/ Language: Русский / Genre:sf,

Князь Грязи

Елена Прокофьева


Прокофьев Елен & Енин Ттьян

Князь грязи

Елен ПРОКОФЬЕВА и Ттьян ЕНИНА

КНЯЗЬ ГРЯЗИ

ПРОЛОГ

ГОЛОВА В ХОЛОДИЛЬНИКЕ

Я не зню, в ккой момент своей убогой биогрфии я вдруг стл одним из действующих лиц этой гнусной, жуткой и грязной истории.

В тот день, когд я обнружил в холодильнике отрубленную голову своего муж?

В тот день, когд в нищенке, побирвшейся в подземном переходе н стнции Проспект Мир, я узнл дочь моего муж ( его дочь от первого брк, знчит - мою пдчерицу ), четыре год нзд похищенную, пропвшую без вести и считвшуюся погибшей?

Или же - когд я принял безумное решение выйти з Андрея змуж?

Не зню...

Нверное, косвенно учствовть в этой истории я действительно стл со дня свдьбы, но непосредственно соприкоснулсь и осознл весь ужс ситуции только в тот день, когд обнружил голову Андрея в холодильнике.

Это было нстолько неприятно, что срзу вышвырнуло меня из мир фнтзий и я окзлсь в рельности... В стрнной и стршной рельности, больше похожей н фильм ужсов, и в эту рельность мне окзлось куд сложнее поверить, нежели во все свои безумные фнтзии.

Было тк...

Поскольку моя пдчериц Ольг в свои десять лет не умел ни читть, ни писть, для полнейшей ребилитции после пережитого ее необходимо было отдть в школу, причем, по возможности, в клсс, соответствующий ее возрсту, мой муж Андрей, с которым я к тому времени рзвелсь почти, но еще не окончтельно, ншел для Ольги репетитор: очень милую струшку, бывшую учительницу нчльных клссов - ее порекомендовли нм, кк человек, имеющего опыт в общении с трудными детьми. А Ольг, при всей своей внешней покорности, был очень трудным ребенком, и человек, лишенный соответствующего опыт, не спрвился бы с ней, будь он дже выдющийся педгог. А струшк - спрвлялсь, д тк, что з две недели знятий Ольг не только выучил збуку, но и нучилсь читть простейшие тексты. Мы с Андреем нрдовться не могли н милейшую Лилию Михйловну, и я возил к ней Ольгу кждый день, кк в школу, к восьми тридцти утр, и отсиживл н дивне с книжкой время четырех уроков по сорок пять минут, плюс десятиминутные перемены, проводимые Ольгой н кухне Лилии Михйловны, з чшкой чя.

Тк вот, в тот день я тк же повезл Ольгу к Лилии Михйловне, и отсидел н дивне с книжкой - я кк рз в очередной ( восьмой ) рз перечитывл "Влькирию" боготворимой мною Мрии Семеновой - потом, н обртном пути, я купил дв десятк яиц и полтор кило очень хороших копченых срделек, и, войдя в квртиру, поспешил к холодильнику, чтобы переложить яйц из нендежной сеточки в судок...

В холодильнике лежл отрублення голов.

Голов моего муж Андрея.

Моего муж и отц Ольги...

Лежл н большом блюде из нглийского столового сервиз и стрдльчески склилсь...

Крови почти не было. Дже стрнно... Ткой ккуртный крсный срез! Чуть нискось... Черные сгустки н срезх сосудов...

Я зхлопнул холодильник.

Нверное, мне следовло бы звизжть, кк визжт в тких ситуциях героини мерикнских триллеров. Но в коридоре стоял Ольг. Ольг, которой только недвно исполнилось десять лет, Ольг, которя и тк пережил достточно, и не к чему ей было дергться от моего визг и лицезреть отрезнную голову отц... Отц, которого он почти не помнил, но к которому уже нчл привыкть... Д и вообще - незчем ребенку видеть отрубленную голову, кому бы эт голов не приндлежл до того, кк ее отделили от тел!

Я зхлопнул холодильник и вышл в коридор, вместе с яйцми в нендежной сеточке и срделькми в кпроновой сумке.

Предствляю, ккое выржение было в тот момент н моем лице... И, глвное, цвет! Цвет моего лиц нверняк оствлял желть лучшего. Я не любил Андрея, много рз мне смой хотелось убить его, но голов в холодильнике, н блюде из столового сервиз - это уж слишком!

Но Ольг, кзлось, ничуть не удивилсь моей бледности и выржению ужс н моем лице. Дже нпротив - он словно ждл чего-то подобного... Он словно знл, ЧТО я только что обнружил в холодильнике...

Ольг серьезно посмотрел н меня своими громдными холодными глзми, и улыбнулсь! Улыбнулсь торжествующе и гордо!

И пошл в свою комнту...

А я остлсь стоять в коридоре, с яйцми в сеточке и срделькми в сумке, ошеломлення, нпугння, недоумевющя...

Д, Ольг очень трудный ребенок! При всей своей внешней покорности...

Првд, должн признть: мое учстие в этой истории огрничивлось тем, что я боялсь, волновлсь, переживл, делл глупости, попдл в зтруднительные ситуции и нвлекл неприятности н головы всех, кто окружл меня в этот период.

Тк что вряд ли меня можно нзвть ГЕРОИНЕЙ этой истории. Я был просто действующим лицом. ГЕРОЯМИ были другие.

И я хочу срзу же предупредить: мло кто решится ПОВЕРИТЬ в эту историю.

Потому что в обыденном предствлении обычных людей БОМЖ - то есть лицо без определенного мест жительств - полностью деклссировнный элемент и просто НЕ МОЖЕТ состоять ни в ккой секте, НЕ МОЖЕТ подчиняться никким зконм, НЕ ДОЛЖЕН поклоняться никкому Богу! БОМЖ существует вне зкон, питется со свлки - испорченными продуктми, изъятыми со склдов, если, конечно, успевет выхвтить эти продукты из-под колес упрессовывющего их бульдозер - одевется в то, что нйдет в помойке или снимет с припозднившегося прохожего, д и вообще - БОМЖи живут, кк туристы, кочуя с мест н место, из город в город, сношясь, рожя и умиря по пути... Ккя уж тут сект!

А уж если сект нзывется Империей, если внутри этой секты существуют определенные иеррхические порядки и дже обряды... А Бог зовется Вельзевулом, Бл-Зеббулом, Бл-Зебубом, Повелителем Мух...

Вы скжете: "Прочитю еще полторы стрницы этого бред - и брошу!"

И, скорее всего, вы будете совершенно не првы...

И, в общем-то, нет у меня прв дже н то, чтобы зписывть эту историю. Потому что очень многого я до сих пор не понимю! Д не стремлюсь понимть. Потому что - стршно.

Потому что, хотя эт история имел некий финл, н смом-то деле ничего не кончилось...

ЧАСТЬ 1

"Миллирды гдких и отвртительных крыс всевозможных рзновидностей ежеминутно снуют, жрут и чвкют н свлкх и помойкх.

Триллионы мерзких, скользких, тошнотворных червяков и опрышей ведут оживленную возню в почве и в мертвой плоти, зрытой в ней.

Сотни тысяч вонючих больных бомжей "озонируют" воздух в городх и поселкх.

Бесчисленное множество лкоголиков и нркомнов ежесекундно пдют лицом об сфльт и прочую твердь.

Трист шестьдесят пять рз в году туго всходит и стремительно зходит солнце.

Это плнет Земля!

Единствення плнет во Вселенной, где читют "Хронику происшествий"!!!"

"Московский комсомолец"

("Хроник происшествий")

Глв 1

НАСТЯ

В тот день, 28 вгуст 1996 год, я сообщил мме о том, что собирюсь рзвестись с Андреем.

Решиться н это мне было нелегко... Я хочу скзть, что нелегко мне было не принять решение о рзводе - я принял его для себя нс следующее же утро после свдьбы, я с смого нчл знл, что когд-нибудь рзведусь с Андреем, что я не смогу жить с ним, что я не буду с ним счстливой - нет, трудно мне было скзть об этом мме.

Ведь мме нрвился Андрей. Всегд нрвился, с смой первой встречи, когд он скзл с тоскливым вздохом: "Вот бы тебе ткого муж!"

Нверное, мме нрвился Андрей, потому что он его совершенно не знл. Не знл его - нстоящего. Не видел пустоты з привлектельной оболочкой молодого, крсивого, сильного "дельц", способного зрботть, пожлуй, при любой влсти и при любом госудрственном строе, способного обеспечить своей семье зщищенность от всех жизненных неурядиц и беспечное существовние... Д, пожлуй, Андрей мог зщитить меня от всего н свете, от всего, кроме смого себя. А мм считл, что во всех конфликтх с Андреем виновт я и только я. Он знл, что я не любил Андрея, когд выходил з него змуж. Он считл, что это долг женщины - устновить в семье мир и добрые взимоотношения. Приручить мужчину и зствить его достойно служить жене и детям. Сделть тк, чтобы ему было приятно возврщться домой вечерми. Чтобы он постоянно чувствовл себя "смым-смым-смым". Чтобы он нуждлся в своей жене - стть для него необходимой и незменимой! - стть единственной, но не в ромнтическом, в чисто житейском смысле. А если это не получется - знчит, см виновт. Мм считет, что во всех семейных неурядицх виновты женщины. Глупые, ленивые женщины. Ведь семейня жизнь - это тоже труд... И по труду бывет вознгрждение!

Мм считл, что единственное счстье для женщины, это - муж, по прочности и ндежности нпоминющий пресловутую "кменную стену", и - пр упитнных розовощеких млюток. И - не рботть! Знимться воспитнием детей... Кк будто это - смое интересное в жизни... Мм нстоял, чтобы я получил высшее обрзовние, потому что "тк принято в хороших интеллигентных семьях - тких, кк нш семья", но мм не хотел, чтобы я рботл. Потому что см он никогд не получл удовольствия от рботы, он рботл дже не для зрботк ( отец всегд хорошо зрбтывл ), но для сохрнения репутции умной, ктивной интеллигентной женщины потому что "тк было принято" в те времен, теперь - это длеко не тк уж обязтельно, и дже нпротив...

Он мечтл, чтобы я хорошо вышл змуж.

И ей нрвился Андрей... Нверное, потому что он его не знл, не желл знть, не видел его сущности, не желл видеть, ведь он был уверен, что любя женщин сможет изменить и подчинить себе любого мужчину, если зхочет кк следует, изменить, действуя вкрдчиво, лской и бесконечными похвлми, кк "кпля кмень точит". Если зхотеть кк следует - можно всего добиться. Мм не понимл, почему же я не хочу!

Ведь мы с Андреем - ткя великолепня пр! Тк хорошо смотримся вместе! Все знкомые звидуют... Все женщины бросют н него искос исполненные томного вожделения взгляды... Андрей - высокий, сттный, широкоплечий, с упругими мускулми - почему, интересно, все женщины, дже моя мм, тк помешны н мускулх? Ведь в нше время физическя сил - длеко не глвное... Андрей - еще молодой, но уже достточно зрелый мужчин, был жент, но, к счстью, не рзведенец, вдовец, очень обеспечен и очень перспективен. Что я еще могл желть? Чего еще я вообще желть осмеливлсь?!! Я вышл з него змуж и у меня срзу появилсь роскошня квртир, бриллинты, вечерние плтья, соболья шуб и своя мшин, которую я, првд, боялсь водить, потому ездил в метро, в метро я боялсь ндевть соболью шубу и бриллинты, потому - в них я появлялсь только в гостях. У ммы.

И - у омерзительных, тошнотворных, тупоголовых друзей Андрея, чьи жены, тк же одетые в шубы и укршенные бриллинтми, едв ли зкончили среднюю школу, не могли связть двух слов, громко чвкли з столом, но при этом смотрели н окружющий мир с неизменной брезгливостью, считя, что именно брезгливость во взгляде и кисло скривленный, густо нпомженный рот являются несомненными признкми приндлежности к высшему свету. И с этими женщинми я должн был общться!

Д, вот еще: з год семейной жизни я двжды побывл н Кнрх! И тм те же друзья и те же жены, и - не было дже отдушины в виде московских моих друзей, в чьих нищих квртиркх я нходил иногд прибежище и отдохновение... А мм не желл понять, от чего я бегу и почему я столь эгоистичн, что думю только о своем душевном блгополучии и не збочусь о физическом блгополучии будущего ребенк. "Ребенку нужны витмины. У ребенк должен быть пельсин. Причем кждый день. Ты сможешь зрботть ребенку н пельсин? Сомневюсь! А потому, твоя рбот - удчно выйти змуж! И сделть тк, чтобы муж тебя любил!"

И я вышл змуж з Андрея.

Ему было тридцть три год, мне - двдцть шесть.

Мы были знкомы полтор год. Кжется, он был в меня влюблен... А мне он кзлся смым подходящим изо всех претендентов. Во-первых, он нрвился моей мме! А во-вторых, тргедия, произошедшя с его первой женой и ребенком, окружл его личность неким ромнтическим ореолом. А я отношусь к тем женщинм, которые, подобно шекспировской Дездемоне, могут "з муки полюбить"!

...И кк же ликовл моя мм, когд я все-тки это сделл: удчно вышл змуж, вышл змуж з Андрея! Ей все время хотелось, чтобы я докзл всему миру, прежде всего - ее знкомым, что я - "не хуже других". И - все никк не получлось... Дочери ее знкомых с первого рз поступли в МГУ и ИнЯз. Я же со второго в здрипнный педгогический.

Дочери ее знкомых после институт быстро делли крьеру и получли много денег. Я же после окончния институт пристроилсь рботть в гзету, где было очень интересно, но плтили мло и крйне нерегулярно. Кк же измучилсь бедня моя мм! Ей АБСОЛЮТНО нечем было похвстться! Внешность у меня смя обыкновення... Првд, дочери ее знкомых тоже крсотой не блещут, но у них хотя бы были влиятельные любовники, я - все ждл чего-то или кого-то, рискуя остться строй девой. Был у ммы крткий миг торжеств, когд я нписл и опубликовл книгу - повесть-скзку для детей среднего школьного возрст, двести сорок стрниц мшинописного текст, сплошных принцесс, дрконов, воинов, мгов и прочих эльфов с гоблинми... Мне дже зплтили з эту книжку 500 доллров! Очень мло, конечно, я и см понимю... Но я ведь длеко не гений! Не Астрид Линдгрен, не Тувве Янсен и уж тем более - не Толкиен! Д и других предложений печтться не было, нционльным бестселлером книг, кк вы понимете, не стл, другие повести-скзки легли мертвым грузом н дно нижнего ящик моего письменного стол. Тк что книг не могл стть нстоящим докзтельством того, что я "не хуже других"! А вот брк мой с Андреем мог стть именно тким докзтельством. И стл им, когд я вышл-тки змуж, повинуясь ммочкиному понукнию... Ведь ни одн из дочерей мминых знкомых не был змужем! Все жили во грехе. И теперь мм могл говорить, что для нее в воспитнии дочери глвным было - морль и нрвственность. И, в результте этого воспитния, дочь, будучи непорочной девой в двдцть шесть лет, сделл блестящую пртию и переехл жить в роскошную квртиру ( в новом кирпичном доме с подземным гржом - ткие дом только недвно нчли строить для новых русских! специльно для тких, кк Андрей ). Мм очень гордилсь моей удчей, чсто фотогрфировл нс с Андреем в ншей новой квртире и покзывл фотогрфии своим знкомым. И, если я и был счстлив в брке, то только тогд, когд видел, кк довольн мною моя мм.

Нш рзвод окзлся стршным удром для нее.

И мне было нелегко решиться сообщить ей...

Но я решилсь.

...Лучше бы я поствил ее перед свершившимся фктом!

То, что нговорил мне мм в тот день, поколебло мою решимость. Я подумл - может, лучше смириться и жить с ним дльше, покупя ткой ценой хорошие отношения с мтерью?

Ведь мне некуд вернуться после рзвод, кроме кк к родителям. И кждый день видеть молчливый упрек в глзх мтери, и кждый вечер з чем выслушивть укоры в никчемности, в том, что судьб двл уникльный шнс, я не смогл достойно им воспользовться! Это ужсно...

Но продолжть жить с Андреем - еще ужснее! Я не живу рядом с ним. Я погибю! И почему я должн думть не о себе, о кких-то еще несуществующих детях, которым нужен богтый пп и витминизировння ед?!! У меня нет детей!!! И я вообще не хочу детей от Андрея!!!

Когд-то у Андрея был ребенок - дочь от первого брк.

Первый брк Андрея вообще был счстливым!

Кжется, Андрей дже любил ее... Свою первую жену, Лну.

Лн был дочерью весьм удчливого и плодовитого киносценрист - Юзеф Теодорович Лещинского. Лещинские звонкя, известня фмилия - но я не зню, имел ли отец Лны ккое-либо отношение к тем смым Лещинским. Юзеф Теодорович - поляк, из "русских поляков", родился и всю жизнь прожил в Москве, но женился тоже н девушке из польской семьи:

"русские поляки", тк же, кк и "русские немцы" и "русские евреи" предпочитют вступть в брк только со "своими".

Впрочем, в Андрее, кжется, тоже есть толик польской крови, во всяком случе, его фмилия - Крушинский - нводит н определенные рзмышления... Однко с Лной его не знкомили и не свтли, кк это принято в мленьких диспорх. Нпротив - женился Андрей "по злету", Лне было восемндцть лет, Юзеф Теодорович был в ярости, потому что боготворил дочь и мечтл о блестящем будущем для нее, Андрей не был тогд ткой хорошей пртией, или же - он не был ткой хорошей пртией для дочери знменитого сценрист. Но делть было нечего... Юзефу Теодоровичу пришлось смириться и, скрепя сердце, использовть свои связи, чтобы помочь зятю н первых этпх построения крьеры: к счстью для Лещинского, Андрей был достточно энергичен, и семье легкомысленной Лны хотя бы не пришлось стыдиться этого брк!

Через неделю после своего девятндцтилетия, Лн родил дочь - Ольгу. Рожл он тяжело, ребенок едв не стоил ей жизни, и о других детях после тких кошмрных родов говорить не приходилось. И посему н Оленьку единственную, зведомо единственную, нвсегд единственную! - были нпрвлены сконцентрировнные чувств всех родственников: ммы, ппы, влиятельного дедушки, тяжело больной ббушки и совсем еще юного дяди.

Из всего, что я слышл об Ольге, я смогл соствить "психологический портрет" прелестного, своевольного, избловнного, кпризного ребенк. Боготворимого...

И, кроме того, я чсто рссмтривл фотогрфии.

Ольг - очень крсивя девочк... Невероятно крсивя!

Кк нгел. Мрчный темнобровый нгел. Немудрено, что дед прочил ей крьеру кинозвезды.

Андрей жловлся, что Юзеф Теодорович мешл ему воспитывть дочь. Он ее бловл, он поткл ей во всем, он пользовлся своим влиянием н Лну, чтобы "портить" внучку, поскольку тогд Андрей еще не оперился и финнсово они звисели от тестя, то ни о кких протестх не могло быть и речи:

Юзеф Теодорович был в своем прве! По словм Андрея, Юзеф Теодорович делл из Ольги "вторую Лну" - ткое же изнеженное, безвольное, неприспособленное к жизни создние. Но, поскольку хрктер у Оли был длеко не ткой поклдистый, кк у ее ммочки, к двум годм Олечк стл семейным тирном.

Когд Ольге исполнилось четыре год, умерл от рк легких ее ббушк.

Когд Ольге исполнилось пять, у Лны ншли ккую-то опухоль, тогд еще, впрочем, доброкчественного хрктер.

Когд Ольге исполнилось шесть лет, он пропл без вести.

Ее укрли.

Укрли н летнем отдыхе, в слвном городе Одессе, н улице, в присутствии обоих родителей, н выходе из кондитерской... Точнее, из кондитерской-то они вышли, и Андрей отошел н дв метр в сторону, чтобы выпить пив, Лну зинтересовло что-то в витрине мгзин, Ольг был рядом, все время рядом, и кто-то из них должен был держть ее з ручку ( Андрей говорил - дочк остлсь с Лной и это Лн не доследил з ней, Юзеф Теодорович обвинял Андрей в том, что это он, Андрей, вел Олю з ручку, потом - отпустил и пошел пить пиво, Лн в тот момент уже отошл к витрине...

Не зню, где здесь истин, скорее всего - где-то посередине, виновты об, но дже взрослому человеку трудно смому для себя признть и взять н себя ответственность и вину з то, что пропл ребенок, его ребенок! И потому взимные обвинения и оскорбления в ткого род тргических ситуциях, к сожлению, неминуемы: хочется нйти виновного и хочется, чтобы этим виновным был не ты! ) - кто-то из них должен был держть ее з ручку и не держл, и девочк исчезл, исчезл без вести, без след, з ккие-то две-три минуты, словно сквозь землю провлилсь. Только что был - и нет ее... И никто ничего не видел! Если бы это н море произошло - тогд бы это еще было понятно... Погрузиться в воду, один непрвильный вздох - и никто не зметит, что мленький человечек не всплыл н поверхность! Но - н людной улице, в центре город? Многие из свидетелей случившегося покзли, что обртили внимние н крсивую девочку в нрядном вышитом плтье, но - никто не зметил, кк и куд он исчезл, пок родители не принялись метться, рзыскивя!

...Кк ни боготворил Юзеф Теодорович свою внучку, кк ни стрлся сделть из нее "вторую Лну", но все же с смой Лной, с нстоящей Лной, с "первой Лной" никто - дже Оленьк! - не мог для него срвниться. Лн был для него всем. Не только дочерью, но и другом. Андрей, ненвидивший тестя, нмекл дже, что влечение Лещинского к дочери имело не совсем естественный хрктер... Во всяком случе, ревновл ее Юзеф Теодорович стршно! Любой юнош, осмелившийся хотя бы взглянуть н Лну, срзу же стновился личным вргом ее отц, объектом безжлостных нсмешек: Юзеф Теодорович использовл весь свой немлый тлнт, чтобы рзвенчть в глзх дочери ее очередного поклонник. Понятно, что к Андрею, по-пиртски зхвтившему его сокровище, Юзеф Теодорович питл совсем уж негтивные чувств и готов был обвинить его во всех смертных грехх, прежде всего - в том, что Андрей не ценит Лну и невнимтелен к Оле. Плохой отец, плохой муж...

И, рзумеется, в том, что Ольгу похитили, виновт тоже он, Андрей! А кто же еще?!

И для Андрея бездну горя тоже трудно измерить. Горя и уязвленного смолюбия: ведь он - мужчин, сильный мужчин!

- и не смог уберечь свою дочь от злоумышленников, свою семью от крх...

Через месяц после исчезновения Ольги, обезумевшей от горя Лне поствили дигноз "рк". Доброкчествення опухоль переродилсь в злокчественную в результте стресс.

Конечно, Лну лечили. Отец хотел послть ее в Америку, в центр по борьбе с рком, н экспериментльное лечение, дющее хорошие результты, если болезнь зхвчен в смом нчле - он был в состоянии сделть это! - но Лн откзлсь уезжть: он хотел остться, чтобы искть дочь. В ее гибель он откзывлсь верить... И, кроме того, Лн не хотел лечиться. У нее не было стремления жить. Ее жизнь потерял смысл. И удр окзлся слишком сильным... А Лн вообще не умел принимть удры от судьбы, ведь судьб всегд был столь блгосклонн к ней! И бороться он не умел - пусть дже с болезнью, з свою собственную жизнь... Ведь отец в безумии любви огрждл ее и от удров, и от борьбы!

Лн умерл через пять месяцев после исчезновения Ольги.

Юзеф Теодорович уехл н "историческую родину", в Крков, и, вместо того, чтобы придться отчянию, вернулся в кино, теперь уже - в кчестве режиссер... И небезуспешно.

Андрей с нескрывемой злобой говорил, что произошедшя тргедия стл для тестя хорошей эмоционльной подпиткой: он не только полностью отдлся творчеству, но и обрел новые горизонты. Андрей нмекл дже, что для ткого творческого человек, кк Юзеф Теодорович, семья был не более, чем обузой.

Освободившись от семьи, Лещинский обрел "второе дыхние" и крылья з спиной ощутил. В Москве сын у него остлся... Д только, по словм Андрея, о сыне Лещинский и не вспоминл.

Впрочем, мльчишк был никчемный, порочный, весь в отц, потому отец и не любил его тк, кк любил чистую и нежную дочь.

Должн признться: я очень сочувствовл Андрею, когд слушл эти его рсскзы. Собственно, не будь тргедии с первой семьей его - если бы он, допустим, просто рзвелся с Лной, или вовсе не был бы жент - возможно, я бы и не вышл з него змуж. А тк - мне хотелось утешить его, отогреть. Мне кзлось, что холодность и эгоизм - это только внешнее, зщитный покров, пнцирь, з которым скрывется чуткя и рнимя душ... В общем, нпридумл я себе всякого.

И, естественно, все это окзлось совершеннейшей чушью: Андрей действительно холоден и эгоистичен, то есть - очень прост - что снружи, то и внутри, никких "подводных течений"... Скучно до тошноты. Я-то думл, что человек, переживший ткую тргедию, должен чем-то от других отличться.

Более тонко чувствовть, что ли. А он - кк все! Ткой же.

Нет, он, конечно же, не спекулировл н моем сочувствии, чтобы мною звлдеть, нпротив: он не видел этого сочувствия, не понимл, что глвное чувство мое к нему - жлость, он был слишком уверен в своих смцовских кчествх, он считл и считет, что всякя женщин, которую он удостоит взгляд, должн быть без ум от него! А что до случившегося с Ольгой - тк это сильнее здело его смолюбие, поколебло его уверенность в себе, кк в мужчине и зщитнике, и он принялся яростно смоутверждться, и стрлся добиться всего, что кзлось ему хоть сколько-нибудь труднодосягемым. В том числе меня. У меня был репутция збвной чудчки и недотроги. И Андрей решил, что это будет интересно - жениться н мне.

Не зню, нсколько интересно это было для него.

Но я с смого нчл знл, что мы когд-нибудь рзведемся, что не смогу я прожить жизнь рядом с этим человеком.

Тк оно и вышло...

28 вгуст 1996 год я ехл от ммы. Я только что сообщил ей, что собирюсь рзводиться с Андреем. Услышл в ответ много всякого... И нстроение у меня было прескверное!

В подземном переходе н стнции Проспект Мир стоял нищенк с восемью ребятишкми рзных возрстов, одетыми в ккое-то немыслимое грязное тряпье. Все вместе они изобржли многодетную семью, потерявшую кормильц.

Я нищим никогд не подю. Не верю я им. И всегд стрюсь пройти подльше от них - чтобы, не дй Бог, зпх их не услышть: я невероятно брезглив, потом целый день есть не смогу! Я стрюсь не смотреть н них дже... Противно!

И в этот рз прошл уж было мимо нищенки с ее детьми...

И вдруг - словно что-то щелкнуло в мозгу! - я вернулсь и, вств у стенд с открыткми, принялсь рзглядывть укрдкой лицо одной из стрших девочек.

Ей было лет восемь, нверное. Стршно бледня, стршно худя, он смотрел перед собой тк отрешенно и бессмысленно, кк смотрят слепые или люди с мозговой трвмой. Может, и впрямь мозговя трвм... Он стоял совершенно неподвижно.

Вжвшись в стену, зябко кутясь в огромную женскую кофту.

Нверху, н улице - жр. Но в метро, конечно, прохлдно...

...Нет, дело не в том, кк он худ, бледн и ккой у нее взгляд! Это не привлекло бы моего внимния, мы все уже привыкли к ткому. Я вернулсь из-з того, что мне покзлось, что я уже где-то ее видел.

Д, это лицо - лицо изможденного мрчного нгел эти темные брови, эти яркие глз, этот крупный, четко очерченный рот, округлый подбородок, линия щек... Ее лицо было знкомо мне! Острое, пронзительное чувство узнвния! Эт девочк был похож н моего муж, Андрея.

Эт девочк был похож н его пропвшую дочь.

Я чсто рссмтривл фотогрфии Лны и Ольги. Ведь Лн стрше меня всего н дв год... Я примерял н себя ее судьбу. Ведь у нс было общее - брк с Андреем. И у меня мог бы родиться ребенок, похожий н Олю, ведь Оля был тк похож н своего отц!

Если бы Ольг был жив, ей было бы десять лет сейчс.

Возможно, этой девочке - десять лет, просто он ткой зморыш, измученный, изголодвшийся...

Ольг пропл в Одессе.

Но почему бы ей не появиться в Москве? Москв - почти что центр Вселенной, сюд деклссировнные элементы со всего бывшего Союз устремляются, здесь прокормиться, нверное, легче... Ее укрли, чтобы побирться, зтем - привезли сюд, не предполгя, что в этом новом Ввилоне ее кто-то может узнть.

Д, но ткое просто невозможно! Тк не бывет! А если и бывет, то только в мексикнских серилх... Или - в скзкх для детей среднего школьного возрст, в бездрных скзкх, которые я пишу и буду писть, хотя и зню уже, что никто и никогд больше не возьмется меня издвть! В серилх, в скзкх обязтельно добро торжествует, мленькя принцесс, зблудившяся в колдовском лесу, обязтельно нйдет дорогу домой и вернется к родителям! А злой колдун будет сржен и посрмлен, и, возможно, стнет добрым...

В скзкх - бывет. В жизни - нет.

И посему эт девочк не может быть Ольгой. Ольг погибл четыре год нзд. А это сходство... Я его просто придумл. Мне ведь всегд не хвтло чудесного в рельной жизни!

И вот я нчл это чудесное придумывть, см не осознвя и искренне веря в рельность выдумки...

...Но почему?! Жизнь, иной рз, бывет стршнее и чудеснее любой скзки.

И если я уйду сейчс, если я ничего не предприму, чтобы выяснить личность девочки и убедиться в своей ошибке ( или - в првильности своего предположения! ), то кк же я буду жить потом? Меня ведь истерзет мысль о том, что судьб двл мне возможность спсти девочку, вернуть ее отцу, я этим шнсом не воспользовлсь...

И ведь что может быть проще? Подойти к девочке и спросить: "Кк тебя зовут?" Ее же не годовлую укрли, он должн помнить свое имя!

Я подошл и, присев н корточки, чтобы мои глз окзлись н уровне ее глз - мне почему-то кзлось, что тк он скорее ответит мне - спросил:

- Девочк, кк тебя зовут?

Н миг ее взгляд стл осмысленным... А потом он медленно зжмурилсь и стиснул губы, словно зкрывясь от меня.

- Ты чего к ребенку пристл, ? - взвизгнул нищенк.

- Идешь... И иди себе! А к ребенку приствть не смей! Хочешь помочь подй... Ты богтя, вижу ведь, богтя! А к ребенку моему нечего приствть...

Я поднялсь и, прямо посмотрев н нищенку, скзл:

- Это не вш ребенок. Эт девочк похож н дочь моего муж... И я нмерен обртиться в милицию. Немедленно.

Нищенк испуглсь. Я видел по ее лицу, что он испуглсь! И рзозлилсь. Кк крыс: когд пугется - стновится грессивн.

- Шл бы ты себе, крсвиц, - прошептл нищенк.

- Шл бы ты себе, то кк бы хуже не было!

Чего именно "хуже" - я не понял, но отступть не собирлсь. И нчл озирться в поискх милиционер. Я не боялсь - ну, что он может мне сделть при тком количестве нрод, тем более, что многие уже обртили н нс внимние: не чсто хорошо одетя и блгоухющя дорогим прфюмом женщин вступет в беседу с одутловтой грязной нищенкой.

Я зметил двух омоновцев, знятых, по-видимому, высмтривнием лиц квкзской нционльности, и ни млейшего внимния не обрщвших н нищих.

- Ой, не глупи, крсвиц! Нйдут тебя... Личико попортят, если чего похуже не сделют, - шипел нищенк.

Девочк по-прежнему стоял вжвшись в стенку, с зжмуренными глзми и стиснутыми до белизны губми.

Я нпрвилсь к омоновцм...

- Рзбегйтесь, ребят! Бегите! - звизжл нищенк, хвтя девочку н руку и бросясь к лестнице.

- Остновите ее! Он укрл моего ребенк! - в свою очередь звопил я.

Омоновцм еще пондобилось ккое-то время н обдумывние содержния моего вопля, но нрод, кк всегд, срегировл быстро: ккя-то громдня тетк в блестящих спортивных штнх и белой нейлоновой блузке перехвтил нищенку с девочкой, ккой-то прень поймл одного из убегющих мльчишек, ккой-то стричок - другого...

Спустя десять минут мы сидели в стнционном отделении милиции. Из восьмерых детей нищенки поймли только четверых - считя и мою девочку, дже не пытвшуюся убежть. Тут же толпились любопытствующие свидетели. Нищенк громко причитл, божилсь, что все дети - ее, обвинял меня в том, что я хочу збрть девочку для рзврт или для проджи "н оргны". А я звонил Андрею н рботу.

Мы с ним не рзговривли уже четыре дня. Понятно, что он был приятно удивлен моим звонком. Подумл, что я хочу примирения и зрнее принял смодовольный тон, но я с первых же слов оглушил его:

- Андрей, ты срочно должен приехть в милицию н стнции "Проспект Мир", - здыхющимся голосом пролепетл я.

- Что ты нтворил?! - прошипел Андрей, тясь, видимо, от сослуживцев.

- Ты знешь, похоже, я ншл твою дочь... То есть, здесь одн девочк, он похож н тебя и н твою Ольгу, н фотогрфии Ольги... Он был с нищенкой... Я попросил их здержть... Знешь, Андрей, он и по возрсту подходит...

В крохотном помещении отделения все зтихли, прислушивясь к моему рзговору с мужем.

Нищенк жлобно зхныкл.

Девочк оствлсь безучстной и дже не рскрывл глз.

- Что ты скзл?! - прохрипел Андрей после минутного молчния.

- Андрюш, ты не волнуйся, но здесь девочк, которя похож н твою Олю. Ты бы приехл... Ведь ты бы узнл ее, првд?

Ответом были короткие гудки в трубке...

Неужели этот идиот подумл, что я могу тк жестоко его рзыгрывть и бросил трубку?!

Я рстерянно посмотрел н девочку. Увы, я не знл, были ли у Ольги ккие-нибудь особые приметы - шрмы, родинки или еще что-нибудь...

Я снов нбрл номер Андреевой фирмы.

Трубку взял бухглтер - я его знл: единственный интеллигентный человек во всей их конторе!

Бухглтер был встревожен.

- Андрей только что ушел. Убежл. Кто-то ему позвонил и он убежл, ничего не объяснил, схвтил свой пиджк и убежл... Нстя, я не зню...

Я поспешил его успокоить. Объяснил, что Андрею звонил я, что скорее всего он едет ко мне... Не стл только говорить, почему он сюд едет и почему тк взволновн. Незчем пок... Узнют позже, если все будет хорошо... Если я прв... А если я не прв...

Если я не прв, это будет ужсно. Андрей убьет меня...

Ну, не убьет, конечно, сидеть ему тоже не зхочется, но я не предствляю, кк все будет, если я обмнул его ложной ндеждой, если эт девочк - не его дочь!

Я повесил трубку и, стрясь кзться спокойной, скзл милиционерм:

- Сюд едет мой муж. Он - отец пропвшей девочки... Он опознет ее, если это он.

И в этот момент нищенк неожиднно рухнул н колени и звыл бессвязно, биясь головой об пол:

- Отпустите меня! Отпустите! Христом-богом молю, отпустите меня! Они ж убьют меня! И вс убьют! Всех убьют! И ее, ее тоже убьют, нйдут и убьют...

- Кто? - флегмтично поинтересовлся один из милиционеров.

- Они! Они! - всхлипывл нищенк, мотя головой.

- Не боись, они до тебя не доберутся, - пообещл ей тетк в спортивных штнх и белой блузке. -Тебя рньше ппочк ейный порешит. Тк что им уж не достнется ничего...

Нищенк выл...

Трое мльчишек тоже принялись поднывть.

Только девочк сидел, словно неживя, зжмурив глз.

Ожидние сделлось совсем уж невыносимым, когд дверь рспхнулсь нконец и в комнту ворвлся Андрей.

Ворвлся - и словно споткнулся, зстыл, впившись взглядом в девочку. Потом - медленно, медленно нчл приближться, словно боялся, что он исчезнет, стоит ему сделть резкое движение. Осторожно отодвинул волосы с ее лиц... И сдвленно зстонл.

- Андрюш... Это Оля? - шепотом спросил я.

Он молч кивнул.

- Тк... Вы узнете вшу дочь? Вш дочь был в розыске? У вшей дочери были ккие-нибудь особые приметы? - бодро вступил милиционер.

- Д... Н левой лоптке большое родимое пятно. Н првом колене след от ожог, - мехнически ответил Андрей, все еще не сводя глз с девочки.

Милиционер взял телефон и нбрл ккой-то номер...

- Ты пожлеешь об этом! Ты еще пожлеешь! - зкричл нищенк, обрщясь ко мне. -Ты стршно будешь жлеть, д только поздно будет...

...Тогд я не обртил внимния н эти угрозы, я был слишком потрясен и, признюсь, увлечен всем происходящим, но позже мне пришлось убедиться, что ее вопли пустыми угрозми не были.

И, к чести своей скжу, что никогд, никогд, дже в смые стршные мгновения, я не жлел о том, что все-тки ншл и узнл Ольгу!

Глв 2

МЕМУАРЫ МЕЛКОГО

Мужик влялся н снегу. Лицом вниз. Я увидел снчл только грязное рвное пльто, втные штны и немыслимые ккие-то сооружения н ногх. Седые птлы, длинные, кк у хиппи, рзметлись в рзные стороны. Я перевернул его н спину носком ботинк, кк мешок. Кк мешок с цементом... Интересно, сколько чсов он уже мертв?

Я не мог рзглядеть его лиц - оно все было злеплено снегом, приксться к нему я не хотел, и без того холодно, д и противно.

Это не просто лкш - это бомж. Именно поэтому я тк долго стоял нд ним, ворочл туд-сюд, в пять-то чсов утр, когд н дворе смый холодильник, одет я, прямо скжем, не особенно тепло.

Вы видели когд-нибудь н улице змерзшего бомж? Я не видел. Обыкновенных лкшей, не доползших до дому - сколько угодно, но не бомжей.

Нстоящий бомж в великолепном ншем мегполисе никогд не змерзнет и не умрет с голоду. А этот... ну, может быть, приезжий, может быть, новенький, может...

Любопытство сгубило кошку, Врвр лишилсь нос, сколько любопытных выловлено рботникми водокнл у очистительных решеток н стнциях эрции! Но кого учит горький опыт предшественников!..

Взявшись з ноги мертвец, я выволок из-з угл дом, где он влялся, н свет уличных фонрей, достл из урны здубевшую от мороз гзету и стряхнул ею снег с синего, твердого, кк кмень, лиц.

Я не некрофил, я никогд не испытывл желния рзглядывть трупы, лиц умерших не вызывли во мне эмоций - они были никкие, без всякого выржения мертвые и все. Они не люди уже, не человеки, тк - оргник.

Мне приходилось з недолгую свою, в общем-то, жизнь видеть мертвяков в тком количестве, в кком их рзве что птлогонтомы видят, то, может, и больше, потому что некоторые из тех, что я видел, н стол трупокромстелей не попдли никогд.

Вот, помню, был случй - в котельной одной из московских ТЭЦ дело было взорвлся котел, тк тм пятеро бомжей сврились живьем и еще трое обожглись сильно. Михлыч примчлся - глз "н полвосьмого", весь трясется и зикется с перепугу. Я пошел, посмотрел. Д, зрелище не для слбонервных. Эти, сврившиеся, умерли почти мгновенно, лежт, дымятся, рты рзинуты, кк у рыб, и глз вытекли. Они не были похожи н людей, поэтому не вызывли не млейшего сострдния. Ну предствьте себе - вреные бесформенные тел, кож рсползется прямо н глзх, обнжя мясо. Чем было все это рньше человеком или коровой, не имеет ни млейшего знчения. Это мясо теперь... мясо убитого животного.

Тем, кто живы остлись, горздо хуже пришлось, им было больно, очень больно, и они ктлись по полу с ткими воплями и воем, что мне стло кзться дже - моя кож тоже горит и вздувется пузырями. Н них я смотреть не мог. И слушть их вопли ( тк же и вопли ополоумевшего от ужс Михлыч, который тоже здесь спл, но н которого ни кпли не попло) я тоже не мог.

Я сломл дверь в комнту смотрителя - или кк тм еще нзывется эт пдл, которую носило невесть где в то время, кк он должен следить з оборудовнием - и вызвл по телефону "скорую", рсписв диспетчеру все произошедшее тк подробно, кк только мог. Несчстня девушк молчл и не перебил меня ни рзу, дже когд я рсскзывл про вытекшие глз и понял меня првильно, потому кк прислл к котельной помимо трех мшин "скорой помощи" еще и трупоувозилку, и ментовский "Жигуль". Впервые в жизни я был рд видеть ментов - пусть рзыщут смотрителя и вствят ему хорошенько. Мло того, что бомжей пускет в служебное помещение, тк он еще и одних их тм оствляет. Пусть предъявят ему обвинение в убийстве. Пятерых достойных членов обществ.

Я, когд увидел желто-синюю ментовскую мшину, срзу спрятлся, рзумеется, невменяемого Михлыч увезли вместе с пострдвшими. Он потом явился пру месяцев спустя - тихий и бледный. Кк он поведл мне, его снчл в больнице неделю дезинфицировли, потом в КПЗ держли, пок личность выясняли. Выяснили - и выперли пинком под зд. Что его сжть з то, что он укринский подднный и прописн тм в деревушке, которой нет и не было никогд. Посдить ндо пспортистку, которя з взятку выписл его из московской квртиры в никуд.

Возиться с этим змерзшим покойником и рзглядывть его зствляло меня только вполне понятное любопытство: не узню ли я в нем знкомого?

Нет, я его не зню. К счстью. Жиденькие усики, клочковтя бороденк, черные глз смотрят н меня из-под полуприкрытых век - н меня и в то же время в никуд. В вечность и бесконечность. Нет, вообще никуд они не смотрят. Мертвые глз не могут видеть.

Чем дольше я смотрю н этого человек, тем явственнее мне нчинет кзться, что он и не был тковым вовсе. Что это фигур изо льд, вылеплення рукой мстер. Сине-голубя кож лиц - изо льд, белки глз - изо льд, синие потресквшиеся губы - изо льд... Все портит только то, что они приоткрыты в ккой-то нпряженной жуткой гримсе и видно желтые - гнилые и прокуренные зубы, сжтые тк плотно, что их и стмеской не рзомкнешь.

Почему? Ведь совсем не тк должны выглядеть змерзшие - н их лицх покой и блженство, этот... все лицо перекособочено.

Д, нверное во мне пропдет великий следовтель. Почему великий? Д потому что тот, кому поручт дело этого несчстного бомж (если вообще по столь незнчительному случю стнут возбуждть дело) консттирует смерть от обморожения. И не просто потому, что неохот ему будет возиться с этим никому не нужным бродягой, потому еще, что не обнружит он н теле следов нсильственной смерти. Дже если зхочет, дже если очень зхочет.

Я мог бы в крсочных подробностях рсскзть кк именно убили этого человек - я не рз уже видел ткие перекошенные физиономии и тесно сжтые зубы... Я бы вм рсскзл... я бы вм ткое рсскзл!

Алкш? Ничего подобного! Он трезв кк стеклышко! И однко он мертв...

Зчем я вообще его трогл?!

Я огляделся по сторонм. Холодно и темно, метет поземк. Конечно нет ни души в округе, д и в окнх тоже - смый сон у людей. Д пусть бы и смотрел н меня из окон десяток любопытных струх, они ничем мне повредить не смогут, вот ккой-нибудь облезлый тип, притившийся з мусорным бчком... Ну, д не будем о грустном!

Я пустился бегом, просто для того, чтобы согреться. В рзмышлениях своих нд покойником я змерз тк, что выгляжу, нверное, тоже сделнным изо льд. А уж ощущю я себя тковым, это точно.

Обычно оживленное шоссе в этот чс почти пустынно, когд я через него переходил, поблизости вообще ни одной мшины не было. Люблю я все-тки этот город ночью! Ведь ночью не только подземня его чсть, но и то, что нверху, приндлежит мне... и тким, кк я.

Я могу ходить, где зхочу, лзить, где зхочу. проникть в ндежно зпертые и подключенные к сигнлизции помещения. Не во все, конечно, в те, где есть достточно широкие вентиляционные шкфы, по которым я мог бы проползти и не зстрять. А есть они почти везде. Вон в том зводе, что з линией рельсов метро, они точно есть.

Я не вор. Вернее, я не ворую для нживы, тк только, чтобы с голоду не помереть, когд телефон, когд принтер, если небольшой или зпчсти ккие-нибудь. Компьютер мне, к примеру, не утщить, конечно - он в мои ходы просто не пролезет, жль, его продть можно бксов з трист-четырест и жить потом месяц три припевючи, и не волновться ни о чем. Впрочем, в тком рсклде вещей есть и преимуществ з телефон или з мленький принтер, крсня цен которому в мгзине двести бксов, шум особенно поднимть не стнут.

Дже ментов не вызовут - нет ведь следов взлом... д и вообще никких следов, обвинят, нверняк, своих же сотрудников.

Тк вот, я не вор - я исследовтель, я диггер. З тот год, что я прожил в этом городе, я изучил почти всю кнлизционную систему, систему метро и просто тинственные ходы неизвестного нзнчения, оствшиеся с древних времен. Есть у меня любимые мест, ткие, где, я зню, никто меня не нйдет. Дже нши. Впрочем, нших-то я и имею в виду, никто другой меня искть не стнет, д и нши не будут. Зчем я им сдлся? Но, соглситесь, все-тки приятно, когд есть где укрыться.

Я, когд мленьким был, любил збирться в большой плтяной шкф, мог сидеть тм чсми, тихо, кк мышь. Мть сходил с ум, не понимя, куд я мог девться. Но потом мое убежище рскрыли, зперли н ключ, ключ убрли длеко-длеко...

Я и рньше-то, когд был здесь новичком, никого не знл и всего боялся, почти не вспоминл о доме, теперь мне вообще кжется, что все это родители, дом, школ - было двным-двно, в другой жизни, то и вовсе не со мной. А ведь всего только год прошел.

Я скзл, что изучил ПОЧТИ ВСЮ систему подземных ходов под Москвой, но нверное, я все же немного преувеличивю есть мест, в которые проникнуть невозможно по причине того, что тм собирются ядовитые гзы, есть мест, которые я еще не ншел, но которые скоро нйду, есть мест, в которых мне не побывть никогд - просто жизни не хвтит. А есть мест, в которые мне не проникнуть, потому что... потому что туд проникнуть могут только избрнные. Если честно, мне не особенно хочется быть среди них.

Здесь - между стнциями метро Текстильщики и Волгогрдский проспект тоннель выходит из-под земли н свет Божий, и очень чсто я возврщюсь домой именно этим путем.

Перелезю через огрду, бегу между рельсов, рзумеется, стрясь держться подльше от контктного рельс и всего другого электрического, и ныряю в непроглядную тьму тоннеля...

Непроглядной темнот эт кжется только пончлу после ослепительной белизны снег и яркого свет уличных фонрей - буквльно минут, и я уже вижу, где провод, где рельсы, где следует свернуть в боковой тоннель, где нужно снов выйти н центрльную мгистрль.

Стршно мне здесь было только в первый рз, когд глз мои еще не видели в темноте тк хорошо, уши не улвливли млейшие шорохи, походк был, кк у слон. Тогд я все время просил Михлыч покзть мне смые интересные мест, он всегд откзывлся - он ходит медленно из-з больных ног, почти не был нигде и знет всего лишь несколько дорог.

Пру недель я, конечно, цеплялся з его рукв, когд нужно было идти куд-то, потом принялся лзить см. Я уже никого ни о чем не спршивл - в общем-то я кроме Михлыч и не доверял никому - см искл дороги, совл нос во все дырки.

Кк только я жив остлся - см удивляюсь! Откуд я только не пдл, где только не тонул, куд только не вляпывлся!

Но, видно првду говорят - есть свой Бог у ншего подземного мир, Бог, который хрнит нс, непутевых детей своих. Я в него верю - идиотом был бы, если бы не верил - ведь в тех местх, откуд выбирлся я, живым и здоровым, погибли опытные и оснщенные по последнему слову техники спецы сверху.

Урод скзл мне однжды: "Нш Бог не любит чужков, он змнивет их в ловушки и уничтожет, точно тк же он поступет и с теми, кто нрушет его зповеди. Но нс - тех, кто верен ему - он любит и хрнит от неприятностей".

И он был прв. Я убедился в этом н собственной шкуре.

Однжды, обнглев от своей везучести, я збрлся слишком длеко, бродил по тоннелям, по переходм, и... Зблудился. Совсем. Безндежно.

Рньше я думл - ткое просто невозможно, в конце концов, тоннели роют люди и они обязтельно должны выходить куд-то, по крйней мере, нверх - уж точно! Обычно идешь через кждые пол метр люки нд головой, здесь - ни одного! Признться, я впл в пнику, носился с воплями, весь в слезх, пок не устл. Споткнулся, упл, лежл в кком-то углу и трясся, пок не вспомнил слов Урод, пок не вспомнил, о ншем Боге. Тогд я встл н колени и принялся молиться. Я не зню, кк ему молятся все остльные, я только шептл, что я его люблю, что буду всегд слушться и все, что угодно, для него сделю, если сейчс он не дст мне пропсть... И почти в тот же момент я увидел ступеньки прямо перед своими глзми, ступеньки ведущие вверх. Они были ржвые, прогнившие и грозили вывлиться из стены от простого к ним прикосновения, но они выдержли мой легкий вес, и я поднялся по ним н бетонный выступ, звленный, нверное, целыми тоннми мусор, который мне пришлось рзгребть, чтобы докопться до отверстия люк. Н люке этом дже не было крышки, он был просто збит гнилью. Предствляю, ккое я являл из себя зрелище, когд вылезл нружу - грязный, оборвнный, исцрпнный. К счстью, ночь был, д и окзлся я где-то в ткой глухомни, что люди тм и днем, нверное, не ходят.

Я был тм несколько месяцев спустя - это комплекс кких-то зброшенных здний н здворкх город. Одни прогнившие стены, куски рмтуры, строительный хлм, и всюду трв по пояс. Кртин - мир после ядерной войны.

Побродив тм немного я выяснил, что когд-то тм, скорее всего, было депо, уж больно много рельсов кругом, д и остнки вгонов в огромном количестве тонут в зрослях пижмы. Может, пожр уничтожил депо это смое, я не зню, д и плевть мне н него. вжно то, что это место стло для меня почти святым. Я долго думл и понял, что в тот ужсный день нш Бог просто испытывл меня, он рзмышлял, принять ли меня в круг детей своих или нет... И он решил меня принять.

Совсем недвно я проделл снов тот путь под землей, уже зня, что не зблужусь, что мне ничего не грозит, и все рвно было жутко немного, я словно слышл мои собственные вопли, что отржлись от стен и эхом уносились в многочисленные переходы, я слышл свои всхлипывния и шепот бессвязной молитвы. Я дже ншел то место, где стоял н коленях, и вновь коснулся ржвых скоб, з которые хвтлся тогд дрожщими пльцми.

Интересно, все ли проходили похожие испытния или только я? Почему-то, когд я спршивю об этом, никто не отвечет ни д, ни нет... Может быть не знют, что считть испытнием, что просто собственной глупостью, может быть... об этом просто не принято говорить.

Но у меня-то точно было испытние. Тких случйностей просто не бывет. Соглситесь, я носился, кк обезумевшее животное, по переходм, петляя и сворчивя куд попло, километров десять точно нмотл, упл н колени я точнехонько под люком. Все это неспрост!

Вообще мне кжется, что нш Бог выделяет меня среди моих собртьев, охрняет меня и зботится обо мне больше, чем о других. И, в конце концов, это спрведливо, ибо большинство из нших пришли под землю не по своей воле - у всех рзные истории, но кждый попл сюд вынуждено, один я пришел см. У меня есть мть и отец, которые живут вполне обеспеченно, которые любят меня и всегд хорошо со мной обрщлись. Но я ушел от них, потому что что-то тянуло меня сюд, кто-то звл...

Помню, кк я прилипл к вгонному стеклу поезд метро, кк колотилось сердце в моей груди, когд поезд остнвливлся внутри тоннеля, кк я вертел головой по сторонм, пытясь рзглядеть - что же тм... Почти никогд я не видел ничего, кроме проводов, но я догдывлся, что это длеко не все. Я подбивл друзей збирться в кнлизционные люки, я лзил по подвлм домов, зглядывл в вентиляционные шхты.

Я ждл, когд же, нконец, смогу уйти. Уйти в тот мир, для которого я преднзнчен...

Я ушел, когд мне исполнилось пятндцть. И ушел я не срзу, пончлу просто пропдл н несколько дней, потом возврщлся - грязный и голодный, торжественно клялся рыдющей мтери, что больше не уйду и - уходил снов.

Я возврщлся все реже и реже, потом... я дже не зню, кк тк получилось, но день, когд я собирлся нвестить родителей отклдывлся... отклдывлся... отклдывлся, и я, нконец, перестл о нем думть вовсе.

Тк уж получилось - мой дом здесь. А у отц с мтерью есть еще Нтшк, моя млдшя сестр, может быть, он вырстет нормльной, ткой, кк они хотят. Мть всегд говорил нм, что единственное ее желние, видеть нс счстливыми. Ну тк знчит, он должн быть довольн, потому что я счстлив!

Некоторые тоннели я зню очень плохо и передвигюсь по ним метр з метром чуть ли не н ощупь, некоторые зню вполне прилично и могу ходить по ним спокойно, некоторые я зню, кк собственные пять пльцев. Тк вот этот тоннель от Текстильщиков до дом - мест, где живу я и еще пятеро бомжей - он именно из тких. Я могу бежть по нему с зкрытыми глзми и зворчивть првильно везде, где ндо. Уже вырботлся рефлекс, хотя Михлыч говорит, что у меня ккой-то особенный тлнт безошибочно ориентировться в прострнстве и нходить выход из любого лбиринт, что это природный др, что см он, дже если проживет здесь двдцть лет, потеряется срзу же, кк только хоть н шг отступит от хорошо знкомого пути. Может быть, все что он говорит - верно, по крйней мере, мне приятно думть именно тк - что у меня тлнт, что у меня др, что у меня горздо больше возможностей, чем у других людей, что я... избрнник.

Нш дом - это почти всегд сухой кусочек зброшенного тоннеля, который зкнчивется, првд, тупиком, что не очень удобно - чувствуешь себя все время, кк в мышеловке, но зто тм нет никких коммуникций, которые имеют обыкновение проверять сотрудники нземных служб, и еще тм можно жечь костер дым уходит сквозь вытяжку в потолке и его незметно снружи. Тк что, по сути, жилище очень удобное, не у всех ткое есть.

Когд я пришел, Михлыч и Урод спли, Хряк с Лриской тоже, но эти спть отползют в дльний угол, чтобы никто не видел, кк они трхются. А кому они нужны?

Кривого снов не было. Он все время шляется где-то по ночм, днем спит, прямо кк я. Но я-то понятно где шляюсь, он где? Я не спршивл никогд, и никогд не следил з ним, просто потому, что я его боюсь. И не потому, что он бндюг и может пришить просто тк, от скуки, - он не бндюг и дже нпротив. Я его боюсь, потому что не зню, что он вообще среди нс делет. Кк бы вм объяснить... не ткой он человек, у которого можно квртиру отобрть и н улицу вышвырнуть. У него ткие глз! Когд я говорил о ншем Боге, о том, что он позвл меня к себе и потому я пришел, он все время тк стрнно смотрел н меня и, кжется, усмехлся. Может, он тоже считет себя избрнником?.. Я его не спршивл, он никогд не говорил.

Урод однжды отозвл меня в сторонку и рсскзл шепотом, что вроде кк видел Кривого н одной из проповедей.

(Урод чсто ходит н проповеди, которые произносят люди Великого Жрец ншего Бог - они ходят по подвлм и тоннелям, собирют вокруг себя тех, кто готов их слушть. Урод один из тких.) Кривой говорил очень тихо с одним из проповедников, потом сгинул куд-то во тьму... Но Уроду я особенно не верю, у него с головой не все в порядке, и он фнтик. Нплести может ткую чушь, что просто диву дешься.

Я собирлся сврить себе н звтрк пру рыбин, но только рзжег костер, кк вдруг явился Кривой. Порзительно, он никогд еще не являлся тк рно обычно он приходит чсов в восемь-девять, когд я уже сплю, все остльные уходят рботть. А тут... еще и шести нет, кжется! Никогд еще тк не случлось, чтобы мы с Кривым окзывлись один н один, если вдруг и окзывлись, то я просто притворялся спящим, он смотрел н меня, кк н пустое место. Всегд, но не сегодня. Сегодня он кк будто дже светится весь, кк новогодняя елк, единственный глз сияет, улыбочк блуждет н губх нкурился, небось, или ннюхлся - и, смое глвное, смотрит н меня и нпрвляется ко мне!

В его рукх дрный мешок и, приближясь ко мне, Кривой зпускет туд руку.

Я невольно отштнулся в сторону, живо предствив себе, кк он вынимет топор и...

Кривой вынул огромную кбнью ногу и кинул к моим ногм.

- Ну-к, двй тщи котел, сейчс мы сврим это копыто и устроим пиршество.

Он усмехется еще шире, видя мою ошизевшую физиономию.

- Ну, что глзми хлопешь? Двй, шевелись... Или жрть не хочешь?

Точно нкурился!

Он ведь никогд почти не рзговривет ни с кем, дже с Михлычем, дже с Хряком, не то, чтобы со мной!

Я остюсь в недоумении, но недоумевю в действии - кидясь к куче хлм и рзыскивя котел. Я никогд бы не осмелился ослушться Кривого, дже если бы очень зхотел. Д и никто не осмелился бы, я думю, дже Хряк, хотя Кривой никогд еще ничего не просил и никому никогд не угрожл...

Я рзыскл котел, сбегл в подвл близлежщего дом, где вторую неделю течет труб, и нбрл холодной воды.

Когд я пришел, костер полыхл уже во всю мощь - Кривой собрлся, видимо, сжечь весь нш зпс дров. Зто тепло стло тк, кк никогд не было, и я дже скинул свой дрный втник, под которым у меня только мйк.

Выполз Хряк из своего угл - жуткя гориллообрзня рож - посмотрел н меня мутными крсными глзкми.

- Ты че, охуел, ублюдок?! - рявкнул он мне. - Ккого хрен ты дров столько жжешь?!

Я едв не выронил котел. Уж кто пришьет не здумывясь - тк это Хряк. Гнусня скотин эт сейчс в розыске, Лриск кк-то по секрету скзл мне, что Хряк промышлял грбежми квртир. Ходил белым днем по домм и звонил в квртиры, ккие попло, и если вдруг ккя нивня душ отопрет, "Кто тм?" не спросив, тк нивня душ н тот свет отпрвлялсь, предврительно поведв чистосердечно, где и что у нее лежит. А попробуй не поведй! Вы рожу Хряк не видели!

Если он угрожет рскленным утюгом н живот или пяльником в здницу срзу поверишь, что все это он проделет и с большим удовольствием (и проделывл, не сомневюсь, с кждым, кто ртчился), все отдшь и см себе пулю в лоб пустишь, чтоб только побыстрее окочуриться и без мучений. Тк вот однжды у Хряк прокол случился. Он рожу свою стршную никогд не прячет незчем ему, ибо, кк вы понимете, не остется никого, кто бы мог потом покзния против него двть - и однжды, когд струх ккя-то дверь ему открыл, он не зметил, что у той еще внучк был - девчонк лет двендцти, которя, не будь дурочк, юркнул под кровть, кк только понял, что происходит. Тк вот ббку Хряк прибил, девчонк остлсь, и он потом в ментуре Хряк по крточке опознл. Срзу опознл, тут уж не ошибешься. Взяли бы Хряк, кк миленького, но у него дружок ккой-то из ментов имеется, который успел его предупредить, и вот, блгодря этой сволочи проджной, мы теперь имеем счстье лицезреть милейшего Хряк кждый Божий день, Лриск не говорил, конечно, но он, кк и все мы в тйне мечтет, чтобы повязли Хряк менты. вышк бы ему точно дли, и мы избвились бы от него нвсегд!.. Но сдвть его никто не пойдет.

И я не пойду, рзумеется. И не только потому, что Хряк мы все боимся хуже черт, потому еще, что существует в ншем бртстве неписный зкон нстучишь ментм хоть н кого, плыть тебе по коллектору н следующий же день. Сбросят свои же друзья. И првы будут. Все здесь люди с прошлым, и с првосудием встречться никто не хочет, дже тот, кто чист н днный момент. А ты, если одного сдл, тк можешь и остльных сдть. Логично. Рисковть никому не хочется.

Тк вот, от голос Хряк меня едв не прлизовло, но тут Кривой з меня вступился.

- Оствь мльчишку, это я костер рзвел, инче нм никогд это копыто не сврить.

Он кивнул Хряку н кбнью ногу.

Хряк ж присвистнул.

Конечно - нзывть копытом ткую ножищу, большое преуменьшение ее достоинств, кроме копыт, тм еще и бедро почти целиком.

- Д... - прохрипел Хряк, - Здесь дня н три хвтит.

Где достл?

- Тм больше нет.

Хряк н другой ответ и не рссчитывл. Еще бы! Ккой дурк свои мест рскрывть стнет, д еще и прибыльные ткие. Д Хряку и по фигу, если честно, он см нверх не поднимется никогд - боится, жртву ему Лриск тскет. И попробуй он только прийти с пустыми рукми!.. Нечего и говорить, что неслдко ей придется.

Для меня большя згдк, почему он, я Лриску имею ввиду, возврщется всегд к этому подонку? Ведь лупит он ее нещдно и издевется, кк может... Д, стрнный нрод эти ббы.

Хряк нпоминет мне чем-то Горбтого из "Место встречи изменить нельзя". Не рожей, конечно. Джигрхнян кк не згримируй, ткой рожи ему не соорудить, телосложением и походкой. Хряк не горбтый, но спинищ у него кк три моих, шеи нет, кжется, вовсе.

Повернувшись к нм спиной, Хряк вернулся в свой угол и пнул в бок Лриску.

- Ты... вствй двй!

Лриск пробормотл что-то невнятно. Хряк пнул ее посильнее.

- Мне повторять тебе что ли, сук?!

- Чего тебе?.. Рно ж еще, - пробормотл Лриск сонным голосом.

- Сходи... выпить принеси.

- И првд! - воскликнул вдруг Кривой, - Сходи, Лриск, купи водки!

Лриск выползл из-под груды тряпья с тким же ошизевшим лицом, ккое и у меня было, когд Кривой ко мне обртился.

- Н что я ее куплю? Откуд у меня деньги с утр порньше?

- Ты, Кривой, ббой моей не комндуй, - мрчно встрял Хряк, - Свою зведи, пусть он н тебя и пшет.

- Я бы свою ббу пхть не зствлял. Д и твою не буду.

Кривой злез в крмн и выгреб целую кучу мятых денежных бумжек. Мелочи, конечно, смые крупные у него тысячерублевые были, и протянул их Лриске.

- Двй, беги в лрек, и, н сколько хвтит, столько и купишь.

Лриск срзу оживилсь, схвтил деньги и пересчитл дрожщими пльцми.

- Бутылки н три хвтит! - скзл он Хряку возбужденно.

- Ну и че стоишь?! - рявкнул Хряк, - Двй, дуй!

И Лриск дунул, со всей возможной прытью дунул. Еще бы! - три бутылки водки, это не то, чтобы ужрться, конечно, но н похмелку вполне достточно.

Плюс ко всему, еще и н хляву. Если честно, мне Лриску совсем не жлко. Он просто нбитя дур, рз тк, то зслуживет всего, что с ней произошло. Соглситесь - у нее было все, двухкомнтня квртир, оствшяся после родителей, муж и ребенок. Муж, првд, был скотин т еще. Кк я понял из жлобных Лрискиных рсскзов, любил он выпить, когд выпьет, то деллся буйным. Но, смое интересное, что тковые "достоинств" своего блговерного Лриск прекрсно знл еще до свдьбы. Спршивется, ккого черт он выходил з него змуж?.. И ведь дже не по злету! Ребенок потом уже появился.

Тк вот, Лриск спилсь. Причем быстро. Год з дв, нверное. Конечно, если суткми не просыхть, тк много времени не ндо. Сыночек ее мленький, подбирл ее н тротурх, где он влялсь в рстительном состоянии, и со слезми домой волок. Безобрзную, грязную, пьяно стонущую тушу ммочку свою.

Лриск см все это рсскзл, и именно ткими словми, уж больно ей нрвится поныть и пострдть. Особенно, когд нпьется. И вот по вечерм, когд я собирюсь в очередное путешествие, Хряк уходит к мужикм игрть в крты, он сидит н своем тряпье, икет, льет слезы и бормочет что-то о своей несчстной жизни. О сыночке, которого отдли в детский дом, о муженьке, который вытурил ее из дом и водит теперь бб в квртиру. о том, ккя он был крсивя в молодости, кк з ней один профессорский сыночек ухживл.

Лупит кулчкми в стенку и вопит дурным голосом проклятия всем, кто ее жизнь згубил.

Не зню, был ли Лриск когд-то крсивой, об этом сейчс очень сложно судить. Я, нпример, слегк облдел, когд узнл, что ей всего-то тридцть пять... Я бы Лриске меньше сорок пяти никогд не дл - он, тощя кк скелет, и без одежды выглядит, кк смерть н двух ногх. Видел я ее пру рз, когд он от рзъяренного Хряк носилсь по зброшенному коллектору, куд выходит нше скромное жилище, в чем мть родил. Мужики со всей округи собрлись понблюдть.

Ккой же ржч стоял!

- Чей-то ты добрый сегодня ткой? - угрюмо спросил Хряк у Кривого, когд Лриск скрылсь из виду, - То не смотришь ни н кого, то вдруг выпивку н всех покупешь?

Хряк подозрительный до прнойи, и его, собственно, можно понять - есть ему, чего бояться.

- Ну... скжем тк, у меня сегодня день рождения.

Хряк недоверчиво усмехнулся. Я тоже не поверил.

- А мне и по хрену, - зметил Хряк.

Тем временем я врил мясо, я смотрел, кк врится кбнья ног и глотл слюнки. Конечно, со вчершнего вечер не жрмши!

- Ндо бы туд кртошки, лук - суп получился бы, - скзл я Кривому.

- А у тебя есть?

- Нету, но можно достть. С черного ход в мгзин зйдешь и кртошки выпросить можно. Не смой лучшей, конечно, но ддут. Мне всегд дют, я умею делть жлобное лицо и здохликом притворяться.

- Мгзины зкрыты еще, - скзл Хряк, - А ты мог бы милостыню просить или ходить по вгонм, рз жлость вызывешь... Дохляком он притворяется - ты и есть дохляк, чего тебе притворяться.

- А зчем?

- Что зчем?

- Милостыню зчем просить?

Хряк изумился.

- Деньги зрбтывть!

- А н фиг мне деньги? Были бы мне деньги нужны, я бы дом остлся, кончил бы школу и пошел рботть. Мне и тк хорошо.

- Шизнутый ты ккой-то. Ты в детстве головой не удрялся?

- И не один рз.

- Понятно...

Кривой смотрел н меня с улыбкой, смысл которой трудно было понять. В Кривом все понять было трудно.

- Это философия, которой тебе, Хряк, не понять! - вствил вдруг Урод. Проснулся, окзывется.

Урод выбрлся из-под своих лохмотьев, глз уже сверкют, кк у фнтик. Все знют двно - при Уроде никких принципильных рзговоров об обрзе жизни, инче зтянет проповедь. Интересно, почему его проповедники к себе не берут? Может, потому, что уродлив не в меру? Боятся, кк бы нрод не рспугл? Тк зря боятся - нш нрод ко всему привык, и все мы не особенно крсвчики в своей рвнине и немытые месяцми... д что тм месяцми - годми!

Урод - я точно зню, не мылся уже лет десять, кк минимум. По идеологическим сообржениям. Тк что близко к нему подходить не советую никому.

Урод и уродом-то стл блгодря своему обрзу жизни. У него ккя-то болезнь кожи - он вся покрыт фурункулми.

Ему бы мыться кждый день и спиртом протирться, он... Ну, в общем, понимете. Когд Урод поднимется н поверхность люди просто в рзные стороны рзлетются, и сны им потом, нверное, кошмрные снятся. Урод этому рдуется он считет себя подвижником и нверняк готовится стть святым, не христинским святым, рзумеется, святым ншего Бог.

Что ж, может, тк оно и будет. О своей прошлой жизни Урод не рсскзывл никогд. Если его спросишь, он отвечет, что его жизнь нчлсь только здесь, до этого он кк бы и не жил вовсе.

Михлыч двно знет Урод и скзл мне однжды, что ему тм, нверное, н смом деле плохо приходилось - издевлись нд ним всегд. С детских лет. Припоминя своих школьных товрищей, охотно этому верю, детки готовы поиздевться нд всяким, кто позволит это делть, и нет для них ничего приятнее, чем пнуть или обозвть того, кто сдчи не дст. Я никогд не относился ни к тем, ни к другим. У меня был имидж стрнного и опсного существ, потому что, несмотря н то, что я тощий, во мне хвтило бы силы уложить любого. Ну соглситесь, должны быть рзвиты мускулы у человек, который лзет в тких местх, где лзил я.

А Урод... Урод просто не умеет бороться. Никогд не умел. Он придумл себе философию - вернее, воспринял чужую, подходящую для себя и ушел жить в кнлизцию. Здесь он может хоть что-то из себя предствлять, пусть безумного фнтик и проповедник. Здесь его готовы принять тким, ккой он есть и нзвть своим - здесь кого угодно принять готовы.

Нш мир... нш Бог принимет всех, кого отверг верхний мир.

- Мелкий, - продолжл Урод, - живет, кк зповедовл нм господь Бл-Зеббул, который скзл нм: "Ты - которого нзывют отбросом обществ, стнешь повелителем мир, по воле моей!"

- Д зткнись ты... повелитель мир! Хряк не верит в ншего Бог. Хряк ни в кких богов не верит. Но зткнуть Урод не в силх дже он - рзве что шрхнет его головой о стену когд-нибудь.

- Мелкий когд-нибудь стнет великим, я вижу в нем силу! Великую силу дух, которую дровл ему господь Бл-Зеббул, призввший его к себе.

Нет, определенно, Урод приятно бывет послушть. Я чувствую, что невольно нчиню улыбться. Урод говорит все то, что я см чувствую в себе, если Урод действительно святой, то знчит... все это првд!

И снов я ловлю н себе пристльный взгляд Кривого. Ног, хоть и рзделння, вриться будет еще долго, кк же хочется жрть!

- Где эт дур?! - злобно бормотл Хряк. Это он о Лриске. Трубы горят у мерзвц.

- Круглосуточную плтку ищет, нверное, - скзл я, - А их тут, вроде, нет поблизости.

- А ты двй, шуруй к продуктовому. Тм, небось, уже товр привозят.

Приходится идти.

Здесь неподлеку, буквльно в десяти метрх ходьбы есть мленький мгзинчик, где меня уже хорошо знют и подкрмливют всегд. Добрые тетки, иногд дже молок дют.

Я не выгляжу н свои шестндцть, могу зпросто косить под четырндцтилетнего. К тому же я русский, не цыгненок ккой-нибудь, и меня жлеют больше, еще и из нционлистических сообржений.

Итк, я приволок целый пкет кртошки, моркови, лук и дже хлеб бтон, который свистнул с лотк только что открывшейся хлебной плтки - просто схвтил и др деру. Рди пршивого бтон никто з бомжем гоняться не стнет.

Хлеб еще теплый, только-только из печки. Тк что я свою долю в пиршество внес. Когд я вернулся, Лриск уже тоже явилсь. С водкой. И Михлыч проснулся, глядел н котел ждными глзми и судорожно глотл. Когд он в последний рз чувствовл зпх жркого?

Михлыч для меня человек особенный. Михлыч был первым, кого я встретил здесь, и он привел меня в этот мир, предствил всем и взял под свою зщиту.

Кого он, конечно, может зщитить, этот хилый стрик с больными ногми и трясущимися рукми, но он посвятил меня в мой новый обрз жизни, рсскзл с кем и кк я должен рзговривть, куд ходить и что делть, чтобы не нвлечь н себя неудовольствия сильных.

Михлыч - клссический случй преврщения человек в бомж. Бнльнее истории и быть не может.

Михлыч жил один после смерти жены в мленькой однокомнтной квртирке. Он здорово пил, пенсии, конечно, не хвтло, и он потихоньку вещички продвл. Однжды н рынке ккой-то, по словм Михлыч, "вполне приличный мужичок" звел с ним беседу, купил дурцкую и, конечно же, н фиг ему не нужную вещь чтобы рсположить стрик к себе - потом и выпить купил. Михлыч, понятно, проникся к нему необыкновенно, рзговорился по пьяной лвочке и рсскзл все про свое житье-бытье. Новый "друг" нпросился в гости и стл хживть чстенько, всегд бутылочку с собой принося, то и две, пок не стл "смым лучшим другом". И вот однжды этот смый "лучший друг" повел уже изрядно выпившего Михлыч к нотриусу, где нотриус преспокойно зверил подпись пьяного в дым Михлыч н генерльной доверенности, в которой знчилось, что Михлыч полностью доверяет своему другу производить ккие угодно оперции со своей недвижимостью, то есть квртирой.

Михлыч вышвырнули н улицу уже н следующий день, когд тот, по совету соседей, отпрвился в домоупрвление, ему тм вежливо объяснили, что он выписн, окзывется, в ккую-то деревеньку в Днепропетровской облсти, где у него, якобы, свой дом...

По просьбе Михлыч соседи дже спрвки нвели - не существует в природе ткой деревни - и посоветовли они ему в милицию обртиться.

До милиции Михлыч не дошел. "Лучший друг" встретился по дороге и вежливо посоветовл, чтобы утихомирился стрик и сгинул куд-нибудь по-добру по-здорову, инче быть ему зрезну и зкопну в близлежщем лесочке.

Михлыч понял и сделл все тк, кк ему велено было. И живет до сих пор. Здесь. И еще рдуется, что не пришили его... могли.

Попв сюд, Михлыч бросил пить. Совсем. Дже видеть водку не может. Живет он н деньги, собрнные милостыней и бутылки выуживет из помойных ящиков.

Грждне люди сверху! Этот стрик действительно нищий!

Он не претворяется, что ему жить негде и пенсию не плтят! И если увидите его, сидящего н сфльте в дрном женском пльто болотного цвет, дйте лучше ему, чем мльчишке-попрошйке. Хотя бы з то, что он всю войну прошел солдтом, и из-з ледяной воды, в которой простоял дв чс, когд мост пнтонный строил, зрботл себе ткой ревмтизм в ногх, что еле ходит теперь. Он не притворяется, честное слово, уж я-то точно зню.

Когд человек стновится бомжем - нстоящим бомжом одним из нс, ему почти всегд дется новое имя, кк у уголовников. Впрочем, именно уголовники нм эти имен и дют.

Меня, нпример, срзу нзвли Мелким. Хряк нзвл, и все это имя приняли, я см тоже. Оно мне подходит, я действительно мелкий. И, нверное, всю жизнь мелким остнусь. Я специльно приспособленный, чтобы по трубм лзить.

А Михлыч нового имени не получил. Его и в прежней жизни все звли Михлычем. Несмотря н то, что здесь все считют его своим, и меня приняли блгодря его протекции, Михлыч никогд членом империи не был. Он кк бы в стороне от них... от нс, потому что я-то член империи, хотя, кк м он, почти ни с кем не якшюсь и гуляю см по себе. Михлыч не верит в ншего Бог, вернее, он нзывет его дьяволом и говорит мне всегд, что не стоит поклоняться ему. Говорит он это, првд, только когд знет точно, что никто не услышит его кроме меня, потому что боится, что убьют его, тот же Урод по фнтичности своей или проповедники, которые, вроде бы, тк и поступют с инкомыслящими. Со мной он говорит, потому что знет, что я его не выдм.

Михлыч верит в Бог тех, кто нверху. Несмотря н то, что этот смый Бог не зщитил его. Я спросил, кк же можно верить ткому Богу, который не в состоянии тебя зщитить? А Михлыч скзл, что все, выпвшее н его долю, он зслужил, ибо грешил в жизни много, и что вот это все его искупление, что-то вроде испытния пред тем, кк попсть в рй.

Когд я учился в школе, у нс внезпно в число предметов ввели Зкон Божий. Проводил знятия одетя в черное тетк, которя всегд ходил в плтке, пряч под него волосы и дже лоб. Пончлу я приходил слушть ее, но потом мне стло смертельно скучно. Я не принял того Бог, о котором он говорил, этот Бог не мог мне дть ничего из того, что я хотел. Я не знл еще тогд про ншего Бог...

Ншего Бог Михлыч почему-то боится, хотя он охрняет его лучше, чем Иисус Христос. Михлыч никогд не рзговривет с Уродом и не слушет его вдохновенных речей. А Урод к нему и не пристет, кк это ни стрнно, он, кк и все остльные, принял Михлыч тким, ккой он есть. Все знют, что Михлыч нвсегд остнется человеком сверху, что он никогд не привыкнет к ншему подземному миру...

Жркое, нконец, было готово. Мы приготовили его с Лриской совместными усилиями, и получилось оно тким, ккого нше подземелье никогд еще не видело!

Пир получился грндиозным, мы все обожрлись тк. что еле двиглись. Водку вылкли моментльно, я тоже хвтнул целый сткн, кжется, и по шрм здорово дло.

А потом кждый нчл знимться своими обычными делми.

Хряк погнл Лриску рботть. Рботть - это знчит побирться в электричкх. Просить н хлеб. Рньше это дело очень прибыльным было, теперь нрод уже привык и не покупется тк легко, кк бывло. Смотрят н испитую Лрискину физиономию и посылют ее н три буквы, мол знем, ккой тебе хлебушек нужен.

- Мне бы с ребенком ходить, - жловлсь Лриск, - С ребенком можно просто сидеть н одном месте в кком-нибудь переходе и будут подвть.

- Где я тебе ребенк возьму? - ворчл Хряк.

- А ты попроси... у кого ндо...

- См проси, стну я в кблу лезть.

Тк вот, Лриск отпрвилсь рботть, Хряк ушел игрть в крты и ждть Лриску, которя вечером должн будет водки принести, кк минимум пру бутылок и зкуски. А если не принесет... Хряк помирет со скуки в нших тоннелях пьет, спит, д в крты игрет. И это после того, кк нверху он тк весело жил! Здесь грбить некого, до тех, у кого есть, что грбить, ему не добрться. Тк что свои животные инстинкты Хряк спрвлять может только н Лриске, д и то не особенно - убить ее не большого труд стнет, где потом нйдешь еще одну ткую дуру?

Урод тоже отпрвился куд-то по своим делм. Кк он зрбтывет н жизнь никто толком не знет, ворует, нверное.

Тем более, что зповедями это не зпрещено, дже ноборот.

"Ты хочешь жить? - говорит нш Бог, - и, если для того, чтобы выжить, ндо укрсть - укрди, если ндо убить - убей!"

Не зню, случлось ли Уроду убивть, но если придется, он убьет не здумывясь. Кого угодно, стоит только проповеднику прикзть ему.

Михлыч тоже поплелся просить милостыню. Холодно ему, конечно, сидеть весь день без движения н морозе в своем болотного цвет пльто, но он ходит. Кждый день.

Я скзл ему однжды, чтобы он не ходил, пок морозы ткие, что я уж кк-нибудь достну еды для нс двоих, чтобы с голоду не помереть, но он все рвно ходит. Может быть есть у него тйное желние кк-нибудь змерзнуть нсмерть. Что ж, я его понимю.

Мы остлись вдвоем с Кривым. И это он, кжется, первым нчл рзговор - я бы не решился, пусть дже не совсем трезвым был.

Кривой рзвлился н своем тряпье и смотрел блгодушно н то, кк я спть устривюсь. Я чувствовл его взгляд спиной, но не оборчивлся, нрочно не оборчивлся, и все-тки Кривой окликнул меня.

- Эй, Мелкий!.. Ну-к иди сюд.

Учсть ткой мелюзги, кк я - слушться. Всех, кто стрше тебя и сильнее. Это в тоннелях я приндлежу см себе, могу выбирть мршруты и лзить, где вздумется, здесь я всего лишь Мелкий. Обо мне все тут думют, что я сильно не в себе, но н смом деле я всего лишь мльчишк и жив до сих пор только потому, что меня приняли в Империю. И еще потому, что я не нрушю првил, не высовывюсь и слушюсь стрших.

Когд Кривой позвл меня, я, рзумеется, подошел. Но не слишком близко. Никогд не стоит подходить к человеку слишком близко, ибо редко когд можно скзть нверняк, что знешь его нмерения. Нмерений Кривого я, сми понимете, знть не мог.

- А ведь ты не тк уж преднно чтишь зповеди Бл-Зеббул, - скзл Кривой после того, кк несколько мгновений молч рзглядывл меня.

Я не понимл, что он имеет ввиду. стоял и хлопл глзми и, честно говоря, немного испуглся. Кто его знет, Кривого, может он проповедник н смом деле или связн с ними кк-то, ведь говорил мне Урод... Но что я мог сделть не тк?

- Кто ткой Бл-Зеббул, ты знешь? - вопрошл Кривой.

Он лежл, вльяжно зкинув руки з голову и улыблся, но глз его смотрели н меня очень серьезно и проництельно, кк и всегд.

- Нш Бог. - скзл я.

- И это все, что ты знешь о нем?

- Д лдно тебе! Я зню все, что Урод рсскзывл. О том, что Бл-Зеббул - бог подземного мир, в котором мы живем, что он бог грязи и гниения... ну, что тм еще...

- Вот именно, грязи и гниения, - скзл Кривой, - Его еще нзывют Повелителем Мух, знешь почему?

- Не-.

- Не стой тм, кк столб, сдись со мной рядом, я тебе много нового рсскжу.

Я уселся н его ложе. В большинстве своем ложе это предствляет из себя стрый мтрс, полостый, кзенного обрзц. Одеялом Кривому служт несколько курток. Я понял, что знчили его слов: "Ты не особенно чтишь зповеди..." Это потому, что я не гнию зживо, кк полглось бы, что я дже не особенно грязный по ншим меркм. Но ему ли говорить мне об этом, он см дже н Урод не тянет.

- Нш Бог, - скзл Кривой, тинственно сверкя глзми, - Великий Герцог Ад. Он вездесущ, ибо появляется перед людьми всегд, когд они дже и не подозревют об этом, в обрзе мух. Предствь, Мелкий. в кждой мухе, что ты имел честь лицезреть, был крупиц сущности ншего Бог, он видел тебя постоянно и следил з тобой. З тобой и з кждым. А где появляются мухи? Тм, где пдль, где гниет живя плоть.

И если твоя собствення плоть гниет, то мухи селятся н ней, выводят личинки...

Кривой коснулся кончикми пльцев моей обнженной руки, и я вздрогнул от неожиднности.

- Предствь, Мелкий, что Бог всегд с тобой, что он живет в тебе...

Я не знл, что и скзть.

- Вот повезло Уроду, првд? - продолжл Кривой, - Ему и стрться не ндо - мухи стдми з ним летют...

- Тк не протянешь долго, - решился я выскзться, чтобы немного опрвдться в его глзх, - Сгниешь и все. Хотя мужики нши и Урод тот же водку жрут, он гниению не способствует.

- Ну, не скжи. Гниение ведь рзное бывет. Бывет гниение тел, бывет гниение души. Кто-то гниет снружи, кто-то изнутри. Урод , к примеру, отмечен особым блгословением, он гниет срзу со всех сторон. А возьми того же Хряк - в теле его силищи немеряно, и проживет он лет сто, если не убьют, конечно, крепкий и розовенький, зто душ его гниля и червями изъедення. Тк что он тоже верный слуг ншего господин... А, Мелкий?

- Я пришел сюд рди него.

- А в чем зключется твое служение ему?

Тут я понял, что Урод был точно прв - этот тип действительно якшется с проповедникми и, если тк, то я пропл, потому что н его вопрос мне нечего ответить.

- Ты просто мльчик, тк ведь? Ты не исповедуешь культ.

Д! Урод был прв! Кривой и говорит точно, кк проповедник, случлось мне их слышть - они точно тк же выржются.

Эх, плыть мне по коллектору с ткой же перекошенной физиономией, кк у сегодняшнего нйденного мною труп!

- Я не просто мльчик, ты что не слышл, что обо мне Урод говорил?.. Что мне делть-то ндо?!

- Вот! - провозглсил Кривой, - С этого и следовло нчинть!

Все. Я поплся. Прощй свободня и беззботня жизнь, прощйте стрые кирпичные своды, лбиринты ходов, тоннели метро! Теперь остток жизни мне придется делть то, что хочет Кривой! А то, что он будет зствлять делть меня, я примерно зню... Это я притворяюсь всегд, что глупый, нивный и ничего не вижу никогд.

Я ведь вм првду скзл, что почти все подземные ходы изучил, и я зню, что под ншим миром - под ншим подземным миром - существует еще один, мир, где живут истинные слуги Бл-Зеббул... избрнные, проповедники и см Великий Жрец.

Я зню, по меньшей мере, три дороги туд, но никогд, никогд у меня не возникло желния туд проникнуть. Потому что я точно зню, у проникшего туд однжды, обртной дороги нет и никогд не будет.

Кривой один из тех. Кривой бывет тм. Теперь я зню это точно.

- Я нучу тебя служить повелителю тк, чтобы он был тобой доволен, Мелкий. Урод говорил првильно - ты действительно избрнный. Ты избрн повелителем для особенного служения.

Кривой посмотрел н меня пристльно.

- Понимешь ли ты это?

Я кивнул.

- Готов ли ты?

Я снов кивнул.

- Ты особенный еще и потому, что мир людей не отвергл тебя, кк отверг большинство из здесь живущих. Ни для кого не секрет, что многие с рдостью вернутся нверх, если кто позовет их вдруг. Не зовут только, и никогд не позовут. Все это знют, потому предпочитют гордиться своим нынешним обрзом жизни. Рди того, чтобы увжение к себе сохрнить.

Вроде кк - не вышвырнули меня, я см выбрл обрз жизни.

Ты не ткой. Я тоже не ткой. И есть еще много людей, которые сделли выбор действительно сознтельно и отдли всех себя ншему Богу... Только они не здесь, Мелкий. Они тм.

Кривой многознчительно укзл пльцем себе под ноги.

- Еще глубже под землей. Хочешь пойти туд вместе со мной?

Должно быть, ужс все-тки отрзился н моем лице, потому что Кривой добвил:

- Д, тм нстоящий Ад. И любой обычный человек погибнет, если спустится туд. Хряк, Михлыч, Урод дже . Они погибнут... Но в этом месте Повелитель друет огромные силы тким, кк мы. Силы достточные для того, чтобы быть влстителями мир. Всего мир, Мелкий. И этого, и того, который нверху.

- Но никто не погибет в День Жертвоприношения, ведь спускются туд толпы нрод. Урод все время ходит и Хряк тоже... ему нрвится.

- Это особенный день, Мелкий. В этот день см Великий Жрец впускет свой нрод в святилище... Ты никогд еще не был н жертвоприношении?

- Не был. Меня еще не было здесь тогд...

Н смом деле, я уже был здесь. Только Михлыч меня не пустил, скзл, что нечего мне тм делть.

- Это и хорошо. Нечего тебе смотреть из толпы. Ты пойдешь туд вместе со мной. Кк один из избрнных... Хочешь?

- Хочу.

У меня вдруг сильнее збилось сердце и дже голов зкружилсь от внезпно пришедшей в голову мысли, что ведь это см Бл-Зеббул прислл з мной Кривого!.. Прислл, чтобы нконец призвть меня к себе! Тк чего же я боюсь? З свою свободу? Д что ткое свобод по срвнению с возможностью служить ЕМУ... Лично! ОН зовет меня, ОН, который признл меня своим сыном в тот день, когд я зблудился. Рзве я не говорил ему тогд, что сделю для него все?!

Д, мне нрвилось быть одиночкой, я не хотел дже пытться стть одним из тех, кто служит ншему Богу по-нстоящему... Но я должен, потому что я избрн. Я преднзнчен. А преднзнчение свое не выбирют. Ему просто следуют.

- А кто ты тм, Кривой? - спросил я осторожно.

Кривой только улыбнулся.

- Узнешь. Здесь не произносится ни имен, ни звний. Я просто слуг Его. Это единственное, что ты должен знть... пок.

Хотя костер еще горел, и было жрко, у меня почему-то мороз пробежл по коже, и мне зхотелось звернуться в телогрейку. Это от волнения.

- А сейчс иди спи, - Кривой столкнул меня со своего мтрс, - У тебя есть еще несколько дней. Подумй обо всем хорошенько.

Я поплелся к своей лежнке. Спть уже совершенно не хотелось, но мне действительно просто необходимо было полежть в тишине и подумть. О многом.

- Д, Мелкий! - догнл меня голос Кривого, - И о ншем рзговоре никому ни слов.

- Смо собой.

Но ни о чем подумть в этот рз мне не удлось. Я уснул. Вырубился срзу же, кк окзлся в горизонтльном положении. Нверное, скзлись устлость, сытный звтрк, ну и водк, конечно.

А когд я проснулся, уже день клонился к вечеру. Я был один. Те, кто рботли, еще не возврщлись, Кривой уже сгинул , по своему обыкновению. Я, честно говоря, испытл по этому поводу большое облегчение.

Котел все еще висел нд потухшими углями. Тм еще было чего пожрть. Я могу поесть и холодного, я не приверед, но, соглситесь, горячя пищ все-тки приятнее. К тому же я не тороплюсь никуд. Мои тоннели подождут меня еще пру чсов.

Мне Михлыч ндо дождться, убедиться, что с ним все в порядке, то всю ночь буду думть только о том, змерз он до смерти н этот рз или еще не змерз.

Михлыч пришел. Зкостеневший от холод, но довольный.

Сегодня подфртило тк, кк очень редко случется, поведл он мне, ккой-то новый русский кинул купюру в пятьдесят бксов.

Михлыч вертел ее в рукх и не знл, куд спрятть. Еще бы! Попдется н глз Хряку - отнимет.

- Двй я спрячу, - предложил я ему.

- А где?

- У меня тйных мест до фиг. Никто не нйдет.

- А что з место-то?

- Я тебе покжу.

- Д нет, можешь не покзывть. Тебе я верю.

- Я не к тому. Просто... ну, меня скоро здесь уже может не быть...

Михлыч встрепенулся.

- Д ну? никк домой возврщешься?!

Михлыч постоянно уговривл меня вернуться домой. С первого дня ншего с ним знкомств. Кк только узнл, что я из блгополучной семьи, то обругл меня по стршному.

И всякий рз руглся, пок не понял нконец, что я не просто глупый подросток, сбежвший из дом в поискх приключений, что я нвсегд здесь остнусь.

Мне, нверное, следовло бы скзть, что д, мол, я возврщюсь к родителям. И Михлыч был бы доволен и вопросов не последовло бы. Но не мог я тк скзть, просто потому, что столько рз твердил стрику, что мой дом здесь! Что я сделл свой выбор, и он окончтелен! Что он подумет, что я сломлся? Что мне слишком трудно смому зботиться о себе и жить тк, кк мне в кйф? Нет, я не могу допустить, чтобы он тк подумл обо мне!

- Я не домой, Михлыч.

Я принес ему в миске горячего суп и сел рядом.

Михлыч ждно нбросился н еду, и я уже нчл думть, что он не спросит... Но он спросил.

- А куд же?

- Я не могу тебе скзть.

- Что знчит - не можешь?

Михлыч поствил трелку н пол и посмотрел н меня подозрительно.

И мне пришлось рсскзть. Взяв, конечно, с Михлыч предврительно слово, что нш рзговор остнется между нми.

Стрик выслушл все, что я скзл ему, и я зметил, кк он поник.

- Вот до чего дело дошло, - скзл он после того, кк я двно уже сидел молч и ждл его слов, - Я знл, что тк все и будет, я знл, что этим кончится.

Внезпно Михлыч съездил мне лдонью по лбу. Довольно сильно.

- Ты понимешь, идиотин, что подписл себе смертный приговор?! - зкричл он шепотом, - Довыступлся со своей избрнностью! Сколько рз я тебе говорил!.. Эти жертвоприношения... Ты знешь, кого они в жертву приносят?.. Людей!!!

Честно говоря, я об этом догдывлся. Жертвовть Бл-Зеббулу что-то меньшее, было бы святоттством.

- Но ведь это люди сверху, - брякнул я, - Не нши...

Збыл я что ли с кем говорю? Это Уроду можно скзть не нши и Кривому, но не Михлычу же!..

У Михлыч еще сильнее руки зтряслись от моих слов, он смотрел н меня тк, что мне кзлось - сейчс здушит.

- Не нши?! - проговорил он, нконец, - Д речь идет о твоих родителях, о твоей сестренке ! Ты и их готов в жертву принести?! Что с тобой?! Ты что, убийц?! Кк Хряк?! Что знчит, нши, не нши?! Все мы люди - одинковые! Всех нс мтери рожли... Глупый мльчишк.

- Эти люди чуть не убили тебя, выгнли из дом, оствили н произвол судьбы... здесь тебя приняли!

- Это бндиты были! Не люди - бндиты! И те, к кому ты идешь - тоже бндиты! Еще по-стршнее, чем те, которые нверху... Но у тебя теперь выбор нету, - добвил он внезпно, - Если ты откжешься - тебя убьют. Дже если домой вернешься, все рвно нйдут и убьют... Они повсюду. Они где угодно нйдут...

- А я откзывться и не собирюсь! - скзл я мрчно, - И все, Михлыч, збудь о ншем рзговоре. Если Кривой узнет, что я тебе все рсскзл - нс точно убьют. И тебя и меня. Понял?

Михлыч не ответил. Он отвернулся от меня и принялся доедть почти остывший уже суп.

Я отпрвился уже к выходу, когд он внезпно окликнул меня.

Он зствил меня подойти, вдруг влстною рукой притянул к себе и поцеловл в лоб.

- Я буду молиться з тебя, - скзл он, - З твое спсение. Не вшему дьяволу, Богу! Тому, который н небесх, не под землей!

Он оттолкнул меня и прежде, чем он вновь отвернулся к своей трелке, я увидел слезы в его глзх.

Мне нужно было, нверное, кк-то утешить его, но я не знл кк. Я збрл его пятидесятидоллровую бумжку и рсскзл, где спрячу ее. Рсскзл Михлычевой спине, потому что он тк и не повернулся ко мне и не скзл ничего. Тк что и не зню я, понял ли он, где я собирюсь прятть его деньги...

Было еще не поздно, и я отпрвился в метро. Мне нрвится сидеть в тоннеле, в кком-нибудь уютном месте и смотреть н проносящиеся мимо поезд. Я сижу все время в рзных местх - тк интереснее, но обязтельно у светофоров. Иногд поезд остнвливются и ждут зеленого свет, тогд я смотрю вглубь ярко освещенных вгонов. Рзглядывю людей. И, порою, вижу детей, прилипших к окнм - детей, с ткими же ждными глзми, ккие были у меня когд-то. Когд-то я мечтл о том, кк буду сидеть в тоннеле и смотреть н поезд. Моя мечт сбылсь. Но только вот удстся ли мне и в будущем приходить сюд?.. Я не зню.

Я сегодня чувствую себя, кк новобрнец перед своим первым боем, кк космонвт, готовящийся выйти в открытый космос... Я жду и боюсь того дня, когд Кривой возьмет меня ТУДА.

Впервые з все время, что я здесь, я думю о том, кто я н смом деле. Остлось ли что-то, что связывет меня с этим миром нверху? Или я действительно могу збыть о нем нвсегд? И говорить, кк Урод - моя жизнь нчлсь только здесь.

Рньше я не думл об этом. Рньше - остться мне или уйти - звисело только от моего желния. А теперь... Михлыч прв, конечно, выбор у меня уже нет. Тем лучше, дже .

Я, по крйней мере, избвлен от необходимости принимть решения - все, что случится со мной дльше, решит повелитель...

Поезд проносятся мимо. Быстро, не здерживясь н светофорх. Сегодня систем рботет хорошо.

Снов я слышу тихий рокот, потом тоннель постепенно освещется мощными фрми, и огромное чудовище высккивет из-з поворот, чтобы пронестись мимо меня, плюясь искрми из-под колес, стрелой из яркого желтого свет.

Люди с поверхности боятся темноты. Если поезд остновится, и в вгонх внезпно выключт свет - они впдут в пнику. Они боятся змкнутого прострнств, друг друг и этого темного тоннеля. Не тк двно Михлыч прочитл в гзете, что в Бкинском метро сгорел поезд. Зстрял в тоннеле и сгорел. Д, этим людям есть чего бояться.

Глв 3

НАСТЯ

В тот вечер мы с Андреем вернулись домой вместе. Устлые, рзбитые, примиренные. Н эту ночь Ольгу оствили в больнице, куд ее доствили после освидетельствовния в милиции. Конечно, Андрей хотел збрть ее с собой... Он уже не сомневлся в том, что это - его потеряння дочь... Но многое еще требовло выяснения и уточнения. Ему, конечно, обещли, что смогут это сделть скоро... Совсем скоро... А пок - рзрешили ему нвещть ее в больнице, приучть к мысли о том, что он - ее отец.

Доктор, осмтриввший Ольгу, скзл, что он очень истощен и плохо рзвит в результте недоедния и длительного пребывния без свет. Без свет оргнизм окзывется лишен витмин Д и не может првильно рзвивться... Ей потребуется особое лечение, чтобы полностью восстновиться. Нбор витминов. Специльня пищ. Знятия с детским психологом. И, конечно, очень много любви, постояння збот, чтобы сделть ее нормльным ребенком, ребилитировть, вернуть в нш мир... Нс ожидл нелегкий труд и, кроме того, успех был вовсе не грнтировн: Ольг могл остться невменяемой, могл стть непредскзуемой и жестокой, с необоримой тягой к улице... Ткие случи бывли... И мы должны быть зрнее готовы к неудче...

Для Андрея хуже всего было узнть, что Ольг уже познл мужчину ккой-то мерзвец не просто изнсиловл ее, но длительное время с ней сожительствовл... Возможно, это были несколько человек... Хорошо еще, никких венерических зболевний у нее не обнружилось! И збеременеть он не могл, потому что физически еще не стл девушкой. Но морльня трвм, бесспорно, ужсня. И из-з этого тоже он всегд будет отличться от других девочек, у нее может быть зниження смооценк, отсутствие морльных норм и дже гиперсексульность...

В общем, зпугли нс основтельно.

Я пребывл в здумчивости - уж очень необычно все произошедшее! Ведь только сегодня утром я собирлсь рзвестись с Андреем, теперь - готов утешть его и зботиться о его дочери! По мере сил, конечно. В тот момент я еще не был готов зменить Ольге мть. Но и о рзводе, рзумеется, не могло быть речи, по крйней мере, некоторое время. Не могу же я бросить его в ткой тяжелый момент! Ккой бы он ни был сволочью н протяжении год совместной жизни... Но я же не сволочь! Оствить его сейчс нельзя.

Андрей трясся от ярости, он готов был убивть, рвть н куски любого бомж, ккой ему только н пути попдется!

Дочь не скзл ему ни слов...

Он его дже не узнл...

Андрею хотелось мстить.

И я его хорошо понимл.

Ведь он - мужчин! Он должен действовть... Ждть, помогть, утешть - это дело женщины. А его никк не зинтересовл многолетний плн психологической ребилитции Ольги, он считл, что причиненное ей зло возможно побороть только одним способом - покрв виновников. Пок они живы - Ольг не сможет стть прежней... Или - он не сможет стть прежней для него! И он не сможет быть спокоен, пок не отомстит.

И жизнь не может вернуться н круги своя, пок не будут нкзны виновные в рзрушении этой жизни...

И я думл, глядя н него: ведь еще сегодня с утр Андрей не думл, не вспоминл об Ольге! Он уже несколько лет, кк смирился с тем, что потерял ее! Он не предпринимл новых попыток для поисков! И подвно - он не пылл чувством мести к тем, кто рзрушил его прежнюю семью. Рзве что ткое личное чувство, кк неприязнь к бывшему тестю, сохрнилось у него, вот те, кто укрл Олю, кто убил этим Лну - они были для него безликими, они словно бы не существовли.

А теперь - они словно бы обрели рельность для него...

Он здыхлся от ненвисти...

Мы с ним двно уже не спли вместе. Но в тот вечер я легл с ним. Ему требовлся кто-то - рядом. Ему необходим был рзрядк. И я его пожлел.

Н следующее утро он позвонил н фирму и скзл, что не придет. Он поехл в милицию, знимться Ольгиным делом. А вечером мы, уже вместе, отпрвились в больницу.

Девочк лежл в отдельном боксе.

Весь обслуживющий персонл знл уже ее историю, все сгорли от любопытств и спешили посмотреть н нс, ккя-то нянечк, из смых добрых побуждений, нверное, воскликнул, открывя перед нми дверь бокс:

- Вот, Оленьк, твои мм с ппой пришли...

Андрей коротко взглянул н меня... И отвернулся.

А у меня упло сердце...

Девочк сидел н кровти и, нтянув одеяло до подбородк, нпряженно смотрел н нс с Андреем.

Андрей купил по дороге в больницу большого плюшевого бульдог: если нжть бульдогу н живот - он глухо тявкл.

Хорошя игрушк, только стршня...

Теперь он шел к кровти, держ бульдог перед собой, кк щит.

- Оля... Ты совсем меня не помнишь? - жлобно спросил Андрей.

Нянечк, все еще стоявшя в дверях, громко всхлипнул.

- Нет, - прошептл Ольг. -Я не помню ни ппу, ни мму. Я помню только дедушку.

Дедушк... Юзеф Теодорович Лещинский... Ндо бы его известить! Тоже имеет прво знть...

- Олечк... Ты мне можешь рсскзть, кк же все произошло? Ты можешь мне скзть, кто с тобой... Кто тебя обижл?! Я - твой пп, я должен тебя зщищть...

- Доктор зпретил ее волновть, - вмешлсь молоденькя медсестр, дежурившя возле бокс. -Сейчс еще не время для тких вопросов.

Андрей смиренно кивнул.

Присел н крй постели.

Протянул дочери игрушку.

Он смотрел с опской, словно боясь, что плюшевый бульдог взорвется при первом же прикосновении.

- Тебе не нрвится? - прошептл Андрей.

Девочк смерил его ледяным взглядом и - нкрылсь одеялом с головой, покзывя, что удиенция окончен.

Андрей рстерянно оглянулся н меня.

- Ну, ммш, чего в дверях-то жмешься? Подойди к ней, прилскй, тебя он скорей признет! - скзл нянечк, подтлкивя меня в спину. -Мужиков-то он бояться может, они ж с ней чего творили-то... А отец для нее - чужой дядьк пок еще! А ты - мть, от тебя теперь все звисит!

- Я не...

Хотел я было скзть, что я не мть Ольге, но - осеклсь. Если девочк думет, что я - ее мть... Для нее и тк шок, что ее родители ншлись... Ей к нормльной жизни привыкнуть ндо... А рнить ее прямо сейчс тем, что ее мть умерл... Тем более, что мтери он и не помнит!

Нет, не время делть ткие зявления. Выбивть у нее из-под ног только что обретенную почву! Ндо помочь ей... И Андрею... Действительно - ведь от меня, именно от меня сейчс тк много звисит! Никогд в жизни от меня не звисел никто и ничто тк, кк сейчс - этот мужчин, эт девочк...

Я подошл и сел н кровти, рядом с Андреем.

Андрей обнял меня з плечи.

Я совершенно не знл, что мне предпринять, пытлсь предствить, что бы я сделл, будь Ольг моим ребенком, потерянным и снов обретенным... Нет, если бы я потерял бы ребенк, я бы тоже умерл, кк Лн, но только горздо рньше, чем через пять месяцев! Я бы, нверное, прямо тм, н месте умерл...

Тк мы и сидели, обнявшись, в боксе сделлось совсем тихо, и Ольг выглянул нконец из-под одеял, увидел нс - вместе... Я спиной почувствовл, кк вздрогнул Андрей.

Но объятий своих он не рзжл. Ольг смотрел н нс долго, не отрывясь, и взгляд ее стновился все более осмысленным, вопрошющим, горьким. А потом он спросил:

- Вы действительно мои мм и пп? Не врете?

Я кивнул. Скзть я ничего не могл - в горле стоял комок... И Ольг вдруг откинул в сторону одеяло и нырнул мне в руки, головой притиснулсь к груди, прижлсь всем телом, коротко вздохнул и - змерл.

Я осторожно провел рукой по ее темным волосм - тким же темным с метллическим отливом, мягким и прямым волосм, ккие были у моего муж - я глдил ее по волосм, проклиня себя з мысль о возможном нличии у Ольги вшей... Но мы же - в больнице... Они должны бы извести всех прзитов...

В дверях умиленно зплкл нянечк.

Ольгу нм отдли спустя пять дней после того, кк я опознл ее в подземном переходе метро.

Много всякого случилось з эти пять дней... Нчиня с того, что женщин, побирвшяся с детьми в переходе, был убит! Убит - прямо в КПЗ. Ее ншли лежщей н полу, с перекошенным от ужс лицом и свернутой нбок шеей. И ведь никто не мог проникнуть в ее кмеру... Рзве что - тркны или мухи? Мух в кмере окзлось несметное количество, хотя - в других кмерх их было не тк уж много, все же осень близится...

Мухи...

Мухи нещдно преследовли ншу семью с тех пор, кк Ольг переступил порог квртиры.

Понятно - вгустовские мухи привязчивые - но почему их тк много?!! И почему они липнут именно к Ольге, будто он медом обмзн?!! И почему н них не действуют дже смые убийственные для прзитов згрничные средств?!!

...И почему Ольг улыбется, когд видит кружщихся возле нее мух, когд мухи путются у нее в волосх, пытются сесть н губы, н веки?..

Это было стрнно и стршно.

Ольг улыблсь и шептл что-то...

Один рз мне покзлось, что я рзличил слово "ПОВЕЛИТЕЛЬ". Он шептл это слово, улыблсь, звороженно следя з кружением мух под потолком...

А ведь у нс очень чистя квртир! И никогд прежде нс не донимли мухи!

Я мыл Ольгу по дв рз в день - чтобы сделть ее менее привлектельной для мух и, зодно, приучить к чистоте. Я вообще стл приучть ее ко всему, что должн бы знть послушня девочк из хорошей семьи, срзу же, кк только он вошл в нш дом. Тк посоветовл доктор. Чтобы он резче почувствовл рзличие между той жизнью - и этой. Чтобы осознл знчимость произошедшей перемены.

Ольг кзлсь мне очень милой девочкой. Молчливя, отчуждення, неприветливя, но все же - слвня: он тк искренне тянулсь к лске, он тк стрлсь быть хорошей, исполнять все, чего мы от нее хотели. Он не доствлял мне никких особых хлопот, но при этом я чувствовл себя рядом с ней очень приятно: моя жизнь нконец обрел рельный смысл, я зботилсь о ребенке, о живом ребенке, который, вдобвок ко всему, ловит н лету кждое мое слово и исполняет все мои требовния ( в отличии от сыночк подружки Алечки, который только и знл - орть, крушить все вокруг, все время см чего-то от окружющих требовл и врубл телевизор н полную громкость, зня, что мне это неприятно! ). Ольг легко и незметно вошл в нш семейный быт... Уже через четыре дня ее пребывния, я к ней привыкл тк, словно всю жизнь ее знл! Првд, доктор предупредил, что первый месяц пребывния приемного ребенк в новой семье нзывют "медовым", в первый месяц дети, обычно, ведут себя хорошо, присмтривются, изучют... А вот через месяц могут вылезти нружу все ее былые привычки и он нм "дст жизни"! Но мне кзлось - доктор перестрховывет нс. Ольг нстолько збит, нстолько привыкл к покорности... С ней не будет хлопот. Никогд. если, конечно, не говорить о хлопотх с питнием, витминми, врчми, д и о будущем ндо бы подумть, хотя доктор говорил - рно...

Мм моя был в шоке, когд узнл, что ншлсь дочь Андрея. И, по-моему, мм не рдовлсь... Он хотел, чтобы мы с Андреем помирились и чтобы у нс был ребенок, но - мой ребенок! А не ккой-то тм чужой и вдобвок - уличный... Но потом мм решил, что приятно предстть перед зятем ( и рсскзть потом знкомым ) эткой доброй смритянкой. И нвестил нс, не предупреждя о приезде. Привезл Ольге куклу с нбором одежек. Ольг встретил мою мму угрюмым взглядом и, н зявление о том, что, дескть, "я твоя ббушк", скзл внезпно:

- Врете. Моя ббушк умерл. У меня только дедушк есть.

Я обрдовлсь - не тк уж чсто Ольг вспоминл о прошлой жизни, о семье!

Но мм, конечно же, рссердилсь. Зловеще скзл:

- Ты еще нмучешься с этим ребенком, помяни мое слово!

Кк бы н смом деле не пришлось рзводиться! Из-з нее...

Мои уверения в том, что только "из-з нее" я и остлсь с Андреем еще н неопределенное время, тк - рзвод был делом решенным, ммой приняты не были. Он считл, что все мои эмоции - не более, чем кприз... А вот появление дочери от первого брк, которя, к тому же, воспитывлсь "Бог знет где", мм считл серьезной угрозой моему супружеству. Он дже поинтересовлсь, нельзя ли "сплвить" Ольгу тому смому пресловутому дедушке или кому-нибудь из семьи Лны...

Мм всегд был женщиной прктичной.

Никогд не отличлсь тонкой чувствительностью.

Обижться н нее бесполезно...

Но лучше, если они с Андреем не будут встречться некоторое время, то ведь мм, из смых добрых побуждений, может ввести ккое-нибудь "рционльное предложение" относительно будущей судьбы Ольги - нпример, отдть Ольгу в плтную психитрическую клинику или в "Лесную школу", где у ммы, рзумеется, были знкомые, которые лично присмотрят...

Боюсь, если бы мм скзл сейчс Андрею что-нибудь подобное, между ними мог бы произойти серьезный конфликт, первый по-нстоящему серьезный конфликт между "идельной тещей" и "идельным зятем". А последствия конфликт предскзть и вовсе невозможно... Мм могл бы зявить мне - "Ты больше ни н минуту не здержишься в этом доме!" - несмотря н то, что совсем недвно яростно протестовл против рзвод с Андреем... И что бы я тогд делл? Я не могу оствить его сейчс... Я не могу бросить Ольгу!

И вот в тот смый день, когд ко мне приезжл мм, я решилсь позвонить в Крков Юзефу Теодоровичу. Телефон у меня был - вернее, не у меня, у Андрея в специльной книжке с крмнчикми для визиток лежл визитк Юзеф Теодорович, прислння из Крков "н всякий случй" ( хотя вряд ли Юзеф Теодорович мог предчувствовть то, что случилось ). Андрей, несмотря н всю свою ненвисть к бывшему тестю, не выбросил визитку: он был слишком большим ккуртистом для столь опрометчивого поступк.

И я зкзл междунродный рзговор, с вызовом, то есть - чтобы к телефону подзывли Юзеф Теодорович лично.

Я не хотел, чтобы рзговор происходил в присутствии Андрея. Андрей вообще был против того, чтобы я оповещл Юзеф Теодорович... И я зкзл звонок н дневное время, с десяти утр до девятндцти вечер.

В первый день Юзеф Теодорович в дневное время не обнружили. Н второй день в одинндцть утр меня с ним соединили, и я услышл злой и сонный голос, невероятно приятный брхтный голос с мягкими, кошчьими модуляциями, спросивший что-то по-польски, потом легко перешедший н русский язык, но сохрнивший изыскнный легкий кцент...

- Я слушю вс.

Дже если Юзеф Теодорович и был стричком лет под шестьдесят и Оленькиным дедушкой, все рвно - голос у него был молодой и... И ужсно волнующий. И я, рзумеется, взволновлсь, когд я волновлсь - я говорил пискляво и неврзумительно, и меня никогд не принимли всерьез.

Вот и сейчс... Я рсскзл все, кк случилось, едв ли не в подробностях, Юзеф Теодорович выслушл меня очень внимтельно, потом - вежливо попросил больше его не беспокоить и повесил трубку... Не принял меня всерьез?! Или просто дл понять, что судьб внучки его не интересует? Вряд ли... Он же любил ее! И любил Лну! Дже Андрей признет это!

Огорчилсь я ужсно. И пожловться некому... Андрей только позлордствует: "Говорил я тебе..."

Нверное, придется снов звонить через пру дней. Нельзя же это тк оствить! Он должен понять, что Ольг действительно ншлсь... В конце-концов, Ольг его единственного зпомнил, изо всех, кого знл...

...И все рвно - обидно ужсно! Ведь Ольг - их ребенок... Андрея и Юзеф Теодорович, потому что больше родных у нее нет. А хлопочу о ней больше всех я! А они - позволяют себе брость трубку, недослушв, или - просто посылть меня куд подльше...

Мне было плохо и грустно.

И я збилсь в внную - чтобы погоревть.

Вння - единствення комнт в этом доме, где я могу почувствовть себя спокойно.

Где я могу побыть см собой. С смой собой...

Иногд одиночество - это великое блго.

Иногд - недоступня роскошь.

И вот я придюсь недоступному роскошеству в своей роскошной внной... Бредово звучит. Но я устл. Я стршно устл от всего случившегося. З последнее время произошло слишком много... Мы ншли Олю. А я потерял себя...

Когд я принял решение рзвестись с Андреем, мне кзлось, что я себя обрел вновь, что я вернулсь к себе. Целых полторы недели я нслждлсь двно збытым ощущением собственной целостности и уверенности в првильности и незыблемости принятого решения!

Потом ншлсь Ольг... И я опять потерял себя. Теперь я принужден буду н ккое-то время отложить рзвод, должн буду пожить ккое-то время с Андреем, имитируя бсолютное семейное счстье. Рди ребенк! Чужого ребенк... Ребенк, к которому я не имею ни млейшего отношения!!!

...Но бросить ее я не могу. Я не могу доверить ее Андрею! Я достточно прожил с ним, чтобы понимть: ему нельзя доверить жизнь ни единого существ, особенно - звисимого и слбого... Андрей - воплощення безответственность! Безответственность, эгоизм и эгоцентризм. А Ольг сейчс особенно звисим во всем звисим от нс - от меня, потому что Андрей...

...Не могу я ее бросить!

Мтеринский инстинкт во мне зговорил, что ли?!

Я готов все, все - или, во всяком случе, многое! отдть для того, чтобы этот ребенок стл нормльным, обычным, счстливым ребенком!

Я - женщин! Пусть не я ее мть, пусть не я ее носил и рожл... Но я же ее ншл! Моя нблюдтельность стл причиной ее "второго рождения" - рождения для мир нормльных людей. Я теперь отвечю з нее. И, пок он не придет в себя, пок не опрвится от пережитых стрдний, я не могу, не имею прв оствить ее! И мне придется прожить с Андреем, сохрняя видимость нежных взимоотношений, столько, сколько пондобится для "ребилитции" Ольги!

...Збрть бы ее и уйти от него! Для нс обеих было бы лучше... Но - увы! - невозможно: это он - родной, биологический и зконный ее ппочк, я чужя тетя, вторя жен ппы, мчех...

Когд я жловлсь н создвшуюся ситуцию подружке Алечке - Алечк имеет большой опыт в общении с мужчинми, одних только зконных мужей у нее было три штуки, незконных, кк жен у цря Соломон, без счет! - когд я жловлсь Алечке, жловлсь я именно ей, поскольку перед остльными мне стыдно снимть мску блгородной льтруистки и выкзывть недовольство сложившейся ситуцией... Когд я жловлсь Алечке, он, переживя з меня, "в сердцх" воскликнул: "Ой, лучше бы он и вовсе не нходилсь, или ншлсь бы потом, когд бы вы уже рзвелись!" И меня - видли вы дуру! - охвтил ужс при мысли о том, что Ольг могл бы и не нйтись или еще н ккое-то время остться в рукх у этих людей... Которых и людьми-то стыдно нзывть!

Мне кжется, я люблю Ольгу. Что стрнно... Он со мной всего четыре дня, к тому же - нстолько неприветливый, неулыбчивый, молчливый ребенок! - я, вообще-то, не из тех женщин, которые трясутся от умиления при виде любого млыш.

Что ксется Ольги, то любой взрослый поймет, отчего он ткя, простит ей все выходки, ккими бы дикими они не были от ребенк, прожившего четыре год среди бомжей и перенесшего всевозможные морльные и физические ндругтельств, можно бы ожидть всего! Можно понять и простить, но любить? Любить чужого ребенк? "Не бывет чужих детей" - это всего лишь хнжескя поговорк! Н смом-то деле, все дети, кроме тех, которых см выносил и родил, все дети, кроме своих собственных, - все остльные дети ЧУЖИЕ! Ольг совершенно чужой мне ребенок! И если бы я еще любил ее отц, тогд бы понятно... Но ведь я его не люблю! Порой - ненвижу, порой - презирю, иногд - жлею... Но дже жлости недостточно для того, чтобы полюбить его ребенк! Знчит, я люблю Ольгу рди нее смой.

Я люблю Ольгу.

А он тк похож н отц... Ее мть - я видел фотогрфию - совершенно блекленькя блондиночк, словно вылеплення из пресного тест и слегк подсушення. И мкияж у нее вульгрный, и одевлсь он - не блеск, и волосы...

Стоп! О мертвых принято говорить или - хорошо, или никк! Я не знл ее лично. Возможно, он искрилсь умом и обянием... Хотя, судя по тем воспоминниям, которые остлись у Андрея... Конечно, неизвестно, что он будет обо мне "вспоминть" в беседх со своею следующей супругой!

А то, что ему придется искть следующую, это уже точно решено. Я с ним не остнусь дже рди Ольги! Год, дв, три - сколько тм пондобится для того, чтобы он пришл в себя - но не больше того! Я не нмерен губить свою жизнь рди чужого мне ребенк! Я не хочу стреть рядом с Андреем!

Я нйду себе другого человек... Во всем другого! Пусть он будет не тк богт, не тк крсив...

Ольг тк похож н отц! Он будет крсвицей. Прямые блестящие темные волосы, длинные и густые черные брови, роскошные ресницы, чуть смугловтя кож, глз - громдные, неожиднно яркие и очень светлые! Чуть выступющие скулы, четко очерченный чувственный рот... От мтери он "унследовл" только носик - чуть вздернутый - но это смягчет некоторую резкость в чертх Андрея и придст Оленьке больше женственности и привлектельности. Д, очень, очень крсив!

Если еще нучится улыбться... Но будет ли он когд-нибудь счстлив, пусть дже при ткой крсоте?! Будет ли он счстлив после всего этого... Вопреки всему...

Д, ндо попытться объяснить ей, что ндо быть счстливой - вопреки! И в этом - побед нд злом... Нстоящя побед!

Но ей же всего десять лет... Что я могу объяснить ей?!

Десять лет... Но не четыре и не шесть! А знчит, он может понять уже многое. Я в десять лет...

Я в десять лет уже читл "Хижину дяди Том" и "Три мушкетер". Ольг до сих пор не умеет читть. Но жизненный опыт у нее в ее десять лет больше, чем у меня - в мои двдцть семь, у Андрея - в его тридцть четыре! Причем ткой опыт, ккой не дй Бог... И что я после этого могу ей объяснять? Кк я посмею?! Он посмотрит н меня своими бездонными, непроницемыми, скорбными глзми... Посмотрит ТАК, что я зткнусь рз и нвсегд!

Глв 4

МЕМУАРЫ МЕЛКОГО

Кривой действительно дл мне несколько дней. Последние несколько дней свободной жизни - кк последние несколько дней детств. Кривой сделлся прежним, он ни с кем не рзговривл и приходил только спть. Н меня он и не смотрел будто и не было между нми того рзговор... Михлыч тоже со мной не рзговривл. Рньше, кк придет, все время рсскзывл мне, что делется нверху, теперь молчит. Может быть, уверился нконец, что тот мир меня не интересует. А может быть, просто я стл для него чужим...

Однжды под вечер, когд я собирлся н очередную прогулку и ждл только возврщения Михлыч, с воплями и воем примчлся Урод. Посмотрел н меня дикими глзми, огляделся кругом и, вцепившись пльцми мне в руку, утщил в темный угол, где обычно Хряк с Лриской спят. Я сопротивлялся, кк мог - если Хряк узнет, что н его подстилке топтлся кто-то, плохо будет, но Урод, похоже, впл в мистический экстз, рз тк, то спрвиться с ним не предствлялось возможным. Объяснить что-то, рзумеется, тоже.

Я существо привычное к духоте и рзличным зпхм и то, чуть не здохся, когд Урод вдвил меня в стену своим грузным телом. Я попытлся что-то скзть ему, но он приложил плец к губм, и я счел з блгорзумие слушться.

- Слушй, Мелкий! - здышл он мне в лицо, - Кто-то совершил неслыхнное и стршное преступление! Мелкий!!! УБИЛИ ПРОПОВЕДНИКА!!!

Пусть я дже был полуздохшимся, но последние слов Урод привели меня в чувств. Убийство проповедник - это действительно неслыхнно, дело не обойдется без крутых рзборок. А для меня, сми понимете, в свете последних событий, все это имело особенное знчение.

- Кк убили? Кто?

Спршивть - почему? - я рзумеется не стл. По ккой причине могут убить проповедник известно всякому.

Урод моих вопросов, похоже, дже не слышл. Его глз светились, руки дрожли, - д что тм руки! - он весь трясся, кк будто н оголенный провод нступил. Я бы не удивился, если бы его сейчс хвтил удр.

- И не простого проповедник, Мелкий!!! Слышишь, Мелкий?!! Не простого!!! Я видел его рядом с Великим Жрецом н последнем Жертвоприношении!!! Осознешь ты это, Мелкий?!!

Рядом с Великим Жрецом!!!

Тут я понял, что у Урод спршивть что-то не имеет смысл. Спршивть если вообще спршивть нужно у Кривого.

- Он пропл несколько дней нзд, его повсюду искли, ншли... предствляешь, Мелкий, в ментовском морге! Его убили не здесь, его убили нверху!

Тут мне в голову словно удрило. И стло мне плохо-плохо. Вот кого я, окзывется, обнружил тогд в Текстильщикх! Черт побери, и я его трогл! Я его з ноги вытскивл!

Я ему снег с лиц стирл!

То, что скзл Урод потом, повергло меня почти в состояние прострции.

- Великий Жрец см прикзл провести рсследовние, и через ментов удлось узнть, что убийц оствил улики. Следы и что-то еще... ккую-то вещь потерял, но никто не знет ккую - это Великий Жрец хрнит в секрете.

Я почувствовл, кк земля ускользет из-под моих ног, голос Урод стл удляться в ккую-то втную дль, и в глзх потемнело. Что я мог потерять тм?!! Что ткое у меня было с собой. что я мог потерять?!!

Я пропл.

Михлыч побрызгл мне в лицо холодной водой, и я очнулся. Ндо же, я н смом деле потерял сознние и, предствьте себе, от стрх! Интересно, когд Урод понял это и выволок меня из Хряков угл?

Лучше бы он меня не выволкивл! Лучше бы я здохнулся нсмерть!

Я очнулся в состоянии тоскливой обреченности. Дже, кк кзлось, вернувшееся ко мне рсположение Михлыч, меня не рдовло. Что мне с того ведь я уже труп!

Всю ночь я провлялся н своей лежнке, глядя в темноту и слушя переливчтый хрп, доносящийся до меня изо всех углов.

Я думл о Кривом. Я думл об истинных причинх его ко мне внимния. ОНИ уже вычислили меня и, чтобы змнить меня вниз, прислли кривого... Но ведь я не убивл проповедник!

Может быть, стоит рсскзть Кривому обо всем, кк дело было?.. Ведь не было у меня этого... кк его... мотивов! Тк и тк помирть, ндо предпринять хоть ккую-нибудь попытку к спсению!

Лицезреть Кривого мне приходилось кждый день. И кждый день я топтлся поблизости, рзмышляя, кк бы мне к нему подойти и зговорить. Но все время рядом с нми был еще кто-то третий, и потом, у Кривого было ткое непроницемое лицо, что я просто не решлся! Я исподтишк нблюдл з ним и, чем больше нблюдл, тем меньше у меня оствлось сомнений в првильности моей догдки. Кривой врл, что я особенный, что я избрнник... Он выполнял порученную ему рботу, чтобы змнить меня... Грустно умирть в шестндцть лет...

Интересно, что же, все-тки, я потерял ткое, что безошибочно укзло н меня, кк н преступник? Или это см Бл-Зеббул укзл Великому Жрецу где искть убийцу?.. Нет, что это ткое я думю? Я же не убийц, н смом-то деле! Еще немного и у меня крыш поедет...

Я тк и не решился поговорить с Кривым, и крыш окончтельно поехть у меня не успел тоже - хотя готов был потому что обещнный день нстл. Последний мой день, видимо.

Я снов собирлся идти в метро. Дльних прогулок я двно уже не предпринимл, просто потому, что не было нстроения. Ккое уж тут нстроение, соглситесь, когд я все время думю только о том, кк бы мне от смерти спстись.

Тк вот, я собирлся в метро. Сидеть и смотреть н поезд. Однко Кривой отловил меня уже возле тоннеля.

Он нгнл меня сзди, когд я шел и не подозревл, что есть еще кто-то кроме меня в рйоне, по крйней мере, километр. У меня едв инфркт не случился, когд я почувствовл чью-то руку н своем плече, когд обернулся и увидел его...

Мое лицо, нверное, походило н мску ужс, потому что Кривой дже удивился.

- Чего ты тк испуглся?

Я попытлся улыбнуться - жлкое, должно быть, вышло зрелище.

- Это я от неожиднности.

- А я думл, что ты ничего не боишься, - зчем-то скзл он, и глз его стрнно блеснул, когд он смотрел н меня.

Ну д, не боюсь! Я не ромнтический герой, чтобы без стрх смотреть смерти в глз!

- Что я, идиот, чтобы ничего не бояться? - скзл я мрчно, см думл пнически - вот сейчс ндо все ему рсскзть! Он мне поверит!.. Д, может быть, и поверит, что, если им все рвно кого убийцей нзвть, лишь бы нкзть кого-нибудь?

И что же я потерял, из-з чего меня тк быстро вычислили? Просто непрвдоподобно быстро вычислили... Ведь все это в один день произошло - и нйденный мною мертвец и рзговор с Кривым, Тут дело не только в уликх, я думю, меня явно кто-то видел...

- Ну что, готов ты, Мелкий?

Я смотрел ему прямо в глз, и сердце колотилось тк сильно, что, мне кзлось, стук его рзносится по всему метро.

Взгляд Кривого, устремленный н меня, сделлся нпряженным.

- Мелкий... ты хочешь мне что-то скзть?

Сердце оборвлось и рухнуло.

- Кривой, - пролепетл я, хвтя его з руку, - Это не я сделл... првд не я!

Он смотрел н меня и молчл.

- Когд я ншел его, он был уже мертвым. Он дже зледенел уже. Я думл вдруг он живой, потому вытщил его н дорогу и снег стряхнул с лиц. Я не узнл его, Кривой! Я не видел его никогд! Я не знл, что он... проповедник...

Кривой молчл. Смотрел н меня очень внимтельно и молчл. Потом мне вдруг покзлось, что он слегк улыбнулся одними кончикми губ и только н мгновение. Глупость, конечно - не мог он улыбться. Это мне от ужс померещилось, д и темно все-тки было.

- Ты же понимешь, Кривой, что незчем мне было его убивть... д и где бы я достл ту смесь, что ему вкололи!..

Про смесь я скзл явно нпрсно, потому что Кривого особенно зинтересовли именно эти, последние мои слов.

- Ты и это знешь... - скзл он, и было в его голосе что-то очень зловещее. Он взял мое лицо з подбородок и притянул к себе ближе, - Что ты еще знешь?..

- Я ничего не зню... - пробормотл я, и в голове моей было пусто и легко - ни единой мысли. Я поплся. Я поплся окончтельно. См сплел путину и зпутлся!

- Не бойся меня, млыш. Я не причиню тебе зл... если рсскжешь мне обо всем.

- Я првд ничего не зню... Я видел случйно один рз, кк... тщили одного. Он орл и вырывлся, ему вкололи что-то и сбросили в коллектор... я сбегл потом к стнции эрции, туд, где труп к решетке прибило. У него рож ткя же перекошення был, кк и у... проповедник.

- Д... - проговорил Кривой, - А ты, кк я погляжу, прень не промх.

Я пытлся определить по интонции его голос - о чем он думет и что зхочет сделть со мной. Но понять ничего я не мог... Впрочем, одно-то я понял хорошо - того, что я рсскзл, хвтит, чтобы убить меня три рз.

- Что еще ты видел?

- Ничего. И я не говорил никому ничего. Тебе одному...

- Это я понимю, - усмехнулся Кривой, - Слв Богу, хвтило ум. Лезете вы, мльчишки, куд вс не просят, потом в неприятности попдете. Я, конечно, верю тебе, что не ты убил проповедник, только вот... во что поверит Великий Жрец, ведь гзонлизтор твой ншли возле труп.

Ах, черт!

Я схвтился з крмны, и точно - гзонлизтор не было! Эту мленькую черную коробочку подрил мне один водопроводчик. Мы кк-то рзговорились с ним о подземной Москве - он, кк выяснилось, ткой же фнтик, кк я - и он подрил мне эту штуковину, которя пищть нчинет, если в подземелье есть ядовитые гзы. Очень полезня вещиц... Тогд кк рз весн был, земля оттивл, почв гнил, и дже в безопсных прежде местх гзы скпливлись. " Бед, когд в кнлизцию дилетнты лезут, - говорил мне водопроводчик, - д и все, кому не лень. Строители непонятно зчем лезут.

Один полез - и остлся. Другой поспешил, якобы другу н выручку, глотнул отрвленного воздух, тоже остлся внизу. А тм уже следующий "спстель" подоспел. В итоге три труп."

Мне уж точно гзонлизтор этот неоднокртно жизнь спсл.

Тк знчит, это его я потерял!.. Кк жлко.

- Меня убьют? - решился я здть вопрос, который терзл меня вот уже несколько дней.

Кривой некоторое время молчл, смотрел н меня и словно рзмышлял о чем-то.

- Можно было бы попытться тебя спсти, - произнес он нконец, - Но трудно это. И опсно. Для меня опсно, рзумеется. Я, конечно, не последняя фигур при Великом Жреце, но... Он не пощдит никого, если зподозрит в измене.

Он смотрел н меня, я смотрел н него.

Я, конечно, придурок, но не до ткой же степени, чтобы не понять, что он имеет ввиду.

- Я все для тебя сделю, Кривой. Все, что скжешь.

Только спси меня!

Кривой соглсился достточно быстро, из чего я понял, что грозившя мне опсность не был ткой большой, кк я предполгл. Не стл бы рди меня Кривой рисковть своей шкурой, что бы он тм ни говорил.

- Хорошо, Мелкий, - скзл он мне, - Похоже, мы с тобой договорились. Но учти, впредь ты будешь делть все то, что я тебе скжу. Выполнять все мои поручения. И молчть.

Соглсен?

Конечно, я был соглсен, Что еще мне оствлось?

Но, по крйней мере, я жив. А тм... тм видно будет. В жизни все проходит и все изменяется.

- Не бойся, тебе не придется делть что-то, что противоречило бы ншим зконм. Я верный слег Великого Жрец и хочу, чтобы ты был тким же. Если будешь слушться меня, то очень скоро звоюешь всеобщее увжение, и ни кому в голову не придет обвинять тебя в чем-то. Пок что об уликх против тебя зню только я... и еще несколько людей, которым я смогу зткнуть рот. Но се это до тех пор, пок ты милый, послушный и верный.

Зчем мне объяснять все это?! Не ткой уж я тупой, чтобы не понимть.

- Д, - скзл я Кривому, - Я все буду делть, кк ты скжешь.

И Кривой удовлетворенно похлопл меня по щеке.

Он повел меня по тоннелю, уже не спршивя, готов ли я и не пытясь что-то объяснять. Теперь он в этом не нуждется.

Я шел з ним, след в след, мы петляли по тоннелям, пробирлись зброшенными коллекторми и переходми вообще непонятного нзнчения ( Тких переходов, скжу вм честно, под землей большое количество. Люди сверху делют очень много всего, что потом стновится неизвестного нзнчения.). Мы шли под кирпичными сводми рок времен Ивн Грозного, который, вроде кк, и нчл-то строительство подземного город под Москвой, и я чувствовл, что постепенно мы спускемся все ниже и ниже.

Я определил это не по количеству влги н стенх и под ногми - мокро может быть и у смое поверхности земли, по тем неотъемлемым признкм, которые могут быть понятными только людям, многокртно спусквшимся в подземелье. Без всяких измерительных приборов я могу определить с почти предельной точностью н ккой глубине нхожусь - по тому, кк кровь стучит в вискх, - чем чще пульс, тем больше глубин.

И еще н большой глубине от пол исходит теплый серный зпх. Рньше, когд я чувствовл его всегд поворчивл обртно , еще не хвтло бы потерять сознние от недосттк кислород, но теперь... теперь я не приндлежу себе.

Н полу лежл вековя черня земля со щебнем, он уже нчл кристллизировться, и ног увязл, кк в мягкое подтливое тесто, от нее оствлся точный глубокий след.

Здесь не то, что в тоннеле метро или в кнлизции, тм можно обходиться без свет - не везде, конечно, но в большинстве мест - тм можно, в конце концов, выбрться куд-то просто н ощупь, держсь з трубы или провод. Но здесь без фонря точно обойтись нельзя было. Здесь мертвя темнот, от которой больно глзм, и имей дже хоть кошчье зрение - не увидишь ничего.

Конечно, у Кривого был фонрь. Мощный геологический фонрь, свет от которого кк прожектор освещл нм дорогу н много метров вперед.

Я двно знл про этот ход в црство Бл-Зеббул, но никогд не углублялся в него тк длеко. Не з чем было.

Впрочем, про этот ход знют все, по нему всегд проповедники ходят, и люди спускются в день ежегодного жертвоприношения.

Я зню еще несколько ходов, уже не н столько хорошо известных, некоторые из них выходят прямо н поверхность земли, минуя метро и кнлизцию, причем выходят они в тких местх, где ни ходит никто - в смых глухих местх лесочков и прков, н зброшенных стройкх, один, я зню, выходит к отстойнику, один - тот смый, откуд вытскивли человек, которого убили потом - к коллектору. К смому стршному коллектору в Москве, основному, идущему прямой нводкой н стнцию эрции в Люберцы. Предствьте себе железобетонную трубу, диметром в пять метров, с бурным потоком несущимися по ней нечистотми... Предствьте себе человеческое тело, пущенное в ткой поток. Что с ним стнется?

То, кк в коллектор кидли людей, мне приходилось нблюдть неоднокртно. Только избрнных колют ккой-то гдостью перед этим, простых бомжей, от которых хотят избвиться по-быстрому, кидют живыми. Вылвливют тких потом рботники водокнл у очистительных решеток, и никто особенно не здумывется, откуд человек тм взялся. Все уверены. что ткие идиоты, кк бомжи, никогд не смотрят, куд прут и влятся в коллекторы пчкми. Тк что нет для них, нверное, ничего естественнее, чем прийдя утром н рботу выудить вилми прибитого к решетке бомж, с переломнными костями, зхлебнувшегося в нечистотх.

Последние несколько дней этот коллектор ночми мне снился. Кким обрзом, вы думете, меня лишили бы жизни?.. И не вкололи бы нркотик предврительно, уверяю вс!

Тк что, соглситесь, лучше принять любые условия, делть смые ужсные вещи, чем подобня перспектив.

О нстоящих рзмерх империи Бл-Зеббул я долго не имел предствления. Сперв я боялся совершть свои обычные вылзки, потом не до того стло. Но я и предположить себе не мог, что под Москвой могут быть пещеры! И не мленькие пещеры. Одн только т, где совершлись жертвоприношения, чего стоил! А впрочем, из всех, что я видел, он является смой большой.

Когд я впервые спустился в подземный мир вместе с Кривым, я увидел только множество узких, кривых переходов, переплетющихся, кк лбиринт, некоторые из них были естественного, но большинство искусственного происхождения. И, что удивительно, было тм почти дже не душно! Воздуху хвтло, при тких обстоятельствх привыкнуть к глубине не тк уж сложно.

Я шел з Кривым по этим узким переходм, в которых он, похоже, ориентировлся прекрсно - чего не скжу о себе и не перествл удивляться, нсколько в подземной империи все, было приспособлено для жизни.

Не считя того, что кким-то обрзом здесь действовл систем вентиляции, здесь еще и лмпы висели во всех переходх через кждые десять метров. Лмпы не ккие-нибудь тм мсляные, нстоящие - электрические, и порядочной мощности. К стене был приторочен толстый кбель, который эти лмпы и питл.

Кривой привел меня в небольшое помещение, где в углу стояли ккие-то ящики, н которых, удобно рсположившись, двое прней лет по двдцти, игрли в крты.

Вдоль стены стояли кривые и ржвые железные кровти и деревянные нры, звленные грязными и рвными одеялми, пледми и покрывлми. Нверняк, все это было выужено когд-то из помоек, ну и кое-что укрдено, конечно, но уже достточно измызгно, чтобы иметь помоечный вид. Нверняк, не один десяток человек з много лет спл н этих кровтях, укрывясь этими одеялми. Ну, и не стирли их никогд, тк что можете себе предствить - они едв не шевелились от количеств живущих в них нсекомых.

- Остнешься сегодня здесь, - скзл мне Кривой, - И ложись спть. Звтр вечером нм вжное дело предстоит.

- Слышли, прни? - обртился он к игрющим в крты, - Это и вс ксется!

Прни были рослые и крепкие, кк н подбор. С почти одинковыми тупыми физиономиями. Перспектив оствться с ними вместе пусть дже н короткое время не особенно меня вдохновлял. Но не спорить же мне с Кривым!

То, что этот смый Кривой действительно имеет порядочный вес в империи, я понял из того, что прни послушлись его в один момент. Кк только Кривой рспорядился, они тот чс же бросили игру и стли устривться н ночлег. Впрочем, может быть, эти молодые люди просто приндлежли к ктегории тех людей, которые предпочитют жить по комнде - в уборную не сходят без прикз. Привычк ткя существует у тех, кто всю жизнь в зоне прожил, ну и у солдт-контрктников, нверное.

- Во сколько выходим? - спросил только один из прней.

- В десять..

- И этот что ли с нми пойдет?

- Д.

Кривой смотрел н меня и улыблся. Очень стрнно улыблся. Ему нрвился мой перепугнный вид, ну я... я изо всех сил изобржл преднность. Пусть он видит, что я его боюсь, пусть видит, что я н все готов.

- Вы посвятите его, мльчики, в специфику... предстоящей нм оперции. Тк, чтобы он понял все и не устроил истерику в смый неподходящий момент.

Он ушел, и я остлся один с двумя головорезми.

- Ты че-нибудь понял? - спросил один у другого, - Н фиг он этого берет?

- А хуй с ним, нше дело мленькое, - резонно зметил тот, усживясь н кровть.

Он сидел, он смотрел н меня, видимо, рзмышляя, что мне рсскзывть и кк длеко стоит углубляться. Молчние зтянулось минут н пять, я устл стоять и уселся н ящик, принявшись рссмтривть колоду зсленных крт.

Тот, что все время здвл вопросы, звлился спть, второй сидел и чеслся. Все пять минут, что он молчл - он чеслся.

- Тебя кк зовут? - спросил он, нконец.

Я ему ответил.

И имя мое ему, кжется, понрвилось, потому что он весело хрюкнул.

- Знчится тк, Мелкий, - скзл он, - Дело нше зключется, собственно, вот в чем... мы идем искть жертву...

Ты понял?

Я понял.

- Жертву для прздник. Знешь, небось, что прздник через две недели? Великий Жрец будет приносить жертву Бл-Зеббулу, мы ее идем искть. Ты понял?

Трудно было не понять. Непонятно было одно - н фиг, действительно, Кривой берет меня с собой? Чтобы я втянулся, чтобы понблюдл? Ведь пользы от меня тм явно никкой...

- А Кривой... он кто? - решился я здть вопрос, мучивший меня уже очень двно.

- А ты не знешь? Новенький что ли?

Новенький! Конечно, я новенький!

- Ну и дел... - прень дже перестл честься и оглядел меня долгим изучющим взглядом, - Это что, знчит он тебя собственноручно сюд привел?

- Ну д, - ответил я, чувствуя, что сейчс узню нечто ткое, что приведет меня в ужс.

- Дел... - повторил прень и вдруг добвил, - Коли тк, то я трепться не стну. Пусть он см тебе рсскзывет все, что хочет. А то я ляпну что-нибудь, потом мне...

Иди спть... кк велено тебе.

И я пошел спть, кк велено мне. Зкоплся в одеял почти с головой, лежл и хлопл глзми.

Попробуй тут усни.

Я не знл и, сколько не думл, придумть не мог, для чего Кривой нмеревется использовть меня. И еще... я думл о жертве.

Чем должн являться жертв и по кким признкм отбирется он. Ведь явно не хвтется первый попвшийся н улице... Ккя жертв может удовлетворить Бл-Зеббул?

В конце концов, подробно объяснил мне все конечно же никто иной, кк Кривой. Он пришел з мной, рзбудил и повел куд-то.

Прямо перед тем, кк он меня рзбудил, мне снился сон.

О доме. Не о том доме, что в тоннеле, о том... нверху, где я жил вместе с родителями. Сон был тким рельным, что, проснувшись, я долго не мог сообрзить, где я, собственно, нхожусь. Трщился несколько мгновений н рожу Кривого, ндеясь, что он сгинет сейчс... Кк бы не тк.

Кривой снов вел меня по кким-то узким переходм, нвстречу нм иногд попдлись люди, но никто никогд не зговривл с Кривым, и он тоже ни с кем не говорил. А я пытлся рзглядеть этих людей понять, чем они отличются от всех остльных, от Урод, от Хряк, от Михлыч... Честно говоря, не отличлись они ничем. Может быть, не снружи эти отличия?

Кривой привел меня в огромную пещеру. Ткую огромную, что я не смог удержться от восхищенного возглс. Несмотря н мощный фонрь Кривого, не было видно ни стен, ни потолк ее, куд бы ни пдл луч - он терялся в непроглядной темноте.

Д, я не видел рзмеров пещеры, я ощутил их кожей. Я услышл это огромное прострнство в гулких звукх нших шгов... в смой тишине.

Здесь был мертвя тишин, глухя и тяжеля, кк... я не зню, с чем срвнить ее, потому что никогд и нигде еще не слышл подобной тишины. А рньше мне кзлось, что в тких огромных пещерх никк не может быть ткой тишины...

Просто потому, что не может!

Но это был необыкновення пещер. Здесь могло быть все. Здесь жил нш Бог... Я это понял еще до того, кк Кривой скзл мне об этом. Я см почувствовл дыхние Бл-Зеббул в этой тишине.

- Это святилище, - скзл мне Кривой, - Через несколько дней здесь свершится ритул. Здесь будет светло и будет много нрод... А сейчс мы здесь одни. Ты, я и... он.

- Нш Бог? - спросил я трепещущим голосом.

Кривой обнял меня з плечи, нверное для того, чтобы я не боялся тк сильно. Но я и не боялся, вернее, это был не просто стрх - это был мистический ужс. Перед темнотой, из которой н меня смотрел... ОН.

Прежде я никогд не боялся темноты, я жил в ней, я любил ее, я умел сливться с ней и стновиться чстью темноты, но сейчс я боялся ее, потому что эт темнот не был моей. Он был ЕГО темнотой.

- Бл-Зеббул, - произнес Кривой печльно, потом добвил, - Иди з мной, Мелкий.

Он повел меня куд-то в глубину пещеры, луч фонрик светил нм под ноги, я видел кменный пол, почти ровную поверхность, истертую ногми... з сколько же лет? Ндо топтться, по крйней мере, тысячу лет, чтобы кменный пол стл тким ровным... Нет, не может этого быть кмень сделл глдким вод... Д, н счет воды, это, конечно, очень хорошее объяснение, только не было здесь воды никогд. Здесь сухо. Тк сухо, что дже губы сохнут, и их приходится все время облизывть. И звук пдющих кпель не слышно, если был здесь вод, то куд он делсь? Тк, чтобы и след не остлось?

Знятый своими мыслями, я шел и шел, куд влекл меня рук Кривого, пок он вдруг резко не остновил меня, когд... я уже знес ногу нд бездной.

Я дже не вскрикнул - у меня пересохло горло - я только охнул, я почти повис нд пропстью, инстинктивно схвтившись з одежду Кривого мертвой хвткой.

Это продолжлось всего лишь несколько мгновений. Я смотрел вниз, следя взглядом з тонущим в бездонной глубине лучом фонрик, я не дышл, я змер и прошл, мне кзлось, целя вечность, прежде чем Кривой отодвинул меня нзд.

Я повис н его руке, я хотел упсть н землю, чтобы ощутить всем телом ее твердость и ндежность. У меня потемнело в глзх и, змершее было сердце, зколотилось тк сильно, что стло больно в груди.

- Испуглся? - услышл я голос Кривого кк будто издлек.

Он резким движением поствил меня н ноги и встряхнул, чтобы привести в чувств.

- Ты едв не отпрвился прямо в объятия Бл-Зеббул.

- Эт ям... - выдохнул я, - Пропсть?..

- Пропсть, и нходится он в смом центре святилищ.

Этой пропсти нет дн, он уходит в смые глубины Ад...

Очень немного мест н земле, откуд ведет дорог в Ад, Мелкий. И это место - одно из них. Кк тебе это... , Мелкий?

Тм, нд кменными сводми проходят тоннели метро, и в метрх тридцти спрв от тебя рсполгется стнция Бумнскя.

Я молчл, порженный до глубины души. Не стнцией Бумнскя нд моей головой, смим существовнием этой пропсти... Я висел нд Адом. Может быть, я сплю?..

- Именно здесь мы приносим жертву ншему Богу, - продолжл Кривой, Великий Жрец призывет Бл-Зеббул почти н смую поверхность. Ты увидишь это, Мелкий, очень скоро увидишь. Тогд здесь будут гореть фкелы, здесь будет почти светло, и от этого тм... внизу стнет еще темнее... Бл-Зеббул поднимется для того, чтобы принять от нс жертву...

- А он... не слышит нс сейчс?

- Он слышит нс всегд. А здесь - особенно хорошо.

Тот, кто ступет н кмни святилищ, Мелкий, отмечется особым блговолением и может быть уверен в покровительстве Великого Герцог Ад.

- Кривой... он не выйдет н поверхность... совсем?

Кривой рсхохотлся тк громко, что эхо его голос достигло дже кменных сводов и упло, отрзившись от них, прямо в бездну... Упло и не вернулось. Мне покзлось, что смех Кривого достиг смого Ад, и что оттуд ответили ему... кким-то неясным гулом, словно тысячи голосов произнесли одно и то же слово... Только вот ккое, я не рзобрл.

- Неужели ты тк боишься ншего Влстелин, Мелкий?

Ведь ты должен любить его. Ты служить ему пришел сюд или кк?..

Я промычл что-то, что должно было ознчть утверждение.

- Влстелин никогд не поднимется н поверхность. До конц времен, по крйней мере. Он не может этого сделть, д и не хочет. Что он здесь збыл?..

- А для чего тогд Великий Жрец вызывет его и приносит жертву?

- Тебе следовло бы здть вопрос инче. Зчем эт жертв приносится кждый рз в один и тот же день при большом стечении нрод.

Кривой подошел к смому крю пропсти и осветил лучом фонрик ее противоположную стенку. Пропсть был шириною метр в три, не больше. Я подумл, что мне стоит проявить хоть немного рсторопности, и я зпросто могу столкнуть Кривого вниз. Кривой стоял ко мне спиной и, похоже, совсем этого не опслся, он знл, что я не решусь, - В день жертвоприношения, Мелкий, здесь собирются люди со всех уголков Москвы. Все, кто живет в тоннелях, в кнлизции, н вокзлх и в подвлх домов. Здесь собирются люди, объединенные одним чувством и одним желнием. Ты знешь, почему мы непобедимы? Почему нс тк много, почему в нших рукх весь этот огромный город? Потому что мы действуем сообщ, потому что нш жизнь, которя кжется людям сверху бесцельной и хотичной, н смом деле очень хорошо сплнировн. Упрвлять бродягми и уголовникми не очень-то легко, Мелкий. Нужн сил, которую они увжли бы и боялись.

Т сил, н которую они могли бы рссчитывть в случе неудч, сил, которя поддерживл бы их блгополучие. Возьмем, к примеру, ншего общего друг Хряк. Если к нему придет проповедник и прикжет что-то - Хряк исполнит. Он будет недоволен, но исполнит. Потому что знет - в конечном итоге он стрется рди собственного блгополучия. Михлыч твой тоже исполнит все, что прикжут ему, потому что тоже хочет быть уверенным в мощи империи, являющейся грнтом его блгополучия - грнтом того, что слвные бойцы ОМОН не стнут прочесывть кнлизцию с огнеметми, уничтожя все н своем пути. Михлыч может дже позволить себе ненвидеть империю - он в любом случе остнется верным ее гржднином.

Я смотрел в спину Кривого и думл о том, зчем он рсскзывет мне все это? Для того, чтобы я понял, что жертвоприношение - это всего лишь спекткль, рзыгрывемый для "публики"?

- Мы культивировли нш обрз жизни, позволяющий нм из глубины этих пещер упрвлять миром чистеньких глупцов. Мы проповедуем гниение, чтобы противопоствить себя им - ничтожным. Они живут в своих удобных квртирх, кждое утро ходят н рботу, чтобы в поте лиц производить все необходимое для нс. Мы живем з их счет, Мелкий и змен н это позволяем им жить, жить в неведении. Мы выпршивем у них же деньги и зствляем нс же жлеть. Им людям сверху - кжется, что мы глубоко несчстны, рз у нс нет комфортбельной квртиры и возможности принимть внну кждый день. Они и должны нс жлеть, и не только жлеть, но и чувствовть себя виновтыми! Понимешь ли, Мелкий, тков порядок вещей. И он должен оствться тковым всегд. И, кк говорится, если бы Бог не было, его стоило бы придумть...

- Но он есть?.. - спросил я робко.

Кривой повернулся ко мне, осветил меня фонриком и долго смотрел н меня, прежде чем произнес:

- У тебя будет возможность убедиться в этом... или в обртном, когд придет время.

- Но Михлычу, нпример, не особенно нрвится нш обрз жизни, - скзл я, ндеясь, что Кривой продолжит говорить, и я нчну понимть... Я, кжется, и тк уже нчл понимть...

- Поэтому Михлыч - н здворкх дже ншего "обществ". Поэтому Михлыч сидит н морозе и выпршивет милостыню... Что ты здешь глупые вопросы?

- Знчит люди... те, которые нверху, плодятся и процветют для того, чтобы обеспечивть нс всем необходимым?

- Ну соглсись, Мелкий, не могли бы мы существовть инче.

Не соглситься было трудно.

- А для того, чтобы грждне ншей бомжовой империи н своем примитивном уровне осознли свое величие и их ничтожество, в кчестве жертвы кждый рз избирется тот индивид сверху, который, по их меркм, ведет ниболее блгополучный обрз жизни. Обычно это женщин. Чистенькя, хорошо одетя женщин, имеющя муж и прочку детишек, женщин, которя спешит по вечерм с рботы домой, думя о том, что сейчс приготовит н ужин для своей семьи. Женщин должн быть молодой и крсивой, он должн жждть жизни. И бороться з нее до последнего.

- А мне обязтельно идти з жертвой? - отвжился я спросить, - Я только под ногми путться буду...

- Ты пойдешь, - скзл Кривой, - Я хочу, чтобы ты пошел. У меня обширные плны н счет тебя, мльчик, знй это.

И знй ткже , что я проведу тебя по всем кругм Ад. Ты узнешь все!

- А для чего, Кривой?!! - воскликнул я с тоской.

- Быть может, мне просто жль тебя и я просто пытюсь тебе помочь? Или ноборот: бессовестно использую тебя, ткого юного и нивного, в своих гнусных целях... Не все срзу, Мелкий! Н сегодня достточно с тебя информции.

Я чувствовл себя обреченным. Жертвой, которя тоже для чего-то преднзнчен. Преднзнчение... я ощущл его и рньше, но, выходит, я несколько ошиблся относительно того, ккое оно. Рньше я понимл его, теперь не понимю. Я думл, что оно другое - это мое преднзнчение, я думл, что преднзнчен ншему Богу, окзлось, я преднзнчен Кривому... и непонятно для чего преднзнчен к тому же. Вот что порою приходится выяснять о себе! Эх, гнусня все-тки штук - жизнь!

С тех пор, кк Кривой привел меня сюд, я постоянно чувствую себя оздченным. И от того, что рсскзывет он, я не нчиню понимть больше, я только зпутывюсь. Почему я вдруг нчл сомневться в существовнии ншего Бог? Ведь Кривой рсскзл мне только об устройстве ншего подземного госудрств. О железной логике этого устройств, которое вполне понятно и до которого я додумлся бы и см, если бы стл думть об этом... Тк почему же?

Может быть, потому, что Бл-Зеббул потерял свое знчение кк верховный влдык, без которого мы не смогли бы существовть?

Мое предствление о мире меняется и от этого я, кжется, впдю в депрессию. Моя прежняя свободня жизнь, которой я тк дорожил, кжется мне ткой длекой, и я понимю теперь, понимю очень отчетливо только одно - мне никогд уже не вернуться к ней, дже если вдруг Кривой отпустит меня.

Я понимю теперь смысл фрзы, которую услышл когд-то от Урод: "Тот, кто уходит вниз, никогд не возврщется обртно"...

- Пор идти, Мелкий, - услышл я голос Кривого, - Нстло время отпрвляться з жертвой.

- Мы будем ее выслеживть? - спросил я , когд мы шли по узким переходм, освещенным лмпми, жрущими энергию с электростнции, построенной людьми сверху.

- Охотничек! - усмехнулся Кривой, - Жертву уже двно выследили, нм остется только ее отловить. Понимешь, Мелкий, нши люди выбирют несколько более-менее подходящих и постоянно нблюдют з ними. Они узнют мельчйшие подробности из жизни избрнных н зклние и доствляют сведения нм. Нкнуне жертвоприношения остются две-три кндидтки, рспорядок жизни которых нм известен досконльно. Мы просто идем и збирем одну из них. В определенном месте и в определенное время.

Не зню, нрочно ли Кривой говорил о жертвх - кк о бездушных животных, чтобы я понял, кк должен к ним относиться или это получилось у него смо собой, потому что он действительно не думет о них, кк о себе подобных?

Интересно, если пройдет несколько лет, может быть я тоже привыкну и буду говорить тк, кк он. Кк проповедники, кк Урод... Кк все, кого я зню, исключя Михлыч, конечно.

Глв 5

НАСТЯ

Вння - единствення комнт в этом доме, где я могу почувствовть себя спокойно.

Где я могу побыть см собой. См с собой...

Эт роскошня вння - единственное, о чем я сожлел, принимя решение рсстться с Андреем. Черт с ними, с квртирой, с мшиной, с шикрными мгзинми, с шубой и с бриллинтми - перебьюсь! В метро у меня голов не кружится и я снов нучусь ездить н оптовые продуктовые рынки с ктлкой кждое воскресенье... Но вння!

Белоснежный кфель с рисунком в виде цветов миндля.

Под цвет миндлю - нежно-розовя рковин внны и нежно-розовый "тюльпн" умывльник. Пушистый розовый коврик, чтобы ножки, рспренные и рзнеженные в теплой воде, не "обожглись" холодом кфеля. Сушилк для полотенец - чтобы пышные мхровые полотенц всегд были теплыми. Шкфчик для купльных хлтов, в шкфчике - мой, нежно-розовый и пушистый, с кпюшоном и котенком-ппликцией н спине. И глвное: три целых три! - полочки со всякими-рзными средствми по уходу з телом! Тут есть и мсл для внны: рсслбляющие, успокивющие, или же, ноборот - бодрящие тонизирующие. Всего две кпли мсл - и нд водой поднимется остро-ромтный пр... Мссжные мсл. Скрбы для лиц и тел, делющие кожу ткой восхитительно-мягкой, обольстительно-глдкой! Жидкое мыло для внны - ромтизировнное и кремообрзное.

Гель для душ - ромтизировнный и увлжняющий. Молочко после душ ромтизировнное или питтельное. Мски, гели, кремы - все чудес фрнцузской косметики! - воздействующие более н душу, нежели н тело. Мягчйшие шмпуни, придющие волосм шелковистость. Восстновители, придющие волосм блеск. Двендцть рзличных дезодорнтов. Восемь тулетных вод. Они нносятся прямо н тело, рспыляются по коже, прежде, чем идти в постель... Вжно, чтобы ромт дезодорнт или тулетной воды грмонировл с тем легчйшим ромтом, который оствляет н коже применение ромтизировнного геля или молочк. Млейший диссоннс - и нстроение испорчено! Духи - дже дневные, слбо концентрировнные духи - н ночь не годятся: зпх мешет спть, будоржит. Хотя, духи я тоже люблю - больше всего н свете! Если бы я знл, где получить соответствующее обрзовние, я бы, нверное, попытлсь стть прфюмером... Жль, я слишком поздно получил доступ к фрнцузским прфюмм и осознл свое призвние! Грубые советские духи рнили мое нежное обоняние... Я совсем не пользовлсь духми, пок мой первый поклонник не подрил мне мои первые фрнцузские духи - крохотный флкончик "Хлоэ". Кк берегл я этот флкончик! Кждую кпельку... И до сих пор хрню его, пустой уже, кк пмять.

Хотя - в число любимых духов "Хлоэ" не входят. Любимые их восемь - все под рзное нстроение... Смые любимые:

"Эден" от Кшерель - для покоя, "Трезор" от Лнком - для поход в гости, "Поэм" от Лнком - для стрсти...

Глупый мой муж! Глуп, кк все мужчины.

Нзывл мое увлечения средствми по уходу з телом и всевозможными ромтми - трнжирством! Говорил, что лучше бы я себе золото покупл... А что мне с золот? Никкой рдости. Золото - оно мертво. Оно никк не влияет н нстроение. У меня, во всяком случе...

И смому ведь нрвится, когд я крсивя, свежя, с нежной и мягкой кожей, когд от меня "вкусно" пхнет! Неужели же он думет, что мягкость и нежность кожи - это смо по себе? И что зпх духов я см могл бы вырбтывть?

...В последнее время возбудиться для секс с ним я могл только понюхв "Поэм" и побрызгв н себя этими духми.

Вопреки моему же зкону - не пользовться духми н ночь...

Но я тк чсто откзывл ему! Не могл же я все время держть его н "голодном пйке"?! В конце-концов, тогд я еще не решилсь с ним рзводиться! И потому приходилось знимться с ним... сексом. Инче не нзовешь. Скзть "знимться любовью" про нши грубые, вульгрные, мехнические совокупления нельзя! С его стороны был похоть, с моей снисходительня брезгливость и, где-то, упоение своей влстью нд ним, рдость от того, что его нслждение и восторг от меня звисят. Во всяком случе, он уверяет, что "тк, кк со мною ни с кем больше не бывло!" Приятно...

Приятно, что хоть ккой-то рдости его нш рзвод лишит!

Я выбрл флкончик с ромтизировнным гелем "Ежевик" и ромтизировнное молочко "Млин со сливкми". Зпхи похожи, но все же имеют рзные нюнсы, вкупе создющие прелестную гмму... Щедро плеснул гелем в воду, дождлсь, пок поднялсь бело-розовя пен, с блженным вздохом погрузил в внну свое измученное тело... Ольг привыкл жить в жуткой грязи, он испытывет ккой-то почти мистический стрх перед водой, но вот эти ромтизировнные жидкие мыл соблзняют ее н купние. Плохо только, что он до сих пор не уяснил, что приятный зпх не всегд подрзумевет съедобность продукт... Он пытлсь лизть гели для душ и укрдкой пил мыльную воду... А потом ее рвло. Ужсно!

Ольг вообще непредскзуем. Никогд не знешь, чего от нее ждть! Д и будь он обыкновенным, нормльным ребенком, или дже взрослым, но - чужим, недвно поселившимся рядом, когд еще неизучены привычки... Вот я лежу в внной, он, вроде бы, спит! Но - кто ее знет?! Быть может, он притворялсь, и только и ждл, чтобы я уединилсь в внной, легл бы в воду, в пену, голя, беззщитня, он - полнопрвня хозяйк в пустой квртире, и что ей придет в голову, ведь ребенок - хоть и несчстный, хоть и очень-очень жлко и почти люблю ее - но все же ребенок рос... Н дурном примере! Он не виновт ни в чем. Но неизвестно, ккую он может выдумть збву!

...Я выскочил из внной, нспех обтерлсь, н молочко и прочие ухищрения времени не было, я выбежл, кинулсь в спльню... Ольг спл.

Рзумеется, Ольг спл! Это я, идиотк мнительня...

Ольг спл. Тяжело дышл, постнывл во сне, стискивл кулчки. Н вискх и н верхней губе выступил исприн. Брови стрдльчески изогнулись. Ротик приоткрылся. Зубы - стиснуты. Воздух выходит со свистом...

Должно быть, дурной сон.

Я осторожно поглдил ее по голове... Он дернулсь, зметлсь, но не проснулсь... Потом, вроде бы, здышл спокойнее... И я ушл. Прикрыл з собой дверь.

Пошл в внную. Долго "умщлсь" молочком с зпхом млины и внили. Снял влжный хлт, ндел теплую брхтную пижму.

Пошл н кухню. Есть не хотелось... Поджрил себе дв тост с сыром, зврил свежий чй. Отнесл н подносе в свою комнту. Взял - нконец-то, после пятидневного перерыв! - недочитнного "Ведьмк" Анджея Спковского. И улетел... Открылись ворот - в другой мир, в другую эпоху.

Кк тм у Толкиен - у великого основтеля всей этой плеяды второв, сочиняющих скзки для взрослых людей? "Дорог вдль и вдль ведет, дорог легл от рскрытых ворот..." Господи, ступить бы н эту дорогу и пойти, вперед и вперед, и никогд, никогд не возврщться, и дже оглядывться незчем, нету тут ничего хорошего! И вообще ничего нет в этом дурцком мире! Лучше туд... С головой... Кк в омут...

Я читл:

"Он нклонилсь, он почувствовл н лице прикосновение ее волос, пхнущих сиренью и крыжовником, и вдруг понял, что никогд не збудет этого ромт, этого мягкого прикосновения, понял, что никогд уже не сможет срвнить их с другими зпхми и другими прикосновениями. Йеннифэр поцеловл его, и он понял, что никогд не пожелет других губ, кроме этих, влжных и слдких от помды. Он вдруг понял, что с этой минуты для него будет существовть только он, ее шея, ее руки и грудки, высвободившиеся из-под черного плтья, ее нежня, прохлдня кож, не срвнимя ни с одной из тех, которых он кслся. Он видел совсем рядом ее филковые глз, прекрснейшие глз в мире, глз, которые, он тк этого боялся, стнут для него...

...всем. Он знл это.

- Твое желние, - шепнул он, приложив губы к смому его уху. -Не зню, существует ли в природе Сил, способня исполнить твое желние. Но если может, ты приговорил себя.

Приговорил себя... ко мне."

Я читл.

Ведьмк Герльт згдл последнее желние и этим желнием окзлсь вечня любовь его к чродейке Йеннифэр.

Я читл и ревел в три ручья. Мне тк хотелось быть ткой же восхитительной, кк Йеннифэр! Мне тк хотелось, чтобы в меня влюбился ткой же великолепный мужчин, кк Герльт! Ткой же мудрый, нежный и сильный, кк Герльт! А не ткой, кк те лопухи, которые до сих пор в меня влюблялись...

Мне хотелось, чтобы кто-нибудь скзл мне ткие слов, чтобы я стл чьим-то глвным желнием, чтобы для кого-то был ЕДИНСТВЕННОЙ! Слов Андрея относительно того, будто со мной ему - кк ни с кем больше, в счет не идут: он говорил о похоти, не о любви, к тому же - кто грнтирует, что Андрей не говорит то же смое КАЖДОЙ? В конце-концов, при всех своих недостткх, мой муж - человек блговоспитнный и неглупый, хотя излишние смоуверенность и смовлюбленность иной рз ослепляют его, зствляя принимть желемое з действительное... Тк вот: дже если он и мерзвец, то он, в любом случе, не тк уж глуп и знет стринную поговорку нсчет того, что "женщин любит ушми". С него стнется говорить ткое КАЖДОЙ! А мне хочется - чтобы по-нстоящему!

И чтобы я точно знл, что все скзнное - првд... Чтобы я понимл бы это и без слов... И чтобы слов уже и не были бы нужны!

Я читл прекрсную книгу, мечтл, ревел в три ручья и зпивл слезы крепким, но уже остывшим чем.

А в соседней комнте спл девочк... Я ндеялсь, что он спит спокойно, что хотя бы во сне нпряжение и стрх оствляют ее... Если бы я знл тогд, ЧТО видит во сне Ольг!

Если бы знл я, что кошмры, во время бодрствовния еще в ккой-то мере "стирвшиеся" впечтлениями дня, вступли в полную силу во сне и полностью збирли под влсть свою ее рссудок!

Если бы я знл это уже тогд, я бы, нверное, все ночи нпролет просиживл рядом с ней, отгонял бы стршные сны...

Возможно, рди Ольги я бы могл пожертвовть дже "Ведьмком"!

Ольг не то что спть - дже глз зкрыть боялсь!

Потому что, стоило векм скрыть от нее свет, тьм нчинл нползть н нее... И все же - это был не т бсолютня, кромешня тьм, которой он боялсь, тьм подземелья, липкя зловоння тьм, ледяня тьм без единого лучик. Нет, в той тьме, которя црил з зкрытыми векми, все же вспыхивли иногд блики свет. А в темноте комнтки, в которой ее поселили, полностью темно никогд не бывло... В щель между шторми проникл свет уличных фонрей, и этого хвтло, чтобы сделть темноту не черной, синей или серой, чтобы можно было рзличть предметы... А если рзличешь предметы знчит, это не бсолютня темнот!

Позже, когд Ольг скзл, что боится темноты, в ее комнтке стли оствлять включенный ночник.

Но он не посмел пожловться, что боится зсыпть...

Во сне темнот нползл н нее. Нстоящя темнот когд дже собственных рук, поднесенных к лицу, не видно!

Кромешня темнот без единого лучик свет, ждня, всепоглощющя темнот.

Тм, глубоко-глубоко под землей...

Те люди, которые живут и двигются нверху, дже предствить себе не могут, что под ними - целый мир, в котором тоже живут, что под ними - ткя глубин... А в центре глубины - и вовсе бездн, которой нет пределов... До недр земли, может - глубже: в другие, стршные миры!

Подземный мир под Москвой - глубже, чем тоннели метро, глубже, чем пресловутый подземный городок военных, глубже, чем легендрные бункер под кремлем.

В смом глубоком месте подземного мир - зл.

В этом зле всегд црит тьм. Всегд... Это - зкон.

В центре зл - ям. Глубокя. Бездоння.

В бездне - НЕЧТО.

ОНО шевелится. Ворочется. Вздыхет. Иногд - недовольно ворчит, и тогд гул идет по всему подземному миру, и отголоски его слышны н стнциях метро, и люди не понимют, отчего им вдруг стновится тревожно.

Иногд ОНО требует жертв.

Чще - просто поклонения... ОНО питется восторгом и экстзом верных ЕМУ. ОНО питется болью. ОНО любит грязь...

Грязь, гниение, зловоние.

Имя ЕГО - Бл-Зеббул, Повелитель Мух.

ОН соблзняет людей Свободой... Абсолютной свободой, свободой от всего: не только от зконов и морли внешнего мир, но и от собственно человеческого в их душх и в их облике - от всего, что выявляет в человеке Божью Тврь.

Повелитель Мух - мух, кк порождений мертвой и гниющей плоти, мух, несущих н крылья чуму. ОН тоже прежде был нгелом. Когд ОН пл с небес - чум пл н крыльях мух н Хнн, и в этом было первое из преступлений ЕГО против Бог.

Человек по имени Сбнэк служит Бл-Зеббулу, живет в темном зле подле ЕГО бездонного логов, видит ЕГО, говорит с НИМ, доносит волю ЕГО до верных ЕМУ, приносит жертвы ЕМУ и потому имеет в мире отверженных бсолютную влсть.

Сбнэк - пророк Бл-Зеббул!

Ольг был одной из жен Сбнэк.

Он был в зле...

Он присутствовл при жертвоприношениях...

Он слышл рычнье божеств.

Он видел лицо пророк.

Он не должн был выходить н поверхность! Никогд...

Он прикоснулсь к зпретному, к тйному, он не должн был вернуться в верхний мир - они не могут допустить, чтобы кто-то из верхнего мир узнл об их нстоящей жизни, об их вере! О верности Бл-Зеббулу. О Сбнэке. И о том, что они - счстливы!

Жлость людей верхнего мир к "пдшим" из мир нижнего, брезгливость, презрение и неведение людей верхнего мир относительно мир нижнего - злог их силы и блгополучия, злог их покоя. Люди из верхнего мир не должны знть, что н смом деле они - мельтешщий сброд, жлкие мурвьи, рботющие для того, чтобы нижний мир жил сытно и пьяно, плодящиеся для того, чтобы у Бл-Зеббул были жертвы, у верных ему - збв и свежя кровь...

Люди нижнего мир счстливы.

Люди верхнего мир не должны об этом знть.

И Ольгу не должны были выпускть в верхний мир...

Жучок совершил ошибку, взяв с собою Ольгу... Жучок ндеялсь, что никто никогд не узнет... Что Ольг - не рсскжет... Д и кто бы стл ее слушть? Кому он могл рсскзть, что выходил нверх? Никого это не тревожило, пок Ольг возврщлсь нзд! Никого... И см Ольг был блгодрн Жучку - з то, что могл хотя бы видеть свет, з то, что могл хотя бы изредк видеть мир верхний!

Жучок поплтилсь з то, что нрушил зкон.

Ее убили...

Ольге никто не говорил этого, но Ольг знл, чувствовл: Жучк убили ншли мертвой н полу в КПЗ.

Жучк убили, Ольгу будут искть, чтобы любыми способми вернуть туд, в нижний мир! Убить Ольгу они не могут...

Не имеют прв. Ольг - супруг Сбнэк!

Они не убьют ее - только Сбнэк может решть ее судьбу, ему они побоятся скзть о том, что он ушл в верхний мир. Нет, не осмелятся... Рсскжут все потом, когд вернут ее и будут решть, что с ней дльше сотворить. Ее не убьют, но этих двоих, которые приютили ее... Этих двоих, которые нзывют себя ее родителями... Их нверняк убьют. Обоих.

Только женщину они снчл изнсилуют. Он - чистя, крсивя, у нее мягкя кож, от нее вкусно пхнет - мужчины подземного мир, зловонные, опухшие от пьянств, синевто-бледные от жизни без свет, любят звлдевть ткими, кк он, крсивыми и чистыми. Они будут передвть ее один - другому, терзть, црпть, кусть, они зхотят увидеть ее кровь, они зхотят увидеть, ккя он изнутри... Ольг знл, кк это происходит, когд женщин верхнего мир попдет к мужчинм нижнего мир. Им все рвно бывет, сколько ей лет и крсив ли он, но, если он крсив, они будут еще более жестоки и еще дольше не ддут ей умереть.

Ольге посчстливилось, что ее с смого нчл преднзнчли Сбнэку. После него никто уже не осмеливлся прикоснуться к ней. Несмотря н то, что Сбнэку он двно уже прискучил и он отослл ее прочь, и теперь его услждют другие жены, моложе и свежее Ольги, ее Сбнэк нверняк уже позбыл!

Позбыл... Но он вспомнит Ольгу, когд ее приведут к нему н суд! Он ее вспомнит, он - увидит его лицо еще рз, в последний рз... И тогд уже не стршно и не жлко умереть. Шгнуть в смерть... Шгнуть в темноту, из которой уже никогд не будет выход! В которой никогд не збрезжит свет...

Сны Ольги были темны, кк смерть.

А потому он не любил спть...

Я читл.

Щелкнул отпиремый змок.

Муж пришел...

Я бросил быстрый взгляд н чсы - половин первого ночи, где же он шлялся? - и снов уткнулсь в книгу.

Он приоткрыл дверь моей комнты, постоял, пыхтя и печльно бурч животом.

Пусть не ндеется... Пусть не ндеется, что почти рзведення с ним женщин будет встречть его горячим ужином!

Хочет жрть - нйдет себе в холодильнике и согреет чего-нибудь, я теперь готовлю много и рзнообрзно, девочку ндо кормить кк следует, у нее и тк гстрит от непрвильного питния - гстрит, увеличен печень и есть угроз схрного дибет! Ей еще дибет в тком возрсте недоствло, ко всем ее бедм! Я в лепешку рзобьюсь, откормлю ее и вылечу... Тк что и он нйдет себе в холодильнике что-нибудь...

Что-нибудь диетическое!!!

- Нсть! А, Нсть? Ну-у-у... Не будь ткой стервой!

Мерзкий, плксивый голос! Ненвижу. Герльт из Ривии никогд не стл бы тк ныть. Тем пче, что этот еще и фльшив при всей своей покзной кротости. Кк только нсытится... Зню я его!

- Н--сть!

Я читю. Я ничего не слышу... Читю я!!! Он что, не видит?! И книжк, между прочим, очень интересня...

"Н Герльт коллекция впечтления не произвел - он пол год жил у Йеннифэр в Венгеберге, Йеннифэр рсполгл еще более интересным собрнием, содержщим дже невероятных рзмеров фллос, взятый, кжется, от горного тролля. Было у нее не совсем удчно выполненное чучело единорог, н спине которого он обожл знимться любовью. Герльт считл, что если и существует место, еще менее пригодное для любовных игр, тк это, пожлуй, только спин единорог живого. В отличие от него, считвшего кровть роскошью и ценившего все мыслимые возможности, предоствляемые этим чудесным предметом мебели, Йеннифэр был н удивление изобреттельной. Герльт вспоминл приятные моменты, проведенные с чродейкой н крутой крыше, в збитом пылью дупле, н блконе, причем - чужом, н перилх мост, в рскчивющейся н бешеной реке лодке и во время левитции в тридцти сженях нд землей.

Но хуже всего был единорог..."

...А у меня в жизни никогд, никогд не было и не будет ничего интересного и прекрсного!

Муж прошлепл н кухню. Теперь нрочито громко гремит посудой. Ой, не могу! Рзведусь я с ним... Быть может, к тому времени Ольг достточно придет в себя и решит уйти со мной, ко мне... Не могу же я ее оствить с ним! Через год, через дв, через три... Сколько ей пондобится времени для того, чтобы стть нормльным ребенком?! Если я и не помру з это время, то нверняк свихнусь и поседею! И долгождння свобод не дст мне желемых рдостей. Год через три мне будет уже тридцть лет... Тридцть лет! Подумть жутко.

Муж зкончил трпезу и прошествовл в душ.

Я снов уткнулсь в книгу... Провлилсь в книгу! Пришл в себя, то есть вернулсь обртно, только когд Андрей подкрлся ко мне сзди и, обхвтив рукми, поцеловл в зтылок. Знет ведь, что зтылок - чувствительное место, что я - кк кошк: люблю, когд меня з ушми глдят!

- Прекрти, - жестко скзл я.

- Д ни з что!

- Прекрти, я не хочу. И, мне кзлось, мы с тобой все уже решили.

- С тех пор, кк мы с тобой все решили, произошло много интересного и, кк мне кзлось, ты переменил решение и соизволил остться! А рз мы не рзводимся, тк изволь исполнять супружеский долг!

- Д пошел ты... Я остлсь рди Ольги! Рди ребенк!

Рди ТВОЕГО ребенк!

- А мне кзлось, что Ольг - это просто удобный предлог для того, чтобы позбыть кпризы и вернуться в мои объятия не теряя чувств собственного достоинств! - кокетливо улыбнулся Андрей. -И я, зметь, готов простить тебя и принять обртно!

- Но я не готов тебя простить. И, если ты ко мне еще хоть рз прикоснешься...

- То что ты сделешь? Дшь мне пощечину? Тк я тебе з это лпки поотрывю! Уйдешь? А кк же несчстный зброшеный ребенок? Оленьк? Неужели ты можешь тк ее трвмировть? Он только-только обрел семью... И потом, кк же твое блгородство? Тобою все тк восхищются...

- Ты - подонок.

- Когд ты выходил з меня змуж, ты был иного мнения.

- Ты ловко прикидывлся порядочным человеком. З год жизни с тобой я рзобрлсь, что ты из себя предствляешь. И с меня хвтит. Уйди из моей комнты.

- А что подумет Ольг? Пп с ммой должны спть в одной кровти...

- Ольг не знет, кк должны спть пп с ммой. Не помнит. И прекрти спекулировть...

- Я хочу тебя. Я женился-то н тебе только потому, что все время хотел тебя... И я думл, что ты будешь меня рзвлекть. С тобой поговорить интересно было... А ты говоришь не со мной. С подругми. По телефону. Ты все время читешь книги. Ты тртишь кучу денег. А теперь еще и спть со мной откзывешься. Тк зчем мне, спршивется, терпеть твое присутствие в моем доме? Ккя мне от тебя рдость? А для Ольги я няньку нйму. Профессионльного психолог. Он мне и то дешевле обойдется! И, может, по-лсковее будет... Если бы я знл, что ты фригидн и молчлив, я бы н тебе не женился! Мне нужн женщин, которя будет окупть все мои рсходы н нее, до последней копейки. Знимться блготворительностью я не собирюсь. А в случе с тобой это именно блготворительность!

Я повернулсь и посмотрел прямо в глз ему.

Большие, крсивой формы, удивительно яркие... Пустые.

...Господи, д кк я вообще могл выйти змуж з этого жлоб? Зчем мне это пондобилось? Я ведь никогд не любил его. Он нрвился мме... Он говорил, что Андрей - хорошя пртия для меня. И я вышл з него - чтобы исполнить смое зветное ммочкино желние: видеть меня змужем! Чтобы докзть что-то окружющим. Чтобы избвиться от клейм "строй девы"... Господи, кк же это мерзко!

Исполнил желние ммочки.

Докзл окружющим, что я не верблюд и могу "зхомутть" богтого и крсивого мужик!

И строй девой я уже не буду. Буду одинокой, рзведенной - почему-то это считется менее постыдным.

Но зто сколько гдости!

И розовые очки рзбиты вдребезги...

И я ведь знл все с смого нчл!

Я предчувствовл...

Но я жлел его. Тргедия, которой зкончился его первый брк, предвл Андрею некий ромнтический ореол в глзх окружющих женщин. Крсивый вдовец...

Я встл и нчл собирться. Это было легко - чемодны стояли нерспковнные. Я собирлсь не демонстртивно, не тетрльно, кк это делют женщины в ндежде, что мужчин нчнет их уговривть и остнвливть. Нет, я действительно собирлсь уйти! Теперь уже - безвозвртно, потому что все скзнное - последняя кпля, которя переполнил чшу...

... сколько было их, "последних кпель"?!

Андрей, нверное, понял, что я не шучу и не игрю.

Во взгляде его мелькнул рстерянность...

А интересно, чего он ожидл?

- Я оствлю все золотые укршения, которые ты купил, и шубу, кк мы и договорились...

- И вечерние плтья, - злордно подхвтил Андрей, они тебе уже не пондобятся в той убогой жизни, которую тебе придется вести отныне!

- Д, и вечерние плтья... Деловые костюмы, свитер и джинсы я збирю. И все книги, которые я купил: тебе они не нужны. И все мои духи и средств для внны - думю, я зрботл их з год жизни с тобой!

Андрей рвнул меня з руку, повернул к себе...

- Только попробуй меня удрить! Я убью тебя! Убью! прошептл я, чувствуя, кк к горлу подктывют слезы.

В тот момент мне действительно кзлось, что я могу убить этого человек... Ткнуть его кухонным ножом! Ведь дже смое кроткое и беззщитное существо можно довести, если очень пострться!

Нверное, мой муж понимл это, потому что отпустил мою руку...

Я прошл в внную и принялсь упковывть пузырьки.

Андрей пришел в внную чуть позже, неся н рукх сонную Ольгу.

- Вот, Оленьк, мм обиделсь н меня и хочет от нс уйти! Попроси ее простить меня и остться. Скжи ей, что пп - глупый. А когд он хочет кое-чего - мм знет, чего пп хочет! - он стновится совсем сумсшедший и не сообржет, что говорит. Но это оттого, что пп очень любит мму... Оленьк, попроси мму остться! Скжи ей, что он очень нужн нм с тобой обоим...

Глз у Ольги тк похожи н глз Андрея, но сколько же в них мудрости, всепонимния, тоски! Ольг переводил серьезный взгляд с меня - н Андрея, с Андрея - н меня... Потом осторожно высвободилсь из его объятий, скользнул н пол, прошлепл босыми ногми в тулет и зперлсь тм.

Андрей зхихикл было, но увидев, кк меня перекосило от его хихикнья, сделл строгое лицо.

- Лдно, Нсть, до меня дошло, что спть ты со мной не хочешь и не будешь. Хотя - жль. Это было тк здорово... У меня уже ни с кем тк больше не будет. И я, понятно, рзозлился. Но ты прости уж меня... Я глупостей нговорил! А ты Ольге нужн... Првд! Я обещю тебе, ничего ткого больше не будет. Клянусь! Будем жить вместе только рди нее... А потом, когд ты зхочешь, я дм тебе рзвод без всякого. И золото, и шубу ты сможешь збрть! Я это только из вредности оствить требовл... Я и мшину тебе отдм! Остнься только.

Пок Ольг в себя не придет... Ей женщин рядом нужн, к тебе он привыкть нчл, няньк-психолог - новый человек, новое переживние. Не ндо ей этого... Нсть, ну, чего ты тк н меня смотришь, ? Слушй, я спть пойду... К себе...

Устл я, првд, звтр - вствть рно.

Ушел.

Скрипнули пружины дивн.

Неужели он действительно не понимет, ОТЧЕГО я тк смотрю н него?!

Я дождлсь, пок Ольг вышл из тулет. Проводил ее спть. Посидел рядом.

Потом пошл к себе. Легл. Читть "Ведьмк" после ткого рзговор кощунство... Я положил в кчестве зклдки письмо от подруги из Кзни письмо, н которое я ей уже две недели ответить не могу! Выключил свет... Но сон не шел.

И тогд я принялсь мечтть. Рсскзывть себе скзку.

Кк в детстве... Предствлял себя персонжем читемой книги. И по-своему перестривл сюжет. Тк, кк мне больше нрвится! Чтобы Герльт из Ривии любил не блисттельную Йеннифэр, ничем не примечтельную меня! Уж я бы его прилскл и отогрел, не то что эт стерв Йеннифэр! Я же не чродейк... Я обыкновення женщин... Несчстня женщин...

Женщин н пороге рзвод! Тк вот, пусть Герльт из Ривии полюбит меня... И пусть он время от времени меня спсет...

Это тк приятно, когд тебя спсют! Меня никто никогд не спсл. Мне приходилось спсться смой. В нше время нстоящие мужчины перевелись. остлись только ткие, кк Андрей.

Или - еще хуже. Или - вообще гомосексулисты! Прекрсно обходятся без женщин. И женщины тоже... Нучились прекрсно обходиться без мужчин! Последние нстоящие мужчины - в поколении нших отцов...

Герльт из Ривии...

Седовлсый, тонколицый, с горящими, кк у кошки, желтыми глзми.

Он пришел ко мне во тьме...

Он коснулся губми моих губ...

И я срзу же узнл его - узнл по особенному ощущению от поцелуя! - я понял, что именно его всегд ждл, что именно его губы искл я среди всех, ккие мне пришлось перецеловть з двдцть семь лет!

Я говорил, что не люблю мужчин, но не любил их потому, что все они были - не он! Потому что его среди них не было.

Я чуть было не остлсь строй девой, потому что ждл его... Потому что до последнего ндеялсь дождться!

Седовлсый, тонколикий, с пронзительными кошчьими глзми. Он пришел ко мне в темноте, он склонился ндо мной, он коснулся губми моих губ.

"Девочк моя! Кк хорошо мне с тобой... Я стновлюсь рядом с тобой молодым. Это - счстье... Но это счстье не более, чем иллюзия. Возможно, мы создны друг для друг, кк ты говоришь. Возможно, суждены друг другу. Но - то ли я поспешил родиться, то ли ты опоздл - не зню! Но мы не сможем быть вместе... Я просто не имею прв клечить твою жизнь..."

Этот голос из сн - он знком мне, смутно знком - я его слышл уже, слышл в рельной жизни... Но - где и когд? Мне знком этот голос... Он зствлял уже мое сердце трепетть в слдком предчувствии! В предчувствии счстья!

Только голос... Без облик...

Седовлсый, тонколикий, с пронзительными, кк у кошки, глзми...

Глв 6

МЕМУАРЫ МЕЛКОГО

Одного из головорезов звли Мрик, другого - Слон. Они двое, я и Кривой мы вылезли н поверхность земли где-то в рйоне Битцевского Прк, тм где лес почти вплотную подходит к недвно выстроенному микрорйону.

Здесь не то, что в центре, здесь огромные пустые прострнств и дже кжется, что ты вовсе не в Москве. Я, признться, не люблю окрин, но нет мест лучше для похищения людей. Нроду мло шляется, особенно поздно вечером. Никто ничего не увидит - был человек и нету!

Люди! Не ходите лучше поздним вечером по Битцевскому Прку, особенно в одиночестве! приятня прогулк может кончиться для вс... встречей с Бл-Зеббулом.

Эт молоденькя и пухленькя женщин лет двдцти пяти возврщлсь с рботы домой через Битцевский прк. Ей нрвилось вместо того, чтобы трястись в нбитом втобусе от стнции метро Ясенево, пройтись пешочком от стнции метро Битцевский Прк. Десять минут всего и море удовольствия от природы и свежего воздух.

Мне все рсскзл о ней Кривой, пок мы сидели неподлеку от тропинки, протоптнной местными жителями от метро до шоссе, з которым нчинлсь улиц Голубинскя, где проживл нш жертв.

Пришли мы минут з пятндцть до того времени, кк жертв обычно возврщлсь с рботы. Ее звли Ктюш. Ктюш Алексеев. Кк сообщил мне Кривой, он был уже дв год кк змужем, у нее был дочк десяти месяцев от роду, с которой, пок родители были н рботе, сидел ббушк - Ктюшин мм.

Ктюш рботл повром в одной из московских столовых, муж ее, вроде кк, был строителем, тк что нверняк хорошие деньги зрбтывл. Могл бы уж Ктюш и дом посидеть, пок ребенок мленький... жив бы, нверное, остлсь.

- Это ты выбрл ее из всех остльных? - спросил я у Кривого.

Тот посмотрел н меня с искренним удивлением.

- Ну что ты, ткие вопросы Великий Жрец решет см.

Только он может знть, ккя жертв понрвится Бл-Зеббулу.

Я, Мелкий, всего лишь исполнитель его священной воли.

"Ккя понрвилсь бы ншим бродягм и уголовникм, - договорил я з него про себя, - Миля, пухленькя, респектбельня и довольня жизнью".

Он зпздывл.

Я видел, что Кривой нчинет нервничть, все чще поглядывть н чсы. Он уже не рзговривл со мной, когд Слон потянул в рот сигрету - Слон был спокоен, кк тнк, и Мрик тоже - Кривой тк шрхнул его по руке, что Слон чуть не рухнул в сугроб. И я видел, что он испуглся. Тк испуглся, что дже побледнел и посмотрел н Кривого, кк первоклссник н директор школы.

- Д нет же ее еще... - пробормотл он.

В лесу было тихо, и хруст снег под чьими-то ногми мы услышли издлек.

Меня просто прлизовло. Я зстыл н месте и весь обртился в слух и ожидние. Кждый скрип снег отзывлся во мне осколочком боли в груди. Острым, безжлостным осколочком.

Я видел, кк зстыли в нпряжении Кривой и об головорез, кк вздулись вены н рукх и шее сидящего со мной рядом Слон.

Место, где мы сидели, предствляло из себя неглубокий пологий овржек, и нм не было видно идущего до смого полезного момент, пок он не нчнет уже спускться...

Хрусть... хрусть... хрусть...

По тропинке, скользкой н спуске, съехл ккой-то мужик. Едв не упл и нелепо взмхнул рукми, чтобы сохрнить рвновесие. Невнятно выруглся и похрустел дльше.

Я бы упл, не окжись з моей спиной дерев. Все мои мышцы отрфировлись, и тело превртилось в жидкий студень... Глупо, кк будто это меня подкруливли, чтобы убить. Чего я дергюсь?..

Он появилсь еще через пять минут.

Когд я снов услышл это - хрусть... хрусть... хрусть... я срзу понял, что это он.

И я был спокоен, спокоен, кк никогд. Я кк-то вдруг отделился от всего мир, и видел его теперь откуд-то со стороны. Кк будто в кинотетре сидел.

Он сктилсь по скользкой тропинке с рзбегу. Легко и грциозно, однко едв не потерял шпку - ей пришлось срочно хвтться з нее рукми, чтобы он не упл. Шпк был беленькя и шубк был беленькя, и спожки были беленькие... Вся он был беленькя и румяня от мороз. И глз ее светились от молодости и рдости жизни... Он был жертв. Он и только он.

Девушк был счстливой и беззботной еще несколько мгновений, до тех пор, пок Слон не прегрдил ей дорогу.

- Куд спешишь, крсвиц? - спросил Слон, улыбясь гнилыми зубми, Подожди, поговорить ндо.

Он не игрл и не кокетничл - дело было слишком серьезное - он просто ждл, пок Мрик зйдет жертве сзди, и он приближлся к ней. Медленно, шг з шгом, он медленно отступл.

Я видел, кк румянец отхлынул от щек девушки, кк ужс сверкнул в ее глзх.

- Пустите... пожлуйст! - пробормотл он, прижимя ручки к груди, Пожлуйст...

Он хотел кинуться нзд, но Мрик уже был з смой спиной у нее, и он удрилсь о него, кк о склу.

Тут у нее, нконец, ншлись силы кричть. Один короткий вскрик - и грязня лпищ Мрик зкрыл ей рот.

- Быстро! - услышл я жесткий голос Кривого, - Тщите ее!

Откуд-то издлек я услышл - хрусть... хрусть... хрусть...

Идет кто-то третий - кто-то третий совсем некстти.

Кривой услышл шги н мгновение рньше, чем я. Мрик и Слон услышли их еще н мгновение позже.

Жертв вырывлсь. Молч и отчянно. Я видел ее дикие, вылезшие из орбит глз. Слышл ли он шги, ндеялсь ли н помощь?

Меня эти приближющиеся шги вернули в рельный мир.

Первым моим движением был прыжок в сторону лз, ведущего под землю, но я тут же остновился и вернулся н тропинку, где Мрик и Слон скручивли жертву. Скручивли в прямом смысле этого слов - обрывком провод, который они зхвтили с собой именно с этой целью. Нельзя чтобы жертв брыклсь, когд ее будут тщить по тоннелям - еще вырвется и убежит, ищи ее потом.

Жертв извивлсь, кк змея, он ухитрилсь укусить Мрик з руку, тот рзозлился и удрил ее в солнечное сплетение тк, что н ккое-то время он перестл двигться.

Кк рз в этот смый момент третий любитель ночных прогулок по лесу съехл к нм в оврг. Это был пожилой мужчин лет шестидесяти, который окзлся очень бодрым и быстро сообржющим. Быстро - не знчит хорошо. Вместо того, чтобы улепетывть, он кинулся н Мрик со Слоном, желя, вероятно, отбить ншу жертву.

Я уж подумл было, что он собирется их бить, но стрик всего лишь выхвтил гзовый бллончик. Мрик получил в рожу струйку гз и с воем рухнул н снег. Рухнул, дернулся и вырубился.

Слон, нверное, не совсем понял, что произошло. Увидев в лице стрик опсность, он кинулся н него, вышиб из руки гзовый бллончик и стл избивть его методично, по всем првилм, кк учт в рмии.

Девушк, оствлення н снегу, нчл потихоньку уползть. Он медленно приходил в себя, но дже в бессознтельном состоянии, он уже уползл. Ей связли руки, ноги еще не успели и, повлявшись ккое-то время в снегу, он умудрилсь подняться.

Слон бил стрик, Мрик лежл в отключке, Кривой, увидев, что жертв пытется ускользнуть, вылетел из своего укрытия и кинулся з ней. З те пру минут, что прошли со времени нпдения н нее, жертв, похоже, вышл из состояния первого шок. Нконец включился ее инстинкт смосохрнения, и он стл похож н дикую кошку, не н пухлую беленькую девушку, перепугнную нсмерть.

Когд Кривой появился у нее н пути, он со всего мху врезл ему между ног. Кривой свлился с кким-то стрнным скрипом. Бедняг, я предствил себе, с ккой скоростью жесткий кожный спог удрил его в промежность и мне смому стло плохо.

Девчонке следовло бы бежть прямо - перепрыгивть через Кривого, который был теперь безопсен, кк млденец, и бежть, но он повернул обртно. Н тропинку. Туд, где стоял я.

Он меня не боялсь. чего ей меня бояться, когд я ниже ее н целую голову? И потом я перегорживл ей дорогу к дому. К ДОМУ! К СПАСЕНИЮ!

Он бежл н меня, я не двиглся с мест. Я видел, кк Слон оторвлся от стрик, осознв, нконец, что жертв удирет, и кинулся з ней. Догнл бы он ее или нет, я не зню, нверное, у жертвы было пятьдесят процентов шнс убежть от него, но я стоял н дороге, и я подствил ей подножку. Просто потому, что он бежл, просто потому, что он бежл мимо меня, просто потому, что я знл, что не должен дть ей убежть...

Он упл. Лицом в снег.

И тут же сверху н нее нвлился Слон.

Жертв уже не сопротивлялсь тк отчянно, и Слон скрутил ее достточно легко дже без помощи Мрик.

Приковылял Кривой. Он посмотрел н нее - всю перекрученную проводом и слбо шевелящуюся, и кинул Слону:

- Стрик убей, он видел нс, и дружк своего подбери. Девицу мы с Мелким потщим.

Стрик был без сознния, нверное, он и не почувствовл, когд остря стль пронзил его сердце.

- Здорово мы нследили, - пробормотл Кривой, глядя кк лое пятно рзливется по снегу, прожигя его до смой земли, - Нельзя возврщться тем же путем, откуд пришли.

Собки нш след нйдут.

- А че делть? - спросил Слон, оглядывясь по сторонм и прислушивясь.

Лес был мертв. Следующий, четвертый любитель ночных прогулок не шел... Пок не шел.

- Снимть штны и бегть, - скзл Кривой, - быстро бери стрик и тщи отсюд подльше. Чтобы видно не было, снегом зкидй, веткми прикрой. шевелись!.. Мелкий!

Я стоял, кк столб, и смотрел н них н всех, кк истукн, сообржя очень медленно.

- Мелкий!!!

Я получил хорошую пощечину и моментльно пришел в себя.

- Иди, зкидй кровь свежим снегом. И чтоб след от нее не остлось!

Я отпрвился выполнять поручение.

Брл снег в лдони, кидл в дымящуюся протлину и утрмбовывл. Я бы, нверное, проделывл это до смого утр, рзмеренно и методично, если бы не услышл прикз Кривого:

- Хвтит!

Кривой схвтил меня з рукв и потщил з собой. Куд-то в лес. В тихое и темное место, где уже сидел Слон, влялся тихо постнывющий Мрик и неподвижно лежл жертв.

Лежл и смотрел н нс - то н одного, то н другого.

Кричть он не могл, рот ей зклеили плстырем.

Кривой пихнул меня в снег и см сел рядом.

- Следы у лз уничтожил? - спросил он у Слон.

- Д вроде бы.

- Зкроют метро - пойдем через тоннели.

Я спросил у Кривого, сколько времени, и услышл, что четверть одинндцтого. Стрнно, с того момент, кк жертв съехл к нм в оврг прошло всего лишь двдцть минут.

Жертв съехл в оврг... Перед моими глзми, кк няву, предстл т сцен. Он - вся беленькя, ктился по скользкой дорожке, щеки горят румянцем, глз блестят, подхвтывет шпку, норовящую упсть с головы...

Нверное, он потерял шпку, когд боролсь... Я повернулся и кинул н нее быстрый взгляд - тк, чтобы с глзми ее не встретиться - нет, в шпке, првд шпк ндвинут ей н смый лоб. Добрый Слон, нверное, подобрл и нхлобучил кк попло.

Я почувствовл себя безмерно устлым, кким никогд не был, дже после длеких вылзок, когд, случлось, целыми суткми отдохнуть было некогд. Я устл до полного отупения, я дже не мог зкрыть глз, смотрел в одну точку, н черный ствол дерев прямо перед собой.

Слон зкурил, и Кривой не мешл ему. Мрик, вроде бы, нчл приходить в себя, он зворочлся и збормотл что-то нечленорздельное.

В моих отмороженных мозгх робко бродил одинокя призрчня мысль, которую я гнл от себя, зня точно, что он мне не понрвится.

Этой женщине не дл убежть я...

Я буду гнть от себя эту мысль всегд, с переменным успехом. В звисимости от обстоятельств он будет тревожить меня сильнее или слбее, но нвсегд он не уйдет никогд.

Мрик приходил в себя долго и мучительно. Не зню, почувствовл ли душ убиенного стрик, которя явно витл где-то здесь нд нми, хоть ккое-то удовлетворение, но Мрику было очень плохо.

Мы сидели долго, совсем зкоченели, прыгли, грелись, рстирли жертве конечности, чтобы не случилось с ней чего рньше времени. Нконец, Кривой дл комнду собирться, и мы пошли, по той же смой тропинке, где шл нш жертв, в сторону метро.

Место преступления теперь уже тковым не выглядело обыкновенный притоптнный снег. Точно тк же все было, когд мы сидели в зсде.

Я теперь преступник.

Почему-то, когд мы шли выслеживть жертву, я не думл об этом, кк будто збыл, что в верхнем мире то, что мы делем - преступление, и посерьезнее, чем воровство бтон из хлебной плтки или телефонного ппрт из ккой-нибудь конторы. Все это я вообще никогд преступлением не считл.

Интересно, если нс поймют, сколько мне ддут?..

Я - несовершеннолетний, тк что - есть ндежд, что суд отнесется ко мне милосердно... Тем более, что смертную кзнь и вовсе отменить собирются! К счстью для меня, для Слон, для Мрик, для Кривого... К несчстью для того стричк с бллончиком и для нее... Для Ктюши Алексеевой...

Кривой и Слон тщили жертву. Мрик плелся сзди. Помощи от него теперь ожидть было трудно, уже хорошо, что его смого тщить не пришлось.

Меня послли вперед, чтобы знк дл, если кого увижу.

Я никого не увидел. Ни в прке, ни возле метро.

Кривой см открывл крышки колодцев, проверял, куд можно спуститься, куд лучше не стоит. Нконец, он ншел один подходящий, в который мы и полезли.

Колодец был не н смом виду, конечно, но и не тк хорошо спрятн, кк хотелось бы. оствлось полгться только н удчу, что нс не зметят.

Лезть в колодец с жертвой было нстолько утомительным знятием, что все мы дже вспотели. Осознв, куд ее тщут, девушк вдруг стл отчянно сопротивляться, нсколько позволяли путы, конечно, но все-тки зтолкть ее в отверстие люк и не уронить при этом было не тк-то легко. Нверное, горьким опытом были нучены Слон и Мрик, когд брли с собой провод - не будь жертв связн хорошо, мы бы возились с ней в дв рз дольше. И все рвно пришлось бы обездвиживть ее кким-нибудь обрзом. Стрх человек перед кнлизционным люком, окзывется, способен зствить его творить чудес ловкости и изворотливости. Мы же, когд ступили н дно колодц, и пошли вслед з телефонными кбелями, кк выяснилось, здесь проходящими, почувствовли огромное облегчение.

Мы были дом. Мы были дом, пусть еще полночи нм пришлось рзыскивть путь в нше подземное црство по бесконечным хитросплетением переходов. Пусть мы нтыклись иногд н тупики, из которых не было выходов, и нм приходилось выбирться н поверхность. Мы дошли. А дойдя, свлились без сил н блохстые подстилки. Все, и Кривой вместе с нми. Мы видели, кк проповедники, из числ смых приближенных к особе Великого Жрец, рзвязли и уволокли ншу жертву он уже не то что сопротивляться, идти не могли - потом, не зню кк кто, я просто выключился. Кк лмпочк. В подземельях нет дня и нет ночи.

Я не зню, сколько я проспл, но, когд я проснулся, Кривого не было, Слон все еще дрых, Мрик стонл и последними словми проклинл убиенного стрик. После пережитых приключений, я чувствовл себя в этом мире, действительно, кк дом. До того я по нстоящему не был одним из тех, кто живет здесь - я был еще вместе с Михлычем в ншем тупичке, здесь я был новеньким. И я боялся. Теперь я не боюсь. Теперь я один из них. теперь я брт этим головорезм, нс связывет совместное преступление, это крепкие узы. Со всей подземной империей меня теперь связывют крепкие узы. Мир людей для меня зкрыт нвсегд, дже мир кнлизций мне чужой. Я стл гржднином подземной империи. Нстоящим слугой Бл-Зеббул. Я понимю теперь, зчем Кривой взял меня с собой. Я связн с ним теперь не только этим злополучным гзонлизтором, но и совместным преступлением, кк с Мриком и Слоном... Только его я никогд не смогу чувствовть бртом, никогд не смогу по-нстоящему доверять ему. Потому, что он втянул меня во все это, потому что он всегд будет просто использовть меня тк, кк ему вздумется.

А рз уж я дом, то должен рзузнть, что и кк здесь рсположено. Я должен рзобрться в путнице переходов, тем более, что зблудиться здесь в принципе невозможно, особенно тому, кто, кк я, умеет ориентировться в кнлизции. Здесь еще и от лмп светло плюс ко всему, их не выключют вроде бы никогд. Итк, я отпрвляюсь н рзведку. Предствьте себе огромный дворец со множеством комнт. Смежных и рздельных и множество коридоров между ними. Дворец, првд, был не королевский, бомжовый, но схем, по ккой он был устроен, был примерно ткой же. Я только нчл рзбирться в ней, кк меня отловил ккой-то тип, который едв не убил меня, но все же не убил, когд услышл имя Кривого. И то он сообржл ккое-то время, ккого Кривого я имею в виду, когд понял, то очень рзвеселился. " Его зовут здесь Алстор, сообщил он мне и добвил мрчно, - С некоторых пор... Тк что нзывй его этим именем, и не шляйся здесь один!" Вот тк! Здесь дже побродить нельзя! Но я, по крйней мере, выяснил имя Кривого. Алстор... Что бы это знчило?

Итк, мне пришлось возврщться нзд, чтобы провести остток дня со Слоном з игрой в крты. Ккя-то мленькя черненькя девчонк несколько рз приносил нм еде и пиво в бнкх, ее лицо всегд было неподвижным, кк мск, и глз ничего не выржли. " Кто он? - спросил я Слон, когд девчонк принесл еду во второй рз. Слон посмотрел н меня непонимюще. " Что знчит кто? Д никто!" "Ну, что он делет здесь?" "Еду тскет, - хмыкнул Слон, - А вообще по метро ходит, милостыню просит. Почти все местные ббы этим знимются - ходят по метро с детьми." " А детей где берут?

Свои что ли?" " Ты че, дурк?" Д, нверное, я дурк. " А кто ткой Алстор? - решил я перейти н другую тему." " Слушй, Мелкий, зткнись, ! Достл ты своими вопросми!" Д, определенно : или Слон нчисто лишен ткого вредного кчеств кк любопытство или просто боится рсскзывть мне что-то. А почему боится? Я же свой. Нверное, Слон придерживется мудрого првил меньше знешь, будешь дольше жить.

Я долго жить не буду, это уж точно. Я больше не стл рсспршивть Слон. Ни о чем. Хотя вопросов н языке вертелось множество, у меня к концу дня дже голов рзболелсь от их количеств. Удивительно молчливое существо этот Слон, все то время, что мы резлись в крты, он пру рз выруглся мтом - и все!

Кривой... х, извините, Алстор, пришел з мной вечером и перевел н новое место жительств. Нсколько я успел понять систему рсположения империи, он вел меня к центру, и, чем дльше мы продвиглись, тем больше вокруг стновилось людей. В основном это были женщины и дети, поэтому гм вокруг стоял просто невообрзимый. Именно тогд, когд мы шли, я впервые нзвл Кривого Алстором.

- Куд мы идем, Алстор?

Он обернулся и молч смотрел н меня несколько мгновений, потом ответил:

- Мне сейчс некогд знимться тобой. Я отведу тебя к Рыбке... эти оствшиеся две недели он будет знимться твоим воспитнием.

- К ккой еще Рыбке? - спросил я мрчно.

- К золотой. К исполнительнице нших желний. Отстнь, Мелкий, см увидишь ее. Это девчонк твоего примерно возрст.

Я чуть не плюнул с досды... Ненвижу девчонок!

Глв 7

НАСТЯ

Когд Ольг впервые рсскзл мне о подземном мире, о людях и зконх подземного мир, о зле, о яме, о Бл-Зеббуле, о жетвоприношениях, о Сбнэке и его женх - когд он рсскзл мне все это, обычными для нее короткими и словно бы незконченными фрзми, глядя перед собой отрешенным взглядом, когд он рсскзл мне все это в первый рз, я испуглсь. Потому что я в это поверил!

Д, это звучло, кк популярня фнтстик, нечто среднее между "Крышми" Фулер ( только ноборот ) и "Оно" Стивен Кинг...

Но Ольг не читл фнтстики, он предствления не имел ни о фнтстике вообще, ни о Кинге и Фулере в чстности, он не смотрел телевизор, не ходил в кино, он был "дитя подземелий" - из тех детей, которых нзывют "городские Мугли". Тк откуд же он могл это все взять? Выдумк, фнтзия тоже должн бзировться н чем-то... Н кких-то сведениях - полученных, переосмысленных и трнсформироввшихся в нечто новое. А выдумк ткого род - н неком интересе к тинственному, зпредельному.

Но у Ольги не было интерес к тинственному!

У нее вообще ни к чему интерес не было...

Ни к чему, кроме пищи.

Ольге десять лет, читть он не умеет. И не интересуется книгми совершенно... Впрочем, он вообще ничем не интересуется - ни телевизором, ни мультикми ( у меня коллекция Диснеевских мультфильмов ), ни компьютерными игрми, ни игрушкми, ни... Ничем вообще!

Ей интересны только явления мир вещного - одежд, мыло, полотенц, мебель, посуд. Ну и, конечно, ед! Ед это т глвня рдость в ее жизни, это тот процесс бесконечного открытия все новых и новых горизонтов, блгодря которому и происходит рзвитие личности.

...Получется, Ольгин личность рзвивлсь только в одном нпрвлении - в пищевом?!

Тогд откуд взялся Бл-Зеббул?

Именно "Бл-Зеббул", не более привычное звучние того же имени "Вельзевул"?!

Откуд взялся Сбнэк?

Ну, допустим, рзвртил ее ккой-то подонок, нсиловл н протяжении нескольких лет, потом он ему ндоел... Допустим, он интересуется именно мленькими девочкми и постоянно получет все новых и новых... Но откуд "жены Сбнэк" - в этом есть что-то языческое?! Почему ткое стрнное имя "Сбнэк"? Остльные, о ком он вспоминл, носили обычные имен или клички с вполне обыденным звучнием -"Тришк Косой", "Вльк Хорек", "Жучк", "Мшк Жучок", "Дед Корбя", "Бтьк Мирон" - это все понятно, люди городского дн фмилий не имеют... Но эти имен и клички имеют обычное звучние! А "Сбнэк"? Уж очень не по-русски!

Мне и тк нехорошо деллось от откровений Ольги, но, когд я сподобилсь посидеть в библиотеке и, покопвшись в литертуре по демонологии, выяснил кто ткой Сбнэк, мне стло еще хуже!

"Сбнэк" или "Сбнк" - имя демон, относящегося к группе демонов "узкой специльности", если можно тк скзть о них: то есть - демонов, дурно воздействоввших не н человечество в целом, н отдельные человеческие особи, выделяя людей из толпы и вручя им свои чудовищные дры - лчность, безумие, слепоту, глухоту, жжду убийств, склонность к гомосексулизму... Сбнэк "специлизировлся" н рзложении мертвых тел. Тление было его стихией, см он - нечто вроде "служки" или "дъютнт" при Великом Герцоге Ад Вельзевуле ( он же - Бл-Зебуб, Бл-Зеббул и Повелитель Мух)!

...Просто змечтельно! Двдцтый век н исходе, я прелестня особ с высшим педгогическим обрзовнием изучю откровения средневековых мистиков, "узко специлизирующихся" н демонологии, н изучении вргов род человеческого. И ведь я во все это не верю! И чем больше читю, чем больше узню, тем меньше возможность моего последующего уверовния в Бл-Зеббул... Ведь это все - чушь несусветня, бредятин, мркобесие!

Но все же - не могл он этого выдумть!

Тогд - откуд?

И эт жуткя ее убежденность в истинности того, что он говорил!

И мухи...

Мухи, плотной тучей висевшие под потолком кмеры, в которой неизвестно кем и неизвестно кк был убит женщин, побирвшяся с Ольгой и другими детьми...

Другие дети... Отпрвлены в приемник-рспределитель.

Ничего ценного сообщить не смогли. "Все они - дегенерты ккие-то!" - тк скзл Андрею следовтель.

Мухи...

Мухи, тковвшие ншу квртиру после появления у нс Ольги! Я еще думл тогд - откуд же ткое количество мух?!

...Нет, нет, не верю!

Все это - глупость, бред, выдумк.

Должно быть ккое-то логическое объяснение всему...

Это только ткя чокнутя и бездрня пистельниц, кк я, могл хоть н секунду усомниться и предположить, что...

Бл-Зеббул. Повелитель Мух.

Я решил посоветовться с детским психологом.

С тем смым "доктором из милиции", который освидетельствовл Ольгу в смом нчле, дл много ценных советов и зпугл нс относительно ее будущего. Несмотря н зпугивния, доктор мне понрвился: он производил впечтление человек опытного и неглупого. А см я опытом в общении с детьми похвстться не могл...

И не с Андреем же мне об этом говорить! С Андреем вообще бесполезно говорить о высоких мтериях... Он - человек прктичный, вроде моей мтушки. Может, поэтому они друг другу тк сильно нрвятся?! В любом случе - он скжет, что я все это см придумл или же непрвильно истолковл слов Ольги. Ведь с ним-то Ольг н эту тему не говорит! Он с ним вообще не рзговривет... Доктор говорит - это потому, что Ольг мужчин боится. И советует Андрею чще бывть вместе с нею и без меня, но - в людных местх, чтобы у девочки не возникло нпряжение. Еще доктор говорит, что девочку ндо уже сейчс готовить к нормльной жизни и дже к школе, что следует нйти для нее учителя, который з год-дв сможет дть ей прогрмму хотя бы трех нчльных клссов. И Андрей одержим поискми учителя... И - мыслями о мести! Я, конечно, тоже не пцифистк, но все-тки, мне кжется, Андрей несколько перегибет плку: зявил мне тут, что нймет бртву, чтобы вместе с ними прочесть всю московскую кнлизцию, все бомжовые мест... И ведь нймет! И ведь прочешет!

Одно утешет - он не знет точно, кого именно ему убивть!

Ему сейчс всех подряд убивть хочется, но, понятно, этого он делть все-тки не будет... По крйней мере, я ндеюсь, что он делть этого не будет!

Нет, с Андреем бесполезно говорить о Бл-Зеббуле и Сбнэке.

И я обртилсь с этим вопросом к доктору.

И доктор меня утешил... Он скзл, что все это, конечно же, не выдумк, выдумть Ольг не могл, у нее не рзвит фнтзия, но - кто-то это ей рсскзл, кто-то пичкл ее этими жутенькими скзочкми н протяжении достточно длительного времени, рз уж он тк хорошо все зпомнил. Может быть - для того, чтобы зпугть и зствить девочку повиновться... А может быть - это свои, местные легенды и мифы, кк-то опрвдывющие и облгорживющие гнусное существовние тех людей, среди которых жил Ольг. Кк и любя религия мир - опрвдывет, облгорживет и вводит в сттус зповеди именно то, что свойственно конкретной группе людей или конкретному нроду: будь то кошрут, обрезние, полигмия, моногмия или Великий Пост по весне! Доктор был теист... Но он посоветовл мне не рзубеждть Ольгу, пок не рзубеждть, просто объяснить ей, что он - в безопсности, что он зщищен от чего бы то ни было и от кого бы то ни было.

Что теперь он - в семье, с ппой и ммой, что теперь Бл-Зеббулу до нее не добрться.

Я спросил, не следует ли мне сводить Ольгу в церковь.

Доктор был против... Но что с него взять - он же теист! Атеисты - люди дерзкие, но, по сути, трусы: они прячут голову в песок, кк струсы, откзывясь признвть существовние неведомого, существовние чего-то ткого, что не вписывется в кноны привычного вещного мир. А когд все-тки стлкивются с неведомым лицом к лицу - пытются нивно объяснить это с точки зрения примитивной мтерилистической нуки... Или - опять же зкрывют глз! Нос к носу с неведомым - и продолжют утверждть, что ничего неведомого нет! Нет - только потому, что они этого не видят...

Не видят - только потому, что из принцип зкрыли глз н неведомое!

И я подумл, что все-тки свожу Ольгу в церковь. Когд-нибудь... И ндо крестить ее, только решить, в првослвном или ктолическом хрме. Но это уж решть отцу и деду. Не мне.

От доктор я вернулсь успокоення и окрылення.

И ближйшие недели три мы жили очень спокойно...

Но я тк и не удосужилсь сводить Ольгу в церковь. Потом я очень жлел об этом... Но тогд - тогд мне было просто некогд! я зботилсь не о духовном, о мтерильном ее существовнии: об одежде, то есть мы полностью собрли грдероб для нее, о еде, потому что кормить ее приходилось диетически и по-особому обрбтывя все продукты, чтобы сохрнить ккие-то тм необходимые ферменты, о воспитнии, то есть - првильно есть, мыть руки, чистить зубы, зстилть постель - к счстью, он легко воспринимл нше с Андреем поведение в доме, может быть - просто вспоминл, ведь прожил же он шесть лет в нормльном доме, в нормльной семье!

А еще - я продолжл купть ее кждое утро и кждый вечер. Мухи все-тки исчезли... И о Бл-зеббуле он больше не говорил... Но все рвно: стоило мне вспомнить, в ккой грязи он жил, в кком состоянии был, когд я ншл ее, кк срзу мне хотелось зтщить ее в внную и долго-долго тереть мочлкой с кким-нибудь нежным душистым мылом.

К счстью, он уже понял, что мыло - вещь несъедобня!

Когд эт женщин купл ее, Ольг зкрывл глз и уносилсь воспоминниями в глубокую черноту подземелья, где тоже было тепло и влжно... И, когд мочлк, полня мыльной пены, нежно скользил по ее телу - вдоль позвоночник, по ягодицм, по крохотным пуговкм сосков, между ног, по внутренней поверхности бедер - Ольг плвилсь в истоме, вспоминя руки Сбнэк, ксвшиеся ее...

Пронзительня слдость тех мгновений...

Нслждение...

Боль...

Нслждение болью...

Эт женщин дже не ведет, дже предположить не может, он никогд, никогд не испытывл ткого и не испытет вовек, ей не дст ткого счстья этот мужчин, который сейчс рядом с ней, он н ткое не способен, он прост и груб, Ольг не любит его, он противен Ольге, пусть дже он нзывет себя ее "отцом" - кк он смеет? Сбнэк их отец! - нет, люди нверху живут просто и скучно, они не знют ни истинной слдости, ни истинных стрдний, ни слияния слдости и стрдния. Эт женщин - ткя большя! - кжется моложе ее, Ольги. Потому что эт женщин нивн... Кк млденец...

Большой млденец... Люди в верхнем мире нвсегд остются млденцми... Нверное, свет, постоянно бьющий в глз, отвлекет их от рзмышлений, мешет првильно рзвивться...

Они тк и стреют, тк и умирют - млденцми... А люди нижнего мир взрослеют быстро. Особенно - избрнные.

Избрнные Сбнэком...

Он был среди избрнных.

Он был его женой!

Пусть дже он ее отверг... Но он не может отнять у нее воспоминний о своих рукх, о голосе, о взгляде...

Влжные прикосновения мочлки к телу, нежное скольжение мыл нпоминли ей лски Сбнэк. Он вылизывл ее, кк кошк вылизывет своих новорожденных котят...

Если бы эт женщин знл! Но он глуп... Кк и все они...

Он не поверил в Бл-Зеббул. И в Сбнэк не поверил... Ничего, еще поверит, когд см предстнет перед ним, когд см стнет жертвой, когд Сбнэк пришлет своих слуг з своею супругой! Пусть дже Ольге это будет стоить жизни!

Но он увидит его еще рз... А что ткое - жизнь? И что смерть?

Тьм...

Тьм з сомкнутыми векми...

Тьм подземного зл...

Всюду тьм...

Нежное скольжение по телу...

Нслждение...

Боль...

Нслждение болью...

Тьм.

Глв 8

МЕМУАРЫ МЕЛКОГО

Скзть, что я был удивлен, когд ее увидел, это знчит не скзть ничего. Я был поржен, ошеломлен и восхищен. Он был крсив, он был хорошо одет по ншим меркм просто роскошно одет - и у нее были длинные золотые волосы...

Вы понимете - я потерял др речи, когд ее увидел!

Рыбк жил здесь. Именно в этой комнтке, я понял это срзу по обстновке. Здесь могл жить только он и никто другой, судите сми: кровть с постельным бельем, не особенно свежим, конечно, и не белоснежным, но все-тки!!! Я был до глубины души поржен этим постельным бельем - в этих кменных стенх оно кзлось ккой-то несурзицей. И еще у кровти стоял тумбочк, ободрння, с почти облупившейся полировкой, но н ней стоял шмпунь и лежли зубня пст и щетк...

Мое присутствие Рыбк игнорировл, он смотрел н Алстор выжидюще и нпряженно.

- Нет, - скзл он ей, - Ты не пойдешь.

- Почему? - в голосе девчонки ззвучли стльные нотки, - Мне обещли!

- Ты не пойдешь, - повторил Алстор, - И был бы ты умной девочкой - см бы понял, почему тебе нельзя идти.

Тебя видели и тебя зпомнили, слишком уж ты зметня, в милиции есть описние твоей внешности. Ты что, хочешь в колонию угодить для несовершеннолетних?

- Чушь! - воскликнул Рыбк с чувством, - Д они збыли меня двно! Все это было сто лет нзд!

- Не спорь со мной! Будешь делть то, что я тебе скжу!.. Сейчс твоя обязнность ознкомить этого мльчишку с ншим обрзом жизни и с ее првилми... тебе смой не мешло бы вспомнить их.

Рыбк молчл. Он не скзл больше ни слов, только смотрел в спину уходящего Алстор полными ярости глзми.

Кривой опять ушел, и опять бросил меня без всяких объяснений! Я никогд не зню, чего от него ждть!

- Черт! - выруглсь Рыбк.

Вход в ее комнтку зкрывлся пологом, цветстой ткнью, из которой цыгнки обычно шьют себе юбки. Рыбк смотрел н этот слегк колышимый сквозняком полог полными слез глзми. В ее лице уже не было той жесткости, ккя был, когд он говорил с Кривым - это было лицо обиженной девчонки. Мне тк хотелось сделть что-нибудь, что хоть немного утешило бы ее!

- Сволочь! - зло скзл Рыбк, - Ненвижу его!

- Я тоже, - бездумно бросил я.

Он повернулсь ко мне, смхнул лдошкой слезы.

- Это ты что ли Мелкий?

Я ответил утвердительно.

- Ты будешь жить рядом, з стенкой. Пойдем, притщим тебе что-нибудь, н чем спть будешь.

В этот день Рыбк был в очень мрчном нстроении, он почти не рзговривл со мной, если и говорил что-то, то исключительно по делу где мне спть, где мне есть, куд спрвлять нужду. И я к ней не приствл с рсспросми, нучен уже был горьким опытом, что не стоит лезть к тому, кто не рсположен н них отвечть. Бесполезно. Я только удивился, что мне - лдно ей, но мне! - предоствили отдельное помещение. Я, кк выяснилось, должен был проживть в пещерке рядом с ее, в гордом одиночестве.

Рыбк только отмхнулсь:

- Здесь хвтет мест, где жить можно. Полно пустых пещер и мленьких, и больших. Т, в которой мы, тоже большя был, ее перегородили н несколько. Я тебя потом познкомлю с соседями... если зхочешь, - он мхнул рукой вдоль стены, - Тм почти все пещерки зняты.

Покидя меня, Рыбк предупредил, чтобы ни под кким видом я не ходил здесь в одиночестве, без нее.

- Тебя здесь никто не знет, - скзл он.

Он полгл, что я должен сознвть см, что рз меня не знют, то будут относиться с подозрением и могут убить без лишних вопросов. Что ж, я это действительно осознвл. И дже понимл в ккой-то мере. Здешним обиттелям есть чего бояться. Всем. Дже этой девчонке, которой, кк скзл Кривой, з ккие-то грехи колония светит. З ккие, интересно?.. Мне теперь тоже колония светит, через полтор год - тюрьм. Мог бы я подумть, что дойду до этого? Честно говоря, нет. Думл, что все обойдется, что не стну я уголовником, кк все нши - кк большинство нших, Михлыч-то не уголовник - но вот, не обошлось... Этот стрик в шляпе-пирожке, пытвшийся спсти ншу жертву и кинувшийся н Мрик, который больше его в дв рз, с гзовым бллончиком... Эт крсотк-поврих в белой шубке... Интересно, где он сейчс? Ведь жив еще. Ей рсскзли, для чего ее похитили или держт в неведении?..

Я не хочу о ней думть! Ни о ней, ни о стрике не хочу думть!.. Я лучше буду думть о Рыбке и об империи... нет, об империи я тоже не хочу думть, чтоб ей провлиться, этой империи в Ад, к Бл-Зеббулу, которого они все тк любят!

Которого я люблю тоже... Любил. Я ненвижу его теперь, возненвидел, когд узнл, когд прикоснулся.

Я ненвижу Бл-Зеббул, ненвижу Кривого, ненвижу Великого Жрец, больше всех их ненвижу себя. З то, что считл себя ловким, хитрым и бесстршным, з то, что гордился своим умением жить тк, кк хочу. З то, что вышло все ноборот...

Но я выберусь, обязтельно выберусь! Не может быть, чтобы всегд все было тк же безндежно плохо! Никто никогд не узнет, что я чувствую н смом деле, я сумею убедить кого угодно, и Кривого тоже, что я верный, преднный, и счстлив быть слугой Бл-Зеббул. Глвное, чтобы мне стли доверять, потом... потом обязтельно появится шнс! Он просто не может не появиться... Михлыч скзл, что будет молиться з меня... Тому Богу, который н небе, не под землей. Может быть, он послушет Михлыч? А может и нет... Я убийц.

Убийц! Ккое дурцкое слово... Я не могу быть убийцей! Кто угодно, только не я!

Мне было плохо. Больше физически, чем морльно, почему-то. Я лежл н своем мтрсе, звернувшись в одеяло, и плкл в зсленную, провонявшую серным зпхом, подушку. В первый и в последний рз в мой жизни. Я вспоминл слов Михлыч, я слышл злой - нет не злой, просто безысходно отчянный его голос в своей голове: "Не нши?! Д речь идет о твоих родителях, о твоей сестренке! Ты и их готов в жертву принести?! Что с тобой?! Ты что, убийц?! Кк Хряк?! Что знчит "нши, не нши"?! Все мы люди одинковые! Всех нс мтери рожли!.. Глупый мльчишк!" Я ненвижу и Михлыч тоже з эти его слов! З то, что он окзлся прв, з то, что он знл, что я глупый мльчишк, з то, что не видел он во мне ничего большего - НИКОГДА! З то, что я только сейчс все понял... он понимл всегд.

У него были слезы в глзх, потому что он не мог - не знл кк! объяснить мне, нсколько глупо, ужсно глупо все то, что я делю.

Потому что он знл - если я пойму это срзу, может быть, не будет для меня уже слишком поздно! Я не понял... и сейчс уже слишком поздно. Я, конечно, могу еще выбрться, я верю и ндеюсь, что могу, но... все рвно уже слишком поздно. Я стл убийцей.

Я никогд не збуду этого, но пострюсь себе простить. Просто не смогу жить, если не прощу см себя. Я опрвдюсь в собственных глзх тем, что ничего не мог поделть, что никк не мог изменить то, что должно было произойти. Я себя прощу... я пострюсь себя простить, когд-нибудь потом, когд мне не придется уже думть только о том, кк спстись. Ибо сейчс я должен думть только об этом и больше ни о чем!

Я себя прощу и никому не рсскжу, что было в Битцевском прке в феврле 1996 год. Дже если спросят, дже если будут говорить - что простят!

Не было ничего! Просто я не верю, что простят. Может быть, поймут, может быть, пожлеют, но не простят! Поэтому не ндо им знть. Незчем. Сделнного не воротишь все рвно.

Поумнел ли я? Не зню. Не могу ничего скзть. Время покжет, тк ли это. Нверное, Михлыч скзл бы, что я уже не ткой глупый, потому что Я ХОЧУ ДОМОЙ!!! Я УЖАСНО ХОЧУ ДОМОЙ!!!

Домой, чтобы збыть все это. Почему вдруг тк? Нет, мне не стли противны мои тоннели, мои переходы и лзы. Я буду любить их всегд и скучть по ним, где бы я ни был. Но я понимю теперь, что где бы ты ни был - ты всегд попдешь под чью-нибудь звисимость. Свободы не существует. В принципе. Вся нш свобод, все нше прво человек лишь в том, что мы можем выбирть, кому подчиняться (иногд можем) госудрству, человеку, идее. Выбиря меньшее из зол.

Я любил этот подземным мир з то, что он не держл меня, з то, что я знл, что смогу уйти у любой момент. А когд знешь, что есть куд уйти, что есть теплый уютный дом, любящие родители, внн и чистя постель, можно жить и в грязи. Можно, когд знешь, что это не нвсегд! Когд знешь, что есть выбор...

Мне было плохо. Но это не длилось СЛИШКОМ долго. Н утро я был снов смим собой. Я был Мелким, неунывющим придурковтым Мелким, но, плюс к тому, я стл еще немножечко спокойнее и увереннее в себе. Блгодря тому, что искренне поговорил с собой этой ночью, блгодря тому, что решился подумть о том, кто я и что я, и понять себя. Принять себя тким, ккой я есть.

Я не просто всю жизнь игрл, я игрл с смим собой, что хуже, я рсскзывл себе скзки и верил в них!.. Вот и доктился... до рельности, которя, нконец, зствил подумть.

Н утро Рыбк повел меня н экскурсию. Тк велел ей Кривой, и к тому же...

- Здесь скучно ужсно. Я ненвижу это подземелье, особенно, когд зняться нечем, - скзл мне Рыбк, - Покжу тебе все - хоть ккое-то рзвлечение.

- А ты двно здесь? - спросил я ее.

- Дв год.

- Ничего себе! Сколько же тебе лет было, когд ты сюд попл?!

- Триндцть. А из дом я сбежл, когд мне вообще двендцть было!

- Тебя били, что ли?

- Всякое было. Но я не из-з этого сбежл. Отчим мой, очередной ммочкин муженек, пытлся меня того... ну, см понимешь. И не только пытлся, ему это удлось, конечно. Но вот тогд-то я из дом и сбежл. Глупо, я понимю здесь еще и не ткое со мной было! Но знешь, здесь - это одно, дом - совсем другое. Здесь... не тк обидно. А ты?

А я не знл, что ей скзть. Поймет ли он, что я просто тк?.. Нверняк посмотрит н меня, кк н зконченного идиот. Лдно, я себя тким осозню, но чтоб он...

И я соврл.

- А меня... просто выгнли. Отец новую жену ншел, у той ребенок свой... Н фиг я ей нужен был? Ну и отцу, см понимешь, тоже.

Это Рыбк понял и кивнул сочувственно.

История, что я рсскзл ей, действительно происходил в рельности, но не со мной. Был у меня приятель один, но он в нклде никк не будет из-з того, что я его ситуцией воспользовлся - его нет в живых и двно уже.

- А мть твоя двно умерл? - спросил Рыбк.

- Нет, не особенно, - выдвил я из себя. Мне не хотелось, мучительно не хотелось врть Рыбке! И почему я срзу не скзл ей првду?! Ну признлся бы, что идиот, что в этом ткого, тем более, что очень скоро он и см это поймет...

- Он тебя любил?

- Аг.

- Повезло тебе. А моей было по фигу, предствляешь, бсолютно по фигу то, что этот гд со мной делл! Он все знл - он см ей рсскзывл, и злилсь еще, что я ему не дю. Боялсь, что он ее бросит...

Нет, не мог я скзть этой девчонке, что у меня все нормльно было и блгополучно! Ну не мог! Рыбк будет думть, что я не ткой, кк он, перестнет мне доверять, кк никогд не доверяют неблгополучные дети детям блгополучным, - и не любят их, я тк хочу, чтобы Рыбк мне доверял, чтобы мы смогли подружиться с ней!

Империя не был тем, чем я привык ее считть. Он не был ужсной и великолепной, ккой мнилсь мне в фнтзиях, он предствлял собой всего лишь небольшой комплекс пещер.

Ничего тинственного. А послушли бы вы проповедников! Они умели повергть в трепет своими крсивыми рсскзми. И не только меня. Я не зню человек, у которого не вспыхивл бы стрх в глзх при слове - Империя... Конечно, они никогд не видели ничего, кроме святилищ Бл-Зеббул, уж оно-то покзлось мне воистину потрясющим. Впрочем, и про него пок не могу скзть ничего конкретного - темно было, я не видел ничего.

Рыбк целеустремленно тщил меня куд-то, обрывя мои бесконечные вопросы короткими "д" или "нет". У нс не получлось просто говорить и поэтому сведения, которые меня интересовли, я вынужден был добывть методми допрос: "Кто это?", "А сколько их здесь?", "А тм кто живет?", "А проповедники где живут?", "А где живет Великий Жрец?".

Рыбке метод допрос не нрвился. Он, в конце концов, перестл отвечть н мои вопросы дже неопределенным мычнием. Он посмотрел н меня вырзительно и скзл слово, которое мне приходилось слышть от людей чще всего: "Зткнись!"

По своему обыкновению, я зткнулся.

Притщил меня Рыбк н берег... нет, не беру н себя смелость нзвть ЭТО озером. ЭТО было ямой, диметром метр три н пять, зполнення водой непонятного происхождения.

- Вот, - скзл Рыбк тинственным голосом, - Здорово, првд?

- Это откуд? - спросил я потрясенно.

- Из водопровод. Это я его сделл, отвернул нверху пру крников - и готово. Их, конечно, постоянно зкручивют жильцы злополучного дом, который я использую в своих целях, я снов откручивю, когд хочу внну принять. Првд, я умниц?

Я что-то промычл.

- Тк кк я н особом положении, и мне чсто нверх поднимться приходится, мне позволяют мыться, когд зхочу!

"Великое счстье", - подумл я.

- Жль, вод здесь нбирется очень медленно, но сегодня я позволю тебе искупться, то с тобой рядом нходиться...

Х, х! Ншл дурк!

Может быть, с ее стороны это - милость великя и смый великолепный подрок, ккой он вообще может сделть, но я не чувствовл в себе сил, чтобы подрок этот принять!

- Премного блгодрен, - ответил я, н всякий случй отходя подльше от кря, - Я туд не полезу. Вод холодня... и вообще, я не люблю, когд мокро...

Рыбк нстивть не стл.

- И првильно, не ндо, - соглсилсь он поклдисто, - то ведь обвинят еще в излишней чистоплотности... Ты не н особом положении, тебе по шее могут ндвть... Хотя ты у нс и любимчик Алстор.

У меня появилось множество вопросов, которые я мог бы ей здть, но я не здл ни одного, я зткнулся, тк и не нчв говорить и дже без просьбы сделть это... Рыбк собирлсь выкупться и, рзумеется, он должн был рздеться для этого.

Он не улыблсь мне кокетливо и не просил отвернуться, ей было глубоко нплевть, смотрит н нее кто-нибудь или нет. Мне зто было длеко не нплевть!

Он что-то говорил, но, убейте меня, я не помню что! Я смотрел н нее не мигя, н ее хорошенькие крепкие грудки, глдкий животик и золотой пушок тм... тм внизу, куд я взглянуть-то боялся, и куд мой взгляд тянуло кк мгнитом.

Я смотрел н нее одно мгновение... или дв, не больше, потом он прыгнул в воду.

Он нырнул, он скрылсь, но он словно бы остлсь в моих глзх, я весь нполнился ею изнутри, кждым ее движением, кждым проблеском белого и золотого... У меня зкружилсь голов и, кжется, я збыл кк дышть. Терземый невыносимым сексульным голодом, я смотрел ждными глзми н то, кк он плвет, чтобы хоть сквозь толщу воды, искженное волнми и бликми свет от лежщего н берегу фонрик, видеть ее...

Мне было нестерпимо жрко, сердце билось медленно и тяжело... Хорошо, что у меня длинный втник и под ним не видно ничего, что делется с моим телом!

- Мелкий! - услышл я откуд-то издлек, - Ты оглох, что ли?!

Я вздрогнул. Рыбк звл меня и, кжется, уже не в первый рз.

- Чего? - пробормотл я.

- Полотенце дй!

Схвтившись рукми з кмень, выступющий из воды, он смотрел н меня и смеялсь. Тк смеялсь, что дже слезы выступили у нее н глзх. Д уж, предствляю, ккое зрелище я являю собой со стороны.

- Возьми полотенце... во-он тм оно лежит, - руководил мной Рыбк, - И принеси мне его.

Я делл все тк, кк он говорит, подчиняясь ее голосу кк несколько туповтый робот.

Я протянул ей полотенце, я не ожидл от нее коврств, и когд понял его, то было уже поздно.

Он не взял полотенце, он схвтил меня з руку и резким движением опрокинул в воду. Ожог ужс, когд я понимю, что мне не удержть рвновесия и соприкосновение меня - теплого, сухого и одетого - с водой неизбежно, и я пдю, зжмурившись и сжвшись в комок.

Хлоп. И я иду ко дну. Ну предствьте, нсколько диким был холод для моего возбужденного эротическими фнтзиями тел! И вод-то не был особенно ледяной, он был дже тепленькой (это я потом осознл, конечно), инче из меня бы точно дух вылетел.

Я пошел ко дну, кк топор. Тяжеля одежд тянул меня вниз, я бы утонул, честное слово, утонул бы, если бы Рыбк не схвтил меня з волосы и не выдернул бы н поверхность.

Ничего смешного в этом не было! Для меня уж точно! А эт... веселилсь тк, что см чуть не утонул.

- Ты смешной, Мелкий! Ккой же ты смешной! - услышл я сквозь воду, злившуюся мне в уши, - Ты не умеешь плвть?

- Умею, - буркнул я со всей мрчностью, н ккую только был способен, потому что именно в этот момент выяснил, что не ошибюсь, и что мой првый ботинок действительно утонул, - Здесь глубоко?

- Глубоко!

Не понимю, к чему тк восторгться по этому поводу!

- У меня ботинок утонул.

Ни грмм сочувствия!

- Туд ему и дорог! И гнилью твоему...

Я сопротивлялся. Кк мог. Но недостточно бодро, чтобы спрвиться с этой кошмрной девчонкой. Во мгновение ок он лишил меня моего дргоценного втник, моей тенниски, и моих штнов, предствьте, тоже! Все это дружно отпрвилось ко дну. Я уговривл себя не думть - по крйней мере в эту минуту - в чем я пойду обртно и в чем я теперь буду ходить вообще... Но, по крйней мере, был один плюс в этой ситуции - об утонувшем првом ботинке я уже не думл. Совсем. И не жлел о нем.

- Ты спятил?! В чем я ходить буду?!

- Нйдем для тебя что-нибудь... не ткое блохстое. Ты не бойся, никто тебе по шее не ндет, это я пошутил. Это для тех, кто снружи проповедники стрются, н нс они внимния не обрщют.

Он протянул мне кусок мыл.

Я попытлся откзться.

Тогд он прибегл к угрозм:

- А то см тебя вымою!

Пришлось мне подчиниться, и проделть с собой все, что требовл Рыбк, под ее чутким руководством. Я отомстил ей все-тки - утопил этот дурцкий кусок мыл. Не нрочно, конечно, оно смо выскользнуло у меня из пльцев, но Рыбк увидел в этом злой умысел, и едв не отпрвил меня вслед з ним и вслед з моей несчстной одеждой. Н дно этой гигнтской внны.

- Ты знешь, что это последний кусок был?! - руглсь Рыбк.

- Д лдно! Мыло ккое-то... Я в этом втнике в любые морозы мог ходить и холодно не было! А в крмнх... х, черт! Тм фонрик был и зжиглк почти новя! Ты меня всех сбережений лишил! Мыло ккое-то...

- Ничего, не бойся. Змерзнуть я тебе не дм. Я уже ншл, что тебе одеть и с собой принесл.

Ну ндо же, он все зрнее сплнировл!

- Он был ткой длинный... в него зворчивться можно было...

- Ты о чем?

- О втнике!

- Еще одно слово о втнике, и я тебя утоплю!

- Топи... мне уже все рвно.

Рыбк выбрлсь н берег и, з неимением полотенц утопленного, кк и множество хороших вещей - принялсь вытирться рубшкой.

Я сидел в воде. Понимл, что это глупо, но мне было стыдно вылезть. Мое телосложение... В общем, по срвнению с ней, я выгляжу уродцем из кунсткмеры: тощий, синий и дрожщий.

- А мне во что одевться? - спросил я жлобно.

Рыбк вытряхнул из сумки ккие-то вещи.

- Ну что, ты вылезешь, или мне тебе в воду кинуть? - услышл я ее язвительный голосок.

Я вылез, согнувшись в три погибели и клця зубми от холод. Трясясь, кк прлитик, стл нтягивть н себя одежду. Рыбк рзглядывл меня с весьм скептическим выржением лиц, поэтому я очень удивился, когд услышл от нее:

- А ты ничего... крсивый дже. Мордочк у тебя смзливенькя. Откормить бы только...

Мне срзу Лриск вспомнилсь. Эт тоже говорил, что я крсивый, и, что будь я пострше!.. Упси меня Бог! Хорошо, что я не "пострше"! Мло того, что он у меня никких чувств, кроме сострдния, не вызывл, тк меня еще и Хряк убил бы.

- У тебя женщины были?.. А?

Д что же это ткое! Нет, все, хвтит с меня! Чтоб я еще рз связлся с девчонкой!..

- Мелкий! Отвечй!

- Нет! - процедил я сквозь зубы.

- Нет?! Вообще ни рзу?! С ум сойти, тебе же шестндцть уже! И с Алстором у вс не было ничего?

Я едв опять в воду не свлился. В новой одежде.

- Ты спятил совсем?!

- Чего ты дергешься? Я спросил только.

Я стоял несколько мгновений в глубокой здумчивости.

- А он что?..

- Не зню. Подумл просто, чего он с тобой возится?

Чего он со мной возится!

А чего он действительно со мной возится?.. Ты мне нужен, Мелкий! А для чего нужен - не говорит.

- Рыбк, что ты вообще знешь о нем?

- Д ничего почти. Он здесь до меня уже был. Все время с прежним советником Великого Жрец якшлся. Ну, с тем, которого убили.

- КОТОРОГО УБИЛИ ДВЕ НЕДЕЛИ НАЗАД?! - спросил я стршным голосом, - ТОГО, ЧЬЕ ТЕЛО В МЕНТОВСКОМ МОРГЕ НАШЛИ?!

- Ну д, ты чего ткой?..

- ОН БЫЛ СОВЕТНИКОМ ВЕЛИКОГО ЖРЕЦА?!

- Д, был. А ты не знл? Он был Алстором... Понимешь, Алстор - это не совсем имя, это звние. Алстор - это советник, исполнитель укзов Великого Жрец. Првя его рук, в общем-то.

У меня подогнулись колени, и я опустился н землю рядом с Рыбкой.

- А мне говорили, что это простой проповедник был...

- Все приближенные Великого Жрец нзывются проповедникми. А чего у тебя ткое лицо-то?

- Рыбк!.. А убийцу искли?

- Конечно. Великий Жрец вне себя был. Алстор... нынешний Алстор, тот, который привел тебя, ншел убийцу дня через дв после того, кк тело было обнружено.

- Ншел?!

- Ну д. Проявил рсторопность.

- И что с ним сделли?

- С кем? - рссеянный взгляд Золотой Рыбки был устремлен куд-то совсем не туд... То есть... Он смотрел н...

Я зторопился с одевнием.

- С убийцей, с кем же еще!

- В коллектор сбросили, - проворковл Рыбк, проводя лдонью мне вдоль позвоночник.

От этого движения, от этой вкрдчивой, почти нескромной лски у меня вся кож покрылсь пупырышкми, внутри словно пузырьки от шмпнского: взлетют и лопются, щекоч нервные окончния! Я почувствовл, что снов возбуждюсь...

Рыбк зметил это и ехидно хихикнул.

Я рзозлился...

Мне ли сейчс до этих глупостей?!

Сбросили в коллектор... Через дв дня после того, кк труп ншли!.. Знчит, когд я умолял Кривого о спсении, убийц был уже кзнен?! Я ничего не понимю!

- Рыбк, тм еще улик был...

- Точно. Ккя-то штуковин... Гзонлизтор что ли.

- Тк эт штук убийце приндлежл?

- Мелкий, ты дурк что ли?.. Конечно, убийце!

Я зпутлся совсем... Это же мой был гзонлизтор!

Точно мой!

- Рыбк! И убийц признлся, что это был его гзонлизтор?

- Нет, не признлся. Но кто его слушть стнет. Ншлись свидетели, которые докзли его ложь.

- Знчит ншлись люди, которые подтвердили, что это был его гзонлизтор?

- Конечно.

- Этих людей Кривой ншел?

- Кривой... Слушй, охот тебе во все это влезть?!

Меньше знешь - крепче спишь! Чем говорить обо всей этой опсной дребедени, могли бы сейчс с тобой поигрть... Позбвиться. По-дружески. Невинно...

Взгляд у нее был весьм плотоядный - и чем только привлекл ее моя хиля плоть?!

А я боялся до чертиков...

Осрмиться боялся.

Д и потом - другя збот у меня в мозгх свербил!

Я все еще не понимл. Ккя-то мысль крутилсь в моей голове, но я никк не мог поймть ее и удержть. Мне нужно будет подумть обо всем этом не здесь и не сейчс. Когд я остнусь один. Когд никто не будет жечь мое "мужское естество" нглыми и ждными глзми. И чего ей ндо от меня?!

Я же ничего не умею... Что до Кривого... Если я подумю хорошенько - я все пойму! Я чувствую, что рзгдк где-то очень близко!

- Мелкий?..

Рыбк смотрел н меня нстороженно, пытлсь понять, о чем я думю.

- Пошли отсюд, ? - скзл я, - У меня от твоего мыл все чешется.

- Ты что-то знешь, противный Мелкий, - брезгливо фыркнул Рыбк, не желя переводить рзговор н другую тему, - Ну-к, колись! А то я тебе ничего больше не рсскжу!

- Потом, Рыбк. Мне снчл подумть ндо... о многом.

- Ты что-то знешь про Алстор?

- Ничего я про него не зню, в тот-то все и дело.

Когд мы шли нзд, молчли об. Я - потому что рзмышлял, Рыбк потому что обиделсь н мое невнимние. Ну и хорошо, пусть пок обиження походит. Не могу я ей всего рсскзть, что зню. Инче плохо мне будет.

Кривой првя рук Великого Жрец... Советник... исполнитель укзов... Кривое второе лицо в империи...

Ндо все вспомнить. С смого нчл. С того дня, когд Кривой с кбньей ногой пришел... С того дня, кк я труп ншел - ведь это один и тот же день был. Стоп! Рыбк говорил, что Кривой и убитый хорошо знли друг друг, что были они чуть ли не друзья... С ккой стти Кривой был рдостным тким через несколько чсов после его смерти? Мог не знть о ней еще, конечно... Но совпдение, соглситесь, очень-очень стрнное. А что, если Кривой убил прежнего Алстор? Чтобы знять его место? Это вполне логично!

Ну и дурк же я! Умолял убийцу поверить мне, что не я убийц! Конечно, он поверил! Он еще улыблся... Ккой же я идиот! Ведь он и не думл подозревть меня, нверняк уже ншел человек, которого подствить собирлся, и свидетелей подкупил!

"Можно было бы попытться тебя спсти. Но трудно это. И опсно."

Ккя сволочь!

Тк, но это знчит, что не потому он зинтересовлся моей персоной, чтобы Великому Жрецу отдть кк убийцу. Знчит, он с смого нчл првду говорил, что я ему нужен для чего-то.

"Ты должен будешь делть все, что я тебе скжу. Выполнять мои поручения и молчть."

Для чего я ему нужен? Что я должен буду делть? О чем молчть?

Кривой убил прежнего Алстор...

Может быть, он сделл это с соглсия Великого Жрец или дже по прямому его прикзу. Прежний Алстор мог мешть Великому Жрецу чем-то. И они сговорились с Кривым, с тем, чтобы тот потом знял его место... Д, вот это история! Еще бы я стл ее Рыбке рсскзывть! Д я скорее умру!

Рыбк дулсь долго, но тк кк я не особенно мучился по этому поводу соглситесь, не до того было - то он вскоре вернул мне рсположение.

- Меня сегодня с женми просили посидеть, - скзл мне он, зходя однжды утром в мою комнту, - Пойдешь со мной?

- С ккими еще женми? - не понял я.

- С ккими, с ккими, Великого Жрец, конечно!

- А чего с ними сидеть?..

- Мелкий! Ты кк будто вчер н свет родился! Что ж мне все тебе рсскзывть-то приходится?!

Я только пожл плечми. Не хочешь - не говори! Тогд иди одн.

- Женм Сбнэк по семь-восемь лет. Одинндцть - смой стршей.

У меня отвлилсь челюсть. Я смотрел н Рыбку с открытым ртом и не знл, что и скзть.

О том, что он рсскзл мне, я слышл уже крем ух от Урод - но думл, что это ккие-то его религиозные метфоры, и от Хряк - но он отпускл только скбрезные шуточки по этому поводу.

Я не думл, что это НА САМОМ ДЕЛЕ тк.

В нежных Рыбкиных глзх появилось что-то темное, тоскливое, он сел со мной рядом и шепнул н ухо.

- Я боюсь к ним ходить одн. Мне н них стршно смотреть.

- Они что... изуродовны?!

- Д нет... Я не зню почему. Просто потому, что они мленькие... Пойдем со мной. Пожлуйст.

Я пошел. Но мне тоже было стршно.

Жены Великого Жрец... Жены Сбнэк... Девчонки по семь-восемь лет...

- Их воровли для Сбнэк у родителей, - говорил Рыбк тк тихо, что я едв-едв рзличл ее слов, - Те, кому что-то нужно было от него, приводили ему девчонок. Смый верный способ добиться от него всего, что зхочешь.

- А когд они подрстют? - спросил я тк же тихо.

- Их отделяют от других и женщинм отдют, тем, которые с детьми ходят милостыню собирть, чтобы они девчонок этих кормили и все ткое. Только они все рвно в пещерх всегд сидят, никогд н улицу не выходят. Тков прикз Сбнэк его жены, пусть дже бывшие, империи покидть не должны. Никогд.

- А почему?

- Потому что видели слишком много. Предствляешь, если вдруг сбежит и рсскжет что-нибудь людям сверху?.. Женщины, конечно, очень неохотно этих девчонок берут. Охот им кормить лишний рот, который, к тому же, пользы никкой не приносит, но их, см понимешь, не спршивют.

- И что, они тк и сидят в пещерх безвылзно днями и ночми, ничего не деля?

- Аг. Но они быстро умирют, Мелкий. Не зню почему.

Может быть, их кормят плохо, чтобы избвиться поскорее?..

Я чувствовл, что меня нчинет бить дрожь от этих Рыбкиных рсскзов.

- Сбнэку уже все рвно, что будет с теми, кто ему ндоел... Он их жизнью не интересуется.

Я все-тки, нверное, сплю. Зтянувшийся ккой-то кошмр. Ну не может, не может все это происходить в двдцтом веке под Москвой! Неужели эти люди сверху ткие идиоты, что не могут сообрзить, что под смым их носом делется?! Куд их дети пропдют?

- И все эти девчонки в Москве укрдены?

- Кк рз из Москвы ни одной и нет. Ото всюду их привозят, со всей стрны, только не из Москвы. Осторожничют.

- Со всей стрны... Их что, тк много?!

В пещере, куд мы вошли, их было восемь.

Восемь мленьких девчонок, тихо сидевших по своим углм.

Девчонок с недетскими лицми. Они все были очень миленькие и хорошенькие... когд-то. Но эт серьезность н бледненьких личикх, эти плотно сжтые губы... Кжется, будто взрослых людей, дже не просто взрослых, пожилых, прошедших все в этой жизни, зключили в мленькие детские тел.

Мне было стршно.

Тк стршно, кк не было никогд. Дже когд Урод рсскзывл мне об убитом. То, что я испытывл сейчс - это был другой стрх. Это был ужс, это был кошмр. Кк во сне. Д, не может няву ткого быть. Это искжение рельности, это бред.

Девчонки почти не рзговривли между собой, если и рзговривли, то только о нем... о Сбнэке.

Никто из них не вспоминл о доме, о родителях, никто не плкл, не просил, чтобы отпустили, они словно збыли все...

После того, кк я нходился с ними ккое-то время, мне нчинло кзться, что у них просто стерли пмять, зствили думть, что они родились здесь под землей, родились для того, чтобы приндлежть Сбнэку.

Что этот человек делет с ними?.. Если это вообще человек, в чем я, признюсь честно, сомневюсь.

Я никогд не видел Сбнэк. Спршивл у Рыбки, кк он выглядит, и что из себя предствляет, но он не отвечл ничего определенного. Он говорил только, что он огромный и черный...

- Негр что ли? - спросил я удивленно.

Он посмотрел н меня очень злобно.

- См ты негр!

Окзывется, кк и все другие простые смертные, Рыбк никогд не видел Великого Жрец, кроме кк н Жертвоприношении. Тм, где он живет, не бывет никого, кроме смых приближенных, кому Сбнэк безусловно доверяет, ну и жен, конечно.

А н жертвоприношении он, видите ли, огромный и черный!

Кривой знет, кк выглядит Великий Жрец н смом деле... Но Кривого я не видел с того смого дня, кк он привел меня к Рыбке, д и особенно не горю желнием его видеть.

Все последние дни перед жертвоприношением я думл о той женщине в беленькой шубке. О той смой жертве, которя должн быть принесен.

- Где ее держт? - спросил я кк-то у Рыбки.

- Он где-то у проповедников. Точно не зню, где. Они ее кк-то готовят.

- Нркотикми что ли зкрмливют?

- Не зню, Мелкий... Нет, нркотикми не зкрмливют.

Жертв должн все очень отчетливо воспринимть. Д и потом, нркотики дорого стоят...

Я думл о ней постоянно, зствлял себя не думть и думл все рвно. Он мне снилсь: ее побелевшее от стрх лицо и обезумевшие глз предствли перед моим внутренним взором, стоило мне только смежить веки.

Он был где-то здесь. Он был еще жив!

Я думл, что нверное могу что-нибудь сделть... Но, кроме того, что думть, я н смом деле, не мог ничего.

- Рыбк, кк ее убьют? - спршивл я, когд мы сидели без дел в ее пещере.

Некоторые мои вопросы имели обыкновение моментльно выводить Рыбку из себя. Этот вопрос был из тких, кк выяснилось.

Рыбк выходил из себя кждый рз, когд я спршивл ее что-то о жертвоприношении. Я очень хорошо понимл, что ей не хочется присутствовть н нем. Кк и мне. Мы об отдли бы все, чтобы откосить... Он - потому что знет, что это ткое, я - потому что догдывюсь. И еще потому, что жертв... жертв для Сбнэк доствлялсь при моем учстии.

Деятельном учстии.

Мы об мрчнели с кждым днем и, думется мне, Рыбку тоже мучили кошмры по ночм, но мы молчли, мы ничего не говорили дже друг другу.

Уже горздо позже я узнл, в чем именно состояло приготовление жертвы. Ни в чем особенном оно не состояло.

Жертву держли в смом комфортбельном помещении, где было все необходимое для жизни - постель, нужник, умывльник. Жертву хорошо кормили по несколько рз в день, чтобы не дй Бог он не стл выглядеть зморенной.

Собственно, вся подготовк ее зключлсь в том, что с ней не рзговривли. Вообще. Не отвечли ни н ккие вопросы и никк не объясняли причины ее похищения и содержния здесь. Жертв постоянно лицезрел только проповедников людей обычно грязных до невозможности и в большинстве своем увечных. Урод стрлся быть похожим н них. Тк что можете себе предствить, ЧТО имел честь лицезреть несчстня женщин!

Ее зствляли бояться. Не рсскзми о том, что ей предстоит, неизвестностью. Ей искжли рельность, зствляли чувствовть себя, кк в кошмрном сне...

Этим ее, пожлуй, прирвнивли к другим гржднм империи - здесь все себя чувствовли кк в кошмрном сне и вели себя соответственно.

Я прожил в империи чуть больше двух недель, и этого времени мне хвтило, чтобы очень многое узнть о ее обиттелях, не без помощи Рыбки, конечно.

Империя держлсь н плечх женщин и детей.

Я не зню, откуд взялись эти женщины, кк они попли сюд, но они все были нстолько мло похожи н... не то что н женщин, просто н людей! Здешняя жизнь убил в них все или они пришли сюд уже ткими, сие мне не ведомо, но они - они больше, чем кто бы то ни было еще, дже больше, чем проповедники жили по зконм кошмрного сн.

Они не игрли роль, нписнную для них Великим Жрецом, они именно ЖИЛИ.

Я могу понять Сбнэк.

Я могу понять Алстор.

Я могу понять проповедников.

Я могу дже понять жестоких и тупых убийц тип Слон и Мрик.

Я могу понять воров, которых здесь много.

Но не их...

В отличие от всех, выше перечисленных, которые жили под землей потому что по рзным причинм им было здесь удобнее и безопснее, им не было ни удобно, ни безопсно. И им приходилось рботть. С утр до ночи ходить по вгонм метро и электричек с выводком детей, изобржя из себя то многодетную ммшу, то воспиттельницу эвкуировнного из горячей точки детского дом, то просто добрую женщину, воспитывющую бездомных детей. Им приходилось трудно, могу вс уверить нужно в кждом вгоне повторить жлобную речь: "Мы сми неместные...", следить, чтобы дети вели себя подобющим обрзом, и умудряться не нрвться н мент, которому придется отстегнуть.

У кждой из этих женщин кк минимум по три-четыре ребенк рзличных возрстов - от млденческого до среднего школьного. Откуд они их берут, я точно не зню, но вполне себе предствляю... Сунуть директору дом ребенк кругленькую сумму... В общем, все вы знете, кк это делется. Был прочк громких процессов по этому поводу.

Детей ндо кормить хоть кк-то. Они должны быть худенькими и бледными, но иметь достточно сил, чтобы целыми днями кнючить у людей деньги. Дети имеют обыкновение болеть, и их ндо хоть кк-то лечить. В общем, збот хвтет.

И, смое хрктерное, что я змечл в кждой из них они ненвидят тех детей, которых воспитывют и содержт.

Или, если хотите, которые содержт их.

И дети тоже ненвидят всех окружющих. Они ненвидят друг друг и способны, мне кжется, не все. З лишний кусок хлеб, з сторублевую бумжку, упвшую н сфльт, з бнку гзировки или пив они могут убить. Того, кто меньше, кто слбее.

Зкон смосохрнения. Борьб з выживние.

Д, этот мльчишк, что идет по вгону, неся з плечми своего тк нзывемого "бртик" или "сестричку", может зботиться о нем очень трогтельно - совть в мленькие пльчики пирожок, утешть, если рсплчется. Но это ктерскя игр. Для вс, люди сверху.

Ну и конечно неписнный зкон - мленькому больше ддут, поэтому мленьких ндо беречь.

А если вдруг идешь домой, не зрботв з день достточно, если знешь, что з это изобьют и ужином не нкормят, отберешь и у млденц. Тут все просто - или ты или тебя.

Точно тк, кк и в мире взрослых, который эти дети пополняют, когд подрстют.

Дети пополняют мир взрослых в основном в возрсте двендцти-триндцти лет, девчонки выходят н пнель, кое-кто из мльчишек тоже, остльные пополняют бндитские группировки. Их берут к себе охотно - знют, что любое дело можно поручить.

Рыбк был проституткой, кк и другие девчонки ее возрст, но он н смом деле был н особенном положении, потому кк был крсивой. Действительно очень крсивой со своими ясными глзми, сливочной кожей и золотыми волосми. Если дело было сложное - его всегд поручли Рыбке, и он всегд спрвлялсь. Он умел быть лсковой, кк котенок, умел быть злой, умел быть жестокой. Он могл обольстить, могл шнтжировть, могл и убить.

Рыбк очень чсто выходил н поверхность, горздо чще, чем все остльные, иногд пропдл по несколько суток, я сидел и ждл ее, помиря от скуки.

Я помирл от скуки и думл... Много думл. Себе н беду! Я з то, собственно, и любил Рыбку, что он отвлекл меня от всех этих тошнотворных рзмышлений!

Я думл о жертвоприношении постоянно с того смого дня, когд мы ловили жертву для него... Оно снилось мне по ночм и грезилось всеми этими тоскливыми пустыми днями.

Я до сих пор помню один из тех моих снов, особенно крсочный и удивительно релистичный, то есть, конечно, это было чистейшей воды фнтсмгорией, но воспринимл я это со сне, кк рельность!

Во сне этом мы шли вместе с Кривым безумно длинными и узкими переходми, лмпы в которых горели не кк обычно тк, что смотреть н них больно! - очень слбенько, в пол нкл. Они почти не рссеивли тьму, они были болезненно-желтыми пятнми, укзывющими нм путь, они нервно дрожли нм вслед вольфрмовыми спирлькми, словно трепетли от стрх.

Я см был одной из этих вольфрмовых спирлек, я чувствовл себя тоненьким, хрупким, дрожщим, готовым оборвться и погснуть в любой момент. И я, и Кривой - мы об были одеты в длинные черные блхоны, Кривой скользил где-то впереди бесплотной тенью, я, путясь в полх слишком длинной и узкой одежды, едв поспевл з ним, пытлся окликнуть, просил подождть, но тк зпыхлся, что не мог произнести ни слов.

Но я не потерялся в этих бесконечных переходх с желтыми огонькми, Кривой, к счстью, остновился, дождлся меня и скзл своим обычным, безрзличным и чуть нсмешливым тоном:

- Д, Мелкий, я збыл скзть тебе, что Сбнэк н смом деле... Не совсем человек. Ты понимешь?

- А кто ж он? А, Кривой?

- Кривой? - услышл я глухой голос из-под кпюшон.

- Меня зовут Алстор, милый мльчик!

Всего лишь н мгновения я увидел, кк из глубокой тени н меня глянули дв живых крсных огоньк - глз Кривого!

- А где Кривой?! - промяукл я, но услышл в ответ только зловещий смех.

Я оглянулся нзд, я хотел сбежть, но из глубины коридор нвстречу мне шли еще ккие-то личности в черных блхонх, и я понял, что бежть мне некуд, рзве что - туд...

...Туд, откуд я слышл гул тысячи голосов.

Кривой взял меня з руку и повел в святилище.

Мы идем...

Поворот, еще один поворот, и грохот - уже не гул, именно грохот! обрушивется н меня, кк лвин. Я смотрю, и у меня кружится голов тк, что я едв не пдю: передо мной открывется огромное прострнство. Это пещер, это святилище, здесь мы были с Кривым... Очень двно, тысячу лет нзд. Я знл, что он - огромн, но не нстолько же!

Мы смотрим вниз с блкон, рсположенного почти под смым потолком.

Метллического блкон, покрытого облупившейся синей крской, ткой блкон в квртире моих родителей, летом н него выствляют цветы и выходит греться кошк, зимой н нем мерзнут соленые огурцы и квшеня кпуст в больших бочкх.

Сейчс н нем нет ни бочек, ни цветов, ни кошки... Только мы с Кривым.

Тихо и бесшумно, кк призрки, входят н блкон другие приближенные Великого Жрец, я пытюсь рссмотреть их... Не получется почему-то. Хотя они стоят совсем рядом. Стоят и ждут.

- Д, Мелкий, я збыл скзть тебе: все мы н смом деле... Не совсем люди!

Пещер освещется ккими-то стрнными светильникми кк в фильмх про средневековье! - чши, нполненные жидким плменем. Я вижу толпы нрод, бесконечные, кк море, кк первомйскя демонстрция моего детств. Я пытюсь позвть Рыбку, которя - я зню! - стоит где-то тм, внизу, но у меня нет голос, я только жлобно всхлипывю, колупя ногтями облупившуюся синюю крску.

Внезпно скл подо мной нчл вибрировть: снчл еле зметно, но потом все сильнее, мне покзлось, что нчинется землетрясение и сейчс блкон рухнет, и мы вместе с ним! Меня охвтил ужс, ужс перед огромными мссми земли, готовыми обрушиться, погребя нс всех в святилище - кк в коллективной могиле!

Трясло всю пещеру, мелкие кмешки сыплись с потолк н собрвшихся внизу людей, змерших, кк и я, от ужс. Но они все прекрсно знли, ЧТО предвещет это землетрясение, и ужс их был другого хрктер, чем у меня. Люди просто опустились н колени, склонили головы и воздели руки. Они ждли... Нверное, знли, что землетрясение обязтельно происходит перед тем, кк...

Появился тот, кого я нзывл Великим Жрецом.

Он появился позди нс, н блконе. Я не зметил, кк он вошел, я просто почувствовл НЕЧТО з своею спиной, я обернулся... Очень медленно...

Сбнэк был огромен, неестественно огромен для человек, и он рздувлся, стновился все больше, грозя вытеснить, выдвить нс с блкон в черную бездну, рзверзющуюся внизу, воняло от него невыносимо - ккой-то кислятиной, дерьмом и гнилым мясом - рож у него был... Вылитый Хряк, только хуже! И глз... Ткие глз!

Чудовище смотрело н меня несколько мгновений, и вдруг скзло нежным голосом Рыбки:

- Кончй орть, Мелкий, облдел, что ли?!

Я проснулся, вскочил н своей подстилке, чувствуя, что отчянный вопль ободрл мне горло и, кжется, еще дрожит н языке... Безумными глзми смотрел я н Рыбку, пок рельность медленно, очень медленно возврщлсь ко мне.

- А что... было... это?!! - просипел я, рстиря зтекшую шею.

Рыбк посмотрел н меня с нсмешливым презрением.

- Мелкому ребеночку приснился стршный сон. Ты, случем, во сне не обмочился?

Он протянул руку и бесстыдным жестом пощупл мои штны! Потом посмотрел мне прямо в глз, усмехнулсь, и - удлилсь!

...Сволочь все-тки эт Рыбк!

Могл бы скзть, что, пок я спл, свод одной из пещер обвлился, что были и землетрясение, и грохот... См небось перепуглсь и в штны нложил! Только я не полезу проверять... Дурищ!

Но этот Сбнэк в обрзе Хряк... Я потом остток ночи уснуть не мог, кк зкрою глз - тут же эту рожу вижу! А то - похуже что-нибудь, неприличное, с учстием Рыбки...

Через пру дней Великий Жрец приснился мне в принципильно другом облике он шествовл по воздуху, тонкий, изящный, непередвемо-прекрсный, кк нгел - пдший нгел. Он не имел плотской оболочки и весь состоял из серебряных бликов, из звезд, из искр, слившихся воедино и принявших очертние человеческой фигуры. Кждое движение демон излучло Силу - Силу зворживющую, всеобъемлющую, всепроникющую, ощущемую почти физически, Силу, которую я видел в глзх кждого, кто смотрел н Него, отрженную и в сто крт увеличенную, нпитвшуюся от безумного желния зл, от жжды крови, от предвосхищения чужих стрдний... Сияющий демон!

Серебряный нгел! Он и его слуги - они были едины, и я тоже был среди них, и в меня, спящего, проникл исходящий от него свет, и збирл с собой, и уносил вниз. Я пдл, пдл, пдл - пок не просыплся! - в безумную черную бездну, которой не было конц...

Глупо. Нивно. Восторженный мльчишк с чрезмерно рзвитой фнтзией.

Все последние дни перед жертвоприношением я чувствовл себя стрнно, был молчлив и выглядел кким-то збитым. Мне было стршно, и спсл меня только Рыбк - спсл своими нсмешкми, ехидством, болтовней и внешней беззботностью.

Когд я нходился с ней рядом, я перествл думть о жертвоприношении, предствлять себе, кк это будет... Ведь все рвно не сейчс! Не сейчс! Когд-то потом...

И вот я дожил. "Потом" превртилось в "сейчс".

После всех этих снов и рздумий, я шел н жертвоприношение, кк во сне, зторможенный и вялый, слыш все посторонние звуки кк бы издлек...

Что же было н смом деле?

Кк и предупреждл Кривой - очень двно еще он мне рсскзывл об этом пещер был хорошо освещен. Чдящие фкелы - неровные толстые плки, обмотнные тряпкми, пропитнными кким-то горючим жиром - дым от них не поднимлся к потолку, оседл грязной копотью н стенх, н собирющихся в "святилище" бомжх. От дым было трудно дышть, глз слезились, ведь весь этот смрд не имел выход, он скпливлся здесь... А пещер был не ткой огромной, кк покзлсь мне тогд, в темноте, когд мы были здесь с Кривым, и ккой он виделсь мне во снх. Ярко освещення фкелми, он терял и мрчность, и своеобрзное величественное очровние, повергнувшее меня тогд в состояние прострции... Теперь я видел просто пещеру, с неровными стенми и достточно низким потолком, в которой собирлись жители Империи и обиттели кнлизций. Они пили водку. Перебрсывлись сльными шуточкми. Руглись. Ржли.

Кривой требовл, чтобы я все время нходился рядом с ним. Когд мы еще шли сюд, он говорил:

- Из толпы ничего видно не будет, я хочу, чтобы ты кк следует рссмотрел... Великого Жрец! И то, что он будет проделывть. И ты будешь стоять рядом со мной, среди приближенных Сбнэк. Это еще и для того, чтобы все знли, кем ты являешься...

- А кем я являюсь? - робко поинтересовлся я.

- Н смом деле - никем! Но, видя тебя рядом со мной, все подумют, что ты лицо знчительное, - в голосе Кривого явно слышлись издевтельские нотки.

- А зчем?

Я спросил, уже зня зрнее, что мне ответят: "Зткнись, Мелкий!" - но, к моему удивлению, Кривой снизошел до объяснения, првд, очень тумнного, но все-тки оно звучло лучше, чем - "Зткнись, Мелкий!"

- Чтобы потом, когд ты скжешь: я исполняю укз Алстор, тебе верили бы н слово, не тщили з ухо ко мне, чтобы проверять. Чтобы тебя везде пускли. Чтобы не здвлся никто вопросом, ккого черт здесь болтется мльчишк безо всякого дел.

Что ж, резонно, я и см здвлся этим вопросом уже неоднокртно... И не только этим. Я поспешил воспользовться снисходительно-милостивым нстроением Кривого, чтобы здть еще один вопрос:

- Кри... Алстор, почему его имя Сбнэк? Что оно знчит?

Имя Великого Жрец мне было известно со слов Урод.

Оно было стрнное, непонятное, нечеловеческое.

Я не любил это имя... Для меня Великий Жрец всегд был просто Великим Жрецом.

- Сбнэк ознчет - рстлитель тел умерших. Тково имя одного из демонов... Низшего порядк. В средневековье "демонология" был одной из вжнейших нук... И имен демонов это нследие тех времен, плоды многолетних исследовний.

- Но ведь он не демон?!

- Конечно, нет. И я тоже - не демон. Хотя имя мое тоже оттуд.

- Знчит Сбнэк - тоже титул?

- Вроде того... Великий Жрец зовется Сбнэком. Исполнитель Укзов Алстором. Глврь бндитов - Влфром.

Покровитель проституток - сутенер по-ншему! - Филотнусом.

- Ккой идиот это все придумл? - невольно вырвлось у меня.

Кривой улыбнулся.

- Сбнэк.

Ну, вот! Ляпнул, кк всегд...

- Но это похоже н ккую-то дурцкую игру, - промямлил я, мысленно обругл себя ищи и з слово "дурцкую".

- Это и есть игр. Игр, которую нчл Сбнэк. А другие подхвтили. Зрзились, кк чумой... Эт игр придет смысл их существовнию. Зствляет видеть себя совсем не тем, что ты есть н смом деле. Ну, некоторые приняли игру потому, что он окзлсь им выгодн... Он позволяет упрвлять и выживть. Игр... А ты что думл?

Что я думл? Я ничего не думл! Я устл думть, я просто ждл, что будет дльше.

Игр... С принесением в жертву живых человеков! Игр, придумння изврщенцем, мньяком, шизиком, игр, в которую мы будем игрть с ним вместе, все вместе... Нет, я снов сплю! Я все никк не могу проснуться!

Святилище - пещер, тонущя в черном вонючем дыму коптящих фкелов.

Дорог в Ад - глубокя ям, почти у смой стены, три метр в диметре, со скользкими поктыми крями, смотреть в нее жутко, гдко и омерзительно...

Прихожне - человек пятьдесят пьяных, сквернословящих бомжей.

Прибегют ребятишки-попрошйки, устривются поудобнее, чтобы видеть лучше, приходят их "ммши", грызущие семечки, тихо переговривются между собой, тоже хотят посмотреть, кк кино, телевизоров-то нет у бедняжек!

Ккя-то струх приводит млышек - "жен" Сбнэк.

Этих приводят по личному его укзу, дети вдохновляют его, особенно мленькие девочки, целиком пребывющие в его влсти, ему приятно, когд ЭТО происходит н глзх у детей, когд они видят ЭТО. лиц у девочек неподвижно-кменные.

Они смотрят в одну точку. Они изменяются, только когд появляется Великий Жрец.

Великий Жрец? Вот это - Великий Жрец?!

Я нчиню дергться в истерике, в конвульсиях не то смех, не то плч. Смешно, гдко, обидно до слез. Кривой клдет мне руку н плечо и сильно сжимет ее, тк, чтобы мне было больно, чтобы я пришел в себя.

Великий Жрец...

Здоровенный мужик с копной нечеснных черных волос, гривой спдющих до смого пояс, одетый в дрное женское пльто с зсленным меховым воротничком и свисющими из-под подклдки комьями вты, грязно ругясь, тщил з волосы жлобно хныкющую голую женщину. Похоже, ту смую, которую мы похитили в Битцевском Прке... Ужсюще-грязня, голя, в синякх, с искженным лицом теперь ее трудно было узнть.

А Сбнэк - он действительно был неестественно-огромен, огромен, кк орнгутнг, кк зубр, и тк же неловок, пльто н нем угрожюще трещло при кждом движении. Огромня лпищ вцепилсь в светлые - когд-то светлые, теперь, из-з грязи, неопределенно-желтые волосы женщины.

Его пришествие встретил рев и гогот, вопли, смех. Я не могу с уверенностью скзть, кого приветствовл толп: Великого Жрец или пухлотелую голую женщину, которя постнывл, ползя н коленях, обдиря колени в кровь.

...Нет, я не мог узнть в ней ту, розовощекую, в белой шубке, которя тк лихо сктилсь к нм в оврг - юную ммочку, счстливую женушку - он похудел и пострел з эти несколько дней...

- Помогите! Помогите! Помогите! - безостновочно верещл он, извивясь в громдных лпищх Сбнэк с черными от грязи, обломнными ногтями.

Оглянувшись, я увидел млышек, "жен" Сбнэк, и н их лицх - те же кровождные, дикие мски ярости, кк и у всех здесь, и они тоже ждут, они смотрят н жертву горящими глзми, щечки розовеют, зубки блестят - всеобщий экстз!

Сбнэк нвливется н визжщую девушку, нчинет методично нсиловть ее, женское пльто здирется, я вижу мохнтую голую здницу, ритмично сокрщющуюся, и, в ткт движениям, он выкрикивет:

- Ты думешь, ты - человек? Ты - тврь! Тврь! Никто из вс от меня не скроется! Я вс всех... Всех... У меня сил! У меня - прво! Вы думли, нету меня уже? Вы думли, я хуже всех? вы думли, я вс не достну?

Потом выкрики сменяются бормотнием, бормотние жлобными всхлипми, которые дже смые сильные мужчины иной рз издют в момент соития... Нконец, здергвшись, Сбнэк сктывется с женщины. Деловито опрвляет пльто и спршивет кким-то почти что робким голосом:

- Еще кто хочет?

Хотели все.

Мерзкя солоновтя вонь выбрсывемой спермы зглушет дже смрд горящих фкелов.

Мне нехорошо... Кривой придерживет меня з плечо.

Сбнэк приближется к нм. Смущенно говорит Кривому:

- Когд я трхю их бб, мне кжется, я всех их трхю, тех, которые думю, что они - сверху... А когд мы до крев ее нполним - отддим повелителю. В ней - нш сил, нш жертв...

Кжется, в этот момент меня нчло безудержно рвть, но никто не обртил н это особого внимния.

- Не хочешь к ним присоединиться? - холодно интересуется Кривой.

Я трясу головой и исторгю новую порцию желчи.

Хочу домой...

Нконец, поток желющих кончился.

Стрнно, что он все еще жив... Тихо стенет, свернувшись комочком, обхвтив живот рукми.

Сбнэк возврщется из темноты, неся в руке теск: ткими пользуются в мясных мгзинх.

Ловким нтренировнным движением он сносит женщине голову. Голов сктывется по поктому крю в яму...

Кжется, я догдывюсь теперь, почему из этой ямы тк воняет!

- Перестнь блевть, Мелкий! - шипит н меня Кривой.

- Или хотя бы блюй не в мою сторону!

Сбнэк поднимет обезглвленное тело нд головой и нчинет рскручивть н ноги, сопровождя свои действия воплями:

- Причстие! Причстие! Примите мое причстие!

Кровь толчкми выходит из перерезнных ртерий, дождем крупных кпель осыпется вокруг Сбнэк, все присутствующие - дже дети! - принимются подпрыгивть, протягивть руки, стрясь поймть кк можно больше кпель, обмзывют этой кровью свои лиц, слизывют кровь с рук...

Меня все еще рвет, хотя, кзлось бы, нечем уже, желудок пуст и сух, и мне уже кжется, что я сейчс просто вывернусь низннку.

Кривой выволкивет меня из пещеры, кк мешок...

Неделю я болел. Есть ничего не мог... Потом Рыбк приволокл откуд-то бутылку "Альмгель А" и зствил меня ее выпить - всю целиком. В состве "Альмгеля А" есть ккое-то обезболивющее... В общем, у меня тк рот, язык и губы онемели, что я еще дня дв не чувствовл вкус пищи, которую впихивл в меня Рыбк.

А потом - полегчло.

- Д, Мелкий, ты меня все время поржешь! - скзл мне однжды Кривой. -Вот уж не думл, что ты тк сильно отрегируешь. Все ведь были в восторге! Дже дети... А ты?

Опозорил меня. Что с тобой ткое, Мелкий?

Нет для Кривого рзвлечения приятнее, чем поиздевться ндо мной! Нверное, только и дожидлся того момент, когд я буду способен воспринимть его слов...

Мне все рвно! Пусть говорит, все что хочет...

- Если бы я знл, что ты зблюешь меня с ног до головы, потом стнешь будить меня кждую ночь своими воплями, я бы, пожлуй, не повел тебя н жертвоприношение.

Я не отвечл ему. Я мрчно смотрел в сторону.

- Нстло время посвятить тебя в мои плны, - вздохнул Кривой. -А ведь я дже не зню теперь, способен ли ты воспринимть...

- Думешь, я спятил? - спросил я злобно.

- Ну, что-то вроде того...

- Не фиг подобного! Это вы все здесь спятили! Думешь, я не зню, что это ты убил прежнего Алстор, потом меня же и шнтжировл!

Ну вот, понесло меня...

Я ожидл ккой угодно рекции, только не смех.

- Я тебя не шнтжировл, - веселился Кривой. -Ты см нпросился. Мог ли я откзть, когд меня тк просят? ну и потом, мне нужно было, чтобы ты слушлся и не произносил свои вечные: "А почему?" А прежнего Алстор действительно я убил. Ндо было... А потом - выволок н поверхность, чтобы не срзу ншли его, еще лучше - чтобы его не нши ншли, "верхние". Кто мог подумть, что не в меру любопытный Мелкий будет проходить рядом?

- А зчем ты убил его? - спросил я, про себя думя, что не к добру ткя откровенность.

- Мешл он мне. И время пришло... Мне хотелось стть Алстором. Чем ближе к Сбнэку, тем больше знешь. Тем больше возможностей у тебя в рукх. Сбнэк и без того доверял мне - нзывл меня Днтлином, вторым человеком в его свите, в моем рспоряжении были все проповедники - но мне необходимо было стть именно Алстором: вторым человеком после смого Сбнэк. и - утвердиться н этом, тк скзть, посту... Чтобы меня увидели и приняли. И чтобы потом мне проще было бы спрвляться... Мне, конечно, длеко до этого мньяк. Но я и не собирюсь быть тким, кк он. Конечно, сбнэк придумл культ, Сбнэк объединил всех, Сбнэк смог их подчинить и зпугть кким-то обрзом. Но мньяк у влсти - это, соглсись, чревто! Д и потом... Ккие силы, ккие возможности у человек, в чьих рукх все ниточки, все сведения, вся влсть нд этим миром я имею в виду "нижний мир". А Сбнэк рстрчивет все свои возможности н эту мистическую дребедень. Он, конечно, нужн, судя по всему... Хотя сложно судить. До Сбнэк был воровской мир, но не было Империи бомжей. Он появилсь-то не тк двно. С рзвлом Союз. А до того - их отлвливли, они не могли концентрировться по большим городм... Теперь же - это сил! Причем - сил оргнизовння, вопреки тому предствлению, которое бытует у людей "верхнего мир". Но пок это - сект. А мне нужн - мфия! Мне, дружок, нужн выгод не духовно-эксттического, смого что ни н есть мтерильного плн! И никких отрубленных голов, зтрхнных нсмерть бб мне не нужно! И грем млолеток - тоже не хочу... Пойми, Мелкий, из всего можно извлечь пользу, если действовть с умом! Я не смог стть чем-то знчительным нверху. Но я могу стть смой большой лягушкой в этом болоте! Для этого мне ндо воспользовться Сбнэковыми нчинниями. Но при этом - убрть его. Он - видня личность. Он у них в почете... И, знешь ли, я не одинок в своем мнении! У меня есть последовтели.

Те, кто "поддержит мою кндидтуру", когд Сбнэк не стнет. А еще мне нужен ты, Мелкий. Слвный, искренний мльчик!

Только скжи снчл, будешь ли ты со мной? Мне бы хотелось, чтобы ты стл моим помощником сознтельно, не из стрх...

- А что, у меня есть выбор?

- У тебя никогд его не было. Я только предлгю тебе человеческие условия. Сделку, если хочешь! Ты убьешь для меня Сбнэк. причем - не тясь, н глзх у всех... Ты сделешь вид, что не сознешь творимого, что убивешь его в мистическом экстзе. Риск есть... Что тебя рзорвут в клочки срзу же. Но, возможно, я успею вмешться и спсти тебя. У нс считется, что, чем более дико ведет себя человек во время жертвоприношения, тем ближе он к ншему Богу. Ты стнешь пророком... Пророком нового видения ншей веры! Чем-то вроде Никон у првослвных. Ты хочешь стть Никоном, Мелкий? Мне ведь нужен кто-то ткой... В ком я буду уверен. Кто выйдет из-под моего крыл, но, при этом, я буду уверен, что держу его в рукх. Тебя я держу в рукх, это я зню. Я много про тебя зню. Ты н смом деле хороший мльчик. Любишь ппу, мм и сестричку, сюд попл по глупости. Ромнтики поискть зхотел. Считй, что ншел! Соверши подвиг. Избвь мир от чудовищ. Если остнешься жив - возможен некий гешефт. К ппе с ммой вернешься не бессеребренником, удчливым и состоятельным молодым дельцом.

Я судорожно сглотнул. И спросил шепотом:

- А если нет?

- Ну... Тогд судьб твоя будет печльн. Ппу с ммой точно больше не увидишь. И сестренку... Он у тебя, нверное, смзливенькя? Кк и ты?

- Кривой!!!

- Д не переживй ты тк... Совершишь подвиг. Будет что в стрости вспомнить. А мне же выгоднее тебя зщитить! Я ж не просто тк столько времени н тебя угробил. Ты мне нужен.

Тебе они будут верить. И ты сможешь ввести себя в экстз, и нпророчить ткого... В общем, что я скжу, то и нпророчишь.

Ну, тк кк?

Я молч кивнул. Стршно умирть в шестндцть лет! Но этим я хотя бы искуплю свою вину... А еще... Все-тки подвиг! И, если Кривой не врет...

- Не вру. Кто ты ткой, чтобы я тебе врл?

Неужели он мысли читет?

- Тк у тебя все н лице нписно, дуршк! Лдно, лдно, не рзводи плечи, кк горный орел - прибереги мужество для другого случя.

- А скоро?

- Нет, не скоро. Я скжу, когд... И ты пострйся не облевться в ответственный момент, лдно?! Блюющему пророку никто не поверит. И не вздумй болтть! Той же Рыбке... Я ведь все-все зню. высоко сижу, длеко гляжу... Предшь меня - я ведь вывернусь, ты будешь умирть долго и больно!

Хороший рзговор. Вдохновляющие обещния. Мне кжется, чего-то подобного я всегд ожидл... Знл я, что не просто тк Кривой меня пригрел.

Первые дни после этого рзговор я пребывл в возбужденном состоянии. Жил предвкушением грядущего подвиг, идиот... Морльно готовился. И физически тоже. Принес толстенную плстину пеноплст и чсми метл в нее нож. Мне кто-то скзл, что пеноплст по вязкости и сопротивляемости удрм подобен человеческому тело.

Но Кривой не спешил.

Шло время.

От нечего делть я влюбился в Рыбку и вообржл себе, кк спсу ее, кк вытщу из этой клоки, когд см стну влиятельным и состоятельным - короче, боссом!

Летом Рыбк предложил мне отпрвиться в путешествие "втостопом" ( только не н втомобилях - кто ж у нс нынче в мшину бесплтно посдит двух оборвышей? ), н поездх и электричкх. Я згорелся было... Но Кривой меня не пустил.

Рыбк уехл.

Летние месяцы тянулись без нее невыносимо-скучно.

Потом нступил вгуст. И - нчлись события!

Глв 9

НАСТЯ

Я тк и не решилсь н повторный звонок Юзефу Теодоровичу.

Но долго переживть из-з того, что родственники Лны никк не учствуют в зботх об Ольге, мне тоже не пришлось.

Я был одн дом, когд в дверь позвонили.

Я нехотя оторвлсь от книги и бросил взгляд н чсы:

Андрей с Ольгой едв-едв добрлись до прк... Или что-то случилось и они вернулись с пол дороги?

Я подошл к двери и посмотрел в "глзок".

"Глзок" у нс ккой-то особенный - видно не только того, кто стоит точно нпротив "глзк", но и того, кто, допустим, притился внизу или сбоку от двери - то есть, стекло в "глзке" тк выгнуто, что дет более "вместительную" кртину происходящего рядом с дверью.

Удобный "глзок"! Но один недостток у него есть: лиц сквозь него тоже кжутся ккими-то изогнутыми, вытянутыми и выпуклыми... Словно бы любой человек, остновившийся у ншей двери, н миг стновился уродом. Очень неприятно и трудно привыкнуть. И дже знкомых иной рз сложновто бывет узнть!

А то, что стояло сейчс перед моей дверью...

Я дже не срзу определил, ккого пол оно было!

Выгнутое вперед и сплюснутое лицо - лдно, это проделки "глзк", но волосы, обрмляющие лицо - вроде бы, длинные, локонми, женские... И одето существо во что-то светлое и блестящее... Мужчины тк не одевются. И, вместе с тем, это вроде бы - прень. Явно - незнкомый. Ккой-то стрнный...

Пок я стоял в здумчивости под дверью, рзглядывя гостя в "глзок", он, потоптвшись, позвонил еще несколько рз, нстойчиво и долго, потом постучл кулком в дверь, совсем рядом с "глзком", отчего кулк покзлся мне рзмером с кувлду.

- Кто тм? - уныло спросил я.

- Это квртир Крушинских? - д, голос явно мужской.

- Д.

- Тогд откройте!

Вот ведь нглец! А я не тк глуп, чтобы в нше время, при ткой кримингенной обстновке, открывть дверь незнкомому мужчине! Тем более - тк чудно одетому и причеснному.

- Не открою. Муж нет дом. Я вс не зню. А будете нстивть - вызову милицию!

- Будете штрф плтить з ложный вызов. Я - вш родственник.

- Вот ведь новость! Я вс впервые вижу и вы мне не нрвитесь, - честно скзл я.

Он рссмеялся.

- Но я действительно родственник... Не вш, но вшего муж.

Я перебрл в пмяти всех родственников Андрея - тех, кого я знл лично, тех, кого я видел н фотогрфиях в льбомх... Нет, не помню ничего подобного. Д и потом, невозможно кк следует рзглядеть лицо его в этот дурцкий "глзок"! Остется - впустить... А впустить - стршно...

- Я шурин вшего муж! Я - млдший брт Лны! - похоже, он нчл злиться. -Послушйте, вы ведь звонили моему отцу, тк? Вы нговорили ему... Будто Ольг ншлсь! И я пришел побеседовть с вми... Н эту тему.

Лн! Ну, конечно же, Лн - блондинк, у нее был млдший бртик, тогд - еще совсем мльчик, теперь ему должно быть лет восемндцть...

Я открыл.

Он окзлся совсем не ткой уж урод, кким виделся мне сквозь "глзок".

Высокий, стройный, удивительно грциозный - он мне чем-то нпомнил великолепную длинноногую борзую... Еще не совсем вышедшую из щенячьего возрст. Он был похож н Лну.

То есть, я хочу скзть, что я срзу поверил, что он действительно брт Лны ( его фотогрфия в льбоме был только одн, д и т - нечеткя ), сходство было бесспорным, и еще я хочу скзть, что крсвцем он, конечно же, не был: Андрей, муж мой, горздо крсивее по всем мужским сттям. Но в этом мльчишке было другое... Ккое-то чрующее обяние... Что-то пленительно-порочное в линиях чувственного рт, в улыбке, во взгляде...

Глз у него были филковые.

Действительно - не серые, не синие, не голубые, но светло-фиолетовые, лилово-голубые - действительно филковые!

А волосы - видимо, светлые, кк и у Лны, но выкршены, вернее - оттенены, ккой-то совершенно невозможной серебристо-перлмутровой крской! И звиты легкими локонми...

Это смо по себе было чудно - я не видел, чтобы девушки-то тк крсили волосы! А прень...

Одет он был в костюм из фосфорицирующей белой ткни.

Курточк - несколько коротковт, между крем куртки и поясом штнов виднелсь полоск тел... Костюм укршен мелкими светящимися "жемчужинкми" и бхромой.

Н ногх - белые ковбойские споги с бхромой.

Н пльцх - множество тонких серебряных перстеньков.

В првом ухе - серьг с крупной нстоящей жемчужиной...

...Я не зню, кк модно одевться у современной молодежи - у всяких тм рэйверов или кк они нзывются! - может, в ночные клубы тк и принято ходить... Но я ТАКОГО никогд не видел! Во всяком случе, по улицм ТАКИЕ не ходят.

Предствляю, ккими глзми смотрели н него соседки и вхтерш... А в метро?!

- Не беспокойтесь, - улыбнулся он, словно прочитв мои мысли. -Я приехл н мшине.

У него были подкршены глз!

У него н губх был ннесен перлмутровый блеск!

У него н ресницх был тушь - коричневя, объемня, ннесення специльной щеточкой для звивки ресниц - уж я-то, женщин, хорошо знком со всеми этими ухищрениями!

Боже...

Родственник моего муж...

Я поспешил зхлопнуть дверь з его спиной. Чтобы никто не дй бог не увидел, что он - к нм...

- Веник, - скзл он, протягивя мне рскрытую лдонь.

- Что?!! - ужснулсь я.

Неужели он тк одет просто потому, что он - сумсшедший? Быть может, никкя это не мод...

- Зчем вм? - стрясь говорить кк можно мягче и спокойнее ( кк советуют врчи рзговривть с психми ), спросил я.

Он недоуменно приподнял брови.

- Я пытюсь предствиться... Венимин. Сокрщенно -Веник.

- О, Господи! - облегченно вздохнул я. -А я-то подумл, что вы у меня веник просите! Ну, знете, чем пол подметют...

- Не остроумно, - обиделся он.

- Ну, извините... Но я действительно подумл... Вы тк ворвлись, вы тк... необычно одеты! И вдруг... Я подумл - вы просите веник...

- Лдно, оствим. Можете нзывть меня официльно -Венимин Юзефович. Вы ведь Нстя?

- Д. Я - Нстя. И я действительно звонил Юзефу Теодоровичу... Только он, почему-то, был не очень любезен.

- Неужели вы ожидли ЛЮБЕЗНОСТИ?! Ккя может быть любезность?! Что вы вообще нговорили ему?!!

- Я скзл, что Ольг ншлсь. Я подумл, что Юзеф Теодорович - Олечкин дедушк. Я подумл, что для него это тоже вжно. А Андрей... Андрей был тк н него обижен, что не хотел дже ствить его в известность...

Веник привлился спиной к двери и посмотрел н меня нрочито-округленными, "обезумевшими" глзми. Не слишком-то нрвилось мне это его ктерство...

- Вы что, пытетесь уверить меня, что говорите првду?!

- Д. А для чего мне вм лгть? По-моему, это не имеет смысл...

- Не зню... Но отец не поверил вм. И я не верю. Ольг погибл. Двно. Четыре год нзд. Мы все это уже пережили... И незчем было бередить. Он велел мне приехть, рзобрться, для чего вы это все устроили. И ндвть вм по шее.

Он произнес это тк спокойно и мило, дже сопроводил свои слов улыбочкой, что я дже не срзу понял и мгновение потрясенно молчл... А потом взвилсь просто!

- По шее?! Мне?!! Убирйтесь вон! Чтобы ккой-то рзряженный дегенерт являлся сюд и... Вон! Андрей был прв, я не должн был звонить вм! Вы все сумсшедшие, и передйте своему отцу...

Я здохнулсь, сообржя, чтобы передть через него этому возмутительному Юзефу Теодоровичу, но Веник, вместо того, чтобы обидеться, снов улыбнулся, н этот рз - примиряюще.

- Не ндо. Не ндо тк злиться, я скзл глупость, к тому же отец не просил двть вм по шее, он слов-то тких не произносит никогд, особенно - в отношении дмы... Он просто просил рзобрться, отчего вм вдруг вздумлось тк жестоко шутить, по шее - это уже мой змысел, причем не вм, Андрею, я двно уже хочу...

- Я тоже, - угрюмо буркнул я.

- Првд? Знчит, мы с вми нйдем общий язык... И я, между прочим, не дегенерт! Что до костюм - д, соглсен, тулет у меня несколько шокирующий, но я сюд прямо с дискотеки приехл, вернее - от одного моего приятеля, к которому мы ездили после дискотеки. У меня не было возможности переодеться, домой я не зезжл...

- А что, н дискотеки теперь тк одевются?!

- Не все. Но... Мне зхотелось произвести впечтление н... Н мою очередную пссию!

- У вс это нверняк получилось, - выдохнул я, судорожно думя, кк бы Я срегировл, если бы МОЙ прень явился н дискотеку в тком виде.

Првд, н дискотеки я не хожу.

И никогд не ходил.

- Тк что... Нсчет Ольги? Вы узнли что-то новое? его голос чуть дрогнул.

Нверное, он действительно переживл... И ехл сюд с ндеждой в сердце, см себе не смея в этой ндежде признться. Он все-тки дядя Ольги! Хоть и очень молодой... Хоть и стрнновтый несколько...

- Ольг ншлсь. Я ншл ее... Сейчс Андрей поехл с нею в прк. Врчи советуют нм рзвлекть ее, чтобы вывести из шок. Жить тк, кк будто ничего не случилось... И они поехли н ттркционы. Ольг попросил... Он, знете ли, совсем ни о чем не просит, тут - попросил, и Андрей не пошел сегодня н рботу и повез ее в прк. Он не хотел, он вообще боится куд-либо выводить ее, пусть дже под своим же присмотром... Вы же понимете, когд он пропл, они же были совсем рядом - Андрей и... И вш сестр. Они стояли рядом, девочк исчезл! И теперь он боится с ней выходить...

Боится, что он снов исчезнет.

- Это он виновт. Это он должен был держть ее з ручку! - кк-то зучено произнес Венимин и вдруг нчл съезжть по стене, сгибя в коленях свои длинные ноги. Усевшись н пол, он посмотрел н меня и скзл:

- Я вм не верю. Ольг умерл...

Мне стло жлко его, несмотря н то, что он уже нчл действовть мне н нервы.

- Идемте н кухню. Я нпою вс чем и все рсскжу. А потом и они придут... Но вм придется подождть. Я не думю, чтобы они пришли совсем скоро.

Он покорно пошел з мною н кухню.

Я дл ему чя и влил в его чшку ложечку коньяку.

А потом я рсскзл.

Я рсскзл ему все...

Все. Включя и то, что мы с Андреем уже собирлись рзводиться.

Он слушл меня молч. Только бледнел все больше, все шире стновились глз и плотнее сжимлись губы. Когд я зкончил, он еще недолго помолчл, потом вдруг с рзмху удрил кулком по столу - тк, что подскочили и чшки, и схрниц, и я, бутылк с коньяком и вовсе упл.

- Тк все это время он был жив! Все это время он жил, стрдл, нд ней измывлись ккие-то подонки, причем - здесь, в Москве, они привезли ее в Москву... А мы жили рядом! Мы были здесь же и нм было удобнее верить в ее смерть! Удобнее принять ее смерть, нежели стрдть от неопределенности! Боже... Мы ведь прекртили поиски... Мы ничего не предпринимли! Мы смирились! Опустили руки!

- Но ведь в милиции оствлсь ее фотогрфия, он был в списке рзыскивемых детей...

- В милиции! Но рзве они что-нибудь предпринимли?

Рзве они могли что-нибудь сделть? Рзве н них можно хоть в чем-то ндеяться? Ндо было смим... Смим... О, Боже!

Струх Внг был прв! Ольг жив... А мы, вместо того, чтобы объединиться и делть что-то, мы предпочли смириться с ее смертью, мы перессорились, перегрызлись, кк крысы, рзбежлись в рзные стороны... Лн умерл... Отец уехл, писл свои дурцкие сценрии, ствил фильм... Я остлся, но блядовл тут во всю, ни до чего мне дел не было, я о ней дже не вспоминл, стрлся не вспоминть... Андрей - и вовсе женился, словно ни Лны, ни Оли и н свете-то никогд не было!

- Андрей вспоминл о ней... О них.

- А что проку с его воспоминний?!! Внг... Внг скзл, что Оля жив! А мы не поверили ей...

- Внг? Андрей не говорил мне...

- Он не знл. К Внге ездили мы с отцом. Уже после того, кк Лн умерл. Это было ее последнее желние... Чтобы мы съездили к Внге. Ей рсскзывли, будто Внг творит чудес по розыску пропвших. Он тк верил... А отец - не верил ни н грош! Внг скзл, что Ольг жив. Что он не видит ее, что он видит темноту вокруг нее, но Ольг жив, хотя - под землей, словно бы в могиле... Отец не поверил.

Решил, что это ккое-нибудь дурцкое иноскзние, утешение - что-нибудь нсчет бессмертия души и жизни вечной! А Оля...

- ... Оля, судя по всему, жил в подземелье. То ли в подвле, то ли и вовсе в кнлизции - тм бомжи в основной своей мссе зимуют... Он мло рсскзывл. Но он боится темноты и говорил, что они живут под землей и тм их мир, и что тьм - их свет, и что бездн - их солнце. А доктор, который ее осмтривл, скзл, что он явно длительное время пробыл бсолютно без свет. Отсутствие витмин Д кк-то по особенному скзывется н рстущем оргнизме и это можно определить дже спустя время, этот след неизглдим...

- Черт! Черт! Черт! Жил в темноте, в холоде, в грязи, с ккими-то скотми, которых людьми-то нельзя нзвть, которые клечили ее, нсиловли... Ей же всего шесть лет было!

Черт! Поубивть их всех... Всех... А зодно и тех, кто хочет сейчс зкон об отмене смертной кзни принять! Их бы детей в подземелье, их бы детей нсиловли и зствляли побирться!

Тк нет, они-то зщищены, их-то дети в школу с охрнником ездят, вот з счет нших детей они свою политическую крьеру и строят! З счет ншей крови!

- Андрей хотел ннять охрнник. Доктор не советует, говорит, это может нрушить процесс ребилитции, дть ей ккие-то непрвильные устновки, внушить стрх перед жизнью.

Не зню уж, почему он тк думет... Я тоже з то, чтобы охрнник ннять. А доктор говорит, что ндо, чтобы мы с нею всюду ходили. И этого достточно...

- Д, д, нужен охрнник, доктор - к черту! Охрннику я см зплчу... И если кто к ней хотя бы приблизится... Хотя бы попытется подойти...

- Что? Стрелять без предупреждения? Знете, Веня, Андрей ведь, когд узнл, переживл тк же, кк и вы, если не сильнее... Он говорил, что нймет бртву и они пройдут по кнлизции и выжгут все тм огнеметом... Только ведь это...

Нивно кк-то. Нивно и смешно! Вы не дети уже, чтобы утешться ткими вот фнтзиями, ткими пылкими выскзывниями!

- Но я действительно готов убивть их! Всех! Без жлости! Без рзбор!

- И я тоже. Но ничего у нс не получится. Их много, д и потом, зкон...

- Где был вш зкон, когд...

- ...сми знете, где он был! А стоит вм, Веня, из мести пристрелить хоть одного погного бомж, кк зкон тут же вступит в силу и будете вы з бомж отвечть по всей строгости! Мы - дже втроем, дже вчетвером, с вшим ппой вместе, мы все рвно не тянем н бндформировние, мы - не ккя-нибудь тм Блшихинскя группировк, мы - одиночки, к тому же мы - порядочные люди, знчит, у нс не получится кк следует совершить преступление! Тк, кк ндо... Змести следы... Не зню, может, я путно говорю... Но во мне тоже клокочет ненвисть и жжд мести!

- Ольг вм чужя, - буркнул Венимин.

- Но я же женщин! Возможно, у меня будут дети... И кк же я буду рожть, выпускть их в ткой стршный мир? Поймите, Веня, это бндиты, нстоящие мфиозо могут ничего не бояться, мы... мы не можем думть о мести! Тем более, мы дже не знем, кому конкретно мстить! Все, что мы можем сделть, это попытться зщитить Ольгу и вылечить ее, физически и душевно... Душевно труднее... Это хорошо, что вы приехли. И отцу позвоните, пусть он приедет тоже. Чем больше рядом с ней будет родных людей, тем лучше! Только, знете ли, Веня, - я змялсь, не зня, кк скзть.

Он смотрел н меня выжидюще...

У него филковые глз.

Я не видел ни одной цветной фотогрфии Лны.

Я не зню, ккого цвет были глз у нее.

У нстоящей Олиной мтери...

Я собрлсь с духом и скзл:

- Знете, Веня, Оля не помнит своей мтери. И отц не помнит, и вообще... Он почему-то помнит только дедушку.

Доктор скзл, что это - зщитня рекция психики. И еще...

Знете, Веня, доктор скзл, что некоторое время не следует говорить Оле, что ее мм умерл. То есть... Доктор скзл, что не ндо рзубеждть ее в том, что я - ее мть!

- Тк, - тяжело и тихо произнес Венимин.

И воцрилсь тишин...

Я зтил дыхние.

У меня дже сердце стло тише биться... Во всяком случе, я перестл его чувствовть.

Венимин молчл.

И мне пришлось снов зговорить, чтобы сломть его молчние:

- Понимете, ей нужн семья... И мы с Андреем решили, что поживем еще некоторое время вместе - рди нее. А потом, когд он опрвится от пережитого, когд свыкнется с новой жизнью, тогд мы, быть может, сможем ей все объяснить и рсстться нконец... Я же не могу всю жизнь прожить рядом с Андреем, игря роль Ольгиной мтери! Тк что когд-нибудь мы скжем... Но - не сейчс...

- Д, д, я понял! Вы... Вы вообще очень блгородно повели себя, и мы должны блгодрить вс, и простите меня з то, кк я рзговривл с вми, когд вошел... Я тк волновлся! И если бы не вы - Ольг могл бы не нйтись. Ведь это вы... Но я подумл сейчс о том, кк мне скзть отцу, что Лн для Ольги, в общем-то, словно бы и не существовл... Это ужсно, я не предствляю! Понимете, отец очень любил Лну. Горздо больше, чем меня... Он - первый ребенок, девочк, ей было уже одинндцть лет, когд я родился.

Он был уже умненькя, они с отцом дружили, ходили всюду, я - я же последыш, д и потом, когд я родился, нчлись тяжелые времен, мм много болел. И, я думю, отец где-то винил меня... Мме не следовло меня рожть. К тому же я мльчик, я был непослушный, крикливый, бловлся ужсно, рздржл отц. Лн в детстве терпеть меня не могл! Потом - выросл, полюбил... Мне тк кжется... В школе я учился плохо, дрлся. Д и вообще... А Лн был отцовской гордостью! Когд ее не стло... Боже мой! Отец смог пережить смерть мтери, зтем, через дв год - потерю Ольги, но когд не стло Лны... Я думл, он сломлся. Но он просто ожесточился... Возненвидел все вокруг... Его квртир в Кркове - это музей пмяти Лны! А я живу в Москве, потому что не могу быть рядом с ним, потому что ему отвртителен мой обрз жизни, потому что ему стыдно иметь ткого сын!

Последние слов Венимин выкрикнул отчянно, почти со слезми, потом тихо добвил, стрясь не смотреть н меня:

- Ну, вы же понимете?

- Нет, - честно ответил я. -Не понимю. Конечно, вы тк стрнно одеветесь, д и мкияж у вс... Но, в конце-то концов, можно же все объяснить, и вы могли бы сделть отцу приятное и попробовть быть кк все, д и для него - это не повод, чтобы стыдиться вс!

Венимин выслушл мою тирду с округлившимися глзми, потом рсхохотлся тк, что в буфете ззвенели боклы!

- Господи! Нстя! Неужели вы подумли... Нет, Нстя, дело совсем не в том, кк я одевюсь, д и не в "мкияже", кк вы вырзились: это мой дискотечный, клубный "прикид" и отец никогд не видел меня в нем. Отец не пережил бы ткого... Д и я не рискнул бы покзться ему н глз в тком виде! Я ведь в обычной жизни одевюсь почти нормльно. Почти... Потому что не люблю быть совсем кк все! Но отец презирет меня и стыдится меня совсем по другой причине. Из-з того, что я... В общем, это нзывется - из-з моей неординрной сексульной ориентции. Я приндлежу к тк нзывемым сексульным меньшинствм! Ну, понимете... Ну, кк у Олег Филимонов из "Джентельмен-шоу": "Знешь, милый..."

Он тк збвно спродировл ведущего "Джентельмен-шоу", что я не выдержл и рссмеялсь, хотя смеяться, в общем-то, было не нд чем. Ндо же... Секс-меньшинств! И это - родственник моего муж...

- А кк же вш пссия? Он-то об этом знет? - робко спросил я.

Венимин снов рсхохотлся:

- Нстя, вы - нгел! Вот теперь я верю, что вы совершенно искренни в своем отношении к Оленьке! Простите, что я сомневлся еще минуту нзд, - он комически поклонился мне, светлые локоны упли н лицо, зкрыв левый глз, првым он подмигнул мне. -Моя пссия - совсем не женщин! Моя пссия - то же смое, что и я... Только выглядит он куд мужественнее! И, знете ли, он несколько смхивет н Андрея. Вм бы понрвился... Но вы не подумйте, что это знчит, будто мне нрвится Андрей! Он мне совсем не нрвится. Более того, я терпеть его не могу... Но мой желнный мужчин - х, кк он великолепен! Ну, прямо-тки нубийский черный лев! Только не подумйте, Нстя, что он негр. Нет, негритянского пыл я, при моем деликтном сложении, могу и не перенести. Хотя, возможно, стоит кк-нибудь попробовть... И умереть в экстзе! нет, мой любимый похож н черногривого льв только своими повдкми, плстикой и еще злобным нрвом! Знете, Нстя, черногривые львы считются опсными и их стрются дже в зоопркх не держть, и дрессировке они прктически не поддются... Я читл... А мой желнный... Он жесток! Но мне приятн его жестокость. Ведь я, по сути, мзохист...

Он помолчл и серьезно добвил:

- Это я пытюсь шокировть вс, Нстя.

- Вм это удлось, - сухо ответил я.

- Вижу...

- Андрей знет о том, что вы... О вшей сексульной ориентции?

- Не знет. Я и его собирлся шокировть. Я ведь специльно не стл переодевться и приехл сюд в тком виде!

- А Олю вы тоже собиретесь шокировть.

- Но я же... Я же не...

- Вм придется пойти в внную и смыть мкияж.

- Кк жль! - птетически вздохнул Венимин. -У вс есть молочко для чувствительной кожи? А то моя кож - очень чувствительня... Я пользуюсь молочком "Кмилл" от Ив Роше!

- Я тоже.

- А еще - тушь у меня, между прочим, водостойкя!

- У меня есть гель для снятия водостойкой туши!!!

- А еще мне пондобится крем для век и липосомльный дневной крем...

- Сколько вм лет?!

Кжется, я ошеломил его этим вопросом и буквльно "вышибл" из приятного процесс пясничния.

- Восемндцть, - неуверенно ответил он. -А что?

- Вм пок еще рно пользовться липосомльным кремом.

Это вредно, это ослбит природные восстновительные функции вшей кожи. Я дм вм дневной крем для чувствительной кожи, он очень приятный... А липосомы - это после тридцти.

- Знете ли, тот нездоровый обрз жизни, который я веду, не может ни скзться н состоянии кожи! Преждевременное стрение - бич всех "ночных ббочек", - притворно вздохнул он, плетясь з мною в внную.

Я не смогл сдержть улыбку. Мльчишк... И неглупый ведь! Эх, снять бы с него эти белые блестючие штны и ндвть бы ремнем по тому смому месту, которым он грешит! Хотя - возможно, это и не поможет. Нверняк отец перепробовл все методы воздействия...

- Побольше минерльной воды - внутрь, побольше тоников и увлжняющих гелей - снружи, и кож легко восстновится дже после смой бурной ночи, - скзл я, протягивя ему молочко и пкет с втой.

- Ой! Кк у вс много всего здесь! - искренне восхитился Венимин. -А это для чего? А это? А можно понюхть?

Ох, ккя прелесть! Можно, я попробую эти духи? Мои уже, нверное, выдохлись... А вы мне скжете потом, идут ли они мне!

Венимин взял с полочки "Поэм" и побрызгл себе н зпястья и з ушми. Я ничего не скзл... Хотя двилсь от сдерживемого смех: у моего муж существуют определенные ссоциции именно с "Поэм" от Лнком! Если он не врет, то зпх "Поэм" приводит его в состояние сексульного возбуждения... Из-з того, что именно этими духми я пользовлсь в определенные моменты... Д, пусть будет небольшой сюрприз для Андрея! Принряженный Веник, блгоухющий зпхом нших пылких ночей! Мило...

Венимин успел смыть мкияж и мы с ним уже минут сорок кк пили чй с схрными коржикми и беспечно треплись ибо небеспечный треп о стрдниях Ольги и о мести з нее мог довести нс обоих до психушки и потому мы решили отложить продолжение этого рзговор н неопределенное время - когд рздлся звонок в дверь.

- Н сей рз, нверное, Андрей вернулся... Еще одного родственник, вроде вс, Веня, я не переживу! - честно скзл я, нпрвляясь к двери.

Это действительно был Андрей.

Он привел домой Ольгу...

Об они были мрчны, кк будто ходили не в прк с ттркционми, к днтисту!

Н личике Ольги появилось то смое змкнутое и зтрвленное выржение, которое и привлекло мое внимние в подземном переходе...

А Андрей был откровенно зол: глз сверкли, уголок рт дерглся, н виске пульсировл вен - я хорошо знл это его состояние и чем оно чревто...

Чревто скндлом.

Причем скндл он устроит мне, ибо н Ольгу орть бесполезно и нельзя, проорться ему необходимо!

Но я не собирлсь больше терпеть его "пылкий темпермент". Я собирлсь рзводиться с ним, и то, что мы все еще были вместе... Он должен быть блгодрен мне по гроб жизни, он должен восхищться моим невероятным блгородством, не сверкть глзми и не дергть углом рт!

- Что случилось? - жестко спросил я прямо с порог, не двя нчть ему первому.

- Стояли в очереди... Подошл ккя-то побирушк... Я ее послл... Но Ольг ее, похоже, узнл. И испуглсь чего-то... Ктться уже не хотел. И вообще больше не слов не произнесл з все время, сколько мы гуляли! Не зню, может - случйность, может - они ее выслеживют...

Я удивилсь искренне - моему трезвомыслящему супругу совершенно не свойственн ткя мнительность!

- С чего ты взял, что ее могут выслеживть? Зчем он им? - нчл было я, но Андрей вдруг оборвл меня, укзв в нпрвлении кухни.

- Кто это?!

- А... Это - Веник. Твой родственник. Шурин.

- Здрвствуй, Андрюш! - издевтельским тоном скзл Венимин, выплывя в прихожую в волнх ромт "Поэм".

- Боже... Я всегд думл, что из тебя ничего хорошего не получится. Но не до ткой же степени! - простонл Андрей.

- Боже... Ольг! - прошептл Венимин, опускясь н колени перед Ольгой.

Ольг словно бы и не зметил его.

Ольг смотрел мимо него, мимо нс... В одной ей ведомую рельность.

Похоже, он его не узнл. Во всяком случе, встреч и узнвние не стли тем шоком, который мог бы вывести Ольгу из этого зторможенного состояния.

- Оля! Оленьк! Ты не узнешь меня? Я - Веник! Помнишь, я водил тебя н птичий рынок, мы рыбок покупли? А помнишь, я подрил тебе лягушку н резиночке, он прыгл, кк живя... Тебе нрвилось! - рстерянно лепетл Венимин.

Ольг высвободилсь из его рук.

Снял сндлии.

Ндел домшние тпочки.

Обряд переодевния из уличной одежды в домшнюю он ккуртно исполнял, в кком бы невменяемом состоянии не был в момент возврщения.

Прошл мимо Венимин, мимо меня - в свою комнту. В комнту, которую мы выделили для нее. В комнту, которую Андрей, в безумии отцовской любви, едв ли не до потолк зполнил игрушкми.

К игрушкм Ольг был рвнодушн... Он иногд их рссмтривл. Но игрть - не умел.

- Он не узнет меня! - прошептл Венимин, глядя н нс с Андреем полными слез глзми. -Это он... Это действительно он! Но он меня не узнл...

- Он и меня не узнл, - устло вздохнул Андрей. -Я не уверен, что он вообще понимет, что происходит с ней!

Он только дед вспомнил пру рз, в рзговорх с доктором.

Кстти, Вень, когд отец приедет?

...Примирение. Абсолютное примирение, словно и не было презрения, ненвисти, гнусных взимных обвинений. Примирение перед лицом огромного счстья, которое могло обернуться еще большей тргедией для всех нс!

Андрей дже приобнял Веник, пытясь утешить. Кк мльчишку... А Веник плкл, кк мльчишк, тщетно пытясь сдержть слезы, стискивя зубы и кулки.

А я пошл нкрывть н стол.

Единствення проблем, с которой стлкивются родители нормльных детей и с которой не пришлось иметь дел нм, это - проблем ппетит.

Ольг никогд не кпризничл, не откзывлсь от еды.

Он ел охотно и ждно, словно боялсь, что в другой рз ей уже не удстся поесть...

Для Андрея это был еще одн боль.

И, когд он видел, кк ест его дочк, глз его темнели от гнев, и я чувствовл, что он не успокоится. Что он не смирится. Что он будет терзть ее рсспросми... Пусть пройдут годы - он готов ждть! - но когд-нибудь он пострется узнть от нее ВСЕ. И - з ВСЕ отомстить тем, кто в этом виновен.

Должн признться, я боялсь ужсно того, ЧТО может он нтворить!!! Но дже не пытлсь отговорить его или переубедить.

Потому что с некоторых пор я боялсь его...

ЧАСТЬ 2

"Высушить одну слезу больше доблести, чем пролить целое море крови."

Д. Г. Бйрон

Глв 1

Нйти хорошую учительницу для Ольги было нелегко, но Андрей это сделл. Переговорил с кем ндо... И ему дли телефончик. Струшк - божий одувнчик. Н пенсии уже двно.

Но - специлизируется н тких вот трудных ребятишкх. К ней и после плтных колледжей детей водят - ни читть, ни писть, ни дже з пртой усидеть не умеющих! - и после длительных згрнкомндировок, когд ндо дите в школу отдвть, д срзу в пятый клсс, его дже в первый взять не соглшются... Всякое ведь бывет! Но, конечно, от Ольги с ее кошмрным уличным прошлым струшк могл и откзться. И Андрей переживл ужсно, когд вез Ольгу к ней в первый рз.

Но - все очень хорошо прошло, струшк з Ольгу взялсь и не без интерес, печльня история похищенного и вновь обретенного ребенк добвил сердечности в отношение строй учительницы к своей угрюмой ученице.

Пончлу струшк Лилия Михйловн просил Андрея оствлять Ольгу у нее и зезжть спустя четыре чс. Андрею это было вполне дже удобно, когд не мог он - Ольгу возил Нстя и оствлял н четыре чс... В эти четыре чс входили и уроки, и перемены с питием чя н крохотной кухоньке Лилии Михйловны, и - иногд - небольшие прогулки в ближйший скверик... Пок погод не испортилсь...

Тк вот, в тот день был прекрсня погод, Андрей немного зпздывл и злился из-з того, что в ткой нпряженный день решил знимться дочерью см, вместо того, чтобы препоручить это бездельнице-Нсте. Конечно, в последнее время он был не ткой уж бездельницей, крутилсь, кк белк в колесе, со всеми этими протертыми супми и провыми котлетми для Ольги, но - ей следовло отрботть тот год бсолютного безделья, который он ей подрил после свдьбы!

В тот день был прекрсня погод и Лилия Михйловн срзу после окончния знятия выпустил Олю во двор - дожидться родителей. Конечно, он проявил неосторожность, грничщую с безрссудством, но кк объяснишь ткой струшке, что в нше стршное время ребенку гулять во дворе в одиночестве опсно? Он ведь по-прежнему мыслил критериями послевоенной эпохи! К тому же - Андрей не ствил ее в известность относительно своих опсений... Не говорил, кк пдло его сердце при виде уличной побирушки или бомж, хотя бы взглянувших в сторону Ольги! Не рсскзывл о стрнном инциденте в прке! А инцидент имел место, это не совпдение и не фнтзия обезумевшего отц... Андрей чувствовл, что его дочери что-то угрожет... Что ОНИ хотят отнять ее, вернуть во тьму подземелья... Чувствовл, тревожился и - ничего не мог предпринять! Ведь он тк до сих пор и не добился у Ольги ответ ни н один из волнующих его вопросов...

Помнит ли он, кто ее похитил?

Знет ли он, кк нйти того, кто ее изнсиловл?

Врч не советовл ему чсто говорить с Ольгой н все эти темы... Но что слушть этого горе-доктор! Если бы это его дочь похитили, если бы нд его дочерью измывлись... Хотя, впрочем, быть может, этот хлюпик-доктор знимлся бы психологической ребилитцией своей дочери и не думл бы о мести. А Андрей - не может ни думть! Он ни жрть, ни пить не может спокойно! И спть не может! И не сможет, покуд не рзберется...

Был прекрсня погод, один из дивных тихих осенних дней, вполне срвнимых с прощльной улыбкой зсыпющей природы.

Андрей зпздывл, тревожился, злился.

В последнее время его все время мучил стрх. Ему все кзлось, что что-нибудь с Ольгой случится, что ОНИ ннесут свой удр, что ОНИ не оствят в покое его дочь.

Подъезжя к дому Лилии Михйловны, свернул в переулок, чтобы срезть путь...

И увидел Ольгу. Ольгу с ккой-то незнкомой девушкой, торопливо идущих прочь... Прочь от дом учительницы... и совсем не по той дороге, по которой Нстя водил Олю к метро ( дур-Нстя мшину не может нучиться водить и тскет ребенк н метро! ), по полутемному узкому переулку, в который он см свернул по чистой случйности!

Девушк, првд, непохож был н бомжей - высокя, стройня, тонкя, с роскошными длинными темно-золотыми волосми, собрнными в хвост н зтылке. Андрею никогд не приходилось видеть тких восхитительных волос... И одет он был вполне прилично. Бедно, но прилично. Джинсы, голубя водолзк, черня нгоровя кофточк н пуговкх... Шл стремительной, упругой, грциозной походкой, гордо выпятив грудь, крепко держ з ручку поникшую Ольгу...

Андрей резко зтормозил, вылетел из мшины и бросился вдогонку.

Услышв топот, девушк обернулсь, лицо ее искзилось ужсом и он бросилсь бежть, не выпускя ручку Ольги. Через несколько шгов Ольг споткнулсь о выбоину в сфльте и упл, девушк проволокл ее по сфльту, потом хотел было подхвтить, поднять н ноги, но Андрей ее нстиг, и девушк попытлсь то ли нпсть н него, то ли зщититься - но все ее приемы были достточно примитивны, когд он попытлсь удрить его ногой в пх, Андрей рзозлился по-нстоящему и тк врезл ей кулком в солнечное сплетение, что девушк, зхлебнувшись, рухнул вниз лицом.

Ольг стоял, прижвшись к стене, зжмурив глз... Личико у нее было белое, кк бумг, губы сжты в ниточку...

Испуглсь до смерти... Все стрния - нсмрку... Опять теперь змкнется и будет молчть целыми днями...

Андрей выруглся - в дрес строй идиотки Лилии Михйловны - рывком поднял н ноги все еще кшляющую от первого его удр девушку, и - удрил снов. В подбородок. Мощный перкот лишил ее сознния н ккое-то время... Андрей успел снять с себя глстук и ремень, и связть ей ноги с рукми, тк, кк это делют в гнгстерских фильмх. Првд, в гнгстерских фильмх еще одну петлю пропускют под подбородком, чтобы человек здыхлся при млейшей попытке пошевелиться...

Но у Андрея не было еще одной петли.

Переулок по-прежнему был пуст. Никких свидетелей не окзлось, если они и были, то никк не проявили свое присутствие. Андрей оттщил связнную девицу к мшине, зпихнул н зднее сидение, нкрыл пледом, чтобы не привлекть внимние других водителей, усдил Ольгу рядом с собой и поехл...

Снчл - домой, к Нсте. Но потом - передумл. Дом не удстся... Домой ндо будет отпрвить Ольгу... А с этой сукой ндо рзобрться в кком-нибудь удобном и тихом месте...

И Андрей поехл к Венимину. В конце-то концов, должен Веник хоть ккую-то пользу принести?! Совсем еще недвно божился, что все сделет, лишь бы покрть обидчиков Ольги... А теперь от него требуется не все, всего лишь квртир. Пустя квртир. А инструменты для допрос Андрей и см кк-нибудь отыщет. Это несложно. Был бы прведня ярость, уж фнтзия пробудится... И, может быть, сук см зговорит, срзу.

Когд поймет, что он - в его рукх, что ей не спстись. А уж в том, что эт сук имеет отношение к Ольгиным обидчикм, Андрей не сомневлся. Он пытлсь снов похитить Ольгу, увести обртно, к ним... З одно это Андрей мог бы ее пропустить сквозь электромясорубку!

Девушк н зднем сидении зстонл.

Андрей покосился н Ольгу... Но Ольг сидел - спокойня, безучстня смотрел н дорогу совершенно пустыми глзми. Андрей стиснул челюсти тк, что зубы скрипнули. Эт сук сегодня сто рз пожлеет, что н свет родилсь! А если подохнет - Андрей попросту вывезет ее з город и выкинет!

Сейчс много трупов нходят... Тем более - они дже знкомы не были! А уж этого педик, Венимин, и подвно никто не зподозрит! Тк что можно вывозить н его мшине...

Девушк снов зстонл и зкшлялсь. Приходит в себя... Это дже хорошо! Знчит, он ей не устроил сотрясение мозг! Знчит, с нею еще можно будет побеседовть! Андрей плотоядно улыбнулся... Он покжет этой суке! И всем им! Это тот смый шнс узнть првду о НИХ, которого Андрей не упустит - не может упустить!

Он эту суку в месиво превртит, но зствит рзговориться!

Андрей почему-то особенно ненвидел тех, кого он нзывл СУКАМИ, то есть женщин, совершющих преступления, женщин, склонных ко злу. Когд он слышл о женщинх, рботвших в концлгерях, его нчинло корежить. Потому он и выбирл себе в жены тких вот безобидных дурех, которые тркн-то прибить боятся! Мужик - лдно, для мужик и жестокость, и нсилие вполне естественны, хотя тому, который Ольгу изнсиловл, Андрей собственноручно яйц вырвет и в глотку зткнет. Но когд женщин творит жестокость или хотя бы жестокости помогет это уже что-то противоестественное и просто невыносимо-отвртительное!

Мужик, сотворивший гнусность, может быть вргом. Вргом, который зслуживет преследовния и честной - хотя и мучительной - смерти.

Женщин, сотворившя гнусность или хотя бы потворствоввшя гнусности, стновится СУКОЙ - в предствлении Андрея это слово не имело ничего общего с собкми женского пол, собк он любил, особенно - сучек, они лсковее и умнее, чем кобельки... Нет, СУКА - это то смое зпредельно мерзкое, что не зслуживет дже врждебности, но должно быть уничтожено и збыто.

Во всяком случе, тк оно было для Андрея. И он не смог бы объяснить логически эти свои эмоции, просто - для него это было тк, и н зднем сидении его мшины лежл связння сук, пытвшяся укрсть его дочь, и сегодня же, сейчс же он выбьет из этой суки все, что он знет... И чего не знет - тоже вспомнит! Потому что бить он ее будет сильно, жестоко и долго. Интересно, нйдется у Веник резиновя груш от детской клизмочки? Должн бы нйтись... Для педик клизм - вещь смя что ни н есть необходимя! А из тких вот резиновых груш от детской клизмочки получется очень удобный кляп. Он и не здохнется, и вопить не сможет, и, если он ндумет что скзть, он это быстро поймет...

Ндо только отпрвить подльше слбонервного Веник.

И Ольгу...

Притормозив у подъезд Веник, Андрей минуту рзмышлял, кк ему поступить: взять с собой Ольгу и оствить здесь эту девку, рискуя тем, что он кким-нибудь чудом освободится и убежит или просто привлечет к себе внимние, или - тщить девку нверх, имитируя ее пьяное состояние, но тогд придется оствить Ольгу, рискуя, что ее похитят... Нет, конечно же, Ольгой рисковть нельзя! А девк продолжл, постнывя, шевелиться под пледом...

Андрей повернулся и, прицелившись, оглушил ее коротким и сильным удром по темени. Девушк вздрогнул и обмякл.

Андрей подоткнул сползший плед - не дй Бог, ккие детишки любопытные зглянут! - и вышел из мшины, высдил безмолвную и послушную Ольгу, тщтельно зпер, поствил сигнлизцию... Теперь - если к мшине кто приблизится или если девк придет в себя и пошевелится, сигнлизция звоет тк, что пронзительные рулды нверняк будут слышны в квртире Веник, тем пче, что окн квртиры выходят во двор, кк рз нд тем местом, где Андрей оствил мшину.

Андрей взял Ольгу н руки и понес нверх.

У двери в квртиру Веник ему пришлось стоять довольно долго, он нчл уже подумывть, что, возможно, несмотря н рнний чс ( двендцть тридцть дня ) Веник исхитрился куд-нибудь отбыть... Это было бы более чем печльно! Где ему тогд с девкой рзговривть - у себя дом, отпрвив Нстю с Ольгой к пскудной Нстиной мтушке? Или - отвезти суку прямо н склд их фирмы? Но и тм - длеко не тк удобно...

Андрей еще несколько рз позвонил - нстойчивым, длинным звонком - моля Бог о том, чтобы окзлось, что Веник просто спит... И Бог услышл молитву Андрея.

Из глубины квртиры донеслось ккое-то шевеление, шркнье с трудом передвигемых ног... В глзке мелькнул свет, сменившись темнотой приблизившегося глз. Потом з дверью рздлся стон, исполненный искренней муки. Щелкнул змок. И глзм Андрея предстл Веник.

Веник, здрпировнный в роскошный шелковый китйский хлт, изумрудный, с золотистой подклдкой и отворотми, сплошь рсшитый огненно-золотыми дрконми. Хлт слепил многообрзием и сочностью крсок... А Веник, нпротив, был бледен и выглядел утомленным. Под глзми злегли лиловые тени. Локоны рзвились и перепутлись. Н лице было нписно стрдние.

- Андрей... О, кк же ты не вовремя! - тргическим шепотом произнес Веник, оттесняя Андрея от двери, и тут он зметил Ольгу, тихо стоявшую в стороне. -И Олю приволок? Зчем? Господи, ты что, специльно ткой момент выбрл, чтобы привести ее в гости к дяде?!! Слушй, Андрюш, поимей совесть, у меня решющее свидние сегодня было, я же дв месяц вокруг д около ходил, и вот, нконец, добился, тут ты являешься.

- Половин первого дня. Если вы нчли со вчершнего вечер, то уж десять рз должны были все успеть...

- Мы нчли с пяти чсов утр. И еще ни рзу не поговорили! Мы спли, сейчс я хотел подть ему звтрк и поговорить, и вдруг - ты...

- Слушй, зчем вообще говорить, если все уже было, чего ты хотел? Зчем вообще слов?! - усмехнулся Андрей.

- И вообще, у меня серьезное дело к тебе. Тк что двй, гони его в шею...

- Поимей же совесть! Д кк я могу потревожить его теперь, когд он...

- Отдыхет от вших бурных противоестественных утех?!

Слушй, я бы вообще не пришел к тебе, если бы ни необходимость! Крйняя необходимость! Ольгу пытлись похитить... А теперь мне нужн твоя квртир, чтобы побеседовть с одним человеком, который ждет меня в мшине... И не ндо больше про совесть! Имел я ее! По юности, когд глуп был... И, поверь мне, никкого удовольствия!

Веник кк-то сдвленно хрюкнул и с укоризной посмотрел н Андрея своими прекрсными филковыми глзми:

- Ну, зчем же при Оле?! Ты говоришь, ее снов пытлись...

- Д! Мне нужно, чтобы ты в шею выгнл своего педик, прилично оделся и отвез Ольгу к Нсте н своей мшине. А я воспользуюсь твоей квртирой, чтобы поговорить с девкой, которя пытлсь увести Ольгу. Рзговор будет нпряженный, поэтому у себя я его проводить не могу! И двй быстрей... Я не слишком сильно ее стукнул, чтобы сообржение не отбить.

Он может в себя прийти с минуты н минуту!

- Что знчит - "не слишком сильно стукнул"?!! - опешил Веник. -Не вздумй преврщть мою хорошенькую квртирку в филил Гестпо!

- Это я уж см решу! Двй, гони его! Ты что, не видишь, в кком состоянии Оля?! Ее ндо отвезти домой и кк можно скорее!

- Лдно, лдно, ты не злись только тк уж, - збормотл Веник, пугливо оглядывясь нзд, в прихожую. -Я сейчс попробую его рзбудить, вы подождите пок...

Дверь зхлопнулсь.

Андрей тяжело перевел дыхние, оглянулся н Ольгу он воспринял все происходящее с совершеннейшим безрзличием, погруження в некую, одной ей ведомую рельность.

Никогд не любил он Веник... Всегд догдывлся, что не получится из этого мльчишки ничего путного! Но и предположить не мог, чтобы у шурин обнружились столь порочные нклонности.

Андрей не любил гомосексулистов. Не то, чтобы ненвидел, но испытывл к ним ккую-то болезненную брезгливость, кк к тркнм или слизнякм... В этом его чувстве не было ничего принципильного. Чисто подсознтельное. Кк инстинкт смосохрнения, зствляющий отштнуться от прокженного или просто измученного нейродермитом человек, несмотря н то, что некие общечеловеческие этические догмы требуют от тебя если не сочувствия, то хотя бы нейтрлитет.

Теперь он стоял перед дверью квртиры, в которой нходилось целых дв тких вот... Отсыпвшихся после оргии.

И Андрею хотелось уйти. Чтобы - не видеть, не встречться, вообще не знть, не знть... Он бы предпочел неведение. Общться с Веником, кк с нормльным прнем. Ну, не слишком симптичным, но хотя бы нормльным! Тем более родственник, дьявол его здери! Родственник Ольги... А рди нее можно теперь через многое переступить... Через то, что вчер еще кзлось невозможным... Можно помириться с бртом Лны и дже с ее отцом! Ведь ему, Андрею, может пондобиться рельня помощь, кому еще, кроме дяди и дедушки, ккими бы тм гдми и изврщенцми они ни были, может быть интересн Оля, ее судьб, ее несчстья!

И все же... И все же - он предпочел бы не стоять перед этой дверью и не ждть, когд дв гомик соизволят одеться!

Андрей снов оглянулся н Ольгу. Беспокойство в его душе нростло. Что все-тки произошло? Чем можно объяснить ее невменяемое состояние? Что скзл ей эт девк?

Позывных от мшины не было слышно... Могл ли он выбрться, не потревожив сигнлизцию? Вряд ли...

Чем они тм тк долго знимются?!

Еще рзок решили нпоследок?!!

Или - отношения выясняют?..

Нконец из-з двери рздлись взбудорженные голос:

Веник что-то верещл умоляюще, незнкомый мужской голос возмущенно бсил. Андрей ухмыльнулся и притиснул к себе Ольгу, тк, чтобы выходящие не были ей видны... Н всякий случй.

Мло ли, кк тм выглядит приятель Веник - вдруг, он носит женское плтье, нейлоновый прик, кружевные чулки и туфельки сорок второго рзмер н шпилькх!!! От этих... от сексульных меньшинств всякого можно ожидть!

Щелкнул змок и звуки тревожного дуэт выплеснулись н лестницу.

Первым появился незнкомец - вопреки ожидниям Андрея, приятель Веник окзлся рослым, очень крсивым, мужественного облик брюнетом. И одет он был весьм недурно - особенно хорош был змшевый пиджк, небрежно перекинутый через руку. Нсколько Андрей мог в этом рзбирться, ткой пиджчок стоил целое состояние...

- Это он?!! Тк это из-з него?!! - яростно взревел незнкомец.

- Подожди, подожди, ты ничего не понял... Ну, послушй же меня!

- Не хочу! Не желю я тебя слушть! Тк со мной еще никто не обходился! Никто! И я не позволю! - орл мужчин.

- Он мой родственник! Это муж моей сестры, моей покойной сестры, моей Лны...

- Х! Зню я этих "родственников"! У тебя половин дискотеки "родственники"!

- Д нет же! Он не из нших!

- Сегодня - не из нших, вот звтр нутро... Ты признйся, тебе что, в кйф это, соврщть нтурлов? Сволочь ты, Веньк! - всхлипнул мужчин и побежл вниз по лестнице.

Веник хотел было устремиться следом з ним, но Андрей схвтил его з рукв джинсовой рубхи.

- Ты с ним потом отношения выяснишь. Сейчс збирй Ольгу и двй мне ключи от квртиры.

У Веник в глзх стояли слезы...

- Ты мне все испортил, - прошептл он, беря Ольгу з ручку. -Но, видно, не судьб нм с ним...

- Другого нйдешь. Теперь вшего брт рзвелось, кк тркнов. Двй ключи!

Веник покорно отдл ему ключи и повел Ольгу вниз.

Андрей дождлся, пок Веник усдил Олю в свою нрядную спортивную мшину и выехл со двор, и только тогд открыл свою мшину и стщил плед с девушки.

Он уже пришл в себя и смотрел н него, злобно сверкя глзми.

Андрей улыбнулся ей нежнейшей из своих улыбок:

- Очнулсь, крсвиц? Сейчс я тебя рзвяжу и мы с тобой поднимемся нверх, в уютную квртирку, где и обсудим, кк мы с тобой будем дльше строить нши отношения. Дрться не советую. Нкжу, причем - больно. И не ндейся, что кто-нибудь побежит тебя зщищть... Если головк зкружится - обопрись об мою руку. Пусть думют, что ты выпил лишку...

Андрей вытщил рстрепнную девушку из мшины.

Опять привел в готовность сигнлизцию - теперь уже н случй бнльных угонщиков.

Жестко обхвтил девушку з тлию и поволок к подъезду.

Он едв передвигл ногми... Андрей не знл, притворяется он или действительно стрдет слбостью и головокружением. Впрочем, для него это знчения не имело. Он не испытывл к ней ни кпли жлости. И ни млейших угрызений совести из-з того, что он, сильный мужчин, тк жесток с хорошенькой юной девушкой. Для него эт девушк был - сук, одн из тех, кто истязл его дочь. И у него нконец-то был в ее лице рельный объект для того, чтобы выплеснуть ярость, нкопленную з столько лет...

Возле двери Веник он прислонил девушку к стене и легонечко стукнул ее кулком поддых, чтобы не мешл возиться с ключми и не пытлсь удрть. Девушк обессиленно сползл по стене... Открыв дверь, Андрей втолкнул девушку в квртиру.

Зтем - пинком под зд - дльше, в комнту, где девушк рухнул н ковер.

Андрей подошел к ней и, схвтив з волосы, зпрокинул к себе ее лицо.

Пожлуй, он был не просто хорошенькя, крсивя...

Продолговтый нежный овл, большие темные глз в золотистых ресницх, россыпь золотых веснушек, темное золото волос, кож ослепительной белизны и удивительной прозрчности... И фигурк неплохя. Все, что ндо, уже сформировлось. Хотя ей, нверное, не больше шестндцти лет. Ребенок, по сути...

Но уже ткя сук!

- Кто тебя послл з Ольгой? - спросил Андрей, медленно, с силой стискивя ее волосы в кулке.

Девушк ожесточенно молчл, и тогд Андрей ее удрил.

Он зкшлялсь, согнувшись пополм...

Д, если бить ее тк, он быстро вырубится. И ничего интересного не рсскжет. И возись с ней потом, отпивй...

Андрей порзмыслил и решил просто выпороть ее: от этого здоровью вред меньше, неприятных ощущений и, следовтельно, пользы - куд кк больше!

- В общем, тк: или ты сейчс последовтельно отвечешь н все мои вопросы, или я сниму с тебя штны и буду дрть тебя, - Андрей оглянулся в поискх подходящего для экзекуции инструмент, понял, что его ремень не подходит, вот провод от брошенных впопыхх электрических щипцов ( вот откуд у Веник ткие прелестные локоны! ) - вполне то, что ндо, то есть в меру длинный, глдкий, упругий и гибкий.

- Буду дрть тебя вот этим проводом, кк сидорову козу, покуд у тебя от здницы лохмотья не остнутся или покуд ты не зговоришь! Я ведь Ольньке пп родной! Я из тебя душу по кпле выдвлю, но узню, кто тебя послл! И все остльное узню тоже...

Девушк хрипло взвизгнул и попытлсь вцепиться ему ногтями в лицо, но Андрей легко сломил сопротивление, скрутил ей руки и привязл их к ножке монументльной Вениковой кровти. Но девушк продолжл выть и извивлсь, кк угорь, и Андрею пришлось спешно сотворить кляп из влжной, блгоухющей дорогими духми слфетки непонятного нзнчения, тк же збытой впопыхх н рзброснной постели. Искть суперудобную клизмочку времени не было - вопли этой дряни все-тки могли привлечь чье-то внимние.

Андрей стщил с бьющейся в его рукх девушки джинсы, с удовольствием отметил, что он - нтурльня блондинк, и что у нее крсивой формы пухля беля здниц. Похоже, предстоящя экзекуция, помимо пользы, могл еще и удовольствие ему доствить.

"А я и не знл, что я - сдист! Вот ведь окзия," мелнхолически подумл Андрей, склдывя вдвое провод и любуясь бгровым от ярости и нтужных криков лицом девушки.

- Когд тебе ндоест и когд ты зхочешь ответить н мои вопросы, дй знть. И учти - я в деревне летом косить могу по четыре чс без отдых. А лупить тебя - в дв рз дольше смогу, не устну! Вид твоей здницы меня вполне вдохновляет.

Нступив ногой н ее связнный щиколотки, чтобы он, не дй бог, не перектилсь н бок и не увернулсь от удр, Андрей прицелился, рзмхнулся и полоснул ее проводом прямо поперек здницы. Девушк глухо зстонл и дернулсь... Андрей удрил снов, и снов... Постепенно он дже увлекся процессом, понял, ккой нужен рзмх, чтобы провод лег особенно резко и причинил нибольшую боль. Девушк уже не стонл, только вздргивл всем телом при кждом удре. Провод свистел и звонко щелкл о кожу. Иногд Андрей приостнвливлся и, приподняв голову девушки з волосы, здвл ей свои вопросы. Но он молчл, зжмурив глз и хрипло дыш сквозь кляп. И Андрей снов принимлся методично лупить ее проводом.

Он дже не услышл, в ккой момент вернулся Веник...

Нверное, у Веник были зпсные ключи... А жль.

Веник опешил при виде творящегося у него в доме, потом - отчянно взвыл и, с неожиднной для столь хрупкого юноши силой, вырвл щипцы из рук Андрея.

- Ты что, совсем ополоумел? - взвизгнул Веник. -Ты что творишь?!! Кк ты мог? Кк ты мог это сделть? Это же мои любимые щипцы для вертикльной звивки! Я их в Приже купил... Теперь они нверняк испорчены! Рзве можно тк крутить проводом? Ты нверняк его рсштл! Они теперь нгревться не будут! Сволочь! Всегд знл, что ты сволочь! Никогд не дм тебе больше ключи! Тебя в порядочный дом пускть нельзя!

Андрей, весь мокрый от физического нпряжения, тупо смотрел н Веник, пытясь понять, что же это он говорит и зчем...

- А это что? - птетически воскликнул Веник, укзывя щипцми н исполосовнную здницу девушки. -Это кк нзвть? Ты что, большой поклонник "Жюстины" Сд и "Истории розги" Бертрм?

- А что это ткое? искренне удивился Андрей.

- Книжки! Мерзкие грязные книжки, проповедующие мерзкий и грязный рзврт, которым ты знимлся только что в моей квртире с неизвестной мне особой! И ты ведь еще осмеливлся меня нзывть изврщенцем! Меня! Д я по срвнению с тобой нгел! Вот что, уходи отсюд и збирй свою девку... Тк и быть, Нсте я ничего не скжу, но не из дружеских чувств к тебе, только рди Ольги...

- Слушй, Веник, я вообще не понимю, о чем ты говоришь!!! Эт стерв пытлсь похитить Ольгу, я ее поймл, я хочу знть, кто именно ее послл... Я допршивл ее единственным доступным мне способом! У меня же нет нркотиков, рсслбляющих волю!

- Ты что, хочешь скзть, что у вс это было не по обоюдному желнию?! здохнулся от возмущения Веник. -Ты хочешь скзть, что попросту истязл эту девушку в моей квртире проводом от моих щипцов?!! Д ты... Ты...

- Но я же это - для дел, не для удовольствия! буркнул Андрей.

- Только не говори мне, что ты не получл удовольствия!

Когд я вошел, у тебя были ткие глз... Господи! Он же еще ребенок! Веник торопливо рспутывл тесьму, которой Андрей связл ноги и руки девушки.

- Этот ребенок пытлся укрсть ншего ребенк. И отвести к тем, кто ее нсиловл и морил голодом, - холодно скзл Андрей.

- Но ты же не знешь, что ее н это толкнуло!

- Мне нплевть, что ее н это толкнуло. Мне вообще н нее нплевть. Меня интересует только Ольг. И моя месть.

Веник перевернул девушку, вытщил у нее изо рт слфетку, похлопл по щекм, пытясь привести ее в чувство... Он был в полуобморочном состоянии, мотл головой, бормотл что-то неврзумительное. Веник поспешил отнести ее в внную, тм, ничуть не стесняясь видом обнженного девичьего тел, стянул с нее кофточку и водолзку, и октил ее прохлдным душем. Осторожно промокнул полотенцем. Принялся втирть в поврежденную кожу прозрчный зеленый гель с зпхом лоэ.

- Вот... Потерпи... Тебе стнет полегче... Сейчс гель впитется и боль утихнет... Все скоро зживет... А я отнесу тебя в постель... Ты отдохнешь, шептл Веник, кутя дрожщую девушку в свой бнный хлт. -Ты крсивя... Вся золотя... Прямо золотя рыбк из скзки... Исполнительниц желний... Сейчс я дм тебе лекрство и ты уснешь, потом мы с тобой поговорим, спокойно-спокойно поговорим. Ты не бойся, я тебя не обижу.

Веник отнес девушку в кровть, нкрыл одеялом.

Андрей с глумливой ухмылкой следил з его хлопотми.

- Првильно. Уложи ее в постельку... А теперь я тебя отсюд вышвырну. А ее еще рз выпорю. По обмзнной гелем зднице. Только прежде - рзделю пру рз... Он ведь действительно ничего! Нтурльня блондинк... А Нстя мне двно уже в любви откзывет. Живем, кк брт с сестрой. Мне осточертело уже. Ндеюсь, я от этой суки никкой зрзы не подцеплю... А подцеплю - тк вылечусь! Вли отсюд, Веник.

- Нет, Андрюш, это ты сейчс уйдешь, - тихо и спокойно скзл Веник.

- Д ну? - рссмеялся Андрей. -Неужто ты ндеешься меня выствить?

- Нет. Я ндеюсь тебя убедить. Убедить покинуть мою квртиру и оствить в покое эту девушку.

- А вместе с ней и того, кто изнсиловл мою дочь, д?!

Того, кто укрл ее и убил этим твою сестру!!! Ты ж клялся, что все сделешь, чтобы нйти их! Чтобы зщитить Ольгу! А см... Гомик и есть гомик! Все вы... В общем, вли отсюд, покуд цел!

Веник побелел, судорожно глотнул, в филковых глзх зтеплился гнев, но он все же стрлся оствться спокойным:

- Я см поговорю с ней звтр. Не тк, кк ты. И добьюсь нверняк большего. Что ксется тех, кто ндруглся нд Олей, тех, кто погубил Лну... Я тоже хочу их нйти. Я тоже хочу отомстить. И я это сделю. Но эт девушк тут не при чем. Он и см был ребенком четыре год нзд. Быть может, ее судьб отличется от судьбы Оли только тем, что ее вовремя не ншли родители... Я думю, я смогу убедить ее помочь нм. А не смогу... У меня есть ткие нркотики, которые смогут ее... Рсположить ко мне. Но без боли! Без боли!

Девушк привстл н постели, переводя лихордочный взгляд с Веник н Андрея, с Андрея н Веник, и Андрей всем нутром чувствовл теплящуюся в ней трепетную ндежду, чувствовл, кк тянется он к Венику, к своему зщитнику... И в душе его зкипел горькя злоб. Хорош зщитник! Жлкий гомик...

- Нркотики тебе ппочк присылет? Чтобы ты с их помощью приглянувшихся мужичков "рсполгл", д?

- Прекрти, Андрей, - прошептл Веник, стискивя кулки.

Андрей зметил этот его жест и рсхохотлся:

- Кулчки сжимешь? Неужели - дрться со мной собрлся? Ах, ты, пршивец! Д я ж тебя... Одним щелчком к Богу н небо отпрвлю!

- Попробуй.

- А чего пробовть-то? Я и пробовть не стну, я тебя срзу прибью!

...Андрей хотел было удрить Веник кулком поддых, чтобы тот сложился, кк эт девк, зтем - выбросить его из квртиры под зд коленом. Но отчего-то не получилось.

Вместо подтливого тел его кулк встретил две сложенные лодочкой Вениковы лдони, не отврщющие удр, но - принимющие и кк бы продлевющие... А дльше - собствення сил Андрея срботл против него и он пролетел через всю комнту, и рухнул н пол у шкф, больно удрившись плечом.

- Хвтит, Андрей. Уходи, - скзл ему Веник, стоя н том же смом месте, н кком стоял до удр.

Андрей взвыл - ну, все! Теперь он этому педику покжет! Он его исколошмтит! Мест живого не оствит! Руки-ноги переломет, все зубы повыбьет, ребр погнет, потом трхнет кк следует эту девку, которя сидит н кровти в бесстыдно рспхнувшемся хлте, и смотрит н Веник сияющими глзми!

Смотрит н него, кк Мгдлин н Христ!!!

- Сук! - зорл Андрей, всккивя и бросясь н Веник. Теперь он хотел обмнуть его взмхом првой руки, нпрвленной, вроде кк, в бок, см ннести удр левой в центр подбородк, чтобы Веник скопытился и можно было без помех добить его ногми, потом...

...Лдони Веник приняли об кулк и кким-то обрзом свели их вместе, потом - Веник отступил в сторону, грциозно извернулся, и - швырнул Андрея через всю комнту, только теперь в другую сторону, в нпрвлении прихожей.

Андрей лежл, здыхясь, перед глзми плвли орнжевые круги.

Потом почувствовл вкус коньяк н губх... Против воли сделл несколько глотков... Круги рссеялись. И он увидел нд собой улыбющегося Веник.

- Это нзывется "йкидо". Смирись, Андрюш. Тебе меня не побить. Уходи...

Андрей отпихнул Веник.

Встл, поштывясь...

Девушк н кровти вдруг громко, по-детски некрсиво кривя рот, зрыдл, протянул руки к Венику.

Веник подошел к ней, приобнял, поглдил по волосм.

- Лдно тебе. Н сегодня все кончилось... Сейчс ты будешь спть. А потом мы с тобой поговорим. Спокойно. Кк умные взрослые люди. Возможно, дже и без нркотиков обойдемся... Тебя кк зовут?

- Светлною...

- Светлн. Свет. Лн. Лн... А меня - Веник.

- Кликух, что ль? - опешил девушк.

- Нет, имя. Сокрщенное от "Венимин" - "сын возлюбленный", по-древнееврейски. Првд, имя не совсем соответствует истине... Увы!

- Ты - еврей?!! - ужснулсь Светлн.

- Нет. Я - поляк. Русский поляк. Но ты, ндеюсь, не нтисемитк?

- Не чего я?!!

Андрей зло сплюнул прямо н ковер в прихожей Веник и ушел, громко хлопнув дверью.

Глв 2

МЕЛКИЙ

Я ждл Рыбку всю ночь. Сидел н своем мтрсе, пялился в темноту и думл почему он не пришл? Что он может делть в городе ночью? Выслеживть девчонку?! Не смешите меня!

Уже девчонк и ее родители ночью спят и никуд не ходят, зчем бы ей следить з ними ночью?

Нет, Золотя Рыбк решил подрботть. Лишние пятьдесят бксов, которые не нужно будет отдвть этому... кк его, Фило... сутенеру в общем. А почему бы и нет! Ее отпустили н здние, вжное и ответственное, никто не будет спршивть у нее, где и сколько чсов он провел! Никто не поинтересуется, смотрел ли он всю ночь н окн девчонки, з которой следил, или знимлсь чем-то еще!.. Я-то зню, чем он знимется, когд я сижу и жду ее, кк придурок, когд я волнуюсь, не случилось ли с ней чего...

Двеч сидели мы с Кривым...

Кривой долго молчл, потом посмотрел н меня проникновенно и скзл: "Систем дет сбой". Это когд ему доложили, что Мшк-Жучок в милиции, и что взяли ее из-з девчонки, укрденной в свое время для Сбнэк, которую дур-Мшк водил побирться вместе со своими... Это не просто ЧП, это ктстроф! Только предствьте себе - одн из жен Сбнэк попл к "верхним" людям, к родителям, которые, нверняк зхотят узнть, что же было с их доченькой в эти четыре год, где он был и что делл!

- Систем дет сбой? - скзл Кривой. Он, похоже, не особенно волновлся из-з произошедшего, хотя грозило оно гибелью всей Империи.

- Я знл, что рно или поздно что-то ткое произойдет, - говорил он, Сбнэк слишком увлекся своими игрми, он уже не думет ни о чем, кроме собственного кйф, и ствит под угрозу безопсность Империи. Что ж, думю теперь кое-кто дже из особенно упрямых перейдет н мою сторону.

- Кривой, но нужно что-то делть! - прервл я полет его политической мысли, - Не сегодня - звтр здесь уже могут быть ОМОНовцы с втомтми! Может стоит смотться, пок не поздно?

Кривой только отмхнулся. Он рзмышлял о чем-то, и я своими пническими воплями мешл ему.

- Алстор берет дело в свои руки, - скзл он мне, нконец, и я увидел, кк весело сверкнул его черный глз, - И улдит возникшую проблему со свойственной ему мудростью.

Сбнэку не стоит знть об этом ужсном происшествии, инче гнев его не будет знть пределов и пдет н головы многих, виновных и невиновных. Знешь ли ты, Мелкий, кков Сбнэк в гневе? Лучше тебе не знть. Считй, что ты знешь его с хорошей стороны. Но у тебя есть шнс узнть его с плохой...

С ум сойти! Я никогд еще не видел Кривого в тком хорошем рсположении дух, я дже подумл н мгновение: не см ли Кривой приложил руку к случившемуся - но потом решил, что не смог бы дже он всего этого подстроить, слишком неожиднно, удивительно и стрнно все произошло. Женщин узнет пропвшего ребенк в одном из попрошек в метро! Это подстроить никк не возможно, ткого не придумешь дже! Д, еще рз приходится убедиться, что жизнь круче смых изощренных фнтзий.

Кривому просто везет. Везет фнтстически.

- Девочк тихо вернется н свое место, и никто ничего не зметит, Мшк... ну, Мшку мы уберем сегодня же ночью, тк ей и ндо, дуре.

- Мшк в ментуре, - вствил я.

- И прекрсно, тем более пугющей будет выглядеть ее смерть. Рук Сбнэк может достть и в зпертой кмере МУР... Рук Алстор, конечно, но это не принципильно вжно.

- А кк он ее тм достнет?

- Кк? Ну, Великий Жрец соткется из воздух прямо перед носом перепугнной нсмерть Мшки, протянет к ней руку, и молния вырвется из его пльцев, чтобы превртить преступницу в прх! Есть у нс свои люди и в ментуре, которым не соствит труд проникнуть к Мшке в кмеру, и перестнь, нконец, здвть глупые вопросы.

- А девчонк?

Нверное, это опять-тки глупый вопрос, но сегодня мне почему-то кжется, Кривой ответит н все мои глупые вопросы.

Добрый он сегодня.

- Девчонку зберем обртно. Предпочтительнее было бы шею ей свернуть, но с Сбнэком до поры до времени конфликтовть не охот. Пусть месяц пройдет, пусть дже дв, когд-нибудь родители допустят оплошность, мы будем нчеку.

- К тому времени он рсскжет всем про нс!

- Не думю.

Я снов произнес свое вечное: "А почему?" - но н сей рз Кривой просто игнорировл мой вопрос, словно и не слышл его.

- Мы нблюдем з этой семьей... Скоро я буду знть рспорядок их дня кто кем рботет, кто куд ходит, кто кому брт, свт, тесть... Я буду знть о них все и вот тогд...

"Тогд" нступило, когд девчонку стли возить к учительнице.

Кривой скзл Рыбке:

- Не думю, чтобы струшк стл очень осторожничть.

Не будет он, кк Цербер, охрнять чужого ребенк. Оденься поприличнее, чтобы выглядеть хорошей девочкой из нормльной семьи, и последи з ними. Отец ее высмтривет злоумышленников в толпе бомжей, и н тебя внимния не обртит, если чего... Действуй, золотя моя, н тебя вся ндежд.

Н нее действительно был вся ндежд. Я-то знл, что неоднокртно уже Кривой предпринимл попытки вернуть девочку, но родители, нученные горьким опытом, не теряли бдительности, и не только не отпускли ребенк ни н шг от себя, но и не подпускли никого, кто хоть сколько-нибудь кзлся им подозрительным.

И Рыбк пошл. Один день... другой... третий. Но он все время возврщлсь ночевть! Я ждл ее до смого позднего вечер, он приходил, и мы вместе шли к Кривому, который кждый рз требовл от нее подробностей.

Рыбк рсскзывл, но ничего утешительного он сообщить не могл, и я видел, что Кривой нчинет нервничть.

В смом деле - время идет, и Сбнэк может что-то узнть! Доложит ему кто-нибудь, не утерпит, кто-нибудь из тех, кто его любит и почитет, кто верит в его силу. А тких немло, уверяю вс!

Алстору тогд плохо придется.

Во-первых, з то, что скрыл! А во-вторых, з то, что ничего толкового не предпринял...

А для Алстор вторитет - в его деле глвное!

А вот теперь Рыбк куд-то пропл. Нет ее. Время к утру - ее нет! Я ждл, ждл, д тк и уснул сидя. Проснулся, кк от толчк. Вскочил, побежл спршивть время и едв не скончлся н месте, когд узнл, что день двно н дворе.

Сутки прошли, Рыбки все нет!

Я стоял н пороге своей кморки в тяжелых рздумьях о том, следует ли мчться к Кривому и говорить, что Рыбк пропл, или не следует! С одной стороны, Кривой срзу же выяснит, что с ней случилось, но, если ее поймли, если он в милиции, он ведь прикжет ее убить!!! Кк Мшку-Жучк!!!

А если не рсскзывть?.. Сидеть и ждть?.. Чего ждть, у моря погоды?

А если он тк и не придет?!!

М-д, ситуция.

Тк я стоял и рзмышлял, кк вдруг увидел... Идет! Идет зрз! Идет, кк ни в чем не бывло! Голубые джинсы, черня нгоровя кофточк, беля водолзочк - приличня девочк, срзу бросющяся в глз в ншем бомжтнике. Рыбк! Вот сволочь!

Пытясь придть себе грозный вид, я иду к ней нвстречу, четко печтя шг.

Пусть он объяснит! Пусть только попробует не объяснить...

Он меня увидел... Он кинулсь ко мне... И с рыдниями повисл у меня н груди.

- Ты чего? - спросил я ошеломленно.

Я никогд не видел, чтобы Рыбк плкл! Когд ее обижли, ее лицо деллось злым и жестоким, он руглсь, он дрлсь, но не плкл никогд!

- Что случилось-то? - спросил я снов, обнимя ее осторожно, прижимя к себе, - Где ты был?

Он поднял голову с моего плеч, посмотрел н меня, и я дже хнул: ее лицо было все черное от синяков - из-з темноты я не понял этого рньше, когд только увидел ее, думл, это тени тк пдют... Глз зплыли от огромных финглищей, губ рзбит.

- Тебя били? Кто? Почему? - пролепетл я, когд ко мне вернулся др речи.

- Этот мудк, - ответил Рыбк сквозь зубы, словно с трудом выдвливя из себя слов, - Пошли отсюд... мне бы лечь.

Обнимя ее з тлию, я отвел Рыбку к ее постели. Не скзть, чтобы ей особенно требовлсь моя помощь, идти он могл смостоятельно, но мне очень хотелось поддержть ее...

Я понял бы ее н руки о отнес бы, но вы сми понимете не той я комплекции.

- Ппш девчонки, - скзл Рыбк, когд легл, я опустился н колени перед ее кровтью, готовый слушть.

- Может тебе ндо чего? - осведомился я, - Примочки...

- Не-, меня уже нмзли чем-то... целебным.

- Кто? - удивился я.

Рыбк лежл н боку, подогнув колени к животу. И нтянул н лицо ккую-то тряпку, чтобы я не мог видеть его! Вот дурочк!

- Двй рсскзывй, что случилось, - велел я ей.

- Черт, Мелкий, у меня получилось почти. Предствляешь? Сижу я у подъезд струхи-учительницы, и вдруг выходит Ольг. Одн! Выходит, и идет себе не спеш к детской площдке, и никого с ней рядом! Я глзм своим не поверил...

- Ну?!

- Брнки гну. Я подхожу к ней и говорю: "Привет, я Рыбк, ты меня помнишь?" Он н меня смотрит, и вроде кк кивет, тогд я говорю: "Пойдем, пор возврщться". И он соглсилсь, см мне руку протянул. Все тк хорошо было, шли бы мы и шли, никто н нс внимния не обрщл - мирно прогуливются две сестрички, идут з ручку... Но тут, слышу з собой вопль гориллы, которой здницу углем прижгли, оборчивюсь, несется н меня Олькин ппш, появился, гд, не вовремя. Пытлсь я убежть, но с девчонкой рзве что получится... Ндо было бросить ее, тогд он бы меня никогд не догнл, но... девчонк у меня уже в рукх был, предствляешь?

- Д-, ну потом?

- Этот мудк стл меня тк колошмтить, что я просто вырубилсь. Сунул в мшину, связв предврительно, и повез н квртиру, где решил меня допршивть, пскуд.

У меня пересохло горло.

- Он бы попросту убил меня, Мелкий, если бы ему не помешли...

Я приподнял тряпку, которой он лицо зкрывл, зглянул в глз.

- Ты скзл что-нибудь?

- Что я, дур?! Он бы меня, может, и не добил бы еще, нши пришили бы точно!

- А что он узнть хотел?

- Д его только одно интересовло: кто его дочку сюд привел, д кто ее трхл! Орл, что убьет этих гдов, в смой преисподней нйдет, если потребуется, и убьет. Супермен, блин!

Я еще не подумл ни о чем, сердце уже зколотилось в груди...

- Он хочет убить Сбнэк? - спросил я осторожно, не столько Рыбку, сколько смого себя: чтобы смому поверить!

- Рзмечтлся, придурок! - злобно скзл Рыбк, - Млиновый весь, слюной брызжет во все стороны, новый русский вонючий. Думет, что все может...

Я сидел возле Рыбкиной кровти в состоянии прострции.

Кривому везет, д и мне тоже! Безумно везет! Хотя... Кривому, может, идея моя и не понрвится. Смоуверенный новый русский. И больно уж бешеный, по Рыбкиным словм... Решится ли Кривой посвятить в свой плн ткого? Тем более, что плн его до сих пор н мне, бедненьком, строился.

Ну д лдно. Это ему решть, в конце концов, мое дело доложить. Н смом ведь деле: есть человек, посторонний, с улицы, сверху, который горит желнием убить Сбнэк! Это же то, что нужно! Ни уговривть не ндо, ни денег обещть!

- Тк ты ничего ему не скзл?

- Ничего, конечно. Что я, дур?

- А кк же ты сбежл от него?

- Говорю же, меня спсли!

- Спсли? Кто?

Рыбк ответил после некоторого змештельств, и я почувствовл, кк внезпно изменился ее голос. Рзительно изменился. Стл другим...

- Прень один...

- Ккой еще прень?

Воистину, Рыбк поржл меня кждым словом своим!

- Смый лучший н свете!

И мне покзлось, что он снов нчл всхлипывть... Я н ккое-то время збыл и о Сбнэке, и о Кривом... Я смотрел н ее вздргивющие плечики и убейте меня! - не понимл ничего.

- Ты, может, все-тки объяснишь?.. - спросил я неуверено.

- Чего тебе объяснять... - мрчно буркнул Рыбк и отвернулсь от меня к стенке.

- Я не понимю ни фиг! Прень ккой-то! Черный плщ, что ли, спситель всех угнетенных?! Зорро?! Сэр Лнселот?!

- См ты! - неожиднно рзозлилсь Рыбк.

Почему-то конкретно "сэр Лнселот" вывел ее из себя.

- Дурк ты, Мелкий, и вообще, вли отсюд!

Вот тк! А что я ей, собственно, сделл?..

Рыбк, видимо, см устыдилсь. Все-тки я не кто-нибудь, я друг! Единственный, между прочим...

- Тебе рсскжи, - скзл он с делнной обидой, ты срзу побежишь своему Кривому все доклдывть!

- Хорошо, не рсскжу про твоего... Лнселот, уговорил, - скзл я, злордно вствив имя доблестного рыцря Круглого стол, который по ккой-то стрнной причине был Рыбке неприятен.

Зря я, конечно, издевлся! Рыбк обиделсь и змолчл.

Принципильно. Пришлось объяснять ей, кто ткой сэр Лнселот, и почему срвнение с ним не может считться оскорблением, дже ноборот.

- Думешь, смый умный, д? - снов всхлипнул Рыбк.

И что у нее сегодня глз н мокром месте? И не тк ведь еще били ее - и то не плкл никогд!

- А я - дур, и не зню ничего! Я, может, умнее тебя в тысячу рз, только мне книжек никто не двл читть!

У нее, похоже, нчинется истерик.

Ну, что ж, можно ее понять - столько перенесл, бедняжк. Били ее, пытли, чуть вообще не прикончили. А он ведь - девчонк всего лишь!

Не понрвилось ей, видите ли, кк звучит имя доблестного рыцря! А что, Зорро, что ли, лучше звучит? Или - тем более! - черный плщ?.. Хорошо, что Рыбк мультфильмов не смотрел. Он убил бы меня, если бы знл, что я ее героя уткой обозвл.

Мультфильмы... Книжки... Неужели когд-то все это было у меня?! Неужели у меня когд-то было что-то, кроме вонючего мтрс и сльной подушки?! Господи, кк же осточертело мне здесь все!

Домой, домой, я хочу домой! К моим книжкм, к моим мультикм, к моим компьютерным игрм! У меня есть все это!!!

Где-то тм, бесконечно длеко, но - есть... Мое! Собственное!

Я мог бы быть сейчс тм... Быть счстливым, беззботным школьником, который пожимет плечми, когд его спршивют, что он собирется делть после того, кк окончит десятилетку! Потому что ему все рвно! Потому что не горит...

Потому что есть еще время побыть ребенком и не принимть жизненно-вжных решений! Я мог бы...

Но я сижу здесь. Думю о том, что стоит говорить Кривому, что не стоит, и кк сохрнить свою жизнь, з которую здесь никто ломного грош не дст, учствую в кких-то политических рзборкх, не зня по-нстоящему, кому мне верить, потому что н смом деле... верить некому. Изворчивюсь, вру и вздргивю от млейших шорохов.

Кого мне бояться? ОМОНовцев, Кривого, Сбнэк? Д всех!

Мне не к кому рыпнуться - меня никто не зщитит! Ни те, ни другие, ни третьи!..

Бедный Мелкий... А кто виновт?

Лдно, не будем о грустном...

- Рыбк, мы еще выберемся отсюд, - скзл я, стрясь, чтобы мой голос звучл уверенно. -Првд, выберемся.

Когд... Ну, в общем, будет у нс шнс, я уверен.

- Не будет этого... Никогд! - воскликнул Рыбк с чувством. -Куд мы выберемся?! Н поверхность?! А что тм?!

Что тм у нс есть?! Мне что, к отчиму возврщться? Д я лучше удвлюсь! У тебя, может, и получится чего-нибудь, ты - прень. Хотя и в твою удчу я тоже не верю... Многие хотели выбрться, но они-то хотят, д вот их никто не хочет, тк и кончли все в кнве! Зхлебнувшись... По пьянке...

Собственной блевотиной... Или - в рзборкх, пулями ншпиговнные. Глупый ты, Мелкий! Вот тк все и будет. А я... Я всю жизнь в этом вонючем подземелье проживу. Буду выполнять чьи-то порученья. Господи, мелкий, если бы ты только знл, кк тм, нверху, люди некоторые живут! Тм, где я был, куд меня Олькин отец приволок! Ккя тм квртир у них! Ковры, шелковое белье н кровти, внн с пеной, жртв из ресторнов! Я тм всего одну ночь провел, но я теперь ее вспоминть всю жизнь буду! Предствляешь, Мелкий, я спл н шелковых простынях, я мылсь в этой внной, жопу мне смзывли чем-то жутко дорогим, и не жлко было! З мной тк ухживли!..

Вот тебе и рз, я думл, ее били тм...

Слезы мешют ей говорить. И я, конечно, понимю теперь причину этих слез... Конечно, я понимю...

- Ну, почему, почему я должн жить здесь, они тм?!! Ну, чем они лучше?!!

Вот он, крик души. Вопрос, н который нет ответ. Чем они лучше тебя? Д ничем! Просто... Просто - тк получилось!

Просто - тк получилось не с кем-то, именно с тобой.

- Ему бы я все рсскзл... - хлюпл Рыбк. -Пусть бы меня убили потом, но ему бы я рсскзл... Но он не зствлял! Он не хотел, чтобы меня убили! Он не ткой, кк этот кбн, которому все пофигу, лишь бы месть свою удовлетворить! Венечк, милый Венечк!

Тк, похоже, что сэр Лнселот зовут "Венечк". Уже кое-что.

- Кк только я скзл ему, что меня могут убить, он срзу перестл меня спршивть. Огорчился, но перестл! Я пытлсь объяснить, кк это все серьезно, кто ткой Сбнэк и что мы не просто бомжи, которые бродят по помойкм... И он понял!

И это нзывется - он ничего не рсскзл!

"Венечк, милый Венечк!"

Вот глупя девчонк! поплсь н ткую простую и пошлую удочку: плохой полицейский и хороший полицейский, прямо кк в дешевом боевичке. Один ее избил, другой ее прилскл - и срзу: "Венечк, милый Венечк" - и готов уже рсскзть все, что угодно. А эти двое потом долго смеялись, нверное!

Я не стл ей ничего говорить, не стл больше ни о чем спршивть. Все мне и тк ясно. Со дня н день следует ожидть "неуловимых мстителей", хорошо, если бы только их, не бригды ОМОН...

Венечк, милый Венечк... Еврей еще плюс ко всему!

Рыбк ревел, отвернувшись к стене, предвясь горестным рзмышлениям о своей нелегкой доле. Я ей был не нужен.

Мелкий, который ткой же бездомный, кк и он, Мелкий, который не может предложить ей шелкового белья и пены для внной - нфиг он нужен, ткой Мелкий?!

Вот и верь после этого в дружбу!

Меркнтильность одн кругом...

Лдно бы, еще был этот Венечк человеком, то ведь информцию выуживл у дурочки! Вот кому ты точно не нужн, тк это ему! ОН ТЕБЯ НЕНАВИДИТ! ТЫ ЕМУ ПРОТИВНА! Единственное, чего он хочет - з девчонку отомстить!

Я рсскжу о них Кривому. Обязтельно рсскжу. Пусть эти двое пострются для общего дел, пусть пдут жертвми своей идиотской мести. Кк говорится, двйте поможем друг другу.

О кей! Я иду к Кривому!

Кривой слушл мой сбивчивый и не очень понятный рсскз не перебивя. Я не готовился к рзговору с ним, я не думл о том, что стоит ему говорить, о чем лучше умолчть - мною двигли возмущение и обид, когд я шел к нему, но когд я нчл говорить, то понял, что не стоит никого выдвть. Ни Рыбку, которя тк глупо рскололсь и выболтл нши тйны, ни того, кому он их выдл. Я пытлся донести до Кривого сведения, которые могли ему пригодиться - о том, что есть люди, которые хотят убить Сбнэк, незвисимо от нс, и что стоит им помочь в этом, нпрвить, тк скзть, то без ншей помощи они не то что Сбнэк убить, вообще сюд не проникнут никогд.

Я полгл, что Кривой будет прыгть от восторг или, по крйней мере, скжет что-нибудь тип того: "Здорово, Мелкий!", "Ты молодец, Мелкий!", но Кривой только молчл, долго и нпряженно. Молчл и смотрел н меня... очень стрнно кк-то смотрел.

- Что?.. Что-нибудь не тк? - решился я спросить, когд молчние зтянулось уж слишком ндолго.

- Нет, ничего, - ответил внезпно Кривой, - Я просто рзмышлял о том, мог ли Мелкий предть меня и если д, то кому.

Меня кк ледяной волной октило, я едв не свлился змертво прямо тм, н месте.

- Кривой, ты что... Я?! Предтель?!!

- Лдно, успокойся. Подумв кк следует, я решил, что ты говоришь мне првду.

Точно, они все сговорились сегодня, чтобы добить меня окончтельно! Что Рыбк, что... этот!

- Сбнэк в нши личные рзборки никогд не привлек бы людей сверху. Если они н смом деле есть, эти люди... А, Мелкий?

- Но ты-то их знешь... Это отец девчонки и еще тм родственник ккой-то, - пролепетл я.

- Дядя, - подтвердил Кривой, - Брт мтери девочки, Венимин Юзефович Лещинский.

Охренеть! Рыбкин Лнселот зовется Венимином Юзефовичем!

Д еще и Лещинским! М-д, не зря он тк рыдет...

- Ну вот видишь, ты же проверить все можешь, - скзл я обиженно, - Я ему все говорю, хотя Рыбк меня убьет, если узнет... он! Видите ли еще рзмышляет, предтель я или нет!

- Не ной, я уже не рзмышляю. Стрнно, но почему-то я склонен тебе доверять... Почему бы, Мелкий, не знешь?

- Потому что у тебя нет причин мне не доверять!

- Д нет, не поэтому... Впрочем, не имеет знчения все это. Не стну я, Мелкий, компрометировть свою особу в любом случе.

Трус несчстный. А я еще поверил, что он действительно в состоянии уничтожить Сбнэк и взять влсть в свои руки.

Он тк и будет всю жизнь ходить вокруг д около. Я попытлся изобрзить н лице презрение, зня, что оно мне дорого будет стоить, но не мог я откзть себе в тком удовольствии!

О том, нсколько дорого будет мне стоить сия высокомерня мин, узнл я через несколько мгновений, когд Кривой, высокомерно улыбясь, произнес:

- Компрометировть мы будем твою особу, мой милый мльчик. Я сообщусь с этим бешеным "новым русским", но н встречу с ним пойдешь ты. Ты будешь, тк скзть, посредником между нми. Чувствуешь историческую вжность возлгемой н тебя здчи?..

- Хорошо, я пойду, - скзл я отвжно, - только ндо бы, что б он верил мне.

Кривого, видимо, несколько удивил мой ответ.

А чего он ждл? Жлобного - " может, не ндо"?!

Д я с удовольствием пойду. По крйней мере, н поверхность выйду... В первый рз з пол год. З пол год!!! Поверить трудно... Д я н встречу с Дьяволом пойду, если он н поверхности будет!

- Подготовить вшу встречу - моя збот, - скзл Кривой. -Я решу, кк это лучше сделть... Иди пок, утешй выпоротую Рыбку. Я призову тебя, когд пондобишься.

Выпоротую Рыбку я утешть не пошел, ибо Рыбк в утешениях моих не особенно нуждлсь. А выслушивть ее "Венечк, милый Венечк" у меня, сми понимете, желния большого не было!

Рыбк см пришл ко мне уже ближе к вечеру, когд я собирлся, нконец, прочесть добытую мною еще третьего дня гзету. Гзету я отобрл у одного из мльчишек-попрошек, у него было звернуто в нее что-то, по всей вероятности, пирожки - уж больно был промслен бумг, д и пхло соответственно, но я, сгоря от нетерпения, хотел почитть ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ о верхнем мире, все рвно, что, ведь я уже почти збыл, кк он выглядит! Все эти дв дня мне было кк-то не до гзеты, но теперь вот я мог...

Кк бы не тк, пришл тихя и подвленя Рыбк, нстолько тихя и подвленя, что я дже не зметил, кк он вошл.

- Мелкий...

Я вздрогнул от неожиднности.

- Я ужсно выгляжу, д?

Ужсно, ужсно, еще кк ужсно! Смотреть стршно просто!

- Д нет, с чего ты взял?

- Мне бы йоду...

- А я думл, яду, - хихикнул я и произнес птетически, - Яду мне! Яду!

- Мне уйти?

- Д нет, ну, что ты!.. Нет у меня йод, откуд? Ты лучше к ббм бы сходил, у них, может, есть...

Рыбк с мучительным стоном опустилсь н мой мтрс, сел кк-то боком, и н лице ее отрзилось неподдельное стрдние. Он почему-то еще не переоделсь, до сих пор был в джинсх и кофточке. Стрння он был в этом прикиде, кк будто чужя.

Рыбк устроилсь поудобнее и вдруг протянул руку к моему лицу. Я, понятное дело, отштнулся, просто инстинктивно...

- Ну, что ты... - скзл он обижено, - Понюхй!

Я потянулся носом к ее коже, он действительно вкусно пхл - клубник? млин? персик? - зпх был нежный и тонкий, что-то двно збытое, милое сердцу. Мне вдруг тк зхотелось коснуться губми ее руки, ужсно зхотелось, но я мысленно дл себе по морде - еще чего не хвтло!

- Здорово пхнет, првд?

- Ну, д... Ничего.

- Это был ткой мленький флкончик. Венечк кпнул в внную всего несколько кпель... И ткя пен... Розовя и душистя. Сколько времени прошло, кож все еще пхнет...

- Он что, еще и мыл тебя? - спросил я мрчно.

- А ты что, ревнуешь?

Рыбке хотелось бы, чтобы я ревновл - по ее глзм было видно, нсколько ей этого хотелось! - чтобы действительно был причин для ревности, хотя бы у меня, но я ей удовольствия не доствил, пожл плечми и скзл вполне искренне:

- Нсмешил! Ты - и он! Х-х-х!

И получил я от Рыбки хороший удр в челюсть. От души, кк говорится. До того момент, кк я удрился головой о стену, я успел подумть: и кк он только длсь тому мужику, который избил ее? Ведь тяжеля же у нее рук!

Потом я удрился головой о стену. И некоторое время не думл вообще ни о чем, у меня в прямом смысле этого слов искры из глз посыплись.

- Мелкий! - злобно процедил Рыбк сквозь зубы. -Доходяг!

И он ушл, громко хлопнув несуществующей дверью.

Я, по крйней мере, очень явственно слышл ее стук.

Хряп! И штуктурк посыплсь с потолк... Несуществующя штуктурк с несуществующего потолк.

Доходяг! А что, он хотел, чтобы я ей сдчи дл? Не хвтило ей? Ненвижу бб! Всех подряд! А эту скользкую холодную рыбину - больше всех!

Золотя Рыбк... Селедк... в винном соусе!

Я уткнулся в гзету. Но попробуй почитй, когд у тебя челюсть н бок и голов рсклывется!

Гзет снов отпрвилсь под подушку. До лучших времен.

Глв 3

НАСТЯ

Я не знл, из-з чего Андрей снов рссорился с Веником. Тот день вообще был очень стрнный: снчл Веник ( не Андрей, который, собственно, должен был збирть Олю от учительницы ) привез домой безмолвную и сникшую девочку, причем - был взбудоржен, огорчен, дерглся, терял нить рзговор, поминутно поглядывл н чсы, порывлся звонить... А потом - с воплем "Ой, не могу больше!" - вовсе выбежл из квртиры. Спустя полтор чс вернулся Андрей.

Взбешенный до степени полного озверения. Я его вообще боюсь, уж в тком состоянии - он и вовсе невменяемый! Я подл ему ужин и решил не спршивть о причинх дурного нстроения, но он рсскзл мне см: скзл, что Олю снов пытлись похитить, тк же - обругл Веник ТАКИМИ нехорошими словми, что многие из них я вообще впервые слышл.

Н следующий день, вернее - н следующий вечер к нм пришел Веник. Бледный и ккой-то непривычно-серьезный. Андрей не хотел говорить с ним, но хрупкий Веник попросту втолкнул моего могучего супруг в его комнту и зтворил з собою дверь. Не зню, о чем они тм говорили... У нс в доме толстые стены и двери прктически звуконепроницемые. А то я бы, конечно, подслушл. Ткя уж я бессовестня... Но еще Ретт Бтлер скзл, что "подслушивя, можно узнть много интересного"! Говорили они весьм взбудорженными голосми, Андрей иногд срывлся н крик. Из комнты они вышли уже примиренные. И - донельзя опечленные...

А потом был тот телефонный звонок...

А потом - приехл Юзеф.

Телефонный звонок рздлся ночью.

У меня в комнте телефон нет, когд мне хочется с кем-то поболтть, д тк, чтобы Андрей не слышл ( если мне вообще приходит в голову дерзкя мысль приблизиться к телефону, когд муж дом!!! ), я беру телефон с кухни.

Другой телефон - в комнте Андрея.

И трубку взял Андрей...

Меня этот звонок рзбудил и нпугл. Я посмотрел н светящийся циферблт будильник: половин третьего ночи! Дже деловые пртнеры Андрея, нпрочь лишенные ккой бы то ни было воспитнности и деликтности, после чс ночи стрлись не звонить!

Андрей говорил долго.

Потом - я услышл, кк он вышел н кухню, звозился тм, ззвенел посудой...

Я встл.

Андрей сидел з кухонным столом, в пестрых стиновых трусх, которые дже в смые лютые холод являлись единственной ночной одеждой, которую он признвл, сидел и пил коньяк прямо из горлышк бутылки.

Он тк здумлся, что дже не услышл, кк я вошл, и вздрогнул, когд я его окликнул.

- Чего не спишь? Иди, ложись... Нечего тебе тут, - угрюмо буркнул мой нежный супруг.

- Кто звонил?

- Тебя это не ксется... Это мое дело. Ну, может, этого дурк Веник еще придется взять с собой. Пцифист срного... Но дерется он неплохо, если его кк следует достть.

А одному н ткое идти... Чистое смоубийство! - Андрей глотнул из бутылки, звучно икнул и сморщился. -Ой, ну и гдость! Если это коньяк, то я губернтор Клифорнии.

- И что же это з дело ткое опсное, н которое Веник ты с собою берешь, но про которое мне дже знть нельзя?!

- Веник - мужик, хоть и гомик... То есть, он - гомик, но при этом - мужик с принципми. И, потом, он Ольге не чужой...

- А я, знчит, чужя тетк и потому меня это дело никк не ксется?! - у меня голос дже сорвлся от обиды, и Андрей, кжется, понял это, не смотря н свое лкогольно-здумчивое состояние.

- Лдно тебе, не злись, я не хотел тебя обидеть. И ты Ольге не чужя, конечно, нпротив дже - ее вторя мм, вот! Я имел в виду, что никкого другого мужик я в это дело взять не могу, потому кк это дело сугубо личное. А тебе незчем совться, потому что... Во-первых, ты - бб. В смысле, женщин. Во-вторых, меньше знешь - крепче спишь, д и проживешь дольше...

Господи! Д кк я могл выйти змуж з ткого? "Бб в смысле женщин"! Вот это д! Где ж все это было, когд он з мной ухживл? Или - где были мои глз?!! Придумл себе, дур-пистельниц, невесть что, то есть - сильного мужчину, з внешней грубостью скрывющего исстрдвшуюся душу! Собственно, змуж-то выходил з его исстрдвшуюся душу... Потому кк не было в нем больше ничего привлектельного. А меня ммочк попрекми изводил.

Впрочем, когд он ухживл з мною, он все-тки говорил рзные крсивые слов. И не нзывл меня "ббой".

Андрей допил коньяк, поствил бутылку н стол, еще несколько рз икнул и потер рукой нд желудком.

- Ох... Нелдно со мною что-то.

- Сходи к гстроэнтерологу.

- Схожу... Потом. Если жив буду...

Он снов икнул.

И вдруг повернулся ко мне с тем стрнным коровьим выржением н лице, которое я н нчльном этпе ншего с ним общения принимл з выржение нежности.

- Нсть! Слушй, я могу попросить тебя... Об одной вещи. Это вжно. Ты серьезно отнесись!

- Попросить - можешь, - осторожно ответил я.

Мло ли, о чем он меня попросит, в тком-то состоянии?

Д и вообще - незчем згодя обещния двть!

- Нсть! Если что... То ты позботься об Ольге. Лдно?

- Не понял... Что - "если что"?

- Если убьют меня!!! - неожиднно зорл Андрей. -Если убьют и меня, и Веньку! Не верю я им!

- А если ты "им" не веришь, то зчем соглшешься н что-то тм...

- Потому что я должен. Потому что нет другого пути.

- Для осуществления твоей мести?

- Не только. Ольгу снов пытлись похитить... И они не оствят нс в покое... Д и потом - я верю ему, понимешь?!

- Ты только что скзл, что ты "им" не веришь!

- И верю, и не верю! Господи, Нсть, не доводи ты меня! Просто пообещй, что ты позботишься об Ольге, если меня не стнет. Что ты не просто отпрвишь ее к Юзефу в Крков, но проследишь, чтобы у нее все было хорошо! Пойми же... Ему я совсем не верю! То есть, не "не доверяю", не верю вовсе, если ты можешь понять рзницу...

- ...могу.

- Тк вот: не верю я ему. Никого никогд не любил он по-нстоящему! Дже Лну. Для него глвное - его творчество. Кк говорится, "вся жизнь в искусстве", для живых близких уже нет мест, д и времени нет. Мертвую Лну он любит больше, чем любил ее - живую. Он горевл о пропвшей Оле, но я не зню, не будет ли мешть ему ее присутствие рядом и соглсится ли он пожертвовть хоть чем-то из своего привычного обрз жизни рди моей девочки!

- А что ты имеешь в виду под "привычным обрзом жизни"

Юзеф Теодорович? - зинтересовлсь я.

- Ну, не зню, что тм у людей искусств... Кокин, оргии, ночной обрз жизни, девочки, мльчики... Групповой секс...

- Господи, Андрей! Ему же шестьдесят лет! - восхитилсь я.

- Пятьдесят восемь... И это не имеет знчения. Ты не знешь Юзеф!

- А ты мне ничего ткого и не рсскзывл... Про оргии и про групповой секс.

- А рньше ничего ткого и не было! Но ведь то - советский и рннеперестроечный период, это все было еще не принято у нс здесь, д и потом, Юзеф был жент, когд умерл жен - оствлсь Лн! А теперь - и время другое, и он свободе, д и вообще - живет з грницей! Но я не о том... То есть, о том кк рз... Просто - пообещй, что не збудешь про Ольгу, что будешь о ней зботиться. Я не прошу тебя удочерять ее...

- ...и н том спсибо!

- Не перебивй!!! Я вжное говорю!!! Тк вот... О чем я говорил?

- Ты просишь меня пообещть тебе позботиться об Ольге, но при этом не нстивешь н том, чтобы я ее удочерял.

- Д, именно тк!

- Ты что, действительно, всерьез собирешься погибнуть?

То есть - рисковть тк, что это может стоить жизни не только тебе, но и Венику?!!

- Господи, Нсть! Ты действительно ткя дур или притворяешься?!

- Действительно.

Он минуту помолчл, оздченный. Потом - испустил глубокий, тяжелый вздох, сопровождемый пулеметной очередью икоты.

- Д кк же я н тебе женился? Д где же были глз мои и все остльное?

- Я тоже мучюсь этим вопросом весь последний год. Кк же это я вышл з тебя змуж?

- Черт! Нм ндо рзвестись. Срочно!

- А Ольг? Ты же говорил...

- Д, д, действительно... Тогд - после этого всего.

Или - мы рзведемся после этого всего, или - ты овдовеешь.

В любом случе рсствние пойдет нм н пользу.

- Хорошо... Если я овдовею, я позбочусь об Ольге. И не буду доверять Юзефу Теодоровичу. Если он действительно окжется тк ужсен, кк ты о нем рсскзывешь... А ведь интересно было бы познкомиться с ним, рз он тк ужсен! Оргии, групповой секс, девочки, мльчики, кокин! Живут же люди, мечттельно вздохнул я.

- Ндеюсь, ты шутишь, - буркнул Андрей.

- Почему? Ты не хочешь, чтобы я получл хоть ккие-то удовольствия в этой жизни?

- Я тогд не смогу со спокойной душой оствить н тебя Олю! Д и потом, кково мне будет смотреть с того свет н то, кк ты в оргиях учствуешь, тогд кк со мной был фригидн!

- Ты безндежный эгоист. Но, слушй, Андрюш, если серьезно, то, может, лучше в милицию зявить?

- Нет. Не лучше. Если я и см им не до конц верю, то кто ж мне в милиции поверит?! И потом, это мое дело!

- Ну д. "Честь семьи Прицци" в русском вринте.

- А что это ткое?

- Фильм.

- Клевый фильм? Ндо бы мне посмотреть... После того, кк рзделюсь с этими гдми, рзведусь с тобой и зживу нконец спокойно!

...Ндо ли говорить, что Андрей тк и не посмотрел "Честь семьи Прицци"?

...И не рзвелся со мной.

...И не зжил спокойно.

Но с "этими гдми" он все же в некотором смысле рзделлся. Пусть и не своими рукми, но... Вдохновителем кции все же был он.

Он умер, кк воин, в бою, и вполне бы зслуживл "огненного погребения", если бы мы только смогли нйти его тело!

Ндеюсь, для тких, кк он, есть своя Вльхлл - одн н все времен и вне звисимости от вероисповедния ( или от отсутствия ткового ).

Ндеюсь, н Вльхлле он снов нйдет свою голову.

Или - голов получит нзд свое тело ( выловленное влькириями из коллектор).

В общем, ндеюсь, н Вльхлле чсти Андрея воссоединятся и он обретет тм, нконец, желнный покой, приятное мужское общество, пиво, бню, ежедневные тренировки и вообще все, чего когд-либо желл его душ.

Глв 4

МЕЛКИЙ

Лучших времен скоро ожидть не следовло. Я понял это уже утром следующего дня, когд Кривой - нш будущий Великий Импертор - призвл меня к своей особе.

Импертор восседл н тро... Простите, н колченогом стульчике, з бывшей школьной пртой, которя, вероятно, очутилсь здесь мистическим обрзом, ибо никким другим обрзом проникнуть сюд просто не могл.

Кривой что-то писл. Я облдел, когд увидел его с ручкой в рукх честное слово, я уже дв год не то, что ручку, крндш в глз не видел!

При виде меня, Кривой спрятл лист бумги, н котором писл, в крмн, и поднялся. Колченогий стульчик жлобно скрипнул - точно рзвлится, если сесть н него еще рз.

- Знчит тк, Мелкий, - зявил мне Кривой, - Сегодня вечером ты идешь н встречу с отцом девочки. Он будет ждть тебя н пустыре возле стнции метро Бумнскя. Знешь, где это?

- Вроде, зню.

- Он будет одет в джинсы и черную куртку, с ним вместе будет этот пренек, дядя девочки.

Н моем лице отрзилось искреннее удивление.

- Стршно ему одному идти, - объяснил Кривой, - Д это и к лучшему, что юный Лещинский тоже будет в деле. Нельзя его все рвно в живых оствлять, больно уж много знет.

Конец фрзы я договорил з Кривого см: "И тебя, Мелкий, в живых оствлять нельзя, и Рыбку тоже, вы все много знете". Хотя - нет, Рыбк о предтельстве Кривого не знет, тк что, может быть, одн он будет жить, блгоденствовть и недоумевть: куд это столько нроду рзом подевлось?!

- Проведешь их тем ходом, помнишь, что мне покзывл?

- Прямо сюд?

- Прямо сюд. Потому что здесь вокруг верные мне люди, потому что здесь их можно будет уничтожить тихо и незметно, если что... Ты понимешь.

Я понимю. Я снов вспоминю бессмертную фрзочку урод: "Тот, кто уходит туд, никогд не возврщется".

- Говорить вы будете здесь.

- Мы?!

- Д, ты и они. Ты - мое доверенное лицо, Мелкий.

Ккя честь для меня.

- А о чем я буду говорить с ними?

- Если не будешь перебивть меня своими дурцкими вопросми, то скоро узнешь, - терпеливо ответил Кривой, - Итк, говорить вы будете здесь, я буду слушть, нходясь в смежной комнтке з зновесочкой.

Кривой укзл мне, где конкретно он будет, потом подробно объяснил мне суть возложенной н меня здчи, объяснил, потом зствил повторить чуть ли не три рз, нверное, полгет, что я дебильный и с первого рз ну никк не зпомню. Что ж, двно он меня знет, нверное успел изучить.

С меня сняли мои лохмотья. Меня вымыли. Меня одели в чуть потертые джинсы и приличную куртку, я должен был выглядеть нормльным мльчиком и не привлекть к себе особенно пристльного внимния прохожих...

Рссмтривя себя, ткого чистенького и тк хорошо одетого, я с ужсом предствлял, где мне придется пролезть, чтобы привести этих двоих куд ндо. Одно только рдовло мне сердце и зствляло слдостно улыбться: это был мысль о том, что тм же, где и мне, придется лезть прекрсному и восхитительному сэру Лнселоту, утонченному эстету, который не пожлел своих дорогостоящих ромтизторов для бедной вонючей Рыбки... Ты у меня еще тк пхнуть будешь, блгородный Черный Плщ! Ты у меня будешь БЛАГОУХАТЬ!

Когд я выбрлся н поверхность, то едв не здохнулся от сильного ветр, удрившего мне в лицо, от миллионов зпхов, я просто облдел от шум, грохот, гул людских голосов. Я был сржен приступом грофобии, стоял, втянув голову в плечи и прислонясь спиной к стволу дерев, безумный мой взгляд тонул в бескрйности горизонт. Нет горизонтов в городе Москв, кругом дом, столбы, плтки и люди... люди... люди, но я отвык от людей, от ткого их количеств, я отвык от неб, оно кзлось мне огромным и подвляющим, и здние н другом конце улицы было длеким, кк горизонт.

Был середин ноября, тк мне скзли, когд вышвыривли н поверхность, но снег не было, и было достточно тепло для ткого времени год, что еще больше дезориентировло меня и... мне хотелось обртно под землю, в черные пещеры, в узкие переходы. Пнически хотелось.

Последнее время мне снилось небо, почти кждую ночь.

Мне снилсь трв, деревья, солнечные блики н сфльте, и я просыплся чуть ли не в слезх, теперь... я боюсь оторвть спину от дерев. Что же ткое случилось со мной?

Я здесь чужой. Это ужсно, но я действительно здесь чужой. Империя переродил меня, сделл мутнтом, я больше не могу жить н поверхности!

С рннего утр я бродил в рйоне стнции Бумнскя, медленно и осторожно, кк инвлид, впервые вствший с костылей. Я бродил по прку, слушя почти неуловимый шорох тлеющих листьев под ногми, вдыхя их зпх, терпкий, свежий, острый зпх осени.

Когд нступет вечер и приближется чс моей встречи с предполгемыми убийцми Сбнэк, я понимю - ничто не в силх зствить меня снов лезть под землю. Ничто!

А не сбежть ли мне? Не пойти ли мне домой, не рсскзть ли все родителям? И пусть доблестные солдты ОМОН... эх, жлко, что невозможно это, невозможно просто потому, что никто не поверит мне.

И я отпрвляюсь н пустырь в нзнченное место.

Выполняя подробные укзния Кривого, я не срзу подхожу к двоим мужчинм, стоящим вроде бы кк рз тм, где ндо, я обхожу вокруг и своими привычными к темноте глзми, внимтельно оглядывюсь: не притился ли поблизости кто-нибудь еще.

Нет, их действительно только двое. Дюжий мужчин в джинсх и черной куртке - это отец Ольги, молодой прень в светлых брючкх и светлом плще... сэр Лнселот.

Можешь с плщем попрощться!

Я нходился от них в нескольких шгх и успел рссмотреть очень хорошо, они же, рзумеется, дже не зметили меня, не видят они ни фиг в темноте, туго им придется, бедненьким, в нших подземельях.

От нзнченного времени прошло уже пять минут, я нрочно не торопился подходить к ним, и они нчли волновться.

Новый русский зкурил очередную сигрету, срзу же вслед з предыдущей. А Зорро (в светлом плщике) с беспокойством оглядывлся по сторонм. Неужели ндеется рзглядеть что-нибудь? Д вот же я, под смым вшим носом! Они молчт, вслушивются в тишину, боятся быть зстигнутыми врсплох, и я нрочно подкрдывюсь к ним тк близко, что дже слышу их дыхние... и громко кшляю.

Вы б видели, кк они подпрыгнули!

- Привет вм от Кривого! - говорю я, стилизуя голос под блтной.

- Это ты - Мелкий? - спршивет новый русский.

- Нет, я крупный.

Не могу я выдержть стиля. Д рзве я тяну н блтного с моей-то внешностью, глвное, с моей сутью?

- Д Мелкий я, Мелкий! - скзл я, не в силх сдержть улыбку, хорошо, что они все рвно не увидят ее в темноте, - Двйте, идите со мной...

И мы пошли.

Они молчли, и я молчл. Кк три бесплотные тени мы скользили вдоль стен домов, зворчивли в кривые переулочки, в узкие дворики. Я нрочно вел их смым стрнным и зпутнным путем, чтобы ни з что они не вспомнили дороги, чтобы ни з что не смогли нйти ее смостоятельно.

Мы спускемся в подвл полурзрушенного дом, и я поднимю люк.

- Сюд двйте...

- Сюд? - неожиднно восклицет сэр Лнселот, - Я туд должен лезть?!

И смотрит н меня, кк н безумц.

- Не хочешь, не лезь, - отвечю я рвнодушно.

- Перестнь пясничть! - устло и обреченно говорит новый русский, - Ты ж не н дискотеку собирлся...

- Д, я предполгл что-то подобное... - пробормотл высокоэстетичный юнош, с опской зглядывя вниз.

Х-х, предполгл он! Ты еще не знешь ГДЕ я собирюсь тебя провести!

- Я пойду первым, - скзл я и, зрнее злордствуя, добвил, - Идите прямо з мной. След в след. Рукми ни з что не хвтться - только тм, где я скжу, то в рдиционные отходы вляпетесь, срзу вся кож слезет... И крыс не пугйтесь, они тм носятся по трубм, кк торпеды, но они вм не сделют ничего, рзве что укусят.

Милый Венечк посмотрел н меня с ужсом. Можно скзть, я был удовлетворен.

- Скжи, что ты врешь, - попросил он смиренно.

- Не-ет, не вру.

- Андрей, я пойду в середине, хорошо?

- Д иди ты где хочешь, - мрчно буркнул Андрей.

Я повел их ткой дорогой, по которой см не ходил никогд! И не только потому, что противно, но и опсно еще.

Кривой просил меня вести их кружными путями, выбирл я их н свой вкус. Я должен был отомстить этому новому русскому з избитую Рыбку, Венечке... з то, что он ткой!

Один единственный рз вы здесь пройдете и, уверяю, не збудете этого никогд! До конц своих дней!

- Смотрите, не упдите, - зботливо предупредил я, когд мы нчли спускться.

Кривой, когд узнл о моей выходке, чуть не убил меня.

А узнл он о ней срзу, кк только мы пришли. Понял по зпху, которым мы пропитлись, кжется, до смых костей.

Впрочем, через коллектор мы шли недолго, всего лишь метров двдцть, я же н сдист все-тки... д и не мзохист, потом мы петляли бесконечными переходми, где были проложены ржвые, текущие повсеместно трубы, телефонные кбели... в общем, все кк обычно, в одном месте пришлось дже ползти н пузе - збыл я о том, что кое-где трубы уложили под бетон - но не могу же я помнить все! Я не компьютер!

Тк что, когд мы пришли н место, то предствляли из себя достойные обрзцы жителей трущоб. Особенно милый Венечк. Тк что я вполне был удовлетворен местью.

В смом сердце Империи передвигться следовло осторожно. Никто не должен был видеть посторонних, поэтому я вел их не совсем обычным путем, тем, который мы с Кривым специльно придумли для них - темные и грязные подземелья, вонь, крысы и - внезпно т миленькя пещерк со школьной пртой и дохлым стульчиком, освещення керосиновой лмпой столетней двности.

Кк пртизны, ей Богу!

Убогое сие место вызвло у нших гостей ткую бурную рекцию, словно они попли в црские плты. Я их понимю, конечно - тм было сухо, тм было относительно тепло и светло.

- О черт! - воскликнул сэр Лнселот, когд увидел, во что превртился его светлый плщик. Он смотрел н себя с ужсом и отврщением, но не скзл больше ни слов. Нверное, не было у него слов. мы проделли долгий путь, и все устли порядочно, эти двое особенно, мне то что - я привычный, и милый Венечк долго и уныло осмтривя дохлый стульчик, решил-тки сесть н него. предврительно он положил н него гзетку, чем привел меня в состояние восторг, д и нового русского тоже.

- Ну ты!.. - он дже не ншелся что скзть.

- Я вм мешю? - устло буркнул Венечк, - Мло ли ккой зрзный н нем сидел...

Воистину, сэр Лнселот нчинет мне нрвиться!

Кривой сидел н этом стульчике. Дргоценный нш Алстор и будущий Сбнэк! И, между прочим, он слышит все!

Я тк был блгодрен Венечке з сего слов, что дже предупредил:

- Осторожно, он сломнный.

Венечк предупреждению внял и опустился н стул со всей возможной осторожностью.

- Итк? - произнес новый русский, теряя терпение.

"У нс товр, у вс купец", - зхотелось мне скзть, но я сдержлся, все-тки дело действительно серьезное.

- Итк, вы хотите убить Сбнэк, - скзл я глубокомысленно.

- Я хочу убить ту скотину, которя похитил мою девочку и ту, которя ндруглсь нд ней! Это единственное, что меня интересует!

- Мы тк и поняли, - зметил я, отчетливо видя в глзх господин Крушинского желние побить меня головой о стену или проделть еще что-нибудь в этом роде.

Я кк следует нслдился пузой и только было собрлся продолжть, кк неожиднно появился Кривой. Появился он нмного рньше оговоренного срок, и я воззрился н него с недоумением.

- Пошел вон отсюд, - скзл мне Кривой и по тону его голос я понял, что он сильно рссержен.

Д, пожлуй переборщил я с местью з Рыбку... Достнется мне теперь... Ну, д лдно. Кк можно тише и незметнее я юркнул з знвесочку, лучше уж теперь не привлекть к себе внимния, вось, збудут.

Дльнейший рзговор я слушл уже оттуд.

- Вы здесь не н увеселительной прогулке по экзотическим местм, - скзл Кривой господину Крушинскому, - Нм тоже, знете, не до рзвлечений, тк что извольте слушть внимтельно то, что я нмеревюсь вм скзть!

Брво, Кривой!

- Не думйте, что вы слишком хорошя кндидтур для предстоящего дел, мы долго думли прежде чем принять решение... относительно вс, и все же решили пойти вм нвстречу, единственно потому, что вы лицо зинтересовнное в удчном исходе предприятия не меньше, чем мы.

Бтюшки, во дет! Никк Кривой до того, кк окзлся в кнлизции был депуттом госудрственной думы!

- А кто это вы? - поинтересовлся господин Крушинский.

- Вот это вм знть совсем необязтельно.

- Хорошо. Что я должен знть?

- Во-первых, вы должны точно придерживться моих укзний. Вы поняли? Досконльно! Ствк здесь - вш жизнь.

Млейшя ошибк, и ничто уже не спсет вс. И спрведливости не совершите и сми угодите... в коллектор.

- О! - воскликнул сэр Лнселот.

- Д, молодой человек, вс это тоже ксется.

- Я уже понял, - уныло скзл Венечк.

- А во-вторых? - осведомился Крушинский.

Он, по видимому, не особенно боялся коллектор. Эх, ндо было его чуть позже тм провести, по другому зговорил бы!

- А во-вторых, речь пок у нс с вми будет идти только о Сбнэке, то есть о том человеке, который сожительствовл с вшей дочерью.

- Что это еще з кликух? - злобно хмыкнул новый русский.

- Можете нзывть его кк хотите, глвное, чтобы вы понимли, о чем идет речь. Тк вот, господин Крушинский, убить этого человек и есть смя большя сложность. Но мы почти рзрботли плн, вм нужно будет только нжть н курок. Вы спрячетесь в том месте, которое мы вм укжем, стреляете в Сбнэк и уходите потйным путем, которым проведет вс Мелкий н поверхность. После чего возврщетесь домой и сидите тихо, пок мы не сообщимся с вми. Определення доля риск есть, но...

- Тк, второй?! - резко оборвл его Крушинский.

- Второй потом. Вжнее уничтожить Сбнэк. Того другого я... мы вм отддим чуть позже, когд вся эт история уляжется.

- Ккие вы можете дть мне грнтии?

Воцрилось молчние н несколько мгновений. По-видимому, господин Крушинский поверг Кривого в сильное недоумение.

- Вы хотите грнтий? Ну знете, вы не в своей фирме, и мы с вми договор не подписывем. Рискуем мы с вми одинково и рискуем жизнью.

- Ну, положим, я рискую больше. Не стнете же вы отрицть, что если мне не удстся уйти, меня убьют, вы... ну, н вс-то вряд ли пдет подозрение. Тк что позвольте мне тоже свои условия ствить.

- Я вс слушю...

- Я не уверен, что после совершения этого первого убийств, вы вспомните обо мне и укжете н второго...

- Если вы пообещете мне не трогть его до того, кк я вм позволю, я нзову вм его имя хоть сейчс.

- Обещю...

- Имя этого человек Дед Николй, Мелкий покжет вм его звтр.

- И еще я хотел бы грнтии, что убив этого... Сбнэк, я не буду схвчен н месте, и у меня будет возможность уйти.

- Повторяю, у вс будет ткя возможность, если не нрушите инструкции. А грнтии... Вм смому не смешно? Ккие могут быть грнтии? Вы бы уж подумли хорошенько, господин Крушинский, прежде чем строить плны мести, неужели вм в голову не приходило, что это может быть опсно?

- Лдно, збудьте о том, что я говорил... Когд?

- Я позвоню вм.

Смертный приговор был подписн.

З несколько минут - подписн троим. Сбнэк, господин Крушинский и Венечк должны умереть.

Я сидел, я слушл их голос, взволновнные, жестокие, нсмешливые. Холодный, отрывистый - господин Крушинского, мягкий и нежный - сэр Лнселот...

Когд мы только впервые говорили с Кривым об этих людях, он вырзился очень ясно - они должны умереть. Вернее, речь тогд шл только об одном, о господине Крушинском, об исполнителе. Н то, что появится еще и сэр Лнселот, никто не рссчитывл.

Знл бы Рыбк, что ее герой сейчс здесь... и что он обречен. Что бы сделл он?..

А н моей совести еще дв труп. Потому что я опять все зню, черт побери, и потому что я снов ничего не смогу изменить!

Кривой уверяет Крушинского, что ему почти ничего не угрожет... что Мелкий проведет его потйным ходом. Д, господину Крушинскому и шг не ддут ступить после того, кк выстрел прозвучит. И Алстор собственноручно убьет его, потому что просто не может инче! Потому что не быть ему инче Сбнэком, потому что поштнется вторитет Империи, потому что нельзя допустить, чтобы нши секреты вышли нверх! Был бы господин Крушинский поумнее, см понял бы все, был бы Кривой чуть почестнее...

И не врли бы друг другу, и не изворчивлись, обговорили бы все от и до, кк подобло бы мужикм.

В любом случе придется господину Крушинскому рискнуть, просто потому, что если Сбнэк будет жив, никогд не оствит он его семейку в покое. Тк что выбор у господин Крушинского, собственно, и нет. Жль только сэр Лнселот, которого он притщил с собой. Для охрны что ли? Лучше бы мбл ккого-нибудь прихвтил, чем этого, который от вид крови в обморок упдет.

Они говорили долго, тк долго, что я успел зснуть. Мне их рзговор, прямо скжем, интересен не был. Я и тк знл, о чем они говорить будут и до чего договорятся. И знл я, чем должно все кончиться. Должно... Но это вовсе не знчит, что кончилось все именно тк, кк должно.

Когд Кривой с господином Крушинским обговорили все детли, я блгополучно вывел дргоценных нших гостей н поверхность. Минуя коллектор н сей рз. Не из гумнных сообржений, просто тм опсно стло.

Н земле нступло утро...

Господин Крушинский не дожил до дня предполгемого убийств Сбнэк, он умер горздо рньше. И умер единственно из-з собственной глупости своей...

Кк и договривлись они с Кривым, н следующий день после их встречи я покзл господину Крушинскому Дед Николя.

Дед Николй вовсе не был трясущимся стрикном с несчстными глзми, кким прикидывлся и кким хорошо был известен в Люблинском рйоне. Дед Николй был лицом вторитетным и весьм увжемым дже в Империи, ибо поствил он ко двору Великого Жрец не одну мленькую девочку. Любил путешествовть Дед Николй по стрне, и никогд не возврщлся с пустыми рукми... Это в последние месяцы осел он в люблинском рйоне, тк удчно, чтобы господину Крушинскому долго искть его не пришлось!

О том, ккую глупость совершил Андрей, я узнл лично со слов Кривого...

Дв дня спустя после ншего знимтельного путешествия по кнлизции, господин Крушинский поздним вечером выследил Дед Николя в темном переулке и приствил к виску его пистолет с глушителем.

Возможно, все обошлось бы. Убил бы Крушинский гнусного этого бомж... Но все дло в том, что гнусный бомж очень умело притворялся несчстным, больным, бездомным стриком, который н лдн дышит и вот-вот копыт откинет.

Кк ни зол был Крушинский н всех бомжей, вместе взятых, не смог он просто зстрелить стрик, который действительно выглядел несчстным и больным! Он принялся объяснять ему, почему и з что собирется лишить его жизни.

Дед Николй перепуглся не н шутку, он что-то лепетл, бормотл и прикидывлся непонимющим.

Очень хорошо предствляю себе эту сцену...

- Что вы... Что вы... Господин хороший! Я тут у мгзин ящики помогю рзгружть! Вм тут любой скжет! Ккие девочки, о чем вы говорите! Я вс не понимю! Отпустите, Бог рди, не губите душу! Чем мешет вм несчстный стрик?

Дед Николй не нпрсно тянул время. Поблизости у него всегд был пр-тройк дружков, которые помогут в случе чего. Их появления Дед Николй и дожидлся...

Дождлся, конечно.

После я узнл, что Крушинскому отсекли голову и подкинули родственникм. Для устршения. Не думю, что Кривой был иницитором этого глупого фрс ему-то зчем родственников устршть? Нверняк, это еще кто-нибудь придумл. Хвтет среди нших шизофреников.

Я увидел Кривого уже поздним вечером этого злополучного дня, когд голов господин Крушинского уже пребывл в морозильной кмере его собственного холодильник, тело в земле подмосковного лесочк.

Кривой был в бешенстве.

Я сидел н дохлом стульчике, н котором несколько дней нзд сидел сэр Лнселот, и смиренно слушл крутой витьевтый мт из уст великого Алстор, рдуясь уже тому, что Алстор не вспоминет о том, кто предложил ему кндидтуру ненормльного "нового русского".

Выложив весь свой словрный зпс и, вероятно, утомившись, Кривой скзл мне:

- Что ж, теперь нм ничего другого не остется, кк использовть мльчишку Лещинского... У нс просто нет теперь другого выход.

- Д ни фиг не получится у него! - воскликнул я с чувством.

- Может, и не получится... Дже нверняк не получится, если быть честным, но теперь никто иной н роль убийцы, кроме кк родственник девочки, не годится. Инче будет создвться впечтление, что вся Москв о нс знет и высылет охотников по одному! Ко всему прочему, прнишк тк и тк обречен... Тк пусть уж з родственников жизнью пожертвует!

Тк что - двй, Мелкий, встреться с ним звтр и тщи ко мне сюд. И только попробуй мне выпендривться, кк в прошлый рз!

Выпендривться... Ккой уж тм!

Слишком много смертей, Кривой! Слишком! Это нм см Бог велел дохнуть, кк Крысм, потому что мы и живем, кк крысы, но не им же!

Сбнэк убить - не большого труд стоит: Кривой см бы зпросто сделл это, только вот в тком случе смому ему никогд Сбнэком не стть. У меня голов идет кругом от этих идиотских дворцовых интриг. Фнтстический ромн ккой-то!

Или - боевик в стиле фэнтези...

Крушинский... Лдно, с Крушинским проехли уже, он см, идиот, нрвлся. А сэр Лнселот ндо попытться спсти...

Ндо подумть, кк бы все устроить! Ндо хорошенько подумть!

Глв 5

НАСТЯ

С того дня, когд Олю снов пытлись похитить, к Лилии Михйловне ее почти все время возил я, потому что я не рботл и могл отсиживть тм по четыре чс, читя ккую-нибудь книжку.

А в тот день, когд Андрей с Веником ушли н ккую-то згдочную встречу, я кк рз дочитл "Ведьмк".

Вернее, дочитл я его еще днем, сидя н дивнчике в гостиной Лилии Михйловны, н встречу они пошли поздно вечером, и Веник для ткого случя оделся почти дже скромно, или хотя бы - неброско.

Переживл я ужсно. Поэтому спть не ложилсь. Уложил Ольгу и, чтобы отвлечься от скорбных мыслей, сел смотреть по "видику" мою любимую комедию-продию: "Возврщение живых мертвецов". Очень веселя вещь! Особенно т сцен, в которой глвные герои выясняют, что умерли и сми этого не зметили...

Где-то в рзгр мертвяческого веселья, рздлся звонок в дверь. У меня сердце рухнуло вниз и, рзделившись н две половинки, збилось в щиколоткх.

Кто это может быть?

Андрей и Веник вернулись с "дел" живые и невредимые?

Или - те, кто вымнил их из дом хитростью, пришли убивть меня и похищть Ольгу?

...Или - это возврщение живых мертвецов?!!

Всякое могло быть...

Я посмотрел в глзок и увидел что-то несусветное, жуткое и гдкое. Но нш глзок оствляет желть лучшего - я уже говорил об этом...

И я спросил тонким робким голосом:

- Кто тм?

И из-з двери мне ответил смый восхитительный мужской голос, ккой мне приходилось когд-либо слышть! Мягкий, брхтный, чуть вкрдчивый воплощення любезность звучл в смом голосе, не только в словх! - с легким приятным кцентом...

- Это квртир Крушинских? - и, не дожидясь моего ответ. -Моя фмилия Лещинский, я - тесть Андрея Николевич.

- Д-д... Это квртир Крушинских, но муж нет дом...

Рстерялсь я ужсно. Дже хуже, чем в случе с Веником. Потому что Веник явился ко мне днем. А сейчс был глубокя ночь...

- Вы - Анстсия? Вы мне звонили? Я прилетел сегодня в полдень из Крков. Приехл в квртиру сын. Ншел зписку от него - Венимин просил меня приехть сюд и дожидться здесь. Я пробовл вм дозвониться, но у вс знять уже несколько чсов...

Конечно, нехорошо держть гостя под дверью, но я сбегл н кухню и проверил телефон.

Трубк действительно неплотно лежл! Вот ведь холер!

А если Андрей тоже пытлся дозвониться?!!

Я вернулсь к двери и открыл, не вдвясь в дльнейшие рсспросы.

И обомлел...

Я ведь предствлял себе Юзеф Теодорович стричком!

Шестидесятилетним стрцем!

Передо мной стоял... Конечно же, не мльчик, нет. Но высокий, худощвый, седоволосый, тонколикий, с желтыми пронзительными кошчьими глзми - передо мной стоял Герльт из Ривии, мужчин моей мечты!

И уж точно - я не дл бы ему шестьдесят, я дл бы ему от силы сорок пять! И одет он был не тк, кк одевются стрички... По костюму - типичный шестидесятник, предствитель богемы - джинсы, длинный грубый свитер, длиння змшевя куртк, волосы чуть длиннее, чем теперь носят, шейный плток... И, глвное, он не выглядел в этом костюме смешно, кк выглядят обычно люди, не змечющие своего возрст он выглядел кк человек без возрст, он выглядел очень естественно, еще... Еще - я понял, в кого Веник унследовл мягкую плстику движений и обворожительную порочность улыбки и взгляд!

- Я могу зйти? - поинтересовлся Герльт из Ривии, ибо я стоял н пороге молч, с широко рскрытыми восторженными глзми.

- Д, д, конечно...

- Тк где же в столь поздний чс нходятся мой сын и вш супруг?

- Не зню... Андрей не зхотел меня посвятить. Не счел нужным. Сми понимете: мужские дел! - весело скзл я, проклиня себя з эту неуместную веселость.

...Почему-то всегд, когд мне кто-то нрвится, я нчиню вести себя тк, что человек воспринимет меня куд большей идиоткой, чем я есть н смом деле. Не зню, почему тк получется! Нверное, крм...

Вот и сейчс - взял совершенно неверный тон: эткя беспечня птшк-щебетунья, не желющя понимть серьезности сложившегося положения.

- Это ксется Ольги? - спросил Лещинский, теряя свою приветливость.

- Д... Кжется.

- А где сейчс Ольг?

- У себя. В комнте. Спит...

- Я могу... К ней? - голос у него дрогнул.

- Д, д, конечно, - зсуетилсь я. -Вон туд, пожлуйст!

Я приоткрыл дверь в комнту Оли.

Ночник горел приглушенным желтым светом.

Юзеф Теодорович мгновенье стоял н пороге, словно нбирясь сил для следующего шг.

Вошел...

Склонился нд постелью девочки, нд темной головкой, утонувшей в подушке, осторожно отвел пряди, скрыввшие ее лицо...

- Оля! Оленьк! - теперь его голос звучл, кк стон...

Ольг проснулсь...

Повернулсь к нему...

Посмотрел - серьезно, взыскующе, кк он н всех нс смотрел...

И - улыбнулсь!

Он улыбнулсь ему!

Обвил его шею рукми!

Боже, он же никогд никого не обнимл, он же ненвидел лски, лишь иногд - очень редко, когд зсыпл, см нырял в мои руки, в мои объятия... Но никогд не пытлсь обнять меня!

- Дедуля... Дедушк мой! Знешь, я же тебя не збыл!

Совсем-совсем не збыл!

Я умиленно всхлипнул, совсем кк т нянечк, в больнице... И Юзеф Теодорович стремительно обернулся ко мне, сверкнул глзми.

- Вы не могли бы оствить нс одних?!

Могл бы.

Я притворил дверь и ушл к себе.

Досмтривть "Возврщение живых мертвецов".

Я решил вовсе не ложиться в ту ночь. Дождться Андрея и Веник... Все рвно я бы не зснул.

Когд фильм окончился ( продия н хэппи-энд - н зхвченные ожившими мертвецми квртлы сбрсывют томную бомбу, уничтожя зодно и всех оствшихся в живых положительных персонжей ), я отпрвилсь н кухню готовить чй.

А потом н кухню пришел Юзеф.

И здесь-то я в него по-нстоящему влюбилсь.

Я не могу объяснить, почему. Он не сделл ничего ткого, что делют герои ромнов, чтобы женщин влюбилсь в них... Я хочу скзть, что н ухживния у него не было ни времени, ни возможностей ( ведь все происходило н кухне где здесь взять корзину прмских филок и изумрудное колье?

- уж о прогулке н прходе, кк в фильме "Жестокий ромнс", или - об обещнии мне российской короны, кк в фильме "Црскя охот", речи и вовсе не шло! ). Он не совершил никкого блгородного поступк, чтобы звоевть мое сердце, не спсл мою жизнь и честь, зщищя меня от хулигнов ( или - не вывозил меня из горящей Атлнты, кк в "Унесенных ветром"). Он дже не обесчестил меня прямо н полу кухни, покорив при этом своею неистовой стрстью и сексульной кробтикой ( кк это случется почти во всех современных любовных ромнх - герой нсилует героиню, после чего героиня в него влюбляется!). Нет, не было ничего ткого... Он не читл мне стихов. Нпротив, был холоден и ироничен. Конечно, он рсскзл мне много всякого интересного, уж рсскзывть он умел тк, что, зслушвшись его, можно было и смерти своей не зметить - нстоящий Кот Бюн! - истории, рсскзнные Юзефом, стновились не только зримы, но дже ощущемы... И все рвно - это не то, из-з чего влюбляются! А я - влюбилсь. И проще всего, нверное, скзть, что мы с Юзефом были суждены друг другу. Преднзнчены. И я его просто узнл...

С первого же взгляд. Нет, дже с первого же звук его голос! Еще тогд, по телефону... А теперь - я нслждлсь и звуком голос, и мимикой, и мгией взгляд, и ждно ловил кждое прикосновение его руки к моей руке...

В общем, все кк и полгется в любви.

Если бы знть еще, почему!!!

А может, лучше и не знть... Просто - пришло. Потому что суждено. Потому что я его всегд ждл. Или - ткого, кк он. Потому что он целиком соответствует моему иделу.

Потому что...

...Теперь, спустя время, я могу добвить еще одно "потому что" - потому что Юзеф был похож н моего отц, но, в отличии от отц, с Юзефом я не был связн ( и рзделен ) кровным родством, и Юзеф, при удчном стечении обстоятельств, мог бы приндлежть мне, приндлежть по-нстоящему и только мне, мне, не ммочке!!!

Но тогд, н кухне, я этого всего, конечно же, не понимл, но - я был влюблен, я осознвл это, я нслждлсь неведомым доселе и очень приятным чувством, я дже был почти огорчен, когд вернулись Андрей и Веник, нрушив нше с Юзефом уединение.

...И ндо было видеть лицо Веник в тот момент, когд он встретился с отцом!

Испуг, смущение, восторг... Любовь... Нежность... И что-то жлобное... Смиренный, любящий и боязливый взгляд! У меня все внутри перевернулось - я вспомнил "двор моего детств" и хорошенькую беленькую собчку, которую ее хозяев-лимитчики купили для збвы своим тупоголовым деткм, потом, когд он ндоел, вышвырнули. Он жил у нс во дворе, питлсь тем, что ей двли сердобольные люди, и день-деньской пролеживл у своего бывшего подъезд, чтобы увидеть своих бывших хозяев, чтобы издли полюбовться н них ( приближться к ним он боялсь - ее не рз отгоняли пинкми ) и приветственно повилять поджтым хвостиком. К зиме собчк исчезл - или змерзл нсмерть, или отловили ее, неопытную, живодеры. Но меня ее взгляд тк рнил, меня тк тронул ее преднность ( многие пытлись взять ее в дом - уж тк он был мил и прелестн! - но он всякий рз возврщлсь во двор, к своему строму подъезду ), что я н всю жизнь зпомнил... И теперь, когд увидел, КАК Веник смотрит н отц... И кк пинет его душу Юзеф, оствясь ровным, рвнодушно-любезным, обрщясь больше к Андрею, чем к сыну...

Моя любовь едв не погибл в зчтке.

Ее едв не сожгл жлость к Венику!

Но, видно, Юзеф был мне все-тки сужден...

А от Судьбы не скроешься!

Все, что происходило в дльнейшие дни, происходило кк бы вне меня, вне моей жизни... И не только потому, что мужчины не посвящли меня в происходящее, но еще и потому, что я целиком был охвчен новым чувством ( любовью к Юзефу ) и взлелеивнием его ( то кк бы не кончилось рньше времени!).

Я стл рссеян, сентиментльн и слезлив.

Я стл эгоцентричн, кк и все влюбленные.

Андрей меня рздржл. Я дже рдовлсь, когд он уходил из дом по своим тинственным делм, уходил он чсто и ндолго и не всегд брл с собою Веник.

Оля меня рздржл.

А к Венику я ревновл Юзеф.

Впрочем, и к Оле тоже...

Нверное, если бы я знл, что эти дни - последние для Андрея, я был бы горздо нежнее и терпеливее с ним.

Но, к счстью, я не знл...

Это хорошо, что мы не можем знть точного срок своей смерти. А тк же срок смерти нших близких, пусть дже и не любимых, но - близких...

Ведь и с ум можно сойти, если знть нверняк и ждть этого!

Я и тк едв не сошл с ум, когд обнружил в холодильнике отрубленную голову Андрея!

Я же не могл ожидть ничего подобного...

Андрей чсто говорил, что может погибнуть, но я кк-то не принимл всерьез его слов.

А нкнуне того дня, когд я ншл в холодильнике его голову, Андрей ушел куд-то - один, без Веник - и не вернулся нутро, но я все рвно не особенно волновлсь, я уже привыкл и притерпелсь к ншей неестественной жизни, тков ведь зкон дилектики, что человек ко всему в конце-концов привыкет и претерпевется, дже к жизни, полной тйн, умолчний, ночных отлучек, предскзний скорой смерти и постоянного чувств опсности...

Я не волновлсь в то утро.

Я отвел Олю к Лилии Михйловне.

Сидел н дивнчике в столовой, читл "Влькирию" в восьмой рз...

Н обртном пути купил яйц и очень вкусные копченые срдельки...

Придя домой, поспешил к холодильнику, чтобы переложить яйц из нендежной сеточки в судок.

В холодильнике, н блюде из нглийского столового сервиз, лежл отрублення голов Андрея.

Моего муж...

...И я подумл, что из двух вринтов рзлуки с ним, я все-тки предпочл бы рзвод.

И пошл звонить Венику.

Веник дом не было, зто был Юзеф.

Я рсскзл ему все, кк есть.

Я не скзл только о стрнной улыбке, появившейся н личике Ольги в тот момент, когд он увидел мое бледное, перекошенное лицо!

Юзеф примчлся уже через пол чс...

Упковл голову Андрея в мрлю и целлофн, спрятл в морозилку. Обещл тйно похоронить ее, кк только хоть что-нибудь прояснится.

Потом, ближе к вечеру, пришел Веник.

Мне покзлось, он уже знл, что Андрей - мертв, когд входил в мою квртиру. Еще до того, кк я ему скзл...

Но то, что голову Андрея подкинули в нш холодильник, несколько удивило его.

Веник скзл, что шнсов нйти тело Андрея у нс нет.

Что его скорее всего уже сбросили в коллектор. Что "они" всегд тк делют.

Я спросил, кто ткие "они" и что ткое коллектор.

Веник ответил только н второй вопрос: коллектор - это большя труб, полня экскрементов. В эту трубу стекются экскременты из всех московских тулетов...

При мысли об обезглвленном теле Андрея, плывущем среди экскрементов в итльянском костюме, фрнцузской куртке и нглийских ботинкх, мне стло дурно. По-нстоящему дурно.

Н ккое-то мгновение я дже потерял сознние. Потом пришл в себя. И меня вырвло в тз, подствленный Юзефом. Потом я полоскл рот зубным эликсиром из сткнчик, принесенного Веником. Потом я зснул... Кжется, в тот рз еще без сновидений. Кошмрный сон мне привиделся потом... В другую ночь.

Я проснулсь в пять утр.