/ Language: Русский / Genre:child_det, / Series: Барни

Загадка Пропавшего Ручья

Энид Блайтон

В старом, заброшенном доме слышатся по ночам таинственные звуки: что-то грохочет, гудит, завывает… Привидения? Ерунда, Роджер, Диана, неугомонный Снабби и бесстрашный Барни в них не верят. Может быть, это преступники творят там свои черные дела? Но тогда почему нет никаких следов? Отважная четверка берется разгадать эту загадку…

Блайтон Э. Загадка пропавшего ручья Эксмо М. 1999 5-04-003802-Х Enid Blyton The Rockingdown Mystery 1949 Barney Junior Mystery

Энид БЛАЙТОН

ЗАГАДКА ПРОПАВШЕГО РУЧЬЯ

Глава I. НАЧАЛО КАНИКУЛ

— Эй, Роджер! Привет!

— Привет, Диана! Как четверть кончила? Нормально?

Мальчик и девочка улыбнулись друг другу, немного смущаясь, как с ними всегда бывало, когда они встречались в первый день каникул, возвращаясь из своих школ. Это были брат и сестра, очень похожие друг на друга — оба крепкие, темноволосые, с упрямыми подбородками и приветливыми улыбками.

— Мой поезд пришел на двадцать минут раньше твоего, — заметил Роджер. — Повезло нам, что каникулы начались в один день — раньше такого не было. Мне всегда приходилось ждать тебя, а теперь нам вместе нужно ждать мисс Перчинг. —

Диана в ответ только застонала. Она тащила объемистую дорожную сумку, теннисную ракетку и еще большой коричневый пакет У Роджера тоже были с собой сумка и ракетка.

— Вряд ли каникулы будут интересными, — вздохнула Диана. — Родители уехали, а нас отослали с мисс Перчинг в деревню. И чего это маме пришло в голову просить ее присмотреть за нами? Поехали бы лучше к тете Пэм.

— К тете Пэм нельзя — у ее детей корь, — объяснил Роджер. — Но мисс Перчинг, вообще-то, не худший вариант. По крайней мере, она понимает, как нам всегда хочется есть, и знает, что больше всего мы любим сосиски с салатом, холодное мясо и картошку в мундире. И ещё мороженое и лимонад.

— Ой, не надо, не продолжай — у меня уже слюнки текут, — засмеялась Диана. — А какие у нас планы на сегодня, Роджер? Я знаю только, что ты должен был встретить меня, а потом мы вместе должны где-то встретиться с мисс Перчинг.

— Я вчера получил письмо от отца, — сообщил Роджер, когда они шли в спешащей толпе по перрону. — Сегодня они с мамой отплывают в Америку. Сначала они договорились, чтобы мы поехали к тете Пэм, но эта корь спутала всё карты, и маме пришлось посылать телеграмму своей старой гувернантке мисс Перчинг и просить ее побыть с нами в каникулы. Мы будем жить с ней в маленьком домике, который родителям удалось для нас снять, — в каком-то Рокингдауне, у черта на куличках!

— И мы должны там умирать со скуки все каникулы. — Расстроено проговорила Диана. — Как обидно!

— Кажется, там есть школа верховой езды, и мы сможем ездить на лошадях, — пожал плечами Роджер. — И еще река вроде бы недалеко — можно будет лодку взять. И вообще, вокруг Рокингдауна места отличные — птицы, цветы и все такое.

— Да, тебе-то хорошо, но не все же такие ненормальные любители природы. Я, например, буду себя чувствовать там, будто меня живьем похоронили — ни тенниса, ни дискотек. Да к тому же наверняка этот несносный Снабби тоже поедет с нами.

— А то как же? Ясное дело, поедет, — подтвердил Роджер, нечаянно задев кого-то своей ракеткой: — Ой, простите! — поспешил он извиниться. — Давай скорее выберемся из этой толпы, Ди, а то мне уже начинает казаться, что мы кругами ходим.

— Мы попали во встречный поток — они все торопятся на поезд, — объяснила Диана. — Не мешай им, пусть пройдут. Смотри вон есть свободные места, можно посидеть. Когда мы встречаемся с мисс Перчинг?

— Через двадцать четыре минуты, — ответил Роджер, глядя на вокзальные часы. — Может, пойдем съедим по мороженому где-нибудь неподалеку ?

Диана вскочила с места.

— Блестящая мысль! Вон выход, видишь? Там обязательно должно быть поблизости какое-нибудь кафе.

За мороженым разговор возобновился.

— Ты вроде бы сказал, что Снабби приедет, да? — спросила Диана, с наслаждением уписывая свою порцию. — От него никому покоя не будет!

— Что ж ты хочешь — ребенок растет без родителей, — рассудительно заметил Роджер. — Сама понимаешь, Ди, в этом мало радости. Отфутболивают его, как мяч то к одной тетке, то к другой. Но больше всего ему нравится жить с нами. Кстати, не такое уж он исчадие ада. Если бы только так часто не валял дурака.

— Да, повезло, — проводить каникулы с чокнутым двоюродным братцем и его придурочной собакой, — вздохнула Диана.

— А мне Чудик нравится, — возразил Роджер. — Он, конечно, немного с приветом, но очень симпатичный спаниельчик. Нет, я серьезно! Он мне очень даже нравится. Фокусы всякие умеет делать. И кличка у него самая подходящая — уж что-что, а чудить он умеет. Мисс Перчинг от него достанется!

— Это уж точно, — согласилась Диана. — Чудик будет убегать с ее туфлями, прятать их в кустах, нападать на ее праздничную шляпу и специально подстраивать так, чтобы его запирали в кладовке. Давай еще по мороженому — ты как! Если бы Снабби был ближе к нам по возрасту, тогда бы еще ничего, — с готовностью кивнув, продолжал Роджер. — А так — мне четырнадцать, тебе тринадцать, а ему всего одиннадцать — совсем малявка.

— Ну, я бы не сказала, что он ведет себя как малявка, — заметила Диана, приступая ко второй порции. — Он ведет себя как вредный маленький чертенок или еще что-то в этом роде — всегда какие-нибудь каверзы на уме. Да еще считает, что может всюду таскаться за нами хвостиком. Похоже, в эти каникулы ничего хорошего нас не ждет — с этим Снабби и мисс Перчинг.

— Ой, ты посмотри на часы! — спохватился Роджер. — Мы так мисс Перчинг пропустим. Сейчас возьму счет, и надо идти.

Официантка принесла ему счет, и он вместе с Дианой пошел к кассе платить. Уже у выхода из кафе Роджер посмотрел на пустые руки Дианы.

— Растяпа! Ты же оставила свою ракетку, пакет и сумку под столом. Так я и знал, что ты как обычно, ворон считаешь! Удивительно, как ты вообще умудряешься что-то довезти до дому в целости!

Досадливо фыркнув, Диана бегом вернулась за своими вещами, чуть не перевернув при этом чужой стул. Роджер с добродушной улыбкой терпеливо дожидался ее у выхода Уж эта Ди — торопыга и растеряха! Он частенько посмеивался над сестрой, ее несобранностью и забывчивостью, но при этом очень любил ее. Своего двоюродного брата Снабби он тоже очень любил, несмотря на его дерзкую весёлость и склонность к самым неожиданными раздражающим поступкам.

Роджер был уверен, что эти каникулы ему придется присматривать и за Дианой, и за Снабби. Диана обижена и разочарована тем, что ее отсылают на все каникулы с мисс Перчинг в какую-то деревню, о которой она даже и не слыхала, поэтому скорее всего она будет всё время дуться и ворчать. Со Снабби вообще хлопот не оберешься — здесь ведь некому его приструнить и на него прикрикнуть, как это иногда делал отец Роджера и Дианы. Похоже, эти обязанности должны лечь на хрупкие плечи старенькой мисс Перчинг, но Снабби не слишком склонен всерьез воспринимать женщин как воспитателей.

Пес Чудик — еще одна проблема, хотя проблема довольно забавная. Чудик подчинялся только одному человеку, и этим человеком был Снабби. Пес с возрастом так и не бросил свою щенячью привычку грызть разные вещи, прятать их, или закапывать. Довольно часто на него находило какое-то шальное настроение, и он начинал носиться вверх и вниз по лестнице, вбегать в комнаты и тут же выбегать из них, при этом лая взахлеб и тем раздражая каждого взрослого в радиусе нескольких миль. И все же он такой славный!

Роджер вспомнил маленького черного спаниеля с мягкой, шелковистой шерстью, длинными висячими ушами, неизменно попадавшими в миску с едой, и умилительными блестящими глазами. Везет же Снабби, что у него есть такая собака! Роджер частенько крепко шлепал Чудика за его проделки, но никогда не переставал любить его. И было приятно сознавать что все каникулы Чудик будет с ними, пусть даже и со Снабби в придачу.

— Мы должны ждать мисс Перчинг на вокзале под часами. У нас осталась еще одна минута, — сообщил Роджер. — Смотри, это не она?

Он не ошибся.

Торопливо шагая ей навстречу, ребята смогли хорошо рассмотреть старую гувернантку их матери. Это была высокая сухопарая дама с седеющими волосами, гладко зачесанными назад, под маленькую черную шляпку. Ее глаза за стеклами очков остро поблескивали. Она приветливо улыбнулась, увидев спешащих к ней детей.

— Роджер, Диана! Ну, наконец-то! Целый год не видела вас, но, похоже, вы ничуть не изменились. Молодцы, пришли минута в минуту.

Старушка расцеловала Диану и серьезно пожала руку Роджеру.

— Ну что же, у нас до поезда еще есть немного времени. Что скажете насчет мороженого? Или вы уже слишком большие и переросли свой детские пристрастия?

Роджер и Диана сразу повеселели. Конечно, никому из них и в голову не пришло сообщить, что они уже съели по две порции мороженого. Диана толкнула брата локтем в бок и улыбнулась. Вот уж что мисс Перчинг бесспорно умеет делать, так это обеспечивать их мороженым, лимонадом и другими вкусными вещами. Об этом она никогда не забывает.

— Где бы нам поесть мороженого, не слишком удаляясь отсюда, — огляделась мисс Перчинг.

— Сейчас посмотрим. Кажется, недалеко от вокзала есть маленькое кафе, — сказал Роджер.

— Да, и там подают очень вкусное мороженое, — добавила Диана. — Роджер, ты помнишь дорогу?

Роджер, конечно же, помнил и, не теряя времени, направился в то же кафе, из которого они с сестрой вышли всего несколько минут назад. В глазах мисс Перчинг мелькнули веселые искорки. Интересно, подумала она, сколько порций мороженого эти двое уже успели проглотить, пока ее ждали?

На этот раз Роджер провел сестру и мисс Перчинг к другому столику. Ему не хотелось, чтобы официантка ненароком выдала их каким-нибудь замечанием. Они заказали по порции.

— А когда Снабби приезжает? — поинтересовалась Диана.

— Завтра, поездом, — сообщила мисс Перчинг. — И боюсь, что с Чудиком. Как вы знаете, я вообще собак не люблю, а Чудика особенно. И, следовательно, мне придется запирать в шкафу все свои шлепанцы, туфли, шляпки и перчатки. Я еще никогда в жизни не встречала другой такой собаки, которая так умела бы таскать чужие вещи. Никогда! В прошлый раз, когда я жила у твоей мамы, Роджер, я начала подозревать, что Чудик умеет открывать чемоданы, потому что из них регулярно исчезали вещи, которые я туда клала, а потом неизменно обнаруживалось, что их утащил Чудик.

— Думаю, тут без Снабби не обошлось, — заметил Роджер. — В те каникулы, когда мы там были, мисс Перчинг, он вел себя просто ужасно. Чудил не хуже, чем его собака.

— Надеюсь, мистер Янг сумеет призвать его к порядку, — сказала мисс Перчинг.

За столом возникло недоуменное молчание. Роджер и Диана с тревогой уставились на старую гувернантку.

— Мистер Янг? — повторил Роджер. — А что ему здесь делать?

— Давать вам уроки, — невозмутимо объяснила мисс Перчинг. — Разве вы не знали? Думаю, вы скоро получите письмо от родителей, и оно вам все объяснит. Ваш отец позвонил в ваши школы и выяснил, какие будут у вас оценки. Он предвидел, что не успеет получить ваши табели до отъезда в Америку. Так что, дорогие мои, вам придется летом позаниматься. Тебе, Роджер — латынью и математикой, а тебе, Диана — французским и английским.

— Вот еще? Этого только не хватало! — вместе фыркнули Роджер и Диана. — Кошмар какой!

— Ничего кошмарного не вижу, — покачала головой мисс Перчинг. — Мистер Янг очень милый человек и очень знающий репетитор. Вы ведь с ним уже занимались.

— Он нудный сухарь, — сердито буркнула Диана. — Мало того, что каникулы будут без мамы и папы в совершенно незнакомом месте, так теперь еще и этот мистер Янг со своими уроками.

— Ди, перестань! — прервал ее Роджер, опасаясь, что сестра в запале выскажется в том же духе и о мисс Перчинг. — Мы ведь с тобой проболели почти всю прошлую четверть — и, естественно, по многим предметам отстали. Я в любом случае собирался позаниматься в каникулы.

— Самому позаниматься — совсем другое дело! Но мистер Янг со своей бородкой, сопением и этим вечным «итак, милочка»! — негодовала Диана. — Терпеть его не могу! Я, пожалуй, напишу папе, что о нем думаю — о мистере Янге, конечно, потому что…

— Хватит, Диана, прекрати! — резко остановила ее мисс Перчинг.

— А Снабби тоже придется заниматься, — спросил Роджер, толкнув под столом носком ботинка ногу разбушевавшейся Дианы, чтобы сестра умерила свой пыл.

— Да, к сожалению, у него очень плохие опенки, — ответила мисс Перчинг.

— Подумаешь, новость, — фыркнула Диана. — У Снабби всегда так. Только я очень сомневаюсь, что мистер Янг справится с этим рыжим нахалом. Скорее Снабби заставит его плясать под свою дудку.

— Возьмем еще по мороженому? — предложила мисс Перчинг, взглянув на часы. — Время еще есть. Или вы для этого слишком расстроены?

Ребята, конечно же, не были слишком расстроены, чтобы съесть лишнюю порцию мороженого и запить его имбирным лимонадом. Роджер начал оживленно рассказывать о событиях прошлой четверти, а Диана с минуту мрачно смотрела на свое подтаивающее мороженое, но потом тоже развеселилась. Все равно каникулы есть каникулы. Можно будет поездить верхом и покататься на лодке. А как будет интересно исследовать новые места! В конце концов, могло ведь быть и хуже.

— Все, нам пора, — сказала мисс Перчинг. Пообедаем в поезде. Надеюсь, вам понравится. А к чаю будем уже в Рокингдауне. Ну, пошли скорее. Не вешай нос, Диана! Я уверена, что эти каникулы тебе понравятся не меньше, чем все остальные!

Глава II. КОТТЕДЖ РОКИНГДАУН

Деревенька Рокингдаун была совсем маленькой. В центре располагались мясная лавка, булочная и магазинчик, торговавший всякой всячиной, необходимой в повседневной жизни. Вокруг них было разбросано множество ферм и отдельно стоящих домиков. Над вершинами деревьев возвышалась церковная колокольня, и звон ее колокола был хорошо слышен в коттедже, где детям предстояло провести каникулы. Вопреки ожиданиям, домик оказался очень неплохим.

— Очень даже симпатичный старый коттедж, — одобрительно заметила Диана, — И комнат много.

— Когда-то он стоял на землях имения, хозяева которого жили в большом доме примерно в полумиле отсюда, — сказала мисс Перчинг. — Этот особняк и сейчас там стоит. А наш коттедж раньше назывался «Вдовий дом».

— Как это — «Вдовий дом»? — не поняла Диана.

— Такой дом поменьше строили для хозяйки большого дома, когда ее муж умирал, а сын со своей женой становились владельцами большого дома, — объяснила мисс Перчинг. — В этом случае ее называли вдовствующей матерью, и она вместе со своими слугами переезжала жить сюда.

— Этот дом, наверное, очень старый, да? — спросила Диана, оглядывая дубовые панели в столовой, где они сейчас пили чай. — Мне нравится широкая главная лестница и та маленькая, которая идет из кухни — тоже. Там можно так здорово играть в прятки!

— А мне нравится моя спальня, — подхватил Роджер. — Там потолок скошен почти до самого пола. И представляете, мисс Перчинг, мне пришлось сломать несколько веток плюща за окном — так он разросся!

— А мне еще нравится, как половицы качаются вверх-вниз, когда идешь, — добавила Диана. — И смешные маленькие ступеньки, которые ведут вниз в эту столовую и наверх, в кухню.

Как раз эти-то ступеньки мисс Перчинг нравились меньше всего. Она была близорука и в этом старом доме спотыкалась на каждом шагу. Но ничего, она, несомненно, скоро к ним привыкнет!

Детально обследовать дом ребята решили после чая.

— Чай замечательный, — похвалил Роджер. — А булочки вы сами пекли, мисс Перчинг?

— Бог мой, конечно же, нет! Какой из меня кулинар. Их испекла мисс Кругликс. Это женщина, которая приходит сюда каждый день из деревни убирать и готовить.

— Она соответствует своей фамилии? — поинтересовалась Диана.

Мисс Перчинг ответила не сразу.

— Ну, пожалуй, — подумав, сказала она. — Миссис Кругликс действительно полновата. А уж лицо совсем круглое. Да, ее фамилия ей вполне подходит.

Чай был на славу — с домашним вареньем, медом только что с пасеки, с теплыми булочками с изюмом и большим фруктовым тортом.

— Вот такой фруктовый торт я люблю, — сказала Дивна, подкладывая себе третий кусок. — Не надо смотреть, попались ли тебе фрукты в куске — их везде много.

— Ты, Ди, обжора, — засмеялся Роджер,

— В вашем возрасте все бывают обжорами, — заметила мисс Перчинг. — Хотя, конечно, одни в большей степени, другие — в меньшей.

— И я из тех, которые «в большей», — подозрительно посмотрела на нее Диана.

— Временами, — улыбнулась мисс Перчинг, блеснув стеклами очков.

Роджер покатился со смеху, глядя на возмущенное лицо сестры.

— Вы знаете, мисс Перчинг, Диана может одна слопать целую банку сгущенки, — сообщил он и тут же получил пинок под столом.

— Я когда-то тоже так могла, — неожиданно призналась мисс Перчинг.

Дети удивленно уставились на нее. Невозможно было представить себе, что худая, подтянутая старушка могла когда-то съесть одна банку сгущенки.

— Ну, заканчивайте пить чай, — поторопила их мисс Перчинг. — Я хочу разобрать ваши вещи.

Роджер и Диана отправились обследовать дом, а мисс Перчинг занялась разборкой их дорожных сумок, сокрушаясь над ворохами грязного белья и с ужасом разглядывая дыры и прорехи на большинстве вещей Дианы. Можно подумать, эта девочка только и делает, что лазает по колючим кустам и сучковатым деревьям! Мисс Перчинг представила, что на следующий день ей придется разбирать чемодан Снабби, и содрогнулась. Дети в наше время — сущее наказание! Вечером того же дня Роджер спросил:

— А большой дом сейчас пустует? Мы его видели издалека. Дыма над трубами не было. Кажется, он совсем заброшенный.

— Думаю, так оно и есть, — сказала мисс Перчинг. — Роджер, где все твои носки, которые ты брал с собой, когда уезжал в школу? В списке значится восемь пар, а я нашла всего одну, да и та вся в дырах и грязная.

— Еще одна пара на мне, это уже получается две, — подсказал Роджер.

— Мисс Перчинг, можно, мы пойдем посмотреть большой дом, если он пустует, — спросила Диана.

— Нет, полагаю, этого делать не следует, — ответила мисс Перчинг. — Диана, а в твоем списке указано, что у тебя было четыре блузки.

Вместо ответа Диана предпочла сбежать. Что за противная манера у этих взрослых — не успеешь приехать на каникулы, как тебя тут же подвергают допросу с пристрастием по поводу одежды!

Вместе с Роджером Диана взлетела по лестнице наверх. Потом они спустились на цыпочках по задней лестнице и выбежали в сад. И когда мисс Перчинг с очередной серией вопросов поднялась вслед за ними, дети таинственным образом исчезли. Со вздохом старушка оглядела спальню Дианы: как может девочка всего за один час устроить в тщательно убранной комнате полнейший разгром?

Когда вечером дети пошли наверх, чтобы ложиться спать, Роджер пребывал в отличном настроении.

— Здесь наверняка полно разных птиц, — говорил он Диане. — И барсуки водятся почти у самого дома! Мне об этом рассказал тот старик, которого мы встретили на дороге. Я как-нибудь ночью встану и буду за ними наблюдать.

— Подумаешь, барсуки! Не пытайся меня вбарсучить в это дело, я с тобой не пойду! — заявила Диана и тут же взвизгнула, потому что Роджер сделал, вид, что собирается врезать ей кулаком за этот не слишком удачный каламбур.

— Ты говоришь, как Снабби. Это он обожает такие приколы. Уж лучше оставь это ему!

Спальни ребят находились рядом под скошенной крышей, а спальня Снабби — маленькая комнатка, выходящая на задний двор — напротив.

В другом углу на втором этаже имелось еще две комнатушки, а мисс Перчинг обосновалась внизу.

— Завтра нам надо будет встретить Снабби — крикнул из своей комнаты Роджер, раздеваясь. — И Чудика!

— Да, мы с тобой пойдем на вокзал, — отозвалась Диана, сбрасывая с себя одежду и швыряя ее на пол, хотя и отлично знала, что, как только мисс Перчинг зайдет пожелать им спокойной ночи, ей придется вылезать из кровати и все собирать. — Это всего в двух милях отсюда. Я не против прогуляться. А если у Снабби будет много вещей, обратно можно доехать на автобусе.

Погода на следующий день выдалась великолепная. Поезд Снабби должен был прибыть в половине первого.

— Мы с Дианой его встретим, — предложил Роджер. — А вы, мисс Перчинг, если хотите, можете не ходить. У вас, наверное, много дел в доме.

Они вышли ровно в полдень и отправились пешком на вокзал, решив, что кратчайший путь туда лежит через земли, относящиеся к большому старому дому. Их поразило, как зарос старый сад, даже дорожек было почти не видно среди бесчинствующей повсюду ежевики и крапивы. И только широкая подъездная аллея еще оставалась в приличном состоянии, хотя и на ней кое-где уже появились нахальные сорняки.

— Странно, — заметила Диана, — казалось бы, владелец этого дома должен содержать его в порядке, чтобы можно было его продать за приличную цену, если он сам не собирается здесь жить. Ох, как же мы будем продираться через этот ежевичник? Я все ноги исцарапаю.

Пробираясь по огромному саду, то там, то здесь в просветы меж деревьев ребята видели большой дом. Он определенно выглядел брошенным. Диане он не понравился.

— Знаешь, мне как-то расхотелось его обследовать, — сказала она. — Там наверняка полно пауков, и всяких отвратительных мокриц, и еще жутких звуков и сквозняков непонятно откуда. Он мрачный и противный.

Наконец брат с сестрой вышли за пределы поместья и дошли до деревни. Здесь они заглянули в магазинчик купить мороженого.

— Так вы, значит, те самые новые жильцы, которые сняли коттедж Рокингдаун, — обратилась к ним пожилая женщина, хозяйка заведения. — Это хороший дом. Я помню, как в него переезжала старая леди Рокингдаун, когда ее сын привез себе из Италии жену. Славные были времена — праздники, балы, охота. Каждый день веселье! А теперь все кончилось — тишина и безлюдье.

Дети ели мороженое, с интересом прислушиваясь к ее словам.

— А куда они все делись? — спросил. Роджер.

— Сын леди Рокингдаун погиб на войне, а жена его умерла от сердечного приступа — не пережила такого удара, — ответила старушка, вспоминая давно прошедшие времена. — Дом достался его двоюродному брату, но он здесь никогда не жил, а только сдавал его квартирантам. Потом дом перешел в собственность государства, и в нем проводились какие-то секретные работы — мы так и не узнали, какие. Теперь-то этого, конечно, нет, а дом с тех пор пустует. Никто не хочет его покупать — слишком он огромный и нескладный. А ведь когда-то раньше какой прекрасный был дом! Не раз меня туда звали помогать обслуживать приемы!

— Ди, нам пора, — заторопил сестру Роджер. — А то и поезду опоздаем. Пойдем скорее!

Он поспешно расплатился, и они бегом помчались на вокзал. И были там как раз в тот момент, когда поезд подходил к перрону. Ребята остановились, ожидая, когда Снабби и Чудик выйдут из вагона — обычно они оба вываливались одновременно.

Вышла старуха-торговка, затем молодой фермер с женой. И больше никого! Поезд чуть дернулся, готовясь вновь отправиться в путь. Роджер пробежал вдоль всего состава, заглядывая в вагоны. Может, Снабби заснул?

Но нигде никого не было, кроме еще одного фермера и молодой женщины с малышом.

Поезд не спеша отошел от станции, и единственный на вокзале носильщик отправился обедать — следующий поезд будет только через два часа.

Однако, чтобы это выяснить, ребятам понадобилось некоторое время, потому что после того, как ушел носильщик, на вокзале, казалось, не осталось ни одной живой души — ни в крошечной кассе, ни в кабинете начальника станции, ни в зале ожидания… Ох уж этот Снабби! Наверняка опоздал на поезд, что же еще? — покачала головой Диана. — С ним всегда что-нибудь случается! Уж если так — хоть бы позвонил, предупредил нас. Мы бы тогда не тащились сюда его встречать.

Наконец они нашли расписание и узнали, какие и когда здесь проходят поезда, причем Роджеру потребовалось не меньше десяти минут, чтобы понять, что в ближайшее время поездов не будет.

Роджер взглянул на вокзальные часы, которые теперь показывали четверть второго.

— Почти час тут проболтались, — недовольно проворчал он. — Ладно, возвращаемся домой. Если сядем на автобус, то, может быть, не слишком опоздаем к обеду. Мисс Перчинг обещала устроить его сегодня в час, а мы будем дома в половине второго.

Но вышло так, что автобус они прождали больше часа и так и не дождавшись, пошли пешком. Солнце припекало, было жарко, хотелось есть. Ох уж этот Снабби!

Ребята вернулись в коттедж в два часа и … обнаружили своего дорогого двоюродного братца. Он сидел за столом довольный и сытый.

— Привет! — как ни в не бывало разулыбался Снабби. — Что это вы опаздываете? Что там у вас стряслось?

Глава III. СНАББИ И ЧУДИК

У Дианы и Роджера возникло желание броситься к Снабби с распростертыми объятиями, но Чудик бросился к ним сам, да с такой горячностью, что чуть не сбил Диану с ног. Он внезапно появился из-под стола с бешеным лаем и ринулся к ним.

— Эй, подожди, приятель! — засмеялся Роджер, обрадованный встречей с Чудиком.

Спаниель восторженно лизнул его, повизгивая от радости. Мисс Перчинг строго посмотрела на них обоих.

— Диана! Роджер! Вы очень опоздали!

— Да, опоздали! Потому что Снабби не было в поезде, а мы ждали его, ждали! — возмущенно проговорила Диана. — А потом пытались выяснить, когда будет следующий поезд. Так что мы не виноваты.

— А мы тут уже поели, — сообщил Снабби. — Я был такой голодный, что ну никак не мог ждать.

— Роджер и Диана, сядьте, — сказала мисс Перчинг. — Снабби, будь добр, позови Чудика, и пусть он сидит рядом с тобой.

Роджер и Диана сели. Чудик рванулся обратно к Снабби и начал ластиться к нему так, словно они сто лет не виделись.

— Все такой же чокнутый, — заметила Диана протягивая, тарелку за остывшим мясным пирогом. — Снабби, ты лучше скажи, что с тобой-то случилось.

— Полагаю, вы оба просто опоздали к поезду и проворонили Снабби, а потом не заметили ни его, ни Чудика на шоссе, — строго проговорила мисс Перчинг. Нужно было мне самой поехать его встречать.

— Просто они не очень наблюдательны, — хмыкнул Снабби, получая вторую порцию консервированных персиков со сливками. — Я с Чудиком мог пройти мимо прямо у них под носом, а они меня не увидели.

Диана возмущенно посмотрела на него.

— Что за ерунда! Ты не мог пройти мимо нас так, чтобы мы тебя не заметили,

— Но тогда как же это получилось? — с сомнением посмотрела на нее мисс Перчинг. — Снабби, я не допущу, чтобы ты подкармливал Чудика, пока мы сидим за столом. Если ты будешь бросать ему кусочки, мне придется удалить его из столовой на время нашей еды.

— Он тогда всю дверь исцарапает, — радостно сообщил Снабби. — Так вот, как я уже сказал, мисс Перчинг, эти двое не очень наблюдательны. Даже Чудика не заметили, представляете?

Чудик взволнованно подпрыгивал всякий раз, когда упоминалась его кличка, и мисс Перчинг для себя решила, что никогда впредь не будет произносить ее вслух, а лишь говорить о Чудике как об «этой собаке». Ох-ох-о-о-х, с этим проказливым мальчуганом и его псом под стать хозяину не соскучишься.

— Снабби, не темни, ты не мог приехать с этим поездом, — спокойно сказал Роджер. — Что ты придумал на этот раз? Ну-ка, рассказывай, а то мы больше никогда не будем ходить тебя встречать.

— Я сошел на станции за четыре мили до Рокингдауна, — сознался Снабби. — Поезд должен был простоять там почти час, ну я и вышел. Потом запрыгнул в автобус и был здесь без четверти час — только и всего!

— Ох, Снабби! — покачала головой мисс Перчинг. — Почему ты не сказал об этом раньше? Твои брат и сестра решили тебя встретить — сами предложили, что было очень любезно с их стороны. А ты заставил их напрасно прождать тебя и вернуться сердитыми, усталыми и голодными.

Диана бросила на Снабби уничтожающий взгляд.

— Он все такой же несносный баламут, — сказала она Роджеру так, будто Снабби здесь не было. — Все те же рыжие волосы, те же зеленые глаза, те же веснушки и тот же знакомый курносый нос, а главное — то же нахальство. Не понимаю, как мы до сих пор его терпим?

— Это я вас терплю, — заявил Снабби, наморщив свой курносый нос и улыбаясь так, что лицо казалось сделанным из резины, а глаза почти исчезли под светлыми бровями. — Я не хотел делать вам назло — честно! Откуда мне было знать, что вы пойдете меня встречать? Я не привык к такому вниманию с вашей стороны. Правда же. Чудик?

Пес бешено подскочил и забарабанил лапами по коленям хозяина. Стукнувшись при этом головой о край стола, он взвизгнул и залаял.

— Чудик хочет выйти, — сказал Снабби, использовавший свою собаку как предлог каждый раз, когда ему самому хотелось пойти побродить. — Можно нам идти, мисс Перчинг?

— Да, — кивнула мисс Перчинг, радуясь тому, что может разом избавиться от них обоих. — Оставь его в саду, когда вернетесь, поднимайся наверх помочь мне разобрать твой чемодан. Его доставили сегодня утром.

Диана и Роджер закончили еду спокойно, без приключений. Роджер улыбался своим мыслям. Какой же болван этот Снабби! Хотя закиснуть он не даст. Тем более, что он с Чудиком. Диана замерла с ложкой в руке над своими персиками. Появление Снабби ее не радовало. Она бы предпочла не делить Роджера ни с кем. Диана знала, что Снабби обожает Роджера и хочет всегда быть с ним, а это неизменно вызывало в ней желание оттолкнуть маленького нахала.

Если не считать того, что, во-первых, Снабби нашел в саду невероятных размеров жука-оленя и непременно хотел продемонстрировать его на столе во время чаепития и что, во-вторых, он приехал с чемоданом другого мальчика вместо своего, их первый день закончился довольно мирно.

Снабби и Чудик вдвоем сами тщательно исследовали всю округу. Снабби не любил, когда ему что-то показывали, ему нравилось во все вникать самому и во всем идти своим путем. В сущности, он был необычайно сообразительным мальчиком, ловко прячущим свой нестандартный мозг за неиссякаемым потоком шуток, розыгрышей и часто довольно дурацких проделок. Снабби был заводилой среди своих одноклассников и, что называется, неформальным лидером, приводя в отчаяние своих учителей, которые, казалось, соревновались друг с другом в язвительных замечаниях по поводу его успеваемости и личных качеств.

Его розыгрышам и проделкам не было конца. Все его карманные деньги уходили на шоколадки, мороженое и разного рода прикольные штучки. Именно Снабби проверил на нескольких учителях все карандаши с сюрпризами, грифель которых или гнулся, поскольку был сделан из резины, или исчезал вовсе, как только ничего не подозревающий учитель пытался писать им, или, наконец, сам карандаш накрепко прилипал к полу, да так, чтобы не сразу можно было отодрать. Снабби проводил и зловонных таблеток, которые, если бросить их в огонь, немедленно распространяли в комнате отвратительный запах тухлой рыбы. Снабби забирался на башню школы и не падал. Всегда и во всем был повинен Снабби, даже когда виноват был кто-то другой! Но Снабби был не против, он мужественно принимал наказания и справедливые, и несправедливые и всегда откровенно сознавался, будучи пойманным с поличным.

«Плохой мальчик со множеством хороших черт, — сказал о нем как-то директор школы. — Очень жаль, что у него нет родителей. Если бы он не был сиротой, он вел бы себя гораздо лучше, потому что не хотел бы подводить их. Со временем он, конечно, образумится, но пока это наша головная боль».

Снабби их новый дом понравился, так же как и сад, и земли участка вокруг большого дома. Здесь можно было запросто устроить сотни тайников, чтобы прятаться в них вместе с Чудиком. В зарослях кустов и в кронах высоких деревьев можно было играть в пиратов, в моряков, потерпевших крушение, и в краснокожих индейцев — потому что Чудик не возражал, когда его втаскивали на дерево, взяв за загривок. В сущности, ему было все равно, где находиться, лишь бы быть рядом со своим обожаемым хозяином. Про него даже рассказывали, что однажды он целый час просидел, скрючившись, в вонючем мусорном баке вместе со Снабби, когда тот вздумал разыграть ничего не подозревающего сына лавочника.

Снабби принял решение обследовать большой дом. Там, конечно, все будет заперто на ключ и на засов и окна закрыты ставнями, но он все равно как-нибудь сумеет туда пробраться. И если Диана и Роджер тоже пойдут с ним, будет еще интереснее. Ну, а если нет — что же, он пойдет один. В душе Снабби надеялся, что Роджеру захочется пойти. Ему хотелось ладить со своим двоюродным братом. Роджер — парень что надо. А вот Диана — зануда. Впрочем, занудами Снабби считал всех девчонок: вечно они мешаются под ногами.

Для Снабби было большим потрясением узнать, что в эти каникулы ему придется заниматься с репетитором. Эту новость ему не без злорадства в первый же вечер сообщила Диана.

— А ты знаешь, Снабби, что тебе придется летом зубрить уроки? — спросила она. — Приедет мистер Янг и будет тебя натаскивать.

Снабби в ужасе уставился на нее.

— Я тебе не верю, — наконец проговорил он. — Этого не может быть. Чтобы я зубрил что-то в каникулы? Нет уж, дудки!

— Тебе придется поверить, — подтвердила Диана. — Это все папа организовал, мы тоже будем заниматься. Роджер будет учить латынь и математику, а я — французский и английский… А я что? — мрачно осведомился Снабби.

— Да, наверное, все — так я думаю. Ты ведь, небось, даже таблицу умножения толком не знаешь. А как у тебя с правописанием? — ехидничала Диана.

— Ладно-ладно, я тебе за это отомщу, — нахмурился Снабби. — Не хочешь найти у себя под подушкой парочку червяков?

— Если ты только попытаешься опять взяться за свои дурацкие штучки, я оседлаю тебя и буду подпрыгивать, пока не запросишь пощады. Не забывай, что я старше и больше тебя, малявка! — пригрозила ему Диана.

Это была правда — ростом Снабби действительно не вышел. Диана же была высокой и крепкой девочкой и вполне могла привести свою угрозу в исполнение.

Появился Чудик и принялся кататься по полу. Снабби пощекотал его ногой. Спаниель подпрыгнул и притащил что-то из прихожей.

— Ой, он схватил мою щетку для волос, — взвизгнула Диана. — Снабби, забери у него скорее!

— А зачем? Ты ведь все равно никогда ею не пользуешься, — усмехнулся Снабби, аккуратно расплачиваясь со своей кузиной за ее колкости, высказанные минуту назад.

Щетка была спасена, и Чудик получил ею от Дианы несколько шлепков. После этого он удалился под кровать и умоляюще глядел на ребят оттуда своими большими карими глазами.

— Ты задела его самолюбие, — сказал Снабби.

— Я бы хотела задеть не только его самолюбие, но и еще кое-что, — проворчала Диана. — Вот, теперь мне придется отмывать эту изгрызенную щетку. Ну, Чудик, ты у меня дождешься!

— Щетка — ерунда, — мрачно произнес Снабби. — А вот уроки! Это же надо до такого додуматься — каждый день уроки с мистером Янгом! Хуже и быть не может!

Глава IV. СПАСИТЕЛЬНЫЙ ЗВОНОК

Однако вышло так, что мистер Янг все же не приехал «подтягивать» этих трех отстающих. Двумя днями позже, когда Роджер, Диана и Снабби уже аккуратно разложили на письменном столе свои учебники, с унылым видом наточили карандаши и отыскали ручки, раздался резкий телефонный звонок.

— Я подойду, Мисс Перчинг! Я подойду! — крикнул Снабби, обожавший отвечать на звонки, притворяясь, что это кто-то из взрослых.

Он схватил трубку.

Роджер и Диана сидели то скучающим видом. Наверняка это владелец мясной лавки — извиняется, что не сможет прислать им отбивные, и кому-то из них придется за ними сходить.

— Да, это коттедж Рокингдаун, — услышали брат с сестрой голос Снабби. — Кто-кто? Ах, миссис Янг! Да, конечно. Да, я передам, разумеется. Ах, какая неприятность! Очень жаль, право, очень жаль. Подумать только, как всегда неожиданно происходят такие вещи! Так вы говорите, он уже поправляется? Ну, дай-то бог. Я вам искренне сочувствую, миссис Янг — вам сейчас нелегко приходится. Да-да, я непременно передам. До свидания! Всего наилучшего!

К этому моменту, привлеченные разговором Диана и Роджер уже были в коридоре… Снабби! С кем это ты трепался? И кем притворялся? — спросила Диана.

— Никем я не притворялся. Просто хотел быть вежливым и любезным, — ответил смеющийся Снабби. — У мистера Янга аппендицит, и ОН НЕ ПРИЕДЕТ! Что вы на это скажете?

Роджер и Диана уставились на него.

— Ух ты! — выдохнула девочка. — А мы не могли понять, в чем дело, почему ты так по-идиотски разговариваешь!

— Вовсе не по-идиотски. Просто по-взрослому, — пожал плечами Снабби. — Между прочим, мне стало очень жалко бедного мистера Янга — ему ведь пришлось отправиться в больницу и все такое.

Да ну? — усомнился Роджер. — Ты всегда говорил, что аппендицит — это ерунда, и сам нам рассказывал, как он у тебя был и тебе даже понравилось. Но дело не в этом. Выходит, что уроков не будет? Конечно, это большая неприятность для миссис Янг, но зато у нас все пойдет путем! Теперь мы можем спокойно радоваться жизни.

Чудик лаял и вертелся у ног ребят, ощущая общее волнение. Сверху спустилась мисс Перчинг.

— Что тут за переполох? Кто звонил? Неужели опять из мясной лавки?

— Нет, это звонила миссис Янг, — объявил Снабби. — А мистер Янг лежит в больнице с аппендицитом, мисс Перчинг! Он не приедет нас «подтягивать»!

— Ах, какая неприятность! Мне очень жаль бедного мистера Янга, — произнесла мисс Перчинг с точно такой же интонацией, с какой Снабби только что говорил по телефону. — И это ставит вас в весьма затруднительное положение.

— Разве? — удивилась Диана. — А мне казалось, мы как раз только что выпутались из затруднительного положения.

— Нет-нет, дорогая, на это не надейся! — поспешила охладить ее пыл мисс Перчинг. — Я найду вам другого репетитора. Хотя пока не представляю, кого. Надо будет просмотреть мой список. Снабби, скажи Чудику, чтобы он прекратил жевать ковер. О тех пор как он приехал, он уже почти наполовину превратил его в лохмотья, а мне бы хотелось, чтобы хоть что-то осталось.

— Понимаете, он думает, что это кролик. Ковер же пушистый, — объяснил Снабби.

— Мне все равно, что он думает по этому поводу. Ты слышал, что я сказала: выведи Чудика из прихожей немедленно. Я от него начинаю уставать и уже подумываю, не купить ли мне палку покрепче.

Снабби с ужасом посмотрел на старую гувернантку. Что? Бить палкой Чудика? Неужели кому-то такое может прийти в голову? Шлепнуть — это еще куда ни шло, но бить палкой!

— Он затащил куда-то каминную щетку миссис Кругликс, дважды забирался в кладовку, все половички на лестничной площадке сбил в кучу! И если я опять обнаружу его под своей кроватью, я непременно КУПЛЮ ПАЛКУ, — пригрозила мисс Перчинг;

Чудик вдруг чихнул и удивленно оглядел себя — он всегда удивлялся, когда чихал. Потом чихнул опять.

— Что это с ним такое? — подозрительно посмотрела на него мисс Перчинг. — Весь дом обчихал.

— Ничего удивительного — здесь слишком много перца, — не задумываясь, ответил Снабби. — Он попал ему в нос.

Мисс Перчинг смерила его холодным взглядом.

— Не дерзи, Снабби, — сказала она и пошла в столовую.

Роджер расхохотался, а Снабби лишь хитро улыбнулся.

— Давайте все будем чихать, когда мисс Перчинг будет слишком переперчивать. Тогда она перестанет нас пилить. Чудик, выкатывайся отсюда. А то ты, и правда, доиграешься, если будешь продолжать таскать щетки у миссис Кругликс. Ты не должен этого делать — она хорошая.

В этот момент появилась сама миссис Кругликс. Ей действительно очень подходила ее фамилия — ее лицо напоминало полную луну, такое оно было круглое и сияющее.

— Опять этот твой пес! — начала она. — Утащил, негодник, куда-то мою каминную щетку! И когда я начинаю гнать его веником, он, видите ли, считает, что я с ним играю. Одно слово — Чудик, как назвали, такой и есть!!

А что сегодня на третье, миссис Кругликс? — спросил Снабби, резко меняя, тему разговора. — Вы нам опять приготовите ваш обалденный пудинг с патокой? Вот если бы в нашей школе была такая повариха! Ребята бы вам каждый день «ура» кричали.

Миссис Кругликс, просияв, поправила рукой кренделек волос на затылке.

— Да ладно уж, чего там, — произнесла она по-деревенски нараспев. — Держи лучше свою собаку подальше от моей кухни, и тогда я, может быть, напеку вам блинчиков с малиновым вареньем.

— Чудик! Не смей больше сегодня заходить на кухню к миссис Кругликс! — строго проговорил Снабби, и пес завилял своим коротким толстым хвостом. Он смиренно подполз на животе к хозяину и улегся перед ним.

— Вот притворщик, — усмехнулась Диана. — Он на это мастер не хуже тебя, Снабби!

В прихожую вошла мисс Перчинг. — Ты все еще здесь? — Строго посмотрела она на Чудика.

Тот безропотно удалился через парадную дверь. Мисс Перчинг обратилась к детям:

— Я собираюсь позвонить нескольким знакомым репетиторам: может быть, кто-то из них сумеет приехать. А пока идите уберите свои учебники. Сегодня, уж конечно, никаких уроков не будет.

Разумеется, упрашивать ребят не пришлось. Мисс Перчинг какое-то время названивала по телефону, после чего, расстроенная, вернулась в кабинет.

— Ничего не получается, — сказала она. — Все или уже заняты, или в отъезде. Придется поместить объявление в газете.

— Не стоит утруждать себя, мисс Перчинг, — сказал Роджер. — Столько лишних хлопот! Я уверен, папа не захотел бы так вас обременять.

— Нет, Роджер, думаю, ты ошибаешься, — возразила миссис Перчинг и принялась набрасывать текст объявления. К большому недовольству детей, оно было отправлено со следующей почтой.

— Ну вот, теперь вообще неизвестно, кто приедет, — уныло заметила Диана. — Мистера Янга мы, по крайней мере, знали. И мы знали, как его заговорить, чтобы нам не надо было слишком много работать. Вот невезение!

На следующие три дня друзьям была дана полная свобода делать все, что пожелается. Они разыскали школу верховой езды, и мисс Перчинг организовала им один полный день катания и два дня по часу. И это было здорово! Единственный, кто не одобрял их конных прогулок, был Чудик. Он обижался на Снабби и остальных за то, что они верхом всегда уезжали от него, потому что рано или поздно он выбивался из сил и неизбежно начинал отставать. В то же время, крупный эрдельтерьер, живущий да конюшне, без труда выдерживал заданный темп, поддразнивая этим маленького спаниеля.

Они нашли речку и взяли напрокат лодку. Все трое умели плавать, как рыбы, так что мисс Перчинг не волновалась, отпуская их туда. Они обследовали всю округу, с интересом разглядывая необычные новые цветы, незнакомых птиц и удивительных жуков. По крайней мере, оба мальчика были от этого занятия в восторге. Диана не увлекалась поисками новых птиц и цветов — она просто гуляла, «слонялась» по выражению мальчиков, наслаждаясь запахами, звуками и видами сельских просторов, ароматом таволги, голубизной цветов цикория, странными короткими трелями овсянки и голубым всполохом зимородка, когда он стремительно пролетает мимо с криком «ти-и, ти-и, ти-и!»

На третий день их вольной жизни произошло нечто необычное.

Диана сидела на берегу, наблюдая за зимородками. Роджер лежал на спине, надвинув на глаза кепку, слушая щебетание ласточек, когда они пикировали над водой или проносились над поверхностью, преследуя мошек.

Снабби нигде не было видно. Он неслышно углублялся в лес в надежде выследить крольчат, которые, случалось, выбегали из нор поиграть на солнышке. Неожиданно он вернулся.

— Слушайте, знаете, что я только что видел?

— Бабочку-капустницу, — пожала плечами Диана.

— Одуванчик, — пробормотал Роджер, даже не пошевельнувшись.

— Обезьяну! — выпалил Снабби. — Можете смеяться, сколько хотите, но это точно была обезьяна!

— Не надо нам лапшу на уши вешать, знаем мы твои шуточки, — сказал Роджер, — Мы не третьеклашки какие-нибудь, тебе под стать.

— Да послушайте же — я серьезно! Я правда видел обезьяну, — уверял Снабби. — Никакие это не шуточки. Она сидела на дереве и наполовину свесилась вниз, чтобы посмотреть на меня. А когда увидела — сразу же спряталась. Чудик ее не заметил, но почуял. Я видел, как он носом водил.

Диана и Роджер уже его не слушали. Уж чего-чего, а сочинять Снабби мастер. Послушать его, так можно подумать, с ним непрерывно происходят какие-то чудеса, — и это, конечно, из той же серии!

— Ш-ш-ш, кажется, я опять слышу зимородка, — приложила палец к губам Диана. — Если ты перестанешь орать, он, может быть, прилетит и сядет на эту ветку.

— Ну и не верьте — пожалуйста! — обиделся Снабби. — Говорят же вам, я только что видел настоящую обезьяну Это чистая правда! А вы твердите мне про каких-то зимородков.

Никто ему не ответил. Снабби презрительно фыркнул.

— Ладно, я пойду один. Но если и на этот раз я увижу шимпанзе, я не вернусь и не скажу вам!

И он ушел вместе с Чудиком. Роджер тихонько всхрапнул — он задремал. Диана сидела, уткнув подбородок в колени, и наконец была вознаграждена за свое долгое ожидание: зимородок резко снизился и уселся на ветке прямо напротив нее, ожидая, когда в воде появится рыбка.

Снабби с мрачным видом удалялся в лес. Чудик семенил за ним. Не отставая ни на шаг, он размышлял над необъяснимой привычкой кроликов селиться в норах, слишком узких для собак.

Вдруг он остановился и издал глубокое глухое рычание.

— В чём дело? — спросил Снабби. — А-а, кто-то идет. Теперь я тоже слышу. Эх, Чудик, были бы у меня такие уши, как у тебя! Хотя непонятно, как ты вообще можешь что-то слышать этими своими хлопающими лопухами.

Кто-то шел по лесу, тихонько насвистывая. Чудик зарычал опять. И тут Снабби увидел незнакомца. Это был подросток лет четырнадцати-пятнадцати, загорелый, с соломенными волосами и глазами удивительной синевы, обрамленными густыми темными ресницами. При виде Снабби он расплылся в дружеской улыбке.

— Привет! — сказал незнакомец. — Ты тут обезьянку не видел?

Глава V. МАЛЬЧИК С ОБЕЗЬЯНКОЙ

Так впервые трое ребят встретились с удивительным мальчиком, который вскоре стал их лучшим другом. Снабби посмотрел на него, на его ясные синие глаза, на открытую улыбку и решил, сам не зная почему, что он ему очень нравится.

— Ты что, язык проглотил? — спросил мальчик. — А у меня тоже неприятность — я потерял свою обезьянку. Ты случайно не видел?

Мальчик говорил как-то по-особенному, не так, как разговаривали те, кого Снабби когда-либо слышал. Немного в нос на американский манер, но был я еще какой-то иностранный акцент. Испанский? Итальянский? Или еще какой-нибудь? Да и англичанином он не выглядел, несмотря на синие глаза и светлые волосы.

— Да! Я видел обезьянку, — обрел Снабби дар речи. — Я видел ее минут пять назад. Могу отвести тебя на то место.

— Ее зовут Миранда, — сообщил мальчик.

— Она правда твоя? — восхищенно спросил Снабби. — Мне всегда хотелось завести обезьянку. У меня есть только собака.

— Зато очень симпатичная, — погладил мальчик Чудика.

Пес тут же перекатился на спину и задрал вверх все четыре лапы, дрыгая ими так, словно ехал на велосипеде.

— Умная собачка, — похвалил мальчик. — Почему бы тебе ни купить для нее маленький велосипедик? Видишь, как он хорошо умеет жать на педали? Купи ему велосипед с четырьмя педалями и выступайте в цирке — кучу денег заработаешь. Только сегодня и только у нас — собака-велосипедист!

— Ты это серьезно? — обрадованно спросил Снабби.

Он был готов поверить в любые таланты Чудика. Мальчик рассмеялся.

— Нет, конечно. Пойдем, покажешь, где это дерево. Нужно найти Миранду — она уже час как где-то гуляет!

Миранда расположилась на развесистом дереве по соседству с тем, на котором ее в первый раз увидел Снабби. Мальчик тихонько свистнул, и обезьянка спрыгнула, как белка, прямо к нему на руки. Он приласкал ее, одновременно отчитывая за побег.

— Знаешь что, — сказал Снабби, стараясь удержать разволновавшегося Чудика подальше от Миранды. — Я рассказал про обезьянку моим двоюродным брату и сестре, и они мне не поверили! Не захотели даже слушать меня. Ты бы не мог подыграть мне в одной небольшой шутке?

— Нет проблем, — сразу согласился мальчик, с интересом глядя на Снабби своими синими глазами. — Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Ты можешь, например, заставить Миранду походить около моих брата и сестры или сделать еще что-нибудь, а потом вернуться к тебе? — с надеждой посмотрел на него Снабби. — А потом я бы подошел, и они бы мне сказали, что oни тоже видели обезьянку, а я бы им не поверил, как они не поверили мне!

— Тоже мне, шутка! — улыбнулся мальчик. — Я лучше скажу Миранде, чтобы она спрыгнула сверху прямо на них, а потом опять ускакала на дерево. Пусть немного струхнут.

— И ты сможешь заставить ее это сделать? — округлил глаза Снабби.

— Еще бы! Где они, эти твои родственники? Пойдем, развеселим их немного. Но сами показываться на глаза не будем.

Они прокрались назад, к реке. Снабби приказал Чудику тоже ползти неслышно. Он показал мальчику Диану и Роджера. Мальчик кивнул, потом негромко сказал обезьянке несколько слов. Она залепетала в ответ забавным тоненьким голоском и мгновенно скрылась в ветвях дерева. Мальчики следили за ней. Чудик крайне удивился, увидев, как обезьянка исчезла на дереве Кошки такое проделывают, но это странное существо ни внешне, ни по запаху на кошку не походило.

Миранда перебралась на дерево прямо над Роджером, который по-прежнему безмятежно спал, прикрыв лицо кепкой. Обезьянка спустилась на нижнюю ветку и спрыгнула вниз прямо на Роджера, однако тут же взобралась обратно на дерево, исчезнув в ветвях.

Роджер открыл глаза и резко сел.

— Что это на меня свалилось? — ошалело поглядел он на Диану.

— Обезьяна, — не веря собственным глазам, растерянно произнесла та. — Такая маленькая, коричневая.

— Слушай, хоть ты не начинай эти басни, — недовольно бросил Роджер. — Послушать вас, так можно подумать, что лес просто кишит обезьянами.

— Но Роджер, правда, это была обезьянка, — настаивала Диана.

— Вы со Снабби можете весь день твердить, что вам повсюду мерещатся обезьяны, но я в это не поверю, даже если увижу своими глазами! — заявил Роджер.

И в этот самый момент он как раз и увидел Миранду. Она сидела на плече у незнакомого мальчика, который подходил к ним вместе со Снабби, и оба при этом улыбались до ушей.

Тут уж Роджеру пришлось поверить в существование обезьянки, но он был совершенно ошарашен.

— Это твоя обезьянка? — растерянно спросил он у мальчика. — Она ученая?

— Конечно, — ответил мальчик. — Ты ведь ученая, Миранда?

Миранда быстро затараторила и обняла маленькой коричневой ручкой мальчика за шею.

— Кончай, щекотно, — сказал он. — Лучше покажи нам, какая ты вежливая. Ну-ка, поздоровайся со всеми!

Чудик в это время сидел рядом, разинув пасть. Миранда важно протянула маленькую ручку, дозволив Роджеру, Диане и Снабби пожать ее. Мальчик сел рядом с ними. Чудик немедленно бросился на Миранду — он испытывал муки ревности.

Быстрее молнии обезьянка спрыгнула с плеча мальчика и вскочила на спину Чудика. Она крепко вцепилась в его шерсть так, что он не смог ее сбросить, пока не повалился на землю. Дети следили за ними, покатываясь со смеху.

— Бедняжка Чудик, еще никто не пробовал ездить на нем верхом, — посочувствовала спаниелю Диана. — Как, ты говоришь, ее зовут? Миранда? Какое странное имя для обезьянки.

— Почему? — удивился мальчик. — Я, когда в первый раз встретил его в книжке, сразу подумал, что это очень красивое имя. И очень подходит Миранде — она ведь тоже красавица.

Никто из трех ребят не находил Миранду красавицей, хотя все согласились, что она очень милая и забавная. Однако чему тут удивляться? Сплошь и рядом люди называют своих домашних любимцев красавцами и красавицами, хотя в большинстве случаев это далеко не так.

— Забавная, да? — сказал мальчик, когда Миранда начала быстро-быстро кувыркаться. — Она умеет делать миллион трюков. Ну-ка, Миранда, пройдись колесом.

Миранда без передышки перевернулась с десяток раз. Чудик серьезно смотрел на нее. Нет, это определенно не кошка. Ни одна кошка так себя не ведет.

— Как тебя зовут? — спросил Роджер, которому новый знакомый понравился не меньше, чем Снабби.

— Барни. А если полностью, то Барнабас, — ответил мальчик.

— А где ты живешь? — осведомился Снабби. Мальчик на секунду задумался.

— В данное время нигде, — сказал он, — Просто хожу-брожу.

Это всех озадачило.

— Как это? Ты что, отправился в пеший поход? — спросила Диана.

— Что-то в этом роде, — усмехнулся мальчик.

— Но где твой настоящий дом? — настаивал Снабби. — Он же должен где-то быть.

— Не приставай к Барни, — оборвал его Роджер, видя, что хозяин обезьянки опять задумался. — Какой ты любопытный, Снабби.

— Ничего, все нормально, — махнул рукой Барни и легонько почесал Миранде спинку. — На самом деле я ищу своего отца.

Это прозвучала еще более странно.

— Разве твоя мама не знает, где он? — хмыкнул Снабби.

— Моя мама умерла, ответил Барни. — В прошлом году, Мне не хочется об этом говорить. Я мало что о ней знаю, да и о себе тоже. Но стараюсь узнать. Моя мама была артисткой, выступала в цирке, ездила с ним повсюду на ярмарки и так далее. Она удивительно умела ладить с животными. Я думал раньше, что мой отец умер, но перед смертью мама сказала мне, что это не так. Он был актером — настоящим, играл в шекспировских пьесах, так она говорила. Мама ушла от него через три месяца после свадьбы. Он ничего обо мне не знает.

— Тебе не обязательно рассказывать нам все это, — смутился Роджер. — Это касается только тебя.

— Мне хочется с кем — то поговорить, — посмотрел на ребят Барни своими удивительными синими глазами. — Но не с кем было. Когда мама умерла, я почувствовал себя так одиноко. Не мог найти себе занятие. И я решил поехать — с Мирандой, конечно, — и попробовать разыскать отца Хочется знать, что есть кто-то родной тебе, даже если встреча с ним станет разочарованием.

— У меня тоже нет ни папы, ни мамы, — вздохнул Снабби. — Но мне повезло, у меня есть куча родственников, и они со мной носятся по очереди. Ужасно, если бы у меня их не было, а только Чудик.

Диана даже и представить себе не могла, как бы она смогла жить без мамы и отца. Ей стало жаль Барии.

— А на что же ты живешь? — спросила она его.

— Всегда можно подзаработать в цирке или на ярмарке для меня это не проблема. Я умею почти, все. Я часто выступал с Мирандой в цирке. Вот только что был на ярмарке в Норткотлинге. А сейчас я свободен, иду с Мирандой, куда хочу. Мне сейчас вот чего хочется — найти какие-нибудь шекспировские пьесы и прочитать их. У вас случайно нет?

Снабби не мог даже представить, как можно просить почитать шекспировские пьесы! Зачем? Но Диана сразу сообразила, что Барни имел в виду.

— Ты хочешь знать, в которых играет твой отец? Или играл когда-то раньше, да? Чтобы знать, какие вещи ему нравились и какие роли он мог играть!

— Точно, — кивнул Барни, довольный, что его поняли. — Я только одну пьесу читал — про бурю и как корабль потерпел крушение. Из нее я и взял это имя — Миранда.

— Ну да, она так и называется — «Буря» — сказал Роджер. — Это хорошая вещь, и она подходит, чтобы с нее начинать. Ты правда хочешь прочесть эти пьесы? Боюсь, они будут для тебя трудноваты. Но если ты всерьез решил, я тебе дам.

— Спасибо, — улыбнулся мальчик. — Вы где живете?

— В коттедже Рокингдаун, — ответил Роджер. — Ты его знаешь? Барни кивнул.

— А где ты сейчас живешь? — с любопытством спросила Диана,

Ей казалось странным, что можно жить, не имея крыши над головой и мягкой кровати.

— Ха, да при такой погоде спать можно где угодно — в стогу, в амбаре. Даже на дереве, вместе с Мирандой, если как следует привязаться.

Тут Диана взглянула на часы и ахнула:

— Мальчики, вы знаете, сколько времени? Мы уже опоздали к чаю на пятнадцать минут. Мисс Перчинг опять задаст нам перцу!

Они вскочили.

— Если ты придешь к коттеджу Рокингдаун и свистнешь, мы тебя услышим и выйдем, — крикнул на ходу Роджер, обращаясь к новому знакомому. — Я подберу для тебя книжки.

— Хорошо, завтра увидимся! — крикнул в ответ Барии, провожая ребят взглядом своих синих глаз, улыбаясь и махая рукой. Миранда тоже помахала сухонькой ручкой.

— Он мне ужасно понравился, — признался Снабби. — А тебе, Роджер? И глаза у него необыкновенные, правда? Как будто он не такой, как мы, а к примеру, инопланетянин. Может, это звучит глупо, но вы, конечно, меня понимаете.

Его понимали. В Барни действительно было что-то странное, какое-то одиночество, потерянность. И в то же время он был веселым, умел громко смеяться и вести себя с полнейшей непринужденностью.

— Надеюсь, мы будем с ним часто видеться, — сказал Роджер.

Насчет этого он мог не волноваться — им предстояло видеться с Барни гораздо чаще, чем этого можно было ожидать.

Глава VI. МИСТЕР КИНГ

Следующим важным событием стало известие, что мисс Перчинг нашла все-таки для своих питомцев репетитора. Он прибыл, когда они помогали миссис Кругликс убирать посуду после завтрака. Он постучал, потом позвонил, и миссис Кругликс поспешила к двери.

— Какой-то джентльмен спрашивает мисс Перчинг, — объявила она детям. — Назвался мистером Кингом.

Диана побежала за мисс Перчинг. Та провела незнакомца в кабинет и какое-то время разговаривала с ним наедине. Затем она открыла дверь и позвала всех детей.

— Мистер Кинг, вот та троица, о которой я вам говорила: Роджер, его сестра Диана и их двоюродный брат Питер.

Роджер и Диана удивленно переглянулись: впервые они услышали, что Снабби (Снабби — курносый (англ.) кто-то называет Питером. Они совершенно забыли, что это и есть его настоящее имя. Мистер Кинг широко улыбнулся. Он был крепким, хорошо сложенным мужчиной лет тридцати пяти — сорока с чуть тронутыми сединой волосами и волевым подбородком.

— На первый взгляд, совсем не страшные, — сказал он.

Масс Перчинг улыбнулась.

— Внешность иногда бывает обманчива, — заметила она. — Дети, познакомьтесь, это мистер Кинг. В соответствии с нашей договоренностью он будет давать вам уроки, которые ваши родители сочли для вас необходимыми.

Это известие, разумеется, ребят не обрадовало. Улыбки на их лицах погасли. Дети внимательнее посмотрели на мистера Кинга. Он так же внимательно разглядывал их. Нравится он им или не нравится? Снабби решил, что не нравится. Диана сомневалась. Роджер чувствовал, что, возможно, учитель ему понравится, когда они узнают его получше. У ребят заныло под ложечкой, когда они поняли, что теперь, после того как они уже успели привыкнуть к вольной летней жизни, им придется каждое утре изо дня в день корпеть над уроками.

— Мистер Кинг начнет с вами заниматься со следующего понедельника, — объявила мисс Перчинг.

— А можно, Чудик тоже будет в комнате? — спросил Снабби.

Мистер Кинг несколько озадаченно посмотрел на него.

— Э-э… Чудик — это кто? — осведомился он, подозревая, что это еще один ребенок, не отличающийся кротким нравом.

— Мой спаниель, — не без гордости произнес Снабби, и в этот момент Чудик по своему обыкновению вихрем влетел в дверь.

Он промчался по комнате, бросаясь с приветствиями к каждому, словно не виделся с ними много лет. Он даже подкатился к ногам мистера Кинга, прежде чем понял, что это незнакомые ему ноги. Тогда он вскочил на свои собственные лапы и зарычал.

— Ах, вот кто такой Чудик, — сказал мистер Книг. — Ну что ж, не вижу причин, почему бы ему ни находиться здесь — при условии, что он не будет нам мешать.

После этого Снабби сразу решил, что мистер Кинг ему все-таки нравится. Но тут поспешила вмешаться мисс Перчинг.

— Я бы на вашем месте не стала давать опрометчивых обещаний, — сказала она, бросив на мистера Кинга предупреждающий взгляд. Он это заметил.

— А я ничего и не обещаю, — сказал он, и когда Чудик принялся за его туфлю и сумел развязать шнурки, твердо добавил: — Сначала мы устроим ему испытание.

— И ещё хорошо бы, чтоб Миранда тоже была с нами, — сказал Снабби. — Это обезьянка, мистер Кинг. Она такая милая!

Мистер Кинг решил, что ему пора откланяться, иначе его попросят устроить испытание и для обезьянки тоже.

И он ушел, а мисс Перчинг обратилась к детям с краткой речью:

— У мистера Кинга прекрасные рекомендации, и, надеюсь, его уроки окажутся для вас полезными. Начнёте в понедельник. Но если я услышу, что ты плохо себя ведешь, Снабби, я не разрешу Чудику спать в доме, а выселю его на ночь в конуру!

Это была страшная угроза, и мисс Перчинг вполне могла ее осуществить. Чудик уже привык спать в доме на кровати Снабби, и если бы его лишили этой привилегии, это стало бы для него тяжелым ударом. Снабби не решился спорить с мисс Перчинг. Он лишь громко чихнул, потом чихнул еще подряд два раза и с озабоченным видом полез в карман за платком.

— А-ап-чхи! О господи, а-ап-чхи! Да что же это такое?

— Ты простудился, Снабби? — спросила мисс Перчинг. — Я тебе говорила вчера вечером, чтобы ты надел куртку.

— Нет, это не простуда, мисс Перчинг, — проговорил Снабби, вытаскивая невероятно грязный платок и чихая в него. — Просто — а-ап-чхи! Ой, извините! Это перец нос попал. А-ап-чхи!

Мисс Перчинг, негодующе хмыкнув, вышла. Диана и Роджер покатились со смеху. Взволнованный Чудик присоединился к общему веселью и обежал вокруг стола шесть раз без остановки.

— Забег на побитие мирового рекорда скорости! — объявил Снабби, убрав платок. — Ладно-ладно, Чудик, ты уже три раза прошел финиш.

— Что сегодня будем делать? — спросила Диана, собирая тарелки, чтобы отнести их на кухню к миссис Кругликс.

— Давайте заглянем в этот большой дом, — предложил Роджер. — Спросим миссис Кругликс, как туда можно пройти. Мне ужасно хочется туда залезть и попробовать представить, каким он был раньше.

Миссис Кругликс об этом доме знала немного.

— Лучше бы вам туда не соваться, — сказала она. — Люди говорят: однажды какой-то парень туда залез, а обратно выйти так и не смог. Это и с вами может случиться. Там есть двери, которые захлопываются сами по себе и сами собой запираются. И еще есть комнаты, где полно мебели — ее оставили последние владельцы. Видать, грязища там! И пауки небось так и шныряют! Я бы в такой дом не сунулась ни за какие тыщи!

В ее рассказе слышалась приятно возбуждающая жуть. И все трое немедленно решили, что в тот же день отправятся в таинственный дом на разведку. Они дождутся Барни и возьмут его с собой.

Вскоре ребята услышали негромкий свист Барни и вышли к нему. Как и прежде, на его плече сидела Миранда. Она тут же вспрыгнула на дерево и заглянула в ближайшее к ней окно. Как раз в этот момент там находилась миссис Кругликс — подметала комнату. Обезьянка издала тихий, стрекочущий звук.

Миссис Кругликс подняла голову и совершенно опешила, увидев обезьянку, явно намеревающуюся прыгнуть в раскрытое окно. Она бросилась закрывать его, чуть не прищемив при этом Миранде нос. Потом миссис Кругликс встала у окна и погрозила кулаком удивленной зверюшке.

— Мисс Перчинг, подите сюда! Мисс Перчинг! Вы только посмотрите, что эти сорванцы притащили на этот раз!

Мисс Перчинг поспешила в комнату, гадая, какую гусеницу, жука или мышь обнаружила миссис Кругликс. Она всегда что-нибудь обнаруживала в комнате Роджера. Увидев обезьянку, старая гувернантка, потрясенная, остановилась. Миранда в мгновение ока исчезла из вида, скатившись по дереву вниз.

— Вот что я вам скажу, мисс Перчинг, если они начнут сюда обезьян приносить, я увольняюсь, — решительно заявила миссис Кругликс. — С чокнутыми собаками я еще могу примириться, жуков и всяких там улиток как-нибудь переживу, но обезьяна — это уж слишком! Следующий кто будет — слон, топающий вверх и вниз по лестнице?

Мисс Перчинг поспешила к выходу, чтобы раскрыть тайну появления обезьянки. Она увидела рядом с ребятами Барни, на плече которого сидела Миранда.

— Мисс Перчинг, это Барнабас, а это Миранда, его обезьянка, — представил новых друзей Роджер.

Барни вежливо кивнул.

— Правда же, она прелесть? — улыбнулась Диана.

Мисс Перчинг не собиралась заходить так далеко, чтобы соглашаться с этим. Ее жизненный опыт подсказывал ей, что обезьяны обычно полны блох и склонны кусаться. Она окинула Миранду критическим взглядом.

— Я попрошу тебя не вносить это животное в дом, — твердо заявила мисс Перчинг. — Может, она и прелесть, но пусть лучше остаётся за его дверями.

— Да, мэм, конечно, — согласился Барни. — Обезьян не все любят.

Миранда посмотрела на гувернантку такими же жалобными умоляющими глазами, какими иногда смотрел на мисс Перчинг Чудик. Ох уж эти животные! И почему они так на вас смотрят? Мисс Перчинг поспешила на кухню, взяла там кусочек огурца и нарезала его ломтиками. С этим угощением на тарелке она вернулась к ребятам.

— Обезьяны любят огурцы, — пояснила она. — Вот я ей тут принесла немного. Только, пожалуйста, пройдите с нею в сад. Да смотрите, чтобы Чудик не ухватил ее за хвост!

Действительно, хвост Миранды соблазнительно свисал вниз, и Чудик алчно на него поглядывал. Пес бросился к хвосту, но Миранда успела перескочить с плеча Барни к нему на голову, что-то недовольно бормоча.

— Чудик, если ты посмеешь цапнуть Миранду за хвост, я ей позволю цапнуть за хвост тебя, — пригрозил Снабби.

Чудик поспешно уселся на свой обрубок, словно понимал человеческий язык. Барни закатился безудержным смехом, и всем остальным тоже захотелось смеяться. Даже миссис Кругликс снова открыла окно своей комнаты — посмотреть, что их так развеселило.

— Ладно, — сказал Роджер, обращаясь к Барни, — пройдём в сад. Ой, только погоди минутку. Мисс Перчинг, Барни очень увлекается шекспировскими пьесами. Он уже прочитал «Бурю» и попросил у меня еще что-нибудь. Что бы вы ему порекомендовали?

Мисс Перчинг была приятно удивлена. Удивительный ребенок этот Барни — со своей обезьянкой, странными синими глазами и неожиданным интересом к Шекспиру. Впрочем, на вид славный мальчик. Интересно, откуда он. Надо будет потом расспросить о нем Роджера.

— Что ж, можно попробовать «Сон в летнюю ночь», — сказала она.

— Да, это прекрасная пьеса, — одобрила её выбор Диана. — Мы её в школе проходили и даже ставили. Я играла Титанию, царицу фей и эльфов.

Ребята прошли через сад к полуразрушенной беседке и расположились в ней. Чудик подпрыгивал на полу, пытаясь опять ухватить за хвост Миранду; обезьянка перескакивала с плеча Снабби на плечо Барни, каждый раз взмахивая хвостом так, чтобы Чудик не мог дотянуться. Обезьянка очень раздражала его, да и не только его. Она вытащила из кармана у Дианы носовой платок, превратила в отвратительный липкий комок ириску, обнаруженную в кармане шорт Снабби, и, полизав ее с огромным наслаждением, запустила остатком в Чудика.

— Не ешь это, Чудик! — забеспокоился Снабби. — Ты помнишь, что с тобой случилось в прошлый раз, когда ты хотел слопать ириску?

— А что случилось? — заинтересовался Барни.

— У него слиплись верхние и нижние зубы, — объяснил Снабби. — И он так перепугался, что бросился из дома и понесся вниз по улице. И несколько часов не возвращался — пока ириска не растаяла. А после этого целый день ходил какой-то пришибленный. Это был единственный день за всю его жизнь, когда он вел себя хорошо с утра до самого вечера.

— Миранда их только лижет, — заметил Барни.

— Она соображает, — сказала Диана. — А Чудик — что с него взять?

— Давайте расскажем Барни, чем мы хотим сегодня заняться, — предложил Роджер. — Барни, мы собираемся пойти посмотреть этот большой старый дом, трубы которого видно отсюда. Он сейчас пустует, там никто не живет, и о нем ходят всякие странные слухи. Мы подумали, будет интересно вокруг него покрутиться.

Все встали, включая Чудика, который с готовностью завилял хвостом. Похоже, намечается прогулка? Так надоело сидеть на одном месте — это ужасно скучно! И друзья пошли по заросшим тропинкам, пробираясь в направлении большого дома.

— Прямо-таки джунгли, приходится чуть ли не прорубать себе дорогу, — сказал Роджер. — Но скоро мы выйдем на подъездную аллею — вон она уже виднеется. Смотрите, а вот и дом. Какой огромный!

Дом действительно был очень большой. Над крышей поднимались высокие трубы, ряды окон смотрели на ребят тусклыми стеклами. Местами их закрывали ветки разросшегося плюща, и в целом дом производил впечатление заброшенности и запустения.

— Вперед! — воскликнул Роджер. — Осмотрим его снаружи и решим, стоит ли пытаться проникнуть внутрь.

Глава VII. ПЕРВАЯ РАЗВЕДКА

Четверо ребят и Чудик подошли к старому дому. Почти рядом с ними из густого плюща вылетела ласточка, заставив их испуганно вздрогнуть

— Здесь так тихо, — сказал Роджер. — Кажется, даже ветер покинул этот старый дом!

— Мне он совсем не нравится, — нахмурилась Диана. — По-моему, он просто отвратительный.

Они подошли к широким ступеням главного входа, ведущим к парадной двери. Местами каменные плиты растрескались, и в щелях проросли сорняки. Одна из ступеней качнулась под ногой Роджера, когда он наступил на нее. Ее основание совсем разрушилось.

— Чтобы эти развалины снова превратить в нормальное человеческое жилье, нужно потратить целое состояние, — сказала Диана. — Трудно даже представить, что давным-давно, когда за ним следили и в нем жила большая семья, он мог быть веселым и красивым.

Друзья подошли к внушительной парадной двери — двустворчатой, украшенной поржавевшими от времени коваными накладками. Дверного молотка не было, но рядом с дверью висела большая чугунная рукоятка. И, конечно же, Снабби не удержался, чтобы не дернуть за нее. Оказалось, что она очень тяжелая, и ему пришлось почти повиснуть на ней, чтобы сдвинуть с места. И вдруг громкий нестройный перезвон нарушил тишину пустого дома. Он испугал ребят, и Снабби отпустил рукоятку. Чудик с бешеным лаем принялся скрестись в массивную дверь.

— Ой, я даже вздрогнула от неожиданности, — сказала Диана. — Кто бы мог подумать, что колокольчик зазвонит после стольких лет! Наверное, распугал всех крыс и мышей в доме. Снабби, балбес, не звони больше в колокольчики, которые увидишь, а то еще сломаешь какой-нибудь.

— Ну и что с того, даже если и так? Какая разница? — хмыкнул Снабби. — Я здесь единственный, кому может прийти в голову позвонить в колокольчик!

Прорези почтового ящика в двери не было, поэтому посмотреть в нее ребята не могли. Но в досках двери виднелась трещина, и, прильнув к ней глазами, они сумели разглядеть большой темный холл.

Вид его не вызывал приятных ощущений: пол, покрытый слоем серой пыли, на стенах кружева паутины. Он казался всеми покинутым, забытым, мертвым. В глубине холла можно было различить очертания ведущей наверх лестницы.

Роджер с силой подергал дверь, но, конечно, не смог ни открыть ее, ни хотя бы сдвинуть с места. Впрочем, на это он и не рассчитывал.

— Взломать такую дверь под силу разве что великану, — засмеялся Барни. — Пошли, заглянем в окна. Здесь окон много!

Они спустились по каменным ступеням и, обогнули дом с восточной стороны. Подошли к большим застекленным донизу дверям на террасу — так называемым французским окнам. Сквозь грязные, в подтеках, стекла друзьям все же удалось кое-что разглядеть. Должно быть, когда-то это был бальный зал. На полу под слоем пыли просматривался великолепный когда-то паркет, на стенах все еще сохранились зеркальные панели, хотя большинство из них покрывали трещины. В зеркалах напротив окна, в которое ребята заглядывали, появились движущиеся призрачные отражения их лиц. Дети в испуге отшатнулись.

— Я подумала, кто-то смотрит на нас, — передернула плечами Диана. — Но это всего лишь наши отражения в треснутом зеркале. Какой красивый тут был когда-то зал! А это что за куча хлама?

Роджер посмотрел на груду старой мебели в углу.

— Сломанные стулья, наверное. Говорят, во время войны этот дом для чего-то использовали. Наверное, в этом зале как раз и размещались государственные службы. Стулья похожи на офисные.

Они обошли дом, заглядывая через каждое окно в темные пыльные комнаты. Повсюду царило полнейшее запустение. Это произвело на всех тягостное впечатление. Даже Миранда и Чудик казались притихшими и подавленными.

Описав круг, ребята вернулись к парадной двери. Ни одного незапертого, разбитого или треснутого окна не обнаружилось. Несколько окон даже были закрыты ставнями — возможно, как разбитые, но разглядеть это не представлялось возможным.

Окна верхних этажей тоже казались надежно запертыми, И на некоторых также были ставни.

— Смотрите! — вдруг указала рукой Диана. В двух комнатах на третьем этаже окна были забраны поперечными перекладинами, — наверное, раньше там размещались детские.

— Когда мы с Роджером были маленькими, на наши окна тоже поставили такие перекладины. Мы их ненавидели.

Снабби прищурился, стараясь получше разглядеть окна, но они располагались довольно высоко.

— А вы знаете, похоже, там есть занавески, на этих окнах! — объявил он. — Кто-нибудь из вас их видит?

Оказалось, что самое острое зрение у Барни. Его синие глаза остановились на окне детской.

— Да, там есть занавески! — удивленно воскликнул он. — Наверное, рассыпающиеся в труху от времени!

Все уставились на загороженные перекладинами окна детских комнат. Чудик тоже поднял голову. Вдруг Миранда, соскочив с плеча Барни, взлетела по плющу наверх, вспрыгнула на внешний подоконник окна на втором этаже, еще пролезла наверх, подтянулась к маленькому балкончику и в следующее мгновение оказалась сидящей на подоконнике бывшей детской, заглядывая внутрь.

— Класс! — восхищенно ахнул Снабби. — Вот мне бы так!

— А я думал, ты тоже так можешь, — заметил Роджер.

Ребята не спускали глаз с Миранды. Обезьянка посидела на подоконнике, потом вдруг проскочила меж двух перекладин исчезла! Все ахнули.

— Куда она делась? — посмотрела Диана круглыми глазами на Барни.

— В комнату прыгнула!

— Но там же стекло, — удивился Роджер.

— Значит не везде, — рассудила Диана. — Иначе как бы она пролезла?

— Погодите-ка! Кажется, я вижу, где оно разбито. Смотрите — в одном углу дыра, — указал Барни. — Такая дырища, будто здоровенным камнем бросили или еще какой-то тяжелой штуковиной. Через нее Миранда и пролезла.

Вскоре обезьянка появилась вновь и посмотрела вниз на нетерпеливо ожидающих ее ребят, Она что-то тараторила и махала им своей маленькой ручкой.

— Она нашла там что-то интересное, — сразу понял Барни. — Смотрите, она опять исчезла в комнате! Что же она там обнаружила?

Миранда появилась вновь — на этот раз она что-то держала в ручке. Обезьяна протянула ручку вперед — все вытянули шеи, стараясь разглядеть, что это.

— Брось это вниз, Миранда! — крикнул Барни.

И предмет, который держала обезьянка, полетел вниз. Он упал у ног Дианы. Чудик немедленно бросился к нему, и Диане пришлось отнимать у него находку. Девочка показала предмет остальным.

— Кукла! Смешная старомодная тряпичная кукла! Миранда нашла ее в старой детской комнате — невероятно!

— Она обожает кукол, — сказал Барни, беря игрушку в руки и с любопытством разглядывая. Он встряхнул ее, подняв облако пыли. — Интересно, там еще что-нибудь есть?

И, словно, поняв его мысли, Миранда вновь появилась у окна с еще каким-то маленьким предметом в руке. Она бросила его вниз, что-то быстро бормоча. Он полетел на землю, переворачиваясь в воздухе. Барни поймал его. Удивленно ахнув, он показал его остальным.

— Игрушечный солдатик — всадник на лошади! И как искусно сделан, — восхитился Роджер, беря его в руки. — Просто чудо. И краска до сих пор не потускнела. Вот какими солдатиками играли дети в старые времена! У меня таких никогда не было.

— Это, наверное, часть большого комплекта ручной работы, — предположила Диана.

Все полюбовались прекрасно выполненным солдатиком, потом опять посмотрели наверх — Миранда скинула вниз еще что-то!

Теперь это была книжка. На лету она развалилась, и отдельные страницы закружились в воздухе. Диана подобрала несколько листков.

— Какая удивительная старая книжка! — сказала она. — Похожа на те, что хранит бабушка на своей особой полке. У нее там целая коллекция детских книжек, очень ценных, потому что каждой больше ста лет. Слушайте, по-моему довольно странно, что в этой комнате сохранились занавески и даже игрушки. Роджер, ты что об этом думаешь?

— Не знаю, — признался Роджер. — Может быть, когда дом сдавали жильцам, эти детские комнаты оставили запертыми из-за воспоминаний или еще почему-то. Знаете, как взрослые иногда относятся к таким вещам. Мама, например, хранит твои первые башмачки, Ди. И мой первый выпавший молочный зуб. Она с ними ни за что бы не рассталась.

— Да, мамы всегда так, — согласилась Диана. — Может быть, мама детей, которые играли в эти игрушки, не могла смириться с тем, что чужие люди будут жить в этих детских комнатах, не могла расстаться с их игрушками и другими вещами. А, может быть, об этих комнатах просто забыли. Дом-то вон какой огромный, немудрено.

Снова появилась обезьянка. Барни окликнул ее:

— Миранда, хватит. Больше не надо!

Но еще один предмет спланировал к ним, расправляясь в воздухе — маленький носовой платочек. Диана поймала его, когда он проплывал у нее над головой. В уголке виднелась изящная вышивка выцветшим голубым шелком — имя «Боб».

Все по очереди рассматривали вышивку. Кто был этот Боб? Что с ним случилось? Стал он взрослым или, может быть, давно умер? Этого друзья не знали. Им представился маленький мальчик, которого учат пользоваться платком с его именем, вышитым на уголке. Диане даже показалось, что она слышит, как поучает малыша его няня: «Не шмыгай носом, Боб. Привыкай пользоваться платком, вот этим, с твоим именем. Я дала его тебе сегодня утром».

— Миранда, спускайся! — позвал Барни. — Она так все из комнаты повыбрасывает, если ее не остановить, — обернулся он к остальным. — И кто знает, сколько там чего осталось. Я бы не удивился, если бы оказалось, что в детских сохранилась и мебель — кроватки и все, что положено.

Миранда длинными прыжками спускалась к ребятам. Казалось невероятным, как ей удается с такой легкостью передвигаться по вертикальной стене, лишь слегка то там, то тут касаясь веток плюща.

Чудик приветствовал ее бешеным лаем. Он завидовал обезьянке, потому что она умела делать много такого, чего не умел он. Миранда устроилась на плече Барии, схватила своей крошечной ручкой его за ухо и как-то странно застрекотала, издавая звуки, очень напоминающие шепот. Барни по-собачьи затряс головой.

— Перестань! Щекотно же!

— Что будем делать с этими вещами? — спросила Диана. — Они ведь чужие.

— Ну тогда давайте положим их обратно, — не очень уверенно предложил Снабби. — Может, Миранду попросить. Неужели она поймет и отнесет все обратно?

— Запросто! — засмеялся Барни. — Она все может сделать, о чем я ее попрошу. Вы еще не знаете, какая она умница! Я думаю, она самая умная обезьянка на свете. Если бы люди об этом знали, мне бы за нее тысячу фунтов предложили. Но я бы все равно не взял.

Все с уважением посмотрели на Миранду.

— Тысячу фунтов? Ничего себе. Это дороже, чем стою я! — сказал Снабби.

— Еще бы! — засмеялся Роджер. — Это же какая куча денег — сто тысяч пенсов! Ты только представь себе, Снабби!

Снабби такого представить не мог и предпочел сменить тему.

— Эх, жалко, что мы туда не можем добраться! — вздохнул он, с тоской посмотрев наверх на забранные перекладинами окна.

— Почему же? — ко всеобщему удивлению возразил Барни. — Для меня эта пара пустяков — если вы на самом деле хотите.

Глава VIII. БЛЕСТЯЩАЯ ИДЕЯ БАРНИ

— Как это? — не понял Роджер, удивленно глядя на Барни. — Как мы можем туда залезть — это же третий этаж, такая высота! Ни одна лестница туда не достанет — даже если бы она у нас была, а ее здесь нет.

— И даже если бы была, мы бы ее не смогли притащить сюда — они такие тяжеленные, — прибавила Диана, вспомнив, какой неподъемной оказалась длинная приставная лестница, когда однажды дома они с Роджером попытались перенести ее.

— А зачем лестница? — пожал плечами Барни. — Я о ней и не думал. Я имел в виду веревку.

Все с сомнением посмотрели на него.

— Веревку? — повторил Роджер. — Но каким же это образом ты собираешься закрепить веревку наверху? Для этого тебе все равно понадобится лестница!

Барни громко расхохотался.

— Да нет же, ничего подобного! Я бы просто послал наверх Миранду вместе с веревкой. Она с такими поручениями запросто справляется.

Но ребята все равно не понимали. Барни снисходительно улыбнулся.

— Сразу видно, что вы незнакомы с цирковой жизнью. Там к таким делам с детства привыкаешь. Ладно, слушайте, я вам объясню: если мы найдем веревку, то один конец мы дадим Миранде, и она полезет с ним к окнам детских. Она сядет на подоконник, перекинет конец веревки через перекладины и потом бросит ее нам вниз. Веревка соскользнет вдоль стены — и прямо к нам в руки! Мы ее поймаем, и у нас будет двойная веревка, перекинутая через эти перекладины, вот и все! А испытать прочность перекладины тоже нетрудно — нужно просто потянуть за веревку.

— И потом мы раз-раз, и залезем по ней наверх, на подоконник! — воскликнул Роджер, уяснив замысел. — А что, это идея! Хотя нет, все равно, я, пожалуй, не смогу подняться по веревке так высоко. Хоть у меня по физкультуре лучшие оценки в классе и по канату я лазаю лучше всех в школе, но до этих окон так высоко!

— Для меня это ерунда, — сказал Барни. — Я в цирке много раз и не такое делал — и на вертикальном канате, и на натянутом на высоте. Вы бы видели, как я шел по канату задом наперед!

Все посмотрели на Барни с еще большим уважением. Неужели он и вправду может ходить по канату или по проволоке? Снабби немедленно решил, что попросит Барни научить его этому за время каникул. Он уже представлял, как будет в школе натягивать канат через спортивный зал и с небрежным видом прогуливаться по нему. Вот уж все рты разинут!

— Залезть вверх по веревке — не проблема, — продолжал Барни. — Вот выдержат ли перекладины — это вопрос. И потом, главное, где взять веревку? У меня нет, а у вас?

Этого Роджер не знал. При обследовании коттеджа Рокингдаун ни веревок, ни лестниц он не обнаружил.

— Даже если в доме нет веревки, ее можно купить, — сказал он. — Ради такого дела! Барни, ты правда думаешь, что сможешь залезть до этого окна?

— Конечно, — уверенно заявил Барни. — Миранда запросто поднимет туда веревку. Она знает, как продевать ее через перекладины — она это делала сотни раз в цирке. А потом залезу я, и тогда мы узнаем, что там творится. Если там есть дыра, через которую может пролезть Миранда, ее хватит, чтобы я смог просунуть руку и отодвинуть щеколду, — и я там!

— Тогда пойдемте прямо сейчас покупать веревку, — нетерпеливо проговорила Диана.

Посовещавшись, все согласились, что искать веревку в коттедже бесполезно. К тому же мисс Перчинг обязательно начнет допытываться, что они ищут и зачем им нужна веревка, и задаст еще сотню вопросов.

И вот все четверо вместе с Чудиком, бешено скачущим впереди, отправились по заросшей подъездной аллее кратчайшим путем в деревню.

— Взрослые ужасно любопытные, — жаловался Снабби. — Даже когда я просто сижу и ничего не делаю, они приходят и спрашивают, что я опять замышляю.

— Их вполне можно понять, — сказала Диана. — Насколько я могу судить, ты и правда всегда что-то замышляешь. Кстати, это ты вчера вечером забросил мои домашние тапочки на шкаф? Я их целый день искала.

— Наверное, я их положил туда, чтобы они не достались Чудику, — ничуть не смутился Снабби.

— Больше этого не делай. Просто закрой дверь моей комнаты, если она окажется открытой, и тогда Чудик туда не войдет. Я не собираюсь каждый вечер искать свои тапки! — сдвинула брови Диана.

Придя в магазинчик, ребята решили сначала поесть мороженого. Они уселись за единственный столик и заказали по порции ванильного. Все та же разговорчивая пожилая хозяйка подошла к ним.

— Ну, как вам понравился коттедж Рокингдаун? — осведомилась она. — Славный домик, не правда ли? Опять же, никаких странных историй о нем не рассказывают, не то что о большом доме.

— А про большой дом какие странные истории рассказывают? — заинтересовался Роджер, расплачиваясь за мороженое.

— Нет-нет, я не хочу вас пугать, — покачала головой старушка, явно обрадовавшись его вопросу. — Этот большой дом, похоже, построили не в добрый час. Словно бы проклятие на нем какое-то лежит — такие в нем вещи случались.

Это еще больше подогрело интерес ребят. — Какие же это вещи? — спросил Роджер.

— Ох, да разные. Люди были убиты. И двое детишек умерли.

— Какие двое детишек? — спросила Диана. — Одного из них звали Боб?

— Так вы уже знаете? — удивилась женщина. — Ну, шустры! Да, мальчика звали Робертом. А сестренку его Арабеллой. Малышка выпала из окна детской и разбилась насмерть. И остался один Роберт. Тогда родители поставили на окна перекладины. Так ведь надо же было такому случиться — он заразился скарлатиной и тоже умер.

— А потом что было? — спросила Диана, немного помолчав. — Бедный Боб!

У нее в кармане и сейчас лежал его детским носовой платочек. Несчастный малыш так и не стал взрослым, а его платок все еще здесь. И его солдатик, и книжка.

— Тогда детские комнаты закрыли — со всеми вещами и мебелью, — сказала пожилая хозяйка, стараясь вспомнить подробности. — Нянечке велели оставить все, как было, все до последней мелочи! Помню, так она убивалась, бедняжка — любила этих ребятишек, как родных.

— А что случилось с их родителями? — спросил Роджер.

— Лорда Рокингдауна убили да войне. А его несчастная супруга умерла от горя — ни мужа, ни детей у нее не осталось. Да я вроде бы вам об этом уже рассказывала на днях. Так вам надоест слушать, если я все время буду повторяться! После этого дом перешел двоюродному брату, но он в нем не жил и близко к нему не подходил.

Теперь ребята получили некоторое представление о том, что произошло с этим злосчастным домом и его владельцами. Диане стало грустно. Ей представилось, каким веселым шумным был когда-то большой дом. Лорд и леди Рокингдаун давали в нем приемы, балы, устраивали праздники, выезжали на охоту, выбирали пони для своих детей, Арабеллы и Боба, планировали их будущее, когда они подрастут. Но они не выросли. Дом остался пустым, лишенным тепла и любви. И только две детских комнаты с их игрушками и всем прочем остались хранить память о несчастной семье.

Взгляд Дианы рассеянно бродил по стенам маленького магазинчика. Сколько в нем всякой всячины! Ведра, шезлонги, мотки садового шланга, сковородки, чайники, коврики, посуда — все размещалось здесь вперемешку. Товары свисали с потолка и лежали стопками на стеллажах вдоль стен.

А сами вы знаете все, что продается в вашем магазине? — полюбопытствовала Диана. — Здесь так много всего — просто невозможно запомнить.

— Конечно, знаю. А как же? — удивилась старушка, улыбнувшись всем своим морщинистым розовым лицом. — Все знаю, до единой вещицы, и могу найти любую, какую ни скажете!

— А можете вы найти хорошую прочную веревку? — быстро спросил Роджер.

— Веревку, говорите? Дайте подумать, — наморщила лоб старушка. — Да, первая полка сверху, в самом конце — вот где она должна быть.

— Не надо вам лезть наверх на эту полку. Давайте я сам посмотрю, — предложил Барни.

Первая полка располагалась почти под самым потолком. Барни взобрался туда, как кошка, нашел веревку спрыгнул обратно.

— Вот что значит молодость! — восхищенно проговорила старушка. — Тебе бы в цирке выступать — такой ловкий!

Все заулыбались, но никто ничего не сказал. Старушка посмотрела на бирку с ценой.

— Веревка не дешевая, но зато хорошая, прочная. Может, вам и подешевле сгодится? Она вам зачем, веревка эта? Уж не задумали ли вы чего опасного?

— Да так, для разных дел, — быстро проговорила Диана. — Пожалуй, вот эта, прочная, нам больше подойдет. Роджер, заплати за нее.

Роджер рассчитался, радуясь, что еще только начало каникул и деньги у него есть.

Ребята попрощались с хозяйкой магазинчика и ушли, довольные покупкой. Когда они шагали по улице, на церковной колокольне громко пробили часы.

— Половина первого, — сказала Диана. — Сейчас у нас уже ни на что времени не хватит. Барни, встретимся после обеда.

— Хорошо, — согласился он.

— А ты сам-то где будешь есть? — спросил Снабби, вдруг сообразив, что Барни не ждет дома аппетитно пахнущая еда — ведь у него даже и дома-то нет.

— Куплю себе хлеба, сыра, — ответил Барни. — А Миранде — апельсин. Она апельсины обожает.

И он пошел с Мирандой на плече, договорившись зайти за друзьями в половине третьего. Диана решила попросить мисс Перчинг дать им припасов к чаю с собой — чтобы они могли поделиться с Барни.

Она тревожилась о Барни. Как же это можно — ночевать ночью в стогу сена? А если дождь пойдёт? Что тогда ему делать? У него, похоже, и одежды-то другой нет, кроме той, что на нем. А может, ему и на еду-то не хватает? Какая странная у него жизнь — вдвоем с Мирандой идут себе, куда глаза глядят. Диана подняла голову.

— Похоже, дождь будет. Надеюсь, мисс Перчинг не засадит нас в доме на весь оставшийся день.

— Раньше вечера не соберется, — посмотрел на облака Роджер. — Думаю, пока нам ничего не грозит. А вот вечером, возможно, будет ливень.

Мисс Перчинг была рада, что хотя бы один раз дети пришли вовремя. Когда они переступили порог, соблазнительные запахи уже витали в доме.

— Сосисками пахнет и жареным луком, — определил Роджер. — Надеюсь, чипсы тоже будут.

Чипсы были, и жареные помидоры тоже. Проголодавшиеся ребята мигом уничтожили целое большое блюдо. Диана жалела, что Барии не может сейчас вместе с ними наслаждаться этой вкуснятиной. Ей представилось, как он сидит где-то на зеленом пригорке и жует хлеб с сыром, а рядом Миранда уплетает свой апельсин. «Ну ничего, зато потом он весь день будет с нами, и мы вместе будем пить чай и участвовать классном приключении!» — подумала она.

Глава IX. СМЕРТЕЛЬНЫЙ НОМЕР

Барни был около коттеджа ровно в половине третьего. Он негромко свистнул.

— Там опять этот мальчик с обезьяной, — сообщила мисс Перчинг. — Я очень надеюсь, Роджер, что он хороший мальчик. Мне совсем не хочется, чтобы ты подружился с кем-то, кто научит тебя плохому.

— Скорее Снабби научит его плохому, — засмеялся Роджер. — Барни — отличный парень, мисс Перчинг. Может быть, мне пригласить его как-нибудь на обед или на чай, чтобы вы сами могли составить о нем представление?

— Да, это хорошая мысль, — одобрила мисс Перчинг. — Ладно, если он вас ждет, вы уж идите. Я приготовила вам с собой все для пикника. Пакеты в кухне, на подоконнике. Спросите у миссис Кругликс, она вам покажет.

Снабби помчался на кухню. Чудик не отставал от него.

— Где вы, Кругляшочек? Где тут наши кулечки для пикника?

Миссис Кругликс подняла голову от послеобеденной чашки чая.

— Ты прежде всего не нахальничай. Ишь, придумал — называть меня кругляшочком. Я уже тебе говорила — мне это не нравится, мистер грубиян.

— А что тут такого? Кругляшочек вам очень даже подходит, — не смутился Снабби и вдруг крепко обнял полноватенькую миссис Кругликс. — Ну как же мне вас не называть Кругляшочком? Это же ласкательное имя, зачем на него обижаться?

Миссис Кругликс не обижалась. По ее мнению, Снабби был «еще тот фрукт», но она готова была терпеть все его выходки и высказывания. Казалось, она даже начала лучше ладить с Чудиком, несмотря на его привычку утаскивать в сад все ее щетки.

— Ты со своим Чудиком — два сапога пара, — сказала она, приглаживая волосы после неожиданных объятий Снабби. — Ну-ка, подойди сюда, Чудик. Ты куда затащил мою ковровую щетку, отвечай! Вот погоди, я ее разыщу, тогда узнаешь, как щетки прятать.

Чудик тут же схватил пыльную тряпку и умчался с ней, отчаянно тряся головой, словно это была крыса. Снабби закричал на него, и в дверях появилась мисс Перчинг.

— Снабби! Перестань так орать. Что опять стащила эта собака? Чудик, брось немедленно! Мне очень жаль, миссис Кругликс, эта собака совершенно ненормальная.

— Ладно, ничего страшного, мисс, — великодушно проговорила кухарка. — Я уже к нему вроде бы и привыкла. Он в целом-то не такой уж плохой. Просто балуется по-щенячьи.

Мисс Перчинг была приятно удивлена тем, что миссис Кругликс так спокойно воспринимает выходки Чудика. Кухарка вручила Снабби корзинку с едой и отослала его из кухни. Вместе с Чудиком он выскочил в сад.

Здесь пес громогласно поприветствовал Барни. Миранда при этом сидела на плече у хозяина и бдительно следила за всем происходящим. Внезапно она соскользнула вниз и схватила Чудика за уши. Хорошенько дернув его за оба уха, она вновь вскочила на плечо Барни. Растерянный спаниель взвизгнул, не успев даже толком понять, что произошло.

Дети рассмеялись. Они всегда с радостью наблюдали за такими сценками, то и дело разыгрывающимися между Чудиком и Мирандой.

— Все для пикника мы взяли, веревку тоже. Пошли, — сказала Диана.

Испытывая необычайное волнение, ребята еще раз прошли через заросший участок сада к большому дому. Когда они приблизились к нему, Миранда тихонько забормотала. Она вспоминала свои утренние приключения

— Тьфу ты, дождь начинается! — раздосадовано воскликнул Роджер. — И как раз когда мы решили устроить пикник!

— Мы можем устроить его на этой веранде, — предложил Снабби, указывая на южный торец здания, где сквозь свисающие побеги вьющихся растений виднелись почти спрятанные за ними стены веранды. — Можно отодвинуть часть веток, чтобы впустить туда света и воздуха.

Ребята поставили корзинку с едой на веранду. Она представляла собой унылое зрелище. Диана не сомневалась, что здесь полно пауков, мокриц и плесени. Она очень надеялась, что им не придется устраивать здесь свой пикник.

Мальчикам не терпелось продолжить обследование дома. Не откладывая, друзья отправились вокруг к тому месту, где были окна детских. Задрав головы, они посмотрели на забранные перекладинами окна. Миранда, соскочив с плеча

Барни, немедленно вскарабкалась к подоконнику одной из детских. Барни позвал ее обратно.

— Миранда, иди сюда! У нас для тебя есть работа.

Снабби и Роджер достали веревку. Она, несомненно, была хорошего качества, прочная и гладкая.

— Для Миранды она слишком тяжелая, ей не затащить ее наверх, — сказал Роджер, взвешивая в руке внушительный моток…

Я уже об этом подумал, — отозвался Барни, вынимая из кармана клубок бечевки. — Прибегнем к старому способу. Пусть эта бечевка втащит нашу веревку наверх.

Под внимательными взглядами ребят он связал конец бечевки с веревкой. Затем он нашел камень с дыркой в нем и привязал к нему второй конец бечевки.

— А это зачем? — спросила Диана.

— Скоро увидишь, — сказал Барни. — Ну, Миранда, ты готова? Подними бечевку наверх, перекинь через перекладину, как ты это делаешь, когда в цирке лезешь к трапеции, и отпусти камень — пусть он упадет!

Миранда слушала, поблескивая умными карими глазами. Она что-то тихонько пробормотала в ответ. Это, бесспорно, была необыкновенно умная обезьянка.

Она зажала камень в своей маленькой ручке, спрыгнула с плеча Барни и быстро полезла наверх к узкому балкончику, вверх по плющу, на другой подоконник и опять по плющу к окнам с перекладинами. Бечевка потянулась за ней, быстро разматываясь внизу с клубка. Миранда присела на подоконник, опять заглядывая в окно.

— Давай, Миранда, делай свое дело! — крикнул Барни.

Ребята следили за обезьянкой, затаив дыхание. Неужели она и впрямь «сделает свое дело»?

И она сделала! Проведя камешек над верхней перекладиной, Миранда отпустила его с другой стороны. Камень полетел вниз, потащив за собой бечевку. Она разматывалась, убегая вдоль стены, пока камень с хвостом из бечевки не упал на землю.

Барни подобрал камешек и дернул за бечевку.

— Вот, смотри, — сказал он Диане. — Сейчас увидишь, как веревка поползет наверх.

Он с силой потянул за бечевку, она поползла над перекладинами и потянула за собой привязанную к ней веревку. Та тоже поползла вверх, прошла над перекладиной и спустилась вниз, в руки Барни.

— Как ты это здорово сообразил, Барни! — восхитилась Диана. — Мне бы до такого никогда не додуматься.

— Ерунда, ничего особенного, — улыбнулся Барни. — В цирке любой ребенок умеет это сделать с двух лет. Так, Миранда опять нырнула в комнату. Надо и мне скорее туда подняться, а то она опять закидает нас всякими вещами!

Когда оба конца веревки свесились до земли, он начал скручивать их и скрутил так тщательно, что получился один жгут — тугой и прочный. Такая веревка, конечно, выдержит его.

— Остается только надеяться, что и перекладины выдержат, — сказал Барни.

Он всей своей тяжестью повис на веревке. Раздался устрашающий треск.

— Ой, верхняя планка ломается! — в страхе воскликнула Диана. — Осторожно, она не выдержит!

Барни опять повис на веревке. Верхняя перекладина с одной стороны выдернулась и повисла наискосок. Веревка соскользнула по ней на следующую перекладину. Всего их было пять.

— Одной меньше, — проговорил Барни. — Может, хоть вторая выдержит.

И опять он повис на веревке. Вторая перекладина подалась лишь на самую малость и потом остановилась.

— Я сейчас попробую подняться, — сказал Барни. — Ничего, если перекладина начнет отваливаться — веревка просто перескочит на следующую. А если и та не выдержит, она соскользнет на четвертую.

— Барни, а если они все не выдержат? — с тревогой посмотрела на него Диана.

— К этому времени я уже буду на подоконнике, — усмехнулся Барни. — Не волнуйтесь, я, как кошка — всегда падаю на лапы.

Барни схватился за веревку, зажал ее ступнями и легко подтянулся на руках.

— Он уже лезет! — ахнул Снабби, а Чудик с взволнованным лаем запрыгал вокруг веревки.

— Перекладина ломается! — вскрикнула Диана. — Осторожно, Барни, она ломается!

И действительно, внезапно перекладина выдернулась с обеих сторон и полетела вниз, ударившись о каменный бордюр почти у самых ног Чудика. Он в испуге шарахнулся в сторону и спрятался под кустом. Барни почувствовал, как веревка чуть провалилась вместе с ним вниз, потом резко дернулась, когда ее задержала следующая перекладина. Мгновение он висел неподвижно. Как поведет себя эта перекладина? Она продержалась несколько секунд и тоже оторвалась от стены. Но не упала, а повисла на одной стороне, а веревка соскользнула по ней на следующую, четвертую!

— Барни, слезай! Так они все оторвутся, и ты упадешь и разобьешься! — крикнула Диана, испугавшись не на шутку.

Барни словно не слышал. Она продолжал взбираться вверх, подтягиваясь по веревке, стараясь добраться до подоконника, прежде чем оторвется последняя перекладина. Когда оторвется эта четвертая, у него останется только одна!

Четвертая перекладина сломалась в тот момент когда мальчик коснулся рукой подоконника. Ловким кошачьим броском Барни перемахнул через последнюю планку на широкий наружный подоконник, с улыбкой глядя вниз, на остальных Веревка раскачивалась под ним, повиснув на последней перекладине. Диана была ни жива ни мертва от страха.

— Вот я и здесь! — крикнул Барни, тяжело дыша после трудного подъема. Он заглянул в окно, высматривая Миранду. Ребятам, стоявшим внизу, показалось, что он вглядывается в темноту окна целую вечность.

— Барни! Что там? — нетерпеливо крикнул Снабби.

Ему не терпелось увидеть все собственными глазами.

— Как странно — откликнулся наконец Барни. — Эта комната — настоящая детская, с деревянной лошадкой и всякими игрушками, а на столе расставлены тарелки для еды. Как-то это непонятно, даже жутковато!

Диана невольно вздрогнула. Это действительно казалось странным.

А мы сможем тоже взобраться по веревке? — крикнула она. — Ты сумеешь привязать ее к чему-нибудь в комнате?

— Ни в коем случае! Никто из вас не полезет, и не думайте? Вы же не умеете лазать, как я. Еще убьетесь.

Барни просунул руку через разбитое стекло — через эту дыру пролезала в комнату Миранда — и стал нащупывать оконную щеколду. Наверное, вся заржавела от времени. Сумеет ли он ее открыть? Ему не хотелось еще больше разбивать стекло.

Наконец он нашел щеколду. Ее, конечно, заклинило. После нескольких попыток ему удалось сдвинуть ее с места, но теперь уже заклинило раму. Барни пришлось долго трясти ее, толкать и раскачивать, и он из-за этого чуть не свалился с подоконника. Но, в конце концов, окно было открыто вполне достаточно для того, чтобы пролезть. Мальчик исчез в темноте, а его друзья внизу, волнуясь, ждали развития событий.

Барни оглядел комнату: ковёр на полу, насквозь проеденный молью, занавески тоже все в дырах по той же причине. Низкий столик в центре комнаты накрыт когда-то красивой скатертью с рисунком. Вокруг него цветные детские стульчики. У окна большая деревянная лошадка-качалка. Мальчик потрогал ее рукой — она качнулась взад-вперед. У Барни по спине пробежал холодок.

На низенькой этажерке располагается большой кукольный дом, рядом лежит перевёрнутая коробка с кубиками. На книжных полках стоят детские книги, в основном с картинками — судя по ним, Боб и Арабелла были дошколятами. Память о них все еще витала в комнате.

«Похоже, эту детскую оставили и заперли как-то внезапно, — подумал Барни. — Ничего не убрали, ничего не унесли — просто оставили все так, как было, когда Боб заболел».

Барни увидел боковую дверь, ведущую из детской, и направился к ней. Она была полуоткрыта. За ней находилась другая комната, там стояли две маленькие кроватки — вероятно, для каждого из детей. У окна притулились низкий туалетный столик и два комодика. Из этой, промежуточной, комнаты можно было попасть в третью. Барни заглянул и туда. Здесь, должно быть, жила няня. Когда-то чистенькая и прибранная, теперь комната была покрыта слоем пыли, в ней тоже потрудилась моль, хотя с меньшим усердием, чем в первых двух. В углу стояла кровать с когда-то белым, а теперь серым от пыли покрывалом. Все это производило странное впечатление. Барни почудилось, что он переместился во времени на многие годы назад. Снизу через окно донесся голос:

— Барни! Эй, Барни! Что ты там застрял? Спускайся и расскажи нам, что там!

Глава X. В ЗАБРОШЕННОМ ДОМЕ

Барни вернулся к окну, сквозь которое он пролез в дом, наклонился вниз:

— Все очень странно Здесь три смежные комнаты — и все обставленные. Погодите, я сейчас спущусь и все вам расскажу — почему-то здесь не хочется кричать.

— Барни! Осталась всего одна перекладина — тревожно крикнула Диана. — Не надо, не рискуй! Лучше привяжи веревку к чему-нибудь в комнате.

Барни подергал последнюю перекладину — она оказалась самой трухлявой. Слава богу, что ему не пришлось повиснуть на ней всей своей тяжестью. Мальчик оценивающе посмотрел на веревку и выяснилось, что она вот-вот разорвется пополам! Очевидно, она терлась о какой-то выступ наружного подоконника и перетерлась чуть ли не до последнего волокна. Барни попытался втащить ее в комнату, и тут она развалилась на части. Он попытался схватить ее конец — но тот полетел вниз.

Воцарилось гнетущее молчание.

— Что же теперь будет? — наконец спросила Диана. — Веревка-то разорвалась!

— Можно ее связать, глупая, — попытался успокоить сестру Роджер.

Барни высунулся из окна, указывая рукой на небо.

— Гляньте-ка! Сейчас гроза начнется, вот-вот польет. Если будете возиться с веревкой — связывать и переправлять наверх с Мирандой — вы все вымокнете до нитки. Я лучше попробую выйти из этих комнат в основную часть дома. Тогда, может, я смогу открыть дверь изнутри и впустить вас.

— Хорошо, Барни, — ответил Роджер. — Мы будем тебя ждать на той веранде. Уже начинает капать.

Роджер, Снабби, Диана и Чудик обогнули дом и вышли к полуразрушенной веранде. Как и опасалась Диана, там были полно пауков, мокриц и множество других насекомых, которых она раньше никогда даже не видела. Пол был скользкий от плесени, пахло сыростью. Нечего было даже и думать, о том, чтобы располагаться здесь с пикником.

— Надеюсь, Барни сообразит, как впустить нас в дом, — передернул плечами Снабби. — Холодновато становится — а-а-пчхи!

— Что, опять перец в нос попал? — спросил Роджер, стараясь рассмешить ребят.

Но веранда была слишком мрачным местом, чтобы шутить и смеяться.

Что же это Барни застрял в доме? Ищет способ, как их впустить?

Барни, и правда, делал все возможное. Сначала он подошел к выходящей в коридор двери первой спальни. Она была не заперта. Ключ торчал из замочной скважины со стороны комнаты. Мальчик открыл дверь: перед ним тянулся длинный темный коридор. Неужели вся эта часть дома была заперта, чтобы никто не мог сюда войти?

Барни пошел по коридору, поднимая при каждом шаге пыль с пола. Она повисала легкими облачками. Несколько длинных нитей паутины, свисающих с потолка, коснулись лица мальчика — он подскочил от неожиданности! Они прикоснулась осторожно, как чьи-то нежные пальцы. Барни это совсем не понравилось, он пожалел, что не захватил с собой фонарик — коридор утопал в темноте.

Наконец Барни добрался до массивной двери в конце. Он попытался открыть ее, поворачивая большую круглую ручку то в одну, то в другую сторону. Бесполезно, дверь не открывалась — она была надежно заперта с другой стороны. Ну да, понятно: именно таким образом эти спальни отделили от остальной части дома, когда заперли дверь, ведущую ко всем трем комнатам. Никто даже близко не мог к ним подойти.

Но как же теперь выбраться в основную часть дома? Мальчик постарался спокойно все обдумать. Вышибить эту толстую прочную дверь вряд ли удастся, замок, похоже, тоже надежный. Так что же, выходит, из этого коридора вообще нет выхода?

В голове мелькнула мысль: а что, если попробовать ключ, который торчал в двери одной из спален? Может, он подойдет? Попытка не пытка.

Барни быстро вернулся, задыхаясь от пыли. Миранда молча сидела у него на плече, вцепившись в воротник рубашки. Ей здесь не нравилось: темно, пыльно. Она сильнее прижалась к плечу хозяина.

Мальчик проверил все три двери, ведущие в комнаты. В каждой из них торчал ключ. Барни сравнил, ключи. Они казалась примерно одинаковыми, но, возможно, какая-то разница и была. Барни взял все три и снова направился с ними к двери из коридора.

Первый ключ вошел легко, но поворачиваться не хотел. Как Барни ни старался, он смог повернуть его только на пол-оборота. Прилагать силу он боялся — не сломать бы ключ в скважине. Он попробовал второй ключ. Этот тоже поворачивался не больше первого. Без особой надежды Барни вставил третий.

И этот повернулся! Да, с трудом и протестующим скрежетом, но, повинуясь его осторожным усилиям, ключ вдруг щелкнул в замке.

Мальчик повернул ручку и нажал на дверь. Она отворилась, подняв облако пыли. Барни закашлялся". Перед ним находилась широкая лестничная площадка. По обе стороны ее были двери. Барни двинулся к ним. Сам не зная почему, он шел на цыпочках.

Одну за другой он открывал двери и заглядывал в комнаты. Они были совершенно пусты: ни стула, ни книжки, ни коврика не осталось ни в одной из них. Только слой пыли покрывал голые полы и с потолка повсюду свешивалась паутина. Когда Барни открывал двери, по стенам и потолкам в испуге пробегали большие пауки. Чужак нарушил их долгий сумрачный покой.

Большинство комнат тонуло в темноте или полумраке из-за густо разросшегося плюща, закрывавшего собой окна. Лишь проблески дневного света проникали сквозь листву. Повсюду стоял запах затхлости и плесени.

Барни спустился по голым ступеням лестницы. При каждом его шаге с них поднималась пыль — очень тонкая, похожая на серую муку, от которой першило в горле и щекотало в носу. Он не притрагивался к поручням перил, боясь поднять еще больше пыли.

На втором этаже были еще комнаты, такие же темные и неприятные, пыльные и пустынные. Со второго этажа на первый спускались две лестницы — с каждой стороны просторной лестничной площадки. Спустившись до половины, обе лестницы соединялись вместе и сбегали одним широким пролетом в огромный холл.

Теперь Барни находился в холле, который видел сквозь щель в парадной двери. Он вошел на цыпочках в большую комнату справа. Это был парадный зал. В зеркалах мелькнули десятки темных, похожих на тени отражений — мальчику стало не по себе. Выйдя из зала, он направился в другую комнату. Вероятно, ею и пользовались во время войны, потому что здесь, как и в зале, лежала сломанная мебель, разбросанные старые бумаги и куски разбитых телефонных аппаратов. Здесь тоже было пыльно, но не слишком.

Мальчик перешёл в следующую комнату и увидел, что из нее есть выход на веранду. Он различил очертания троих своих друзей и Чудика, терпеливо ожидающих его у дома. Может быть, ему удастся открыть дверь веранды? Барни подошел к ней и постучал по стеклу костяшками пальцев. Все трое ребят подпрыгнули от испуга и повернули головы к двери.

— Это Барни! — обрадовано выкрикнула Диана. — Ой, Барни, значит, ты смог выбраться из верхних комнат?

Барни едва различал, что она говорила. Он сражался с запорами дверей веранды, наконец ему удалось сдвинуть их. Он отпер дверь и распахнул ее. Дети вбежали внутрь, и Диана схватила его за локоть.

— Барни! Какой ты молодец! Мы там уже начали замерзать, а дождь и туда заливает.

Чудик с лаем бегал по комнате кругами, поднимая пыль.

— Прекрати, Чудик! — прикрикнул на него Роджер. — Мы все из-за тебя задохнемся, и сам ты — тоже.

Миранда по-прежнему жалась к плечу Барни. Она очень обрадовалась, увидев других ребят. Они оглядели безмолвную, пыльную комнату. Диана сделала несколько шагов вперед и вдруг взвизгнула. Все вздрогнули.

— Кто-то до меня дотронулся! — вскрикнула девочка.

Она прошла под паутиной, которая тихонько коснулась ее лица.

— Это просто паутина, — засмеялся Барии. — Ее здесь полно. У кого-нибудь есть фонарик?

Фонарик был у Снабби. У него всегда все было. Удивительно, сколько всякой всячины могли вместить в себя его карманы. Он извлек оттуда фонарик и зажег его. Тут же десятки пауков поползли в разные стороны. Диана опять взвизгнула: она не выносила пауков. Огромные паучьи сети были расставлены повсюду, длинные серые нити свисали с потолка.

— Не сказал бы, что это очень уютная комната. Устраивать здесь пикник мне как-то не хочется" — покачал головой Роджер. — А наверху что делается, Барни? Ты нам еще ничего не рассказал.

Барни в двух словах описал увиденное наверху и то, как он выбрался из запертых детских комнат.

— Я думаю, лучше уж устроиться наверху в детской, — сказал он. — Там тоже ужасная пылища, но хотя бы есть стулья, можно сесть по-человечески. И там светлее. Пойдемте.

И друзья пошли наверх, поднявшись сначала по двойной лестнице на второй этаж, а потом по меньшей лестнице — на третий. Здесь они подошли к двери коридора, ведущего к детским комнатам, и вошли в него.

— Эту часть дома, видно, целиком отвели под детские, — заметил Барни. — Когда-то здесь было очень уютно. А вид из окон какой открывается — смотрите!

Он распахнул дверь одной из спален, и ребята заглянули внутрь. Они замолчали, увидев деревянную лошадку, неподвижно стоящую у окна, словно ожидая, чтобы какой-нибудь малыш покачался на ней, открытую дверцу шкафчика и игрушки в нем, тарелки и блюда на столике, расставленные для еды.

— Бр-р-р, — поежилась Диана. — Жутковато, однако. Что-то мне не очень здесь нравится. Хотя все же здесь не так мрачно, как внизу.

— Значит, перекусим здесь, — решил Роджер. — Пылищи, правда, с ладонь, но тут уж ничего не попишешь! Так, где наша корзинка? Не знаю, как у вас, а у меня настроение повысится, если я проглочу пару кусков кекса.

Глава XI. ТРЕВОЖНАЯ НОЧЬ

Пока друзья расправлялись содержимым корзинки, налетела гроза. Небо пересекали ослепительные зигзаги молний, заставляя ребят подпрыгивать и жмуриться, раскаты грома почти непрерывно перекатывались над их головами.

— Хорошо, что мы не устроили пикник на свежем воздухе! — сказал Роджер бодрым голосом.

Никто его жизнерадостности не разделял. Однако все почувствовали себя гораздо лучше, когда съели все сандвичи, кексы, печенье и выпили лимонад. Чудика тоже угостили на славу. В этой комнате пес был сущим наказанием, потому что его четыре мохнатые лапы и волочащиеся по полу уши беспрестанно поднимали в воздух тучи пыли. Миранда оставалась невозмутимо сидеть на плече своего хозяина, откусывая понемногу от сандвича с огурцом.

После еды дети опять обследовали все три комнаты. Грустно было думать, что здесь никто не жил с тех пор, как маленький Боб слег от тяжелой болезни много-много лет назад.

— Наверное, маме этих детей было очень тяжело заходить в пустую комнату, — вздохнула Диана. — Бедная! Ей даже было невыносимо сознавать, что здесь будут что-то менять, трогать. Знает ли о них кто-нибудь еще, кроме нас? Их вполне уже могли забыть. И, может быть, люди думали, что эта запертая дверь в коридор ведет всего лишь в какую-нибудь кладовку.

— Да, наверное, ты права, — откликнулся Барни. — Ух ты! Слышите, как дождь лупит по крыше?

На улице действительно лило как из ведра. Гром все еще перекатывался, но уже где-то далеко, и вспышки молний стали не такими яркими. Диана посмотрела на Барни. Где он проведет такую ночь? До крайней мере, не в стогу сена?

— Барни, ты сегодня не собираешься спать под открытым небом? — решилась она спросить его, убирая бутылки из-под лимонада в пустую корзинку. — Везде будет так мокро.

— Конечно, нет. Вообще-то я подумываю, не переночевать ли здесь.

Все изумленно посмотрели на маленького бродягу.

— Что? Здесь? В этом ужасном пустом старом доме со всеми его пауками и пылью? — ужаснулась Диана. — Неужели ты на это решишься? И к тому же совсем один!

— Почему один? Со мной будет Миранда, — ответил Барни. — И я не из пугливых, ты же знаешь. Мне приходилось спать и в местах похуже этого.

Диана представить себе не могла места похуже. Она содрогнулась.

Миранда обняла хозяина за шею и быстро застрекотала.

— Она говорит, ничего страшного, она будет со мной и прогонит всех пауков, — улыбнулся Барни.

— А я считаю, это ты хорошо придумал, — сказал Снабби. — В конце концов, кровати-то в порядке, даже если простыни расползаются в клочья! Комната няни выглядела не так уж страшно. Укладывайся в ней, Барни, тебе там будет удобно.

— Я знаю, что надо сделать! — воскликнула Диана, вскакивая и заглядывая в шкафы. — Я сейчас поищу швабру и совок И хоть немного подмету в комнате няни.

Первым на поиски швабры бросился, конечно. Чудик. Он метнулся в шкаф и вытащил оттуда щетку для чистки ковров, щетина которой стала совсем мягкой.

— Как раз то, что нужно! — оказала Диана, забирая у пса его находку. — Спасибо, Чудик. Она мне пригодится. Снабби, оттащи его от меня — он прыгает, пыль поднимает.

— Ты лучше покрой чем-нибудь голову, Ди, — посоветовал Роджер, глядя, как пыль заклубилась вокруг Дианы, когда та начала сметать ее на совок. — Возьми мой платок, он большой! Повяжи им голову.

Мальчики принялись с интересом рассматривать игрушки в шкафчике и подбирать чудесных резных солдатиков, Миранда стала примерять кукольные шляпки. Диана работала в поте лица.

Она сняла белье с кровати няни и вынесла его на лестничную площадку, где тщательно вытрясла. Покрывало и одно одеяло изорвались в клочки, но второе одеяло оказалось вполне приличным. Диана отнесла его на кровать и расстелила на матрасе. Простынь не было. Возможно, сама няня когда-то убрала их. Когда Диана попыталась взбить подушку, в воздух поднялась туча моли. Зловредные мошки съели почти все перья.

«Придется Барни обойтись без подушки, — подумала девочка. — Надо будет принести ему сюда старое пальто или что-нибудь в этом роде, чтобы было что подложить под голову. А может, диванную подушку».

Она смахнула пыль с туалетного столика, умывальника и комода и тут же закашлялась. Пришлось подождать, пока пыль слегка осядет, прежде чем продолжать уборку. Потом Диана подошла к окну и попыталась его открыть. В комнате было так душно и пыльно, что немного свежего воздуха не помешало бы. Наконец девочка открыла окно, оттолкнула толстые стебли плюща, и ее окатило с головы до ног,

И это подсказало ей идею. Диана сорвала несколько мокрых побегов и обрызгала ими пыльный пол. «Это поможет немного сбить пыль», — подумала девочка, довольная собой. Так и получилось, и, теперь она смогла аккуратно подмести пол, не поднимая тучи пыли.

Когда Диана попыталась почистить щеткой изъеденный молью ковер, местами он стал разваливаться прямо у нее в руках. Пришлось скатать его и засунуть в шкаф. Проще было подмести голые половицы под ним.

Закончив, девочка позвала Барни.

— Это все, что я смогла сделать, — сказала она. — Теперь уже не так грязно. И у тебя есть по крайней мере одно довольно приличное одеяло, чтобы спать на нем или под ним. Не знаю только, где ты возьмешь воды.

— Здесь, наверное, где-нибудь есть старый колодец или насос на кухне, — беззаботно махнул рукой Барни. Такие жизненные мелочи его совсем не волновали. — И потом, я все равно каждое утро купаюсь в реке.

— У нас осталась бутылка лимонада, — сказал Роджер, — Мы ее тебе оставим. Надеюсь, ничего тут с тобой не случится.

— Нормально, — ответил Барни. — Все лучше, чем в сыром сарае или промокшем саду.

— Оставь дверь веранды незапертой" — попросил Роджер. — Тогда мы сможем входить и выходить, когда захотим. Пока дверь закрыта, никто ни о чем не догадается. И мы могли бы играть в этой комнате наверху, когда идет дождь.

— Я рада, что у Барни есть хоть какая-то крыша над головой, — сказала Диана. — И у Миранды, конечно. Где она, кстати?

Всего минуту назад обезьянка внимательно следила за тем, как ее хозяин для пробы растянулся на кровати, а потом выскочила из комнаты. И вот теперь она исчезла! Все отправились на поиски.

Конечно же, первым ее обнаружил Чудик. Он бросился к стене напротив окна в игровой комнате и бешено залаял. Здесь стояла кукольная кроватка с куклой в ней. А рядом с куклой лежала Миранда, хитро поглядывая на Чудика своими большими карими глазами. Теперь у нее тоже есть кроватка! Если у Барни есть, у нее тоже должна быть!

— Ой, Миранда, как ты там мило выглядишь! — воскликнула Диана. — Барни, какая она славная, правда? Чудик, перестань. Ты стащил с Миранды одеяльце. Какой ты вредный!

— Пожалуй, нам пора, — заторопил ребят Роджер. — А то мисс Перчинг начнет звонить в полицию.

— Я спущусь с вами, — сказал Барни. — Потом оставлю дверь веранды незапертой, как ты велел, Роджер. Никто не узнает, что она открыта. Наверняка сюда никто никогда не приходит.

Он с Мирандой на плече благополучно проводил друзей через дверь веранды. Голову обезьянки украшала кукольная шляпка. Было видно, что, надев ее задом наперед, Миранда очень нравилась себе в этом головном уборе. Диана, поеживаясь, пробежала через паучью веранду и спустилась по ступенькам на мокрую траву.

На обратном пути все трое промокли насквозь, пробираясь сквозь густой подлесок. Каждая ветка, каждый листочек роняли серебристые дождевые капли. Но солнце теперь ярко светило, пытаясь взять реванш, и вечер обещал быть ясным.

Когда ребята вернулись, мисс Перчинг очень волновалась.

— О боже, как вы промокли! — сокрушалась она. — Идите немедленно переоденьтесь в сухое. Надеюсь, вы нашли, где укрыться во время грозы?

— Да, конечно, — сказал Роджер, но не стал уточнять, где именно.

Это был их большой секрет. Никто не должен был знать об их сегодняшнем приключении.

Когда в этот вечер они разошлись по своим спальням, все трое еще какое-то время тихо переговаривались, а Чудик носился из одной спальни в другую, скользя на половичках.

— Как вы думаете, Барни уже лег в постель? Вы думаете, у него все в порядке?

— Не хотела бы я ночевать в этом ужасном старом пустом доме! — это, конечно, сказала Диана.

— Спорим, он уже лежит в этой кровати и спит без задних ног! И продрыхнет до самого утра!

Барни, и правда, уже преспокойно спал. Миранда лежала в маленькой кукольной кроватке. Она обычно спала с Барни, свернувшись возле него калачиком, но странным образом эта кроватка пришлась очень по вкусу смешной маленькой обезьянке. Она лежала в ней под одеяльцем, прижимая к себе старую куклу.

Барни крепко проспал до половины третьего, когда вдруг внезапно проснулся, — Миранда вскочила ему на грудь, прижимаясь к нему, дрожа и что-то бормоча тоненьким голоском ему на ухо.

Барни сел в кровати.

— Миранда, в чем дело? Что тебя испугало? Ты вся трясешься от страха. Тебе стало одиноко?

Миранда только теснее прижалась к нему и не проявляла никакого желания возвращаться в свою кукольную кроватку. Барни понимал, что ее что-то сильно испугало. Но что? Какой-нибудь звук? Кто-нибудь вошел? Но сюда некому входить!

Вдруг мальчику показалось, что он услышал какой-то далекий звук. Он сидел на кровати, прислушиваясь и чувствуя, что уши насторожились, как у собаки. Что это — просто почудилось? Или…

Нет, наверное, все-таки почудилось. Барни лег опять. Миранда все так же прижималась к нему. Вдруг он снова резко вскочил.

Все-таки он слышал звук! И довольно громкий:

— Бух!

Мальчик прислушался и опять различил его:

— Бу-бух!

Тут ветер задул в окно, и ветки плюща проскребли по стеклу. Барни подпрыгнул. Он быстро понял, что этот шорох — ветер в плюще. Может быть, и тот, другой, звук был вызван ветром? Или это где-то хлопнула дверь? Может быть, дверь веранды распахнулась и теперь бухает от ветра.

Барни раздумывал, пойти посмотреть или не стоит. Он не боялся, но ему совсем не хотелось вставать среди ночи и брести по темной лестнице и пыльным коридорам без света.

«Если услышу этот шум опять, тогда пойду, — решил он. — А если не услышу, попытаюсь снова уснуть. Наверняка это дверь на веранде хлопает. Должно быть, не закрыл ее как следует».

Больше никаких звуков мальчик не услышал, кроме пугающего шуршания сухого листа. Его ветром задуло в комнату, и он, как привидение, стал мотаться по ней. На мгновение у Барни от страха волосы встали дыбом, ему показалось, что в комнате кто-то есть. Но Миранда знала, что это всего лишь сухой лист, и даже не пошевельнулась. Это успокоило Барни.

Он опять лег и закрыл глаза. Еще несколько минут он прислушивался, но услышал только, как быстро бьётся маленькое сердечко Миранды рядом с его шеей. Затем он заснул и проснулся, только когда утреннее солнце пробилось в комнату сквозь завесу зеленых листьев.

Глава ХII. КОНЕЦ ВОЛЬНОЙ ЖИЗНИ?

На следующее утро сразу после завтрака Диана захотела пойти проведать Барни.

— Тебе еще надо помочь стелить кровати и убрать со стола после завтрака, — напомнил Роджер. — Пусть лучше Снабби с Чудиком сходит. Меня он сегодня уже достал. Представляешь, положил по червяку в каждую мою кроссовку и полил патокой или еще чем-то липким мою губку. Если сегодня на него нашло такое вредное настроение, лучше его куда-нибудь отослать. Пусть идет и надоедает Барни. Тот найдет способ с ним справиться.

Сказано — сделано: Снабби велели, взять хлеба, масла, помидоров, бутылку молока и отнести все это в большой дом. Он отправился туда восторгом. Чудик весело бежал за ним. Они прошли половину пути по огромному участку, когда Снабби обнаружил, что Чудик тащит в зубах щетку для волос мисс Перчинг. Пришлось вернуться, Снабби встал под окном спальни мисс Перчинг и бросил щетку прямиком в окно.

Раздался возмущенный крик, и Снабби пустился наутек.

— Откуда мне было знать, что она там стоит? — ворчал он себе под нос. — Ох уж эти женщины! От них только и жди подвоха!

Снабби посмотрел на Чудика, вновь вертевшегося у его ног. На этот раз тот трепал старую сапожную щетку миссис Кругликс. Хозяин пса остановился и обратился к Чудику с гневной речью:

— Ты что же это делаешь? Ты думаешь, я буду полдня носить назад твои дурацкие щетки? Фу, негодник, фу! Неси ее назад, быстро!

Чудик поднял голову, поглядел на хозяина блестящими карими глазами и поджал хвост.

— Отнеси это обратно! Ты что, человеческого языка не понимаешь? — повысил голос Снабби. — ОТНЕСИ ОБРАТНО!

Чудик вильнул хвостом и понесся назад.

— Умная собака, — удовлетворённо проговорил Снабби, обращаясь к парочке воробьев, скакавших в траве поблизости. — Все понимает, что ему ни скажешь, каждое слово.

Чудик тоже был в восторге. Он только что забросил щетку в ближайшую кроличью нору. Что ж, если Снабби им так восхищается, можно будет еще много чего забросить в кроличью нору.

Пес и его хозяин продолжили путь. Чудик кидался на все, что осмеливалось пошевельнуться — на листок, столб пыли, клочок бумаги. Рр-р-р… Он бросился на шнурки Снабби, отчего тот чуть не упал. Одним словом, всю дорогу Чудик вел себя так, как и должен вести себя пес с таким именем, доставляя этим хозяину истинное удовольствие.

Наконец они добрались до старого особняка. Снабби направился в обход дома к веранде. Дверь была плотно закрыта. Он толкнул ее. Она не поддавалась. Ему пришлось поставить корзинку с едой и толкнуть дверь со всей силы. На этот раз она распахнулась, и Снабби головой вперед влетел в комнату, растянувшись на полу. Чудик тут же бросился на него и с жаром облизал обе щеки.

— Эй, Снабби, это ты? — послышался голос Барни. — Я услышал грохот и пришел посмотреть, в чем дело. Раненько ты, однако. Чего это ты уселся на грязный пол?

— Отстань, Чудик, — проговорил Снабби, отталкивая от себя взволнованного спаниеля. Он поднял глаза к Барни и улыбнулся. — Дверь, понимаешь, никак не открывалась, так здорово ты ее захлопнул. Пришлось двинуть в нее плечом со всей силы, тогда она вдруг распахнулась — вот я и влетел сюда!

— Понятно, — проговорил Барни. Тут он приметил оставшуюся за дверью корзинку. — Слушай, там у тебя что-то съедобное? Здорово! Хлеб, масло, помидоры. Это для меня?

— Ясно, для тебя, — сказал Снабби, вставая и отряхиваясь.

Барни внес корзинку в комнату и захлопнул дверь. После этого он потянул ее на себя — она, в самом деле, закрывалась очень плотно. Барни нахмурился.

— В чем дело? — спросил Снабби, заметив это. — Чем тебе не нравится дверь?

Барни рассказал ему о том, как ночью чего-то испугалась Миранда и как сам он слышал какие-то звуки…

— Я тогда подумал, что это, наверное, ветер хлопает этой дверью — открывает и закрывает. Но теперь вижу, что это не так. Дверь закрывается очень туго.

Они вместе поднялись на третий этаж в детские комнаты. Снабби немного трусил.

— Я бы ни за что не согласился лежать там, наверху, в темноте и слышать какие-то звуки. И даже свет зажечь нельзя! Бр-р-р!

— На эту ночь одолжи мне свой фонарик, — попросил Барни. — Тогда, если все повторится, я смогу сходить на разведку.

Снабби без раздумья отдал ему фонарик. Он сел, глядя, как Барни принялся разбирать корзинку.

— Сегодня у меня везучий день, — удовлетворенно отметил Барни.

— А что ты скажешь насчет того, чтобы пойти на реку и взять лодку?

— Это было бы здорово, — отозвался Барни, набив рот хлебом с маслом. — Когда у вас начинаются эти уроки? В понедельник? Тогда нам надо использовать оставшееся время на всю катушку. Я утром читал в кровати эту пьесу, которую дал мне Роджер. Классная вещь.

— Ну, это на чей вкус, — скептически скривил губы Снабби. — Я вот, к примеру, никогда не мог понять, почему Шекспиру нравилось писать таким дурацким способом — все строчки одной длины. Зачем так мудрить? — Барни засмеялся.

— Жалко, что я не могу послушать ваши уроки, — сказал он. — Мне бы наверняка понравилось! И я бы многому научился.

— Ничего себе! — Снабби посмотрел на Барии так, словно тот был явно не в своем уме. — Ты что, рехнулся? Кому это придет в голову по доброй воле сидеть на уроке — да еще летом, в каникулы? Хотя, если тебе так уж хочется, почему бы и нет — приходи, слушай. Но это ж надо — чтобы самому этого хотеть! Чудик, ты слышал? Нашёлся парень еще чуднее тебя!

Они пошли к выходу, оставляя четкие следы на пыльных досках. Следы всей их компании, включая Чудика, уже были здесь.

— Вот следы Чудика, — указал Снабби, — а это мои. А эти, наверное, твои. Эти, конечно, Дианы, они маленькие. А эти Роджера — у него самые большие ноги из всех нас.

Мальчики вышли из двери веранды, и Барни с силой захлопнул ее за собой. Потом толкнул ее — дверь не открылась. Ему пришлось приналечь на нее всём телом, прежде чем она распахнулась. Значит, ночью хлопала не эта дверь. И в таком случае он должен выяснить, какая, — если это была дверь. Вот уже и тайна!

После этого несколько дней Барни не ночевал в старом доме — вдруг стало очень жарко, и дети взяли напрокат лодку. И Барни пришла мысль спать в ней.

— Вы не против? — спросил он ребят. — Вам не придется отвозить ее обратно к лодочнику, а мне будет приятно качаться на волнах всю ночь.

— Пожалуйста, — с радостью согласился Роджер. — В тех пыльных комнатах сейчас духотища. В такую жару спать на свежем воздухе — самое оно.

Понедельник наступил слишком быстро, а вместе с ним появился в доме мистер Кинг — во всеоружии, с учебниками и портфелем. И, судя по всему, он собирался жить в коттедже Рокингдаун! Дети этого не ожидали. Они были в шоке.

— Кошмар! Неужели он все время будет здесь торчать — и во время обеда, и за ужином? — мрачно проговорил Снабби, глядя, как мистер Кинг в сопровождении миссис Кругликс и Чудика поднимается по лестнице в одну из комнат на втором этаже.

— Снабби, прекрати, что за ерунда? — раздраженно проговорила мисс Перчинг, — Он живет слишком далеко, чтобы приезжать сюда каждый день. К тому же, может быть, мне придется уехать на день-два, и мне будет спокойнее знать, что в доме есть кому за вами присмотреть.

Дети еще больше помрачнели. В окно заглянул Барни и удивленно поднял брови.

— Да, он уже приехал, — грустно кивнула Диана. — И будет жить здесь. Разве это не ужасно? Придется с утра до вечера вести себя, «как положено».

— Ну уж нет! Я не буду. — Заявил Снабби.

— Да ты и никогда не ведешь себя, как положено, — заметила Диана. — Барни, ты правда хочешь сидеть в комнате и слушать, как нас подтягивают? Честное слово, ты умрешь со скуки.

— Не умру, — засмеялся Барни.

В нем проявилась жадность к книжным знаниям. Он считал, что его друзьям необыкновенно повезло с образованием и с обилием книг и учебников.

— Ну ладно. Тогда минут через десять подойди к двери и постучи, — сказала Диана. — А когда войдешь, не удивляйся, что мы будем сидеть тихонько, уткнувшись в книжки. И…

— И можешь извиниться и попятиться к выходу, — продолжил Роджер, радуясь родившемуся плану. — А я скажу: «Ах, мистер Кинг, вы не против, если Барни посидит здесь и подождет нас?» И все будет окей.

— Договорились, — сказал Барни и исчез вместе с Мирандой в тот момент, когда в кабинет вошла мисс Перчинг вместе с мистером Кингом.

— Ага, как я вижу, все трое уже готовы, — удовлетворенно произнес мистер Кинг. — Прекрасно. Сейчас выясним уровень ваших знаний, и после этого я смогу сказать, как мы будем действовать.

Примерно через четверть часа мимо окна промелькнул Барни. Он вошел в открытую дверь прихожей, подошел к кабинету и постучал.

— Войдите! — воскликнули хором ребята, прежде чем мистер Кинг успел вымолвить хоть слово.

Барни не заставил себя ждать. Он выглядел необычайно опрятным: мокрые волосы гладко зачесаны назад, лицо и руки чисто вымыты.

— Ой… э… Извините, — смущенно пробормотал он, увидев троих ребят, — сидящих за столом перед мистером Кингом. — Я не хотел вам, мешать. Прошу прощения, сэр.

Покраснев, он начал двигаться к выходу. Диана про себя отметила, что это у него отлично получилось! Снабби подавил смешок. А Роджер очень серьезно обратился к учителю:

— Мистер Кинг, вы не будете возражать, если наш друг Барнабас посидит здесь и подождет нас? Он нам не помешает.

— Пожалуйста, — любезно согласился мистер Кинг. — Можешь сесть у окна, Барнабас. У тебя есть что почитать?

Мистер Кинг был приятно удивлен, увидев, что Барни пришёл с томиком Шекспира. Отвернувшись от мальчика, учитель продолжил занятие. Чудик спокойно лежал у ног Снабби, отдыхая после сумасшедшей гонки вверх-вниз по лестнице. Мистер Кинг в душе порадовался, какие ему достались хорошие, спокойные ученики. Мисс Перчинг предупреждала, что с ними могут возникнуть сложности, но пока все шло как нельзя лучше.

Снабби начал гадать, где же может быть Миранда? Барни пришел без нее. Должно быть, запер ее в каком-нибудь сарае. Снабби зевнул.

Становилось скучновато. Даже Чудик притих и скис.

Но тут вдруг события стали развиваться с бешеной скоростью. Дверь оставалась приоткрытой, и в нее с тихим шарканьем вошла Миранда. Она увидела спящего под столом Чудика и, никем не замеченная, нырнула под стул Снабби и подобралась к спаниелю. Ха — ее враг спит. Она схватила его за оба длинных уха и сильно дернула, издав при этом ликующий вопль. Чудик проснулся и ошалело, взвизгнул. Он выскочил из-под стола и, оскалившись, бросился на Миранду. Обезьянка, спасаясь от него, повисла на скатерти. Скатерть поехала на сторону и с громким стуком попадали на пол книги. В следующее мгновение разразилась настоящая битва под столом И вокруг него. Мистер Кинг вскочил в испуге, его стул упал на Миранду, которая в этот момент пробегала мимо. Дико заверещав, она вспрыгнула учителю на плечо и вцепилась ему в волосы.

Снабби кинулся ловить Чудика, который влетел в камин, со стуком уронив на себя каминные щипцы и совок. В испуге пес чуть не запрыгнул в дымоход. Барни закричал на Миранду, а Снабби в погоне за Чудиком на бегу сбил бронзовую вазу, которая с грохотом покатилась по полу.

Мисс Перчинг и миссис Кругликс, беседовавшие на кухне о секретах кулинарии, озадаченно переглянулись.

— Что там происходит? — проговорила мисс Перчинг и бросилась к двери кабинета.

Навстречу ей выскочили обезумевший спаниель и не менее обезумевшая обезьянка, оба готовые разорвать друг друга в клочья.

Миранда взлетела по лестнице наверх и спряталась там. Чудик виновато вернулся к Снабби, который без умолку громко звал его — отчасти, чтобы заставить вернуться, отчасти чтобы устроить побольше шума.

— Так! — провозгласила мисс Перчинг. — Вот что получается, Снабби, когда Чудику разрешают находиться с тобой в комнате.

— Чудик тут ни при чем! — возмутился Снабби. — Он спал под столом. Это все Миранда!

— Э-э. Я считаю… Я считаю, ты должен вывести собаку из комнаты, — сказал мистер Кинг, стараясь сохранить лицо под чопорно-неодобрительным взглядом мисс Перчинг.

— Но я же говорю, это не из-за Чудика, он не виноват! — едва ли не заорал Снабби. — Это несправедливо!

— Я не могу допустить на занятия ни собаку, ни обезьяну, — отчеканил мистер Кинг с большим достоинством и неожиданной твердостью. — Им обоим было устроено испытание. И они его не выдержали.

— Но, мистер Кинг, Чудик ведь спал под столом, — вопил Снабби. — Вы разве не слышали, как он похрапывал?

— Нет, не слышал, — сказал мистер Кинг. — Выведи отсюда собаку, Питер.

Снабби взял Чудика за ошейник, чтобы увести. Побагровев, как свекла, он посмотрел прямо в лицо мистеру Кингу.

— Ладно, — произнес он, задыхаясь. — Если вам не нравится моя собака, то вы не нравитесь мне! И вы еще пожалеете, что не дали ему шанс — хотя он преспокойно спал!

Снабби вышел вместе с Чудиком, который выглядел теперь совершенно удрученным. Мисс Перчинг забрала его у Снабби.

— Снабби, не глупи. Ты ведешь себя как семилетний малыш. Я заберу Чудика на кухню, он побудет там с миссис Кругликс.

— Я ему отплачу, этому мистеру Кингу, — мрачно произнес Снабби. — Вот увидите, он еще пожалеет. Да, да, пожалеет!

Глава XIII. НЕОЖИДАННОЕ ОТКРЫТИЕ

Несколько дней, последовавшие за этим, были не самыми приятными для мистера Кинга. Снабби испытывал на нем всю свою обширную коллекцию приколов и стал настоящим кошмаром для своего учителя.

Несчастный мистер Кинг получал ластик, который ничего не стирал, а, наоборот, оставлял на бумаге странные желтые полосы. Ему подсовывали линейку, которая, как ни странно, оказывалась далеко не прямой и давала неправильные измерения, повергая его в крайнее изумление. Эта линейка была любимым приколом Снабби, в школе ее бесчисленное количество раз конфисковывали рассерженные учителя, но каким-то необъяснимым образом она неизменно опять оказывалась в руках неистощимого на выдумки озорника.

Книги внезапно каскадом сыпались на пол из шкафа, хотя Снабби находился в этот момент на приличном от него расстоянии. Мистер Кинг, конечно, не видел хитро протянутой бечевки, которая, если за нее дернуть, опрокидывала весь ряд, и он грохался рядом с учителем. Классная доска постоянно падала без всякой видимой причины, а когда Снабби посылали стереть с нее, каждый раз появлялось облако зловонной пыли.

Было бы нелишним, если бы мистер Кинг время от времени проверял тряпку Снабби, но, казалось, ему это и в голову не приходило.

— Для учителя в мальчишечьей школе он довольно доверчив, — заметил Роджер, которого очень забавляли нелепые проделки Снабби. А уж Барни, так тот просто не мог сдержаться, когда Снабби устраивал очередную дурацкую шуточку, и его заразительный смех слышался по всему дому.

Кстати говоря, казалось, Барни был единственным, кто получал настоящее удовольствие от утренних уроков. Он не принимал в них участия, но сидел у окна, как будто читая. Мистер Кинг находился к нему спиной и даже не подозревал, что мальчик впитывает все, что происходит: слушает объяснения математических задач, запоминает фразы на уроке французского, с наслаждением читает английскую литературу. Не было ничего, что бы ни нравилось Барни. На память он не мог пожаловаться и потому легко и без запинки повторяя латинские грамматические формы, с которыми мучился Роджер. Это невольно вызывало у Роджера некоторое раздражение и досаду.

Диана не считала, что мистер Кинг по-настоящему хороший учитель. Он, казалось, не очень заинтересован своей работой. Не может поставить на место Снабби, часто даже как будто забавляется его глупыми выходками. Снабби продолжал считать себя обиженным. Он очень не любил, когда Чудику не разрешали быть с ним, и решительно протестовал, когда Миранда пыталась прокрасться в комнату. Обезьянку на время уроков запирали в сарае, но иногда ей удавалось оттуда выбраться. Она отыскивала какую-нибудь щель или трещину, удивительным образом пролезала через нее и неслышно появлялась у окна.

Она высматривала Чудика, а потом кидалась с объятиями к Барни. Но Снабби немедленно докладывал о ней учителю. — А Миранда в классе, мистер Кинг. Можно, я тоже приведу Чудика?

И Миранду приходилось выдворять из комнаты. Но Барни не держал за это зла на Снабби. Ему нравился рыжеволосый, веснушчатый маленький непоседа, и он всегда был готов посмеяться над его очередной проделкой.

Мастер Кинг занимался с детьми с утра, кроме того, он всегда ел с ними, но постоянно исчезал на остальное время.

— Вам очень нравятся прогулки пешком? — спросил однажды Роджер, когда мистер Кинг приготовился куда-то идти, прихватив свою трость и книгу. — Куда вы пойдете?

— Да все равно куда, — рассеянно проговорил мистер Кинг. — Спущусь к реке за деревней. А вчера я ходил к этому странному старому особняку.

Дети сразу же навострили уши. Неужели он раскрыл их секрет? И видел окна за занавесками, и заметил их следы на земле перед домом?

— По-моему, это совершенно заброшенный дом, — помолчав, сказала Диана. — И не на что там смотреть!

— А мне он показался очень интересным, — возразил мистер Кинг. — И очень старым. Должно быть, с ним связано много историй. Жалко, что нельзя посмотреть его внутри.

Это уж совсем никуда не годилось! Вот ведь что втельмяшилось ему в голову! Может, надо было запереть покрепче дверь на веранду, чтобы мистер Книг не обнаружил, что она открывается? Но если бы друзья это сделали, то сами не смогли бы входить и выходить, когда захотят. А поскольку Барни опять начал спать в детской на верхнем этаже, удобнее было держать эту дверь открытой, чтобы при необходимости пользоваться ею в любой момент.

Барни уже вполне привык спать на старой кровати в маленькой спальне наверху. Диана снабдила его диванной подушкой и старым пледом. Он сам взял для себя кое-что из посуды, которая была в детской.

Диане удалось почти полностью избавиться от пыли, и Барни уже начало нравиться его новое убежище. Никому в жизни не догадаться, что он здесь! В дождливые дни дети все вместе забирались в эти три комнатки и развлекались как могли. Однажды им пришло в голову поиграть в прятки, используя большую парадную лестницу и две боковые, но почему-то игры не получилось. Никому не понравилось прятаться в мрачном старом доме, было неприятно бродить по нему на цыпочках, отыскивая спрятавшихся.

— Все время такое чувство, будто кто-то сейчас выскочит и схватит тебя! — передернула плечами Диана.

Никакого шума Барни по ночам больше не слышал. Однако Миранда, после того как ее испугал стук в ту, первую, ночь, отказалась спать в кукольной кроватке и укладывалась в постель рядом с ним. В кукольную кроватку она ложилась только днем, когда ей надоедали игры детей. Тогда она запрыгивала в нее, накрывалась одеяльцем и, казалось, крепко спала в обнимку со старой куклой.

Единственным, кто старательно обследовал весь дом, заглянул в каждый угол, в каждый чулан, был, конечно. Чудик. Следы его лохматых лап виднелись повсюду! Он бегал, принюхиваясь, чихая от пыли и царапая лапами двери, чтобы они открывались.

Однажды вечером Снабби пришла в голову сумасшедшая мысль: а не пойти ли ему тоже ночевать в старый дом вместе с Барни?

— Но чего ради? — удивилась Диана. — Глупее не придумаешь! В этом темном старом доме — я бы там ни за что ночевать не осталась!

— А мне хочется, — заупрямился Снабби. — Просто для разнообразия. А то в эти каникулы у нас скукотища, просто не сказать какая!

И в ту же ночь, когда мисс Перчинг полагала, что Снабби спокойно спит в своей кровати, он опять оделся, вышел на лестничную площадку и прислушался. Внизу часы пробили половину двенадцатого. Интересно, мистер Кинг уже спит? Он обычно поднимался к себе в комнату в одиннадцать, примерно в то же время, что и мисс Перчинг. Миссис Кругликс ночевала не в доме, она каждое утро приходила из деревни.

Диана и Роджер, конечно, знали что Снабби собрался идти ночевать вместе с Барни, но они не взяли на себя труд встать и проводить его. Фонарик Снабби предусмотрительно одолжил у Роджера, поскольку свой отдал Барни. Стоя на площадке, он помигал им, включая и выключая для проверки. Фонарик работал нормально. Это был хороший фонарик, лучше, чем его собственный.

Чудик не отставал от хозяина, виляя толстым обрубком хвоста. Ему такие приключения нравились. Он прижимался к ногам Снабби, но при этом двигался совершенно бесшумно. Он умел быть тихим и разумным, если хотел, а сейчас он этого хотел, потому что иначе Снабби мог оставить его дома.

Снабби полагал, что Мистер Кинг уже преспокойно лежит в постели. А если и нет, ничего страшного, можно спуститься до маленькой задней лестнице. И никто ничего не услышит. Мальчик прокрался к началу лестницы и стал осторожно спускаться на цыпочках. Он знал, что третья, седьмая и тринадцатая ступеньки скрипят, поэтому внимательно считал и не наступал на них. Его рука лежала на ошейнике Чудика, чтобы помешать псу скатиться кубарем вниз, как он обычно это делал.

Ну, вот он и внизу — отлично. Снабби осторожно открыл заднюю дверь и выглянул наружу. Стояла великолепная звездная ночь. Луны не было, но звезды сияли так ярко, что освещали очертания деревьев. Снабби тихо затворил за собой дверь и вместе с Чудиком пустился в путь к большому дому Рокингдаун. В зарослях сада дети уже успели проделать настоящую тропу, постоянно обламывая и обрезая сучья и ветки кустов. Мальчику был виден темный силуэт старого особняка на фоне звездного неба. Сейчас дом казался гораздо больше, чем днем.

Чудик совершил несколько коротких рейдов по густому подлеску, вспугнул целую стаю кроликов, не ожидавших его появления. Он бы с удовольствием погонялся за ними, но ему не хотелось оставлять Снабби. Как-никак ночь, и хозяина надо защищать — от кого, Чудик точно не знал, но это было неважно. Он просто понимал, что должен держаться ближе к нему.

Снабби тихо засвистел. Нет, он не испугался, но чувствовал, что не помешает, если он начнет чуть слышно насвистывать. Так они вышли на лужайку, бывшую когда-то великолепным газоном. И тут он резко остановился, его пальцы сжали ошейник Чудика.

Около дома виднелось движущееся пятно света!

Снабби прищурился и попытался разглядеть, что это за свет. Похоже на электрический фонарик! Он раскачивался из стороны в сторону, будто его владелец что-то искал. Может, это Барни? На всякий случай Снабби решил не свистеть — а вдруг это не он?

И тут Чудик совершенно определенно объяснил ему, что это не Барни. Он угрожающе заворчал низким гортанным рыком. Хозяин чуть дернул его за ошейник, чтобы заставить замолчать. Снабби не хотел, чтобы неизвестный с фонариком узнал, что он тут не один. Чудик никогда бы так не зарычал на Барни, это Снабби знал точно. Значит, это кто-то незнакомый. Но что ему надо? А может, это бездомный бродяга, который ищет, как пробраться в дом на ночлег?

Снабби вместе с Чудиком подкрались ближе, пес теперь понял, что надо вести себя тихо, и Снабби ослабил руку на его ошейнике. Он уже давно выключил свой фонарик и шел в темноте за светом чужого. Кто бы это ни был, одно было совершенно ясно — он систематически обследует дом, обходя вокруг него, проверяя двери и окна. А если он подойдет к двери веранды и обнаружит, что она не заперта? Войдет он в дом?

Незнакомец вышел из-за угла дома, и Снабби четко различил его силуэт. Мальчик изумленно вытаращил глаза — этот ночной бродяга знаком ему! Это же мистер Кинг!

Глава XIV. НОЧЬ, ПОЛНАЯ ТАЙН

Снабби от удивления разинул рот. Что может делать здесь мистер Кинг среди ночи, обходя тайком этот старый дом, в то время как все думают, что он давно спит? Снабби остановился в тени большого куста, размышляя над этой загадкой. Он не мог разгадать ее.

Тогда он решил пробраться к двери веранды, как можно тише войти в дом, подняться побыстрее наверх и предупредить Барни. Он запрет за собой дверь, и мистер Кинг проникнуть не сможет. Сейчас он находится у северной стороны дома, противоположной от веранды. Если действовать быстро и решительно, можно успеть войти незамеченным. Снабби уверенно направился к дому. Чудик трусил за ним по пятам. Ближе к веранде, мальчик начал действовать осторожнее. У самой двери ему пришлось на мгновение зажечь фонарик, чтобы разглядеть ручку. Он повернул ее и толкнул дверь. Теперь, после того как ребята так часто пользовались ею, дверь открывалась легче. Она отворилась без особого шума. Снабби вошел с Чудиком и закрыл за собой дверь. Мальчик торопливо задвинул все запоры, какие смог. Теперь мистер Кинг не сумеет сюда войти!

На цыпочках Снабби вышел в холл, пересек его и остановился у двери другой комнаты, стараясь через окна разглядеть у противоположной стороны дома свет фонарика мистера Кинга. Да, вот он!

Снабби пулей взлетел наверх на площадку второго этажа, потом — на третий, подбежал к двери, ведущей в коридор с тремя детскими комнатами, повернул дверную ручку.

Дверь была заперта! Снабби озадаченно сдвинул брови. Почему Барни запер дверь? Он всегда оставлял ее открытой, чтобы ребята могли входить и выходить в любое время. Он тихонько постучал. За дверью послышалось тихое стрекотание обезьянки.

— Миранда! — вполголоса позвал Снабби. — Где Барни? Позови Барни.

Дверь немедленно отперли, и Снабби увидел Барни с Мирандой на плече. Тот втащил Снабби в коридор и снова запер дверь. Потом, ни слова не говоря, провел его в комнату, где спал.

— Зачем ты заперся? — шепотом спросил Снабби.

— Потому что здесь кто-то есть, — ответил Барни, тоже понизив голос. — Ты на него не наткнулся?

— Ага, чуть не наткнулся! Я знаю, кто это.

— Кто?

— Мистер Кинг! — выпалил Снабби. — Представляешь? Да, это он. Я бы и сам не поверил, но это так — шныряет вокруг дома, думаю, ищет, как войти,

— А меня Миранда разбудила минут пять назад, — сказал Барни. — Я сразу понял: что-то не так — по тому, как она залопотала и стала теребить меня за щеки и за шею. Я встал, посмотрел в окно и увидел, что внизу кто-то ходит с фонариком!

— Почему ты не побежал вниз запереть дверь веранды? — спросил Снабби.

— Я подумал, этот тип может подойти к двери в тот же момент, что и я. Но зато я запер эту дверь. Потом подошел ты, и я немного струхнул: подумал, что это тот, с фонариком, или еще кто-нибудь, И только когда Миранда заговорила по-дружески, я догадался, что это кто-то из вас. Остальные тоже здесь? Почему ты пришел ночью?

Снабби шепотом объяснил:

— Мне просто вдруг пришло в голову, что было бы неплохо устроить небольшое приключение, и я решил пойти и переночевать здесь. Я увидел человека с фонариком, когда подходил к дому. И ужасно удивился, когда разглядел, кто это. А остальные со мной не пришли, они дрыхнут.

— Как ты думаешь, что он сейчас делает? — спросил Барни, озадаченный этими новостями. — Что ему надо?

— Понятия не имею. Кстати: ты больше не слышал ночью такого шума?

— Нет, — покачал головой Барни. — Я думаю, это был просто ветер, вот и все,

Он подошел к окну и с замиранием сердца посмотрел вниз. Ничего не было видно.

— Он может быть с другой стороны дома. Ну что ж, раз дверь на веранду заперта, можно не волноваться, он сюда не войдет. Давай пройдем по коридору, откроем ту дверь и посмотрим, где мистер Кинг сейчас.

Очень осторожно мальчики двинулись по коридору. Миранда сидела на плече Барни, бормоча что-то негромким шепотком. Чудик радостно бежал рысцой рядом с ними.

Отперев дверь из коридора, ребята тихонько спустились по лестнице в комнаты второго этажа. Среди них была одна с эркерным окном, выступающим за пределы дома — они встанут там и постараются разглядеть луч фонарика мистера Кинга.

Они заметили его сразу — он медленно двигался вдоль стены, словно проверяя каждый оконный шпингалет. Что же ему все-таки нужно? И почему этот учитель так стремится попасть внутрь? И тут, когда друзья стояли и молча наблюдали, послышался странный шум.

— Бух! Бах! Ба-бах!

У Снабби сердце ушло в пятки. Очевидно, мистер Кинг тоже услышал шум, потому что он сразу же выключил фонарик. Снабби в испуге вцепился в Барни. Чудик громко зарычал, и только Миранда сидела совершенно неподвижно, прислушиваясь.

— Такой шум я слышал в первую ночь здесь, — тихо сказал Барни. — Как ты думаешь, это может быть дверь?

— Что ж, не исключено, — отозвался Снабби, напрягая слух.

— Ба-бах!

— Вот, опять! — прошептал Барни. — Откуда, по-твоему, идет звук?

— Снизу, — ответил Снабби.

У него уже начали стучать зубы. Он стыдился собственного страха и пытался держать рот плотно закрытым, чтобы помешать собственным зубам выделывать такие дурацкие штучки. Ему очень хотелось подняться наверх, запереть дверь в коридор, забиться в спальню и запереть ее двери тоже! К тому же его как обухом по голове ударило: надо же, оказывается, он вовсе не такой храбрый, как это себе представлял раньше.

Барни же оставался совершенно спокойным и, казалось, не испытывал ни малейшего страха. Он просто стоял и слушал. Удары повторились. Да, они определенно доносились с первого этажа.

Фонарика мистера Кинга не было видно. Или учитель где-то прятался, или убрался от греха подальше. Был и третий вариант — он присоединился к тем, кто производил этот шум. Барни решил, что именно по этой причине мистер Кинг мог прийти сюда ночью — чтобы встретиться с какими-то своими приятелями?

Барни стоял, разгадывая эту головоломку и ожидая следующих ударов. Послышалось странное гудение, потом какой-то скрежещущий звук, от которого волосы у Снабби на голове медленно встали дыбом — к его собственному удивлению. И затем наступила мертвая тишина. Ни гудения, ни глухих ударов больше не доносилось.

— Ладно, — проговорил Барни, шагнув от окна. — Думаю, на сегодня представление окончено, что бы это ни было! Мистер Кинг исчез, и грохота больше не слышно. Пойдем вниз, посмотрим: может, узнаем, что это было.

Снабби пришел в ужас. Как? Идти вниз в темноту и пытаться там узнать, что было причиной этих жутких звуков? Да Барни, наверное, спятил! Снабби сжал его локоть.

— Не надо! Давай пойдем наверх и запремся в детских комнатах!

— Ты иди. И захвати с собой Чудика. А я один схожу, проверю.

Но бедняга Снабби не мог заставить себя вернуться наверх — даже и с Чудиком! И он решил, что из двух зол надо выбирать наименьшее — то есть идти с Барни, — потому что один он сейчас вообще никуда не сможет пойти!

Умирая от страха, Снабби вслед за другом спускался по лестнице. Чудик прижимался к его ногам, и это немного успокаивало, вселяло некоторую уверенность. Снабби жалел, что он не собака. Собаки, похоже, никогда по-настоящему не пугаются!

— По-моему, шум был со стороны кухни, — прошептал Барни. — Давай постоим в холле и еще послушаем.

Мальчики остановились, и тут, к ужасу Снабби, что-то коснулось его волос! Он чуть не взвизгнул от страха. Потом это что-то дернуло его за волосы, и Снабби с облегчением понял — это же Миранда! Сидя на плече Барни, она протянула к нему свою ручку, проявляя внимание и заботу!

Ребята вошли в большую кухню. Барни включил фонарик, узкий луч запрыгал по комнате. Казалось, тени разбегались по углам, когда полоска света двигалась по стенам. Снабби дрожал, и Барни почувствовал это.

— Боишься? — удивленно спросил он. — Не волнуйся, Снабби. Миранда и Чудик сразу доложили бы нам, если бы кто-нибудь был поблизости. Здесь никого сейчас нет, а то Миранда бы забормотала, а Чудик зарычал.

Он был прав. Снабби сразу же почувствовал облегчение. В большой кухне они ничего не нашли — совсем ничего. Луч света пробежал по полу, и ребята увидели следы — но только детских кроссовок и собачьих лап, то есть свои и Чудика.

— Здесь никого не было, — прошептал Барни и направился в посудомойню.

Она представляла собой большое помещение с насосом для воды и с кранами над раковиной. Здесь тоже никто не побывал. На пыльном полу не было даже и детских следов. Сюда никто из ребят ни разу не заходил.

Все казалось очень загадочным. Как могли люди так громко шуметь внизу и не оставить ни следов на полу, ни каких-либо еще признаков своего присутствия?

— Жутковато как-то, да? — произнес Снабби наконец.

Барни засмеялся.

— Ты веришь в привидения? Не волнуйся, этот шум устроили люди, и ничего сверхъестественного в нем не было. Неужели ты веришь в эту ерунду? Какой ты еще маленький!

— Но все-таки как-то странно, — выдавил из себя Снабби. — Так грохали — и никаких следов. Даже на полу ничего не отпечаталось! Ты можешь мне объяснить, как можно устроить такой грохот и при этом даже не потревожить пыль?

— Нет, не могу, — сказал Барни. — Но я собираюсь это выяснить, уж поверь. Это и правда странно — очень странно — и я раскрою эту тайну!

— Как ты думаешь, мистер Кинг в этом замешан? — спросил Снабби.

Барни задумался.

— Я бы не удивился, — наконец произнес он. — Снабби, задай ему завтра несколько вопросов — посмотрим, что он скажет. Спроси, как он спал. Спроси, не слышал ли он ночью какого-нибудь шума. И еще спроси, не ходит ли он часом во сне.

Снабби улыбнулся в темноте.

— Правильно! И тогда посмотрим, что он ответит. Слушай, Барни, ты думаешь, представление и правда закончилось? Что-то мне ужасно спать захотелось.

— Да, по-моему, закончилось, — сказал Барни. — Пойдем, Миранда, спать! А ты, Снабби, не передумал ночевать здесь?

— Тащиться обратно в коттедж Рокингдаун в темноте? Ни за что! — воскликнул Снабби. — Для меня не найдется места на твоей кровати?

— Надо полагать, не только для тебя, но и для Чудика? — усмехнулся Барни. — Да, думаю, кровать выдержит нас четверых. Пойдем!

Мальчики опять поднялись на третий этаж, аккуратно заперев коридорную дверь и двери двух детских, и вошли в третью маленькую комнатку. Снабби был уверен, что долго не сможет заснуть, но глаза его закрылись, как только голова коснулась подушки. И они благополучно проспали до самого утра на одной кровати вчетвером: Барни, Миранда, прижавшись к его плечу, Снабби и Чудик у него в ногах.

Глава XV. НАДОЕДА СНАББИ

Снабби проснулся и встал очень рано, торопясь вернуться в коттедж до того, как встанет кто-то еще. Барни пошел с ним и остался ждать в полуразрушенной беседке. Снабби пообещал раздобыть ему кое-что на завтрак.

Но миссис Кругликс, спеша в коттедж, чтобы приступить к своим утренним обязанностям, заметила у беседки Миранду. Кухарка не преминула заглянуть внутрь и увидела Барни.

— Ага, стало быть, еще один человек к завтраку! — сказала она.

Барни улыбнулся. Они с миссис Кругликс отлично понимали друг друга. Он часто выполнял ее мелкие поручения — то прочистить раковину, если она засорилась, то повесить новую бельевую веревку и тому подобное. Кухарка считала его очень услужливым и ловким парнем, хотя Миранду терпеть не могла.

Барни позавтракал вместе со всеми. Мисс Перчинг не возражала. Одним больше, одним меньше — какая разница, а Барни, похоже, хороший мальчик, хотя и немного странный. Мистер Кинг тоже был за столом — он выглядел немного усталым и спустился к завтраку довольно поздно.

Снабби уже поджидал его и был наготове. Он успел поведать Диане и Роджеру о событиях прошлой ночи — они с большим волнением и удивлением слушали его рассказ.

— Везет же тебе — такое классное приключение! — позавидовал Роджер.

Снабби не сказал ему, как он испугался. Теперь, когда солнце ярко светило, он совсем забыл, как стучал зубами и как волосы на голове вставали дыбом. Теперь он расхрабрился и расхвастался. Да, он потрясающе провел ночь, в то время как они преспокойно дрыхли в своих постелях!

Всех особенно поразило сообщение о том, что ночью мистер Кинг тоже ходил на разведку. Роджер от изумления даже присвистнул.

— Что он такое замышляет? Этот Мистер Кинг — темная лошадка. Почему он нам об этом ничего не сказал?

Учитель вежливо извинился за свое опоздание к завтраку и положил себе в тарелку кукурузных хлопьев. Снабби немедленно приступил к делу.

— Вы плохо спали, мистер Кинг?

Мистер Кинг, казалось, был несколько удивлен таким вниманием со стороны Снабби.

— Нет, почему же? — возразил он. — Напротив, я прекрасно выспался.

— А я — нет, — сказал Снабби. — Все время просыпался. Вы не слышали ночью какой-то шум?

Мистер Кинг растерялся. Он внимательно посмотрел на мальчика, с невинным видом уплетавшего свой завтрак.

— Какой шум? — осторожно спросил мистер Кинг.

— Ну, просто шум; бух, бух. Вы, наверное, слишком крепко спали, чтобы это услышать?

— Да, конечно, я спал крепко. И даже проспал, как тебе известно. Мисс Перчинг, а нет ли у вас горчицы?

Но Снабби не собирался позволить учителю вот так запросто сменить тему. Он упрямо продолжал задавать свои вопросы:

— Мне показалось, я слышал чьи-то шаги. Может, это какой-то лунатик бродил во сне? Вот вы, мистер Кинг, никогда во сне не бродите?

— Никогда, — отрезал мистер Кинг. — Отличные сосиски, мисс Перчинг.

— Тогда кто же вставал ночью? — невозмутимо продолжал Снабби. — Это не ты, Роджер? Или, может, ты, Диана?

— Мы не вставали, — хором ответили брат с сестрой, наслаждаясь тем, как Снабби берет в оборот несчастного мистера Кинга.

— И вы тоже не вставали, мистер Кинг? — допытывался Снабби. — Если, конечно, это не было во сне.

— Я уже сказал тебе, что не имею привычки бродить во сне, — в отчаянии воскликнул мистер Кинг. — А теперь не позволишь ли ты мне поговорить с мисс Перчинг? Если это твоя последняя выдумка, придумай что-нибудь поинтереснее. Это ребячество. Нонсенс!

— Что такое «нонсенс»? — тут же отреагировал Снабби.

— На уроке объясню, — ответил мистер Кинг голосом, не обещавшим для Снабби в это утро ничего хорошего. — Хотя ты мог бы знать это слово. Жаль, что ты такой необразованный.

Снабби подмигнул друзьям. Он уже выяснил то, что ему было нужно. Мистер Кинг не хочет признаваться, что выходил ночью из дома — ясно, что он не намерен раскрывать свой секрет.

А это скорее всего означает, что он собирается еще раз пойти на разведку. В таком случае стоит за ним последить. Это может оказаться интересным.

— Вы сегодня пойдете гулять? — спросил Снабби, вновь обращаясь к мистеру Кингу. — Можно мне пойти с вами?

— Да, я пойду прогуляться, но я, разумеется, не хочу, чтобы ты пошел со мной, раз ты так агрессивно настроен.

Снабби немедленно решил, что будет следить за ним. Чудик, сидевший под столом, начал тихонько обнюхивать шнурки мистера Кинга. Миранду оставили в сарае — на случай, если ей и Чудику придет в голову вновь начать свои бешеные игры.

На уроках Снабби вел себя еще более несносно, чем за завтраком. Ему было велено составить три предложения и записать их на французском. И вот что он составил и торжествующе прочел вслух:

«Ночью слышался какой-то шум».

«Я хожу во сне».

«Я не всегда говорю правду».

Мистер Кинг молча прослушал все три предложения. Он задумчиво смотрел на Снабби и, казалось, был готов вот-вот разразиться гневной тирадой. Но потом вдруг передумал

— Масса грубейших ошибок, — холодно заметил он. — Напиши, пожалуйста, еще три. А если и в них будут ошибки, тебе придется написать еще три.

Снабби решил оставить мистера Кинга в покое. Он написал три безобидных французских предложения, абсолютно правильных со всех точек зрения — что было неудивительно, поскольку он списал их из учебника. Мистер Кинг, казалось, не замечал этих примитивных уловок. «Эх, — подумал Снабби, — вот бы нашего учителя французского в школе так наколоть!» Увы, мсье Вю чуял подвох нутром.

После обеда дети собрались в беседке. Они, хихикая, обсуждали дерзкие вопросы Снабби в это утро.

— Все равно, мистер Кинг вел себя странно, — сказал Роджер. — К чему вся эта таинственность? Почему бы ни признать: мол, да, выходил ночью! Вполне мог бы сказать что долго не мог заснуть и решил прогуляться.

— Я его сегодня выслежу, когда он пойдет на свою прогулку перед ужином, — пообещал Снабби. — Правда же. Чудик, дружище?

Чудик восторженно выразил свое согласие, прыгнув к Снабби на колени и щедро облизав его нос. Затем он попытался лечь на спину, но с колен бухнулся на пол, увидел Миранду и помчался за ней. Она вскочила на дерево и уселась там, насмешливо тараторя.

— Какими словами она его обзывает! — покачал головой Барни, делая вид, что шокирован этим. — Где только таким научилась?

Мистер Книг отправился на прогулку в половине третьего, взяв с собой карту и трость. Снабби, не спускавший с него глаз, позволил ему уйти на приличное расстояние и затем быстро двинулся за ним. Чудик, которому было сказано вести себя тихо, осторожно следовал за хозяином.

Мистер Кинг прошел через поле по направлению к реке. Это слегка разочаровало Снабби. Он надеялся, что учитель опять будет ходить вокруг большого дома и, может быть, даже войдет внутрь, ведь дверь веранды осталась незапертой — к сожалению, снаружи ребята не могли ее запереть.

Снабби осторожно крался за мистером Кингом, время от времени плюхаясь вместе с Чудиком на землю, если учитель останавливался или оглядывался. Это привело в изумление пожилую леди, оказавшуюся поблизости во время одного из этих маневров. Снабби лежал на животе, шепотом уговаривая Чудика тоже лежать тихо. Озадаченная старушка подошла к ним.

— Мальчик, ты не заболел? — спросила она. — Может, сходить за доктором?

— Ш-ш-ш! — раздосадовано прошипел Снабби.

Он боком, как краб, заполз в заросли живой изгороди. Пожилая леди встревоженно посмотрела на него. Уж не сошел ли ребенок с ума? Потом у нее мелькнула догадка.

— Вы играете в краснокожих индейцев? — осведомилась старушка.

К этому времени мистер Кинг успел отойти на приличное расстояние. Снабби быстро вскочил и, поднырнув под ветки, оказался по другую сторону живой изгороди,

— Я вождь краснокожих Красное Перо, — сообщил он старушке. — Опасайтесь моих людей. А то они с вас быстро скальп снимут — они такие!

Он оставил ее высматривать «своих людей» и продолжил слежку за мистером Кингом. Как только учитель вновь остановился, выбирая дорогу, Снабби пришлось в очередной раз плюхнуться на землю, приведя этим в изумление нескольких коров, прекративших жевать траву на поле. Снабби веселился от души, по-своему отыгрываясь на мистере Кинге.

Так они наконец подошли к реке. Мистер Кинг еще раз взглянул на свою карту и пошел вдоль берега вверх по течению. Эта была очень трудная часть пути, и обоим — как мистеру Кингу, так и его преследователю — пришлось нелегко. Снабби, несколько раз сам падавший в болотистые лужи и с полдюжины раз вытаскивавший из грязи несчастного Чудика, готов был сдаться.

Их путь пересек впадающий в реку ручей, и, к удивлению Снабби, мистер Кинг пошел вдоль этого ручья. Теперь впереди виднелись крутые холмы. Бедняга Снабби застонал. Все оборачивалось гораздо хуже, чем он предполагал, И уже, наверное, подошло время чая — а еще нужно возвращаться тем же путем назад! Мало того, мистер Кинг вдруг уселся на чистой, сухой полянке, вытащил из кармана пакет, открыл его, разложив ряд аппетитных сандвичей и кексов! От досады Снабби был готов заплакать. И почему у него не хватило ума сначала выяснить, собирается мистер Кинг вернуться к чаю или нет?

Мальчику ничего не оставалось, кроме как лежать под довольно колючим кустом и наблюдать, как мистер Кинг уничтожает один за другим сандвичи и два солидных куска фруктового кекса, испеченного миссис Кругликс. Когда донесся их аромат до носа Чудика, пес заскулил. Он подумал, что его хозяин поступил крайне глупо, не захватив с собой тоже чего-нибудь поесть. Снабби заметил, что мистер Кинг поднял голову, услышав стенания Чудика.

— Заткнись, идиот! Тихо! — шикнул мальчик на недоумевающего спаниеля.

Чудик секунду смотрел на хозяина, потом, решив, что у того произошло временное помутнение рассудка, недовольно свернулся калачиком, чтобы вздремнуть, Снабби очень обрадовался, когда мистер Кинг аккуратно сложил обертку от сандвичей и сунул ее в карман. Теперь-то, может быть, он пойдет домой?

Но — увы! Вместо этого он пошел вдоль ручья, и Снабби пришлось отказаться от преследования, потому что местность была слишком ровной и голой, чтобы остаться незамеченным. Столько мучений впустую!

Но что это? Мистер Кинг остановился, с интересом что-то разглядывая. Что же его заинтересовало? Снабби сгорал от любопытства! Он видел, как учитель наклонился к ручью и что-то потрогал. Потом он наклонился еще ниже, на несколько минут почти скрывшись из вида. Затем показался вновь, достал бинокль и осмотрел с его помощью округу. Что он высматривает? И что он нашел в ручье? Снабби решил пойти и посмотреть, даже если из-за этого придется опоздать на несколько часов к ужину.

Глава XVI. ПРОМАШКА

Наконец мистер Кинг пошел дальше, но, к большому удивлению Снабби, совсем в другую сторону. Он посмотрел на свою карту и двинулся напрямик через поле, к тому же весьма холмистое. Снабби, не имея ни малейшего представления о том, где он теперь находится, и зная только, что в нескольких милях от дома, в отчаянии посмотрел вслед учителю.

Куда же это он теперь? Что за идиотские штучки?

Снабби дождался, когда мистер Кинг скроется из вида за невысоким кустом, и рванулся со всех ног к месту, где учитель останавливался у ручья. Здесь оказалась небольшая заводь с нависающими над ней деревьями и кустами. В глубине заводи, почти незаметная под кустом, качалась лодка. Названия на ее борту не было. На дне лежали пара весел и моток веревки. Больше ничего. Как все это таинственно!

Снабби уставился на одинокую лодочку. Кто ее хозяин? Никакого жилья нет на мили вокруг. Кому пришло в голову оставить здесь эту лодочку, да еще и спрятать? Зачем? Для чего? И где живет ее хозяин? «Эх, будь у меня такой бинокль, как у мистера Кинга, — подумал Снабби, — тогда можно было бы оглядеть всю округу и узнать, не прячется ли какой домишко среди холмов».

Пока он заканчивал осмотр лодки, который ему ничего не дал, мистер Кинг бесследно исчез. Его нигде не было видно. Снабби посмотрел на притихшего спаниеля.

— Чудик, ты сможешь взять его след? — спросил он. — Тогда мы пойдем за ним и не заблудимся.

Чудик посмотрел на хозяина умными глазами и вильнул хвостом.

— Ладно, тогда ищи! — приказал Снабби, неопределенно махнув рукой в направлении, куда ушел мистер Кинг.

Чудик резво припустил вперед, словно понял все, что ему говорили. Снабби был в восторге.

— Такой умной собаки больше на целом свете не найдешь, — сказал он себе, следуя за резво семенящим спаниелем.

Но когда Чудик привел хозяина к одной за другой восьми кроличьим норам, Снабби начал в этом сомневаться.

— Болван ты, — разочарованно бросил он псу. — Я что, разве велел тебе искать кроличьи норы? У тебя хоть немного соображения есть, Чудик?

Пес залаял, повилял хвостом и отправился искать очередную нору. Но Снабби это уже надоело. Он устал, перепачкался в болотной грязи, проголодался и хотел пить. Кроме того, он был очень рассержен на мистера Кинга. Эта слежка не дала ничего, разве что подтвердила любовь учителя к долгим и, видимо, бесцельным пешим прогулкам. Правда, Снабби увидел спрятанную лодку, у которой, казалось, вообще не было хозяина. А мистер Кинг устроил себе приятный пикничок — испарился. Снабби чуть не заблудился, пытаясь идти за ним по следу. Сейчас надо возвращаться к ручью, по нему дойти до реки, потом — вдоль нее до мест, которые ему знакомы и вернуться домой.

Обратная дорога показалась несчастному Снабби длинной-предлинной, даже Чудик приуныл, когда они ковыляли по болотистому берегу реки. Вернулись они домой только в восемь вечера. Всех в доме ужасно встревожило его исчезновение. Не был исключением и мистер Кинг. Снабби бросал на него сердитые взгляды, считая, что именно учитель виноват в его злоключениях.

— Вы давно вернулись? — хмуро спросил Снабби.

— Да, я здесь примерно с половины шестого, — ответил мистер Кинг к изумлению мальчика.

С половины шестого! Но как же так? Выходит, мистер Кинг вернулся от ручья за полчаса или даже меньше! Как же ему это удалось? В голове Снабби это просто не укладывалось — он чуть не плакал от усталости и голода. А главное — от досады.

Мисс Перчинг неожиданно сжалилась над ним. Забыв свои тревоги и гнев, она потащила его в горячую ванну и потом уложила в постель. Затем миссис Кругликс принесла ему в спальню тарелку вкуснейшего томатного супа, тарелку с ростбифом и салатом и большое блюдце свежих персиков со сливками. Снабби был на седьмом небе от восторга. Какой пир! Честное слово, стоило вытерпеть эти несколько часов голода и жажды, чтобы получить все эти яства!

Он очень скупо объяснил мисс Перчинг причину своего долгого отсутствия.

— Пошел гулять и заблудился, вот и все.

— Куда же ты пошел? — полюбопытствовал мистер Кинг.

— Да я и сам не знаю, — пожал плечами Снабби. — А вы куда ходили?

— Да так, прогулялся туда-сюда, — сказал мистер Кинг. — Но я поступил предусмотрительно — захватил с собой кое-что поесть. Жалко, что мы с тобой не встретились случайно, я бы с тобой поделился.

Снабби мысленно ухмыльнулся. Не знал мистер Кинг, что он, Снабби, прятался за кустом так близко, что мог разглядеть, чем учитель подкреплялся!

И только когда мисс Перчинг и мистер Кинг ушли вниз, в гостиную, Снабби смог рассказать ребятам, что с ним произошло. Они слушали с неподдельным интересом.

— Как же так: лодка спрятана под деревьями и нигде поблизости не видно хозяина! — удивился Роджер. — Это же тайна!

— Да, тайна, — кивнул Снабби. — Но еще более таинственным мне кажется то, что мистер Кинг сумел так быстро вернуться. Получается, что до этой лодки он шел несколько часов, а вернулся назад меньше чем за полчаса!

— Значит, он где-то прошел коротким путем, срезал угол, — предположил Роджер. — Давайте возьмем карту и посмотрим. — Сразу все станет ясно.

Он спустился вниз, нашел большую карту этого района и ткнул пальцем в деревню Рокингдаун.

— Мы здесь — вот обозначена деревня, видите? А это путь к реке. Вы пошли вверх по реке, так? Значит — сюда.

— Да, и мы дошли до ручья, довольно большого, он впадает в реку, — промычал Снабби с полным ртом, вонзая вилку в кусок ростбифа. — Он там показан?

— Да, вот он — ручей Рокингдаун, — сказал Роджер. — Говоришь, вы прошли по нему приличное расстояние? Хорошо, вот мы идем, — и он повел пальцем по ручью.

— Ха! Теперь все ясно, — воскликнула Диана. — Ничего удивительного, что мастер Кинг так быстро пришел домой! Смотрите, он сделал почти правильный круг и, пройдя напрямик через этот холм, вышел почти к самому коттеджу Рокингдаун. Видите, здесь всего несколько шагов.

Диана была права. Благодаря тому, что река описывала дугу, Снабби прошел полукругом, потом по ручью, что составило уже три четверти круга, а последняя четверть пути пролегала через вершину холма прямиком к коттеджу Рокингдаун. Все просто!

Снабби глубоко вздохнул. — Какой же я болван! Я же был всего в нескольких сотнях шагов отсюда, так нет — потащился вокруг на мили и мили. Но я же не знал.

— Тебе надо брать с собой компас, — посоветовал Роджер. — Во всяком случае, если мы захотим посмотреть эту лодку, туда можно быстро добраться коротким путем. Мы пройдем по этой тропинке, поднимемся на холм, а потом через вот это болото к ручью и выйдем где-то поблизости от нее!

Все это казалось легко и просто, когда смотришь на карту. Снабби почувствовал горькое разочарование, когда увидел, какой здоровенный крюк он проделал. Однако каким любителем прогулок должен быть мистер Кинг, чтобы продираться по заросшим тропинкам и болотистым берегам ручья! Нет уж, хватит с меня слежки, решил Снабби, пусть этот мистер Кинг разгуливает по всей округе хоть каждый день, если ему так хочется, но он будет ходить один!

Едва покончив с ужином, Снабби мгновенно заснул. После бессонной ночи и такой длинной, утомительной прогулки он совсем выбился из сил. Никакие развлечения в этот вечер его не интересовали.

А Барни с Роджером и Дианой, пока им не пришло время ложиться спать, решили поиграть в кости. Карта, которую они с таким интересом рассматривали, лежала неубранная на столе. Когда Барни вышел из игры на один или два кона, он рассеянно взглянул на нее. Его взгляд пробежал по реке, потом по ручью, ее притоку. Барни озадаченно сдвинул брови.

— Как интересно! — сказал он вдруг Роджеру и Диане. — Посмотрите!

— Что? — спросила Диана, выбрасывая кубик. — Шестерка! Отлично, как раз это мне и нужно.

— Гляньте-ка, — продолжал Барни. — Видите ручей? Тот, где Снабби нашел лодку. Посмотрите, как он идет.

Ребята склонились над картой.

— Ничего удивительного не вижу, — пожал плечами Роджер. — Да, он протекает вблизи имения Рокингдаун, а истоки у него на севере, у тех холмов.

— Правильно, но неужели вы не видите? Вы вообще видели какой-нибудь ручей на территории имения? Большой дом стоит точно в центре огромного участка. На этой карте показан ручей очень близко от дома. Но вы же знаете не хуже меня, что на землях имения нет никакого ручья.

Роджер и Диана оставили игру и внимательнее посмотрели на карту. Да, действительно, на карте ручей протекает очень близко от дома. Карта крупномасштабная, и ручей на ней действительно показан на землях имения. И тем не менее Барни сказал правду. Никто из них не видел поблизости от большого дома никакого ручья, хотя участок был обследован вдоль и поперек.

Вот это уже интересно! Где же на самом деле этот ручей? Друзья перебирали возможные варианты. Миранда спрыгнула на карту, и ребята спихнули обезьянку на пол.

— Во всяком случае, вблизи от нашего коттеджа его нет, — заключил Роджер. — Где-нибудь поблизости от деревни — тоже, иначе нам бы пришлось переходить его по мостику или еще как-нибудь. Должно быть, он где-то с другой стороны большого дома. Мы сходим и посмотрим. И если его там нет, — значит, он просто пересох или изменил русло.

— Это легко проверить, — сказал Барни.

— Как? — спросила Диана.

— Пошевели мозгами, — хмыкнул Роджер.

— А-а, ну да — мы можем пройти по ручью вверх, начав от реки! — догадалась Диана. — Почему мне это сразу не пришло в голову? Как глупо!

— Да, мы можем просто пройти вверх по ручью и узнать, откуда он течет, хотя я не думаю, что это так уж важно, — заметил Барни. — Я просто удивился, увидев, как близко от большого дома он протекает, если судить по карте.

Тема была исчерпана, и друзья опять принялись за игру. В кабинет заглянула мисс Перчинг.

— Барни, тебе пора возвращаться. Идет сильный дождь. Тебе далеко до дома?

Мисс Перчинг полагала, что Барни где-то снимает комнату. Когда-то на ее вопрос об этом он ответил, что у него есть своя спальня, и она решила, что он живет где-то в деревне. Никто не стал ее разубеждать — не могли же ребята сказать ей, где на самом деле ночует Барни.

— Нет, мисс Перчинг, совсем недалеко, — сказал Барни, поднимаясь, — он знал, как правильно себя вести. — Увидимся завтра, — попрощался он с Дианой и Роджером. — Пока!

И он ушел, как обычно, с Мирандой, сидящей на его плече. Чудик проводил их до двери, несколько раз тявкнув им вслед. Эти его высказывания предназначались Миранде и означали примерно следующее: «Ну и скатертью дорожка!» После этого, довольный собой, он трусцой вернулся к ребятам.

Барни осторожно прошел по землям имения к большому дому, опасаясь, нет ли поблизости мистера Кинга или кого-то еще. Он никого не заметил, но все-таки запер двери и на веранду, и в коридор. Ему совсем не хотелось, чтобы опять его кто-то потревожил среди ночи.

Глава XVII. КОВАРНАЯ МЕСТЬ

И все же эта ночь выдалась для Барни очень беспокойной. Внезапно его разбудила Миранда. Она испуганно бормотала что-то, дергая его за уши и за волосы. Мальчик взял ее на руки и сел в кровати. — Бах! Ба-бах!

Опять слышался этот шум. Что же здесь такое происходит — в пустом старом доме? Встать и пойти посмотреть или лечь опять и спать до утра? Похоже как и прежде, этим грохотом все и ограничивается. В доме никого нет, иначе на полу были бы чужие следы, а не только их собственные.

Грохот раздался снова, затем странное гудение и звук, напоминающий скрежет. Миранда перепугалась до смерти. Она пыталась забраться к Барни под рубашку и от страха чуть подвывала. Мальчик, рассеянно успокаивая ее, прислушивался. Что это за звуки? И откуда они идут? Впечатление, что это где-то в доме!

Барни вздохнул. Он устал после предыдущей бессонной ночи, и ему ужасно хотелось лечь опять, но любопытство мешало это сделать. Страха он не испытывал. Откинув одеяло, мальчик прошел по комнате к двери. Он не зажигал фонарика, опасаясь, что его свет может увидеть кто-то, возможно, находящийся у дома.

Миранда пыталась удержать своего хозяина и затащить его обратно. Она спрыгнула на пол и стала хватать его за ноги, взволнованно бормоча.

— Не волнуйся, со мной тебе ничего не угрожает, — засмеялся Барни. — Я же не боюсь, видишь? Ну, не валяй дурака. И замолчи, а то тебя услышат.

Мальчик прошел по коридору и бесшумно отпер дверь. Каким образом тот или те, кто производит этот шум, проникают в дом? И если они в доме, то где же их следы? Да, это настоящая головоломка.

«Но я ее все равно решу, — подумал Барни. — Не знаю, что там происходит, но что-то происходит. Мало того, мистер Кинг явно имеет к этому какое-то отношение. Может быть, он пробирается в дом каким-то неизвестным нам путем и производит этот странный шум?»

— Бух! Бух, — раздалось опять где-то в глубине дома. Один из ударов был настолько громким, что Барни не на шутку забеспокоился.

Он отправился прямиком на кухню, осторожно ощупывая стены, не решаясь включить фонарик. Здесь все было спокойно. Барни на мгновение осветил пол и тут же выключил фонарик. Никаких новых следов на слое пыли не появилось, значит, в кухне никто не побывал.

Барии прошел в посудомойню. И здесь никаких следов. И все же он определенно слышал, что шум шел отсюда. Пока он стоял, прислушиваясь, грохот раздался снова:

— Бах! Бах!

И затем гудение и странный глухой звук, которого прежде Барни не слышал. На мгновение он испугался. Этот звук ни на что не похож. Он вообще какой-то потусторонний! Может, под полом посудомойни подземная тюрьма или еще что-то в этом роде? Дом для этого достаточно стар. В таких домах всегда бывают подвалы. Как это раньше в голову не пришло? Где они располагаются? Их надо было обследовать! Может быть, как раз там и кроется причина этого шума.

Мальчик прошел через посудомойню и вышел в какие-то хозяйственные пристройки — одно помещение напоминало прачечную, в другом, видимо, хранили молоко. Здесь были мраморные полки, чтобы ставить на них бидоны, класть головки сыра и тому подобные вещи.

Луч его фонарика скользнул по полу — опять нетронутый слой пыли и никаких следов. Даже Чудик, похоже, не забегал, — наверное, потому, что двери сюда были закрыты. Барни внимательно осмотрел пол. И нашел то, что искал — квадратную крышку люка. Ее кольцо утопало в специально сделанном углублении в досках, чтобы не спотыкаться. Вот где должен быть подвал — прямо здесь, под полом! Ладно уж, сегодня ночью он туда не полезет. Если там что-то происходит, пусть происходит без него. Каким бы бесстрашным ни был Барни, ему не очень-то хотелось обследовать темный подвал прямо сейчас — в особенности подвал, из которого раздаются такие странные звуки!

Утром он расскажет ребятам, и они все вместе произведут более тщательную разведку. И это будет настоящее приключение! Позевывая, Барии вернулся в спальню. Когда он уже лежал в кровати, до него донеслось еще несколько ударов, но он уже не обращал на них внимания. Миранда тоже успокоилась. Она дремала рядом с хозяином, обхватив ручками его шею.

На следующее утро Барни рассказал друзьям о грохоте, который он слышал, и о том, как он пошел в пристройки и обнаружил крышку люка.

— Вход в прачечную и сарай со стороны посудомойки, — сказал он. — Мы там никогда не были. В сарае на полу есть квадратная крышка. Могу спорить, это вход в подвал. Сегодня после обеда мы его обследуем. Я уверен, там происходит что-то странное, хотя, убейте меня, не представляю, что именно!

Эта новость так взбудоражила всех, что на уроках никто из ребят не мог сосредоточиться. К счастью, мистеру Кингу, казалось, тоже все это поднадоело, и он больше уделял внимание каким-то собственным подсчетам на листе бумаги.

Чудик, никем не замеченный, прокрался в комнату и улёгся у ног Снабби. Он тут же принялся жевать край скатерти, свисавший как раз к его носу. При этом он громко чавкнул. Мистер Кинг поднял голову.

— Снабби, что за неприличные звуки? Прекрати немедленно!

Снабби поспешно ткнул Чудика носком ботинка, чтобы тот перестал жевать, и вновь воцарился мир. Все были рады, когда занятия подошли к концу. Мистер Кинг с изумлением заметил под столом невесть откуда взявшегося пса и уже собрался было высказаться по этому поводу, но Снабби бросился к своему любимцу и принялся с преувеличенной радостью оглаживать его.

— Чудик! Как ты узнал, что мы только что закончили? Какой ты умный, вошел как раз в нужный момент! Мистер Кинг, правда же, он очень умный, потому что понял, что сейчас уже можно заходить?

Мистер Кинг ничего не сказал. Он только сурово посмотрел на Чудика и еще более сурово на Снабби. И прежде чем он успел решить, как именно ответить, Снабби с Чудиком выскочили из комнаты, оглашая дом воинственными воплями краснокожих индейцев.

— Пошли, Чудик! Гулять!

Роджер, Диана и Барни переглянулись. Они-то отлично знали, что Чудик все утро просидел под столом, и удивлялись, как мистер Кинг этого не видит.

— Можно, Барни останется обедать, мисс Перчинг? Можно? Можно? — выкрикивал Снабби, который всегда после окончания занятий орал во все горло минут десять. — Будет холодная курица и салат, и Кругляшочек говорит: на всех хватит!

— Хорошо, хорошо! — сказала мисс Перчинг, прикрывая руками уши. — Только зачем так кричать? И кроме того, я кажется, просила тебя после завтрака пойти в свою комнату и сменить эту ужасную грязную рубашку.

— Ну да, просили. Но только зачем, если уже днем я опять вымажусь?

— Но почему? Чем ты собираешься заниматься? — забеспокоилась мисс Перчинг. — Вчера вечером ты явился домой перепачканный с ног до головы. Тебе что, так необходимо заниматься тем, от чего ты становишься грязным, как поросенок?

— Да, совершенно необходимо, — жизнерадостно заверил ее Снабби. — Тогда я не буду менять рубашку — не хочу прибавлять Кругляшочку стирки. Эх, если бы я был, как Чудик, и носил не одежду, а просто свою собственную шерсть и больше ничего!

— Даже и тогда ты бы не смог содержать себя хотя бы в таком же виде, как эта собака, — усмехнулась мисс Перчинг. — Никогда в жизни я еще не встречала большего грязнули, чем ты.

— Дорогая мисс Перчинка! — воскликнул неугомонный Снабби, пытаясь закружить ее в каком-то диком танце.

Она и рассердилась, и развеселилась одновременно.

Внезапно вошел мистер Кинг, и выглядел он мрачнее, тучи.

— Снабби! Это ты привязал бечевку между столбами калитки? Я из-за нее чуть ногу не сломал! Мисс Перчинг, я сегодня же собираюсь отыскать хорошую хворостину — такую тонкую, крепкую, чтобы разрезала воздух со свистом.

— Очень верная мысль. Надеюсь, вы одолжите ее мне, если понадобится?

Снабби эти разговоры не понравились. Если мисс Перчинг и мистер Кинг вдвоем выступят против него ничего хорошего не жди. Он изобразил на лице сочувствие.

— Мне очень жаль, мистер Кинг. Дело я том, что я тренировался в прыжках в высоту. Вы, наверное, споткнулись о мою веревку для прыжков.

— Снабби, это глупые и опасные шутки, — принялась мисс Перчинг отчитывать озорника. — И мне придется оставить тебя сегодня без сладкого. Я тебя уже предупреждала об этих опасных шуточках и не допущу, чтобы ты продолжал их устраивать.

— Ага, значит, сегодня пудинга тебе не будет, — удовлетворенно констатировал мистер Кинг. — Правильно, поделом тебе, маленький негодник.

Радостное настроение Снабби испарилось. Он насупился. Если мисс Перчинг и мистер Кинг объединятся против него, он ничего не сможет сделать. Они тогда вдвоем напридумывают ему таких наказаний! Он бросил мрачный взгляд на их удаляющиеся спины.

«Надо их натравить друг на друга», — подумал Снабби и занялся разработкой плана. Много времени это у него не заняло. Он пошел на кухню и, подождав, когда миссис Кругликс отвернется, схватил кухонную перечницу и сунул ее себе в карман, после чего на цыпочках вышел. Чудик принюхался к его карману и вдруг чихнул.

— Перчинка в нос попала, — сказал Снабби нарочито громко, чтобы его услышала мисс Перчинг. — Бедная собачка! Перец — это ужасная вещь, правда?

Обед вскоре был готов. Подали большие тарелки дымящегося горохового супа. Миссис Кругликс была большой мастерицей готовить суп, и она знала, что дети его любят. К тому же супом они лучше наедались, когда мяса было немного, как, например, сегодня.

Снабби что-то сказал Роджеру, тот, улыбнувшись, кивнул. Все сели за стол. Роджер попробовал суп.

— Соли и перца не хватает, — заметил он. — Ди, передай мне перец. Мистер Кинг, а вам не надо?

И в тот момент, когда мистер Кинг взял в руки перечницу, чтобы немного поперчить свой суп, Снабби встал с места и пошел взять себе салфетку. Проходя за спиной ничего не подозревающего мистера Кинга, он выхватил из кармана кухонную перечницу и, протянув руку над его головой, тряхнул ею.

Мисс Перчинг ничего не заметила, как и сам несчастный мистер Кинг. Он аккуратно посолил и поперчил свой суп и уже собирался взяться за ложку, когда почувствовал непреодолимое желание чихнуть. Он поспешно приложил к носу платок.

— А-а-ап-чхи! Ох, прошу прощения, мисс Перчинг. А-а-ап-чхи! О, господи! Вот опять. Я просто ничего не могу по… а-а-ап-чхи!

Мисс Перчинг подозрительно посмотрела на него. Что за подозрительный приступ чихания? Мистер Кинг покраснел до ушей, размышляя, выскочить ему из комнаты или нет.

— Э-э… А-а-ап-чхи! Ох! — начал он опять. — Я очень извиняюсь. Наверное, перец в нос попал.

Дети покатились со смеху. Ну, молодец мистер Кинг, ну и насмешил! Произнес в точности те слева, которые терпеть не могла мисс Перчинг.

Она холодно взглянула на мистера Кинга. Как он смеет вот так над ней подшучивать? Да еще в присутствии детей! Она уже не верила в естественность его чихания после того, как он произнес эту роковую фразу.

— Возможно, вы предпочтете выйти из комнаты, пока ваше э-э… недомогание не пройдет? — спросила она ледяным тоном.

Мистер Кинг встал и вышел. Дети слышали, как он борется с чиханием в ванной комнате наверху. Диана не могла справиться с собой, и каждый раз, когда совала ложку супа в рот, смех возникал снова, и она давилась и кашляла. Мисс Перчинг рассердилась не на шутку.

— Прекрати, Диана! Это совсем не смешно — старая и к тому же глупая шутка.

Снабби состроил скорбную физиономию.

— Я думаю, это очень невежливо со стороны мистера Кинга — говорить такое при вас, — произнес он тоном подлизы-отличника. — Я хочу сказать, мисс Перчинг, когда мы говорим такие глупости — это еще куда ни шло, но мистер Кинг должен держать себя в рамках, ведь правда же?

— Хватит, — сердито оборвала его мисс Перчинг. — Не хочу больше ничего слышать! И когда мистер Кинг опять сядет за стол, мы не будем больше возвращаться к этой теме.

Мистер Кинг вернулся очень скоро, виновато поглядывая на мисс Перчинг. Он сам не понимал, откуда взялся этот приступ чихания. Его весьма расстроило столь резкое обращение с ним мисс Перчинг. Неужели она рассердилась из-за того, что он чихал за столом? Но ведь такое с каждым может случиться! Чихание — это ведь как икота: начнешь и не можешь остановиться по своей воле.

Миссис Кругликс подала второе блюдо, а затем и пудинг. Снабби было обещано оставить его без сладкого, но из-за жгучей обиды на мистера Кинга мисс Перчинг совсем забыла об этом, и, когда стала раскладывать пудинг по тарелкам, Снабби тоже получил обычную большую порцию.

А несчастный мистер Книг, хоть и не забыл об этом, напоминать мисс Перчинг не решился! Снабби хитро улыбнулся. Он, как всегда, вышел победителем.

Глава ХVIII. ВОЛНУЮЩИЙ ДЕНЬ

Поход в большой дом Рокингдаун принес много интересного. Ребята пришли туда вскоре после половины третьего, полные тревожных ожиданий. Что им удастся обнаружить в подвале? Снабби к этому времени уже забыл свои страхи, связанные с этим домом. Он держался храбрецом, первым вошел в дом и даже громко кричал, вызывая гулкое эхо.

Барни, глядя на него, рассмеялся. Снабби всегда казался ему очень забавным, со своими глупыми шуточками и нелепыми выходками. Они прошли в большую кухню и вышли через нее в посудомойню, а затем в хозяйственные пристройки — сначала в прачечную, а после в сарай с мраморными полками

— Вот мы и пришли, — констатировал Барни. — Видите квадрат в полу? Могу спорить, это люк, ведущий в подвал. И наверняка он очень большой.

Роджер взялся за железное кольцо и потянул. Крышка даже не сдвинулась.

— Ее, наверное, заклинило, — сказал Барни. — Столько лет никто не пользовался. Дай-ка я попробую.

Но и он не смог поднять тяжелую крышку. Подошел Чудик и начал бешено скрестись в нее, будто тоже хотел ее таким образом открыть. После бесплодных стараний все трое, включая Чудика, сели, тяжело дыша.

— А где та веревка, что у нас была? — вспомнил Барни. — Наверное, наверху, в детской. Снабби, сбегай, принеси.

Снабби вместе с Чудиком выскочил из сарая. Но когда он приблизился к двери в коридор, за ней послышался какой-то шум. Снабби остановился в испуге. Что это? Опрометью он бросился обратно вниз по ступенькам.

— Там, наверху, кто-то есть! Я слышал!

— Не глупи, ты просто трусишка, Снабби! — отмахнулся Барни. — Никого там нет.

— Говорю тебе, есть! Я сам слышал — упрямо твердил Снабби.

Барни встал.

— Я сам схожу, — сказал он и пошел наверх.

Вернулся он, широко улыбаясь, с веревкой в руках и с Мирандой на плече.

— Это Миранда расшумелась, — сообщил Барни. — Нашла ящик с кеглями и раскидала их по всем комнатам. Понял, что ты слышал, малявка?

Снабби покраснел. Ребята засмеялись. Барни тем временем пропустил веревку сквозь кольцо на крышке люка, скрутил оба конца в один….

Вот, пожалуйста, — сказал он. — Все хватайтесь, и будем тянуть вместе. Миранда, ты тоже тяни!

Вместе с Мирандой, которая тоже дергала за веревку с очень важным видом, ребята принялись тянуть изо всех сил. И, конечно же, как это всегда бывает, крышка откинулась совершенно внезапно, и они все кучей повалились назад. Роджер, который был последним, так бухнулся на пол, что на секунду у него вышибло дух.

Поднявшись и потирая бока, друзья подошли к краю черной дыры и заглянули вниз.

— Ступеньки, — проговорил Роджер. — Каменные. И они ведут вниз, в подвал, это совершенно ясно. Барни, фонарик есть?

— Первым пойду я, — сказал Барни и начал спускаться, освещая фонариком путь.

Ступеньки уходили немного вбок и заканчивались каменным полом. Барни потрогал его ногой — не скользкий ли? Нет, пол был совершенно сухим. В нос ударил спертый запах старых бочек и кадушек. Барни посветил фонариком вокруг себя. Как он и подозревал, это был огромный подвал. Ящики, бочки, кадки, бутылки в пыли и паутине лежали повсюду. Вдоль стен шли деревянные полки, на которых раньше хранилось вино.

Теперь уже все спустились вниз. Миранда, ни на секунду не покидая плеча Барии, еще и держалась за его волосы, когда он осторожно продвигался в глубину подвала. Остальные шли за ним, тоже освещая путь фонариками. Чудик, удивляясь тому, что так неожиданно в недрах земли появилась эта пещера, бегал туда-сюда, принюхиваясь. А нет ли здесь кроликов? Увы, кроликами и не пахло.

Ребята обследовали подвал вдоль и поперек. Они открыли старые ящики, но ни в одном из них ничего не обнаружили. Они простучали все бочки и кадки и по звуку определили, что те совершенно пусты.

— Нет даже бутылки имбирного лимонада, — разочарованно констатировал Снабби. — Тоска!

Не то мыши, не то крысы сновали по углам и прятались, лишь только свет фонариков падал на них. Чудик дал себе волю, гоняясь за ними, за что был укушен за ухо. Миранду эти забавы не привлекали. Загнав крысу в угол за бочкой, Чудик начал протискиваться туда за ней. Бочка упала, свалив еще три и произведя чудовищный грохот. Дети подпрыгнули от неожиданности.

— Это Чудик чудит, — с облегчением проговорил Роджер. — Знаешь, Барни, жаль, что мы сейчас не слышим того странного шума. Мы бы смогли разобраться, из какой части подвала он идет.

— По-моему, это очень странно, — послышался голос Барни из другого угла. — Похоже, здесь нет ничего, что бы объясняло этот шум. И я не вижу никаких признаков того, что здесь кто-то побывал, — повсюду пыль, но нигде никаких следов. Нет даже окурков — ничего!

— Но мы же должны раскрыть эту тайну, — решительно заявил Снабби.

— Пожалуй, я как-нибудь ночью спущусь сюда, когда услышу грохот, и понаблюдаю, — сказал Барни. — Или, еще лучше, спрячусь здесь заранее.

— И ты не побоишься? — посмотрел на него в испуге Снабби. — Ну, ты герой!

— Я бы тоже ни за что не решилась, — честно призналась Диана. — А ты, Роджер? — Роджер подумал.

— Я бы тоже не стал, — наконец проговорил он. — И, более того, я считаю. Барни, что и тебе не стоит этого делать.

— Нет, я пойду, — сказал Барни. — Я же должен в этом разобраться.

Несколько минут друзья молча сидели на перевернутых ящиках. Чудик, принюхиваясь, сновал вокруг. Барни насторожился. — Вы что-нибудь слышите? — спросил он.

Ребята прислушались.

— Ну, может быть, я и слышу время от времени какие-то звуки — очень слабые, — неуверенно проговорила Диана. — Пожалуй, больше всего похоже на бульканье!

Это Снабби совсем не понравилось, он встал. Ему вообще не хотелось слышать никаких звуков, тем более булькающих. И вообще, ему уже надоел этот ужасный, затхлый подвал. Хотелось обратно на свет.

— Ну вот еще! — бросил он. — Зачем нам слушать это, как его, кулдыканье? Или блюханье? А, бульканье! Пойдем отсюда.

Все засмеялись и тоже встали. Барни секунду прислушивался, но потом тоже сдался.

— Ладно, пойдем, наверное, мне показалось.

Обмениваясь замечаниями, ребята поднимались по ступенькам. Чудик резво бежал впереди. На верхней ступеньке он остановился и зарычал. Все замолчали. Диана схватила Барни за руку. Что там еще?

До них донеслись мужские голоса!

— Мы заперли дверь веранды? — прошептал Роджер. — Тьфу ты — не заперли! Вот идиоты! Теперь кто-то вошел в дом.

— Я пойду посмотрю, — шепнул Барни. — Не отпускайте Чудика и не давайте ему рычать и лаять, а то он нас выдаст.

Снабби взял Чудика за ошейник, и тихое рычание прекратилось. Барни неслышно прошел через пристройку в посудомойню. Здесь он остановился, прислушиваясь. В кухне никого не было. Он подошел к кухонной двери и посмотрел через щель в холл.

То, что он увидел, крайне удивило его. Там был мистер Кинг с двумя незнакомыми мужчинами. Оба сильные, крепкие, они стояли спиной к Барни. Все трое оживленно беседовали.

— Видите эти следы? — говорил мистер Кинг. — Надеюсь, это о чем-то вам говорит? Мы должны выяснить, кому они принадлежат. И кто оставил открытой дверь на веранду. Посмотрите, следы ведут наверх. И их здесь тысячи! Как будто толпы людей использовали этот дом для своих целей! И тем не менее я не встретил здесь ни души, когда приходил. И не видел нигде ни огонька. Куда они ведут?

— Кто ж их знает! — откликнулся один из мужчин. — Все равно, место подходящее. Надо искать, это несомненно.

Барни услышал достаточно. Он бесшумно прокрался к остальным.

— Это мистер Кинг и с ним еще двое, — прошептал он. — И, мне кажется, они что-то замышляют: они действуют по какому-то плану, и мистер Кинг с ними заодно. Никакой он не учитель. Он мошенник!

Это было потрясающее открытие. Диана вцепилась в Барни.

— Они нас здесь не найдут? Что нам делать?

— Выберемся отсюда, закроем крышку подвала и выскользнем из дома через кухонную дверь, — сказал Барни. — Ключ от двери захватим с собой, чтобы можно было войти, когда захотим. Теперь все ясно — эти парни обыщут весь дом, чтобы выяснить, кто наоставлял повсюду следов. А уходя, запрут все двери и окна, чтобы мы не попали сюда опять.

— Но у нас будет ключ от кухонной двери, и мы сможем войти, если захотим! — подхватил Снабби, дрожа от волнения. — Нам уже можно выходить? Это безопасно?

Барни пошел проверить. Не прошло и минуты, как он вернулся.

— Они ушли наверх. Интересно, они знают о детских комнатах? Но все равно, дверь в коридорчик заперта, а ключ у меня. Может, они подумают, что там всего лишь кладовка или чулан.

— Тогда давайте, скорее уйдем отсюда, — сказала Диана, которой не терпелось выбраться на этого опасного места.

Все четверо поднялись через отверстие в полу и бесшумно закрыли крышку, после чего направились в кухню. Чудик бежал рядом так же неслышно, как и остальные.

Все сгрудились у кухонной двери, и Барни ключом открыл дверь. Она скрипнула, но не очень громко. Ребята вышли в заросший сорняками двор, где каким-то чудом до сих пор сохранился старый мусорный бак. Рядом стояла собачья конура, разваливающаяся на куски. Чудик подбежал к ней и с любопытством обнюхал. Но никакого собачьего запаха в ней уже не осталось.

Барни аккуратно запер дверь и положил ключ в карман. Подняв голову, он посмотрел на окна. Увидит их кто-нибудь, если они сейчас рванут со всех ног? Нет, не увидит! Разросшиеся деревья заслоняли своими ветками задний двор, укрывая его от взглядов сверху.

— Вперед! — скомандовал Барни. — Бежать что есть духу, но держаться под деревьями, чтобы вас не увидели.

Ребята пронеслись через двор от задней двери к кустам. Когда-то на противоположной стороне двора были огород и фруктовый сад, но теперь все так заросло сорняками, что об этом никто бы и не догадался, если бы не яблоня, стоящие там и тут, сражаясь с плющом, медленно удушающим все вокруг.

Вскоре ребята вышли в хорошо знакомые им места и поспешили домой, удивленные и озадаченные. Неужели мистер Кинг и в самом деле мошенник? Что он делал в этом старом доме?

Стоит ли рассказывать об этом мисс Перчинг? И как следует понимать странные звуки в большом доме? Что за всем этим скрывается? Все это было очень странно и таинственно.

— Я считаю, мы должны сказать мисс Перчинг, — наконец проговорил Роджер. — Но не сейчас, а утром. И вечером все обдумаем еще раз.

Глава XIX. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ИЗМЕНЯЛИСЬ

Но в этот же вечер произошло событие, изменившее все их планы. Кто-то позвонил по телефону мисс Перчинг, и, поговорив, она вошла в кабинет с очень расстроенным лицом.

— Дети, мне придется оставить вас на несколько дней. Моя сестра тяжело заболела, и я должна поехать к ней. Вы остаетесь на попечение мистера Кинга. Я очень надеюсь, что вы меня не подведете и будете хорошо себя вести.

— Ах, мисс Перчинг, мне так жаль вашу сестру! — воскликнула Диана. — Не можем ли мы чем-нибудь помочь? Вы уезжаете сегодня вечером или завтра утром?

— Наверное, сегодня вечером. О господи, никак не соображу, как мне лучше поступить. Я успеваю на последний поезд или нет? Еще ведь и собраться надо. И с миссис Кругликс поговорить до отъезда.

— Вы можете передать со мной все, что хотите сказать миссис Кругликс, — предложила Диана. — И я буду помогать ей, чем только смогу. Я и вещи сложить вам помогу, вы только выньте из шкафа все, что вам нужно. А мальчики по телефону вызовут такси. Тогда вы вполне успеете на ночной поезд.

— Ах, спасибо, добрая душа! — чуть не расплакалась растроганная мисс Перчинг. — Ну что ж, тогда я еду сегодня. Пойдем прямо сейчас наверх, Диана, ты поможешь мне укладывать чемодан, и я тем временем тебе скажу, что передать миссис Кругликс.

Роджер позвонил и заказал такси. Диана сложила вещи и выслушала инструкции для миссис Кругликс.

— Завтра я позвоню ей и сообщу, как обстоят у нас дела, — сказала мисс Перчинг. — Я положила свою щетку для волос? А чистую блузку? А куда я засунула свои туфли?

— Они у вас в руках, мисс Перчинг, — подсказала Диана, забирая их у старушки. — Не надо так волноваться. У вас вполне достаточно времени до отъезда, и, надеюсь, ваша сестра почувствует себя лучше, как только вас увидит.

— Я должна еще поговорить с мистером Кингом, — сказала мисс Перчинг. — Слава богу, у меня есть с кем вас оставить. Он производит впечатление человека, вполне надежного и ответственного.

На это Диана ничего не сказала. В самом деле, не говорить же про экспедицию в подвал. Тогда бы мисс Перчинг еще пуще разволновалась, а может, даже решила бы никуда не ехать. Диана молча продолжала укладывать вещи.

Мистер Кинг, вернувшись после своей обычной прогулки, поднялся наверх выразить мисс Перчинг свое сочувствие. Он был с ней очень внимателен и любезен, и это ее немного успокоило,

— Я уверена, что могу со спокойной совестью вставить детей на вас и миссис Кругликс, — сказала она. — Остается только надеяться, что они будут вести себя как следует. Думаю, так и будет, мистер Кинг. Всегда, когда случалось что-нибудь подобное, они неизменно оказывались на высоте. Безусловно, на них можно положиться.

И она уехала в такси, все еще с очень встревоженным видом. Оставшиеся ободряюще помахали ей руками.

— Да, не повезло мисс Перчинг, — сказал мистер Кинг, закрывая дверь. — Надеюсь, все кончится благополучно. А теперь, дети, нам придется забыть взаимное недовольство друг другом. Вы должны примириться с тем, что оставлены под моим присмотром.

Он оглядел ребят с дружелюбной улыбкой. Они отвели глаза.

— Э-э… мы постараемся, мистер Кинг, — промямлил Роджер, чувствуя, что кому-то все же нужно ответить.

Мистер Кинг слегка удивился такой вялой реакции, но объяснил это тем, что дети расстроены внезапным отъездом мисс Перчинг. Он взглянул на свои часы.

— О-о, сколько времени! Мы сегодня все припозднились. Давно пора идти спать. Ну-ка, быстренько! Чтобы через десять минут свет у вас был погашен.

Все трое послушно выключили свет через десять минут. Они подумали о Барни. Сегодня ночью он не собирался спать в большом доме. Они уже отнесли для него плед и диванные подушки в старую беседку, надеясь, что дождя не будет. Беседка обветшала, ее крыша давно уже прохудилась.

Убедившись, что мистер Кинг лег спать, ребята прокрались по задней лестнице к Барни, чтобы рассказать ему о внезапном отъезде мисс Перчинг.

— И мы не смогли рассказать ей о наших подозрениях, не успели, — закончил Роджер. — Придется отложить до ее возвращения. А пока что надо смотреть в оба и держать ушки на макушке!

— Может, тогда мне стоит сегодня вернуться в большой дом и спать там? — предложил Барни. — На случай, если мистер Кинг и те двое что-то замышляют.

— Нет, не надо, — возразил Роджер. — Мистер Кинг сейчас в доме, — видишь, в его комнате горит свет за занавесками. Если сегодня ночью ему опять придет в голову прогуляться в большой дом, он должен будет пройти мимо беседки, и тогда уж ты сможешь последить за ним.

— Да, в этом что-то есть, — согласился Барни, закутываясь в плед. — Честно говоря, мало радости тащиться сейчас туда через эти дебри. Спать ужасно хочется.

— Ладно, тогда мы возвращаемся, — сказали ребята. — Спокойной ночи. Барни. До завтра.

На следующее утро все казалось странным без мисс Перчинг.

Пришла миссис Кругликс, выслушала новость.

— Ах, бедняжка! Какое несчастье! И так сестру свою любит! Ну что же, будем надеяться на лучшее. Вам свои головушки незачем утруждать, разве что купить кое-что надо будет время от времени да свои кровати стелить. Ну может, иногда еще чем помочь.

Уроки прошли как всегда, хотя мистер Кинг казался необычно задумчивым. Если бы не обещание вести себя хорошо, сейчас ученики могли бы подстроить своему рассеянному педагогу любые каверзы. Но даже Снабби не пришло это в голову. Барни, как обычно, сидел у окна и слушал. Вперив внимательный взгляд в затылок мистера Кинга, он напряженно размышлял. Чем занимался он в большом доме? Что его там так заинтересовало? Должно быть, что-то важное, иначе он не стал бы брать на себя труд наниматься репетитором. Наверное, это дало ему возможность жить рядом с домом и выполнять задуманный план.

Что это за план, Барни не мог даже и вообразить. Может быть, эти трое что-то делали в доме после того, как они, дети, поспешно сбежали через кухню? Может быть, что-то там спрятали? Или, наоборот, нашли то, что искали?

Еще до конца занятий он выскользнул из комнаты. Ему очень хотелось пойти и посмотреть, не изменилось ли что-нибудь в старом доме. Ведь эти люди не просто так заходили туда.

На первом этаже Барни ничего не заметил, кроме следов этих трёх человек в каждой комнате. Он не поленился заглянуть и в пристройку — проверить, обнаружена ли дверь в подвал. Она оказалась открытой — откинутой назад, и пролет каменных ступенек был совершенно на виду.

Барни подошел к открытому люку, прислушался. Снизу не доносилось ни звука. Там сейчас никого не было. Но совершенно ясно, что эти трое спускались в подвал в поисках чего-то.

Затем он поднялся на второй этаж, отмечая следы вчерашних посетителей в каждой комнате. Судя по всему, мужчины рыскали по всем углам. Некоторые из дверей так и остались открытыми, Что они могли здесь искать? Тайник?

Барни поднялся по лестнице на третий этаж, уже уверенный, что и запертая дверь в коридор будет открыта.

Она была нараспашку! Кто-то выбил ее либо ногой, либо плечом. Старый замок не выдержал.

«Теперь мое убежище обнаружено», — подумал Барни.

Он прошёл к детским. Там царил полный разгром. Все три кровати стояли голые, а постели валялись на полу. Ящики комодов были выдвинуты, шкафы раскрыты. Даже линолеум на полу игровой комнаты стоял дыбом. Диане придется трудиться целое утро чтобы опять привести все в порядок. «Но не опасно ли теперь спать здесь», — подумал Барни. Правда, пока стоит хорошая погода, можно без хлопот спать в беседке рядом с коттеджем Рокингдаун. Опять сплошные загадки! Но одно Барни решил твердо: этой же ночью он обязательно сходит в подвал и дождется там таинственных звуков. Он твердо решил докопаться до истины — имеют ли отношение к ним эти трое?

Купив в деревенском магазинчике хлеба и сыра, Барни вернулся в беседку. Миранда получила на обед несколько своих любимых слив. Обезьянка разламывала каждую сливу на две половинки, вынимала косточку и выбрасывала. Потом соединяла половинки и с наслаждением откусывала от них.

— Тебе нужен слюнявчик, — засмеялся Барни. — Сливы такие сочные, что ты вся будешь мокрая и липкая!

Перекусив, Барни отправился к друзьям. Он рассказал им о том, что обнаружил в большом доме. Они слушали, затаив дыхание.

— Как мистер Кинг решился на такое! — воскликнула Диана. — Да еще после того, как я там все для тебя убрала. Это ему так не пройдет! Я ему устрою, вот увидите, я ему все скажу!

— Ни в коем случае, — запротестовал Барни. — Не говори ему ничего. Нельзя, чтобы он что-то заподозрил. Пока он уверен, что мы ни о чем не догадываемся, он не будет стараться скрывать от нас свои поступки. Если же он поймет, что мы знаем об этом, он может просто исчезнуть. А пока он здесь, все, по крайней мере, происходит у нас на глазах и мы можем следить за ним!

— Да, ты прав, — поразмыслив, согласилась Диана. — Ладно, Барни, я не буду ничего говорить. Знаешь, когда я думаю, что ты собираешься сегодня ночью один идти в подвал и караулить, мне делается не по себе. Хочешь, кто-нибудь из нас пойдет с тобой?

— Вот еще! — рассмеялся Барни. — Совсем это ни к чему. Что там может со мной случиться? Абсолютно ничего!

Но впервые Барии ошибся.

Глава XX. НОЧЬ В ПОДВАЛЕ

Никто из ребят в коттедже Рокингдаун не был настроен дружелюбно к мистеру Кингу, и это его озадачивало. Даже Чудик при всяком удобном случае садился к нему спиной! Спаниель всегда чувствовал отношение своего хозяина к другим людям, и если Снабби кто-то не нравился, то и Чудик вел себя соответственно.

Во время обеда мистер Кинг несколько раз внимательно посмотрел на детей. Как они неожиданно изменили свое отношение к нему! Можно подумать, он их чем-то обидел — не улыбаются, не глядят в его сторону и даже почти не разговаривают.

— Что-нибудь случилось? — спросил он наконец. — Вы все сегодня какие-то мрачные. Вас что-то тревожит?

— В общем — да, — ответила Диана. — Конечно же, мы тревожимся за сестру мисс Перчинг.

— Да? А я думал, вы ее даже не знали, — удивился мистер Кинг. — Ну, не вешайте носы. Я уверен, скоро выяснится, что все обошлось.

Вскоре после этого позвонила мисс Перчинг. Ее сестра все еще была плоха, и старая гувернантка не знала, когда сможет вернуться.

— Но я уверена, что с мистером Кингом вы в полном порядке. Да и миссис Кругликс тоже за вами присмотрит.

Мистер Кинг не оставлял своих попыток развеселить ребят. Он предложил им вместе прогуляться, договориться об уроке верховой езды для всех троих и даже сходить на реку купаться, поскольку день выдался жаркий. В другое время последние два предложения были бы восприняты с восторгом, но сейчас никто из ребят не хотел принимать от мистера Кинга никаких одолженьиц. Он мошенник! И больше никогда они не будут к нему хорошо относиться. Он что-то замышляет, и они должны выяснить — что!

Наконец мистер Кинг оставил свои попытки, решив, что раз дети непонятно на что дуются, пусть развлекаются сами. Но больше всего его раздражал Чудик. Трудно было поверить, что собака может нарочно садиться к кому-то спиной, и все-таки, судя по всему, Чудик делал это умышленно!

Барни остался на чай. Дети решили расположиться в саду, стараясь отделаться от мистера Кинга. Но, к их разочарованию, он пришел и уселся пить чай вместе со своими подопечными. Казалось, учитель полагал, что в отсутствие мисс Перчинг он не должен оставлять их без присмотра ни на минуту. Поэтому свободно говорить ребята не могли, и Диана вконец расстроилась. Скрыть это у нее ну никак не получалось.

— Что-то вы совсем раскисли, — нарушил мистер Кинг тягостное молчание. — Ну-ка, Диана, убери это надутое выражение, оно тебе совсем не идет!

Диана немедленно надулась еще больше. Барни понял, что, если они все будут себя так вести, мистер Кинг действительно начнет что-то подозревать. И он завел с учителем разговор о разных разностях, существенно оживив этим обстановку. Миранда тоже внесла свою лепту, всячески задирая Чудика: выхватывала печенье, которое протягивала ему Диана, швырялась в него сливовыми косточками.

И все хохотали над ее уморительными проделками — кроме, разумеется, Чудика. Его это обижало. У мистера Кинга отлегло от сердца — все-таки его питомцы не потеряли способности смеяться.

После чая ребята сбежали от учителя и отправились в деревню за мороженым. Почтенная старушка, хозяйка удивительного магазинчика, казалось, держала его открытым до позднего вечера, и мороженое у нее можно было купить в любое время с рассвета до заката.

— Давайте не будем возвращаться до самого ужина, — предложила Диана. — Теперь, когда я узнала, что мистер Кинг — мошенник, я просто не могу его выносить. Лучше погуляем по имению и поищем этот ручей.

— Правильно, я целиком — за! — поддержал ее Роджер. — Я уже давно ломаю голову, куда он мог деться. На карте ручей так близко от большого дома.

Друзья тщательно обследовали весь участок из конца в конец, но нигде не обнаружили никаких признаков ручья.

— Нет даже высохшего русла или хотя бы канавы, — недоумевал Роджер. — Карта, наверное, неправильная,

— Да, скорее всего так, — согласился Барни. — В любом случае мы всегда можем пройти от реки вверх по ручью и узнать, где он протекает. Хотя — какая разница.

— Мне так не хочется, чтобы ты шел ночью в этот подвал, — опять начала Диана, когда они отправились обратно в коттедж. — Возьми с собой хотя бы плед и подушку. Раз уж ты решил там ночевать, пусть у тебя будут хоть минимальные удобства. Пол такой жесткий и холодный…

Ладно, возьму, — улыбнулся Барни. — А вот, посмотрите, я купил себе новый фонарик — классный, правда?

И он продемонстрировал друзьям свое новое приобретение. Фонарик и впрямь был хорош и давал очень мощный свет.

— С ним мне будет спокойно!

Миссис Кругликс, готовя ужин, не забыла и о Барни, и он с удовольствием остался. Ему было приятно в компании ребят. После ужина они сыграли партию в кости, а мистер Кинг решил почитать.

— Пожалуй, мне пора, — сказал наконец Барни.

Мистер Кинг вскинул на него глаза.

— А где ты ночуешь? — спросил он таким тоном, что дети уже не сомневались: он догадался, что Барни спит в детских комнатах большого дома.

— Прошлой ночью я спал в беседке, сэр, — вежливо ответил Барни. — А на прошлой неделе — в лодке. Своего настоящего дома у меня нет, а снимать жилье дорого.

— Понятно, — проговорил мистер Кинг. — Что ж, это ничего. Лишь бы ты не попал в какую-нибудь неприятную историю. Сегодня ты, наверное, опять пойдешь в беседку — ночь будет тёплая. Только смотри, чтобы тебя там гроза не застала!

— Да, сэр, конечно, — кивнул Барни. Его глаза блеснули, когда он взглянул на мистера Кинга. Что бы сказал учитель, если бы узнал, что он, Барни, собирается сегодня спать в подвале старого дома?

Барни ушел с Мирандой на плече. Дети проводили его до ворот. Чудик составил им компанию. Он всегда радовался, видя, что Миранда уходит.

Диана смотрела вслед Барни, пока он не скрылся из вида. Она очень тревожилась за него.

— Надеюсь, что с ним все будет хорошо.

— Ну, конечно! — сказал Роджер. — С Барни ничего не может случиться. Он, как кот, всегда падает на лапы. Барни сумеет за себя постоять.

Подойдя к большому дому, Барни отпер ключом кухонную дверь и вошел. Он быстро оглядел помещения первого этажа — с утра здесь ничего не изменилось. Тогда он поднялся наверх за подушкой и пледом. В детских комнатах царил все тот же разгром, какой он застал утром: ящики выдвинуты, шкафы нараспашку, все вверх дном.

Барни взял плед, подушку и, зевая, пошел вместе с Мирандой вниз. Он решил лечь и немного вздремнуть прямо сейчас. Зато потом, если начнется шум, он проснется уже отдохнувшим.

Миранду очень удивило, когда она поняла, что Барни собрался спать в темном подвале. Это ей совсем не понравилось. Она что-то гневно забормотала и потянула за плед, как бы говоря:

«Нет-нет, что ты делаешь? Пойдем наверх!» — Нет, Миранда! Мне очень жаль, но спать сегодня мы будем здесь! — твердо сказал Барни. — Ну, где здесь, на твой взгляд, уголок получше?

Все уголки были одинаково грязными и замусоренными. В конце концов Барни решил, что лучше всего будет лечь на деревянной полке, предназначенной для хранения бутылок. Дерево все-таки не такое холодное и твердое, как камень.

Он взобрался на полку, подложил под голову подушку и завернулся в старенький плед. Подвал был сырым и холодным, но ночь выдалась теплая. Барни решил, что под пледом он не замерзнет, к тому же Миранда, хоть и недовольная его решением, прижималась к нему, как горячая грелка.

Барни заснул мгновенно, не замечая, что спит на голых досках. На лицо ему сел паук, но он и этого даже не заметил. Зато паука заметила Миранда. Когда он пробежал по ее шерстистой мордочке, она проворно подняла ручку и поймала его. После этого она тоже заснула.

Барни спал безмятежно. Пол-одиннадцатого, одиннадцать, полдвенадцатого полночь. Только тут Барни проснулся — очень уж жесткой была его постель Одна его рука затекла и болела оттого, что он долго лежал, подложив ее себе под голову. Мальчик перевернулся на другой бок, вспомнил, где он находится, и сел, прислушиваясь. Не доносятся ли какие звуки?

В подвале царила полная тишина — и в этой тишине Барни вновь показалось, что он уловил негромкое журчание, однажды уже слышанное Дианой. Что это — родник, ручей? Шум прекратился, прежде чем Барни успел принять какое-то решение. Звуки были такими слабыми и далекими, что никто не мог бы сказать, откуда они доносятся.

Мальчик включил фонарик и посветил вокруг: ничего достойного внимания, кроме пары блестящих глаз напуганной крысы. Она метнулась в угол и исчезла.

Барни улегся опять. Миранда прильнула к его шее, засунув для тепла ручки ему за пазуху. Барни нравилось чувствовать на себе обезьяньи ручонки. Он ласково погладил Миранду, в ответ она осторожно куснула кожу у него на шее. У нее были забавные привычки.

Вскоре Барни заснул опять. Прошел час, два. Вдруг он снова проснулся.

— Бах! Ба-бах!

Он резко сел — Миранда свалилась с полки. Барни напряженно вслушивался.

— БА-БАХ!

Здесь, под землей, этот грохот казался гораздо более громким. Но источник его не мог быть в подвале! Слишком уж дальним был для этого таинственный звук.

Барни продолжал слушать. Убедившись, что грохот идет не из подвала, он включил фонарик, посветил им во все углы — ничего! Но шум продолжался!

— Трах! Ба-бах!

Потом послышалось гудение, за ним непонятный скрежет, резкий и неприятный. После этого Барни определенно услышал голоса. Но только очень приглушенные — как будто его от них отделяла толстая стена или две.

— Ладно! Самое время произвести небольшую разведку, — сказал Барни Миранде и отбросил в сторону плед.

Он спрыгнул с полки и встал, прислушиваясь. Надо пойти в сторону, откуда доносятся голоса и шум. Они слышатся справа. Он пошел в этом направлении и уткнулся в каменную стену. Казалось, они раздаются из-за стены! Но этого не может быть! Проникнуть за стену невозможно.

Барни провел фонариком по каменной стене справа. Она ничем не отличалась от других подвальных стен. Разве что на ней поблескивали капельки влаги. — Ба-бах!

Этот грохот и впрямь слышался с другой стороны стены. Но тогда, значит, за ней должно быть свободное пространство? Барни опять посветил фонариком. И тут он нашел то, что искал! Нашел только благодаря Миранде — точнее, она нашла это для него.

Глава XXI. БАРНИ В ЛОВУШКЕ

У стены стоял старый ящик. Миранде показалось, что за ним что-то шевельнулось. Паук? Или мотылек? В мгновение ока обезьянка скользнула за ящик. Барни отодвинул его от стены — посмотреть, за кем она охотится.

И тут он увидел железное кольцо. Очень старое и ржавое, оно висело почти у самого пола. Ему пришлось встать на колени, чтобы получше рассмотреть его.

Зачем тут эта железяка, да еще расположенная так низко? Может быть, в давние времена подвал использовался как подземная тюрьма и к кольцу приковывали или привязывали узников?

Барни внимательно посмотрел на него. Потом, положив фонарик, взялся обеими руками за кольцо и потянул. Оно было накрепко вделано в стену и не сдвинулось ни на волосок. Тогда Барни нажал на него — тот же результат. Уже не рассчитывая на успех, он подергал еще, в то время как Миранда сидела рядом, с любопытством наблюдая за его действиями.

И только благодаря чистой случайности мальчик разгадал секрет железного кольца. Оказалось, что его нужно не дергать, а поворачивать. Он повернул его несколько раз, оборот за оборотом, словно ввинчивая шуруп — и тут наконец что-то произошло!

Барни так и не понял, что именно. По-видимому, ввинчивание кольца привело в действие какой-то рычаг. Но вдруг каменная плита рядом с той, к которой было прикреплено кольцо, начала сдвигаться — очень и очень медленно! С негромким скрежетом она выдвигалась по невидимым канавкам внутрь подвала, к Барни. Удивленный, он перестал крутить кольцо, и плита прекратила ползти, высунувшись из толстой стены наполовину. Дрожа от волнения, Барни опять принялся крутить кольцо, и плита вновь зашевелилась.

Теперь она полностью вышла из своей ниши, приоткрыв узкую щель. Барни оценивающе посмотрел на зазор. Он мог бы запросто пролезть через него. И не только он, но и не слишком внушительных габаритов взрослый. Вот для крупного мужчины щель была бы узковата. Барни посветил в нее фонариком, но разглядеть, что там, внутри, было невозможно.

— Ну что, полезем туда? — спросил он Миранду.

Обезьянка, не утруждая себя ответом, ловко шмыгнула в щель. И тут же вернулась, что-то бормоча.

Она не была испугана, поэтому Барни решил, что ничего особенного за сдвинувшимся камнем нет. Он сам пойдет и посмотрит. Источник шума должен быть где-то за этой плитой.

И он протиснулся в щель. По другую сторону стены была кромешная тьма. Барни посветил фонариком, чтобы понять, куда он попал.

Место сказалось весьма необычное. Маленькое, не больше чулана помещение, и потолок такой низкий, что Барни не мог даже выпрямиться в полный рост. По стенам сочилась влага, и в воздухе чувствовалась сырость. Барни удивленно оглядел странную комнатушку. Что же это такое? Насколько он мог рассмотреть, она была совершенно пуста

И тут он услышал знакомый шум. Но здесь удары были такими громкими, что он даже вздрогнул. Они раздавались где-то совсем рядом возле самой каморки. Теперь, казалось, они идут откуда-то из-под земли. Барни посветил фонариком на пол, и у него округлились глаза!

Совсем рядом с ним в полу темнела дыра. Узкая и совершенно круглая шахта уходила куда-то вниз, потому что луч фонарика не смог высветить ее дна. Мальчик увидел старую лестницу из железных скоб, вбитых в стену. Она уходила вниз, в таинственную темноту шахты. И именно оттуда доносились странные звуки.

Когда Барни подошел к краю отверстия. Удары послышались еще громче. Миранда пришла в ужас. Она бросилась к зазору в стене и выскочила в подвал, что-то невнятно тараторя от страха. Барни позвал ее обратно, но прошло немало времени, прежде чем она послушалась. Для этого ему пришлось подойти к щели и ласково уговаривать обезьянку.

Наконец Миранда вернулась, но тут случилось нечто действительно страшное! В первый момент Барни не сразу понял, что происходит. Он все еще продолжал ласкать Миранду, пытаясь успокоить ее, когда негромкий шорох заставил его обернуться, и, к своему ужасу, мальчик увидел, что щель почти закрылась! Должно быть, он нечаянно дотронулся до спрятанного рычага или нажал на какую-то пружину, потому что плита, которая, сдвинувшись, образовала зазор, теперь начала медленно возвращаться на прежнее место. Барни попытался остановить каменную плиту и вновь отодвинуть ее, но она была слишком тяжелой.

Тут уж Барни испугался не на шутку. Его затрясло, на лбу выступил холодный пот. Неужели он оказался заперт в этом ужасном каменном мешке с мокрыми стенами? В отчаянии мальчик принялся ощупывать стены в поисках какого-нибудь железного кольца или рычага, который бы вновь привел в действие потайной механизм, чтобы вернуться в подвал. Ведь если он не найдет его, то так и останется пленником! Должно же быть с этой стороны какое-то устройство, чтобы заставить камень двигаться! А, может быть, нет? Может, подвал и впрямь когда-то был подземной тюрьмой, где держали узников?

Опять из таинственной шахты донесся грохот. Барни, которого теперь уже бросило в жар от панических поисков способа заставить камень двигаться, остановился, прислушиваясь.

Если этот грохот производят люди, тогда через эту шахту должен быть выход, путь к спасению!

Но куда она все-таки ведет? Барни совсем не хотелось по ней спускаться. Она была такая узкая, темная. И железная лестница казалась такой ненадежной.

Барни предпринял еще несколько отчаянных попыток найти секретный механизм, но все напрасно. Тогда он сделал три шага к проему шахты и заглянул вниз. Опять ему почудились человеческие голоса. А может, вовсе даже и не почудились? Если там внизу есть люди, может быть, они помогут ему? Если только то, что они делают, не является тайной или чем-то незаконным. Тогда они вряд ли обрадуются встрече с ним!

А если мистер Кинг тоже там, с ними? Вот будет цирк! Хотя нет, никакой не цирк. В этом случае дело примет далеко не веселый, а очень даже серьезный оборот, серьезнее просто некуда.

И все-таки ничего не оставалось, кроме как попытаться спуститься в эту ужасную шахту. Барни присел и осторожно опустил ногу в черный проем. Он нащупал первую скобу железной лестницы и попробовал перенести на нее свой вес.

Она тут же развалилась на куски! Как же спуститься, если ржавая лестница не выдерживает его? Мальчик нащупал следующую скобу, попробовал нажать на нее ногой — и она тоже сломалась под его весом! В панике Барни вновь начал ощупывать лестницу. Испуганная Миранда что-то тараторила, вцепившись в его плечо.

Барни ощупал края лестницы. Может, там есть хотя бы остатки обломившихся перекладин?

Он обнаружил обломок железной скобы, которая была вбита в стену шахты. Барни решил, что будет надежнее наступать на концы перекладин и тогда, может быть, они выдержат, а вот если наступать на середину, они сломаются обязательно. Очень осторожно он нащупал конец другой перекладины и с опаской наступил на самое ее основание, там, где она была вбита в стену шахты. Скоба выдержала, и Барни вздохнул свободнее. Вскоре он по самую макушку скрылся в шахте, осторожно нащупывая ногами очередную скобу, а руками цепляясь за те, что были у него над головой. Так он лез все ниже и ниже. Куда же ведет этот ход? Пока Барни спускался, опять послышался сильный грохот — Миранда от страха чуть не свалилась с его плеча.

Наконец шахта кончилась. Она была примерно двенадцати футов глубиной. Барни почувствовал, что его ноги коснулись земли. Он отпустил руки и оглянулся. В шахте за его спиной темнел проем, низкий и узкий. Согнувшись, Барни прошел через него.

Теперь он вполне отчетливо слышал голоса: люди переговаривались, окликали друг друга. Вдруг мальчик вздрогнул — вновь послышались гудение и скрежет. Барни замер, пытаясь понять, что это такое. Какая-то машина работает — может быть, лебедка.

Барни опасливо огляделся, не решаясь опять зажечь фонарик, который он выключил, как только его нога ступила на твердую землю. Так он постоял в темноте, прислушиваясь, боясь сделать шаг вперед или назад — а вдруг где-то рядом есть еще одна дыра!

Затем он различил и другой шум — негромкий и нескончаемый: то чуть громче, то чуть тише. Вода!

«Ну конечно, это вода! — сказал себе Барни удивленно. — Но где же она? По звуку, где-то совсем близко».

Он быстро зажег и тут же погасил фонарик. Узкий проход полого уходил вниз от выхода из шахты, и в конце его поблескивала вода!

«Ну и ну! Что же это такое? Подземное озеро?» — подумал Барни.

Заслоняя фонарь ладонями, чтобы свет его не был так заметен, он осторожно двинулся вниз по проходу к воде. Да, обыкновенная вода, темная, поблескивающая и бегущая куда-то!

Бегущая? — Тогда, значит, это какая-то река или скорее ручей, потому что для реки поток слишком узок. Это же ручей Рокингдаун — тот, который показан на карте очень близко от большого дома! Вот, значит, как — не просто близко, но практически под большим домом! Неудивительно, что стена рядам с шахтой была сырой.

Забыв об осторожности. Барни осветил фонариком ручей. Он бежал по каменистому руслу, над ним нависал неровный каменный свод, местами очень низкий. Кроме того, на той стороне, где стоял Барни, был карниз, достаточно широкий, чтобы по нему пройти. На противоположной стороне карниза не было.

Как удивительно! Под домом течет река, а рядом в тоннеле работают какие-то люди, производя странные звуки, которые доносятся из-под земли и слышны в большом доме — пусть приглушенные и далекие, но ведь слышны!

Интересно, эти люди знают, что их могут услышать в доме? Хотя, даже если и знают, их это не волнует: они ведь считают, что в доме никого нет!

Откуда-то снизу слева, по течению ручья, пробивался тусклый свет. Оттуда же слышались голоса и другие звуки. Барни осторожно двинулся по каменному карнизу вдоль ручья, приседая, когда потолок опускался слишком низко. Вынырнув после очередного трудного участка с низким потолком, он увидел, что ручей сворачивает влево. За поворотом свет был ярче — там, наверное, и находились таинственные незнакомцы.

Барни немного приободрился. Если эти люди знают, как сюда попасть, они должны знать и как выйти! И он сможет найти этот выход и выбраться отсюда. Но прежде он должен разобраться, что же здесь делается!

Мальчик дошел до поворота ручья и с замиранием сердца заглянул за угол скалы. То, что он увидел, поразило его. Узкий тоннель, по которому тек ручей, неожиданно расширялся, превращаясь в просторную, с низким сводом, пещеру. В ней работали с лебедкой какие-то люди. Лебедка и была источником гудения и скрежета, который так часто слышал Барни. Еще одна лебедка работала неподалеку, она издавала резкий неприятный звук, многократно усиливающийся тоннелем.

Барни смог разглядеть трех человек. Они перекрикивались, перекрывая шум лебедок. Чем же они занимаются? Если бы ему удалось это выяснить!

Глава XXII. ЕСТЬ ЛИ ПУТЬ К СПАСЕНИЮ?

Барни стоял, прячась за выступающий обломок скалы, и удивленно смотрел на все происходящее. Мимо резво бежал ручей, с журчанием огибая по одной стороне пещеру и вновь прячась в тоннеле.

У двух лебедок суетились люди. Лебедки издавали резкий громкий шум, когда на них наматывался трос. Один из работавших выкрикнул:

— Дайте свет!

Вблизи ручья вспыхнула яркая лампа. Лебедки продолжали работать. Из дальнего угла тоннеля появился еще один мужчина с длинным шестом в руках, похожим на багор. И тут же из тоннеля выплыл большой ящик или контейнер. Он покачивался на волнах быстрого потока, двигаясь против его течения.

Барни смотрел, разинув рот от изумления. Из дальнего тоннеля, в котором исчезал быстрый ручей, мужчины подтягивали с помощью лебедки большой ящик. Барни не мог точно разобрать, что собой представляет этот ящик — и тем более, что в нем лежит.

Всё четверо бросились к ящику и затащили его в пещеру.

— Бах-бабах!

Несколько раз перевернув ящик, незнакомцы наконец установили его на место, и, судя по грохоту, который сопровождал эту операцию, он был очень тяжел. Барни вытянул шею из-за края скалы, чтобы посмотреть, куда поставили ящик. Ему показалось, что он заметил там и другие сложенные штабелями ящики. Должно быть, это какой-то тайник или место сортировки товара. Во всяком случае, одно совершенно ясно: место секретное и используется оно для каких-то сверхсекретных дел.

Лебедки заработали вновь, и из тоннеля, покачиваясь, выплыл и еще один ящик. У Барни мелькнула догадка, что они все каким-то образом связаны, и в тоннеле тянется наподобие конвейера целая связка ящиков. Мужчина с багром в руках исчезал в тоннеле каждый раз, когда должен был появиться новый ящик, ловко направляя его в нужную сторону. Барни сообразил, что там вдоль берега ручья тянется узкий каменный карниз, такой же, как и до пещеры.

— Это все! — крикнул мужчина е багром, когда последний ящик был установлен не место. — На сегодня хватит. Я уже с ног валюсь!

Барни отпрянул назад и прижался к скалистой стене тоннеля, надеясь, что рабочие не подойдут сюда. Так и произошло: погасив яркий свет, они двинулись в противоположную сторону, пробираясь по каменному карнизу дальнего тоннеля, и исчезли в темноте. Только свет их фонариков еще был виден какое-то время, но потом и его не стало. Вся пещера погрузилась в кромешную тьму.

Миранда, сидя на плече Барни, сердито тараторила ему на ухо. Она устала и замерзла. И ей совсем не нравилось это странное приключение.

Барни опять зажёг свой фонарик, радуясь, что так вовремя приобрел его Он направился в пещеру с низким сводом. Она была даже больше, чем показалась ему сначала! Это был настоящий подземный зал, стены которого местами озарял фосфоресцирующий свет. У одной из стен лежали сложенные деревянные ящики всех видов и размеров. На них были надписи, которых Барни не понимал. Что это — названия городов или имена людей? Этого он не знал.

Барни обошел всю пещеру. В дальнем ее конце он обнаружил нечто напоминающее мастерскую или сортировочный склад. Здесь лежали пустые распакованные ящики. Ничто не указывала на их содержимое, кроме штабеля тускло поблескивающих, похожих на свинец брусков. Барни взял один из них в руки.

Он был очень тяжелым. Барни решил, что это скорее всего слиток серебра. Видимо, какие-то серебряные вещи были расплавлены и превращены в бруски.

"Может быть, ворованное серебро переплавляют в такие слитки? — подумал мальчик. — И сюда свозят краденые или контрабандные товары — уж тут-то их наверняка никто не найдет! Никому ведь и в голову не придет искать их под землей.

Барни обошел всю пещеру. И наткнулся на кое-что, очень его обрадовавшее: старый матрас с пледами и подушкой и, что еще более приятно, скалистый выступ со сложенными на нем консервными банками — тушенкой, ветчиной и компотом!

Очевидно, эти люди иногда подкреплялись здесь во время тяжелой и долгой работы, а бывало, что и спали. Что ж, он, Барни, тоже может поспать здесь, если уж так получится, да и перекусить тоже было бы неплохо — почему бы и нет? Если ему не удастся сразу отсюда выбраться, он, по крайней мере, сможет обеспечить себе хоть какие-то удобства, пока не найдет выход. А пока что он попытается разузнать все, что можно.

Барни осмотрел лебедки: очень мощные. Только такие и могут втащить сюда тяжелые ящики против быстрого течения ручья. И неизвестно еще, на какое расстояние их приходится тащить!

На этом Барни решил временно прервать свое обследование пещеры. Он устал, замерз и к продолжению приключений пока что не стремился. Лучше лечь на матрас и вздремнуть. Миранда его разбудит, если услышит чьи-то шаги.

Мальчик лег, и вскоре заснул, рядом прикорнула обезьянка. Часов у Барни не было, поэтому он не знал, сколько времени проспал. Выяснить же, ночь сейчас или день, в вечно темной подземной пещере не удалось бы никому.

Но по ощущению казалось, что должен быть день. Голод заставил мальчика вплотную заняться консервами. Ага, ветчина! Это подойдет. Он сейчас откроет одну — если здесь найдется открывалка! Барни посмотрел на стопку металлических мисок рядом с банками. Здесь же лежали кучей дешевые ложки, вилки, ножи. Среди них оказались и две открывалки.

Вскоре Барни уплетал ветчину и консервированные персики. Пустые банки он спрятал за большим камнем, чтобы мужчины, если вернутся, ничего не заподозрили.

После еды мальчик почувствовал себя гораздо лучше — настолько лучше, что был готов к любым подвигам! Миранда, с наслаждением уничтожившая четыре половинки персика, тоже была готова на все. Она расхаживала по пещере, заглядывала во все углы. Внезапно пещера озарилась ослепительным светом.

Барни, щурясь, вскочил на ноги: он ожидал увидеть возвращающихся людей. Однако никто не появился. Но тогда почему же зажегся свет??

Ах, ну да, конечно! — засмеялся он. — Проделки Миранды!

Обезьянка наткнулась на выключатель и щелкнула им, залив пещеру светом! Она любила играть с выключателями — любыми, которые встречались, из-за чего ей часто попадало. Барни позвал ее.

— Миранда, негодница, прекрати баловаться выключателем! Ну-ка, погаси свет — быстро!

В ответ обезьянка весело и быстро затараторила. Она несколько раз щелкнула выключателем, потом наконец выключила свет, и пещера опять погрузилась в темноту, которую пронзал лишь луч фонарика Барни.

— Миранда, иди сюда, — позвал Барни. — Пора нам отсюда выбираться. Пойдем вниз по ручью. Если эти люди как-то отсюда вышли, выйдем и мы!

Миранда прыгнула ему на плечо и уселась там, держась за его правое ухо. Барни пошел ко входу в дальний тоннель, в котором исчезал ручей, и посветил туда фонариком. Вдоль кромки воды шел очень узкий каменный карниз. Он был гораздо уже, чем тот, по которому Барни пробирался раньше. К тому же местами он полностью скрывался под водой, а значит, приходилось идти вброд по холодной воде.

Тоннель шел не прямо, а изгибаясь, и вместе с ним извивался ручей. Идти вдоль края темной воды по невероятно узкому карнизу было жутковато. В одном месте свод тоннеля стал таким низким, что Барни пришлось ползти на четвереньках. Миранда в ужасе завизжала — она терпеть не могла воду.

Минут через десять такого продвижения Барни вконец выбился из сил. Но нужно было идти дальше. И он пошел и прошел еще минут пятнадцать, когда увидел впереди тусклый проблеск. Что это? Мальчик прибавил шаг насколько возможно, надеясь, что это дневной свет.

Это и вправду был дневной свет, но он проходил сквозь высокие железные ворота! За ними, перекрывая доступ свету, свисали сверху разросшиеся ветви какого-то дерева. Здесь ручей выходил из-под земли на поверхность. Остановившись, Барни уставился на железные ворота. Они были очень старыми, массивными, прочными и сильно заросшими зеленью. Вероятно, их вообще не предполагалось открывать. Возможно, это просто решетка, которая перекрывает выход от низкого свода тоннеля до самого дна ручья, пропуская сквозь свои толстые прутья лишь потоки воды.

Барни не стал даже пытаться дергать или трясти решетку — было совершенно ясно, что никто через нее не выходил — никто бы не смог! Ее, должно быть, поставили много лет назад — чтобы никому не пришло в голову обследовать ручей, таким удивительным образом вытекающий из-под холма, на котором выстроен дом.

Барни все так же стоял, глядя сквозь густую завесу веток, заслонявшую свет. Ежевика, папоротник и какие-то вьющиеся растения карабкались вверх по железным прутьям. Здесь выбраться из этой странной тюрьмы невозможно!

«Но если не здесь вышли те люди, то где же? — подумал Барни. — Значит, я где-то прозевал их выход. Надо возвращаться».

И он пошел назад, спотыкаясь на узком каменном карнизе и внимательно глядя по сторонам — где же он мог не заметить выход из тоннеля, которым воспользовались эти люди?

Вдруг Миранда взволнованно застрекотала. Она что-то увидела! Они уже успели вернуться примерно к середине тоннеля. Барни посветил фонариком вокруг, но сначала ничего не увидел, кроме голых каменных стен тоннеля, потолка и карниза, на котором он стоял.

Миранда вдруг соскочила с его плеча и принялась качаться над водой, ухватившись за что-то в воздухе! Барни посветил на нее фонариком — обезьянка качалась на веревке!

— Ха! Веревка! Откуда ж она спускается? — удивленно проговорил Барни.

Луч его фонарика вырвал из темноты толстую прочную веревку. Она свисала с потолка тоннеля, где в нем было отверстие, перекрытое чем-то, напоминающим широкие доски. Барни задумался. Веревка, свисающая с дощатой крыши в потолке тоннеля!

Значит, там должен быть выход на поверхность — естественный или проделанный человеком. Возможно, в этом месте располагается впадина, и потолок тоннеля подходит очень близко к поверхности. Сначала нашли эту впадину, потом обнаружили внизу ручей, а затем и пещеру.

«Наверное, это отверстие и есть тот самый выход», — решил Барни. Доски убирают, и люди поднимаются на поверхность. Интересно, не отсюда ли попадают вниз эти ящики? Скорее всего, так!

Он ухватился да веревку и, повиснув над водой, поднялся по ней до верха, но сдвинуть доски, закрывающие отверстие, не смог. Что-то тяжелое, видимо, было поставлено на них сверху, чтобы замаскировать. Разочарованный мальчик спрыгнул на карниз.

Теперь Барни понял, как действуют эти люди. Они привозят сюда ночью ящики, убирают доски, закрывающие дыру в потолке тоннеля. Потом сбрасывают ящики в воду и прикрепляют их к тросу, который тянется вверх по ручью к лебедкам. А дальше остается только протащить их против течения, направляя по ходу русла! Ловко придумано — никто в мире не догадается о таком тайнике!

Но разгадка чьего-то хитроумного плана не помогла Барни выбраться. Он остался узником подземной тюрьмы без всяких надежд найти путь к спасению!

Глава ХXIII. НАПРАСНЫЕ ПОИСКИ

На следующий день ребята ломали голову: что же могло случиться с Барни? Он не пришел к завтраку, как обещал. Он не появился даже к началу занятий, а это уже было случаем из ряда вон выходящим и очень настораживало. Барни никогда не пропускал возможности посидеть на их уроках!

— Куда он делся? — недоумевал Роджер. — Надеюсь, он жив-здоров.

Диана встревожилась всерьез. Когда Барни не пришел и к обеду, она уже не могла справиться со своим волнением.

— С ним что-то случилось! Да, я знаю, это так! — твердила она. — Мы все должны пойти в большой дом его искать. Спустимся в подвал и посмотрим: может, что-нибудь и найдем.

Мистера Кинга поведение ребят настораживало, он не мог понять, в чем дело. Их явно что-то тревожило, но они не хотели ничего ему говорить и при его приближении немедленно умолкали.

— Должен сказать, ваше сегодняшнее поведение ставит меня в тупик, — заметил учитель, обращаясь к Диане. — Почему вы не хотите сказать мне, что случилось? Возможно, я бы сумел как-то помочь. А где Барни?

— Он, наверное, скоро придет, — поспешил заверить Роджер.

Меньше всего друзья собирались рассказывать о своих тревогах мистеру Кингу! А что касается странного поведения, так чья бы корова мычала: сам-то он разве не странно себя ведет?

Таким образом, ребята ничего ему не сказали, и он очень рассердился. Позднее позвонила мисс Перчинг и сообщила, что все, слава богу, обошлось и, возможно, скоро она сможет вернуться. Мистер Кинг вздохнул с облегчением. Может быть, когда появится мисс Перчинг, дети кончат выкидывать коленца?

После обеда ребята отправились в большой дом. Чудик был чрезвычайно рад неожиданной прогулке. Он не любил, когда дети оставались в доме, начинали из-за чего-нибудь суетиться, встревоженно разговаривать, спорить, совсем не обращая на него внимания.

Первым делом трое ребят и Чудик отправились в детские спальни на третьем этаже. Правда, сначала они не знали, как им попасть в дом, но потом выяснилось, что Барни не запер кухонную дверь — специально или по забывчивости, это осталось неизвестным. Разгромленные спальни стали ударом для Дианы. Как посмел мистер Кинг устроить такое?

— Пока не торопись приводить их в порядок, Ди, — сказал Роджер. — Сначала обойдем весь дом и осмотрим подвал — на всякий случай. А вдруг Барни заболел или поранился и ему нужна помощь? Ведь очень странно, что он до сих нор не появился.

Они обыскали весь дом — ничего! Потом спустились в кухню и через посудомойню прошли в пристройки. Крышка люка в сарае была откинута.

— Что ж, спускаемся вниз, — сказал Роджер, включив фонарик.

И ребята спустились в подвал, осторожно шагая по крутым каменным ступеням. В темном подвале они принялись звать пропавшего друга.

— Эй, Барни! Где ты? Барни, ты здесь?

В ответ слышалось только жутковатое эхо. Здесь! Здесь! Здесь.

— Его здесь нет, — решил Роджер. — Чудик, ищи, где Барни.

Чудик, не теряя времени, обнюхал все углы. Именно он нашел деревянную полку, на которой спал Барни. Пес остановился перед ней и громко залаял. Ребята поспешили к нему. Они сразу заметили плед и диванную подушку.

— Смотрите! — воскликнул Роджер. — Вот где он спал этой ночью! Но где же он сейчас? И где Миранда?

Дети уселись на перевернутый ящик, обдумывая, что же делать дальше.

Пока они так сидели, Чудик обежал, принюхиваясь, весь подвал, стараясь найти места, где побывал Барии. Он подбежал к углу, где внизу, почти у самого пола, было железное кольцо, и принялся скрести лапами и подвывать, почуяв здесь запах Барни.

Снабби бросился к нему.

— Чудик, что ты нашел? Что там? Роджер, Диана, как вы думаете, что это такое?

Все трое присели на корточки, осматривая кольцо, вделанное в стену. Так же, как это делал Барни, они дергали за него и толкали. Но, к сожалению, никому не пришло в голову повернуть его несколько раз, и друзья не раскрыли тайны выдвигающегося камня. Через некоторое время они оставили свои попытки.

— Дохлый номер, — вздохнул Роджер. — Не стоит тратить время. Наверное, Чудик всего на всего учуял там крыс или еще что-то в этом роде.

И, оставив железное кольцо, ребята поднялись по ступенькам наверх, в сарай. Приятно было снова выйти на свет.

— Барни здесь нет, — печально проговорил Снабби. — Пойдемте отсюда. От этого дома у меня сегодня мурашки по коже бегают. Да-да, так прямо и шныряют.

— Но как же быть с Барни? — спросила Диана. — Как ты думаешь, Роджер, может, нам надо сообщить в полицию о его исчезновении?

— Пока рано, — сказал Роджер. — Может статься, мы заявим, а потом появится Барни — как обычно, с Мирандой на плече и с улыбкой до ушей! Конфуз, да и только!

— Ну ладно, — согласилась Диана. — Тогда не будем. Но если он не появится до завтра, я думаю, мы должны кому-нибудь сообщить. Жалко, что нет мисс Перчинг, А мистеру Кингу мы сказать никак не можем. А больше никого мы здесь не знаем.

Ребята спокойно вышли из кухни, прикрыли дверь за собой и направились через зеленые дебри имения домой.

— Что будем делать дальше? — спросил Роджер.

— Во всяком случае, купаться или кататься на лошадях не пойдем — вдруг Барни придет к чаю, — сказала Диана. — Я хочу быть здесь, если он все-таки появится. Может быть, он узнал что-то важное и расскажет нам.

— Придумал! — вдруг вскочил е места Снабби. — Можно пойти коротким путем к ручью, который я видел, когда следил за мистером Кингом. И потом можно пройти по нему вверх и посмотреть, где он на самом деле протекает. И тогда мы узнаем, правильная эта карта или неправильная.

— Не слишком увлекательное занятие, — пожал плечами Роджер. — Хотя почему бы и нет? Пойдем, Чудик. Оставь в покое эту кроличью нору, ты в нее никогда не пролезешь, для этого ты слишком толстый.

И ребята в сопровождении Чудика направились к ручью. Но сначала они заглянули в коттедж Рокингдаун за картой и со слов миссис Кругликс узнали, что мистер Кинг ушел.

— Он пошел вон туда и тросточку свою прихватил, — сообщила она, махнув рукой в сторону холма. — Сказал, что к чаю вернется.

— Тьфу ты! Это же мы хотели туда идти, — вырвалось у Роджера. Он посмотрел на карту. — Видите, мы пойдем по этой тропе, потом спустимся здесь, обогнем рощицу, потом дальше по склону холма до самого ручья. Это должно быть примерно там, где Снабби видел спрятанную лодку. Мы дойдем до этого места, а после — по ручью вверх и тогда увидим, где он протекает.

Они отправились вместе с Чудиком, чрезвычайно довольным перспективой второй прогулки. Если повезет, он отыщет кроличьи норы такой величины, что сможет в них пролезть! Это было самой сокровенной мечтой Чудика.

Дорога к ручью не заняла у ребят много времени.

— Снабби, где тут была спрятана лодка? — спросил Роджер, стоя у быстро бегущего ручья.

— Видите вон ту группу ив? Вроде бы это там, — сказал Снабби.

И они пошли дальше по болотистым лугам. Чудик благоразумно перескакивал с кочки на кочку, а дети с меньшим благоразумием шлепали напрямик по жидкой грязи. Ноги при этом смешно чавкали: чмок-шпок, чмок-шпок!

— Что-то не очень мне это нравится, — сказала Диана. Она остановилась, осматривая большую ровную лужайку. — Довольно пустынное, дикое место — деревья растут только там, где протекает ручей. Можно легко определить его русло по ивам и ольхе на берегах.

— Смотрите, вот то место, где была спрятана лодка, — проговорил Снабби, когда они подошли поближе к зеленому островку ив, на который он показывал.

Лодки там не было! Маленькая заводь была пуста.

— Куда же она подевалась? — недоумевал Снабби.

— Да просто ее владелец поехал кататься, — засмеялась Диана.

— Но кто ее владелец? — не унимался Снабби. — Посмотрите вокруг — ни дома, ни хижины какой-нибудь поблизости нет!

Снабби был прав — никакого жилья в пределах видимости не было. И действительно, очень странным казалось, что в заводи спрятана лодка, но нет никого на мили вокруг, кто бы мог быть ее владельцем. Хотя в любом случае сейчас этой лодки не было — так над чем же ломать голову?

— Пойдемте по ручью вверх, — предложил Роджер. — Чудик, вперед! Снабби, возьми его на поводок, а то он сейчас свалится в воду. Кажется, он увидел мышь-полевку или еще что-то в этом роде.

Снабби вытащил Чудика из топкой трясины и попробовал идти, подталкивая его перед собой. Пес немедленно бухнулся на спину.

— Ладно, если тебе хочется провести день таким образом — пожалуйста! А я пошел. До свидания! — пригрозил ему Снабби.

И Чудик поспешно побежал за хозяином, забыв о своей мыши. Все четверо двигались вдоль берега ручья, сбегавшего вниз по склону холма. Течение здесь было довольно быстрым. Ручей петлял и изгибался, как и положено небольшому ручью, заставляя при этом детей проходить расстояние вдвое большее, чем нужно.

Ребята прошли до берегу минут пятнадцать, затем более крутой склон преградил им дорогу.

— Если ручей стекает с него, понятно, почему течение такое быстрое, — заметил Роджер.

Но ручей не стекал с холма, а внезапно появлялся из-за завесы зелени. А точнее — выходил откуда-то из-под земли.

— Ух ты, — он вытекает из пещеры! — воскликнул Роджер. — Теперь понятно, почему на карте ручей показан так близко от большого дома — он течет почти что под ним, под землей.

— Ну да, конечно! — взволнованно подхватила Диана. — Вот вам и объяснение: сначала, до этого места, ручей течет под землей. Потом он выскакивает наружу и петляет по болотистым лугам.

Друзья добрались до места, где на склоне холма ручей выходил на поверхность. Железную решетку, закрывающую доступ в тоннель, они разглядеть не могли — ее полностью заслоняли заросли ежевики, папоротника и плюща. Но, просунув сквозь листья плюща руку, Роджер нащупал железный прут.

— Там что-то есть, — воскликнул он и принялся раздвигать ветки. — Да там ворота или какая-то решетка. Чтобы никто туда не совался, наверное. Может быть, это небезопасно.

— Как жалко! — вздохнул Снабби. — Здорово было бы пройти по ручью под землей и посмотреть, откуда он течет. И еще жалко, что Барни здесь сейчас нет — ему бы это тоже понравилось.

Всего за несколько часов до этого Барни стоял лишь в ярде от того места, где стояли, сейчас они — но только по другую сторону решетки! Ребята этого не могли знать и потому, вглядываясь сквозь густую зеленую завесу, видели лишь темноту.

— Ну, значит, эту тайну мы раскрыли, — сказал Роджер, слезая с выступа скалы, куда он вскарабкался, чтобы лучше видеть сквозь побеги плюща. — Теперь пора возвращаться.

— Смотрите, что там такое — узкая заводь? — указала Диана на противоположный берег ручья чуть поодаль от железной решетки. — Давайте посмотрим.

— Вообще-то нам пора домой, — напомнил Роджер, взглянув на часы. — Ну ладно, только взглянем, нет ли там чего интересного. Может быть, и та таинственная лодка там обнаружится?

И она обнаружилась! Ребята прошли между ивами вдоль берега заводи. Внезапно она сделала резкий поворот, и они оказались во впадине, где заводь переходила в пруд. В нем плавали утки и покачивалась лодка, привязанная к дереву! Снабби не сомневался, что эта та самая лодка, потому что у нее не было названия!

В низине стоял деревянный дом. Вокруг него возвышались амбары — старые, с поросшими мхом черепичными крышами. Все это выглядело очень живописно.

— Какая неожиданность! — обрадовано воскликнула Диана. — Настоящий фермерский дом! Здесь и живет хозяин лодки. И никакой тайны в этом нет!

Друзья двинулись к дому. Из амбара вышел какой-то человек. Он увидел ребят, и лицо его привяло крайне недружелюбное выражение.

— А ну, пошли отсюда! — крикнул он. — Слышали, что я сказал? Только туристов вам здесь не хватало. Уходите, а то я на вас собак спущу. — Три-четыре собаки, сидевшие на привязи, подняли оглушительный лай. Чудик затявкал в ответ, но не решился подойти ближе. Так много собак сразу — это уж слишком!

— Хорошо-хорошо! Можете не волноваться, мы уходим, — крикнул возмущенный Роджер.

Ребята довернули назад. Какой противный грубиян! Когда они вернулись по берегу заводи к ручью, здесь их ждал еще один сюрприз.

У железной решетки, пристально вглядываясь в темноту за ней, стоял мистер Кинг!

Глава ХXIV. КТО ЕСТЬ КТО

Мистер Кинг удивился встрече с детьми не меньше, чем они сами. Чудик от неожиданности даже забыл о непримиримой вражде, которая, похоже, возникла между мистером Кингом и детьми, и бросился к нему с приветствиями.

— Вы?! Вот уж кого не ожидал здесь встретить! — подозрительно оглядел учитель своих питомцев.

— Действительно, какое странное совпадение! — вежливо кивнул Роджер.

Что же теперь замышляет этот мистер Кинг? Может, он следил за ними? Зачем он опять что-то высматривает в этом районе? Так уставился на железную решетку в зелени, будто знает о ней какую-то тайну! Может быть, он еще и знает, где сейчас Барни?

— Ну, что же, тогда почему бы нам ни отправиться домой вместе? — предложил мистер Кинг, взглянув на часы. — К чаю мы немного запоздаем, но я не думаю, что миссис Кругликс очень на нас рассердится.

Ребятам не хотелось идти домой с ним, но им ничего не оставалось, кроме как согласиться. И они отправились в обратный путь. Чудик печально плелся в хвосте. Он вдруг, вспомнил, что Снабби не слишком дружественно относится к мистеру Кингу, и теперь жалел, что так радушно его встретил!

— А Барни разве не с вами? — с удивлением спросил мистер Кинг. — Куда это он сегодня пропал? Вы не знаете??

— У него сегодня много разных дел, — поспешил сказать Роджер. — Думаю, он где-то здесь, А вы его не видели, мистер Кинг?

— Надеюсь, вы не поссорились? — спросил учитель.

Это предположение было настолько нелепым, что никто на него даже не отреагировал. Только Снабби возмущенно фыркнул. Как можно поссориться с веселым, добродушным Барни?

К чаю Барни тоже не пришел. Миссис Кругликс сообщила, что он вообще не появлялся. Ребятам пришлось опять пить чай в компании с мистером Кингом. Они встревожились не на шутку. Что же могло приключиться?

Когда подошло время ложиться спать, а Барни так и не пришел, Роджер сказал:

— Подождем до завтрашнего утра и тогда пойдем в полицию.

У Дианы на сердце кошки скребли — она очень привязалась к новому другу. А уж Снабби был как в воду опущенный.

В эту ночь Роджер внезапно проснулся оттого, что он услышал какие-то звуки. Сев на кровати, он с минуту пытался понять, что это было. На что больше всего похоже? Да как будто кто-то закрыл парадную дверь — очень-очень тихо! Может быть, это Барни?

Роджер вскочил в одно мгновение. Не надев ни тапочек, ни халата, он неслышно спустился по лестнице и выбежал через парадную дверь, оставив ее открытой. У ворот он увидел удаляющуюся фигуру. В эту ночь взошла молодая луна, при свете которой Роджер смог разглядеть, кто это — мистер Кинг!

Да-да, мистер Кинг опять вышел на таинственную ночную прогулку. Хорошо, Роджер последует за ним и увидит, куда он направляется. Может быть, учитель даже приведет его к Барни? Роджер допускал, что мистер Кинг способен держать Барни где-то под замком по какой-то своей тайной причине.

Идти босиком по заросшей сорняками тропе — занятие, конечно, малоприятное, в особенности учитывая, что мистер Кинг двигался по землям имения к большому дому. Осторожно, кусая губы и стараясь не замечать колючек и камней под ногами, Роджер следовал за ним.

Мистер Кинг остановился. Из кустов вдруг возникли двое мужчин. Они начали негромко разговаривать с мистером Кингом. Как Роджер ни напрягал слух, он смог разобрать лишь несколько фраз.

— Мы его взяли, с этим все нормально. Но он молчит…

Следующую реплику Роджер не понял.

— Да, это отличное прикрытие! Никому, и в голову не придет.

Незнакомцы опять понизили голос, затем заговорил мистер Кинг:

— Если бы эти дети, которым я даю уроки, знали, чем я на самом деле здесь занимаюсь, они бы упали в обморок.

Роджер замер в кустах, боясь шевельнуться. «Неужели они схватили Барни? О каком таком прикрытии они говорили? Или укрытии? Может, это большой дом? Ладно же, мистер Кинг! Думаете, мы ни о чем не догадываемся? Как бы не так, мы отлично знаем, что вы за птица и на что вы способны», — мрачно думал Роджер.

Трое мужчин еще немного поговорили и пошли к старому дому. Но Роджер уже услышал достаточно. Завтра же он пойдет в полицию, расскажет все, что знаете и попросит найти Барни. И еще попросит арестовать мистера Кинга, этого проходимца! Продолжать слежку мальчику не хотелось. Голые ступни болели и местами кровоточили. Надо возвращаться. Все равно, он уже узнал достаточно, чтобы расстроить коварные планы мистера Кинга, что бы тот ни замышлял!

Роджер вернулся домой и лег в постель, но не затем, чтобы спать. Он перебирал в уме известные ему факты, стараясь понять, чем занимается мистер Кинг, с какой целью он захватил Барни. И ещё множество других вопросов вертелось у него в голове, постепенно превращаясь в сны — самые что ни на есть кошмарные. Проснулся он под утро, встревоженный и измученный

Роджер поделился своими наблюдениями и планами с друзьями.

— Я иду в полицию, — твердо заявил он. — А вы сидите здесь и начинайте занятия с мистером Кингом, как обычно, чтобы он ничего не заподозрил. Скажете, что миссис Кругликс попросила меня по-быстрому сбегать в магазин. Я знаю, ей нужна картошка. Я ее предупрежу.

Таким образом, на занятия с мистером Кингом явились только Снабби и Диана. Ни Барни, ни Роджера не было. Диана сидела бледная и встревоженная. Мистер Кинг поглядывал то на нее, то на обеспокоенного Снабби, Что же все-таки случилось с ребятами, как только уехала мисс Перчинг?

Часов в одиннадцать у парадной двери послышались шаги — шаги двух пар ног! Диана почувствовала, что ее бьет дрожь. Значит, Роджер привел сюда полицейского? Из окна кабинета ей было не видно, кто это.

Дверь отворилась, и вошел Роджер — с невероятно важным видом. За ним следовал крепкого сложения полицейский. Диана ахнула. Мистер Кинг удивленно поднял голову.

— В чем дело? — спросил он. — Роджер, надеюсь, ты не попал в какую-нибудь историю?

— Я — нет, — коротко бросил Роджер.

— Тут вот какое дело, сэр, — начал полицейский, доставая блокнот и перелистывая страницы. — Этот парнишка пришел сегодня утром ко мне и сделал заявление. Как я понял, вроде бы один его приятель пропал два дня назад — по имени Барнабас, фамилию он не знает. И он вроде бы думает, что вам об этом исчезновении что-то известно.

— Абсурд какой, — рассердился мистер Кинг. — Роджер, что ты этим хочешь сказать?

— А то, что нам все известно и о ваших ночных рейдах, и об этих таинственных прогулках, и о вашем обыске в большом доме, — напрямик выпалил Роджер. — Вы ходили в большой дом Рокингдаун и что-то там искали. Вы перевернули все вверх дном в детских спальнях, раскидали вещи по всему дому. Ночью вы встречались с какими-то подозрительными личностями. Вы с ними что-то замышляете. Мы не знаем, что именно, но уверены: вы имеете отношение к исчезновению Барни. Вот почему я пошел сегодня в полицию и сделал заявление.

— Именно так, сэр, — флегматично подтвердил полицейский. — Странная история получается, сэр, и я бы хотел получить какие-то объяснения, уж не обессудьте. В особенности по поводу незаконного проникновения в Рокингдаун-мейнор. Это ведь не пустяк какой-то, сэр, дело серьезное.

Мистер Кинг, хмурясь, выслушал эту речь и сердито взглянул на Роджера. Тот бесстрашно встретил его взгляд. Посмотрим, говорили глаза Роджера, что вы на это скажете, господин обманщик!

Мистер Кинг встал. Вдруг он показался всем выше ростом и как-то значительнее. Он заговорил жестким начальственным тоном:

— Будьте любезны, констебль, взгляните на это!

Он протянул что-то полицейскому. Констебль взглянул, и лицо его мгновенно покраснело. Захлопнув свой блокнот, он поспешно попятился к двери.

— Прошу прощения, сэр. Я понятия не имел, сэр, ни малейшего понятия. Начальство мне ничего не сообщало, сэр.

— Все в порядке, констебль, — сказал мистер Кинг все тем же своим новым жестким голосом. — Мы решили, что будет лучше пока не информировать местные подразделения. Можете идти. Я разберусь с этим сам.

И констебль ушел. Даже его затылок был багровым — заметила Диана. Она была потрясена происшедшим. Что же касается Роджера и Снабби, они ничего не поняли, вконец запутались и только смотрели на мистера Кинга ошалелыми глазами. Он опять сел за стол.

— Сядь, — указал он на стул Роджеру. Мистер Кинг достал пачку сигарет, зажигалку. Никто не проронил ни слова. Мистер Кинг сурово посмотрел на троих ребят.

— Так вы, значит, шпионили за мной? С какой целью, хотелось бы знать? И почему нельзя было просто подойти ко мне и спросить, вместо того чтобы бежать в полицию? Что же именно вам известно?

Сначала никто не решался открыть рот. Друзья понимали, что попали впросак, но, не имея точной информации о своем «учителе», не знали, как себя вести.

— Мистер Кинг, скажите нам, пожалуйста, что вы показали констеблю, — наконец проговорила Диана.

— Я показал ему то, из чего он понял, что по своему служебному положению я значительно выше его, — помолчав, ответил мистер Кинг. — Я занимаюсь здесь важным расследованием, и мне очень жаль, что вы решили, будто я негодяй и мошенник. Уверяю вас, это не так.

Опять воцарилось молчание. Роджер чувствовал, что попал в такое идиотское положение, в какое не попадал еще ни разу за свою жизнь. Выходит, мистер Кинг сам служит в полиции. Кем же? Детективом? Секретным агентом? Об этом Роджер не осмеливался спросить.

— Мне очень жаль, сэр, — с трудом выдавил он. — Я решил пойти в полицию только потому, что очень беспокоился за Барни. Он исчез! И я рассказал им о своих подозрениях. Мне очень жаль.

— Еще бы, — усмехнулся мистер Кинг. — Так что же случилось с Барни? Я не знал, что вы всерьез этим обеспокоены. Послушайте, вы здесь шныряли и разведывали не меньше, чем я сам. Возможно, вы знаете даже больше меня. По-моему, нам лучше прекратить все наши контры и действовать сообща. Хотя, будь я проклят, если хоть что-то знал об этих ваших секретных штучках! Разбойники малолетние, вот вы кто!

«Учитель» улыбнулся, и у ребят отлегло от сердца. У него была хорошая улыбка. Как только они могли подумать, что он жулик! Наоборот, он кто-то очень значительный, невероятно интересный, неожиданно властный и достойный восхищения.

— Какие же мы болваны! — вымолвил Снабби, наконец обретя голос. — Просто суперболваны.

— Потрясающие, — согласился с ним мастер Кинг, широко улыбнувшись. — Хотя, должен признаться, мне пришлось в каком-то смысле прибегнуть к мошенничеству. На самом деле я вовсе не репетитор. Но у меня достаточно знаний, чтобы учить таких трех оболтусов, как вы, хотя не могу сказать, что мне это нравилось. Я взялся за это, потому что мне нужно было — как, возможно, вы уже догадались, — не вызывая подозрений, находиться где-то здесь.

— Да, мы догадались, что вы э-э… мошенник в этом смысле, — покраснев, согласилась Диана. — Если хотите, мистер Кинг, мы расскажем вам все, что знаем, И тогда, может быть, вы поможете нам в поисках Барни.

Ребята выложили ему все без утайки. Мистер Кинг внимательно слушал.

— Что ж, нового для меня в этом немного, — заметил он. — Однако любая мелочь может оказаться полезной. А теперь я вам кое-что расскажу, но вы, пожалуйста, об этом помалкивайте.

Все трое напряженно уставились на него.

— В этом районе процветает контрабанда, — сказал мистер Кинг. — Мы давно это подозревали. Прилетает какой-то таинственный самолет, садится где-то ночью и почти немедленно взлетает опять. Есть еще не менее таинственный катер, который время от времени появляется поблизости отсюда на реке. Мы полагаем, здесь находится перевалочный пункт, где товар прячут на какое-то время, выжидая, когда будет удобно отправить его дальше. Или же его там распределяют на более мелкие партии для продаж и немедленно куда-то увозят неизвестным нам пока способом. Но где находится этот центр и кто является главными действующими лицами в этом деле, мы пока не знаем. Мы взяли одного из мелких исполнителей, но он молчит. У нас была версия, что этим самым перевалочным пунктом является большой дом Рокингдаун. И мы прочесали его, как говорится, вдоль и поперек, но не нашли никаких тому подтверждений. Абсолютно ничего!

— А как же эти звуки — грохот, гудение? — взволнованно спросил Роджер. — Как раз их причину хотел выяснять Барни.

— Да, это весьма интересно, — отозвался мистер Кинг. — И, полагаю, исчезновение Барни стало следствием его интереса к этим звукам! Боюсь, он расплачивается за свое любопытство.

— Какой ужас! — ахнула Диана, бледнея. — Что, по-вашему, с ним случилось? Где он?

— Понятия не имею, — пожал плечами мистер Кинг. — Но мы найдем его, и как можно быстрее. В этом деле так много нестыковок. Ручей Рокингдаун, который течет под землей, мог бы привести нас к разгадке, но нет, он перекрыт совершенно непреодолимой преградой. Придется нам с этим разбираться!

— Хорошо еще, что мисс Перчинг уехала, а то с ней бы удар случился, — неожиданно высказался Снабби.

— Да уж, она бы тут все вверх дном перевернула, — согласился мистер Кинг. — А теперь оставьте меня одного ненадолго. Мне надо кое-что обдумать. Увидимся за обедом, тогда все и обсудим. А пока что — до встречи! Не вешать носы, ясно?

Глава XXV. ТУПИКИ И ЗАГВОЗДКИ

Во время обеда мистер Кинг сообщил ребятам о своих планах.

— Я совершенно уверен, что Барни исчез, потому что сунул свой нос в эти дела с контрабандой, — сказал он. — Мы должны его найти, иначе дело может принять серьезный оборот. Эти люди — негодяи, преступники, которые не остановятся ни перед чем.

Диана была в ужасе. Она смотрела на мистера Кинга широко раскрытыми испуганными глазами.

— Что же вы собираетесь делать? — спросила она.

— Прежде всего обыскать еще раз большой дом сверху донизу — низ особенно, я имею в виду подвал. Мне кажется, вы правы, утверждая, что странные ночные звуки как-то связаны с этим делом. Должно быть, Барни наткнулся на их источник. И теперь он из-за этого исчез. Хотя, должен сказать, я ума не приложу, что это за звуки и откуда они идут. Если не из подвала, то откуда?

— Я должен также выяснить, кому принадлежит та лодка, — продолжал мистер Кинг, — и взглянуть на ферму, о которой вы мне рассказали. Еще я должен тщательно обследовать ту решетку или ворота. По виду, конечно, можно сказать, что никто не открывал их целую вечность, но и это надо проверить. И если уж мы не сможем попасть туда через них, значит, никто не мог этого сделать!

— Мы пойдем с вами и поможем, — сразу предложил Роджер.

Он во все глаза смотрел на мистера Кинга. Удивительно, как они могли считать его негодяем? Теперь он казался им таким замечательным — решительным, смелым. Теперь Роджер гордился знакомством с ним! А ведь всего несколько часов назад он его и презирал, и ненавидел… Как осторожно надо судить о людях!

Весь день прошел в заботах и волнениях, но ощутимых результатов не принес. В большом доме был проведен еще один тщательнейший обыск. Когда ребята вместе с мистером Кингом шли туда, к ним присоединились, появившись, как из-под земли, еще двое — те, кого видел Роджер во время ночной слежки за мистером Кингом. Оказалось, что это его коллеги, выделенные ему в помощь для выполнения задания.

— Познакомьтесь с Джимми и Фредом, — представил их ребятам Мистер Кинг. — Отважные сыщики, гроза преступного мира и мои добрые друзья!

Ребята улыбнулись. Джимми и Фред были крепкими парнями атлетического сложения, но в остальном выглядели вполне обыкновенно. И одежда на них была самая обычная. Разве что взгляд, быстрый и цепкий, выдавал их профессию.

— А это, коллеги, мои подопечные: Роджер, Диана, Снабби и Чудик, — представил друзей мистер Кинг. — Все они тоже гроза, но только репетиторов и гувернанток, особенно, вот этот младшенький — Снабби. С ним надо быть начеку, не то подстроит что-нибудь эдакое из своего обширного репертуара — настоящий сорванец! Если уж на то пошло, Чудик — лучший из всей компании, к тому же самый умный.

Этот шутливый тон дети поняли и оценили. Они рассмеялись. И к ним пришла уверенность, что все будет хорошо, если Джимми, Фред и, главное, мистер Кинг возьмутся за дело — Барни наверняка скоро отыщется!

В подвале большого дома мистер Кинг осмотрел плед и подушку на полке, он также обратил внимание на железное кольцо в стене у самого пола в углу. Но, как и ребята, не придал ему особого значения. Ему тоже не пришло в голову повернуть кольцо несколько раз.

— Ничего нет, — сказал он наконец. — Я думаю, или Барни, оставив подвал, вышел из дома и его там схватили, или же эти люди спустились сюда по какой-то причине и обнаружили его. В любом случае нигде поблизости его нет, иначе бы он закричал и мы бы услышали.

Джимми пошел навести справки о лодке, а Фред отправился осматривать железную решетку, закрывающую вход в подземный тоннель, откуда вытекает ручей. Ребята хотели пойти с ним, но мистер Кинг не позволил — он не хотел, чтобы их шумная компания насторожила преступников. Где они прячутся — неизвестно, но очевидно, что где-то неподалеку.

Вернувшись, Джимми отрапортовал:

— Я побывал на ферме, сэр. Сказал, что хочу купить яиц. Видел там парнишку — он в лодке катался по заводи. Он сказал, что лодка его — её подарил ему дядя на день рождения. Мне показалось, он не врет, сэр. Не думаю, что есть причины сомневаться в его словах.

— Что же, значит, версия таинственной лодки отпадает, — сказал мистер Кинг. — Она принадлежит мальчишке, только и всего. Ага, вот и Фред идет. Может быть, он сообщит нам что-то более интересное.

Надежды оказались напрасными. Фред сходил к железной решетке, много потрудился над ее расчисткой от зарослей, выдрал с корнем огромную плеть плюща, но все безрезультатно.

— Этим путем никто не проходил, сэр, — сообщил он. — Это невозможно. Если только взорвать решетку динамитом. Она намертво вделана в грунт, и сами прутья в руку толщиной. Не думаю, что ручей как-то связан с этим делом.

Мистер Кинг нахмурился, поскреб рукой подбородок.

— Да, загвоздка получается. Мы знаем, что таинственный самолет приземляется где-то в этом районе — возможно, на ровной сухой площадке в центре его. Мы знаем, что неизвестный катер маячит в месте впадения этого ручья в реку. Мы подозреваем, что здесь производятся крупномасштабные операции с контрабандой, и тем не менее не можем понять, куда направляется товар, где он хранится и как распределяется для реализации. И в довершение всего бесследно исчезает мальчик — вместе со своей обезьянкой, — и мы не имеем ни малейшего представления, куда!

— Как вы думаете, эти люди с фермы знают что-то об этом деле? — спросил Роджер.

— Насколько нам известно — нет, — ответил мистер Кинг. — Владелец фермы — старик, живет здесь уже много лет, зовут его Доус. До него ферма принадлежала его отцу, вся их семья пользуется хорошей репутацией. Мы навели об этом Доусе справки и устроили на ферме проверку. Послали к нему нашего человека под видом санитарного инспектора. Старик Доус сам провел его по всей ферме, показал каждый уголок, каждую щель и был очень возмущен тем, что кто-то заподозрил его в нарушении правил.

— Похоже, мы зашли в тупик, — сказал Роджер. — Не знаю, за что еще можно ухватиться.

— А я все думаю, куда же исчез Барни, — вздохнула Диана. — У меня он из головы не выходит. Что он сейчас делает? Наверняка ему сейчас страшно и тоскливо.

— Барни никогда не бывает страшно, — убежденно заявил Снабби. — Он не из робкого десятка. Он и глазом не моргнет, когда другие трясутся от страха.

И, несмотря на это, Барни в тот момент чувствовал себя не слишком уверенно. Ему было совсем не весело! Весь день накануне он обследовал пещеру, пытаясь найти выход, но безуспешно.

Как мы знаем, он добрался до железной решетки и понял, что это тупик. Он обнаружил веревку, свисающую из отверстия в каменном потолке тоннеля, и тоже отверг ее как возможный путь к спасению. Единственное, что еще ему оставалось, это обследовать тоннель выше пещеры и посмотреть, откуда вытекает ручей. Может быть, он попадает в тоннель в таком месте, где можно выбраться? Хотя, конечно, не исключено, что он и зарождается под землей из какого-нибудь родника и выходит на поверхность только там, где установлена железная решетка. Да, это кажется более вероятным.

— И все же, Миранда, мы не будем сдаваться, пока есть хоть какая-то надежда! — сказал Барни своей любимице. — Вперед, вверх по ручью! Но сначала, может, откроем еще по баночке ветчины и компота?

Подкрепившись ветчиной и грушами в сиропе, мальчик и обезьянка отправились в путь — на этот раз вверх по ручью, а не вниз. Вот и узкий проход, по которому Барни вышел в тоннель, спустившись в шахту накануне ночью. Пройдя мимо него, Барни двинулся дальше по узкому каменному карнизу. В одном месте карниз обрывался, и ему пришлось перепрыгивать через провал, рискуя, свалиться в воду и вымокнуть до нитки.

Он шел уже около четверти часа, освещая путь фонариком, прежде чем сделать шаг. Местами карниз был мокрым и скользким, и приходилось осторожно переступать маленькими шажками. Иногда потолок внезапно опускался настолько, что мальчик, не заметив этого вовремя, ударялся об него головой.

И наконец он опять уткнулся в тупик — дальше пути не было. Свод тоннеля спускался до самой воды, и просвета не оставалось — только струи быстрого потока пробивались меж камней, окружавших его со всех сторон, словно в большой трубе.

Вот и все, приехали! Дальше дороги нет. Разве только нырнуть и попробовать проплыть под водой… в отчаянии подумал Барни… Но это слишком опасно! Он даже не знает, как далеко тянется эта труба и когда она переходит опять в тоннель с карнизом и потолком над головой. Пришлось бы задержать дыхание и плыть неизвестно сколько. Так и захлебнуться недолго. А уж Миранда! Она вообще в воду не полезет! А если полезет, ее вмиг унесет течением.

Ничего не оставалось, как только вернуться тем же путем, каким пришел. Барни был очень разочарован. Дойдя до узкого наклонного прохода, ведущего из тоннеля в шахту, он свернул в него. Может, подняться по обломкам лестницы в тесную каморку наверху и еще раз попробовать сдвинуть этот таинственный камень?

И Барни с Мирандой на плече вскарабкался по темной шахте до верха, пробрался в крошечную комнатку. Но, как ни старался, он не смог заставить этот камень сдвинуться с места! Он не знал секрета каменной плиты, не знал даже, можно ли вообще сдвинуть ее с этой стороны. Вполне вероятно, что нет. Бедняга Барни, он уже просто не представлял, что делать дальше…

Глава XXVI. К ЧЕМУ ПРИВОДИТ ЖАДНОСТЬ

В тот день никто не пришел в подземный тоннель, и Барни оставался там с одной лишь Мирандой. Ему это вовсе не нравилось, и уже раз сто он пожалел, что у него нет часов, потому что даже не представлял, сколько времени — двенадцать дня или шесть вечера! На самом деле тогда было около половины шестого вечера. На поверхности все еще ярко светило солнце А внизу, в пещере, царила кромешная тьма, если только Барни не зажигал свой фонарик.

Но долго держать его зажженным было нельзя — могли сесть батарейки. Он знал, как включить верхнюю лампу, заливавшую пещеру ослепительным светом, но опасался это делать, потому что неожиданно могли вернуться те люди — контрабандисты. Тогда бы они сразу поняли, что в пещере непрошеный гость, и устроили бы на него охоту, а Барни вовсе не хотелось им попасться.

— Мне ведь что нужно — найти способ выбраться отсюда, потом рассказать ребятам о том, что я узнал, — объяснял Барни Миранде. — И тогда мы, наверное, пойдём в полицию. То-то там удивятся!

Неразлучные друзья еще раз поели, Миранде на этот раз перепали кусочки ананаса из банки, и она расправлялась с ними с невероятной жадностью. Не отставал от нее и Барни, они оба обожали ананасы. После этого они вдвоем разлеглись на матрасе.

— Как все это скучно и противно, — вздохнул Барни. — О боже, ты все еще жуешь ананас? Смотри, лопнешь от жадности! Миранда, так что же нам делать? Вот ты можешь что-нибудь придумать?

Миранда затараторила, обсасывая кусочек ананаса. Она уже привыкла к этому странному новому жилью. Пока у нее есть Барии, а также персики, груши и ананасы в банках, она готова оставаться здесь сколь угодно долго.

— Здесь даже почитать нечего — скукотища! — сетовал Барни, взбивая кулаком подушку. — Это просто ужас. Одно только утешает, Миранда: тратиться не надо, все тебе бесплатно — и постель, и кормежка. У меня ведь совсем мало денег осталось, ты знаешь. Скоро придется нам и тобой искать работу.

Миранда была не против. «Работа» ей нравилась, особенно когда для этого ее одевали в нарядный костюмчик и зрители в цирке или на ярмарке хлопали ей и кричали: «Браво!» Это было здорово.

Около восьми вечера Барни заснул. Он проспал часов пять, потом его разбудила Миранда. Она дергала его за ухо и взволнованно стрекотала.

Мальчик сел, еще не понимая, где находится, нащупал вслепую фонарик и включил его. Ах, он же в пещере — самый настоящий узник. Барни огляделся, пытаясь понять, еще ночь или уже утро. Как странно, когда этого не знаешь.

— Миранда, перестань тянуть меня за ухо. Что случилось? — спросил он.

Миранда предупреждала его о чем-то. Вдруг он понял, о чем, когда услышал тяжелые удары, доносящиеся из тоннеля. Барни вскочил на ноги.

Те же люди опять приступили к работе. Значит, сейчас должно быть около полуночи. Вторую ночь он проводит здесь! Судя по звукам, они сгружают ящики в тоннель. Скоро кто-то из них придет к лебедкам.

Барни понял, что ему нужно спрятаться. Он решил забраться за ящики и следить оттуда за контрабандистами. К тому же так можно будет услышать, о чем они говорят. Посадив Миранду на плечо, он направился к стене пещеры, где были сложены большие деревянные ящики — и пустые, и полные. Он нашел для себя местечко в пустом ящике. Сквозь его щели можно было даже подсматривать, что происходит.

Вскоре в глубине тоннеля появились огни. Они приближались. Это были фонарики идущих по тоннелю людей. Раздались голоса. На этот раз людей было пятеро. Двое явно были иностранцами — они разговаривали с незнакомым акцентом. Барни с трудом разбирал их речь.

Из беседы незнакомцев он понял, что в эту ночь прибыла новая партия товара, ящики доставили на самолете куда-то недалеко отсюда. Каким-то образом их перевезли к тоннелю и теперь должны подтянуть вверх по ручью с помощью тросов и мощных лебедок.

И тут Барни понял то, о чем прежде не догадывался. Ящики не просто тащили по воде, но прежде, видимо, ставили на узкие, устойчивые и очень прочные деревянные плотики. Именно этими плотиками управлял человек с багром. Ящики были тяжелыми, но течение быстрым, и их болтало из стороны в сторону, когда они двигались против потока.

Затаив дыхание, Барни следил за происходящим сквозь щель ящика. Рабочие, перекрикиваясь друг с другом, запустили лебедки, которые гудели и скрипели, и стали подтягивать ящики, как только они появлялись на покачивающихся плотах. Ящиков было шесть.

Вскоре их установили штабелем рядом с другими. Потом один из контрабандистов, судя по всему, главный, отдал приказ. Двое рабочих вручную сняли со штабеля большой ящик и открыли его.

Он был набит кипами материи — по виду шелковой. Барни попытался рассмотреть ее получше, но не смог. Затем открыли еще один ящик, и Барни увидел в нем тускло поблескивающие пистолеты. Из третьего ящика были извлечены серые слитки, которые Барни уже видел раньше. Теперь они кучей лежали на полу пещеры.

Из четвертого ящика вынули небольшие коробки и нечто напоминающее полотняные мешочки и пластиковые пакеты. В них был поспешно упакован товар. Барни понял — зачем: теперь их потихоньку будут сбывать небольшими партиями в разных местах. Затем упакованный товар погрузили на один из плотиков, и человек с багром направил его вниз по ручью. Вскоре груз исчез из вида.

Точно так же отправили ж плавание еще один плотик, за ним еще и еще. После этого контрабандисты решили перекусить. Барни очень боялся, что они обнаружат пропажу нескольких консервных банок, но, к счастью, этого не случилось. Они открыли банку курятины, банку говядины и три банки с компотом. Потом нашли несколько бутылок, откупорили их и принялись за еду, запивая прямо из горлышка.

Наевшись, они закурили и принялись беседовать. Трудно было разобрать, о чем они говорят. До Барни время от времени долетали лишь отдельные слова. Насколько он мог понять, они болтали о лошадях и машинах, о еде и развлечениях.

Миранда, зорко следившая за ними, заметила, что один из мужчин выбросил пустую банку от персиков. К ужасу Барни, она спрыгнула с его плеча, выбралась из ящика и прыжками бросилась за ней. Тараторя от удовольствия, она схватила ее — там оставалось еще немного сиропа.

Мужчина обернулся — и увидел обезьянку! Его челюсть отвисла от изумления. Он протер глаза и посмотрел опять: Миранда преспокойно вылизывала банку изнутри.

— Эй, Джо! — окликнул он соседа. — Гляди-ка!

Джо обернулся и разинул рот. Он быстро встал.

— Смотрите, парни — обезьяна! Откуда она здесь взялась?

Все контрабандисты столпились вокруг Миранды. Она невозмутимо поглядывала на них. Один тихонько погладил ее. В мгновение ока Миранда взлетела к нему на плечо и дернула за волосы.

Все захохотали. Мужчины стояли вокруг обезьянки, поддразнивая ее, лаская и даже угощая персиками из новой, специально открытой для нее банки…

Но как она сюда попала, никак в толк не возьму? — разводил руками Джо. — Мы ее раньше здесь никогда не видели. Откуда она взялась? Не могла же она все время здесь жить?

— Ясно, не могла. Ты что, сдурел, Джо? — хохотнул крупный мужчина со шрамом через всю щеку. — Меня больше интересует — может она пришла не одна, а с кем-то?

Теперь настал очередь Джо смеяться

— Ну, ты даешь! Да как бы этот «кто-то» сюда попал? Здесь только один вход, и он наш. И никто о нем, кроме нас, не знает.

— А как тогда обезьяна сюда попала? — не сдавался человек со шрамом.

— Ха, обезьяна! Да обезьяна где хочешь пролезет — они ужасно ловкие, — парировал Джо.

— Ты только погляди на эту — ест персик совсем как человек, держит в руках, и все такое!

Барни следил за Мирандой со страхом и досадой. Вот жадина! Она может выдать своего хозяина, сама того не желая!

Обезьяна сидела, поедая персик и постепенно насыщаясь. Через некоторое время она с сожалением поняла, что не сможет съесть еще одну протянутую ей кем-то половинку вкусного фрукта.

Тут она вспомнила о Барни. Надо отдать персик ему — он ведь тоже любит персики. Миранда прыжками выбралась из круга восхищенно хохочущих людей и направилась прямиком к ящику, в котором притаился Барни! Радостно тараторя, она исчезла в нем.

— У нее там гнездо, что ли? — ухмыльнулся Джо и пошел посмотреть, освещая себе путь фонариком.

— ЭЙ, ВЫ ТОЛЬКО ПОСМОТРИТЕ! — раздался через секунду его удивленный крик.

Контрабандисты подбежали к своему приятелю. И увидели Барни, скорчившегося в пустом ящике, и Миранду, которая старалась засунуть ему в рот половинку персика!

Мальчика грубо вытащили из ящика.

— Ты что здесь делаешь? Как сюда попал? А ну, выкладывай нам все как есть, а то хуже будет!

Барни оглядел лица разъяренных мужчин. Все пропало! Эта глупая обжора Миранда из-за своей жадности выдала его… Джо схватил Барни за шиворот и так тряхнул, что мальчик едва удержался на ногах.

— Говори, как сюда попал, — сквозь зубы процедил Джо. — Ну, быстро!

— Хорошо, я вам скажу, — ответил Барни. — Отпустите меня, я вам ничего плохого не сделал. Я просто полез из любопытства. Пойдемте, я вам покажу, как я сюда прошел.

Глава XXVII. МИРАНДА ИСКУПАЕТ СВОЮ ВИНУ

Барни провел мужчин по тоннелю, потом по узкому проходу к шахте

— Я спустился здесь, — сказал он.

— Ну, про эту старую шахту нам известно, — подал голос человек со шрамом. — Она ведет к тесной каменной комнатенке, только и всего.

— Да, но там есть сдвигающийся камень в стене, он открывает проход в подвал большого дома Рокингдаун, — объяснил Барни. — Я, когда был в подвале, случайно заставил камень сдвинуться. Из любопытства я пролез в щель. А потом камень опять встал на место, и я уже не смог вернуться. Поэтому я спустился по шахте и вышел в тоннель. И спрятался здесь. Это все.

— Кто-нибудь что-то знает об этом сдвигающемся камне? — спросил человек со шрамом, резко повернувшись к остальным.

Те покачали головами.

— Я поднимусь с тобой, — сказал он и полез вверх в шахту. Джо подтолкнул Барни, чтобы он тоже поднимался.

— Давай, лезь. Покажешь ему этот свой необыкновенный камень!

И Барии показал человеку со шрамом камень, который сдвигался. Он внимательно осмотрел его, потом проверил фонариком всю стену, после чего крикнул Джо, чтобы тот тоже поднялся.

— Джо, видишь этот камень? Он срабатывает от рычага. Поищи-ка незаметную канавку в стене и скобу или еще какой-нибудь выступ. Раскурочь этот механизм. Не хватало нам, чтобы кто-то еще нашел этот потайной ход!

— Так вот в чем смысл этой таинственной комнатенки, — сказал Джо, локтем отодвигая Барни в сторону. — Ей, видно, лет двести, как и большому дому. Удобный способ избавляться от врагов!

— Очень удобный, — произнес человек со шрамом сухим тоном, который совсем не понравился Барии. — Спускайся вниз, парень, и мы решим, как избавиться от тебя. Бог мой, эта обезьяна все еще сидит у тебя на плече!

В пещере человек со шрамом с пристрастием допросил Барни. Когда он узнал, что мальчик, в сущности, бродяга, кочующий с ярмарки на ярмарку то с одним цирком, то с другим, и что он спал в большом доме только потому, что у него не было крыши над головой, его лицо чуть просветлело.

— Понятно. Потом ты услышал грохот и пошел вниз посмотреть, в чем дело, так? И раскрыл секрет сдвигающегося камня. Что ж, парень, похоже, ты нам годишься. Мы тебя научим нашему ремеслу. Контрабанда — не самое плохое занятие. Хочешь работать с нами?

— Нет, — ответил Барни.

Этого ему говорить не следовало. Человек со шрамом такого не ожидал. Он зло зыркнул на Барни и больно схватил его за ухо.

— Ах, так? Ладно! Если ты такой чистоплюй, мы тебя уговаривать не станем. Но ты об этом пожалеешь. Мы будем держать тебя здесь, пока не сможем вывести на поверхность. А потом мы тебя переправим на самолете за границу и там каким-нибудь образом избавимся от тебя. Продадим кому-нибудь в работники.

— А пока что пусть поработает на нас, — предложил Джо. — Здесь дел всегда хватает. Только теперь он будет вкалывать даром, раз он такой дурак, вместо того чтобы получать за это хорошие денежки.

Барни почувствовал, как упало сердце и холодок пробежал по спине. Сколько они продержат его здесь, под землей, заставляя работать на себя? Уж, конечно, они не разрешат ему подниматься вместе с ними на поверхность. Он будет все время здесь, в темноте, наедине с журчащим ручьем.

— Сколько вы меня продержите здесь? — спросил мальчик по возможности твердо.

— Может, четыре недели, а может, четыре месяца. А может, и четыре года, — ответил человек со шрамом, наслаждаясь его испугом. — Зависит от того, как пойдет работа. Ты скоро полюбишь это место, как родной дом!

Барни такой уверенности не испытывал. Он больше ничего не сказал. Его пугали эти грубые, хмурые люди, он боялся, что они будут бить его и издеваться. Он не собирался учиться их преступному ремеслу, но прекрасно понимал, что ему придется выполнять для них грязную работу, иначе ему и впрямь плохо придется. И прохлаждаться ему не дадут.

И действительно, в эту же ночь ему пришлось трудиться, не покладая рук! Барни помогал направлять плотики с ящиками, идущие вверх по течению, вместе со всеми перетаскивал ящики к стене и складывал их там, открывая и распаковывая те из них, которые предназначались для немедленной сортировки. Он ничего не говорил, просто делал то, что ему приказывали, но тянул волынку, как только мог.

Мозг его при этом напряженно работал. Как же отсюда сбежать? Должен же быть какой-то выход. Если бы хоть передать ребятам записку! Они, наверное, уже волнуются. Наверняка отправились на поиски в подвал и нашли только плед и подушку, больше ничего, что подсказало бы им, где он! Они не могут рассказать об этом мисс Перчинг и уж, конечно, ничего не скажут мистеру Кингу!

Барни несколько удивился, не встретив мистера Кинга среди тех, кто спустился в пещеру в ту ночь. Может быть, он руководит с поверхности? Если бы он пришел, Барни непременно высказал бы ему все, что о нем думал, пусть даже его бы за это прибили. Какой мошенник, какой притворщик, какой негодяй! Барни еще долго перебирая в уме всяческие обличительные слова в адрес мистера Кинга. Откуда ему было знать, что у его друзей мнение о мистере Кинге теперь было абсолютно другое!

Контрабандисты проработали несколько часов и затем ушли, оставив, разумеется, Барни под землей.

— Завтра ночью вернемся, — бросил напоследок Джо. — И тебе опять придется попотеть, так что днем отсыпайся!

— Я здесь даже не знаю, когда день, когда ночь, — обиженно проговорил Барни. — Все время темно, как в преисподней.

Барни провел в темноте ужасный день, лишь время от времени зажигая для разнообразия мощные лампы, несмотря на строжайший запрет делать это. Не не сидеть же все время в полной темноте! Его фонарик уже начал садиться, надо было его поберечь.

Всю вторую половину дня Барни проспал, хоть и не знал, какая идет часть суток. Около пяти вечера он проснулся и перекусил вместе с Мирандой. Он уже простил обезьянку за то, что она его выдала, и теперь радовался, что она с ним — развлекает его уморительными ужимками и что-то лопочет на ухо.

Затем Барни снова заснул, и когда проснулся, то почувствовал, что вполне выспался. «Интересно, сейчас ночь или день», — подумал он. Наверное, утро, раз у него такое ощущение бодрости. Он бы удивился, узнав, что день еще только клонился к вечеру!

И Барни начал думать о том, как ему отсюда выбраться. Потому что должен быть какой-то выход. Он посмотрел на Миранду. Найдя огрызок карандаша, принадлежавший кому-то из преступной компании, она черкала им на обрывках бумаги из пустого ящика. Потом продемонстрировала эти каракули Барни, явно гордясь своим творением. Барни сделал вид, что читает:

— «Пожалуйста, спасите нас. Мы в подземном тоннеле». Умница, Миранда! Молодец! И почерк очень красивый.

Он хотел передать обезьянке обрывок бумаги, когда вдруг у него родилась идея. Миранда была приучена относить людям записки. А что, если… А что, если передать с ней весточку ребятам? Она ведь очень маленькая зверюшка. Если поймет, что должна отнести записку, сможет она сама найти какой-нибудь выход из тоннеля, какую-нибудь дыру или щель, через которую сумеет протиснуться?

Барни давно научил Миранду фокусу с передачей записок. Сделал он это так, как делают все хорошие дрессировщики — уговорами и кусочками лакомства в награду. Много раз он ласкал и поглаживал ее, называя имя человека, которому она должна была отнести записку. А когда она находила адресата, то всегда получала от него хорошее вознаграждение.

Сможет она найти Снабби и передать ему записку? Сможет она где-нибудь пролезть? Стоит попробовать, даже если шансы на удачу невелики.

У Барни была в кармане записная книжка. Он достал ее, одолжил у Миранды карандаш, с которым она играла, и принялся сочинять послание.

Он вкратце описал, что с ним случилось, и где он находится сейчас. «Не знаю, как вы сможете меня спасти. Не знаю даже, как вам найти место, где спускаются сюда по веревке эти люди. Единственное, что можно сказать точно, — там должна быть какая-то впадина или лощина, то есть такое место, где тоннель подходит очень близко к поверхности. Сделайте все, что сможете».

Закончив писать, мальчик сложил листок несколько раз, достал из кармана тонкий шнурок и аккуратно обвязал записку, потом нащупал на шее Миранды в густой шерсти ошейник и накрепко привязал к нему послание.

— Снабби, — произнес он несколько раз, поглаживая обезьянку. — Отнеси это Снабби. Ты ведь знаешь Снабби, правда? Снабби — мой друг, он так тебя любит. Отнеси это Снабби. Иди, ищи Снабби, Миранда! Снабби!

Миранда слушала, похлопывая руку Барни своей маленькой коричневой ладошкой. Она прекрасно поняла, чего от нее хотят. Ей нужно отнести письмо, которое Барни привязал ей на шею, его другу Снабби, веселому рыжему мальчишке с вредной собакой.

Обезьянка спрыгнула с плеча мальчика на каменный пол и поскакала к тоннелю. Барни следил за ней. Куда это она направилась? Она что — знает выход? Он не мог в это поверить, она же не отлучалась от него ни на минуту!

Миранда отправилась вверх по тоннелю, а не вниз — это удивило Барни. Там же нет выхода! Но минут через двадцать она вернулась. Записка по-прежнему висела у нее на шее. Обезьянка поднималась по шахте в тесную комнатку наверху, помня, что именно этим путем они пришли сюда. Но, конечно, теперь выйти она не смогла, поэтому, повертевшись там несколько минут, Миранда вернулась.

Барни опять приласкал ее. — Иди, Миранда, разыщи Снабби, — повторял он приказание. — Ты сможешь найти выход, если попробуешь. Найди Снабби, Миранда. Это очень-очень важно!

Миранда опять убежала. И на этот раз она не вернулась. «Неужели нашла выход, — думал Барни. — И если так, то где он?» Барни был уверен, что, если где-то есть какая-нибудь дыра или щель, через которую можно пролезть, Миранда обязательно найдет ее.

А Миранда вспомнила еще одно место, где она побывала вместе с Барни — железную решетку. Она почувствовала тогда, что по другую ее сторону — день и светит солнце. Снабби должен быть где-то там, и ей нужно найти его.

Обезьянка прибежала к решетке. Теперь сквозь нее проникало больше света, потому что Фред оборвал большую часть свисающей зелени и отодрал плющ, густо увивающий железные прутья. Миранда легко взобралась на самый верх решетки.

Прутья располагались очень тесно — слишком тесно даже для Миранды. Она старалась как могла, чуть не застряла и, испугавшись, с такой силой рванулась, что до крови ободрала себе заднюю лапку.

Миранда уселась, зализывая ранку и успокаивающе лопоча сама себе. Затем, устав от своих усилий, свернулась в уголке и заснула. Проспав часа два-три, обезьянка проснулась, потянулась и тут ощутила записку у себя на шее. Ах да — она же должна отнести это Снабби. Так сказал Барни.

Миранда задумчиво посмотрела на железные прутья решетки. Теперь, когда они сначала зажали ее, а потом оцарапали ногу, они внушали ей некоторый страх. Обезьянка сердито пробормотала что-то в адрес решетки, после чего вспрыгнула на нее еще раз. Теперь она обследовала решетку по-настоящему тщательно, сверху донизу, выискивая, где можно выбраться. И в самом низу обезьянка обнаружила одно место, где железный прут отломался у поверхности воды. Протискиваясь, Миранда вся вспотела, щели хватило в обрез, но она смогла это сделать! Теперь она была по другую сторону ворот. Она должна пойти и отыскать Снабби. Но в какую сторону идти?

Глава XXVIII. НОЧЬ СЮРПРИЗОВ

В эту ночь Диана, Роджер и Снабби отправились спать как в воду опущенные. Даже мистер Кинг признался, что понятия не имеет, в каком направлении действовать. Барни, и правда, словно растворился в воздухе, и, казалось, больше ничего нельзя предпринять ни чтобы найти его, ни чтобы раскрыть тайну.

— Мне не хочется ложиться спать, — сказала Диана. — Я все равно не усну.

— Еще как уснешь, — твердо произнес мистер Кинг. — Ну-ка, быстро по своим спальням! Уже десять часов: представляю, что бы сказала мисс Перчинг, если бы узнала, как поздно я разрешаю вам засиживаться!

И все трое ушли, ворча себе под нос. Чудик бросился вперед — поспать он всегда был не против. Влетев в спальню мистера Кинга, он завладел его шлепанцами и, недолго думая, скинул их с лестницы вниз. Потом он зарычал и облаял все половички, сбил их в кучу на ступеньках, где мистер Кинг обязательно споткнулся бы на них, и оставил их там. После этого он стрелой опять взлетел верх по лестнице, словно за ним по пятам гнался тигр, и в последнем отчаянном прыжке приземлился на кровать Снабби.

— Чудик, опять чудишь? — осуждающе покачал головой Снабби, снимая носки. — Ненормальный, чокнутый, полоумный пес!

— Гав! — радостно отозвался Чудик и кинулся на Снабби с намерением облизать его с ног до головы.

Диана все-таки заснула, и довольно быстро, несмотря на свою уверенность в обратном. То же произошло и с Роджером. Сморило и Снабби: приснился удивительный сон про Барни и Миранду.

Через некоторое время его разбудил Чудик. Снабби сел в кровати, ощупывая все вокруг в поисках фонарика. Куда же он подевался? Сквозь ветки деревьев в комнату заглядывала луна, и он постарался обойтись ее тусклым светом. Чудик прыгал у окна и грозно рычал. Затем он вскарабкался на подоконник, не переставая метаться и скалить зубы на что-то за окном.

— Что там. Чудик? — удивленно спросил Снабби.

Может, это грабитель пытается влезть в его спальню? Нет, такого не может бить! Какой грабитель отважится на это, видя такую свирепую собаку!

Тут что-то небольшое, темное метнулось в окно, вскочило на висящую на стене картину, потом перелетело на карниз оконных занавесок.

— Миранда! Миранда, это ты? — вскрикнул Снабби, узнав обезьянку, когда она в прыжке пересекла лунную дорожку. — Где Барни, Миранда?

Чудик теперь уже лаял на весь дом, вне себя от злости. Подумать только, эта обезьяна дошла в своем нахальстве до того, что ночью запрыгнула через окно в спальню его хозяина, да еще когда он, Чудик, охранял его! Снабби швырнул в него книжкой.

— Заткнись, болван! Ты всех перебудишь. Заткнись, я сказал!

Чудик наконец угомонился и, терзаемый ревностью, вскочил на кровать. Миранда в это время сидела на ее задней спинке. Снабби выскочил из кровати и зажег свет. Почти в тот же самый момент Диана и Роджер, разбуженные шумом, тоже зажгли свет в своих комнатах. В дверях появился сонный Роджер.

— Что это стряслось с Чудиком? Он что, взбесился?

— Нет! Смотри, Миранда вернулась! — воскликнул Снабби.

Услышав, что о ней говорят, обезьянка прыгнула ему на плечо, обняла за шею. Снабби поднял руку чтобы погладить ее, и сразу обнаружил записку, привязанную к ошейнику.

— Ой, что это? Записка! Спорим, она от Барни!

Он отцепил записку с ошейника развязал шнурок и развернул бумажку. Роджер подошёл, чтобы вместе с ним прочитать ее, за его спиной уже стояла, сгорая от нетерпения, Диана.

— Ничего себе — вытаращил глаза потрясенный Снабби, когда они все прочитали записку. — Бедняга Барни! Эх, жалко, что никто из нас не додумался повернуть то кольцо в подвале! Подумать только, Барни там внизу, под землей, где и течет ручей. Ни за что бы ни поверил.

— Мы должны его как-то спасти, — заявила Диана. — Вот мистер Кинг удивится, когда узнает об этом!!

Надо бы пойти и рассказать ему, подхватил Роджер.

Все трое пробежали по коридору и, быстро постучав, ввалились в комнату мистера Кинга.

Он спал. Но от сна не осталось и следа, когда он услышал о записке Барни.

— Да, это ценнейшая информация! — сказал он, прочитав ее. — Вот, значит, куда переправляют товар — под землю, где сейчас находится Барни. И попасть туда можно по ручью, бегущему в тоннеле. Но как нам найти эту дыру в потолке тоннеля, через которую, по его словам, сбрасывают вниз товар? Теперь все становится понятным. Единственное недостающее звено — это где находится отверстие в потолке тоннеля. Необходимо найти его, и тогда тайна раскрыта!

— Можем мы сделать что-нибудь уже сегодня ночью? — взволнованно спросил Снабби.

— Я могу, но вам там делать нечего, — категорично заявил мистер Кинг, к горькому разочарованию ребят.

Он прошел к телефону и срочно вызвал в коттедж Рокингдаун Фреда, Джимми и еще двоих полицейских.

— Дело пошло! — сказал им мистер Кинг.

Он отправил детей из комнаты и быстро переоделся. К тому моменту, когда пришли четверо его помощников, он был полностью готов.

Дети попрощались с ним так смиренно, что мистер Кинг должен был бы догадаться, что они что-то замышляют — но он не догадался. Под халатами у ребят уже была обычная одежда! И они собирались тайком пойти за мистером Кингом и его людьми и взглянуть на «эту хохму», как выразился Снабби.

Прежде чем уйти, мистер Кинг долго смотрел на карту. Потом ткнул пальцем в какую-то точку.

— Мы знаем, что отверстие в потолке тоннеля находится в месте, где имеется значительная впадина, — сказал он. — А такая впадина есть только на холме Рокингдаунг-хилл, и именно там выстроен фермерский дом, куда ты ходил, Джимми.

— Верно, так оно и есть! — воскликнул Джимми. — И товар загружают оттуда. Старик Доус об этом, конечно, понятия не имеет — он слишком стар. Все делается прямо у него под носом, а он ничего не подозревает! Я думаю, это его зять занялся тёмными делишками. Он на такое способен.

— Что ж, идем туда, — сказал мистер Кинг. — Устроим им ночь сюрпризов! Может, даже захватим их с поличным. Но если их там не будет, нам придется искать эту дыру, а то и немного попрактиковаться в прыжках в воду. Ну, ребята, утром увидимся.

И сыщики ушли в ночь.

— Нам спешить незачем, — остановил Роджер Снабби, видя, как тот впопыхах сбрасывает с себя халат. — Мы ведь знаем, куда они пошли. Нельзя приближаться к ним вплотную — так они могут нас засечь и отослать назад. Выйдем через пять минут.

Сгорая от нетерпения, ребята выждали пять минут и отправились вслед за мистером Кингом вместе с вертящимся у ног Чудиком. Миранда, судя по всему, опять ускакала, хотя этого никто и не видел. Поискав, друзья пришли к выводу, что она скорее всего вернулась к Барни. Теперь дорогу к ферме они знали хорошо и выбрали самый удобный маршрут. Подойдя к узкой заводи, которая вела к пруду на фермерском дворе, ребята поняли, что уже почти достигли цели. Затем они пробралась по берегу заводи к пруду.

— Смотрите! Смотрите же — это, наверное, мистер Книг со своими людьми, — прошептал Снабби. — Они осматривают все с фонариками. А на ферме, похоже, все спят. Странно только, что собаки не лают!

— Давайте укроемся где-нибудь в надежном месте, — предложил Роджер. — Вон, смотрите, старый амбар. Мы туда залезем и спрячемся в соломе.

Друзья проскользнули в амбар. В одном углу громоздилась большая куча навоза. В другом — гора соломы. Дети зарылись в солому и накидали ее на себя сверху. Так можно подождать, когда события по-настоящему начнут разворачиваться. И вот тогда они вылезут из своего укрытия и увидят, что происходит.

Лунный свет, косо падая через маленькое оконце на пол амбара, заполнял его тусклым светом и черными тенями. Все казалось таинственным и волнующим.

Чудик вел себя тихо, как мышка. Снабби держал его за ошейник.

— Не представляю, почему не лают фермерские собаки! — шепотом повторил он. — Что это с ними случилось?

— Не знаю. Или кто-то их успокаивает специально, или их здесь нет, — недоумевающе ответил Роджер.

Его первая догадка была верной. Фермерским собакам не давал лаять тот, кто успел вовремя заметить мистера Кинга и его людей. Он хотел, чтобы его сообщники успели скрыться прежде, чем поднимется шум и ему придется выйти и отвечать на вопросы полицейских.

Внезапно дверь амбара медленно и бесшумно открылась. Увидев это, Роджер сжал рука Снабби и Дианы и прошептал им на ухо:

— Смотрите, кто-то входит. Держите Чудика, чтобы не шумел.

В амбар крадучись вошел какой-то мужчина и тихонько направился к куче навоза. За ним еще один, еще и еще — целая вереница людей. Кто они такие? Откуда пришли? Этого дети не знали. Чудик напрягся, шерсть на его холке встала дыбом, но он не издал ни звука.

Роджер горько пожалел о том, что предложил ребятам спрятаться в амбаре. Того и гляди завяжется драка — когда мистер Кинг и его люди придут с фонариками обыскивать амбар. И тогда может пострадать Диана.

Он осторожно выглянул из соломы. Мужчины держали в руках вилы и быстро принялись перекидывать ими навоз. Потом один из них наклонился и что-то отодвинул на полу, после чего поднял одну за другой какие-то доски. В следующее мгновение он спустил ноги в открывшуюся дыру и исчез. Другие последовали за ним — все, кроме одного. Оставшийся, пыхтя, уложил доски на прежнее место и закидал их навозом.

Дети молча следили за ним, их сердца бешено колотились. Дыра в потолке тоннеля! Вот же она, здесь, в полу амбара, всего в нескольких шагах от них! И эти подозрительные типы исчезли в ней — они спустились в тоннель. Значит, ручей протекает прямо под этим старым амбаром.

Оставшийся мужчина бросил вилы на навозную кучу и тихонько прокрался к двери. Потом вышел и исчез. Минутой позже бешено залаяли фермерские собаки, и чей-то голос резко выкрикнул:

— Кто здесь? Выходите, покажитесь! Что вам здесь надо, ночью, на моей ферме!

В ответ прозвучал строгий голос мистера Кинга, и посреди двора собралась, о чем-то споря, целая толпа. Но старик-фермер так и не вышел. Он крепко спал, а разговаривал с полицейскими его зять.

— Что за ерунда! Я знать ничего не знаю ни о какой контрабанде. А уж о спуске в подземный тоннель — и подавно. Чушь какая! Вам там, в полиции, видно, делать нечего — ходите, ищете неизвестно что. Можете обыскать всю ферму, если хотите, сверху донизу, — и ничего такого не найдете это я вам точно говорю!

Внезапно Роджер откинул солому и бросился к двери. Мистер Кинг, конечно, рассердится на них за то, что они пришли, несмотря на его запрет, но это надо ему сообщить! Роджер закричал во весь голос:

— Мистер Кинг! Мистер Кинг! Мы знаем, где эта дыра! Она здесь, в амбаре. И только что несколько человек спустились в нее переждать, пока вы уйдете — тогда они опять выйдут.

Секунду длилось удивленное молчание. — Ах негодник! Все-таки пришел сюда. И остальные, конечно, тоже тут, — нахмурился мистер Кинг.

Вместе со своими людьми он зашагал к амбару.

— Она там, — указал Роджер на кучу навоза. — Ни за что бы ни догадаться. Отбросьте его вилами в сторону, и увидите! Ну и приключеньице!

Глава XXIX. ВОТ И ВСЕ

Барни был в пещере, когда вернулась Миранда — без записки. Обрадованный, он приласкал ее и дал в награду большой кружок ананаса из банки. Теперь ребята знают, где он, они придумают, как его спасти.

А потом события начали развиваться с удивительной быстротой. В спешке вернулись его тюремщики, они были подозрительно молчаливы. Лебедки запускать не стали, не пригнали плотики с новыми ящиками на них. Они собрались тесной группкой в пещере — настороженные, с напряженными лицами. О Барни, казалось, никто и не вспомнил.

Ему не понравилось их поведение. Предположим, им пришлось спрятаться под землю, потому что Роджер сообщил в полицию и те взялись их трясти. Преступники могут догадаться, что именно Барни приложил к этому руку, и тогда уж пощады не жди. И мальчик решил, что самым лучшим для него сейчас будет спрятаться.

Но где? Уж, конечно, не в пустом ящике — бандиты сразу догадаются. Лучше взобраться по каменной стене пещеры в ее дальнем конце, найти там подходящий выступ и залечь на нем. Барни бесшумно прокрался в самый конец большой пещеры и полез вверх по стене, тщательно нащупывая руками выступы, за которые можно ухватиться или опереться ногами. Так, дюйм за дюймом он поднимался все выше и выше.

Ему удалось найти лишь очень узкий выступ — такой узкий, что, чуть вздохнешь поглубже, уже рискуешь свалиться с него. Но зато его не было видно снизу. Мальчик притаился там с Мирандой, прислушиваясь.

Вот стали слышны другие голоса — крики и отрывистые приказы. Самым громким был голос мистера Книга — Барни узнал его, и это его насторожило. Мистер Кинг? Зачем он спустился сюда? Чтобы быть вместе с остальными преступниками? Барни еще не знал, что учитель не имеет к ним никакого отношения. Поэтому он был крайне удивлен, когда услышал, что именно прокричал мистер Кинг:

— Эй, советую вам сдаться! Мы вооружены, и нам все о вас известно. Или вы сдаетесь сейчас, или мы замуровываем выход и оставляем вас умирать с голоду.

— Еще чего — сдаваться! — услышал Барни голос Джо, обращавшегося к своим сообщникам. — У нас здесь полно еды — с голоду не помрем.

— А на сколько нам хватит? — спросил человек со шрамом. — Самое большее на неделю. Не будь идиотом, Джо. Мы попались, как крысы в капкан. Какого черта мы сюда полезли? Надо было шевелить мозгами — тогда бы до нас дошло, что мы сами себя приговорили, когда сюда поперлись!

Бандиты продолжали спорить — горячо, раздраженно. Один выступал за то, чтобы сдаться, другие — чтобы затаиться здесь. Опять раздался голос мистера Кинга:

— Даю вам пять минут. Сидите здесь, если хотите, а мы займемся вашим главарем. Нам все о нем известно. И он заговорит — еще как заговорит, чтобы спасти свою шкуру Он и раньше не молчал, вы знаете. Мы за вами придем, когда вам надоест там отсиживаться. Немного голодной диеты пойдет вам на пользу.

— Я иду сдаваться, — сказал человек со шрамом. — Что толку тут отсиживаться? Все равно мы ничего не сможем сделать. Отсюда не убежать. Вы сами знаете, что мы в ловушке. Кто со мной?

— А как насчет мальчишки? — вдруг вспомнил Джо. — Может, поторгуемся? Скажем, что он останется здесь, с нами, — мы его не отпустим и уморим голодом.

— Я и забыл о нем! Где мальчишка? Найди его, — приказал человек со шрамом.

Но найти Барни они не смогли. Снизу была не видно, как он лежит, рискуя свалиться, на узком выступе под потолком пещеры, стараясь не дышать.

— Ваше время истекло, — послышался властный голос мистера Кинга. — Мы уходим, и выход будет закрыт и останется под охраной часового. Если решите сдаваться, постучите три раза по доскам, закрывающим выход.

Преступники запаниковали. Позабыв про Барни, они столпились у входа в тоннель.

— Мы сдаемся! — крикнул Джо. — Ваша взяла, ничего не попишешь. Мы идем.

— Заходите за угол тоннеля по одному, — послышалась команда. — Руки вверх, не то будем стрелять.

И бандиты послушно, один за другим, поворачивали за угол тоннеля, держа руки вытянутыми вверх и спотыкаясь на узком карнизе. И так же одного за другим их поднимали в отверстие, а как только они оказывались в амбаре, на их запястьях аккуратно защелкивались наручники.

По ходу дела Джимми и Фред окликали некоторых бандитов по именам.

— Да неужели это ты, Джо? Ну, не можешь ты не вляпаться в какое-нибудь грязное дело. А вот и Фрески, опять попался, голубчик — тоже на легкие деньги потянуло. Кто бы мог додумать? И ты здесь, Красавчик? — это относилось к человеку со шрамом, который вышел последним.

Мистер Кинг накинулся на него:

— Где мальчик с обезьянкой? Если вы ему что-то сделали, пощады не ждите!

— Не знаю я, где мальчишка" — буркнул Красавчик. — Нет его там — мы искали.

Роджер больше не мог стоять и ждать, он подбежал к проему и заглянул в него:

— Барни! Барни! Миранда! Мы здесь, Барни, иди сюда! Не бойся, выходи!

Барни уже торопливо шагал по тоннелю. Он видел, как ушел последний из контрабандистов, и решил, что теперь, ничего не опасаясь, может выходить. Услышав крик Роджера, он отозвался;

— Я иду! Я уже иду к вам!

Его подняли наверх. Трое ребят и Чудик бросились к нему и так были рады, что чуть не задушили его в своих объятиях.

— Мы получили твою записку! Ее принесла Миранда!

Дырка в тоннель знаешь где? В старом амбаре, под кучей навоза!

— Ты как, в порядке? Есть хочешь?

Люди в наручниках недоуменно уставились на ребят. Откуда они вдруг выскочили среди ночи? Чудеса в решете. Главарь банды, отправивший своих людей вниз, в тоннель и прикрывший потом дощатую крышку навозом, теперь выглядел мрачным и подавленным. Это был зять старика-фермера. По предлогом того, что нужны помощники на ферме и рабочие — для проведения ремонта, он собрал банду негодяев, чтобы они обделывали здесь свои грязные делишки.

— А теперь, — строго посмотрел на ребят мистер Кинг, — кое-кому давно пора отправляться спать; Барни — я рад видеть тебя живым и невредимым, но учти: ты был на волосок от гибели. А что касается вас, не торопитесь входить в образ юных героев. Вы просто непослушные дети, которые, несмотря на мой запрет, увязались за нами. И если бы вы неожиданно не оказали нам такую огромную помощь, вам бы от меня влетело по первое число. Но раз такое дело…

Тут он улыбнулся, и дети тоже разулыбались. Молодчина, мистер Кинг!

— Тогда, может быть — мы еще немного побудем здесь? — осмелев, спросил Роджер.

— Ни секунды больше! — отрезал мистер Кинг. — И на этот раз я ожидаю от вас беспрекословного подчинения. Быстро домой и в постель! Увидимся утром. Мне нужно остаться здесь и проследить, чтобы эту дружную компанию разместили на ночлег в надежном месте!

Барни, Роджер, Диана, Снабби, а также Чудик и Миранда взглянули последний раз на угрюмо стоящих пленников и, спотыкаясь, побрели домой. Снабби громко зевнул, и остальные тоже почувствовали, что у них от зевоты скулы сводит. Потом Чудик чихнул.

— Только не говорите, что он простудился! — забеспокоилась Диана.

Простуда у Чудика всегда протекала ужасно, с беспрестанным чиханием.

— Нет, ему просто перец в нос попал, — зевая, ответил Снабби. — Представляете, что скажут мисс Перчинг и Кругляшочек, когда узнают, что с нами было!

В конце концов они все же улеглись спать. Барни выделили одну из кроватей в пустой комнате, и он, изумляясь ее мягкости, устроился на ней вместе с Мирандой,

А утром друзья с трудом могли поверить в то, что их ночные приключения — не сон. Барни, проснувшись, был просто счастлив обнаружить, что он в доме, в чистой постели, — а не в темноте пещеры.

Миссис Кругликс, лишь только войдя в дом, услышала наверху такой гомон детских голосов, что поднялась посмотреть, в чем там дело. Она слушала рассказ ребят с открытым ртом и лишь время от времени, качая головой, восклицала:

— Ах ты, боже мой! Вот ведь озорники!

Когда без опоздания к завтраку пришел мистер Кинг, она уже приготовила для него отдельно какое-то особое блюдо из яиц и ветчины. Она даже выходила из комнаты, пятясь, чтобы не отводить от него глаз до последнего момента.

— Что вы наговорили про меня миссис Кругликс? — спросил мистер Кинг с некоторым раздражением.

Выглядел он усталым, но довольным и «особый» завтрак уплетал за обе щеки.

Дети уже управились со своим обычным завтраком и терпеливо дожидались, когда мистер Кинг отодвинет тарелку и закурит сигарету. Наконец он выпустил колечко дыма.

— Ну вот, все стало на свои места, — произнес сыщик. — Тэннер, зять старика-фермера и, между прочим, очень мерзкий тип, раскололся, как говорят бандиты, то есть все выложил. Этим он избавил нас от многих хлопот, но, боюсь, как бы ему самому не пришлось худо, когда он выйдет из тюрьмы. Дружки не простят ему того, с какой легкостью он их предал!

— Так ему и надо! — сказал Снабби, ненавидевший предательство.

— Итак, с этим делом покончено, — продолжал мистер Кинг, попыхивая сигаретой. — А как ловко все было придумано. Туда стекались товары из многих стран. Самолет садился на том поле у ручья — там есть ровная площадка — сгружал товар и улетал. Ящики перетаскивали к ручью, и два гребца переправляли их вверх по ручью в той маленькой лодке без названия, которая, возможно, принадлежит сыну фермера.

— И все это в темноте, конечно? — спросил Роджер.

— Да, только ночью, — кивнул мистер Кинг. — Потом ящики вручную перетаскивали в амбар и спускали через отверстие в тоннель. А дальше оставалось надежно установить ящики на плотах, привязать их к тросу и с помощью лебедок перетянуть в пещеру. Там уже ящики можно было вскрывать, ничего не опасаясь, спокойно распаковывать, сортировать товар, расфасовывать его мелкими партиями в пакеты и коробки, удобные для нелегальной продажи.

— Они, должно быть, заработали на этом кучу денег, — заметил Роджер.

— Заработали, — кивнул мистер Кинг. — Однако из-за своей жадности допустили несколько ошибок. Они наняли моторную лодку, которая тайно пришла по реке, чтобы забрать товар в мелкой упаковке, и не заплатили ее владельцу все, что должны были. Поэтому он не слишком старался держать язык за зубами. И кое-какие разговоры дошли до нас. Это и заставило предположить, что здесь проворачиваются крупные операции.

— А еще какие ошибки они допустили? — поинтересовался Роджер.

— Ну, к примеру, они не догадывались, что подземный грохот, как правило, многократно усиливается, если на поверхности в этом месте выстроено здание. Хотя даже если бы они и знали об этом, то скорее всего решили бы, что, поскольку дом пустует, никто их не услышит. Но самая большая ошибка их вот в чем: они не предполагали, что найдется четверка непосед и фантазеров, не говоря уж о собаке и обезьянке, которые заподозрят своего несчастного, ни в чем не повинного учителя во всех грехах, начнут выслеживать его, сами окунутся с головой в эту тайну — и помогут раскрыть ее Да, это была непростительная ошибка.

Все засмеялись, Чудик принялся трепать шнурки туфель мистера Кинга.

— Зря стараешься, Чудик, — усмехнулся сыщик. — Эти шнурки особенные и для жевания совершенно непригодны.

— Сегодня приезжает мисс Перчинг — вспомнила Диана. — Представляете, что она скажет, когда узнает?

Придя в себя после вполне понятного изумления, мисс Перчинг много чего сказала. Она напустилась на мистера Кинга за то, что он ее попросту обманул. Отрекомендовался репетитором, а сам, оказывается, полицейский!

— И все эти великолепные рекомендации! Я просто шокирована, мистер Кинг!

— И совершенно напрасно, мисс Перчинг, — успокоил ее сыщик. — Ребята многому научились за то время, пока я здесь. Что же касается рекомендаций, они не фальшивые. Действительно учительствовал, прежде чем занялся моим теперешним ремеслом. Не расстраивайтесь, мисс Перчинг. Во всяком случае, все это безобразие случилось без вас…

Уж лучше бы я была здесь, — сокрушалась старая гувернантка. — Как раз это и возмутительно, что все произошло во время моего отъезда.

— Да, конечно, нам следовало дождаться, когда вы вернетесь, — пошутил мистер Кинг, и все засмеялись.

— Ладно уж. Все хорошо, что хорошо кончается, — махнула рукой мисс Перчинг. — Но что скажут их родители, когда узнают!

— Об этом вы можете не волноваться. Я поговорю с ними, когда они вернутся, и сам обо всем расскажу. И можете не сомневаться, мисс Перчинг, к вам у них никаких претензий не будет.

— Но в любом случае должна сообщить вам, что здесь, в этом коттедже, мы не останемся, — решительно заявила мисс Перчинг. — Мне необходимо свозить сестру на море, я собираюсь взять детей с собой. Там им будет гораздо лучше: купанье, гребля, рыбная ловля — намного больше полезных занятий, чем здесь.

— Ура! — хором воскликнули ребята…

— А как же Барни? Можно ему тоже поехать? — спросил Снабби.

— Ну, места там маловато, но как-нибудь уж мы его втиснем, — сказала мисс Перчинг. — Он ведь теперь как бы член семьи.

Но Барни покачал головой.

— Нет, спасибо. Я не могу, у меня работа. Завтра в деревню приезжает ярмарка. Я сегодня утром, когда ходил за покупками для миссис Кругликс, встретил своих знакомых, и они мне сказали. Пора нам с Мирандой опять заняться серьезным делом — зарабатывать себе на жизнь!

Это расстроило ребят. Они будут скучать по Барни, очень скучать. Увидятся ли они еще? Найдет ли он когда-нибудь своего отца? Теперь они никогда об этом не узнают.

Но когда дети выяснили, что та же ярмарка через десять дней приедет и в тот приморский городок, куда их повезет мисс Перчинг, они повеселели. Значит, они с Барни еще увидятся!

— Я тоже должен попрощаться, — сказал мистер Кинг. — Мне ведь тоже нужно зарабатывать себе на жизнь — но, к счастью, не в качестве репетитора. Я должен вернуться в управление и забыть этот приятный короткий антракт с детьми, собаками и обезьянами!

— Всего одна собака и одна обезьянка! — вставил Снабби.

— И этого более чем достаточно, — сказал мистер Кинг и встал, столкнув Миранду со своего плеча, а Чудика — с колена.

— Итак, я прощаюсь с вами. Сначала вы были моими заклятыми врагами, но, надеюсь, теперь мы друзья!

— Конечно, — хором подтвердили все.

Диана обняла его, мальчики похлопали по спине, а Чудик разразился лаем.

Барни, тоже попрощавшись, пошел вместе с мистером Кингом по дорожке. Дети проводили их взглядами. Им стало немного грустно оттого, что такое замечательное приключение подошло к концу.

— И все равно, я знаю, у меня еще будет много приключений с Барни и Мирандой, — уверенно заявил Снабби, беря Чудика на колени и обнимая его так крепко, что пес взвизгнул. — Я это нутром чую.

И, наверное, никто не удивится, если он окажется прав!