/ Language: Русский / Genre:love_short / Series: Панорама романов о любви

Ищу любовь

Элли Десмонд

Вот уж воистину трудно бывает предугадать, где потеряешь, а где найдешь! У Энн явно расклеивались отношения с близким ей мужчиной. Желая вновь наладить жизнь, она решает сменить обстановку, отправившись с ним в небольшое совместное путешествие. Но судьба все переиначила на свой лад, приготовив для Энн неожиданный сюрприз — встречу с неподражаемым Джимом Хаглером…

Элли Десмонд

Ищу любовь

1

Войдя в свой кабинет, владелица небольшого туристического бюро «Хэппи тревеллер» Энн Бронстон первым делом распахнула окно, спеша впустить в помещение утреннюю свежесть. Часа через два Чикаго начнет плавиться от жары и придется включить кондиционер. Но до той поры еще можно насладиться естественной прохладой.

Энн переместила на настенном календаре движок, обозначив начало нового дня — двадцать четвертое июня. Несколько мгновений она задумчиво смотрела на напечатанные черным по белому цифры.

Ровно год назад в этот самый день они со Стивом Боландером познакомились на одной вечеринке. Потом два месяца встречались, прежде чем стали близки. Еще через месяц съехались и стали жить в одной квартире. А сегодня Стив, аудитор фирмы, занимающейся финансовым консалтингом, ушел на работу, лишь поцеловав на прощание Энн в щеку и ни словом не обмолвившись о своеобразном юбилее.

Причина подобной сдержанности заключалась в том, что накануне они повздорили, причем из-за сущей, по мнению Энн, безделицы: принимая утром душ, она по ошибке вытерлась полотенцем Стива. И очень удивилась, когда тот явился к завтраку темнее тучи и прямо с порога кухни принялся выговаривать ей за оплошность.

— Неужели трудно проявить хотя бы минимум сосредоточенности? — возмущенно вопрошал Стив, потрясая в воздухе влажным предметом раздора. — Ведь наши полотенца трудно спутать даже при желании. Твое розовое, мое зеленое. Но присущая тебе безалаберность проявляется даже в таких мелочах! В результате мне пришлось вытираться мокрым полотенцем. — Он устремил на Энн мрачный взгляд. — Вот объясни, почему ты не воспользовалась своим?

Она в свою очередь уставилась на него, держа в руке столовый нож, которым только что поддела кусочек масла для бутерброда. Повисла продолжительная пауза. Наконец Энн пожала плечами.

— Не понимаю, с чего ты вдруг так взъерепенился? Ну вытерлась я твоим полотенцем, и что за беда? А ты вытрись моим!

Стив сердито засопел.

— То есть как это? И главное, зачем? Во всем должен быть порядок. Если не обращать внимания на подобные мелочи, то легко совершить промашку и в более ответственном деле. И вообще, это вопрос принципа. Ты можешь позволить себе вытираться чужим полотенцем, а я нет!

Пока он говорил, Энн удалось взять себя в руки. Ей не хотелось ссориться из-за подобных пустяков. Тем более накануне годовщины совместной жизни.

— Стиви, дорогой, — произнесла она примирительным тоном, откидывая назад упавшие на лицо золотистые волосы, — напрасно ты так говоришь. Сам посуди, разве мы чужие?

Этот довод как будто подействовал. Еще несколько мгновений Стив смотрел на Энн, затем молча отнес полотенце в ванную. Вернувшись, сел за стол.

— Нет, конечно, — сказал он уже более спокойно. — Разумеется не чужие. Однако это еще не основание для рассеянности. — Стив придвинул к себе масленку и принялся намазывать на хлеб масло. — Признаться, я с самого начала заметил в тебе некоторую необязательность… чтобы не сказать разгильдяйство.

— Правда? — Энн улыбнулась с оттенком смущения.

Стив покорился на нее, продолжая старательно распределять на ломтике хлеба масло таким образом, чтобы получился идеально ровный слой.

— Да. Просто мне неловко было сразу… как бы это выразиться… колоть тебе глаза твоими недостатками.

В сердце Энн будто вонзилась игла.

— Ты проявил снисходительность?

Ее голос дрогнул от обиды, но Стив не заметил этого. Или предпочел сделать вид, что не заметил.

— Говорю же тебе, поначалу мне неудобно было делать замечания.

А сейчас, надо понимать, чувство неловкости прошло, мелькнуло в голове Энн. Она нахмурилась.

— И в чем же проявлялось мое, как ты выражаешься, разгильдяйство?

Стив придвинул установленное в специальную подставку яйцо.

— Примеров множество.

— Назови.

— Ну, взять хотя бы твою привычку оставлять волосы на щетке для волос. Я уже не говорю о решетке в сливном отверстии ванны.

Энн на минутку задумалась, пытаясь вспомнить, действительно ли за ней водятся подобные грешки, и пришла к прискорбному выводу, что Стив прав.

— Думаешь, мне приятно заходить в ванную и убираться там после тебя? — спросил тот.

Энн окончательно смутилась.

— Прости, постараюсь больше так не делать.

— Да уж постарайся, — ворчливо произнес Стив, срезая верхушку яйца вместе со скорлупой. — И еще обрати внимание на беспорядок в шкафу, а также возьми в привычку застилать по утрам постель, потому что мне порядком надоело этим заниматься.

Энн удивленно заморгала.

— Но мне казалось, если я готовлю завтрак, ты мог бы взять уборку постели на себя?

— Когда я жил один, то все делал сам. Хотя, по моим представлениям, и приготовление завтрака, и уборка постели — не мужское занятие. Во всяком случае, мой отец никогда ничем подобным не занимался.

Глаза Энн округлились.

— У вас была горничная? Ты ни разу об этом не упоминал.

Стив хохотнул.

— Скажешь тоже! О какой горничной может идти речь в фермерской семье? Мои родители были простыми людьми. Отец из кожи вон лез, чтобы дать мне возможность получить хорошее образование, экономил каждый цент. А ты говоришь, горничная!

— И нанятых работников тоже не было? — задумчиво спросила Энн.

Стив покачал головой.

— Нет. С хозяйством управлялись только отец, мать и мой старший брат. Я начал помогать им лет с пяти.

— Иными словами, несмотря на то, что твоя мать вкалывала на ферме, ее никто не освобождал от работы по дому, — констатировала Энн.

Отломив ложечкой кусочек яйца, Стив понес было его ко рту, но на полпути остановился.

— Во-первых, моя мать не считала, что «вкалывает», а просто работала, как все остальные. А во-вторых, так уж было заведено в нашей семье. Отец частенько говаривал, что женщины не должны отлынивать от дел на том лишь основании, что они — слабый пол.

Энн вновь помрачнела. Сегодня Стив открылся ей с такой стороны, о которой она прежде не догадывалась. Выходит, его нынешнее брюзжание не просто следствие дурного настроения, а проявление некой наследственной, уходящей корнями в прошлое философии.

Несколько мгновений она смотрела на Стива так, будто видела впервые.

— Получается, твоя мать работала больше остальных.

Стив пожал плечами.

— Не знаю, не считал. Но она не была неженкой, в отличие от некоторых.

От меня, подумала Энн, однако вслух ничего не сказала, не желая подливать масла в огонь.

Тем временем Стив отправил наконец в рот находившийся в его ложечке ломтик, прожевал, и по его лицу скользнуло брезгливое выражение.

— Что? — спросила Энн, заметив его взгляд.

— Вот еще один яркий пример твоей безалаберности! — сердито буркнул он, указывая ложечкой на стоящее перед ним яйцо. — Сколько раз можно говорить, что я не люблю яйца вкрутую? Только всмятку, чтобы свернулся один белок!

— Как, разве… — начала было Энн, но Стив не дал ей договорить.

— Если уж берешься готовить завтрак, то хотя бы делай это как следует! — воскликнул он, отодвигая яйцо. — Из-за тебя я отправлюсь на работу полуголодным.

Энн прикусила губу.

— Ну давай я сейчас быстренько сварю друго…

— Не нужно, времени нет, — прервал ее Стив на полуслове и принялся с мученическим видом жевать кусок намазанного маслом хлеба, запивая кофе. — Прав был мой отец, все бабы бестолковые… — спустя некоторое время тихо проворчал он, глядя куда-то в угол.

Но Энн услышала. И испытала от этих слов настоящий стресс. Никто и никогда не называл ее бестолковой. Ни один человек.

Разумеется, ей было известно расхожее мнение, что красивые женщины, мягко выражаясь, недостаточно интеллектуальны. Однако за все свои двадцать семь лет она ни разу не услышала ничего подобного в собственный адрес.

Напротив, знакомые, друзья и, конечно, родственники, были убеждены, что Энн не только мила, но и умна. В школе она неизменно получала высокие отметки — от начальных до старших классов. Притом что училась не в так называемой общественной школе, а в частной, где требования были гораздо выше. Тем не менее Энн справлялась с ними без особого труда.

То же самое происходило в институте. Энн училась на физико-математическом факультете настолько успешно, что ей даже прочили научную карьеру. Но, получив диплом, она, на удивление всем — в первую очередь родителям, которые сами были преподавателями колледжа, — не стала продолжать образование, а на свой страх и риск взяла под проценты ссуду в банке и открыла частное туристическое бюро.

Свое решение она объясняла тем, что ей надоела тишина аудиторий, наскучили зубрежка и полное отсутствие событий в жизни.

Собственно, события были, но по большей части предсказуемые и ожидаемые. Жизнь Энн не предполагала каких-либо приключений. Ей давно хотелось самостоятельности, личных заработков и возможности совершенствоваться на выбранном поприще.

Открыв бюро, она начала с малого — с водных экскурсий для школьников и студентов по озеру Мичиган. Позже, к радости Энн, выяснилось, что ее идея пользуется успехом не только у молодого поколения, но и у бизнесменов. Вскоре у нее отбоя не было от заказов на корпоративные пикники.

Постепенно круг предлагаемых Энн услуг расширился, а вместе с ним — и знания в сфере тонкостей туристического бизнеса. В настоящее время она содержала штат сотрудников и имела множество связей не только в привычно посещаемых отпускниками местах, но и в самых отдаленных уголках планеты. Впрочем, несмотря на это, она все-таки не отказывалась от местных туристических маршрутов: в окружающих озеро лесах можно было замечательно провести время.

Словом, Энн имела все основания гордиться своими достижениями. И если бы она была настолько бестолковой, как ее пытается выставить Стив, то никогда не добилась бы подобных результатов.

Сейчас она внутренне сжалась, стараясь не показать, что его слова подействовали на нее, как пощечина. Минувший, проведенный в его обществе год принес немало радости. Конечно, у них порой случались размолвки, но нынешняя была ни на что не похожа. Стив никогда не обращался с Энн, как с прислугой.

С ней вообще никто так не обращался.

Не знала, что живу с шовинистом по половому признаку, с горечью подумала она, искоса поглядывая на заканчивающего неудавшийся завтрак Стива. Выходит, все это время он просто притворялся, накапливая в душе раздражение. Вот плоды пресловутой политкорректности!

В тот день они расстались более чем прохладно. Вечером помирились, однако бесследно этот случай не прошел. В их отношениях возникла угрожающая трещина.

Как же мне быть? — размышляла Энн, сидя за рабочим столом перед компьютером и машинально просматривая поступившую на адрес фирмы электронную почту.

Ей не хотелось расставаться со Стивом после всего, что между ними было. Ведь поначалу отношения складывались удачно. Энн не могла сказать, что безумно влюбилась в этого парня, но ей было с ним приятно. В каком-то смысле они устраивали друг друга.

Однако если со стороны Стива и впредь станут продолжаться подобные выходки, то с ним придется порвать. Чего хорошего ждать от связи, где один партнер смотрит на другого свысока?

Энн потеряла бы самоуважение, если бы допустила по отношению к себе проявления половой дискриминации. Стив может что угодно думать о женщинах вообще и о ней самой в частности, но у нее есть собственное мнение на этот счет.

И все же ей было жаль разрушать то, что они со Стивом создали за минувший год. Вероятно, так проявлялась созидательная сторона ее характера. Когда прошла первая обида, Энн принялась искать пути выхода из сложившейся ситуации.

Может, удастся каким-то образом переубедить Стива? — размышляла она, в глубине души понимая, что подобные попытки заранее обречены на провал.

Тебе его не переделать, говорил ей голос подсознания. Парень впитал философию своего отца, который привык смотреть на женщину, как на дармовую рабочую силу и средство удовлетворения мужских желаний. А то, что Стиву так долго удавалось скрывать свое истинное отношение к данному предмету, свидетельствует лишь о закоренелости его убеждений.

Размышления Энн вскоре оказались прерваны. В ее кабинет заглянула Мегги, ведущий менеджер бюро.

— Привет. Я думала, тебя еще нет. Что-то ты рано сегодня. От Стива своего сбежала?

Энн невесело усмехнулась.

— Можно и так сказать. Хотя он ушел на работу раньше меня.

— Все еще дуетесь друг на друга? — спросила Мегги, усаживаясь в стоящее возле рабочего стола Энн кожаное кресло.

Та вздохнула.

— Внешне вроде бы все наладилось, но на душе у меня как-то нехорошо. Главное, я совершенно не ожидала никаких перемен. Мне казалось, мы живем душа в душу. И потом, Стив такой положительный. Галантным его не назовешь, но он всегда был вежлив, а тут вдруг… — Голос Энн дрогнул, и она умолкла.

Мегги сочувственно покачала головой.

— Представляю, каково тебе было.

— К тому же все случилось так неожиданно. Сначала я решила, что Стив шутит, но быстро поняла свою ошибку. Больше всего меня поразило, что он способен настолько близко принимать к сердцу сущие мелочи!

— Не приведи Господь жить с педантом, — сказала Мегги, покачивая ногой, на пальцах которой едва держалась белая босоножка на высоком каблуке. — Помню, тетя Кэрол жаловалась в позапрошлый день Благодарения, что ее совсем замучил дядя Боб. То одно ему не так, то другое. И та же история: сам ничего не делает, если что нужно, зовет тетю Кэрол. Она, бедняжка, с ног сбивается, но угодить все равно не может.

Энн покачала головой.

— Нет, Стив говорит, что выполняет в доме массу работы. Послушать его, так он целыми днями только тем и занимается, что ходит и устраняет оставленный мной беспорядок.

— Ну, если ему больше нечем заняться… — Мегги усмехнулась. — Впрочем, я понимаю, что подобные претензии лишь со стороны кажутся смешными. А если их приходится выслушивать каждый день…

— Пока не каждый. Но сейчас я чувствую себя, как на экзамене у преподавателя, обожающего задавать каверзные вопросы, — не знаешь, когда срежешься. Я стараюсь не делать того, что раздражает Стива, но как угадать, чем он будет не доволен в следующий раз? Понимаешь, прежде я преспокойно жила себе, не особенно обращая внимание на свои обычные действия, что-то вообще делала машинально, а тут приходится обдумывать каждый шаг, незначительность которого известна заранее. Признаться, меня это изрядно нервирует.

— Кого бы не нервировало! — хохотнула Мегги. — Гм… вообще, я поражаюсь твоему терпению. Если бы мой Джеф начал выкидывать подобные номера, я бы долго не раздумывала. Собрала бы его вещички, вручила бы ему сумку и выставила его за дверь. Нет-нет, не смотри на меня так, у меня и в мыслях нет давать советы. Сами разберетесь, не маленькие. — Немного помолчав, она добавила: — Может, вам нужно что-то исправить в своих отношениях? Иначе до кризиса недалеко. Говорят, неплохо сменить обстановку. Скажем, отправиться в путешествие или сделать что-нибудь еще в этом же роде. О, давай-ка я подберу вам местечко, где можно хорошо отдохнуть! А то ведь смешно получается: ты владелица туристического бюро, но сама безвыездно сидишь в городе.

Энн придвинула к себе красочный туристический буклет и принялась листать, по-новому всматриваясь в давно знакомые картинки, наглядно демонстрирующие, какие сказочные места ожидают потенциальных клиентов бюро «Хэппи тревеллер».

— А что, может, ты и права, — задумчиво произнесла она спустя минуту. — Только как же я брошу работу?

— Очень просто, — не задумываясь ответила Мегги. — Ну-ка вспомни, когда ты последний раз брала отпуск?

Энн подняла глаза к потолку.

— Кажется, года три назад.

— Вот! — с торжеством воскликнула Мегги. — Что и требовалось доказать. Тебе необходимо отдохнуть. Бери своего любимого Стива и поезжай куда-нибудь, развейся. Уверена, совместное путешествие поможет вам наладить отношения.

Подумав еще немного, Энн захлопнула проспект с живописными изображениями курортов Флориды, Багамских островов, а также Франции, Испании, Греции и других стран.

— Мне не хочется уезжать далеко от Чикаго.

— Разве тебя кто-то заставляет? Здесь тоже есть прекрасные варианты, сама знаешь. Кстати, вот туристический маршрут, будто нарочно созданный для вас со Стивом — десятидневный пешеходный бросок по лесам вдоль берега озера Мичиган с посещением островов. Маленькая группа, инструкторское сопровождение — прелесть!

— Ты имеешь в виду тот маршрут, что начинается от базы «Зеленый залив» и кончается на базе «Сухой лог»? — медленно спросила Энн. — Да, я бы с удовольствием прошлась с рюкзаком. Вечера у костра, ночевки на свежем воздухе, тишина… — Затем она нахмурилась, словно спускаясь с небес на землю. — Вряд ли это прельстит Стива. Он провел детство на ферме и считает, что тратить время на прогулки по так называемой дикой природе могут только чокнутые горожане. Говорит, ничто не сравнится с комфортом отелей в престижных местах отдыха.

Мегги смерила Энн пристальным взглядом.

— Знаешь, в чем твоя проблема?

Та улыбнулась.

— Ну?

— Ты заранее знаешь ответ.

— В каком смысле?

— Ты ведь еще ни о чем Стива не спрашивала, так? Но уже уверена, что он откажется от твоего предложения.

Энн повертела в руках остро отточенный карандаш.

— Просто за прошедший год я успела его изучить.

— Как оказалось, недостаточно хорошо. И вообще, разве тебе трудно обсудить с ним вопрос отпуска?

— Нет, но…

— Ты так сомневаешься, будто речь идет невесть о чем. Если Стива не устроит пеший поход, подберем что-нибудь другое. — Мегги хихикнула. — Из разряда экстремального туризма. Чтоб знал, как портить тебе жизнь!

Посмеявшись вместе с ней над шуткой, Энн мечтательно вздохнула.

— А какой приятный в лесу воздух. Настоянный на хвое, смолянистый… — Она вдруг хлопнула ладонью по столу. — Решено, отправляюсь в лес! Даже независимо от того, пожелает ли Стив составить мне компанию.

— Вот это дело! — подхватила Мегги. — Такой ты мне больше нравишься. А то совсем раскисла. Да, кстати об экстремальном туризме… Тут должен подъехать один человек. Мы вчера договорились по телефону. Его дочь наслушалась рассказов кузена, который находится под большим впечатлением от нашего экстремального высокогорного тура, и тоже захотела испытать себя. А отец забеспокоился, как бы чего не случилось с его чадом, и…

— Постой, — прервала ее Энн. — При чем здесь отец? Ты же знаешь, если девушка несовершеннолетняя, мы не станем подписывать с ней контракт.

— Насколько мне известно, ей семнадцать.

Энн пожала плечами.

— Ну вот! Значит, без разрешения родителей ни о каком туре не может быть и речи. Тем более об экстремальном.

— Отец, в общем, не против, только хочет получить гарантии безопасности.

— Но мы не посылаем в экстремальные туры неподготовленных несовершеннолетних девиц!

Мегги замахала руками.

— Ты не поняла! Ничего подобного и не нужно. Сойдет обычный туристический поход. Готова биться об заклад, что он покажется девчонке экстремальным.

— Ну, если так…

Спустя час приехал мистер Руффорд — коротко стриженный, лет сорока пяти, в дорогом светлом костюме. Мегги сразу привела его в кабинет Энн.

— К моему огромному сожалению, должна сообщить, что мы не можем отправить вашу дочь в тур такой сложности, как она желает, — сразу вежливо, но твердо сказала та. — Он предназначен исключительно для взрослых тренированных, способных самостоятельно справляться с трудностями людей.

Устроившийся в том самом кресле, где недавно сидела Мегги, мистер Руффорд неожиданно улыбнулся.

— Приятно говорить со здравомыслящим человеком. Жаль, что моя Либби пока не может похвастать трезвой логикой. — Он вздохнул. — С тех пор как умерла моя жена, с дочкой совсем нет сладу. Ей, видите ли, втемяшилось в голову, что она способна на те же подвиги, что и ее двоюродный брат, которому двадцать три года и который с детства всерьез занимается спортом!

У Энн отлегло от сердца. Она опасалась, что визитер начнет настаивать на своем, — порой попадались весьма капризные персоны. Впрочем, ей и так неприятно было отказывать клиенту. В бюро «Хэппи тревеллер» это не приветствовалось. Энн без устали повторяла сотрудникам, что клиент всегда прав, но сейчас вынуждена была нарушать собственное правило.

— Если хотите, мы отправим вашу дочь в студенческий лагерь, можно даже подыскать международный, — сказала она. — А не желаете, то подберем еще что-нибудь. Вообще, мы в силах предложить множество вариантов, причем необязательно связанных с туризмом. Это может быть более привычный отдых, скажем, в приморском пансионате или…

— В том-то и дело, что Либби слышать не хочет ни о чем привычном! — ворчливо прервал ее мистер Руффорд. — Ей экзотику подавай. Только не ту, какую подразумевают все нормальные люди, а непременно связанную с трудностями и опасностями.

— Трудностей предостаточно даже в обыкновенном туристическом походе, — подала голос Мегги.

В глазах мистера Руффорда блеснул интерес.

— В обыкновенном? И вы можете это организовать?

— Разумеется, — улыбнулась Энн. — Я сама вскоре собираюсь отправиться в подобное путешествие.

— Правда? — еще больше оживился мистер Руффорд. — И когда, если не секрет?

Энн повернулась к Мегги.

— Когда начало очередного тура?

— Если наберется группа, то в ближайший уикенд.

Мистер Руффорд переводил взгляд с одной собеседницы на другую.

— Что значит «если наберется»?

— Видите ли, обычно мы комплектуем небольшие группы, до восьми человек, — принялась объяснять Энн. — Еще полтора месяца назад у нас отбоя не было от желающих, тем более что это недорогой местный тур. Но из-за установившейся в последние три недели жары количество потенциальных клиентов резко сократилось.

Мистер Руффорд кивнул.

— Понимаю, все предпочитают не удаляться на большое расстояние от кондиционеров.

— И напрасно, — вставила Мегги. — Потому что маршрут этого путешествия проложен по тенистым местам, вдоль берега озера и частично по речке. Так что возможностей освежиться хоть отбавляй.

— Расскажите-ка мне подробнее про этот туристический поход, — попросил мистер Руффорд. — Он действительно не опасен?

— Что вы! Ни капельки! — наперебой принялись восклицать Энн и Мегги. — У нас в это путешествие даже пенсионеры ходят. Правда, по облегченному маршруту, — добавила Энн. Но так как мистер Руффорд продолжал смотреть вопросительно, продолжила: — Группа собирается здесь, в Чикаго, до Милуоки едет на поезде. Затем пересадка и дальнейший путь на север, также по железной дороге. Местный инструктор встречает группу и привозит на базу под названием «Зеленый залив». Оттуда, собственно, и начинается путешествие.

Мистер Руффорд слушал с большим интересом.

— А что оно собой представляет?

Энн пожала плечами.

— Вы в детстве бывали в лагере скаутов?

— Случалось.

— Ну, представьте себе что-то подобное, только для взрослых. Каждодневные переходы, ночевки, палатки, костры…

— Москиты, — подхватил мистер Руффорд.

Энн рассмеялась.

— Непременно! Своего рода приправа, подчеркивающая вкус удовольствия от подобного вида отдыха.

— Понимаю, — задумчиво произнес он. — А не включено ли в этот тур чего-нибудь такого, что могло бы сойти за экстремальное приключение?

— О, сколько угодно! — вновь влилась в разговор Мегги. — Но в действительности то, что вы подразумеваете, совершенно безопасно. Маршрут составлен таким образом, чтобы на пути следования участникам похода пришлось преодолевать разного рода препятствия. Так сказать, реки, горы и моря. — Она лукаво улыбнулась. — Морей, правда, нет, зато есть речушки, овраги и тому подобные объекты пересеченной местности. Словом, препятствия довольно безобидны, но преподносится все это, как невесть какая трудность. В результате участники похода чувствуют себя настоящими героями.

— Очень интересно… — пробормотал мистер Руффорд. — Очень интересно… — Немного помолчав, он спросил: — А насколько часты случаи травматизма?

Энн суеверно постучала по дереву.

— Слава Богу, дальше синяков и царапин дело пока не заходило.

— Все, с кем наше бюро подписывает контракт, подлежат обязательному страхованию, — добавила Мегги.

— Это понятно, но я больше заинтересован не в денежной компенсации, а в том, чтобы так называемого страхового случая не наступило вообще, — сказал мистер Руффорд. — Иными словами, чтобы моя дочь осталась цела и невредима. И раз уж моя Либби жаждет приключений, я бы предпочел, чтобы она находилась в обществе здравомыслящих людей. Понимаете, к чему я клоню? — пристально взглянул он на Энн. — Пожалуйста, включите Либби в ту группу, с которой отправитесь вы сами, ладно?

Энн и Мегги переглянулись.

— Хорошо, — протянула Энн. — Только учтите, это не детский сад. Все участники похода находятся в равном положении, привилегий никому не полагается. И потом, мне ведь тоже хочется отдохнуть. Да и не будет у меня времени с кем-то нянчиться, уж простите за резкость.

Мистер Руффорд покачал головой.

— Этого и не требуется. Мне достаточно знать, что Либби находится у вас на глазах. Поймите меня правильно, я вовсе не собираюсь нагружать на вас дополнительные обязательства — это было бы по крайней мере некорректно. Но после нашего разговора у меня возникла уверенность, что если Либби отправится с вами, то все будет хорошо. Энн улыбнулась.

— Благодарю.

— Итак, насколько я понимаю, сомнения устранены, — поднимаясь со стула сказала Мегги. — Мистер Руффорд, прошу вас со мной, мы уладим формальности.

После их ухода Энн осознала, что вскоре действительно отправится в отпуск. Дело за малым — осталось лишь уговорить Стива. Она усмехнулась.

2

Удивительно, но с этим проблем не возникло. Возможно, Стив испытывал чувство вины перед Энн за свою недавнюю выходку, но идею о небольшом совместном путешествии воспринял нормально. Даже благосклонно.

Правда, когда Энн рассказала, какой именно вид отдыха выбрала для них, в его глазах промелькнуло недоумение.

— Туристический поход? — удивленно переспросил он. — Я думал, речь идет об отпуске.

— Ну да, о чем же еще? — сказала Энн, прекрасно, впрочем, понимая, что Стив имеет в виду.

— Но что за удовольствие таскаться по лесу с тяжелым рюкзаком, да еще в такую жару! — воскликнул тот.

По-видимому, перспектива подобного отдыха вызывала у него оторопь.

— Неправда, — возразила Энн, — в лесу совсем не жарко. Вернее, жара там не донимает так, как в городе. Лес не сравнить с окружающими нас здесь каменными зданиями, которые днем нагреваются на солнце, а вечером, когда вообще-то должна наступать прохлада, отдают тепло. В результате ощущение духоты только усиливается. Возникает чувство, что от нее вообще нет спасения.

— А в лесу есть… — Стив недоверчиво хмыкнул.

— Конечно! Ведь озеро рядом. А еще есть речки и ручьи.

— Ты же знаешь, я предпочитаю море.

— Дорогой, на море мы обязательно поедем, — заверила Энн. — В следующий раз.

— А что мешает сейчас? — хмуро спросил он.

— Видишь ли, я в некотором роде пообещала присмотреть в походе за одной девушкой, — нехотя призналась Энн.

Стив смерил ее взглядом.

— И из-за этого я должен бродить по лесам, как какой-нибудь дикарь, когда есть множество способов более достойно провести отпуск?!

Повисла продолжительная пауза.

— Что ж, не хочешь — не нужно, — наконец с плохо скрываемой обидой произнесла Энн. — Одна поеду.

Вновь наступило молчание, потом Стив сказал:

— Нет, я совсем не прочь провести с тобой отпуск… только ты приняла странное решение. К тому же не посоветовавшись со мной. И зачем понадобилось брать на себя какие-то обязательства?

— Просто так повернулся разговор, — поспешно пояснила Энн. — Мегги, мой менеджер, обхаживала потенциального клиента и мне пришлось пойти навстречу некоторым его пожеланиям.

— По-моему, ты уделяешь своему туристическому бюро слишком большое внимание, — недовольно заметил Стив.

Энн захлопала ресницами.

— А как же иначе? Ведь это моя работа. Насколько я знаю, ты тоже щепетилен по отношению к своим служебным обязанностям.

— Но это же другое дело.

— Почему?

— Я мужчина, — напомнил Стив.

— И что?

— Работать должен мужчина, а женщине лучше сидеть дома и заниматься семьей.

Безапелляционность подобного заявления просто обескуражила Энн. Можно подумать, я разговариваю с человеком из прошлого столетия, мелькнуло в ее голове.

Действительно, Стив продолжал преподносить сюрпризы. Но в его замечании что-то было не так. Энн не сразу догадалась что именно, но потом сообразила.

— Я не согласна с подобным суждением, — сказала она. — Но даже если предположить, что ты прав, то все равно в твоих словах нет логики.

Стив мрачно взглянул на нее.

— А я убежден в обратном. Если ты не чувствуешь логику, это еще не означает, что ее нет совсем.

— Да? — Энн усмехнулась. — Боюсь, на этот раз ты ошибаешься.

— Интересно, почему?

— По-твоему выходит, что в семье мужчина содержит женщину, так?

Стив задумался, но лишь на миг.

— Конечно.

— Но у нас-то не семья! Ты мне не муж, я тебе не жена. И главное, ты меня не содержишь.

Стив нахмурился еще больше.

— Если это намек на то, что мне следует сделать тебе предложение, то…

— Успокойся. — Энн усмехнулась. — У меня и в мыслях не было намекать на что-либо подобное. Наоборот, я хотела подчеркнуть тот факт, что не завишу от тебя и вольна заниматься тем, чем считаю нужным. Просто прими к сведению, что мой бизнес ничуть не хуже твоего или какого-нибудь другого. И прав у меня ровно столько же, сколько у тебя.

— Странно… — пробормотал Стив, задумчиво глядя на нее.

— Что же тут странного? — гневно спросила Энн. — То же самое тебе скажет любая американка. К счастью, мы живем в свободной стране!

Стив медленно покачал головой.

— Я не о том. Просто прежде ты казалась мне более покладистой. Я даже подумывал, что мы могли бы… Впрочем, оставим это. Ладно, раз уж тебе так приспичило, согласен отправиться в лес, но, если мне там не понравится, пеняй на себя.

Разумеется, Энн покоробило то, в какой форме Стив выразил согласие провести с ней отпуск, но в ее мозгу вновь мелькнула мысль, что, возможно, у них все еще наладится.

Сбор отряда был назначен на ближайшую пятницу. Оставшиеся дни Стив и Энн провели в беготне по спортивным магазинам в поисках подходящей для туристской вылазки одежки и, главное, обуви, так как выяснилось, что у обоих нет ни того, ни другого.

Для Стива это был отдельный повод побрюзжать, но Энн решила ни на что не обращать внимания, иначе вспыхнет новый спор, а ей подобные стычки уже изрядно надоели.

Наконец после долгих мучений сборы завершились. Впрочем, как мучения, их воспринимал лишь Стив. Энн, напротив, предвкушала грядущее удовольствие от путешествия. Приятное ожидание на время даже вытеснило из ее головы размышления о странным образом изменившихся отношениях с человеком, которого она до недавних пор считала близким.

Обычно туристскую группу встречал и провожал на вокзале кто-нибудь из сотрудников бюро «Хэппи тревеллер», но так как на сей раз в поход отправлялась сама Энн, то она взяла эту миссию на себя.

Выйдя на перрон и встав на видном месте, она подняла над головой захваченную из офиса табличку с названием своей фирмы и стала ждать. Стив караулил в тенечке рюкзаки, то и дело промокая лоб носовым платком, а в промежутках им же со страдальческим видом обмахиваясь.

Вскоре к Энн приблизилась первая участница похода.

Ранее Мегги сообщила, что кроме самой Энн и Стива в группу набралось всего четыре человека: Либби — дочка мистера Руффорда и еще трое — парочка влюбленных и молодой человек.

Первой на место сбора прибыла Либби. Энн сразу узнала ее, потому что та была очень похожа на отца. Однако сходство было лишь в чертах лица, но никак не в общем облике. Если мистер Руффорд производил впечатление делового человека, то его дочь выглядела яркой сторонницей некоторых направлений современной молодежной моды.

«Яркой» — в прямом смысле этого слова. Прежде всего обращали на себя внимание ее волосы. Энн догадывалась, что от природы они темные, как у мистера Руффорда, однако несведущий человек не смог бы сказать ничего определенного по поводу их природного оттенка.

Волосы Либби были подстрижены ежиком и ячейками выкрашены в разные цвета — зеленый, оранжевый, черный и голубой. На первый взгляд казалось, будто на ее голове находится пушистая шапочка, имитирующая то ли панцирь черепахи, то ли футбольный мяч.

Черты лица Либби были довольно невыразительны, и, видимо, поэтому она прибегала к дополнительным средствам, способным привлечь к ней внимание. Одним из них служил сверкающий на ее левой ноздре крошечный искусственный брильянт.

Вообще, Либби можно было смело назвать упитанной девушкой, но в то же время она обладала подвижностью резинового мячика. Ее полную вздернутую грудь обтягивала майка модного ядовито-розового оттенка с надписью «Сов7 до100ли!». Бежевые бриджи едва держались на бедрах Либби, и создавалось впечатление, что они вот-вот упадут. Зато всякий желающий мог полюбоваться пупком, в котором поблескивало что-то металлическое. На ногах — белоснежные кроссовки, плечи оттягивал красный рюкзак.

— Привет! — жизнерадостно сказала вновь прибывшая, подходя к Энн. — Я Либби Руффорд.

— Привет. Я Энн Бронстон. А вон там, в тени, Стив.

Либби приветливо махнула рукой в указанном направлении, Стив в ответ нехотя кивнул, и Энн успела заметить промелькнувшее в его глазах странное выражение. «Боже, во что я ввязался!» — как будто говорил этот взгляд.

Сердце Энн сжалось от нехорошего предчувствия.

— Я тебя сразу узнала, — сообщила Либби. — По папиному описанию. Нравится? — спросила она без паузы, заметив, что Энн рассматривает надпись на ее майке. — Сможешь прочесть?

— Сов-семь до-сто… А! — Энн хохотнула. — Совсем достали!

— Точно! — радостно кивнула Либби. — А ты молодец, с ходу сообразила. Прикольная надпись, верно?

— Еще бы.

— Скажи, а правда, что наш тур полон опасностей? — вдруг шепотом спросила Либби, округлив от волнения глаза.

— Что ты! — привычно махнула рукой Энн. — Он под силу даже пенсионе… — В следующую секунду она осеклась, вовремя вспомнив, с кем беседует. — То есть я хотела сказать, подобное путешествие уж точно не для пенсионеров. Мой тебе совет: отнесись к нему серьезно, иначе последствия могут быть самыми непредсказуемыми. Малейшая оплошность грозит настоящей бедой. А больницы в лесу нет, медицинскую помощь оказать некому. Понимаешь, чем все может кончиться?

— Понимаю! — восхищенно прошептала Либби. И тут же добавила: — Ой, смотри, вон еще кто-то с рюкзаком.

Проследив за ее взглядом, Энн увидела молодую загорелую пару. Темные, длиной до плеч волосы девушки развевались на легком ветерке, коротко стриженный парень был в бейсболке и солнцезащитных очках. Оба явились в шортах, просторных футболках и ботинках — типа армейских.

Похоже, туристы с опытом, мелькнуло в мозгу Энн.

Скользнув взглядом по плакату, который она держала над головой, пара направилась к ней.

— Здравствуйте, — сказала девушка. — Насколько я понимаю, вы Энн?

— Верно, — улыбнулась та. — А вы?

— Сандра Брикс и Джейсон Кросби, — последовал ответ.

Сверившись со списком, Энн кивнула.

— Добро пожаловать в команду. Познакомьтесь, это Либби, а там стоит Стив.

Сандра и Джейсон посмотрели в указанном направлении, и Стив кивнул им с кислым видом. Те удивленно переглянулись, но промолчали.

Зачем нужно так явно демонстрировать свое дурное настроение? — подумала Энн. Или он вознамерился испортить поездку и всем остальным?

— А сколько всего народу в группе? — спросила Сандра.

Говорила в основном она. По-видимому, Джейсон был молчуном.

— Шесть человек, — ответила Энн.

Сандре не потребовалось много времени, чтобы произвести в уме подсчет.

— Нас здесь пятеро, — сказала она. — Выходит, осталось дождаться еще одного.

— Это парень или девушка? — спросила Либби.

Энн покосилась на нее. Не собралась ли девчонка закрутить в походе роман?

— Парень.

Глаза Либби блеснули интересом.

Видно, ее и впрямь интересуют мальчики, подумала Энн. Впрочем, что здесь удивительного? В семнадцать лет и я была такой же.

Последнего члена группы пришлось ждать дольше всего. Уже объявили о скором прибытии поезда, на котором предстояло доехать до Милуоки, а парня все не было.

— Может, он передумал? — сказала Сандра. — Решил, что туристическая вылазка не для него?

— А может, неожиданно захворал, — предположила Энн.

— Или в пробку попал на дороге, — наконец-то подал голос Джейсон.

Энн и Сандра посмотрели на него, и тут Либби тихо произнесла:

— Ох, нет!

Все трое повернулись к ней, затем перевели взгляд в том направлении, куда смотрела она.

— Кошмар, — сказала Сандра.

— Чтоб я пропал! — вырвалось у Джейсона.

— С ума сойти… — пробормотала Энн.

К ним приближалось нечто, напоминающее шар на ножках, навьюченное рюкзаком таких размеров, что остальные ожидающие поезда пассажиры с невольным уважением подавались в стороны, уступая дорогу.

— Как этот толстяк выдержит поход? — негромко произнесла Сандра, ни к кому в частности не обращаясь.

— И на чем, интересно, он сюда добирался? — сказала Энн. — С таким рюкзаком не вместишься ни в одно такси. Разве что их было два — в одном ехал рюкзак, а в другом его владелец.

Исподтишка бросив взгляд на Стива, Энн увидела, что тот смотрит на согнувшегося под тяжкой ношей парня с искренним недоумением. По-видимому, в его голове вертелся вопрос: что можно было нагрузить в этот рюкзак и, главное, зачем?

Тем временем, громко сопя, последний член туристской группы приблизился к остальным участникам похода. Остановившись, он сначала отдышался, затем вынул из кармана необъятных шортов носовой платок, вытер раскрасневшееся, покрытое испариной лицо и лишь потом взглянул на Энн.

— Прошу прощения, это вы возглавляете тур?

— Угадали. — Она изобразила на лице профессиональную улыбку.

На самом деле ей было не до веселья. Возникшее при виде толстяка беспокойство усиливалось с каждой минутой. Последний член группы грозил стать обузой для всех. Наверняка он не выдержит темпа, начнет отставать, остальным придется его ждать, и от этого настроение у всех опустится до нулевой отметки.

О том, что за этим последует, Энн не хотелось даже думать — ссоры, выяснение отношений, взаимные обиды, упреки и общая мрачная атмосфера. Иными словами, вместо радости путешествие принесет одно разочарование.

На минутку представив себе, как на все это станет реагировать Стив, Энн внутренне содрогнулась.

— Назовите ваше имя, пожалуйста, — попросила она, постаравшись сделать так, чтобы ее мысли не отразились на лице.

Как видно, это удалось, потому что толстяк улыбнулся в ответ и произнес:

— Алекс Фиорентино.

При ближайшем рассмотрении он оказался гораздо моложе, чем на расстоянии. Ему наверняка было не больше двадцати трех лет, просто из-за своей тучности он выглядел старше. У него была темная кудрявая шевелюра, выразительные карие глаза и приятная улыбка. Энн невольно подумала о том, что если бы не излишняя полнота, то парня можно было бы назвать симпатягой.

Скорее всего, неправильный обмен веществ, мысленно поставила она диагноз, подразумевая полноту нового знакомого.

— Очень приятно, мистер Фиорентино. Вливайтесь в наш маленький отряд.

— Можно просто Алекс, — сказал он.

Энн кивнула.

— Чудесно. Мы здесь успели познакомиться. Я Энн, это Либби, это Сандра, а это…

— Джейсон, — произнес приятель Сандры, протягивая Алексу руку.

Тот дружески тряхнул ее.

— А вон там Стив, — сказала Энн, кивком показывая, куда смотреть.

Алекс обернулся, однако оказалось, что Стив занят — именно в эту минуту он принялся в очередной раз промокать испарину на лбу, явно нарочно.

Какое свинство! — возмущенно подумала Энн. Что он о себе вообразил?

— К-хм! — многозначительно прозвучало рядом.

Обернувшись, Энн увидела, что Джейсон вновь обменялся с Сандрой взглядом. По-видимому, в его голове возникли те же мысли, что и у Энн. Сандра пожала плечами, будто говоря: да, с парнем определенно что-то не так.

Даже посторонние люди замечают! — подумала Энн. Что с ним творится в последнее время? Ведь прежде он таким не был. Или я просто не обращала на его выходки внимания?

Подавив грустный вздох, она спрятала список участников тура в карман шортов.

Вновь объявили о прибытии поезда, и через минуту показался он сам. Сразу выяснилось, что от того участка перрона, где находилась туристская группа, до места остановки нужного вагона получилось немалое расстояние. Притом предстояло еще преодолеть поток направившихся к составу пассажиров.

Как ни странно, первым сориентировался Алекс.

— Какой у нас вагон? — спросил он у Энн.

— Шестой.

— Ясно. Ну-ка, ребята, пристраивайтесь за мной!

И он двинулся вперед, словно бульдозером расчищая путь остальным членам группы. Выстроившись гуськом, те без помех шагали за ним.

Подойдя к Стиву, Энн взяла свой рюкзак.

— Ну, поехали!

Стив пожал плечами и оглянулся на здание вокзала, будто выискивая пути к отступлению. Заметив это, Энн прикусила губу.

Не удивлюсь, если он сейчас повернется и уйдет в другом направлении, подумалось ей.

Наконец, вздохнув, Стив тоже взялся за рюкзак.

— Поехали…

Перегон до Милуоки стал для них приятной передышкой. Едва войдя в вагон, они окунулись в блаженную прохладу — здесь работал кондиционер. Незаметно наблюдавшая за Стивом Энн отметила, что его настроение вроде бы улучшилось.

Под конец путешествия стало даже зябко, и по прибытии на станцию назначения все с готовностью вышли из поезда на солнышко.

Здесь предстояла пересадка на поезд местной линии, следующий до городка Грин-Бей.

К сожалению, на этот раз им повезло меньше: в этом вагоне кондиционер отсутствовал. И, несмотря на то что почти все окна были открыты, внутри стояла духота, особенно усиливавшаяся во время стоянок.

Изнывая от жары, Энн обмахивалась рекламным проспектом своего туристического бюро. На Стива она боялась даже смотреть. Зато он то и дело бросал на нее мрачные взгляды, всем своим видом демонстрируя неудовольствие.

В отличие от него, остальные члены команды держались с гораздо большей стойкостью. Сандра и Джейсон, по-видимому, были привычны к трудностям походной жизни. Либби, наверное, воспринимала тяготы пути как необходимое условие «экстремального» путешествия. Алекс отвлекался от жары как мог: сначала сжевал яблоко, потом вынул из бокового кармана рюкзака бутылку минеральной воды, отвинтил крышку и принялся медленно потягивать пузырящуюся влагу.

Если Стив станет кукситься в продолжение всего похода, мой отпуск будет безнадежно испорчен, уныло подумала Энн. Вот досада! Не нужно было его уговаривать. Лучше бы я уехала одна.

Она вдруг со всей четкостью осознала, что действительно чувствовала бы себя гораздо лучше в обществе Либби, Алекса, Сандры и Джейсона, без угнетающего присутствия Стива.

Может, я напрасно теряю время, пытаясь склеить отношения, которые разваливаются на глазах? Эта мысль вспыхнула в ее мозгу как огонь маяка, ярким светом озарив все то, что до сих пор еще было окутано сумерками сомнений.

Энн покосилась на Стива, который в этот момент сидел, устремив злой взгляд в окно.

Как это я раньше не поняла, что нас больше ничего не связывает? — с горечью подумала Энн. Ведь в последнее время между нами почти прекратились даже интимные отношения. А что осталось? Ничего. Как ни прискорбно, приходится признать правду: может, Стив и начал покрикивать на меня из-за того, что я стала для него слишком привычным объектом и он решил, что со мной можно больше не церемониться? Она тихонько вздохнула. А ведь поначалу ничто не предвещало подобного поворота событий. Видно, не зря говорят: чтобы узнать человека, нужно съесть с ним пуд соли.

Ну вот и узнала наконец, прозвучал в мозгу Энн голос подсознания. Так почему продолжаешь цепляться за него? Хочешь, чтобы тобой и впредь помыкали? Ну, нет! — подумала она, машинально стискивая кулаки. Это не для меня. Пусть поищет себе дуреху, которая станет смотреть на него, как на некое божество и ловить каждое его слово. И вдобавок будет всецело от него зависеть — ведь, кажется, об этом он мечтает?

Она вновь принялась обмахиваться буклетом, размышляя о том, что, вероятно, это вообще последняя их со Стивом совместная поездка куда бы то ни было. Ну и пусть! Жила я как-то до встречи с ним и дальше проживу. Зато буду сама себе хозяйкой. В одиноком образе жизни есть свои преимущества. Делаешь, что хочешь и когда хочешь. Никто не ворчит, не дуется, не изматывает, не треплет нервы, не выставляет идиоткой, не…

Энн прикусила губу, сдерживая наворачивающиеся на глаза слезы обиды. Недоставало еще разреветься перед всеми. А главное, перед ним!

Не дождется, мрачно подумала она. Мне бы только выдержать это путешествие, а там… Не хочу я больше ничего. Вообще не желаю близких отношений с мужиками. Заведу себе вместо бой-френда кошку. А еще лучше — собаку. Ей-богу, более приятное общение!

— …Тут мой брат подвернул ногу на камушке, потерял равновесие и свалился с тропинки в ущелье, — вдруг услышала Энн последнюю фразу Либби.

Вероятно, та рассказывала про недавние экстремальные приключения своего кузена.

— Разбился? — охнул Алекс.

— Нет, — рассмеялась Либби. — Ему повезло.

— Как же он спасся? — спросила, повернув голову, сидевшая с Джейсоном впереди Сандра.

— Его вытащили приятели. Но сначала им пришлось искать длинную веревку. Она в отряде была, но тот, кому поручили ее нести, нечаянно упрятал моток на самое дно своего рюкзака!

— А твой брат что делал все это время? — недоверчиво спросила Сандра.

— Вот! — воскликнула Либби. — Это самое главное. Во время падения моему брату удалось зацепиться за скальный выступ. Пока искали и разматывали веревку, он висел над пропастью, удерживаясь лишь кончиками пальцев!

— С рюкзаком за спиной? — Сандра недоверчиво прищурилась.

Глаза Либби неуверенно забегали.

— Э-э… точно не знаю, но, наверное, рюкзак был. Ну да, конечно, ведь падая брат не успел его снять!

— То есть он висел на кончиках пальцев при всей выкладке? — подал голос Джейсон.

— Чушь!

Энн вздрогнула, потому что это слово слетело с уст Стива. Впервые за несколько последних часов тот принял участие в общей беседе.

Впрочем, кратко выразив свое мнение по поводу услышанного, он тут же вновь отвернулся к окну и в тысячный раз промокнул лоб носовым платком.

Либби покосилась на него с некоторой опаской.

— Ведь это продолжалось недолго, всего несколько мгновений, — добавила она, не замечая, что ее слова противоречат сказанному ранее. — А затем брату удалось найти опору для ног. Оглядевшись, он увидел рядом торчащие из земли корни дерева и ухватился за них. Вскоре ему спустили веревку.

— Вот это больше похоже на правду, — сказала Сандра.

Алекс покачал головой.

— Все равно… Висеть над пропастью, да еще когда тебя тянет вниз рюкзак…

По-видимому, он представил себя на месте брата Либби. С комплекцией Алекса шансы выбраться из подобной передряги практически равнялись нулю.

Повисла пауза, которую вскоре нарушила Либби.

— А там, куда мы едем, есть ущелья? — с плохо сдерживаемым волнением спросила она, глядя на Энн.

— Разумеется, — не задумываясь ответила та. — Через одно нам даже придется переправляться по тросу.

Она ожидала, что это известие вызовет со стороны Либби новые расспросы, но та вдруг притихла и лишь устремила на нее сияющий счастьем взор.

Кажется, кузен совсем заморочил девчонке голову, подумала Энн.

Затем она перехватила удивленный взгляд Сандры и поняла, что та осведомлена о невысокой сложности предстоящего маршрута.

— Разве… — начала было Сандра, но Энн незаметно подмигнула ей.

Похоже, та быстро сообразила, в чем дело, потому что сразу умолкла, улыбнувшись с заговорщицким видом.

Взамен всполошился Алекс.

— Постойте, — произнес он, недоуменно наблюдая за мимикой Сандры и Энн, — в турбюро меня уверяли, что это не более чем пешая прогулка по свежему воздуху, которая доступна любому молодому человеку.

— Так и есть, — кивнула Энн.

— А как же переправа по тросу через ущелье?

— Поверь, Алекс, в планы турбюро «Хэппи тревеллер» не входит умерщвление клиентов, тем более таким хлопотливым способом.

Энн осознавала, что шутка получилась мрачноватой, но странным образом она подействовала на Алекса успокаивающе. В глазах Либби тоже как будто промелькнуло выражение облегчения.

А-а! Все-таки некоторое беспокойство ты испытываешь! — усмехнувшись про себя, подумала Энн. Это хорошо. Значит, малая толика здравого смысла в тебе еще присутствует.

Но эти мысли занимали Энн недолго. Ее все больше тревожило поведение Стива, который упорно демонстрировал всем свое дурное настроение. Впрочем, в первую очередь, конечно, ей самой. Ведь с его точки зрения именно она являлась виновницей всех неприятностей.

Не удивлюсь, если Стив винит меня даже в том, что в последнее время установилась небывалая жара, с обидой подумала Энн.

Развязка наступила, когда поезд прибыл в Грин-Бей. Состав остановился, участники похода выволокли рюкзаки на перрон, и тут на них наконец повеяло ветерком.

Горячим.

Рядом с Энн раздалось сердитое сопение. Даже если бы она не знала, кто стоит по соседству, все равно догадалась бы, от кого исходят звуки, — по их тону.

Разумеется, это был Стив! Не дождавшись облегчения и испытывая по данному поводу сильнейшее разочарование, он не смог сдержать раздражения.

Да и хотел ли сдерживать?

Пусть сопит, сколько пожелает, подумала Энн, обводя взглядом остальных.

— Ну, вот мы и на месте! Отсюда до базы «Зеленый залив» рукой подать, — бодро произнесла она.

— Мы отправимся туда пешком? — спросила Либби.

— Нет, нас должен ждать инструктор с транспортом. — Энн огляделась. — Думаю, нам следует пересечь вокзал и выйти на другую сторону.

— А, приехав на базу, мы сразу выйдем в поход? — не унималась Либби.

Все как по команде взглянули на Энн.

— Ну что вы! — воскликнула она, поочередно улыбаясь каждому. — На ночь глядя никто никуда не пойдет. Тем более после утомительной дороги.

— Более чем, — проворчал находящийся позади нее Стив.

Но Энн вновь проигнорировала его. Подавая другим пример, она вскинула рюкзак на спину и двинулась к дверям вокзала. Остальные потянулись за ней. Замыкал шествие Стив.

Энн не оглядывалась на него и потому не видела выражения его лица, однако не сомневалась, что ничего хорошего не обнаружила бы.

Выйдя на привокзальную площадь, она вновь посмотрела по сторонам и увидела стоящий чуть поодаль пикап, на борту которого белели крупные, нарисованные краской буквы.

«Джим Хаглер», прочла Энн.

Человек с таким именем — местный инструктор — должен был встретить их здесь. Но самого его почему-то не было.

— Это наш транспорт? — спросил Алекс, проследив за взглядом Энн.

— Да, — подтвердила та.

Алекс задумчиво поскреб в затылке.

— Уместиться бы…

— Ничего, в тесноте, да не в обиде! — задорно произнесла Либби.

Краем уха Энн уловила невнятное ругательство. Ей не нужно было долго гадать, чей это голос. Когда через несколько мгновений Стив пробурчал еще что-то, она не выдержала и повернулась к нему.

— А ты чего ожидал? Что тебе подадут персональный лимузин?

Стив смерил ее взглядом.

— На этой колымаге я не поеду. Теснота меня не устраивает.

Покосившись на остальных участников похода, которые прислушивались к разговору с некоторой озабоченностью, Энн сказала:

— Ну-ка давай отойдем в сторонку.

Стив пожал плечами, но возражать не стал.

— Послушай, — произнесла Энн, отведя его к ближайшей поддерживающей навес колонне, — чего ты добиваешься? Если задумал испортить мне настроение на весь тур, то вспомни, что я здесь не одна. Почему должны страдать остальные? В конце концов, силком тебя никто в это путешествие не тащил. Мог бы сразу отказаться. Я ведь говорила, что и одна поеду. А то просидел всю дорогу мрачный как сыч, только скуку на всех наводил.

Пока Энн говорила, выражение глаз Стива постепенно менялось — отнюдь не в лучшую сторону. В конце концов они совсем побелели от гнева.

— Ах, вот оно что! — прошипел он. — Значит, это я во всем виноват? А может, все же ты? Разве не ты вынудила меня согласиться на эту идиотскую поездку? Так и знай: я не для того зарабатываю сорок тысяч в год, чтобы мучиться во время отпуска. Все, с меня довольно! Развлекайся, как тебе заблагорассудится, а меня уволь!

Ничего больше не добавив, даже не попрощавшись, Стив повернулся и решительно зашагал обратно в здание вокзала. Через окно Энн видела, что он направился к кассе.

— Хорошо, увольняю… — медленно слетело с ее губ.

Несколько мгновений она стояла, погруженная в свои мысли, пока не почувствовала, как кто-то тронул ее за плечо. Подняв голову, Энн увидела Сандру.

— Что, поругались? — участливо спросила та.

Энн через силу улыбнулась.

— Вроде того. Впрочем, это не первая наша ссора… Но, похоже, последняя.

Сандра скользнула взглядом по вокзальным окнам.

— Значит, Стив дальше не едет?

Энн покачала головой.

— Насколько я понимаю, он решил вернуться в Чикаго.

— Ясно. Ну что, идем к остальным? Ведь ты не передумала насчет похода?

— Нет.

Когда они приблизились к ожидающим на прежнем месте членам группы, Сандра объявила с плохо скрываемой радостью:

— Стив с нами не едет!

— Ну и чудесно, больше места останется, — произнес Алекс будто обращаясь к самому себе.

Затем, сообразив, что брякнул лишнее, поспешно прикрыл губы пальцами и вскинул на Энн испуганный взгляд.

Однако та улыбнулась.

— Ничего, не смущайся. Я думаю примерно то же.

Она вновь на минутку умолкла, собираясь с мыслями. Разговор со Стивом порядком выбил ее из колеи.

Кажется, между нами все кончено, подумала Энн, прислушиваясь к себе.

Странно, но по этому поводу в ее душе не возникло почти никаких эмоций. Ни сожаления, ни досады… ничего. Впрочем, одно чувство все-таки было — облегчения. Мысль о том, что ей больше не нужно жить со Стивом под одной крышей пробудила к жизни ростки надежды на лучшее будущее.

Какое счастье, что все прояснилось! — пронеслось вдруг в ее голове. Я отдала Стиву всего год своей жизни, а ведь наша связь могла растянуться на гораздо больший срок. Но рано или поздно непременно наступил бы момент, когда взгляды Стива на совместную жизнь и роль женщины в ней проявились бы во всей красе, и тогда мое сожаление по напрасно утраченным годам оказалось бы неизмеримо больше.

— Что ни делается, все к лучшему, — услышала Энн голос Алекса.

Она вздрогнула, потому что тот будто прочитал ее мысли. Но через мгновение выяснилось, что Алекс думает о своем. Барабаня пальцами по стоящему у ног рюкзаку, тот зрительно соизмерял его размеры с вместительностью пикапа, в котором после демарша Стива должно было оказаться больше места.

Машинально взглянув в том же направлении, Энн увидела возле автомобиля парня в потертых синих джинсах и футболке, поверх которой был накинут жилет с многочисленными карманами. Прислонясь к открытому кузову пикапа, тот доедал биг-мак, запивая его кофе из большого пластикового стакана.

По-видимому, это и был инструктор Джим Хаглер, отлучавшийся за едой.

Спокойно покончив с биг-маком, он направился к туристской группе.

3

Джим увидел отягощенную рюкзаками команду, как только та вывалилась из вокзальных дверей. Сам он в этот момент находился в закусочной и стоял в очереди из трех человек. Через окна прекрасно просматривалась небольшая привокзальная площадь с крошечным сквериком посередине, где вдоль стриженых кустов уместилось лишь две стоящие друг напротив друга скамейки, а деревьев не было вовсе.

Джиму сразу стало ясно, что прибыли его новые подопечные, о которых три дня назад сообщили по телефону из чикагского туристического бюро и за которыми он специально явился сюда.

Предстояло встретить всего шестерых человек, поэтому Джим не стал брать микроавтобус, а приехал на пикапе. Но сейчас, глядя на прибывшую группу, он подумал о том, не было ли его решение опрометчивым. Несмотря на свою небольшую численность, вместе с кладью люди займут много места. Одному толстяку потребуется пространства столько, сколько двум людям среднего телосложения. Но это еще полбеды, а вот куда пристроить его огромный рюкзак — настоящая проблема. Интересно, чего он туда напихал?

Получив от официантки еду и расплатившись, Джим вышел из заведения и остановился у порога, откусывая от биг-мака, прихлебывая кофе и наблюдая за вновь прибывшей группой. Между ними что-то происходило. Вернее, это касалось лишь двоих участников предстоящего похода — стройной молодой женщины с копной золотистых волос и мужчины крепкого телосложения, одетого, как для отдыха, но почему-то с сердитым выражением на лице.

Продолжая жевать, Джим неспешно двинулся к своему пикапу. Он видел, как выделенная им из всей группы пара отошла в сторонку и принялась что-то напряженно обсуждать. При этом женщина вела себя гораздо сдержаннее мужчины. Тот же с каждой минутой как будто приходил во все большее раздражение. Наконец наступила кульминация разговора. Что-то гневно произнеся, мужчина резко повернулся и двинулся к двери вокзала.

Но Джим смотрел не на него, а на элегантную даже в широких шортах и мешковатой футболке золотоволосую женщину. В ней было нечто такое, что притягивало взгляд. И не позволяло отвести. Возможно, благодаря оттенку ее волос казалось, что вся она сияет. Даже в тени навеса ее шелковистые локоны выделялись отчетливым светлым пятном.

Джим откровенно любовался незнакомкой.

Похоже, этот тур будет приятнее других, подумалось ему.

От этой мысли почему-то сладко сжалось сердце.

Эй, парень, что с тобой такое? — спросил себя Джим. Не видал ты, что ли, в своей жизни красивых женщин? И не преподнесла ли тебе одна из них не так давно неприятный сюрприз? Чем предаваться глупым грезам, жуй-ка лучше свой биг-мак!

Да, но какая симпатичная женщина! — раздался в его мозгу голос упрямого подсознания.

Согласен, мысленно ответил Джим. Однако мне какое до нее дело? А ей до меня? И вообще, милые бранятся — только тешатся. Сейчас она побежит за своим парнем, бросится ему на шею, и тот вернется. Так что тур у меня будет самым обычным. Не хуже и не лучше, чем все остальные.

Неожиданно Джим рассердился на себя. Действительно, что за наваждение? И почему он ему поддается? Вообще, странное какое-то начало тура. Прежде такого не бывало. Нет, раньше у него случались романы с туристками, но совершенно мимолетные. И относился он к ним так же, как сами его подружки, — как к обоюдно приятному развлечению. А чтобы вот так, увидеть женщину и оказаться не в состоянии отвести взгляда… Такое с ним впервые. Даже с Айрин не было ничего подобного. А ведь поначалу их роман развивался очень бурно…

Слегка нахмурившись, Джим отпил очередной глоток кофе. Оставшаяся после разрыва с Айрин душевная рана уже затянулась, однако время от времени все же давала себя знать. Самым прискорбным было то, что после того случая доверие Джима к женщинам сильно пошатнулось.

Встреча с Айрин произошла, когда Джим, молодой архитектор частной строительной компании «Смитсон бразерс», закончил возведение собственного дома в пригороде Милуоки. Разумеется, для подобного сооружения пришлось взять ссуду в банке, но Джим из-за этого не волновался. Дела у него шли хорошо, руководство фирмы его ценило, поэтому в ближайшие несколько лет он собирался выплатить все взносы.

Когда вспыхнул роман с Айрин, она почти сразу же перебралась из небольшой арендуемой квартирки к Джиму. Это получилось будто само собой. Он так часто привозил Айрин в свой дом и оставлял до утра, что однажды у него невольно возникла мысль предложить ей остаться на более долгий срок.

Айрин совершенно не возражала, хотя отсюда ей было дальше добираться до работы — по вечерам она пела в одном из местных ночных клубов. Она быстро освоилась на новом месте и вскоре принялась украшать дом по своему вкусу: вешала шторы на окна, расставляла комнатные растения в горшках и кадках, подбирала люстры, бра и тому подобные вещи, весьма украшающие быт. Платил за все Джим. Впрочем, это было справедливо, ведь дом принадлежал ему.

Постепенно он так привык к мысли, что Айрин живет у него, что это казалось совершенно естественным. Года через полтора она оставила работу в ночном кафе и попросила Джима посодействовать ей в устройстве в фирму, где работал он сам. Будто нарочно в компании «Смитсон бразерс» освободилось место секретаря, и вскоре Айрин уже сидела за столом в приемной.

Постепенно они начали планировать общее будущее, прикидывали, когда лучше обвенчаться и даже сколькими детьми обзавестись.

Так прошел еще год, а потом к Джиму подкралась беда. Вернее, она лишь косвенно задела его, но последствия этого оказались весьма ощутимы.

Все началось с того, что сначала дало трещину, а потом рухнуло одно из возведенных и сданных в эксплуатацию зданий, которое строила компания «Смитсон бразерс». К счастью, не Джим был архитектором данного проекта, иначе для него все обернулось бы еще хуже, потому что во время катастрофы не обошлось без человеческих жертв.

Компании было предъявлено сразу несколько исков, и ее деятельность оказалась приостановлена. Началось длительное разбирательство, завершившееся громким судебным процессом. Чтобы выплатить компенсацию пострадавшим и их родственникам, имущество компании было пущено с молотка, а сама она прекратила существование.

Так Джим остался без престижной, хорошо оплачиваемой работы и вынужденно прекратил выплаты по банковскому кредиту.

Через пару месяцев он начал получать письменные предупреждения о необходимости немедленно погасить задолженность во избежание приведения в действие механизма отчуждения принадлежащей ему собственности, под которую в свое время выдавалась ссуда. Иными словами, банк грозился отобрать у Джима построенный им дом.

Разумеется, все это время тот не сидел сложа руки и не ждал у моря погоды. Зная себе цену, он не сомневался, что быстро устроится на новое место. Но неприятности начались там, где он меньше всего ожидал.

В первой же строительной фирме, куда Джим обратился по поводу работы, ему отказали, едва услышав, что он был сотрудником компании «Смитсон бразерс». Затем это начало повторяться с удручающим постоянством. Подмоченная репутация фирмы распространилась без разбора на всех, кто имел к ней отношение.

Так архитектор Джим Хаглер остался без работы. И фактически без средств к существованию. А потом случилось то, чего и следовало ожидать: однажды к нему явились судебные приставы и потребовали освободить дом, который переходил в собственность банка.

Так Джим остался без жилья.

Подобный удар кого угодно выбьет из равновесия, но Джим верил, что еще не все потеряно. Ведь у него оставалась Айрин! Когда начали проявляться признаки скорой утраты крыши над головой, та вновь арендовала квартирку в Милуоки и вернулась в ночной клуб, где ее с готовностью приняли обратно.

Однако, увидев Джима на пороге своего нового жилища, Айрин повела себя странно. Во-первых, даже не впустила его, а во-вторых, сказала, что им лучше пока пожить врозь. Видя, что Джим пришел в недоумение — вполне естественная реакция для человека, еще совсем недавно собиравшегося жениться на стоящей перед ним девушке, — она прямо заявила, что сейчас, когда он утратил былое положение, ей незачем тратить время на общение с ним.

— Я должна позаботиться о своей дальнейшей жизни, — сказала Айрин. — А ты больше не способен обеспечить мне то будущее, которого я желаю.

— Иными словами, отныне ты начнешь искать себе более подходящую партию? — Джим мрачно усмехнулся, вдруг со всей отчетливостью осознав, с кем делил кров все последнее время.

На губах Айрин появилась надменная улыбка.

— В сообразительности тебе не откажешь.

— А как же наши отношения? Ты говорила, что любишь меня…

Айрин пожала плечами.

— Мало ли что можно сказать. На то и существуют слова. — Она смерила Джима оценивающим взглядом. — Ты неплох в постели, и в этом смысле мне жаль с тобой расставаться, но жизнь состоит не из одних интимных удовольствий. Мне необходим человек, способный обеспечить мои нужды. К сожалению, ты этих надежд не оправдал. Так что желаю тебе всего наилучшего, но дальше живи без меня. Прощай.

В следующую секунду перед Джимом закрылась дверь.

Через пару дней он уехал к отцу в Грин-Бей — зализывать раны.

Изначально Джим намеревался погостить в родных местах пару месяцев, а потом отправиться куда-нибудь подальше от Милуоки и поискать работу по специальности. Но вскоре старинный школьный приятель предложил ему временное занятие в качестве инструктора по туризму. Немного подумав, Джим согласился. Окрестные леса он знал неплохо, вдобавок ему хотелось отвлечься от мрачных мыслей о превратностях судьбы и особенностях женского характера.

Начав работать, Джим незаметно для себя втянулся. Прошло уже почти два года, а он воспринимал их как несколько месяцев. И нужно сказать, что новое дело пошло ему на пользу. Он посвежел, укрепил здоровье, сменил привычки. Но основным достижением стало то, что Джим успокоился и вновь обрел пошатнувшуюся было уверенность в себе.

А сейчас, при виде золотоволосой незнакомки, как будто пробудилась некая спящая часть его души. Джима посетило такое чувство, словно он оживает.

Нечего и говорить, что это обстоятельство его взволновало, хотя он и подтрунивал над собой, жуя биг-мак и наблюдая за тем, как разворачиваются события у вокзала.

Вопреки его прогнозу, приглянувшаяся ему молодая женщина не бросилась вдогонку за своим парнем, а осталась на месте, погрузившись в некоторое раздумье. Вскоре к ней подошла другая туристка и, о чем-то переговорив, повела к терпеливо ждущей группе, которая заметно повеселела, увидев, что обратно возвращаются только женщины.

Вероятно, приятель золотоволосой не пользовался популярностью у остальных, мелькнуло в голове Джима.

И тут та, о ком он думал, подняла голову и посмотрела прямо на него.

Сердце Джима екнуло. Сам он на миг замер, задержав у губ пластиковый стакан, но это было единственное внешнее проявление внутреннего всплеска эмоций. Быстро справившись с собой, Джим положил в рот последний кусочек посыпанной кунжутом булочки и допил кофе. Затем направился к туристской группе, по пути выбросив в урну пустой стакан.

По мере приближения инструктора Энн все лучше различала черты его лица. И ее все больше охватывало удивление.

Она не ожидала сюрпризов от нынешнего путешествия. Те, что были запланированы и тщательно разработаны для непосвященных участников похода, ей были известны заранее. Разумеется произошедший только что разрыв со Стивом стал для нее своего рода неожиданностью, однако отнести его к разряду сюрпризов было довольно сложно. Сейчас Энн больше не сомневалась в предопределенности этой разлуки. Ее застало врасплох лишь то, что отношения со Стивом прекратились посреди поездки.

Однако чего Энн совсем не ждала и о чем не могла даже догадываться — это встреча с человеком, который сотрудничал с ее туристическим бюро в качестве инструктора.

Впрочем, нет, неправильно. Конечно, Энн знала, что группу встретит инструктор, только ей не было известно, что он окажется таким!

Джим Хаглер был строен, худощав, но с угадывающимися под одеждой бугорками мышц во всех положенных для мужчины местах. От долгого пребывания под открытым небом и палящим солнцем его кожа прибрела бронзовый загар, давно не стриженные волосы выгорели на макушке, сохранив естественный темный цвет лишь на висках. Брови тоже были темными, прямой нос находился в полной гармонии с красиво очерченными губами, в которых явственно проглядывала чувственность. А глаза…

Посмотрев в них, Энн почувствовала, что у нее подгибаются колени.

Зеленоватые, изумрудного оттенка, они как будто сияли. Их взгляд был направлен прямо на Энн, и ей на миг почудилось, будто солнце поменялось с ними местами. Вероятно, кроме нее, никто этого не заметил, но она на секунду словно ослепла.

Какой он… Какой он!.. — звенела в мозгу Энн незавершенная фраза, для которой никак не находилось достойного окончания, потому что слово «красивый» представлялось маловыразительным.

Скорее, следовало сказать «изумительный». Потому что Джим Хаглер просто ошеломил Энн.

Хорошенько рассмотрев его, она испытала своего рода потрясение, так как, еще не успев толком разобраться в своих ощущениях, уже понимала: этот парень ей нравится. Очень!

Из огня да в полымя, подумала она. Вот это да!.. Энн изо всех сил старалась сохранить на лице выражение сдержанно вежливого интереса. Не думала, что со мной может случиться что-либо подобное. Только что рассорилась с человеком, с которым бок о бок прожила целый год и который, наверное, еще находится в здании вокзала, а уже трепещу при виде красавца-инструктора!

Действительно, молниеносность разворачивающихся событий сбивала ее с толку. По мнению Энн, такого просто не могло быть. Во всяком случае, с ней.

За время предстоящего тура она надеялась прийти в себя, собраться с мыслями, определить дальнейшую тактику общения с представителями сильного пола… И вдруг, совершенно неожиданно, без всякого переходного периода, ее внимание переключилось на другого мужчину.

В этом было что-то противоестественное.

Но противиться не было никакой возможности. У Энн даже дыхание участилось. И во рту пересохло. Пришлось провести по губам языком, потому что, казалось, на них вот-вот появятся трещины.

Надеюсь, никто не заметил, что со мной творится, вяло подумала Энн.

На самом деле ее беспокоил лишь один человек — Джим Хаглер. Чего доброго, решит, что ему придется возиться в походе с сумасшедшей!

Последняя мысль помогла Энн взять себя в руки.

Все это чушь, наваждение, мелькнуло в ее голове. Последствия жары. Да и дорожное утомление сказывается. Стоит немного отдохнуть — и все грезы развеются. И тогда Джим Хаглер покажется мне вполне заурядным парнем. Кроме того, после выходок Стива любой мужик станет восприниматься как сказочный принц! Она мысленно усмехнулась.

— К-хм! — произнесла Энн, испытывая настоятельную необходимость прочистить горло. Она собиралась что-то добавить, но Джим перехватил у нее инициативу.

— Здравствуйте, — сказал он, обращаясь ко всем, но глядя на одну Энн. — Насколько я понимаю, вы туристская группа из Чикаго?

— Верно! — Ответ последовал от Либби, которая тоже с интересом поглядывала на Джима. — А вы приехали за нами?

Тут Энн встрепенулась.

— Добрый день. Я Энн Бронстон, выступаю в роли руководителя группы, хотя нахожусь на отдыхе, как и все остальные. А вы, если не ошибаюсь…

— Джим Хаглер, местный инструктор. — Он с улыбкой кивнул на оставшийся за спиной пикап, вдоль борта которого тянулась надпись с его именем. — Вон моя визитная карточка.

— Алекс Фиорентино, — сказал толстяк, шагнув вперед и протягивая руку. — А у вас тут дождей не было?

Джим обменялся с ним рукопожатием.

— К сожалению, ничем порадовать не могу. Ни единого дождика за последние три недели.

— То же, что и у нас, — включилась в разговор Сандра.

Затем она назвала себя и представила Джейсона, который тоже пожал Джиму руку.

— А я Либби!

— Очень приятно, — вежливо произнес Джим, косясь на ее разноцветную макушку. Затем обвел всех взглядом. — Рад приветствовать вас в наших краях. Надеюсь, предстоящий поход доставит вам удовольствие. Что непременно произойдет, если вы станете слушаться моих советов и сотрудничать со мной и друг с другом. Кстати, должен предупредить: без взаимовыручки туристическая вылазка обречена на провал. Поэтому запомните: несмотря на то что вам наверняка пришлось познакомиться лишь недавно, отныне вы братья и сестры — по крайней мере на ближайшие десять дней. — Джим улыбнулся. — Дальше сами разберетесь. — Затем он вдруг посерьезнел. — А пока прошу учесть: нам предстоит отнюдь не увеселительная прогулка. Если кто-то думает иначе, ему лучше сразу отказаться от похода и забрать в турбюро уплаченные за путешествие деньги.

Краем глаза Энн заметила, что рот Либби зачарованно приоткрылся. По-видимому, подсознательно та жаждала услышать нечто подобное.

Молодец, парень, хорошо поддерживает нашу линию, мысленно отметила Энн.

— А бывало так, чтобы кто-то не справился с экстремальной ситуацией? — с едва заметной дрожью в голосе спросила Либби.

В изумрудных глазах Джима появилось недоумение. Впрочем, вполне оправданное: кому как не ему было знать, что никаких экстремальных ситуаций в данном туре не предвидится.

— Дорогая, ответ у тебя перед глазами, — поспешно произнесла Энн. — Если бы с кем-то произошел несчастный случай, мистер Хаглер не находился бы сейчас здесь. Его бы попросту уволили. Правда, мистер Хаглер?

Повернувшись так, чтобы ее лица не видела Либби, Энн подмигнула Джиму. По-прежнему недоумевая, тот тем не менее понял, что нужно подыграть.

— Во-первых, просто Джим, — сказал он. — А во-вторых, Энн совершенно права. Если бы с кем-то из туристов что-то стряслось, ни одно агентство не стало бы продлевать со мной контракт.

Однако Либби интересовало другое.

— Я не про то, — отмахнулась она. — Бывало ли так, чтобы вся группа прошла какое-то испытание, а кто-то один не смог этого сделать?

Только тут Энн сообразила, что беспокоит Либби. Подспудно та чувствовала, что может не справиться с трудностями, но ей не хотелось ударить в грязь лицом перед остальными.

— Да, — неожиданно присоединился к Либби Алекс. — Бывало так?

Джим вопросительно взглянул на Энн. Та кивнула, мельком подумав: кажется, я совсем их запугала.

— Разумеется, бывало, — сказал Джим. — Но это ровным счетом ничего не означает. Участники похода не обязаны рисковать. Это дело сугубо добровольное. Но, как я говорил ранее, уж если человек решил испытать себя до конца, он должен быть предельно собран, осторожен и готов прийти на выручку другому, если возникнет необходимость. Притом безрассудство и так называемый героизм не приветствуются. — Выдержав паузу, он спросил: — Еще вопросы есть?

— Расскажите немного о маршруте, — попросила Сандра.

— Сейчас мы поедем на базу «Зеленый залив», там вы отдохнете, восстановите силы, а утром отправимся в поход. Кстати, на базе можно оставить все то, что вы взяли с собой, но сейчас считаете лишним, — заметил Джим, многозначительно взглянув на огромный рюкзак Алекса. — На всякий случай напоминаю: носильщиков в лесу нет, так что придется тащить пожитки на собственной спине. Поверьте, это совсем не то, что везти их, скажем, в поезде.

Все рассмеялись, а Алекс задумчиво посмотрел на рюкзак и поскреб в затылке.

— Честно говоря, собираясь в путь, я думал, что остальные члены группы помогут мне…

Последние его слова утонули в общем неодобрительном гуле.

— Именно то, о чем я только что сказал. — Джим кивнул.

— Нет, вы не так поняли… — начал было Алекс, но и на этот раз договорить ему не удалось.

Джим дружески похлопал его по плечу.

— Брось, парень. Чем оправдываться, лучше признай свои ошибки.

— Но я…

— У-у-у! — снова осуждающе загудели все.

Поняв, что высказаться ему не дадут, Алекс покорно склонил голову.

— Ладно, не буду спорить.

— Так-то лучше, — весело заметила Сандра, похлопав Алекса по другому плечу. Затем она вновь повернулась к Джиму. — Ну а какие трудности ждут нас в пути?

— Да, какие? — подхватила Либби.

— Нам придется подниматься на горки, на одном участке нужно будет по тросу переправиться через…

— Ущелье!

Джим вновь удивленно посмотрел на Либби, затем, вскинув бровь, перевел взгляд на Энн. Та молча пожала плечами.

— Похоже, вы знаете маршрут не хуже моего, — обронил Джим.

— Только некоторые из нас, — с усмешкой возразила Сандра. — Продолжай, пожалуйста.

— Потом мы доберемся до речки и по ней спустимся на надувных лодках до озера. Затем вдоль берега пройдем до конечной базы, которая называется «Сухой лог». Оттуда нас заберет вертолет, чтобы доставить обратно, на базу «Зеленый залив». Понятно?

Все закивали.

— Вполне.

— А если так, — сказал Джим, — прошу в пикап. Мы и без того задержались.

Либби первой воспользовалась приглашением. За ней двинулись Сандра и Джейсон.

— Давай-ка помогу тебе донести рюкзак, — негромко сказал Джим, глядя на Энн.

От прямого обращения и звуков чуть хрипловатого голоса ту вновь объял трепет, в котором присутствовала изрядная доля чувственности.

Ну вот, снова, подумала Энн с оттенком досады. Что со мной сегодня происходит?

Ее смущала собственная реакция на близкое присутствие этого красивого парня. По большому счету, в данный период жизни ей не нужно было ничего подобного. Единственное, в чем она нуждалась, — это активный отдых и возможность отрешиться от анализа только что завершившихся отношений со Стивом. Новый роман никак не входил в ее планы.

Роман? — подало вдруг голос подсознание Энн. Голубушка, о чем это ты? Кто здесь говорит о романе? Парень просто предложил донести до автомобиля твой рюкзак, только и всего. Это твоя собственная чувственность туманит тебе сознание, а у Джима Хаглера ничего такого даже в мыслях нет!

И правда, с чего я взяла, что между нами что-то может быть? — спросила себя Энн. Уж Джим точно не давал для этого повода. Он просто подошел, посмотрел на меня…

И этого оказалось достаточно! — прокатилась в ее мозгу ехидная мысль.

Неправда, я здесь ни при чем, это какое-то наваждение, принялась Энн оправдываться неизвестно перед кем. Перед самой собой? Как мираж в пустыне: приблизишься, и он исчезнет. А мне достаточно и тех переживаний, которые уже есть!

— Энн?

Она вскинула ресницы, только сейчас осознав, что пауза чересчур затянулась.

— Да?

— Я говорю…

— Нет-нет, не нужно! — поспешно произнесла она. — Спасибо, но… Ты сам минуту назад сказал, что каждый сам должен управляться со своей ношей. Какой пример я подам остальным, если соглашусь принять твою помощь? — Энн оглянулась на Алекса, тщетно пытавшегося накинуть на плечи лямки рюкзака. — Вообще, если уж речь зашла о помощи, окажи ее лучше тому, кто действительно находится в затруднительном положении.

Джим повернулся и тоже посмотрел на Алекса. Несколько мгновений понаблюдав за ним, он лукаво взглянул на Энн и произнес уголком рта:

— Парень желает отдыхать с комфортом, верно?

Та невольно улыбнулась в ответ.

— Ничего не поделаешь, имеет право.

— Неплохо также иметь голову на плечах, — еще тише произнес Джим. Затем он направился к Алексу. — Ну что, понял теперь, что не нужно было так нагружаться?

— О-ох! — только и пропыхтел тот в ответ.

— Знаешь что? Нет смысла надевать эту штуковину, все равно через минуту снимать. Берись-ка лучше за один край, а я за другой — и вместе дотащим рюкзак до пикапа.

Так они и сделали. Энн шла за ними, потихоньку радуясь, что у нее хватило здравого смысла взять в дорогу лишь самое необходимое.

4

Когда погрузили все вещи, выяснилось, что в кузове осталось места ровно столько, чтобы уместиться четверым.

— Я могу сесть в кабину рядом с Джимом, — полувопросительно произнес Алекс, машинально поднимая руку, чтобы поскрести в затылке.

Похоже, в последнее время этот жест стал постепенно входить у него в привычку.

Джим лишь на миг представил себя жмущимся к дверце рядом с занявшим все свободное пространство кабины Алексом, и ему стало не по себе. А ведь предстоит еще как-то управлять автомобилем!

— Не думаю, что это хорошая идея, — быстро произнес он. — Лучше со мной сядет Энн. — Пожалуйста! — добавил устремленный на ту взгляд.

Сообразив, о чем думает Джим, Энн решила, что и впрямь будет лучше, если на пассажирском сиденье пикапа устроится она. Алекс значительно ограничил бы возможности любого, кто сядет за баранку.

— Я не против, — сказала она. — Но сначала хочу посмотреть, как все разместятся.

Хотя Энн и утверждала, что в этом путешествии она простой турист, все же укоренившиеся профессиональные навыки заставляли ее удостовериться, что клиенты бюро «Хэппи тревеллер» не испытывают неудобств.

Лишь убедившись, что Либби, Сандра и Джейсон уселись вдоль одного борта, а Алекс в обнимку с рюкзаком поместился возле другого, она забросила свои вещи поверх остальных и направилась к кабине.

Джим придержал дверцу, помогая Энн сесть, затем обогнул капот и опустился на водительское место.

— Поехали! — услышала Энн ликующий возглас Либби, когда Джим включил зажигание и пикап двинулся вперед.

— Веселая девчонка, — обронил Джим.

Энн кивнула.

— И весьма своеобразная.

Некоторое время они ехали молча. Чтобы покинуть пределы городка не потребовалось много времени. Вскоре по обеим сторонам дороги потянулись пригородные коттеджи. Спустя некоторое время автомобиль свернул на грунтовую дорогу и углубился в хвойный лес, оглашая округу незатейливой песенкой про девочку Мэри, у которой была маленькая овечка. Инициатива ее исполнения, разумеется, принадлежала Либби. Впрочем, остальные поддержали ее с удовольствием.

— Такое впечатление, будто везешь на пикник учеников младших классов, — ухмыльнулся Джим.

— Если не дошколят, — весело поддержала Энн, отбивая носком ботинка такт.

После некоторой паузы Джим спросил:

— Кстати, а что это за бредни насчет того, что группе предстоит переправиться через ущелье? Ведь в нашем штате каньонов нет. Тогда уж лучше было бы отправиться в Колорадо.

— Это все антураж для Либби, — пояснила Энн, приглушив голос, как будто кто-то кроме Джима мог ее услышать. — Дело в том, что ее двоюродный брат напичкал девчонку рассказами об экстремальном туризме и той захотелось приключений. Она не отдает себе отчета, что подобный вид отдыха по плечу лишь очень подготовленному человеку. В общем, чтобы как-то удовлетворить блажь единственного чада, отец решил отправить Либби в обычный туристический поход. Но преподносится все как невесть какое испытание. — Энн на минутку умолкла, прислушиваясь к тому, что делалось за спиной, в кузове. — Поддерживать обман было бы нетрудно, но проблема в том, что остальные члены группы ничего о нем не знают. У меня просто не было времени их предупредить. Поэтому, когда Либби начинает задавать неудобные вопросы, я порой не знаю, как выкручиваться.

— Но почему ты вообще должна этим заниматься?

Энн удивленно взглянула на него.

— Кто же, если не я?

Джим покачал головой.

— Не понимаю. Либби твоя родственница?

— Нет.

— Тогда почему ты ее опекаешь? Не Сандра, не Алекс или Джейсон, а именно ты?

— Потому что я испытываю определенную ответственность за нее. Ведь отец Либби обратился в мое туристическое бюро, а не в какое-нибудь другое.

Джим повернул голову и несколько мгновений пристально рассматривал Энн, прежде чем вновь перевести взгляд на дорогу.

— Хочешь сказать, что бюро «Хэппи тревеллер» принадлежит тебе?

Она пожала плечами.

— Ну да.

Несколько минут Джим молчал, затем задумчиво произнес:

— То-то мне твоя фамилия показалась знакомой. Когда ты представилась, у меня мелькнула мысль, что я как будто уже слышал это имя.

Энн кивнула.

— Оно наверняка попадалось тебе на платежных документах.

— Та-ак… — протянул Джим. — Выходит, ты мой босс.

— В некотором роде. Насколько я понимаю, ты сотрудничаешь не только с моим бюро.

— Нет. У меня подписаны контракты и с другими туристическими фирмами.

— Значит, у тебя много начальников. — Энн улыбнулась.

Ей казалось немного странным, что она сидит и запросто разговаривает с таким красивым парнем. В этом было что-то нереальное. Но что самое непонятное — он как будто даже не догадывался, какое впечатление производит на окружающих. Напротив, Джим Хаглер держался так, словно обладал самой заурядной внешностью.

— В лесу я сам себе начальник. — Он лукаво усмехнулся. — Мои боссы в здешней глухомани не показываются. Ты первая сюда приехала. Кстати, не понимаю, что привело тебя в наши края. Часом, не с инспекцией пожаловала?

Энн рассмеялась.

— Даже в мыслях не было!

В эту минуту она подумала о том, что могла бы задать Джиму такой же вопрос: что он сам делает в этом медвежьем углу? И если уж речь зашла о штатах, то парню с подобными внешними данными больше пристало бы обретаться не в Висконсине, а в Калифорнии, где находится Голливуд.

— И все-таки я не понимаю, что ты здесь делаешь, — продолжил Джим.

Энн вновь пожала плечами.

— То же, что и все, — отдыхаю.

— Странное место ты выбрала для отдыха.

— Почему?

— Ну, с твоими возможностями… Уж для себя-то ты могла бы выбрать место пошикарнее. Скажем, какой-нибудь фешенебельный курорт.

Произнеся это, Джим заметил, что Энн вдруг помрачнела. Некоторое время оба молчали.

— Я что-то не так сказал? — наконец спросил Джим.

Энн посмотрела на него и опустила взгляд.

— Нет… Просто так говорил один человек, с которым я недавно рассталась.

Джим осторожно провел пикап по участку дороги, где было много выбоин, и лишь затем осторожно спросил:

— Уж не сегодня ли?

— Да.

— Тот парень, который не пожелал продолжить путешествие?

Энн вскинула на него взгляд.

— Ты видел, как мы беседовали?

Он как будто слегка смутился.

— Не подумай, что я подсматривал. Просто окна закусочной, куда я зашел купить съестного, выходят прямо на привокзальную площадь.

Неожиданно Энн улыбнулась.

— Брось оправдываться. Мы ведь не прятались. Нами могли любоваться все желающие. Кстати, сочувствия мне выражать тоже не нужно. Для меня нет ничего неожиданного в том, что мы со Стивом расстались. К этому все шло. И уж если совсем откровенно, я рада, что наши отношения прекратились. И что вовремя выяснились некоторые вещи.

Я тоже рад, что не успел жениться на Айрин, с внутренней усмешкой подумал Джим. Конечно, за прозрение пришлось уплатить высокую цену, но, по большому счету, я оказался в выигрыше. Хотя бы потому, что на момент встречи с этой красивой женщиной остался свободен. Впрочем, к этому времени Айрин наверняка развелась бы со мной, ведь я не оправдал ее надежд! Но почему я вдруг решил, что Энн обратит на меня внимание? Хотя… Возможно, этого и не произойдет, но надеяться-то я имею право?

Парень, вы в разных весовых категориях! — последовал ответ откуда-то из глубины его мозга. Энн владеет туристическим бюро, а ты простой инструктор. Вдобавок она твой работодатель.

Зато у нее не будет иллюзий относительно того, что я собой представляю, мысленно возразил себе Джим. Она с самого начала все знает. И потом, речь ведь не идет о каких-то долгосрочных отношениях. Возможно, Энн вовсе не прочь устроить себе во время отпуска небольшое приключение. А то, что она мой босс… ведь это не делает ее менее женственной, верно?

Он повернул голову и несколько мгновений пристально смотрел на Энн.

Взгляд той был устремлен вперед, она любовалась возвышающимися вдоль дороги соснами. Но потом, будто почувствовав, что ее разглядывают, покосилась на Джима. Их взгляды встретились.

Энн показалось, что она прикоснулась к оголенным электрическим проводам. Ее никогда в жизни не било током, однако она полагала, что ощущения оказались бы именно такими. Всю ее словно прошило иглой, пальцы непроизвольно сжались, ногти впились в ладони, но она даже не заметила этого. Его улыбающиеся изумрудные глаза были совсем близко, их сияние будто обволакивало, выражение притягивало, не позволяло прервать зрительный контакт.

Что увидела Энн в этих удивительных глазах? Откровенное любование или тихую радость, а может, оттенок надежды? Впрочем, в той или иной степени взгляд Джима выражал все эти эмоции.

Но долго размышлять над этим не пришлось. Автомобиль вдруг тряхнуло, и, выругавшись, Джим резко перевел взгляд на дорогу.

— Что это было? — спросила Энн.

— Корень сосны. Движения по этой дороге почти нет, и на некоторых участках корни изрядно выпирают из земли. — Он негромко кашлянул. — Это я виноват. Отвлекся…

Повисла неловкая пауза.

Я тоже хороша, подумала Энн. Человек за баранкой, а я играю с ним в гляделки. Так и перевернуться недолго. Интересно, куда подевалась моя пресловутая ответственность перед клиентами? А ведь их в кузове четверо!

И все-таки ей чертовски интересно было узнать, о чем думал Джим, пока они смотрели друг на друга.

— Э-э… далеко еще до базы? — спросила она, лишь бы прервать затянувшееся молчание.

— Что? — произнес Джим, тоже о чем-то размышлявший. — А, до базы… Вон она виднеется меж деревьев.

Впереди дорога делала поворот, уходя вправо, и, приглядевшись, Энн действительно различила там деревянный дом, стены которого оттенком почти сливались со стволами окружающих сосен.

Сзади, в кузове, раздались возгласы — там тоже заметили базу. Больше и громче остальных, разумеется, радовалась Либби.

Пикап остановился на лужайке перед базой, и все со смехом и шутками принялись выгружаться. Энн отметила про себя, что за время последнего перегона члены маленькой группы успели неплохо поладить между собой.

Пока его подопечные стаскивали и укладывали на траву рюкзаки, Джим направился к дому.

Это было одноэтажное приземистое строение, словно расползшееся вширь, выставив вверх дымоходы. Окошки в нем были небольшие и зарешеченные — не от человека, а от диких лесных животных. Сам Джим никогда не встречал здесь никого крупнее белки, но школьный приятель рассказывал ему, что однажды видел поблизости медведя.

Нужно будет предупредить группу, мелькнуло в голове Джима. Особенно эту девчонку… Либби. Чего доброго, бросится играть с мишкой, подумает, что ручной!

Он взбежал по ступенькам и вынул из кармана прикрепленную цепочкой к ременной петле джинсов связку ключей. Затем отпер и распахнул настежь дверь, впуская в дом хоть и сильно нагревшийся за день, но все же свежий воздух. Потом Джим повернулся к входу спиной, расправил слегка затекшие плечи и поднял лицо к небу, на котором не было ни одного облачка.

Солнце уже садилось за лес, озаряя воды виднеющегося справа залива розоватыми лучами. Небосклон над деревьями был того же цвета, но выше преобладал странный лимонный оттенок, невиданный в здешних краях.

Как на японской картине, подумал Джим. Никогда такого не замечал. Что бы это значило? Может, подобный эффект возник из-за установившейся в последнее время жары?

Он перевел взгляд на суетящихся возле пикапа туристов и вдруг замер от неожиданности: стоявшая среди остальных, но выглядевшая несколько отстраненной Энн смотрела прямо на него. Вероятно, она наблюдала за ним уже несколько минут.

Однако, заметив, что он взглянул на нее, опустила глаза. Затем вообще отвернулась и стала говорить что-то Либби. Алекс тоже слушал ее, небрежно облокотившись на свой рюкзак, благо тот был размером почти с него самого.

Спустившись с крыльца, Джим неспешно направился к группе.

— …И вообще, советую всерьез отнестись к тому, что говорил Джим перед тем, как мы уселись в пикап, — услышал он, подойдя на несколько шагов. — Особенно, это касается тебя, Либби, — продолжала Энн. — Знаешь чем отличаются так называемые «экстремалы» от обычных туристов? Гораздо большей собранностью. Они четко придерживаются установленных правил поведения, независимо от того, нравятся те им или нет.

— Разве я возражаю? — отвечала Либби. — Мне и брат говорил, что без дисциплины в подобном деле нельзя.

— Вот видишь! — подхватила Сандра, переглянувшись с Энн. — Тем более следует прислушаться к здравому совету.

Несколько мгновений Либби переводила взгляд с Сандры на Энн и обратно. Искусственный брильянт на крыле ее носа сверкал в лучах предзакатного солнца.

— Что я сделала? — наконец спросила она, озадаченно сморщив лоб. — Почему вы на меня набросились?

— Действительно, — неожиданно подал голос Алекс, — что это вы ополчились против Либби?

Ощутив поддержку, та благодарно взглянула на него.

Энн и Сандра вновь переглянулись, затем заулыбались.

— Что вы, ребята! — воскликнула Энн. — Никто ни на кого не ополчался. Просто я беспокоюсь, как бы кто-нибудь не угодил в какую-нибудь передрягу. А так как Либби, по-моему, склонна к некоторому безрассудству…

— Ничего подобного! — возразила та. — Да, меня будоражит осознание опасностей, которыми напичкан этот тур, но я вовсе не собираюсь рисковать без необходимости.

Энн вновь переглянулась, на сей раз с приблизившимся Джимом. Одновременно краем глаза она успела заметить, как поползли вверх брови Алекса при упоминании об опасностях.

Если в ближайшее время я не посвящу парня в некоторые тонкости общения с Либби, того и гляди, он потребует отвезти его обратно на железнодорожную станцию! — пронеслось в голове Энн.

К счастью, Джим уже был в курсе дела и поспешил на выручку.

— Если этой ночью вы как следует не отдохнете, то опасными для вас станут даже самые безобидные участки маршрута, — с подчеркнутым спокойствием заметил он. — Прошу всех в дом.

Затем, без дальнейших разговоров, Джим взялся за один конец принадлежащего Алексу рюкзака, и тому не осталось ничего иного, как ухватиться за другой. Совместными усилиями они потащили ношу к крыльцу. Остальные потянулись за ними. Энн замыкала шествие.

Войдя в дом, она увидела коридор, в конце которого находилось окно, а по бокам располагались двери. Одна, двустворчатая, была распахнута и вела в подобие гостиной, обставленной простой добротной мебелью. Здесь и собрались все участники предстоящего похода.

— Ну вот, осваивайтесь, — сказал Джим. Это общий зал, он же столовая, а еще есть кухонный блок и шесть спален, в которых установлено по четыре кровати. Так как нас всего шестеро, на каждого приходится по комнате. Можем расположиться с комфортом.

— Нам достаточно одной спальни на двоих, — заметила Сандра, подняв заблестевший взгляд на Джейсона.

Тот молча улыбнулся.

— А я… побаиваюсь спать одна в незнакомом месте, — нехотя призналась Либби.

— Я тоже, — тотчас картинно вздохнул Алекс. — Может, выручим друг друга, устроимся на ночлег вдвоем?

Все рассмеялись.

— Ну, ты! — ткнула его Либби кулаком в плечо. — Размечтался! — Затем она взглянула на Энн. — А нельзя мне спать в той же комнате, где ляжешь ты?

Минутку помедлив, та кивнула. Ей вовсе не улыбалась роль мамочки, но, посмотрев на Либби, она поняла, что, хотя девчонка всю дорогу хорохорилась, в действительности храброй ее не назовешь.

Ладно уж, пусть спит со мной, подумала Энн. Тем более что это всего на одну ночь.

— Значит, распорядок такой, — объявил Джим. — Выбрав комнаты, вновь собираемся здесь, ужинаем, обсуждаем некоторые связанные с походом вопросы и укладываемся спать. Все ясно?

Получив подтверждение, Джим первым направился в коридор.

— А душ здесь есть? — крикнула Сандра ему вслед.

— В конце коридора последняя дверь налево, — бросил он через плечо. — Там несколько кабинок, только вода сейчас холодная.

— Как хорошо, — мечтательно произнесла Сандра. — Наконец хоть что-то холодное. — Она вновь подняла взгляд на Джейсона. — Сполоснемся перед ужином?

Тот расплылся в улыбке.

Как они общаются? — усмехнулась про себя Энн. Сандра понимает его без слов? Подобному взаимопониманию можно только позавидовать. К примеру, у нас со Стивом все было иначе. Порой даже детальное обсуждение какого-то вопроса не помогало найти взаимопонимания.

Вспомнив про Стива, Энн нахмурилась. Сколько можно об этом думать? Между ними все кончено. С нынешнего дня началась новая страница жизни. И кажется, в ней содержится намек на новую надежду.

Губы Энн тронула едва заметная улыбка — она вспомнила о том, как несколько минут назад разглядывала Джима, который, ни о чем не подозревая, любовался с крыльца небом. В те мгновения его лицо показалось Энн одухотворенным и каким-то возвышенным, что ли. У Стива она никогда не наблюдала подобного выражения. Вероятно, для этого он был слишком педантичен, сосредоточен на мелочах.

Тьфу ты, дьявол, снова про Стива вспомнила! — сердито подумала Энн. И вообще, почему я их сравниваю? Какое отношение Джим имеет к Стиву и… ко мне?

Энн вдруг увидела, что кроме нее и Алекса в гостиной никого не осталось. Последний задумчиво посматривал на свой рюкзак.

— Помочь оттащить в комнату? — спросила Энн.

— Что? А нет, спасибо. Я его здесь оставлю. Перед походом кой-какие вещи выну и оставлю здесь. Все равно ведь в конце тура сюда вернемся, верно?

— Да, — подтвердила она.

В эту минуту в гостиную заглянула Либби.

— Энн! Ты до сих пор здесь. Идем, я покажу, какую комнату выбрала для нас! У окна растут две пушистые елочки, само оно выходит на озеро, там такой вид… мм… — Она зажмурилась и покачала головой.

— Это где же такая комната? — поинтересовался Алекс.

— Вторая дверь с другой стороны коридора. Справа поселились Сандра и Джейсон, но они сразу направились в душ, а Джим здесь, за стенкой. — Она кивнула влево. — В смежной комнате.

— Понятно. Я тоже поселюсь с вами… то есть рядом с вами, — поспешно поправился Алекс. — Ведь комната слева от вас свободна?

— Да, — ответила Либби, застенчиво ковырнув носком белой кроссовки дощатый пол.

По-видимому, ей льстило внимание Алекса.

— Ладно, идем посмотрим, какую комнату ты выбрала, — сказала Энн, втихомолку улыбаясь.

Перешагнув порог спальни, Джим прямиком направился к окну и распахнул створки, потому что терпеть не мог спертого воздуха. Смешно было дышать им, находясь в лесу. Тем более что кроме металлических решеток на окнах туристской базы были установлены противомоскитные сетки.

В комнате он оставался недолго — нужно было поставить пикап в гараж. Выйдя на крыльцо, Джим вновь взглянул на небо, но странного лимонного цвета уже не увидел. Солнце полностью спряталось за лес, а его прощальные лучи приобрели более насыщенный оттенок.

Сбежав по ступенькам, Джим обогнул дом и исполинскую сосну, к толстому стволу которой некогда собственноручно прикрепил с помощью проволоки дощечку с надписью «Зеленый залив», и направился к деревянному гаражу. Тот находился под раскидистой дикой грушей, все еще обильно плодоносящей, несмотря на старость.

Джим отпер дверь, потом вернулся на лужайку, сел за баранку пикапа и перегнал его в гараж. Внутри было сумеречно, нагретый за день воздух казался плотным и при движении гладил обнаженные участки кожи словно бархат. Сегодня эти ощущения почему-то показались Джиму очень чувственными, хотя и прежде, заходя сюда, он не раз испытывал нечто подобное.

Это встреча с Энн настроила меня на лирический лад, подумал Джим, и в его душе будто разлилось тепло.

Он даже застыл на миг, закрыв глаза и всецело отдавшись приятному чувству. И пока стоял, в его мозгу проплыло: она сейчас в доме, сейчас я войду и увижу ее, и ближайшие десять дней мы будем рядом.

От этой мысли его сердце сладко сжалось — второй раз за нынешний день.

Я как старшеклассник, готовящийся пригласить девочку на танцы. Он усмехнулся. Просто вторая юность пришла, да и только!

Закрыв замок гаража на ключ, Джим медленно, будто предвкушая что-то, направился обратно в дом.

Они все вновь собрались в гостиной.

Переступив порог, Джим бегло оглядел участников туристской группы и будто наткнулся взглядом на препятствие — на сидевшую в простом деревянном кресле Энн.

Увидев Джима, та встала и произнесла словно в продолжение ведущегося разговора:

— А вот мы сейчас и выясним, что ждет нас на ужин. — Затем добавила, обращаясь прямо к Джиму: — Ребята интересуются, чем мы будем питаться здесь, на базе, и в походе.

— В основном консервами, галетами и сухариками, — сказал тот. — Впрочем, есть лапша, картофельное пюре и рис быстрого приготовления. Их достаточно распарить кипятком — и гарнир готов.

— А какие консервы? — с неподдельным интересом спросил Алекс.

— О, они у нас на любой вкус! Тунец, лосось, курица, сосиски, ветчина, голубцы, фрикадельки… Честно говоря, я всего не помню. Сами сможете выбрать, причем не только то, что будет сегодня на ужин, но также что возьмем с собой в поход.

— Говоришь, распарить гарнир кипятком? — произнесла Сандра, машинально касаясь пальцами влажных после душа волос. — А где же его взять? Здесь, наверное, даже электричества нет.

— Почему? В подвале находится генератор с аккумулятором, а на кухне у нас баллонный газ. Кстати, идемте я покажу, как им пользоваться. Заодно и еду приготовим, потому что повара здесь точно нет.

Они гурьбой высыпали вслед за Джимом в коридор, и тот повел их в подвал, где находилась кладовая с запасами, которых хватило бы, как мрачно пошутил Алекс, чтобы пережить небольшую ядерную войну. Когда с ужином определились, Джим двинулся обратно, на кухню. Остальные шли за ним, нагруженные коробками и консервными банками.

Не прошло и получаса, как все устроились за большим обеденным столом в гостиной. Несмотря на некоторые опасения Алекса, еда получилась обильной и разнообразной. В качестве гарнира все выбрали рис, приготовлением которого молча занялся Джейсон. После чего осталось лишь вскрыть консервы.

Сейчас все с аппетитом уплетали то, что было на тарелках. Алекс ел ветчину, обильно поливая ее кетчупом, Сандра и Джейсон отдали предпочтение тунцу, проигнорировав многозначительное замечание Либби относительно того, что защитники животных никогда не стали бы употреблять в пищу эту рыбу, потому что при ее ловле гибнут дельфины.

Сама Либби выбрала гусиный паштет и маслины. Энн предпочла куриную грудку, вдобавок вскрыв баночку каперсов и разделив ее с Джимом, который ел сосиски. Они сидели рядом и время от времени соприкасались локтями, что сильно отвлекало Энн от ужина. Стоило Джиму дотронуться до нее, как она застывала, борясь с приливом внутреннего тепла.

— Мы должны решить, что возьмем с собой в поход, — сказал тот, когда собравшиеся за столом утолили первый голод.

— Всего и побольше, — не задумываясь откликнулся Алекс.

— Это твое жизненное кредо? — со смехом спросила Сандра.

— Запас пищи еще не вредил никому и никогда, — философски заметил тот, поливая очередной ломтик ветчины новой порцией кетчупа, прежде чем отправить в рот.

Джим несколько мгновений разглядывал его с насмешливыми искорками в глазах.

— Так-то оно так, только кроме еды нам придется нести дополнительное снаряжение. Я не зря говорил, что некоторым из вас придется оставить на базе часть захваченных из дома вещей.

— Какое снаряжение? — спросила Либби.

Джим отломил вилкой кусочек сосиски, сжевал его и только тогда ответил:

— Надувные лодки, весла, палатки… Впрочем, насчет палаток решать вам. Вместо них можно обойтись спальными мешками.

Все, что касалось предстоящего похода, представляло для Либби большой интерес.

— А какое у них преимущество? — спросила она.

Ответить Джим не успел, его опередила Сандра:

— Сразу видно, что прежде ты никогда не занималась экстремальным туризмом, — сказала она, стрельнув взглядом в Энн, которая поспешно наклонилась над тарелкой, пряча улыбку.

Либби пожала плечами.

— Я этого и не скрываю.

— Так знай, что палатка имеет ряд преимуществ перед спальным мешком, но ее придется каждый раз расставлять заново. Ведь мы не станем жить на одном месте, нам предстоят каждодневные переходы, во время которых, — Сандра многозначительно подняла вилку, — будет накапливаться усталость. Вечером ты обрадуешься даже тому, что у тебя хватает сил приготовить еду и позаботиться о царапинах, ссадинах и растертых местах. А если еще нужно расставлять палатку… — Она покачала головой. — Нет, лично я в данном случае предпочитаю спальный мешок: забрался в него, и все дела!

— А если дождь пойдет?

Все повернулись к задавшему этот вопрос Алексу. Заметив в обращенных на него взглядах недоумение, тот произнес оправдывающимся тоном:

— Я понимаю, что, скорее всего, в ближайшие дни его не будет, но так хочется свежести!

— Спальные мешки у нас непромокаемые, — невозмутимо заметил Джим.

Повисла небольшая пауза.

— Какой там дождь! — Энн вздохнула. — Боюсь, до конца лета с неба не упадет ни единой капли.

Сандра кивнула.

— Похоже на то.

— Так что вы решили? — спросил Джим. — Спальные мешки или палатки?

— Мешки, мешки! — раздалось над столом.

— А кофе здесь не найдется? — вновь подала голос Сандра, отодвигая опустевшую тарелку.

— Сколько угодно. — Джим кивнул в сторону коридора. — На кухне в шкафу. Там же и чашки. А чайник, наверное, еще горячий.

Сандра переглянулась с Джейсоном, и тот встал.

— Полагаю, остальные тоже не откажутся?

Его голос прозвучал так неожиданно, что все разом повернулись к нему. Молчун Джейсон заговорил!

— Конечно. — Энн улыбнулась. — Помочь тебе?

Но он лишь покачал головой и молча покинул гостиную. Впрочем, отсутствовал Джейсон недолго. Не прошло и пяти минут, как он вернулся, прижимая к боку пластмассовый поднос с чашками, банкой растворимого кофе и початой коробкой коричневого сахара.

Вскоре перед каждым членом группы стояла полная чашка, а над столом разлился особый, с кислинкой, аромат — кофе оказался индийским.

— Эх, сюда бы еще чего-нибудь сладкого, — мечтательно протянула Либби. — Вафель или шоколада…

Она с надеждой взглянула на Джима, но тот развел руками.

— Не держим. На базе собрано только самое необходимое.

— Жаль.

— У меня есть пакетик мятных леденцов, — сказала Энн. — Если хочешь, я принесу.

Однако Либби покачала головой.

— Нет, спасибо, это не то.

— Вот! — вдруг с торжеством произнес Алекс. — А говорите, зачем рюкзак нагрузил, зачем рюкзак нагрузил…

— Это ты к чему? — насторожилась Либби.

Остальные тоже взглянули на Алекса с интересом.

— К тому, что у меня все есть. И в достаточном количестве.

— Ты говоришь загадками, — заметила Энн. — Что именно у тебя есть и в количестве достаточном для чего?

— Для всех! — Алекс сверкнул глазами.

Неуклюже поднявшись из-за стола, он со скрипом отодвинул стул и грузно двинулся к деревянному, оснащенному для мягкости пестрым стеганым матрасиком дивану, возле которого оставил свой рюкзак.

Пока Алекс возился с застежками, все с любопытством наблюдали за его действиями. А затем началось нечто неожиданное: он принялся перекладывать из рюкзака на диван яркие, разноцветные, шуршащие целлофаном пакетики и коробочки. Вскоре на диване вырос пестрый Монблан.

Либби первая вскочила с места и бросилась к дивану. За ней подтянулись остальные. Встав полукругом, они изумленно уставились на содержимое принадлежащего Алексу рюкзака. Спустя минуту Либби шагнула вперед и принялась перебирать пакетики, бормоча вполголоса:

— Слойки, пастила, рулеты, шоколад, изюм, орешки, чернослив, арахис, вафли, фисташки, чипсы, печенье, сушеные бананы, бисквиты, цукаты, вафельные торты, финики, мармелад…

Стоявший за спиной Энн Джим тихо присвистнул.

— Парень, ты ограбил кондитерский магазин?

Алекс обвел всех лукавым взглядом.

— Нет, я в нем работаю.

— В кондитерском магазине? — восхищенно прошептала Либби.

— Да.

Либби взглянула на него с ужасом, в котором содержалась изрядная примесь восторга, и произнесла, еще больше понизив голос:

— Ты ограбил заведение, в котором работаешь?

В глазах Алекса промелькнуло удивление.

— С чего вы взяли, что я его ограбил? Просто мне положена скидка, как и другим продавцам. А по случаю отпуска отец вообще продал мне все это по символической цене.

— Погоди. — Сандра сморщила лоб. — Магазин, в котором ты работаешь, принадлежит твоему отцу?

— Ну да, я ведь так и сказал. Кстати, ему также принадлежит идея отправить меня в туристический поход. Он считает, что это поможет мне сбросить вес. — Алекс смущенно улыбнулся. — Поначалу я не хотел никуда ехать, но отец предложил мне это, — он кивнул на гору сладостей, — и я согласился. А вообще, отец ругает меня за чрезмерное, по его мнению, употребление шоколада. Говорит, это медленное самоубийство. — Алекс скромно опустил темные ресницы. — Но я все равно ем.

— М-да… — протянула Сандра, глядя на сладости. — Неужели ты способен умять все это добро за десять дней?

Алекс добродушно рассмеялся.

— Что ты! Наверное, тебя сбивают с толку мои габариты. — Он развел руки и шутливо оглядел себя с обеих сторон. — На самом деле я рассчитывал, что мне помогут другие участники похода. То есть все вы.

— Ты нас угощаешь? — пискнула Либби.

Алекс кивнул, и она запрыгала от радости.

— Ух-у! Вот это да!

— Раз так, думаю, пакеты нужно разделить на всех, и тогда парню не придется тащить тяжесть в одиночку, — заметила практичная Сандра.

В глазах Алекса вновь вспыхнуло лукавство. Повернувшись к Джиму, он похлопал того по плечу.

— А говоришь, в лесу нет носильщиков! Вспомни, ведь я еще на привокзальной площади в Грин-Бей сказал, что остальные члены группы помогут мне.

Джим почесал в затылке — точь-в-точь как Алекс во время упомянутого разговора.

— Да, хитер ты, брат…

— Ничего подобного, — живо возразила Либби. — Алекс думал не только о себе, но и обо всех остальных.

— Вот кто понимает меня лучше других, — вновь плутовато усмехнулся тот.

Либби зарделась и, чтобы скрыть смущение, принялась помогать Сандре делить лакомства. Когда с этим было покончено, на диване и соседних креслах образовалось шесть примерно одинаковых по составу пестрых горок.

— Вы и меня посчитали? — несколько озадаченно произнес Джим. — Вообще-то я стараюсь не брать в поход ненужного груза.

— Ненужного? — Либби удивленно округлила глаза. — Ну нет, я думаю иначе. В общем, как хочешь, но на этот раз придется сделать исключение, — безапелляционно заявила она. — Нам будет неловко есть сладости, зная, что ты глотаешь слюнки. Это во-первых. А во-вторых, разве не ты говорил, что в команде должна быть взаимовыручка? Вот сейчас и настал хороший повод помочь приятелю. Верно, Алекс?

— Абсолютно.

Либби повернулась к Энн.

— Я правильно рассуждаю? Джим ведь тоже является членом нашей группы?

Энн посмотрела на Джима, и в тот момент, когда их глаза встретились, между ними вновь будто искра проскочила. Вздрогнув, Энн поскорее перевела взгляд на Либби.

— Разумеется.

Джим поднял руки.

— Сдаюсь. Вы загнали меня в угол. Где моя доля?

Услышав эти слова, Либби захлопала в ладоши.

— Вот теперь мы настоящая команда!

5

Они шли уже восемь часов. Впереди, показывая дорогу, двигался Джим. За ним, стараясь держаться рядом насколько это было возможно, шагали Сандра и Джейсон. Следом топали друг за дружкой Либби и Алекс. Энн замыкала шествие.

С базы вышли в половине девятого утра. С вечера Джим намечал начало похода на восемь, но завтрак и сборы заняли больше времени, чем планировалось. Рюкзаки у всех — за исключением, пожалуй, Алекса — потяжелели. Каждый получил запас продуктов, аптечку и спальный мешок. Кроме того, Джим и Джейсон несли две резиновые лодки. Алексу доверили пластиковые весла, треногу для костра, чайник и котелок. Два последних предмета, прикрепленные к нижней части надетого на Алекса рюкзака, покачивались перед взором двигавшейся сзади Энн.

Впрочем, сказать, что она только то и делала, что разглядывала упомянутую утварь, было бы неправильно. Да и не для того Энн сюда приехала.

С раннего утра, как только она, оставив в спальне сладко посапывающую Либби, вышла на крыльцо базы, ее охватило блаженное состояние свободы. Поначалу Энн решила, что источником подобного настроения является все еще пребывающая в рассветной полудреме природа. В этот час даже птицы еще не щебетали, не стучал дятел, не прыгали по веткам белки, а солнце поднималось так медленно, будто раздумывало, не поспать ли еще. И среди этой тишины, покоя и прохлады — в лесу утром было несравнимо больше свежести, чем в городе, — возникало ощущение полного раздолья и осуществимости любых желаний.

Вот что значит находиться в согласии с природой и самой собой, подумала Энн.

Она встала на цыпочки, подняла лицо к небу, сладко потянулась… и вдруг ей стало ясно, в чем кроется истинная причина ее хорошего настроения. За весь минувший вечер и вплоть до нынешнего момента она ни разу не вспомнила про Стива!

Более того, ее мысли занимал совсем другой человек.

Сейчас, идя за громко сопящим Алексом, Энн чуть отклонилась влево и посмотрела на шагающего впереди Джима.

Им невозможно не любоваться, проплыло в ее голове. Интересно, он совсем не отдает себе отчета в том, насколько красив?

Прежде Энн никогда не приходилось сталкиваться с подобным феноменом. Обычно парни, внешность которых хотя бы немного выходила за рамки заурядной, хорошо осознавали данный факт и кичились им — кто явно, а кто завуалированно. Во всяком случае, так было с теми красавцами, которых Энн знала лично. В отличие от них Джим Хаглер держался совершенно естественно, без позерства, будто ничем особенным от многих других мужчин не отличался.

А между тем он был поразительно красив.

Разумеется, понятие красоты весьма субъективно, но на Энн внешность Джима произвела сильное впечатление. Улегшись вчера вечером в постель, она долго не могла уснуть, взбудораженная событиями и знакомствами долгого дня. Энн понимала, что должна отдохнуть перед завтрашним походом, однако, стоило ей закрыть глаза и попытаться задремать, как перед ее внутренним взором возникал образ Джима. Он казался ей лучезарным.

А ведь найдется счастливица, которая станет его женой и сможет любоваться им днем и ночью, подумала Энн.

С этой мыслью она и уснула.

Но сейчас, глядя на идущего во главе группы Джима, Энн вновь невольно подумала о том же. В его движениях было столько грации и сноровки, что это вызывало восхищение. А отсутствие на безымянном пальце левой руки обручального кольца порождало странные и неуместные, по мнению Энн, мысли.

Впрочем, нужно признать, что Джим действительно выгодно отличался от остальных участников похода. И немудрено, ведь он уже два года ходил по этому маршруту, поэтому кроме врожденной ловкости движений у него был опыт. Да и вообще он неплохо ориентировался в лесу. Детство Джима прошло в этих краях, и отец, заядлый любитель рыбалки, частенько брал его с собой посидеть на зорьке с удочкой.

В каком-то смысле с Джимом могли сравниться лишь Джейсон и Сандра — похоже, они тоже исходили немало туристских тропок. Во всяком случае, Джиму не пришлось учить их простейшим походным премудростям наподобие необходимости придерживать ветки, чтобы те не хлестали идущего сзади.

Задумавшись, Энн едва не налетела на неожиданно замедлившего ход Алекса. В следующее мгновение она услышала, как тот спросил:

— Что случилось, малышка?

Несколько минут назад они углубились в чащобу, где идти можно было лишь гуськом, поэтому сейчас Энн видела перед собой только огромный коричневый рюкзак Алекса, из которого вверху торчали алые лопасти весел, внизу все так же покачивались чайник и котелок, а еще ниже мелькали светлые подметки кроссовок.

— Все-таки я растерла ногу! — послышался жалобный голос Либби.

Энн похлопала по рюкзаку ладонью, и Алекс с треском вжался в кусты, пропуская ее вперед. Протиснувшись мимо него, Энн увидела расстроенную Либби. Искусственный брильянт блестел на крыле ее носа как слеза.

— Мне еще в магазине продавец говорил, что эти кроссовки скорее декоративные, чем настоящая спортивная обувь, но они так мне понравились… — Она вздохнула. — А теперь выясняется, что продавец был прав. Напрасно я его не послушалась. Он предлагал мне настоящие походные ботинки, наподобие тех, что на ногах у Сандры и Джейсона.

Энн сочувственно прищелкнула языком.

— Потерпи немного, дорогая. Думаю, скоро Джим объявит стоянку, и тогда мы займемся твоей ногой.

— Нужно было прямо с утра приклеить повыше пяток пластырь, — сказал Алекс, сокрушенно глядя на изрядно покрытую пылью белую обувку Либби.

Энн посмотрела вперед. Пока они разговаривали, Джим, Сандра и Джейсон успели удалиться на значительное расстояние.

— Надо бы их окликнуть, — пробормотала Энн.

Алекс воспринял это как призыв к действию.

— Эй! — крикнул он, сложив руки рупором. — Э-эй! Подождите нас!

К этому времени трое идущих впереди достигли участка, где едва заметная тропка делала поворот. Джим и Сандра уже совсем скрылись за кустами, Джейсон еще был виден. Услышав зов Алекса, он обернулся.

— Что у вас случилось?

— Мы за вами не поспеваем, — вновь крикнул Алекс. — Либби растерла ногу.

Джейсон передал его слова остальным, и вскоре Энн увидела спешащего обратно Джима.

— Что, сильно растерла? — спросил он, глядя на нее.

— Не я, — сказала она. — Либби.

— Ну да, это я и имею в виду. — Джим перевел взгляд на белые кроссовки Либби, затем посмотрел на нее саму и спросил: — Совсем не можешь идти?

Та поморщилась.

— Могу, но с трудом.

— Отсюда совсем недалеко до места, где я обычно устраиваю для группы привал, — заметил Джим, обращаясь к Энн.

— Насколько недалеко? — спросила та.

— Примерно полторы сотни ярдов. Сейчас спустимся в лощинку, там бежит ручей и есть замечательная полянка. Идеальное место для ночевки. — Он на миг задумался. — Собственно, кто-нибудь может остаться здесь с Либби и подождать, пока я отведу остальных на упомянутое место, оставлю свой рюкзак и вернусь обратно. В этом случае у меня появится возможность освободить Либби от рюкзака, и тогда ей легче будет добраться до стоянки.

— А что, неплохая идея, — медленно произнесла Энн. Затем она взглянула на Либби. — Без ноши тебе действительно будет легче дойти до места.

Не успела та что-нибудь ответить, как Алекс произнес:

— Я бы остался с Либби.

— Побудешь с Алексом? — спросила Энн.

Либби скромно кивнула, разглядывая траву у себя под ногами.

Тут в голову Энн пришла одна мысль.

— А не опасно, что они останутся здесь одни? — глядя на Джима задала она новый вопрос. — Мало ли кто еще ходит по этой тропе. Ведь ты сам говорил, что здесь можно встретить медведя.

Джим пожал плечами.

— Лично со мной такого не случалось. Впрочем, осторожность не помешает. Лощина совсем рядом, и я постараюсь вернуться как можно быстрее. А вы, — повернулся он к Либби и Алексу, — побольше шумите. Смейтесь, разговаривайте погромче. Тогда любой дикий зверь сам обойдет вас стороной. Поняли?

Те кивнули, после чего Джим поманил Энн за собой.

— Идем. Чем раньше доберемся до места привала, тем скорее я вернусь сюда.

— Никуда не уходите! — строго велела та, прежде чем двинуться за Джимом.

— Блеск! — отойдя на несколько шагов, услышала она за спиной голос Либби. — Вот это приключение! Только представь, мы одни посреди леса, кругом рыщут медведи… Будет что рассказать в колледже!

Однако Алекс явно не испытывал восторга по поводу возможного близкого присутствия каких бы то ни было животных.

— Лучше давай пошумим, — предложил он и тут же произнес нарочито громким голосом: — Между прочим, я так проголодался, что сам с удовольствием отведал бы медвежатины!

— Ха-ха-ха! — звонко, но не совсем искренне рассмеялась Либби.

— По-моему, они не на шутку струхнули, — заметила Энн, догоняя Джима. — Сандра и Джейсон ушли по тропинке вперед.

Тот на ходу улыбнулся ей через плечо.

— Вот и хорошо. В лесу перестраховка полезнее беспечности. Но ты не беспокойся, ничего с этой парочкой не случится.

— Напротив, в каком-то смысле я даже рада, что так получилось. — Энн усмехнулась. — Ведь Либби жаждет острых ощущений.

Джим немного помолчал.

— Честно говоря, не знаю, как это обеспечить. Маршрут у нас спокойный, происшествий почти не бывает, за исключением таких мелочей, о которых даже не стоит упоминать. Осторожно, здесь яма, — сказал он, когда тропа пошла под откос. — Давай руку… так… молодец.

Когда неудобный участок был пройден, Энн мягко, но решительно убрала пальцы из ладони Джима — в основном из-за того, что возник большой соблазн их там оставить.

— Отец Либби особенно настаивал на том, чтобы с его чадом ничего не случилось, — несколько сдавленно произнесла она.

Джим внимательно посмотрел на нее, но ничего не сказал. Заметив его взгляд, Энн выругалась про себя, затем прокашлялась и продолжила:

— Думаю, девчонка и так получит массу впечатлений, ведь это ее первый туристический поход. Так что специально ничего делать не придется.

На этом беседа прекратилась. Они догнали Сандру и Джейсона и все вместе спустились на поляну, которую пересекало русло ручья. Это была самая широкая и ровная часть лощины. Левее ее края сужались, и кроны растущих на склонах деревьев почти смыкались.

— Ну вот, здесь и заночуем, — объявил Джим, снимая рюкзак и кладя его на траву неподалеку от клочка земли со следами многократно разводимого костра и пары бревен. — Располагайтесь, а я возвращаюсь. Пора забрать Либби и Алекса, пока они не распугали всех медведей в округе.

Он повернулся и зашагал по поляне обратно, к почти незаметной тропинке. Некоторое время Энн наблюдала, как Джим поднимается по склону лощины, удивляясь, что это как будто не составляет для него никакого труда. Словно он не шел наравне со всеми целый день.

— Тренировка… — глубокомысленно пробормотала Энн, когда Джима скрыли из виду кусты.

У нее самой после многочасовой ходьбы гудели ноги и ныли мышцы спины, поэтому она с наслаждением освободилась от рюкзака, лямки которого к тому же порядком надавили плечи. Затем улыбнулась блаженно раскинувшимся на траве Сандре и Джейсону.

— Ну, как вам поход?

Джейсон молча поднял большой палец. Сандра на этот раз тоже была немногословна.

— Супер! — вот и все, что она сказала.

— Ладно, отдыхайте, а я тут осмотрюсь.

Первым делом Энн направилась к ручью. Его каменистое ложе было довольно широким. Судя по всему, в иные времена здесь тек полноводный поток. Но сейчас вдоль иссохшего галечного русла струился жалкий ручеек, журчание которого было едва различимо даже в тишине.

Однако Энн обрадовалась и такой воде. Присев на корточки, она опустила руки в чистую прозрачную влагу, которая, по сравнению с температурой воздуха, показалась ей если не ледяной, то очень холодной.

Некоторое время Энн забавлялась, зачерпывая воду пригоршнями, пропуская меж пальцев и любуясь, как та искрится в лучах заходящего солнца. Затем плеснула себе в лицо раз, другой, третий и тихонько рассмеялась от удовольствия. А когда она вымыла руки до самых плеч, с нее будто разом сошла усталость.

Прошло не так уж много времени, и Энн услышала знакомые голоса — это спускались в лощину Либби, Алекс и Джим. Она отправилась им навстречу.

— Ну как, медведи не беспокоили? — прищурившись, спросила Сандра, когда Либби, прихрамывая, приблизилась к ним с Джейсоном и опустилась на траву.

— На этот раз пронесло, — совершенно серьезно ответила та.

С того места, где сидел Джейсон, донесся сдавленный звук, будто кто-то в последнюю секунду сдержал смешок. Энн метнула туда предостерегающий взгляд, но лицо Джейсона уже было непроницаемо.

— Давай-ка посмотрим, что у тебя с ногой, — сказала Энн, присаживаясь перед Либби.

Пока она обрабатывала и бинтовала ранку, Джим, Джейсон и Сандра насобирали сучьев и хвороста, установили треногу и разожгли костер. Чайник наполнили водой из ручья.

Спустя некоторое время, когда все освежились и вымыли руки, а чайник вскипел, наступил долгожданный период покоя. Участники похода расположились прямо на траве, опершись о бревна, с пластиковыми мисками и тарелками в руках. Над компанией вился аппетитный парок.

К этому часу начало смеркаться, в воздухе появились первые признаки вечерней прохлады.

— А здесь как будто свежее, чем наверху, — заметил Алекс, прежде чем целиком отправить в рот консервированную сосиску.

Он ел с аппетитом человека, который дня три вынужденно провел без пищи. Впрочем, после нынешнего пешего перехода с единственным непродолжительным привалом примерно в середине пути, трудно было ожидать чего-либо иного. И не только от Алекса, но и от всех остальных.

— Наверное, потому что это низина, — предположила Сандра, вопросительно поглядывая на Джима.

Тот кивнул.

— Здесь всегда так. В лесу вообще прохладнее, чем в городе, если вы заметили.

Все дружно выразили согласие.

— Теперь буду знать, чем прельщать потенциальных клиентов своего бюро, — усмехнулась Энн. — Потому что, когда наступает жара, этот тур перестает пользоваться успехом. А сейчас я со знанием дела смогу объяснить его преимущества.

— Только не забывай предупреждать клиентов, чтобы выбирали для путешествия подходящую обувь, — поморщившись, произнесла Либби.

Все заулыбались, но Джим поддержал это замечание.

— Ничего нет дороже собственного опыта. Уверен, что отныне Либби станет лучше вникать в суть предметов, не обманываясь их внешней красивостью.

— Да уж, — сказала Либби, хмуро глядя на совсем недавно бывшие белоснежными, а сейчас серые от пыли кроссовки, валяющиеся на траве неподалеку от ее вытянутых ног.

После ужина Алекс подтащил поближе к себе рюкзак, запустил в него руку и вынул пакетик шоколадных вафель.

— Не могу без сладкого, — словно извиняясь произнес он, вскрывая яркую обертку. — Иначе ужина для меня словно и не было.

В следующую минуту его зубы впились в содержимое пакетика.

Остальные недолго слушали лакомый хруст. Первой не вытерпела Либби.

— Вафли я ела вчера, а сегодня, пожалуй, попробую бисквиты, — пробормотала она, ни к кому особенно не обращаясь.

После нее сдалась Сандра.

— Кажется, за время этого похода я наберу несколько дополнительных фунтов. — Она усмехнулась, запуская руку в свой рюкзак. — Такого у меня еще не было. Давай, милый, присоединяйся, — добавила Сандра, взглянув на Джейсона, — завтра легче будет нести наши пожитки.

Того долго упрашивать не пришлось. Вслед за ним в свой рюкзак полез Джим. Он извлек первое, что попалось, — облитый шоколадом ореховый рулет. Несколько мгновений Джим озадаченно разглядывал его, потом повернулся к Энн.

— Поможешь? Мне одному этого не одолеть.

Она ничего подобного не ожидала, но ей было очень приятно, что Джим пожелал разделить лакомство именно с ней. Она даже испытала некий трепет, сходный с тем, что охватил ее сегодня, когда они с Джимом взялись за руки, спускаясь в лощину.

— Не откажусь, — тихо слетело с ее губ.

В этот миг Джим посмотрел ей в глаза, и она вдруг испытала странное чувство, что речь между ними идет вовсе не о рулете. И что Джим понимает это не хуже нее самой.

Энн опустила взгляд, совершенно не зная, как себя вести. Оказываясь вблизи или наедине с Джимом, она словно лишалась привычного самообладания. Это сбивало ее с толку, потому что она не привыкла к подобным ситуациям. Даже во время размолвок со Стивом Энн всегда имела твердую почву под ногами. Именно поэтому Стиву не удавалось одержать над ней верх, как он ни пытался. Не исключено, что данное обстоятельство и бесило его больше всего: он, мужчина, не в состоянии приструнить женщину!

Кажется, я начинаю понимать, что испытывал Стив, живя со мной, мельком подумала Энн.

Однако испытываемые ею сейчас эмоции ничуть не напоминали досаду. Да, она чувствовала себя выбитой из колеи, но собственная беззащитность во многом была ей приятна. Потому что все это имело прямое отношение к Джиму. Рядом с ним слабость воспринималась как женственность.

С этим нужно что-то делать, подумала Энн. Я отправилась в здешние края вовсе не для того, чтобы закрутить роман с местным инструктором по туризму. Тем более… Она вдруг похолодела. Тем более что он наверняка привык к подобным отношениям со своими подопечными из числа представительниц слабого пола. С такой внешностью… даже если он не осознает своей красоты… Уверена, женщины сами на него бросаются. Ему остается лишь раскрыть объятия. Энн прикусила губу. Выходит, моя задача — избежать соблазна пристроиться в хвост длинной очереди претенденток на его внимание.

Пока она размышляла, Джим вскрыл обертку и разрезал рулет пополам. Затем протянул одну половину Энн.

— Держи.

— Спасибо.

— Вот это жизнь! — вдруг с чувством произнесла Либби.

Она сидела на траве, в которой желтели лютики, облокотясь на бревно, с кремовым бисквитом в одной руке, упаковкой ананасового сока в другой и смотрела на вечернее небо, где в прозрачном, чистом воздухе с писком носились стрижи.

Все рассмеялись. А у Энн словно отлегло от сердца.

О чем я думаю! — мелькнуло в ее голове. Вместо того чтобы от души наслаждаться отпуском, которого у меня не было три года, я занимаюсь бессмысленным самоанализом. Разве не глупо?

Взяв свою пластмассовую чашку, она встала, затем наклонилась за стоящей перед Джимом кружкой.

— Кофе выпьешь?

Тот поднял на нее улыбающиеся глаза.

— С удовольствием, если тебя не затруднит.

Встретив его взгляд, Энн вновь почувствовала, как по ее телу словно прокатилась теплая волна. Но ей удалось скрыть свое состояние от окружающих, и в первую очередь от того, кто его породил.

— Ничуть. Сейчас принесу кипятку.

Спустя несколько минут она уже снова сидела рядом с Джимом, откусывая от рулета и прихлебывая ароматный, приправленный дымком догорающего костра напиток.

— Мм… какая прелесть! — сказала Энн, глядя на Алекса. — В магазине твоего отца все такое вкусное?

Тот горделиво кивнул.

— Папа сознательно ведет такую политику — закупает товары лучших производителей. Обходится дороже, зато есть гарантия качества. Любимая папина фраза: «Ожидания покупателя должны быть оправданы». — Прервавшись, для того чтобы вскрыть пакетик шоколадных конфет и сунуть одну в рот, Алекс продолжил: — Это что! Видели бы вы наш отдел тортов. У нас есть свой небольшой, но очень хороший кондитерский цех и там пекут такое… — Он на миг зажмурился.

Энн покосилась на Либби. Та глядела на Алекса приоткрыв рот.

Вот она, сила рекламы! — с усмешкой подумала Энн.

— Где же находится и как называется ваш замечательный магазин? — спросила она.

— На углу Хилл-Гейт и Вест-стрит, — сказал Алекс. — А называется очень просто — «Фиорентино свитс».

Несколько мгновений Либби задумчиво смотрела на него, потом воскликнула:

— Так это же в двух кварталах от нашего дома!

— Правда? — с интересом произнес Алекс. — А где ты живешь?

— На Стрейт-авеню, дом номер двадцать один.

Он хлопнул себя по колену.

— Надо же!

— Что такое? — спросила прислушивавшаяся к разговору Сандра.

— Оказывается, мы почти соседи. Наш дом находится в начале Стрейт-авеню, четвертый номер.

Сандра покачала головой.

— И вы никогда не встречались?

— Если бы это произошло, я бы запомнила, — с кокетливой улыбкой заметила Либби. — Алекса трудно с кем-то спутать.

— Надеюсь, — сказал тот, скромно опуская взгляд. Выдержав небольшую паузу, он вновь посмотрел на Либби. — Теперь, когда тебе известно, где находится наш магазин, ты зайдешь туда?

Ее ресницы затрепетали.

— Может быть.

Повисла пауза, которую вскоре нарушила Сандра.

— Я одного не пойму, — произнесла она, глядя на Алекса. — Если твой отец так плохо относится к шоколаду, что даже не советует тебе его есть, почему же он им торгует?

Алекс рассмеялся.

— Папа вообще почти не берет в рот сладкого. Но бизнес есть бизнес. А мне он просто рекомендует по возможности от шоколада воздерживаться. Я стараюсь его не огорчать, но… — Вздохнув, он развернул очередную конфету и принялся жевать, по-кошачьи жмурясь от удовольствия.

Несколько мгновений Сандра наблюдала за ним.

— Нет, это невозможно! — наконец воскликнула она, вновь запуская руку в рюкзак и извлекая новый пестрый пакетик. — Алекс так аппетитно ест…

После ужина Энн отправилась к ручью, чтобы вымыть свою миску и чашку. Вернувшись к костру и кивнув туда, где лощина сужалась, она спросила у Джима:

— А куда девается ручей? Уходит там под землю?

— Нет, течет дальше. В том месте лощина не кончается. Просто ее края сходятся, образуя глубокий буерак, который тянется на несколько миль, пока не достигает небольшого озера. Кстати, вон за той елью — обрыв глубиной футов десять. Когда ручей полноводен, он образует небольшой водопад. А сейчас, наверное, даже озеро обмелело, несмотря на то что его со всех сторон окружает лес. Но оно пополнится после первых же дождей.

— Эх, а как было бы хорошо, если бы дождик пошел! — мечтательно произнес Алекс.

— И куда бы ты от него прятался? — хмыкнула Сандра.

— Да хоть под те клены, — оглянулся он назад. — Кстати, там я, наверное, и улягусь спать. Не знаю, как кому, а мне не хочется промокнуть.

Сандра от души рассмеялась.

— Эх ты, перестраховщик! Ведь на небе ни облачка.

— Смейся, смейся, — пробормотал Алекс, поднимаясь и принимаясь извлекать из рюкзака спальный мешок. — Посмотрим, кто будет смеяться последним.

— Пойду-ка я прогуляюсь, — сказала Энн. — Взгляну, что там за буерак…

Джим тоже встал.

— Если не возражаешь, я с тобой. Заодно закопаю наш мусор.

В ответ Энн лишь пожала плечами. Джим быстро собрал в целлофановый пакет обертки и пустые консервные банки, захватил специальную туристическую лопатку, и они с Энн неспешно двинулись к узкой части лощины.

— И я пойду! — заявила Либби.

Однако Сандра перехватила ее за руку, не дав даже подняться.

— Сиди! Нечего тебе там делать.

— Но…

— Дай людям пообщаться, — неожиданно произнес молчавший весь вечер Джейсон.

То, что он заговорил, произвело на Либби даже большее впечатление, чем суть сказанного.

— А… — Она открыла рот и тут же закрыла, вновь покорно опершись на бревно. — Ладно.

6

Энн и Джим пошли прямо по каменистому руслу ручья, тем более что большая его часть пересохла и можно было не бояться замочить ног.

Солнце уже закатилось за деревья, сумерки в лощине казались гуще, чем наверху, а в застывшем воздухе словно разлилось спокойствие, которого не встретишь ни в каком другом месте, кроме как в лесу.

Некоторое время оба молчали, потом Энн заговорила:

— Хочу спросить тебя кое о чем, но не решаюсь, — произнесла она с несколько смущенной улыбкой.

Джим насмешливо взглянул на нее.

— Интересно, что же это такое? Ты меня заинтриговала.

Она отвела взгляд.

— Ну, знаешь, как-то не принято совать нос в чужие дела…

Улыбка Джима стала шире.

— Если он такой хорошенький, как у тебя, я не возражаю.

Энн покосилась на него.

— Нахал!

— Ну вот, сразу обижаться… Я ведь тебе комплимент сделал.

Пристальней взглянув на Джима, Энн увидела пляшущие в его глазах искорки. Судя по всему, он пребывал в чудесном настроении.

— Ладно, если разрешаешь, спрошу. — Она помолчала, словно подбирая слова. — Скажи, что ты тут делаешь?

Во взгляде Джима промелькнуло недоумение.

— То есть где? В лесу? Веду группу по маршруту… или что ты имеешь в виду?

— Э-э… наверное, я неправильно выразилась. Почему ты выбрал себе подобный род занятий?

Улыбка окончательно покинула лицо Джима. С минуту он шел молча, потом пожал плечами.

— Мне не пришлось ничего выбирать. Это получилось само собой.

Подобный ответ не мог устроить Энн.

— Знаешь, у меня такое ощущение, что ты не всегда был инструктором по туризму, — заметила она.

— Угадала. По профессии я архитектор.

От неожиданности Энн даже на миг остановилась.

— Архитектор? И с таким образованием сидишь в этой… — «Дыре», чуть не брякнула она, но вовремя остановилась. Впрочем, Джим все прекрасно понял.

— Не смущайся, — спокойно произнес он. — Я понимаю, о чем ты думаешь, хотя сам считаю эти места замечательными. Это мои родные края.

Они приблизились к обрыву, о котором ранее говорил Джим. В этом месте ручей низвергался с каменного выступа, образовывавшего козырек над буераком внизу. Там было гораздо темнее, чем в лощине.

— А можно туда спуститься?

— Конечно. Только будь осторожна, здесь скользко из-за разлетающихся брызг. Я пойду первым.

Обойдя обрыв слева, Джим двинулся по склону вниз, показывая Энн, куда лучше ставить ногу.

— И все-таки ты не ответил, почему предпочитаешь находиться здесь. Или это секрет?

— Да нет тут никаких тайн, — бросил Джим через плечо. — Просто строительная фирма, в которой я работал, оскандалилась, предстала перед судом и в конце концов развалилась. А на меня как на ее сотрудника легло пятно, из-за которого я не смог устроиться на новую работу. К этому прибавились еще некоторые обстоятельства… Словом, я приехал к отцу погостить и отдохнуть, но, как видишь, задержался по сей день.

— Разве тебе не хочется вернуться к прежним занятиям? — спросила Энн, осторожно ступая по покрытым мокрым мхом валунам.

— Хочется, и когда-нибудь я это непременно сделаю. Собственно, таковы были мои изначальные замыслы, просто потом все пошло не совсем так, как я предполагал. А почему ты спрашиваешь?

— Так, сама не знаю… Я увидела тебя и удивилась, что ты работаешь инструктором.

Джим на секунду обернулся.

— Что же в этом странного?

— Ну, с такой привлекательной внешностью, как у тебя… — В середине фразы она осеклась. Ох, дьявол, зачем я это говорю!

Джим рассмеялся.

— Приятно слышать, что ты считаешь меня привлекательным!

— Твою внешность, — сдержанно поправила она.

— Разве это не одно и то же?

Энн не нашлась с ответом и из-за этого еще больше рассердилась на себя. Разговор пошел не в том направлении, какого ей хотелось. Зачем я только затронула эту тему! — подумала она.

Тем временем Джим спустился на ровное место и повернулся к Энн. Та смотрела себе под ноги, но, заметив, что он остановился, подняла голову… и словно окунулась в сияние его смеющихся глаз.

Ей показалось, что все вокруг замерло. Воздух, в котором и без того отсутствовало малейшее дуновение ветерка, окончательно застыл. Умолк птичий щебет. Стих плеск падающей с каменного козырька воды. А собственные движения Энн если не прекратились полностью, то удивительным образом замедлились.

В то время как их с Джимом взгляды оставались будто сцепленными, правая нога Энн неспешно, словно при ускоренной киносъемке, поднялась, поплыла в воздухе вниз и так же медленно опустилась на валун, образовав при соприкосновении с пропитанным влагой мхом крошечные фонтанчики. Пока брызги неторопливо разлетались в стороны, Джим протянул Энн руку. В этот миг та вдруг почувствовала, что подошва ее ботинка предательски скользнула по мокрому мху.

В следующую минуту жизнь будто вновь двинулась вперед.

Джим заметил, как вдруг изменилось выражение глаз Энн, и понял, что что-то не так. Затем она начала падать. Единственное, что он успел сделать, это податься навстречу и поднять вторую руку. Через мгновение Энн повалилась на него. Ему даже пришлось отступить на шаг, чтобы они вместе не покатились по земле.

Летя вниз, Энн успела подумать, что сейчас окажется в объятиях самого красивого мужчины, которого ей только доводилось видеть.

А затем это действительно произошло. Секунду назад Энн балансировала на поросшем мхом валуне, и вот она уже всем телом прижата к Джиму. Грудью к торсу, бедрами к бедрам, животом к…

Когда Энн подумала о том, к чему прикасается животом, ее бросило в жар.

Но Джим как будто не усмотрел в этом ничего особенного.

— А, попалась! — произнес он с тихим смешком.

И сомкнул руки за спиной Энн.

Так они замерли на несколько мгновений, прильнув друг к другу. В ушах Энн шумела кровь, в глазах потемнело от волнения. Она была в высшей степени взбудоражена. Все произошло так быстро и неожиданно. Еще минуту назад у Энн и в мыслях не было, что она будет обниматься с Джимом. А сейчас…

Она подняла лицо. Джим уже не смеялся. И даже не улыбался. Выражение его глаз было серьезно и как будто вопросительно.

В следующее мгновение он стал наклоняться над лицом Энн.

Что это… почему… зачем? — зазвенело в ее голове. Что он собирается делать?

Глаза Джима были все ближе, ближе. В них появилось новое выражение, смысл которого Энн понимала, одновременно сожалея о своей сообразительности. Потому что не разделяла желаний Джима.

Неужели? — прозвучал в ее подсознании чей-то насмешливый голос. А почему тебя бьет дрожь? Откуда она вдруг взялась?

Энн действительно охватил трепет, явно носивший чувственную окраску. Она могла сколько угодно выставлять против физического вожделения интеллектуальную защиту, но организм сметал все преграды, настойчиво требуя своего.

Нет, я не хочу! — мысленно воскликнула Энн. Мне не нужно этого! Я не…

Джим прикоснулся губами к ее рту.

Продолжалось это всего мгновение, он тут же отстранился, но даже за такой короткий период Энн испытала бурю эмоций. Сначала ее будто ударило током — ощущение, успевшее стать привычным за последние сутки. Потом в нижней части тела возникло нечто теплое, приятное и словно расплывающееся в разные стороны. А затем в той таинственной глубине пробежала невыразимо приятная судорога.

С губ Энн слетел вздох, едва различимый, но Джим услышал его. И тогда, внимательно посмотрев ей в глаза, он вновь припал к ее приоткрытому рту.

На этот раз поцелуй оказался совсем другим. Нежный и трепетный, он в то же время был очень уверенным. Энн оказалась всецело поглощена им. Сейчас она уже радовалась, что находится в объятиях Джима, потому что тем самым он поддерживал ее. А в данную минуту Энн очень в этом нуждалась, так как от избытка сладостных ощущений ноги у нее подгибались.

Затем она вдруг почувствовала, как в том месте, к которому прижимается ее живот, образуется нечто твердое. Разумеется, ей не нужно было объяснять, что происходит.

Он хочет меня! — пронеслось в мозгу Энн. Я не одинока в своих желаниях.

Так есть у тебя эти желания или нет? — вновь прозвучал ехидный внутренний голос. Определись наконец! Или ты совсем голову потеряла?

Ладонь Джима медленно двинулась вниз по ее спине.

И тут Энн будто опомнилась. Упершись ладонями в грудь Джима, она отстранилась — медленно, потому что тот неохотно отпустил ее, и даже их губы оставались сомкнуты еще некоторое время после того, как разъединились тела.

— С-спасибо, что не дал мне упасть, — с запинкой произнесла она, борясь с учащенным дыханием и не глядя на Джима.

— Не за что. Для меня это было удовольствием. — Его голос тоже звучал прерывисто.

Энн огляделась по сторонам.

— Ну, я посмотрела все, что хотела… Пожалуй, пойду обратно.

Эти слова явно разочаровали Джима. Он пожал плечами.

— Твоя воля. А я… — с его губ слетел вздох. — Закопаю мусор и присоединюсь к вам.

Энн кивнула и принялась подниматься по склону, в ногах все еще ощущая дрожь, а спиной чувствуя взгляд Джима.

Утверждение, что последнее ей неприятно, было бы большим прегрешением против истины.

Проснулась она, едва посветлел небосклон.

Вчера вся группа, за исключением устроившегося под кленами Алекса, расположилась на ночлег вокруг костра, над которым почти до утра вился дымок, разгоняя москитов.

Из-за жары никто, включая Энн, не захотел влезать в спальный мешок. По примеру остальных она смазала открытые участки тела противомоскитным кремом, которым любезно поделился со всеми Джим, и улеглась на расстеленный поверх травы мешок. Ей казалось, что она долго не сможет уснуть из-за того, что произошло между нею и Джимом в буераке, и завтра встанет разбитой. Однако ее опасения не подтвердились, она сомкнула веки и быстро заснула, едва приняв лежачее положение.

Зато утром пробудилась ни свет ни заря.

Энн посмотрела на наручные часы. Половина пятого. Еще спать и спать.

Приподнявшись на локте, она оглядела остальных. Те и не думали просыпаться. Дольше всего ее взгляд задержался на Джиме, который лежал между Либби и Джейсоном и дышал глубоко и размеренно.

Энн рассматривала его несколько минут, потом вздохнула, перевернулась на другой бок и закрыла глаза.

Но уснуть не удалось. Она проворочалась еще с четверть часа, а потом ей вдруг пришла в голову идея относительно того, как можно использовать маленький водопад. Тем более что все спят и мешать не станут.

Энн встала, вынула из рюкзака полотенце, захватила ботинки и босиком пошла к тому месту, где лощина сужалась. Подойдя к буераку, она бросила взгляд в сторону потухшего к рассвету костра, убедилась, что движения среди членов группы по-прежнему не наблюдается, и начала спускаться.

На этот раз, помня вчерашнее падение, она держалась осторожнее и ей удалось достичь дна буерака без происшествий. Оттуда, переступая с камня на камень, Энн двинулась вверх, к оскудевшему из-за жары водопаду. Судя по следам на нависающем над буераком козырьке и на стене ниши, темнеющей за падающей струей воды, в хорошие времена поток бывал довольно мощным. А сейчас тек слабый ручеек. Но для Энн его было достаточно.

Повесив на ближайший куст полотенце и поставив ботинки так, чтобы внутрь не попадали брызги, она на всякий случай посмотрела вверх, не идет ли кто, и, никого не обнаружив, начала раздеваться.

Джим проснулся будто от внутреннего толчка. Открыв глаза, он некоторое время лежал, пытаясь понять, что его разбудило. Еще было очень рано, только-только рассвело, вокруг стояла тишина.

Он сел, осмотрелся и сразу увидел, что среди спящих участников похода не хватает Энн. Он удивился, как это ей удалось встать и уйти незамеченной. Обычно на работе — то есть выполняя обязанности инструктора по туризму — Джим спал очень чутко, ведь его заботам были поручены жизни реальных людей. Поэтому он старался не выпускать ситуацию из-под контроля. А тут вдруг проворонил Энн.

Впрочем, поводов для беспокойства пока не было. Мало ли что… Скорее всего, ей просто пришлось отлучиться по естественной надобности. Ранее это сделал Джейсон, а за ним Либби.

Подожду, подумал Джим. Скоро она придет.

Он лег, заложив руки за голову, и устремил взгляд в белесое небо. Его мысли вертелись вокруг Энн. Он думал о том, какой хрупкой и нежной была она вчера, во время неожиданного, но чертовски волнующего поцелуя. Даже сейчас, вспоминая о том, как впервые соприкоснулись их губы, Джим испытывал сладостное томление.

Предавшись приятным раздумьям, он не сразу сообразил, что прошло уже немало времени и пора бы Энн вернуться. Выждав еще немного, Джим забеспокоился. Может, что-то случилось, пока я лежу здесь, погрузившись в грезы, мелькнуло в его голове.

Он встал и тихо, чтобы не разбудить остальных, подошел к месту, где лежала ночью Энн. Ее спальный мешок и рюкзак находились там, но обуви не было.

— Куда же она ушла? — чуть слышно пробормотал Джим.

Внимательно оглядевшись, он заметил едва различимую полоску примятой травы, которая убегала в направлении сужающегося участка лощины. Можно было не сомневаться, что Энн ушла туда.

Джим немного постоял, размышляя, удобно ли отправиться следом. Тем временем его волнение нарастало. Ему мерещились пугающие картины, среди которых было видение лежащей на камнях без сознания Энн. В конце концов он пришел к выводу, что лучше удостовериться в ее безопасности, чем потом ругать себя за нерешительность. Если с Энн что-то случилось, никогда себе этого не прощу! — подумал Джим.

Беззвучно отойдя от погасшего костра на несколько ярдов, он решительно зашагал дальше. Его сердце билось учащенно, беспокойство нарастало с каждой секундой. Он больше не смотрел по сторонам и не оглядывался на остальных членов группы. Его волновала только Энн.

Приблизившись к тому месту, где можно было спуститься в буерак, Джим двинулся вниз. Достигнув примерно середины склона, он увидел на кусте что-то розовое.

Полотенце? — мелькнуло в его голове. Значит, Энн пришла сюда умыться. Но где же она сама?

Джим спустился на ровное место и по валунам направился к оскудевшему водопаду. Вскоре он действительно увидел махровое полотенце, а рядом с ним майку, шорты, из кармана которых выглядывали трусики и черный кружевной бюстгальтер. Все это было аккуратно развешено на соседних ветках.

И тут Джим понял, где находится Энн. С учащенным сердцебиением он перевел взгляд на водопад.

Так и есть! В темноте образовавшейся под каменным козырьком ниши белела обнаженная женская фигура.

Джим ощутил сухость во рту. Непроизвольно сделав глотательное движение, он скользнул взглядом по изящным линиям тела плещущейся под прохладными струями Энн. В эту минуту она показалась ему еще красивее, чем прежде. И несравнимо притягательнее. А полумрак ниши делал ее таинственной.

Пока Джим, как зачарованный, наблюдал за ней, ноги сами понесли его поближе.

Энн была очень рада, что ей в голову пришла идея освежиться, пока остальные спят. Она от души наслаждалась прохладой, которой щедро делился с нею ручей.

Необычное утреннее купание посреди дикой природы оказалось так приятно, что поначалу Энн забыла обо всем на свете. Но мало-помалу к ней пришло осознание того, что она уже довольно долго находится здесь.

Кажется, я нарочно растягиваю время, чтобы подольше задержаться в этом буераке, где случился едва ли не самый волнующий поцелуй за всю мою жизнь, подумала она. Ведь вряд ли мне еще когда-нибудь доведется побывать здесь.

Ей вдруг стало грустно. Через несколько дней тур закончится, она вернется в Чикаго, а Джим останется здесь и продолжит водить туристов по лесам.

Что ж, зато мне будет что вспомнить!

Последний раз сполоснувшись под низвергающимся с выступа скальных пород ручьем, она отжала с волос воду и шагнула из ниши.

В следующее мгновение Энн застыла изваянием: всего в нескольких шагах от водопада стоял Джим. И смотрел на нее.

Сколько времени он здесь находится? — это было первое, о чем она успела подумать.

Энн оказалась настолько потрясена неожиданным открытием, что на миг даже забыла о своей наготе. Затем, несмотря на прохладу недавней купели, ее бросило в жар. И тут же она испытала столь сильный прилив чувственности, что это повергло ее в некоторую растерянность. Толком не понимая, как следует поступить в подобной ситуации, она машинально провела языком по губам.

Ее взгляд был устремлен прямо в глаза Джима, и вдруг она поняла, что видит в них — откровенное, неприкрытое восхищение.

Энн словно захлестнула новая горячая волна. Ох, я вся горю! — вспыхнуло в ее голове. Впору снова встать под воду.

Вероятно, состояние Энн каким-то образом отразилось в ее взоре, потому что Джим вдруг сделал то, чего она страстно желала, не признаваясь в этом даже себе самой: не сводя с нее взгляда стянул через голову футболку, бросил на куст и двинулся вперед.

Энн смотрела на него, затаив дыхание. Через мгновение Джим оказался рядом.

— Энн… — хрипло слетело с его губ.

Он сделал к ней движение, но остановился.

— Энн?..

С тихим стоном она сама встала на цыпочки и обвила руками его шею. В следующую секунду они слились в поцелуе.

И вновь Энн испытала странное ощущение, будто время замедлило ход. Но так продолжалось лишь до тех пор, пока оставались сомкнуты их губы. В какой-то момент обоим потребовался глоток воздуха, и они вынуждены были прервать поцелуй.

После этого время словно понеслось вперед. Дальнейшие события отпечатались в сознании Энн пунктирными вспышками. Вот Джим, покрывающий ее плечи поцелуями, подхватывает ладонями грудь и смыкает губы вокруг соска. Дальше будто затмение — Энн слышит лишь собственный хриплый стон. Потом то же повторяется с другой грудью. В каком-то беспамятстве Энн шарит по поясу джинсов Джима в поисках застежки, обнаруживает, но на этом ее удачливость заканчивается, потому что справиться с молнией нет сил.

Снова какой-то провал восприятия. Затем вдруг Джим тоже оказывается обнажен, и осознание этого факта приводит Энн в состояние восторженного исступления. Не помня себя, она ласкает Джима, спеша узнать его всего, до самых интимных участков тела.

Вновь темная полоса, потом череда ослепляющих ощущений — прикосновение спины к прохладной стенке маленького грота, звук падающей воды, сила мужских рук и, наконец, нетерпеливое, но осторожное внедрение между ног твердой пульсирующей плоти.

Прозвучавший в этот миг хриплый вскрик состоял из двух голосов. Дальше было несколько бесконечных мгновений чистого блаженства, завершившихся всплеском острого удовольствия. Ощущение падения куда-то во тьму…

Придя в себя, Энн обнаружила, что стоит в обнимку с Джимом, тяжело дыша и чувствуя сильную дрожь в ногах.

Что это было? — возникла в ее голове невнятная мысль. Похоже на удар молнии. Или на… любовь.

С губ Джима тоже рвалось учащенное дыхание. Затем он сдавленно произнес:

— Энн, я…

— Молчи! — сказала та. — Не нужно ничего говорить. Лучше помоги мне ополоснуть спину.

Разумеется, Джим выполнил ее просьбу — очень ласково, с множеством поцелуев и нежных прикосновений. Потом и сам быстро принял импровизированный душ.

Они вышли из ниши и направились к увешанному одеждой кусту. По пути Джим подобрал свои джинсы, на которых поблескивали капельки воды. Затем, сняв с ветки полотенце, собственноручно промокнул влагу на теле Энн, испытывая от своих действий величайшее наслаждение. Когда с этим было покончено, Джим задал простой вопрос, который тем не менее привел Энн в легкое замешательство:

— Можно мне вытереться твоим полотенцем?

Она на миг замерла с лифчиком в руках, прежде чем вскинуть на Джима взгляд.

— Э-э… конечно. Только ведь оно влажное.

Тот пожал плечами.

— Ну и что? — В его глазах вновь появился лукавый блеск. — Не мокрое же!

И Энн сразу вспомнила одного человека, который в сходной ситуации поднял скандал из-за того, что она по ошибке вытерлась его полотенцем.

Какие они разные, Стив и Джим, проплыло в ее голове.

В следующую минуту Энн поймала себя на мысли, что думает о Стиве как о каком-то давнем, полузабытом знакомом. Будто и не было совместно проведенного года…

Выходит, такова ценность существовавших между нами отношений, мысленно констатировала она, одеваясь и тайком любуясь обнаженным Джимом.

Даже здесь сравнение было не в пользу Стива — не то чтобы Энн стремилась сопоставить их, просто так уж получалось. Стив обладал крепкой конституцией тела, был коренаст и силен, но образ жизни кабинетного работника пагубно сказывался на нем. Под его кожей начал образовываться жирок, особенно на боках и животе. В отличие от него, тело Джима как будто состояло из одних мышц и сухожилий. И он удивительно гармонировал со здешней, почти нетронутой цивилизацией природой.

Размышления Энн вскоре оказались прерваны. Заметив, что та разглядывает его, Джим лучезарно улыбнулся.

Как он красив! — снова про себя отметила Энн. А его улыбка просто ослепляет…

Когда они шли обратно к костру, солнце уже вовсю сияло над верхушками деревьев.

— Через полчаса снова начнется жара, — со вздохом произнес Джим. — С другой стороны, нет худа без добра: твое полотенце быстро высохнет. Просто прикрепи его поверх рюкзака. Впрочем, если хочешь, я сам могу высушить…

— Спасибо, не нужно, — быстро возразила Энн, тотчас представив, как Джим идет впереди группы с ее полотенцем на рюкзаке.

Вовсе незачем афишировать наши отношения, подумала она, попутно отметив, что до сих пор чувствует в коленках приятную дрожь.

Еще никогда в жизни у нее не было столь умопомрачительной интимной близости.

Наши отношения! — хохотнув, прозвучал в ее мозгу чей-то саркастический голос. Вот умора! О чем ты, детка? Вернись с небес на землю. С каких это пор обычный секс стал называться отношениями?

Энн даже споткнулась — настолько сильно подействовал на нее довод здравого рассудка. Даже несмотря на то что замечание было абсолютно справедливо.

Разве нельзя хотя бы немножко помечтать? — подумала она, встретив озабоченный взгляд поддержавшего ее под локоть Джима.

Зеленые глаза глядели внимательно, и в них вновь читался вопрос. Что с тобой? — как будто вопрошал этот взгляд. О чем ты думаешь?

Энн опустила ресницы. Глаза Джима были так красивы, что в них трудно было долго смотреть. Тем более после того, что только что произошло.

Помечтай, помечтай, снова раздалось в ее подсознании. А помнишь, как совсем недавно ты собиралась завести вместо бой-френда песика? Или кошечку?

Ох, помню, мысленно ответила Энн невидимому собеседнику. Но тогда я еще не была знакома с Джимом.

А что в нем особенного? — не унимался внутренний голос. Такой же мужик, как и все остальные.

В глубине души Энн понимала, что подобное утверждение, скорее всего, справедливо, но ее тело еще хранило сладостную истому — остатки безумной вспышки страсти, — и ей трудно было согласиться с этими доводами.

Такой, да не совсем, мысленно возразила она.

И в ее мозгу прокатился ответный саркастический смешок.

Неизвестно, сколько бы еще продолжался сей внутренний диалог, но ему поневоле пришлось прекратиться, потому что Энн и Джим приблизились к потухшему костру.

Здесь все еще спали, только Сандра сначала пошевелилась, потом открыла глаза. Посмотрев на вновь прибывших, она скользнула взглядом по их мокрым волосам, по лицам и, очевидно, кое-что сопоставила в уме, потому что вдруг улыбнулась и едва заметно подмигнула Энн.

К своему ужасу, та почувствовала, что ее собственная физиономия тоже расплывается в счастливой улыбке.

— Что, пора вставать? — неожиданно прозвучал сбоку голос Либби.

— Да, — ответил Джим. — Чем раньше выйдем, тем скорее преодолеем положенный отрезок пути и устроим новый привал.

К костру, со спальным мешком под мышкой, пришел Алекс.

— Скоро снова жара начнется, — с обреченным видом произнес он, присаживаясь на бревно и обмахиваясь листом лопуха. — Хоть бы дождик пошел, легче было бы дышать.

Услышав справа шорох, Энн повернула голову и увидела, что Джейсон уже не спит, а сидит на спальном мешке. Обведя всех взглядом, он молча помахал рукой.

— Ну, все проснулись? — сказал Джим. — Тогда умываться, завтракать и вперед!

7

В тот день завершающую часть пути они прошли по просеке, вдоль которой была проложена высоковольтная электролиния. Затем углубились в лес, и Джим по одному ему ведомой тропинке привел их к небольшому круглому озеру. Оно тоже уменьшилось из-за жары, образовав вокруг берегов илистую полосу, но в середине водоема цвели лилии и кувшинки, а над ними порхали крупные стрекозы.

После ужина у костра завязалась беседа, однако продолжалась она недолго. Усталость, хоть и приятная, все же давала себя знать. Вскоре все растянулись на спальных мешках, радуясь возможности дать отдых натруженным ногам.

Энн не была исключением. Однако, несмотря на то что она утомилась не меньше остальных, от ее внимания не мог укрыться факт, что Джим расположился на ночлег рядом с ней. Засыпая, она почувствовала его прикосновение: он протянул руку и погладил ее по щеке.

Пробудилась Энн оттого, что кто-то тряс ее за плечо. Над ухом раздался тревожный шепот:

— Пожалуйста, Энн! Проснись! Скорей…

В темноте она не сразу поняла, кто над ней склонился, но затем сообразила.

— Либби? Что случилось? Почему ты не спишь?

— Там медведь! Я так испугалась… Вдруг он придет в наш лагерь?

Последовал короткий сбивчивый рассказ, из которого Энн узнала, что Либби потребовалось сбегать под кустик и она отошла на некоторое расстояние от стоянки. А когда собиралась возвращаться, услышала в зарослях движение и поняла, что к ней кто-то приближается.

— Ведь Джим предупреждал насчет возможной встречи с медведем, вот я и решила тебя разбудить, — шепотом закончила Либби.

Энн задумалась. Про диких животных Джим говорил вполне серьезно. Может, сообщить ему о том, что кто-то возится в кустах? Но тогда придется его разбудить. А вдруг девчонке просто померещилось что-то со сна?

— Знаешь что, — тихо сказала она. — Не хочется тревожить остальных понапрасну. Покажи мне это место, не исключено, что медведь уже ушел. Вряд ли он отважится приблизиться к людям. Сейчас лето, еды ему хватает…

Они осторожно двинулись туда, где, по утверждению Либби, находился зверь. Все время, пока шли, в голове Энн вертелась мысль, что она совершает безрассудный поступок. Вдруг там действительно окажется медведь, которому вздумается посмотреть, кто еще бродит ночью по лесу кроме него?

Последние ярды они прошли почти беззвучно. В какой-то момент Либби тронула Энн за руку, затем приблизила губы к самому ее уху и едва слышно прошептала:

— Я была возле той сосны, видишь? А за теми кустами…

Тут они обе вздрогнули от неожиданности, потому что оттуда, куда показывала Либби, донеслись мужские голоса. Их было, как минимум, два. Энн явственно различила слова «бери пакет» и «уйму времени».

Что эти люди делают посреди ночи в лесу? — подумала она. Может, они такие же туристы, как и мы?

Почему-то это предположение показалось ей сомнительным. Она тихо опустилась в траву, жестом велев Либби последовать ее примеру. Та так и сделала, но, пока укладывалась на живот, наступила на сухую ветку, которая довольно громко хрустнула.

Сразу наступила тишина. Все замерли — и Энн с Либби, и неизвестные.

Пригнувшись почти к самой земле, Энн пристально вглядывалась сквозь траву в освещенные луной кусты, и ей показалось, что там тихо раздвинулись ветви. Вероятно, кто-то проверял, что произвело шум. Энн крепко сжала руку Либби, безмолвно предупреждая, чтобы та не вздумала пошевелиться.

Пару минут, показавшихся обеим бесконечными, обе лежали затаив дыхание. Потом до них донеслось какое-то металлическое звяканье, шорох и звук удаляющихся шагов.

Убедившись, что неизвестные удалились на достаточно большое расстояние, Энн поднялась с травы и потянула за собой Либби. На всякий случай они постояли еще немного, но вокруг вновь установилась тишина, поэтому им не осталось ничего иного, как двинуться обратно в лагерь.

Когда впереди заблестела сквозь стволы деревьев залитая лунным сиянием поверхность озера, Энн вдруг замерла, снова стиснув руку Либби.

— Что? — шепнула та.

— Тихо! Мне показалось… Вот! Слышишь?

Они обе услышали идущий со стороны просеки шум автомобильного двигателя.

— Уехали? — сказала Либби.

— Похоже на то. Значит, никакие это не туристы. Я было подумала, что те парни — так сказать, наши коллеги по отдыху, только вели они себя как-то странно… если не подозрительно.

— Про какой-то сверток говорили, — задумчиво произнесла Либби.

Энн взглянула на нее.

— Ты тоже слышала?

Та кивнула.

— И еще мне показалось, что там звякала лопата.

— Что-то звякало, но почему ты решила, что именно лопата?

Либби пожала плечами.

— Сама не знаю.

— Ладно, идем, — сказала Энн. — Еще очень рано, можно часа два поспать.

Утром она поведала о ночном происшествии Джиму. Тот отнесся к ее рассказу с большим вниманием.

— А я было решил, что мне это приснилось, — сказал он, потирая пальцами лоб. — Вероятно, я тоже просыпался ночью, потому что услышал отдаленный звук двигателя. У меня еще мелькнула мысль: мол, приснится же такое, кто же станет ездить в автомобиле по лесу, да еще ночью! — Он немного помолчал. — Странно все это. Сколько вожу здесь туристов, ни разу не сталкивался с автомобилистами. Тем более с любителями ночной езды. Интересно, что они делали в тех кустах? Ну-ка покажи мне это место…

Энн повела Джима туда, куда ночью ходила с Либби.

— Больше никогда так не делай, — ворчал тот, шагая рядом с ней. — Ладно, Либби несмышленая девчонка, но ты-то взрослый человек! А если бы вы действительно наткнулись на медведя? Здесь много диких малинников, так что подобная возможность вполне реальна: косолапые любят лакомиться ягодами. Только подумай, что могло случиться!

Ночью Энн сама волновалась, но с наступлением дня ее страхи канули в небытие.

— А ты горевал бы, если бы с нами и впрямь что-то приключилось? — спросила она, лукаво скосив глаза на Джима.

Из нравственных соображений ей пришлось сказать «с нами», но подразумевалось «со мной». И Джим прекрасно это понял.

— Я…

Он даже остановился. Энн вынуждена была обернуться, чтобы посмотреть на него. В следующую минуту она пожалела, что избрала для довольно серьезной темы столь легкий тон.

В глазах Джима появилось не просто серьезное, а в некотором смысле даже болезненное выражение.

— Пожалуйста, не надо так шутить, — произнес он, сделав над собой видимое усилие.

Энн шагнула вперед и провела кончиками пальцев по его скуле.

— Джим, я не хотела…

Тот взял ее руку, поднес к губам и принялся нежно покрывать поцелуями сначала тыльную часть кисти, затем ладонь. Энн вновь охватило знакомое волнение. В прикосновениях губ Джима было столько чувственности! Когда он дотронулся языком до внутренней стороны запястья, Энн затрепетала.

— Джим… — со стоном вырвалось у нее.

В следующее мгновение тот жадно припал к ее губам. Она отвечала с такой же ненасытностью, забыв не только о том, зачем они пришли сюда, но вообще обо всем на свете. Посреди поцелуя Энн вдруг безумно захотелось прикоснуться к обнаженной коже Джима. Почти не отдавая себе отчета в своих действиях, она забралась руками под его футболку и скользнула вверх по мускулистому торсу. Вскоре под ее ладонями оказались окруженные шелковистыми волосками, напряженно сжавшиеся соски.

Джим сдавленно застонал и оторвался от губ Энн.

— Ты сводишь меня с ума!

— Я хочу тебя, — вдруг сказала она неожиданно для себя самой.

Прозвучало это со спокойной решимостью, хотя еще секунду назад Энн не знала, что произнесет подобные слова.

Джим порывисто прижал ее к себе, затем, призвав остатки самообладания, быстро огляделся и увлек ее в заросли высокой, увенчанной пушистыми метелками травы.

Они любили друг друга с лихорадочностью измученных жаждой людей, у которых наконец появилась возможность напиться. Посреди сумасшедшего соития в отдаленном уголке сознания Энн мелькнула мысль о схожести нынешней ситуации с тем, что произошло в гроте. Впрочем, сейчас накал страстей оказался еще выше, ведь оба уже знали, какого блаженства можно ожидать от их близости.

Однако Энн недолго задерживала внимание на своем умозаключении, в следующее мгновение ее всецело поглотила будоражащая реальность…

Спустя несколько минут, показавшихся едва ли не часом, они раскинулись на примятой траве, тяжело дыша и испытывая легкое головокружение. Чувственное напряжение покинуло их тела, оставив взамен сладкое ощущение свободы.

— Ты… удивительная, — хрипловато произнес Джим, немного придя в себя.

Энн молча провела ладонью по его обнаженному бедру. То же самое она думала про него самого, только в еще более превосходной степени.

Джим первым вспомнил о том, что привело их сюда. Озабоченно нахмурившись, он вскинул руку с часами, посмотрел на циферблат и пробормотал:

— Ох, я было подумал, что прошло гораздо больше времени… Но все равно, нам пора. — Он нежно поцеловал Энн в губы. — Иначе остальные отправятся нас искать.

Она счастливо рассмеялась.

— Только этого недоставало!

Быстро одевшись, они направились к месту ночного приключения.

В кустах возле приметной сосны действительно обнаружились следы лопаты.

— Здесь явно было что-то спрятано, — задумчиво произнес Джим, глядя на комья вывороченной земли.

— Что бы это могло быть, по-твоему? — спросила Энн.

— Думаю…

Отвечая, Джим весьма опрометчиво посмотрел ей в глаза. Их выражение на миг повергло его в ступор. Они будто излучали сияние. Одного мгновения оказалось достаточно, чтобы Джим прочел в них все то, чего Энн не произносила вслух, и это очень взволновало его.

— К-хм… — Во рту у него снова пересохло. — Думаю, что-то криминальное. Оружие, наркотики… Это первое, что приходит на ум. Так что вы с Либби легко отделались. Если бы те парни заметили вас…

Он замолчал и судорожно глотнул воздух. Энн видела, как дернулось его адамово яблоко. Повисла небольшая пауза, затем Джим произнес:

— В случае опасности я мало чем смог бы помочь. Голыми руками против стволов не повоюешь. Теперь понимаешь, что могло произойти?

Энн помрачнела.

— Форсмажор. Ситуация, не зависящая от стороны, предоставляющей услуги, то есть от моего туристического бюро… и от тебя как местного инструктора. — Она вздохнула. — Это юридическая сторона дела, а про фактическую даже думать не хочется. Наверняка те двое — или сколько их там было? — не остановились бы перед убийством.

Джим кивнул.

— Вне всяких сомнений. Видимо, придется ввести для нашей группы новые правила. Никто не должен отлучаться от отряда в одиночку. А по возвращении я на всякий случай расскажу об этой истории нашему шерифу, чтобы был в курсе.

Тут до слуха Энн донесся чей-то отдаленный зов. Джим тоже прислушался.

— Кажется, нас ищут. — Энн улыбнулась.

— Да, пора отправляться обратно.

По дороге к озеру они встретили Либби и Алекса. Потом, уже в лагере, Джим рассказал про то, что удалось обнаружить им с Энн, и предупредил, что отныне никуда нельзя ходить по одному.

После завтрака группа собрала рюкзаки и вновь двинулась в путь. Идя рядом с Энн, Джим негромко сообщил ей, что сегодня предстоит преодолеть трудный участок маршрута — переправу по тросу через ущелье. Последнее слово он произнес с усмешкой.

Несмотря на это, Энн взглянула на него озабоченно.

— Насколько мне известно, никаких опасностей этот тур не содержит?

Улыбка Джима стала шире.

— Там овраг, дно которого заросло малиной и крапивой. Кусты выше человеческого роста. Сверху посмотришь — жуть какая глубина, а на самом деле — не больше пятнадцати футов.

Его слова успокоили Энн. И даже развеселили.

— Надеюсь, Либби будет довольна, — шепнула она, наклонившись к Джиму. — Экстремальная ситуация!

Воспользовавшись тем, что Энн приблизилась, он коснулся губами того, что подвернулось первым, — как оказалось, носа. Та ахнула от неожиданности, но быстро сообразила, что их никто не видит: они шли позади всех.

— Чего-то боишься? — спросил Джим, заметив ее украдкой брошенный на остальных взгляд.

Правда, чего я испугалась? — пронеслось в голове Энн. Что за странная мнительность у меня появилась?

А я знаю, что тебя гложет! — зазвучал в ее мозгу знакомый иронический голос. Мысль о том, что вскоре ты расстанешься с Джимом навсегда. И с каждым днем срок вашего мимолетного романа укорачивается.

Замечание угодило в самое яблочко и потому болью отдалось в сердце Энн. Она прикусила губу, затем вспомнила, что Джим ждет ответа, и качнула головой.

— Ничего.

Он еще раз пристально посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Вскоре группа вышла на знакомую просеку. Здесь Джим попросил всех остановиться, а сам принялся внимательно оглядывать землю. Возле участка, на котором не росла трава, он остановился.

— Вот! Здесь действительно побывал автомобиль. Причем совсем недавно.

В справедливости данного утверждения воочию смогли убедиться Энн, Сандра, Джейсон и Либби. Сгрудившись вокруг Джима, они увидели на сухой как порох пыли отчетливые отпечатки автомобильных протекторов.

— Тут они развернулись… — продолжил тот, указывая вправо. — Видите на траве следы колес? И отсюда покатили обратно.

— Ну и ладно, — нетерпеливо произнесла Сандра. — Пусть себе катят. Не пора ли нам продолжить поход? Я бы не прочь пройти большую часть пути, пока солнце еще невысоко.

Джейсон поддержал ее, многозначительно взглянув на Джима.

— Хорошо, идемте, — согласился тот. — Прошу за мной.

С этими словами он двинулся поперек просеки в лес, в противоположную от озера сторону. Остальные гурьбой отправились следом, но вскоре им пришлось вытянуться вереницей: тропинка была узкой и сильно петляла между деревьев и кустов.

— Эх, хоть бы дождик пошел… — услышала Энн вздох топающего позади всех Алекса.

— Хорошо бы, — поддержала его Либби.

Кажется, эти двое тоже нашли общий язык. Энн мысленно улыбнулась. И у них больше шансов сохранить отношения. Хотя бы потому, что они вместе вернутся в Чикаго.

А ты уедешь отсюда одна, раздалось в ее голове. Так что не строй иллюзий и прочих воздушных замков. Твой удел — процветающий бизнес и любимое домашнее животное. Кошечка, собачка… некоторые поросенка заводят. Вот что тебя ждет, дорогая моя. Не забывай об этом. Кстати, решение обзавестись зверушкой приняла ты сама, так что будь последовательна.

Я помню, помню! Энн поморщилась. В последнее время голос подсознания казался ей чересчур назойливым. Кстати, решение впрямь мое: хочу принимаю, хочу отменяю. Я сама себе хозяйка и не тебе меня попрекать!

Кому же как не мне? Ведь я — это ты и есть. Вернее, более разумная твоя часть. И избавиться от меня не удастся, так и знай. Я тебе не Стив. Так что перестань хорохориться, дорогуша, и послушай доброго совета — не впускай Джима в сердце. Достаточно и того, что вы с ним… Гм… Впрочем, умолкаю.

Энн вздохнула, да так громко, что идущая впереди Сандра обернулась и внимательно посмотрела на нее. Энн поспешно изобразила на лице улыбку. Сандра улыбнулась в ответ, однако глаза ее остались серьезными. Не печалься, подружка, как будто говорил этот взгляд. Мало ли что в жизни бывает.

Энн мысленно поблагодарила ее за поддержку.

К упомянутому оврагу они подошли ближе к вечеру. Сначала долго поднимались по пологому склону лесистого холма, потом увидели впереди прогалину и наконец очутились на краю обрыва.

Сверху он действительно представлялся серьезным препятствием. Если бы Энн не была предупреждена о его безобидности, то решила бы, что группу ждет значительное испытание. Овраг чем-то походил на тихую заводь с темной стоялой водой, поверхность которой покрыта ряской, и казалось, что здесь глубокий омут, хотя в действительности это далеко не так. Точно такое же впечатление производило и заросшее дно оврага.

По обеим сторонам возникшей на пути преграды возвышались исполинские сосны. К двум из них был привязан трос, имевший естественный наклон из-за того, что дальний край оврага был меньше по высоте. Иными словами, с того места, где находилась группа, с помощью ролика можно было легко переправить на противоположную сторону всю поклажу, а потом таким же способом перебраться самим.

Энн с удовольствием сняла рюкзак и поставила на землю, исподтишка наблюдая за Либби. Та оказалась настолько захвачена перспективой испытать по-настоящему экстремальное приключение, что даже забыла об оттягивающей плечи ноше.

Подойдя к краю оврага, Либби вытянула шею, осторожно посмотрела вниз и тут же опасливо попятилась, будто перед ней действительно разверзлась бездна. Будучи в плену иллюзий, она даже не заметила, что группа находится на самом высоком участке этой стороны оврага, а справа и слева холм полого снижается, так что, при желании, можно спуститься и спокойно перейти на ту сторону пешком. Конечно, пришлось бы продираться через заросли малины и крапивы — что само по себе мало приятно, — однако в принципе подобный вариант пересечения оврага существовал.

Но не для Либби. Не для того она отправилась в путешествие, чтобы искать легких путей!

И все-таки было заметно, что ей боязно переправляться через «пропасть» с помощью троса.

Энн переглянулась с Джимом, затем поймала лукавый взгляд Сандры. Все трое обменялись улыбками.

— Либби, рюкзак уже можно снять, — сказала Сандра, едва сдерживая смех.

— Что? — Та была полностью поглощена своими мыслями.

— Говорю, рюкзак сними. Смотри, мы давно уже это сделали.

Только тут Либби осознала, что из всей группы одна до сих пор держит на себе тяжесть.

— Ох, действительно, что это я…

Она принялась стаскивать лямки, но «ущелье» притягивало ее взгляд, мешая сосредоточиться на элементарных действиях. В конце концов Алекс пришел ей на выручку.

— Давай-ка я тебе помогу, — сказал он, подходя к Либби сзади и приподнимая рюкзак.

Та быстро высвободилась из лямок и с благодарностью взглянула на него.

— Не бойся, — сказал тот, кивнув на овраг. — Все будет хорошо.

Либби вспыхнула.

— Вот еще! Ничего я не боюсь! — Однако дрожь в голосе выдала ее истинное состояние.

Алекс понимающе улыбнулся.

— У меня гораздо больше причин для опасений. Знаешь, сколько я вешу? Даже неудобно говорить. Представляешь, если трос оборвется?

Либби тихо ахнула.

— Этот трос выдержит троих таких, как ты, — с подчеркнутым спокойствием заметил Джим.

Он краем уха прислушивался к разговору, за веревку подтягивая ролик, оставшийся на другом конце оврага после переправы предыдущей группы туристов.

— А какая глубина у этого ущелья? — робко спросила Либби.

— В действительности оно… — Джим поймал предупреждающий взгляд Энн и закончил фразу совсем не так, как собирался: — Гораздо глубже, чем кажется. Но причин для беспокойства нет, — добавил он, в свою очередь пристально посмотрев на Энн. Затем обвел взором остальных. — Если станете тщательно следовать моим инструкциям, переправа пройдет как по маслу.

Все закивали, Либби наиболее рьяно.

Тем временем Алекс тоже заглянул в «пропасть».

— Ух ты! Сколько здесь малины… Вот не ожидал, что в лесу тоже есть лакомства. Интересно, а если посмотреть поближе… Там, дальше, по-моему ежевика темнеет.

Он вперевалочку двинулся по откосу влево.

— Сначала на ту сторону переправится один из нас, чтобы было кому принимать рюкзаки, — продолжал Джим. — Для этой роли больше всего подходит Джейсон. Ты как, не возражаешь?

Джейсон молча покачал головой.

— Прежде тебе приходилось переправляться на ролике?

Джейсон кивнул.

— А в случае чего сможешь подать знак голосом? — Джим усмехнулся.

Джейсон тоже ухмыльнулся.

— Да.

— Замечательно. А то я уж было подумал…

— Напрасно. Я умею разговаривать.

Джим взглянул на него с искренним интересом.

— А почему же молчишь?

Джейсон пожал плечами.

— Зачем что-то говорить, если и так все ясно?

— М-да… — Джим поскреб в затылке. — В логичности тебе не откажешь.

Все рассмеялись.

— Ты мой молчун! — нежно произнесла Сандра, чмокнув Джейсона в щеку. — У, какой колючий… Разве ты утром не брился?

Тот кивком дал утвердительный ответ. Потом немного подумал и произнес:

— Мне кажется, что на свежем воздухе щетина растет быстрее. — Его вопросительный взгляд был направлен на Джима.

— Честно говоря, не обращал внимания. Надо будет понаблюдать. А пока… — Джим направился к своему рюкзаку, что-то вынул и вернулся к группе. — Смотрите внимательно, я надеваю эти шлейки… видите? А вот так крепится к ролику карабин. После этого нужно просто аккуратно оттолкнуться от земли и под воздействием собственной силы тяжести вы поедете на ту сторону овра… гм… ущелья, — поправился Джим, покосившись на Либби. Затем он взглянул на Джейсона. — Ты их там подстрахуешь. А я за всем прослежу здесь.

Переправа заняла немало времени, но никто не жаловался, понимая, что это одна из особенностей маршрута, о которой потом приятно будет вспоминать. Кроме того, каждому хотелось испытать себя.

Либби начала нервно кусать губы, еще когда Джим объяснял способ передвижения с помощью троса. Дальше волнение девчонки только нарастало, и Энн даже засомневалась, стоило ли им нарочно пугать ее, преувеличивая опасность грядущей переправы. С другой стороны, Либби сама спровоцировала подобную ситуацию.

Экстрим ей, видишь ли, подавай! — с досадой подумала Энн. Что ж, сейчас уже поздно что-либо менять. Тем более что в действительности бояться нечего.

И все-таки ей жаль было, что Либби так нервничает.

Как и уговорились, первым прокатился на ролике Джейсон. При этом он очень удивил всех, потому что проявил себя с совершенно неожиданной стороны. Закрепив карабин и оттолкнувшись от пригорка, обычно молчаливый Джейсон понесся над оврагом, оглашая округу громкими возгласами и гиканьем.

Остальные наблюдали за ним, разинув рот от удивления. Одна лишь Сандра посмеивалась втихомолку. Вероятно, ей была прекрасно известна скрытая страстность натуры ее немногословного возлюбленного.

Когда Джейсон освободился от шлеек, Джим вновь с помощью веревки подтянул ролик обратно. Затем, один за другим, были переправлены рюкзаки.

Либби внимательно наблюдала за тем, как поклажа группы скользит по тросу с одной стороны «ущелья» на другую. Энн, в свою очередь, тайком следила за ней и думала о том, что девчонка как будто понемногу успокаивается. Все происходило гладко и легко. По крайней мере пока.

Потом встал вопрос, кто последует примеру Джейсона. Энн и Сандра повернулись к Либби. Обе были готовы уступить ей пальму первенства, помня о том, как рвалась она к экстремальным приключениям. Однако сейчас, когда наступила возможность реально осуществить мечту, Либби почему-то проявляла странную сдержанность. Когда на нее устремились выжидающие взгляды, она даже попятилась.

Немного помедлив, Сандра пожала плечами и протянула руку к шлейкам.

— Не возражаешь? — посмотрела она на Энн.

Та развела руками, показывая, что ей все равно. Спустя пару минут Сандра полетела через овраг. На той стороне ее принял Джейсон.

Пока Энн наблюдала за тем, как Джим подтягивает ролик обратно, рядом с ней раздалось громкое сопение. Взглянув на Либби, она поняла, что та решилась.

Действительно, Либби шагнула вперед, сама взяла у Джима шлейки и принялась их надевать. Когда Джим пристегнул к ролику карабин, она подошла к краю «пропасти», посмотрела вниз и… зажмурилась.

У наблюдавшей за ней Энн сжалось сердце.

— Либби, ты вовсе не обязана…

— Нет, я должна попробовать. Иначе мой брат поднимет меня на смех.

— Давай, Либби! Это совсем не страшно! — крикнула с противоположного края оврага Сандра.

Плотно стиснув губы, Либби оттолкнулась от земли, затем поджала ноги и с пронзительным визгом понеслась над зарослями малины. На той стороне ее со смехом приняли Сандра и Джейсон.

— Ну как, все в порядке? — громко спросила Энн.

Освободившаяся от шлеек Либби запрыгала от восторга.

— Я сделала это! — закричала она, экзальтированно размахивая в воздухе руками. — Сделала!

— Ну и молодец, — пробормотала Энн. Потом повернулась к Джиму. — Моя очередь.

Тот помог ей надеть шлейки и пристегнул карабин.

— Не боишься? — спросил он, наклонившись к самому уху Энн и слегка задев губами мочку.

— Немного, — улыбнулась та, на миг застыв из-за пробежавшей от места прикосновения по всему телу трепетной волны.

Через минуту Энн без всяких приключений, пересекла по воздуху овраг. Вскоре рядом с ней и остальными приземлился Джим.

— Поздравляю, — сказал он, укладывая шлейки в свой рюкзак. — Вы все с честью выдержали испытание. Теперь сделаем небольшой переход до места, где из-под земли бьют ключи, и там остановимся на ночь.

— Постойте, а где Алекс? — вдруг произнесла Либби.

— И правда, — удивленно подхватила Сандра. — Мы совсем забыли про Алекса! Как он переправится на эту сторону?

Энн с некоторым беспокойством оглядела тот край оврага, который они только что покинули. Никаких признаков присутствия Алекса там не наблюдалось. Она направилась к возившемуся с рюкзаком Джиму.

— У нас Алекс пропал!

— Что? А… не волнуйся, он скоро появится. Я его видел, когда катил сюда по тросу.

— Где?!

Джим кивнул назад.

— Насколько я понял, Алексу вздумалось полакомиться малиной, и незаметно для себя он спустился по склону в заросли.

Джим выпрямился и встал рядом с Энн, наблюдая, как Либби и Сандра бегают по краю оврага и окликают Алекса.

Спустя несколько минут, когда обе они находились слева, тот справа отозвался сам.

— Эй, кто-нибудь! Подайте руку, пожалуйста!

Самого Алекса видно не было, над травой маячила только его кисть. Либби и Сандра бросились к нему. Однако их опередил Джейсон. Без всякой суетливости он сначала принял из рук Алекса и отставил в сторонку полную малины бейсболку, затем ухватил того за запястье и потянул вверх.

Но не тут-то было. Перевес, в прямом смысле этого слова, находился на стороне Алекса. Либби и Сандра подоспели вовремя. Они взялись за другую руку, после чего все трое совместными усилиями помогли Алексу вскарабкаться наверх.

— И как это никто не сообразил, что овраг можно перейти на своих двоих, — негромко произнесла Энн.

Джим усмехнулся.

— Между прочим, за все время, пока я вожу сюда туристов, еще никто до этого не додумался.

— Может, всем просто нравится перемещаться по тросу?

Первым делом Алекс вынул из кармана шортов носовой платок и промокнул испарину на лбу.

— Фу… Ну и жара… Хоть бы дождик пошел! Спасибо, что помогли мне. Вот малина, угощайтесь.

Он обращался ко всем, но бейсболку, в которой краснели аппетитные ягоды, протянул Либби.

Та машинально взяла, глядя на него во все глаза.

— Как тебе удалось перебраться через ущелье?

Алекс удивленно оглянулся.

— Ты имеешь в виду этот овраг? Просто перешел с одной стороны на другую, и все.

— Как это — перешел? Разве там неглубоко?

— Не-ет, — протянул Алекс. Немного подумав, он взглянул на Энн. — Так это и есть то ущелье, о котором зашла речь в поезде по дороге сюда?

Та улыбнулась.

— Какой ты догадливый!

Неожиданно Алекс расхохотался.

— Ну и дела! Вот, значит, как ты в своем бюро рекламируешь туры!

Энн пожала плечами.

— Я ведь сразу предупредила, что никакой опасности не ожидается.

— Верно, только какое же это ущелье? Здесь нет ничего, даже отдаленно напоминающего скалы!

Вдруг Энн вновь услышала чье-то сопение, на этот раз сердитое. Взглянув на Либби, она увидела, что нижняя губа той обиженно дрожит.

Ну, сейчас начнется! — мелькнуло в голове Энн.

— Я тебе объясню, в чем тут дело, — сказала Либби, бросив короткий взгляд на Алекса. — Все это придумано для того, чтобы меня одурачить! А заодно и повеселиться. Почему нет, если представился удобный повод, правда, Энн?

— Дорогая, все совсем не так, — начала было та, но ей на выручку поспешила Сандра.

— Напрасно обижаешься, Либби, — решительно произнесла она. — Никто и не думал тебя дурачить. Ты сама поставила себя в неловкое положение. Кто всю дорогу твердил о желании испытать экстремальное приключение? Забыла? Энн просто жаль было тебя разочаровывать. Да и Джиму поневоле пришлось включиться в эту игру. Ты просто вынудила их так поступить. И потом, «ущелье» находилось прямо перед тобой, так неужели ты не увидела, что оно собой представляет на самом деле? — Она усмехнулась. — Знаешь, что можно сказать о подобной ситуации? У страха глаза велики!

Повисла небольшая пауза, затем Либби с пристыженным видом шмыгнула носом.

— По-твоему, я сама виновата?

Сандра прищурилась.

— Хочешь начистоту? Сейчас ты не готова для экстремального туризма. Для этого нужно много тренироваться, укрепить мускулы, закалить силу воли. Считай, что нынешний поход — твой первый шаг к достижению цели. Если бы с твоим теперешним физическим и моральным состоянием ты действительно оказалась в экстремальной ситуации, это могло бы закончиться для тебя плачевно, а может, и трагично. Поняла?

Либби удрученно кивнула. Казалось, она вот-вот расплачется.

Тут не выдержал Алекс. Шагнув вперед, он легонько обнял Либби за плечи, затем укоризненно взглянул на Сандру.

— Ладно тебе. Совсем расстроила человека. По-моему, этот инцидент не стоит выеденного яйца. И его нужно как можно скорее забыть.

— Полностью согласен, — поддержал Джим.

Джейсон тоже кивнул.

— Да и мы не возражаем, — миролюбиво произнесла Сандра. — Правда, Энн?

— Разумеется! А ты, Либби, что скажешь?

Все посмотрели на ту, о ком шла речь, и увидели, что она машинально берет из бейсболки Алекса ягоды и, глядя прямо перед собой, отправляет их в рот.

— Либби?

Та вздрогнула.

— А?

— Ты согласна забыть наш маленький конфликт? — спросила Энн.

Либби вздохнула.

— Конечно. Тем более что ни ты, ни Джим здесь ни при чем. Я знаю, кто за всем этим стоит, — мой папа. Он пытается уберечь меня от всех неприятностей, какие только могут случиться в жизни.

— Так это же замечательно! — воскликнула Сандра. — Значит, он хороший отец.

— Да. Но получается, что я не живу. Вернее, живу неполноценно.

Сандра переглянулась с Энн.

— По-твоему, настоящая жизнь состоит только из череды неприятностей? И лишь такое существование можно назвать полноценным? Интересная концепция…

Шмыгнув носом, Либби положила в рот очередную ароматную ягодку.

— Наверное, я неправильно выразилась. Просто, когда тебя от всего оберегают, возникает желание сорваться с цепи. Сделать что-нибудь… — Она умолкла, подбирая подходящее слово.

— Экстремальное? — подсказала Энн.

Либби быстро взглянула на нее.

— Точно! — Затем она посмотрела на бейсболку в своих руках и поспешно протянула остальным. — Ой, я совсем забыла! Берите, пожалуйста, малина очень вкусная.

— Тебе действительно понравилась? — тихо спросил Алекс.

Ресницы Либби затрепетали.

— Да…

— Я старался, — сказал он.

— Спасибо.

— Мм… а правда вкусно! — с оттенком удивления воскликнула Сандра. — Семена более крупные, чем у садовой малины, но аромат, по-моему, сильнее. Как ты думаешь, Джейсон?

Тот молча кивнул.

— Дайте попробовать! — не выдержала Энн.

Бейсболка быстро опустела. Вытряхнув оставшийся на дне мелкий сор, Сандра вернула ее владельцу.

— Спасибо, Алекс. У тебя талант делать людям приятное. Очень редкое качество, на мой взгляд.

Алекс скромно опустил ресницы, но было заметно, что похвала доставила ему удовольствие.

— Ну все, отдых закончен, — объявил Джим. — Идемте, осталось совсем немного.

8

На ночлег расположились в сосновом бору, возле небольшой прогалины, на которой густо били из-под земли ключи.

Сняв рюкзак, Энн разыскала в нем пластмассовую чашку и напилась холодной ключевой воды, которая показалась ей необычайно вкусной.

После ужина, в сумерках вымыв вместе с остальными посуду, она отправилась вдоль воображаемой линии, образованной соснами вокруг участка с ручейками. Вскоре за ней зазвучали шаги. Обернувшись, Энн увидела Джима.

— Куда это ты собралась? — спросил тот. — Мы ведь договорились в одиночку от лагеря не удаляться.

— Я недалеко. Хочу обогнуть прогалину. Дойду вон до тех камней и вернусь.

Немного помолчав, Джим спросил:

— А можно составить тебе компанию?

Энн посмотрела на него.

Интересно, нашлась бы женщина, которая сказала бы «нет» такому красавцу? Вот и пользуйся моментом, недолго вам уже осталось быть вместе. Голос подсознания, как всегда, был полон здравого смысла.

— Конечно, — ответила Энн. — Только при условии, что ты все-таки согласишься ответить на некоторые мои вопросы.

— Разве я раньше не отвечал? — удивился Джим.

Она покачала головой.

— Не совсем так, как мне хотелось бы. По-моему, ты сознательно стараешься окружить себя пеленой таинственности. И нужно сказать, у тебя это неплохо получается.

Идя рядом с Энн, Джим посмотрел на нее сверху вниз.

— Не пойму, ты серьезно говоришь?

— Абсолютно. Допускаю, что я не права, но у меня складывается именно такое впечатление.

Некоторое время оба молчали. Наконец Джим произнес:

— Странно, никогда раньше не слыхал о себе подобного мнения.

— Немудрено. — Энн рассмеялась. — С кем тебе здесь разговаривать? С местными медведями?

— Ну, не постоянно же я нахожусь в лесу!

Она перестала улыбаться и серьезно взглянула на Джима.

— Знаешь, какая мысль пришла мне в голову? Не потому ли ты удалился в здешнюю глухомань, что тебе подсознательно хотелось убежать от чего-то? Может, от себя самого?

Повисла долгая пауза. Джим задумчиво шагал рядом с Энн, переступая через многочисленные ручейки.

— Трудный вопрос, — сказал он спустя несколько минут.

— Не хочешь отвечать?

— Скорее, не могу. Ты застала меня врасплох. Прежде я как-то не задумывался над этим.

Не успев договорить, он ощутил на себе пристальный взгляд Энн.

— Или боялся задумываться?

Джим усмехнулся.

— Чего ты от меня добиваешься? Я не могу с ходу отвечать на подобные вопросы. Они требуют детального осмысления, а я, повторяю, раньше никогда ни над чем таким не размышлял. Не из боязни, как ты, наверное, думаешь. Просто у меня не возникало необходимости копаться в собственной душе.

— Тебя пугает психоанализ?

Джим окинул Энн насмешливым взглядом.

— Вижу, тебе непременно нужно выставить меня трусом.

Но, как оказалось, ее не так-то просто было сбить с толку.

— При чем здесь это? — невозмутимо произнесла она. — Просто я пытаюсь понять, что заставляет человека с высшим образованием и замечательной профессией, которая, кстати, способна приносить хороший доход, удалиться в лесную глушь и забыть про свои потенциальные возможности.

Джим пожал плечами.

— Если ты о деньгах, то мне вполне хватает того, что я в настоящее время зарабатываю.

Снова наступило молчание.

— И у тебя нет никаких амбиций, никаких устремлений, желания реализовать себя? — недоверчиво спросила Энн.

— С чего ты это взяла? Могу сказать «есть» по каждому пункту.

Энн сразу оживилась.

— И?

— В каком смысле? — Джим прищурился.

— Ну, у тебя есть амбиции и устремления, и что дальше?

Он вновь дернул плечом.

— Ничего.

— То есть как?

— Просто всему свое время.

— А, так ты не отказываешься от осуществления каких-то планов! — С непонятным ей самой облегчением Энн вздохнула.

Джим удивленно вскинул бровь.

— Я ведь уже говорил тебе, что когда-нибудь покину эти места и вернусь к прерванным занятиям.

— Но когда это произойдет? Время не стоит на месте, жизнь уходит!

— Прости, я с тобой не согласен. И не чувствую того, о чем ты говоришь. Для меня жизнь идет своим чередом.

Они приблизились к камням, о которых говорила Энн. Это были гранитные выступы в десяток футов высотой, на которых ничего не росло. Энн подошла к крайнему и положила ладонь на разогревшуюся за день поверхность гранита, которая сейчас отдавала тепло.

— Скажи, — тихо произнесла она, стоя спиной к Джиму, — существует ли что-нибудь, что способно было бы ускорить твое решение бросить нынешнюю работу и вернуться к проектированию зданий?

Не оборачиваясь, Энн поняла, что Джим задумался. Она терпеливо ждала.

— Ускорить? — повторил он. — Трудно сказать… Пожалуй, в настоящий момент я ничего такого назвать не смогу.

Как бьется мое сердце! — подумала Энн. Почему меня так взволновал этот разговор? Собственно, какая мне разница, продолжит Джим карьеру архитектора или до конца своих дней просидит в глуши?

— А к чему ты клонишь? — немного помолчав, спросил он.

— Так… особенно ни к чему. Хотя…

Энн замялась, не зная, стоит ли продолжать.

— Да? — поощрительно произнес Джим. — Давай, не стесняйся, ведь вопросы задавать легче, чем отвечать на них.

Энн повернулась и испытующе посмотрела на него.

— Дело в том, что это очень личный вопрос. Боюсь, как бы ты не обиделся.

Джим улыбнулся. Его глаза блеснули в полумраке.

— Ничего, валяй. Раз уж я согласился играть в эту игру…

Она вновь вздохнула.

— Хорошо. Меня интересует следующее: если бы ты был не один, все равно и дальше оставался бы здесь?

Джим протянул руку и убрал с лица Энн прядь волос.

— А я и не один, — спокойно заметил он. — У меня есть отец, которого я очень люблю.

Его незамысловатое действие слегка сбило Энн с мысли. Джим стоял так близко, что она ощущала жар его тела. Вдобавок сзади ее пригревали камни. А если учесть тот факт, что и по ней самой будто прокатилась теплая волна, то немудрено, что она на миг потеряла нить разговора.

— Э-э… о чем это я?

— Что я не один, — негромко подсказал Джим, небрежно кладя на гранитный валун ладонь — сначала с одной стороны Энн, затем вторую с другой.

Та невольно подалась назад, но уперлась в камень.

— Ну да, — произнесла она с таким видом, будто не замечает происходящего. — Так вот, я имела в виду не это. Родственники есть у всех. А, скажем, если бы у тебя была своя семья? Ради нее ты предпринял бы что-нибудь?

— Разумеется, — не задумываясь ответил Джим. — Для своей семьи я бы горы свернул.

— И уехал бы из этих краев? — спросила Энн, невольно вжимаясь затылком в гранит, потому что с каждым мгновением лицо Джима приближалось к ее собственному.

Тот усмехнулся.

— Я бы сюда и не приезжал. Прямиком двинул бы в другой город, подальше от Милуоки, куда еще не докатились слухи о фиаско строительной компании, в которой я работал.

— Из чего можно сделать вывод, что на тот момент у тебя не было любимой женщины и планов обзавестись семьей, — сдавленным от волнения голосом произнесла Энн, глядя на губы Джима.

Она не знала, получит ли ответ, потому что в следующую секунду должен был начаться поцелуй.

Однако дальше все пошло совсем не так, как подсказывала логика. Джим неожиданно замер и несколько мгновений смотрел на Энн с непонятным выражением в глазах. Потом резко оттолкнулся от камня и прислонился к нему спиной, рядом с Энн.

Повисла тягостная пауза. Энн стояла, не зная, как себя вести.

И зачем я затеяла этот разговор! — вертелось в ее голове. Вероятно, мои последние слова задели какую-то болезненную точку в душе Джима, чего мне меньше всего хотелось.

Она осторожно покосилась вправо. Погруженный в свои мысли Джим смотрел на траву, его губы были плотно сжаты, взгляд стал непривычно хмурым.

Помолчав еще немного, Энн осторожно произнесла:

— Прости, кажется, я сказала нечто такое, чего не должна была говорить.

Он встрепенулся.

— Это ты меня прости, ни к чему мне было выдавать свои чувства, тем более что относятся они к таким вещам, которые давно быльем поросли.

— Ты ни с кем их не обсуждаешь?

Джим медленно покачал головой.

— Зачем? Это ничего не изменит. Впрочем, я и не хочу ничего менять. И сейчас даже рад, что все произошло так… как произошло. Иначе со временем меня ожидало бы гораздо более сильное потрясение.

— Значит, я ошиблась, — медленно произнесла Энн. — Любимая женщина у тебя была.

Он кивнул.

— Не только любимая, но и любящая, как мне тогда по глупости казалось.

— А потом?

С губ Джима слетел невольный вздох.

— Потом выяснилось, что второе существовало лишь в моем воображении.

Энн сочувственно покачала головой. Старая, как мир, история!

— Вы расстались? — спросила она, хотя ответ напрашивался сам собой.

Джим помолчал, будто вспоминая события минувших дней, затем коротко кивнул. — Да.

— И ты ничего о ней не знаешь? — зачем-то задала Энн новый вопрос.

Казалось, он даже немного удивил Джима.

— Собственно, я не наводил никаких справок. Да и незачем, она мне больше не интересна.

После очередной паузы Энн задумчиво произнесла:

— Наверное, эта история наложила негативный отпечаток на твое отношение к женщинам.

— Не знаю, не задумывался.

Энн улыбнулась.

— Твой стандартный ответ. Это способ защиты от назойливого любопытства или ты впрямь не размышляешь о своей жизни?

— Стараюсь избегать подобных вещей. Так спокойнее. И потом, размышления ни на что не влияют. Жизнь такая штука, что хоть думай о ней, хоть нет — она идет своим чередом. И что бы ты ни задумал, жизнь все равно внесет поправки.

— А можно еще спросить?

Джим рассмеялся. Похоже, к нему постепенно возвращалось хорошее настроение.

— Просто вечер вопросов и ответов! Ладно, не возражаю. Что еще тебя интересует?

— Мне хотелось бы знать, ты собирался жениться на той девушке?

— О, еще как! — Джим хмыкнул. — Жениться, обзавестись детишками, все, как полагается. И даже предпринял некоторые шаги в этом направлении.

— Правда? Какие?

— Построил дом. По собственному проекту.

Последние слова Джим произнес мечтательно. Энн быстро взглянула на него. Так и есть! В его глазах появился блеск. Значит, он действительно не отказался от желания реализовать свои профессиональные знания и навыки. Здорово!

Ты-то что радуешься? — прозвучало в ее мозгу. Какое отношение все это имеет к тебе? Ну вернется Джим к прежним занятиям… кстати, еще неизвестно, когда и где это случится, а ты будешь жить и работать в Чикаго, вдали от него. Так что у тебя-то какой здесь интерес?

А может, моя радость бескорыстна, мысленно парировала Энн.

Ох, насмешила! Лучше признайся, что парню удалось проникнуть в систему твоей жизнедеятельности, что его флюиды носятся по твоему организму, вместе с током крови попадая в сердце и мозг. Что с некоторых пор он поселился в твоей душе!

Неправда, подумала Энн. Этого нет и в помине. А то, что между нами существует, — обыкновенная физиология.

Ну да, давай, обманывай себя, на некоторое время это поможет. Но не забывай, день расставания близок. Если только ты не задумала чего-нибудь эдакого!

Ничего я не задумала, хмуро возразила Энн. Это ты только и ждешь, чтобы я сотворила какую-нибудь глупость.

— И что случилось с этим домом? — произнесла она вслух.

— Ничего, стоит себе, как прежде. Только мне больше не принадлежит.

— А, понимаю, расставшись с той женщиной, ты его продал. Наверное, он пробуждал в твоей душе болезненные воспоминания о проведенных в его стенах счастливых днях?

Джим усмехнулся.

— Какая романтика! В действительности все было гораздо прозаичнее. Для строительства дома я взял кредит в банке, но сильно задолжал по платежам. В конце концов банк отобрал у меня жилье для погашения ссуды. Дом был продан, а деньги распределены между банком и мной. Вот такая история.

Энн вздохнула.

— Грустно. Представляю, как ты переживал…

Он пожал плечами.

— Дело прошлое. Когда-нибудь я построю другой дом.

— И женишься, — подхватила Энн.

В следующее мгновение она почувствовала, что Джим напрягся. Его взгляд ушел в сторону.

— Вот видишь, — сказала Энн, — все-таки разлука с той женщиной не прошла для тебя бесследно. Ты плохо воспринимаешь идею женитьбы.

— Я бы так не сказал, — медленно произнес Джим.

— Почему же у тебя вдруг переменилось настроение?

Неожиданно он посмотрел прямо в глаза Энн.

— С твоего позволения, на этот вопрос я не стану отвечать.

— Как знаешь, — сказала та. — Ну что, пойдем обратно?

— Пожалуй.

Не успели они сделать и нескольких шагов, как где-то далеко загрохотало.

— Ой, ты слышал?! — воскликнула Энн. — Неужели гром?

В этот момент откуда-то с запада вновь донесся раскатистый звук.

— Идем на опушку, посмотрим, что оттуда видно, — предложил Джим.

Так они и сделали. Над их головой небо было ясным, но с одного его края изредка возникали сполохи. Вероятно, там бушевала гроза.

— Не нравится мне это… — пробормотал Джим.

Энн вскинула на него тревожный взгляд.

— Думаешь, нам угрожают неприятности?

— Надеюсь, что нет, но кто может дать гарантию? Все последние дни я замечаю по вечерам на небе странный лимонный оттенок. Сначала думал, что подобный эффект возникает из-за жары, но сейчас у меня появились сомнения. Вероятно, это своего рода штормовое предупреждение.

Энн посмотрела туда, где догорал костер и остальные члены команды готовились ко сну.

— Что же делать? Насколько я понимаю, спрятаться от грозы здесь негде?

Джим покачал головой.

— На многие мили нет ни пещер, ни иных естественных укрытий. Единственный выход — поскорее добраться до базы «Сухой лог» и оставшиеся до прибытия вертолета дни провести под крышей и в безопасности.

— А можно добраться поскорее? — спросила Энн.

— Да, только для этого придется изменить маршрут. Сейчас мы идем на северо-запад, и если бы все было в порядке, то нам пришлось бы преодолеть крутые холмы, окружающие поросшую травой долину, где тоже есть ручей. Наш тур составлен так, чтобы его участникам не приходилось носить с собой воду, — пояснил Джим.

Энн кивнула.

— Весьма благоразумно.

— А оттуда мы направились бы к Бобровой речке, по которой за пару дней можно спуститься на надувных лодках к озеру Мичиган. От устья речушки до базы «Сухой лог» рукой подать.

— И как ты предлагаешь изменить маршрут?

— Мы не пойдем в долину, а двинем отсюда прямо на север, максимально сократив путь до Бобровой речки. И по ней, если повезет, удерем от надвигающегося грозового фронта. Возможно, он все равно настигнет нас, но к тому времени мы уже окажемся на базе. — Озабоченно взглянув на небо, Джим добавил: — Если удача будет на нашей стороне.

— А может, гроза обойдет нас стороной, — сказала Энн, тоже устремляя взгляд на небосклон.

— Не исключено.

— В таком случае, чем занять группу до окончания тура?

Джим пожал плечами.

— Можно посетить ближайшие острова. Потом, рядом с базой, в низине, есть большая ровная лужайка, на которую обычно садится вертолет. Там можно играть в мяч, теннис или фрисби.

— Что ж, — задумчиво произнесла Энн, — тогда лучше обойдемся без риска.

Джим кивнул.

— Решено, завтра меняем направление.

Вернувшись к костру, они увидели, что Алекс, Либби и Джейсон уже лежат на спальных мешках, а Сандра сидит у костра, шевеля палкой догорающие головешки. Услышав шаги Энн и Джима, она подняла голову.

— Знаете, что мне почудилось? Что где-то грохочет гром!

— Так и есть, — сказала Энн. — Мы тоже это слыхали. И видели на западе зарницы.

— Ох, хоть бы дождик пошел… — сонно пробормотал Алекс.

— Только не сейчас, — подала голос Либби. — Дайте поспать! — добавила она, как будто вопрос идти дождю или нет находился в ведении ее спутников.

Все рассмеялись. Затем Джим объявил:

— Пора укладываться. Завтра нам предстоит пройти длинный участок пути. И учтите, подъем на час раньше, иначе придется топать в темноте и на ночлег устроиться без ужина.

— Ну нет! — быстро произнес Алекс. — Это уж слишком! Для меня лечь спать без ужина — самое экстремальное приключение на свете. А я, в отличие от Либби, не жажду подобных авантюр.

Та хихикнула.

— Ты же хотел похудеть!

— Неправда, — ответил Алекс, укладываясь поудобнее. — Это мой папа хотел. А я… а-ах! — Он широко зевнул, прикрыв ладонью рот. — …И так неплохо себя чувствую.

Переход следующего дня впрямь показался Энн очень долгим. Лишь в сумерках они достигли наконец, Бобровой речки. Судя по тому, что рассказывал Джим, Энн представляла ее себе узкой, не более четырех ярдов. Но их встретил широкий мутный поток, воды которого несли много растительного мусора, среди которого попадались внушительного размера коряги и даже целые деревья.

— Ничего себе речушка! — присвистнула Сандра, увидев эту картину.

В глазах Джейсона тоже читался немой вопрос.

— Она разлилась, — пояснил Джим, обменявшись с Энн обеспокоенным взглядом. — В верховьях идут ливни. Наша задача: успеть добраться до базы, пока они нас не догнали.

Однако его пожеланию не суждено было осуществиться. Первый день спуска по речке на двух надувных резиновых лодках прошел почти без приключений, если не считать того момента, когда одна из них столкнулась с отяжелевшим от впитавшейся влаги бревном и Либби едва не вывалилась. Джейсон вовремя ее удержал.

Зато в середине второго дня дождь все-таки догнал их. К этому времени Бобровая речка разлилась так, что на ней, как выразилась Сандра, можно было открывать судоходство.

— Никогда здесь такого не видал, — потихоньку признался Джим, наклонившись к Энн. — Скорей бы добраться до базы!

Та была полностью с ним согласна. Чем дальше, тем более неспокойно становилось у нее на душе. Это ощущение усилилось, когда начался дождь. Поначалу он только накрапывал, но вскоре усилился. У всех участников похода были пластиковые накидки с капюшонами, но их пришлось бы искать в рюкзаках, что в условиях лодочной тесноты представлялось весьма затруднительным.

Через час все промокли до нитки. К счастью, вскоре поток вынес их в открытые воды озера Мичиган, и, усиленно гребя веслами, они преодолели течение и причалили к берегу по соседству с чьим-то моторным баркасом.

Его хозяин вышел из кубрика на палубу и стал наблюдать, как группа вытаскивает из воды резиновые лодки. Заметив его, Джим махнул рукой.

— Привет, Родж!

— Здорово, приятель, — громко произнес тот, перекрывая шум дождя. — Не повезло вам?

Джим открыл на лодке клапан, чтобы выходил воздух, жестом велел Джейсону сделать то же самое со вторым плавательным средством и только тогда ответил:

— Верно, небольшое отклонение от плана. Ну да ничего, нам бы только до базы добраться, а там все будет в порядке.

— Скорее веди своих туристов под навес, — посоветовал Родж. — Я сейчас спущусь, потолкуем.

Чуть поодаль, среди деревьев, действительно возвышалось дощатое сооружение — незамысловатое, открытое с трех сторон, но все-таки там можно было спрятаться от дождя. Группа перетащила туда рюкзаки, и женская ее часть сразу принялась рыться в них, ища сухую одежку. Мужчины деликатно отвернулись, предоставив дамам возможность переодеться.

— В среднем течении Бобровой речки затопило индейский поселок Ферн-крик, — сообщил Родж. — Такого наводнения не помнят даже старики. Среди людей жертв нет, но скотины там не досчитались.

Джим нахмурился.

— В самом деле? Я ничего не знаю, забыл дома радиоприемник.

— Не тревожься, ваша база стоит на достаточно высоком холме, туда вода не достанет.

— А ты давно тут?

Родж с досадой махнул рукой.

— Второй день стою. Отвез двоих парней из Миннеаполиса рыбачить на остров Дальний, предупреждал, что время для отдыха не лучшее, но они остались, ведь там у меня хижина, ну ты знаешь. Договорились, что если погода в ближайшие дни не наладится, то я за ними вернусь. А на обратном пути у меня мотор забарахлил! — Родж проглотил ругательство. — Только сегодня я его починил. Сейчас двину домой. Кстати, может, вас захватить?

Джим задал этот вопрос остальным, но те дружно высказались за продолжение тура.

После того как Рожд, попрощавшись, отчалил на баркасе от берега, группа облачилась в пластиковые накидки и вновь двинулась в путь. Расстояние до базы «Сухой лог» они преодолели за три часа. Последний, самый короткий отрезок маршрута оказался и наиболее трудным, потому что пришлось взбираться на крутую горку. Вдобавок всех мучила духота. Раньше было жарко и сухо, сейчас — жарко и влажно. Прохлады дождь с собой не принес.

Когда впереди показалось деревянное строение — точная копия базы «Зеленый залив», — Либби, Сандра и Алекс разразились радостными воплями. Вскоре группа оказалась под крышей, и у всех невольно вырвался вздох облегчения.

Приведя себя в порядок и переодевшись в сухое, все собрались в гостиной. Дом стоял на пригорке, напротив которого находился другой холм, такой же крутой. Между двумя этими возвышенностями и размещался широкий, тянущийся к самому озеру лог, давший название базе. Когда-то здесь тек ручей, но потом иссяк, и сейчас его прежнее русло можно было определить лишь по сохранившимся местами кустикам осоки.

Впрочем, сейчас вообще ничего невозможно было определить.

— Какой же это Сухой лог? — сказала Сандра, подойдя к окну. — Судя по тому, что я вижу, это даже не Журчащий ручей, а скорее Ревущий поток!

— Что ты такое говоришь? — произнес Джим, поспешно подходя к ней.

Посмотрев в окно, он выругался сквозь зубы. Все пространство от одного холма до другого было скрыто под несущейся с удивительно большой скоростью водой. Из-за неровностей почвы на поверхности образовавшейся реки то тут, то там возникали мутные буруны. Сверху их поливал дождь.

Сгрудившись у окон все члены группы несколько минут молча наблюдали за разбушевавшейся стихией.

— Как хорошо, что есть дом, в котором можно переждать ненастье, — наконец тихо произнесла Либби.

— Да-а… — протянул Алекс.

Сандра повернулась к нему.

— Хоть бы дождик пошел, хоть бы дождик пошел! Помнишь, как ты стонал всю дорогу? Вот теперь полюбуйся. Накаркал!

Алекс заметно смутился.

— Я ведь не такого хотел, — произнес он, будто оправдываясь.

— И ты сама это прекрасно понимаешь, — вступилась за него Либби.

— Тише, тише, только не ссорьтесь! — попросила Энн. — И не нужно нервничать. Собственно, ничего страшного не произошло. По крайней мере с нами. Мы благополучно добрались до базы, и это самое главное. Посидим здесь до конца тура, а потом за нами прилетит вертолет. Смотрите на это, как на захватывающее приключение… каковым оно в действительности и является.

— А здесь есть какая-нибудь еда? — спросил Алекс.

Энн взглянула на Джима.

— Во-первых, мы еще не прикончили свои дорожные запасы, — сказал тот. — А во-вторых, на этой базе тоже есть продуктовый резерв, которого с лихвой хватит даже в том случае, если нам придется задержаться здесь дольше запланированного срока.

— Задержаться? — переспросила Энн. — Что ты имеешь в виду?

— В настоящий момент вертолету негде приземлиться. Единственная пригодная для этого площадка находится там. — Он кивнул вниз, на бешено мчащийся поток.

— Там же вода, — недоуменно произнесла Либби.

Джим кивнул.

— В том-то и дело. Надеюсь, она скоро спадет.

— А если нет? — спросила Сандра.

Ответил ей Алекс.

— Тогда нам пригодятся резервные запасы!

— Тебе бы только есть, — хмыкнула Сандра.

— А тебе бы только насмехаться! — сердито бросила Либби.

— Девочки, ну что вы, в самом деле! — вклинилась Энн, многозначительно глядя на Сандру. — У нас такая замечательная команда подобралась. В любом случае мы чудесно проведем время. И потом, мы ведь не на острове — если припечет, потопаем обратно на своих двоих. А сейчас, по-моему, самый подходящий момент для ужина, верно?

Возражений не последовало.

9

Два следующих дня дождь лил не переставая. На третий, пополудни, почти прекратился, хотя небо по-прежнему оставалось затянуто серыми тучами. Обрадовавшись перемене, заскучавшие было Сандра и Джейсон отправились прогуляться по холму. Джим и Алекс готовили на кухне что-то вкусное, а Энн и Либби играли в гостиной в дартс.

Примерно через час к ним заглянул Алекс с сообщением, что ужин готов.

— Пожалуйста, кликни с порога тех двоих, — попросила его Энн.

Алекс так и сделал, но ответа не получил.

— Не отзываются, — сказал он, вернувшись обратно.

— Наверное, целуются где-нибудь под деревом на краю обрыва, — усмехнулась Либби. — Сейчас я их приведу.

— Я с тобой, — быстро произнес Алекс.

И они ушли.

Энн двинулась на кухню, но в дверях столкнулась с Джимом.

— Обе наши парочки отправились прогуляться. — Она улыбнулась.

В глазах Джима возник блеск.

— Значит, мы остались одни? Как давно я об этом мечтал!

Обе фразы были произнесены внезапно охрипшим от избытка эмоций голосом, который словно эхом отдался в каждой клеточке тела Энн, мгновенно вызвав ответный прилив чувственности. Посмотрев в глаза Джима, она увидела в них отражение собственного желания. В ту же минуту он обнял ее.

— Джим, мы не можем… — пролепетала Энн, положив ладони на его грудь. — Они сейчас вернутся, да и ужин…

Договорить ей не удалось, потому что губы Джима прижались к ее рту. Затем она почувствовала, что тот подхватывает ее на руки. Вновь ощутить под ногами твердь ей удалось лишь в комнате Джима.

Осторожно поставив Энн на пол, он накинул дверной крючок, потом повернулся к ней. В следующее мгновение оба принялись лихорадочно срывать друг с друга одежду…

Либби оказалась права, Сандра и Джейсон действительно целовались над обрывом, только не под деревом, а в беседке. При этом оба совершенно не обратили внимания на обстоятельство, которое сразу бросилось бы в глаза Джиму: несущийся внизу поток подмыл берег, часть его обвалилась, и край беседки оказался в воздухе. Джим сразу заметил бы это, потому что прежде беседка находилась гораздо дальше от опасной кромки.

Вся беда заключалась в том, что Джима здесь не было. И занимало его сейчас совсем другое.

— А, вот вы где! — радостно воскликнула Либби, вбегая в беседку. Ей хотелось поскорее спрятаться от моросящего дождя.

Алекс был более деликатен.

— Простите, что прерываем, но мы пришли сообщить, что ужин готов.

— Ой, какой отсюда вид! — вновь послышался возглас Либби.

Упершись руками в перила и слегка наклонившись, она смотрела на мчащуюся внизу воду.

— Глядите, вон куст плывет!

Алекс шагнул к ней, обнял за плечи и с озабоченным видом произнес:

— Пока дойдем обратно, ты окончательно промокнешь. Говорил я тебе, нужно взять накидки…

С этими словами он тоже уперся в перила другой рукой.

— Осторожно! — крикнула Сандра, первой почувствовав, что беседка накреняется.

Но было уже поздно. В следующую минуту деревянное сооружение съехало с обрыва и бултыхнулось в мутный поток вместе со всеми, кто в нем находился.

Энн медленно выплыла из глубин стремительного водоворота наслаждения, который почти одновременно захватил их с Джимом в конце бурного соития. Они впервые занимались любовью в постели, и это странным образом подстегнуло их эмоции.

— Когда ты рядом, я с трудом контролирую себя, — хрипловато произнес Джим, покрывая поцелуями лицо лежащей в его объятиях Энн. — Со мной еще никогда не было ничего подобного. Ты словно отбираешь у меня рассудок.

Похоже на признание в любви, улыбнувшись ему, подумала Энн. Только на самом деле все это мираж, так как мы оба прекрасно знаем, что наше знакомство будет коротким.

Вот и не теряй времени, подсказал ей некто, сидящий в подсознании. Наслаждайся, пока есть возможность.

Словно следуя этому совету, Энн вновь принялась ласкать Джима, на сей раз гораздо более медленно и вдумчиво. Ее ладони скользили по всему его большому сильному телу. Она прикасалась ко всем уголкам, которые давно манили ее, — руками, губами, языком. И спустя некоторое время Джим словно начал оживать, к нему вновь вернулись силы. А затем он нежно, но с едва сдерживаемым нетерпением уложил Энн на спину и расположился меж ее ног…

Но это было еще не все. Когда они в третий раз разомкнули страстные объятия — тяжело дыша, поблескивая капельками выступившей на коже испарины, — Энн не без труда произнесла:

— Наверное, нас давно уже заждались. Сколько времени мы здесь провели?

— Не знаю, — ответил Джим, хватая открытым ртом воздух. — Но думаю, что немало.

Энн немного помолчала.

— Я не могу так появиться перед ними. — Она кивнула в сторону гостиной. — Мне нужно в душ.

— Мне тоже, — сказал Джим. — Давай потихоньку проберемся туда по коридору, быстренько ополоснемся и присоединимся к остальным.

Поднявшись с кровати, они накинули на себя минимум одежды, затем Джим осторожно выглянул за дверь.

— Никого! Давай скорей за мной…

Чтобы сократить время и избежать нового соблазна, они наскоро вымылись в разных кабинках, оделись, причесались и поспешили в гостиную. Дверь той была распахнута. Энн ступила на порог… и замерла. Затем повернула голову и удивленно взглянула на Джима. Он в свою очередь заглянул в помещение.

Там никого не было.

— Вот это да! — сказала Энн. — Сколько же они гуляют? Да еще под моросящим дождем. А может, все спрятались? Разыгрывают нас?

Джим пожал плечами.

— Не думаю. Ужин давно готов. Зная аппетит Алекса… Впрочем, давай посмотрим.

Они прошлись по коридору, заглядывая в спальни. Затем проверили кухню и кладовки. Спустились даже в подвал. Но везде результат был одинаков — никого.

С каждой минутой Джим хмурился все сильнее. Наконец, по возвращении в гостиную, он произнес то, чего Энн больше всего боялась услышать:

— Что-то случилось.

Она нервно сцепила пальцы.

— Но что… — От волнения ее голос пресекся. Кашлянув, Энн закончила фразу: — Что могло случиться?

Джим вновь пожал плечами, на этот раз резко.

— Ума не приложу. Знаешь что, ты пока побудь здесь, а я пойду поищу их.

— Я с тобой! — быстро произнесла Энн.

Ее совершенно не привлекала перспектива сидеть в одиночестве, дожидаясь каких-либо известий. Гораздо лучше действовать.

Джим взял ее за плечи и нежно поцеловал в висок.

— Солнышко, пойми, гораздо лучше сделать, как я говорю. Кто-то должен остаться на базе. Ведь может так случиться, что только я уйду, а ребята явятся. В этом случае вы подадите мне знак.

Энн вздохнула. В словах Джима содержалась изрядная доля здравого смысла.

— Какой?

— Ну, не знаю… хотя бы покричите хором, чтобы я услыхал.

— А куда ты пойдешь?

Джим на минуту задумался.

— Сначала прогуляюсь вдоль обрыва, а потом отправлюсь к берегу озера.

— У тебя прежде бывало, чтобы кто-то из членов группы исчезал? — спросила Энн.

Он медленно покачал головой.

— Никогда. Но и в такой необычной ситуации я никогда с группой не оказывался.

— Что ж, ступай, — нехотя произнесла Энн. — Я подожду здесь. Только… поскорее возвращайся.

Джим посмотрел ей в глаза и увидел, что она растеряна, расстроена и даже напугана. У него тоже тревожно было на душе, но все-таки он попытался успокоить Энн.

— Не переживай, солнышко, возможно, мы рано всполошились. Представь, эти четверо сидят себе сейчас где-нибудь под деревом, любуются разбушевавшейся стихией, а мы тут места себе не находим!

Джим ободряюще улыбнулся, однако Энн не склонна была с легкостью относиться к возникшей ситуации.

— Под деревом сейчас не посидишь, мокро, — возразила она. — К тому же Либби и Алекс даже не взяли с собой накидок от дождя.

— Ладно, сейчас я сам все проверю.

Джим направился к выходу, Энн пошла его провожать. На пороге он обернулся, и она вдруг порывисто прижалась к нему. Их губы встретились, но лишь на несколько мгновений.

— Все, иди, — сказала Энн.

И Джим сбежал по ступенькам крыльца.

Сандра, Джейсон, Либби и Алекс уже почти час находились в воде.

После падения их и беседку вынесло в озеро. Сила течения была так велика, что, не успев опомниться и изрядно наглотавшись мутной воды, все четверо очутились мили за три от берега, и их продолжало уносить в ту сторону, откуда они пришли на базу.

Немного опомнившись после пережитого потрясения и оглядевшись, они подплыли к дрейфующей на боку беседке. Когда им удалось за нее уцепиться, Сандра, поминутно отплевываясь, произнесла:

— Либби, вот выберемся на берег, я тебя прикончу, так и знай!

Одной рукой обнимая колонну, другой та протирала глаза.

— Чуть что, сразу Либби! — буркнула она. — При чем здесь я? Кто мог знать, что эта штука свалится в воду?

Сандра в очередной раз попыталась выплюнуть скрипевший на зубах песок.

— Если бы она не свалилась, стряслось бы еще что-нибудь. Ты заранее запрограммировала подобную ситуацию.

— Как это? — удивилась Либби.

Сандра вздохнула.

— Вы с Алексом два сапога пара. Одному дождь подавай, другой — экстремальную ситуацию. Что, теперь довольна? Будет о чем рассказывать, если спасемся?

В глазах Либби промелькнуло беспокойство.

— Почему «если»? Рано или поздно нас прибьет к берегу.

— Или, наоборот, вынесет на середину озера. — Сандра усмехнулась. — Но даже если мы действительно пристанем к суше, то когда сие произойдет? Сколько нам еще здесь мокнуть? И это еще не самое страшное, — сказала она, лукаво прищурившись. — Приключение может стать гораздо более экстремальным. Только представь, что будет, если к тебе потихоньку подкрадется из глубины озерная акула!

Либби нервно хихикнула.

— Ври больше, озерных акул не бывает! — Однако в ее глазах промелькнула неуверенность.

Ища поддержки, она покосилась на Алекса, и тот кивнул. Потом молча, с укоризной взглянул на Сандру.

Однако та все поняла по-своему.

— Что смотришь так грустно? Вспомнил про оставшийся на базе ужин?

В подобных разговорах они провели время вплоть до того момента, когда Джейсон, глядя в сторону берега, вдруг произнес как бы между прочим:

— Смотрите, вон баркас.

— Где?! — воскликнула Сандра.

Либби издала какой-то невнятный писк.

— Надо подать знак, — резонно заметил Алекс.

После чего, внезапно осознав, что судьба посылает им реальную возможность выбраться из передряги, они наперебой закричали, замахали руками, а Сандра даже предприняла безумную попытку забраться на беседку и встать в полный рост, но в итоге лишь вновь с головой окунулась в воду.

К счастью, их действия не остались незамеченными, и баркас, шедший вдоль берега в сторону Бобровой речки, изменил направление и взял курс на беседку.

Спустя еще некоторое время перегнувшийся через поручни Родж произнес:

— Чтоб я пропал! Вы те туристы, которых Джим повел на базу «Сухой лог»? Как это вас угораздило?

Затем, без долгих разговоров, с помощью находившихся на баркасе двоих молодых мужчин, он помог терпящим бедствие подняться на борт. Беседка тоже не осталась без внимания. Со словами «нечего добру пропадать» Родж взял ее на буксир.

Джим шел вдоль превратившегося в полноводную реку Сухого лога, внимательно поглядывая по сторонам, но мысли его, как ни странно, вертелись не вокруг четверых пропавших членов группы. Разумеется, про них он тоже думал, но лишь время от времени, потому что его мыслями владела Энн.

Сегодня они занимались любовью в постели, как пара, у которой существуют давние, устойчивые отношения. Нечто подобное когда-то было у него с Айрин — еще до того, как она показала свое истинное лицо. Когда все его мечты о создании счастливой семьи в одночасье рухнули, Джим перестал думать о собственном гнезде. Что толку предаваться грезам, если они в любой момент могут рассыпаться в прах? К тому же семья не была для него самоцелью. Уж если создавать ее, то лишь с той единственной и неповторимой, которую он станет лелеять всю жизнь. Когда-то таким человеком была для него Айрин. Потом он поневоле пришел к выводу, что в реальности подобной женщины вообще не существует.

И вдруг, встречая у вокзала нынешнюю группу туристов, он увидел Энн. С первого взгляда она задела некие тайные струны его души, которые долгое время молчали, но тут неожиданно запели, сначала потихоньку, а затем все громче.

Но душа — это одно, а разум — совсем другое. Сначала Джим решил, что если между ним и золотоволосой красавицей Энн произойдет интимное сближение, то оно окажется временным, продолжительностью до конца текущего тура. Но сегодня с Джимом будто что-то произошло. К нему словно вернулись его прежние мечты. Он вдруг подумал, что ведь установившиеся отношения с Энн необязательно прекращать с окончанием путешествия, и его сердце сладко сжалось — это было похоже на счастье.

Джим остановился и долго смотрел на бурлящие воды потока. Те напоминали половодье чувств, клокочущих в его душе.

Мне кажется, что с Энн я мог бы прожить всю жизнь, мелькнуло у него в голове. Эта мысль настолько поразила Джима, что он на миг застыл без движения. Затем провел рукой по лицу. Может, я приблизился к какому-то новому периоду своего существования?

Взволнованно вздохнув, он двинулся дальше. Мелкий дождик монотонно стучал по капюшону его накидки.

Пройдя несколько ярдов, Джим вдруг заметил участок примятой травы. Как будто кто-то наступил на нее. А через несколько шагов показался уже явный след: чья-то нога съехала по глине.

Значит, я иду в верном направлении! — радостно подумал Джим.

Однако очень скоро радость сменилась тревогой.

— Ох ты, дьявол!.. — прошептал он, глядя вперед. Его сердце будто сжалось от тоскливого предчувствия.

На том месте, где прежде стояла беседка, было пусто.

Джим со всех ног бросился к обрыву. Прежде всего он посмотрел вниз, но никаких признаков исчезнувших членов группы не заметил. Зато, к своему ужасу, увидел другое: прямо на его глазах обвалился и ушел под воду подмытый участок берега. Внимательно исследовав участок, где находилась беседка, Джим пришел к печальному выводу, что ее постигла та же участь.

Если в тот момент там был кто-то из ребят… или все четверо… Не додумав мысль до конца, Джим зажмурился. Потом открыл глаза и посмотрел в направлении озера, будто надеясь кого-то увидеть на воде. Но с этого участка суши почти ничего не было видно.

И тут ему внезапно подумалось: а если бы пропала Энн?

Новая мысль отдалась в сердце болью. Джим вдруг со всей отчетливостью понял, что если бы с Энн произошло что-то нехорошее, то ему было бы очень, очень плохо. Возможно, даже хуже, чем после разрыва с Айрин.

А может, гораздо хуже.

В следующее мгновение в его мозгу словно произошло окончательное прояснение.

Парень, ты влюбился, мысленно сказал себе Джим. Такие вот дела. И теперь тебе придется как-то с этим жить.

Самым простым было сделать Энн предложение, жениться и никогда не разлучаться. Кто-нибудь другой на месте Джима недолго бы раздумывал. Но у него уже был печальный опыт в этой области. И из прошлой истории он извлек один важный урок: женщины смотрят на брак иначе, чем мужчины. Гармония в сфере интимных отношений находится у них на втором месте после наличия материальной базы, на которой те могли бы развиваться. Если не на третьем. Потому что в браке ведь появляются дети.

Впрочем, Айрин, кажется, интересовала только возможность обеспечить безбедное существование персонально себе.

При чем здесь Айрин? Джим нахмурился. Речь идет об Энн, которая тоже имеет право желать спокойствия и всяческого преуспевания. А что могу ей предложить я, инструктор по туризму? Может, мне действительно давно уже следовало предпринять шаги по дальнейшему развитию профессиональной карьеры? К этому времени я наверняка вернул бы все, что имел прежде, или даже поднялся на более высокую ступень общественного положения.

Но тогда бы… не встретил Энн.

Замкнутый круг, подумал Джим. Замкнутый круг…

В эту минуту в дальнем уголке его сознания смутно замаячила мысль, что встреча с Энн ему дороже любых общественных благ. Тем более что финансового благополучия он смог бы добиться с легкостью — для этого требовалось лишь его желание, а в талантах своих он не сомневался.

Значит, остается убедить в этом Энн.

А с чего ты взял, что она стремится выйти замуж? И вообще, о чем ты думаешь? Поискал бы лучше вверенных тебе людей, мечтатель! — сказал ему внутренний голос.

Немного подумав, Джим стиснул зубы и зашагал вперед, удаляясь от базы.

Энн ходила из угла в угол по гостиной, нервно ломая пальцы. Джим ушел и как в воду канул. Минуло часа три с тех пор, когда они поцеловались на пороге базы перед тем как расстаться. И до сих пор не вернулся никто — ни Джим, ни остальные четверо.

Энн старалась гнать тревожные мысли, убеждая себя, что еще рано паниковать. Мало ли что бывает! Возможно, долгое отсутствие Сандры, Джейсона, Либби и Алекса имеет самое естественное объяснение. И потом те еще посмеются над ее волнениями.

А если нет? Если случилось самое страшное и она больше никогда не увидит четверку, с которой успела сдружиться за несколько дней похода — ироничную Сандру, молчуна Джейсона, искательницу приключений Либби и добродушного толстяка Алекса?

Все естество Энн протестовало против подобной возможности. Но какая-то слишком трезвая и безжалостная часть мозга пророчила всевозможные мрачные варианты развития событий. И усердно напоминала, что группа оказалась в непростой ситуации, что там, где всегда было сухо, сейчас несется бурлящий поток, что некогда узкая Бобровая речка вышла из берегов, затопила индейский поселок, и лишь чудом там не погибли люди.

А здесь это могло случиться, подсказывал голос рассудка. Сколько ни закрывай глаза на правду, от этого она не станет менее жуткой.

Энн качала головой. Нет, с клиентами ее туристического бюро никогда не происходило неприятностей. В теории она допускала вероятность несчастного случая, но не на практике, нет. Иначе и быть не могло. Ведь это же ее бюро!

Потом Энн вспомнила, как обещала мистеру Руффорду, отцу Либби, присмотреть в походе за его дочерью. В ее памяти живо вспыхнули произнесенные им слова: «Если Либби отправится с вами, все будет хорошо».

Боже мой, что я ему скажу! — подумала она, прижимаясь лбом к стеклу окна, у которого стояла в эту минуту. Человек доверил мне единственного драгоценного ребенка, пусть даже почти взрослого — ведь вырастая дети не становятся менее дорогими, — а я не оправдала надежд!

Правда, я не брала и не могла взять на себя обязательств следить за Либби каждую минуту. К тому же, если с ней что-то случилось из-за резко изменившихся погодных условий и неожиданного наводнения, то с юридической точки зрения это чистой воды форсмажор — прости, Господи, за невольный каламбур!

Форсмажор. Энн вспомнила, как во второй день похода упомянула этот термин. И по какому поводу.

К сожалению, это не прибавило ей хорошего настроения. Потому что разговор тогда шел о подозрительных личностях, выкапывавших что-то ночью из тайника в лесу. У тех людей могло быть оружие.

А вдруг они все-таки заметили нас с Либби, пока мы прятались в траве? — холодея, подумала Энн. И тайком проследили за нашей группой до самой базы. Что, если погода здесь ни при чем, а все гораздо проще: те люди сейчас находятся здесь и убирают свидетелей? А у меня даже не заперта входная дверь!

Энн метнулась в коридор и повернула рукоятку английского замка. Ее била нервная дрожь. Она вернулась в гостиную и вновь принялась мерить шагами пространство от окон до противоположной стены.

Пока я здесь сижу, остальных могли убить, лихорадочно пронеслось в ее голове. Всех. Либби, Алекса, Сандру, Джейсона… И Джима!

Из груди Энн вырвался стон. Перед внутренним взором будто наяву вспыхнул образ человека, всего за несколько дней успевшего стать очень близким — гораздо ближе, чем Стив, с которым она прожила целый год.

Темные, выгоревшие на макушке волосы, удивительные зеленые глаза, взгляд веселый, внимательный или… восхищенный. Красиво очерченные губы, такие нежные, а иногда властные. Сильное гибкое тело, шелковистые волоски на груди…

Энн прикусила губу, сдерживая рыдания, и постаралась взять себя в руки. Может, все-таки Джима рано оплакивать?

Но почему его так долго нет?

Чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей и ослабить противную мелкую дрожь, Энн зашла на кухню. Она проверила, не горит ли газ, заглянула под крышки кастрюль. В одной — спагетти с тушенкой и каким-то необычным ароматным соусом. Посудина еще сохранила остатки тепла, и, взяв тарелку, Энн положила себе немного приготовленной Джимом и Алексом еды. Но доесть не смогла, хотя понимала, что должно быть вкусно. Из-за нервного напряжения у нее как будто перестали действовать вкусовые рецепторы.

Со вздохом поставив тарелку на кухонный стол, она приготовила себе чашку кофе, вернулась в гостиную и села на диван, потому что ноги тоже отказывались ей служить.

Энн так глубоко погрузилась в размышления о сложившейся ситуации и о собственной, предшествовавшей нынешнему походу жизни, что едва не подпрыгнула, когда прозвучал стук в дверь.

В ее мозгу сразу пронеслось множество мыслей. Кто это? Ребята вернулись? Джим? Или…

Она напряженно выпрямилась на диване, чутко прислушиваясь в сумерках к доносящимся снаружи звукам. Вскоре стук повторился. Энн прикусила губу, не зная, как следует поступить. Если это свои, то глупо сидеть, не откликаясь. А если чужие?

Повисшая в доме тишина казалась звенящей. По ощущениям Энн она продолжалась не менее получаса, а на самом деле, наверное, всего несколько минут. Затем зазвучали шаги. Кто-то шел вокруг дома, направляясь от крыльца к окнам гостиной.

Сердце Энн бешено забилось, из-за шума крови в ушах она даже не смогла сразу определить один человек идет или несколько. Наконец пришла к выводу, что, скорее, один. Впрочем, это еще ничего не означало: возле крыльца могли оставаться другие.

Затем произошло то, чего следовало ожидать, но что все-таки заставило Энн схватиться за сердце, — в окно постучали.

Она вскочила, расплескав из чашки остатки кофе. И увидела, как к стеклу приблизилось чье-то лицо. Находящийся снаружи человек пытался разглядеть, что происходит внутри помещения.

Вряд ли он мог много увидеть — в гостиной было гораздо темнее, чем во дворе, однако Энн с трудом подавила желание сорваться и удрать в глубь дома.

И вдруг…

— Энн? — раздалось за окном. — Ты там?

С нее разом схлынуло напряжение. Этот голос она узнала бы из тысячи.

— Джим… — едва слышно слетело с ее губ. Затем, словно опомнившись, она крикнула: — Джим! Иди к крыльцу, я сейчас открою.

Поставив чашку на стол, Энн бросилась в коридор. Через минуту она очутилась в объятиях Джима.

— Какое счастье, что ты наконец пришел! — прошептала Энн, беря его лицо в ладони. В ее глазах блестели слезы. — Я уже не знала, что и думать.

Джим был взволнован не меньше ее. Когда он заговорил, его голос звучал хрипло.

— Прости, задержался. Ходил дольше, чем намечал.

— Никого не нашел? — всматриваясь в его глаза, произнесла Энн то, что вертелось у нее на языке.

Он молча покачал головой.

Энн помрачнела.

— И никаких следов? Понимаешь, я тут вспомнила про тех людей, которых мы с Либби видели ночью в лесу, и мне пришло в голову, что они могли выследить нашу группу. Ведь с их точки зрения мы — ненужные свидетели. — Ее голос дрогнул. — Которых необходимо убрать. Ты не встретил посторонних?

— Нет. И не думаю, что твое предположение верно. Скорее всего, те парни даже не догадываются, что кто-то застал их в лесу.

Энн перевела дух.

— Я боялась, ты скажешь, что нашел бездыханные тела.

После этих слов Джим отвел взгляд и глухо произнес:

— Тел я не нашел, но…

В сердце Энн будто вонзилась игла.

— Что?

— У меня есть все основания предполагать, что наших ребят с потоком воды унесло в озеро.

Энн ахнула.

— Как? Но они… живы?

Джим развел руками.

— Надеюсь.

Обняв Энн за плечи, он повел ее в гостиную, усадил на диван и вкратце рассказал об исчезновении беседки и о том, что в ней могли прятаться от дождя Сандра, Джейсон, Либби и Алекс.

— Я так долго отсутствовал, потому что искал каких-нибудь следов всех четверых. Прошел к берегу озера и дальше, но не обнаружил ровным счетом ничего. Ни единой зацепки, с помощью которой можно было бы выяснить судьбу ребят. — После некоторой паузы Джим добавил: — Кстати, вынужден сообщить, что мы с тобой находимся сейчас на острове. Наш холм со всех сторон окружен водой.

В глазах Энн появилась растерянность.

— То есть мы отрезаны от остального мира? И связи никакой нет?

Джим покачал головой.

— Если только у тебя нет с собой «мобильника». Потому что свой я забыл дома вместе с радиоприемником. Специально положил во влагонепроницаемый пакет и оставил на столе!

Энн вздохнула.

— А я свой нарочно не брала. Чтобы звонки не мешали мне отдыхать. Кто же знал, что путешествие закончится так…

Не договорив, она утерла скатившуюся по щеке слезу.

Этого Джим не мог выдержать. Опустившись на диван рядом с Энн, он обнял ее и прижал к своей груди.

— Ну, не плачь, пока нет причин уж очень сильно горевать.

— Как же… Из всей группы остались только мы двое, судьба ребят неизвестна. И есть все основания предполагать худшее.

— На мой взгляд, у них было немало шансов выжить. Сейчас тепло, переохлаждение им не угрожает, и если они умеют плавать…

— А вдруг умеют не все? — Энн всхлипнула.

— Остальные помогут тому, кто окажется более невезучим.

Джим действительно в это верил, хотя понимал, что в таком стремительном потоке легко потерять ориентацию и захлебнуться. Однако сейчас ему важнее всего было успокоить Энн.

А для этого нужно сменить тему, подумал он.

— Извини, что в такую минуту говорю о прозаических вещах, но я проголодался, как дьявол. Не разогреешь мне немного спагетти? А я пока вымою руки и вообще приведу себя в порядок.

Энн быстро вытерла глаза и встала с дивана.

— Конечно.

Она даже обрадовалась возможности заняться каким-нибудь делом.

— А сама ты ела что-нибудь? — спросил Джим, тоже поднимаясь.

Энн улыбнулась, почему-то немножко виновато.

— Попыталась поужинать, но из этого почти ничего не получилось. Так нервничала, что кусок не шел в горло. Мне показалось… — она умолкла, но потом все-таки закончила фразу: — что ты тоже пропал, как и все остальные.

Джим порывисто обнял ее.

— Малышка моя!

Он прижался губами к теплой макушке Энн и ему вдруг до боли захотелось уберечь эту хрупкую золотоволосую женщину от всех невзгод, которые могут ей повстречаться. От избытка чувств у него на миг сковало горло спазмом. Проглотив комок, Джим вдруг произнес:

— Энн, выходи за меня замуж!

Эти слова даже для него самого были неожиданностью, а уж для Энн и вовсе стали сюрпризом. Немного отстранившись от Джима, она пристально взглянула ему в глаза.

— Я не ослышалась?

Тот медленно покачал головой.

— Нет. Я прошу тебя стать моей женой.

Наступило молчание. Наконец Энн грустно усмехнулась.

— Вот уж не ожидала, что в конце этого путешествия получу предложение о замужестве, да еще в такой непростой ситуации.

— Я сам не ожидал, что встречу тебя, — серьезно произнес Джим, беря ее руку и поднося к губам.

Энн зачарованно смотрела на него, по-прежнему не в силах поверить, что все это не плод ее воображения. Она никак не могла представить себе, что такой красивый мужчина способен стать ее мужем. Любовником — да. Но жить с ним, видеть каждый день, а по ночам лежать в его объятиях… это просто сказка. Подобное счастье даже трудно вообразить. Или она настолько выбита сейчас из колеи, что просто не в состоянии воспринимать ситуацию правильно?

Ах, если бы все происходило при других обстоятельствах! — с грустью подумала Энн.

— Если тебя смущает, что я работаю инструктором по туризму, то даже не сомневайся — мне ничего не стоит сменить род деятельности. Если у меня появится семья… — Джим улыбнулся. — О, я разовью такую бурную деятельность! Ты ни в чем не будешь нуждаться. Я в лепешку разобьюсь, но у тебя будет все, чего ты только пожелаешь.

— У меня и так все есть, — с некоторым удивлением заметила Энн. — Не забывай, у меня свой бизнес.

Улыбка Джима стала еще шире.

— Тем более! Вместе мы быстро создадим основу для расширения.

Энн взглянула на него с недоумением.

— Для чего?

Джим лукаво усмехнулся.

— Для расширения семьи. Только представь, пройдет некоторое время, и у нас появится малыш. Такой красивый, как ты, — мечтательно добавил он.

Энн вдруг действительно представила малютку, как две капли воды похожего на… Джима, и на ее губах невольно появилась улыбка.

— Согласна? — взволнованно произнес тот.

Она нежно провела по его щеке тыльной стороной пальцев.

— Джим, я… Все это так неожиданно… Пойми, меня сейчас безумно тревожит судьба исчезнувших ребят. — Увидев, что Джим помрачнел, Энн быстро добавила: — Я обязательно дам тебе ответ, но не сегодня. Дай мне немного времени, ладно?

Он вздохнул.

— Что ж, торопить я тебя не могу. Придется подождать. Только не слишком долго, хорошо?

Энн молча кивнула.

Дни, оставшиеся до окончания тура они провели так, будто вскоре им предстояло расстаться навсегда. Почти не выпускали друг друга из виду и часто занимались любовью. Последнее вдобавок помогало хотя бы на некоторое время отвлечься от мыслей о судьбе остальных участников похода.

Наконец, в назначенный срок, за ними прилетел вертолет. Но приземлиться ему по-прежнему было негде. Джим жестами передал находящемуся в кабине приятелю, что они с Энн не смогут подняться на борт. В ответ тот показал какой-то сверток. Увидев его, Джим обернулся к Энн и крикнул:

— Поднимешься по веревочной лестнице?

Но она с таким испугом замотала головой, что все сразу стало ясно. Пилот прощально махнул рукой, и вертолет начал набирать высоту. Затем развернулся и улетел на юг.

А на следующий день Энн услышала со стороны озера отдаленный и совершенно невозможный звук — автомобильный сигнал.

— Это еще что такое? — удивленно спросила она.

Глаза Джима радостно блеснули.

— Родж!

Затем он схватил Энн за руку, и они вместе побежали к берегу. Это заняло несколько минут, но в конце пути их ждала награда — на волнах покачивался уже знакомый Энн баркас, и его владелец Родж махал им рукой.

— Я за вами! — крикнул он. — Вещи тоже заберем. Да, пока не забыл, вам привет от приятелей!

Энн до боли стиснула пальцы Джима.

— От кого? — прошептала она, боясь поверить догадке.

— Как они? — крикнул Джим.

Родж поднял большой палец. Потом многозначительно постучал по своим наручным часам, призывая Джима и Энн поторопиться.

— Как же мы переправим рюкзаки? — озабоченно произнесла Энн, спеша обратно на базу. — Ведь здесь даже нет причала.

Джим озорно подмигнул ей.

— Очень просто. У нас ведь есть резиновые лодки!

Почти всю дорогу до гавани Грин-Бей они в обнимку простояли у бортовых поручней баркаса, благо дождя сегодня не было и в просветах между туч изредка даже проглядывало солнце. Наконец, совершив небольшой маневр, баркас медленно двинулся к пирсу. И вдруг…

— Гляди! — сказал Джим. — Вон они! Встречают нас.

В следующее мгновение Энн действительно увидела их всех — Либби, Сандру, Джейсона и Алекса.

— Живы! — радостно воскликнула она. — Ох, какая тяжесть свалилась с моей души! Я только сейчас по-настоящему поверила, что все хорошо, когда своими глазами их увидала. — Затем она повернулась к Джиму. — А знаешь, пожалуй, ты прав. Зачем долго ждать? Дам тебе ответ сейчас.

Тот сжал ее плечи, напряженно всматриваясь в глаза.

— Да! — сказала Энн. — Я стану твоей женой. И у нас обязательно будет малыш!

С губ Джима слетел вздох облегчения.

— Я об этом позабочусь, — негромко произнес он.

Потом наклонился к ее лицу, и они слились в долгом поцелуе.

Будто догадавшись, в чем дело, четверка на пирсе разразилась радостными возгласами, а Алекс даже подпрыгнул, что при его комплекции было настоящим подвигом.

— Моя? — хрипловато произнес Джим, когда Энн ласково отстранилась от его губ.

— Да, — кивнула она. — А ты мой?

— Навеки! — Минутку подумав, он добавил: — Если хочешь, обвенчаемся в Чикаго.

Энн счастливо вздохнула, затем покосилась в сторону пирса.

— И всю нашу группу пригласим. А свадебный торт закажем в кондитерской Алекса!