/ / Language: Русский / Genre:sf_space, sf_action, sf / Series: Искатель

Бродяга

Дмитрий Кружевский

Он рвался к звездам, и звезды приняли его, вот только счастья ему это не принесло…

С того момента, как наш соотечественник Кирилл прошел через пространственные врата, миновало уже более десяти лет, однако он так и не оставил попыток отыскать путь домой. Теперь он Кир Керк – один из вольных торговцев Торкленской Федерации, а за бортом его космического корабля «Гера» остались сотни миров. Кира Керка ждут новые приключения, новые друзья, новые враги, таинственные покровители и, возможно, новая любовь.

А тем временем на далекой Земле происходит череда странных событий…


Литагент «1 редакция»0058d61b-69a7-11e4-a35a-002590591ed2 Дмитрий Кружевский. Бродяга Эксмо Москва 2015 978-5-699-78837-8

Дмитрий Кружевский

Бродяга

© Кружевский Д., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

Пролог

Суйктух оглянулся, краем глаза замечая шмыгнувшую в подворотню тень, и нервно сжал рукоять спрятанного под курткой старенького излучателя. Этот город ему не нравился – слишком пустынный и безжизненный. В таком месте с путешественником может случиться все что угодно, и никто об этом не узнает. Хотя чего можно ожидать от окраинного мира, половина которого испещрена радиоактивными язвами, оставшимися от орбитальной бомбардировки, а в большинстве уцелевших городов царит анархия и запустение. Эта планета так и не оправилась от последней войны с траксионцами, и, не будь они в столь отчаянном положении, ни за что не решился бы сюда лететь. Однако сейчас отступать поздно, да и некуда. Если кто и сможет помочь им в этой части энвок-зоны, то он находится здесь, на полупустынной Эвоне, планете, которую свободные торговцы сделали своей основной базой в этом подсекторе.

Суйктух еще раз внимательно осмотрел пустынную улицу, зажатую со всех сторон полуразрушенными двухэтажными строениями, и осторожно подтолкнул впереди стоявшую перед ним невысокую худенькую фигуру, кутавшуюся в темно-зеленый плащ.

– Идемте, госпожа Киана, здесь может быть опасно.

– В последнее время я от тебя только это и слышу, – обиженным голосом ответила та, но послушно двинулась вперед.

Они быстрым шагом прошли пару кварталов и оказались на большой площади, посреди которой возвышался бетонный постамент с торчащими обломками чьих-то каменных ног, рядом с которым расположилась небольшая компания различных существ, что-то шумно обсуждающих друг с другом.

Суйктух облегченно вздохнул. Дома вокруг площади выглядели вполне жилыми, да и на самой площади, помимо расположившейся у постамента компании, народа хватало.

– Извините, уважаемый, – окликнул Суйктух проходившего мимо тегранца в комбинезоне космика. – Не подскажете, где тут найм-терминал «Королевство Телуны»?

Космик остановился и, окинув стоявших перед ним несколько замутненным взглядом подвыпившего, неопределенно мотнул головой.

– Идите через площадь, там дальше по улице до мостика через Уйку, прямо за ним будет здание с вывеской. – Он легонько покачнулся и, оскалившись в острозубой улыбке, поинтересовался: – Хотите нанять кораблик?

Суйктух наклонил голову к правому плечу в знак согласия.

– Если что, просите «Маранку»: мы сейчас свободны и берем немного.

– Немного это сколько? – вмешалась в разговор Киана, откидывая капюшон.

Космик бросил взгляд на девочку, виски которой избороздили татуировки династии Ингма, и в его глазах отчетливо мелькнула тень испуга.

– Извините, госпожа. – Он поклонился. – Боюсь, наш корабль не сможет удовлетворить требования такой великосветской особы. Мы всего лишь бедные торговцы и не сможем выполнить все ваши прихоти. Извините за мое необдуманное предложение.

Он резко выпрямился и быстрым шагом направился через площадь.

– И совсем я не великосветская особа, и прихотей особых у меня нет, – обиженно надула губки девочка, – правда, господин Вайнс?

– Правда, Киана, правда, – кивнул Суйктух, успокаивающе проводя пальцем по белоснежному костяному гребню, выглядывающему из темно-коричневых волос девочки. – Однако наденьте капюшон, госпожа, не стоит рисковать.

Девочка покосилась на своего сопровождающего и, вздохнув, накинула капюшон обратно на голову. Пройдя через площадь в указанном космиком направлении, они оказались на узкой извилистой улочке. Пенорное покрытие тротуара потрескалось и местами зияло ямами, заполненными обычным гравием или песком, а кое-где вдоль домов стояли ржавые остовы каких-то наземных машин. Улица была довольно пустынна, и лишь пару раз навстречу попадались спешащие по своим делам жители. Вайнс поинтересовался у одного из них правильностью направления и, услышав подтверждение, облегченно вздохнул.

Вскоре они вышли к изящному мостику, перекинутому через небольшой канал, до краев заполненный мутной водой, прямо за которым возвышалось обшарпанное трехэтажное здание, являющееся целью измученных путешественников. Впрочем, особой радости это им не принесло, так как рядом с мостом стояли две фигуры, облаченные в просторные одежды грязно-коричневой расцветки.

– Охотники… – процедил сквозь зубы Вайнс, хватаясь за излучатель и загораживая собой юную госпожу. – Бегите, малан.

Блеклая голубоватая вспышка – и руку Суйктуха свела болезненная судорога, заставив невольно зашипеть от боли. Излучатель выпал из ослабевших пальцев, а девочка, вместо того чтобы убежать, испуганно вцепилась в его одежду, сковывая движенья.

– Госпожа… – Вайнс почувствовал накатывающее на него отчаянье, а один из охотников, презрительно усмехнувшись, неспешно направился в их сторону.

– Думал уйти от нас, старик, – бросил он, поднимая упавший излучатель и приставляя его короткий ствол ко лбу Суйктуха. – Тебя живым брать нам не сказали…

– Что тут происходит?

Вайнс скосил глаза и увидел высокую инору,[1] облаченную в облегающую одежду черного цвета с золотистыми полосками, идущими от горла к короткой белоснежной юбке, точнее, даже не юбке, а двум кускам материи, ниспадающим от тонкой талии до колен.

Длинные белоснежные волосы, сквозь гриву которых проглядывали остроконечные уши, вытянутое скуластое лицо покрыто короткой золотистой шерстью. Тонкая линия носа, большие раскосые глаза зеленого цвета с вертикальными зрачками, бледные губы, из-под которых немного выступают острые клыки.

– Я спрашиваю: что тут происходит? – повторила тем временем женщина.

– Уйди, инора, и мы тебя не тронем, – процедил сквозь зубы наемник, отступая на несколько шагов от Вайнса с Кианой, но продолжая целиться в их сторону. – Мы действуем по мандату Торгового Конгломерата и…

– А вот это ты зря сказал, – оскалилась женщина и резко выбросила руку вперед.

Охотника буквально подбросило в воздух, и он, ударившись об ограждение мостика, с шумом рухнул в грязные воды канала. Второй тут же выстрелил навскидку, но иноры уже не оказалось на прежнем месте. Движения инопланетянки были настолько быстры, что Вайнс с трудом понял, что произошло. Она одним прыжком оказалась рядом с наемником и, нанеся несколько быстрых ударов руками и ногами, отправила его вслед за товарищем, после чего, нервно фыркнув, обернулась к ничего не понимающим беглецам.

– Ненавижу мековцев и их прихвостней, – бросила она. – Как вы?

– Нормально, если бы они хотели нас убить, то мы бы были давно мертвы. – Вайнс, морщась, ощупал онемевшую от разряда станера руку. – И все равно спасибо вам за помощь.

– Не за что, – улыбнулась женщина. – Вы в контору? – Она кивнула в сторону здания.

– Да, хотим нанять корабль.

– Понятно. – Незнакомка задумчиво оглядела Суйктуха, затем ее взгляд упал на все еще цепляющуюся за его одежды Киану. – Значит, корабль, говорите, – пробормотала она. – Что ж, удачи.

Женщина коротко поклонилась и, дружелюбно улыбнувшись выглядывающей из-за спины Вайнса девочке, медленно направилась вдоль канала.

– Госпожа, а как вас зовут? – неожиданно подала голос Киана.

Уши незнакомки дернулись.

– Ай, меня зовут Ай, – ответила она, обернувшись, и тут же с улыбкой добавила: – И думаю, что мы еще встретимся… принцесса.

Часть первая

Средь чуждых звезд

Глава 1

– И что, неужели никто не возьмется доставить нас на Кельвию? – Вайнс растерянно посмотрел на сидевшего по другую сторону стола торкленца. – Мы же готовы дать двойную… даже тройную цену.

– Дело не в цене… – Трафикатор[2] растерянно почесал лобный нарост и многозначительно покосился в сторону сидящей в углу кабинета Кианы. – Многие просто не хотят рисковать…

– Я думал, что торговцы отчаянный народ и ради денег они готовы на все.

– Это не так, – покачал головой торкленец. – К тому же влияние мековцев в этом подсекторе очень сильно, и не каждый рискнет оказаться у них в черном списке, так как это может сильно сказаться на заказах. – Он вздохнул. – Я, конечно, сбросил запрос в сеть, но пока одни отказы. Взгляните сами…

Трафикатор щелкнул клавишей и кивнул в сторону шестигранного экрана висевшего на стене, где высветлились строчки с наименованием кораблей, большинство из которых горели желтым цветом.

– И все-таки четверо еще думают, – улыбнулся Суйктух и тут же мысленно выругался, так как три строчки сменили свой цвет, а через мгновение и последняя из них замерцала противной желтизной.

– Вот видите, можно, конечно, подождать прибытия новых кораблей, но… – Торкленец развел ладони в стороны, растопырив при этом пальцы, как бы говоря этим, что ничего не может гарантировать.

Вайнс понимающе кивнул. Весь его план разлетался в клочья, словно соломенный шалаш под резкими порывами ветра, – выхода не было. Понадеявшись на свободных торговцев и их извечное противостояние с Торговым Конгломератом, он сам загнал себя в эту ловушку. Плечи Суйктуха поникли, и он неожиданно ощутил дикую усталость, а также странную обреченность. Оставалось только покориться судьбе и, дождавшись появления очередных охотников Конгломерата, передать им юную наследницу, моля о снисхождении к девочке. Он обреченно посмотрел в сторону Кианы, которая с интересом разглядывала какой-то журнал, одновременно жуя сочный анрай, плоды которого лежали в стоявшей на столе вазочке.

– Жалко ее, – вздохнул он.

– Понимаю. – Торговец на мгновение задумался и, бросив рассеянный взгляд на Киану, быстро защелкал пальцами по клавишам компьютера. – Вообще-то есть один вариант, – сказал он через некоторое время неуверенным голосом. – По крайней мере попытаться стоит… если кто-то возьмется вам помочь, то только он…

Суйктух устало посмотрел на торкленца, чувствуя полное безразличие.

– Как я понимаю, этот «некто» не торговец.

– Не торговец, – подтвердил трафикатор, – это один из так называемых поисковиков. Они ищут артефакты «старых»,[3] а при случае готовы взяться за любой подвернувшийся контракт.

– Скитальцы, – поморщился Суйктух. – Это же отрепье…

– Ну, далеко не все.

– В основном. – Вайнс поднялся и, приложив руку к груди, поклонился. – Спасибо. Я подожду еще пару дней. Если что-то появится, дайте мне знать.

– Обязательно, – торговец поднялся из-за стола, поклонившись в ответ. – Всего вам хорошего, господин Суйктух. И все-таки советую вам сходить в порт и поговорить с этим «поисковиком»… если что, поспрашивайте капитана Керка.

– Возможно, я так и сделаю. – Он повернулся к Киане, которая отложила журнал и вопросительно глядела в его сторону. – Пойдемте, госпожа.

* * *

– И что будем делать? – Девочка с грустью посмотрела на своего сопровождающего.

– Не знаю, госпожа, – честно ответил Вайнс, стараясь не смотреть в глаза своей подопечной. – Пока, наверное, найдем где остановиться и будем ждать, может, что подвернется.

Девочка понимающе кивнула и вдруг приобняла Суйктуха, заставив его вздрогнуть.

– Дядя Вайнс, не переживайте, если понадобится, можете отдать меня гарнийцам. Все равно папа и мама… – Киана всхлипнула и тут же отвернулась, кусая губы.

На мгновение Вайнсу стало жутко стыдно перед своей юной спутницей за то, что он, кадровый военный, прошедший несколько войн, поддался отчаянью, а эта малышка, недавно пережившая гибель своих родителей, все еще сохраняет самообладание.

Он мысленно выругался, подбирая в свой адрес самые нелестные эпитеты и, успокаивающе погладив Киану по ее костяному гребню, ободряюще улыбнулся обернувшейся к нему девочке, в глазах которой плескалась робкая надежда.

– Госпожа, вы же знаете, пока я жив, никому вас не отдам.

Киана улыбнулась в ответ и вновь приобняла своего спутника.

– Ну все, хватит сантиментов. – Суйктух осторожно отстранил от себя девочку. – Идемте, госпожа, по пути сюда я вроде бы видел гостиницу, надо снять комнату и передохнуть, а то скоро уже стемнеет. – Он кивнул в сторону висящего над домами огромного ярко-красного диска местного светила.

* * *

Освещенный мерцающим светом разноцветных лазеров, чьи лучи суматошно бегали по стенам, порой сплетаясь в причудливые изображения, бар был практически пустым, если не считать небольшой группы космиков, лениво наблюдавших за танцующей голограммой полуобнаженной торкленки.

Вайнс сидел за стойкой бара, сделанной из помутневшего от времени пластика, и лениво цедил какой-то напиток, выбранный наугад из небогатого меню. На душе было муторно.

Сдавать девочку наемникам мековцев или гарнийцам он не собирался, однако и выхода из создавшегося положения не видел. За три местных дня никто из капитанов не выразил желания им помочь, правда, и наемники больше не объявлялись.

Суйктух тяжело вздохнул и, залпом допив оставшуюся в стакане зеленую жидкость какого-то местного коктейля, окликнул бармена, который с сосредоточенным видом копался во внутренностях какого-то аппарата с множеством краников и стеклянных колб, размещенных на передней панели. Тот бросил взгляд в его сторону и, кивнув, захлопнул дверцу аппарата. Сунув руки под лучи дезинтификатора, он подошел к Вайнсу.

– Что-то еще налить?

– Да еще стаканчик такого же. – Он кивнул на опустевший бокал. – И еще, не подскажете, где мне найти капитана Керка?

– Керка. – Бармен на мгновение задумался. – Не помню такого, он точно из торговцев?

– В конторе сказали, что поисковик.

– А, так это, наверное, то ржавое корыто, что стоит в девятой посадочной.

Суйктух пожал плечами.

– Мне сказали только имя.

– Ну, других поисковиков сейчас на стоянке нет, а этот… – Бармен кивнул на группу космиков. – Вон тот торкленец в черном за отдельным столиком как раз с него…

– Спасибо. – Вайнс протянул ему пару серебристых пластинок номиналом в десяток унвиксов каждая и, подхватив вновь наполненный бокал, направился к указанному космику.

– Можно? – спросил он, отодвигая один из стульев.

Космик оторвал взгляд от танцующей голограммы и, бросив беглый взгляд на Суйктуха, коротко кивнул.

– Да не занято вроде.

Вайнс уселся за столик и несколько минут молча пил коктейль, с интересом наблюдая за танцем, тем более что голограмма сменилась и вместо торкленки на сцене появилась золотокожая жительница Экарии.

– Интересно, они действительно настоящую экарийку отсканили или это модель? – неожиданно спросил космик.

– Думаю, модель, – ответил Вайнс после секундной заминки, – у этой нет пяточных наростов, а о них мало кто знает, так как женщины Экарии никогда не обнажают ноги в присутствии посторонних. Да и подобное обнажение противоречит их духовным законам.

– Согласен, – улыбнулся его собеседник. – Но смоделировано прекрасно, за это и выпьем. – Он плеснул в свой стакан из стоящей рядом бутылки и вопросительно посмотрел на Вайнса, но тот отрицательно покачал головой, продемонстрировав торкленцу недопитый коктейль. Тот криво усмехнулся и, залпом опрокинув в себя содержимое бокала, глухо крякнул.

– Крепкая, стабилитрон ее раздери, – констатировал он, вновь наполняя свою кружку и окидывая Суйкхука затуманенным взором. – Зря отказываешься.

– Да неохота как-то.

– Понимаю, – кивнул космик. – Дела или ждешь кого-то?

– Нет, – покачал головой Вайнс. – Хотел нанять корабль, но как-то не выходит…

– Это как так? – на лице торкленца отразилось неподдельное удивление. Он развернулся и похлопал по плечу сидевшего за соседним столиком космика в зеленой куртке и надписью «Экатра» на спине.

– Кант, у вас что, все в разлетах?

– Нет, – ответил обернувшийся, – заказов мало.

– Так вот же клиент. – Палец торкленца указал на Суйктуха.

Тот, кого назвали Кант, бросил беглый взгляд на Вайнса и ухмыльнулся.

– Спасибо, Рик, но капитан навряд ли согласится заключить контракт с аларцем: Конгломерат на них буквально охоту объявил.

– И с каких пор вы стали бояться мековцев? – фыркнул Рик.

– С тех пор, как на границе системы висит тройка их тейтров.[4]

– Ух ты! И кто же из ребят им так насолил?

– А ты это у своего нового знакомого спроси, – буркнул Кант и отвернулся.

– Вот как. – Рик повернулся и задумчиво посмотрел на Суйктуха. – Похоже, ты влип в ситуацию, дружище. У здешних барыг прямого гиперпривода нет, и их корыта ходят через шлюз, а контрольную станцию мековцы наверняка уже под себя подмяли. Верно я говорю, Кант?

Торговец, не оборачиваясь, воздел над головой зажатый в руке бокал, видимо, выражая таким образом согласие со словами Рика. Тот отсалютовал своим в ответ и, немного отхлебнув из него, поставил на стол.

– Так что тебе остается лишь затаиться и надеяться, что в эту дыру заглянет кто-нибудь посолиднее местных спекулянтов. Ну, или попытаться их уговорить…

– Бесполезно, – подал голос космик, сидевший за одним столом с Кантом. – Не один из наших не пойдет на это. Мековцы любой корабль, проходящий через шлюз, осматривают, причем так тщательно, что ничего не скроешь. У Энка вон тайник с такской дурью нашли, а он уже и забыл, что когда-то его делал.

– Энк скоро забудет, как его зовут, – хохотнул Кант, – особенно если и дальше будет увлекаться перевозом подобного товара, да еще постоянно пробовать его качество. Хотя в остальном Тав прав. Кстати, Рик, а почему бы вам самим не взять на борт пассажира?

– Нам? – Поисковик на мгновение растерялся, словно подобная идея даже не приходила ему в голову. Он задумчиво покрутил свой бокал в руках, затем пожал плечами. – Это надо с капитаном говорить, хотя у нас уже есть наниматель. Мы сюда-то забрели только из-за поломки, сегодня закончим и фьють, только нас и видели.

Вайнс мысленно выругался. Разговор только свернул в нужное русло, давая надежду на успех, однако последние слова Рика задавили ее в зародыше. Космик бросил взгляд на погрустневшее лицо Вайнса и ободряюще улыбнулся.

– Не печалься, дружище, сюда мековцы не сунутся…

– Уже сунулись. – Раздавшийся из-за спины женский голос заставил аларца обернуться, а Рика расплыться в приветливой улыбке.

– Ай, а ты что тут забыла?

– Да так, разыскиваю одного гулящего борт-инженера, который никак не хочет выходить на связь, случайно не знаешь, где он находится? – к столу подошла инора, спасшая их с Кианой от наемников.

– А что, капитан уже вернулся?

– Еще час назад.

– Ладно, ладно, я понял. – Рик поднялся из-за стола и неуверенной походкой направился к двери.

Ай покачала головой и, пробормотав что-то вслед бортинженеру на незнакомом для Вайнса языке, с улыбкой посмотрела на погрустневшего аларца.

– А где ваша милая спутница? – поинтересовалась она.

– В гостинице неподалеку, – растерянно ответил он, пододвигая к себе недопитую Риком бутылку и плеская из нее в свой бокал, – по-моему, называется «Мрак Ранула» или что-то подобное.

– «Тени Райкула»?!

– Возможно.

– Шардзым![5] Сколько вы здесь?

– Где-то с час. – Вайнс удивленно посмотрел на инору, чувствуя, как по краю его головного гребня пробежал противный холодок дурного предчувствия.

– Идемте скорее, – бросила она. – Только бы не опоздать.

Они выскочили из бара и нос к носу столкнулись с дожидающимся Ай Риком.

– Что за спешка? – поинтересовался тот, с удивлением косясь в сторону следующего за женщиной Вайнса.

– Потом объясню, – бросила та. – Оружие с собой?

Рик коротко кивнул.

* * *

Они почти бегом двигались по ночным улицам полуразрушенного городка, которые были освещены лишь тусклым светом двух небольших лун планеты. Ай быстро пересказала своему товарищу об инциденте с наемниками, заставив того ехидно заметить, что она любит искать приключения на кончики своих ушей.

– Это ж надо так сглупить и поселиться у Гивдо, – заметил бортинженер, на ходу проверяя заряд своего пистолета. – Он же за пару унвиксов свою почку продаст и спросит: «Не нужна ли вторая», а уж информацию мековцам сливает регулярно, да и наемники у него частенько ошиваются.

– Я-то откуда знал, – зло огрызнулся Вайнс, следуя примеру Рика и проверяя свое оружие. – Всегда считал, что здесь все ненавидят Конгломерат.

– Все, да не все, – многозначительно хмыкнул торкленец. – К тому же Гивдо бывает полезен, особенно когда надо подсунуть дезу мековцам. Да и у него кое-какой информацией о конгломератчиках всегда разжиться можно, за определенную плату, конечно. Поэтому его здесь и терпят – такой вот симбиоз.

Суйктух покосился на космика, но промолчал, лишь мысленно отметив, что Рик, еще недавно с трудом стоявший на ногах, теперь выглядел абсолютно трезвым.

* * *

Гостиничный номер встретил их тишиной и приоткрытыми дверями. Ай быстро переглянулась с Риком, и тот, понимающе кивнув, резко распахнул дверь. В это время женщина вытянула обе руки вперед, и Вайнсу показалось, что пространство вокруг бортинженера вздрогнуло, а сам его образ вдруг стал нечетким, словно между ними кто-то поставил мутное стекло. Космик исчез внутри номера, чтобы появиться буквально через пару минут.

– Пусто, – бросил он, вкладывая свое оружие в кобуру, закрепленную на груди под курткой. – Девочку, видимо, взяли спящей, потому как никаких следов борьбы не видно.

– Значит, идем, навестим Гивдо? – усмехнулась Ай.

– Идем, – ухмыльнулся в ответ Рик. – Тем более что он нам кое-что задолжал за прошлый раз.

Они дружно развернулись, направившись по коридору в сторону ведущей на первый этаж лестницы, и Вайнсу ничего не оставалось, как последовать за ними. Он находился в некоторой растерянности, и все, что ему оставалось, это лишь положиться на своих новых знакомых. Правда, мотивы, заставляющие их ему помогать, были пока непонятны, но особого выбора у него не было: сейчас главное было отыскать Киану, а уже потом разбираться со всем остальным. Поэтому Суйктух тряхнул головой, отгоняя от себя дурные мысли, и прибавил шаг, нагоняя своих спутников.

Глава 2

Если спроецировать энвок-зону на плоскость, то своим видом она больше всего напоминала бы огромную причудливую кляксу с множеством отходящих во все стороны лучей, рядом с которой на некотором расстоянии расположилась еще одна, намного меньшая по размеру и имеющая форму почти правильного овала.

Наибольшую часть этой кляксы сверху донизу занимало гигантское образование, именующееся Торкленской Федерацией и включающее в себя около семи сотен звездных систем, вруг которой расположились немногочисленные государства, считающие себя вполне самостоятельными, но на деле и чаще всего полностью зависящие от нее во многих аспектах. Единственно кто был полностью независим от Федерации, так это так называемая Кергарская Империя – то самое овальное пятно в двух десятках парсек от основной энвок-зоны. Некогда интересы ведущих звездную экспансию цивилизации кергарцев и торкленцев столкнулись, превратив их на долгие столетия в непримиримых врагов, но вот уже несколько веков в межзвездном пространстве царил относительный мир.

Торкленская Федерация, приросшая мощью за счет других присоединившихся к ней цивилизаций, стала слишком сильной и железной рукой наводила порядок на своих территориях, по крайней мере в центральной их части. Кергарцы же обратили свой взор на неизученные территории и не присоединившиеся к Федерации государства, погрязнув в бесконечных захватнических войнах и тем не менее медленно, но уверенно расширяя свои владения, грозя вновь стать силой, способной бросить вызов торкленцам.

А вот Федерация была вынуждена остановить дальнейшую экспансию, сосредоточившись на укреплении своей внутренней структуры, что было для нее более важно, так как на данный момент она включала в себя около десятка цивилизаций с различным уровнем развития, политическим обустройством и геополитическими интересами. Некогда создававшаяся как военный союз против кергарцев, на нынешний момент времени она переживала не лучшие свои времена, раздираемая внутренними политическими распрями и противоречиями.

На фоне всего вышеперечисленного Земной Анклав смотрелся жалким пятнышком, затерявшимся в просторах вселенной.

И вот уже почти восемь лет… долгих восемь стат-лет он бросает свой космолет от планеты к планете в надежде наткнуться хоть на какой-то знак, обрывок информации, хотя бы намек, указывающий ему путь к родному дому, – тщетно. Тысячи звездных систем, сотни населенных планет, десятки разумных существ различных видов, однако сколько бы он ни спрашивал, никто даже не слышал о существовании человеческой цивилизации.

Лишь несколько раз ему удавалось нащупать что-то обнадеживающее, но каждый раз полученная информация приводила в никуда: свидетели неожиданно погибали, документы исчезали, а записи оказывались повреждены. Вот и их последний полет на далекую планету Урас, где жил некий космик, видевший мертвый корабль неизвестной конструкции, оказался напрасным. Незадолго до их прибытия с ним случился несчастный случай: его машина на полной скорости врезалась в автоматический уборщик, неожиданно вывернувший на трассу. Это наводило Кира на определенные мысли о неведомом и очень могущественном противнике, внимательно наблюдающем за его поисками и явно не желавшем их успешного завершения. Однако прямых доказательств существования этого таинственного «НЕКТО» не было – так, подсознательные ощущения и собственные рассуждения. К тому же, с другой стороны, все это могло быть и обыкновенной цепочкой совпадений. В любом случае сдаваться Кир больше не собирался, однако все больше склонялся к мнению, что единственной дорогой домой могли стать пространственные врата, подобные тем, что некогда забросили его на Энгмар – родной мир Намара и Ай. Он даже пару раз порывался вернуться туда, однако после доклада профессора Лайноса сибэзовцам[6] патрульные заблокировали систему, вытурив с планеты мековцев, занимавшихся там поиском дайтанских артефактов. Дело в том, что местная цивилизация находилась на уровне земного Средневековья, а по законам энвок-зоны, всяческие прямые контакты с подобными мирами были запрещены. Так что теперь на планете присутствовали лишь небольшие группы ученых, занятые исследованием причин деградации дайтанской цивилизации под неусыпным надзором патруля.

Оставалось только попробовать отыскать нечто подобное на других планетах зоны, тем более что похожие находки уже имелись. По словам профессора, врата были найдены еще на нескольких планетах, однако добраться до них было весьма проблематично. Правительство обычно сразу же блокировало к ним доступ, передавая на исследование специально созданным группам ученых.

Кирилл вздохнул и, поднявшись с кресла, подошел к стене каюты, за которой скрывался мини-бар. Открыв дверцу, он окинул задумчивым взглядом стоявшие там бутылки, затем взял одну из них и вернулся обратно. Плюхнувшись в кресло, Кир отхлебнул прямо из горлышка сладковатой жидкости и, поморщившись, усмехнулся. Пить за эти годы он так и не научился, а мини-бар держал лишь для гостей, позволяя себе только слабоалкогольные напитки наподобие земной шипучки.

И все же он изменился… все они изменились.

Ай – бывшая хранительница,[7] практически с детства обученная обращению с мечом и стрелометом, теперь с неменьшим умением использовала различные типы излучателей, а верного хогрунда[8] ей заменила скоростная машина наземной разведки. Кроме того, девушка обладала прекрасными телекинетическими способностями, и двухгодовое обучение в САТсПэ[9] превратило ее в опытного биотика.

А еще за эти годы Ай стала мамой, и у них с Намаром родилась чудесная девочка, которую назвали Эйрой. Бывший «ищущий»[10] души не чаял в дочери и баловал ее всеми возможными способами, а остальные члены команды «Геры» поддерживали его в этом деле всеми возможными способами. К счастью, несмотря на подобное отношение, девочка росла послушной, неизбалованной и довольно самостоятельной.

Сам же Намар увлекся техникой и благодаря Рику, а также нескольким десяткам прочитанных книг довольно неплохо освоил устройство двигателей космолетов, частенько удивляя бортинженера своими познаниями.

Профессор Лайнос, покинувший их команду по возвращении в энвок-зону, через пару месяцев вновь объявился на борту, заявив, что в связи с долгим отсутствием был давно уволен с кафедры как «пропавший без вести», а посему абсолютно свободен и принял решение путешествовать вместе со всеми. Так что единственным членом экипажа, навсегда покинувшим корабль, была знакомая Рика, спасенная ими с тайной базы Конгломерата на Энгмаре. Когда после пары месяцев блуждания в неисследованном секторе космоса они наконец-то вышли к обитаемым планетам э-зоны, Рика просто сошла в ближайшем порту, практически ничего не сказав на прощание, – больше они ее не видели.

К счастью, замена нашлась довольно скоро, и новым астронавигатором «Геры» стала Кай-Хара Тайк – обитательница небольшой планеты Астор, вращающейся возле газового гиганта одной из окраинных систем. Своим видом девушка походила на очаровательную демоницу из земных легенд и являлась обладательницей точеной фигурки, обтянутой блестящей серой кожей, а также пары тонких золотистых рожек почти двадцатисантиметровой длины, которые, подобно причудливым антеннам, торчали из ее матово-черной гривы волос. Кроме того, ноги Кай-Хары походили на птичьи лапы, а длинный тонкий хвост с пушистой кисточкой вполне был способен на звонкую пощечину, в чем уже не раз сумел убедиться Рик, пытающийся заигрывать со своенравной асторкой.

А еще была Гера – бортовой компьютер космолета, полностью персонализировавший себя с девушкой и являющийся неотъемлемым членом экипажа. Некогда Кир дал кораблю такое название в память о погибшей подруге и не ожидал, что тот попытается воссоздать ее образ. К счастью, бортовой компьютер получил слишком мало данных, и эта Гера полностью отличалась от той, в честь которой ее назвали. Это было и к лучшему: распускающийся над океаном цветок взрыва он помнил до сих пор, как до сих пор ощущал грызущее чувство вины и ноющую боль потери.

Впрочем, он уже не был тем мальчишкой, который восемь стат-лет назад очутился в неизвестном для себя мире, практически потеряв память, – годы изменили многое. В душе словно что-то окостенело, сделав его жестче, изворотливее и циничнее, а земная жизнь казалась теперь почти сном, увиденным в далеком беззаботном детстве. Лица друзей, места, события – все подернулось пеленой, медленно истлевая из памяти, заменяясь новыми образами и привязанностями. Он и сам не замечал, как землянин Кирилл Градов медленно уходил в прошлое, растворяясь в Кир Керке – капитане космолета «Гера», одном из космических бродяг, бороздящих просторы космоса в поисках одной лишь им известной цели.

Но было и то, что он не мог забыть, та, чей образ буквально впечатался в полотно его памяти, будоража душу и заставляя ныть все еще не успокоившееся сердце. Зеленые волосы, милый овал лица, курносый нос, бархатная кожа, любящий взгляд огромных фиолетовых глаз и чуть сладковатый вкус поцелуя бледно-розовых губ. А еще тихий шепот: «Вернись, дорогой, я жду тебя». Ее голос все еще звучит в ушах, заставляя просыпаться по ночам и долго сидеть на кровати, обхватив руками голову. Лаймалин, его Лаймалин.

Кирилл скрипнул зубами и вновь припал к горлышку бутылки, словно надеясь, что сок тайры сможет заглушить рвущееся изнутри отчаянье.

Даже лицо матери поблекло со временем, отошло куда-то на задний план, а вот Лайм он не может забыть до сих пор. Несколько раз, когда его охватывало отчаянье, связанное с бесплодностью его поисков, он пытался наладить личную жизнь, осев на одной из множества планет, и один раз даже познакомился с девушкой, ответившей ему взаимностью, но продержался ровно полгода. В результате, плюнув на все, он решил продолжать свои поиски, тем более что порой они приносили неплохую прибыль. Попутная доставка грузов, выполнение кое-каких поручений от частных лиц, найденные в некоторых полетах артефакты, – все это позволяло не только содержать старый дайтанский космолет в исправности, но и полностью обеспечивать свою команду всем необходимым. Так что единственным домом для него стала «Гера», единственной семьей – его верный экипаж, а единственным смыслом жизни – найти путь домой.

А вообще, в первые годы после их отлета с Энгмара, было довольно трудно и не только по причине сложностей адаптации в новом для некоторых из них мире. Мековцы, словно озверев, кинулись искать прорвавшийся сквозь их заслоны дайтанский корабль, который сам по себе был бесценным артефактом. Их спасла только предусмотрительность Рика, предложившего несколько изменить внешний вид космолета. Полгода работы на одной из верфей свободных торговцев и несколько тысяч номиналов, а как результат – стремительный рыбообразный корпус «Геры» оброс второй «шкурой» фальш-обшивки, превратившей ее в неприметный транспортник с торчащими из угловатого тела чашами ионных двигателей. И тем не менее почти полтора стат-года они не решались на дальние перелеты, обходясь в основном внутрисистемными перевозками, ожидая, пока хоть немного стихнут суета и скандалы, связанные с Энгмаром. К счастью, на «Гере» было достаточно различного дайтанского оборудования, и продажа его в качестве артефактов принесла немалую прибыль, позволившую им не особо напрягаться по поводу финансов.

Кирилл усмехнулся своим воспоминаниям и, поднявшись из кресла, подошел к трубе мусоропровода. Сунув бутылку в нишу, он нажал кнопку сброса, в который раз пожалев об отсутствии обычных земных утилизаторов, перерабатывающих материю в энергию. Приходилось возиться с мусором, который автоматически брикетировался на нижней палубе в небольшие полутораметровые кубы, предварительно разделяясь на био– и техноотходы. После чего его либо сбрасывали в космос, либо сдавали на космодромах в специальные центры переработки – последнее было выгоднее, но довольно хлопотно, и мало кто из космиков с этим возился. В любом порту существовали так называемые скрайдеры, которые были готовы купить мусорные кубы за небольшую плату для дальнейшей их перепродажи.

И все же Кирилла поражало убожество местных технологий, застопоривших свое развитие где-то на уровне земного двадцать третьего века, а в некоторых колониях скатившихся чуть ли не до двигателей внутреннего сгорания. Диссонанс между отсталостью во многих аспектах науки и межзвездными перелетами на большие расстояния был настолько выразителен, что оставалось только удивляться, как такое вообще возможно. Многие местные корабли были просто железными коробками с минимумом электроники и плазменными двигателями, полет на которых даже до границы системы занимал недели.

По мнению землянина, единственное, что спасало федерацию от развала, – это наличие шлюзов, позволяющих перемещаться между мирами. Некогда изобретенная и распространенная торкленцами технология позволяла отправить с субсветовой скоростью из точки «а» в точку «б» даже кусок камня – этакая межзвездная праща и ловушка в одном флаконе.

А вот пространственные двигатели, применяемые здешними цивилизациями, были не только дороги и громоздки, но и крайне трудоемки в обслуживании, поэтому ставились едва ли ни на один корабль из нескольких десятков. Причем даже при их наличии на борту проще было воспользоваться шлюзом, чем «жечь» в реакторах дорогостоящее топливо. К тому же из-за так называемого парадокса Гарвиса путешествие на расстояние больше десятка парсек было выгоднее осуществлять именно через них, и дело тут было даже не в дороговизне энергостержней. Например, прямой полет через шлюз в самую дальнюю точку э-зоны занял бы всего три дня, тогда как в подпространстве нужно было идти почти стат-год. Парадокс заключался в том, что проход на любое расстояние через шлюз занимал эти же три дня и не было разницы, прыгаешь ты на один метр или сотню парсек. Однако и тут было свое небольшое «но». Максимальное расстояние между шлюзами не могло превышать двух десятков парсек, так что, для того чтобы добраться до самой дальней точки э-зоны, требовалось пройти целую цепочку шлюзов. И все равно это было значительно быстрее, чем идти через подпространство. Как результат, путешествие на обычном космолете в э-зоне выглядело примерно так: от трех до десяти дней хода до шлюза (размещаемого обычно на орбите какой-нибудь пустынной планеты системы), потом проход сквозь подпространство, после чего опять несколько дней полета до нужной планеты. Земные космолеты в этом смысле были намного быстрее, хотя даже им для пересечения всей энвок-зоны потребовалось бы порядочно времени. Так что технология шлюзов пригодилась бы активно осваивающему космос человечеству, к тому же Кир не сомневался, что на родине нашли бы способ ее улучшить. По его просьбе Лайнос собрал все, что можно было найти в свободном доступе по данному вопросу, и теперь эти записи ожидали своего часа в специальном сейфе вместе с десятком других, несущих информацию о самых разнообразных изобретениях здешних цивилизаций.

Дверь с легким шелестом ушла в сторону, заставив Кира невольно вздрогнуть и, очнувшись от своих размышлений, посмотреть в ее сторону.

– Дядя Керк! – Беловолосый вихрь ворвался внутрь каюты и повис на шее приподнявшегося из кресла Кирилла, превратившись в чем-то похожую на большую кошку девочку.

– Эйра, опять когти не обстригла, – проворчал Кир, чувствуя, как остренькие коготки девочки впиваются в тело сквозь тонкую ткань рубашки.

Эйра разжала объятия и, спрыгнув на пол, заложила руки за спину, виновато уставившись в пол. При этом ее острые ушки, торчащие из густой гривы белоснежных волос, исчезли из виду, плотно прижавшись к голове в знак признания своей вины.

– Да ладно тебе, я не обижаюсь, – рассмеялся он, потрепав дочку Ай по волосам, отчего та тихонько заурчала. Эйре вообще нравилось, когда ее гладят по голове, и в эти мгновения она становилась похожа на обычную земную кошку, ластясь и забывая обо всем на свете. Хотя в какой-то мере она и была кошкой, так как предками всех энгмарцев были существа именно кошачьей породы, от которых они и унаследовали короткую шерсть на своем теле, а также острые когти, которые по желанию могли выдвигаться на несколько сантиметров.

– Чего хотела-то? – спросил он, легонько дергая девочку за ухо, отчего та недовольно мявкнула, но урчать перестала.

– А правда, что у нас новые пассажиры и одна из них девочка? – Эйра посмотрела на Кира взглядом, полным надежды, заставив его мысленно вздохнуть. Девчонке явно не хватало общения со сверстниками. Несколько раз он предлагал Ай устроить дочь в какую-нибудь школу, где она могла бы жить и обучаться, но женщина упорно отказывалась. В результате девочка росла этаким космическим Маугли, которой живых учителей заменили голопроекции, создаваемые «Герой», а друзьями по игре были небольшие роботы, приобретаемые на различных планетах. И все же долго так продолжаться не могло: Эйра росла, и росла довольно быстро, ей исполнилось всего семь, но физиологически она была примерно как двенадцатилетняя землянка. А в таком возрасте нужны живые друзья, а не запрограммированные машины.

Кирилл посмотрел на стоящую рядом девочку, которая глядела на него с нескрываемой надеждой в своих больших раскосых глазах, и, улыбнувшись, кивнул:

– Да, Эйра, это правда, если хочешь, я тебя с ней познакомлю.

– Конечно хочу! – Та аж подпрыгнула на месте от нетерпения и, схватив его за руку, потянула к двери. – Дядя Керк, пойдемте!

– Погоди, торопыжка. – Он высвободил руку из цепких коготков девочки и, подхватив лежащую на кровати короткую серебристую куртку, вышел вслед за ней из каюты.

Не успели они отойти, как их нагнал бортинженер.

– Капитан, наш гость ожидает вас в кают-компании и прямо горит желанием поговорить.

– Хорошо. – Он посмотрел извиняющимся взглядом на мигом погрустневшую Эйру. – Извини.

– Да ладно, – махнула рукой та.

– Не ворчи. – Кир дернул девочку за ухо. – Рик тебя познакомит с гостьей, а мне правда надо идти.

Он повернулся к торкленцу.

– Отведи ее к спутнице нашего пассажира, пусть девчонки познакомятся, а то, чую, полет предстоит долгий.

– Все-таки хотите их взять?

Кирилл хмыкнул.

– После вашего геройства мне просто придется это сделать, – бросил он. – К тому же Ай все мозги проест, если…

– Моя мама не «картарский мозгоед»…

– Это я образно, – пояснил Кир, покосившись на Эйру, и, притворно нахмурившись, добавил: – А вот разговоры взрослых подслушивать нехорошо.

Юная энгмарка показала розовый язычок и, одним гибким движением увернувшись от устремившейся к ее уху руки землянина, отпрыгнула в глубь коридора.

– Вот егоза, – улыбнулся Градов. – Ладно, Рик, отведи ее в каюту наших гостей и готовь движки к запуску, часа через два стартуем.

– Слушаюсь, кэп. – Бортинженер театрально козырнул и, развернувшись на пятках, строевым шагом направился вдоль коридора.

– Юнвер,[11] за мной, – скомандовал он, поравнявшись с Эйрой. – Следуем курсом к лифту.

Кирилл посмотрел вслед скрывшейся в лифте парочке и покачал головой:

– Что старый, что малый, – пробормотал он себе под нос на «едином».[12]

Профессор Лайнос кер Этан Уфин за последние годы сильно сдал, и это было видно даже невооруженным взглядом. Цвет кожи приобрел бледный оттенок, густая черная шевелюра стала пегой и изрядно поредела, угловатые черты лица еще больше заострились, а всегда уверенная стремительная походка стала шаркающей. Удивительного в этом было мало, ибо продолжительность жизни торкленцев достигала в среднем ста лет, а профессору уже перевалило за шестьдесят, да и бесконечные мотания по космосу явно действовали на него не лучшим образом. Однако пока Уфин держался молодцом, и Кириллу приходилось лишь надеяться, что здоровье профессора позволит оставаться ему членом команды как можно дольше: во многих случаях профессор был просто незаменим. В частности, он очень много знал не только о расах, населяющих энвок-зону, но и об их законах, традициях и даже пристрастиях. Это частенько помогало во время заключения торговых сделок или вылазок на планеты, когда информационной базы «Геры» не было под рукой. К тому же у профессора обнаружилась коммерческая жилка, и он за какие-то полгода превратился в матерого «балтера»,[13] полностью взвалив на себя все проблемы с клиентами, договорами и учетом прибыли.

– Капитан, а мы уже вас заждались, – сказал профессор, оборачиваясь на появившегося в дверях кают-компании Кира.

– Рик мне только что сообщил, а впрочем, я уже и сам собирался навестить наших гостей. – Кирилл подошел к большому овальному столу, за которым расположились профессор со спасенным аларцем, и, усевшись рядом с Лайносом, поинтересовался:

– О чем-нибудь договорились уже?

– Стандартный контракт на перевозку пассажиров, с некоторыми небольшими оговорками. – Уфин передвинул лежащую перед ним папку с бумагами к Киру. – Осталось только заверить корешок в конторе, и договор вступит в силу.

– Понятно. – Землянин быстро пролистал страницы контракта, легонько присвистнув от удивления, когда его взгляд упал на указанную в конце сумму вознаграждения. – Вы уверены, что готовы столько заплатить? – спросил он, покосившись на сидевшего с невозмутимым видом Суйктуха.

– Готовы и больше, – наклонил голову в знак согласия тот. – Главное, чтобы вы нас доставили в систему Гертарба.

– Гертарб, Гертарб… Гера, дай карту.

– Сейчас, капитан, – раздался мелодичный девичий голос, и над прозрачной поверхностью стола вспыхнул шар из разноцветных звезд. Затем одна из звезд в центре шара вспыхнула ярче и стала увеличиваться, превратившись в систему из десятка планет.

– Система Гертраб, двенадцать планет, пять из них обитаемы, доминирующая раса – торкленцы, население около тридцати миллиардов. Прямое расстояние от точки нашего сегодняшнего местонахождения около сорока стайров.[14]

– Это же система центрального сектора, – хмыкнул Кир. – Без пропуска класса «А-1» нас туда не впустят. Можно, конечно, вломиться через нуль, но там патрулей как червей в навозе.

– Пропуск будет.

– Надеюсь, – усмехнулся Градов. – Это в ваших же интересах, иначе доставлю докуда смогу, а дальше не мои проблемы.

– Согласен, – кивнул Суйктух.

– Вот и хорошо. – Кирилл быстро подписал документы заботливо протянутой Уфином ручкой, затем приложил к каждой страничке перстень-идентификатор, наносящий на бумагу частичку его ДНК, и, закрыв папку, толкнул ее по гладкой поверхности стола в сторону Лайноса. – Профессор, отправляйтесь в контору и зарегистрируйте сделку. Через полтора часа взлетаем.

Торкленец кивнул и, подхватив документы, быстрым шагом вышел из каюты, а Градов несколько минут сидел молча, задумчиво смотря на аларца, с интересом разглядывающего все еще висящую над столом объемную голопроекцию. Обычный гуманоид: две руки, две ноги, одна голова, правда, руки четырехпалые, а голову украшает белоснежный костяной гребень, похожий своим видом на расческу, вросшую в череп своими зубцами.

– Как нога? – спросил он, заметив, что Суйктух вопросительно смотрит в его сторону.

– Болит, но ходить могу, правда, пока с этим. – Вайнс продемонстрировал ногу, зажатую в зеленую трубу регенерационного аппарата.

– Ясно. Гера, вызови мне Тайк.

Звездный шар исчез, сменившись изображением рубки и сидящей в кресле навигатора Кай-Хары. Девушка с задумчивым видом смотрела на центральный экран, а ее руки буквально порхали над клавишами подковообразного пульта.

– Что-то хотели, капитан? – спросила она, не прекращая работы.

– Небольшое изменение наших планов.

– Внимательно слушаю.

– От Тайгасы просчитай маршрут не на Кайт-Угу, а в систему Гертраб.

– Гертраб? – Пальцы Кай на мгновение замерли, а золотистый цвет рожек сменился на красный, что говорило о безмерном удивлении. Однако это длилось буквально доли секунды. – Хорошо, капитан, – сказала она, и связь отключилась.

Кирилл усмехнулся: не часто ему удавалось удивить вечно невозмутимую асторку.

– Что ж. – Он вновь обернулся к своему пассажиру и, подперев подбородок рукой, с прищуром посмотрел на аларца. – А теперь, господин Суйктух, я хочу услышать, чем же вы так насолили мековцам. И пожалуйста, говорите правду…

Глава 3

Каюта была не очень большой и с минимумом удобств: утопленная в нишу кровать, напротив небольшой откидной столик, над которым приделан прямоугольный монитор элендра,[15] да кресло со странной треугольной седушкой и шестиугольной спинкой, – вот и вся обстановка. Из удобств только тесный санузел, совмещенный с зеленой полусферой, которая разделилась на ровные половинки, едва рука Кианы коснулась ее поверхности. Сперва она испугалась, но, заметив небольшую табличку, извещающую, что это душ, облегченно хихикнула и тут же принялась скидывать с себя одежду. Створки с легким шипением сомкнулись вокруг нее, а внутри сферы вспыхнул свет. Киана зажмурила глаза, ожидая, что душ включится автоматически, однако этого не произошло. Девочка растерянно огляделась в поисках систем управления и обнаружила позади себя небольшую табличку с пояснениями на торкленском.

– Зеленая полоса – холодная вода, оранжевая – горячая, синий круг – пуск воды, – пробормотала она и, проведя указательным пальцем по тускло светящимся полосам, решительно ткнула в синий круг между ними. Обрушившийся сверху водопад холода заставил ее взвизгнуть и спешно добавить пару делений оранжевой полосы. Вскоре она уже нежилась под тугими струями воды, ощущая, как уходит из тела напряжение и усталость прошедших дней.

Выйдя из душа, она с растерянностью посмотрела на валяющуюся у двери грязную одежду и с легким вздохом сожаления принялась натягивать ее обратно. Почти все свои вещи ей пришлось бросить еще по пути к кораблю, который доставил их на Эвону, хотя она до сих пор не совсем понимает, что там произошло. Мама подняла ее поздно ночью и сказала, чтобы она срочно ехала вместе с господином Вайнсом. Потом они около часа тряслись по какой-то проселочной дороге, а затем… треск излучателей, падающие тела солдат, бегство через лес, чьи-то руки, несущие ее сквозь ночь, и, наконец, вонючий отсек грузовоза, где им пришлось провести шесть дней полета.

О том, что там, дома, не хотелось даже и думать, хотя заплаканное лицо матери, прощающейся с ней у порога дома, то и дело всплывало в памяти.

Киана хлюпнула носом и, вытерев набежавшие на глаза слезы, прошлепала босыми пятками к креслу, забравшись в него с ногами. Было не очень удобно, но, поерзав немного, девочка устроилась, положив голову на широкий подлокотник. Несколько мгновений она бездумно смотрела на матовый экран элендра, затем оттолкнулась рукой от стола, заставив кресло завращаться.

– Все будет в порядке, все в порядке, папа с мамой живы, – забормотала она, и неожиданно ее тело сотрясли тщательно сдерживаемые рыдания. – Мама… папа… я… я… люблю вас, только не бросайте меня, – шептали ее губы, а сама она захлебывалась в слезах, выплескивая наружу всю накопившуюся горечь.

«Ты должна быть сильной, дочка, – услышала она словно наяву голос своего отца. – Сильной».

– Я постараюсь, папа, я постараюсь. – Киана всхлипнула и, сползая с кресла, шатающейся походкой добралась до кровати, буквально рухнув на нее.

Через пять минут она уже спала, изредка всхлипывая во сне и чему-то улыбаясь.

* * *

– Значит, насколько я понял ситуацию, эта девочка дочь верховного лорда династии Ингма, которая в данный момент правит Аларией…

– Точнее, правила, – поправил Намара Кир. – Буквально месяц назад против лорда было поднято восстание, возглавляемое одним из братьев, которое увенчалось успехом. А Киана его единственная наследница.

– Понятно, – буркнул Намар. – Бунтовщики наверняка рассчитывали использовать девочку в своих целях. Например, выдали бы за кого-нибудь из своих, что наверняка привело бы часть колебавшейся знати на их сторону.

– Возможно, – кивнул землянин, – ты в этом лучше разбираешься, хотя у них там все запутано. Наш гость пытался объяснить, но я не стал вникать в подробности. Главным остается то, что за девочкой объявили настоящую охоту, однако ее отец это предвидел и буквально за несколько часов до нападения успел отправить Киану из своей резиденции, а верные люди вывезли ее с планеты.

– При чем тогда здесь мековцы?

– Этот Суйк… тьфу ты, ну и имечко, – усмехнулся Кир, мотнув головой. – Короче, он и сам не знает или не хочет говорить, но, судя по косвенным данным, Конгломерат приложил свою лапу к этому восстанию.

– Недавно на Аларии были обнаружены крупные запасы лактриумной руды, причем довольно чистой, а в этом секторе она редкость, – подала голос со своего места Тайк. – Кое-кто из руководства местного отделения МеКТоКа[16] мог и позариться.

– Да уж, куш солидный, – присвистнул Намар. – Однако это значит, что девочка в большой опасности. Не знаю, что там для нее придумали бунтовщики, но для мековцев она точно кость в горле. Если наша пассажирка доберется до своей цели, то скандал может получиться нешуточный.

– Страшно?

Энгмарец повел ушами в разные стороны, что было равносильно пожиманию плечами, и возмущенно фыркнул:

– Вот еще, просто удивляюсь, как это моя женушка умудряется встревать в подобные ситуации.

– Ну, это ты у нее сам спроси, – бросил Керк. – Измени вот этот отрывок, надо завернуть на Сейпор. – Последние слова относились уже к Тайк.

Астронавигатор склонила голову набок, и карта маршрута исчезла с экрана, сменившись безбрежной чернотой космоса, утыканного холодными огоньками далеких звезд.

– Маршрут принят, капитан, – посреди рубки возникло объемное изображение рыжеволосой девушки лет двадцати, в черном облегающем комбинезоне.

– Хорошо, Гера, начинай прокол.

– Слушаюсь, капитан. – Голограмма улыбнулась и, тряхнув длинными волосами, распалась на тысячи огоньков, завертевшихся вокруг Кирилла в причудливом хороводе.

– Любит она у нас спецэффекты, – улыбнулся мужчина, неторопливо подходя к расположенному посреди рубки дугообразному пульту и опускаясь в стоявшее рядом кресло.

Намар согласно кивнул и поспешил последовать примеру капитана, устроившись на месте бортинженера.

– Вниманию, экипажу, всем занять компенсационные кресла, до перехода в надметрику десять, девять…

Пространство впереди корабля дрогнуло, заполыхало разноцветными сполохами остаточных постизлучений, тело космолета визуально стало утончаться, одновременно вытягиваясь в тонкую нить, которая тут же резко свернулась в ярко-зеленую точку – вспышка, и космос опустел.

* * *

Киана проснулась от стойкого ощущения пристального взгляда в спину. Некоторое время она лежала неподвижно, вспоминая, где находится, затем вздохнула и резко перевернулась на другой бок. Прямо на нее смотрело улыбающееся лицо, покрытое короткой золотистой шерсткой. От неожиданности девочка взвизгнула и, подскочив на кровати, испуганно вжалась спиной в покрытую белым пластиком стену.

– Какая ты пугливая, – фыркнула незваная гостья, поднимаясь с колен, – я просто ждала, когда ты проснешься.

Киана растерянно кивнула, разглядывая стоявшую перед ней юную инору, которая по виду была примерно ее возраста и явно относилась к той же расе, что и спасшая их на Эвоне женщина.

– Эй, ты по-торкленски хоть понимаешь? – зачем-то помахала рукой у нее перед носом незнакомка.

Девочка растерянно проследила за ладошкой, мысленно отметив остренькие коготки на кончиках тоненьких пальчиков иноры, и вновь вопросительно уставилась в ее сторону, заставив ту нервно задергать своими остренькими ушками.

– Так. – Инора заложила руки за спину и с задумчивым видом прошлась туда-сюда по каюте, затем покосилась на аларку и, хищно улыбнувшись, поинтересовалась. – А может, мне тебя укусить и посмотреть, на каком языке ты кричать будешь?

Когти девочки неожиданно удлинились, и она, обнажив довольно длинные клычки, направилась к Киане, заставив ту схватить лежащий на кровати валик подушки и метнуть тот в ее сторону. Инора легко уклонилась и, издав мявкающий рык, одним прыжком оказалась рядом.

– Перестань! – взвизгнула аларка.

– Поверила, поверила, – звонко рассмеялась незнакомка, слезая с кровати.

Киана зло посмотрела на нее, заставив ту виновато отвести глаза, при этом ее уши исчезли в гриве белоснежных волос.

– Извини.

– Дура, – бросила девочка, вставая с кровати и подбирая подушку, затем покосилась на понурившуюся незнакомку и, вздохнув, спросила: – А ты вообще кто?

– Эйра Ай Намар, – сразу же встрепенулась та.

– Э… э… э, – растерялась Киана. – А что из этого имя?

– Эйра, – улыбнулась девочка и тут же пояснила: – Ай – имя матери, а Намар – отца.

– Понятно, – кивнула аларка. – А я Киана Тойва из династии Ингма, можно просто Киа или Киана.

– Хорошо, Киа. – Ушки Эйры вновь вынырнули из волос. – Можно спросить?

Киана кивнула.

– А ты далеко летишь?

– Ну… – Девочка задумалась. – Господин Суйкетух что-то говорил о Гертрабе, только я не знаю, где это.

– Я тоже. – Инора задумчиво подергала кончик лохматой челки, затем подскочила к столу и, щелкнув тумблером активации элендра, заставила глухо заурчать приплюснутый с боков шар системного блока. Пальцы девочки забарабанили по клавишам, а на экране замелькали информплоскости открываемых ею паков.

– Что ищем?

Раздавшийся из-за спины голос заставил Киану ойкнуть от неожиданности и резко обернуться. Посреди каюты стояла рыжеволосая инора, с легкой улыбкой смотря на склонившихся над элендром девочек.

– О, Гера, – бросила Эйра, оборачиваясь на невольный возглас аларки. – Может, ты мне сама скажешь, где находится планета Герт… Гирт… – Она вопросительно посмотрела на Киану.

– Гертраб.

– Угу, точно.

– Гертраб, не планета, а система, – поправила девочек девушка. – И если нам лететь прямо к ней, то путь займет больше месяца.

– Здорово! – Эйра крутанулась в кресле и, сделав пару оборотов на вращающемся сиденье, затормозила ногами, с улыбкой посмотрев на Киану. – Значит, целый месяц будем вместе и сможем получше познакомиться, а может, даже подружиться.

– Я тоже на это надеюсь, – кивнула в ответ Киана, которая неожиданно ощутила странную симпатию к своей новой знакомой.

Рыжеволосая девушка пару секунд внимательно смотрела на девочек, при этом ее глаза загадочно мерцали, постоянно меняя цвет, а порой наливаясь призрачным неоновым огнем, затем улыбнулась и исчезла.

* * *

Он стоял на балконе своего дома, а над головой раскинулось бездонное ночное небо, украшенное яркими россыпями звезд. Млечный Путь серебристой дорогой избороздил небосклон, проложив свой путь вдоль растущего неподалеку соснового бора, а легкий ветерок, изредка налетавший со стороны протекающей прямо за ним реки, обдавал приятным холодком разгоряченное тело, принося с собой запах хвои и бодрящей свежести. Смотря на темную полосу шумящего ветвями леса, порой не верилось, что несколько столетий назад здесь было царство пустынь и холодных марсианских ветров.

– Кир, ты скоро? – Он оглянулся и посмотрел на Лаймалин, которая сидела на кровати, кутаясь в тонкое одеяло. Странно, но, несмотря на царящий в комнате сумрак, он прекрасно различал черты лица девушки, которая обольстительно ему улыбалась. Одеяло медленно соскользнуло с ее плеч, открывая его взгляду гибкое тело с вздымавшимися холмами грудей. Он улыбнулся в ответ и уже шагнул к своей любимой, но странный пищащий звук заставил его замереть на месте.

* * *

Кирилл открыл глаза и минут пять бездумно смотрел в потолок, по которому змеились люминесцирующие зеленым светом полосы ночного освещения, затем провел рукой по лицу и, вздохнув, сел. Бросив осуждающий взгляд в сторону мерцающего и гудящего диска эсвээски,[17] он поднялся с кровати и, прошлепав босыми ногами к столу, над которым располагался прибор, ткнул в него пальцем.

– Слушаю.

– Капитан, мы на подходе к Сейпору, будем на орбите через час, – раздался из него голос Тайк.

– Понятно, сейчас буду. – Он прервал связь и, потянувшись, подумал, что в отличие от сна в реальности они с Лайм так и не побывали в его марсианском жилище.

Кирилл надел куртку и вдруг чуть не застонал от пронзившей запястье его левой руки боли, которая пробежала вверх, на миг сведя судорогой лицо и тяжелым молотом ударив в мозг.

– Черт, – простонал он, падая на кровать и судорожно стягивая перчатку, которая скрывала остатки ВИПСа,[18] покрывавшие его кисть блестящей металлической пленкой. Этот прибор, по сути являющийся биоимплантом симбиотического типа, почти не функционировал еще со времени перехода Кира через пространственные врата на Энгмаре. Тем не менее некоторое время он все же пытался выполнять свои функции помощника и защитника, несколько раз выручая своего хозяина в различных ситуациях, хотя взаимодействие с ним и оставляло желать лучшего. Однако в последние годы ВИПС окончательно вышел из строя, а его попытки наладить с хозяином мыслесвязь перетекали в подобный приступ, на несколько минут практически выводящий Кирилла из строя. К сожалению, здешние технологии не позволяли починить прибор или извлечь из тела и мозга его нейросеть, так что приходилось терпеть.

– Да успокойся ты, успокойся, – бормотал Кир, обхватив раскалывающуюся голову руками, – все равно я не понимаю, что ты хочешь сказать. Отключись, черт тебя подери!

Звучавшее в ушах похожее на радиопомехи пронзительное шипение смолкло, а боль стала потихоньку отступать. Облегченно вздохнув, Кирилл перекатился на спину, вытер тыльной стороной ладони выступивший на лбу пот и некоторое время лежал, раскинув руки, чувствуя противную дрожь во всем теле.

– Хочешь не хочешь, а идти надо, – пробормотал он, решительно поднимаясь и подходя к стенному шкафу. Слабость еще ощущалась, но боль окончательно ушла, а мысли были четкими и ясными. Одевшись и выйдя в коридор, Кир почувствовал, что уже полностью пришел в себя – на этот раз «приступ» был не слишком сильным.

Мостик встретил его тишиной и приглушенным освещением. Сидевшая за своим пультом Тайк на мгновение повернула голову и, бросив взгляд на мужчину, вновь вернулась к своей работе, лишь ее рожки сменили цвет с коричневого на ярко-фиолетовый.

– Что у нас? – спросил Кир, опускаясь на свое место.

– Два часа назад вышли из нырка и движемся к Сейпору. – Для многих голос Кай-Хары показался бы абсолютно безэмоциональным и механическим, словно говорило не живое существо, а какая-то кукла, но это впечатление было обманчиво. За прошедшие годы Кир научился различать различные интонации, которые в первую очередь заключались в едва ощутимом изменении темпа речи и разной расстановке ударений на одни и те же слова – вот и сейчас он уловил явственные нотки волнения.

– Говори, Тайк. – Рожки девушки потемнели.

– Третий двигатель ведет себя нестабильно, капитан, – ответила она, не оборачиваясь. – При попытке перевести в штатный режим растет температура отражательных пластин.

– Сильно?

– Пять минут работы – и почти критическая.

– Черт, – выругался Кирилл на «едином». – Рику сообщила?

– Да. Сказал, что заменит, пока будем на орбите болтаться.

Кир кивнул и, откинувшись в кресле, задумчиво пробарабанил кончиками пальцев по краю пульта. С двигателями надо было что-то решать, так как с каждым разом их ремонт обходился все дороже и дороже, да и возможен был далеко не всегда. Космолет был наследием древней дайтанской цивилизации, и запасных частей для него просто не существовало, поэтому любую деталь приходилось заказывать индивидуально. Кирилл уже давно порывался заменить движки, но каждый раз натыкался на одну и ту же проблему: все подходящие образцы в разы уступали по энергомощности стоящим на «Гере», а обладающие схожими характеристиками были слишком громоздки. Приходилось пока довольствоваться старыми, хотя надежность их падала год от года. Однако попытка капитального ремонта уткнулась в невозможность с помощью местных технологий воспроизвести часть из применяемых в их конструкции деталей и материалов.

– Ну, хорошо, – сказал он через минуту, – думаю, Рик разберется. А пока давай еще пробежимся по нашему дальнейшему маршруту, и я вызову Ай, тебе уже давно пора отдохнуть.

– Я не устала, капитан.

– Трое суток вахты даже для тебя тяжко, вон смотри, уже кончики рогов побелели. А на орбите и Ай будет достаточно.

Девушка повернула голову и, посмотрев на землянина своими большими бездонно черными глазами без всякого намека на зрачок, словно нехотя кивнула.

* * *

– Глиссада выверена, начинаю снижение.

Небольшой четырехместный челнок клюнул носом и, свалившись на крыло, устремился к блеклой дымке атмосферы, плывущей внизу планеты. Вспыхнула радуга силового поля, отгораживая обшивку от взметнувшегося вокруг легкого кораблика пламени, а тела пассажиров вдавила в спинки кресел навалившаяся перегрузка, которую не смогли до конца погасить его слабые гравиокомпенсаторы.

– Девочки, вы как? – Кирилл обернулся и с беспокойством посмотрел на сидевших позади Эйру и Киану, которые напросились слетать с ними на планету.

– Нормально, дядя Керк, – улыбнулась энгмарка, хотя дрожащие кончики ее ушей говорили обратное – девочке явно было страшно. А вот Киана была абсолютно спокойна, завороженно разглядывая бушующее за иллюминаторами пламя.

Кир вздохнул, прошло уже три года после той аварийной посадки, а Эйра до сих пор испытывает чувство страха при полете на этой шлюпке. Огонь за бортом медленно угасал, и землянин, бросив взгляд на приборы, поспешно отключил автопилот, взяв управление на себя. Сопла двигателей полыхнули синим огнем, и кораблик выровнял свой полет, устремившись к невидимому пока космопорту.

Намар, весь вечер прокопавшийся с двигателями «Геры» и поэтому продремавший всю процедуру спуска, приоткрыл один глаз и, покосившись в иллюминатор, с протяжным мявканьем потянулся.

– И что на корабле не сидится? – усмехнулся Кирилл. – Спал бы да спал.

– Ага, как же, Ай даст поспать, – буркнул бывший «ищущий». – Она там в каюте уборку затеяла, ворчит, что грязью совсем заросли, хотя роботы-уборщики у нее и так в режиме постоянной чистки стоят. Останься, так и меня припахала бы.

– Мама просто чистоту любит, – подала голос Эйра.

– Я знаю, дочка, – улыбнулся Намар. – Вот только после твоего рождения это у нее превратилось в какую-то манию.

– Да ладно тебе, Нам, просто она о тебе заботится, а ты все недоволен. Эх, мне бы такую женушку, я б ее на руках носил…

– На мою не засматривайся, а то загрызу, – грозно нахмурился энгмарец, хотя в глазах плясали озорные чертики смеха. – Знаю я тебя.

– Да ты что, жена друга для меня табу, – рассмеялся Градов. – Да и Эйра тебя любит.

– К тому же у дяди Керка и мамы разные генные наборы, а я хочу братишку или сестренку, – неожиданно заявила девочка с самым серьезным видом, заставив мужчин удивленно переглянуться.

– Уела доча тебя.

– И не говори, грамотная не по годам. – Землянин притворно вздохнул и, подмигнув девочке, сдвинул поднятый вверх усик микрофона к губам. – Сейпор, это челнок «Геры», идентификационный номер «семь три сорок два велта», разрешите посадку.

– Челнок, это космопорт Сейпора, метка включена, площадка «три б», удачной посадки.

Мелькавшее внизу безбрежное море зелени исчезло, сменившись сперва разноцветными квадратами полей, а затем серыми прямоугольниками приземистых зданий припортовых сооружений. На лобовом стекле челнока вспыхнула красная точка, которая превратилась в уходящую вдаль пунктирную линию, указывающую дорогу к посадочной площадке. Кораблик скользнул над практически пустым полем космопорта и, зависнув над бетонным квадратом посадочной площадки, по периметру которой мерцали желтые огоньки, медленно опустился вниз, балансируя на струях маневровых двигателей.

– Приехали, – констатировал Кирилл, отстегивая ремни и поднимаясь из кресла, после чего бросил взгляд на своих спутников и добавил: – Ну что сидим-то, вперед и с песнями.

Все дружно засуетились, щелкая пряжками ремней безопасности.

Часть обшивки челнока ушла вверх, выпуская своих пассажиров на волю. Спустившись по небольшому трапу, Кир, остановился, озираясь: на Сейпоре он не был уже около пяти лет.

– Вроде туда, – сказал он несколько неуверенно, указав пальцем на небольшое куполообразное здание.

– Смотри, какой интересный кораблик. – Голос Намара заставил его обернуться и посмотреть в указанном им направлении. Вдали, почти на краю поля, где располагались площадки для посадки тяжелых судов, возвышалось гигантское сооружение, напоминающее своим видом египетскую пирамиду, к вершине которой прикрепили огромный серебристый шар.

– Как-то не сильно это на корабль похоже, – засомневался Кир, с интересом разглядывая застывшую громадину, чей корпус словно был сложен из огромных, выщербленных от времени каменных блоков. – Может, какое-то техническое сооружение…

– Это кергарский найтак, – неожиданно вмешалась в разговор Киана. – У папы была фотография такого.

– Найтак?

– Да, – кивнула девочка, – старый военный корабль кергаров, сейчас они используют их в качестве торговых судов.

– Вот оно что. – Кир задумчиво посмотрел на чужой космолет. О кергарах он много слышал и читал, но за все эти годы ни разу не видел не только их самих, но даже их корабли. Несмотря на давно закончившуюся войну, те были нежелательными гостями на территории Торкленской Федерации и практически не появлялись на ее планетах.

– Какая громадина, да, дядя Керк? – В голосе Эйры звучали нотки восторга.

– Да уж, здоровый, – согласился Кир и, хлопнув стоявшего рядом Намара по плечу, бросил: – Ладно, хватит глазеть, двигаем к космопорту.

Внутри терминала было пусто и довольно прохладно, что особенно чувствовалось после стоявшей снаружи жары. За то небольшое время, что им понадобилось, чтобы дойти от челнока до здания космопорта, все буквально взмокли под палящими лучами местного светила.

– Четыре гостевых, пожалуйста. – Кирилл сунул четыре пластинки по тысячу унвиксов в окошечко небольшой стойки, за пластиковым стеклом которой скучала молодая торкленка в форменной рубашке «таможенной службы федеративных космолиний».

Та сгребла пластинки и кивнула в сторону стоявшего сбоку от стойки столбика «биометрика».

– Подходите по одному.

Пройдя всю процедуру буквально за пять минут, они получили временные паспорта и вскоре расположились на скамейке, приютившейся под одним из навесов, расположенных вдоль длинного перрона, рядом с которым пролегла широкая блестящая рельса, похожая на застывший поток металла, текущий к видневшемуся вдали городу.

– Кстати, заметил, как эта торкленка на Киану посмотрела? – тихим голосом спросил Намар, косясь в сторону девочек, которые уселись на противоположном конце длинной скамейки и что-то активно обсуждали, поедая купленный в порту десерт, похожий по виду на земное мороженое.

– Не думаю, что это как-то связано с событиями на ее родине. Мековцы, скорее, должны держать это в тайне…

– Угу, то-то, по словам Рика, об охоте за аларцами уже все на ближайших системах в курсе.

– Ну, эту охоту они могут объяснить попыткой поимки какого-нибудь контрабандиста или преступника. А вот о том, что они ищут именно эту девочку, думаю, знают немногие, иначе даже среди «вольных» нашлось бы немало желающих подзаработать на этой малышке.

– Тоже верно, – согласился Намар. – И все же зачем ты взял девочек с собой?

– Да пусть немного развеются, особенно твоя, а то уже несколько месяцев из корабля нос не высовывают. К тому же здесь неплохие пляжи, да и федеральная власть достаточно крепкая, так что ни наемников, ни мековских прихвостней можно не опасаться, сюда они точно не сунутся.

– А ее спутник не возражал?

– Не особо, – пожал плечами Кирилл. – У меня вообще создалось такое впечатление, что он рад переложить ответственность за нее на других.

– Странный тип, – рассеянно повел ушами Намар, – все дни сидит в своей каюте и почти не выходит, да и свою подопечную лишь разок навестил, когда проверял, как она устроилась.

– Чужая душа потемки, к тому же кто знает, какие у них на планете порядки.

– Согласен, – кивнул энгмарец. – Значит, отвозим девочек в гостиницу, а потом займемся нашими делами.

– Да, пока мы были на борту, Гера соединилась с местной информсетью и подобрала нам небольшую гостиницу прямо у моря, так что…

Пронзительный гудок заставил его прерваться и бросить взгляд на замерцавшую полоску электронного табло, по которой побежали строчки, предупреждающие о прибытии электрограва, а вскоре появился и он сам. Небольшой полупрозрачный вагончик замер напротив перрона, приветливо распахнув свои двери. Внутри сидели несколько пассажиров, которые практически не обратили внимания на вошедших. Разместившись на свободных местах, ехали почти молча, лишь Эйра с Кианой тихонько переговаривались друг с другом, обсуждая мелькавший за окном пейзаж. Намар вновь задремал и лишь изредка шевелил ушами, словно к чему-то прислушиваясь. Кир краем глаза наблюдал за шушукающимися девочками, которые буквально за несколько дней стали закадычными подругами, и улыбался. Перед внутренним взором вновь пронеслись воспоминания об академии, полузабытые лица друзей и подруг, оставляя в душе легкий налет какой-то детской радости, смешанный со щемящей грустью потери.

Кир мотнул головой и, вздохнув, посмотрел в окно вагончика, за которым уже проносился прибрежный пейзаж, сменивший серые невзрачные коробки городских зданий. Эйра буквально прилипла к стеклу, уткнувшись в него носом, и широко раскрытыми глазами смотрела на мелькающее за деревьями море.

– Так, девочки. – Кир достал из внутреннего кармана треугольники эйперов[19] и протянул их подружкам. – Мы с Намаром займемся своими делами, а вас оставим в гостинице. Купайтесь, загорайте, но если что непредвиденное, сразу выходите на связь…

– Слушаюсь, капитан, – отсалютовала ему Эйра, вскинув раскрытую ладонь к виску и прикрепляя треугольник себе на плечо, после чего тут же полюбопытствовала: – А по магазинам пройтись будет можно?

– Можно, – кивнул Кирилл, вздохнув и подумав, что, видимо, в любой части галактики и у женщин любых возрастов поход по магазинам – это практически святое. – Там рядом небольшой поселок, можете по нему гулять, но чтобы больше никуда.

– Угу, – кивнула в ответ девочка. – Не маленькие уже.

– Надеюсь, – усмехнулся Кир.

Девочка улыбнулась в ответ и на краткое мгновение стала похожа на довольную кошку, узнавшую, где хранится хозяйская сметана. Кирилл почувствовал холодок нехорошего предчувствия: все-таки дочь Намара была порой довольно непредсказуемым ребенком. Однако, взглянув на ее полные немого восхищения глаза, смотревшие на раскинувшееся за окном вагончика море, он решительно мотнул головой, отгоняя дурные мысли. И все же когда они уже выходили на небольшую платформу, расположившуюся на окраине утопающего в зелени городка, он словно невзначай коснулся рукой головы девочки, оставив в ее густых волосах маленькую чешуйку датчика слежения.

Глава 4

Гостиничный комплекс, в котором решено было обосноваться, представлял собой несколько десятков домиков, расположившихся вдоль побережья и отгороженных друг от друга высокой оградой. В результате каждый из них являлся как бы маленьким мирком со своим кусочком пляжа, что избавляло от толп отдыхающих и где вполне можно было расслабиться в кругу друзей или родственников, не мешая другим. Персонал гостиницы появлялся на территории домика только в случае вызова или каких-то нештатных ситуаций, а в остальное время уборкой, мелким ремонтом и обслуживанием клиентов занимались роботы, похожие своим видом на небольшие тумбочки, снабженные колесами или резиновыми гусеницами.

Так что, после того как капитан и отец Эйры уехали по своим делам, девочки остались предоставлены самим себе. Бегло осмотрев небольшой двухэтажный домик, перво-наперво решили наведаться на пляж, захватив с собой одного из обслуживающих роботов, предварительно нагрузив его различными напитками, благо размещенный на кухне большой двустворчатый холодильник буквально ломился от всевозможных баночек, бутылочек и пакетиков всех цветов радуги. Все это входило в стоимость аренды, о чем и извещала глава в буклете, выданном им при получении ключей от домика. Большинство из названий Киане было неизвестно, и она со спокойной совестью доверила выбор продуктов Эйре. Та буквально за пять минут загрузила внутренности робота под завязку, после чего они направились к морю.

Вода имела странный, почти изумрудный цвет, отчего раскинувшаяся до горизонта гладь моря была похожа на огромное, покрытое зеленой травой поле.

Киана пару минут в нерешительности топталась у края прибоя, с интересом наблюдая за небольшими волнами, то и дело накатывающими на красноватый песок, затем осторожно ступила в воду. Набежавшая волна ударила ее по лодыжкам, заставив взвизгнуть от неожиданности, а плещущуюся неподалеку Эйру задорно рассмеяться.

Девочка сама улыбнулась своему испугу и, поправив купальник, темно-красной чешуей плотно облегающий ее тело, решительно направилась к подруге.

Где-то с полчаса они дурачились в теплой воде, затем выбрались на берег и обессиленно растянулись на деревянных шезлонгах, стоящих под небольшим навесом.

– А я думала, что кошки воду не любят, – сказала Киана, беря напиток с подноса, закрепленного на макушке небольшого тумбообразного робота, застывшего между шезлонгами.

– Я люблю, – улыбнулась Эйра, – а вот мама и папа не очень. Меня же дядя Керк приучил. Мы как-то жили на одной планете почти год. Моря там не было, но зато было озеро, и он учил меня там плавать. Вода мне нравится, только вот шерстка на теле скатывается, и приходится носить это. – Она немного оттянула ворот своего купальника, больше похожего на тонкий гидрокомбинезон, оставляющий открытым лишь кисти рук и ступни ног, и вздохнула.

– А с волосами разве такой проблемы нет? – поинтересовалась Киана, с некоторой завистью смотря на роскошную белоснежную гриву энгмарки: ее короткие волосы не шли с ней ни в какое сравнение.

– Нормально, – отмахнулась Эйра, в свою очередь беря напиток с подноса. – Расчешу, и все будет в порядке. – Девочка нажала кнопку на шезлонге, заставив тот приподнять подголовник, и принялась неспешно потягивать напиток, задумчиво наблюдая за набегающими волнами.

– Эйр, слышь, а капитан Керк, он кто?

– В каком смысле? – Девочка непонимающе покосилась на подругу.

– Ну. – Аларка на мгновение замялась. – В школе нам преподавали общую историю рас э-зоны, и там даже было упоминание о твоей, но вот таких, как он… я что-то не помню.

– А, ты об этом. – Эйра поставила пустой стакан обратно на поднос и, потянувшись с каким-то утробным урчанием, поерзала в шезлонге, устраиваясь поудобнее. – Просто дядя Керк не отсюда, – ответила она, улегшись, и тут же пояснила: – Не из энвок-зоны. Он родился на планете, которую у нас даже не знают, и теперь ищет путь домой, а мама с папой ему в этом помогают.

– Он чужак?! – удивилась Киана, резко садясь.

– Угу, – кивнула Эйра. – Только никому не говори.

– Но… но… – Девочка несколько растерялась. В голове крутились кадры из фантастического фильма, где инопланетянин, прилетевший откуда-то извне э-зоны, уничтожает отважных космодесантников. Правда, то существо было этаким трехглавым монстром, плюющимся ядовитой слюной, и капитан «Геры» на него походил мало, но все же эта новость никак не давала Киане успокоиться.

Даже после того как они вернулись в свой домик, стоявший на вершине небольшого холма метрах в ста от берега, девочка все еще продолжала обдумывать услышанное, в конце концов, кто знает, что за тварь могла скрываться за приветливой внешностью капитана. Конечно, Эйра знает капитана с самого детства, но вполне возможно, что тот просто выжидает, изучая цивилизованные миры и готовя почву для вторжения своих хищных сородичей.

Мысли были бредовыми, и Киана сама это прекрасно понимала, однако на всякий случай решила по возвращении на корабль все рассказать господину Суйктуху.

Меж тем Эйра принялась изучать различные рекламные проспекты, во множестве разбросанные на всех столиках внутри домика, так как, по ее словам, бездельничать в таком месте было бы верхом глупости. Киана нехотя с ней согласилась, хотя у самой совершенно не было желания куда-либо идти. Купание и пара часов, проведенных под жарким солнцем, ее несколько разморили, и хотелось просто подремать в холодке. Так что, пока Эйра решала, чем им заняться дальше, Киана оккупировала небольшой диванчик в гостиной, сквозь полудрему слушая рассуждения своей подруги.

– О, Киана, оказывается, тут есть скутеры и даже мини-подлодка, может, покатаемся?

– Не хочу опять в воду, – бросила она, с трудом борясь с дремотой.

– Понятно. – Энгмарка замолчала, и какое-то время был слышен лишь шелест перелистываемых страниц. – Так, бары, рестораны, налк-зоны – это не для нас. Во! Парк аттракционов – может, туда? Киана, кончай дрыхнуть!

Аларка почувствовала, как ее затрясли за плечи, и, вздохнув, открыла глаза, встретившись с рассерженным взглядом Эйры.

– Ты прям как мама, она тоже подремать любит. Собирайся давай.

– И куда? – поинтересовалась Киана, зевнув.

– Пока еще не решила, – призналась Эйра. – Хотя давай по магазинам пройдемся, мне папа элфинак[20] оставил. – Она продемонстрировала прозрачный цилиндрик, внутри которого поблескивали золотистые полоски. – Сказал, что там десять тысяч унвиксов.

– И все можно тратить? – Киана почувствовала, как сонливость улетучивается.

– Естественно, – улыбнулась Эйра, на миг показав свои острые клычки. – Когда мы на планетах, папа всегда выдает мне на личные расходы, правда, обычно меньше, но, видимо, тут и на тебя рассчитано.

Киане вдруг стало грустно. Вспомнилось, что когда они отправлялись куда-нибудь с родителями, то отец поступал так же, только это было так редко и еще до того, как ее отправили обучаться в небольшую закрытую школу на Торгувию – одну из планет центрального сектора энвок-зоны. С тех пор дома она бывала всего лишь пару месяцев за стат-год, да и то почти не видела родителей: утренний ужин в полуофициальной обстановке, приемы да редкие спокойные вечера, когда они могли уделить ей внимание. Как ни странно, но она уже с трудом может вспомнить лицо отца, а единственное яркое воспоминание о матери – это момент прощания на ступеньках загородного дома, перед тем как бежать с господином Суйктухом.

– Киан, ты что? Девочка вздрогнула и, бросив взгляд на подругу, которая с беспокойством смотрела в ее сторону, отвернулась, быстро вытирая выступившие в уголках глаз слезы.

– Ничего, видимо, соль на ресницах осталась, в глаза попала.

– Так умыться надо.

– Так и сделаю, – улыбнулась Киана. – Ладно, я в душ, а ты давай переодевайся, и вперед за покупками.

* * *

– Господин Керк, господин Гайдан рад, что вы решили принять мое предложение. – Пожилой лысый торкленец, одетый в темно-красный деловой костюм, напоминающий своим покроем длиннополые земные сюртуки восемнадцатого века с широким рукавом, привстал из-за стола и, прикоснувшись в знак приветствия к каждому из своих лобовых наростов ладонью правой руки, коротко поклонился.

– И я рад вас приветствовать, господин Лайпида. – Кирилл ответил приветственным жестом «вольных торговцев»: хлопнув себя по предплечью, затем легонько стукнув кулаком в грудь. – Однако хочу заметить, что ваше предложение мы пока еще не приняли, так как не знаем его сути.

– Как? – Хозяин кабинета удивленно посмотрел на своих гостей. – Неужели Вайд не передал вам мою просьбу?

– Нет, сказал только, что вы хотели меня видеть для какого-то дела.

– Ох уж этот Вайд, – покачал головой Лайпида. – Впрочем, может, это и к лучшему. Главное, что вы откликнулись на мой зов и прилетели.

– А разве я мог по-другому? – улыбнулся Кирилл. – Вы в свое время очень много для нас сделали, господин Лайпида, да и все ваши заказы весьма выгодны.

– Рад, что вы не забываете о моей скромной помощи, – улыбнулся в ответ хозяин кабинета. – Впрочем, не будем о прошлом. – Торкленец жестом указал на три кресла, расположенные вокруг небольшого столика. – Прошу, господа, обсудим нашу сделку.

Кирилл коротко кивнул и, усевшись в одно из кресел, с интересом огляделся. Комната не могла похвастаться богатством обстановки, и вообще создавалось такое впечатление, что все, что в ней находилось, служило лишь декорацией для их встречи, причем собранной на «скорую руку». Например, стоявший у окна стол был заставлен различным оборудованием, которое, видимо, должно было создать иллюзию рабочего места делового человека – вот только подключено оно не было. Лежащий на полу великолепный тауский ковер был брошен прямо на грязное пластпокрытие, а в воздухе чувствовался плохо выветрившийся запах свежей краски. Кир поднял глаза к потолку, который сверкал девственной белизной, и усмехнулся.

Лайпида кер Увар Авайт был для Кирилла большой загадкой, и за прошедшие годы он так и не смог понять, кем же являлся этот на первый взгляд ничем не примечательный пожилой торкленец, с биомеханическим протезом вместо правой руки. Официально тот был всего лишь представителем небольшой фармацевтической компании одной из планет окраинного сектора, однако Кир знал, что этот вроде бы мелкий клерк был вхож в самые верхние эшелоны власти многих миров и его слово имело там немалый вес. Было понятно, что статус фармпредставителя всего лишь прикрытие, только вот кем является Лайпида на самом деле, узнать так и не удалось. Как-то раз Кир познакомился с другом профессора, который был довольно влиятельной фигурой в Федерации и прекрасно знал Авайта, однако даже он не смог прояснить ситуацию, а лишь пожал плечами и ответил:

– Как-то не задумывался об этом, а вообще Лайпида – это Лайпида, – потом помолчал и добавил: – Не лезли бы вы в эти вопросы, молодой человек. Скажу одно, Авайт очень могущественная фигура, а его простота – напускное. И если он к вам благоволит, лучше принять это как должное и не задавать лишних вопросов: поверьте, быть у него в опале намного хуже.

В конце концов Кирилл решил последовать этому совету, тем более что Лайпида действительно сильно помог им в первые годы после бегства с Энгмара. Именно он посоветовал верфь, где была переделана «Гера», именно он помогал сбывать дайтанские артефакты, и именно с его помощью удалось получить лицензию свободного торговца, минуя совет гильдии. Да и в дальнейшем Авайт частенько оказывал им неоценимую помощь, особенно по части информации, а за это они выполняли его поручения, в основном связанные с доставкой различных грузов, порой довольно странных. Например, как-то им пришлось перевозить два огромных прозрачных контейнера с похожими на лягушек существами, а другой раз их грузом была спящая в медкапсуле безногая девушка в сопровождении двух военных.

Еще одной странностью при встрече с Лайпидой было то, что все эти встречи постоянно происходили в разных местах, а зачастую и на разных планетах. Кир просто получал весточку – дескать, его ожидает один старый знакомый «инвалид» и он просит поторопиться, – после чего ему вручался клочок бумаги с указанием места, причем принести записку мог кто угодно. В этот раз это был один из свободных торговцев, а до этого послание от Лайпиды застало его в небольшом ресторанчике на планете окраинного сектора в паре десятков парсек от их нынешнего местонахождения, и принес его робот-официант, так что оставалось только поражаться осведомленности господина Авайта. Впрочем, все это и пара вроде бы незначительных оговорок самого Лайпиды навели Кира на мысль, что его странный знакомый имеет прямое отношение к определенным правительственным структурам, занимающимся безопасностью Федерации, только вот к каким, оставалось лишь догадываться.

Первоначально это несколько встревожило Кирилла, так как, являясь обладателем корабля давно исчезнувшей цивилизации и относясь к разряду так называемых чужаков – представителей цивилизации, неизвестных в э-зоне, он прекрасно осознавал всю опасность подобной опеки со стороны спецслужб. Очень уж не хотелось оказаться в их «лапах», став предметом изучения. Однако пока его не трогали, и в конце концов Кир решил, что несколько преувеличил предполагаемую опасность, да и Лайпида не давал знать о себе уже почти три стат-года, и вот новый вызов…

Градов вздохнул и, мысленно выругавшись, посмотрел на торкленца, опустившегося в кресло напротив.

– Итак, зачем же мы понадобились вам на этот раз? – спросил он.

– Зачем? – Лайпида бросил взгляд на своих гостей и, усмехнувшись, достал из кармана тонкую трубку. Следом оттуда же появилась маленькая, украшенная причудливым вензелем в виде рогатой змеи черная коробочка, внутри которой рядами лежали завернутые в фольгу шарики укаса размером с горошину. Авайт неспешно развернул один из шариков и, покатав его между пальцев, превратил тот в небольшую колбаску желтого цвета, которую аккуратно вставил в трубочку.

Кир с Намаром терпеливо дожидались окончания этой процедуры, хотя, если судить по изредка вздрагивающим ушам бывшего ищущего, его все это порядком нервировало.

Наконец Лайпида щелкнул небольшой зажигалкой и, поднеся огонек к кончику трубки, сделанной, насколько знал Кир, из листьев оргуры, раскурил ее, окутав себя облачком приторно сладкого дыма.

– Дело, которое я вам хочу предложить, не совсем обычное и напрямую касается моей компании, – наконец сказал он и, заметив, что Кир нахмурился, тут же добавил: – Нет-нет, ничего противозаконного, тут можете не беспокоиться. – Лайпида выпустил изо рта струйку дыма, вежливо направив ее в сторону размещенной на стене решетки вентиляции. – Видите ли, наша компания занимается разработкой нового лекарства от так называемой чумы Ригела, надеюсь, слышали о такой?

Кирилл и Намар дружно кивнули. Чума Ригела была болезнью, поражающей исключительно торкленцев, и являлась для них настоящим бичом, унося ежегодно сотни тысяч жизней, несмотря на все предпринимаемые меры. Эта болезнь подвергалась лечению, но постоянно возникали новые штаммы вируса, а местная медицина никак не могла найти универсального лекарства. Поговаривали, что данный вирус был некой разновидностью бактериологического оружия кергарцев, использованного ими в последние годы войны, но это были только ничем не подтвержденные слухи.

– И при чем же здесь мы? – поинтересовался Кирилл. – Не думаю, что вы позвали нас для транспортировки лекарства.

– А почему нет? – Лайпида с легкой улыбкой посмотрел на землянина.

– Это слишком просто, – пожал плечами Кир.

Торкленец хмыкнул и несколько минут сидел молча, сосредоточенно дымя огуровой трубкой и задумчиво смотря на Кирилла.

– Вы правы, господин Керк, – наконец сказал он, опуская остатки трубки в стоящую на столе тушительную колбу. – Работа для вас будет несколько другая.

* * *

– Киана, смотри, какая ящерка. – Эйра буквально прилипла лицом к огромному аквариуму, стоящему посереди небольшого магазинчика, торгующего различными безделушками.

Аларка, примеряющая накладку на головной гребень, покосилась на свою подругу и, попросив хозяина магазина упаковать выбранную, подошла к подруге.

– И что тут?

– Вот. – Девочка ткнула пальцем в стенку аквариума, за прозрачной стенкой которого, лениво наблюдая за стайками разноцветных рыбешек, сидела довольно большая ящерица.

Кожа земноводного буквально переливалась всеми цветами радуги, а на кончиках длинных шипов, тянущихся вдоль всего ее тела, изредка посверкивали разноцветные огоньки, словно в них были встроены миниатюрные лампочки.

– «Гортоский ныряльщик», – раздался из-за спины голос хозяина магазинчика. – Нравится?

– Ага. – Эйра закивала головой. – Красивая.

– Вы еще ее в темноте не видели, – улыбнулся старый торкленец и, пришаркивая ногами, удалился куда-то за прилавок. Свет погас, зато внутри аквариума словно зажглось множество маленьких лампочек. Почти все рыбки расцветились разноцветными огоньками, а вот лежащая на дне ящерица, наоборот, превратилась в темное пятно, едва видимое через стенки аквариума.

Девочки, ожидавшие большего, разочарованно вздохнули, но тут по темному силуэту «ныряльщика» пробежала цепочка фиолетовых огоньков, которые на ходу начали менять свой цвет, переливаясь всеми цветами радуги, миг – и ящерица стала похожа на грозди разноцветных камней.

– Здорово, – пискнула Эйра.

Свет в магазине вновь вспыхнул, унося ореол таинственности и чувство прикосновения к «сказке» чужого моря.

– Хочу, хочу, хочу такую.

Киана недоуменно посмотрела на подругу. Уши энгмарки стояли торчком, глаза горели жадным блеском, а коготки со скрипом скользили по стеклу аквариума.

– Хочу…

– К сожалению, она не продается, – раздался со стороны прилавка голос хозяина. – Эти ящерицы очень редки, и этот экземпляр является гордостью моего магазина.

– А где их можно купить? – Уши Эйры повернулись в сторону продавца, тогда как глаза продолжали смотреть на «ныряльщика».

– Можно заказать охотникам, но ждать приходится по полгода.

– Жалко. – Эйра вздохнула, а кончики ее ушей обвисли. Она бросила взгляд на Киану и понуро направилась к выходу из магазина.

Девочка непонимающе посмотрела вслед подруге, быстренько расплатилась за покупку и, подхватив оставленные Эйрой пакеты, выскочила на улицу. Оглядевшись, она облегченно вздохнула: энгмарка сидела на расположенной напротив магазина скамеечке, сосредоточенно поглощая мороженое, видимо, купленное в стоящем неподалеку торговом автомате.

– Ты что, расстроилась? – Киана уселась рядышком, аккуратно примостив пакеты с покупками с краю скамейки.

Эйра промолчала, лишь нервно дернула ушами и повела ими в разные стороны. Киана пару мгновений гадала, что может означать подобный жест, затем поинтересовалась:

– А вообще, зачем тебе эта ящерица?

– Просто красивая, – буркнула Эйра.

Девушка с удивлением посмотрела на расстроенную подругу, неожиданно вспомнив реальный возраст своей спутницы. Эйре было чуть больше семи стат-лет, и, несмотря на подростковую внешность, она продолжала оставаться ребенком.

– Эйр, а где бы ты ее держала? – спросила она.

– Ну… – Девочка на мгновение задумалась. – Думаю, папа придумал бы.

– Так может, он что-нибудь и придумает, когда вернется с капитаном. Уговорит хозяина магазина продать эту или договорится с местными охотниками.

– Точно. – Эйра вскочила на ноги, а ее ушки встали торчком. – Папа или дядя Керк обязательно что-нибудь придумают. Бежим обратно в домик: вдруг они уже вернулись.

* * *

– И что ты об этом думаешь? – Намар вопросительно посмотрел на задумавшегося Кирилла, который растерянным взглядом провожал мелькающие за прозрачной дверью лифта этажи.

– Ты насчет чего? – Кир покосился на своего друга.

– Насчет задания, естественно.

Градов пожал плечами.

– Бывало и посложнее. Не думаю, что нам составит труда отловить эту зверушку.

– Да я не о том. – Намар нервно дернул ушами. – Меня беспокоит, что придется сунуться в сектор Трейта.[21] Кто знает, чего там ожидать.

Кирилл согласно кивнул.

Сектор Трейта являлся этакой нейтральной территорией, отделившей Торкленскую Федерацию от Кергарской Империи невидимой чертой шириной в три десятка парсек. Здесь было запрещено строительство шлюзов, поэтому добраться до нее можно было только на пространственных двигателях, и все же, несмотря на это, внутри сектора находилось с десяток планет, населенных представителями практически всех цивилизаций энвок-зоны. До войны Трейт был кергарской территорией, где находилось несколько многонаселенных систем, однако после ее окончания от их прежнего величия остались лишь жалкие осколки. Выжившие кергарцы покидали умирающие миры, а на их место устремились различные искатели приключений, беглые преступники и просто разумники,[22] ищущие лучшей жизни.

На данный момент эти миры официально не подчинялись ни Федерации, ни Империи и имели свои правительства, но неофициально весь сектор Трейта был поделен между торкленцами и кергарцами на зоны влияния. Однако, по словам побывавших там торговцев, влияние это было не особо сильным, а пребывание в некоторых его системах было просто опасно для жизни. Местная власть едва контролировала порядок на планетах и в ближайшем от них пространстве, а вот на подходах можно было ожидать всего, чего угодно: патруля Федерации, кергарских хватнеров или же обыкновенных пиратов, причем иногда даже нельзя было сказать, какая встреча предпочтительнее. Убивали редко, но ограбить или лишить корабля могли и те, и другие, и третьи. Единственное отличие было в том, что федералы и имперцы прикрывались какими-нибудь пунктами закона своих государств, а пираты грабили в открытую. Естественно, порой на эту тему разражались громкие скандалы, и даже кого-то наказывали, но хватало этого ненадолго: проходила пара месяцев, и все начиналось по новой. А еще здесь упорно ходили слухи о каких-то неизвестных кораблях, встреча с которыми не сулила ничего хорошего.

Тем не менее многие из свободных торговцев мечтали оказаться в секторе Трейта, так как там можно было неплохо навариться на поставках робототехники, электроники и запасных частей к корабельным двигателям. К тому же только здесь можно было купить товары, поставляемые из Кергарской Империи, некоторые из которых очень ценились в определенных мирах Федерации. Среди торговцев то и дело появлялись слухи об особо удачливых капитанах, которые за один полет сделали себе целое состояние, позволившее им покинуть звездные маршруты, осев на одной из планет центрального сектора.[23]

И все же лететь туда было опасно… чертовски опасно. За один стат-год в Трейте пропадало больше кораблей, чем за пятилетку во всей Федерации.

Хотя Кир и раньше задумывался о полете в этот сектор и в первую очередь из-за информации о неизвестных кораблях. Вряд ли это были земные разведчики, но, возможно, их экипажу было что-нибудь известно об Анклаве. Оставалась, конечно, проблема контакта с чужаками, но это уже можно было решить на месте, – в конце концов, ствол излучателя у головы сделает разговорчивее любое разумное существо.

Кирилл ухмыльнулся своим мыслям и, вздохнув, хлопнул Намара по плечу:

– Не дрейфь, дружище, меня сейчас куда больше заботят две вещи: что делать с нашими пассажирами и как там девочки?

– С девочками все нормально. Пока вы с Лайпидой обсуждали все мелочи, я связался с дочкой. Они сейчас на пляже. А вот с пассажирами действительно как-то нехорошо получилось, да и жалко их.

Они вышли из замершего лифта и не торопясь направились к выходу из здания, на тридцатом этаже которого находился так называемый офис, в котором они встречались с Лайпидой.

– Ничего страшного, – сказал Кир, останавливаясь у стоявшего на улице торгового автомата и пробегая глазами по выставленным за прозрачным стеклом прямоугольным бутылкам с различными напитками. – Я же не предлагаю их бросить, дойдем до Тайгры там и высадим. Это как раз по пути, да и «центральные» частенько в ее порты заглядывают. Деньги, конечно, потеряем, но мне контракт с Авайтом дороже: кто знает, где и когда он нам еще сможет помочь.

– Это правильно. – Намар кивнул и, оглядев заполненную народом широкую улицу, посреди которой возвышалась эстакада с проходящей по ней дорогой для наземного транспорта, поинтересовался: – Сразу в гостиницу или еще какие дела?

– Да нет, дел никаких больше нет, – ответил Кирилл, вставляя цилиндрик элфинака в отверстие и щелкая светящимся тумблером напротив нужной бутылки.

Машина утробно заурчала и, издав тихий тренькающий звук, выдвинула из своего верха металлический цилиндр, в углублении которого стоял выбранный им напиток. Открыв пробку, он отхлебнул и непроизвольно поморщился: вкус был как у смеси прокисшего молока с приторно сладким малиновым вареньем.

– Как же я соскучился по обычному апельсиновому соку, – сказал Кирилл на «едином», вздыхая. – И почему же большинство местных напитков обязательно имеют какой-нибудь противный привкус?

– Так их готовили не для твоей расы, – так же на «едином» ответил Намар, для которого земной язык стал почти что родным, впрочем, как и для остального экипажа «Геры». – А вот мне многие нравятся.

– Рад за тебя. – Кир еще раз отхлебнул и, скривившись, протянул бутылку бывшему «ищущему». – Держи, любитель местной экзотики, может, тебе по вкусу придется, а я лучше обычной минералки попью.

Намар усмехнулся и, припав к бутылке, восторженно мявкнул, одним махом опустошив ту до дна.

– Вкусно!

– А по мне, так противная кислятина, – поморщился Кирилл. – Ладно, давай пройдемся до ближайшего торгового центра, а то, я слышал, тебе Ай целый список покупок составила.

Намар удивленно посмотрел на капитана, затем кивнул, доставая из нагрудного кармана комбинезона листок смятой бумаги.

– И откуда ты все знаешь?

– Должность у меня такая, – улыбнулся Кир. – А если честно, твоя женушка мне наказала напомнить, коль забудешь, да и Тайк кое-чего просила прикупить. Так что вперед, дружище, нас ждет шопинг.

Намар тяжело вздохнул и, нервно дернув ушами, с обреченным видом поплелся за землянином.

* * *

Пустая полутемная комната, посреди которой в воздухе завис двухметровый овал, светящийся каким-то потусторонним бледно-зеленым светом, и застывшая напротив высокая фигура, закутанная в бесформенный балахон. Фигура стоит абсолютно неподвижно, и можно было бы подумать, что это какое-то изваяние, если бы не тихое дыхание, доносящееся из-под зеркальной маски и отчетливо слышное в пустом помещении.

– Мы нашли «проникшего», вершитель Тойцу. – Голос, несущийся из овала, едва слышен. – Один из «младших» сообщил, что он направлялся на Сейпор.

– Отправьте туда охотников. – В скрипучем голосе, донесшемся из-за маски, абсолютное равнодушие. – И на этот раз постарайтесь его не потерять.

– Обязуюсь, Вершитель.

Фигура еще несколько минут стоит на месте, всматриваясь в глубины пылающего овала, затем с легким хлопком растворяется в воздухе.

Глава 5

Подлодка была похожа на огромную ракушку, верхняя створка которой была абсолютно прозрачной. Она медленно двигалась над ажурными переплетениями кораллов, изредка прижимаясь почти к самому дну, но практически тут же вновь взмывала вверх. При приближении лодки снующие вокруг стайки небольших рыбок испуганно рассыпались в разные стороны, словно блестящие разноцветные конфетти, но едва та удалялась, вновь собирались вместе и продолжали заниматься своими неведомыми рыбьими делами. Изредка рядом с маленьким корабликом появлялись какие-то большие пучеглазые рыбины, красуясь перед его пассажирами огромными веерообразными спинными плавниками с причудливой раскраской. Обычно некоторое время они плыли рядом, видимо, разглядывая и пытаясь понять, что за странное создание вторглось в их среду, но вскоре их интерес угасал, и, вильнув длинными хвостами, которые по красоте почти не уступали спинным плавникам, эти гиганты исчезали в морских глубинах.

Пару раз в поле зрения попадали странные существа, похожие своим видом на длинную связку небольших прозрачных шариков, внутри которых змеились цветастые нити разрядов, но подлодка тут же выпускала в их сторону бледно-синий луч, прекрасно видимый даже невооруженным взглядом, и твари спешно ретировались.

Киана с интересом рассматривала снующую вокруг лодки живность, изредка косясь на сидевшую за штурвалом Эйру.

– Ты где так хорошо лодкой управлять научилась, вроде ж говорила, что на планетах мало бываешь? – спросила она после того, как энгмарка заложила очередной крутой вираж, проведя юркую машину среди череды вздымающихся со дна причудливых каменных колонн, похожих на поросшие кораллами развалины какого-то храма.

– А что тут сложного? – Эйра с удивлением посмотрела на подругу. – Штурвал вправо-влево, вверх-вниз, рычаг всплытия-погружения и одна педаль для регулировки скорости – это тебе не легким космолетом управлять.

– Неужели управляла?

– Нет, но на тренажере частенько с дядей Керком занимались, правда, я постоянно во что-нибудь врезаюсь: там столько кнопок.

Киана понимающе улыбнулась.

– Однако с лодкой у тебя хорошо получается.

– Не, – мотнула головой Эйра. – Просто тут какой-то автопилот или нечто подобное, он постоянно меня контролирует, вот смотри…

Девочка резко повернула штурвал до упора вправо, заставив Киану предупреждающе вскрикнуть, так как в это время подлодка как раз проплывала рядом с очередной колонной. Однако субмарина только дернулась в сторону, однако тут же легла на прежний курс и начала поворачивать, лишь после того как препятствие оказалось в нескольких метрах позади.

– Вот видишь. По правде, я только ей направление указываю. Хотя, думаю, она и без меня справится. – Эйра отпустила штурвал и откинулась в кресле, ожидая реакции со стороны подлодки. Сперва ничего не происходило, и субмарина продолжала свой путь в прежнем направлении, затем на приборной доске мигнул синий огонек, и механический голос произнес:

– Внимание, перехожу на автоматический режим. Обзорный маршрут номер один. Для отмены нажмите кнопку разблокировки ручного управления. Спасибо.

Лодка резко наклонилась вправо и увеличила скорость, устремившись в сторону берега, однако вскоре басовитое гудение двигателей практически стихло, зато пронизанная солнечными лучами изумрудная зелень воды за бортом стала стремительно темнеть.

– Кажется, мы погружаемся, – констатировала Киана с беспокойством в голосе.

– Угу, – кивнула Эйра. – Интересно, куда она нас повезет?

– Кто?

– Да лодка.

– А… а… а, – потянула аларка, оглядываясь и пытаясь понять направление движения, однако за прозрачным стеклом фонаря кабины практически ничего не было видно, лишь смутно угадывалось очертание какой-то темной массы, мимо которой скользила субмарина.

Неожиданно темноту воды прорезали белоснежные лучи, выхватив из мрака вздымающиеся вокруг огромные колоннады, точно состоящие из кристально чистого льда, внутрь которого были вкраплены мириады небольших драгоценных камней, которые переливались в свете носовых прожекторов подводной лодки. Девочки замерли в восхищении.

– Тарсова пещера – одна из достопримечательностей нашего курорта, – подал голос компьютер лодки. – Видимые вами колонны состоят из кварцлата с вкраплениями полудрагоценного таурита. Пещера была открыта в… – Электронная машина продолжала рассказывать об истории открытия и изучении пещеры, но Эйра с Кианой ее не слушали, просто любуясь буйством красок вокруг медленно дрейфующей лодки.

К сожалению, продолжалось это недолго, и вскоре, приглушив прожектора, субмарина двинулась дальше, вызвав у девочек легкий вздох разочарования.

– Красиво было, – наконец сказала Киана.

– Да уж, у меня аж подшерсток зашевелился, никогда подобного не видела. Может быть, вернемся и еще немного посмотрим? – Эйра потянулась к кнопке, активирующей ручное управление.

– Подожди, – остановила ее аларка. – Хочу узнать, куда она нас дальше повезет.

Эйра покосилась на подругу и, пожав плечами, вновь откинулась в кресле, изредка бросая взгляд в сторону небольшого экранчика на приборной панели, отображающего непонятные для Эйры разноцветные пятна. Подлодка тем временем резко задрала нос и вскоре вынырнула на поверхность, подсветив свои контуры небольшими огоньками, а откуда-то с кормы ударили голубоватые лучи прожекторов, осветив свисающие с низких сводов подводной пещеры сталактиты.

Неподалеку от них из воды вынырнула еще одна лодка и замерла неподалеку, покачиваясь на поднятых при всплытии волнах, расходившихся широкими кругами по бездонно-черному зеркалу воды. Сквозь прозрачный верх отчетливо была видна подсвеченная зеленоватым светом кабина с сидящей в ней длинноволосой женщиной и ребенком лет семи. Мальчик крутил головой во все стороны и, заметив их лодку, прильнул к стеклу, приветственно замахав рукой. Киана улыбнулась и, помахав в ответ, толкнула локтем Эйру, вдумчиво слушавшую монотонное бубнение электронного гида, рассказывающего что-то о размерах пещеры, ее обитателях и даже составе образующих пород. Энгмарка вопросительно посмотрела на подругу, но, заметив машущего им малыша, расплылась в улыбке и, перегнувшись через Киану, помахала в ответ. В глазах мальчика мелькнул огонек испуга, он отпрянул от стекла и принялся дергать свою мать за широкий рукав блузки, тыча пальцем в их сторону. Женщина в соседней лодке повернула голову и несколько мгновений буравила их недовольным взглядом, затем что-то сказала мальчику, заставив того недовольно надуться и усесться на свое место, скрестив руки на груди. Огоньки на бортах их субмарины заморгали, и она двинулась вперед, медленно скрываясь под водой.

– Что это с ними? – удивленно спросила Эйра, нервно подергивая ушами.

Киана посмотрела на подругу, чье лицо в мертвенно-зеленом освещении кабины было похоже на довольно устрашающую маску, невольно прыснула, быстро прикрыв рот ладошкой.

– А с тобой что? – поинтересовалась энгмарка, с подозрением смотря на подругу.

– Да так, – отмахнулась та. – Подумалось, что зеленый оттенок очень идет твоей шерсти, с ним ты выглядишь просто страшно красиво.

Эйра несколько мгновений непонимающе смотрела на Киану, затем бросила взгляд на свое отражение в стекле кабины и вдруг, скривив злобную рожицу, вытянула вперед руки со скрюченными пальцами.

– Я злобный монстр-мозгопожиратель с планеты Пламдия и сейчас высосу твои мозги, ууу. – Она ухватила подругу за плечо и, щелкнув зубами, глухо зарычала.

– Не ешь меня, – с притворным ужасом взвизгнула Киана, тут же рассмеявшись.

Минут пять девочки дурачились, барахтаясь в тесной кабине, и успокоились лишь после того, как лодка двинулась дальше.

– Не похожа ты на «пламдийского мозгососа», – сказала Киана, переводя дух и поправляя растрепавшуюся прическу. – У тех хоботки были.

– Тоже смотрела этот сериал?

– Не полностью, просто когда папа бывал в Центральном, то всегда привозил пластформы[24] с этим фильмом… Почему-то он думал, что он мне нравится… – На миг по лицу девочки скользнула тень затаенной боли, и она поспешно отвернулась, чтобы Эйра не заметила неожиданно навернувшихся на глаза слез.

– А мне и маме фильм нравится, – сказала Эйра, потягиваясь, – хотя дядя Керк постоянно смеется над нами, когда мы его смотрим. Говорит, что большей ерунды никогда не видел. Нет, я согласна, что в нем многое неправдоподобно, но рейк-командер там такой классный. – Она прикрыла глаза и, откинувшись в кресле, коротко муркнула. – Я просто балдею, когда его вижу.

Киана задумчиво посмотрела на спутницу, лицо которой приобрело мечтательное выражение, а острые ушки «ходили» в разные стороны, изредка прячась в густой гриве волос, подумав, что если брать реальный возраст энгмарки, то лично она в это время ни о чем, кроме новых игрушек, и не мечтала. Губы аларки тронула легкая улыбка: Эйра постоянно преподносила ей новые сюрпризы, неоднократно и невольно напоминая о разности их рас. Киана вздохнула и обратила свой взор на проплывавшие над головой низкие своды пещеры, усеянные причудливыми «статуями» сталактитов, которые в лучах прожекторов порой напоминали своими очертаниями неизвестных ей существ.

– Наверное, папа с дядей Керком уже вернулись. – Голос Эйры вывел Киану из созерцательного состояния. – Думаю, что надо возвращаться.

– Ага, да и кушать охота.

Энгмарка склонилась над пультом и, ткнув пальцем в кнопку ручного управления, толкнула рычаг «всплытия-погружения» от себя. Лодка замедлила свой ход и, отключив двигатели, некоторое время двигалась вперед по инерции, не погружаясь и никак не реагируя на судорожные дерганья Эйрой рычага и штурвала, а в кабине вновь забубнил знакомый электронный голос:

– Извините, но в данный момент отключение автопилота невозможно, однако по вашему желанию обзорная экскурсия может быть продолжена или отменена. Нажмите для отмены клавишу с пиктограммой «один», для продолжения – с пиктограммой «два».

– Наверное, это из-за того, что мы в пещере, – заметила Эйра, пару раз нервно дернув ушами. – Ну что, жму отмену?

– Угу, – кивнула Киана. – Слушай, а это не та ящерица, что мы видели в магазине? – Она указала на огромный, почти касающийся своим концом воды сталактит, свисающий метрах в пяти от борта их наконец-то остановившейся лодки.

– Где?! – Девочка аж подскочила на месте, едва не стукнувшись головой о низкий потолок кабины и заставив легкую субмарину покачнуться.

– Вон, почти у воды.

Эйра прищурила глаза, пристально уставившись в указанном направлении, при этом ее уши на какое-то мгновение скрылись в волосах, чтобы потом вновь выскочить оттуда и застыть торчком, немного подрагивая от охватившего юную энгмарку плохо скрываемого возбуждения.

– Она, это точно она! – Девочка заозиралась, затем принялась нажимать все кнопки на пульте, заставляя компьютер то и дело повторять одну и ту же фразу о невозможности ручного управления.

– Ты что делаешь? – спросила Киана, с беспокойством наблюдая за суетящейся подругой.

– Хочу открыть кабину.

– Зачем?!

– Как зачем? – Эйра посмотрела на нее с удивлением. – Естественно, чтобы поймать ящерицу.

– И как ты это сделаешь?

– Подведу лодку поближе и прыгну, мне главное ее схватить…

– С ума сошла?

– Не-а, – мотнула головой энгмарка. – Я знаешь, какая ловкая. – Она неожиданно выпустила когти и, поддев ими крышку пульта, резким рывком открыла ее, обнажив хитросплетения проводов. Удовлетворенно мявкнув, Эйра сунула внутрь правую руку и, не обращая внимания на протесты Кианы, выдернула оттуда небольшую желтую коробочку. Огни и прожектора лодки тут же погасли, а в кабине вспыхнули тускло-красные лампочки аварийного освещения.

– Обычный мп-блокиратор, – фыркнула Эйра, крутя выдернутый прибор в руках. – В некоторых детских игрушках и то получше ставят.

– В игрушках? – переспросила Киана дрожащим голосом, стараясь силой воли подавить подступающий страх. Кабина лодки вдруг как-то сразу стала для нее слишком тесной, а плещущая за бортом темная бездна наполнилась неведомыми чудовищами, которые в любой момент могли утянуть их в глубины моря.

– Ну да, в игрушках. – Эйра бросила коробочку на пол и вновь сунула руки внутрь пульта. – Такие в роботах ставят для ограничения их функционала, меня папа давно научил, как их обходить. Сейчас соединю провода… так, этот сюда, а этот так… вот…

Двигатель подлодки глухо загудел, а аварийное освещение сменилось на привычное, заставив Киану облегченно вздохнуть и с укоризной посмотреть на Эйру, которая, что-то весело муркая себе под нос, устанавливала крышку пульта на место.

Усевшись на место, энгмарка щелкнула тумблером разгерметизации, и часть кабины послушно откатилась назад, впуская внутрь неожиданно теплый и влажный воздух пещеры. Повинуясь ее действиям, лодка медленно развернулась, осветив ярким светом носовых прожекторов сталактит с сидящей на нем ящерицей, заставив ту застыть на месте и, вытянув шею, разразиться недовольным шипением.

– Похоже, мы ее ослепили, – с довольным видом заметила Эйра, поворачивая субмарину своим бортом к сталактиту, – сейчас я ее… – Она залезла с ногами на сиденье, готовясь прыгнуть, но «ныряльщик» неожиданно раскрыл свой гребень и, разжав лапы, рухнул в черную воду.

Энгмарка возмущенно мякнула, а ее ушки возмущенно заходили из стороны в сторону. Она быстро плюхнулась обратно на сиденье и, загерметизировав кабину, дернула рычаг «всплытия-погружения», постоянно бросая взгляд на мерцающий разноцветными пятнами экран.

– Ты что, ее преследовать собралась? – обеспокоенно спросила Киана. – Успокойся, она уже поди далеко, да и как ее теперь найдешь.

– Вот, – коготок Эйры указал на экран. – Видишь маленькую черточку, это она и есть.

– И откуда ты все знаешь? – буркнула Киана, наблюдая, как гладь воды медленно наползает на прозрачный колпак кабины.

– А я наблюдательная, – с нотками хвастовства в голосе ответила Эйра. – Когда мы плыли по рифу, заметила, что на этом экранчике стайки рыб отражаются, словно облако мелких синих черточек.

– Так это эхолот. – Киана мысленно обругала себя за недогадливость, так как много раз видела подобные приборы в фильмах.

– Чего? – Левое ухо Эйры повернулось в сторону подруги.

– Подводный радар.

– А-а… – Девочка заложила правый крен, огибая вынырнувший из темноты огромный сталагмит, похожий на сломанный клык, и довольно хмыкнула, так как в лучах прожекторов мелькнул знакомый силуэт.

– Эйр, хватит ерундой маяться, – попыталась образумить подругу Киана. – Эта ящерица может здесь часами плавать.

– Не может, она же земноводное.

– И что? – Киана вздохнула. – У меня на родине есть ящерицы, которые целый день могут сидеть под водой.

– Эта не сможет, – нахмурилась энгмарка.

– Почему ты так думаешь?

– Не сможет, – упрямо надула губы девочка, резко поворачивая лодку вслед за вильнувшей в сторону ящерицей.

– Эйра!! – только и успела крикнуть Киана, с расширенными от ужаса глазами смотря на вынырнувшую из мрака узкую извилистую расщелину, похожую на огромную зубастую пасть неведомой рыбы. Энгмарка испуганно прижала уши к голове и резко сбросила скорость, но было уже поздно: ящерица скользнула внутрь, а спустя мгновение корпус субмарины заскрежетал о торчащие из краев расщелины зазубренные камни. Свет внутри кабины погас.

* * *

Кир стоял на небольшой веранде и, скрестив руки на груди, задумчиво смотрел на безбрежную гладь моря, раскинувшегося в нескольких десятках метров от гостиничного домика, думая о том, сколько морей и океанов различных расцветов и оттенков ему пришлось повидать за эти годы. Он так рвался к звездам, к новым неизведанным мирам, туда, где еще не ступала нога человека, видел себя в мечтах капитаном стремительного космолета, исследующего глубины вселенной. Мечты… Кто ж знал, что им суждено осуществиться. Он саркастически усмехнулся. Неизвестные человечеству миры – вот они, вокруг на сотни парсек, но… но сердце осталось там… в глубинах космоса на небольшой планетке в маленьком домике со скрипучей калиткой и дорожками, выложенными меняющей рисунок плиткой. Сердце осталось с зеленовласой девушкой, что когда-то заглянула ему в душу своими огромными фиолетовыми глазами. Лайм…

Кирилл оперся руками о перила веранды и, плотно зажмурив глаза, мотнул головой, стараясь отогнать бередящие душу воспоминания.

– Капитан, что-то я не могу с девочками связаться, – сказал подошедший сзади Намар. – Попробуй со своего эйпера.

– Сейчас. – Кир нажал двумя пальцами на прикрепленный к воротнику куртки треугольник приборчика, заставив замерцать на его концах зеленые огоньки. – Эйра, Киана, вы меня слышите, прием. Девочки…

Из динамика донеслось лишь легкое шипение и потрескивание помех.

– Может, пошли куда, а эйперы дома оставили.

Намар мотнул головой.

– Не думаю. – Он продемонстрировал Киру цилиндрик элфинака.

– Странно. – Кирилл с беспокойством оглядел видимый с веранды кусок пляжа. – Ты давай пройдись вдоль берега, вдруг где купаются, а я попробую запеленговать байпер.[25]

– И когда ты успел его прицепить?

– Когда с поезда сходили, сунул твоей доче в ее шевелюру.

– Будем надеяться, что он еще на ней, – сказал Намар, нервно подергивая ушами. – Ладно, я на пляж, может, зря волнуемся.

Кирилл кивнул, и едва бывший «ищущий», перепрыгнув через перила веранды, быстрым шагом направился к морю, повернул один из углов эйпера, заставив светящийся на нем огонек мигнуть и сменить свой цвет на темно-синий.

– Мостик, ответь Первому.

– Да, капитан.

Услышав знакомый голос, Кир усмехнулся:

– Тайк, ты же вроде отдыхать должна.

– Не спится, капитан. – Голос асторки как всегда был лишен всяческих интонаций, хотя он мог поклясться, что кончики ее рожек стали абсолютно черными, выдавая неслышимый в голосе сарказм.

– Вернусь – запру в каюте, – пригрозил он, – ты должна отдохнуть. А пройдись сканером по моему пеленгу, я тут девочкам байпера подсадил, хочу, чтобы ты его нашла.

– Что-то случилось, капитан?

– Пока не знаю, но надеюсь, ничего серьезного, – ответил Кир, входя в дом и окидывая гостиную пристальным взглядом.

Подойдя к стоявшей у стены тумбе, он заглянул в лежащие на ней пакеты и, задумчиво почесав переносицу, повернулся в сторону замершего в углу робота.

– Пусто, капитан, точнее, сигнал есть, но размытый, не могу точно указать точку, – донеслось из передатчика. – С орбиты больше ничего сделать не могу. Запросить разрешение на вход в атмосферу?

– Не надо, слишком много вопросов возникнет, а они нам ни к чему, попробуем разобраться своими силами. Да, и Ай ни слова.

– Хорошо.

– Все, отбой. – Он повернул угол эйпера в прежнее положение и подошел к роботу, который при его приближении глухо заурчал, а створки его бочкообразного корпуса распахнулись, выдвигая наружу небольшой экран, на котором появилось схематичное изображение лица.

– Готов служить, господин разумник. – Нарисованные губы задвигались, немного не попадая в такт словам, а противный дребезжащий голос робота заставил Кира поморщиться. Вообще здешние роботы: громоздкие, медлительные, неуклюжие, вечно жужжащие машины, чаще всего похожие на небольшие пластиковые бочонки, к которым зачем-то прикрутили пару манипуляторов, попутно снабдив гусеницами или колесами, – вызывали у него лишь саркастическую ухмылку. И если на Земле это были по-настоящему разумные машины, являющиеся надежными помощниками, а порою и партнерами в работе, то здешних роботов можно было отнести скорее уж к причудливым и довольно дорогим игрушками. Чаще всего они представляли собой этакий гибрид пылесоса, холодильника и информера с набором определенных функций. Правда, иногда попадались и продвинутые модели, заточенные под выполнение определенных задач, но даже они без контроля со стороны мало на что были способны. И все же робот был способен дать интересующую его информацию, а большего в данный момент от этой «железяки» и не требовалось. Кир бросил взгляд на корпус, где была прикручена табличка с номером, и спросил:

– Экма семь, я хотел бы знать, куда отправились находящиеся здесь разумники женского пола?

Робот коротко пискнул, что свидетельствовало о принятии и обработке вопроса, но ничего не ответил. Кир уже было подумал, что машина не снабжена отслеживающим блоком, позволяющим регистрировать перемещение клиентов, но тут «губы» робота вновь задвигались, однако голос теперь явно принадлежал живому существу.

– Извините за задержку, господин Керк. – Рисунок лица на мониторе исчез, а вместо него появилось изображение молодой торкленки в форме персонала гостиницы. – Машина передала ваш запрос, и я хотела бы узнать, чем он вызван.

– Просто беспокоюсь за своих подопечных, малан.[26]

– Понятно, секундочку, господин Керк. – Девушка отвернулась от экрана, смотря куда-то вбок. – Судя по нашим записям, час назад на ваш домик была заказана экскурсионная субмарина.

– Субмарина?

Кирилл мысленно чертыхнулся, а служащая, видимо, заметив мелькнувшее на его лице беспокойство, быстро затараторила:

– Не беспокойтесь, все наши подлодки оборудованы великолепными системами безопасности и всегда придерживаются определенных маршрутов, так что…

– Капитан, – в дверях появился взволнованный Намар. – С девочками какая-то беда, они смогли связаться со мной по эйперу, но плохо было слышно. Понял только про какую-то пещеру…

– Они, наверное, имели в виду Тарсовы пещеры, – донесся из динамиков робота голос служащей. – Там абсолютно безопасно, а какие виды…

– Уважаемая! – Нахмурившийся Кир резко перебил девушку, заставив ту посмотреть на него растерянным взглядом. – Находящуюся на этой подлодке девочку я знаю с малых лет, и поверьте, просто так она паниковать не будет, так что заканчивайте про здешние красоты и свяжите меня со службой спасения – надеюсь, таковая у вас имеется.

* * *

Свет в кабине то погасал, то загорался вновь, но с каждым разом периоды темноты становились все длиннее и длиннее. Мало того, откуда-то стала сочиться вода, и вскоре на полу ее уже собралось по щиколотку, что заставило Киану с Эйрой забраться на сиденья с ногами. Некоторое время они пытались связаться по эйперу с отцом Эйры или капитаном, однако в динамике раздавалось лишь пустое шипение, и в конце концов девочки совершенно отчаялись. С одной стороны, они прекрасно понимали, что вскоре их должны хватиться и начать искать, но медленно прибывающая вода говорила о том, что спасатели могут просто не успеть. Эйра предложила было разбить стекло кабины и попытаться выплыть, но все их попытки потерпели неудачу. Тонкое на вид, оно оказалось не менее прочным, чем металл корпуса. В результате оставалось только надеяться и ждать.

Юная энгмарка сидела на своем месте, плотно прижав уши к голове, и, уткнув подбородок в колени, смотрела перед собой невидящим взглядом.

– Как думаешь, нас скоро найдут? – спросила она, покосившись на скрючившуюся в соседнем кресле Киану.

– Надеюсь. – Девочка с беспокойством посмотрела на плескавшуюся у сидений воду, в которой плавал какой-то мусор, лениво кружась в небольших водоворотиках. – Тебе не кажется, что воды больше стало?

Эйра склонила голову набок и, покосившись вниз, тяжело вздохнула.

– Может, еще раз попытаться выбраться? – сказала она, усаживаясь в кресле поудобнее и берясь за рычаги управления.

Двигатель глухо заурчал, лодка вздрогнула, и вдруг где-то внутри нее, за спинами девочек, что-то громко хлопнуло, а в кабине отчетливо запахло горелой пластмассой. Свет мигнул и погас. Эйра на ощупь отключила двигатель и посмотрела в сторону Кианы испуганным взглядом.

– Лучше больше ничего не трогай, – дрожащим голосом сказала та.

– Хо-ро-шо, – почему-то по слогам ответила Эйра и тут же испуганно вжала голову в плечи от серии глухих ударов по корпусу лодки.

Мрак воды разрезал яркий луч света, а за стеклом кабины появились силуэты громоздких фигур, с цилиндрическими головами и светящимися бледно-синим светом блюдцеобразными глазами.

* * *

Кирилл с Намаром и группой прибывших из города спасателей расположились в небольшом гроте на берегу озера, которое было соединено подводным тоннелем с Тарсовой пещерой.

Энгмарец нервно расхаживал по берегу, бросая беспокойные взгляды на темную воду, куда с берега уходило несколько толстых кабелей, два из которых были подключены к тумбообразным аппаратам, рядом с которыми расположилась тройка спасателей.

Неожиданно вода забурлила, и на поверхности показалась голова водолаза, облаченного в массивный цилиндрический шлем. Двое из спасателей поспешили к берегу, помогая своему товарищу выбраться на берег. Отщелкнув герметизирующие защелки и сняв шлем, водолаз некоторое время переводил дух, затем обвел уставшим взглядом собравшихся вокруг него.

– Дело дрянь, – наконец сказал он, отстегивая перчатки. – Лодку плотно зажало в расщелине, корпус распорот в двух местах, и если дернем лебедками, то, боюсь, его просто разорвет.

– А если взять дыхательные аппараты, разрезать корпус и помочь девочкам выплыть? – предложил Намар.

– На стометровой глубине? – Водолаз грустно усмехнулся и, взяв из рук одного из спасателя протянутую ему кружку с каким-то горячим напитком, с шумом отхлебнул. – К тому же в этом месте слишком сильное течение, одна ошибка – и их утянет. Не понимаю, как они вообще там оказались. – Он покачал головой и вновь прильнул к кружке.

– И что же делать? – Энгмарец рассеянно оглядел спасателей.

– Попробуем немного расширить расщелину. У этих лодок стоят регенераторы кислорода, и на пару дней их хватит, так что время есть, а теперь, извините, мне надо передохнуть и подготовиться к новому погружению.

Намар понимающе кивнул и отошел в сторону.

– Не переживай, дружище, ребята свою работу знают. – Кир ободряюще похлопал друга по плечу.

– Ай с ума сойдет, когда узнает. – Гайдан вздохнул. – Шардзым! И какого стабилитрона их туда понесло! – Его кулак впечатался в стену пещеры.

– Господин Керк, можно вас? – окликнул Кера пожилой торкленец, командующий группой спасателей.

Кир бросил взгляд на Намара и, еще раз хлопнув его по плечу, направился к позвавшему.

– Не хотел говорить при нем, – торкленец посмотрел в сторону понурого энгмарца, – но дела действительно неважны. У нас нет нужного оборудования для освобождения лодки, а пока его доставят, пройдет несколько часов.

– И в чем же проблема, кислорода же вроде должно хватить?

Спасатель кивнул.

– Должно, но, по словам Урса, – короткий кивок в сторону сидящего водолаза, – внутри лодки видно воду. По всей видимости, где-то течь.

– Шардзым! – Кир скрипнул зубами. – Много у нас времени?

Торкленец задумчиво потер ладонью лобные наросты.

– Не могу точно сказать. Зависит от пробоины. Внутреннее, давление пока держит воду, но… – Он развел руками.

– Понятно. – Кирилл на мгновение задумался, затем поинтересовался: – У вас еще один водолазный костюм есть?

– А зачем? – удивился тот.

* * *

Моноклинок развернулся с легким шелестом и перечеркнул торчащий рядом конус сталагмита. Кир толкнул ногой отрезанный кусок, заставив его с шумом рухнуть на пол пещеры, и с легкой улыбкой посмотрел на опешившего спасателя.

– Инструмент есть, но использовать его смогу только я.

Вода сдавила оболочку гидроскафандра, сковывая и замедляя движения, поэтому удерживающие подлодку выступы скалы приходилось не рубить, а в буквальном смысле пилить – впрочем, по-другому бы все равно не получилось. Камень был слишком толстый, и длины меча не хватало, чтобы просто перерезать его, отделив таким образом от основной скалы, в результате пришлось вырезать небольшими кусками, которые затем при помощи Урса отбрасывать в сторону. Моноклинок входил в камень, точно раскаленный нож в масло, и сперва Кир думал справиться с проблемой минут за пятнадцать, однако на деле все затянулось почти на три часа. Оказалось, что лодку заклинило в нескольких местах, и пришлось в буквальном смысле прорезать в скале небольшой тоннель, стараясь действовать осторожно, чтобы не повредить скафандр об острые камни. Поэтому когда субмарина наконец-то дернулась и медленно поползла назад, увлекаемая лебедочными тросами, Кир почувствовал дикую усталость и, едва выбравшись на берег, буквально распластался на холодных камнях пещеры, чувствуя огромную слабость во всем теле. Последний раз под воду он погружался во время работы на Ганимеде, но там скафандры были больше похожи на маленькие подлодки, внутри которых было довольно уютно и давление воды абсолютно не ощущалось. Сейчас же мышцы были словно ватные, а в голове настойчиво гудел маленький колокол.

Почувствовав, как чьи-то руки заботливо сняли с его спины тяжелый ранец с кислородными баллонами, он перевернулся на спину и с трудом отстегнул шлем. Вдохнув прохладный воздух пещеры, Кир бросил взгляд на склонившегося над ним взволнованного Намара, уши которого так и дергались в разные стороны, и радостно улыбнулся.

Глава 6

Сегодня океан был спокоен. Его темное покрывало слабо поблескивало в мерцающем свете ярких звезд, усыпавших ночной небосклон крупными гроздями незнакомых созвездий, превращая окружающую ночь в странную полумглу. Необычные, светящиеся бледно-сиреневым светом цветы плотным ковром усеяли холм, освещая стоящую на его вершине одинокую фигуру человека.

– Ты снова пришел, Искатель. – Раздавшийся из-за спины голос то ли спрашивал, то ли утверждал, а может, одновременно делал и то и другое.

– Если бы я еще знал, как это получается, – ответил Кир, не отрывая взгляда от сияющего огнями города, расположившегося на берегу океана у подножья холма. Смысла оборачиваться не было: он знал, что не увидит своего собеседника.

– Поверь, я тоже не знаю. – В голосе невидимки проскользнули нотки растерянности.

– Как-то не верю.

– Зря. – Голос замолчал, зато рядом зашуршала трава, словно невидимка садился на землю.

Неожиданно налетевший со стороны океана ветерок зашуршал высокой травой, сорвав со светящихся цветов мерцающие облачка светящейся пыльцы, заставив воздух вокруг наполниться миниатюрными огоньками.

– Душа у меня не на месте, – сказал Кир, смотря на медленно оседающую пыльцу. – И уверенности нет…

– Просто ты потерял себя, Искатель. Вспомни, пойми, чего ты хочешь, чего ищешь…

– Уже не знаю. – Кирилл покачал головой. – Не знаю…

– В этом и проблема. – Невидимый собеседник вздохнул. – Позволь дать совет: реши, что для тебя по-настоящему дорого, и все ответы найдутся сами.

– Вот дожил, мой сон дает мне советы, – усмехнулся Кир.

– Ты все еще думаешь, что это сон? – В голосе невидимки послышался явный сарказм.

– А разве нет?

– Возможно, – не стал отрицать собеседник. – Возможно, я просто отражение твоего «я», твое подсознание, дающее советы в трудную минуту. Думай так, если тебе от этого легче. А сейчас тебе пора, пора, Искатель. Вновь пришло время решений… прими на этот раз правильное.

Кирилл открыл глаза и пару минут невидящим взглядом таращился в потолок, пытаясь удержать в голове воспоминания о странном сне, который быстро таял, оставляя только смутные образы светящихся цветов, темной глади океана, блистающего огнями далекого ночного города и странное ощущение щемящей грусти. Он вздохнул и повернулся на бок, столкнувшись взглядом с сидевшей рядом с кроватью на корточках асторкой.

– Тай, что-то случилось? – спросил Кир после секундной паузы, одновременно пытаясь вспомнить, закрывал он дверь каюты или нет.

Девушка молча склонила голову к одному плечу, затем к другому, буравя его пристальным взглядом своих бездонно-черных глаз, при этом ее рожки постоянно меняли свой цвет, явственно говоря, что она находится в некоторой растерянности.

– Вам одиноко, капитан? – неожиданно спросила она. – В последнее время я часто ощущаю внутри вас странную грусть.

– Просто хандра. – Кирилл зевнул и, потянувшись, резко сел на кровати, затем с улыбкой посмотрел на своего астронавигатора. – Не обращай внимания, Тайк, все пройдет.

Рожки асторки стали бледно-коричневыми. Она медленно поднялась на ноги и двинулась вдоль каюты, рассматривая стоящие на полках различные безделушки, собранные Киром за время их странствий. Ее тонкий хвост выписывал в воздухе замысловатые петли, изредка замирая и осторожно касаясь своей пушистой кисточкой той или иной вещи.

– У вас давно не было женской особи, капитан, мужчинам это вредно. Если хотите, могу предложить свои услуги. – Она на секунду замерла у стола и, повернув голову, посмотрела на опешившего от удивления Кира.

– Не говори глупости, – наконец буркнул тот, открывая расположенный в стене кроватной ниши небольшой шкафчик и доставая оттуда майку. – Во-первых, мы относимся к разным биологическим видам…

– Гера мне сообщила, что наши половые органы вполне совместимы…

Кирилл почувствовал, что краснеет как мальчишка, мысленно ругнув корабельный компьютер и различия в моральных принципах рас, к некоторым из которых он до сих пор не мог привыкнуть.

– Некоторые отличия имеются, но, как я поняла, особых неприятных ощущений это не вызовет, – продолжала меж тем асторка.

– Тайк, перестань, – резко оборвал ее Кир, вставая с кровати и натягивая майку. – Спасибо за предложение, но нет.

– Хорошо, капитан. – Хвост асторки замер, затем пару раз дернулся вверх-вниз и безвольно обвис, а рожки потемнели. – Надеюсь, я не оскорбила вас своим предложением?

Кирилл с удивлением посмотрел на асторку, в ее обычно безэмоциональном голосе явственно чувствовались нотки беспокойства.

– Нет, Тай. – Градов улыбнулся. – Действительно, спасибо. Рад, что хоть кто-то обо мне заботится. Только неужели ты только за этим пришла?

Девушка повернулась и пару минут молча смотрела на Кира, словно решая, говорить или нет.

– Несколько часов назад я засекла два корабля неизвестной конструкции, идущих параллельным с нами курсом, – наконец сказала она.

Кир нахмурился. В принципе в этом не было ничего удивительного, так как в системе кораблей хватало, но, хорошо зная девушку, он понимал, что та просто так беспокоиться не будет.

– И что тебя насторожило? – спросил он, открывая дверь каюты и выходя в коридор.

– Я уже несколько раз делала корректировку курса, и они каждый раз повторяли его, – пояснила девушка, направляясь следом.

– Может, обыкновенные «цеплялы»?

Хвост Тайк взлетел вверх, а его кончик с кисточкой качнулся из стороны в сторону, что было равнозначно человеческому пожиманию плечами.

– Слишком большой киллградж.[27]

Кир понимающе кивнул. Действительно, «цеплялами» обычно называли капитанов небольших кораблей, часто устаревшей конструкции, которые во множестве курсировали между близлежащими системами, обычно перевозя частные грузы. Обычно эти колымаги имели плохое астронавигационное оборудование, едва способное вести их внутри системы, и, для того чтобы как можно быстрее добраться до шлюзов, они буквально «прилеплялись» к идущему в нужном направлении судну, полностью повторяя его маневры.

– Кто сейчас на мостике?

– Рик, капитан. И он опять ко мне приставал. – Хвост девушки опоясал ее вокруг талии.

Кир покосился на астронавигатора и, хлопнув по пластине вызова лифта ладонью, саркастически хмыкнул: взаимоотношения у асторки с бортинженером не клеились. Тот с маниакальным упорством пытался за ней ухаживать, но это почему-то раздражало девушку, хотя торкленец был весьма галантен.

– Опять, поди, хвостом по носу заехала.

Тайк промолчала, виновато теребя пальцами кисточку своего хвоста, а ее рожки приобрели розоватый оттенок.

– Понятно. – Кирилл покачал головой и рассмеялся. – Ладно, сам в конце концов виноват, знает ведь твой характер. Давно сменилась-то?

– Три тика… пятнадцать минут назад.

– Рику про «цеплял» сообщила?

– Да. Он тоже считает их подозрительными.

Они поднялись на верхнюю палубу, и, выйдя из лифта, Кир в нерешительности остановился. После их возвращения с Сейпора он только один раз перекусил, да и то в спешке. Просто как-то сразу навалилась куча дел, и помимо объяснения с Ай, которой Намар все-таки рассказал о случившемся с дочерью, пришлось заниматься предполетной подготовкой и размещением присланного Лайпидой оборудования. Закончили почти в три ночи по корабельному времени и, снявшись с орбиты, взяли курс к шлюзу, после чего он решил хоть немного отдохнуть. Теперь же голод давал о себе знать, и Кирилл несколько мгновений раздумывал, не завернуть ли сперва в кают-компанию, но пронзительно пискнувший эйпер прервал его размышления.

– Кэп, вы нужны на мостике, – в голосе бортинженера слышались нотки тревоги.

– Что-то срочное?

– Скорее да, чем нет.

– Ясно, мы с Тайк уже почти там. Сейчас будем.

Дверь рубки распахнулась, и сидевший на капитанском месте Рик поспешно вскочил на ноги.

– Докладывай, – бросил Кир, опускаясь в кресло.

– Это касаемо «попутчиков». Надеюсь, наша хвостатая тебе о них сообщила?

– Сообщила, – кивнул Кирилл, косясь в сторону внешне вечно невозмутимой асторки, которая при слове «хвостатая» поменяла цвет своих рожек на изумрудно-зеленый и уставилась немигающим взглядом на бортинженера.

– Два часа назад они неожиданно пошли на сближение. Я на всякий случай приказал увеличить скорость, но они не отстают, идут за нами уже в открытую. А десять минут назад… Гера, дай изображение на центральный экран.

Звездное небо на огромном мониторе, занимающего всю переднюю стенку рубки и имитирующего панорамный иллюминатор, мигнуло, сменившись изображением чужих кораблей.

– Десять минут назад чужаки разделились и теперь идут параллельными с нами курсами.

– Понятно. – Градов облокотился на подлокотник кресла, внимательно разглядывая неизвестные космолеты, похожие своим видом на три конуса, соединенные между собой извилистыми шипастыми трубами. – Каракатицы какие-то. Рик, ты не знаешь, чьи они?

– Нет, кэп, впервые вижу. – Бортинженер растерянно потер рукой лобные наросты. – Хотя сейчас столько барахла в пространстве ходит.

– Барахло не такое шустрое, дружище, – ответил Кир, в задумчивости проводя рукой по подбородку и отрешенно отмечая, что следовало бы побриться. – Гера, какая у нас скорость?

– Семь бремов,[28] – ответила возникшая из воздуха рыжеволосая девушка.

– Подними до десяти.

– Слушаюсь, капитан. – Глаза Геры блеснули зеленым, а коричневый круг на дисплее приборной панели плавно увеличился в размерах.

Судя по отображаемым на центральном мониторе цифрам, расстояние до чужих кораблей стало быстро возрастать, однако буквально через пару минут вновь пошло на убыль.

– Чужие корабли увеличили свою скорость, – спокойным голосом доложила голограмма.

– Вижу. – Кир усмехнулся уголками рта. – Гер, выведи, пожалуйста, нашу траекторию.

Изображение кораблей послушно уменьшилось, сдвинувшись в правый угол, а весь экран заняла объемная схема системы, перечеркнутая извилистой зеленой линией, соединяющей Сейпор с находящимся на ее окраине шлюзом. По линии медленно продвигался черный ромбик, позади которого на небольшом отдалении следовали два красных треугольника.

– Гера, отклонение с курса: плюс тридцать градусов по вектору от нулевой плоскости – две минуты, потом возвращение на прежний курс.

– Принято.

Ромб резко вынырнул из зеленого коридора, и тут же красные треугольники устремились в его сторону, однако стоило ему вернуться на место, как преследователи, сбросив скорость, последовали этому примеру.

– Нас ведут, – констатировала стоявшая рядом Тай.

– Согласен, – кивнул Кирилл. – Кому-то очень надо, чтобы мы не отклонялись от своего нынешнего маршрута. И это мне не нравится.

– А я вот не понимаю, кэп, – зачем. – Рик подошел к расположенному слева от капитанского места дугообразному пульту и, развернув стоявшее рядом кресло с высокой узкой спинкой, опустился в него.

– Зачем что? – поинтересовался Кир, одновременно кивком головы указывая асторке на место навигатора.

– Зачем нас ведут? Их двое, и, скорее всего, это не торговые лоханки. От Сейпора мы уже отошли порядочно, и, даже если мы позовем на помощь, патрулю до нас еще добраться надо. Почему не нападают? Боятся? А может, просто решили поиграть в догонялки? К тому же еще несколько часов, и мы будем около шлюза, а там наверняка корабли сибэзовцев пасутся.

– Не знаю, – покачал головой Кирилл, – не знаю. И знаешь, как-то не тянет это выяснять. Гера, поднимай Намара и Ай. Рик, готовься поиграть полями. Тайк, рассчитай мне новый маршрут. Будем уходить на пространственных.

– Курс прежний, на Тайгру?

– Нет, идем в сектор Трейта, система 784Крог.

– Сектор Трейта!? – Рик повернулся в кресле, удивленно уставившись на Градова.

– Лайпида, – пояснил Кир, не отрывая взгляда от центрального экрана.

– Понятно, а то все гадал, что это за контейнеры вы с Намаром притащили. Профессор в курсе?

– Да. Хотя, несмотря на приличное вознаграждение, не скажу, что особо доволен.

– Оно и понятно. – Торкленец криво усмехнулся. – Задания Лайпиды обязательно с каким-нибудь подвохом. Впрочем, меня другое беспокоит: не опасно нам в Трейт балласт в виде пассажиров с собой тащить? Да и Намарову дочку желательно бы оставить в каком-нибудь надежном месте.

– Мы это и хотели сделать. Я еще на Сейпре связался по межпространственной с Картом, он должен был ждать нас на Тайгре. Думал, что приглядит за Эйрой, да и гостей наших заодно пристроил бы.

– Да уж, старине Карту можно доверять, особенно если заплатить хорошенько… наличными, – бросил Рик саркастически.

– Я его и сам недолюбливаю, но надо признать, он нас еще ни разу не подводил, да и денег должен порядочно.

– Тоже верно, – согласился бортинженер, – пусть отрабатывает. Так в чем тогда проблема? Идем на Тайгру, тем более с нее на Ракас можно шлюзом прыгнуть, а оттуда до Трейта пару дней в нулевике.

– А ты уверен, что нас там не ждут? – спросил Кирилл. – Может, эти ребятки как раз и посланы проконтролировать, чтобы мы не отклонялись от намеченного маршрута.

– Шардзым. Не подумал, кэп.

Кир понимающе кивнул. Действительно, по идее им следовало бы дойти до системы, связанной прямым шлюзом с одним из основных секторов, однако до ближайшей почти две недели хода в нулевике. Можно, конечно, пройти по цепочке шлюзов, но это еще дольше, а Лайпида попросил уложиться за пару месяцев. Тем не менее у них до сих пор есть обязанности перед Кианой и ее сопровождающим, причем дело даже не в договоре: жалко саму девочку, ставшую заложницей малопонятных политических игрищ. К тому же если их сегодняшние преследователи не банальные пираты, а мековские ищейки, то наверняка все близлежащие системы со шлюзами перекрыты охотниками Конгломерата. Однако для их пассажиров главное – выбраться из Приграничья, после чего мековцам будет намного труднее до них дотянуться. Тайгра в этом смысле просто идеальное место – известный торгово-перевалочный пункт Приграничья, где даже корабли из Центрального сектора довольно частые гости. Конечно, клоака там еще та, не планета, а сплошной рынок – вавилонское столпотворение, но в данном случае это даже к лучшему. Суйктух с девочкой легко смогли бы на ней затеряться, пока не подвернется подходящий корабль. Смогли бы, но не сейчас… сейчас их будут ждать, причем сложившаяся ситуация опасна не только для аларцев. Если мековцы начнут полномасштабную охоту, они быстро поймут, что «Гера» не обычный корабль, и если кто-нибудь из них сопоставит пару фактов, то придется вновь на несколько лет «залечь на дно».

«Черт, – мысленно ругнулся Кирилл, откидываясь в кресле и с угрюмым видом рассматривая чужие корабли, которые больше не предпринимали попыток сближения. – Скорее всего, Конгломерат дал ориентировку по всем своим отделениям, и кому-то наверняка попалась на глаза передача про спасение девочек. Надо же было Эйре впутаться в эту историю… хотя что с нее возьмешь – ребенок. Увидела красивую зверушку…». Он вздохнул. На данный момент сектор Трейта – это лучший вариант для всех. Исчезнуть там на некоторое время и, выполнив задание, попросить Лайпиду о помощи.

– Капитан, расчет нового курса закончен. – Голос Тай оторвал Кира от размышлений. – Ориентировочное время прохода сто тридцать четыре часа семнадцать минут пятьдесят девять секунд.

– Принято. – Он нажал кнопку внутренней связи. – Намар, ты на месте?

– Да, Кир.

– Проследи за реактором, «старичку», возможно, придется поднапрячься.

– Что-то серьезное?

– Пара «банок» на хвосте. Идут след в след, однако на «цеплял» не похожи.

– Мековцы?

– Не уверен. Таких кораблей у них не видел. Как там наши пассажиры?

– Ай за ними присматривает.

– Хорошо, тогда начинаем. – Кир отключил связь. – Гера, через две минуты двигатели в стайер-режим, поднять скорость до тридцати бремов. Рик, кормовые поля на возможный максимум, лови гостинцы, если последуют. Тай, веди нас.

Асторка развернула кресло и, уставившись в сторону землянина своими черными глазами, медленно кивнула, после чего вновь повернулась к пульту. По кораблю разнесся мелодичный сигнал тревоги, вслед за которым зазвучал мягкий женский голос, призывающий всех занять компенсационные кресла. Коричневый круг указателя скорости резко вырос в размерах, и тут же Кир почувствовал, как его руки налились свинцовой тяжестью, а на грудь навалилась невидимая каменная плита, заставив амортизаторы кресла протестующе заскрипеть: гравиокомпенсаторы корабля не смогли до конца погасить столь резкое ускорение, заставив экипаж переживать неприятные мгновения перегрузки. К счастью, это продолжалось недолго, и вскоре все вздохнули облегченно.

– Скорость, необходимая для входа в надметрику, достигнута, маршевые двигатели переведены в штатный режим, до прокола десять минут, – доложила асторка.

– Быстрее не получится? – поинтересовался Кир, наблюдая за тем, как на экране красные треугольники, явно не ожидавшие от них столь резкого рывка, спешно сокращают расстояние.

– Нет, капитан, мы недостаточно отошли от системы, гравиовозмущения довольно сильны.

– Ясно, прыгай, как только станет возможно. – Он стукнул пальцем по треугольнику эйпера. – Ай, как наши пассажиры?

– Нормально, Керк. Господин Суйктух немного нервничает, а вот Киана просто умничка, кстати, она тут кое-что интересное мне расска…

– Кирилл. – Рядом с креслом возникла Гера. – По нам стреляют.

Схематическое изображение их корабля и преследующих его чужаков исчезло, сменившись своим объемным аналогом, дающим более полную картинку происходящего.

Было видно, как от космолетов преследователей отделилось несколько серебристых капель, которые понеслись по направлению к «Гере», ускоряясь с каждой секундой.

– Гер, отклонение от вектора движения в плоскости минус десять.

– Принято, капитан.

На экране было видно, как немного сместился рисунок созвездий, свидетельствуя о повороте корабля. Впрочем, это было куда понятнее по искривившейся зеленой линии, тянущейся вслед за ним и убегающей пунктиром вперед, отражающей таким образом пройденный и предполагаемый маршрут движения. Космолеты противника никак не отреагировали на смену курса, зато серебристые капли дружно повторили их маневр.

– Кэп, судя по линейным, это торпеды, – сообщил Рик, не отрывая взгляда от экранов своего пульта.

Кирилл некоторое время недоуменно смотрел на экран, пытаясь понять, чего хочет добиться противник, затем усмехнулся.

В отличие от земных аналогов, представлявших из собой стабилизированные энергосгустки с программированной структурой, порой заключенные в специальные металлопластиковые оболочки и движимые за счет истечения собственного энергетического тела, здешние ракеты были аналогами древних земных приспособлений. По сути обычными «железяками», несущими на своем борту различные типы взрывчатки и применявшимися в основном на близких расстояниях. Это было обусловлено небольшими размерами самих ракет, из-за чего они не имели достаточного количества топлива для совершения дополнительных маневров. Ракета выжигала его всего за пару минут, разгоняясь до приличной скорости в десятки бремов, после чего продолжала двигаться по инерции, и атакуемый космолет мог довольно легко уйти с ее курса. А вот при близком огневом контакте крупная цель, обладающая к тому же приличной массой, просто не успевала уклониться от выпущенной в ее сторону стаи небольших ракет. Конечно же, были еще и самонаводящиеся ракеты, способные корректировать свой курс в соответствии с маневрами корабля противника, но они обладали куда меньшей мощностью и применялись по наименее энергозащищенным и легкобронированным целям. Куда более серьезную опасность представляли так называемые торпеды, обладающие не только возможностью преследовать космолеты противника, но и снабженные собственными генераторами полей, что повышало вероятность их выживания при применении противником средств активной защиты. Имея размеры, соизмеримые с габаритами небольшого истребителя, они частенько снабжались мощными боеголовками, способными если и не уничтожить, то довольно сильно повредить даже тяжелый торкленский крайтер.[29] И все же противоракеты, ложные цели и постановщики помех, заставляющие сбоить электронную начинку торпеды, были довольно действенными средствами обороны, а грамотно выставленное напряжение защитного поля сводило практически на нет любую торпедную атаку. Так что применяли их в основном по уже поврежденному противнику, с просаженными полями и хотя бы частично подавленными огневыми точками, обычно ставя их ударом финальную точку в битве. Именно поэтому подобная атака была полной глупостью со стороны преследователей… если только они не считали «Геру» обычной торговой лоханкой, пусть и довольно скоростной. Только в этом случае данный выпад имел смысл. Чтобы уцелеть, обычному торговцу пришлось бы спешно перебрасывать энергию реактора на защитные поля, практически обесточивая накопительные решетки гиперпривода, а это привело бы к отмене прыжка – скорее всего, враг рассчитывал именно на это. Однако тут преследователей ждал небольшой сюрприз…

– Ошибочка, друзья мои, – пробормотал Кирилл и, бросив взгляд на «стоявшую» рядом с его креслом голограмму, скомандовал: – Гера, сбей эти гостинцы и готовь кормовые излучатели.

– Принято, капитан.

Голографическая девушка вышла на середину рубки и замерла там, став прозрачной, превратившись практически в едва заметную тень. Ее глаза вспыхнули жидким огнем, а длинные волосы взметнулись вверх, зависнув вокруг головы причудливым облаком.

– Антиракеты пошли, – доложил Рик. – До контакта тридцать секунд.

– Ясно. Гера, давай пощиплем этих птичек. Оба кормовых на того, что справа, целься в эти трубообразные соединения.

По кончикам волос девушки пробежали голубые искорки разрядов, а изображение чужого космолета, выведенное на небольшой участок в правом углу главного экрана, на мгновение подернулось фиолетовой дымкой, по всей видимости, свидетельствующей о срабатывании какого-то защитного поля. Какое-то мгновение казалось, что выстрел прошел безрезультатно, однако неожиданно откуда-то изнутри корабля вырвалось огненное облако, тут же растаяв в темноте космоса рваными бледно-оранжевыми лоскутами, а шипастые трубы стали переламываться, словно стеклянные. Один из конусов отделился и, медленно вращаясь вокруг горизонтальной оси, исчез с экрана, а оставшийся кусок корабля продолжил свой дальнейший полет, истекая «кровью» осколков. Второй преследователь тут же резко сбросил скорость, а красная линия его траектории на экране стала медленно изгибаться.

– Цель поражена, – доложила Гера и, обернувшись к Кириллу, победно улыбнулась, одновременно приобретая цвет и объем.

– Я бы пока не стал праздновать, – в голосе Рика слышалась неприкрытая тревога. – Все антиракеты поразили цель, однако торпеды противника не уничтожены. Они только что прошли поражающее облако.

Девушка вздрогнула и, бросив быстрый взгляд в сторону инженера, вновь стала бледнеть, а затем изображение свернулось в струну света и исчезло. Кирилл впился глазами в экран, на котором ярко красными каплями пылали четыре значка, идущих вслед за их космолетом торпед, и мысленно чертыхнулся.

Антиракеты несли две боеголовки: активную и пассивную. Активная предназначалась для уничтожения ракеты (торпеды) противника путем прямого воздействия взрывом или вывода из строя ее защитных полей. Пассивная являлась, по сути, обычным контейнером, который подрывался на пути ракеты, создавая перед ней облако из небольших металлических ежиков, которые превращали ее в некую разновидность дуршлага. Обычно это гарантировало практически стопроцентное уничтожение ракет противника в случае их успешного перехвата, но не в этот раз.

– Подтверждаю прохождение торпед, активирую кормовые излучатели. Есть поражение цели…

Один из красных значков мигнул и погас, затем еще один и еще, однако последний стремительно приближался и через секунду слился с изображением их корабля.

– Рик, поля на полную! – крикнул Кир, нервно вцепляясь в подлокотники.

Казалось, что «Гера» вздрогнула всем корпусом, застонав переборками. Центральный экран переключился на внешний обзор и, вспыхнув всеми цветами радуги, погас, чтобы тут же вновь «протаять» звездным небом.

Кирилл обессиленно откинулся на спинку кресла, чувствуя, как по виску ползет противная капля холодного пота.

– Повреждения? – хрипло выдавил он.

– Двигатели в норме, поля вразнос, продолжаем движение в штатном режиме. – Голос бортинженера дрожал.

– Гера?

– Повреждения фальшобшивки, возможно, есть повреждения основного корпуса, в секторе семь, не могу полностью просканировать свое тело из-за выхода из строя датчиков. – Голограмма рыжеволосой девушки вновь возникла рядом с креслом Кира. – Это довольно неприятно, капитан, – пожаловалась она.

– Выйдем из нуля, посмотрим, что к чему. Главное, что уцелели. – Парень смахнул с виска пот и ободряюще улыбнулся Гере, на миг позабыв, что она всего лишь образ, созданный бортовым компьютером. Девушка улыбнулась в ответ и, тряхнув волосами, исчезла.

– Тай, что там с переходом? – бросил он устало.

– Начато формирование зоны перехода. – Голос асторки, как всегда, был невозмутим, лишь серебрящиеся кончики рожек выдавали пережитый ею испуг. – До входа в надметрику осталось: пять, четыре, три…

Мир вокруг Кирилла дрогнул, поплыв, точно расплавленный воск, а уши словно заложило ватой, но все эти неприятные ощущения перехода продолжались всего лишь короткое мгновение.

– Есть переход, – констатировала астронавигатор и, развернувшись в кресле, уставилась на Кира. – Разрешите заступить на вахту?

– Не разрешаю. – Он поднялся из кресла. – Ты и так из рубки не вылазишь, пусть Рик дежурит.

Бортинженер, не поворачиваясь, молча вскинул руку с распрямленными двумя пальцами, показывая, что полностью с ним согласен. Кирилл подошел к двери, которая приветливо распахнулась перед ним, и, остановившись, посмотрел на все еще сидящую на своем месте девушку.

– Тайк, пошли давай. Приказываю тебе отдыхать, а еще лучше составь мне компанию. Хочу в кают-компании посидеть, перекусить, а одному скучно.

Глаза асторки немного расширились, а ее рожки приобрели ярко-фиолетовый цвет. Она коротко кивнула и, вскочив на ноги, буквально выбежала вслед за вышедшим в коридор землянином.

Рик проводил девушку растерянным взглядом и, почесав лобный нарост, тяжело вздохнул.

Глава 7

Тот, кого во многих мирах Торкленской Федерации знали под именем Лайпиды кер Увар Авайта, стоял у большого, занимающего практически всю стену иллюминатора и, крутя в пальцах тонкую ножку узкого высокого бокала с тонизирующим напитком, не отрываясь смотрел на холодные точки звезд. Дверь каюты с легким звяканьем ушла в нишу, пропуская внутрь молодого торкленца в светло-коричневой форме военно-космического флота Федерации.

– Господин советник, поступает информация от «стелсов». Передают, что нашего «скитальца» ведут два неопознанных космолета.

– Неопознанных?

– Так точно. Подобных кораблей в нашей базе данных нет, проверили несколько раз.

Лайпида обернулся и, окинув вошедшего задумчивым взглядом, вновь вернулся к молчаливому созерцанию космической бездны.

В это время шестиугольный стейп,[30] прикрепленный на запястье мундира, пронзительно пискнул, заставив офицера вскинуть руку к уху, на мочке которого была закреплена полоска динамика. Выслушав сообщение, он коротко кашлянул, привлекая внимание Лайпиды, и, заметив, что тот шевельнул пальцами, как бы говоря этим жестом, что слушает, доложил:

– Элан-нам, получено сообщение, что неизвестные открыли огонь. Прикажете вмешаться?

Авайт, не оборачиваясь, покачал головой.

– Ни в коем случае, сайдук,[31] ни в коем случае. Я думаю, наши друзья смогут за себя постоять, а вот за их сопровождающими стоит понаблюдать, и повнимательнее. Пусть «стелсы» повиснут у них в струе и ведут столько, сколько будет возможно. Да, и пусть выведут изображение с их камер на мой элендр.

– Будет исполнено. – Офицер быстро приложил раскрытую ладонь ко лбу, отдавая таким образом честь, и вышел из каюты.

Лайпида еще какое-то время стоял у иллюминатора, затем резко развернулся и подошел к стоявшему в одном из семи углов его каюты небольшому столику, на котором расположился шар системного блока компьютера. Бросив взгляд на висевший над столом монитор, он довольно усмехнулся и, отсалютовав бокалом изображению на экране, пробормотал тихим голосом:

– Кажется, я не ошибся в своих предположениях, мальчик мой, и «незримые» действительно тобой интересуются. Только вот почему? Чем ты успел им насолить?

Он прошелся по каюте и снова остановился перед монитором, внимательно наблюдая за развернувшейся на экране короткой схваткой. После того как корабль Керка вошел в подпространство, уцелевший космолет неизвестных направился к своему подбитому напарнику и, не дойдя несколько тысяч километров, неожиданно выпустил в него четыре торпеды, превратившие тот в груду разлетающихся обломков. Некоторое время он висел неподвижно, словно любуясь проделанной работой, затем резко набрал скорость и исчез в яркой вспышке.

Авайт скривил рот в усмешке и нервно стукнул пальцем по клавише, выводя на экран компьютера изображение командной рубки.

– Капитан, отследили вероятностный маршрут чужака?

Появившийся на нем пожилой полноватый торкленец отрицательно покачал головой:

– Никак нет, господин советник. Они применили неизвестную систему перемещения.

– Ясно. Тогда пошлите один из транспортников к месту боя, пусть соберут что возможно.

– Слушаюсь. – Капитан коротко поклонился и, отдав честь, отключил связь.

Лайпида вздохнул и, мысленно выругавшись, залпом осушил оставшийся в бокале тоник. Он опять переосторожничал и дал подручным «незримых» ускользнуть. Впрочем, возможно, оно и к лучшему. Не стоило тревожить «гнездо шершней» раньше времени. Пока еще слишком мало о них сведений, слишком мало.

Фальш-обшивка, монолитная издали, вблизи была похожа на лоскутное одеяло. Сращенная из подручных кусков бронеплит списанных космолетов, испещренная следами от ударов микрометеоритов и температурного воздействия – следствие входов в атмосферу, она к тому же пестрела многочисленными прорехами, сквозь которые был виден настоящий корпус «Геры». Кир медленно плыл в полуметре над ней, изредка корректируя свое положение при помощи ранцевых двигателей.

– Гер, ты здесь?

– Да, капитан, что-то надо?

Кирилл бросил взгляд на датчик внутри шлема и, убедившись, что его никто, кроме компьютера, не слышит, поинтересовался:

– Что это за новости о моей совместимости с Тайк? Ты чего ей наболтала?

– Я не болтала, а отвечала на ее вопросы.

– Да? – Кир удивленно хмыкнул. – И какие же, если не секрет?

– Не секрет. Она интересовалась, возможен ли половой контакт между представителями ваших видов, я ответила утвердительно.

– Это шутка?

– Нет. На самом деле, несмотря на все внешние различия, ваши расы довольно схожи. Те же энгмарцы отличаются намного больше, и их особи женского пола вашему виду не подошли бы, так как при попытке полового контакта оба партнера, скорее всего, испытывали бы сильную боль. Это связано с некоторыми особенностями устройства их половых органов…

– Гера, давай сейчас без лекций на эту тему, если я решу найти себе партнершу, обязательно проконсультируюсь, а пока не надо. Тоже мне, нашлась электронная сводня. Откуда только ты это все знаешь, вроде бы ничего подобного в твоих базах нет.

– Хорошо, Кир, как скажешь.

– И все же интересно, почему Тайк этим интересовалась?

– Капитан, видно что-нибудь? – Раздавшийся в шлеме голос Рика прервал их беседу.

– Если не считать старых дыр, то ничего, – ответил Кирилл, озираясь в поисках бортинженера. – Ты сам-то где?

– Позади и правее вас, рядом с ионником.

Кирилл развернулся, бросив взгляд в сторону ажурной колонны с чашей ионного двигателя на конце, с трудом разглядев рядом с ней небольшую фигурку в мерцающем зелеными линиями скафандре.

– Ты чего там завис?

– Да думаю, а не срезать ли нам эти тарелки, мешают ведь только.

Керк задумчиво посмотрел на колонну. В принципе Рик был прав: муляжи ионников при посадке приходилось постоянно убирать под фальш-обшивку, что было довольно неудобно. Свою роль они, конечно, играли, маскируя и придавая «Гере» некую неуклюжесть, свойственную всем торкленским торговым судам, но в связи с последними событиями явно пришло время несколько подправить контуры корабля, чтобы немного сбить с толку возможных преследователей.

– Вот ты этим и займись, – бросил он. – Инициатива она, знаешь ли, наказуема.

– Хорошо, сделаю, дело не хитрое. Однако где же наша пробоина? Может, Гера ошиблась и торпеда просто вывела из строя датчики целостности корпуса?

– Я не ошиблась. – В голосе компьютера скользнули нотки возмущения. – Датчики, конечно, сгорели, но я и без них чувствую неполадки. Разорвано пять энерговодов и уничтожено несколько панелей излучателей защитного поля. К тому же есть небольшая утечка кислорода, все в седьмом секторе.

– Да я просто предположил, – попытался оправдаться Рик.

– Глупое предположение, – фыркнула Гера.

Кирилл усмехнулся и, включив двигатели ранца, направился вдоль корпуса корабля к его носу, краем уха слушая перепалку компьютера с торкленцем. Искомая пробоина обнаружилась метрах в пяти от располагающегося позади горба рубки управления плавника вертикального стабилизатора. Скрываясь в отбрасываемой им тени, она была едва заметна, и Кир пролетел бы мимо, если бы ее не осветила вспыхнувшая вдоль верхнего края стабилизатора красная полоса сигнального огня.

– Рик, я, кажется, нашел место попадания, давай ко мне.

– Понял, кэп, уже лечу.

Кирилл завис над огромной дырой метра три в диаметре, края которой были похожи на застывшую черную пену, и, медленно опустившись вниз, включил встроенные в подошвы ботинок скафандра магниты. Приблизившись к краю пробоины, он опустился на одно колено и, взявшись рукой за вспененный кусок обшивки, с легкостью его отломал – металл превратился в пористую крошащуюся губку.

– Ого, чем это нас? – спросил с удивлением опустившийся по другую сторону пробоины Рик. – Впервые вижу такое.

– А я вот нет, – ответил Кир, поднимаясь с колена. – Так называемый в-эффект: в центре полный распад материи, по краям частичное ее вырождение, – след от удара аннигилятора.

– Земное оружие?

– Да. – Кирилл размял в руках отломленный кусок и, разжав ладонь, задумчиво посмотрел вслед срывающимся с нее крошкам «вырожденного» металла. – Точнее, тут нечто похожее, – сказал он через пару минут молчания, – у нас не применяют такие торпеды.

– У нас, знаешь ли, тоже, – сказал Рик, – никогда не слышал ни о чем подобном. Думаешь, мековцы что-то новое придумали?

– Не исключено. – Кирилл тяжело вздохнул и, посмотрев на плывущий над головой серый, испещренный кратерами шар планеты, на орбите которой зависла «Гера», добавил: – Смысл гадать, давай лучше займемся ремонтом, а с этими преследователями мы еще, думаю, встретимся – предчувствие такое.

– Ну спасибо, кэп, приободрил, – хмыкнул бортинженер, отцепляя от пояса довольно громоздкую коробку с инструментами и направляя свет нашлемного фонаря в пробоину. – Ладно, я полез внутрь, давай за мной.

* * *

Нижний стабилизатор разделился на две части и плотно прижался к корпусу, а из днища корабля выдвинулись ноги посадочных опор. Огни двигателей погасли, и космолет с хрустом просел на амортизаторах, замерев темной громадой посреди каменистой равнины, покрытой редкой невысокой травой необычного фиолетового цвета. Нижнюю часть корабля прорезала светящаяся зеленым огнем щель и, быстро разрастаясь в большой прямоугольный проем, «выплюнула» из своего темного нутра длинный рифленый язык пандуса, по которому медленно скатилась похожая на огромного жука семиколесная машина. Отъехав немного в сторону, она остановилась.

– Ну все, Ай, мы поехали. – Кир посмотрел на корабль и помахал рукой, зная, что сквозь прозрачный верх тарелкообразной кабины скрабера его прекрасно видно. – Осмотримся немного, поставим манок и назад.

– Удачи, и глубоко в джунгли не лезьте.

– А мне какую-нибудь зверюшку поймайте, – раздался из динамиков голос Эйры.

– Эй, какую еще зверюшку!

– Маленькую и пушистую, – пискнула девочка.

– А ну брысь из рубки, – вмешался бас Намара. – Элкон улак усстар, асна («Накажу за непослушание, дочка»): бывший «ищущий» перешел на энгмарский.

– Акона уруста ка радас («Не ругайся, она ведь ребенок»), – бросил Кир, улыбаясь.

– Слишком много вредничать стала. – По ту сторону динамика вздохнули. – Ладно, Керк, до связи.

– До связи. – Кирилл отключил передатчик и, послав ручку газа от себя, направил вездеход к видневшейся неподалеку стене леса.

– Девочке много позволяют, потомки должны воспитываться в строгости, – неожиданно заявила сидящая в соседнем кресле Тайк, поглаживая подбородок кисточкой своего хвоста, кончик которого торчал из-за ворота скафандра.

Кирилл покосился на свою спутницу и мысленно согласился. Несмотря на всю показную строгость, Намар с Ай баловали дочку, и она это прекрасно чувствовала, постоянно выкидывая какие-нибудь «фокусы» – чего стоила только последняя ее выходка с попыткой поймать ящерицу. Молодой человек вздохнул. Он тянул до последнего, но, похоже, дальше уже некуда, в конце концов, все эти приключения до добра не доведут, и Эйра учудит что-нибудь такое, от чего плохо будет всему экипажу. И как капитан, он должен думать об этом в первую очередь. Девочка взрослеет, ей надо учиться, играть с другими детьми, жить полной жизнью – ей нужно обычное детство, а не болтание по космосу. Конечно, «Гера» стала для всех них практически родным домом, но, как бы там ни было, приходит время обзаводиться так называемой тихой гаванью – местом, куда можно будет вернуться. Местом, которое они смогут по-настоящему считать своим домом. К тому же Лайнос сдает все сильнее, а, насколько ему было известно, старому профессору и податься некуда. Как-то он рассказал об этих размышлениях Ай, и та неожиданно его поддержала, заявив, что они с Намаром неоднократно думали об этом, но не решались ему говорить. После этого разговора Кир неожиданно понял, как все устали, устали от вечных приключений, погонь и поисков – устали от космоса. Они шли за ним больше по привычке, нежели по необходимости, молча снося его метания от звезды к звезде в тщетном поиске своей потерянной родины. Профессор, Намар, Ай, Рик, Тайк – все эти годы они были вместе с ним, видимо, пришло время их отпустить. Кирилл вздохнул.

– Кир, тебя снова что-то тревожит?

Он повернул голову и с удивлением посмотрел на асторку, которая впервые за все время обратилась к нему на «ты».

– Почему ты так решила?

– Ощущаю. – Рожки девушки стали ярко-желтыми, говоря о ее смущении.

Кирилл понимающе кивнул. Асторцы были природными эмпатами и могли воспринимать чувства находящихся рядом с ними существ, причем порой настолько точно, что это было уже сродни чтению мыслей.

– Ничего серьезного, Тайк, просто вспоминал кое-что, не обращай внимания, – бросил он, нажимая на тормоз и останавливая скрабер в паре десятков метров от первых деревьев, позади которых раскинулись самые настоящие джунгли. Окинув взором густые заросли причудливого фиолетово-синего цвета, добавил: – Думаю, дальше соваться на вездеходе не стоит, а то еще завязнем в этих дебрях – лучше пешком. Давай на выход. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим.

Он щелкнул тумблером на приборной панели, и длинные штанги осей колес прогнулись, опуская трапециевидный корпус машины ближе к земле. Кир поднялся со своего места и, пригибаясь (потолок в кабине был довольно низким), направился к лестнице, ведущей в грузовой отсек вездехода. Спустившись вниз, он подошел к стойке с оружием, взял из нее пару излучателей и, передав один следовавшей за ним асторке, подхватил с полки шлем.

– Значит так, углубляемся метров на сто в эти заросли, ставим манок, – он указал взглядом на стоящий рядом с ногами объемный рюкзак, – и назад. Далеко от меня не отходи. Если заметишь что-нибудь подозрительное, сперва стреляй, а уж потом разбираться будем: разумников тут все равно нет.

– Хорошо, капитан.

Кирилл ободряюще улыбнулся, надел шлем и, проведя рукой по горловине, заставил сработать невидимые защелки. Закинув рюкзак за спину и повесив излучатель через плечо, он повернулся к асторке, занятой осмотром своего скафандра, который состоял как бы из двух оболочек. Первая была уже надета на девушку и походила на гидрокостюм серого цвета с большими вырезами, идущими от шеи до середины спины и груди, вдоль края которых тянулись широкие металлические ленты. Вторая напоминала своим видом раздутый рыцарский доспех, сделанный из плохо подогнанных друг к другу металлических лент, и являлась некой разновидностью экзоскелета с закрепленной на ней системой жизнеобеспечения. Тайк нырнула внутрь этой груды металла, та с легким лязгом уменьшилась в объеме, сдвигая ленты, плотнее облегая тело девушки. Шлем, похожий на огромную каплю застывшего металла, качнулся вперед-назад, давая понять Кириллу, что девушка готова следовать за ним. Он кивнул в ответ и дернул ручку открытия двери, заставив ту опуститься вниз, превратившись в некое подобие небольшого трапа.

* * *

Фиолетовая трава, больше похожая на какие-то липкие, покрытые слизью щупальца, противно хрустела при каждом шаге, и, закрыв глаза можно было подумать, что они идут по сплошному ковру из мертвых насекомых, панцири которых лопались под их ногами.

Судя по базе данных Геры, воздух планеты был пригоден для дыхания, поэтому Кир на мгновение отключил воздушные фильтры скафандра, но, вдохнув внешний воздух, пахнущий каким-то противным кисло-горьким едким запахом, закашлялся, спешно активировав их обратно.

– Не стоит это делать, капитан, кто знает, что тут за дрянь в воздухе летает, – резонно заметила идущая позади Тайк.

– Я би-фильтры не отключал, к тому же Федерация до войны пыталась колонизировать эту планету, и поселенцы жили здесь довольно долгое время.

– В информационных базах таких данных нет, я во время вахты просматривала. Откуда вам это известно, капитан?

– Лайпида поделился информацией, спроси у «Геры», я скидывал файл.

– И что же случилось с колонией? – поинтересовалась асторка, останавливаясь около огромного цветка, похожего на земной подсолнух, семечки которого были ярко-красного цвета. Девушка коснулась его лепестка пальцем, и тот неожиданно сжался в узкую трубку, обдав шлем девушки струей семян. Тайк невольно отпрянула назад, издав при этом какой-то рычащий звук, и, пинком сломав стебель растения, обрушила свой сапог на поникший цветок.

– Жестко ты с ним, – хмыкнул Кир, с легкой улыбкой наблюдая за действиями своей спутницы.

– Он рычал на меня, – ответила Тайк, сосредоточенно топчась по остаткам цветка.

– Растение рычать не может, ну-ка пригнись! – Кирилл вскинул излучатель к плечу и выстрелил, едва девушка присела. Часть пейзажа, находившаяся за ее спиной, неожиданно вздыбилась, завизжала пронзительным голосом и пошла разноцветными волнами, превращаясь в нечто похожее на огромного паука почти метровой высоты, обтянутого гладкой матово-синей кожей. Асторка оглянулась и, испуганно ойкнув, точно обычная земная девушка, буквально с места отпрыгнула в сторону, покатившись по земле, с хрустом подминая под себя траву. Кир выстрелил еще раз, разворотив часть тела, срезав одну из ног «паука» и заставив того забиться в предсмертной агонии. Тайк вскочила на ноги и замерла на месте, наведя свое оружие на все еще вздрагивающую тварь.

– Что это за создание? – спросила она. – И почему оно было невидимо?

– Ну не совсем невидимо, посмотри на его шкуру. – Он подошел ближе и, ткнув винтовкой в тело существа, на коже которого вновь стал проступать травяной рисунок, пояснил: – Мимикрирует – сливается с местностью. Хорошо, я заметил, что трава позади тебя почему-то не колышется, хотя остальная волнами пошла от ветра.

– Так это оно рычало?

Кир пожал плечами.

– Ну не цветок уж точно.

Он огляделся, активировав встроенный в шлем тепловизор, однако тот мало чем помог – больше мешал, – джунгли смотрелись огромным разноцветным колышущимся облаком. Да и в окружающей траве сияло множество цветастых пятен, и оставалось только гадать, живая это тварь или разогретый на солнце валун. В принципе существа размером с убитого паука, скорее всего, не могли бы им повредить, но рисковать не стоило, бывало всякое. Например, на одной из планет они как-то повстречали похожую на белку симпатичную зверушку, которая своими коготками легко вспорола прочнейший комбинезон Рика, ткань которого выдерживала удар стального меча. Другой раз небольшое насекомое размером с комара пробило навылет шлем скафандра, причем даже не замедлив при этом своего полета. Были и другие подобные случаи. Так что Кир давно уже зарекся судить об опасности встречаемых существ по их виду и размеру. Вполне возможно, что этот «паучок» мог вскрыть его скафандр одним ударом своей весьма когтистой лапы.

– Вот мерзость, ненавижу пауков. – Он пнул мертвую тварь и, повернувшись к Тайк, бросил: – Ты хотела знать, что случилось с колонистами?

– Да.

– Они все погибли. Планета «сожрала» их. Так что «держи ухо востро».

– Ухо острым?

– Востро, – поправил ее Кир, – это такой земной оборот речи – будь начеку, в общем. Двинулись.

Он поудобнее перехватил излучатель и зашагал в сторону джунглей, изредка останавливаясь и внимательно рассматривая какой-нибудь особо подозрительный, на его взгляд, куст. В переданной ему Лайпидой информации была маленькая такая, но весьма многозначительная приписочка – «агрессивная биосфера». Это и вызывало определенные опасения, как и мрачная история местных колоний. Из-за войны почти полсотни стат-лет сюда не ходили корабли Федерации, а когда они все же тут появились, то их встретили лишь захваченные местными хищниками пустые развалины поселений да белеющие в траве кости. Что тут случилось, до сих пор оставалось загадкой (вполне возможно, что колонисты были уничтожены неожиданной атакой кергарцев и местная живность тут была ни при чем), однако после этого случая планета снискала весьма дурную репутацию, и новые колонисты не спешили ее осваивать. Вскоре, согласно договору с кергарцами, она отошла к сектору Трейта, и о ней практически позабыли.

Их задание на первый взгляд было довольно просто: прибыть на планету и отловить пару местных хищников, названных колонистами «эрснами». Кир, смотря на снимки, долго не мог понять, кого ему напоминают эти существа: мускулистые тела, матово-черная кожа, лобастые головы с большими, закручивающимися вниз рогами и огромными зубастыми пастями. Потом в его памяти всплыл эпизод из онлайн-игры, в которую он любил погружаться во времена своей школьной жизни, и битва с горгульями. Эрсны были буквально копиями этих мифических созданий, правда, в отличие от них, бескрылыми. По словам Лайпида эти животные якобы были нужны торкленским медикам для создания вакцины от чумы Ригела. Так это или их наниматель просто решил пополнить личный зоопарк причудливой зверушкой, Градов выяснять не собирался: платил тот всегда исправно, да и в помощи никогда не отказывал.

Не дойдя нескольких метров до плотной стены деревьев, переплетенные ветви которых изредка шевелились, словно живые, Кир в раздумье остановился. Согласно инструкции, манок генерировал звуки некоего животного, являющегося для эрснов этаким ходячим деликатесом, и, по задумке его разработчиков, те должны были просто-таки «слетаться» на его зов, точно мотыльки на огонь. Для большего эффекта его следовало установить в джунглях у какого-нибудь водоема, где обычно собирались эти травоядные, но лезть в заросли особо не хотелось.

– Ставим манок прямо здесь, – сказал он после пары минут раздумий, указывая на растущее неподалеку разлапистое дерево с огромными мясистыми листьями. – Понаблюдаем ночку и, если ни одна из этих зверушек не появится, полезем в джунгли.

С полчаса провозились с установкой манка и камер наблюдения. К счастью, за это время ничего чрезвычайного не произошло, а вот при возвращении к вездеходу Тайк опять подверглась нападению, на этот раз какого-то слизня, которого они сперва приняли за обычную грязную лужу. Кир прошел рядом, а асторка наступила прямо в полуметровое пятно этой лжеводы, и то неожиданно обхватило ногу девушки, не давая ей двинуться с места, причем не помогло даже активирование экзоскелета. Пришлось дать пару импульсов, которые живо заставили слизня отцепиться и исчезнуть в земле, словно утекши в какую-то невидимую глазу дыру. Дальнейший путь до космолета прошел без приключений.

* * *

Загнав скрабер внутрь корабля, Кир оставил Тайк осматривать вездеход на предмет неожиданных гостей, выживших после обработки машины несколькими типами жестких излучений, а сам отправился в рубку, где его дожидались Ай с Риком.

– Ну как съездили? – поинтересовался сидящий за своим пультом бортинженер, едва он переступил порог мостика.

– В принципе нормально, – ответил Кир, морщась от неожиданной боли в запястье, которая, пробежав вверх по руке, переместилась на шею и резко ударила в виски. В голове возник знакомый гул, в котором едва угадывались какие-то малопонятные обрывки слов. Он мотнул головой, мысленно уговаривая ВИПС успокоиться, и, подойдя к своему креслу, с облегчением опустился в него, ободряюще улыбнувшись друзьям, от которых, судя по их беспокойным взглядам, не укрылась его неожиданная бледность и слегка неуверенная походка.

– Все нормально, просто опять мой помощник норов показывает, – пояснил он, стягивая перчатку и демонстрируя бликующую огоньками поверхность ВИПСа, – сейчас отпустит.

– Керк, может, в медотсек? – Ай нервно дернула в разные стороны ушами. – Давай я тебя провожу.

– Брось, – махнул рукой Кир, чувствуя, что боль стала несколько отпускать, – все равно Гера ничем мне не поможет, максимум успокоительное вкатит или спазмолитик какой – не хочу. Лучше уж у себя в каюте полежу немного, и отпустит. Надеюсь, у вас тут все в порядке?

– Все спокойно, – ответила Ай. – Рик закончил латать внутренние повреждения и теперь тестирует новые датчики.

Бортинженер поднял руку вверх и, махнув ею, вновь вернулся к своей работе.

– Космос вроде чист, преследователей не видно. Вот только я тут просматривала кадры нашей посадки и заметила кое-что интересное…

Девушка вопросительно посмотрела на Кира.

– Давай рассказывай, – сказал он, устало откидываясь на спинку кресла. – Я в норме.

Ай кивнула.

– Гера, дай отобранные кадры.

Центральный экран послушно высветил картинку каменистой равнины, выбранной Кириллом для посадки корабля.

– И что тут такого? – спросил Кир, глядя на экран и задумчиво почесывая переносицу.

– Ну, в таком ракурсе действительно мало что видно, – загадочно улыбнулась энгмарка. – Просто меня удивило, что вокруг сплошные джунгли и посередине их такая проплешина.

– Судя по камням вокруг, тут выход скальных пород и почва не особо плодородна.

– Я тоже так думала, – склонила голову Ай. – Однако если взглянуть на кадр, сделанный с более высокой отметки…

Изображение на экране сменилось. Теперь каменное пятно равнины было едва заметно среди фиолетово-синего «океана» леса.

– Присмотрись, Керк. – Девушка подошла ближе к экрану и провела указательным пальцем круг в воздухе, как бы пытаясь обвести этим жестом, определенную область на фотографии. – Видишь, вокруг равнины леса почти нет, да и дальше он очень редкий. Такое впечатление, что джунглям что-то не дает расти и они с трудом отвоевывают тут свое место. Гера, покажи эту зону.

На мониторе возникло почти ровное синее пятно.

– Ну как, интересно, правда? – Девушка повернулась к парню, а ее уши встали торчком.

Кирилл, не отрывая взгляда, смотрел на схему, а в памяти неожиданно вспыхнула отчетливая картинка из прошлого…

* * *

Серая туша танка высшей защиты, над которым раскинулся мерцающий желтым светом зонтик энергополя. Рядом с ним натянут тент, защищающий от жаркого солнца полукруглый стол, над ним мерцало несколько экранов «персоналов», на которые внимательно смотрели двое мужчин. Причем один из них в нарушение всех инструкций расстегнул комбинезон до пояса и, сняв его верхнюю часть, завязал ее рукавами вокруг талии.

– Растительность здесь не растет из-за какого-то излучения, – говорит ему стоящий рядом Малышев. – Точно понять пока не можем, но что-то из разряда тахионных возмущений. Впрочем, наша защита с ним прекрасно справляется, однако без скафандра рядом находиться не советую.

– Неужто эта штука что-то до сих пор излучает? – удивляется он, во все глаза рассматривая возвышающуюся посреди каменного поля огромную решетчатую арку.

– Она нет, – Андрей качает головой, – но там, – он указывает пальцем себе под ноги, – по данным сканирования, внутри плато разветвленная система тоннелей, и, похоже, это поле – результат какой-то утечки.

* * *

Кир нервно вцепился в подлокотники кресла.

– Гера, вычисли центр этого круга и дай увеличение насколько возможно.

В центре круга возникла зеленая точка, затем все отметки пропали, а деревья резко увеличились в размерах.

Он закрыл глаза и, откинув голову на подголовник, несколько минут сидел молча, чувствуя, как бешено колотится сердце, в котором вновь проснулась почти потерянная надежда.

Глава 8

Кирилл пристегнул перчатки и в задумчивости замер перед стойкой с оружием. Пробежав глазами по всему стоящему в ячейках разнообразию образцов, он остановил свой выбор на крепящемся к запястью агранском штурмовом импульснике. Подсоединив его систему наведения к переходнику скафандра, он согнул руку в локте и, зажав большим пальцем кнопку на изогнутой пластине, идущей вдоль указательного пальца, заставил плоскую коробку импульсника раскрыться, выдвинув из своего нутра черный ребристый ствол.

– И что ты собираешься делать?

Кир резко обернулся и, бросив взгляд на стоявшего в дверях ангара профессора Лайноса, заставил оружие деактивироваться.

– Ай послала? – буркнул он, подхватывая с полки шлем и кладя его на тянущийся вдоль стены металлический стол, рядом с ранцем жизнеобеспечения.

– Она просто волнуется, – ответил профессор, внимательно наблюдая, как Кирилл меняет кассеты биофильтров. – Тебе не кажется, что ты слишком торопишься?

– Тороплюсь? – Молодой человек усмехнулся. – Профессор, я столько лет искал эти врата, неужели вы думаете, что я буду спокойно сидеть на корабле?

– Я этого и не ожидал, – покачал головой Лайнос. – Но неужели ты думаешь, что сможешь их активировать?

Кир замер и, повернувшись, пристально посмотрел на старого торкленца, затем тяжело вздохнул и пожал плечами:

– Я просто должен попытаться, и не старайтесь меня остановить. – Он поднял ранец и вставил его в загрузочную нишу, после чего удалил заглушки с контактных выемок и бросил их на стол.

– Но ты бы мог взять кого-нибудь с собой, – не унимался профессор.

– Намар с Ай идут на охоту. Тайк на мостике. Вы с господином Суйктухом присмотрите за девочками, и давайте без возражений, Рик занимается двигателем, а то отражатель почти выгорел. – Кирилл нахмурился и, прислонившись спиной к ранцу, дождался, пока звонкий щелчок возвестит о соединении интерфейсов.

– Капитан, – профессор устало оперся на свою трость, – пообещайте мне, что не наделаете глупостей. Я, конечно, не верю, что вы сможете открыть эти врата, но если что… прошу, не кидайтесь туда не подумав.

– Естественно, – кивнул Кирилл и, подхватив шлем, с улыбкой посмотрел на старика. – Профессор, я ведь еще не сошел с ума и прекрасно понимаю, что эти врата могут вести куда угодно. Просто хочу на них посмотреть, пощупать. Отвезем зверушку Лайпиде, доставим девочку и уж тогда вернемся, чтобы попытаться с ними разобраться, думаю, у вас найдутся знакомые, которые смогут в этом помочь.

Профессор на секунду задумался, прикрыв глаза, затем кивнул:

– Да, думаю, знаю парочку таких безумцев.

– Вот и хорошо. – Кир надел шлем и, махнув рукой на прощание, направился к выходному шлюзу.

* * *

Прозрачная труба пневмолифта выдвинулась из корпуса космолета и, почти коснувшись своим концом поверхности, «выплюнула» Кирилла из своего нутра, после чего тут же ушла вверх. Он мягко приземлился на ноги, слегка присел и, выпрямившись, проводил ее взглядом, после чего решительно зашагал в сторону врат, изредка снимая с пояса серебристую пластину портатипа,[32] чтобы убедиться в правильности своего курса.

Судя по заложенным в него «Герой» данным, древний артефакт располагался почти в четырех километрах от корабля, и если в пути ничего не случится, то где-то через час он уже будет рядом. Естественно, Кир понимал, что его нынешняя вылазка, по сути, абсолютно бесполезна, а в какой-то степени даже безрассудна: планета была опасна. Конечно, отсутствие вокруг густой растительности несколько уменьшало риск его небольшого путешествия, однако, судя по их недавней вылазке с Тайк, местные хищники прекрасно могли маскироваться и на абсолютно ровном месте. По-хорошему следовало взять скрабер, но тот нужен был для охоты, а ждать Кир больше не мог. Его просто тянуло к этим таинственным вратам, которые давали пусть и призрачную, но все же надежду на возвращение домой, хотя, с другой стороны, он прекрасно понимал, насколько она хрупка, эта самая надежда. Даже если врата в нормальном состоянии, не факт, что их получится активировать, а если каким-то чудом и удастся это сделать, то неизвестно, куда они приведут. В любом случае для этого нужна хорошая команда ученых, способных разобраться, что к чему, а также достаточное количество денег и времени. И все равно удачу гарантировать нельзя, – слишком уж велика разница в уровнях технологий. Создатели врат на несколько столетий, а то и больше опередили в развитии все местные цивилизации. Это подтверждали и рассказы профессора. По его словам, подобные находки случались и раньше, вот только толку от этого было мало: светила здешней науки даже приблизительно не смогли понять принцип их действия. Высказывались кое-какие предположения, но все это было лишь на уровне теорий и догадок. К тому же чаще всего власти довольно быстро перекрывали доступ к обнаруженному артефакту, и дальнейшее его изучение проходило в режиме полной секретности, поэтому судить о реальных достижениях можно было только по скудным крупицам информации, изредка просачивающейся на страницы научных изданий. Так что решение отправиться к вратам было больше для успокоения собственной совести, чем надеждой на реальный результат. Кир усмехнулся своим мыслям и, остановившись, с подозрением уставился на лежащий впереди огромный валун, форма которого была слишком идеальна для обычного камня, да и в режиме тепловизора он светился куда сильнее окружавших его «собратьев». Активировав импульсник, Кирилл поймал камень в визор прицела, но передумал. Постоянно держа подозрительный валун в поле зрения, обошел его по большой дуге и решительно зашагал дальше.

* * *

Намар активировал маскировочную сеть, превратившую его с Ай для взора постороннего наблюдателя всего лишь в нагромождение камней среди густой травы, и замер неподвижно, внимательно вглядываясь в стену джунглей. Эрсны пока не появлялись, хотя, если судить по записям камер, эти твари практически всю ночь рыскали вокруг установленного манка, не находя добычи и явно обескураженные происходящим. К сожалению, когда они прибыли на место, животных уже не было.

– Надо было изготовить ловушку как на диких хогрундов и попытаться их туда заманить, – буркнул Намар.

– А ты знаешь, чем их приманивать? – поинтересовалась Ай, с легкой улыбкой косясь на лежащего рядом мужа.

– Джунгли большие. Кого-нибудь да поймали бы для приманки. Они же хищники, значит, жрут всех подряд.

– Не факт, – возразила бывшая хранительница.

– Все равно толку было бы больше, чем валяться тут без дела, – проворчал Намар.

Ай вздохнула, нервно дернув кончиками ушей. С самого момента ухода Керка Тавр пребывал не в самом лучшем расположении духа, явно волнуясь за друга.

– Не переживай, все с ним будет нормально.

– А я и не переживаю, просто мог бы немного потерпеть. Закончили бы со зверями и вместе отправились бы туда на скрабере.

– Его можно понять. Столько лет поисков – и хоть какой-то результат. Керк просто не мог больше ждать.

– Да понимаю я, – буркнул в ответ Намар и раздраженно добавил: – Шардзым, от этого фиолета вокруг даже глаза болят, что за противный цвет.

Они некоторое время молчали, думая каждый о своем и внимательно наблюдая за джунглями, – все было тихо. Пару раз среди листвы мелькали какие-то небольшие существа, быстро скачущие с ветки на ветку, да в десятке метров от них из земли выполз огромный слизень, заставивший Ай противно скривиться от отвращения. Тварь была похожа на гигантскую полупрозрачную амебу желтоватого цвета, внутри которой отчетливо были видны полурастворившиеся останки каких-то существ. Слизень приподнял часть своего тела над землей, словно осматриваясь, при этом идущие по краю его тела мелкие щупальца быстро зашевелились. Постояв таким образом пару минут, он медленно опустился на землю. В его теле возникло несколько дыр, из которых принялась вытекать тягучая жидкость, перемешанная с костями и кусками полупереваренного мяса. Закончив исторгать из себя эту смесь, тварь затянула отверстия в своем теле и стала медленно погружаться в землю, словно утекая в невидимую дыру.

– Можно сказать, испражнился прямо на нас, – хмыкнул Намар, едва слизень полностью исчез под землей. – Знаешь, жена, я рад, что на нас скафандры. Не хотелось бы ощутить ароматы этой кучи.

– Да, зрелище не самое приятное, – согласилась Ай, с брезгливостью смотря на оставленные слизнем экскременты, рядом с которыми уже собирались какие-то странные создания, похожие на небольших желтых ящерок, вставших на задние лапы. Они в буквальном смысле слова ныряли в испражнения, вытаскивая оттуда непереваренные куски мяса, устраивая за них грызню друг с другом.

– Ай, смотри, кажется, наконец-то наши друзья пожаловали. – Голос Намара отвлек женщину от наблюдения за «маленькими ассенизаторами».

– Где?

– Правее манка, прямо за вон теми кустами. – Намар осторожно указал пальцем, стараясь не колебать маскировочную сеть.

Ай перевела взгляд в указанном направлении. Среди узких длинных фиолетовых листьев то ли кустарника, то ли высокой травы были отчетливо видны темные фигуры эрснов, стоящих на задних лапах и задравших тупорылые морды к небу.

– Достанешь? – поинтересовался Намар, имея в виду способность жены к оглушению при помощи пси-импульса.

– Нет, слишком далеко, да и не уверена, что подействует. Одно дело – глушить разумников, и совсем другое – хищную тварь.

– Ну, тогда по старинке. – Намар приподнял лежащий перед ним парализатор и, переведя ползунок мощности на максимальный заряд, поймал одного из эрснов в кружок прицела.

Глухой шлепок выстрела. Край сетки немного приподнялся от горячего воздуха, вырвавшегося тонкими струйками из дырок в кожухе ствола. Вопреки ожиданиям зверь, в которого целился Тавр, не упал, а закрутился на месте, издавая громкие хрюкающие звуки.

– Шардзым. – Намар скинул сеть и, приподнявшись на одно колено, вновь выстрелил.

Эрсн упал ничком, но тут же вскочил и затряс своей рогатой головой, а второй неожиданно гортанно взревел и, вместо того чтобы сбежать, кинулся к озадаченным охотникам.

– Эрнал уртор ел алловал талка![33] – нервно бросил Тавр на энгмарском, переводя прицел на приближающегося хищника и вновь спуская курок.

Передние лапы зверя (больше похожие на длинные руки, на которые он опирался при движении) подогнулись, и он покатился по земле, однако не успел Намар опустить парализатор и вздохнуть с облегчением, как эрсн уже поднялся на ноги. Утробно рыча, пошатываясь и спотыкаясь на каждом шагу, он вновь направился в сторону энгмарцев. Тем временем его собрат, по всей видимости, полностью оправившись от действия парализатора, устремился ему на помощь.

– Ай, отходим к скраберу, этими пукалками мы их не возьмем, – скомандовал Намар, закидывая парализатор на плечо и срывая с бедра пистолет. Они медленно попятились назад, держа зверей в поле зрения, а те разошлись в разные стороны и принялись обходить их по дуге.

– Они нужны нам живыми, – на всякий случай напомнила мужу Ай.

– Знаю, – процедил сквозь зубы тот, быстро оглядываясь и понимая, что до скрабера они не успеют. Пистолет издал короткий глухой звук, напоминающий вой, а с его ствола сорвался едва заметный оранжевый сполох. Лапа эрсна, находившегося уже в каком-то десятке метров справа от Намара, подломилась, и он упал на землю. В это же время второй зверь прыгнул, и Ай вскинула руки навстречу летящему в их сторону хищнику. Тот словно натолкнулся на невидимую стену и, на какой-то миг зависнув в воздухе, крутанулся вокруг своей оси. Раздался сопровождаемый коротким взвизгом противный хруст, после чего тело эрсна мешком рухнуло вниз и забилось в конвульсиях.

– Дорогая, по-моему, ты переборщила, – усмехнулся Намар, внимательно наблюдая за подстреленным зверем, который уже стоял на трех лапах, поджав под себя поврежденную, и угрожающе рычал.

– Да вроде несильно ударила. – Ай виновато повела ушами под шлемом. – Впрочем, нам и одного хватит.

– Ты права, дорогая, придержи этого «красавца», только на этот раз осторожно.

Ай кивнула и послушно вытянула вперед правую руку, пытаясь сформировать вокруг хищника невидимое поле, тормозящее его движение. Это удалось не сразу, но все же через пару минут движения эрсна замедлились и стали какими-то дергаными.

Намар удовлетворенно кивнул, вложил пистолет в магнитный захват на бедре и вновь скинул с плеча парализатор. И тем не менее ему понадобилось опустошить почти всю обойму, прежде чем оставшийся в живых хищник замер неподвижно.

К удивлению Намара, попытка поднять парализованного эрсна окончилась неудачно: зверюга оказалась настолько тяжелой, что им с Ай не удалось даже оторвать ее от земли. Пришлось подгонять скрабер и при помощи лебедки буквально затягивать того в клетку, предварительно пропустив трос через ее прутья.

Закрепив клетку в грузовом отсеке и еще раз убедившись, что эрсн жив, Тавр поднялся в кабину планетохода, где его уже дожидалась Ай. Сняв шлем, он повел ушами в разные стороны, разминая их, и устало плюхнулся в кресло.

– Впервые вижу живое существо, которому понадобилось два десятка выстрелов из парализатора, – сказал он, поворачиваясь к жене, – странное создание.

Ай согласно кивнула.

– Я тоже с трудом могла на него воздействовать, интересно было бы его изучить.

– Так попроси капитана, может, он договорится с Лайпидой, – улыбнулся Тавр, заводя двигатель планетохода.

– А вот и попрошу…

– Ты серьезно? – Намар скосил глаза на жену.

– Более чем, – женщина откинулась в кресле, задумчиво перебирая меж пальцами хвост своих длинных белоснежных волос. – Устала я, Намар, устала от такой жизни. Устала от этих вечных мотаний от планеты к планете, от этой неопределенности – ищем непонятно что. Дочка вон дикаркой растет, ей общение нужно со сверстниками, да и учиться…

– Ай, перестань, – бросил Намар, нахмурившись. – Думаешь, останься ты на Энгмаре, лучше было бы? Или ты уже забыла, какая судьба тебя ждала?

– Не забыла, – зло огрызнулась женщина. – «До конца своей жизни, до последнего вздоха и удара сердца верой и правдой служить своему карду. Использовать все свои знания и умения во благо и для защиты своего господина, ибо моя душа и тело принадлежат только ему» – так повелел великий Алуман, – процитировала она строчки из клятвы ордена Хранительниц и, гневно сверкнув глазами в сторону мужа, поинтересовалась: – И что это меняет?

– Жена, я тебя не понимаю. – Намар резко развернул скрабер и послал ручку газа вперед на пару делений, увеличивая скорость.

– А что тут понимать. Хочу пожить нормальной жизнью, без ожидания постоянных неприятностей, не скрываясь, не боясь, что тебя в один прекрасный момент превратят в облачко плазмы вместе с кораблем или пристрелят откуда-нибудь из-за угла. И знаешь, дорогой, боюсь я не столько за себя, – это из меня вытравили еще в храме. А вот наша дочка…

– Ай, ты действительно думаешь, что нам удастся найти место, где мы сможем жить спокойно?

– Федерация большая.

Намар усмехнулся и покачал головой:

– Федерация-то большая, только вот таких, как мы, в ней нет. Мы всегда будем выделяться среди жителей, куда бы ни отправились, и не факт, что нам везде будут рады. Ты же знаешь, как на некоторых планетах относятся к инорам.

– Но попытаться-то можно.

Тавр несколько минут молчал, нервно подергивая кончиками ушей, затем словно нехотя кивнул.

На приборной панели замерцала зеленая линия, а через секунду пискнул зуммер входящего вызова, заставивший мужчину быстро провести по ней пальцем.

– Борт вызывает скрабер, – раздался в кабине голос асторки.

– Слушаем тебя, Тайк, – ответила вместо Намара Ай, снимая висевшую рядом гарнитуру и пристраивая ее на голове. – Что-то случилось?

– Пять минут назад «Гера» засекла остаточный след от входа в атмосферу неизвестного корабля.

Ай с Намаром обеспокоенно переглянулись.

– Понял тебя, Тайк, идем за капитаном, дай направление.

Небольшой экранчик на пульте моргнул, и на нем высветилась синяя лента предлагаемого маршрута.

– Теперь ты понимаешь, чего я боюсь? – тихим голосом спросила Ай. – Таких вот моментов. Этой вечной неизвестности. А вдруг это за нами? А вдруг они атакуют, а мы ничего не успеем предпринять? А вдруг, а если, а возможно… А там… – Бывшая хранительница пристально посмотрела на хмурого мужа. – Там наша дочь, единственная дочь, неужели тебе не страшно за нее?

Намар ничего не ответил, а лишь скрипнул зубами и передвинул рычаг скорости вперед.

* * *

Эти врата отличались от виденных им ранее. Больше всего они были похожи на небольшую цельнометаллическую арку примерно трехметровой высоты, всю поверхность которой покрывал причудливый геометрический узор. Но что самое главное, напротив врат на небольшом постаменте возвышалось нечто напоминавшее раскрывшийся каменный цветок с тремя лепестками, внутри которого что-то поблескивало на солнце, отбрасывая разноцветные лучики. Кирилл остановился, пристально оглядываясь и не спеша бросаться к этому странному «цветку». Торопиться в этом деле не стоило, а вот проявить осторожность следовало. Строители портала вполне могли оборудовать его какой-нибудь системой безопасности. К тому же настораживал замерший неподалеку гусеничный вездеход, в борту которого зияла огромная дыра. Колонистам явно было известно о существовании врат, только вот ни в одних записях об этом факте не упоминалось. Хотя вполне возможно, что их обнаружили уже после начала войны, когда связь с колонией была прервана. Кир на мгновение замер, обдумывая пришедшее в голову предположение. Врата ведь вполне могли служить ответом на загадку таинственного исчезновения ее обитателей. Вероятно, колонисты каким-то образом смогли активировать древний артефакт и покинули планету, проживание на которой стало проблематично после потери связи с метрополией. В таком случае существует возможность это повторить, вот только еще бы знать, куда они ведут, а то вполне возможно оказаться еще дальше от дома. Но, как говорится в древней поговорке, «кто не рискует, тот не пьет шампанского». Кир вздохнул и, смотря под ноги, осторожно двинулся в сторону вездехода. Сработало вдалбливаемое в академии правило – первоначально необходимо произвести осмотр всех второстепенных объектов.

Не дойдя нескольких метров до машины, он поднял с земли камень и, подкинув его в руке, резко запустил в зев пробоины, внимательно прислушиваясь и готовясь в случае чего отскочить в сторону. Все было тихо. На всякий случай выждав еще пару минут, Кирилл подошел ближе. Включив нашлемный фонарь, он заглянул внутрь. Луч света высветил свисающие со стен прогнившие лоскуты внутренней обшивки, сквозь дыры в которой проглядывал проржавевший металл, местами покрытый какой-то ярко-голубой слизью, – снаружи вездеход выглядел куда лучше. Лезть внутрь как-то не особо хотелось. Кир оглядел оплавленные края дыры и, обернувшись, прикинул траекторию выстрела. Получалось, что били не со стороны врат, а откуда-то левее. Вездеход стоял таким образом, что загораживал врата своим корпусом. Создавалось такое впечатление, что он прикрывал чей-то отход к ним. Вспрыгнув на крыло, Кирилл добрался до возвышающегося на прямоугольном корпусе каплевидного бугра кабины и заглянул в ее помутневшее стекло, тут же отшатнувшись. Изнутри на него скалился череп, зияя провалами глазниц, в которых шевелилось что-то белесое. Парень тихонько чертыхнулся. Судя по торчащему меж ребер корявому куску металла, водитель был убит осколком корпуса. Вот только почему его никто не похоронил? Сплошные вопросы.

Кир спрыгнул вниз, машинально отряхнув руки от прилипших к перчаткам кусочков ржавчины, – машина была пуста. Взрыв довольно сильно повредил кабину, а годы, ржа и голубая гадость доделали остальное, уничтожив всю уцелевшую электронику.

– Что ж, теперь займемся «цветочком», – пробормотал Кирилл, на этот раз подбирая с земли пару камней покрупнее.

Кинув их один за одним в сторону врат, таким образом чтобы они легли на одной линии, он удовлетворенно хмыкнул и вновь нагнулся за следующей «порцией». Минут пять он активно метал камни, буквально выстлав ими себе дорожку, после чего двинулся вперед, остановившись рядом с самым дальним из брошенных, который он специально выбрал более темного цвета, чем остальные. Скорее всего опасности не было. Ведь если тут и существовала какая-то система безопасности, то исследующие артефакт колонисты наверняка ее отключили. К тому же, насколько он помнил, изучавший врата на 3274 Андрей ни о чем подобном не говорил. Однако опыт работы в «Искателе» научил Кирилла не доверять внешне безопасным вещам. Поэтому он упорно продолжал «строить» себе дорожку из камней, шаг за шагом приближаясь к цели. На весь путь от вездехода ушло почти полчаса.

Наконец он оказался рядом с «каменным цветком», который, судя по всему, являлся чем-то вроде пульта управления. Постамент и лепестки сделаны из материала, похожего на обычный песчаник, а вот середина «цветка» напоминает пчелиные соты. Несколько удручало отсутствие каких-либо кнопок или переключателя, лишь на одном из лепестков поблескивало несколько небольших разноцветных камушков, под которыми были выбиты знакомые буквы дайтанского алфавита.

– Период, синхронность, танта и какая-то закорючка, танта и, блин, другая закорючка, мардрай. Ну и что это значит? – Кир хотел в задумчивости почесать макушку, но рука натолкнулась на преграду. Усмехнувшись, он постучал кулаком по шлему и, активировав встроенную в плечевой щиток видеокамеру, вызвал корабль.

– Гера, что думаешь по этому поводу?

– Не зна… – Голос компьютера дрогнул, но через секунду продолжил, правда, на этот раз в нем явственно звучали механические нотки: – Прошу подождать, полученная видеоинформация обрабатывается, нуж…

Внутри шлема воцарилась тишина, нарушаемая лишь шуршанием помех в наушниках. Кир непонимающе скосил глаза на датчик – судя по ярко-синей полосе, связь с космолетом была стабильной.

– Гера, ответь, Гера!

Молчание.

– Канал два, – на небольшом прямоугольном экране внутри шлема высветился синий треугольник, одна из вершин которого погасла, зато другая налилась огнем. – Тайк, у вас там все в порядке?

– Да, капитан, все в норме.

– Хорошо.

– Ай с Намаром еще не вернулись?

– Нет, связаться с ними?

– Не стоит. Отбой. Канал один. – Треугольник послушно мигнул синим. – Гера, ответь.

– Слушаю вас, капитан.

Кирилл облегченно вздохнул.

– Что случилось, Гера, почему ты отключилась?

– Я не отключалась, капитан, – в голосе компьютера проскользнули нотки неуверенности, – просто кое-что проверяла. Повернись, пожалуйста, направо.

Кир послушно выполнил просьбу, развернувшись в указанном направлении, с удивлением увидев там торчащую из земли ранее не замеченную пирамидку.

– Капитан, я определила, что это за система.

– Определила? – переспросил Кирилл растерянно.

– Да, капитан. Перед вами малый транспортный пробойник семнадцатой модели. Такие устанавливались лишь даль-экспедициями СПОКа.

– Стоп. – Кир мотнул головой. – Гера, откуда такая информация? Вроде в твоей базе данных ничего подобного нет?

– Есть.

– Ладно, – не стал спорить Кирилл. В системе «Геры» действительно имелось множество неидентифицированных файлов, которые они так и не смогли открыть. Вполне вероятно, что сработал один из них, – это давало надежду.

– Гер, а ты, случайно, не знаешь, как активировать эти врата?

– Левая панель, крайняя сенсор-полоса, вниз-вправо, вверх-влево.

Кирилл недоуменно уставился на правый лепесток, затем смахнул с него мелкую пыль, обнаружив под ней вырезанные в поверхности углубления. Если не знать, что это такое, то вполне можно было бы подумать, что на камне неведомые шутники вырезали изображение какого-то лабиринта. Кир протянул руку, почувствовав, как сердце запрыгало в груди. Если эти врата действуют… Он провел пальцем по линии – ничего. Еще раз и еще. На миг ему показалось, что внутри полыхнул зеленый огонек, который сразу же погас. Коротко выругавшись, он сорвал с головы шлем и застыл, захлебнувшись от обрушившихся на него ароматов. Запах был такой, словно неподалеку сдохло что-то большое, причем это «нечто» пролежало тут достаточно давно, но еще окончательно не сгнило. Он оперся рукой о пульт, чувствуя легкое головокружение.

– Черт. – Кир пару раз глубоко вздохнул и, почувствовав, как голова несколько прояснилась, склонился над панелью. Сенсорные полосы были забиты пылью, так что пришлось в буквальном смысле выдувать ее. Закончив с очисткой, он вновь провел пальцем по нужному желобку, и, к его облегчению, тот послушно засветился зеленым светом.

– Вни…ние, на…то тестирование систем, – раздался из центра «цветка» шипящий голос. – Контур один – работо…ость тридцать проц…ов. Контур два – работоспособность дес…ать процентов. Контур три – исправен. Система готова к пробою, жду ввода координат. Внимание, в связи с неисправностями пробой может быть нестабилен, рекомендуется произвести калибровку.

Кир судорожно сглотнул и поднял глаза на врата. По периметру арки сверкали голубые разряды неведомой энергии, а внутри дрожало странное марево.

– Гер, что делать дальше?

– Это пробойник ближнего радиуса действия с фиксированными выходами. К тому же он больше рассчитан на прием, чем на пересылку. Посмотри на левой панели, там должны быть датчики соединений.

– Тут только какие-то камушки.

– Они и есть. Проверь активность, прове…

– Внимание, зафиксирована нестабильная линия пробоя по параллельному вектору два угва урва кай три. Опасность завихрения. Произвести соединение, отклонить?

Кирилл недоуменно уставился на панель напротив, поверхность которой неожиданно потемнела, а внутри нее проступила какая-то малопонятная схема из пересекающихся линий. Судя по всему, компьютер пробойника требовал срочно принять какое-либо решение. Словно подсказывая, под изображением замерцали две пиктограммы. Кир пожал плечами и наугад ткнул пальцем в первую попавшуюся.

– Устанавливается соединение.

Марево внутри врат стало сгущаться, превращаясь в ярко пылающий синим светом шар, который стал быстро разрастаться, заполняя все внутренне пространство арки. Гулкий удар, и внутри ворот возникло окно, за которым была сплошная темнота. Кир несколько минут пытался разглядеть, что находится по ту сторону портала, затем вновь склонился над пультом. Неожиданно ему показалось, что его кто-то внимательно рассматривает, причем взгляд этот был устремлен со стороны врат. Кирилл медленно поднял голову. Тьма больше не была сплошной. По другую сторону портала стояла человеческая фигура в скафандре, с плеч которого били яркие лучи света.

– Кирилл!

Глава 9

Огненный шар ударил в борт вездехода, заставив его обшивку потечь серебристыми каплями расплавленного металла. Неизвестное существо, похожее в своем скафандре на какого-то огромного причудливого жука, остановилось, медленно поворачивая из стороны в сторону свою небольшую голову в цилиндрическом шлеме. Кирилл выглянул из-за гусеницы вездехода и, вскинув руку, выстрелил. Существо покачнулось на своих четырех ногах, попятилось, и тут же развернулось в сторону землянина, вскидывая похожее на громоздкую металлическую трубу оружие. Кир быстро перекатился в сторону, уходя с линии огня. Удар неведомой энергии разорвал гусеницу и расплавил один из катков, заставив старую машину накрениться с пронзительным металлическим хрустом.

– Черт.

Кирилл передвинул ползунок разряда на максимум и вновь выстрелил. На этот раз синяя вспышка от попадания отчетливо была видна на матовом панцире скафандра чужака, буквально бросив того на землю. Однако не прошло и минуты, как тот вновь поднимался на ноги. Ответный выстрел инора пробил дыру в корпусе вездехода, заставив избранную машину протяжно «застонать» корежащимся от высоких температур металлом, а Кирилла плотно вжаться в каменистую землю. Еще раз чертыхнувшись, он вскочил на ноги и перебежал к корме вездехода, вновь осторожно выглянув из-за него. Незнакомец все еще оставался на месте, словно охраняя находящиеся позади него ворота. Кир с тоской посмотрел на валявшийся около пульта шлем, о котором совершенно позабыл при неожиданном появлении чужака. Тот в буквальном смысле слова свалился с небес, судя по всему, применив нечто подобное антигравитационному парашюту, и сразу же открыл огонь на поражение. Кириллу повезло, что, не ожидая от неожиданного гостя ничего хорошего, он спешно ретировался к старому торкленскому вездеходу. Это спасло ему жизнь, но одновременно стало западней. Кругом была открытая местность, и стоило уйти из-под прикрытия машины, как он сразу оказывался хорошей мишенью. Конечно, существовала возможность, что чужак не станет преследовать, но надеяться на подобный исход дела было глупо. К тому же неизвестный не мог взяться ниоткуда, скорее всего он десантировался с корабля, а значит, тот тоже где-то здесь. Кир задрал голову, окинув взглядом бездонную сиреневость местного неба, и грустно усмехнулся. Космолет наверняка накрыт каким-то стелс-полем, и без специальных приборов увидеть его будет невозможно. Он еще раз выглянул из-за вездехода, чтобы убедиться, что чужак не двигается с места, и, прислонившись плечом к его борту, задумался. История с каждой секундой становилась все интереснее. В Федерации не были известны технологии антигравитации, да и о четырехногих разумниках он ничего не слышал. Так кто же это такой? Чего выжидает? И черт побери, как связаться с Герой? Рация была вмонтирована в шлем и теперь была недоступна. Кир пару раз стукнул затылком о теплую броню вездехода, чувствуя, как отлетевшие кусочки ржавчины медленно заскользили по шее и упали за воротник комбинезона, неприятно покалывая. Поведя плечами, чтобы куски провалились глубже, он почувствовал, как на миг в ключицу уперлось что-то металлическое. Эйпер! Мысленно обозвав себя старым маразматиком, Кир сунул руку за воротник скафандра и нашарил пальцами закрепленный на воротнике комбинезона треугольник передатчика.

– Гера, ты меня слышишь, Гера?

Потрескивание разрывов и тишина. Кир поочередно повернул углы, переключая каналы, но везде были только пустые шумы. Либо невидимый корабль ставил помехи, либо… Скрипнув зубами, Кирилл бросил беглый взгляд на покрасневший датчик заряда импульсника и, отщелкнув цилиндрик обоймы, вставил новый. Следовало надеяться на лучшее, да и самому надо было действовать. Чужак явно был защищен каким-то полем, поглощавшим разряды импульсника, а значит, оставалось одно… Кир снял с пояса брусок мономеча и резким движением развернул блеснувшее на солнце лезвие. Глубоко вздохнув, он выпрыгнул из-за вездехода и, выстрелив, тут же ушел в боковой перекат, пропуская над собой ответный выстрел, тут же вскакивая на ноги. Оружие чужака тратило почти десять секунд на перезарядку, и этого времени должно было хватить. Кирилл рванул вперед, мысленно отсчитывая мгновения до выстрела. Пришелец развернулся в его сторону и замер, а затем, словно что-то почувствовав, попятился назад. Его четырехпалая рука принялась судорожно сжимать прикрепленный снизу «трубы» небольшой шарик. Кир проскочил буквально в паре десятков сантиметров от матовой туши своего противника, а лезвие мономеча ярко сверкнуло, тут же окрасившись темно-зеленым цветом чужой крови. Чужак застыл, покачиваясь, затем все его четыре ноги подогнулись, и он, выронив свое оружие, завалился набок, заскребя руками по камням. Кирилл глубоко вздохнул, чувствуя, как по шее и спине струятся противные ручейки липкого пота, а сердце бухает в груди, изгоняя лишний адреналин. Идея была откровенно идиотской, но как-то сработала. Свернул меч, и, повесив его на пояс, он подхватил оружие четырехногого, попутно подивившись его легкости. Повертев серебристую «трубу» в руках, Кир прицелился в разбитый вездеход и сдавил болтающийся на коротком тросике шарик. Ничего не произошло. Хмыкнув, он вновь принялся разглядывать незнакомое оружие, пытаясь понять значение горевших на его поверхности знаков, однако знакомый гул двигателя заставил его прервать это занятие и, повернувшись, помахать рукой приближающемуся скраберу.

* * *

Тайк нервно провела кисточкой своего хвоста по щеке и, закусив ее острыми зубками, пробежалась пальцами по клавишам – тщетно. Капитан не отвечал, а в эфире царил лишь шум помех. Девушка откинулась в кресле и бросила злой взгляд на экран, куда было выведено изображение чужого космолета, висящего в пяти харах[34] над тем местом, где сейчас должен был находиться Кирилл. При этом ее рожки принялись быстро менять свой цвет, в конце концов, став ярко-зелеными.

– Гера, ты определила, чей это корабль? – наконец спросила она, рассматривая неизвестный ей космолет, похожий своим видом на огромное яйцо с наискось срезанной верхушкой.

– Унтарский рейт. Класс: легкий разведчик. Особой угрозы не представляет.

Тайк растерянно прикусила кисточку. Эта информация почти ничего ей не давала, а значит, была абсолютно бесполезна. Кто такие унтары, она не знала, да и подобное название расы слышала впервые. Впрочем, сейчас для нее это было неважно. Больше всего ее беспокоила судьба главы их трайта. Тот уже несколько раз разделил с ней пищу, причем именно в часы ухаживаний, а в ее мире это значило очень много. Таким образом их мужчины обычно давали понять понравившимся женщинам, что не против связать себя предварительными отношениями. И хотя Тайк прекрасно понимала, что капитан является представителем другой расы, чьи традиции были отличны от принятых на ее родной планете, эти мечты грели оба ее сердца. Все это началось с полгода назад, когда она вошла в период взрослости. Тогда впервые ее тело очень странно отреагировало на присутствие капитана. Встретив его в коридоре корабля, она неожиданно почувствовала, как ее хвост словно зажил своей собственной жизнью. Одним гибким движением он обвился вокруг талии и, подняв свой кончик, принялся постукивать кисточкой между грудями. Тогда она буквально вцепилась когтями своих ног в пенистую обивку пола, дабы не натворить глупостей. Хорошо еще, что Керк спешил на мостик и, проходя мимо, не остановился как обычно, а только приветственно кивнул. В тот день ей пришлось принять сразу несколько таблеток блокираторов и попросить Ай сменить во время вахты: несмотря на выпитое лекарство, тело просто сошло с ума. Эта реакция привела Тайк в ужас, хотя и была вполне ожидаема. Вот только должно это было произойти на родной планете в тот день, когда она решит выбрать своего малада. Именно там, под размеренное пение своих сестер, идя в церемониальных одеждах перед строем юношей из соседних трайтов, она должна была ощутить подобное. Это была особенность всех женщин ее мира: тело само делало свой выбор, давая таким образом понять, кто ее истинный избранник. Именно этот факт приводил ее в ужас – она не хотела этого. Первое время ей даже было стыдно своих чувств, и она, анализируя их, никак не могла понять, что тянет ее к этому инору. По меркам ее народа, капитан Керк был довольно уродливым созданием с бледной кожей, небольшими глазками и тщедушным для мужчины телосложением. Но тем не менее при каждой встрече с ним ее хвост начинал нервно подрагивать, точно живя своей жизнью, а рожки наливаться ярким фиолетом. Приходилось изнурять себя работой и по нескольку раз в день принимать блокираторы. И вот недавно она все-таки приняла свои чувства, смирившись с выбором тела, и оно сразу же успокоилось, терпеливо ожидая момента соития. Нет, она всегда трезво смотрела на жизнь и прекрасно понимала, что, скорее всего, этого никогда не произойдет, но надежда все равно теплилась в душе. К тому же Гера утверждала, что они биологически совместимы с Керком, а значит, такая связь была вполне возможна. Да и в самой Федерации межрасовые браки не были какой-то редкостью, хоть и осуждались властями.

Девушка на миг замерла, ее пальцы зависли над клавиатурой, а глаза заволокла белесая поволока.

Надежда… Тайк нервно дернула хвостом. В последнее время от Керка частенько «пахло» одиночеством, и она по мере возможности старалась его скрасить, каждый раз словно невзначай оказываясь рядом. В любом случае свой выбор она уже сделала, и тело его подтвердило, вновь полностью став подвластным ее воле без помощи опротивевших таблеток. И теперь, хочет того капитан или нет, но, пока это возможно, она всегда будет с ним, а если он уйдет, то ее уделом станет пристанище отверженных. Но пока он рядом, она должна приложить все силы, чтобы уберечь своего избранника.

Тайк выплюнула кисточку, а в ее глазах мелькнул огонек принятого решения.

– Гера, активировать излучатели. Цель чужак.

– Могу задействовать только два орудия из пяти. Рик занят калибровкой поля, возможна перегрузка реактора.

– Хорошо, думаю, этого хватит. Захватывай цель.

– Принято.

– Тайк, ты уверена, что это хорошее решение? – раздалось из-за спины.

Девушка оглянулась. В дверях рубки, опираясь на трость, стоял профессор Лайнос.

Хвост асторки взметнулся вверх, замерев рядом со щекой, при этом его кисточка принялась мотаться из стороны в сторону в немом вопросе.

Профессор вздохнул и, проковыляв к капитанскому креслу, с нескрываемым вздохом облегчения опустился в него.

– Сбив этот космолет, – он ткнул тростью в сторону экрана, – вы поставите жизнь капитана под угрозу.

– Почему? – Кончики рожек Тайк позеленели.

Уфин покачал головой.

– Девочка моя, чужак висит на одном месте. Подбей мы его – и как думаешь, куда он упадет? Или ты думаешь, что его останки будут «плавать» в атмосфере, как в космосе. Гера, просчитай примерную зону поражения.

Центральный экран послушно моргнул, высвечивая оранжевый круг предполагаемого энергетического воздействия на поверхность при падении чужого звездолета, поверх которого наложился синий круг возможного разлета осколков.

Девушка почувствовала, как оба сердца дали сбой. Сбей она чужака – и Кирилл мог оказаться почти в эпицентре.

– Тайк, иногда надо думать головой, а не тем, что здесь, – сказал тихим голосом профессор, стукнув кулаком себе в грудь. – Или ты думаешь, что никто из нас не видит, как ты хвостиком бегаешь за капитаном? Неужели таков выбор твоего тела?

Асторка развернула свое кресло и уставилась на Лайноса немигающим взглядом своих бездонно-черных глаз, заставив того понимающе усмехнуться.

– Не удивляйся, девочка моя, для меня особенность вашей расы не секрет, я все же ученый. К тому же в молодости знавал я несколько асторцев, и довольно близко.

Его взгляд на миг стал задумчивым, а на губах заиграла легкая улыбка: видимо, воспоминания, связанные с этим знакомством, были довольно приятными.

– Впрочем, речь сейчас не об этом, – сказал он через пару минут молчания. – Просто мне тебя жалко, Тайк. И дело тут даже не в том, что вы принадлежите к разным расам: в конце концов, подобные союзы в наше время давно уже не редкость. Однако Кирилл ведь чужак, причем в прямом смысле этого слова. Тайк, пойми, он дитя другого мира, другой культуры и других ценностей… К тому же его там ждут. Не думаю, что он примет тебя.

От старого ученого просто хлынуло сочувствием и желанием помочь, но это только вызвало у девушки раздражение.

– Мое тело уже выбрало, – в голосе Тайк послышались едва заметные нотки упорства, а кончик ее хвоста принялся нервно постукивать по плечу.

– Я это понимаю, – кивнул старый торкленец. – Но ведь ты можешь ненадолго вернуться к себе на родину и там пройти специальный обряд очищения. Насколько мне известно, это позволит тебе осуществить новый выбор.

Волна застарелой грусти и вины накатила на асторку, заставив ее непроизвольно прикрыться ментальным барьером и недоуменно посмотреть на своего собеседника.

– Знаешь, моя знакомая когда-то именно так и поступила. – Бывший ученый тяжело вздохнул и с кряхтением поднялся. – Пойду к себе, надо еще с документами поработать, а то после последнего контракта такой бардак. А о капитане не беспокойся, он и не из таких ситуаций выпутывался, просто готовь корабль к экстренному старту, и еще раз прошу, поразмысли над моими словами.

Дверь с легким шелестом затворилась, оставив Тайк в уже привычном для нее одиночестве. Позади ее кресла возникла Гера. Электронная девушка некоторое время стояла молча, с грустью смотря на склонившуюся над пультом асторку, затем вздрогнула, бросила взгляд куда-то вверх и исчезла.

* * *

Ай обошла вокруг поверженного чужака, стараясь не наступать на пропитанную зеленой кровью каменистую землю. Лезвие мономеча тонкой линией перечеркнуло нагрудную часть его скафандра, и это было прекрасно видно благодаря все еще выделяющейся вдоль линии разреза крови. Женщина присела на корточки рядом с головой незнакомого инора и попыталась рассмотреть, что находится за блестящей лицевой поверхностью его шлема, затем принялась шарить руками по широкой горловине в поисках защелок.

– Жена, бросай это дело, – сказал стоявший рядом Намар, нервно сжимая импульсник и вертя головой в разные стороны, – все равно он уже сдох.

– Мне просто интересно, что это за существо, – спокойным голосом ответила Ай, продолжая попытки снять шлем.

– А мне интересно, что же Керк так долго там возится. – Он бросил недовольный взгляд в сторону землянина, склонившегося над пультом управления вратами. – Мы же тут как на ладони. Если друзья этого четырехногого пожалуют, будет совсем плохо. А Гера, как назло, не отвечает.

– Намар, смотри, как интересно, – заметила Ай, не обращая внимания на ворчание мужа. – Кирилл сказал, что его выстрелы не вредили чужаку, однако это не совсем так.

Она указала пальцем на углубления в панцире скафандра, словно заполненные какой-то блестящей пеной.

– Похоже, это следы от попадания, а эта пузырчатая дрянь – какой-то герметизирующий состав.

Намар покосился на распростертое тело.

– Так наш капитан все же подстрелил его?

– Не думаю, что скафандр пробит насквозь, но тем не менее это означает, что они уязвимы для обычного оружия. Шардзым, да как же он отстегивается! – Последнее относилось к шлему инора, который Ай никак не могла снять.

– А ты попроси капитана ему голову отрезать, – усмехнулся Тавр, искоса наблюдая за попытками жены. Он как раз сюда идет.

Ай оглянулась и, увидев, что Кирилл почти бегом направляется в их сторону, вскочила на ноги.

– Все, народ, уходим, хватит рисковать, – бросил тот, приблизившись. – Что надо я узнал, теперь тут без полноценной экспедиции делать нечего.

– А этого тут бросим? – Девушка кивком головы указала на поверженного Кириллом чужака.

– С собой точно не потащим, – ответил Кир, вытряхивая пыль из своего шлема, – пусть его свои забирают. Знать бы еще, почему они не атаковали, чего выжидают, наверняка ведь наблюдают за происходящим.

Он с беспокойством оглядел чистый небосвод, словно надеясь увидеть чужой корабль, и, надев шлем, одним движением руки загерметизировал его.

– Всё. Все в скабер. Намар, пушку чужака захвати только, попробуем с ней разобраться. Ай, попытайся связаться с «Герой»: пусть готовятся к старту, нужно убираться отсюда.

Тавр кивнул и, подхватив лежащее на земле оружие, посмотрел на жену, которая с явной неохотой направилась вслед за ним к планетоходу.

* * *

Поверхность стремительно удалялась, скрываясь за сиреневой дымкой кучевых облаков. Гравиокомпенсаторы, как всегда, включились с опозданием, заставив пассажиров пережить пару минут неприятных ощущений от стремительного взлета. Наконец «Гера» покинула верхние слои атмосферы и, включив маршевые двигатели, устремилась прочь от негостеприимной планеты.

Кирилл устало опустился в свое кресло и, помассировав большим и указательным пальцем виски, щелкнул клавишу на пульте. С легким шуршанием в потолке раскрылась ниша, откуда выдвинулись два дугообразных экрана и, зависнув на уровне глаз, разошлись в стороны, замерев по обе стороны от кресла.

– Тайк, сколько до входа в надметрику?

– Пять часов, двадцать минут, сорок две секунды, по корабельному времени, – отозвалась девушка, не оборачиваясь, и тут же добавила: – Прыгнем сразу же, как только будет возможно.

Кир понимающе кивнул, мысленно чертыхнувшись. В отличие от земных кораблей здешние космолеты не могли пользоваться пространственными двигателями внутри системы. Это было связано с повышенным фоном гравитационных помех, искажающих работу контура формирователя прокола. Приходилось отходить на некоторое расстояние от ее плоскости, да еще тратить время на набор нужной скорости. И хотя двигатели «Геры» работали несколько на ином принципе, чем у кораблей Федерации, в данном вопросе она не являлась исключением. Оставалось только надеяться, что до момента перехода в надметрику не случится ничего непредвиденного. А бездействие чужаков настораживало. По какой-то причине они не только никак не среагировали на их отлет, но даже не предприняли каких-либо попыток спуститься на землю, дабы проверить, жив ли их товарищ. В принципе можно было предположить, что поверженный инор был на корабле один, но Кирилл мало верил в такую возможность. Слишком уж большие размеры имел этот яйцеобразный аппарат, чтобы нести на своем борту единственного члена экипажа, хотя и такое вполне возможно. Тем более что Гера дала ему характеристику как легкому разведчику. И все же раньше он такие корабли не встречал, да и о так называемых унтарах лично ему не было ничего известно. Однако бортовой компьютер их знал, и, судя по всему, данная информация проистекала из тех самых таинственных закрытых файлов, а это означало только одно – бывшие хозяева «Геры» уже с ними встречались.

– Гера, что тебе еще известно о чужаке?

– Ничего, Кир, – ответила электронная девушка с некоторой заминкой, причем в ее голосе явственно звучали нотки неуверенности. – Знаю только, что этот корабль нам не соперник. Вооружение всего лишь одна низкочастотная волновая пушка и несколько ракет «пространство-пространство». Предназначен для глубокой разведки в тылах противника. Снабжен мощным генератором стелс-поля. Крейсерская скорость порядка сорока бремов.

– Ого, – невольно присвистнул Кир, – это даже больше, чем у нас в стайер-режиме. Скоростная машинка. Однако если у него такой мощный генератор поля сокрытия, то почему ты его увидела?

– Скорее всего, они не поняли, что имеют дело с кораблем дайтанцев, поэтому и не стали включать его на полную мощность.

– Или хотели, чтобы мы их увидели, – пробормотал Кир задумчиво и, хлопнув руками по подлокотникам, поднялся из кресла. – Тайк, я в кают-компанию, надо кое-что обсудить с остальными. Курс прежний, если что, зови.

Асторка молча наклонила голову. Кирилл непонимающе посмотрел на девушку, которая сегодня была еще более немногословна, чем обычно, и, пожав плечами, вышел из рубки.

* * *

Все та же темная комната с мерцающим зеленым овалом, только на этот раз вместе с закутанной в мешковатый балахон высокой фигурой стоит еще одна в таких же одеждах. Зеленые отблески играют на их зеркальных масках, придавая им потусторонний вид. В глубине овала видно изображение человека, рассматривающего оружие только что поверженного четырехногого врага. Одна из фигур поворачивает свою голову к другой.

– Ситуация выходит из-под вашего контроля, райгард Тойцу.

Голос словно скрип по стеклу.

– Вы слишком заигрались с «проникшим», это может быть чревато непросчитываемыми последствиями.

– Все произошедшее случайность. – Голос второй фигуры более мелодичен, но и в нем слышится странный скрип. – «Проникший» помог нам понять истинную опасность, и это позволило просчитать вектор вероятностных событий. Теперь в нем действительно нет нужды, я уже отдал приказ «открывшимся».

– Хорошо, райгард. – Первая фигура вновь повернулась к экрану. – Отзывайте наблюдателей и прикажите уничтожить мост. Содержание его в этой точке пространства становится опасным.

– Как прикажете, каплан Эйтрахк.

Фигура Тойцу с легким хлопком растворилась в воздухе, а тот, кого назвали Эйтрахком, еще некоторое время продолжал смотреть в глубь зеленого овала, при этом из-за его маски порой долетало пронзительное поскрипывание и пощелкивание. Однако продолжалось это недолго. Из-под балахона высунулась тонкая рука с шестью длинными пальцами и раздраженно ударила по экрану, заставив того свернуться в трубку и погаснуть. Комната опустела, погрузившись в непроглядную тьму.

* * *

Кир оглядел собравшихся в кают-компании членов экипажа и вздохнул. Судя по их лицам, его идея с посещением Найрады не вызвала особого вдохновения. В принципе это было и понятно. Планета была похожа на помесь биржи, зоны нелегальных развлечений, казино и подпольного рынка. Здесь собирались различные торговцы, проходимцы и откровенные бандиты со всех концов Федерации, и здесь практически не действовали ее законы. Пребывание на ней всегда являлось некой разновидностью лотереи: можно было заключить выгодные сделки, а можно было потерять все, даже голову. В последнее посещение приходилось постоянно находиться настороже, подозревая всех и всякого, а это довольно сильно выматывало. Тем не менее, по мнению Кирилла, это единственное ближайшее место, где можно было найти новых надежных попутчиков для Суйктуха и его подопечной. Найрада буквально магнитом притягивала всевозможных искателей удачи и приключений из центральных секторов, да и вольные торговцы оттуда же не были на ней большой редкостью. Конечно, можно было оставить пассажиров на борту и, выгрузив заказ Лайпиды, самому заняться дальнейшей доставкой, однако в свете последних событий Кир сомневался, что это удастся сделать. Преследование и атака неизвестных кораблей, затем нападение около портала, по мнению Кира, это были звенья одной цепи, и дальнейшее развитие событий было непредсказуемо. Судя по всему, вновь начала действовать та самая таинственная сила, постоянно препятствующая ему в его поисках дороги домой. Однако на этот раз этот неведомый «некто» в чем-то допустил ошибку и теперь явно готов исправлять ее любыми способами, причем самыми радикальными. Так что, вполне возможно, придется вновь ставить «Геру» на прикол и «залечь» на пару лет где-нибудь на задворках Федерации. Решение не самое плохое. Денег пока хватало, а дочке Ай эта передышка пойдет на пользу. Девочка хоть немного поживет нормальной жизнью подростка, да и «Геру» следовало привести в порядок. К тому же, по словам Лайпиды, после инцидента с атакой неизвестных космолетов господин Суйктух неожиданно сам стал настаивать на скорейшей высадке их в ближайшем подходящем порту. Именно поэтому Найрада была самым подходящим местом. Во-первых, находилась всего в неделе хода, а во-вторых, после высадки там пассажиров останется почти целый месяц, чтобы доставить лайпидовский груз к назначенному месту.

– И все же я бы предпочел рискнуть на Тайгре, – сказал Лайнос. Ай и Намар согласно кивнули, а сидевший в углу Рик равнодушно пожал плечами.

– Я бы тоже, – не стал возражать Кир, – но мы банально не успеваем. Отсюда до Тайгры почти три недели ходу. К тому же у мековцев там глаз и ушей хватает. Рискованно нашим гостям там появляться.

– Согласен с капитаном, – подал голос бортинженер. – Причем даже если мы передадим Киану властям, это совсем не гарантирует ее безопасность. Тамошнее руководство у мековцев почти все куплено.

– Но на Найраде они тоже долго не продержатся. Не зная местной кухни… – Ай многозначительно повела ушами в разные стороны. – Вспомните наш первый прилет туда.

Все расплылись в улыбках.

– Да уж, – буркнул профессор, качая головой. – Помню, как одна молодая энгмарка устроила бучу на рынке из-за того, что ее ухватили за мягкое место. Нашему капитану тогда пришлось даже встречаться с главарем портовой банды, дабы замять данную ситуацию.

– Угу, и разнести все их логово, – коротко хохотнул Рик. – Весело было.

– Профессор, Рик… – Кончики ушей девушки нервно задергались, хотя в ее раскосых глазах заплескались искорки озорного веселья.

– А еще…

– Потом повспоминаем, – прервал бортинженера Кирилл, хлопнув ладонью по столу. – А пока решено: идем на Найраду, находим надежных людей, передаем им наших пассажиров, после чего доставляем заказ Лайпиды. Вопросы есть?

Все промолчали.

– Вот и хорошо. – Кир еще раз оглядел собравшихся. – Всем пока отдыхать.

– Я не устал, – помахал рукой Рик.

Кирилл покосился на инженера и, усмехнувшись, бросил:

– Тогда сходи проверь, как себя чувствует наша зверюга, затем отправляйся на мостик – поможешь Тайк, если понадобится.

– Есть, капитан, – отсалютовал тот, вскакивая с места и направляясь к двери.

– Ну а я тогда вернусь к своим бумажкам, – сказал профессор, с кряхтением поднимаясь со стула и направляясь вслед за Давором.

– Подождите, Уфин, – остановил его Кир, – я с вами, надо переброситься парой слов.

Они вышли в коридор, оставив Намар с Ай в кают-компании. Энгмарцы явно были недовольны решением Кирилла идти к Найраду, но больше возражать не стали, а землянин не стал выяснять причины этого недовольства.

– И о чем разговор? – поинтересовался Лайнос, едва створки двери сомкнулись за их спинами.

– Профессор. – Кир на секунду замялся. – Я не стал пока никому говорить, но найденные нами врата действующие. С помощью Геры мне удалось их активировать.

– Вот как?! – Брови торкленца удивленно взметнулись вверх, практически заползая на надбровные выпуклости.

– Да.

Кирилл быстро пересказал Лайносу произошедшее. Тот замер на месте и, склонив голову к плечу, внимательно слушал не перебивая.

– Даже не знаю, что посоветовать в этом случае, – сказал он, качая головой, едва Кир закончил свой рассказ. – Открытие действительно поразительное, даже уникальное. Подумать только, действующие врата. – Лайнос многозначительно хмыкнул. – Однако пока вопросов больше, чем ответов. Да, куда больше. Например: кого ты видел в портале?

Кирилл пожал плечами.

– Может, это кто-то из бывших колонистов. Я думаю, они исследовали портал, и, возможно кто-то смог через него пройти.

– Возможно, возможно. – Профессор задумчиво потер пальцами надбровные дуги. – Хотя меня больше беспокоят эти неизвестные разумники. Кто они такие? Какое отношение имеют к вратам? Из твоего рассказа у меня вообще создалось такое впечатление, что они просто прибыли проверить, кто воспользовался вратами.

– Довольно агрессивная, надо сказать, проверочка, – усмехнулся Кир. – Хотя признаюсь, думал о чем-то подобном. Только считаю, что они не проверяльщики, а что-то типа охраны, не позволяющей шастать через порталы кому попало.

– Все может быть. – Профессор неторопливо направился по коридору продолжая рассуждать: – Отсюда проистекает следующий вопрос: А что они предпримут, если туда заявится целая экспедиция?

– Кто знает. – Кир вздохнул. – Все равно хочу попробовать. В конце концов, профессор, пока этот портал единственная моя надежда на возвращение домой.

– Я понимаю, – кивнул Лайнос, – и постараюсь помочь. Тут ведь главное – подобрать спецов, умеющих держать язык за зубами, а то пойдут слухи, и за эту планетку может начаться хорошая драчка.

– Согласен. Тогда я на вас рассчитываю.

– Ну, естественно, мальчик мой, – улыбнулся профессор. – Естественно.

Кирилл улыбнулся в ответ и, благодарственно хлопнув старика по плечу, поспешил к себе в каюту. Он не знал, что буквально через пару часов после их отлета в атмосферу планеты вошел тяжелый крайтер МеКТока и нанес удар по вратам. Пятимегатонная торпеда взметнула над равниной грибовидное облако, превратив ее в радиоактивную пустыню.

Глава 10

Лифт полз вверх с каким-то натужным гулом. Закт Активи стоял, опершись руками об идущие по его периметру поручни, морщась и стараясь подавить упорно подступающую тошноту. С напитками он сегодня явно перебрал, да к тому же только за полночи умудрился спустить весь свой гонорар за последнюю роль. Хотя кто ж знал, что юная нигранка обойдется ему в копеечку, но что поделаешь, за экзотику приходится платить. Торкленец тяжело вздохнул и, откинув голову, уперся затылком в полированную стену лифта, растерянным взглядом рассматривая темно-синий потолок с потрескавшимся бледно-желтым плафоном. Надо признаться, что удовольствие он получил все же ниже среднего, а в некоторых моментах было даже неприятно. Нет, все же любовь с представителями других рас – это не его, не стоило даже экспериментировать, тем более что и обычных девушек хватает. Он всегда так думал, но, видимо, в последнее время пересытился. Слава, деньги, куча поклонниц и вот финал: он на задворках Федерации в одном из самых злачных ее мест, бездумно спускает деньги на всякие глупости. Дожил. Докатился. Закт криво усмехнулся. А ведь когда-то он хотел стать примером для молодежи и, получив роль рейк-командера Нарта, радовался как ребенок, изо всех сил стараясь создать на экране образ настоящего героя. Он вздохнул. Да уж герой: растрепанный, с опухшей физиономией, помутневшими глазами и выхлопом изо рта не меньшим, чем у садящегося на «прыгунах» космолета. Последняя мысль его изрядно рассмешила, невольно заставив захихикать. Настроение как-то сразу улучшилось, и из лифта он уже выходил, бурча себе под нос бравурную песенку из заставки своего сериала.

И если вдруг настигнет вас беда,
Приду на помощь я, лишь позови,
Мне не страшны ни…

Закт на секунду замер, припоминая слова, затем махнул рукой и, достав ключ от номера, открыл дверь. Зайдя внутрь, он снял ботинки и хлопнул рукой по кнопке выключателя, заставив настенные лампы налиться бледно-желтым светом.

– Доброго вам утречка, господин Активи.

Закт резко повернулся, уставившись на сидевшего в кресле непонятно как оказавшегося тут незнакомого ему инора, одетого в темно-синюю рубашку и такого же цвета штаны. Рука торкленца непроизвольно метнулась к карману куртки, где у него лежал портативный парализатор, но практически в то же мгновение повисла онемевшей плетью.

– Не стоит, красавчик.

Из-за спины Закта вынырнула облаченная в черный обтягивающий комбинезон инора и одним гибким движением извлекла пистолет из его кармана. Кинув оружие на пол, она ловко пробежалась своими пальцами по различным частям тела растерявшегося торкленца и, повернувшись к сидевшему в кресле незнакомцу, коротко кивнула, одновременно подтолкнув Закта в его сторону.

– Садитесь, господин Активи, я хотел бы с вами поговорить. – Инор кивком головы указал на кресло, стоящее по другую сторону небольшого овального столика.

Торкленец бросил угрюмый взгляд на незнакомку, с удивлением отметив выглядывающие из гривы белоснежных волос кончики острых ушей, и, нервно дернув щекой, послушно опустился в указанное кресло. Оба инора были представителями неизвестных ему рас, что несколько пугало, но одновременно и интриговало.

– Если вы хотите денег, то могу сообщить, что их у меня не так уж и много осталось, – бросил он, с вызовом смотря на незнакомца.

Уж чем-чем, но вот трусостью Закт никогда не отличался. Выросший на недавно подвергшейся колонизации окраинной планете, он повидал достаточно, чтобы теперь с равнодушной усмешкой не отводить взора от направленного на него пистолета. Он сунул руку в нагрудный карман куртки и, вытащив из него цилиндрик элфинака, кинул его на столик:

– Можете забирать, код «верх-право-два-право-семь-верх». Как я и говорил, там немного, но, думаю, вам хватит.

Мужчина взял элфинак, с задумчивым видом покрутил тот в руке и, покачав головой, аккуратно поставил его обратно на стол.

– Спасибо, господин Активи, но это меня не интересует. Мы тут вообще не ради денег, причина нашего визита несколько иная.

– Но… – Закт растерянно посмотрел на сидевшего напротив, натужно пытаясь припомнить, кому бы он мог невзначай перейти дорогу. Мысли ворочались в голове тяжелым комом: две бутылки эрта и одурманивающая ампула с уратой[35] давали о себе знать.

Закт потер налобный нарост, пытаясь собраться с мыслями, однако ничего припомнить не мог. Особых недоброжелателей у него не было (если не считать пары коллег по цеху, завидующих его успеху), да и в конфликт он вроде в последнее время ни с кем не вступал. Единственно, кого он мог вспомнить, это его недавний соперник по ридзеру, который проиграл четыре партии подряд, обвинив его в мошенничестве. Даже попытался затеять драку, но охрана игрового зала быстро с ним разобралась. Активи мотнул головой. Нет, тот парень явно не мог быть тут замешан, да и проиграл он не настолько много, чтобы затаить на него злобу, хотя всякое бывает. Он вздохнул и покосился на девушку, чья высокая тяжелая грудь, обтянутая тканью комбинезона, невольно притягивала его взор. Та перехватила его взгляд, и ее губы тронула легкая улыбка, а острые уши дернулись в разные стороны, на мгновение скрывшись из виду в гриве белоснежных волос. Она подобрала лежавший на полу парализатор и, вытащив аккумулятор, протянула его торкленцу. Тот удивленно посмотрел на инору и, взяв его, хотел было сунуть назад в карман, но передумал и положил перед собой на стол. Что ж, судя по всему, убивать его не собираются, иначе разговор бы шел в другом русле.

– Так для чего вы здесь? – наконец спросил Закт, так как незваные гости сами не торопились продолжать разговор, словно чего-то выжидая.

Те молча переглянулись, затем мужчина щелкнул пальцем по закрепленному на вороте рубашки треугольнику эйпера и, что-то сказав в него на незнакомом Закту языке, вновь повернулся к торкленцу.

– Видите ли, господин Активи, мы здесь для того, чтобы сделать вам предложение, от которого вы не сможете отказаться…

* * *

Эйра передвинула фигурку на последнюю клетку игрового поля и, вскочив на ноги, гордо подбоченилась, победно вскинув руку вверх.

– И вот мой космолет приходит к финишу, а экипаж отважной капитанши Эйры в очередной раз празднует победу, смеясь в лицо своим преследователям. Ха-ха.

– Но тут коварный пират Киана – острый зуб, неожиданно нападает из-за угла на потерявшего бдительность капитана.

Асторка вскочила с места и, обхватив подругу руками, повалила ее на кровать. Пару минут девочки барахтались, устроив бой подголовными валиками, но шелест открывшейся двери заставил их прервать свою игру.

– Госпожа, извините, что прерываю вас, но пройдемте, пожалуйста, со мной, – сказал появившийся на пороге Суйктух, окидывая свою растрепанную подопечную недовольным взглядом.

Девочка кивнула и, аккуратно положив валик на место, спрыгнула с кровати. Посреди каюты неожиданно возник вихрь золотистых искорок, которые через мгновение сформировались в рыжеволосую девушку в обтягивающем зеленом комбинезоне.

– Господин Суйктух, поторопитесь пожалуйста, вас ждут, – сказала Гера и, повернувшись к юной энгмарке, добавила: – Эйр, капитан попросил, чтобы ты тоже шла в кают-компанию вместе с ними.

– Хо-ро-шо, – по слогам ответила девочка и, подбежав к подруге, ухватила ее за руку. – Бежим, Киана, давай наперегонки.

Ангмарка кивнула и, бросив быстрый взгляд на нахмурившегося советника, сорвалась с места, заставив Эйру мявкнуть от неожиданности и устремиться следом.

* * *

Рик поставил перед Активи бутылку минералки и, опустившись в кресло напротив, с понимающей улыбкой посмотрел на хмурого торкленца.

– Спасибо, – сказал тот, быстро откупоривая бутылку и припадая к ней. Вода скользнула в иссохшее горло, холодной струйкой пробежала по пищеводу, изгоняя из головы остатки вчерашнего дурмана.

– Вот еще выпейте. – Бортинженер вытащил из кармана темно-синюю капсулу в прозрачной упаковке и протянул ее актеру.

– Что это? – Закт с подозрением покосился на таблетку.

– Д-статик – энергетик, армейская разработка, быстро приведет вас в чувство, поверьте, сам частенько пользуюсь.

– Слышал о таком. – Актер взял упаковку с капсулой и повертел ее в руках, разглядывая. – Но вроде его не продают в открытом доступе.

– У нас свои каналы, – оскалился Рик.

Закт понимающе кивнул и, разорвав блистер, сунул капсулу в рот, запив ее минералкой.

Дверь кают-компании отворилась, впуская внутрь Намара с Ай.

– Ну и как дела? – поинтересовался сидевший за дальним концом стола Кир, отрывая взгляд от экрана своего портатипа.

– Все, как и сказал господин Активи, – бросил Намар, подходя к выпуклости на стене каюты и проводя пальцем по горевшей на ее поверхности зигзагообразной зеленой линии. Выпуклость тут же разделилась на три части, открыв взору несколько прозрачных полок, уставленных банками, бутылками и пакетами различных расцветок и конфигураций. Взяв один из пакетов, он вернулся к столу и уселся рядом с бортинженером.

– Мы с Ай прощупали барменов и завсегдатаев прилегающих баров, и все, как один, твердят, что «Центральный» буквально забит патрулями Конгломерата. Мало того, досматривается почти каждый взлетающий корабль, особенно те, что оснащены гиперприводом.

– Так. – Кирилл отложил компьютер в сторону и, потерев пальцами виски, мотнул головой. – Черт, быстро среагировали. Впрочем, наши планы это не меняет, только несколько усложняет.

– Неужели ты хочешь попытаться взять штурмом кишащий мековцами космопорт?

Уши бывшего «ищущего» нервно дернулись.

– Я не настолько сумасшедший, – улыбнулся в ответ Кирилл. – Хотя, признаюсь, некая доля безумия в моем плане есть.

– Очень, я бы сказал, большая доля, – вставил Рик.

– Риск – благородное дело.

– Опять эта ваша земная поговорка, – поморщился Намар. – Порой я их не понимаю. Лучше скажи, что ты задумал.

– Ничего такого, – пожал плечами Кирилл, придавая взгляду невинное выражение. – Просто хочу воспользоваться челноком и доставить наших пассажиров прямо к кораблю господина Активи.

Намар несколько минут буравил взглядом невозмутимое лицо землянина, затем вопросительно посмотрел на жену, но та только пожала плечами и повела ушами в разные стороны.

– Сумасшествие, – наконец буркнул энгмарец. – Вас же возьмут сразу при посадке, или ты считаешь мековцев настолько тупыми, что они не обратят внимания на садящийся челнок?

– Не считаю, – покачал головой Кир.

– Вот именно! Но даже если это произойдет и конгломератчики не обратят на вас внимания, то все равно все корабли досматриваются при взлете. Не знаю, может, у господина Активи и есть какой-то тайник на его космолете, но не думаю, что он настолько хитро сделан, чтобы его не нашли. К тому же мековцы в этом деле мастера. Поэтому…

– Поэтому господин Суйктух со своей подопечной должен попасть на корабль непосредственно перед взлетом, когда проверяющие уже покинут его борт, – прервал Намара Кир.

– Для этого надо приземлиться рядом с взлетающим кораблем – ни один диспетчер этого вам не позволит. А будете настаивать, обязательно что-нибудь заподозрят и могут сбить прямо на подлете.

– Это если будем садиться нормально, вот так, – вновь встрял в разговор Рик, проводя ладонью над столом и мягко опуская ее. – А вот если так… – Его ладонь вновь поднялась и, проплыв над столешницей, резко рухнула вниз.

Намар с удивлением посмотрел на скалящегося бортинженера, и в его глазах вспыхнул огонек понимания.

– Безумие, – пробормотал он, нервно задергав кончиками ушей в разные стороны. – Подлинное безумие.

– Не беспокойся, Намар, я справлюсь, – улыбнулся Кир, заметив неприкрытое волнение в глазах друга. – В любом случае другого нам не остается. Все гиперприводные садятся на «Центральном»…

– А мы вот почему-то нет, – огрызнулся энгмарец. – Может, просто плохо искали?

– Может, – не стал спорить Кирилл. – Но не забывай, что «Гера» несколько отличается от остальных космолетов. И в первую очередь тем, что ее гипердвигатели не нуждаются в столь тщательном обслуживании после каждого прыжка, как те, что применяют корабли Федерации. На Найраде же существует только три космопорта, где есть нужное оборудование и специалисты, – «Центральный» просто ближайший.

– Может, все же следовало…

– Намар. – Кир вздохнул. – Что ты как маленький, сам же знаешь, что мы ограничены во времени и нам банально некогда здесь торчать, выискивая в других местах того, кто согласится взять наших пассажиров. Мы и так тут уже почти три дня сидим, и с этим актером нам просто повезло. – Он на мгновение замолчал, затем покачал головой и добавил: – К тому же не уверен, что в других космопортах ситуация лучше.

– И все же не проще ли было немного подождать и не торопиться? Неужели тебе настолько важен контракт с Лайпидой, что ты готов рисковать жизнью этой девочки?

Кирилл поднял глаза, с удивлением посмотрев на раздраженного энгмарца, неожиданно осознавая, что он в чем-то прав. Намар ошибался в одном: не контракт с Лайпидой гнал его с этой планеты, а межзвездные врата, оставленные на планете системы Крога. Кир откинулся в кресле и несколько мгновений смотрел перед собой пустым взглядом, барабаня пальцами по столу, затем упрямо мотнул головой.

– Решение принято, Намар.

– Принято тобой. – Лицо энгмарца исказила кривая ухмылка. – А с остальными посоветоваться ты не пробовал?

Кир угрюмо посмотрел на товарища, при этом в его глазах мелькнул стальной огонек непреклонности.

– «Ищущий», ты, кажется, забыл, кто тут капитан? – произнес он тихим голосом. – Решение принято, и точка.

Намар резко выпрямился, при этом его уши дернулись из стороны в сторону, затем плотно прижались к голове. Он бросил на Кирилла гневный взгляд и, резко развернувшись, направился к двери.

– Намар!.. – Ай вскочила на ноги, но энгмарец даже не обернулся. Женщина понурила голову, а кончики ее ушей поникли, изредка подергиваясь. Она покачала головой и, осуждающе посмотрев на землянина, выбежала вслед за мужем.

* * *

Закт Активи с удивлением и непониманием наблюдал за происходящим, так как весь разговор происходил на незнакомом ему языке. Было ясно одно: в команде корабля возникло какое-то разногласие, и это напрямую касалось его скромной персоны. А вообще конечно, предложение сопроводить особу королевских кровей до одной из планет центрального сектора попахивало некой аферой и было несколько неправдоподобно. Тем не менее он согласился. Почему? Да потому, что просто стало любопытно. История, рассказанная капитаном Киром, была настолько нереальна, что по ее мотивам вполне можно было снять очередной приключенческий фильм. Подумать только: атака неизвестного флота окраинной планеты, свержение законной власти, бегство юной наследницы знатного рода, преследование, тайные операции торгового конгломерата. Да тут материала может хватить на целый сериал. Мало того, если вся эта история правда, то его пошатнувшаяся в последнее время репутация могла взлететь просто до небес – ради этого стоило рискнуть. В любом случае пока он ничего не терял и, если что пойдет не так, отказаться можно в любой момент. Хотя надо признать, что эти космики действительно странные. О таких разумниках он даже не слышал, хотя в свое время посетил много планет. Скорее всего это были «чужаки», но тогда почему ими до сих пор не занялись агенты Трабра?[36]

Вопросов больше, чем ответов, но от этого только еще интересней. Закт улыбнулся своим мыслям. На самом деле дать согласие его подвигло не меркантильное желание прослыть «спасителем принцессы», а нечто другое – почти позабытое. Нечто такое, что пробудило в его груди воспоминания о том времени, когда он сбежал из дома и, пробравшись на торговое судно, отправился в свой первый полет. Конечно же, далеко он не улетел. Его нашли почти сразу после старта и высадили на орбитальной станции, но вот то сладкое предчувствие настоящего приключения, тот адреналин, который бушевал в его крови, пока он прятался среди контейнеров с грузом, он запомнил на долгие годы. И это чувство ему понравилось – он заразился им, подсел словно на наркотик. Это чувство вело его по жизни, заставляя бросаться в различные авантюры и в конце концов пробиться к вершине славы, а потом… потом он его потерял. Успокоился, завяз в делах, закрутился в водовороте обыденности, обрюзг, принялся пожинать лавры, или, как говаривал один из его друзей, «растратил весь свой кураж». Активи вздохнул. Распахнувшаяся дверь заставила его отвлечься от мыслей и посмотреть на вошедших. На этот раз это был пожилой аларец вместе с двумя девочками лет пятнадцати, одна из которых принадлежала к его расе, а вторая явно была дочерью той странной пары инор, чем-то похожих на огромных кошек.

– Господин Активи. – Капитан, о чем-то тихо разговаривающий с оставшимся в каюте торкленцем на своем непонятном языке, поднялся навстречу вошедшим. – Разрешите вам представить наследницу верховного лорда династии Ингма – Киану Ран Ингм и ее сопровождающего стер-тарка Вайнс Суйктуха.

Закт встал со своего места и почтительно поклонился. Аларец бросил изучающий взгляд на актера и коротко кивнул в ответ, а девочки непонимающе переглянулись и с вопросительным видом дружно уставились на капитана.

– Вы им разве не сказали? – спросил тот у их сопровождающего.

Суйктух молча покачал головой.

– Понятно.

Капитан повернулся к девочкам.

– Киан, дальше вы полетите с господином Активи.

– Как? – глаза аларки удивленно расширились. – Но почему…

– Потому, что в данный момент наш путь лежит в противоположную сторону от Центрального сектора, – прервал ее тот, ласково улыбнувшись, и тут же добавил: – Извини. Давай собирайся, прощайтесь с Эйрой – и в путь, на все про все у вас три часа…

– Дядя Керк!

Капитан повернулся к подскочившей к нему девочке-кошке.

– Давай без возражений, Эйр, решение уже принято. А теперь извините, мне надо вас покинуть. – Он потрепал девочку промеж ушей и быстрым шагом вышел из каюты.

– Что ж, все слышали капитана. – Продолжавший сидеть в кресле Рик осмотрел оставшихся, затем повернулся к Закту. – Господин Активи, надеюсь, вы не передумали…

– Киан, это же рейк-командер Нарт! – Девочка-кошка одним гибким движением оказалась рядом с Зактом. – Это ведь правда вы?

Активи неожиданно почувствовал, как на его лицо наползает идиотская улыбка: всегда приятно, когда тебя узнают, тем более что в последние годы это случалось все реже и реже. Сериал про Нарта окончательно выродился, найдя себе прибежище на второсортных каналах заштатных планет, а новые роли не приносили былой славы.

– Это правда я, – ответил он. – А вы, молодая госпожа, смотрели мой сериал?

– Конечно, все серии, у меня в каюте куча пластформ, пойдемте покажу. – Она схватила Закта за руку и потянула за собой. Активи в растерянности посмотрел на бортинженера, но тот только понимающе усмехнулся и кивнул.

– Через полчаса я вас жду у трапа. Нам еще надо добраться до «Центрального».

– Хорошо. – Активи на секунду замялся. – И да, я не передумал. – Он обернулся к почему-то понурившейся аларке и, почтительно склонив голову, добавил: – Рад буду помочь вам, ваше высочество.

Девочка подняла голову и, посмотрев на застывшего в почтительном поклоне актера, слабо улыбнулась.

– А мы ведь с вами уже встречались, господин Активи, – неожиданно сказала она. – И вы даже давали мне автограф. Это было пять стат-лет тому назад. Я тогда с отцом летала на Этейру, к дяде Старну, а вы были у него в гостях.

– Старну? – Закт удивленно посмотрел на аларку. – Сенатора Старна вы имеете в виду? – в его глазах мелькнул огонек узнавания. – Так вы та самая юная леди, с которой я танцевал у него на балу?

Киана кивнула:

– Да, господин Активи, просто с тех пор я немного выросла.

* * *

Кирилл обессиленно откинулся на спинку кресла, чувствуя, как липкие капли пота скатываются по вискам. Сегодня приступ был особо сильным, и пришлось даже прибегнуть к обезболивающему. Несмотря на это, голова продолжала гудеть, и в этом гуле то и дело проскальзывали обрывки трудно разбираемых фраз.

– Что же ты мне хочешь сказать, о чем предупредить? – пробормотал Кир, вытирая ладонью пот и с трудом поднимаясь на ноги.

Доплетясь до кровати, он буквально рухнул на нее ничком и, оттолкнув подголовный валик в сторону, уткнулся лицом в мягкий матрас. Боль потихоньку отступала, и Кир почувствовал, как глаза начались слипаться. Вспышка.

* * *

Темный океан сегодня был неспокоен, «ворча» и «ворочаясь» внизу, словно какое-то огромное живое существо. Ветер налетал холодными порывами, срывая со странных светящихся цветов небольшие огоньки, унося их в укрытое тучами небо, сквозь разрывы в которых проглядывали крупные звезды. Далекий город на берегу все так же манил огнями, но Кир знал, что дойти до него невозможно. Он уже много раз пытался сделать это и каждый раз возвращался на знакомый холм. Странный сон, непонятный. Он вздохнул и, поежившись от очередного порыва ветра, застегнул куртку. На миг в голове всплыли воспоминания.

* * *

Он сидит на кушетке, а вокруг его головы медленно плавают три датчика медицинского диагноста. Смуглый седовласый доктор с интересом смотрит на экран и, задумчиво хмыкнув себе под нос, качает головой, затем поворачивается в его сторону.

– Я думаю, с тобой все в порядке, – говорит он, отключая аппарат. – Твои сны, конечно, странное явление, но ничего экстраординарного я в этом не вижу. Раньше наши предки сказали бы, что ты общался с богами, сейчас же…

Доктор разводит руками.

– Богами? Док, вы в это верите?

Врач несколько мгновений смотрит на него пристальным взглядом, затем неопределенно поводит плечами.

– С моей профессией можно поверить не только в это. Ну, если не хочешь думать о богах, давай перефразируем и скажем так… Ты смог подключиться к единому информационному полю вселенной, насколько я знаю, про него сейчас даже в школах рассказывают.

– Рассказывают, да только бред это все…

Ему на миг становится смешно. Неужели этот врач всерьез верит в такие вещи? Он с трудом сдерживает рвущуюся на лицо улыбку и, натягивая рубашку, добавляет:

– Пока идут только разработки нужных аппаратов, причем давно уже идут. А вообще, об этом поле известно еще с двадцатого века. В двадцать втором его существование доказали математически, а в двадцать четвертом предпринимались попытки его считать, только до сих пор все это из разряда «возможно».

– Понятно. – Доктор почему-то смеется. – Ну, тогда у тебя это просто на нервной почве и от богатой фантазии. Так устраивает?

Тихий шелест травы позади заставил его вынырнуть из омута воспоминаний и резко обернуться – никого. Усмехнувшись, он скрестил руки на груди и бросил в никуда:

– Ветрено сегодня.

– Да. – Голос Невидимки послышался откуда-то из-за правого плеча. – Здесь это редкость, но цветам полезно. В такие дни их семена улетают на много километров.

Кир обернулся и, проследив глазами за взмывающими в небо огоньками, понимающе кивнул.

– Красиво… – Он пару мгновений помолчал, затем, вздохнув, спросил: – Можно вопрос?

– Конечно.

– Почему я постоянно оказываюсь здесь? Что это за место? Это сон или явь?

– Тут целых три вопроса. Впрочем, на два последних я не могу тебе дать ответа, извини. – В голосе Невидимки почему-то слышны нотки грусти. – А вот насчет первого… Загляни в себя и поймешь. Думаю, ответ известен тебе самому.

Кир несколько минут стоял молча, подставляя лицо налетающим порывам ветра, затем тяжело вздохнул и пробормотал тихим голосом:

– Я вновь запутался, потерялся. Не знаю, что делать. Чувствую, что команда распадается, и ничего не могу с этим поделать, не могу понять…

– А что тут понимать. – Невидимка вздыхает. – Нити ваших жизней переплелись в плотный клубок, но все же их судьба не твоя судьба. Пришло время каждому из вас идти своей дорогой. Ты просто должен это понять.

– Я понимаю… Думал об этом. Но что я должен сделать, как поступить?

– Тебе решать, Искатель, только тебе. – Голос Невидимки стал удаляться. – Тут я тебе не советчик, я ведь всего лишь голос во сне… бесплотный голос. Решай. Время пришло.

Кир вздрогнул и, открыв глаза, перевернулся на спину. Несколько минут он смотрел на змеящиеся по потолку световые линии, светящиеся бледно-голубым светом, затем резко сел.

* * *

Рик сидел в кресле, со скучающим видом выслушивая обмен любезностями между Активи и Кианой, пока слабый писк эйпера не привлек его внимания.

– Слушаю.

– Рик, ты еще на корабле?

– Да, капитан.

– Тогда, прежде чем отправляться, загляни ко мне на пару минут, обсудим все тонкости. А то Намар кое в чем прав: слишком мы уж рискуем. Надо, чтобы все задуманное прошло гладко.

– Уже бегу, кэп. – Давор поднялся и, проходя мимо разговаривающего с девочками актера, бросил: – Полчаса.

Активи скосил на него глаза и коротко кивнул.

Глава 11

Красная лампочка на пульте пару раз мигнула, а в наушнике коротко пискнул сигнал вызова, заставивший диспетчера спешно щелкнуть тумблером приема.

– Башня слушает.

– Это «Атранс», проверку прошел, разрешите начать подготовку к старту?

– Принято, «Атранс», ждите. – Он нажал на кнопку ожидания и, развернув кресло, вопросительно посмотрел на стоявшего позади офицера МеКТоКа.

Тот поднес руку к уху, в котором был вставлен наушник рации, бросив усталый взгляд на ожидавшего его решения диспетчера, отошел к двери. Пару минут он полушепотом о чем-то говорил своему «невидимому» собеседнику, затем вернулся на прежнее место и коротко кивнул:

– Пусть взлетает.

Диспетчер послушно отжал кнопку удержания вызова.

– «Атранс», взлет разрешен. Горизонт чист. У поверхности ветер умеренный. На двенадцати тысячах возможны сильные порывы до двадцати пяти локов в секунду. Открываю тридцатиминутное окно.

Он нагнулся над встроенным в пульт большим экраном и специальным стилусом сделал на нем необходимые пометки, тут же отправленные всем воздушным бортам, находящимся вблизи космопорта. Вложив стилус в магнитный захват на подлокотнике кресла, он раздраженно покосился на мековца и уставился на экран радара, испещренный разноцветными линиями и движущимися по ним и между ними синими треугольниками.

Неожиданно в наушниках пронзительно защелкал сигнал предупреждения о возможной опасности, заставивший диспетчера сперва непонимающе посмотреть на экран, а затем вновь схватиться за стилус. Судорожно ткнув им в появившуюся невесть откуда новую метку, пылающую ярко-красным цветом, он пододвинул усик микрофона ко рту.

– Неизвестный борт, это башня Центрального, назовите себя.

В наушниках раздался лишь какой-то хаотичный шум.

– Борт, вы находитесь в зоне взлета, прошу немедленно покинуть ее. Борт, слышите меня.

– Не огу поврежд… двигатели, нужна срочная пос…ка. Дайте пел… на свобод…ую площадку. – Голос в наушниках едва прерывался сквозь пронзительный треск помех.

Диспетчер коротко выругался и, сорвав наушники, повернулся к сидевшему за соседним пультом напарнику.

– Тикс, у нас черезвычайка. Отведу его на десятую. Вызывай команды.

Тот, кого назвали Тиксом, бросил взгляд на свой монитор и, понимающе кивнув, спешно защелкал тумблерами, что-то забормотав в свой микрофон.

– Что-то случилось? – холодно поинтересовался мековец, заставив диспетчера нервно поморщиться.

– Чрезвычайная ситуация. Борт просит срочной посадки. Похоже, у них какая-то авария. Не могу понять, связь плохая, – бросил он, орудуя стилусом на экране.

– Что за судно? Откуда?

– Да почем я знаю! – сорвался диспетчер. – Судя по линейным, какой-то челнок.

Он щелкнул тумблером.

– Борт, это башня, пеленг передан, садитесь.

– Б… шня вас по…ял, иду на пос…

Голос резко оборвался, а метка, моргнув, исчезла. Диспетчер пару мгновений, точно завороженный, смотрел на экран радара, затем сорвал наушники и, вскочив с кресла, подбежал к идущему по периметру башни широкому окну. У дальнего края поля, покачиваясь под порывами ветра, ввысь поднимались густые клубы черного дыма. Из-за них, похожая на причудливого вида гигантский гриб, вынырнула туша «Атранса» и, на какую-то секунду зависнув на «прыгунах», медленно устремилась в светлеющее утреннее небо.

* * *

Взвизгнув шинами, оранжевая туша пожарной машины резко затормозила и, развернувшись, медленно вползла в пустой полуразрушенный ангар. Двери распахнулись, и из них выпрыгнули две фигуры, облаченные в мешковатые серые комбинезоны и массивные серебристые шлемы.

– Рип, спасибо тебе, за мной должок! – крикнула одна из них, приоткрывая забрало шлема.

Из кабины донеслось какое-то невнятное бормотание, после чего машина сорвалась с места и исчезла за углом.

Кирилл проводил глазами отъезжающую пожарку и, вздохнув, стянул с головы защитный шлем.

– Ну как все прошло, кэп? – спросил Рик, следуя его примеру.

– Нормально, – ответил Кирилл, растягивая молнию пожарного комбинезона. – Когда бросил челнок к земле, Киана немного испугалась, да и перегрузкой изрядно приложило, но девочка она действительно сильная. Я уж боялся, что этому Активи придется ее на руках до корабля нести, а она быстро в себя пришла. Да и ты молодец. Полыхнуло так, что аж страшно стало.

– Десять брусков термита в нужных местах. Думаю, там даже собирать нечего будет. Но челнок все равно жалко, – вздохнул бортинженер. – Хорошая машинка была, надежная.

– Да брось ты, – махнул рукой Кир, направляясь к стоявшему в глубине ангара скраберу. – Этот челнок летал уже на честном слове. К тому же Суйктух нам столько номиналов отвалил, что пару таких купить сможем.

– Ага, это если его чеки еще обналичат, – заметил Рик, направляясь следом.

– Будем надеяться. А если и нет, – Кирилл пожал плечами, – что с того? Ну, будем считать, что просто помогли хорошим разумникам выбраться из затруднительного положения.

Рик в ответ только что-то недовольно буркнул себе под нос и принялся торопливо стягивать свой комбинезон. Кир покосился на бортинженера, понимающе усмехнулся и, повернувшись к планетоходу, провел пальцами по извилистым сенсорным линиям на двери, заставив ту откинуться наружу, превращаясь в некое подобие трапа.

* * *

Похожий на огромную рыбу дайтанский космолет вынырнул из раскинувшегося до горизонта «облачного моря». Некоторое время он плыл над ним, словно в задумчивости, потом резко ушел ввысь, почти сразу же превратившись в маленькую черточку в бездонной синеве неба.

– Высота полторы тысячи харов, скорость три тысячи, атмосферу пройдем через пять минут, – доложила асторка, пальцы которой буквально «порхали» над пультом, словно руки какого-нибудь пианиста-виртуоза. – Переход на маршевые двигатели прошел нормально. Мощность двадцать процентов. Капитан, будут какие-нибудь указания? – Руки девушки на мгновение зависли в воздухе.

– Нет, продолжай в том же духе.

– Принято.

Хвост асторки взвился над спинкой кресла и принялся покачиваться в такт движения ее пальцев. Кирилл завороженно наблюдал за его причудливым танцем, гадая, что бы это значило, ибо такое он наблюдал впервые. Судя по виду Рика, который то и дело косился на девушку, растерянно потирая свои лобные наросты, удивляло это не только его одного.

Сигнал вызова по внутрикорабельной связи заставил его прервать созерцание танцующего хвоста и, нажав кнопку приема, перевести свое внимание на монитор, где уже маячило встревоженное лицо Намара.

– Керк, срочно нужна помощь Рика.

– Что-то серьезное?

– Проблемы с третьим и четвертым двигателем. Пошел перегрев. Не могу понять, в чем проблема, похоже, сбоят решетки синхронизатора. Хотя мощность пока держат.

– Этого еще не хватало.

Кирилл мысленно чертыхнулся. Выход из строя двух из четырех маршевых двигателей грозил походом через шлюз, так как на оставшихся скорость для гиперпрыжка набрать будет весьма проблематично.

– Ладно. Сейчас пришлю, мы тут с Тайк и сами справимся, – бросил он, отключая связь и поворачиваясь к задумчиво пялящемуся на асторку торкленцу. – Рик, давай в двигательную.

Бортинженер непонимающе оглянулся.

– У Намара какие-то проблемы. Говорит, что-то не так с третьим и четвертым маршевиком, но разобраться не может.

– Шардзым! – выругался тот, быстро вскакивая со своего места и выбегая из рубки.

– Капитан, мы за пределами атмосферы, – подала голос асторка. – Ложусь на орбиту и начинаю расчет курса для перехода в надметрику.

– Тайк, учитывай, что пойдем на двух движках. Я, конечно, надеюсь, что Рик с Намаром их починят, но на всякий случай…

– Хорошо… Кирилл. – Асторка склонила голову набок, а цвет ее рожек с коричневого сменился на фиолетовый. – Я…

Мелодичный сигнал внешнего вызова заставил ее прерваться и резко вскинуть голову.

– Капитан, – рядом с креслом появилась Гера, – у нас гости. Судя по отраженным сигналам, мековские ханлайнеры. Идут в стелс-режиме, причем поля держат на максимуме, поэтому заметила слишком поздно, – в голосе электронной девушки проскользнули нотки извинения.

– Понятно. – Кир нахмурился. – Выведи их на центральный и прими входящий, посмотрим, что им от нас нужно. Хотя я и так догадываюсь.

Центральный экран, занимающий всю переднюю стенку рубки, разделился на три неравные части, на одной из которых появилось коренастая фигура нигранца[37] в зелено-серой форме офицера МеКТоКа.

– Космолет «Гера», приказываю вам заглушить реакторы и лечь в орбитальный дрейф.

– С чего бы это? – хмыкнул Кирилл. – Я вроде не работаю на Конгломерат и не обязан подчиняться его приказам.

Волосы нигранца, похожие на тонкие полупрозрачные трубки, раздраженно дернулись.

– По нашим сведениям, вы укрываете на своем борту беглых преступников, и мы требуем предоставить нам доступ на ваш корабль для досмотра.

– В порту нас уже досматривали и никого подобного среди экипажа не обнаружили. Можете запросить землю. К тому же, насколько мне известно, данная планета не входит в зону ответственности Конгломерата, а вне данной зоны меня могут досматривать только силы СиБЭЗа.

– Тем не менее я требую…

– Да плевать мне на ваши требования, – бросил Кир и, отключив канал внешней связи, протянул руку к закрепленному на воротнике треугольнику эсвээски. – Рик, что там с реакторами?

– Дело дрянь, кэп. Потоковые кольца почти накрылись. Я сейчас перебрасываю часть энергии с рабочих, но мощность упадет в разы. На прыжок нас хватит, но и только. Впрочем, в обычной метрике ползать сможем, правда, не так быстро, как обычно. В любом случае нам здесь таких не достать, придется на пару месяцев ставать на прикол и делать заказ.

– Понятно, ладно, работайте. Гера, что там мековцы?

– Один встал на параллельную орбиту, два других идут следом. Ощущаю маломощные импульсы, судя по всему, нас берут на прицел.

– Твою ж… – Кир растерянно потер переносицу, – похоже, если начнем уход с орбиты, откроют огонь. Гер, попробуй связаться по общему коду с сибэзовцами. Наверняка ведь кто-нибудь из них в системе пасется.

– Уже, капитан, – улыбнулась голограмма. – На геостационаре висит их крайтер. Вызвать?

– Да, – кивнул Кирилл, задумчиво разглядывая угловатые обводы мековских космолетов, похожих своим видом на огромные буквы V. – И выведи на мои мониторы.

С легким шуршанием в потолке раскрылась ниша, откуда выдвинулись два дугообразных монитора и, зависнув на уровне глаз, разошлись в стороны, замерев по обе стороны от кресла. На одном из них вспыхнула зеленая точка входящего сигнала, тут же уступив место изображению стоявшего на небольшом возвышении пожилого торкленца в темно-синей форме. За его спиной виднелся огромный экран, усеянный какими-то графиками, изображениями различных кораблей и проекциями звездного неба, вдоль которого расположились несколько операторов.

– Космолет «Гера», бортовой номер «3789терна3», это капитан Марнар, патрульный крайтер «Энвенс-Эк». У вас что-то случилось?

– Да, капитан. В данный момент нахожусь на орбите планеты, где меня преследуют три корабля МеКТоКа. Их командир уверяет, что у меня на борту находятся беглые преступники, хотя, кроме членов экипажа, тут никого нет. Судя по тому, что сообщает мой компьютер, они готовятся нас атаковать. Прошу помощи.

– Вы в этом уверены?

– У моего корабля довольно чуткие сенсоры, капитан.

Токленец нахмурился.

– Ясно. Можете обеспечить трехстороннюю связь?

Кирилл покосился на Геру, которая склонила голову набок, а ее волосы заколыхались, словно от порыва легкого ветерка, и коротко кивнул.

– Да, могу, сейчас вызову.

На втором мониторе появился уже знакомый Киру офицер МеКТоКа. Впрочем, вполне возможно, что это был и другой. Для Кирилла отличить друг от друга разумников некоторых рас порой было довольно трудно.

– Корабль МеКТоКа, это патрульный крайтер СиБЭЗа «Энвенс-Эк», вы меня слышите?

Нигранец несколько мгновений молчал, косясь куда-то вправо, на что-то находящееся за пределами видимости камеры, затем быстро дернул плечами друг к другу, что, судя по всему, означало знак согласия.

– «Энвенс-Эк», это командующий трейком[38] артал[39] Торус. Мы вас слышим.

– Артал, я хотел бы получить объяснения по сложившейся ситуации и узнать, почему вы ведете преследование данного корабля. В противном случае мы должны будем вмешаться.

– Вы уверены, что ваше вмешательство поможет? – Безгубый рот нигранца скривился в некоем подобии презрительной ухмылки.

– Хотите попытаться? – В голосе торкленца скользнули ледяные нотки.

– Что вы, капитан, помилуй меня Великие Созидающие…

– Капитан, крайтер СиБЭЗа перешел на среднеорбитальную орбиту и идет на сближение. – Голос Тайк заставил Кира отвлечься от мониторов и бросить взгляд на центральный экран, где появилось изображение сигарообразного корабля. Кирилл облегченно вздохнул и с благодарностью посмотрел на торкленского капитана.

– …И тем не менее я настаиваю, что имею право задержать этот космолет и даже прибегнуть к силовому захвату в случае неподчинения в связи с тем, что на борту этого корабля находится беглый преступник, нанесший значительный материальный урон Конгломерату.

– И кто же это?

– Некий Рикан кер Нум Давор, бывший бортмеханик второго класса торгового корабля «Таурис» гильдии свободных торговцев Аркаса. Он был осужден на тридцать стат-лет каторжных работ, но, не отбыв и половину срока, бежал.

Сибэзовец нахмурился.

– Почему вы уверены, что он на этом корабле?

– Позвольте, я передам вам все данные, а заодно свой личный номер, чтобы подтвердить свои полномочия.

Кирилл, наблюдавший за этой беседой, мысленно выругался. Такого поворота события он не ожидал. Несмотря на скандал с мековской базой на Энгмаре, с Рика действительно до сих пор не были сняты ложные обвинения. Некогда его торговый корабль преследовал транспорт Конгломерата в надежде, что тот выведет их к планете с дайтанскими артефактами, а в результате эта погоня привела их прямо в лапы мековского патруля. Те недолго думая взяли нахальный космолет на абордаж и, перебив половину экипажа, отправили выживших в тюрьму, обвинив их в нападении на какую-то окраинную колонию и убийстве мирных жителей. Обвинения были довольно серьезными, ибо за подобные преступления любой разумник объявлялся вне закона и на него начиналась настоящая охота. Кирилл скрипнул зубами. Мековцам нужна была причина для нападения – официальная причина, и, к сожалению, она у них была. Сейчас они действуют по закону, и патрульный вряд ли будет им мешать, скорее уж поспособствует в случае чего.

– Не могу вам препятствовать, – словно в подтверждение его мыслей раздался голос торкленского капитана. – Однако все же настаиваю, чтобы огонь вы открывали только в случае прямого неповиновения.

– Естественно, капитан, естественно, – довольно оскалился нигранец. – Именно так и будет в случае прямого неповиновения.

Капитан патрульного крайтера бросил быстрый взгляд на Кира, и в его глазах мелькнули искорки сочувствия. Землянин зло впечатал кулак в мягкий подлокотник кресла, быстро перебирая в уме варианты дальнейших действий. Несмотря на все преимущества «Геры», бой с тремя мековскими ханлайнерами, да еще на низкой орбите, где возможность для маневра куда меньше, чем в открытом пространстве, был бы чистым самоубийством. К тому же проблемы с двигателями… Конечно, можно было попытаться уйти в атмосферу, приземлиться где-нибудь и, оставив космолет, затеряться среди множества туристов, однако эту мысль Кир отверг сразу. Бросать «Геру» он не собирался. И дело тут было не только в том, что хранящаяся в закрытых блоках ее памяти информация, возможно, была его единственной надеждой на возвращение. Он просто сроднился с этим кораблем, сросся с ним душой. К тому же однажды он уже потерял одну Геру… Кирилл вздохнул, отгоняя видение яркой вспышки над морем, и с хрустом сжал кулаки. Из сложившейся ситуации был только один выход, хоть и весьма рискованный. Только вот имел ли он право подвергать опасности остальных членов экипажа? На миг перед его внутренним взором встала заплаканная мордашка Эйры, которая расстроилась из-за отлета Кианы. Черт! Кир скрипнул зубами. Что же делать? Сдача мековцам тоже ничего хорошего не сулила: об их варварском обращении со своими пленниками и теми, кого они считали преступниками, ходили весьма пугающие истории. Говорили об избиениях, пытках, биологических экспериментах и практически рабском положении многих заключенных, которых корпорация использовала для различных работ на своих базах. Впрочем, о последнем факте Кирилл сам знал не понаслышке. Перед глазами был пример Рика, который как раз сбежал с подобной каторги на Энгмаре. А уж как использовали на мековских базах заключенных женщин, Давор рассказывал много раз. И ведь эти гады могут не пожалеть даже Эйру. Кирилл резко выпрямился в кресле, чувствуя, как отступает последняя тень сомнения, и решительным голосом скомандовал:

– Гера, самую малую мощность на носовые излучатели. Цель – патрульный крайтер.

Мековец на экране непонимающе вскинул брови, а сибэзовец на мгновенье нахмурился, затем в его глазах вспыхнул огонек понимания, а губ коснулась легкая улыбка.

– «Поисковик», вы понимаете, что хотите сейчас сделать? – спросил он.

Кир коротко кивнул.

– Гера, три импульса, беглым, огонь.

Изображение торкленского корабля на миг полыхнуло разноцветными сполохами, показывающими срабатывание защитного поля, а лицо мековца на экране вытянулось от удивления.

– Космолет «Гера» бортовой номер «3789терна3». – В голосе капитана патрульного корабля зазвучали официальные нотки. – Вы подвергли нападению боевой космолет СиБЭЗа. Требую заглушить реакторы, лечь в дрейф и ожидать прибытия абордажной команды. В случае неподчинения буду вынужден открыть огонь на поражение.

– Мы подчиняемся, капитан, и заранее приносим извинение за это досадное недоразумение, – ответил Кир, с победной усмешкой смотря на офицера МеКТоКа, до которого, судя по его несколько ошарашенному виду, только сейчас стала доходить суть происходящего.

Хрипло выругавшись на торкленском, он бросил на ухмыляющегося землянина уничтожающий взгляд и отключил связь. Угловатые туши мековских ханлайнеров тут же стали медленно отворачивать в разные стороны, посверкивая сполохами маневровых двигателей. В это же время от сигары патрульного корабля отделилась черточка десантной капсулы и неторопливо поплыла в сторону «Геры».

– Капитан, вы рисковали, – как всегда, невозмутимым голосом заметила асторка, разворачивая свое кресло и пристально смотря на Кира своими бездонно-черными глазами.

– Я знаю, Тайк, я знаю. – Кир обессиленно откинулся на спинку, чувствуя легкую нервную дрожь в теле. – Выбора все равно особого не было.

Девушка пару минут не сводила взгляда с капитана, при этом ее рожки стали дымчато-серыми, затем коротко кивнула и повернулась обратно к пульту.

– Мы могли бы попытаться уйти, – бросила она. – Наша «Гера» куда быстрее мековских «банок».

– Не в этой ситуации, Тайк, – понимающе улыбнулся Кир, потянувшись к кнопке внутренней связи. – Реакторный, Рик, глуши двигатели.

– Что-то случилось, кэп? – раздался из динамика удивленный голос бортинженера.

– Да, кое-что. Глуши движки и готовься встречать гостей.

– В смысле?

– В прямом, – ответил Кирилл уклончиво. – Выполняй приказ, все объяснения потом.

Он отключил связь и несколько минут угрюмо смотрел на экран, следя глазами за приближающейся капсулой, затем тяжело вздохнул и, протянув руку к воротнику, нажал пальцем в центр треугольника эсвээски.

– Всему экипажу. В данный момент мы ожидаем прибытия абордажной команды с патрульного крайтера СиБЭЗа. Прошу соблюдать спокойствие и не оказывать сопротивление. Так было нужно.

Кирилл убрал палец и, деактивировав СВС, отцепил ее от куртки, кинув серебристый треугольник на пульт. Откинувшись в кресле, он повернул голову и устало посмотрел на стоявшую рядом с креслом рыжеволосую девушку.

– Гера, пока сибэзовцы на борту, постарайся не показываться им на глаза. И вообще, будь паинькой.

– Хорошо, Кирилл, – кивнула голограмма, – но если они попытаются тебе навредить… – Глаза девушки полыхнули призрачным пламенем.

Землянин молча улыбнулся.

* * *

Дверь его каюты, на целых три недели превратившейся в камеру заключения, с легким шелестом ушла в сторону, заставив Кирилла отложить в сторону книгу и подняться с кровати. Появившийся на пороге охранник обвел каюту прищуренным взглядом, на миг задержал его на землянине и, шагнув в сторону, пропустил внутрь стоявшего за ним пожилого торкленца в темно-красном костюме.

– Рад вас снова видеть, капитан Керк, надеюсь, вы будете не против, если я нарушу ваше уединение?

– Думаю, что нет, господин Лайпида, вам я всегда рад, – ответил Кирилл, привычно приветствуя торкленца жестом «вольных торговцев».

– Что ж, и я рад нашей встрече. – Лайпида окинул взглядом каюту и, подойдя к стоявшему у небольшого столика креслу с накинутой на его спинку курткой, опустился в него: – Да, хочу сразу поблагодарить вас за эрсна. Наши биологи говорят, что это превосходный экземпляр.

– Рады были помочь, и спасибо, что откликнулись на мой вызов.

– Пустяки, господин Керк, пустяки. К тому же я должен был забрать свой заказ. – Он растянул свой рот в синезубой улыбке и, с прищуром посмотрев на Кира, добавил: – Только вот почему-то мне кажется, что вы и так были уверены в моем прилете. Или я не прав?

– Правы, – не стал отрицать Кирилл. – Не зря же вы так опекали нас все последние годы. Судя по всему, чем-то мы вам интересны, господин Лайпида. Так что не думаю, что вы бросили бы нас на произвол судьбы.

– «На произвол судьбы». – Лайпида хмыкнул. – Какой интересный речевой оборот, господин Керк, думаю, надо его запомнить. Хотя в своих выводах вы не ошиблись. Я действительно давно наблюдаю за вами. Хотите знать почему?

– Думаю, я догадываюсь, – улыбнулся Кирилл. – Служба у вас такая.

Авайт откинулся на спинку кресла и несколько минут молча разглядывал стоявшего напротив землянина, затем покачал головой.

– И давно вы это поняли?

– Довольно давно, – ответил Кир, усаживаясь обратно на кровать. – И знаете, догадаться было не очень сложно. Всего-то пришлось сопоставить пару фактов, которые вы не очень-то пытались скрыть.

– И какие же это факты, если не секрет?

– Да какой тут секрет, – пожал плечами Кир. – Вы вхожи в различные эшелоны власти, вы хорошо осведомлены, вам беспрекословно подчиняются многие политики и военные, а некоторые законы Федерации не являются для вас указом. Все это говорит лишь об одном: вы обладаете определенным уровнем власти и занимаете далеко не последнее место в ее иерархии. Весь вопрос лишь в том, насколько велики ваши полномочия и достаточно ли их для того, чтобы меня отпустили.

– Поверьте, господин Керк, их вполне достаточно, – сказал Лайпида, извлекая из внутреннего кармана костюма знакомую Киру коробочку с шариками укаса и трубочками огуры. Аккуратно развернув обертку из фольги, он неторопливо скатал темную массу в некое подобие тонкой «колбаски» и, вставив ту в трубочку, поднес к ее кончику зажигалку. Кирилл терпеливо ждал, отрешенно наблюдая за этим процессом. Наконец Авайт пару раз глубоко затянулся и, выпустив в потолок тонкую струйку дыма, посмотрел на землянина оценивающим взглядом, словно решая, стоит ли им продолжать разговор.

– Давайте начистоту, господин Керк, – наконец сказал он, – думаю, смысла таиться больше нет. Я действительно все эти годы наблюдал за вами, точнее, не я сам, конечно, а мои люди. Почему, спросите вы?

– Да уж, хотелось бы узнать, – усмехнулся Кирилл. – Хотя, с одной стороны, я этот интерес понимаю: разумник неизвестной расы на звездолете древней цивилизации и все такое… Но все равно. Если честно, то я сперва даже был несколько удивлен, почему местные спецслужбы не схватили меня и не упрятали куда подальше.

– За это стоит благодарить вашего профессора, – ответил Авайт, отламывая истлевший кончик палочки пальцами своей биомеханической руки и аккуратно кладя его на стол. – Ведь именно благодаря его показаниям о произошедшем на Энгмаре было решено обождать с арестом и ограничиться обычным наблюдением. Хотя, признаюсь, противников этого решения было много. Некоторые до сих пор считают вас разведчиком чуждой цивилизации, причем, возможно, враждебно настроенной.

– Значит, все-таки профессор. – Кир покачал головой. – Не ожидал. Я думал, это Тайк.

– Не стоит его винить.

Кирилл дернул плечами.

– Я и не виню. Лайнос слишком много сделал для меня, слишком во многом помог, а значит, у него был повод поступить подобным образом. Лучше скажите, почему именно сейчас вы решили мне открыться. Уверен, могли бы нас вытащить и без личного визита.

– Мог бы, – согласно склонил голову Лайпида. – Однако на этот раз обстоятельства сложились таким образом, что нам нужно было срочно встретиться.

Он бросил быстрый взгляд на стоявшего у двери охранника, и тот тут же распахнул ее, впуская внутрь низкорослого молодого торкленца в серо-черной форме «Трабра». Он покосился на Кира и, смущенно поправив узкую полоску оптической ленты, просеменил к Лайпиде, протянув тому небольшую бумажную папку. Тот взял ее и, открыв, достал оттуда несколько фотографий. Быстро перебрав их, он протянул одну Киру.

– Посмотрите, господин Керк, узнаете?

Кирилл поднялся с кровати и, взяв фото, пару минут разглядывал изображенную на нем огромную оплавленную воронку, затем вопросительно посмотрел на своего собеседника.

– И что же я тут должен узнать?

– Это то самое место, где вы недавно обнаружили действующий портал дайтанцев. Профессор сообщил нам об этом, едва узнал от вас. Мы сразу же послали разведдрон. Фото получено два дня назад.

– Но кто это сделал? – Кирилл растерянно посмотрел на Лайпиду, чувствуя, как внутри тает призрачная нить надежды на возвращение домой.

– Точно сказать не могу, – покачал головой торкленец. – Но думаю, что за этим стоят те, кого я называю «Незримыми».

– Незримые?

– Да, господин Керк, «Незримые». Кто они или что они, нам пока неизвестно, но их вмешательства в дела Федерации мы с каждым годом наблюдаем все отчетливее и отчетливее. Причем чаще всего эти вмешательства ведут к хаосу и большим жертвам среди разумников различных рас. – Торкленец тяжело вздохнул и, вернув папку своему помощнику, глазами указал тому на дверь. Тот прижал раскрытую ладонь ко лбу и почти бегом покинул каюту, причем вместе с охранником.

– Знаете, господин Керк, – продолжил Лайпида, едва они остались одни, – сперва я принял вас за одного из этих «Незримых» и даже обрадовался, что враг наконец-то обрел, так сказать, плоть. Но потом, наблюдая за вами, я понял, что ошибся: вы к ним явно не относитесь. Однако…

Он растерянно посмотрел на потухшую трубочку огуры, от которой остался лишь небольшой кусочек, и аккуратно положил его на стол рядом с огарком.

– …однако я понял одно. Эти «Незримые» почему-то вами сильно интересуются и то и дело вмешиваются в ваши поиски. Насколько мне известно, вы это тоже почувствовали.

Кир согласно кивнул.

– Да, было дело. Давайте скажем так: я несколько раз сталкивался с ситуацией, когда кто-то явно специально препятствовал мне в получении нужной информации. Несколько раз пытался выяснить, кто это, но тщетно. Хотя у меня создалось стойкое ощущение, что кто-то очень не хочет, чтобы я нашел дорогу домой.

– Причем настолько сильно, господин Керк, что уничтожает портал термоядерной бомбардировкой, а после этого натравливает на вас Конгломерат. Но интересно другое: дело в том, что в случае вашей сдачи капитан мековцев имел прямой приказ вас уничтожить.

– Меня? – удивился Кирилл.

– Да, именно вас. Причем этот приказ поступил прямиком из сектор-штаба МеКТоКа. Интересно, не правда ли?

– Считаете, что Конгломерат имеет отношение к этим вашим «Незримым»?

– Не уверен… хотя все может быть. Тут важно не это. Судя по всему, «Незримым» вы почему-то больше не нужны, и они решили от вас избавиться.

– Думаю, так просто это у них не получится. – Кирилл криво усмехнулся.

– Просто или не просто, в конце концов они вас достанут, господин Керк, поверьте, – бросил Авайт, устало потирая пальцами надбровные дуги. – Это всего лишь вопрос времени. даже тот факт, что они не смогли послать на ваш перехват трейк хайнлайнеров, уже о чем-то говорит. Подумайте.

Кир задумчиво посмотрел на своего собеседника, прекрасно понимая, что тот прав. Судя по всему, за них решили взяться, и всерьез. Сперва нападение таинственных кораблей, затем непонятный чужак около врат, а теперь еще и мековцы – слишком часто. Только вот кто за этим стоит? Может, все проще и эти «Незримые» тут ни при чем? За прошедшие годы они и так достаточно насолили Конгломерату, чтобы тот в конце концов решил избавиться от надоедливых «поисковиков», которые частенько суют нос не в свои дела. Что ж, тоже вариант, хотя и версию Лайпиды не следовало скидывать со счетов. Кирилл прошелся по каюте и, бросив взгляд на внимательно наблюдавшего за ним торкленца, спросил:

– Что вы предлагаете?

– Объединить наши усилия, – ответил Лайпида, убирая коробочку с укасом обратно в карман пиджака. – Я помогу вам, вы поможете мне. Предлагаю вам вместе вести охоту на «Незримых», и вполне возможно, что в случае удачи вы найдете ответы и на свои вопросы.

– Я всего лишь хочу вернуться домой.

– Я это понимаю, – кивнул Авайт. – Но как вы считаете, господин Керк, если бы «Незримые» не знали, где находится ваш мир, стали бы они препятствовать вашим поискам?

Кирилл замер. Действительно, если принять версию Лайпиды об этих «Незримых», то все их поступки можно было объяснить только одним – они знали дорогу к Анклаву человечества и почему-то не хотели, чтобы он туда вернулся. А значит, путь существует, и его остается только найти. Но почему тогда эти таинственные существа не уничтожили его? Чего выжидали? Что надеялись узнать? Кирилл нервно прошелся по каюте. А может, Лайпида лукавит, а все происходящее игра местных спецслужб, и никаких «Незримых» не существует. Но, с другой стороны, зачем им это? Вопросы, вопросы…

Кир скрипнул зубами и, упершись рукой в стену, пару минут стоял неподвижно, сверля бездумным взглядом пол каюты, затем спросил тихим голосом:

– А если я откажусь? Что тогда?

– Ничего, – пожал плечами Лайпида. – Я покину борт этого корабля, а вы продолжите свой путь в качестве заключенного до одного из центральных секторов, где будете переданы в руки правосудия. Думаю, много вам не дадут – лет десять от силы, а членам экипажа и того меньше. Корабль, конечно, изымут, тем более что это дайтанский артефакт. Но, выйдя на волю, вы вполне сможете продолжить свои поиски, и, возможно, я вам в этом даже помогу, если, конечно, буду жив. Я, знаете ли, стар уже.

– Шах и мат, – пробормотал Кир себе под нос на «едином» и, резко выпрямившись, с легкой усмешкой посмотрел на своего невозмутимого собеседника. – Я согласен с вашим предложением.

– Я в этом и не сомневался. – Губы торкленца растянулись в довольной улыбке. – И поверьте, господин Керк, я рад, что вы приняли такое решение.

– А вы оставили мне выбор? – горько усмехнулся землянин. – И что же мы будем делать дальше?

– А дальше я предлагаю залечь вам на дно – спрятаться на несколько лет. – Лайпида с кряхтением поднялся из кресла. – Официально капитан Кир Керк будет приговорен к пожизненному заключению, сослан на окраинный мир, где и погибнет через пару месяцев в одной из шахт во время обвала.

– Понятно, но что будет с моим экипажем и кораблем?

– А вот тут можете не беспокоиться. Ваши люди получат достаточно средств и всю необходимую помощь для начала новой жизни в любом уголке Федерации по их желанию.

– Думаете, они согласятся?

– Уже согласились. Я буквально несколько дней назад разговаривал с вашей командой, обрисовал им всю ситуацию, и они дружно решили, что так будет лучше для всех. Лайпида подошел к двери и, распахнув ее, жестом предложил следовать за ним. Они вышли в коридор, который, к удивлению Кирилла, оказался абсолютно пустым – даже неизменный охранник у двери его каюты покинул свой пост.

– Неужели вы им рассказали все то же, что и мне? – поинтересовался Кир, оглядываясь.

– Помилуй Созидающие, – махнул рукой Авайт. – Этого им знать не стоит, целее будут. Я лишь сказал, что вам грозит огромный срок за нападение на корабль патруля и единственный для вас выход – это перейти ко мне на службу. Как видите, это практически чистая правда.

Они остановились у лифта, ведущего на верхнюю палубу, и Кир автоматически хлопнул ладонью по пластине вызова.

– А «Незримые» их не достанут? – спросил он, входя внутрь приветливо распахнувшей двери кабины.

– Не думаю, что они их интересуют, – махнул рукой Лайпида. – К тому же наш противник далеко не всесилен, а у нас достаточно возможностей, чтобы помочь вашим друзьям затеряться на просторах э-зоны. Поверьте.

– Я вам верю. – Кирилл вздохнул. – Еще вопрос: что будет с «Герой»?

– Ничего, – ответил торкленец. – Корабль ваш, и отбирать его никто не собирается. Да и не думаю, что он станет кого-нибудь слушаться, кроме вас, – добавил он, улыбнувшись.

Они молча прошли по коридору и остановились у дверей рубки.

– Я могу попрощаться с экипажем? – спросил Кир.

Лайпида покачал головой:

– Увы, это невозможно. Ваши друзья уже покинули корабль. – Он выдержал небольшую паузу. – Кроме одного. Точнее, одной…

Кир покосился на своего спутника и, быстро проведя пальцем по сенсорной линии, шагнул внутрь рубки. Кресло астронавигатора медленно развернулось. Асторка окинула вошедших холодным взглядом своих бездонно-черных глаз, и только ее рожки, идущие разноцветными волнами, выдавали бушующие в груди девушки эмоции.

– Тайк…

– Жду ваших приказаний, капитан, – ответила она, склонив голову к плечу, а ее хвост взлетел над головой и «шустрой змейкой» обвился вокруг шеи, принявшись похлопывать кисточкой по щеке девушки. Она пару мгновений смотрела на землянина, словно хотела что-то сказать, затем повернула кресло обратно к пульту.

– Я рада, что вы… что ты вернулся, Кир, – неожиданно раздался ее тихий голос.

Землянин удивленно посмотрел на девушку, чьи рожки буквально «пылали» фиолетом, и, вздохнув, бросил на Лайпиду вопросительный взгляд.

– Она подала прошение о поступлении к нам на службу, и я не нашел повода ей отказать, – пояснил тот с невозмутимым видом. – К тому же вам ведь нужен астронавигатор, или я не прав?

– Нужен, впрочем, как и остальные члены экипажа.

Торкленец только молча развел руками.

– Понятно.

Кир прикусил губу, неожиданно для себя почувствовав легкий укол обиды от того, что большинство из его друзей предпочли новую жизнь. Впрочем, могло ли быть по-другому? Почти девять стат-лет они шли за ним, забыв о своих планах, чаяниях, интересах и мечтах. Почти девять стат-лет они бороздили окраины э-зоны, постоянно рискуя жизнями ради ЕГО призрачной цели. И вот теперь им наконец-то выпал шанс начать нормальную жизнь. Так стоило ли винить их за то, что они ухватились за этот шанс? Кирилл вышел на середину рубки и, скрестив руки на груди, замер напротив центрального экрана. Несколько минут он смотрел немигающим взглядом на расстилающуюся перед ним черную бездну, усеянную ледяными огоньками далеких звезд, затем повернулся к стоящему у дверей Лайпиде.

– Куда мы теперь направляемся?

– Система Ригол, Аграский сектор, планета Криус, – ответил тот и, демонстративно поклонившись, добавил: – Командуйте, капитан, не буду вам мешать. Если понадобится, то найдете меня в бывшей каюте профессора.

Кирилл проводил торкленца глазами и, подойдя к капитанскому креслу, опустился в него, чувствуя, как его охватывает странное спокойствие. Судьба сделала очередной виток, и оставалось только ждать, куда он его приведет. Что ж, и этот новый путь следовало пройти до конца и надеяться, что в конце концов он все же приведет его домой. Домой… Кир резко выпрямился, а в его глазах вспыхнул огонек решительности.

– Тайк, расчет курса для перехода в надметрику. Цель: система Ригол.

– Принято, капитан.

Висевшее среди звезд рыбообразное тело корабля замерцало полосами зеленого огня и медленно двинулось вперед, ускоряясь с каждой секундой, пока не затерялось во мраке космоса.

Профессор Лайнос, стоявший на палубе сибэзовского крайтера, до последнего момента идущего с «Герой» параллельным курсом, проводил удаляющийся корабль грустным взглядом и, отвернувшись от большого обзорного экрана, тихонько прошептал:

– Прощай, мальчик мой, и удачи тебе в твоих поисках.

Часть вторая

В предчувствии грозы

Глава 1

Серебристая капля «летака» неспешно скользила над ярко-бирюзовой поверхностью марсианского океана. Изредка под ее металлопластиковым брюхом проносились зелено-коричневые пятна небольших атоллов, чтобы через мгновение вновь смениться сверкающей на солнце бирюзой.

Сидевшая в пассажирском кресле худощавая черноволосая женщина с каким-то почти детским восторгом смотрела в окно, порой, словно в волнении, проводя языком по своим бледно-розовым губам. Изредка она отрывала свой взор от убегающей к горизонту водной глади и переводила его на управляющего легкой машинкой мужчину, а в ее карих глазах начинали мерцать огоньки нежности.

– Ой, смотри, это что, киты?

– Где? – Мужчина вопросительно посмотрел на свою спутницу.

– Да вон же. – Пальчик женщины ткнул в стекло, указывая на плывущие почти у поверхности черные тела.

– Наверное, – равнодушно пожал плечами ее спутник, но тем не менее заложил вираж и некоторое время вел машину над морскими гигантами, завалив ее на правый бок, чтобы его пассажирке было удобнее их рассматривать. Женщина просто цвела от восторга, наблюдая за неспешно плывущими по своим неведомым делам животными, хлопая от радости в ладоши, когда кто-нибудь из них выбрасывал вверх фонтан воды.

– Жена, тебе уже за сорок, а ты у меня все еще ребенок, – наконец сказал он, выравнивая машину и передвигая вперед рукоять управления скоростью.

– Это плохо? – поинтересовалась женщина, с легкой укоризной посмотрев на мужа.

– Нет, – улыбнулся тот. – В конце концов, может, именно за это я тебя и люблю.

Женщина пару минут усиленно хмурила брови, явно пытаясь показать своему спутнику, что сердится, но не вытерпела и, звонко рассмеявшись, чмокнула его в щеку.

Если бы эту пару увидел человек двадцатого или даже двадцать второго столетия, то он решил бы, что перед ним молодые люди, которым еще нет и двадцати пяти лет, однако это было не так. Обоим им было уже за сорок, что впрочем, в их веке, где средняя продолжительность жизни переваливала отметку в двести пятьдесят лет, считалось почти юношеским возрастом. Благодаря генетике люди их столетия доживали до глубокой старости, оставаясь при этом молодыми и полными сил. Даже в двести лет многие из землян едва ли выглядели на сорок, хотя время все же накладывало на них незримые отпечатки, хотя на всех и по-разному. Оставило оно их и на нашей паре. Легкие, едва заметные морщинки пролегли в уголках глаз женщины, а в черных волосах мужчины можно было заметить редкие серебряные волоски.

– Долго нам еще лететь? – Женщина неожиданно стала серьезной.

– Минут пять, – ответил мужчина, бросая быстрый взгляд на висящий чуть сбоку от его лица прямоугольник плазмоэкрана, где отображались данные со спутника, и тут же добавил: – Впрочем, остров уже должно быть видно.

Его спутница прищурила глаза и несколько мгновений всматривалась в лобовое стекло, затем согласно кивнула. Действительно, впереди по курсу летака протянулась темная полоска земли, стремительно увеличивающаяся в размерах с каждой секундой. Вскоре юркая машина скользнула над прибрежными скалами и понеслась в глубь острова, а под ее днищем замелькал густой лес, быстро уступивший место рядам ровных домиков, утопающих в зелени садов.

– Вроде это здесь, – сказал мужчина с сомнением в голосе, заставляя зависнуть машину над небольшим двухэтажным зданием.

– Ну, если здесь, то давай садись, – улыбнулась его спутница.

Повинуясь движению руки, летак плавно скользнул вниз к стояночной площадке, расположенной метрах в десяти от здания, и, выпустив из своего днища небольшие колеса, мягко коснулся ими серой поверхности пластасфальта.

– Кафе «Вечерний Торсан», – прочитала женщина горящую над входом надпись.

– Угу, значит, все правильно. – Мужчина открыл дверь и, выйдя из кабины, с хрустом потянулся. – Устал я что-то. Два часа полета. Надо было брать сейпер, а не эту малютку.

– И смотреть на окружающий мир через обзорные плазмоэкраны. – Женщина презрительно фыркнула. – Нет уж, дорогой муженек, спасибо. Мы впервые на Марсе, так что, будь добр, терпи, я хочу видеть планету своими глазами, а не посредством электронных приспособлений.

– Вообще-то я тут по работе, – буркнул он, открывая багажник и вытаскивая из него небольшую спортивную сумку.

Женщина ничего не ответила, а лишь бросила на мужа угрюмый взгляд и, поправив прическу, направилась к входу в кафе.

Небольшое светлое помещение с десятком стилизованных под дерево столиков, рядом с которыми стояли стулья с необычно высокими спинками. Народу почти никого. Заняты были всего два столика. За одним сидела милующаяся парочка, которая не обратила на вошедших никакого внимания, за другим расположился мускулистый широкоплечий мужчина, лениво ковыряющийся в тарелке с лапшой. Услышав шуршание открывшейся двери, он поднял глаза и, окинув прилетевших изучающим взглядом, расплылся в радостной улыбке.

– Антон, Лиа, я здесь, – позвал он тихим голосом, приподнимаясь со стула и приветственно взмахивая рукой.

– А ты думаешь, мы тебя бы не заметили, – усмехнулся в ответ Антон, подходя к столу и обнимая друга. – Привет, Андрюха, сто лет тебя не видел.

– Не сто, а всего семь, – улыбнулся Малышев, отодвигая Соболева в сторонку и чмокая в щеку засмущавшуюся Лиа. – Привет, красавица, вот тебя я точно сто лет не видел. А ты все хорошеешь.

– Здравствуйте, Андрей Львович, – потупила глаза вторичница.

– Андрей Львович, – передразнил ее Малышев. – Лиа, это еще что за официоз? А ну отставить.

Щеки женщины покраснели. Она бросила на Андрея прищуренный взгляд и, покосившись на улыбающегося мужа, коротко кивнула.

– Ну вот и хорошо, – пробасил Андрей и, дождавшись, пока друзья усядутся за стол, опустился на свое место, после чего поинтересовался: – Как долетели?

– В принципе нормально, – ответил Антон, оглядывая столешницу в поисках сенсора активации меню. – Сперва космолетом «Искателя» до Аларики, а там на базе ЦентрСпаса взяли летак.

– А почему летак? – удивился Андрей – На сейпере или глайдере удобней ведь было бы, да и быстрее.

– Жене захотелось быть ближе к природе, – буркнул в ответ Антон.

– Это как? – Брови Малышева удивленно взметнулись вверх.

– Сам не знаю, – пожал плечами Соболев. – Спроси у нее.

Андрей перевел взгляд на женщину, которая в ответ только быстро-быстро захлопала своими длинными ресницами, одарив его виноватой улыбкой.

– Ясно, что ничего не ясно, – вздохнул Малышев и, заметив затруднение друга, все еще продолжающего тщетно тыкать пальцем в разные места столешницы, пояснил: – Это не интерактивная поверхность, а обычный металлопластик. У нас тут все по старинке, дружище.

Он привстал и, повернувшись к расположившейся в глубине кафе небольшой стойке, крикнул:

– Лиа, можно меню, а то у тебя тут посетители!

– Ага, уже бегу! – раздалось оттуда.

Женщина удивленно вскинула глаза на друга мужа, который с невозмутимым видом опустился обратно на стул, но, заметив ее вопросительный взгляд, пояснил:

– Тезка твоя. Я, когда первый раз услышал, сам удивился. Больно уж имя редкое.

– Ну не такое уж и редкое, я, например… – начал Антон, но появление рядом со столом высокой худенькой девушки в легком цветастом сарафане заставило его умолкнуть.

– Вот ваши меню, Андрей Львович, – сказала она, очаровательно улыбнувшись новым посетителям и протянув им небольшие книжицы в зеленой обложке.

– Опять Львович. – Малышев хлопнул себя по лбу и, закрыв ладонью глаза, сокрушенно покачал головой. – Народ, я прямо себя уже стариком чувствовать начинаю или каким-то официальным лицом. Лиа, неужели я уже настолько плохо выгляжу?

– Нет. – Дружный хор женских голосов заставил его рассмеяться, а сказавших это недоуменно переглянуться.

– Меня тоже зовут Лиа, – сказала Соболева, дружелюбно улыбаясь несколько растерявшейся девушке. – Приятно познакомиться.

– Ага, – кивнула та, словно зачарованная вглядываясь в лицо женщины, и вдруг сорвалась с места, скрывшись за стойкой.

– Что это с ней? – удивился Антон, провожая ее взглядом.

– Понятия не имею. – Малышев пожал плечами. – Вообще она особой стеснительностью никогда не отличалась, бойкая девчушка. Ладно, смотрите меню, перекусим и летим в мои владения.

– Когда испытания?

– Через два дня. – Андрей откинулся на спинку стула, а его лицо неожиданно стало серьезным. – Если все получится… Ребята, вы даже не представляете! – в его глазах загорелись фанатичные огоньки. – Эта технология в буквальном смысле положит звезды к нашим ногам. Долгие полеты окажутся в прошлом, достаточно будет сделать несколько шагов, и вот ты уже на другой планете, за сотни парсек.

– И как далеко можно перемещаться?

– Ну, пока максимум били на двадцать, послезавтра будет дальний прострел. Приемник монтирован на внешней границе Анклава, а это считай более ста парсек.

– Впечатляет, – покачал головой Антон и, покосившись на жену, которая уже отложила меню в сторону и скучающим взглядом рассматривала убранство кафе, спросил: – Выбрала?

– Да, – кивнула женщина. – Возьму чая и десерт. А ты?

– Пожалуй, грибной крем-суп и салат.

Он огляделся в поисках убежавшей официантки, затем посмотрел на Андрея.

– Лиа, мы выбрали! – вновь гаркнул тот, заставив все еще милующуюся за дальним столиком парочку на миг прервать свои объятия и удивленно посмотреть в их сторону.

В ответ Малышев лишь виновато улыбнулся и развел руками.

Вопреки ожиданиям на этот раз из-за стойки появилась не девушка, а высокий широкоплечий мужчина, который объемами своих бицепсов мог бы посоперничать с Андреем. Однако в отличие от Малышева, держащего себя в превосходной физической форме, было заметно, что здоровяк несколько сдал, к тому же возраст давал о себе знать. Мелкие морщинки избороздили его лицо, а волосы стали пепельными от седины. Такие явные физиологические изменения выдавали в нем уроженца Анклава, многим из которых продлевающие жизнь генетические корректировки были просто недоступны.

– О, Браен, привет, дружище, а где Лиа? – спросил Андрей, приветственно махнув рукой подошедшему.

– На кухне, прилетела вся взъерошенная, бормочет какие-то глупости. Что у вас тут случилось?

– Ничего, – пожал плечами Андрей. – Просто представил ее своим старым друзьям. Кстати, знакомься, Антон, мы с ним вместе учились, и его жена Лиа – тезка твоей дочери.

Браен улыбнулся и, пожав руку привставшему Соболеву, перевел взгляд на Лиа. Улыбка застыла на его лице, он резко побледнел и ухватился рукою за край стола.

– Не может быть, – прошептал он.

Андрей вскочил со своего места и, подхватив его под руки, быстро усадил на свободный стул.

– Старина, что это с тобой?

Антон поспешил на помощь другу и, спешно активировав встроенную в его «запястник» систему медицинской диагностики, направил вырвавшийся из него тонкий зеленый лучик на мужчину. Тот лишь недовольно отмахнулся, продолжая во все глаза рассматривать смутившуюся от его пристального взгляда Лиа. Зеленый луч оторвался от руки Антона и, охватив Браена тонким кольцом, резко посинел, затем с легким звоном растворился в воздухе. Соболев скосил глаза на экран «запястника» и, показав Андрею жестом, что с его знакомым все в порядке, вернулся на свое место. Малышев кивнул в ответ и положил руку на плечо мужчины.

– Браен?

– А? – Тот вздрогнул и, медленно повернув голову, посмотрел на Малышева отсутствующим взглядом.

– Что с тобой, дружище?

– Она…

– Что она?

– Она… она так похожа на мою Эн, просто копия… Дочка сказала, а я не поверил, думал, глупости… Извините. – Браен мотнул головой, словно отгоняя какое-то видение, и, проведя ладонью по лицу, хотел было уже подняться со стула, но тихий голос Лиа остановил его.

– Подождите.

Лицо Лиа превратилось в застывшую маску затаенной боли, а ее глаза были полны слез.

– Эн… Эна 234-Л, вы о ней говорите?

Браен вздрогнул и снова впился взглядом в женщину, а в его потускневших глазах зажглись искорки понимания.

– Неужели, – пробормотал он.

– Да, – кивнула женщина, подтверждая его догадку, а с ее губ сорвались слова почти позабытого официального представления, не слышанного Антоном уже десятки лет: – Я «вторичница», Лиа 234-Л, приятно познакомиться.

* * *

Марк Дорнер открыл лежащую на столе зеленую папку и, прихлебывая из кружки приготовленный в «пищекомбе» кофе, принялся вчитываться в бегущие по пластбумаге вереницы слов. Изредка он проводил пальцем по листку, выделяя целые абзацы и перетаскивая их на глянцевую поверхность стола, в которой они исчезали с легким шелестом, сообщавшим о сохранении поступившей информации. Легкий мелодичный звон заставил его отвлечься от работы и ткнуть пальцем в сенсор приема. На развернувшемся в воздухе плазмоэкране появилось изображение кибер-секретаря.

– Командор Дорнер, к вам куратор Лаймалин, впустить?

– Конечно, Шурочка, пусть заходит. Кстати, ты хорошо сегодня выглядишь.

– Спасибо.

На бипластиковом лице машины, стилизованной под симпатичную рыжеволосую девушку, не появилось даже намека на какие-либо эмоции – застывшая маска. Дорнер тяжело вздохнул и подумал, что даже этой последней модели далеко до майеровской Галечки. Кибер Арнольда был наследием двадцать седьмого века, когда данные технологии достигли своего пика, и обладал возможностью самообучения, а также встроенным блоком эмоций, позволяющим ему выглядеть живым существом. К сожалению, с тех пор многие из технологий были утрачены или признаны ненужным излишеством. Дорнер снова вздохнул и, закрыв папку, поднялся навстречу вошедшей в кабинет зеленовласой девушке.

– Привет, Лайм, как добралась?

– Нормально, – уклончиво ответила та, подходя к столу и кладя на него еще одну папку. – Вот списки набранных кадетов и отчет.

– Хорошо. – Дорнер отодвинул документы, над которыми работал, в сторону, легким хлопком руки заставив те медленно погрузиться в крышку стола, и открыл принесенную папку.

– Я сделаю себе чаю?

Марк коротко кивнул, не отрываясь от изучения бумаг, и, указав на небольшой столик в углу кабинета, на котором примостилась белая сфера пищекомба, добавил:

– Картриджи во втором ящике.

– Спасибо, я знаю, – улыбнулась девушка.

Лаймалин подошла к столику и, выдвинув ящик, пару минут перебирала потертые пластинки пищевых картриджей, затем выбрала одну из них, а остальные вернула на место. Вставив ту в приемник пищекомба, нажала клавишу выдачи. Внутри сферы что-то тихонько зажурчало, потом она разделилась на две половинки, и на стол выдвинулась пластиковая кружка с дымящимся чаем.

– И чай и кружка состоят из одних и тех же атомов, только по-разному структурированных, – с философским видом заметила она, отхлебывая чай и, поморщившись, добавила: – Только чаек на этот раз структурировался неважно. Вкус какой-то слишком уж искусственный.

– Картриджи старые, – буркнул Дорнер, не отрывая глаз от доклада. – Все хочу новые заказать, да как-то не с руки.

– Специально куплю и принесу, не глотать же этот денатурат, а то у меня такое чувство, что у этого чая и кружки одинаковый вкус.

– Кружки обычно несъедобные, – заметил Марк, с улыбкой косясь на свою собеседницу.

– Остряк, – хмыкнула девушка и, подойдя к окну, уселась на широкий подоконник.

Дорнер поднял глаза и, подперев подбородок кулаком, несколько минут смотрел на задумавшуюся Лайм.

Искусственная девушка, результат генетического эксперимента безумного ученого из Империи Солнц, который скрестил живую клетку с неживой материей. Благодаря этой технологии, а также мании императора «солнечников» сделать своих потомков бессмертными и родилась Лайм. Она должна была стать женою дряхлеющего властители и матерью его будущих детей – это просто сумасшествие.

Дорнер покачал головой и, вздохнув, помассировал пальцами переносицу, подумав, что надо бы все-таки выспаться. Перемотав строчки доклада, закрыл папку и, приложив большой палец к ее краю, завизировал документы, после чего вновь посмотрел на девушку. Высокая, с узкой талией и большой тяжелой грудью, короткие зеленые волосы, маленький бледно-розовый ротик, курносый нос, узенький подбородок и огромные в пол-лица глаза необычного фиолетового цвета. Облик ожившей мультяшки, так популярный у «солнечников»: нет, профессор был поистине сумасшедшим, если решил подарить его своей названой дочери. Впрочем, этого ему показалось мало, и он напичкал ее тело множеством имплантов, практически превратив девушку в кибернойда. И все-таки она человек – настоящий человек со своими чувствами, вкусами и характером.

Он снова вздохнул и достал из нагрудного кармана рубашки сигаретную пачку.

– Лайм, открой окно, я закурю.

– Не обязательно, – ответила она, продолжая что-то рассматривать за окном. – Я включу свои фильтры, курите.

– Эх, золото ты, а не девушка, – сказал с улыбкой Марк. – Вот повезет тому, кто возьмет тебя в жены.

– Заигрываете? – улыбнулась в ответ Лайм.

– А почему бы нет? Смотри, какой красавец. – Дорнер поднялся со своего места и, расправив плечи, комично выкатил грудь колесом, при этом активно дымя сигаретой. – Ну как? – поинтересовался он, скосив глаза на девушку.

Лаймалин прищурилась и, окинув начальника саркастическим взглядом, неожиданно задорно рассмеялась.

– Умеете вы поднять настроение, командор, – сказала она, поднимаясь с подоконника и отправляя пустую кружку в воронку утилизатора. – Ну что, посмотрели документы?

– Естественно. – Командор стал серьезным. – Скажу честно, результаты меня не радуют.

Лайм понимающе кивнула.

– Многие из претендентов отказались. Молодежь не торопится рисковать своими жизнями. Основной отсев происходил именно после последнего этапа, стоило только объявить, что мы полувоенная организация, как половину аудитории точно ветром сдуло.

– Так всегда было, – усмехнулся Марк. – Помню, когда твоего Кира принимал…

Командор резко замолчал, заметив, как вздрогнула Лайм, и мысленно обругал себя идиотом.

– Извини.

Девушка мотнула головой.

– Нет, все нормально, мне даже интересно. И что Кир?

– Да как тебе сказать, – произнес Дорнер, туша сигарету и отправляя бычок в утилизатор. – Если честно, то Кирилл тоже хотел уйти, но…

– Но? – в глазах Лайм вспыхнули огоньки интереса.

– Но его остановила Минако. Она так вцепилась в его руку, что он просто не мог встать со своего места. А потом в его взгляде что-то изменилось, и он остался. До сих пор не знаю, что повлияло на его решение. Помню только, посмотрел тогда на него и подумал, что этот парень далеко пойдет.

– Да, Кир, он такой, – улыбнулась девушка. – Порой мне казалось, что он слишком нерешителен, но уже через мгновение он меня мог в этом переубедить. В этом был он весь.

Лайм поднялась из кресла.

– Ладно, командор, разрешите идти. А то я что-то сегодня устала: все же три собеседования за день – это трудновато.

– Сколько еще осталось?

– Еще завтра, и все, но, думаю, наберем еще от силы человек пятнадцать.

– Тоже неплохо, – сказал Дорнер и, махнув рукой, добавил: – Все, иди, иди, отдыхай. Завтра закончишь с собеседованиями и можешь взять небольшой отпуск на пару недель, но к началу занятий чтобы была здесь.

– А куда я денусь, – улыбнулась Лайм, направляясь к двери. Открыв ее, она замерла на пороге и, послав командору воздушный поцелуй, вышла из кабинета.

Дорнер вздохнул и вызвал секретаршу.

– Шурочка, меня ни для кого нет, только если что-то сверхсрочное.

– Принято, командор.

Марк с унынием посмотрел на лицо киборга, похожее на застывшую маску, и, зябко передернув плечами, отключил связь.

– Пластиковый труп какой-то, – пробормотал он, доставая из пачки очередную сигарету и закуривая. – Нет, надо как-то раздобыть себе нормальную модель, а не это пугало.

* * *

Браен сдавленно улыбнулся и отставил в сторону бокал с коктейлем.

– Вот так все и было, – сказал он. – После того как ваш брат улетел, мы с Эной недолго пробыли на том планетоиде. До конца моего контракта как раз оставалась всего пара месяцев, после чего мы улетели в Анклав.

– Помню, Кир мне что-то такое рассказывал. – Андрей наморщил лоб. – Точно! Это было как раз перед нашим отлетом в экспедицию. Он тогда еще какие-то справки наводил…

– А что было дальше? – спросила Лиа, бросив на Малышева быстрый взгляд.

– Ну. – Эдвард на мгновение задумался, словно решая, что стоит рассказывать, затем продолжил: – Мы с Эн поселились в небольшом городке на Малом Лондоне. У меня были кое-какие сбережения, и я прикупил там неплохой домик. К сожалению, наше счастье продолжалось недолго.

По лицу мужчины пробежала тень давней боли, заставив его замолчать и потянуться к стакану с коктейлем. Залпом осушив его содержимое, он лишь поморщился.

– Черт, сейчас чего бы покрепче, а не этот лимонад.

Лиа с грустью посмотрела на Браена и неожиданно для всех накрыла его сжатую в кулак руку своей ладошкой.

– Эдвард, мне надо знать, пожалуйста.

Браен поднял глаза на женщину, несколько минут молча смотрел на нее, затем тяжело вздохнул и понимающе кивнул:

– Хорошо. Только рассказывать особо нечего. Мы три года прожили с вашей сестрой душа в душу. Я устроился на работу водителем погрузчика в космопорте, а Эна подрабатывала в местном цветочном магазине. Все было хорошо, но постепенно ее редкие провалы в памяти стали прогрессировать. Сперва я не придавал этому особого значения, пока однажды утром она не узнала меня. Это было пугающе… – Эдвард покачал головой и вновь замолчал, было видно, с каким трудом ему даются эти воспоминания.

Лиа хотела что-то спросить, но Антон осторожно тронул жену за плечо и, когда она обернулась, покачал головой.

– Приехали врачи, но в клинику ее брать не стали. Она ведь клонер, а вы знаете, как у нас к ним относятся. Они для многих недолюди. Так, живые инструменты, игрушки, существа, созданные для грязной работы. Даже последний преступник иногда имеет больше прав, чем они! – Слова рвались из него, прорвав плотину многолетнего молчания. – Эне становилось хуже и хуже. И если сперва она просто не узнавала меня, то постепенно ее разум стал угасать. Она действительно превратилась в некое подобие механической куклы, которая только что и могла удовлетворять свои естественные потребности.

Браен закрыл ладонью глаза и прошептал:

– Это было страшно.

Побледневшая Лиа широко раскрытыми глазами смотрела на поникшего мужчину, даже не стараясь вытереть струившиеся по щекам слезы. Антон приобнял жену, успокаивающе провел рукой по ее волосам, и та с коротким всхлипом уткнулась ему в плечо.

– А ваша дочь? Ей ведь всего восемнадцать.

– Моя дочь? – Браен удивленно посмотрел на задавшего вопрос Андрея и понимающе усмехнулся. – Вы когда-нибудь слышали о так называемых генных детях?

Андрей отрицательно покачал головой и посмотрел на утешающего жену Антона, но тот только неопределенно повел плечами.

– В общем, я тоже толком в это не разбираюсь, но, как мне объяснили, суть такова: берутся гены родителей и внедряются в искусственную яйцеклетку. После этого зародыш подсаживается живой женщине, и она его вынашивает. Конечно, все это не дешево, но у нас были кое-какие сбережения…

– Но… но генотип Эны был с дефектами, – неожиданно вмешалась Лиа. – Из-за этого ее… ее. – Она вновь залилась слезами.

– Да, – кивнул Браен, с грустью смотря на всхлипывающую женщину. – На исправление цепочек ее ДНК ушло целых семь лет и несколько тысяч кредитов. Однако результат того стоил, вы же сами видели. – Его губы тронула легкая улыбка. – Эна всегда хотела дочку и всегда хотела назвать ее именем сестры. Я рад, что смог выполнить ее желание.

* * *

Они медленно шли к прибывшему за ними черному глайдеру «Искателя». Все молчали, каждый по-своему переживая эту неожиданную встречу. Андрей беспокоился за своего старого знакомого, которому визит его друзей разбередил старую рану, и одновременно переживал за названую сестру Кира. Антон был несколько растерян, а Лиа, держась за руку мужа, постоянно перематывала в голове рассказ Браена и едва удерживалась от слез.

– Тетя Лиа, подождите! – Раздавшийся позади них девичий голос заставил их остановиться.

Дочь Браена подбежала к ним и неожиданно для всех бросилась на шею Лиа.

– Тетя Лиа, пожалуйста, прилетайте еще. Мне так надо с вами поговорить, я столько хочу узнать о своей маме. Пожалуйста!

Андрей бросил обеспокоенный взгляд на жену друга и вдруг увидел, как ее лицо разгладилось, а на губах появилась улыбка. Она нежно и почти бережно обняла девушку.

– Я постараюсь, тезка, я постараюсь. Мне тоже многое нужно тебе рассказать, девочка моя, очень многое.

Глава 2

Антон спустился по трапу сейпера и невольно прищурился от ударившего в глаза яркого солнца. Мимо, глухо бухая ногами по металлической поверхности трапа, прошагали два киберспасателя, заставив его благоразумно отойти в сторону. Вслед за роботами в распахнутом зеве грузового люка показался вездеход и, лязгая траками, принялся медленно сползать вниз. На краю распахнутого люка сидела худенькая девушка с коротко стриженными черными волосами, но, заметив хмуро смотрящего на нее Соболева, тут же скользнула внутрь машины.

– Совсем технику безопасности не соблюдают, – усмехнулся Антон и, погрозив кулаком в сторону многотонной машины, поднес палец к виску, где был закреплен кругляш рации. Легкое нажатие, и тот выбросил из себя две серебристые нити, одна из которых потянулась к уху, а другая спустилась ко рту мужчины.

– Бета семь, как выгрузитесь, доложишь, – бросил он в микрофон, внимательно оглядывая огромное взлетное поле недостроенного космодрома. Если не считать их сейпера и замерших в отдалении пары глайдеров, оно было абсолютно пусто. Впрочем, на Марсе подобные места были не редкостью. Планета, некогда терраформированная под нужды землян, так и не была полностью заселена. Теперь многие из ее больших и малых городов пустовали, медленно превращаясь в руины, несмотря на все усилия ремонтных киберов. Вот и тут здание космопорта, с воздуха напоминающее распластавшуюся на земле огромную металлическую медузу, раскинувшую во все стороны свои тонкие щупальца, чернело провалами в стенах, сквозь которые проглядывал причудливый «скелет» его внутренних конструкций.

Приложив ладонь козырьком ко лбу, Антон огляделся и, заметив стоявшего около одного из глайдеров Андрея, приветственно помахал ему рукой.

– Ну и где размещаться моим ребятам? – спросил он, подходя ближе и пожимая руку Малышева.

– Можете занять один из ангаров, – ответил Андрей, указав на возвышающиеся у края поля белоснежные куполообразные строения. – Особых удобств не обещаю, но уж как есть. – Он виновато развел руками.

– Ничего страшного, не впервой. – Антон надавил пальцем на кругляш рации и скомандовал: – Бета семь, размещайтесь в одном из ангаров.

– Принято, командир, – раздался в наушнике задорный девичий голосок. – А вы куда, если не секрет?

– Любопытство сгубило кошку, Торико, – усмехнулся Соболев. – Хотя секрета особого нет, осмотрю объект и вернусь, а вот ты за ненужные вопросы получишь у меня наряд.

– Это нечестно! – пискнула рация.

– Честно, честно. – Антон отключил связь и, покосившись на улыбающегося друга, буркнул: – Детский сад какой-то.

– Сами такими были, дружище, или уже забыл?

Соболев покачал головой, а кончики его губ дрогнули вверх.

– Не забыл, Андрюха, не забыл. Ладно, полетели, покажешь свои владения.

– Зачем лететь, мои владения – это весь космопорт, а установка находится вон там. – Он указал рукой на длинное приземистое здание, расположенное в дальнем конце взлетного поля.

– Далековато, – вздохнул Соболев, которому совершенно не хотелось топать под жарким солнцем по гладкому полю, покрытому огромными серыми шестигранниками пласткерамических плит.

– Далековато, – передразнил друга Малышев. – Совсем скоро ногами ходить разучишься, видно, стареешь.

Антон покосился на Андрея и вдруг резко подпрыгнул вверх. Сделав кульбит, он мягко приземлился на ноги и, окинув Малышева с ног до головы придирчивым взглядом, с ехидной улыбкой поинтересовался:

– А может, наперегонки, профессор?

Андрей задорно рассмеялся.

– Уел, уел, дружище. Ладно, сегодня поедем на мобиле. – Он кивнул в сторону приютившийся между глайдерами небольшой колесной машины и, направившись к ней, добавил: – Но наперегонки обязательно сбегаем, и не надейся, что я в худшей форме.

* * *

Вечер выдался на редкость чудесным и спокойным. Большее из солнц уже скрылось за горизонтом, а малое светило не могло полностью справиться с его обязанностями, погружая окружающую действительность в странный белесый полумрак. В это время суток, называемое здесь «вечерним сумраком», все краски словно притухали и мир выглядел точно выцветшая открытка. Пройдет еще пару часов, и на землю падет звездная ночь, длящаяся здесь почти двадцать часов. А пока природа готовилась ко сну. Дневные птицы умолкали, а их мелодичные трели сменялись щелканьем и писком их ночных собратьев. Лайдосовы деревья прижали свои раскидистые ветви к стволам и теперь напоминали пирамидальные тополя далекой Земли, а огромные бутоны тюльпанов Ардога неспешно закрывались, до последнего ловя своими лепестками свет почти не греющего светила. Со стороны реки, протекающей в полукилометре от холма, на вершине которого расположился небольшой двухэтажный коттедж, потянуло холодным ветерком, заставив сидевшего на веранде человека зябко повести плечами.

– Томано, дорогой, может, в дом пройдешь, а то скоро стемнеет.

– Нет, дорогая, я еще тут посижу, трубочку выкурю! – крикнул в ответ мужчина, беря со стоящего рядом с его плетеным креслом небольшого стеклянного столика обшарпанную трубку.

Неторопливо набив ее табаком, он с удовольствием затянулся, выпустив из ноздрей тонкие струйки сизого дыма, и, откинувшись на спинку, усмехнулся. Дочь всегда не одобряла это его неожиданное увлечение, приводя тысячи доводов, дабы он отказался от этой вредной привычки, а ему просто нравилось. Томано тяжело вздохнул. Сколько же он не видел свою девочку, два, три года? Как же летит время. А ведь кажется, что только вчера он нянчил ее на руках… только вчера. Время… Он резко поднялся из кресла и, подойдя к высоким перилам, идущим по периметру веранды, оперся на них руками. Несколько минут он задумчиво рассматривал раскинувшийся за домом луг, прямо за которым темнела стена лайдосовой рощи, затем резко выпрямился.

Томано Мацуто – бывший глава тайной канцелярии Империи Солнца, доверенный самого Императора. Предатель. Глава повстанческого правительства. А теперь?

Томано скривил рот в саркастической ухмылке. Теперь он просто обыкновенный фермер, выращивающий картофель, а все его владения – это несколько акров земли да тройка сельхозкиберов. Черт возьми, но ведь ему нравится такая жизнь, или уже нет?

Мацуто вытащил трубку изо рта и провел рукой по лицу. Что с ним? Почему в последнее время он все чаще задумывается над тем, правильно ли он поступил? Может, все из-за того, что дети выросли, а новых жена не хочет. Или все потому, что когда-то он хотел большего? Власть – возможность повелевать судьбами миллионов людей, руководить их помыслами и желаниями. Власть – это как наркотик, так что даже спустя столько лет трудно избавиться от желания ее иметь. А ведь у него все это было… По сути, он являлся вторым человеком в Империи, был ее серым кардиналом. Перед ним склонялись главы крупнейших кланов, а имперский флот по его указанию был готов превратить любую планету в выжженную пустыню. И вот теперь фермер… обычный фермер… и картошка.

Томано нервно хихикнул, затем мотнул головой и, вздохнув полной грудью прохладный, сумрачный воздух, улыбнулся. Нет, на самом деле он ни о чем не жалеет, и если бы ему пришлось проживать жизнь заново, то он вновь поступил бы так же. Его Хибики стоит сотен империй, а все его мысли просто от усталости. В конце концов, надо им с женой просто куда-нибудь слетать развеяться, и все будет в порядке.

Легкий свист заставил Томано вскинуть голову и удивленно уставиться на пронесшиеся над лугом остроносые машины. Истребители заложили горку, сделали круг над домом и свечой ушли в небо. На миг небо закрыла огромная тень. Мацуто хмыкнул и, сунув потухшую трубку в рот, скрестил руки на груди, с прищуром наблюдая за проплывающим над крышей дома склайдером. Огромная машина на мгновение зависла в воздухе и, выпустив похожие на птичьи лапы посадочные опоры, медленно опустилась на землю, просев с громким «вздохом» амортизаторов. Ее борт прочертила светящаяся ярким светом линия, через мгновение превратившаяся в зев входного люка, из которого выдвинулась широкая лестница.

– Дорогая, к нам гости! – крикнул Мацуто, поправляя воротник рубашки и приглаживая несколько взъерошенные волосы.

– Кто еще там в такое время? – раздалось изнутри дома. – Неужели Рендолы наконец-то решили наведаться?

– Нет, милая, не угадала. Иди-ка лучше сюда. Поверь, ты будешь удивлена! – бросил Томано, угрюмо наблюдая за спускавшимся по трапу человеком, впереди и вслед за которым шло несколько фигур в боевых скафандрах, стилизованных под старинные доспехи. Впрочем, даже без этих своеобразных телохранителей Мацуто узнал бы этого человека. Слишком уж много воспоминаний было связано у него с этим невысокорослым седовласым мужчиной в черных, расшитых золотыми драконами одеждах, слишком много. Щека Томано нервно дернулась, а пальцы буквально впились в перила.

Тем временем солдаты замерли у входа на веранду, выстроившись на манер небольшого коридора, по которому неторопливо прошествовал прилетевший. Он поднялся по ступеням и остановился напротив Мацуто, окинув его усталым взглядом своих карих глаз.

Повисшая над верандой тишина буквально «зазвенела» от напряжения.

– Я все-таки до сих пор твой Император. – Голос гостя был мягким и вкрадчивым, но тем не менее Томано почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. Колени невольно подогнулись.

Тихое шуршание открывшейся двери за спиной.

– Не смей, Тома! – Резкий оклик жены заставил Мацуто невольно вздрогнуть и выпрямиться.

– Не вздумай, дорогой, – повторила она уже более спокойным тоном, выходя из дома и останавливаясь напротив прилетевшего. Несколько долгих мгновений златовласая женщина и седой мужчина молча смотрели друг на друга, затем Хибики угрюмо поинтересовалась: – Что тебе надо, отец?

Император неожиданно опустил взгляд.

– Я просто хочу поговорить, дочка, – тихим голосом ответил он, – просто поговорить, вот и все.

Женщина вздрогнула. Перед ней, склонив голову, стоял не грозный властитель Империи Солнца, а уставший от жизни, одинокий старик. Хибики замерла в растерянности, не зная, как поступить, а затем вдруг звонко всхлипнула и, резко развернувшись, скрылась в доме.

Император проводил ее грустным взглядом и вновь повернулся к Томано.

– Может, присядем, если ты, конечно, не против? – Он указал глазами на стоящие у столика кресла.

Мацуто растерянно кивнул и жестом пригласил гостя садиться. Они долго молчали, лишь изредка обмениваясь малозначительными фразами. Хибики не возвращалась. Вместо нее на веранде появилась девочка-андроид, которая принесла поднос с чаем и печеньями, после чего замерла у дверей дома, словно ожидая дальнейших приказаний.

Меж тем второе солнце планеты скрылось за горизонтом, сумречное время сменилось ночью, а вокруг веранды вспыхнула легкая синеватая дымка защитного поля, отгораживающая ее от ночного гнуса.

– Томано, ты бы не хотел вернуться?

Вопрос Императора застал Мацуто врасплох. Он непонимающе посмотрел на правителя, с невозмутимым видом потягивающего чай из высокой кружки, и неопределенно повел плечами.

– Наверное, нет, – ответил он через какое-то мгновение. – К тому же в Империи я все еще мятежник, или вы забыли, какую награду пообещали за мою голову?

Император тяжело вздохнул и покачал головой.

– Не забыл, Томано, просто… просто времена теперь изменились. И в последние годы я все чаще думаю, что вы с Хибикой были не так уж и не правы, говоря, что Империи требуются перемены.

Томано с удивлением посмотрел на своего собеседника, не понимая, к чему тот клонит.

– Хорошо тут у вас, спокойно. – Император поднялся с кресла и, подойдя перилам, несколько минут вглядывался в ночное небо. – Знаешь, Томано, на самом деле я с удовольствием бы поменялся с тобой местами. Остался бы тут, сидел бы в этом кресле, нянчил внуков.

– Они уже давно выросли, мой… ваше величество.

– Я знаю. – По лицу правителя пробежала тень затаенной грусти. – Неужели ты думаешь, что я не слежу за судьбой своих внуков? Ная – подающий надежды биолог в Седвильском Институте Космобиологии, а Орто стал киберинженером и сейчас стажируется на Верге-3. Знаешь, Томано, Ная так похожа на свою бабку – прямо вылитая Клариса, и, судя по докладам, характер у нее такой же, а…

– И что вы все же хотите от нас, ваше величество? – прервал Императора Мацуто, мысленно ежась от своей дерзости, хотя и понимая, что сейчас он находится в полной безопасности. Император явно не затем летел десятки световых лет, чтобы лично казнить своего бывшего подчиненного и непокорную дочь. Да и находились они сейчас не в Империи, а на одной из планет ОСМ, где власть Императора пустой звук, а сам он лишь высокопоставленный гость. В любом случае если Императору и не понравилось, что его так резко перебили, виду он не подал. Несколько минут он молча продолжал смотреть на звезды, затем повернулся к Мацуто.

– Томано, на ближайшем совете министров я хочу объявить о сложении с себя всех полномочий и передаче власти своей дочери. Сюда я прилетел лишь для того, чтобы получить ее согласие.

Пивший чай Мацуто застыл с поднесенной ко рту кружкой и, мотнув головой, вопросительно посмотрел на Императора, не понимая шутит тот или нет, но, судя по его лицу, тот был абсолютно серьезен. Девочка-андроид неожиданно издала тихий возглас удивления, заставивший разговаривающих мужчин дружно посмотреть в ее сторону.

Губы Императора тронула легкая улыбка.

– Дочка, а ты совсем не изменилась, – сказал он, с грустью в голосе. – Может, хватит подслушивать, а присоединишься к нам, и я все объясню.

* * *

Широкая решетчатая металлическая площадка, возвышающаяся над землей на несколько метров. Под ней целое переплетение разноцветных энергокабелей, большинство из которых собраны в аккуратные жгуты и подведены к расположенным по бокам от площадки ребристым цилиндрам генераторов. С двух сторон к площадке подходят широкие пандусы, словно для въезда на нее какой-то тяжелой техники. Сами «врата» – это две широченные металлические пластины десятиметровой высоты с отполированной почти до зеркального блеска поверхностью. Несмотря на размер, толщина этих пластин всего пара сантиметров, отчего кажется, что они вот-вот согнутся под собственным весом или рухнут на землю даже от неосторожного движения. Метрах в пяти от площадки тянутся мерцающие столбики с-поля, охватывая ее по периметру огромным кругом, а прямо за ними высятся пирамиды излучателей полей высшей защиты. Все это было расположено в центре немаленького ангара, некогда предназначавшегося для ремонта космолетов среднего класса, внутри которого вовсю кипела бурная деятельность. Вокруг «врат» суетились люди в светло-синих комбинезонах, то тут то там слышалось характерное шипение молекулярной сварки, глухие стуки, скрежет, всхлипы каких-то предупредительных сигналов. Порой со стороны площадки начинал идти низкий басовитый гул, и тогда столбики с-поля предупредительно моргали желтыми огоньками на своих вершинах. В тот же миг все звуки работы пропадали, но стоило гулу стихнуть, как вся какофония тут же возвращалась, словно повинуясь повороту некоего невидимого рубильника. Лишь грузовые киберы, перетаскивающие какие-то громоздкие контейнеры, не обращали ни на что внимания, неспешно занимаясь своими делами.

Антон замер в широко распахнутых воротах ангара, оглядываясь с интересом, и едва успел отскочить в сторону от небольшого кибера, спешащего по своим делам с мотком энергокабеля. Чем-то похожая на большого краба машинка на миг остановилась, повернула в его сторону один из своих видоискателей и, по всей видимости, убедившись, что с человеком все в порядке, скрылась в глубине помещения.

– Ну и как тебе мои владения, дружище? – спросил стоявший рядом Андрей.

– Пока не очень впечатляет, – хмыкнул Соболев. – Больше похоже на какую-то стройку.

– Ну, можно сказать, что так оно и есть, – кивнул Малышев. – Постоянно что-то меняем и доводим, но сейчас это больше косметическое. Сам пробойник в рабочем состоянии, и в эти дни нас ждут финальные испытания. Если пойдет все гладко, то…

Он многозначительно посмотрел на друга, и тот понимающе кивнул.

– Значит, я буду присутствовать при историческом моменте.

– Практически, – улыбнулся Андрей и, бросив взгляд на «запястник», добавил: – Кстати, если не спешишь к своим, можешь остаться, у нас как раз через полчаса пробный пуск.

Система управления вратами располагалась в небольшой приземистой постройке из пенобетона, расположенной в паре сотен метров от ангара. Судя по всему, ее сформировали не так давно при помощи стандартного строительного комплекса, причем с отделкой явно решили не заморачиваться. Просто наполовину утопленный в землю серый куб без окон, вокруг которого установлены знакомые пирамиды ИПВЗ. Внутри это строение чем-то напоминало рубку космолета: огромный плазмоэкран во всю стену, ряд сенсор-кресел вдоль него, висящие в воздухе плекситаловые пластины пультов. Посередине небольшое возвышение, над которым парит полупрозрачное кольцо золотистого цвета.

Приветственно махнув рукой сидевшей в одном из кресел женщине и указав Соболеву глазами на пустующее, Малышев быстрым шагом прошел внутрь кольца, которое при соприкосновении с его телом замерцало зеленым светом.

– Ну что, начнем потихоньку, – сказал он, обращаясь к самому себе. – Дана, дай сигнал.

Женщина коротко кивнула и, нагнувшись к пульту, пробежалась по нему пальцами. При этом из кресла вытянулись тонкие жгуты нейродатчиков и метнулись в ее сторону, сливаясь с тканью обтягивающего ее тело сенсоркомба, а на экране появилось изображение «врат». В то же время над взлетным полем бывшего космопорта разнесся громогласный голос:

– Внимание всему персоналу, до начала прокола десять минут, всем срочно покинуть зону перехода.

Работающие в ангаре люди спешно принялись заканчивать свою работу и, отложив инструменты, торопливо направлялись к выходу. Вслед за ними потянулись и некоторые киборги. Тем не менее, к удивлению Соболева, никто из рабочих далеко не уходил. Большинство лишь зашло за пирамиды излучателей и осталось стоять там, переговариваясь и с интересом наблюдая за происходящим. Антон бросил быстрый взгляд на Малышева, но тот был абсолютно спокоен.

– Тридцать секунд до начала прокола, начинаю обратный отчет…

Андрей, все это время молча стоявший на своем месте скрестив руки на груди, встрепенулся и провел ладонью над окружавшим его зеленым кольцом. Повинуясь резким движениям его руки, оно разделилось на несколько частей, каждая из которых засверкала разноцветными огоньками пиктограмм. Теперь со стороны Малышев был похож на Юпитер с его множеством спутников, роль которых здесь исполняли плавающие вокруг него мерцающие разноцветными огнями плазмопласты пультов управления.

Изображение «врат» на экране подернулось голубоватой дымкой, и вдруг в воздухе между пластинами возникла ярко-желтая точка.

– Есть пробой, Андрей Львович, связь с приемником установлена, начинаю стабилизацию канала.

Малышев бросил взгляд на свою помощницу и, коротко кивнув, принялся манипулировать с кружащими вокруг него пультами, передвигая их с места на место, словно причудливую головоломку.

Желтая точка резко набрала яркость и уже походила на маленькое солнышко, заставляя находящихся в ангаре людей невольно щуриться. Ее резкое исчезновение стало для Антона полной неожиданностью. Он даже сперва подумал, что что-то пошло не так, пока невидимая камера не сменила ракурс, направив свой объектив прямо на «врата».

Залитая пенобетоном площадка, огороженная по периметру невысокой металлической оградой. Прямо за ней уходящая к самому горизонту равнина, покрытая высокой темно-зеленой травой. Вдали виднеются какие-то строения. Создавалось такое впечатление, что какой-то неведомый шутник загнал между пластинами «врат» голопроекцию.

– Есть пространственная развертка.

Камера вновь сместилась. Некоторые из оставшихся в ангаре людей обнимались, хлопая друг друга по спинам и плечам, радостно пожимая руки, другие что-то бурно обсуждали – было заметно, что по другую сторону экрана царит праздничное настроение.

Соболев поднялся из кресла и подошел к Андрею.

– Думаю, тебя можно поздравить.

– Пока рано, вот откатаем полностью программу, тогда можешь поздравлять.

Антон понимающе кивнул и пару мгновений всматривался в раскинувшийся по другую сторону портала пейзаж, затем спросил:

– А что это за планета?

– Это Дальняя. Пятая планета системы А324У дельты Бригса. Находится в девяноста двух парсеках от Земли. Независимая колония, – ответила вместо Малышева его помощница, бросив на Антона быстрый взгляд и сверкнув на миг белозубой улыбкой.

– Ого, прилично, – присвистнул тот. – И сколько же на это надо энергии?

– Порядочно, мой друг, порядочно. – Андрей скользнул взглядом по висевшим перед ним небольшим мониторам. – Грубо говоря, затраты на этот пробой соизмеримы с количеством энергии, выработанной реактором корабля на полет до нее. Так что тут выигрышей никаких, но время… Обычный космолет в подпространстве будет идти до Дальней около месяца. Корабль с прокольником, конечно, сделает это почти мгновенно, но ты знаешь его минусы – обычный человек внефазовый переход не переживет. Плюс для его полета в точке назначения нужен специальный «финиш-фиксатор», к тому же кораблю еще и сесть надо, а на это тоже уйдет пара часов, зато я…

– А ты можешь преодолеть это одним шагом, – закончил за него Антон.

– Вот именно, – улыбнулся Малышев, не отводя глаз от поступающих на экраны показаний датчиков. Он поднес руку к виску, и оттуда по его щеке стек тоненький усик микрофона.

– Василий, повысь напругу на тройке, пошел провал в синусоиде, и давай уже продолжать.

– Пять минут, пробой стабилен, – разнесся над площадкой громовой голос. – Всем внимание, начинаем фазу два.

– Фаза два?

– Переправка грузов, – пояснил Андрей, пододвигая ближе один из плавающих в воздухе пультов и пробегая по нему пальцами. – Колонисты как раз нуждаются кое в каких запчастях на сельхозтехнику, ну и так, по мелочам. Корабли-то к ним редко ходят, да и дорого все обходится, а тут и людям поможем, и проверим заодно.

– Разумно, – кивнул Антон. – Кстати, там защита, надеюсь, не хуже, чем здесь?

– Точно такая же, – рассеянно ответил Малышев, а его рука вновь скользнула к виску. – Андре, синхронизатор идет вразнос, включай резерв, иначе не удержим.

– Что-то не так? – спросил Соболев, с беспокойством смотря на неожиданно нахмурившегося друга.

– Пока не знаю, раньше такого не было. Такое впечатление, что линия пробоя дрожит.

– Это как?

– Потом объясню, – бросил в ответ Малышев, вновь принявшись «играть» пультами, и Антон, поняв, что не стоит мешать другу лишними расспросами, вернулся на свое место.

Меж тем к «вратам» подплыла грузовая гравиоплатформа с установленными на ней контейнерами и медленно «протиснулась» между пластинами. Антон невольно напрягся, ожидая всего, чего угодно, от обычной вспышки света до пространственных искажений, однако ничего подобного не произошло – переход прошел совершенно буднично. Такое впечатление, что платформа просто перелетела в соседнее помещение, а не пересекла почти сотню парсек. Вслед за первой платформой к «вратам» направилась вторая, затем третья, и каждый раз Антон невольно ожидал какого-нибудь светопреставления, но все шло гладко. Лишь вид нервно кусающего губы Андрея, угрюмо наблюдавшего за происходящим на экране, говорил, что на самом деле все далеко не так радужно. Руки Малышева то и дело скользили от пульта к пульту, заставляя те в ответ вспыхивать чередой разноцветных огоньков.

Наконец все пять платформ оказались по другую сторону «врат», и Антон уже решил, что эксперимент подошел к концу, но знакомый голос дал понять, что это не так.

– Внимание, начало фазы три! – вновь загремело над полем. – Команде Рикарда приготовиться к переходу!

– Неужели люди пойдут? – Он обеспокоенно посмотрел на Малышева. – Андрей, это не опасно?

– Не опаснее обычного рейса на космолете, – ответил тот. – Канал мы стабилизировали, так что все нормально. Неужели ты думал, что я стану зазря рисковать людьми?

Андрей оглянулся и пристально посмотрел на друга, заставив Соболева смущенно отвести глаза.

– И все же…

– Не беспокойся, смотри.

По пандусу поднималось несколько массивных «горбатых» фигур. Три человека, облаченные в поблескивающие иссиня-черной чешуей фазовых т-отражателей скафандры высшей защиты, неспешно направлялись к «вратам». На миг идущий впереди замер у границы перехода, словно чего-то опасаясь, затем сделал шаг. Несколько долгих минут он стоял неподвижно, затем обернулся и махнул рукой своим спутникам, которые тут же последовали за ним.

– Ну вот, видишь… – Андрей пододвинул к себе висящий сбоку пульт и ткнул в него пальцем. – Стив, как все прошло?

– Нормально, Андрей Львович, – в голосе Рикарда слышались напряженные нотки. – Правда, на этот раз «плывун» был гораздо сильнее, но все в пределах нормы.

Брови Малышева сошлись к переносице.

– Без скафандра сможешь?

– Думаю, да, тут ведь дело привычки.

– Ясно. Давайте назад и на сегодня закончим. – Он резким движением оттолкнул от себя мерцающую синим светом пластину плазмопласта и тут же пододвинул к себе другую.

Группа Рикарда совершила обратный переход, и тут же окно портала погасло, словно кто-то решительным жестом стер нарисованную между пластинами «врат» картину.

Усик микрофона вновь скользнул к губам Андрея.

– Всем спасибо. На сегодня испытания закончены.

Он устало провел ладонью по лицу, тряхнул головой и сошел со своего места. Висящие в воздухе прямоугольники плазмопластов тут же потеряли свои очертания и с легким звоном соединились в знакомое зеленое кольцо.

– Ну как тебе? – спросил он поднявшегося из кресла Соболева.

– Как-то все… – Антон прищелкнул пальцами, подбирая слова, – обыденно, я сказал бы. Ожидал чего-то этакого, а тут…

– Это и хорошо, – улыбнулся Андрей. – «Этакого» нам как раз и не надо, хватило и при первых запусках.

– Были проблемы?

– А куда без них, – уклончиво ответил Малышев и, хлопнув Антона по плечу, добавил: – Не заморачивайся, давай лучше ко мне. Посидим, старые времена повспоминаем. Да и Тина тебя увидеть хотела.

– Она здесь?

– А где же ей быть. Вчера меня весь вечер «пылесосила» за то, что тебя с Лиа в гости не затащил.

– Ну надо же было на новом месте обустроиться.

– Я ей то же самое говорил, только толку. Так что давай залетим за твоей женушкой и к нам, а то моя меня точно сегодня съест.

– Хорошо, – улыбнулся Антон, – я не против. Только можно сперва пару вопросов?

– Давай. Хотя погодь минутку. – Малышев повернулся к своей помощнице. – Дана, возьми у Андре записи системы и вечерком переправь мне на «вирт», хочу понять, что это сегодня был за сбой.

– Хорошо, Андрей Львович, сделаю, – кивнула та, поднимаясь со своего места и потягиваясь.

Неожиданно для себя Антон загляделся на хрупкую точеную фигурку девушки, затянутую в облегающий сенсокомб, но легкий толчок локтем под ребра заставил его быстро отвести глаза в сторону.

– Не засматривайся, а то ишь, слюни распустил, – шепнул ему на ухо Андрей, но, судя по быстрому взгляду девушки, та все же услышала. Малышев расплылся в широкой улыбке и легонько подтолкнул Антона к выходу. Друзья вышли на улицу и, быстро переглянувшись, рассмеялись.

– Что ж это ты, старче, на девок молодых засматриваешься, неужели жены уже не хватает? – В глазах Андрея прыгали искорки озорного веселья.

– Ну, я чисто в эстетическом плане, просто полюбоваться. – Антон придал своему лицу смущенное выражение и виновато шаркнул ногой. – Только Лиа ничего не говори – убьет.

– Могила, – кивнул Малышев с самым серьезным видом, но не удержался и вновь расхохотался, смотря на неожиданно раскрасневшегося друга.

Они неспешно направились к находящейся неподалеку посадочной площадке служебных глайдеров, дурачась и подтрунивая друг над другом. Изредка навстречу им попадались идущие по своим делам сотрудники, которые с удивлением смотрели на своего начальника, но Андрей не обращал на них внимания. На какой-то краткий миг он вновь почувствовал себя тем самым беззаботным парнем, только что окончившим школу и поступившим в академию. Впереди была жизнь, полная неожиданных открытий, приключений и новых знакомств. Как же давно это было. Андрей вздохнул. Давно. А ведь в суете повседневности он даже и не заметил, как промелькнули целые десятилетия. Антон, рассказывающий очередную веселую историю, почувствовал изменение в настроении друга и замолк. Несколько минут они шли молча.

– О чем задумался?

– Да так. – Малышев неопределенно повел плечами. – Вспомнил нашу первую встречу в академии. Здорово тогда над нами подшутили.

Антон удивленно посмотрел на своего спутника, затем понимающе усмехнулся.

Действительно. Первый их день в казармах «Искателя» был полон сюрпризов, которые оставили им их предшественники. В тот день всей их группе пришлось несладко.

Андрею досталась «бешеная кровать», которая принимала какие угодно формы кроме нужной. Душ Кира вместо воды окатил его инфразвуком. Тина застряла в шкафу с мономолекулярной стеной, которая «заросла» у нее за спиной, едва она решила разложить там свои вещи. Айко «вирт» выдал голопроекцию какого-то чуда-юда, отчего тот едва не вынес дверь, спешно ретируясь из своей комнаты. Георг, Эрика, Минако, Гера – все они тогда получили свою порцию так называемого посвящения в кадеты. Да и ему самому досталось…

– Да уж, помню, помню. Я после этого «посвящения» дня три от люминесцентентки отмыться не мог – светился в темноте как новогодняя елка. А к чему ты это вспомнил?

– Даже и не знаю. Просто что-то на ум пришло. – Андрей ловко перепрыгнул через невысокое ограждение, идущее по периметру посадочной площадки. Подойдя к глайдеру, он махнул рукой над сенсором, заставив дверь с легким шипением уйти в сторону. – Кстати, ты о чем хотел спросить-то?

– Спросить? – Антон растерянно потер лоб. – Ах да. Хотел узнать, что означает «плывун» и зачем тебе вообще понадобилась здесь моя команда?

– А, ты вон о чем. – Андрей опустился в приветливо развернувшееся в его сторону кресло. – Садись давай, во время полета поговорим.

Антон послушно влез в кабину. Антигравитационные решетки глайдера налились бледно-синим светом, он приподнялся над площадкой и стремительно ушел ввысь. Малышев включил автопилот и, настроив маршрут, покосился на Антона, с отсутствующим видом смотрящего на проплывающий внизу океан. Недостроенный космодром находился на соседнем острове, и до поселка было почти двадцать минут лета.

– Задумался?

– Да так. – Антон вздохнул. – Последние три года мы с Лиа жили на «Немфусе»,[40] и теперь как-то непривычно видеть за окном все эти красоты. Там из пейзажа лишь звездное небо, каменистая равнина да мутный Уран над горизонтом.

– Ясно. – Андрей откинул кресло и, заложив руки за голову, посмотрел на товарища. – Насчет твоих вопросов. Так называемый плывун – это состояние, возникающее при проходе через «врата»: тошнота, головокружение, расфокусировка зрения, потеря ориентации в пространстве. Продолжается это каких-то пару минут, но довольно неприятно.

– А защита?

Андрей пожал плечами.

– Пока ничего не придумали. Даже СкВЗ[41] не помогают. Мало того, мы даже не можем определить, что так воздействует на организм. Технология «врат» для нас во многом еще темный лес. Если честно, то, грубо говоря, мы научились бурить дыру в пространстве, толком не понимая, как это происходит.

Соболев с удивлением посмотрел на друга.

– Удивлен? – Андрей криво усмехнулся. – Да, да, Антох, это не шутка. Несмотря на все расчеты и исследования, многое из происходящего для нас темный лес. По сути, нынешняя установка – это гибрид технологии чужаков, найденной на «3274», и пробойника профессора Тана.

– Это той штуки, что ты нашел на Титане? – поинтересовался Антон.

– Слышал об этой истории?

– Краем уха как-то слышал о твоем приключении, поэтому перед полетом сюда ознакомился кое с какими документами, благо доступ позволяет. Да и интересно было знать, чем мой друг занимался все эти годы.

– Ага, ну тогда мне проще будет объяснить тебе причины вызова твоей команды. – Андрей резко придал спинке кресла нормальное положение и, бросив взгляд в окно машины, под днищем которой уже мелькал прибрежный лес, продолжил: – Надеюсь, ты прочел в тех документах об эксперименте профессора, позволившем тому установить канал с «вратами» чужаков?

– Естественно, – кивнул Антон. – Интересно… Стоп. – В глазах Соболева мелькнули огоньки понимания. – Не может быть. – Он уставился на друга недоверчивым взглядом. – Андрей, неужели…

– Да, дружище, – кивнул тот с легкой улыбкой. – Пару недель назад мы смогли это повторить.

Глава 3

Бросив беглый взгляд в сторону о чем-то шепчущихся женщин, Андрей получил в ответ многозначительную улыбку жены, тихонько вздохнул и, прикрыв дверь своего кабинета, повернулся к Антону.

– Пусть девчонки пока посплетничают о своем, а мы о делах потолкуем. Садись. – Малышев кивнул в сторону приютившегося у стены углового диванчика, напротив которого стоял небольшой прозрачный столик на тонкой ножке.

Соболев, стоящий у книжного шкафа и с любопытством вертящий в руках золотистую пластину далькского артефакта, понимающе кивнул и, осторожно положив ее на полку, уселся на диван.

– Интересная штука, – сказал он, с любопытством смотря на крышку стола, внутри которой мерцало объемное изображение Магелланова Облака.

– Ты про стол, что ли? – удивился Андрей, пододвигая кресло.

– Да нет, про треугольники Дальского. Интересные штуки. Сколько мы их уже нашли? Пару тысяч?

– Думаю, что больше, – ответил Андрей, наморщив лоб. – Блин, подожди секундочку. – Он вернулся к двери и, приоткрыв ее, высунул голову. – Дорогая, можно пару кофе.

Затворив дверь, он вернулся к креслу и, плюхнувшись в него, с улыбкой посмотрел на друга.

– Так что там про треугольники?

– Да я просто увидел его у тебя и задумался. Странная ситуация: мы расселились по космосу, вмешиваемся в геном человека, создаем машины с искусственным интеллектом, а эта железяка завела нас в тупик. Куча исследований, сотня гипотез, а по факту мы ведь так и не можем понять, что это за пластинки, откуда они, кто их сделал. Мы просто порой находим их здесь, но, кроме этих треугольников, ведь нет никаких намеков на то, что на Марсе когда-то была разумная жизнь, или я не прав?

– И да, и нет, – ответил Андрей, откидываясь в кресле. – Косвенных признаков хватает, однако наши предки немного сдурили.

– В смысле?

– В прямом. – Малышев скрестил руки на груди. – Терраформинг Марса проводился в полуавтоматическом режиме, так что остается только гадать, что было уничтожено в те годы. По сути, в данное время на несколько десятков метров в глубину Марс новоделка.

– Интересное выражение.

– Зато точное. – Андрей, улыбаясь, нравоучительно воздел палец. – Тем не менее в записях первых колонистов встречаются упоминания о каких-то развалинах и попытках их исследования. К сожалению, в конце двадцать третьего столетия во время марсианской войны множество данных было уничтожено, и теперь остается только гадать, что отыскали тут местные исследователи. Однако ты прав, пластинка интересная. Я и сам как-то пытался понять, что это такое, но не продвинулся дальше своих коллег. По всем параметрам это просто обыкновенная пластина из хромо-никелевого сплава с напылением из золота и множеством прямоугольных отверстий на поверхности. Ходило предположение, что это какие-то информоносители, но на поверхности нет следов записи, да и атомные решетки не изменены, так что по всем параметрам это обычная железяка с дырками. Возможно, украшение, монета или ну не знаю… подставка под чайник.

– Видимо, марсиане очень чай любили, коль столько их наштамповали, – усмехнулся Антон.

Андрей только развел руками.

– Кто знает, дружище, кто знает.

Дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился домашний кибер, похожий на полуметрового рыцаря в белой пластиковой броне. Подойдя к столику, он осторожно поставил на него поднос с дымящимися кружками, между которыми примостилась небольшая вазочка с печеньями, и, пожелав приятного аппетита, удалился.

– А вот и наш кофе, – констатировал Андрей и, повернувшись к двери, крикнул: – Спасибо дорогая, ты у меня золото!

– Не за что, – донеслось из гостиной.

Антон взял кружку и, подцепив одну из печенек, заметил:

– Эх, жаль, Рена тут нет, он бы был рад этой вазочке.

– Это уж точно, – хохотнул Малышев. – Кстати, ты давно с ним виделся?

– Пару лет назад встречались на Лунной базе, да и то мельком, а ты?

– Где-то с год назад он с Минако залетал в гости. Насколько мне известно, они сейчас вместе в дальнике. Вроде наши нашли какую-то планетку с фторной атмосферой, да еще и с признаками развитой биосферы. Биологи аж взбеленились.

– Что-то слышал. – Антон наморщил лоб. – Это не та, куда «Терех» отправился?

– Она самая, – кивнул Андрей и, отхлебнув из кружки, добавил: – Кстати, путь туда неблизкий, и даже если все пойдет гладко, то только на полет в одну сторону месяцев пять уйдет. Так что, думаю, мы их еще года два не сможем увидеть, а то и больше.

– Грустно все это, – пробормотал Соболев и, заметив немой вопрос в глазах собеседника, пояснил: – Видимся редко, словно боимся друг друга, что ли. Вроде в одной системе живем, а порой даже позвонить рука не поднимается.

– Это верно…

Несколько минут молчали. Малышев сосредоточенно пил кофе, а Антон с задумчивым видом крутил в руках кружку, разглядывая скачущих по ее поверхности антилоп.

– Я думаю, это случилось после смерти твоей сестры, – нарушил затянувшееся молчание Андрей. – Они с Кириллом были как бы стержнем нашей группы, на котором все и держалось. После того случая Кир сломался, и это дало первую трещину, а после его исчезновения… Знаешь, Антош, мне кажется, мы просто не можем простить себя за случившееся, все мы. Вроде и вины в этом нашей нет, просто так случилось, но иногда нет-нет да и спрашиваешь себя: «А что было бы, если бы я поступил вот так?»

Перед внутренним взором Антона неожиданно всплыл образ Геры. Сестра сидела на диване, подогнув под себя ноги, и радостно улыбалась. Мужчина почувствовал, как в душе зашевелился противный комок застарелой боли. Он поднял глаза на Андрея, лицо которого словно окаменело, и понимающе кивнул.

Малышев одним глотком допил остававшийся в кружке напиток и, поставив ее на стол, хлопнул ладонью по его поверхности.

– Ладно, дружище, давай закончим эту тему. Нам еще надо обсудить задание твоей группы, а уж плакаться в жилетку друг другу будем как-нибудь потом.

– Хорошо. – Антон провел рукой по лицу, отгоняя призраков прошлого, и, проведя рукой по лицу, с грустной улыбкой посмотрел на своего собеседника. – Как я понимаю, дело нас ожидает не совсем обычное, особенно если учесть, что мою группу отправили сюда все же для проведения спасательных работ, а не для испытаний твоих «врат». Андрей, скажи прямо, скольких человек ты туда отправил?

– Пятерых. – Малышев откинулся в кресле и тяжело вздохнул. – Я был против, но приказ шел откуда-то сверху.

– Дорнер?

– Нет. – Он покачал головой. – Мы не подчиняемся «Искателю», бери выше – Совет.

– Даже так. – Антон озадаченно хмыкнул. – Странно, обычно там всегда осторожничают.

Андрей развел руками.

– Я и сам удивился. Однако кто-то в СВИСе[42] решил, что нам просто необходимо как можно скорее исследовать, что находится по другую сторону, – пришлось подчиниться.

– А не проще было запустить парочку роботов?

– Каких? – усмехнулся Андрей. – Те, что у нас есть, для подобного не годятся. Мы ведь, знаешь ли, как-то не предполагали, что будем исследовать чужие планеты.

– Могли бы запросить.

– Я и хотел, но мой помощник Мастерсон… давайте, Андрей Львович, да давайте… В общем, уговорил он меня, Антоха, уговорил. Впрочем, там делов-то: оглядеться, быстренько взять пробы атмосферы, грунта, выставить датчики и назад. Ничего сложного и экстраординарного. К тому же ребята в группе все опытные и подготовленные. Так что единственная загвоздка была во времени удержания канала. Представляешь, этот гад жрет энергии, точно десяток боевых космолетов, и наших генераторов едва хватает на семь минут.

– Расстояние?

– Скорее всего. Но тогда я боюсь даже представить, в какие дали мы пробились. Три адаптированных аг-генератора класса «К-7», и тем не менее каждый пробой идет практически в красной зоне, представляешь?

Соболев тихонько присвистнул. Один подобный генератор мог без особого усилия снабжать энергией миллионный город, полностью покрывая все его потребности, а тут целых три. Он озадаченно покачал головой и с укором посмотрел на своего собеседника.

– Андрей, я тебя не узнаю: ты же всегда был сама осторожность, а ту решился на подобную авантюру. Забросил людей черт знает куда, хотя все оборудование работает на грани фола.

Малышев помрачнел, по его лицу было видно, что сложившаяся ситуация ему самому не очень нравится.

– Не сыпь соль на рану. Я знаю, что виноват, и лично отвечу за это, – бросил он, нахмурив брови. – Пока главное – вытащить людей.

– Согласен, – кивнул Антон. – Так что все-таки случилось?

– Даже не знаю. – Андрей на мгновение замялся. – Поначалу все шло нормально. Переход прошел как по маслу, канал был стабилен. Группа пошла, мы отслеживали ее по мониторам, а потом неожиданно канал захлопнулся.

– Захлопнулся?

– Ага, словно кто-то просто его перекрыл.

Антон удивленно вскинул брови.

– Как такое возможно?

– Не знаю. – Малышев развел руками. – Есть предположение, что на той стороне сработала какая-то защита. Как бы там ни было, но связь наладили лишь через сутки.

– И что?

– А ничего. – Андрей скрестил руки на груди. – Совершенно ничего, Антош. Ребята как в воду канули. Я лично возглавил следующий отряд, но, кроме установленных датчиков, мы там ничего не нашли. Увы, за семь минут много не выяснишь, а еще раз рисковать людьми и оставаться до следующего окна я не решился. Мы еще два раза открывали портал, но с тем же результатом.

– Когда это произошло?

– Три дня назад.

– Понятно. – Антон на минуту задумался. – После нашего перехода через сколько ты сможешь вновь открыть портал?

– Через десять часов, не раньше, – ответил Андрей. – Пять часов на подзарядку накопителей плюс замена трансмиттерных пластин – горят почти все, и пока не поймем почему. Возможно, идет какая-то обратная пространственная дифракция струны, или влияет несовместимость в оборудовании. Если честно, то я вообще удивлен, что нам удалось подключиться к технике чужаков, причем канал получается довольно стабильным.

– Связаться с группой пытались?

– Глупости не спрашивай, – буркнул Малышев. – Связь и бипсы молчат. Нужно оборудование и полноценная поисковая операция, поэтому вас и вызвал.

Дверь комнаты приоткрылась, и внутрь просунулась голова жены Андрея.

– Мальчики, вы еще долго, а то нам скучно.

– Уже идем, дорогая. – Малышев послал жене воздушный поцелуй и снова повернулся к Антону. – Ну что, пойдем к нашим красавицам, а то что-то заболтались. Думаю, что все остальное подождет до завтра.

– Смотрю, ты совсем не переживаешь о своих людях. – Антон сразу же пожалел о невольно вырвавшихся словах, потому как в прищуренных глазах Андрея на мгновение мелькнули огоньки стального блеска.

– А ты предлагаешь биться головой о стену и молить о прощении? – зло бросил он. – Ребята знали, на что идут, к тому же риск был минимальным. Я уже сказал тебе, что отвечу за принятое решение. И давай на этом сегодня закончим. – Андрей хлопнул ладонями по коленям и резко встал. – Пойдем к девочкам, а то действительно неудобно как-то, бросили их одних.

Не дожидаясь собеседника, он быстрым шагом вышел из комнаты, словно сбегая от возможных новых вопросов. Соболев несколько минут сидел в одиночестве, проматывая в уме произошедший разговор, затем мысленно выругался, обозвав себя последними словами. Насколько он знал Андрея, тот наверняка корил себя за произошедшее и сделал все возможное для поиска пропавших – обвинять его в равнодушии было полной глупостью. Он покачал головой и, с тяжелым вздохом поднявшись с дивана, подошел к распахнутой двери.

Андрей уже сидел рядом с женой за стоявшим посреди гостиной накрытым столом и что-то увлеченно рассказывал, заставляя женщин смеяться.

– А вот и Антоха, живой и здоровый, – прокомментировал он, бросая на появившегося в дверях Соболева быстрый взгляд. – Давай скорее за стол, а то твоя жена уже бог знает в чем тут меня подозревает. Даже предположила, что я тебя там скушал.

– Ты у меня вообще подозрительная личность, и кто знает, чего от тебя ожидать, – рассмеялась Тина, ткнув мужа кулачком под ребро, отчего тот притворно закатил глаза и, схватившись за бок, обмяк на стуле.

– Прямо в сердце, жена. Как ты можешь так думать о своем муже. Не ел я его, так, понадкусал только.

– Угу, – подтвердил Антон, усаживаясь рядом с улыбающейся Лиа. – Кусанул пару раз, потом сказал, что я слишком жилистый для его старых зубов.

– Именно, – воздел указательный палец вверх Андрей. – Зачем мне старое мясо, когда рядом со мной такая аппетитная красавица. – Он резко выпрямился на стуле и, обхватив Тину руками, нежно куснул ее за мочку уха, заставив щеки женщины залиться краской смущения.

– Муж, перестань!

Малышев рассмеялся. Весь вечер они провели, дурачась, разговаривая о жизни, вспоминая друзей и учебу в академии. Изредка Андрей брал в руки старенькую гитару и пел. Только почему-то в этот вечер его репертуар был не очень веселым, порой заставляя глаза женщин наполняться слезами. А Соболев, глядя на своего старого друга, впервые почувствовал, что монолит их дружбы дал некую трещину, и в этом был виноват он сам.

* * *

Окружающее вирт-пространство диспетчерского пульта всегда напоминало Ирине кусок слоеного пирога. Чернота космоса, темно-синяя, светлеющая книзу полоса мезосферы, затем желтизна стратосферы, медленно переходящая в ласковую голубизну тропосферы, и уже под всем этим далекая туманная Земля. Ты словно паришь над планетой, однако ощущения присутствия нет, скорее есть чувство, что ты находишься внутри некой причудливой картины, живущей своей таинственной жизнью. Зеленеют мерцающие линии маршрутов рейсовых летаков. Туманными, постоянно меняющимися пунктирами пробегают вероятностные пути глайдеров и других летательных аппаратов. Бледно-оранжевыми полосами горят разрешенные коридоры для прохода космолетов. Все это напоминает какую-то причудливую, постоянно шевелящуюся паутину. Над головой ее нити тоньше, а их переплетение почти незаметно, зато чем ниже, тем рисунок становится гуще и вычурнее. К тому же вся эта «паутина» буквально усеяна разноцветными огоньками различной величины и формы. Внизу их так много, что сектор тропосферы «пылает», словно новогодняя елка. Неподготовленному человеку эта причудливая картина может показаться полным хаосом: огоньки бегут во все стороны, уносятся ввысь, падают вниз, гаснут, вновь появляются, меняют цвет, от их движения буквально рябит в глазах. Однако на самом деле в этом мельтешении есть свой строгий порядок, и даже неискушенный наблюдатель, присмотревшись, сможет заметить, что каждый из огоньков бежит строго по своей нити, не отклоняясь от нее ни на йоту.

К счастью, сегодня нижние сектора не относятся к ее зоне ответственности, и упорядочивать этот «хаос» – дело ее напарниц. Ее же работа – довести космолет до нижней границы стратосферы, после чего им займутся другие диспетчеры. Вот и сейчас, едва зеленый шарик со светящейся рядом надписью «Б-478» подошел к границе желтого сектора, Ирина скрестила безымянный палец правой руки с указательным.

– Борт четыреста семьдесят восемь, смещение на двадцать три градуса вправо, уходите слишком к северу. Держитесь указанного коридора.

– Понял, диспетчерская, выполняю маневр.

Шарик послушно дернулся, отклоняясь от прежнего курса.

Ирина несколько секунд наблюдала за его перемещением, затем шевельнула пальцами, смещая себя в верхнюю часть синего сектора, где ее указаний ожидало еще три шарика различных размеров. Изображение поверхности Земли резко уменьшилось.

– Борт семьдесят восемь «Артранс», начинайте уход с орбиты и подготовку к спуску, даю коридор.

– Понял, начинаем сход.

– Борт две тысячи семь, ожидайте. – Легкое шевеление пальцами вновь унесло ее к Земле.

Несколько минут женщина двигалась вслед за шариком первого корабля, изредка бросая взгляд на висевший справа экран, где отображалась общая обстановка, затем провела пальцами по запястью.

– Ингма, забирай гостя, он полностью твой, только долго не возись, еще двое на подходе.

– Принято, Ир. Кстати, к тебе там пришли, говорят, срочно.

– Да? – Ирина удивленно вскинула брови. – Странно, кому это я понадобилась. Ладно, Оля, подмени.

Пространство рядом замерцало, протаивая струйками огня, которые обрисовали висящий в воздухе тонкий девичий силуэт.

– Ир, я подключилась. – Силуэт приветственно махнул рукой.

– Хорошо, Оль, оставляю их на тебя, спускай семьдесят восьмого.

– Будет сделано, Ирина Анатольевна. – Огненная фигура вскинула руку к голове, словно отдавая честь. Ирина добродушно усмехнулась и, окинув напоследок вирт-пространство внимательным взглядом, провела двумя пальцами по запястью, как бы рисуя на нем невидимый треугольник. Виртуальный мир погас.

Сг-кресло разделилось на три части, выпуская из своих мягких объятий стройную женскую фигуру, затянутую в облегающую матово-серую кожу сенсокомба. Ирина сняла с головы обруч псиконтроля и, вставив его в специальное углубление, легонько подтолкнула один из лепестков, заставив кресло вновь превратиться в помаргивающий разноцветными огоньками овал.

– Смотрю, ты все так же прекрасна и в хорошей форме.

Спина женщины на миг напряглась, а по лицу пробежала тень легкого раздражения, однако она быстро взяла себя в руки.

– Арни, когда ты появляешься, обязательно происходит какая-то гадость. Что на этот раз?

– Ну почему сразу гадость, Ирочка. Не надо меня уж так демонизировать, – улыбнулся стоящий позади нее высокий худощавый мужчина в строгом костюме. – Я просто решил навестить свою старую знакомую.

– Арнольд. – Ирина поморщилась. – Давай не будем рассказывать сказки. Ты вспоминаешь обо мне, только когда я тебе нужна.

– Не буду спорить. – Майер вздохнул и, оглядев уставленный коконами сг-кресел полутемный зал диспетчерской, добавил: – Ир, нам действительно нужно кое о чем поговорить.

– Кто бы сомневался. – Женщина усмехнулась. – Ладно, минут через десять буду в твоем распоряжении, только сброшу с себя эту «змеиную кожу», – сказала она, демонстративно оттягивая у горла прилегающую к телу пластткань сенсокомба.

– Ну, я совершенно не против, чтобы ты осталась в этом наряде. – Мужчина с нескрываемым восторгом окинул взглядом точеную фигуру женщины, подчеркнутую плотно обтягивающим комбинезоном. Ирина перехватила этот взгляд и, фыркнув в ответ, неспешно направилась к выходу из зала, грациозно покачивая бедрами.

– Артистка, – пробормотал Майер, задумчиво смотря ей вслед, затем улыбнулся своим мыслям и, покачав головой, направился следом.

* * *

С каким-то низким утробным гулом угловатая туша челнока проплыла над головой и, зависнув в воздухе, медленно опустилась вниз, скрывшись за видневшимся за деревьями зданием космопорта. Майер проводил его взглядом и посмотрел на свою собеседницу, остановившуюся у цилиндра торгового автомата. Та, морща лоб, просматривала висящее перед ней меню, растерянно накручивая на указательный палец прядь своих волос. Наконец она вздохнула и щелкнула ногтем по одной из пентаграмм. Внутри автомата что-то зашелестело, а в его матово-сером корпусе появилось небольшое отверстие, откуда выдвинулась блестящая лента со стоящим на ней пластиковым стаканом. Ирина взяла свой заказ и, повернув кольцо на донышке, дождалась, когда синяя полоса вдоль края позеленеет, после чего отхлебнула из него и недовольно поморщилась.

– Мне вот интересно: почему у кофе из автоматов всегда такой противный вкус? – буркнула она. – Это ж бурда какая-то, из чего его делают?

– Ну, – растерянно потер подбородок Майер, вскользь по себя отметив, что неплохо было бы побриться, – сперва приготавливается шаблонный продукт из натуральных компонентов, затем делается его атомарная копия, которая записывается на специальный носитель и помещается в этот аппарат. Когда покупатель выбирает нужный ему товар, данный шаблон проецируется на жидкую биоматрицу, выстраивая ее атомы в нужном порядке, и на выходе мы получаем нужный продукт.

– Арни, ты думаешь, я не знаю, как это происходит? – улыбнулась женщина. – Об этом же еще в школе рассказывают. Я имела в виду, что сам шаблон, судя по всему, был приготовлен из рук вон плохо. И ведь не меняют его. Постоянно тут беру кофе, и постоянно страшенная гадость, впрочем, в других местах не лучше.

Она посмотрела на зажатый в руке пластиковый стаканчик наигранно-страдальческим взглядом и, отхлебнув маленький глоток, вновь поморщилась. Майер бросил взгляд на свою спутницу, переодевшуюся в бежевый плащ, и отвернулся, чтобы скрыть рвавшуюся на лицо улыбку. Ирина всегда негативно относилась к молекулярной пище, и за прошедшие годы явно ничего не изменилось. Они некоторое время шли молча.

– Так о чем ты хотел поговорить?

Арнольд оторвался от бесцельного созерцания растущих вдоль аллеи тополей, одетых в расплавленное золото пожелтевшей листвы, и посмотрел на Ирину.

– Может, присядем где-нибудь, а то в ногах правды нет. Есть тут поблизости кафе или что-то подобное?

Женщина отрицательно покачала головой.

– Ближайшее в здании космопорта. Да и не хочу я сидеть, давай лучше пройдемся, ноги разомнем.

– Тоже полезное занятие, – улыбнулся Майер. – Ирин, тут дело такое… черт, как бы сказать. – Он замялся, заставив женщину удивленно вскинуть брови, затем нахмуриться.

– Арни, я же тебя просила беспокоить меня только в том случае, если вы вновь отыщете очередную «нору» этих четерехруких. Нашли?

Мужчина покачал головой:

– Нет, Ир, не нашли. После разгрома их базы все ниточки оборвались.

– Тогда чего ты от меня хочешь?

Арнольд вздохнул.

– Ир, помнишь «Сайрус»?

На лицо Градовой легла тень. Корпорация «Сайрус» была заподозрена в передаче технологий и помощи квадройдам, но прямых доказательств собрать не удалось. Несмотря на большое количество косвенных улик, корпорации удалось избежать ответственности, свалив всю вину на отдельных своих высокопоставленных сотрудников. Последовала серия арестов, обысков и громких судебных разбирательств, но на этом все и закончилось. Слишком велико было влияние боссов «Сайруса», слишком высоко вверх тянулись нити их связей, теряясь в глубинах Верховного Совета Анклава (ВеСА). Вот только Ирина почему-то была уверена, что основные виновники произошедшего не понесли заслуженного наказания, оставшись в тени. Майер вполне разделял эту уверенность, но ничего поделать не мог. Землянам мягко, но настойчиво намекнули, чтобы они знали свое место и не совали свой нос куда не следует. Правда, надо отметить, что после ликвидации базы квадройдов нападение на космолеты Анклава прекратилось и их странные гантелеобразные корабли больше не появлялись в пределах его границ. Кое-кто в ВеСА поспешил объявить о полной победе, приписав ее себе и отодвинув в сторону принявших на себя удар землян. Вскоре все информационные каналы шумели об успехе совместной операции космодесантников ОСМ и СаГеИ, в тяжелейшей битве разгромивших базу террористов. Правду сокрыли, и настоящим героям оставалось лишь скрипеть зубами в бессилии, оплакивая погибших товарищей и проклиная трусость чиновников, не решившихся рассказать людям правду. Тогда многие из ребят сломались… Молодые, горячие, верящие в справедливость, они просто не понимали, как могло такое произойти.

– Мы ничего не могли сделать, Ир, – тихим голосом произнес Майер, словно прочитав ее мысли. – Да и неважно это было. Главное, что мы наконец-то смогли отыскать и уничтожить этих гадов.

Ирина остановилась и пристально посмотрела на Майера.

– Арни, может, про «неважно» ты скажешь родителям тех мальчишек и девчонок, что остались там, – бросила она. – Им ведь до сих пор правду не сказали. «Погибли во время выполнения спасательной миссии в результате неблагоприятного стечения обстоятельств» – и все, вся формулировка. Думаешь…

Щека Майера нервно дернулась, а в глазах на миг протаяла такая боль, что Ирина невольно замолчала. Прикрыв рот ладошкой, несколько минут молча смотрела на своего собеседника, неожиданно осознав всю тяжесть лежащего на нем бремени власти, которая была для него одновременно даром и проклятием. Арнольд словно мгновенно состарился на несколько десятков лет, его плечи поникли, под глазами пролегли тени, а на лице застыло выражение смертельной усталости. Однако это продолжалось лишь мгновение. Майер быстро смог взять себя в руки, вновь превратившись в симпатичного, уверенного в себе мужчину средних лет.

– Арни…

– Все нормально, Ир, прости, просто устал что-то. Ты, конечно, права, но мы действительно ничего не могли сделать. Прости. – Он вздохнул и, расстегнув стоячий воротник костюма, добавил: – К тому же, возможно, оно и к лучшему.

В глазах женщины вспыхнул немой вопрос.

– Понимаешь, Ир, если бы мы рассказали правду, то непонятно, чем это могло бы обернуться. Поверь, большинство обывателей не обрадуются, узнав, что их уютный теплый мирок находится под непонятной угрозой и их привычный образ жизни может в один прекрасный момент рухнуть. Реакция людей могла быть непредсказуемой. Поэтому Совет Анклава решил засекретить все произошедшее, дабы не поднимать панику.

– Понятно. – Ирина вздохнула. – Все равно ребят жалко.

– Жалко, Ир, кто спорит. Но они были солдатами, и они выполняли свой долг, не стоит этого забывать, а наш долг – не дать их жертве быть напрасной. Враг пока залег, стал осторожнее и чего-то выжидает, а это тревожит даже сильнее.

– Готовят полноценное вторжение?

– Не думаю. – Майер покачал головой. – Эти существа отстают от нас в техническом плане на пару сотен лет, если не больше. Их корабли с гравиопушками, конечно, доставили нам много неприятностей, но это был больше эффект неожиданности, а теперь его у них нет. Нас больше беспокоит передача «Сайрусом» им некоторого количество оружия и техники, однако эксперты считают, что квадройды еще долго не смогут его воспроизвести. К тому же и наши, и анклавские аналитики сходятся в одном: в случае начала полноценных боевых действий квадройды потерпят поражение, и довольно быстро.

– Тогда зачем им все это было нужно? База, захват людей, нападения…

– Кто знает, – комиссар пожал плечами, – теорий много. Есть предположение, что граница Анклава подошла вплотную к их территориям и они просто-напросто решили нас прощупать, оценить возможную угрозу. Также есть мнение, что нападавшие на нас – это некие отщепенцы, преступники, можно сказать, космические пираты.

– На пиратов точно не похожи, – сказала Ирина задумчиво. – Большинство из убитых на базе были облачены в одинаковую форму и вооружены однотипным оружием. Я бы сказала, что это солдаты регулярной армии.

– Возможно, – не стал спорить Майер, – все равно пока гадать без толку: информации слишком мало. Давай-ка лучше вернемся к «Сайрусу».

– И что они натворили на этот раз? – поинтересовалась Ирина.

– Пока ничего противозаконного, однако к нам поступили сведения, что их очень заинтересовала работа профессора Малышева.

– Малышева. – Ирина на секунду наморщила лоб, услышав смутно знакомую фамилию, затем ее тонкие брови взметнулись вверх. – Арни, ты имеешь в виду Андрея Малышева – друга Кира?

Майер молча кивнул.

– В данный момент профессор занят разработкой СМПП и добился в этом больших успехов.