/ Language: Русский / Genre:child_det / Series: Секретная семерка

Загадка для «Секретной семерки» (Тайна пропавшей скрипки, Тайна огородного пугала)

Энид Блайтон

Приехав на ярмарку поразвлекаться, Тайная семерка знакомится с доброжелательной продавщицей вафель. Но бедную женщину постигает ужасное несчастье – происходит пожар и ее дом сгорает дотла! Ребята решают помочь доброй женщине, но тут происходит несколько странных событий и похищение из антикварного магазина очень ценной скрипки…

Энид Блайтон

Загадка для "Секретной семерки"

Глава 1

На ярмарке

Эй, послышался голос из-за ограды. Спаниель по кличке Скампер ответил звонким лаем. Питер и Дженет, работавшие в саду, подняли головы.

– Привет, Джек! – крикнул Питер, обрадовавшись при виде друга. Входи, Джек, какие новости?

– Замечательные! У меня хорошие оценки за сочинение, и мама дала денег дала денег для всей Тайной Семерки, чтобы мы могли пойти на ярмарку.

– У тебя такая добрая мама! – воскликнул Питер.

А Дженет просияла от счастья. Ей очень хотелось побывать на ярмарке, но они с Питером решили ничего не тратить, чтобы купить подарок отцу на день рождения.

– Одно плохо, – вздохнул Джек, – нам придется взять с собой Сьюзи. И ладно бы еще одну Сьюзи! Но ее закадычная подружка Нэнси живет у нас на каникулах, и мама сказала, что деньги предназначены и для них тоже.

– Ну, ничего не поделаешь, – пожал плечами Питер. – Пусть Сьюзи и Нэнси идут с нами. Другое дело, если бы нам предстояло раскрыть какую-то тайну… но приключения пока нет и не предвидится. Скажи маме от нас спасибо. Когда пойдем?

– Давайте после полдника, – предложил Джек. – В это время начинается самое интересное. Мы останемся до самого вечера – так красиво, когда зажигаются все огни! Приходите в пять часов к автобусной остановке на Грейт-стрит. Сьюзи и Нэнси будут без конца хихикать, но не стоит обращать на них внимания.

– Мы притворимся, будто не замечаем их, – одобрительно кивнул Питер. – Договорились, в пять на автобусной остановке. А как остальные? – Я их уже предупредил, – ответил Джек, садясь на велосипед. – Они собираются открыть свои копилки. Эх, и повеселимся же мы! До скорой встречи.

Он укатил, дав звонок на прощание, а Питер с Дженет радостно переглянулись.

– Надо спросить у мамы разрешения, – сказала Дженет. – Она, конечно, не откажет. У нас ведь тоже хорошие оценки за сочинение.

Миссис Дьюфур не только разрешила детям пойти на ярмарку, но и дала им денег. Скампер вилял хвостом и преданно смотрел на Питера, а потом, не выдержав, заскулил.

– Он говорит, что хочет пойти с нами, – засмеялся Питер. – Ладно, старина Скампер, можешь пробежаться за нашими велосипедами, а то ты у нас что-то разжирел!

Скампер залился счастливым лаем. Больше всего на свете он любил сопровождать Тайную Семерку в ее походах!

– Что-то вы уже давно не собирались в сарае, – заметила миссис Дьюфур. – Неужели ваше общество распалось?

– Да нет же, мама! – хором воскликнули Питер и Дженет, ужаснувшись при одной мысли об этом.

А мать с улыбкой добавила: – Вы еще не просили у меня печенье и лимонад для ваших таинственных заседаний, хотя пасхальные каникулы уже начались. Я купила для вас большую коробку печенья, чтобы вы могли перекусить после жарких споров.

– Не было важных событий, поэтому мы не созывали членов тайного общества, – пояснила Дженет. – Но у нас остается двенадцать дней каникул.

– Гав! Гав! – подтвердил пес, завиляв хвостом.

– У тебя, Скампер, каникулы всегда! – усмехнулся Питер. – Ты не знаешь, что такое работа. Наверное, ты воображаешь, будто помог нам сегодня утром? Ничего подобного! Конечно, ямку ты вырыл… но только для того, чтобы закопать свою косточку.

В пять часов брат с сестрой были на автобусной остановке. Как обычно, Питер и Дженет пришли первыми. Питер считал, что главе тайного общества не подобает опаздывать. Следом появился запыхавшийся Колин. Неразлучные Пэм и Барбара всего на несколько секунд опередили Джорджа.

– Не хватает только Джека, Сьюзи и Нэнси, – сказала Дженет. – Пора бы им уже прийти.

В этот момент из-за угла показались опоздавшие, они энергично крутили педали своих велосипедов.

– Вот и они! – вскричал Джордж. – Привет, Джек.

– Так и есть, мы последние! – пожаловался Джек. – Но вы же знаете Сьюзи: сначала она не могла найти свою сумку, потом забыла, где поставила велосипед…

– Все ты врешь! – огрызнулась Сьюзи. – Это у тебя колесо спустило. Нэнси, познакомься, вот члены тайного общества, в которое входит и Джек.

Нэнси расплылась в улыбке, а Дженет, подтолкнув Питера локтем, шепнула:

– Она похожа на нашего белого кролика! Смотри, как у нее шевелится нос и зубы выступают вперед!

Питер с трудом удержался от смеха. Действительно, у Нэнси был очень смешной нос и зубы, как у кролика. Жаль, что не было таких же длинных ушей. А болтушка! Трещит без умолку.

– Я так рада с вами познакомиться. Сьюзи мне все о вас рассказала, – начала она с ходу. – А этого спаниеля зовут Скампер, да? Какой красивый! У меня тоже есть собака, фокстерьер. Видели бы вы, как он ловит…

– Помолчи, Нэнси, – приказал Джек. – Лучше держи руль! У тебя велосипед виляет из стороны в сторону…

– Так ездить гораздо интереснее, потому что… – начала Нэнси, но никто ее уже не слушал, потому что вся компания с хохотом умчалась вперед.

Скампер, высунув язык, бежал рядом со своими хозяевами.

Ярмарка расположилась на большом поле, примерно в двух милях от Блейнтауна. Добравшись до вершины последнего холма, ребята восторженно закричали, когда увидели внизу разноцветные палатки и балаганы.

– Сколько вымпелов, шариков, гирлянд! – воскликнул Джек.

– А фонариков! – добавила Дженет. – Осторожнее, Нэнси! Ты меня чуть не свалила.

Ребята оставили свои велосипеды под деревом и дружной гурьбой направились на ярмарочное поле. Питер подозвал собаку.

– Сторожи, Скампер, – приказал он, показывая на девять велосипедов. – Сторожи хорошенько, старина!

Псу очень хотелось сопровождать хозяев, но возложенная на него почетная миссия льстила его собачьему самолюбию. Поэтому он вильнул хвостом в знак согласия. Питер в благодарность почесал ему за ухом. А потом повернулся к друзьям: «Пошли, будем веселиться!».

Глава 2

Торговка вафлями

Никогда еще ребята не видели на ярмарке столько аттракционов. Особенно им понравилась карусель – по общему мнению, «полный отпад».

– Скорость – класс! – заявил Джордж, когда все сошлись вместе, совершив несколько головокружительных оборотов. – Если бы я не вцепился в шею жирафа, то мог бы свалиться и разбить лоб. У нас деньги остались? Хочется прокатиться еще разок.

– Я больше не могу, – простонала Пэм, слегка пошатываясь. – Мне кажется, я все еще сижу на спине у льва. Ой, прости, Колин, я тебя толкнула. Меня ноги не держат.

Нэнси выглядела не лучше, и остальные стали подшучивать над девчонками, которые «мало каши ели».

– Пойдемте метать дротики, – предложил Джек. – Все, кроме Пэм и Нэнси. Если у них так кружится голова, то они будут мазать!

Пэм и Нэнси яростно запротестовали. Пэм быстро пришла в себя и оказалась самой ловкой – выиграла коробку конфет и тут же поделилась с друзьями.

В ярмарочном тире призами служили кокосовые орехи. Здесь самым удачливым был Питер: он покрыл себя славой, завоевав целых три штуки, – к большому неудовольствию владельца тира, который предпочел бы иметь дело не с такими меткими стрелками.

– Как это тебе удается, Питер? – спросил Джек не без зависти. – Ты всегда приносишь с ярмарки кокосовый орех. А сегодня у тебя даже три.

– Невелика премудрость, – ответил Питер. – Надо только прищуриться, чтобы точно определить дистанцию, и дело в шляпе!

Колин с Джеком решили еще раз попытать счастья, но Джордж покачал головой.

– У нас не так много денег осталось, – сказал он. – Побережем их для других развлечений.

После небольшой дискуссии ребята остановили свой выбор на качелях. Владелец тира простился с ними, не скрывая радости.

– Давайте сначала избавимся от кокосовых орехов, – предложил Питер. – Они такие тяжелые! Пусть их Скампер стережет.

Пес страшно обрадовался приходу Семерки. Лежа возле велосипедов, он бдительно провожал взглядом всех, кто проходил мимо, а если какой-нибудь человек пытался приблизиться к нему, вскакивая и рычал. Две другие собаки на почтительном расстоянии следили за подвигами спаниеля. Скампер был преисполнен сознанием собственного достоинства.

Питер сложил кокосовые орехи на траву и приказал.

– Стеречь, Скампер!

Пес тявкнул, что в переводе с собачьего должно было означать:

– Слушаюсь, хозяин Ты можешь положиться на меня.

Обнюхав орехи, он занял свое место и покосился на двух дворняг, взиравших на него. – Очень скоро деньги растаяли без следа. И именно в этот печальный момент донесся такой соблазнительный запах, что слюнки потекли. Маленькая пухлая женщина выпекала вафли на переносной печурке. Дети не могли отвести от них глаз.

– Хотите попробовать? – спросила торговка.

– У нас уже денег нет, – вздохнул Питер.

Толстуха засмеялась и протянула ребятам стопку вафель, более поджаристых, чем остальные.

– Они слегка подгорели, и я не буду их продавать. Возьмите!

– Спасибо, мэм, вы так добры! – воскликнул Питер и раздал вафли друзьям.

Рядом с торговкой стояла старая и грязная коляска. Лежавший в ней младенец также не отличался чистотой, но у него были такие розовые щечки и такая счастливая улыбка, что ребята подошли поближе и сгрудились вокруг коляски, поедая свои вафли. Славная женщина пояснила, что ее дочке всего десять месяцев от роду. Дженет принялась атукать, и девочка радостно засмеялась в ответ.

– Вы путешествуете в фургоне? – спросила Пэм у матери ребенка.

– Нет. Я живу с детьми в домике на Заячьем холме, – ответила толстуха. – А вот мой муж – тот действительно переезжает с места на место. Он служитель при карусели. Когда ярмарка работает в Блейнтауне, я продаю вафли.

И она закричала, призывая посетителей:

– Вафли! Вкусные вафли! Кто хочет горячие вафли?

Питер посмотрел на часы.

– Пошли, – сказал он. – Мы еще успеем посмотреть фейерверк, а потом надо возвращаться.

– Какая жалость! – вздохнула Дженет.

– Мы с Нэнси еще побудем здесь, – объявила Сьюзи. – Ты не против, Нэнси? Вечером на ярмарке очень красиво.

– Да, да! – взвизгнула Нэнси, и нос у нее зашевелился еще больше. – Тут так все интересно! Давай останемся, Сьюзи, а остальные пусть идут домой. Я попробую сочинить стихотворение, пока мы будем гулять.

– Нэнси сочиняет стихи, – с гордостью пояснила Сьюзи. – Если бы вы только слышали, как здорово у нее получается. Хотите, она что-нибудь прочтет?

Подобная перспектива привела Семерку в ужас. Нэнси уже открыла рот, но Питер поспешил вмешаться.

– Нам пора возвращаться, понятно? – заявил он категорическим тоном. – Ты пойдешь с нами, Сьюзи, и Нэнси тоже. Вам нельзя оставаться без нас.

– Нет, можно! Я не принадлежу к твоему дурацкому обществу, – фыркнула Сьюзи. – И вовсе не обязана выполнять твои распоряжения! – Зато обязана выполнять мои, – отрезал Джек. – Мама велела мне присматривать за тобой, так что мы вернемся вместе.

Сьюзи ничего не ответила брату, но надулась.

– Она еще придумает какую-нибудь пакость, чтобы отомстить нам, – тихонько шепнул Джек Питеру. – Хорошо, что сейчас мы не собираемся. Она непременно заявилась бы к нам со своей драгоценной Нэнси.

Ребята направились домой, освободив Скампера от возложенной на него обязанности. Когда они стали взбираться на горку, прозванную Заячьим холмом, Джордж вдруг остановился, заметив слева какой-то яркий свет.

– Смотрите! – крикнул он. – Пламя! Дым! Что-то горит!

– Верно! – воскликнул Питер. – Надо что-то делать! Тут рядом кафе – в нем есть телефон. Я вызову пожарных. А вы бегите туда и посмотрите, чем можно помочь. Быстрее!

Восемь ребятишек, изо всех сил нажимая на педали; устремились к месту пожара. Горел чей-то дом. Огонь полыхал гак сильно, что подойти ближе было уже невозможно.

Тем временем Питер помчался в кафе, где застал только одну старушку. Объяснив ей в двух славах, что случилось, он снял трубку.

– Алло? Пожарная команда? На заячьем холме загорелся дом. Очень сильное пламя. Хорошо, ждем вас!

Глава 3

Пожар на заячьем холме.

Выбежав из кафе, Питер вскочил на велосипед и помчался вслед за своими друзьями. Глазам его предстало столь жуткое зрелище, что он едва не потерял дар речи.

– Чей же это дом? – спросил он, прикрываясь ладонью от слепящего пламени. – Надеюсь, там никого нет?

– Мы заметили только рыжую кошку, – мрачно отозвался Джордж. – Она убежала. Как сильно полыхает! Ты вызвал пожарных, Питер?

– Да, но вряд ли они успеют что-то сделать, – сказал Питер. – Не плачь, Дженет. Я уверен, что там никого нет.

– Это не дом, а деревянный сарай, поэтому он и сгорел так быстро, – заметил Колин. – Барбара, держись подальше от искр!

Питер с Джеком обежали вокруг догорающего дома и вскоре убедились, что помочь здесь уже невозможно. Пламя постепенно затихало, зато повалил густой дым, заволакивая жалкие обломки того, что еще недавно было человеческим жилищем.

Раздался трубный звук сирены, и Колин крикнул:

– Пожарные! Времени они не теряли!

– Как бы я хотел быть на месте водителя! – завистливо вздохнул Джордж.

Пожарная машина остановилась рядом с ними.

– Колодец здесь есть? – спросил один из пожарных, спрыгнув на землю, чтобы размотать длинную кишку.

– Под холмом течет ручей, – сказал Джек.

Через несколько минут мощная струя воды хлынула на горящие доски. Пламя отступало с шипением и треском.

– Словно миллион сосисок поджаривается на сковородке, – заметила Дженет.

– Вы кого-нибудь видели? – спросил пожарный, продолжая заниматься своим делом.

– Нет, – отозвался Питер. – Когда мы примчались, дом уже вовсю полыхал. Ведь у людей, которые здесь живут, было время выскочить, правда?

– Там могли быть дети! Кому принадлежит эта развалюха?

На этот вопрос Питер ответить не смог… Но вверх по тропинке уже бежала, не обращая внимания на колючий кустарник, женщина с коляской.

– Торговка вафлями! – вскричала Дженет. – Помните, она говорила нам, что живет на Заячьем холме? Наверное, это ее дом! Ох, бедняжка!

Это и в самом деле была торговка с ярмарки: запыхавшаяся, с вытаращенными от страха глазами. Младенец проснулся от тряски и громко плакал.

– Алан! Мальчик мой! – кричала несчастная женщина. – Где он? Я оставила его дома.

– Мы никого не видели, – ответили пожарные в один голос.

Ребята содрогнулись от ужаса. Нет, не может быть такого, чтобы малыш погиб в пламени!

– Алан, Алан! Где же ты? – вопила толстуха. Ко всеобщей радости, в ответ раздался тоненький голосок:

– Мама! Мама! Мама!

– Он жив! – воскликнула торговка, плача от счастья. – Я сама поищу его, мистер. Пока здесь толпится столько людей, он не покажется… он затаился вон там!

Взяв на руки младенца, мать побежала к густым зарослям неподалеку от сгоревшего дома.

– Алан! – крикнула она. – Это я! Выходи, не бойся, мой маленький!

На пепелище уже собралось много народу. Всю ярмарку взбудоражило страшное известие о пожаре. Несомненно, вскоре должен был появиться и отец несчастных детей.

– Как же они теперь? – спросила Дженет. – Где они будут ночевать?

– Кто-нибудь даст им приют в своем доме или на худой конец в сарае, – ответил один из пожарных. – Они живы – а это самое главное. А вы, ребятишки, ступайте отсюда. Спасибо, что предупредили нас.

– Как жаль, что мы истратили все деньги! – с сожалением воскликнул Джек. – Могли бы помочь этим несчастным!

Появились двое полицейских. Один стал расспрашивать пожарных, а второй велел людям расходиться.

– Идите домой! – объявил он. – Огонь уже потушен, и смотреть больше не на что. Возвращайтесь к себе, мистер, и вы тоже, мэм.

Он подошел к детям, потерявшим всю свою веселость. Даже неугомонный Скампер явно приуныл.

– Это вы предупредили пожарных? – спросил полицейский. – Молодцы! А теперь ступайте к родителям. Больше уже ничего нельзя сделать.

– Что будет с этой бедной женщиной и ее детьми? – спросил Питер. – Уверен, что денег у нее нет.

– Мы займемся этим, – пообещал полицейский. – В старой развалюхе, наверное, было не так уж много вещей. Идите домой. Наверное, о вас уже беспокоятся.

Вскоре пожарная машина уехала, и толпа рассеялась. Ребята, все еще потрясенные ужасным событием, вновь оседлали свои велосипеды и покатили домой. Верный Скампер сопровождал их.

Никому из Семерки разговаривать не хотелось. Даже Сьюзи хранила молчание, и лишь неисправимая болтушка Нэнси не смогла удержаться.

– Я никогда еще не видела пожаров – затараторила она. – А как здорово работает эта кишка с водой! Просто глазам не веришь! Я…

– Помолчи! – оборвал ее Питер. – Похоже, для тебя это развлечение. Подумала бы лучше о несчастной женщине…

– Она не выходит у меня из головы! – признался Джордж. – Слушай, Питер, нам бы надо собраться и прикинуть, чем мы можем помочь. Скажем, завтра в десять, идет?

– Отличная мысль, – кивнул Питер. – Я сам собирался это предложить. Приказ для Семерки – всем быть завтра в десять в сарае!

– Мы со Сьюзи тоже придем! – вскричала Нэнси.

– Нет, – отрезал Питер. – Это касается только Семерки. Ты поняла, Сьюзи? Только Семерки!

Глава 4

Тайная семёрка трубит сбор.

На следующее утро Питер с Дженет уже за пять минут до условленного срока были в сарае. На дверях красовались буквы «Т. С.», которые Питер нарисовал собственноручно. Все было готово к заседанию: стол, деревянные ящики вместо стульев. На столе стояли оловянные кружки, тарелка с печеньем и большая бутылка с лимонадом.

– Надеюсь, все помнят пароль, – сказал Питер. – Правда, мы так давно не собирались!

– Гав! Гав! – подтвердил Скампер, виляя хвостом.

Дженет засмеялась. – А вот наш пес ничего не забыл! Верно, Скампер, нынешний пароль – это «гав, гав»! Какой ты у меня умный!

На дорожке послышались чьи-то шаги. Скампер радостно тявкнул. Он узнал Джорджа. В дверь постучали.

– Гав, гав! – раздался тихий голос.

– Входи! – крикнул Питер.

Вошел Джордж с красным значком на курточке.

– Я забыл пароль, – признался он, – но, к счастью, записал его.

Следом явились Пэм и Барбара.

– Назовите пароль! – потребовал Питер.

– Питер, мы не помним, «гав, гав» или «мяу», – жалобно проговорила Барбара.

– Гав, гав! – тут же отозвался пес.

– Нельзя подсказывать пароль, Скампер! – строго заметила Дженет.

За дверью Пэм с Барбарой рассмеялись.

– Спасибо, Скампер! Гав, гав, Питер.

– Повезло вам! – с досадой проворчал мальчик. – Входите. Кто идет за вами?

– Джек и Колин, – ответила Пэм, закрывая дверь за собой и подружкой. – Как же у нас здорово в сарае!

Вновь раздался стук.

– Пароль? Только не кричите во все горло!

– Мы его не помним, – уныло буркнул Колин. – Ведь мы так давно не собирались!

– Брось дурачиться, Питер! – сердито бросил Джек. – Я не мог записать пароль, потому что Сьюзи сует свой нос повсюду. А запомнить просто невозможно… мы же без конца меняем его! Кажется, сейчас у нас что-то связанное с собакой… Рекс? Или Пиф?

– Гав, гав! – откликнулся Скампер.

Пэм расхохоталась. И в ту же секунду из-за кустов вдоль дорожки раздался звонкий голос:

– У вас пароль «гав, гав», Джек!

Спрятавшиеся девчонки захихикали, а Джек в ярости завопил:

– Сьюзи! Нэнси! Я же вам запретил идти за мной! Откуда вы узнали пароль?

– Входите, – распорядился Питер, открывая дверь.

На пороге возникли Джек и Колин – оба раскрасневшиеся от злости. Питер решительно двинулся по дорожке.

– Эй, вы! – крикнул он. – Убирайтесь отсюда, иначе я вас окачу водой из шланга!

Сьюзи знала, что Питер вполне способен привести свою угрозу в исполнение. Она схватила Нэнси за руку и со смехом повлекла ее к садовой калитке. А Питер, вернувшись в сарай, с треском захлопнул дверь.

Пристыженные Колин и Джек ожидали упреков, но Питер немедленно приступил к делу.

– Поговорим о пожаре, – начал он, усаживаясь на один из ящиков. – Я предлагаю…

Но Скампер прервал его речь: бросившись к выходу, он принялся с громким лаем скрестись в дверь.

– Что с тобой, Скампер? – удивился Питер. – Если опять явились эти несносные девчонки, прогони их! Ты понял?

С этими словами он открыл дверь. Пес устремился наружу. Семерка сгрудилась у выхода, чтобы посмотреть, как будут удирать Сьюзи с Нэнси.

Но спаниель, заливаясь счастливым лаем, радостно кружил вокруг пожилого человека в потертых вельветовых штанах и клетчатой рубахе.

– Это наш пастух, – сказал Питер. – Добрый день, Мартин. Вам нужен папа? Он сейчас в Блейнтауне.

– Эх, какая жалость, что он уехал! – произнес старик, сдвигая на затылок кепку. – Я хотел ему кое-что передать, мастер Питер…

– А в чем дело?

– Вам известно, что вчера на Заячьем холме случился пожар? – спросил Мартин. – У Джилберта Боуленда дом сгорел дотла… его жена и дети остались без крова.

– Да, мы это знаем, – ответил Питер. – Видели собственными глазами. Я сам вызвал пожарных, Мартин.

– Это меня не удивляет, мастер Питер! – воскликнул пастух. – Вы всегда успеваете вовремя. А мне тут кое-что пришло в голову… и я хотел посоветоваться с мистером Дьюфуром.

– Он вернется только к ужину, – заметил Питер. – Что вы придумали, Мартин?

– На лугу стоит старый фургон, – начал объяснять старик, – я жил в нем, пока мистер Дьюфур не купил мне домик. Сейчас я использую его под сено. Это, конечно, не выход, но погорельцы могли бы обосноваться там на какое-то время, если мистер Дьюфур разрешит… Им некуда идти.

– Конечно, папа не откажет! – заявил Питер, а Дженет кивнула в знак подтверждения. – Давайте спросим у мамы. Уверен, она разрешит!

Семерка вместе с верным Скампером и пастухом проследовала на огород. Миссис Дьюфур возилась на грядке и очень удивилась, увидев столь представительную делегацию. – Что случилось, Мартину – осведомилась она.

Пастух повторил то, что уже сказал ребятам. Мать Питера и Дженет слушала его очень внимательно.

– Разумеется, Боуленды могут поселиться в нашем фургоне, пока не найдут другое жилье, – решительно произнесла она. – Мой муж будет очень рад. Несчастная семья! Как тяжело в одночасье лишиться всего имущества! Мы постараемся им помочь. Скажите Боулендам, Мартин, что наш фургон в их полном распоряжении. А вам надо будет убрать оттуда сено.

– Конечно, мэм, – ответил пастух. – И я дам им стол… Может быть, найду лишнее одеяло!

– Посмотрим, что можно сделать, – сказала мать Питера и Дженет, а потом повернулась к членам Тайной Семерки: – Вы не позволите мне, в виде исключения, побывать на вашем заседании? Боулендам надо помочь, а для этого мы должны все обсудить сообща. Полагаю, что мое присутствие вам не помешает…

– Да, да, мама! – восторженно крикнул Питер. – Идем с нами! Это для нас большая честь!

Глава 5

Почетная гостья Тайной семёрки.

Миссис Дьюфур первой вошла в сарай. Члены тайного общества последовали за ней, и Питер закрыл дверь.

– К счастью, от меня ты не потребовал назвать пароль, Питер, – улыбнулась мать. – Я горжусь тем, что допущена на одно из ваших собраний. Спасибо за разрешение.

– Мы счастливы видеть тебя здесь, мама, – ответила Дженет.

Остальные подтвердили эти слова радостным гомоном. Ребята очень любили мать Питера и Дженет, которая всегда их баловала и одаривала сладостями.

Все сразу заговорили о пожаре и бедных Боулендах.

– Джилберт Боуленд работает на карусели, мама, – объяснил Питер. – Он путешествует из города в город, а когда ярмарка перебирается сюда, миссис Боуленд продает вафли. Она сама их печет. Мы уже истратили все деньги, но она нас угостила бесплатно.

– Какая славная женщина! – воскликнула миссис Дьюфур. – У нее десятимесячная девочка, – вступила в разговор Пэм. – Такая хорошенькая! Глаз не отвести.

– И сынишка по имени Алан, – добавила Дженет. – Вчера вечером мать оставила его дома одного. Представляешь, как она перепугалась, когда увидела пожар! К счастью, Алан успел убежать и спрятался в кустах. Мы его даже не заметили.

– Вы мне это уже рассказывали, – напомнила мать. – Итак, давайте обсудим, что следует предпринять. Полагаю, что каждый член Тайной Семерки должен переговорить со своими родителями: Мы отдали Боулендам наш старый фургон, однако у них ничего не осталось из вещей. Нужно собрать самое необходимое…

– Кастрюли, посуду, да? – спросила Пэм.

– Да, – кивнула миссис Дьюфур. – И еще белье: скажем, простыни, наволочки, полотенца. Кровать займет слишком много места, поэтому лучше раздобыть раскладушку. Два матраса… для детей можно поменьше. И, разумеется, им нужны продукты.

– У Семерки появилось настоящее дело! – воскликнул Питер. – Отлично! Нам нравится помогать людям. Что ты дашь, мама?

– Матрас, который лежит на чердаке, – подумав, ответила мать. – Пару кастрюль… У меня есть запасное одеяло и…

– Если остальные проявят такую же щедрость, то в фургоне будет очень уютно! – перебила ее Дженет. – Пусть Пэм, Барбара, Колин, Джордж и Джек переговорят с родителями, а после обеда мы соберемся снова.

– Давайте составим список подаренных вещей и выберем из них то, что в первую очередь необходимо Боулендам, – предложил Питер. – Мама поможет нам. Ты ведь не откажешься, мама?

– Я буду только довольна. Вещи мы сложим в грузовичок. Папы нет, но кто-нибудь из наших работников сможет их перевезти. Кстати, надо взять швабру, мыло и тряпки. В старом фургоне накопилось много грязи.

– Вот это здорово! – воскликнула Барбара. – Я люблю убираться. Надеюсь, что миссис Боуленд останется на ярмарке до вечера. А к ее возвращению все будет вычищено и расставлено по местам… Она глазам своим не поверит!

– Еще бы! – поддакнула Пэм. – Значит, расходимся по домам?

– Да, тянуть нечего, – кивнул Питер. – Повторите своим мамам то, что сказала моя. Уверен, все они тут же раскроют шкафы и сундуки. Ребята встали, а Скампер, виляя хвостом, уперся лапами мальчику в грудь.

– Ты тоже хочешь помочь нам, старина? – спросил Питер. – Не бойся, мы возьмем тебя с собой. Итак, друзья, собираемся после обеда. Ровно в два. Смотрите, не забудьте пароль!

– Гав, гав! – хором отозвались ребята, и Скампер радостно к ним присоединился.

– Спасибо, мамочка, – сказала Дженет, ласкаясь к матери. – Мы принесем тебе список, а ты выберешь необходимые вещи. Мартин обрадуется, правда?

– Конечно, – ответила мать. – Он такой добрый человек!

Все разошлись по домам, сгорая от нетерпения поскорее приступить к делу. Питер с Дженет поднялись на чердак. Да, матрас был здесь, завернутый в плотную серую бумагу и обвязанный веревками. Подтащив к лестнице, они скинули его вниз. Бум! Перепуганный Скампер удрал, поджав хвост.

Тем временем миссис Дьюфур достала из шкафа две простыни и теплое одеяло, а на кухне отобрала из своих кастрюль две, добавив к ним кофеварку и кувшин для молока.

Она также нашла масляный обогреватель в фургончике по ночам могло быть холодно. Питер с Дженет снесли отобранные вещи во двор, чтобы после обеда грузовичок отвез их, миссис Дьюфур уже распорядилась.

Все члены Тайной Семерки явились без опозданий – каждый имел при себе список, и никто не забыл пароль. Впрочем, Скампер так громогласно приветствовал своих юных друзей, что вспомнить было нетрудно.

Питер внимательно изучил принесенные листки.

– Ваши мамы не поскупились! – заметил он. – Все дали по одеялу. Наша мама тоже. Давайте посоветуемся с ней. Она выберет самое нужное. Вещей набралось столько, что хватит на несколько фургонов.

Миссис Дьюфур прочла списки с карандашом в руках, вычеркивая ненужное.

– Прекрасно, – сказала она, наконец. – Все уже уложено?

– Да.

– Очень хорошо. Сейчас приедет грузовичок. Мы погрузим в него наши дары. А потом нам предстоит большая работа.

Ребята залезли в кузов, и машина стала переезжать от дома к дому. Все матери были очень довольны своими детьми и хвалили их за участие в добром деле. – Теперь мы отправляемся к фургону, – сказала миссис Дьюфур, когда погрузка закончилась. – Придется засучить рукава.

Глава 6

День в трудах

А что Сьюзи и Нэнси, Джек? – спросила Дженет. – Они наверняка слышали твой разговор с мамой.

– Заявили, что хотят поработать вместе с нами, – ответил Джек. – Я отказал наотрез, потому что это дело касается только Семерки. И предложил Сьюзи хоть на один день отказаться от конфет, если она действительно желает помочь Боулендам. Но ей хочется только одного – примазаться к нам.

– На сей раз надо было им разрешить, – заметила миссис Дьюфур.

– Что ты, мама! – вскричал Питер. – Ты ее не знаешь! Стоит нам дать слабину, и мы не избавимся от Сьюзи никогда! А восьмой человек нам не нужен. Наше общество – это Тайная Семерка.

Грузовичок остановился у изгороди. Питер спрыгнул на землю, чтобы открыть ворота. Заросшая травой тропинка вилась по холму, на вершине которого стоял дом пастуха Мартина.

Здесь пришлось ехать очень медленно. Когда колесо попадало в рытвину, кастрюли позвякивали. Ребята, рассевшись на двух матрасах и кипе одеял, громким смехом встречали каждый толчок. Наконец работник, сидевший за рулем, остановил машину:

– Дальше дороги нет, мэм. А вот и Мартин. Старый пастух, улыбаясь до ушей, открыл дверцу.

– Вы тоже приехали, – констатировал он. – Спасибо, мэм. Сколько тут всего! Боуленды будут довольны. Я уже освободил фургон и начал убираться.

– Мы сейчас этим займемся, – воскликнула Дженет, спрыгивая на землю. – Ты идешь, мама?

За работой день промелькнул незаметно. Под руководством миссис Дьюфур ребята отмыли и вычистили фургон. Питер приколотил полки для кастрюль и посуды. Джордж втащил внутрь матрасы.

– Миссис Боуленд развернет их сегодня вечером, – сказал он, утирая пот со лба.

Через два часа вернулся Мартин, который уже успел пригнать овец. Его сопровождала старая собака. Скампер ринулся к овчарке с намерением поиграть, но та легла, положив голову на лапы, и закрыла глаза.

– Ей не до развлечений, Скампер, – объяснил Питер недоумевающему спаниелю. – Не приставай. Овец нелегко пасти. Мартин, вы уже рассказали Боулендам про фургон?

– Да, – ответил старик. – Миссис Боуленд отказывалась поверить в такое счастье. Я ей не говорил о вещах, пусть это будет для нее сюрпризом. Она скоро придет.

– У нас все готово, – сказал Питер. – Посмотрите сами, Мартин!

Фургончик сверкал чистотой и выглядел очень уютным. Пастух смотрел на него с изумлением.

– Просто узнать нельзя! – воскликнул он. – А ведь мистер Дьюфур хотел его к зиме разобрать на дровах.

– А вот и миссис Боуленд с детьми! – закричала Дженет. – Мама дала – им консервы. Я расставила банки на полках. Надеюсь, миссис Боуленд купила молока для девочки…

– Мы попросим Мартина приносить им каждое утро кувшин парного молока, – заявил Питер. – Ты не против, мама?

Миссис Боуленд робко подошла к фургону. Она была удивлена и несколько испугана тем, что собралось столько народу. Мартин ласково заговорил с ней, и на лице ее появилась боязливая улыбка.

– Ну же, миссис Боуленд, смелее! Здесь только ваши друзья. Вот фургон, который дала миссис Дьюфур… вам будет хорошо в нем! Посмотрите, как все здорово устроено!

Мать Питера и Дженет добавила:

– Мы очень сочувствуем вашей беде. Подумать только, все сгорело дотла! Какая прелестная девочка! А мальчика как зовут?

Она погладила Алана по голове, но тот отшатнулся и бросился бежать, вытянув вперед руки. Дженет хотела броситься за ним, но миссис Боуленд остановила ее:

– Не надо! Бедняжка, он так и не пришел в себя после пережитого ужаса. Ведь ему только восемь лет.

Дженет задумчиво посмотрела вслед мальчику. Ростом он явно не вышел и казался немного странным. У него были огромные черные глаза, неподвижно устремленные в одну точку, темные кудрявые волосы и смуглое лицо.

Забившись в кусты, он походил на испуганного бельчонка.

А миссис Боуленд с восторгом разглядывала фургон.

– Теперь у нас все есть! – воскликнула она, не помня себя от радости. – Даже консервы принесли! А чистота какая! Не знаю, как вас благодарить, мэм. После пожара я всю ночь проплакала. Конечно, это была всего лишь старая халупа, и ее продувало насквозь, но мы в ней как-то жили…

– Когда возвращается ваш муж? – спросил Питер, которому очень хотелось увидеть радость Джилберта Боуленда.

– Джилберт теперь сам не свой, – озабоченно проговорила миссис Боуленд. – Ведь мы потеряли все самое ценное. Мою швейную машинку, мандолину Джилберта и…

– Он играет на мандолине? – вмешался Колин. – Как мой дядя. Какая жалость, что он лишился своего инструмента!

Девочка заплакала, и миссис Боуленд склонилась над коляской.

– Сейчас я дам ей молока, – сказала она. – А потом будем устраиваться. Правду говорят, свет не без добрых людей. Джилберт обязательно придет поблагодарить вас, мэм.

– Нам уже пора? – осведомился Питер.

Мать кивнула в ответ, а затем повернулась к пастуху.

– Вы сможете по утрам приносить молоко для девочки, Мартин? – спросила она. Старик заверил, что для него это не составит никакого труда.

Питер и его друзья простились с миссис Боуленд.

– Мы надеемся, что вам будет удобно в фургоне, – добавил вожак Семерки. – Если вам что-нибудь понадобится, сразу же скажите нам.

Подойдя к кустам, где прятался маленький мальчик, Питер крикнул:

– До свидания, Алан!

В ответ малыш лишь уставился на Питера своими огромными черными глазами. И Питеру показалось, что Алан его не видит. Какой странный мальчишка!

Глава 7

Эти несносные Сьюзи и Нэнси.

Семеро друзей направились к грузовичку.

Все радовались, что так удачно провели день. Внезапно они увидели вдали человека, который поднимался на холм.

– Держу пари, что это Джилберт Боуленд, – сказала Дженет. – Надеюсь, он будет доволен своим новым жильем.

– Нисколько не сомневаюсь в этом, – подтвердила мать. – Только не забывайте, что несчастные Боуленды, хоть и получили крышу над головой, потеряли все свое имущество… если не считать коляски для младенца. Очень тяжело лишиться вещей, которыми дорожишь! Джилберт, например, больше не сможет играть на мандолине…

– А мандолина дорого стоит? – поинтересовался Джек.

– Еще как – ответил Колин. – Моему дяде она обошлась в кругленькую сумму.

И он стал наигрывать на воображаемом инструменте, подпевая в такт. Все расхохотались.

– Почему бы нам не устроить еще одно заседание? – предложила Барбара.

– Я согласен! – объявил Питер. – Конечно, особого повода у нас нет, но все равно будет весело. Мама, можно, мы вернемся домой пешком, через поле? Погода такая хорошая.

– Конечно, идите. А я тем временем приготовлю вам что-нибудь вкусное. Вы сегодня заслужили. Я позвоню родителям остальных, чтобы они не волновались.

– Мамочка, какая ты добрая! – воскликнула Дженет, выражая общие чувства. – Мы поужинаем все вместе, как это здорово! Что ты нам приготовишь? Яйца? Ветчину? Паштет?

– Увидишь сама, – улыбнулась мать. – Спускайтесь! А я поеду дальше. До встречи! Семеро друзей спрыгнули на землю. Скампер последовал за ними. Они направились домой через поля. Стоял прекрасный весенний вечер: птицы заливались радостным щебетом, склон холма пожелтел от нарциссов, а скромные фиалки стыдливо прятались за зелеными стрелками своих листиков.

– Их почти не видно, но как же они пахнут! – заметила Барбара.

Внезапно сзади послышался пронзительный голос. Семерка застыла как вкопанная.

– Эй, подождите нас! Подождите!

– Вот не повезло! – с досадой промолвил Джек. – Сьюзи, да еще с Нэнси в придачу!

В самом деле, несносные девчонки со всех ног бежали к ним.

– Привет! Вы все сделали в фургоне? – выпалила Сьюзи.

Рассказ Семерки об успешно проведенном дне привел подружек в полный восторг.

– Почему вы не разрешили нам помочь? – с сожалением воскликнула Сьюзи. – Пусть даже мы и не входим в Тайную Семерку!

– Вы могли бы вытрясти свои копилки и купить что-нибудь для Боулендов, – заметила Дженет. – Это было бы хорошим предлогом, чтобы взглянуть на фургон. – Мы и без вас до этого додумались, – огрызнулась Сьюзи. – А теперь нам можно пойти с вами или же достопочтенные члены Тайной Семерки предпочитают остаться одни?

– Не болтай глупостей, – сказал Питер. – Ты же видишь, мы просто гуляем. Вас никто не гонит.

– А Нэнси сочинила песенку! – вскричала Сьюзи со смехом. – Песенку о Тайной Семерке.

– Мы не желаем ее слушать, – поспешно проговорил Джордж, подозревая, что стишки Нэнси будут не очень лестными для членов общества.

– Питер, эта песенка с припевом, – не унималась Сьюзи. – Нэнси споет ее, а мы подхватим припев хором!

– Пускай они заткнутся, Питер! – вмешался Джек. – Когда Сьюзи и Нэнси оказываются вместе, их наглость превосходит всякое воображение.

Но девчонки не желали отступать. Притопывая ногой, Нэнси затянула первый куплет визгливым противным голосом:

Тайна семерка,
Чванится всегда!
Думает, что взрослые,
А сами – мелкота. 

– А теперь припев! – скомандовала Сьюзи и, не дожидаясь подружки, завопила во все горло:

Вот какие задаваки,
Грубияны и кривляки!

Это было уж слишком! В едином порыве семеро друзей бросились на нахальных девчонок, выкрикивая:

– Убирайтесь отсюда! Посмейте только еще раз спеть вашу идиотскую песенку, и мы вам такое покажем…

Но Сьюзи с Нэнси уже удирали со всех ног, смеясь над бессильной злостью Семерки.

– Это вам за то, что не взяли нас с собой сегодня! – успела крикнуть Сьюзи на бегу. – И это еще не все! Мы вам приготовили другие сюрпризы!

Через мгновение обе девчонки исчезли за склоном холма.

– Именно этого я и боялся, – печально произнес Джек. – Но что делать? Я же не виноват, что у меня такая сестра… А тут еще эта Нэнси! От нее дом ходит ходуном… и придется терпеть ее еще целую неделю!

– Какие дурацкие стишки! – воскликнула Барбара, которая терпеть не могла насмешек.

– Но довольно забавные! – заметил Джордж, однако никто с ним не согласился.

Посреди поля стояло такое комичное пугало, что ребята остановились, желая полюбоваться им. На старой черной шляпе восседала ворона. Ветер трепал полы оборванного твидового пиджака, отчего пугало казалось живым.

– Это старый папин костюм – засмеялась Дженет. – Он его в прошлом году отдал Мартину. А этот грязный шарф… красный в белый горошек… готова поклясться, что видела его на шее у нашего пастуха!

Ворона, склонив голову, клюнула пугало в плечо.

– Вон отсюда! – воскликнул возмущенный Питер. – Ты же должна его бояться! Убирайся, кому говорят!

Ворона с громким карканьем, похожим на смех, неохотно взлетела, лениво размахивая черными крыльями.

– Уверена, что она тоже насмехается над нами, – весело прокомментировал Джордж. – Как Нэнси! Слушайте, я просто умираю от голода. Может, пойдем к тебе, Питер? Посмотрим, что приготовила нам твоя мама… Дьюфур? Яйцами? Ветчиной? Паштетом? Сыром? Или пирогом? Как бы то ни было, Семерка готова была проглотить все до последней крошки – конечно, поделившись со славным Скампером!

Глава 8

Удивительная новость.

Когда Семерка явилась на ферму, ужин был уже готов. Вымыв руки, ребята весело расселись за столом. Миссис Дьюфур постаралась на славу!

– Творожная запеканка! – ахнула Дженет.

– Ветчина и яйца вкрутую! – подхватила Пэм. – Обожаю ветчину!

– Угощайтесь на здоровье, – улыбнулась мама Питера. – После такого трудового дня вы наверняка проголодались. Ты знаешь, Джек, я видела твою сестру Сьюзи с ее подружкой… честно говоря, мне очень хотелось пригласить и их тоже.

– Мама, как ты могла такое подумать? – вскричал Питер в ужасе и потянулся за огромным куском запеканки. – Нэнси сочинила про нас дурацкую песенку, и я уверен, что у нее хватило бы наглости спеть ее за нашим столом. – Тогда я запустил бы в нее тарелкой! – сказал Джек.

– Ну нет! – возразила миссис Дьюфур. – Моя запеканка заслуживает лучшей участи. Колин, а ветчины?

– Кажется, он спит, – сказала Пэм, подтолкнув приятеля локтем. – Проснись, Колин. О чем ты думаешь?

– Я пытался найти рифму, – ответил Колин, хлопая ресницами, будто и впрямь только что очнулся от сна. – Хочу сочинить песню о Нэнси.

– Песню? А я и не знала, что ты пишешь стихи! – изумленно произнесла Дженет. – Давай прочти их нам!

– В общем, так… – начал Колин, но тут же осекся. – Нет, пожалуй, не стоит.

Однако все стали хором его упрашивать, и он не смог отказаться, хотя очень боялся, что миссис Дьюфур будет недовольна.

У Нэнси нос крольчиный
И нет совсем мозгов…

Ребята встретили начало песни дружным смехом.

– Браво, Колин! – вскричал Джек. – Вылитая Нэнси! Если теперь она или Сьюзи осмелятся прочесть мне свои стишки о Семерке, я сумею им ответить!

– А что дальше, Колин? – спросила Дженет, с восхищением глядя на юного поэта.

– Я еще не придумал конец, – ответил мальчик. – Стихи писать очень трудно.

– Это звучит не слишком лестно и не слишком вежливо по отношению к Нэнси, – заметила миссис Дьюфур.

Колин, побагровев от смущения, не посмел возразить.

– Сьюзи с Нэнси тоже были не слишком вежливы, – вмешалась Дженет. – Давайте сочиним конец все вместе.

– Нет, нет, лучше бросим эту затею, – воскликнул Колин, которому очень не хотелось впасть в немилость у матери своих друзей.

Он попытался толкнуть Дженет ногой под столом, но попал в Скампера. Спаниель взвизгнул от боли и обиды.

– Прости, Скампер, – сказал Колин и опустился на четвереньки, чтобы утешить пса, а заодно сменить тему разговора.

– Какой чудесный ужин, мама! – произнес Питер, когда все насытились. – Я так наелся!

– И я тоже, – подхватила Пэм. – Даже ветчина меня уже не соблазняет.

– Мы поможем вымыть посуду, – объявила Барбара. – Можно, мама? – спросила Дженет. – Мы ничего не разобьем, не беспокойся!

Хорошо, вы избавите меня от лишних хлопот, – ответила мать.

Она взялась за вязанье, а семеро друзей отнесли грязную посуду на кухню.

– Надо бы нам собраться завтра, – предложил Питер, вытирая стакан. – В десять часов, идет?

– Нет, я иду с мамой на рынок, – сказала Пэм. – Мы вернемся к одиннадцати.

Это время устроило и всех остальных.

– Нам нужен другой пароль, – заявил Питер. – Сьюзи и Нэнси знают прежний.

– Гав, гав! – подтвердил Скампер.

– Вот именно, – одобрительно кивнул Питер. – Положительно, тебе не хватает только дара речи, мой славный пес. Ну, придумай для нас новый пароль!

Тук, тук, тук! Скампер, чрезвычайно гордясь поручением хозяина, стал стучать хвостом по полу.

– Спасибо, старина. «Тук, тук, тук» – вот наш новый пароль, – произнес Питер с такой важностью, что ребята рассмеялись. – Его очень легко запомнить.

В самом деле, на следующее утро никто не забыл пароль. Члены Тайной Семерки, подходя один за другим к двери сарая, уверенно произносили шепотом:

– Тук, тук, тук!

Каждый раз Скампер приветственно стучал хвостом по полу. Пес был счастлив: еще никогда ему не выпадала подобная честь – именно он придумал новый пароль для своих юных друзей!

Собравшись, все сразу же заговорили о Боулендах. Как прошла их первая ночь в фургоне? Принес ли им Мартин молока? Питер спросил у Джека, не пронюхали ли Сьюзи с Нэнси о сегодняшнем сборе.

– Нет, я выскочил незаметно, когда они лазили по деревьям в саду, – отозвался Джек. – И все время горланили свою дурацкую песню! Я пытался вспомнить стихи Колина о Нэнси, но безуспешно. Ты не можешь повторить их мне, Колин?

Колин не успел ответить, так как в дверь кто-то постучал.

– Кто там? – крикнул Питер. – Вы можете войти только в том случае, если знаете пароль! У нас важное заседание.

– Это я, пастух Мартин, – послышался голос.

Питер тут же открыл дверь. Всегда улыбающийся Мартин выглядел на сей раз непривычно расстроенным. – Вы не снимали лохмотьев с чучела, которое я поставил среди поля? – спросил он. – Птицы совершенно обнаглели. Они не боятся соломенной головы на палке. Их может отпугнуть только подобие человека.

– Нет, нет, мы к чучелу даже не притрагивались, – удивился Питер. – Нам такое и в голову бы не пришло!

– Хотел бы я знать, кто сыграл со мной эту шутку, – проворчал старик. – Вечером я расскажу об этом вашему отцу. Быть может, вы найдете того, кто это сделал? Я был бы вам очень признателен.

Он ушел, а семеро друзей смотрели ему вслед, разинув рты от изумления. Раздеть пугало! Ну и дела!

Глава 9

Держи вора!

Тайная Семерка была потрясена невероятным происшествием.

– Не далее как вчера мы видели пугало, – вымолвил наконец Питер. – На голове у него сидела ворона. Птицы его совершенно не боялись, что бы там ни говорил Мартин.

– Кто же мог польститься на такой костюм? – пожал плечами Джек. – Ведь это просто лохмотья, правда?

– Еще бы! – воскликнула Дженет. – Уже несколько месяцев он висит на чучеле в любую погоду! Ума не приложу, кто мог его взять.

– Носить нельзя, продать – тем более, – добавил Питер. – Отчего Мартин решил, будто это мы его взяли?

– Потому что однажды мы такое проделали, – объяснила Дженет. – Ты забыл? Мы засеяли пшеницей крохотный участок в нашем саду, а птицы сразу налетели его клевать. Тогда мы унесли пугало с большого поля, чтобы защитить свои посевы. Папа хотел нас наказать, но мама вступилась, сказав, что мы еще маленькие и ничего не понимаем.

Все засмеялись, представив себе, как Питер с Дженет волокут пугало в свой маленький садик.

– Вот почему Мартин прежде всего подумал о вас, – заключил Колин.

– Может быть, это проделки Сьюзи и Нэнси? – предположил Джордж.

Остальные согласились с ним.

– Это вполне в их духе, – подтвердил Джек. – Возможно, они решили, что это нас разозлит и заинтересует. Любая глупая выходка кажется им очень остроумной.

– Придется тебе расспросить свою сестрицу, – распорядился Питер. – Если она просто начнет хихикать, предупреди нас. Мы должны с этим разобраться, потому что подозрения пали на нас.

– Итак, начинаем расследование, – подытожил Джордж. – А Колину нужно завершить песню о Нэнси и сочинить еще одну о Сьюзи. Нам следует проучить этих наглых девчонок.

– Поговорим о более приятных вещах, – сменил тему Питер. – Вечером мы с Дженет собираемся в кино, на восьмичасовой сеанс. Кто хочет пойти с нами?

– Только не я, – вздохнул Джек. – Мама потребует, чтобы Сьюзи и Нэнси тоже пошли. Провести целый вечер в обществе этих дурех… нет, спасибо!

– И я не смогу, – сказала Пэм. – Мы с Барбарой приглашены на день рождения к нашей подруге.

– А я пойду, – объявил Колин. Джордж лишь кивнул.

– Итак, нас четверо. Встретимся у кинотеатра без пяти восемь. – А как же быть с раздетым пугалом? – спросил Колин. – Мы будем искать эти обноски?

– Сначала Джек должен поговорить с Нэнси и Сьюзи, – ответил Питер, поднимаясь с места. – Соберемся вновь завтра или послезавтра. Мы заждались приключения. Правда, был пожар, но в этом нет ничего забавного.

Вечером Дженет, Питер, Колин и Джордж встретились у кинотеатра. Фильм оказался очень интересным. Когда они вышли из зала, темень была кромешная – ни одной звездочки на небе! Питер с Дженет захватили свои велосипеды, зато Колин с Джорджем пришли пешком.

– До свиданья, – сказали брат с сестрой, усаживаясь в седло.

Вскоре они исчезли в темноте, лишь фонарики на руле еще какое-то время мерцали вдали.

Колин и Джордж неторопливо направились домой. Магазины уже закрылись, но витрины большей частью были ярко освещены. Мальчики задержались перед одной из них, чтобы полюбоваться гоночным велосипедом. Затем их внимание привлекла витрина антикварной лавки: с гравюрами, старинным фарфором, музыкальными инструментами и другими занятными вещами. Рядом был двор с решетчатыми воротами: здесь стояла колченогая мебель и громоздились какие-то ржавые железки.

Обменявшись мнением по поводу картины, изображавшей морскую битву, друзья двинулись дальше. На перекрестке Колин вдруг резко остановился и хлопнул себя по лбу:

– Ой, а где же мои часы? Надо бы поискать, Джордж! Наверное, я обронил их на улице или в зале…

Повернув назад, мальчики пошли очень медленно, внимательно смотря себе под ноги. Джордж водил по тротуару лучом электрического фонарика. Внезапно тот погас.

– Вот невезение, батарейка села! – расстроенно махнул рукой Колин. – В такой темнотище мы ничего не найдем!

В этот момент по мостовой быстро прошел, не заметив их, какой-то человек. Ребята вздрогнули.

– Наверное, полицейский совершает обход, – высказал предположение Джордж. – Давай догоним его и сообщим о твоей пропаже. Он запишет адрес. Если кто-нибудь принесет твои часы в участок, тебе их сразу же вернут. Тогда тебя не будут ругать.

– Хорошая мысль! – воскликнул Колин. Мальчики пустились следом за прохожим, который обогнал их несколько секунд назад. Они уже собирались окликнуть незнакомца, но тот вдруг остановился у антикварной лавки и стал озираться по сторонам.

– Нет, это не полицейский, – прошептал Колин. – Ой, смотри! Что это он делает?

Резко распахнув решетчатые ворота, мужчина схватил лежавший на стуле предмет, спрятал его за пазуху и бросился бежать, зацепив по до роге груду ржавого железа, которая с грохотом развалилась.

Вор! Колин попытался сделать ему подножку, но незнакомец отпрянул в сторону и помчался с удвоенной скоростью. На какое-то мгновение он оказался в свете уличного фонаря, а затем исчез в темноте.

– Бежим за ним! – крикнул Джордж.

Ребята ринулись в погоню, но за поворотом вынуждены были остановиться. Вор словно испарился. А вся улица между тем уже всполошилась – встревоженные шумом люди выходили из домов или выглядывали из окон. Как по волшебству появился полицейский. Из антикварной лавки с воплями выскочил какой-то человек. Да, будет о чем рассказать на завтрашнем заседании Тайной Семерки!

Глава 10

Еще одна невероятная новость.

Колин и Джордж бегом вернулись к антикварной лавке. Ее владелец был вне себя от отчаяния.

– Что произошло? – спросил полицейский, вынимая блокнот. – Кто забрался к вам во двор?

– Какой-то мужчина, – отозвался один из собравшихся зевак. – Я увидел его с другой стороны улицы. Но описать не могу… слишком уж быстро он исчез.

– Что у вас украли? – спросил полицейский у безутешного антиквара.

– Скрипку! – всхлипнул тот. – Мою чудесную бесценную скрипку!

– Где она лежала?

– Вот здесь, на этом стуле.

– Как же вы оставили такую ценную вещь во дворе, где даже ворота не заперты?

– Я отремонтировал ее и положил сюда, чтобы просох клей. Собирался забрать ее перед тем, как лечь спать.

– Это все, что у вас взяли?

– Да. Остальное не представляет никакой ценности. Перед лавкой собралась уже порядочная толпа. Подошел еще один полицейский. Колин и Джордж задавались вопросом, нужно ли рассказать, что они видели, как кто-то проник во двор. Мальчики подталкивали друг друга локтем, но не могли решиться. Тут один из полицейских обратил на них внимание.

– Возвращайтесь домой, – строго сказал он. – Вам тут нечего делать. Поторапливайтесь!

Колин и Джордж не заставили просить себя дважды. Особой пользы их свидетельство не принесет – зато при мысли, что все взгляды обратятся на них, оба краснели от смущения. Вдруг люди подумают, будто именно они взяли скрипку!

– Завтра Тайная Семерка должна обсудить это дело, – выдохнул Джордж на ходу. – Сомневаюсь, что нам удастся найти вора… ведь мы его видели только мельком. Однако о нашем приключении надо рассказать.

Колин был полностью согласен с другом. Не каждый день становишься свидетелем кражи! Какая жалость, что не удалось задержать преступника до прихода полиции!

На следующее утро Колин позвонил Питеру. – Это ты, Питер? Слушай, вчера вечером, когда мы с Джорджем возвращались из кино, какой-то человек забрался во двор антикварной лавки и украл скрипку. Как ты думаешь, надо ли созывать Тайную Семерку? По-моему, это дело для нас.

– Вы были свидетелями кражи? – воскликнул Питер. – Папа узнал об этом сегодня утром и за завтраком рассказал нам. Как все это произошло?

– Я потерял часы, и мы решили за ними вернуться, – объяснил Колин. – Иначе мы ничего бы и не увидели. На какой час ты назначаешь заседание, Питер? Мы с Джорджем могли бы предупредить всех остальных.

– Лады. Приходите как можно раньше. Мы с Дженет будем ждать вас в сарае.

Через несколько минут ребята, сгорая от нетерпения, собрались в своей штаб-квартире. Весть о краже уже успела разнестись, а потому рассказ Колина и Джорджа был выслушан с величайшим вниманием, в полной тишине. Питер и Дженет с досадой говорили себе, что не надо было накануне брать велосипеды. Кто знает? Быть может, вчетвером им удалось бы схватить вора!

– Кстати, – сказал в заключение Колин, – часы мои нашлись. Я просто забыл их взять, и они лежали на столе в моей комнате.

– Вот это да! – вскричал Джордж. – А мы их так усердно искали! Грабителя поймали?

– Нет, – ответил Питер. – Папа заходил сегодня в участок, чтобы сообщить о бродячей собаке, которая пугает наших овец. Полицейские сказали ему, что вора все еще ищут. Никто не понимает, почему он залез во двор и взял скрипку, на первый взгляд не имеющую никакой ценности.

– Напротив, это очень дорогой инструмент, – возразила Пэм. – Смычок тоже исчез.

– Наверное, это какой-нибудь скрипач, – предположил Питер после минутного раздумья. – Ну, теперь начнут допрашивать всех здешних музыкантов.

– Надеюсь, никто не заподозрит мисс Клементе, преподавательницу по скрипке в нашей школе! – воскликнула Пэм. – Она в обморок упадет, если ее вызовут в полицию. Это такая застенчивая, робкая женщина! Однажды ей едва не стало дурно, когда кто-то слишком громко захлопнул крышку фортепьяно.

– Держу пари, это была ты! – ухмыльнулся Джек.

– Нет, твоя сестра Сьюзи! – парировала Пэм. – Ты мог бы и сам догадаться. Наша мисс Клементе похожа на пугливую мышку… Чтобы она залезла во двор антикварной лавки и стащила скрипку? Быть такого не может!

– Слушайте, Джордж и Колин, – сказал Питер. – Папа узнал от полицейских, что никто так и не сумел описать, как выглядит вор. Вы заметили что-нибудь? Наше первое правило гласит: члены Тайной Семерки должны смотреть в оба!

Колин отрицательно покачал головой, а Джордж неуверенно проговорил:

– Ну, я попробую описать вора… хотя видел его только одно мгновение, когда он оказался в свете уличного фонаря.

– Давай, – кивнул Питер, вооружаясь блокнотом. – Тут важна любая мелочь. Например, какого он роста, как был одет…

– Ну, довольно высокий… – начал Джордж, закрыв глаза, чтобы вызвать в памяти облик грабителя.

– В старом драном твидовом пиджаке и очень грязных серых брюках. На голове дырявая шляпа. Что еще… Ах да, шарф! Красный шарф в белый горошек.

Питер присвистнул от удивления:

– Джордж, тебе ничего не пришло в голову? Это же вещи с нашего пугала.

Глава 11

Очень бурное заседание

Все изумленно уставились на Питера. Похититель скрипки позаимствовал одежду у пугала! Но зачем?

– А может, это и было пугало? Ночью убежало со своего поля и украло скрипку! – со смехом спросила Пэм.

– Замолчи, Памела! – строго оборвал ее Питер. – Сейчас не время для шуток.

Пэм смутилась и покраснела. Она ненавидела свое имя, которым наградила ее одна из ее старых тетушек. Друзья называли ее полным именем, только когда хотели упрекнуть.

– Все это очень странно, – задумчиво произнес Питер. – Значит, мы ошиблись, решив, что Сьюзи и Нэнси взяли старый папин костюм, чтобы нам влетело за эту пропажу.

– Я попытался поговорить с ними, – сказал Джек, – но так ничего и не сумел из них вытянуть. Они хохотали, как сумасшедшие. Я даже подумал, что они опять готовят нам какую-то пакость. – Они просто издевались над тобой, – заключил Питер. – А теперь давайте все как следует обмозгуем. Что нам известно? Первое: вчера ночью украли очень дорогую скрипку. Второе: похититель был одет в лохмотья, снятые с пугала. Итак, что вы на это скажете?

– Вору была известна стоимость инструмента, – тотчас же отозвался Колин. – Скорей всего он скрипач или, по крайней мере, музыкант.

– И он переоделся, чтобы, если вдруг его заметят, никто его не узнал, – добавила Барбара.

– Он побоялся покупать одежду у старьевщика или попросить у какого-нибудь бродяги, потому что это могло бы навести полицию на его след, – продолжил Джек.

– И поэтому решил раздеть наше пугало, – заключил Питер. – А теперь он это рванье наверняка или выкинет, или спрячет.

– А может, вернет тому, у кого взял? – высказал предположение Джордж.

– Нет. Он испугается, что его смогут застать за этим занятием, – решительно отверг его догадку Питер. – Тем более что Мартин наверняка уже раздобыл новую одежду для своего бесценного пугала. Нет, он или сожжет, или закопает эти лохмотья. – А почему бы нам не поискать их? – предложила Дженет. – Хотя вряд ли мы что-нибудь найдем. Если он и закопал их, то где-нибудь подальше отсюда.

– А что, мне нравится твоя идея, – неожиданно поддержал ее Питер. – У кого еще есть соображения?

Все молчали. Как можно отыскать вора, когда ты даже не видел его в лицо, а одежда, которая была на нем, скорей всего уже уничтожена?

– Интересно, есть ли у нас в округе музыканты, которые хотели бы иметь дорогую скрипку? – задумчиво произнесла Пэм.

– Наверняка есть, – ответил Питер. – Но никто из них не пошел бы в антикварную лавку красть ее. Например, мистер Дилпич, нотариус… он и его жена играют на скрипке. Но у них достаточно денег, чтобы купить себе любой инструмент, какой им захочется. К тому же они вполне нормальные люди. А этот вор, похоже, был немного не в себе.

– Да нет, вряд ли, он же сообразил, что надо переодеться, – возразила Дженет.

– Ты права. Это настоящая загадка. И я не знаю, сумеем ли мы ее разгадать, – сказал Питер. – Единственное, что пока мы можем сделать, – это попытаться отыскать одежду похитителя.

Громкий лай Скампера прервал обсуждение столь животрепещущего вопроса.

– Готов поспорить, это Сьюзи, – с досадой воскликнул Джек. – Она сказала, что зайдет за мной, чтобы вместе пойти к бабушке. Я запретил ей приходить сюда. Но эта нахалка опять меня не послушалась!

За дверью Сьюзи и Нэнси заверещали во все горло:

Тайная Семерка
Чванится всегда:
Думают, что взрослые,
А сами мелкота.
Вот какие задаваки,
Грубияны и кривляки!

Колин подбежал к двери, распахнул ее и изо всех сил заорал:

У Нэнси нос крольчиный
И вовсе нет мозгов.
Не надо ей пирожных,
А лучше дать морковь!

Семерка не собиралась скрывать свою радость. Поделом этой Нэнси: в следующий раз она сначала подумает, прежде чем насмехаться над Семеркой! Все помнили начало песенки Колина; конец же он в негодовании сочинил прямо сейчас.

Разъяренная Сьюзи набросилась на Колина.

– Нэнси заплакала! – воскликнула она. – Ты обидел мою лучшую подругу. Вы все за это поплатитесь – вся ваша противная Семерка!

– Нэнси первая начала дразниться, – стал оправдываться Колин.

Ему вдруг стало стыдно за свою песенку и очень жалко Нэнси. К тому же миссис Дьюфур еще тогда сказала ему, что его куплеты слишком грубые.

– Джек, тебе пора, – не терпящим возражений тоном заявила Сьюзи. – Бабушка ждет нас.

– Интересно, с чего это ты решила мной командовать? – бросил ей брат и повернулся к членам Тайной Семерки: – Так что мы делаем сегодня после обеда?

– Давайте сходим к фургончику миссис Боуленд и узнаем, как она устроилась, – предложил Питер. – Мама просила нас отнести ей пеленки для малютки. А мне хочется подарить Алану заводную машину.

– Отлично. Я приду в половине третьего, нормально? – спросил Джек.

– Лучше даже в три, – ответил Питер, остальные согласились с ним. – А заодно, – Питер перешел на шепот, – мы начнем поиски одежды пугала.

– А я все слышала! – крикнула Сьюзи. – И знаю, чего вы шепчетесь! Вы думаете, что мы с Нэнси спрятали эти тряпки. Так вот, это неправда. Джек напрасно нас подозревает. А вы запомните: скоро все будут над вами смеяться, это я вам обещаю. Как посмотрят на вас, так просто животики надорвут от хохота.

И, подхватив под руку Нэнси, она гордо удалилась.

– Интересно, что еще она придумала? – обеспокоенно проговорил Питер.

Глава 12

Находка Скампера.

В третьем часу Семерка отправилась к Заячьему холму. Скампер, как обычно, бежал впереди.

– Мы сейчас пройдем мимо пугала, – вспомнил Колин. – Интересно, какой теперь на нем костюм?

Пугало было одето еще более нелепо, чем прежде. На плечах его болтался старый, весь в дырках, дождевик, из-под него свешивались обтрепанные брюки, а на голове красовалась дамская шляпка с перышком. Вид у пугала был унылый; казалось, оно стеснялось своего несуразного наряда.

Дженет расхохоталась. – Это же шляпка Мэри, нашей горничной! – воскликнула она. – Она надевала ее на свадьбу своей дочери!

– Брюки когда-то носил наш пастух, – подхватил Питер. – И плащ тоже! Ну и модное же у нас пугало! Привет, старина! Может, скажешь, куда ты дел свой старый костюм?

«Старина» молчал, и только рукава плаща колыхались на ветру, словно приветствуя Питера. Развеселившаяся Семерка распрощалась с пугалом и продолжила свой путь.

Впереди протекал ручеек, через него был перекинут узкий мостик. Услышав журчание воды, Скампер, давно изнывавший от жажды, помчался к ручью. Внезапно он остановился, принюхался и вдруг устремился в ближайшую канаву. Что-то его очень взволновало – это было ясно с первого взгляда.

– Что там такое, Скампер? – крикнул Питер. – Назад!

Спаниель не послушался. Тихонько подвывая, он яростно скреб землю передними лапами. Ребята остановились и уставились на собаку. Дженет удивленно ахнула:

– Питер! Смотри, что там у него! Какая-то тряпка! Слушай, а вдруг это старая одежда пугала?

– Там что-то серое! Прежние брюки пугала были как раз серые, – взволнованно проговорил Питер. – Давай, Скампер, копай!

Все затаили дыхание.

Скампер яростно работал лапами, раскидывая во все стороны землю. Наконец он вцепился зубами в перепачканную тряпку и вытащил ее наружу.

– Гав! Гав! Гав! – залился он, гордый своей победой.

Питер вертел в руках неровно отрезанный клочок серой фланели, скорее бывший когда-то юбкой или платьем, но уж никак не брюками. А Скампер продолжал копать.

– Там еще что-то есть, – сказал Джек. – Может быть, шляпа?

Джек оказался прав. Через несколько минут Скампер извлек на свет старую шляпу… соломенную, украшенную ленточкой. Пэм тотчас узнала ее.

– Питер! Это шляпка Сьюзи, она носила ее года три назад. Что все это значит?

– Гав! – ответил Скампер.

Сунув морду в вырытую им яму, он извлек оттуда кость и гордо положил ее к ногам хозяина.

– Ах, вот оно что! – воскликнул Питер. – Так, значит, ты почуял кость, Скампер? Но кто же ее туда положил….

Он не успел закончить фразу. Рядом раздался громкий смех. Из-за кустов выскочили Нэнси и Сьюзи: спрятавшись неподалеку, они выслеживали Тайную Семерку.

– Вот смеху-то! Ха! Ха! Ха! Скампер, ты просто прелесть! Молодец, собачка! А эти-то! Ой, умора! – заливалась Сьюзи, держась за бока от хохота.

Нэнси не отставала от нее:

– Ты видела, какие у них были рожи, когда они узнали твою старую шляпку, а, Сьюзи? Ха! Ха! Ха! Никогда я так не смеялась! Ха! Ха! Ха! Ох, отлично, старина Скампер!

Пес никак не мог понять, отчего Сьюзи и Нэнси катаются по траве, издавая при этом какое-то непонятное бульканье. Может быть, они заболели? Желая выразить девочкам свое сочувствие, спаниель подбежал к ним.

– Скампер, к ноге! – позвал Питер.

Удивленный суровым тоном хозяина, пес вернулся на место.

– Если вы считаете, что это смешно, то я… – начал Питер, обращаясь к обеим девчонкам.

– Ха! Ха! Конечно, это ужасно смешно, – прервала его Сьюзи, утирая слезы. – А какие вы все были важные, надутые! Смех, да и только!

– Идемте, пусть они смеются сколько влезет, – дрожа от ярости, произнес Джек. И, исполненная собственного достоинства, Тайная Семерка чинно направилась к ручью и перешла через мостик. Однако вскоре Пэм не выдержала и сама расхохоталась.

– Простите, я не хотела, – виновато потупилась она, – но это действительно было очень смешно.

И она опять рассмеялась. Барбара не удержалась и залилась вслед за ней.

– Представляю, с каким умным видом мы разглядывали клочок серой юбки и старую шляпку Сьюзи!

Она весело захихикала. Тут и остальные наконец сообразили, что со стороны они наверняка выглядели по-дурацки, и тоже стали хохотать, хотя в душе всем было немножко стыдно, что они так легко попались в ловушку, расставленную им Сьюзи и Нэнси.

– Ну и хитрюги: придумали положить в яму кость, а на нее бросить старую тряпку и шляпу, – промолвила Дженет. – Они давно хотели насолить нам и заранее вызнали, что мы пойдем именно здесь.

– И сообразили, что Скампер учует кость и начнет ее откапывать, – подхватил Джек. – А мы все будем радостно наблюдать, как он тащит из земли какие-то лохмотья. И таким образом попадемся на их удочку. Похоже, они были правы, пообещав насолить нам.

– А вот и фургон, – воскликнул Питер. – Смотрите, вон миссис Боуленд стирает белье. Добрый день, миссис Боуленд!

Глава 13

Странный малыш.

Миссис Боуленд подняла голову и улыбнулась друзьям.

– Как я рада вас видеть! – воскликнула она. – Вы что-то еще принесли, ребятки? Какая чудесная курточка для Алана и платьице для моей малютки!

– И вот еще один подарок Алану, – показал Питер заводную машину. – Но где он сам?

– Где-то здесь, – ответила мать. – Алан! Где ты? Алан, иди сюда! Тебе принесли подарок.

Но Алан не показывался.

– Он прячется, – объяснила мать. – Он боится людей.

– А разве он не ходит в школу? – спросила Пэм, поискав мальчугана глазами. – Или он еще слишком маленький?

– Ему восемь лет, – ответила миссис Боуленд, – но он никогда не ходил в школу. Бедный Алан! До сих пор ему не очень-то везло. Ох! А ведь доченька-то моя подрастает! Она уже выросла из своей коляски. Значит, Алану придется сидеть с ней. Слава Богу, он обожает свою сестренку.

Девочки украдкой заглянули в фургон. С первого взгляда было ясно, что семья уже обжилась в нем и чувствовала себя прекрасно.

– У вас есть все, что нужно? – осведомилась Дженет. – Мы ничего не забыли принести?

– Нет, ничего, только иголки и нитки, – смущенно улыбнулась миссис Боуленд. – Я хотела починить нашу одежду. Ведь у нас осталось только то, что сейчас на нас. Все остальное сгорело. Белье, которое я сейчас стираю, дали мне ваши родители.

– У вас, наверное, и ножниц нет, миссис Боуленд? – спросила Дженет.

– Джилберт дал мне свой перочинный ножик, – ответила миссис Боуленд, выкручивая белье. – Вы за нас не волнуйтесь – вот еще и пастух Мартин мне помогает.

– Мы вернемся, как только сможем, – пообещала Дженет. – Я принесу вам шкатулку для рукоделия, у меня их две. Может быть, вам еще чего-нибудь нужно?

– Нет ли у вас, случайно, старого ведра? – попросила миссис Боуленд. – Вы дали нам одно, но Алан его куда-то утащил, и я никак не могу найти его. Он пристрастился стучать по нему палкой, как по барабану. Вот тоже выдумал!

– Мы обязательно принесем вам еще одно ведро, – заверил ее Питер. – И как можно скорее. Но что там за шум?

– Так вот это Алан колотит в ведро, – пояснила миссис Боуленд. – Слышите, он выстукивает настоящую песенку! Ла, ла-ла, ла, ла-ла! Алан, иди сюда!

Тотчас же грохот прекратился. Миссис Боуленд покачала головой.

– Не стоит его искать! Он, словно кролик, нырнул в свою нору.

– Ваш муж на ярмарке? – спросил Питер.

– Ярмарка сегодня закрылась, разве вы еще не знаете? – ответила миссис Боуленд. – Теперь она откроется в другом городе, и Джилберт поехал туда. Он вернется только через несколько дней. Я очень скучаю без него. К счастью, меня часто навещает Мартин.

Дженет восхищенно смотрела на стойкую маленькую женщину. Она не могла забыть ее великодушный поступок, когда та угостила ребят вафлями.

– А вот и Алан! – воскликнул Джек. Малыш высунулся из зарослей дрока; казалось, он не видел прибывших к его матери гостей.

– Я же говорила вам, он прячет ведро, – заметила миссис Боуленд. – Алан, иди сюда! Тебе принесли прекрасный подарок. Такую красивую машину – совсем как настоящая! Иди сюда, сейчас ты ее получишь.

Алан не произнес в ответ ни слова и даже не пошевелился. Какой странный ребенок, читалось на лицах Семерки. Однако малыш был такой хорошенький, что Дженет стоило больших трудов сдержаться, чтобы не броситься к нему и не начать его обнимать и тормошить. Наконец мальчик пошел вперед – медленно, словно боясь упасть. За несколько шагов до ребят он остановился и замер.

Питер протянул ему игрушку. Малыш даже не попытался взять ее. Но когда Питер вложил машину ему в руки, он тут же прижал ее к груди. Пальцы его нащупали маленький клаксон, издавший пронзительный звук. И тут мальчуган улыбнулся – да так славно!

– Ту, ту-ту-туу… – мелодично пропел он. – Мама, это машина. Настоящая машина. Это мне, мама?

– Да, тебе, дорогой. Скажи спасибо. – Спасибо, – сказал Алан.

Но вместо того чтобы обратиться к Питеру, он повернулся к Джорджу. Дженет подумала, что она никогда еще не видела таких странных глаз, темных, почти черных, очень красивых, но совершенно без выражения.

Желая познакомиться поближе, Скампер подскочил к малышу и лизнул ему ногу. Малыш вскрикнул. Питер отозвал спаниеля. Алан тотчас же исчез в кустах, унося с собой подаренную машину.

– Уа! Уа! Уа! – захныкала малышка, заворочавшись в своей коляске. – Уа! Уа! Уа!

Ее живость резко отличалась от медлительности Алана. Дженет принялась играть с девочкой. Младенец засмеялся и стал тянуть к ней ручонки.

– Она вас полюбила, – улыбнулась миссис Боуленд. – Прекрати вертеться, маленькая плутовка. А то сломаешь свою коляску!

– Нам пора, – сказал Питер, взглянув на часы. – Миссис Боуленд, мы обязательно принесем вам иголки, ведро и прочие необходимые мелочи. Я рад, что вам понравился фургон.

– О да, очень понравился, – бодро ответила миссис Боуленд. – Спасибо большое, что навестили нас. И она стала развешивать белье на веревке, натянутой между двух деревьев.

Семерка удалилась. Скампер трусил впереди. Дойдя до ямы, которую он сам вырыл, пес вспомнил, что забыл свою кость возле фургона, и помчался обратно.

– Мы правильно сделали, что навестили их, – заявила Дженет. – Но какой странный ребенок этот Алан! Ему целых восемь лет, а он все еще не ходит в школу. Я поговорю с мамой. Она им займется.

– А вот и Скампер, – провозгласил Питер. – Фу! Брось эту кость, Скампер. Она слишком дурно пахнет.

Глава 14

Плач в ночи.

Семерка не собиралась целых два дня. Все были заняты. Питер и Дженет помогали отцу: под бдительным надзором Скампера они белили курятник.

– Отойди, Скампер! – то и дело кричала на собаку Дженет. – Ты нам мешаешь и сам вконец перемажешься. Посмотри, ты уже весь в белых пятнах. Джордж и Колин мастерили лодку. Джек читал. Пэм и Барбара трудились в саду, работая вместе, Колин и Джордж то и дело принимались обсуждать кражу скрипки.. Ведь они сами видели, как какой-то тип вбежал во двор к антиквару; и вообще, такое событие случается не каждый день., и быстро забыть о нем просто невозможно.

– Мне кажется, вора никогда не найдут, – сказал. Колин. – Папа узнавал в полиции, напали ли на его след. Ему ответили, что нет..

– У грабителя было время замести следы, – добавил Джордж: – Он наверняка уже убрался из наших краев.

Завершив работу, Питер и Дженет решили как следует отдохнуть. Они это заслужили.

– Нам очень хочется устроить пикник; – сказал Питер. – Ты позволишь, мама?

– Я приготовлю вам сандвичи, – ответила, миссис Дьюфур. – Если вы будете проходить мимо домика пастуха, передайте ему это письмо. Оно пришло сегодня на его имя.

– Договорились, – кивнул Питер, – Мы пойдем в лес. А на обратном пути завернем к холму, где Мартин пасет овец.

– А еще мы заглянем к миссис Боуленд – добавила Дженет. – Ее малышка такая хорошенькая! Мама, не дашь ли ты мне несколько катушек ниток? Я хочу отнести миссис Боуленд свою старую шкатулку для рукоделия. А ты уже отправила ей ведро?

– Нет. Мартин сказал, что одолжил им свое, пока этот проказник Алан не вернет то, которое он забрал себе.

– Он вовсе не проказник, – запротестовала Дженет, успевшая проникнуться к мальчугану истинной симпатией. – Он очень милый, только немного странный. Он играет на ведре, как на барабане.

Забрав корзинку с сандвичами, Питер и Дженет отправились на прогулку. Скампер радостно бежал впереди. Стоял чудесный день. Яркое солнце грело совсем по-летнему. Набрав огромные букеты подснежников и фиалок, Дженет просто прыгала от радости.

Как это здорово – уйти гулять на целый день, особенно после того, как ты хорошо поработал! Интересно, зацвели ли уже ранние нарциссы? Хотя, может быть, их время еще не настало.

Повсюду из травы торчали длинные узкие листья нарциссов, но цветы еще не распустились: среди зеленых стрелок прятались узкие бутоны. Все же Дженет удалось найти несколько раскрывшихся цветков.

– Отлично, теперь у меня будет настоящий букет! – воскликнула она.

– Не рви их, – посоветовал Питер. – Пока мы доберемся до дома, они завянут.

Проголодавшись, друзья расположились на поляне и достали сандвичи. В лесу пели дрозды. Вокруг брата с сестрой прыгала крохотная юркая малиновка и таскала у них крошки. После еды ребята отправились на холм, где стояла хижина Мартина.

Пастуха дома не было. Они подсунули письмо под дверь и заспешили к фургону. Но и он был заперт. Не было никого, даже Алана.

– Сегодня овцы пасутся на дальнем склоне холма, – промолвил Питер, усаживаясь на траву. – Ягнята, наверное, уже большие.

– Иногда мне хочется стать пастушкой и жить среди овечек, – мечтательно проговорила Дженет. – Смотри! Не Мартин ли это там со своей собакой?

Действительно, невдалеке показался пастух. Завидев ребят, он улыбнулся. Глаза его были голубые, словно небо. Дженет вновь задалась вопросом, почему у людей, постоянно живущих на свежем воздухе, такие голубые глаза. Подбежав к старику, она за руку поздоровалась с ним, ее маленькая ручка утонула в жесткой мозолистой ладони.

– Рад вас видеть, – сказал Мартин, опираясь на толстую суковатую палку. – А то мы с собакой почти все время одни.

– А разве вы не навещаете семью Боулендов? – спросил Питер.

– Конечно, навещаю: миссис Боуленд очень достойная женщина, – ответил Мартин. – С мужем-то ее я и словом не перемолвился – он возвращается чуть не за полночь. Да вы же знаете, он работает на ярмарках. Маленький Алан очень странный мальчик. Он может часами сидеть не шелохнувшись. Мне кажется, у него с мозгами не все в порядке.

– Бедный малыш! – воскликнула Дженет. – Может быть, поэтому он и не ходит в школу.

– Я с радостью сажаю его к себе на колени и рассказываю ему сказки, – продолжал Мартин. – Но стоит ему услышать чьи-то чужие шаги, он удирает, словно кролик. Если прошлой ночь он слышал то же, что и я, то наверняка страшно перепугался. – А что вы слышали? – спросил Питер.

– Не знаю, как вам и объяснить, – наморщив лоб, начал Мартин. – Где-то, наверное, в полдесятого я лежал в кровати и уже почти заснул. Но тут меня разбудили какие-то звуки, похожие на стон. Словно кто-то сдавленно рыдал, горько-прегорько плакал. Я вышел и окликнул. Мне никто не ответил, но звуки прекратились.

Питер и Дженет с изумлением слушали пастуха. Этой ночью кто-то плакал! Или даже стонал! Кто это мог быть? И почему он плакал?

– И плакал-то как жалобно, – продолжал Мартин. – У меня просто мурашки по коже забегали. После этого я очень долго не мог уснуть.

– Как вы считаете, сегодня вечером плач повторится? – спросил Питер.

Мартин покачал головой.

– Почем мне знать? Может быть, да, а может быть, и нет. Сегодня утром я спросил миссис Боуленд, но она ничего не слышала. Это странно, ведь звуки разносились далеко по округе.

– Дженет, я сегодня же вечером приду сюда вместе с Джеком, – заявил Питер после того, как они распрощались с Мартином. – Гм, плач! Как странно! Надо обязательно выяснить, в чем тут дело.

Глава 15

Ночная вылазка.

Питеру и Дженет хотелось одного: поскорей сообщить новость друзьям. Они бегом спустились с холма, Скампер мчался вслед за ними.

Сначала они зашли к Джеку, который играл в домино со Сьюзи и Нэнси. Девчонки тотчас же затянули свою дразнилку про Семерку. Да, зловредности им было не занимать!

– Джек, можешь выкроить минутку? – спросил Питер. – Мы хотели бы тебе кое-что рассказать.

– А что? – тотчас же высунулась Сьюзи, сверкая глазенками от любопытства.

– Это тайна Семерки, – отрезал Питер. – Ты идешь, Джек? Мы быстро переговорим с тобой, а потом ты вернешься и доиграешь.

– Ну разумеется, – ответил Джек.

Он встал и повел друзей в соседнюю комнату. – Я очень рад, что вы пришли, – сказал он. – Мама поручила мне весь сегодняшний день занимать Сьюзи и Нэнси. Это такой ужас! Ух, ненавижу девчонок!

– Вот спасибо, Джек! – возмущенно воскликнула Дженет. – Что ж, пока, я пошла!

– Нет, нет! – в отчаянии запротестовал Джек. – Я же не о тебе, ты просто потрясающая девчонка. Нет, я говорю о тех двоих, они словно сговорились действовать мне на нервы.

– Сочувствую, не хотел бы я оказаться на твоем месте, – понимающе произнес Питер. – Знаешь, сегодня вечером ты мне нужен, Джек. Мне кажется, не надо вызывать всю Семерку, лучше нам самим сначала все как следует разведать!

И он быстро рассказал другу о том, что они с Дженет только что услышали от Мартина. Когда Питер закончил, Джек глубоко задумался.

– А тебе не кажется, что Мартину это просто приснилось? – наконец вымолвил он. – Подумай, ну кто мог так громко рыдать на холме? Если бы это верещал какой-нибудь зверек, угодивший в капкан, Мартин наверняка узнал бы его по голосу. Нет, по-моему, ему просто приснился кошмар.

– Да нет же, – запротестовал Питер. – Он выскочил из хижины и снова услышал плач. Но как только он окликнул того, кто плакал, как все сразу стихло. – Или же он проснулся! – со смехом прибавил Джек.

– Ладно, уговорил, забудем об этом, – произнес вконец расстроенный Питер.

– Если так, я сама отправлюсь на холм, разумеется, вместе с Барбарой и Пэм, – неожиданно заявила Дженет.

Мальчики с удивлением взглянули на нее.

– Нет, – не задумываясь, отрезал Джек. – Чтобы девчонки одни, глубокой ночью отправились на холм? Нет, это невозможно. Это наше дело, мое и Питера. Может, предупредим еще Колина и Джорджа?

– Согласен. И готовьтесь к настоящей вылазке, – сказал Питер.

Дженет открыла рот, собираясь что-то возразить, однако брат так строго взглянул на нее, что она сочла за лучшее промолчать.

– Не вздумай сама отправиться на холм вместе со своими подружками, Дженет. Я тебе запрещаю.

– Ладно не пойду, – недовольно проворчала девочка.

Всегда им везет, этим мальчишкам!

Друзья быстро составили план. Джек взялся предупредить Колина и Джорджа. В сумерках все должны были собраться у калитки, ведущей в сад Питера. – Не забудьте фонарики, – напомнил Питер. – Луны нет, небо затянуто тучами, в двух шагах ничего не видно.

– Идем, нам пора, – взглянула на часы Дженет. – Мы уже и так опоздали на полдник.

Выйдя из комнаты, ребята услышали приглушенный смех. Они остановились, заподозрив самое худшее.

– Значит, эти две пигалицы нас подслушивали? – произнес Питер. – Но мы плотно закрыли дверь. Неужели они такие невоспитанные, что подглядывали в замочную скважину?

– Сьюзи и Нэнси способны на все, – с отчаянием бросил Джек.

И он заспешил в ту сторону, откуда еще доносилось приглушенное хихиканье.

Питер и даже Дженет кусали локти. Им надо было все предусмотреть: например, отправиться куда-нибудь в сад – там бы никто не смог их подслушать. К счастью, они говорили очень тихо. Сьюзи и Нэнси наверняка разобрали не больше пары слов.

Джек отправился к Колину и Джорджу узнать, согласны ли они тоже провести ночь без сна. И хотя оба мальчика были убеждены, что эта история Мартину просто приснилась, они пообещали принять участие в экспедиции. – Мы собирались пойти в кино, но теперь мы идем с вами, – заявил Колин.

– Тогда в восемь вечера у калитки Питера, – решил Джек. – И никаких велосипедов. Мы отправимся на холм. Надеюсь, когда мы пойдем через поле, пугало не погонится за нами!

– Может быть, оно все еще горюет о своих старых лохмотьях, – усмехнулся Колин. – Впрочем, я тоже. Мне бы очень хотелось отыскать их. Ладно, договорились. Можешь рассчитывать на нас, Джек.

В сумерках все собрались возле калитки Питера. Дженет пришла проводить ребят.

– Мне так хочется пойти с вами, – с робкой надеждой заканючила она.

Но Питер был неумолим. Скампера тоже оставили дома.

Мальчики долго шли молча. Наконец показался домик пастуха.

– Не нужно говорить ему, что мы здесь, – прошептал Питер. – Думаю, он будет недоволен. Давайте расположимся вот в этих зарослях. Только сначала посмотрим, дома ли Мартин.

– Дома. В окне горит свет, – негромко сообщил Джордж. – Так что давайте потише. Никто не должен нас увидеть.

Мальчики замолчали. При малейшем шорохе все четверо вздрагивали и прислушивались. Когда же над их головами с криком пронеслась сова, они даже подскочили от неожиданности.

Внезапно раздался плач. И такой жалобный! Ооооо! Ааааа! Затаив дыхание, мальчики тесно прижались друг к другу.

– Похоже, кто-то плачет совсем рядом с нами, вон за теми кустами, – едва слышно произнес Питер. – Пошли на голос, только давайте включим фонарики.

– Ооооо! Аааа!…

– Быстрей! – прошептал Питер.

И он первым бросился вперед, увлекая за собой остальных.

Глава 16

Снова плач в ночи.

Уже на бегу мальчики зажгли фонарики.

Но не успели они обогнуть заросли кустарника как до них донесся совершенно иной звук. На этот раз он не имел ничего общего с плачем. От изумления и злости ребята так и застыли на месте. Лучи фонариков высветили две фигурки: противные девчонки стояли и просто корчились от смеха. – Сьюзи! Нэнси! Гнусные обманщицы! – вне себя взревел Джек. – Вы подслушивали под дверью! И слышали все, что рассказал мне Питер. А теперь приперлись сюда, чтобы все испортить!

– И как вам наши завывания? – поинтересовалась Сьюзи в перерыве между приступами хохота. – Интересно, старый Мартин тоже нас слышал? А семейство Боулендов? Ну и здорово же вы все накололись!

Из мрака выступила высокая худая фигура. Это был пастух Мартин.

– Что вы здесь делаете, дети? – строго спросил он. – Одни, среди ночи? И что значат эти крики?

– Это вовсе не крики, а жуткие стоны, – поправила его Сьюзи. – Такие, какие вы слышали прошлой ночью, правда, Мартин?

– Звуки, которые я слышал прошлой ночью, не имели ничего общего с детским визгом, – значительно произнес Мартин. – Давайте уходите отсюда, пока не начался настоящий плач. Да, да, уходите все. А на вас, мисс Сьюзи, мне придется пожаловаться вашему отцу. Забраться одной, ночью, в такое место!

– О нет! Только не говорите папе! – взмолилась Сьюзи. – Пошли, Сьюзи, – сказала Нэнси, напуганная появлением пастуха. – Быстрей!

Светя себе фонариком, она побежала вниз с холма. Сьюзи последовала за ней. Джек помчался следом.

– Подождите меня! Ты заблудишься, Сьюзи. Подождите! Я провожу вас домой.

– И вы, ребята, тоже уходите, – обратился Мартин к трем оставшимся мальчикам. – Если вы услышите те же стоны, что слышал я, вы так помчитесь, словно за вами по пятам волки гонятся. Уходите. Спокойной ночи.

И исполненной достоинства походкой старый пастух медленно направился к себе в домик. Ребята услышали, как дверь за ним захлопнулась. Раздосадованные и смущенные, они погасили фонарики.

– Ох уж эта Сьюзи! – воскликнул Колин. – Просто наказание! А Нэнси! Сыграть с нами такую шутку! А ты, Питер, как ты мог допустить, чтобы Сьюзи подслушала ваш разговор с Джеком?

– Я не думал, что она станет совать нос в замочную скважину, – возразил Питер. – Но теперь я вижу, что Сьюзи на все способна, лишь бы навредить Семерке. – Что же нам теперь делать? – с усмешкой спросил Колин.

– Ждать, – ответил Питер. – Мартин слышал плач около половины десятого.

– Что ж, подождем еще минут пять, – пожал плечами Колин. – Но я уверен, что Мартину все приснилось.

Ребята замолчали. На затянутом облаками небе не было ни звездочки. Снова заухала сова, в кустах зашелестел ветер. Ночная птица вскрикнула и тут же умолкла.

– Теперь пошли, – прошептал вожак Семерки.

Он встал, остальные последовали за ним. Питер сделал несколько шагов.

Внезапно он остановился. Другие последовали его примеру. Сердца ребят учащенно забились. Колин схватил за руку Джорджа.

В темноте зазвучал странный, горестный плач. Печальная мелодия, устремляясь к небу, пробирала до самого сердца.

Казалось, звуки эти были рождены не на земле. Ветер стих. Питер, Джордж и Колин не смели шелохнуться.

Дверь домика Мартина отворилась. Пастух тоже услышал плач. Теперь это точно был не сон: Мартин говорил правду. Снова раздались печальные звуки, наполнившие ночную тишину гармонией и тоской. Как странно было слушать их, стоя на пустынной вершине холма!

– Что это? – прошептал Колин.

– Ты не догадался? – вопросом на вопрос ответил Питер. – Это же скрипка. Только она играет какую-то совсем неизвестную мелодию, такой не знает даже наш учитель. Больше всего это похоже на шелест ветра в ветвях деревьев.

– Скрипка! – повторил Джордж. – Пожалуй, ты прав. Но я никогда не слышал ничего подобного. Кто может так играть? И почему он играет здесь, на холме, глубокой ночью?

В темноте раздался строгий голос Мартина – Кто там? Покажитесь!

Музыка смолкла. Мартин постоял несколько минут на пороге, затем вернулся в дом и закрыл за собой дверь.

– Садитесь, – тихо приказал Питер. – Я хочу поговорить с вами.

Мальчики подчинились. Голос Питера дрожал от волнения.

– Какой-то человек играл на скрипке! Конечно, на той самой, которую украли у антиквара! Только из очень дорогого инструмента можно извлечь подобные звуки. Они были такие чистые, такие красивые! А Мартину даже показалось, что кто-то стонет и вздыхает!

– Он не слишком ошибся. Многие считают, что скрипка умеет вздыхать, – подтвердил Колин. – Но как же здорово играли! Да… Ты прав: это именно украденная скрипка. Но кто на ней играл?

– Джилберт Боуленд, – быстро ответил Питер.

– Откуда ты знаешь? – удивился Джордж.

– У него была мандолина. Значит, он более или менее умеет играть. Его мандолина сгорела при пожаре. И он украл скрипку, чтобы заменить ее.

Ответом ему была тишина.

– Теперь мы должны найти скрипку, – . продолжал Питер. – Возможно, он прячет ее в фургончике. Давайте потихоньку проберемся туда. Только сначала посмотрим, есть ли внутри свет. И осторожно! Джилберт, возможно, где-нибудь неподалеку. Не зажигайте фонариков.

Стараясь не шуметь, ребята направились к фургону. Неужели сейчас они увидят Джилберта со скрипкой? Той самой скрипкой, которую украли у антиквара?

Глава 17

Где же скрипка?

Ночь была очень темной, и мальчики едва различали дорогу. Они шли молча, выставив вперед руки.

– Тс! – внезапно прошипел Питер.

Он так резко остановился, что шедшие сзади невольно уткнулись в него руками.

– Смотрите! – тихо заговорил он. – Вон та темная громадина – это ведь фургон, верно?

– Да, – также тихо ответил Колин. – И в нем никого нет, все окна темные.

– Очень странно, – пробормотал Питер. – Давайте подойдем поближе. Если услышим хоть малейший шум, сразу же остановимся.

И они на цыпочках стали красться к фургону. Внутри его по-прежнему было темно и тихо. Питер поднялся по ступенькам. Вдруг за дверью раздался шорох. Кто это мог быть?

– Там кто-то плачет, – прошептал Колин. Да, за дверью кто-то горько плакал: скорее всего ребенок.

– Это, наверное, малыш Алан, которого родители оставили дома одного, – предположил Питер. – Посмотрите, коляска на месте?

Включив фонарь, он убедился, что детской коляски на обычном месте не было. Малыш в фургоне продолжал плакать.

И туг раздался строгий голос, при звуках которого Питер, Колин и Джордж даже подскочили от неожиданности. Это был Мартин – заметив огни фонариков, старый пастух встревожился и поспешил на свет.

= Я же велел вам возвращаться домой! – воскликнул он. – Мастер Питер, неужели вы станете утверждать, что ваш отец знает, где вы сейчас находитесь? Что вы делаете на ступеньках фургона?

– Мартин, этот плач;. это плакала скрипка. Кто-то играл на скрипке, – вместо ответа про говорил Питер.

Мартин помолчал.

– Вы правы, наконец согласился он, в голосе его звучало удивление – Я поначалу этого не понял. Мне показалось, что кто-то горько сетует на судьбу. Кто же это мог играть? В фургоне никого нет, кроме Алана, я в этом уверен. Боуленды просили меня присмотреть за ним. Сами они отправились в город: узнали, что кто-то сдает небольшой домишко.

– Таинственные звуки напугали бедняжку Алана, – оказал Питер. – Может быть, нам войти и успокоить его?

– Нет, он вас еще больше испугается ответил пастух. – Но малыш любит старика Мартина. Поэтому позвольте мне позаботиться о нем, мастер Питер. Я убаюкаю его, словно ягненка. Это скрипка разбудила его. И кому только в голову взбрело – играть на скрипке среди ночи!

Бормоча под нос что-то ласковое, Мартин вошел в темный фургон. Питер направил внутрь луч своего фонарика. Он увидел Алана, свернувшегося в углу на маленьком матрасе. Старый пастух склонился над ребенком.

Снедаемые любопытством, мальчики с сожалением развернулись и направились домой.

– Ничего не понимаю, – заявил Питер. – Все говорит за то, что там, на холме, на скрипке играл Джилберт Боуленд. Однако Мартин сказал, что Боуленд вместе с женой отправился в город, оставив в фургоне одного Алана. Судя по тому, что коляски на месте нет, малышку они взяли с собой. С чего бы это Джилберту Боуленду одному возвращаться домой?

– Не знаю, – произнес Колин. – Но я почти уверен, что это он украл скрипку, чтобы вознаградить себя за сгоревшую мандолину. Возможно, ему очень захотелось поиграть, и он оставил жену одну в городе на час или на два.

– Как ты думаешь, где он хранит инструмент? – спросил Джордж. – Он должен очень тщательно его прятать, ведь если кто-нибудь обнаружит его, он рискует угодить в тюрьму за Кражу.

– Наверное, в фургоне под матрасом или в стенном шкафу, – предположил Питер. – Завтра мы вернемся и поищем ее. Джилберта дома не будет, он работает на ярмарке. Миссис Боуленд заберет с собой малышку и Алана – она всегда берет их обоих, когда отправляется за покупками. Как-то утром мы с Дженет встретили их всех вместе.

– Все правильно, – одобрил Джордж. – Мы просто обязаны раскрыть эту тайну. Это очень странно: пожар, раздетое пугало, украденная скрипка, плач в ночи… А вокруг никого, кто бы умел играть на скрипке.

– Осторожно! – прошептал Джордж.

Они резко остановились. Среди поля вырисовывался высокий силуэт. Питер расхохотался.

– Да это же наш старый приятель – пугало. Видно, его нынешний плащ и шляпка с пером никому не пришлись по вкусу. Идемте. Нас будут ругать, если мы вернемся слишком поздно.

– Во сколько встречаемся завтра? – спросил Джордж. – Давайте всей Семеркой отправимся к фургону. Мы кое-что принесем Боулендам. Для нас это будет прекрасный предлог навестить их.

– Часов в десять, – решил Питер. – Тогда мы сможем вернуться к обеду. Они расстались возле забора сада Питера и разошлись по домам, продолжая переживать ночное приключение. Ибо как ни поверни, это было настоящее захватывающее приключение, разумеется, если забыть о дурацком розыгрыше, устроенном Сьюзи и Нэнси.

«Надеюсь, они не догадаются, куда мы пойдем завтра, – думал Джордж по дороге домой. – Джек должен быть более осторожным. Честно говоря, я бы даже исключил его из Тайной Семерки за то, что он не может справиться со своей сестрицей и ее приятельницей».

Джеку удалось скрыть от Сьюзи планы Тайной Семерки. На следующее утро в десять часов он уже стоял у калитки, ведущей в сад Питера. Вскоре к нему присоединились остальные. Питер рассказал девочкам и Джеку о том, что они видели и слышали вчера вечером. Бедный Джек, которому пришлось провожать Сьюзи и Нэнси, слушая Питера, терзался от досады.

– Значит, вы тоже слышали, как кто-то играл на скрипке! – воскликнул он. – Ох, как бы мне хотелось быть вместе с вами. Ну, Сьюзи, я тебе покажу! Конечно, это был Джилберт Боуленд. Какой негодяй! Украсть такую дорогую скрипку!

– Вряд ли он знал, что это ценный инструмент, – сказал Питер, вставая. – Пошли. И ты тоже, Скампер. Мама дала мне масла и печенья для миссис Боуленд. Если она дома, наш приход не удивит ее. Если ее нет, то мы заглянем в фургон и поищем, не спрятана ли там скрипка.

Маленький отряд, сопровождаемый спаниелем, тронулся в путь. Скамперу было все равно куда идти, он с радостью последовал бы за своими юными хозяевами и их друзьями хоть на Луну.

Глава 18

Неожиданная находка

Семерка подошла к хижине Мартина и заглянула внутрь: пастуха дома не было. Оглядевшись, они увидели вдалеке стадо. Впереди шел Мартин, рядом бежала его собака. Заметив ребят, пастух приветственно помахал им, в ответ они принялись радостно размахивать руками.

– Пойдемте посмотрим, дома ли Боуленды, – предложил Питер.

Печенье и масло были великолепным предлогом, чтобы хотя бы ненадолго заглянуть к ним в гости. Скампер трусил впереди, энергично размахивая мохнатым хвостом.

– Миссис Боуленд! Вы дома? – прокричал Питер. Ответа не последовало.

– Коляски на месте нет, – констатировала Дженет. Больше всего она жалела, что малышки также не было на месте.

– Интересно, заперта дверь на ключ или нет? – произнес Питер. – Надеюсь, что нет.

Он поднялся по ступенькам и постучал.

– Вы дома, миссис Боуленд?

Никто не ответил. Питер толкнул дверь, и та отворилась.

– Я положу масло и печенье на полку, – сказал он.

Мальчик вошел в фургон. В нем пахло затхлостью, повсюду царил беспорядок. Очевидно, миссис Боуленд была вынуждена очень быстро собраться, и у нее не хватило времени ни скатать матрасы, ни вымыть чашки после завтрака.

– Нам тоже можно войти? – спросила Дженет. – Нет. Я сам быстро все осмотрю. А потом поднимется кто-нибудь один, чтобы убедиться, что я ничего не пропустил, – ответил Питер. – Если мы войдем все сразу, мы станем толкаться и мешать друг другу. Скрипка занимает порядочно места. Если она здесь, мы без труда отыщем ее.

Члены Семерки, усевшись кто на ступеньках лестницы, кто на траве, внимательно следили за поисками Питера. Мальчик медленно, стараясь ничего не пропустить, обшаривал фургон. – Под матрасами ничего нет! – сообщил он первые результаты своих поисков. – И в стенном шкафу тоже. – Подождите… Наверху, на этажерке я вижу длинную коробку. Скрипка вполне может лежать в ней.

Мальчик открыл коробку. В ней лежало всего несколько мелких банкнот, которые оставил Мартин.

Усталый и разочарованный, Питер вышел из фургона.

– Ничего, – объявил он. – Скрипки здесь нет. Не думаю, что Джилберт прячет ее под кустами. Он должен знать, что сырость ей вредна, к тому же у нее нет футляра, так как он остался у антиквара. Давай, Дженет, теперь ты иди поищи.

Перепрыгивая через две ступеньки, Дженет взбежала по лестнице. А Питер пока приказал Колину и Джеку заглянуть под фургон. Но и там ничего не было. Похоже, Семерка зря теряла время.

Внезапно Дженет вскрикнула.

– Нашла? – в один голос воскликнули ребята. – Вы только посмотрите, что тут висит за дверью, – отозвалась девочка. – Входя в фургон, мы прижимали дверь к стене и поэтому ничего не замечали. Я сама только случайно заглянула за дверь.

Все стояли, разинув рты. Дженет показывала на… нет, не на скрипку… а на обноски, украденные у пугала!

Это были те самые лохмотья… Рваный твидовый пиджак, засаленная шляпа, серые фланелевые брюки! Сомнений не оставалось: все не раз видели этот костюм на пугале.

– Вот они… Но почему? – выдавила из себя Дженет – от изумления она едва не лишилась дара речи.

– Очень просто. Джилберт взял лохмотья у пугала и нацепил их, чтобы украсть скрипку, а потом повесил за дверью на гвоздике, – сказал Джек. – Вряд ли бы их стали здесь искать.

– Бедная миссис Боуленд! – воскликнула Пэм. – Она, конечно, не знает, что ее муж – вор. Но где же все-таки скрипка? Где Джилберт Боуленд ее прячет?

– Получается, что не здесь, – констатировал Питер. – И уж тем более не в кустах. Тогда остается только одно место.

– Какое? – в один голос спросили ребята.

– Коляска малютки, – ответил Питер. – У кого была мысль поискать там скрипку? Держу пари, именно там мы ее и найдем.

– Она там наверняка сломалась бы, – запротестовала Пэм. – Малышка все время вертится.

– Ее могли положить в коробку, – возразил Питер. – Вот увидишь, я окажусь прав. – А что нам теперь делать? – спросил Колин. – Мы знаем, что Джилберт взял лохмотья, переоделся, украл взамен сгоревшей мандолины скрипку и теперь по ночам играет на ней на холме… Мы почти уверены, что скрипка спрятана в коляске младенца. Но доказать мы все равно ничего не сможем.

– Если бы мы смогли обыскать коляску и убедиться, что скрипка спрятана там, мы могли бы рассказать обо всем взрослым, – заметил Джек.

– Согласен, но как это сделать? – . спросил Питер.

– Тс! Кто-то идет! – зашипел Джек.

Показалась миссис Боуленд. Она толкала перед собой коляску с плачущей девочкой. Алан держался за юбку матери.

Миссис Боуленд не сразу заметила ребят. Питер живо закрыл дверь и вместе со всеми пошел навстречу торговке вафлями; никто не знал, что, собственно, они ей сейчас скажут.

– Тише, тише, котеночек мой, – уговаривала миссис Боуленд малютку. – Я знаю, ты проголодалась, милая моя!

Подняв девочку на руки, женщина наконец заметила Семерку. Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла какая-то неискренняя, не такая, как обычно: видно было, что миссис Боуленд чем-то взволнована. – Здравствуйте, – сказала она. – Мне надо покормить малышку. Я все утро провела в городе, и сейчас бедная крошка просто умирает с голоду. Я надеялась вернуться гораздо раньше!

И она поспешила в фургон, за ней семенил Алан.

– Что, если мы заглянем в коляску? – шепотом предложила Пэм. – Такой возможности больше не будет. Надеюсь, что скрипки там нет.

Наклонившись над коляской, она вынула оттуда одеяло. Командир Семерки, дрожа всем телом, засунул руку под матрасик. Пальцы его тут же нащупали длинный твердый предмет, завернутый в толстую ткань. Мальчик отвернул уголок… Показался гриф скрипки…

– А ну положите на место!

Глава 19

Бедный малыш Алан

От грубого окрика Семерка вздрогнула. Ребята обернулись. К ним быстро направлялся высокий мужчина с густой черной шевелюрой. Алан был его уменьшенной копией. Джилберт Боуленд… Весь его облик говорил о том, что он страшно зол.

– Живо положите то, что взяли! Кто вам позволил всюду рыться? Сейчас я вам уши надеру!

– Это вы Джилберт Боуленд? – поинтересовался Питер. – А это та самая скрипка, которую вы украли у антиквара?

Со стороны фургона раздался страшный крик.

Миссис Боуленд спешила к ребятам, за ней, цепляясь за ее юбку, с трудом поспевал Алан.

– Джилберт! Джилберт! Отойди от ребят! Не трогай их! Ох! Боже мой! Они нашли скрипку!

И потрясенные члены Тайной Семерки увидели, как она закрыла лицо руками и разрыдалась. Следом за ней заревел Алан.

Джилберт выхватил скрипку из рук Питера и поднял вверх, словно собирался бросить ее на землю и растоптать ногами. Миссис Боуленд удержала его руку.

– Нет, Джилберт, нет! Не надо ее ломать. Кто вам сказал?.. Как вы догадались?

– Это долгая история, – ответил Питер. – Колин видел, как какой-то человек вбежал во двор к антиквару и схватил скрипку. Он заметил, что этот человек был одет в лохмотья, снятые с нашего пугала. Сначала мы обнаружили в вашем фургоне эту одежду, а потом стали искать и нашли и скрипку.

– Джилберт, Джилберт, какое горе! – запричитала миссис Боуленд, заливаясь слезами. – Тебя посадят в тюрьму. Что я стану делать одна, с двумя малышами? Наш дом сгорел, куда я денусь с малюткой и несчастным малышом Аланом!

Джилберт обнял ее за плечи: вид у него был очень несчастный. Миссис Боуленд повернулась к ребятам:

– Сегодня ночью я собиралась вернуть скрипку антиквару, подложить ее ему во двор. Джилберт может это подтвердить. Мы только недавно узнали, какая она дорогая. Джилберт решил, что это плохонький старый инструмент: ведь он лежал на стуле рядом со всяким хламом, иначе мой муж никогда бы не взял его. Разве не правда, Джилберт?

– Все верно, – подтвердил Джилберт. – Я решил, что антиквар выбросил ее, как ненужную вещь, и я могу забрать ее, не причинив ему никакого ущерба.

– Вы хотели возместить потерю вашей мандолины? – спросил Колин. По тону его было ясно, что он не верит ни единому слову похитителя скрипки.

– Мандолины Алана, – уточнил Джилберт. – Он так горевал! Он даже заболел от горя. Наш бедный малыш не может жить без музыки. Это для него я взял скрипку.

– Алан? А разве он умеет играть? – не веря своим ушам, воскликнула Дженет. – Алан, милый, покажи, пожалуйста, как ты играешь, – попросила миссис Боуленд сына.

Но мальчуган не шелохнулся. Он не понимал, что происходит, громкие голоса пугали его, и он только крепче вцепился в юбку матери.

Джилберт достал скрипку из коляски, куда он ее успел снова спрятать, вняв уговорам жены, и вложил ее в смуглые руки Алана. Малыш жадным движением схватил инструмент.

Повернувшись спиной к Семерке и к родителям, парнишка отошел на несколько шагов. Уперев скрипку в плечо, он прижал ее подбородком и взмахнул смычком. В воздухе полился плач, тот самый, который мальчики слышали накануне. Мелодия не была похожа ни на один из известных ребятам напевов; это были пронзительные и печальные звуки, идущие из самой души маленького музыканта.

«Он играет для себя, просто так, как поет соловей или дрозд», – подумала Дженет.

– Нет, нет, Алан, это слишком грустно! – воскликнула миссис Боуленд. – Сыграй что-нибудь веселое.

Мальчик заиграл радостный вальс, такой зажигательный, что захотелось пуститься в пляс. У Семерки перехватило дыхание. Миссис Боуленд улыбнулась ребятам.

– Это старинный цыганский мотив, он слышал его на ярмарке. У моего маленького Алана настоящий талант. Думаю, теперь вы не станете в этом сомневаться?

– Мартин слышал его игру позавчера вечером, – ответил Питер, – и ему показалось, что кто-то рыдает среди ночи. Он так удивился, что рассказал нам об этом.

– Вчера вечером мы сами ходили на холм, чтобы разгадать тайну этих звуков, – добавил Колин. – И узнали напев… очень хорошей скрипки. Той, которую украли у антиквара.

– Ах ты, негодник! – воскликнула миссис Боуленд. – Позавчера и вчера мы уходили, когда ты спал. А ты, оказывается, вставал, брал скрипку и отправлялся играть… Ты играл ночами, правда?

Алан молчал – более того, он даже не повернулся в сторону матери. Смычком он слегка коснулся струн и извлек из них звук, напоминающий шелест ветра в листве. Да, это была песенка ветерка, которую тот насвистывает, покачивая ветви деревьев.

«Этот малыш просто гений, – подумала Дженет. – Как он прекрасно передает звук ветра! Не отличишь от настоящего!» И она восхищенно зааплодировала.

– Миссис Боуленд, Алан необычайно одаренный ребенок! Он может стать великим артистом. Почему вы не отправите его в школу? Почему вы не учите его музыке?

– В школе Алан только потеряет время, мисс, – вздохнула миссис Боуленд, обнимая сына. – Разве вы до сих пор не догадались? Мой Алан – слепой.

Слепой! Теперь ребята поняли, почему огромные черные глаза мальчика были совершенно невыразительными, почему малыш ходил такими маленькими шажками, почему цеплялся за юбку матери! Бедный малыш Алан!

– Музыка – единственная его отрада, – объяснила миссис Боуленд. – Когда его мандолина сгорела при пожаре, я думала, сердце его разорвется от горя. Поэтому Джилберт и взял скрипку. Он так хотел доставить немного радости нашему бедному малышу!

Глава 20

Скампер входит в долю.

Тайная Семерка смотрела то на миссис Боуленд, то на молчаливого маленького Алана. Дженет чувствовала, как слезы наворачиваются ей на глаза. Что можно сделать для этого одаренного мальчика? Ему обязательно надо помочь, но как? Все ребята понимали, что с этой задачей им не справиться. Пора было обратиться за помощью к взрослым.

И друзья побежали рассказать обо всем родителям Питера и Дженет.

– И теперь мы не знаем, что нам делать, мама, – сказал Питер, завершая рассказ. – Скрипку нужно вернуть антиквару, но нельзя, чтобы Джилберт Боуленд угодил за это в тюрьму, ведь правда, папа? Алану надо учиться музыке. У него должна быть собственная скрипка. Семерка решила купить ему инструмент. Если понадобится, мы целый год не будем есть конфет и ходить в кино.

– Вы добрые ребята, – удовлетворенно заметил мистер Дьюфур. – Да, истории… Ну что ж, думаю, скрипку можно вернуть так, что на Джилберта Боуленда не падет подозрения. Если верить Мартину, он хороший отец семейства, честный и работящий. Он просто потерял голову от горя и поэтому взял скрипку.

– И он так любит Алана! – подтвердила Пэм: – Но как же вернуть скрипку, не обвинив Джилберта в краже?

– Тому, кто вернет инструмент в хорошем состоянии, обещано солидное вознаграждение, и дело о краже будет закрыто, – объяснил мистер Дьюфур. – Я сам верну скрипку владельцу. Я скажу, что вор раскаялся и отдал мне инструмент, и поэтому я не могу назвать его имени. Разумеется, я откажусь от вознаграждения. И все уладится.

– Браво! – воскликнули ребята, а Скампер часто застучал хвостом по полу.

– А как же Алан? – не унималась Дженет.

– Я им займусь, – сказала миссис Дьюфур. – Есть специальные школы для слепых детей. Там будут развивать его музыкальные способности. Я уверена, в такой школе ему будет хорошо. Родители смогут часто навещать его, он будет приезжать домой на каникулы.

– Спасибо, миссис Дьюфур, – воскликнули хором Барбара и Пэм.

Члены Тайной Семерки были потрясены, узнав, что мальчуган с такими красивыми черными глазами слеп. И как же здорово, что теперь он будет учиться, как все дети! И может быть, когда-нибудь станет великим музыкантом!

– Кажется, теперь в вашем тайном обществе стало девять членов, – с улыбкой заметил мистер Дьюфур. – Взрослые ведь тоже иногда могут на что-то сгодиться, а?

– Что ты, папа! Без вас с мамой мы бы просто пропали! – воскликнула Дженет, бросаясь на шею к отцу. – А тебе не сложно отнести скрипку к антиквару?

– Нет, – ответил мистер Дьюфур. – И если Семерка готова пойти на жертвы, чтобы купить скрипку для маленького Алана, я готов ссудить ее деньгами. К тому же я берусь сам выбрать инструмент. Возможно, мне удастся найти подержанный, но в хорошем состоянии. Принимаете мое предложение?

– Да, да! – единодушно закричали все.

Скампер заколотил хвостом по полу. Он не знал, чему все так радуются, но радовался вместе со всеми и не променял бы этой минуты даже на самую вкусную в мире кость. Не забывайте, что ни одна собака в мире еще не была допущена на такое важное совещание!

Мистер Дьюфур не откладывал дело в долгий ящик. Он не стал подробно рассказывать о своем визите к антиквару, а просто сообщил, что все улажено и имя Джилберта Боуленда названо не было.

– Но пусть этот случай станет для Джилберта хорошим уроком, – добавил он. – Я хочу, чтобы он знал, что у него могли быть большие неприятности.

– А как же скрипка для Алана? – с тревогой спросила Дженет.

– С этим тоже все в порядке, – ответил ее отец. – Миссис Боуленд нужно привести сына в магазин музыкальных инструментов. Ему там подберут скрипку по его росту. А потом пусть она зайдет к нам-. Твоя мама хочет с ней поговорить. Она нашла школу для Алана. Кстати, дорогая, тебе не кажется, что мы вмешиваемся в дела, которые нас не касаются?

– Нет, мы просто хотим помочь людям, заслуживающим этой помощи, – возразила миссис Дьюфур. – Тем более что Тайная Семерка пообещала оплатить скрипку Алана. И уверена, она сдержит свое обещание.

Перед Пасхой маленький слепой, счастливый оттого, что теперь у него есть собственная скрипка, поступил в специальную школу, где он мог учиться и развивать свои музыкальные способности.

Тайная Семерка оправдала доверие мистера Дьюфура. Никогда еще ее члены не учились так прилежно и не приносили столько хороших отметок, заслуживая вознаграждение от своих родителей. Они стойко сопротивлялись искушению потратить честно заработанные деньги. Даже Сьюзи захотела принять участие в покупке скрипки.

– Наконец-то Нэнси уехала домой! – объявил Джек. – Сьюзи, когда она одна, становится похожа на человека. Мама считает, что мы должны принять и ее в долю. И она сама этого искренне хочет.

– Договорились, – согласился Питер. – Но на наши заседания я ее все равно не пущу.

Чрезвычайное заседание состоялось за несколько дней до начала летних каникул. Сложив свои сбережения, члены Тайной Семерки убедились, что их вполне достаточно и теперь можно вернуть долг мистеру Дьюфуру.

– Что ж, поздравляю, – сказал Питер, сияя от радости. – И благодарю от имени Алана. Мне также поручено добавить еще немного денег к общей сумме.

И он положил на ящик, служивший столом, еще несколько монет.

– А это от кого? От Нэнси? – поинтересовался Джордж.

– Нет, от Скампера, – со смехом ответил Питер. – Когда мы ходим в кондитерскую, он всегда бежит вместе с нами. И сейчас он вместе с нами давным-давно не ел пирожных. И вот его вклад. Большое спасибо, Скампер. Это очень любезно с твоей стороны.

– Гав, гав, гав! – отозвался пёс. – Он говорит, что очень рад помочь нам, с важным видом «перевёл» Питер, – и что он очень любит Тайную Семерку.