/ / Language: Русский / Genre:prose_contemporary

Прекрасность жизни. Роман-газета.

Евгений Попов


Евгений ПОПОВ

____________

ПРЕКРАСНОСТЬ ЖИЗНИ

___________

ГЛАВЫ ИЗ ”РОМАНА С ГАЗЕТОЙ,” КОТОРЫЙ НИКОГДА НЕ БУДЕТ НАЧАТ И ЗАКОНЧЕН

МОСКОВСКИЙ РАБОЧИЙ

1990

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

ГЛАВА 1961

Спасибо

Бензин в Малоярославце

ГЛАВА 1962

Встреча с Киплингом

«Дав оброк с нас положéнный...»

ГЛАВА 1963

Сын офицера

Эсхатологические настроения определенной части бывшей молодежи

ГЛАВА 1964

Ясность мысли

Не то теперь

ГЛАВА 1965

Плешивый мальчик

Предупреждение

ГЛАВА 1966

Пение медных

Прекрасность жизни 69

ГЛАВА 1967

Трагические последствия одной нелепой шутки

Нет, не о том

ГЛАВА 1968

Колесо жизни

«Светлый путь»

ГЛАВА 1969

Странности

«Мельмот-скиталец»

ГЛАВА 1970

Искомые серебряные ложечки

«Гранатовый браслет»

ГЛАВА 1971

Нечистый дух

Героический поступок, связанный с убийством лебедя Борьки

ГЛАВА 1972

На бугорке

Обратная связь

ГЛАВА 1973

Толстая шкура

На кол

ГЛАВА 1974

Червяк

Правильно!

ГЛАВА 1975

Поездка в жалобный пункт

«Клумба цветов»

ГЛАВА 1976

Как пропал Федор

Малая родина Федора

Проводы так называемой русской зимы, или Поломанная голова Мирзликина

Хорошая дубина

ГЛАВА 1978

Смертельный зельц

Очернительский очерк

ГЛАВА 1979

Недостижимость блискующего идеала

В скрадке

ГЛАВА 1980

Золотой обруч

Сент Мишель

ГЛАВА 1981

Голубые этажи

Дрянная, дрянная, дрянная, испорченная...

ГЛАВА 1982

Свинячья музыка

Браво, браво!..

ГЛАВА 1983

С чего начинается Родина

Попытка разобраться в совокупности обстоятельств

ГЛАВА 1984

Ода под названием «Низзя»

Постыдный со всех сторон случай

ГЛАВА 1985

В музыканта не стрелять!

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Основной пафос предлагаемого читателям сочинения заключается в том, что жизнь прекрасна, потому что она — есть, а вот если ее нет, то она уже не прекрасна.

«Прекрасность жизни» устроена следующим образом: каждая глава включает в себя: 1. Текст, ориентировочная дата написания которого совпадает с нумерацией главы. 2. Газетную цитацию за этот год. 3. Текст, условно датируемый первой половиной 80-х годов XX века.

Пропущенные 1960 глав, начиная с Рождества Христова, знаменующего начало современной цивилизации, никогда не будут написаны, потому что автор тогда не жил, не чувствовал и не было долгое время газет. А с 1946 года он жил, но осознанно занялся литературой лишь в 1961 году. Примерно к этому времени относится и завязка его «романа с газетой».

Начала нет, конца нет, продолжение может следовать или не следовать, ибо все мы ходим под Богом и тот, кто еще не совсем в этом уверен, получит необходимые доказательства в самое ближайшее время.

Немного о личности автора. Он родился в Сибири, в семье бедного отца, который не дослужился до чаемых чинов по независящим ни от кого обстоятельствам. От матери автор унаследовал любовь к художественной литературе и СССР. В детстве слушал сказки. Где живет и работает старшая сестра автора, он не скажет, потому что она скромный человек и это может огорчить ее. У автора много друзей. У него есть жена. Он любит ее и хотел бы посвятить ей «ПРЕКРАСНОСТЬ ЖИЗНИ», но не сделает этого из суеверия.

Автор образован. Он закончил школу и Московский геологоразведочный институт. В 1956 году автор написал письмо в одно из издательств, что для детей выпускают мало высокохудожественной литературы, и с тех пор имел от указанной литературы многие практические печали, изредка перемежаемые яркими вспышками прекрасности. У него есть литературные учителя. Почти все они умерли, но некоторые здравствуют, и автор желает им крепкого здоровья, творческих успехов, счастья в личной жизни.

И последнее. Подбор цитат в «ПРЕКРАСНОСТИ ЖИЗНИ» осуществлен не по расчету, а по любви. Автор не претендует ни на что, кроме художественности. Он пытался максимально следить за аутентичностью газетных текстов, но если какой-либо скрупулезный читатель обнаружит пускай самый мелкий просчет, то автор тут же примет и с благодарностью учтет в своей дальнейшей работе эту конструктивную, доброжелательную критику.

6 октября 1985 г.,

пос. Мичуринец

Красуется велик и мал;

Жить хочет век, кто в гроб желал

Влекут к тому торжеств изрядства.

М. В. Ломоносов

ГЛАВА 1961

Спасибо

Все-таки придется продать. Шесть томов в коричневом переплете. Каждый опоясывают две полоски: красная и черная. Я обертывал книги калькой, и полосы все равно были видны, только немного тускло. Я люблю эти цвета. Они не дают успокоиться. «В жизни много дряни»,— говорит черная. «Не бойся, победа за нами»,— говорит красная. Она немного шире черной...

Скажут, сентиментальный. А я жил за этими книгами лучшие часы своей жизни, которая только начинается.

...Зеленый свет настольной лампы освещает фигуру парня, почти подростка...

В окно врывается зной батумского дня, гремит бубен, за столиками шумят посетители: рыбаки-греки, матросы. Здесь и я, сильный и смелый. Чокаюсь с моряками, слушаю истории, полные выдумки и соленых брызг…

— Пора спать.

— Сейчас.

Голубой Север. Крепкие девушки-рыбачки. Бородачи-охотники. Царство силы, холода и красоты. Листаю дальше.

Соленый запах Кара-Бугазского мирабилита. Непередаваемая красота средней России.

Хватит. Решил, значит, все...

Букинист очень старый. Говорят, что он «работает с книгами больше тридцати лет». Сухо очень. Ведь он дышит этими пожелтевшими томами. Я считаю его хорошим человеком, гражданином. Да он и не может быть другим, таким его сделала книга.

— Здесь все шесть,— мой голос срывается.

Он медленно перелистывает страницу за страницей. Это его обязанность — смотреть, чтоб не было вырванных и грязных листов.

Он возьмет, обязательно возьмет. Книга редкая, попробуй достань. Почему же, когда подаю пятый том, дрожит рука.

Он на меня странно посмотрел. Клянусь, что посмотрел, а теперь вот снова манипулирует желтыми от папирос пальцами.

— Н-не возьму,— неожиданно говорит старик, уже бесстрастно глядя вперед.

Я хочу спросить — почему? Но слова застывают на губах. Теперь мы с ним объединены какой-то маленькой тайной. Никто больше не знает о ней. Ни бабка, сдающая пышные издания Ольги Форш, ни высокий студент с беспокойным взглядом (боится, что не возьмут учебник без титульного листа).

Я иду и думаю о том, что денег ни копейки. До стипендии неделя, а завтра мне — восемнадцать.

Но тут я замечаю, что небо светлое и какое-то особенно хорошее. Глазам больно от дерзкого солнца. Нарядные девушки проходят, громко переговариваясь.

Жизнь.

Спасибо тебе и старому букинисту. Сегодня вы мне дали хороший урок. Как это назвать, я не знаю, но думаю, что урок этот тесно связан с правдой и честностью жизни.

Спасибо.

Я иду, закинув за плечо тяжелую спортивную сумку.

Прежде чем открыть этот номер, мы с вами завтракали. Мы съели сосиски, выпили молоко. Мы не задумываемся над столом, откуда берется столько продуктов, чтобы накормить семью более чем в двести миллионов. Мы вспоминаем об этом, если где-то случились перебои с молоком и мясом.

Все дружно хлопали Любе. А Никита Сергеевич Хрущев пожал ей руку и сказал: «Молодец, Люба!»

Кукуруза вымахала выше головы.

И если даже на лошадь садились, все равно головы не было видно.

В. ПЕСКОВ

12 апреля 1961 г. в Советском Союзе выведен на орбиту вокруг Земли первый в мире космический корабль-спутник «Восток» с человеком на борту.

Пилотом-космонавтом космического корабля «Восток» является гражданин Союза Советских Социалистических Республик майор ГАГАРИН Юрий Алексеевич.

НАША ПОБЕДА!

ТОРЖЕСТВО РАЗУМА

С БЫСТРОТОЙ МОЛНИИ

БУРЯ ВОСТОРГОВ

КОСМОС НАШ, ДРУЖЕ!

ВЫДАЮЩИЙСЯ УСПЕХ

ТРИУМФ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

ЭТА ДАТА НЕЗАБЫВАЕМА

ПАРИЖАНЕ ГОВОРЯТ:

ВЕЛИКОЛЕПНО!

Живем мы на нашей планете

В такой замечательный век!

И первым из первых в ракете

Советский летит человек.

С. МИХАЛКОВ

НАЧАЛАСЬ СТРАДА КУКУРУЗНАЯ

«КОРОЛЕВА» НЕ ПОДВЕЛА

Нынешней весной молодой механизатор комсомолец Василий Изместьев попросил правление колхоза «40 лет Октября», чтобы ему поручили выращивать кукурузу. Просьба комсомольца была удовлетворена. В третьей бригаде было создано комсомольско-молодежное кукурузоводческое звено под руководством Василия. За звеном закрепили технику, дали участок площадью в 170 га.

Василий и его помощник Николай Понякин взялись за книги, настойчиво изучали передовой опыт. Нынче ездили к знатным каптыревским кукурузоводам Николаю Филимоновичу Бочкареву и Василию Федоровичу Каптыреву. Учились у них на практике получать ровные квадраты.

Когда пришло время сева, молодые кукурузоводы уже имели большой багаж знаний, а когда знания есть, то и работается смелее, увереннее. Изместьев и Понякин дважды проборонили участок, до и после всхода кукурузы, и, главное, прикатали почву, чего раньше никто не делал.

Наступило время культивации. С раннего утра и до позднего вечера Василий обрабатывал междурядья сначала в одном, а потом в другом направлении. Сорняков не стало. Кукуруза быстро пошла в рост. Она заметно выделялась среди других массивов. Колхозники с гордостью называют ее комсомольской.

Раньше в осеннее время коров не подкармливали кукурузой, потому что урожаи ее были низкими, зеленую массу берегли на зиму. Совсем другое дело нынче. Комсомольская «чудесница» выросла густая, с размашистыми листьями, высотою до трех метров. Уже в середине августа ею стали подкармливать коров. Надои резко пошли в гору. В среднем по ферме надаивают сейчас по 10,7 литра в день от коровы. А передовые доярки Федосья Обухова, Анастасия Кравченко, Антонина Понайтис — по 12 литров. Ферма заняла первенство по надоям не только в колхозе, но и в районе.

На днях Василий Изместьев и Николай Понякин приступили к уборке кукурузы. По предварительным подсчетам, стало ясно, что каждый гектар даст не менее 500 центнеров зеленой массы, а обязательство комсомольцы брали — 400 центнеров.

Шушенский район

Ф. ЛОМОВ

ЖИВИНКА

Доклад был кратким. Сообщив об итогах сессии, секретарь комсомольской организации подразделения, строго глядя на товарищей, сказал:

— Ну вот, докатились. Уступили первое место... Кто будет выступать?

Наступило тягостное молчание. Все почему-то смотрели на пол. Каждый чувствовал себя виновником.

Затем взметнулось вверх добрых два десятка рук.

Н. ПОДКОВЫРОВ, майор

Я ОДОБРЯЮ!

Когда я прочитала Заявление Советского правительства, в первую минуту что-то сдавило сердце. Ведь я и мои ровесники молоды, перед нами только открылись двери в большую счастливую жизнь. А американские заправилы бряцают оружием. Разве это люди? Нет, это человеконенавистники!

Я горда тем, что живу в стране, где человек человеку друг, в стране, миролюбивая политика которой известна истории. Я знаю, что решение возобновить проведение ядерных испытаний далось нелегко нашему правительству. Но я понимаю необходимость этого решения и одобряю его.

Нонна РАДОВИНЧИК,

зав. сектором учета комитета ВЛКСМ

телевизионного завода

Кораблями плывут

По степному раздолью

Лафеты.

Всюду слышится

Звонкая песня труда.

Мой земляк хлебороб,

ты сегодня опять за работой,

От зари до зари,

Да и ночью навряд ли уснешь.

И блестят на щеках твоих

Капли рабочего пота.

И сечет тебя ветер,

И бьет по плечам твоим

дождь.

Ты устал...

Но глаза твои радостью

полны.

Не бросаешь руля,

Весь закатным огнем озарен...

И бегут,

И бегут

Под лафет золотистые волны.

То Россия тебе

Отдает материнский поклон.

П. КОВАЛЕНКО

ЭСТАФЕТА ПОКОЛЕНИЙ

До открытия съезда осталось несколько часов. Ученики школы № 10 собрались на митинг.

С приветствием выступил старый большевик Леонид Исаакович Карбовский. Он поздравил ребят со знаменательной датой.

«Мы, старые коммунисты, передаем знамя коммунизма вам, комсомольцам, строителям светлого будущего».

Вместе с секретарем комсомольской организации школы Ирой Сатюковой Леонид Исаакович вручил комсомольские билеты ученикам, принятым в этот день в члены ВЛКСМ. Один за другим под аплодисменты товарищей старшеклассники получают комсомольские билеты.

Молодые комсомольцы Наташа Жилина и Таня Рехлова в ответном слове сказали, что они и их товарищи оправдают высокое доверие и постараются стать настоящими строителями коммунизма.

Е. ПОПОВ

ОДНАЖДЫ В СУББОТУ

Этот вечер понравился всем без исключения, хотя на диспуте мы порядком поспорили и поволновались. Ведь тема диспута была очень интересной: «В чем смысл жизни?»

Комсомольские активисты хорошо подготовили вечер, задолго до его начала каждый в цехе знал тему диспута, вопросы, которые будут обсуждаться. Для этого было выпущено два специальных номера стенгазеты. Кроме того, было объявлено, что до начала диспута в этом зале в торжественной обстановке будут вручены билеты вновь принятым в комсомол.

Новых комсомольцев поздравили их старшие товарищи, а также пионеры, выступившие с интересным монтажом. Юным ленинцам, так хорошо исполнившим стихи и песни, долго аплодировали.

А потом, после небольшого перерыва, начался интересный разговор о жизни, о «большом» и «маленьком» счастье.

Выступивший первым Анатолий Петрученя говорит, что все люди стремятся к счастью, для этого они созданы. И большинство находит его в том, чтобы вместе с коллективом строить хорошую жизнь для всех. Сознание своей нужности делает человека счастливым. Мысль Анатолия развивают девушки, члены бригады коммунистического труда Алла Баташева и Надя Рижанова. Они счастливы, когда делят радости и горести коллектива, когда их наслаждение хорошим произведением искусства — книгой, музыкой, картиной — понимают и разделяют их подруги. Девушки считают, что чем насущнее, разнообразнее жизнь, тем интереснее. И когда они помогут сделать что-то хорошее, чувство исполненного долга вызывает у них ощущение большого и полного счастья.

Поднимается на трибуну Галя Сорокина. Она говорит, что чувствует себя, счастливой, когда делает что-то приятное для близкого человека.

Ей возражает Слава Н. По его мнению, Галя обедняет понятие о счастье. Человек, замкнувшийся только в сфере личных переживаний, равнодушный к заботам коллектива, скоро поймет, что он одинок, почувствует, как ему не хватает тех высоких и благородных целей, во имя которых трудится твой цех, завод, твоя страна. Все одобрительно аплодируют, слушая выступление Славы.

Но вот выступление, которое вызывает недоумение у всех присутствующих. Человек жалуется на трудности жизни, говорит о нужде в квартире. Для него смысл жизни — заработать побольше денег, иметь хорошую квартиру. Реакция всего зала заставляет его быстро сойти с трибуны. Сразу несколько человек пытаются доказать выступавшему, в чем он не прав.

Много молодых людей выступило на этом вечере. В заключительном слове ведущий диспут В. Б. Носков обобщил все высказывания: смысл жизни в том, чтобы быстрее построить коммунизм, ибо в коммунистическом обществе все будет для блага человека, для его полного счастья.

Начались танцы, а разговоры о диспуте не умолкали. Все были довольны, что вместе помечтали, поговорили об интересных и волнующих вопросах жизни. Комсомольцы решили чаще проводить такие вечера.

Г. СТЕПАНОВА

ОДНА БИТВА ЗАКОНЧИЛАСЬ.

ГОТОВЬСЯ К ДРУГОЙ!

С ЗАСЕДАНИЯ ШТАБА ПО

РУКОВОДСТВУ

СОРЕВНОВАНИЕМ МОЛОДЫХ

КУКУРУЗОВОДОВ

ПОД ТВОИМ РУКОВОДСТВОМ, ПАРТИЯ, ЮНОСТЬ ИДЕТ ВПЕРЕД

(Речь Первого секретаря ЦК ВЛКСМ С. П. Павлова на XXII съезде КПСС)

……………………………………………………………………………………………………………

С особой ответственностью и энтузиазмом молодежь взялась за возделывание кукурузы. Она поверила в эту культуру и по-настоящему подружилась с ней.

В нынешнем году борьба за кукурузу стала для комсомола экзаменом на политическую зрелость...

……………………………………………………………………………………………………………

Молодежь искренне радуется, когда ее новым другом становится книга или фильм, где есть большая правда о советском человеке, герои, которым хочется верить и подражать.

Вот почему она не соглашается и не принимает такие произведения, в которых преимущественное положение отводится образам и поступкам жалкой группки «золотушной молодежи». Смакование похождений моральных уродов — дело легкое, но никак не благородное. И не надо делать это под флагом борьбы за воспитание человека. Очень жаль, что эти странные тенденции стали наиболее отчетливо проявляться в таком уважаемом журнале Союза писателей, как «Юность». Кстати, в редколлегии этого журнала нет ни одного педагога или комсомольского работника. Нам непонятна и та поспешность, с какой некоторые кинематографисты взялись за экранизацию опубликованных в «Юности» повести «Мишка, Серега и я» или романа «Звездный билет».

Руководители колхоза имени Ордубады доложили, что сев кукурузы завершен полностью. Секретарь Астрахан-Базарского райкома ЛКСМ Азербайджана обрадовался такому донесению. Он выехал в колхоз, чтобы поздравить передовиков и всех, кто отличился на посеве кукурузы. Каково же было его удивление, когда выяснилось, что вместо кукурузы там посеяли горох, а под кукурузу выделили совершенно негодный участок! И сеять кукурузу вовсе не закончили, а даже не начинали.

А. БАГИРОВ

Президентом ВАСХНИЛ им. В. И. Ленина избран Герой Социалистического Труда академик Трофим Денисович ЛЫСЕНКО.

Ежедневно пять французских граждан кончают жизнь самоубийством.

Как-то он записал мне в блокнот любимые строчки из песни:

Я знаю, друзья, караваны ракет

Помчатся вперед от звезды до звезды.

На пыльных тропинках далеких планет

Останутся наши следы.

Ольга АПЕНЧЕНКО

Вечер. Синеет лес за окном. Серебрится разлив реки. ЮРИЙ ГАГАРИН:

— Земля... Наша земля. Красота какая!

...Время расставаться. Прощаемся до завтра.

П. БАРАШЕВ, В. ПЕСКОВ

Бензин в Малоярославце

«Горючие материалы, а именно бензин следует экономить. Ведь даже весьма незначительная скромность в потреблении этого продукта немедленно оборачивается сильным прибытком в хозяйстве, что немедленно ощущает карман, хоть и не наполняясь, но истекая медленно, по капле, вязко...»

Так думал наш герой, стоя у здания бывшей почтовой конторы города Малоярославца Калужской области, где Н. В. Гоголь неоднократно останавливался на своем пути к калужской губернаторше и в другие места, куда он часто ездил. Герой вспомнил величественное здание Музея космонавтики, расположенное на месте бывшего дома губернаторши, протяженную набережную, портрет К. Э. Циолковского в простой сосновой рамке. Горько стало, когда окончательно понял — смеялись над ним современники, которые ничего не понимали, задавленные окружающими реалиями. Что ракета действительно полетит к звездам, озаряя исчезающее российское пространство, состоящее из деревянных домиков, сбегающих к Оке, летнего и зимнего леса с преобладанием хвойных, простоволосой бабы, что несет на коромысле деревянные бадейки с колодезной водой. Эх, обида! Однако как не счесть сумасшедшим, коли уровень развития прогресса безумно отставал от видений прозорливца? Еще и Николай Федоров: странная, взрывчатая смесь архиреакционнейшего мистицизма с техническими разработками бородатого калужского учителя, чья жена покупала на рынке убогий полуторафунтовый кусочек мяса, только бы Костик мог заниматься у себя в светелке без ущерба для здоровья. Вот и летят теперь все к звездам, включая американцев и монголов, каждый день. Здорово!

Герой шагнул за ворота бывшей почтовой конторы. Там разворачивался тягач с полуприцепом, и пришелец невольно залюбовался — столь бережно и чутко двигалась управляемая человеком гигантская звероподобная машина в кругу другой техники, пытаясь не задеть эту технику своими железными плоскостями. «Классная работа! Как хорошо жить на свете!» — с восхищением подумал герой. Звучали механизмы, как струнные неведомого оркестра, неподалеку на стройке ухало и тряслось: забивали сваи, здесь будет шестнадцатиэтажный дом, многие семьи простых людей займут его квартиры улучшенной планировки.

— А что, ребята, как насчет бензина? — обратился он к двум крепышам в замасленной производственной одежде, что устало покуривали у своих грузовиков, чьи двигатели тихонько постукивали: тук-тук-тук, тук-тук-тук...

— Да слить-то ведь можно было бы... Ведь, однако, не ворованное, а излишек, образовавшийся вследствие экономии и непережога, связанного с мастерством вождения. Но руководством это материально не стимулируется, о чем писали в газете «Правда», отчего раньше иногда сливали в канаву, а сейчас, после повышения цен на бензин, и продаем, чего уж тут грех скрывать, раз не стимулируют. А только это нынче сейчас опасно, потому что недавно читали приказ, и если обнаружат, то всем нам не миновать беды за мелкое расхищение государственного имущества,— пошутил один из крепышей с торчащей в проеме клетчатой рубашки маленькой плоскостью матросского тельника, столь чуждо глядевшегося здесь, в самом сердце континентальной России.

— И то верно,— вступил в разговор другой крепыш, сивоусый, с темным лицом, тронутым загаром и оспой.— За трюльник денег будешь иметь бледный вид, потому что выскочат неизвестно откуда и накроют, кот их дери.

— Но ведь кто не рискует, тот не пьет шампанское,— принужденно улыбаясь, сказал герой фразу, которую однажды услышал в метро, и вот надо же — пригодилась.

Крепыши задумались. Напротив стояла действующая церковь, построенная в середине XIX века, но она в этот дневной час не работала. Стая ворон облепила некий бронзовый памятник, даже на голове сидели, и это подло не вязалось с его величавой монументальностью. Из дверей дешевого кафе «Лель» доносились звуки веселой инструментальной музыки. Около здания Всероссийского общества слепых стоял инвалид на одной ноге с костылем и внимательно изучал черную с золотом вывеску общества, окантованную блестящим стеклом. Много еще было всего! Прошагали два пионера с распахнутыми портфелями, кот отчаянно мяукая, гнался за девочкой, промчались сине-желтые «Жигули» с бортовой надписью «Милиция».

— Так ты тогда ехай к Боровскому мосту, знаешь, как туда ехать? — спросил сивоусый.

— Не знаю, так вы мне, я думаю, скажете,— лукаво ответил герой и не ошибся.

Маленькая кавалькада шествовала по заснеженному пространству. Впереди самосвал с двумя крепышами в кабине, сзади, на весьма приличном расстоянии, голубенький «Запорожец», управляемый героем.

Вот и Боровской мост. Дорога прекрасно просматривалась. Направо она шла в город Боровск, основанный в 1356 году и знаменитый расположенным близ него Боровско-Пафнутьевским монастырем, шла через деревню Городня, памятную тем, что, находясь в этой деревне, французский император Наполеон I дал приказ своим войскам отступать по Старой Смоленской дороге ввиду того, что его война против России заканчивалась небывалым поражением и разгромом, давшими ток освободительному движению россиян против сложившихся к тому времени порядков; налево — в город Малоярославец, известный с конца XIV века и воспетый Салтыковым-Щедриным. Зимнее солнце скатывалось в заснеженный, опушенный лес, курилась полынья на реке Лужа, и ни скрипа, ни шороха вокруг, отчего героя охватило умилительное чувство свободы и сопричастности своей великой родине. Вот так бы жить да жить, стоять да стоять, слушая тишину, ехать да ехать, оставляя за собой снежные километры.

— Давай банку,— коротко приказал один из крепышей, нетерпеливо и зорко оглядывавший тихую округу. Герой передал ему названный предмет, двадцатилитровую пластмассовую канистру, купленную в хозяйственном магазине за 5 руб. 50 коп. и имевшую надпись, что в ней запрещается хранить пищевые и горючие вещества, а также приготовил 3 рубля наших денег, так как бензин А-76 на автозаправочных станциях стоит 30 коп. за 1 литр, а на дорогах продается вдвое дешевле, о чем тоже писала «Правда» в той статье, где говорилось о необходимости еще более расширить сеть автозаправок во избежание случаев, подобных описываемому.

Сладко журчал бензин, падая, как вода из водопада, в канистру, как в горное ущелье. Запахло очищенной нефтью. Крепыш сплюнул — он ртом засосал бензин через толстый резиновый шланг, создавая пониженное давление. Герой дал 3 рубля и принял тяжелую канистру.

— Ехай, дорогой! — улыбаясь, сказал один из крепышей.

— Я тебя не знаю, ты меня не знаешь,— добавил второй.

— Спасибо вам, ребята! — с чувством отозвался герой.

— Не за что, ехай, счастья тебе,— пожелали крепыши.

И уехали. Герою стало тепло от таких замечательных человеческих взаимоотношений. Герой остался один в снежном русском пространстве. Сначала он хотел вылить бензин в канаву и, отъехав к ближайшей АЗС, заправиться честно, отдав за 10 литров бензина 3 рубля, но потом вспомнил, что АЗС находится неизвестно где, что там громадная очередь грузовиков и частников, отчего ему никогда не поспеть в урочное время в город Боровск, где его ждут по неотложным делам наглядной агитации заместитель председателя, инструктор и еще несколько человек.

Он сел в машину и повернул ключ зажигания. Двигатель взял сразу. Герой, светлея, вгляделся в пространство и время через лобовое стекло, испещренное точечками дорожной грязи, и губы его прошептали:

— Прости, прости, Россия!..

ГЛАВА 1962

Встреча с Киплингом

Две загорелые девушки в метро, с чемоданами в руке — осколки разбитого лета,— сказал я.

— Да. Но вы послушайте... Киплинг.

— А при чем здесь Киплинг? Киплинг — это жара, зной, пот, а сейчас прозрачно, призрачно, как у Блока.

— Киплинг — это лиловый красноярский мороз, это скрип холодных полуботинок по снегу,— погрустнев, сказал собеседник.

Я с сомнением посмотрел на него.

— Вот те и «ну»,— сказала какая-то старушка,— приходит он, денег нету, а сам пьяный.

— Сейчас мне двадцать,— продолжил собеседник,— а в семнадцать лет я узнал Киплинга и стихи.

Я ждал. Он немного подумал:

— Нас было четверо. Один сейчас в Байкальске, двое в городе К., а я здесь.

И он развел руками.

— Тогда мы бродили по улицам, курили и иной раз распивали поллитра в подворотне. У нас не было девушек, но мы не стеснялись их. Просто нам и так было хорошо.

Однажды пришел Славка и сказал, что теперь мы будем ходить в театр. Мы поверили и пошли по таинственному двору среди размалеванных фанерных декораций, битого стекла и ржавых водопроводных труб.

Потом мы лезли по лестнице. У меня не было перчаток, и потные руки прилипали к железу. Мы оказались на небольшой площадке, и Славка сказал:

— А теперь — тихо!

Он открыл какую-то дверь, и изнутри теплой волной ударил воздух.

Мы осторожно прошли по решетчатому настилу. Внизу была светлая сцена, прожекторы и темный, загадочный блеск зрительного зала. Мы спустились чуть ниже, на деревянный балкон, нашли какие-то ящики и сели.

Нам было страшно. Мы забыли, что рядом прожекторы, свет которых слепит так, что никто не заметит черные иззябшие фигурки.

С тех пор мы пристрастились к театру. Он не разочаровал нас, хотя и дал несколько горьких уроков. Мы видели, как актер, который только что умирал с прекрасной улыбкой на губах, пьет пиво и ест бутерброды с красными языками колбасы, как раненый красноармеец рассказывает женщине анекдот.

И вот пришел Киплинг. Зал молчал, зал ждал его, зал ждал взрыва, бури, но полились медные холодные слова:

День — ночь.

Ночь — день.

Мы идем по Африке.

И тут он поднял голову. Он смотрел, не щурясь, в прожекторы и видел нас. Наши лица, растерянные, пораженные. Он видел, и голос его креп. Он шел по пустыне, он видел караваны и отравленные колодцы, он видел нас и сухую тропическую смерть в пробковом шлеме.

Потом чудо кончилось.

Мы не выдержали, мы аплодировали, мы что-то кричали. Вовка уронил кусок стекла. Стекло разбилось с победным звоном. Прибежал пожарник.

— Пшти отсюда, с-кины дети!

Мы не огрызались, мы махнули артисту, и он помахал нам. Мы исчезли в провале люка и карабкались по холодной лестнице.

Мы не смотрели друг другу в глаза.

Потом мы расстались на месяц. Это нужно осмыслить одному, в затерянности огромного мира, в лесу, который дышит паровозными гудками, на скамейке пустого сквера, на мотоцикле, летящем со скоростью звука.

Потом мы встретились, и знаете какая это была встреча.

Он умолк, а я и не ждал продолжения, у таких историй нет продолжения.

— Хорошо,— сказал я.

ДЛЯ БЛАГА ЧЕЛОВЕКА

В первом полугодии трест «Жилстрой-1» завоевал в краевом социалистическом соревновании первые премии совнархоза и крайсовпрофа. Такая высокая оценка их труда очень обрадовала и вдохновила строителей.

Т. ЗЯПИН, председатель постройкома «Жилстрой-1»

Медленно движется

Красною площадью

Длинная-длинная

тихая очередь.

Я осторожно соседей

разглядываю,

Я по их лицам, по платью

угадываю.

Вот под чалмою —

бронза индуса.

Взгляд его строгий

и чуточку грустный.

Рядом ступает

уверенно, прочно —

Я по рукам узнаю —

рабочий.

Вдруг

без команды —

в улыбку губы:

К нам вливается

юная Куба!

И сразу

теснее спаялась очередь —

Немцы,

китайцы,

крестьяне,

рабочие.

……………………………………….

Черному парню

в зеленом мундире

Я объясняю:

«Я из Сибири!»

От русских парней,

оседлавших метели,

Прошу:

передайте привет Фиделю!

Ю. БЛЮМ, секретарь райкома ВЛКСМ.

Говорить о Пушкине неимоверно трудно как раз по причине обманчивой легкости этой задачи.

А. ТВАРДОВСКИЙ. Слово о Пушкине

Тов. В. Еремко считает, что ход 12. Фс16 d3 в данный момент будет достаточно хорош, но, к сожалению, упускает возможность d6 — d5.

Тов. Л. Воронин, предлагая ход 12. Се2 — f3, пишет: «Этот ход необходим, иначе черные могут использовать освобождающееся продвижение ходом d6 — d5, получая даже лучшую игру».

Ход 12. Се2 — f9 предлагают также товарищи В. Гриднев, Н. Емельянов, С. Иванов, А. Муртазин и другие, т. е. абсолютное большинство.

КАЖДЫЙ ДЕНЬ — НОВЫЕ

РЕКОРДЫ

УДАРНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО —

В ЦЕНТРЕ ВНИМАНИЯ

КОМСОМОЛА

ВСТРЕЧА Н. С. ХРУЩЕВА

С РУКОВОДИТЕЛЯМИ

ХЛОПКОСЕЮЩИХ РЕСПУБЛИК

И НОВАТОРАМИ

ПРОИЗВОДСТВА УЗБЕКИСТАНА

«МАРС-1» ПРОШЕЛ

3 МИЛЛИОНА 650 ТЫСЯЧ

КИЛОМЕТРОВ

ПОСЕЩЕНИЕ А. И. МИКОЯНОМ

НАРОДНОГО ИМЕНИЯ НА КУБЕ

250 000 КОНТРОЛЕРОВ

ГОВОРЯТ:

— НЕТ!

БЕСХОЗЯЙСТВЕННОСТИ,

БЮРОКРАТИЗМУ, ВОЛОКИТЕ

ПРИШЛА В АЧИНСК ПОЧЕТНАЯ ГРАМОТА

...Зовут его Евгений Горбачев. Он окончил горный техникум, строил Тульский металлургический комбинат. Хорошую школу прошел там Евгений. За четыре года в совершенстве научился «ставить домны», вырос от рядового мастера до старшего прораба. Когда в начале нынешнего года домны вступили в строй, его спросили:

— В Сибирь поедешь?

— Зачем?

— Строить Ачинский глиноземный...

Евгений уже много слышал об этой ударной стройке и поэтому не раздумывая согласился. Пошел в комитет комсомола, взял путевку.

Ачинск ему понравился. Его восхитила панорама будущего комбината.

Ю. АВДЮКОВ

ПОРА РЕШАТЬ, НИНА!

Открытое письмо Нине Т.

Нина! Девчата не перестают спорить о тебе и сейчас, хотя с того дня, когда они узнали ошеломляющую новость, прошло немало дней.

Правда, тогда спор был яростнее и определеннее.

— Нинка, да чтоб баптисткой? Ни в жизнь не поверю,— горячился кто-то.

— А я так начинаю верить,— задумчиво произнесла тогда Аля Ефремова.— Ну, вспомните, ходила она когда-нибудь с нами в кино? Пришла в хор, хоть мы ее об этом просили?

— Но ведь как она работает, Аля! Замечательно работает. Смотришь и не налюбуешься!

— А характер у нее какой сильный, знаешь? К себе проявляет такую требовательность — ого-го!

— Знаете, девочки, что про нее скажу: гордая она и красивая! Ей-богу, всегда думаю: вот мне бы такой быть, как Нинка! — сказала Галя.

И ты была гордой, Нина, когда они, твои подружки, налетели на тебя с вопросами. Ты им сказала: «Правда, девочки. Только говорить я с вами об этом не буду. Верю ли в бога? Да. Хожу ли в молельный дом? Да. И буду ходить».

Девчата ахнули, растерялись. А ты подошла к своей швейной машине, точным движением вставила под иглу кусок ткани и, чуть повернувшись к ним, с улыбкой сказала:

— Сейчас конвейер пустят, садитесь быстрей!

М. ГАВРИЛОВА

НЕ ПО ВЫВЕСКЕ — ПО ОБСЛУЖИВАНИЮ

Кому из нас не приходилось стоять в очереди часами только по той причине, что продавцы делятся последними новостями или работает лишь одна касса.

В одном из магазинов по Свободному проспекту продавали фасованную говядину. Время было после работы, и людей скопилось много. Получив чеки, мы были уверены, что мяса много. Но продавец объявил: «Мяса нет». Все стали возмущаться. «Сколько времени потеряно!» Или. В магазине продают рис. Очередь большая, а работает только один продавец, хотя в отделе их два. И еще по многим «или» происходит бессмысленная трата времени трудящихся.

Л. РАКУНОВА

КРЫЛАТОЙ ПЕСНЕ — ШИРОКУЮ ДОРОГУ

Вступительное слово на пленуме сделал первый секретарь правления Союза композиторов РСФСР Д. Шостакович. Он говорил о любви нашего народа к крылатой советской песне, верной помощнице в труде и борьбе, об огромном значении песни в воспитании высокого художественного вкуса масс.

Авторы лучших советских песен несут в своем сердце великие идеи коммунизма. Для выражения этих идей они находят яркую музыку и слова. Как можно больше таких новых произведений, которые станут поистине достоянием миллионов, ждет от наших композиторов народ, именно потому, по мнению Д. Шостаковича, в эстетических требованиях к песне и эстрадной музыке нужно проявить исключительную строгость.

В СОВЕТЕ МИНИСТРОВ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК

В связи с распоряжением президента США Дж. Кеннеди об отмене карантина (блокады) в отношении Республики Куба и в связи с наметившейся возможностью завершения ликвидации последствий опасного кризиса, возникшего в районе Карибского моря, на основе договоренности, достигнутой между Председателем Совета Министров Союза ССР Н. С. Хрущевым и президентом США Дж. Кеннеди, Советское правительство дало указание министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Р. Я. Малиновскому о проведении с 21 ноября 1962 годя следующих мероприятий:

1. Ракетным войскам межконтинентального и стратегического назначения с полной боевой готовности перейти к нормальной боевой подготовке и деятельности.

2. Зенитно-ракетной обороне страны и истребительной авиации ПВО с полной боевой готовности перейти к нормальному образу своей деятельности и боевой подготовки.

3. Отменить состояние боевой готовности для стратегической авиации.

4. Военно-морским силам перейти на нормальную боевую подготовку, а подводному флоту возвратиться в места своей постоянной дислокации.

5. Отменить состояние повышенной боевой готовности в сухопутных войсках.

6. Отменить задержание увольнений из Советской Армии старших возрастов в ракетных войсках стратегического назначения, войсках противовоздушной обороны страны и на подводном флоте.

7. Отменить задержку обычных отпусков в Вооруженных Силах СССР.

Пленум ЦК КПСС избрал:

— секретарем ЦК КПСС тов. Рудакова А. П.— Председателя Бюро ЦК КПСС по промышленности и строительству;

— секретарем ЦК КПСС тов. Полякова В. И.— Председателя Бюро ЦК КПСС по сельскому хозяйству;

— секретарем ЦК КПСС тов. Андропова Ю. В.;

— секретарем ЦК КПСС тов. Титова В. Н.— Председателя Комиссии по организационно-партийным вопросам при ЦК КПСС.

Секретарь ЦК КПСС тов. Демичев П. Н. утвержден Председателем Бюро ЦК КПСС по химической и легкой промышленности.

УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР О СОЗЫВЕ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

Созвать вторую сессию Верховного Совета СССР шестого созыва 10 декабря 1962 года в гор. Москве.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

Л. БРЕЖНЕВ

СЕКРЕТАРЬ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

М. ГЕОРГАДЗЕ

Москва, Кремль.

10 ноября 1962 г.

ЛЮБЛЮ И НЕНАВИЖУ

...Голос человека то мужал, рос, то вдруг опускался до нежных серебряных нот... Вот опять взрыв ярости, кипение темперамента... Выступает Андрей Гончаров, заслуженный артист РСФСР. Он снимался в нескольких фильмах, а сейчас приехал к нам читать стихи молодых поэтов. О нем долго будут помнить студенты, школьники, рабочие — все те, кто побывал на его литературных концертах. В программе артиста стихи Е. Евтушенко, Р. Рождественского, А. Вознесенского, С. Чекмарева. Стихи молоды, полны ярой непримиримости ко всему отжившему, косному, будь то попик из «Загорской лавры» А. Вознесенского или солидные махровые мещане из стихов Р. Рождественского. Эти стихи полны непоколебимой веры в человека, его высокое назначение на земле.

Своеобразна манера исполнения артиста. Когда слушаешь стихи, невольно встает перед глазами Маяковский. Гончаров нашел интересное звуковое решение таких сложных для исполнения стихов, как «Свадьба» А. Вознесенского и «Мед» Е. Евтушенко. Артист объездил много городов не только в Советском Союзе, но и за рубежом. Он не раз выступал за Полярным кругом. Пожелаем же ему новых удач!

Е. ПОПОВ

Тогда, проклиная всех и вся, рифмоплеты решили донести свои творения до почтенной публики изустным путем. Трибуной было избрано подножие памятника Маяковскому. Поэтические поганки знали — бронзовый Маяковский не мог сойти с пьедестала и дать им заслуженного пинка. Но за него это сделали те, кому воистину дорога память великого поэта. <...> У рабочего человека — тонкое чутье. Ребята с завода сразу поняли, что им преподносят грязную мораль болота.

А. ЕЛКИН. Кубарем с Парнаса

Наша партия, ее ленинский Центральный Комитет поддерживают здоровое, жизнеутверждающее критическое направление в искусстве социалистического реализма. С одобрения ЦК КПСС в последнее время опубликованы сильные в художественном и политическом смысле произведения, в которых правдиво и смело разоблачается произвол, допускавшийся в период культа личности. Достаточно назвать повесть А. Солженицына «Один день Ивана Денисовича».

ТВОРИТЬ ДЛЯ НАРОДА, ВО ИМЯ КОММУНИЗМА. Речь секретаря ЦК КПСС Л. Ф. Ильичева на встрече руководителей партии и правительства с деятелями литературы и искусства 17 декабря 1962 года

ВОЗМОЖЕН ЛИ ПРИЛЕТ

ЗВЕЗДНЫХ КОСМОНАВТОВ?

Сотни наших колхозников прочитали замечательный роман С. Бабаевского «Сыновий бунт».

И вдруг мне подсовывают «Обнаженную» Фалька! Да это же поругание нашего искусства! И спасибо партии, Никите Сергеевичу Хрущеву, ставшим за чистоту, великую гражданственность нашего искусства!

Это вдохновляет нас, советских писателей.

Н. ЭРКАЙ, заслуженный поэт Мордовии

В СОВЕТЕ МИНИСТРОВ СССР

Учитывая пожелания трудящихся. Совет Министров СССР постановил перенести день отдыха с воскресенья 30 декабря на понедельник 31 декабря 1962 года.

Одному молодому поэту показалось, что подобные «нормальные московские малые» способны проявить геройство — спасти товарища или лечь на вражескую амбразуру. В жизни этого так и не случилось. «Звездные» мальчики, освободившие себя от бремени труда, катились вниз.

И. ШАТУНОВСКИЙ

„Дав оброк, с нас положéнный...“

Учительница средних классов школы Нина Сидоровна Оттен вела урок русского языка и литературы в одном из своих классов.

Уже совсем по-летнему светило солнце. Капала капель. Несмотря на то что еще был март, казалось, что вся природа вот-вот стронется с места и пустится в одной ей известное шествие — к сияющим вершинам лета, полного запахов жасмина и яблок, когда на зорьке так сладостно сжимается девичье сердце в ощущении чего-то нового, неизведанного.

Нина Сидоровна говорила о горькой судьбе крепостных крестьян в бывшей царской России и об отображении их ужасного положения свободолюбивой русской литературой. Речь ее лилась ярко, взволнованно, и на этот раз учительница, казалось, превзошла самое себя. Ученики, вздыхая, слушали историю несчастного Герасима, вынужденного утопить преданную ему собаку, гневное возмущение вызвали у них омерзительные поступки дикой Салтычихи, кто-то из детей вспомнил, что и сам Алексей Максимович Горький был бурлаком и вместе с Шаляпиным лежал на волжской пристани, написав мелом на лапте цену своего наемного труда. И хотя последнее не имело прямого отношения к тому, о чем только что рассказывала Нина Сидоровна, это замечание все равно было принято учащимися к сведению и сыграло определенную роль в воспитательном процессе. Валя Конь добавила, что крестьяне жили в бараках, но учительница была вынуждена поправить ее: бараков тогда еще не было, люди жили в курных избах, отапливающихся «по-черному», дым ел глаза...

Ученики влюбленными глазами смотрели на Оттен. А она раскраснелась. Спелая прядка выбилась ей на лоб, и строгое платье из черного шифона лишь подчеркивало всю ее стройную, изящную, спортивную фигуру недавней выпускницы Московского государственного педагогического института. Ведь она приехала сюда, в крупный промышленный город Сибири, стоящий на реке Е., впадающей в Ледовитый океан, скорее даже не по распределению, которое доставило ей немало хлопот, а по велению молодого сердца, позвавшего ее туда, где трудно, где со скрипом валится тайга и советский человек заполняет созданное его руками рукотворное море будущей ГЭС, смело вступая в неравную борьбу с природой и обстоятельствами, с пространством и временем!

Учительница, казалось, тоже была довольна тем впечатлением, которое ее простые слова и примеры произвели на ребят. Радостно было ей, что ее труд и знания, которые она получила от маститых московских профессоров, не стали «лежачим камнем» ее жизни, как это случилось, например, с ее бывшей подругой Федорченко, что сразу же после окончания института положила диплом в дальний угол ящика стола и стала стюардессой международных линий Аэрофлота, так как свободно говорила по-английски, немецки, французски, испански, шведски, польски и знала около сотни слов весьма трудного для нее китайского языка. Чжунго нинь хао!

— Однако не следует думать, будто все писатели и поэты прониклись духом освободительного движения,— предостерегла учащихся Нина Сидоровна.— Некоторые из них ошибочно идеализировали старину, другие звали к так называемому «классовому согласию», не понимая того, что железный час истории уже пробил и прогресс, несущий освобождение всем угнетенным, всем забитым, всем, говоря словами Достоевского, «униженным и оскорбленным», неизбежен, как неизбежно поступательное движение народов к счастью, свободе, миру. А один из этих поэтов, я не стану называть его фамилию, потому что впоследствии он пересмотрел свои ошибочные взгляды и тоже включился в борьбу, один из этих поэтов... но все было еще в будущем, а пока, когда пелена еще не спала с его глаз, он писал так, создавая идиллическую картину взаимоотношений угнетателей и угнетенных:

Дав оброк, с нас положéнный,

Жизнью мы живем блаженной...

Обратите внимание, что эти глубоко лживые, неискренние слова, написанные от первого лица во множественном числе, якобы претендуют на волеизъявление всего народа, являются якобы голосом народа, чего быть никак не могло в эти мрачные времена, когда крестьян продавали парами и поштучно, на вывод и без земли. Достаточно вспомнить Радищева, чтобы понять: «блаженная» эта жизнь, картина эта — ложь, ложь и ложь!!.

Голос учительницы звенел. Ученики любовно смотрели на нее. Даже стиляга Жуков, который впоследствии стал учителем физкультуры и получил два года за растление с ее согласия четырнадцатилетней ученицы, впервые пожалел о том, что намазал передний край своей первой парты мелом, так как Нина Сидоровна в минуты крайнего эмоционального подъема иногда прислонялась к этой парте выпуклым животом, а потом страшно удивлялась, откуда на ее черном красивом платье эти белые полоски.

Внезапно один из учеников, а это и был наш герой, вдруг загрустил, что не укрылось от цепкого внимания учительницы. Она подошла к нему и потрепала его по круглой стриженой голове с пышным чубчиком, нависающим над его пытливым лбом. Ученик расплакался.

— Ну, что у нас такое случилось? — шутливо заговорила Оттен, хотя у ней и у самой, как говорится, на душе кошки скребли.— Кто нас обидел? И чем мы все...— она обвела взглядом притихший класс,— чем мы все можем поправить положение?

— Нина Сидоровна! — рыдал мальчик.— А вдруг этот поэт правду говорил? Вдруг им и на самом деле было хорошо? Ведь он же не станет врать, вы сами сказали, что он потом сочинил хорошие произведения... Вдруг им было хорошо? Вдруг они любили своих господ, и господа их любили? Ведь они все были р-у-у-с-кие...

Мальчик завыл. Нина Сидоровна опешила. Будучи классным руководителем, она хорошо знала его семью и никогда не ожидала от него ничего подобного. Его отец служил в войсках, мать была инспектором роно, сестра по путевке комсомола занималась освоением целинно-залежных земель, дедушка умер, а сам он был звеньевым, дважды избирался членом совета пионерской дружины.

Однако вскоре все разъяснилось. Мальчик упал в обморок и лишь бессвязно лепетал нечто из того, что недавно слышал на уроке, но уже с правильных позиций. Ему смерили температуру и ужаснулись — она составляла 39,9° по Цельсию.

В те времена грипп, этот ужасный бич второй половины XX столетия, многим был еще в новинку и его еще не умели как следует лечить. Еще не было интерферона, олететрина, ремантадина и других лекарств. Не было атомных станций. Определенный недостаток имелся и в антибиотиках.

Но эти времена безвозвратно канули в прошлое. Мальчик вырос и по праву занял свое место в обществе. Недавно его выдвинули на Доску почета и наградили премией по итогам года в размере 211 рублей 14 копеек. Ведь жизнь ярче и полнее всякой выдумки. И пусть это сказано не нами, но это сказано для нас и по праву принадлежит нам, как и все остальное, что есть вокруг.

А Нина Сидоровна служит теперь редактором в издательстве и помогает авторам выпускать много нужных, полезных книг.

ГЛАВА 1963

Сын офицера

В тот день, на стадионе, отец дал мне горсть сальных пятаков и трояшек. Я засунул их в рот и стал катать языком. Вскоре я, конечно, посинел и стал хрипеть. Меня держали за ноги, как Буратино, уговаривали, ласкали, но все напрасно, пока не прибежала грязная старуха-болгарка. Она сильно стукнула меня по спине, и я выплюнул в пыль мокрую медь. Старухе дали денег. Она собрала грязную мелочь и пропала.

Рядом с пустырем стояла воинская часть, а еще дальше в степи жили заключенные. Мы ходили в степь, она была сухая и растрескавшаяся, как плитка столярного клея. В степи росли жесткие глянцевые колючки прямо на белесых пятнах, которые назывались солончаками.

Мы уходили в степь с восторженным казахским мальчиком. Я брал солдатский котелок с водой, которую бережно заливал в нору тарантула, и сразу же отбегал на приличное расстояние, потому что из норы вылетал страшный маленький разъяренный клубочек. Мальчик кидал в него кирпич и лишь потом храбро давил коричневой пяткой. Как-то он увидел у меня перочинный ножик и захлебнулся от радости:

— Тарантулов резать будем!

Но я был иного мнения и вежливо отказался.

Первый раз меня обидели в детском саду, где заведующей работала моя мама. Я превосходно играл на барабане и всегда шел впереди колонны детей, черненький, в белой маечке. Но росту я был малого, и однажды меня всунули в середину, между двумя пузатыми дураками. Это очень нелегко — стоять с красным барабаном чуть не в конце, и я заплакал от глупости, унизившей меня и барабан.

В те годы хорошо праздновали День шахтера. В парк съезжались казахи и русские, ставили шатры, где варили барашка. Кричали, свистели, дудели, а потом напивались водки.

В детский сад пришел старый шахтер-стахановец. Он был слегка пьян и поэтому не знал, с чего начать. Начал и кончил он очень просто вместе с тем немного непонятно:

— Вот вы, дети. Живете очень хорошо и играете в красивые игрушки. А нам, бывало, как всыплют по заднице,— (воспитатели переглянулись),— так пух и вата летит. Так чтоб вы это знали и не боялись.

Потом он сфотографировался с нами. Я сидел рядом с ним и до сих пор помню его колючий форменный китель. От старика пахло водкой, и он обнял нас всех. Сейчас эта фотография в моем столе. На днях я отыскал ее и поразился. Оказывается, на стене стоит во весь рост и приятно улыбается картинный товарищ Сталин.

Заключенные собирали аккуратные финские домики и выполняли всякие другие работы. Эти люди очень походили друг на друга и всё жаловались, что их кто-то предал. Особняком держался человек в очках. Говорил он мало, но остальные подчинялись ему, шепотом рассказывали моей бабке, что он — профессор и сидит за убеждения.

Бабка моя была седая и вздорная, она не любила никого на свете, а пуще всего Сталина. Только из принципа она набивала ведро вареной картошкой, морковкой, хлебом и относила в сарай, где заключенные все это съедали. Раз она повесила на окно кулек с сахаром. Соседка Захарова заметила это, и отцу влепили строгий выговор на партийном собрании.

Отец после собрания крепко выпил с офицерами и ночью выговаривал бабке, но она ничего не ответила, а только поджала губы, да и то потому, что он был единственным человеком на земле, которого она любила. Бабка забилась в истерике, когда он пришел как-то весной пьяный, весь извалянный в коричневой глине, без фуражки, с окровавленным лицом. У него до самой смерти оставался на лбу маленький шрам-самолетик, и он был единственным человеком на земле, которого любила бабка.

Так вот. В этот день, когда у меня счастливо вынули деньги из горла, я гулял с товарищами по пустырю, который отделял наши дома от хибарок болгар, неизвестно зачем приехавших в этот пыльный, выцветший край, оживавший только весной.

А была весна. Такая, что уже стаяли сугробы и все подсохло кругом, зазеленело. В степи что-то чирикает, вроде и тарантулов нет. Грязь подсохла, но еще не превратилась в пыль, а вдали виднеются голубые эмалевые поляны. Это — лютики, цветы без запаха, цветы печальной казахстанской весны.

Заключенные сидели на бревнах, расстегнув ватники, курили. Они молчали, лишь один что-то перечислял, загибая желтые от махры пальцы.

Подошла болгарская девочка в одной рубашке. Подошла к профессору и, прямо, наивно глядя на него, стала лепетать гнусные русские ругательства. Профессор молчал. Я не видел его глаз из-за выпуклых бликов, игравших на стеклах очков. Потом он сморщился и погладил девочку.

На шахте подряд раздались три взрыва. Мои товарищи испугались и просили объяснить, в чем дело. Я важно заявил, что это летят в деревянных квадратных коробах черти и летят они прямо в наш детский сад, где затеют великий скандал, то есть будут всех бить деревянными мечами. Мои дураки не поверили, но все же пошли смотреть нечисть.

Но уже выли сирены и бесшумно мчалась большая желтая санитарная машина, оставляя слои бензиновой гари. И ощущение большого несчастья закралось в мое сердце и ползло, как котенок с перебитой лапкой, ползло, оставляя красно-бурый след.

А было это так давно, что иногда кажется, что и вовсе этого не было. Тогда я задумываюсь, скучнею, курю и убеждаюсь, что было все-таки, потому что молча стояли шахтеры, и лица, руки их были темны от въевшейся угольной пыли, и темным контуром высились терриконы, а была кругом весна-весна.

ГРИМАСЫ СВОБОДНОГО МИРА

РЕКОРД... САМОИСТЯЗАНИЯ

Молодой швед Руно Ульссон установил недавно новый мировой «рекорд». Он не метал диск, не бросал копье, не прыгал и не плавал. Он... просидел на натянутом канате больше, чем кто-либо другой в мире, а именно: 101 час 25 минут. На побитие мирового рекорда Ульссон пошел с вполне определенной целью — заработать деньги. Надо сказать, 1000 крон, полученных им за этот «рекорд», достались ему нелегко. Когда Ульссон сошел с каната, он был в бессознательном состоянии. Он дико закричал от боли, когда начали массировать его распухшие ноги.

Сидя на канате, Ульссон не раз начинал бредить. Его товарищ лез из кожи, чтобы развлечь его твистом.

— С меня хватит, больше никаких рекордов,— заявил Ульссон, когда его снимали с каната.

Шведский врач Лильсдаль назвал «рекорд» бессмысленным самоистязанием, не имеющим ничего общего со спортом.

Стокгольм А. ДАЛИН

ВСЕСОЮЗНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ В МОСКВЕ

МОСКВА, 5 февраля (корр. ТАСС). Сегодня во Дворце пионеров на Ленинских горах открылась Всесоюзная конференция по проблемам пионерского движения.

В ее работе принимают участие секретари ЦК ВЛКСМ, члены Центрального совета Всесоюзной пионерской организации им. В. И. Ленина и коллегии Министерства просвещения РСФСР, ученые, учителя, партийные, комсомольские и пионерские работники.

БОЛЬШОЙ ХИМИИ — ЗЕЛЕНУЮ УЛИЦУ!

СКОЛЬКО МОЖНО ССЫЛАТЬСЯ?

Все меньше времени остается до пуска мощностей по производству маслонаполненного каучука. Одним из важнейших является строящийся холодильный цех. В настоящее время действующий холодильный цех не обеспечивает полностью потребности завода. С вводом в строй новых мощностей нужда в охлаждающих продуктах резко возрастет.

Несмотря на огромную важность и необходимость этого объекта, до сих пор начальник КМУ-2 т. Эйке и начальник КМУ-1 т. Паршуков не приступили к монтажу основного оборудования.

Управляющий трестом «Химстрой» т. Королев конкретно этого вопроса не решает. До сего времени цех стоит пустой, хотя фронт работы открыт для всех. Предстоит смонтировать много оборудования. В том числе три спаренных горизонтальных аммиачных компрессора. На их монтаж при трехсменной работе требуется не менее четырех месяцев.

Монтажники ссылаются на строителей, они, мол, фундаменты не подготовили под компрессоры.

Но сколько можно ссылаться друг на друга? Не пора ли и монтажникам. и строителям второго управления, которым руководит т. Чернушкин, от слов перейти к делу?

Маслонаполненный каучук должен быть получен во втором квартале этого года. И никто не вправе отодвигать эти сроки в неизвестность.

Ю. ЛЕВИЧЕВ

ЗА КОММУНИСТИЧЕСКУЮ ДЕЛОВИТОСТЬ

(С ГОРОДСКОЙ КОМСОМОЛЬСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ)

Как организовать свою работу по-новому сейчас, когда по всей стране происходит перестройка руководства промышленностью и сельским хозяйством?

Этими мыслями живут сейчас все партийные и комсомольские организации

………………………………………………………………………………………….

Одобрив решения ноябрьского Пленума ЦК КПСС, городская комсомольская конференция поставила перед молодежью новые большие задачи. Они вполне по плечу тем организациям, девиз которых настоящая коммунистическая деловитость.

БЛОК С «ХАРАКТЕРОМ»

Репортаж

Морозный туман стелется по Енисею, обволакивает сопки. Бетонщики, плотники, арматурщики быстро выскакивают из автобуса, подставляя лицо колючему енисейскому ветру. Кое-кто отворачивается, поглубже забирается в телогрейку. Девчата практичнее. Они повернулись к ветру спиной, взялись за руки и так продолжают идти.

Группа рабочих останавливается у окна главного инженера основных сооружений, смотрит на термометр.

— Да врет он, что минус сорок девять! — убежденно говорит бетонщица из бригады Алексея Соломатина Аня Киселева.— Айда в блок!

— Капризный этот Енисей,— уже по пути бросает группе девушек Лида Метусала.— То он блоки пытается затопить, то морозом решил попугать...

Возле пятого столба четырнадцатой секции девчата расходятся по объектам.

Вот и он — второй прискальный блок, где звено Виктора Михайлова ведет наступление на Енисей. Звеньевой строен, подтянут, сохранилась армейская выправка.

Блок наполняется шумом голосов. Кто дует на руки, стараясь согреться, кто затягивается папиросой. Слышно, как и в соседнем блоке идет оживленная беседа.

— Ребята все? — заместитель бригадира смотрит на Геннадия Даладанова.

— Так точно, товарищ командир! — чеканит Гена.

В блок заглядывает прораб второго участка Леонид Анисимович Сурин.

— Как, ребята, сдадите сегодня под бетонирование? — спрашивает он.

— Сдадим к обеду. Нам здесь осталось немного,— отвечает звеньевой.

— Ну, Гена,— вмешивается в разговор Виктор Михайлов,— труби начало.

Всхлипнул насос. Завизжал мотор. Чуть содрогается шланг. Постепенно из воды показывается бурое основание. Гранит теплый. Парокалорифер гонит и гонит горячую струю.

Олесь ГРЕК

ЧУТКОЕ СЕРДЦЕ

С чувством глубокой благодарности и радости встречаем мы Люду в нашей палате. Люда Евгеньева работает на заводе телевизоров. Она собрала на заводе небольшую библиотеку и теперь посещает нашу больницу три раза в неделю, чтобы выдать или обменять книги.

Всегда жизнерадостная, веселая, Люда всюду успевает: в библиотеку, в школу, к пионерам, над которыми она взяла шефство, и к нам в больницу.

Обычно Люда посещает нас вечером, после работы. Мы беседуем о книгах, музыке, кино, нашей прекрасной жизни и забываем о своих недугах. Радостно сознавать, что о каждом из нас проявляют заботу, что есть такие добрые, чуткие сердца, как у комсомолки Люды Евгеньевой.

Группа больных из 4-го поликлинического объединения

ДОСАДНОЕ «НО»...

«Прихожая — лицо дома»,— вот первая мысль зашедшего в новое кафе «Весна». Низкие удобные кресла. Аккуратный столик с журналами. Хочется присесть, отдохнуть. Но идем дальше. Обеденный зал на 54 места. Около окон стоят маленькие яркие столики. Кафе работает по принципу самообслуживания. Скользят подносы. Горячие закуски, крепкий кофе, чай. В глубине зала стойка. Там можно купить различные кулинарные изделия. Чистота, удобство.

И все-таки есть одно досадное «но». Кафе закрывается очень рано — в восемь вечера. А как приятно зайти сюда именно вечером! Выпить чашку кофе, послушать музыку. Тем более что у нас в городе нет молодежных кафе, если не считать «Березку», которая работает лишь в субботу и воскресенье.

Е. ПОПОВ

МЫСЛИ ВСЛУХ

Гордость и вдохновение вызывает у нас сознание, что система Станиславского, его этика получили столь широкое распространение не только в Советском Союзе, но и во многих странах Америки,Азии,Африки.

Станиславский стал подлинным знаменем реалистического жизнеутверждающего театра во всем мире. Гений актера, режиссера, педагога и ученого помог великому реформатору драматического искусства поднять это искусство так высоко, что оно стало силой взаимного познания и общения народов.

Великий сын России, вобрав в себя все лучшее из культуры прошлого, он стал нашим сегодня и по праву войдет с нами в коммунистическое завтра.

Юрий ЗАВАДСКИЙ, народный артист СССР, главный режиссер Театра имени Моссовета

НАСТОЙЧИВОСТЬ

— Я предлагаю избрать секретарем комсомольской организации Николая Колупаева,— сказал он.

Николай встревоженно поднял голову: «Что это — шутка?» Но со всех сторон послышались голоса:

— Правильно!

— Колупаева!

— Лучшей кандидатуры не найдешь! Он поднялся:

— Но мне будет трудно, я пропагандист, веду кружок технической учебы, редактор колхозной стенгазеты, член штаба народной дружины.

— Действительно, товарищи, нужно подумать,— подтвердил секретарь парторганизации Иван Алексеевич Назаров.

— Освободить от всего!

— Будем помогать!

— Пусть всем дадут поручения.

— Но у нас есть и другие, не менее достойные комсомольцы,— вставил кто-то.

— Только Колупаева!

— Ну что ж, будем голосовать,— председатель обвел всех взглядом.— Кто за то, чтобы секретарем комсомольской организации избрать Николая Колупаева?.. Так.. Восемнадцать. Кто против Колупаева? Кто воздержался?

Таких не было.

Н. ВОЛОКИТИН, секретарь сельского комитета ВЛКСМ

БУДЕТ МАША ТРАКТОРИСТОМ

Председатель колхоза «Дружба» молча выслушал просьбу и отказал наотрез:

— Брось думать. На то парни есть, чтобы с трактором управляться.

Но Машу Муртазину не зря прозвали «сорвиголова» — что задумает, непременно сделает. Она и в работе первая, и в отдыхе.

Как ни протестовал председатель, пришлось отпустить ее на курсы механизации. Она даже по радио выступила по поручению райкома комсомола. 120 человек записалось на курсы, а в прошлые годы едва набиралось полсотни.

Г. НЕДОШКОВСКИЙ

Так и с тобой, страна родная:

Не позволяет что-то нам

Убрать привязанностей хлам,

Такой ненужный, обреченный;

Пусть все лежит, как и лежало.

Что? Суеверие? Пожалуй.

Нет, миф, поправил бы ученый.

Из повседневной мифологии,

Из призраков минувшей жизни,

Из красок, линии, мелодии

Вдруг вспыхнет память об отчизне,

Такая подлинно родная,

Знакомая так несомненно,

Что ты почувствуешь мгновенно:

Она! Твоя! Твоя! Живая!

Ю. Тувим. Перевод Н. ЧУКОВСКОГО

Эсхатологические настроенияопределенной части бывшей молодежи

По ночам творится что-то страшное. Проснувшись якобы от грохота (звука) самолета, пересекающего невидимый барьер, можно обнаружить следующее: ветер свирепо разрывает кусты, деревья, комнату озарило фиолетовым, на столе — недоеденный лещ копчено-печеный ТУ—15—07—62—31 от 26.VI.84 СРОК РЕАЛИЗАЦИИ 72 ЧАСА МРХ СССР МОСРЫБА МОСРЫБОКОМБИНАТ, пустая бутылка из-под пива "Ячменный колос" (на глиняных ногах) вместимость 0,5 литра ТУ—18—6—15—79 МИНПИЩЕПРОМ РСФСР РОСПИВОПРОМ МОСКОВСКИЙ ПИВОКОМБИНАТ ЦЕНА БЕЗ СТОИМОСТИ ПОСУДЫ 29 коп., недопитый «Тоник горький», вместимость 0,33 л. Ту—13 РСФСР 819—80 МИНПИЩЕПРОМ РСФСР РОСПИВОПРОМ МОСКОВСКИЙ ЗАВОД БЕЗАЛКОГОЛЬНЫХ НАПИТКОВ (напиток применяется для разбавления алкогольных напитков); жена спит — недочитана подшивка журнала «Новый мир» за 1926 год с произведениями В. Лидина, Н. Никитина, В. Маяковского, М. И. Калинина, М. И. Пришвина, Мих. Голодного...

Трах-тах-тах — снова полыхнула июльская гроза. «Дальняя молния в злобе разделила весь мир пополам... Опять начался дождь, и после каждого раздраженного света молнии, после каждого удара грома дождь шел все более густо и скоро. Из тьмы неба теперь проливался сплошной поток воды, который бил в землю с такой силой...» (А. Платонов). А я не верю, что после каждого, и сплошной, и такой... Не хочу и не верю, хоть и славно написано. Или вот еще — А. П. Чехов, помнится, неплохо написал, что гром начинает грохотать, будто кто ходит босой по железной крыше... Это — правильно, и это я одобряю, я и сам босой как-то ходил в детстве по железной крыше в родном городе К., что стоит на великой сибирской реке Е., впадающей в Ледовитый океан... Подойди к окну, не бойся — у черных стекол девятиэтажных многоэтажек Теплого Стана застыли, жадно вглядываясь в пространство и время русские писатели, как передовые, так и реакционные, не только но... и (синтаксис). Пойми: писатели — нервные, убогие, пьяные — тоже болеют за матушку-Россию. Не бойся: они хорошо писали. Они все писали хорошо, отчего и остались навечно торчать у окон кооперативных многоэтажек во время июльской грозы, смерчей, ураганов и близящегося конца света.

А все потому, что болгарская предсказательница, гражданка Народной Республики Болгарии, сочла, что 5 августа 1984 года будет окончательный конец света. Что это значит — не объяснили, но утверждали аргументированность сказанного тем, что еще в 1982 году она же предсказала смерть Вождя, которая и наступила в том же году «Джуна-экстрасенс?» — робко вспомнил я. Небрежно отмахнувшись и посмеявшись над моей неосведомленностью, дополнительно сообщили эта же гражданка обещала писателю Л., что у него сгорит библиотека. Писатель Л. пошел домой и перевез библиотеку на дачу, где она сгорела вместе с дачей. «А разве он еще жив, писатель Л.? Ведь сейчас уже 1984 год?» — «Не бойся, не только жив, но и получил днями орден Трудового Красного Знамени или «Знак Почета», мы точно не помним, не помним...» — «А почему же не Героя Социалистического Труда и соответствующий орден Ленина получил этот классик, произведения которого мы изучали в школе?» — «А мы, с одной стороны, не знаем, а с другой — у него, наверное, уже есть все имеющиеся в нашей стране Ордена, за исключением того, последнего, который у него теперь тоже есть...»

...Выморочность повествования, времени, пространства. «ВЫМОРОЧНЫЙ, вымерший. Выморочный род. Выморочное имение, осталое после вымершего рода, после владельца, умершего без наследников». (В. И. Даль), но, с другой стороны, ведь не я же виноват в эсхатологических настроениях определенной части бывшей молодежи и в том, что 5 августа 1984 года будет конец света, я даже пытался с этим бороться, хотел реалистически описать июльскую грозу, как А. П. Платонов и А. П. Чехов, но, к превеликой своей злобе, я (а вернее, наш герой) не обнаружил в своем жилище интеллигентного человека какой-либо пишущей ручки или какого-другого пишущего предмета за исключением ссохшегося белого фломастера, не годного даже на то, чтобы поставить крест на дверях в какую-нибудь Варфоломеевскую ночь. Естественно было бы искать теперь черную бумагу, чтоб написать белым по черному, но от сознания такой глупости можно удавиться на той самой непрерывно озаряемой молнией березушке, которую сечет за окном российский ветер, мстя ей за то, что она в течение столетий секла российские задницы... Произошел описанный в газете «Правда» самум в Зарайске и Ивановской области. Несознательная природа восстала против порядка, ее нужно высечь! или это президент Р. дует из-за океана, подобно Гулливеру, которого недавно показывали в купленном идиотском английском фильме? Или еще что, но смерч начался, как утверждают официальные источники, в Горьковской области, под городом Горьким, где «ясные зорьки», и это особенно подозрительно, и все вы знаете почему... Поневоле сделаешь вывод, что передовой форпост науки гораздо ближе к территории чародейства и волшебства, порчи и дурного глазу, чем все мы думали. «Рассердилась великая наука! Напустила смерчу да суховею!» — мог бы сказать тот, кто бы это мог сказать. Но отнюдь не я. Я теперь всего боюсь. Гроза за окном, молнии блещут, дом того и гляди повалится, как в Японии, хотя чего уж теперь, спрашивается, бояться, когда 5 августа на носу, а вместе с ним и конец света.

Ну вот... Опять я слышу недоброжелательные голоса... Я кощунствую? Ну не сволочь ли тот, кому может прийти в голову эта паскудная мысль?.. Да разве ж я не гражданин своей страны? Разве ж я не знаю, что:

ЩЕДРЫЙ САД ЗАКИРА

По-нашему, по-советски

Он хорош в любое время года, этот сад. Прекрасен весной — в буйном цветении укрыт бело-розовой пеной; знойным летом всегда прохладно под густой, словно шатер, тенью листвы; осенью гнутся ветки от зрелых плодов. Сад стал любимым местом жителей поселка. Кто бы ни приехал в Нефтеабад, гостя обязательно проведут в этот сад, угостят фруктами, расскажут о нем много интересного. Необычна история нашего сада. Лет шесть назад здесь был пустырь — весь в гранитных валунах. Гоняли по нему ветры круглые шапки верблюжьей колючки. И в мыслях никто представить не мог эту предгорную террасу цветущим садом. С кетменем в руках пришел сюда Закир Масалиев и сыновей своих привел. Долго не могли поверить земляки в затею Закира. Одни не прочь были над ним посмеяться, другие жалели напрасно затраченные силы.

— Брось, сынок, пустое дело затеял,— качали головами аксакалы, наблюдая, как выворачивает он замшелые валуны.— Земля камен...

«Правда», 2 июля 1984 г.

ЖАЛОСТИ НЕ ЗНАЮТ

О чем пишут из США

Радиостанции США на все лады расхваливают американский образ жизни. А вот письма, с которыми меня ознакомили в одной семье, говорят совсем о другом.

...Во время фашистской оккупации украинская девушка по имени Людмила была увезена в Германию, а после войны очутилась в США, где и проживает в городе Сан-Диего (штат Калифорния).

Муж ее — безработный, уже дважды отсидел в американской тюрьме за «свободные» высказывания. Имея двух детей, Людмила не смогла в свое время возвратиться на Родину. Она нетрудоспособна, была контужена во время войны. Вот выдержки из ее последнего письма к родным. «Этот жестокий мир наживы жалости не знает, слезам не верит. Жизнь в США становится все опасней. Идешь днем по улице и боишься собственной тени, все думаешь, как бы тебя не ограбили, не застрелили. Мы стараемся не выходить на улицу после захода солнца — опасно. Волна преступности буквально захлестнула Америку. Уменьшаются правительствен...

А что касается урагана в Зарайске и Ивановской области, то вот мне рассказывала родственница Лена. Знакомый фотограф снял, и она видела эти ужасные снимки: разрушенный дочиста дом, кровать двуспальная, ночной горшок взлетел и криво повис, кошка мяучит на пустом пороге... Страшно, хотя вся страна тут же пришла на помощь. Жертвовали деньгами, посылали бригады, одеяла, платки, палатки, сгущенку. Все равно страшно. И невозможно представить, невозможно описать. Невозможно по совокупности причин, из которых главными являются скорый конец света, ручки нет, а также отвратительно болят ухо и челюсть, не давая забыться сном среди отчаянно бунтующей городской природы, озаряемой светом молний.

А началось все это еще 29 апреля, когда наш герой почувствовал стреляние в ухе, которое к Дню международной солидарности трудящихся превратилось в невыносимую боль, отчего он был вынужден среди праздника опадающих воздушных шаров и цветения ехать в Сто первую градскую больницу, что расположена на Ленинском проспекте напротив магазина «Байкал», торгующего «Тоником» ТУ-13 РСФСР 819-80, где его начисто успокоили, сказавши, что ухо у него «чистое» и только, значит, «зубик болит» и ему нужно к стоматологу. Он и пошел. А стоматолог, сволочь такая, по фамилии Годунова (все фамилии подлинные) , тоже говорит: это у вас зубик мудрости режется в ваши 38 лет, хи-хи-хи, как поздно...

Обласканный, веселый, направился он домой, но боли усиливались до предела, наступившего 15 мая 1984 года, когда из уха потек зеленый гной, а перед этим пять ночей завывал, хватаясь за голову, щеку,— больно, не спал. А сосед по многоэтажке напился пьяный на собственное сорокалетие и врезался в принадлежащий мне на основе права личной собственности автомобиль «Запорожец» (ЗАЗ-968М), смяв всмятку правое переднее крыло, переднюю панель и т. д. Отчего далее параллельно разворачиваются два сюжета: лечение уха (левого) и крыла (правого), в обоих сюжетах терпим поражение. Ухо не лечат, крыло не ремонтируют. То есть делают и то и другое, но из рук вон плохо, как врачи-преступники в больницах или вредители на заводах и шахтах.

В разбитом автомобиле, рыдая от боли, с ухом, сочащимся зеленой гнилью, наш герой вновь является 16-го числа в Сто первую градскую, где ему снова говорят врачи лор (ухо, горло, нос), что у него с ухом все в полном порядке, страдает он по линии зубов, что у него, вероятно, остемиолит нижней челюсти со свищом в ушную полость, отчего ему нужно немедленно госпитализироваться в больницу № X, которая находится на тихой Измайловской улице.

На битом сорокалетним идиотом «Запорожце», с сочащимся ухом явился в эту больницу, где пьяные с битыми харями сидели в коридоре, окруженные милиционерами, ибо больница была «специализированная», по челюстям и зубам. Некоторые находились в бессознательном состоянии, их катали на каталках. Миловидная девушка, врач в белом халате, велела мне идти на рентген. Рентгеновский стол был занят каким-то бессознательным человеком, и я даже подумал, что это — труп, но вскоре его перегрузили на каталку и место освободилось. Я лег на стол в своих светлых джинсах «авис» (40 руб.) и понял, что неправильно понятый мною труп обмочился. Но я ничего не сказал, ведь мочи было совсем немного, к тому же у меня все так болело, что мне было не до этих смехотворных претензий.

Просмотрев мокрый рентгеновский снимок, миловидная девушка сказала, что по зубной линии у меня все в порядке, остемиолита нет и быть не может, что это лор-врачи «туфтят». Я спросил, как мне жить. Ехать к лор, последовал ответ. Но я уже был там... Найдите хорошего платного врача лор, я вам советую. И еще — не вздумайте ложиться к нам, вы же видите, что у нас творится... Девушка придвинулась, явственно пахнуло портвейном, и я, забрав на память указанный снимок, отбыл обратно на Ленинский проспект, где врачи лор, тоже довольно молодые люди, уперлись ни в какую, что дескать это — остемиолит, и все тут, а больница № Х «свистит» и просто «не хочут класть», посоветовали найти платного зубного врача, «хорошего». Вот же черти! Я отправился домой пополоскать зубы горячей водой с солью.

И это была такая ночка, после которой меня совершенно не страшит никакое 5 августа 1984 года. От боли я терся головой об обои и все пытался занять в пространстве и времени такую геометрическую позицию — на плаву ли, на весу,— чтоб боль не била, чтоб хоть на минуточку, на секундочку, на миг забыться, чтоб боль ушла хоть на крохотный МИЖОЧЕК. Ох же ты ................................................................................................................. (крайне грязные нецензурные выражения, практически все, что я знаю из этой части русского языкового спектра).

Дальнейшее изложение последовательности и последствий болезни не доставляет мне никакого удовольствия, к тому же боюсь, что описания положений, лиц, ситуаций начнут повторяться и это может быть истолковано, как очернительство, нарочитое сгущение красок, типизация нетипичного, что мне совершенно ни к чему, у меня и других забот хватает. Поэтому перехожу, как Хемингуэй, на телеграфный стиль и обещаю, что вскоре совсем закончу этот рассказ, слабый, как я в моем теперешнем положении. (Такой же «рассказ», как я — «герой».) В общем, слушайте, если хотите:

Утром после апофеоза боли к врачу Годуновой

обратно,

Которая, больше меня напугавшись,

Мне направление в ведущий головной имени Семашко

Институт дает и сама при этом песню Иосифа Кобзона

Поет. День же — суббота,

И мне нужно забирать машину, которую чинят за

350 рублей

В подмосковном городе Истре мастеровитые рвачи:

с одной стороны, рвачи, с другой — врачи...

С гноем в ухе я машину в Истру отгонял,

А по дороге выл и молча рыдал, а также песню

Владимира

Высоцкого исполнял. Не из тех, что Роберт

Рождественский

На пластинку и книжку «Нерв» пускал, а из тех,

Которые народ и без него знал, любил, беспредельно

Уважал.... ЗАТОПИ ТЫ МНЕ БАНЬКУ ПО-ЧЕРНОМУ, что ли?

Возвратившись кое-как на электричке в Москву я к

Семашке держу направление

И там, наконец, получаю честное и правильное лечение,

Что доказывает, что вовсе не очернитель я,

А просто диалектически сложна судьба моя.

Все волшебно меняется. Прекрасное обращение.

Очереди нет. Что за напасть?

(Потом друг, врач и поэт Александр Лещев мне сказал,

что туда очень трудно попасть,

Что туда лишь блатные идут

И коньяк за 13 руб. 80 копеек с собой несут.)

А я-то и не знал, а то бы еще сильней радовался, что

К Семашке попал, хоть и жизнью своей рисковал,

Но не знал, а лишь по-прежнему тихо-тихо стонал.

Новокановая блокада. КАИН и АВЕЛЬ. Толстой

иглой колют под ухо меня.

Завязывают, как зайца. В Истру еду в

Полубессознательном состоянии. Я ХОЧУ ВИДЕТЬ

ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА!! На электричке. Как — не

Помню. Спасибо жене, кабы не она, скончался бы я

И скорчился от горя, как свинья. В Истре рвачи уже пьяные, но вроде бы все сделали, а

Красть им нечего, красить нечем, краски у них нету.

Мы, говорят, простые люди, все с высшим

Образованием. Ладно... Пошли вы... Нет сил...

Жена садится за руль. Я — дремать и покачиваться

рядом...

И на этом мои страдания, дорогие друзья, практически заканчиваются, что еще раз доказывает — жизнь прекрасна, и никакие временные трудности не способны порушить это мое патриотическое мнение о ней. Мне три раза меняли диагноз, каждый день кололи толстой иглой, рвали зуб мудрости № 8, заодно сломали зуб № 7. На меня упала врачебная лампа, плохо прикрепленная винтом. Я закрутил винт, мне сказали спасибо. Хороший платный врач лечил мне зуб № 7, сломанный во время бесплатного выдирания зуба № 8, была адская боль в разверзтой полости, но я крепился, как партизан. Из уха снова тек гной, но потом все прекратилось, я полностью вылечился, практически здоров, у меня теперь хронический артроз, мне нельзя с хрустом есть яблоко, широко зевать и много разговаривать. Зато писать можно, что я и делаю, ставя точку.

Точка. Не хочу больше писать. Что-то не так. Нужно что-то другое, более светлое, как светлы, например, мои джинсы «авис» или светел светлый путь лунной дорожки, уходящей в сентябрьское море близ селения А. Симферопольского района Крымской области. Что-то не так, что-то другое... Билет, но куда?

А между тем июльская гроза вскоре незаметно кончится. Незаметно наступит утро. Призрачный молочный свет наполнит комнату. Природа будет дивно как хороша, и мы еще поборемся с ней. Рыбак замрет на озере, подманивая леща, ожидая щуку. Яблоки с глухим стуком упадут на крышу той бани, где жил Пришвин. Железнодорожный рабочий с молотком пройдет вдоль полотна строящейся магистрали века. Пилотируемый корабль войдет в плотные слои атмосферы.. Чайка Джонатан с клекотом пролетит «над седой равниной моря». И вдруг заалеет восток, вызолотится полнеба — вот и прошла ночь, ну и прошла ночь, вот и спасибо, ну и спасибо...

ГЛАВА 1964

Ясность мысли

Потом я окончательно понял, что ее у меня нет и быть не может. Это было в тот день, когда я потерял свою рубашку, вернее, не потерял, а затерял: не то в шкафу где-то, не то еще черт знает где.

Это меня разозлило: не отвечая на расспросы домашних, я ходил-ходил по нашей маленькой квартире, курил, скрипел половицами, но опускался белый химический туман, и я никак не мог вспомнить, где эта проклятая рубаха. Когда я попытался представить, при каких обстоятельствах я ее снял, то увидел лишь влажные пятна пота на спине да свои рабочие сапоги с порыжевшими носками, а дальше опять белый туман, в котором плыли какие-то мачты, два кресла и пьяная физиономия одного моего милого друга.

Это меня озадачило: я немного постоял и решил делать все наоборот, то есть думать о чем-нибудь другом и через это другое навести себя на рубаху. Но вместо дельного видения, ясного, как день Божий, и указывающего на пропажу, я зачем-то разглядывал портрет Ф. М. Достоевского, рядом с которым появилась бакалейная контора, где я когда-то работал грузчиком: коробки с кофе, мармелад, ящики с консервами, подбитый глаз моего напарника Виктора Есипова.

Я опешил. Злость моя улеглась к тому времени: мне даже стыдно стало, что я так грубо молчал. Я уже открыл рот, чтобы что-то сказать что-нибудь такое, не жалобное, конечно, нет, какую-нибудь чушь, чтобы установить с домашними контакт и доказать, что я не хам, хотя на деле вел себя по-хамски, несмотря на то, что и это не по моей вине. Но я видел, что опять запутался, и мне стало противно, что это уже второй раз с утра.

И была туча, а сквозь тучу молния ударила, как на трансформаторных будках рисуют,— это мысль, что я потерял ясность мысли.

И меня опять охватила злость, но это была уже не та злость, что раньше. Веселая злость наполнила меня, залила жилы, красным ситцем ударила в голову.

Я понял: если нет у меня ясности мысли, если я забываю номера трамваев, вещи, даты, числа и имена людей, которым я не должен деньги, то писателем мне никак не быть; но и это не огорчало, не заставляло драть волосы, завывать длинные монологи, успокоившись на чьей-либо подходящей груди.

— Хрен с ним, катись на катере...

Я посмотрел в окно, где желтые листы деревьев были так странно некрасивы, что это тоже как-то поддерживало меня. Дождь сек деревья косыми линиями, такими косыми, что хотелось чуда: линеек, направленных под таким же углом, но с другой стороны. Вышли бы аккуратные ромбики, как в стеклах веранды приличной дачи или на грубом рисунке клеенки.

Но это бы стало причиной моей новой злости: деревья в рамке, вытянутой за углы,— мерзость, застывшие, с желтыми листьями, которые не треплет ветер, в окантовке ромбов. К черту!

Мне нравилось, что дождь сек серые деревья косыми линиями, а ветер рвал линии, как промокашку рвут, с зазубринами рвал и расплескивал капли, и срывал жалко-грязные, непромытые листья, и бросал иногда в грязь, иногда в прохожего человека, а чаще высоко-высоко, не то на красные жестяные крыши домов, не то к ангелам небесным, которые в эдакую погоду сидят у гудящей печки, хлещут водку, тянут махру и перекидываются в «три листика».

Но я увидел на подоконнике блюдечко с желтой водой и желтой бумагой, надпись: «МУХИ — ПЕРЕНОСЧИКИ ЗАРАЗЫ», и самих переносчиков, которые — одни кверху лапками, другие, уткнувшись головой в желтую воду,— обитали тут же, и еще рядом лежала грязная-прегрязная тряпка.

Я скорей натянул сапоги и выбежал на улицу.

Огромный лист прилип к почти летнему, ливнем вымытому тротуару, текли тополевые ручьи, и пелена ливня застилала глаза, и лопались перепонки от грохота грома, и в высоковольтные столбы били соломенные молнии...

А я поднимаю голову и вижу, как дождь ножницами стрижет деревья, и ветер закручивает кроны, и слякотно, слякотно, слякотно.

Только пар изо рта — это реальность, белое облачко, соломинка утопающему.

Возле гастронома пьяный ловит шапкой дождь. Ему жарко. Он дымится. Он — кусок сухого льда. «Позволь узнать, папаша, на кой тебе дождь?» — «Иди ты»,— невнятно отвечает.

И снова хорошо. Так, что хочется посчитать медные гвоздики на подошве собственного сапога. Подвернуть ногу и — раз-два-три...

Но в окне магазина я вижу блюдечко, блюдечко с желтой водой и желтой бумагой; черные мухи в желтой воде.

Я бегу. Я тяжело топаю по грязи, оскальзываясь на листьях, хватаясь за заборы и собственное сердце, бегу туда, где нет блюдечка с желтой водой, где все расписано по клеточкам, но покрыто таким слоем древности, что его нужно счищать, чистить-чистить, как хозяйки чистят медную посуду.

Но во мне возникает что-то, что мешает мне бежать.

И я понимаю, что это — ясная мысль, ясная мысль (клубочек с ниточкой).

Я бреду домой. Медленно-медленно бреду.

Я боюсь оборвать эту нитку — ведь она такая тонкая.

Медленней, медленней, медленней, и попрошу вас не толкаться.

БОЛЬШОЙ ХИМИИ — НАШУ ЭНЕРГИЮ,

СИЛЫ, ЗНАНИЯ

Хорошие люди живут в Салавате. Может быть, не очень умело, но тепло сказал о них наш рабочий поэт:

Не напрасно городом-батыром

Салават в Башкирии зовут,

Ты пройди по всем его квартирам,

Здесь одни джигиты лишь живут.

Те джигиты, пояснить спешу я,

Богатырский дух в себе храня,

Оседлали химию большую —

Нового и верного коня.

КРЕСТОНОСЦЫ ТВИСТОПЛЯСКИ

Еще не успели затихнуть печальные тембры всенощной, как запели трубы, завыли саксофоны, дробная трель ударника заполнила стены клуба при божьем храме в Глостере (Англия).

Освященные присутствием и активным участием самого пастыря Фредерика Нарборо, которого вы видите на левом снимке, начались танцы. Твист сменяет рок-н-ролл, рок-н-ролл — твист. И все довольны: молодежь потому, что ей есть где потанцевать, святой отец потому, что под другим предлогом этих юношей и девушек силой не затянешь в церковь. Ведь от туманных проблем богоискательства их «отвлекают» суровые реальности жизни: необходимость искать работу, «свое место под солнцем». Так что же, поставить крест на молодежи? Такой исход вовсе не устраивает пастырей. Им нужно как раз обратное: чтобы юность позволила водрузить на себя крест религиозного смирения, непротивления злу насилием. А если твист может придать кресту хоть какую-то привлекательность, решили святые отцы, да будет так. Амен! И святой отец Фредерик Нарборо ударил в барабан.

Церковь идет в ногу с жизнью.

Снимки из западногерманского журнала «Штерн».

ОНИ ВЫБРАЛИ ГДР

БЕРЛИН, 14 января (ТАСС). 259 граждан ФРГ переселились за первые десять дней нового года в Германскую Демократическую Республику, сообщает агентство АДН.

...Каждый комсомолец, где бы он ни трудился, чувствует сейчас себя бойцом химического фронта. Нередко в Саратове можно видеть, как по улицам проносится колонна грузовиков. На первой машине развевается красное знамя с комсомольским значком. Это едут помощники химиков — студенческие строительные отряды...

Ю. КОЧЕТКОВ, первый секретарь Саратовского

промышленного обкома комсомола

СПАСИБО ТЕБЕ, СТРАНА СОВЕТОВ

КЛЮЧИ ОТ КОСМОСА

Почему русские впереди? Если бы такой вопрос мне задали до моего приезда в СССР, я бы не могла на него ответить. Я училась в Гетеборгском университете и судила о Советском Союзе по американским журналам. У меня да и у моих многих сверстников голова была забита неправдой о вашей стране.

День, когда у меня открылись глаза на настоящий Советский Союз: 4 октября 1957 года — запуск первого спутника. Это был удар русских па невежеству, которое царило до того дня во многих странах. Я стала знакомиться с Советским Союзом по источникам более чистым, нежели американские... У вас самая передовая социальная система. Это причина вашего превосходства в подготовке специалистов для самых разных отраслей народного хозяйства. И не стоит удивляться, что вы далеко обогнали американцев в освоении космоса.

Ключи от космоса у вас. Они изготовлены из крепкого металла — социализма.

Ева АДОЛЬФСОН (Швеция)

ДВОЙНОЙ СУПЕРФОСФАТ —

ДОСРОЧНО

СТРОИТЕЛИ И ХИМИКИ

РАБОТАЮТ РУКА ОБ РУКУ

ПОЧИН МОЛОДЫХ ВОЛХОВЧАН: «ВСЕ

ХИМИЧЕСКИЕ

ПРОИЗВОДСТВА — НА

ПОЛНУЮ МОЩНОСТЬ»

ПРОДОЛЖАЕМ ДИСПУТ О ЗНАНИЯХ И НРАВСТВЕННОСТИ

СМЕЛЕТЬ В ЖЕЛАНИЯХ

…Эти вопросы когда-то бесконечно волновали Льва Толстого. Однажды ему написал большое письмо крестьянин, выразив горькую обиду на сына. Тот получил образование, переехал в город и постеснялся принять отца в присутствии «культурных гостей», не пустил его дальше кухни. «Зачем же такое просвещение, такая наука!» — мучился вместе с крестьянином Толстой. Его мысль в условиях старого общества заходила в тупик...

ЧТО ЭТО — ЛЮБОВЬ?

Дорогая редакция! Пишет вам Ахметова Ольга. Я хочу рассказать о себе все честно и правдиво. 9 декабря прошлого года я ехала в поезде. Когда я проходила по коридору, то увидела — дверь одного купе полуоткрыта. Один из молодых людей пригласил меня поиграть в карты. Я вошла в купе. Вскоре туда же пришел еще один юноша. Он подсел ко мне, положил руку мне на плечо. Я чуть-чуть отодвинулась. Видя, что я проигрываю, он сказал (снова положив руку на мое плечо): «Если в картах не везет, то в любви обязательно!» Я смутилась.

Как только ребята разошлись по купе, Сережа Гаврилов, так звали этого парня, стал меня целовать. Я, как могла, отталкивала его, говорила: «Ты посиди лучше спокойно». Потом Сережа вышел покурить. Немного погодя и я вышла из купе...

АТЕИСТЫ — В НАСТУПЛЕНИЕ!

ВЫЗОВ АЛЛАХУ

...Увидев комсомольцев живыми и здоровыми, люди расступились. А чайханщик, старый Улуг-Бобо, хитро улыбаясь, спросил:

— И как же это вы не испугались аллаха?

— А мы сейчас расскажем, отец,— ответил Агзам Исаев.— Расскажем подробно, чтобы другие тоже перестали бояться... Так закончился один из боев комсомольцев Самарканда с аллахом.

А. ПЕТРОЧЕНКО, инструктор ЦК ЛКСМ Узбекистана

ТЕПЛАЯ ВСТРЕЧА В

ПАРИЖСКОЙ РАТУШЕ

ПОЩЕЧИНА ПЕНТАГОНУ

ГАБОН НЕ СМИРИЛСЯ

МОБУТОВЦЫ В ОКРУЖЕНИИ

РАССКАЖУ О ХОРОШЕМ ЧЕЛОВЕКЕ

РАДУГУ — НЕВЕСТЕ

Недавно я встретился с красотой... Встреча эта произошла в семидесяти километрах от Калуги в деревне Богдановке Козельского района. «Старый волк» сельской торговли, председатель райпотребсоюза Гордей Гордеич сказал:

— Есть у нас Маша Самохина. Она все ищет...

Гордей Гордеич поднял кверху большой палец, на мгновение закрыл глаза и торжественно произнес:

— Высоту. Да!

— В сельском магазинчике? — спросили мы.

— Во-первых, не в магазинчике, а типовом сельмаге,— поправил Гордей Гордеич,— а во-вторых, высота в торговле возможна, как и в космосе...

Старик любит образное слово. За всем этим нетрудно увидеть любовь к человеку, стоящему за прилавком.

Калужская обл. А. САДОВНИК

РАЗРЯДИТЬ НАПРЯЖЕНИЕ

В ЕВРОПЕ

ТРЕТЬ ПУТИ — ПОЛНЫЙ

ПРОВАЛ

РОСТОВСКИЙ СЕЛЬСКИЙ

ОБКОМ КОМСОМОЛА ПЛОХО

РУКОВОДИТ СОРЕВНОВАНИЕМ

МОЛОДЕЖИ

14 МАРТА 1879 ГОДА

РОДИЛСЯ АЛЬБЕРТ ЭЙНШТЕЙН

...В песне на слова В. Войновича «Четырнадцать минут до старта» есть строчка: «Давайте-ка, ребята, закурим перед стартом». После первого группового полета в космос Павел Попович, выступая по телевизору, сказал, что они пели: «Давайте-ка, ребята, споемте перед стартом», так как космонавты не курят...

К. ВАНШЕНКИН

ЕСТЬ УПОЕНИЕ В БОЮ

Письма Я. М. Свердлова

Дмитрий ГАВРИЛОВ

ОТЕЦ И САД

Отец был строг.

Неосторожным детям

Рвать яблоки в саду не позволял,

Он приносил в корзине на рассвете

Румяные,

В травинках,

Те, что ветер

Для нас, мальчишек,

По ночам срывал.

И вот теперь,

Когда ветра шумят,

В моих глазах встают

Отец и сад.

Ленинград

КОМУ УКАЗ НЕ В УКАЗ

...Когда принимался указ, невозможно было предусмотреть, как поведут себя в той или иной обстановке особо злостные тунеядцы. Теперь они, так сказать, сами проявили свои антиобщественные позиции. И думается, соответственно с этим и надо внести некоторые дополнения в существующий указ.

Коми АССР В. НОВОСЕЛОВ

...ЦК КПСС и Совет Министров СССР выражают твердую уверенность в том, что партийные, советские и сельские хозяйственные органы быстро преодолеют имеющиеся недостатки в организации планирования, в руководстве сельскохозяйственным производством, сделают все необходимое, чтобы направить творческую инициативу руководителей и специалистов колхозов и совхозов, всех тружеников деревни на выполнение величественных задач мощного подъема сельского хозяйства...

ГОРОДАМ — МОЛОДЕТЬ

КУВАЛДА В ОТСТАВКЕ

РАДОСТНЫЕ ПЕРЕМЕНЫ

В РЕМОНТНЫХ ЦЕХАХ

ПОСЛАНЦЫ СТРАНЫ СОВЕТОВ

В ОБЪЯТИЯХ БРАТСКОЙ

ВЕНГРИИ

...Каждый уверен, что никому не удастся вытравить из сознания китайских рабочих, крестьян и интеллигенции добрые чувства к советским братьям. Хорошее не забывается. Мы горячо поддерживаем политику нашей родной партии, ставящей превыше всего интересы единства мирового коммунистического движения.

Г. ГАЛАГАН. нач. отдела кап. строительства

Ждановского коксохимического завода

...стыдно прикрывать профессиональную несостоятельность ссылками на XX съезд партии.

Халтура в литературном деле вредна сама по себе. Она становится многократно вреднее, когда пытается распространить сферу своего действия на жизненные явления безмерно важные — мы имеем в виду непримиримую борьбу с пережитками культа личности, которую ведут наш народ, наша партия...

...За выдающиеся заслуги перед Коммунистической партией и Советским государством в строительстве коммунистического общества укрепление экономического и оборонного могущества Советского Союза, развитие братской дружбы народов СССР, в проведении Ленинской миролюбивой внешней политики и отмечая исключительные заслуги в период Великой Отечественной войны присвоить товарищу ХРУЩЕВУ НИКИТЕ СЕРГЕЕВИЧУ в связи с семидесятилетием звание Героя Советского Союза с вручением ему ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»...

ПРИВЕТСТВУЕТ ВСЯ

ПЛАНЕТА

Н. С. ХРУЩЕВУ ПРИСВОЕНО

ЗВАНИЕ ГЕРОЯ НАРОДНОЙ

РЕСПУБЛИКИ БОЛГАРИИ

У ДЕРЕВЕНСКИХ СОБСТВЕННАЯ ГОРДОСТЬ

...Ехали мы как-то по Крещатику в автобусе на концерт. Ребята из нашей сельской самодеятельности пели песни. Какие-то густо накрашенные девицы и гривастые пижоны кричали нам вслед: «Эй, колхозники!! Деревня-матушка!..»

Т. СИВОБОРОДОВ

«В день свадьбы» — первая работа Анатолия Эфроса в Театре имени Ленинского комсомола, куда он недавно назначен художественным руководителем. Доброе, многообещающее начало!

К.ЩЕРБАКОВ

КРЕПНЕТ И РАЗВИВАЕТСЯ

ДРУЖБА НАРОДОВ СССР

И ОАР

СОЗВЕЗДИЕ ТАЛАНТОВ

Вручение Ленинских премий деятелям литературы и искусства

Прекрасными мастерами советского искусства назвал Николай Тихонов новых лауреатов Ленинской премии — А. Гончара, В. Пескова, А. Дейнеку, М. Плисецкую, М. Ростроповича, Н. Черкасова на торжестве вручения им почетных знаков и дипломов отличия.

«ВЫ ПРИШЛИ СЮДА, КАК БРАТЬЯ»

Никита Сергеевич сравнивает подвиг советских специалистов на Ниле с подвигом сказочных русских богатырей.

...Обращение к историко-революционным событиям придает публицистическое звучание лучшим строкам «Моей родословной» Беллы Ахмадулиной. Но если для Ахмадулиной выход к публицистической лирике нов, то Роберт Рождественский всегда был открыто публицистичен...

Ал. МИХАЙЛОВ

ЛЮДИ С ГОРЯЩИМ СЕРДЦЕМ

ТОВАРИЩ ЯН

...В тот день к нему домой пришел В. К. Блюхер. О чем говорили они, неизвестно, но, видимо, нервное напряжение достигло предела. Вслед за В. К. Блюхером приехали двое сотрудников сообщить Гамарнику, что он снят с работы. Не успели они выйти из квартиры, как раздался выстрел. Хоронили его уже как «врага народа».

К. Б. БОГОМОЛОВА-ГАМАРНИК

ПАДЕНИЕ КУМИРА

...Но есть только две идеологии, как два берега. И если ты отошел от одного, неминуемо пристанешь к другому.

Сомнительные иностранцы своим интересом к Борису Залужскому и его «коллективу» лишний раз подтвердили это...

ЗВУЧИТ УДМУРТСКАЯ СИМФОНИЯ

...Тревожные раскаты литавр, грозно звучат духовые инструменты, проникновенную мелодию ведет скрипка. Это звучит Первая удмуртская симфония...

Ф. СИМАКОВ

ТЕОРЕТИК СЛЕПОТЫ

...Если бы господин Харако дал себе труд познакомиться с жизнью нашего молодого поколения, он понял бы, что понятие «винтик» и «песчинка» не имеют к нему даже отдаленного отношения...

Е. КУБИЧЕВ

ГЛУБОКИЕ СОБОЛЕЗНОВАНИЯ

Председатель Совета Министров СССР Н. С. Хрущев и Председатель Президиума Верховного Совета СССР Л. И. Брежнев направили королю Афганистана Мухаммеду Закир Шаху телеграмму, в которой выражено глубокое соболезнование в связи с катастрофой на шахтах в Каркаре и гибелью афганских шахтеров.

Н. С. Хрущев и Л. И. Брежнев просят передать сердечное сочувствие семьям погибших шахтеров.

Большой серый ящик. Стрелки, тонкое нервное перо самописца. В последние четыре дня приборы написали, наверное, не меньше километра бумажной ленты. Объект исследования — космонавты Комаров, Феоктистов, Егоров.

В. ПЕСКОВ

14 октября с. г. состоялся Пленум Центрального Комитета КПСС. Пленум ЦК КПСС удовлетворил просьбу т. Хрущева Н. С. об освобождении его от обязанностей Первого секретаря ЦК КПСС, члена Президиума ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР в связи с преклонным возрастом и ухудшением здоровья.

Пленум ЦК КПСС избрал Первым секретарем ЦК КПСС т. Брежнева Л. И.

В. П. Эфроимсон: Т. Д. Лысенко сообщал <...>, но что ему чинили препятствия классовые враги, в том числе кулаки-ученые в науке. С такой аргументацией тогда было очень трудно спорить, тем более что Сталин, выслушав доклад Лысенко <...>, воскликнул: «Браво, т. Лысенко, браво!»

В преддверии «века биологии».

За нашим «круглым столом».

Ведущий Олег Писаржевский.

Не то теперь

Летним днем, когда солнце светит особенно ярко, нужно собирать в лесу грибы, если они, конечно, там есть. По узорчатой дороге, обрамленной великолепным очарованием природы, едем мы, друзья, в лес, и придорожные березки кланяются нам, как крестьяне Чичикову. Миновали: завод динамо-моторных станков, раскинувший свои гулкие корпуса, автозаправочную станцию, что весело заправляет мимодвижущийся автотранспорт, производство консервных банок, дающее стране леща в том смысле, что в изготовленные консервные банки кладут рыбу-лещ в масляном или томатном соусе; церковь, разрушенную в трудные тридцатые годы, восьмерик на четверике, но сияют купола, радуясь,— ныне церковь снова действует, собирая в престольные праздники немало прихожан, угощающих друг друга яблоками; торфяники, узкоколейка, совхоз, коровник, полигон, и вот мы въезжаем в лес, и дивен наш русский лес с его различными деревьями, растущими попеременно уже около тысячи лет с тех пор, как крестил Русь князь Владимир. Чего только не встретишь в нашем лесу: хвощи, папоротники, бузина, ковыль, могучие дубы, каждый ростом с эпического великана. Добрый лес — сойки, воробьи вспархивают из-под ног, там и сям мелькнет похожая на гриб лисичку консервная жесть, слышен грозный рев, и легко представить себе, что косматый медведь, хозяин здешних мест, страшно рыча, сосет лапу или гоняется за бабами в малиннике, хотя это конечно же рабочие совхоза на тракторах и аналогичных машинах убирают кукурузу молочно-восковой спелости. Вестимо, грозных медведей нет больше в здешних лесах, они все эмигрировали в Иркутск, город К. и Канаду, а из хищников остались лишь маленькие серо-желтые животные семейства собачьих, вполне безопасные для человека, поскольку питаются они падалью, отбросами, нападают на мелких птиц, поедают виноград, овощи, держатся стаями, охотятся ночью, живут в норах, пещерах, ямах, сильно воют и стонут. Волки были да их убили, лишь определенная часть их преобразовалась в сторожевых собак, охраняющих землю от врагов и наймитов. В изобилии водятся лисы, лоси, олени. А вот и грибы! Хруп сучок, расступись, еловая лапа, мы дождались милостей от природы!

Подберезовики, подосиновики, подольховики, волнушки, скрыпули, козлята — мы знаем много грибов, но еще больше нам попадается сыроежек. Ох эти сыроежки! Шляпки их бывают совершенно разных цветов: от желто-лимонного до ярко-красного, как флаг, переходя через коричневый и охристый. Зато обратная сторона шляпки гриба сыроежка обязательно должна быть белой, и я рекомендую запомнить это всякому, кто не желает заблудиться или погибнуть в русском лесу. Или он не заблудится, не погибнет, но будет блевать, отравившись грибами, а ведь это совершенно ни к чему, что знает всякий, кто хоть раз в жизни да блеванул, а было это у нас практически с каждым.

Корзинка полнится! Валуй к валую, скрыпуля к скрыпуле, взяли немало опят да выбросили: все они оказались ложными. Манил сатанинский гриб. Эта стерва вылито похож на белый или подберезовик, да только берегись, товарищ; донышко у него непременно будет иметь розоватый оттенок, что обусловлено наличием страшного яда, заключенного в продукте, столь успешно выдающем себя за порядочный. Мы даже хотели растоптать этот гриб пятками, но вовремя вспомнили, что в природе все взаимосвязанно, и вполне возможно, что кошмар сатанинского гриба необходим, к примеру, для формирования мицелия других грибов — правильных, хороших, разных. Мы, пятясь, удаляемся прочь от места мерзкого произрастания, бессильные что-либо предпринять ввиду въевшегося в нас с 60-х годов абстрактного гуманизма. Долго и злобно глядим ему вслед. Бог с ним, этим сатанинским грибом! Пущай его! Ничаво! Пропади он пропадом совсем!

Солнце клонится к закату. Усталые, но довольные, мы выходим на лесную просеку, и тут нас осеняет: а что, если нам наломать еще немного початков молочно-восковой спелости той кукурузы, что стоит стеной, как «пшеница золотая», рядом с «нашим» лесом и которую не всю еще повалили рабочие совхоза? То-то будет веселый праздничный стол! Грибы, кукуруза, аджика... Да и сами рабочие уже который час перекуривают на обочине, прислонившись усталой спиной к своим стальным механизмам, остро пахнущим металлом, соляркой, машинным маслом. Отдыхают, разложив перед собой нехитрую снедь, которую принесли им их беловолосые дети: плавленые сырки «Дружба», плодово-ягодное вино «Аромат садов» по цене 1 руб. 81 коп. Очень хочется кукурузы, но мы живо вспоминаем рассказы старшего поколения об указе «от седьмого — восьмого», согласно которому хищение с колхозных полей каралось многими годами тюрьмы. Да и сейчас стыдно, ну что, в самом деле — ведь мы же взрослые, сознательные люди... Кто-то растил, растил кукурузу, а мы ее возьмем и съедим!..

— Берите вы, дерьма не жалко,— разрешает наши сомнения один из рабочих, седоватый, могутный, своими щелочками глаз напоминающий Мао Цзэдуна.

— Почему вы так говорите? — настораживаемся мы.

— То есть нет, вы поймите меня правильно, товарищи,— смущается рабочий, поправляя на виске засаленную сизую шляпу с узорчатой лентой.— Я не против кукурузы, которую развел Никита Сергеевич, обгоняя Америку. Кукуруза — ценный, питательный продукт для бычков, свиней и телочек, но нас, рабочих, интересует лишь ее зеленая масса, которую мы закладываем в силосную яму. А пять-шесть початков составляют такую ничтожную долю всей зеленой массы, которую долю невозможно учесть самыми сильными лазерными весами даже с привлечением экспериментов из космоса. Вы поймите, вот вам простой пример: если, например, в зеленую массу попадет булыжник, гайка от комбайна или гаечный ключ, то одно это перевесит взятые вами пять-шесть початков в десятки раз, а где у нас гарантия, что этого не случится?

— Да, но ведь в масштабе всей страны, если каждый ее житель возьмет пять-шесть початков, то это составит 1 150 000 000 — 1 380 000 000 початков. А это уже — и громадная сумма, и весомый удельный вес недостачи в народном хозяйстве,— возражаем мы.

— Но соответственно пропорционально должно увеличиться и количество зеленой массы, булыжников, гаек, гаечных ключей,— не сдается «могутный».— Но поскольку невозможно, чтоб это произошло, ибо тогда придется копать силосную яму через всю землю насквозь до Америки, то вы и возьмите себе немножко, пять-шесть, как мы их по-нашему, по-рабочему, называем, «стрючков».

— Насквозь до Америки? — поражаемся мы.

— Вот именно! — сияет он.— То-то удивится старая лиса президент США, когда увидит, что мы вылазим из этой ямы, угрожая ему жестом поднятия рабочей руки, сжатой в кулак!

И старик протягивает нам пять или шесть лимонно-янтарных початков, каждый размером с игрушечную торпеду чьих-либо вооруженных сил.

Да, мы все помним. Поздний вечер, почти ночь. Чистый ветер шумит за окном нашего маленького дома, как будто некая птица своим сильным крылом будоражит пространство и время. Мы устали от шума, суеты, импульсов нашего сложного времени, пространства, нас никто еще пока не ударил хорошей дубиной по голове, не обварил щами, не назвал нехорошим словом. Здорово! Пес Тузик погромыхивает цепью, не выходя из будки. Ясное, безоблачное черное небо с россыпью крупных звезд, где четкий ковш Большой Медведицы указует центральное местоположение Полярной звезды. На сковородке шипят грибы, но мы не станем, есть их, несмотря на то, что затратим на приготовление кушанья много времени, масла, сметаны, баллонного газа. Блюдо окажется с горчинкой, а это верный признак того, что в среду съедобных грибов затесался один чуждый, и он, как ни странно, «делает погоду», вызывая физическое отвращение. «Не так ли и в обществе,— думаем мы.— Один горький, нехороший человек может испортить целую сковородку хороших, честных людей, и дай-то Бог, если этот человек окажется ложной сыроежкой, а не бледной поганкой или сатанинским грибом, потому что когда эту целую сковородку хороших, честных людей будут кушать, то кто-нибудь может отравиться до смерти: помрет, посинеет, испустит дух и нету его»,— подумали мы с любимой и, помнится, записали эту мысль в две индивидуальные записные книжки, чтобы развить ее впоследствии, она — в форме пьесы, ратующей за сохранение и приумножение культурной ауры, а я — в форме рассказа, посвященного критике, к сожалению, все еще имеющихся у нас всегда отдельных недостатков или явлений.

Ах, теперь уже все не то! Лето кануло, за окном сыро, как в болоте, где жило баскервильское чудовище, раскрытое Шерлоком Холмсом и описанное Конан-Дойлем. Не то теперь: свирепствует осень, стелется вонючий туман. Тузик сдох, кукуруза убрана или съедена, седоватый рабочий попал в Лечебно-Трудовой Профилакторий, слякоть, мерзость, морок, гниль, блевотина, и мы глядим в окно, еле сдерживая рыдания.

ГЛАВА 1965

Плешивый мальчик

Я припрятал от жены девять металлических рублей, девять кружочков, напоминающих о металлических зубах тетки, зазевавшейся как-то утром над водопроводным люком, где белая вода все бьет, бьет в трубы, бьет да никак не может вырваться.

За углом был гастроном, куда привезли вино по восемьдесят четыре копейки поллитра, очень славное вино — крепостью четырнадцать градусов.

Считайте:

Я купил десять бутылок — сто сорок градусов и шестьдесят копеек сдачи.

Я раскупорил десять бутылок и слил вино в канистру, которая не пахла бензином, керосином, тавотом — веществами смазочными, машинными, механическими; она пропиталась смуглой «Лидией», водкой, дешевым коньяком «Арагац», криками: «Эй, поди сюда», тюльпанами и гвоздикой.

Считайте:

Десять пустых бутылок — это рубль двадцать плюс прежние шестьдесят копеек равняется — рубль восемьдесят, равняется — четыре бутылки пива, да еще сдачи тридцать две копейки, а пиво лей в канистру, мешай, чтобы жгло желудок чище черного молотого перца!

Считайте:

Четыре пустые бутылки плюс сдача — это две бутылки пива, шестнадцать копеек небрежно подкинуты в руке, а пиво в канистру, да как можно быстрее, потому что две пустые бутылки да шестнадцать копеек сдачи — это еще бутылка пива и три копейки сдачи.

Три копейки — это медленный завтрашний день. Задняя площадка перенабитого трамвая с собачьей руганью, стихами и дрожащим студнем кассового аппарата, в котором бренчат три копейки. Они не хотят скатываться в узкую щель, они парят над серым алюминием кассовой фурнитуры, как автомобиль на воздушной подушке. Но при чем здесь это?

Я скрипнул калиткой и вытер ноги о рваную мешковину, что прилипла к крылечку, я плотно прикрыл дверь, и никто, кроме моей собственной жены, меня больше в этот день не видел.

Я начал дело поспешно: налил полулитровую пивную кружку своей восхитительной бурды, включил проигрыватель и поставил пластинку:

Ночь тиха, та-та-та, где-то светит луна,

И горит, та-та-та, золотая волна.

Я пил. Бурда вливалась в меня, как кровь донора, окурки в пепельнице напоминали длинные вареные макароны или пескарей, собравшихся неясной стаей к извивающемуся на острие крючка червячку.

Я был хитрый. Я знал, что не допью всего, и поэтому, собрав остатки сил, спрятал великолепную канистру в мусорный ящик — великолепное собрание великолепных окурков, великолепных разбитых блюдечек и восхитительной картофельной шелухи,— я был счастлив и дремал, не забывая время от времени подниматься и переводить адаптер проигрывателя.

Ночь тиха, -а-а-а-а...

Галстук висел у меня на спине, как проститутка, на рубашке было шесть пуговиц, фосфоресцирующих, как кошачьи глаза. «В мать бога!» Я вставал и переводил адаптер, и грустная мелодия била по сонным нервам, и белая кисея застила глаза, и была луна, и

Ночь тиха, а-а-а...

Таким-то меня и застала жена. Она уложила меня на скрипучую беспокойную кровать с панцирной сеткой, она гладила мои рыжие волосы, она плакала, она даже рада была, она плела сеть древнюю, как пряжа Пенелопы.

— Ну, вот ты и проснулся,— сказала она, смеясь, когда я проснулся,— а я вот что припасла...

И она показала мне бутылку водки.

И мы выпили эту бутылку на кухне под мою пьяную икоту, и запах акации, и ночное пение подгулявших граждан, и,

Ночь тиха, та-тат-та...

Я встал. Я опять был щедр и полон сил, я достал из тайника заветную канистру, я лил бурду в две пивные кружки жестом Бога, а она, всплескивала руками, славословила меня и целовала. И тут я со смущением признаюсь в некотором минутном провале, эдаком пятне на карте Загадочного. Может быть, она плакала — необязательно слезами, какая пошлость!! Может быть, она плакала — женским нутром, женским теплым телом, листьями липы и ночным небом с оспой звезд. Кто знает! Но потом мы лежали, мы устали. Нам нужны были только мы.

А в мире было неспокойно. Там кашляли, чихали, скрипели дверьми и тесными ботинками, досматривали кино, сплетничали, молились, лгали. И никто не знал, что по небу полуночи летел голый плешивый мальчик. Его звали Амур. Он был пьян. Он качался в воздухе и терял золотые стрелы. Они падали на землю косые и вертикальные, как дождь.

Дорогие соотечественники! Товарищи и друзья!

Год 1964-й сдает свою трудовую вахту. Советские люди провожают его с чувством исполненного долга и законной гордости. Это был год успешного развития нашего общества, упорной борьбы за преодоление трудностей, год замечательных достижений миллионов тружеников на стройках коммунизма по всей нашей великой стране, год больших свершений на земле и в космосе, в производстве, науке и культуре.

ЖУРНАЛИСТ (уклончиво). Солнечная сила — это, наверное, полезно... В древности врачи лечили вином от многих болезней. Но современная медицина...

ВИНОДЕЛ. ...тоже признает диетические и даже целебные свойства вина. Пастер называл его самым здоровым и гигиеническим из всех напитков. Но я не собираюсь рекламировать вино, как лекарство в обычном смысле. Я предлагаю его прежде всего как лучшее средство против алкоголизма.

М. ПЕЛЯХ, А. КОГАН. Поэма о солнце в бокале

«...а главное, постарайтесь понять, что, пытаясь унизить инакомыслящих, вы унижаете только себя».

«Сразу не поймешь». Реплика

Доходит до смешного. В статье сказано о том, что кинокамера в руках режиссера Сергея Параджанова и его товарищей запечатлевает красочный и многообразный мир. Но даже это непонятно!

ВСЕМЕРНО УВЕЛИЧИВАТЬ

ПРОИЗВОДСТВО

СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОЙ

ПРОДУКЦИИ, СВОЕВРЕМЕННО

ВЫПОЛНЯТЬ ПЛАНЫ

ЗАГОТОВОК

Виновные в злоупотреблениях были сурово наказаны. Комсомолия торжествовала. А у Гали и Ивана Митрофановых был еще один повод поднять бокал: получили новую квартиру. На новоселье пели песни о геологах, о тревожном молодости. И свою тоже — о Молдавской ГРЭС.

В синей дымке рассвет.

Над полями туман.

Тихо плещет волной

Кучурганский лиман.

Наше счастье в труде,

В шуме будничных дней.

Р. ЗАЙЦЕВ

ТЕМ НЕ МЕНЕЕ ДЕЛА

США В ЮЖНОМ ВЬЕТНАМЕ

ИДУТ ВСЕ ПЛАЧЕВНЕЕ

Нашему искусству должны быть одинаково чужды как растерянность перед сложностями жизни, сгущение мрачных красок, так и бахвальство, обывательское самодовольство, рисование идиллических картинок, показывающих жизнь лишь в розовых тонах.

ДОСТОЙНО ОТОБРАЖАТЬ ВЕЛИЧИЕ ДЕЛ СОВЕТСКОГО НАРОДА

Несколько сот вирусов гриппа так похожи, что их невозможно отличить друг от друга. Даже вирусы, вызывающие совсем непохожие болезни, такие, как корь, бешенство, саркома Рауса, похожи друг на друга, как близнецы.

В. М. ЖДАНОВ

Кажется, что они трясутся, дрожат и подергиваются в каком-то таинствениом, меланхолическом припадке.

С. ГРАФТЕН. О твисте и отчаянии

На пол постелили газету. Поставили коньяк и черную икру. «Запустили роскошные диски» — завели пластинки. Две сестры-стюардессы с блеском разговаривают по-французски, актер из танцевального ансамбля готовится читать стихи. <...> Так отдыхают герои рассказа Э. Шима «Три письма и телеграмма»

(Литературная Россия. 1964. № 43).

На днях в печати опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении бывших соратников легендарного Рихарда Зорге югослава Бранко Вукелича и граждан ГДР Макса Клаузема и его супруги.

Герои невидимого фронта

Когда многие его молодые коллеги говорили, что у них «настроения нет», им «не пишется», Паустовский только усмехался и шел работать.

Л. МАЛЮГИН. Родниковое слово.

На соискание Ленинской премии

ВИКТОР КОРЧНОЙ—

ШАХМАТНЫЙ ГЕРОЙ

ШЕСТИДЕСЯТЫХ ГОДОВ

МОСКВА ПРОЩАЕТСЯ С Ф. Р. КОЗЛОВЫМ

Рахманинов взывает:

Богатством твоим ты меня не держи,

Все роскоши эти и неги

Я б отдал за крик перепелки во ржи,

За скрип новгородской телеги.

Мы в ответе за то, чтобы выпускник вуза не остался равнодушным к самому замечательному достижению человеческой культуры — марксистско-ленинской философии.

Ф. МИХАЙЛОВ, зав. кафедрой философии

— О чем грустишь?

— Чомбе бросил мою мать в тюрьму,— говорит Жан.

А. КРУШИНСКИЙ

С тех пор как Кайсын Кулиев начал печататься, прошло тридцать лет.

ПЕКИН. 11 февраля (ТАСС). Сегодня в первой половине дня Председатель ЦК Компартии Китая Мао Цзэ-дун и Председатель КНР Лю Шао-ци приняли Председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина и возглавляемую им советскую делегацию.

Крепнет братская дружба

В наше общежитие ломятся посторонние парни. Они бесчинствуют, нападают на ребят, девушкам покоя не дают. Свяжешься с такими, рад не будешь — ведь ходят с кастетами, ножами. Вся надежда на милицию.

В. БАБАНОВА, Т. ЯКОВЛЕВА. Снисхождения не заслуживают

Сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей одну страничку Ленинианы. Это малоизвестные воспоминания Власа Яковлевича Чубаря — видного деятеля Коммунистической партии и Советского государства, безвинно погибшего в период культа личности.

Наоборот, работу с молодыми Союз писателей часто доверяет людям, которые сами ничего значительного в литературе не создали.

Л. ИСАРОВА

Нравственная высота, способность на полную отдачу сил ради других людей живет в любом стихотворении В. Корнилова, чему бы оно ни было посвящено.

Какие бы штормы не ожидали нас, точный компас — партийность советской литературы — не даст нам сбиться с пути.

Леонид СОБОЛЕВ

Что сказать о транзисторах? Появится серия совсем крошечных приемников, очень удобных для индивидуального пользования. Например, приемник в ручных часах. Включив его, вы сможете услышать последние новости, репортаж о футбольном матче или концерт.

А. БАКАЛОВ

Все изложенное выше сводится, собственно говоря, к одному: молодое поколение, перед которым XX и XXII съезды партии широко распахнули дверь в большую литературу, вправе ожидать самого серьезного, самого уважительно-сурового к себе отношения — без скидки на молодость и неопытность.

Юлиу ЭДЛИС

НЬЮ-ЙОРК ГИБНЕТ ОТ ВСЕ

УГЛУБЛЯЮЩЕГОСЯ

РАЗЛОЖЕНИЯ, ОТ ВСЯЧЕСКИХ

ПОРОКОВ И ПОЛНОГО

ОТСУТСТВИЯ РУКОВОДСТВА

Невозвратно канули в прошлое те времена, когда один человек, игнорируя элементарные требования демократии, волен был единолично решать за всех, кому какой занять выборный пост.

Н. ЕЛИЗАРОВ, ответорганизатор ЦК ВЛКСМ

«Молодцы русские!», «Исторический подвиг!!», «Советы — великолепно!!» — эти слова весь день можно было слышать вчера на улицах Аргентинской столицы.

Советская молодежь видела в лице товарища Георге Георгиу-Дежа большого друга нашей молодежи, который навсегда останется в памяти комсомольцев, всех юношей и девушек Страны Советов.

Телеграмма ЦК ВЛКСМ

Переименовать город Лиски Воронежской области в город Георгиу-Деж.

— А как бы вы стали действовать, если бы оказались на царском троне?

Оказывается, высокий мужчина с бычьим взглядом «много думал по этому вопросу».

— Монархия в России будет сильно отличаться от той, которая была до 1917 года. Она несомненно примет определенные демократические формы.

Б. ПИЛЕЦКИЙ. Тронные страсти

СЛУЖБЕ БЫТА —

КОМСОМОЛЬСКУЮ ЗАБОТУ

В повести отца арестовали за воровство, и Сергей знал, что отец ворует. В спектакле отец — рабочий-коммунист и его забирают по ложному доносу. Что же получилось?

ТВЕРЖЕ ШАГ, ТОВАРИЩ

СПЕЦИАЛИСТ!

Трудно поверить, что все это было на самом деле. Но поневоле вспоминаешь, что мы видели такие же снимки, сделанные в наши дни колонизаторами в Анголе, Конго и Вьетнаме.

«Обыкновенный фашизм». Беседа с М. И. РОММОМ

Пожалуй, ни один учебный предмет в средней школе не находится в таком жалком положении, как биология.

В. АЛПАТОВ, профессор

НЕТ ПОЩАДЫ ХУЛИГАНАМ!

...Вчера был субботник: привели в порядок школьный участок. Окапывали деревья, убирали листья. Я поливал из шланга банановые пальмы.

В. СИРОВСКИЙ. Индийская пальма и русская ель

Все казаки перед боем

Клятвой Родине клялись.

А один стоял, не клялся,

А смотрел угрюмо вниз.

Иосиф УТКИН

Чрезвычайно интересен рассказ Ф. Горенштейна «Дом с башенкой» («Юность», № 6 за 1964 год). Это также первое напечатанное произведение автора.

Ф. ЛЕВИН

Автор безнарядно-звеньевой системы — И. Худенко.

СОЛИДАРНОСТЬ — ОРУЖИЕ

ЮНЫХ

Сколько поэтов должно быть в нашей стране? Маяковский в свое время дал на этот вопрос прямой ответ. Дело было 9 апреля 1930 года — за пять дней до смерти Владимира Владимировича.

Борис СЛУЦКИЙ. Тебе слово, товарищ поэзия

И единственное, что известно наверняка: прием во ВГИК, как и во все творческие вузы, производится «на базе лишь одной перспективы» — таланта. Без блата. Невзирая на красивые лица.

Э. ТОПОЛЬ, дипломник сценарного факультета

ВГИКа.

Партия постоянно уделяла внимание сельскому хозяйству, что позволило значительно расширить посевные площади, увеличить производство сельскохозяйственных продуктов.

Однако за последние годы сельское хозяйство замедлило темпы своего роста. Планы его развития оказались невыполненными. Медленно повышались урожаи сельскохозяйственных культур. Производство мяса, молока и других продуктов за это время увеличилось также незначительно.

О НЕОТЛОЖНЫХ МЕРАХ ПО ДАЛЬНЕЙШЕМУ РАЗВИТИЮ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА. Постановление Пленума ЦК КПСС, принятое 26 марта 1965 года.

Где был пустырь и

древних елей

Толпился тесный

хоровод,

Упрямо краны вверх

взлетели,

Встречает молодость

восход.

Московский драматический театр показывает инсценировку повести Владимира Максимова «Жив человек» в постановке Андрея Гончарова.

Далее один хвастает, что у него на коленях сидит «малолетка-чувиха, что надо», а другой делится полезными сведениями, только что почерпнутыми от бывалой первокурсницы:

— Это возмутительно, что у нас так плохо поставлено половое воспитание, эти сведения надо преподавать девочкам не позже, чем в седьмом классе.

Е. ГРИГОРЯНЦ. Пестрые мальчики

Краеведческий клуб «Родина» только начинает жить.

В. Песков

Скажем, человек в темных очках, прихлебывающий пиво из бутылки, которого вы в суматохе ненароком толкнули локтем, оказывается Збигневом Цибульским. Однако известный артист не обращает на вашу агрессивную акцию ровным счетом никакого внимания...

К. Щербаков

5 РАЗ МОЖНО ОПОЯСАТЬ

ЗЕМНОЙ ЭКВАТОР ТКАНЯМИ,

ВЫПУСКАЕМЫМИ

ТАШКЕНТСКИМ

ТЕКСТИЛЬНЫМ КОМБИНАТОМ

Растите в себе мужество и презрение к негодяям всех мастей, Лариса. Мы победим их только тогда, когда сами станем настоящими Гражданами.

Марк ПОПОВСКИЙ, писатель

Религия утешает человека... Скажите, что же в этом плохого?

А. КОЗЛОВ

Из «Астории» они кочевали в «Европейскую», из «Европейской» — в «Неву». Потом снова в мягкие объятия «Астории».

Шел месяц за месяцем, а молодцам все было недосуг приступить к научному подвигу. Дни отнимало кафе «Дружба», вечера уходили на «спорт» — углубленные занятия твистом.

В. ФЕДОРОВ

ЧОМБЕ ПРОСИТ «В ЛАПУ»

Высокий нравственный счет в отношении к людям, зоркость к каким бы то ни было проявлениям ханжества, мещанской «добродетели», непримиримость к пошлости...

На прицеле — мещанство

— Ну а что вы порекомендуете юношам?

— ...Подмосковная фабрика «Труд» начала выпускать модель «Ив Монтан». Это рубашка и брюки из одной ткани, хлопчатобумажной или шерстяной. Такая одежда незаменима для работы.

Т. АГАФОНОВА

В «Современнике» новый спектакль — «Всегда в продаже».

Скажем честно: если бы наше поколение вышло в сорок первом году на войну с такими, например, представлениями, что история России — всего лишь история торгового капитала в шапке Мономаха, что все войны были грабительскими и что патриотизм русских был в прошлом сквозь и рядом «квасным». Если бы мы вышли на войну вот с такими понятиями, которые проповедовались еще лет за десять до того и рекламировались как самые что ни на есть марксистские, среди нас было бы куда меньше Зой Космодемьянских и Александров Матросовых.

А. САХАРОВ, доцент Московского государственного университета

ШАХ ИРАНА — ГОСТЬ ВОЛГОГРАДА

ЗАБОТА О ЧЕЛОВЕКЕ —

ГЛАВНЫЙ ЗАКОН

Да здравствует вечная дружба между народами Советского Союза и народом Югославии! (Бурные, продолжительные аплодисменты.)

Речь товарища Иосипа Броз Тито

...а также инструкция по приему и расшифровке кодированных передач и самый код. Инструкция по работе с типографией. Зеленый конверт с вложенными в него 50 рублями «на мелкие антисоветские расходы».

Он взялся было за вторую обложку, но в это время дверь его комнаты распахнулась, и на пороге, как в детективном кинофильме, предстали сотрудники Комитета государственной безопасности.

В. МИРОНОВ. Мошкара

Для того чтобы сказать человеку правду в глаза, требуется храбрость.

Сергей ГЕРАСИМОВ, народный артист СССР

В истекшем полугодии трудящиеся Советского Союза под руководством Коммунистической партии добились новых успехов в экономическом и культурном развитии страны.

Сообщение ЦСУ СССР

Когда Павел Антокольский читает стихи, кажется, что само время неукротимо басит в поющем, трубном гласе юношески одержимого поэта...

С. ЛЕСНЕВСКИЙ

Недавно в Свердловске судили студентов Челябинского политехнического института Федотова и Лапскера. Каждому из них было по 20 лет. Прилетели они в наш город, чтобы грабить и убивать. Один приговорен к расстрелу, другой — к пятнадцати годам лишения свободы.

В. КАМЕНЩИКОВ, майор милиции

Л. КУЛИЧЕВ, лейтенант милиции

На мой взгляд, текучесть кадров из сельской местности можно еще объяснить и тем обстоятельством, что она плохо снабжается промышленными товарами. Я сижу в поселке Псебай Лабинского района Краснодарского края. В центре поселка хороший магазин, но вот вам понадобилась фланель — ее нет.

И. П.

Все три человечески теплые книги — это первые книги молодого писателя А. Гессена. Недавно ему исполнилось 87 лет — нет, нет, это не опечатка — действительно 87!

Е. РУСАКОВА. Поэма о поэте

На прощание исследуемый заявил:

— Вы еще услышите обо мне. А пока до свидания. Было очень приятно познакомиться.

Эта сцена произошла в Институте судебно-психиатрической экспертизы имени Сербского. Сюда поместили на исследование артиста Глеба Романова. Психиатрам предстояло дать ответ на вопрос: вменяем он или нет? Врачи пришли к выводу: абсолютно вменяем. И Глебу Романову пришлось отправиться на скамью подсудимых.

Пристально, с внутренней боязнью смотрел он на аудиторию, когда сообщал об опыте японских животноводов: установили, что под классическую музыку животные ведут себя лучше и повышают удои, что не скажешь о джазовой.

М. ЧЕРЕДНИЧЕНКО

ПОЧЕМУ ЭДИК ОБМАНУЛ

ТОВАРИЩЕЙ?

Радостно потирая руки, он сказал:

— Можете поздравить — у меня вышел 150-й поэтический сборник.

Е. ОСЕТРОВ. Хорошие стихи не так

легко писать

Простейший пример: муж часто не убирает на место свою одежду. Это плохо? Плохо. Почему же он это делает? Потому что у него нет такой привычки, он этого не замечает за собой. Его надо настойчиво, терпеливо, ДОБРОЖЕЛАТЕЛЬНО приучать к этому. Но жена, привыкшая к порядку, не понимает, как это можно забыть убрать за собой. Она-то ведь не забывает!!

Раз за разом — обида накапливается, он уже заранее ждет от нее несправедливости.

М. НЕЙМАРК, кандидат педагогических

наук

В ПРОРАБСКОЙ ПОЕТ СКРИПКА

РЕПОРТАЖ С ПЕРЕДНЕГО КРАЯ

Двадцатисемилетний геолог из Хабаровска Владимир Евдокимов, спасая своего товарища, убил перочинным ножом медведя.

Аплодисментами встретили собравшиеся появление в президиуме Гамаля Абдель Насера.

НЕРУШИМА

СОВЕТСКО-АРАБСКАЯ ДРУЖБА

Плохи люди, которые слишком много работают и слишком мало думают.

П. КАПИЦА

Много дел ожидает нас в мире,

Необжитые манят места.

Горизонты, раскройтесь пошире,

Чтоб свершилась любая мечта.

ИДЕМ ПО ЖИЗНИ В ПОЛНЫЙ РОСТ. Слова Игоря Лашкова, музыка Леонида Печникова

Мне хочется, чтобы когда-нибудь написали книгу о женщинах, которым посвящали стихи великие поэты. О красавице Лесбии, жившей две тысячи лет назад в Риме и сводившей с ума поэта Катулла, о Лауре из Авиньона.

Евг. БОГАТ. Такая живая, такая красивая

Матерые американские разведчики Маккензи и Грейвуд, интернациональная шпионка «мадам Никотин», бывшие супруги-эсэсовцы Вунд, немецкий коммерсант Штумпе, советские люди, угнанные в Германию, убеленные сединами чекисты Ларцев и Малинин...

А. ЛАВРОВ

Сегодня мы знакомим читателей с рассказом участника семинара Валентина Распутина. Ему 27 лет. Он окончил Иркутский университет, работает в красноярской комсомольской газете.

И вот она останавливается, чтобы лучше рассмотреть Ленина. Ее легонько подталкивают, но она, не оборачиваясь, с досадой говорит:

— Ты иди, я, однако, маленько побуду. Мне шибко сказать надо. Ленину сказать.

— Я тофаларка,— говорит она Ленину.— У нас тайга. Тайга и горы. Но там тебя все знают.

— Проходите,— негромко, но решительно требует позади чей-то голос.

Она смотрит на Ленина и, кивая головой, по-матерински говорит ему:

— Ты, однако, себя береги...

<...>

— Скажи, Ленин не постарел? — переспросила она.

— Нет, нет, все такой же.

И она успокоилась. Все правильно. Он, победивший время, стал сильнее его. Теперь для него годы, как поездки хорошего председателя с одного поля на другое, чтобы осмотреть урожай.

ВЕТЕР ИЩЕТ ТЕБЯ.

СЕЛО ПРИМЕРЯЕТ БУТСЫ

Как-то я спросил у одной учительницы начальной школы: «Почему вы кричите на ребят?» И в ответ услышал: «Я же не могу их бить!»

Б. ДРАБКИН, врач-психиатр

Проблема борьбы с антиобщественными элементами сложная и трудная. Ее не решить унифицированным способом. <...> в условиях высылки происходит стремительный процесс превращения тунеядцев в «законных» уголовников.

А. ДЕРГАЧЕВ. Лицо тунеядца в профиль и анфас

Перед вами открыты все пути. Родина зовет вас к трудовым подвигам. Идите и свершайте их.

А. ДОБРОВОЛЬСКИЙ. Херсонская обл.

Должно быть, именно такие дома и описываются в былине о Чуриле Пленковиче.

Двор у Чурилы на семи ветрах.

Около двора — булатный тын,

Верхи на тынинах точеные,

Каждая с маковкой жемчужною.

Терема все златоверховатые...

и т. д.

СЕГОДНЯ В КРЕМЛЕВСКОМ ДВОРЦЕ ОТКРЫВАЕТСЯ ПЕРВЫЙ УЧРЕДИТЕЛЬНЫЙ СЪЕЗД КИНЕМАТОГРАФИСТОВ СССР

Вот почему не хочется думать, что суд, который начался вчера над четырьмя убийцами ручного лебедя, собрался только потому, что Борька имел своего владельца — трест «Горгидромост», а в перечне имущества треста — свой индивидуальный номер и стоимость.

В. ЛЯШЕНКО. Преступление на Оленьем пруду

Однажды, еще осенью, увидела — у выезда из деревни Мана на крутом склоне горы огромными буквами выложены слова: «Программа КПСС: Мир, Труд, Равенство, Братство и Счастье всех народов». А слово «Свобода» пропущено. Я узнала, что все надписи вдоль тракта выполняло автотранспортное управление. Забыли, видать, недотепы.

Сегодня ехала из котлована после партсобрания с Колей Шалиным. Рассказала ему. Он предложил: надо самим написать!

Вечером взяли в общежитии ведро извести, топорик, вместо кисти — старую драную варежку, фонарь. Отправились вчетвером — Коля, Галя, Нинка и я. Около тракта подобрали каждый по шесть кирпичей и поволокли все это в гору.

Донесли и ахнули. Буквы-то вблизи оказались полутораметровыми, где мы такое количество кирпича возьмем? Выложили «с» и «в» — и все, кирпич кончился! Пошли бродить по обочинам, по склону, собираем даже половинки, даже кусочки.

Следующие буквы выкладывали Галя, Нина и завершал Коля. Он же принес снизу ведро воды. Развели известь, попытались варежкой белить буквы, да где там. Отшвырнули рукавичку, и Галя самоотверженно, прямо руками принялась мазать. И вот уже в темноте отчетливо забелело оно, наше слово.

В. ТРОИЦКАЯ

Нарушение деятельности отдельных участков коры головного мозга может наступить в результате не только какого-либо нервного потрясения, но и вследствие внушения или самовнушения.

Предупреждение

Легче подумать, чем то же самое описать. Я, например, проснулся утром весь в слезах, в страшной тревоге за человечество, а потом думаю, ну его к черту, это человечество, что я, в самом деле, волнуюсь, будто мне пуще всех надо. Да и снова заснул. Поспал, поспал, просыпаюсь, и снова тревожно.

Инспектор ГАИ сделал мне вчера предупреждение в талоне, и это очень неприятно, несправедливо. Не хочется описывать, легче подумать, но писать нужно, чтобы избавиться от такого неприятного случая, чтоб не повторялся, чтоб я ворон не ловил, а я и не ловил, в чем и расписываюсь.

Каждый наблюдал картину, на проезжей части стоит инспектор ГАИ, перед ним штатский мужчина машет руками. Я так же махал, когда гаишник сделал мне предупреждение, и это было уже второе предупреждение. Первое я ни за что, ни про что получил в городе Т., что на Волге, отчего мне было вдвойне обидно, когда второе предупреждение я получил при въезде в город Д. Московской области, который на канале. Что ждет меня дальше — знаю. В следующий раз оштрафуют на 20 рублей, сказал инспектор, но я стараюсь ему не верить. Ведь практически я тогда к чертовой матери разорюсь и пойду по миру с сумой либо вынужден буду халтурить на автомобиле. Запрещено законом, и говорят, что автомобиль за это мстит — ломается, еще что-нибудь... Не выдержу! Заранее трясусь! Не миллионеры! Автомобиль есть, денег нету!..

Зачем я всю эту дрянь пишу? Знаю я, зачем пишу, и вы узнаете в самом конце, после того, как я изложу два этих печальных для меня эпизода.

ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ. Я ехал вдоль города Т., что на Волге, а там трамваев видимо-невидимо, и все трамвайщицы — первый класс: джинсы, фирма, прически, избыток женского труда, непропорциональная демография. Я не пошляк, я реальный, серьезный человек, хочу честно, счастливо жить, ничего не нарушая. Гаишник-курсант остановил меня и сказал, что я не пропустил трамвай, поворачивающий направо. Рядом офицер внимательно глядел на нас, чтобы мы оба не допустили неправильного. Я ответил, что трамвай глухо стоял и не собирался двигаться, а водители мне сзади гудели, ругаясь нехорошими словами, но добавил, что не возражаю и пусть меня штрафуют на месте на три рубля, но он мои три рубля отвергает, утверждая, что мой проступок не подлежит штрафованию на месте, подлежит предупреждению, и пишет мне прямо в талон. Не чуял беды, было лишь чуть стыдно перед женой, которая видела все это безобразие, что у меня не взяли денег, а влупили предупреждение. Был где-то на донышке души доволен, что сохранил трешничек, хотя не сохранил, как выяснилось дальше, когда в воздухе запахло двадцаткой. Мы ехали на озеро В. Там Климонтовича владения, дом купил за 800 на полуострове среди болот: и по ту сторону все его, и по эту тоже. Восемь старух косят сено, ездят на лошадях, держат буренок, средних лет мужчина-дебил является почтальоном, ходит через топь на материк, носит Климонтовичу и старухам свежие письма, газеты, бандероли, посылки, денежные переводы. К чему я ЭТО? Зачем бесцельно, без ЦЕЛИ? Климонтовичу совершенно не нужно, его знает «вся Москва». А кто не знает, тот пусть пишет, почтальон быстро доставит. Шире шаг, почтальон!.. Нервничаю, тороплюсь, спешу объясниться в конце-то концов, то есть не в конце всех вообще концов, а в конце именно этого, конкретного...

ЭПИЗОД ВТОРОЙ. Вчера, в пятницу, во второй половине дня, в городе Д., который на канале, висел знак «Движение механических транспортных средств запрещено по пятницам, субботам и воскресеньям». Инспектор ГАИ подробно объяснил, поначалу я знак просто не заметил, а когда увидел, что за хитрым поворотом стоит ихняя машина, моментально вспомнил: здесь раньше знак другой висел: «Сквозной проезд запрещен по пятницам, субботам и воскресеньям»... Здесь прошелся загадки таинственный коготь, черт бы их драл!

Поэтому я с самого начала неправильно построил разговор с инспектором. Начал, как американец, размахивать паспортом, житель, дескать, города Д., здесь прописан. Гаишник вежливо спрашивает, как называется знак, под который я только что проехал, а я и не знаю. Понятно, что с перепугу не вспомнишь, но еду к месту жительства, имею право, стало быть... Так думал я и так строил разговор. «Вот-вот,— говорит гаишник,— проезд любых механических транспортных средств, в том числе и вашего так называемого автомобиля ЗАЗ, который, кстати, не прошел техосмотр, а ведь на дворе лето клонится к закату...» «Лишь инвалидная коляска с ручным управлением имеет право тут ехать»,— подхватывает, чтобы выслужиться, какой-то другой бедолага, тоже остановленный автоинспекцией. От потока новой информации я растерялся и уже абсолютно неправильно говорю: уж вы меня не штрафуйте на первый раз, я здесь больше никогда не буду ездить. «А ваш проступок и не подлежит штрафованию»,— усмехается, и я понимаю, что опять влип. Кругом полным-полно народу... Нет контакта, нет доверия... Десять? О нет, поздно — он пишет в талон предупреждениие и добавляет, что это у меня уже второе предупреждение, будто я сам этого не знаю. И еще, что если меня теперь штрафовать, то уже на целых двадцать (20!) рублей. «Как так? Ведь я первый раз трамвай не пропустил!» — «Согласно правилам, которых вы не знаете»,— прямо мне в лицо.

И перед женой снова отчаянно стыдно, и двадцать, опять же, рублей на дороге никогда не валялись, не валяются и валяться не будут! Не нищие! Не миллионеры! На жизнь не жаловались, не жалуемся и жаловаться не будем, жизнью своей очень даже, можно сказать, довольны, дорогие все товарищи! Нервничаю, тороплюсь, спешу объясниться в конце-то концов, отчего и сам вынужден сделать два следующих серьезных предупреждения.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПЕРВОЕ. Не пошляк. Говорил, но сознательно повторяюсь. Биологически нервен и суетлив, но не пошляк. Слышал, что на Западе объявился Вилли Токарев, который пишется на пластинках Villy и уже заработал свой первый миллион. Знаю, что его песни весьма низкого, но бойкого пошиба садит нынче на магнитофонах вся наша огромная страна. В глубинке, на границе Тульской — Калужской областей, купаясь в омуте, образованном маленькой речушкой с забытым названием, увидел, что на берегу подпаски пристроились на корточках вокруг потухшего костра, а из кассетника несется:

Зачем скупая жизнь нужна?

Ведь завтра может быть война.

Я похолодел. Ведь каждый Божий день я слышу в Теплом Стане из различных отворенных окон кооперативных многоэтажек:

Он бабам нравился за то,

Чего не должен знать никто.

Визг гармонии и так далее из упомянутой песни В. Токарева. Ужас! Лично я против пошлости и предупреждаю, что любое отождествление того, что делаю я, с какими-либо указанными на примере В. Токарева проявлениями жизни и искусства будет мною строжайше караться по законам нашего сложного времени... Да меня никто и не отождествляет, посмел бы кто...

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ВТОРОЕ. Довожу до сведения каждого читателя этого текста. В том случае, если меня все-таки оштрафуют, я буду вынужден обратиться именно к этому читателю за поддержкой, пусть даже и в сумме 20 (двадцать) руб., потому что вряд ли в такой печальной момент я буду ее иметь. Каждый! Этот! Без исключений! Запомни сам, скажи другому... Так я постановил! Такой у меня на этих страницах закон, а ведь художника, как с детства известно всем культурным людям, требуется судить по его же законам. Что? Не так? Тогда я не согласен!..

Вернее, согласен. Я совсем со всем согласен. Вернее, окончательно я расстроился и окончательно устал писать эту невнятную невнятицу, написанную неизвестно зачем. Вернее, затем, что хотел освободиться но ведь легче подумать, чем то же самое описать. Проснулся в слезах, в страшной тревоге за человечество, а потом-то и подумал, ну его к черту, это человечество, что я, в самом деле, волнуюсь, будто мне пуще всех надо, заснул, а сейчас снова в совершенно непонятной тревоге. Все это шуточки, граждане, и ничего-то мне от вас не надо. И ГАИ здесь ни при чем, и денег мне ваших не надо. У меня свои есть, хоть и не так много, как хотелось бы. Последнее может подтвердить кто угодно, даже Климонтович... Черт бы драл... Нет, опять не то... Было...

Могу предложить желающему выгодную сделку в свете имеющегося к сожалению, пока еще кое-где «вещизма» и упадка морали. Предлагаю любому желающему купить этот текст за те 20 рублей, на которые меня вскоре оштрафуют. Говорю, как всегда, совершенно серьезно. Берите, ставьте свои фамилии, а мне «отстегните» (какое славное словцо, славное словцо...) 20 (два чирика). Не хотите? Ну и правильно, потому что это не текст, а полнейшая ерунда. И лишь одно служит мне утешением в моей этой сиюминутной измученности, столь далекой от прекрасности: я конечно же совершенно не я, а «герой», выдуманный мною персонаж, равно как и Климонтович — вовсе не тот почтенный Николай Юрьевич, проживавший в Бибиреве на улице Коненкова, а совершенно другое лицо.

В чем и расписываюсь.

ГЛАВА 1966

Пение медных

29 февраля, в високосный год, он шел по своей улице, где по тротуарам слежавшийся черный снег, шел и, полузакрыв глаза, слушал и слушал томительное и резкое пение медных духового оркестра военной музыки.

В открытой машине, весь в красном и черном, в кумаче и бархате, ехал его отец в нелепом горизонтальном положении, ничего не видя закрытыми глазами, не видя ничего ехал, и не ехал даже, а везли его на кладбище, чтобы закопать в холодную черную землю.

А мать он вел под руку по мостовым булыгам, большей частью вывороченным, вывороченным, вел, просунув руку крендельком и крепко держась за рукав обшарпанного габардинового пальто ее.

Они шли без слез, а за ними шли многие другие, и некоторые даже плакали, а они шли без слез, потому что уже выплакали свои слезы, а человек не есть Божья машина для производства слез, и они шли без слез, и время от времени сын встречался с матерью взглядом, и ему было странно, что белая улыбка тихо ложится на белые губы матери, и от этого становилось как-то не так, и он сам себе говорил, что сам придумывает выражение лица матери, потому что так не может быть.

А перед ними машина была, коврами, цветами и бархатом и кумачом украшенная, изукрашенная, и поэтому некрасивым, как будто даже и грязноватым чуть-чуть выглядел гроб, в котором лежал его отец.

И он все отвлекался и думал.

Он думал — зачем столько много людей, зачем столько очень много людей собралось тут, чтобы просто пройти и закопать мертвое тело его отца в февральскую мерзлую землю? Они идут, и они пройдут, и они закопают, и оно будет лежать там одно, пока не станет после февраля весна и лето, и тогда приползут черви и будут сосать мертвое мясо тела его отца, и сквозь него будет течь, фильтроваться вода, и проползать подземные жуки и личинки, и оно будет превращаться само в почву, и скоро станет почвой, и скоро станет — да-да-да — почвой.

И он все отвлекался и думал.

Может, похороны — это возможность, возможность, возможность еще раз доказать, доказать, что там все будем, все будем там, и что — тайна, тайная радость постоять живому близ зияющей отверзтой могилы, бросить горсть земли и все-таки чувствовать, что ты-то живешь, ты-то живешь, живешь, живешь.

И лишь сладкое и томительное, нейтральное пение медных духового оркестра между мертвым и живым, пение медных, которое можно слушать — эти рыдания труб, полузакрыв глаза,— и когда слушаешь, то не слышишь больше ничего на свете, кроме пения медных, пения медных.

И они идут, идут, идут, и начинает сыпать твердый, сухой февральский снег, и белеет серый материнский платок, и не тает снег на лице покойного.

Уныло идут они за побелевшим уже гробом, за белеющими венками, за белеющим кумачом, за белеющим бархатом. И им не кажется даже, что они хоронят самих себя. Нет.

Молча и тихо идут они, имея впереди гроб с телом его отца, а сзади толпу и пение медных духового оркестра военной музыки.

И метель заметет их, и они сгинут, и они станут белые-белые.

Они затушевываются в сечи снега, они размываются в сечи снега, и только пение медных, томительное, прекрасное, рыдающее, все еще выворачивает, выворачивает наизнанку душу, вызывая всеобщую боль.

Новый год шагает по планете. Пусть он станет для каждой советской семьи, для каждого советского человека годом доброго здоровья, кипучей энергии, трудовых успехов и большого счастья.

Центральный Комитет КПСС

Президиум Верховного Совета СССР

Совет Министров СССР

Когда задумываешься о причинах таких настроений — понимаешь, что сложились они под влиянием разных факторов.

Юрий ПАНКРАТОВ, Иван ХАРАБАРОВ. Не в буре дешевых оваций. Письмо в редакцию

Мечтал астрономом мальчишка стать,

Мальчишка филологом стал.

И в светлых галактиках библиотек

Планеты он открывал.

Слова Юрия РЫБЧИНСКОГО,

музыка Виталия ЛЕБЕДЕВА

Прав т. Дадабаев, что колхозные рынки у нас плохо используются и что индивидуальную, рыночную торговлю нужно постепенно заменять колхозной.

В. ТАМКЕВИЧ

В то время мы особенно горячо спорили о нэпе. Многое удручало нас. Неподалеку от редакции «Рабочей Москвы» возник частный магазин «Гастроном», и мы, проходя мимо витрины, залитой огнями, с горечью и ненавистью смотрели на горы дорогих нэпманских яств.

Александр ИСБАХ. Шеренга пламенных лет

Безликие тексты лишают музыканта его связей с временем, общественными умонастроениями, проявляющимися бурно или глубоко скрытыми.

Г. ТРОИЦКАЯ. Среднеарифметическая муза

Я первым тяжелый состав повел,

сберег три тысячи тугриков.

Опыт Бычкова нас не подвел,

попали в газетные рубрики.

А. Тер-Григорян (наш корр.). Юность страны

аратов. Монголия — Москва

А итальянские художники говорили нам: «Ваша жизнь гармоничнее, и поэтому ваше искусство радостнее».

Н. МИРОШНИЧЕНКО, В. БОЛЬШАКОВ

Жан-Кристоф и Павел Корчагин!

Семен ТРЕГУБ. Родство пламенных душ

РИМ, 26 января (ТАСС). Стоя, громкими продолжительными аплодисментами делегаты XI съезда ИКП встретили речь на сегодняшнем вечернем заседании главы делегации Коммунистической партии Советского Союза, члена Президиума, секретаря ЦК КПСС М. А. Суслова.

КАК ПОМОЧЬ ЖИТЬ

НЕЗНАКОМОЙ ДЕВУШКЕ?

Если кто-то старается жить за счет своих усадеб, то в этом вина самого совхоза или колхоза. Значит, плохо организован труд в совхозе и люди ищут заработка на своих участках.

Степан ГРИНЧАК, токарь

Телевидение наращивает популярность не по дням, а по часам.

А. ЕГОРОВ

Что касается долларов, то здесь у Тарсиса никаких «винтиков» нет и он готов переплюнуть своих хозяев: «Я более антисоветски настроен, чем кто-либо».

Аркадий САХНИН

Художник не может закрывать глаза на отрицательные явления, он должен говорить о них во весь голос, если любит страну свою.

Марк ДОНСКОЙ

ДЕВУШКА ИЗ ПХЕНЬЯНА

ПРЕПОДНОСИТ СЮРПРИЗ

По поручению писательских организаций нашей страны,— говорит З. Кедрина,— поддерживая требование о наказании Синявского и Даниэля за их уголовные деяния, я стремлюсь защитить нашу землю и нашу литературу от грязных посягательств антисоветской пропаганды.

Аплодисментами встретил зал выступления общественных обвинителей.

Вчера в Москве закончился открытый судебный процесс над двумя «литераторами» — Андреем Синявским и Юлием Даниэлем. Четыре дня суд скрупулезно исследовал материалы дела и признал Синявского и Даниэля виновными в совершении тягчайших преступлений. Синявский приговорен к семи годам лишения свободы с отбыванием в исправительно-трудовой колонии строгого режима. Даниэль — к пяти годам заключения в тех же условиях.

Таков закономерный финал клеветников и отступников.

Ю. ФЕОФАНОВ

Анализируя творчество некоторых молодых писателей, драматургов, стоит задуматься над тем, почему авторский взгляд на героя, лишенного черт гражданственности, инфантильного, бывает порой оправдывающим, сочувственным.

Слушай время, художник

Советская молодежь твердой поступью, нога в ногу со старшим поколением идет в первых рядах строителей коммунизма.

В. Г. ЛОМОНОСОВ, секретарь ЦК КП Узбекистана

Вспомни из истории отношение средневековых аскетов к женщине. Мне, например, кажется, что их отношение было очень скверное. Они считали ее орудием дьявола, посланного на землю специально для того, чтобы их соблазнять и совращать с пути истины.

Инесса АРМАНД

Если б меня спросили сегодня, кто самый распространенный герой современной прозы, я бы ответил: физик.

Роман В. Маканина написан талантливо и темпераментно, но для романа в нем мало размышлений, философии.

И. ЗОЛОТУССКИЙ

Успокойтесь, Светлана. Твист — это вовсе не главное, не каинова печать. «Век твиста» — это не про нас с вами, не «опускайтесь» до него — «диковатого», а если захочется, поднимайте его до себя. И пляшите на здоровье.

Майя БОРИСОВА

В КОСМОС

Несомненно, осуществляемая планомерно индустриализация сельского хозяйства, его специализация и развитие внутреннего социалистического рынка — все это вызовет высокую материальную заинтересованность работников сельского хозяйства в развитии производства, приведет к росту производительности труда и увеличению объема сельскохозяйственных продуктов до полного удовлетворения спроса на них.

В. ВЕНЖЕР, доктор экономических наук

ТОВАРИЩ ФАРИА НА СВОБОДЕ

ПИСЬМО ИЗ ТЮРЬМЫ «САН-КАРЛОС»

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА

СОВЕТСКУЮ ЗЕМЛЮ

29 марта, в 10 часов утра, в Москве, в Кремлевском Дворце съездов начал работу очередной XXIII съезд Коммунистической партии Советского Союза. Съезд открыл вступительной речью Первый секретарь ЦК КПСС тов. Брежнев Л. И.

В Кремлевском Дворце съездов встретились делегаты XXIII съезда КПСС композиторы Д. Шостакович и М. Чулаки.

И еще я думаю об одном. Попадись эти молодчики с черной совестью в памятные двадцатые годы, когда судили не опираясь на строго разграниченные статьи Уголовного кодекса, а «руководствуясь революционным правосознанием» (аплодисменты), ох, не ту меру наказания получили бы эти оборотни! (Аплодисменты.) а тут, видите ли, еще рассуждают о «суровости» приговора.

Мне бы хотелось сказать и буржуазным защитникам пасквилянтов: не беспокойтесь за сохранность у нас критики. Критику мы поддерживаем и развиваем. Она остро звучит и на нынешнем съезде. Но клевета — не критика, а грязь из лужи — не краски с палитры художника! (Продолжительные аплодисменты.)

Речь товарищ» М. А. ШОЛОХОВА

...Долго не смолкали аплодисменты после выступления М. Плисецкой, исполнившей «Лебедя» Сен-Санса.

Концерт в Кремле

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Под влиянием этих мыслей вы и приняли участие в злоумышлении?

ПОДСУДИМЫЙ УЛЬЯНОВ. Я хотел бы это пояснить.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Будьте по возможности кратки в этом случае.

ПОДСУДИМЫЙ УЛЬЯНОВ. Хорошо... <...> Я убедился, что террор может достигнуть цели, так как это не есть дело только личности... Наша интеллигенция настолько слаба физически и не организована, что в настоящее время не может вступать в открытую борьбу и только в террористической форме может защищать свое право на мысль и интеллектуальное участие в общественной жизни...

К столетию со дня рождения А. И. УЛЬЯНОВА

ПРОШЛИ НА ТАЙШЕТ —

ПРОЙДЕМ И НА УСТЬ-ИЛИМ!

ЗАПАСНОЙ ВАРИАНТ

Г-НА ВУДВОРДА

За достигнутые успехи в развитии народного хозяйства наградить КАЛИНИНГРАДСКУЮ область орденом Ленина.

Эх, Женька, Женька, «голову на плече» действительно надо иметь!

С ТЮЗом в жизнь Красноярска вошло нечто новое.

Ю. СМЕЛКОВ

НЕ СТРАШИСЬ ПАРАБОЛЫ

ЦВЕТУТ НА ФЕРМЕ ЯБЛОКИ

ДРАМА И ПОДВИГ ТАШКЕНТА. Репортаж нашего специального корреспондента В. Пескова из района землетрясения

Вчера в Москву из Душанбе прибыли Его Величество король Лаоса Шри Савант Ваттхана, Ее Величество королева Лаоса и принц Си Савант, приглашенные в Советский Союз Президиумом Верховного Совета СССР на отдых.

Мы не можем быть безразличными к тому, что читает молодой человек.

Доклад Первого секретаря ЦК ВЛКСМ товарища С. П. Павлова на XV съезде комсомола

23 МИЛЛИОНА — В НОГУ

А у сидящего в зале делегата XV съезда московского поэта Петра Вегина родились строки стихов:

Здесь повсюду поиски, поиски.

Я живу на полюсе Поиска.

Будто я с тобой и с ними

Уплываю в дальнее будущее.

«ЧЕРНЫЙ ДРАКОН» У ПОРОГА

ТОКИО

Существенным пробелом указов о тунеядцах является то, что они по-прежнему не предусматривают тщательной проверки поступающих на тунеядцев материалов. А это уже само по себе не гарантирует, что по каждому делу будет вынесено законное, справедливое и обоснованное решение.

А. ШЛЯПОЧНИКОВ, кандидат юридических наук

МЕЛИОРАЦИЯ ЗЕМЕЛЬ — КОРЕННОЙ ВОПРОС СОЗДАНИЯ УСТОЙЧИВОГО СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА В СТРАНЕ

Из речи Генерального секретаря ЦК КПСС

товарища Брежнева Л. И. 27 мая 1966 года

МЫ СМЕЛО СМОТРИМ В БУДУЩЕЕ. Речь П. Н. Демичева на встрече с избирателями 27 мая 1966 года

Не знаю отчего,

На вид обыкновенны,

У дома моего

Просвечивают стены.

Н. КИСЕЛЕВ. Мой дом

Мы все в ответе за моральную чистоту нашей столицы. Так не посчитаем же за труд взять метлу и вымести из города всю эту нечисть. Воздух чище будет.

В. РЕЗНИКОВ. Нечисть. Фельетон

Основное внимание судов должно быть направлено на усиление борьбы с опасными преступлениями, такими, как умышленное убийство, хулиганство, изнасилование, хищение социалистической собственности, взяточничество, грабеж, разбой, кража, а также с рецидивной преступностью и преступностью несовершеннолетних.

Пленум Верховного суда РСФСР

Есть писатели, чьи книги не пылятся на полках.

Евг. ОСЕТРОВ. Г. МАРКОВ. Отец и сын. Роман.

«Молодая гвардия», 1965 г.

ТОЛЬКО ДОКУМЕНТЫ

ЕЩЕ РАЗ О БАЙКАЛЕ

ЧУДО ЖИВЕТ В ТРАВЕ

СТРАНА ГОЛОСУЕТ ЗА КОММУНИЗМ

К 12 часам дня 12 июня на избирательные участки явилось 81,60 процента избирателей, а к 6 часам вечера — 96,92 процента избирателей.

СОВЕТСКИЕ ЛЮДИ ГОВОРЯТ

ПРЕЗИДЕНТУ ФРАНЦУЗСКОЙ

РЕСПУБЛИКИ ГЕНЕРАЛУ

ШАРЛЮ ДЕ ГОЛЛЮ: ДОБРО

ПОЖАЛОВАТЬ В НАШУ

СТРАНУ!

КОРРЕСПОНДЕНТ. Иван Иванович, мне рассказали недавно такой эпизод. В конце прошлого года коллектив Молдавской ГРЭС решил досрочно сдать в эксплуатацию третий агрегат. Последним препятствием перед пуском были строительные леса вокруг котла. Но снять их за оставшееся время считалось невозможным. Братья Филимоновы — Иван, Василий и Николай — взялись за это дело. Двадцать восемь часов подряд они трудились и сдержали слово. Третья турбина ГРЭС досрочно дала ток... Самоотверженность нашей молодежи известна. И в новом пятилетии ее наверняка ждут трудные участки, где нужно будет проявлять волю и энергию.

Лоза виноградная и человек.

Рассказывает первый секретарь ЦК КП Молдавии И. И. БОДЮЛ

В АРГЕНТИНЕ — ВОЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ

ПОЗОР АМЕРИКАНСКИМ

ВАРВАРАМ

НА ДИСКУССИИ НЕ БЫЛО РАВНОДУШНЫХ К

АМЕРИКАНСКОЙ АГРЕССИИ

ВО ВЬЕТНАМЕ

КАКИМ БУДЕТ ЛЕНИНГРАД

ЧЕРЕЗ ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА?

«Сегодня за один день видел пять девушек с крестиками и трех сопливых мальчишек»,— сообщает москвич Пронин...

«...Не подумайте,— уверяет Л. Червонный из Москвы,— что крестики носят малокультурные люди. В руках у них — книги, портфели с учебниками, иногда и рулоны ватмана... Это глупое щегольство вызывает сердечную боль за молодых людей».

В. ЧИКИН «Крестоносцы»

Мещанство начинается там, где забота о своем «я» выступает на первый план.

ПОБЕДНАЯ ПОСТУПЬ

НАРОДНОЙ ПОЛЬШИ

КУДА ПОЙДУТ МОЛОДЫЕ

СПЕЦИАЛИСТЫ?

ФАКУЛЬТЕТ КРАСНОГО

ГАЛСТУКА

И я убежден, что никакие бытовавшие субъективистские, волевые начала не могут оправдать нанесенного народу ущерба — сноса памятников старины...

Павел КОРИН, народный художник СССР,

лауреат Ленинской премии

ПОМНИТЕ: РУЖЬЕ СТРЕЛЯЕТ!

...сколько можем назвать теперь построенных Днепрогэсов? Попробуем сосчитать. На Днепре — Каховская ГЭС, Кременчугская, на Волге — три гидростанции, четвертая строится. На Ангаре — две, третья строится. На Енисее строится. И так далее.

В. ПЕСКОВ. Широка страна моя родная

ЩЕДРЕЕ НИВА — БОГАЧЕ

ЖИЗНЬ

ВЫСОКОГО ВАМ НЕБА

КУЗНЕЦЫ ЭНЕРГИИ

НАВСТРЕЧУ ИСТОРИИ

ПЕРЕСМЕНКИ НЕ БУДЕТ

ПЕРО ЖАР-ПТИЦЫ

ПОВАР ИЗ ВОХР

ЖИВОЕ СЛОВО. К 60-летию Семена Кирсанова.

Илья СЕЛЬВИНСКИЙ

«Красные охранники выступают как ударники, идущие на штурм культурной революции»,— пишет в одной из своих передовиц газета «Женминь жибао».

ЧЕЛОВЕК ОСТАНОВИЛ ГОРУ

ПРОВОКАЦИЯ ЦРУ

«КУЛЬТУРНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ»

В КИТАЕ

ВИЗИТ Л. И. БРЕЖНЕВА

В ВЕНГЕРСКУЮ НАРОДНУЮ

РЕСПУБЛИКУ

«Юпитеры» у ворот тюрьмы. Шпеер и Ширах освобождены из-под стражи. Кто аплодировал людям в «мерседесах»?

Ом принял снотворное, запил одеколоном и вскрыл себе вены... «Мальчуган» 23-х лет хотел умереть. Случайно он остался жив.

Л. РИУ. Его зовут Холидеем

Ясно одно: создавшееся положение надо изменить, и чем скорее— тем лучше.

А. Глезер. Рифмы, инерция, тиражи. Продолжаем

разговор о молодой поэзии

Чухонцев в чем-то сродни маршаковскому прохожему. Он не играет поэзией и в поэзию, он живет в ней и ею.

Г. КРАСУХИН. Пора эстрады миновала

Раздается команда на взлет,

Как пароль заоблачных высот,—

И в небо наши уходят дороги

От земных незаметных ворот.

Музыка А. ПАХМУТОВОЙ. Слова С. ГРЕБЕННИКОВА

и Н. ДОБРОНРАВОВА

ЛОНДОН, ДОМ УЛЬЯНОВА

ВОЗМОЖЕН ЛИ СЕРВИС

НА ТУРИСТСКОЙ ТРОПЕ?

МЫСЛЬ ОСТАЕТСЯ ЗА КАДРОМ. О новых фильмах сценариста Г. Шпаликова.

ПОЧЕМУ БЫЛА ПРЕРВАНА НАША ПОЕЗДКА В КНР. Пресс-конференция делегации Общества советско-китайской дружбы.

БУРЛЯЩЕЕ ПОБЕРЕЖЬЕ.

УНИВЕРСИТЕТ БЕРКЛИ

За последние годы наша литература пополнилась большим отрядом молодых писателей.

НАШИ СТРАНЫ — ДРУЗЬЯ И СОЮЗНИКИ. Митинг братской дружбы в Будапеште.

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ТАЛАНТА

КАЛИНИНСКОЙ области вручен орден ЛЕНИНА. Торжества в древнем русском городе.

СМОЛЕНСК. ГОРДОСТЬ ОТЕЧЕСТВА

Выше уже приходилось отмечать огорчительную слабость нового произведения А. Кузнецова.

Замысел и воплощение.

О новом романе А. КУЗНЕЦОВА «Бабий яр».

ЗНАМЯ ПОЧИНА — МАСТЕРСТВО КАЖДОГО. Молодежь Куйбышева на вахте.

ВЕЛИКОЙ ДАТЕ —

ДОСТОЙНУЮ ВСТРЕЧУ

УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР О ПРИСВОЕНИИ ЗВАНИЯ ГЕРОЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ТОВАРИЩУ БРЕЖНЕВУ ЛЕОНИДУ ИЛЬИЧУ

За выдающиеся заслуги перед Коммунистической партией и Советским государством в коммунистическом строительстве, укреплении обороноспособности страны и, отмечая большие заслуги в борьбе против немецко-фашистских захватчиков на фронтах Великой Отечественной воины...

...и каналы и шлюзы воздвигаются повсеместно. Великолепно спланированные каналы и замечательно вычерченные шлюзы. «Только ни хрена не выйдет, вот тебе покойница мать»,— доверительно просвещает Фауста старожил епифанских земель.

И действительно «ни хрена» не выходит: «воды мало... и плавать нельзя, про то все бабы в Епифани еще год назад знали». Только «вечное посмешище установили, великие тяготы народные расточили!.. Испозорили, изглумили государя вдрызг».

Владимир ТУРБИН. Сокровенные люди

Феликс Чуев был для меня неожиданным, как и любой человек, который вдруг возьмет да и встретится.

Егор Исаев. Высокого неба, поэт!

ПОЧЕМУ Я НЕ МОДЕРНИСТ?

БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ. Новое о судьбе китайского комсомола.

1 ЯНВАРЯ 1967 ГОДА НАЧИНАЕТСЯ ОБМЕН КОМСОМОЛЬСКИХ ДОКУМЕНТОВ

Жую кукушкины слезы —

Мне нравится эта трава.

Лежу я в ногах у березы,

Лежит в головах синева.

От этого сладко и жутко.

Как будто меж небом и мной

Совсем небольшой промежуток —

Всего

ствол березы одной.

Инна ЛИСНЯНСКАЯ

Прекрасность жизни

Это будет очень короткая и хорошая история. Тогда я занимался в клубе молодых литераторов при газете «К-ский комсомолец», а Кешка (он был младше меня двумя-тремя годами) ходил в кружок подводного плавания с аквалангом и выписывал газету «Женминь жибао», отчего у него даже были неприятности, но все быстро разрешилось тем, что, как выяснилось, пацан совершенно не знал китайского языка и выписывал газету исключительно из так называемой «мальчишеской фронды», мастеря из нее летающих змеев и бумажных тигров и в мыслях не имея ничего дурного, забавляя дворовую малышню, даже помогая некоторым «трудным» подросткам избавиться от влияния окружающей шпаны, тихонько грабившей мелкие продуктовые палатки и таскавшей у зазевавшихся продавцов длинные тяжелые цилиндры со сливочным мороженым. И еще у них был трюк: они выбивали в магазине чек на 0,02 рубля и подделывали его до суммы 2 руб. 52 копейки, покупая бутылку водки, ибо она в те времена стоила именно эту сумму и называлась «сучок». Многим ребятам Кешка доказал своим примером, что они достойны жизни лучшей, чем сидение на нарах, онанизм, изготовление ножей из кольца подшипника, пение песни «Зоя, кому давала стоя...». Помнится, ребята насиловали с ее согласия пожилую опухшую женщину без определенных занятий, а потом, раскачав за руки и за ноги, бросили ее, мертвецки пьяную, но постанывавшую, и по-видимому от удовольствия, за высокую ограду на территорию соседней войсковой части.

— Спасибо, ребята,— донеслось из-за ограды.— Вот уж спасибо, вот уж спасибо, на всю жизнь... (неприличное слово),— тихо приговаривала женщина, когда ее наконец выдворили с территории и она тихо отдыхала в придорожных лопухах, светясь от счастья, с пышной распущенной косой ниже пояса.

— Нет, хлопцы! Так дело не пойдет! — Кешка решительно хлопнул кулаком по столу, после чего дворовой шпане был дан последний бой и она, побитая штакетинами от забора, позорно рассеялась в пространстве и времени: кой-кого посадили, но многие ребята сами взялись за ум и стали честно жить и трудиться, как нам завещали отцы.

Но я отвлекся, как иногда отвлекается в своей прозе Фазиль Искандер. Я начал с того, что занимался в клубе молодых литераторов с названием «КРОС» (КРОме Скуки), а Кешка уже работал уверенно с аквалангом, что и позволило ему, отслужив армию, заниматься до недавних дней нелегкой специальностью водолаза-подводника.

А тогда (теперь уже много лет назад) мы встретились с ним на весенней улице нашего города К. около пункта продажи ливерных и мясных пирожков за 6 и 10 копеек, и я сразу заметил, что мой друг чем-то взволнован.

— Выкладывай, в чем дело, Кешка, а то я не отстану и буду преследовать тебя до самого вечера,— шутливо сказал я, и товарищ поднял на меня свои прекрасные бездонные глаза, сразу став похожим на поэта Александра Блока того периода, когда он еще и не помышлял о написании потрясающей поэмы «Двенадцать», а был влюблен, и я удивился этому сходству, потому что мой товарищ был гораздо ниже ростом, чем Блок, и в этом смысле скорее напоминал Владимира Высоцкого, каким мы его запомнили по передаче «Кинопанорама», чем автора поэмы «Возмездие» и других замечательных стихов.

— Да нет, ничего не случилось...— Кешка улыбнулся одними этими глазами, и мне сразу стало легче жить, потому что я уже и тогда, в весьма юном возрасте, имел литературные неудачи.— Ничего не случилось, я просто-напросто задумался и лишь оттого толкнул тебя так, что у тебя вылетел из рук мясной пирожок на поживу голодным собакам.

А я и забыл сказать, что он меня толкнул и мой пирожок теперь жадно уплетала бродячая сука с провисшими сосцами и свалявшейся грязной шерстью. Забыл. Я и тогда обо всем забыл, потому что понял — сейчас Кешка скажет что-то такое, что на многие годы осветит мою жизнь тонким лучиком истинности и я пойду по жизни, держась за этот лучик, как житель Чукотки, который ходит кушать в пургу, держась за веревку, туго натянутую от палатки до пищеблока.

— О чем же ты задумался, Кешка? — не выдержал я, не в силах снести томительной паузы, и мой товарищ сказал:

— Я думаю о прекрасной жизни. Я понял, что жизнь прекрасна, и теперь думаю об этой прекрасности.

— Кешка, Кешка...— Я испытующе посмотрел на него.— Бьюсь об заклад, что мне известна причина твоего эмоционального высказывания. Ну, признайся, ведь я угадал, ведь правда?..

— Да, ты угадал...— Иннокентий медленно налился краской и вновь опустил глаза.— Ты угадал. Я действительно влюблен. Скажу больше — сегодня утром двадцать...— он отвернул обшлаг и озабоченно посмотрел на светящийся циферблат своих больших «морских» часов, доставшихся ему в наследство от отца, приемщика из ломбарда,— не двадцать, а уже тридцать пять минут назад я потерял девственность, стал мужчиной. И я влюблен, клянусь тебе! Я влюблен. Она старше меня на пятнадцать лет, но я влюблен в нее и совсем потерял голову, как будто она младше меня на несколько лет и еще учится в седьмом классе.

— А это не та баба, которую ребята бросали за забор? — неловко пошутил я и тут же пожалел о сказанном. Кешка вспыхнул, глаза его налились слезами, и он в упор посмотрел на меня.

— Грязная шутка,— резко ответил он.— Шутка, достойная молодчика из «Женминь жибао» или даже просто фашистов. Хочу дать тебе добрый совет: никогда не старайся казаться хуже, чем ты есть на самом деле. И тогда, даже если ты подлец и полное дерьмо, в тебе останется что-то человеческое и ты сможешь пройти по жизни с высоко поднятой головой, хотя жизнь в таком случае и не будет радовать тебя, а вполне возможно, что вонзит в тебя вместо роз свои шипы и колючки!..

Кешка, Кешка, разом повзрослевший ты мой мудрец из сибирского города К., стоящего на великой реке Е., впадающей в Ледовитый океан! Сколько раз впоследствии я имел возможность убедиться в бесспорной правоте твоих слов, даже и совсем недавно, когда ремонтировал холодильник! В самые трудные минуты жизни, когда, казалось, черная яма уже разверзлась передо мной и Трубы Инквизиции в лице различных жизненных неудач уже трубят свой последний отбой, я вспоминал твое чистое, улыбчивое, без единой морщинки лицо, твои слова и... снова бросался в бой, получая палкой по морде, как олень по рогам! И лишь одно тревожило меня: как ты, такой искренний и, несмотря на потерю девственности, цельный, проживешь в этом сложном мире, имеющем неподсчитанное количество координат, нюансов и оттенков?! Ведь даже более крепкие бриги ломались о хладные утесы современного быта, а как ты, Кешка? Кем станешь ты? На каком жизненном фронте выдержишь испытание, дашь и примешь бой?

Я очень тревожился. Я знал, что ты, так и не получив высшего образования, так и продолжаешь служить водолазом-подводником и что та первая, восторженная любовь конечно же рассеялась, как смешной дым: у вас был ребенок, ты долго платил алименты, пока эта женщина не уехала в Израиль. Мне было страшно за тебя, за себя, за весь мир, но лишь одно поддерживало меня — твои слова о том, что если человек уверен, то он всегда способен доказать прекрасность жизни, какой бы изнанкой она ни поворачивалась к нему во время вялотекущего времени и неясного пространства.

И я рад, что не ошибся, а ты выстоял и победил. До меня конечно же доходили определенные слухи, распространяемые некоторыми нашими знакомыми, но я никак не верил этим слухам и жаждал нашей личной встречи, чтобы убедиться в их правильности.

И вот когда мы встретились в последний раз, передо мной стоял ты, погрузневший, посолидневший, но не погрустневший, не изменивший своей давней юношеской прекрасной мечте.

— Да, действительно, это правда,— смущенно наклонив голову, сказал ты, и уже в этом жесте я сразу же узнал тебя, прежнего Кешку с улицы Засухина.— Ты можешь не верить мне, но я совершенно этого не добивался. Они меня выбрали сами, или, как мы раньше говорили, сами меня «вычислили». К нам на работу пришел запрос, меня вызвали в отдел кадров, я подумал-подумал да и... согласился. А что, ведь действительно еще столько нечисти бродит по земле, и ведь кто-то же должен с ней бороться!.. «Если ты не будешь гореть, если я не буду гореть, если мы не будем гореть, кто же рассеет мглу?» Помнишь? К тому же я вдруг задумался, а что будет дальше? Физически я силен, крепок, но с институтом у меня не заладилось и раз, и другой, и третий. И что же, в сорок лет выйду на пенсию и кем же буду? Чудаком через букву «м» без высшего образования? И что же, жизнь кончена? Нет, брат, шалишь! Так просто я не дамся! Около года я проходил различные медкомиссии, проверяли всех моих родственников, как говорится, до седьмого колена, я уж и надежду потерял, месяца два не вызывали, а потом вызвали и говорят: «Поздравляем вас, Иннокентий, вы приняты».

...Мы стояли с ним на ступеньках магазина «Белград», что расположен в городе Москве. Возбужденные личности выкатывались из дверей этого магазина, нагруженные свертками и обувными коробками.

— Вот видишь, что творится? — чуть усмехнулся Кешка.— А моего размера нет, хоть мне теперь по службе нужна штатская одежда: черный костюм, галстук, две белые сорочки, хорошие ботинки.

— А разве вам не выдают?

— Нет. Наслушался обывательских разговорчиков... Нам выдают только форменную одежду. Все остальное мы приобретаем за свой счет. Так что если ты встретишь меня бесцельно прогуливающимся где-то в людном месте и я не отвечу на твое приветствие, то не удивляйся и ко мне не подходи, а лучше и совсем со мной не здоровайся. В перспективе у меня конечно же другая работа, но пока и это нужно испытать, — снова пошутил он.

— Кеша, а как же эта, в Израиле, она тебе не помешала? — спросил я.

— Ох, обывательщина, обывательщина,— снова покачал головой Иннокентий.— Коротко отвечу: не помешала. А вообще-то поменьше задавай вопросов. Я сначала тоже задавал вопросы. Например, кто главный режиссер того театра, мимо которого мы проезжаем. Или: а зачем мне уметь наматывать портянки, мы же не в армии? Но мне старшой каждый раз: «Как ваша фамилия?» И записывает меня в книжечку... Я понемногу и отвык. Меня обсуждали на собрании.

— Ох, Кеша, Кеша! — вздохнул я.— Боюсь, что с твоим характером туго тебе придется, боюсь, что ты вряд ли сделаешь большую карьеру и тебя, возможно, даже оттуда вычистят с таким характером и некоторым, ты пойми меня правильно, индивидуализмом.

— А ты не бойся! Сейчас другие времена! — Кешкины глаза на секунду стали холодными, а потом вновь потеплели, и он подмигнул мне.

Напоследок я спросил его:

— Кешка, старый ты мой товарищ, ну вот скажи мне, а если я нарушу закон, ты меня арестуешь?

И он ответил, слегка подумав, но как всегда уверенно и точно:

— Я думаю, этого никогда не случится. Я знаю тебя, твою семью, твои истории, но я верю в твое хорошее начало, добрую будущность, верю в твой ум, ясную голову и понимание незыблемых основ наступательного прогресса прекрасности жизни.

Я в упор глядел на него, и мы подняли головы.

Над нами голубело безоблачное небо. Ослепительно сияло, желтое солнце. Реактивный самолет исчезал в неведомом пространстве, олицетворяя тем самым могущество нашей Родины СССР, гражданами которой мы все, за исключением некоторых, являемся и будем являться, по-видимому, всегда.

— Кстати, ты не поверишь, но я уже довольно бегло говорю по-китайски,— чуть усмехнувшись, сказал Кешка.— Самостоятельные занятия плюс интенсивный курс по системе болгарского профессора Лозанова.

— Скажи что-нибудь,— попросил я.

— Чжунго нинь хао! Здравствуй, товарищ! — сказал он.

Вот так мы с ним и встретились в последний раз.

ГЛАВА 1967

Трагические последствия одной нелепой шутки

Однажды один гражданин шел еще не поздно вечером с работы домой и все время смотрел под ноги, твердо веря в свою удачу.

Одет он был в очень красивый костюм из дорогой импортной синтетической ткани, под костюмом и рубашка с галстуком имелись, а в манжеты рубашки были вдеты замечательные янтарные запонки, и очень жаль, конечно, что никто из окружающих его и встретившихся ему людей этого пиджака, галстука, рубашки и запонок путем разглядеть не мог ввиду того, что поверх вышеописанного одежного великолепия был накинут на гражданина неопрятный прорезиненный плащ, длинный, до пяток,— это во-первых, а во-вторых, поясом подпоясанный гражданин напоминал собою нечто гадкое, жалкое и смешное, а что именно — никак вспомнить нельзя было, и только лезло в мозг совершенно неуместное здесь слово «лазутчик». Шел человек по улице, шел еще не поздно вечером домой и все время смотрел под ноги, твердо веря в свою удачу, и вдруг видит — лежит под ногами юбилейный рубль.

О юбилейный рубль — задумка и сознание умных и деятельных граждан! Ты лежишь на влажном и темном весеннем асфальте и блестишь, как обратная сторона медали. Ты и не похож даже на сирых занюханных доюбилейных братьев своих — рубль бумажный и рубль железный. Те тоже, конечно, в сущности, не самые последние из денег, но какая-то ущербность в них, мешком они пустым из-за угла стуканутые, кочуют, стираясь и тускнея, по советским карманам, и любят их только за то, что как ни крути, а все-таки — деньги они, а так еще за что еще и любить-то их? Нет. Велико предназначение твое, юбилейная монета,— вернуть былое увлечение, заинтересованность, чтобы шел человек по улице, глядя себе под ноги,— ан вот, сверкает под ногами юбилейный рубль, сияет.

И гражданин нагнулся, и гражданин потянулся, и гражданин пальцы растопырил.

А дети в школу не пошли и сидели на стройке, на бревнах. А так как учились они во вторую смену, то время, значит, шло уже ближе к вечеру, а так как стройка была не новостройка, а реконструкция столовой под ресторан, то сидели они на бревнах, которые были вовсе не бревна, а пиленые налощенные доски, и сидели они в самом центре города. Шел весенний холодненький дождик. Асфальт взмок, напитался асфальт, потемнел. Гудели легковые машины, наливались огнем буквы световых реклам, чтобы вспыхнуть вечером во всю свою ограниченную напряжением 220 вольт мощь. Никто еще никуда еще не спешил, было светло еще, и из окон раскрытых не грянули еще бодрые и неумолимые звуки поп-музыки.

И в это время тот гражданин тоже еще сидел на работе в своем очень красивом костюме из дорогой импортной ткани, при галстуке, а в манжеты, конечно, вдеты янтарные запонки, а на душе не легкая грусть, а размышления о несущественном, насущном. Тина, прель за окном, весенние испарения, а в окно липа лапой тычет, за стенкой сослуживцы перекликаются. Подошел гражданин к окну, открыл форточку, вдохнул свежего воздуха.

«Э-эх, хорошо,— думает.— Сейчас весна, а скоро будет май и зазеленеет все, и зацветет, и распустится, а потом будет жаркое лето с его ливнями, с его солнцем, отдыхом, загаром, а потом будет осень, но ведь и в ней есть своя прелесть увядания, как это сказал поэт: «...пышное природы увяданье. В багрец и золото одетые леса». Так? А потом подуют ветры, задуют ветры — снега сойдут на бедную землю, накроют покрывалом — плотным, крепким, пушистым, и готово! Да-да, все готово! Нужны теплые ботинки, а это — деньги и очередь, и нервотрепка, а прошлогодние ботинки стали похожи на позапрошлогодние, а также детям тоже надо, потому что они зимой тоже вынуждены ходить по улицам»,— думал гражданин, подойдя к окну и открыв форточку.

А дети все еще сидели на бревнах и будут сидеть там очень долго, почти на протяжении всего объема рассказа. Да, кстати, сразу же нужно заметить, чтобы не было нелепостей, что эти самые дети, о которых речь пойдет ниже, они вовсе не были дети того гражданина, а просто были обычные дети обычных других родителей. Лет им было на вид непонятно сколько — может быть, двенадцать, а может быть, и все восемнадцать. Одеты они были в тоже очень красивую одежду: на ногах дешевые, красивые ботинки с рубчатой подошвой, брюки — не те «техасы», что шьют в городе Верея, а пошитые в ателье из дешевого брезентового материала, но красивые — клеши с цепями, все чин чинарем, согласно моде, выше брюк — пушистые свитера из вигони, красивые, которые, в отличие от красивого тоже костюма того гражданина, могли видеть все прохожие, ибо нейлоновые стеганые куртки на молниях, те самые, которые год-другой назад стала выпускать наша легкая промышленность, были всего лишь небрежно накинуты на плечи детей. И что за замечательные куртки имели дети, которые в этот день не пошли в школу во вторую смену и сидели на бревнах, покуривая да рассуждая!

А рассуждали они, говорили они рассудительно о том, что когда-нибудь закончат школу и вступят в большую жизнь.

— Кто в институт пойдет, кто на завод, кто в армию. Как хорошо, сколько у нас будет интересного в жизни,— говорили они. И согласно кивали головами, и закуривали, и сплевывали, и смотрели, как асфальт впитывает воду, а воду невпитанную направляет прямехонько в канализационные решетки.

И тут к гражданину в кабинет постучались и спрашивают:

— Вы, гражданин, в этом месяце плащ получали?

А не заходят.

Метнулся гражданин от окна, от форточки, в которую лапа липы тыкалась, метнулся к письменному столу, р-раз — по папкам прошелся, по ящикам, выдвигал — хлоп, хлоп, захлопали ящики, когда выдвигал, по папкам, в шкаф полез, по полкам прошелся, полазил, а на полках тоже папки, сшивки, дела — учетность всякая.

А за дверью ждут, не торопятся.

Захитрил гражданин, испугался, заюлил и так тихо, ласково, стараясь интонацией не проговориться, проговорил:

— Нет, э-э, представьте: как ни странно, а не получал в этом месяце.

И тут за дверью раздался вздох радости и облегчения:

— Вот и хорошо, что сказали вы. А то мы случайно затеряли всю свою учетность и боялись, что вы не получили причитающийся вам прорезиненный плащ, а обратиться к нам стесняетесь, мы боялись, а теперь не боимся, потому что завтра же вы получите причитающийся вам прорезиненный плащ с поясом и пластмассовой пряжкой, длинный, до пяток,— получите, и наша совесть станет опять чиста и свободна.

«Ура»,— подумал гражданин.

«Хорé»,— подумал гражданин.

«У меня теперь будет два плаща»,— подумал гражданин.

«Я-то уж знаю, как с ними распорядиться»,— подумал гражданин.

— Только вот одно чрезвычайно плохо,— сетовали дети.— Это то, что многие, а точнее сказать все, развлечения потеряли ценность ввиду того, что все всё про них знают и они все описаны в мировой литературе, которую мы все читали. Вот почему и скучно. Можно, конечно, пуститься в область наслаждений, в область культа силы и секса, но связываться с этим рискованно, потому что это противоречит нашей общей морали. Что ж тогда делать? Мы не пошли сегодня в школу, хоть и учимся во вторую смену, мы рассуждаем о вступлении в большую жизнь, а также о прошлом, настоящем и будущем развлечений, а также о связи их с наслаждением и реальной жизнью. Так вот. Мы считаем, что нужно возвратиться к старым, грубым, примитивным шуткам, но поднять их на должную высоту. Рубля, например, не жалеть. Это раньше они были бедные — рубль к веревочке привяжут, а сами прячутся за забором, всей кодлой. Прохожий видит, что рубль лежит, рад, как дитя, цап за рубль, а рубля не только нету, а вдобавок еще и хулиганы за стеной смеются. Кепар на нос, кодла крупная — страшно даже при взгляде, какой уж там рубль, не до рубля теперь! Да и рубль-то раньше дешевый был, а сейчас — нет. Хоть рубль и дорог, хоть на него можно купить массу полезных вещей, даже если хоть и юбилейный, сияющий,— ты все равно его трать, не скупись, подросток,— так рассуждали дети, сидя на стройке, на бревнах, и пропустив школу, и покуривая, и дождь прошел, и весна на улице, и взбух асфальт, и еще не позден вечер был, и твердо обещали гражданину выдать еще один прорезиненный плащ, и шел себе гражданин по улице, еще не поздним вечером легко шел, счастливый, с работы домой и все время смотрел под ноги, твердо веря в свою удачу.

Шел гражданин по улице и видит — лежит на тротуаре юбилейный рубль.

Дети развлекались — они говорили, что это раньше так было — за веревочку дергать, а сейчас рубль жалеть не надо, а надо утончить наслаждение.

И гражданин нагнулся, и гражданин потянулся, и гражданин пальцы растопырил, хвать юбилейный рубль, и вдруг — трах-тара-рах, хлобысь его нечто по башке. Померк в глазах его весь белый свет, упал он, бездыханный, головою к реконструируемой столовой, кепка спала, галстук дыбом на гражданине, плащишко задрался, так что глядят на весь внешний мир одни подошвы, и, кроме подошв этих, не глядит больше ничего у гражданина. Зажат в руке его рубль юбилейный — сияет, лучится. Да! Для полноты описания, с целью понять, как лежал гражданин, следует добавить, что под брюками у него при нападении обнаружились розовые, слегка грязные носки. Лежит. Уж и вечер поздний подступает, рекламы светом налилися, и из раскрытого окна уже грянули бодрые и неумолимые звуки поп-музыки, веселя души и тела. Лежит себе гражданин с рублем, а кругом почти ничего особенного и не происходит.

— Наш лежит, наших умов и рук дело,— говорили дети, глядя на гражданина в розовых носках.— Вот как можно разнообразить предмет шутки. Раньше, бывало, дернут за веревку, пропадет рубль, и вся игра окончена, если драка не завяжется. А сейчас вон — и рубля у нас нету, у гражданина рубль, и по башке его стукнуло нашим нехитрым приспособлением, а все-таки — интересно и гораздо веселее, чем если бы рубль остался у нас, а гражданина по башке не стукнуло.

— Интересно! Нужно будет еще раз как-нибудь попробовать, а также придумать что-нибудь другое, но тоже обязательно интересное.

И они пошли все по домам, потому что гражданин хоть и не очухался полностью, но уже поднимался и мог их убить.

А дальше вышло вот что.

Очухался гражданин только тогда полностью, когда склонились над ним еще два гражданина — не с целью его ограбить, но с целью с ним поговорить.

— Ты здесь не лежи,— сказали они,— здесь теперь столовой нету, а в ресторан ее еще не реставрировали, так что это все зря ты здесь валяешься, потому что там ты напиться не мог. Ведь правда?

— Правда,— нехотя согласился гражданин.

— Конечно, правда. Чистая правда, такая же, как то, что у тебя в руке, товарищ, крепко зажат юбилейный рубль, и мы тоже двое, можем пойти сообразить русский бутылец и поговорить на русские темы.

— Я, собственно, иду домой,— продолжал гражданин, лежа,— и собираюсь купить кефиру, 400 грамм ветчины в форме, ну и плавленых сырков «Новость», конечно. Но как произошли события, то я не откажусь и выпить.

Обнялись новые друзья и зашагали прямо в магазин. А там — веселье, шум, суета. Кто водку берет, кто вино, кто просто смотрит — у кого денег нету и кому не подносят.

Выпили новые друзья и обнялись, и опять выпили, и опять обнялись, а также пели песню «Посияла огирочки блызко над водою», а потом гражданин пошел пьяный домой и ни кефиру, ни сырков, ни ветчины в форме— ничего не принес, а жена его так та даже очень удивилась, увидев, что ее аккуратный муж без покупок и в состоянии, как свинья. Она очень стала ругаться, но гражданин ей все объяснил. Она бы и не поверила, но он предъявил юбилейный рубль, который нашел на улице, и объяснил, как нашел, и объяснил, что не его тратил, потому что не мог из-за внутренней совести, а выпил на кефирно-ветчинно-сырковые деньги с новыми друзьями, и сказал, как зовут и где работают: один — сантехник-слесарь, другой — в городской библиотеке консультантом, и крался на цыпочках, чтобы не разбудить своих детей-пионеров, шел, чтобы спрятать рубль, как память о чудесах, в картонную коробочку для реликвий, где уже лежали: значок о высшем образовании и медаль «За освоение целинных земель», полученная им в 1956 году, когда он ездил по призыву комсомола и сердца. Про плащ он жене ничего не сказал, потому что на следующий день, плащ получив, пропил его со своими новыми друзьями. И вообще после этой истории он стал частенько попивать, и хотя его работе такое не мешало, семейной жизни — тоже, но все-таки очень некрасиво все это. И очень жаль, что дети не узнали о трагических последствиях своей нелепой шутки — это бы послужило им хорошим жизненным уроком.

Помните рассказ Куприна «Тост»? Идет встреча 2906 года. Богом на земле стал человек, единственным ее господином — человеческий гений, труд — наслаждением. Сильные и красивые, гордые и равные люди не знают ни вражды, ни насилия, ни зависти, ни обмана. Они достигли всего, о чем можно мечтать. И вот накануне Нового года председатель великой электроземно-магнитной Ассоциации произносит тост. Он вспоминает жизнь тех далеких времен, когда земля, такая обширная и прекрасная, была тесна для людей, как темница. Но и тогда находились герои с пламенными сердцами. Они обагрили своей кровью землю, умирали на виселицах и под расстрелами. Имя этих героев — революционеры. Председатель предложил выпить бокал наедине с собственным сердцем и в память этих героев... И вдруг одна прекрасная женщина заплакала. На вопрос о причине ее слез она ответила: «А все-таки... Как бы я хотела жить в то время... с ними... с ними...»

Глубокий смысл я вижу в этом рассказе. Только та жизнь имеет смысл, которая наполнена борьбой за счастье людей.

Мы завидуем тем, кто совершал революцию. Но я уверен, что и нам будут завидовать потомки.

Л. ШЕВЧЕНКО, бригадир каменщиков-монтажников,

Герой Социалистического Труда, Невинномысск

Зачем любить,

копить добро,

других опережать,

Когда приходит коммунизм,

вот он — рукой подать!

И пели трубы чистые,

преграды все круша.

Чекисты пили истово,

кожанками шурша.

Пойдут они по улице,

зайдут в старинный дом,

Там до утра потрудятся

и выйдут вшестером.

И впереди старик пойдет —

полковник с бородой,

Потом два пана,

а потом

поручик молодой.

Тяжелая работа,

нелегкая судьба.

Полночные аресты,

полночная пальба.

Владимир ЛУГОВСКИЙ. Баллада о новом годе. 1957

ЛЕНИНГРАДСКОЙ области вручен орден Ленина

Мао Цзэ-дун заявил также: «Нужно выгнать из городов оперных певцов, поэтов, драматургов, деятелей литературы и искусства и всех их отправить в деревню... Если ты не пойдешь в деревню, то ты не обретешь свободу, а если пойдешь в деревню, то обретешь свободу».

25 декабря прошлого года «Комсомольская правда» опубликовала комментарии Е. Кубичева о пребывании Джона Стейнбека в экспедиционном корпусе США в Южном Вьетнаме, выразила недоумение и горечь по поводу безнравственной позиции, занятой известным американским писателем.

Это привело Стейнбека в состояние крайнего раздражения...

Телеграф принес печальную весть. В воскресенье трагически погиб один из самых талантливых и популярных польских актеров Збигиев Цыбульский.

Юрий Казаков — писатель спорный.

Один из участников симпозиума Робин Пэйдж, обливаясь потом в своем плотном комбинезоне серебристого цвета, вырыл яму в подвале книжного магазина на Чэрринг Кросс-Роуд. Затем Пэйдж заявил, что это «великое произведение искусства» и он готов продать его за 125 фунтов стерлингов.

В. Хорольский высказался против публичного разговора о физиологических отношениях полов.

В. САГИДОВ. Запретная ли тема?

Читатель продолжает разговор

Но потом китайцы выстроились вдоль мавзолея, достали книжечки с цитатами Мао Цзэ-дуна и стали хором декламировать. Советские люди, стоявшие позади китайской группы, терпеливо ждали, пока получат возможность пройти в мавзолей.

Неудавшаяся провокация.

Пресс-конференция в МИД СССР

Бесчинствующие толпы, заблокировав въезд на территорию посольства, препятствуют проезду служебных автомашин, обливают их краской, бьют по ним палкой, приводят в негодное состояние.

Нота МИД СССР

ЖДЕМ ШЕКСПИРА XX ВЕКА!

С. АЛЕШИН

Дипломаты КНР трусливо отказались принять представителей крупнейших коллективов столицы.

Скудность репертуара, состоявшего из двух произведений «Алеет Восток» и культовой песенки «В открытом море не обойтись без кормчего», восполнялась громкостью исполнения.

В этот вечер Горький мало кашлял, меньше обычного курил. Мне же казалось, что он сегодня здоров и бодр, как никогда.

Илья ШКАПА. Кумир для сердца своего.

Но у китайского народа, у Китайской Народной Республики, у Китайской компартии объективно существует и другая перспектива.

Об антисоветской политике Мао Цзэ-дуна и его группы

Книга Р. Третьякова «Звездность» была маленькой и простой, словно солдатский погон.

Высокая правительственная награда — достойное тому подтверждение. Всего Вам самого лучшего, дорогой Константин Александрович!

З. КЕДРИНА

В апреле 1897 года Ленин писал матери из Красноярска: «...здесь окрестности города, по реке Енисей, напоминают... виды Швейцарии...»

С. ЛЕСНЕВСКИЙ. Звезды Енисея

АДЕН В ОГНЕ

АМЕРИКАНСКАЯ РАЗВЕДКА

У ПОЗОРНОГО СТОЛБА

И, вспоминая все, что она знает о Москве, она продолжает:

— Москва большая, и там холодно. И там много деревьев и цветов, как у нас, и еще там живет Ленин. Он сказал: «Пусть все дети учатся». И наш Модибо Кейта сказал: «Пусть!»

М. ШОЛОХОВА, преподаватель английского языка в республике Мали. БАМАКО

МОСКОВСКОЙ области вручен орден ЛЕНИНА

Как и роман Б. Полевого, фильм подчеркнуто социален. Коллизии общественной жизни в нем не угадываются через едва уловимые оттенки, а прямо, зримо поставлены в центр событий. А именно: сражение с силой, которую публицист Лев Копелев удачно именует «многообразным сопротивлением мещанства» — живучей «соединительной» ткани, которая прорастает во всяких условиях, приспосабливается к любым социально-историческим обстоятельствам...

Л. КАРПИНСКИЙ. Заметки по поводу кинофильма

«На диком бреге»

НАРОД И ПАРТИЯ ЕДИНЫ. Встреча избирателей с А. Н. Косыгиным

Песни о войне — лучшие у М. Бернеса.

Наталья КРАВЦОВА. Герой Советского Союза

Важное место в работе сельских и поселковых Советов должен занять контроль за соблюдением демократических принципов в деятельности колхозов, за правильным использованием земельных фондов, соблюдением социалистической законности, охраной общественного порядка и прав граждан.

Нынешние выборы особенно примечательны: они проходят в юбилейном году.

СЛОВО К ЧИТАТЕЛЮ.

ТЫ ИДЕШЬ ГОЛОСОВАТЬ

ГДЕ УЧИТЬСЯ СТРАДИВАРИУСАМ?

НА СНИМКЕ: Нильс Бор (слева) и Лев Ландау на студенческом празднике.

В разных формах проявляет себя героическое начало в нашей жизни. Но истоки его одни: та высокая честность души, та активность добра и непримиримости ко злу, та верность принципам и убеждениям, которые составляют плоть души нового, советского человека.

Феликс КУЗНЕЦОВ

ВЕСНА ИДЕТ, ВЕСНЕДОРОГУ!

Именно этот растущий авторитет вызывает злобу у реакционных лидеров МСК, выливающих на МСС потоки гнусной клеветы. А им вторят китайские раскольники...

СОСНА ПИЦУНДЫ НУЖДАЕТСЯ

В ЗАЩИТЕ

«Варшавская мелодия» — спектакль, очень нужный сегодня людям...

И. ВИШНЕВСКАЯ

Между Бульварным и Садовым кольцом следует создать архитектурный заповедник — «старый город», как это сделано во многих столицах мира.

В. КОЖИНОВ

Мы, бывало, ехать на день собираемся.

А, бывало, хлебом на год запасаемся.

Либо волки загрызут,

Либо бури заметут.

ГОРЬКИЙ.

— У меня же органическое отвращение к политике, и я плохо верю в разум масс вообще, в разум же крестьянской массы в особенности. Разум, не организованный идеей,— еще не та сила, которая входит в жизнь творчески. В разуме массы — нет идеи до поры, пока в ней нет сознания общности интересов всех ее единиц...

Ленин — Горький: Диалог об интеллигенции. 1917—1918 гг.

ВЕЧНАЯ СЛАВА ГЕРОЮ! Похороны летчика-космонавта СССР Владимира Михайловича Комарова.

ПОЮЩЕЕ СЕРДЦЕ РАБОЧЕГО КЛАССА. У МИКРОФОНА ЭРНСТ БУШ

Почти полмира проехала Барбара, но отдала свое сердце России. Мировоззрению Маргарет оказалась близкой страна, где добро, как нравственная категория, органически присуще самой власти.

А. ПАЛЬМ

ТВОЙ ЗАРУБЕЖНЫЙ СВЕРСТНИК. КОМСОРГ ИЗ ВЕНЕЦИИ

Первый японо-советский фильм «Маленький беглец» создан в тесном содружестве советских и японских кинематографистов (авторы сценария Э. Брагинский, А. Битов и Хидео Огуни; режиссеры-постановщики — Э. Бочаров и Тейноске Кинугаса)...

Л. НАЗАРОВА

Утром, подражая старшему брату, Коля Лебеденко вразвалку вышел из хаты.

За станицей, вдоль реки Кубани, лежат поля совхоза «Дружба». Сюда на полевой стан и пришел семиклассник Коля Лебеденко. Поодаль от небольшого вагончика в свежей борозде он увидел новенький ДТ-54. Алексей Хорошилов, известный тракторист, награжденный недавно орденом, уже поджидал практиканта.

— Давай, стажер, за рычаги!

Не останавливая машины, поменялись местами. Коля, дрожа от волнения, хватает теплые рукоятки, тычет ногой в чугунную педаль муфты сцепления. Трактор недовольно рокочет, сбиваясь с прямого пути, ползет влево. Николай поспешно дергает то левый, то правый фрикцион.

Хорошилов, понаблюдав, кладет большие загрубелые ладони на руки стажёра:

— Представь, что в твоих руках обыкновенные вожжи. Ты ведь не дергаешь ими беспрестанно? Лошадь идет по дороге сама, и только на поворотах ты слегка натягиваешь левый или правый повод. Так и здесь.

В обед машину остановили у полевого вагончика. Спрыгнув, Николай растерянно улыбнулся: земля под ногами колеблется, голова кружится.

Сели в тени вагончика, развернули свертки с провизией. В воздухе стоял терпкий запах цветущих трав. Гулко жужжали шмели, неустанно трещали кузнечики.

А. БЕРКУТ. Стажер.

Станица Выселки

Краснодарский край

— Это коммунисты все должности позанимали и живут, как дворяне!..

— Но ведь вы не захотите быть коммунистом! Вы знаете, что коммунисты, защищая рабоче-крестьянскую власть, тысячами гибли на фронтах! Вы знаете, что они работают не для себя, а для всего народа. Вы не можете быть коммунистом, потому что не желаете работать даже сами на себя! А хотите жить за счет эксплуатации труда детей и подростков. И так как РКП, стоящая у власти, не позволяет вам высасывать детскую кровь, вы ненавидите всех коммунистов.

Возвращение Павла. Послесловие к повести М. Горького

«Мать», составленное из писем Петра Заломова к своим

друзьям

«ЧТО-ТО ИДЕТ НЕ ТАК...» Американский журналист о событиях в калифорнийском университете Беркли.

ЗДОРОВЬЮ — ЩИТ ГЕНЕТИКИ. Специальная медицинская служба может оградить от наследственных болезней.

Съезд открыл первый секретарь правления Союза писателей СССР К. А. Федин. Он поздравляет писателей с высокой правительственной наградой.

Докладчик называет и произведения с иного рода тенденциями, в частности повесть Б. Можаева «Из жизни Федора Кузькина». В этой повести не затронуты существенные стороны современного деревенского бытия, не показаны силы, которые выражают коренные устремления многомиллионной колхозной массы. Поэтому острота произведения стала мнимой, и позитивное содержание критики действительного неустройства деревенской жизни оказалось поверхностным и мелким.

<...> По мнению Г. Маркова, одно из самых значительных и интересных явлений литературной жизни последних лет — широкий приток молодых творческих сил. Молодые писатели искренне и взволнованно рассказали о своем времени, показали трудности и сложности духовного развития своего поколения, радости и беды, выпавшие на их долю. В самом деле, разве можно представить сегодня нашу прозу без произведений А. Кузнецова, Ю. Марцинкявичюса, В. Чивилихина, В. Липатова, Н. Думбадзе, В. Аксенова и многих, многих других.

Доклад Г. М. МАРКОВА. Современность и проблемы прозы

Совершенно естественно, что мы критикуем и те произведения, которые расслабляют молодых людей, вселяют уныние и неверие в свои силы, уводят в сторону от высоких целей и помыслов, влекут в конечном счете в болото мещанства. Ведь мещанство не стоит на месте. Оно тоже движется с веком. Оно покупает нынче билеты на реактивные лайнеры, спешит на премьеру в модный театр, рассуждает об экзистенциализме...

Создать героя, достойного времени.

Речь Первого секретаря ЦК ВЛКСМ С. П. Павлова

на IV съезде писателей СССР

— Надо бы и такой подарок подготовить — баню достроить,— сказал он.

...В зале возник сдержанный шумок: агроном опять свою линию гнет.

И. ЗЮЗЮКИН (наш спец. корр.). Достроим баню, агроном?

...Снова звучат аплодисменты зала. И, как бы осеняя торжество, ярко сияет на знамени Союза писателей Советской страны орден Ленина.

ТАСС

ПРИЗРАКИ ПЕРЕХОДЯТ В АТАКУ. Репортаж из штаб-квартиры НДП

ДОЛЛАРЫ СВЕТЛАНЫ

В оголтелой кампании клеветы и ненависти к нашей стране, приуроченной на Западе, в особенности в США, к 50-летию Октября, особое место занимает реклама книги С. Аллилуевой...

ПОЗОР ИЗРАИЛЬСКИМ АГРЕССОРАМ

На Метизном заводе «Красный профинтерн» сегодня состоялся многолюдный митинг протеста против преступной агрессии Израиля.

МАССОВЫЕ ДЕМОНСТРАЦИИ

ПРОТЕСТА У ПОСОЛЬСТВ

ИЗРАИЛЯ, США И

ВЕЛИКОБРИТАНИИ

В МОСКВЕ

КОМСОМОЛЬСКУ-НА-АМУРЕ —

35 ЛЕТ

РЕШЕНИЕ СОВЕТСКОГО

ПРАВИТЕЛЬСТВА О РАЗРЫВЕ

ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ

ОТНОШЕНИЙ С ИЗРАИЛЕМ

ВСТРЕЧЕНО В СИРИЙСКОЙ

СТОЛИЦЕ С БОЛЬШИМ

УДОВЛЕТВОРЕНИЕМ И

РАДОСТЬЮ

РАСК РАДУЕТСЯ... ЧЕМУ?

САМОРАЗОБЛАЧЕНИЕ

АГРЕССОРОВ И ИХ

ПОКРОВИТЕЛЕЙ

РУКИ ПРОЧЬ ОТ АРАБСКОЙ

ЗЕМЛИ!

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА

ЦК КПСС «О ПОЛИТИКЕ

СОВЕТСКОГО СОЮЗА В СВЯЗИ

С АГРЕССИЕЙ ИЗРАИЛЯ НА

БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ^

В ЦЕНТРЕ ВНИМАНИЯ

МИРОВОЙ ОБЩЕСТВЕННОСТИ

ДОКУМЕНТ МИРОВОГО ЗНАЧЕНИЯ. Тезисы ЦК КПСС «50 лет Великой Октябрьской социалистической революции» — в центре внимания международной общественности.

ВСТРЕЧА А. Н. КОСЫГИНА

С ПРЕЗИДЕНТОМ США

Л. ДЖОНСОНОМ

Предстоящая встреча молодежи СССР и ЧССР явится важным этапом в дальнейшем укреплении нашей дружбы.

Мирослав ЗАВОДИЛ, председатель ЦК Чехословацкого

союза молодежи. Фестиваль стучится в двери

БОЛЬШАЯ СПАРТАКИАДА

ПРИШЛА В СТОЛИЦУ

Два дня назад Виктор Карташев был торжественно посвящен в рабочие Херсонского судостроительного завода. А завтра он приезжает в Ленинград как делегат Всесоюзного слета участников похода по местам революционной, боевой и трудовой славы отцов.

УНИВЕРСИТЕТЫ СОЛИДАРНОСТИ. Специальные корреспонденты «Комсомольской правды» — о работе дискуссионных групп на международной молодежной встрече.

С большим успехом проходят сейчас в столице дни Узбекской культуры.

Еще одна война Вашингтона. Негритянские гетто взрываются, как пороховые бочки.

В Москве найден уникальный экземпляр печатного приложения к знаменитому «Колоколу».

РУКИ ПРОЧЬ ОТ СТРАНЫ

ЛУМУМБЫ!

Советский художник из бесконечного многообразия реальной действительности избирает свои темы и сюжеты. Каждое, самое сложное явление нашей жизни, каждый конфликт — «подотчетны» художнику.

М. Гус

Нам кажется, что в создавшейся ситуации необходимо вмешательство Прокуратуры СССР.

Л. ФИЛИПЧЕНКО. Вокруг изюбра. Строго наказать

браконьеров

С восьмого класса девочек неудержимо тянет к стихам: они учат их наизусть, передают друг другу сборники поэтов, зачитываются ими по ночам, узнавая в лирических героях самих себя.

Н. ДАРДЫКИНА, педагог

Вот в чем загвоздка. Страх за пресловутую честь мундира. Боязнь услышать в свой адрес вместо привычных панегириков слова упрека. И поэтому скорая расправа с критиканами, попрание самых элементарных норм трудового законодательства. Опять не новый и уже порядком набивший оскомину вариант. Но если прежде подобные случаи замыкались в основном в моральной сфере, то в новых условиях хозяйствования они активно мешают производству, тормозят развитие экономической реформы, и поэтому теперь такие рецидивы особенно нежелательны.

Старый Оскол В. Черкасов

В КИТАЕ НЕ ПРЕКРАЩАЮТСЯ

БЕСПОРЯДКИ

...У деревенской молодежи выработалось убеждение, что, если ты остался дома, значит, ты ни на что большее неспособен.

В. НИКИТИН

Как увлечь молодежь сельскохозяйственным трудом?

И. РАЗДЫМАЛИН

В Днепропетровске я услышал еще и такое выражение: «Подгонять товар на покупателе». Это значит, что изделие запускается в серийное производство, а потом уже его «доводят до кондиции».

В. Проскура. Почему товар «неходовой»

«КРЕМЛИНОЛОГИ» ТЕРПЯТ

КРАХ

Одни сутки побыли в поезде ездившие в Сызрань с Пташенчуком воспитанники куйбышевского медучилища, но за это время успели невзлюбить своего «секретаря». Он вел себя развязно, нагло, капризничал: «Вы не думаете обо мне». А ребят то и дело посылал за бутылкой. Пили по дороге на слет. «Для настроения»,— многозначительно говорил «секретарь» подросткам. Настойчиво пытался зазвать девочек «в свою компанию». Все его приемчики, словечки вызывали у ребят отвращение.

Все-таки почему же, несмотря на неприятие многими Пташенчука, он столь быстро был зачислен в комсомольские работники?

Случайный человек, появившийся в райкоме, отличался исполнительностью и расторопностью. Он лихо щелкал каблуками и бросался выполнять. Это понравилось первому секретарю райкома...

<...> В воскресенье он зашел в здание училища, открыл профсоюзный сейф, вынул из него 200 рублей и печать. Больше его в Куйбышеве не видели.

К. ЛАВРОВА. Похождение с повышением

МЫ ЕЩЕ УСЛЫШИМ ТВОЙ

ГОЛОС, МИКИС!

— Все недостатки в воспитании детей и молодежи в том, что воспитание у нас без религии. Мы изгнали Христа из семьи и школы — и вместе с ним исчезла и нравственность, потому что Он — основа всякой. нравственности и без Христа никакой нравственности нет и быть не может.

А. Зязева, г. Березовский Свердловской обл.

Плата за страх? Спор с читателем.

ФРОНТ — ВЕЗДЕ. По дорогам Вьетнама

Да, я был шпионом. Да, мне было поручено британской разведкой вступить в контакт с Пеньковским — таково признание «невинного английского бизнесмена» Гревилла Винна, содержащееся в только что вышедшей здесь его книге «Человек из Москвы».

ПУСТЬ ГЕКТАР РАСПРАВИТ

ПЛЕЧИ!

Сфабрикованная для английских газет версия о том, что Ткаченко якобы домогался политического убежища, лопнула как мыльный пузырь.

А. ЕФРЕМОВ. Подробности провокации

на лондонском аэродроме «Хитроу»

Аресты продолжаются вот уже пять месяцев. Начались они 21 апреля в ночь переворота. Тогда в тюрьмах оказались Манолис Глезос, Илиас Илиу, Леонидас Киркос и другие замечательные патриоты Греции, а также Андреас Папандреу, о котором пойдет речь ниже.

26 СЕНТЯБРЯ 1967 ГОДА СОСТОЯЛСЯ ПЛЕНУМ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА КПСС. ПЛЕНУМ ЗАСЛУШАЛ И ОБСУДИЛ ДОКЛАД ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК КПСС ТОВ. Л. И. БРЕЖНЕВА «О МЕРАХ ПО ДАЛЬНЕЙШЕМУ ПОВЫШЕНИЮ БЛАГОСОСТОЯНИЯ СОВЕТСКОГО НАРОДА».

ЛОЖЬ НА КОРОТКИХ НОГАХ. Радиостанция ФРГ клевещет на русский народ.

Во-вторых, популярностью пользуется так называемая теория «домино»: «Если мы отдадим красным Вьетнам, то красными станут Таиланд, Малайзия и чуть ли не вся Азия».

Е. РУСАКОВ. Зубной настой в голове

Каждый новый день праздника талантов России — это новые встречи, новые знакомства, новые радостные открытия.

Антуан де Сент-Экзюпери

Пудра не порох, букли не пушки, коса не тесак.

Я не немец, а природный русак.

Александр, граф Рымникский, Суворов

Так обстоит истинное положение дела, о котором «Голос Америки» умалчивает.

В. БОЛЬШАКОВ

Вам,

летящим вперед,

на краю галактических сфер,

о моих временах

будет петь

электронный Гомер.

ВАЛЕНТИН ВОЛОГДИН. Настоящее время

Отгремели выстрелы «шестидневной» войны Израиля с арабскими странами...

Е. ЕВСЕЕВ, кандидат исторических наук

ДЕВЯТИЛЕТИЕ СО ДНЯ

ЗАПУСКА ПЕРВОГО

ИСКУССТВЕННОГО СПУТНИКА

ЗЕМЛИ

В Литературном институте Олжас Сулейменов был знаменит своей восточной невозмутимостью.

Г. Серебряков

ДВЕСТИ СЕМЬДЕСЯТ ШАГОВ. К 80-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ДЖОНА РИДА

ЕНИСЕЙ ГОТОВ К РАБОТЕ.

ДИВНОГОРСК, 25 ОКТЯБРЯ:

ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ СОЛНЦЕ

СИБИРИ ВСПЫХНЕТ ЧЕРЕЗ

НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ

ЖИТЬ В ВЕЛИКОМ

КОЛЛЕКТИВЕ — ВЕЛИЧАЙШЕЕ

СЧАСТЬЕ

Все завоеванное нами

Вы честно будете хранить.

Живите так,

Чтоб наше знамя

Над целым миром

Водрузить.

Г. М. КРЖИЖАНОВСКИЙ

ПЕСНИ, РОЖДЕННЫЕ ДРУЖБОЙ. Рассказываем о лауреатах премии Ленинского комсомола композиторе Ф. Жераре и поэте Ж. Дрежаке

ДАР ПОКОРИТЕЛЕЙ ЕНИСЕЯ

СЛОВО ПАХАРЕЙ

ХРОНОЛОГИЯ МИРОВЫХ

РЕКОРДОВ

СЛУШАЙТЕ МУЗЫКУ

РЕВОЛЮЦИИ

ДЕЛО ОКТЯБРЯ БУДЕТ

ЖИТЬ ВЕЧНО!

СТОЛИЦЫ СОЮЗНЫХ

РЕСПУБЛИК ТОРЖЕСТВЕННО

ОТМЕТИЛИ ПОЛУВЕКОВОЙ

ЮБИЛЕЙ РОДИНЫ

ОБ АМНИСТИИ В СВЯЗИ С ПЯТИДЕСЯТИЛЕТИЕМ ВЕЛИКОЙ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

... 1. Освободить от наказания лиц, осужденных к лишению свободы на срок до двух лет включительно или к наказанию, не связанному с лишением свободы.

2. Освободить от наказания осужденных к лишению свободы на срок до пяти лет включительно:

а) лиц, награжденных орденами и медалями СССР за участие в боевых действиях по защите Советской Родины, а также инвалидов войны;

б) женщин, имеющих детей в возрасте до 17 лет, и беременных женщин;

в) мужчин старше 60 лет и женщин старше 55 лет;

г) лиц, совершивших преступление в возрасте до 16 лет;

д) лиц, совершивших преступление по неосторожности.

3. Сократить наполовину часть наказания, не отбытую ко дню вступления настоящего указа лицам...

ЗАВЕТАМ ОТЦОВ ВЕРНЫ!

— Что вы можете сказать сейчас о советских художниках?

— В современном мире нет более серьезных и профессиональных художников, чем советские.

Интервью с Д. А. СИКЕЙРОСОМ

ЧЕТВЕРО С «ИНТРЕПИДА» В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ. Мужественный поступок четырех американских моряков с авианосца «Интрепид» покинувших корабль в Японии в знак протеста против агрессии США во Вьетнаме.

Среди молодежи капиталистических стран распространяется эпидемия насилия.

ЭТОТ ГОРОД, ЗНАКОМЫЙ

ДО СЛЕЗ

О принципах безнарядной организации и оплаты труда мы неоднократно писали.

КАЖДЫЙ ХОЧЕТ РАЗБОГАТЕТЬ. На правом снимке — знаменитый бразильский футболист Пеле.

Однажды в одном техникуме произошла грустная история. Девушка, не обремененная житейским опытом, поверила человеку нечестному и подлому.

Е. БРУСКОВА

1. Собираемся дать имя Коля, так как ровно полвека назад в штурме Зимнего погиб его прадед, который хотел видеть жизнь счастливой. Его звали Николаем.

2. Хочу видеть сына влюбленным в свою Родину, свой народ. Требовательным к себе и окружающим. Принципиальным, настойчивым, лишенным благодушия, чванства и эгоизма. Человечным человеком своего поколения.

3. Хочу, чтобы он стал юристом, то есть врачом еще не изжитых в нашем обществе пороков. И делал все от него зависящее, чтобы наша жизнь была еще прекраснее.

4. Да. Мой отец погиб на фронте. Я испытал, что значит расти без отца, с которым бы я делился всем. Не хочу, чтобы в жизни моего сына повторилось такое же.

5. Следуй, мой сын, от простого к сложному. «Тучи приходят, тучи уходят — небо остается»,— то есть жизнь прекраснее, чем ты порой можешь ее представить.

А. К., металлург, среднее образование, 24 года,

Магнитогорск. Вступающему в жизнь. Молодые

родители напутствуют своих первенцев. Коле

(письмо шестидесятое).

Нет, не о том

...или, например, Перерославль, бывший древнерусский город, обладающий монастырем XVII века, стены которого не развалились до 1984 года, живут туристы, называется «Турбаза». Герой получает место в келейке. Три койки, стены облупились, из треснувшей форточки дует свежий сентябрьский ветерок. Но герой пока еще молод, и жизненные невзгоды, уборная, как на железнодорожном вокзале, не смущают его, вызывая, скорее, добродушную ухмылку, чем злобную гримасу. В келейке он один, две другие койки сияют неприступностью в виде ловко сложенных одеял с белой лентой простыни по диагонали. Дисциплина! Герой, готовя ложе ко сну, с удовольствием замечает, что одеял на постели — два, две штуки. Значит, администрация монастыря истинно заботится о народе, и спать будет хорошо, свежий ветерок подует в ПЛЮСОВУЮ сторону, доставляя в келейку озон, кислород, фитонциды. Славно заночуем, так-то, брат!

Скромный ужин героя: помидоры, плавленый сырок, бутылка пива. Копченой колбасы не смог достать, нет терпения стоять в очереди. Чтение иллюстрированного еженедельника «Собеседник» от 28 августа 1984 года: «Давно известно, что характер, вкусы, интеллект и даже мировоззрение человека могут отражаться в его одежде. В свое время среди части молодых людей вошел в моду так называемый «босяческий стиль». Ребята и девушки одевались нарочито небрежно, вызывающе, носили затертые до дыр, с заплатами джинсы, несвежие рубашки, грязную обувь, демонстративно обнимались на улицах. В общем, стремились показать свою «раскованность». Вот, мол, какие! Не признаем никаких «условностей». В Казани недавно появились так называемые «теляги». Их отличительный признак — все носят старые телогрейки. Ну и носили бы на здоровье сами. Нет. Они пытаются навязать свой «вкус» другим с помощью кулаков. За этим уже стоит стремление диктовать»,— попытка сочинить письмо другу из города К., что на великой сибирской реке Е., и мгновенный провал в счастливый сон на чистых простынях, сон на новом месте, приснись жених невесте, что следует понимать так: Родина тоже любит героя и во сне желает с ним обвенчаться, дабы узаконить их тайные отношения.

Нет, не о том. Лучше про город. Славный город основан князем Юрием Долгоруким. Спасо-Преображенский собор XII века, Федоровский собор XVI века, Симеоновская церковь XVII века. Центральную часть опоясывает земляной вал, заросший изумрудной травкой,— любо вдыхать под солнышком горьковатый запах родных полей. Был ров, но весь зарос болотом, да и не нужен теперь, не от кого обороняться, все на месте. Переулки: Ветеринарный, Призывный, Косой, Пятилетки. Улица Звиргздыня. Лозунг: «Горожанин! Любишь свой город — борись за чистоту и порядок». «В этом доме в декабре 1905 года помещалась конспиративная квартира социал-демократической организации г. Перерославля». Потрясающе! Малюсенький домик со слепенькими оконцами, а практически с него все и началось. Как же, спросим, называется эта сила, способная взорвать многовековые напластования и «в мемориальное небо вбить крепкие звезды, как гвозди» (А. Вознесенский)? Закоулки ныряют. Речка, швейная фабрика «Красное эхо», бетонка, новое пространство микрорайонов, промзона, колючка, супесь, глина чавкающая.

«Понятно, что это пространство со временем тоже преобразится, встав в культурный ряд XII—XX веков. Зацветут розы, асфальт зальет территорию, скульпторы Орлов и Пригов построят детскую игровую площадку «Гулливер», и грядущее поколение будет весело аукаться меж высоких деревянных ботфортов, усов и носа поверженного исполина. А ваятели, приобретя твердую уверенность, что жизнь проживается не зря, поедут на заработанные деньги в Крым, сядут под пальмой, обнимутся, вздохнут»,— фантазировал герой, осторожно пробираясь по хлипким досточкам к административному корпусу Перерославльского химзавода, куда он был послан начальством в командировку: решить за двадцать минут один важный вопрос по наглядному оформлению того, что еще наглядно не оформлено. По линии цветов, картин, растений и птиц. Чтоб все стало окончательно красиво.

Нет, не о том. Может, о музее? Историко-краеведческий музей, расположенный на крутом откосе в здании другого монастыря XVII века, стены которого тоже не развалились до 1984 года, потому что строили на Руси всегда отменно, как бы предвидя множество грядущих катаклизмов... Музей хорош, спору нет, но герой счел неправильным, что по средам здесь работает лишь «советский период», как предупредила пожилая привратница в бежевом халате, отрывая корешок тридцатикопеечного билета. Все ценно в совокупности, мог бы сказать он, и какое дело посетителю до того, что большая часть сотрудников уехала «на картошку»? Картошка картошкой, но духовную пищу ничто не заменит. Ведь иногда русскому человеку достаточно увидеть в музее икону Николая Угодника, например, как он тут же добивается на вверенном ему обществом участке деятельности неслыханных результатов, перевыполняя план на 200, а то и на 300 процентов, это все знают.

Но промолчал. Куда в чужой монастырь со своим уставом? День — среда. Герой вступает под сумеречные своды, украшенные диаграммами, фотографиями, таблицами, а также вещественными доказательствами бытия: кожаными куртками, револьверами, пулеметом «максим», орденами, медалями, серпом, молотом, образцами продукции химзавода и бывшей фабрики механической вышивки Гольдберга.

Советская власть погибнет без коммунистической партии.

Крестьянин! Снизь рыночные цены! Этим ты поможешь своему брату-рабочему.

Постановка пьесы Г. Гауптмана «Потонувший колокол» силами художественной самодеятельности фабрики «Красное эхо» под руководством Ольги Делла-Вос Палиевской.

Приказ от 5 июля 1920 года Перерославльской уездной комиссии по борьбе с дезертирством

В связи с наплывом в вашей волости дезертиров и выезда сессии Ревтрибунала я, уездный Военный комиссар — Начальник гарнизона Перерославльского уезда — Председатель комиссии по борьбе с дезертирством, объявляю вашу волость на особом военном положении.

Председатель Сельского Совета по получении настоящего приказа должен собрать экстренный сбор граждан своего селенья, на котором составляет полный список всех дезертиров селения и обязательно за подписью всех граждан и доставляет его в волость для личной передачи Председателю Ревтрибунала.

1. Явиться всем дезертирам, имеющимся в волости, к месту Ревтрибунала, выехавшего в волость сего июля 1920 года к 10 часам нового времени, с запасом продовольствия на 2 недели.

2. Родственники, у коих проживает дезертир, должны доставить дезертира к месту явки обязательно на собственной лошади, в случае отсутствия этого взять список на все свое семейство и имущество, причем правильность списка и неимение лошади удостоверяют сельский председатель и секретарь.

3. Неявившийся в срок дезертир и все его семейство, которые состоят у нас на учете, подлежат на месте суду Ревтрибунала с применением высшей меры наказания расстрела.

4. В случае неправильности списка все общество в целом подлежит строгой ответственности и преданию тут же на месте разбору сессии ревтрибунала. 5. В случае, если списки составлены правильно, общество безусловно освобождается от какой-либо ответственности.

Нач. гарнизона Перерославльского уезда и Председатель выездной сессии Ревтрибунюла

МАГЕР

Члены Ревтрибунала

Э. КЛЕПОВ

МУХИН

Документ, ничего не скажешь! Герой поежился. Ему живо представилась грозовая атмосфера тех далеких лет, когда огненное кольцо сжималось вокруг горла молодой Советской Республики и в Ярославле, дыша злобой, орудовал Борис Савинков, желавший прекращенья всего того, за что бился трудовой народ, не щадивший ни своей, ни чужой крови. Потрясенный герой вышел на улицу, где по-прежнему голубело мирное небо.

Отчисляю в фонд обороны 15 трудодней и соберу 6 ведер золы.

Герой поклялся, что отныне еще больше будет ценить прекрасность жизни: ведь теперь он может свободно ездить по стране, кушать в столовых и ресторанах, читать книги, газеты, журналы, слушать радио, смотреть телевизор. И ему совершенно не страшны ни бандитская пуля, ни нагайка, ни шомпола, ни «Штаб Духонина». Герой с умилением думал о родной земле.

Нет, не о том. «В России отдельная человеческая жизнь дешева,— думал он, сидя на крыльце автовокзала,— но вместе эти «единички» образуют громадную силу, чье имя — народ, который, согласно Некрасову, «вынесет все и широкую, ясную в жизни дорогу проложит себе». Думал о храбрости русского человека, подмеченной Гоголем, думал о Чехове, Бунине, Маяковском, Пастернаке, Маркове, Михалкове, о щедрости русской натуры думал, о гигантском запасе любви и всепрощения. И невольно вслушивался в созвучный его мыслям простой рассказ соседки по крыльцу автовокзала, женщины лет тридцати, чье загорелое лицо было по-крестьянски подвязано платочком «Париж». Рассказ про старуху Мелентьевну, которая жила в одной из деревень, поспешно и непродуманно причисленной к сонму «неперспективных». Мелентьевна держала скотину: быка и жирную телочку, но хлев для скотины и бедная избушка ее заросли навозом. Когда она предложила соседу дяде Васе (75 лет, но все еще бодр, плотничает, собирает грибы, ягоды) отремонтировать ей дом за плату и вывезти за плату навоз хоть в огород, он категорически отказался, улыбнулся и сказал: «На это, Мелентьевна, всей твоей скотины не хватит». Скотину пришлось стрéлить. Быка стрéлили два раза, потому что с первого раза он не упал, а еще больше взбесился. Стрелял дядя Вася. Застрелили и телочку. Сдали мясо на заготпункт, получили много денег. Казалось бы, жить да жить, но вскоре случилось несчастье. Свет в деревне, ввиду ее неперспективности, поспешно и необдуманно отключили, печка дымила, и старуха однажды сильно обгорела, разжигая керогаз и сослепу не заметив, что ее грязный фартук напитался керосином. Она быстро потушила самое себя, но все же слегла и больше не встала. А ее младшая сестра, служившая уборщицей в ближайшем от неперспективной деревни Доме творчества не то писателей, не то художников, все плакала, плакала и никому ничего не говорила. А когда все ж сказала и за старухой немедленно выслали «скорую», было уже поздно: за общим заражением крови последовал летальный исход. Младшей сестре-уборщице после этого случая стали навязчиво предлагать однокомнатную квартиру с частичными удобствами, но она отказывается. А когда ей прямо говорят, что ее может постигнуть участь старшей сестры, она в ответ лишь тихо улыбается, качает головой и повторяет: «Знамо-знамо...» Рассказчица добавила, что и эта старуха (младшая) до сих пор таскает на себе такое количество сена, что это удивило даже супруга рассказчицы, здоровенного мужика, не то писателя, не то художника, когда они отдыхали. В голосе ее сплелись, как в многожильном проводе, и скорбь, и восхищение, и удивление. Она все твердила, что сгоревшая старуха сама в какой-то степени виновата, ведь ей давным-давно предлагали переехать, умоляли, просили, а она все держалась за скотину, которую все равно потом стрéлили... Тут подошел громадный красный автобус на Москву, и все присутствующие, включая рассказчицу, ее мужа, героя, слушателей, поторопились занять места, указанные в билетах.

Нет, опять не о том! Не о том! Да о чем же в конце-то концов? Уж не о тех ли двух шоферах, которые нарушили покой героя, будучи за неимением мест подселенными к нему в келейку и наполнившие ее громогласной энергией людей, одолевших за день 600 километров двухполосного шоссе? Они ехали из города Андропова, бывший Рыбинск, Щербаков, снова Рыбинск. Они разложили на газете огурцы, колбасу, чеснок. Они пили водку, предложили и герою «50 грамм», но он по непонятной причине отказался. Они были из Воронежа, сказали, что у них со снабжением «в общем-то нормально». Есть птица, яйца, «комиссионная» колбаса. Один из них служил в ГДР и рассказывал, как местные немецкие комсомольцы приглашают своих русских братьев в «гаштет» на «дружбу», где сердечно угощают их пивом и шнапсом, как любят русских воинов немецкие девчата, но что иногда бывают драки из-за незнания языка. «Русский Иван такой. Выпил стопку, черти у него заплясали в глазах, он рраз-раз и по морде!» — кричал шофер. Его коллега, обсудив с героями события в Юго-Восточной Азии, на Ближнем Востоке, Пакистане, Афганистане, Польше, Америке и Аргентине, вскоре лег спать, сославшись на то, что у него язва желудка, которую он лечит травами двенадцати сортов.

Не о том! Господи, Боже ты мой, да когда же о том? И что есть То, если разум мутится, дрожит рука, трясется ручка, ноет челюсть, в ухе постреливает... Уж не простудился ли я, не промочил ли ноги, когда ходил по грибы? Или это следствие «Эсхатологических настроений определенной части бывшей молодежи»? Опять к врачам? Упаси Боже!.. А здесь все не о том да не о том! Плохи мои дела...

Плохи мои дела, отчего уже нет смысла таиться. Да, я действительно хотел выйти через «героя» на две параллельные истории с выводом и моралью, но у меня ничего не получилось, не получается и не получится. Да и истории какие-то туманные, расплывчатые, если не сказать хуже. Как грубо выразилась одна утонченная дама по поводу фильма, снятого известным поэтом: «У кого не стоит, тот никак не может кончить». Я с ней совершенно не согласен, это глупость, но все же сделаю еще одну попытку. Попытка не пытка, но и пытка не попытка. Чушь! Дичь! Бред!

ПЕРВАЯ ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ. Некая женщина побывала за границей, купив там изрядное количество обуви для своей многодетной семьи. Проходя через таможню международного аэропорта «Шереметьево», она обнаружила пропажу одного ботинка одной из пар и принялась энергично искать ботинок, то возвращаясь к движущей ленте, то ступая обратно к своим вещам. Уж все пассажиры давно ушли ехать в Москву, а она все искала и искала, затратив на это около часу времени, сильно вспотев, шляясь со вздыбленными волосами, вызывая комическое недовольство таможенного персонала, который уж совсем и не шарился по ее вещам, а лишь повторял во злобе: да проходите, проходите же вы в конце концов.

В конце концов она нашла среди сутолоки вещей указанный ботинок и возвратилась через турникет на родину. Во избежание недоразумений, недомолвок, разгула амбиций специально подчеркиваю, что она не везла из-за границы ничего предосудительного. Она — честная женщина и мать. Она просто-напросто потеряла ботинок, долго его искала, а потом нашла, и я ее целиком приветствую, я сам поступил бы так же. Это знаете, если на таможне по ботинку оставлять каждый раз, то всю жизнь босой ходить будешь, если тебя за границу пускают...

ВТОРАЯ ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ. 1934 год. Мама первый раз ведет девочку в Большой театр. У мамы роскошная лиса-чернобурка. Живут они небогато, отца у них уже нет, лису подарил добрый человек. В возникшей у входа в Большой театр толчее любителей и фанатиков искусства неизвестный злоумышленник срывает лису с шеи девочкиной мамы и пускается с лисою наутек. Девочка, волнуясь, теребит мамину руку, настаивая, чтоб им догнать негодяя или хотя бы обратиться к постовому, дежурящему близ недавно выстроенного метро «Площадь Свердлова». «Пойдем,— твердо отвечает ребенку мать.— Запомни, что неприлично опаздывать в театр и являться туда после третьего звонка. Запомни это! Запомни на всю жизнь».

И девочка запоминает это на всю жизнь. Она вырастает и через пятьдесят лет делится таким воспоминанием с героем. Герой едет в Перерославль и мучительно думает о том, кто прав в этом мире, кто виноват и что делать?.. Но тут двери закрываются, громадный красный автобус согласно купленным билетам отправляется в Москву, и все пассажиры, поторопившиеся занять свои места, дремлют как дети стукаясь головами об окошки.

ВЫВОД И МОРАЛЬ. Если вы потеряли ботинок, если у вас украли лису или вообще все, поздно мучительно думать о том, кто прав в этом мире, кто виноват и что делать. А лучше или искать ботинок, вспотев, шляясь со вздыбленными волосами, или еще лучше — отправиться в Большой, Малый театр, консерваторию, Третьяковскую галерею, куда душе угодно, но чтоб уж не опаздывать, если пошел. Потому что отсутствие ботинка, кража лисы или вообще всего означает лишь то что у вас нету больше ботинка, лисы или вообще всего, как не было и до того как вам все это подарил добрый человек. Ничего нету, но жизнь продолжается, ибо по-другому она не умеет.

ГЛАВА 1968

Колесо жизни

Я учусь в настоящем институте и учусь, надо сказать, довольно плохо, хотя на лекции довольно часто хожу и там все сижу, слушаю все, все смотрю, все наблюдаю, но ничего не записываю, потому что мне все как-то лень.

А все потому, что я люблю вести разговоры с воображаемым инспектором.

ОН. Приходите завтра.

Я. А вдруг вы завтра умрете?

ОН. Как завтра?

Я. Ночью.

ОН. С чего бы это?

Я. Я не знаю отчего, этого я не умею, но вижу, что ночью вы умрете.

ОН. Тогда приходите завтра к товарищу Орешниковой, каб. № 7. И принимает весь день.

Я. Рабочий, разумеется?

ОН. Да, рабочий день, весь.

Я. А вдруг...

И вот сижу все, слушаю все, и лекции, и день, и ночь, и кино и все как-то через меня переливается, пересыпается, как в песочных часах. Сначала туды, а потом сюды, и все льется, и сквозь меня проступает, а я знай сижу да веду разговоры...

Я. А вдруг...

Я. А если...

Я. Но тогда...

Я. Нет, так...

Ну, ладно. Сижу я, значит, на лекции, учусь я, значит, в институте и думаю я, значит, о том, что время для меня, идет гораздо быстрей, чем в детстве. Ну, просто «стук-стук-стук», ну просто ужас как быстро.

Ах, детство, ух, уроки! Стрелки прикипают к циферблату. Даже во время игр стрелки прикипают к циферблату, и не время идет медленно, потому что не поступь времени и не шаг, а улиточка едет-едет — нескоро будет — ой, нескоро будет, и впереди еще вся жизнь, и хочется быстрей, быстрей туда, в жизнь, в бытие, скорей, скорей, но надежно охраняет медленное время спешащего ребенка, и блажен тот, кто еще на рассвете юности понял, что время мчится поступью необычайной, скоростью немыслимой и что жизнь человеческая — это часики с заводом, часы с заводом, и ослабляется пружинка — ну с каждым днем, ну с каждым годом.

И вот сижу все, слушаю да и вижу — ба! — а лектор-то ведь сам Мясецкий. Да-да. Сам Мясецкий. Точно я говорю, не вру я это. Сам.

Ох и красив же Генрих Станиславович — польской красотой! Плотен. С пузом, скрытым в недрах красивого пиджака, с большой головой, глазом прищуренным и усами щеточкой.

Ох и хитер же Мясецкий хитростью польской, коварной. Он все про всех знает, он все про всех думает, что знает, и всех может обмануть. Он знает труды всех классиков и докажет, что одни были классики, а другие в классики играли, забавлялись. Он хитер хитростью лектора и видавшего виды мужчины, и он может научить, как жить, как правильно, без ошибок жить, смотреть, и дышать, и кушать, он может взлететь на воздух и гикнуть, он может вознестись на белом коне и, проломив окошко, стенку, вылететь туда, где Висла и Дунай где, а скромная студенческая аудитория замотает чубатой головой и застонет-запоет: «Гей ты, Висла голубая, как цветок, как цветок. Путь лежит в другие земли. Путь далек, путь далек».

И я вот сижу, значит, все смотрю, слушаю — да, и все переливается как-то, проливается, «проплываетца», и вдруг — рраз: загустело, загрустнело, и я слышу следующие научные, но странные слова:

— Интересное сообщение: статистика утверждает, что только для 30% работающих в сфере производства необходимо образование свыше семи классов. Получается, что остальные 70% могут спокойно без этого семиклассного образования обойтись! Статистика своей беспристрастностью...

Э-ей. Да это Мясецкий ли сказал? Или кто иной мне в ухо шепнул-дунул? Нет, вроде Мясецкий, потому что он уже с «воображаемым», с «воображаемым противником» схватился, пригнул его и ловко так голову ему откусывает.

Ну ты, товарищ лектор, давай свое дело дальше делай, а я вот расскажу всем тем, кто меня знает, слышит и любит про эти 30%, как я их понимаю, а понимаю я их, как колесо смеха, которое устанавливают в парке на аттракционах. Установят, а потом пишут про него в занимательной физике и приводят еще рисунок, который неправилен из-за своей неестественности: там люди колесные скалят зубы, но у них и галстуки не съехали, их шляпы, ленты и подвязки все на месте, а так не бывает.

Потому что у нас в парке есть такое колесо, и я там все понял, потому что все видел — это то самое колесо, на котором в прошлом году до смерти закатались парковый сторож и парковый милиционер, или нет — что я говорю, я все перепутал. Они закатались на американском колесе, а не на колесе смеха: им ночью стало скучно на дежурстве, понимаете, и милиционер залез в кабину, а сторож включил машину и к нему за спину в эту же кабину на ходу прыг, и стали они кататься и хохотать, а потом прыгать вниз боялись уже, потому что кривлялась и в размерах изменялась земля, палисад, обрывки афиш, кусты, и они докатались до утра, закатались, а потом все еще каталось, кружилось, дразнилось — это когда они лежали в больнице. Сторож один день, а милиционер за счет того, что он приехал недавно из Тамбовской области — здоров и силен, как бык,— пролежал один день и три часа. А потом они оба умерли.

А это колесо не американское, а смеха. Там серебристая площадка, и его включают, и люди с хохотом все, все и с визгом — трусики, кружева, носкодержатели, пуговицы — наружу, тела вповалку, а шляпы — вона куда улетели, самые первые, а тела все вповалку, а тела понемногу съезжают к краевой границе и — (тихо) — шмяк оземь, и не больно, а просто с круга слетел — вот тебе и весь аттракцион.

И никто в этом колесе удержаться не может, никогда, потому что этому препятствует физическая сила.

Нет. Ложь. Можно удержаться, если будешь в центре смехового круга, на маленьком возвышеньице: туда спокойно войдут человек несколько, но вся беда-то в том, что, чтобы туда попасть, нужно весь круг преодолеть по радиусу, а как преодолеть, если этому препятствует физическая сила — объективная реальность, которая была и будет, и была тыщи лет, и будет опять тыщи лет — всегда.

Позволь, а как же эти-то туда попали, в центр, на маленькое возвышеньице, куда спокойно войдут человек несколько? Эти стоят спокойно и с любопытством смотрят, как карабкаются, лезут, волочатся и срываются с серебристого диска в мягкий и серый песочек парковый.

Вот. И кажется мне, что преодолели эти люди сию извечную центробежную с помощью сил научно не признанных, но явно и издревле существующих, вопреки науке. И, честное слово, вы бы тоже признали существование сил тех, если б видели, как корчились и теряли равновесие, резинки, запонки, головы аттракционеры серебряного диска, как они весело и знаменито, с хохотом и визгом тоже катились вниз и тихо, со шлепком, как тесто, падали оземь, шмякались в мягкий и серый песок.

Вот и сижу все, слушаю все — Мясецкий там, 30%, все так же точно и реально, как все кругом, как сам Мясецкий со своей польской красотой, и хитростью, и умом, реально, как мой разговор с инспектором.

ОН. Вы ведь были здесь вчера?

Я. Это правда. Мы говорили о смерти.

ОН. Ну, тогда приходите завтра.

Я. А если вы завтра умрете?

Все, все жутко реально вокруг, и лекция, и мир, и город, и парк, и аттракцион, и лекция, и усы щеточкой, и Польша, и колесо смеха там, где городок аттракционов, и колесо жизни там, где городок аттракционов, все жутко реально и жутко и реально вокруг...

...Нет. Нет. Тихо! Ничего этого еще нет. Это бред все, это бред будущего, этого пока еще нет, этому пока еще рано быть, рано быть, этого еще, может, и вообще не будет, это — сон. Я уснул, и мне все приснилось. Я уснул во время урока пения.

...Город К. Я учусь в четвертом классе «Б» школы имени Сурикова, и я отличник, и я сижу за той партой, за которой сиживал и Суриков, художник, а за окном идет снег, он бел и мохнат, а в классе трещит печь-голландка, а учительница заставляет нас петь «Буря мглою небо кроет», и «Выпьем с горя, где же кружка», и сердится, что мы не знаем слов этого великого творения А. С. Пушкина, и поднимает крик, увидев, что я заснул посреди пения тихим и радостным сном.

Придорожные столбы, на которых стояли сосуды с прахом предков,— это межевые знаки. Охранявшие границы родового поля или дедовской усадьбы. Отсюда суеверный страх, овладевавший русским человеком на перекрестках: здесь, на нейтральной почве, родич чувствовал себя на чужбине, не дома, за пределами родного поля, вне сферы мощи своих охранительных чуров.

В. О. КЛЮЧЕВСКИЙ

Очевидно самое высокое мужество творческой личности — это отсутствие боязни нового дела, которое тебе, уже что-то освоившему, в чем-то уверенному, ничего гарантированного, никакого «верняка» не сулит.

Олег ТАБАКОВ

От всей души желаем Вам, товарищ Дубчек, успехов в деятельности на благо чехословацкого народа, строительства социализма в Чехословакии, на благо великого дела укрепления дружбы и всестороннего сотрудничества социалистических стран, единства рядов международного и коммунистического движения.

Л. И. БРЕЖНЕВ. Генеральный секретарь ЦК КПСС

ПРАГА, 5 января (ТАСС). Агентство ЧТК передало биографию Первого секретаря ЦК КПЧ товарища А. Дубчека.

Товарищ Александр Дубчек родился 27 ноября 1921 года в г. Угровец, район Топольчани, в семье прогрессивного рабочего-столяра...

<...> В городе Фрунзе, а потом в Горьком Александр Дубчек учился в средней школе до 1938 года...

<...> Товарищ Дубчек работал на протяжении четырех лет рабочим на дрожжевом заводе в Тренчине, где вместе с тем занимал и различные партийные должности...

<...> Вся жизнь товарища Дубчека тесно связана...

Доктор Кристиан Бернард, по его собственным словам, никогда не предполагал, что операция по пересадке сердца вызовет такой интерес во всем мире.

Генрих БОРОВИК

У Антипиной к жениху вопросов не было. Был вопрос к невесте. Не задумываясь и почти не повышая голоса, она спросила: «А вы в тюрьме случайно не сидели?»

Б. ВАСИЛЬЕВ. Шпагу для невесты

По твердому убеждению «доброхотов», в Москве учинена грубая судебная расправа над группой молодых талантливых писателей, авторов широко известных и любимых народом произведений, бескорыстных борцов за... А вот за что, тут версии возникают самые разнообразные. Чувствуется, многоопытным комментаторам затруднительно сформулировать программу «молодых дарований». Юрий Галансков, Александр Гинзбург и Алексей Добровольский... Вчерашние тунеядцы сегодня обвиняются в преступной связи с белоэмигрантской организацией НТС...

Ф. ОВЧАРЕНКО. В лакеях

Доктор Спок заявляет: «Грязная война», которую ведет во Вьетнаме Пентагон,— незаконна.

В честь товарища А. Дубчека Политбюро ЦК КПСС 30 января в Кремле устроило обед.

А ЕСЛИ ЭТО НЕ ЛЮБОВЬ?

Случается, на предприятии появляется комсомолец. Вокруг него собирается любопытная, ищущая молодежь. Но прежде чем парень подойдет к комсомольцам, он должен преодолеть предубеждение к «комми», взращенное хотя бы тем же телевизором.

ДЕЛО О НАСЛЕДСТВЕ. Британская молодежь отказывается от «традиционных» верований и идеалов. Почему?

Наши западные оппоненты на всяческих симпозиумах, дискуссиях, конгрессах, изощряясь в премудрых лукавостях теоретических словопрений, не устают задавать один и тот же «каверзный» вопрос: так что же, мол, это такое — социалистический реализм?

Гр. ОГНЕВ

Мы за то, чтобы не были растрачены в очередях часы, предназначенные для разумного отдыха.

Р. ЗАЙЦЕВ

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ РЕФОРМА

«Движение» хунвэйбинов оказалось джинном, выпущенным из бутылки. Армия силой загоняет школьников и студентов в классы.

Цветок и хищная пасть зверя. А ведь и правда — похоже.

ИЛЛЮЗИИ ИДУТ В АТАКУ

Итак, речь о женской драке.

Случилась она в новом городе Видное (25 минут на электричке от Москвы). Вечером в декабре по центральной площади города шла компания пьяных девчонок (нет, это, не опечатка, очень пьяных). Им навстречу попались двое — Майя П. (19 лет) и Светлана К. (12 лет)...

Л. ГРАФОВА. Оттого, что на свете есть женщина

...переход к таким наркотикам, как ЛСД,— нередко вызывается приверженностью к бит-музыке.

Любить иных тяжелый крест,

А ты прекрасна без извилин,

И прелести твоей секрет

Разгадке жизни равносилен.

Б. ПАСТЕРНАК

Когда в 1949 году Сергея Семеновича Абакумова вызвали в райком партии и предложили перейти на работу в органы охраны общественного порядка, он сразу же согласился.

В. Губарев. Почерк криминалиста

По ту сторону спорта. КАРАТЭ — разминка для убийц.

ЕЩЕ НЕ ПОЗДНО,

ГОСПОДИН БРЕНДЕДЖ!

Хемингуэй говорил, что ему нравится здесь.

И. Хуземи. Гавана — Москва

...Но только мы внесли вещи в автобус, как около него появился сотрудник протокольного отдела Центрального совета спортобществ Н. Иванов и раздался его грубый окрик: «Убирайтесь отсюда, этот автобус для иностранцев...»

<...> Этот олимпийский год был для нас поистине счастливым. И разве могли мы подумать, что хамство и беспардонная грубость только одного человека смогут пусть ненадолго, но омрачить радость побед.

Людмила БЕЛОУСОВА, Олег ПРОТОПОПОВ

Пекинская газета «Гуанмин жибао» рассказала, как солдат второго года службы Народно-освободительной армии Китая санитар Лю Жуань-хуа вылечил глухонемого подростка Цзян Бао-чуана с помощью «идей Мао Цзэ-дуна».

ГОРЬКИЙ ШАГАЕТ ПО ПЛАНЕТЕ

Сегодняшняя туркменская литература напоминает мне стремительный, пронизанный солнцем горный поток, несущий людям чистоту и свежесть. Множество ручейков вливаются в него, и объединяет их единое русло. Ну а где же истоки той могучей реки? Есть вершина, с которой берет она начало. Имя этой вершины — Максим Горький.

Берды КЕРБАБАЕВ

...Всего было сделано 50 уколов. Во время каждого укола Лю Жуань-хуа устанавливал перед больным бюст Мао Цзэ-дуна и читал пациенту изречения Мао. «И вот однажды,— утверждает газета.— Цзян Бао-чуан, указывая на бюст Мао Цзэ-дуна, сравнительно членораздельно прокричал: «Да здравствует председатель Мао!»

Лю Жуань-хуа от радости подпрыгнул, рассказывает газета. «Председатель Мао! — закричал лекарь.— Услышав твои слова, расцветают деревья, окаменевшие тысячи лет назад, и начинает говорить тот, кто глухонемой от рождения».

...27 марта с. г. в результате катастрофы при выполнении тренировочного полета на самолете трагически погиб первый в мире летчик-космонавт СССР, депутат Верховного Совета СССР, Герой Советского Союза полковник ГАГАРИН Юрий Алексеевич.

...17 членов партии из 700 писателей — коммунистов Москвы пошли на поводу у тех, кто сфабриковал письменный протест в адрес вышестоящих советских и партийных инстанций...

<...> «То сердце не научится любить, которое устало ненавидеть»,— писал Некрасов. Да, без устали ненавидеть врагов — вот гуманизм во имя друзей, во имя своего народа. (Аплодисменты.)

С. МИХАЛКОВ. Всем сердцем с партией

Я снова повторяю, подчеркнул он, что демократизация, о которой у нас идет речь, носит и будет носить ярко выраженный социалистический характер и что ни одна антисоциалистическая сила не извлечет из нее пользу.

Доклад А. ДУБЧЕКА на Пленуме ЦК КПЧ

6 АПРЕЛЯ ГДР ПРИМЕТ

НОВУЮ КОНСТИТУЦИЮ

Еще живого, но без сознания Кинга быстро отвезли в госпиталь, а через некоторое время стало известно, что Мартин Лютер Кинг умер.

Генрих БОРОВИК. После Далласа — Мемфис

СЕГОДНЯ БОЛЕЕ ПОЛОВИНЫ НАСЕЛЕНИЯ ЗЕМНОГО ШАРА МОЛОЖЕ ДВАДЦАТИ ПЯТИ ЛЕТ.

Ю. ТОРСУЕВ, секретарь ЦК ВЛКСМ. XX век. Молодежь и идеалы

Конечно, истина — беспокойная, неудобная штука. Конечно, если все вещи назвать своими именами, то необязательно, что новая «аварийная», строгий к своим обязанностям врач и т. д. сегодня же появятся. А если не назвать? Боюсь, не появятся и завтра.

Е. ГРИГОРЯНЦ. Несчастный случай

Луна плывет и щурится от света

И прячется в совхозные хлеба:

Как свадьба без печати сельсовета,

Она грустна без нашего герба.

Мы справим свадьбы.

Герб увековечим

Во всей Вселенной,

Дайте только срок:

Здесь золотым запасом обеспечим

В гербе страны —

Целинный колосок.

Егор Полянский

Должен сознаться, что, назвав для себя повесть забавной, я предпочел думать, что «Бочкотара», вышедшая из-под пера Аксенова,— своего рода литературная забава, шалость, из тех, что по обычной совестливости остаются в черновиках писателя, свидетельствуя о извечной потребности человека отвлечься на время от напряженного труда, созорничать, развлекая себя и близких друзей бездумной шуткой, каламбуром, экспромтом, хотя бы и не первой свежести. Но видимые вещественные доказательства опровергают меня. «Бочкотара» опубликована двухмиллионным тиражом.

Гр. ОГНЕВ

СЕГОДНЯ ИСПОЛНЯЕТСЯ 150 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ КАРЛА МАРКСА

То ТРИРА верный сын с НЕИСТОВОЙ душой.

Он не идет,— бежит, нет, катится лавиной,

Отвагой дерзостной сверкает взор орлиный,

А руки он простер взволнованно вперед,

Как бы желая вниз обрушить с неба свод,

Сжимая кулаки, силач неутомимый...

Ф. ЭНГЕЛЬС

Развороченные мостовые, перевернутые и сожженные автомашины, остатки баррикад и едкий туман от слезоточивых газов — вот картина, которая открывается перед глазами парижан в Латинском квартале — сердце студенческого Парижа,— после сегодняшней бурной ночи.

Басмачи не унимаются. Рыщут вокруг Коканда. Удары враги наносят в спину, жестоко расправляются с мирным населением. В городе только и слышно: убийства, поджоги, грабежи. Один за другим уходят на борьбу с басмачеством добровольческие отряды. С завистью провожает их Абдулла. Его не берут — не подходит по возрасту.

А. ЗАБОРОВСКИЙ. Мальчиш из Коканда

С методичной, молчаливой стремительностью десять мотоциклистов набросились на одного беззащитного; затем избили шерифа, прохожих, разрушили кафе и парикмахерскую, станцию обслуживания, изнасиловали нескольких девушек, начали грабить магазины и разбивать кассы игорных автоматов. А потом исчезли на своих тяжелых мотоциклах.

Ф. КОРР. «Дикие ангелы»

В своем целомудренном отношении к женщине Есенин шел вслед за Фирдоуси, Саади и Хафизом...

Н. СААКЯН. Шаганэ ты моя, Шаганэ!

Председатель, из тех, что недавно еще шумели, что им не дают инициативы: «Все планируется сверху, из кабинетов...» Теперь это кончилось. Распоряжается на своей земле сам, по-хозяйски. «Как же будешь теперь растить хлеб, председатель!» — спрашивает его оператор. И он начинает браво тараторить, что-де, став на вахту и идя навстречу, выполнит и перевы... Оператор останавливает его, просит рассказать попроще, по-деловому. И сразу будто сорвали с председателя маску, перед нами уже не самодовольный «голова», а решительно ни к чему не способный болтун.

А. ИВАЩЕНКО

Первую порцию грязи он вылил на колхоз. Вот какие, с позволения сказать, факты поставил этот «знающий» человек облепившим его писакам: «В течение двух лет колхозники ничего не получают на трудодень. Хлеб им выдают по талонам. Скот с бескормицы дохнет. Колхозное хозяйство развалилось вконец».

О. ВАСИЛЬЕВА. Метнулся в «рай».

Горькая правда о жизни и смерти Владислава Кушнериса

Вчера в Москве в Колонном зале Дома союзов состоялось торжественное открытие дней чехословацкой культуры в РСФСР.

РОБЕРТ КЕННЕДИ СКОНЧАЛСЯ

Семен, вяжи! Борис, бери ему задние, Антон, держи здесь! — командовал Трофимов.

Тигра стали вязать, заламывая ему когти. Пасть перехватили намордником. Стянули передние и задние лапы.

— Здоровый, черт,— ласково сказал Трофимов, затягивая последний узел.

Л. Князев. С рогатиной на тигра

1865 год — убит президент Авраам Линкольн.

1881 год — убит президент Джеймс Гарфильд,

1901 год — убит президент Уильям Мак-Кинли.

1912 год — тяжело ранен президент Теодор Рузвельт.

1933 год — покушение на президента Франклина Рузвельта (пуля попала в мэра Чикаго).

1950 год — покушение на президента Трумэна.

1963 год — убит президент Джон Кеннеди.

«Черный барон Врангель» и тот, умирая, просил похоронить его на славянской земле.

И. Броз Тито отметил, что на заседании состоялось «весьма серьезное и тщательное» обсуждение студенческих проблем в связи с недавними событиями в Белградском университете.

Спрос нынче другой — «на интеллигента, бунтующего против Советской власти». Позарез нужна писаная антисоветчина. В стихах, письмах, документах, мемуарах, повестях, романах... Расчет простой — заморские «спецы по русскому вопросу» поднадоели со своей стряпней, а тут «только что из России», «они рассказывают сами о себе», «распад изнутри» и т. д. и т. п.

А. ИВАЩЕНКО. Подсадная утка

Удивляется жирафа

в бляхах, будто мухомор,

на спине у ней шарахнуто:

«мэйк лав, нот уор».

А. ВОЗНЕСЕНСКИЙ

В арсенале тезисов о «капитализации» нашего хозяйства, к которым прибегают буржуазные специалисты, есть еще один, и тоже весьма ходкий. Нередко они представляют дело своим читателям так, будто советская хозяйственная реформа — плод кабинетных раздумий отдельных ученых-экономистов. И дескать, товарно-денежные отношения и присущие им категории новы для нашей экономики, изобретены вместе с реформой и специально для нее.

Л. ПЕКАРСКИЙ, экономист

Среди модных политических спекуляций, пожалуй, одна из наиболее частых — спекуляция словом «демократия»...

Гр. ОГНЕВ. «Чему учит «Студент»? Пражский еженедельник

«Для молодой интеллигенции» и его понимание демократии

ЗАБОТА О БЛАГЕ НАРОДНОМ

...К концу 1970 года общее количество больничных коек в стране должно быть увеличено до 2 миллионов 60 тысяч, то есть на каждые 10 000 населения будет приходиться 110 коек.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

ПРЕЗИДЕНТ ГАМАЛЬ АБДЕЛЬ

НАСЕР ПРИБЫЛ В МОСКВУ

ЛЕНИНГРАД, 1 июля (корр. ТАСС). Рабочие и служащие завода «Электрик» выразили искреннюю озабоченность тем, что некоторые враждебные элементы пытаются свернуть Чехословакию с социалистического курса, нанести ущерб дружбе наших народов.

Из какой тьмы веков тащится, ползет, пролезает в нашу жизнь эта жалкая манера выволакивать свой позор на людную улицу?

О. ГЕРАСИМОВ. Месть. Разговор на «банальную тему».

Мы выражаем убеждение, что Коммунистическая партия Чехословакии, в сознании своей ответственности, примет необходимые меры, чтобы преградить путь реакции.

Центральному Комитету Коммунистической партии

Чехословакии

Я хотел бы, чтоб ты их послушал,

Побыл с ними хоть десять минут,

Эту песню о дружбе,

Эту песню о дружбе

Ребята с Монмартра поют...

ПОЮТ РЕБЯТА. Музыка Н. Богословского и Филиппа Жерара, слова М. Матусовского

СЕГОДНЯ В СОФИИ

ОТКРЫВАЕТСЯ ВСЕМИРНЫЙ

ФЕСТИВАЛЬ МОЛОДЕЖИ

И СТУДЕНТОВ

Парторг стройки Быстров вскинул брови. Будто угадав мысли начальника, произнес тихо:

— Завод-то строить им придется, им...

Данилин спорить не стал.

Теперь он думал о том, что же рассказать им, съехавшимся со всех концов страны, им, зеленым, необстрелянным. Будь это кадровые строители, другое дело. А тут...

Н. СИЗОВ Отрывок из романа «Наследники»

В настоящее время в Москве не хватает свыше тысячи водителей такси. В чем дело?

И. ЗЮЗЮКИН

Как сообщалось, Советский Союз и другие союзные страны удовлетворили просьбу партийных и государственных деятелей Чехословацкой Социалистической Республики об оказании братскому чехословацкому народу неотложной помощи, включая помощь вооруженными силами.

Во исполнение этого решения воинские части союзных социалистических стран 21 августа вступили в Чехословакию — во все области и города, включая Прагу и Братиславу. Продвижение войск братских стран проходило беспрепятственно.

Терпеливица-гитара.

Полушепот... Полувздох...

То ли бредит бочкотара,

То ли дрозд в саду издох.

Бормотанье. Наговоры.

Шепоток бежит рысцой.

Звуки-крохи. Звуки-воры.

Звуки — с хитрой хрипотцой.

Пестрых слов тасуя карты,

Цедят песенку одну

Доморощенные барды,

Исщипавшие струну.

Голоском, подобном зуду,

Тянут так, что бог спаси...

Сколько их теперь повсюду

Расплодилось на Руси!

Сергей ОСТРОВОЙ. Гитара

ГОРБАТОВ Иван Федорович, проводник вагона 1508:

— Я восьмой год обслуживаю этот маршрут. Прибыли мы ночью не на Главный вокзал, а на станцию Прага-Смихов. Распрощались с пассажирами и прилегли с напарником Василием Котуновым вздремнуть — день ожидался трудный. Проснулся утром, выхожу и вдруг вижу, какая-то личность масляной краской звезду на нашем вагоне рисует, а потом — я глазам своим не поверил — туда же вмалевывает свастику.

Я подбежал к нему, тряхнул за плечо:

«Ты что,— говорю,— соудруг, спятил?»

А он повернулся, схватил меня за горло и хрипит: «Оккупант...» Так я на своем горле почувствовал хватку тех, кто намеревался накинуть петлю на шею чешскому народу.

Прогнав самозваного художника с ведерком краски, мы с напарником решили выйти в город.

На первом же перекрестке увидели беснующуюся толпу. Юнцы, сопляки с длинными космами, размахивали кулаками, выкрикивали грязные ругательства, лепили на заборах плакаты и лозунги... И немного их вроде, а крику, визгу до самого пражского неба. Давай, говорю товарищу, по-фронтовому, перебежками до первой советской пилотки побежим. Сказал и стыдно вдруг стало: не среди врагов ведь находимся. Разве эти длинноволосые крикуны представляют настоящих чешских патриотов? Обманули их контрреволюционеры, вот и дерут глотки.

И мы пошли, как я привык ходить по столице чешских друзей,— в полный рост. Дошли до площади, где наши бойцы стояли, и тут упал я. Сердце подвело. Как раз перед выходом в рейс бюллетенить кончил, а тут сердце зашлось, защемило от всего увиденного.

ПОЧЕМУ ОПОЗДАЛ

СКОРЫЙ ИЗ ПРАГИ

ОТ КАКОГО ПОЕЗДА

ОТСТАЛ ЯН ПРОХАЗКА...

ТОРЖЕСТВА, ПОСВЯЩЕННЫЕ

150-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ

И. С. ТУРГЕНЕВА

КАРЬЕРА ГАНЗЕЛКИ-ПОЛИТИКАНА НЕ СОСТОЯЛАСЬ И НЕ СОСТОИТСЯ.

ЖУРНАЛИСТ

Польская объединенная рабочая партия — это идейный руководитель рабочего класса и всего народа, руководящая сила государства, движущая сила строительства социализма. В. Гомулка сообщил, что в ПОРП насчитывается ныне более 2 миллионов членов, более 70 тысяч первичных организаций.

ПЬЯНСТВУ НЕ БУДЕТ ПОЩАДЫ,

ГОВОРЯТ ЧИТАТЕЛИ

Ведь миллионы людей в нашей стране строят такую жизнь, какой еще не бывало. Становятся наши люди все культурнее, относятся друг к другу с большим уважением. А этот Захаров просто не хотел видеть, какая вокруг него удивительная жизнь, сколько в ней дел для человеческих рук, сколько радости. На свет он смотрел сквозь горлышко поллитровки. Интересно, спрашивал ли он когда-нибудь сам себя: «Нужен ли я, дорог ли кому-нибудь на этом свете?»

Григорий СЕЛЬВЯН. Судом всеобщим, суровым!

Михайловка, Советский р-н, Ставропольский край

Весь день на работе говорили только о Чехословакии. Радио не выключали. Все недоумевали, как такое могло случиться в стране, которая была нашим другом.

Фаина Ивановна БУШМАКИНА

Валенок нынче не так прост, как в стародавние времена. И он не стоит в стороне от изменчивой моды.

Никакие модные сапожки, утепленные ботинки не заменят в крепкий морозец или метель простых и надежных русских валенок.

В. ЗАПОРОЖЧЕНКО. «Валенок-69»

КОНЕЦ ХУНВЕЙБИНОВ?

Мы с вами, молодые патриоты Анголы, так называемой «португальской» Гвинеи, Мозамбика, с оружием в руках сражающихся за свободу своих народов (аплодисменты).

Из доклада товарища Е. М. ТЯЖЕЛЬНИКОВА

ЛОНДОН, 12 ноября. Корр. ТАСС Н. Туркатенко передает:

Здесь создан еще один центр борьбы против Чехословацкой Социалистической Республики. Так называемый «Британский комитет движения за свободную Чехословакию».

Арабские партизаны продолжают наносить .удары по израильским оккупантам.

А. Дубчек большое внимание уделил вопросам повышения руководящей роли партии в деятельности коммунистов в непартийных органах и учреждениях.

Многие видели, как во время выступления Л. Белоусовой и О. Протопопова в Гренобле С. А. Жук демонстративно отвернулся от арены.

В. ЗАЙЦЕВ и др. Письмо в редакцию

Сложным оказался этот год для чехословацкого народа, для его компартии, попавших под перекрестный огонь внутренней реакции и западных «борцов за гуманность и свободу».

С. БОЯРОВ

Советская музыка нерасторжимо связана с жизнью и борьбой нашего народа, сильна верностью идеям Великого Октября. (ТАСС)

Красивое старинное здание на набережной Сметаны, выходящее фасадом к Влтаве и знаменитому Карлову мосту, хорошо знают пражане. Здесь расположен центральный комитет Союза чехословацко-советской дружбы.

Нет сомнения в том, что советские композиторы создадут новые прекрасные произведения, раскрывающие торжество ленинских идей в победной поступи социализма и коммунизма.

ЦК КПСС — съезду композиторов СССР

«Теория конвергенции» является инструментом глобальной стратегии империализма, скрытой формой антикоммунизма, более опасной, чем открытый, вульгарный антикоммунизм, которому все труднее находить сторонников.

Г. Гурков

— Но если так трудно защищаться от гнуса, нельзя ли его истреблять? Можно ли хотя бы в отдаленном будущем мечтать о полном его уничтожении?

А. ЛЕВИНА. Война против комаров

Фильмы-гротески Формана не лечат, а убивают... Фильмы Формана — это, так сказать, наглядная иллюстрация к программе контрреволюции «Две тысячи слов».

В. БОЛЬШАКОВ

...приказываю:

считать проблему гриппа важнейшей научно-практической задачей здравоохранения.

Министр здравоохранения СССР Б. ПЕТРОВСКИЙ

УЧЕБНЫЕ ЗАВЕДЕНИЯ

БЕЛЬГИИ ОХВАЧЕНЫ

СТУДЕНЧЕСКИМИ

ВОЛНЕНИЯМИ

КТО, КРОМЕ РЕЯ?

Таким образом, жизненный уровень в социалистической Чехословакии по-прежнему улучшается.

А. КРИВОПАЛОВ, А. КРУШИНСКИЙ

Мы все знали раньше Цзинь Чжина с хорошей стороны. Но мы проглядели его. Оказывается, он давно заодно с горсткой лиц, идущих по контрреволюционному пути... Подумайте только, что изобразил Цзинь Чжин! Он нарисовал покрытую снегом сосну на горном утесе. Мало того, под рисунком стоит подпись: «Ни снег, ни ветер не страшны ей, стоит она с высоко поднятой головой!» Вы чувствуете, этот человек направил в Шанхай указание, чтобы его дружок-преступник не подчинялся хунвэйбинам.

Наши братья, верные бойцы Мао Цзэ-дуна, хунвэйбины из Шанхайского отделения народного банка, справедливо требуют в своем письме, чтобы мы расследовали это дело и приняли самые строгие меры.

«Новогодняя открытка»

Превратно толкуя ряд событий нашей литературной жизни последних лет, В. Каверин в том же духе, что и А. Солженицын в своей распространенной на Западе записи, извращает отношение некоторых членов секретариата к печатанию повести «Раковый корпус».

ПРЕОДОЛЕВАЯ ТРУДНОСТИ,

ЕГИПЕТСКИЙ НАРОД

УВЕРЕННО СТРОИТ БУДУЩЕЕ

Может быть, кому-то приходилось в полях, в лесу слышать ночью пронзительный крик, похожий на крик ребенка. Это значит: кому-то удалось настичь зайца.

В. ПЕСКОВ

«Светлый путь»

Из записок путешественника

А между тем — грустно. Специально прочитал целый номер «Литературной газеты» от 24 августа 1984 года и был поражен изобилующим описанием теневых сторон действительности.

«В Северном жилом массиве Ростова-на-Дону плохо, с недопустимыми огрехами строят дома. А чтобы представители авторского надзора подписывали акты заведомо негодных объектов, строители... давали им взятки; убытки колхозов и совхозов Тульской области от падежа скота и бесхозяйственности превысили 5 000 000 рублей; в преступную группу на Ессентукском мясокомбинате входили начальник холодильника, мастер цеха, заведующий приемным пунктом и ряд заготовителей; хищения автозапчастей на Брянском, Мытищинском, Волжском, Горьковском и Ижевском автозаводах, спекуляция и перепродажа бензина; в Московской области 40% грузовиков имели неработающие и неисправные спидометры, в Киеве, в районе только одной из лодочных стоянок, за 15 дней было задержано 120 водителей грузовых автомобилей, которые продали 9 тонн бензина, за семь последних лет количество индивидуального транспорта выросло в 2,8 раза, а продажа бензина увеличилась только в 1,2 раза; на станции Мехнат (Узбекистан) 17 суток без охраны стоял вагон с импортным грузом на миллион рублей, этим воспользовались 32 местных жителя, которые похитили товары на 80 тысяч. Недавно в локомотивном депо станции Курск осуждены к длительным срокам заключения 13 машинистов и их помощников, которые совершили 88 хищений на 93 тысячи рублей; не везде достаточно высока ответственность руководителей, особенно низового звена, тем более опасно, если руководитель сам причастен к разбазариванию или стал участником хищения. Некоторые спектакли Большого театра, идущие в Кремлевском Дворце съездов, мало пригодны для его сцены; на бытовой почве совершается до 68 процентов убийств (среди убитых каждый четвертый — это родственник, фактический или юридический супруг виновного), треть случаев хулиганства, меры же воздействия надо было принять, как потом часто оказывается, намного раньше; в 15 лет многие подростки вступают из мира детства в большую взрослую жизнь, две трети подростков приобщаются к вину именно за родительским столом, а не под влиянием улицы; к сожалению, немало в общежитиях случаев пьянства, правонарушений. В некоторых из них в дни зарплаты не обходится без вызова милиции; хотя продажа водки в торговле за два-три последних года несколько сократилась и растут ее нереализованные запасы, дешевые суррогаты вин имеют не меньшее, если не большее отрицательное воздействие. Кроме того, потребляется большое количество самогона и домашних вин, снижается рождаемость, повышаются заболеваемость и смертность, алкоголизм остается, к сожалению, самым распространенным видом социальной патологии, в ряде городов лишь каждый третий-четвертый человек, нуждающийся в наркологической помощи, может ее получить. В «Пермьсельстрое» среднемесячный заработок постоянных рабочих составил 221 рубль, а «шабашника» — 725 рублей... Бесконтрольность здесь создает почву для взяток и хищений при заключении договоров и снабжении строительными материалами. В том же «Пермьсельстрое» за два последних месяца сумма приписок к объему выполненных работ превысила миллион рублей, на два миллиона незаконно отпущено строго фондируемых материалов, в том числе «шабашникам». В Алтайском крае одна из таких бригад передала некоторым руководителям Новосибирского метростроя около 30 тысяч рублей в виде взятки за незаконный отпуск материалов. Чувствуя кое-где безнаказанность, спекулянты орудуют на вокзалах и рынках, В парикмахерских и магазинах, доставляют «вразнос» товары на дом и в учреждения, используют трудности в обеспечении населения некоторыми видами продуктов питания. Введены более строгие санкции за преступления рецидивистов и нарушение режима в колониях; количество транспортных происшествий возрастает, случаи грубости, придирок и даже поборов со стороны некоторых сотрудников ГАИ еще не изжиты; абсолютное большинство пьяных нарушают общественный порядок. В Киеве прошло несколько судебных процессов над работниками торговли, по которым уже осуждено около ста человек, такие же строгие меры по отношению к руководителям торговли приняты в Москве и в Ростове; в продовольственных магазинах действуют еще довоенные, то есть завышенные, нормы усушки и утруски: часто и хитрить не надо: и без того получаются излишки. В организации медико-генетической службы остается много нерешенных вопросов и трудностей. Вологодский мясокомбинат «не вписался» пока еще в систему РАПО, производит эфемерных бычков. Когда жители Винницы открыли поутру краны, вода воняла. Остановились пищевые предприятия, больные бранили санитарок, моющих в больницах пол гнилостной водой, люди бродили по улицам с ведрами. Штурмовщина на производстве; никто из пассажиров точно не знает, когда придет автобус; воинствующая демагогия, ставшая у некоторых житейской обыденностью; спекуляция дорогими для нашего общества принципами и правилами, которые не могут не вызвать сочувственного отзвука,— этим все чаще стали пользоваться осовременившиеся мещане, воюя за ничтожные, эгоистические свои интересы...»

Хватит! Нету сил больше вспоминать, что я еще вычитал в этой газете за 24 августа 1984 года, хотя были там конечно же и другие, более радостные, более оптимистические материалы. Например, передовая Я. Акима о празднике знаний, или статья Л. Васильевой о советской женской поэзии, или подборка воспоминаний участников Первого съезда советских писателей, состоявшегося в том самом 1934 году, со времени которого и началось победное шествие этой литературы по стране и миру, за время которого шествия литература эта достигла такого небывалого расцвета и таких высот, что у всех, кто ее еще читает, захватывает дух и им просто совершенно нечего сказать в ответ или в свое оправдание, что они живут совершенно не так, как следовало бы.

Воруют, таскают, грабят, режут, берут взятки. Хватит! И я всерьез задумался: действительно ли все так мрачно и неужели в жизни уже нет места чему-нибудь хорошему, светлому, прекрасному? Я сильно разволновался и задумался, хотя ведь в той же самой газете было написано, что:

делается «...все, чтобы каждый советский человек спокойно работал на благо Родины, веря в твердый правопорядок и законность, которые ему обеспечивает Советское государство; репертуар Кремлевского Дворца съездов обогатился, например, такими постановками, как опера «Война и мир» С. Прокофьева, балеты «Гаянэ» А. Хачатуряна и «Индийская поэма» У. Мусаева; выступление «Литературной газеты» обсуждено на рабочих собраниях, в цеховых партийных организациях, в трудовых коллективах подразделений домостроительного комбината; развитием Крыма на более длительную перспективу занимаются научные организации республики и Крымский облисполком; ордена получили П. А. Загребельный, С. И. Беглов, издательство «Советский писатель»; Н. Я. Самохину 50 лет, он издал около двадцати книг прозы в нашей стране; М. Шагалу 98 лет, он говорит: «Я лишь знаю, что был честен»; Л. Хеллман завещала часть своего состояния на создание фонда помощи писателям, разделяющим марксистские убеждения; в Швейцарии, в Базельском музее, открылась выставка, посвященная творчеству композитора Игоря Стравинского; А. Кушнер мечтает побывать в Армении; Л. Васильева говорит: «Беру прозу, какие радующие имена — В. Белов, В. Распутин, а В. Крупин, В. Личутин, А. Проханов, А. Ким, В. Маканин — внушительная картина», и задает вопрос: «Но почему тогда я с жадностью погружаюсь в мир литературных мечтаний и ожидаю — нет, жажду нового писателя?» А Демьян Бедный сказал 29 августа 1934 года: «Большинство того, что собрано в моих 20 томах, это — разного калибра застывшие осколки, которые когда-то были разрывными снарядами. Осколки застыли, заржавели, может быть, но они честно сделали свое революционное дело и имеют право рассчитывать на революционное уважение...» Таушан Эсенова, народный писатель Туркменистана, вспоминает: «Как же мы все — «дети разных народов» — были молоды, романтично настроены и преданны литературе: Аркадий Кулешов, Анатолий Софронов, Борис Ручьев, Семен Бабаевский, Константин Поздняев, Эди Огнецвет, Микола Нагнибеда, Мирварид Дильбази, Микола Упеник, Александр Яшин и многие другие — около сотни юных рыцарей литературы!»

Думая, я вышел за околицу степного крымского селения А., в котором тогда проживал, и направился к морю.

Немного об А. Селение это не испытало на себе владычества коренного населения Крыма, так как образовалось из небытия лишь два с половиной десятка лет назад. Мрачная и дикая морская красота окружает степное селение: крутой глинистый обрыв, слоеный пирог природы, отвесным уступом рассекает кромку неба и берега, под знойным ветром трепещут ореховые деревья, высаженные рукой советского человека назло природе, сияет огнями новый сельский Дворец культуры, и совершенно почти никого нету пьяных. А из недостатков лишь то, что уж который месяц не работает баня и жители ездят на автобусах мыться в Симферополь, страшно матерясь. Еще есть различные недостатки: с планом, поливными землями, дисциплиной. Да я не о том хочу... Не об обыденном, а о хорошем, светлом, прекрасном. Ведь я мучительно ищу светлый путь и хочу, чтобы все его узнали посредством моих сочинений. Чтоб трогательно шествие шагало по этому пути. Шагало, шагало и не останавливалось... Итак, я шел по лунной асфальтово-бетонной дорожке к морю.

Или — нет. Я волнуюсь, путаюсь, не так это было... Я шел ясным, ослепительным даже, не то что светлым, днем, начитавшись «Литературной газеты», и вдруг увидел мертвого дельфина, вернее — дельфиненка.

Сжалось сердце! Я сначала не понял, что это дельфин, вернее — дельфиненок, а думал, что это какая-нибудь крупная рыба: осетр, белуга, но потом вспомнил, что такие рыбы обитают лишь в Каспийском море, а отнюдь не в Черном, и у меня сжалось сердце! Я понял, что это действительно дельфин, или, вернее — дельфиненок. Мертвый!

Мертвый! Как странно и мрачно звучит это слово! Существо жило, игралось в волнах, посылало неведомые сигналы вызывая догадку у человечества о всеобщем братстве зверей, людей, растений и птиц, и вот теперь оно мертво и лежит, разлагаясь, облепленное черными маленькими мушками до синеватой черноты, с выеденными глазами, ноздрями. У него маленькие свиные ушки, у него остренькое дельфинье рыльце, от него исходит еле уловимое трупное зловоние! Смертельный ужас охватил все мое существо под этим ясным, безоблачным небом, испещренным следами реактивных самолетов, и я побежал вдоль узкой полоски пляжа, имея справа рыжие глинистые уступы, нависающие и готовые в одну секунду ринуться вниз оползнем, сминая меня, выбивая из тела кости, разрывая суставы, кожу, внутренности, а слева бесконечно уходило вдаль до Сочи и Турции безмятежное Черное море, привыкшее за множество веков и тысячелетий ко всему на свете, в том числе и к моим преувеличенным эмоциям.

Не скажу ничего нового, кроме того, что море меняет свой цвет и дух ежесекундно. Стоит лишь пристально посмотреть на него, как оно то сожмется, то увеличится, то вдруг гамма его цветовая, как гамма «до-ре-ми-фа-соль», по всем клавишам... да я не знаю, не о том я, я всегда не о том...

Дельфин, вернее — дельфиненок мой мертвый, разлагающийся под крымским солнцем, весь облепленный мухами! Зачем и почему так? Художник Мурад Богаев сказал, что в газете было написано: киты выбрасываются на берег по не известным никому причинам, и когда их вытаскивают обратно в море, то они снова выбрасываются на сушу и там, наконец, погибают, что и заставило старого Мурада подозревать у этих млекопитающих чудовищную тягу к самоубийству, небывалую среди никаких животных, зверей, растений и птиц, а имеющуюся только у человека. Но это — кит, а что же дельфин, вернее — дельфиненок? Рок ли злой выгнал его на сушу иль подлая человеческая рука прибила его, я не знаю. Я ищу светлый путь и думаю только о том, что ищу.

Ночью мне не спалось, и я вышел во двор покурить. Немного еще о крымском селении А. Все жители его в основном работают на виноградниках, выращивая сорта чаус, шашла, матраса и зарабатывая в бригаде от 100 до 150 рублей при норме сбора 360 кг и 13-й зарплате. Одна из работниц, чей портрет, выполненный масляными красками, висит на стенке Дворца культуры, многогодно перевыполняла норму на много процентов, за что получила от правительства ордена: Ленина, Дружбы народов, «Знак Почета», а от совхоза — машину «Волга» в личное пользование для семьи, которая иногда помогала ей в уборке. Жители селения чрезвычайно приветливы, они всегда угостят вас тушеными кабачками, помидорами, вином, предоставят ночлег. У женщин волосы крашены хной, и многие имеют золотые зубы. У них замечательные коттеджи на двух хозяев с двухэтажными квартирами и блочные дома с высокими потолками и подсобными помещениями, стоящие среди выжженной крымской земли, усеянной ореховой шелухой и окурками. В поселке есть лечебно-трудовой профилакторий. Там больные алкоголизмом люди лечатся и одновременно работают на виноградниках и винзаводе. Вот так, не приукрашивая, но и не очерняя, описываю я жизнь селения А. Я был в двух или трех домах селян. Квартиры имеют ковры, паласы, клеенки, красивую добротную мебель, магнитофоны с записями В. Высоцкого, А. Пугачевой, В. Токарева, А. Розенбаума и других певцов. На кухнях, лоджиях и в сараях — запасы на зиму: грецкий и миндальный орехи, «закрутки» с помидорами, огурцами, «перцами», баклажанами, кабачками. Изрядное количество кукурузы в початках и мешках. «Декабрь в наших местах очень жестокий. С моря летят соленые ледяные брызги, по степи задувает ветер, перекатывая ошметки грязи, снега, ковыля, поэтому мы готовы к зиме»,— говорят жители, уверенно глядя в будущее. В селении действует музыкальная школа, и зачастую на улицах можно встретить детей с нотными папками в руках. Вот идет маленькая Маричка, дочка Тамары Д., муж которой работает сезонным фотографом на пляжах Южного берега Крыма, а до этого был мясником. Смешно подрагивают аккуратно заплетенные косички школьницы. «Куда ты идешь, Маричка?» — «О, здравствуйте, дядя Женя! Я иду к врачу на прогревание гланд, а потом в школу. Приходите вечером, я вам сыграю на пианино...» Муж Елены Л. шабашит в Херсонской области. Дома у них чисто, уютно. Две дочери, семи и восьми лет, учат уроки. По телевизору показывают концерт мастеров искусств Каракалпакской АССР. Хозяйка, тридцатилетняя Елена Л., любит поэзию Антонио Мачадо, сопоставляет его с Сергеем Есениным через строчки стихотворения «Мальчик такой сопливый стоит ковыряет в носу», знает наизусть много стихов Габриэлы Мистраль и Эдуарда Асадова.

Но — дельфин, вернее — дельфиненок! Ах, не спится! Не спится старому ветерану фронтов художественной литературы! Выкурив папиросу «Ялта» (30 коп. 20 шт.), я вновь иду по светлой лунной дорожке к морю, и дивно, таинственно дышит уснувшее, наработавшееся за день селение. В домах и хатах разметались во сне хлопцы, девчата, мужики, бабы, дети, командированные, отдыхающие и другие категории людей. В ночном воздухе мерно раскачивается видавший виды фонарь. Светлый путь! Ты устремлен прямо на запад, к Черному морю по асфальтово-бетонной дорожке, искусно выполненной рабочими города Белгорода, за что дирекция селения позволила им выстроить близ моря пятиэтажный дом пансионата, где они и живут дружно, отдыхая, набираясь сил перед грядущей работой, оглашая окрестную тишину звуками южнорусской речи. Но сейчас и они спят, разметавшись. Днем они пили пиво и играли в футбол. Спокойной, мирной ночи и вам, разметавшиеся парни! Пусть доброе небо нашей Родины никогда не огласится звуками военного присутствия армий других стран, и тогда все мы будем счастливы, счастливы, счастливы, и, мерцательно дыша, вглядываясь в будущее через полуопущенные ресницы, мы ровно будем двигаться к счастью, счастью, счастью!.. Страшно ночное море при любой погоде! Даже теперь, когда ночная тишь застыла и не шелохнется волна, все кажется, что море — это затаившееся недоброе чудовище, в любую минуту готовое сожрать нас, нашу действительность и наше счастье, все кажется, что вот сейчас, да, именно сейчас оно вдруг оживет, вспенится, и черная волна, высотой в сто пятиэтажных домов с ревом кинется на берег и пройдет по громадной карте от Крыма до Чукотки, разрушая все то хорошее и святое, что накопили мы в теле и душе страны за 67 лет жизни народа,— и ежеминутное счастье наблюдается хотя бы оттого, что этого не происходит и не может произойти никогда. Фосфоресцировали водоросли, лунная дорожка, продолжая асфальто-бетонную, вела все дальше и дальше в море, пищали чайки, и я насторожился в темноте.

Ибо нечто показалось мне весьма странным. Шурша песком, я проходил мимо места гибели дельфина, вернее — дельфиненка, и ноздри мои, обретшие в этом благодатном краю чудесную способность различать все, даже самые сложные, запахи, вдруг впервые не уловили привычного дневного зловония, и я вдруг остановился в темноте...

...Как громом пораженный, добавил бы я, коли не был столь суеверен. Ибо (и я не вру, потому что исключительно ради описания этой правды и взялся за перо), ибо в эту минуту небеса, расколотые ослепительно яркой, режущей глаза фиолетовой молнией, вдруг разверзлись, и в слепящей, как свет фотовспышки, направленной прямо в глаза, темноте я вдруг увидел все далеко вокруг и во все стороны пространства и времени: залитую мгновенным безжалостным светом всю родную землю, ее тучные поля, ее грибные перелески, луковки храмов, квадратные километры целинных и залежных земель, просторы Мордовии и Чувашии, тянущиеся к небу этажи блочных домов, оленьи пастбища Чукотки, горы Урала и Грузии, высотные здания Москвы, ракеты Байконура, луга, леса, озера и — самое главное: на том месте берега, которое днем вызвало у меня столько печали, стоял аккуратный фанерный обелиск, крашенный зеленой полевой краской, с маленькой красной звездочкой на вершине пирамидки и надписью черными печатными буквами на желтенькой дощечке:

ЗДЕСЬ ЛЕЖИТ НЕИЗВЕСТНЫЙ ДЕЛЬФИН, ДРУГ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

И — сомкнулись небеса. В наступившей адской темноте вновь слабо мелькнула лунная дорожка, раздался глухой раскат грома, зашуршали сдвигаемые ветром камни, помело пляжный сор, слабо щелкнула первая ленивая капля, и пошел дождь.

Он лил и на следующий день, и в воскресенье. Старые рыбаки сказали мне, что перспектив на хорошую погоду мало, я подумал-подумал да и покинул гостеприимное селение А. совхоза «Светлый путь» Симферопольского района Крымской области Украинской ССР навсегда.

ГЛАВА 1969

Странности

А ведь это был приличный, подающий гро-о-мадные надежды юноша! Носил элегантный проборчик, мог считать на цифровой машине «Элка», сдал даже какой-то там кандидатский минимум.

Скользила, как салазки, славная жизнь молодого человека, но тут-то и накатили странности: стал вдруг Леша, (его имя) непонятно почему пуглив и дик.

— Конкретно. Конкретно ты чего боишься? — липли к нему сослуживцы и врачи.

— Конкретно я не боюсь ничего,— тихо пояснял Леша.— Мне вообще страшно.

Вопрошающие изумлялись:

— Если тебе не страшно конкретно, то почему тебе страшно вообще? Ты волков боишься?

— В музее только и видел. Там — чучелы. Как их бояться? — грустил Леша.

— А высота? Самолетами не страдаешь?

— Летаю и летал с большим удовольствием,— бодрился Леша.

— Тогда, наверное, эти женщины проклятые все поголовно хотят, чтобы ты на них женился?

Леша в ответ улыбался криво.

— Или наоборот: ты никому не нужен?

Тут Леша начинал обижаться и тосковать. Собирал дрожащими руками все свои служебные листочки и уходил с работы неизвестно куда.

А сослуживцы после его ухода сочувственно молчали, и лишь самый глупый из них обычно говорил, барабаня по столу пальчиками:

— Это, старики, не что иное, как отчуждение... И все с ним соглашались, вздыхали и закуривали длинные папиросы.

А Леша бесцельно слонялся по улицам. Бубнил странные фразы:

— Конкретно, конкретно... Ничего конкретного... будильник звонит... Машины звуковой сигнал дают, не имея права... А в трамвае изволь передавать чужие деньги... И на работе... И сидишь и ждешь, а все что-то большей частию страшно...

И не было бы никакой дороженьки пугливому Леше, да как всегда несчастье помогло. Дошатался Леша бесцельно, что стали у них штаты сокращаться. Сокращались, сокращались да и извергли Лешу с работы вон. Леша и струсить не успел, как оказался перед окошечком кассы с двухнедельным выходным пособием в ладонях.

И тут опять странность. Ведь согласно нашему трудовому законодательству предлагали ему, уволенному, и некоторые другие работы. Трудоустраивали, так сказать, согласно нашего трудового законодательства. Но Леша на все заботливое трудоустройство отвечал, странно ломая язык:

— А мы погодим! Не горить! Не капеть! Мы погодим, а на работу стать завсегда успеем.

— Ты что? Не упускай карьеру, дурень! — увещевали его сослуживцы и врачи.— У кого кандидатский сдан, тому прямая дорога в кандидаты.

— А мы погодим!— упрямо твердил дурень.— У нас, может, и други каки таланты найдутся, акромя кандидатской хвилософии.

И вот ведь странность — действительно нашлись.

А именно научился Леша рисовать масляной краской по клеенке таковые уникальные картины: белый лебедь плывет по зеленому пруду, над последним навис сияющий зáмок розовой архитектуры. Или: двое, пригорюнившись, сидят на скамейке. Алеет восток. Они сплели свои тонкие руки, а снизу к ним подкрадывается сука-русалка.

И Леша даже не замкнулся в своем творчестве, как отдельные другие художники, оторвавшиеся от народа. Свои произведения он успешно сбывает народу на центральном промтоварном рынке, который многие по недоразумению кличут барахолкой.

Но поскольку народная милиция и ее верный спутник — народная дружина сильно не одобряют подобные промыслы, то и приходится Леше на период продажи становиться совершенно глухим и немым. Ты к нему подойдешь, а он кажет две растопыренные пятерни. Гони, значит, червонец, и вся недолга!

И с квартирки-то Лешу поперли, поскольку та квартирка-то была ведомственная. Поперли, а Леше хоть бы хны! Купил около кладбища пол-избы с огородом. И там, на свободе, свободно творит среди крестов, огурцов и капусты.

А в соседях у него хромой поэт Версяев, шестидесяти пяти лет. Поэт этот разумеется, служит сторожем на кладбище, но в свободное от кладбища время пишет стихотворную летопись жизни нашего великого преобразователя И. В. Мичурина.

И все это, конечно, странно и непонятно. Личность Леши явно съехала по спирали вниз. Но вот ведь какая самая последняя странность во всей этой истории — от подобного образа жизни у него непонятно почему сами собой исчезли все страхи.

Он выходит из пол-избы босиком, смело чешет, волосатую грудь, смело слушает Версяева:

Мичурин с каким-то завидным упорством

Занялся с природой единоборством.

Но хоть Мичурин не дурак,

Природа человеку враг.

Леша смело поднимает голову, смело смотрит в звездное небо и видит — космос. Над головой, над Землей, над Галактикой — везде космос, Бог. И от этого Леше становится совсем легко, и он смело возвращается в избу и смело ложится спать.

Следовательно: он теперь здоров. А ведь это, товарищи, как говорится, самое главное, товарищи, чтобы человек был здоров! Остальное, товарищи, как говорится, со временем приложится.

НОЧЬ НА РЕКЕ УССУРИ

— Вначале смешно было. Ходили как на какую-то толкучку. Они на нашу сторону прут стеной, мы их не пускаем. Они орут, беснуются. Да и вообще китайские солдаты похожи на психованных — пена появляется изо рта, глаза выкатят, ну, думаешь, припадочный. А как их командир-«затейник» отойдет, глядишь, нормальным человеком становится.

Михаил ДЕМИДЕНКО

МОЛОДЕЖЬ ЗАПАДА: ОТ АПАТИИ — К БОРЬБЕ

Бунт молодого поколения против моральных, культурных, социальных условий капиталистического общества — явление, характерное для нынешней ситуации в странах развитого капитализма. При всем многообразии форм этого бунта он отражает резкий рост общественной активности молодежи. Если неистовствующие танцевальные сборища «тинейджеров» (подростков 13—19 лет) или нигилистический протест «хиппи» и ранних «новых левых» еще могли казаться лишь поверхностными гримасами буржуазного быта, то массовое движение студенчества 1967—1968 годов ярко показало общественно-политическую направленность молодежного бунтарства.

М. НОВИНСКАЯ

Всполошились охочие до сенсаций «специалисты по русскому вопросу», антисоветчики из белоэмигрантских листков, комментаторы «Немецкой волны», «Голоса Америки» и прочая, и прочая. В ход пущен полный набор подрывных воплей о свободе, которой мы с вами, читатель, оказывается, лишены.

Ф. ОВЧАРЕНКО. В лакеях

Скажем, А. Устинов в статье «Идеал. Герой. Правда», опубликованной во втором номере журнала за прошлый год, отстаивает тезис о том, что социалистический реализм находит идеал в самой жизни и выражает его лишь в формах того, «что есть». Автор говорит о слабости тех художников и критиков, которые правду жизни в искусстве, по существу, сводят к пресловутой «правде факта». Однако эту слабость он усматривает и в том, что «отдавая приоритет» литературным героям типа Ивана Денисовича, Матрены, Мули, Ивана Африкановича, «они как бы не замечают других». Но ведь такая постановка проблемы явно вульгаризует ее.

Д. СТАРИКОВ. По неверным ориентирам.

О критике в журнале «Простор»

А ЦЕЛЬ БЫЛА РЯДОМ

Новый роман Анатолия Кузнецова «Огонь» с первых страниц заинтриговывает читателя. Павел, герой романа, теряет друга. Теряет трагически и непонятно. Ровесник Павла, талантливый и преуспевающий журналист Дима Образцов, кончает самоубийством в гостиничном номере во время служебной командировки.

Борис ЗЕРНОВ

ДЛЯ ТОГО МЫ СЮДА ПОСТАВЛЕНЫ

Начало было по-военному четким. Телефонный звонок. Слова, похожие на боевой приказ: «Вы включены... Явка в девять ноль-ноль. Сбор возле здания ЦДСА, у пушки».

В назначенное время у старой полевой пушки — участницы гражданской войны — собрались писатели, кинематографисты, художники: В. Кожевников, А. Софронов, И. Стаднюк, Д. Храбровицкий, И. Падерин, Н. Горбачев, Н. Камбулов, Г. Семенихин, С. Абрамович, Л. Экономов, Н. Овечкин, В. Степаненко, Е. Мариинский и другие. Все подтянуты, словно слетели прожитые годы и пахнуло фронтовой молодостью...

...Командный пункт. Самое современное электронное оборудование, вычислительные машины. За пультом — дежурный ефрейтор. Ответственность на нем огромная. Все, что, положено, он должен сделать мгновенно.

— А если не сработает? — допытывается кто-то из нас.

— Сработает,— уверенно отвечает ефрейтор.— Зачем же я сюда поставлен?

Г. СВИРИДОВ

НАД ЧЕМ РАБОТАЮТ:

ЮЛИАН СЕМЕНОВ

«В Политиздате выходит моя книга о поездке к солдатам Вьетнама и партизанам Лаоса.

Закончил роман «Семнадцать мгновений весны», который будет опубликован журналом «Москва». Это третий роман в задуманном цикле. Первым был «Пароль не нужен» — о становлении Советской власти на Дальнем Востоке, второй — «Майор Вихрь» — о спасении Кракова, последний — о том, как советская разведка в Берлине и Берне узнала о попытке сепаратных переговоров между Гиммлером и Даллесом.

ФАЗИЛЬ ИСКАНДЕР

«Пишу повесть «Жизнь Сандро из Чегема». Сандро — великий тамада, то есть человек, который может выпить за праздничным столом невероятное количество вина, одновременно украшая вечер веселыми шутками и мудрыми притчами или тем, что застольцы принимают за мудрые притчи.

АЛЕКСАНДР ПРОХАНОВ

КОРЧМА У ДОРОГИ

...И стоит она славно, на бойком месте. Наверное, и триста лет назад здесь стояла корчма и купец из Литвы первый раз в ней отведывал шипучий русский квас.

Я сижу допоздна, и мне хорошо: лица шоферов, мужиков. И солдат все сидит, и ему хорошо, как и мне. А над древней нашей корчмой уже кружатся древние звезды, и древний бульон вскипает душистой летучей пеной.

Старый Изборск. Псковская область

Радищев, конечно, был великим человеком.

А. ДЕСНИЦКИЙ

НЕУДЕРЖИМОЕ ПАДЕНИЕ ЭРНСТА ФИШЕРА

Вряд ли возможен по такому вопросу тот «плюрализм мнений», за который в числе прочих реформ марксизма ратует Эрнст Фишер.

Александр ДЫМШИЦ

Старик-столяр гневно рассказывал, как княгиня Оболенская, имение которой находилось как раз на месте нынешней усадьбы колхоза, нещадно эксплуатировала крестьян, запустила землю, хищнически рубила рощи.

ОДНА ОПЫТНАЯ РУКА...

Западные подстрекатели и события в Чехословакии

Западная пресса в последнее время резко усилила провокационную кампанию в связи с положением в Чехословакии. Под кричащими заголовками о «тяжелом кризисе» газеты приводят всевозможные слухи и домыслы...

...Что же послужило толчком для новой волны клеветы и дезинформации? Как уже сообщалось в печати, пражский студент Ян Палах облил свою одежду горючей жидкостью и поджег себя. Через три дня он скончался от сильных ожогов. Этот-то случай и явился сигналом к началу шумихи. Были организованы манифестации, в которых принимала участие в основном молодежь.

Журналист

СВЯЩЕННЫ ТВОИ ГРАНИЦЫ, РОДИНА!

ГНЕВНО КЛЕЙМИМ МАОИСТСКИХ БАНДИТОВ

...Вертолеты один за одним опускались у сопки. Из них, из подъезжавших автомашин выходили матери и отцы павших бойцов и бежали по снежному склону, залитому ослепительно ярким солнцем, туда, где слышались то затихающие, то нарастающие звуки похоронного марша...

Туго натянута палатка. Почетный караул с автоматами. В глаза бьет красный цвет: обитые кумачом гробы стоят в ряд. И в них застывшие, прекрасные, несмотря на страшные раны, лица наших солдат.

Вбегают матери. Припадают к одному, к другому. Не тот, не тот... Вот он! И падает замертво на сыновнее тело, целует его раны, хватает его руки, безутешно рыдает. А рядом — другая, третья... Мы стоим тут же и, не в силах удержать слезы, слушаем, записываем все, как это было здесь сказано, как это вырвалось из материнского сердца.

Сыночек мой, надежда моя... Да что они, изверги, с тобою сделали... Да они тебя всего иссекли, искололи... Писал ты мне, что у тебя чуб растет, а они всю твою голову разбили...

...Молодая вдова ухватилась за кол палатки; смотрит-смотрит на того, в гробу, забинтованного...

...Плачет седой отец, утирают слезы воины, стоящие в почетном карауле. Репортер что-то пишет в блокнот, рыдая...

Н. МАР, А. ПРОХАНОВ, специальные корреспонденты

«Литературной газеты». Застава Нижне-Михайловка

Долг писателя — быть верным жизненной правде, стремиться утвердить ее во всей реалистической полноте. И здесь не может быть никаких скидок на возраст.

Об этом говорит автор статьи. Он напоминает о главной заповеди советского писателя — его ответственности перед обществом, отмечает характерные недостатки, присущие произведениям прозаиков, которых еще недавно называли молодыми.

ИГОРЬ МОТЯШОВ

ГЛАВНАЯ ЗАПОВЕДЬ

Дело не в том, что будто бы (как считают иные критики Битова) людей, которых изображает писатель, у нас вовсе нет. Каждый человек индивидуален и находится на своей высоте нравственного, духовного сознания. Писатель вправе решать, каких именно людей ему изображать, какой жизненный материал брать в основу своих произведений. Заприте Чарли в подвале или пустой комнате, и я ручаюсь, что даже в этой «тюрьме» он сумеет найти что-нибудь этакое, что вызовет взрыв смеха, которым артиста приветствуют зрители всего мира.

Рене КЛЕР

К ПЯТОМУ ВСЕСОЮЗНОМУ СОВЕЩАНИЮ

МОЛОДЫХ ПИСАТЕЛЕЙ

В комиссии по подготовке и проведению совещания молодых писателей горячая пора — близится пятое совещание молодых писателей, которое проводит Союз писателей СССР совместно с ЦК ВЛКСМ. В конце марта из братских республик, областей, краев, городов нашей страны съедутся в Москву молодые литераторы...

...В работе совещания примут участие виднейшие советские писатели. Среди руководителей семинаров немало и писателей, чей путь в литературе начался с прошлых совещаний молодых.

Сегодня «Литературная газета» начинает знакомить своих читателей с творчеством участников совещания, молодых посланцев советской многонациональной литературы.

Иван МАЛОХАТКИН, шофер такси

НАШИ БУДНИ

У наших будней дух особый,

Напориста,

богата речь.

А наши выцветшие робы

Потомкам надо бы сберечь.

Да сохранить бы их такими,

Чтоб в них светились,

Как огни,

Сердца,

Сгоревшие под ними,

Дела,

что видели они.

Маргарита НОГТЕВА, педагог

КРАСНЫЙ КОНЬ

……………………………………

Конь заезженный, конь усталый,

Но под топот его и гул

Сотрясается пьедесталов

Исторический чугун.

И на фоне закатных тканей

На окраине городской

Воцаряются в мирозданье

Красный всадник и красный конь.

Важное место в создании духовных предпосылок коммунизма в воспитании нового человека Ленин отводил литературе и искусству. Общество, строящее коммунизм, глубоко заинтересовано в расцвете литературы и искусства, всех форм художественного творчества. Их общественная ценность определяется высоким художественным мастерством, идейной бескомпромиссностью и партийной страстностью в утверждении коммунистических идеалов.

Из Тезисов ЦК КПСС «К 100-летию

со дня рождения Владимира Ильича ЛЕНИНА

Статья группы писателей «Против чего выступает «Новый мир»?» опубликованная в тридцатом номере журнала «Огонек», привлекла к себе внимание советских литераторов и широкой общественности. Это и понятно. Статья затрагивает такие важные и острые вопросы идейной жизни, как необходимость усиления патриотического воспитания, дальнейшего развития славных традиций нашего общества, дружбы народов СССР. Она призывает деятелей советской литературы всюду и везде быть бдительными к проискам буржуазной идеологии, давать ей решительный бой. <...> Неужели главный редактор журнала А. Т. Твардовский, коммунисты редакции и на этот раз не задумаются над тем, почему их позиция в литературе и общественной жизни вызывает столько радости в стане антисоветчиков, почему ни один другой советский печатный орган не пользуется таким «кредитом» у буржуазных идеологов, как «Новый мир». Разве непонятно, что та же «Нью-Йорк таймс» просто пытается флиртовать с «Новым миром» и некоторыми его незадачливыми авторами?

Советская общественность знает, что это заигрывание буржуазной пропаганды с «Новым миром», идет давно. Кажется, «флирт» слишком затянулся.

Дм. ИВАНОВ. По поводу выступления «Нью-Йорк таймс»

„Мельмот-скиталец“

В душную летнюю ночь, когда вся природа вокруг застыла до утра и плотный воздух темного пространства жизни оглашается лишь шероховатым пением цикад, челночным шорохом сверчков, временным кошачьим воплем, прогулкой ежа по шуршащим листьям, глухим стуком,— яблоко — рраз — и шмякнулось на землю,— в такую ночь особенно приятно думать, мечтать, строить планы иль просто сидеть, раскачиваясь, в шезлонгах, гамаках, на качелях, мягких стульях — в саду под близкими южными звездами... прислушиваясь к далекому рокоту моря, бьющегося о свайные основания причала, куря папиросы и сигареты, после плотного ужина с шипучим вином «Бахчисарайский фонтан», 2 рубля бутылка.

— Видите ли, дело в том, что реальность пока еще действительно плохо стимулируется, или скорее даже наоборот. В связи с резкими мерами по хищению социалистической собственности, немедленным штрафом 50 рублей за любую, вынесенную с поля гроздь, на полях в этом году выращен небывалый урожай, но успех невыгоден бригадирам, ибо они уверены, что при рекордном перевыполнении плана им план на следующий год скорректируют так, что они и не охнут. Вот почему они неправильно, практически преступно ориентированы: на участок запускают якобы возчиков и действительных солдат, матросов, прикомандированных со своими грузовиками, и те вывозят виноград в больших количествах и неизвестном направлении; женщинам намекают, чтоб они уж не собирали «до последней ягодки», а быстро шли вперед, давая лишь ежедневную норму и перевыполняя ее чуть-чуть, а отнюдь не на 200—300 процентов. Если и это не помогает, если продуктов все же много, нагло давят бурты бульдозером под искусственным предлогом, будто виноград «задумался». Живо мелькают в памяти печальные кадры и страницы учебников: топят скот в море, жгут пшеницу, заливают газолином кофейные бобы. И хотя это конечно же неправильные ассоциации, потому что у нас все конечно же всегда и везде лучше, чем у них, мне кажется, что здесь виною непродуманность действий руководства совхоза, которое не смогло заинтересовать своих «рублем», отчего и вышли указанные безобразия, если они, конечно, не придуманы и не преувеличены, хотя конечно же нет: за что купил, за то и продаю. Существуют безобразия и в других сферах. Я слышал, что когда в 1967 году ............…………………………………………, то потом двое или трое ............……….., в коробках оказалась не баклажанная, а паюсная….……………………... 800—1100 в месяц .............. директор Елисеевского гастронома ........…………….........., а в банках Швейцарии тем временем ........………………...., и все это имеет такие печальные последствия для экологии пространства, когда северные реки собираются поворачивать вспять, совершенно не представляя губительных последствий этого тотального процесса. Короче, как в песне Бачурина Евгения? «...и хочешь крыльями взмахнуть, да только разведешь руками»,— сказал Николай, и все посмотрели на Лану.

— А я вот что думаю,— медленно, запинаясь, начала она.— Как получилось, что кино, это самое «стабильное» направление, вдруг совершило такой качественный скачок. Фильмы Михалкова, Балаяна, Квирикадзе, Германа, других грузинов, в частности того, который поставил «Полет воробьев над Средне-Русской возвышенностью»,— ничего подобного нет в современной прозе, нет в поэзии, на театре, в живописи — видимой части айсберга. А причину, на мой взгляд, следует искать в другом качестве управления этим видом искусства. Руководители кино, в силу его специфики и синхронного перевода тех фильмов, которые смотрятся ими на закрытых просмотрах, обладают понятием «мирового уровня», тогда как для того, чтобы прочитать книгу зарубежного коллеги, нужно, по крайней мере, знать язык, на котором она написана. «О'кей, сказал Мокей». Второе — для Руси является традиционным преувеличенное внимание к тексту. Слово и Дело Государево... Изобразительный ряд киноленты снимает эту проблему, выводит ее за скобки. Вот финал абдрашитовского «Парада планет», когда Борисов идет по Коммунальному мосту, повторяя пароль и отзыв «Кустанай-карабин». Записанное «текстом», это вызвало бы однозначное толкование и увело текст «за грань», тогда как фильм — существует, что доказывает — можно и так, ничего, не рухнули стены... И в этой терпимости, в этом взаимопонимании, заговоре — надежда, хотя, что скрывать, все очень и очень печально... И когда я думаю, кто бы смог снять «Мастера и Маргариту», где в целой совокупности были бы сплетены все линии романа, заиграли все отблески его и грани, мне на ум не приходит ни одного имени. Разве, пожалуй, кто-нибудь из совсем молодых? Или все-таки Ираклий? Как это ни парадоксально, я часто думаю в этой связи о Фасбиндере. Но он — немец, и он — тоже умер.— Лана покачала головой.

— Конечно же этот президент Р., ну что о нем говорить? Русь имеет устоявшиеся традиции, Русь, кстати, почти на 800 лет старше Америки. Русский характер не терпит определенности и чужеродного диктата. Свои — пожалуйста, чужие — ни-ни! К тому же — чудо. Хотите вы иль не хотите, можете спорить или соглашаться, но многое в российской истории замешано на чуде, и это, несомненно, запечатлелось в генах народной памяти. Сочетание знаменитого «авось» с «не выносить сор из избы», оно, вы поймете меня правильно, я не обобщаю и не утрирую, вкупе с бешеной талантливостью русского народа делает его весьма крепким орешком, о который обломано немалое количество зубов. Взлеты и падения, эти волны народного бытия, как волны моря, колеблющегося от мертвой зыби до шквального урагана. Я во многом не согласен с академиком Лихачевым, он, кабинетный ученый, слишком многое упрощает и идеализирует, но одно мне видится несомненным: при наличии твердой, четко выраженной, непосредственной, реальной, осязаемой конкретной угрозы вновь произойдет чудо. Русский народ, а я придаю слову «русский» весьма широкое значение, неплохо бы его сузить, вновь поднимется, как один. И ценою невиданных страданий выстоит и победит. Как писал поэт: «И каторжный Федька стреляет дуплетом...» Но я, как видите, далек и от тупого шапкозакидательства и от усложненной мифологизации. Я достаточно широк и не хуже вас осознаю реальность действительного бытия, но в чуде, этой частности, которая мгновенно станет превалирующей, я уверен абсолютно! Весь опыт моей жизни подсказывает мне, что я прав, прав, трижды прав! — горячо воскликнул Петр.

Алевтина сладко зажмурилась.

— Мальчики, мальчики! — пропела она. — Друзья, идемте все сейчас к морю! Я живу у моря практически всю свою жизнь, и было время, особенно в молодости, когда я практически весь день проводила около моря, ни разу не заходя в него. Это трудно представить, но это действительно так. Я нежилась под горячими солнечными лучами, думала, мечтала, строила планы, читала — как я много тогда читала! И классиков, и современную художественную, и прогрессивную зарубежную. Да, я могла в течение всего дня ни разу не зайти в море, но уж ночью — ого-го, извините! За свою жизнь я не пропустила ни одного ночного купания: мерцают звезды, ластится фосфоресцирующая вода, теплоход светящимся прямоугольником прошествует по линии горизонта, пролетит авиалайнер, светя бортовыми огнями, из степи пахнет горьким запахом полыни, и такое ощущение счастья, покоя, воли охватит все твое существо, что хочется сделать важное и полезное для Родины, что-то пьяняще кружит голову, о чем-то мечтается — ведь я родом из Ленинграда, и строгая архитектурность этого великого города до сих пор подсознательно живет во мне, несмотря на то, что мы потом оказались на Урале, где я и познакомилась с болгарином, ставшим впоследствии моим мужем. И я не жалуюсь — любо мне здесь, под нашими звездами, честно жить, трудиться в совхозе на уборке винограда, складывая его в бурты, и — любить, любить!.. И — море! Как чудно написал Борис Пастернак: «Примелькается все, лишь тебе не дано примелькаться». Идемте, а? Идемте к морю!.. Идемте все-все-все, а?

— Алевтина, ты меня извини, но сколько ты примерно зарабатываешь на уборке? — спросил Николай.

— Фильм «Лола», пожалуй, самый слабый из фильмов Фасбиндера. Но и здесь чувствуется гений, и не «сумрачный германский», а наш, скифский, «с раскосыми и жадными очами»,— сказала Лана.

— Я, к примеру, не согласен с тем пассажем Лихачева, где он радуется тому, что русские всех называют «доченька», «сынок» и так далее. Родственные взаимоотношения подразумевают нахальное всовывание своего носа в чужие дела, а я этого терпеть не могу, вы знаете,— сказал Петр.

Алевтина хохотала. Море смеялось. Герой мнителен: ему стало чудиться, что все, скрытно глядя на него, ждут какого-то его решения, поскольку он был старше их, многое испытал, везде побывал, знал многих писателей, видел Шолохова.

И тут он совершил единственный в своей жизни мужественный поступок. Он вылез из шезлонга. Стараясь ни с кем не встречаться глазами, на цыпочках прошел в дом. Застелил постель чистыми хрустящими простынями. Достал с полки книгу Чарлза Роберта Метьюрина «Мельмот-скиталец». Закурил сигарету «Золотой пляж». Лег и стал читать.

Но читал он недолго, книга выпала из его рук, так что он не слышал, когда к нему пришла жена, и обнаружил ее присутствие в постели лишь утром. Светило солнце! Здравствуй, новый день!

ГЛАВА 1970

Искомые серебряные ложечки

Рассказ богатого, но несчастного человека

Вот уж, казалось бы, проведена уже и ведется громаднейшая, титаническая работа по исправлению народа в лучшую сторону. Радио говорит, телевизор показывает, газеты пишут, писатели сочиняют стихи, но наступает вечерок и — начинается!

Вот мы и видим — отщепенец Клюквин Сережа, имея полный набор отмычек, отправляется путешествовать по чужим этажам своего родного города.

Динь-динь-динь! Позвонив предварительно в звоночек, озираясь по сторонам, Сережа проникает в пустую квартирку и включает карманный фонарик.

И осветил лучик... Осветил всю имеющуюся обстановку типовой квартиры, состоящую из типовых предметов: типового платяного шкафа, типовой деревянной кровати и других типовых предметов — книг, портрета Э. Хемингуэя, карманного магнитофона «Волна».

— «Волну»-то мы, конечно, притырим,— сказал Сережа.— Но нам бы еще немного серебряных ложечек! Мы бы тогда имели полное право считать наше дело вполне удавшимся и спокойно могли бы отправляться домой.

И вор энергично принялся разыскивать серебро, но его труды сразу же потерпели крах. Потому что с грохотом распахнулась наружная дверь и тут же захлопнулась резко. Был включен яркий свет, и на кухню резво пробежал толстоватенький человечек, одетый в хорошее пальто. Этот человек был я, а вор едва успел спрятаться в стенной шкаф, где и сел уныло среди грязного белья и других нечистых предметов.

А человек, то есть я, не зря побежал на кухню одетый. Я вынул из кармана хорошего пальто бутылку водки и еще одну — гаденького сибирского винца «Рубин». После чего уж, как водится, снял пальто, надел пижамку, шлепанцы. Вор грустно глядел через глубокую щель.

А я, редковолосый хозяин квартирки, пижамки, шлепанцев, «Рубина», сел за кухонный столик, налил полный стакан водки, выпил, отдышался, корочкой занюхал, после чего раскрыл рот и завыл.

Я выл, не произнося никаких других слов, отчего на душе у вора сделалось как-то тревожно, и Сережа погрузился в печальные раздумья по поводу издержек своей профессии.

— Это чего же! — шептал он.— Не говоря уже об физической милиции... Так ведь тут и морально... Воет, как кобель, сука! С такой работой недолго и в шизарню угодить... Господи Иисусе!

А я вытье внезапно прекратил. Погрузился в минутную задумчивость, после чего и налил себе еще стаканчик, еще выпил, еще закусил и вдруг забубнил тихонечко:

— Ой ты, жизнь ты моя, жизнь нелепая! Окончательно запутался я в вопросах секса, жизни и нравственности! Я богат, и казалось бы, что при избытке должна наступить прекрасность. Ан нет! И я вижу пред собою один лишь ужас, растерянность, страх! И зачем мне серебряные ложечки, когда нету мне от них ни помощи, ни поддержки?

Сережу очень взволновала затронутая тема, и он высунул из шкафа маленькую голову. А я продолжал:

— Казалось бы, сколько я трудился за деньги с девяти утра до шести вечера! Как тщательно остерегался я глубоких жизненных контактов! Сколько денег раздал этим проклятым бабам, лишь бы только они не запускали в меня глубокие когти и не тянули на дно, где свободный человек дышать не может, а способна жить одна лишь камбала! И все напрасно! И это оказалось тлен! Сколько я возделал пастбищ! Сколько добра накопил, а печальный результат налицо — предмет моей новой любви не только не поддается мне, а еще и дразнится, обзывая за глаза лысым и поедая с подругами по общежитию мои шоколадные конфеты! Ах! Ох! Я вижу финал своей жизни бесцельным! И я вынужден оборвать ее простым самоубийством! Где тут веревки? Где тут веревки? Где тут веревки, потому что я сейчас повешусь!

И тут вор не выдержал. У него защипало в глазах, и он полностью вылез из шкафа.

Он подошел ко мне, который положил голову на кулаки и горько рыдал. Вор погладил мое плечо. Я разлепил веки и посмотрел на Клюквина.

— Ты кто? — всхлипывая, спросил я.

— Я вор! — гордо сказал Клюквин.

— А ты зачем, брат, ко мне в хату-то залез? — плакал я.

— А чтобы ты, братка, не повесился! Жизня такая прекрасная, и куда тебе спешить? Живи, покуда тебя кто другой не повесит. А спешить нам, братка, некуда!

— А ведь ты прав, старик! Дай-ка я тебя поцелую! — Я поднял мгновенно высохшие, а оттого засиявшие глаза.— Ты прав! Лучше ждать, чем спешить! Ты прав — с тебя поллитра! Это шутка. Ха-ха-ха!

И я полез к вору целоваться. Но тут же упал, сдернув в падении клеенку с посудой и произведя тем самым невыносимый за стенкой грохот, на который соседи немедленно постучали в стенку. Дескать, утихомирьтесь, пьяницы!

Клюквин же в ответ тоже постучал. Слышим-де, знаем, больше не будем, милицию не вызывать. Это он постучал вместо меня, потому что я в это время уже неподвижно лежал на полу, увлеченный сном.

А вор пошарился в кухонном ящике и мгновенно был вознагражден, потому что сразу же нашел искомые серебряные ложечки. Он аккуратно упрятал их в баул, после чего и ушел, аккуратно притворив за собой дверь.

А мне так кажется, что он и вообще бы ничего не взял, потому что он меня очень пожалел и понял. Но вор был на работе, и ему надо было кормить семью, состоящую из жены, тещи и двух дочек, девочек-школьниц семи и одиннадцати лет. А жена у него очень строгая, и теща — зверь, и кабы он пришел домой совсем без выручки, то они свободно могли бы его отходить палкой от швабры. Это тоже нужно понимать.

Но все-таки уж, казалось бы, проведена уже и ведется громадная титаническая работа! Радио там, телевизор, писатели, но вот наступает вечерок и — начинается...

Составляющие высшую нашу гордость пятьдесят два года существования первого в мире социалистического государства — Страны Советов — как бы распахиваются ретроспективно в целый век, ибо

миру известна та историческая закономерность, которую выразил стихами Маяковский.

Коммунизма

призрак

по Европе рыскал,

уходил

и вновь

маячил в отдалении...

По всему поэтому

в глуши Симбирска

родился

обыкновенный мальчик

Ленин.

Минувший 1969 год был отмечен такими вехами исторического значения, как международное Совещание коммунистических и рабочих партий в Москве, как Третий Всесоюзный съезд колхозников. Он ознаменован эпохальными достижениями человеческого гения и мужества в космическом пространстве — полетом нашей славной «семерки», высадкой американских космонавтов на Луну.

Александр РЕКЕМЧУК, Здравствуй, семидесятый!

«Мне надоело прошлое, теперь я интересуюсь только будущим»,— так начал свое интервью известный американский политический обозреватель Уолтер Липпман корреспонденту английского еженедельника «Санди таймс». Каким же ему видится западный мир вчера, сегодня и завтра?

УПРАВЛЕНИЕ — ПОИСК — ЭКСПЕРИМЕНТ

Решения декабрьского (1969 г.) Пленума ЦК партии, сессии Верховного Совета СССР, выводы и задачи, изложенные в выступлении на Пленуме Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева, находят единодушное одобрение на пленумах партийных комитетов, на собраниях партийного актива в республиках, краях и областях. Партия подчеркивает, что одна из важнейших задач сегодня — совершенствование организации и управления производством, неуклонное повышение его эффективности.

По-современному управлять — это значит опираться на науку, в том числе на глубоко научную проверку новых методов хозяйствования. Вот почему в наши дни так возросла роль экономических экспериментов. Они ведут начало еще с той поры, когда во главе партии и государства стоял В. И. Ленин. Он придавал этим экспериментам значение мощного социального ускорителя, важного инструмента плановой экономики.

В печати часто встречаются такие слова, как «Донетчина», «Курщина», «Московщина». Соответствуют ли они нормам современного русского языка?

Курск В. СОСНОВ, врач

УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

О НАГРАЖДЕНИИ ПИСАТЕЛЯ ИСАНБЕТОВА Н. С.

(НАКИ ИСАНБЕТА) ОРДЕНОМ ТРУДОВОГО КРАСНОГО

ЗНАМЕНИ

За заслуги в развитии советской литературы и в связи с семидесятилетием со дня рождения наградить писателя ИСАНБЕТОВА НАКИ СИРАЗИЕВИЧА (НАКИ ИСАНБЕТА) орденом ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР

Н. ПОДГОРНЫЙ

Секретарь Президиума Верховного Совета СССР

М. Георгадзе

МОСКВА. Кремль

16 января 1970 г.

ПРОВАЛ КОНТРРЕВОЛЮЦИОННОГО ВЫСТУПЛЕНИЯ

Утро 21 августа в Праге не предвещало драматических событий. Да, в некоторых районах трамваи, автобусы и троллейбусы шли пустые, а по тротуарам двигалась плотная вереница пешеходов...

...Таков бесславный конец провокаторов.

Радослав ЧЕРМАК. Август шестьдесят девятого.

Нам приходилось не раз слышать восторженные отзывы югославских друзей о размахе жилищного строительства в Советском Союзе. Да об этом практически говорят все, кто побывал в нашей стране. А вот Марович задался иной целью — доказать «провал» планов жилищного строительства. К этому и сводится смысл статьи. И характерно, что он назвал ее так: «Мечты и действительность».

Б. СВЕТОВ. Миодраг Марович ищет сенсации

ПАНОРАМА ЛИТЕРАТУРЫ ГОДА

На пленуме комиссии по критике и литературоведению правления Союза писателей РСФСР.

Хорошим вкладом в Лениниану, по мнению участников пленума, стали очерки М. Шагинян; добрые слова сказаны были о рассказах С. Алексеева, Л. Радищева, В. Тельпугова, о «Моей поэме» Р. Солнцева.

Ю. Андреев

О РОМАНЕ ВСЕВОЛОДА КОЧЕТОВА

«ЧЕГО ЖЕ ТЫ ХОЧЕШЬ?»

...Порция Браун делает главной ареной антисоветской пропаганды... собственную постель. Именно там она внушает своим «объектам» всевозможные «фрондерские» сюжеты. Но это еще не все. Оказывается, все та же Порция Браун может с помощью разного рода зарубежных «голосов» воздействовать на планы советских книгоиздательств (!).

...Удивительно, но в социальном романе В. Кочетова, посвященном советской действительности, ничего не говорится о ведущей и организующей роли партии в жизни нашего общества! И именно авторским стремлением как-то прикрыть это поразительное зиянье и вызвана гипертрофия образа Булатова и возложенных на него функций. Неправда жизни повела к неправде художественной.

Волна секса или, вернее, спекуляции на сексе, захлестнувшая Запад, давно уже приучила к зрелищам любого рода.

Жизнь опровергла «пророчества» тех зарубежных экономистов, которые пытались представить реформу в нашей стране, как «возврат к капиталистическим методам хозяйствования», «отказ от планирования» и тому подобное.

А. БИРМАН

ВИКТОР НЕКРАСОВ

Мне повезло — в живых остались многие мои фронтовые друзья. Ваня Фищенко (он же Чумак из повести «В окопах Сталинграда») живет сейчас в Червонограде, работает на шахтах; Николай Страмцов — он все еще военный; Николай Митясов (не путайте с героем повести «В родном городе») тоже все еще носит погоны; Толя Кучин (он же Лисогор из «Окопов») живет под Москвой; начарт Половнев — в далекой Сибири; Лазарь Бречко, начфин (тоже персонаж «Окопов»), которого все звали почему-то, несмотря на его хрупкую комплекцию, Лазарищем,— этот совсем далеко забрался, на Дальний Восток...

ГНЕВ НАРОДНЫЙ.

СОВЕТСКИЕ

ЛЮДИ ЕДИНОДУШНО

ОСУЖДАЮТ ИЗРАИЛЬСКИХ

ПРОВОКАТОРОВ, ТРЕБУЮТ

ПРЕКРАТИТЬ АГРЕССИЮ

ПРОТИВ АРАБСКИХ

НАРОДОВ

СЕРГЕЙ МИХАЛКОВ

«Исключительное чувство национальности никогда до добра не доводит...» — писал А. Герцен.

Израильские экстремисты теряют человеческий облик и действиями своими воскрешают в памяти человечества чудовищные картины фашистского насилия над гражданским населением.

Героизм нашего времени, времени мирного социалистического созидания,— это в первую очередь героизм гражданского мужества, гражданской честности, того развитого нравственного самосознания, когда человек и в самых трудных условиях ни слова не возьмет на веру, ни слова не скажет против совести, не побоится никакой борьбы для достижения серьезно поставленной высокой гражданской цели.

Ф. КУЗНЕЦОВ

Некоторые люди пытались втолковывать мне, что причин не надо доискиваться, что тут-де извечная склонность, неотвратимый процесс, старый скифский порок... Но я встретил и других собеседников. По их мнению, молодежь не потому нынче пьет, что ей передали это вместе с генами предки, а оттого, что водка навязывается.

В. ПОМЕРАНЦЕВ

...Пластики и синтетическая пленка вытесняют бумагу. Упаковка товаров стала необычайно прочной. Выброшенная, она не размокает и не гниет, а устилает обширные площади — лесные поляны, пляжи, биваки туристов. Начало этого явления можно заметить и у нас в загородных местах, на курортах. Что делать со стойкими упаковочными материалами, никто не знает. Если их жечь, то над городом вечно будут стоять тучи удушливой вони.

Д. АРМАНД

И тут следует атака. Эд. Браун безапелляционным тоном заявляет:

— Мне трудно заставить студентов читать многих ваших писателей,— Браун довольно долго перечисляет имена, уважаемые и любимые в нашей стране.— Я их даю читать студентам в качестве наказания.

Я. ЗАСУРСКИЙ, О. ПРУДКОВ

Книги Ильи Дубинского-Мухадзе о замечательных революционерах, сподвижниках Ленина — Ное Буачидзе, Серго Орджоникидзе, Степане Шаумяне — хорошо известны читающей публике.

Прошло около года после опубликования статьи «Эксперимент в Акчи», но читательский интерес к происходящему в совхозе эксперименту по совершенствованию организации и оплаты труда не угас.

Когда героя «Ады», набоковского двойника, спрашивают, говорит ли он по-русски, он отвечает: «Неохотно, но совершенно свободно». С обложки последней книжки американца Владимира Набокова глядит усталый человек, исписавший не одну тысячу страниц на разных языках. Глаза его смотрят равнодушно. Ловец слов, он находил и терял читателей и все-таки остался одинок. Такова участь писателя, лишенного корней, отвернувшегося от великих традиций русской литературы.

Всю жизнь быть, в сущности, перекати-полем, прислуживать, давать антисоветские интервью белогвардейским газетенкам, приспосабливаться к чужим нравам и вкусам и еще пытаться сохранить независимый, барственный вид! Жалкий удел!

А. ЧЕРНЫШЕВ, В. ПРОНИН

То, что в те далекие годы было только давней мечтой, стало сегодняшней явью.

Быть может, стоило бы в виде эксперимента начать производство двадцати- или тридцатиградусной водки. Ведь нигде не сказано и ничем не доказано, что человеческому организму больше всего показана сорокаградусная. Кстати, в 1921 году выпуск вина крепостью свыше двадцати градусов был законом запрещен. Одним из средств борьбы против дальнейшего пополнения рядов алкоголиков явилось бы расширение производства легких вин.

Среди произведений самого последнего времени мое внимание привлекли «Три минуты молчания» Г. Владимова. Но главный герой далек от типического характера современного рабочего. Он только начинает задумываться о своем месте в жизни, о своей ответственности перед нею. Он только начинает чувствовать вкус коллективного труда, но не в состоянии осознать общественной значимости рабочего человека.

Анатолий НИКУЛЬКОВ

Элвис Пресли сохранил свою раскачивающуюся походку. Он подпрыгивает во время выступлений, как шофер в джипе, мчащемся по проселочной дороге. Глядя на его самоуверенную усмешку, сразу вспоминаешь, что его «фабрика» работает с прибылью в миллионы долларов.

Тони ПАЛМЕР

«Литературная газета» уже рассказывала о суде в Варшаве над группой политических диверсантов, шпионов и предателей (см. «ЛГ», № 8), ныне процесс закончился. Изменники получили по заслугам. Но перед тем как суд удалился для вынесения приговора, обвиняемым в соответствии с процессуальными нормами было предоставлено последнее слово. При этом некоторые утверждали, что они не совершили преступлений, а лишь «выражали свои политические взгляды». А за взгляды, как известно, не судят.

Но напрасно прикидывались они «пострадавшими за убеждения». Их судили за весьма и весьма конкретные преступные действия.

...Поэтому крайнее удивление вызывает повесть Аркадия и Бориса Стругацких «Второе нашествие марсиан». В этом фантастическом произведении авторы почему-то в качестве мишени для насмешек, сарказма, иронии избрали такое святое чувство, как патриотизм. Вот что можно прочесть в повести: «Этот Полифем жить не может без патриотизма. Без ноги он жить может, а вот без патриотизма у него не получается...»

...Отрадно отметить, что в самые последние годы одна за другой появляются и повести, и романы, и военные мемуары, где их авторы в своих художественных и публицистических исследованиях опираются на исторические факты и документы,— это явилось естественной реакцией на обозначившийся было в конце пятидесятых и начале шестидесятых годов субъективизм.

III съезд писателей РСФСР.

Доклад Михаила АЛЕКСЕЕВА

Сергеи Васильев путешествовал по Америке и вместе с художником Абрамовым создал оригинальную книгу об этой далекой стране. Он не ездил туда с разоблачительными целями, но то, что стоило разоблачить, он разоблачил...

...Примером такой суетности, ослабляющей стихи талантливого поэта, может служить его стихотворение «На красном снегу уссурийском». Описав трагическую смерть нашего солдата, рухнувшего на снег, поэт начинает перечислять то, чего хотели бы маоисты: изъять Пушкина и Шевченко, заставить наших девушек таскать гранит для памятников Кормчему и многое другое. Это принимаешь. Но когда появляются имена нынешних поэтов, например Кулиева, Смелякова, книги которых могут затоптать копыта, Булата, на гитаре, которого могут порвать струны, это уже отдает бестактностью. Евтушенко ставит известных поэтов в неловкое положение...

...Не менее вредна таким стихам и ложная претензия на философию, которую можно найти в стихах способного молодого поэта из Красноярска Романа Солнцева:

В раскрытом окне деревья

Мерцали голыми сучьями.

Я думал: а вдруг это корни?

А то, что все мы считаем за корни,— так это ветки...

III съезд писателей РСФСР.

Доклад Василия ФЕДОРОВА

НОВЫЙ РАСИЗМ

Британский ученый Френсис Крик предложил правительствам всего мира ограничить рождаемость путем добавления в пищу особых веществ (сделано исключение лишь для небольшого круга лиц).

Казалось бы, покончив раз и навсегда с художественной литературой, «культурная революция» избавила маоистов от всех проблем в этой области. Но, оказывается, борьба еще не закончена. Время от времени на страницах пекинских газет появляются разносные статьи, направленные против давно поверженных и неизвестно где пребывающих китайских писателей и их произведений.

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ПЕТЕРОМ ВАЙСОМ?

Лев ГИНЗБУРГ

Самое неясное место в биографии Джека Лондона — обстоятельства его смерти. Вот уже более полувека ее причины вызывают разногласие между биографами и литературоведами.

Коммунистом можно стать лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество.

В. И. ЛЕНИН

«Опыт записи летнего сна», который напечатан под рубрикой «Ироническая проза», можно было бы принять за неудачную, неуместную шутку, если бы не некоторые сентенции, в которых, судя по всему, и концентрируется «идейный заряд» данного опуса.

Некая «глазасто-огневая, стремительно-вальяжная особа» возглашает: «Хе-хо-ху-ха, семейство человечье, по сути лишь мицелий грибовидный, слой тонкой плесени, откуда на поверхность являются персоны-однодневки, и если в суп они не попадутся, то отмирают сами по себе».

Г. ФИЛИППОВ

— Есть у нас задумка,— говорит Чмыхало,— провести в июне совещание молодых писателей Красноярского края. И провести его у вас, в Дивногорске. Пригласим руководить семинарами известных писателей: пусть у каждого из них будет по два-три «студента». И ведущей темой совещания будет тема рабочего класса.

Борис ЗЕРНОВ. Дорога показана!..

Предъюбилейный репортаж с Красноярской ГЭС

Недавно вышла из печати новая книга Роже Гароди, претенциозно названная «Вся правда». Кто же не мечтает узнать о чем-либо всю правду? Однако даже при поверхностном прочтении ее ясно, что заглавие обманывает.

«Руде право» (ЧССР)

КАКОЕ МЕСТО В МИРЕ

ЗАЙМЕТ КИТАЙ?

Рабочий класс — ведущая сила в борьбе за коммунизм. Но книжек о нем еще мало.

Т. Н. НИКОЛАЕВА, секретарь ВЦСПС

Лауреаты конкурса произведений о рабочем классе. Слева направо: А. Блинов, В. Попов, М. Бубеннов, Г. Коновалов, П. Лебеденко, С. Антонов, Я. Мустафин, В. Собко.

Фото М. ТРАХМАНА

Посылаю вам вырезки из немецкого журнала «Вохенпост», который я получаю. Как вы сами видите, это объявления людей, которые хотят жениться, выйти замуж или просто познакомиться. Такие необычные для нас объявления печатаются в этом журнале, выходящем в ГДР, буквально в каждом номере. Интересно, приносят ли они пользу?

Ленинград К. САВЕЛЬЕВ

Одно из главных средств ускорения научно-технического прогресса — создание и широкое внедрение вычислительных машин. Хорошо известно, как много внимания уделяется этой проблеме в нашей стране. Несколько «поколений» электронных помощников человека появилось на свет за последние десятилетия. Скоро не останется ни одной области, к которой компьютеры не приложили бы свои «руки», а вернее — свой сухой и бесстрастный, пока не очень широкий и гибкий, но зато проворный и точный «интеллект».

ЗА КУЛИСАМИ ФАКТА. «БЫВШИЕ» ЛИШАЮТСЯ ПРИВИЛЕГИЙ

Правительство Индии, как известно, внесло в парламент страны законопроект об отмене пенсий и всех привилегий бывшим правителям индийских княжеств.

Н. АЛОВ

ВОПРОС. В августе 1968 года вы протестовали против извращения английской печатью фактов интернациональной помощи, оказанной странами Варшавского Договора Чехословакии. Ваше письмо было напечатано в московской «Правде», но чехословацкая печать тогда игнорировала его. Только совсем недавно оно было опубликовано в пражском еженедельнике «Трибуна». Изменились ли за истекшие два года ваши взгляды?

ОТВЕТ. События августа 1968 года в душе людей оставили противоречивый след. В тот раз я заявил, что в результате августовских событий я лишился нескольких друзей. Спустя два года с некоторыми из них я снова установил теплые отношения и даже нашел новых друзей, так-как события в Чехословакии раскрыли глаза многим.

Интервью Джеймса ОЛДРИДЖА корреспонденту газеты

«Руде право» Душану Ровенскому

В «Литературной газете» (№ 9, 1970 г.) были опубликованы статьи экологов, в которых рассказывалось об угрозе, нависшей над Землей. Отравляются вода и воздух, уничтожены сотни видов живых существ, лес исчезает, эрозия охватила почвы. Бытовые и промышленные отходы засоряют жизненное пространство планеты.

...Москва — самая заботливая по отношению к природе столица в мире. Так и должно быть. Так и будет.

Беседу вел специальный корреспондент

«Литературной газеты» В. ТРАВИНСКИЙ

УЧЕНЫЕ ПРЕДУПРЕЖДАЮТ:

БИОСФЕРА В ОПАСНОСТИ

Гремит «Славься...» Глинки. Под сводами древнего собора, навеявшего Пушкину мотивы «Бориса Годунова», чисто и молодо звучит голос Ивана Семеновича Козловского, ведя за собою звонкие голоса хора Псковского культурно-просветительного училища.

Вот он, истинный праздник Пушкина,— праздник пушкинского духа, пушкинской ясности, чистоты, вдохновенья...

А после торжественной скорби Успенского собора — солнечная звучность поэтического празднества на Михайловской поляне, буйство красок, неуемное веселье, ярмарочная пестрота пушкинских именин. Подлинно народное веселье! И стихи, стихи — Пушкина и о Пушкине. На множестве языков нашей страны и мира.

Мгновенно исчезают с лотков книжного развала книги Пушкина и томики стихов советских поэтов, милые пушкинские сувениры...

Полтораста тысяч человек, празднующих день рождения великого поэта,— это чудо совершенства, творение его гения. Чудо нашей жизни...

Славься, Пушкин!

В. ИШИМОВ, К. СЕРЕБРЯКОВ, Л. ТОКАРЕВ

...Поехал за валежником в лес — стоп. Нельзя — чужое — графа Орлова. Стал рыбу ловить на озере. Запрещено. Озеро — чужое. Траву пошел косить — дай за нее деньги — она кулака Крупнова. Выгнал коровенку в луга — плати штраф. И луга — чужие. Живет в России человек и считается русским, а все для него — чужое.

И власть была чужая. Своим для нас были только хата, кобыла и плетень. И вот теперь крестьянин называет своим все, что вмещается в границы государства, что создано человеческим духом и человеческими руками, ощущает это как свое собственное. Социализм, таким образом, означает конец расточению всеобщего богатства и злоупотреблению им.

Николай КОЧИН

Война во Вьетнаме представляет большую опасность для самой Америки, нежели для маленькой азиатской страны, которую она пытается уничтожить.

Поль ДЖОНСОН, английский журналист

В Дармштадте, во время конгресса филологов-германистов, когда почтенные мужи и благопристойные дамы чинно внимали докладчикам, вещавшим кто о суффиксах в средневековом списке песни о короле Ротере, кто о цветовой гамме в поэзии Новалиса, а кто об иронических нюансах сослагательного наклонения у Томаса Манна и Музиля,— елейную академическую тишину вдруг разорвал дикий хохот и визг: по залу на подвязанной к балкону веревке пронеслась совершенно голая девица, повергшая собравшихся в смущение и негодование.

Ю. АРХИПОВ. Хэппенинг: оружие в

борьбе, или триумф абсурда

Читая и перечитывая книгу, я думал о многом. О том, что едва ли не первые правдивые книги за рубежом, посвященные молодой Советской России, принадлежали американцам — Джону Риду, Луизе Брайант, Альберту Рису Вильямсу, Бесси Битти. О том, какие вдохновенные строки посвятили рождению нового мира — СССР — Стеффенс, Франк, Драйзер, Колдуэлл. О том, в каком тупике оказались Дос-Пассос и Стейнбек, когда перестали вглядываться в демократические дали.

Г. ЗЛОБИН. В плену предвзятости. Заметки о «заметках» Артура Миллера

Думается, однако, что «переломная» книга «Тень звука» явится для поэта не только переломом, но и перевалом.

Валерий ДЕМЕНТЬЕВ. «Освежи мне язык, современная муза».

Заметки о книге Андрея Вознесенского «Тень звука»

УВЕЛИЧЕНИЕ

ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТИ

ЖИЗНИ, А ТАКЖЕ НЕКОТОРОЕ

СНИЖЕНИЕ РОЖДАЕМОСТИ

ПРИВЕЛИ К ТОМУ,ЧТО

НАСЕЛЕНИЕ СТРАНЫ СТАЛО

СТАРШЕ — В НЕМ

УВЕЛИЧИЛАСЬ ДОЛЯ

ПОЖИЛЫХ ЛЮДЕЙ, В СВЯЗИ

С ЭТИМ У ОБЩЕСТВА

ВОЗНИКАЕТ МНОГО НОВЫХ

ПРОБЛЕМ

ПОЧЕМУ АЛЕКСАНДР ДУБЧЕК

БЫЛ ИСКЛЮЧЕН

ИЗ РЯДОВ КПЧ?

...Нельзя было не видеть кризисные явления, но новотновское руководство партии, скорее, закрывало перед ними глаза, не устраняло их и вместо решения назревавших проблем в целом ряде случаев прибегало к демонстративным, ничего не означающим жестам.

Недовольство в партии и обществе нарастало. Январь 1968 года был необходим, неизбежен.

Между тем еще до января 1968 года было ясно, что между людьми, подвергавшими критике новотновское руководство партии, существовало качественное различие: образовалось два течения, каждое из которых преследовало иные цели.

Итак, литературное наследство знаменитого советского экономиста обогатилось «посмертным» текстом, яро антисоветским, оригинал которого находится неизвестно где. В отличие от Фомы Аквинского, Гароди не понадобилось «увидеть, чтобы поверить», для него оказалось достаточно «машинописного экземпляра».

О так называемом завещании Варги.

Завещание Варги (с предисловие Гароди) — фальшивка

Американский писатель Филип