классах, глядя на небо и мечтая оказаться там, на свободе.

Началось. Разговоры об отце оживляли в сознании Ионы его воспоминания. Всплывали новые образы. Он просил Нэн рассказать об отце еще и еще. Он выпытывал мельчайшие детали, которые помнил из собственного детства, а также извлекал прямо сейчас из своего «второго» подсознания. Они говорили о летной школе, о Мириам и о сувенирной лавке.

Иона попытался вспомнить местонахождение Четырех Углов.

Но не смог.

– Что-то не так, правда? – спросила Нэн.

– Я думаю, мне нужно… Воспоминания, они слишком старые. Мне нужно поговорить о том, что произошло позже, после того, как мы купили лавку. После того, как родился Иона.

– Как там маленький Иона? Я так скучаю по нему. Он уже научился ходить? Они так быстро растут в этом возрасте. Я всегда изумлялась тому, как быстро ты рос, Джейсон.

– Постарайся вспомнить, – попросил Иона, – я знаю, что тебя не было рядом в тот момент, но папа говорил… Я имею в виду, я приходил сюда каждую неделю, чтобы навестить тебя. Я должен был рассказывать о своей жизни. Я упоминал человека по фамилии Грейнджер? Мэтью Грейнджер? Я должен был рассказывать тебе о нем. Ты не помнишь, что я говорил?

– О, милый, – усмехнулась Нэн, – ты же знаешь, как это бывает в моем возрасте. Память сыграла со мной дурную шутку. Я иногда с трудом…

– Пожалуйста! Это важно. Мне нужно, чтобы ты вспомнила.

– Правда? – Нэн посмотрела на него тем же странным взглядом, что и в прошлое посещение. Он снова подумал, что бабушка знает гораздо больше, чем ей положено. – Мне кажется, дорогой, это как раз тебе нужно многое вспомнить.

– Я… я думаю, ты права, – ответил Иона.

– Что ж, тогда давай посмотрим, что можно сделать. Есть один способ, который я использую, когда мне действительно очень сильно нужно вспомнить что-то, о чем я забыла. Закрой глаза, милый. Закрой глаза, дыши медленно и глубоко и слушай мой голос.

Иона выполнил все ее инструкции.

Он уселся на песок и опустил подбородок на грудь. Теплые солнечные лучи ласкали его шкуру, и он позволил тихому мягкому голосу убаюкивать его до тех пор, пока не перестал различать слова. Теперь он просто дрейфовал в океане видений.

Из тумана перед ним возникали разные лица и места. Он подавил желание попытаться сосредоточиться на одном из них, так как знал, что в этом случае все немедленно ускользнет от него.

Иона терпеливо ждал; череда лиц замедлилась, и он смог наконец уловить во всем этом какой-то смысл.

Нэн, еще совсем молодая, ведет Джейсона в школу вдоль многолюдной дороги, полной автомобилей и автобусов. Затем образ Мириам. Она тоже намного моложе, чем он когда-либо видел, и с гордостью демонстрирует свой округлившийся живот. Затем ребенок. У Ионы перехватило дыхание, когда он понял, что смотрит на самого себя в младенчестве.

В комнате ожидания какой-то больницы мужчина предлагает ему сигару. Это Аксель, еще без намека на седину и бороду. Образ потянул за собой мощный поток воспоминаний: летная школа, тренировочные полеты, «Икар». Образы аэропортов и взлетных полос возникали перед ним.

Первым порывом Ионы было вернуться и еще раз посмотреть на свою семью, вызвать больше воспоминаний, связанных с ними, но он сдержался. Он позволил воспоминаниям о полетах полностью захватить себя.

Он сидит в кабине частного самолета рядом с Мэтью Грейнджером. При виде его ангельского личика Иону захлестнула такая волна ярости, что он едва не потерял воспоминание. Грейнджер дает ему какие-то указания. Он называет координаты. Координаты четырех точек.

Белая равнина. Красная пустыня. Остров небоскребов. Тропический город.

Иона вышел из транса и резко выпрямился, хватая ртом воздух.

– Это… это сработало, Нэн! – закричал он. – Это реально сработало! Мы это сделали!

В реальном мире Иона попытался сфокусировать зрение и увидел три размытых белых пятна – лица, склонившиеся над ним.

– Что-то не так? – спросил он.

– Уже все в порядке, – голос Сэм. – Ты не возвращался несколько часов, мы забеспокоились. Самолет уже в Москве, заходит на посадку.

– Так быстро? – удивился Иона. – Я думал… Мне казалось, что прошло всего несколько минут. Но послушайте все! Я сделал это! Нам это удалось, мне и Нэн!

– Что удалось? – нетерпеливо спросил Брэдбери.

– Я все вспомнил! – сказал Иона. – Я нашел доступ к воспоминаниям отца.

Аксель вскочил со своего места:

– Ты хочешь сказать?..

Иона все еще видел перед собой образы из воспоминаний отца. Он узнал красную пустыню, иссушенную и растрескавшуюся. Южный Угол. Там, в серверном парке, хранилась информация об обитателях Острова Перенесенных. В некотором роде это место можно теперь считать домом Нэн.

Иона кивнул.

– Я нашел… – Он замолчал на секунду. Что-то во взгляде Брэдбери, хмурого и сосредоточенного, заставило его остановиться. Он спросил себя, что знает об этих людях? Может ли действительно им доверять?

– Я нашел… Один из Четырех Углов, – сказал Иона, приняв решение пока не раскрывать всей правды нетерпеливым Стражам. – Я видел его с воздуха так, как видел мой отец. Гигантская красная скала посреди пустыни. В Австралии.

Глава 21

Грейнджер наконец добрался в пункт назначения.

Он летел в общей сложности более двадцати часов и сделал всего две остановки, на дозаправку частного самолета. В Париже было позднее утро, но здесь, в северной части Австралии, солнце уже садилось. Его угасающие лучи подсвечивали множество массивных отражателей, сплошь покрывающих ржавый песок красной пустыни.

Грейнджер с удовлетворением наблюдал, как внизу вдоль пыльного шоссе Лассетер ползли колонной военные джипы. Южная команда укладывалась в расписание, хотя силы оказались намного скромнее, чем он надеялся. Пилот получил приказ ждать дальнейших инструкций в Элис Спрингс, ближайшем городке, расположенном более чем в пятистах километрах. Затем Грейнджер открыл дверь в хвостовой части и выпрыгнул из самолета.

Широкая плоская вершина Айерс-Рок была единственным примечательным элементом местного ландшафта. Она была сплошь покрыта солнечными панелями, но Грейнджер целенаправленно снижался к зазору между ними. Он выполнил безупречное приземление. Киберкинетические ноги в значительной мере смягчили удар, и он грациозно скинул парашют, словно ненужное пальто.

Грейнджер сидел спиной к металлическому люку и наслаждался восхитительным закатом. В трехстах пятидесяти метрах ниже он видел своих людей, проходящих первое из двух заграждений. Мэтью поднялся на ноги и легко побежал по заросшей тропинке, ведущей вниз, к основанию скалы. Он мог бы приземлиться прямо туда, но ему нравилась идея сойти вниз с вершины скалы, чтобы встретить соратников. Это казалось ему символичным.

Возраст Айерс-Рок насчитывал несколько сотен миллионов лет. Эта скала устояла, хотя остальную часть горного хребта время превратило в пыль. Грейнджер был уверен, что его наследие просуществует в мире не меньше.

Поэтому он и разместил часть этого наследия именно здесь.

Грейнджер помнил времена, когда скала Айерс-Рок была популярной туристической достопримечательностью. Потом непомерно высокая стоимость проезда на транспорте развалила туриндустрию. Сегодня всем было известно, что это место служит для размещения столь необходимой солнечной электростанции.

Только горстке людей был известен секрет Айерс-Рок.

Грейнджер остановился у подножия гигантской скалы и ждал, пока первый из приближающихся джипов поравняется с ним. Светловолосый юноша в военной форме спрыгнул с пассажирского сиденья на землю. Под его глазами от усталости залегли лиловые тени, и моргал он слишком часто. Юноша отдал честь Грейнджеру; это не было необходимостью, но приятно польстило самолюбию Мэтью.

– Южный ударный отряд прибыл по вашей команде, сэр, – доложил Уоррен, обладатель аватара паука.

Он выглядел именно так, как представлял Грейнджер.

– Это все, чем вы располагаете?

Мэтью насчитал пять джипов, по пять или шесть человек в каждом; их сопровождали четыре квадроцикла, на каждом расположились водитель и один пассажир.

– Я пытался объяснить, сэр, – начал Уоррен с печальным лицом, – когда вы передвинули сроки…

– Да, да, – нетерпеливо прервал Грейнджер, – я помню. Однако я надеялся…

– Есть договоренность с тридцатью добровольцами в Перте, они могут прибыть к нам через пустыню. Еще бы только двенадцать часов, сэр…

– Нет! – оборвал Грейнджер. – Атаки на все Четыре Угла должны начаться одновременно. Тогда сработает элемент неожиданности.

Он быстро подсчитал количество бойцов:

– Даже тридцати семи человек должно быть вполне достаточно, чтобы справиться с горсткой правительственных марионеток.

– Уверен, что вы правы, сэр.

Грейнджер посмотрел на часы:

– До начала атаки тридцать четыре минуты. Для подъема на вершину вам потребуется полчаса. Так что пора начинать.

– Сэр, я думал, вы лично возглавите нападение?

– Я сказал, что возглавлю операцию здесь, но это не означает, что я собираюсь дать себя убить во время атаки. Не кажется ли вам, что моя смерть нанесла бы непоправимый урон нашим общим целям?

Остальные Миллениалы вышли из машин и ждали дальнейших указаний. Они представляли собой довольно разношерстную толпу. Одни выглядели как профессиональные наемники, прекрасно экипированные и владеющие ситуацией. Другие были почти детьми; этих переполнял энтузиазм, хотя в реальной жизни едва ли кто-то из них хоть раз держал в руках оружие.

Уоррен озвучил приказ Грейнджера:

– Мы пройдем через люк наверху. Как только окажемся внутри, попытаемся добраться до лифтов. Но действовать нужно очень быстро. Чтобы захватить пульт управления, придется спуститься вниз на девяносто пять этажей. Если хотите ознакомиться со схемами объекта, то сейчас у вас есть последний шанс это сделать.

Он повысил голос немного больше, чем требовалось для такой маленькой группы. Это была попытка утвердить свой авторитет после разговора с Грейнджером.

Уоррен не был лучшим из помощников Грейнджера, но он был самым верным, а это что-то да значило. Правда заключалась в том, что Грейнджеру льстило иметь в своем окружении кого-то настолько неистово желающего быть похожим на него.

Армия Миллениалов начала свое восхождение по тропинке, ведущей к вершине горы. Некоторые светили фонариками, хотя в эту ночь небо было безоблачным и светлым.

Из проходящей мимо колонны Грейнджер выбрал двоих самых опытных по виду бойцов – высокого, мускулистого новозеландца и маленького жилистого австралийца. Он повел их по грязной тропинке, огибающей основание скалы, даже не потрудившись узнать имена.

– Ваша задача защищать меня любой ценой, – объяснил он, – даже ценой ваших собственных жизней. И не забывайте, что доплаты за разговоры нет.

Мэтью свернул с тропинки и направился на поиски узкой расщелины в скале. Он продирался через кустарники, пока наконец не нашел место, где порода образовывала естественные выступы. Ухватившись за них, он подтянулся вверх.

После небольшого подъема Грейнджер скользнул в расщелину. Пещера, в которой он оказался вместе со своими новоявленными телохранителями, была абсолютно незаметна снаружи. Стены ее покрывали наскальные рисунки аборигенов, хотя Грейнджер с трудом мог различить их в темноте. Он знал, что по местным суевериям эта пещера считалась священной: аборигены полагали, что она служит обителью для душ умерших.

Грейнджеру казалось забавным, что он отчасти воплотил местную легенду в жизнь. Теперь это место и впрямь можно считать священным. Размещенные здесь серверы обеспечивали существование Острова Перенесенных, впрочем, как и одной четвертой всей Метасферы.

Мэтью добрался до глубокой ниши в стене пещеры, попутно спугнув стайку летучих мышей; те встрепенулись и умчались прочь. Грейнджер нажал ладонью на небольшой выступ стены, и последняя с грохотом отъехала в сторону. Из образовавшегося прохода в пещеру хлынул ослепляющий яркий свет.

– Раз-два-три… И мы внутри, – сказал Грейнджер. – Стреляйте во все, что движется.

Грейнджер послал своих вооруженных телохранителей вперед и, как только убедился в безопасности, последовал за ними сам. Из темной пещеры они попали в хорошо освещенный служебный коридор. Трубы газо– и водоснабжения, электрические провода и оптоволоконные кабели тянулись вдоль стен над их головами.

Грейнджер прикрыл ведущую из пещеры дверь, оставив едва заметную щель в стене, чтобы не забыть, где она располагается. Теперь они находились в самом сердце Айерс-Рок – в ее новом, металлическом сердце.

– Первое правило при строительстве подобного объекта, – заявил Грейнджер с самодовольной усмешкой, – всегда оставляй для себя черный ход.

Они осторожно продолжили продвигаться вперед. Верзила-новозеландец следовал на несколько шагов впереди, в то время как австралиец оставался позади Грейнджера, защищая с тыла. У самого Грейнджера оружия не было. Хотя он и делал многое самостоятельно, но когда речь заходила о драке, предпочитал, чтобы руки в крови пачкали другие.

Новозеландец достиг места, где коридор соединялся с другим, и подал сигнал остановиться. Жестами он объяснил, что с левой стороны за углом есть человек.

– Сможешь тихо убрать его? – шепотом спросил Грейнджер.

Наемник кивнул, а затем провел ребром ладони по шее, вопросительно глядя на Грейнджера. Теперь кивнул Грейнджер. Он хотел, чтобы человека убили. Только так он мог быть спокоен.

Новозеландец подкрался к развилке и исчез из поля зрения. Через мгновение послышался короткий сдавленный стон, а еще через несколько секунд телохранитель вернулся и подал знак, что все чисто.

Они двинулись дальше, тихо, но быстро ступая мимо рядов компьютерных серверов.

– Машины, которые обеспечивают существование метамира, – выдохнул австралиец.

Он ошибался, но Грейнджер не видел смысла его поправлять. Эти серверы всего лишь управляли солнечными батареями на вершине скалы. Его серверы стояли один на другом в самом ее сердце, уходя под землю более чем на полтора километра.

Впереди послышались шаги и голоса; они замерли, вжавшись в стену, пока двое вооруженных мужчин проходили мимо. Те увлеченно обсуждали последний матч по виртуальному регби, Титаны против Бронкос, и были слишком поглощены своей беседой, чтобы заметить злоумышленников.

Австралиец тихо скользнул в коридор позади них и произвел два коротких бесшумных выстрела в спины.

– Если бы они болели за Бронкос, я бы стрелял по ногам, – прошипел австралиец, – но Титаны… Всегда их ненавидел!

Грейнджер прошел уже достаточно далеко.

Он почти добрался до главного пульта управления. Но теперь с каждым шагом возрастал риск быть обнаруженным. Поэтому Мэтью велел подождать.

Минуты текли в полной тишине, не считая низкого гула мощных серверов, расположенных где-то неподалеку. Грейнджеру казалось, что если прислониться к стене головой, то почувствуешь, как мощные импульсы проходят сквозь тело.

Тишину внезапно прорезал вой сигнализации.

Наемники посмотрели на Грейнджера, ожидая приказа действовать. Он покачал головой: еще не время. В коридорах уже слышались крики и торопливые шаги, но Грейнджер выжидал, считая себе под нос.

Наконец он стряхнул оцепенение и направился к вестибюлю, в который выходило еще несколько коридоров. Мэтью указал на два из них своим людям, приказав перекрыть. В одной из стен располагались двери трех лифтов. Взглянув на их дисплеи, Грейнджер понял, что два в данный момент поднимаются. Без сомнения, это служба безопасности спешит наверх встретиться с командой Уоррена. Поднялись по тревоге, услышав сигнализацию, которая оповещала о несанкционированном вторжении на объект.

Они продолжали собираться из внутренних помещений, на ходу пытаясь совладать со своими винтовками и бронежилетами. Правительственные лакеи. Их было даже меньше, чем Грейнджер предполагал, и они выглядели еще более жалкими.

Они думали, что враг еще у ворот; им было невдомек, что тот уже внутри, совсем рядом с ними.

Двое наемников шагнули в узкие коридоры и выпустили автоматные очереди. Их цели выстроились в ряд, как кегли, поэтому выбить страйк не составляло труда. Насколько Грейнджер мог видеть, ни одному из охранников не удалось избежать пули.

Он подождал, пока эхо стрельбы затихло, и прошел прямиком в зал управления. Стальная дверь была заперта, но Грейнджер знал ключевой код доступа. Высокопоставленные тупицы могли менять пароли хоть сотню раз, на его код доступа они повлиять не могли. Он ввел шестнадцать цифр одну за другой и подождал, пока замки на двери открылись.

– В этой комнате никакой стрельбы, – приказал он, – даже для самозащиты.

Первыми в зал вошли наемники.

– Всем на пол! – прокричал австралиец.

В комнате находились лишь пятеро безоружных техников среднего возраста. Они даже не пытались оказать сопротивление.

– Пожалуйста, – взмолился один из них. Он лежал лицом вниз, когда новозеландец приставил нож к его горлу. – Мы не станем пытаться вам помешать. Зачем это нам? Мы просто делаем свою работу. За которую, кстати, не платят уже несколько месяцев.

– Я должен убить вас, – ответил Грейнджер. Мужчины закрыли глаза, ожидая худшего. – Впрочем, если согласитесь работать на меня, я сохраню вам жизнь.

Через двадцать минут в зале управления появились бойцы Уоррена.

Четверо Миллениалов с оружием на изготовку появились в дверях. Они были шокированы, увидев, что Грейнджер спокойно ожидает внутри, а бывшие правительственные сотрудники на своих местах нервно стучат по клавишам.

– Вау! – воскликнул один из вошедших. – Вы уже здесь!

Грейнджер не стал ждать прибытия остальных Миллениалов. Его не интересовало, сколько человек погибло в стычке с правительственным отрядом наверху. Он уже знал все, что нужно.

Мэтью удобно устроился в кожаном кресле перед центральным пультом управления. Его взгляд блуждал по экранам, расставленным вокруг, и он улыбался, когда коснулся знакомых инициалов, вышитых на правом подлокотнике кресла: М. Г.

Грейнджер чувствовал, что наконец-то вернулся домой. Более того, он прошел четверть пути к возвращению своего творения, своего собственного мира.

Южный Угол снова принадлежал ему.

Глава 22

Улицы в Москве были шире лондонских, но такие же людные.

Однако людей на колесах здесь было меньше. Большинство, ссутулившись, плелось по тротуарам, не обращая друг на друга ни малейшего внимания.

Конечно, в России все еще было топливо, а значит, и общественный транспорт, но стоимость четырех билетов на ветхую скрипящую электричку, идущую от аэропорта Шереметьево до Савеловского вокзала, шокировала Иону.

Брэдбери заплатил потрепанной карточкой, той самой, благодаря которой усталый чиновник в аэропорту был снисходителен и закрыл глаза на отсутствие у Ионы паспорта. Парень решил не спрашивать, откуда на нее поступают деньги, – если вообще эта карта была настоящей.

Они прождали электричку час; вдобавок оказалось, что в ней есть только стоячие места. Состав осторожно крался по никуда не годным рельсам. До города они добрались только к вечеру, когда в воздухе уже повеяло прохладой. Иона радовался уходящему дню. В этой толпе он начал чувствовать себя в безопасности.

Однажды Иона был в мета-Москве. Та была много лучше реальной: идеализированная версия того, чем когда-то являлся этот город. В настоящей Москве из-за роста численности населения сказочные башни и старинные купола оказались вытеснены массивными бетонными коробками жилых комплексов. Они видели у зданий дипмиссий извивающиеся длинные очереди, в которых под наблюдением вооруженной охраны люди ждали гуманитарной помощи.

Примерно через полтора часа ходьбы Аксель наконец объявил, что они добрались до места назначения. Парк Сокольники выглядел заросшим и заброшенным, как и большинство парков реального мира, территорию которых еще не застроили. Палатки с фастфудом у входа давно не работали; с их деревянных ставней слезла вся краска. Над парком возвышалось ржавое колесо обозрения, оно напомнило Ионе «Лондонский Глаз», который когда-то нависал над Темзой. Во время одного из продовольственных бунтов колесо свалили и потопили в реке.

Отец водил Иону покататься на лондонском колесе в шестой день рождения. «Если тебе это нравится, – сказал он, когда их кабинка поднялась высоко над городом, – то и летать понравится по-настоящему!»

– Он опаздывает, – сказал Аксель через некоторое время.

– Приедет, – отозвался Брэдбери, – он знает, как это важно.

– Вы уверены, что на него можно положиться? – спросила Сэм.

– Скоро будет, – с уверенностью заявил Брэдбери. – Он верит в свободную Метасферу не меньше, чем все мы. Ограничения плохо влияют на его бизнес.

– Бизнес? – спросил Иона с опаской. – Какой бизнес?

Вопрос так и остался без ответа; Иона решил его не повторять.

Парень убивал время, пытаясь вызвать воспоминания, как научила его бабушка. Закрыл глаза и попробовал выбросить все из головы, но не смог. Его слишком беспокоили события реального мира, которые разворачивались вокруг. Он не мог полностью расслабиться.

Иона заметил, что Брэдбери неотрывно смотрит на него.

– Ну что, вспомнил что-нибудь об остальных Углах? – спросил тот.

Иона отрицательно покачал головой.

– Он знает месторасположение одного из них, – сказала Сэм, – это уже что-то.

– Достаточно, чтобы защитить четверть Метасферы, – добавил Аксель.

– Только если мы сможем заполучить Мост Чанга, – проворчал Брэдбери, – и если сможем добраться до места раньше Миллениалов.

Дискуссию прервал приближающийся звук двигателя.

Брэдбери первым вскочил на ноги и, как обычно, достал пистолет.

В следующую секунду их ослепил свет фар. Большой пыльный фургон черного цвета приближался по одной из дорожек парка, из-под колес летели камешки. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, машина резко остановилась. Ее задние двери распахнулись, и коренастый человек в черной одежде взмахом руки предложил квартету присоединиться к нему.

Едва они успели забраться внутрь, машина резко тронулась с места.

Внутри фургон был напичкан компьютерным оборудованием. Тускло светились работающие мониторы и огоньки жестких дисков. Четыре вращающихся кресла были привинчены к полу. Иона забирался в фургон последним, и места ему не хватило, поэтому он вынужден был устроиться на корточках между креслами.

– Извините за опоздание, – извинился мужчина. Ему было около двадцати. Сначала он показался Ионе старше из-за щетины на лице.

– Что стряслось, Дмитрий? – спросил Аксель.

– Андрей заметил за нами слежку. Пришлось убедиться, что мы избавились от хвоста, прежде чем приехать на встречу к вам.

Андреем, по-видимому, звали водителя. Иона мог видеть его профиль. Он был старше, крупнее и носил густую черную бороду. Мужчина был полностью сосредоточен на дороге и ни разу не обернулся при звуке своего имени. Они выехали из парка и повернули на юг.

– Шпионы Миллениалов? – спросил Брэдбери.

– Думаю, нет. У нас есть и свои враги, да?

Дмитрий обернулся к Сэм и представился ей, поцеловав руку. Акселя и Брэдбери он, похоже, уже знал, а Иону проигнорировал. Брэдбери спросил, все ли готово; Дмитрий ответил утвердительно. Самолет ожидал Стражей в частном аэропорту, в двадцати километрах от города.

– Для чего все это оборудование? – спросил Иона. – Чем вы здесь занимаетесь?

– У Дмитрия вещательная сеть, – ответил Аксель. – Как идут дела, Дмитрий?

– Опасный бизнес, но доходный, – объяснил Дмитрий. – Игра Люка Векслера выходит через несколько месяцев. «Зомби 4». Это будет очень удачно для нас.

– Вещание? – переспросил Иона.

– Да, – ответил Дмитрий. – Многие транспортные средства, подобные этому, имеют связь со спутником и, перемещаясь, постоянно загружают информацию в Метасферу. Круглые сутки.

– Вы имеете в виду пиратский контент, – догадался Иона. – Вы пираты, так ведь?

– Мы делаем информацию, культуру, новые идеи доступными для всех, – ответил Дмитрий, – а не только для буржуев.

– Можете называть это, как угодно, – запротестовал Иона, – но это все равно воровство.

Дмитрий нахмурился:

– Я думаю, наша философия не так уж отличается от вашей. Ты ведь Страж, да? Значит, ты хочешь, чтобы Метасфера стала свободной?

– Так и есть, – ответил Брэдбери, бросив на Иону негодующий взгляд, значение которого, как всегда, не вызывало сомнений. Иона предпочел внять немому предупреждению Брэдбери и замолчал, однако никак не мог перестать думать о том, что такая «свобода» все же должна кем-то ограничиваться.

Уже во второй раз за последние дни он почувствовал, что ему очень некомфортно с союзниками его друзей, Стражей.

Они ехали по центру Москвы. Дмитрий обратил их внимание на зеленые шпили Кремля, где за высокими стенами на протяжении веков обитали российские лидеры. Улицы были слабо освещены, в городе стало не так многолюдно, как раньше, когда они только прилетели.

Фургон замедлился, подъезжая к Т-образному перекрестку. Внезапно сквозь окна в задних дверях ударил яркий свет. К фургону приближался еще один автомобиль, который, как осознал Иона через пару мгновений, не собирался тормозить.

– Берегись! – закричал он, но было слишком поздно.

Фургон протаранил их. Что касается Ионы, времени ему хватило только на то, чтобы вцепиться в основание кресла Сэм.

Их отбросило через весь перекресток. Андрей нажал на тормоз и крутанул руль. Колеса завизжали, Иона почувствовал запах горелой резины. Он решил, что они врежутся в здание напротив, закрыл глаза и приготовился к удару, но водитель сумел затормозить, и машина остановилась в каких-то сантиметрах от стены.

Фургон развернулся на сто восемьдесят градусов, и теперь Иона видел через лобовое стекло машину, которая в них врезалась: гладкий черный лимузин с кенгурятником впереди.

Тот сдавал задом, словно хотел покинуть место происшествия. Но после секундной остановки его двигатели взревели, и лимузин снова устремился на фургон.

В это время фургон заглох. Андрей несколько раз безуспешно повернул ключ в замке зажигания, но затем мотор закашлялся и завелся. Водитель вдавил в пол педаль газа; рванув, они едва успели уйти от второго тарана, устремились обратно дорогой, по которой только что приехали. Через окно в задней двери Иона видел, как лимузин в три движения выполнил мастерский разворот и снова преследовал.

– Какого черта происходит? – взревел Аксель, потирая ушибленную голову. Иона заметил, что на макушке у него выступила кровь. Должно быть, ударился об один из компьютеров.

– Корпорация Чанга, – прорычал Андрей.

– Это их машина, – подтвердил Дмитрий. – Похоже, они преследовали нас и раньше. Не успокоятся, пока не отправят нас в кювет.

– Но какой в этом смысл? – закричал Иона. – Я думал, мистер Чанг… он же наш союзник!

– Может, вам он и союзник, – усмехнулся Дмитрий, – но мне он точно не друг.

– Мистеру Чангу принадлежит большинство крупных киностудий, – пояснила Сэм. – Это его фильмы Дмитрий незаконно копирует.

Навстречу приближалась еще одна машина. Иона едва успел понять, что это такой же черный лимузин, как автомобиль резко развернулся на их полосу и стал прижимать к обочине. Реакция Андрея была мгновенной. Он резко направил фургон в сторону, они пересекли тротуар и оказались в переулке.

Но все же недостаточно быстро. Кенгурятник одного из лимузинов толкнул их в задний бампер, едва не отправив фургон в занос. Андрею удалось справиться с управлением, но Иона услышал, что из-под фургона стал доноситься какой-то скребущий звук.

Они неслись с головокружительной скоростью по улицам города, лимузины не отставали. Иона затаил дыхание, заметив, что на перекресток, к которому они приближались, выезжает грузовик. Вместо того чтобы остановиться, Андрей снова вдавил педаль газа в пол, пытаясь проскочить перекресток первым. Иона вздрогнул, уверенный, что это не удастся. Он услышал гудок грузовика и визг его шин, а затем каким-то чудом они оказались за перекрестком. Грузовик позади перекрыл дорогу преследователям.

Андрей повернул четыре раза, припарковал фургон в узком мощеном переулке, заглушил двигатель и погасил фары.

Сэм первой решилась нарушить тишину.

– Что нам теперь делать? – спросила она.

– Мы, конечно, бросим фургон, – ответил Аксель.

– Это невозможно, – сказал Дмитрий. – Оборудование фургона стоит кучу денег. К тому же у корпорации Чанга агенты повсюду, и они знают меня в лицо, так что мы будем легкими мишенями.

– Что ты предлагаешь? – спросил Брэдбери.

– У нас есть автомастерская на другом конце города. Нужен час, чтобы перекрасить фургон и поменять номера. Тогда они нас не узнают.

– На другом конце? – эхом отозвалась Сэм. Иона думал о том же. Как они смогут преодолеть это расстояние в разбитом фургоне с двумя лимузинами Чанга на хвосте?

– Почему бы нам просто не поговорить с ними? – заговорил Иона. Решение казалось ему очевидным.

Андрей, обернувшись, посмотрел на Иону через плечо и произнес по-русски что-то явно оскорбительное.

– Ну, послушайте же, – продолжил Иона, – мистер Чанг знает, что мы собираемся забрать у него Мост. Он знает, как это важно. Если бы мы могли объяснить этим людям, кто мы такие…

– Если они поймают меня, убьют без разговоров, – объяснил Дмитрий.

Но Иона не собирался сдаваться:

– Тогда как насчет Метасферы? Здесь есть все необходимое оборудование. Что, если кто-то из нас выйдет в сеть и поговорит с мистером Чангом лично? Можно попросить его отозвать людей.

Аксель покачал головой.

– Неплохая идея, парень, – сказал он, – но ты не можешь так просто прийти и поговорить с кем-то вроде мистера Чанга.

– Этот человек не может позволить себе быть замеченным в контактах с такими преступниками, как мы, ни в одном из миров, – продолжил Брэдбери. – Немногие контакты, которые у нас были, всегда осуществлялись через целую сеть агентов. Пока мы передадим ему сообщение…

Если они даже не собирались попытаться, Иона собирался. Он преодолел столько трудностей не для того, чтобы его пристрелили в московском переулке.

– Я смогу, – сказал Иона, – я это сделаю. Я знаю друга мистера Чанга. Думаю, он сможет организовать встречу.

Теперь все обернулись к нему. Первой заговорила Сэм:

– Ну, терять нам все равно нечего.

– Стоит попробовать, – согласился Брэдбери. Вряд ли это звучало как одобрение, но Ионе оно и не требовалось.

– У вас есть адаптер? – спросил парень.

Дмитрий кивнул. Он протянул Ионе стерильный переходник и уступил свое место. Как только Иона подключился, Дмитрий протянул ему свой планшет для введения нужных координат. Иона знал цифры лучше, чем какие-либо другие. Это были координаты Академии Чанга для одаренной молодежи.

Иона возвращался в свою школу.

Глава 23

Ионе показалось, что в этот раз школа выглядит по-другому.

Потребовалась пара секунд, чтобы понять, в чем дело. Конечно, он ни разу не был здесь с тех пор, как загрузил в свой профиль аватар отца. Он еще не до конца привык смотреть на мир желтыми глазами дракона. Теперь все казалось ему меньше, чем раньше, ведь сам он существенно увеличился в размерах.

Ему казалось, что он перерос это место.

На Иону нахлынула волна сомнений. В фургоне, сидя напротив Сэм, Иона чувствовал себя уверенно. Но теперь он снова был ребенком.

Перед ним появилось диалоговое окно. «ПОСЕЩЕНИЕ ТОЛЬКО ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЙ ЗАПИСИ». Школьная программа защиты безопасности больше не распознавала в нем учащегося.

На центральном входе висела иконка-замок. Но, даже будь ворота открыты, Иона не рискнул бы пройти сканирование. Зато у него имелся вирус Гарри-петуха.

Приложив когти к кирпичам, он передал вирус и спустя мгновение прошел сквозь стену в школьный холл. Иона заколебался, не зная, что делать дальше. Если кто-то из учителей застанет его здесь? Как он все объяснит? Если они пожалуются на него? Это грозит исключением.

Прозвенел звонок. Иона запаниковал и огляделся в поисках укрытия. Спрятаться было негде. Он был слишком большим. Коридоры уже заполнялись аватарами, выходящими с уроков. Некоторые смотрели на красного дракона с любопытством и даже с некоторым восхищением.

Однако для большинства он был обычным посетителем, который слоняется по школе; он не вызывал большого интереса. Немного приободренный этим фактом, Иона направился к своему кабинету.

Школьные часы показывали одиннадцать по «местному времени», которое менялось в течение дня, чтобы студенты из разных временных поясов могли проходить учебный процесс друг за другом непрерывно. На каждый день в реальном мире приходилось три дня в Академии Чанга. К счастью для Ионы, человек, к которому он пришел, работал два дня из трех.

Мистер Пэнг сидел за своим столом, просматривая классную работу в планшете. На его носу красовалось пенсне.

Иона робко постучал в дверь кабинета.

Мистер Пэнг поднял глаза от экрана и нахмурился:

– Чем могу вам помочь, сэр?

Иона сложил свои огромные крылья и шагнул в тот самый кабинет, из которого сбежал всего пару дней назад.

– Мистер Пэнг, – начал он, – это я. Иона Делакруа, – он знал, что теперь ему может помочь только правда, и решил выложить ее учителю, чего бы это ни стоило.

Мистер Пэнг поднялся со своего места и в изумлении уставился на Иону:

– Господи, боже мой! Мне кажется, я уже видел этот аватар раньше. Аватар твоего отца, не так ли?

Иона кивнул и с опаской оглянулся, убеждаясь, что их никто не слышит:

– Пожалуйста, не рассказывайте никому!

– Само собой, мальчик мой, даю слово! Но ради бога расскажи мне скорее, как…

– Нет времени объяснять, сэр. Я сейчас в Москве с… с друзьями, и мне нужно срочно поговорить с мистером Чангом. Его люди хотят убить нас, а я помню, однажды вы говорили, что знакомы с ним. И я думал, может, вы могли бы…

– Помедленнее, мальчик мой. Расскажи все по порядку. Твои друзья… кто они?

Иона не мог заставить себя произнести вслух, что его друзья Стражи. Он заодно со Стражами.

– А, – начал мистер Пэнг, заметив, что молчание затянулось, – мы говорим о сподвижниках твоего отца?

Иона очень удивился. Что еще мог знать его учитель?

– Во время наших дебатов в классе ты всегда выступал за жесткий контроль в Метасфере. Ты высказывал идеи, противоречащие позиции мистера Чанга и ему подобных. Могу ли я сделать вывод, что ты изменил свое мнение?

Иона подумал о том, что Сэм, Аксель и остальные, должно быть, наблюдают за ним по монитору.

– Мистер Пэнг, – сказал он, – пожалуйста. Мы в беде. Серьезно. И только мистер Чанг может нам помочь. Вы можете организовать мне встречу с ним?

– Я не могу тебе помочь, Иона. Я, к сожалению, не могу перемещаться так… свободно, как хотелось бы.

Значит, то, что говорили о мистере Пэнге, было правдой. Слухи ходили по школе все те годы, что Иона там проучился. Поговаривали, что учитель Ионы был политзаключенным в Китае. В реальном мире его свобода ограничивалась стенами тюремной камеры, а в Метасфере аватар был привязан к координатам рабочего места.

– Мы с мистером Чангом когда-то были друзьями, это правда, – сказал мистер Пэнг. – Я очень благодарен ему за то, что он устроил меня сюда. Но прошло немало времени с тех пор, как мы в последний раз связывались друг с другом, не говоря уже о личной встрече. Понимаешь, человек в его положении…

Иона тяжело вздохнул:

– Я знаю – не может позволить себе связаться с преступником.

– Предпочитаю слово «диссидент».

– Вы совсем ничего не можете сделать, сэр? – спросил Иона. – Может, вы объясните, как его найти? Или как-то передадите ему сообщение? Я знаю, он согласится, что это очень важно. Жизненно важно.

Мистер Пэнг задумался на пару секунд, а затем кивнул. Он закрыл дверь кабинета, чтобы никто не мог их увидеть, открыл шкафчик для хранения личных вещей и извлек оттуда маленькую золотую статуэтку, которую передал Ионе.

– Привлекает удачу, – пояснил он.

Иона посмотрел на статуэтку. Это был кот, золотой кот. У него было два лица, смотрящих в разные стороны. С одной стороны кот улыбался, поднимая лапу для приветствия; его второе лицо было хмурым, а в лапе он держал веник.

– Одна сторона привлекает удачу; та, что с веником, отгоняет зло, – объяснил мистер Пэнг.

– Я не понимаю, сэр, как?..

Мистер Пэнг снисходительно улыбнулся. Он забрал статуэтку и, ловко орудуя когтями, раскрыл двуликую голову кота. Внутри обнаружилась маленькая кнопка.

Мистер Пэнг передал статуэтку обратно Ионе.

– Нажми на кнопку, – объяснил он, – и программа доставит тебя к тому, кого ты ищешь.

– Мы потеряли его!

Сэм и остальные следили за Ионой по монитору. Секунду назад красный дракон стоял посреди школьного кабинета, беседуя с мудрой старой птицей. Теперь же Сэм видела только отражение сердитого лица Брэдбери на пустом экране.

– Куда он делся? – спросил Аксель.

– У учителя была какая-то фигурка. Парнишка нажал кнопку внутри нее, и все исчезло.

Брэдбери забегал пальцами по клавиатуре. Монитор снова ожил, но на этот раз выдал отчет об ошибке.

– Тут говорится… секунду… – Сэм подалась вперед. – Тут говорится, что к данному терминалу в настоящий момент не привязано ни одного аватара. Но как?..

– Это его точка выхода, – сказал Брэдбери. – К терминалу привязан его портал. Похоже, что…

– Нет! – выдохнула Сэм. – Он не мог…

Она смотрела на обмякшее тело Ионы и не решалась выразить вслух свои опасения. Все знали, что происходит с человеком, чей аватар уничтожили или даже просто отсоединили от пользователя.

– Может, это просто глюк? – сказала она с надеждой.

Внезапно в конце переулка мелькнул яркий свет фар. Это был черный лимузин, Сэм услышала визг тормозов.

– Похоже, они нас нашли, – простонал Аксель.

Дмитрий рухнул на пассажирское сиденье и закричал:

– Валим! Давай! Давай!

Андрей завел мотор и резко развернул фургон. Сэм придерживала Иону, пока они подскакивали на булыжниках мостовой. Она надеялась, что худшее еще не произошло; тогда нельзя допустить, чтобы Иону выбросило из кресла и подключение оборвалось.

Лимузин следовал за фургоном. Сэм видела, как стремительно он приближался. Кенгурятник уже почти касался заднего бампера.

Они выехали на шоссе. Андрей снова развернул фургон, в бешеном темпе переключая передачи. Они рванули вперед, но лимузин по-прежнему висел на хвосте.

Брэдбери, с трудом сохраняя равновесие, пробирался мимо Сэм в конец фургона. Она хотела спросить, что он задумал, но это стало очевидным, когда он выбил прикладом окно одной из задних дверей и приготовился открыть огонь.

На лимузин людей Чанга обрушился град пуль. Лобовое стекло и одна из фар рассыпались, но машина не сбавляла ход. Сэм подумала, что автомобиль, вероятно, бронированный. Брэдбери тихо выругался, выбрасывая пустой магазин и устанавливая новый. Он палил снова и снова. В капоте лимузина появились дыры; внезапно из-под него вырвалась мощная струя пара. Видимо, Брэдбери удалось повредить двигатель. Лимузин съехал с трассы и врезался в каменную тумбу.

– Это послужит им уроком! – выпалил Аксель, когда они удалялись от искореженной машины преследователей.

Едва он закончил фразу, фургон переехал что-то лежащее на дороге, вздрогнул и начал замедляться.

– Шипы! – закричал Дмитрий.

– Это ловушка. – Сэм поняла, что банда Чанга заранее просчитала их маршрут.

Позади на дороге они увидели узкую полосу черного цвета (Андрей не заметил бы ее даже в свете фар), усыпанную металлическими зубцами. Кто-то развернул ленту с шипами специально для них, хотя поблизости и никого не было видно.

– Шины, – сообщил Андрей, – они разодраны в клочья.

Водитель не останавливался, но фургон был практически неуправляем; он просто скользил поперек трассы.

– Это бесполезно! – закричала Сэм. – Отец прав, нам лучше бросить фургон и попытаться скрыться.

В ответ Андрей утопил педаль в пол, и от жуткого визга лишенных резины колесных дисков Сэм свело зубы.

Один лимузин Чанга появился прямо перед ними, другой замаячил невдалеке слева. Сэм поняла, что погоня окончена.

Но Андрей не был готов смириться. Он попытался проскочить между двух черных автомобилей, однако безуспешно. Фургон врезался в бордюр и на мгновение подлетел в воздух. Машина с грохотом приземлилась, зацепила мусорный контейнер и остановилась, уткнувшись носом в бетонную стену. Сэм и Иону выбросило из кресел, и провод, подключенный к порту в спине Ионы, угрожающе натянулся.

Лимузины остановились по обе стороны фургона, отрезая пути к отступлению. Их двери распахнулись, и на дорогу вышли восемь человек в темном камуфляже и масках.

Все они были вооружены, и все направили оружие на фургон. Сэм вспомнила слова Дмитрия: если его поймают, сразу убьют.

Похоже, этот момент наступил.

Глава 24

Иона открыл глаза. Он был дезориентирован. Потребовалось несколько мгновений, чтобы чувства вернулись к нему. Так происходило всегда при переходе между реальным и виртуальным мирами. Однако в этот раз он оставался в виртуальном мире; по крайней мере, он так думал.

Парень взглянул вниз, проверяя, как он выглядит. Все еще дракон. Все еще в Метасфере, но в другой ее части.

Иона находился в храме. Он слышал мелодичные медитативные песнопения, но не мог понять, откуда идет звук. На деревянных стенах были вырезаны иероглифы, прямо под ногами у Ионы распростерся черно-белый символ инь-ян. Он видел освещенный алтарь, статуи дракона и тигра, аккуратно расставленные ящички с цветами. Но выхода из помещения не было.

Иона подлетел к окну, выглянул в него и обнаружил, что действительно находится в китайском храме на отвесной скале. Вывернув шею, он увидел вверху над собой многоярусную крышу пагоды. Храм был вырублен прямо в склоне горы, дороги вниз не было.

– Эй, – мягко позвал Иона, опасаясь, что один в храме. – Мистер Чанг?

Он все еще сжимал в своих лапах статуэтку с раскрытой головой. Парень сконцентрировался на ней, словно кот мог внезапно ожить и подсказать, что делать.

Тени вокруг зашевелились. Иона огляделся:

– Эй? Есть тут кто-нибудь?

Из-за бамбуковой ширмы выплыл золотой дракон, размером превосходящий даже аватар Ионы. Его тело было длинным, как у змеи, голову украшали два огромных рога; у него была тонкая белая борода и мудрые глаза. Он смотрел на Иону с улыбкой.

– Не могу поверить, что мы встретились, маленький дракон, – проговорил он.

– Вы… вы?.. – Иона никак не мог закончить вопрос, который, впрочем, казался ему бессмысленным. Конечно, это и есть таинственный мистер Чанг, кто же еще?

Иона сделал глубокий вдох и запретил себе лепетать. Времени не было. Он представил, что мама стоит рядом, положив руки на плечи и помогая успокоиться.

– Пожалуйста, сэр, – сказал Иона, – я объясню, кто я, объясню все, но сперва мне нужна ваша помощь. Это срочно. Мои друзья…

– Ваши друзья сейчас в безопасности, мистер Делакруа, – прервал дракон, – ибо я отменил приказ о нападении на пиратский фургон.

– Откуда вы?.. – еще один вопрос так и остался незавершенным. Конечно, золотой дракон знал, кто стоит перед ним. Мистер Чанг не уступал умом самому Мэтью Грейнджеру. Это был один из немногих фактов, известных о нем.

Правда, в отличие от Грейнджера мистер Чанг всегда держался в тени. За него говорили руководители его многонациональной корпорации.

– Как видите, – произнес золотой дракон, – всегда найдется время для чая и новых знакомств.

Откуда-то появились серебряный поднос и две большие неглубокие чашки. Послушный жесту мистера Чанга, парящий в воздухе чайник наклонился, чтобы наполнить чашки горячей зеленоватой жидкостью.

Еще один жест, и кружка подлетела в Ионе. Тот еще не пробовал пить в обличии дракона. Его руки были слишком короткими, чтобы поднести чашку к губам, поэтому, следуя примеру мистера Чанга, он просто позволил чашке себя поить. Чай был горьким и травянистым на вкус. Ионе он не понравился.

– Талисман, который привел вас сюда, хранился на всякий случай у одного моего старого друга. Сегодня, кажется, этот случай наступил, не так ли?

– Мистер Пэнг, – начал Иона, – мой учитель в школе. Я спросил его…

Улыбка золотого дракона стала еще шире.

– Можете не объяснять, – сказал он. – Надеюсь, вы понимаете, какой вы особенный, мастер Делакруа? Насколько мне известно, вы единственный человек, в чьем сознании способны одновременно сосуществовать два аватара. Само собой, вы это знаете. Поэтому вы и получили место в моей академии.

Иона не знал об этом. Ему только сказали, что отцу пришлось использовать все свои связи для получения места в академии.

– А теперь, – мистер Чанг пристально посмотрел на Иону, – может, вы будете столь добры и объясните свое присутствие в Москве. Я уверен, вы знаете, что связались с вором, который доставил мне немало хлопот.

Должно быть, все дело в статуэтке, решил Иона. Доставив его сюда, она не только известила мистера Чанга о прибытии гостя, но и передала информацию о личности Ионы и его координатах в реальном мире.

Парень рассказал мистеру Чангу всю свою историю: о том, как нашел аватар отца в сувенирной лавке, о нападении на автобус, о смерти матери, о том, как бабушка подсказала, где искать Стражей, и о путешествии в Москву через всю Европу. Он особенно подчеркнул, что они обратились за помощью к Дмитрию лишь из-за крайней необходимости. При упоминании Дмитрия глаза золотого дракона сузились, а из ноздрей вырвался едкий черный дым.

– Вы, конечно, находчивый молодой человек, – заключил мистер Чанг, когда Иона замолчал. Иона поблагодарил его, так как был весьма польщен. – Есть, однако, одна вещь, которую я понять не могу. Бабушка помогла получить вам доступ к воспоминаниям отца, и благодаря этому вы узнали расположение одного из Четырех Углов?

– Это так, – осторожно ответил Иона.

– Я полагаю, что воспоминания о всех Углах в сознании вашего отца должны быть связаны. Так что, узнав о местонахождении одного, вы должны были вспомнить и обо всех остальных?

– Я… я не понимаю, о чем вы говорите.

Золотой дракон усмехнулся.

– Вы еще слишком молоды, – сказал он, – еще не уверены, что выбрали правильный путь, но при этом еще мудры во многих отношениях. Я с нетерпением буду ждать нашей встречи в реальном мире.

– Так вы, – неуверенно проговорил Иона, – прикажете своим людям оставить нас в покое?

– Более того, я прикажу им сопроводить вас в аэропорт Мячково, к самолету, который доставит вас сюда, в Шанхай. Я также организую вашу доставку в следующий пункт назначения, если, конечно, вы скажете, где он…

– Я точно не знаю, – ответил Иона, – куда мы отправимся дальше.

– Да ладно вам, – сказал мистер Чанг. – Ваши соратники знают координаты одного из Четырех Углов и вскоре получат Мост Чанга, так куда еще они могут отправиться?

– Я хочу сказать…

– Вы хотите сказать, что еще не уверены, насколько мне можно доверять, чтобы раскрыть координаты. – Мистер Чанг был скорее весел, чем рассержен.

Иона хотел ответить, что это не так, но язык не слушался.

– Давайте посмотрим, – задумчиво проговорил мистер Чанг. – Если бы я был на вашем месте и обнаружил расположение Четырех Углов, о каком бы я рассказал Стражам? Какой должен первым оказаться в надежных руках?

Иона беспокойно переминался с ноги на ногу. Ему казалось, что проницательный взгляд мистера Чанга проникает прямо в его сознание, считывая мысли подобно тому, как он считывал воспоминания отца.

– Южный Угол, я думаю, – сказал мистер Чанг, – угадал? Судя по вашему озадаченному виду, так и есть.

– Как вы поняли? – спросил Иона.

– По тому, как вы говорили о своей бабушке, – ответил Чанг. – Я понимаю, она единственная, кто связывает вас с семьей, которую вы потеряли. Вы хотите ее защитить.

– Говорят… Говорят, именно на сервере Южного Угла хранится остров Перенесенных.

– Думаю, так и есть, – ответил мистер Чанг. – И еще я думаю, что Южный Угол затерян где-то в Австралии.

– Все верно, – тихо ответил Иона. Он не видел смысла дальше скрывать правду. – И нам нужна ваша помощь.

Заинтересованный Мистер Чанг склонил свою голову.

– Нам нужно добраться туда раньше Грейнджера, – сказал Иона.

Мэтью Грейнджер сидел в зале управления Южного Угла.

Вокруг кипела работа. Его Миллениалы искали служебные помещения, где могли еще скрываться правительственные служащие. Кроме того, нужно было проверить многие системы и убрать тела.

Также предстояло предпринять определенные меры безопасности. Для начала Грейнджер хотел, чтобы охранники рассредоточились по всему периметру объекта. Он не думал, что у какого-то из правительств осталось достаточно ресурсов и власти, чтобы попытаться вернуть себе то, что у них отняли. Но Стражи – совсем другое дело.

Двое из команды Грейнджера запустили диагностику системы. Каждые несколько секунд один из программистов объявлял вслух об очередной найденной ошибке. Слишком долго серверы находились в руках дилетантов и теперь были в плачевном состоянии. Грейнджер не удивился.

Нужно было многое сделать.

В данный момент, однако, все это не имело значения. Мэтью Грейнджер сидел неподвижно, не обращая ни малейшего внимания на суету вокруг. Он не отрывал глаз от планшета, который пристроил на коленях, пальцы барабанили по подлокотникам кресла. Он ждал сообщения.

Наконец раздался тихий сигнал, и сообщение появилось. Всего два слова от главы северной группы захвата – последней, которая еще не отчиталась об операции.

«ОН НАШ». Так было написано в сообщении. Грейнджер улыбнулся.

Он посидел еще несколько минут, смакуя момент своего триумфа в одиночестве. Затем вскочил, послав сигнал своим киберкинетическим ногам, прочистил горло и попросил внимания. В комнате стало тихо, все замерли в ожидании. Мэтью позволил им самим построить предположения, прежде чем подтвердил догадки кивком головы и ухмылкой.

Миллениалы Грейнджера начали аплодировать, даже не давая ему заговорить. Он чувствовал, что нужно произнести пару слов и подчеркнуть значимость момента. «Но только не здесь», – подумал он. Эта речь откроет новую эру. Ее должно услышать как можно больше людей. Ее нужно записать для потомков.

Грейнджер разорвал пакет с адаптером и подключился к терминалу. Пока его последователи торжествовали в реальном мире, он решил вернуться в мир, который создал сам. Мир, который снова принадлежал ему.

Глава 25

Прошло не более пяти минут, но всем, кто был в фургоне, они показались часами.

Сэм лежала на спине в задней части фургона. Иона был рядом с ней, он все еще не вышел из метатранса. Аксель и Брэдбери тоже прижались к полу.

Все ждали, что слуги Чанга вот-вот откроют огонь, но ничего не происходило. Аксель решился поднять голову. Он осторожно выглянул в разбитое заднее стекло, увидел что-то, что ему не понравилось, и снова упал на пол.

– Все еще там, – прошептал он. – Их больше и оружия у них полно, мы загнаны в угол. Так какого же черта им просто не?..

Его прервал голос, усиленный каким-то устройством.

– Эй вы, в фургоне, – сказал голос, – выходите с поднятыми руками, мы не причиним вам вреда.

– Это ложь. – Дмитрий даже не оторвал головы от пассажирского сиденья. – Люди Чанга изрешетят нас, стоит только выбраться наружу.

– Мы не знаем наверняка, – не согласилась Сэм.

– Если бы их целью было нас убить, они бы уже это сделали, – подтвердил Брэдбери.

– Наверно, просто пока не поняли, кто я. – Дмитрий был сильно напуган. – Как только они увидят меня, точно…

– У нас есть другой выход? – раздраженно спросила Сэм. – Нам дают шанс, и я собираюсь им воспользоваться. Выйду первой и поговорю с ними.

Она поднялась на ноги, ощущая внутри сильную дрожь. Сэм ждала, что отец попытается остановить ее, ведь риск был велик.

Однако путь ей преградил Брэдбери.

– Нет, – сказал он твердо, – пойду я. Я отвечаю за безопасность и…

Опустив стекло, Дмитрий высунулся в окно и закричал:

– Живыми мы не сдадимся. У нас есть взрывчатка, много взрывчатки. Достаточно, чтобы разнести в клочья фургон и вас заодно. Так что бросайте оружие и убирайтесь отсюда.

Сэм в ужасе уставилась на него, не зная, блефует Дмитрий или нет. Оба варианта не предвещали ничего хорошего.

Они ждали ответа, затаив дыхание. Наконец голос произнес:

– Повторяю, мы не причиним вам вреда. У нас есть приказ мистера Чанга.

Пауза. Затем голос продолжил:

– Похоже, у вас с мистером Чангом есть общий друг. Некий мистер Иона Делакруа. Где он?

Иона надеялся, что фигурка кота вернет его в школу, к порталу в реальный мир.

– Эта штука работает только в одну сторону, – объяснил мистер Чанг. – Но ты сможешь найти путь к своему порталу здесь.

Он подвел Иону к гобелену, висящему на стене. На нем был изображен дракон, похожий на аватар самого Чанга, в окружении гор золота и драгоценностей.

За гобеленом обнаружилась потайная дверь.

– Спасибо, – сказал Иона, прежде чем прошел через нее.

Иона оказался в пустынном переулке. Спиной к кирпичной стене, очень твердой на ощупь. Пути назад не было. Он не мог вернуться в храм. Вместо того, чтобы пойти вдоль по улице, Иона поднялся в небо и осмотрел окрестности.

Он находился в китайской тематической зоне парка. Он сновал между небоскребами и арками, украшенными небесными фонариками. Его с радостью встречали драконы всех форм и размеров; их здесь было великое множество.

Почти отчаявшись вернуться к Сэм в реальный мир, он поднимался все выше и летел быстрее, чем когда-либо прежде. Он пробивался сквозь плотные облака, пока не заметил в отдалении остров, на котором располагалась академия Чанга.

Внезапно чей-то портал открылся прямо перед ним.

Иона увернулся и продолжил свой путь, но секунду спустя справа открылся еще один портал. Он увидел три, затем четыре портала, висящих в воздухе вокруг.

Из ближайшего портала вылез аватар: огромный черный паук. У него были длинные клыки и восемь круглых блестящих глаз: четыре по бокам головы и четыре в ее центре. Все смотрели прямо на Иону.

У парня сердце ушло в пятки. Он узнал паука. Этот аватар был самым узнаваемым в Метасфере.

Мэтью Грейнджер отыскал его и лично пришел за ним.

Иона летел между порталами. Нужно поскорее убраться отсюда, пока Грейнджер не пришел в себя в виртуальном мире, пока к нему в полной мере не вернулись все чувства.

Вокруг начали возникать новые и новые порталы; из них начали вылезать новые пауки. И внизу тоже были пауки. Земля буквально кишела ими.

Выхода не было. Мэтью Грейнджер находился повсюду.

Ощущение было непередаваемым.

Грейнджер видел Метасферу с сотен тысяч точек одновременно. Он также мог слышать всё: миллиарды голосов, удивленных и восхищенных – и да, даже разозленных, ведь всегда найдутся те, кто сопротивляется прогрессу.

Мэтью закрыл глаза и сконцентрировался. Он мог перелистывать образы, словно слайды. Он мог выбирать, глазами какого из своих многочисленных аватаров смотреть на виртуальный мир.

Грейнджер решил отправиться на экскурсию по своему миру. Он был доволен, заметив, что эффектным появлением привлек всеобщее внимание. Концерты были приостановлены. Торги на фондовых рынках замерли.

Все ждали, что же скажет Грейнджер.

Все пауки заговорили одновременно. Голосом Грейнджера.

– Для тех из вас, кто меня не знает, – начали они, – и для тех, кто успел за это время меня забыть, позвольте представиться. Я – Мэтью Грейнджер.

Как и все остальные, Иона слушал его речь.

Выбора у него не было.

– Двадцать лет назад я создал Вэб 4.0, первоначальную версию того, что теперь называется Метасферой. Я хотел дать всем новый мир, лучший, чем тот, в котором мы живем. Этот должен был стать миром порядка и эффективности, где, грубо говоря, все работало бы, как надо.

Поначалу Иона просто был рад тому, что пауки не приближаются. Но вскоре ему стало любопытно. Если Грейнджер решился на такое выступление перед всеми пользователями Метасферы, должно быть какое-то серьезное основание.

Очень серьезное.

– Три года назад, – продолжили пауки, – у меня отобрали Метасферу. Наши правительства, те самые, которые разрушили свой мир, решили почему-то, что лучше справятся с управлением миром виртуальным. Теперь мы видим, что они глубоко ошибались.

Многие аватары встретили эти слова с воодушевлением. И даже Иона не мог не согласиться с ними.

– Что ж, эти темные дни остались позади. Без сомнений, все вы слышали, что три дня назад, во время падения правительства Соединенных Штатов, я освободился из тюрьмы, куда был помещен по ложному обвинению. С тех пор я был очень занят. Нам пришлось обогнуть земной шар, мне и моим последователям. Мы добрались до четырех серверных парков, которые я построил два десятка лет назад для запуска Метасферы. Мы освободили эти серверы из-под контроля правительств…

Конец фразы был заглушен ужасающим ревом. Иона еще никогда не слышал сразу столько голосов. Казалось, кричал весь мир. Одни выражали восторг, другие были ослеплены яростью, и каждый старался перекричать другого.

– Друзья мои, – голос Грейнджера вновь разносился над толпой, – Четыре Угла снова принадлежат мне. Я вернул контроль над ними. Сегодня началась новая эпоха.

Иона понял, что нужно возвращаться к остальным.

Он продолжил путь к академии Чанга. На его пути было множество пауков; они стояли на земле, висели в воздухе, покачивались на воде. Их голоса преследовали Иону.

Первым с поднятыми руками из фургона вышел Брэдбери. Когда стало понятно, что никто не собирается стрелять, Аксель последовал за ним. Двое людей Чанга обыскали Брэдбери и Акселя, забрали пистолеты, а затем препроводили к лимузину; остальные шестеро при этом не пошевелились, стоя позади машин и держа под прицелом неудачливых беглецов.

Следующей вышла Сэм. Те же двое обыскали ее, но, не найдя оружия, убрали и свое.

– Он там, – сказала Сэм, – в фургоне. И в Метасфере. Мы никуда не поедем, пока он не вернется.

Дмитрий и Андрей выбрались последними. Дмитрий низко наклонил голову, избегая встречаться взглядом с людьми Чанга, но никто из них не отреагировал. Или его не узнали, или – что более вероятно – понимали, кто перед ними, но выполняли приказ.

Сэм услышала стон, доносящийся из фургона. Прежде, чем кто-то успел ее остановить, она бросилась к машине и распахнула дверь.

Иона вернулся к реальности и с удивлением обнаружил на своем теле свежие кровоподтеки.

Сэм помогла ему подняться на ноги, отключиться от сети и выбраться из фургона.

– Что случилось? – Иона еще слегка пошатывался. – Впрочем, не имеет значения. Ты кое-что должна знать. Грейнджер… Мэтью Грейнджер вернул себе Метасферу.

Иона шел от фургона к лимузинам и продолжал рассказывать. Его слушали Андрей, и Дмитрий, и люди Чанга, вышедшие из-за машин и опустившие оружие. Аксель и Брэдбери шли вместе с ними, никто не пытался их остановить.

Все стали задавать Ионе вопросы. Затем один, узколицый мужчина с наушником, подтвердил, что проверил информацию.

Какое-то время бывшие враги стояли в абсолютной тишине.

– И что теперь? – первой пришла в себя Сэм.

– Нам приказали проводить вас до аэропорта Мячково, – ответил мужчина.

– Зачем? – спросил Иона. – Какой теперь в этом смысл? Слишком поздно!

Дмитрий бросил на него быстрый взгляд. Сэм знала, о чем думает русский пират. Только благодаря этому приказу Чанга он еще жив, да и все остальные тоже.

– Нет, – заявил Аксель, – еще не поздно! Просто миссия теперь другая. Грейнджер получил преимущество первого хода. Теперь он контролирует Четыре Угла. До этого они принадлежали правительству. Мы всегда знали, что сражения не избежать. Если бы мы пришли туда первыми, пришлось бы защищаться. А теперь…

– А теперь, – подхватила Сэм, – нам придется напасть. Мы должны встретиться с Миллениалами лицом к лицу.

Глава 26

Самолет у Дмитрия был больше, чем у Хирама, и гораздо комфортнее. В нем имелся просторный пассажирский отсек с восемью мягкими креслами, расположенными вокруг стеклянных столиков. Был здесь и холодильник, заполненный едой и напитками.

Именно так Иона всегда представлял себе самолет Грейнджера. Тот самый, которым управлял отец. Похоже, деятельность пирата приносит неплохой доход.

Дмитрий управлял самолетом сам. Иона-то надеялся, что он и Андрей останутся в аэропорту. Ничего подобного. Парню не нравилось, как Дмитрий смотрел на Сэм, особенно когда приглашал присоединиться к нему в кабине пилота. «Возможно, позже», – сказала она и притворно зевнула.

Через двадцать минут после взлета Аксель решил выйти в сеть. Терминал располагался под его сиденьем, и он подтянул к себе провод, чтобы подключиться.

– Я сделаю небольшую вылазку, – сказал он, – посмотрю, что и как. К тому же мне нужно выпить, а в реальном мире я не могу себе этого позволить. Нужно сохранять ясный рассудок.

– Куда ты пойдешь? – спросила Сэм.

Аксель поморщился:

– Ну точно не в «Икар».

– Держись подальше от этого места, – сказала Сэм, – там повсюду шпионы Миллениалов. И они видели наши аватары с драконом Ионы.

– Знаю одно местечко в глуши, – заявил Аксель, – где не будут задавать лишних вопросов. Ты со мной, детка?

Сэм согласилась, но только на часок. Когда она подключилась к сети, Иона осознал, что ему придется остаться наедине с Брэдбери. Он еле удержался, чтобы не увязаться за Сэм, но очень устал и решил остаться отдохнуть. В конце концов, он не обязан вести беседы с Брэдбери.

Тот чистил и смазывал свой пистолет, который совсем недавно получил назад. Он хотел убедиться, что люди Чанга не сломали его. Иона растянулся в своем кресле и мгновенно заснул.

В какой-то момент сквозь сон он слышал голос Акселя, который говорил громче, чем обычно, но невнятно. Наверно, в виртуальном мире набрался до чертиков и все еще чувствовал отголоски пьянки. Конечно, вернувшись в реальный мир, он очень скоро протрезвеет.

Аксель описывал уличные праздники и фейерверки. По его словам, половина Метасферы праздновала возвращение Грейнджера. Брэдбери очень злился, говорил что-то про овец, про то, что большинство людей сами не понимают происходящего. Сэм заметила, что они с Акселем видели и акции протеста. Были даже яростные драки между аватарами.

Иона снова уснул. Его разбудила Сэм. Солнце уже пробивалось сквозь иллюминаторы самолета.

– Папа говорит, посадка через сорок минут. Я подумала, ты захочешь умыться и съесть что-нибудь.

Акселя в пассажирском отсеке не было. Видимо, сидел за штурвалом, так как Дмитрий спал в его кресле. Сэм разбудила всех. Брэдбери нашел чайник и заварил кофейный суррогат.

Дмитрий что-то сказал Сэм по-русски, она засмеялась и, к удивлению Ионы, ответила на том же языке.

– Что он сказал? – спросил Иона.

– О, ничего существенного. Просто строит из себя мачо.

Ионе больше нравилось, когда Сэм отвечала их пилоту прохладно. Хотя какое его дело? В конце концов, она же не его девушка!

Брэдбери передал Дмитрию чашку кофейной бурды:

– Нет проблем с китайскими властями?

Дмитрий покачал головой:

– Они связались с нами, как только мы вошли в их воздушное пространство, но мне удалось их обмануть. Сказал, что на борту американский бизнесмен.

– Думаешь, они поверили? – спросила Сэм.

– Если бы не поверили, – ответил Брэдбери, – нас бы уже стерли в порошок.

– Может, это мистер Чанг отдал им приказ, – предположил Иона. Он не хотел, чтобы Дмитрий приписывал себе заслугу в их безопасном приземлении. В конце концов, именно Иона разыскал мистера Чанга в Метасфере.

Они приземлились на одном из частных аэродромов недалеко от Шанхая.

Попрощались прямо в самолете. Дмитрий торопился вернуться в Москву к своей работе. Нужно было отремонтировать фургон, и он ужасался при мысли, сколько это будет стоить. Пожелав Стражам удачи, он поцеловал Сэм в щеку.

Затем обернулся к Ионе и заговорил:

– Мой юный находчивый друг. Если бы не ты, меня бы здесь сейчас не было. Я в неоплатном долгу перед тобой.

Иона был озадачен. Это был первый раз, когда Дмитрий обратился к нему напрямую, да еще с такими добрыми словами. Парень почувствовал себя немного виноватым за то, что так невзлюбил этого русского.

– Что ты сказал Сэм?

– Попросил ее не уходить с вами. Предложил вместо этого вернуться со мной в Москву.

Иона сразу успокоился. Больше он вины не чувствовал. Русский и впрямь ему не нравился. Ни капельки.

– И что она ответила?

– Почему бы тебе не спросить у нее?

Иона вышел из машины последним.

Едва они успели ступить на асфальт, как к ним подъехали два черных лимузина; Иона вздрогнул, вспомнив два черных грузовика, которые ворвались на взлетную полосу в Дувре. Из первого лимузина выпрыгнули четверо мужчин, одетых и вооруженных так же, как люди Чанга в Москве.

Сердце Ионы ушло в пятки, когда они подбежали к самолету; похоже, мистер Чанг их предал. Он был готов поднять руки в знак капитуляции, но четверо мужчин проследовали мимо них.

– Эй, что происходит? – крикнул Аксель. Он хотел броситься следом, но Брэдбери удержал его.

Дмитрий соображал быстрее. Секунду назад он еще стоял в дверях позади Ионы, но теперь, обернувшись, Иона никого не увидел. Люди Чанга бросились внутрь самолета.

Из второго лимузина вышел пожилой китаец, одетый в серый костюм и кепку, какие часто носят шоферы. Он указал на Иону со словами:

– Мастер Делакруа и компания, я полагаю? Будьте так добры, следуйте за мной, моему нанимателю не терпится с вами познакомиться.

Иона посмотрел на Сэм, на Акселя, на самолет и двинулся вперед.

Его остановили звуки стрельбы.

Он обернулся.

– Мастер Делакруа, пожалуйста, – сказал шофер, – мистер Чанг предпочел бы, чтобы вы держались в стороне от вопросов, связанных с его бизнесом.

– Но… – Иона запнулся.

Брэдбери схватил его за руку и потащил к лимузину.

– Джентльмен прав, – сказал он грубо. – Дмитрий не один из нас. У нас была сделка, но с этим покончено. Что случится с ним дальше, нас не касается.

– С мистером Чангом у нас тоже есть договоренность, – добавил Аксель.

Иона был потрясен их равнодушием. Он повернулся к Сэм за поддержкой. Та выглядела не менее встревоженной таким поворотом событий, но сохраняла молчание. Заметив взгляд Ионы, Сэм покачала головой.

Он ее понял. «А что мы можем сделать?»

Шофер открыл дверцу лимузина, и Брэдбери затолкал Иону внутрь, остальные присоединились к ним. Все расселись на диван в форме буквы «Г», обтянутый натуральной кожей. В салоне были мини-бар и консоль развлечений. Иона крутился, чтобы разглядеть хоть что-нибудь в боковые окна.

Люди Чанга вышли из самолета Дмитрия. К величайшему облегчению Ионы, Дмитрий был с ними. Он выглядел как пленник: руки за головой, под дулами четырех пистолетов. Но, по крайней мере, он был жив. Пока.

Лимузин тронулся, предоставляя русского пирата собственной судьбе. Иона не мог не думать о том, что произошло бы, если бы люди Чанга пришли не за Дмитрием, а за ним? Что сделали бы остальные?

В конце концов, он тоже не был «одним из них», так ведь?

На улицах Шанхая было еще тише, чем мог предполагать Иона.

Из школьной программы парень знал, что в Китае самая большая численность населения в мире. Китайцы, мечтая забыть о своих перенаселенных в реальном мире городах, первыми принялись осваивать Метасферу.

Иона слышал о людях, которые ставили себе капельницы, чтобы иметь возможность находиться онлайн несколько дней подряд. Некоторые даже спали онлайн, записывая свои сны, чтобы просмотреть их позже. Как и маклеры из лондонского небоскреба Сити Тауэр, они часто нанимали сиделок – метафобов типа матери Ионы – присматривать за их телами, погруженными в метатранс.

Шанхай представлял собой странную смесь из коттеджей в стиле арт-деко и современных небоскребов из стекла и металла. По мере приближения к району Падонг (Иона следил за маршрутом по интерактивной карте на консоли лимузина), небоскребы становились все выше и величественнее, пока совсем не вытеснили малоэтажные постройки.

За все время путешествия на улицах города им встретились только два автомобиля – и это были черные лимузины Чанга.

Машина подъехала к бело-голубой Шанхайской Башне. Иона смотрел на нее с благоговением. Когда-то она уступала размерами небоскребам Дубая, но после их обрушения стала самым высоким зданием в мире. Вершина спиралевидного сооружения терялась где-то в облаках.

– Не заметили ничего знакомого? – спросил шофер со снисходительной улыбкой. – Здание спроектировано в виде дракона, свернувшегося кольцами.

Он проводил Иону и троих Стражей в лобби здания. Там их встретил охранник и отвел всю компанию к лифту.

В абсолютной тишине они поднялись на сто этажей вверх, и Иона почувствовал, как заложило уши. Сэм заметила его замешательство и улыбнулась. Она показала ему, что нужно делать: заткнула нос и сильно выдохнула. Ее щеки раздулись, а лицо покраснело. Иона громко рассмеялся. Брэдбери бросил раздраженный взгляд, но впервые Ионе было все равно, что думает о нем угрюмый инженер. Так приятно снова смеяться, пусть это и длилось всего мгновение.

Двери лифта открылись, и они оказались в залитом солнцем атриуме. Центральная часть башни поднималась еще выше, а они стояли в помещении круглой формы, располагающемся между внешней и внутренней стеклянными стенами. Здесь были деревья и стулья со столами, расположенные по периметру окружности.

Охранник остался в лифте. Двери закрылись, и Иона услышал, как кабинка пошла вниз. На секунду он подумал, что они одни, но тут в зал вошел юноша и поприветствовал их. Это был китаец, не старше Ионы, но с хитрой усмешкой и поражающей уверенностью, которой Иона мог только позавидовать. На нем был великолепный черный костюм и красный шелковый галстук с вышитым золотым драконом.

Юноша поклонился четырем гостям:

– Добрый день, мисс Кавана и джентльмены. Я подумал, что башня станет куда более приятным местом нашей встречи, чем аэропорт.

– Никогда еще не бывала в таком высоком здании, – сказала Сэм. – От здешних видов захватывает дух.

– Мы приехали сюда не для того, чтобы наслаждаться пейзажами, – оборвал Брэдбери. – Мистер Чанг обещал встретиться с нами лично.

– Само собой, – ответил юноша. – Мистер Брэдбери, я полагаю? Тогда ваш друг, стало быть, мистер Кавана, а это, – он обернулся к Ионе, его улыбка стала теплее и шире, – это, должно быть, юный мастер Делакруа. Или я могу называть вас Иона? Для меня честь познакомиться с вами в реальном мире.

– Я… гм… – замялся Иона. – Мне тоже приятно познакомиться с вами, но я не понимаю…

– О да, я же забыл представиться. Простите мои дурные манеры. Иногда забываю, что в реальном мире я совсем не похож на форму своего сознания.

Не похоже было, что он оправдывался; скорее, ему нравилось видеть замешательство Ионы.

– Хотите сказать, вы?..

Сэм первой произнесла это:

– Вы и есть мистер Чанг, не так ли?

Юноша снова поклонился:

– К вашим услугам.

Глава 27

Высоко над землей они сидели под одним из деревьев атриума за переговорным столом.

Аксель все еще не мог осознать происходящее.

– Так вы и есть мистер Чанг, – повторил он недоверчиво, – генеральный директор корпорации Чанг, третий в списке самых богатых людей мира.

– Полагаю, уже второй, – поправил юноша, – если учесть сегодняшнюю стоимость акций.

– Но вы всего лишь ребенок! – воскликнул Аксель.

– Мой отец хочет сказать, – дипломатично поправила Сэм, – что Корпорация Чанг существует более двух десятков лет. Значит, вы еще даже не родились, когда…

– Мой отец основал компанию, – сказал юноша. – Его тоже звали мистер Чанг. Я унаследовал ее в мой четырнадцатый день рождения.

– И удвоили ее размер за два с половиной года, – заключила Сэм.

– У меня были прекрасные учителя, включая, конечно, и моего отца. В школе меня учили всему, что нужно знать о науке и технике, а дома отец объяснял, как устроена бизнес-сфера.

Иона не мог поверить своим ушам. Он до сих пор не знал, что делать со своей жизнью, а события последних дней запутали его еще больше. У мистера Чанга, напротив, все было предельно ясно.

– Так вы и есть изобретатель Моста Чанга, – сказал Брэдбери.

– Прямо в точку, – ответил юноша. – Мой отец одобрил бы это. Правда, с тех пор, как мы разговаривали с Ионой в Метасфере, кое-что изменилось.

– Наши планы остаются прежними, – заявил Аксель.

– Очень рад это слышать. Тот факт, что Грейнджер вернул себе контроль над Метасферой, плохо скажется на моем бизнесе.

– Это плохие новости для нас всех, – сказал Брэдбери. – Поэтому мы здесь, мистер Чанг. Мы должны действовать, и нам нужно ваше изобретение.

Из кармана своего пиджака мистер Чанг извлек маленькую серебристую коробочку. Она была не больше, чем внешний жесткий диск, имела три порта на задней панели и ряд светодиодов по передней панели. На верхней крышке был выгравирован золотой дракон, свернувшийся кольцами. Аватар мистера Чанга.

– Это оно? – спросил Иона.

– Разумеется. А вы ожидали чего-то?..

– Размером побольше, – ответила Сэм. – Намного больше.

– Да ты гений, парень! – присвистнул Аксель, но тут же поправился. – Я хочу сказать, если эта штука может хотя бы половину того, о чем вы говорили, мистер Чанг, то без разницы, сколько вам лет и в какую школу вы ходили. Вы гений!

Брэдбери взял у Чанга коробочку и покрутил в руках, осматривая.

– Что нам с этим делать? – спросил он.

– Устройство нужно физически связать с серверами одного из Четырех Углов, – объяснил мистер Чанг. – Если это сделать, остальное произойдет автоматически. На все про все прибору потребуется не больше минуты.

– Меньше минуты? – переспросил Брэдбери. Он смотрел на мистера Чанга с недоверием. – Чтобы скопировать четверть всей Метасферы?

– Боже мой, конечно, нет. Это невозможно.

Аксель и Брэдбери обменялись взглядами, затем оба вскочили на ноги. Краем глаза Иона заметил, что рука Брэдбери потянулась к скрытому под одеждой пистолету. К горлу парня подкатил ком. Он оглянулся, чтобы посмотреть, есть ли в помещении люди Чанга, но никого не заметил. Тем не менее те не могли быть слишком далеко. Меньше всего Иона хотел, чтобы эта история окончилась очередным столкновением с перестрелкой.

– Чего ты добиваешься, парень? – прорычал Аксель.

– Я не понимаю, о чем вы, – спокойно ответил мистер Чанг со своего места.

– Мы прилетели сюда не просто так. Нам сказали, что у вас есть прибор, который может скопировать всю Метасферу и…

– Мистер Кавана, – сказал мистер Чанг, – размеры Метасферы измеряются геопбайтами, даже саганбайтами. Устройство для хранения такого объема информации должно быть величиной с остров, не меньше. Размером со все Четыре Угла, собранные вместе.

– Это и так понятно, – прорычал Брэдбери. – Я же говорил, что все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Мы теряем время, Аксель.

– Нет, подождите, – остановила их Сэм. – Мистер Чанг, произошла какая-то путаница, но я уверена, что мы можем…

– Очевидно, так и есть, – мистер Чанг продолжал оставаться спокойным, – мне очень жаль. Я могу заверить вас, мисс Кавана, что в мои намерения не входило никого обманывать.

– Конечно, нет. Нет.

– Ситуация требовала, чтобы все наше общение до сих пор осуществлялось исключительно через посредников.

– То есть вы хотите сказать, что это не ваша вина, – вмешался Брэдбери. – Один из наших или ваших людей что-то понял не так? – спросил он с недоверием.

– Значит, пока мы были заняты этой игрой в кошки-мышки, – начал Аксель, – Грейнджер…

– Что он делает? – Иона говорил тихо, но все взгляды обратились на него. Аксель умолк на полуслове. Иона прочистил горло. – Мост Чанга. Вы прекрасно знали, зачем он нам нужен. Мы говорили об этом в храме. И вы сказали, что устройство нам поможет. А если этот прибор не подходит для резервного копирования, тогда зачем он?

Мистер Чанг ему улыбнулся:

– Вы действительно умный молодой человек, мастер Делакруа.

– Итак? – нетерпеливо спросил Брэдбери.

– Мое изобретение, – ответил мистер Чанг, – полностью оправдывает свое название. Оно создаст мост между Метасферой и новым виртуальным миром.

– Новым? – Аксель в замешательстве снова опустился в кресло.

– Который будет намного лучше, – продолжил мистер Чанг. – Мэтью Грейнджер – гений, но, поймите меня правильно, поглощенный защитой монополии на метатехнологии и подавлением любой конкуренции, он позволил своему детищу зачахнуть. Что касается правительств, чем меньше они вмешиваются в дела Метасферы, тем лучше.

– А этот новый мир, он действительно… существует? – спросила Сэм.

– Моя Чангосфера имеет в десять раз больше возможностей и использует их эффективнее. Ощущения пользователей реальнее, чем…

– Ваша Чангосфера? – переспросил Брэдбери.

– Считайте, что это ян, а Метасфера – инь, – объяснил мистер Чанг, но его гости так и не поняли, что подразумевается под этим сравнением.

– Нет, нет, нет, нет и еще раз нет! – Аксель схватился за голову. – Мы так не договаривались, мальчик. Мы хотим сделать Метасферу свободной, а не передать ее из рук одного диктатора в руки другого.

Глаза мистера Чанга потемнели.

– У меня нет жажды власти, мистер Кавана. Я надеялся, вы это понимаете. Исходный код будет доступен по запросу. Добавление новых приложений будет поощряться. И самое главное, у пользователей будет выбор между старым и новым мирами. Мистер Грейнджер потеряет свою монополию.

– Но управлять виртуальным миром снова будет один человек, вы! – возразил Аксель.

– Да, через мою корпорацию, – ответил мистер Чанг. – Я верю, что миру, любому миру, нужен лидер. Человек дальновидный. Иначе мы получим застой. Мы же видим, как…

– Даже если бы мы вам поверили, – прервал Брэдбери, – что нас ожидает в будущем? Например, если вашу Чангосферу унаследует человек с манией величия?

– Даже если и так, – ответил мистер Чанг, – к тому времени появится какой-нибудь новый виртуальный мир, который составит конкуренцию моему. Начнется новый круг.

Ионе казалось, что все звучит довольно разумно. Очень хорошо звучит. Возможность исследовать огромный новый мир. Более совершенный, чем Метасфера… Однако он видел, что Брэдбери и Аксель все еще колеблются. Они хотели освободить Метасферу, а не заменять ее другим миром.

Мистер Чанг поднялся на ноги.

– Конечно, вам нужно обдумать мое предложение. Думайте, сколько нужно. Однако имейте в виду, что мой прибор может дать вам то, что нужно, – свободу от мира, контролируемого Грейнджером.

– Где она? – спросила Сэм. – Если Чангосфера уже существует, где она?

– Где же ей быть? – усмехнулся мистер Чанг. – Я сказал, размером с остров. И я уверен, что вы слышали по новостным каналам о покупке, которую я совершил полтора года назад. Мое первое приобретение для корпорации Чанг.

– Гонконг! – вспомнил Аксель. – Вы купили Гонконг!

– И… – выдохнула Сэм, – вы превратили его в… Вы превратили целый город в серверную станцию?

Мистер Чанг ничего не ответил гостям. Он лишь поклонился с легкой улыбкой и исчез в сердце Шанхайской Башни. Минуту они сидели молча.

– Ладно, – наконец сказала Сэм, – я знаю, вам это не понравится, но…

– Ты чертовски права, – ответил Аксель. – Мне это совершенно не нравится! Мы тащились через половину земного шара ради встречи с сопляком, который заявляет, что обещанное устройство в реальности вообще не существует! Или вы поверили в этот треп про «недопонимание»?

Брэдбери отрицательно покачал головой:

– Он прекрасно знал, что нужно Стражам. И заставил нас поверить, что у него это есть.

– Тогда зачем он сейчас сказал правду? – спросил Иона.

– Потому что я заподозрил неладное, едва увидев прибор. Он знал, что я в любом случае разберу его и узнаю, для чего он предназначен.

– Да, но зачем он все же пытался нас обмануть?

– Он думает, что теперь у нас нет выбора, – сказал Аксель. – Ведь Четыре Угла снова под контролем Грейнджера.

– По его мнению, мы должны согласно кивнуть и приняться за осуществление плана Чанга, – продолжал кипятиться Брэдбери. – Мы должны создать мост в его виртуальный мир, в его деревню Ян, так как это лучшее, что мы сейчас можем сделать.

– Ну… а разве это не так? – рискнула спросить Сэм. – Люди получат выбор, и Грейнджер будет вынужден ослабить хватку.

– Я остаюсь при своем мнении, – ответил Аксель. – Я посвятил свою жизнь борьбе за эту идею. Виртуальный мир должен быть свободным. Никаких полумер, никаких компромиссов. Я отказываюсь просто… просто взять и передать его мистеру Чангу или кому-то еще.

– И тем не менее он нам еще очень нужен, – сказала Сэм.

– Он обещал доставить нас в Австралию, – добавил Иона.

– У нас нет контактов в Китае, кроме мистера Чанга. Без него мы…

Брэдбери нахмурился:

– Они дело говорят, Аксель.

– Да, да, я все понимаю, – согласился Аксель. – У нас нет выбора. Мы должны смириться, улыбаться этому сопляку и говорить «да, сэр», «нет, сэр», «как вам будет угодно, сэр». Мы возьмем это чертово устройство; скажу ему, что мы посовещались и решили довериться.

– Но? – спросила Сэм.

– Я позволю использовать его изобретение только через мой труп. Как только у нас отпадет необходимость в Чанге, мы избавимся от устройства. Уничтожим его. Раз и навсегда.

Глава 28

– Вверяю вам судьбу всего мира, мастер Делакруа, – мистер Чанг демонстративно передал свое изобретение Ионе, хотя Аксель уже протянул руку.

– Я использую его правильно, – пообещал Иона. Ему было неприятно обманывать нового друга, учитывая тот факт, что мистер Чанг хранил его секрет. Ведь тот догадался, что Ионе известно расположение всех Четырех Углов.

– Вы отправитесь в Австралию на одном из моих судов. Оно стоит в порту и готово отплыть, как только вы взойдете на борт.

– По морю? – запротестовал Аксель. – Это займет дней…

– Четыре с половиной, – ответил мистер Чанг.

– Слишком долго! – не унимался Аксель. – У Грейнджера будет куча времени для укрепления своих позиций.

– Зато это гораздо безопаснее, чем путешествовать по воздуху, – спокойно заключил Чанг.

Брэдбери наклонился к уху Акселя:

– Он беспокоится не о нас, а о своей коробочке.

Мистер Чанг проводил всю компанию до лифта. Иона, больше не способный сдерживаться, собрался с духом и спросил:

– Что вы сделаете с Дмитрием?

– Он послужит примером для других.

– Мне кажется, вы… вы не должны убивать его.

– Вы правы. У меня есть выбор, – мистер Чанг улыбнулся. – Это ведь хорошо, когда есть выбор. Не правда ли, мастер Делакруа?

Двери лифта открылись. Иона вместе с тремя своими спутниками шагнул в них. По пути на нижний этаж он размышлял над словами Чанга, но так и не смог понять их смысл.

Лимузин все еще стоял у выхода.

Водителю, должно быть, уже передали указания Чанга, так как о маршруте тот не спрашивал. Автомобиль вез Иону и его друзей на восток, к побережью. Уже начало смеркаться, когда они добрались до доков порта Яньшань. На фоне серого неба краны и портовые вышки казались призрачными тенями.

Люди в красной униформе выкрикивали приказы крановщикам. Краны, скрипя, поднимали тяжелые металлические контейнеры размером с автобус и складывали их на палубе – один на другой, словно кирпичи.

Аксель уверенно прокладывал путь сквозь толпу, остальные следовали за ним. Все поднялись на борт корабля; там их встретил невысокий бородатый мужчина, одетый в красный костюм с вышитым на нагрудном кармане золотым драконом.

– Капитан Тэнг, – представился он. – Мы плывем в Сидней. Мне поручено доставить вас туда в целости и сохранности. Это не пассажирское судно, но самые необходимые удобства у нас есть, например душевые.

Иона вдруг понял, что не мылся и не переодевался уже четыре дня. Это наверняка становится достаточно заметным.

Тэнг поручил одному из членов экипажа, молодому человеку по имени Квек, проводить всех по каютам, располагавшимся этажом ниже.

– Есть возможность выходить в сеть? – спросила Сэм.

Квек кивнул. Они спускались по металлической лестнице.

– Нам понадобятся бойцы, – шепнула Сэм отцу.

– А чтобы найти их, придется выходить в сеть, – ответил Аксель.

Комната Ионы была скромной, но чистой. Приятно вновь иметь свою собственную кровать! К немалому удивлению, он также обнаружил заботливо приготовленную смену одежды. Ему очень хотелось принять долгий горячий душ и немного отдохнуть. Последние несколько дней были перенасыщены событиями, его бросало из крайности в крайность. Требовалось время поразмыслить над всем этим.

Погрузка закончилась, люки задраили. Они покинули гавань. Иона был неприятно удивлен, когда заметил, что их старый дизельный корабль выбрасывал в воздух клубы черного дыма из грязных старых труб.

Он преодолел семь лестничных пролетов, забрался на мостик, возвышавшийся над рядами составленных друг на друга контейнеров, и смотрел, как по мере движения корабля удалялись береговые огни Шанхая. Судно набрало скорость, выйдя на просторы Восточно-Китайского моря. Их курс лежал на юго-восток.

Сэм, Аксель и Брэдбери дни напролет проводили в сети.

– Мы используем любую возможность, – объяснила Сэм, – вербуем агентов везде, где можем.

Они находились онлайн по несколько часов подряд, ведя деловые переговоры, в том числе о вооружении. Поначалу Иона держался в стороне от всего, однако на третий день плавания Аксель предложил ему присоединиться.

– Почувствуй себя одним из нас, – сказал он.

Но Иона предполагал, что тот просто устал отвечать на вопросы, которыми парень забрасывал его каждый раз, когда Аксель возвращался из онлайна.

Местом встречи оказался захудалый бар на задворках, где заседало сборище разношерстных аватаров. Двое из них – большая белая свинья с отвисшей челюстью и покрытый движущимися татуировками юноша с дредами – имели большой авторитет среди Стражей. Ионе не назвали их имен, а он не стал спрашивать.

Само собой, Ионе были уже знакомы грифон и единорог, аватары Акселя и Сэм, но Брэдбери он прежде не видел в Метасфере. Обнаружилось, что в виртуальном мире их хмурый инженер превращался в каштанового цвета клейдесдальскую лошадь[11] с белыми ногами и носом. Неужели в подсознании Брэдбери представлял себя именно так?

Несколько раз Брэдбери с усмешкой высказывал мнение, что «малышу» нечего делать рядом с ними в Метасфере. Ионе было неприятно это слышать. Да, он не был одним из них, но разве он не заслуживал доверия? Разве не он в Москве спас всех от людей Чанга? И белая свинья, казалось, была очень рада встрече, хотя Иона понимал, что ее интересует не он, а знания, унаследованные от отца. Знания, часть которых он пока еще не открыл никому.

Иона слышал, что Стражи собирались встретиться в местечке под названием Вумера. Те, кто доберется туда в реальном мире, отправятся во главе с Брэдбери к Айерс-Рок, чтобы совершить нападение на Южный Угол.

В какой-то момент разгорелся спор по поводу достаточной продуманности этого плана. Стражи долгое время возлагали надежды на изобретение Чанга и теперь были разочарованы. Даже если им удастся захватить Южный Угол, они не смогут скопировать информацию и перенести ее на специально подготовленные серверы. Придется удерживать под своим контролем Айерс-Рок, и неизвестно, как долго.

Аксель, однако, напомнил всем, что чем дольше откладывается этот момент, тем больше времени получают Миллениалы для укрепления позиций в Южном Углу. Без сомнения, они будут стягивать туда все новые силы для обеспечения безопасности объекта.

– Чем быстрее мы нанесем удар, – сказал Аксель, – тем лучше.

После возвращения в реальный мир, на старое дизельное судно, Брэдбери отвел Иону в сторону и со свойственной ему прямотой заявил:

– Это не твоя война!

– Но… – начал Иона.

– Послушай, парень, – сказал Брэдбери, – до сих пор ты нам очень помогал, я этого не отрицаю, но ты еще ребенок.

– Мое детство закончилось, когда мама вытолкнула меня из окна небоскреба за мгновение до взрыва, – ответил Иона, – да и Сэм, кстати, ненамного старше меня…

– Саманту готовили к этому всю жизнь, – ответил Брэдбери. – Она разбирается в механике и скоро станет первоклассным пилотом. К тому же она намного более зрелая, чем ее отец, и на все сто процентов предана делу. Ты можешь сказать о себе то же самое?

Иона не мог; его молчание было самым красноречивым ответом.

– Ты даже не понимаешь, что я делаю тебе одолжение, – продолжал Брэдбери. – Скоро станет жарко, а ты к этому не готов. Если тебе нужна еще причина, так пожалуйста: мы не можем себе позволить потерять тебя. Эта миссия – только начало. Есть еще три Угла, три серверных парка, захваченных Грейнджером. И ты единственный, кто может указать дорогу туда.

Иона не собирался держаться в стороне, но, может быть, все же стоило прислушаться к Брэдбери. Чтобы спасти свою жизнь.

После этого случая Иона перестал выходить в Метасферу. Напряжение в виртуальном мире нарастало. Когда Иона попробовал вернуться в Парк Венеры на место, где раньше располагался семейный магазин, он обнаружил, что весь парк заполонен протестующими и повсюду беспорядки. Иона любил Метасферу, но с тех пор, как Грейнджер вернул себе контроль над ней, парень стал чувствовать там себя чужим. Он больше не ощущал там себя, как дома. Он больше нигде себя так не ощущал.

На третий вечер плавания Иона и его друзья были приглашены отужинать к капитану. Тэнг явился с опозданием и принес новость: в Метасфере произошел крупный теракт. Виртуальный банк, принадлежащий Грейнджеру, подвергся атаке зараженных вирусами бомб. Взрыв повредил и даже уничтожил не менее двадцати аватаров.

На ужин подали соте из рыбы, пойманной с корабля. Заходящее солнце раскрасило белые стены каюты оранжевыми мазками. Иона с удовольствием поглощал настоящую пищу и даже заставил себя выпить травянистый зеленый чай. Впервые за долгое время он наслаждался нормальной едой. Но, несмотря на прекрасную еду, в воздухе ощущалось явное напряжение.

– Стражи зашли слишком далеко, – произнес капитан Тэнг. – Они не могут продолжать убивать и калечить, ожидая при этом, что им будут по-прежнему доверять.

Иона понял, что мистер Чанг не рассказал капитану о его четырех пассажирах; сами они тоже не спешили раскрывать ему глаза. Парень вспомнил, что и сам всего несколько дней назад в школе подвергал нападкам Стражей и поддерживал Миллениалов, не зная и толики того, что было известно ему сейчас.

Иона не спешил обнародовать свои новые взгляды, да и никто из сидящих за столом этого не делал. Вместо этого все сосредоточенно ели и неловко поддерживали светскую беседу с капитаном.

На следующее утро в столовой для экипажа был подан завтрак, состоящий из привычных пакетов Про-Мила. Сэм, Иона и Брэдбери заняли угловой столик.

– Отец уже в сети, – объяснила Сэм, – он сказал, что не мог уснуть. Мы договорились встретиться в Метасфере в девять и завершить вербовку. Ты пойдешь?

Вместо Ионы ответил Брэдбери:

– Парнишка собирался сегодня посетить Остров Перенесенных, не так ли?

Намек был понятен. Брэдбери хотел, чтобы Иона продолжил копаться в воспоминаниях отца и нашел координаты остальных Углов.

«Я пока не могу открыть им всю информацию», – думал Иона. Он хотел подождать, пока закончится предстоящая битва. Посмотреть, что Стражи сделают с первым Углом, прежде чем открывать местоположение остальных. Он должен быть уверен, что может доверить им эту информацию.

Парень согласился с Брэдбери, по крайней мере, сделал вид. Иона думал, что разговор с бабушкой – именно то, что ему сейчас нужно. Он попросит снова помочь ему сосредоточиться на воспоминаниях отца. Возможно, есть слабая надежда, что в них найдется нечто важное, расставляющее все по своим местам. Иона вернулся в свою каюту и подключился к сети.

Парень приготовился к погружению в воду.

Но вместо этого он обнаружил себя в каюте. Барахтаясь в кресле, он упал на пол и достаточно чувствительно ударился. Он по-прежнему был в реальном мире, в своем настоящем теле, на корабле. Установить соединение не удалось.

Иона подождал, пока стены вокруг перестанут вращаться, и поднялся на ноги, затем проверил координаты пункта назначения на экране планшета. Цифры были правильными. Он должен был очнуться, упав в воду недалеко от берега, как обычно.

Что-то пошло не так. Он был заблокирован.

Грузовое судно, пыхтя, вползало в гавань Сиднея. Очертания города резко выделялись на фоне неподвижного голубого утреннего неба. Иона склонился через металлические перила палубы.

Он не мог дождаться, когда закончится путешествие.

Парень еще дважды попробовал попасть на Остров, но все попытки провалились. Он подождал, пока остальные вернулись в реальный мир, и попросил Брэдбери проверить терминал. Сэм сказала, что в этом нет необходимости. Все уже знали об этой проблеме и знали также, что это не простой системный глюк.

Мэтью Грейнджер заблокировал доступ к Острову.

Официальная версия объявляла о предпринятых мерах безопасности; Грейнджер озвучил желание защитить Остров от возможной террористической атаки. Но Стражи полагали, что никакой угрозы не существовало, и Грейнджер намеренно держал умерших в заложниках. Таким образом он хотел остановить протесты против захвата власти над Метасферой. Пока же выступления не прекратятся, никто не сможет навещать своих умерших близких.

Каждый раз, возвращаясь к этой мысли, Иона закипал от злости. Его бабушка была единственным уцелевшим членом семьи, пусть даже и превратилась в цифровое эхо, а теперь Грейнджер хотел отнять и ее?

Впервые парень обнаружил, что его цели полностью совпадают с целями Стражей. Он начал разделять их неудовольствие. Почему какой-то человек – как Грейнджер – должен иметь такую власть над жизнями остальных? Чем скорее Стражи захватят Южный Угол, тем скорее освободят из-под его контроля четверть Метасферы, к которой относится Остров, и тем счастливее будет Иона.

Он глубоко задумался, но внезапно услышал звук двигателей: в небе кружился гидросамолет. Иона указал на него одному из членов экипажа; тот испуганно взглянул вверх, и кровь отхлынула от его лица.

– Корректировщик! – прошептал он, прежде чем яростно дунуть в свисток.

Иона до этого не замечал, что в гавани есть еще один корабль: моторизированная яхта с наполненными белыми парусами. Теперь она приближалась со стороны правого борта. Среди экипажа грузового судна раздавались встревоженные выкрики.

Яхта шла рядом с кораблем. Иона видел людей на ее палубе. Те были вооружены автоматами, а один держал на плече массивный цилиндр. Иона понял, что ничего хорошего их не ждет.

– Внимание, экипаж судна Корпорации Чанг! – донесся с яхты женский голос, усиленный громкоговорителем, – Остановите двигатели и приготовьтесь сойти на берег. Если вы не подчинитесь, мы откроем огонь. Второго предупреждения не будет.

Иона не мог поверить своим глазам. И своим ушам.

Их атаковали пираты!

Глава 29

У Ионы не было времени предпринять что-либо, поэтому он просто стоял, разинув рот от удивления.

Он услышал стук тяжелых ботинок, палуба в одно мгновение заполнилась вооруженными людьми Чанга. Иона понятия не имел, откуда они взялись. Один крикнул, чтобы парень убрался с пути.

В следующее мгновение воздух наполнился отрывистыми звуками стрельбы. Люди Чанга вели огонь по яхте, оттуда ожесточенно отвечали.

Ионе не нужно было повторять. Он поспешил в укрытие. Дверь, которая вела к безопасным каютам, находилась всего в паре метров. Нужно было добраться до нее.

Пуля просвистела рядом с ухом Ионы. Он потерял самообладание и упал ничком на пол.

Судно, замедлившееся при входе в гавань, снова набрало скорость, пытаясь оторваться от преследователей. Но Иона не осмеливался поднять голову, чтобы посмотреть, удается ли это. Он не сводил взгляда со спасительной двери.

В перестрелке наступило короткое затишье; Иона приготовился сделать рывок к двери.

Прозвучала новая автоматная очередь. Пули засвистели над головой Ионы.

Два человека Чанга упали, один повалился на спину прямо рядом с Ионой. Его невидящие глаза уставились в небо. Он был мертв.

И перекрыл Ионе путь к отступлению.

Иона прижался к холодному металлу палубы и ждал. К его облегчению, стрельба начала перемещаться от места, где он лежал, ближе к корме. Он думал, что мощное грузовое судно легко оторвется от яхты, но пираты не сдавались, стреляя вслед неповоротливой цели.

Иона пополз к двери. Казалось, потребовалась целая бесконечность, чтобы добраться до нее, открыть и нырнуть внутрь, в безопасность. Иона бессильно привалился к стене. На его лбу выступил пот, сердце бешено колотилось.

Он поспешил к каюте Сэм и был очень рад увидеть ее выходящей оттуда. Девушка провела в сети значительную часть ночи. Теперь ее глаза покраснели, а комбинезон был измят, словно она спала прямо в нем. Она направилась туда, откуда он только что пришел, увлекая его за собой.

– Что происходит? – спросила Сэм.

Иона схватил ее за запястье и резко развернул к себе:

– Туда нельзя, это опасно!

Он рассказал о происходящем на палубе.

– Ну почему нам так не везет! – пробормотала Сэм. – Яхта, говоришь? С черными и зелеными полосами на корпусе?

– Я не уверен, – ответил Иона. – Кажется, так и есть.

– ГеррВер, – сказала Сэм, – они патрулируют гавань, нападая на дизельные корабли. Дельфина хвасталась, еще во Франции, сколько кораблей они уже потопили.

– Так это… не пираты, а экотеррористы? И груз им не нужен?

Сэм покачала головой.

– Они бы забрали его, если бы могли. Для финансирования своих операций. Но груз – не главная их цель. Они не успокоятся, пока…

Раздался свист, затем прямо над головами прозвучал взрыв. Иона попытался прикрыть Сэм собой, но корабль сильно тряхнуло, и они оказались на полу.

– Ракеты! – воскликнула Сэм, поднимаясь на ноги. – Они стреляют из ракетной установки!

– Что ты хотела сказать? – закричал Иона. – ГеррВер не успокоятся, пока?.. Пока что?

– Пока не отправят нас на дно, – ответила Сэм. Она посмотрела на Иону. Ее лицо побледнело. – Отец и Брэдбери! Они наверняка в Метасфере. Даже не понимают, что происходит.

Иона понял и кивнул:

– Нужно вытащить их оттуда, быстро!

Они побежали по коридору.

Вторая ракета взорвалась, когда они добрались до каюты Акселя.

Иона попытался устоять, но третий взрыв, еще более мощный, буквально выбил пол из-под ног, и он снова упал.

Сэм удалось удержаться на ногах. Она дернула дверь каюты, та не поддавалась. Сэм принялась колотить по ней кулаками.

– Не сработает, – крикнул Иона. – Если они не слышали взрывов, тем более не услышат твоего стука.

Сэм, придя к такому же выводу, попыталась выбить дверь. Безуспешно. Иона хотел помочь, с разбега ударив дверь плечом, но только ушиб его. Тогда Сэм сорвала со стены огнетушитель и с размаху несколько раз ударила по замку, пока тот наконец не развалился.

Они ворвались в каюту. Аксель лежал на кровати, погруженный в метатранс. Сначала Иона подумал, что в комнате больше никого нет. Но затем услышал тяжелый вздох Сэм.

Брэдбери, которого поначалу не было видно из-за кровати, раскинулся на полу рядом с перевернутым стулом. Кабель от терминала намотался вокруг стула, белый адаптер на конце провода медленно покачивался в воздухе. Иона заметил на нем кровь.

Спина Брэдбери тоже была в крови.

– Он рассоединился! – Сэм упала на колени рядом с ним.

– Мы не можем просто подключить его обратно? – спросил Иона, прекрасно понимая, что все далеко не так просто. Аватар Брэдбери должен пройти через свой портал. А у Сэм и Ионы не было достаточно времени, чтобы выйти в сеть.

– Иона, помоги! – попросила Сэм. – Он всегда заботился об отце. Если есть шанс, я должна…

Иона хотел спросить, зачем? Какой смысл? Но удержался от этого. Оставался шанс, хоть и небольшой, что тело Брэдбери вновь соединится с сознанием и разум останется невредимым. Однако если этого не случится, инженер превратится в живой овощ.

Сэм, преисполненная решимости спасти Брэдбери, пыталась поднять его вертикально. Иона поспешил помочь.

– Бери за ноги! – прокричал он, обхватив Брэдбери под мышки. Вместе они подтащили Брэдбери к двери. Там Сэм на секунду остановилась и взглянула на Акселя.

– Я дотащу, – сказал Иона, – а ты позаботься об отце.

– Ты уверен? – спросила Сэм. – Уверен, что справишься?..

– Уверен, – ответил Иона.

Почти сразу он пожалел о своем заявлении. Брэдбери был абсолютно неподъемным. Иона с трудом волочил его по коридору.

Едва он успел сделать пару шагов, как корабль снова затрясло.

Пол под ногами пошатнулся. Иона пытался защитить Брэдбери, неспособного позаботиться о себе. В результате парень сильно ударился головой о переборку. Наверное, пойдет кровь.

Иона моргнул, стараясь прояснить зрение, ухватил Брэдбери поудобнее и продолжил свой путь. Чувствовался запах дыма, зато звук двигателей пропал. В довершение ко всему пол под ногами стал наклоняться.

Неизвестно как, но Иона затащил Брэдбери вверх по металлическим ступеням лестницы и вынес на палубу, где вид толпы бегущих куда-то людей сопровождался какофонией громких криков. Иона тоже начал кричать, зовя на помощь. Двое людей Чанга заметили его и подхватили Брэдбери.

Больше никто не стрелял; Иона заметил, что яхты ГеррВер не видно. Видимо, убралась восвояси, убедившись, что миссия выполнена.

Люди Чанга затащили Брэдбери в красную спасательную шлюпку. Она уже была полна, но пассажиры потеснились, чтобы освободить место для инженера. Мгновение спустя шлюпку спустили на воду и тут же принялись заполнять следующую.

Иона почувствовал чью-то руку на своем плече. Капитан Тэнг.

– Почему ты еще здесь, Иона? – закричал он. – Разве ты не слышал мои инструкции? Первыми эвакуируются женщины и дети!

– Я не… – начал было Иона, но капитал решительно подтолкнул его ко второй шлюпке, прежде чем умчаться куда-то дальше.

– Подождите! – закричал Иона ему вслед. – Сэм! Она все еще в каюте Акселя! Она…

Его уже никто не слушал.

Она появится на палубе с минуты на минуту, думал он. Просто обязана появиться. Она должна была покинуть каюту следом за мной. Просто нужно было разбудить Акселя. Они должны появиться вместе.

Секунды бежали, но друзья все не появлялись; Иона начал терять уверенность.

В каюту хлынула вода.

Она уже доходила Сэм до щиколоток. Девушка вновь изо всех сил встряхнула Акселя, хотя знала, что он этого не почувствует. Она отправила ему сообщение, кажется, уже несколько минут назад. Что, если он его так и не прочитал?

Терминал Акселя был закреплен в стене, в самом низу у изголовья кровати. Вода уже подбиралась к нему. Сэм обмотала место соединения всеми полотенцами, которые смогла найти, чтобы защитить, но все было без толку. Если он будет поврежден…

Чем отец так увлечен в Метасфере?

На туалетном столике лежал плащ Брэдбери. Сэм порылась в карманах и нашла переходник для связи терминала, к которому был подключен отец, с монитором на стене. Размотав провод, она воткнула его в терминал. На экране появился грифон, летящий между заснеженных гор. Он сопровождал клейдесдальскую лошадь.

– Сэм! – в дверном проеме возник Иона. – Что происходит?

– Иона! Ты не должен был возвращаться. Ты…

– Мне не следовало оставлять тебя одну. Где Аксель? Он?..

– Все еще в Метасфере. – Сэм была в отчаянии. – Я должна была догадаться, что он так поступит. Не оставит Брэдбери. Он пытается привести его к порталу, но без толку. Брэдбери только тормозит отца.

По изображению на мониторе было понятно, что аватар Брэдбери сейчас соображает не лучше, чем его отключившееся тело. Он то и дело отставал от Акселя и пытался следовать собственным путем, заставляя грифона останавливаться и возвращаться.

Сэм постучала по клавишам, чтобы найти координаты Акселя. Дело было совсем плохо.

– Слишком далеко, – произнесла она без всякого выражения, – он не успеет.

Судно покачнулось и накренилось еще немного. Новая волна хлынула в каюту. Теперь воды было по колено.

– Мы… Мы должны его отсоединить, – предложил Иона.

– Нет, – запротестовала Сэм.

– Иначе мы все умрем, – Иона настаивал.

Залитый водой терминал шипел и мигал. Изображения на экране покрывались рябью, гасли, снова появлялись в более низком разрешении. Сэм решилась.

– Прости, папа, – сказала она и перевернула Акселя спиной вверх.

Девушка обхватила пальцами переходник, но на мгновение замерла. Ей пришлось закрыть глаза и напомнить себе, что другого выхода нет. Если она этого не сделает, отец точно умрет.

Сэм стиснула зубы и отключила Акселя.

Судно накренилось еще сильнее.

Ионе и Сэм пришлось изо всех сил цепляться за перила, чтобы взобраться по наклонному проходу и втащить за собой безвольное тело Акселя. Иона радовался, что им не достались каюты на другой стороне, которые уже были полностью затоплены. Он правильно поступил, вернувшись за Сэм. В одиночку она ни за что бы не вытащила Акселя. Но непременно пыталась бы это сделать и погибла бы.

Однако и сейчас они все еще были в опасности. Вода по-прежнему прибывала, скрывая ноги выше колена.

– Быстрее, Иона! – закричала Сэм. – Воды все больше!

Каждый шаг давался с большим трудом. Внезапно Иона потерял равновесие, и Аксель выскользнул из его рук.

– Папа!

Иона увидел выражение ужаса на лице Сэм, когда ее отец исчез под водой. В своем нынешнем состоянии он не мог задержать дыхание, так как неспособен был думать.

Хватит и секунды, чтобы он захлебнулся!

Иона среагировал мгновенно; он сделал глубокий вдох и нырнул.

Обхватив Акселя, он рывком поднял его на поверхность. К счастью, тот не успел наглотаться воды.

На палубе никого не осталось. Спасательные шлюпки уплыли. Столб густого дыма поднимался откуда-то из нижней части кормы.

Оглядевшись, Иона увидел на палубе спасательный жилет. Сэм помогла ему натянуть жилет на Акселя. Искать что-то другое времени не было. Они понимали, что в любую секунду корабль может перевернуться и утащить их под воду.

Они прыгнули вместе, поддерживая Акселя с обеих сторон, и с громким шлепком ударились о воду. Этот удар выбил из Ионы весь воздух.

Никогда прежде парень не плавал в реальном мире, в своем неуклюжем теле. От осознания этого он запаниковал и начал тонуть.

Вода была холодной, она попала в рот и в нос. В отличие от воды океанов Метасферы эта была соленой на вкус. От нее заболело горло. Одежда намокла и тянула ко дну. Иона попытался сбросить обувь, но шнурки были завязаны слишком крепко.

Акселя отнесло в сторону, но Иона видел, что Сэм контролирует ситуацию. Она подплыла к отцу, перевернулась на спину и потащила Акселя за собой, положив руку под подбородок, чтобы не дать голове погрузиться под воду. Иона был предоставлен самому себе. Он пытался сохранять спокойствие. Он умеет плавать. Просто руки и ноги должны вспомнить, что делать.

Он устремился за Сэм. Берег был не слишком далеко.

К моменту, когда Иона достиг берега, все мышцы ныли от боли, его жутко тошнило. Не было даже сил выбраться на сухое место.

Сэм протянула руку, он ухватился за нее. Девушка помогла ему выбраться из воды и подняться по крутому каменистому склону. Там он рухнул в траву. Прошло некоторое время, пока он нашел в себе силы сесть.

Аксель лежал рядом на спине. Он выглядел так же, как в каюте, словно просто мирно спал. Сэм села спиной к Ионе, подтянув колени к подбородку. Она промокла и вся дрожала несмотря на обжигающее солнце.

Иона проследил за ее взглядом, устремленным на гавань. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как нос корабля, принадлежащего корпорации Чанг, скрылся под водой. Еще мгновение на этом месте были различимы белые полоски бурлящей воды, затем исчезли и они. Без следа.

Глава 30

Иона увидел шлюпку с людьми и постарался привлечь их внимание.

Капитан Тэнг, не обнаружив их среди уцелевших, посчитал, что они могут быть в воде, и отправил людей на поиски. Двое членов экипажа помогли погрузить Акселя в маленькое красное суденышко. Иона и Сэм были усталыми и подавленными, но теперь, по крайней мере, не придется добираться своим ходом до Сиднея. Они все еще были далеко от города.

Довольно скоро они проплыли под знаменитым Сиднейским Мостом и миновали не менее известный оперный театр, который, разумеется, давным-давно не использовался по назначению. В школе Ионе рассказывали, что в здании располагалась опреснительная станция.

Капитан Тэнг ждал у старого причала. Он извинился, что оставил их, но не преминул напомнить, что приказал Ионе сесть в спасательную шлюпку.

Капитан заметил состояние Акселя и грустно покачал головой.

– Где мы можем подключиться? – спросил Иона. – Нам нужно найти аватары Акселя и Брэдбери, пока они не забрались слишком далеко от…

– У нас нет времени, – прервала Сэм. Ее голос был тихим, но твердым. Она повернулась к капитану Тэнгу. – Нам с Ионой нужно успеть на самолет.

– Ты же не серьезно? – воскликнул Иона.

Трижды он видел, как кто-то из одноклассников отсоединялся случайно. Каждый раз он помогал удержать аватары на месте, чтобы те не затерялись где-то в Метасфере. В последний раз он помог мистеру Пэнгу и остальным вытолкать Кейли Эллис на школьный двор. Им пришлось дожидаться, пока кто-нибудь найдет ее тело в реальном мире и подключит заново. Когда это наконец произошло, и ее портал снова стал активен, они протолкнули в него аватар Кейли.

Сэм отсоединила Акселя, когда рядом с ним не было никого из друзей, кроме такого же отключенного Брэдбери. Сэм знала это. Она также знала, что чем больше пройдет времени, тем сложнее будет отыскать эту парочку. Иона слышал ужасающие истории, как отсоединенные аватары навсегда оставались в Метасфере, блуждая, словно призраки, по ее просторам. В то время как жизнь их тел в реальном мире приходилось поддерживать искусственно.

– Я знаю отца, – упрямо сказала Сэм, – он хотел бы, чтобы мы продолжили путь. Он не хотел бы, чтобы мы сорвали миссию ради… ради его спасения.

– Может, и так, – ответил Иона, – но как мы справимся без него? И без Брэдбери?

– Выбора нет, – все также упрямо продолжила Сэм. – Люди рассчитывают на нас. Весь мир на нас рассчитывает. – Она замолчала и посмотрела на капитана.

– Все равно, как мы?..

– Иона, пожалуйста!

Иона снова посмотрел на Сэм. Ее кулаки были стиснуты, все тело напряглось, словно ей с трудом удавалось держаться на ногах. Он видел, как тяжело ей оставлять отца в таком состоянии, но он так же понимал, что она настроена решительно. У него появилась идея.

– Капитан Тэнг, вероятно, вы смогли бы?..

Капитан словно ждал его просьбы и сразу кивнул:

– Я ничего не знаю о вашей миссии, и это, наверное, к лучшему. Однако она важна для моего хозяина, мистера Чанга, иначе он не стал бы менять все расписание моих рейсов ради вас четверых. Так что я по-прежнему к вашим услугам.

Капитан Тэнг объяснил, что его команда останется в одном из хостелов Сиднея, пока какое-нибудь другое судно Чанга не возьмет их на борт. Он произносил свои слова настолько будничным тоном, словно привык к этому, словно уже бывал в подобных передрягах раньше и уже терял суда. Вероятно, так оно и было.

– Я вас правильно поняла? – спросила Сэм. – Мы можем оставить папу и Брэдбери с вами? Вы позаботитесь о них? Об их телах?

– У моего экипажа будет уйма свободного времени, – ответил Тэнг. – Я заставлю их прочесать всю Метасферу вдоль и поперек, чтобы найти аватары ваших друзей.

Сэм едва не заплакала от облегчения. Она посмотрела Ионе в глаза и беззвучно прошептала «спасибо». Затем поклонилась капитану, чтобы выразить свою благодарность. Тот протянул ей планшет, и Сэм набросала описание аватаров Акселя и Брэдбери, а также ввела их последние координаты.

Затем они попрощались, получив от капитана пожелания удачи. Иона не мог не задаться вопросом, был бы капитан также дружелюбен, если бы знал, кто они такие на самом деле и чем занимаются.

Ионе не удалось посмотреть Сидней. Пешком они добрались до взлетной полосы на окраине города и, назвав фамилию «Кавана», без затруднений прошли охрану. Самолет, как объяснила Сэм, был предоставлен одним состоятельным австралийцем, пожелавшим остаться неизвестным. Была только одна проблема. У них не было пилота.

– Когда решался вопрос с самолетом, предполагалось, что отец сам сядет за штурвал, – объяснила Сэм.

– Я думаю, он научил тебя летать? – с надеждой спросил Иона.

– Дал всего пару уроков. Я знаю основы, иногда садилась ненадолго за штурвал во время полета, но я не Аксель.

Иона с досады хлопнул рукой по боку самолета. Внезапно сознание заполнилось потоком воспоминаний. Иона закрыл глаза, не справляясь с лавиной образов.

– Ты в порядке? – спросила Сэм. – Что случилось?

Парень вспомнил технику медитации, которой научила его бабушка. Он расслабился и попытался контролировать вспышки. Иона провел рукой по гладкой поверхности фюзеляжа, и воспоминания, одно за другим, стали проходить перед глазами. Вот он проверяет каждый винт и осматривает воздухозаборник.

Он забрался в самолет и устроился в кресле пилота. Сэм последовала за ним в кабину. Он запустил двигатели и проверил показания датчиков, словно для него это была самая естественная вещь на свете. Он наблюдал, как оживают стрелки приборов. Панель инструментов казалась более чем знакомой. Он интуитивно знал, что делать.

– Я смогу лететь, – объявил он.

– Что?

– Я смогу поднять самолет в воздух.

Сэм посмотрела на Иону так, как будто он только что объявил себя кенгуру.

– Иона, ты меня пугаешь.

– Это все здесь, Сэм. – Иона постучал ладонью по своей макушке. – В памяти отца! Я снова могу читать ее, прямо как когда я нашел Южный Угол.

Самолет был старым, с двумя винтами, похожим на тот, в котором Хирам переправлял Иону и Стражей из Франции в Россию. Правда, в этот раз парень сам сидел за штурвалом.

Иона вырулил на взлетную полосу и почувствовал, что воспоминания отца слились с его собственными. Действуя инстинктивно, он проверил педали управления и убедился, что самолет будет послушно поворачивать, затем обратил внимание на направление ветра. Юго-западный, и достаточно сильный, если верить раскрашенной в красно-белую полоску трубе ветроуказателя.

Потянув ручку газа, Иона заставил двигатели взреветь и повел самолет по взлетной полосе. Конец полосы приближался очень быстро, и на секунду в сознании Ионы промелькнула шокирующая мысль. Ему придется взлететь – или они погибнут.

Ты сможешь это сделать.

Воспоминания отца, всплывающие из подсознания, управляли его действиями; руки плавно потянули штурвал. Земля начала стремительно уходить вниз.

Я делаю это!

Он держал самолет под постоянным углом и чувствовал сопротивление штурвала. Инстинктивно он изменил настройки полета и вскоре управлял самолетом лишь легкими прикосновениями.

Затем Иона выполнил перебалансировку и выровнял самолет на высоте двух тысяч метров. Его мышцы, казалось, имели собственную память. Тело знало, как управлять самолетом в воздухе.

Я лечу! В реальном мире!

Он расслабился в своем кресле и посмотрел вниз на удаляющийся город.

– Тебе удалось, – сказала Сэм.

– Благодаря отцу, – ответил Иона. – Благодаря его воспоминаниям.

Правда, теперь Ионе казалось, что это его собственные воспоминания. Когда он взглянул на высотомер убедиться в показаниях прибора, ему показалось, что прежде он делал подобную рутинную проверку уже миллион раз. Вокруг плыли прозрачно-белые облака. Он был уверен, что сам стал пилотом. Он был одним целым с этой кабиной.

Сэм по карте показывала маршрут, который они составили с Акселем, и через пятнадцать минут город исчез из виду. Теперь внизу раскинулась бескрайняя пустыня. Другие самолеты в воздухе отсутствовали; отсутствовала и турбулентность. День был ясным и солнечным. Они летели без изменений направления и высоты.

Это был великолепный день для полета, но Иона начал беспокоиться за Сэм. Погруженная в свои мысли, она смотрела прямо перед собой остекленевшим взглядом.

Не следовало упоминать об отце, подумал Иона.

– Ты поступила правильно. – Он попытался ее успокоить. – Мы вернем твоего отца, обещаю.

– Я просто чувствую себя такой беспомощной, – объяснила Сэм. – Ну почему в этом самолете нет терминала?

Иона осмотрел кабину: терминала действительно не было.

– Капитан Тэнг найдет их. – Иона от всей души желал, чтобы это оказалось правдой.

– Надеюсь, – шепотом отозвалась Сэм. – Я выйду в сеть, когда мы прилетим в Вумеру.

– Знаешь, я слышал, что некоторые аватары, когда отсоединяются от сети… они просто болтаются на месте.

Сэм заставила себя улыбнуться:

– Только не Аксель. Он скиталец. Перемещается с места на место, сколько я себя помню. Мне только удалось притормозить его, я только начала узнавать его лучше. Я ведь не знала матери. Я не могу… не могу потерять и его. Он мой отец. Мне нужно… – Сэм внезапно умолкла. – Прости, Иона. Прости. Я не подумала.

– Все нормально.

Он думал о своих отце и матери, Сэм догадалась об этом. Но Иона не был подавлен. Слушая, как Сэм говорит о своих надеждах и страхах, похожих на его собственные, он чувствовал себя не таким одиноким.

– На самом деле, ты и Аксель, – начал он, – больше похожи на пару старых друзей. Я иногда забываю, что вы…

На этот раз улыбка Сэм была искренней.

– Не думаю, чтобы отец когда-нибудь понимал, как надо обращаться с маленькой девочкой. Он очень старался, но многие годы мы были чужими. Через силу перебрасывались парой слов за обедом, а затем выходили в сеть, и каждый жил там своей жизнью.

– Я помню, – сказал Иона, – как однажды мама сказала, что мир изменился слишком быстро, поэтому между ее юностью и моей нет ничего общего, и ей очень трудно «оставаться в теме».

Сэм кивнула:

– Конечно, не помогло и то, что отец проводил все свое время со Стражами. Мы даже за обедом перестали встречаться.

– Когда он рассказал тебе обо всем этом?

– В мой одиннадцатый день рождения. Я задавала всякие неудобные вопросы. Например, как ему удается так много летать, если почти все самолеты стоят на земле. Аксель усадил меня и сказал: «Теперь ты достаточно взрослая, чтобы понять». Он рассказал мне правду о том, чем занимается на самом деле, – по крайней мере, часть правды.

Я решила, что все просто чудесно. Мой отец – секретный агент. Я часто дразнила его вопросами на эту тему. Он стал обучать меня механике после моего заявления о желании тоже однажды стать Стражем. Отец по-прежнему пропадал где-то по несколько дней, но когда возвращался домой, у нас по крайней мере было о чем поговорить. У нас появилось что-то общее.

– А мой отец ничего не рассказывал, – вздохнул Иона. – Жаль. Я хотел бы поговорить с ним.

Иона не сразу заметил крошечную одинокую деревушку, примостившуюся в ложбине между двумя пустынными дорогами. На нее указала Сэм.

Они пролетели над крышами домов и обнаружили к северо-западу от поселения небольшой аэродром. Иона направил самолет к единственной посадочной полосе и начал снижаться.

Земля приближалась быстрее, чем ему хотелось, вряд ли так должно было быть. Интуиция подсказывала, что нужно набрать высоту и попробовать еще раз. Он решил довериться инстинкту.

Иона развернул самолет. Теперь его уверенность сменилась страхом. Сэм положила свою руку поверх его.

– Не спеши, – сказала она, – ты сможешь.

Со второй попытки Ионе удалось направить самолет к полосе по правильной траектории. Они плавно снижались, пока красный песок не начал наконец виться вокруг крыльев.

Самолет дважды подпрыгнул, прежде чем шасси спокойно покатились по полосе. Это напомнило Ионе приземление на роликах, когда он улетел на спасательном планере из обреченного небоскреба. Парень постарался изгнать из памяти то кошмарное утро, попытавшись сосредоточиться на том, как только что впервые поднялся в воздух и благополучно приземлился. Он потянул тормозной рычаг, и самолет плавно остановился.

Иона с облегчением улыбнулся Сэм; она улыбнулась в ответ.

Кто-то бежал по взлетному полю навстречу: невысокая стройная девушка с темной кожей и копной черных волос.

Иона заглушил двигатели и сделал глубокий вдох. Он управлял самолетом, используя воспоминания отца, но теперь у него появились и собственные воспоминания о полете. Стало очень сложно разделять собственные воспоминания и образы из памяти отца.

Сэм взяла его за руку, выводя из задумчивости:

– Ну, капитан, вы готовы?

Иона недоуменно посмотрел на нее. Честно говоря, он не задумывался, что произойдет, когда они достигнут пункта назначения. Ведь до этого нужно было просто следовать за Акселем и остальными.

– Мы собрали отряд, – продолжила Сэм, – но им нужен лидер. Они ждут моего отца. Так что нам придется убедить их в том, что можно справиться и без него.

Иона сглотнул:

– Мы? Но мы…

– Я присутствовала на всех встречах вместе с отцом, – сказала Сэм, – и знаю план вдоль и поперек. Предположу, что владею ситуацией даже лучше, чем он. Думала, ты все понял, Иона… Думала, ты понял, что сделать это придется именно нам.

– Я надеялся, мы найдем здесь кого-то, кто сможет руководить…

– Больше никого нет, – прервала Сэм. – Только ты и я. Штурм Южного Угла состоится завтра вечером. И мы должны его возглавить.

Глава 31

Когда Иона и Сэм вышли из самолета, девушка посмотрела на них с подозрением.

– Где Аксель Кавана? – спросила она с акцентом, которого Иона прежде не слышал. Девушка была юной, моложе Ионы, и он предположил, что она из австралийских аборигенов – исконных жителей континента.

– Я Сэм Кавана, а это Иона Делакруа.

– Меня зовут Кала. Но где же Аксель?

Сэм объяснила, почему Аксель не смог прилететь.

– Мои люди согласились следовать за Акселем, – объяснила Кала, – но не за детьми.

Иона не мог поверить: она назвала их детьми! Более того, она могла бы проявить больше сочувствия по отношению к Сэм.

– Старейшины должны пересмотреть договор, – ворчала Кала, пока вела Иону и Сэм к двум странным автомобилям.

Иона никогда раньше не видел ничего подобного. Машины выглядели гибридом гоночного болида, лодки и ракеты. Блестящие металлические кузова были узкими, длинными и низкими; в сияющих поверхностях отражалась красная пыль. Каждый автомобиль стоял на четырех огромных колесах, а позади кабин поднимались десятиметровые паруса, похожие на плавники.

В одной из машин ждал водитель. Кала махнула ему, как только Сэм и Иона забрались с ней в другую. Уже мгновение спустя они скользили по пустыне. Иона был впечатлен набранной скоростью, учитывая, что шума двигателя он не слышал:

– Это невероятно! Мы плывем по земле.

– Наземная яхта, – подтвердила Сэм. – Не нужно волноваться о топливе. Это великолепно!

– Ветер – настоящий подарок для нас, – загадочно произнесла Кала.

Они сидели друг за другом. Сэм из-за спины Ионы сказала:

– У племени Калы целый флот этих машин, они имеют решающее значение в наших планах.

Два десятка людей вышли встречать яхты, когда они въехали в деревню; почти все были аборигенами. Иона догадался, что у большинства сторонников Стражей просто не было времени и средств добраться сюда из городов вовремя.

Как и Кала, собравшиеся с тревогой смотрели на своих долгожданных союзников, которые оказались парой подростков. Иона не винил их за это. Чувствуя всеобщее недовольство и опасаясь, что им могут отказать в помощи, Сэм остановилась у носовой части яхты и обратилась к толпе:

– Я приношу извинения за отсутствие моего отца. Мне очень жаль, что его сегодня нет среди нас. Но Иона и я прилетели сюда вместо него, и цель у нас прежняя.

В толпе послышался недоверчивый шепот; Сэм бесстрашно продолжила:

– Через тридцать шесть часов мы освободим Улуру от людей, которые проникли в ее сердце и пятнают ее душу.

Иона не понимал, о чем она говорит. Что за Улуру? Тем не менее он был поражен, как уверенно держалась Сэм и как убедительно звучали ее слова.

Кала нахмурилась:

– Мы уже слышали эти обещания.

– Я знаю, – ответила Сэм, – я знаю, но…

– Вы обещали, что Улуру вернется законным владельцам. Вот почему мои люди согласились сражаться вместе с вами.

– Наши намерения не изменились, – объяснила Сэм. – Мой отец говорил об этом во время встречи в виртуальном мире. Хотя… Обстоятельства изменились, и, возможно, теперь это займет больше времени, чем мы думали…

Толпа явно была недовольна. Иона чувствовал, что должен как-то помочь, поэтому вступил в разговор:

– Сэм отвечает за свои слова. Ей можно доверять.

– Мы вернем вам Улуру, – добавила Сэм. – Клянусь вам, наш договор по-прежнему в силе.

– Мы поверим вам, – авторитетно подытожила Кала. – Пока.

Большинство собравшихся согласились с ней. Вскоре все разошлись по своим делам, лишь изредка можно было услышать недовольное ворчание. Остались лишь Кала и пара ее соплеменников. Они показали Сэм и Ионе остальные наземные яхты, к задней части которых в данный момент крепили странные металлические приспособления. Ионе потребовалось какое-то время, чтобы понять их назначение.

– Сэм, это… катапульты?

– Ну, ты же не думал, что перед нами откроют парадную дверь?

Иона понял, что ничего не знает об их плане.

Один из людей Калы проводил Иону и Сэм к зданию, обшитому белыми пластиковыми панелями. Парень обрадовался возможности поскорее спрятаться от нещадно палящего солнца. По дороге сюда они заметили заколоченные магазины, корты для сквоша и неработающий полицейский участок. В доме не было мебели, но в каждой из четырех комнат на полу лежали матрасы и подушки. По одной комнате для Ионы и Сэм. И еще по одной для Акселя и Брэдбери.

– Что это за место? – спросил Иона.

– Оно называется Вумера, – пояснила Сэм. – Раньше здесь испытывали ракеты. Вдали от городов. Поселок построили для сотрудников базы, но он заброшен уже несколько десятилетий.

– Теперь здесь живут люди Калы? – спросил Иона.

– Некоторые из них, – ответила Сэм. – Ты видишь где-нибудь терминал?

Пока они разговаривали, она осматривала комнату на нижнем этаже в поисках компьютера.

– Мне нужно выйти в сеть. Из-за папы…

– Не думаю, что здесь есть электричество, – отозвался Иона. – Я пытался включить кондиционер в своей комнате, но не смог. Воды тоже нет.

– Я должна была догадаться, – проворчала Сэм. – Должно быть, Вумеру отключили от сети, когда базу закрыли. Это произошло так давно, что встроенных терминалов у них не было вовсе.

– Тогда как Аксель встречался с ними в сети? – спросил Иона.

– Значит, здесь все же есть точка доступа.

Сэм выбежала из дома, Иона последовал за ней. Солнце уже садилось. Тени от зданий становились длиннее.

Пару секунд спустя Иона понял, куда направлялась Сэм. К стоянке наземных яхт. Те были намного современнее, чем все остальное в деревне, и наверняка имели связь со спутником.

На стоянке все еще работали два механика, возились с последними катапультами. Сэм объяснила, что ей нужно; они были рады помочь. Однако первый терминал, к которому она попыталась подключиться, не работал. Видимо, батарея, заряжающаяся от вращения колес яхты, на данный момент была пуста.

Сэм пересела в кабину соседней яхты и там смогла подключиться без всяких проблем.

Иона наблюдал за Сэм, погруженной в метатранс, не зная, чем себя занять в этом незнакомом месте. Он надеялся, что никто не станет задавать ему вопросов, и жалел, что они с Сэм не обсудили все в самолете. Тогда он знал бы ответы.

Сэм была в сети уже около часа. Иона не знал, считать это хорошим знаком или наоборот. Стало совсем темно. Он все еще сидел и ждал, когда внезапно из темноты возникла Кала. Она выглядела раздраженной; впрочем, Иона считал, что это ее нормальное состояние.

– Вас все ждут, – сказала Кала. Иона равнодушно посмотрел на нее.

– Собрание, – нетерпеливо объяснила она.

Иона впервые слышал о чем-то подобном.

– И где же твоя подружка, которая отвечает за свои слова? – спросила Кала.

– Она мне не… – начал Иона, но Кала оборвала его на полуслове.

– Отправь ей сообщение. Мои люди ждут.

Но Иона не собирался мешать Сэм:

– Она придет, как только будет готова.

Следующие несколько минут показались Ионе часами. Кала ходила туда-сюда, поглядывая на Сэм и издавая раздраженные вздохи. Иона уже был готов сдаться и отправить сообщение, но тут веки девушки наконец затрепетали.

Он помог Сэм выбраться из яхты, когда она полностью вернула себе контроль над телом. По выражению лица было понятно, что новости у нее плохие.

– Ничего. Никаких следов отца или Брэдбери. Капитан Тэнг подключил к работе всех своих людей. Они расширяют область поиска.

– Не слишком ли много времени потребовалось, чтобы просто узнать новости, – язвительно проговорила Кала.

Иону задела грубость Калы. Он открыл было рот, чтобы ответить, но Сэм опередила его.

– Я встречалась кое с кем, – объяснила она, – со своими контактами среди Стражей. Ввела их в курс дел. Они обещали распространить описания аватаров папы и Брэдбери. Уже завтра их будут искать тысячи человек по всей Метасфере. И я надеюсь…

Кала схватила Сэм за рукав и потащила за собой.

– Собрание, – коротко напомнила она.

Около шестидесяти человек ожидали на старом корте для сквоша. В большинстве своем это были молодые мужчины, две трети из них аборигены. Некоторые сидели на белых складных стульях, остальные стояли.

На подходе к полю Иону, Сэм и Калу обогнал джип с открытым верхом, который с визгом остановился перед ними. Из джипа выпрыгнули четверо тощих белокожих австралийцев в камуфляжной форме и принялись выгружать разнообразное оружие.

Те, кто раньше был на корте, теперь вышли к машине. Мужчины из джипа раздавали оружие, отвечая на вопросы по его применению.

Появление Сэм и Ионы осталось незамеченным.

В центре корта их ждали стол и стулья. Они заняли свои места, Иона огляделся. Значит, это и есть их отряд. Парень чувствовал себя очень некомфортно.

– Знаешь, – прошептал он Сэм, – я ведь до сих пор не в курсе нашего плана.

– Все, что нужно, я скажу сама, – ответила Сэм, – просто прикрывай мою спину.

– О чем говорила Кала? Она упоминала место под названием Улуру, которое нужно вернуть его владельцам.

– Имеется в виду Айерс-Рок, – пояснила Сэм. – Исконно это место называлось Улуру, такое имя дали ему аборигены. Для них оно было – и остается – духовной святыней.

– Разве его не превратили в солнечную электростанцию? – спросил Иона, гордый возможностью продемонстрировать, что он в курсе происходящего в реальном мире.

Сэм кивнула:

– Улуру купила небольшая американская энергетическая компания. Тогда, само собой, никто не знал, что эта компания принадлежит Мэтью Грейнджеру, но так оно и было. Электростанция – просто прикрытие.

– Грейнджер купил Улуру – Айерс-Рок, – чтобы разместить внутри Южный Угол?

– Аборигены всегда утверждали, что он обманом выманил у них собственность, – добавила Сэм, – и, зная Грейнджера, я в этом не сомневаюсь.

– Стало быть, договор между Калой и Акселем был?..

– Когда Стражи впервые вошли в контакт с людьми Калы, – сказала Сэм, – мы еще считали, что Мост Чанга поможет скопировать все данные Метасферы. Нам хватило бы месяца для переноса их в свой серверный парк. И тогда аборигены получили бы Улуру обратно.

– А сейчас? – спросил Иона.

Но Сэм не успела ответить.

Кала призвала к молчанию и представила Сэм и Иону тем немногим, кто не видел их раньше. Сэм поблагодарила и поднялась на ноги.

– Мы вернем Улуру силой, – начала она. – Тем, кто не готов к этому, лучше уйти сейчас.

Никто не шелохнулся, но Иона ощутил неприятные спазмы страха в желудке.

– Как вам известно, внутри Улуру размещены сотни компьютеров. Вход на объект расположен на самой вершине горы, сам объект великолепно защищен. Если мы решим подниматься туда пешком, будем легкой мишенью для Миллениалов, занявших оборону наверху. Поэтому наши наземные яхты оснащены катапультами. Нам нужно подобраться поближе к Улуру, чтобы начать атаку сверху.

Сэм продолжила говорить. Она рассказала про ограду вокруг цели, находящуюся под напряжением, и о том, что Миллениалы будут защищать Улуру любой ценой. Она объяснила, что данные о вероятном расположении Южного Угла внутри Айерс-Рок получены от перебежчиков из Миллениалов и от рабочих, которые строили базу.

Кала пару раз встревала, чтобы распределить конкретные задачи между группами. А Иона просто делал то, что ему велели, – сидел рядом с Сэм и слушал. Он притворялся, что слышал все уже много раз и весьма доволен планом. Давалось ему это с большим трудом.

Чем больше Иона узнавал из речи Сэм о планах на следующий день, тем сильнее становился его страх.

Глава 32

Той ночью Ионе не удалось выспаться как следует.

Дело даже не в том, что спать на жестком полу комнаты было неудобно. Он волновался из-за завтрашнего нападения.

Он не особо задумывался о своей роли в нападении до того, как услышал речь Сэм.

Иона успокаивал себя тем, что за последнее время уже много раз попадал в опасные ситуации и до сегодняшнего дня чаще всего не мог их предвидеть. Поэтому у него не было времени на обдумывание и волнения, он мог лишь действовать, чем быстрее, тем лучше.

На этот раз все было по-другому. Иона видел оружие, самое разное, от копий до пулеметов, которое Стражи распределили между собой. Но он знал, что у Миллениалов тоже есть оружие. И преимущество, ведь они уже закрепились на Айерс-Рок.

После того, как Сэм закончила свою речь, слово взяла Кала. Она говорила резче и грубее, чем Сэм, напомнив своим людям о цели, за которую те должны сражаться, – возвращение священного места, – и не скрывала, что кому-то завтра придется погибнуть.

«Здесь скоро станет по-настоящему жарко, а ты к этому не готов», – сказал Брэдбери на корабле Чанга.

Иона начал понимать, что Брэдбери был прав, когда сказал парню, что ему не следует принимать участие в этой битве. Однако очевидно, что Сэм инженер ничего подобного не говорил. А как сейчас поднять этот вопрос? Иона будет выглядеть трусом, который подвел Сэм.

Больше всего Иона сейчас хотел бы увидеться с бабушкой. Не только ради себя (ведь она всегда помогала ему взглянуть на вещи под другим углом), но и ради нее тоже. Иона спрашивал себя, кто станет ее навещать, если с ним что-нибудь случится. Поймет ли она, несмотря на спутанность сознания, что осталась одна?

Возможно, она будет счастлива наедине со своими воспоминаниями. По крайней мере, он надеялся на это.

Внезапно Иону, лежащего в темноте без сна, посетила идея.

Они выдвинулись из Вумеры на рассвете: двадцать наземных яхт, подняв паруса, катились по австралийской пустыне. Ветер, к счастью, был попутный. Но даже при таких благоприятных условиях им потребуется целый день, чтобы добраться до пункта назначения.

Иона сидел сзади в трехместной кабине яхты, Сэм расположилась перед ним. Водителем был пожилой абориген с полосками белой краски на каждой щеке. Некоторые аборигены утром нанесли на свои лица боевые узоры различной сложности и цветов.

Иона продолжал обдумывать свою идею. Возникла одна большая проблема, и он не знал, как с ней справиться.

Парень нервно оглянулся на катапульту, закрепленную позади. Предполагалось, что часов через двенадцать он заберется в нее и будет подброшен на триста пятьдесят метров вверх к массивной скале.

Да, а на вершине его будет встречать вражеский отряд, вооруженный до зубов. Скорее всего, его попытаются пристрелить в полете, еще до приземления.

– Ну и что может пойти не так? – пробормотал Иона себе под нос.

Он наклонился вперед и похлопал Сэм по плечу.

– Этот объект, – сказал он, – Южный Угол, он ведь работает от солнечных батарей?

– Так и есть, – ответила Сэм, – все теплоэлектростанции закрылись в Австралии лет десять назад. А почему ты спрашиваешь?

– Мы прибудем в Улуру в сумерках, – ответил он, – так что если нам удастся разрядить их батареи, они не смогут быстро восстановить запас энергии.

– Пожалуй, ты прав, – отозвалась Сэм.

– А это нам помогло бы, ведь так? Миллениалы не смогут пустить ток через заграждение, или что еще они там заготовили…

– Это помогло бы, – согласилась Сэм, – даже очень. Но как это сделать?

– Остров Перенесенных, – ответил Иона, – он ведь лежит на серверах Южного Угла.

– Верно.

– А все люди на Острове… Каждый загрузил туда свое сознание, все свои воспоминания, всё, что делает их теми, кто они есть. С каждым днем их там становится все больше. Очень много. У серверов Грейнджера не хватает мощности на работу с ними, по крайней мере, со всеми сразу. Вот почему их сознание периодически становится спутанным.

– Продолжай. – Сэм явно была заинтересована.

– Представь, что случится, если все обитатели Острова начнут думать одновременно. Все сразу погрузятся в воспоминания.

Сэм на минуту задумалась:

– Это может сработать. Расход энергии будет огромным. Миллениалам придется задействовать все серверы Южного Угла. Проблема только в том, что…

– Мы не можем попасть на Остров, – закончил за нее Иона, – так как Грейнджер заблокировал доступ. Я думал над этим всю ночь, и, кажется, у меня есть идея. Возможно, я найду способ пробраться туда. Я хочу попробовать. Только для этого мне нужно снова выйти в сеть.

– Ладно, – ответила Сэм. – На борту есть терминал. Я уже поняла, что твои идеи нельзя недооценивать.

В Метасфере Иона материализовался прямо в воздухе.

Он расправил огромные крылья и позволил виртуальному ветру подхватить себя. Дракон парил над безмятежно сияющим голубым океаном.

Казалось, он не летал так уже сто лет. Он закрыл глаза, ощущая солнце на своем лице и с наслаждением вдыхая бриз. Он буквально растворился в этих восхитительных ощущениях, едва не забыв о своих проблемах.

Но все закончилось слишком быстро. Иона увидел остров, темный контур на горизонте; его сердце екнуло. Он думал, что остров будет обнесен барьером, и не рассчитывал подлететь так близко. Иона продолжил движение, но вокруг него начал сгущаться туман.

Вскоре он не видел остров из-за тумана, но знал, что тот должен располагаться прямо по курсу. Если туман напустили, чтобы запутать его и сбить с пути, это не поможет.

Туман был не просто холодным, он был ледяным. Холод забирался под шкуру и пронизывал до костей, туман становился все плотнее. Ничего нельзя было разглядеть дальше носа. Иона стиснул зубы и продолжал взмахивать крыльями, исполненный решимости пройти свой путь.

Затем неожиданно туман рассеялся. Воздух снова стал теплым, солнце сияющим, океан голубым.

А Острова Перенесенных нигде не было видно.

Иона в замешательстве остановился и обернулся. Теперь остров располагался прямо позади него; он снова видел темные очертания сквозь окружающее облако тумана. Должно быть, он пролетел над островом. Но как такое могло случиться? Остров был большим. Потребовалось бы намного больше времени, чтобы его пересечь.

Иона упрямо наклонил голову, взяв курс на остров.

Туман опять сгустился вокруг, ослепляя и заставляя стучать зубами от холода. И снова, когда туман рассеялся, остров оказался позади. Такой близкий и такой недостижимый.

Иона завис у края туманного облака. Будь на его пути стена, он бы разрушил ее, используя вирус Гарри. Пробовать его сейчас было слишком рискованно – Иона мало знал о тумане. Что, если вместе с ним вирус разрушит и остров? Этого допустить нельзя.

К счастью, имелся запасной план. Последний.

Перенести на остров свое сознание.

Глава 33

На причале, от которого шел паром до Острова Перенесенных, собралась целая толпа аватаров. Они кричали и размахивали плакатами.

Подлетевший ближе Иона увидел, что они протестуют против перекрытия Грейнджером доступа к Острову. Дракон приземлился в самую гущу толпы, тут же сомкнувшейся вокруг него. Один стервятник едва не ткнул клювом в лицо Ионы:

– Ты за Миллениалов или за Стражей?

– Мэтью Грейнджер убил мою мать, – ответил Иона с горечью. – Ну как, сам догадаешься?

Очевидно, ответ был правильным. Аватары расступились, и Иона смог добраться до раздвижных дверей паромного терминала.

Атмосфера внутри терминала отличалась разительно. Как только двери за спиной Ионы закрылись, голоса протестующих стихли. Воздух здесь был прохладным и стерильно-безвкусным. Повсюду стояли пластиковые скамейки, электронные табло на стенах отражали текущий график «рейсов для усопших». Очередной отбывал через сорок пять минут.

В терминале находились несколько небольших групп. Скорбящие собрались проводить в последний путь своих друзей или родственников. Некоторые плакали. За окном Иона заметил баржу, отбывающую на остров, и содрогнулся от одного его вида. Стоявшее рядом с длинным деревянным причалом судно было гладким и черным, над ним развевался один-единственный флаг – белый знак бесконечности на черном фоне.

На глазах у Ионы небольшая группа скорбящих проследовала к кораблю; они по очереди обнимали и целовали старую сгорбленную голубую лягушку. В конце концов она развернулась и, наполовину прыгая, наполовину прихрамывая, направилась к посадочной площадке. Скорбящие двинулись обратно к терминалу и нашли местечко у воды, откуда махали своим близким, отправляющимся в последнее плавание.

Человек, скрывающийся за аватаром синей лягушки, в реальности сейчас, скорее всего, лежал в комфортной кровати Центра Копирования Сознания. Когда скорбящие вернутся в реальный мир, тело уже заберет похоронное бюро Центра. Но близкие будут знать, что в виртуальном мире его аватар продолжит жить.

Как и догадывался Иона, Грейнджер не прекратил рейсы на Остров. Ему было выгодно, чтобы все новые и новые аватары прибывали туда, ведь с ростом их числа росла значимость как Острова, так и его владельца. Поэтому он оставил открытым этот путь на Остров, зная, что оттуда никому уже не выбраться живым.

Однако Иона отчаянно надеялся, что Грейнджер ошибается.

Он подождал, пока еще одна группа провожающих покинет терминал, и последовал за ними, держась немного позади. Иона чувствовал, что его аватар, огромный красный дракон, несколько привлекает внимание, но все же надеялся, что никто не станет задавать ему лишних вопросов.

Иона подошел по причалу к барже настолько близко, насколько хватило духу. Он нетерпеливо ждал, когда скорбящие родственники распрощаются с престарелой феей, сияние которой тускнело на глазах. Фея поднялась по трапу, где ее ожидало висящее в воздухе красное диалоговое окошко. Иона не смог разглядеть, что в нем написано; фея коснулась окна, и оно исчезло.

Фея ступила на борт корабля, ее провожающие проследовали по причалу мимо Ионы. Тот поймал на себе их взгляды, не выражавшие ничего, кроме сочувствия. Конечно, он казался им жалким. Аватар, который готовится к отправке на Остров Перенесенных в одиночестве.

Он догадывался, что говорится в красном диалоговом окошке. Аватар феи просканировали и внесли в списки, прежде чем она смогла подняться на борт корабля. Она подтвердила свое согласие на запуск процесса копирования сознания, который состоится во время ее неспешного путешествия на барже. Обратного пути не будет.

Иона вернулся в здание терминала. Требовалось время подумать. Он наблюдал через окно за тем, как новые и новые аватары поднимались на борт. Палуба постепенно заполнялась.

Иона принял решение. Он прошел через раздвижные двери и оказался снаружи, затем протиснулся сквозь толпу митингующих, игнорируя их недовольные возгласы, и двинулся вдоль здания порта. Наконец Иона нашел место, где смог незамеченным скользнуть в воду.

Прежде чем погрузиться с головой, он на мгновение заколебался, вспоминая, как чуть не утонул в Сиднейской гавани. Однако это случилось в реальном мире; здесь, в Метасфере, Ионе не требовалось дышать, если он этого не хотел.

Плыть под водой с помощью крыльев оказалось достаточно легко.

Справа он увидел основание терминала и продолжил двигаться вдоль него, пока не заметил впереди деревянные сваи. Взглянув наверх, Иона увидел над собой доски пристани. Вода буквально выталкивала его, и стоило немалых усилий удерживаться под поверхностью.

Он проплыл вдоль причала до самого конца, где на него легла длинная узкая тень. Плоское черное дно судна, отправляющегося на Остров. Иона проплыл под ним и вынырнул на поверхность.

Он оказался по другую сторону баржи и надеялся, что никто из особенно любопытных служащих терминала или из скорбящих его не заметил. Иона осторожно взлетел до уровня палубы. Там уже яблоку было негде упасть. Все аватары смотрели в сторону причала, прощаясь с людьми и местами, которые покидали. Сердце Ионы бешено колотилось. Значит, может сработать! Он попытался скользнуть через борт…

…но внезапно прямо перед его носом возникло красное диалоговое облачко.

Внимание! Вы собираетесь перенести свое сознание в Метасферу.

Восстановление будет невозможно.

Хотите продолжить?

Да/Нет.

Разочарованный Иона нажал кнопку «Нет». Всплывающее окно исчезло, а Иону оттолкнуло от борта чьей-то невидимой рукой. Иона повис над водой. Он еще раз попытался сунуться на корабль. Облачко появилось снова, и невидимая сила снова мягко, но настойчиво оттолкнула его.

Он попытался облететь красное облачко, но безуспешно; он словно натыкался на огромную невидимую подушку. Ничего не получалось.

Иона отступил на сто метров; облачко исчезло. Он пригнул голову и бросился к кораблю со всей мощью, которую давали огромные крылья. И снова наткнулся на невидимую мягкую стену. Диалоговое облачко словно дразнило его:

Хотите продолжить?

Да/Нет.

Иона предполагал, что такое может произойти, но все же должен был попробовать. Он должен был попробовать, потому что альтернатива пугала его еще больше.

Он вспомнил сказанное в храме мистером Чангом. «Твой мозг уникален, ведь он может одновременно вместить два аватара». А еще, когда Брэдбери пытался сканировать его мозг, затея провалилась: программа не смогла одновременно проанализировать оба аватара – Ионы и отца, – существовавшие в его голове одновременно.

Иона надеялся, что программа переноса сознания сможет просканировать лишь один из двух его аватаров.

Хотите продолжить?

Да/Нет.

Уже начали убирать трап. Иона должен был решиться. Пойдет он на это или нет? Сэм рассчитывала на него, и Стражи, и люди Калы… Он подумал об отце. Джейсон Делакруа поставил на карту свою жизнь ради цели Стражей. И, видимо, именно отцу Иона был обязан внезапно появившейся храбростью.

Хотите продолжить?

Да/Нет.

Он протянул немного дрожащий коготь и нажал «Да». Облачко изменилось. Появилась надпись «сканирование» и тонкая удлиняющаяся зеленая полоска. Загрузка.

Облачко исчезло. Исчезла и сила, отталкивавшая Иону от корабля. Он поднялся на борт, беззвучно нашептывая молитву и отчаянно надеясь, что минуту назад не совершил самоубийство.

Он не чувствовал никакой разницы.

Интересно, как можно понять, что процедура Переноса запущена и всю память, один образ за другим, вытягивают из твоего разума в реальном мире и перемещают на Остров? Наверное, сознание должно стать спутанным, как у бабушки.

Иона решил проверить себя. Он вызвал случайное воспоминание: поездка на пляж с родителями, когда был маленьким. На настоящий пляж, в реальном мире; весь день лил дождь, вода была мутной. После этого они поклялись проводить каникулы только в Метасфере. Иона все отчетливо помнил. Помнил, как его любили.

Он почувствовал легкое головокружение, ему пришлось присесть на скамейку. Показалось, что в мозг вошли тонкие металлические пальцы. Иона сказал себе, что это всего лишь воображение.

Паромщик оттолкнулся от берега длинным шестом.

Аватары на борту в последний раз обменялись воздушными поцелуями и прощальными кивками с провожающими. Откуда-то издалека доносилась тихая музыка.

Иона попытался сконцентрироваться, но головокружение от этого только усилилось. Казалось, что холодные пальцы начинают давить, тянуть, рвать.

Острая боль пронзила голову и вынудила, задыхаясь, согнуться пополам. Затем к нестерпимой боли присоединился приступ тошноты. На глазах выступили слезы. Иона испугался, что совершил ужасную ошибку. Он почувствовал, как что-то высасывает из него информацию, и попытался сосредоточиться на своих мыслях, мечтах и воспоминаниях.

По крайней мере, я окажусь рядом с бабушкой, подумал он. Сможем вместе блуждать по своим воспоминаниям.

И вот, когда Иона уже был готов сдаться, боль внезапно отступила.

Что это было? Теперь все позади? Он осторожно открыл один глаз и увидел красное облачко, но не смог прочитать сообщение, все казалось ему размытым. Иона дважды моргнул и попытался снова.

Неизвестная ошибка. Код аватара не опознан. Процесс Переноса остановлен. Пожалуйста, обратитесь к системному администратору.

Иона почувствовал невероятное облегчение. Опасный трюк сработал. Он вытер пот со лба тыльной стороной ладони, прогнал облачко и поднялся на ноги. На секунду он замер. Ладони? Иона посмотрел вниз и увидел перед собой руки.

Руки, а не лапы.

Он попытался напрячь мышцы крыльев, но ничего не почувствовал. Иона больше не был драконом. Он вернулся в собственный аватар, в свою копию, снова стал самим собой. Видимо, все дело в программе Переноса; она разделила красного дракона и аватар Ионы. Перенеся в Метасферу сознание отца, программа не тронула воспоминаний Ионы.

Он попытался отыскать в своей голове воспоминания Джейсона Делакруа, но обнаружил, что от них осталось лишь отдаленное эхо, словно тусклый отпечаток. Иона почувствовал себя опустошенным. Воспоминания отца пришли к нему помимо его воли; но теперь, потеряв их, он понял, как ему будет их не хватать.

И тут Иону осенило. Если аватар отца больше не привязан к его сознанию, тогда что с ним произошло? Где он теперь?

В эту секунду Иона услышал голос:

– Иона? Сынок? Это ты?

Глава 34

Красный дракон стоял у него за спиной, уставившись на Иону желтыми глазами.

В отличие от их первой встречи в подвале сувенирной лавки на этот раз дракон не был записью. Он был отцом Ионы. Или, по крайней мере, его цифровым эхом.

– Это ты, – сказал дракон. – Ты нашел меня. Я знал, что ты меня найдешь. Мне столько нужно рассказать тебе. Ты должен знать. Я так рад видеть тебя, сынок.

Сердце Ионы сжалось.

– Папа? – прошептал он. – Не могу поверить, что ты здесь. Я думал, я никогда…

Иона бросился к дракону и обнял его. На несколько восхитительных секунд он снова стал маленьким мальчиком, укрытым от всех невзгод окружающего мира огромными красными крыльями отца.

– Нужно было рассказать мне обо всем раньше, папа, – сказал Иона, – о Стражах, о Четырех Углах. Я бы понял.

– Ты всегда был смышленым парнем, – ответил Джейсон Делакруа.

– Без тебя я наломал дров. Но теперь все в порядке.

– Посмотрим, что мне удастся сделать, я имею в виду ту школу. Виртуальную.

– Теперь мы вместе, пап. Ты вернулся. Скажи, что мне делать.

– Ты ведь хочешь пойти в Академию Чанга, так, сынок? Будущее за Метасферой.

Иона разомкнул объятия.

– Папа… Я уже гораздо старше. Ты устроил меня в эту школу, с тех пор прошло много лет.

Но отец, кажется, не слышал его. Он огляделся вокруг, как будто впервые заметил, где они находятся.

– А здесь мило, – сказал он. – Где это мы?

Конечно. Его сознание теперь было таким же спутанным, как и у других аватаров на борту парома. Иона видел это по их затуманенным глазам. Чем дальше баржа уплывала от берега, тем бессмысленнее становились взгляды. Процесс Переноса затуманивал разум. Может, это и к лучшему. Что же касается отца…

Он был мертв уже долгое время. И теперь жил лишь воспоминаниями, как и бабушка Ионы. Но, по крайней мере, это уже что-то.

– Все хорошо, пап, – произнес Иона с улыбкой. – Мы просто отправились в небольшое путешествие на корабле. Только ты и я. Все в порядке.

– Я знал, что ты меня найдешь, – ответил Джейсон.

Их «небольшое путешествие» тянулось уже целую вечность.

Сначала Иона решил, что Остров находится гораздо дальше от берега, чем он считал. Но прошел еще час, а на горизонте так ничего и не возникло. Парень начал подозревать, что баржа попала в ловушку программы и пересекает один и тот же участок моря снова и снова.

Но было ли это делом рук Грейнджера? Или виноват сам Иона? Может, присутствие на борту именно его – единственного аватара, не прошедшего процесс Переноса, – не позволяло достигнуть цели? Ведь, как оказалось, даже закутанный в плащ капитан баржи был всего лишь искусственным разумом.

Возможно, Остров просто не позволял приблизиться живущему?

Иона велел себе успокоиться и перестать воображать худшее. Не считая его, на борту находилось по меньшей мере тридцать аватаров. Само собой, серверам Южного Угла потребуется какое-то время, чтобы перенести их сознание в Метасферу, ведь это огромный объем информации. Путешествие будет длиться столько, сколько серверам потребуется на Перенос.

К тому же рядом с ним был отец.

Иона с любовью наблюдал, как отец хлопает могучими крыльями, вытягивает лапы и запрокидывает красную голову, извергая из пасти поток огня.

– Я снова могу летать, – кричал он. – Кажется, я так давно не летал.

Отец поднялся в воздух, и Иона ощутил приступ паники. Что, если тот улетит с судна и потеряется в море?

К счастью, вокруг баржи имелся защитный барьер, призванный удерживать аватаров на борту во время процесса Переноса. Так что вскоре отец вернулся на палубу.

Он сделал еще три попытки, одинаково безрезультатных, но совсем не расстроился. Каждый раз, когда он опускался на палубу, его мысли словно переключались, и Джейсон забывал о своей неудаче. Однако через несколько мгновений он снова раскрывал свои крылья.

– Было что-то, что я хотел тебе сказать, – произнес он.

– Все нормально, папа.

– Это было что-то важное.

– Ничего, я уже все знаю.

– Разве я не должен быть на работе?

– У тебя выходной.

Ложь легко срывалась с языка. Иона привык к этому с бабушкой: говорить что угодно, лишь бы ей было спокойно. Что угодно, только не правду.

– Нет, нет, – отец покачал головой. – Я нужен мистеру Грейнджеру, чтобы лететь… я не могу сказать, куда. Больше никто не может этого сделать. Никто не знает.

– Ты не работаешь на Грейнджера, забыл?

Отец недоуменно нахмурился.

– Я имею в виду, что в действительности ты работаешь не на него. Ты Страж. У Грейнджера ты работаешь под прикрытием. Это ты хотел мне рассказать. Ты оставил копию своего аватара в сувенирной лавке, чтобы я мог найти ее и…

– Вот где будущее, Иона, – улыбнулся отец. – В Метасфере. Сувенирная лавка, Иона, станет твоим наследством. Однажды…

– Ты помнишь Стражей, папа?

– Анархисты, – сплюнул отец. – Если дать им волю, в мире наступит хаос. У Миллениалов верные идеи. Миру нужен порядок. Ему нужен…

– Нет, отец. Я знаю, что ты так не думаешь. Я больше не ребенок. Тебе не нужно притворяться. Можешь рассказать мне правду.

– Помню, когда ты родился, Иона, я был очень напуган. Я знал, в какой мир ты пришел, и знал, что дальше будет только хуже.

– Поэтому ты решил сделать мир лучше. Аксель! Ты должен помнить Акселя!

– Мне нужно пойти в «Икар» этим вечером, – произнес отец. – Аксель говорит, он должен сообщить мне нечто важное. Подождешь меня снаружи.

– Я знаю, что Аксель хочет сообщить тебе. Он Страж. И хочет, чтоб ты тоже стал Стражем. Он хочет, чтоб ты стал их тайным агентом и работал пилотом у Мэтью Грейнджера, под прикрытием. Он хочет, чтобы ты узнал, где…

Отец больше не слушал его. Иона понял по выражению глаз, что тот больше не будет пытаться взлететь. Парень вздохнул и опустился на скамейку. Он начал подозревать, что ничего не добьется.

Отец, сложив крылья, уселся на скамейку рядом с ним:

– Сегодня я должен принять решение.

– Какое? – спросил Иона.

– Я не могу тебе сказать. Просто хочу, чтоб ты знал, как это тяжело. Самое сложное решение в моей жизни.

– Тогда как тебе удалось это? Как ты узнал?.

– Какое решение правильное? – спросил отец. – Я и не знал. И сейчас не знаю.

– Тогда как?..

– Я много думал, Иона, – отец посмотрел на него, – очень много. По большей части о тебе. Я люблю тебя, сын. И мне невыносима сама мысль, что когда-нибудь нужно будет покинуть тебя. Но мое решение означает, что рано или поздно наверняка придется это сделать.

– Тогда не соглашайся, отец, – прошептал Иона, – не оставляй меня.

– Я думал о мире, в котором мы живем, и о будущем, которого я хотел бы для этого мира и для тебя, сынок. Я слушал советы друзей. Я даже отправился на Остров и поговорил с моей матерью, твоей бабушкой.

– Что она сказала?

– Она не поняла, – сказал отец. – Я знал, что она не поймет. Просто думал, что после разговора с ней мне станет легче. Так оно и было: это помогло мне понять кое-что. Я знал, что она ответила бы мне, если бы могла. Я всегда это знал. Потому что, хоть она и на Острове сейчас, часть ее по-прежнему здесь. – Отец указал на свое сердце.

– Так что бы она сказала? – спросил Иона с нетерпением.

– Ничего, – ответил отец. – В этом-то все и дело. Вот что я понял. Она бы, конечно, сказала мне, что она думает, о Стражах и Миллениалах. Но потом добавила бы, что это моя жизнь, и мне выбирать. У нее нет ответов на все вопросы, она знает то же, что и я. Она бы сказала, что я уже достаточно взрослый, чтобы иметь свое мнение. И что она доверяет мне. И что я должен делать то, что сам считаю правильным.

– Понимаю, – тихо сказал Иона.

– Ты всегда был смышленым парнем. Я так рад видеть тебя, сынок. – Отец поднялся на ноги, посмотрел в небо и захлопал крыльями. – Теперь я снова могу летать. Кажется, я уже так давно не летал.

– Скоро, – сказал Иона, – совсем скоро ты снова сможешь летать, пап, я обещаю.

Холодное, сырое облако опустилось на паром.

Некоторые из раздосадованных пассажиров начали жаловаться.

Иона ждал. Когда завеса тумана расступилась, и невдалеке на фоне безмятежного синего моря появились знакомые очертания Острова Забвения, он понял, что не дышал все это время.

Он это сделал.

Сотни, тысячи аватаров собрались на берегу, чтобы поприветствовать вновь прибывших. Баржа мягко остановилась, уткнувшись носом в песок, и ее пассажиры высыпали на берег. Они смеялись, летали, упивались солнечным светом. Кажется, никто не узнавал Острова. Большинство из них бывало здесь и прежде, но не помнило об этом. Их сознание было полностью перезагружено.

Отец Ионы поднялся в небо и сделал круг над пляжем, широко раскинув огромные крылья и улавливая потоки виртуального воздуха. Он полетел в глубь Острова и исчез за высокими деревьями. Иона поймал себя на мысли, что его это не заботит. Он знал, что сможет отыскать отца.

К тому же нужно было сделать кое-что очень важное. И впервые за последние дни Иона абсолютно не сомневался.

Он поднялся в воздух и полетел вдоль пляжа, направляясь к хорошо знакомому месту. Бабушка находилась там, где он и предполагал. Она беззаботно купалась в песке и была удивлена, когда парень приземлился рядом.

– Иона! – протрубила она. – Мой маленький Иона, как же ты вырос!

Бабушка обняла его слоновьим хоботом и крепко прижала к себе.

– Нэн, – начал Иона, – я должен столько всего тебе рассказать. Во-первых, папа. Он здесь, на Острове. Мы можем снова поговорить с ним.

Нэн улыбнулась, от чего морщинки под глазами стали заметнее:

– Ну конечно, можем, дорогой. Я разговаривала с твоим отцом… Кажется, это было всего пару дней назад.

– Конечно, – подтвердил Иона, улыбаясь, – конечно, ты с ним разговаривала.

– Мы беседовали о летной школе. Знаешь, я волнуюсь за твоего отца, когда он так далеко от дома, летает на своих самолетах. Но это делает его счастливым. Дай-ка мне как следует рассмотреть тебя, мой маленький Иона! Ты так изменился.

– Нэн, – сказал Иона, – мне нужна… Точнее, нам нужна, папе и мне… нам нужна твоя помощь.