/ Language: Русский / Genre:prose_rus_classic,

Мученики Сцены

Фазиль Искандер


Искндер Фзиль

Мученики сцены

Фзиль Искндер

Мученики сцены

Однжды к нм в клсс пришел стрый человек. Он скзл, что он ктер ншего городского дрмтического тетр, что зовут его Левкоев Евгений Дмитриевич, что теперь он ведет дрмкружок в ншей школе и сейчс хочет попробовть кое-кого из ншего клсс, чтобы посмотреть, годимся мы в ртисты или нет.

Это был крупный, плотный человек с длинной жилистой шеей, чем-то похожий н отяжелевшего, одышливого орл. Выржение лиц у него было брюзгливое.

И вот, знчит, он объяснил цель своего приход в нш клсс, Алексндр Ивновн нзвл несколько мльчиков и девочек, которых можно было попробовть. Я попл в их число. Я кк-то срзу был уверен, что попду в их число. Я был от природы довольно громоглсен и считл эту особенность дром, хотя еще не совсем понятного, но примерно ткого нзнчения.

Все мы прочли по одному стихотворению. Евгений Дмитриевич из всех выбрл меня (что опять же меня не удивило) и велел н следующий день прийти н знятие дрмкружк, куд должны были собрться кндидты в ртисты.

Н следующий день в нзнченное время я пришел в это помещение, где собрлось человек десять или пятндцть мльчиков и девочек ншего возрст или несколько пострше.

Евгений Дмитриевич окончил знятие с группой стршеклссников и знялся нми. Он скзл, что нм предстоит подготовить к общегородской олимпиде постновку по произведению Алексндр Сергеевич Пушкин "Скзк о попе и о рботнике его Блде".

Для проверки способностей он двл прочесть кждому кусочек скзки. И вот мльчики и девочки стли читть, и многие из них стршно волновлись, еще дожидясь своей очереди, некоторые из них сучили ногми и дже слегк подпрыгивли.

Скорее всего, от этого волнения, нчиня читть, они путли слов, зиклись, уж о громоглсности и говорить нечего - громоглсностью никто из них не облдл. Вероятно, по этой причине я чувствовл себя спокойно.

И не только спокойно. Я почему-то был уверен, что роль Блды, конечно, достнется мне, и что Евгений Дмитриевич об этом знет, но чтобы не обижть других приглшенных ребят, он вынужден с ними немного повозиться.

Удивительно, что, когд кто-нибудь из ребят ошиблся в интонции или непрвильно произносил слово, я с ничем не опрвднным нхльством стрлся переглянуться с Евгением Дмитриевичем, кк переглядывется Посвященный с Посвященным, хотя з всю свою жизнь только один рз был в тетре, где мне больше всего понрвилсь ловко изобрження при помощи световых эффектов мчщяся мшин.

Н мой взгляд Посвященного Евгений Дмитриевич отвечл несколько удивленным, но не отвергющим мою посвященность взглядом. Когд дело дошло до меня, я спокойно прочел зднный кусок. Я читл его с легким утробным гудением, что должно было ознчть нличие больших голосовых возможностей, которые сдерживются дисциплиной и скромностью чтец.

- Вот ты и будешь Блдой, - клекотнул Евгений Дмитриевич.

В сущности, я ничего другого не ожидл.

Одному мльчику, который был стрше меня год н дв и читл с довольно ужсным мингрельским кцентом, он скзл:

- Ты свободен...

Мне дже стло жлко его. Ведь Евгений Дмитриевич этими словми нмекнул, что этот мльчик никуд не годится. Другим он или ничего не говорил, или двл знть, что должен подумть об их судьбе. А этому прямо тк и скзл. Кстти, звли его Жор Куркулия.

- Можно, я просто тк побуду? - скзл Шор и улыбнулся жлкой, глвное - совершенно не обиженной улыбкой.

Евгений Дмитриевич пожл плечми и, кжется, в этот же миг збыл о существовнии Жоры Куркулия.

В этот день он рспределял роли, и мы стли готовиться к олимпиде. Репетиции двжды в неделю проходили в этом же помещении. Стршеклссники ствили сценку из ккой-то бытовой пьесы, после них мы нчинли рзыгрывть свои роли.

После нескольких знятий я вдруг почувствовл, что роль Блды мне ндоел.

Вообще и рньше мне эт скзк не очень нрвилсь, теперь он и вовсе в моих глзх потускнел. Тк или инче, игрл я отвртительно. Чем больше мы репетировли, тем больше я чувствовл, что ни н секунду, ни н мгновение не могу ощутить себя Блдой. Ккое-то чувство внутри меня, которое окзывлось сильнее сознния необходимости войти в обрз, все время с кким-то уличющим презрением к моим фльшивым попыткм (оно, это чувство, тк и кричло внутри меня, что все мои попытки фльшивы) оттлкивло меня от этого обрз.

Внешне все это, конечно, выливлось в деревянную, сковнную игру, которую я пытлся прикрыть своей громоглсностью.

Ндо скзть, что во время первых репетиций, когд еще только рзучивли текст, громоглсность и легкость чтения двли мне некоторые преимуществ перед остльными ребятми, и я время от времени продолжл переглядывться с Евгением Дмитриевичем взглядом Посвященного.

Но потом, когд мы стли по-нстоящему рзыгрывть свои роли, я все еще пытлся громоглсностью прикрыть бездрность своего исполнения и, мло того, продолжл брость н Евгения Дмитриевич уже двно безответные взгляды Посвященного. Он однжды не выдержл и с ткой яростью клекотнул н один из моих посвященных взглядов, что я притих и перестл обрщть его внимние н чужие недосттки.

Может быть, чтобы опрвдть свою плохую игру, я все больше и больше недосттков змечл в обрзе проклятого Блды. Нпример, меня рздржл грубый обмн, когд он, вместо того чтобы тщить кобылу, сел н нее и поехл. Кзлось, кждый дурк, тем более бес, хотя он и бесенок, мог догдться об этом. А то, что бесенку пришлось подлезть под кобылу, кзлось мне подлым и жестоким. Д и вообще мирные черти, вынужденные плтить людям ничем не зслуженный оброк, почему-то были мне приятней и смоуверенного Блды, и ждного поп.

А между прочим, Жор Куркулия все время приходил н репетиции и уже кк-то стл необходим. Он первым брослся отодвигть столы и стулья, чтобы очистить место для сцены, открывл и зкрывл окн, иногд бегл з ппиросми для Евгения Дмитриевич. Он стл кем-то вроде звхоз ншей мленькой труппы.

Однжды Евгений Дмитриевич предложил ему роль здних ног лошди. Жор с удовольствием соглсился.

Мы уже игрли в костюмх. Лошдь был сделн из ккого-то твердого кртон, выкршенного в рыжий цвет. Внутри лошди помещлись дв мльчик: один спереди, другой сзди. Первый просовывл голову в голову лошди и выглядывл оттуд через глзные дырочки. Голов лошди был н винтх прикреплен к туловищу лошди, тк что лошдь довольно легко могл двигть головой, и получлось это естественно, потому что и шея и винты были скрыты под густой гривой.

Первый мльчик должен был ржть, кчть головой и укзывть нпрвление всему туловищу, потому что тм сзди второй мльчик нходился почти в полной темноте. У него был единствення обязнность - оживлять лошдь игрой хвост, к репице которого изнутри был прикреплен деревяння ручк. Тряхнул ручкой - лошдь тряхнул хвостом. Опустил ручку - лошдь поднял хвост.

Об мльчик соответственно игрли передние и здние ноги лошди.

Жор Куркулия получил свою роль после того, кк Евгений Дмитриевич несколько рз пытлся покзть мльчику, игрющему здние ноги лошди, кк выбивть ногми звук глопирующих копыт. У мльчик никк не получлся этот звук. Вернее, когд он вылезл из-под круп лошди, у него этот звук кое-кк получлся, под лошдью получлся непрвильно.

- Вот тк ндо, - вдруг не выдержл Жор Куркулия и без всякого приглшения выскочил и, топоч своими толстенькими ногми, довольно точно изобрзил глопирующую лошдь.

Этот звук, издвемый ногми Жоры, очень понрвился ншему руководителю. Он пытлся зствить мльчик, игрвшего здние ноги лошди, перенять этот звук, но тот никк не мог его перенять. После кждой его попытки Куркулия уже см выходил и точным топньем изобржл глоп. При этом он, подобно чечеточникм, см прислушивлся к мелодии топот и призывл этого мльчик прислушться и перенять. У мльчик получлось горздо хуже, и Евгений Дмитриевич поствил Жору н его место.

Н следующей репетиции Куркулия вдруг из-под здней чсти лошдиного брюх издл рдостное ржние, кк покзлось мне, без ккой-либо видимой причины. Но Евгения Дмитриевич это ржние привело в восторг. Он немедленно извлек Куркулия из-под лошди и несколько рз зствил его зржть. Куркулия ржл рдостно и нежно. Особенно понрвилось Евгению Дмитриевичу, что ржние его кончлось хрпцом, и в смом деле очень похожим н звук, которым лошдь зкнчивет ржние.

- Все понимет, чертенок, - повторял Евгений Дмитриевич, с нслждением слушя Жору.

Рзумеется, он тут же стл требовть от мльчик, игрвшего передние ноги лошди, чтобы он перенял это ржние. После нескольких унылых попыток этого мльчик Евгений Дмитриевич мхнул н него рукой и поствил Жору Куркулия н его место, чтобы не получилось, что лошдь ржет противоположной стороной своего туловищ. Хотя толстые ноги Куркулия больше подходили к здним ногм, пришлось пожертвовть этим небольшим првдоподобием рди првильного рсположения источник ржния.

Репетиции продолжлись. Я продолжл громоглсностью, которую с большой нтяжкой можно было отнести в счет нхрпистости Блды, прикрывть бездрность и дже недобросовестность своего исполнения.

Однжды, когд я споткнулся в одном месте, то есть збыл строчку, вдруг лошдь обернулсь в мою сторону и скзл с явным мингрельским кцентом:

- Попляши-к ты под ншу б-ля-ляйку!

Все рссмеялись, Евгений Дмитриевич скзл:

- Тебе бы цены не было, Куркулия, если бы ты избвился от кцент...

Иногд Жор подскзывл и другим ребятм. Видимо, он всю скзку выучил низусть.

В один прекрсный день, игря с ребятми ншей улицы в футбол, я вдруг зметил, что со стороны школы к нм бежит Жор Куркулия. Он бежл и н ходу делл ккие-то знки рукми, явно имевшие отношение ко мне. Сердце у меня екнуло. Я вспомнил, что мне двно пор н репетицию, я спутл дни недели и считл, что он будет звтр. Куркулия Жор приближлся, продолжя выржть рукми недоумение по поводу моего отсутствия. Было ужсно неприятно видеть все это...

* * *

Когд мы вошли в комнту для репетиций, Евгения Дмитриевич тм не было, и я, ндеясь, что все обойдется, стл быстро переодевться. У меня было ткое чувство, словно если я успею ндеть лпти, косоворотку и рыжий прик с бородой, то см я кк бы отчсти исчезну, превртившись в Блду. И я в смом деле успел переодеться и дже взял в руки толстую, упрямо негнущуюся противную веревку, при помощи которой Блд якобы мутит чертей. В это время в комнту вошел Евгений Дмитриевич. Он посмотрел н меня, и я кк-то притил свою сущность под личиной Блды. Вид его покзлся мне не особенно гневным, и у меня мелькнуло: хорошо, что успел переодеться.

- Одевйся, Куркулия, - кивнул он в мою сторону, - ты будешь н его месте игрть лошдь...

Я выпустил веревку, и он упл, громко стукнув о пол, кк бы продолжя отстивть свою негнущуюся сущность. Я стл рздевться. И хотя до этого я не испытывл от своей роли никкой рдости, я вдруг почувствовл, что глубоко оскорблен и обижен. Обид был тк глубок, что мне было стыдно протестовть против роли лошди. Если бы я стл протестовть, всем стло бы ясно, что я очень дорожу ролью Блды, которую у меня отняли.

А между тем Шор Куркулия стл поспешно одевться, время от времени удивленно поглядывл н меня: мол, кк ты можешь обижться, если см же своим поведением довел до этого Евгения Дмитриевич. Кким-то обрзом его взгляды, нпрвленные н меня, одновременно с этим ознчли и нечто совершенно противоположное: неужели ты и сейчс не обижешься?!

Жор Куркулия быстро оделся, подхвтил мою негнущуюся веревку, крепко тряхнул ею, кк бы пригрозил сделть ее в ближйшее время вполне гнущейся, и предстл перед Евгением Дмитриевичем этким ловким, подтянутым мужичком.

- Молодец! - скзл Евгений Дмитриевич.

"Молодец?! - думл я с язвительным изумлением. - Кк же будет он выступть, когд он лошдь нзывет лёшдью, бллйку - бляляйкой?"

Нчлсь репетиция, и окзлось, что Жор Куркулия прекрсно знет текст, уж игрет явно лучше меня. Првд, произношение у него не улучшилось, но Евгений Дмитриевич тк был доволен его игрой, что стл нходить достоинств и в его произношении, нд которым см же рньше смеялся.

- Дже лучше, - скзл он, - Куркулия будет местным, квкзским Блдой.

А когд Жор стл крутить мою негнущуюся веревку с ккой-то похбной деловитостью и верой, что сейчс он этой веревкой рскрутит мозги всем чертям, при этом не перествя прислушивться своими большими выпуклыми глзми к тому, что происходит якобы н дне, стло ясно - мне с ним не тягться.

Я смотрел н него, удивляясь, что в смом деле у него все получется горздо лучше, чем у меня. Это меня не только не примиряло с ним, но, ноборот, еще больше рздржло и рстрвляло. "Если бы, - думл я, выглядывя из отверстия для лошдиных глз, - я мог поверить, что все это првд, я бы игрл не хуже".

Не прошло и получс со времени моего появления н репетиции, Куркулия уже верхом н мне и своем бывшем нпрнике глопировл по комнте. В довершение всего нпрник этот, рньше игрвший роль передних ног, теперь зпросился н свое строе место, потому что очень быстро выяснилось, что я глопирую и ржу не только хуже Куркулия, но и этого мльчик. После всего, что случилось, я никк не мог бодро глопировть и весело ржть.

- Ржи веселее, рсктистей, - говорил Евгений Дмитриевич и, приложив руку ко рту, ржл см кк-то чересчур блгостно, чересчур доброжелтельно, словно подскзывл Блде, ккое здние дть бесенку.

- Он ржит, кк голёдня лёшдь, - пояснил Жор, выслушв слов Евгения Дмитриевич.

Тот кивнул головой. Кк быстро, думл я с удивлением, Куркулия привык к своему новому положению, кк быстро все збыли, что я полчс тому нзд был Блдой, не ржущей чстью лошди.

Тк или инче, мне пришлось переместиться н место здних ног лошди. Окзлось, что сзди горздо труднее: мло того, что тм было совсем темно, тк, окзывется, еще и Блд основной тяжестью двил н здние ноги. Видимо, обрдоввшись освобождению от этой тяжести, мльчик, вернувшийся н свое прежнее место, весело зржл, и Евгений Дмитриевич был очень доволен этим ржнием.

Тк, нчв с глвной роли Блды, я перешел н смую последнюю - роль здних ног лошди, и мне оствлось только кряхтеть под Жорой и время от времени подергивть з ручку, чтобы у лошди вздымлся хвост.

Но смое ужсное зключлось в том, что я кк-то проговорился тетушке о ншем дрмкружке и о том, что я во время олимпиды буду игрть в городском тетре роль Блды.

- Почему ты должен игрть Блду? - снчл обиделсь он, но потом, когд я ей рзъяснил, что это глвня роль в скзке Пушкин, тщеслвие ее взыгрло.

Многим своим знкомым и подругм он рсскзывл, что я во время школьной олимпиды буду игрть глвную роль по скзкм Пушкин; обобщл он для простоты и отчсти для сокрытия имени глвного героя. Все-тки имя Блды ее несколько коробило.

И вот в нзнченный день мы з кулисми. Тм полным-полно школьников из других школ, кких-то голенстых девчонок, тихо мечущихся перед своим выходом.

Мне-то вся эт пник был ни к чему, у меня было все просто. Я выглянул из-з кулис и увидел в полутьме тысячи человеческих лиц и стл вглядывться в них, ищ тетушку. Вместо нее я вдруг увидел Алексндру Ивновну. Это меня взбодрило, и я мысленно отметил место, где он сидел. У меня дже мелькнул рдостня мысль: что, если тетушку в последнее мгновение что-нибудь отвлекло и он остлсь дом?

Нет, он был здесь. Он сидел в третьем или четвертом ряду, совсем близко от сцены. Он сидел вместе со своей подружкой, тетей Медеей.

Действие уже шло, но тетушк оживленно переговривлсь с тетей Медеей. Во всяком случе, они о чем-то говорили. Это было видно по их лицм. Я понимл, что для тетушки все, что покзывется до моего выступления, что-то вроде журнл перед кинокртиной.

Я с ужсом думл о том, что будет, когд он узнет првду. Теперь у меня оствлсь последняя слбя ндежд - ндежд н пожр. Я слыхл, что в тетрх бывют пожры. Тем более з сценой я см видел двери с обндеживющей крсной ндписью: "Пожрный выход". Именно после того кк я увидел эту дверь с ндписью, у меня вспыхнул ндежд, и я вспомнил душерздирющие описния пожров в тетрх. К тому же я увидел з сценой живого пожрник в кске. Он стоял у стены и с тусклой противопожрной неприязнью следил з мелькющими мльчишкми и девчонкми.

Но время идет, пожр все нет и нет. (Между прочим, через несколько лет нш тетр все-тки сгорел, что лишний рз подтверждет ту првильную, бесплодную мысль, что нши мечты сбывются слишком поздно.)

И вот нчлось нше предствление. Я со своим нпрником должен был выступить несколько позже, поэтому я снов высунулся. Жор Куркулия стоял нд оркестровой ямой и крутил свою веревку, чтобы вызвть оттуд строго черт. Он смотрел н Шору Куркулия тк, словно хотел скзть: "Убийц, скжи хотя бы, куд ты дел труп моего любимого племянник?"

У меня еще оствлсь смутня ндежд полностью исчезнуть из пьесы, скзть, что меня по ккой-то причине зменили н Жору Куркулия. Признться, что я с роли Блды перешел н роль здних ног лошди, было невыносимо. Интересно, что мне и в голову не приходило попытться выдть себя з игрющего Блду. Тут было ккое-то смутное чувство, подскзыввшее, что лучше уж я - униженный, чем я - отрекшийся от себя.

Голов тетушки уже слегк, по-струшечьи, покчивлсь, кк обычно бывло, когд он хотел покзть, что дром згубил свою жизнь в зботх о ближних.

Жор Куркулия ходил по сцене, нгло оттопыривя свои толстые ноги. Игрл, нверное, хорошо. Во всяком случе, в зле то и дело вспыхивл смех. Но вот нстл нш очередь. Евгений Дмитриевич нкрыл нс крупом лошди, я ухвтился з ручку для вздымния хвост, и мы стли постепенно выходить из-з кулис.

Мы появились н окрине сцены и, кк бы мирно псясь, кк бы не подозревя о состязнии Блды с Бесенком, стли подходить все ближе и ближе к середине сцены. Нше появление смо по себе вызвло хохот зл. Я чувствовл некоторое ртистическое удовлетворение оттого, что волны хохот усиливлись, когд я дергл з ручку, вздымющую хвост лошди. Зл еще громче стл смеяться, когд Бесенок подлез под нс и попытлся поднять лошдь, уж когд Жор Куркулия вскочил н лошдь и сделл круг по сцене, хохот стоял неимоверный.

Одним словом, успех у нс был огромный. Когд мы ушли з кулисы, зрители продолжли бить в лдоши, и мы снов вышли н сцену, и Жор Куркулия снов попытлся сесть н нс верхом, но тут мы уж не длись, и это еще больше понрвилось зрителям. Они думли, что мы эту сценку зрнее рзыгрли. Н смом деле мы с моим нпрником очень устли и не собирлись снов ктть н себе Жору, хотя он нс шепотом упршивл дть ему сделть один круг.

Вместе с нми вышел и Евгений Дмитриевич Левкоев. По плодисментм чувствовлось, что зрители его узнли и обрдовлись его появлению.

И вдруг свет удрил мне в глз, и новый шквл плодисментов обрушился н нши головы. ОКАЗЫВАЕТСЯ, Евгений Дмитриевич снял с нс кртонный круп лошди, и мы предстли перед зрителями в своих высоких рыжих чулкх, под мсть лошди.

Кк только глз мои привыкли к свету, я взглянул н тетушку. Голов ее теперь не только покчивлсь по-струшечьи, но и бессильно склонилсь нбок...

Но стоит ли говорить о том, что я потом испытл дом? Не лучше ли:

"Знвес, мэстро, знвес!"