/ Language: Русский / Genre:prose_rus_classic,

Виктор Рыбин Наталья Сенчукова

Федор Раззаков


Раззаков Федор

Виктор Рыбин, Наталья Сенчукова

Федор Раззаков

Виктор Рыбин, Наталья Сенчукова

В. Рыбин родился в августе 1962 года в городе Долгопрудном Московской области. Его отец был рабочим, мать - воспитательницей в детском саду. Когда Виктору исполнилось семь лет, из жизни ушел его отец. Произошло это при обстоятельствах весьма драматичных - отец зарезался на глазах ребенка. После этого Виктор полгода молчал, и врачи сомневались: оправится ли он вообще после такого потрясения. Но все, к счастью, обошлось.

Рос Виктор "классическим" трудным подростком: в школе учился плохо, слонялся без дела по улицам, "стрелял" у ребят помладше медяки на курево. Когда стал старше, впервые взял в руки гитару и стал в составе любительского ансамбля играть вечерами на танцплощадке.

Женился Виктор рано - в 20 лет, на девушке по имени Катя, которая была на два года его моложе. Едва поженились, как Виктора призвали в армию и он уехал служить на Камчатку. Затем поступил в военное училище в Северодвинске. Жена приехала к нему жить, однако смогла выдержать только первые десять дней, после чего собрала вещи и вернулась на родину. Так распался первый брак Рыбина.

Второй раз он женился в середине 80-х, когда вернулся в Долгопрудный (жену звали Елена). Он тогда играл на барабанах и был администратором в местной рок-группе, которая ничем особенным в памяти российского слушателя так и не запечатлелась. Однако в 1988 году участникам коллектива пришла в голову идея сменить имидж и из рок-группы переквалифицироваться в стеб-ансамбль со всеми вытекающими отсюда атрибутами: детская панамка, клетчатые брюки и значки. Название придумывали всем миром и поначалу остановились на "Серпе и молоте". Однако в областной филармонии чиновники покрутили пальцем у виска и посоветовали так больше не шутить. Пришлось придумать что-нибудь попроще, к примеру - "Дюна". На том и порешили.

Дебют нового коллектива оказался на удивление успешным. Песня "Страна Лимония" в исполнении Виктора Рыбина мгновенно стала хитом сезона, правда, неофициальным. Дело в том, что появление на российской эстраде откровенно стебового коллектива было встречено "акулами" шоу-бизнеса с недоверием и коллективу была уготована особая судьба - массовый слушатель группу знал, но средства массовой информации старались ее не замечать. Отсюда практически ни в одном российском "чарте" "Дюна" не фигурировала. Однако время все расставило по местам. Кто сегодня помнит разные "звезды", "феи" и прочие группы, канувшие в Лету? А "Дюна" играет и поныне.

В 1990 году очередные перемены произошли в личной жизни Рыбина - он внезапно влюбился в 20-летнюю танцовщицу Наталью Сенчукову. Их встреча произошла 2 мая во время гала-концерта в "Олимпийском". Наталья тогда жила с родителями и братом в Пятигорске, с ранних лет увлекалась танцами и волею судьбы в 1988 году оказалась в качестве танцовщицы в модном ансамбле Владимира Шубарина "Танцевальная машина". Именно с этим коллективом она и выступала в "Олимпийском". Она вспоминала о первом выступлении и встрече с Виктором Рыбиным: "Я была в непонятном костюме из тюля, которого практически не было... А вообще в этот день на мне была юбочка, сшитая из черной водолазки: что-то там отрезала, сделала оборочку, и получилась обтягивающая коротенькая юбочка типа стрейч. В этом наряде Виктор меня и увидел. Это не была любовь с первого взгляда, а просто нормальный мужской интерес".

Стоит отметить, что тогда жена Рыбина в течение нескольких месяцев лежала на сохранении в роддоме и за это время супруг успел увлечься другой. У Рыбина родилась дочь Маша, однако сохранить семью это событие уже не смогло - Виктор безнадежно влюбился в Сенчукову. Последняя вспоминает:

"Когда мы только познакомились, я ничего не знала о беременности его жены, хотя он ничего не скрывал. Позвонил - давай встретимся. И сразу: в машине не курить, мол, он не курит. Сказал, что четыре месяца назад у него родилась дочка. О жене говорит с уважением, не как обычно говорят мужья: жена-стерва - а по-доброму, это меня и подкупило. А потом, откуда я могла знать, что он за мной ухаживает? Мы же встретились по работе, на съемках клипа, это был скорее служебный роман, а я только недели через две "допетрила", что он ухаживает...

Я тогда работала с утра до вечера - репетиции, концерты, кого-то подтанцовывала, деньги нужны были. Мы тогда с подругой даже в Голицыно-2 ездили подтанцовывать на дискотеках для детей военных - 15 рублей на двоих за два выходных, у черта на куличиках. Поэтому когда мы только начали общаться с Витей, мне показалось, что с ним так уютно, тепло и что вот именно это - мое..."

Уйдя к Сенчуковой, Рыбин в течение пяти лет не оформлял развода со своей бывшей женой. Почему? Вот как он отвечает на этот вопрос: "Я не разводился с женой из-за дочери. Хотел, чтобы она пошла в хорошую школу там изучают китайский, английский, дают соответствующее воспитание. Но принимают туда только при наличии папы и мамы. Я всегда хотел, чтобы дочь получила хорошее образование. Ни в коем случае в музыку не пошла. Шоу-бизнес ведь достаточно грязный..."

В 1991 году Рыбин уговорил Наташу бросить карьеру танцовщицы и переквалифицироваться в певицы: "Понял - чтобы у меня не было четвертого варианта в женитьбе, мы с Наташей должны как можно больше вместе находиться. И она стала ездить со мной на гастроли. А чего просто так ездить. Я ей и сказал: "Давай учиться петь". Как выяснилось, петь она умеет. Три месяца позанимались - дыхание ставила..."

В том же году вышел в свет первый ее сольный альбом с незатейливым названием "Наталья Сенчукова". Как гласит легенда, на семейном совете было решено нигде его не выпускать - Виктор сам разнес его по прилавкам ларьков и поставил продавать рядом с "Дюной". Два года спустя вышел еще один альбом Сенчуковой - "Ты не Дон-Жуан", в котором Наталья вновь предстала в эдаком женском варианте "Дюны": рваные штаны, рубашка "в огурцах". Однако успеха этот альбом не имел. Вот тогда и было решено завязать с экспериментами, в результате чего Наталья Сенчукова стала такой, какой мы знаем ее и поныне, - милой лирической певицей, которая поет пусть незатейливо, но искренне и с душой.

1994 года едва не стал последним в жизни не только звездной четы Рыбин - Сенчукова, но и всей "Дюны". Что же произошло?

Поздно вечером 10 января группа в полном составе возвращалась на "Икарусе" с гастролей из Костромы. До Москвы оставалось совсем немного, и, кажется, ничто не предвещало беды. Однако в тот момент, когда автобус въехал на мост, висевший над железнодорожным полотном, водитель внезапно заснул за рулем. Машину стало мотать из стороны в сторону, и в это время впереди ярко вспыхнули фары приближавшегося на полной скорости большегрузного "МАЗа". Далее послушаем рассказ свидетеля происшествия - Н. Сенчуковой: "Разглядев приближающуюся громадину, все дико заорали. Крик разбудил шофера. Быстро сообразив, в чем дело, он резко ударил по тормозам. Что-то взвизгнуло, машина дернулась и, резко завернув, поползла к краю моста. Мягко говоря, мы закрыли глаза и стали прощаться с жизнью. "Икарус" врезался в ограду моста, выбив одно звено. Все застыли как камни. Мгновение ожидания - свалимся или нет - было ужасным. Далеко внизу блестели рельсы, на которых мы могли запросто распластаться вперемешку с обломками железа. Но от резкого торможения у автобуса отлетело колесо, и в самый последний момент он застрял на "краю пропасти". Не успели мы осознать, что из молодых, здоровых людей чудом не стали "мокрым местом", как от сильного удара нас стало бросать из стороны в сторону. В первые секунды мы толком ничего не могли разобрать, только поняли, что случилось что-то страшное. Это "МАЗ", не успевший затормозить, со всего размаха врезался в автобус. Я с ужасом обнаружила, что вся в крови. Но поначалу боли не чувствовала. Только позже выяснилось, что у меня порезана нога и разбит нос.

Мы начали выбивать стекла, которые еще уцелели, и вылезать из окон. Люди падали на обледеневший асфальт. А Леня Толстый, директор "Дюны", вообще вылетел в лобовое окно и оказался метрах в 15 от автобуса. "МАЗ", по нашим расчетам, в любой момент мог взорваться. Народ разбегался в разные стороны, подальше от места происшествия. Некоторым это стоило просто невероятных усилий - ведь несколько человек поломали кто руку, кто ногу.

Не знаю, сколько времени прошло - казалось, одно мгновение, и тут действительно грохнуло. "МАЗ" взорвался. Языки пламени осветили всю мостовую, как в каком-то крутом боевике. Мы все легли на землю, закрыли головы руками и стали ждать, чем же все это кончится. На какой-то миг мне показалось, что меня уже нет. Через несколько минут приехали "Скорая", машины ГАИ и пожарные. Врачи стали класть людей на носилки и уносить в машину. Вокруг слышались крики, стоны. Господи, мне было так страшно! Руки тряслись. Мы в самом деле чуть не погибли..."

За последние четыре года группа "Дюна" выпустила в свет четыре новых альбома, в каждом из которых было по два-три полновесных хита. Большинство из них читатель наверняка помнит до сих пор: "Борька-бабник", "Коммунальная квартира", "Женька" и др.

На сегодняшний день чета Рыбин - Сенчукова по-прежнему живет в Долгопрудном. Только если раньше они обитали в старом доме (бывшей коммуналке) на перекрестке улиц Октябрьская и Комсомольская, то нынче присовокупили к этому жилищу еще одно - уютный кирпичный домик в этом же городе, который им построила бригада строителей из белорусско-польского предприятия. По словам В. Рыбина, они с артистическим миром не общаются. Все их друзья живут в Долгопрудном... Кроме того, они имеют собственность в далекой Испании.

Из интервью В. Рыбина: "Материальное положение семьи я считаю нормальным. Имеем сорок-пятьдесят тысяч долларов в год (речь идет об августе 1997 года. - Ф. Р.). Нам этого хватает. Поэтому я не разрешаю Наталье много работать. Она должна быть популярным светским человеком...

К сожалению, у нас все с ног на голову перевернуто. Ни один нормальный артист, за исключением наших, не "чешет" по тридцать концертов в месяц за какие-то мизерные деньги. На Западе ведь все по-другому. Артист выпустил альбом, сделал ему рекламу, и все... потом он на эти деньги живет полжизни. А у нас - выпустил альбом, получил копейки и все отнес на телевидение, чтобы клип твой показали. Хорошо, если хватит, а если нет, то вперед по стране - деньги зарабатывать. Потом понимаешь, что и на семью нужно работать. Еще пашешь месяца два. Хорошо, что на себя...

У нас в стране по сравнению с простыми людьми мы - богатые, а по сравнению со звездами мирового уровня - просто нищие. У них же доход в год сорок- шестьдесят миллионов долларов. А я миллиона долларов вообще никогда не видел. Один раз видел сто тысяч долларов, и то они были не моими...

От многих артистов мы ("Дюна". - Ф. Р.) отличаемся тем, что не любим и не хотим работать концерты в Москве. Ведь что такое концерт в столице? Нужно отработать концерт да еще потратить кучу денег, чтобы его провести. А это значит, что ты ничего не заработаешь. Я лучше в Сибирь слетаю. Меня иногда спрашивают, почему я не снимаю для телевидения свои "сольники". Отвечаю: чтобы снять сольный концерт для показа по телевидению, нужно заплатить кучу денег. Я даже сумму называть не буду, простому смертному она покажется дикой. Я говорю, пока сами не предложат, никогда на это не пойду. И что вы думаете: в 96-м предложили. Но сколько для этого времени потребовалось! А в следующий раз я еще и денег потребую, чтобы мне телевидение заплатило за то, что они снимали наш "сольник". Это же моя работа. Насколько я знаю, у нас ВАЗ еще никому машины просто так бесплатно не раздает. Так почему же я должен задаром отдавать свои песни, да еще и деньги платить? Поймите меня правильно, я не зрителей имею в виду, а телевидение и радио. Они сразу говорят, мол, это реклама. Плевать мне на рекламу! Хватит из нас кровь пить. Столько было вбухано в эту известность, в том числе и в рекламу. Пусть теперь с молодых кровушку пьют..."

Из интервью Н. Сенчуковой: "На меня Витя руку никогда не поднимет, но, если какая-нибудь баба его доведет, шлепнуть может. Бывают женщины - такие стервы! Однажды на Камчатке сидим после концерта в ресторане, приносят счет и вдруг вместо 4 тысяч, например, нам объявляют 16... Нам денег не жалко, но из-за принципа Витя попросил пересчитать. Вышла какая-то посудомойка, которая оказалась директрисой, и начала орать: "Ты, скотина..." Он долго пытался не обращать на нее внимания. Нет, она не унимается - взяла его за шкирку... Довела так, что он не выдержал - охладил немножко пощечиной по лицу...

Я тоже иногда могу вспылить, один раз даже с милиционером подралась. Бывают на гастролях разборки с обслуживающим персоналом. Но в основном я стараюсь быть вежливой. Когда раздражаюсь, подхожу к зеркалу и корчу рожи. Хотя, если постоянно быть ангелом, можно в 25 лет помереть..."