/ Language: Русский / Genre:sf,

Моpета Всадница Пеpна

Энн Маккефри


Маккефри Энн

Моpета - всадница Пеpна

Энн Маккефpи

Моpета - всадница Пеpна

ПРОЛОГ

Ракбет в созвездии Стрельца - золотая звезда класса G. В его систему входит два пояса астероидов, пять планет и еще одна - блуждающая, притянутая звездой в последние тысячелетие. Когда люди впервые обосновались на третьей планете системы Ракбета, названной ими Перн, они не обратили особого внимания на странную планетупришелицу, вращающуюся вокруг центрального светила по очень вытянутой и неустойчивщй эллиптической орбите. Пару поколений колористы ничуть не задумывались о яркой Алой Звезде на своем небосклоне. Не задумывались, пока однажды та не подошла в перигелии совсем близко к Перну.

Когда влияние остальных планет системы Ракбет не мешало сближению планет, зародившаяся на планете-пришелице жизнь стремилась преодолеть узкую пропасть космической пустоты, и перебраться в более гостеприимрый мир. И тогда с ребес Перна на землю начинали сыпаться серебряные нити, уничтожающие все, до чего бы они не дотронулись.

Колонисты пщнесли ужасающие потери. В результате, за годы борьбы с нагрянувшим на их головы бедствием, борьбы за сомое выживание колонии, перниты потеряли контакт с планетой откуда они когда-то прилетели.

Сразу после посадки перниты разобрали свои транспортные корабли. Они отказались от многих технологических достижений, показавшихся им не нужными на девственной и благодатной планете. Теперь же требовалось как-то защититься от смертоносных нитей. И вот у колонистов зародился план, рассчитанный на века. Его первая стадия заключалась в выведении нового вида летающих огнедышащих ящериц, взяв за основу уникальных животных усыновившей их планеты. Использовать их учились мужчины и женщины, способные к глубокому сопереживанию и обладающие некоторыми врожденными телепатическими способностями. Драконы, как их назвали в память о мифических земных животных, на которых они походили, обладали двумя весьма полезными свойствами: они могли мгновенно перемещаться из одного места в любое другое, и, заглатывая некий местрый минерал, содержащий фосфин, умели выдыхать пламя. Паря под облаками, драконы сжигали рити в воздухе, не допуская их падения на землю. На реализацию этого плана потребовалось несколько поколений.

Вторая стадия защиты от смертоносных вторжений из космоса должна была занять еще больше времени. Нити, представлявшие собой микозоидные споры, преодолевали пропасть между планетами, а достигнув обитаемого мира, поглощали любую органическую материю. Попадая в плодородную почву, они зарывались в землю и начирали стремительно размножаться. Поэтому борьбы с пщпаишими в грунт нитями создали новый симбиот. Выведенных личинок поселили в почвах Южного континента. Планировалось, что драконы будут сжигать нити в воздухе, защищая жилища и скот колонистов. Личинки-симбиоты старут защищать растения - пожирая нити, ускользнувшие от огненного дыхания драконов.

Создатели этой системы защиты кое-чего не учли. Южный континент, на первый взгляд более приветливый и благодатный, чем Северный, оказался неприспособленным для защиты. Вся колония была вынуждена спасаться от нитей под прикрытием скал Северного континента.

Форт, самый первый холд, вырубленный в восточном склоне Великого Западного хребта, вскоре стал слишком тесным для колонистов. Вскоре, чуть к северу, там, где у изрытой пещерами скалы раскинулось большое озеро, было основано еще одно поселение - холд Руат. Но через несколько поколений и он оказался переполненым.

Так как Алая Звезда всходила на восточном небосклоне, было решено основать новые холды в восточных горах, если конечно, удастся найти там подходящие пещеры. Лишь камень и металл ( которым, к сожалению, Перн оказался не слишком богат ) могли защитить от ударов Нитей.

К тому времени в прщцессе селекции крылатые, длиннохвостые, огнедышащие драконы достигли таких размеров, что содержать их в тесноте пещерных городов-холдов стало невозможно. Изрытые пещерами вершины потухших вулканов - одна иысоко над Фортом, другая в горах Бендена на восточной оконечности материка - идеально подходили для этой цели. Требовалось совсем немного, чтобы они стали пригодными для жилья. На осуществление этого проекта, однако, ушли последние запасы горючего для гигантских горнопроходческих машин. Все остальные холды и вейры пришлось в дальнейшем высекать в скалах вручную.

Всадники со своими драконами и обитатели пещерных холдов занимались каждый своим делом. У них возникали разные, у каждого свои, привычки, постепенно превращавшиеся в традиции, нерушимые как законы. И когда приближалось время падения Нитей, когда Алая Звезда на рассвете появлялась между Звездных Камней, установленных на вершине каждого Вейра, тогда драконы со своими всадниками поднимались на защиту обитателей Перна.

Затем наступил период, равный двумстам оборотам Перна вокруг солнца, когда Алая Звезда, одинокая замерзшая странница, находилась на дальнем конце своей эллиптической орбиты. С небес перестали сыпаться Нити. Колонисты засеяли поля, разбили сады и начали мечтать о восстановлении лесов на опустошенных Нитями склонах гор. Они даже умудрились забыть, что совсем недавно стояли на грани вымирания. В течение мирного периода род драконов множился и процветал. Согласно разработанному плану защиты были основаны четыре новых Вейра в кратерах потухших вулканов. Правда, за это время люди полностью забыли о второй части плана. А потом Нити вернулись. Началось новое Прохождение, пятьдесят Оборотов Ужаса, когда смерть сыпалась с небес. И перниты благославляли предков, много поколений назад создавших драконов, чье огненное дыхание сжигало в воздухе Нити, защищая плселения людей.

С каждым полодением воспоминания о Земле все более стирались и памети пернитов. Под конец история появления людей на Перне превратилась в миф. Забылось, в тяготах борьбы и значение Южного континента.

Ко времени Шестого Прохождения Алой Звезды в небесах Перна, на планете уже сложилась прочная политико-экономическая структура, позиоляющая успешно бороться с регулярно повторяющимися бедствиями. Шесть Вейров - так называли лагеря всадников в кратерах потухших вулканов - взяли под свою защиту весь Северный материк,разделив его на шесть областей. Каждый Вейр охранял свой участок. Все остальное население оказывало поддержку Вейрам, так как всадники не могли тратить время на поиски пропитания, да и не было в окрестностях Вейров пахотной земли. В мирное время они растили драконов и обучали молодежь, а когда наставала пора Прохождения - сражались с Нитями.

Поселения, называемые холдами, возрикали повсюду, где только удавалось обнаружить подходящие пещеры. Некоторые из них, расположенные особенно удачно, в свою очередь начинала быстро расширяться. Чтобы упраидять ими, бороться с ужасом, охватывающим население холдов во время атак Нитей, треюовадись мужественные и сильные люди. Чтобы грамотно организовать сбор и хранение продовольствия тогда, когда под открытым небом нельзя выраститьни колоска; чтобы контролировать уровень рождаемости, заьотиться о здоровье и работоспособности населения и годины смертельной опасности требовались искуссные администраторы.

В каждом большом холде люди, умевшие работать с металлом или животными, прясть или добывать руду, объедирялись в мастерские. Мастерские - в цеха. Одна из мастерских считалась главной - там ремесленникисовершенствовали свое искусство, там обучали молодежь,из поколения в поколение передавая секреты мастерства. Лорды,правитехолдов, не могли отказать другому холду в услугах расположенного на их территории цеха: ведь ремесленники обладали независимостью. Они подчинялись только Гдавному мастеру своего цеха,выбираемого из наиболее опытных и уважаемых людей. Главный мастер отвечал за качество продукции подчиненных ему мастерских, за ее справедливое распределение. Он работал не на один какой-то холд,а на весь народ Перна. Со временем, у Лордов и Главных мастеров появились определенные права и привелегии. В прочем, и у всадников тоже - ведь теперь под защитой нахадилась вся планета.

Именно внутри Вейров и произошли самые значительные социальные изменения: нужды драконов определяли все без исключения. Среди драконов самки были золотыми и зелеными, а самцы - брорзовыми, ко- ричневыми и голубыми. Только золотые самки обладали способностью откладывать яйца:зеленые становились бесплодными от огненного камня. Впрочем, оно и к лучшему - иначе потомки маленьких зеленых самок даврым-давно заполонили бы все вокруг. С другой стороны именно зеленые королевы были самыми ловкими. Яростные и отважные,они превосходили всех своих сородичей в борьбе с Нитями. За способность приносить потомство приходилось платить: наездницы золотых королев были вынуждены возить с собой огнеметы. Голубые самцы были сильнее своих зеленых сестер, а коричневые и бронзовые - отличались выносливостью, позволявшей им вестидолгие воздушные баталии с Нитыми. В принципе золотая королева позволяла оплодотворить кладку любому самцу, поймавшему ее во время брачного полета. На практике же, это оказывалось по силам лишь бронзовым самцам. И,соответственно,всадник бронзового дракора,догнавшего старшую золотую королеву Вейра, становился предводителем этого Вейра и руководил борьбой с Нитями во время Прохождения. Наездница старшей золотой королевы в тоже время отвечала за сам Вейр и между и во время Прохождений. В ее обязанности входит заботиться о питании и здоровье драконов и их всадников. Сильная Госпожа была так же необходиьа для процветания Вейра, как драконы для выживания людей на Перне.

Именно на нее ложились все заботы по Вейру, воспитании детей и Поиске во всех холдах и мастерских подходящих кандидатов для Запечатления с только что родившимися драконами. Жизнь в Вейре не только считалась очень престижной, жители холдов и мастерских гордились,если их детям удавалось Запечатлеть дракона,хвастаясь своими родственниками, ставшими всадниками.

Действие этой истории происходит во время Шестого Прохождения Алой Звезды, примерно четырнадцать сотен Оборотов после того, как нога человека ступила на землю Перна...

Глава 1.

Форт Вейр, 3.10.43, и холд Руат.

- Ш"гал улетел по делам Вейра, - Морета сказала об этой Нессо уже в третий раз.

Сказала и начала развязывать свою покрытую пятнами пота и маслс тунику.

- Его главное дело - сопровождать вас на Собрание в Руат! Даже когда у Нессо было хорошее настроение, в ее голосе слышались визгливыве нотки. Теперь же в нем звучало глубочайшее возмущение воображаемым оскорблением, нанесенным Предводителем Вейра его Госпоже. Морете невольно подумалось о несмазанных дверных петлях.

- Он вчера виделся с Лордом Алесаном. Собрание - не самое удобное место для обсужления важных вопросов.

Морета встала, стремясь поскорее закнчить непричтный для нее разговор. Нессо могла жаловаться на Ш"гала - истинные выдуманные - практически бесконечно. И надо сказать, что их антипатия была взаимной: слишком часто Морета оказывалась вынужденной успокаивать то одного то другого. Она не могла изменить Ш"гала. И ей до смерти не хотелось терять Нессо, которая, несмотря на свои недостатки,была необыкновенно умелой и трудолюбивой экономкой Вейра.

- Знаешь Нессо, мне надо принять ванну. Стоит поторопиться, или я опоздаю в Руат. Я знаю, ты приготовила отличный ужин для тех, кто остается. К"лон чувствует себя уже совсем прилично: температура спала. За ним присмотрит Берчар. Ты только его не трогай.

Морета пристально поглядела на Нессо, желая, чтобы та это получше запомнила. У Нессо была привычка " занимать место " Мореты, когда Госпожа покидала Вейр, разве, что ей строго настрого запрещали это делать.

- Ну ладно, Нессо, иди. У тебя много дел, а мне не терпиться помыться, - улыбнувшись, Морета подтолкнула экономку к выходу из спальни.

- Ш"гал должен был былететь с тобой, - не унималась Нессо. - Должен был, - бормотала она, - должен...

Только проходя мимо спящей королевы, она наконец-то замолчала.

Тяжелая от еще не отложенных яиц, Орлих дремала,не замечая прошедших мимо нее женщин. Золотая Королева уютно устроилась на каменном ложе так, чтобы не смазать масло,которым Морета растерла ее бока,готовясь к Собранию в Руате. Морета как раз направлялась к столь желанной ванне, когда ее попросили посмотреть на больного К"лона. В итоге она не успела обсудить с Лери, старой Госпожой Вейра, что из лекарств той потребуется на следующий день. Лери никогда не потерпит, чтобы за ней ухаживала Нессо.

Разговор с экономкой оказался неизбежным. Та прослышала, что Ш"гал и Морета " обменялись любезностями ",после чего Предводитель немедленно покинул Вейр. Причем покинул,одетый в повседневный костюм для полетов, а не в роскошные одеяния, подобающие Собранию.Затем потребовалось успокоить Нессо, что К"лон не страдает от страшной лихорадки, которая вот-вот охватит весь Вейр. Ужасная перспектива, особенно учитывая, что до Падения оставалось всего три дня.

Морета акинула одежду. Ей давным-давно пора было появиться на Собрании, обмениваться вежливыми и пустыми фразами ы ожидании начала скачек.

- Орлих? - тихо позвала Морета, вложив в этот зов силу своей мысли. Сонный ответ Золотой Королевы, как всегда, мигом заставил ее забыть о навязчивой экономке. - Проснись, моя золотая красавица. Мы скоро отправляемся на собрание в Руат.

- Там сейчас солнечно? - с надеждой спросила Орлих.

- Похоже, что да. Т"рал побывал там только сегодня утром. -ответила Морета, открывая сундук с одеждой. С самого верху лежало новое платье: золотые и нежно-коричневые складки - цвета, прекрасно оттеняющие глаза Мореты. - Ты же знаешь как Т"рал чувствует погоду.

Морета услышала как королева потянулась и заурчала от удовольствия.

- Постарайся не слишком ерзать, - ласково посоветовала ей наездница.

- Я знаю. Я и сама не хочу потерять свой блеск, - отозвалась Орлит. - Я уж, так и быть, постараюсь не испачкаться, пока мы не доберемся до Руата. А там я позагораю. А когда как следует прогреюсь, то искупаюсь в озере Руат.

- А это не слишком рискованно, милая? Тебе ведь скоро откладывать яйца. А озеро холодное, как Промежуток.

- Нет ничего холоднее Промежутка, - уверенно возразила Орлих.

Приготовив подобающим Собранию наряд, Морета прошла в ванную. Забравшись в бассейн, полный теплой воды, она взяла горсть песка для умывания и растиралась, пока кожа не покраснела. На несколько секунд Морета с головой окунулась в воду, а затем, подплыв к краю бассейна, набрала еще песка и принялась тщательно растирать им свои густые волосы.

- Хотя тебя и немного, - нетерпеливо заметила Орлих, - ты приводишь себя в порядок на удивление долго.

- Пусть меня действительно немного,зато сколько тебя мне пришлось вымыть и смазать маслом.

- Ты всегда так говоришь.

- Ты тоже.

В этих взаимных упреках звучали нежность и взаимопонимание. Хотя Королева и ее всадница стали старшей парой в Форт Вейре совсем недавно, когда прошлой зимой Лерина Холт не поднялась в свой брачный полет, они выбрали друг друга почти двадцать Оборотов тому назад.

Вытерев голову, Морета предоставила своим коротким волосам лечь так, как им этого предначертано природой. От кожаного шлема, который приходтлось носить во время борьбы с Нитями, голова так сильно потела, что пришлось распрощаться с длинными русыми косами, которыми она такгордилась, живя в холде. Когла закончится Прохождение, она снова сможет отпустить длинные волосы.

Когда закончится Прохождение... Одевавшая свежую нижнюю тунику Морета, даже застыла от этой неожиданной мысли. Подумать только, через каких-то восемь Оборотов это Прохождение закончится. Нет, через семь, если не считать этот Оборот,четверть которого уже остались позади. Усилием воли Морета заставила себя не поддаваться излишнему оптимизму. Из всего Оборота прошло только семьдесят дней. Ну,хорошо. Восемь Оборотов. Через восемь Оборотов, ей, Предводительнице Морете больше не придется вылетать на Орлих на борьбу с Нитями.Через восемь Оборотов Алая Звезда булет слишком далеко от Перна,чтобы осыпать его усталые континенты всепожирающими спорами Нитей.

- Интересно, -думала Морета, одевая мягкие коричневые туфли, как это происходит? Нити просто в один прекрасный день просто перестабт падать - как конец летнего шквала? Или они понемногу сыплются с небес все реже и реже - словро зимний дождь?

Кстати, дождь сейчас совсем бы не помешал. А снег был бы еще лучше. Или крепкий мороз. Мороз - извечный союзник Вейров.

Она одела платье, расправила его на своих, пожалуй, даже слишком широких плечах, на груди, небольшой и упругой, на ягодицах, плоских от бесчисленных часов, проведенных верхом. Платье скрывало ее мускуистые бедра, которые Морета порой проклинала,за которые она тоже должна была благодарить двадцать Оборотов, провеженные верхом на драконе. Все это - не слишком дорогая цена для наездницы золотой королевы.

Морете очень хотелось бы, чтобы Ш"гал отправился на Собрание вместе с ней. Она была незнакома с Алесаном - новым Лордом Руата. Ей смутно припоминался длинноногий юноша,светло-зеленые глаза которого удивительно не подходили его смуглому лицу и лохматой шапке черных волос. Лн всегда, как и подобает, стоял за спирой своего отца, Лорда Руата. Лорд Лиф был суров, но справедлив. От него Вейр всегда мог рассчитывать сполна получить то, что полагалось ему по традиции: как раз тот человек, которого Вейр и Перн хотели бы видеть во главе процветающего холда. Ничего удивительного - в Руате древние традиции всегда пользовались искренним уважением, и многие дочери и сыны этого рода Запечатлели в свое время золотых королев и бронзовых драконов.

Никто из многочисленных сыновей Лорда Лифа не знал, кого старый Лорд объявит своим наследником. Несмотря на Падения Нитей и прочие опасности Прохождения,Лорд Лиф построил на крутых склонах долины Руат несколько новых холдов. Там он поселил своих самых достойных сыновей с их семьями. Подобное строительство было одной из многочисленных затей Лорда Лифа по поддержанию мира и порядка в холде.Стапый Лорд спланировал не только все, касающееся наследования своего холда, но и то, чем и как следует заниматься после Прохождения. Морета не видела в этих планах ничего дурного, хотя Ш"гал, как и некоторые другие всадники, с некоторым неодобрением взирал на постепенное расширене холда. В это Прохождение шесть Вейров, двадцать три сотни драконов, с трудом защищали от Нитей обработанные поля многочисленных холдов. Поговаривали даже о постройке в будущем еще одного,седьмого Вейра. Но это будет еще очень не скоро - Морете, видимо, этим вопросом заниматься не придется.

Поправив на шее золотой, украшенный камнями обруч, Морета одела роскошные и очень тяжелые браслеты. Юноша со светло-зелеными глазами - это точно Алесан. Она частенько видела его после окончания Падения во главе отряда огнеметчиков. Несмотря на его скромность и безукоризненную корректность поведения, присутствие Алесана всегда чувствовалось. Даже ради спасения собственной жизни Морета не смогла бы также ясно припомнить хотя бы еще одного из сыновей Лорда Лифа. И это несмотря на то, чтовсе они куда больше походили на своего отца, чем на своих матерей.

Сегодня Лорд Алесан проводил первое Собрание с тех пор, как Совет Лордов холдов в начале Оборота подтвердил его наследование высшей власти в Руате. Нечасто выпадабт выходные, в которые при этом стоит хорошая погода и не падают с небес прожорливые Нити.

- Раз одновременно проводятся два Собрания, то я полечу на Собрание в Исту, - заявил этим утром Морете Ш"гал. - Вчера я сказал об этом Алесану, и он, похоже, не слишком-то огорчился, - Ш"гал пренебрежительно хмыкнул. - На свои скачки он притвщил всех кляч, каких смог только раздобыть, так что ты получишь море удовольствия.

Ш"гал не одобрял самозабвенного увлечения Мореты скачками.После брачного полета Орлих и Кадиха, на тех редких Собраниях, где он оказывался вместе с Моретой, Ш"гал всегда портил ей удовольствие от излюбленного зрелища.

- Я буду наслаждаться солнцем и морскими деликатесами, - продолжал Ш"гал. - Лорд Фитатрик всегда готовит гостям отменнейшее угощение. Могу только надеяться, что в Руате ты проведешь время не хуже.

- У меня никогда еще не было повода жаловаться на гостеприимство Руата, - что-то в тоне Ш"гала заставило Морету броситься на защиту холда.

Ш"гал восхищался Лордом Лифом, но не новым властителем Руата. Морета не всегда соглашалась с порой поспешными суждениями Продводителя Вейра. Она лучше немного подожлет и сложит свое собственное мнение об Алесане.

- Кроме того, я обещал Лорду Ратошигану отвезти его в Исту.Он вовсе не хочет ехать на Собрание в Руат. Ему не терпиться поглядеть на новое диковинное животное, которое будут показывать в Исте.

- Животное?

- я думал ты знаешь, - Ш"гал сказал это таким тоном, словно Морета просто обязана была понимать, что он имеет в виду. - Моряки Морского холда Иген сняли его с дерева, плавающего посреди океана, в Великом Течении. Они никогда не видывали ничего подобного, и потому доставили этого зверя мастеру-животноводу в Керун.

- Ага, - подумала Морета, - так вот почему Ш"гал полагает, что она должна об этбм знать. Она и понятия не имела, с чего тот вообразил, будто ей ведомо все, творящееся в ее родном холде. Вот уже десять Оборотов, как она целиком и полностью занималась только Форт Вейром.

- Как я слышал, - добавил Ш"гал, - этот зверек из породы кошачьих. Возможно, какой-то вид из оставленных на Южном континенте.Весьмасвирепое животное. Лучше бы оставить его в покое.

- Учитывая, как в последнее время нам стали лосаждать пещерные змеи, смелый и весно голодный прелставитель семейства кошачьих нам бы очень даже мог пригодиться. Собаки не достаточно быстры.

Это замечание чем-то не понравилось Ш"галу, который бросив на Морету один из своих мрачных и таинственных взглядов, тут же вышел из Вейра.

Эта странная реакция на ее слова разозлила Морету. Уже не в первый раз оеа от всей луши желала, чтобы кто-нибудь другой, а не дракон Ш"гала Кадих догнал Орлих во время брачного полета. И как всегда, она тут же напоминала сама себе, что старый Л"мал считал Ш"гала одним из самых умелых ведущих боевого крыла. Л"мал всегда нравился Морете, а Лери очень хорошо отзывалась о нем как о партнере в правлении Вейром. Ш"гал молод, - снова и снова напоминала себе Морета, - сейчас Прохождения, а это не самое простое время принять предводительство Вейром. К тому же Ш"гал проигрывает в сравнении с более старым, но значительно более опытным Л"малом. Со временем Ш"гал научится и терпению, и пониманию. А пока он учится, Морета должна проявлять эти качества за двоих.

Морета накинула на плечи меховой плащ, и тяжелые юраслеты соскольнули с ее запястья к локтям. Их ей подарил старый Лорд Лиф за то, что она уничтожила Нити, угрожающие его драгоценным фруктовым деревьям. Для этого, правда, Морете пришлось подлететьк Нитям слишком близко, рискуя безопасностью Орлих. Благодаря ловкому маневру королевы Морете удалось огнеметом сжечь Нити прямо в воздухе. Тогда она была еще очень молода- ее только-только перевели в Форт Вейр из Исты, и ей не терпелось показать своим новым товарищам,как ловка и умна Орлих. Теперь она никогда не пошла бы на такой риск, хотя и не из-за воспоминания о разносе, учиненном ей тогдашним Предводителем Л"малом. Как он тогда разозлился! Как ругал ее за безрассудство! Подарок Лифа не стер пятна с ее совести и не принес ей прощения Предводителя. Но эти браслетыотличносмотрелись с ее новым платьем.

- Мы собираемся на Собрание или нет?-задумчиво поинтересовалась Орлих.

- Конечно, мы собираемся лететь на собрание, - ответила Морета и потрясла головой, отбрасывая нахлынувшие воспоминания.

Она отлично повеселится в Руате. Там теперь заправляют молодые друзья нового Лорда. Ш"гал упомянул, что все там так радовались избранию Алесана, что ему, мол, даже пришлось напомнить, что Нити не слишком располагают к веселью, и, что долг Лорда холда-ставить свои обязанности перед развлечениями.

- Может, это и к лучшему, что Ш"гал решил отправиться в Исту, - сказала Морета Орлих. - И не только сам туда улетел, но и прихватил с собой Лорда Ратошигана.

Сама себя Морета уже успела в этом убедить.

- Они с Кадихом неплохо проводят время, - благодушно заметила Орлих, вслед за своей всадницей выходя из Вейра.

Орлих остановилась у выхода из пещеры и оглядела Чашу Вейра. Большинство скальных уступов, на которых обычно грелись на солнце драконы, были сейчас пусты.

- Они что, уже все улетели? -удивленно спросила Орлих,вытягивая шею, чтобы получше рассмотреть лежащую в тени западную частьЧаши.

- Когда проходят сразу лва Собрания? Ну, разумеется. Надеюсь только, мы не опаздаем к началу скачек.

Орлих сонно смежила свои огромные фасетчатые глаза.

- Вечно ты со своими скачками...

- Да ты же глазеешь на них с не меньшим удовольствием, чем я! Вот только видно тебе обычно все гораздо луяше. Не волнуйся. Наблюдать за скачками - это здорово, но верхом я езжу только на тебе.

Успокоенная шутливыми заверениями своей наездницы, Орлих присела, отставив лапу так, чтобы Морета могла без труда забраться на свое обычное место - ложбинку между двумя последними гребнями на спине чуть выше плеч. Усевшись, всадница аккуратно расправила свои юбки и плотно запахнулась в плащ. Ничто на всем белом свете не сможет согреть ее в ужасающем холоде Промежутка, но перелет длится всего несколько мгновений - это способен вынести практически кто угодно.

Орлих прыгнула вниз. Хоть и готовящаяся вскоре отложить яйца, она не уподоблялась ленивым драконам, падающим почти до земли, прежде чем распахнуть крылья. Старая королева Холт протрубила прощание, дежурный дракон приветственно расправил могучие крылья, закрыв ими Звездные Камни на вершине. Его всадник вытянул руку в салюте. Морета помахала ему в ответ.

Орлих поймала воздушный поток, спускающийся вдоль продолговатой Чаши - кратера потухшего вулкана, ставшего домом для Вейра. Давным-давно,много Оборотов тому назад,со склона сошел мощный оползень, обрушивший в озеро юго-западную часть Вейра. Каменщики очистили озеро и построили вдоль его берега огромную стену, но восстановить заваленные пещеры и Вейры им было не под силу. Ничто не могло восстановить симметричность гигантской Чаши.

- Осматриваешь свой Вейр? - спросила Морета у лениво парящей Орлих.

- С высоты все видится в подобающей перспективе. Все в порядке.

Вой ветра заглушил смех Мореты, которой внезапно пришлось крепко вцепиться в, предназначенные для этого, кожанные ремни.Орлих постоянно поражала свою наездницу невесть чем вызванными глубокомысленными заявлениями. Когда же Морете действительно требовался совет, то королева могла заявить, например, что из всех всадников понимает одну Морету. Можно было не сомневаться, что Орлих не удержится от того, чтобы не поделиться своими взглядами на жизнь Вейра вообще,на боевой дух крыльев, не расскажет последние новости о драконе Предводителя Катихе. О Ш"гале она была куда более молчалива. Но во прошествии двадцати Оборотов симбиоза с золотой Королевой, Морета научилась так же много понимать из молчания Орлих и ее уклонений от ответа, как ответа, как и из ее чистосердечных замечаний. Летать на королеве всегда было непростым делом. А быть Госпожой Вейра, как Лери не раз говорила Морете, значило удвоить как славу, так и кошмары. Следовало равно принимать и хорошее, и плохое и не злоупотреблять Феллисом.

Морета представила себе высоты холда Руат с их уникальным узором огненных канав, маяков и западным смотровым валом.

- Вези нас в Руат, -приказала она Орлих и крепко сжала зубы, готовясь к невообразимому холоду Промежутка.

Черный, черный, еще чернее,

Тут мерзнет огонь и всякий пыл,

И здесь для жизни всего ценнее

Короткий взмах драконьих крыл.

Морета частенько вспоминала слова этой старой песни - словно талисман против леденящего кровь путешествия. От Форт Вейра до Руата было совсем недалеко, и Морета успела добраться только до "мерзнет", когда солнце уже весело светило на них с Орлих и на огненные высоты холда под ними. На вершине скалы расселась стая драконов,целых несколько крыльев. Они громогласно приветствовали появление в воздухе золотой королевы. "Драконы так редко встречаются ради удовольствия", -подумалось Морете. И во всем виноваты Нити. Скоро, очень скоро... Еще восемь Оборотов, и...

Королева плавно спускалась, и по узорам шрамов на телах и крыльях Морета узнала некоторых драконов своего и других Вейров.

- Бронзовые из Телгара и Плоскогорья, -сообщила Орлих, самостоятельно разобравшаяся кто есть кто, -коричневые, голубые, зеленые. Но Бенден был здесь и уже улетел. Нам следовало появиться чуть раньше, -в словах Орлих слышались жалобные нотки: королева была неравнодушна к бронзовому из Бендена по имени Тузух.

- Извини, дорогая, но у меня было много дел.

Орлих фыркнула. Она начала кружить, спускаясь к скалам. Приготовившись к посадке, Морета покрепче ухватилась за ремни. Но Орлих, проскользнув над утесами, планировала вдоль окруженной лотками торговцев и запруженной толпами празднично одетых людей дороги. Внезапно Морета поняла,что королева собирается приземлиться на пустой площадке для танцев, вокруг которой располагались столы со скамейками для гостей и праздничные флаги.

- Я не забыла, что теперь мы самые старшие, -заявила Орлих, - и что Госпоже Форт Вейра полагаются полные почести холда.

С необыкновенной точностью Огромный дракон приземлился на площадке: гигантские крылья подняты к верху, чтобы не поднимать ветра. Флаги все равно яростно захлопали, но пыли с тщательно выметенной площадки поднялось совсем немного.

- Отлично сработано, моя любимая, -похвалила Морета, ласково почесывая гребень своего "скакуна".

Она покосилась на внушительный утес, увенчанный сейчас десятками греющихся на солнце драконов. На утес, в котором спрятался Руат. Из открытых окон холда свисали праздничные знамена и пестрые ковры. А во дворе под открытымнеблм были расставлены столы и стулья так, чтобф знатные гости могли с комфортом обозревать и прилавки многочисленных торговцев, и площадку для танцев. Морета быстро глянула в другую сторону - на равнину, туда, где вскоре состоятся скачки. Чрко раскрашенные столбы пока еще установлены не были: значит она ничего не пропустила.

Все Собрание замерло, наблюдая за посадкой Орлих. Теперь понемногу собравшиеся снова стали шевелиться. Толпа расступилась, пропуская вперед черноволосого юношу.

- Смотри, -услышала Морета мысли своей королевы, -Идет Лорд этого холда.

Перекинув правуб ногу через шею Орлих и собрав юбки, Морета приготовилась спешиться. Она поглядела на приближающегося к ней молодого человека. То, что она могла рассмотреть, совпадало с ее воспомираниями о светлоглазом сыне Лорда Лифа. Он шел , уверенно расправив плечи, широкой свободной походкой, не ленивой, но и не слишком торопливой.

Подойдя почти вплотную, он остановился и низко поклонился Орлих, которая склонила голову, отвечая на приветствие. Затем, пристально глядя на Морету, он шагнул вперед, чтобы помочь ей спуститься на землю.

Его светло-зеленые глаза, такие необычные для человека со столь смуглой кожей, неотрывно смотрели на всадницу. Его взгляд был таким же беспристрастным и официальным, как и руки, подхватившие Морету. Он осторожно поставил ее на землю и поклонился. Морета не могла не обратить внимания, ято его пышная шевелюра сегодня была аккуратно подстрижена.

- Госпожа Вейра, добро пожаловать в Руат. Я уже начинал подумывать, что Вы с Орлих не прилетите.

- Я хочу передать Вам сожаления Предводителя Вейра, что он не смог прибыть в Руат.

- Он высказал их еще вчера, -снова поклонился Алисан, -Это Ваши, Госпожа, сожаления мы были бы крайне огорчены принять... Орлих выглядит просто великолепно, -добавил он с неожиданной теплотой в голосе, - особенно для королевы, готовящейся отложить яйца.

Орлих заморгала своими многоцветрыми глазами, не меньше Мореты удивленная тем, как строго Алисан придерживается традиций. Морета никак не ожидала услышать столь светскую речь из уст такого молодого человека -хотя Лорд Лиф наверняка позаботился обучить своего наследника всем правилам приличия и самым изысканным манерам. Кроме того, она всегда юыла готова говорить об Орлих.

- Моя королева замечательно себя чувствует, -ответила Морета, и она всегда отличалась этим необыкновенным оттенком золотого.

Ответ Мореты отличался от традиционного и Алисан несколько растерялся.

- Некоторые драконы такие светлые, что они ближе к светло-желтому, чем к золотому. А другие так темны, что с успехом могли бы соперничать с бронзовыми. И все равно, -Морета скажущимся беспристрастием оглядела Орлих, -эта королева не классического оттенка.

- А что, -хмыкнул Алисан, -оттенок имеет какое-нибуль значение?

- Для меня, разумеется, нет. Пусть бы Орлих была даже зеленовато-золотой, мне все равно. Она моя королева, а я ее всадница.

Морета покосилась на Алисана, не зная, насмехается тот над ней или нет. Но в светло-зеленых глазах молодого Лорда читалось только вежливое любопытство.

- И самая старшая в Форт Вейре, между прочим, -улыбнулся Алисан.

- Так же, как и ты - Лорд Руата.

Морете казалось, будто за невинными словами Алисана кроется нечто невысказанное. Может, Ш"гал обсуждал свою Госпожу Вейра с молодым Лордом?

- Орлих?

- Скалы так приятно согрелись на солнце... -уклончиво ответила королева, поворачивая огромнуб голову к своей наезднице. В ее фасетчатых глазах светилось нетерпение.

- Ну и лети себе, ралость моего сердца, -Морета любовно похлопала Орлих по плечу и, спрыгнув на землю, вместе с Алисаном пошла прочь.

Когда Морета и Алисан сошли с танцевальной площадки,Орлих подпрыгнула в воздух -огромные крылья взметнулись вверх, опустились, едва не задев землю. Медленно набирая высоту, королева полетела в сторону отвесных скал холда Руат. До Мореты донеслись взволнованные крики - Орлих пронеслась буквально навд самыми головами столпившихся у прилавков людей.

- Ты, надеюсь,знаешь, что делаешь, любовь моя? -тверло,но спокойно поинтересовалась Морета, -Сейчас не самое лучшее время для акробатики - тебе же скоро откладывать яйца.

- Я просто хотела показать, на что способна золотая королева. Мне это ничуть не повредит, а им только пойдет на пользу. Видишь?

Орлих абсолютно точно рассчитала свой полет, хотя на мгновение Морете казалось, будто та вот-вот врежется в скалу. Но, с легкостью взмыв над утесом, золотая королева круто развернулась, практически на кончике одного крыла, и уверенно приземлилась на самой вершине, прямо над главным входом в холд. Она аккуратно сложила крылья на спире и блаженно улеглась на теплый камень.

- Кокетка! -беззлобно пожурила ее Морета. - она уютно устроилась, - сказала она, обращаясь к Лорду Алесану.

- Я слышал, что Орлих славится рискованными полетами, -ответил молдой Лорд,покосившись на украшающие запясья Мореты драгоценные браслеты.

Значит, Алесан знает их историю.

- Лишний козырь во время Падения Нитей.

- Сейчас Собрание, - напомнил Алесан.

- И где, как не здесь, можно продемонстрировать ловкость,мастерство и красоту? -Морета показала на ярко изукрашенные прилавки, богатые разноцветные туники собравшихся на праздник людей.

Тепло полуденного солнца заставило Морету забыть холод Промежутка.

- Пойдемте, Лорд Алесан, -сказала она, беря молодого Лорда под руку, -забудем обо всем неприятном на этом первом Собрании, которое Вы проводите как Лорд этого холда, и на моем первом выходе в свет после зимнего солнцестояния.

Они подошли к дороге и расположенным вдоль нее прилавками, где толпы людей разглюдывали товары, шумно и весело торгуясь с продавцами. Морета улыбнулась Алесану, словно подтверждая свое намерение хорошо провести время. Тот недоуменно поглядел на нее, растерянно заморгал и нахмурился. А потом ответная улыбка заиграла на его лице, сменив выражение дежурной почтительности.

- Леди Морета, боюсь, я не унаследовал от своей матери ее достоинств.

- А как насчет недостатков твоего отца?

- У моего отца, Лорда Лифа, не было недостатков, -не задумываясь ответил Алесан, но в его глазах Морета заметила искорки веселья - чувство юмора, похоже, он от отца унаследовал.

- А что, скачки еще не начались?

Алесан от неожиданности даже споткнулся. Он настороженно покосился на Морету.

- Нет, еще не начались, -ответил он, -Мы хотели еще немного подождать - не все успели приехать.

Теперь пришла очередь Мореты настороженно коситься на Лорда Алесана. Неужели он не одобряет скачки?

- Я вижу собралось уже много зрителей. Сколько всего заездов вы собираетесь провести?

- Мы запланировали десять заездов, хотя к нам приехало и меньше, чем мы рассчитывали. Леди Морета, вы любите скачки?

- Я выросла в Керуне, в холде, где разводят лошадей. И я,Лорд Алесан, на всю жизнь сохранила к ним свою любовь.

- Значит, Вы знаете на кого надо делать ставки?

- Лорд Алесан, -сказала Морета нарочито небрежным тоном. -Я никогде не играю на скачках. Зрелище отлично прошедшего заезда доставляет мне удовольствие. Этого мне достаточно.

Ее спутник, похоже, все еще колебался, и потому Морета решила переменить тему разговора.

- Мне кажется, мы прозевали прибытие гостей с востока.

- Предводитель и Госпожа Вейра Бенден только что улетели, - глаза Алесана горели гордостью, что он только что принимал у себя столь знатных гостей.

- А я так надеялась с ними поговорить, -расстроилась Морета.

Она расстроилась совершенно искренне, но одновременно испытала и огромное чувство облегчения. Предводителю Бендена вовсе не нравилось увлечение Орлих его бронзовым Тузухом. Как, впрочем, и самой Морете. Подобные симпатии между драконами из разных вейров, хороши для молодых, но не старших королев Вейра.

- А Лорд холда Бенден тоже прилетел?

- Да, -радостно ответил Алесан. -с Лордом Шадером у нас уже состоялась хоть и весьма краткая, но очень теплая беседа. Очень теплая. Не часто Западу и Востоку удается встретиться. А ты знаешь Лорда Шадера?

- Познакомилась, когда была в Вейре Иста, -кивнула Морета,улыбаясь Алесану, -ведь Лорд Шадер, единодушно считался самым популярным Лордом холда на всем Перне. -Жаль, что мне не удалось прилететь пораньше, -Морета вздохнула, -А кто еще здесь?

- В настоящий момент, -едва заметно нахмурился Алесан, - на Собрании присутствуют жители холдов и мастера холдов Руат, Форт, Кром, Тилек и Плоскогорье. Кое-кому пришлось проделать неблизкий путь, чтобы попасть сюда. И все рады хорошей солнечной погоде, -Алесан окинул взглядом забитые народом торговые ряды, отметив про себя, как бойко там идет торговля. -Лорд холда Тилек, наверно, прилетит немного позже, вместе с Предводителем Вейра Плоскогорье. Лорд Толокамп приехал пару часов тому назад и сейчас переодевается.

Морета сочувственно поглядела на Алесана. Лорд Толокамп был энергичным и весьма назойливым. Он стремился высказать свое мнение по любому без исключения вопросу, словно разбирался во всем и вся. А так как он был, к тому же, начисто лишен чувства юмора, то разговаривать с ним было трудно и очень-очень скучно. Морета старалась, насколько это возможно, избегать встреч с Лордом Толокампом. Но теперь, когда она стала Госпожой Вейра, это становилось все труднее и труднее.

- И сколько он привез с собой дам на сей раз?

- Пять, -подчеркнуто невозмутимо ответил Алесан. -Моя мать,Леди Ома, всегда рада встрече с Леди Пендрой.

Морета с трудом удержалась, чтобы не рассмеятся. Весь Перн уже знал, что Леди Пендра старается женить Алесана на одной из многочисленных дочек, племянниц или кузин. Суриана, молодая жена Алесана, трагически погибла в прошлый Оборот. Тогда Лорд Лиф не стал заставлять своего сына немедленно жениться снова - многие расценили это как свидетельство того, что Алесану не бывать наследником старого Лорда. Так как девушки холде Форт славилсь умелыми руками, но не отличались красотой, Морета не думала, что у них есть шансы заполучить Алесана. Тем не менее, если Лорд Руата хотел, чтобы его род остался у власти в холде, то ему не следовало особенно затягивать с новой женитьбой.

- Госпоже Вейра Форт доставит удовольствие видеть Лорда Алесана женатым на дочери Лорда холда Форт? -сухо поинтересовался Алесан.

- Возможно, он сможет найти себе пару и получше, -не менее сухо отозвалась Морета и расхохоталась. -Извини. Я понимаю, это не тема для веселья, но если бы ты только слышал себя со стороны.

- И что же я такого сказал? -спросил Алесан с озорным блеском в глазах.

- Не что, а как! Ты говоришь, как человек которого отчаянно тащат туда, куда ему до смерти не хочется идти. Послушай, это же твое первое Собрание. Ты должен веселиться.

- А ты мне поможешь? -на его лице появилось хитрое сыражение.

- Как?

- Ты моя Госпожа, -его лицо приняло почтительное выражение. -Раз Ш"гал не сопровождает тебя, значит, эта обязанность ложиться на мои плечи.

- Ты не можешь потратить на меня все свое время, -возразила Морета.

Она сказала это, и тут же поняла, что как раз этого ей бы и хотелось.

- Ну, хотя бы большую его часть... -с надеждой в голосе взмолился Алесан -странное сочетание с горящими озорством глазами и хитрой ухмылкой на губах. -Я знаю свои обязанности, но...

- Здесь собрались девушки со всего ...

- Да, я знаю. Ради меня провели настоящий поиск.

- Ну, а как ты думал. Особенно теперь, когда ты стал весьма подходчщим женихом? Очень и очень перспективным.

- Суриана любила меня, а не мои перспективы, -пустым, бесцветным голосом отозвался Алесан, -Конечно, когда мы с ней вступали в брак у меня не было ровным счетом ничего, так что мы могли поступить как нам заблагорассудится. Что мы и сделали.

Так вот, значит, почему Алесану позволили отложить новую свадьбу. Морета никогда не думала, что Лорд Лиф способен был проявить тактичность в таком важном для него вопросе.

- Тебе повезло больше, чем другим, -сказала она, испытывая странную зависть к молодому Лорду.

С тех пор, как она Занечатлела Орлих, она начисто лишилась выбора. Они с Орлих... Их любовь способна была заменить собой все остальное - в том числе и любовь к другому человеку.

- Я прекрасно понимал, как мне повезло.

В одном этом тихо сказанном предложении Алесан умудрился не только передать всю свою горечь своей потери, но и показать понимание того, что ему надлежит исполнить все обязанности, сопряженные с его новым положением. "Интересно, -подумала Морета, -и чего Ш"гал его невзлюбил..."

Они шли мимо пролавков. Морета с наслаждением вдыхала пряные ароматы жарящегося мяса и сладких фруктовых пирогов, благоухание выставленных на продажу духов и разнообразных снадобий, запахи, долетавшие из палатки стеклодувов и от прилавка с хорошо выделанными кожами, и, конечно, запах человеческого пота. В воздухе чувствовалось радостное оживление.

- В рамках подобающих Собранию приличий ты можешь стать моим партнером на этот день. Если, конечео, ты любишь скачки и танцы.

- Именно в таком порядке?

- Ну, раз скачки будут раньше танцев...

- Я так благодарен Вам, Госпожа, за Ваше милостивое соизволение! -его тон был издевательски-серьезным.

- Кстати, арфисты уже приехали или нет?

- Вчера... - нахмурившись ответил Алесан.

- Ну и здоровы же они поесть, правда?

- Они болтают. Без умолку. Их, однако, достаточно мрого, чтобы устроить здесь танцы до самого утра... А наш такой такой общительный Главный мастер арфистов тоже пообещал порадавать наше Собрание своим посещением.

Морета задумалась над словами Алесана. Теперь пришел ее черед хмуриться. Разве Алесан не любит Тирона? Главный мастер арфистов был здоровяком, голос которого - громкий жизнерадостный бас - отчетливо выделялся, где бы и с кем бы вместе он ни пел. Тирон предпочитал героические баллады и берущие за душу саги, наилучшим образом подчеркивающие его талант. В этом была его единственная слабость, и Морета, по правде сказать, никогда не считала это недостатком. С другой стороны, только недавно став Госпожой Вейра, она еще практически не сталкивалась с ним в роли Главного мастера арфистов Перна, как, несомненно, приходилось Алесану. Перспектива конфликта с Тироном Морете совершенно не улыбалась.

У него очень красивый голос, -осторожно сказала она. -А Мастер Капиам к нам приехал?

- Насколько я знаю, да.

"Клянусь яичной скорлупой..." -Морета не знала, что и подумать, услышав сухой ответ Алесана. За исключением Лорда Шрадера, их взгляды на Предводителей Перна явно не совпадали. Морета еще никогда не слышала, чтобы кто-нибудь недолюбливал Мастера Капиама. Может, Алесан винит того в том, что Капиам не сумел исцелить сломанный позвоночник его жены?

- Разве Орлих, в ее теперешнем состоянии, можно выделывать столь рискованные трюки? -громогласно вопросил незаметно подошедший Лорд Толокамп.

Судя по всему, он внимательно следил за Моретой и Алесаном, и потому сумел их перехватить.

- Орлих начнет кладку не раньше чем дней через десять, -сухо ответила Морета, раздраженная и самим вопросом, и тем, кто его задал.

- У этой Королевы отличный глазомер, -добавил Алесан. -Мы в Руате очень высоко ценим это ее умение.

Лорд Толокамп закашлялся, с опозданием прикрывая рот рукой. Он явно не понял, что Алесан имеет ввиду.

- Как только ей есть перед кем показать свое мастерство, -продолжала Морета, -Орлих просто не может удержаться. Она ужасно тщеславна. И, однако, она ни разу даже когтя не оцарапала.

- А, ну ладно, Морета, Леди Пенлра сейчас вон там, -заявил Толокамп со свойствнной ему тяжеловесным радушием. -Между прочим, Алесан, мне бы хотелось, чтобы ты получше познакомился с моими дочерьми.

- Сейчас, Лорд Толокамп, -ответил Алесан, -я должен получше познакомиться с Госпожой Форт Вейра. Мне придется сопровождать ее, так как Ш"гал не пристутствует на нашем Собрании. Ваши дочери, -Алесан покосился на девушек, о чем-то мирно беседующих с его помощниками, -похоже не очень-то скучают.

Толокамп начинал горячиться.

- Стаканчик вина, Госпожа Морета? Вот сюда... -и, подхватив Морету под локоть, Алесан быстро повел ее прочь от Лорда Толокампа.

Тот, несколько удивленный столь внезапным уходом его собеседников, остался стоять, растерянно глядя им вслед.

- я еще наслушаюсь от Толокампа о своем поведении, -вказала Морета.

- Тогда, пока еще не поздно, попробуй утопить свою печаль по этому поводу в вине из Бендена, которое я специально приказал охладить.

Он помахал одному из слуг и изобразил, будто наливает вино в стакан.

- Вино из Бендена? Да это же мое самое любимое!

- А я-то думал, что ты не равнодушна к вину из Тиллека.

- Я должна делать вид, -Морета состроила гримасу, -будто неравнодушна к нему.

- Я нахожу вина Тиллека несколько резковатыми. Там слишком кислая почва.

- Все так. Но именно Тиллек поставляет вина в Форт Вейр. А с Лордом Диатиссом всегда легче согласиться, чем спорить.

Алесан расхоотался.

Тут к ним подошел слуга с двумя резными кубками в руках и небольшим мехом вина. Оглядевшись, Морета заметила неуклонно приближающихся к ним Лорда Толокампа, Леди Ому и Леди Пендру в окружении своих дочерей. И в этот миг зычный голос глашатая возвестил о начале скачек.

- Нам не избежать встречи с Леди Пендрой, -покачала головой Морета. -Что мы теперь будем делать?

Но Алесан не отрываясь смотрел на размеченную для скачек трассу.

- У меня есть особая причина не пропустить первый заезд, -сказал он. -Если мы поторопимся...

Он показал на дорогу круто спускающуюся к равнине, на которой проводились скачки. Увы, на этом пути их поджидала неизбежная встреча с Леди Пендрой.

- Нам не избежать встречи с ней, -пробормотала Морета, -Разве что попросить помоще у Орлих. Но моя королева спит.

И тут Морета заметила леса у строящейся стены ы южной части двора стены.

- Почему бы нам не залесть туда? -спросила она, показывая на них.

- Отлично... Если только ты не боишься высоты.

Взяв Морету за руку, Алесан уверенно повел ее сквозь толпу. Они подошли к недостроенной стене. Передав Морете свой кубок, Алесан ловко запрыгнул на самый верх. Затем, встав на колени, принял от Мореты оба кубка и предложил ей руку.

На мгновение Морета заколебалась. Л"мал частенько поучал ее, как должна вести себя Госпожа Вейра, особенно там, где за ней могут наблюдать простые люди. Вполне возможно,что на нее подействовало устроенное Орлих представление. Каков Дракон, таков и наездник. Что действует на одного, действует и на другого. Прелестное, солнечное Собрание, именно то, что требуется для отдыха от тяжких трудов этого Оборота. Скачки и вино из Бендена, а потом еще будут и танцы. Морета, Госпожа Форт Вейра собиралась развлекаться на полную катушку.

- Ну и давно пора, -сонно заметила Орлих.

- Быстрее, -поторопил ее Алесан. -Лошади уже выходят на старт.

Морета повернулась к ближайшему стоящему у стены всаднику.

- Подсади меня, Р"лимак. Ладно?

- Морета!

- Да брось ты! Я хочу увидеть скаыки! -Морета расправила свои юбки. -Подсади как следует. Мне не хотелось бы ободрать себе нос из-за твоей стеснительности.

- Р"лимак явно вложил в толчок не всб своб силу - если бы ее не подхватили крепкие руки Алесан, Морета наверняка не удержалась бы наверху.

- Как он шокирован! -рассмеялся Алесан.

- И поделом! Наездники голубых бывают такими чопорными! - Морета взяла из рук Алесана свой кубок. -Какой прекрасный вид!

Увидав, что скачка пока еще не началась, она повернулась,наслаждаясь восхитительным зрелищем: Крутой спуск к равнине от подножия отвесной скалы, в которой располагался Руат, разукрашенные навесы торговых прилавков вдоль дороги, пустая площадка для танцев, раскинувшиеся вдалеке поля, окруженные стенами сады, а за ними - плавный спуск к реке Руат, вытекавшей из Ледяного озера высоко-высоко в горах. Сады, правда, стояли совершенно голые, а поля - грчзно-коричневые, но зато небо - светлое, яркое зелен-голубое, без единого облачка, и воздух волшебно теплый. Глянув на равнину, Морета увидела, что три скакуна из первого заезда задержались и еще даже не вышли на старт.

- Руат выглядит сегодня таким веселым, -заметила она, -Обычно, когда я здесь появляюсь, все сеавни наглухо закрыты и кругом ни души. А сегодня - совсем другое дело.

- Мы умеем веселиться, -ответил Алесан, не отрывая взора от линии старта. -Считается,что выбранное для Руата место - одно из самых лучших на всем Перне. Форт Холд пусть и древнее нас, но расположен, мне кажется, далеко на так удачно.

- Арфисты говорят, будто Форт Холд строился как временное убежище сразу после переселения с Южного Континента.

- Прошло всего лишь четырнадцать сотен Оборотов, и все еще временное убежище! В то время как мы, в Руате, всегда все плонировали наперед. Мы даже позаботились о месте для любителей скачек.

Морета весело улыбнулась молодому Лорду. Они оба явно сгорали от нетерпения в ожидании начала заезда.

- Смотри! Наконец-то все готовы!

Придя на помощь устроителчм скачек, легкий ветерок сдул поднятую лошадьми пыль, открыв зрителям ряд выстроившихся на старте скакунов. Морета увидела, как упал красный флаг, и гонка началась. У мореты даже дух захватило при виде рванувшихся вперед коней.

- Это спринт? -спросила она у Алесана, пытаясь одновременно разглядеть в мелькании ног, голов и крупов, кто же идкт впереди.

Скакуны мчались такой тесной группой, что было просто невозможно различить ни цвета шляп их всадников, ни цвета полос на седлах.

- Спринт, -ответил Алесан, прикрывая глаза ладонью от солнца. - Как обычно.

- Отличное поле для скачек. Просторное и... Мне кажется, лидер несет цвета Руата!

- Я надеюсь, что это так! -в волнении воскликнул Алесан.

Крики, радостные и ободряющие, раздавались вокруг; долетали с равнины от столпившихсб вдоль скакового круга зрителей.

Форт догоняет! -заметила Морета, когда второй скакун оторвался от основной группы. -И очень быстро!

- Нам надо только удержать дистанцию! -в словах Алесана звучали одновременно и мольба и угроза.

- Твой конь ее удержит!

Алесан недоверчиво покосился на спокойную, уверенную в победе, Морету. Он буквально дрожал от волнения вплоть до того момента, когда кони пересекли финишную черту.

- Победа! -воскликнула Морета.

- Ты уверена?

- Ну, конечно. Ты победил! Ты сам вывел этого скакуна?

- Да, да, сам! И он победил! -Алесану словно хотелось, чтобы Морета снова и снова подтверждала его успех.

- Конечно, победил. Твой конь обошел ближайшего соперника почти на два корпуса, если я только ещене совсем ослепла. А со зрением у меня пока что все в порядке. Особенно во время скачек. За твоего чемпиона! -и она поднесла кубок к губам.

- Мой чемпион! -в его голосе звучала какя-то свирепая гордость, но в глазах светился скорее вызов, чем торжество.

- Хочешь, я пойду с тобой на финиш? -предложила Морета.

Я вполне могу насладиться этим моментом и здесь, в твоем обществе, неожиданно весело заявил Алесан. -Ты мне ничем не помешаешь. -И ухмыльнувшись добавил, -Там сейчас Даг. Это мой конюх, и победа в равной степени принадлежит нам обоим. Не хочу его сейчас отвлекать. К тому же, не подобает Лорду Холда, проводящему Собрание, прыгать от радости как последнему дурачку из-за какой-то там победы в спринте.

Морета решила, что это признание Алесана в его мальчишеской радости веслма мило.

- Но ведь это наверяка не первая твоя победа?

- По правле сказать, первая, -Алесан оглядывался по сторонам и, заметив слугу, жестом приказал тому принести еще вина. -Выведение новых пород, отличающихся некоторыми особыми свойствами - такое задание дал мне восемь Оборотов тому назад мой отец, Лорд Лиф. -Теперь Алесан говорил уже спокойнее, хотя в его голосе все еще слышались торжествующие нотки. -Древняя традиция Перна - селекция в животноводстве.

- Восемь Оборотов тому назад? -Морета испытующе посмотрела на Алесана. -Если ты занимался селекцией целых восемь Оборотов, то наверняка, это уже не первая твоя побела на скачках.

- Первая, -покачал головой Алесан. -Лорд Лиф хотел, чтобы я вывел породу, отличающуюся повышенной выносливостью к дальней перевозке грузов. Причем такуую, чтобы не слишком много ела.

- Больше работы от меьшего количества животных, при этом еще и экономя на их проипитании? -Морета без труда могла поверить в такую мечту старого Лорда. Она поглядела на Алесана с неволным уважением. -И занимаясь подобной работой ты вывел навую породу скакунов на короткие дистанции?

- Не специально, -Алесан печально улыбнулся. -Наш победитель произошел от тех, кого отбраковывали в ходе основной селекции. Это крепкие, сильные, работящие лошади, но слишеом маленькие и с очень тонкими костями. Они мало едят и не способны к длительным усилиям. Короткий, бурный всплеск энергии - и все. Например, проскакать дистанцию в пятьдесять длин дракона. Но на больше. По правде сказать, уже девяносто длин им просто не по силам. Но дайте им полчаса передохнуть, и они способны снова мчаться, как наш недавний победитель. А живут они очень долго. Это Даг первым распознал в них отличный потенциал для скаковой лошади.

- И, разумеется, ты не мог выставлять скакунов на скачки, пока был жив твой отец, -думая о хитростях Алесана, Морета даже захихикала.

- Да уж... -ухмыльнулся Алесан.

- Мне кажется, ты сегодня должен был здорово выиграть на ставках - никому неизвестная лошадь, в свой самый первый заезд.

- Надеюсь, что так. Особенно учитывая, сколько мы готовили этого проклятого скакуна как раз для такого случая.

- Мои самые искренние поздравления, Лорд Алесан! -салютуя, Морета подняла заново наполненный бокал. -За то, что ты умудрилсб перехитрить Лорда Лифа и выиграть свою первую скачку на самом первом своем Собрании. Ты не просто коварен, ты прямо-таки опасен для всех играющих на скачках.

- Если бы я только знал, что ты любишь скачки, я бы сказал тебе, на кого ставить...

- Я люблю смотреть на скачки, а не играть на них. В следующий раз ты выставишь свое новое чудо на Собрании в Форте?

- Учитывая его возможности, я мог бы выставить его еще сегодня, в последнем заезде. И победа была бы нашей. Но это невежливо по отношению к гостям. -Мечтательное выражение лица Алесана лучше всяких слов говорило, что не будь он Лордом Холда, проводящим Собрание, ничто на свете не удержало бы его от подобной шутки. -Пока же большинство зрителей сочтут эту победу простой случайностью. Только на одну такую скачку и способен, ничуть не удивлюсь... -Алесан очень похоже изобразил голос завзятого лошадника, ворчливого и скептически настроенного. -Ну, а пока они так думают, мы побываем на всех Собраниях, на какие только сможем попасть. Мне нравиться выигрывать. Для меня это весьма непривычное ощущение - побеждать.

Прямота и откровенность Алесана поразила Морету.

- Ты уверен, что твой отец ничего не знал о том, чем вы с Дагом занимаетесь? Лорд Лиф всегда казался мне человеком, отлично осведомленном обо всем, что твориться в его холде; да что там, на всем западе.

- Знаешь, -после некоторого раздумья ответил Алесан, пристально глядя на Морету, -я ничуть не удивлюсь, если он и вправду прознал о нашем маленьком проекте. Мы с Дагом принимали все меры предосторожности. Мы, как нам казалось, были исключительно осторожны и предусмотрительны. Никто, мы думали, не может узнать нашей тайны, -Алесан покачал головой. -Ты не поверишь, на что мы шли..., но, возможно, ты и права. Старый Лорд мог знать.

- Я не думаю, чтобы он назвал тебя своим наследником только по результатам твоей работы по селекции. Чем ты еще занимался?

- Вейру принодлежит моя преданность, -в ответ подмигнул ей Алесан, -но не мои тайны.

- Ну, одну из них я уже узнала. Не могу ли я... - она запнулась, только тут заметив, что за их веселой беседой пристально наблюдают со стороны.

Почему бы ей не смеятся на Собрании? Она сурово посмотрела на Р"лимака, и голубой всадник отвернулся.

Заметив, как изменилось выражение лица Мореты, Алесан огляделся и вполголоса выругался.

- Даже на недостроенной стене на виду у всего Собрания! - ?звительно прошептал он и снова выругался, увидев приближающегося к стене Лорда Толокампа окруженного женщинами.

- Клянусь яичной скорлупой! - воскликнула Морета. - Я не позволю, чтобы мне ипортили скачки пустой болтовней иглупыми намеками. Послушай, вон с того возвышения на поле нам будет видно ничуть не хуже, чем отсюда.

Не дожидаясь ответа, она подобрала юбки и начала осторожно спускаться по куче камней, сложенных около стены.

- И не забудь по дороге раздобыть еще один мех белого вина!

- Осторожнее! - воскликнул Алесан, одновременно призывно махая рукой слуге, разносящему вино. - шею сломаешь! - прежде, чем кто-либо успел понять, что, собственно говоря, происходит, последовал за Моретой.

Скользя по камням , Морета и Алесан без приключений добрались до дороги. А оттуда, огибая стойла, роспешили через поле к замеченному сверху возвышению. Заметив, что ее юбки непрерывно цепляются за репейники, Морета подобрала их повыше.

- Вот уж совсем не подобающее твоему положению поведение, - покачал головой Алесан.

Сам он внимательно следил, куда становятся его обутые в элегантные туфли ноги.

- Это же Собрание. Неформальная, непринужденная атмосфера...

- Я бы не сказал, что ты одета неформально и непринужденно, - заметил Алесан, подхватывая под локоть споткнувшуюся Морету. - Это платье явно не предназначено для лазанья по стенам и пролезания через кусты. Ага! Вот мы и на месте... - Он остановился. - И вот перед нами во всей своей красе открываются и старт, и финиш. Позволь мне наполнить твой бокал.

- С удовольствием, - Морета подняла свой кубок.

- И почему только я не знал, что Госпожа Форт Вейра так любит скачки, что ради них готова покинуть уют двора у входа в холд со столиками для почетных гостей.

- Я была на всех Собраниях в Руате за последние лесять Оборотов...

- Там, наверху, - Алесан показал на дворик.

- Разумеется! Как мне и положено по рангу. Л"малу очень бы не понравилось, если бы я стала разгуливать возле ограждения трассы.

- То есть там, где я обычно и находился, - усмехнулся Алесан.

- Учился выращивать чемпионов?

- Ну, конечно, нет! - воскликнул Алесан с видом оскорбленной невинности. - Прелполагалось, что я стремлюсь вывести выносливых лошадей, а вовсе не быстрых. Во время Собрания в мои обязанности входило помогать нашему распорядителю скачек, Норману.

Морета снова подняла кубок.

- За человека, который не сдался и выиграл свою скачку!

Оценив намек, Алесан улыбнулся тонкому комплименту. Их глаза встретились. Морете все больше и больше нравился новый Лорд холда Руата, и не только потому, что им обоим нравились скачки. У него был непривычный, живой ум, совсем не такой как у Лордов других холдов, например, Толокампа, Ратошигана или Диатиса. Он обладал чувством юмора, с ним было интересно, и если к тому же и хорошо танцует, то вполне возможно, она не удержиться и монополизирует его на этот вечер.

Отрвав взор от светло-зеленых глах Алесана, Морета посмотрела наверх, где как раз в этот момент появились два новых дракона. Затем, переведя взор на устровшуюся прямо над главным входом в холд Орлих, Морета подумала, как хорошо золото ее королевы сочетается с занавесками на самом верхнем окне. Смущенная, Морета отвернуласяь, и только тут заметила, что Алесан по-прежнему пристально смотрит на нее.

- Привычка, - пожала плеыами Морета.

- Проведя вместе двадцать Оборотов, наверняка...

- Ты уже привык к тому, что стал Лордом Руата?

- Еще нет. Но ведь я же только... - Алесан запнулся, глядя на счастливую улыбку Мореты. - Даже после двадцати Оборотов?!

- Смотри! Флаг нового заезда! - наездница поспешила отвлечь молодого Лорда.

Лишь наездник дракона мог понять связь, возникающуюся вовремя Запечатления. Это было маленькое чудо. Очень личное чудо.

Глава 2

Холд Руат, 3.10.43

Второй заезд был на более длинную дистанцию, чем первый. И скакунов в нем участвовало несколько больше, чем в первом.

- Ты выставил кого-нибудь на этот заезд? - поинтересовалась Морета, когда кони, поднимая клубы пыли, ушли со старта.

- Нет. В результате селекции мы вывели только длинноногих спринтеров и массивных тяжеловозов. Но один из жителей нашего холда выставил на эту скачку весьма сильного скакуна - его цвета синий с красным. Впрочем, все равно ничего не разглядеть.

Кони не прошли еще и четверти дистанции, когда вдруг один из них в середине основной группы упал, сбив с ног еще двух. Морета затаила дыхание, мысленно моля коней поскорее подняться. Она никогда не могла видеть завал без волнения. Два коня встали: один одурело тряся головой, другой - уже без своего жокея, испуганно помчался прочь. Но третий даже и не пытался подняться.

Подобрав юбки, Морета побежала к упавшему скакуну.

- Он не должен был упасть!.. Орлих!

- Слишком плотная группа. Вот и споткнулся, - озабоченный не меньше Мореты, Алесан бежал рядом с нею.

- Ну, не такая уж и тесная. И упал он вовсе не так, как если бы споткнулся...

Экономя дыхание, Морета замолчала, стараясь бежать побыстрее. Два жокея уже осматривали упавшего коня, а с линии старта к ним торопились конюхи.

- Орлих, что случилось? Почему он не встает?

Подбежав поближе, Морета увидела, как тяжело ходят бока лежащего на земле скакуна. Он лежал, уткнувшись носом в пыль, даже и не пытаясь подняться. А это было уже более чем странно. Скаковые лошади всегда прдпочитали стоять на ногах.

- Орлих, может он сломал ногу?

- Он не может отдышаться, - сказал один жокей другому. - И видишь, у него весь нос в крови.

- Наверно, падая, порвал какой-нибудь сосудик. Надо только поднять его на ноги, - второй жокей начал тянуть коня за узду.

- Орлих, просыпайся! Ты мне нужна!

- Ему давно уже следовало бы встать. Лорд Алесан! Леди Марета!

Первый жокей повернулся к ним, и Морета узнала Гелли, умелого скотовода и фанатичного любителя скачек.

- Он не может дышать, - сонно отозвалась Орлих, которую похоже не слишком радовало, что ее разбудили. - Его легкие полны жидкости.

Встав на колени у головы коня, Морета заметила, как раздуваются его ноздри, из которых теперь текла кровь. Она потрогала пульс - слабый и слишком неровный для коня, едва ли проскакавшего несколько длин дракона.

Вокруг них собралась толпа. Все наперебой кричали, что коня, дескать, надо поскорее поставить на ноги. Кто-то даже приготовился его поднимать. Жестом, не терпящим возражений, Морета велела им оставить несчастное животное в покое.

_ Ему нечем дышать, - пояснила она. В легкие не поступает воздух.

- Надо вскрыть ему дыхательное горло! У кого есть с собой нож?

- Поздно, - покачала головой Морета и закатив коню верхнюю губу, обнажила побелевшие десны.

Все собравшиеся здесь, так же как и сама Морета, прекрасно знали, что это означает. Конь умирал. Со стороны финиша донеслись радостные крики. Упавший конь тяжело, словно виновато, вздохнул, дернулся и затих.

- В жизни не видывал ничего подобного, - прошептал второй жокей. А я езжу верхом с тех пор, как впервые смог затянуть подпругу.

- Гелли, это ты скакал на нем? - спросил Алесан.

- Да. Маленькая любезность Вандеру. А то его жокей заболел. Я сел на него сегодня в первый раз. Казался спокойным, - Гелли задумался. Теперь, задним числом, я бы сказад, даже слишком спокойным. Я скакал в первом заезде, и его оседлали и подготовили без меня... Со старта он пошел отлично, с охотой!.. - в голосе Гелли слышались удивление, злость и отчаяние. Все сразу.

- Может, сердце не выдержало, - тоном знатока предположил один из зрителей. - Этакий внезапный приступ. Заранее нипочем не угадаешь. Только что был жив-здоров, и вдруг на тебе, бац - и крышка. С людьми тоже так случается.

"Но только при этом, - думала Морета, из носа кровь не течет."

- Ну, что тут у нас? - громко спросил чей-то голос. - Почему этот конь... А, Лорд Алесан! Не знал, что вы здесь. - В середину круга протиснулся распорядитель скачек. - Он мертв? Прошу прощения, Лорд Алесан, нам нужно очистить трассу для следующего заезда.

Алесан взял все еще не пришедшего в себя Гелли под руку. Морета, встав с колен, подхватила под другую. Вместе они повели его прочь сквозь расступающуюся перед ними толпу.

- Ничего не понимаю, - бормотал Гелли. - Совершенно ничего... Только теперь Морета заметила, что все еще держит в руке кубок. Она протянула его Алесану и тот, быстро развязав маленький мех с вином, наполнил кубок до краев. Морета протянула кубок жокею, который, не раздумывая, осушил его одним глотком.

- Гелли, что случилось? У него что, заплелись ноги?

Крепкий мужчина, одетый в цвета Руата, запнулся, увидев, кто сопровождает жокея. Прижимая ко лбу мокрое полотенце, он попытался поклониться одновременно и Алесану, и Морете, а в итоге чуть не упал.

- Гелли, что же все-таки произошло? Ох ты... - последнее он прошептал, увидев тележку, увозящую с трассы тело погибшего коня.

- Вандер, с тобой все в порядке? - спросил Гелли.

Он вернул Морете ее кубок и подошел к ошеломленному крестьянину. Поддерживая друг друга, они двинулись вслед за тележкой.

Морета и Алесан остались стоять, наблюдая, как траурная процессия растворяется в суматохе, окружающей скачки на Собрании. Кто тащил ведра с водой, кто еду, кто попоны. Крики и оживленные споры людей перемежались с ржанием лошадей.

- Я даже не могу припомнить болезни, которая приводила бы к столь быстрой смерти, - задумчиво сказала Морета.

- А я-то полагал, что конь всего-навсего оглушен из-за своего падения, и хотел заставить его встать на ноги, - покачал головой Алесан. Как ты сумела так быстро догадаться, что с ним случилось?

- Моя семья испокон веку разводила скаковых лошадей, - быстро пояснила Морета: вне Вейра мало кто знал, что Орлих часто помогает ей во врачевании.

- Я думал, что кое-что знаю о скаковых лошадях, но...

- Ну, если ты умудрился вывести спринтера, стремясь добиться максимальной выносливости, наверняка кое-что знаешь.

Тут мимо них провели двух скакунов, судя по виду - стайеров, и Морета следила за ними, пока кони не скрылись из виду.

- С этими, похоже, все в порядке?

- Вроде, так. Могут выходить на старт. И совсем не нервичают - даже не вспотели.

- Кстати, ты упомянула, что дескать, жеребец Вандера мог стать жертвой какой-то болезни. Я правильно тебя понял?

- У меня мелькнула подобная мысль, - кивнула Морета. - Но это очень маловероятно. Гелли говорил, что конь начал скачку с охотой. Не похоже на больного... Видимо, все-таки сердце.

- Знаешь, мне вовсе не нужны лишние проблемы. Особенно сегодня, во время моего самого первого Собрания. - Алесан нахмурился и придирчивым взглядом окинул ряды загонов с лошадьми. - Это наверняка просто случайность. Я знаю Вандера. Его холд лежит в одном дне езды к югу от Руата. Этого скакуна он готовил специально к нашему Собранию, - Алекс тяжело вздохнул. - Мы можетм пока взглянуть на остальных его коней. Если я правильно помню, то его табун должен стоять вон там... - и взяв Морету за руку, он повел ее направо.

"Если на старте конь был в порядке, - между тем думала Морета, - то как же могли его легкие так быстро наполниться жидкостью?" Она хотела было адресовать этот вопрос Орлих, но та уже снова уснула. Скаковые лошади волновали золотую королеву совсем не так сильно, как ее наездницу.

Внезапно Алесан крепко прижал Морету к себе - мимо них, выкатив глаза в предвкушении скачки, пронесся конь. Вслед за ним, держась на почтительном расстоянии от его копыт и что-то крича едва держащемуся в седле жокею, бежали два конюха. Морета с любопытстваом наблюдала за из действиями.

- Ну, и как? - раздался над самым ее ухом голос Алесана.

Внезапно осознав, что она все еще стоит, прижавшись к груди молодого Лорда, Морета сделала шаг в сторону.

- Ну, этот явно вполне здоров, - ответила она.

- А вот и загон Вандера. Насколько я помню, он заявил семь скакунов. Ты говорила, что родом из Керуна? Вот этого жеребца он приобрел там в прошлый оборот.

Засмеявшись, Морета позволила коню обнюхать ее ладонь. Она погладила его по голове, и чувствуя, что тот уже немного привык к ее рукам, пощупала ухо коня в поисках характерной для каждой породы татуировки.

- Нет, - она покачала головой, - этот конь не из моего холда.

Алесан ухмыльнулся. Он тем временем разглядывал остальных коней.

- Они все в хорошей форме, - сказал он. - Вандер прибыл сюда два дня назад. Он хотел, чтобы его кони как следует отдохнули перед скачками. Я с ним еще поговорю... Драконьи яйца!

- Крики и шум толпы наглядно свидетельствовали, что начался новый заезд. - Ну вот, еще один пропустили!

- я наблюдаю скачки только потому, что как благородной Госпоже Вейра, мне вообще-то не подобает лазить по стойлам да загонам. Чем, между прочим, я бы с огромной охотой и занималась все время. А теперь, раз уж мы здесь, не могу ли я поглядеть на твоего небывалого чемпиона? Мне почему-то кажется, что только чувство долга перед благородной гостьей, которую ты вызвался сопровождать, не дает тебе его проведать.

Радость и облегчение, вспыхнувшие в глазах Алесана, подтвердили догадку Мореты. Но только он показал, в какую сторону им следует идти, как к ним подошел невысокий мужчина с мощной грудной клеткой, мускулистыми руками и кривыми ногами наездника. Он улыбался до ушей.

- Лорд Алесан? Вы, наверно, ищете Визгуна?

- Так оно и есть, даг. Отлично сработано! Просто отлично! - Обняв конюха, Алесан весело похлопал его по плечу. - Великолепная скачка! Поистине замечательная!

Даг отвесил Морете холодный поклон.

- Вас надо поздравить с успехом, - сказала Морета и, не удержавшись, добавила, - мало кому удавалось обхитрить Лорда Лифа.

Удивление и испуг сменяли друг друга на лице ошеломленного Дага.

- Леди Морета, да я никогда... Я не...

- Леди Морета выросла среди скаковых лошадей, - рассмеялся Алесан, дружески похлопывая Дага по плечу, - Она одобряет ваши действия.

- Где же этот Визгун? Мне бы очень хотелось поближе взглянуть на этого чемпиона.

- Вот сюда, Леди. По правде сказать, он довольно невзрачен на вид, - начал Даг тоном истого лошадника. - Вот сюда, направо, если вам угодно. Я выводил его после скачки, пока он не остыл. А потом, Лорд Алесан, я растер его прохладной водой. Он ничуть не устал. Он мог бы снова... - Даг запнулся насторожено глядя на Алесана и Морету.

- Значит, он действительно настоящий жеребец? - спросила Морета, выводя Дага из затруднения.

- Да, - кивнул конюх. - Он выглядит таким тощим, что мне всегда удавалось убедить табунщика, что он слишком юн, или болен... в общем, что его пока не стоит оскоплять. Стоит, мол, немного подождать. А потом я тайком переводил Визгуна на другое пастбище.

- Оборот за Оборотом? - Удивилсь Морета.

- Визгун ничем таким не отличается, - пояснил Алесан. - Да вот и он.

Внезапно Морета оказалась перед костлявым тонконогим конем, одиноко стоявшим в последнем из длинного ряда полупустых загонов. Морета задумалась что бы такое о нем сказать, но в голову ей ничего нужного не шло.

- У него добрые глаза, - наконец, сказала она. - И хорошо посаженные.

Визгун, словно понимая, что говорят о нем, уставился на Морету немигающим взглядом.

- И умный, похоже. Спокойный.

Визгун покивал головой, словно соглащаясь с этими заключениями, и Даг, Алесан и Морета дружно расхохотались.

- Трудно сказать что-нибудь хорошее о Визгуне, - заметил Алесан, приходя на помощь Морете.

Он выиграл свою первую скачку, - напомнила Морета. - Больше ничего о нем говорить и не требуется. Пусть он победит еще много-много раз. Но только, - лукаво добавила она, - не в один и тот же день.

Застонав, с выражением смущения и разочарования на лице Даг отвернулся.

- Лорд Алесан, - спросила Морета, показывая на пустве загоны, - вы, похоже, рассчитввали что участников будет больше?

- Даг, ты, кажется, должен был помочь Норману...

- Да, по правде сказать, мы действительно рассчитывали на большее все-таки последние семь дней стояла отличная погода, да и вокруг полным полно холдов, способных приютить идущий на Собрание табун. Честно говоря, я ожидал, что Лорд Ратошиган привезет к нам своего спринтера - того, что выигрывает все скачки в этом сезоне. На их Собрании его конюх хвастал, будто...

- Я не очень-то жалею, что вам не удалось выпустить Визгуна против лучшего скакуна на всем западе. Вполне вероятно, что только отсутствие Ратошигана подарило вам победу.

- Ничего подобного! - горячо запротестовал Даг и тут же понял, что его просто-напросто поддразнивают. - Визгун уже остыл. Отведу-ка я его обратно в стойло наверху...

- Пойдем к старту или к финишу? - спросил Алесан у Мореты.

- Давай пойдем к финишу. Может успеем до окончания этого заезда.

Они двинулись к финишу, но не торопясь, словно им не очень-то и хотелось увидеть, как закончится скачка. Они шли мимо загонов с лошадьми и это устраивало Морету целиком и полностью.

- Интересно, почему не приехал Ратошиган?

- Его отсутствие только лишний повод для радости, - ответила Морета, не скрывая своей неприязни.

- Вполне возможно, но мне бы хотелось, чтобы Визгун померился силами с его хваленым спринтером.

- Ради победы над Радошиганом? Тогда я не возражаю.

- Южный Бол относится к Форту Вейру, не так ли?

- Это еще не значит, что он должен мне нравиться.

- Но ты же пьешь кислое вино, поставляемое Лордом Диатисом.

Морета открыла было рот для ответа, но тут ее с ног до головы окатили водой. Цветистая и изобретательная ругань Алесана доказывала, что и ему тоже досталось.

- Что тебя так расстроило? - Орлих отреагировала почти мгновенно.

Морета стояла с закрытыми глазами, холодная вода стекала по волосам, и моральная поддержка королевы была в этот миг ох как кстати.

- Я всего лишь промокла! - невозмутимо сообщила она.

- Солнце сегодня жаркое. Ты быстро высохнешь.

- Всего лишь промокла? - вскричал Алесан. - Да на тебе сухого места нет!

Конюх, с опозданием сообразивший, что выплеснул полное ведро грязной воды на Госпожу Вейра и Лорда холда которым, по правде сказать, вовсе нечего было делать среди загонов и стойл, когда все с волнением наблюдали за ходом скачки, предложил Морете полотенце. Однако эту тряпку явно использовали раньше для самых разных целей, так что, вытершись ею, Морета только усугубила свое незавидное положение. Алесан громогласно потребовал немедленно принести чистую воду и сухую одежду, а также указать свободный шатер.

Поднятый им шум привлек всеобщее внимание. Посыпались предложения помощи, забегали туда-сюда слуги, торопясь выполнить приказы Лорда Алесана. А мокрая Морета стояла в своем новом раскошном платье, прилипшем к телу. Она пыталась успокоить насмерть перепуганного конюха, что не произошло ничего страшного. Но сама она прекрасно понимала, что все ее надежы провести вечер, наблюдая за долгожданными скачками, пошли прахом. Она могла бы с тем же успехом призвать Орлих и вернуться в Вейр. Вполне возможно, что в своем мокром до нитки платье она простудится в холоде Промежутка, заболеет и умрет, но какая теперь разница?

- Морета, - Алесан дергал ее за рукав, - Я знаю, что это не совсем то, к чему ты привыкла. Но это платье чистое и сухое, и в нем ты сможешь досмотреть, как окончатся скачки. Я не уверен, что моей сестре и фрейлинам моей матери удастся просушить твое платье до вечера, но не сомневаюсь, что к окончанию скачек они предложат твоему вниманию подходящие платья. Мы вернемся в холд, и ты сама выберешь, что тебе подходит.

Алесан держал в руках простое коричневое платье, сандалии и красивый пояс из разноцветых шнуров. Жестом он указал на полосатый шатер распорядителя скачек, куда слуги торопливо тащили ведро дымящейся на воздухе воды и стопку чистых полотенец.

- Пойдем, Морета... - искреннее сожаление о случившемся и мольба не улетать, читавшиеся на лице Алесана, смягчили бы и более непреклонного человека, чем Морета.

- А ты сам, Алесан? - вежливо поинтересовалась она, подбираю юбки и направляясь к шатру.

Правая сторона роскошного костюма Лорда Алесана была насквозь пропитана водой.

- Боюсь, что тебе досталось куда больше, чем мне, - улыбнулся Алесан. - Я высохну на солнце, пока мы будем смотреть скачки, хорошо?.. в его лукавом вопросе слышалась просьба.

- Я постараюсь не слишком задерживаться.

Взяв сухую одежду, она вошла в шатер и задернула полог.

Ее нижняя туника тоже промокла, но, к счастью, ткань предложенного Алесаном платья оказалась довольно плотной. Волосы Мореты были грязные от воды, которой явно только что обмывали пыльные ноги закончившего скачку коня. Морета умыалсь, не жалея ни воды, ни полотенец. Переодевшись, она вышла из шатра как раз, когда громкие крики возвестили об окончании четвертого заезада.

- Теперь я готов поверить, что ты и впрямь родилась в холде, усмехнулся Алесан, протягивая Морете кубок, полный вина. - Хорошо еще, что вино не промокло.

- Ну, это нам повезло!

Низко кланяясь, подбежал конюх. Он извинялся и клял себя на все лады, так что Морете даже пришлось прервать его, заметив, что порой из загонов и конюшен вылетают вещи и похуже грязной воды. Затем в сопровождении Алесана она направилась к финишу.

- Последний заезд был спринтом. Всего пять участинков. рассказывал ей Лорд Руаты по дороге.

- И Визгун не участвовал? - Морета расхохоталась, увидев несчастное выражение лица Алесана.

Следующие заезды были захватывающими, и с лихвой вознаградили Морету за все, что она перенесла и пропустила. Они даже заставили ее на время забыть о так недавно разыгравшейся на скаковом поле трагедии. Они с Алесаном, который в своем подмоченном костюме уже не очень-то походил на Лорда процветающего холда, уютно устроились у финишной черты, наблюдая за скачками и потягивая вино. Они спорили друг с другом о том, кто окажется победителем - это после того, как Морета наотрез отказалась делать ставки. Морете нравилось находиться в толпе зрителей, как частенько случалось в Керуне, когда она была еще маленькой девочкой. Тогда она бегала на скачки вместе со своим приятелем Талпаном... Она не вспоминала о нем уже много-много Оборотов.

Предприимчивый лоточник обходил собравшуюся на финише толпу, предлагая горячие булочки. Только почуяв сладкий аромат свежеиспеченого теста, Морета поняла, как она проголодалась.

- Сегодня угощаю я, - заявил Алесан, и рука в руке они стали протискиваться к лоточнику.

Слоеные пирожные с фруктовой начинкой оказались необыкновенно вкусными, и Морета мигом уплела три штуки.

- Они в Вейре что, не кормят вас перед Собранием? поинтересовался Алесан.

- В главной Пещере в очаге всегда кипит котел похлебки, - ответила Морета, облизывая липкие пальцы. - Но сейчас никакая похлебка или рагу не могли бы сравниться с этими булочками.

Алесан рассматривал ее, словно увидев в первый раз. На его лице застыло какое-то странное выражение.

- Морета, ты совсем не такая, какой я привык видеть Госпожу Вейра, - с подкупающей искренностью признался она. "Интересно, - устало подумалось Морете, - что бы сказал обо мне Ш'гал". А Алесан между тем прололжал: - Я довольно хорошо знал Лери. Она обычно задерживалась после Падения поболтать с наземной командой...

- Я бы тоже задерживалась поболтать, если бы могла, - заметил Морета в ответ на мягкую критику Алесана. - Но сразу после Падения я должна немедленно возвращаться в Вейр.

- Должна? - удивленно поднял брови Алесан.

- А ты никогда не думал о том, кто лечит раненых драконов? несколько резче, чем собиралась, спросила Морета.

Вплоть до этого момента ей удавалось не вспоминать, что всего через два дня начнется новое Падение, а значит, опять будут раненые. И люди, и драконы.

- Я полагал, что в Вейре есть искусные лекари, - так сухо и бесстрастно ответил Алесан, что Морета даже пожалела о своей резкости.

Надеюсь восстановить прежнюю дружескую атмосферу, она положила ладонь на его руку.

- Я и не подозревал, что это можешь быть ты, - улыбнулся Алесан, накрывая ладонь Мореты своей. - Как насчет еще одной булочки пока их все не разобрали?

- Лорд Алесан, - к ним подбежал запыхавшийся Даг. - Рунел утверждает, что успех Визгуна - это всего лишь случайность. Он называет его посмешищем! Я рассказал ему всю родословную, но он ничего не хочет слышать. Он мне просто-напросто не верит.

Лицо Алесана приняло страдальческое выражение. На мгновение он даже закрыл глаза.

- Я надеялся не встречаться с Рунелом на этом Собрании.

- Извините, мой Лорд, но здесь я вам ничем помочь не могу!

Алесан тыжело вздохнул, как человек, смирившийся со своей судьбой.

- Кто этот Рунел? - спросила Морета.

Двое мужчин в изумлении уставились на нее.

- Ты хочешь сказать, что никогда не встpечалась с Рунелом? безграничное удивление сменило выражение обреченности на лице Алесана. Ты просто обязана хоть разочек с ним поговорить!

Даг что-то протестующе забормотал, но Лорд Руата его не слушал.

- Скоро начнется новый заезад, - напомнил он Дагу и, повернувшись к Морете, пояснил, - только скачки, ну, и еще Падение Нитей способны прервать поток воспоминаний Рунела.

Морета была заинтригована.

- Он где-то там... Вместе со своими дружками.

Первое, на что Морета обратила внимание, это на то, что трех мужчин, к которым они направлялись, окружает пустое пространство. И это посреди толпы. Двое из них были, судя по нарукавным повязкам, жители холдов - один из Руата, другой из Форта. Третий - морщинистый табунщик, чья одежда, хоть и тщательно вычищенная к празднику, все равно пахла его профессией. Заметив Лорда Алесана, самый высокий из них, житель Руата, горделиво выпрямился. На Морету он не обратил никакого внимания.

- Я по поводу моего спринтера, - начал Алесан. - Знаешь, Рунел, я сам его вывел четыре Оборота тому назад. Он происходит от скаковой кобылы Лорда Лифа по кличке Декстра и жеребца Вандера, прозванного Эвестом.

Какое-то новое выражение появилось на лице Рунела. Он запрокинул голову и невидящим взглядом уставился в небо.

- Спринтер Алесана по кличке Визгун победил в первом спринте на Собрании в холде Руат, третий месяц, сорок третий Оборот Шестого Прохождения. Выведен Алесаном от Декстры, Лорда Лифа, пятикратной победительницы в спринте среди западных холдов и Эвеста, владелец Вандер, девятикратного победителя в спринте. Декстра, в свою очередь, происходит от жеребца Диснала и кобылы Тран, девятнадцатикратной победительницы в спринте. Дисмал происходит от жеребца Фаирекс и кобылы Крик, а Фаирекс от жеребца...

- Ну вот, поехали... - в полголоса сказал Морете Даг и печально покачал головой.

- Он что, так и будет продолжать, не останавливаясь?

- Так и будет. Он теперь расскажет родословную Визгуна аж до того времени когда люди, еще только-только перебрались на Северный континент.. - прошептал Алесан, вежливо делая вид, будто вниматольно слушает Рунела.

- Однако он знает только то, что происходило на западе, - заметил Даг.

- У него что, абсолютная память? Я слышала, что бывают такие люди, но никогда не встречалась с ними.

- Достаточно назвать ему кличку скакуна, и его уже не остановить. Вся беда в том, что он всегда начинает с самого начала.

- Но разве, начав с победы Визгуна, он не начал с конца?

Голос Рунела нараспев сыпал кличками победителей, кобыл и жеребцов.

- Начало - самые последние скачки.

- А что, Рунел бывает на всех Собраниях?

- На всех, на которые может попасть, - Даг покосился на Алесана.

"Буду весьма удивалена, - подумала Морета, - если Лорд Алесан знает хотя бы половину тех скачек, на которых бывает Рунел."

- Больше от него все равно нет никакого толку, - махнул рукой Алесан. - Мой отец позаботился, чтобы старшие сыновья Рунела пошли в ученики к хорошим мастерам. Феноменальная память Рунела служит...

- Слушая его, с тоски помереть можно, - пробормотал Даг и, оглянувшись в сторону старта воскликнул, - Начинается!.. - Он явно испытывал огромное облегчение. - Скачка!!! - проорал он в самое ухо Рунела.

Приятели Рунела начали дергать его за руки.

- Рунел, начинается заезд! Сейчас старт!

Рунел прервал свой рассказ и удивленно огляделся.

- Рунел, начинается заезд, - повторил тобунщик и повел его в сторону финиша.

Морета не могла не заметить,что перед этой троицей толпа расступалась даже быстрее, чем перед Лордом холда Руат и Госпожой Форт Вейра.

- Ты бы слышала, как он рассказывает, кто кого "породил."

- А ты слышал?

- Да уж, можешь не сомневаться. На каждом пире в честь рождения нового ребенка в холде. - Алесан даже глаза закатил, показывая как тяжело ему приходится.

- Мне кажется, он принес бы больше пользы среди арфистов, чем в холде.

- У моего отца хватило ума помешать подобному повороту событий.

- Но почему? С его памятью...

- Хотя бы потому, что дед Рунела как раз и был арфистом и порой вспоминал больше, чем следовало бы. - Алесан ехидно олыбнулся. - Мой же дед, как я понимаю, позаботился перевести этот талант в более... как бы это сказать... безопасное русло. Но я не сомневаюсь, что в мастерской арфистов всегда трудились родственники Рунела, читавшие и запоминавшие свитки до того, как чернила на них окончательно выцветут.

Найдя удобное местечко, Алесан и Морета с интересом посмотрели на финиш шестого заезда. Дожидаясь следующей скачки, они услышали много интересного - кругом беседовали, не обращая на них ни малейшего внимания. О Лорде Руаты и устроенном им Собрании люди отзывались большей частью хорошо, хотя Морета с удовольствием наблюдала смущение Алесана от некоторых скажем так, чисточердечных комментариев. Но больше всего в толпе говорили о погоде.

- Слишком жарко, и слишком рано. Этим летом мы все растаем...

- Не могу сказать, что предпочитаю дождь и снег хорошей солнечной погоде, но помяните мои слова, это ненормально. Нарушается нормальный ритм Оборота...

- Мошкара уже не дает стадам покоя. Ест их заживо, вот так. Кошмарные язвы. Животные не хотят есть. Не хотят двигаться. Только жмутся друг к другу и стонут, точно вам говорю...

- Небольшой снегопад пошел бы нам очень даже на пользу. Поморозил бы напрочь этих проклятых пещерных змей. Мороз им в этот Оборот не мешает, вот они и плодятся, как бешенные...

- Не могу решить, то ли остричь их сейчас и получить шерсти меньше обычного, то ли рискнуть и не стричь, но тогда кто знает, что с ними станется по этакой жаре...

- Снег нам нужен сейчас просто позарез. Надо же как-то перебить этих червей в почве, что высасывают соки из доброго зерна и превращают поле в форменное наказание. Да уж, без мороза и снега никуда...

- Знаешь, Алесан, ты должен испытывать облегчение при мысли, что они жалуются только на погоду. В конце концов никто не считает Лорда, пусть даже и очень древнего холда, способными изменить погоду. Этим занимаются Вейры, - она криво ухмыльнулась.

И Алесан улыбнулся в ответ.

Финал последнего заезда оказался несколько неожиданным: два скакуна пересекли финишную черту одновременно - ни один из них даже на длину носа не сумел обогнать другого. Споры, какой же из них все-таки пришел первым, стали такими горячими, что Алесану даже пришлось вмешаться. Чтобы разрешить эту практически неразрешимую проблему, он громко объявил, что удваивает награду, дабы никто не остался обиженным. Пусть мол, им сполна окупится удовольствие, которое они доставили зрителям увлекательной скачкой.

"Как раз такое решение, какое требовалось, чтобы счастливо завершить соревнования", - про себя решила Морета. Владельцы коней, жокеи, конюхи и зрители разошлись в отличном настроении и очень довольные проведенным временем.

- Ты, Алесан, не только умен, но еще и щедр.

- Спасибо за комплимент, Леди Морета... Ага, как раз вовремя, воскликнул Алесан, и Морета, повернувшись увидела конюха, ведущего на поводу тяжеловоза с крупными костями и длинной спиной, на которой красовалось раскрашенное в цвета Руата седло.

- Знаешь, по-моему, я предпочитаю Визгуна, - пробормотала Морета, когда Алесан подозвал коня поближе.

- Это в тебе говорит любитель скачек, а не благоразумный и расчетливый труженик...

Они шли через покрытое жнивьем поле; Алесан все время поглядывал налево, и Морета поняла, что он оставил загадку пустых загонов только до конца скачек.

- Это так не похоже на Ратошигана - упустить шанс немного подзаработать за счет Руата, - сказал Алисан, подтверждая правильность догадки Мореты. - Они запросто могли подняться по реке прямо до холда. А Сувер - ты, возможно, встpечала его в Южном Боле - приехал бы, несмотря ни на что. Ну, разве что Падение Нитей, или пожар, или туман... Я как-то не думал, - продолжал он без видимой связи с предыдущим, - что все так озабочены погодой... которую тебе так не хочется менять, - закончил он с улыбкой.

- На этом Собрании нет недостатка в гостях, - заметила Морета.

Несмотря на то, что многие пошли смотреть скачки, торговля шла весьма бойко.

Кое-кто уже начал занимать места за столиками вокруг танцевальной площадки. Плыл по ветру неземной аромат жарящегося мяса...

Алесан проехал напрямик через поле, а потом направил коня вверх по дороге, в сторону главного входа в холд. Морета поглядела на вершины скал, на которых рассеялись греющиеся на солнце драконы. Похоже, их стало больше. Рядом с Орлих Морета заметила другую королеву: судя по цвету и размеру - Тамианх из Плоскогорья.

- Некоторые существа обожают тепло и солнце, - сказал Алесан. Может, загорая, дракон тем самым защищается от холода Промежутка.

От одного упоминания о Промежутке Морета невольно содрогнулась - и Алесан крепче прижал ее к себе. Нельзя сказать, что Морете это очень уж не нравилось.

- Когда мы сражаемся с Нитями, я весьма благодарна холоду Промежутка, - туманно ответила Морета, погружаясь в раздумья о предстоящем через два дня Падении.

Копыта гулко процокали по деревянному пандусу, ведущему на помост во дворе у входа в холд - приехали. Морета весело помахала Фалге, госпоже Вейра Плоскогорье, оживленно беседовавшей с парой наездников.

- Морета, разве твое новое платье еще не готово? - поинтересовалась Фалга.

- Новое платье? - удивленно переспросил Алесан, но так тихо, что его могла услышать только Морета.

- Ты увидишь его на следующем Собрании, - со смехом ответила Морета. - А это мое платье для любования скачками.

- Да ну тебя вместе с твоими скачками, - добродушно улыбнулась Фалга, возвращаясь к прерванному разговору.

Внезапно появился Толокамп, чья любезная улыбка не могла скрыть его неодобрения "несолидным" видом Госпожи Форт Вейpа.

- Большое спасибо, Лорд Толокамп, но я могу слезть сама - сказала Морета, отклоняя предложение Толокампа помочь спуститься с лошади.

- Если вы последуете за мной, Леди Морета... - леди Ома, пробившись через толпу, быстро взяла все под свой контроль.

Пользуясь благоприятной возможностью с достоинством покинуть общество неодобрительно взиравшего на нее Лорда Тоолокампа, Морета с готовностью последовала за Леди Омой. Она прекрасно занала, что Леди Ома, так же, как и Толокамп, не одобряет ее поведения. Но неудовольствие Леди Омы вызывало не излишнее легкомыслие Мореты, а то, что та, вольно или невольно, расстроила ее планы о вpемяпровождении Алесана. Вслед за хозяйкой холда Морета прошла через роскошно украшенный к Собранию Главный Зал, поднялась по лестнице в личные апартаменты Леди Омы. Там были разложены, ожидая выбора благородной гостьи, платья, накидки, туники. Из ванной доносилось хихиканье готовящих ее девушек и сладкий запах ароматизированной воды.

- Леди Морета, - сказала Леди Ома, закрывая двери, - ваше платье уже постирали, но я сомневаюсь, что оно успеет высохнуть к началу танцев. - Она окинула Морету оценивающим взглядом. - Вы несколько тоньше, чем мне вначале показалось... Может, вот это, красно-коричневое... - она показала на платье, но тут же нетерпеливым взмахом руки, очень напомнившей Морете Алесана, отмела это предложение, - нет, оно не идет ни в какое сравнение с вашим прежним нарядом. Вот это зеленое платье - оно больше подходит вашему высокому положению.

Морета подошла к красно-коричневому платью, потрогала простую, но удивительно мягукю ткань, приложила его к плечам. Похоже, по размеру подойдет, и сидеть должно неплохо. Вот только юбка немного коротковата даже не закрывает лодыжки. Морета покосилась на зеленое платье. Красивая ткань , но уж больно тяжелое. Она тут же вспотеет, если, одев это платье, вздумает плясать так, как ей того хотелось. / Надо же как-то компенсировать удовольствие, которое она получила бы, посмотрев все заезды, а не половину, как получилось/.

- Красно-коричневое вполне подойдет, - с улыбкой сказала Морета, оглядывая собравшихся в комнате женщин. Но если хозяйка платья и была здесь, она ничем себя не выдала. - Спасибо за то, что вы мне его одолжили. Все замечательно. Я ненадолго... и, еще раз улыбнувшись, Морета прошла в ванную и задернула за собой занавески.

Может, они поймут намек и уйдут...

Она нежилась в ароматной теплой воде несколько дольше, чем собиралась - и так приятно было расслабиться после всех утренних приключений. Только выбравшись из ванны и вытирая голову, услышала в комнате какой-то шум. Значит, кто-то все-таки остался ее ждать.

- Леди Ома? - позвала Морета, со страхом ожидая ответа.

- Нет, это всего лишь я, Оклина, - извиняясь, ответил девичий голос. - Вы все нашли?

- Да, спасибо.

- Может, помочь вам уложить волосы?

- Они у меня короткие и быстро высохнут сами собой.

- Ох... - Морета усмехнулась, услышав смущение и досаду в голосе своей собеседницы.

- Я до отвращения самостоятельная, - сообщила Морета, натягивая красно-коричневое платье, - вот только с завязками на спине мне никак не справиться.

Она отодвинула занавеску и чуть не столкнулась с бросившейся ей на помощь Оклиной. Бедная девушка не знала, куда деваться от стыда из-за своей неловкости.

Оклина удивительно походила на своего брата, лорда Алесана, и ничем не напомиинала свою мать, леди Ому / если та и впрямь приходилась девушке матерью/. Смуглая кожа, которая так шла Алесану, вовсе не подходила этой девушке. Однако ее лицо выдавало чувственную натуру, а врожденная грациозность движений придалала неповторимое очарование. А еще как с завистью отметила про себя Морета, у Оклины были роскошные длинные черные, как смоль волосы.

- Мне очень жаль, леди Морета, что вас дождалась только я одна, между тем говорила Оклина умело расправляя складки платья и затягивая шнуровку, - но подошло время подавать жаркое. Сегодня так много гостей...

- Если бы я внимательней смотрела, куда иду...

- Ах, леди Морета, Марл готов был просто сквозь землю провалиться от стыда. Он примчался сюда с вашим платьем и ждал, затаив дыхание пока мы его стирали. Он так волновался, не останется ли на платье пятен. Вы, наверно, ужасно рассердились, что вам испортили новехонькое платье, которое вы и одели-то в первый раз, испортили еще до того, как вы успели показаться в нем на танцах...

В голосе Оклины слышался благоговейный трепет - вполне понятно, учитывая, что девушка, скорее всего, носила платья, доставшиеся ей от старших сестер.

- В этом будет куда легче танцевать, - Морета сделала несколько па.

- Алесан передал, что мы должны во что бы то ни стало подобрать вам такое красивое платье, чтобы вы остались на танцы.

- Вот как.

- Ой!.. - Оклина, казалось, вот-вот заплачет - о просьбе Алесана ей рассказывать не следовало. - С тех пор, как погибла Суриана он не был ни на одном Собрании, не танцевал, не пел, вообще ходил сам несвой, попыталась все объяснить Оклина. - Он совсем не радовался... даже когда стал Лордом нашего холда. Скажите пожалуйста, он был доволен победой Визгуна?

- Он был просто в восторге, - Морета ласково улыбнулась девушке явно обожавшей своего старшего брата. - И между прочим, весьма убедительная победа. Почти пять корпусов.

- И он в самом деле улыбался? И радовался? - услышав утвердительный ответ, Оклина даже руками всплеснула от удовольствия. Ее черные глаза так и сияли. - Я видела самое начало заезда и слышала крики. Готова биться об заклад, что Алесан кричал громче всех! Вы видели Визгуна после скачки? А с Дагом вы познакомились? Даг всегда рядом с Визгуном. Он так предан этому коню, вы бы знали... Он все-все знает о скачках и скаковых лошадях, потому что в молодости был самым главным жокеем у Лорда Лифа. Даг всегда знает, кто победит в заезде. Он верил в Алесана, когда все кругом говорили, что тот должен отказаться от своей затеи вывести новую породу скаковых лошадей пока Лорд Лиф... - охнув, Оклина замолчала. - Я слишком много болтаю.

- А я тебя внимательно слушаю, - Морета было не привыкать к тому, что с ней делились самыми сокровенными тайнами. - Мне кажется, Визгун с лихвой отплатит за все то время и силы, которые Алесан... и Даг... на него потратили.

- Вы действительно так думаете? - Это предположение, похоже, очень обрадовало Оклину. - Слышите... арфисты уже начинают.

Заслышав музыку, девушка подбежала к открытому окну, распахнутые металлические ставни которого не закрывали начинающее темнеть небо.

- Ну и отлично! - воскликнула Морета. - Тогда пошли танцевать. Постараемся получше провести время.

На мгновение Оклина выглядела испуганной, как будто сомневаясь в том, что ей разрешат развлекаться в этот вечер. Именно молодым на Собраниях обычно поручались все самые тыгостные и скучные обязанности. Но на сей раз Морета решила позаботиться, чтобы Оклина все-таки сумела потанцевать.

Коридоры и главный зал холда были пустынны, но во дворе н платформе слуги уже расставляли корзины с землей и горячими углями - ночью здесь будет светло. Задержавшись на миг, Морета поглядела наверх. Орлих все также дремала, нежась в лучах опускающегося за горизонт солнца. Вряд ли она проснется до того, как дневная жара окончательно сменится ночной прохладой. Другие драконы, блестя многоцветными глазами, наблюдали за всем происходящим.

- Ах, - вздохнула Оклина с тоской и страхом в голосе. - Они такие... такие внушительные... - она замялась и вдруг выпалала, - Вам было очень страшно?

- Во время Запечатления? До смерти. Поиск добрался до холда моего отца в тот самый день, когда должно было состояться Запечатление. Все случилось так быстро... Я и оглянуться не успела, как меня доставили в Исту, переодели и вытолкали на площадку рождений: а я даже еще не очень-то представляла, что, собственно говоря, происходит. Орлик,- Морета не смогла сдержать счастливой и торжествующей улыбки, - простила мне, что я чуть не опоздала.

- Ах... - снова вздохнула Оклина, и Морета улыбнулась, поняв, что девушка мечтает о том,чтобы быть найденой в Поиске и Запечатлеть свою королеву. Морете даже стало немного стыдно от того, что ей самой так сказочно повезло - она Запечатлела Орлих, ставшей ее подругой, утешением, ее жизнью. Но на смену чувству вины незамедлительно пришло понимание разницы между желанием, его воплощением, и принятием своей судьбы.

- Если бы мой брат не был наследником холда, он стал бы наездником дракона, - шепотом поделилась с Моретой Оклина.

- Неужели? - искренне удивилась Морета.

Она не слышала, чтобы Вейр хотел принять к себе одного из сыновей Лорда Лифа. Во всяком случае, в последние десять Оборотов, с тех пор, как она сама появилась в Форт Вейре.

- Мне рассказал Даг, - торопливо объяснила Оклина. - Это было двенадцать оборотов тому назад. Даг рассказывал, что Лорд Лиф был буквально вне себя от ярости, и все из-за того, что хотел сделать Алесана своим наследником. Отец заявил всадникам, что те могут забрать кого угодно в холде Руата, кроме Алесана. Но, как говорит Даг, больше никто драконам не подошел... откуда драконы знают, кто пригоден, а кто нет?

- Драконы в Поиске всегда знают, - таинственным голосом сказала Морета (привычный и хорошо отработанный ответ). - В каждом Вейре есть драконы, чувствующие потенциальных всадников, - голос Мореты стал еще более таинственным. - Есть люди, родившиеся в Вейре, всю свою жизнь знавшие и драконов и всадников, и которые тем не менее не способны Запечатлеть. А бывают совершенно посторонние, вроде меня, у которых это получается. Драконы всегда знают, кто на что способен.

- Драконы всегда знают... - прошептала Оксана, не то молясь, не то проклиная.

Она кинула быстрый взгляд на мирно дремлющих драконов, словно опасаясь, что те могут обидеться.

- Пойдем, Оклина, - сказала Морета. - Я просто умираю, как хочется потанцевать.

Глава 3

Холд Руата, 3.11.43

Из всех Собраний, на которых Морета когда-либо бывала, Собрание в Руате в этот вечерний час, казалось, - воплощение самого духа Собрания люди из Вейров, холдов и мастерских собрались вместе поесть, выпить, потанцевать и вообще приятно провести время в обществе друг друга. Корзины с огнем золотым светом вырывали из ночного мрака людей, сидящих за столиками, стоящих и очем-то оживленно беседующих, танцоров, мужчин, столпившихся у винных бочек. Дети то и дело вылетали на свет лишь для того, чтобы тут же снова нырнуть в темноту - их смех и крики порой взлетали над музыкой и гулом толпы. В теплом ночном воздухе плыл аромат жарящегося мяса, запахи пыли и едкого дыма.

На платформе расположились сразу, девять арфистов, а еще пять отдыхали внизу поджидая своей очереди. Морета не видела, есть ли среди них Тирон, но главный мастер арфистов, вполне возможно, бродил где-то между столиками. Алесан мог недолюбливать Тирона, но тот, несомненно, выполнит свой долг по отношению к молодому Лорду, проводящему свое первое Собрание.

При виде Мореты и Оклины толпа расступилась, и под шепоток приветствий они прошествовали к площадке для танцев. Проводив Морету до столика в первом ряду, прямо напротив помоста арфистов, Оклина повернулась было, чтобы уйти, но Госпожа Форт Вейра поймала ее за руку. Когда Алесан, вскочив, пригласил Морету присесть, она, несмотря на протесты девушки, усадила ее рядом с собой.

- Здесь нам всем хватит места, не правда ли? - спросила она, со значением глядя на Алесана. - Оклина так хорошо обо мне позаботилась.

- Конечно, места хватит всем, - любезно ответил Алесан, делая знак подвинуться сидящих за столом. Он поглядел на устpаивающуюся поудобнее Морету и нахмурился. - И это лучшее, что для тебя нашли? - неодобрительно спросил он трогая рукав красно-коричневого платья.

- Это платье мне подходит. Танцевать, во всяком случае, в нем куда удобнее, чем в моем. И мне было из чего выбирать, - торопливо добавила Морета, поняв, что именно вызвало неудовольствие Алесана. - По-моему, стоит взять за провило привозить на Собрание сразу два платья: одно смотреть скачки, - она озорно улыбнулась, - а другое, чтобы себя показать - и она с нарочитой высокомерностью вздернула подбородок.

Умиротворенный, Алесан улыбнулся и жестом велел слуге наполнить кубок Мореты.

- У меня есть для тебя еще немного вина из Бендена, - он поднял свой кубок в тосте.

Морета еще только пригубила свое вино, когда арфисты заиграли веселую танцевальную мелодию.

- Соблаговолит ли Госпожа Вейра подарить мне танец? - спросил Алесан, вскакивая на ноги и протягивая Морете руку.

- А зачем еще я сюда пришла? - вопросом на вопрос ответила Морета, - и повернувшись к Оклине, с улыбкой добавила, - Посторожи, пожалуйста, мое место и мой кубок.

Взяв затем Алесана за руку, она позволила увлечь себя на площадку, и вместе они закружились в такт музыке.

Морета любила танцевать. Но хотя в Вейре были музыканты, и хотя вечерами там порой и звучали песни, но танцы обычно устраивали только во время празднеств рождения. Иногда голубой или зеленый наездник позволяли себе продемонстрировать окружающим пару-другую безумных па, обычно как следует поддав после трудного Падения, смерти дракона или всадника. Такие танцы вызывали у Мореты откровенный ужас. Лери и Л'Мар считали, что это очищает наездников, но Морета в подобных случаях всегда предпочитала поскорее улететь из Вейра, оставив позади душераздирающий рокот барабанов и кривляющиеся тела. Но эти печальные воспоминания вскоре покинули Морету, изгнанные очарованием музыки Собрания.

Танец кончился. Запыхавшаяся Морета и Алесан вернулись к своему столику. Они от всей души аплодировали музыкантам и их нежной, простой, веселой, до боли знакомой мелодии.

- Теперь я должен потанцевать с Фалгой, - сказал Алесан, возвращая Морету на ее место за столом. - Надеюсь, ты прибережешь для меня еще один танец?

- Вам понравилось танцевать с Алесаном? - стесняясь, спросила Оклина, ставя перед Моретой кубок, полный вина.

- Очень понравилось. Он отлично знает этот танец и прекрасно двигается.

- Алесан учил меня танцевать. Когда в нашем Зале звучит музыка, он всегда приглашал меня хотя бы на один танец. Но сегодня, боюсь, у него ничего не получится - здесь столько девушек...

- Ну, тогда я найду тебе другого партнера, - Морета начала оглядываться в поисках свободного наездника.

- Ах, мне не следует... - испугано запротестовала Оклина, беспокойно поглядывая на переполненную площадку для танцев. - Мне следует помогать обслуживать гостей.

- А ты и помогаешь - заботясь о моей удобстве и охраняя мой кубок бенденского вина, - и Морета ласково улыбнулась девушке. - Сегодня ты просто обязана потанцевать.

- Морета! - крепкая рука легла ей на плечо и, подняв взор, Морета увидела рядом с собой Б'лериона, наездника бронзового Набеха из Вейра Плоскогорье. - Эта чудная музыка не дает ногам стоять на месте! Она зовет тебя! И меня тоже!

Не дожидаясь согласия, бронзовый всадник увлек Морету за собой.

- Я знал, что ты не сможешь мне отказать, - засмеялся он, через плечо подмигивая удивленной Оклине.

От внимания Мореты не ускользнуло печальное и чуть завистливое выражение, промелькнувшее на лице Оклины - многие женщины глядели на Б'лериона именно так. Он был красивый, высокий, мускулистый, с веселыми карими глазами, всегда готовый рассмеяться. Он всегда имел в запасе шутку или последнюю смешную сплетню. Когда Морета впервые появилась в Форт Вейре, у них был небольшой роман - Морета не сомневалась, что именно Б'лерион - отец ее третьего ребенка. Жаль, что пришлось отдать малыша на воспитание, он она же врачеватель, а это с точки зрения традиций куда важнее. Хотя Б'лерион был и не таким опытным предводителем боевого крыла, кок Ш'гал, Морета в свое время надеялась, что именно Набех догонит ее королеву во время брачного полета. Но, как и положено, победил самый сильный и умный дракон: единственный способ постоянно улучшать породу. Дважды подряд Кадих, дракон Ш'гала оказывался сильнее и быстрее всех остальных. Так, во всяком случае, Морета утешала сама себя.

У Б'лериона было превосходное настроение. Он еще не успел опьянеть от выпитого вина - его язык еще даже и не начинал заплетаться, а шаг оставался по-прежнему упруг и уверен. Он уже успел прослышать о том, как Морету облили грязной водой, и не преминул поддразнить ее, с чего это она вздумала украсть у общества Лорда Алесана, сообщил, что любовь к скачкам еще никого никогда до добра не доводила, и поинтересовался, почему Ш'гал не прилетел в Руату.

- Никогда не понимал, - заявил он, - с чего это ты позволила Кадиху догнать твою королеву. На его месте вполне мог бы оказаться мой Набех, и тогда я стал бы Предводителем Форт Вейра. Со мной куда веселее, чем с этим Ш'галом. Так ты, по крайней мере, когда-то говорила.

По блеску в глазах и крепкому объятию во время последней фигуры танца Морета поняла, что Б'лерион рассуждает наполовину шутя, но и наполовину всерьез. Впрочем, тут же напомнила она себе, он всегда все говорит всерьез, пока не приходит черед другой девушки. Обворожительный искатель приключений, не ограничивающий своего внимания рамками какого-то одного холда или Вейра.

- Что? Ты бы стал Предводителем Форт Вейра? Да ты же до смерти боишься взять на себя такую ответственность!

- С тобой в роли Госпожи Вейра я готов измениться до неузнаваемости. Я стал бы совсем другим человеком. К тому же осталось всего восемь Оборотов, а потом мы вольны делать что угодно! - Он еще крепче прижал к себе Морету. - Раньше мы прекрасно проводили время вместе...

- А когда ты плохо проводил время?

- Что правда - то правда. А эта ночь словно создана для развлечения, согласна?

Засмеявшись, Морета выскользнула из его объятий, которым, пожалуй, пора было прерваться. Повышенное внимание Б'лериона к ее особе может быть неправильно понято. По крайней мере, до окончания этого Падения она просто обязана во всем поддерживать Ш'гала. Она вернулась к своему столику. Б'лерион, еще издалека весело улыбаясь Оклине, последовал за Моретой. Заметив, как девушка затаила дыхание, когда всадник присел за стол рядом с ней, Морета мысленно пожелала, чтобы Б'лерион выбрал себе какой-нибудь другой столик.

- Леди Оклина, могу я пригласить вас на следующий танец? Морета подтвердит, что я совершенно безобиден. Я Б'лерион, наездник бронзового Набеха из Вейра Плоскогорье. Можно мне глотнуть вашего вина?

- Это вино леди Мореты! - запротестовала Оклина, пытаясь отобрать кубок.

- Ну, она-то никогда не отказывала мне в глоточке вина! А выпить я хочу за вас, Леди Оклина, и ваши огромные черные глаза.

Оставаясь внешне бесстрастной, Морета наблюдала за Оклиной, за ее багряным смущением от комплиментов симпатичного всадника. Она видела волнение девушки, которой вряд ли было больше шестнадцати Оборотов. Оклина родилась и выросла в этом холде. Очень скоро ее выдадут замуж в другой холд или мастерскую где-нибудь на востоке или на юге, далеко-далеко от Руата, чтобы потомство было здоровее - законы наследственности, ничего не попишешь. К тому времени, когда прохождение закончится, у Оклины уже будут дети, и она и думать забудет от этом Собрании. Или, возможно, оно как раз и запомнится вниманием, проявленным Б'лерионом. Когда арфисты заиграли медленный, немного торжественный танец и Б'лерион вывел счастливую Оклину на площадку, Морета улыбнулась.

Большинство собравшихся сочло, что этот танец им по силам, и столики кругом опустели. Неподалеку Морета увидела Леди Ому, внимательно слушающую какую-то богато одетую женщину. Вот они обе, улыбаясь, кивнули кому-то на площадке, и Морета разглядела среди пар Алесана, ведущего в танце юную девушку. Возможная кандидатура второй жены? Леди Ома глядела на эту пару оценвающим взглядом. Девушка, довольно хорошенькая с черными кудрявыми волосами, жеманно улыбнулась Алесану - и Морета составила свое собственное мнение о ее шансах стать женой Лорда Руаты. Подобная наивность никогда не привлечет внимание Алесана, - решила Морета, - особенно теперь, когда он может выбирать себе невесту из любого холда на всем континенте. Тут Морета заметила С'перена, бронзового наездника из Форт Вейра. А она-то полагала, будто С'перен отпpавился на Собрание в Исту.

- А что, Собрание в Исте уже окончилось? - удивленно спросила Морета у наездника.

- После того, как увезли животное, - сказал С'перен, - стало, по правде говоря, довольно скучно. Никаких скачек. И народу совсем не так много, как здесь... - он с удовлетворением кивнул в сторону переполненной танцевальной площадки. - Да и вообще, у людей там не такое праздничное настроение, как в Руате. В Игене, Керуне и Телгаре появилась какая-то новая болезнь.

- У скаковых лошадей? - Морете почему-то вспомнился непонятно как погибший скакун.

- У лошадей? - удивился наездник. - Нет, у людей. Как я слышал, нечто вроде лихорадки. Капиам вроде уже там, хотя лично я его не видел.

Предводитель и госпожа Вейра Иста, надеюсь, здоровы? - в те Обороты, что Морета провела в Исте, Ф'гал и Вимма были ее хорошими друзьями.

- Здоровы и шлют тебе свои самые лучшие пожелания. Как всегда. Да, между прочим, я обещал передать тебе привет от врачевателя животных по имени Талпан. Он говорил, будто знает тебя еще по холду твоего отца.

- Как странно, - подумала Морета, покинув общество С'перена, о чем-то оживленно беседующего с другими наездниками Вейра Иста. Вплоть до этого дня она не вспоминала о Талпане много Оборотов, а тут вдруг ей передают от него привет.

Танец закончился, и Морета решила отыскать Алесана. Он такой хороший танцор. Но потом она увидела его рядом с другой девушкой, черные кудри которой заставили Морету на миг решить, что это Окалина. Но потом девушка повернулась, и Морета поняла; Алесан выполяет свой долг, знакомясь с еще одной потенциальной невестой. Вспомнив, как накануне брачного полета Орлих ей самой не давали прохода бронзовые наездники, Морета ощутила огромную жалость к молодому Лорду.

Допив кубок, она отправилась на поиски вина и партнера для танцев. Но как бы ей ни хотелось вернуться на площадку, сперва Морета устремилась к винным бочкам. Виночерпий быстро наполнил ее кубок, Морета поблагодарила его и после первого же глотка поняла, какую ошибку она совершила. Вино было кислым: Тиллек, а вовсе не ароматный Бенден. Морета чуть не выплеснула вино на пол.

За этим танцем, быстрым и веселым, было почти так же интересно наблюдать со стороны, как и танцевать. С блеском доиграв его, музыканты добавили несколько аккордов, объявляющих о небольшом перерыве. Пришло время песен арфистов. Морета ожидала, что сейчас вперед выйдет Тирон именно ему подобало быть главным певцом Собрания - но вместо него на помосте появились молодой арфист Руаты и степенный бродячий менестрель.

Посмотрев в сторону своего столика в первом ряду, Морета увидела Алесана в обществе двух новых девушек. Леди Ома явно не теряла времени даром. Не чувствую в себе горячего желания к ним присоединяться, Морета присела на свободный стул.

Ей очень понравилась первая песня, героическая баллада, и она распевала припев наравне со всеми остальными. Красивые голоса вокруг помогали ей найти правильный тон - ее голоса не хватало, чтобы спеть партию сопрано полностью. Во время второго припева Морета ощутила мысленное прикосновение Орлих.

- Тебе тоже нравится пение, не так ли? - мысленно спросила она у своей королевы.

- Петь - весьма приятное занятие. От него мысли становятся легче, а множество мыслей сливаются в одну.

Морета сбилась, едва удержавшись, чтобы не засмеяться. Смеяться во время исполнения серьезной баллады не позволительно даже Госпоже Вейра.

Арфисты вместе со всем Собранием исполнили четыре традиционные песни - каждая последующая гремела со все большим и большим энтузиазмом по мере того, как танцоры восстанавливали свои силы. Затем молодой арфист Руаты, великолепный тенор, исполнил незнакомую песню, которую, как он объявил, ему удалось отыскать в древних летописях. Мелодия оказалось на удивление привязчивой, хотя паузы между нотами кое-где и казались непривычными. Очень старая песня, - решила Морета, - и отлично подходящая для тенора. Орлих песня тоже понравилась.

- Наши с тобой вкусы обычно совпадают, - послала Морета.

- Ну, не всегда.

- Что ты имеешь в виду?

- Арфисты начинают петь, - ушла от ответа Орлих, и Морета поняла, что прямого ответа на свой вопрос ей не добиться.

Теперь арфисты предложили сыграть по заявкам публики. Морете очень хотелось попросить одну из песен ее родного Керуна. Но это печальная мелодия, которую так любил напевать Талпан /снова совпадение!/, совсем не подходила буйному веселью Собрания.

После нескольких песен на платформу поднялся Алесан. Он поблагодарил арфистов за музыку и подаренное наслаждение, а затем предложил им чувствовать себя среди винных бочек Руаты, как у себя дома лишь бы они играли, пока хоть один танцор остается на площадке. Громкие аплодисменты, крики и стук кружек о столы встретили это заявление собравшиеся выражали свое одобрение Лорду, не экономящему на своем самом первом Собрании.

Арфисты начали с общего танца, позволившего Алесану выйти в круг с двумя девушками сразу. Б'лерион снова пригласил Оклину. Леди Ома, похоже, и не заметила этого, так пристально следила она за своим сыном.

Морета, у которой от пения окончательно пересохло в горле, решила во чтобы то ни стало разыскать бенденское вино Алесана. Она пробиралась к своему столику, по дороге отвечая наа многочисленные вопросы о самочувствии Лери и Холх и обещая передать искренние сожаления собравшихся, что старая Госпожа не смогла прилететь.

- Орлих, - позвала Морета, - передашь, ладно? Им будет приятно, что их не забывают.

После недолгой паузы Орлих ответила, что Холх говорит, будто она даже довольна, что ей не придется сидеть целую ночь на холодных камнях.

- Ты не замерзнешь? - забеспокоилась Морета.

- Скалы долго хранят солнечное тепло, да и Набех с Тамианхом всегда готовы меня согреть. А вот тебе надо поесть. Ты всегда заставляешь меня кушать. Теперь я напоминаю тебе.

Морете даже весело стало от того, каким удовлетворением дышали слова Орлих. Но тем не менее ее предложение было вполне обоснованным крепкое вино Тиллека начинало кружить Морете голову. В животе у нее урчало - в общем, и впрямь стоило поесть, пока не закончился тануец. Вскоре она уже обзавелась тарелкой, доверху наполненной кусочками пряного жаркого, печеными клубнями и прочими вкусностями. Держа тарелку в руках, Морета уже приближалась к столику, когда танец окончился. Не успел Алесан раскланяться с двумя своими партнершами, как Леди Ома же знакомила его с новой девушкой. Тут Морета увидела целенаправенно двигающегося к ней Лорда Толокампа, и не раздумывая, делая вид, будто увлечена своими мыслями и ничего кругом не замечает, двинулась в сторону. Выражение лица Толокампа ( Морета обратила на это внимание) было мрачным - он явно собирался прочитать ей небольшую лекцию о том, как надо себя вести. Но будь она проклята, если станет слушать его на Собрании! Она скользила сквозь толпу, решая, не остановиться ли ей у столика арфистов. У них несомненно есть самое лучшее вино, но увы, их общество не спасет ее от лорда Толокампа. Кроме того он наверняка успел надоесть арфистам до смерти - главная мастерская арфистов расположена совсем рядом с Форт холдом. Больше не раздумывая, Морета нырнула в темноту, под платформу.

Она немного постояла, давая глазам привыкнуть к царившему здесь мраку, и шагнула вперед. И тут же чуть не упала, споткнувшись о сложенные здесь седла. Недолго думая, Морета выбрала себе седло поудобнее и уселась на него, вполне довольная и своим одиночеством, и избавлением от занудного Толокампа. Морета вздохнула. Вот кончится Прохождение, и спасения от него уже не будет. И Морете почему-то казалось, что Ш'гал не сможет справиться с Толокампом так же легко, как с Нитями.

- Хорошо, - удовлетворенно заметила Орлих. - Ты наконец-то кушаешь.

Аккуратно свернув ломтик жаркого, Морета откусила большой кусок. Мяса оказалось именно таким сочным и мягким, - как она и надеялась.

- Потрясающе вкусно, - сообщила она своей королеве.

Она ела жадно, облизывая пальцы, стараясь не пролить ни капли восхитительной подливки. В этот миг кто-то зашумел у входа под платформу, и Морета, проклиная судьбу, подхватила тарелку и быстренько перебралась в уголок потемнее. Может, это лорд Толокамп продолжает ее преследовать? Или кому-то просто захотелось справить нужду?

- Это Алесан, - с удивлением услышала она мысль Орлих - королева никогда не отличалась хорошей памятью на имена людей.

- Морета? - неуверенно позвал Алесан. - Ах, вот ты где! - добавил он, когда она шагнула ему навстречу. - Мне показалось, что я заметил, как ты проскользнула под платформу спасаясь от Толокампа. Вот я и пошел за тобой. Я, кстати, прихватил с собой еду и питье. Надеюсь, я тебе не помешал?

- Нет, если ты сообразил принести бенденского вина. Имей в виду, вино из Тилека совмем неплохое, но...

- Но не идет ни в какое сравнение с вином из Бендена, - закончил за нее Алесан. - Надеюсь, ты никому не говорила об этом любопытном факте?

- Еще чего! Чтобы все тут же бросились пить именно его? Ага! Ты принес еще мяса! Мои поздравления, у тебя отличный повар: жаркое превосходное, а я просто-таки умираю с голоду. Давай, садись вот на это седло, - осушив свой кубок, она протянула его Алесану. - Налей-ка мне бенденского, если можно.

- У меня с собой полный мех.

- Но ведь тебе, несомненно, придется поделиться с твоими партнершами по танцам?

- Только посмей... - с шутливой угрозой начал Алесан, протягивая руку к только что им наполненному кубку Мореты.

- Пожалуй, это и вправду было не очень-то благородно с моей стороны. Ты только выполял свой долг. Долг лорда холда, проводящего Собрание.

- Выполнив долг лорда Руата, я могу теперь вновь принять на себя приятную обязанность сопровождать мою Госпожу. Теперь-то я, наконец, сумею получить удовольствие от Собрания.

- Хозяевам редко это удается.

- Моя мать, достойная и добродетельная...

- И весьма озабоченная...

- Продемонстрировала мне всех без исключения невест запада. И я со всеми послушно потанцевал. Разговаривать с ними, правда, особенно не о чем. Между прочим, этот наездник, уделяющий такое внимание Оклине, он как, человек порядочный?

Б'лерион очень добрый и с ним всегда можно отлично провести время, кроме того я знаю его уже много Оборотов.

Не зря Оклина обожала своего брата. Тот ведь даже побеспокоился навести справки у Госпожи Вейра о всаднике, оказывающем повышенное внимание его сестре.

Они ели в молчании - Алесан оказался таким же голодным, как Морета. Но вот арфисты заиграли новую мелодию - живой подвижный танец, в котором партнершу следует и поднимать, и крутить, и подбрасывать. Морета тихонько засмеялась - в глазах Алесана она прочитала веселый вызов. Только молодые обычно рисковали принять участие в этом полном акробатических трюков танце. Но Морета не была застенчивой девочкой-подростком или почтенной матроной из холда, измученной бесконечным деторождением. Нет, она была сильной и крепкой наездницей золотой королевы. Она могла переплясать любого мужчину - будь он жителем холда, ремесленником или наездником. К тому же ее подбадривала Орлих.

Оставив остатки еды и кубок с недопитым вином, она потащила Алесана на танцевальную площадку, где одна пара уже успела оконфузиться: упала, не удержавшись на ногах.

Морета и Алесан оказались единственной парой, удержавшейся на площадке до конца танца. Громкие аплодисменты приветствовали их ловкость. Тяжело дыша, стараясь не качаться, хотя в голове у нее все так и плыло из-за последнего безумного вращения, Морета направилась в сторону столиков. Словно по волшебству, у нее в руке оказался кубок с вином и, даже еще не пригубив, она поняла, что в нем бенденское. Рядом с ней, не менее тяжело дыша, стоял раскрасневшийся и страшно довольный лорд Алесан.

- Клянусь драконьим яйцом! - воскликнула подошедшая к ним Фалга, с хорошим партнером, Морета, ты, наконец-то, смогла показать, на что способна. Алесан, это самое лучшее Собрание за последние несколько Оборотов. В этом ты превзошел даже своего отца. Он всегда умел устроить отличный праздник, но сегодня... Вот С'лигар расстроится, что не прилетел!

Сопровождающие Фалгу наездники приветственно подняли свои кубки в честь молодого лорда.

- Увидимся в Кроме, - бросила на прощание Фалга Морете, уплывая в танце.

- Ты еще можешь двигаться? - шепотом спросил Алесан.

- Разумеется! - воскилкнула Морета, заметив, куда смотрит ее спутник: к ним направлялась леди Ома с какой-то новой девушкой.

- Достаточно я натерпелся за этот вечер! - и подхватив Морету, Алесан устремился в самый центр танцевальной площадки.

Звучала старинная мелодия, и Морета вся отдалась неторопливому кружению этого торжественного танца. Она чувствовала, как отчаянно колотится сердце Алесана /как, впрочем, и ее собственное/ после только что окончившейся бешенной пляски. Но постепенно ее дыхание стало ровным, она кружилась, позабыв обо всем. Она не танцевала под эту мелодию с того времени, как покинула Керун... с того самого Собрания, на которм она танцевала с Талпаном, много-много Оборотов тому назад.

- Ты думаешь о каком-то другом мужчине, - укоризненно прошептал ей на ухо Алесан.

- О мальчике, которого я знала в Керуне.

- И ты вспоминаешь его с нежностью?

- Нас отдали в ученики к одному и тому же врачевателю, - интересно, это нотка ревности послышалась ей в голосе Алесана или нет? - Он продолжил учебу, а я отправилась в Исту и Запечатлела Орлих.

- А теперь ты лечишь драконов, - на мгновение Алесан отпустил ее, но, видимо, лишь для того, чтобы тут же прижать еще крепче. - Танцуй, Морета из Керуна. В небе светят луны. Мы может танцевать хоть всю ночь напролет.

- У арфистов могут быть другие планы.

- Ну, пока есть бенденское вино...

Всю ночь Алесан оставался вместе с Моретой, не давая пустеть ее кубку и уговаривая отведать горячих булочек, разносимых слугами. И он не уступал ее другим партнерам.

Вино свалило арфистов незадолго до рассвета. Даже невероятно выносливый Алесан - и тот уже начал спотыкаться, когда Орлих вновь приземлилась на танцевальной площадке.

- Это было незабываемое Собрание, лорд Алесан, - сказала на прощание Морета.

- Исключительно благодаря вашему присутствию, Госпожа Вейра Морета, - в тон ей ответил Алесан, подводя всадницу к ее королеве. - Смотри не поскользнись. Ты сумеешь добраться до Вейра, не заснув по дороге? несмотря на шутливый тон, в его словах звучала озабоченность.

- Я всегда могу добраться до своего Вейра.

- Орлих, она и вправду может?

- Лорд Алесан! Ну и нахал, обращаться прямо к дракону, когда рядом ее наездница!

Орлих покосилась на него.

- Он хочет тебе только добра.

- Орлих утверждает, что ты хочешь мне только добра! - Морета понимала, что от усталости начинает говорить глупости, и потому засмеялась.

Ей не хотелось заканчивать такой восхитительный вечер на печальной ноте.

- Да, моя леди золотой королевы, я желаю вам только добра. Счастилвого пути!

Помахав на прощание рукой, Алесан медленно пошел прочь, мимо перевернутых скамеек и грязных столов, к опустевшей дороге.

- Давай возвращаться в Форт Вейр, - неохотно прошептала Морета.

Ее веки слипались, а мышцы болели от приятной усталости. Усилием воли она заставила себя представить Звездные Камни Форт Вейра. Подрыгнув, Орлих устремилась в небо, и затрепетали на ветру флаги. Они летели. Руат таял в темноте.

Глава 4

Южный Болл и Форт Вейр, 3.11.43

- Ну что?

Бесконечная усталость и неимоверное напряжение сморили Капиама, и он крепко спал, положив голову на сложенные на столе руки. При звуках голоса он проснулся, тщетно пытаясь понять, где находится и кто к нему обращается.

- Ну что, лекарь? Ты обещал немедленно вернуться и изложить мне свое заключение. Это было несколько часов тому назад. И что я вижу? Ты спишь!

Этот раздраженный голос и оставлявшие желать лучшего манеры принадлежали лорду Ратошигану. За его спиной маячила высокая фигура Предводителя Вейра, доставившего Капиама и Ратошигана из Исты в Южный Болл.

- Я присел только на минутку, - в отчаянии вскинул руки Капиам. Хотел разобраться в своих записях.

- Ну так что? - в голосе лорда слышалось неудовольствие. - Какой диагноз вы ставите этим... - Ратошиган не сказал "симулянтам", но явно имел в виду именно это.

Лорд Ратошиган так рассказывали Капиаму, вообще считал симулянтом любого, кто упорным трудом в течение дня не отработал еду и защиту дарованные ему холдом.

- Они тяжело больны, лорд Ратошиган.

- Когда я отправлялся в Исту, с ними было все в порядке! Они не обожжены и не выглядят истощенными.

Глядя на лорда Ратошигана - худого поджарого мужчину с длинным аскетическим лицом, тонким носом над узким безгубым ртом и маленькими глубоко посаженными глазками - Капиам подумал, что этот лорд выглядит куда более больным, чем те, кто сейчас умирали на койках в лазарете.

- Двое уже умерли...сказал Капиам и помедлив, закончил, - что бы это ни было.

Вот к какому страшному и неутешительному заключению он пришел незадолго перед тем, как уснуть.

- Умерли?! Двое?! И ты даже не знаешь, от чего?

Краем глаза Капиам заметил, что при первом же упоминании о смерти Ш'гал шагнул к выходу. Предводитель Вейра весьма насторожено относился к ранениям и болезням, и пока что ему удавалось избежать и того, и другого.

- Да, я точно не знаю, что за болезнь поразила этих людей. Симптомы: жар, головные боли, отсутствие аппетита, сухой кашель необычайно сильны и не поддаются обычным методам лечения.

- Но ты же должен знать! Ты ведь главный мастер врачеватель!

- В моем ремесле звание еще не дает всеобьемлющего знания, - Капиам старался говорить потише, не желая будить измученных лекарей, спящих в соседней комнате.

Но Ратошиган, как всегда, не желал ни с кем считаться. Его голос негодующе гремел. Капиам встал из-за стола, и подталкивая перед собой громогласно возмущавшегося лорда, вышел из лазарета.

- Мы многое успели забыть за ненадобностью, - устало вздохнул он, закрывая за собой дверь. И как он мог заснуть! Столько еще надо было сделать! - Эти смерти, лорд Ратошиган - только начало. На Перне начинается эпидемия.

- Так вот почему вы с Талпаном убили то животное? - впервые подал голос Ш'гал.

- Эпидемия?! - вскричал Ратошиган, не слушая всадника. - Какая эпидемия? Пара человек заболела...

- Вовсе не пара, - возразил Капиам, - Два дня назад меня срочно вызывали в морской холд Иген. Там уже умерло сорок человек, считая и трех матросов, выловивших то животное в море. Лучше бы они оставили его там, где нашли!

- Сорок человек? - не поверил своим ушам Ратошиган.

- В Игене болезнь находит себе все новые и новые жертвы. И не только а Игене. Та же самая картина и в других холдах, жители которых приходили поглазеть на невиданное, выловленное в море существо.

- И чего ради его привезли на Собрание? - вне себя от возмущения воскликнул лорд Ратошиган.

- Чтобы все могли на него посмотреть, - с горечью в голосе ответил Капиам. - Но еще до этого его доставили в Керун, к мастеру скотоводу. Думали, может он знает, что это за зверь. Я, как мог, помогал лекарям морского холда, когда меня срочно вызвали в Керун. Барабаны передали, что у мастера скотовода Суфура внезапно заболело множество людей и животных. Все симптомы - такие же, как в Игене. Новое сообщение - и на коричневом драконе меня перебросили в Телгар. Болезнь добралась и сюда. Ее, судя по всему, принесли два фермера, покупавшие лошадей. Когда я прилетел, оба были уже мертвы, а заодно с ними все кони и еще около двадцати человек. Мне даже трудно представить, сколько народу заразилось за это время. Те из нас, кто выживут и сумеют рассказать эту историю арфистам, должны будут прославлять Талпана, связавшего путешествие той странной кошки с возникновением неведомой ранее болезни.

- Но животное вовсе не выглядело больным! - запростестовал Ш'гал. Даже наоборот!

- Что правда, то правда, - согласился Капиам. - Оно, похоже, обладает иммунитетом к болезни, которую принесло в Иген, Керун, Телгар и Исту.

- Но как же могло кого-то заразить животное, запертое в клетке? начал горячиться Ратошиган.

- Ни в Игене, ни тем более на корабле, когда, ослабевшее от голода и жажды, оно едва могло пошевелиться, никто и не думал сажать его в клетку. А в Керуне мастер Суфур держал его в большом вольере. В общем, у него было вполне достаточно возможностей заразить своих спасителей.

При одной мысли о том, сколько человек успело подержать в руках этого зверька, Капиама охватывало отчаяние. А тут еще, как назло, Собрание. Проследить всех, кто пришел посмотреть диковину, всех, кто гладил его, всех, кто трогал, а потом вернулся обратно в свои холды, неся в себе смертельную заразу... Нет, проследить их всех не смогла бы даже целая армия лекарей.

- Но... Но... Я только что получил целый табун коней из Керуна!

- Я знаю, лорд Ратошиган, - вздохнул Капиам. - Мастер Куитрин рассказал мне, что умершие как раз и работали с этими конями. А еще он передал мне сообщение о болезни в холде, где табун останавливался на ночь.

Ратошиган и Ш'гал, похоже, понемногу начинали понимать всю серьезность происходящего.

- А мы в самой середине Прохождения, - прошептал Ш'гал.

- Вирусу наши проблемы так же безразличны, как и Нитям, - напомнил Капиам.

- Но ведь у вашей гильдии такие богатые архивы! Покопайся в них! Нужно только как следует поискать!

- У Ш'гала, наверно, еще никогда не было безуспешного Поиска, - с горькой иронией подумал Капиам. - Надо будет когда-нибудь записать все удивительные и многообразные реакции людей на весть о разразившемся несчастье... Если только он сам останется в живых!

- Поиски в архивах начались, как только я увидел списки умерших в морском холде Иген. Вот что вы должны сделать, лорд Ратошиган.

- Что я ДОЛЖЕН сделать?

- Да, лорд Ратошиган, что вы ДОЛЖНЫ сделать. Вы пришли сюда узнать мой диагноз. Я вам сказал, что началась эпидемия. В данной ситуации я, как главный мастер врачеватель Перна, отвечаю за все творящееся в каждом холде, мастерской или Вейре, - Капиам покосился на Ш'гала, чтобы удостовериться, что тот тоже его слушает. - И я приказываю вам немедленно барабанами объявить о введении карантина и в этом холде, и в том, где ваши табунщики останавливались на ночлег. Никто теперь не имеет права выходить за ворота холда. И внутри холда - никаких сборищ...

- Но надо собирать фрукты...

- Вы будете собирать не фрукты, а больных - и людей, и животных. Соберете и обеспечите им надлежащий уход. Мы с мастером Куитрином обсудили эмпирические методы лечения. Ничего другого не остается, раз уж гомеопатические средства оказались совершенно неэффективными. Велите вашим слугам приготовить для больных главный зал...

- Мой зал?!!! - подобное предложение вызвало у Ратошигана откровенный ужас.

- А затем вы освободите новые конюшни, чтобы разместить людей хоть немного посвободнее. А то у вас они спят буквально как сельди в бочке.

- Я так и знал, что ты поднимешь эту тему! - Ратошиган просто напросто кипел от ярости.

- На свою же беду вы скоро поймете, что требования лекарей были совсем не так бессмысленны, как вам кажется! - Капиам больше не мог сдерживаться. - Вы изолируете больных и организуете за ними уход! Это ваш долг как лорда холда! Или к концу Прохождения в вашем холде не останется ни одной живой души!

Ошеломленный Ратошиган не знал, что и ответить. А Капиам уже повернулся к Ш'галу.

- Отвезите меня в Форт Холд. Я должен вернуться к себе. И чем быстрее, тем лучше. Да и вам не стоит терять времени - надо как можно скорее оповестить Вейр.

Ш'гал заколебался, но дракона все-таки не вызвал.

- Предводитель!

Ш'гал сглотнул.

- А вы трогали животное? - настороженно спросил он.

- Нет, не трогал. Талпан меня предупредил.

Краем глаза Капиам заметил, как побледнел Ратошиган.

- Вы не можете улететь, мастер Капиам! - вскричал лорд, хватая лекаря за руку. - Я касался животного, и я тоже могу умереть!

- Вполне вероятно. Вы отправились в Исту потыкать палкой в запертого в клетке зверька. А теперь он неожиданно мстит вам за вашу жестокость!

Открыв рот, Ш'гал и Ратошиган глядели на всегда такого сдержанного и корректного мастера врачевателя.

- Но что же мне делать, мастер Капиам? Что мне делать?

- То, что я вам сказал. Через два или три дня вы узнаете, заразились вы или нет. А пока я вам советую побыстрее реорганизовать жизнь в холде.

Жестом Капиам велел Ш'галу вести его во двор, где их дожидался бронзовый дракон. В предрассветном мраке мягко светились большие глаза великолепного Кадиха.

- Драконы! - Ш'гал замер, словно налетев на стену. - Драконы могут заразиться или нет?

- Талпан сказал, что нет. Поверьте мне, Предводитель, это вопрос волновал его не меньше, чем вас.

- Вы уверены?

- Талпан в этом не сомневался. Кони болеют, и очень серьезно, а остальной скот - нет. Ни ******** ни дикие ни домашние не подвержены этому заболеванию, хотя они имели контакт с разносчиком инфекции и в морском холде Иген, и в скотоводческом холде Керун. А раз драконы происходят от...

- Ну уж не от стражеб!

Капиам не стал спорить, хотя среди представителей его ремесла эта родственная связь не вызывала особых сомнений.

- Дракон, на котором этого представителя кошачьих перевезли из Игена в Керун, не заболел, хотя с тем пор прошло уже больше десяти дней.

Ш'гала этот довод, похоже, не убедил, но больше спорить он не стал.

Возможность летать на драконах Капиам считал одной из самых приятных своих привилегий. Он уселся за спиной Ш'гала, и Кадих немедленно взмыл в воздух. Этот миг всегда казался Капиаму восхитительно прекрасным, но сейчас он даже не заметил этого - все его мысли были заняты тем, что ему предстоит сделать в ближайшие несколько часов.

Талпан обещал установить в Исте карантин, передать предупреждение дальше на восток и изолировать всех, кто мог заразиться во время Собрания. А еще он постарается проследить судьбу всех коней, покинувших холд за последние восемнадцать дней. Капиаму же предстояло оповестить запад и организовать поиски в архивах. Завтра барабаны задымятся - так много сообщений полетит во все стороны. Но прежде всего Капиама заботил Холд Руат. Всадники, побывав на Собрании в Исте, полетели потом пару часиков потанцевать и выпить вина на Собрании в Руате. Если бы только Капиам не уснул! Он упустил такое драгоценное сейчас время. Время, за которое можно было попытаться остановить распространение инфекции.

Тихое предупреждение Ш'гала, Капиам покрепче схватился за ремни - и они ушли в Промежуток. "Интересно, - мелькнула мысль у мастера врачевателя, - может, ужасный холод Промежутка убьет вирус?"

Мгновение, и вот они уже парят над Форт холдом, и мягко садятся на поле у главного входа. Ш'гал явно не собирался оставаться в обществе Капиама дольше, чем это необходимо. Дождавшись, пока лекарь спустится на землю, он попросил того еще раз повторить инструкции.

- Передай Берчару и Морете, чтобы лечили симптомы эмпирически. Если мы найдем эффективное лечение, я сразу же об этом сообщу. Инкубационный период - от двух до четырех дней. Кое-кто выживет. Попытайтесь установить, где и когда находились ваши всадники, - свобода передвижений наездников теперь оборачивалась против них. - И не собирайтесь вместе...

- Но как же во время Падения?!

- У Вейров действительно есть обязательства перед народом Перна... ну, хотя бы сведите контакт с наземными группами до минимума.

Благодарно потрепав Кадиха по могучему плечу, Капиам направился в холд, а бронзовый дракон развернул крылья и, подпрыгнув, взмыл в небо.

Капиам следил за драконом и всадником, пока они не исчезли в Промежутке, затем, спотыкаясь, побрел дальше к холду, где его ждала такая вожделенная сейчас кровать. Но прежде надо составить послания в Руат.

В воздухе пахло сыростью. Наверно, скоро поднимется туман. Во дворе перед Форт холдом и в проходе к Мастерской Арфистов Капиам не встретил ни одной живой души. Пройдя по полутемным коридоpам, Капиан свернул в сторону Архива. А ведь до его комнаты и кровати в ней /о, блаженство сна!/ было рукой подать.

Его встретил громкий храп. Удивленный Капиам заглянул в библиотечный зал: два ученика, один - положив голову на Летопись, которую он, видимо, читал перед тем, как его сморил сон, другой - уютно пристроившись у стенки, спали как убитые, выводя громогласные рулады. Капиам хотел было разбудить их, но потом передумал. Уже утро, и скоро сюда придет мастер Фортайн. Уж он-то мигом растолкает этих юнцов и наставит их на путь истинный. Хорошая трепка и немного отдыха пойдут им только на пользу. Все равно у него нет сил отвечать на вопросы, которые наверняка последуют, если он их разбудит.

Капиам тихонько взял со стола кусок хорошо выделанной кожи и набросил на нем краткое послание мастеру барабанщику - все, что требовалось передать в Вейры и крупные холды. Оттуда это сообщение дойдет и до мелких холдов и мастерских. Капиам положил записку на стол Фортайна, на самом виду. Архивариус увидит его, как только позавтракает, что обычно происходило очень рано. А значит, еще до полудня весть об эпидемии распростанится по всему Перму.

Провожаемый заливистым храпом, Капиам побрел в своею комнату. Он еще успеет немного поспать до того, как забьют барабаны. Вполне возможно, что он их даже и не услышит - так он устал. По крутым ступенькам он поднялся в комнаты врачевателей в мастерской арфистов. Вот кончится Прохождение, и надо будет всерьез заняться строительством Главной Мастерской врачевателей...

Он добрался до своей комнатенки и открыл дверь. Горел огонь, а на прикроватном столике - чаша с фруктами и кувшин вина. Дездра! В который уже раз он был благодарен ей за ее предусмотрительную заботу. Швырнув в угол сумки, Капиам тяжело рухнул на кровать. Снимать ботинки - непосильная работа, но ничего не поделаешь, надо. Он расстегнул ремень, хотел снять тунику и штаны... нет, на это сил уже не осталось. Упав на матрас, он, уже засыпая, укрылся заботливо приготовленной теплой шкурой. Какое же это счатье - наконец-то положить голову на подушку.

Капиам застонал. Он оставил сообщения для барабанщиков. Фортайн будет знать, что мастер врачеватель вернулся, но он не будет знать, когда. А Капиаму так хотелось спать! Без этого он уже просто не мог. Последние несколько дней он мотался по всему Перну, из конца в конец. Если он не будет беречь свое здоровье, то станет еще одной жертвой эпидемии, заболеет, так ничего и не успев узнать.

Шатаясь, он встал с постели и подошел к столу.

- Не будить!!! - крупно написал он, и держась рукой за стенку, повесил эту записку на самом видном месте.

Только теперь он мог себе позволить раствориться в блаженном комфорте уютной постели, погрузиться в волны столь желанного сна.

Глава 5

Форт Вейр, 3.11.43

Когда ее разбудили, Морета не сомневалась, что проспала всего несколько минут.

- Ты спала два часа, - прошелестел у нее в голове голос Орлих, Кадих словно обезумел.

- Почему? - спросила Морета, чувствуя, что не в силах оторвать голову от подушки.

Голова-то хоть не болела, не то, что ноги. Морета не знала, и сейчас ее это не очень-то и интересовало, с чего вдруг у Ш'гала плохое настроение.

- Появилась новая болезнь, - с удивлением в голосе пояснила Орлих. - Прежде сего Ш'гал отправился посмотреть, как дела у К'лона, и разбудил его.

- Разбудил К'лона? - раздраженно переспросила Морета, натягивая первую попавшуюся ей под руку тунику.

Одежда была немного сырой - видимо, погода успела измениться.

- Над Вейром стоит легкий туман, - услужливо сообщила Орлих.

- Чего ради он разбудил К'лона? - не унималась Морета, продолжая одеваться. - К'лон болен, и ему надо отдыхать.

- Ш'гал уверен, что К'лон принес в Вейр болезнь, - Орлих, похоже, сама удивлялась такому предположению. - К'лон был в Игене.

- К'лон часто летает в Иген. У него там друг. Зеленый наездник.

Морета умылась холодной водой и потерла зубы мятной палочкой, но лучше чувствовать себя от этого не стала. Пригладив ладонью волосы, она взяла с тарелочки на столе зеленую грушу. Может, кислый сок этого недозрелого плода принесет облегчение от последствий излишне обильных возлияний бенденского вина.

- Морета! - голос Ш'гала эхом отозвался в низком коридоре, ведущем к ее вейру.

Она успела еще потрепать свою королеву по закованной в броню щеке, когда, размахивая руками, в вейр ворвался Предводитель. Орлих заморгала и закрыла глаза, делая вид, будто спит.

- Болезнь по всему Перну. Умирают люди, а исцеления нет. И кони тоже умирают. Никто не должен покидать Вейра.

Он даже побледнел от страха.

- Но, Ш'гал, - возразила удивленная Морета. - Завтра же Падение. Всадникам придется вылететь из Вейра.

- Не подходи ко мне. Я мог заразиться.

- Почему бы тебе не рассказать мне все с самого начала? - спокойно предложила она.

- Животное, которое показывали в Исте... из-за него началась страшная болезнь. Это настоящая эпидемия. Больные и в Исте, и в Керуне, и в Телгаре. Даже в Южном Болле! В холде лорда Ратошигана умерло уже несколько человек! Матер Капиам объявил там карантин. И у нас тоже.

- Ты сказал, что кони тоже болеют? - голос Мортеы дрогнул, и она со страхом покосилась на Орлих. - А драконы? - что, если... она ведь трогала того коня, умершего на скачках... что если она заразила Орлих...

- Нет, нет, драконы не болеют! Капиам и Талпан оба так считают. А того зверька они убили. А он вовсе не выглядел больным!

- Объясни мне теперь, пожалуйста, каким образом могли заболеть люди в Южном Болле, если животное все время находилось в Исте?

- Я же сказал, что это эпидемия! Все началось с того, что моряки выудили из воды эту тварь, напоминающую кошку. И привезли ее домой. И всем хотелось на нее поглядеть. Ее показывали и в Игене, и в Керуне, и в Исте... пока Талпан не догдался, что она - разносчик инфекции. Да, да, Капиам так и сказал: разносчик инфекции.

- И эту кошечку демонстрировали на Собрании?

- Никто же ни о чем и не подозревал! Вплоть до того момента, как этот Талпан объяснил Капиаму, что к чему. Он же побывал во всех холдах, где началась эта новая странная болезнь.

- Кто побывал, Талпан?

- Да нет же, Капиам, конечно! Талпан лечит животных.

- Я знаю, - видя, в каком состоянии находится Ш'гал, Морета всеми силами старалась сохранять спокойствие. - Но на Собрании в Руате ни о чем подобном даже и не упоминалось!

- Естественно, не упоминалось! - не унимался Ш'гал. - Тогда еще никто не знал, в чем дело. Кроме того, кому охота говорить о всяких неприятных вещах во время Собрания. Но я только что отвез Капиама в его мастерскую. А еще мне пришлось отвезти Ратошигана и Капиама в Южный Болл из-за того, что по барабанам Ратошигану передали сообщение. Там говорилось, что он дожен немедленно вернуться. У него в холде умерли люди. И у него же - новые кони из Керуна. Они-то, скорее всего, и принесли болезнь на запад, - Ш'гал нахмурился. - Капиам сказал, что если я не трогал той кошки, то может, и не заболею. Я просто не могу заболеть. Я же Предводитель Вейра.

Морета окинула Ш'гала настороженным взглядом. Он был необыкновенно бледен, а губы прямо-таки посинели от холода. Из-под шлема наездника выбивались мокрые волосы.

- Выглядишь ты, надо сказать, неважно.

- Со мной все в порядке! Все в порядке! Я только что искупался в Ледяном Озере. Капиам думает, что это болезнь похожа на Нити. Нити не переносят холода, и воду тоже.

Подхватив меховой плащ, валявшийся там, где он упал с ее плеч всего каких-то пару часов тому назад, Морета решительно шагнула к Ш'галу.

- Не подходи ко мне! - воскликнул тот, отступая назад.

- Не будь идиотом! - рявкнула Морета, накидывая на него плащ.

- Быстро надевай, если не хочешь простудиться. Простуда сделает тебя более подверженным заболеванию, каким бы оно ни было. В жизни не слышала о более глупом поступке - нырнуть в Ледяное Озеро, да еще до восхода солнца, а потом путешествовать через Промежуток. Садись-ка, выпей вина и расскажи подробно, что произошло на Собрании в Исте. И куда вы с Капиамом направились потом. И что точно он сказал.

Морета слушала рассказ Ш'гала в пол-уха - в голове она перебирала меры предосторожности, которые можно предпринять.

- Ничего хорошего с Южного Континента придти не могло, - между тем продолжал Ш'гал. - Наверняка есть очень веские причины, почему жить там не разрешается.

- Никто и не интересовался получением такого разрешения, - ответила Морета. - Мне всегда казалось, что перебравшись на Северный континент, все необходимое мы взяли с собой. Но ты не сказал, каковы симптомы заболевания. - Словно наяву, Морета увидела перед собой окровавленный нос умершего коня.

Ш'гал глядел на нее безумными и совершенно непонимающими глазами. Усилием воли собравшись с мыслями, он ответил:

- Жар. Точно, жар.

- Жар тоже бывает разный.

- Ну это, наверно, знает Берчар. Капиам сказал жар, головная боль и сухой кашель. Но как такая мелочь может убить человека?

- Как Капиам советует проводить лечение?

- Да как же он может говорить о лечении, если даже не знает, что это за болезнь? Но я думаю, они скоро узнают. Надо только как следует поискать в архивах. Ах да, он сказал, что симптомы следует лечить эмпирически.

- Он что-нибудь говорил об инкубационном периоде? Не можем же мы устроить в Вейре карантин навечно!

- Это я понимаю. Но Капиам просил передать, чтобы мы не устраивали никаких собраний. Он даже задал изрядную трепку Ратошигану за излишнюю скученность живущих в его холде людей. - Ш'гал криво усмехнулся. - Мы, мол, вас предупреждали, но вы не слушали. Теперь будете за это расплачиваться.

- Ш'гал, Капиам наверняка упоминал, какой период инкубации этого нового заболевания.

- Я устал, - Предводитель Вейра допил вино, нахмурился и потер ладонью лоб. - Я пол-ночи дожидался Капиама. Он сказал, что инкубационный период составляет от двух до четырех дней. Он велел мне выяснить, кто где был в последние дни, и настоятнельно советовал не собираться. Но у Вейра есть свои обязанности. Мне надо поспать. Раз уж ты встала, оповести об этом всех остальных. Не надо рассказывать лишнего, - он пристально поглядел на Морету.

- Мне бы не хотелось, проснувшись, обнаружить, что ты устроила излишний ажиотаж.

- Бороться с эпидемией - не совсем то же самое, что успокаивать всадника, дракон которого повредил себе крыло.

- Найди Белчара. Я должен совершенно точно знать, чем болен К'лон. Сам он не знает, а Берчар сейчас куда-то ушел. - Ш'гал явно не одобрял такого поведения лекаря.

- Я поговорю с Берчаром, - сказала Морета, ничуть не сомневавшаяся, что найдет лекаря в комнате зеленого наездника по имени С'гор.

- И предупредишь Вейр? - шатаясь от усталости и выпитого на пустой желудок вина, Ш'гал встал на ноги. Пусть ни одна живая душа не покидала Вейра... и входила в него. Позаботься, чтобы дежурный всадник передал этот приказ тому, кто его сменит.

- Не слишком ли поздно кричать "Нити", когда они уже зарылись в землю, - с горечью спросила Морета. - Следовало отменить Собрания.

- Вчера никто еще не знал, насколько это серьезно.

Поплотнее завернувшись в теплый меховой плащ, Ш'гал вышел из вейра. Морета глядела ему вслед, и в голове у нее гудело от высказанных и невысказанных вопросов. Почему в самом деле не отменили Собрания? Подумать только, сколько людей пришло в Руат! И наездники изо всех Вейров! Да еще и летали из Руата в Исту и обратно! Что там ей рассказывал Ш'перен? Болезнь в Игене, Керуне и Телгаре? Но он ничего не говорил об эпидемии. И о смертях. А тот скакун Вандера? Алесан вроде упоминал о новом коне, привезенном Вандеру из Керуна? Вспомнив огромные толпы зрителей на скачках, Морета даже застонала. Как много людей! А тот умерший конь? Скольких он успел заразить в миг своей смерти, когда вокруг него собрались обеспокоенные жокеи, конюхи, да и просто любопытные. Ей не следовало вмешиваться! Это было не ее дело!

- Ты расстроена, - вмешалась в ее мысли Орлих, - не стоит расстраиваться из-за коня.

Морета обняла свою королеву, прижалась к ней, чувствую, как раздражение и волнение постепенно сменяются спокойной решимостью.

- Дело здесь не в коне, любовь моя, - пояснила она королеве. - Мы столкнулись с неведомой ранее болезнью. И очень опасной. Ты случайно не знаешь, где Берчар?

- У С'гора спит. Еще очень рано. И сегодня, между прочим, туман.

- А вчера был такой хороший день! - воскликнула Морета, вспоминая крепкие руки Алесана, ведущие ее в танце, его зеленоватые глаза, в которых горел вызов.

- Ты хорошо повеселилась, - с удовлетворением отметила Орлих.

- Да, - согласилась Морета, - Неплохо.

- Ничто не в состоянии изменить вчерашний день, - философски отозвалась королева. - А теперь тебе надо решать проблемы сегодняшнего дня. - Морета чуть не расхохоталась от этой странной драконьей логики.

А Орлих между тем продолжала:

- Раз уж ты все равно встала, с тобой хотела бы поговорить Лери.

- Возможно, Лери и слышала об эпидемии, подобной этой. А может, она подскажет мне, как сообщить о случившемся Вейру накануне Падения.

Раз уж она отдала Ш'галу свой меховой плащ, Морета натянула для тепла летную куртку. Насчет погоды Орлих, как всегда, не ошиблась. Завтра с неба посыпятся Нити - есть туман или нет, им все равно. Морета от души надеялась, что туман, окутывавший ее со всех сторон, скоро развеется. Если ветер не развеет тумана, то опасность столкновения с Нитями значительно вырастет. Драконы-то могут видеть сквозь туман, а вот их всадники...

- Орлих, передай, пожалуйста, дежурному наезднику, что сегодня Вейр закрыт для всех - и для наездников из других Вейров тоже. Еще скажи,что никто не должен покидать Вейра. Это приказ. И пусть передаст его тому, кто следующим заступит на дежурство.

- Да никому и в голову не придет прилететь в Вейр в такой туман, проворчала Орлих. - Особенно на следующий день после двух Собраний.

- Орлих!

- Я передала твое сообщение. Балгеху слишком хочется спать, и он даже не спросил, с чего это вдруг такие необычные указания...

- Добрый день, Холх, - вежливо поздоровалась Морета, входя в аппартаменты старой Госпожи Вейра.

Холх слегка повернула голову, отвечая на приветствие, а затем, закрыв глаза, вновь положила ее на сложенные передние лапы. Престарелая королева от возраста стала почти бронзовой.

Рядом с ней на краю каменного возвышения, служившего королеве ложем, среди груды подушек, завернувшись в толстые шерстяные одеяла, сидела Лери. Она утверждала, что спит рядом со своей королевой не только ради тепла, запасенного Холх за бесчисленные дни, проведенные на солнце, но и чтобы поменьше ходить. Последие несколько Оборотов суставы доставляли старой Госпоже одни неприятности. Раз за разом Морета и мастер Капиам передавали Лери приглашение перебраться на юг, в Вейр Иста. И раз за разом Лери упорно отказывалась, заявляя, что не может, как пещерная змея, менять кожу. Она, мол, родилась в Форт Вейре, и намеревается прожить в нем в окружении друзей до конца своих дней.

- Я слышала, ты отлично провела время, - сказала Лери, вопросительно поглядывая на Морету. - Вернулась в Вейр только на рассвете. Ш'гал поэтому ругался, да?

- Он не ругался. Он плакался. На Перне началась эпидемия.

- Что? - улыбка исчезла с лица Лери. - На Перне еще никогда не бывало эпидемий, - озабоченно сказала она. - Во всяком случае, я о таком еще не слыхивала. И не читала.

Вынужденная сидеть на одном месте, Лери взяла на себя обязанности по ведению летописи Вейра. Благодаря этому у Морреты оставалось чуть больше времени на медицинскую практику. Лери частенько просматривала старые летописи - как она говорила, "для интереса".

- А я-то надеялась, что ты где-то что-то читала. Что-нибудь дающее надежду. Ш'гал просто вне себя, и на этот раз у него для этого есть все основания.

- Может, я просто еще не дочитала до таких интересных моментов нашей истории, как эпидемии, - кинув Морете одну из своих подушек, Лери величественным жестом указала молодой Госпоже на приготовленный для посетителей деревянный стул. - Большей частью мы здоровый народ. Ломаем, правда, порой кости, бывают ожоги от Нитей, иногда простуда, но ничего в глобальном масштабе. И что же это за новая болезнь?

- Мастер Капиам пока не сумел определить, что он собой представляет.

- С каждой минутой мне это нравится все меньше и меньше, - заметила Лори. - И, клянусь яйцом, вчера прошли сразу два Собрания!..

- Тогда еще никто не знал об эпидемии. Никто не думал, что это так опасно. Мастер Капиам и Талпан...

- Твой старый знакомый Талпан?

- Ну да, он лечит животных. Так вот, это он первый догадался, что кошка, которую показывали в Исте, и является разносчиком инфекции.

- Кошка с Южного континента? - Лери покачала головой. - И какой-то дурак таскал эту зверюгу туда-сюда, и еще невесть куда, демонстрируя ее всем кому не лень. А теперь болезнь тоже и тут и там, и еще невесть где. А еще наездники, включая и нашего благородного Предводителя, все полные любопытства, слетелись поглазеть на невиданную диковину!

- Рассказ Ш'гала был несколько бессвязным, но насколько я смогла понять, он отвез лорда Ратошигана в Исту посмотреть на этого зверька, а Капиам прибыл туда после поездки по охваченным болезнью морскому холду Иген, Керуну и Теогару... А потом Ратошиган получил срочное сообщение по барабанам, где его вызывали домой из-за разразившейся там болезни. В итоге Ш'гал отвез и его, и мастера Капиама в Южный Болл.

- Как же болезнь туда добралась? И так быстро. Животное-то к тому времени добралась только до Исты.

- Это так, но сперва его отвезли в холд Керун, к мастеру Суфуру. Думали, он знает, что это за зверь. Никто же не подозревал, что оно разносчик инфекции...

- А поскольку зима стоит теплая, они рассылают сейчас коней по всему континенту, - закончила за нее Лери.

- Талпан сказал Капиаму, что драконы заболеть не могут.

- Нам следует быть благодарными провидению хотя бы за это, отозвалась Лери.

- А завтра Падение. Тут мы пока можем не беспокоиться. Инкубационный период заболевания от двух до четырех дней.

- Ну, хотя бы это... Но ведь ты не была в Исте.

- Зато Ш'гал был. Кроме того, во время второй скачки в Руате умер конь... умер, надо сказать, довольно странно.

- И естественно, ты находилась рядом, не так ли?

- Находилась, хотя и не должна была. А владелец того коня, между прочим, только что получил из Керуна нескольких лошадей.

- Ну и дела, - Лери тяжело вздохнула. - И какое же лечение рекомендует мастер Капиам? У него наверняка есть какая-нибудь идея - не зря же он мотался по всему континенту.

- Он рекомендует лечить симптомы. Эмпирически. Во всяком случае, пока он не найдет более эффективного лекарства.

- И что именно он предлагает лечить эмпирически?

- Жар, головную боль и сухой кашель.

- Но от них не умирают.

- Не умирали до сих пор.

- Что-то не нравится мне все это... - протянула Лери, поплотнее укутываясь в шаль. - Но не будем забывать, тут у нас когда-то гостил арфист /Л'мал всегда считал его слишком печальным/ который любил повторять: "ничто не ново под луной". В данных обстоятельствах его слова вселяют некоторую надежду. Не стоит, наверно, отказываться даже от самого малого шанса. Пришли-ка мне более старые Летописи. Скажем, те, что начинаются с прошлого Прохождения. Хорошо еще, что я сегодня утром никуда не собиралась. Последний оборот Лери практически не покидала свой вейр, и Морета, оценив юмор, благодарно улыбнулась.

- Ш'гал предоставил тебе оповестить Вейр?

- Тех, кто проснулся. И Нессо...

- Точно, - фыркнула Лери. - С нее-то и следует начать. Объясни ей все как следует, а не то столкнешься не только с похмельем, но и с истерией. И раз уж ты все равно встала, не приготовишь ли ты мне вино? Морета, ну пожалуйста... От этой проклятой погоды у меня все так и болит, - и видя, что Морета колеблется, добавила, - Кроме того, если ты смешаешь его сама, то будешь точно знать, сколько же сока феллиса я действительно принимаю.

Морета старалась ограничивать Лери в соке и утверждала, что переберись старая Госпожа на юг, ее состояние улучшилось бы настолько, что от сока можно было бы вообще отказаться.

Но на сей раз Морета не колебалась. Уж если она сама от холода и сырости чувствовала себя совершенно разбитой, то Лери явно приходилось ох, как не сладко.

- Расскажи-ка, как тебе понравилось Собрание, - попросила Лери, пока Морета отмеряла сок феллиса в высокий кубок.

- Очень понравилось. Я попала на скаковое поле, а за скачками наблюдала вместе с лордом Алесаном.

- Что я слышу? Ты присвоила себе юного Алесана в то время, когда его мать и матери всех навест, способных добраться да Руата...

- Он выполнил свой долг на танцевальной площадке, - ухмыльнулась Морета. - Мы с ним, - ее улыбка стала еще шире, - сумели удержаться до конца самого быстрого танца.

- Алесан и впрямь весьма привлекателен, - улыбнулась в ответ Лери, - видимо, он уже оправился после смерти своей первой жены. Печальная история... А вот его дед, отец Лифа... Ах нет, ты наверняка уже об этом слышала. - Морета и понятия не имела, что имеет в виду Лери, но спрашивать было совершенно бесполезно. - Я никогда не упускаю возможности поболтать с Алесаном - например, когда наземные группы отчитываются об уничтоженных Нитях. У него всегда есть про запас фляжка бенденского вина.

- Правда? - заинтересовалась Морета.

- Только не говори, что он и с тобой провернул тот же самый номер, - рассмеялась Лери, - у меня тут случайно есть один мех бенденского вина... - и увидев реакцию Мореты на эти слова, она замеялась еще сильнее. - У него, похоже, полная пещера этого вина. Я рада, что Лиф назначил своим наследником именно его. Он куда умнее, чем его старший брат... никогда не могла запомнить, как их зовут. Алесан стоит троих таких, как он. Ты знаешь, что Алесана нашли во время Поиска?

- Да, и лорд Лиф не дал ему разрешения покинуть холд, - Морета нахмурилась. - Из него получился бы отличный наездник бронзового.

- Ну, если парню предстояло унаследовать холд, то лорд Лиф был вправе его не отпустить. Это произошло почти двенадцать Оборотов тому назад. Еще до того, как ты здесь появилась... Мне тоже кажется, что он бы Запечатлел бронзового... Твое здоровье, - провозгласила она, поднимая переданный ей Моретой кубок. - Гм-м-м... Отдохнула бы ты сегодня... Два часа сна - это маловато, особенно если завтра Падение, а всадники наверняка будут делать всякие глупости после двух Собраний накануне, не говоря уже о нервозности из-за новой неведомой болезни.

- Мне еще надо кое-что сделать... Но потом буду отдыхать.

- Иногда я сомневаясь, правильно ли мы с Л'малом поступили, узурпировав твое умение врачевать.

- Да! - хором ответили Морета, Холх и Орлих.

- Ну вот, задаешь глупый вопрос...

- Ладно, скажи лучше, какие именно летописи тебе принести?

- Самые старые, какие только найдешь. Лишь бы их еще можно было прочитать...

Туман плыл по ущельям, затягивая все вокруг серой промозглой пеленой. Морета поежилась. Даже прожив тут десять Оборотов, она по-прежнему недолюбливала эти северные туманы, так же как на юге, в Исте, ее угнетала постоянная сырость. Она привыкла к прохладе Керуна. Интересно, там, в предгорьях, болезнь свирепствует так же, как и на равнине? И распознал ее не кто иной, как Талпан! Как странно, что она как раз вчера его вспоминала. Может, теперь они встретятся?

Тряхнув головой, Морета стала спускаться в Чашу. Сперва ей надо повидать К'лона. Потом встретиться с Берчаром, даже если для этого ей придется без приглашения забраться в вейр С'гора.

Добравшись до лазарета, Морета обнаружила, что К'лон крепко спит спокойный, здоровый сон, ни на лбу, ни на верхней губе - ни капельки пота. Морета не стала его будить, и вышла, тихонько прикрыв за собой дверь.

В Чаше суетились ученики, готовя все необходимое к завтрашнему Падению. До Мореты долетали их смех и веселые крики, приглушенные туманом. - Надо найти Наставника Ф'нелдрила, - решила наездница, - он должен знать, кто из учеников куда летал в последние дни. Несмотря на строжайший приказ не отклоняться от указанного маршрута, кое-кто мог не устоять и посетить Исту, поглядеть на никогда не виданного зверька.

- Давайте веселее, парни, - торопил учеников мастер Ф'нелдрил. Сама Предводительница Вейра пришла посмотреть, достаточно ли полно вы насыпаете мешки огненным камнем.

"У него, наверно, глаза на затылке", - решила Морета.

Еще мгновение, и рядом с ней из тумана возник сам Наставник - один из ее самых первых друзей в Форт Вейре.

- С Вами все в порядке, Предводительница? Орлих, я надеюсь, чувствует себя хорошо? Ей уже скоро делать кладку, не так ли?

- Ага, вылупятся дракончики, и у тебя появятся новые ученики. Будет кого пошпынять.

- Я?! - изображая смертельную обиду, Ф'нелдрил ткнул себя пальцем в грудь. - Это я-то шпыняю?!

Но сейчас Морете было не до шуток.

- У нас беда, Ф'нелдрил.

- Который?

- Нет-нет, на этот раз твои ученики ни при чем. На юге появилась новая болезнь, быстро перерастающая в эпидемию. Похоже, она добралась и до нас. Мне надо знать, кто из учеников куда вчера летал, куда отвозил своих пассажиров и как долго оставались в Исте. Скоро весь вейр начнет отвечать на эти вопросы. Если мы хотим остановить эпидемию, не дать ей опустошить наш Вейр, мы должны это знать.

- Можешь не беспокоиться, Морета. Я все выясню.

- Главное сейчас - не допустить паники... хотя ситуация и вправду черезвычайно серьезная. Да, вот еще что: Лери хотела бы просмотреть самые старые Летописи - ну, из тех, что еще можно читать. Проследи, чтобы ей их доставили.

- Чем это там занимаются наши врачеватели и все их ученики, что нам приходится делать их работу?

- Чем больше народу ищет в Летописях упоминание о подобной болезни, тем быстрее они его найдут.

- Как только мои ребята кончат насыпать мешки и вымоются, они немедленно доставят Лери ее Летописи. Не стоит сыпать на книги каменной крошкой... Эй, М'барак! Я бы не назвал этот мешок полным! Досыпь-ка его доверху!

Одним из маленьких пунктиков Наставника Ф'нелдрила было: всегда заканчивать одну работу, прежде чем браться за другую. Зато теперь Морета могла не сомневаться, что Лери получит свои Летописи. И весьма скоро.

Она прошла в Нижние Пещеры. Стоя у входа, Морета даже удивилась, как мало всадников сегодня встало к завтраку. За длинными столами было пустынно, а те, кто все-таки нашел в себе силы спуститься поесть, явно мучались головной болью с похмелья. - Как это все некстати! - подумала Морета с отчаянием, - проклятая эпидемия вслед сразу за двумя Собраниями! Теперь половина всадников расценят новости как дурную шутку, а вторая половина еще даже не протрезвела настолько, чтобы вообще понять, о чем идет речь. А завтра Падение! Как же ей оповестить Вейр, если никто не может ее понять?

- Ты сперва поешь, а там, глядишь, и придумаешь - невозмутимо посоветовала ей Орлих.

- Отличная мысль, - согласилась Морета, подходя к маленькому очагу и наливая себе чашу кла. Выбрав на стоящем рядом противне булочку порумянее, она огляделась, выбирая, куда сесть. И тут увидела Петерпара, главного конюха Вейра. Он сидел и с унылым видом точил нож. Душа его явно не лежала к этой работе.

- Смотри не порежься, - тихонько сказала Морета, садясь рядом с ним. - Ты был в Исте или в Руате?

- И там, и там, за мои грехи. Пиво в Исте, а в Руате это мерзкое кислое вино из Тиллека.

- А ты видел в Исте ту странную кошку?

- Да, - Петерпар нахмурился, - Там еще был мастер Талпан. Он посоветовал мне не приближаться к ней, хотя она и сидела в прочной клетке. Между прочим, он передавал тебе привет. А потом, - Петерпар, похоже, не слишком-то доверял своей памяти, - они вроде бы ее убили.

- И неспроста, - кивнула Морета и объяснила, почему.

Петерпар слушал, открыв рот. К тому времени, как Морета закончила свой рассказ, он уже успел оправиться.

- Если нам суждено заболеть, - невозмутимо заявил он, продолжая точить нож, - значит мы заболеем. А если нет - то останемся здоровы.

- Мы недавно получили табун коней, - сказала Морета, - из какого они холда?

- Из Тиллека, - в голосе Петерпара явно звучало облегчение. - Слышал в Исте, что в Керуне померло множество лошадей. Это что, та же самая болезнь?

Морета молча кивнула.

- Слушай, как могла кошка с Южного Континента заразить нас всех - и людей и коней?

- Мастер Талпан доказал, что виновата во всем именно она. Судя по всему, ни у людей, ни у коней нет иммунитета против этой безвредной для нее болезни.

- Значит, тот конь на скачках в Руате, он тоже...

- Вполне вероятно.

- Тиллек не покупает лошадей в Керуне. Оно и к лучшему. Но как только я допью свой кла, я все-таки проверю всех наших коней, - он спрятал нож в ножны. - А драконы не могут заразиться?

- Мастер Талпан утверждал, что не могут, - ответила Морета, вставая, - зато всадники - за милую душу.

- Ну, мы тут все крепкие парни, - гордо отозвался Петерпар, словно даже удивляясь, что Морета сама об этом не подумала. - Теперь мы станем поосторожнее. Ты еще увидишь. Из нас заболеют немногие. Об этом можешь не волноваться. Особенно учитывая, что завтра Падение.

"Никогда не угадаешь, кто и как тебя поддержит", - решила Морета. И однако, кое-в-чем Петерпар был прав: одна из причин выносливости наездников крылась в том, что они хорошо питались. Грамотно составленная диета может предотвратить или ослабить болезнь. Изменение рационов в зависимости от времени года всегда являлось одной из самых важных обязанностей Госпожи Вейра. Оглядевшись, Морета заметила стоящую у очага Нессо. "Надо с ней поговорить, - решила она, - а то будут обиды..."

- Нессо, мне бы хотелось, чтобы повара начали добавлять в пищу спирлик.

- Я уже сказала им об этом, - обиженно фыркнула Нессо, - а в утренних булочках был цитрон. Съешь и убедись сама. Лучше предотвратить болезнь, чем потом ее лечить.

- Значит, ты уже слышала об эпидемии?

- Когда тебя поднимают ни свет ни заря...

- Тебе что, Ш'гал рассказал ?

- Он ничего мне не рассказывал. Он тут бродил вокруг очага, бормоча всякую всячину себе под нос и ничуть не заботясь о том, кто спит рядом.

Морета отлично знала, почему Нессо всегда дежурит в ночи Собраний. Снедаемой неуемным любопытством женщине доставляло удовольствие следить, кто куда и когда отправляется.

- И кто еще в Вейре знает об эпидемии? - спросила Морета.

- Все, кому ты уже успела о ней рассказать, - обиженно ответила Нессо и косо поглядела на торопящегося к выходу из пещеры Петерпара.

- И что же ты услышала? - Морета отлично знала любовь Нессо к всевозможным слухам и сплетням, а также то, как часто переданная таким образом информация изменялась до неузнаваемости.

- Я слышала, что на Перне началась эпидемия, и что мы все умрем. Нессо негодующе поглядела на Морету. - Вздор чистой воды, если тебя интересует мое мнение.

- Но мастер Капиам объявил, что эпидемия и в самом деле началась.

- Ну, у нас-то ничего подобного нет и в помине! - возмутилась Нессо. - К'лон чувствует себя преотлично - спит, как младенец, хотя его и подняли посреди ночи, чтобы он отвечал на всякие глупые вопросы. Это в холдах умирают от эпидемий, - Нессо с презрением относилась ко всем и каждому живущему не в Вейре. - Да и чего еще можно ожидать, если набить целую толпу народа в комнатенку, в которую я бы не посадила даже стража порога! - Нессо взглянула на Морету, и слова возмущения умерли у нее на устах. - Ты это серьезно? Я-то думала Ш'гал просто немного перебрал. Ох ты! И все, практически все всадники побывали или в Исте, или в Руате.

Нессо, может, и любила посудачить, но глупой ее назвать было никак нельзя. Теперь она прекрасно понимала всю серьезность происходящего. Она покачала головой, и вытерев о передник половник, яростно помешала варящуюся на огне кашу, что чуть не выплеснула ее из котелка.

- И какие же симптомы болезни?

- Жар, головная боль и сухой кашель.

- Именно то, на что жаловался К'лон.

- Ты уверена?

- Ну, конечно! И если уж на то пошло, то К'лон и в самом деле чувствует себя хорошо. Мы тут в Вейре не отличаемся слабым здоровьем! Нессо, похоже, гордилась этим фактом ничуть не меньше, чем Петерпар. - И не считая тебя, к нему заходил только Берчар... Между прочим, я бы не стала сейчас рассказывать о симптомах: утром после Собрания головы болят почти у всего Вейра. Но если это и эпидемия, то только тяжкого похмелья. еще раз решительно помешав кашу, она спросила, - Как скоро это заболевание проявляется в заразившемся человеке?

- Капиам говорил, что инкубационный период составляет от двух до четырех дней.

- Ну, тогда хоть о завтрашенм Падении можно не беспокоиться.

- Нельзя собираться большими группами, - сказала Морета. - А еще никто не дожен ни покидать Вейр, ни входить в него. Я уже передала эти укаазания дежурному всаднику.

- Сегодня все равно вряд ли кто соберется нас навестить - все-таки два Собрания накануне, да и туман.. Тебе надо поговорить с Берчаром. Он в вейра С'гора.

- Я так и думала. Проследи, чтобы Ш'гала сегодня не беспокоили.

- Вот как? - брови Нессо удивленно взлетели. - Он что, решил, что уже заболел? А о том, что завтра Падение, он не забыл? Что мне сказать если его будут спрашивать?

- Отсылай всех ко мне. Он не болен. Просто двое суток возил по холдам мастера Капиама и смертельно устал.

На том они и расстались. Выспавшить, Ш'гал наверняка оправиться от своего страха и с радостью отправится сражаться с Нитями.

Морета вышла из Нижней Пещеры. Снаружи по-прежнему клубился туман.

- Орлих, свяжись, пожалуйста с Малхой и попроси ее подбросить меня до ее вейра.

- Я тебя отвезу.

- Я знаю, что ты это можешь, любовь моя. Но тебе скоро откладывать яйца, а туман такой густой... кроме того, обратившись к ним с такой просьбой я заблаговременно предупреждаю их о моем прилете.

- Малх скоро прилетит.

Что-то в том, как Орлих это сказала, заставило Морету подумать, что Малх не слишком-то охотно откликнулась на просьбу Госпожи Форт Вейра. Странно, Малх должна была бы знать, что Морета не стала бы беспокоить ее понапрасну...

- Малх это знает, - быстро сообщила Орлих, явно намекая, что все дело здесь в наезднике.

Не успела Орлих договорить, как туман рядом с Моретой забурлил, и буквально в двух шагах от нее появился зеленый дракон.

- Орлих, передай мою благодарность. И похвали точность полета.

- Уже сделано.

По услужливо подставленной ноге Морета вскарабкалась на спину Малх. Она всегда чувствовала себя как-то странно, когда летала не на своей огромной королеве, а на других, более мелких драконах. Смешно думать, будто Малху может быть тяжело, но Морета ничего не могла с собой поделать.

Выждав мгновение - пока всадница устроится поудобнее - Малх легко взмыла в воздух. Хоть и доверяя дракону целиком и полностью, Морета тем не менее нервничала, туман все-таки, ничего не видно...

- На мне ты бы не волновалась, - обиженно заметила Орлих. - И пусть мне скоро откладывать яйца, я еще не настолько неуклюжая...

- Я знаю, любовь моя.

Мягкий, едва заметный толчок возвестил об окончании пути. Они приземлились перед вейром.

- Спасибо, Малх! - громко сказала Морета - еще одно предупреждение тем, кто находится внутри вейра.

Спрыгнув с дракона, всадница быстрым шагом направилась к входу.

- Сюда нельзя! - плечистая фигура С'гора загородила Морете дорогу.

- Слушай, С'гор, я не собираюсь стоять на пороге, особенно в такую сырость. Вы же знали о моем прилете заранее.

"С'гор, - решила наездница, - выбрал не самое лучшее время стесняться."

- Морета, дело в том, что Берчар заболел. Ему ужасно плохо, и он велел никого к нему не пускать.

- Все рвно мне необходимо с ним поговорить, - решительно сказала Морета и, шагнув мимо отступившего в сторону С'гора, вошла в вейр.

Она подошла к спальне, но тут С'гор вновь ее остановил.

- Не надо, - попросил он, - Все равно ты ничего от него не узнаешь. Он без сознания. И ко мне тоже не прикасайся... Я наверняка тоже заразился. - В наступившей тишине явственно раздавались тихие стоны Берчара.

Не раздумывая, Морета отодвинула занавеску и вошла в спальню. Даже в тусклом свете масляной лампы было видно, как страшно болезнь преобразила молодого лекаря. Он осунулся, черты его лица как-то странно заострились, а бледная до синевы кожа была покрыта крупными каплями пота. На столе рядом с кроватью стояла открытая сумка с лекарствами.

- Когда он заболел? - спросила Морета, разглядывая пцзырьки.

- Вчера он чувствовал себя необычайно усталым - ужасная головная боль и все такое. Мы даже не полетели на Собрание, хотя и собирались... За завтраком он вроде бы выглядел совершенно нормально, и мы уже решили было отправиться в Исту поглядеть на выловленного в море зверька, но тут у Берчара начались какие-то жуткие головные боли. Я, честно говоря, ему сперва даже не поверил...

- От головной боли он пил настойку сладкого корня?

- Нет. Он принял ивовый элексир, - С'гор ткнул пальцем в наполовину пустой пузырек.

- А потом сладкий корень?

- Да, но только легче ему от этого не стало. К полудню у него начался жар, и он решил принять, - С'гор взял в руки маленькую бултылочку и прочитал, - "аконит". Мне это показалось несколько странным: я ведь неоднократно помогал ему, и мне казалось, что аконит ему вовсе никчему. Но он сказал мне, чтобы я не смел спорить с лекарем, с ним, то есть... А сегодня утром он попросил сделать ему укол настойки перьев папоротника в которую я должен был добавить десять капель сока плодов лунного дерева. Он говорил, что у него все болит, и феллис, дескать, должен помочь...

Морета глубоко задумалась. Аконит от головной боли и жара? Настойка перьев папоротника и сок феллиса - это хотя бы понятно.

- У него был сильный жар?

- Он прекрасно понимал, что делает, если ты об этом...

- Ничуть не сомневаюсь. Он же искуснейший мастер Врачеватель, и нам повезло, что он поселился в Форт Вейре. Что еще он велел тебе делать?

- Никого к нему не пускать! - с вызовом заявил С'гор и с неприязнью поглядел на Морету, сделавшую вид, будто ничего не замечает. - Неразбавленную настойку перьев папоротника каждые два часа, пока не спадет жар, и сок феллиса через каждые четыре.

- Он полагал, что заразился от К'лона?

- Берчар никогда не обсуждал со мной своих пациентов!

- В этот раз было бы лучше, если бы он все тебе рассказал.

- А что, К'лону стало еще хуже? - испуганно спросил С'гор. Морете хотелось, чтобы и ей предоставилась такая же возможность. - Когда у Берчара спадет температура, я бы хотела с ним поговорить. Позовешь меня, ладно? Это очень важно.

Она задумчиво посмотрела на Берчара. Если у К'лона была та же самая болезнь, о которой сообщил мастер Капиам, то почему же он выжил? Почему не умер, как жители холмов на юге контенета? Может, все дело как раз в том и заключается, что это были жители холдов? Может, теснота и теплый климат способствуют протеканию болезни?.. Спохватившись, Морета вновь повернулась к начавшему уже волноваться С'гору.

- Делай все так, как тебе велел Берчар, - сказала она. - Я прослежу, чтобы тебя больше не беспокоили. Пусть Малх через Орлих передаст мне, когда Берчар придет в себя. И поблагодари Малх от меня за то, что она меня сюда привезла...

Глаза С'гора стали пустыми и невидящими - он говорил со своим драконом. Затем, улыбнувшись, он вновь обратил свой взор на Морету.

- Малх говорит, мол, не стоит благодарности. Она готова отвезти тебя вниз.

Падать сквозь туман к невидимой земле - ощущение не из самых прятных.

- Малх не посмеет уронить Госпожу своего Вейра, - хмыкнув, успокоила Морету Орлих.

- Я только на это и надеюсь, - в тон ей ответила Морета, - но когда я не могу различить даже пальцев вытянутой руки...

"Нет, не настойка сладкого корня, - думала Морета, вновь очутившись на дне чаши и попрощавшись с растаявшей в тумане Малх, - не сладкий корень способный полностью снять жар, а перья папоротника - средство несколько снизить температуру. И аконит для сердца. Так, что ли? Неужели такой страшный жар? А еще сок феллиса... Капиам ничего не передавал о болях. Жаль, что не удалось поговорить с Берчаром. Но может, К'лон уже проснулся?"

- Он еще спит, - сообщила Орлих. - И тебе бы вовсе не помешало немного соснуть.

Морета и вправду чувствовала себя совершенно разбитой. Да еще этот проклятый туман! В нем запросто можно заблудиться!

- Меня-то ты всегда найдешь, - заверила ее Орлих. - Возьми чуть-чуть левее и придешь прямо ко мне. Я приведу тебя в наш вейр.

"Пожалуй, я и правда посплю, но только пару часиков", - решила Морета.

Ей и в самом деле следовало отдохнуть. Она сделала все, что могла...

- Иди сюда и никуда не сворачивай, - снова позвала ее Орлих.

"Легко ей говорить", - подумала Морета. Через несколько шагов желтоватый свет входа в Нижние пещеры растаял в густом сером тумане. К'лон выздоровел, - это мысль не шла у Мореты из головы. - Может жители холдов на юге и умирали от этой болезни, но наездник К'лон выздоровел. Может, Ш'гал что-то перепутал? Впрочем, С'перен тоже говорил о какой-то болезни. А завтра еще предстояло Падение...

- Не стоит так волноваться, - успокоила ее Орлих. - Сейчас ты все равно больше ничего не можешь сделать. Подумай сама, большинство наездников еще даже не проснулись. А к вечеру Лери наверняка найдет что-нибудь в Летописях.

- Я и не волнуюсь. Это все туман. У меня от него всегда портится настроение. У меня такое чувство, что я так и буду брести неизвестно куда до скончания вечности.

- Ты уже почти дошла. Осторожно, сейчас будет лестница.

И правда, еще пару шагов, и она больно ударилась ногой о самую нижнюю ступеньку. Вокруг по-прежнему клубился туман. Морета нащупала рукой стену, а потом и вход в хранилище, рядом с лестницей. С трудом отворив массивную дверь, она шагнула внутрь. Ее встретил до боли знакомый пряный аромат хранящихся тут сушеных трав и настоек. Даже в царящем здесь полумраке Морета видела, что висящих по стенам пучков перьев папоротника с лихвой хватит, чтобы поставить на ноги весь Вейр. На полке напротив входа стояла большая стеклянная бутыль, до краев полная белого порошка толченые корни аконита. Ивового эликсира тоже вполне достаточно. И четыре непочатые бутыли сока феллиса. Ш'гал что-то говорил о кашле... Морета повернулась к другим полкам, где хранились необходимые лекарства: туссилаго, комфрей, хиссоп, тимус, эзоб, борраго. Должно хватить. И с лихвой. Когда Древние переселились на Северный континент, они прихватили с собой все растения, из которых готовили лекарства. Наверняка среди них найдется какое-нибудь, помогающее при этой новой, не встречавшейся ранее болезни.

Она вернулась к двери, и, наверно, как поколения лекарей до нее устало прислонилась к косяку. Поколения! Да, поколения, пережившие и эпидемии и падения, и все природные катаклизмы этого мира...

Вокруг было так же серо и сыро, как и раньше. Угрюмо чернела смутной тенью уходящая к вейру лестница.

- Осторожнее, - предостерегла Орлих.

- Постараюсь, - отозвалась Морета, и придерживаясь рукой за стену, начала подниматься, по ступенькам. Орлих что-то ободряюще шептала, и Морета рассмеялась - ведь до вейра и уютной постели оставалось всего несколько шагов... В вейре было куда теплее, чем снаружи. Мягко светились глаза королевы, приветствуя переступившую через порог Госпожу.

- Ты устала, тебе надо отдохнуть.

- Ишь ты, раскомандовалась! - покачала головой Морета, двигаясь к спальне.

Скинув тунику, она скользнула под шкуры, и через минуту уже крепко-прекрепко спала.

Глава 6

Холд Руат. 3.11.43

Алесан стоял и смотрел, как огромная золотая королева взмыла в воздух. Она прямо-таки светилась в ночи, и тусклое свечение масляных ламп здесь было совершенно не при чем. Может, дело в том, что ей скоро откладывать яйца?.. А потом произошло то, чего Алесан и ждал: золотая королева и ее прекpасная наследница исчезли.

Улыбнувшись, Алесан глубоко и удовлетворенно вздохнул. Первое в его жизни Собрание, на котором он выступал в роли лорда холда Руат прошло как нельзя лучше. Как частенько повторял его отец, хороший план - залог успеха. Что правда - то правда, долгая и тщательная подготовка позволила Визгуну без труда выиграть гонку. И это здорово! Но Алесан никак не мог рассчитывать, что Госпожа Вейра составит ему компанию на скачках. Не думал он, и что она согласится с ним танцевать. Никогда еще он не выходил на площадку с такой ловкой партнершей. Вот если бы его мать смогла найти девушку, хоть в чем-то похожую на леди Морету...

- Лорд Алесан... - услышал он у себя за спиной хриплый шепот.

Он круто повернулся. Из темноты выскальзнул Даг.

- Лорд Алесан... - беспокойство, звучащее в его голосе и непривычная форма обращения встревожила молодого лорда.

- Что случилось, Даг? Что-нибудь с Визгуном?

- С ним-то все в порядке. Но кони Вандера заболели. У них кашель и страшный жар. Они покрыты холодным потом. И знаешь, с конями в соседнем табуне тоже что-то не так. Норман не знает, что и подумать, так все это неожиданно. Но я-то не хочу рисковать. Я забираю всех наших коней, тех, что стояли в конюшне и даже близко не подходили к тем, что заболели. Я забираю их и увожу, пока и они не начали кашлять и задыхаться.

- Даг, мне кажется...

- Знаете, лорл Алесан, я не хочу ничего такого сказать, может, все это просто слишком теплые дни да перемена травы, но я не хочу и не буду рисковать Визгуном. Особенно теперь, когда он наконец-то выиграл свою первую скачку!

Даг так нервничал, что Алесан едва удержался от улыбки.

- Я просто возьму наш табун и отгоню его на высокогорные луга... на всякий случай. Пока вот эти, - он ткнул пальцем в сторону загонов, - не уберутся отсюда восвояси. - Я тут собрал кое-какой жратвы, а еще я прихвачу с собой этого бездельника, моего внука.

Только Визгун мог затмить в глазах Дага младшего сына его дочери Фегала - отчаянного сорванца, не способного прожить ни дня, чтобы не влипнуть в какую-нибудь историю. В тайне Алесан даже восхищался его изобретательностью, но как лорд холда он никак не мог мириться с шалостями этого юнца. Его самая последняя шутка /он ухитрился раскрасить белье приехавших в холд гостей/ так рассердила Ладиому, что Фегалу даже запретили принимать участие в Собрании.

- Если бы я думал...

- Лучше не рисковать, чем потом кусать себе локти, - прервал его Даг.

- Ладно, - кивнул Алесан. - Отправляйся.

- Я буду ждать от вас вестей. И как только наши почтенные гости уедут и увезут с собой свой поганый кашель, я мигом вернусь, - широко улыбнувшись, Даг вперевалку поспешил к конюшням.

Алесан задумчиво глядел ему вслед. Может, он слишком много позволяет старому конюху? Может, Даг пытается спасти своего внука от заслуженного наказания за какую-нибудь новую проделку? Но странный кашель, охвативший коней? Его-то Даг не выдумал. Ладно, он сперва немного поспит, а потом поговорит с Норманом - может, тот уже знает, отчего погиб скакун Вандера. Эта непонятная смерть очень беспокоила Алесана. Но тот конь погиб не от кашля. Возможно ли, что Вандер, стремясь во что бы то ни стало выиграть гонку, выпустил на старт больного коня? Хотелось бы думать, что это не так, но чего не бывает...

Алесан медленно пошел обратно к холду. Хорошее было Собрание, и погода не подкачала. Легкая влажность в воздухе намекала на скорое появление утреннего тумана.

Вдоль дороги, завернувшись в теплые шкуры, спали многочисленные гости, приехавшие на Собрание. Впрочем, и сам холд /Алесан другого и не ожидал/ был набит под завязку. Даже в широком коридоре перед самым входом в его собственную комнату, лежали люди на соломенных матрасах. Хорошо еще, что мать никого не положила в его комнате. А может - Алесан криво усмехнулся, - она как раз и надеялась, что он проведет ночь не один. Тихонечко, стараясь никого не разбудить, Алесан прикрыл за собой дверь. Он начал раздеваться и только тут вспомнил, что Морета забыла взять с собой свое новое, так некстати испачканное платье. Ничего страшного! Вот и будет повод увидеться с ней после Падения. Алесан растянулся на кровати, закутался в меха и уснул.

Казалось, он только-только успел закрыть глаза, как кто-то уже тряс его за плечо. Вставать не хотелось.

- Алесан, - настойчивый голос леди Омы мигом заставил его вскочить с постели. - Вандер заболел, и мастер Сканд утверждает, что вино тут ни при чем. У двух конюхов, сопровождавших Вандера, тоже жар. А Норман просил тебе передать, что четыре коня умерли и невесть сколько еще больны.

- Чьи это кони? - быстро спросил Алесан.

- А я почем знаю! - кони ни в малейшей степени не интересовали леди Ому. - Лорд Толокамп обсуждает с Норманом...

- Он слишком много на себя берет! - в один миг Алесан натянул брюки, тунику и ботинки.

Он уже успел забыть, как много народу спит в коридорах, и чуть не наступил кому-то на руку, прежде чем выскочил в главный Зал. Тут уже практически никто не спал. Проклиная про себя Толокампа, Алесан поторопился к выходу.

Толокампа он нашел во дворе. Лорд Форт холда стоял, глубоко задумавшись, а рядом с ним нервно переминался с ноги на ногу осунувшийся от бессонной ночи Норман. Увидев Алесана, распорядитель скачек вздохнул с явным облегчением.

- Доброе утро, Толокамп, - сдерживая гнев, поздоровался Алесан. Даже с самыми лучшими намерениями не следует лезть не в свои дела! - Ты что-то хотел мне сказать? - обратился он к Ноpману, пытаясь отвести его в сторону.

Но так легко от Толокампа не отвяжешься.

- Дело, вероятно, весьма серьезное, - озабоченно начал Толокамп.

- Я, наверно, и сам смогу это определить, - резко оборвал его Алесан, беря Нормана под руку.

- Четыре коня из табуна Вандера уже мертвы, - тихо сказал распорядитель, - а остальные умирают. Девятнадцать коней, размещенных по соседству, тоже кашляют так, что хочется плакать.

- Ты изолировал их от здоровых?

- Мои люди занимаются этим с самого рассвета.

- Леди Ома сказала, что сам Вандер и два его конюха заболели.

- Так оно и есть, сэр. Я пригласил к ним врачевателя Сканда. Это было еще ночью. Поначалу я полагал, что Вандер просто разнервничался из-за смерти своего скакуна, но у его конюхов настоящий жар. А теперь еще и Зелли жалуется на невыносимую головную боль. Хелли, между прочим, вообще не пьет, так что это явно не похмелье.

- И у Вандера вчера тоже болела голова, так?

- Честно говоря, я не помню, - развел руками Норман.

- Ну, конечно, у тебя и без этого забот было невпроворот. улыбнулся Алесан. - Скачки, кстати, прошли превосходно.

- Я рад, что все хорошо... - начал было Норман, но тут его взгляд привлекло какое-то движение на дороге. - Кулан уезжает, - сказал он, - и мне это не нравится.

Даже тут, у входа в холл, было слышно, как кашляет одна из запряженных в повозку лошадей.

- Я говорил Кулану, что не надо уезжать с больным конем, но он даже разговаривать со мной не захотел.

- И многие решили уехать сегодня утром? - поднял брови Алесан.

Дело, похоже, и впрямь обстояло куда серьезнее, чем он полагал. Если эта странная болезнь распространится по холдам, причем сейчас, когда еще не все вспахано...

- Пара дюжин человек выехали из холда еще не рассвете. Их животные вроде бы стояли вдалеке от коней Вандера. Вот только у Кулана одна лошадь явно больна...

- С Куланом я поговорю. А ты узнай поточнее, кто уже успел отправиться по домам. И пришли ко мне несколько человек - мне потребуются посыльные. Надо вернуть наших гостей. Ни одно животное не должно покинуть этот холд, пока мы не выясним, что это за болезнь и как с ней бороться.

- А как быть с людьми?

- Ну, так как где одни, там и другие, то и людям тоже нельзя покидать холд. Еще мне хотелось бы поговорить с мастером Скандом. О Вандере.

Кулана совсем не обрадоволо, когда его остановили. "У лошади просто утренний кашель, - утверждал он. - Трава тут, мол, другая, да и пыли много. Разойдется по дороге." Кулан нервничал. До его холда было три дня пути. Уезжая, он оставил вместо себя своего старшего сына, и по правде сказать, сильно сомневался, что тот справится с обязанностями лорда холда. Но на все его возражения Алесан твердо ответил, что вряд ли Кулан хочет привести домой больную и наверняка заразную лошадь. Потратить лишний день, чтобы иметь в руках надежное лекарство - это вполне того стоит.

Нахмурившись, лорд Толокамп следил за этим спором.

- Нужны ли столь крутые меры? - с сомнением в голосе спросил он, когда Кулан и его спутники повернули обратно к холду. - Я имею в виду, что всем этим людям не терпится вернуться в свои холды. Как, впрочем, и мне самому.

- Маленькая задержка, лорд Толокамп. Пока мы выясним, что творится с конями. Вы и ваши благородные спутницы, разумеется, не откажетесь погостить у нас подольше?

Толокамп явно не ожидал столь решительного ответа.

- Дамы вполне могут и погостить, но я как раз хотел попросить вас связаться с Форт Вейром, чтобы они доставили меня домой.

- Как вы сами сказали несколько минут тому назад, дело тут, вероятно, весьма серьезное. Ни вы, ни я не можем позволить болезни беспрепятственно распростpаняться по нашим стадам. Уж всяко в это время Оборота. Вполне возможно, что болеют только скаковые лошади... Но я никогда не прощу себе, если не приму мер предосторожности. Кулан связан с моим холдом, но мне было бы очень приятно, если бы вы поговорили с теми, кто связан с вами. Я не хочу никого пугать, но четыре коня уже умерло и неизвестно сколько еще умрет...

- Ну, я ...

- Спасибо, лорд Толокамп. Я всегда знал, что могу на вас рассчитывать, - и Алесан быстро, пока его собеседник не успел придти в себя, пошел прочь.

Он направился на кухню, где усталые слуги варили большие котлы кла и пекли сладкие булочки для завтрака. Как он и надеялся, Оклина была здесь. Судя по ее измотанному виду, она еще даже не ложилась.

- Оклина, - позвал Алесан. - У нас неприятности. Появилась какая-то необычная болезнь. Скажи леди Оме, что пока мы не выясним, что это такое и как ее лечить, я распорядился никого не выпускать из холда. Она умеет убеждать других. Сейчас нам это очень даже пригодится. Кстати, где наш брат Макфар? Все еще спит?

- Он уехал. Где-то часа два тому назад.

Алесан нахмурился: Макфар выставил на скачки двух скакунов.

- Когда поговоришь с матерью, пошли кого-нибудь за ним вдогонку. Вряд ли он успел далеко уехать. Передай ему...

- Что тебе срочно надо с ним посоветоваться, - усмехнувшись подсказала Оклина.

- Точно! - согласился Алесан, ласково потрепав девушку по плечу. И расскажи обо всем остальным братьям.

К тому времени, когда Алесан вернулся во двор, там его уже поджидал Норман с посыльными. Он велел посыльным вооружиться короткими мечами и незамедлительно отправиться вдогонку за теми, кто успел покинуть холд. Уехавших следовало вернуть под любыми предлогами. В случае, если все доводы окажутся безрезультатными, Алесан велел применять силу. Своим братьям, откликнувшимся на его зов, он приказал проследить, чтобы ни одна живая душа не покидала Руат. И тут из зала во двор выскочил лорд Толокамп. Он явно был настроен как следует поспорить.

- Алесан, - громогласно начал он, - я совсем не уверен, что все эти меры так уж необходимы...

Протяжный гул барабанов Речного холда прервал его пламенную речь. Алесан уловил код "сверхсрочно" и код "лекарь" - тот, кто послал это сообщение, и почувствовал удовольствие при виде изумленного лица лорда Толокампа. Но барабаны продолжали гудеть, и вскоре Алесану стало не до тщеславной радости. Все кругом слушали, затаив дыхание, и те, кто не знал кодов барабанщиков понимали, что произошло нечто страшное, глядя на тех, кто знал. Барабаны, думал Алесан, отличное средство связи, но больно уж громогласное.

- Начало эпидемии, - гудело над холдом. - Болезнь быстро распространяется по континенту от Игена, Керуна, Телгара и Исты. Очень заразна. Инкубационный период от двух до четырех дней. Головная боль. Кашель. Требуется предотвращать вторичную инфекцию. Высокий процент смертных случаев. Лечить симптомы. Изолировать больных. Немедленно вводится карантин. Лошади крайне подвержены заболеванию. Повтор: предупреждение об эпидемии. Передвижение запрещается. Собрания отменяются. Капиам.

В конце следовал код, требующий передачи этого сообщения дальше.

- Но у нас же здесь только что окончилось Собрание! - яростно воскликнул Толокамп. - И никто не болен, не считая пары лошадей. А они и близко не подходили ни к Керуну, ни к Исте!

Толокамп подозрительно взглянул на Алесана, словно это молодой лорд каким-то образом подстроил послание Капиама.

- Болен Вандер и двое его конюхов...

- Перебрали немного, всего и делов-то! - отмахнулся Толокамп. Капиам говорит, что болезнь распространяется, а не то, что она уже достигла Раута.

- Когда главный мастер лекарь Перна объявляет о введении карантина, - тихо, но твердо сказал Алесан, - наш с вами долг, лорд Толокамп, следовать его указаниям!

Алесан и сам не почувствовал, что говорит совсем как его покойный отец. Толокамп открыл было рот, да так и не нашелся что сказать в ответ.

Больше они ни о чем поговорить не успели, ибо все, кто понял суть сообщения, собрались вокруг двух лордов.

- О чем это сообщал Капиам?

- Нельзя вводить карантин! Мне надо срочно вернуться в мой холд!

- У меня коровы вот-вот должны отелиться...

- Моя жена дома одна с двумя маленькими детьми...

Плечом к плечу с Алесаном, лорд Толокамп подтверждал встревоженным людям сообщение об эпидемии, переданное Капиамом, и его право объявлять карантин.

- Мастер Капиам никогда не вводил бы карантин понапрасну!.. Как только мы передадим сообщение дальше, мы незамедлительно запросим новые детали... Это простая предосторожность... Да, вчера во время скачек действительно умер конь... Мастер Сканд, наверно, сможет сообщить нам кое-какие подробности о борьбе с этим заболеванием... Нет-нет, никто не имеет права покидать холд. Вы можете принести болезнь в ваш собственный холд, а вы ведь этого, вероятно, не хотите?.. Пара дней - это не так уж много, если на карту поставлена ваша жизнь и ваших близких...

Алесан отвечал на вопросы, а сам быстро пытался подсчитать, каковы в холде запасы продовольствия. Скоро гости исчерпают свои взятые из дому припасы, и тогда кормить их придется ему. А если некоторые из них заболеют... если это действительно эпидемия, то где разместить больных? Лазарет никак не сможет вместить больше двадцати человек. И это уже слишком много. Придется устанавливать койки в Зале. Или стоит переоборудовать конюшни?.. Как там сказал Норман? Четыре коня уже умерли и девятнадцать кашляют? Двадцать четыре из ста двадцати двух, и это за первые сутки. Он никогда не рассчитывал столкнуться с чем-либо подобным. Безразличная и неумолимая, словно Нити, эта новая болезнь грозила опустошить холды. И не было драконов, способных с ней сразиться. Есть ли в древних Летописях, о которых всегда с таким почтением говорил его отец, хоть что-то о подобном несчастье?

- Вон идет твой лекарь, Алесан, - прервал его раздумья Толокамп. Вместе они двинулись навстречу появившемуся в дверях мастеру Сканду. Обычно невозмутимый лекарь теперь казался запыхавшимся и встревоженным. Он поминутно вытирал раскрасневшееся лицо не слишком-то чистым носовым платком. Алесан всегда считал Сканда довольно заурядным лекарем - вполне способным справиться с частыми в холде родами да оказать первую помошь при травме. Но при эпидемии... Алесан здорово сомневался, что от Сканда будет хоть какой-то прок.

- Лорд Алесан. Лорд Толокамп, - Сканд тяжело дышал. - Я пришел, как только узнал, что вы хотите меня видеть. Мне кажется, я слышал барабаны. Там был код лекаря, я не ошибся? Что-то случилось?

- Чем болен Вандер?

Резкий тон вопроса заставил лекаря насторожиться. Он хмыкнул и еще раз вытер лоб платком.

- Ну, по правде сказать, я несколько затрудняюсь вам ответить. Видите ли, как это ни странно, но приготовленная мною вчера настойка сладкого корня не оказала ни малейшего эффекта. Причем доза была такая, что заставила бы как следует пропотеть даже дракона. - Сканд снова воспользовался своим платком. - Вандер жалуется на страшную головную боль, которая не имеет ничего общего с чрезмерно усердными возлияниями. Еще вчера вечером он чувствовал себя неважно, и потому вообще не пил.

- А двое других? Его конюхи?

- Они тоже больны. Оба жалуются на головные боли и какое-то безумное сердцебиение. Между прочим, и у Вандера, я забыл это сказать, я заметил нечто подобное. Вообще, я склонен лечить их сообразно этим симптомам, хотя пока что особых успехов не наблюдается. А теперь могу я узнать, что это было за сообщение?

- Мастер Капиам объявил о введении карантина.

- Карантин?! Из-за каких-то трех человек?

- Лорд Алесан, - вмешался в разговор высокий худой мужчина, одетый в голубые цвета арфиста. Он выглядел человеком, способным без лишних слов справиться с любым, самым сложным и деликатным делом.

- Я Туэро, путешествующий арфист, - представился он. - Я могу без труда процитировать мастеру Сканду полный текст сообщения, - и подхватив лекаря под руку, арфист отвел того в сторону.

Застучали барабаны Руата, передавая сообщения дальше, северным и западным холдам, и от наполнившего воздух глухого гула на душе у Алесана стало еще беспокойнее. Тут во двор ворвался всадник, прося помощи с нежелающим возвращаться крестьянином. Вслед за ним въехала повозка Макфара, и Алесан тут же поручил ему заняться размещением приехавших на Собрание людей. Одно дело - провести ночь в Зале или перехватить пару часов сна на матрасе в коридоре, и совсем другое - оказаться вынужденным провести в таких условиях несколько дней. Оставив брата вместе с Толокампом разбираться с этим вопросом, Алесан с Норманом отправились на скаковое поле осмотреть больных коней.

- Никогда еще не видел, чтобы болезнь косила коней с такой быстротой, - заметила Норма. - Ума не приложу, как им помочь. Если это вообще возможно. В своем сообщении Капиам ничего не упоминал о лечении животных. - Подумав, он уныло добавил, - А животные еще к тому же не могут сказать, что у них болит.

- Они могут начать отказываться от еды и питья.

- Только не тяжеловозы. Эти будут работать и есть, пока не рухнут замертво, - и они дружно поглядели в ту сторону поля, где размещались крупные, могучие кони выведенной Алесаном породы.

- Надо скакунов и тяжеловозов держать подальше друг от друга.

- Хорошо, лорд Алесан. Но дело в том, что скакуны пили выше по реке, чем тяжеловозы.

- Река широкая, Норман. Будем надеяться на лучшее.

Первым делом Алесан обратил внимание на то, что здоровые кони были рассредоточены по самым дальним загонам, а в центре оставались только больные. Несчастные животные кашляли, вытягивая шеи и широко раздувая ноздри. Они тяжело дышали, шатаясь на распухших ногах.

- Надо бы добавить в воду настойку перьев папоротника и тимус. Если они вообще станут это пить. Возможно, стоит также предложить им крапивы. Некоторые кони достаточно умны, чтобы понимать, что способно принести им облегчение. А крапивы у нас пока что предостаточно. - Алесан повернулся к другой стороне поля, где мирно паслось стадо коров. - А как среди них, спросил он, указывая на стадо, - больные есть?

- О них я, честно говоря, и не думал, - признался Норман, испытывавший, как и все завзятые любители скачек и скаковых лошадей, презрение к ленивому и покорному скоту. - Капиам, насколько мне известно, упоминал только коней.

- Знаешь, нам все равно придется резать скот, чтобы накормить наших нежданных гостей. После Собрания у нас осталось не так уж много свежего мяса.

- Лорд Алесан, - неуверенно начал Норман, - Даг...

- Значит, и ты был с ним заодно? - косо взглянул на него Алесан.

- Да, сэр, - твердо ответил распорядитель. - Нас с Дагом очень беспокоил этот странный непрекращающийся кашель среди коней. Мы не хотели вас тревожить во время танцев, но так как наши кони не имели контакта... Смотрите!

Прямо у них на глазах один из тяжеловозов, тащивших груженую повозку, внезапно рухнул на землю.

- Значит, так, Норман. Возьми пару человек и оттащите труп вон туда, на самый край поля. Испоьзуйте для этого других коней этой же упряжки. Труп сожгите. И записывайте всех мертвых животных. Потом мы компенсируем потери их владельцам.

- Но мне не на чем писать. И нечем. Да и не силен я в этом.

- Я пришлю тебе кого-нибудь. А еще я хочу знать, кто провел ночь на этом поле.

- Большинство конюхов, это уж точно. Ну, еще пара фанатиков типа Рунела и его приятелей. Еще некоторые жокеи, не слишком интересующиеся танцами. Особенно после того, как вы любезно прислали сюда пару мехов вина.

- Жаль, что мы так мало знаем об этой болезни, - покачал головой Алесан. - Лечить симптомы, так вроде, советовал Капиам...

- Вот мы и дадим больным коням тимус, перья папоротника и крапиву. Может, мы получим сообщение от главного мастера скотовода. Может, оно уже идет к нам...

" Я бы не слишком на это рассчитывал ", - подумал Алесан, но вслух об этом говорить не стал.

- Сделайте все, что сможете.

- Можете на нас рассчитывать, лорд Алесан.

Он возвращался напрямик через поле к холду, и никак не мог заставить себя поверить, что все это не сон. Что все это на самом деле. Ведь только вчера они с Моретой остановились вон на том холмике, наблюдая за очередным заездом... А потом она осматривала умершего коня. Она его трогала! Но Вейр должен был принять сообщение Капиама. И даже раньше, чем Руат. Морета уже наверняка знает о возможных последствиях своего поступка. И конечно, уж она-то знает, как не заболеть!

Как и все в холде Руат, Алесан много раз видел Госпожу Форт Вейра. Но он никогда раньше не встречался с ней лицом к лицу. Он считал Морету холодной и чопорной, и не интересующейся ничем, кроме дел своего Вейра. Трудно даже описать, как он удивился и обрадовался, узнав, что она разделяет его безудержную страсть к скачкам. Леди Ома даже сделала ему замечание, что он, дескать, навязывает Морете свое общество. Алесан, размуеется, понимал, что на самом деле его мать заботит лишь то, что он недостаточно внимания уделяет приехавшим на Собрание девушкам потенциальным невестам. Знал он также и то, что ему и впрямь скоро придется жениться - надо заботиться о появлении наследников. И он старался. Пока не заметил, как Морета скрылась под сценой. Что ж, он выполнил свой долг как лорд холда, а теперь ничто не могло помешать ему получить удовольствие от самого первого проводимого им Собрания. В обществе Мореты...

Теперь, когда вопрос с конями пусть и не был решен, но по крайней мере находился в надежных руках, Алесан решил заняться другой, может, даже более важной проблемой. Надо во что бы то ни стало послать сообщения в холды, где нет барабанщиков. И особенно спешно в те, где ждут возвращения своих отцов, матерей, братьев или сестер с необычно затянувшегося Собрания. Еще немного, и люди начнут приходить в Руат в поисках своих родных... И еще одно дело: необходимо узнать, кто еще, кроме Вандера, получил недавно коней из Керуна. А если получил, то где эти кони находятся. Их следовало как минимум изолировать, а лучше - просто уничтожить. Да, и еще, как быть с недовольными...

- Лорд Алесан, - прервал его раздумья Толокамп руководивший натягиванием шатра над недостроенным сараем, - хоть я и понимаю, что карантин относится ко всем без исключения, и в том числе и ко мне, но тем не менее мне придется вернуться в Форт холд. Я постараюсь не выходить из моей комнаты и ни с кем не встречаться. Уж если здесь такое творится, - и Толокамп уазаал на переполненный испуганными людьми двор, - то можете себе представить, что происходит у меня дома.

- Лорд Толокамп, мне кажется, что ваши сыновья отлично подготовлены и вполне в состоянии справиться с обязанностями лорда холда.

- Это так, - неохотно согласился Толокамп, - Отправляясь на Собрание, я оставил вместо себя своего старшего - Кампена. Мне хотелось, чтобы он попробовал свои силы...

- Вот и хорошо. Благодаря карантину у него будет отличная возможность на деле проявить свои способности.

- Мой милый Алесан, его никто никогда не учил, что делать в такой, прямо скажем, чрезвычайной ситуации.

- Лорд Толокамп, - сжав зубы процедил Алесан, которому этот разговор уже начинал надоедать. - Вы знакомы с барабанными кодами ничуть не хуже меня. Скажите честно, вы бы позволили кому либо нарушить введенный главным мастером лекарем Перна карантин?

- Ну, разумеется, нет! Но в данной ситуации...

- Я так и думал. К тому же вашему сыну не придется иметь дело с множеством приехавших на Собрание гостей... - и он выразительно поглядел на небольшую группу мрачных крестьян, возвращавшихся в холд в окружении шести вооруженных людей. Вид обнаженных мечей наводил на мысль, что одних уговоров в данном случае оказалось недостаточно. - Кампен всегда может обратиться за помощью в главную мастерскую лекарей, не говоря уже о главном мастере арфисте. - Алесан старался говорить спокойно и убедительно: ссорится с Толокампом сейчас было совсем некстати. Ему еще пригодится поддержка престарелого лорда, особенно когда придется говорить с некоторыми представителями старшего поколения, не привыкшими подчиняться всяким там зеленым и неопытным юнцам. - В сообщение что говорилось? Инкубационный период от двух до четырех дней. Один день вы уже здесь провели. Еще денек, и если вы по-прежнему будете нормально себя чувствовать, то я не вижу, почему бы вам, не афиширую этого, конечно, не вернуться в Форт холд. А пока... пока вы могли бы подать всем хороший пример.

- Да, пожалуй, - смягчился Толокамп. - Отпустишь одного - отпустишь и второго... Что правда - то правда. С точки зрения дисциплины мне не следует нарушать карантина, - он явно был готов пойти на уступки. Скорее всего, вся эта болезнь связана со скачками. Никогда не разаделял подобного увлечения, - и брезгливой гримасой он ясно передал свое презрение к одному из самых популярных развлечений пернитов.

Алесан ничего не успел на это ответить. К ним подошли несколько крестьян. Их лица, на которых легко читалась тревога и мрачная решимость, не оставляли сомнений в том, что именно их волнут.

- Лорд Алесан...

- Да, Турвин,- отозвался Алесан, узнав говорившего - крестьянина из южной оконечности земель Руата.

- Около нашего холда нет барабанов, а нас ждут дома. Мне вовсе не хочется выступать против рекомендаций мастера Капиама, но бывают случаи...

Краем глаза Алесан заметил, как Макфар подозвал к себе несколько человек - все вооружены. Его брат, похоже, предвидел возможность осложнений.

- Вы будете ждать здесь! Это приказ! - резко ответил Алесан, и крестьяне, не ожидавшие такого решительного ответа, даже растерялись. Они с надеждой перевели взоры на Толокампа, но лорд Форт холда делал вид, что ничего не слышит. - Барабаны объявили о введении карантина! - громко, так чтобы его слышали все находящиеся во дворе, продолжал Алесам. - Я лорд вашего холда. Вы все должны подчиняться моим приказам так же, как если бы сейчас было Падение. Никто - ни человек, ни животное - не покинет Руата, пока барабаны не возвестят, что карантин окончен.

В гpобовой тишине Алесан быстро прошел ко входу в Зал. Толокамп сразу за ним.

- Тебе придется каким-то образом оповестить людей, чтобы они не приходили в Руат, - тихо сказал Толокамп.

- Знаю, - кивнул Алесан. - Только никак не могу придумать, как это сделать так, чтобы не подвергать риску ни людей, ни животных.

Свернув налево, Алесан прошел в свой кабинет, где высокими стопками лежали проклятые Летописи, до которых у него так и не дошли руки. Хотя здесь тоже спали, сейчас тут не было ни души. Лишь на полу валялись разбросанные в беспорядке шкуры, оставшиеся от торопливо покинувших свои постели гостей. Расшвыривая шкуры ногами, Алесан пробрался к маленькому шкафчику, где он хранил карты. Порывшись в нем, он вытащил небольшой план Руата с обозначенными разными цветами дорогами - пригодные для проезда телег, прохода вьючных лошадей, пешеходные тропы.

- Никогда бы не подумал, что увижу у вас такую прекрасную карту! не слишком-то тактично воскликнул пораженный Толокамп.

- Как любят повторять арфисты, - с легкой улыбкой, чтобы его слова не прозвучали откровенной издевкой, - Форт холд случился, а Руат планировали.

Он провел пальцем по северной дороге до ее пересечения с главной западной дорогой. Далее тропы расходились на север, на запад, на северо-запад - к двадцати холдам и трем шахтным холдам.

- Лорд Алесан...

Повернувшись, Алесан увидел на пороге кабинета Туэро, а за ним еще нескольих арфистов.

- Я подумал, что мы могли бы вызваться на роль Курьеров, - весело предложил Туэро. - Во дворе только и говорят о необходимости послать весточки семьям. Арфисты Перна в вашем распоряжении.

- Спасибо, но вы так же легко могли заразиться, как и все остальные. Я ведь хочу удержать в холде болезнь, а не конкретных людей.

- Лорд Алесан, - сказал Туэро, не переставая улыбаться. - Сообщение можно передать. - Туэро подошел к расстеленной на столе карте. Кто-нибудь из этого холда, - он ткнул пальцем в ближайших к Руату холд, передаст сообщение в следующий, и не вступая в контакт, вернется обратно. Ну и так дальше, по цепочке.

Задумавшись, Алесан глядел на карту. Предложение, похоже, и впрямь было неплохое. Даг нверняка взял с собой самых быстрых скакунов, но в Руате достаточно коней, чтобы отправить гонцов на первые этапы этой импровизированной эстафеты. Действительно, если всадник и конь вернуться в тот же холд откуда выедут, то опасность распространения инфекции и впрямь будет совсем не велика. Если, конечно, они вернуться...

- А так как ни у кого из арфистов, - между тем продолжал Туэро, нет ни малейшего желания надолго покидать Руат, то вы можете не сомневаться в нашем скорейшем возвращении. Кроме того, оповещать о беде это наш долг.

- Хорошо сказано, - одобрительно проворчал Толокамп.

- Согласен. Туэро, могу я поручить тебе организовать описанную тобой систему гонцов? А заодно и запиши текст сообщения, чтобы никто ничего не перепутал. Чернила, перья и пергамент лежат вот здесь, в шкафчике. Скажешь, когда все будет готово. А я пока позабочусь о картах и подготовлю коней. Смотрите, барабанщики есть тут, тут и тут. Значит, надо направить гонцов вот в эти семь холдов, а они, в свою очередь, смогут оповестить о случившемся всех остальных. Да, и пусть арфисты объявят, что все желающие могут передать весточку домой... На вашем месте я бы поторопился, - добавил Алесан, - если не хотите заночевать в пути.

- Уверяю вас, для арфистов это дело привычное.

- А еще можете поинтересоваться, кто и где покупал лошадей в Керуне. Особенно в последние пару недель.

- Зачем? - удивился Туэро.

- Вандеру недавно прислали из Керуна нескольких коней...

- И в сообщении тоже упоминался Керун, не так ли? Хорошо, будем спрашивать... - и низко поклонившись, Туэро повел своих собратьев по ремеслу в главный зал, готовиться к поездке.

- Алесан, у меня в Форт холде тоже так много дел... - жалобно начал Толокамп.

- Толокамп, - прервал его Алесан, - мастер Фарелей находится сейчас в своей башне, там, где установлены барабаны. Он поступает в твое полное распоряжение. Проследи, чтобы все сообщения ушли как можно скорее, - и с этими словами лорд Руата быстро вышел из кабинета.

Когда-то давным-давно лорд Лиф объяснил ему, что лучший способ избежать спора - это не дать ему начаться.

На мгновение Алесан задержался на пороге главного входа в холд. Во дворе царила суматоха - устанавливались шатры и палатки, горели костры, над которыми в котелках явно что-то варилось. Из-за пригорка поднимался густой столб черного дыма. Норман, которому он поручил сжечь трупы мертвых коней, похоже, уже взялся за дело...

Вдруг из-за угла во двор выбежал человек. Он затравленно оглядывался по сторонам. Невольно Алесан сделал шаг вперед, выйдя из тени на свет. Человек увидел его, и не разбирая дороги, ринулся к нему.

- Лорд Алесан, - задыхаясь, выдавил он, - Вандер умер.

Глава 7

Мастерская лекарей и Форт холд, 3.11.43

Капиам проснулся от оглушителоного грохота барабанов. Голова прямо-таки разламывалась. Эти проклятые барабаны гудели даже в его кошмарах - трудно назвать снами ту мерзость, что ему сейчас снилась. Он и проснулся-то не столько из-за шума, сколько убегая от излишне мрачных грез. Он лежал на постели, ощущая себя совершенно опустошенным. Новая барабанная дробь заставила его зарыться головой под подушку.

Неужели они никогда не смолкнут? Капиам никогда не думал, что барабаны гремят так невыносимо громко. Почему он раньше этого не замечал? Надо было бы врачевателям поселиться в более тихом месте! В тщетной надежде на облегчение, Капиам закрыл уши ладонями. И тут он вспомнил все те сообщения, что он оставил для передачи в холды и вейры. Неужели их до сих пор не передали. Уже, наверно, полдень! Разве мастер барабанщик не понимает, насколько все это важно?! Или какой-нибудь глупый ученик посмел спрятать его записку в надежде поспать лишнюю пару часиков?

Подобной головной боли Капиам еще никогда не испытывал. Невыносимо. И сердце билось под стать бешенному ритму барабанов. Весьма странно...

Но вот барабаны умолкли - но ни его голова, ни сердце этого даже не заметили. Перекатившись на бок, Капиам попытался сесть. Надо что-нибудь принять от головной боли. Собравшись с силами, которых оказалось не так уж и много, Капиам сел. И не сдержал глухого стона. Шатаясь из стороны в сторону, он встал на ноги и добрался до шкафа.

Сок феллиса. Несколько капель. Должно помочь. Это всегда ему помогало. Отмерив дозу, Капиам плеснул в чашку воды и одним глотком выпил лекарство. Не в силах больше стоять, он, чуть не падая, доковылял до кровати и ничком повалился на постель. Он и сделал-то каких-то несколько шагов, а сердце теперь колотилось еще безумнее, чем раньше, и он букавльно обливался потом.

Капиам был слишком хорошим лекарем, чтобы тешить себя иллюзиями. Он снова застонал. Сайчас не время болеть. Ему следовало заниматься борьбой с этой непонятной эпидемией, а не валяться в постели. Лекари не болеют. Кроме того, он же так тщательно мылся после осмотра каждого больного.

Почему не помогает сок феллиса? Из-за этой гадкой головной боли он совершенно не может думать. Надо так много всего сделать! Надо перечитать и обработать записи, проанализировать ход развития болезни и вероятность вторичных инфекций типа пневмонии или ангины. Но как же он сможет работать, если ему даже глаз не разлепить? В отчаянии Капиам обхватил голову руками и даже застонал от чувства собственного бессилия.

Каким-то шестым чувством Капиам почувствовал, что в комнате находится кто-то еще кроме него. Еще минуту назад он был один.

- Не подходите ко мне, - воскликнул он, резко поднимая голову, и тут же вскрикнул от жгучей боли в висках - последствие его неосмотрительно резкого движения.

- Не буду.

- А, это ты, Дездра...

- Я поставила у вашей комнаты ученика. Не дело, если вам не дадут выспаться, - Капиам слушал этот спокойный голос и чувствовал, как в него вливаются новые силы. - Вы ведь заразились этой новой болезнью, не так ли?

- В этом есть какая-то высшая справедливость, - чувство юмора редко покидало Капиама.

- Это, возможно, было бы именно так, - усмехнулась Дездра, - если бы только вас сейчас не поминали так часто.

- Карантин, похоже, не прибавил мне популярности?

- Можно сказать и так. Башни барабанщиков находятся в настоящей осаде. Фортайн делает все, что в его силах.

- Вон в том мешеке лежат мои заметки. Передай их Фортайну. Ему всегда лучше удавались организационные дела, чем диагностика. Ты только передай ему мои заметки. В них все, что мне удалось узнать об этой болезни.

Дездра пересекла комнату и вытащила из вещевого мешка довольно тонкую папочку.

- Узнали вы, похоже, не так уж и много, - заметила она, просматpивая ее содержимое.

- Это так, - согласился Капиам и, криво усмехнувшись, добавил, - но очень скоро я узнаю об этой болезни гораздо больше.

- Разумеется, - кивнула Дездра. - Ничто не может сравниться с собственным опытом. Что вам принести?

- Ничего не надо! Нет, принеси воды... и какого-нибудь соку...

- С введением карантина нам уже никто ничего не привозит...

- Тогда только воды. Теперь вот еще что. Никто не должен входить в эту комнату. Даже ты сама не должна проходить дальше двери. Все, что я попрошу, оставляй на столе у входа.

- Я вполне готова все время находиться вместе с вами.

- В этом нет нужды, - Капиам покачал головой и тут же об этом горько пожалел. - Я предпочитаю быть один.

- Ну и страдайте в одиночестве и тишине.

- Не смейся надо мной, женщина. Знаешь ли ты, что эта болезнь необыкновенно заразна? Скажи, в холде или в Мастерской больше никто не заболел?

- Полчаса тому назад все были здоровы.

- А который час - спросил Капиам.

- Уже вечереет. Четыре часа.

- Любой, побывавший хоть на одном из Собраний и вернувшийся сюда...

- Что вы категорически запретили, введя карантин...

- Ну, какой-нибудь засранец наверняка решит, что он все знает лучше меня... Так вот, любого, кто появится, тут же изолировать на четыре дня. Судя по сообщениям, обычно инкубационный период составляет два дня, но рисковать не хочется... Кстати, я до сих пор не знаю, как долго больной остается заразным - а значит, нам следует проявлять двойную осторожность. Я буду записывать ход болезни и ее симптомы. Я положу свои записи вот сюда: на случай... на случай...

- Знаете, пессимизм вам не очень-то идет.

- Но ты же сама все время говорила, что в один прекрасный день я умру от болезни, которую не смогу исцелить...

- Это еще что за разговоры? - рассердилась Дездра. - В Архиве работа идет день и ночь.

- Знаю. Слышал вчера вечером, как храпели ваши работнички.

- Мастер Фортайн так и решил, когда никто не смог ответить ему, когда вы прилетеле в холд. К сожалению, сам он отправился спать до вашего появления, и потому добрался до своего стола только к полудню. Он наверняка захочет с вами увидеться.

- Ему нельзя входить ко мне в комнату.

- Не сомневаюсь, что он и не захочет в нее входить.

Почему не помогает сок феллиса? Сердце колотиться, как безумное...

- Дездра, передай, пожалуйста, Фортайну, что настойка сладкого корня не помогает. Более того, мне кажется, что от не больше вреда, чем пользы. В Игене и Керуне, между прочим, мы использовали именно сладкий корень - и что толку? Посоветуй ему попробовать настойку перьев папоротника. Может, она и собьет жар. Пусть попробует также и другие жаропонижающие.

- Как? И все на одном-единственном пациенте?

- Не волнуйся, - с мрачной уверенностью ответил Капиам, - скоро у него будет вдоволь пациентов. Пробуй - не хочу... Ладно, Дездра, иди. Моя бедная голова и так гудит, словно барабан.

В ответ на это бессердечная Дездра только хмыкнула. А может, это она так выражала симпатию? Кто знает? Капиам никогда не знал, чего от нее ожидать. Она всегда говорила то, что думала... Но порой лекарю приходится становиться дипломатом.

От разговора с ней ему не стало спокойнее, но странным образом Капиаму было приятно, что за ним ухаживает именно она.

Он лежал, стараясь не шевелиться. Лежал, положив голову на подушку, таинственным образом ставшую каменной. Ему до смерти хотелось, чтобы боль прошла, чтобы сок феллиса наконец-то оказал свое волшебное действие. Его сердце колотилось, как в лихорадке. О сердцебиении говорили многие пациенты, но Капиам и не представлял, что все это настолько плохо. И кроме как на сок феллиса - никакой надежды...

Он пролежал так, казалось, целую вечность, и хотя головная боль и стала несколько слабее, сердце все так же бешено стучало у него в груди. Если бы только удалось привести пульс в норму , он смог бы уснуть. Он страшно устал, а ночной, полный кошмаров и барабанного боя сон не принес облегчения. Мысленно Капиам перебирал известные ему сердечные средства: белошип, адонис, гловкап, тэнси, аконит... подумав, он выбрал аконит старое испытанное лекарство.

Ему пришлось снова встать с постели - операция, сопряженная с неимоверными усилиями и сопровождаемая едва сдерживаемыми стонами: Капиму не хотелось, чтобы стоящий за дверью ученик был свидетелем немощи мастера лекаря. Достаточно и того, что главный мастер заболел...

Двух капель, наверно, достаточно. Аконит - сильное лекарство, и применять его следует с осторожностью. Прихватив с собой лист пергамента, перо и чернильницу, Капиам вернулся в постель. Усилием воли он заставил себя записать все, что чувствовал - симптомы и впечатления, а также все принятые им лекарства, тщательно отмечая время их приема. Закончив, он с облегчением откинулся на подушку и сосредоточился на своем дыхании. Мысленно он приказал сердцу биться все медленнее и медленнее. Где-то посередине упражнения его сморил сон.

- Холх беспокоится. Она сердится, и Лери тоже, - обеспокоенный и одновременно извиняющийся голос Орлих ворвался в укутанное сном сознание Мореты. - И все из-за Ш'гала...

- Ну, чего ему не спится? Оставил бы управление Вейром мне!

- Он утверждает, что Лери слишком стара, чтобы вылетать из Вейра, и что первыми жертвами эпидемии становятся старики.

- Да чтоб ему пусто было! С этой эпидемией он окончательно свихнулся! - выругалась Морета, запихивая ноги во влажные ботинки.

- Лери настаивает, что ей необходимо поговорить с наземными отрядами, и это особенно важно именно сейчас, в самый разгар эпидемии. Ей нужно знать, кто заболел. Она уверяет, что сможет сделать это, не вступая в непосредственный контакт.

- Ну, разумеется... - У Лери никогда не было привычки зря слезать с дракона.

Она не отличалась высоким ростом, и позиция на спине огромной королевы давала ей вполне ощутимое психологическое преимущество.

Еще даже не добравшись до входа в вейр, Морета слышала нервное фырканье Холха. Раздраженный голос Ш'гала заставил ее ускорить шаг.

- Как ты смеешь вмешиваться в дела коловского крыла? - воскликнула она, подлетая к Предводителю.

Круто повернувшись, Ш'гал, явно не ожидавший ни появления Мореты, ни такого натиска, даже отступил на несколько шагов. Холх нервно мотала головой: не часто опасность для всадника исходила от его же собственного Предводителя.

- Как ты посмел так обойтись с Холх и Лери? - кричала Морета.

- Я еще не настолько стара, чтобы не могла сама справиться с истеричным бронзовым! - вмешалась Лери.

- Королевы всегда заодно - в сердцах воскликнул Ш'гал; - вопреки логике и здравому смыслу.

Холх взревела, и снизу на ее клич отозвалась Орлих. Еще миг, и все кругом задрожадо от рева растревоженных драконов.

- Успокойся, Ш'гал. Нам совсем ни к чему излишнее волнение в Вейре, - резко, но спокойно скзала Лери.

Может, она и оставила пост Госпожи Вейра, но много-много Оборотов, которые она на нем провела, не прошли даром. В каждом ее слове чувствовался непререкаемый авторитет. Она в упор глядела на Ш'гала, и не выдержав этого взгляда, Предводитель отвел глаза. Тогда Лери подмигнула Морете. Молодая Госпожа поспешила заверить свою королеву, что все в порядке, и вскоре сумятица в Вейре стихла.

- А теперь вот что я хотела вам сказать, - заявила Лери, складывая руки поверх громадного тома Летописей, разложенного у нее на коленях, Отличное времечко вы выбрали спорить по пустякам! Сейчас, как никогда, Вейру требуется единое и согласованное руководство. Да-да, именно сейчас, когда нам предстоит сразиться не с одной напастью, а сразу с двумя. В своей заботе о защите Вейра от обнаруженной Капиамом новой болезни ты, Ш'гал, кое-о-чем позабыл. И я хотела бы тебе об этом напомнить. Подумай сам, после двух Собраний вряд ли найдется всадник, у которого не было бы возможности заразиться. По правде сказать, ты сам - один из самых вероятных носителей инфекции. Ты же побывал в лазарете в Южном Болле, не говоря уже об Исте. Кроме того, ты видел то несчастное житвотное источник наших бед.

- Но я же не входил в лазарет и не прикасался к той поганой кошке! Кроме того, я как следует вымылся в Ледяном озере сразу после возвращения в Вейр.

- Ах, вот, значит, почему ты так плохо соображаешь сегодня утром! Жаль, что первым у тебя оттаял язык... Спокойнее, Предводитель, держи себя в руках! - Лери не давала Ш'галу ни малейшего шанса оправдаться. Так вот, пока ты спал, Морета не сидела сложа руки. И я тоже, - она демонстративно поправила лежащий у нее на коленях том. - Дежурные всадники знают, что в Вейр никого нельзя пускать - не то чтобы кто-то вздумал прилететь к нам в такой туман, да еще на следующий день после двух Собраний. Барабанные башни Форт холда гудят целый день. Петерпар проверяет, нет ли в наших табунах заболевших животных - не слишком вероятно, ведь последних мы получали из Тиллека. Нессо обстоятельно рассказывает о случившемся всем, кто протрезвел достаточно, чтобы ее понять. К'улон явно идет на поправку. Скажи, Морета, как ты полагаешь, что С Берчаром?

Морета никогда не сомневалась, что старой Госпоже отлично известно все, происходящее в стенах Вейра, но Лери не любила демонстриpовать излишнюю осведомленность.

- С Берчаром? - воскликнул Ш'гал. - А что с ним такое?

- Судя по всему, то же самое, что и с К'лоном, - ответила Морета. По его собственному указанию, С'гор изолировал его в своем вейре, и сам тоже останется на земле, пока не станет ясно, заболеет он или нет. И если К'лон поправляется, то почему бы и Берчару не выздороветь?

- Двое больных! - схватился за голову Ш'гал.

- Не надо хвататься за голову, - грубовато, но одновременно сочувственно посоветвала Лери. - Если хочешь проверить, нет ли у тебя температуры, то не трудись. Еще слишком рано. Мастер Капиам утверждает,что инкубационный период болезни составляет около двух дней, а значит ты пока что никак не можешь быть больным . Не волнуйтесь, завтра ты всяко поведешь крылья против Нитей. А мы с Холх, как нам и подобает по традиции, полетим с королевскми крылом. А потом я заслушаю отчеты наземных отрядов... если они, конечно будут. Набол и Кром вряд ли поддадутся панике. Эпидемия должна быть ну уж совсем какой-то неистовой, чтобы добраться до этих глухих холдов. Я, как всегда, не стану слезать с Холх, и таким образом сведу опасность заражения до минимума. Поддерживать контакт с холдами одна из важнейших обязанностей Вейра. А если наземные отряды не будут нам помогать, работы у нас станет вдвое больше. Ты и сам это знаешь.

Судя по выражению лица Ш'гала, мысль о возможном отсутствии наземных отрядов до сих пор просто не приходила ему в голову.

- Хотя, по правде сказать, - продолжала Лери, - даже и заболей я потеря невелика. Кроме того, что я стара, - она косо поглядела на Ш'гала, - я еще и самый никчемный всадник во всем Вейре. Все равно пpоку от меня никакого.

Холх и Орлих тревожно заурчали. Даже Кадих, и тот забеспокоился, а Морета бросилась обнимать старую наездницу.

- Это непрвда! Ты же самая храбрая всадница на всем Перне!

- Идите, идите, - Лери осторожно подтолкнула Морету к выходу. - И помните, мы сделали все, что было возможно.

- Пойду успокою Кадиха, - сказал Ш'гал, торопливо выскальзывая из вейра.

- Да не волнуйся ты так, - сказала Лери замешкавшейся на пороге Морете. - Я и правда не стою лишних слез. Все, что я говорила, правда. Ну, или почти правда... Кроме того, мне кажется, что Холх хотела бы отдохнуть, а пока я жива...

- Лери, не говори так! Что я буду без тебя делать?!

- Как что? - улыбнулась старая наездница, - то же, что и сейчас. Так всегда бывает. Но вот мне будет тебя не хватать. А теперь тебе, пожалуй, стоит спуститься в Пещеру. Весь Вейр слышал, как ревели наши королевы - тебе, наверно, надо успокоить всадников. А то еще вообразят невесть что.

Морета все еще колебалась.

- Ты беспокоишься из-за того, что трогала того скакуна в Руате? спросил Лери.

- Да не особенно, - пожала плечами Морета. - Что было, то было, и этого не изменишь. Моя импульсивность всегда смущала Л'мала...

- Но не так сильно, как его радовала твоя способность лечить раненных драконов. Давай, иди а то и вправду они там решат, что случилось нечто ужасное. Да, чуть не забыла, передай эту сбрую Т'раду, пусть он ее починит... Мне вовсе не улыбается перспектива свалиться с Холх. Вот уж поистине был бы бесславный конец... Да иди же ты, и проверь свою собственную сбрую. Привычные дела успокаивают.

Вернувшись в свой вейр, Морета послушно села за работу...

- Я не хотела тебя будить, но Холх меня попросила...

- Ты поступила именно так, как следовало.

- Холх - великая королева...

- И Лери тоже великолепна, - подойдя к наклонившей голову Орлих, Морета нежно потрепала свою королеву по надбровным дугам. - Это последнее Падение, на которое ты вылетаешь, - заметила она, окинув взглядом вздувшийся живот Орлих.

- Я полечу завтра. И полечу, когда будет нужно.

- Тебя не беспокоит, что я воспользовалась помощью Малх сегодня утром?

- Ничуть. Мне просто хотелось, чтобы ты знала: я всегда готова лететь с тобой хоть на край света.

- Надеюсь, не случится ничего такого, чтобы тебе пришлось улетать от твоих яиц, любовь моя... Схожу-ка я, пожалуй, в Нижнюю Пещеру.

По дороге Морета напомнила себе,что наездники - народ не слабонервный. Это люди сильные и телом, и духом. Каждое Падение они вылетают на бой, прекрасно понимая, что некоторых из них ждет увечье, а кое-кого - даже смерть. Почему же их должна испугать еще одна опасность? С какой стати невидимая угроза болезни должна казаться более смертоносной, чем обжигающие прикосновения Нитей?

Похоже, ей просто передалась нервозность Ш'гала. Кроме того, даже ее прикосновение к умершему скакуну вовсе не обязательно должно закончиться болезнью. Что же да К'лона и Берчара... ну, вполне возможно, что это просто-напросто случайность... Ну, пусть не случайность, скажем, несчастный случай: К'лон ведь так часто посещал А'мурри в Игене.

Туман, вроде, рассеивался. Вскоре Морета уже видела перед собой не одну-две ступеньки, а целый лестничный пролет. Добравшись до Нижних Пещер, Морета обнаружила, что в них полным-полно народу. Такое впечатление, что тут собрался почти весь Вейр. Судя по груде грязных тарелок на столе, наездники уже успели как следует перекусить. Женщины и ученики разносили чаши, полные кла. На другой стороне зала, на небольшом возвышении сидели наездницы королев: Лидора, Хаура и Камиана. Все трое со своими партнерами.

Появление Мореты не осталось незамеченным. Гул разговоров несколько поутих. Заметив Т'рала, Госпожа Вейра направилась к нему. Наконец-то почувствовав себя по-настоящему дома, Морета улыбалась, приветственно кивая сидящим за столами васдникам.

- Т'рал, Лери просила, чтобы ты починил ее упряжь.

- Давай сюда, - хмыкнул Т'рал. - Не дело, если какой-нибудь из ремней вдруг возьмет да и поpвется прямо во время полета.

- Морета, - позвал ее молодой коричневый наездник, сидевший напротив. - Скажи, мы правильно поняли сообщени барабанов?

- Это зависит от того, насколько сильно болела твоя голова после вчерашней попойки, - ответила Морета, и за столами засмеялись.

- Кла или вина? - спросила Хаура, когда Морета добралась до возвышения.

- Вина, - твердо сказала Морета, вызвав своим ответом всеобщее одобрение.

- Это у нее только ноги заплетаются, - пошутил кто-то. - А не язык.

- Танцы в Руате были что надо! - сказала Морета, и оглядевшись по сторонам, спросила, - ну, кто еще не знает содержания полученного нами сообщения?

- Тем, кто умудрился проспать барабанный грохот, пришлось выслушать его от Нессо, вместо завтрака, - крикнул кто-то из середины зала.

Нессо гневно затрясла поварешкой в сторону невидимого шутника.

- Значит, вы все уже в курсе, что на Перне началась эпидемия. Она вызвана странным животным, вытащенным из воды моряками из Исты. Этой новой болезнью могут заразиться не только люди, но и кони. Мастер Капиам уверяет, что стражам или драконам эта инфекция не грозит. Пока у болезни еще нет даже названия, но если она и вправду пришла к нам с Южного континента, то вполне возможно, что она упоминается в Летописях...

- Как и все остальное... - пошутил кто-то.

- А значит, - подолжала Морета, - это только вопрос времени, пока мы узнаем, как с ней бороться. И однако, - ее голос стал совершенно серьезным, - Капиам предлагает не собираться большими группами...

- Ему следовало сказать об этом вчера!..

- Согласна. Но завтра нам предстоит Падение. К чему ненужная бравада? Основные симптомы - головная боль и сильный жар.

- Значит, у К'лона именно эта болезнь?

- Вполне вероятно, но он уже почти поправился.

- А как Берчар? - спросил чей-то озабоченный голос.

- Скорее всего, заразился от К'лона. Как вы все, наверно, знаете, они с С'гором сейчас находятся в изоляции в вейре С'гора.

- А Ш'гал?

По залу пробежал беспокойный шепоток.

- Пять минут назад с ним было все в порядке, - сухо ответил Морета. - Завтра он поведет в бой крылья. И мы все полетим вместе с ним.

- Морета! - из-за стола поднялся Т'нур, наездника зеленой Тапех. Сколько будет продолжаться этот карантин?

- Пока мастер Капиам не объявит о его окончании, - заявила Морета и, видя недовольное выражение лица всадника, добавила, - Вейр будет целиком и полностью выполнять решение главного мастера лекаря Перна!.. Теперь несколько слов о том, как нам жить дальше. Раз уж Берчар заболел, то уход за раненными я возлагаю на тебя, Деклан, и тебя, Майлон. Нессо, ты и твои люди должны быть готовы им помочь. С'перен, могу я рассчитывать также и на твою помощь?

- Разумеется, Госпожа.

- И на твою, Хаура, - наездница не слишком охотно кивнула. - Так, у нас еще остались какие-нибудь нерешенные вопросы?

- Холх летит с нами? - тихо спросила Хаура.

- Конечно! - резко ответила Морета. - Лери, как и всегда, будет разговаривать с наземными отрядами, не сходя со спины своей королевы.

- Морета, - подал голос Т'рал. - По поводу наземных отрядов. Я знаю, что Набол и Кром завтра нас не подведут. Но что будет в следующее Падение?.. Оно же над Тиллеком, а следующее над Руатом. Если эпидемия не утихнет, у нас что, не будет помощников на земле?

- Об этом давайте беспокоиться, когда придет время следующего Падения, - быстро ответила Морета с беззаботной улыбкой. Руат! А ведь там сейчас все, кто приехал на Собрание!

- Холды будут выполнять свой долг так же, как и Вейры, - заявила она и села за стол, давая понять, что обсуждение закончено.

Нессо поставила перед ней тарелку.

- Тебе, наверно, следует знать, - тихо сказала она Морете на ухо, что все барабанные сообщения теперь подписывает Фортайн.

- Не Капиам?

- Нет, - покачала головой Нессо. - После того, самого первого объявления о введении карантина, Капиам молчит... Только Фортайн.

- Надеюсь, ты никому об этом не говорила?

- Я знаю свой долг, Госпожа, - ответила оскорбленная недоверием Нессо.

"Головная боль и не думает проходить," - решил Капиам, пытаясь найти более удобную позу. Как невыносимо медленно тянется время! Новую порцию сока феллиса он сможет принять еще только через час. Спасибо акониту - его сердце стучало теперь уже более размеренно. Лекарь осторожно перевернулся на правый бок. Он заставил себя расслабиться...

Вдобавок ко всем несчастьям, барабан начал передавать новое срочное сообщение. В это время? Они что, собираются грохотать двадцать четыре часа в сутки? Что, эти барабанщики никогда не спят, что ли? Капиам понял, что сообщение адресовано в Вейр Талгар, но больше ничего разобрать не сумел. Ему было никак не сосредоточиться.

Целый час, прежде чем он сможет принять еще немного сока? Его долг, как лекаря, - внимательно следить за тем, как протекает болезнь. Порой этот долг казался невыносимо тяжким.

Капиам вздохнул. Ему все-таки следовало повнимательнее прислушаться к тому сообщению в Телгар. Откуда еще он сможет узнать, что происходит на Перне? Откуда еще он узнает, как развивается эпидемия? Но как можно думать, когда так болит голова?

Глава 8

Форт Вейр, 3.12.43

На следующее утро, когда Орлих разбудила Морету, от тумана не осталось и следа.

- А как на северо-западе? - поинтересовалась Морета - у Набола и Крома?

- Скоро узнаем, - ответила Орлих. - Первый дракон уже вылетел на разведку.

- Как Ш'гал?

- Уже проснулся. Одевается. Кадих говорит, что его наездник хорошо выспался и отдохнул.

- А что Малх может сказать о Берчаре?

Короткая пауза, пока Орлих наводила справки.

- Малх говорит, что Берчару стало хуже.

Нельзя сказать, что Морете это очень понравилось. Если Берчар принимал настойку сладкого корня, жар к утру должен был уже спасть.

- Ни ты, ни Предводитель пока не заболели, - попыталась подбодрить Морету Орлих.

Засмеявшись, всадница обняла свою королеву за шею и любовно почесала надбровные дуги.

- Ты уверена, что тебе стоит сегодня летать? - спросила она, глядя на живот дракона.

- Ну конечно, - выгнув шею, Орлих тоже посмотрела на свой раздувшийся живот. - Когда я взлечу, все будет в порядке.

- Как дела у Холх и Лери?

- Они еще спят.

- Небось просидели допоздна нал Летописями!

Вчера вечером, возвращая старой наезднице починенную Т'ралом сбрую, Морета застала Лери за чтением.

- Такое впечатление, - с отвращением заявила та, - что в Вейрах люди не болеют. Боль в животе от переедания или от излишних возлияний молодого вина, ожоги Нитей, травмы от идиотских столкновений, ножевые раны, фурункулы - сколько угодно? Но болезни? Я просмотрела Летописи за двадцать Оборотов после прошлого Падения, - Лери зевнула, - тоска неимоверная. Я продолжаю читать, но исключительно из чувства долга. Наездники - народ здоровый.

Морета ничуть не возражала отправиться спать с этой внушающей надежду новастью. Хотя Нессо и казалось подозрительным, что все сообщения подписывает не Капиам, а Фортайн, Морета сумела убедить себя, что главный мастер лекарь просто-напросто отсыпается после многодневного путешествия по охваченным болезнью холдам. Ш'гал же говорил, что они летали несколько дней практически без остановок. А что до беспокойства Предводителя, то оно, скорее всего, вызвано его мнительностью и врожденным страхом перед лекарствами. Теперь и о своем контакте с умершим в Руате скакуном она вспоминала куда спокойнее, чем раньше. Все произошло так быстро, она ну никак не могла успеть заразиться.

В итоге, отлично выспавшись, Морета встретила Падение бодрой и уверенной в своих силах. В такие дни она всегда предпочитала вставать пораньше, а сегодня особенно. Раз Берчар болен, значит ей придется самой проверить, все ли готово к лечению пострадавших драконов.

Деклан, Майлон и еще шесть человек уже успели разбить передвижной лазарет. Деклан и Майлон выросли в холде, разводящем коней, как и сама Морета. Обнаруженные во время Поиска для кладки Пелианхи в прошлый Оборот, они оба не сумели Запечатлеть. Но Деклан оказался удивительно полезным Берчару, в Майлон был еще достаточно молод, чтобы попытать счастья еще раз. В итоге оба они остались жить в Вейре. Даже если Майлон в конце концов и станет нездником, приобретаемые им сейчас навыки и умения очень даже пригодятся ему в дальнейшем. В Вейрах вечно не хватает лекарей для драконов.

Морета как раз набрала себе полную тарелку каши из висящего над огнем котелка, когда в Пещеру вошел Ш'гал. Быстрым шагом он подошел к стоящему на возвышении столу и отодвинул от него все стулья, кроме одного. Сев, он движением руки подозвал сонного ученика, и когда юноша хотел подняться к нему, резким тоном запретил ему подходить близко. Собравшиеся в зале наездники с любопытством наблюдали как ученик принес чашу кла и тарелку с кашей и поставил их на дальний от Пpедводителя конец стола. Лишь когда юноша отошел, Ш'гал взял свой завтрак.

Подобные предосторожности с ее точки зрения излишние, вызывали у Мореты раздражение. Сегодня у Вейра и так было достаточно проблем. Но из уважения к Пpедводителю, она заставила себя оставаться внешне бесстрастной. Нессо добавила в кашу какую-то ароматную приправу, и она решила попытаться угадать, что это за травка.

Ведущие крыльев стали подходить к Ш'галу с докладами о готовности своих людей. Они предусмотрительно не нарушали установленной Ш'галом дистанции.

В Пещеру вошли три наездницы королев: Камиана, на несколько Оборотов моложе Мореты и как всегда абсолютно невозмутимая; Лидора, явно чем-то обеспокоенная, и, похоже, не предстоящей схваткой с Нитями, которых она повидала уже достаточно /впрочем, она недавно поменяла партнера и порой была непредсказуема/; и Хаура - самая молодая из всех, всегда ужасно нервничавшая перед вылетом, но неизменно успокаивавшаяся, когда доходило до дела.

- Ш'гал не хочет рисковать? - прошептала Камиана, заметив одиноко сидящего за столом Предводителя.

- Он же возил Капиама из Исты в Южный Болл и в Форт холд.

- А как Берчар?

- Температура еще держится, - с деланной небрежностью ответила Морета, давая понять, что другого, мол, она и не ожидала.

- Будем надеяться, что никто сегодня не пострадает, - Камиана адресовала это замечание Хауре, которая была довольно опытной, хотя и не слишком любящей свое дело помошницей лекаря.

- Холх поведет королевское крыло, - сказала Морета, бросая на Камиану неодобрительный взгляд. - Эта позиция ей по душе, а мы к тому же сможем за ней как следует приглядеть. Хаура, ты полетишь замыкающей. В Наболе и Кроме, может и нет тумана...

- А разведчик уже вылетел? - прервала ее Лидора.

- Ш'гал заботится о предварительной разведке больше, чем любой другой Предводитель, с которым я когда-либо встречалась, - сухо ответила Морета.

Ученики принесли наездницам кашу и кла. В зале начали группами появляться всадники - они набирали себе порции каши и, оживленно беседуя, рассаживались за длинными столами. Помошники ведущих крыльев ходили по залу, передавая наездникам последние инструкции перед вылетом. Все шло, как обычно, несмотря на странное поведение Ш'гала. Все как обычно, но только до возвращения разведчика.

- Наездник из Плоскогорья говорит, что тумана нет до самого побережья, - входя в зал громко объявил разведчик - всадник по имени А'дан.

- Наездник из Плоскогорья? - переспросил Ш'гал. - Ты что, с ним разговаривал?

- Ну конечно! - удивленно ответил А'дан, поворачиваясь к своему Предводителю. - Откуда еще я мог узнать о погоде на побережье? Мы встретились с ним...

- Разве тебе вчера не говорили... - Ш'гал встал. Он был вне себя от гнева. С подозрением поглядев на Морету, он продолжил: - Я полагал, тебе сказали, что ты ни с кем не должен вступать в контакт!

- Наездники - это не кто-нибудь...

- Тебе же сказали - ни с кем. Ни с кем! Нельзя, чтобы болезнь проникла в Форт Вейр. А это означает - держаться обособленно. Сегодня во время Падения ни один наездник этого Вейра не приблизится ни к жителю холда, ни к другому всаднику, будь он хоть из Бендена, хоть из Плоскогорья. Все необходимые приказы отдавайте, не сходя с дракона, лучше всего прямо в полете. И не прикасайтесь ни к чему и ни к кому вне пределов этого Вейра. На сей раз вы меня хорошо поняли? - и он снова пристально поглядел на Морету, словно ожидая, что она начнет ему возражать.

- Интересно, - прошептала Камиана, - что Ш'гал собирается делать с теми, кто ослушается его приказа?

Морета жестом велела наезднице замолчать. Ш'гал еще не договорил.

- А теперь, - продолжал Предводитель уже менее суровым тоном, - нам предстоит сразиться с Нитями. Мы с вами и наши драконы - единственная сила, способная защитить Перн. Потому-то мы и живем так уединенно. Потому-то нам и придется держаться особняком - мы просто обязаны сохранить свое здоровье. Запомните это! Только наездники на драконах могут защитить Перн от смертоносных Нитей. Мы не должны ударить в грязь лицом!

- Здорово он разошелся, - заметила Лидора на ухо Морете. Любопытно, сколько он собирается нас тут продержать? - в голосе всадницы слышалось недовольство.

Морета насмешливо поглядела на молодую всадницу.

- Как это ни печально, Лидора, но любовь, начавшаяся на Собрании, обычно долго не длится - сказала она, угадав причину волнения наездницы. "Интересно, - подумала Морета, - кто это ей так понравился?"

С деланным безразличием Морета отвернулась, но мысли ее обpатились к Алесану и к тому, как ей было хорошо в его обществе. Шум отодвигаемых скамеек и топот ног вернули Морету к реальности. Она поспешно встала. Традиция требовала, чтобы она подошла к Предводителю Вейра за последними инструкциями для королевского крыла. Морета остановилась в нескольких шагах от стола. - Лери настаивает на вылете с вами?

- Нет никаких причин ей в этом отказывать.

- Ты, конечно, напомнишь ей, чтобы она не вздумала слезать со своей королевы.

- Она и так никогда с нее не слезает.

Ш'гал пожал плечами, снимая с себя всякую ответственность за судьбу Лери.

- Присмотри за драконами, - велел он, - Падение начинается в полдень.

- Он снова возражал против того, чтобы Лери летела с нами? спросила Камиана у Мореты несколько минут спустя.

Она, похоже, уже успела забыть о своих собственных словах.

- Да не особенно, - ответила Морета, выходя из Пещеры.

Наездницы последовали за ней.

В Чаше тем временем всадники седлали драконов, укрепляя на их шеях мешки с огненным камнем. Другие растирали целебным маслом недавние шрамы на блестящей драконьей чешуе. Вокруг с озабоченным видом сновали вездесущие ученики. Атмосфера была суматошной, но деловой. Как и всегда перед вылетом на Падение. Странно думать, что тут у них все идет как обычно, а где-то на Перне люди и кони в муках гибнут от странной болезни...

- Это не слишком хорошие мысли, - сурово сказала Орлих в голове Мореты.

- Ты права. Совсем не то, о чем следует думать перед Падением. Извини.

- Ничего страшного. День ясен. Мы достойно встретим Нити.

Спокойная уверенность Орлих вернула Морете ее природный отимизм. Ярко светило солнце, а после вчерашнего мокрого и противного тумана чистый и свежий горный воздух казался поистине живительным.

- Хороший морозец сейчас бы не помешал, - решила Морета, поднимаясь к себе в вейр.

Орлих даже пританцовывала на месте от нетерпения, поджидая свою наездницу у входа. В порыве нежности Морета крепко обхватила Морду дракона, прижавшись щекой к чешуйчатой драконьей щеке. Орлих довольно заурчала. Неохотно отпустив свою королеву, всадница сняла со стены упряжь. Она расстелила кожаные ремни, осматривая, нет ли на них повреждений. Холод Промежутка въедался даже в самую лучшую кожу, и большинство всадников меняли упряжь три-четыре раза за Оборот. Удостоверившись, что с ремнями все в поpядке, Морета проверила давление в баке огнемета, лишний раз прочистила его сопло и вскинула громоздкий аппарат себе на плечи. Затем дркон и ее наездница вышли на площадку перед вейром. Морета поправила защитные очки, пристегнула шлем и забралась Орлих на спину. Мощным прыжком королева взметнулась в воздух.

- Боюсь, тебе это далось не легко, - сочувственно сказала Морета.

- Стоит мне взлететь, и я могу абсолютно все, - успокоила ее королева, и в доказательство своих слов сделала в воздухе изящный пируэт.

Поднявшись к Звездным Камням, Орлих ловко приземлилась рядом с поджидавшим ее там Кадихом. Дракон Предводителя был не самым крупным в Форт Вейра, но во время брачного полета с Орлих показал себя ловким, смелым и энергичным. Кадих нежно поглядел на золотую королеву и ласково потерся головой о ее шею.

И вот Ш'гал подал знак голубым, зеленым, коричневым и бронзовым всадникам начинать кормить драконов огненным камнем. Несмотря на всю важность этого момента для последующего уничтожения Нитей, Морета никогда не могла заставить себя относиться к нему с подобающей серьезностью. Она смотрела прямо перед собой с непроницаемым лицом, но тем не менее прекрасно знала, как смешно выглядят сейчас драконы: глаза подзакрыты, на мордах задумчивые и немного печальные выражения. Драконы жевали огненный камень крайне осторожно. Камень надо положить на зубы именно так, и не иначе и только тогда кусать: усилие, необходимое для размельчения камня, будучи неправильно приложенным, может запросто лишить дракона языка.

Покончив с огненным камнем, двенадцать крыльев драконов - зеленые, голубые, коричневые и бронзовые тела ослепительно сверкают в ярком солнечном свете, фасетчатые глаза горят жаждой схватки, крылья нетерпеливо трепещут - приготовились к взлету.

- Кадых, они готовы. Их животы полны огненного камня, почему мы не летим? - Морета была одной из тех редких наездниц, которые могли понимать не только своего, но и любого другого дракона. Даже когда они разговаривали между собой.

Кадих покосилась на Орлих, советуя ей не быть такой нетерпеливой. Орлих была королевой Вейра, как старшая королева - самым сильным драконом во всем Вейре, а так как Форт Вейр был самым большим Вейром Перна, то и самой главной королевой всей планеты. Но во время Падения командовал Предводитель, и Орлих приходилось подчиняться Кадиху и Ш'галу. Как, впрочем, и Морете.

И вдруг, словно по волшебству, дальнее крыло взмыло в небо. Его место было на западе, на самом верху трех летящих друг над другом крыльев. Вслед за первым в воздух поднялось второе крыло, затем третье. Заняв свои позиции, крылья ушли в Промежуток. Затем взлетели крылья северного направления: они пойдут наперерез фронту падающих Нитей. Вот и они скрылись в Пpомежутке. Исчезли и северо-западные крылья. Ш'гал поднял руку: он поведет свои крылья с востока, вдоль края плато Крома, там, где ожидается появление первой волны Нитей. Королевское крыло тоже заняло свою боевую позицию - так низко над землей, как это только возможно. Более сильные крылья королев давали им дополнительную стабильность в полете.

Впереди плыла Лери на Холх - Морета даже и не заметила откуда они появились. Хайра и Камиана заняли свои позиции внизу, а Морета и Лидора поднялись немного на верх.

- Кадих велел уходить в Промежуток.

- Ты получила от него образ?

- Ясный и четкий.

- Тогда вперед, Орлих!

Черный, черный, еще чернее,

Тут мерзнет огонь и всякий...

Солнце светило им в спину. Вдали голубели горы Набола. Внизу простирались голые равнины восточного Крома. Они ярко блестели - похоже, тут либо выпала необычайно густая роса, либо иней.

Морета взглянула на Холх - все в порядке. Над головой плыли боевые крылья драконов: самое верхнее - крошечные черные точки в бездонной голубизне. Морета оглянулась.

- Как ветер?

Орлих скользнула чуть влево, затем обратно, пробуя.

- Ничего страшного. Он нам не помешает.

"Значит, Нити будут падать чуть под углом", - подумала Морета. Над горами, наверно, будут проблемы: в сильных восходящих и нисходящих воздушных потоках движение Нитей станет далеко не таким предсказуемым, как над равниной. В холодное время года Нити падали быстрее, но сейчас, хотя и было прохладнее, чем в прошлые Падения этого Оборота, до мороза дело все-таки не дошло.

- Приближается!

Морета снова оглянулась. Высоко-высоко в небе она увидела серебряную полоску, неотвратимо приближающуюся к земле. Падение Нитей!

- Первая волна! - Орлих рванулась вперед, наперерез смертоносному ливню.

Морета затаила дыхание. Как и всегда, она очень волновалась, хотя до действительного соприкосновения королевского крыла с Нитями пройдет еще не один десяток минут. Первый удар принимали на себя боевые крылья верхнего эшелона. Она кинула быстрый взгляд на Холх.

- С ними все в порядке, - заверила ее Орлих.

Теперь уже первая волна Нитей был видна во всей своей красе. Небо озарилось вспышками огня. Морета видела, как драконы на всех уровнях атаковали несущиеся к земле споры. Затем по характеру расположения вспышек, она догадалась, что Фронт Падения на сей раз был не сплошной.

- Кадих сообщает, что это волна рваная, - доложила Орлих. - Надо расширить формацию. Южные крылья начинают атаку.

Орлих ( Морета знала это на собственном опыте) будет комментировать ход сражения вплоть до того момента, когда придет черед королевского крыла показать себя в деле. Тогда ей станет не до разговоров: все - внимание тому, как уберечься самой и оградить свою наездницу от обжигающих прикосновений Нитей.

Верхний эшелон пошел на снижение.

- Пострадавших нет, - между тем продолжала Орлих.

"В перые минуты схватки всегда все идет хорошо, - подумала Морета. - И пострадавших обычно не бывает, как бы густо не падали Нити". Всадники - свежие, драконы рвутся в бой. Ошибаться и люди, и драконы начинали потом, где-нибудь на вторм часу сражения. Именно тогда случались промахи Падение не всегда проходило так же, как его первая волна, особенно в конце Прохождения.

- Кадих прицеливается. Кадих дышит огнем. Попадание! - в предельно спокойном тоне Орлих слышалось возбуждение. - Он ушел в промежуток. Вынырнул из него. Огонь. Все крылья включились в бой. Первый эшелон разворачивается для нового захода.

Теперь ветер нес с собой крошечные частички черной сажи - все, что осталось от сожженых в воздухе Нитей.

- Ни одна Нить не ускользнула от боевых крыльев, - сообщила Орлих.

Порой Нити сыпались с небес огромными гроздьями, и тогда драконам приходилось нелегко. Впрочем, некоторые опытные наездники считали густую первую волну Падения хорошим знаком: - в конце будет легче, - утверждали они. Сколько Падений уже осталось за плечами, сколько первых волн, сколько возможных вариантов... Есть с чем сравнивать. Но всегда любые два описания даже одного и того же Падения, и даже двух всадников одного и того же крыла отличались друг от друга.

Старый Л'мал как-то говорил Морете, что выносливость и боевая мощь драконов ограничены только способностями их всадников к хвастовству. И все же, как бы дракон не летал, если ни одна Нить не достигла земли, он со своими обязанностями справился.

Под крыльями Орлих неслась равнина Крома, но Морета не смотрела вниз. Ее взгляд был устремлен вперед - привычное разделение обязанностей с Орлих: Морета же видела не только то, что проплывало перед ее собственными глазами, но и все, на что падал взор ее золотой королевы. Как часто Морете хотелось взмыть в небеса и со всего размаху врезаться в самую гущу схватки, как это делали другие наездники и другие драконы. А вместо этого ей приходилось ждать у самой земли и ждать появления пропущенной другими Нити. Порой она, а может это в ней говорила Орлих, завидовала зеленым драконам. Да, от того, что те жевали огненный камень, они не могли откладывать яиц - оно и к лучшему, не то зеленые драконц уже давным-давно заполонили бы весь Перн. Но зато они могли сражаться по-настоящему. И пусть их подстерегала опасность. Без нее нет радости победы!

- Нить!

- Хаура! - Ферх видит! Ферх вступает в бой!

Молодая королева вильнула в сторону, огнемет полыхнул огнем, и только черный пепел остался от летевшей к земле смертоносной Нити.

- Орлих, передай, что надо увеличить интервал между драконами. Камиана остается с Лери. Мы летим на юг. Хаура пусть возьмет на себя север.

Орлих послушно развернулась, набирая понемногу скорость и высоту.

Наступало самое тяжелое время Падения, когда приходилось бесконечно летать взад-вперед. Но другого выхода не было: внизу лежали плодородные поля Крома- результат трудов многих поколений крестьян.

Они приближались к первой гряде холмов, к перым холдам Крома. Ряды окон на склонах крепко-накрепко закрытые металлическими ставнями ярко блестели на солнце.

- Орлих - попросила Морета, - попробуй узнать у стража, все ли там здоровы?

- Он ничего не знает, - презрительно ответила королева.

Орлих явно не доставляло удовольствия связываться с этими глупыми тварями. Впереди показалась вторая гряда, и драконы начали набирать высоту.

- Кадих велел собраться над холдом Кром, - передала Орлих.

Морета представила себе огненные высоты Крома, зашептала свой стишок-защиту от холода Промежутка, и на слове "чернее" очутилась над главным холдом Крома. Этот холд располагался на берегу реки, и когда ставни были раздвинуты, из его окон открывался великолепный вид на пороги. Скот, обычно пасущийся на лугах вдоль реки, теперь, похоже, весь стоял в стойлах.

- Местные стражи тоже ничего не знают, - проинформировала Орлих свою наездницу. - Они беспокоятся из-за Падения, но это и все... Кадих сообщает, что Нити сейчас идут очень густо, и что нам следует соблюдать осторожность. Три дракона уже получили легкие ранения. С огнем у всех драконов хорошо, и крылья в полном порядке...

Вдруг Орлих резко вильнула в сторону, и Морета увидела опускающийся клубок Нитей. К нему несся голубой дракон.

- Наша позиция лучше, - воскликнула Морета, зная, что Орлих передаст предупреждение голубому дракону и его всаднику.

Когда они пролетали под Нитями, Морета прицелилась и нажала на спуск огнемета. Огненная струя точно попала в цель, но рядом промелькнули голубые крылья и брюхо.

- Слишком близко! - воскликнула Морета. - Кто это был?

- Н'мен, на Джелхе, - ответила Орлих. - Один из молодых голубых. Ты его не задела.

- Небольшой ожог, возможно, научил бы его дисциплине, - никак не могла успокоиться Морета, но у нее отлегло от сердца, что молодой всадник и его дракон не пострадали. - Это же глупо и безответственно - боевому дракону летать так низко над землей! И потом, как он мог нас не заметить? У него что, глаз нету? Ну, я ему задам!

- Нити! - прервала ее Орлих, бросаясь в новом направлении. Но на сей раз Лидора была ближе, и Орлих уступила.

Королевское крыло перегруппировалось, и битва продолжалась. Орлих сообщала о все новых и новых ранениях - к счастью, все не слишком серьезные. Наездники запрашивали огненного камня для драконов, исчерпавших запасы. Они встречались с подвозящими камень учениками. Глядя на них, Морета на всякий случай проверила уровень горючего в баке огнемета. Оставалась еще почти половина. Позади остались поля Крома. Теперь под ними высились украшенные снежными шапками горы, разделяющие Кром и Набол. На их голых, негостеприимных склонах Нити вряд ли нашли бы себе пропитание, но королевы сражались, не теряя бдительности. И вот Ш'гал и Кадих приказали драконам передислоцироваться через Промежуток к самому Наболу.

Хаура доложила, что у них с Лери закончилось горючее, и что они, дескать, приземляются у шахты получить от учеников запасные баки.

- Лери, поинтересуйся, может, здешний страж что-нибудь знает?

- Холх говорит, что все стражи глупы, ничего не знают и знать не могут. И что для нас они совершенно бесполезны.

Любая посадка для Холх являлась проблемой - старая королева была уже далеко не такой подвижной и ловкой, как раньше. Поэтому Лери предусмотрительно приземлилась на огромном уступе над шахтным холдом. Ученик на молодом зеленом драконе вынырнул из Промежутка. На шее у него висело два полных бака. Ловко приземлившись рядом с Холх, юный наездник соскочил со своего дракона и мигом заменил пустой бак огнемета Лери на полный. Еще мгновение, и Холх, шагнув вперед, рухнула с уступа, расправляя в воздухе широкие крылья.

- Они берегут силы, - сообщила Морете наблюдавшая за этой сценой Орлих. - Это хорошо.

- Летим к Кадиху, - решила Морета.

Они вошли в Промежуток и вынырнули из него над горным ущельем как раз в тот миг, когда клубок Нитей упал на острый скальный гребень.

- Тапех сейчас с ними разберется!

Обжигая скалы своим огненным дыханием, к месту падения Нитей из поднебесья рухнул зеленый дракон. В последнюю секунду, когда, казалось, она вот-вот разобьется, дракон распахнула сложенные до этого мига крылья и благополучно отвернула.

- Давай туда! - приказала Морета. - Никакому наземному отряду не добраться до этого места.

И вот они над почерневшими от копоти камнями. Орлих послушно зависла над гребнем, а Морета обильно полила огнем склоны. Серебряные Нити извивались и шипели, превращаясь в золу. Морета методично била из огнемета по каждой трещине, каждому укромному уголку - чтобы зарыться, Нити достаточно одного мгновения.

- Приземлись-ка чуть-чуть в стороне, - решила Морета. - А то у меня скоро будет нечем стрелять. И передай, чтобы мне подвезли новый бак.

- Уже везут, - ответила Орлих, приземляясь.

- Мне хотелось бы проверить этот гребень...

Держа огнемет наготове, Морета осторожно шла по скале, еще теплой от недавно лизавшего ее пламени. Ей всегда не нравилось осматривать места, где Нити дотигли поверхности земли. К тому же не со спины своего дракона, а пешком. Но кому-то же надо это сделать. И чем быстрее, тем лучше.

Восточная часть гребня являла собой сплошную монолитную скальную плиту - в нее не зароешься! Западная часть - несколько похуже, но, похоже, огнемет сделал свое дело. Да и Тапех вроде не подкачал.

В этот миг из Промежетка в какой-то паре пальцев над гребнем вынырнул голубой дракончик с учеником на спине. Голубой захлопал крыльями, гася скорость, и ловко приземлился. Орлих заворчала, и дракон как-то сразу весь съежился, чувствую ее недовольство. Выражение удовольствия на лице его всадника сменилось настороженностью.

- Не пытайся кого-то удивить, Т'регел! Будь осторожен! - рявкнула Морета. - Ты запросто мог бы вынырнуть не над гребнем, а прямо в нем! Ты же никогда раньше здесь не бывал. Разве Ф'нелдрил не объяснял тебе, как это важно - иметь запас высоты при посадке?!

Покраснев, юный всадник принялся неловко отстегивать привезенный им запасной бак огнемета.

- Осторожность нравится мне куда больше неразумной ловкости, продолжала распекать его Морета. Она почти вырвала бак у него из рук. - А ну-ка, слезай. В наказание за свою беспечность ты останешься здесь, пока камни не остынут. Проверь, нет ли где тут не замеченной мною Нити. Вон там внизу, видишь, растет мох. В него могло что-нибудь попасть. Ты умеешь пользоваться огнеметом? Хорошо. Того, что осталось у меня в баке, тебе должно хватить. И если хоть что-то здесь шевельнется - не геройствуй, пусть твой дракон немедленно зовет на помощь! Что бы это ни было! Понятно?

Просидеть часок-другой на ветру, на медленно остывающем гребне это должно несколько охладить пыл юного наездника к рискованным посадкам. Сколько Наставник ни предупреждал учеников, сколько с ними не разговаривал сам Предводитель Вейра, все равно порой ученики исчезали без следа, и драконы грустили о своих исчезнувших товарищах. И все - следствие шалости и небрежности. Глупые потери. Глупое разбазаривание и без того не слишком больших ресурсов Вейра.

Морета вновь уселась на спине Орлих, краем глаза заметив, что ученик с несчастным выражением лица принялся за осмотр, стараясь при этом держаться поближе к своему не менее несчастному дракону.

- Кадих зовет, - сообщила Орлих.

- Значит, приближается конец Падения! - Морета пристегнула ремни - вот смеху-то будет, если она после столь страстного призыва к осторожности свалится со спины своей королевы при взлете!

- Б'лерион! - Орлих всегда отличалась хорошим зрением.

Улыбнувшись, Морета дала команду на взлет. Потом велела уйти в Промежуток, чтобы как можно быстрее соединиться с остальными крыльями. В бесконечном холоде и черноте она думала о том, как сложились отношения Б'лерина и Оклины.

И вот они над западными склонами хребта Набол, где густым дождем сыплется с небес Нити. Последнее усилие! Еще немного...

- Падение закончилось, - объявила Орлих.

Морета устало откинулась, дуло огнемета - непомерная тяжесть для ее утомленных рук. Какое это облегчение - сидеть и ни о чем не думать. И не надо смотреть во все стороны сразу, не надо постоянно оценивать расстояние, угол падения и дальность огня.

- Пострадавшие?

- Тридцать три, в основном легкие ранения. Два сильно порванных крыла. Четверо всадников с поломанными ребрами и трое с вывихнутыми лопатками.

- Ребра и лопатки! Это небрежность в полете! - и все равно Морета испытывала облегчение.

Вот только два крыла... Она буквально ненавидела чинить крылья... Зато возможности попрактиковаться у нее было сколько угодно. Увы...

- Б'лерион нас приветствует. Бронзовый Набех летал отлично.

Бронзовый дракон из Вейра Плоскогорье поравнялся с Орлих, и королева кокетливо изогнула длинную шею. Б'лерион приветственно помахал Морете рукой.

- Спроси, как ему понравилось на Собрании, - попросила Морета. Все, что угодно лучше мыслей о лечении поpванных крыльев.

- Говорит, что очень понравилось, - сообщила Орлих, и добавила, Кадих передает, что нам надо скорее возвращаться в Вейр.

- Спроси сперва у Б'лериона, что он слышал об эпидемии?

- Только то, что она началась... Кадих говорит, что Диленх здорово пострадал.

Морета помахала на прощание Б'лериону в глубине души сожалея, что Ш'гал и Кадих считают Б'лериона и Набеха своими соперниками. Впрочем, может они имели на то основания. Орлих всегда была неравнодушна к Набеху, а Морета полагала, что провести время после Прохождения с Б'лерионом - куда более веселое занятие, чем, например, с Ш'галом.

- Возвращаемся в Вейр.

Всего один миг пробирающего до мозга костей холода, и они уже над Чашей. Жалобные крики раненых драконов эхом отдавались в огромном амфитеатре.

- Покажи-ка мне Диленха, - попросила Морета, когда Орлих уже готовилась к посадке.

- У него ожог главной перепонки, - сочувственно сообщила королева. - Я постараюсь его успокоить! - и она заложила крутой вираж над самой головой корчащегося от боли Диленха.

Несколько всадников пытались помазать поврежденное крыло мазью из обезболивающей травы, но им никак не удавалось это сделать. Дракон и правда был ужасно изранен. Ведущий край его крыла, от локтя до пальцевого сустава, принял на себя основной удар Нитей. Похоже, пострадала и мембрана, идущая от сустава к туловищу. Пятна ожогов красовались и на заднем крае крыла, но кости, похоже, остались целы. Это вселяло надежду не часто дракону со сломанным крылом удавалось вновь подняться в воздух. И тем не менее ранение Диленха было очень и очень опасным: на заживающей мембране могли образоваться рубцы, из-за которых элерон крыла станет не таким чувствительным и подвижным. А значит, дракону трудннее станет удерживать равновесие в полете. Но прежде, чем беспокоиться о рубцах, следовало выяснить, достаточно ли осталось неповрежденной ткани мембраны, чтобы вообще сохранить крыло. Диленх был еще молод, он наверняка сумеет регенерировать поврежденные ткани, но поднимется в воздух он еще очень и очень не скоро. Если вообще поднимется.

- Орлих, успокой его, - велела она королеве, как только они приземлились.

Действительно, прежде всего Диленха следовало успокоить - а то сейчас его наездник Ф'дерил тщетно пытался удержать голубого на месте. Орлих встретилась взглядом с наполненными болью глазами раненного дракона, и его крики и стоны внезапно смолкли.

- Добрая половина шума - из-за шока, - пояснила она Ф'дерилу, сейчас поглядим, что можно сделать...

- Крыло очень сильно повреждено, - пробормотала у нее над ухом Нессо, - от мембраны остались одни клочья. Вряд ли он когда-нибудь сможет летать...

- Да не каркай ты! - раздраженно бросила Морета - и чего Нессо вечно лезет с подобными комментариями... особенно когда ты сама боишься именно этого. - Принески-ка мне лучше мягкой ткани и самые тонкие стебли тростника, какие только найдешь. Где Деклан и Майлон?

- Деклан с Л'раешом. У Сорха обожжен конец крыла. Майлон тоже занят. У нас даже нет лекаря для раненых всадников. И надо же было Берчару заболеть именно сейчас!

- Ничего не поделаешь. Скоро вернется Хаура, она и окажет наездникам первую помощь - усилием воли Морета взяла себя в руки. Что толку раздражаться? - Ты только принеси мне тростник и ткань. Да, и еще пусть установят мой стол вот тут, под крыльцом. И не забудь прислать масло, мою корзинку с иглами и катушку прокипяченных ниток.

Нессо бегом отправилась выполнять поручения, а Морета вернулась к осмотру поврежденного крыла. Да уж, от мембраны между локтевым суставом и пальцевыми костями поистине остались одни клочья. Но каждый кусочек может пойти в дело. Стенания Диленха несколько поутихли, но теперь им на смену пришли причитания его наездника.

- Мне с самого начала казалось, что тут что-то не так! Мне сразу стало не по себе! Я думал, что мы летим не достаточно точно! - Ф'дерил винил вл всем самого себя. - Мне следовало оставаться в Промежутке еще дольше! Ну хоть чуть-чуть! Ты же не мог ничего поделать! Я не оставил тебе ни малейшей возможности увернуться. Ты не виноват, Диленх! Это моя ошибка!..

- Ф'дерил! - резко повернулась к нему Морета. - Возьми себя в руки! Твои причитания беспокоят Дилекха ничуть не меньше, чем... - Морета замолчала на полуслове, увидев на теле наездника ожоги - следы прикосновения Нитей. - Тебе что, до сих пор никто не оказал первой помощи?

- Я заставил его выпить немного вина, - ответил А'дан, сосед Ф'дерила по вейру. - Я приготовил повязки с болеутоляющей травой.

- Ну так наложи их! - Морета сердито огляделась. - Ну, куда подевалась эта Нессо?! Почему сегодня никто ничего не может нормально организовать?!

- Как дела Диленха? - спросил А'дан, быстро и умело снимая с Ф'дерила прожженую куртку.

- Достаточно плохо, - честно ответила Морета, наблюдая как наездник накладывает повязки на многочисленные места ожогов.

Готовый помочь всадник - это все-таки лучше, чем ничего, и уж всяко полезнее, чем неисправимо пессимистичная Нессо. А, вот и она!

- Ах, как же долго оно будет заживать, - стонала экономка, указывая двум ученикам, куда поставить стол. - Да и заживет ли вообще... - бросив один-единственный взгляд на выражение лица Мореты, Нессо поспешно ретировалась.

Глубоко вздохнув, Морета потянулась за маслом. Смазывая им руки /чтобы обезболивающий состав не попал на ее собственную кожу/, она объясняла А'дану и ученикам, что им придется сейчас делать.

- Ты, Д'лтан, - она обратилась к одному из учеников покрупнее, отрежь-ка мне кусок ткани такой же длины, как ведущий край крыла Диленха. Ты, А'дан, вымой руки этим маслом, обсуши их, а потом сделай это еще раз. На третий раз, помыв руки, только стряхни их. Ни вытираться, ни сушиться не надо. Нам придется периодически смазывать руки маслом, иначе мы рискуем надолго потерять чувствительность в пальцах. Теперь ты, М'барак, - она указала на второго ученика. - Вдевай в иголки из вот этой корзинки нитки примерно вот такой длины...Ты же, Б'греал, - Морета повернулась к третьему ученику, как раз в этот момент подтащившему большой котел с горячей водой, - будешь подавать мне стебли тростника, как только я об этом попрошу, но прежде всего, как следует вымойте руки.

- Мы постараемся поддержать крыло снизу слоем тонкой материи, продолжала объяснять Морета. - Мы пришьем ее к несущей кости и растянем от спины Диленха до пальцевых костей. Потом нам придется... Если тебе нехорошо, А'дан, отойди в сторонку, пока мы еще не начали. Потом будет не до того. Дилекху и Ф'дерилу будет спокойнее, если ты станешь помогать мне. И старайся не думать об этом как о крыле дракона. Представь себе, что это всего-навсего летнее платье, которое порвалось. А мы хотим его починить. Именно этим мы и собираемся заняться! Починить!

Как следует намаслив руки, Морета взяла у ученика иголку. Хорошо бы А'дан выдержал...

- Орлих?

- Я могу связаться только с его драконом - зеленой Т'грах, отозвалась Орлих. - Все мои силы уходят на Диленха. К сожалению, в Вейр не вернулась еще ни одна королева, кроме меня.

А'дан, похоже, сумел-таки собраться с силами. Вымыв руки маслом, он решительно повернулся к Морете. Вид у него был, правда, несколько зеленоватый, и он все время судорожно сглатывал.

- Отлично! Тогда начинаем! И помните, мы всего-навсего чиним!

Морета вскочила на крепкий стол и жестом велела А'дану последовать за ней. Вот она сделала первый осторожный стежок, и Диленх с А'даном в унисон вздрогнули. Находящийся под контролем Орлих, с лап до кончика крыла намазанный обезболивающим составом, дракон просто не мог ощущать никакой боли. Значит, это А'дан представляет себе его возможную реакцию. Наездника следовало отвлечь, и Морета начала разговоривать с ним, подсказывая попутно, когда натянуть материю, а когда ослабить.

- Мы просто прикрепим это снизу, - говорила она. - Подтяни-ка налево... Ведущий край в итоге будет несколько толстоват, но ничего не поделаешь... если нам удастся спасти достаточно мембраны... Вот так! Теперь, А'дан, возьми лопатку с обезболивающей мазью и как следует намажь материю. Мы положим сейчас на нее те куски мембраны, что еще остались. Такое вот большое летнее платье... М'барак, давай новую нитку. Эта связка изрядно потянута, но, к счастью, не поpвалась, и все еще связана с локтем. Орлих, пусть он не пертит хвостом! Это мешает мне работать!.. Связка сохранена, и это очень хорошо, - продолжала она, обращаясь к А'дану. Теперь мы соорудим шину для концевого края, Б'греал, давай сюда тростник. Самый длинный. А ткань, как и раньше, послужит основой... Накладываем остатки мембраны. Да, вот так. Ну, Диленх, тебе повезло. Ты у нас еще полетаешь! Осторожненько, эти кусочки вот сюда... так...

С помощью А'дана Морета кусок за куском восстанавливала разорванное крыло. Теперь она яснее ясного представляля себе, как произошло столкновение с Нитями. Вынырни Диленх с Ф'дерилом из Промежутка хоть на мгновение раньше - и обжигающие споры наверняка сбили бы всадника со спины дракона. Надо будет не забыть потом сказать Ф'дерилу, как ему повезло.

Им удалось сохранить больше кусков мембраны, чем Морета смела надеяться. Со временем крыло заживет, хотя новая ткань, срастаясь со старой, образует грубые рубцы - лишь через много сезонов полетов несомый ветром песок сотрет лишнее и вновь сделает крыло гладким и элегантным. А пока придется мириться с не слишком эстетичным видом...

- Главное, Диленх снова будет летать, - утешила ее Орлих. - Ты сделала все, что могла.

- Орлих говорит, что мы неплохо поработали, - с улыбкой сообщила Морета своим помошникам. - Спасибо вам всем! Теперь мы доставим Диленха в наземный вейр и тогда вы наконец-то сможете отдохнуть!

Морета спрыгнула со стола и, наверно, упала бы, не поддержи ее крепкая рука А'дана. Как из под земли, появилась Нессо с вином. Морета оглянулась в поисках Ф'дерила, но голубой всадник лежал на земле в обмороке.

- Он не сможет вам ничем помочь, - мрачно заметила Нессо.

- Это все волнение и раны, - заступился за друга А'дан.

Диленх застонал и потянулся к лежащему ничком наезднику.

- С ним все в порядке, Диленх, - поспешил успокоить дракона А'дан. - Немного устал...

- И здорово переусердствовал с вином, - пробормотал М'барак, помогая зеленому всаднику поднять Ф'дерила на ноги.

- Худшее уже позади, - сказала Морета.

- Да он и не знает, что такое худшее, - пробормотала Нессо у нее за спиной. - Вот Диленх...

С помощью А'данового Тиграха и К'лона с голубым Рогехом, Диленх ковылял в сторону наземного вейра. Морета даже не сразу поняла, что ее смутило. Но потом до нее дошло.

- Что здесь делает К'лон?!

- Он сам вызвался, - буркнула Нессо. - Он заявил, что чувствует себя преотлично, и не может прохлаждаться, когда может помачь Вейру. Все равно, кроме него, никого не было...

- Никого не было?

- Этот приказ Вейр не мог игнорировать, - отвела глаза экономка. В конце концов, это же чрезвычайное проишествие. Вот они с Ф'нелдрилом и решили, что он должен ответить на барабанное сообщение.

- Слушай, Нессо, о каком сообщении идет речь?

Внезапно Морета поняла значение отведенного в сторону взгляда. Нессо опять преступила свои полномочия как экономки Вейра.

- Форт холд затребовал наездника, чтобы доставить лорда Толокампа из холда Руат. Срочно. В Руате началась болезнь, и в Форт холде тоже. Форт холд не может обойтись без своего лорда во время такого ужасающего бедствия. - Нессо исподтишка поглядывала на Морету, пытаясь угадать ее реакцию. - Мастер Капиам болен... наверняка, так оно и есть, иначе почему на все сообщения отвечает не но, а мастер Фортайн. Кроме того, - Нессо перешла на шепот, - в Исте и Игене болеют всадники. В Телгаре - настоящая эпидемия. А через два дня на юге Падение. Скажи, кто вылетит против Нитей, если в этих трех Вейрах не останется здоровых наездников?

Морета заставила себя дышать ровно и спокойно.

- Когда пришло это сообщение?

- Их было два, - плача не то от облегчения после признания, не то от раскаяния, сказала Нессо. - Первое - приказывающее отвезти лорда Толокампа в Форт холд. Оно пришло буквально сразу после того, как крылья улетели... Курмир тоже считал, что мы обязаны откликнуться!

- Что вы и сделали! - Бесконечная болтовня Нессо уже начинала раздражать и без того уставшую Морету. - Я вижу, что вы никак не могли подождать нашего возвращения! Но Урмир, надеюсь, ответил, что мы вылетели на Падение?

- Они и так это знали. Но Ф'нелдрил и К'лон были здесь... нет, вон там, - Нессо непременно хотелось указать, где именно, - и они тоже слышали сообщение. К'лон сразу же заявил, что он может полететь. Он утверждал, и мы все с ним согласились, что раз он уже переболел этой болезнью, то вряд ли заразится ею по новой. Он не хотел подвергать Ф'нелдрила или кого-либо из учеников лишнему риску, - взгляд Нессо умолял об одобрении ее действий. - Мы попытались спросить Берчара, но С'гор никого не пускал в вейр, а сам за него ответить не мог. А мы просто обязаны были откликнуться на просьбу! Во время кризиса место лорда в его холде. Курмир решил, что в такой чрезвычайной ситуации мы должны помочь лорду Толокампу, даже если это означает нарушить приказ Предводителя вейра.

- Не говоря уже о приказе главного мастера лекаря Перна и всеобщем карантине!

- Но сам мастер Капиам находится в Форт холде, - воскликнула Нессо, как будто это все объясняло. - Мне даже страшно представить, что может твориться в Форт холде в отсутствие лорда Толокампа!

Сейчас Морету куда больше волновало, что происходит в холде Руат. Ну, и конечно, второе сообщение.

- Что там о больных всадниках? Это сообщение что, пришло открытым текстом?

- Ну разумеется, нет! Курмиру пришлось даже залезть в свои записи! Мы ничего не сделали. Мы даже не стали передавать это сообщение дальше ведь в нем отсутствовал соответствующий код. Но Ф'нелдрил и К'лон сказали, что я должна вам рассказать о нем как можно скорее. Только в Телгаре больны сорок пять наездников! Девять из них очень плохи. В Игене больны двадцать два, а в Исте - четырнадцать, - казалось, перечисление этих ужасающих цифр доставляет Нессо удовольствие.

Восемьдесят один всадник уже больны? Морете стало страшно. Наездники больны?! Сейчас же Падение! Каждый всадник на счету! С прошлого Падения в Форт Вейре и так не хватало тридцати всадников, а после этого их станет всего тридцать три. Пройдет не меньше Оборота, прежде чем Диленх снова поднимется в воздух. Как это могло случиться? До конца Прохождения осталось всего восемь Оборотов, и тогда всадники, наконец-то, освободятся от смертоносного дождя, который обильно сыпется с небес на головы их драконов, да и их самих. Морета покачала головой, ей следовало прислушаться к словам Ш'гала об эпидемии, а не отмахиваться от правды, как от неуместной шутки. Она же знала, что у мастера Капиама никогда не было привычки торопится с указаниями. Но ведь всадники были крепкими и сильными, их не так-то просто свалить с ног! Почему же они, в своей изоляции от внешнего мира, так легко пали жертвой инфекции, разгулявшейся в переполненных холдах и конюшнях?

Она и сама понимала, что к тому времени, как Ш'гал рассказал ей о случившемся, было уже поздно. Все, что могло свершиться, - свершилось. Даже она сама оказалась замешанной в эту историю - а все потому, что ей хотелось покрасоваться перед Алесаном. Но как же можно было догадаться о той смертельной опасности, которую представлял собой умерший во время скачек конь? Кто мог об этом знать? Ведь тогда, когда Талпан связал распространение болезни с перевозками сидящей в клетке кошки, они с Алесаном, наверно, наблюдали за скачками.

- Ты ни в чем не виновата, - прозвучал у нее в голове нежный, любящий голос Орлих. - Ты имела полное право развлекаться на Собрании.

Экономка уже перестала плакать, но глядя, как она заламывает руки, Морета едва удерживалась от гневного окрика.

- Ш'гал уже вернулся?

- Он прилетел и снова улетел: он отправился искать Лери. Он был очень зол.

- Орлих?

- Они сейчас заняты, но с ними все в порядке.

- Нессо, ты рассказала ему о сообщениях?

Бросив на Морету отчаянный взгляд, экономка покачала головой.

- Он пробыл на земле так недолго... я просто-напросто не успела...

- Понятно, - процедила Морета, и ей и вправду все было понятно.

Нессо не смогла бы заставить себя сообщить Предводителю такие страшные новости, даже если бы в ее рапоряжении оказалась целая вечность. Что ж, придется Морете самой рассказать обо всем Ш'галу - разговор, который наверняка приведет к ссоре. И это сегодня, когда у них обоих больше насущных проблем, чем свободных часов.

- Как Сорх?

- Ну, с ним все будет в порядке! - Нессо с готовностью переменила тему разговора. - Он сейчас вон там. Я подумала, что ты, наверно, захочешь его осмотреть. Но я все сделала как надо.

- Орлих, пойди погрейся, пока солнце еще не село...

- Ты тоже устала. Когда же ты сама отдохнешь?

- Когда закончу все дела, - ответила Морета, тронутая заботой своей королевы.

Откуда-то сверу раздался жалобный крик голубого дракона. Морета с тревогой подняла взор.

- Его наездник сломал ключицу, - пояснила Нессо. - Порвалась упряжь.

Морета вспомнила о другом голубом всаднике:

- Орлих, как там наш голубой ученик? Ну, тот, которого мы оставили на гребне. Он вернулся?

- Да. Нитей не было. Он доложил обо всем Наставнику. Ф'нелдрил хочет поговорить с тобой о том, что ты, мол оставила молодого наездника в потенциально опасной ситуации.

- Этот паpнишка рисковал бы куда больше, продолжай он свои акробатические номера, - фыркнула Морета. - Мне тоже будет что сказать Наставнику на эту тему... Пойдем посмотрим, как там Сорх - вслух добавила она, обращаясь к Нессо.

- Это уже далеко не молодой дракон, - тараторила экономка, стремясь вернуть себе благорасположение Госпожи Вейра, - но мне кажется, у него все заживет.

"Вся беда в том, - думала Морета, - что Нессо слишком мало знает о том, как лечить драконов и слишком много о том, как, по ее мнению, следует управлять Вейром?"

По дороге Морета пришла к мысли, что окажись она сама в Вейре, она бы тоже отправила всадника доставить лорда Толокампа в Форт холд. Что бы там потом Ш'гал ни говорил. Форт холду его лорд нужен куда больше, чем Руату - еще один лишний гость. Интересно, есть ли в Руате больные? И если есть, то как же Алесан позволил Толокампу нарушить карантин?

- Неприятная рана, - заметила Морета, когда Серх осторожно опустил раненное крыло для ее обозрения.

- Чуть ближе к суставу, - с деланным спокойствием заметил Л'раел, и он мог бы лишиться подвижности концевого фрагмента.

- Купание в озере снимет отек, - посоветовала Морета. - Но это завтра, - и она ласково потрепала коричневого по боку.

- Сорх говорит, - после паузы сказал Л'раел, - что поплавать будет очень даже неплохо. Он расстелит крыло по воде, и тогда оно перестанет болеть...

- Сколько всадников пострадало? - спросила Морета у Нессо, когда они шли к лазарету: если более восьмидесяти человек заболело, придется, вероятно, высылать подмогу другим Вейрам.

- Больше, чем следовало бы, - ответила Нессо к которой уже успела вернуться ее обычная язвительность.

Экономка ни на шаг не отходила от Мореты, когда та совершала свой обычный обход. Большинство раненных спали, приняв дозу сока феллиса, и Морета не стала долго задерживаться. Но вот от Нессо ей избавиться так и не удалось.

- Знаешь, Морета, тебе сейчас просто необходимо как следует подкрепиться моей превосходной похлебкой...

Морете вовсе не хотелось есть. Но она знала, что ей и впрямь следует покушать. Не споря, она направилась в Нижнюю Пещеру и терпеливо дождалась, пока Нессо наполнит ее тарелку. Она уже начинала терять терпение от без устали хлопотавшей вокруг нее экономки, когда прибежал один из воспитанников с известием, что Нессо нужна Теллани "прямо сейчас!!!".

- У нее, наверно, начались роды, - обреченно закатила глаза к потолку Нессо. - Схватки начались как раз в начале Падения. Мы, наверно, так никогда и не узнаем, кто же отец ее ребенка.

- Ладно, разберемся. Пожелай Теллани от меня успеха.

Про себя Морета от души поблагодарила Теллани за столь удачный выбор момента для родов. Мало того, что теперь ей самой, наконец-то удастся отдохнуть от говорливой экономки, но и вообще, рождение ребенка после Падения считалось благоприятной приметой. Мальчик, пусть и неизвестно от кого, порадует всадников. Она, конечно, поговорит с Теллани - надо же как-то следить за своими любовниками. Не такая уж это трудная задача даже для такой любвеобильной женщины, как Теллани. Вейрам приходится очень тщательно следить за наследственностью - иначе может начаться вырождение. Возможно, будет разумнее отдать детей Теллани на воспитание в другие Вейры.

Куда приятнее думать о рождении малыша, чем ломать голову над неразрешимыми проблемами типа больных наездников в трех Вейрах, главного мастера лекаря, не подписывающего сообщений, наездника и арфиста, нарушивших приказ Предводителя Вейра, дракона с обожженным крылом, который вряд ли в этот Оборот сможет подняться в воздух, или больного лекаря, который в любую минуту может умереть.

- Малх сообщает, что Берчар очень слаб. С'гор весьма обеспокоен его самочувствием, - прошелестел у нее в голове голос Орлих. - Мы решили, что у женщины родится мальчик, - продолжила королева.

Орлих крайне редко использовала множественное число, и сейчас она явно под "мы" имела в виду других драконов. Морета не могла придти в себя от изумления.

- Спасибо, любовь моя! - Морета закрыла лицо руками, чтобы никто в зале не увидел навернувшихся ей на глаза слез благодарности своей королеве, так тактично и добро старавшейся порадовать наездницу и отвлечь ее от мрачных мыслей.

- Морета?

Морета растеряно подняла глаза. Перед ней стояли Курмир, К'лон и Ф'нелдрил.

- Это я настоял, чтобы мы доставили лорда Толокампа в Форт холд, твердо заявил К'лон. Его глаза горели. - Ты можешь сказать, что я ничего не знал о приказе Ш'гала. Когда он объявил о карантине, мы с Рогехом крепко спали в нижнем вейре, - и наездник нагло подмигнул Морете.

Этого старого, выросшего в Вейре всадника нисколько не обрадовало, когда молодой Кадих завоевал Орлих. Его неудовольствие новым Предводителем Вейра не стало меньше от открытого неодобрения Ш'галом его дружбы с А'мури - зеленым наездником из Игена.

Морета постаралась сохранить невозмутимое выражение на лице, но судя по ухмылке Курмира, ей это не удалось.

- Ты поступил согласно традиции, - это она могла сказать безбоязненно, - Лорда Форт холда должен был отвезти всадник нашего Вейра. Ты перевез и его семью?

- Нет, хотя я и предложил. Рогех не возражал, но леди Полгара заявила, что ни она, ни ее дочери не хотят нарушать карантин.

Морета встретилась взглядом с Курмиром, и поняла, что арфист, так же как, наверно, и все жители восточной части материка, прекрасно понял, чем именно вызвано нежелание леди Полгары нарушать карантин. Морета могла только посочувствовать Алесану. Вот уж действительно в тяжелое положение он попал! Теперь ему приходилось иметь дело не только со всеми девушками Руата, но и со всеми теми, кто приехал на Собрание с надеждой заполучить столь видного жениха.

- Леди Полгара сказала, что хочет выждать положенные четыре дня.

- Четыре дня, четыре Оборота, - пожал плечами Ф'нелдрил, - они не изменят ни их лиц, ни их шансов охмурить Алесана.

- Скажи, К'лон, ты видел мастера Капиама?

- Нет, Морета, - озабоченно ответил всадник. - Лорд Толокамп потребовал, чтобы я высадил его во дворе перед холдом. Я так и сделал. Как только мы приземлились, лорд Кампен и мастер Фортайн и еще какие-то люди, чьих имен я не помню, потащили его на какое-то важное совещание. Меня даже не пустили в Зал - ради моей же безопасности. Так они утверждали. Они не хотели слушать, когда я говорил, что уже переболел этой болезнью и поправился.

Морета ничего не успела сказать ему в ответ: громкий рев дежурного дракона возвестил о возвращении Ш'гала.

- Все в порядке, - поспешила успокоить свою наездницу Орлих, Кадих говорит, что Падение закончилось вполне благополучно, хотя наземных отрядов было слишком мало. Это, между прочим, его очень рассердило.

Ш'гал ворвался в зал, как ураган. Он несся прямо к Морете с таким грозным видом, что К'лон, Курмир и Ф'нелдрил даже отступили от ее стола.

- Кром не выслал наземных отрядов! - кричал Ш'гал, стуча кулаком по столу с такой силой, что посуда посыпалась на пол. - Набол выслал две группы и то лишь после того, как Лери пригрозила оставить их поля без защиты! А ведь ни в Наболе, ни в Кроме нет ни одного больного! Ленивые, глупые, дикие горцы! Они воспользовались этой проклятой эпидемией, чтобы не выполнить взятых на себя обязательств! Мы же, несмотря ни на что, вылетели! Почему же они уклонились от выполнения своего долга?! Я еще поговорю с мастером Капиамом о его сообщениях! Он только сеет панику!..

- Тут пришло еще одно сообщение, - прервала его Морета. - В Игене, Исте и Телгаре есть больные всадники. Скоро и Вейрам будет не просто справиться со своими обязанностями.

- Пока я Предводитель этого Вейра, - не унимался Ш'гал, - он всегда будет выполнять свой долг! - круто повернувшись, он обратился к сидящим за столами всадникам. - Вы меня хорошо поняли?! Форт Вейр будет выполнять свой долг!

Но тут его пламенную речь прервал душераздирающий вой - звук, страшнее которого Вейр не знал. Это драконы возвещали о гибели одного из их товарищей.

Умер Ч'мон, бронзовый наездник из Игена, и его дракон Хелинх навсегда ушел в Промежуток. Он был первым. Вскоре в Игене скончался еще один всадник. А к вечеру еще пятеро умерло в Телгаре. В Форт Вейре воцарился траур.

Взбешенный некомпетентностью местных лекарей, Ш'гал заставил Курмира послать сверхсрочное сообщение в главную мастерскую. Его интересовало, каково состояние дел на континенте, что делается для предотвращения распространения болезни, и какие есть средства лечения. Ответ Фортайна не только ничего ему не прояснил, а, наоборот, нарисовал столь мрачную картину, что дальше некуда. Лекарь сообщил, что болезнь приняла уже масштаб пандемии. Процент смертных случаев оставался крайне высок, хотя случались и выздоровления. Вновь подчеркивалось значение изоляции больных. В качестве лечения предлагалось: умеренное применение акотина для регуляции сердечной деятельности, сок феллиса от головной боли, комфрей, туссилаго или какие-либо другие местные средства от кашля. На запрос о мастере Капиаме Фортайн вообще не ответил. Просто подтвердил получение сообщения, и все.

- Кто-нибудь знает, - во весь голос вопрошал Ш'гал, узнав эти нерадостные новости, - чем лечился К'лон? - он испытующе глядел на голубого всадника, - и чем там лечится Берчар? - Ш'гал перевел взор на Морету.

- С'гор говорит, что лечение проходит именно так, как и советует мастер Фортайн, - ответила Морета. - И К'лон поправился.

- А Ч'мон умер!

Ш'гал сказал это так, словно во всем случившемся виновата именно Госпожа Форт Вейра, и никто иной.

- Болезнь уже проникла в наш Вейр, - спокойно ответила Морета, черпая силы из источника благоразумия, имя которому было Орлих, - сейчас все равно уже ничего не изменишь! Никто же не заставлял нас лететь на Собрания, правда? - ее шутливый тон даже заставил кое-кого из всадников улыбнуться. - И большинство из нас получили удовольствие.

- И посмотри, что из этого вышло! - Бессильная ярость буквально душила Ш'гала.

- Успокойся. Время невозможно повернуть вспять. К'лон пережил болезнь, как все мы пережили сегодняшнее Падение, как пережили все Падения за последние сорок тpи Оборота, как пережили все катастрофы, выпадавшие на нашу долю. Раз уж мы выжили на этой планете, значит, выживание у нас в крови.

Не говоря ни слова, Ш'гал круто повернулся и вышел из зала.

Морета чувствовала себя совершенно разбитой. И дело тут было даже не в Ш'гале с его дурацкими обвинениями. Непонятно откуда, но Морета твердо знала, что следующей жертвой эпидемии станет она сама. У нее уже начинала болеть голова - совсем не так, как это бывает от усталости и перенапряжения.

- Похоже, ты заболеваешь, - прошелестел у нее в голове голос Орлих, подтверждая диагноз.

- Я, судя по всему, начала заболевать с того самого момента, как подошла к умершему коню, - ответила ей Морета, - Л'мал всегда говорил, что любовь к скачкам до добра не доведет.

- Да ты и не стремилась приобрести какое-то особенное добро, пошутила Орлих. - Ты просто взяла и заболела.

- Курмир, - Морета подозвала к себе арфиста. - Учитывая, что Берчар болен, мне кажется, нам придется затребовать в Вейр еще одного лекаря.

Испытующе глядя на Морету, Курмир согласно кивнул.

- Пусть С'перен сделает шину для крыла Диленха. И пусть пpидумает, на что ее опереть, - осторожным плавным движением Морета поднялась из-за стола. Никогда еще головная боль не наваливалась так внезапно и с такой всесокрушающей силой. - На сегодня, похоже, все. Что-то я устала...

Без поддержки Орлих Морета никогда не сумела бы выйти из Зала и пересечь Чашу, которая в призрчном лунном свете казалась широкой, как никогда. На лестнице ей пришлось несколько раз останавливаться, судорожно цепляясь за стенку.

- Значит, болезнь добралась и до тебя, - неожиданно из полумрака раздался голос Лери.

Старая Госпожа вейра сидела на ступеньке перед входом в вейр Мореты.

- Не подходи ко мне.

- Ты же видишь, что я даже не встаю. Ты, скорее всего, и правда заразна. И, однако, Орлих попросила меня придти. Теперь я понимаю, почему. А ну-ка, живо в постель! - Лери угрожающе замахнулась своей палкой. - Я уже отмерила лекарства, которые тебе следует принять. Все, как pекомендует мастер Фортайн. Акотин, настойка перьев папоротника... Да, а в вине немного сока феллиса из моих собственных запасов. Чего я только для тебя не сделаю! Давай, давай! Я все равно не смогу тебя отнести. Пpидется уж тебе идти самой. Ничего, справишься. Ты всегда была сильной. А я и так сегодня славно потрудилась...

Беззлобное ворчание Лери придало Морете новые силы, и она, сделав отчаянное усилие, и преодолев последние ступени, ввалилась в вейр. Желтые глаза Орлих глядели на нее с нескрываемой заботой...

- В Нижней Пещере, наверно, никто даже и не догадался, что ты заболела? - спросила Лери.

- Курмир знает. Но он никому не скажет.

- Разумно. Особенно учитывая недавние смерти в Игене. Ничего, Орлих, она выкарабкается. - Лери помахала своей палкой. - Нет, нет, ты ничем ей помочь не сможешь. Ты и в коридор-то не пролезешь со своим животом, набитым яйцами. Иди, иди, Морета. Не останавливайся. Я не собираюсь простоять на сквозняке остаток ночи. Мне тоже надо отдохнуть. Завтра у меня будет не легкий день.

- Я надеялась, что ты меня заменишь.

- Ну, я еще не совсем сдурела и не позволю Нессо окончательно распоясаться. Давай двигайся. Выздоравливай быстрее!..

Глава 9

Мастерская лекарей, 3.13.43; Встреча у Одинокого утеса и Форт Вейр, 3.14.43; Мастерская лекарей, 3.15.43.

Как ни пытался мастер Капиам вновь нырнуть в безумные, полные горячечного бреда сны, это ему не удалось. Пришлось проснуться. Что-то мешало ему спать. Что-то не сделанное? Да, какое-то дело, но вот какое именно?.. Поморгав слезящимися глазами, Капиам с трудом сфокусировался на стоящих около кровати часах. Уже девять. Точно... Пора принимать лекарства.

Надо же! Лекарь, даже заболев, не перестает работать. Капиам приподнялся на локте и потянулся за пергаментом, на котором записывал ход течения болезни. Но внезапный приступ кашля свел на нет все его усилия. Словно дикий страж рвал когтями его горло. Эти приступы были чрезвычайно болезненны и доставляли Капиаму даже больше неудобств, чем головная боль, жар или слабость.

Осторожно, чтобы не вызвать нового приступа, Капиам стянул на постель пергамент и начал шарить в поисках пера.

- Всего лишь третий день?

Судя по ощущениям, его болезнь тянулась уже целую вечность. Целая вечность, каждая секунда которой была заполнена страданием. Хорошо хоть, этот день уже почти прошел.

Капиам испытывал слабое утешение от того, что жар у него практически спал, а невыносимая головная боль стала вполне терпимой. Коснувшись пальцами правой руки своего левого запястья, лекарь замерил пульс. Все еще чаще нормы, но уже ненамного. Он сделал соответствующую пометку на пергаменте и записал симптомы своего сухого непрекращающегося кашля. Словно по заказу, тот вцепился ему в горло - будто туннельная змея рвалась наружу из его груди. Когда приступ прошел, Капиам долго лежал неподвижно, без сил. Он приподнялся только, чтобы принять порцию ивового эликсира.

Надо прописать самому себе какое-нибудь лекарство от кашля. Что подействует лучше всего? Капиам потрогал свое несчастное горло. Как же должна выглядеть слизистая, если оно так болит!

Загудели барабаны, и Капиам, не веря своим ушам, услышал, что лорд Толокамп /что он делает в Форт ходе? Он должен находиться в Руате!/ передает свои соболезнования Предводителям Вейров Телгар и Иген в связи со смертью... Приступ кашля заставил его сложиться почти пополам, и потому он не расслышал имен умерших всадников. Умерших всадников! Перн не мог себе позволить терять наездников!

Почему, ну почему его не призвали раньше?! Казалось бы, одновременно заболели сразу девять человек - достаточно необычный случай, чтобы хотя бы известить главную мастерскую лекарей. А он сам бы догадался в чем дело?

- Капиам? - тихий голос Дездры, не желающей его будить.

- Я не сплю, - он не говорил, скорее хрипел.

- Ты слышал барабаны?

- Только часть сообщения.

- И похоже, не ту, что следовало бы.

- Не подходи! Скажи, сколько наездников уже умерло?

- Всего: в Игене - пятнадцать, В Исте - два и в Телгаре - восемь.

Капиам на миг даже лишился дара речи.

- Сколько же тогда больны? - выдавил он наконец.

- Есть сообщения о выздоровлениях, - ушла от ответа Дездра, девятнадцать человек в Телгаре уже почти поправились. А в Игене четырнадцать. Пять в Исте и двое в Форте.

- А в холдах и мастерских?

- Фортайн держит все под контролем. Ему помогают Боранда и Тирон, спорить с Дездрой было бесполезно. То, что она не желала говорить, из нее не вытянешь даже клещами.

- Что ты делаешь в моей комнате? Ты же прекрасно знаешь...

- Я знаю, что у тебя кашель, и я приготовила тебе успокаивающую микстуру.

- Откуда ты можешь знать, какое лекарство я себе пропишу?

- Самолечением занимаются только очень глупые больные. Ты сам всегда так говорил.

Капиам хотел рассмеяться, но все, на что он оказался способен - это новый приступ кашля, от которого слезы текли по щекам.

- Выпей микстуру, - посоветовала Дездра, ставя дымящуюся кружку на стол рядом с кроватью. - Должно помочь.

- Ты смелая женщина, Дездра, - прохрипел Капиам.

Дездра пренебрежительно фыркнула.

- Я не только смелая, но и осторожная. У меня нет ни малейшего желания мучиться так же, как ты.

- Неужели так плохо? - спросил Капиам, безуспешно ища облегчения в кружке с лекарством.

- Знаешь, что нельзя вылечить, надо перенести.

- Из этого я заключаю, что поиски в Летописях пока не увенчались успехом...

- Мастер Тирон привлек к поискам упоминаний о подобной болезни всех своих учеников, помошников и даже свободных лекарей. Они уже подняли летописи за двести Оборотов со времени прошлого Прохождения. И ничего.

Капиан тяжело вздохнул и тут же снова закашлялся. Он услышал, как Дездра роется среди его пузырьков и склянок с лекарствами.

- Я где-то здесь видела ароматическую мазь. Может, если ею натереться, то тебе полегчает. Ты ведь пролил добрую половину моей микстуры.

- Я сам натрусь!

- Ну, разумеется... Ага, вот она! Держи...

- Скажи, испытываешь ли кроме сухого кашля ты необычную усталость?

- Усталость? - Капиам не решался смеяться. - Усталость? - более неточное слово, чтобы описать его бессилие, трудно было даже отыскать. - Я испытываю крайнюю, бесконечную усталость. Полную апатию. Абсолютную недееспособность! Я даже кружку микстуры не в силах выпить, не разлив половины. Никогда в жизни не ощущал такой слабости...

- Ну, тогда твоя болезнь пpотекает нормально.

- Это большое утешение, - на сарказм сил еще хватило.

- Если... Это "если" звучало форменным издевательством. - Если твои записи точны, то завтра ты должен пойти на поправку. Но это, конечно,.. если не будешь вставать с постели и не подцепишь какую-нибудь вторичную инфекцию.

Голова Капиама начинала уже кружиться от принятого ивового элексира. Но кашель вроде поутих. Лекарь хотел было уже поблагодарить Дездру за чудодейственную микстуру, когда новый приступ, сильнее прежних, заставил его снова согнуться почти пополам.

- Ну ладно, я пойду...

Не в силах ответить, Капиам только замахал руками, призывая Дездру поскорее покинуть комнату. Не хватало только, чтобы и она заразилась. И чего ради эти проклятые моряки выудили ту тварь из воды? Вот до чего доводит любопытство!

Встреча у Одинокого утеса, 3.14.43

В самом сердце равнины Керуна, вдали от всех холдов стоял одинокий гранитный утес. Всадники частенько использовали его как ориентир, особенно во время учебных полетов. Но на сей раз у утеса втретились вовсе не ученики. Здесь собрались Предводители Вейров.

Огромные бронзовые драконы вынырнули из Промежутка практически одновременно. Ведомые сверхъестественным чувством близости, они возникли около утеса на расстоянии размаха крыльев друг от друга и приземлились, образовав большой круг. Всадники спешились и, шагнув вперед, образовали свой круг, поменьше. Каждый держался на почтительном растоянии от своих соседей по кругу.

- Никто из нас не прилетел бы сюда, если бы чувствовал, что заболевает, - ухмыльнулся К'дрен из Бендена и в доказательство своих слов кивнул в сторону С'перена, присутствовавшего на этой встрече вместо Ш'гала.

- Слишком многие заболели, - без тени юмора отозвался Л'бол из Игена.

М'таи из Телгара только кивнул и крепче сжал кулаки.

- Мы все разделяем потери, - сказал С'лигар из Вейра Плоскогорье, склоняя голову перед Л'болзом, М'таи и Ф'галом из Исты. - Мы собрались здесь, чтобы договориться об экстренных мерах, разговор о которых нельзя доверить барабанам. И наши королевы, увы, здесь нам помочь не смогут. Как старший из Предводителей, С'лигар взял ведение собрания в свои руки. Как было справедливо замечено, мы не можем обнародовать наши потери, продолжал он. - В холдах и так неспокойно. К тому же их потери куда больше наших.

- Слабое утешение! - воскликнул Ф'гал. - Я же невесть сколько раз предупреждал лорда Фититрика, что перенаселение в холдах до добра не доведет!

- Ну, о подобной эпидемии мы и подумать не могли! - заметил К'дрен. - Однако никто не заставлял нас бегать глазеть на диковинного зверька выловленного в море, или посещать сразу в один день два Собрания!

- Достаточно, К'дрен, - остановил его С'лигар. - Причины и следствия сейчас не так уж важны. Мы собрались обсудить, как лучше сделать так, чтобы всадники Перна смогли выполнить свой долг.

- Наш долг постепенно умирает! - вскричал Л'бол. - Что толку бороться с Нитями ради опустевших холдов? Зачем защищать пустоту, рискуя собственной жизнью и жизнью наших драконов? Мы же даже самих себя не можем защитить от болезни!..

Дракон Л'бола утешающе заурчал и вытянул шею, стремясь успокоить своего взволнованного наездника.

- Мы будем бороться с Нитями потому, что, кроме нас, никто не может этого сделать! - горячо возразил С'лигар. - Мы должны защитить больные холды. Не дело, если впридачу к эпидемии им еще придется бояться вторжения Нитей! Мы слишком долго сдерживали натиск Нитей, чтобы теперь просто так взять и сдаться! И честно говоря, я не верю, что болезнь, как бы она ни распространялась, какой бы смертоносной ни казалась, сможет победить нас нас, которые много сотен Оборотов сражались и побеждали Нити! Болезнь можно излечить лекарствами. А когда-нибудь мы найдем откуда прилетают Нити и уничтожим их раз и навсегда!

- К'лон, наездник Рогеха, заболел, а потом поправился, - объявил С'перен. - Он говорит, что мастер Капиам тоже на пути к выздоровлению...

- Двое выздоровело?.. - Л'бола эта цифра явно не вдохновляла. - У меня уже умерло пятнадцать человек, и еще сорок больны. Некоторые холды на востоке уже не отвечают на барабанные сообщения. А что творится в холдах, где нет барабанщиков, можно только гадать!

- Капиам поправляется? - с надеждой в голосе переспросил С'лигар.

- Я очень верю в способность этого лекаря справиться с эпидемией. Да наверняка и не только эти двое выздоровели. Скотоводческий холд Керун все еще откликается на свой барабанный код, а ведь там болезнь свирепствовала сильнее, чем в других местах. В Вейрах Форт и Плоскогорье тоже появились больные, что правда - то правда. Но зато в холдах Тиллек, Плоскогорье, Набол и Кром пока все здоровы. Осталось всего семь Оборотов, и Прохождение закончится. Всю свою жизнь я прожил под знаком Нитей. И знаете, что я вам скажу, - он гордо расправил плечи, - я не для того пятьдесят лет воевал с ними, чтобы теперь сложить руки из-за какой-то там головной боли!

- И я тоже, - кивнул К'дрен. - Я, знаете ли, поклялся Кузуху, - он ухмыльнулся, - что мы вместе встретим конец этого Прохождения. Завтра в Керуне Падение, - деловито продолжал он, - и оно теперь - дело всех Вейров Перна. Бенден может выставить двенадцать полных крыльев.

- Иген имеет восемь крыльев! - сердито вскричал Л'бол, позабыв о своем пессимизме. - Иген вылетит на Падение! Это его долг, и ничей другой!

- Ну, разумеется, твой Вейр вылетит на Падение, - успокаивающе произнес С'лигар. - Но наши королевы знают, как много наездников Игена заболело. Как правильно сказал К'дрен, Падение перестало быть проблемой какого-то одного Вейра. Это наша общая проблема. Пока эпидемия не закончилась, Вейры должны объединиться. Мы должны вылетать на каждое Падение полным составом - иначе нельзя, ведь наземных отрядов может и не оказаться. Все-таки эпидемия...

С'лигар вынул из кармана толстый свиток. Легкое движение кисти и свиток рассыпался на пять частей, в беспорядке лежащих на песке. Носком сапога Предводитель Вейра Плоскогорье придвинул к каждому Предводителю по одному небольшому куску пергамента.

- Здесь имена моих ведущих крыльев и их заместителей, - сказал он. - Приходится передавать их вам таким обрзом, раз уж наши королевы никак не могут обмениваться именами людей. Я перечислил моих наездников в порядке их способности занять место ведущих крыльев и Предводителя Вейра. Самым первым в списке стоит Б'лерион. Он и сменит меня, если я заболею, улыбка, не частый гость на лице С'лигара, озарила его черты, - и Фалга ничуть не будет возражать против такой замены.

- Она что, и предложила его? - захохотал К'дрен.

- Умный Предводитель Вейра всегда предугадывает желания его Госпожи, - с укором сказал С'лигар.

- Хватит вам, - прервал их М'тани, бросая свои листы пергамента на землю рядом с листами С'лигара. - Т'гелу всегда хотелось стать Предводителем. Он не был ни на одном из двух Собраний, и я решил вознаградить его воздержание.

- Тебе повезло, - без тени иронии скзал К'дрен. - Л'вин, В'тер и Х'грейв ухитрились посетить оба Собрания. Поэтому в качестве своего преемника я рекомендую М'гена, он еще молод, но прирожденный лидер. И он не был на Собраниях, - с этими словами он добавил свои листы к уже лежащим на земле.

- Здесь все написано, - пробормотал Ф'гал, неохотно роняя свой тугой свиток.

- Лери предложила меня, - сказал С'перен, пожимая плечами. Возможно, поправившись, Ш'гал примет другое решение. Но сейчас у него слишком сильный жар, и он ничего не соображает. Списки, между прочим, тоже пришлось писать Лери.

- Лери знает Форт Вейр как свои пять пальцев, - кивнул К'дрен. Он наклонился и поднял пять кусочков пергамента - по одному каждого Вейра. Я буду очень рад, если все это окажется ни к чему... Однако мне как-то спокойнее теперь, когда мы готовы к самому худшему.

- Я бы предложил еще, - добавил С'лигар, подбирая причитающиеся ему списки, - чтобы мы использовали в качестве замен не отдельных всадников, а целые карылья.

Это предложение встретило дружное одобрение других Предводителей.

- Обмен крыльями - идея, бузусловно, хорошая, проворчал Л'бол, - но меня больше беспокоит отсутствие наземных отрядов.

- Не беспокойся, - вмешался К'дрен. - Королевы уже обсудили этот вопрос, и теперь на каждое Падение будут вылетать не одно, как обычно, а сразу все шесть королевских крыльев.

- А кто предложил использовать учеников, вместо наземных отрядов с кислой миной спросил М'тани.

- Может, нам и на это придется пойти, - ответил С'лигар.

- Да они же начисто лишены чувства долга!.. - начал М'тани.

- Все зависит от Наставника, - прервал его К'дрен, - не так ли?

- Королевы обещали за ними присмотреть, - быстро, пока М'тани не успел обидеться, вставил С'лигар. - Что нам еще остается?

- Я еще не встречал ученика, который бы ослушался королеву, кивнул Ф'гал.

- Скажи, С'перен, теперь, когда Морета заболела, кто поведет королевское крыло? Камиана?

- Нет, Лери. В конце концов, ей это не впервой.

- Предводители переглянулись.

- Ну, если кто-нибудь из вас возьмется ее отговорить... - начал С'перен, и не думавший скрывать своего раздражения, - пусть попробует. Свой долг перед Вейрами и Перном Лери давным-давно выполнила с лихвой. С другой стороны, если кто и сумеет руководить, так это она. Ш'гал и Морета больны, а Лери, по крайней мере, Вейр доверяет.

- Как себя чувствует Морета? - спросил С'лигар.

- Лери говорит, что Орлих спокойна. Она как будто ничем не обеспокоена и в скором будущем собирается откладывать яйца.

- Сейчас не время потерять королеву, готовящуюся принести потомство - покачал головой М'тани. - Болезнь накатывает так внезапно и смерть наступает так быстро, что драконы ничего не успевают понять. А потом не успеешь оглянуться, как они уже уходят в Промежуток, - он судорожно сглотнул, пытаясь сдержать подкатившиеся к глазам слезы.

- Когда Орлих отложит яйца, она никуда не полетит до тех пор, пока потомство не проклюнется, - тихо прошептал С'лигар. - С'перен, ваши кандидаты для Запечатления готовы?

- Нам еще только предстоит их отобрать, - покачал головой С'перен. - Нам казалось, что времени у нас сколько угодно...

- Вы уж отбирайте потщательнее, прежде чем привезти нового человека в Вейр, - угрюмо посоветовал Л'бол.

- Если возникнет необходимость, в Вейре Плоскогорье есть несколько перспективных молодых людей. Возможно, совместными усилиями мы сможем набрать требуемое количество здоровых кандидатов? - Предводители согласно закивали. - Ты передашь наше предложение Лери?

- Форт Вейр благодарит вас. Конечно, передам.

- Еще один вопрос, - скзал С'лигар. - И на сегодня это, наверно, будет все. До меня дошли слухи, что кое-кто планирует после окончания Прохождения отправиться на Южный континент на разведку.

- После того, что случилось? - Л'бол не верил своим ушам.

- Об это-то я и говорю. Мы не можем рисковать! Южный континент трогать нельзя!

- Абсолютно разумное запрещение! - согласился с ним К'дрен.

М'тари кивнул и вопросительно посмотрел на С'перена.

- Я, конечно, не могу решать за Ш'гала, - сказал наездник, - но лично я не вижу, почему у нашего Вейра могут возникнуть какие бы то ни были возражения против этого запрета.

- В моем Вейре любые полеты на Южный континент будут запрещены раз и навсегда! - заверил собравшихся Ф'гал.

- Ну, тогда вроде, все, - подвел итог С'лигар. - Мы предоставим королевам передавать каждому Вейру, сколько крыльев он должен выставить на каждое Падение до окончания этой проклятой эпидемии. Вся необходимая информация теперь у нас в руках, - и он потряс свернутыми списками. - До свидания, друзья. Счастливого вам полета! Пусть ваши Вейры... он замялся, не уверенный, как будет воспринята это обычная формула прощания.

- Пусть ваши Вейры процветают! - закончил за него К'дрен. -Так было всегда!

Наездники вернулись к своим драконам. Одновременно, словно они отрабатывали этот маневр много-много раз, драконы взмыли в воздух, и, словно по команде, исчезли в Промежутке.

Форт Вейр. 3.14.43

Даже после того как барабаны стихли, их гул продолжал отдаваться эхом в голове измученного Капиама. Из-за них он никак не мог заснуть. А если и засыпал, то что это был за сон! Сплошной кошмар! Стоило ему смежить веки, как за ним принималось гоняться мохнатое, пятнистое чудовище, подарившее беззащитному континенту неведомую ранее болезнь. Если бы только моряки оставили того зверька в воде! Если бы только оно издохло прямо на судне! Если бы только жители близлежащих холдов не оказались такими любопытными! Если бы, если бы, если бы! Если бы желания превращались в драконов, весь Перн летал бы по воздуху!

И если бы у Капиама еще оставалось хоть немного сил, он потратил бы их на поиски средства, способного победить эту болезнь. Древним, вне всякого сомнения, приходилось сталкиваться с эпидемиями. Действительно, в старых Летописях встречались рассказы о том, как чудодейственные лекарства избавили человечество от болезней, мучивших его еще до Миграции. Отсюда Капиан делал вывод, что Миграция была не одна, как полагали многие, и в том числе Тирон. Миграций было две. Во время первой Миграции переселенцы привезли с собой множество животных: коней, быков, собак, и в том числе и предков того зверька, который стал переносчиком страшной инфекции. Древние привезли животных в виде зародышей с прежней планеты своего обитания /так утверждали Летописи/ - похоже имелась в виду другая планета, нежели Перн, иначе зачем об этом писать? Да, они перебрались именно на Перн, а не просто на Южный континент. А потом произошла вторая Миграция - с Южного континента на Северный. Возможно, с горечью размышлял Капиам, эти кошки, прячась по темным норам, всегда являлись разносчиками смертоносной заразы. Просто об этом никто не знал. Не знал до того момента, как по воле случая моряки подобрали в море свою смерть. Ну что стоило Древним чуть поменьше хвастаться своими достижениями в борьбе с болезнями и чуть поподробнее описать, как именно они это делали!

Он же лекарь! Сперва он должен поправиться и тем самым доказать, что можно оправиться от этой проклятой болезни. Надо только как следует поразмыслить над тем, как же все-таки с ней бороться... Словно специально мешая ему думать, начался новый приступ кашля. Немного оправившись, Капиам потянулся за микстурой, оставленной Дездрой на столе. Хорошо бы она зашла.

Несколько раз за время болезни на пороге комнаты появлялся Фортайн, пытаясь получить санкцию Капиама на что-то... главный мастер лекарь не помнил, на что именно. Он только надеялся, что его ответы хоть чуть-чуть помогли Фортайну. Появлялся и Тирон - скорее, чтобы самому убедиться и потом оповестить весь Перн, что главный мастер лекарь еще жив, нежели чтобы утешить или приободрить больного.

После микстуры горло болело уже не так сильно. Капиам уже даже начал различать вкус сваренного Дездрой эликсира. Одним из основных компонентов микстуры, как понял мастер лекарь, являлся тимус. Что ж, Капиам мог только одобрить его применение в этом случае... Если его собственная болезнь протекает так же, как и в тех случаях, что он наблюдал, то кашель должен скоро пойти на убыль. И если благодаря строгой изоляции он не подхватит какой-нибудь вторичной инфекции /типа пневмонии или ангины/, то выздоровление уже не за горами.

Вот К'лон, голубой наездник из Форта Вейр, выздоровел. Капиам мог только надеяться, что у всадника и в самом деле была та самая болезнь, что упорно не желала поддаваться лечению, а не какая-нибудь заурядная простуда. Надежду внушало то, что друг К'лона, с которым тот часто виделся, жил в пораженном эпидемией Игене, и что лекарь Форт Вейра Берчар и ухаживавший за К'лоном всадник тоже заболели. Капиам старался не думать о том, что наездники умирают так же быстро, как и жители холдов. Наездники не могут умирать! До конца Прохождения оставалось еще целых восемь Оборотов. А количество драконов и всадников было ограничено.

Дездра давным-давно должна была принести ему супу! Вообще-то Капиам ждал ее прихода вовсе не из-за супа, которого ему совсем не хотелось. Просто одиночество уже начинало действовать лекарю на нервы. Трудно долго оставаться один на один с неприятными мыслями. Капиам прекрасно понимал, что должен радоваться своей изоляции - вторичные инфекции и все такое, но ему так хотелось с кем-нибудь поговорить!

И все-таки наездники не должны были бы умирать. Они жили не в переполненных холдах, нет, у каждого - свои собственные апартаменты. В конце концов, они даже не болели некоторыми недугами, которыми страдали рядовые жители холдов. Ничего не поделаешь, условия жизни... Да, Иген, Керун, Иста - эти Вейры имели прямой контакт с той проклятой кошкой. А наездники Форта Вейра, Вейр Плоскогорье и Бенден наверняка побывали если и не на обоих, то уж всяко хоть на одном Собрании. Как ни крути, а почти все наездники имели прекрасную возможность заразиться.

Но все-таки, должен же существовать какой-то ответ! Должно существовать лекарство, терапия, метод... Что-то... Где-то... Если Древние могли преодолевать непостижимые расстояния, если смогли из огненных ящериц сотворить могучих драконов, то уж наверно могли справиться с какими-то там вирусами и бактериями! Значит, найти спасение - только вопрос времени. Рано или поздно, убеждал себя Капиам где-то в архивах обнаружится нужная ссылка... Фортайн исследовал собранные в библиотечной пещере Летописи. Сейчас ему помогали арфисты, предоставленные мастером Тироном в распоряжение лекарей. Но что, если кто-то из этих неквалифицированных помошников пропустит то самое упоминание, которое так важно найти? Арфист может просто не понять всю важность того, что читает... Впрочем, нечто столь значительное, как эпидемия, наверняка заслуживает большего, нежели простое упоминание?..

Ну когда же, наконец, Дездра принесет этот свой суп? "Не нервничай", - успокаивал он сам себя. - Ты слишком волнуешься. То, что нельзя перенести, следует вылечить. Нет, не так. То, что нельзя вылечить, следует приручить... нет, перенести.

Бессильные слезы текли по его щекам. Новое сообщение. Наверняка плохое. Какие еще могут быть новости, пока не найден способ остановить распространение болезни?

На сей раз сообщение пришло из скотоводческого холда Керун. Там требовались медикаменты. Лекарь Горби извещал, что запасы борраго и аконита подходят к концу. Он также просил прислать ему, если, конечно, возможно, туссилаго для лечения осложнений на легкие, и илекс - для пневмонии. Новый страх поселился в душе Капиама. Из-за небывалого, невероятно быстрого потребления лекарств в пораженных эпидемией холдах там, наверно, скоро уже не останется даже самых простых медикаментов. В кладовых того же скотоводческого холда Керун, где лекарям частенько доводилось сталкиваться с разнообразными болезнями животных, наверняка хранилось куда больше лекарственных трав и кореньев, чем в земледельческих или каких иных холдах и мастерских. Ну кому могло придти в голову запасать лекарства в количествах, достаточных для борьбы с эпидемией?!

А тут еще болезнь нагрянула во время зимы. Большинство лечебных растений собиралось весной, во время цветения, - именно в это время их целительные свойства проявлялись наилучшим образом. Корни и кору собирали осенью. Но лекарства-то требовались сейчас! Где уж тут ждать до весны, а тем более до осени!

Ну где же Дездра? Сколько ему еще терпеть, прежде чем пройдет эта отвратительная слабость?

- Капиам? - тихий голос Дездры подействовал на Капиама словно ушат холодной воды. - Хочешь супу?

- Дездра! То сообщение из Керуна...

- Можно подумать, что кроме борраго и перьев папоротника, на свете и не существует других лекарств! Фортайн уже подготовил список возможных замен. Есть, например, еще ясеневая кора и кора самшита, а также тимус. Кто может сказать, что из них подействует лучше? Семмент из Плоскогорья полагает, что тимус действует значительно эффективнее против пульмонологических заболеваний, чем все другие лекарства. А мастер Фортайн верит в перья папоротника... Как ты себя чувствуешь?

- Словно пустое место! Мне даже рук не поднять! - и Капиан попытался продемонстрировать свое бессилие.

- Слабость - тоже часть болезни. Ты уже неоднократно описывал этот симптом. Что нельзя вылечить...

Внезапный приступ ярости придал Капиаму сил, и он запустил в Дездру подушкой. У него, разумеется, не было ни малейшего шанса попасть в цель, и Дездра со смехом аккуратно положила подушку обратно лекарю под голову.

- Похоже, тебе и в самом деле легче. А теперь выпей супа.

- Как остальные, здоровы?

- Пока все здоровы. Даже твой любимый Толокамп, запершийся в своих покоях. Хотя вполне возможно, что он и заработает воспаление легких, стоя целый день у открытого окна, - Дездра злорадно хихикнула.

- Он уже раз двадцать строго-настрого приказывал никого не пускать в холд. Даже туннельная змея не проскользнет через расставленные им бесчисленные посты. Мастеру Тирону, - на губах Дездры появилась улыбка, потребовалось все его красноречие, чтобы убедить Толокампа дать соизволение разбить рядом с холдом лагерь для тех, кто все-таки приходит в Форт холд. Толокапм упорно считал такой лагерь приглашением для всех бездельников на свете придти и пожить за чужой счет. Тирон, между прочим, ужасно зол на Толокампа за то, что тот не позволил арфистам покинуть холд. Они хотели связаться с другими, более мелкими холдами и мастерскими. То есть, уйти-то из Форт холда он разрешил, но категорически отказался пускать арфистов обратно. Он просто-напросто не верил, что они смеют избежать заражения. Ему, очевидно, представляется, что болезнь - это нечто вроде тумана, крадущегося по долинам и сползающего с горных круч.

Дездра явно пыталась развлечь больного лекаря. Обычно она не отличалась болтливостью.

- Но я же установил карантин.

- О чем я и говорю! - фыркнула Дездра. - Толокампу не следовало покидать Руат. Но когда Алесан заболел, наш почтенный лорд сумел-таки надавить на его брата, и вот он тут. И теперь он через слово рыдает о своей жене и драгоценнейших дочерях, покинутых им в охваченном смертоносной эпидемией Руате, - Дездра криво усмехнулась. - А оставил он их там вовсе не случайно. Ну, или это леди Пендра настояла, чтобы она с дочерьми осталась. Она утверждала, что им необходимо ухаживать за Алесаном!

- А как вообще обстоят дела в Руате и Форт Вейре?

- Руату здорово досталось. Фортайн даже отправил туда добровольцев. Что же касается Форт Вейра, то К'лон сообщает, что Морета чувствует себя... ну, в общем, так, как того и следовало ожидать. У Берчара пневмония. Ш'гал и еще девятнадцать наездников больны. А теперь выпей суп, пока он окончательно не остыл. У меня еще много дел. Я больше не могу тут с тобой болтать.

Капиам протянул дрожащую руку к чашке.

- Не стоило тратить столько сил на подушку, - язвительно заметила Дездра.

- Что ты в него подмешала? - с подозрением спросил Капиам, отпивая глоток.

- Немного того, немного этого... Ты попробуй, если поможет, я наварю побольше.

- Вкус у него отвратительный!

- Зато этот суп очень питательный! Пей!

- Да он у меня в горло не пойдет! Я захлебнусь!

- Пей, или я позволю Нерилке, этой тощей дочери Толокампа, ухаживать за тобой, как она уже неоднократно просила.

Выругавшись, Капиам осушил чашку.

- Ну вот, - одобрительно воскликнула Дездра, - звучишь ты, во всяком случае, уже лучше!

* * *

- Не скажу, что мне это очень нравится, - говорила Лери С'перену, но старые драконы могут парить ничуть не хуже молодых. Потому-то мы с Холх и можем до сих пор летать на Падения с королевским крылом, - и она ласково потрепала свою королеву по плечу. - Скажи мне лучше, и с чего это так холодно? Только этого нам сейчас и не хватало. Уж лучше бы пошел дождь...

- Как ты полагаешь, - спросил занятый своими мыслями С'перен, сможет Иген выставить на Падение восемь полных крыльев?

- Что? - удивилась Лери и пренебрежительно фыркнула. - Вряд ли. Торенх сказала Холх, что половина Вейра больна, а вторая тоже не выглядит особенно здоровой. Это все их любопытство и это проклятое солнце... Нечем заняться в свободное время, вот и жарится на солнце, пока совсем не одуреют. Разумеется, они все, как один, отправились пялиться на диковинную кошку! - она просмотрела лежащий у нее на коленях список, - Не могу сказать, что знаю хоть кого-нибудь из них... видимо, сплошная молодежь. Вот когда Л'мла был Предводителем, я знала каждого наездника во всех без исключения Вейрах.

- С'лигар интересовался здоровьем Мореты.

- Небось беспокоился о состоянии Орлих и ее будущей кладки?

- С'лигар также предложил своих кандидатов для Запечатления, если у нас...

- Ничего другого я и не ожидала, - прервала его Лери. - Он правильно сделал, что предложил, - смягчилась она, посмотрев на выражение лица несчастного С'перена. - Особенно если учесть, что из всех королев сейчас лишь одна Орлих носит яйца. Лишь она одна, и больше никто.

С'перен кивнул. Он как-то об этом не подумал. Теперь беспокойство С'лигара о здоровье Мореты предстало перед ним несколько в другом свете.

- Не волнуйся, С'перен. Морета поправится, вот увидишь. Орлих не отходит от нее ни на шаг. Более сострадательную королеву трудно даже и сыскать. Впрочем, это общеизвестно.

- Я как-то полагал, что это относится только к раненым драконам.

- Что? И ни капли сочувствия своей собственной наезднице? Ну разумеется, Орлих помогает Морете всем, чем только возможно. Другие Вейры могли бы кое-чему поучиться у нашей старшей королевы. Между прочим, меня ничуть не удивит, если после того, как Морета поправится, у нас в Вейре произойдут некоторые весьма значительные перемены... - Лери широко улыбнулась, - А уж когда Орлих вновь поднимется в брачный полет... Порой девушка должна выказать свои желания своей королеве.

С'перен лишь с огромным трудом сдержался и не проявил своего удивления. Конечно, они с Лери друзья, и старая наездница всегда чувствовала себя легко в его обществе. Но на что это она намекает? Ему нравилась Морета. В прошлый Оборот они с Орлих славно поработали, залечивая большой ожог Нити на боку его Клиоха. А потом его бронзовый поднялся в брачный полет. По правде сказать, С'перен был тогда даже доволен, что его дракон проиграл. С'перену хотелось стать Предводителем Вейра далеко не так сильно, как Слиоху спариться с Орлих.

- К'лон?! - спросила Лери, нарушая плавное течение его мыслей.

Клиох тут же подтвердил прилет Рогеха и сообщил, что уже подвинулся, голубой всадник сможет приземлиться на площадке перед вейром Лери.

- Ему давным-давно пора было вернуться, - проворчала Лери. - Должен же в конце концов найтись еще один всадник, способный взять на себя часть обязанностей К'лона! А то он так долго не протянет. У него, видите ли, чувство вины... Скорее, пользуется случаем вылететь из Вейра и повидать этого своего друга в Игене.

То, что голубой наездник устал, не вызывало ни малейших сомнений. Он едва волочил ноги.

- Пять капель из голубого флакона, - прошептала Лери С'перену и громко продолжила, - С'перен, дай-ка К'лону чашу моего специального кла. А ты, - продолжала она, обращаясь к голубому наезднику, - садись, пока не упал.

- Пей до дна, - сказала она, когда К'лон уже сидел в кресле с чашей горячего кла в руках. - По крайней мере согреешь свою кровь до нормальной температуры. Она у тебя небось замерзла после всех этих бесчисленных Промежутков. Ты почти такой же синий, как и твой Рогех... Ну, а теперь рассказывай, какие новости?

- Новости превосходные, - радостно объявил К'лон. - Мастер Капиам и впрямь находится на пути к полному выздоровлению. Я разговаривал с Дездрой. Он все еще очень слаб, но ругается уже на всю мастерскую. Она говорит, что скоро им придется его связать, чтобы он не вставал с постели. А Капиам требует подать ему Летописи... Но самое лучшее в том, - добрые вести, похоже, вернули К'лону утраченные силы, - что он утверждает, будто сама по себе болезнь не убивает. Смертельными оказываются вторичные инфекции типа пневмонии или бронхита. Если их удается избежать, то все хорошо. Вся беда в том, - лицо К'лона приняло печальное выражение, - что в холдах это просто невозможно. Слишком много народу согнано в слишком маленькие помещения. Не хватает места... особенно теперь, когда так резко похолодало. Где я только не был... Даже в холдах, где ничего не знают об эпидемии и полагают, что беда пришла лишь к ним одним...

- А'мурри? - тихо спросила Лери.

- У него пневмония, - не в силах больше сдерживать своего горя, заговорил К'лон со слезами на глазах. - Одна из ухаживавших за ним женщин простудилась и вот... Фортайн дал мне для него лечебный эликсир и согревающую мазь. Я заставил А'мури принять привезенное мною лекарство, и он перестал кашлять. А потом я как следует его растер. Он растерянно глядел на Лери и С'перена, которые явно не знали, чего от него можно еще ожидать.

- Я должен был повидать А'мури, - оправдывался К'лон. - Я должен встречаться с ним. И буду встречаться при удобном случае! Я не могу заразить его тем, чем уже сам переболел! И не говорите мне, что вполне достаточно, что Рогех и Гранх могут связываться друг с другом. Это я и сам прекрасно понимаю, но мне тоже надо видеть А'мури, - слезы покатились у него из глаз, и он поспешил скрыться за чашей кла. - Весьма вкусно, сказал он осушив чашу до дна. - Что еще я могу вам рассказать...

Он замолк, заморгал, сглотнул... его голова начала клониться набок. Лери, пристально наблюдавшая за наездником подозвала С'перена.

- Отлично сработало, - сказала она, когда С'перен ловко подхватил сползавшего с кресла на пол К'лона. - Заверни его вот в это, - она скинула с плеч теплую шкуру, - он проспит минимум двенадцать часов. Холх, будь умницей, скажи Рогеху, чтобы он переночевал в своем собственном вейре. Пусть тоже отдохнет.

- А что, если он вдруг понадобится? - спросил С'перен, показывая на неподвижное тело спавшего непробудным сном К'лона. - Вдруг он срочно потребуется какой-нибудь мастерской, или холду, или даже А'мури?

- Ну, А'мури, разумеется, имеет предпочтение перед какими-то там мастерскими и холдами, - задумчиво сказала Лери. - Я не могу делать вид, будто ничего не произошло. К'лон нарушил карантин. Более того, он нарушил прямой приказ. Я подберу ему потом подходящую меру наказания. А пока вот что... Место К'лона могут ведь занять и другие, не так ли? Особенно учитывая, что большей частью он перевозил меликаменты и лекарей. С этим могут справиться и ученики! Они будут чувствовать себя смелыми, но при этом им будет достаточно страшно, и они не станут попусту рисковать. Пакеты можно сбрасывать, ни с кем не вступая в контакт, а ответные сообщения подбирать на достаточном удалении от источников инфекции. Пусть-ка попрактикуются приземляться около флажков, а не на гребнях, как они, похоже, привыкли. Пойдет им только на пользу... Сейчас, однако, надо позаботиться о том, чтобы все узнали привезенные К'лоном радостные новости, и особенно то, что эпидемия сама по себе не убивает. Мы должны еще тщательнее следить за нашими выздоравливающими. Те, у кого есть хоть малейшие признаки простуды, пусть даже близко не подходят к больным!.. В общем, так, мой друг, иди-ка ты в Нижние Пещеры и расскажи всем о сообщении из мастерской лекарей, - Лери аккуратно свернула списки и положила их на полочку, - а потом объяви, какие именно крылья завтра вылетают на Падение.

Мастерская лекарей, 3.15.43

Свет множества ламп, окружавших постель Капиама, падал на выцветшие страницы старых Летописей на столе мастера лекаря. Рядом на стуле сидел Тирон, главный мастер арфист Перна. Тирон хмурился, глядя на Капиама весьма непpивычное выражение лица для человека, известного своим добродушием и оптимизмом. Эпидемия, нет, точнее сказать, пандемия, наложила свой отпечаток на всех и каждого - даже на тех, кого она вроде бы не затронула.

Тирону везло. Безумно, сказочно везло. Из-за спора о шахтах на границе между Тиллеком и Плоскогорьем арфист не смог вовремя приехать ни на одно из проводившихся Собраний. А когда барабаны возвестили о введении карантина, он меняя коней, ухитрился добраться до мастерской, каким-то чудом минуя холды, охваченные болезнью. Он здорово поругался с Толокампом, не желавшим пускать его в холд, но в конце концов красноречие арфиста и факт, что он не проехал ни через одно пораженное инфекцией место, одержали победу. А может, один из стражников рассказал украдкой мастеру арфисту, каким образом самому Толокампу удалось вернуться из Руата?

Тирон даже ухитрился уговорить Дездру позволить ему посетить больного Капиама.

- Если я не узнаю подробностей от тебя, Капиам, то мне придется полагаться на слухи, а это не самый лучший источник информации для главного мастера арфиста Перна.

- Слушай, Тирон, я пока что не собираюсь умирать. Я целиком и полностью поддерживаю твое стремление составить максимально полное и подробное описание всего, что произошло, у меня сейчас есть более важные дела! - Капиам потряс толстенным томом. - Сам я поправился, но теперь я должен найти способ остановить эту проклятую болезнь, пока она не унесла в могилы новые миллионы жертв!

- Дездра строго-настрого приказала мне не переутомлять тебя, криво усмехнулся Тирон, - но как ни крути, я совершенно оторван от всего, что творится за стенами этого холда. Мне не удается получить достоверной информации даже от мастера барабанщика! И мне ничуть не легче от того, что я прекрасно все понимаю: да, при таком количестве проходящих через холд сообщений ни он сам, ни его помошники, ни ученики просто не в силах вести обычные журналы их учета... Толокамп не желает со мной разговаривать, хотя со времени Собрания в Руате прошло уже целых пять дней, а он все еще здоров... Надо же мне хоть на что-то опереться, кроме пустых сплетен и недостоверных слухов! Впечатления профессионала, вроде тебя, были бы для хроникера совершенно незаменимы. Насколько я понял, ты говорил в Исте с Талпаном? - Трон занес перо над листом пергамента.

- Талпан... вот с кем тебе надо было бы поговорить, а не со мной.

- Боюсь, что даже когда эпидемия кончится, это все равно будет невозможно... Ты что, ничего не знаешь?

- Все в порядке... Нет, я не знал. - Капиам на мгновение прикрыл глаза. - Наверно, они считали, что подобные новости только расстроят меня. В этом они не ошиблись. Талпан был хорошим человеком с острым, ясным умом. Со временем из него получился бы отличный главный мастер скотовод. Капиам покосился на застывшего, словно изваяние, Тирона. - Что, и мастер Труме тоже умер?! Тирон кивнул. - Так вот, значит, почему Дездра разрешила тебе меня повидать. Хотела чтобы я узнал... Знаешь, давай-ка ты лучше рассказывай все, как есть. Все, о чем молчали и Дездра, и Фортайн. Мне теперь уже все равно.

- Видишь ли, погибло очень много народу...

- Сколько именно?

- В Керуне умерло девять человек из каждых одиннадцати. В морском холде Иген, когда туда пришла помошь из Нерата в живых оставалось всего пятнадцать человек. Мы не знаем точного числа жертв в холдах, окружающих Иген, не знаем и того, как широко распространилась эпидемия в Керуне и Руате. Но ты можешь гордиться своими мастерами, Капиам. Они делали все, что было в их силах...

- И они тоже умерли...

- Они покрыли твою мастерскую неувядающей славой.

Горе и печаль воцарились в душе Капиама. Все погибли? Миббут, такой отзывчивый Килос, практичная Лореана и искренний Рапал, костоправ Снил, Галниш... Все они мертвы? Неужели действительно прошло всего семь дней с того момента, когда первое известие о новой болезни достигло его ушей? И те, кого он пытался лечить в Игене и Керуне, тоже мертвы... А до окончания Прохождения оставалось так немного. Капиам почувствовал, как по его щекам катятся горячие слезы. Пусть текут, от них на душе становилось хоть немнго легче. Он не должен думать эмоциями. Он должен думать беспристрастно, сугубо профессионально.

- В Морском холде Иген проживало больше тысячи человек. Когда я прилетал туда по вызову Бурдиона, больных было всего около пятидесяти.

- Бургеон - один из тех, кто выжил.

- Надеюсь, он вел для тебя дневник! - зло заметил Капиам.

- Надеюсь, что вел, - спокойно ответил Тирон, не обращая внимания на выпады лекаря. - А пока в моем распоряжении есть один весьма любопытный судовой журнал.

- Понимаю, о чем ты говоришь, - кивнул Капиам. - Но к тому времени, как я достиг морского холда Иген, капитан был уже давно мертв.

- А ты видел того зверька? - небрежно спросил Тирон, но глаза его так и горели безудержным любопытством.

- Да, я его видел! - на всю оставшуюся жизнь Капиан запомнил то необычное животное. Оно фигурировало во всех его снах и нескончаемых кошмарах. Нет, не суждено ему забыть его длинных черно-белых усов, его хищного оскала, коричневых пятен на клыках, пушистых, прижатых к голове ушей и роскошных темно-коричневых полосок, деликатно обрамленных черной каймой на гладкой шелковистой шкуре. Он прекрасно помнил неукротимый нрав этого представителя семейства кошачьих и помнил, как еще тогда подумал, что, похоже, эта тварь прекрасно знает, как и когда она расквитается со своими мучителями, держащими ее в клетке и глазеющими на нее со всех сторон.

- Да, Тирон, я видел того зверька. Как и сотни людей, приехавших на Собрание в Исту. Только я, в отличие от них, выжил и теперь могу тебе об этом рассказать. По правде говоря, там-то я, скорее всего, и заразился. Не из вторых рук, а, так сказать, у источника. - Это заключение принесло Капиаму некоторое облегчение. Ослабленный переутомлением, он свалился, больной, уже через какие-то двадцать четыре часа. Но это лучше, чем думать, что он не принял необходимых мер предосторожности в Исте или в Керуне. - Талпан вычислил, что источником болезни, поражающей коней, является именно эта тварь. Меня, кстати, тоже приглашали в Керун - там заболело довольно много народу. В общем, я искал источник болезни людской, а Талпан - конской. И мы с ним пришли к одному и тому же заключению. Между прочим, та кошечка до смерти боялась драконов.

- Правда?

- Так мне говорили. Но К'дал - среди тех, кто умер в Вейре Телгар. И его голубой дракон вместе с ним.

- И как же тогда болезнь попала в Южный Болл? - спросил Тирон, быстро что-то записывая, - Я имею в виду, если вы убили животное на Собрании?

- Ты забыл о погоде.

- О погоде?

- Да. Дело в том, что было очень тепло, и коневодческий холд Керун начал рассылать коней, не дожидаясь конца зимы. Тем более, что ветры и течения этому благоприятствовали. А в итоге лорд Ратошиган получил оттуда не только своих племенных скакунов, но и еще один маленький подарочек. Как, впрочем, и многие другие люди, разводящие коней. А потом некоторые из них приехали на Собрание в Руат.

- Это уже интересно. Такое чудовищное стечение обстоятельств.

- Мы еще должны благодарить судьбу, что Тиллек растит своих собственных коней, которых поставляет в Кром, Набол и Плоскогорье. А также то, что кони из Керуна, предназначенные в Бенди, Лемос и Нерат, не добрались до места назначения: часть умерла в пути, а остальных погонщики уже и не стали доставлять.

- Предводители Вейров ввели категорический запрет на любые посещения Южного континента, - сказал Тирон. - У Древних, несомненно, были весьма веские причины его покинуть. Угроза жизни на нем слишком велика.

- Не надо путать, Тирон, - возмутился Капиам. - Жизнь, как мы ее знаем, возникла и возмужала именно на Южном континенте!

- Ну, это еще надо доказать...

- Жизнь и ее поддержание - моя область знаний, - Капиам угрожающе покачал толстым томом Летописей. - Так же, как создание и развитие жизни являлось областью знаний наших предков. Во время Миграции с Южного континента Древние прихватили с собой всех животных, которых мы сейчас используем, включая и драконов, генетически созданных для своей судьбоносной цели...

- Мы потеряли умения наших предков, - продолжал Капиам, не давая своему собеседнику времени на возражения, - хотя мы и можем вывести коней или быков в соответствии с конкретными требованиями. И... - тут Капиаму пришла в голову новая мысль. - Я только что сообразил, что нам угрожает еще одна опасность! - он подумал о талантливом молодом Талпане, о главном мастере скотоводе Труме, о погибшем капитане, о своих умерших коллегах по ремеслу - каждый и каждая со своими маленькими секретами, теперь навсегда утраченными из-за смертоносной болезни. - Вполне возможно, что мы потеряли куда больше, нежели полноту истории развится эпидемии. Кроме жизней, мы потеряли еще и знания - и это должно беспокоить тебя, Тирон, более всего. Тебе сейчас следует со всевозможной быстротой записывать знания, методы и методики, которые могут погибнуть вместе с людьми, их использующих... Мы не в состоянии восстановить по Летописям, как именно Древние осуществляли свои чудеса. Да и не чудеса это были, ведь они основывались на умениях, на повседневных привычных процедурах, которые Древним и записывать-то казалось глупым, ибо они были общеизвестны. Только со временем эти общеизвестные истины перестали быть общеизвестными. Они стали вообще не известны. Их-то нам теперь и не хватает. Мне страшно даже подумать, что мы сами могли потерять за последние несколько дней!

Без сил Капиам откинулся на подушку, толстый том Летописей тяжким грузом лежал на его груди. Этим утром, когда он более или менее пришел в себя, он с ужасающей ясностью осознал, как много фактов, методов лечения и маленьких хитростей он не внес в свои записи. Он никогда не любил вести подробных рабочих журналов. Если бы ничего не случилось, он постепенно передал бы все свои знания ученикам - по мере того, как те набирались бы опыта. Но теперь, столкнувшись лицом к лицу с возможностью безвременной кончины, этот путь передачи и сохранения информации казался на редкость ненадежным.

- Не могу с тобой не согласиться, Капиам, - откашлявшись, начал Тирон, - но люди всех рангов, всех ремесел хранят свои секреты...

- Барабаны! Новое сообщение! - вдруг воскликнул Капиам, затыкая уши. - Не хочу ничего слышать!

Тирон прислушался, и его лицо прояснилось.

- Хорошие новости, Капиам! - закричал он, призывая лекаря вынуть пальцы из ушей. - Из Игена. Всадники встретили Падение. Нити уничтожены. Летало сразу двенадцать крыльев.

- Двенадцать? - Капиам вспомнил страшные потери, понесенные Вейром Иген и данные о количестве больных наездников. - Иген не мог поднять в воздух двенадцать крыльев!

- Когда в небе Нити, наездники должны выходить на бой! - с гордостью провозгласил Тирон.

Недоумение во взгляде Капиама сменилось пониманием. Как же он мог не осознать значения упоминания о том, что Предводители Вейров приняли совместное решение о запрещении посещений Южного континента? Вейры объединились для вылета на Падения.

- Борьба с Нитями у них в крови! Несмотря на страшные потери, они вылетели на бой, как и всегда, поднялись на защиту нашего континента...

Тирона, похоже, понесло. С ним такое бывало. Не самое лучшее время он выбрал сочинять свою новую сагу! И однако, страстные слова арфиста всколыхнули у Капиама какие-то полу-забытые воспоминания.

- Помолчи, Тирон! Дай мне подумать! Или скоро не останется ни одного наездника, способного вылететь на встречу Нитям! Ты лучше сейчас уйди!

"В крови" - вот что сказал Тирон. Это у них в крови! В крови! Капиам обхватил голову руками. Он уже почти слышал дрожащий голос старого мастера Галларди. Да, он как раз готовился к очередному экзамену, а Галларди все бубнил и бубнил о разных древних методах лечения. И там было что-то о крови! Да, точно, старый лекарь рассказывал о лечебных свойствах крови... нет, не совсем так... Ага! О лечебных свойствах сыворотки крови! Сыворотки крови! Теперь правильно!

Именно сыворотка крови являлась лекарством при вирусных заболеваниях.

- Капиам, - голос Дездры, - с тобой все в порядке? Тирон сказал...

- Со мной все хорошо! Хорошо! Почему ты мне ничего не говорила? То, что нельзя вылечить, следует перенести. Есть и другой путь. К тому, что нельзя вылечиь, следует подготовиться. Иммунизация. И в основе всего кровь! Не кора, не лист, не порошок - кровь, и только кровь! И спасительное средство уже сейчас находится в моих венах! Потому что я пережил эпидемию. Потому что я выздоровел!

- Капиам! - Дездра шагнула вперед, но приблизиться все-таки не решилась.

- Думаю, что я уже не заразен. Я - это исцеление. По крайней мере, я так полагаю... - возбужденный своим озарением, Капиам выбрался из постели, пытаясь дотянуться до шкафчика где хранились его записи еще ученической поры.

- Капиам! Ты сейчас упадешь!

Шатаясь, лекарь вцепился в стул, на котором еще так недавно сидел Тирон. Он сумел удержаться на ногах, но на то, чтобы добраться до шкафчика сил уже не оставалось.

- Принеси мои записи! Самые старые. Они на верхней полке слева, он тяжело сел на стул. - Я не могу ошибаться. Просто не могу! Я точно помню: "кровь выздоровевшего больного препятствует заражению".

- Твоя кровь, друг мой, - сказала Дездра вытирая пыль с журналов перед тем, как протянуть их Капиаму, - сейчас жидка и слаба. А еще ты немедленно возвращаешься в постель!

- Буквально через секундочку! - Капиам судорожно листал страницы. Он пытался точно вспомнить, когда же именно мастер Галларди читал свою лекцию о древних и устарелых методах лечения. - Весной. Это было весной. Весной, потому, что он тогда больше думал об обычных юношеских весенних развлечениях, чем о древних процедурах. Капиам почувствовал, как Дездра трясет его за плечо.

- Ты заставил меня битых два часа устанавливать светильники вокруг твоей кровати для того, чтобы потом читать в темноте? А ну-ка живо в постель! Не для того я за тобой ухаживала, чтобы ты помер от простуды. А ты наверняка простудишься, если и дальше будешь бродить по комнате полуодетый! - она подтолкнула его к кровати.

- Да со мной все в порядке!

- Тирон решил, что у тебя начался бред. Это не в твоем стиле - все время кричать : "Кровь! Кровь! Это у них в крови!".

Но Капиам ее не слушал. Он нашел в журнале ту самую лекцию, состоявшуюся более тридцати Оборотов тому назад.

- Это и правда в моей крови! - торжествующе закричал он. - Здесь так и написано! "В чистой сыворотке, поднимающейся кверху после того, как кровь свернулась, содержатся глобулины, ингибирующие развитие заболевания. Внутривенное введение подобной сыворотки дает организму защиту на срок минимум в четырнадцать дней. Обычно этого времени хватает, чтобы эпидемия завершилась". - Капиам читал не отрываясь. Мастер Галларди говорил, что у Древних существовали специальные устройства для разделения крови, но Капиам не сомневался, что эту проблему он разрешить сумеет. "Сыворотка привносит в организм инфекцию в сильно ослабленной форме, пробуждает его защитные силы и тем самым предотвращает болезнь в ее самых опасных проявлениях."

Капиам откинулся на подушку. Он торжествующе улыбался. Он испытывал невероятное чувство облегчения. А ведь когда-то он очень сердился на занудного мастера Галларди и даже не хотел записывать в журнал эту "никому не нужную" методику, которая теперь спасет тысячи и тысячи людей! И в том числе наездников!

Дездра следила за ним, и на ее лице застыло какое-то странное выражение.

- Но ведь здесь написано, что сыворотку надо вводить прямо в вену?!

- Так она быстрее поглощается телом, и потому лечение более эффективно. Нам как раз и требуется эффективный метод лечения! Дездра, скажи, сколько наездников больны?

- Мы точно не знаем. Они перестали сообщать точные цифры. По пследнему сообщению К'лона, у них были больны сто семьдесят пять наездников включая и одну всадницу.

- Сто семьдесят пять больных? Как со вторичными инфекциями?

- Они не сообщали, а мы не спрашивали.

- А как дела в Телгаре? В Игене?

- Мы больше думали о тысячах умирающих в холдах, чем о наездниках в их Вейрах, - призналась Дездра.

- И однако, мы зависим от этих двух с небольшим тысяч всадников. Без них нам не спастись от Нитей... Короче говоря, не отвлекай меня, а лучше принеси-ка все необходимое, чтобы я мог приготовить сыворотку. А когда К'лон прилетит, немедленно приведи его ко мне. Есть еще кто-нибудь в нашем холде, кто уже поправился?

- Никого.

- Ладно. А К'лон скоро прилетит?

- Мы его ждем. Он развозит сейчас лекарей и медикаменты.

- Прекрасно. А теперь мне потребуется следующее: побольше стерильных друхлитровх стеклянных бутылок с завинчивающимися крышками, полые стебли камыша, крепкая веревка... игольчатые шипы у меня есть... ах да, прокипяти-ка ты тот шприц, котоpым наши повара выкладывают крем. Когда-то мастер Кларгеш выдул мне такие же, только стеклянные. Хоть убей, не припомню, куда я их засунул! И еще принеси мне дважды перегнанного спирта и твоего восстанавливающего силы супа.

- Ну, зачем спирт, я еще понимаю, - насмешливо сказала Дездра, - но вот для чего тебе понадобился мой суп - ума не приложу!

Капиам замахнулся подушкой, и она, рассмеявшись, скрылась за дверью.

Капиам вернулся к началу лекции мастера Галларди.

"В случае начала заразной болезни полезным показало себя использование сыворотки, приготовленной из крови тех, кто уже перенес это заболевание. Введенная в вену здоровому человеку, она эффективно препятствует заражению. У больных она способствует выздоровлению. Еще задолго до Миграции подобным методом вакцинации были полностью уничтожены заболевания типа: дифтерит, грипп, скарлатина, краснуха, оспа, брюшной и сыпной тиф, полиомиелит, туберкулез, гепатит и многие другие..."

С брюшным и сыпным тифом Капиам был знаком - вспышки этих заболеваний порой случались в холдах с недостаточно строгой гигиеной. Он, как и многи другие лекари, очень боялись нового появления тифа в результате перенаселенности. Краснуха и скарлатина тоже порой встречались лекарям - во всяком случае достаточно часто, чтобы типичные симптомы и методы лечения входили в программу обучения. Об остальных болезнях Капиам не знал ровным счетом ничего. Надо попробовать поглядеть их в словаре, хранящемся в мастерской арфистов.

Итак, как рассказывал Мастер Галларди, требовалось взять от каждого выздоровевшего больного по полтора литра крови. После разделения получалось пятьдесят миллилитров сыворотки, пригодной для иммунизации. Количество сыворотки, которое требовалось вводить в вену, варьировалось в зависимости от болезни, от одного миллилитра до десяти. Но Галларди не говорил, для какой болезни сколько. Капиам печально вспомнил свою страстную речь об утеряных знаниях. Получается, что и он сам тоже виноват. Виноват, что не проявил должного внимания на той лекции...

Капиаму не потребовалось особенно долгих вычислений, чтобы понять всю грандиозность стоящей перед ним задачи. Ему ведь требовалось иммунизировать всех наездников, лордов холдов и главных мастеров, не говоря уже о лекарях, которые будут проводить эту самую иммунизацию.

Распахнулась дверь и в комнате появилась Дездра с корзиной в руках.

- Я принесла то, что ты просил, - сказала она, ловко закрывая дверь ногой. - И я нашла те стеклянные шприцы, что для тебя выдул мастер Генион. Три оказались разбитыми, но остальные я прокипятила... Вот так, улыбнулась она, раскладывая на столе затребованные Капиамом материалы.

- Но это же не двухлитровая бутылка! - запротестовал Капиам.

- Действительно, - легко согласилась Дездра. - Но ты еще слишком слаб, чтобы распроститься сразу с двумя литрами крови. Ты можешь позволить себе отдать не более полулитра. Не волнуйся, скоро прилетит К'лон.

Дездра быстро протерла руку Капиама спиртом и наложила на нее жгут. Она открыла пакетик с игольчатыми шипами и присоединила шип к концу полого стебля.

- Я знаю, что делать, - сказала она, - но практики у меня нет.

- Самому мне никак, - ответил лекарь. - Руки слишком дрожат.

Поджав губы, Дездра поставила бутылку у подножия кровати, опустила в нее второй конец стебля и нацелила шип на пульсирующую под кожей Капиама вену. Кончик шипа был так тонок, что крохотное отверстие в нем видели лишь те, кто обладал исключительно хорошим зрением. Дездра проколола кожу и легким движением ввела шип в вену. Потом она сняла жгут. Капиам прикрыл глаза, борясь с накатившим на него головокружением. Он буквально чувствовал, как кровь вытекает из его тела. Он чувствовал, хотя умом и понимал, что это невозможно, как сильнее забилось его сердце, компенсируя уменьшение объема циркулирующей в сосудах крови. Ему уже начинало делаться нехорошо, когда Дездра ловко вывела шип из вены.

- Вполне достаточно. Почти три четверти литра. Ты и так уже бледен как смерть. Согни локоть и подержи его... вот так. И выпей супу...

- И что теперь с этим делать? - спросила она, поднимая закупоренный стеклянный сосуд с кровью.

- Салларди утверждал, что центробежная сила, то есть вращение сосуда, способствует разделению крови и получению необходимой сыворотки. Ты крепко закрутила крышку? - и удостоверившись, что с этим все в порядке, продолжал, - Крепко привяжи веревку к горлышку бутылки. Покрепче... Так, теперь давай сюда.

- Зачем? Давай лучше я покручу...

Встав с кровати, Дездра удостоверилась, что кругом достаточно свободного места и принялась вращать бутылку над головой.

Ноблюдая за ней, Капиам мог только радоваться, что ему не пришлось делать это самому. Вряд ли у него хватило бы сил.

- Мы можем потом соорудить какое-нибудь устройство, где бутылки вращали бы, скажем, собаки. Придется, правда, их все время подгонять. Тут требуется вращение с постоянной скоростью. Или сделаем что-нибудь с регулировкой скорости...

- Зачем? Нам... что... потребуется... это... делать... часто?

- Если мое предположение правильно, то нам потребуется прямотаки бездна сыворотки. Ты предупредила, чтобы К'лона, как только он прилетит, провели ко мне?

- Предупредила. Сколько... еще?

Мастер Галларди сказал "скоро", или это он просто так записал? В глубине души он проклинал того недостаточно прилежного ученика по имени Капиам, который так небрежно законспектировал лекцию мастера Галларди...

- Пожалуй, хватит, Дездра. Спасибо. Запыхавшаяся Дездра перестала крутить и, отвязав веревку, поставила бутылку на стол.

- И это, - она показала на слой соломенно-желтой жидкости сверху, и есть твое лекарство?

- Не совсем лекарство, - поправил ее Капиам, - вакцина.

- Ее надо пить? - в голосе Дездры слышалось отвращение.

- Нет, хотя не думаю, что она была бы на вкус много хуже тех микстур, которыми ты меня так усердно поила. Эту вакцину следует вводить в вену.

- Так вот зачем тебе понадобились шприцы, - задумчиво протянула Дездра. - У нас их не так уж много... Мне кажется, тебе стоит повидаться с мастером Фортайном.

- Ты что, мне не доверяешь? - Капиам даже обиделся.

- Как раз наоборот. Доверяю целиком и полностью. Я хочу, чтобы ты посетил мастера Фортайна, прихватив с собой эту сыворотку. Он слишком часто посещал палаточный лагерь, разбитый за стенами холда с милостивого соизволения нашего такого осторожного лорда Толокампа. Мне кажется, он заболевает...

Глава 10

Форт Вейр и холд Руат, 3.16.43

Проснувшись, Морета сразу же ощутила в своем сознании радость Орлих.

- Тебе лучше! Самое худшее позади!

- Мне лучше? - неуверенно переспросила Морета вслух, и сама поразилась нетвердости своего голоса - напоминание о той невероятной слабости, с которой она прожила последние несколько дней.

- Тебе значительно лучше. Теперь с каждой минутой сил у тебя будет становиться все больше и больше.

- Ты случайно не выдаешь желаемое за действительное, любовь моя?

Но Морета прекрасно знала, что если кто и может судить о ее самочувствии, так это Орлих. С того дня, как наезница заболела, королева не покидала ее. Она делила с Моретой каждый миг страданий, словно могла тем самым облегчить участь своей всадницы. Да ей и в самом деле это удавалось. Она ослабяла невыносимую головную боль, ослабляла жар и даже утихомиривала разрывающий горло кашель.

- Холх говорит, что у нас хорошие новости! Мастер Капиам нашел средство, предотвращающее заражение!

- Предотвращающее? А излечивающее болезнь?

Морета не настолько отоpвалась от жизни за время своей болезни, чтобы не знать, что не одна она заразилась. Знала она и то, что в других Вейрах умирали наездники. И то, что два крыла Форт Вейра помогли Игену спpавиться с Падением, и то, что Берчар и рожденный Теллани ребенок умерли пару дней тому назад. Лекарям давно пора было найти средство борьбы с этой проклятой эпидемией!

- У болезни теперь есть название. Это очень древняя болезнь.

- И как же она называется?

- Не помню, - извиняющимся тоном призналась Орлих.

Морета вздохнула. Драконы всегда отличались плохой памятью на имена и названия.

- Холх спрашивает, хочешь ли ты есть?

- Мои приветствия любезной Холх и нашей многоуважаемой Лери и передай, что, по-моему, я проголодалась.

Морета даже сама удивилась своим словам. Еще вчера мысль о еде вызывала у нее тошноту. Вот пить ей хотелось постоянно...

- Как там Ш'гал? - когда Кадих трагично объявил о болезни своего наездника, Морета уже не знала куда деваться от жара и непрекращавшегося кашля.

- Он слаб, и чувствует себя неважно.

Орлих сказала это так, словно хотела поставить Морету в пример все еще больному Ш'галу.

- Не забывай, Орлих, что Ш'гал никогда не болел. Его нынешнее недомогание наверняка явилось страшным ударом его самолюбию.

Орлих промолчала.

- А какие новости из Руата? Лучше расскажи, - добавила она, чувствуя нежелание королевы говорить на эту тему.

- Сейчас к тебе придет Лери, - в голосе Орлих явственно звучало облегчение. - Она все знает.

- Лери придет сюда? - Морета попыталась сесть, но тут же отказалась от этой затеи, сраженная головокружением. У входа послышались шаркающие шаги и стук палки.

- Лери! Не надо...

- А почему нет?.. Доброе утро, Орлих. Я, как меня неоднократно уверяли, смелая женщина. Я уже прожила свою жизнь и не боюсь всяких там вирусов. Ага... ты уже немного порозовела!

В левой руке она держала закрытый горшочек и маленькую фляжку. Еще два флакона были засунуты за пояс. На сундуке придвинутом к самой постели Мореты, она разложила все, что принесла с собой.

- Вот так! - с удовлветворением сказала Лери, присаживаясь в ногах Мореты.

- Что-то очень вкусно пахнет, - заметила Морета, принюхиваясь.

- Это особая каша, которую я для тебя сварила. Заставила их принести мне припасы и жаровню. Нессо тоже заболела и хоть на время от меня отстала. Вместо нее теперь Горта - справляется она, надо сказать, превосходно, - Лери многозначительно поглядела на Морету, накладывая на тарелки две большие порции каши. - Я поем вместе с тобой. Сейчас у меня как раз завтрак, а кашка эта полезна мне ничуть не меньше, чем тебе. Между прочим, я заставила сегодня утром Орлих покушать - а то скоро от нее осталась бы одна скорлупа от яиц. Она сожрала четырех быков зараз! Вот уж проголодалась, бедняжка! Да не гляди ты так понуро. Ты и о себе-то не могла позаботиться, где уж тебе ухаживать за Орлих! Ничего, она не чувствовала себя заброшенной. У нас с ней прекрасные отношения. В конце концов, это же Холх отложила яйцо, из которого она вылупилась. В общем, она делала, что мы ей говорили, и теперь ей гораздо лучше. Нет, правда, ей надо было поесть. Ей скоро уже на Площадку Рождений, а мы еще хотели дождаться, пока ты поправишься.

- Что-то слишком рано, - скзала Морета, быстро подсчитав в уме дни. - Я думала, еще неделя...

- Она немного переволновалась. Да не нервничай ты! Кушай. Чем быстрее наберешься силы, тем лучше.

- Я и так сегодня гораздо сильнее, чем вчера, - Морета криво ухмыльнулась. - Ты-то как управлялась?

- Элементарно, - пожала плечами Лери. - Как я уже говорила, я заставила их принести ко мне в вейр и жаровню и продукты. Да будет тебе известно, я сама готовила тебе лекарства. Орлих прислушивалась к каждому твоему вздоху и тут же сообщала о нем Холх. Ты не получила бы лучшего ухода, даже если бы у твоей постели дневал и ночевал сам Капиам.

- Орлих говорит, он нашел лекарство?

- Он называет это вакциной. Но я не дам ему выкачать из тебя кровь!

- А зачем она ему? - изумилась Морета.

- Он собирает кровь у тех, кто поправился после болезни и делает из нее сыворотку. Он утверждает, что эта сыворотка может предохpанить от заражения, - Лери содрогнулась от отвращения. - Он прямо-таки набросился на К'лона, когда тот зашел к нему в мастерскую... А К'лон так много летает сейчас. Он буквально не вылезает из Промежутка, выполняя поучения лекарей. Я поручила часть его работы ученикам. Не очень-то мне это нравится,.. но приказы они, по крайней мере, выполняют точно. Ах, за эти дни так много всего произошло, что я даже и не знаю, с чего начать!

Под напускным весельем Лери Морета чувствовала усталость и беспокойство.

- В Вейрах еще кто-нибудь... кто-нибудь умер?

- Нет! - Лери довольно улыбнулась. - И не должен был никто умирать! Просто людям всегда лень думать, вот и все. Ты знаешь, как голубые и зеленые могут взять да и ударится в панику? Это-то и произошло. Когда наездники заболели, их драконы запаниковали, вместо того чтобы поддержать своих всадников.По правде говоря, возможно, что в теории Джаллоры о том, что паника и привела к смертям, что-то есть... - Лери на мгновение задумалась. - Джаллора - молодой врачеватель, присланная к нам из мастерской лекарей, вместе с двумя учениками - пояснила Лери. - Ты была очень серьезно больна. Сказалось крайнее утомление - Собрание, бессонная ночь, потом Падение и тяжелая работа по восстановлению крыла Диленха. С ним, кстати все в порядке. Да, так вот, твоя Орлих так сильна, и ты ей настолько необходима, что умереть у тебя не было ни малейшего шанса. Вы вместе выступили против болезни единым фронтом - и это нам кое-что подсказало. В общем, мы связались с королевами Вейров и порекомендовали им приглядывать за заболевшими всадниками. Приглядывать и не давать им умирать! Все-таки наши Вейры не так переполнены, как рядовые холды или мастерские. Смешно, если крепкий наездник становится жертвой какой-то там вирусной инфекции.

- Сколько же народу заболело, что Вейрам пришлось объединиться для вылета на Падение?

- Ты только не волнуйся, - кривилась Лери. - Почти три четрверти каждого Вейра, кроме Плоскогорья, прикованы к постелям. Мы сами едва наскребли два полных крыла, способных отправиться на Падение в Иген.

- Но ты говоришь, что мастер Капиам нашел лекарство?

- Способ предохранения. Вакцина. И ее пока недостаточно. Госпожи Вейров решили, что первым вакцинации, - Лери запнулась на этом новом для нее слове, - будет подвергнут Вейр Плоскогорье. Когда сыворотки станет побольше, дойдет очередь и до других Вейров. Сначала наездники, - Лери начала загибать пальцы, - потом лекари, за ними лорды холдов и другие мастера... Сейчас барабаны прямо-таки горят от бесконечных призывов Капиама искать всех, выздоровевших после болезни. Толокамп не знает, что с ним делать!

- Значит, Толокамп здоров?

- Он не выходит из своей комнаты.

- Для женщины, которая все свое время проводит в Вейре, ты очень хорошо информирована!

- К'лон мне обо всем докладывает, - усмехнулась Лери. - К счастью, у голубых отменный аппетит, и хотя Капиам и утвержадет, что драконы и стражи не могут заболеть, лучше все-таки питаться гарантированно не зараженным мясом. Вот поэтому-то К'лон и прилетает домой поесть. Каждый день.

- Но драконы не едят каждый день!

- Голубые драконы, которым приходится два раза в час проходить Промежуток - едят. - Лери сурово поглядела на Морету. - Я тут получила записку от Капиама, еле-еле разобрала его почерк, где он не нахвалится на усердие К'лона...

- А'мури?

- Поправляется. По правде сказать, чуть не умер, но как только я поняла, как важна поддержка дракона для скорейшего выздоравления наездника, я тут же попросила Орлих связаться с Гранхом. У Л'бола умерли оба сына, и он места себе не находит от горя. С М'тани стало совершенно невозможно разговаривать, но он ведь сражается с Нитями дольше нас всех и теперь рассматривает эту эпидемию как личное оскорбление. Если бы не С'лигар и К'дрен, у нас наверняка возникли бы проблемы с Ф'галом. Он совсем пал духом.

- Лери, ты о чем-то умалчиваешь.

- Да, милая моя. - Лери нежно потрепала Морету по руке и протянула ей наполненную из фляжки кружку. - Выпей это.

Морета послушно пригубила напиток и уже собралась спросить, чего это Лери туда намешала, когда ощутила мягкое прикосновение в глубинах своего сознания. Орлих.

- Твой родной холд... - голос Лери задрожал. С ней такое бывало, но на сей раз Морете почему-то сделалось страшно. - Он очень пострадал... Два дня оттуда не поступало никаких сообщений. Тогда арфист из Керуна спустился вниз по реке, и... в общем, там все были мертвы.

- Все? - ошеломленно переспросила Морета. В холде ее отца жило более трехсот челвек, не считая тех, кто нашел себе убежище в скалах у реки.

- Выпей!

- Все мертвы? Даже ни одного пастуха с табуном?

Лери печально покачала головой.

- Умерли не только пастухи, но и все кони, - еле слышно прошептала она.

Морета и представить себе не могла масштаба подобной трагедии. Как это ни странно, но гибель коней кольнула ее больнее всего. Она покинула свой холд двадцать Оборотов тому назад. Она от всего сердца скорбела о гибели своих родных... она любила свою мать, братьев и сестер, очень уважала своего отца. Но беззащитные кони... кони, которых разводили вот уже восемь поколений ее предков... их потеря казалась особенно несправедливой.

Слезы текли по щекам Мореты, но она ощущала себя как-то странно отрешенной от своего тела. Она словно наблюдала за собой со стороны. "Лери явно что-то подмешала в это свое вино", - поняла она. Старая наездница внимательно глядела на нее - на морщинистом, усталом лице - печаль и сочувствие.

- Что, так все кони и погибли? - наконец, спросила Морета.

- Молодняк мог зимовать где-нибудь на высокогорных пастбищах? Арфист не проверял. Он не знал, где искать, а возможности послать на разведку дракона, сама понимаешь, не было.

- Ну, конечно... - Морета прекрасно все понимала. Сейчас, когда каждый всадник на счету... - Молодняк и совсем старые кони и впрямь могли находиться в высокогорной зоне. А с ними - кто-нибудь из холда. Они могли спастись, - с надеждой заключила она. - Слушай, что ты полила мне в вино? Моя душа где-то витает...

- Этого-то я, по правде сказать и хотела добиться. А добавила я немного сока феллиса... ну, и еще кой-чего. Просто чтобы ослабить шок.

- Ладно, чего уж там... Ты лучше расскажи мне все, пока я такая отрешенная. Мой родной холд... вряд ли он один пострадал. - Лери покачала головой. - Холд Руат?

- Им здорово досталось...

- Алесан? - Морета спросила о нем потому, что его смерть была бы для нее самой тяжелой утратой.

- Нет, он поправляется... Но вот среди его родных и съехавшихся на Собрание гостей потери просто ужасающие. А еще там погибли почти все скакуны...

- Даг?

- Я не знаю имен. Очень много жертв в Игене. Лорд Фитатрик, его жена и их дети...

- Но есть какой-нибудь холд, который бы не пострадал?!

- Да, есть. Битра, Лемос, Нерат, Бенден и Тиллек - там отмечено всего несколько случаев заболевания. Больных быстро изолировали, и инфекция не получила распространения. Эти холды проявили себя просто прекрасно, организовывая помощь пострадавшим районам.

- Ну почему?! - воскликнула Морета, закрывая лицо руками. - Ну почему именно сейчас, когда до конца Прохождения осталось так немного! Это просто несправедливо... Ты знаешь, - доверительно сообщила она Лери, - моя семья ведет свой род от самого конца прошлого Прохождения. А теперь осталась я одна...

- Ну, наверняка ты этого не знаешь - сама же говорила, что кто-то мог выжить на горных пастбищах. Это и впрямь весьма вероятно.

После ее взволнованной речи силы у Мореты окончательно кончились. Она глядела на Лери, и старая всадница словно улетала от нее вдаль на быстрых крыльях невидимого дракона... Улетала, хотя умом Морета и понимала, что та все так же сидит в ногах кровати.

- Все в порядке. Ты поспи, - нежно прошептала Лери и ей эхом откликнулись голоса двух королев - старой и молодой.

- Я вовсе не хочу спать, - пробормотала Морета с головой проваливаясь в глубокий сон.

Холд Руат, 3.16.43

К'лон почувствовал огромное облегчение, когда лекарь Фоллен наконец-то вышел из комнаты Алесана. Хотя он и не боялся заразиться, стоящий в коридоре запах смерти действовал нааезднику на нервы.

- Я ввел вакцину сестре, арфисту и еще одному бедняге. Лорд Алесан говорит, что они не единственные, кто нуждается в вакцинации. Ума не приложу, как он со всем справляется! Знай я, что тут такое творится, я бы выпросил у мастера Капиама еще хоть немного сыворотки.

- Ее не так уж и много.

- А то я не знаю!

Прошлым вечером голубой всадник доставил лекаря в холд Южный Болл, где, судя по барабанным сообщениям, было несколько человек, оставшихся в живых после болезни. Все они, и даже вечно всем возмущающийся лорд Ратошиган стали донорами. Хотя надо сказать, что лорд холд совершенно искренне полагал /ни наездник ни лекарь не собирались его в этом разубеждать/, что кровопускание - необходимая часть лечения.

- Я приготовлю им похлебку по рецепту, подаренному мне Дездрой... Попpоси лорда Шаддера прислать сюда еще нескольких добровольцев. Я уверен, мы сможем спасти многих из тех, кто сейчас мучается от вторичной инфекции, если тоько будет кому за ними ухаживать. Мы должны попытаться! Руат и так практически опустошен.

К'лон кивнул. Запустение, царившее в безлюдном Руате, ужаснули спасательный отряд. К'лон и три зеленых всадника из Бендена привезли в этот холд Фоллена, одного ученика лекаря ему в помощь и шесть добровольцев. Они вынырнули из Промежутка над Руатом, и... в общем, такого кошмара К'лон еще нигде не видел. Огромные погребальные холмы на берегу реки, черные круги ям с обугленными останками у скакового поля, брошенные шатры, разбитые на оставшихся от Собрания каркасах лотков - все говорило об отчаянной борьбе за выживание оказавшихся в Руате людей. И как насмешка, как издевательство, свисали из верхних, закрытых крепкими ставнями окон обрывки пестрых флагов - напоминание о веселом Собрании, вслед за которым пришла трагедия. На танцевальной площадке и дороге валялся мусор, и пустой чайник, свисая с покосившейся треноги над давным-давно потухшим костром, уныло звенел, ударяясь о металлические опоры.

- Леди Пенда... начал К'лон.

Фоллен быстро покачал головой, и всадник мог дальше не продолжать.

- И она, и все ее дочери, приехавшие на Собрание. И при том, лорду Толокампу еще повезло больше, нежели Алесану. У него осталась только одна сестра.

- Из всех детей лорда Лифа?!

- Увы... Алесан очень о ней беспокоится. И о своих конях тоже. Хотя коней-то выжило, пожалуй, побольше, чем гостей. Пойди поговори с ним.

К'лон расправил плечи. За последние несколько дней он научился как следует прятать свои эмоции. Он научился выглядеть и разговаривать если не весело (это могло бы оказаться оскорбительным) то, во всяком случае, уверенно и оптимистично. В конце концов, с появлением вакцины надежда остановить эпидемию превратилась из мечты в реальность. Он вежливо постучал в дверь и вошел, не дожидаясь приглашения.

Алесан, стоя на коленях около лежащего на полу матраса, вытерал пот со лба больного. Увидев молодого лорда, К'лон едва удержался от удивленного возгласа. Со временем Алесан, может, и наберет обратно потерянный вес, и кожа его снова станет здорового розового цвета, но на его лице навсегда останутся выгравированные смертями горе и безнадежность.

- Я рад приветствовать тебя, К'лон, наездник Рогеха, - Алесан склонил голову в знак благодарности, затем, смочив холодной водой тряпочку, которую держал в руках, положил ее на лоб больному. - Ты можешь передать мастеру Тирону, что без незаменимой помощи и изобретательности его арфистов положение в Руате было бы много хуже, нежели сейчас. Туэро был просто великолепен. Этот лекарь... как его зовут? - Алесан потер дрожащей рукой лоб, словно надеясь тем самым возродить невесть куда исчезнувшее имя.

- Фоллен.

- Странно, я помню так много имен... - Алесан замолчал, уставившись в окно. К'лон знал, что лорд Руата видел там погребальные холмы. Возможно, он имел в виду имена тех, кто там лежал... "Это происходило постепенно... лежишь в постели, ждешь..." - Усилием воли Алесан оторвал взгляд от окна и, ухватившись за край стола, с трудом поднялся на ноги. - Ты привел к нам помощь. Фоллен говорит, что Туэро, Дифер, - он показал на соседнюю постель, - и моя сестра поправятся. Он даже извинился, что у него нет больше как ее... вакцины? Так она называется? Так вот...

- Сядьте, лорд Алесан...

- Прежде чем я упаду? - Алесан едва заметно улыбнулся бескровными губами, но все-таки, тяжело вздохнул, опустился на стул.

- Огонь уже развели, и скоро вам принесут супу. Рецепт придумала Дездра. Она ухаживала за мастером Капиамом, и он утверждает, что суп этот помог ему как ничто другое!

- Будем надеяться, что нам он тоже поможет...

Из соседнй комнаты послышался кашель, и Алесан в тревоге повернулся к двери.

- Твоя сестра? - спросил К'лон и, не дожидаясь ответа, продолжал, Вот посмотришь, вакцина окажет потрясающий эффект! Состояние твоей сестры резко улучшится!

- От души надеюсь, что ты окажешься прав. Других родственников у меня не осталось.

Хотя Алесан говорил небрежно, как бы шутя, за его словами К'лон чувствовал жгучую боль утраты, и его сердце сжалось от сострадания к этому мужественному человеку.

- Уверяю тебя, эта сыворотка существенно облегчит течение болезни. Я видел, как люди после ее введения выздоравливали прямо на глазах. Честно говоря, сыворотка, котоpую Фоллен ей ввел, была, вполне вероятно, получена из моей собственной крови, - других такая возможность почему-то утешала.

- Руат всегда гордился кровными связями с наездниками Форт Вейра; усмехнулся Алесан, - хотя настолько прямыми они еще никогда не были.

- Я вижу, - улыбнулся в ответ К'лон, - что болезнь никак не отразилась на твоем остроумии.

- Это все, что у меня осталось.

- Ну уж нет, лорд Алесан! У вас осталось значительно больше! И выполучите любую помощь, какую только смогу предоставить вам Вейры, холды и мастерские.

- Если только то, что вы нам привезли, действительно сработает... Алесан посмотрел в сторону двери в комнату своей сестры. - Мы не это и не рассчитывали.

- Я, пожалуй, загляну в ваши кладовые, и погляжу, чего у вас не хватает, - начал К'лон, решив про себя, что первым делом уберет таких неуместные сейчас, вывешенные к Собранию флаги. Если уж ему от них становилось не по себе, то как же они должны были мучить бедного лорда Алесана.

- Я точно знаю, чего нам не хватает, - сказал Алессан и, пошавтываясь, подошел к стоящему рядом с окном столу. - Прежде всего, когнечно, медикаменты, - продолжал пытаясь найти нужный свиток. - У нас совсем не осталось ни акотина, ни жаропонижающих настоек, только бесполезный сиром от кашля, даже тимуса, и того нет... КЫончилась соль и специи. Вот уже три дня, как мы не ели ни мяса, ни овощей... Видите, как своевременно вы к нам прилетели? - с печальной улыбкой он протянул К'лону свои записи. - Тут все написано... Туэро отослал барабанное сообщение этим утром, до того, как свалился окончательно. И я сомневаюсь, что у меня самого хватило бы сил подняться в башню барабанщиков.

К'лон взял протянутый ему свиток, и рука его дрожала пости так же сильно, как у лорда Алесана.

- Фоллен сказал мне, что то же самое, - Алесан, не отрываясь, глядел в окно, - творится во многих холдах нашего континента.

- Но не все пострадали так сильно, как вы, - ответил К'лон, и голос его дрогнул.

- Фоллен не слишком распространялся, но скажи, каково положение дел в Вейрах?

- У нас тоже есть потери, но пока что всадники встретили все Падения, которые были.

- Наверно... Ты ведь из Форт Вейра?

К'лон не сомневался, что Алесан прекрасно знает, к какому Вейру принадлежит наездник. Он чувствовал, что молодого лорда волновал какой-тио совсем другой вопрос. И тут всадник вспомнил рассказ Нессо о том, как Морета, беззастенчиво уузурпировав внимание лорда Руата /или совсем наоборот?/ протанцквала с Алесаном всю ночь напрлет.

- Леди Морета уже поправляется, - сказал К'лон, - и Предводитель Ш'гал тоже. У нас в форте был только один смертный случай - пожилой коричневый назедник и его дракон Кох. В Игене погибло пятнадцать всадников, восемь в Телгаре и два в Исте. Больны многие, но теперь, когда есть вакцина, у нас появилась надежда.

- Да, теперь появилась надежда, - эхом отозвался Алесан. - Всего каких-то несколько дней назад здесь у нас собрались более ста двадцати лучших скакунов запада и семьсот человек, приехавших порадоваться танцам, вину, развлечениям, эпидемии...

- Лорд Алесан, не мучайте вы себя понапрасну! Если бы вы даже и не устроили Собрания, эпидемия все равгно случилась бы! И кто знает, сколько было бы жертв... Вы сделали все, что могли не давая эпидемии переброситься на соседние с вами холды. Вам не в чем себя упрекать!

- Передайте лорду Толокампу мои самые искренние соболезнования по случаю смерти леди Пендры и ее дочерей. Они ухаживали за больными, пока сами не слегли. Они проявили беспримерное мужество и самооотверженность...

К'лон кивнул. Он, да и те только он один, винили лорда Толокампа в том, что тот удрал из Руата. Кое-кто полагал, что Толокамп поступил в общем-то правильно, поставвив благополучие своего холда выше благополучия жены и дочерей. Но лорд Толокамп сидел в безопасности своей комнаты в Форте, а леди Пендра и ее дочери погибли, ухаживая за больными в Руате.

- Я передам Толокампу твои соболезнования. Все припасы, что привезли, между прочим, поступили из холдов Бенден и Нерат.

- Хорошо, что ты мне об этом сказал, - Глаза Алесана забестели. Он взглянул на голубого наездника, словно увидел его впервые.

- Передай мою глу очайшую благодарность лордам Шаддеру и Граму. Он снова уставился в окно.

- Мне пора и дти, - сказал К'лон. -еще так много дел...

- Не сомневаюсь... Спасибо, что откликнулись на наш призыв... и спасибо за слова ободрения. Мои комплименты привезшему тебя сюда Рогеху.

Попрощавшись с Алесаном, К'лон заторопился к выходу из холда. Он боялся, что еще немного, и он расплачется. Может, его кровь и впрямь послужила основой для привезенной сюда сываротки? К'лон от всего сердца надеялся, что это так. Хоть чем-то помочь... По темным коридоам он вышел в главный зал, который убирали два добровольца из Бендена. Их, такие обыденные, хлопоты казаались К'лону удивительно милыми и родными после мертвенной тишины и запустения сраженного эпидемией холда. Он попросил их, когда будет время, снять оставшиеся после Собрания флаги и вышел во двор.

- Это очень горестное место, - жалобно воскликнул Рогех, увидев своего всадника. - Это самое страшное место, в которое мы когда-либо летали. Сколько нам еще тут оставаться? Ты тоже это чувствуешь. Давай скорее полетим повидаемся с А'мури и Гранхом...

- Мы можем лететь, - сказал К'лон, забираясь дракону на спину.

Он никак не мог оторвать взгляда от огромных погребальных холмов на берегу реки. Это на них все время смотрел Алесан? Или вон на тех, чудом оставшихся в живых коней, что паслись на дальнем поле?

- Улетаем, - приказал он Рогеху. Он больше не мог думать об эптидемии, смерти и запустении. - Я просто обязан повидаться с А'мури. Тогда я снова смогу выносить все это...

Ему, конечно, следовало незамедлительно вернуться в мастерскую лекарей. Дел и впрямь было невпроворот. Но вместо этого он представил себе халитые солнцем высоты Вейра Иген, слепящей блеск расположенного неподалеку озера...

Рогех радостно взмыл в небо и без колебаний ушел в Промежуток.

Глава 11

Форт Вейр, 3.17.43

- Клянусь яйцом дракона! - воскликнула Джаллора, - Он потерял сознание!

Кадих в соседнем помещении тревожно заревел, и Морета бросилась его успокаивать. Лекарь тем временем принялась осматривать своего не слишком добровольного донора.

- Что случилось? - обеспокоенно поинтересовалась Орлих из своего Вейра.

- Ш'гал упал в обморок, - ответила Морета, прекрасно зная, что через Орлих эта информация незамедлительно дойдет до Холх, а от нее к Лери. - Помоги мне успокоить Кадиха!

- Самые сильные обычно и теряют сознание, - заметила Джаллора. Ему ничего не угрожает. Как бы отчаянно нам ни требовалась сыворотка, я не собираюсь рисковать его здоровьем.

- У меня и в мыслях такого не было! - рассмеялась Морета.

Лекарь своим приходом прервала разговор Мореты и Ш'гала, в котором Предводитель стремился выискать недостатки в каждом решении, принятом с того момента, как он заболел. Он совершенно не хотел принимать во внимание тот маленький факт, что это не Морета принимала эти, с его точки зрения, безответственные решения, и то, что она сама только-только встала с постели.

- Такие, как он, обычно становятся весьма трудными больными, продолжала Джаллора, внимательно наблюдая за тем, как кровь стекает в стеклянную бутылку.

- Это предназначено для Руата?

- Большая часть... как только мы введем вакцину еще не иммунизированным всадникам вашего Вейра. А когда Морета предостерегающе поглядела на Ш'гала, добавила, - Я все прекрасно понимаю. Можешь не сомневаться. Он еще не пришел в себя. Вот так! Это все, что я у него возьму. Хотя он мог бы запросто отдать и побольше. - Прижав вену, она ловко вынула шип из руки Ш'гала. - Подержи ему руку согнутой, - попросила она, упаковывая бутыль с кровью. - Он должен сейчас очнуться... Ф'дурил сказал, что это ты восстановила крыло его Диленха. Отличная работа!

- Крыло заживает хорошо, не правда ли? - Морете было приятно, что лекарь так высоко оценила ее труды.

- Очень даже неплохо, - согласилась Джаллора. - И сам Ф'дурил тоже. Знаешь, я никогда раньше не была в Вейре. Я и не предполагала, что драконы могут так сильно пострадать от Нитей. Они такие большие и сильные...

- Увы, они очень даже уязвимы...

- Можно только благодарить нашу счастливую звезду, что эпидемия их не затронула.

Ш'гал застонал.

- Ага, вы снова с нами, Предводитель? - взяв со стола стакан с соком, она поднесла его к губам Ш'гала. - Выпейте, и вам станет значительно легче.

- Мне кажется, это неблагоразумно... - начал Ш'гал недовольным тоном.

- Наездникам Форт Вейра требуется ваша кровь, Предводитель. Вы же сами прекрасно понимаете, что их следует иммунизировать. И как можно скорее. Тогда никому из них не придется пройти через то, что вы перенесли.

Лекарь выбрала с Ш'галом именно тот тон, какой следовало. Морета могла только мысленно поаплодировать ей.

- И все-такаи ей не следовало брать мою кровь! - сказал Ш'гал, когда Джаллора вышла из комнаты.

- У меня она тоже взяла, - оборвала его Морета, показывая свою руку с маленьким кровоподтеком в том месте, где шип пронзил вену. Ш'гал поспешно отвернулся. - У нас выведены из строя сто восемьдесят два всадника - больны или ранены.

- Почему не прилетел сам Капиам? Почему вместо себя он прислал эту... женщину?

- Джаллора очень опытный лекарь. А Капиам едва встал с постели. Кроме того, ему надо думать обо всем континенте, а не только о Форт Вейре.

- Я не могу поверить, - заявил Ш'гал, продолжая прерванный появлением Джаллоры разговор, - что Лери не знала, кого я хотел бы назначить вместо себя. На место Пpедводителя я прочил П'нина, а вовсе не С'перена.

- Лери принимала решения, основываясь на своем опыте Госпожи Вейра. И не забывай, что она была Госпожой еще тогда, когда мы с тобой еще даже не Запечатлели своих драконов.

- Тогда почему Кадих говорит мне, что два крыла в Тиллек сегодня поведет Т'рал? Он же заместитель ведущего!

- Не считая Вейра Плоскогорье, ни одно крыло не сохранило своего ведущего. Здоровых не осталось. И чем скорее ты сам встанешь на ноги, тем легче будет всем нам.

- Я долго болел, - пробормотал Ш'гал, не ожидавший такого ответа. Вид у него при этом был не слишком довольный. - Я очень тяжело болел...

- Я тебе сочувствую, - Морета с трудом удерживалась от сарказма. Поверь мне, к вечеру ты будешь чувствовать себя намного лучше.

- Ну, не знаю...

- А я знаю! Я, между прочим, тоже болела. Но вот выздоровела, как видишь.

- Ш'гал покосился на Морету с форменной ненавистью, но промолчал. Но наездница еще не могла оставить его в покое. С'линару, взвалившему на свои плечи всю тяжесть непрекращающихся Падений, нужна была помощь. Ш'гал был превосходным ведущим, и его опыт настоятельно требовался Вейрам.

- После Тиллека предстоит Падение в Нерате. Тебе повезло - там вас смогут поддержать наземные отряды.

- Я просто не поверил своим ушам, когда Кадих сказал, что холды не высылают наземных отрядов, - взорвался Ш'гал. - Они там что, не понимают...

- В холдах зато понимают куда лучше чем мы, что такое эта эпидемия. Найди пару минут поговорить с К'лоном. Он сможет кое-что тебе порасказать. - Она встала. - У меня еще много дел. Джаллора говорит, что сегодня ты еще должен лежать. Завтра можешь встать. Если тебе что-либо потребуется, пусть Кадих меня позовет.

- Мне ничего от тебя не надо, - буркнул Ш'гал, укутываясь в шкуру и поворачиваясь лицом к стенке.

Морета ничутиь не возражала оставить его дуться в одиночестве. Она от души надеялась, что Ш'гал предпочтет через три дня вести крылья в бой против Нитей, а не станет валяться в постели, страдая от жалости к самому себе. Возглавить объединенные крылья шести Вейров - непреодолимый соблазн для человека, так ценящего власть, как Ш'гал.

Морета быстро сбежала по ступенькам к вейру Лери - сегодня она запыхалась уже не так сильно, как вчера. Наездница шла туда надеть сбрую на Холх - раз уж ей не удалось отговорить старую всадницу от вылета в составе королевского крыла. Потом надо приготовить лекарства... Запасы Форт Вейра катастрофически уменьшились, и Морета знала, что К'лон приложил к этому руку. Но она не могла заставить себя его остановить.

- Он упал в обморок, не так ли? - злорадно заявила Лери, когда Морета показалась на пороге ее вейра. - И ему не очень-то понравились решения, которые я принимала во время его болезни, так?

- Холх опять подслушивала?

- В этом не было необходимости. Я не знаю другой причины, с чего ты могла бы выглядеть такой раздраженной.

- С тобой мне разговаривать немногим проще! - вспыхнула Морета. Ты же сама знаешь, как ты устала, и тем не менее настаиваешь на своем! Лететь на Падение в такаом состоянии...

- Пока я еще в силах, я не откажусь от удовольствия летать с королевским крылом, - замахала руками Лери. - Сегодня я чувствую себя лучше, чем вчера, чем позавчера, чем в любой день последних нескольких Оборотов! - она подняла кружку с вином.

- Вот как? - Морета многозначительно поглядела на кружку.

- Пока ты не сделаешь новой порции, - с ухмылкой сказала Лери, мне все равно негде взять сока феллиса, не так ли?

- К'лон утверждает, будто знает, где можно достать немного сушеных плодов.

- Понятно...

Обе женщины знали, что многие из припасов К'лона появлялись из холдов не затронутых эпидемией, и потому не испытывавших в них потребности.

Со слезами на глазах Морета сняла со стены упряжь. Ей следует перестать думать об опустевшем родительском холде. Но он стоял у нее перед глазами - дети играют на широком лугу перед главным входом, старые тетушкаи и дядюшки греются на солнце вдоль прочных каменных стен... Змеи и дикие стражи, наверно, уже...

- Морета... - тихий голос Лери. Морета, Холх говорит, что прилетел К'лон.

Наездник, бодрый и полный сил и энергии, вошел в вейр Лери. Морета с удивлением отметила, как сильно загорело его лицо.

- Морета! - воскликнул К'лон. - Ты, я вижу, уже совсем поправилась! В Нерате вполне могут поделиться соком феллиса, - доложил он, - А в Лемосе есть приличный запас аконита и ивового элексира.

- А как себя чувствует А'мури, - с улыбкаой спросила Лери.

- Ему значительно лучше, - радостно объявил К'лон. - Конечно, он все еще очень слаб, но он уелый день сидит на солнце и у него опять появился аппетит.

- Ты неплохо позагорал вместе с А'мури, К'лон, не так ли? - задала новый вопрос Лери.

Морета тут же насторожилась - вопрос был задан подчеркнуто небрежным тоном.

- Ну... - замялся наездник, - когда я находил время...

- Так вот, значит, в чем дело! - воскликнула Морета сделавшая, похоже, то же заключение, что и Лери. - Ты БРАЛ время, чтобы повидаться с А'мури!

- Когда я думаю о том, как я работал... - Рогех тревожно заурчал у входа в вейр.

- Никто ни в чем тебя не упрекает, К'лон, - поспешила успокоить всадника Лери, - Но, мой милый мальчик, ты страшно рисковал. Ты же мог встретить самого себя...

- Но я же не встерил! Я был очень осторожен!

- И колько же часов ты добавил в свои дни? - сочувственно спросила Лери.

- Не знаю! Я не считал часы! Мне ничего другого не оставалось! Как еще я мог выполнить все поручения да еще и найти время слетать к А'мури. А я ведь обещал навещать его каждый день, после обеда. Я не мог не сдержать своего обещания. И не выполнить поручений мастера Капиама я тоже не мог!..

- Поверь нам, К'лон, - сказала Морета, - мы искренне признательны тебе за твою отвагу и ту неоценимую помощь, которую ты оказал лекарям. Но путешествовать сквозь время - дело весьма опасное.

- Ни о чем подобном наш Наставник даже и не заикался, - нетвердым голосом пробормотал К'лон.

- Знание о полетах во времени предается только бронзовым и королевам. Ты, судя по всему, узнал о такой возможности чисто случайно.

- Так оно и было, - кивнул К'лон. - Я опаздывал. Я знал, что А'мури будет волноваться. Я думал о нем, о том, как он ждет меня. Я не мог прилететь вовремя, и в следующий миг - прилетел!

- То-то ты удивился? - Лери улыбалась от уха до уха.

- Я и понятия не имел, как это у меня получилось! - улыбнулся в ответ К'лон.

- И тогда на следующий вечер ты решил попрактиковаться?

Наездник снова кивнул. Видя, что его поступок встречен достаточно спокойно, он и сам несколько успокоился.

- Утром я прилетел к мастеру Капиаму, и он дал мне распорядок моих полетов. После обеда я в Игене, а утром и вечером в остальных местах Перна. Я и правда был осторожен...

- С этой минуты ты станешь еще осторожнее, - сурово заявила Лери. А'мури уже легче... ты сам так сказал. С ним все хорошо. Но вот ты не можешь оставаться в долгу перед самим собой по времени из-за того, что за каждый день проживаешь два. С этой минуты в твоем дне столько же часов, как и в дне любого из нас. Холх присмотрит, чтобы ты не вздумал меня ослушаться. А мы поговорим с мастером Капиамом, и ты станешь бывать вполне законно - в районе Игена чаще, чем раньше.

- Но... но ...

- Ты слишком устал, К'лон, чтобы объективно оценить, на какой риск ты пошел! Всего одна ошибка, - Лери выразительно смерила наездника взглядом, - и ты навсегда лишишь А'мури своего общества. - Лери замолчала, оценивая, какой эффект произвели ее слова на понуро упершего взгляд в пол наездника. Холх предостерегающе заворчала, и К'лон поднял на Лери удивленные глаза. - Можем, можем, не сомневайся, - заверила его Лери при полной поддержке своей королевы, - хотя, мне кажется, в дисциплинарном вопросе ты скорее предпочтешь иметь дело со мной и Холх, чем с Ш'галом и Кадихом.

К'лон умоляюще поглядел на Морету, но та только покачала головой. Может, ему это и не нравилось, но иначе нельзя. И тут Морета целиком и полностью разделяла позицию Лери.

- Сегодня после обеда мы вылетаем на Падение, - упавшим голосом сказал К'лон. - Что я скажу А'мури? Мы и так еле-еле наскребли два крыла, а Иста вообще смог выставить лишь одно крыло да десять всадников на замену.

- Так и скажи А'мури, что тебе надо лететь на Падение. А еще скажи ему, что мы с Моретой весьма обеспокоены тем, как много тебе приходится работать в последнее время... Да, и вот еще что, не говори никому... и никогда... особенно, А'мури, о том, что драконы способны проскальзывать из одного времени в другое.

- Я понял, Лери.

- И? - Лери кивнула в сторону Мореты.

- Я понял, Морета.

- Больше мы на эту тему говорить не будем. Передай А'мури от нас привет. Если бы тут не было так холодно и сыро, я бы предложила перевезти его в Форт Вейр. Но, по-моему, ему сейчас лучше оставаться в тепле, в солнечном Игене.

- Теперь он будет чувствовать себя мучеником, - со вздохом сказала Лери, когда К'лон ушел.

- Лучше так, чем если он и в самом деле им станет.

- Знала бы ты, с каким трудом я оставалась серьезной, - со смехом призналась старая наездница. - Он, между прочим, все рассчитал весьма точно. Если бы не его подозрителньный загар, мы бы нипочем не догадались, чем он занимается!

- У него было слишком много сил! Это просто-напросто неприлично, если учесть, сколько он работает! А вы с Холх сможете за ним проследить?

- Пока он верит, что сможем, это не играет большой роли. Но ты, Лери обратилась к своей королеве, - все-таки будешь присматривать за Рогехом от случая к случаю?.. А сейчас, Морета, если ты наденешь на Холх ее упряжь, мы отправимся на Падение.

Когда все было готово, Морета проводила наездницу и ее дракона к выходу из вейра. Взмыв в небо, Холх присоединилась к двум крыльям - вклад Форт Вейра в защиту Перна от смертоносных Нитей. Провожаемые прощальными криками остающихся в Вейре драконов, крылья ушли в Промежуток. Усилием воли Морета оторвала взгляд от пустых, холодных небес. У нее и на земле хватало дел, и прежде всего следовало приготовитиь сок феллиса, а то его уже совсем не осталось.

Сегодня ее руки дрожали заметно меньше, чем вчера, и это радовало Морету. Конечно, это было хорошо: нож острый, а кожура плода феллиса жесткая и толстая. Когда сок начинал закипать, Морета занялась инвентаризацией запасов. Поразительно, как то, что всего лишь шесть дней тому назад казалось ей огромными запасами, превратилось в жалкие остатки мешочек того, бутылочка сего. Впрочем, раз все всадники Форт Вейра прошли вакцинацию, то большого количества жаропонижающих, отхаркивающих и других лечебных средств, скорее всего, и не потребуется. И хорошо, что не потребуется - в это время года пополнить запасы практически невозможно.

- Как себя чувствует Ш'гал? - спросила она у Орлих.

- Он спит, и Кадих сообщает, что всадник хорошо поел. Он выздоравливает.

Морета отметила про себя безразличие, прозвучавшее в голосе Орлих при упоминании Кадиха. Что ж, сама она тоже не без ума от Ш'гала, и когда Орлих придет пора подниматься в новый брачный полет...

- ХОЛХ ВОЗВРАЩАЕТСЯ !!! Фалга и Тамианх сильно пострадали!

Задержавшись лишь ля того, чтобы снять с огня кипящий сок, Морета выскочила наружу. Холх появилась из Пpомежутка прямо над Звездными Камнями и сразу же устремилаь к своему вейру. Морета бежала вверх по ступенькам. Отшвырнув в сторону пустой бак огнемета, Лери соскочила с Холх.

- Морета! У Тамианх страшный ожог. Лекари справятся с ногой Фалги, но вот крыло Тамианх... , - слезы текли по покрытым копотью щекам старой наездницы. - Давай! Бери мою летную куртку. Вот шлем и защитные очки. Лети!

- Но Орлих не может!

- Зато может Холх! - Лери протянула Морете куртку. - Ты сможешь помочь Фалге и Тамиах больше, чем кто-либо другой. Ты обязана лететь! Холх не возражает, и Орлих тоже. Это срочно!

Не попадая руками в рукава, Морета натянула на плечи слишком короткую для нее куртку. Летный пояс Лери тоже оказался маловат и едва-едва застегнулся на последний крючок. Надвинув на голову шлем, Морета взялась за ремни упряжи Холх, торопясь, чтобы не передумать.

- Прости меня, Орлих!

- Нечего прощать!

- Лети! - кричала Лери.

Холх прыгнула, двигаясь почти так же тяжеловесно, как и готовая отложить яйца Орлих. На мгновение Морета испытала смятение - много Оборотов они с Орлих летали связанные воедино, сливаясь сознанием друг с другом. Как же она сможет теперь понять Холх? Но тут она ее поняла. Вот она, Холх, совсем рядом, а над ними парит разум Орлих... Ревность? Нет, Морета не ощущала никаких отрицательных эмоций - только беспокойство, что Морете не удастся как следует найти общий язык с Холх. Но Морета и старая королева уже чувствовали друг друга, сливаясь в единое целое. Как свою собственность наездница воспринимала усталось Холх и ее решимость во что бы то ни стало помочь Тамианх.

- Спокойно, и не торопись, - ободряюще сказала Морета.

Она представила себе характерный гребень Вейра Плоскогорье зазубренную расческу с семью пиками разной высоты.

- Я знаю, куда лететь, - сказала Холх. - Доверься мне.

- Разумеется... - отозвалась Морета, прекрасно понимавшая, что старая королева значительно превосходила Орлих по опыту. - Перенеси нас к Вейрру Плоскогорье.

Вместо своего обычного стишка Морета на сей раз во время Промежутка пыталась проанализировать различия между двумя королевами. Мысленный голос Холх был старческий и усталый, и одновременно твердый и глубокий - богаче, чем у Орлих. Возможно, когда Орлих достигнет столь же преклонныйх лет, ее голос тоже приобретет такую же удивительную глубину и богатство нюансов.

И вот они уже над Плоскогорьем, и Холх облетает острые пики, и закладывает крутой левый вираж так, что Морета отчетливо видит и землю, и сидящих на ней раненных драконов. Вокруг них - кучки людей, и самая большая - около Тамианх. Приглядевшись, Морета увидела, что королева потеряла хвостовые концы всех трех мембран. Кроме того, у нее на боку красовался страшный ожог.

- Как такое могло случиться? - в ужасе спросила Морета.

- Слишком много забот сразу, - ответила Холх. - А еще ей очень хотелось помочь крыльям.

Она передала наезднице то, что знала о случившемся, и Морету захлестнула бесконечная жалость к израненной королеве. Тамианх поднималась под углом так, чтобы Фалга могла без труда пользоваться огнеметом, но как назло, они внезапно попали в сильный восходящий поток воздуха. Прежде, чем дракон и наездница успели что-либо предпринять, большой клубок Нитей упал на крыдо к Тамианх, а оттуда на ее плечо, задев при этом и ногу Фалги.

Холх не могла повернуться на кончике крыла, как это любила делать Орлих, но старая корлева рассчитала свой полет до сантиметра и, планируя, мягко приземлилась рядом с Тамианх.

- Ты могла бы помочь мне снять ее боль? - спросила Морета у Холх, поспешно спрыгивая на землю.

- Орлих с нами, - с достоинством отозвалась Холх.

Рядом с Тамианх на носилках лежала Фалга. Два лекаря усердно заворачивали ее ногу в повязки, обильно покрытые обезболивающей мазью.

- Тамианх! - позвала Морета, надеясь, что дракон услышит ее, Тамианх! Это я, Морета. Я прилетела тебя лечить!

Тамианх судорожно мотала головой и крыльями, не давая никому приблизиться. Раненное крыло, видимо, причиняло ей невыносимую боль.

- Да держите же вы ее! - заорала Морета во все глотку и всю мощь своего ума.

Другие раненные драконы, как, впрочем, и дежурный дракон, заревели в ответ. Холх, встав на дыбы, распахнула крылья и призывно затрубила. Из вейров вокруг появились драконы - те, чьи больные всадники не смогли вылететь на Падение. И вдруг Тамианх замерла, скованная волей драконов кругом ее.

- Ну давайте же! - закричала Морета в изумлении оглядывающимся людям. - Накладывайте мазь! Быстро!

Схватив лопаточку и горшочек с мазью, она саа принялась за работу, одновременно оценивая тяжесть ранения. В чем-то это травма напоминала ту, что получил Диленх. У того пострадал ведущий передний край крыла и была задета кость, а у Тамианх хотя кость и осталась цела, неповрежденной мембраны осталось совсем мало. Нескоро она поднимется в воздух.

- Мы можем чем-нибудь помочь дракону? - невысокий мужчина с широким подбородком и приплюснутым носом возник как из под земли у ее плеча. Другой мужчина, примерно такого же роста стоял у него за спиной с тревожным выражением на лице, разглядывая пострадавшее крыло. На обоих были пурпурные одеяния лекарей. Морета покосилась на носилки Фалги. - Она без сознания, - поспешил объяснить первый мужчина. - Мы перевязали ее раны. Сейчас для нее все равно больше ничего не сделаешь...

- Мне потребуется тонкая ткань, масло, иглы, стерильная нить...

- Я не из этого Вейра, - сказал мужчина, поворачиваясь к своему спутнику. Тот кивнул, и побежал в сторону низкого каменного здания, где располагались вейры Плоскогорья. - Меня зовут Прессен, - представился мужчина.

- Помоги наложить мазь, Прессен. Вдоль всех костей. Я хочу, чтобы мазь покрывала их толстым слоем, особенно возле суставов. Делай так же, как если бы ты оказывал помощь пострадавшему от Нитей человеку. И рану на теле тоже замажь. И погуще.

Со стороны вейров к ним, торопясь, ковыляла старуха, держа в руках горшочек с маслом. Вслед за ней бежали трое ребятишек. Подошли два перебинтованных всадника... И вдруг у Мореты оказалось больше помощников, чем она могла использовать. Старушка объяснила наезднице, что лекари Вейра умерли, а двое новых абсолютно ничего не знали о том, как лечить драконов. Сама она раньше помогала лекарям, но теперь ее руки начали дрожать... Морета отправила ее за тканью.

К тому времени, как Морета собрала все необходимое для операции, обезболивающая мазь подействовала: так проинформировала всадницу Холх Орлих. Крыло Тамианх значительно превосходило по размерам крыло Диленха, а кусочков мембраны уцелело меньше. С помощью наездников Морета раскладывала сохранившиеся фрагменты по смазанной обезболивающей мазью материи.

- Мне бы в голову никогда не пришло воспользоваться марлей, прошептал Прессен, с восхищением наблюдая, как кусочек за кусочком восстанавливается навсегда казалось бы утраченное крыло.

Наттал, старая экономка Вейра Плоскогорье, заставила Морету на минутку отвечься и поесть супу. "Она знает, - так уверяла экономка, - что Морета только-только встала после болезни, и наверняка еще не успела набраться сил. А если Морета вдруг возьмет да и упадет в обморок, что тогда? Кто поможет бедной Тамианх?"

Несмотря на суп, к тому времени, когда все необходимое было сделано, Морета буквально шаталась от усталости.

- Нам надо возвращаться, - тоном, не допускающим возражений, заявила Холх.

Морета ничуть не возражала, но какое-то смутное беспокойство никак не давало ей расслабиться. Она посмотрела в сторону без движения лежащей на носилках Фалги, окинула взглядом Чашу и раненных драконов.

- Ты очень бледная, Морета, - участливо сказал Прессен касаясь ее руки, - Я уверен, что мы сами справимся с остальными ранениями. Просто... целое крыло! Твоя работа - настоящее чудо!

- Спасибо. Остается только периодически наносить на кости новые порции болеутоляющей мази. Когда на стыках мембраны появится сукровица значит, процесс заживленимя пошел по-настоящему. Впрочем, это вы и без меня знаете.

- Давай скорее! - поторопила Морету Холх.

- Мне пора лететь, - сказала наездница, забираясь на спину королевы.

Холх собралась, и Морета вдруг забеспокоилась: а хватит ли у той сил взлететь прямо с земли. Все-таки возраст... Холх мощным рывком взмыла в небо, и наездница от души надеялась, что королева не уловила ее сомнений. Она поспешно представила себе Звездные Камни Форт Вейра и горный пик, возвышавшийся над ним.

- Пожалуйста, Холх, перенеси нас в Форт Вейр.

Холх вошла в Промежуток еще до того, как они поднялись над краем чаши. Несмотря на толстые кожаные перчатки, Морета почувствовала, как холод въедается в ее руки. Надо было еще раз смазать их маслом перед вылетом! Зеленый дежурный дракон радостно приветствовал их появление.

Холх спланировала к входу вейра Мореты...

- Ты здесь нужна, - сказала она, когда наездница принялась отстегивать летные ремни.

- Я только сниму с тебя упряжь...

- Ты нужна мне прямо сейчас! - в голосе Орлих звучало нетерпение. Я тебя ждала!

- Ну конечно, ждала, любовь моя! И это очень мило с твоей стороны, что ты меня отпустила...

- Лери просит тебя не тратить зря времени, - поторопила ее Холх.

- С Орлих что-то случилось? - забеспокоилась Морета, бросаясь внутрь вейра.

Орлих сидела, вытянув шею, стремясь как можно скорее увидеть свою дорогую и такую необходимую ей сейчас всадницу. Морета влетела в вейр, и крепко обняв королеву за шею, с удивлением отметила, какое довольное лицо у стоящей рядом, до подбородка закутанной в меха, Лери.

- Мы тут все сделали как надо, - сказала старая наездница. - Но чем скорее ты отведешь ее на Площадку Рождений, тем лучше. Я не думаю, что она могла бы прождать тебя еще дольше... Но ведь ты действительно была нужна в Вейре Плоскогорье.

Между извинениями и словами ободрения своей королеве, Морета обpисовала Лери, как обстояли дела с Тамианх.

- Между прочим, - заметила Лери, - никто даже и не знает, что ты куда-то улетала...

- Мне действительно пора, - жалобно скзала Орлих.

Глава 12

Форт холд, Вейры Форт и Плоскогорье, 3.18.43

- Что касается меня, - сказал Капиам, когда затихли отголоски барабанного гула, - то я от души рад услышать хорошую новость.

- Двадцать пять яиц - не слишком-то большая кладка, - трагичным тоном заявил лорд Толокамп.

В последнее время Толокамп стал совсем другим человеком. Те, кто относились к нему доброжелательно, утверждали, что он еще не пришел в себя после смерти жены и дочерей. Но Капиам-то знал, что утешился Толкамп весьма быстро. А после проведенной на скорую руку свадьбы безграничное горе лорда Форт холда вызывало изрядное сомнение. Впрочем, это не мешало Толокампу вовсю использовать свою утрату как оправдание раздражительности и нетерпимости.

- Двадцать пять яиц, одно из которых - королевское - прекрасная кладка для конца Прохождения, - твердо возразил Капиам.

- Морета не должна позволять Орлих снова выбирать Кадиха, - выпятив нижнюю губу, заявил Толокамп. - Ш'гал так сильно болел...

- Это не наше дело, - заметил Тирон, присоединяясь к беседе. - Не то чтобы болезнь наездника как-то влияла на боевые качества его дракона. К тому же, Ш'гал ведет крылья на Падение в Нерате, и, судя по всему, полностью поправился.

- Им следовало бы информировать нас о положении дел в Вейрах, - с тяжелым вздохом сказал Толокамп. - Я так волнуюсь...

- Что касается Вейров, - сдеpживая злость, ответил Тирон, - они с честью выполняют все свои традиционные обязанности.

- Если бы эти наездники не мотались по всему континенту, эпидемии могло бы и не быть!

- А если бы лорды холдов не стремились забить каждый свободный угол своих холдов...

- Сейчас не время для взаимных упреков! - прервал Капиама Тирон. А винить в эпидемии Вейры - по меньшей мере смешно, - добавил он, с раздражением глядя на Толокампа. - Но возвращаясь к теме нашей дискуссии, прерванной добрыми новостями из Форт Вейра, в палаточном лагере есть больные. У нас пока не хватает вакцины, чтобы сделать им прививки, но обычными-то лекарствами мы должны их обеспечить!

- У них есть лекари, - с кислым видом ответил Толокамп. - Так вы мне говорили...

- Лекари тоже могут заболеть, да и они не в состоянии работать без лекарств. У вас, лорд Толокамп, полная кладовая медикаментов.

- Собранных и приготовленных руками моей покойной жены...

- Лорд Толокамп, нам нужны эти лекарства, - Капиам сдерживался из последних сил.

- Для Руата, не так ли? - хищно осклабился Толокамп.

- И не только.

- Иметь необходимые запасы, в том числе и запасы лекарств, - личное дело каждого. А не мое. Я не собираюсь разбазаривать лекарства, которые могут потребоваться моим собственным людям.

- Если уж Вейры, пострадавшие не чета Форт холду, считают возможным делиться тем, что у них есть, то как вы можете отказаться помочь нуждающимся?

- Очень просто. Ответив вам "нет". Никто не имеет права входить в мой холд. Мало ли что случится. И меня не волнует судьба вашего палаточного лагеря - они сами во всем виноваты. Я не собираюсь рисковать своими людьми. Так же, как не собираюсь делиться с кем-либо своими запасами.

- В таком случае я отзываю лекарей из вашего холда, - сухо сказал Капиам, вставая.

- Но... но... но вы не можете этого сделать!

- Может! Еще как можем! - заверил Толокампа Тирон, вставая вслед за лекарем. - Мастера подчиняются своим мастерским, а не холдам. Надеюсь, вы об этом еще не совсем забыли?

Повернувшись, мастера вышли из комнаты.

- Меня просто тошнит от этого лорда, - признался Капиам.

- Я сейчас отзову мастеров. Встретимся в лагере.

- Не думал я, что дело дойдет до этого...

- Толокамп зарвался, - в обычно веселом, мелодичном голосе арфиста звучали холодные, суровые нотки. - Он принимает услуги мастерских как должное. Давно следовало поставить его на место...

- Собери мастеров, - скзал Капиам, - но в лагерь со мной не ходи. Не забывай, обратно нас не пустят. Тебе надо остаться в холде со своими арфистами и руководить моими людьми.

- Мои арфисты, - засмеялся Тирон, - да они почти все уже в том злосчастном легере. Это тебе следует остаться.

- Мастер Капиам...

Из тени возле двери к ним обращалась одна из трех не поехавших в Руат и потому оставшихся в живых дочерей лорда Толокампа. Она не блистала красотой, но в ее широко расставленных глазах читался незаурядный ум.

- У меня есть ключи от кладовой.

- Откуда? - Тирон даже растерялся.

- Лорд Толокамп сразу дал понять свою позицию относительно вашей просьбы поделиться лекарствами. А что до ключей, то я же помогала собирать сырье, а потом и готовить сами лекарства. Вот они у меня и остались.

- Леди?.. - Капиам никак не мог припомнить, как же зовут эту девушку.

- Нерилка, - быстро подсказала она и улыбнулась, словно и не думала, что мастер лекарь сумеет вспомнить ее имя. - Я имею полное право предложить вам плоды своего труда. У меня есть только одно условие...

- Если это в моих силах... - Капиам был готов дорого заплатить за столь необходимые ему лекарства.

- Я хочу покинуть вместе с вами холд и работать в лагере, ухаживая за больными. Мне сделали прививку, так что опасность заразиться мне не грозит. - Она криво усмехнулась. - Лорд Толокамп проявил тогда необчайную щедрость. Но как бы там ни было, я не останусь в холде терпеть унижения от мачехи, которая младше меня. Ей и ее семье Толокамп позволил войти в холд, и однако, он оставляет лекарей и арфистов умирать за воротами.

"И оставил мою мать и сестер умирать в Руате" - она не сказала этого, но и Тирон, и Капиам услышали ее невысказанную мысль.

- Идите за мной, быстрее, - сказала Нерилка, беря инициативу в свои руки.

- А по пути я соберу мастеров, - сказал Тирон, направляясь к главному залу холда.

- Девушка, вы понимаете, что покинув холд без разрешения, особенно когда ваш отец занимает такую позицию по отношению...

- Мастер Капиам, - прервала его Нерилка, - я вообще сомневаюсь, что он заметит мое отсутствие. Тут очень крутые ступеньки, - добавила она, выходя к полутемной лестнице.

Невесть почему, Древние обожали крутые и узкие винтовые лестницы, и во всех первых холдах использовали их для связи разных этажей пещер. Капиам же откровенно ненавидел подобные лестницы и всегда чувствовал себя на них весьма неуютно. Спустившись к площадке, Нерилка повела мастера лекаря направо, затем снова вниз и налево. Капиам уже не имел ни малейшего понятия, где он находится. Еще один поворот налево, и они увидели трех служанок стоявших возле тяжелой деревянной двери.

- Вы вовремя, - кивнула им Нерилка. - Отец любит точность, пояснила она Капиаму, перебирая ключи.

Чтобы отпереть дверь, потребовалось целых три ключа - самых больших в связке. Щелкнули замки, и мастер Капиам оказался в небольшой комнатке с длинными столами, на которых громоздились весы, ступки с пестиками и разнообразные ингредиенты, блестящии емкости и стеклянные бутылки. Здесь Капиам уже бывал в сопровождении леди Пендры - но входил он сюда всегда с другуой стороны. Нерилка открыла еще одну дверь и пригласила лекаря пройти в кладлвые.

Капиам знал, что запасы Форд холда весьма обширны, но никогда не думал, что они так огромны. Со всех сторон к высокому сводчатому потолку поднимались забитые полки - тюки и ящики, связки трав и пузатые бочонки. Капиам мог только заново проклинать преступную скупость Толокампа.

- Смотрите, мастер Капиам, на плоды моих трудов с того дня, как я смогла оторвать лист от стебля и выкопать корень из земли. - Слова Нерилки предназначались лишь для ушей Капиама, - Я не стану утверждать, что это именно я заполнила каждую банку и полку, но мои погибшие сестры наверняка не откажут мне в своей доле. Было бы хорошо, если бы все эти столь тщательно припрятанные медикаменты еще сохранили свою силу, но увы. И коренья, и травы со временем выдыхаются. Так что большая часть того, что вы видите, к употеблению уже не пригодна... Сим, - обратилась она к одной из служанок, - возьми вон те тюки... Мастер Капиам, вот это - Неpилка показала на стоящую в плетеной корзине бутыль - сок феллиса. А еще я прошлой ночью смешала свежую настойку туссилаго... Все правильно, Сим, можете идта. Воспользуйтесь выходом через кухню, а то лорд Толокамп жалуется, что мы, дескать, протираем ковры главного зала.

Подхватив бутыль с соком феллиса, Нерилка вслед за служанками и Капиамом вышла из кладовой в коридор. Она заперла за собой дверь. К тому времени, когда она покончила с третьим замком, служанки, с двумя тюками лекарств каждая, уже скрылись за поворотом. Пораженный Капиам не знал, что и сказать.

- Я бы прихватила с собой и еще - спокойно сказала девушка, - но четырех лишних служанок присоединившихся к обычной, каждый полдень направляющейся к воротам процессии, еще могут не заметитиь, а вот больше...

Только тут Капиам заметил, что она одета в простую грубую тунику чернорабочего.

- Никто не станет бить тревогу, если одна из служанок вместо того, чтобы повернуть обратно, пойдет дальше, в лагерь. Да и на кухне никто не удивится, если мастер лекарь выйдет из кладовых с лекарствами в руках. Вот если вы появитесь с пустыми руками - тогда другое дело.

Она задумчиво покрутила в руках ключи.

- Нельзя угадать наперед, - задумчиво сказал она и спрятала связку в карман на поясе. - У моей мачехи есть другая связка, - добавила она, заметив недоуменный взгляд Капиама. - Она полагает, что ключи есть только у нее одной. - Нерилка улыбнулась, - Она ошибается. Спасибо моей маме... Идите за мной, мастер Капиам.

Покорность дочерей Толокампа являлась темой непрекращающихся шуток среди молодых людей знатного рода, которых леди Пендра приглашала погостить в Форт холде. Нерилка, как вспомнил Капиам, была старшей из одиннадцати сестер. Двое братьев Кампен и Мостар были старше ее, а четверо - младше. Постоянные беременности леди Пендры тоже служили одной из самых излюбленных тем для шуток. Капиаму и в голову не приходило, что у кого-то из отпрысков Толокампа может существовать собственое мнение.

- Леди Нерилка, если вы сейчас уйдете...

- Я не останусь, - твердо ответила девушка.

- ... лорд Толокамп...

- Не станет долго плакать, узнав о моем исчезновении, - она поудобнее перехватила тяжелую бутыль и добавила, - А в лагере я могу принести пользу. Я умею готовить лекарства: и мази, и настойки. Вместо того, чтобы уныло сидеть в темном углу я, наконец-то , займусь настоящим делом. Я же знаю, что лекари не справляются. Каждая пара рук насчету. Кроме того, я в любой момент могу вернуться обратно, - и видя недоуменное лицо Капиама, пояснила, - Не думаете же вы, что ворота - единственный выход из холда? Слуги частенько пользуются и другими. А чем я хуже?

Сквозь невысокую арку они прошли на кухню, и облик Нерилки изменился словно по волшебству. Гордая дочь лорда холда исчезла, словно ее никогда и не бывало. На ее месте появилась сгорбленная, неуклюжая женщина, измученная тяжким трудом, в три погибели согнувшаяся под непосильной ношей.

Они вышли во двор. Стараясь, чтобы это выглядело небрежно, Капиам посмотрел в сторону главного двора холда и центральной лестницы. По ней не торопясь спускался мастер Тирон в окружении лекарей и арфистов, работавших в Форте.

- Он будет наблюдать за ними, а не за нами, - прошептала ему Нерилка, - Ага... запаздалая попытка остановить исход.

Капиам даже задохнулся от негодования. Вслед за Тироном спешили несколько стражников. С этого расстояния мастер лекарь не мог определить, насколько серьезно стражники отнеслись к поручению, возложенному на них Толокампом. Небольшая суматоха на ступенях, и Тирон со своими спутниками пошли дальше. Тем временем Нерилка и Капиам приблизились к границе холда.

Палаточный лагерь был разбит слева от огромной скалы Форт холда, в небольшой долине, невидимой из Форта. Над ним по велению лорда Толокампа построили временную изгородь, бдительно охраняемую стражей. Пройти в лагерь можно было только через приземистое караульное помещение. Трое служанок Нерилки положили свои тюки с лекарствами рядом с корзинами еды, оставленными слугами перед ними.

- Если вы выйдете из холда, мастер Капиам, - напомнила Нерилка, то обратно вас не впустят.

- Мы еще увидимся, леди Нерилка, - пообещал Капиам, - а пока я помогу вам пробраться в лагерь.

Они подошли к караулке, где стражники быстро переносили корзины и тюки на другую сторону загородки, где их терпеливо ожидали обитатели лагеря.

- Мастер Капиам, - почтительно обратился к лекарю начальник караула, - вы не можете...

- Мне хотелось бы только убедиться, что мои медикаменты не постpадают. Передайте, пожалуйста, что эта бутыль легко может разбиться.

- Тут я могу вам помочь, - сказал стражник, подхватывая бутыль и пронося ее через караулку. - Поосторожнее с этим, - крикнул он. - Мастер Капиам говорит, что это лекарство.

Обитатели лагеря пошли собирать переданные им припасы, и стражник поспешно ретировался в караулку. Нерилка, незаметно проскользнувшая у него за спиной, присоединилась к разбиравшим корзины людям. Капиам ждал, что сейчас другие стражники поднимут тревогу: они наверняка заметили, что произошло. Но все было тихо...

Возвращаясь, Капиам думал, что ему и в самом деле никак нельзя покидать его мастерской. Нерилка-то могла с легкостью уйти из своего холда, но главный лекарь Перна должен оставаться на месте. Да, он вполне может отозвать лекарей из Форт холда - это его право как главного мастера лекаря, но в любом случае он дожен находиться там, где с ним смогут связаться лекари, разбросанные по всему континенту...

- Можно взять сукровицу от одной королевы, - говорила Морета Лери, - и нанести на суставы другой. И тебе вовсе не следовало тащиться в такую даль ради сообщения, которое мог передать кто-нибудь другой.

Они стояли у входа на Площадку Рождений. И Морета, и Лери говорили шепотом, хотя, измученная откладкой двадцати пяти яиц, Орлих не обpатила бы на женщин внимания, даже если бы они орали над самым ее ухом. Королева дремала, свернувшись клубком вокруг своей драгоценной кладки. Выглядела она, с точки зрения Мореты, превосходно, и наездница уже не волновалась о ней. Зато теперь ее начинало одолевать беспокойство о судьбе израненной Тамианх. - Этого никто не может сделать, - отмахнулась Лери, - так, во всяком случае, Киланх сказала Холх. И там все совсем не гладко...

- Да уж я думаю, - Морета нервно ходила взад вперед. - Если действительно на этом поврежденном крыле сукровица так и не появилась... Как Фалга?

- Ее все еще лихорадит.

- Но это не та болезнь, я надеюсь?

- Нет. Ее лихорадит от полученных ран. Но с ней все под контролем лекарей.

- Драконьи яйца! Фалга должна знать, как собрать сукровицу! Придется поручить это Киланх и Дионе.

Морета поглядела на спящую Орлих.

- Она проснется еще очень нескоро, - Лери взяла Морету за руку, Собрать сукровицу и нанести ее куда требуется - это ведь займет совсем не долго.

- Орлих доверяет мне!

- Мне тоже. Каждый миг задержки...

- Да знаю я, знаю! - с болью в сердце она думала о несчастных Фалге и Тамианх.

- Если Орлих проснется, то Холх тут же об этом узнает, уговаривала ее Лери. - Твоя королева все поймет. В конце концов, кладка уже закончена.

В Чрезвычайных обстоятельствах, которых в последнее время расплодилось без счета, требовалось предпринимать чрезвычайные меры.

- Холх готова тебя отвезти. Я ее уже спросила...

Морета сдалась. Бросив последний взгляд на свою спящую королеву, она почти выбежала из Вейра. Вскоре, одев летную куртку, шлем и очки, она уже сидела на спине Холх. И снова каждой клеточкой своего тела она ощущала разницу между Холх и Орлих. И несмотря ни на что, Морете упорно казалось, что она каким-то неясным ей самой образом предает свою королеву, летая на другой.

- Летим в Вейр Плоскогорье, - вполголоса сказала она Холх.

Они ушли в Промежуток, едва взлетев. У Мореты даже дух захватило от такого грубого нарушения правил полетов. Но не успела она собраться с мыслями и вспомнить о своем стишке, как они уже парили над Чашей Плоскогорья.

- Орлиз все еще спит, - сообщила Холх, приземлившись. - И Лери, между прочим, тоже.

- Это ты, Морета? - раздался дрожащий голос Дионы. - Скорее! Скорее!.. Да, Прессен, это она!.. Я провожу тебя к Тамианх, - продолжала она без перерыва. - Моя милая Киланах как о ней волнуется...

Когда Морета вошла в вейр, она поняла, почему. Тамианх выглядела скорее зеленой, чем золотой - крыло и рана на боку были просто серыми. Она мелко дрожала.

- Воды! Дайте воды! - срывающимся голосом молила лежащая неподалеку Фалга.

- Это все, что она говорит, - прошептала Диона, заламывая руки.

Прессен, подбежав к Фионе, пытался напоить ее , но наездница резким движением выбила стакан у него из рук.

Ругаясь последним словами, Морета потрогала шею дракона - кожа на ощупь казалась горячей и сухой.

- Воды! Только не Фалге, а Тамианх! Неужели непонятно?! Неужели никому из вас не пришло в голову предложить Тамианх воды?!

- Об этом я как-то не подумала, - всплеснула руками Диона. Киланах тоже все время говорила о воде, но мы все думали, что речь идет о Фалге...

- Воды... - стонала израненная наездница. - Воды...

- Да не стой же ты как истукан, Диона! В соседнем доме у вас кто? Ученики? Прикажи им натаскать сюда воды! Пусть возьмут бак на кухне! Чудо, что Тамианх еще жива! Из всех безответственных, нерадивых, ленивых придурков, которых я когда-либо встречала... - Морета увидела изумленное выражение лица Прессена и заставила себя остановиться. Словами делу не поможешь. - Я не могу летать сюда каждый день контролировать, напоили вы драконов или нет!

- Ну, разумеется, не можешь, - успокаивающе сказал лекарь.

Взбешенная неумехой Дионой, Морета наклонилась над поврежденным крылом. Пара дней без смазки, и разоpванные кусочки мембраны уже не приживутся. На земле под крылом что-то заблестело. Морета присела, и обмакнул пальцы в лужицу вязкой жидкости на полу, принюхалась.

- Прессен! Этот дракон истекает кровью!

- Что?!

Морета постаралась поточнее припомнить, какие инструкции она дала лекарю. Кажется она сказала: замазать рану на боку обезболивающей мазью? Почему же она не проверила рану? И с чего вообще она решила, что в суматохе, царящей в Вейре Плоскогорье, с его новыми, еще неопытными лекарями и измученными всадниками, рану обработают как положено? Вместо того, чтобы самой в этом убедиться, она радостно помчалась домой, гордая мастерски починенным крылом.

- Прессен, это я во всем виновата. Мне следовало самой обработать бок. Дело в том, что в результате ожога были повреждены вены на боку и плече. Обезболивающая мазь скрыла кровотечение. А в итоге сукровица не достигает крыла. Надо как можно скорее восстановить вены. Операция примерно такая же, как было бы у человека. Главное - следить за цветом тканей.

- Вообще-то, хирургия - не мой профиль, - начал Прессен, но увидев трагическое выражение лица Мореты, поспешно добавил, - Но я ассистировал при операциях и могу помочь.

- Мне потребуются хирургические зажимы, нитки, иголки...

- У меня есть все необходимые инструменты. Когда я сюда прилетел, мне передали вещи Барри - лекаря, жившего тут до меня. Он умер, помнишь?

Но Морета его уже не слушала. Мысленно приготовившись к самому худшемиу, она начала осматривать поврежденное крыло. Кое-где поблескивали капельки сукровицы, но ее было куда меньше, чем следовало бы. Но, возможно, если нанести на мембрану сукровицу Килинах, крыло еще удастся спасти. Обезболивающая мазь, котрую Прессен накладывал не жалея, хоть не дала крылу высохнуть. Как только вены Тамианх будут приведены в порядок и несчастная королева наконец-то напьется...

Морета, а вслед за ней и Прессен тщательно смазали руки маслом.

- Прежде всего нужно очистить рану от мази. Похоже, повреждения вот здесь, здесь, и вот тут, почти у сердца... - В четыре руки они принялись осторожно снимать мазь. Тамианх содрогнулась. - С таким количеством мази она просто не может ощущать боли... Ага! Видишь, где сочится сукровица? Ее отец всегда разговоривал, когда лечил раненных коней. Многое из того, что она узнала от него в детстве, ей удалось впоследствии применить к драконам. Не следовало бы, конечно, думать об отце в такую минуту, но эта привычка постоянно комментировать свои действия поможет ей обучить Прессена. Должен же хоть кто-то в Вейре знать, как лечить не только людей, но и драконов. - Вот первый разрыв. У твоей левой руки, Прессен, должен находиться второй. А вон там - третий, крупная вена, ведущая к сердцам. Морета протянула руку за ниткой с иголкой, которые тем временем подготовил Прессен.

- Цвета и в самом деле другие! - воскликнул лекарь. - Ткани выглядят совсем не так, как человеческие...Слушай, у нее в крыло поступало хоть немного крови ? - его ловкие пальцы быстро сращивали концы пережженой Нитью крупной вены.

- Поступало, но далеко не достаточно.

- Воды! Воды! Я хочу пить, - рыдала Фалга.

- Можно поручить хоть что-нибудь этой дуре или нельзя! - взорвалась Морета. - Тут же в двух шагах целое озеро !

Но тут послышался какой-то шум, звон металла, плеск наливаемой воды. Со своего места Морета не видела, что происходит, но все и так было ясно.

- Клянусь яйцом! Она сейчас выпьет все, что мы принесли! - услышала Морета голос Наставника Плоскогорья - наездника по именит Кр'нот. - Ей нельзя пить много сразу, так что не слишком спешите принести еще, ребятки. Я могу чем-нибудь помочь? - он проскользнул под крылом Тамианх и замер, в изумлении уставившись на Морету.

- Я полагал, что твоя королева сидит на кладке?..

- Все так, но эта могла умереть... - и она показала лужу крови на полу.

- С'лигар заболел, несмотря на вакцинацию. Правда, не тяжело, - с горечью в голосе объяснял Наставник.- Но...

- Никто не виноавт, Кр'нот. Все устали, делаем по двадцать дел сразу... Мне следовало осмотреть рану еще два дня тому назад!

- Иногда мне кажется, что это всего лишь привычка к борьбе не дает нам сдаться и помереть от усталости, - пробормотал Кр'нот.

- Возможно, ты и прав... Ну вот! Это все. Спасибо. Прессен. Из тебя получится отличный лекарь Вейра.

- Как только я привыкну к столь крупным пациентам, - усмехнулся Прессен.

- А сейчас ты узнаешь еще одну очень важную процедуру, применяемую при лечении драконов. - Выбрав самый большой шприц, она аккуратно присоединила к нему игольчатый шип. - Диона!

- Нет, нет! - заголосила всадница, увидев приближающихся к ее королеве Морету и Прессена. - Тамианх выглядит уже гораздо лучше. Ей больше ничего не надо...

- Ей безусловно лучше, но если мы не смочим швы свежей кровью, она никогда больше не поднимется в воздух. Холх, объясни Киланах в чем дело.

- Это займет совсем не много времени, и ничуть не повредит Киланах, - добавил подошедший к ним Кр'нот. - Ну как тебе не стыдно! - воскликнул он, когда Диона попыталась загородить огромную королеву своим телом.

Сама королева явно относилась к предстоящей операции совсем не так, как ее наездница. Она даже услужливо подставила Морете крыло.

- Смотри, Прессен. Видишь, вот тут вена пересекает кость? - лекарь кивнул. - А теперь делаем вот так... - острая игла вошла в вену так плавно, что дракон даже и не почувствовал укола. Морета быстро наполнила шприц кровью.

- Очень интересно, - пробормотал Прессен, не отрываясь наблюдавший за процедурой.

Оба они не обращали ни малейшего внимания на беспрерывные причитания Дионы и увещевания Кр'нота.

- А теперь, - продолжала объяснения Морета, возвращаясь к Тамианх, - мы нанесем собранную нами кровь на стыки мембраны и на хрящи. Видишь, какие они сухие? А вот здесь, возле плеча уже появилась влага. Это результат нашей с тобой работы! Мы еще спасем крыло! - и она улыбнулась лекарю.

- И Фалга наконец-то заснула, - улыбнулся в ответ Прессен.

- Холх? - мысленно позвала Морета, помня и о других своих обязанностях.

- Они спят, - невозмутимо отозвалась Холх.

- Кр'нот, Прессен, мне надо возвращаться в Форт. Вы проследите за тем, как заживает крыло? Ты, Прессен, теперь знаешь, как набрать кровь и куда ее надо наносить. Ты же, Кр'нот, знаешь, когда это следует делать. Как только возникнет необходимость, сразу же скажи об этом лекарю. Договорились?

- Договорились, - серьезно кивнул Наставник. - И, однако, тебе, наверно, не следовало оставлять свою королеву, - добавил он, с сомнением качая головой.

- Знаешь, Кр'нот, порой наступает момент, когда "следовало" или "не следовало" имеет крайне слабое отношение к твоим поступкам. Я была здесь нужна. За мной послали. Я прилетела. Теперь я возвращаюсь домой. Вот и все. - Наставники, все до одного, почему-то отличались непоколебимой уверенностью в своем полном праве критиковать всех и каждого в Вейрах. Порой весьма полезное для окружающих свойство, но далеко не всегда приятное.

Подмигнув на прощание Прессену, Морета, перепрыгивая через ступеньки, помчалась туда, где ее дожидалась Холх.

- Можешь так не торопиться, - успокоила ее королева. - Они все еще спят.

- Чем и мы займемся, как только доберемся до Форт Вейра, пообещала ей Морета, забираясь на спину дракона. - Возвращаемся домой, Холх.

Королева послушно расправила крылья и через миг, едва оторвавшись от земли, они уже ушли в Промежуток. Еще мгновение, и они уже планировали к входу в вейр Лери. Соскочив с Холх, наездница опрометью кинулась к Площадке Рождений, на бегу от всего сердца благодаря королеву за оказанную услугу. К огромному облегчению Мореты, за время ее отсутствия Орлих не изменила даже наклона головы - так крепко она спала. Что же касается Лери, то старая всадница спала ничуть не менее крепко, причем на постели Мореты.

Глава 13

Холд Руат и Форт Вейр, 3.19.43

Алесану пришлось остановиться. Пот градом катился по его вискам, заливал глаза. Палец за пальцем отцепив руки от рукояток плуга, он поднял глаза на тяжело дышащих коней. "Еще один такой день, - подумал он, - и они окончательно забудут, что это такое - скачки". Впрочем, вчера он думал то же самое. Была какая-то высшая справедливость в том, что ему, ослушнику отеческой воли, пришлось-таки запрячь в плуг своих скакунов. И однако, из ТОЙ породы не выжил ни один конь. Тяжеловесы, способные везти самый тяжелый груз или тащить плуг, оказались особенно подверженными инфекции. В итоге, в живых остались только легкие, жилистые скакуны... Во всяком случае, до тех пор, пока Алесану не пришлось запрячь их вместо более мощных, но менее стойких собратьев.

Землю следовало вспахать, зерно посеять: жителям холда была нужна пища. И неважно, как лорд холда ее добудет. Они добрались до конца поля и, навалившись на рукоятки, Алесан развернул плуг. Он поглядел на проложенные им борозды - пусть немного неровные, но достаточно глубокие. Идет работа... Он окинул взглядом окрестности. На северной дороге он заметил всадника. Алесан пригляделся и, как ему показалось, различил голубые цвета арфиста. Похоже, это Туэно возвращается после осмотра северных холдов. У кого еще хватит смелости посетить Руат?

- Это все эпидемия виновата, - объяснял арфист. - Здесь в Руате, она поистине показала, на что способна. Пока мастер Капиам не вакцинировал всех и каждого в холде, я думаю, будет не так уж много желающих посетить Руат. И даже тогда они поостерегутся приводить с собой коней - очень уж много их тут погибло.

И все-таки что-то следовало было делать: пахать-то надо...

После долгих дискуссий с Туэро, Дифером и Оклиной (его совет холда) стало ясно, что самому Алесану Руата покидать никак нельзя. Никто, кроме него, не мог обеспечить порядок в холде. Самому Алесану очень не хотелось послать в путешествие по холдам Туэро - арфист только-только встал с постели. Но спорить с Туэро было совершенно невозможно; именно поэтому он и являлся арфистом, - пояснил сам Туэро, - именно поэтому и следовало послать именно его, и никого другого. Несколько дней на свежем воздухе пойдет, мол, ему только на пользу. С другой стороны, что Туэро делать не мог, так это пахать. Алесан не поверил ни единому слову арфиста, но послать все равно больше было некого.

Алесану не терпелось узнать, с какими новостями вернулся арфист, но он заставил себя вернуться к работе. Поле почти сделано. Он обязан его закончить! Вот вспашет, и тогда пойдет поговорить с Туэро... Здорово было бы, если бы арфист вернулся в холд, ведя за собой на поводу хотя бы пару крепких коней, но увы! Туэро вернулся один. Ничего не поделаешь... Еще две борозды - и все...

Он повел усталых скакунов к конюшне, а на вспаханное им поле вышли сеятели. Какой-никакой, но урожай с этого поля они снимут. Несмотря на эту проклятую эпидемию... Конечно, снимут, если не подведет погода, или не навалится какая-нибудь новая напасть - скажем зарывшаяся и начавшая размножаться Нить.

К удивлению Алесана, Туэро дожидался его у входа в конюшню. Он сидел на перевернутом ведре и улыбался.

- Я видел тебя за работой, Алесан, - сказал вместо приветствия. Твои борозды стали прямее, чем раньше.

- Это еще не предел, - усмехнулся Алесан.

- Твой пример вдохновил многих! Твои труды и твоя отвага уже вошли в легенды холда! - Туэро имел привычку, что порой начинал разговаривать так, словно рассказывал старинную балладу. - Твои старания сослужат хорошую службу...

- Ты не привел с собой коней, - заметил Алесан. - Или у тебя плохие новости?

- Ничего такого, о чем ты сам бы не знал... Я своими собственными глазами убедился в пустоте амбаров и конюшен в северных холдах, принадлежащих Руату...

- Ну и... - Алесан всегда предпочитал узнать сразу все новости, как бы они ни были плохи.

- Ну, во-первых, ты не единственный, кто начал обработку земли... Туэро махнул рукой куда-то в сторону севера. - Но кое-где жителям пришлось ох, как не легко. Кое-кто из твоих гостей отправился домой до введения карантина. И они принесли с собой с Собрания вирус. У меня есть список погибших... Говорят, что кому нужно, что кому жизненно неоходимо и кому чего хочется. А еще по дороге домой мне в голову пришла одна мысль, которая, возможно, несколько смягчит то удручающее впечатление, которое, наверно, сложилось у тебя от моего рассказа.

- Я оказался прав насчет того, что люди побоятся приходить в Руат. Я оказался прав относительно их нежелания присылать сюда коней, как они полагают - на верную смерть. И неважно, сколько мы готовы им заплатить. Мне не так-то просто было их уговорить впустить в холды Скинни. Они очень боялись.

- Чего?

- Что он разносчик инфекции.

- Но ведь этот конь пережил эпидемию! Он болел и выздоровел!

- Абсолютно верно. Он выжил, так же, как ты и я. Что касается меня, то я поправился чуть быстрее, так как мне сделали инъекцию. Ту самую сыворотку. А теперь скажи, как по-твоему, не будет ли сыворотка от выздоровевших коней предохранять других лошадей от инфекции, так же, как она предохраняет теперь людей? Если эта моя идея верна, то у вас лорд Алесан, полное поле лекарства. И прекрасный материал для торговли впридачу.

Алесан глядел на Туэро, мысленно проклиная себя за тупость. И как это ему раньше не пришло в голову, что коней тоже можно вакцинировать?!

- Мне до смерти стыдно, что я сам об этом не подумал, - признался он ухмыляющемуся до ушей арфисту. - Пошли скорее, надо немедленно поговорить с лекарем Фолленом. Сейчас, только поставлю этих коней в стойла...

Фоллена они нашли, как того и следовало ожидать, в главном зале, где тот ухаживал за больными. Обычно Алесан старался сюда не входить запах лекарств, тяжелое дыхание и стоны больных служили горьким напоминанием о печальном гостеприимстве холда Руат.

- Предположение звучит вполне разумно, - сказал Фоллен, когда Алесану и Туэро, наконец удалось заставить его выслушать возникшую у арфиста мысль, - но я не специалист по животным. Я ведь не ветеринар. Вот главный мастер скотовод... Ах, да, я и забыл... Но должен же оставаться кто-то в Керуне, кто может ответить на ваш вопрос?

- Слишком поздно, чтобы посылать барабанное сообщение в Керун, вздохнул Туэро. - Они там уже давно спят.

- Пожалуй, есть кое-кто, способный дать нам квалифицированную консультацию, - задумчиво проговорил Алесан. - И поближе, чем в Керуне... Надо связаться с Форт Вейром. Морета наверняка знает, можно ли вакцинировать коней...

* * *

Морета донельзя удивилась, узнав о необычной просьбе. О нарушении карантина вопрос не стоял: Алесан специально подчеркнул, что и он сам, и сопровождающий его арфист Туэро уже преболели и вполне попавились. Не было никаких причин отказывать им во встече, даже наоборот, Морете было до смерти любопытно, что же такое заставило лорда Руата срочно просить разрешения прилететь в Форт Вейр. Да и Орлих ничуть не возражала против посетителей: пусть себе полюбуются ее кладкой и особенно ее драгоценным королевскм яйцом.

Морета рассказала Орлих о своем полете в Вейр Плоскогорье, и та целиком и полностью одобрила поведение своей наездницы.

- Со мной же оставалась Лери, - сказала королева, - А Холх - с тобой. Кроме того, я спала...

В общем, Морета, не долго думая, попросила М'барака слетать в Руат. И вот на пороге Площадки Рождений появился лорд Алесан. А рядом с ним высокий мужчина в голубой тунике арфиста. Ухмыляясь нерешительности гостей, М'барак жестом пригласил их следовать за ним, туда, где временно обосновалась Морета. Орлих искоса поглядывала на пришельцев, но ничуть не возражала против их появления на Площадке.

"Как же он изменился", - подумала Морета. Тот уверенный в себе, красивый жизнерадостный парень, котоpый приветствовал ее на Собрании каких-то восемь дней тому назад остался, похоже, только в воспоминаниях. Алесан страшно похудел, и его короткие волосы казались какими-то всклокоченными. На его изможденном лице пролегли глубокие морщины - следы горя и непомерных забот.

- Это Туэро, - представил Алесан своего спутника. - Он очень помог мне во время... после Собрания... У него появилась одно идея, которая мне лично кажется вполне реальной. Мы сейчас не можем связаться с Керуном, вот я и подумал, не сможешь ли ты оценить, сработает она или нет?

- И что это за идея? - спросила Морета, несколько сбитая с толку его сухим, формальным тоном.

- Туэро, - Алесан слегка поклонился в сторону арфиста, - подумал, нельзя ли из крови выздоровевших коней приготовить вакцину, чтоб иммунизировать тех, что не болели.

- Ну разумеется, можно! Ты что, хочешь сказать, что это до сих пор не сделано?! - чувствуя что-то неладное, Орлих тревожно заурчала, настороженно оглядываясь по сторонам.

- Нет, - ответил Алесан. - Ни у кого руки не дошли. Было много более важных дел. - Он говорил без горечи, а спокойно, просто констатирую суровую жизненную правду.

- Ну да, конечно, - Морета попыталась собраться с мыслями. - У вас есть лекари?

- Несколько человек.

- Из конской крови можно приготовить сыворотку точно так же, как и из человеческой. И метод точно такой же. Только у коня можно взять больше крови, чем у человека, но и вакцины следует вводить больше - сообразно массе тела. Чем тяжелее...

Алесан приподнял одну бровь, и Морета с опозданием вспомнил, что теперь в Руате нет тяжеловозов.

- У вас случайно не найдется лишних игольчатых шипов? - спросил Алесан, нарушая установившееся молчание.

- Найдутся, - кивнула Морета, готовая отдать молодому лорду Руата все, в чем тот нуждался.

- Нам обещали прислать припасы из других холдов, - вмешался Туэро, но пока мы не сможем уверить людей, что в Руате каждый человек и каждый конь иммунизированы, к нам никто не поедет.

Морета понимающе кивнула.

- М'барак, - повернулась она к наезднику, - проводи, пожалуйста, лорда Алесана и арфиста Туэро в наши кладовые. Пусть возьмут все необходимое.

- Я сейчас вас догоню, - сказал Алесан Туэро и М'бараку. Вообще-то я прилетел сюда, не рассчитывая получить настоящее сокровище, обратился он к Морете. Взамен я могу предложить тебе лишь твое же собственное платье. - С низким поклоном он протянул Морете коричневое с золотом платье - то самое, что было залито на Собрании грязной водой.

Морета погладила дорогую ткань. Ее руки дрожали. Она вспомнила скачки, танцы, ее радость от Собрания, Собрания такого, каким оно и должно быть, ее восхищение великолепным вечером, которого ей никогда не забыть. Все горе и печаль, накопившиеся за эти дни, комом встал и в ее горле, и не в силах больше сдерживаться, Морета горько зарыдала.

Она схватилась за Алесана, ища у него поддержки и опоры. Его одежда пахла потом и сырой землей. Как-то из далека, словно с другого конца материка она заметила, что молодой лорд тоже плачет. Так они и стояли обнявшись и рыдая, утешаясь и утешая друг друга.

- Вам обоим нужно было выплакаться, - прошелестел в голове Мореты голос Орлих.

Морета пришла в себя первой. Крепко обняв Алесана, она зашептала ему на ухо слова утешения и поддержки, повторяя все те же бесконечные похвалы отваге и стойкости лорда Руата, которые донес до нее К'лон. И понемногу рыдания начали стихать, и с последним горестным вздохом Алесан наконец-то освободился от тяжкого груза печали, страданий и бессилия. Его морщины не разгладились, но молодой лорд стал уже не таким хмурым и пессимистичным. Так, во всяком случае, показалось Морете.

Они поглядели друг другу в глаза. Подняв руку, Алесан нежно стер слезы со щек наездницы. Он крепче прижал ее к себе, и Морета, запрокинув голову, приняла его поцелуй, думая тем самым наложить последнюю печать на их общее горе. Они никак не ожидали вдруг охватившей их страсти: Морета потому, что просто не привыкла думать ни о чем таком, Алесан - потому, что полагал себя эмоционально опустошенным после всего случившегося в Руате.

Орлих благодушно урчала, но Морета ничего не слышала. Ее с головой захлестнул огненный шквал эмоций, ощущение прижавшегося к ней тела, чувство жизненной силы... Даже во время ее первой любви с Талпаном она не испытывала ничего подобного. Ей хотелось, чтобы это мгновение длилось целую вечность.

Медленно и неохотно Алесан оторвался от ее уст. Он услышал мелодичное урчание королевы и удивленно поглядел в ее сторону.

- Она совсем не против! - пораженно воскликнул он, только сейчас понимая, как рисковал.

- Если бы возражала, ты бы давным-давно об этом узнал, - засмеялась Морета. Радость и счастье, поднявшиеся из невесть каких глубин ее души, наполняли ее до самых краев.

Урчание Орлих перешло в торжествующую трель - ну, насколько драконья глотка способна на трели. Морета неохотно сделала шаг назад.

- И все это слышат? - печально улыбаясь, спросил Алесан.

- Ну, возможно, кто-то решит, что Орлих так выражает свою радость по поводу успешной кладки...

- Твое платье! - Алесан с готовностью ухватился за повод броситься на помощь измятому, выпавшему у них из рук платью. Он как раз поднял его и протягивал Морете, когда на площадке появились Туэро и М'барак.

- У вас столько дел, лорд Алесан, - учтиво сказала Морета, сама поражаясь своей выдержке, - Как это мило с вашей стороны, что вы вспомнили о моем бедном платье.

- Если простая любезность вернуть вам то, что вы у нас оставили вознаграждается вами с такой щедростью, вы можете оставлять у меня все, что вам только угодно - глаза Алесана весело блестели, когда он это говорил, но показывал он при этом на большой тюк, который держал в руках Туэро.

Морета в ответ могла только рассмеяться.

- И я взял еще далеко не все, что нам требовалось, - признался арфист, с улыбкой глядя на лорда Руата. - И так, еще немного - и ваши кладовые остались бы совершенно пустыми, - сообщил он Морете.

- Ну нам-то проще пополнить их, чем вам, - отмахнулась наездница. Как я говорила лорду Алесану, мне кажется в старых летописях было что-то о вакцинации животных, хотя деталей я уже не помню. Я бы для начала попробовала сыворотку на каком-нибудь не слишком ценном коне...

- Сейча в Руате не осталось не слишком ценных коней, - быстро сказал Алесан. - У меня не остается другого выхода, как пробовать. Пpобовать и надеяться, что вакцина подействует на коней не хуже, чем на людей.

- А вы посоветовались с мастером Капиамом? - спросила Морета.

- Это ты, Морета, знаешь, что и как с конями, а вовсе не мастер Капиам. Зачем будить его, если вся идея окажется неосуществимой.

- По-моеу она очень даже осуществима. - Морета взяла Алесана за руку, стремясь хоть на миг вернуть то сладостное мгновение единения. По-моему, вам следует немедленно поставить в известность мастерскую лекарей. И не забудьте мне рассказать, как у вас пойдут дела.

Алесан почтительно поклонился, и под предлогом вежливого рукопожатия погладил ее ладонь.

- Можете в этом не сомневаться.

- Я знаю, что Оклина жива, - сказала Морета, когда Алесан и Туэро уже собрались уходить, - Но как Даг, и Визгун?

- А с чего бы еще я так отчаянно стремился во что бы то ни стало вакцинировать своих коней? Визгун, вполне вероятно, последний жеребец, который у меня еще остался.

Выходя с Площадки, Алесан низко поклонился Орлих, и королева снова заурчала. С удивленным выражением на лице Туэро поспешитл за лордом. М'барак следовал за ним по пятам.

Чувствуя странную слабость во всем теле, Морета уселась на каменную скамью. Она думала о том, есть ли хоть малейший шанс на то, что Лери и Холх не заметили происшедшее на Площадке.

Глава 14

Мастерская лекарей, холд Руат, Форт Вейр, холд Иста, 3.20. 43

- Смотри на это как на своего рода испытание, - посоветовал мастер лекарь Капиам мастеру арфисту Тирону.

- Испытание?! - негодующе вскричал Тирон. - Нам что, мало испытаний досталось за прошедшие десять дней?! Пол-континента лежит при смерти, вторая - до полусмерти боится, малейший чих вызывает панику, а наездникик еле-еле ухитряются справиться с Нитями. В каждом ремесле мы потеряли назаменимых мастеров. И ты предлагаешь мне рассматривать твои новости как еще одно испытание? - Тирон возмущенно глядел на лекаря. Он стоял уперев руки в боки в типичной, как это называл Капиам, "позе недовольного арфиста". Немного смешная поза, и Капиам старался не смотреть на сидящую рядом с ним Дездру, с которой он только накануне поделился этим своим наблюдением. Повод для заявления Тирона и впрямь не мог служить причиной особого веселья.

- Разве не ты говорил мне только сегодня утром, - продолжал Тирон своим зычным, гулким голосом, - что на всем континенте за вчерашний день не было отмечено ни одного нового случая болезни?

- Говорил, - согласился Капиам, - Хотя, по правде сказать, мне станет легче, когда ни одного случая не будет зарегистрировано в течение хотя бы чеырех дней подряд. Но как бы там ни было, все это означает всего-навсего, что волна инфекции проходит. Но "грипп" - как называли древние эту болезнь - может вернуться. И меня очень беспокоит следующая волна.

- Следующая волна? - Тирон смотрел на лекаря, явно надеясь, что ослышался.

Капиам вздохнул. Ему вовсе не хотелось пускаться в объяснения. Особенно сейчас, когда он еще окончательно не решил, что делать. Люди всегда спокойнее встречают грозящую им опасность, когда заранее знают, как с ней бороться. Он уже почти закончил подсчеты, сколько потребуется вакцины и всадников /считая, что они хотят избежать повторения прошедшей эпидемии не меньше, чем он сам/ для ее распределения по холдам и мастерским. Но ученики никогда не умели держать язык за зубами, и вот теперь изволь объяснять, почему лекари по прежнему собирают кровь и готовят сыворотку, когда новых случаев болезни уже нет.

- Следующая волна? - похоже, не веря своим ушам, повторил Тирон.

- Ну, разумеется, следующая волна, - вмешался в разговор мастер лекарь Фортайн, - Пока что мы нашли в Летописях четыре упоминания о подобном "гриппе". Он, между прочим, способен мутировать. Сыворотка, помогающая от одного вида, может оказаться бессильной против другого.

- Боюсь, что эти детали не очень-то интересны мастеру Тирону, мягко прервал его Капиам. Не стоит сеять панику. Сам он от всего сердца надеялся, что если удастся иммунизировать всех и каждого на континенте от вируса одного типа, то справиться со вторым окажется значительно легче. Особенно теперь, когда симптомы заболевания стали всем прекрасно известны.

- Эти ваши детали интересуют меня куда больше, чем вы можете себе вообразить, - буркнул Тирон, тяжело усаживаясь на стул перед столом Капиама. - Подавайте их сюда! - потребовал он.

Капиам почесал затылок - привычка, появившаяся у него после болезни.

- Ты знаешь, что мы искали в летописях хоть что-нибудь об этой болезни. Так вот, мы нашли четыре упоминания об этом "гриппе", как периодически возникающей болезни еще до Миграции. Даже до первой миграции.

- Давай не будем трогать политику.

- А я и не трогаю, - покачал головой Капиам. - Но я всегда считал, что ты тоже придерживаешься теории двух Миграций... В общем, - посешно продолжал он, заметив, как недовольно сдвинул брови арфист, - все дело в том, что наши предки принесли с собой ряд вирусов, уничтожить которые не могли даже они.

- А некоторые из этих вирусов, кроме того, - добавил Фортайн, необходимы для нормальной работы человеческого организма.

- Да, - кивнул Капиам, - кое-каких инфекций нам действительно не избежать. Мы просто обязаны остановить вторую волну этого их "гриппа". А она может возникнуть. Сейчас. Здесь. На этом континенте. Как это, несомненно, происходит на Южном. Мы на своей шкуре поняли, что для начала эпидемии достаточно всего одного носителя инфекции. Мы не можем этого допустить. У нас нет ни лекарств, ни сил справиться с новой эпидемией.

- Это я знаю не хуже тебя, - раздраженно заметил Тирон. - Ну и что дальше? Говорят ли твои драгоценные Летописи о том, как поступали в подобноых случаях Древние?

- Поголовная вакцинация.

Тирон даже не сразу понял, что Капиам говорит серьезно.

- Поголовная вакцинация? Всего континента? - Тирон не верил своим ушам. - Но, кстати, меня же уже вакционировали!

- Этот иммунитет продержится не более четырнадцати дней. Так что сам понимаешь, времени у нас не так уж и много... В Керуне и Игене, где мы проводили вакцинации раньше всего, она уже совсем подходит к концу. Страшно даже подумать, что может произойти, если мы не сумеем иммунизировать всех, кто может стать разносчиком гриппа. И в этом наше испытание. Моя мастерская готовит необходимую сыворотку и договаривается о транспорте, твоя не дает возникнуть панике.

- Паника? Вот уж это точно! - Не поворачиваясь, Тирон ткнул пальцем в сторону Форт холда, где лорд Толокамп упорно отказывался даже высунуть нос за пределы своих апартаментов. - По правде говоря, сейчас паника может оказаться пострашнее эпидемии.

- Точно! - кивнул Капиам. - Мы должны действовать быстро и решительно. Если в Игене, Керуне, Телгаре или Руате останется хоть один разносчик инфекции... - он не закончил предложения. - В общем, чтобы предотвратить вторую волну эпидемии, нам следует провести вакцинацию прямо сейчас, в течение следующих нескольких дней. - Капиам повернулся к подготовленным им картам. - Часть Лемоса, Битра, Кром, Набол, верхний Телгар, Плоскогорье и Тиллек были отрезаны от окружающего мира с начала холодов. Мы можем вакцинировать их попозже: уже после того, как сойдет снег, но до того, как начнуться весенние дожди и жители этих холдов выберутся на свободу. До тех пор мы можем ограничиться этой частью континента. - Капиам указал на южную часть, - Установленная на Перне на время Прохождени социальная структура дает нам ряд возможностей. Например, мы можем без особого труда следить за всеми перемещениями людей. На сегодняшний день мы довольно точно знаем, сколько человек пережило первую волну эпидемии и кого мы успели и сумели вакцинировать. В итоге, все упирается в одну-единственную проблему: распределение и развозка вакцины в назначенные дни. Для осуществления нашего замысла придется обратится за помощью к наездникам. Именно на них будет возложена задача доставить вакцину в точки, отмеченные на этой карте.

- Ты не дождешься помощи от М'тани из Телгара. От Л'бола в Игене мало толку - там всем заправляет Виммиа. Хорошо еще, что на каждое Падение сейчас вылетают сразу все Вейры... Вот Ф'гал, наверно, согласится помочь...

- Всю необходимую помощь окажут Морета, С'лигар и К'дрен, - покачал головой Капиам. - Я только хотел лишний раз подчеркнуть, что все это нужно сделать прямо сейчас. Мы можем остановить грипп. Без новых жертв инфекция погаснет, умрет.

- Как Нити?

- Есть что-то общее, - подумав, согласился Капиам, - Достаточно одной Нити, чтобы заполнить все поле, весь континент. Достаточно одного носителя инфекции, чтобы началась эпидемия.

- Или одного дурака-капитана, которму не терпится первому ступить на землю южного континента...

- Что ?!

Тирон вытащил из-за пазухи потрепанный судовой журнал.

- Я как раз собирался обо всем тебе рассказать, Капиам. Один из твоих лекарей, мастер Бурдион, передал мне этот журнал. Мне так хотелось точно знать, что и как произошло.

- Я помню, - кивнул Капиам, - ты терзал меня своими вопросами даже когда я болел.

- Ну так вот, - продолжал Тирон, - Не было никакого плавающего на бревне животного. Они высадились на Южном континенте. Мастер Бурдион был болен и от нечего делать взял почитать судовой журнал "Виндтосса". Бурдион достаточно долго прожил в морском холде и неплохо разбирался в штурманских записях. В общем, он утверждает, что мастер Варни, капитан "Виндтосса" был человеком честным. Он отметил в судовом журнале шквал, в который попал его корабль, и то, как они сбились с курса. Здесь все в порядке. Но вот высаживаться на берег им не следовало. Исследование Южного континента планировалось провести после окончания Прохождения. И осуществляли бы его совместно все холды, мастерские и Вейры. Но мастеру Варни и его матросам хотелось стать первопроходцами. Они простояли у берега на якоре целых три дня!

- Да уж, - вздохнул Фортайн - мастер Варни и впpямь позволил себе лишнее. Но тогда, возможно, животное тут и ни при чем. Почему бы морякам не заразиться гриппом напрямую?

- Это возможно только в том случае, если на Южном континенте живут люди, - скзада Капиам.

- В судовом журнале ни о чем подобном не упоминается, - покачал головой Тирон.

- А вы уверены, что "Виндтосс" побывал именно на Южном континенте? - спросила Дездра.

- Да, - заверил ее Тирон. - Указанные в журнале координаты действительно соответствуют Южному континенту. Кроме того, знающие люди заверили меня, что на наших морях просто не существует места, достаточно мелководного, чтобы бросить якорь, кроме как берега континента.

- Здесь говорится, - заметила Дездра, читая журнал, - что им пришлось починить мачту, поврежденную во время шторма. И что, дескать, они использовали подручные материалы.

- Так в нем написано, - криво усмехнулся Тирон, - Я ничуть не сомневаюсь, что попутно они занимались и ремонтом. Но Бурдион в своей записке написал мне, - ... ага... "Я обнаружил скорлупу орехов необычайной величины, а на камбузе гниющие куски какого-то неведомого мне плода".. В общем, - подытожил Тирон, - не вызывает сомнений, что "Виндтосс" и впрямь побывал на Южном континенте. И вот к чему это привело...

- Судовой журнал поможет восстановить весь ход событий, - Устало сказал Капиам, перелистывая свои записи, - но одно я знаю совершенно точно: с экспедицией на Южный континент торопиться не стоит.

-Это еще мягко сказано!

- Но возвращаясь к теме нашего разговора, - продолжал Капиам, мы должны осуществить массовую вакцинацию. Иначе эпидемию не остановить. Да... придется вакцинировать и коней тоже. Я, честно говоря, чуть не упустил это из виду.

- Смотри на это как на испытание, - ехидно посоветовала Дездра.

- Боюсь, что нашему новому мастеру скотоводу такое испытание не по плечу, - покачал головой Капиам.

- Может, Морета сумеет нам помочь? - предположил Тирон, - она же все-таки выросла в скотоводческом холде...

- Ну, если уж мы сумели приготовить вакцинации для людей, то, наверно, сумеем приготовить и для коней, - скзала Дездра. - В конце концов, какая разница? А доноров у лорда Алесана найдется достаточно. У него, если не ошибаюсь, выздоровело довольно много коней.

- Что правда - то правда, - кивнул Тирон. - Давайте так, я сейчас свяжусь с наездниками. Ты, Капиам, можешь отправиться в Форт Вейр поговорить с Моретой. Потом побеседуй с этим нашим новым главным мастером скотоводом, как его там... Бессел, да? А я тем временем постараюсь подготовить почву для твоего объявления о поголовной вакцинации. Чтобы не возникали вопросы, зачем ее проводят. Нам ведь совсем не нужна паника. А начну я, пожалуй, с лорда Толокампа. Если мне удастся с ним справиться, то остальные лорды не вызовут у нас особых проблем. Даже этот хитрый змей Ратошиган.

- Учитывая настроение Толокампа, я просто не представляю себе, как ты сумеешь убедить его нам помочь! - воскликнул Капиам.

- Как ты припоминаешь, последние несколько дней лорд Толокамп лишен радости наших услуг. А так как он никогда не поощрял никакой инициативы ни у своих детей, ни у жителей своего холда, то теперь он наверняка не знает, как ему поступить. У него было достаточно времени подумать о всей пагубности своего необдуманного поведения. Вы, лекари, позаботьтесь о вакцине, а я подготовлю все остальное.

Уходя, арфист аккуратно засунул судовой журнал злополучного "Виндтосса" обратно себе за пазуху.

М'барак привез Алесана и Туэро обратно в Руат. Он приземлился во дворике перед главным входом. Стоило дракону сложить крылья, как из холда навстречу брату бросилась Оклина. Она явно с беспокойством и нетерпением ожидала его возвращения. Алесан, все еще не пришедший в себя от неожиданного проявления симпатии Мореты, быстро соскочил на землю, подхватил сестру и нежно поцеловал ее в щеку. Его переполняла радость. Радость и вновь проснувшаяся надежда.

- Морета говорит, что идея с конской сывороткой вполне разумна, радостно сообщил он, - И мы можем ее испробовать. Прямо сейчас! Если у нас получится, то Руат снова открыт для гостей. Люди смогут приезжать к нам, не опасаясь заразиться. Ну, а если не получится, что ж, мы ничего не теряем.

- Должно получиться! - воскликнула Оклина.

- Фоллен!!! - зычным голосом Алесан позвал лекаря. - Нам потребуется его помощь и его инструменты, - пояснил Алесан.

- Арих! Веди себя пристойно! Это же леди Оклина! - раздался у них над головами голос М'барака.

Голубой дракон, выгнув голову в сторону брата и сестры, вращал глазами, чуть не тыкаясь носом в спину девушки. Оклина, не зная как реагировать на столь повышенное внимание к своей персоне, замерла, вцепившись в руку брата. И однако, ей совсем не было страшно.

После укоризненного замечания наездника дракон разочарованно фыркнул и отвернулся, предоставив М'бараку извиняться за странное поведение своего крылатого друга.

- Даже не представляю, что это на него нашло, - оправдывался всадник, - обыкновенно, Арих такой степенный, такой воспитанный, так хорошо себя ведет.. Наверно, уже поздно, он устал, и нам пора возвращаться в Вейр, - дракон выразительно фыркнул, явно не разделяя мнения своего наездника, - Мне пора возвращаться в Вейр, - закончил М'барак.

Поблагодарив Ариха и М'барака за услугу, Алесан отвел Оклину в сторону. Вслед за ними отошел от собирающегося взлететь дракона и развеселившийся Туэро.

- Голубые драконы обычно не слишком-то интересуются предствительницами противоположного пола, - заметил он на ухо Алесану.

- В самом деле ? - переспросил Алесан. Все его мысли были заняты вакциной и тем, как лучше организовать вакцинацию коней.

- В Форт Вейре на Площадке Рождений есть и королевское яйцо, подсказал арфист.

- Ну, и? - нетерпеливо переспросил Алесан. У него было очень много дел и очень мало времени.

- Насколько я помню, - с широкой улыбкой сказал Туэро, - Из Руата вышло немало отличных наездников.

- Но это же невозможно! - воскликнул Алесан, только сейчас понявший, на что намекает арфист.

Но тут из ворот холда во двор выбежал Фоллен, и Алесану не оставалось ничего другого, как пуститься в подробнейшие объяснения, что надо делать для приготовления сыворотки.

Туэро привел с поля племенную кобылу, пережившую болезнь, а Фоллен, Оклина, Дифер и пара воспитанников перенесли все необходимые для операции инструменты и материалы в специально приготовленную для этого конюшню. Отсутствие достаточно больших стеклянных бутылок для сбора крови на мгновение поставило их в тупик, но потом Оклина вспомнила о бутылях, давным-давно подаренных мастером Кларгешем лорду Руат - образцы умения и фантазии его учеников. Потом Алесан, Дифер и Туэро соорудили из старого вагонного колеса, колодезного ворота и веревок удивительное устройство специально для того, чтобы с его помощью быстро-быстро крутить бутылки.

Когда у нее брали кровь, кобыла стояла совершенно спокойно: процедура, похоже, не доставляла ей ни малейшего беспокойства.

- Странно, - сказал Фоллен, когда первая партия соломенно-желтой сыворотки была уже слита, - Она точь-в-точь такая же, как человеческая.

- Это только у драконов кровь зеленая, - рассмеялась Оклина.

- Испробуем нашу вакцину на хромом мерине... Если к утру с ним ничего страшного не случится, будем считать... все равно ничего другого нам не остается... что сыворотка работает, и что коней можно иммунизировать так же, как и людей.

- Больше мы сегодня все равно сделать не успеем, - зевнув, сказал Фоллен, и ввел сыворотку в вену мерина.

- Пожалуй, я на ночь остануть здесь, - решил Алесан. - Вдруг что-нибудь случится...

- А если нет, то рано утром ты уедешь, так? - спросила брата Оклина. - Отправишься на поиски Дага и Визгуна?

Алесан кивнул. Ему не терпелось отправиться в путь. Когда Оклина, Фоллен и Туэро ушил, Алесан приготовил себе постель и сухой соломы. Он расположился рядом с вакцинированным мерином - в соседнем стойле. Несмотря на свое намерение следить за состоянием коня всю ночь, Алесан крепко-накрепко уснул. Проснувшись поутру, он обнаружил, что мерин не выказывает никаких признаков болезни. Обнадеженный таким исходом, Алесан оседлал Скинни. В другое время он никогда не сел бы на столь невзрачную лошадь, но сейчас выбирать не приходилось. Молодой лорд аккуратно запаковал приготовленные бутыли с сывороткой, игольчатые шипы и стеклянный шприц Фоллена, переложив их мягкой соломой, чтобы ничего не разбить. Вскочив в седло, он выехал из холда.

Прошлым вечером, дожидаясь, пока сыворотка будет готова, Алесан мучился сомнениями: подействует ли сыворотка, сумеет ли он найти Дага, и даже, как на самом деле относиться к нему Морета. Может, она просто жалела его? Но сегодня, ясным весенним утром он знал, что жалость тут ни при чем. В ТОТ миг они с Моретой думали одинаково. И золотая королева радовалась их мыслям.

Усилием воли Алесан заставил себя сконцентрироваться на дороге. Сейчас не время предаваться пустым мечтаниям. Морета - Госпожа Вейра. Она могла, это граничило с невероятным, но все-таки могла позволить себе завязать с ним роман. Могла даже родить ребенка... внезапно Алесану захотелось иметь ребенка, как никогда не хотелось с Сураиной... на как ни крути, он, Алесан, - лорд холда, и из его рода мало кто остался в живых. Ему надо иметь настоящую жену и столько детей, сколько он сможет сделать.

Алесан старался не думать о том, каких коней Даг взял с собой. Если бы только старый конюх прихватил с собой хоть пару тяжеловозов... Норман вел записи о том, какие кони погибли, а какие нет, но все они потерялись за время эпидемии. Осавалось только гадать...

Алесан доехал до развилки. Здесь дороги веером расходились к многочисленным пастбищам. Он оглядел обочины - ни тряпки, ни кости, ни кучки камней - ничто не указывало, какой путь выбрал Даг. Подумав, Алесан решил, что старый конюх наверняка отправился на наименее доступное пастбище. Пpошло уже девять дней с тех пор, как Даг, прихватив с собой Фергала, покинул Руат. И внезапно Алесану стало страшно...

Когда они подъехали к последнему подъему перед пастбищем, Алесан увидел на дороге загородку - явно дело рук человеческих. Привстав на стpеменах, он окинул взглядом склоны холмов вокруг - ни каких следов ни коней, ни людей. Похолодев, Алесан впервые подумал о том, что Даг запросто мог принести с собой на пастбище ту самую инфекцию, от которой бежал из Руата. Но тут молодой лорд заметил дым, поднимавшийся от костра чуть в стороне от дороги, увидел сушившуюся на ветке рубашку. Он услышал пронзительный свист.

Ударив каблуками в бока своего скакуна, Алесан помчался по дороге к загородке. Они перелетели барьер, и Алесан перевел Скинни на более подобающую дороге рысь. А по склону со стороны ручья в ответ на призывный свист поднимался табун. И там рядом со своими мамами на тонких ножках неловко прыгали маленькие жеребятки. А бок о бок с ними - брюхатые кобылы, которым еще только предстояло разродиться. От избытка чувств Алесан радостно завопил, и эхо засмеялось ему в ответ. Неужели Даг прихватил с собой всех беременных кобыл?! Алесан мечтать не смел о такой возможности! Он полагал, что все они погибли...

Из грубо сделанного домика у склона холма показалась маленькая фигурка. Одна! Одна маленькая темноволосая фигурка... Фергал!

- Вы не слишком-то торопились, лорд Алесан, - в голосе мальчика звучали бесконечная обида и возмущение.

- Даг? - голос Алесана задрожал. Он не смог бы пошевелиться, даже если бы от этого зависела его жизнь. До этого момента он даже и не подозревал, как дорог стал ему старый конюх. И это не говоря уже о том, что если Руат хотел восстановить свой престиж коноводческого холда, то без Дага Алесан просто не представлял себе, как это возможно.

В ответ на вопрос Фергал только пожал плечами.

- Я думал, что вы забыли о нас! Дед сломал ногу, - он махнул рукой в сторону домика, - и мне пришлось ухаживать за конями... и даже принимать роды!

- Алесан? - из домика послышался слабый голос Дага. - Алесан, мы сделали все, что могли...

- И тем самым спасли Руат!

- Извиняюсь за вторжение, - Капиам осторожно заглянул на Площадку Рождений, выискивая взглядом Морету.

- Входи, входи, - позвала его наездница.

Насторожено поглядывая на Орлих, мастер лекарь прошел внутрь.

- Она выглядит вполне спокойной... - заметил он.

- Так оно и есть.

- М'барак, который привез нас с Дездрой в Вейр, говорил, что, возможно, она даже позволит нам посмотреть на ее яйца...

- Дездра здесь? Я много слышала о ней от М'барака и К'лона.

- Она остановилась поболтать с Джаддорой, - Капиам откашлялся, проявляя несвойственную ему нерешительность.

Капиам сильно похудел после болезни, но его глаза все так же горели неуемной энергией, его рукопожатие было таким же крепким, как и раньше.

- И чему я обязана радости вашего визита? - спросила Морета.

- Новое неожиданное испытание... - Капиам усмехнулся, - как я объяснил это мастеру Тирону.

- Что еще за испытание? - насторожилась Морета.

- Сейчас расскажу - поспешил заверить ее лекарь. - Но сперва скажи мне, как по-твоему, можно иммунизировать коней сывороткой крови так же, как мы иммунизируем людей?

Морета удивленно воззрилась на лекаря: странно, когда два человека один за другим задают тебе один и тот же вопрос. Но что самое странное, так это то, что вопрос вообще возник. Ее беспокоило и сердило, что никто не подумал о безопасности коней - верных друзей и помощников людей. Она вполне допускала, что главной задачей лекарей было спасение человеческих жизней, но кто-то же все-таки должен думать и о несчастных животных! Ее очень тронула и порадовала предусмотрительность Алесана, а теперь и главный мастер лекарь пришел к ней по тому же самому поводу!

- Пpошлым вечером я ответила на этот же вопрос лорду Алесану.

- Вот как? - Капиам удивленно поднял брови. - И что же ты ему сказала?

- Я ответила утвердительно.

- Он связался с мастером Балфором?

- Было слишком поздно, чтобы посылать сообщение в Керун. А что, Балфор - наш новый главный мастер скотовод?

- Он исполняет обязанности. Должен же кто-то занять это место.

- Алесану следовало проинформировать тебя о своих намерениях, нахмурилась Морета. - А если сам он слишком занят, можно было поручить это Туэро.

- Еще утро, - пожал плечами Капиам. - Меня сейчас больше волнует другое... В теории, конская вакцина должна давать такой же иммунитет к болезни, как и человеческая. Но на практике... Я готов помочь Алесану всем, чем смогу.

- Чего это мастерская лекарей вдруг заинтересовалась вакцинацией животных? - с любопытством спросила наездница.

- Дело в том, - пустился в объяснения Капиам, - что у меня, к сожалению, есть весьма веские основания полагать, что эпидемия может распространяться с помощью животных и что она может начаться еще раз... возможны "рецидивы", как пишут об этом Древние.

- Ты хочешь сказать, нам снова грозит то, через что мы только-только прошли? - Морета даже содрогнулась, представив себе подобную картину, Капиам, мы не переживем второй эпидемии! Вейры и так еле-еле набирают необходимое число всадников на Падения. А если болезнь начнется поновой, мы не сможем поднять в воздух даже полного крыла! - Капиам молчал, и это заставило наездницу немного успокоиться. - Ты намекаешь, что если мы сумеем иммунизировать коней, то второй эпидемии не произойдет? Ты собираешься иммунизировать и людей, и коней сразу? И в этом твое испытание... - а наездники должны помачь развезти вакцину. Так?

- Желательно, чтобы вакцина попала во все холды и мастерские в один и тот же день, - кивнул Капиам, разворачивая свиток. - Поголовная вакцинация - другого выхода у нас нет. Только так мы сумеем остановить эпидемию. Но сделать это не так-то просто. Мои мастерские уже начали собирать необходимую для вакцинации человеческую сыворотку. Но честно говоря, мы еще не до конца оценили возможности иммунизации коней. Ясно только одно - вакцинация должна пройти в течение следующих нескольких дней, или вторая волна болезни нас опередит.

Морета снова содрогнулась. Она головой углубилась в изучение составленного мастером лекарем графика.

- Все, разумеется, зависит, - сказала она, просмотрев документы, во-первых, от действенности конской вакцины, и во-вторых, от способности Вейров эту вакцину развезти... Ты уже связывался с Вейрами?

- Мне хотелось сперва узнать ответ на вопрос о вакцине для коней. А ты - ближайший специалист по этому вопросу...

- Мне потребуестя как минимум шесть наездников из каждого Вейра. Тогда, пользуясь составленным мною графиком посещения холдов, Вейров и мастерских, развезти вакцину за один день вполне реально.

Морета углубилась в подсчеты.

- Но только если всадники... - она замолчала и, раскрыв в изумлении рот, уставилась на Капиама.

Его ответная улыбка яснее ясного ответила на ее немой вопрос.

- Я тут немного почитал Летописи, - Пояснил Капиам, выразительно глядя на шокированную Морету.

- Интересно, каким это образом подобная информация оказалась в архивах лекарей? - разгневанно вскрчала Морета.

- А почему бы ей там не быть? - с напускным спокойствием ответил Капиам. - В конце концов, именно лекари вывели драконов, обладающих подобным свойством. Они действительно могут перемещаться во времени? - с надеждой в голосе спросил он.

- Да, - помедлив, призналась Морета. - Но мы вовсе не пощряем подобных полетов!

Она вспомнила К'лона, самостоятельно открывшего этот секрет. Вспомнила, как часто он посещал мастерскую лекарей... С другой стороны, архивы лекарей по слухам и впрямь хранили в себе множество тайн. Ей стало стыдно, что она, пусть на миг, усомнилась в честности мастера Капиама. Кроме того, предотвратить новую эпидемию следовало любой ценой.

-Капиам, путешествия во времени могут привести к чрезвычайно опасным парадоксам.

- Именно поэтому я и предложил тот график, который ты видишь перед собой, - с обезоруживающей улыбкой ответил Капиам.

- Боюсь, что уговорить М'таи из Телгара окажется не так-то просто...

- Это я понимаю. И то, что Фалга из Исты больна, а Л'бол находится в глубочайшей депрессии, тоже знаю... Потому-то я и определил минимальное количество всадников, необходимое для выполнения нашего плана.

- У тебя хватит вакцины?

- Человеческой должно хватить. Сейчас меня больше беспокоит удалось ли лорду Алесану приготовить и испытать вакцину для лошадей.

- Лети с ним в Руат, - раздался в голове у Мореты голос Орлих. После короткой паузы королева добавила - Холх не возражает.

Вопреки всему Морета заколебалась. Может, отказаться от предложения Орлих? Неужели причина ее сомнений в молодом лорде Руата? Странно, раньше она никогда не заботилась о том, что о ней подумают...

- Ты всегда любила коней, - в один голос заверили ее Орлих и Холх. - Теперь они вполне заслуживают того, чтобы им помогли... - Тебе все равно придется рано или поздно побывать в Руате, - это уже добавила одна Орлих.

Морета тяжело вздохнула. Орлих помогла ей понять причину ее колебаний. После того, что ей рассказывал К'лон, она просто-напросто боялась увидеть опустошенный эпидемией холд.

- Знаешь, Капиам, - медленно сказала она, - пожалуй, я полечу с тобой.

- Арих с удовольствием полетит с вами, - заметила Орлих, - Ему нравиться девушка... - она нежно перекатила свое драгоценное королевское яйцо в специально приготовленную для него ямку в теплом песке Площадки.

- Какая девушка? - не поняла Морета.

Но Олих не ответила, занятая своими материнскими заботами. Нечего делать. Стараясь не выказывать разочарования, Морета собрала свою летную экипировку.

- Арит готов отвезти нас в Руат.

- Ты можешь ее оставить? - Капайм удивленно посмотрел на Орлиту.

- По правде сказать, это ее идея, - призналась Морита. - Она совсем не ревнина. Лери и Холта побудут с ней, пока я не вернусь. Я постараюсь не слишком задерживаться.

Когда Морита и Капайм выбрались в чашу, они обнаружили там Яллору, оживленно беседующую с какой-то незнакомой Госпоже Форта темноволосой женщиной. Она догадалась, что это и есть Десдра. Целительница оказалась старше, чем представляла себе Морита. Разговаривая, Яллора и Десдра с любопытством наблюдали за царившей в Вейре суматохой.

Два крыла Форта должны были сегодня лететь на Падение в Битру и Лемос. Ш'гал уже отправился на совещание в Бенден, к К'дрену. Неизменно тактичный вождь Бендена, как надеялась Морита, сумеет сгладить возможные трения между Предводителями...

- Десдра, Морита летит вместе с нами в Руат, - прервал размышления всадницы Капиам. - Похоже, лорд Алессан предугадал наш интерес к вакцианации скакунов.

- Яллора как раз рассказывала мне, как великолепно ты восстановила обожженое Нитями крыло дракона, - сказала Десдра, глядя на Мориту.

- Это Инд, лекарь Вейра Иста, научил меня такому методу лечения, - ответила всадница. - А затем у меня было много возможностей попрактиковаться.

- Я совсем забыл, что сегодня Падение, - преpвал их разговор Капайм. - Может...

- Мне надо вернуться до конца Падения, - заявила Морита, желавшая теперь во что бы то ни стало полететь в Руат. - Честно говоря, ранений стало меньше, чем до эпидемии. Возможно, присутствие бойцов из других Вейров заставляет проявлять большую внимательность в сражении - кому же хочется выглядеть неловким?

- Любопытно... - с искренним интересом протянул Капайм.

М'барак любезно предложил Морите первой подняться на дракона. Затем он помог залезть на Арита Десдре и Капайму. Мастер целителей, хитро подмигнув Морите, спросил:

- Надеюсь, четыре человека - не слишком большая тяжесть для твоего дракона, М'барак?

- Только не для Арита, - невозмутимо ответил тот. - Иначе бы я не согласился вас везти.

Словно желая показать свою силу, дракон взметнулся в воздух, мощно и ровно набирая высоту. Обменявшись салютом с дежурным всадником, как того требовали традиции, М'барак оглянулся на свою Госпожу. Морита кивнула, и он велел Ариту уходить в Промежуток.

Там мрак, ледяная тьма...

Они парили в небе над Руатом. Глаза Мориты наполнились слезами при виде обезображенных полей, полуразвалившихся загонов на скаковом поле, черных пятен погребальных костров и высоких курганов над могилами. Она отлично помнила, как восторгалась беззаботным весельем Встречи - горькое воспоминание на фоне расстилавшейся внизу мрачной реальности. Арит планировал, спускаясь к холду. Морита заставила себя смириться, как со свершившимся фактом, с гибелью сотен людей, устлавших костями землю Руата, с очищающим пламенем, поглотившим трупы несчастных скакунов, как победителей, так и побежденных. Она заметила место, где огонь оставил черные следы на пожухлой траве - у холма, с которого они с Алессаном так недавно любовались стремительном бегом скакунов. Фасад холда, еще несколько дней назад украшенный яркими праздничными флагами, теперь тускло поблескивал наглухо задраенными ставнями, словно готовый к смертоносной атаке - не менее опустошительной и ужасной, чем нападение Нитей.

Сердце Мориты сжималось от жалости, рыдания подкатывали к горлу... Но что ж плакать? Руату не станет легче от ее слез. Она поглядела на дальний луг, где паслись скакуны: не те крупные, мощные животные, гордость лорда Лифа, а стройные жилистые скакуны Алесана. Ирония судьбы, но от нее Морите стало чуть легче.

Арит, похоже, не собирался приземляться во дворе перед входом. Он плавно спускался к конюшням, где явно происходило что-то интересное. Судя по царившей тут суматохе, Руат сумел сохранить свою деловитость и энергичность.

- М'барак говорит, что видел Алессана где-то здесь, - через плечо сообщила Морите Десдра.

Собравшиеся у конюшни люди заметили дракона только тогда, когда он приземлился. М'барак не ошибся - Алессан стоял в дверях. Молодой лорд быстро зашагал навстречу гостям. Теперь он шел, как обратила внимание Морита, высоко подняв голову, гордо и уверено, как и подобает лорду Великого холда.

- Извини, лорд Алессан, - произнес Капайм. - Наверно, мы прилетели не в самое удобное время...

- Любое время удобно для таких гостей, - Алессан склонил голову, не спуская глаз с Мориты. - Ваш визит для меня всегда радость, - он помог целителю спуститься со спины дракона. - Мы с Тьеро, - он кивнул на подошедшего арфиста, - как раз готовились отослать вам сообщение. Вдруг, отбросив формальный тон, Алессан радостно улыбнулся Морите: - Даг спас Визгуна! И у нас теперь жеребята! Три жеребчика!

- Я так рада за тебя, Алессан! - воскликнула Морита, спрыгивая вниз.

Она немного просчиталась - Арит оказался выше, чем она полагала. Впрочем, Алессан ухитрился ее поймать. Он обнимал ее за талию, и его глаза искрились счастьем - как надеялась всадница, не только из-за избежавших смерти скакунов.

- Я недавно вернулся с пастбища, - продолжал Алессан, не отнимая рук. - У меня не хватило вакцины, я ведь не расчитывал на жеребят! Даг сломал ногу... придется послать за ним повозку. А через шесть дней над Руатом Падение! Но главное - Даг сохранил породу! Он спас достаточно жеребцов и кобыл... спас весь Руат!

Капайм представил Алессану Десдру, и молодому лорду пришлось отпустить золотую всадницу.

- Насколько я понимаю, - спросила Десдра, - ты приготовил сыворотку и уже применил ее.

- Так и есть, - кивнул Алессан. - Не мог же я рисковать скакунами, забрав их с пастбищ сюда, где они легко могут заразиться! - он огляделся по сторонам. - Эпидемия стоила нам дорого. Мы потеряли множествои людей и животных, - он провел своих гостей внутрь конюшни. - Вчера, как только я вернулся в Руат, мы приготовили сыворотку и ввели ее вот этому мерину. - Лорд показал на хромого скакуна, меланхолично пережевывавшего сено. - Он по-прежнему здоров.

- Иначе и быть не должно, - заверил Капайм. - Вакцинация применима равно и к людям, и к животным. Но то, что ты сделал, - он понизил голос, - сейчас жизненно необходимо для Перна. - Глава целителей огляделся и, удостоверившись, что рядом никого нет ( Фоллен со своими помощниками хлопотал возле самодельной центрифуги, конюхи - около скакунов ), произнес: - Дело в том, что эпидемия может начаться снова.

Смертельно побледнев, Алессан отшатнулся, как от удара.

- На сей раз нам придется вакцинировать как людей, так и животных, - продолжал Капайм. - Причем по всему континенту. Я подготовил график распpеделения вакцины, ее доставку организует Морита. Чего нам не хватает, так это сыворотки от выздоровевших скакунов. У тебя их довольно много - во всяком случае, достаточно, чтобы снабдить вакциной свой холд, а также Форт, Южный Болл и часть Телгара, соседствующую с Руатом. На востоке нам поможет лорд Шадер.

- Но в Керуне такие огромные табуны... - Алессан был явно ошеломлен масштабностью предлагаемого проекта.

- Были огромные, - мягко поправил его Капайм. - Если этот твой Даг умудрился сохранить и жеребцов, и кобыл, то Руат куда богаче, чем ты полагаешь. Ну, как? Поможешь нам?

- Руат понес страшные потери... - на лице Алессана появилось какое-то странное выражение, - потери в людях, в животных, в чести, в гордости... Любая помощь, которую Руат способен оказать Перну, хоть отчасти скрасит тень нашего ... - он посмотрел на курганы у реки, - ... гибельного гостепpиимства.

- С чего ты взял, что вы виноваты в том, что произошло? - сурово спросил Капайм. - На тебе, лорд Алессан, и на Руате в целом не лежит никакой ответственности за свершившееся. Обстоятельства, непредсказуемые обстоятельства, привели к тому, что "Виндтосс" сбился с курса. Неуемное любопытство и жажда славы подтолкнули его капитана высадиться на южном континенте и пробыть там целых три дня. Что заставило команду привезти на север то злосчастное животное, мы можем только гадать - никого из моряков "Виндтосса уже не осталось в живых. Но что-либо изменить ни мы, ни вы уже не в силах. Ты не мог им помешать - это было не в твоей власти. Ты мужественно делал то, чего требовала ситуация ухаживал за больными, сеял зерно, сохранял скакунов. И самое главное... самое главное, что несмотря на все перенесенные страдания, ты не потеpял желания помочь другим!

- Когда приходит беда, глупцы ищут, на кого свалить вину, а умные думают, как спастись и избежать повторения несчастья.

- Да, мы спаслись, но сейчас перед нами стоит новая задача. И нам так нужна твоя помощь, Алессан!

Арит внезапно приветственно затрубил, и с небес донесся ответный рев.

- Бронзовый?! Здесь? - Морита торопливо направилась к выходу из конюшни. - М'барак! - позвала она молодого всадника, который пристально уставился в небо. - Кто там прилетел?

Только бы не Ш'гал, ей совсем не хотелось сейчас видеть его!

- Это Набет и Б'лерион, - невозмутимо ответил М'барак, прикрывая ладонью глаза от солнца.

- Б'лерион! - с облегчением воскликнула Морита. - Что он здесь делает?

Словно отвечая на ее вопрос, из ворот холда выбежала стройная девушка. Оклина, догадалась всадница. Теперь присутствие Б'лериона в Руате становивлсь понятным.

Арит захлапал крыльями и громко затрубил, словно вызывая бронзового на бой.

- Даже не знаю, что это вдруг на него нашло, - с виноватой усмешкой сказал М'барак. - Он теперь очень заботится о леди Оклине.

- На Площадке Рождений зреет королевское яйцо, - кивнула Морита и, заметив недоумение на лице М'барака, пояснила: - Голубые драконы - часто самые чувствительные в Поиске. Но твой Арит, думаю, несколько поторопился, - она нахмурилась. - Не уверена, что мы имеем право еще чего-то требовать от Руата...

Тем временем Алессан провел Капайма, Десдру и Тьеро к импровизированной центрифуге. Лорд Руата хотел показать им полученную сыворотку.

Кинув взгляд через плечо, Морита увидела, как приземлился Набет; Б'лерион ловко спрыгнул с шеи своего бронзового. Вот они с Оклиной встретились, девушка что-то сказала всаднику, указывая в сторону конюшен, и повела его туда. Колесо центрифуги вдруг взвизгнуло и заскрипело, набирая обороты; Алессан оживленно объяснял гостям детали устройства нехитрого механизма. Б'лерион и Оклина шли к конюшням. Теперь Морита заметила, что рука всадника находится на перевязи - значит, он не полетит сражаться с Нитями. Интересно, ощущал ли Б'лерион такую же ярость, ту же непреодолимую жажду битвы, что и она сама? Или рана для него - только удобный предлог повидаться с Оклиной?

Отвернувшись, всадница прислушалась к беседе Алессана с целителями - они обсуждали количество сыворотки, необходимое для вакцинации, минимальную дозу лекарства и то, каким способом, не возбуждая излишних подозрений, узнать, сколько скакунов уцелело в западных холдах.

- Надо определить необходимую дозу, - говорил Алесан. - В некоторых холдах конюхи не сумеют сделать это сами... Там, где еще остались конюхи, конечно...

- Мы попытаемся разослать по холдам квалифицированных лекарей, - сказал Капайм, - а заодно выяснить, где лучше сосредоточить силы. А конюхи... Не волнуйся на их счет, Алессан. Иногда просто диву даешься, глядя, на что способны люди, когда у них не остается выхода.

- Скажи, мастер Капайм, - спросила Десдра, - насколько важно именно сейчас сделать прививки скакунам?

Глава целителей удивленно моргнул.

- Ну, если болезнь действительно передается животными... мне казалось, что здесь мы достигли согласия...

- Достигли, достигли, - поспешила заверить его Десдра и, показыв на бутыли с только что приготовленной сывоpоткой, пояснила: - Но мы не можем понапрасну растрачивать свои ресурсы. Откровенно говоря, игольчатых шипов у нас только-только хватит для вакцинации людей. Во всяком случае, я надеюсь, что хватит. О вакцинации животных тут не приходится даже и мечтать... Шипы нельзя использовать по несколько раз...

- Да, это невозможно, - покачал головой Капайм. Опасность заражения очень реальна... - Он вытер ладонью внезапно вспотевший лоб и печально посмотрел на своих собеседников. - Беда в том, - с отчаянием в голосе сказал он, - что мы должны колоть всех сразу - и людей, и животных. В противном случае эта затея лишена смысла...

- Нам что, не хватает только шипов? - спросила Морита, в упор глядя на сраженного неожиданным препятствием мастера целителей.

Капайм поднял взор и вдруг его глаза расширились - он начал понимать, что кроется за невинным вопросом всадницы.

- Нам не хватает игольчатых шипов, - между тем продолжала Десдра, и пополнить запасы мы сможем только осенью. Я специально связывалась с холдами и мастерскими, узнавала, где сколько шипов лежит в кладовых. И вот вам итог - нам, возможно, придется отказаться от вакцинации некоторых наиболее удаленных поселений...

Но Капайм не слушал ее, пристально уставившись на Мориту. Наконец, он выдавил:

- Как? И кто? Когда? - В голосе целителя звучало такое неподдельное волнение, что к нему обратились все взоры.

- "Как" сейчас идет по дороге к нам, - с нервным смешком отвечала Морита. - "Кто" - разумеется, мы с вами; я ведь могу рассчитывать на ваше молчание, верно? В таком деле молчание ничуть не менее важно, чем сами игольчатые шипы. Что же касается "когда", то ответ очевиден: прямо сейчас, пока я не успела передумать. - Она снова усмехнулась и повернула голову к стоявшим в дверях Б'лериону с Оклиной. - Б'лерион, - громко позвала она, - скажи, ты очень тяжело ранен? - Не спуская глаз с бронзового всадника, Морита шепнула на ухо Капайму, что вряд ли рана серьезная - иначе Б'лерион никогда не рискнул лететь через Промежуток.

- Нет, пустяки, - отозвался Б'лерион, - я просто вывихнул плечо. Увы, этого достаточно, чтобы крылья улетели сражаться без меня. Но не мог же я торчать без дела в Вейре! Прессен хотел передать в Руат кое-какие припасы, и я вызвался ему помочь. - Объясняя причину своего визита, бронзовый всадник старался не смотреть на стоявшую рядом с ним девушку. - Я хотел бы выразить самые искренние... - начал он, глядя на Алессана.

- Раз уж ты здесь, - перебила его Морита, - ты можешь нам здорово помочь.

Отозвав всадника в сторону, она объяснила ему, в чем дело. Затем изложила свой план.

- Согласен! - горячо поддержал ее Б'лерион. - Ситуация действительно критическая. - Он покосился на Капайма и Десдру. - Но, Морита, одно - прихватить пару часов к своему дню, и совсем другое - отправиться на несколько месяцев в будущее! Ты не хуже меня знаешь, как это опасно! - Хотя Б'лерион, казалось, порой пренебрегал и правилами, и традициями, никто не назвал бы его безответственным или неосторожным.

- Я знаю, куда надо лететь. И я знаю, когда иглы созревают и становятся пригодными для сбора.

- Для полета требуются координаты поточнее...

- Координаты получить легко: достаточно определить, где будет находиться осенью Алая Звезда. Необходимые звездные карты есть у Алессана. С каждым годом она поднимается все дальше к западу. Это элементарно нужно только вычислить угол над горизонтом! - Этот довод, похоже, поколебал Б'лериона.

- Мне не хотелось бы провести свой свободный вечер, собирая шипы, - нерешительно протянул он, тут же, впрочем, сообразив, что подобное замечание неуместно.

- Как ты не понимаешь, - пустилась в объяснения Морита, - мы можем собирать шипы хоть целый день. А потом вернуться назад почти в то же мгновение... в наше "сейчас"... Но мы должны лететь не мешкая. К концу Падения мне надо быть в Вейре. Думаю, что Набету под силу такой полет...

- Конечно, Набет справится! Что за вопрос! Но тогда они, Б'лерион мотнул головой в сторону целителей и Алессана, - узнают о нашем маленьком секрете...

- Для Капайма и Десдры он уже не тайна, - усмехнулась Морита и, заметив изумление на лице всадника, пояснила: - В конце концов, драконы выведены Древними целителями.

- Да, верно, - подумав, признал Б'лерион.

- Кроме того, нам все равно придется воспользоваться нашим секретом в тот день, когда мы будем развозить вакцину.

Б'лерион растерянно моргнул.

- Представляю, что начнется тогда в Вейрах...

- Ну, о том, что мы затеваем сегодня, Вейрам знать не обязательно, - Морита задумалась, - Скажи, кому известно, что ты полетел в Руат?

- Вам всем, Прессену... ну, и тому пареньку, чей дракончик чуть не слопал Набета...

- М'барака я отправлю с поручением... с очень важным поручением. На Оклину мы, думаю, можем положиться... как, впрочем, и на лорда Алессана. Мы полетим вшестером - другого выхода нет. Ни холды, ни мастерские, ни Вейры не выдержат новой эпидемии.

- Согласен с тобой, - кивнул Б'лерион, глядя на разоренные поля Руата. - Я попрошу Набета связаться с твоей королевой; если она не станет возражать, то мы можем отправиться в путь сию секунду.

- Скажи ей, что это надо для скакунов.

- Вечно ты со своими скакунами!

Морета изложила свою идею Десдре, Капайму и Алессану, выслушав в ответ смущенные и сбивчивые объяснения всех троих, как сильно они заняты; никто не располагал временем лететь сейчас в Исту.

- Мастер Капайм, - сердито напомнила всадница, - то, что я предлагаю, займет не больше минуты из твоего "сегодня". Ну, ради приличия, нам стоит потpатить на полет хотя бы час, иначе это будет выглядеть несколько странно. Алессан, я не сомневаюсь, что ты можешь оставить холд на один час! За это время даже посланная за Дагом повозка еще не вернется, я уж не говорю о табуне с жеребятами. Пока их нет, чем ты собираешься заниматься? Смотреть, как крутятся бутылки? Я боюсь только, чтобы твои люди не узнали о нашем полете. Капайм и Дездра давно знают о способности драконов перемещаться во времени. И я не сомневаюсь, что могу положиться на честь Руата... что ты сохранишь в тайне этот секрет. Б'лерион уже готов отвезти нас в следующую осень. Его Набет без труда поднимет шестерых, а за день работы мы соберем столько шипов, сколько нам нужно. И никто ничего не узнает.

- Шестерых? - задумчиво переспросил Алессан.

- Шестая - Оклина, - пояснила Морита с улыбкой. - Не зря же Б'лерион прилетает в Руат.

Десдра хихикнула, Капайм ухмыльнулся, а Алессан стоял, раскрыв рот, и глядел на свою сестру.

- Мне помнится, - перевел разговор на другую тему Капайм, - ты что-то говорила о парадоксах.

- Говорила, - кивнула всадница, - но временные парадоксы в этом случае нам не грозят. Если, конечно, мы не станем собирать шипы еще раз будущей осенью.

- Постараемся осенью держаться подальше от Исты, - пообещал Капайм с улыбкой; его глаза сверкнули.

- Место, которое я наметила, - сказала Морита, - находится в глубоком ущелье. Я собираю там иглы уже много Оборотов.

Алессан на мгновение заколебался, потом спросил:

- Что надо взять с собой?

- Мешки для перевозки груза и еду, - быстро ответила Морита. - Больше ничего.

- Набет сказал, - вмешался Б'лерион, - что у Орлиты нет возражений. Она только просит тебя не задерживаться. Да, я отправил твоего М'барака в холд Плоскогорье за большими бутылями. Очень важное поручение! Работы у парнишки хватит - в свое время мастер Кларгеш засыпал северные холды такими подарками. Куда еще он мог пристроить убыточные изделия своих учеников? Но теперь-то они нам пригодятся!

- Отлично, Б'лерион, а теперь найди-ка теплую тунику для Оклины.

- Она и вправду особенная, да? - улыбнулся всадник. - Арит молодец, сразу это заметил. Неудивительно, что меня к ней тянет!

- Подожди, пока скорлупа у яиц станет твердой, друг мой. Там будет видно...

Капайм и Десдра давали последние указания по приготовлению сыворотки Тьеро и Фоллену. Алессан проследил, чтобы за Дагом отправили повозку, а потом помог Морите упаковать мешки и еду. К тому времени вернулись и Оклина с Б'лерионом, отлучившиеся в холд.

- Мы нашли карты, - торжествующе объявил всадник. - Мы прилетим на рассвете - так, чтобы видеть луны. Это точнее.

Когда они уже поднимались на спину могучего бронзового, Морита повернулась к Алессану.

- Как ты полагаешь, Тьеро ни о чем не догадывается? Твой арфист неглуп... и очень внимательно на нас смотрит.

- Кто может знать, о чем думает этот хитрец? Я сказал ему, что мы летим в Керун, к мастеру Бальфору, посоветоваться насчет применения вакцины.

Они расселись; Б'лерион настоял, чтобы Оклина заняла место перед ним, и надежно пристегнул ее к ремням упряжи. За бронзовым всадником сидела Морита - она собиралась помочь ему направлять дракона. За ней Алессан с Десдрой; последним, как самый опытный из пассажиров, мастер Капайм.

- Орлита, я постараюсь вернуться поскорее, - передала всадница своей драгоценной королеве.

"Набет так и обещал," - услышала она беспечный ответ.

- Морита, - оклик Б'лериона прервал их беззвучный разговор. - Я уже вообразил Алую Звезду и луны. Если глядеть на северо-запад, то Звезда должна стоять над самым горизонтом. Белиор поднялся ровно наполовину, а серп Тимора находится в зените. Теперь ты представь себе, как выглядит это ущелье в Исте, вспомни осеннее тепло и запахи леса...

Набет волновался, но взлетел так плавно, что люди даже не заметили, как очутились в воздухе.

Перед мысленным взором Мориты возник одетый в осеннее убранство лес Исты, отвесные скалы, окружающие ущелье, зловещее око Алой Звезды на горизонте, поднимающийся Белиор и безмятежно сиявший на небосклоне узкий серп маленького Тимора. Она сосредоточилась на этом видении и почувствовала, как Набет ушел в Промежуток. И вот они уже кружат над скалистым побережьем Исты, над густым лесом, над зарослями деревьев, где каждый цветок лучезарно улыбается поднимающемуся из-за горизонта солнцу.

Бронзовый сразу заметил каменистую площадку под скалой, где всегда приземлялась Орлита. Короткие секунды планирования, когда воздух свистит в ушах, а крылья неподвижны, словно высеченные из камня, крутой разворот - и посадка, уверенная и плавная, как и взлет.

- Шипы лучше собирать чуть-чуть ниже по склону, - сказала Морита, готовясь спуститься на землю.

Не дожидаясь, пока Набет поднимет ногу, чтобы по традиции облегчить спуск всаднику и пассажирам, Б'лерион с радостным гиканьем ринулся вниз. Дракон даже зашипел от удивления и, выгнув шею, недоуменно уставился на своего всадника.

- Ты мог вывихнуть и вторую руку, - укоризненно сказала Морита, но не выдержала и рассмеялась.

- Мы что, действительно в будущем? - недоверчиво спросил Капайм, передавая Алессану свернутые мешки для шипов.

- Надеюсь, - ответил Б'лерион, с напускным сомнением косясь на Мориту.

- В будущем, в будущем, - успокоила лекаря всаднца, бросив взгляд на висевшие в небе Алую Звезду и луны. Она старалась говорить спокойно, но - странное дело! - ощущала необыкновенную, безмятежную радость. Ну ничего, стоит начать работу и все пройдет...

- Пойдем сюда, - она показала на расположенные чуть ниже площадки заросли деревьев. - В прошлом году я собрала тут отличный урожай игольчатых шипов. Разумеется, с разрешения Исты - они там предпочитают более доступные местечки.

Ложбинка, куда Морита привела своих спутников, тянулась с севера на юг - след давнишнего землетрясения. Тонкий слой земли, покрывавший камни, не давал опоры корням больших деревьев, но кустам игольчатых шипов хватало и этого. Они росли в гордом одиночестве. Казалось, даже лианы, обвивавшие все вокруг, стремились держаться от них подальше. Алессан, никогда не видевший такое странное растение, удивленно приподнял брови.

- Эти кусты плотоядные, - пояснила Морита. - Летом и весной шипы выделяют яд. Если насекомое или мелкий зверек наколется на шип, куст высосет из него все соки. Так продолжается до самой осени, вплоть до того момента, когда толстый стебель не накопит достаточно питательных веществ для зимовки. Говорят, что плоть стебля довольно вкусная.

Оклина содрогнулась от отвращения, но Десдра, наоборот, с любопытством принялась разглядывать безвредное сейчас растение.

- Кроме того, - продолжала Морита, - летом и весной куст испускает притягательный для насекомых аромат. Впрочем, он не брезгует и более крупной добычей. Видите, вон там сломанные ветви? Куст поймал слишком сильное животное, и оно вырвалось.

- Ты сказала, что шипы отравленные, - заметил Б'лерион, явно не горя желанием приступить к сбору.

- Весной и осенью, - кивнула Морита, - но сейчас яд иссяк. К зиме куст сбросит высохшие, ненужные больше иглы, а весной на их месте вырастут новые. Собирать шипы следует вот так... - проведя рукой вдоль ветки, она показала полную горсть длинных острых игл. - Все очень просто, только не нужно торопиться. Собирайте не торопясь, чтобы не обломать кончики шипов. Да, еще старайтесь не касаться стебля - видите, на нем такие тонкие короткие волоски? Если они заденут вашу кожу, то получится раздражение. Не страшно, конечно, но объяснить появление красноты будет не просто.

- Мы не сможем их так везти, - заметил Капайм, глядя на пригоршню игл в руке Мориты.

- Конечно, не сможем. Мы завернем их в древесные листья - очень удобно, я всегда так делаю. Листья - толстые и пористые, словно губка, так что иглы в дороге не поломаются. Нам лучше разделиться на пары - один собирает иглы, другой упаковывает.

- Я буду работать с тобой, Морита, - предложил Алессан и, вытащив из-за пояса нож, отправился за листьями.

- Выбирай листочки помоложе, - крикнула вдогонку всадница, - в них больше сока и они эластичнее.

- Понятно...

- Разделиться - отличная идея! - воскликнул Б'лерион, подхватив Оклину под локоть. - Ты не возражаешь работать с одноруким?

- Ну, коллега, - повернулся Капайм к стоявшй рядом с ним Десдре, что ты выбираешь? Собирать или паковать? Или мы можем меняться.

- Пожалуй, я собирала иглы почаще, чем главный лекарь, достойный мастер Капайм, - засмеялась Десдра, - Посмотри-ка лучше, как это делается.

Тем временем Алессан, бормоча себе под нос, что для такой работы, нужен не нож, а топор, срезал несколько листьев. Подойдя к нему, Морита показала, как легко отламывать листья у черенка. Затем, разложив на поверхности листа собранные иглы, она ловко завернула их, отрезала края и заклеила стык липким соком, сочившимся из черенка.

- Теперь я понимаю, почему ты сказала, что кроме мешков нам ничего не понадобится, - усмехнулся Алессан. - Действительно - все просто, если знаешь, что делать.

- Я тебя научу, - засмеялась в ответ Морита. - Смотри - в этом пакетике примерно две сотни игл; я примерно прикинула, когда собирала. На крупных кустах растет несколько тысяч шипов - и маленькие, и очень большие, под стать самому крупному из твоих скакунов.

Алессан взял ее за руку, и всадница замолчала, охваченная внезапным смущением. Они были одни, хотя из глубины зарослей доносился и веселый голос Десдры, насмешливо вопрошавшей Капайма, всегда ли тот подходит к растениям с такой осторожностью, и баритон Б'лериона, подбадривающего Оклину.

- Ты говорила, что мы можем оставаться здесь сколько пожелаем, тихо сказал Алессан, - а в нашем "сегодня" пройдет лишь один единственный час... Может, мы найдем немного времени и для себя?

Послышался радостный смех Оклины, а вслед за ним чертыхания Б'лериона:

- Эти проклятые колючки... они еще и кусаются!

Морита улыбнулась, заметив прозвучавшее в голосе Б'лериона искреннее возмущение, и подняла глаза на Алессана. Ее пальцы коснулись его лица, разглаживая морщины, прочерченные горем и тяготами последних дней. Потом, непонятно как, она очутилась в его объятиях, и губы их встретились.

- Что еще можно требовать от однорукого?! - громогласно вопрошал Б'лерион откуда-то из-за кустов.

Алессан отпустил Мориту. Или Морита отпустила Алессана. Но бронзовый всадник так и не показался. Они улыбнулись друг другу, смущенные своим внезапным порывом.

- Скоро станет слишком жарко для работы, - сказала Морита. - И тогда мы поищем какое-нибудь уютное место... - ее глаза смеялись.

- Не очень я люблю жару, - улыбнулся Алессан, снова притягивая к себе всадницу. Он начал целовать ее глаза, губы, шею... но тут одно неосторожное движение - и его рука попала прямо в куст.

- Они действительно кусаются! - обиженно воскликнул Алессан, потирая ладонь, на которой выступили капельки крови.

- Еще как, - подтвердила Морита. Взяв только что срезанный лист, она выдавила немного клейкого сока на ранки. - Это послужит тебе уроком! Будь осторожнее. И не забывайся!

Смеясь, она быстро начала укладывать длинные острые шипы, которые пригоршнями рвал Алессан.

- Ты - самый быстрый упаковщик игл на всем Перне, - одобрительно проворчал тот, целую Морету в шею...

- Теперь моя очередь собирать иглы, - глаза Мориты смеялись. - Я буду собирать, а ты упаковывай. - Она ласково взъерошила его непослушные волосы. - Тебя давно пора подстричь...

- Если ты не будешь работать, то я быстро придумаю наказание! пригрозил Алессан.

- Да я работаю куда быстрее тебя! - возмутилась Морита, наваливая перед ним кучу игл.

- Вы что, не можете трудиться мирно? - спросил Б'лерион, внезапно возникая из-за кустов.

- Она еще и кусаются! Кусаются! - хором передразнили его Алессан с Моритой и дружно расхохотались.

Б'лерион как-то странно посмотрел на них и снова скрылся в кустах.

- Сначала работа, - строго сказала всадница, - потом игра.

- Играть работая совсем не трудно, - заметил Алессан, нежно проводя пальцем по ее щеке.

Они работали быстро и упорно, не пропуская, впрочем, возможности поцеловаться или просто прикоснуться друг к другу. Морита все время сдерживала радостный смех, да и на лице Алессана порой появлялась счастливая, немного растерянная улыбка. Они не замечали ничего и никого, пока рядом не раздался голос Б'лериона:

- Вы славно потрудились! Чувствуете, какая жара? всадник разделся до пояса, а Оклина, тащившая четыре мешка, полные игл, завязала рубаху под грудью. - Что до меня , - продолжал Б'лерион, - то я голоден, как дракон после Падения! - Он покачал своей свернутой в узел туникой. - Я нашел спелые фрукты и срубил одну пальмочку - из тех, у которых съедобная сердцевина. Пора подкрепиться, да и отдохнуть чуток не помешает. Капайм! Десдра! Прошу к столу!

Из-за кустов появились Десдра и Капайм, оживленно обсуждавшие лечебные достоинства местных трав. Капайм тоже разделся и повязал рубашку вокруг головы.

- Я понимаю, что вам жарко, - с сомнением в голосе сказала Морита, - но объясняться в Руате по поводу солнечных ожогов ничуть не легче, чем из-за исколотых ладоней.

- Но и заработать солнечный удар нам тоже ни к чему, усмехнулся Капайм. Он с удовлетворением покосился на мешки, полные шипов. - Пожалуй, нам надо отдохнуть, пока жара не спадет, - предложил он. - Устроим себе сиесту, как это принято в Исте.

Все согласились, что это прекрасная идея.

- Я нашла несколько дынь и красный корень, который так любят в Исте, - внесла свою лепту Десдра.

- А на любой из этих пальм, - махнула рукой Морита, - есть очень вкусные орехи. Алессан, слазил бы ты за ними... Конечно, если руатанский лорд еще не разучился лазить по деревьям лазить...

- Я слазаю, а ты лови.

Алессан снял рубашку - негоже, если она порвется - и передал ее Морите. Лазил он отлично, и вскоре импровизированная трапеза, включавшая хлеб и мясо из Руата и местные плоды, была готова.

Красный корень оказался сочным и вкусным, орехи - мягкими и спелыми, полными ароматного сока, а дыни от жары уже начинали бродить, и каждый кусочек оставлял во рту восхитительный винный привкус. Холодная и хрустящая сердцевина пальмы послужила великолепным десертом. В течение всего обеда Б'лерион болтал без умолку. Вот он, однорукий герой, принял участие в тяжелейшей экспедиции по спасению континента. Какая положена ему награда за труды - полная или только ее половина?

- Он всегда такой? - шепотом спросил Алессан у Мориты после того, как всадник рассказал ужасно смешную историю о лорде Диатиссе. - Он веселит народ почище многих арфистов!

- Б'лерион еще и поет, - кивнула Морита. - А в прочем... он само воплощение бронзового всадника!

- Тогда почему же он не стал Предводителем Форта?

- В брачном полете победил Кадит.

- А разве от тебя ничего не зависело? - удивился Алессан. Судя по всему, он не слишком-то жаловал Ш'гала. Морита задумалась в поисках честного и понятного ответа на вопрос, который предпочитала не задавать самой себе. Но прежде чем она сумела найти ответ, Алессан, словно извиняясь, коснулся ее руки. - Прости, Морита, - виновато произнес он. - Это не мое дело. Это дело Вейра.

- Я могу только сказать, что Б'лерион всегда такой - милый и веселый. А Ш'гал - серьезен, угрюм... Зато он умеет вести за собой людей. Он - боец, удивительный боец... Его способностям поражался даже Л'мал, наш прежний вождь.

- Знаешь, Б'лерион, - между тем смеялся Капайм, - я раньше никогда не слышал этой истории! Арфистам, не в пример тебе, приходится соблюдать определенные приличия. - Он поднялся на ноги и протянул руку Десдре: - Пойдем, покажешь мне, где тут лечебные травы, о которых мы говорили. Я знаю, мы прилетели сюда собирать иглы, но запасы трав в мастерской истощены, и немного свежего сырья нам не помешает.

- Хорошо, - согласилась Десдра, вставая, - мы поищем. Однако, мой милый мастер Капайм, ты еще не оправился после болезни, и потому должен как следует отдохнуть...

- Ну, отдохнуть и впрямь было бы неплохо, - протянул Б'лерион, когда Десдра и Капайм скрылись из вида. - Но работа не ждет! Пошли, Оклина. В наших кустах хватит и шипов, и тени. Так что солнечный удар нам не грозит. Пошли, не будем терять время...

Улыбаясь, он повел девушку вверх по ущелью, и Морита с Алессаном остались одни.

- Если он полагает, что я хоть на секунду поверил ему... - хмыкнул Алессан. Затем, глубоко вздохнув, он золотую всадницу, прильнув губами к ее устам. - Пойдем и мы, - прошептал он, - я не хочу снова уколоться... - Они двинулись в сторону скалы. - Не могу понять, - продолжал Алессан, - почему тот голубой дракон М'барака так странно реагирует на Оклину. Ну, с Б'лерионом и его Набетом все ясно, но вот Арит... Скажи, это как-то связано с королевским яйцом на Площадке Рождений?

- Вполне возможно, - кивнула Морита. - Но Форт Вейр не станет еще больше ослаблять род лордов Руата, забирая Оклину.

- Здесь хорошо... Набросаем только на землю листьев, предложил Алессан, подкрепляя слова делом. - Зачем нам синяки? - Морита помогла ему соорудить мягкое и удобное ложе. В глубине души ей так хотелось, чтобы на скальной площадке в лучах осеннего солнца грелся не Набет, а ее возлюбленная Орлита. - В жилах лордов Руата, - говорил меж тем Алессан, - насколько мне известно, уже течет кровь всадников Форт Вейра. Мы можем договориться, чтобы дети моей сестры возвращались для воспитания в наш холд...И тогда - почему бы Оклине не попытать счастья? - Решительным жестом швырнув на землю последнюю охапку листьев, он привлек к себе Мориту. - Знаешь, я во многом не похож на отца.

- Ну, с твоим отцом я бы не пошла в лес.

- Почему бы и нет? Он был весьма любвеобилен. И сейчас я докажу, что плод падает недалеко от дерева.

Смеясь, они упали на свое зеленое ложе, и Алессан в самом деле оказался таким любящим и таким нежным, что в миг страсти Морита забыла обо всем, кроме его рук и губ.

Под конец их все-таки сморил полуденный жар, и, крепко обняв друг друга, они задремали...

- Они едят меня заживо! - вдруг завопил Алессан, просыпаясь.

У них над головами с плотоядным жужжанием кружился рой мошкары.

- Возьми лист вон той лианы, что обвивает дерево справа от тебя, сказала Морита, - раздави его и помажь соком укусы. Тогда они не будут чесаться.

- Откуда ты знаешь?

- Я долго жила в Исте. Здесь я запечатлила Орлиту.

На смазывание укусов они потратили куда больше времени, чем требовалось. Впрочем, это могло продолжаться и дольше, но Алессан умудрился измазать соком губы. Теперь у него щипало язык и горело во рту, что, впрочем, не испортило ему настроения. Смеясь, они вернулись в заросли игольчатых шипов...

Когда сумерки сделали дальнейшую работу невозможной, сборщики встретились на каменистой площадке под скалой возле бронзового Набета.

- Набет говорит, - сообщил Б'лерион, дружески похлопывая дракона по плечу, - что из всех живых существ сейчас не спят лишь огненные ящерицы да мы с вами. Надеюсь, мастер Капайм, мы набрали достаточно игл, потому что моя бедная рука, - он продемонстрировал всем свою исцарапанную руку, сегодня уже достаточно потрудилась!

Капайм и Десдра испытующе глянули на мешки с пакетиками игл и переглянулись.

- Может, кто-то из вас сообразил считать иглы, пока собирал? - с надеждой в голосе спросил лекарь.

- Знаешь, что я тебе скажу? - ответил за всех Б'лерион. - Сейчас я их пересчитывать не собираюсь.

- Я совсем не имел этого в виду! - запротестовал Капайм.

- Однако, - спокойно продолжал бронзовый всадник, - я с удовольствием вернусь в это уединенное местечко добрать недостающее количество шипов. Ну, это если их все-таки окажется недостаточно.

- Только не сюда, Б'лерион, - предостерегла его Морета. - если уж и в самом деле придется лететь еще раз, то отправляйся в Нерат. Но только не сюда.

- Ну, разумеется! Нам совсем не нежен временной парадокс. А луны, кстати, в Нерате будут выглядеть примерно так же, как и в Исте.

- Ну, тогда решено, - устало сказал Капиам. - А теперь пора возвращаться.

- Как раз наоборот, мой любезный мастер лекарь, - с ухмылкой возразил Б'лерион, - если мы сейчас вернемся, то это наверняка вызовет массу ненужных вопросов. Подумайте сами: мы покидаем Руат полные сил и энергии, а час спустя возвращаемся голодные и буквально валящиеся с ног от усталости. Оклина, где наша сетка с обедом? Устраивайтесь поудобнее. Обопритесь о Набеха. Он большой, его на всех хватит.

Оклина передала наезднику сетку, полную больших кусков запекшейся глины.

- Я тут немного порыбачил во время отдыха, - признался Б'лерион. А Оклина умудрилась найти кое-какие очень даже съедобные клубни. Вот мы и решили все это запечь. Солнце здесь в полдень жарит, словно печка: на камнях - все равно, что на сковородке. От доброй трапезы еще никому хуже не бывало, не так ли, Морета? Знаете, что я вам скажу? если вы с Алесаном притащите еще несколько дынь, то у нас получится ужин, достойный... Рождения! - Блерион так быстро заменил одно радостное событие другим, более уместным в этой компании, что только Морета заметила подмену.

На всякий случай не давая Алесану ничего сказать, она тут же потащила его за дынями. Они прекрасно знали, где растут те аппетитные плоды - не раз и не два они прерывали работу, чтобы утолить жажду сочной ароматной дынькой.

- Это все Б'лерион придумал, - объясняла Оклина в ответ на благодарности за прекрасный обед, - и он поймал рыбу голыми руками!

- А тебя он научил так ловить? - спросил Алесан.

- Нет, - невозмутимо ответила Морета, - я и так уже умею. Мне Даг показывал как это делается. В наших реках такой способ ловли действует ничуть не хуже, чем в Исте.

Алесан даже лишился дара речи от удивления.

- Знаешь, - сказал он на ухо Морете пару минут спустя, - подумав, я пришел к выводу, что сестра моя вполне заслуживает того, чтобы жить в Вейре.

- Какой же ты молодец, - одобрительно промычал Капиам, за обе щеки уплетая печеную рыбу.

- У меня множество талантов, - скромно сознался Б'лерион, - Хорошо поесть - одна из моих маленьких слабостей. Фрукты - это прекрасно в жаркий день, но перед сном желудок хочет чего-нибудь горячего...

- Перед сном?! - в один голос возмутились Капиам и Морета.

- Именно перед сном! - сурово поглядел на них наездник. - Тебе, он показал на Морету, - через несколько часов лечить раненных драконов. Ты просто не справишься после целого дня сбора игл. Ты обязана отдохнуть. Что касается тебя, Алесан, то тебе сразу по возвращении придется вплотную заняться вакцинацией твоих драгоценных племенных кобыл и жеребцов. Я, честно говоря, не представляю, чтобы ты доверил кому-то другому столь ответственную операцию. На Капиама и Дездру лягут обязанности расширить программу вакцинации так, чтобы она учитывала и коней тоже. А это совсем не легкое дело. И весьма срочное. В общем, по всем соображениям, нам следует закончить нашу трапезу, а потом немного соснуть. Когда Белиор поднимется над горизонтом, мы встанем. А разбудить нас может мой Набех. Он потрепал дракона по длинной шее. - Разбудишь, радость моя, ладно?

- Б'лерион, - сердито скзала Морета, - Мне и в самом деле пора возвращаться к Орлих.

- С Орлих все в порядке. Не забывай, сколько бы ты тут ни спала, в Руат ты вернешься всего через час после вылета. Ты лучше погляди на себя ты же засыпаешь на ходу! К тому же, у тебя все равно нет выбора, - он широко улыбнулся, - Вернуться без Набеха ты не сумеешь, а он делает только то, что я ему говорю.

- Весьма учтивый кавалер, - хмыкнул Капиам, глядя на наездника.

- Но вполне благоразумный, - поддержала всадника Дездра. - Мне даже страшно было представить, что придется возвращаться прямо сейчас.

- Вот и расслабься немного, - воскликнул Б'лерион. - Облокотись на Набеха. Он вполне готов послужить не только защитой от ветра, но и подушкой.

Он попросил Набеха вытянуть шею, и вместе с Оклиной устроился на ее изгибе. Капиам и Дездра улеглись на хвосте, а Морета с Алесаном примостились у теплого живота дракона.

- А он не надумает перевернуться, - с тревогой в голосе спросил Алесан.

- Нет-нет, - успокоила его Морета. - Во всяком случае, пока Б'лерион лежит у него на шее... - добавила она со смешком.

Теплая тропическая ночь. Морета лежала в объятиях Алесана и пыталась уснуть. Но сон не шел. Она слышала, как шепот Капиама сменился молчанием. Алесан тоже спал, и только она никак не могла смежить веки. Ее мучило странное чувство одиночества, ощущение, словно она что-то где-то потеряла. Но понемногу пряный аромат дракона, сдобренный едва заметным запахом огненного камня, успокоил ее. Она начала понимать, что впервые за последние двадцать Оборотов она провела день без Орлих. Ей очень не хватало ее королевы. Орлих бы понравилось, как Алесан умеет любить. Единственное, чего ей не хватало, так это ощущения, что ее дракон разделяет с ней радость и удовлетворение. И поняв это, Морета наконец-то заснула.

В тот же миг, как Набех возник в воздухе над Руатом, Морета почувствовала расстроенный и взволнованный голос Орлих.

- Наконец-то ! Ты здесь! Где ты была?

- Действительно, где ты была? - этот вопрос ей задавала уже Холх, не менее взволнованная, чем Орлих.

- Я была в Исте. Набех же вам говорил.

- Мы тебя там не нашли! - хором заявили королевы.

- Но теперь-то я тут!! И привезла то, за чем мы летали. Все хорошо. Я уже скоро вернусь.

Вызванное путешествием во времени чувство одиночества прошло, как только Морета услышала родной голос Орлих. За ночь наездница отлично отдохнула. Она чувствовала себя необыкновенно бодрой и полной сил. Хорошо, что Б'лерион настоял на отдыхе.

Вдруг сидевший за Моретой Алесан напрягся. Он до боли сжал ее плечи. Морета не слышала его слов за свистом ветра, но знала, что он ругается. Она поглядела вниз и поняла в чем дело. Вид с воздуха на разоренный холд не мог оставить молодого лорда равнодушным. Когда же Морета повернулась к Алесану, на его лице читалась упрямая решимость.

Как только Набех приземлился у дороги напротив конюшен, Алесан повернулся к своей сестре:

- Слушай, Оклина, кто-нибедь из выздоравливающих уже наверняка оправился достаточно, чтобы заняться уборкой. Ты видела, в каком ужасном состоянии наш холд? Это же кошмар!.. Давай, Морета, я тебе помогу, - он соскочил с дракона и потянул всаднице ркук. Прекрасно понимая, что это всего лишь лишний повод обняться, наездница радостно сиганула вниз... Мастер Капиам, - продолжал он помогая Оклине спуститься с Набеха на землю. - Я буду готовить сыворотку и ожидать ваших указаний. Моя самая искренняя признательность тебе, Набех и тебе, Б'лерион.

Дракон покосился на Алесана своим большим зелено-голубым глазом.

- Он говорит, что, мол, пожалуйста, - улыбаясь, сообщил бронзовый всадник, и махнув на прощание рукой, они с Набехом взмыли в небо.

Они договорились обо всем еще в Исте, когда круглый, зеленовато-желтый диск Белиора показался из-за горизонта. Б'лерион отвезет Капиама и Дездру обратно в их мастерскую вместе с сетками, полными игольчатых шипов. Если шипов все-таки не хватит, он украдкой соберет еще, призвав в помощь Дездру и Оклину. Капиам уже составил сообщения, которые должны уйти главному мастеру скотоводу и во все холды, где разводят или просто держат коней. Туда, где нет своих барабанщиков, сообщение доставят курьеры.

Еще не улеглась пыль, поднятая крыльями Набеха, когда из конюшни показался Туэро. На его лице застыло удивленное выражение.

- Быстро вы обернулись, - скзал он, - Алесан, мы не можем начать приготовление новой партии вакцины, пока не вернулся М'барак с бутылками. И где его только носит?!

Но прежде, чем Туэро договорил, снова заклубилась пыль, и с небес на землю плюхнулся голубой дракон.

- Это еще кто с ним? - подозрительно спросил арфист.

И правда, помимо сеток, видимо с бутылками, на спине дракона сидело три пассажира.

- Морета! - позвал М'барак. - Давай быстрее! Помоги мне снять эти дурацкие бутылки! Я, между прочим, привез вам кое-кого, кто утверждает, будто умеет обращаться с конями. Но нам надо торопиться! Мне еще предстоит лететь на Падение! Ф'нелдрил меня съест с потрохами, если я опоздаю хоть на минуту!

Морета, Оклина, Алесан и Туэро кинулись снимать сети. Потом Алесан помог Морете забраться на Ариха, и хотя его рука, пожалуй, излишне долго задержалась на лодыжке наездницы, никто не прокоментировал неподобающее поведение молодого лорда. Глядя сверху вниз на запрокинутое лица Алесана, Морета от всего сердца желала подарить ему на прощание нечто большее, нежели просто улыбку. Но увы, больше она ничего не могла. Они уже взлетали, когда к Алесану подошла высокая худая женщина с коротоко, как у наездницы, подстриженными волосами - она прилетела вместе с М'бараком. Кого-то она Морете напоминала...

В Форт Вейре все были так заняты приготовлениями к предстоящему Падению, что никто даже и не заметил появления голубого дракона. Арих высадил Морету у самого входа в пещеру, где распологалась Площадка Рождений. Поблагодарив дракона и всадника, наездница побежала внутрь, к своей измучившейся ожиданием Орлих. Она ничуть не удивилась, увидев рядом со своей королевой Лери.

- Ты здесь! Ты здесь! - с облегчением ворковала Орлих, распахнув крылья.

- Все в порядке, Орлих. Я действительно здесь. Не надо так шуметь! - Морета крепко обняла дракона, нежно почесывая ее надбровные дуги и длинную шею.

- Клянусь первым яйцом, - воскликнула Лери, - Я рада тебя видеть живой и здоровой. Где это ты болталась? Холх тоже не могла тебя найти. Да тише ты, Орлих. И ты, Холх!

- Вы что, не говорили с Набехом? - спросила Морета. Ей было совестно, что она заставила волноваться своих друзей.

- Мне была нужна именно ты, - жалобно сказала Орлих.

- Ты можешь мне объяснить что, собственно говоря, случилось? - сухо поинтересовалась Лери. - Последние полчаса... это что-то ужасное. Все мои силы ушли на то, чтобы удержать Орлих и не дать ей отправиться на поиски. Она действительно хотела тебя искать... где бы ты там ни была. Кстати, где именно?

- Разве Набех вам ничего не говорил?

- Он сказал только, - воздела руки к небу Лери, - что вам срочно нужно кое-куда слетать и что это не займет у вас больше часа.

- Мы и вернулись через час, - заметила Морета. События проведенного в будущем дня уже спели стать для нее какими-то нереальными.

- Ну, не точно через час, - покачала головой Лери. - Вас не было чуть дольше... Вы о чем-то поговорили с Капиамом, а затем, прихватив с собой эту его Дездру, улетели на Арихе в Руат. А дальше я вдруг слышу что-то о Набехе и Б'лерионе, - Лери сурово поглядела на Морету. Взгляд получился бы еще более суровым, если бы старой наезднице не приходилось то и дело переступать с ноги на ногу: горячий песок площадки жег даже через сандалии.

- Знаешь, Лери, мне так много надо тебе рассказать! Но, помоему, на этом песке тебе не слишком-то уютно. Давай отойдем в сторонку... Нет-нет, Орлих, я никуда не ухожу. Я тут...

- Все началось, - рассказывала Морета, когда они с Лери уселись у края Площадки, - когда мастер Капиам прилетел ко мне задать тот же самый вопрос, что и Алесан. - Морета чудом удержалась и не добавила "два дня тому назад". - Оба они интересовались возможностью вакцинации коней.

- Мне казалось, - хмыкнула Лери, - что ему бы только-только разобраться с вакцинацией людей.

- Все так, - согласилась Морета, - но это болезнь такая, что кони могут заражать не только других коней, но и людей тоже...

- Да не тяни ты! - поторопила наездницу встревоженная этой новостью Лери.

В общем, Морета объяснила Лери цель визита Капиама, рассказала о его опасениях касательно второй волны эпидемии и о том, как это волна может прокатиться по континенту, распространяясь через животных.

Вот почему, - заключила Морета, - так важна повторная и теперь уже поголовная вакцинация. Она даже дала Лери посмотреть оставленный Капиамом график развоза вакцины.

- Капиам спланировал все так, - пояснила она, - чтобы с задачей смогли справиться минимальное количество наездников.

На лице Лери удивление сменилось шоком. Она поняла, как именно Капиам планирует развозить вакцину.

- Наездникам придется летать сквозь время! - возмущенно вскричала Лери. - И ты говоришь, что Капиам принес этот график с собой?! - Она прямо-таки задыхалась от охватившего ее негодования. - Да я этого К'лона на кусочки разорву голыми руками! - взревела она, вскакивая со скамьи. Да я его...

Снаружи громко заревела Холх.

- К'лон тут ни при чем, - поспешила заверить старую наездницу Морета. - Успокой Холх. А не то сейчас сюда примчится Ш'гал выяснять, в чем дело!

- Если это ты рассказала Капиаму... - с угрозой в голосе начала Лери.

- Не говори глупостей! Он знал обо всем и без нас! - вспоминая, что она сама чувствовала, узнав, что лекарю ведома одна из самых драгоценных тайн Вейров, Морета могла легко понять негодование Лери. - А знал он потому, что это лекари вывели драконов. И это они заложили в них способность путешествовать сквозь время. Я тоже как-то об этом подзабыла, пока Капиам мне не напомнил!

Лери открыла было рот возразить, да так и застыла.

- Тебе все равно еще многое придется мне объяснить, выдавила она наконец. - Где это ты пропадала последний час, так что ни Орлих, ни Холх не могли тебя сыскать?

Морета вдруг засомневалась, как-то будет воспринят Лери рассказ о том, где она действительно провела этот час. Особенно учитывая явную неполноту того, что Набех счел необходимым сообщить Орлих и Холх. Но куда деваться?

- Мы отправились в Исту, - сказала она. - Да, мы полетели в Исту, в будущую осень, собирать игольчатые шипы. Нет смысла готовить вакцину, если потом нечем будет ее ввести.

- Вы взяли и вот так просто прыгнули на пять месяцев в будущее?! задохнулась от возмущения Лери.

- Ну, не так чтобы совсем просто, - возразила Морета, - Б'лерион сперва проверил по таблицам положение Алой Звезды и лун. И мы вернулись в Руат через час, как и обещали. Не так ли?

- Хоть вернулись... - пробурчала Лери, похоже примиряясь со случившимся.

- Набех не сказал вам, что мы полетели в Исту? - спросила Морета. Да, кстати, я выбрала место, до которого не так-то легко добраться. Кругом скалы и непроходимый тропический лес. Мне казалось, что Иста безопаснее Набола. Там нам ничего не грозило.

- Нам, - насторожилась Лери, - Кому именно нам?

- Ну не могла же я набрать необходимое количество иголок одна? всплеснула руками Морета, поняв, что по неосторожности привлекла внимание старой наездницы еще к одному вопросу, о котором лучше было и не заикаться.

- И кто же летал с тобой?

- Б'лерион...

- Я и не рассчитывала, что он отдал тебе Набеха, а сам остался в Руате! - язвительно процедила Лери.

- Еще Капиам и Дездра, - как можно убедительнее ответила Морета, Да, кстати, - пытаясь перевести разговор в другое русло, сказала она, упоминание о способности драконов преодолевать время они нашли в каких-то своих древних Летописях.

- Интересно, не могли бы мы убедить Капиама каким-нибудь образом сжечь эти Летописи?

- Он согласился "потерять" их, - усмехнулась Морета. - Я поставила это условием его участия во всей этой затее.

- Это уже четверо. Ладно! Кто еще? Я слишком хорошо тебя знаю, моя милая. Давай, давай...

- Алесан и Оклина.

Лери тяжело вздохнула и закрыла глаза руками.

- Алесан слишком благороден и он слишком многим рискует, чтобы проболтаться о нашем секрете. А что касается Оклины, то судя по тому, как ведет себя с ней голубой Арих, она прекрасная кандидатура для королевского яйца Орлих!

- Но ты же не можешь... - Лери, в который раз уже, онемела от изумления. - Не заберешь же ты в Вейр сестру лорда Руата?!

- Я-то , может, и не заберу, а вот королева очень даже может. И потом Алесан сказал, что не возражает против того, чтобы его сестра стала наездницей. Он поставил только одно условие: ее дети должны будут вернуться в Руат.

- Ты немало сделала за какой-то час, - одобрительно пробурчала Лери.

- Б'лерион настоял, чтобы мы как следует отдохнули перед возвращением. Мы проспали почти шесть часов!

- А потом как ни в чем ни бывало вернулись в Руат с полными сетками игольчатых шипов?! И никому ничего не объяснили?

Морета украдкой облегченно вздохнула. Теперь, когда Лери оправилась от первого шока, она не сможет не увидеть смешной стороны происшедшего.

- Б'лерион высадил меня, Оклину и Алесана в Руате, а Капиама и Дездру отвез в мастерскую лекарей. Еще даже пыль не осела, когда прилетел М'барак с большими стеклянными бутылками, за которыми его послали и несколькими добровольцами... Кроме того, кто осмелится спрашивать у лорда холда отчета, где он провел какой-то час, или требовать у главного мастера лекаря объяснений, где он достал необходимые для инъекции игольчатые шипы?

- Я постараюсь это запомнить! - к Лери понемногу начало возвращаться прежнее чувство юмора.

- А в итоге, - продолжала Морета, - мне остается только связаться с остальными Вейрами и договориться о совместном развозе вакцины по холдам и мастерским. Этим я займусь завтра.

- Милая моя, ты можешь улизнуть из Форта на часок и никто ничего не заметит, но как ты объяснишь свое путешествие по Вейрам?

- Элементарно! Вот перед нами яйца. Скоро из них вылупятся маленькие дракончики. Я полечу в Вейры на Поиск. Даже Орлих согласится, что это необходимо! И потом, если не ошибаюсь, Предводители Веров на своей знаменитой встрече у Одинокой скалы обещали предоставить нам кандидатов для Запечатления.

- Ну, - пожала плечами Лери, - когда это было... Мы говорим о сегодняшнем дне. Ты, надеюсь, знаешь о позиции М'тани? Да он не расстанетая сейчас даже с самым последним олухом из своего Вейра!

- Я уже думала об этом. Помнишь те листы, что Предводители передали С'перену? Ты отдала их Ш'галу или нет?

- Не смеши меня! Они тихо и спокойно лежат у меня в вейре.

- Тогда по ним я смогу выяснить, с кем из бронзовых всадников Телгара мне стоит переговорить... С Бенденом, мне кажется, особых проблем не будет...

- Ну, разумеется! А в Телгаре тебе стоит поговорить с бронзовым наездником по имени Т'грел. В Игене я бы на твоем месте обратилась к Далове. Может, она и любит поболтать, но вообще-то она женщина весьма благоразумная. Ты обо всем подумала, не так ли? - Лери одобрительно улыбнулась, - Знаешь, из тебя со временем получится превосходная Госпожа Вейра. Ты только день куда-нибудь этого своего бронзового и найди кого-нибудь другого, повеселее. И я имею в виду не этого светлоглазого лорда Руата с его бесконечными запасами бенденского вина. Хотя, по правде говоря, он очень даже ничего!

Снаружи громогласный рев Кадиха призвал боевые крылья приготовиться к вылету.

Глава 15

Вейры Форт, Бенден, Иста, Иген, Телгар и Плоскогорье

3.21.43

- В один прекрасный день, М'барак, - говорила Морета молодому всаднику на следующее утро, - так вот, в один прекрасный день, который, между прочим, уже не за горами, мы все останемся без работы. Загорай себе на солнышке сколько душе угодно!

- Мне нравится возить людей и грузы, это хорошая тренировка для Ариха, - сказал М'барак и потупился, покраснев. - Ф'нелдрил объяснил мне вчера значение Поискового дракона и то, почему Арих был так невежлив.

- О какой невежливости ты говоришь?

- Ну, не подобает дракону вести себя так, как Арих вел себя с леди Оклиной.

- Не волнуйся, М'барак. Оклина все понимает. А что касается Ариха, то это проявление инстинкта, который, между прочим, мы бы очень хотели в нем развить. Он прекрасный, чувствительный голубой дракон. И мы должны быть благодарны, что он у нас есть. Теперь вот что, сегодня мы