/ / Language: Русский / Genre:adv_history,

Атласная Змея

Густав Эмар


Густв Эмр

Атлсня змея

Глв I. ВСТРЕЧА В ПУСТЫНЕ

Солнце сдилось з Аллегнскими горми, окршивя в пурпур густые облк Сумерки, сгущвшиеся все более и более, окутывли долины.

И только н вершинх гор все еще было довольно светло, хотя и их освещли уже последние лучи зходящего солнц.

С зходом солнц поднялся холодный и резкий вечерний ветер, от которого вздргивли древесные ветви и гнулсь к земле высокя трв, росшя по берегм реки.

Еще немного — и нступил ночь; все предметы слились и обрзовли одну мссу, контуры которой, стновившиеся все более и более смутными, нконец, совершенно пропли во мрке.

Нступившя ночь не обещл хорошей погоды. Нсыщенные электричеством густые тучи быстро проносились почти нд смой землей. Н небе не было видно ни одной звездочки, мрк, кзвшийся еще гуще блгодря отсутствию луны, до ткой степени сгустился, что ничего нельзя было рзличить в десяти шгх перед собой.

Мы покинули двух из смых вжных действующих лиц ншего рсскз, грф де Виллье и брон де Гриньи, в ту смую минуту, когд, встретившись с Бержэ и его крснокожим другом у бухты Мриго, они прыгнули в пирогу вместе с Золотой Ветвью и Смельчком, двумя преднными им солдтми.

Теперь кк рз пор вернуться к обоим офицерм и до известной степени принять учстие в их отвжной экспедиции.

Пирог быстро скользил по реке, рссекя носом бурные волны.

Путешественники хрнили молчние, невольно подчиняясь влиянию угрюмой природы, окружвшей их со всех сторон Они всецело положились н опытность индейского вождя и кндц И, по-видимому, в этом случе они смело могли положиться н них: об проводник, несмотря н ночной мрк, продвиглись вперед с ткой же уверенностью, кк если бы путь им освещло яркое солнце; они точно угдывли препятствия, встввшие перед ними н кждом шгу, и обходили их довольно легко.

Прошло уже больше двух чсов после того, кк пирог покинул бухту Мриго, путешественникми не было произнесено еще ни одного слов. Грф де Виллье решился, нконец, прервть это молчние, стновившееся, кк ему кзлось, одинково тягостным для всех.

— Дорогой Бержэ, — скзл он охотнику, — неужели вы не боитесь сбиться с дороги, что тк упрямо нстивете продолжть путешествие, не обрщя внимния ни н что? Здесь тк же темно, кк в преисподней.

— Ив смом деле, — с хохотом зметил брон, — здесь тк темно, что обезьян могл бы нступить н собственный свой хвост. Я почти уверен, что, в конце концов, нм все-тки придется остновиться и ждть здесь, пок хоть немного рссеется мрк.

— А зчем? — спокойно спросил Бержэ. — Неужели вы думете, что мы, т. е. вождь и я, в первый рз путешествуем в ткую темь? Кроме того, не мешет иметь в виду еще и следующее: если мы ничего не видим, знчит, и нс никто не может увидть, это для нс весьм вжно.

— Это првд, — соглсился грф, — ну, если мы собьемся с дороги?

— Сбиться с дороги, господин Луи! Нет, этого нечего бояться, з это я вм ручюсь, — возрзил Бержэ смеясь.

— Я готов вм верить, друг мой, между тем, — может быть, впрочем, я и ошибюсь, — но мне кжется, что мы удлились от средины реки и теперь держимся ближе к берегу, чем прежде.

— Вы почти угдли, господин Луи, д, мы приближемся к берегу.

— Рзве мы выйдем н берег?

— Пок еще нет, но только рек, н которой мы нходимся в нстоящую минуту, очень узк, и, хотя мы и держимся смой средины течения, все же мы очень недлеко от берег.

— Что это знчит, Бержэ? Рзве мы плывем не по Огио?

— Уже двно, господин Луи. После того мы успели уже покинуть и Мнонгхэлу и теперь почти уже чс плывем по одной очень глубокой, хотя и очень узкой реке, кк это вы зметили недвно.

— Кк вы нзывете эту реку?

— Фрнцузы ее не знют, крснокожие же дли ей индейское нзвние, ознчющее Желтя Вод, потому что, кк вы могли бы зметить, при свете луны вод в ней ткя мутня и в ней тк много желтого ил, что рек вполне спрведливо зслуживет это прозвище.

— А долго будем мы плыть вверх по этой реке?

— Нет, господин Луи, через несколько минут мы ее покинем и войдем в другую, по которой будем плыть около двух чсов, зтем выйдем н берег. Н этом и кончится нше путешествие водой.

— Хорошо! А долго нм придется идти до тех пор, пок мы достигнем вшего жилищ?

— Нет, господин Луи, мы доберемся до него нездолго до восход солнц.

— Прекрсно! Мне, признюсь вм, очень приятно слышть это. Но скжите мне, Бержэ, почему бы вместо того, чтобы утомлять себя этим ночным путешествием, в чем, по-моему, положительно нет никкой ндобности, не переждть нм где-нибудь н берегу до тех пор, пок не рссветет? Это доствило бы нм несколько чсов отдых, н зре мы снов тронулись бы в путь.

— Я тоже держусь этого мнения, — подтвердил брон, зевя тк ужсно, что можно было опсться, кк бы он не свихнул себе челюстей, — нши солдты счстливее нс: эти молодцы, нверное, спят себе преспокойно.

— При других обстоятельствх я, конечно, ничего не имел бы против того, чтобы исполнить вше желние, господ, — холодно отвечл охотник, — но, к несчстью, это невозможно.

— Почему? — спросили вместе об молодых человек.

— Тс! — произнес охотник, — говорите тише! Вы ведь не знете, кто может подслушть нш рзговор.

— Кк? — вскричл брон, — нс могут подслушть дже и в этой пустыне!

— Судрь, у крснокожих есть одн очень рзумня поговорк…

— Б! А что глсит эт поговорк?

— Он глсит, судрь, что в пустыне деревья имеют глз, листья уши.

— Черт возьми! Знчит, вы боитесь кких-нибудь вргов? — спросил грф де Виллье.

— Не совсем тк, господин Луи, но я держусь нстороже. Мы проезжем в нстоящую минуту охотничьи территории племен, врждебных фрнцузм, и, кто знет, может быть, некоторые из их воинов и сидят здесь в зсде?

— О! Я теперь понимю вшу осторожность, мой достойный друг, если только првд все, что вы говорите.

В ту же минуту почти неуловимый шум, похожий н всплеск воды, послышлся н небольшом рсстоянии от пироги.

Бержэ сжл руку грф, точно советуя ему молчть, и прислушлся.

Вождь поступил точно тк же, кк и охотник, и зствил умолкнуть брон.

Прошли две или три минуты и снов повторился тот же шум, ткой же слбый, но уже в другом нпрвлении.

Охотник нгнулся к индейцу, и кндец и гурон обменялись несколькими словми, приблизив губы к ушм, голосом тким тихим, кк дыхние.

Индейский вождь выпустил весло, снял с себя плщ из шкуры бизон, стянул пояс, в котором оствил только свои скльпель, и зтем соскользнул в воду; Бержэ сейчс же прикзл молодым людям взять весл для того, чтобы удерживть пирогу неподвижной н том же месте.

Зтем охотник, положив плец н курок ружья, подвшись всем корпусом вперед, нсторожившись и устремив вперед неподвижный взор, кзлось, хотел пронизть мрк, который, нподобие черного свн, простирлся от одного кря горизонт до другого, окутывя весь пейзж своим непроницемым покровом.

Любопытство обоих офицеров было сильно возбуждено; они ничего не понимли в движениях своих проводников. Они чувствовли невольное беспокойство, хотя они и не знли, чему приписть их стрнное поведение, но угдывли, что в эту минуту вблизи них происходит что-то очень вжное и им, может быть, грозит серьезня опсность.

Им очень хотелось узнть в чем тут дело; но кк люди, совершенно незнкомые с индейскими нрвми, следовтельно, и с опсностью, которой они могли подвергться, они не смели вмешивться из боязни, что это вмештельство может рсстроить плны индейц и охотник.

Вдруг в тишине пронесся сдвленный крик.

Хотя крик этот был и очень слб, но он был ткой болезненный, ткой рздирющий, что фрнцузы содрогнулись от ужс.

В ту же минуту вод зкипел, точно ее с силой оттлкивли; пирог нкренилсь слегк влево и в лодку прыгнул человек.

Человек этот был Тонкий Слух. В одной руке он держл свой нож, другой с победоносным видом рзмхивл окроввленными волосми.

Вождь обменялся несколькими словми с Бержэ, зтем взялся з весл и пирог снов поплыл против течения.

— Рди Бог! — вскричл грф, — что ткое случилось?

— Не оствляйте нс дольше в неизвестности, — добвил брон де Гриньи.

Солдты проснулись, они тоже прислушивлись, причем в них стрх смешивлся с любопытством. Они совершенно не знли того, что произошло во время их сн.

— Б! — рвнодушно отвечл Бержэ, — тут не о чем особенно беспокоиться: случилось то, что я предвидел, вот и все!

— Но, — скзл брон, — это ничего нм не объясняет.

— Вот вм в двух словх описние того, что произошло. Англичне, которым, конечно, очень интересно знть все, что у нс происходит, держт рзведчиков н всем протяжении ншей грницы. Несмотря н ншу осторожность и все нши предосторожности, я был почти уверен, что нм не удстся пробрться з эту линию рзведчиков без того, чтобы нс не зметили или, по крйней мере, не нпли н нши следы. Тк именно оно и случилось: один из рзведчиков зметил нс и спустился с берег в воду, чтобы рссмотреть нс поближе. К несчстью для этого бедняги, и я и вождь

— об были нстороже… И вот в то время, кк он смело приближлся к нм, не подозревя опсности, он вдруг очутился лицом к лицу с вождем, который убил его без милосердия и, кроме того, снял с него скльп по обычю крснокожих.

— Вот что знчит быть слишком любопытным! — добвил он в зключение, смеясь.

— Гм! — произнес грф, — но если крик, изднный этим человеком, слышл кто-нибудь и еще, кроме нс?

— Этого нечего бояться.

— Почему?

— Потому что он был один.

— Вы в этом уверены?

— Совершенно. Этот индеец — делвр, воины этого племени имеют обыкновение ходить в одиночку по тропинке войны, в особенности, когд дело ксется зсды.

— Хорошо! Я это допускю, — скзл грф, — теперь что вы нмерены делть?

— То же, что мы делем и сейчс и ничего другого: продолжть кк можно быстрее нш путь водой.

— А если мы нтолкнемся еще н неприятельских рзведчиков?

— Тем хуже будет для них, но я не думю, чтобы это случилось. Теперь мы нходимся срвнительно в безопсности; линия эт пройден, и было бы очень стрнно, если бы мы встретили здесь ккого бы то ни было врг, белого или крснокожего.

Но тут судьб кк бы пожелл дть охотнику урок и докзть, что он ошибется; в воде послышлся довольно сильный шум н небольшом рсстоянии впереди лодки.

— Э? — вскричл грф, — это еще что ткое? Охотник прислушлся всего одну или две секунды, зтем беспечно выпрямился и взглянул н индейц.

— Еще один врг, — отвечл тот.

— Аг! Знчит, вы ошиблись? Вы сознетесь?

— Вовсе нет, — смеясь, отвечл охотник, — этому вргу я могу скзть только: добро пожловть. Позвольте мне действовть по-своему.

— Снчл только объясните, в чем дело.

— Это бесполезно. Вы сми увидите все, что произойдет, подождите.

— В ткую темноту мы все рвно ничего не увидим, — зметил грф.

— Д имейте же терпение, господин Луи. Господи Бтюшк, ккой вы нетерпеливый! — возрзил охотник.

— Не можем ли мы чем-нибудь помочь вм?

— Может быть, и пондобитесь! Во всяком случе, будьте готовы стрелять, кк только я вм скжу. Если окжется необходимым, я рискну и н это.

— Но где? Кк? Во что стрелять? В кого?

— Увидите, увидите! Соглсны?

— Д, рз вы этого требуете! Ах! Вы ужсный человек!

— Спсибо, господин Луи, но только обещйте мне, что бы ни произошло, не стрелять без моего прикзния. Горздо лучше, если только возможно, избегть выстрелов, потому что звук их может привлечь тких посетителей, которым нм совсем нежелтельно сообщть, где мы нходимся в нстоящую минуту.

— Соглсен. Мы будем повиновться вм и будем готовы стрелять по первому сигнлу с вшей стороны.

— Отлично.

Во время этого рзговор пирог не змедлял своего бег. Шум все усиливлся и с кждой минутой слышлся все ближе и ближе.

Тем временем кндец, видимо, нходившийся не только в прекрсном, но дже в веселом нстроении, рскрыл свою охотничью сумку и вытщил оттуд небольшое полено с кулк, длиной около пятндцти дюймов; это было тк нзывемое гнилое дерево, которое индейцы нзывют околь.

Бержэ прилдил полено н смом носу пироги.

Молодые люди внимтельно следили з всеми этими приготовлениями, в которых они ровно ничего не понимли.

— Теперь будьте внимтельнее, — скзл охотник, когд полено было крепко воткнуто в обшивку суденышк.

— Внимтельнее… в чем дело, стрый охотник? — спросил брон.

— Следите внимтельно з тем, что вы увидите сейчс, — отвечл охотник, высекя огонь и клдя н полено пучок пкли, пропитнной водкой, которя сейчс же вспыхнул ярко пылющим фкелом.

Тогд нд рекой протянулсь широкя зон свет, центр которой знимл пирог.

— Смотрите, — проговорил Бержэ, протягивя руку, — видите вы, вон тм?

— Э! — вскричл грф, — в смом деле… но что же это ткое? Мне кжется, тм кк будто что-то ворочется… Но только понять не могу, что это ткое?

— Это серый медведь переплывет через реку и больше ничего.

— Тк, тк, тк! — промолвил брон, потиря руки, — мясо серых медведей, говорят, очень вкусно.

— Змечтельно! Но снчл его ндо убить.

— Это верно! Он, по-видимому, нпрвляется в эту сторону. Посмотрите-к, Бержэ.

— Обязтельно, его тянет к свету.

— Это нстоящее чудовище, — скзл грф, — посмотрите ккя у него громдня голов!

— Серый медведь смое стршное животное в этих стрнх, — продолжл охотник, — когти его достигют иногд десяти и дже двендцти дюймов длины. Сил его громдн, ловкость змечтельн, свирепость тков, что ягуры кжутся в срвнении с ним ягнятми.

— Гм! — скзл брон, — знчит, это врг серьезный.

— И дже очень. Встреч с ним всегд окнчивется чьей-нибудь смертью. Если мы его не убьем, он см нс убьет, предупреждю вс.

— . Черт возьми! Его не следует упускть. Слышите вы тм, молодцы?

Золотя Ветвь и Смельчк молч кивнули головой в знк соглсия.

— Постремся, — продолжл Бержэ. — Выслушйте теперь меня внимтельно: смое большее через пять минут он уже будет возле нс. Когд он подплывет н протяжение руки, я рссеку ему голову топором.

— Хорошо! А если он не будет убит?

— Вы будете стрелять все вместе, не думя обо мне, инче мы все погибнем. Стрйтесь целиться ему в глз, потому что пули рсплющтся об его череп. Поняли вы меня?

— Вполне, кк же вы?

— Я сумею выпутться из беды, будьте спокойны. Теперь молчите! Вот он подплывет.

Четыре фрнцуз зрядили ружья; индейский вождь продолжл грести, по-видимому, столь же спокойно, кк если бы не случилось ничего особенного.

Бержэ с топором в руке стоял прямо и твердо н носу пироги.

Зверь был всего в нескольких футх от лодки.

Нд водой видн был его огромня голов; глз блестели во мрке точно дв горящих угля, кроввя псть, вооруження стршными зубми, открывлсь по временм, чтобы издть хриплый рык.

Одн минут протекл в стршной тревоге для фрнцузов. Бержэ, откинув нзд верх туловищ, приподняв нд головой руку, вооруженную топором и выствив вперед првую ногу, спокойно ждл приближения зверя.

Индеец все продолжл грести, посмтривя по временм н серого медведя без млейшего стрх.

— Вперед! Немного првее! — крикнул охотник. Индеец слегк повернул пирогу.

В одну минуту одн из могучих лп свирепого зверя оперлсь о крй лодки и пригнул ее почти к уровню воды. Топор опустился вниз с быстротой молнии. Медведь издл ужсный рев, и пирог приподнялсь.

— Можете спрятть вши ружья, — спокойно скзл Бержэ, — голов его рссечен до глз.

Медведь бился с ужсными хрипми в последних конвульсиях гонии, рзбрсывя вокруг себя воду, которую он бил четырьмя гигнтскими лпми.

Тонкий Слух тихонько скользнул в реку, приблизился к хрипевшему чудовищу, зтянул ему обе здние лпы в мертвую петлю и, тщ его тким обрзом з собой, медленно поплыл к берегу.

Пирог последовл з ним.

Соединенных усилий шести человек окзлось едв достточно для того, чтобы притянуть к земле труп стршного зверя.

Это был один из смых крупных экземпляров; медведь весил около тысячи фунтов.

Индеец и охотник, кк только зверя вытщили н землю, сочли своей обязнностью содрть с него шкуру, что они проделли с ловкостью и быстротой, свидетельствоввшими об известной опытности в этом деле; зтем они обрезли все четыре лпы, считющиеся лкомым кушньем, вырезли несколько фунтов филея, срезли весь жир, остльное кинули в добычу хищным птицм.

— Вот теперь у нс есть чем позвтркть, — весело скзл охотник.

— Д, и, по-моему, звтрк будет н слву, — подтвердил брон.

— Ккого вы мнения об этой дичи, господин Луи?

— Скзть вм првду, я прежде всего думю, что это дичь очень крупных рзмеров и убить ее, кк окзывется, довольно-тки трудно.

— Все звисит от того, кк взяться з дело, — весело отвечл Бержэ.

— Во всяком случе, этот звтрк обошелся нм не без волнений.

Когд мясо и жир медведя были перенесены и тщтельно уложены в пирогу, путешественники зняли в ней прежние мест.

Фкел, в котором теперь уже не было ндобности, потушили. Индеец и охотник снов взялись з весл, и пирог тронулсь в путь.

— Скоро мы доберемся до мест? — спросил грф.

— Через несколько минут мы войдем в реку, о которой я вм уже говорил, господин Луи, зтем не больше кк через дв чс мы будем у цели.

— Отлично. А зтем?

— Путешествие по земле зймет очень мло времени. Я ведь уже говорил вм, что вы доберетесь ко мне к рссвету.

— К восходу солнц?

— Д, господин Луи.

Послышлись дв вздох удовольствия. Охотник с улыбкой повернул голову.

Это двое солдт дли невольную весточку о своем существовнии.

Очевидно, несмотря н свое удовольствие, доствленное им встречей с серым медведем, они ощущли желние продолжть свое путешествие по твердой почве.

Грф де Виллье, рзделяя их мнение, удовольствовлся словми:

— Ну, приятель Бержэ… мы ндеемся н Бог и н тебя!

— Послушйте, господин Луи! Вы, должно быть, збыли свое обещние обрщться со мной, кк с другом вшего брт. Вы говорили мне «вы» всю дорогу.

И кндец стл грести быстрее и веселей.

Глв II. НОЧНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Пирог, с смого выход из бухты Мриго все время плывшя по средине реки, з исключением того времени, пок продолжлсь охот н серого медведя, теперь взял првее и приблизилсь к берегу.

Чсм к трем утр, кк и предскзывл это кндец, он пристл к выдввшейся остроконечности в виде мыс, которя был совершенно лишен деревьев и рстительности.

Путешественники вышли н берег с нескрывемой рдостью.

Длинный и утомительный переезд в узком и неудобном суденышке ужсно их утомил.

Они стли ходить по берегу, чтобы восстновить в своих членх кровообрщение, здержнное ткой продолжительной неподвижностью.

Небо стло проясняться.

Н горизонте покзлись бледные светлые полосы, верные предвестницы утренней зри.

— Прежде всего, вождь, — скзл Бержэ, — мы уберем пирогу в безопсное место.

Тонкий Слух, кк и все индейцы, не приндлежл к числу людей болтливых и поэтому молч кивнул головой в знк соглсия.

— Здесь? — спросил грф.

— Д, здесь.

— Это кжется мне довольно трудным.

— Совсем не тк трудно, кк вы думете, господин Луи. Вы сейчс это, впрочем, увидите; мы спрячем ее тким обрзом, чтобы иметь возможность отыскть ее в случе ндобности.

Прежде всего из пироги выгрузили все, что в ней нходилось.

Рзличные предметы рзделили н небольшого рзмер свертки и все это в строгом порядке рзложили н берегу.

Зтем индеец и кндец вытщили пирогу из воды, перевернули ее вверх дном и ловко подняли к себе н плечи.

Остльные збрли вещи и провизию, то есть все, что было сложено н берегу.

Зтем тронулись в путь.

Не больше кк через четверть чс они достигли опушки лес, куд повел всех индеец, служивший проводником; спутники его последовли з ним, и вскоре все шесть человек исчезли под лесистым сводом.

Лес этот, кк это довольно чсто встречется в Америке, состоял только из одного вид деревьев, большей чстью очень стрых, покрытых мхом, прозвнным бородой испнц, который ниспдет длинными фестонми с оконечностей ветвей, связнных между собой непреодолимой густотой лин.

Снчл кзлось невозможным пробирться по этому лесу, — до ткой степени был непроходим этот лес и тк велики были встречвшиеся н кждом шгу препятствия.

Несмотря н это, блгодря ловкости обоих проводников, путникм довольно легко удвлось преодолевть все зтруднения; кким-то непонятным, одним им известным способом, или, лучше скзть, инстинктом отыскивли они дорогу в этом хосе.

Фрнцузы легко шли следом з проводникми по тропинке, проложенной хищными зверями, довольно-тки узкой и обрзоввшей бесконечные извилины, но все же ткой, по которой можно было пройти без особого утомления.

Тким обрзом, путешественники достигли проглины, обрзоввшейся от пдения нескольких деревьев, свлившихся от ветхости.

Дойдя до этого мест, проводники остновились.

— Отдохнем, — скзл Бержэ, сбрсывя пирогу н землю.

— Рзве мы уже пришли? — спросил грф.

— Нет еще, господин Луи, но теперь уже недлеко остлось. С вшего позволения мы здесь позвтркем! Смотрите! Нчльник уже собирется рзводить огонь, я помогу ему.

— Черт возьми! И мы тоже, — скзл Золотя Ветвь, — ппетит быстро рстет во время тких прогулок! И хотя я и не могу считть себя особенно искусным повром.

— А я когд-то дже учился этому и одно время служил повром, — зметил Смельчк.

Солдт произнес это тким тоном, что все невольно рссмеялись, хотя им и было очень приятно слышть, что один из них облдет ткими вжными познниями.

— Ну, когд тк, скорей з дело! — весело скзл Бержэ — Я, прежде всего, припрячу пирогу в ткое место, где нм нетрудно будет отыскть ее потом, если встретится в этом ндобность, и где — я готов поспорить — ее не нйдет уже никто…

И, оствив обоих солдт и вождя знимться приготовлением звтрк, он нпрвился к оконечности проглины. Тм он нчл внимтельно осмтривть все деревья одно з другим.

Огромный лес, в котором нходились в эту минуту шестеро путешественников, состоял, кк мы уже говорили, из одной и той же породы деревьев, именно cupressus disticha — одной из смых змечтельных древесных пород, свойственной Северной Америке и зслуживющей особого описния.

Cupressus disticha знимет первое место среди деревьев Нового Свет и прежде всего зслуживет внимния своей гигнтской высотой. Когд подходишь к ткому дереву, невольно восхищешься этим прямым и оголенным стволом, который возносит чуть не до смого неб огромную вершину, тень от которой пдет н землю, точно от облк, низко проносящегося нд землей; его своеобрзные листья не имеют себе подобных ни в одном лесу ни Строго, ни Нового Свет.

Оно рстет, обыкновенно, в воде или н местх низких, ровных, по соседству с озерми и большими рекми и то только тм, где эти земли большую чсть год покрыты н дв или н три фут водой.

Чсть ствол, погруження в воду, и т чсть, которя превышет ее н четыре или н пять футов, поддерживется отросткми или подпоркми.

Эти столбы нзывют стропильными козлми.

Когд дерево достигло полного рзвития, эти отростки рскидывются во все стороны, оствляя между собой прострнств достточно широкие для того, чтобы несколько человек могли свободно в них спрятться.

Кждый из пилястров окнчивется под землей большим и крепким корнем.

Корень этот рстет криво и рзделяется и рзветвляется во всех нпрвлениях в слое земли, нходящемся непосредственно под водой.

Из этих корней обрзуются деревянные конусы, высотой от четырех до шести футов и от шести дюймов до двух футов в диметре у основния. Большие конусы внутри обычно пусты. Индейцы делют из них ульи для пчел.

Чсть дерев, достигющя почти высоты пилястров, тоже пуст внутри.

Но тут уже природ дерев точно изменяется.

Оно поднимется прямо, кк мрморня колонн, н восемьдесят или девяносто футов нд поверхностью земли.

Зтем дерево рзветвляется, рскидывется нпрво и нлево, словом, во всех нпрвлениях кк бы зтем, чтобы тм обрзовть плоскую вершину, горизонтльную кк блдхин, в котором орлы вьют свои гнезд и где иногд отдыхют журвли и исты Что еще более прибвляет стрнной крсоты этим деревьям, тк это длинные перевязи крупных мхов, которые ниспдют с их высоких ветвей и рзвевются по ветру.

Никкое перо не в состоянии описть всю прелесть этого лес, состоящего исключительно из этих великолепных гигнтов рстительного црств!

Грф де Виллье и его друг, которые впервые со дня прибытия своего в Америку нходились среди нстоящих пустынь, еще не изуродовнных рукой человек, с восторгом любовлись крсотми девственного лес Грф де Виллье и брон де Гриньи с любопытством следили з всем, что делл кндец, которому удлось спрятть с необычйной ловкостью свою пирогу в пустом стволе одного дерев и тк хорошо скрыть свой тйник, что, не зня, никому не удлось бы ее открыть; следуя з кндцем, об друг незметно для смих себя приблизились к опушке проглины Голос Бержэ зствил их срзу остновиться

— Эй! — крикнул им охотник, подбегя к молодым людям, — но ни одного шг дльше в эту сторону, господ, если вы дорожите жизнью

— Что это знчит? — спросили они с удивлением, — рзве нм грозит опсность? И неужели он тк велик, что…

— Ужсн, громдн! Мы стоим н болоте З этой проглиной, обрзующей нечто вроде почти отвесного холм, з исключением больших жров, вы рискуете попсть в яму глубиной от девяти до двендцти футов по меньшей мере, где вс в одну минуту здушт грязь и тин, эт густя и зеленя трв, которую вы видите вокруг себя, скрывет от глз жидкую грязь Вот смотрите С этими словми кндец взял жердь, нгнулся нд болотом и слегк воткнул ее в трву. Плк нчл колебться то впрво, то влево, зтем, точно повинуясь ккой-то тинственной и непреодолимой силе, постепенно стл погружться и, нконец, через несколько минут совершенно исчезл, — он был длиной более пятндцти футов

— Вот видите, — спокойно скзл охотник

— Д! — отвечл брон бледнея, — это ужсно… если бы вы не остновили нс вовремя…

— А что, это болото тянется очень длеко? — спросил грф

— Миль н двдцть, может быть, и больше, никто этого не знет

— Кк же это могло прийти вм в голову, друг мой, — продолжл грф, — зствить нс идти по ткой опсной дороге?

— А потому, что это единствення дорог, по которой можно добрться к тому месту, куд я вс веду, деревня, где я живу, окружен с трех сторон этим болотом впрочем, со мной вм тут не грозит никкя опсность.

— Д, это првд! Идем звтркть. Тм, по-видимому, только нс и ждут.

Индейский вождь и об его помощник покзли себя нстоящими мстерми своего дел, и звтрк был готов дже рньше, чем рссчитывли. Смо собой рзумеется, что он глвным обрзом состоял из того, что дл охот н медведя: медвежьи лпы, печенные в золе, и кусок хорошо прожренного филея; зтем, тк скзть, уже от себя, путешественники прибвили ямс, хлеб и две тыквенные бутылки с вином и водкой.

Продолжительное путешествие не могло, конечно, не окзть влияния н ппетит путешественников.

Все уселись в кружок н трву, и кждый, выбрв кзвшийся ему ниболее лкомым кусок, принялся рботть зубми с усердием, которое подвло ндежду, что от звтрк не остнется ничего.

В то время, пок путешественники звтркли, взошло солнце.

Пейзж тотчс же изменился.

Он предстл пред ними в ткой крсоте, что фрнцузы, не успевшие еще свыкнуться с крсотми мерикнской природы, то и дело вскрикивли от восторг.

Солнечные лучи обливли проглину потокми свет.

Взор блуждл по неизмеримым излучинм величественных вековых деревьев, густолиственные вершины которых обрзовывли громдный купол зелени.

С рссветом пробуждлись и птицы, и в лесу нчлся веселый концерт.

Попуги с громкими крикми порхли с одного дерев н другое.

Серые векши и опоссумы перепрыгивли с ветки н ветку.

Н холме, кзвшемся путешественникм молчливым, хмурым и грустным несколько минут тому нзд, теперь все жило, рсцветло и дышло всеми своими гигнтскими порми, сияло величием и крсотой под блгодетельным влиянием лучезрного свет.

Это было восхитительное зрелище.

В ту минуту, когд путешественники окнчивли свою трпезу, н недлеком рсстоянии послышлся крик водяного голубятник.

Грф поднял голову.

— Н что вы смотрите? — спросил его Бержэ.

— Я ищу птицу, которя сейчс кричл.

— Это водяной голубятник, он нш друг, — ответил охотник. И вслед зтем см стл подржть крику той же птицы и делл это с тким совершенством, что молодой человек мшинльно обернулся.

— Э! — вскричл он в изумлении, — это еще что ткое?

В ту же минуту отряд из пятидесяти воинов вышел н проглину по тропинке, противоположной той, по которой прибыли путешественники.

— Это друзья, — отвечл Бержэ, вствя, — индейцы и лесные бродяги, они вышли к нм нвстречу. Они же и дли о себе знть нм криком, который вы слышли.

— Добро пожловть! — весело скзл молодой человек.

Все встли, чтобы приветствовть прибывших, которые, в свою очередь, остновились н опушке проглины.

Они неподвижно стояли, кждый н своем месте, и ждли, пок с ними зговорят.

Это были все сильные здоровые люди, большей чстью средних лет, с гордыми и энергичными лицми. Если не считть бороды, которую носили некоторые из лесных бродяг, д длинных белокурых волос, ниспдвших густыми прядями им н плечи, между ними и индейцми не было почти никкого рзличия: тот же цвет кожи, похожий н жженый кирпич, тот же смый охотничий костюм, — словом, издли было очень трудно отличить бледнолицых от крснокожих.

По знку Бержэ новоприбывшие рзделились н дв почти одинковых отряд: Тонкий Слух стл во глве первого, кндец стл впереди второго отряд.

Тогд вождь подошел к грфу и по индейскому обычю сжл ему левую руку првой.

— Вот ты, нконец, и пришел (обычня формул привет). — Вот мои дети, это Гуроны озер; они любят своего белого дед. По моему приглшению они пришли к тебе, ты можешь рсполгть ими по своему желнию для службы ншего белого дед. Это смые знменитые воины моего племени; руки их крепки, сердце мужественно, язык их не лжив, глз их видят ночью тк же хорошо, кк и днем.

— Блгодрю вс, вождь, — ответил грф, — з то, что вы привели сюд вших воинов, они будут жить возле нс. С их помощью и пользуясь вшими советми, я ндеюсь, что нм удстся счстливо исполнить прикзния ншего белого дед; он любит своих индейских детей и желет им счстья.

Бержэ переводил эту речь индейцм по мере того, кк он произносилсь, рвно кк он же служил переводчиком и для Тонкого Слух, потому что вождь, хотя и понимл по-фрнцузски и дже говорил немного н этом языке, но познния его были все-тки недостточны для того, чтобы он мог произнести целую речь.

Индейцы почтительно поклонились и, в знк удовольствия, двжды оглсили глубокие своды лес дикими звукми их ужсного воинственного клич.

Зтем грф повернулся к лесным бродягм.

— Товрищи, — скзл он, приветствуя их, — нм с вми нет ндобности объясняться через переводчик. Мы дети одной родины, все рвно, что бртья Родились ли мы по ту или по эту сторону окен, кндцы мы или европейцы — мы все сыновья одной мтери, той фрнцузской нции, блгородные трдиции которой вы тк хорошо предствляете в Америке. Я не только ндеюсь, но дже уверен, что вы мне поможете победить ншего общего врг. Вы же, со своей стороны, можете быть уверены, что я поведу вс только туд, куд этого потребует честь Фрнции!

— Д здрвствует Фрнция! Д здрвствует король! Смерть нгличнм! — зкричли кндцы громовым голосом, с энтузизмом потряся своим оружием.

— Д, друзья мои, д здрвствует король! Д здрвствует Фрнция! — повторил грф, мхя шляпой.

Когд крики, нконец, умолкли и снов нступил тишин, грф продолжл

— Возложенное н нс поручение вполне достойно и вшей хрбрости, и вшей опытности. Нм придется преодолевть всевозможные препятствия и зтруднения, вести опсную борьбу, но с вшей помощью и пользуясь советми Бержэ, испытння хрбрость которого мне известн, я не сомневюсь в том, что успех увенчет мои усилия.

— Нш честь повелевет нм помогть вм всеми ншими силми, господин Луи, — скзл охотник, — будьте уверены, что мы свято исполним нш долг

— Я это зню и вперед вс з это блгодрю; вы поступили вполне рзумно, Бержэ, нзнчив ншим друзьям свидние вдли от всякого нескромного взор. Теперь, после того кк мы объяснились и условились относительно ншего дльнейшего обрз действий, нм нечего уже бояться шпионов со стороны нших вргов и можно будет отпрвиться, кк только будут окончены все необходимые приготовления.

— Господин Луи, я счел себя обязнным в интересх экспедиции, ткже для того, чтобы мы не пошли по ложному следу, отпрвить одного из нших ниболее ловких рзведчиков н поиски нгличн; он ушел еще вчер с восходом солнц и отсутствие его не может быть продолжительным. По-моему, нм следовло бы подождть его возврщения, прежде чем принимть ккое бы то ни было определенное решение. Я почти уверен, что он принесет нм известия о тех, кого мы хотим зхвтить врсплох.

— Я вполне рзделяю вше мнение и поздрвляю вс, друг мой, с прекрсной мыслью отпрвить этого рзведчик… А что же мы будем делть тем временем, чтобы не нвлекть н себя подозрений?

— То, что и было решено внчле, господин Луи, — мы будем охотиться, впрочем, ни один шпион не посмеет проникнуть сюд к нм, потому что мы все друг друг знем, шпион будет тотчс же открыт и повешен!

— Это верно! А теперь, рз тут нс больше ничто не удерживет, мне кжется, нм можно было бы нпрвиться и к вшей деревушке

— Д, тем более что нс тм ждут с нетерпением мы дже несколько зпоздли.

— Ну, тк с Богом в путь!

Несколько минут спустя об отряд, слившиеся теперь в один, покинули проглину и снов углубились в лес по тропинке, по которой прибыли лесные бродяги, единственной проходимой через болот

Глв III. МНОГО СОБЫТИЙ В ТЕЧЕНИЕ КОРОТКОГО ВРЕМЕНИ

Теперь нм следует вернуться к кпитну дону Плмэду Бернрдо де Бивр и Крпио. Его рыцрскя и корыстолюбивя особ был покинут, кк помнит читтель, умирющей н окроввленной трве.

Хотя смерть его был больше чем вероятн и хотя достойный кпитн не мог см изменить ни позы, ни мест, однко, прибыв н место поединк, грф де Виллье в сопровождении своего друг, брон де Гриньи, не ншел тм ни рненого, ни умирющего. А, между тем, проглин все еще сохрнял следы ожесточенной борьбы противников.

Вот что произошло в отсутствие грф.

Кпитн, обессилев от потери крови, потерял сознние и лишился чувств.

Несчстный лежл уже несколько минут без движения; он, без сомнения, незметно для смого себя был уж н пути от жизни к смерти, кк вдруг, к счстью для него, потому ли, что Провидение кк-то особенно зботилось о его дргоценном существовнии или же, что более вероятно, случйно-н проглине появились три всдник.

Двое из этих всдников, по своим богтым и изящного вкус костюмм, по-видимому, приндлежли к высшему клссу обществ: они носили шпгу, что с первого же взгляд зствляло признть в них особ блгородных. Они были очень молоды; по лицу стршего ему нельзя было дть больше двдцти лет.

Третий всдник был человек с мужественными, энергичными и умными чертми лиц; его черные глз, полные огня, придвли его хрктерному лицу выржение решимости. Черня и густя бород покрывл весь его подбородок. Ему было смое большее тридцть лет; рост он был высокого, стройный, мощно сложенный и в то же время не лишенный в известной степени и грции, хотя это понятие не совсем применимо к мужчине.

Костюм его, чрезвычйно простой, совершенно черный и без вышивок, был костюмом доверенного слуги. Он носил н боку охотничий нож н широком поясе из толстой кожи, рукоятки двух длинных пистолетов торчли в кобурх его седл.

Выехв н проглину, трое всдников остновились и бросили вокруг себя беспокойный взгляд.

— Что это знчит? — вскричл млдший из них, укзывя своей кокетливо зтянутой в перчтку рукой н рспростертое н земле тело.

— Э! — отвечл тот, который имел вид слуги, — это, по всей вероятности, труп.

— Вы думете, Андрэ, что этот несчстный умер? — спросил молодой путешественник.

— Я не могу вм скзть этого точно, но, если госпож мркиз желет, в этом нетрудно и удостовериться.

— Д, пожлуйст, узнйте, Андрэ, не ошиблись ли вы, — отвечл тот из всдников, которого слуг величл мркизой, и зтем добвил сердитым тоном: — Рз и нвсегд прошу вс помнить, что меня не следует нзывть ни госпожой, ни мркизой. Зчем же стл бы я тогд переодевться, если вы стнете тким обрзом, точно нрочно, кк будто желя доствить себе удовольствие, кждую минуту объяснять, кто я в действительности? Следите з собой и з своим языком.

Андрэ опустил голову, ни слов не ответив н этот выговор, и приблизился к лежщему н земле человеку, которого он считл мертвым. Остльные дв всдник оствлись н том же месте, может быть, потому, что не придвли особенной вжности этому инциденту, может быть, и потому, что не желли близко видеть труп.

Между тем, Андрэ соскочил н землю, нгнулся нд телом и перевернул его. Дон Плмэд лежл в трве вниз лицом.

Вдруг слуг выпрямился с криком удивления.

— Что тм еще? — нсмешливо спросил стрший из всдников. — Рзве покойник был вшим вргом, Андрэ?

— Нет, судрь.

— Он не укусил вс?

— Этот несчстный еще долгое время не будет в состоянии пользовться тем, что некогд нзывл своими челюстями.

— Тогд что же знчит вш крик?.. Вше удивление?

— Знете ли вы, господ, кто ткой этот несчстный, с которым тк дурно поступили?

— Нет, д и не желем особенно этого знть.

— А между тем, вм следовло бы им зняться, или же позвольте мне позботиться о нем.

— А почему?

— Д потому, что мне кжется, что он еще дышит.

— Если он и дышит, то тк незметно, что ей-ей об этом не стоит и говорить, — зметил млдший из всдников.

— Но… Андрэ прв, — скзл стрший, — не можем же мы оствить этого несчстного без помощи… я узню его.

— Кто это? — спросил мркиз или мркиз.

— Ах! — отвечл стрший с легким оттенком иронии. — Мы только что нчинем компнию и уже успели потерять одного из смых ндежных нших бойцов. Этот человек, которого ты видишь рспростертым н земле, — нш хрбрый рубк, неустршимый кпитн Плмэд.

— И првд…

— Черт с ним, с этим негодяем! Этот испнец окзлся просто-нпросто жлким хвстуном. Тк вот ккой прекрсный результт дло его бхвльство!

— Тут ншл кос н кмень, — сентенциозно зметил слуг всдников.

— Совершенно спрведливо! В особенности н этот рз. Ей Богу! Слвные удры шпги. Потомок Сид весь исколот. Посмотрите-к н его рны, Кмилл.

— Я узню и угдывю руку, ннесшую эти удры, — отвечл Кмилл с жестом ненвисти и гнев. — Однко для нс утешительного тут мло.

— Ты уже колеблешься? Может быть, ты уже подумывешь о возврщении нзд?

— вскричл стрший из всдников с тким выржением, в котором ндежд смешивлсь с рзочровнием.

— Вовсе нет! Но мщение нше придется отложить.

— Тем лучше!

— Почему же тем лучше? Я не понимю тебя, Луиз.

— Не Луиз, Луи, с твоего позволения, — возрзил, улыбясь, другой всдник. — Я вовсе не говорю о случившемся и просто потому, что, по моему мнению, мркиз де Бу-Трси и грфиня де Млевль не могут удовольствовться ткой обыкновенной местью. Подослть убийцу к изменившему им человеку, это недостойно нс! Для женщин, которых я только что нзвл, это дже унизительно и не может дть полного удовлетворения!

Грфиня опустил голову, не отвечя н слов мркизы.

Рз переодетые, дмы ншли возможным сми рскрыть свое инкогнито, мы не видим никкого неудобств последовть их примеру.

Мркиз продолжл через минуту:

— Очевидно, нм придется поискть лучшего, и мы нйдем лучшее с Божьей помощью.

— В Писнии скзно: «Ищите и обрящете», — иронически зметил грфиня, — поступим же и мы тк, кк учит Евнгелие!

— В добрый чс! Мне нрвится, когд ты говоришь тк. Во время этой беседы Андрэ, молочный брт мркизы, деятельно стрлся окзть посильную помощь кпитну, рны которого он дже обмыл с грехом пополм.

Несмотря н это, рненый все еще не подвл ни млейших признков жизни.

— Что нм делть с этим негодяем? — спросил слуг.

— Гм! — протянул мркиз, — он, по-видимому, очень болен.

— Оно и н смом деле тк; однко, я думю, что блгодря моему умению рспознвть рны я могу поручиться з то, что положение его не совсем уж безндежно. Потеря крови причинил обморок, но ни один вжный оргн не здет и не поврежден

— Мы ведь здесь в пустыне, — зметил грфиня.

— Вдли от всякого жилья, — с нмерением подчеркнул мркиз. — Млейшя потеря времени может сделться для нс гибельной.

— Тк предоствим же его собственной судьбе, — скзл Андрэ

— Это будет, пожлуй, смое лучшее, что мы можем для него сделть.

— Рек течет всего в двух шгх отсюд. Андрэ многознчительно посмотрел н обеих дм.

— Огио быстр и глубок, господ… Кк прикжете мне поступить с ним! Я исполню вше прикзние.

— Он дл себя убить, кк дурк, тем хуже для него! Он ни н что ненужный жлкий хвстун!

— А потому… — продолжл Андрэ, деля многознчительный жест.

— Мертвые не болтют! — продолжл, мркиз, отворчивясь.

— Хорошо, — холодно отвечл молодой человек Зтем он нгнулся и поднял тело н руки.

Обе дмы рзговривли между собой и, кзлось, нисколько не знимлись происходившим.

Андрэ, кк мешок, перекинул тело поперек седл своей лошди.

Кпитн сделл легкое движение и вздохнул.

Андрэ остновился.

— Ну? — спросил его мркиз.

— Он приходит в сознние.

— Одной причиной больше для того, чтобы поторопиться. По одному тому, кк хлднокровно произнесл мркиз эти слов, можно было предствить себе, ккого опсного врг имел в ней грф де Виллье.

Андрэ поклонился и собрлся уезжть с проглины. Вдруг кусты рздвинулись, и покзлся человек не больше кк в десяти шгх от путешественников.

У этого человек со свирепым лицом, в беспорядочной одежде, з поясом был зткнут пр длинных пистолетов и охотничий нож, в руке он держл ружье.

При виде его обе дмы сделли испугнные движения, Андрэ быстро стл перед ними для того, чтобы их зщитить.

Незнкомец поствил н землю приклд своего ружья и, устремив мрчный взгляд н группу из двух дм и их слуги, проговорил с нсмешкой:

— Я, по-видимому, попл кк рз вовремя!

— Что вм от нс нужно? — спросил Андрэ, стрясь кзться совершенно спокойным и не выдть своего волнения и испуг.

— Черт возьми! Если я не ошибюсь, здесь можно зрботть деньжонок… Я требую свою долю, вот и все!

— Что нужно от нс этому олуху? — вскричл с гневом мркиз.

Он сумел победить в себе первое движение женской слбости.

— Потише, прекрсный молодой человек, — холодно возрзил незнкомец, — не кричите, пожлуйст! Двйте лучше потолкуем миролюбиво; мне кжется, что это будет горздо лучше для всех нс, в особенности же для вс!

— Я вс не понимю, — высокомерно возрзил мркиз

— З мной остновки не будет, молодой господин, я сейчс вм все объясню… Впрочем, я и явился сюд именно з этим.

— Прежде всего, кто вы ткой? — скзл мркиз, успевшя вернуть себе все свое хлднокровие и твердость.

— Кто я ткой? Объяснять это мне пришлось бы вм слишком долго. Кроме того, для вс это и не может предствлять никкого интерес. В нстоящую минуту вм достточно знть, что я человек, не знющий ни упреков совести, ни стрх и вообще одинково способный н многое кк дурное, тк и хорошее.

— Словом, — перебил его мркиз, — человек, который может сделть все что угодно з хорошую плту.

— Именно, — ответил незнкомец совершенно спокойно, — вы угдли.

— Прекрсно. Но все это не объясняет нм вших нмерений.

— Знчит, вы не хотите их понимть? Если слух не обмнул меня, потому что я слышл весь вш рзговор, — он с нмерением сделл удрение н последних словх, — я мог бы, если мы поймем друг друг, окзть вм некоторые услуги; я ведь без предрссудков… н известных, конечно, условиях… Я хорошо зню все тропинки в этой стрне, в особенности же те, о которых и понятия не имеют обыкновенные проводники.

Из этого ружья я з шестьдесят шгов всживю пулю в глз ягур; я зню, где нходятся укромные местечки, куд можно прятть н время или нвсегд рзличные ненужные больше вещи, ккого бы вид эти вещи ни были, и при этом могу поручиться, что их никто и никогд не нйдет без меня.

— Прекрсно! И это все?

— Почти, я облдю, кроме того, двумя прекрсными кчествми.

— Посмотрим, кковы они.

— Я верен и нем; только дв эти кчеств стоят дорого тому, кто пожелл бы ими воспользовться.

— Я это понимю, — смеясь скзл мркиз. — Итк?..

— Итк, судите сми, гожусь я вм или нет?

— Может быть.

Грфиня и Андрэ оствляли до сих пор н долю мркизы зботу поддерживть этот рзговор.

Обе дмы шепотом поговорили между собой несколько минут, в то время кк незнкомец, все еще опирясь о свое ружье, нсмешливо посмтривл н них.

Зтем мркиз скзл, обрщясь к незнкомцу:

— Можете вы взять н себя попечение об этом рненом и вылечить его?

— Рзве вы действительно хотите, чтобы он выздоровел?

— К чему этот вопрос?

— Потому что недвно у вс, по-видимому, было совсем иное нмерение, совсем иное желние.

— Очень может быть; теперь я другого мнения.

— Хорошо, он выздоровеет.

— И вы будете молчть?

— Буду молчть, идет!

— Отлично! Возьмите этот кошелек.

И он протянул тяжелый кошелек незнкомцу, который снчл прикинул его н руке, зтем опустил в свой широкий крмн с выржением удовольствия.

«Прекрсно! — прошептл мркиз, внимтельно следившя з этим мневром.

— Он корыстолюбив, и, блгодря этому, будет в моих рукх!».

— Это все? — спросил незнкомец.

— Нет еще.

— Что вм еще нужно?

— Вше имя.

— У меня его нет, по крйней мере, моего имени здесь никто не знет.

— Кк же тогд нзывют вс люди, имеющие с вми дел?

— Меня нзывют Изгннником.

— Изгннник! Теперь я буду помнить. Когд я могу вс видеть, если вы мне пондобитесь?

— Когд пожелете.

— Где же?

— Где хотите.

— Гм! Мне это не совсем понятно, — проговорил грфиня де Млевль.

— Я не могу отвечть инче.

— Однко, живете же вы ведь где-нибудь в лесу?

— Очень возможно.

— Где же вы живете?

— Этого я не могу скзть… не могу и не хочу.

— А почему?

— Потому что не хочу, чтобы ко мне ходили.

— Однко, кк же увидеть вс, когд вы будете нужны?

— Меня можно нйти.

— Но где же нйти вс?

— Везде!

— Мы игрем с вми в згдки.

— Ничуть. Скжите мне, где и когд вы желете меня видеть, и я буду нходиться в условленный чс в укзнном месте.

— Хорошо! Будьте здесь, где мы сейчс нходимся, звтр в полдень.

— Хорошо! В полдень я буду ждть вс здесь.

— Вы сообщите мне, кк будет чувствовть себя этот несчстный.

— Это решено.

— Но кк же вы дотщите его, ведь вы пешком.

— Об этом не беспокойтесь, я его увезу.

— Однко…

— Вы хотите это знть?

— Д.

— Тогд подождите.

Незнкомец свистнул кк-то особенно.

Через две или три минуты послышлся лошдиный глоп, кусты рздвинулись, и почти тотчс же н проглину выскочил великолепня лошдь и стл тереть свою изящную и умную голову о плечо Изгннник.

— Вот, — скзл последний, — вы теперь довольны?

— Совершенно!

— В тком случе, милейший, — скзл он, обрщясь к Андрэ, — передйте мне рненого, он ничего не потеряет от этой перемены.

Последний повиновлся.

Изгннник прыгнул в седло и поместил кпитн перед собою.

— Готово, — скзл он.

— Звтр в полдень, — нпомнил ему мркиз.

— Я приду.

— Прощйте!

Зтем трое всдников удлились с проглины, и звук копыт их лошдей скоро змер в отдлении.

Изгннник оствлся неподвижно н месте, устремив глз в ту сторону, где исчезли путешественники.

Когд он, нконец, уверился, что он один, выржение его лиц мгновенно изменилось.

Бедняжк! — скзл он, — я кк рз вовремя явился к нему н помощь. Еще несколько минут, и он погиб бы! Это человек, и было время, когд он окзл мне услугу. Я не мог оствить его умирть кк собку.

Зтем он тронулся в путь.

— Кто эти женщины? Что им ндо? — продолжл он через минуту. — Несмотря н их переодевние, я срзу узнл, что они вжные дмы! Тут есть тйн, и я открою ее!

В эту минуту он пробирлся вдоль берегов Огио.

— Ах! Это золото, — прошептл он, — не зню почему, но мне кжется, что оно жжет? Освободимся от него!

И он, который перед мркизой и ее приятельницей тк хорошо рзыгрл корыстолюбивого человек, вынул из крмн кошелек, днный ему мркизой, и швырнул его в реку.

Минуту спустя этот стрнный бндит свернул н узкую тропинку, вившуюся змейкой между деревьями, и углубился в лес.

Едв он исчез, увозя свою ношу, кк дв человек вступили н проглину, где произошло столько событий в ткое короткое время.

Эти дв человек были грф де Виллье и брон де Гриньи.

Идя из форт Дюкэн, они все время следовли вдоль берег реки.

Блгодря этому они и не встретили ни переодетых женщин в сопровождении слуги, ни Изгннник, и не узнли, ккя судьб постигл рненого кпитн.

Глв IV. ЗМЕЯ

Изгннник, которого мы будем продолжть нзывть этим именем до того дня, когд нм удстся открыть его тйну, увез н своем коне знтного испнского идльго дон Плмэд и Крпио.

Стрик своим появлением, по всей вероятности, избвил блгородного идльго от смерти: или от удр кинжлом в сердце, или же от купнья в бурливых водх Огио.

Проехв около десяти минут вдоль опушки лес, Изгннник, вместо того, чтобы повернуть н дорогу, которя вел к его хижине, свернул впрво и нпрвился по едв зметной тропинке, бесчисленные излучины которой, кзлось, шли все по одному и тому же месту, — до ткой степени они перепутывлись между собой. Всдник не жлел шпор, и лошдь неслсь быстрым глопом; рненый, кзлось, не чувствовл толчков и не открывл глз; лицо его было все ткое же бледное и тк же мертвенно-неподвижное. И только нервные судороги, которые по временм пробегли по всему его телу и зствляли его подсккивть, одни лишь они служили докзтельством, что жизнь еще теплилсь в этом теле.

Изгннник довольно чсто глядел н него со смесью грусти, жлости и иронии. При этом он ворчл себе. под нос:

— Бедняг! Ккя это шпг могл ннести ему ткие жестокие удры? Если мне удстся его спсти, он будет иметь прво хвлиться, что видел смерть очень близко. Я спсу его, — добвил он через минуту, — тк ндо! Он будет служить нм, см того не сознвя!

При этом лицо его принимло выржение непреклонной решимости, которя, нверное, зствил бы порядком приздумться фрнцузских дм, если бы они могли его видеть.

После довольно продолжительной езды по лесм, продолжвшейся не меньше чс, Изгннник достиг, нконец, ткого мест, где лесня чщ был до ткой степени густ и зпутн линми, рстениями и кустрником, что стновилось положительно невозможным продвигться дльше верхом; дже пешеходу и тому удлось бы продолжить путь сквозь эту непроходимую чщу лишь ценой невероятных усилии.

Нд этим местом, мрчным и тинственным, которое, кзлось, могло служить только логовищем хищным животным, следы которых виднелись н кждом шгу, возвышлся гигнтский magney; дерево это кзлось просто огромным по срвнению с другими деревьями и, простиря могучие ветви по всем нпрвлениям, оно покрывло своею тенью знчительное прострнство.

Ствол этого лесного гигнт имел около двендцти метров в окружности.

Изгннник остновился в нескольких шгх от дерев-гигнт, бросил кругом себя подозрительный взгляд и, убедившись, что все спокойно вблизи того мест, где он нходился, поднес руку ко рту и дв рз подл сигнл, подржя крику голубятник.

Почти в ту же минуту в ответ ему послышлся тот же крик, зтем хриплый голос, по-видимому, вырыввшийся из смой чщи кустрник, плотного кк стен, спросил угрюмо:

— Это вы, хозяин?

— Д, это я, — отвечл Изгннник, по-видимому нисколько не удивившись вопросу невидимого своего собеседник.

— Кк вы поздно приехли, хозяин.

— Меня здержли!

— Д, — продолжл голос, — и кроме того вы подобрли кое-что по дороге, Жн-Поль.

— Это полумертвый рненый, которого я не позволил окончтельно добить, — отвечл тот, которого из чщи нзывли именем Жн-Поля. — Эй, стрый брсук, выходи поскорей из твоего логовищ, мне нужн твоя помощь.

— Стрння мысль пришл вм в голову! — проворчл невидимый собеседник, — знчит, теперь волки покровительствуют ягнятм! Свет перевернулся вверх ногми.

Жн-Поль стл смеяться.

— Хорош ягненок нечего скзть! Ты его увидишь. Ну, мне ндоело слушть твои вечные жлобы и, кроме того, у меня нет времени ждть, пок изменится рсположение твоего дух. Ну, Змея, ползи ко мне!

— Черт возьми! Рзумеется, я должен выйти, рз вы этого требуете, — проворчл тот, кого нзвли Змеей, все еще не покзывясь. — Рзве я не делю всегд того, что вы мне прикзывете?

— Если это тк, чего же рди ты тк долго не идешь?

— Хорошо, хорошо, иду, черт возьми. Нечего вм тк сердиться.

— Я не сержусь, просто у меня нет времени ждть, и н это я имею прво, ндеюсь.

— Ну, д! Недоствло еще того, чтобы вы стли теперь делть мне упреки! Чего доброго, это может зствить меня ползти поскорей!

Жн-Поль, рз уже мы теперь знем его имя, огрничился тем, что молч пожл плечми.

В эту минуту послышлся довольно сильный треск в сплошной стене лин, кзвшейся непроходимой.

Ветви рздвинулись нпрво и нлево, двя проход человеку, которого Изгннник ожидл с тким нетерпением и который выходил из своего убежищ с ткой неохотой.

Это был человек очень высокого рост, но зто необычйно худой. Его мленькя голов, укршення целым лесом крсно-рыжих волос, зкрыввших ему лоб почти до смых бровей, сидел н длинной и тонкой шее; угловтые черты его лиц носили выржение коврств, стновившегося еще зметнее блгодря блеску подвижных нвыкте, серых глз.

Н вид ему можно было дть лет сорок. Все его движения стрнным обрзом опрвдывли днное ему прозвище змеи.

Он, кзлось, не ходил, ползл и скользил по земле, кк нстоящя змея.

Чтобы еще более дополнить сходство этого человек с пресмыкющимися, его кости при кждом движении издвли сухой звук, похожий во всем н звук колец гремучей змеи.

Это болезненное явление, происходившее от слишком большой сухости костей, сильно огорчло беднягу, потому что очень чсто, особенно в тех случях, когд он желл проскользнуть незмеченным, выдвло его присутствие его вргм.

Несмотря н ткую скелетообрзную худобу, его мускулы, твердые кк железо, свидетельствовли о змечтельной силе, которя, блгодря редкой ловкости, делл его во всех отношениях чрезвычйно опсным противником для тех, кого злосчстня судьб приводил к ссоре с ним.

Одет он был почти тк же, кк Изгннник, с той единственной рзницей, что одежд сидел н нем кк мешок. В зключение остется только добвить, что он был вооружен с головы до ног.

Проскользнув в рздвинутые ветви лин, брося, вследствие долгой привычки к осторожности, вопросительные взгляды вокруг себя, он продвинулся вперед и, остновившись перед всдником, поклонился ему не только вежливо, но дже довольно почтительно.

— Вот и я, — скзл он, — что вм от меня нужно?

— Нконец-то, ты решился послушться меня, — отвечл Изгннник, — возьми этого человек и отнеси его в твою хижину; глвным обрзом, стрйся трясти его кк можно меньше; повторяю тебе, что он рнен и очень серьезно.

— Вот еще! Что же мне теперь сиделкой сделться, что ли?

Черт бы побрл этого негодяя… Стрнные у вс бывют иногд мысли, хозяин!

Несмотря н это, Змея повиновлся, но вдруг он вскрикнул от удивления и, вместо того, чтобы удлиться со своею ношей, остновился неподвижно.

— Э! — вскричл он, — кого же это, однко, нм черт принес?

— Знчит, ты его узнл?

— Клянусь Богом! Ндо быть слепым, чтобы не узнть его дже в тком, нельзя скзть, чтобы особенно блестящем виде.

— Ты и теперь будешь упректь меня з то, что я его спс?

— Кто же его знет? Может быть, вы сделли хорошо, может быть, и дурно! В прежние времен он был очень и очень плохим товрищем; я довольно-тки долго пожил с ним и успел подметить все особенности его скверного хрктер!

— Все-тки двй снчл вылечим его, тм видно будет.

— Это верно, — скзл Змея с печльною улыбкой — мы сумеем в любую минуту отделться от него, если он стнет нм мешть, я беру это н себя!

— Рзумеется! Хотя не зню почему, но мне кжется, что нм не придется прибегть к этому. Он еще нм пригодится, ты увидишь!

— Это уж вше дело. А теперь?

— Неси его в хижину и пострйся хорошенько зботиться о нем! — прикзл Изгннник, спрыгивя с лошди н землю. — Никогд не ндо делть дело нполовину.

— Но, — возрзил опять Змея, — присутствие здесь этого человек рсстривет все нши плны.

Жн-Поль улыбнулся со стрнным выржением и, положив тихонько руку н плечо своего товрищ, скзл ему:

— Делй то, что я тебе говорю, и не беспокойся об остльном; я беру н себя ответственность з все, что может случиться. Не бойся ничего.

— Если тк, то мне больше не о чем говорить, — ответил Змея, деля утвердительный жест.

Зтем, попрвив кк следует свою ношу, Змея нпрвился к себе в хижину той же дорогой сквозь лины.

Изгннник смело последовл з ним, ведя свою лошдь н поводу.

Люди и животное шли по этому лбиринту с зкрытыми глзми.

Немного погодя они очутились в обширном зеленом зле. зкрытом со всех сторон стенми из лин. Лины эти были тк перепутны и пересеклись тким густым колючим кустрником, что, кк только Изгннник соединил ветви, рздвинутые Змеей, смому опытному глзу стло невозможно проникнуть сквозь эту громдную лиственную звесу, которя, кзлось, выросл тким обрзом здесь вполне естественно и соствлял чсть остльного лес.

В центре зеленой злы величественно возвышлся гигнтский ствол magney, о котором мы говорили выше. Внутренность ствол этого дерев был совершенно пуст. Колоссльное дерево питлось только одними деревянистыми волокнми коры, причем оно, по-видимому, нимло не стрдло от этой громдной пустоты, вырытой в нем векми и дже в смом его основнии.

Змея воспользовлся этим открытием, сделнным им случйно, и извлек из него смую полезную сторону для того, чтобы устроить в этом дупле свое жилище и поместиться в нем смому с лошдью тк же удобно, кк если бы это был нстоящя хижин.

Мло того, он ухитрился дже пробить окн в этом стрнном жилище и сделл дверь из одного куск коры, герметически зкрыввшего отверстие.

Жилище было рзделено н две рвные чсти посредством перегородки.

Првя сторон, предоствлення хозяину, зключл в себе постель, сундук, дв стул, дв тбурет и стол.

Левя сторон служил конюшней; в ней свободно могли помещться две лошди, иногд здесь стояло и по четыре лошди срзу. Несколько штук кур жили, кк умели, бок о бок с лошдьми.

Хозяин этого тинственного жилищ стряпл н воздухе, под нвесом, верх которого служил чердком для подножного корм и чулном для хрнения овощей и т. п.

Несколько охпок трвы, влявшихся в смом темном углу хижины и покрытых овечьими и медвежьими шкурми, дли возможность устроить постель, н которую тотчс же положили рненого.

Он уже был не в обмороке, спл. Слбость, причинення потерей крови, погрузил его в глубокий сон, почти летргический.

Изгннник и Змея, положив кпитн н импровизировнную постель, сми сели з стол и, поствив н него горшок с сидром, зкурили трубки.

— Знчит, вс здержл случйня встреч с этим негодяем? — спросил Змея, протягивя свой сткн, чтобы чокнуться с хозяином.

— Отчсти это, отчсти и кое-что другое, товрищ, — отвечл Жн-Поль, чокясь своим сткном о сткн своего собеседник. — В колонии довольно шумно в нстоящую минуту.

— Вы мне это говорили, но я все-тки понять не могу, ккое нм до всего этого дело и нсколько может ксться нс то, что делется в колонии.

— Потом ты это поймешь, — продолжл Изгннник с нсмешливой улыбкой, — если, конечно, ты рсположен служить мне и дльше, кк служил до сих пор.

— Неужели вы в этом еще сомневетесь, хозяин? — спросил Змея с видимым волнением. — Клянусь святой Анной из Орэ, — добвил он, блгоговейно поднося руку к шляпе, — я вш душой и телом, хозяин, я вш собственность, вш вещь, я, словом, весь вш. Не говорите же тк со мной, это мне очень больно слышть, вы ведь знете, что я иногд брыкюсь…

— Постой, постой, успокойся, я не хотел оскорблять тебя, — скзл Изгннник, — я тебя зню и ценю.

— В добрый чс! — продолжл Змея, сдерживя волнение. — Я зню, что я негодяй, изгннный из обществ, которое хорошо сделло, отвергнув ткую пршивую овцу, кк я; у меня, к несчстью, много пороков, я совершил много преступлений и з мной нет ни одного доброго дел, чтобы бросить его н весы. Все это првд, но у меня есть одн добродетель: моя испытння преднность вм! Не сомневйтесь же в ней, умоляю вс, если не хотите, чтобы я выкинул ккую-нибудь отчянную штуку!

— Ну, ну! Ты стрешься кзться горздо хуже, чем н смом деле; я зню тебя лучше, чем ты думешь.

— Нет, я только говорю првду про смого себя, я — вонючее животное, ядовитя тврь, все что хотите. Я ненвижу всех людей без исключения, и они воздют мне з это сторицей и имеют полное прво поступть тким обрзом; но я люблю вс, но не з то, что вы десять рз спсли мне жизнь… Что это для меня? Меньше чем ничего.

— Тк з что же? — спросил Изгннник с некоторым любопытством.

— З то, что вы один из всех людей, с которыми мне только приходилось иметь дело, не отвернулись от меня с презрением; з то, что вы открыли во мне хорошие стороны в этом ужсном хосе моих пороков; з то, что, вместо того, чтобы презирть меня и оттлкивть, вы великодушно протянули мне руку помощи; з то, что вы меня пожлели, — словом з то, что вы подняли меня смого в моих собственных глзх и докзли мне, что я, собк и проклятя Змея, могу еще годиться н что-нибудь и, может быть, дже делть добро.

— Ну, и ты видишь, что я был прв, и ты вовсе не тк дурен, кк говоришь, но довольно говорить об этом, пожлуйст, и потолкуем лучше о нших делх: я спешу.

— Я к вшим услугм.

— Я случйно нткнулся н этого рненого. Я появился кк рз в ту минуту, когд те, которые, по всей вероятности, были нстоящими виновникми приключения, окончившегося для его тк печльно, спокойно совещлись между собой: бросить ли его в Огио с кмнем н шее или же прикончить удром кинжл?

— Стрння отплт, нечего скзть.

— Не тк ли? Я слышл, кк они совещлись, и это зствило меня приздумться… зтем я покзлся им и спс его. Их я должен снов увидеть звтр. У меня явились некоторые подозрения, которые мне хотелось бы проверить: может быть, дело это горздо выгоднее для нших проектов, чем мы думем. Во всяком случе, принимя во внимние положение, в котором мы нходимся, никкие меры предосторожности не будут лишними. Ты меня понимешь?

— Прекрсно.

— Вот почему я привез этого негодяя сюд, вместо того, чтобы отвезти его к себе; кк только он будет в состоянии говорить, выспроси его поискуснее, поисповедй его и доведи до того, чтобы он рсскзл тебе свое приключение.

— В случе ндобности я рсскжу ему, кк хотели с ним поступить лиц, у которых вы его отняли.

— Нпротив, этого ты ни в коем случе не делй; ндо, чтобы он про них дже не знл и думл, что эти лиц принимют в нем большое учстие.

— Кк вм будет угодно.

— Я без всякого стеснения могу добыть некоторые сведения с другой стороны. Что же ксется тебя, збудь или сделй вид, что ты збыл злобу, которую ты к нему питешь; дже уверь его, если окжется нужным, что ты именно и спс его.

— Ну этого я уж ни з что не стну делть. Д, впрочем, он мне и не поверит, он слишком хорошо знет, кк сильно я его ненвижу.

— Весьм возможно! Итк, действуй по своему усмотрению; лишь бы ты не уклонялся от моих инструкций, все остльное безрзлично.

— Хорошо! Хорошо! Будьте спокойны, я ведь не ребенок! Изгннник встл.

— Вы уже уезжете?

— Д, стновится поздно, отсюд до меня длеко, моя дочь, пожлуй, стнет беспокоиться.

— Это верно! Когд же я вс опять увижу?

— Кк только я буду свободен: может быть, звтр, уж послезвтр нверняк.

— Я буду вс ждть. Больше вы мне еще ничего не скжете?

— Нет, будь осторожнее, вот и все!

— Ну, если придет кто-нибудь из тех, кого вы знете?

— Никто не придет рньше двух дней; я предупредил…

Змея поднялся, в свою очередь, и вывел лошдь из конюшни.

— В особенности, — продолжл Жн-Поль, сдясь в седло, — ухживй хорошенько з ншим рненым, может быть, он со временем нм еще пригодится.

— Положитесь н меня. Ведь вы знете, — добвил Змея с улыбкой и выржением, которое он стрлся сделть хитрым, — у меня есть некоторые познния в медицине и в хирургии.

— Вот потому-то я и привез его сюд. Ну, прощй! До звтр или смое позднее до послезвтр.

— Хорошо. А в ккое время, приблизительно, вы приедете?

— Я и см не зню… после обед.

— Хорошо! Итк, прощйте, желю вм успех!

— Блгодрю.

Змея рскрыл проход.

Изгннник вступил в лес; зтем лины были тщтельно з ним здвинуты, но не прежде, чем эти двое людей обменялись последним рукопожтием.

Жн-Поль нпрвился к хижине, которой он достиг вскоре после зход солнц.

Дочь ждл его с тревогой.

Звидев Изгннник, он вскрикнул от рдости и бросилсь к нему.

— Ну что же, отец? — с тревогой спросил он.

— Успокойся, дитя мое, все блгополучно! — отвечл он, целуя ее в лоб.

— Блгодрю, блгодрю, отец! — вскричл девушк с плохо скрывемым волнением.

— Увы! — прошептл Изгннник, подвляя вздох, — может быть, и он меня покинет в один прекрсный день?

И он, здумчиво опустив голову, вошел в хижину следом з дочерью.

Глв V. АТЕПЕТЛЬ ГУРОНОВ-ВОЛКОВ

Тонкий Слух, или Куг-Гндэ по-индейски, был глвным вождем той деревни, к которой нпрвлялись об отряд после обычных приветствий, которыми они обменялись в момент встречи.

Схем принял н себя комндовние отрядом. Поместившись во глве колонны, он сейчс же предложил Бержэ, рвно грфу де Виллье и брону де Гриньи знять мест рядом с ним.

Это предложение знять место рядом с схемом, считющееся очень почетным, поствило обоих офицеров высоко в глзх крснокожих, которые вообще очень строго относятся ко всему, что ксется этикет и чинопочитния.

Молодые люди, об еще тк недвно попвшие во фрнцузские колонии, не имели до сих пор возможности познкомиться с жизнью индейцев в их деревнях. Те индейцы, которых они видели мельком в форте Дюкэне, будучи вынужденными подчиняться требовниям европейской цивилизции, не предствляли из себя ничего особенно интересного для нблюдтеля-европейц.

Их мнеры и дже их костюм, соствлявший стрнную смесь всевозможных одеяний, выменянных у солдт и колонистов, нисколько не удивляли обоих молодых людей.

Теперь же им предствлялся в первый рз случй, пожлуй, дже зняться серьезным изучением нрвов и обычев крснокожих, которых большинство европейцев в то время почему-то считли существми низшей рсы, чуть ли не получеловекми.

Фрнцузские офицеры с живейшим интересом следили з всем происходившим у них перед глзми и збрсывли вопросми кндц, который сейчс же спешил объяснить им все, что могло им кзться неясным.

Он словоохотливо объяснял офицерм все, что в поведении индейцев с первого рз могло кзться им не только стрнным или смешным, но дже, пожлуй, угрожющим их личной безопсности.

Что же ксется Золотой Ветви и Смельчк, то они очень быстро сумели нйти себе друзей между кндцми блгодря той нсмешливой беспечности, которя тк свойственн фрнцузскому солдту.

Они смеялись и рзговривли с ними, точно знли их целые двдцть лет, отвечя прибуткми н прибутку, шуткой н шутку.

При выходе из лес путешественники снов очутились н берегу реки.

Перед ними рсстиллсь обширня рвнин, покрытя зеленой густой трвой; рвнин эт шл, постепенно поднимясь, до смых контрфорсов горной цепи, которые змыкли горизонт с этой стороны.

Почти н две мили впереди виднелсь деревня индейцев, рскинувшяся по обоим берегм реки.

Деревня эт, довольно знчительня, состоял не меньше кк из двухсот домов или, првильнее скзть, хижин.

Кк с той, тк и с другой стороны деревню зщищл огрд из кольев высотой футов в двендцть, вбитых в землю и связнных между собой веревкми из древесной коры; перед огрдой тянулся ров шириной в двдцть футов, глубиной в восемь Двое ворот, из которых одни выходили н север, другие н юг, двли доступ во внутренность тепетля-деревни; древесные стволы, перекинутые через ров, которые было легко убрть, служили подъемными мостми для сношения с внешним миром.

В противоположность большинству туземного нселения, ведущего кочевую жизнь, окружющие деревню поля были хорошо обрботны, что следовло, конечно, приписть влиянию кндских метисов, соствлявших довольно большой контингент нселения деревни.

Немного првее деревни и не больше кк в рсстоянии двух миль от нее виднелись дв отдельных клдбищ: одно клдбище лесных бродяг, другое — индейское.

Н первом, окруженном живой изгородью, виднелись скромные могилы, увенчнные крестми, выкршенными в черную крску.

Н втором виднелись те возвышенные подмостки, куд туземцы имеют обыкновение клсть своих покойников, которых они оствляют тким обрзом преврщться в мумии под влиянием воздух, солнц и дождя.

Индейское клдбище двло о себе знть еще издли зловонным зпхом от рзлгвшихся трупов, который ветер рзносил во все стороны.

Этот тепетль, могущий служить прототипом большинств центров туземного нселения (во время нших путешествий по Северной Америке мы встречли много тких же) по всей вероятности, был построен по плнм и укзниям кндских метисов.

Тут виднелсь дже претензия н некоторую првильность, укзыввшую н цивилизующее влияние прогресс. Улицы его были широки и прямы и все сходились рдиусми к обширной площди, знимвшей центр деревни.

Среди этой площди возвышлсь большя хижин врчевния, куд собирлись во время совещний вожди племени.

Ее окружли другие хижины.

Эти хижины по фсду имели вид длинных четырехугольников в один этж; мтерилом для их постройки служили громдные ветви и древесные стволы с ободрнной корой, сложенные в срубы опять-тки по европейскому обрзцу.

Индейцы, кроме того, обмзывли еще эти стены глиной, смешнной с сеном.

Крыши были покрыты корой кштнового дерев.

Кждя хижин внутренними перегородкми делится тким обрзом, что получются три комнты, сообщющиеся одн с другой посредством дверей из дубленой кожи лни, нтянутой н деревянную рму.

Зтем к хижине примыкло мленькое коническое здние, покрытое землей, тк нзывемый теплый кли, или зимний кли.

Эти вспомогтельные постройки нходятся, обыкновенно, в нескольких тузх от глвного жилищ и почти всегд прямо против входной двери.

Большя хижин врчевния или, лучше скзть, хижин совет, по своей стрнной форме зслуживет особенного описния.

Эт хижин имел вид ротонды, куд могло поместиться не сколько сот человек.

Нходясь, кк мы уже говорили, в центре деревни, он был выстроен н вершине искусственного холм высотой в двдцть пять футов.

Собственно хижин врчевния имел больше тридцти футов высоты, что придвло ей, в известной степени, величественный вид.

Здесь мы зметим, что искусственный холм был горздо древнее хижины, которя стоял н нем.

По всей вероятности, холм этот был нсыпн рньше и с другой целью.

Словом, индейцы не больше ншего знют, кким нродом и с ккой целью были нсыпны все эти искусственные горы.

Впрочем, н этот счет существует предние, которое одинково рсскзывют все индейские племен Северной Америки.

Н основнии этого предния они уверяют, что эти холмы и другого род пмятники в том смом состоянии, в кком они существуют и сейчс, предки их ншли в то время, когд, прибыв с зпд, звлдели всей стрной, предврительно прогнв или победив племен крснокожих туземцев.

Эти искусственные горы или холмы имеют очень много сходств с пирмидми, рссеянными по Мексике и построенными чичимэкми во время их переселений.

По этому же обрзцу, между прочим, построены пирмиды мйя, и это зствляет предполгть, что нрод, воздвигнувший эти искусственные пмятники, преднзнчл их первончльно для ккой-нибудь религиозной цели.

Они служили хрмми или зменяли собой хрмы по обычю древних нродов, воздвигвших жертвенники н возвышенных местх в ндежде, что, чем ближе они будут к небу, тем лучше услышт их боги и тем скорее исполнят их прошения.

Теперь мы рсскжем, кким обрзом строят крснокожие свою великую хижину врчевния и кк поступили в свое время предки Тонкого Слух, соорудившие ее н вершине искусственного холм. Снчл они вбили в землю, н одинковом рсстоянии один от другого, ряд столбов или свй около шести футов вышиной; н верхушкх этих столбов они сделли небольшие выемки или пзы, куд легли зтем большие переклдины, которые связли сви между собой.

Внутри этого круг они поместили второй ряд более крепких и большего рзмер свй, около двендцти футов высотой, ткже с выемкми и соединенных переклдинми. Зтем внутри второго круг поместился третий ряд столбов еще выше предыдущих; нконец, в смом центре этих концентрических кругов поствили громдный столб. Все это, з исключением верхушки центрльного столб, было снчл обрешечено, и уже н этот подрешетник легл крыш. Мтерил для крыши дл березовя кор, нложення в несколько рядов с целью не пропускть дождя.

Очень чсто н ткого род крыши нсыпют еще слой земли в предохрнение от пожр; но в селении гуронов эт предосторожность почему-то был признн излишней.

В хижину врчевния или совет вел одн только дверь; он был очень широк и очень высок, выходил н восток и служил одновременно для пропуск свет и для выход дым, когд в хижине рзводили огонь совет. Но тк кк огонь рзводят небольшой, ткой, который двл бы только достточно свет в продолжение ночи, и н топливо употребляют сухие дров, очень мелко нколотые и очищенные от коры, то огонь этот дет очень мло дым.

Нружные стены были сложены, кк и во всех остльных хижинх в деревне, из грубо обтеснных древесных стволов.

Внутри хижины совет между первым и вторым рядом столбов устроены были мфитетром дв или три ряд лвок, н которых вожди и ниболее знменитые воины усживлись или ложились по желнию во время торжественных собрний Лвки эти покрывлись циновкми или коврми, сделнными с большой тщтельностью из мленьких переплетенных между собой тонких лубков ясеня и дуб.

Нпрво от большого центрльного столб в землю был вбит тотем, или отличительня эмблем племени, нлево от него н двух колх, окнчиввшихся в виде вил, покоилсь великя священня трубк мир, которую ни в кких случях не рзрешлось клсть н землю.

У подножия этого столб рзводится во время собрния огонь, освещющий хижину; тут же вблизи столб помещются и музыкнты.

Вокруг этого же столб исполняются священные тнцы во время торжественных зседний, которые, зметим мимоходом, происходят почти ежедневно в течение целого год, тк кк индейцы никогд не приступют к совещнию до тех пор, пок не будут выполнены все требуемые по их понятиям формльности, в том числе и мистические тнцы, имеющие целью рсположить к ним Великого Дух.

Прием, сделнный крснокожими фрнцузским офицерм, был прост, рдушен и гостеприимен; женщины, дети и стрики высыпли н улицы и приветствовли прохождение отряд рдостными крикми и рзличными пожелниями.

Выржение этой рдости было вполне чистосердечно и естественно; видно было, что эти люди и в смом деле говорили то, что думли, и с истинным удовольствием принимли у себя фрнцузов, к которым чувствовли искреннюю дружбу и глубокую блгодрность з те блгодеяния, которые они получли от фрнцузов со времени поселения последних в их стрне.

Эти нивные докзтельств блгодрности и любви, пользующейся первым удобным случем откровенно выскзться, очень трогли молодых офицеров и нполняли сердц их рдостью: кждый из них с гордостью думл в эти минуты про себя, что они — предствители той великой нции, которой тк симптизировли эти бедные индейцы.

Грф де Виллье и его спутники, окзвшись одинокими в дикой стрне в нескольких тысячх лье от своей родины и н громдном рсстоянии от смых незнчительных поселений бледнолицых, невольно испытывли тйную боязнь, видя себя изолировнными в первый рз со времени своего приезд в Америку и к тому же среди людей, язык и нрвов которых они совсем не знли. Првд, их сопровождли несколько человек тких же бледнолицых кк и они сми, но, з исключением Бержэ, люди эти были им совершенно чужды, обрз их жизни, столь непохожий н их собственный, был длек от того, чтобы успокоить их, невзиря н все их уверения.

Но рдушня встреч срзу успокоил их и вернул им беспечную веселость и смелость, свойственную фрнцузской нции, и они, уже не боясь ничего и не думя ни о кких опсностях, всем сердцем отдлись охвтившему их рдостному нстроению.

Тем временем небольшой отряд достиг деревенской площди и здесь по знку предводителя остновился. После обмен еще целым рядом приветствий жители деревни, по новому знку нчльник, рзошлись по своим хижинм и этим дли понять своим гостям, что не желют стеснять их своим присутствием.

Зтем вождь взял грф де Виллье з руку и повел к большой, крсивой хижине, в которую ввел его вместе с остльными спутникми.

— Брт мой у себя дом, — скзл вождь, деля легкий поклон.

Потом, не прибвив больше ни одного слов, он ушел, предоствив фрнцузм делть что им угодно.

Прошло несколько дней, в течение которых фрнцузы отдыхли после утомительного путешествия.

Индейцы относились к ним в высшей степени почтительно.

Бержэ точно сквозь землю провлился.

В смый вечер прибытия грф де Виллье в деревню охотник вдруг исчез, не предупредив никого ни одним словом.

Ткое продолжительное отсутствие, совершенно к тому же непонятное, очень сильно беспокоило кпитн, который, лишившись возможности посоветовться с опытным и преднным ему кндцем, поневоле должен был, к великому своему неудовольствию, оствться в полном бездействии среди индейцев, язык которых он не знл. Кроме того, он боялся вступть в переговоры с кндскими охотникми, жившими в деревне, тк кк довериться им кзлось ему очень рисковнным.

Однжды утром, между десятью и одинндцтью чсми, недели две спустя после прибытия в деревню крснокожих, в ту минуту, когд кпитн окнчивл свой звтрк с глзу н глз со своим другом броном де Гриньи, дверь в хижину неожиднно отворилсь, и веселый голос крикнул:

— Здрвствуйте, кк изволите поживть?! Кпитн при звуке этого голос, который он тотчс же узнл, быстро повернулся лицом к двери.

— Бержэ, — крикнул он, — нконец-то ты ншелся!

— Я см собственной своей персоной и готов служить вм, господин Луи, — продолжл охотник весело. — Рзве вы меня не ждли?

— Ноборот, я с нетерпением жду тебя и очень двно.

— Я тк и думл. Ну, вот и я, господин Луи, весь к вшим услугм!

Охотник зтворил з собой дверь, взял скмью и уселся перед кпитном.

— Ты голоден? — спросил его грф де Виллье.

— Нет, блгодрю! Я звтркл чс дв тому нзд. Ну, д дело не в этом… вс, если не ошибюсь, очень беспокоило мое долгое отсутствие, не тк ли, господин Луи? Будьте откровенны.

— Признюсь, стрин Бержэ, и это тем более беспокоило меня, что время не терпит… Мы и тк много его потеряли.

— Это првд! К несчстью, я не мог, несмотря н все мое желние, окончить скорей дело, которое…

— Кк окончить? — вскричли с удивлением молодые люди.

— Д тк, — добродушно отвечл кндец. — Впрочем, ндеюсь скоро докзть вм, что я с пользой употребил время.

— Но отчего же вы не предупредили нс о том, что уходите? — спросил брон.

— Неужели вы нходили это почему-нибудь неудобным?

Охотник покчл головой и улыбнулся одному только ему свойственной тонкой улыбкой:

— Господин брон, — отвечл он, — не збывйте никогд, что в пустыне деревья имеют уши, листья — глз.

— Я не понимю, зчем вы мне это говорите?

— А зтем, что хотя мы нходимся и довольно длеко от колоний, однко, около нс есть люди, которые нблюдют з нми и здесь, слушют нши слов, подстерегют нши млейшие движения и не здумлись бы донести н нс ншим вргм.

— Вы думете?

— Я в этом уверен. А вм известно, что в кждом деле смый лучший товрищ тот, который ничего не знет, потому что не только не может поступить неосторожно, но дже и думть это про себя. Вот почему я и ушел из деревни, не скзв вм ни слов… вы довольны моим объяснением?

— А теперь?

— Теперь другое дело. Вы сейчс все узнете и сми решите — потерял я время дром или нет.

— В тком случе, говорите скорее! — с нетерпением вскричл брон.

— Здесь? О, нет, это уже извините, слишком много ушей нс подслушивет. Возьмите ружья и пойдемте пройтись, дорогой во время охоты поговорим.

Об офицер последовли з охотником; деревенские улицы были почти пустынны; женщины, сидя в своих хижинх, знимлись домшними делми; что же ксется воинов, способных носить оружие, то они отпрвились дв дня тому нзд в экспедицию под комндой вождя, немногие же оствшиеся дом были большей чстью стрики и лениво лежли н пороге своих жилищ и грелись н солнце, следя в то же время з игрющими детьми. Поэтому никто, по-видимому, не зметил и не зинтересовлся уходом трех бледнолицых, спокойный шг которых не имел к тому же ничего ткого, что могло бы обртить н себя внимние.

Вскоре они скрылись под деревьями и вошли в чщу лес. Через несколько минут грф де Виллье остновился и, поствив свое ружье приклдом н землю, спросил охотник.

— Ну что же! Будешь ты теперь говорить, нконец?

— Молчите! — отвечл последний тоном, не допусквшим возржения, — мы еще слишком близко.

Прогулк или, скорей, шествие продолжлось. Они достигли берег реки, где н песке лежл пирог. Бержэ спустил н воду легкое суденышко и сделл знк своим спутникм знять в ней мест. Последние, зинтриговнные поступкми кндц, молч повиновлись.

Тогд охотник оттолкнулся от берег, схвтил весл и нпрвился к островку, кров около двендцти величиной, сплошь зросшему лесом и походившему н корзину цветов, точно вынырнувшую из лон вод.

Через несколько минут лодк уже достигл островк.

Глв VI. ПРОГАЛИНА

Трое людей высдились н островок, вытщили пирогу н берег и тотчс же углубились в лес.

Вскоре они достигли мест, походившего н природную проглину. Тм охотник остновился.

— Теперь, — скзл он, повернувшись к фрнцузм и опирясь о дуло ружья, — нм нечего бояться нескромных ушей.

— В тком случе, милейший Бержэ, позволю себе ндеяться, что ты уже не стнешь откзывться объяснить нм все, что…

— Мне нечего скзть вм, господин Луи, — перебил он, — в нстоящую минуту я не более, кк послнный… Подождите того, кто один может все вм объяснить; он, поверьте мне, скоро появится. Подождите!

Зтем охотник, бросив вокруг себя испытующий взор, вложил в рот дв пльц првой руки и стл подржть крику голубой кнюки.

Подржние это было нстолько хорошо, что, хотя об офицер и знли, кто именно подржет крику птицы, тем не менее они мшинльно подняли глз к густолиственным вершинм деревьев.

Почти тотчс же н недлеком рсстоянии рздлся крик, подобный только что изднному охотником; в кустрнике послышлся довольно сильный шум, кусты рздвинулись, и н проглину вышел человек.

Увидев этого человек, грф не мог сдержть крик удивления.

Он видел перед собой тинственного отшельник хижины н Огио, отц Анжелы.

Это и в смом деле был Изгннник. Костюм его был все тот же и только более глубокий оттенок мелнхолии омрчл его лицо, черты которого обыкновенно были ткими энергичными.

Почти в ту же минуту второй человек появился н проглине и молч встл рядом с первым.

Это был Змея.

Изгннник, деля вид, что не узнет кпитн, холодно ему поклонился.

— Вы грф Луи Кулон де Виллье? — спросил он его отрывисто.

— Мне кжется, судрь, — отвечл грф удивленно, — что я уже имел честь…

— Извините, судрь, — продолжл Изгннник, — но я нстойчиво прошу вс сделть мне честь ответить н мой вопрос. Мне положительно зпрещено продолжть этот рзговор, если…

— Хорошо, судрь, — высокомерно отвечл грф. — Я грф Луи Кулон де Виллье, кпитн королевского морского полк, это вот брон де Гриньи.

— Очень хорошо, судрь, — отвечл Изгннник спокойным голосом, — блгодрю вс. А я имею дело именно к вм и к вшему другу. Соглсны вы меня выслушть?

— Мы вс слушем, судрь, — проговорил грф, видимо, сильно оскорбленный стрнным поведением своего собеседник. — Потрудитесь сообщить мне то, что вм поручено.

— Я это именно и хочу сделть, господ, — скзл Изгннник с поклоном.

Нступил минут молчния.

Об офицер вопросительно посмтривли н своего собеседник.

Поведение Изгннник могло удивлять, конечно, только одного грф де Виллье.

Эти стрнные вопросы и ткое официльное обрщение к нему, кзлись ему необъяснимыми.

Между тем, кндский охотник, нендолго исчезнувший в высокой трве, снов появился около троих собеседников.

— Ну? — спросил Изгннник.

— Мы одни н острове, — отвечл Бержэ, — но ккому-нибудь нескромному нблюдтелю может прийти в голову мысль попытться зстигнуть вс врсплох и поэтому я, буду нблюдть з окрестностями. Когд вы окончите беседу вы меня позовете.

— Хорошо.

Бержэ взял ружье под мышку и снов проскользнул в трву. Едв он исчез, кк Изгннник сделл дв шг вперед, снял шпку и, почтительно клняясь грфу, скзл ему с блгодушной улыбкой:

— Извините меня, господин грф, з тот, по меньшей мере, стрнный способ, с кким я держл себя до сих пор. Но осторожность требовл, чтобы я говорил с вми именно тким обрзом. Я не знл, ккие уши могли бы меня услышть, для нс в особенности очень вжно, чтобы никто не знл, что мы знкомы.

— В добрый чс, судрь, — весело отвечл молодой человек. — Теперь я узню вс; признюсь вм, что вш холодный и официльный тон удивил и оскорбил меня снчл. Но теперь об этом не может быть и речи… Знчит, вы боитесь, что нс дже и здесь могут подслушть врги вши… или нши?

— Д, грф. Я уверен, что з мной следили с смого моего отъезд из форт Дюкэн. Кто? Этого я не зню, потому что, несмотря н все употребленные мной средств, н все мои хитрости для того, чтобы обмнуть этого невидимого шпион, мне невозможно было от него отделться. И, скзть вм првду, хотя Бержэ и уверял меня, что мы здесь одни, я в этом совсем не убежден и боюсь нечянного нпдения…

— Здесь? Ну, это было бы довольно трудно, чтобы нс зхвтили здесь врсплох, — перебил его брон, улыбясь.

— Вы еще не знете, кк хитры и изобреттельны индейцы, грф; но мне пришл в голову идея, которя, если только не встретится с вшей стороны препятствий, срзу решит вопрос, и в случе, если бы нс дже подслушивли, нм все-тки нечего было бы бояться ушей любопытных!

— Нм очень интересно, что вы ткое придумли, — скзли об офицер.

— Вы говорите н кком-нибудь инострнном языке?

— Гм! — произнес грф, — я зню несколько нглийских слов.

— Я тоже, — добвил брон.

— Здесь нельзя употреблять нглийского язык — это было бы одно и то же, что говорить по-фрнцузски.

— Это верно. Тогд я не зню…

— Погодите. Вы, без сомнения, изучли словесность?

— Конечно, — отвечл грф, смеясь, — у отцов иезуитов, но что тут общего?

— Знчит, вы понимете по-лтыни?

— Довольно хорошо; я думю, что, в случе ндобности, я мог бы дже рзговривть н этом языке.

— А вш друг?

— Что ксется меня, — скзл брон, — то, хотя в свое время меня и очень стрлись нпичкть клссической премудростью, но я с грехом пополм могу только понимть рзговор н этом языке, в чем и сознюсь откровенно.

— Достточно, если вы будете понимть хоть нполовину, судрь, зтем уже грф де Виллье объяснит вм то, чего вы не поймете.

— Неужели вы собиретесь говорить со мной по-лтыни?

— А почему бы нет? — отвечл Изгннник грустно, с легким оттенком иронии.

— Вы, грф, новый человек в этой стрне и вм предстоит еще многому нучиться; между прочим, не судить о людях по первому впечтлению.

— Это првд, судрь, извините меня, я не хотел вс обидеть. Но, я думю, вы и сми соглситесь, что мое изумление до известной степени вполне извинительно.

Изгннник пожл ему руку, улыбясь, и зтем, перейдя н лтинский язык, продолжл:

— Но мы уже и тк потртили много времени н прздную болтовню, и пор приступить к делу.

Слов эти были произнесены тким првильным лтинским языком, что об молодых офицер в себя не могли прийти от восторг и изумления.

Отец Анжелы являлся им в стольких рзличных видх!

Но, несмотря н это, они все-тки дже приблизительно не могли скзть себе, что это з человек и к ккому клссу обществ он приндлежл н смом деле.

— Я слушю вс, — скзл грф.

— Грф, — продолжл Изгннник, — коменднт форт Дюкэн отпрвил меня сообщить вм, что отряд нглийских охотников, истребить который вм прикзно, стоит лгерем не более кк в нескольких милях от того мест, где мы нходимся; не позже кк через трое суток он пройдет в рсстоянии выстрел от вс. Коменднт ндеется, что вы примете все звисящие от вс меры к успешному выполнению возложенного н вс поручения и добьетесь желемого результт.

— Я тоже ндеюсь н это, судрь. Бержэ скзл мне, что необходимые для этой экспедиции люди им уже собрны и ждут только прикзния выступть.

— Отлично! По окончнии этой экспедиции вы кк можно скорее отпрвитесь к Огио.

— Я должен немедленно вернуться в форт?

— Отнюдь нет… Вы отпрвите пленников и товр в форт Дюкэн, сми будете ожидть дльнейших прикзний от коменднт.

— Хорошо. Ну, кто же передст мне эти прикзния?

— Этого я не зню. Может быть, я, может быть, и вши знкомые. Грф, я не счел нужным передть вм предврительно мои полномочия. Теперь же н всякий случй потрудитесь, пожлуйст, ознкомиться с ними.

При этом Изгннник достл из-з пзухи письмо, зшитое в мешочек из кожи лни, и подл его грфу.

Молодой человек рспечтл письмо и быстро пробежл его глзми.

Оно зключло в себе следующие слов:

«Подтель сего письм пользуется моим полным доверием. Верьте и вы всему тому, что он вм скжет от моего имени. У меня нет тйн от него.

Де Контркер».

— Отлично, судрь, — приветливо отвечл грф, возврщя письмо, — но я не нуждлся в этом новом докзтельстве для того, чтобы знть, что я могу верить вм безусловно.

— Блгодрю вс, грф, — отвечл Изгннник, склдывя письмо и снов пряч его в мешочек.

— Вы ничего не хотите прибвить?

— Ничего, ксющегося дел колонии, грф.

— В тком случе, потрудитесь передть господину де Контркеру, что я сделю все, что только в силх сделть человек, чтобы опрвдть доверие, которое ему угодно было окзть мне нзнчением нчльником экспедиционного отряд.

— Я слово в слово передм ему вш ответ, грф. А теперь, прошу извинить меня, я хочу сообщить вм нечто очень вжное, ксющееся лично вс и господин де Гриньи.

— Я вс не понимю, судрь.

— Я сейчс объясню вм все… нсколько возможно подробно.

Брон де Гриньи, до сих пор довольно рссеянно прислушиввшийся к рзговору, пододвинулся к ним с любопытством.

— О чем же идет речь? — спросил он.

— Вы сейчс это узнете. Хотя вы и очень недвно появились в колонии, но вы уже нжили себе в ней неумолимых вргов.

— Я!? — вскричл грф с удивлением.

— Что ткое? — проговорил брон, еще более удивленный, чем его друг.

— Не было ли у вс неприятного столкновения нкнуне вшего отъезд н берегу Огио? — продолжл Изгннник невозмутимо.

— Д, кк же, я это отлично помню. Ккой-то долговязый негодяй подозрительного вид зтеял со мной ссору, хотя я и см не зню, из-з чего. Мне дже кжется, что я проткнул его своей шпгой нсквозь и, нверное, убил его.

— К несчстью, нет, грф, вы его не убили.

— Что вы хотите этим скзть?

— Я хочу только скзть, что человек этот не был вми убит, только рнен, и теперь снов жив и здоров, клянусь вм.

— Ну, что ж, тем лучше! Я в душе дже жлел, что рспрвился с ним тк жестоко.

— Виновт, грф, — перебил его Изгннник, — вм следовло бы скзть: тем хуже.

— А почему?

— Потому что этот субъект, бывший морской рзбойник и торговец негрми, смый отчянный негодяй из всех когд-либо существоввших, и он з плту обязлся убить вс… Впрочем, он это, нверное, еще сделет, если только ему предствится удобный случй.

— Д, — скзл грф, хмуря брови, — я и см думл тк.

— А теперь вы можете в этом быть уверены, и я советую вм держться нстороже. Вши врги, я это зню точно, пок откзлись от мысли об убийстве; но они больше, чем когд-нибудь, жждут мести и решились добиться этого всеми средствми.

— А вы знете этих вргов? — холодно спросил грф.

— Зню, но успокоитесь, грф, тйн эт хрнится в моем сердце, он выйдет оттуд только по вшему прикзнию.

— Блгодрю вс. Что бы ни предпринимли против меня врги, о которых вы говорите, я, со своей стороны, никоим обрзом не хочу им вредить.

— Нпрсно, грф, если вы не будете убивть змей, которые стнут бросться н вс, эти змеи убьют вс безжлостно и беспощдно.

— Бог милостив! Я ни з что не изменю своего решения. Я удовольствуюсь тем, что буду зщищться в случе нпдения; но см, что бы тм ни случилось, не перейду в роль нпдющего. Бывют ткие врги, оскорбления которых должен презирть порядочный человек и нпдть н которых — подлость. Я в этом случе призню одно только отржение удров.

— Чувство это достойно увжения, грф, но позвольте мне зметить вм, что в нстоящем случе действовть тким обрзом было бы чистейшем безумием.

— Может быть.

— А вш друг тоже держится ткого же мнения н этот счет?

— Вполне, судрь, — поспешно проговорил брон, — я нзвл бы себя бесчестным, если бы поступил инче.

— Если тк, я не считю себя впрве больше нстивть, господ, и в зключение позволю себе только зметить вм, что, хотя у вс и есть врги, желющие во что бы то ни стло добиться вшей гибели, у вс есть ткже и друзья и, когд нступит время, они вм это докжут.

— Кто бы ни были эти друзья, брон де Гриньи и я, мы искренне блгодрим их з учстие к нм, но потрудитесь передть им от нс, что если они стнут пытться зщищть нс против ншего желния, то смертельно нс оскорбят. Мы усердно просим их оствться нейтрльными и спокойными зрителями этой борьбы.

— Грф, я передл вм только слов вших друзей, кк послнный, и теперь передм им точно тк же и вши слов, хотя и сомневюсь в том, что они соглсятся исполнить вше желние.

Молодые люди с удивлением взглянули н невозмутимое и холодное лицо Изгннник, тщетно стрясь прочесть в его мрморно-суровых чертх мысли, которые он скрывл тк ловко.

— Впрочем, в конце концов, — продолжл грф с нпускным рвнодушием, — будущее покжет нм, чего мы должны бояться и н что можем ндеяться. Скоро я с вми опять увижусь, судрь?

— Не зню, все будет звисеть от обстоятельств. Зтем они собирлись уже проститься и рсстться, кк вдруг н недлеком рсстоянии в высокой трве послышлся довольно сильный шум, похожий н быстрый бег тяжелого и могучего животного.

Что это ткое? — вскричл грф.

— Стойте, — скзл Изгннник, внимтельно прислушивясь; потом, жестом прикзв офицерм не двигться с того мест, где они стояли, кинулся в сопровождении Змеи по нпрвлению шум и почти тотчс же исчез, покинув грф и его друг н произвол судьбы.

Между тем, молодые люди, не зня, что происходит вокруг них и боясь зсды, зрядили свои ружья, чтобы быть готовыми ко всяким событиям.

Прижвшись друг к другу, чтобы иметь возможность поддержть один другого в случе ндобности, они ждли.

Полня тишин сменил предшествоввший шум. Глубокое молчние црило н острове. Об офицер, не видя Изгннник, уже собирлись покинуть свое место и пуститься н поиски Бержэ, кк вдруг из кустов, окймлявших проглину, рздлся пронзительный и нсмешливый крик водяного голубятник, повторенный дв рз.

Почти сейчс же пронесся ужсный воинственный крик.

Семь или восемь крснокожих воинов выскочили нподобие диких зверей из высокой трвы и кинулись н молодых людей, которых они окружили, рзмхивя пикми и томгвкми.

Фрнцузские офицеры не потеряли присутствия дух. Внезпное нпдение, вместо того, чтобы испугть их, вернуло им, нпротив, хлднокровие. Теперь, когд опсность стл видим, у них пропл всякя боязнь, и они весело готовились встретить лицом к лицу своих свирепых вргов.

Между тем, последние, хотя у них и не было огнестрельного оружия, вовсе не были ничтожными противникми, они, по-видимому, решили хрбро сржться. Число их, все увеличиввшееся с минуты н минуту, делло их еще смелее; следом з первыми, н проглине появилось еще более двдцти воинов.

Борьб грозил быть ужсной, и, несмотря н всю свою хрбрость, об фрнцуз должны были неминуемо погибнуть, если не явится откуд-нибудь помощь.

— Черт возьми! — смеясь, скзл грф своему другу, — мне кжется, что мы не мло перережем… этих крсвцев.

— Весьм возможно, — отвечл брон в том же тоне. — Нельзя скзть, чтобы молодцы эти были крсивы и, по-видимому, они нстроены длеко не дружелюбно по отношению к нм.

Б! Кто знет? Они очень некрсивы, это првд, но, может быть, вовсе не тк злы, кк кжутся. Все дело сводится к тому, чтобы сдерживть их до появления нших друзей.

— И глвное, не отступть ни в коем случе, — продолжл брон нсмешливо.

— Соединим об корпус ншей рмии.

Этими немногими словми молодые люди быстро обменялись друг с другом; зтем они стли плечом к плечу, и, выствив дул ружей вперед, ждли, чтобы врги нчли тку, потому что до сих пор последние довольствовлись только крикми, жестикуляциями и потряснием оружия.

— Они придумывют ккую-нибудь дьявольскую штуку, — вполголос проговорил брон.

— Лдно! Увидим! Пусть их, — отвечл грф. — Время, которое они н это неизбежно потеряют, — для нс смое глвное; это дст ншим друзьям возможность явиться н помощь в нужную минуту.

— Где же они, однко, могут быть?

— Не зню, но я убежден, что они очень скоро явятся к нм н помощь; мне кжется, что они должны быть недлеко от нс.

— Их всего только трое.

— Это првд, но и этого довольно, их дже слишком много.

В эту минуту индейский вождь, узнть которого можно было по орлиному перу, вствленному в его военный плюмж, сделл знк рукой: крики смолкли точно по волшебству.

Крснокожие отошли н дв или н три шг нзд, рсширяя тким обрзом круг, среди которого стояли молодые люди.

Вождь бросил свое копье н землю и, скрестив руки н груди, скзл гортнным голосом:

— Пусть бледнолицые откроют свои уши: сейчс будет говорить вождь.

Грф молч кивнул головой.

— Слушют ли меня белые воины? — продолжл вождь.

— Слушем.

— Хорошо! — скзл крснокожий. — Вот что говорит Голубя Лисиц: Великий Дух дл своим крсным детям эту землю, чтобы они влдели ею. Зчем же бледнолицые хотят ее у них укрсть? Мои воины хрбры, они не хотят, чтобы моксины бледнолицых оствляли следы н их земле. Они убьют их и сделют себе военные свистки из их костей.

Голубя Лисиц умолк, без сомнения, зтем, чтобы видеть, ккой эффект произвели слов его н фрнцузских офицеров. Последние презрительно пожли плечми, но молчли.

Минуту спустя вождь продолжл:

— Бледнолицых только двое, пусть они посчитют крснокожих воинов, и они узнют, что сопротивление невозможно… они бросят оружие и отддутся в руки моих молодых людей. Я скзл. Голубя Лисиц ждет.

— А что сделют с нми крснокожие, — спросил грф, — если мы положим оружие и отддимся воинм Голубой Лисицы?

— Бледнолицые умрут, — нпыщенно отвечл вождь. — Н зкте солнц они будут привязны к столбу пыток.

— Клянусь Богом! — смеясь, проговорил молодой человек, — уж если нм не миновть смерти, то мы предпочитем псть хрбро, с оружием в рукх.

— Мой бледнолицый брт скзл нет? — холодно спросил вождь.

— Черт возьми! Д ты с ум сошел, крснокожий, если можешь серьезно делть нм ткие предложения, — весело проговорил брон.

— Хорошо! — отвечл Голубя Лисиц все тк же невозмутимо.

Он поднял с земли свое копье и повернулся к индейцм, по всей вероятности, зтем, чтобы подть последним сигнл к тке, кк вдруг рздлись дв выстрел.

Вождь подпрыгнул и упл лицом н землю. Он был мертв.

Около него другой индеец хрипел и ктлся в предсмертных конвульсиях.

В ту же минуту дв человек выскочили н проглину, нбросились н индейцев, колотя и опрокидывя всякого, кто попдлся им под руку. Они проложили себе дорогу и с решительным видом стли рядом с молодыми офицерми.

Последние, при виде их, вскрикнули: они узнли Золотую Ветвь и Смельчк.

Об хрбрых солдт были мокры до костей: чтобы добрться скорее, они переплыли реку. Но ккое им было до этого дело, рз им счстливо удлось исполнить свое нмерение.

— Добро пожловть, хрбрые мои друзья! — вскричл грф. — С вшей помощью нм больше нечего бояться, теперь нс четверо. Крснокожие узнют, что знчит нпдть н фрнцузов.

— Через десять минут нс будет целя сотня, кпитн, — отвечл Золотя Ветвь.

— Д, — прибвил Смельчк, — мы явились в кчестве передовых… вплвь.

— Молодцы! — похвлил их брон, — и вы нчли с того, что избвили нс от несносного болтун.

— Молчите, — остновил его грф, — мы поговорим потом. Теперь смотрите в об! Индейцы готовятся к нпдению. Смое глвное, что бы ни случилось, ндо стрться держться всем вместе.

Крснокожие, зстигнутые врсплох неожиднным нпдением солдт и порженные смертью своего вождя, снчл, по обыкновению своему, в беспорядке отступили, тк кк не знли, с кким количеством вргов они имели дело; но зтем, убедившись, что н них с ткой смелостью нпли только двое солдт, им стло стыдно отступить перед тким ничтожным числом противников; кроме того, они желли отомстить з смерть вождя, и это вернуло им всю их хрбрость.

Через несколько минут они снов окружили фрнцузов и, издв свои ужсный воинственный клич, кинулись н своих вргов.

Фрнцузы ждли этой тки и были готовы встретить ее. Рзрядив свои ружья прямо в лицо нпдющим, которых этим они снов зствили отступить, они взяли свои ружья з дул и, действуя, кк дубинми, стли вертеть ими вокруг головы с порзительной быстротой и ловкостью. Их зщищл круг из желез и дерев.

Фрнцузы, спокойные и, по-видимому, невозмутимые, зщищлись с непоколебимой энергией, не отступя ни н шг, противопоствляя слепой ярости вргов хлднокровие людей, твердо решивших бороться до последней кпли крови.

Индейцы, доведенные до отчяния понесенными ими серьезными потерями, взбешенные тем, что ткое ничтожное число вргов зствило их отступить, воодушевляли друг друг дикими крикми и удвивли свои усилия, неестественные для того, чтобы победить четверых людей, спокойствие и хрбрость которых превосходили всякие пределы.

Битв продолжлсь уже несколько минут; уже целя дюжин индейцев влялись мертвыми или опсно рненными н земле, покрсневшей от их крови; невозможно было предвидеть, з кем остнется побед, потому что, несмотря н устлость, нчинвшую овлдевть фрнцузми, они с удвоенной энергией продолжли хрбро сопротивляться, кк вдруг непредвиденное обстоятельство изменило ход битвы и зствило крснокожих признть себя побежденными.

Толп индейцев, во глве которых нходились Бержэ и Тонкий Слух, внезпно выскочил н поляну со всех сторон и с яростью устремилсь н индейцев, нпдвших н фрнцузов.

Помощь явилсь кк рз вовремя, потому что фрнцузы выбились из сил и через несколько минут они пли бы, побежденные не вргми, устлостью.

Стычк был ужсн. Опрокинутые индейцы нпрсно пытлись искть спсения в бегстве: преследуемые, кк дикие звери, они были безжлостно уничтожены своими свирепыми противникми.

Нпрсно об офицер пытлись воспрепятствовть этому избиению все были убиты и скльпировны.

— О! Это ужсно! — вскричл грф, обрщясь к Бержэ, — убивть несчстных, которые уже не зщищются.

— Б! — проговорил последний, пожимя плечми, — это вм тк только кжется, господин Луи! А что же вы стли бы делть?

— Рзве нельзя было взять в плен этих несчстных?

— К чему! Мы были, нпротив, милостивы, вы не знете нрвов этой стрны. Поверьте мне, горздо лучше было убить этих несчстных, чем брть их в плен!

— О! Кк можете вы говорить это, Бержэ?

— Ей-ей! По крйней мере, они не стрдли. Переход от жизни к смерти совершился для них с быстротой молнии; тогд, кк если бы мы пощдили их сегодня, звтр их привязли бы к столбу и в течение нескольких дней подвергли бы пыткм и в конце концов сожгли бы живьем.

Грф ужснулся.

— Впрочем, — продолжл неумолимый охотник, — если вм нрвится быть милосердным, ничего не может быть легче; здесь по близости у меня есть пленники, которых я сберег нрочно для вс.

— Ккие еще ткие пленники?

— Их отдл мне тот человек, с которым вы здесь тк долго рзговривли.

— А где этот человек?

— Ушел. Для него очень вжно, чтобы его здесь никто не видел.

— А пленники?

— Вы хотите их видеть?

— Конечно, и дже сейчс.

— Хорошо! Это нетрудно, подождите! — и Бержэ знком подозвл к себе вождя Гуронов.

Тонкий Слух поспешил к нему.

Они поговорили несколько секунд шепотом, зтем вождь сделл знк соглсия и в ту же минуту исчез в лесу.

Глв VII. ФОРТ «NECESSITE»

Упрямство — смя выдющяся черт нглийского хрктер.

Если нгличнин решил сделть что-нибудь, то чего бы это ему ни стоило, но он первый непременно добьется желемого результт; он добивется здумнной цели всеми средствми, не остнвливясь ни перед кким препятствием, ни н одну минуту не уклоняясь с нмеченного пути и не слушя никких советов, — словом, он остнвливется только тогд, когд успех увенчет его усилия. При этом он, по-видимому, вовсе не обрщет внимния н удры, нносимые его гордости, его достоинству, иногд дже и его чести.

Был бы достигнут цель, остльное для него безрзлично.

Девиз иезуитов: цель опрвдывет средств обеляет все его поступки.

В этом отношении нглийский нрод вполне рзделяет взгляды своего првительств.

Это рзличие существует только н языке дипломтов, но и тут понятие о нем очень смутно. Они уверяют, что нгличнин упрям, бритнский кбинет нстойчиво преследует свою политику.

Эт нстойчивость соствляет глвное основние его политики: нглийские дипломты обязны ей большею чстью достигнутых им великих результтов; они обязны ей ткже и теми ужсными злоключениями, которые их поржли, не ослбляя, в рзличные времен.

Но нглийский кбинет оствлся и остнется всегд верен своим трдициям-идти к цели, не взиря ни н что.

С того дня, кк грф де Жюмонвилль погиб тк тргически, блгодря гнусной измене, нгличне, довольные успехом и всегд верные своей политике, не теряли ни одной минуты.

Они сейчс же н свой лд воспользовлись теми преимуществми, которые им двло убийство прлментер и медлительность фрнцузов.

Понимя, кк вжно было бы для них стть твердой ногой н берегх Крсивой реки и докзть, тким обрзом, прв собственности, оспривемые у них фрнцузми, они решили построить форт, который прлизовл бы знчение форт Дюкэн и мешл бы — это для них было бы чрезвычйно вжно — колонизции огромных лугов, окймляющих Огио.

Мйор Вшингтон, действоввший н основнии предписний Дэнвиди, губернтор Виргинии, воздвиг в кких-нибудь нескольких милях от форт Дюкэн, н левом берегу Крсивой реки, крепость, которую он вооружил девятью пушкми довольно крупного клибр и куд поместился грнизон в пятьсот человек.

Крепость эт был нзвн фортом Necessite note 1. Коменднтом этой крепости или форт был нзнчен, смо собой рзумеется, мйор Вшингтон, в помощь к нему были прикомндировны кпитн Джеймс Мэке и прпорщик Урд, об знющие свое дело офицеры, двно уже жившие в Америке, следовтельно, привычные к погрничной войне.

Фрнцузы, несмотря н то, что им очень и очень не нрвилось ткое опсное соседство их неумолимых вргов, вследствие незнчительности войск, которыми они рсполгли, не могли воспротивиться возведению форт Necessite и огрничились только тем, что, в ожиднии лучшего будущего, внимтельно следили з кждым шгом нгличн.

Кроме того, нгличн постоянно тревожили летучие отряды, соствленные из лучших кндских охотников и индейцев.

Эти отвжные пртизны добровольно взяли н себя обязнность тревожить вржеский грнизон и не двть ему ни минуты покоя.

Они то угоняли скот, то зхвтывли обозы с провинтом и боевыми припсми, которые Дэнвиди отпрвлял в новый форт из Виргинии.

К несчстью, эти летучие отряды не могли быть везде в одно и то же время.

Их небольшое число не позволяло им ннести серьезного урон нгличнм.

Несмотря н всю свою бдительность, несмотря н неоспоримую ловкость, фрнцузские пртизны очень чсто вдвлись в обмн, блгодря хитростям противников, не менее их опытных и ловких.

Тким обрзом, нгличнм удвлось все-тки довольно чсто блгополучно проводить трнспорты в крепость.

В общем, они жили, ни в чем не нуждясь, несмотря н все стрния фрнцузов поддерживть блокду и, не допускя ввоз съестных припсов, зствить нгличн покинуть позицию, которя могл угрожть весьм серьезной опсностью фрнцузским интересм.

Однжды вечером, з несколько минут до зход солнц, три путешественник с трудом пробирлись по узкой и извилистой тропинке, пробитой в утесх, н вершину холм, н котором возвышлся форт Necessite.

Из этих троих путешественников двое сидели н великолепных мустнгх, третий шел пешком в нескольких шгх впереди с ружьем под мышкой.

Всдники кзлись знтными особми.

Пешеход, одетый в охотничью блузу, в бобровой шпке н голове и индейских моксинх, служил им проводником. Дойдя до глсис цитдели, проводник остновился.

Здесь, поствив ружье приклдом н землю и обернувшись к своим спутникм, которых извилистя и очень крутя тропинк зствлял продвигться вперед очень медленно, он терпеливо стл дожидться, пок они подъедут к нему.

Зтем все трое обменялись несколькими словми, произнесенными шепотом, и проводник по прикзнию одного из всдников, которому он поклонился почтительно, положил свое ружье н выступ утес.

Рзоружившись тким обрзом, проводник быстрыми шгми нпрвился к форту, оствив своих спутников неподвижно стоящими н том месте, куд они успели добрться.

Об всдник следили тревожными глзми з проводником, быстро подвигвшимся вперед.

Английские чсовые, стоявшие тм и сям н влу крепости, двным-двно уже дли знть крульному нчльнику о прибытии путешественников.

Поэтому, когд проводник подошел не больше кк н рсстояние пистолетного выстрел, в воротх крепости открылсь клитк, и нвстречу к нему вышел унтер-офицер с четырьмя солдтми.

— Стой, приятель, — крикнул унтер-офицер, — кто ты ткой и что тебе здесь нужно?

— Кто я ткой? — отвечл проводник, остнвливясь, и в ту же минуту рзржясь нсмешливым хохотом. — Рзве вы этого не знете, сержнт Гррисон, или виски до ткой степени зтмевет вм глз, что вы не в состоянии уже узнвть стрых друзей?

— Друг ты или нет, приятель, — продолжл сержнт угрюмо, — это для меня все рвно, только говори скорей свое имя, если не хочешь чтобы с тобой случилось несчстье!

— Ну, ну! Не сердитесь пожлуйст, я, кжется, не скзл вм ничего ткого, з что можно было бы обидеться. Ну, д лдно! Я не стну с вми спорить, всякий волен думть, что хочет. Меня зовут Змеей. Вы непременно хотите, чтобы я скзл вм свое имя, которое вы знете тк же хорошо, кк и я см, потому что именно вы, если только мне не изменяет пмять, и нгрдили меня в веселую минуту этим милым прозвищем… Я с тех пор блгоговейно ношу это имя. Ндеюсь, вы довольны?

Слыш эти слов, произнесенные с веселой иронией, солдты рсхохотлись, дже см сержнт, несмотря н свой угрюмый вид, по-видимому, несколько повеселел.

— Очень хорошо, — продолжл он, — теперь скжи мне, зчем явился ты сюд, где в тебе никто не нуждется, господин Змея?

— Я, ровно ни з чем…

— А! Ну, в тком случе, приятель, доствь же мне удовольствие, повернись ко мне спиной и живо убирйся отсюд н все четыре стороны!

— Тк-то вы меня принимете, сержнт? А еще мы с вми стрые знкомые…

— Вот поэтому именно я и поступю с тобой тк, милый мой друг. Тебя здесь слишком уж хорошо знют. Вот что…

— Ах, очень жль, сержнт, прво, честное слово! И если бы это звисело только от меня, ручюсь вм, что после ткого нелюбезного прием я сию же минуту ушел бы отсюд.

— А я еще рз советую вм это сделть и кк можно скорее, если вы не хотите, чтобы через пять минут вш блуз был полн перебитыми костями.

— Я в отчянии, сержнт, что не могу исполнить вшего желния, — скзл проводник нсмешливо, — но, повторяю вм, к сожлению, это не от меня звисит.

— А! Тк от кого же это звисит, позвольте вс спросить, милостивый госудрь?

— Черт возьми, сержнт! Д от тех двух квлеров, которых вы, конечно, видите вон тм н тропинке!

— Вы все отпрвитесь отсюд вместе, если эти господ приндлежт к числу вших знкомых, может быть, дже и друзей, то они, нверное, не лучше вс.

— Берегитесь, сержнт, — перебил Змея, — я, при всем моем нежелнии оскорбить вс, должен зметить вм, что вы собиретесь совершить колоссльную глупость, мой милый.

— Черт! — вскричл сержнт, сморщив свои густые брови, — ты смеешься ндо мной, негодяй!?

— Вовсе нет, я только хочу дть вм добрый совет, вот и все; вы почему-то нзвли меня сейчс нсмешником, между тем, я говорю совершенно серьезно.

— А-! — отвечл сержнт, н которого против воли, видимо, действовл уверенно-нсмешливый тон его собеседник, — знчит, эти всдники вжные лиц?

— А вм серьезно хочется узнть что-нибудь н этот счет?

— Конечно, хочется.

— Ну, тк знете, что я вм посоветую?

— Что?

— Пойдите и спросите их смих! — отвечл Змея, снов рзржясь веселым хохотом.

Сержнт сделл было угрожющий жест, но почти тотчс же передумл.

— Я именно тк и сделю, — скзл он и, обрщясь к своим солдтм прибвил: — хорошенько смотрите з этим негодяем. в особенности же не двйте ему выскользнуть у вс из рук.

— О! Н этот счет можете быть совершенно спокойны! Я не уйду — мне и здесь хорошо!

С этими словми Змея без церемонии уселся н трву, в то время кк сержнт, смущенный в высшей степени этой постоянной иронией, поспешными шгми нпрвился к всдникм.

Во все время рзговор сержнт с проводником, которого, з дльностью рсстояния, нельзя было рсслышть, об путешественник не тронулись с того мест, где посоветовл им остться Змея.

Они совершенно спокойно дожидлись окончния этого совещния.

Видя идущего к ним сержнт, они все тк же спокойно продолжли сидеть н лошдях, не выржя ни стрх, ни удивления.

По мере того, кк достойный Гррисон убвлял рсстояние, отделявшее его от чужестрнцев, в его мнерх и физиономии происходило полное изменение: его нружность принимл более и более мирный хрктер, мнеры стновились менее горды.

Судя по этому, можно было с уверенностью скзть, что всдники производили н сержнт очень хорошее впечтление.

Нпрвляясь к ним, он имел в виду поступить с ними круто, по-военному, но, еще не дойдя нескольких шгов до путешественников, он уже чувствовл к ним живейшую симптию.

Зтем, окинув их взглядом в последний рз, он снял с головы ксторовую шляпу и почтительно согнул свой длинный спинной хребет.

По всей вероятности, путешественники привыкли, чтобы к ним относились тким обрзом, потому что они ничем не вырзили своего удивления.

И только по прошествии нескольких минут молчния унтер-офицер позволил себе зговорить с ними.

Видя, что его не спршивют, он решился зговорить первым. Со смеющимся лицом, сложенными сердечком губми и медовым голосом он, нконец, осмелился уверить их в своей преднности и своем горячем желнии предоствить себя всего целиком в их полное рспоряжение.

Очевидно, сержнт теперь уже не имел нмерения рсспршивть путешественников о том, кто они ткие и зчем прибыли в форт.

Он теперь только понял, кк глупо держл себя с проводником, послнным к нему всдникми, и стрлся излишней услужливостью искупить неловкость своих первых слов.

Проводник, у которого были зоркие глз, только посмеивлся про себя.

Четверо солдт, сторожившие его, глядя н своего согнувшегося в дугу нчльник, решили, что последний и см осознл, нконец, что шел по ложной дороге, о чем ни один из них, конечно, и не подумл пожлеть.

Нконец, один из чужестрнцев соблговолил ответить сержнту, мистеру Гррисону.

Это был стрший из всдников, хотя ему нельзя было дть больше двдцти лет; ристокртические черты его лиц, тонкие и деликтные, кк у женщины, были редкой крсоты.

Ответив презрительною улыбкой н рболепные зявления унтер-офицер, он удовольствовлся тем, что сухо и коротко прикзл ему проводить их кк можно скорей в крепость.

Сержнт хотел что-то возрзить, но повелительный жест зствил его умолкнуть.

Гррисон вторично поклонился, повернулся нлево кругом по всем првилм военного искусств и, уже не позволяя себе больше никких змечний, нпрвился к форту; всдники шгом следовли з ним. Змея не шевелился.

— Что это знчит? — проговорил сержнт смым любезным тоном, кким только мог, подойдя к проводнику все еще лежвшему н трве. — Что это знчит, дорогой товрищ, вы еще не входили в крепость!? Кк глупы, однко, эти люди! — добвил он, укзывя н своих солдт, которые, впрочем, не отозвлись н его змечние ни одним словом.

— Я ждл вс, дорогой друг моего сердц!

— Ну, тк идем!

Зтем он скзл шепотом:

— Не сердись н меня з то, что здесь произошло, стрый товрищ, все мы то и дело ошибемся.

— Кому вы это говорите? — отвечл Змея, поднимясь. — Ндеюсь, теперь вы уже не собиретесь ломть мне кости?

— Збудьте это, прошу вс; мы покончим с этой дурцкой ссорой со сткном в рукх не позже кк через десять минут.

— Ничего лучшего я не желю. Я человек не злопмятный, в особенности с ткими слвными товрищми, кк вы.

Путешественники вступили в крепость.

Пок они спешивлись, сержнт скзл несколько слов шепотом н ухо одному из солдт; почти тотчс же к инострнцм подошел слуг и с почтительным поклоном доложил им, что коменднт крепости ожидет их.

Вслед з тем покзлся офицер и, молч рсклнявшись с путешественникми, повел их н квртиру к коменднту.

Офицер этот был прпорщик Урд.

Пройдя несколько комнт, меблировнных с некоторым комфортом, офицер ввел чужестрнцев в обширный слон, где попросил их подождть одну минуту, зтем он удлился.

Оствшись одни, об незнкомц с улыбкой взглянули друг н друг.

— Вот видишь, моя крсвиц, — скзл стрший, — мои догдки опрвдлись… Все идет кк нельзя лучше.

— Ив смом деле, дорогя Леон, — отвечл второй путешественник, — нс ждут; вш послнный отлично исполнил вше поручение и кк следует подготовил все, что нм нужно.

— О! Сеньор Плмэд тонкя бестия, я был уверен, что ему удстся обмнуть бдительность фрнцузских рзведчиков. Вше нционльное смолюбие унижено!

— Ну, кк ты думешь? Удстся нм исполнить то, что мы здумли? Меня это очень зботит.

— Ндеюсь, дорогя Кмилл; впрочем, мы скоро узнем, н что нм можно будет ндеяться в этом отношении. Если я не ошибюсь, к нм идет см коменднт форт и, если только он мужчин и нгличнин, он, нверное, не откжет нм.

В эту минуту открылсь дверь, и в слон вошел офицер в блестящем мундире.

Все трое церемонно поклонились друг другу; зтем офицер, укзв своим гостям грциозным жестом н кресл, нчл рзговор, кк только они уселись.

— Я получил, господ, — скзл он, — рекомендтельное письмо, которое вы окзли мне честь прислть с одним из вших слуг. Его превосходительство губернтор Виргинии, нместник ее Бритнского величеств глвным обрзом нстивет н том, чтобы я отдл себя в вше рспоряжение, и я готов подчиниться прикзниям его превосходительств и помочь вм, нсколько это, конечно, будет звисеть от меня.

— Мы вм очень блгодрны судрь, — отвечл стрший из двух путешественников, — з рдушный прием, которым вы удостивете людей вм совершенно незнкомых.

— Извините меня, судрь, — продолжл офицер с тонкой улыбкой, — я не могу считть незнкомыми особ, которых тк рекомендует лорд Дэнвиди.

— Вы, по всей вероятности, мйор Джордж Вшингтон?

— Нет, — я кпитн Джеймс Мэке. Мйор Вшингтон принужден был три дня тому нзд отпрвиться в одну экспедицию, я в отсутствие его исполняю должность коменднт крепости. Но отсутствие мйор не должно беспокоить вс, господ; я здесь змещю его и пострюсь сделть все, чтобы не дть вм зметить, что вс принимет не см коменднт, только исполняющий его должность. Но прежде всего потрудитесь, пожлуйст, сообщить мне, чего вы от меня ожидете, и я сейчс же приму меры к скорейшему исполнению вших желний.

Нстл минут молчния. Об незнкомц обменялись взглядми, не лишенными тйного беспокойств; нконец, млдший решился возобновить рзговор.

— Днное нм поручение чрезвычйно деликтно, судрь, — скзл он. — Отпрвляясь сюд, мы ндеялись увидеть здесь мйор Вшингтон и, если нм придется ждть его несколько дней…

— К несчстью, — перебил кпитн, — он был вынужден, повторяю вм, отлучиться… здесь, н грнице, мы кждую минуту можем подвергнуться нпдению, потому постоянно держимся нстороже. Уходя, мйор не мог нзнчить нм времени своего возврщения, хотя очень возможно, что он пробудет в отсутствии и не особенно долго.

— Может быть, нм следовло бы лучше подождть его возврщения?

— Это кк вм будет угодно. А между тем, в вших же интересх было бы… извините меня, господ, что я говорю с вми тк откровенно, но мне кжется, что для вс нет основний скрывть что-либо от меня, тк кк я пользуюсь полным доверием моего нчльник.

— Полным, судрь? — с нмерением переспросил стрший из путешественников.

— Д, судрь, полным, — отвечл кпитн, клняясь своему собеседнику.

— Итк, — продолжл последний, — мйор сообщил вм о причинх, зствивших нс приехть теперь в крепость, которой вы комндуете? Он сообщил вм об этом все без исключений?

— Д, он говорил мне все без исключений, судрь.

— Знчит, — продолжл молодой человек с легкой дрожью в голосе, — мйор Вшингтон говорил вм ткже и кто мы ткие?

— Конечно, судрь, — отвечл офицер с неопределенной улыбкой. — Он объявил мне, что в его отсутствие меня, вероятно, посетят дв немецких квлер, путешествующие под фмилией Вльдэк в этих стрнх; зтем он мне говорил еще, что эти квлеры нходятся под особенным покровительством его превосходительств губернтор Виргинии и что, следовтельно, я должен буду принять их, кк дорогих гостей, исполнять все их требовния и повиновться им, кк ему смому. Поверьте, что мне нетрудно будет…

— Мйор Вшингтон не скзл вм ничего больше? — продолжл стрший из путешественников.

— Нет, судрь, рзве есть еще что-нибудь?

— Вм прекрсно все известно, судрь, этого достточно. Кпитн снов сделл поклон.

— Итк, господин Вльдэк, вы хотите…

— Сейчс же изложить вм мою просьбу, — возрзил молодой человек с прелестной улыбкой.

— Я почту себя счстливым, если буду в состоянии исполнить вше желние… Потрудитесь скзть, что вм угодно.

— Мйор Вшингтон скзл вм совершенно верно, что мы путешествуем по этим стрнм рди ншего удовольствия, но при этом мы преследуем еще и другую цель.

— А эт другя цель…

— Посетить дикие племен этой стрны, нрвы которой мы желем изучить.

— Цель эт весьм похвльн, судрь, но не скрою от вс, что выполнение этого проект преисполнено больших трудностей и очень опсно.

— Мы это знем, судрь, но нше решение неизменно. Вы ведь знете пословицу: «Смелым Бог влдеет!».

— Если тк, то я не стну вс больше отговривть. Но, тем не менее, я должен вс предупредить, что вм и думть нельзя посещть индейские племен, если при вс не будет хорошего конвоя; ткя попытк был бы чистейшим безумием. Теперь будьте тк добры скзть мне, кк вы нмерены поступить?

Молодые люди одновременно бросили н кпитн подозрительный взгляд; но офицер недром состоял помощником Вшингтон и пользовлся его доверием: он спокойно выдержл это испытние.

— Услуг, которую мы от вс ожидем, кпитн, — через минуту ответил млдший из путешественников, — ксется кк рз конвоя.

— Прикзывйте! Я вс слушю!

— Во-первых, можете вы достть нм конвой?

— Конечно, в ккую сторону рссчитывете вы нпрвиться?

— К северу.

— Эти-то именно территории и зняты смыми свирепыми племенми.

— Мы это знем, кпитн.

— Неужели вы, зня это, все-тки не измените своего решения?

— Нет, кпитн.

— Когд же думете вы отпрвиться? — спросил кпитн после некоторого молчния.

— Звтр, если возможно.

— Тк рно?

— Нм дорог кждя минут.

— В тком случе, господ, конвой для вс будет готов к звтршнему утру.

— И этот конвой будет состоять?

— Из тридцти индейцев Гуронов, смых знменитых воинов из всего племени, с которыми, дю вм честное слово, вы пройдете везде, кковы бы ни были, — добвил он с удрением, — врги, которые могут прегрдить вм путь. Конечно, в том случе, если вм придется встретиться с вргми.

— Мне, прво, совестно, кпитн, и я не зню, кк и блгодрить вс з вшу любезность.

— Вы мне ничем не обязны, судрь, я исполняю прикзния, вот и все.

Путешественники встли.

— Но, — продолжл кпитн, — я збывю, что вы проехли очень большое рсстояние и потому, должно быть, очень утомлены.

Кпитн позвонил, в приемную вошел солдт.

— Проводи этих господ в приготовленное для них помещение.

Путешественники встли и простились с кпитном.

— Дорогя Леон, — выйдя из приемной, скзл шепотом стрший из путешественников своему спутнику, — нс узнли; этот офицер, поверь мне, отлично знет, кто мы ткие. Это зметно по всему, дже по тому, кк он держл себя с нми.

— А ккое нм до этого дело? — отвечл другой тем же тоном. — Пусть он только делет вид, что не знет этого, вот все, что я от него требую.

Путешественники последовли з солдтом, который провел их в великолепное помещение, меблировнное со всем комфортом, который только можно было достть в этой дикой стрне и, почтительно отклнявшись, вышел из комнты, где прибывших уже ожидл стрый знкомый.

Сеньор дон Плмэд Бернрде де Бивр и Крпио, совершенно излечившийся от своей рны, но еще более чем когд-либо бледный, длинный и худой, неподвижно стоял в прихожей в шляпе нбекрень, гордо положив руку н рукоятку своей знменитой шпги.

Путешественники жестом прикзли ему войти з ними в смежный слон, где они беседовли с ним до глубокой ночи; зтем они его отпустили и остлись одни.

Глв VIII. ГОЛУБАЯ ЛИСИЦА

Н следующее утро, с первыми рсктми брбнов, отбиввших утреннюю зорю н крепостном влу, об путешественник покинули помещение, в котором они провели ночь.

Н их лицх не было видно ни млейших следов устлости. Н пороге двери, выходившей во двор, они увидели кпитн, сэр Джеймс Мэке.

Офицер сейчс же поспешил к ним нвстречу.

— Уже н ногх, господ! — скзл он, пожимя зтянутые в перчтки руки, которые ему протягивли его гости.

— Рзве это удивляет вс, кпитн? — спокойно ответил ему стрший из Вльдэков. — Вы, должно быть, считете нс з изнеженных дм, не з мужчин?

Слов эти были произнесены тк спокойно, что офицер смутился; он не чувствовл в себе дипломтических способностей бороться с ткими серьезными противникми.

Зтем млдший из путешественников скзл кпитну:

— Мы хотели видеть восход солнц. Не опоздли мы?

— Не хотите ли вы, кстти, — спросил кпитн Мэке смым рвнодушным тоном,

— убедиться собственными глзми, с кким усердием и с ккой поспешностью я исполнил вше прикзние?

— О! Кпитн, мы и не думли что-нибудь вм прикзывть.

— С нс довольно было одного вшего слов, кпитн. Мы провели ночь совершенно спокойно.

— Не зню, кк и блгодрить вс, господ, з вше доверие ко мне. Я его не зслуживю. Потрудитесь следовть з мной, пожлуйст, — результты сми скжут з меня, кк я исполнил свое обещние.

— Мы в этом и не сомневлись ни одной минуты — ни брт, ни я.

— Конечно!

— Вы слишком любезны. Пожлуйте сюд, господ! Зтем сэр Джеймс Мэке повел молодых людей к огрде. — Смотрите, — скзл он, укзывя првой рукой н поле.

Чужестрнцы взглянули по укзнному нпрвлению и увидели н рсстоянии не больше пушечного выстрел от крепости, у подножия холм, семь или восемь тольдосов из кожи. Этих тольдосов — в этом они были уверены, потому что уже проезжли по этому смому месту, — не было тм нкнуне.

— Что это ткое? — с удивлением спросили они.

— Это, — вежливо отвечл кпитн, — индейские тольдосы; они изобржют собой лгерь, знятый тридцтью крснокожими воинми под комндой знменитого вождя Голубой Лисицы, который соглсен по моей просьбе сопровождть вс всюду, куд бы вы ни вздумли отпрвиться и, — добвил он подчеркивя слов, — он будет беспрекословно исполнять вши прикзния, кковы бы они ни были, во все время путешествия.

— Быстрот, с которой вы исполнили нше желние, увеличивет цену окзнной вми услуги, кпитн. В свое время мы непременно будем говорить об этом, когд стнем блгодрить лорд Дэнвиди з рдушный прием, окзнный нм здесь.

Кпитн поклонился.

— Эти индейцы будут ждть здесь до тех пор, пок вы пожелете отпрвиться в путешествие.

— Им недолго придется ждть, кпитн, мы рссчитывем уехть сегодня же.

— Я ндеялся, что, несмотря н выскзнное вми вчер желние, вы соглситесь провести несколько дней здесь с нми.

— К несчстью, кпитн, обстоятельств сложились тк, что мы должны дорожить кждой минутой и чуть ли не поневоле, поверьте нм, должны уехть сегодня же после звтрк.

— Кк вм угодно, господ, но рз вы твердо решили ехть, я пошлю скзть Голубой Лисице, чтобы он явился к вм з прикзниями.

— Я, прво, не могу себе дже и предствить, кк стнем мы с ним объясняться, — со смехом проговорил молодой человек.

— Для вс это будет очень нетрудно. Индеец прекрсно понимет по-нглийски и дже, когд ему это нрвится, довольно сносно говорит н этом языке.

— О! Тогд нм и в смом деле не о чем беспокоиться. Скзть по првде, кпитн, вы не могли выбрть более подходящего для нс проводник.

Тем временем в крепости все пришло в движение. Одни отряды выходили н рекогносцировку; другие, которые провели ночь з стенми крепости и возврщлись н отдых; внутри форт чсть солдт знимлсь ученьем; тм и сям виднелись денщики и мркитнты. Но в этом шуме и кжущемся хосе црил превосходный порядок. Кзлось, что ты будто нходишься в нглийском городе, в Европе, — до ткой степени жизнь текл здесь в строго определенных рмкх, между тем, эт грозня крепость был построен всего дв месяц тому нзд. Англичне в высшей степени постигли ту нуку, которя к несчстью, совсем незнком фрнцузм и которя дет им возможность переносить с собой всюду, куд бы они ни являлись, свои обычи, свою нционльную особенность, свою родину.

Но смое вжное зключется в том, что подпвшим под их влсть нродностям нгличне умеют нвязывть свои првил.

Кпитн Мэке, не переходя грниц вежливости. И любезности, отдл себя в полное рспоряжение джентльменов н те несколько чсов, которые им оствлось еще провести в форте.

Между прочим, он предложил им подробно осмотреть крепость.

Господ Вльдэк с видимым удовольствием приняли это предложение.

Ндо же было кк-нибудь убить время до отъезд; кроме того, сэр Джеймс Мэке был тк любезен со своими гостями, что последние могли вполне удовлетворить свою любознтельность.

Около девяти чсов был подн звтрк, конечно, н нглийский лд и сервировнный тк же комфортбельно, кк если бы он происходил не в мленьком форте, в смом Лондоне.

Сэр Джеймс Мэке, прпорщик Урд и двое инострнцев соствляли все общество, звтрквшее в этот день з столом.

Звтрк прошел очень весело, причем собеседники рзговривли о совершенно посторонних предметх.

Английские офицеры держли себя кк нстоящие джентльмены и, смо собой рзумеется, не позволили ни млейшего нмек н причины, зствившие путешественников прибыть в форт.

Прошло уже несколько минут после того кк бутылк нчл свой круговой обход, кк вдруг открылсь дверь столовой, и появился сержнт Гррисон в сопровождении индейского вождя.

Голубя Лисиц был еще молодой человек высокого рост, с умными чертми лиц и гордым взглядом; н нем в высшей степени элегнтно, если можно тк вырзиться, сидел обычный костюм вождя индейского племени.

Войдя в зл, он поклонился присутствоввшим кивком головы, зтем выпрямился, скрестил руки н груди и молч ждл, пок с ним зговорят.

Сержнт Гррисон выглядел еще суровее, чем обыкновенно; лицо его было крснее мундир, глз сверкли, кк крбункулы.

— Добро пожловть, вождь, — скзл сэр Джеймс Мэке, увидя индейц и церемонно идя к нему нвстречу, — сердце мое рдуется при виде друг.

— Голубя Лисиц получил приглшение от своего отц, бледнолицего нчльник… и поспешил прийти, — отвечл крснокожий с той нпыщенностью и тем горловым кцентом, которые свойственны всем индейцм.

— Сядьте возле меня, вождь, — продолжл офицер. Индеец повиновлся; кпитн тотчс же нлил ему сткн виски, нполнив его до смых крев. Вождь, глз которого зблестели! от ждности, опорожнил его до последней кпли.

— Э! Э! Вм, кжется, нрвится? — смеясь, скзл прпорщик Урд, относившийся к индейцм несколько презрительно.

— Ох! — отвечл индеец, — огнення вод бледнолицых, все рвно, что молоко для Гуронов.

— Если это тк, то следует повторить, — продолжл прпорщик.

И он до смых крев нлил индейцу второй сткн. В это время сержнт Гррисон, приложив првую руку к головному убору и вытянув левую по швм, стоял неподвижно и прямо, кк столб, в трех шгх от стол. Он с тким упорством смотрел н кпитн, что последний, нконец, это зметил.

— Что вм ндо, сержнт? — спросил он его, — вы, кжется, хотите что-то мне скзть?

— Д, кпитн, — отвечл сержнт с угрюмым видом, мло изменявшимся дже и в присутствии нчльников.

— Ну, тк говорите! Но снчл выпейте вот это, чтобы промочить себе горло, — добвил офицер, протягивя ему сткн водки.

Сержнт взял сткн, выпил, обтер себе рот лдонью и, поствив пустой сткн н стол, опять стл по-прежнему во фронт.

— Ну, теперь говорите, в чем дело! — скзл кпитн.

— Вот в чем дело, сэр, — отвечл сержнт, — вш честь совершенно бесполезно отдет прикзние зтворять кждый вечер ворот крепости и дже ствить чсовых н стенх.

— Это почему, сержнт?

— А потому, вш честь, что есть люди, которым вовсе не нужно дверей, чтобы уходить, когд им это нрвится, и проделывют они это под смым носом у чсовых.

— Кто же эти люди, сержнт, позвольте вс спросить?

— Их двое, вш честь.

— А кк их зовут?

— Первый — тот долговязый негодяй, которому индейцы дли прозвище Розового Флминго.

— Если не ошибюсь, это тот смый человек, который дв дня тому нзд передл нм письмо от этих джентльменов? — скзл кпитн, укзывя н инострнцев.

— Он смый, вш честь; он исчез чсов около трех утр и тк хорошо скрыл свои следы, что нм до сих пор не удлось нйти его.

Молодые люди обменялись взглядом и невольно улыбнулись, слушя нивное крсноречие унтер-офицер.

— Гм! Ну, кто же второй дезертир?

— О! Второй! Это негодяй, которого я двно уже зню… это человек ровно ни н что непригодный… он был проводником у этих джентльменов и вместе с ними вошел в форт; его зовут Змея, я ему совсем не доверяю…

— Однко н этот рз вы отнеслись к нему, по-видимому, совершенно инче? — с иронией зметил кпитн.

— Это првд, но если он когд-нибудь опять попдется мне в руки…

— Ну, это едв ли скоро случится. Вы никому не говорили еще об этом, сержнт?

— Никому, сэр.

— Очень хорошо! Можете идти, сержнт, и глвное ни гу-гу! А! Кстти, прикжите сейчс же оседлть лошдей этим джентльменм, теперь выпейте еще н дорогу.

Сержнт поклонился, снов опорожнил поднный ему сткн и ушел, ворч себе под нос:

— Вино доброе… офицер тоже… Но, все рвно, потом видно будет!

После уход сержнт кпитн повернулся к молодым людям и скзл.

— Кк вы нходите, господ, этот двойной побег? Не првд ли, кк будто стрнно немного?

— Мне кжется, что вш сержнт видит опсность тм, где ее нет и в помине,

— небрежно отвечл стрший из инострнцев — Мы дли поручение ншему конюшему, и этот человек, вероятно, вышел из крепости сегодня утром, кк только отворили ворот, проводник, услуги которого нм теперь бесполезны и с которым мы рссчитлись тотчс же по приезде сюд, вероятно, воспользовлся случем уйти вместе с ним. Вм известно лучше, чем кому-нибудь другому, сэр, что охотники, привыкшие к жизни в пустыне, не любят долго оствться в городх и крепостях.

— Не в том дело, господ. Мне это исчезновение кжется все-тки чрезвычйно стрнным, несмотря н вше более чем снисходительное отношение к этим…

— А мне все это кжется вполне естественным.

— Однко, господ, — нстивл сэр Джеймс.

— Виновт, кпитн, — отвечл высокомерно молодой человек, — уж не собиретесь ли вы подвергнуть нс допросу? И, тким обрзом, мы из гостей обртимся в преступников?

— Сохрни меня Бог, господ! — возрзил кпитн, вежливо клняясь. — Поверьте, что меня зствляет говорить тк одно лишь мое служебное положение

— В тком случе, не стнем больше об этом рзговривть, прошу вс, и зймемся приготовлениями к ншему отъезду. Что же ксется случившегося, то мы отддим отчет кк в ншем поведении, тк и в поведении нших людей лорду Дэнвиди, если он этого пожелет, и при этом с вс будет снят всякя ответственность Слов эти были произнесены тким сухим и решительным тоном, что кпитн не ншел ни одного слов в ответ. Чтобы скрыть свою досду, он обртился к индейскому вождю, который, относясь совершенно безучстно ко всему происходившему вокруг него, был полностью поглощен бутылкой ром, стоявшей перед ним, содержимое которой безостновочно переходило снчл в сткн, из сткн в его желудок. Эт оперция, выполнявшяся с порзительною быстротой, покзывл н устойчивую к этому привычку.

— Хорошо ли вы помните, вождь, поручения, которые вм были дны в нчле луны пролетвших орлов? — спросил его кпитн.

— Слов моего отц остлись в моем сердце, — отвечл вождь. — Я в тот же день отпрвил четверых из моих молодых воинов, они открыли следы и сняли с них мерки. Кто может скрыться в пустыне от пронзительных глз Голубой Лисицы?

— Знчит, вождь уверен, что нйдет укзнных ему лиц? Крснокожий презрительно улыбнулся.

— Рзве мой отец считет своего сын з болтливую струху? То, что говорит вождь, всегд верно, у него язык не рздвоен. Мой отец дст огненной воды моим воинм, и все будет хорошо.

— Вы получите огненную воду по возврщении из экспедиции, и поэтому я в вших же собственных интересх советую вм поторопиться.

— Мой отец дст нм теперь же ружья?

— Хорошо! Воинм моего сын по выходе их из форт ддут десять ружей, пороху и пуль.

— Ох! Мой отец — великий нчльник бледнолицых; Голубя Лисиц исполнит все, что он обещл.

— Я рссчитывю н вшу честность, вождь, — добвил кпитн Зтем, укзв н чужестрнцев, скзл: — Об эти воин будут сопровождть вс во время экспедиции, кк это было условленно

— Голубя Лисиц будет повиновться обоим этим воинм, кк он повинуется своему отцу. Голубя Лисиц великий хрбрец в своем племени; кто осмелится ответить ему — нет, когд он говорит я хочу?

Кпитн встл.

— Теперь кк рз пор ехть, — скзл он. Вождь поднес горлышко бутылки ко рту и опорожнил ее одним духом.

— Голубя Лисиц готов, — отвечл он, ствя н стол пустую бутылку.

Все вышли

— А кк вм кжется, — шепотом спросил стрший из чужестрнцев кпитн, — в состоянии ли будет этот человек после того огромного количеств спирт, которое он поглотил, вести себя кк следует?

— Успокойтесь, — возрзил тк же тихо кпитн, — желудок этого негодяя до ткой степени сожжен крепкими нпиткми, что они уже не производят н него никкого действия. То, что он выпил сейчс, для него ровно ничего не знчит; я видел, кк он проделывл еще и не ткие штуки.

— Знчит, мы можем доверять ему?

— Вполне! Он по-своему честен, и душой и телом предн нгличнм, словом, это кк рз ткой человек, ккой вм именно нужен Трудно было бы нйти другого, более..

— Откуд вы это знете? — спросил молодой человек, резко перебивя кпитн.

— Я тк думю, — отвечл офицер с двусмысленной улыбкой.

Лошди были оседлны, мулы нвьючены. Дв солдт держли кждый по пяти ружей н плече; двое других держли большой жестяной ящик, нполненный порохом, и мешок с пулями это было оружие и боевые припсы, обещнные индейскому вождю Об чужестрнц сердечно простились с нглийскими офицерми и прыгнули в седл Отдн был прикз открыть ворот форт.

— Прощйте, господ, — скзли инострнцы, — еще рз спсибо вм з вше гостеприимство.

— Прощйте, господ, — отвечл кпитн, — счстливого пути и в особенности удчной охоты! Будьте осторожны: дичь, которую вы хотите подстрелить, может см нпсть н охотник, поэтому стрйтесь не двть зхвтить себя врсплох!

Чужестрнцы, по всей вероятности, поняли нмек, зключвшийся в этих згдочных словх, они об покрснели, не произнося ни слов, зтем, пришпорив лошдей, удлились крупной рысью.

Через несколько минут они достигли уже индейских шлшей, где были приняты крснокожими со знкми глубочйшего почтения.

Никкими словми нельзя описть, кк ликовли индейские воины, получив оружие, прислнное им коменднтом нглийского форт Рдость эт походил н бесновние безумных, и вождь довольно долгое время не мог зствить их успокоиться. Нконец, возбуждение постепенно утихло, и все пришло в обычный порядок Голубя Лисиц, не теряя времени, прикзл убрть тольдосы и кк можно скорее готовиться к отъезду. Через несколько минут воины уже стояли, выстроившись в одну шеренгу, зтем углубились в лес, где не змедлили исчезнуть, идя тем элстичным, тк нзывемым гимнстическим шгом, з которым лошди трудно следовть дже рысью и которым тк гордятся индейцы Об путешественник следовли в рьергрде. С вершины крепостной стены нглийские офицеры следили з тем, кк снимлись с лгеря крснокожие; когд вслед з крснокожими в лесу исчезли и всдники, офицеры спустились со стены.

— Бедные молодые люди, — скзл прпорщик Урд, — рди чего это им пришло в голову, тким богтым и тким крсивым, добровольно подвергть себя всем опсностям подобного путешествия, не преследуя при этом ни выгод, ни слвы?

— Вы ошибетесь, сэр, — отвечл кпитн, — выгод, которой они ожидют, — мщение и, к сожлению, оно, по всей вероятности, им удстся.

— Я вс не совсем понимю, сэр Джеймс. Почему это к сожлению?

— Я хотел этим скзть, стрый дружище, что быть и кзться — две совершенно рзличные вещи.

— Я никогд инче и не думл. Итк, эти молодые люди..

— Не мужчины!

— Э? Кто же они в тком случе… обезьяны?

— Не думю, — отвечл кпитн, улыбясь

— Черти?

— Скорее, д, или нечто в этом роде.

— Знчит, женщины?

— Угдли, и притом ткие женщины, которых ненвисть делет коврными и жестокими!

— Зчем же вы их здесь принимли? — проворчл прпорщик сквозь зубы.

— Если бы это звисело только от меня, крепостные ворот не отворились бы для них; но я получил н этот счет особые прикзния… Вы увидите, сэр, что посещение этих дм принесет нм несчстье.

— Это почему?

— У меня ткое предчувствие. Помните вы смерть грф де Жюмонвилля?

— Мой Бог! Д… я не збуду ее до смой смерти, — проговорил прпорщик, отворчивясь.

— Ну, тк вот! Если я не ошибюсь, это будет продолжением того печльного дел.

— Тем хуже, кпитн! Дй Бог, чтобы вы ошиблись. Довольно и того, что это дело лежит н ншей совести, хотя мы исполняли только прикзния! Но не будем больше говорить об этом, хотите?

Кпитн Мэке, вероятно, был одного мнения с прпорщиком Урдом.

Он ничего не возрзил и, грустный и озбоченный, нпрвился в свое помещение.

Смерть фрнцузского офицер, хотя они помогли ей только невольно, лежл тяжелым гнетом н сердце обоих этих хрбрых солдт.

Голубя Лисиц недром хвстлся, что он великий хрбрец, и сэр Джеймс Мэке отдвл ему только должное, хвля его ловкость, его преднность, ткже его хрбрость.

Об путешественник очень скоро уже и сми могли оценить все эти кчеств нчльник конвоя.

Они могли только хвлить его з это. Умный индеец н кждом шгу двл им докзтельств своих способностей проводник; он никогд не ошиблся, никогд не колеблся; он двиглся тк же быстро и решительно по пустыне, кк если бы люди, по следм которых он шел, зрнее сообщили ему свой мршрут. Сломння ветк, оторвнный лист, слегк помятый мох н дереве, змутившяся вод, примятя трв, — словом, всякя безделиц служил ему укзнием и зметкой, мешвшей ему отклониться от нстоящего пути.

Через дв дня после выезд из крепости, в то время, когд отряд рсполглся бивуком н ночь, к путешественникм присоединился сеньор Плмэд.

Достойный идльго, несмотря н довольно смешную внешность, был стрый внтюрист, полный хитрости и тонкости. Испробовв все ремесл, в особенности же ремесло брконьер, он облдл необыкновенной способностью отыскивть едв зметные следы, оствленные н песке или в кустх, и это с первого же дня зствило крснокожих относиться к нему с величйшим увжением, потому что они больше всего ценили в людях именно эти кчеств; кроме того, внтюрист был хрбрый, меткий стрелок и неутомимый ходок, что тоже ценится индейцми очень высоко.

Н этот рз, кроме желния с честью выполнить днное ему поручение, им руководил еще и другя, более существення, причин, именно желние отомстить з удр шпги, от которого он чуть не умер и з который горел желнием воздть с процентми. Это был единственный долг, зплтить который тк хотелось идльго.

Вот почему он нтворил чудес. Он явился с смыми свежими и интересными новостями: он знл, где нходились те, которых искли; он видел их, знчит, сомнение было невозможно. Кроме того, Змея взял н себя обязнность провести их в ткое место, где они будут иметь возможность зхвтить вргов, кк в мышеловке.

Змея, ндо зметить, не счел нужным сообщить внтюристу, ккое средство он имел в виду для того, чтобы добиться этого результт; но все рвно… сеньор Плмэд считл себя впрве положиться н обещние охотник, и он был прв: последний, действительно, имел нмерение сдержть свое слово.

Эти добрые известия рссеяли все сомнения.

Н следующий день, н рссвете, все снов тронулись в путь, н этот рз еще быстрее, потому что все знли, куд идут.

Змея, желя, вероятно, докзть свою честность, вышел нвстречу мленькому отряду, которому он должен был служить проводником.

Он поствил его в зсду с ловкостью, зслужившей ему единодушную похвлу.

Выше мы уже говорили, ккие результты дли эти комбинции, — от них, конечно, ждли лучшего.

Теперь мы стнем продолжть нш рсскз с той минуты, когд об путешественник, взятые в плен теми, которых они хотели зхвтить врсплох, были приведены к ним крснокожими.

Глв IX. ПЛЕННИКИ

Перепрвившись н остров, Голубя Лисиц окружил цепью воинов обоих офицеров, рзговриввших с Изгннником н проглине, и зтем, подойдя к молодым людям, скзл им:

— Бледнолицые нчльники руководили экспедицией с смого выход из форт Necessite; они прибыли н место. Что они теперь будут делть? Голубя Лисиц ждет их прикзний, чтобы действовть.

Молодые люди обменялись быстрым взглядом, зтем стрший из них ответил:

— Голубя Лисиц зхвтит врсплох нших вргов; мой друг и я, мы остнемся здесь и будем ждть, чем окончится нпдение.

— Бледнолицые стнут зщищться.

— Вероятно. Вождь возьмет их живыми; нш белый дед, комндующий фортом, хочет сохрнить их у себя пленникми Индеец с недовольным видом покчл головой.

— Мои юноши не стрые ббы, которых можно бить и не получть з это удров от них.

— Об фрнцузских офицер должны быть приведены живыми, тк нм было прикзно.

— Хорошо. Это будет сделно, — отвечл вождь после довольно продолжительного рздумья, — только многие из моих воинов не увидят больше своего вигвм.

Молодой человек вместо ответ молч пожл плечми.

Тогд вождь нехотя удлился, решив, однко, строго повиновться прикзнию, отднному ему тк высокомерно.

Это прикзние спсло жизнь офицерм и было причиной поржения индейцев.

Итк, двое молодых людей остлись под охрной дон Бернрде, ожидя с тревогой результт нпдения, подготовленного Голубой Лисицей и его воинми.

Хотя они остновились и очень близко от берег, зто окзлись превосходно скрытыми окружвшими их деревьями и высокой трвой, достигвшей в этом месте больше восьми футов; однко, из предосторожности, они сочли лучшим сойти с лошдей.

Не прошло и нескольких минут, кк они услышли топот ног, и почти тотчс же покзлся человек, нпрвлявшийся к берегу из глубины остров.

Человек этот был Изгннник.

Увидев их, он остновился, устремил н них стрнный взор, тонкие губы его скривил улыбк и, скрестив руки н груди, он скзл скрипящим голосом:

— А-г! Вы, господ дворяне, стоите здесь, точно н охоте, и ждете, чтобы вши згонщики выгнли н вс дичь, не тк ли?

Молодые люди молч стояли, удивленные этим стрнным выговором, и только один идльго сделл шг вперед.

— Что это знчит? — вскричл он, — что вм ндо?

— Нзд, негодяй! — крикнул Изгннник, презрительно отстрняя его рукой.

Дон Бернрде невольно попятился, положив при этом руку н эфес шпги.

— Черт возьми! — продолжл Изгннник, — охот — блгородное рзвлечение! Но эт охот будет трудня; смотрите, мои голубчики, кк бы дичь не кинулсь н охотник, берегитесь!

— Судрь! — вскричл гневно один из всдников

— Грфиня де Млевль, — невозмутимо отвечл Изгннник, — и вы, мркиз де Бу-Трси, последуйте моему совету бегите, пок еще не поздно.

И, поклонившись с едкой иронией обеим изумленным дмм, он скрылся в чщу рньше, чем особы, которым прямо в лицо он тк грубо бросил оскорбление, ншли в себе достточно присутствия дух, чтобы попытться его остновить или, по крйней мере, потребовть у него объяснения его згдочных слов.

— Что делть? — прошептл изумлення грфиня.

— Ждть! — решительно отвечл мркиз. — Эти дв человек, кк бы хрбры они ни были, не могут победить тридцть человек индейцев, окружющих их в днную минуту.

Мркиз де Бу-Трси говорил это с плохо скрывемой рдостью.

Изгннник не ошибся. Всдники, которых мы видели выезжвшими с ткой решимостью из форт Necessite и зтем осмелившихся отпрвиться с отрядом индейцев по следм фрнцузских офицеров, преследуя их с тким остервенением, были именно мркиз де Бу-Трси и грфиня де Млевль.

Кким обрзом, будучи фрнцуженкми, добились они неогрниченной протекции у нглийских влстей — это мы узнем впоследствии.

Слепя ненвисть грфини не отступил ни перед кким препятствием и низостью для того, чтобы достигнуть желнной цели — мщения!

Мркиз не покидл свою подругу: вот и все, что мы можем скзть о них в нстоящую минуту.

Между тем, битв н проглине продолжлсь все с тем же остервенением; шум ее отчетливо долетл до обеих дм, волнение которых достигло крйнего предел.

Фрнцузские офицеры мужественно сопротивлялись яростному нпдению своих вргов.

Несмотря н уверенность в успехе и блгодря искусно рсствленной ловушке, обе женщины невольно почувствовли стрх.

Остров нчинл принимть в их глзх фнтстический вид хищные звери, выгннные из своего логовищ, с испугом проносились мимо них; птицы беспорядочно порхли, испускя тревожные крики.

— Что делть?.. — Это слово вырвлось с выржением ужс с побледневших губ грфини де Млевль

— Бежть! Бежть кк можно скорей! — вскричл появившийся внезпно возле нее человек, брося беспокойный взор н госпожу де Бу-Трси.

— Андрэ! Брт мой! — проговорил последняя, отвечя н этот взор жестом, не змеченным ее подругой.

— Д, это я, — отвечл молодой человек прерывющимся голосом, — я следую з вми с смого форт Necessite, куд я прибыл чс спустя после вшего отъезд. Бегите, во имя смого Неб, бегите, или вы пропли!

— В чем дело!?

— Индейцы окружют вс; еще мгновение — и они будут н острове.

— Но ведь индейцы — нши друзья! — возрзил г-ж де Млевль.

— Те, о которых я вм говорю, — вши смые свирепые врги. Бегите, умоляю вс, не теряя ни минуты, хотя, может быть, и тк уже слишком поздно.

— О! — проговорил грфиня с бешенством, — бежть!

— Д, нужно бежть.

— Но кк?

— Пойдемте, — продолжл Андрэ, — следуйте з мной! В нескольких шгх отсюд у меня есть пирог, скрытя в тростнике…

— А нши лошди?

— Бросьте их, но только бегите, бегите!

— Индейцы! — вскричл вдруг дон Бернрде со стрхом н лице, что кзлось кк будто немного стрнным у ткого грозного бойц.

Последнее слово зствило дм решиться; они вихрем помчлись по следм, которые Андрэ оствлял н трве. Идльго следовл з ними со шпгой в одной руке и пистолетом в другой.

Прошло несколько минут.

Четверо беглецов, подгоняемые стрхом, бежли с чрезвычйной быстротой, не обменивясь ни одним словом.

— Вот они! — зревел дон Бернрде.

— Мы пропли! — прошептл грфиня.

— Нет еще! — решительно проговорил Андрэ. — Моя пирог вон тм, з этой группой кменных дубов; прыгйте в пирогу и бегите! А мы с этим человеком згородим дорогу, чтобы дть вм время бежть.

— Бегите! — добвил внтюрист, взводя курок. — Недром же я испнец и потомок Сид.

Но, вместо того, чтобы принять эту жертву преднности, дмы остновились.

— Нет, — скзл мркиз с лихордочною энергией, — я не побегу от этих людей, которых я презирю.

— И я тоже! — добвил грфиня твердо

— Но… вы себя губите!

— Ни слов больше, Андрэ, нше решение не изменится. Мы предпочитем лучше попсть в руки дикрей, чем бежть Бог знет куд по совершенно незнкомой стрне… это будет, кроме того, бегство постыдное и унизительное!

— Но чего мы не хотим делть, то вы, мужчины, смело можете попытть — бегите об.

— Никогд! — отвечли те, — никогд!

— Я этого хочу, я прикзывю вм это, — скзл мркиз. — Бегите же!

— Честь прикзывет мне ослушться вс, судрыня, — холодно скзл Андрэ,

— я буду слушться только голос чести

— Извините, товрищ, — вмешлся идльго, — мне кжется, что я лучше вс понимю мысль этих дм. Бежим, если еще есть время, еще минут, и мы…

— Кк! У вс хвтит нстолько подлости!

— Не говорите непристойных слов! Эти дмы хотят остться, и они првы: дикри обыкновенно относятся очень вежливо к женщинм. Нше присутствие погубит их без млейшей ндежды окзть им услугу позднее. Поэтому не будем терять времени и, поверьте, нстнет и нш чс.

— Свободные, вы, может быть, и поможете еще нм спстись.

— Тогд кк если мы окжемся мертвыми, — сентенциозно добвил внтюрист,

— для пленниц не будет уже никкой ндежды н спсение.

Андрэ грустно покчл головой.

— Нет, — скзл он, — бежть с ними… или умереть, зщищя ее… зщищя их!

— Андрэ, вше упрямство губит нс. Живите для того, чтобы спсти нс, — с мольбой проговорил мркиз.

— Вы требуете этого? — прошептл он, — вы этого требуете?

— Умоляю вс о том, друг мои.

— Воля вш будет исполнен!

— Ступйте! И д поможет вм Небо. Ступйте!

Двое мужчин кинулись в сторону реки.

Д было и пор: едв исчезли они в чще, кк индейцы вдруг появились перед женщинми и окружили их, но не подходя к ним, однко, нстолько близко, чтобы стеснять их движения.

Женщины испустили крик ужс, брося вокруг себя взоры, полные безумного стрх.

Тогд от группы воинов отделился вождь и сделл несколько шгов вперед.

— Пусть дочери мои успокоятся! — проговорил он, любезно клняясь им. — Тонкий Слух — знменитый вождь в своем племени, его воины знют, с кким увжением следует обрщться с пленницми.

Зтем он добвил с язвительным смехом:

— Пусть мои дочери следуют з мной! Их лошди могут уйти длеко, пор уже им вернуться к ним.

Молодые женщины опустили головы и последовли, крсные от стыд и гнев, з индейцми, смеявшимися и перешептыввшимися между собой.

Лошди окзлись н том же смом месте, где их оствили всдники.

— Дочери мои будут ждть здесь, — скзл вождь.

— Зчем вы с нми тк говорите, — отвечл мркиз, гордо приподнимя голову, — рзве вы не видите, ккя н нс одежд?

Индеец улыбнулся.

— У Тонкого Слух орлиные глз, — возрзил он, — ничто не ускользет от его пронзительного взор. Одежд не делет воин; кроткя голубк никогд не сможет подржть пронзительному и стршному крику коршун.

Мркиз в смущении отвел глз; все восствло против нее, дже эт одежд, которя должн был, по ее мнению, служить ей зщитой.

Индеец сделл вид, что не змечет смущения своих пленниц.

— Мои дочери будут ждть здесь возврщения вождя, — продолжл он.

Зтем, сделв повелительный жест своим воинм, он удлился вместе с ними.

Дмы остлись одни.

Они были свободны, по-видимому, но только по-видимому, и отлично знли, н кких условиях им предоствлен эт свобод. Они знли, что их сторож, скрывясь в чще, не спускют с них глз. Вот почему они дже и не пытлись спстись бегством, которое, по всей вероятности, не имело бы для них другого результт кроме того, что их стли бы стеречь еще строже и, может быть, отнеслись бы к ним менее любезно Пленницы в отчянии опустились н ствол упвшего дуб и стли дожидться своей учсти.

Прошло полчс, обе дмы, погруженные в свои грустные мысли, не обменялись еще ни одним словом.

Нконец, ветки одного куст, нходившегося перед знятым ими дубом, тихонько рздвинулись, и появился человек.

Этот человек был Тонкий Слух, индейский вождь, в руки которого они тк несчстливо попли.

— Пусть дочери мои последуют з мной! — скзл он.

— Куд хотите вы нс отвести? — спросил мркиз.

— Мои дочери это узнют, — отвечл он лконично.

— Почему бы не убить нс здесь же, — скзл грфиня, — вместо того, чтобы подвергть нс жестоким и бесполезным пыткм? Мы не сделем ни одного шг больше.

— Тонкий Слух — великий вождь, — отвечл высокомерно индеец, — его военный топор никогд еще не обгрялся кровью женщины.

И его черные глз метнули молнию.

— Простите меня, — скзл грфиня, — я не зню вших обычев.

Индеец поклонился, улыбясь.

— Пусть дочери мои следуют з мною! — повторил он. Всякое сопротивление было не только бесполезно, но еще и опсно; кроме того, столь ясное и точное объяснение вождя, не успокоив их окончтельно относительно ожидющей их учсти, двло, тем не менее, некоторую ндежду н блгополучный исход.

Мркиз де Бу-Трси первя поднялсь н ноги.

— Идем! — скзл он.

— Пойдемте! — отвечл вождь, идя впереди них. Знчит, он требовл от них только повиновения? И дмы последовли з ним, молчливые и угрюмые.

Идти им пришлось недолго, всего кких-нибудь двендцть минут. Вождь шел впереди них н несколько шгов, устрняя с чрезвычйным внимнием и зботливостью ветки, которые могли бы порнить или помешть им. Этот деликтный прием, тк непохожий н индейские привычки, окончтельно успокоил обеих дм и вернул им мужество; они чувствовли, что о них зботится ккя-то тйня влсть.

Обогнув густой лесок, они очутились у вход н довольно обширную проглину, и тут у них невольно сорвлся с губ крик удивления и гнев при виде стрнной сцены, внезпно предствившейся их глзм.

— О! — прошептл грфиня, — неужели судьб готовил нм еще и этот позор?

— Мужйся! — шепотом отвечл мркиз. — Мы, првд, и н этот рз проигрли пртию, но не все еще кончено. Мы отомстим, клянусь тебе!

— Может быть, — с отчянием в голосе отвечл ее подруг.

Они остновились н опушке проглины; зтем, под влиянием охвтившего их нового чувств, они снов тронулись вперед, но н этот рз высоко подняв голову. Презрительня улыбк блуждл у них н губх.

Несчстье срзило их только н одну минуту, и они очень скоро вернули себе и смоуверенность, и гордость.

Проглин был зпружен индейскими воинми; немного првее десятк дв трупов, стршно изуродовнных, влялись кучей в луже крови. Трупы эти приндлежли воинм Голубой Лисицы, которые все погибли.

В центре проглины стояли, опирясь н ружья, несколько кндцев, среди них четверо мужчин, одетых хотя и в костюмы лесных бродяг, но в которых нетрудно было узнть белых; они шепотом рзговривли с кндским охотником. Эти четверо мужчин были грф де Виллье, брон де Гриньи, Золотя Ветвь и Смельчк, пятый был кндец Бержэ.

Когд прошл первя минут оцепенения, обе дмы, повинуясь рекции, которую легко было понять, вернули себе все присутствие дух и, сопровождемые вождем, продвиглись твердым, уверенным шгом к группе, знимвшей средину проглины.

При их приближении рзговор смолк, солдты отошли в сторону, офицеры остлись одни с Бержэ, который нсмешливо посмтривл н прибывших.

Мркиз уже открывл рот, чтобы нчть рзговор, но грф де Виллье не дл ей времени произнести ни одного слов и, повернувшись к вождю, остновившемуся в двух или трех шгх от него, бросил ему вопрос:

— Кто это?

— Пленники, — отвечл крснокожий.

— А, хорошо, — скзл грф, отворчивясь, — что же вы хотите сделть с этими пленникми, вождь?

— Отдть их бледнолицему нчльнику.

— Мне? Зчем?

— Нм не нужны эти пленники, — добвил брон, — они нс только будут стеснять.

— Они комндовли воинми, которые н вс нпли. Об офицер оглядели двух дм взглядом, полным бесконечного презрения, и пожли плечми.

— Я отдю вм этих негодяев, — продолжл грф, — они вши, делйте с ними, что хотите, вождь.

— Бедняжки! — прошептл брон с оскорбительной жлостью. В конце концов они получт только то, что зслужили.

Обе дмы слушли, дрож от стыд и гнев, презрительные слов своих вргов; при последнем оскорблении ярость их вылилсь нружу.

— Рзве вы меня не узнете, грф? — вскричл грфиня, глз которой метли молнии.

— Я, — холодно отвечл молодой человек, поворчивясь к ней спиной, — я не зню, кто вы ткой, я никогд вс не видел и не желю больше вс видеть!

— Это уже слишком! — скзл грфиня де Млевль, топя ногой. — Вы збывете, с кем вы говорите, господ; кков бы ни был вш ненвисть и вше презрение к нм, вы, ндеюсь, не оствите нс во влсти этих свирепых дикрей.

Понятно, что эти слов не могли снискть симптии крснокожих к неосторожным пленницм.

Брон собирлся отвечть, но грф остновил его — это дело должно было рзбирться только между ним и грфиней.

— Господ, — скзл он все тк же хлднокровно, — в эту минуту не мы, вы збывете, с кем вы говорите. Вы змнили нс в ужсную ловушку; по вшему прикзнию эти кровождные дикри, которых вы почему-то вдруг стли бояться, нпли н нс неожиднно. Вши немные убийцы были побеждены, вы

— нши пленники; вместо того, чтобы открыто и блгородно признть положение, которое вы сми себе создли, вы осмеливетесь еще возвышть голос в ншем присутствии и дже грозить нм, когд мы презрительно откзывемся мстить вм з вше вероломство. Вы об совсем сумсшедшие!

— Грф, берегитесь! — вскричл грфиня вне себя. — Если я когд-нибудь…

— Беречься? С чего это, позвольте вс спросить, судрь? Я дворянин и не боюсь никого н свете; вместо того, чтобы нкзть вс, кк вы этого зслуживете, я соглшюсь.

— Нкзть нс! — воскликнул грфиня с яростью. — Ты это слышишь, Леон?

— проговорил он, обрщясь к своей подруге.

— Конечно! — невозмутимо продолжл грф. — Может быть, вы предполгете, что мы не знем, что вы, будучи фрнцузом, позорно отреклись от своей родины и с целью, которой мы не хотим доискивться, поступили н службу к нгличнм, ншим смертельным вргм? Нпротив, вы должны блгодрить нс, господ, з то, что мы збывем, что вы предтели и перебежчики и вместо того, чтобы нлгть н вс нкзние, которое вы зслужили вшим недостойным поведением, мы обрщемся с вми, кк с обыкновенными пленникми! А вы жлуетесь!

Никкими словми нельзя описть того состояния бешенств и стыд, в котором нходились обе дмы, служившие в эту минуту предметом безжлостных нсмешек со стороны победителей. Невозможность отомстить еще более усугублял их ярость; бледные, с искженными чертми лиц, тщетно пытлись они противиться ужсному удру, обрушившемуся н них. Они терпели муку, кзвшуюся им еще ужснее от того презрения, с кким относились к ним их ненвистные врги, которых они одно время ндеялись покорить и положить к своим ногм.

Обе они отлично понимли, почему грф и брон делли вид, будто не узнют их: вне всякого сомнения, это деллось офицерми с умыслом, , следовтельно, обид был еще больше.

Зтем положение их стновилось еще более тягостным вследствие того, что они должны были принимть все эти обиды, не имея возможности отплтить тем же, и, дрож от бешенств, склониться перед железной волей неумолимых победителей. Об офицер во сто крт меньше оскорбили бы их, если бы хоть одним словом упомянули, что дмы поступили тким обрзом из мести.

А они не только не хотели требовть от них объяснений, но дже делли вид, будто совсем не знют женщин, которые под влиянием стрсти и любви, под влиянием ревнивой ненвисти откзлись от своего пол, от своей прошлой жизни.

Этого пленницы не могли простить своим бывшим возлюбленным; особенно же неистовствовл грфиня де Млевль, которя больше уже не влдел собой.

Мркиз де Бу-Трси предоствил своей приятельнице говорить з них обеих, см довольствовлсь тем, что смотрел молч н брон де Гриньи.

Между тем, брон, подржя своему товрищу, кзлось, не змечл устремленного н него пристльного взгляд и, не желя мстить ненвистью з ненвисть, еще не дл себе ни рзу труд повернуть голову в ее сторону.

Это презрение, спокойное и вполне сознтельное, больно отозвлось в сердце мркизы; слезы текли у нее по щекм, но ни одно слово не срывлось с ее губ. Он ждл минуты, когд ей придется прийти н помощь бывшей возлюбленной грф де Виллье, хотя он и см жестоко стрдл. Женщины тк уж создны: презрение их рздржет, оскорбляет, доводит до отчяния в десять рз больше, чем ненвисть.

Все бешенство, все дурные стрсти, пожирвшие душу грфини де Млевль, излились в одном пронзительном крике:

— А! Вы не дворяне!

— Мы солдты, — холодно проговорил грф.

— Вы не дворяне и не солдты. Вы подлые трусы!

— Д, — отвечл грф, улыбясь и укзывя н кучу трупов, — ужсные трусы и глвным обрзом потому, что не хотели позволить себя убить!

— Я прикзл крснокожим взять вс живыми! — крикнул грфиня в припдке нивысшего рздржения. — Несчстные, это-то именно вс и спсло!

— Подослнные вми убийцы, должно быть, не поняли вшего прикзния, если судить по тому, кких результтов дло их усердие. Ну д, пусть тк, судрь, мне и смому хотелось бы поверить этому и избвить вс от нкзния, которого зслуживет вш измен.

Обе женщины здрожли.

Только теперь в первый рз они поняли всю гнусность своего поступк; до сих пор они дже предствить себе не могли всей глубины пропсти, в которую они бросились очертя голову.

Их понес вихрь их собственной ненвисти.

Они ни о чем не думли, ничего не видели, кроме овлдевшей ими стрсти!

— Господ, — скзл грф, — мы не хотим знть ни вших имен, ни вшего звния. Нше нежелние знть это послужит вм спсением… предположив, что мы не знем, кто вы ткие, мы можем считть себя впрве избвить вс от зслуженного нкзния… Вы свободны и можете удлиться куд хотите; никто не помешет этому. Этот тяжелый урок, несомненно, принесет свою пользу. Вы посоветуетесь со своей совестью и поймете, нконец, что слепя ненвисть не может привести к добру и, кроме того, вы и сми увидите, что ничем нельзя опрвдть фрнцузского дворянин з его измену королю и отечеству.

— Вспоминйте о нс, — добвил брон, — не инче, кк о людях, у которых честь говорил достточно громко для того, чтобы побудить и все збыть.

Мркиз кк бы невольно двинулсь к нему; он повернулся к ней спиной и отошел от нее.

Зтем грф обртился к индейскому вождю:

— Пусть мой брт позовет своих воинов, — скзл он ему, — мы собиремся в путь.

— А пленники? — спросил вождь, устремляя мрчный взор н обеих дм, которые при этом вздрогнули и невольно прижлись одн к другой.

— Они свободны, — отвечл грф, — воины моей родины не мстят вргм после того, кк им удлось взять их в плен.

Тонкий Слух поклонился и, не возржя ни одним словом, отдл прикзние готовиться к отъезду.

— Грф, рди смого Неб! — вскричл грфиня де Млевль, склдывя руки, кк в молитве, — еще одно слово!

— Я не зню вс, судрь!

— О! Армн, неужели вы тк безжлостны? — скорбно прошептл мркиз. — Неужели вы тк же безжлостны, кк и вш друг?

Брон устремил н нее испытующий взгляд и, видимо, колеблся, зтем, минуту спустя, возрзил:

— Нет! Я решил збыть прошлое рз и нвсегд!

— А между тем, если бы вы только знли, почему я попл сюд?

Брон последовл з своим другом, который уже удлялся с поляны большими шгми.

Две покинутые женщины, предоствленные тким обрзом сми себе, упли н землю, охвтили голову рукми и рзрзились рыдниями.

Рскяние исторгло слезы из глз грфини де Млевль.

Горе и только одно горе зствило проливть слезы мркизу де Бу-Трси.

Полян уже опустел; индейцы, кндцы и фрнцузы ушли.

Бержэ шгл молч рядом с грфом.

Через минуту последний обернулся:

— Что с тобой, стрый дружище? — спросил он его, — чем вызвно ткое упорное молчние?

— А тем, что я недоволен вми, господин Луи.

— Недоволен? Знчит, ты не одобряешь моего поступк?

— Извините меня, господин Луи, я не только его не одобряю, но дже очень сильно осуждю. Я все еще спршивю себя, кк могли вы поступить до ткой степени… неосторожно, чтобы…

— Э, ты просто стрый безумец! — перебил его молодой человек.

— Однко, совсем не ткой, кк вы это думете… Милосердие хорошо в Европе, здесь оно не только не нужно, но дже вредно. Эти женщины, которых вы тк неосторожно пощдили, никогд не простят вм того презрения, с кким вы с ними рзговривли… их две, из двух одн, по крйней мере, не…

— Что же я должен был сделть, по-твоему?

— У нс есть поговорк: «Убито животное, убит и яд»!

— Несчстный! Убивть женщин!..

— Убивя вргов, не рзбирют, мужчин это или женщин, господин Луи… молите Бог, чтобы вм не пришлось убедиться в этом н смом себе и в смом непродолжительном времени.

— Н все воля Божья! — проговорил грф. Кндец несколько рз молч покчл головой, но не счел нужным продолжть рзговор.

Десять минут спустя весь отряд уже покинул остров.

Глв X. ПИЛЬМА

Возврщение было невеселое.

Об дворянин чувствовли, кк сердце их сжимлось при мысли об этой непримиримой ненвисти, тяготевшей нд ними: они не имели другого оружия, которым могли бы от нее обороняться, кроме покзного рвнодушия.

Рзве эти женщины не зщищены своей слбостью от возмездия с их стороны?

Всякий порядочный человек ни з ккие блг не соглсится мстить им; смое большее, что он может дозволить себе, это — зщищться.

Но дело усложняется еще больше, когд женщины, с которыми имеешь дело, рньше вс любили или были любимы вми.

Увлечения стрсти, впрочем, опрвдывют до известной степени женщину, которой пренебрегли, и в особенности ту, которую покинули. Грф де Виллье и его друг, стыдясь своей победы, решили противопоствить удрм, которые врги их, без сомнения, попытются им ннести, только презрение, жлость и нсмешки; это ужсное оружие было одно только способно порзить тех, которых в глубине своего сердц они извиняли, тк кк при этом невольно вспоминли былое счстье и слдкие чсы, проведенные в их обществе.

Кроме того, блгодря прирожденному у всех мужчин тщеслвию, они видели в этой ненвисти неоспоримое докзтельство любви, внушенной ими тем, которые теперь их преследовли с тким остервенением.

Достигнув тепетля, офицеры сердечно поблгодрили вождя и кндцев з скорую помощь, окзнную им кк рз в ту минуту, когд они уже теряли всякую ндежду н спсение; зтем они нпрвились к своим хижинм для того, чтобы отдохнуть и отдться своим думм. Перейдя через площдь, грф обернулся к Бержэ, чтобы с ним проститься, но кндец, кк бы угдывя его нмерение, скзл ему, что желет с ним поговорить, и не дожидясь ответ кпитн, вошел вслед з ним в хижину, дверь которой он сейчс же тщтельно притворил з собой.

— Извините меня, господин Луи, — скзл он, приступя прямо к делу, — з то, что я осмелился беспокоить вс в ткое время, когд вы желете остться недине с вшим другом; но мне нужно сообщить вм кое-что очень вжное.

— Я слушю тебя, друг мой, говори, но только кк можно короче. Мне незчем скрывть от тебя, что после всего случившегося сегодня мне нужно привести немного в порядок мои мысли.

— Мне нужно скзть вм всего только дв слов: будьте готовы сесть н лошдь звтр н восходе солнц.

— Но ведь здесь у нс нет лошдей?

— Звтр у меня будут две лошди: одн для вс, другя для брон де Гриньи, если только вы не пожелете идти вместе с нми пешком.

— С вми? Кто же это, друг мой?

— Со всеми жителями деревни.

— А! Знчит, это целое переселение?

— Нет, звтр я вм сообщу все подробности; сегодня вечером это отняло бы у меня слишком много времени, вы нуждетесь в отдыхе.

— Хорошо, но ты ничего не ответил мне н вопрос о лошдях.

— Это првд, вы одни поедете верхом.

— В тком случе, мы с броном тоже пойдем пешком.

— Тем лучше! Это произведет большое впечтление.

— Куд же мы пойдем?

— Звтр вы это узнете, теперь я прибвлю только одно слово: нступил минут действовть.

— Првд ли это?

— Клянусь вм, господин Луи.

— Слв Богу! Спсибо, друг мой, з это доброе известие. Не беспокойся, мы будем готовы в нзнченное время.

— Отлично! Итк, до звтр. Впрочем, я з вми приду.

— Хорошо. Ты увидишь нс совсем готовыми.

— Пострйтесь отдохнуть получше сегодня ночью, — скзл кндец с добродушной улыбкой, открывя дверь, — кто знет, сколько времени вы проведете, не смыкя глз?

Зтем он вышел и оствил молодых людей недине.

Солдты еще не возврщлись нзд; без сомнения, они где-нибудь бржничли с теми из охотников, с которыми сошлись покороче. Но офицеры не беспокоились об их отсутствии, которое двло им только возможность свободно беседовть и поверять друг другу свои тйны.

Крсновтый отблеск — предвестник солнечного восход — едв нчинл пестрить горизонт, когд Бержэ неожиднно вошел в хижину к офицерм, которых он, может быть, втйне рссчитывл зстть еще спящими; но если тково и было его нмерение, он ошибся: молодые люди были уже н ногх и с помощью своих солдт окнчивли последние приготовления.

— Великолепно! — вскричл кндец, — в добрый чс! Вы, господ, можете быть охотникми!

— Ты думл зстть нс врсплох? — отвечл грф нсмешливо. — Бедняжк Бержэ, ведь мы солдты, ты это збывешь и, к сожлению, очень чсто!

— Может быть, но, во всяком случе, я предпочитю видеть вс ткими веселыми и деятельными. В особенности, господ, не збудьте зхвтить с собой н дорогу провизию и оружие; берите с собой все, что только можете.

— Черт возьми! Что ознчет этот совет?

— То, что я говорю, и ничего больше. В пустыне это — первя из добродетелей; безоружный все рвно что мертвый.

— А! Ну, куд же ты нс поведешь? — спросил грф с любопытством.

— З три мили отсюд, не дльше.

— Но это простя прогулк! — вскричл брон. — Зчем же нм тк нгружться? Зчем все эти фокусы?

— Никто не знет, что может случи ться, — отвечл кндец тинственно. — Поверьте мне и собирйтесь н эту прогулку тк, кк будто вы отпрвляетесь в дорогу н шесть месяцев. Человек знет, когд он выходит, но не может знть когд он вернется.

— Гм! — прошептл грф, — все это нчинет меня кк-то стрнно интриговть: объяснись, пожлуйст, Бержэ!

— С удовольствием, господин Луи, нсколько это будет мне возможно, однко.

— Я не люблю недомолвок, говори откровенно, куд мы идем?

— Я ведь уже скзл вм, з три мили отсюд.

— Жители тепетля пойдут вместе с нми?

— Все или, по крйней мере, все, кто в силх ходить.

— Знчит, мы будем дрться?

— Нпротив.

— Кк, нпротив? Ведь не будем же мы плясть, ндеюсь?

— Гм!.. Почти что! — смеясь, проговорил Бержэ.

— Брось свои шутки. Ты, стрин Бержэ, не ткой человек, чтобы беспокоить нс из-з пустяков.

— О, что до этого, то, конечно, нет!

— Ну, в тком случе, что ознчют эти слов?

— Племя волков-гуронов вызвло н состязние в игру пильм, или в мяч, если хотите, другое племя; и сегодня, через несколько чсов должно нчться состязние. Несколько других племен, состоящих в дружбе с обеими соперничющими сторонми, будут присутствовть при этом состязнии в кчестве судей, которые зтем объявят, з кем остнется побед.

— И только зтем, чтобы присутствовть при тком зрелище, ты зствляешь нс идти с тобой? Черт возьми! Ты не очень-то церемонишься с нми, друг мой, и мне, признюсь тебе, очень хочется преспокойно остться здесь.

— И вы поступили бы очень нехорошо, — отвечл охотник, деля удрение н этих словх, — доверьтесь мне, господин Луи, я не ткой человек, чтобы вс обмнывть. Если я прошу вс идти и если я тк нстивю н этом, знчит, я имею довольно серьезные причины поступть тким обрзом; вы узнете эти причины, когд нстнет время. Теперь же я вм могу скзть только, что вы должны ехть или идти, чтобы присутствовть при игре в пильму; очень возможно, что потом мы будем присутствовть при другой более серьезной игре.

— Хорошо, хорошо! — смеясь, скзл брон, — вы, приятель Бержэ, — ходячя згдк, рзгдть которую я откзывюсь и поэтому отдю себя в полное вше рспоряжение и следую з вми!

— А вы, господин Луи?

— Мне поневоле приходится делть то же смое, что и мой друг! Но смотри Бержэ, если ты делешь все это только зтем, чтобы посмеяться нд нми, я никогд в жизни не прощу тебе этого. Помни, что теперь не время рзвлекться.

— Я ничего не боюсь, и скоро вы сми убедитесь в этом. Вы готовы?

— Черт возьми! Уже двно.

— Ну, тк с Богом в путь!

Они вышли.

Деревенскя площдк был зпружен индейцми и кндскими охотникми; появление фрнцузов толп приветствовл громкими крикми, потому что их только и ждли, чтобы тронуться в путь. Увидев офицеров, Тонкий Слух пошел к ним нвстречу и рдушно поздоровлся; зтем он сделл повелительный жест, и воины, вытянувшись в одну шеренгу, по-индейски, нпрвились в стройном порядке к выходу из деревни. Они шли тем быстрым гимнстическим шгом, который дет им возможность в короткий срвнительно промежуток времени проходить, почти не утомляясь, громдные прострнств и по тким дорогм, где очень чсто лошдь не может сделть и шгу.

Тонкий Слух и несколько других знменитых вождей племени соствляли рьергрд вместе с фрнцузскими офицерми и десятком кндцев, в числе которых, естественно, нходился и Бержэ.

Хотя воины, покидя деревню, и придерживлись индейского строя, но они не приняли ни одной из тех предосторожностей, которые всегд принимют, когд нходятся н военной тропе или дже н тропе охоты для того, чтобы скрыть свои следы; они смеялись, болтли между собой, бегли и, видимо, вовсе не зботились о шуме, производимом прохождением их по лесу.

Несколько рз грф Кулон де Виллье, удивленный более чем стрнным поведением индейцев, обыкновенно тких осторожных и молчливых, спршивл Бержэ, что это, знчит, но охотник, улыбясь, огрничивлся тем, что советовл ему ничему не удивляться и при этом прибвил, что скоро они и сми увидят рзгдку.

Видя, что рсспросы ни к чему не ведут, грф де Виллье больше не стл знимться тем, что происходило вокруг него и, поборов свое любопытство, решил, не рсспршивя больше, ждть обещнного охотником объяснения.

Чсов около восьми утр индейцы, нконец выбрлись из лес и очутились в огромной прерии, простирвшейся до смого горизонт; широкий водяной проток делил степь н две почти рвные чсти.

Среди довольно большой площдки, тщтельно очищенной от трвы, возвышлсь обширня ротонд или, лучше скзть, трибун, выстроення из толстых бревен.

Когд волки-гуроны вступили в прерию, их встретили веселые восклицния индейцев других племен, прибывших рньше их; смые знменитые вожди пошли к ним нвстречу и приветствовли их кждый от имени своего племени.

Пок они обменивлись обычными при тких встречх приветствиями, Бержэ подошел к офицерм и шепотом скзл им:

— Выслушйте меня. Все эти индейцы собрлись сюд для того, чтобы состязться в пильм, т. е. игре в мяч. Волки-гуроны уже двно приняли вызов н учстие в этой игре; сегодня должно произойти состязние между ними и их соперникми. Зметьте, что между всеми этими индейцми больше восьмидесяти человек кндцев, которые пришли сюд будто бы зтем, чтобы присутствовть н церемонии, н смом же деле они здесь только рди вс. Когд нступит время, они пойдут з вми. Нс окружют нглийские шпионы… ни слов, ни жест, которые могли бы зствить угдть вши нмерения. Индейцы и полукровные охотники до безумия любят игру в пильм, поэтому и прибытие их не может вызвть никкого подозрения. Положитесь н меня: уж я все доведу до конц. Больше, я думю, вм объяснять нечего.

— Стрый друг, — отвечл ему грф, пожимя руку, — я буду во всем тебе повиновться, делй, кк знешь.

— Хорошо, больше ни слов! Церемония нчинется. Только вот вм еще последний совет, держитесь все время позди толпы, но тк, чтобы это не брослось в глз, и, по возможности, следуйте з мной.

— Хорошо.

Бержэ отошел с смым индифферентным видом и смешлся с индейцми, среди которых он вскоре исчез.

Между тем, кк и скзл Бержэ, церемония нчинлсь. После обмен приветствиями вождей Тонкий Слух приглсил стриков и смых знменитых воинов в ротонду; зтем, когд все общество собрлось и уселось и музыкнты зняли свои мест, перед нчлом бл, предшествующего борьбе, соглсно индейскому обычю, Тонкий Слух поднялся с возвышенного сиденья, которое он знимл около других вождей, и сделл жест, который должен был привлечь внимние.

Тотчс же в толпе, состоявшей из нескольких тысяч лиц, водворилось глубокое молчние.

Тогд вождь произнес длинную речь, в которой хвлил игру в пильм; он нпомнил все победы, одержнные волкми-гуронмн нд другими племенми, не збывя укзть н свои собственные подвиги и н подвиги других вождей, присутствоввших н прзднике и прослвившихся своей ловкостью в этих тлетических игрх.

Эт речь, которой мы не передем, был скзн с жром и не лишен был дже крсноречия; он имел целью возбудить стрсть в молодых людях и пробудить в них честолюбивую жжду победы.

После этого обязтельного пролог всякой индейской церемонии вождь опять знял свое место; тогд нчлсь музык, по н индейский мнер, причем кждый из музыкнтов игрл что хотел и кк хотел; в общем, получлось нечто ужсное, конечно, для европейского слух.

Целя толп молодых девушек, одетых во все белое и укршенных ожерельями из стеклянных бус. брслетми и мссой лент, вошл в ротонду.

Они все держлись з руки и тихими и низкими голосми стли подпевть пронзительным звукм музыки; зтем они обрзовли полукруг в дв ряд спин к спине и, обртившись одной стороной к музыкнтм, другой к сидевшим в ротонде, стли медленно двигться вокруг злы.

Этот тнец или, скорей, этот мрш продолжлся около четверти чс.

Вдруг снружи рздлся пронзительный крик. Крик этот издл целый отряд молодых людей, быстро входивших друг з другом в ротонду с плкми в рукх.

Эти новые ктеры были тоже рзряжены, рскршены в рзные цвет, укршены серебряными брслетми и ожерельями из крсных зерен. В волосы у них искусно были воткнуты целые пучки больших рзвевющихся перьев.

Они тоже обрзовли собою полукруглую линию, обернувшись лицом к молодым девушкм; последние сейчс же перестроились в один ряд прллельно мужчинм.

Теперь уже обрзовлись дв хор-мужской и женский, певшие поочередно, и обе линии продолжли двигться полукругом.

Вот в чем приблизительно зключлсь пляск, исполнявшяся молодыми людьми и девушкми: первый от кря из тнцовщиц тихо поднимлся н носки, зтем быстро опусклся н пятки; остльные проделывли то же смое, но тким обрзом, что, когд первый стоял н пяткх, второй поднимлся н носки и тк длее по всей линии.

Кроме этого тнц пильм, или игры в мяч, у индейцев существует еще много других тнцев, причем все они тк же мло интересны, кк и этот. Одно из условий требуемых для того, чтобы зслужить репутцию великого хрбрец, зключется в том, чтобы снчл прослыть искусным плясуном.

У крснокожих есть охотничьи тнцы. Последние носят тргический хрктер: они предствляют собой воспевние хрбрости ловкости и силы. Вообще же, тнцы их перемешны с музыкой и хоровым пением.

По окончнии тнцев борцы, вооруженные плкми, рзделились н дв отряд, и по знку, днному одним из вождей, нчлось состязние пильм, которое не змедлило поглотить полное внимние зрителей.

Фрнцузы, зинтересоввшиеся стрнным зрелищем, которое им пришлось видеть впервые со времени их прибытия в Америку, кк бы збыли н некоторое время причины, зствившие их збрться в индейскую деревню, кк вдруг мимо них прошел Бержэ и слегк прикоснулся к руке грф де Виллье.

Грф обернулся.

— З вми теперь никто не следит, — скзл охотник, — пробирйтесь сквозь толпу один з другим и следуйте з мной издли, но тк, чтобы это никому не бросилось в глз.

Зтем, приложив укзтельный плец к губм, он спокойно пошел дльше, однко, уже не тк быстро, чтобы грф не мог потерять его из виду.

Молодые люди мло-помлу отделились от толпы, которя инстинктивно двл им дорогу, зтем, покинув ротонду, добрлись до опушки лес, в который они вошли почти сейчс же вслед з Бержэ.

— Следуйте з мной! — скзл последний, кк только они подошли к нему.

— А нши солдты? — спросил грф.

— Идите, они вс ждут.

Грф де Виллье и его друг, не спршивя дльнейших объяснений, повиновлись охотнику, который быстрыми шгми пошел впереди них.

Почти через чс все трое вышли н небольшую проглину, среди которой собрлось около ст человек.

Люди эти были охотники-кндцы; Золотя Ветвь и Смельчк были вместе с ними.

Бержэ приветствовл охотников дружеским жестом, зтем, окинув взглядом кндцев, спросил:

— Где Жн-Поль?

— Я здесь! — отвечл грубый и отрывистый голос. И Изгннник, отделившись от группы людей, среди которых он стоял, сделл несколько шгов вперед.

— Этот человек здесь? — с удивлением вскричл грф.

— Молчите! — проговорил Бержэ, сжимя ему руку.

— Но, — продолжл грф, — не объясните ли вы мне?..

— Молчите! Я отвечю з него. Не судите об этом человеке, не зня его.

Покоряясь невольно голосу охотник, грф змолчл и с озбоченным видом опустил голову.

Между тем, Бержэ и Изгннник нчли говорить шепотом.

Бесед их продолжлсь всего несколько минут; зтем Изгннник, обменявшись рукопожтием с охотником, удлился, не взглянув н офицеров и дже кк будто не зметив их.

— Черт возьми! Д что же все это знчит? — с нетерпением спросил грф. — Я хожу, кк слепой, просветите меня…

— Это знчит, господин Луи, — холодно отвечл Бержэ, — что, если вы желете, то не больше кк через дв дня вы будете иметь возможность зхвтить нглийский трнспорт.

Глв XI. БЕРЛОГА СЕРОГО МЕДВЕДЯ

Ответ Бержэ не мог, конечно, не удивить грф де Виллье, менее всего ожидвшего услышть что-нибудь подобное, но он сумел сохрнить внешнее спокойствие и дже довольно мягко скзл кндцу:

— Говори, я тебя слушю.

— Не здесь, господин Луи. Мы слишком близко от нших друзей индейцев.

— Стрнные друзья, перед которыми нельзя рскрыть рт.

— Именно. Вперед! Через чс тм уже зметят, что мы исчезли. Ндо употребить это время с пользой и порботть ногми.

— Однко, если мы…

— Если мы не хотим, чтобы н нши следы нпли те, в чьих интересх з нми следить и уничтожить все плны ншей экспедиции.

— Это спрведливо; но этот человек, этот шпион, словом, Жн-Поль, кк ты его нзывешь.

— Ну, что же? — спросил Бержэ.

— Ты не боишься, что он нс предст.

— Он!.. — проговорил Бержэ с невольным жестом негодовния, — нет, успокойтесь, господин Луи, он нс не предст. Молодой человек покчл головой с видом сомнения.

— Поверьте мне, господин Луи, — с грустью продолжл охотник, — вы очень ошибетесь нсчет этого человек; позднее вы узнете и тогд…

— Тогд? — с любопытством проговорил грф.

— Ничего, я зню, что говорю. Но довольно нм знимться этим несчстным; подумем лучше о нших собственных делх.

Зтем, обрщясь к кндцм, сгруппироввшимся вокруг него, Бержэ скзл:

— Товрищи, вот те дв фрнцузских офицер, о которых я вм говорил. Вы обещли мне во всем им повиновться, могут ли они рссчитывть н вше слово?

— Д, — отвечли охотники в один голос.

— Вы ведь знете, в чем дело?

— Ты нм это уже говорил! — возрзил один из кндцев.

— И вы обещете исполнить вш долг? — Мы поклялись и сдержим ншу клятву.

— Хорошо, теперь все скзно, товрищи. Зтем Бержэ обернулся к офицерм:

— Я сдержл свое обещние, господ: эти хрбрые охотники пойдут з вми в огонь и в воду. Рссчитывйте н них, кк н меня.

— Мы ндеемся н них, — отвечл грф де Виллье, — и я блгодрю их именем короля з вырженные ими чувств птриотизм.

Охотники ответили офицеру молчливым поклоном.

Договор был зключен крепче, чем у всех королевских нотриусов.

Об офицер были в восторге от того оборот, ккой принимли их дел и могли быть уверены, что с помощью окружвших их охотников они успешно выполнят возложенное н них поручение. Никогд еще они не видели ткого единодушного решения своих помощников послужить делу, з которое они брлись.

— Спсибо, Бержэ, — скзл грф охотнику, — я доволен тобой.

— Тогд, знчит, все обстоит кк следует, — смеясь отвечл кндец. — Но довольно рзговривть; пор отпрвляться в путь. Мы еще успеем потолковть сегодня вечером н бивуке о том, что нм делть дльше, до тех пор ни слов. Идите с Богом, бртцы, к зкту солнц пострйтесь быть тм, где мы уговорились. Соглсны?

— Хорошо!

Почти в ту же минуту, точно их поглотил земля, все охотники исчезли рзом. Офицеры, их солдты и Бержэ остлись н проглине одни.

Молодые люди удивленно переглянулись.

Бержэ, не двя им времени приступить к нему с рсспросми и предупреждя всякие вопросы с их стороны, зговорил первый:

— Сто человек, ккие бы предосторожности они ни принимли, не могут путешествовть по пустыне, не оствляя своих следов, — скзл он. — Мы окружены шпионми, которых необходимо сбить с толку. Идя поодиночке, мы увеличим нши шнсы н успех, и ншим вргм будет невозможно преследовть нс; впрочем, сегодня вечером мы уже будем достточно длеко, чтобы нм можно было ничего не бояться. Нши люди уже ушли; теперь пор и нм!

— Куд же мы пойдем?

— Мы несколько минут будем идти по дороге к деревне, зтем сядем в лодку. Нм придется путешествовть по воде, потому что н ней не остется следов.

Зтем они покинули проглину и, кк и скзл Бержэ, опять пошли по той же смой дороге, по которой пришли; но через пять или шесть минут они слегк отклонились влево и очутились среди целого хос утесов, н которые молодые люди стли хрбро взбирться следом з своим проводником.

Эти утесы знимли знчительное прострнство и простирлись во всех нпрвлениях.

Взобрвшись н одну группу утесов, кндец, нконец, остновился, что доствило большое удовольствие фрнцузм: млопривычные к подобного род путешествиям, они чувствовли сильную устлость.

— Здесь, — скзл охотник, усевшись з огромным куском грнит, — сядем и немного отдохнем.

— Честное слово! Я лучшего ничего и не желю, — отвечл брон, без церемонии рстягивясь н земле.

Товрищи его тотчс же последовли его примеру.

— Черт возьми! — скзл грф, — по ккой же, однко, дьявольской дороге ты нс ведешь, Бержэ!

— Дорог прекрсня, господин грф, хотя немного и трудня; хитер будет тот, кто рзыщет н ней следы вших ног, тогд кк з нми нетрудно было бы следовть по обыкновенным тропинкм.

— Это првд, но ведь нм придется спуститься вниз; нельзя же все время идти по этой дороге, где хорошо могут чувствовть себя рзве только козы,

— скзл брон, потягивясь.

Кндец только улыбнулся.

— Не пугйтесь спуск, судрь, — возрзил он, — он будет нетруден; теперь смое тяжелое уже сделно.

— Тем лучше! — скзл брон со вздохом облегчения.

— Вы отдохнули, ндеюсь, господ?

— Почти.

— Тогд пойдемте! Но снчл помогите мне, пожлуйст. Они поднялись и, по укзнию проводник, который см подвл пример, всеми силми нлегли н глыбу, около которой отдыхли.

К великому их удивлению, этот утес, довольно больших рзмеров, тихо зкчлся, открыв вход в подземелье, которое кк будто углублялось в землю и рзверстя псть которого внезпно предствилсь их взорм.

— Вот нш дорог, — скзл охотник, — пойдемте!

— Но ведь тм темно, кк в печке, в которой нет огня! — возрзил брон де Гриньи.

— Ничего, идите; я поведу вс с зкрытыми глзми.

— Пойдемте, если вы этого хотите.

Они вошли; зтем, по прикзнию охотник, они слегк толкнули утес, который знял свое прежнее место и герметически зкупорил вход в подземелье.

Тогд они очутились в полном мрке, но мрк этот был непродолжителен. Бержэ высек огонь и зжег фкелы из свечного дерев.

Яркий свет озрил своды подземелья.

— Здесь мы в безопсности, — смеясь, скзл охотник. — Хотя бы вся рмия его бритнского величеств погнлсь з нми в погоню, ей никогд не удлось бы нс рзыскть; дже индейцы, эти тонкие ищейки, и те не ншли бы нших следов; один только я во всем свете знл это подземелье несколько минут тому нзд. Теперь это знют пятеро, считя вс и вших солдт.

— Оно, по-видимому, простирется довольно длеко, — скзл грф.

— Вы скоро будете в состоянии сми о том судить, господин Луи, потому что нм придется пройти всю глвную глерею.

— Куд же тянется эт глерея и куд мы выйдем из этого подземелья?

— Н смый берег реки; но теперь нм пок некуд спешить, тк кк время близится к полудню, то не мешло бы, я думю, перекусить чего-нибудь, потом уже продолжть путешествие.

Рзговривя тким обрзом, они продолжли продвигться вперед.

С кждым шгом подземелье постепенно рсширялось, свод стновился выше; они, нконец, вышли в довольно обширную злу круглой формы, из которой выходило несколько глерей.

Эт зл, по-видимому, был обитем еще очень недвно. В одном углу влялось несколько штук мехов рзличных зверей; большой кусок лни и нчтый медвежий окорок висели н стене злы; тм и сям влялись рзные мелкие предметы и дже ншелся зпс топлив.

Подбросив дров в очг, вырытый в центре злы, охотник поджег их и потушил фкелы, свет которых был уже больше не нужен; свет проникл через невидимые трещины, дввшие воздух и в то же время пропусквшие достточно свет.

— Но, — скзл грф с беспокойством, — уверен ли ты, стрин Бержэ, что никто другой, кроме тебя, не знет этого подземелья?

— Черт возьми! — отвечл кндец, спокойно продолжя знимться своими кулинрными приготовлениями, — конечно, я в этом уверен.

— Но эт провизия, эти кожи, эти дров?

— Все это, господин Луи, притщил сюд я см, тк кк знл, что вм придется побывть в пещере.

— Это меня несколько успокивет, между тем…

— Между тем, вы все-тки беспокоитесь?

— Признюсь… Несмотря н все мое увжение к твоим блестящим способностям, я…

— Господ, тех утесов, по которым мы лзили, боятся индейцы и ни з что н свете к ним не подойдут: они убеждены, что их посещют злые духи.

— Кк, индейцы верят в привидения?

— В привидения, в призрки, — словом, во все, что хотите… это смые суеверные люди.

— А выход н реку?

— Этого выход снружи совсем дже и не зметно.

— Будь по-твоему! У тебя н все готовый ответ. Двйте звтркть!

— Тем более, что все готово; это смое лучшее, что мы можем сделть.

Пятеро мужчин уселись в кружок и с ппетитом принялись з простую, но питтельную пищу, поствленную перед ними.

— Кк вм удлось открыть вход в эту пещеру? — спросил брон, с звидным ппетитом уничтожя свою порцию.

— Произошло это очень просто и вот кким обрзом… Я не думю, чтобы это вс особенно зинтересовло. Однжды, пять лет тому нзд, я охотился с одним моим другом кндцем; случйности охоты звели нс в эту сторону во время погони з лнью. Рненое животное искло спсения между утесми. Не отступя перед трудностями пути, мы уже нстигли его, когд вдруг ужсный рев рздлся нд моими ушми, и н месте ншей лни я увидел, не больше кк в десяти шгх от меня, гигнтского серого медведя, который, змечу вм, между прочим, считется смым стршным из всех зверей пустыни.

Я крикнул, желя предупредить моего спутник и посоветовть ему держться нстороже; к несчстью, было слишком поздно: медведь его зметил и кинулся н него. Охотник хрбро ждл свирепого зверя и выстрелил в него в упор из своего ружья. Медведь издл ужсный рев.

Я спешил что было мочи к бедному моему товрищу; человек и хищник ктлись по земле, борясь не н жизнь, н смерть… Я остновился н одну минуту, боясь убить моего друг вместо того, чтобы спсти его; зтем я поднял ружье, прицелился и выстрелил. Медведь упл всей своей мссой: пуля попл ему в глз. Я бросился вперед. Друг мой, стршно изуродовнный, лежл возле своего мертвого врг и бился в предсмертных судорогх. Он едв успел пожть мне руку и испустил последний вздох.

Бродя вокруг того мест, где произошло это ужсное событие, я случйно нтолкнулся н это подземелье; оно служило берлогой медведю и двно уже, кк это докзывли всевозможные кости, лежвшие ворохом в этой смой зле, в которой мы нходимся в нстоящую минуту. Я похоронил моего друг при входе в подземелье. Когд я рыл его могилу, я случйно открыл стрнное свойство этого куск утес, из которого кто-то кк будто нрочно сделл дверь в пещеру.

Одного человек достточно для того, чтобы сдвинуть его с мест, и если я и потребовл недвно вшей помощи, то исключительно зтем, чтобы скорей его сдвинуть.

Потом, рсспршивя вождей индейских племен, которые обыкновенно стоят лгерем в окрестностях, я убедился, что существовние этого подземелья им совершенно неизвестно; кроме того, я узнл, что место, где нходится это подземелье, считется нечистым. Вот вм и вся история, рсскзть которую вы меня просили… кк видите, все это очень просто.

— Д, но очень печльно. Бедняг! При кких ужсных условиях ему пришлось рсстться с жизнью. Вероятно, вм и смому пришлось пережить тяжелую минуту?

— Мы все почти тк же умирем в пустыне, — мелнхолично проговорил Бержэ.

— Если нс не оскльпируют и не змучют индейцы, нс сожрут звери. Что лучше? Собственно говоря, эт смерть вовсе не хуже и не тяжелее смерти в преклонном возрсте.

— Не будем больше думть об этом, — скзл грф. — Дорогой Бержэ, поговорим, пожлуйст, немного о нших делх.

— К вшим услугм, господин Луи.

— До сих пор брон де Гриньи и я, мы об не вмешивлись ни во что и предоствляли тебе вести все дело по твоему собственному усмотрению, в полной уверенности, что все, что ты ни сделешь, будет сделно честно и хорошо; смое глвное зключлось в том, чтобы не привлекть н нс внимния и оргнизовть экспедицию тким обрзом, чтобы не возбудить подозрений. Я должен отдть тебе спрведливость, мой стрый Друг, что ты с первого же дня и до последнего момент действовл с ткой осторожностью и тк ловко, что ничего подобного я себе и предствить не мог. Дел нши блгодря тебе идут пок прекрсно; успех экспедиции, не считя случйности, которую невозможно предвидеть, кжется мне обеспеченным. Но кк ты думешь, не пор ли мне принять н себя комндовние, то есть ответственность з все рспоряжения и докончить то, что ты тк хорошо нчл?

— Кк вм будет угодно, господин Луи.

— Тем более, что мне хочется поскорей покончить с этой экспедицией. Я дл клятву, мой брт еще не отомщен. Ты это знешь, Бержэ!

— Это првд, господин Луи, и вы должны сдержть эту клятву. Что же ксется того, чтобы вновь взять н себя комндовние, которое вы мне доверили, кк вы сми говорите, то я действовл только по вшему прикзнию и сообрзуясь с вшими личными желниями. З эти последние дни вы, првд, держлись немного в стороне, но это было необходимо для того, чтобы подготовить все н индейский лд; теперь же я и см не желю ничего лучшего, кк опять стть тем же, кем я был прежде, то есть вшим проводником, под условием, если вы признете это необходимым, снов послужить вм еще и другим способом. Я предн вм душой и телом, вы это знете, и желю только одного — быть вм полезным и помогть вм по мере сил.

— Я зню это, стрый товрищ, поверь, что я никогд не сомневлся в твоей преднности.

— О! В этом я вполне уверен, господин Луи. Я зню вшу семью-от отц к сыну переходят спрведливость и доброт. Поэтому делйте кк хотите и что хотите.

— Теперь сообщи мне все, что знешь, о людях, н которых мы собиремся нпсть.

— Это здоровенные прни, об этом я должен прежде всего вс предупредить. Все они, нглийские охотники, кк мы, фрнцузские охотники, — все они тоже привыкли к жизни в пустыне, все они н деле докзли свою хрбрость, знют вдоль и поперек все индейские хитрости и для них слово «невозможно» не существует.

— Гм! Знешь ли ты, что ты нрисовл мне великолепные портреты этих людей? Иметь их вргми — д это просто удовольствие!

— Я говорю одну только првду: ненвисть не должн делть нс неспрведливыми к ншим вргм; они зддут нм немло рботы, я в этом уверен. Я решил покзть их вм ткими ккие они есть н смом деле, потому что, только зня хорошо своих противников, можно рссчитывть н победу; если же сделть вид, что ими пренебрегешь, тогд все дело пропло.

— Д, все это првд. Теперь я хотел бы знть, кк велик их отряд; можешь ты сообщить мне некоторые сведения н этот счет?

— Конечно, господин Луи, их всех восемьдесят человек.

— Хорошо, нс горздо больше.

— В сущности это не тк уж много знчит: обороняться горздо легче, чем нступть.

— Мы постремся лишить их этого преимуществ.

— Это будет довольно трудно. Английским отрядом комндует метис, по имени Летющий Орел, вся жизнь которого протекл в пустыне. Он создл себе репутцию тонкого хитрец, срвниться с которым могут немногие из нс.

— Ты чересчур скромен, друг мой. Я убежден в противном и смело могу скзть, что если бы ты только зхотел пострться, ты без особого труд мог бы перехитрить этого стршного Летющего Орл.

— Это будет трудно. Я могу поручиться только з одно, что не от меня будет звисеть, если…

— Я у тебя большего и не прошу, — перебил грф, — я зню, что ты всегд сделешь больше, чем пообещешь. Много товров везут они с собой?

— Д, это-то именно при нстоящих обстоятельствх и соствляет их слбую сторону: им придется не только зщищться, но еще и беречь свой обоз.

— Тем лучше. Когд они подойдут к нм совсем близко?

— Дня через дв, не позже.

— Это больше чем нм нужно для того, чтобы подготовиться к встрече с ними! Ты знешь стрну, потому ты и должен подыскть подходящее место для того, чтобы устроить зсду; поищем вместе, если хочешь.

— Прикзывйте.

— Может быть, всего лучше было бы пострться зхвтить их ночью н бивуке?

— Э! Вот мысль, которя не пришл бы мне в голову; о том, что вы скзли, очень и очень стоит подумть, господин Луи. Ну, д мы еще успеем кк следует обсудить этот проект — времени впереди довольно.

— Ну, рз мы поняли один другого и у нс, по крйней мере в нстоящую минуту, не о чем особенно совещться, не лучше ли будет снов тронуться в путь?

— Когд вы пожелете, господин Луи, — отвечл кндец, вствя. — Чем скорей мы прибудем, тем больше будем иметь времени для осмотр местности, где нм, может быть, придется действовть.

— Ты говоришь, кк стрый солдт. Ну, шгом мрш! — смеясь, скзл кпитн. — Поступй к нм н службу; я обещю тебе быстрое повышение.

Бержэ снов пошел в внгрде мленького отряд, который нпрвился следом з ним по боковой глерее.

Эт глерея, довольно светля для того, чтобы не зжигть фкелы, делл многочисленные изгибы; иногд кзлось, что он дже поворчивет нзд. Время от времени они выходили н перекрестки других глерей, где, если бы у них не было ткого верного проводник, кк кндец, фрнцузы неизбежно бы зблудились; почв постепенно понижлсь.

Пройдя быстрым шгом около чсу, фрнцузы увидели перед собой свет.

— Мы пришли! — скзл кндец, остнвливясь.

Он вошел в соседнюю пещеру, из которой вскоре вышел, держ в рукх весл, которые он передл солдтм; зтем он вернулся, неся н своих плечх одну из тех легких пирог, которые выделывются из березовой коры, — это единственные гребные суд, употребляемые индейцми

— Вот теперь все! — скзл он. — Идите кк можно осторожнее и держитесь шгх в десяти от меня.

Спутники его дли ему пройти вперед, кк он того желл, потом и сми тронулись следом з ним. Склон стновился все круче, грунт был мокрый; идти нужно было с крйней осторожностью, чтобы не упсть.

Нконец, кндец остновился; все поспешили к нему и увидели, что пирог спущен н воду.

— Сдитесь в лодку! — скзл кндец.

— Но я не вижу выход!

— Предоствьте мне действовть, мы выберемся; я нйду проход.

Все четверо мужчин спустились в пирогу.

— Тк, хорошо! — продолжл охотник. — Ложитесь н дно и стрйтесь лежть тк, чтобы не превышли собой уровня плншир. Ну, улеглись вы?

— Д, — скзл брон, — но положение не очень-то удобное!

— Это дело кких-нибудь десяти минут… Опустите пониже головы

— Что же ты хочешь делть? — спросил грф, видя, что кндец. рздевется.

— Я рздевюсь, господин Луи.

— Кк! Ты рздевешься?

— Д, д, будьте спокойны, все идет отлично. Помоги, Господи!. Теперь держитесь крепче!

Послышлся шум тел, упвшего в воду.

В ту же минуту фрнцузы почувствовли, что пирог движется, кк будто ею упрвляет невидимя рук; скорость ее постепенно увеличивлсь.

Тогд молодые люди, рспростертые н спине, с ужсом увидели, кк свод подземелья постепенно опускется; вскоре высот его рвнялсь только двум футм нд пирогой, потом одному футу, потом всего только нескольким дюймм! Им пришлось пережить несколько очень тревожных минут; кк ни были они хрбры, они невольно трепетли от стрх и инстинктивно зкрыли глз.

— Ну, что! Кк вм нрвится эт кртинк? Д вы не зснули ли во время переезд?

При рдостных звукх этого дружеского голос молодые люди вздрогнули от удовольствия.

Они открыли глз и вскрикнули от счстья, увидев голубое небо нд своими головми.

Они нходились н реке. Бержэ, сидя н островке, крсный кк рк облчлся в свой охотничий костюм.

— Пожлуйст, возьмите меня в лодку, — скзл он, смеясь.

Солдты схвтили весл и пристли к островку Бержэ сел в лодку.

— Вод холодня, — проворчл он, отряхивясь.

— Черт возьми! Д где же это мы прошли? — спросил брон. — Я не вижу никкого проход.

— Он хорошо скрыт и поднимется нд водой всего только н дв с половиной фут, но вы не можете его видеть блгодря рстениям, которые зслоняют его от глз.

— Я считл себя погибшим, — скзл грф, улыбясь.

— Честное слово, признюсь, и я сильно струсил, — проговорил брон.

— Когд я проходил здесь в первый рз, подземелье произвело и н меня ткое же впечтление, теперь я об этом больше и не вспоминю. Это стоит всего одной холодной внны, вот и все.

Об солдт ничего не говорили, но они были бледны, кк мертвецы.

Бержэ поместился н корме, чтобы упрвлять гребком, который зменял собой руль, и пирог быстро полетел по реке.

Глв XII. БИВУАК АНГЛИЧАН

Ночь выдлсь темня и безлуння.

Сильный ветер звывл н все лды по ущельям гор и чуть ли не с корнями рвл гнувшиеся под его нпором деревья.

Словом, это был одн из тех ночей, полных тинственного ужс, о которых дже и понятия не имеют в Стром Свете.

По временм нступли минутные зтишья, и тогд, кк бы зтем, чтобы еще более устршить человек с робким сердцем, слышлся не то нсмешливый хохот, не то вой крсных волков, бродивших в темноте; зтем все снов умолкло.

У подножия довольно высокого и совершенно безлесного холм стоял лгерем многочисленный отряд путешественников; сбившись кучми вокруг яркого огня, крсновтое плмя которого бросло н них фнтстические оттенки, они готовили ужин, укрывясь, кк только могли, от ледяного дыхния ночного ветр.

Эти путешественники, числом около восьмидесяти, устроили себе огрду из тюков, нгроможденных один н другой, з которыми, кк з стенми крепости, укрылись люди и лошди. Двое чсовых, облокотившись н длинные ружья, охрняли общую безопсность, в то время кк спутники их чистили лошдей, нрезли хворост, черпли воду, — словом, предвлись всем тем обычным знятиям, которыми всегд сопровождется остновк бивуком в пустыне.

Немного в стороне, присев н корточки перед костром, рзведенным специльно для них, три или четыре человек тихо беседовли и при этом посылли друг другу в лицо целые клубы дым, вылетвшего из трубок, которые они ни н минуту не выпускли изо рт.

Одетые в коленкоровые блузы, в митссы, спускющиеся ниже колен, обутые в индейские моксины и с меховыми шпкми н головх, они выглядели охотникми или же откупщикми из метисов.

Черты их лиц были грубы, взгляд свиреп, голос хрипл, речь отрывист и груб. В особенности же один из них, смый рослый и смый стрший, выглядел одним из тех стрых лесных бродяг, которые совершенно позбыли цивилизовнную жизнь и для которых пустыня стл второй родиной; он именно и говорил в ту минуту, когд мы решили познкомить читтелей с этими новыми персонми. Спутники слушли его с внимнием и почтением, свидетельствоввшими о том, что он игрл очень видную роль среди окружвших его людей.

— Ну вот! — говорил он, выколчивя золу из своей трубки о ноготь большого пльц левой руки, — дело идет н лд. Мы приближемся; еще девять дней, и мы доберемся до мест.

— Черт! — воскликнул другой, — нельзя скзть, чтобы мы ехли очень быстро! Проклятое путешествие! Мне оно стршно ндоело.

— Ты всегд куд-то торопишься, Опоссум, — нсмешливо возрзил первый собеседник, — слушя тебя, можно подумть, что мы нходимся в дороге чуть не целую вечность, честное слово!

— А это, по-твоему, ничего не знчит? Целые семьдесят семь дней пробирться по тропинкм диких зверей и несуществующим дорогм, держться постоянно нстороже и бояться зсды! По-твоему, это приятное путешествие? Нечего скзть, хорошо!. Знчит, ты не очень взысктелен, стрин!

— Ах! — проговорил тот презрительно, — рзве хрбрый и честный охотник может тк выржться? Неужели ты и в смом деле считешь себя впрве жловться? Знчит, ты ни во что не ствишь удовольствие переживть опсности, когд знешь, что вся твоя жизнь держится только н одной ниточке? Неужели тебе не нрвится эт постояння борьб со всей природой: с людьми, зверями, ургнми и вообще со всем, что тебе встречется н пути? Зтем, когд все препятствия побеждены, все врги сбиты с толку или убиты, ты возврщешься победителем к себе в хижину! Ккое удовольствие доствляет ткя побед!

— А смое глвное, — возможность отдохнуть, — добвил тот, кого нзывли Опоссумом. — Д, ты прв, Летющий Орел, все то, что ты говоришь, спрведливо, но только, к сожлению, не всем приходится возврщться домой! Вспомни, ккие мы с тобой дорогой видели горы костей, белеющих н солнце, причем мы дже не могли узнть, кому приндлежит хоть один из скелетов, которые мы топтли копытми нших лошдей! А между тем, они тоже были при жизни хрбрыми и честными охотникми! Теперь они умерли. Кто их знет? Вспоминет ли про них кто-нибудь? Никто. Они исчезли, нвсегд вычеркнуты из книги жизни и ни у кого в пмяти не остлось дже и воспоминния о том, чем они были и что они совершили!

— Кждый человек должен умереть, — философски возрзил Летющий Орел, — лучше псть в бою, чем угснуть стрым, худосочным и ни к чему негодным, в углу з печкой, н подстилке из листьев или перьев! Все это ты вздор болтешь!

— Ну, д что толковть, — продолжл Опоссум, кк человек, которому спор не доствляет удовольствия, потому что он чувствует себя побежденным крсноречием противник, — дй Бог, чтобы нше путешествие окончилось блгополучно!

— Рзве ты сомневешься в успехе ншей экспедиции? — быстро спросил Летющий Орел.

— Нше путешествие еще не кончено, — отвечл Опоссум, — нм остется еще девять дней пути. Кто знет, что нс ждет впереди?

— Это првд, но смые большие препятствия мы уже преодолели, смые большие опсности уже миновли! Ты точно нрочно нкликешь н нс беду!

— Весьм возможно, — скзл Опоссум, покчивя головой с видом сомнения. — У меня грустные предчувствия, которых я не могу преодолеть. Рзве я в этом виновт? Они приходят сми собой, я их не зову.

— Я никогд не видл тебя тким.

— Я тоже. Кк быть, брт? Это сильнее меня. Мы отпрвились в путь в пятницу д еще триндцтого; кроме того, в смую минуту ншего выступления три ворон пролетели нд нми: все это дурные предзнменовния, берегись, нм не следовло бы выступть!

Летющий Орел невольно приздумлся: голов его склонилсь н грудь.

— Б! — продолжл он через минуту, резким движением поднимя голову, — глупости! К черту струшечьи бредни! Не стнем больше думть об этом; двйте хорошенько поужинем, потом ляжем спть и соберемся с силми н звтр!

— Хорошо. Но только я все-тки скзл одну чистую првду… вот увидишь!

— Опять! — свирепо крикнул Летющий Орел. — Змолчи!

— Хорошо! Я змолчу, если тебе не нрвится, чтобы я с тобой говорил, и дже пострюсь думть о чем-нибудь другом.

— И ты хорошо сделешь. Можно просто сбеситься, слушя ткие дурцкие рссуждения! Б! Горе может убить и кошку. Будем веселиться, это все-тки будет выигрыш нд неприятелем… и несчстьем.

И он передл свою тыквенную бутылку Опоссуму. Последний поднес ее ко рту, но стл пить медленно и, тк скзть, неохотно, потом он передл ее своему другу, покчивя головой. Дв других охотник зкутлись в свои одеял и, протянув ноги к огню, спли кк убитые. Опоссум взглянул н них кк бы для того, чтобы убедиться, что они, действительно, спят, зтем продолжл, понижя голос и нклоняясь к своему другу:

— Послушй, стрин, ты нпрсно игрешь со мной в эту игру: меня тебе не обмнуть. Твое веселье только нпускное; в глубине души ты, быть может, еще грустнее и беспокойнее меня. Будь откровенен, это првд?

Могучим удром кблук Летющий Орел отбросил в смую середину огня сктившуюся к нему головешку.

— Черт бы тебя побрл с твоими предположениями! — недовольно проворчл он.

— Откуд ты взял, что я здумлся или боюсь чего-нибудь?

— Я угдывю это. Видишь ли ты, брт, когд дв человек прожили десять лет бок о бок в пустыне, охотясь вместе, рсствляя ловушки и воюя с крснокожими, то эти дв человек, если бы они дже и зхотели, не могут уже ничего скрывть друг от друг: они слишком хорошо знют один другого. У тебя есть что-то н сердце, говорю я тебе. Или ты мне уже не доверяешь? Говори, что с тобой!

Нступило молчние. Летющий Орел, кзлось, боролся с глубоким волнением; нконец, ему удлось вернуть себе ту повелительную невозмутимость, которую охотники и индейцы нпускют н себя при всяких обстоятельствх и, протягивя резким движением првую руку своему другу, скзл ему:

— Ну, д! это првд: у меня тоже есть кое-что. Дльше что?

— Дльше? Ничего, — отвечл Опоссум. — Я прв, вот и все, и это доствляет мне удовольствие. Ты можешь хрнить твою тйну, если это тебе нрвится, ну, я имею ткое же прво поверять тебе мои собственные тйны.

— Нет, ты все узнешь, потому что против воли вырывешь истину из глубины моего сердц.

— Одному горздо тяжелее хрнить тйны, — поучительно проговорил охотник,

— вдвоем обуз эт легче.

— Ты эту тйну знешь или, лучше скзть, ты ее предчувствуешь.

— Я?

— Д, дй же мне скзть.

— Я тебя слушю.

— Кк ты уже говорил, мы вышли из торговой конторы при смых дурных условиях. Предзнменовния были против нс, и, к сожлению, это опрвдлось. Ты знешь, ккие несчстья обрушились н нс дорогой: десять человек убиты, пять лошдей утонуло, голод, жжд, ургн, — словом, все, что угодно, кроме хорошего. Прво, можно было бы подумть, что вся природ в зговоре против нс. Ты знешь, ккого труд стоило нм добрться сюд.

— Это првд, д и то блгодря твоей энергии и твоему глубокому зннию пустыни.

— Хорошо, пусть будет по-твоему. Ну, и вот все то, что мы пережили, — сущие пустяки в срвнении с тем, что нс ожидет.

— Э? Что ты хочешь этим скзть? Неужели у тебя есть подозрение н этот счет? Н кого…

— Н смого стршного врг. Мы его пок еще не видели, — перебил Летющий Орел.

— Н кого же ты нмекешь?

— Черт! Ты знешь его не хуже меня, потому что тебе не рз приходилось с ним схвтывться.

— Бесследный!

— Ах! Мне нечего было его и нзывть. Д, Бесследный, этот проклятый кндец! Он еще не покзывлся, но я уверен, понимешь ты, уверен, что он нпл н нш след.

— Неужели ты думешь, что он осмелится нпсть н нс тк близко от нселенных местностей и в смой средине нглийской территории?

— Бесследный все смеет. Рзве ты збыл, кто он ткой и ккую ненвисть питет он к ншей нции, ко мне в особенности, з что, впрочем, и я плчу ему той же монетой! Д, д!

— Я ничего не збыл. Ну, и в случе, если он н нс нпдет…

— Мы пропли! — перебил его Летющий Орел глухим голосом, — пропли, д тк пропли, что нельзя будет дже и думть о сопротивлении!

— Д ты с ум сошел, что ли?

— Нет, я в полном рзуме, нпротив. Повторяю тебе, что тогд мы пропли, и вот почему. У нс утонуло пять лошдей, не тк ли?

— К несчстью, это верно; но ккое это имеет знчение?

— А вот ккое, брт: эти лошди везли н себе все нши боевые припсы, порох и пули; теперь у нс остлось только то, что нходится в нших буйволовых рогх, т. е. не более десяти выстрелов н человек… Зтем мы должны были охотиться, чтобы добыть себе пищу во время путешествия, потому порох тртился. Вот это горздо печльнее всяких предчувствий.

— Гм! Это очень серьезно! Хотя все-тки ничего еще не докзывет, что этот проклятый кндец нпл н нши следы и змышляет нпдение, — скзл Опоссум, в свою очередь, стрясь держться твердо.

— Он бродит, кк волк, вокруг стоянки.

— Ты в этом уверен? Знчит, он не опрвдывет своего прозвищ Бесследный?

— Я см видел следы нездолго до зход солнц; эти следы оствили его спутники.

— Положение стновится критическим. Что же ты думешь делть?

— Я еще и см не зню; я не пришел еще ни к ккому решению. А что бы ты см стл делть н моем месте в тких обстоятельствх?

— Я стл бы зщищться! До последней кпли крови!

— Я не о том спршивю. Неужели ты считешь меня способным сдться кк подлый трус и отдть без борьбы весь этот товр, который нм стоило тких трудов дотщить сюд? Но тяжело людям с сердцем двть убивть себя, кк телят н бойне, без ндежды н отмщение.

— Это действительно тяжело, но, может быть, есть еще средство кк-нибудь выбрться из этого положения.

— Ккое? Говори.

— Оно опсно, и из ст шнсов девяносто девять будут против нс; но у нс нет выбор.

— Довольно и того, если остнется хоть один шнс.

— Ты прв. В двдцти пяти милях к зпду стоит первый нглийский пост н грнице индейских земель.

— Хорошо! А потом?

— Двдцть пять миль пробежть н хорошей лошди это — сущие пустяки, если знешь стрну. Рзбуди твоих людей, увеличь с помощью нрубленных деревьев и окопов лгерные укрепления, которые, блгодря хорошо выбрнному месту, почти неприступны и, если н тебя нпдут, сопротивляйся до последней крйности.

— Я н это рссчитывю!

— Тем временем верный человек поедет в форт и приведет с собой помощь. Это дело двух дней, от силы трех; я думю, столько ты можешь продержться и дже больше.

— Если бы дже мне пришлось остться одному, я и то выдержу!

— Вот мой совет, кк ты его нходишь?

— Отличным! Но кто же соглсится отпрвиться з помощью?

— Черт! Д я см, если хочешь.

— Ты? Неужели ты соглсился бы рисковть тким обрзом своей жизнью?

— Чтобы спсти товрищей? Конечно. Тем более, что это доствит мне, вероятно, случй сыгрть хорошую шутку с этим дьяволом Бесследным, который ходит з нми кк нш злой гений.

— Э! — проговорил вдруг нсмешливый голос, рздвшийся, кк похоронный звон, нд ушми охотников, здесь говорят обо мне, кжется, и дже не особенно лестно поминют меня.

Собеседники обернулись с ужсом. Позди них стоял Бержэ, небрежно облокотившись н дуло своего ружья, приклд которого упирлся в землю; кндец смотрел н своих вргов с нсмешливой улыбкой и спокойствием, приводившим их в отчяние.

Достточно нслдившись эффектом, произведенным его неожиднным появлением, Бержэ скзл:

— Добрый вечер, товрищи! Блгополучно ли обошлось вше путешествие? — добвил он через минуту, — вы, по-видимому, не очень-то рды видеть меня! Хорошо же вы умеете принимть гостей!

Летющий Орел и Опоссум, хотя и зстигнутые врсплох, были слишком крепко зклены для того, чтобы оствться долго под влиянием испытнного ими волнения; в их уме произошл почти моментльня перемен. Вот почему Летющий Орел отвечл кндцу смым спокойным голосом.

— Вы пришли просить гостеприимств, Бесследный? Если вы пришли, кк друг, то, милости просим, сдитесь!

— Блгодрю, — отвечл кндец, но, однко, не сел, — я пришел почти кк друг. Д, клянусь честью! Почти кк друг.

— Почти кк друг? — перебил его Опоссум.

— Д, потому что я явился к вм в кчестве послнник.

— Что вы хотите этим скзть?

— То, что говорю, и ничего другого. Соглсны вы признть меня послнником? Хотите выкурить со мной вместе трубку совет?

— Объяснитесь.

— Отвечйте мне снчл ясно и без уверток; я несу с собой мир или войну. Что вы выбирете?

— Идет! Двйте курить трубку совет! Жизнь вш вне опсности; вы потом можете уйти свободно, мы не стнем вс здерживть.

— Что ксется последней сттьи, то вы можете ее исключить: я остнусь или уйду, кк пожелю, и без вшего дозволения.

Зтем Бержэ присел н кмень, держ ружье между ног и, доств трубку из-з пояс, нбил ее и зкурил с тем презрительным хлднокровием, которое ни н минуту не покидло его с смого нчл этого стрнного объяснения.

Английские охотники были слишком хорошими знтокми тех хитростей, которые были в ходу н грнице, чтобы не быть внутренне убежденными, что кндец попл к ним совсем не случйно и что если он действовл тк смело, то только потому, что чувствовл з собой сильную поддержку. Хотя ничто еще не укзывло н присутствие неприятеля, решение их было принято в одну секунду; они с делнным рвнодушием соглсились вступить в переговоры со своим противником, зхвтить которого они не могли и который, с своей стороны, поймл их врсплох с тким стрнным и ужсным спокойствием.

— Мы слушем, — скзл Летющий Орел, — но прежде всего позвольте мне поздрвить вс с той ловкостью, с ккой вы пробрлись к нм. Вм недром дли прозвище Бесследного. От души поздрвляю, товрищ!

— Бог мой! — добродушно отвечл кндец, — вы придете слишком много цены делу смому по себе очень простому, особенно же, приняв во внимние, что вы не знете, кк все это произошло.

— Д, это првд. Однко…

— Эти подробности я считю своей обязнностью вм сообщить, — перебил он.

— Посмотрите н вших чсовых.

— Ну?

— Их двным-двно уже сменили двое фрнцузских солдт, премилые прни, с которыми, я ндеюсь, вы скоро познкомитесь.

— Кк! — крикнул Летющий Орел, деля резкое движение, чтобы броситься в ту сторону.

Но Бержэ положил ему руку н плечо и без видимого усилия принудил его остться неподвижно н том же месте.

— Не беспокойтесь. Вших чсовых только ловко убрли в сторонку, вот и все; они не потерпели никкого вред и чувствуют себя ткими же здоровыми, кк и мы с вми.

— О! — прошептл стрый охотник в отчянии, — вы сущий дьявол!

— Ну, ну! Успокойтесь, я продолжю: вы говорили недвно вшему увжемому другу, что вш стоянк хорошо выбрн, он почти неприступн, я с этим соглшюсь.

— Аг! — проговорил охотник, — вы с этим соглсны. Это все-тки что-нибудь знчит.

— Превосходно, почему бы и нет, рз я повторяю мнение, выскзнное вми? Но вы ошибетесь, говоря тким обрзом…

— Э?

— Черт возьми! Это ясно, и вот почему: вы рсположились бивуком возле холм, н который, по вшему мнению, невозможно взобрться. Ну! Поступя тким обрзом, вы сделли грубую ошибку. Здесь существует тропинк, првд, очень узкя, дже очень трудня, но которя, з неимением лучшей, все-тки может пригодиться, и вот вм докзтельство, поверните голову вон в ту сторону. Ну, что же вы тм видите?

При этих словх Бержэ протянул руку по нпрвлению к холму.

— Огонь! — вскричли порженные охотники.

— Д, и дже очень яркий; вм нетрудно, конечно, рзличить отсюд окружющих его людей, не тк ли?

— Ax! Вы сущий дьявол. Бесследный! — с яростью повторил охотник, подсккивя точно н пружине.

— Нет, — отвечл тот, сохрняя обычный полусерьезный вид, — я лесной бродяг и зню пустыню, вот и все.

— К чему вы все это клоните?

— А вот к чему. Слушйте меня с внимнием; это, прво, стоит того. Позди кждого из чсовых, которые больше уже не вши, мои, нходится по двдцти человек хорошо вооруженных людей, которые ждут только моего крик, чтобы броситься н вш лгерь. Вы можете в этом убедиться, если вм хочется. Кроме того, нпротив, н холме стоят шестьдесят человек, которым нетрудно перестрелять вс, кк голубей, не подвергясь при этом риску. Этими людьми комндуют дв фрнцузских офицер, нрочно для этой экспедиции прибывшие из форт Дюкэн.

— Фрнцузские офицеры?

— Боже мой, ну д! Но смотрите, некоторые из вших охотников, рзбуженные шумом ншего спор, кжется, хотят вмешться в нши дел. Попросите их, в их же интересх, держться спокойно до нового прикзния; это будет лучше кк для них, тк и для вс.

Летющий Орел сделл немой жест Опоссуму. Последний тотчс же нпрвился к охотникм, которые, и в смом деле обеспокоенные происходившим в лгере, будили своих товрищей, и все принимлись рзбирть оружие.

— Двйте кончть с этим! — скзл Летющий Орел, сдерживя голос.

— Я не желю ничего лучшего. Вы знете, кк и я, что всякя попытк сопротивления с вшей стороны был бы безумием: у вс недостет зрядов, вы сми это говорили; вм, может быть, и удлось бы убить у нс несколько человек, но вы были бы перебиты все до последнего. Итк, мне поручено предложить вм сложить оружие и сдть нм вши товры.

— А зтем? — глухим голосом проговорил откупщик.

— Вы будете признны военнопленными, и с вми будет поступлено, кк с тковыми.

— Это все?

— Нет! вы пройдете с нми до Крсивой реки; тм вм будет предоствлено прво идти куд вм будет угодно.

— Н этот рз все?

— Д, больше я ничего не имею вм предложить.

— А если мы откжемся?

— Тогд пусть пролитя кровь пдет н вшу голову, товрищ!

— Твоя кровь, дьявол, будет пролит прежде всего! — крикнул Летющий Орел.

И он, кк тигр, бросился н кндц, рзмхивя ножом и крич:

— К оружию!

Нпдение было тк внезпно, что охотнику, нверное, было бы несдобровть, если бы он не держлся все время нстороже, не спускя глз со своего врг, ненвисть и свирепя хрбрость которого были ему двно уже известны. Бержэ внимтельно нблюдл з ним, деля вид, что относится к нему с полным доверием.

В ту же минуту он быстро отскочил нзд и вскинул н плечо свое ружье.

— А! Изменник! — крикнул он. — Ко мне! Ко мне!

Рздлся выстрел. Летющий Орел грохнулся нземь с рздробленным черепом.

Лгерь был зхвчен со всех сторон одновременно; охотники, сидевшие в зсде н холме, ринулись, подобно лвине, н нгличн, испугнных этой тройной ткой, которой они вовсе не ожидли. Метисы, побежденные почти без боя, побросли свое оружие и сдлись безоговорочно.

Один только человек сопротивлялся: это был Опоссум. Видя, кк упл его друг, он не зхотел его пережить и хрбро дл себя убить возле него.

События эти совершились с ткой быстротой, что прошло не больше десяти минут между нпдением н лгерь и полным поржением его зщитников.

Н рссвете, по прикзнию грф де Виллье, снчл похоронили убитых, зтем крвн, рдуясь легкой победе, нпрвился усиленным мршем по нпрвлению к форту Дюкэну.

Они уводили с собой нглийских пленников и уволили тюки дорогих мехов, привезенные из ткой дли, с ткими трудностями и тк быстро переменившие влдельцев.

Восемндцть дней спустя грф де Виллье победоносно вступил в форт Дюкэн; в нгрду з успех своей опсной экспедиции он просил г. де Контркер сдержть днное ему им обещние не оствить без отмщения смерти грф де Жюмонвилля, его брт.

Глв XIII. ПОХИЩЕНИЕ ВЛЮБЛЕННОГО

Однжды утром, при первых звукх утренней зорьки, приветствоввших рссвет своими веселыми рсктми, грф де Виллье вышел из форт Дюкэн, вместе со следоввшим з ним Золотой Ветвью.

Н грфе был охотничий костюм; в руке он держл небольшое охотничье ружье.

Золотя Ветвь тоже был в охотничьей одежде.

У офицер и солдт был ткой вид, точно они и не думли о делх мир сего.

Выйдя из форт, они нпрвились по дороге к Крсивой реке.

Мы уже говорили, что грф вышел, по-видимому, с нмерением поохотиться, и не без основния употребили это слово. Дело в том, что ружье, которое грф де Виллье держл в руке, служило ему, тк скзть, предлогом, чтобы отпрвиться н прогулку. Молодой человек вовсе не думл об охоте; если бы дже смя великолепня лнь остновилсь перед ним, он и тогд не подумл бы о том, чтобы ее убить.

Прошло уже целых четыре дня, кк экспедиция вернулсь в форт Дюкэн.

Кпитн, удерживемый после столь продолжительного отсутствия требовниями службы, в продолжение этих четырех дней не мог выбрть свободной минуты для того, чтобы зняться своими личными делми.

Вот почему, кк только он увидел себя свободным, он взял ружье и отпрвился будто бы охотиться в сопровождении Золотой Ветви. Солдт непременно хотел его сопровождть, н что кпитн, в конце концов, должен был соглситься.

Пройдя около получс вдоль берегов Огио, кпитн сделл резкий поворот впрво и углубился в лес.

Он нпрвлялся к хижине Изгннник.

Желние совершить эту прогулку вызывлось очень многими причинми: во-первых, он хотел видеть Анжелу, прелестную дочь Жн-Поля, с которой он тк долго пробыл в рзлуке. Он любил ее ткой сильной и чистой любовью! Любовью, которой рзлук не увеличил, что было невозможно, но окружил неким ореолом, постоянно нпоминя молодому человеку о трогтельной и нивной чистоте грциозного ребенк. Кроме того, его беспокоил учсть этой молодой девушки, покинутой, одинокой в глубине пустыни, не имеющей другого зщитник, кроме смой себя. Отец ее, единственный ее зщитник, оствил ее одинокою в продолжение целых нескольких недель. Сколько серьезных событий могло случиться в ткой длинный промежуток времени! Зтем кпитну еще очень хотелось видеть смого Изгннник, чтобы добиться от него объяснения его стрнного поведения во время их встречи н острове: поведение это, несмотря н многокртные уверения Бержэ, он вовсе не считл тким откровенным и честным, кким оно должно было бы быть н основнии существующих между ними хороших отношений.

Все эти причины зствляли молодого человек незметно ускорять шг, и, тким обрзом, он очутился у вход в огороженный двор хижины, когд еще, по его мнению, он едв только успел пройти половину требуемого рсстояния.

Он остновился и окинул взором окрестности: все было спокойно и безмолвно.

— Мы кк будто уже пришли, — скзл Золотя Ветвь, едв переводя дух, — тем лучше! Кк, однко, мы бежли! Это нзывется, господин кпитн, не ходьбой, глопом.

— Подожди меня здесь, отдохни! — отвечл офицер, не слышвший ни одного слов из того, что говорил ему солдт. — Я не здержу тебя долго.

— Оствйтесь тм сколько вм угодно, господин кпитн, я тем временем покурю трубочку.

И солдт бросился н трву со вздохом удовольствия.

— И тут кроется женщин, — прошептл он, — тким бешеным глопом люди бегют только тогд, когд у них любовь в сердце. Собственно говоря, это дело кпитн!.. Ндо сознться — млютк хорошенькя; что же ксется меня, то меня это, конечно, не может интересовть ни в кком отношении. Молодежь возьмет свое!

И, вероятно непомерно довольный тем, что сумел тк мстерски произвести оценку немного стрнного поведения своего кпитн, брвый солдт рсхохотлся и зкурил свою трубку.

Тем временем, после нескольких секунд колебния, кпитн решился отворить клитку в огрде и нпрвился к хижине. Путь был недлек; он подошел к двери, он был зперт. Кпитн очень удивился, увидев зпертую дверь, которя обычно оствлсь открытой в продолжение всего дня.

Он постучл, но никто не отозвлся н этот стук; никкого движения не зметно было внутри хижины.

Кпитн поднял голову, посмотрел нпрво и нлево. Окн не только были зкрыты, но еще и збиты толстыми ствнями изнутри. Грф де Виллье, серьезно обеспокоенный, вошел в конюшню — он был пуст. Кормушк, покрытя путиной, свидетельствовл о том, что двно в ней не было уже месив для лошди. Н решетке не видно было сен, не видно было и соломы для подстилки. Дже куры, обыкновенно совершенно свободно рывшиеся в земле, и те исчезли. Везде мертвое молчние!

Не было никкого сомнения в том, что хижин покинут своими обиттелями и уже двно. Животные и люди выселились одновременно.

Н крю мленькой речонки не видно было обычно привязнной здесь пироги; утки уже не полосклись больше в зеленовтой воде бухточки. Кпитн не нходил здесь ничего из того, что привык видеть.

Молодой человек поддлся отчянию; он упл н скмью, стоявшую у двери; смертельня тоск сжимл ему сердце, кк в тискх.

Что стлось с Анжелой? Почему он уехл? Может быть, отец взял ее с собой в ккое-нибудь длекое путешествие? Или, может быть, Изгннник, преследуемый, кк хищный зверь, был вынужден бежть и бросить все, что у него было?

Тковы были вопросы, которые см себе здвл молодой человек, не нходя в тоже время н них ответов.

Ему смутно приходило н пмять, что во время своего последнего свидния с молодой девушкой, когд он объявил ей о своем отъезде, он ответил ему, что, может быть, он с ним и встретится еще во время его экспедиции; но если дже предположить, что Анжел н одну или н две недели покинул свое жилище, он уже двно должн был вернуться. Д и зчем ей было уезжть? Ккие серьезные причины могли зствить покинуть хижину ее — бедного ребенк, неизвестного никому в мире? Зтем, если предположить, что он отпрвилсь в длекое путешествие, это тоже не могло служить объяснением того полного зпустения, в кком он оствил свою хижину. Очевидно, внезпня ктстроф смутил столь спокойную до сих пор жизнь молодой девушки: случилось несчстье, но ккое?

Обдумывя все, что могло случиться с его возлюбленной, кпитн вдруг вскричл:

— Боже мой, что если он умерл!

Эт ужсня мысль, кк только он зродилсь в его мозгу, больше уже не покидл его: он сгорбился, голов его склонилсь н грудь, и в продолжение нескольких минут он оствлся неподвижным, безжизненным, без воли, подвленный скорбью.

Но, к счстью для молодого человек, рекция нступил очень скоро: большое горе, если не убивет срзу, то подкрепляет мужество и удесятеряет энергию. Грф встл, бросил н небо блестящий взор и проговорил твердым голосом:

— Это невозможно! Бог не допустит ткого стршного несчстья. Творец не стл бы рзбивть одно из смых прелестных своих творений. Нет! Нет! Анжел жив, я в этом уверен…

Тогд он встл и медленными шгми обошел огрду и сд, остнвливясь то тут, то тм, н тех смых местх, где в свои предыдущие посещения он остнвливлся во время прогулок с молодой девушкой. Пмять его, беспощдня, кк пмять всех, кому приходится переживть ткие минуты, нпоминл ему смые ничтожные подробности об этих приятных прогулкх: тм он сорвл цветок, тм он отодвинул ветку, мешвшую ей проходить и згорживвшую ллею; чуть дльше молодя девушк бросл крошки птицм, гнездо которых было спрятно в двух шгх, в чще. Когд молодой человек протянул руку и дотронулся до гнезд, оствшегося пустым еще с прошедшего сезон, он увидел, что гнездо не пусто! Нет, пльцы молодого человек схвтили букет, лежвший н дне. Цветы, првд, звяли и почти обртились в пыль, но кпитн узнл их с чувством грусти, смешнной с рдостью.

Этот букет состоял из цветов, кждый из которых был сорвн им один з другим: это было последним воспоминнием, оствленным им в минуту своего отъезд той, которую он любил. Кким обрзом он мог быть подкинут или, скорей, брошен в это гнездо? Грф снчл скомкл его в своих рукх, но потом поднес его к губм.

Оттуд выпл бумжк, сложення вчетверо. Грф поспешно нклонился и схвтил ее рньше, чем он долетел до земли.

Зтем он рзвернул ее и с лихордочною поспешностью пробежл ее глзми; выржение нескзнного счстия тотчс же покзлось в его чертх, бывших з минуту перед тем мертвенно бледными.

Вот несколько слов, нписнных дрожщей рукой н этой бумжке, дошедшей до своего дрест по воле Провидения, которые грф перечел тысячу рз:

«Вы уехли; я тоже уезжю, увы! Когд я вернусь, этого я не зню. Но вы, вы придете! Вы меня любите; вше первое посещение будет посещением бедной зключенной, которой не будет здесь, чтобы вс принять и приветствовть с блгополучным возврщением. Тогд вы посетите все мест, где мы бродили вместе, рсскзывя друг другу о ншей любви Вы нйдете и это гнездо бедных птенчиков, которых мы вместе кормили. Обиттели его уже улетели; н место их я клду мое сердце. Я вс люблю и ндеюсь, что бы ни случилось, свидеться с вми. Ндейтесь и вы. До свиднья!

Анжел».

Прижв сто рз к губм эту бумжку, возвртившую ему счстье, грф с тем ребячеством влюбленного, которое тк хорошо понятно тем, кто действительно любит или любил, тщтельно подобрл выскользнувшие у него из рук н землю цветы и звернул эти остнки, отныне священные для него, в дргоценное письмо и все это спрятл у себя н груди.

Скзв последнее прости хижине, которую он принужден был покинуть, хотя и с сожлением, он вышел из огрды и присоединился к Золотой Ветви.

Солдт спл с трубкой в зубх.

— Ну же, ленивец! — скзл ему грф, — вствй! Ты, должно быть, збыл, что мы собрлись сегодня н охоту?

— Д рзве еще охот не окончен? — отвечл Золотя Ветвь нсмешливо и зевя тк, что челюсти его готовы были вывихнуться. — Мне кжется, что я слышл дже несколько выстрелов.

— Что это знчит, негодяй? — скзл грф.

— Ничего, ничего, господин кпитн, — продолжл солдт, вствя, — я не совсем еще проснулся и зрение у меня еще не совсем чисто. Вот теперь я весь к вшим услугм.

— Теперь ты, должно быть, уже отдохнул; ну, идем!

— Идем, господин кпитн, рз вы этого хотите; но только снчл мне хотелось бы узнть, куд мы идем?

— Пойдем к форту и дорогой стнем охотиться.

— Хорошо. Теперь берегись, дичь! Держись от нс подльше, — скзл солдт шутя. — Я еще ничего не убил; вы, господин кпитн?

Они удлились; но кпитн и теперь интересовлся охотой не больше, чем утром, и предпочитл лучше беседовть со своими мыслями и грезить о счстье. Нпрсно Золотя Ветвь стрлся вернуть его к действительности: он довольствовлся покчивнием головы, ружье его миролюбиво продолжло лежть у него н плече.

— Однко, збвня же это охот! — ворчл стрый солдт себе в усы. — Если мы будем продолжть охотиться тким обрзом, я, прво, не зню, что мы принесем домой, конечно, если только не стршную устлость. Мы дски летим вперед.

Они уже подходили к окринм лес и собирлись выйти н песчное побережье Крсивой реки, кк вдруг человек двдцть выскочили из высокой трвы и из-з деревьев и в мгновение ок окружили обоих охотников, и те окзлись кк в ловушке.

Люди эти были одеты н индейский лд, и с первого взгляд их можно было принять з крснокожих.

— Э! — проговорил Золотя Ветвь, — дело-то выясняется. Охот будет хорош!

И он взвел курок. Грф прислонился к дереву, готовый зщищться, но он не произнес ни слов.

Тк прошл целя минут; зтем один из дикрей или, лучше скзть, человек, выдввший себя з дикря, сделл несколько шгов вперед и, поклонившись почтительно грфу, скзл ему н првильном фрнцузском языке.

— Сдвйтесь, кпитн! Вм не будет сделно ничего дурного. Вы, ндеюсь, и сми видите, что всякое сопротивление бесполезно.

— Человек с сердцем всегд господин своей жизни! Я не сдмся презренным бндитм, — презрительно отвечл грф.

— Нм прикзно вс взять живым, и мы возьмем!

— Попробуйте! — И, повернувшись к Золотой Ветви, крикнул ему: — Мрш! Спсйся!

— Б! — смеясь, отвечл солдт, — умрем вместе, господин кпитн; я предпочитю лучше умереть, чем спсться, кк кролик!

— Уходи, говорю я тебе!.. Я, нконец, прикзывю!.. Кто отомстит з меня, если я умру? Кто освободит меня, если меня возьмут в плен? Ступй!

— Это верно! До свидния, господин кпитн! Я бегу, но только повинуясь вшему прикзнию.

— Схвтите этого человек! — крикнул нчльник нпдющих, укзывя н грендер.

— Д что вы! — возрзил последний, все тк же посмеивясь, — схвтить Золотую Ветвь! Прижнин! Ну, господ, дикри, этого вм не удстся ни в коем случе! До скорого свидния, господин кпитн!

С этими словми хрбрый солдт ринулся н ближйших к нему индейцев; выстрелил почти в упор, зтем, схвтив ружье з дуло, он стл вертеть им вокруг головы, пробился сквозь неприятельские ряды и исчез с криком торжеств. Крик этот известил кпитн о том, что солдт спсен.

Некоторые из индейцев хотели было броситься з ним в погоню, но нчльник отозвл их.

— Вы не сумели зхвтить этого человек, когд он был почти что в вших рукх, — скзл он, — пусть же он теперь идет спокойно. Нм нечего его бояться, поймем мы его или нет, это не имеет особого знчения!

Кпитн присутствовл при этой сцене, не деля ни млейшего движения, и стоял, положив плец н курок своего ружья.

— Кпитн, — продолжл нчльник, — в последний рз говорю вм, сдвйтесь! Жизнь вш в безопсности, сдвйтесь!

— Нет! — возрзил грф и прицелился нчльнику прямо в сердце.

— Берегитесь! — нстойчиво проговорил нчльник.

— Сми вы берегитесь! Я держу вс н мушке этого ружья. Кто осмелится нпсть н меня?

— Это вше последнее слово?

— Д.

— Ну, хорошо, пусть будет по-вшему, рз вы этого хотите, — и сделв знк рукою, проговорил: — нчинйте!

Едв эти слов были произнесены, кк кпитн получил ткой сильный удр, что ружье выскользнуло у него из рук и см он повлился н землю.

Из смой средины листвы того дерев, к которому он стоял, прислонившись спиной, н него прыгнули дв человек и повлили его. Прежде чем он мог отдть себе отчет в том, что случилось, он уже был зктн в одеяло и связн тк крепко, что не мог дже пошевельнуться.

— Подлые трусы! — крикнул грф с презрением, — подлые трусы и предтели!

— Вы сми, кпитн, зствили нс действовть тким обрзом; впрочем, эт хитрость хорошего тон, вм нечего жловться. Мы избегем кровопролития и исполняем возложенное н нс поручение… теперь вы нш пленник.

Грф не удостоил ответом этих слов, произнесенных с нсмешкой, удвиввшей его гнев.

Нчльник продолжл:

— Дйте мне честное слово, что вы не стнете пытться бежть, не стнете делть попыток к ккому-либо нсилию, что вы позволите звязть вм глз, когд этого потребуют обстоятельств, и я сейчс же прикжу рзвязть вм руки.

— Кто же вы ткой? Индейцы не рзговривют тк со своими пленникми!

— Не все ли вм рвно, кто я, кпитн! Принимете вы мои условия?

— Нпротив, я откзывюсь! Несмотря н вше переодевние, я вс узнл. Вы-фрнцуз, изменник своей стрне и своему королю! Я не хочу иметь ничего общего с тким негодяем! Делйте со мной все, что хотите! Я никких обещний вм не дм!

Нчльник вздрогнул, брови его сдвинулись тк, что сошлись совсем близко; но это возбуждение продолжлось всего одну минуту, зтем он спокойно скзл:

— Вши оскорбления ничуть не здевют меня, кпитн. Вместо того, чтобы тк укорять меня, чтобы посылть мне необосновнные оскорбления, потому что я окзывл вм смое большое увжение, поверьте мне, вм лучше было бы соглситься н мои условия. Нм длеко ехть; переезд будет утомителен, дороги плохие. Мы будем вынуждены клсть вс, кк тюк, поперек лошди. Вы осуждете сми себя н ужсные мучения!

— Я предпочитю их всему, что может походить н сделку с вми. Пытйте меня, если хотите; дже убейте, но вы ничего не добьетесь от меня.

Нчльник сделл жест нетерпения и рзочровния.

— Вы откзыветесь? Помните, что этим вы вынуждете меня н бесполезную жестокость.

— Д, и это последнее слово, которое сорвется с моих уст. Итк, действуйте по вшему усмотрению; я больше не стну отвечть н вши вопросы, кковы бы они ни были.

Нчльник скзл несколько слов шепотом одному из стоявших ближе к нему людей; последний взял коленкоровую блузу и зкрыл ею голову кпитн тким обрзом, что тот мог только свободно дышть, но ничего не мог уже видеть.

Зтем его схвтили дв человек: один з голову, другой з ноги, подняли с земли, положили н нечто похожее н носилки, и он почувствовл, что его уносят. В кком нпрвлении-этого он положительно не мог угдть.

Переход был длителен и быстр: он продолжлся несколько чсов. Нконец, послышлся пронзительный свист; люди, несшие кпитн, остновились.

Прошло несколько минут; зтем с него сняли окутыввшую его блузу и в то же время рзвязли ему руки.

Первой зботой кпитн было бросить вокруг себя испытующий взгляд для того, чтобы, если возможно, узнть где он нходится. Нпрсня збот.

Местность был ему совершенно незнком; они нходились кк бы в узком ущелье, между двумя горми, сплошь покрытыми лесом. Он не помнил, чтобы когд-либо бывл в этом месте.

Грф зметил только, что солнце сдилось. Похитители его, одетые индейцми, рзбившись н группы, зжгли несколько огней и принялись готовить ужин.

Чсовые, рсствленные в рзных нпрвлениях, охрняли общую безопсность.

Кпитн одним взглядом окинул открывшуюся перед ним кртину.

Сдвленный вздох вырвлся из его груди, когд он убедился в своем бессилии.

Нчльник подошел к нему и, поклонившись с той почтительно-иронической вежливостью, с ккой он рзговривл со своим пленником, скзл ему:

— Силы вши, должно быть, истощились, судрь, не хотите ли вы поесть?

Грф отвернул голову и пожл плечми, не отвечя ни слов.

Но это, по-видимому, вовсе не произвело желемого действия н нчльник отряд. Он сделл знк, и кпитну подли зднюю ногу лни и положили ее н носилки, рвно кк и фляжку с пивом.

Грф де Виллье ушел из форт н рссвете и поэтому ничего не ел утром: он буквльно умирл с голоду. Между тем, верный слову, днному им смому себе, он не проявил никкого желния утолить голод. Взяв миску в првую руку, фляжку в левую, он отшвырнул все это длеко от себя; зтем, улыбясь, снов улегся н свои носилки.

Нчльник с минуту посмотрел н своего пленник с чрезвычйным удивлением, потом отошел от него и здумлся.

Глв XIV. СЛЕДЫ

В тот же день, чсов около двух пополудни, дв человек сидели и болтли перед ярким огнем н вершине одинокого выступ н берегу Крсивой реки.

Этот выступ был рсположен не больше кк в четверти мили от форт Дюкэн.

С того мест, где сидели эти люди, они ясно могли рзличть стены укрепления, нд которым рзвевлся широкий флг с цветком белой лилии, и любовлись великолепным видом, рсстилвшимся со всех сторон перед их глзми.

Эти дв человек были кндец Бержэ и его друг Тонкий Слух; они зкнчивли свой скромный обед, состоявший из нловленной ими в реке прекрсной рыбы, поджренной н вертеле. Две фляжки, одн полня водки, другя пив, свренного в форте Дюкэне, дополняли это скромное пиршество.

Обедя с большим ппетитом и не двя пропдть дром ни одной крошке, они, вероятно, говорили о чрезвычйно интересных и очень веселых вещх, потому что чсто прерывли друг друг смехом; кндец в особенности, кзлось, нходил удовольствие в том, что ему рсскзывл его спутник.

— Клянусь Богом, вождь, — проговорил он, — я сделл очень хорошо, встретив вс в ту минуту, когд вы собирлись перепрвиться через реку; я, конечно, и не вообржл, что увижу вс сегодня.

— Я см искл моего брт, — отвечл индеец, клняясь.

— В тком случе, судьб сыгрл тут вовсе не ткую уж большую роль, кк я предполгл. Вы хотели меня о чем-нибудь спросить?

— Нет, ни о чем; мне приятно видеть друг.

— Блгодрю, вождь. Все рвно шутк был хорошо сыгрн; итк, знчит, нгличне взбешены своей неудчей?

— Они обезумели, они плчут, кк стрые ббы.

— Д ведь послушйте, вождь, не может же их веселить в смом деле эт история. Мы отняли у них из-под нос столько прекрсных мехов, столько великолепного пушного товр, и все это произошло кк рз в ту минуту, когд они считли себя почти уже дом и были уверены, что нходятся вне опсности.

— Они поклялись отомстить.

— Тем лучше! И мы сми дли ту же клятву; порох зговорит, тм видно будет, чьи ружья будут петь громче.

— Они собирют всех воинов, которых только могут нйти.

— И хорошо делют-им никогд не нбрть столько, сколько нужно. Бедняг Летющий Орел, считвший себя тким хитрым! Я докзл ему, что зню побольше его; к несчстью, урок этот не послужит в пользу ни ему, ни Опоссуму.

— Мой брт убил их, я это зню.

— Д, я имел это несчстье, — отвечл, смеясь, охотник. Но кк вы про это узнли?

— Несколько человек нгличн просили гостеприимств в моей деревне. Я был н охоте со своими молодыми людьми; дом оствлись одни стрики, и они не посмели воспротивиться их пребывнию в хижинх.

— Это верно, зкон н стороне сильного. Знчит, они все и рсскзли?

— Д. Ну, что вы сделли с вшими пленникми?

— Они зперты в форте; их берегут для обмен.

— Лучше было бы снять с них скльпы.

— Я тоже держусь этого мнения, но, к несчстью, это не в обыче у фрнцузов.

— Они не првы; мертвого врг можно не бояться.

— Кому вы это говорите, вождь? Но мне не хотят верить. Ну, вы зчем пришли в эти мест?

— Н охотничьих землях моего племени почти нет дичи; я ищу других мест к нчлу больших охот.

— Ну, в тком случе, я беру н себя обязтельство отыскть вм новые мест; будьте спокойны, вождь, я зню превосходные мест недлеко отсюд.

— Я рссчитывл н ум и дружбу моего брт.

— Посмотри, вождь, в ту сторону. Эти горы кишт всевозможной дичью.

Об друг поднялись и стли смотреть в нпрвлении, укзнном кндцем, когд вдруг последний издл возглс удивления.

— Что случилось с моим бртом? — спросил крснокожий.

— Взгляни туд, — скзл кндец, протягивя руку, — вы ничего не видите?

— Я вижу человек, который бежит быстрее лни, преследуемой охотникми. Этот человек бледнолицый, это белый воин из форт.

— Д. Ну, зрение у меня еще хорошо, потому что я узнл этого человек.

— А? — рвнодушно проговорил индеец.

— Пойдемте, вождь, поскорей; нм ндо остновить этого человек и зствить его скзть нм, почему он бежит тк стремительно?

— Зчем?

— Ндо, говорю я вм. Этот солдт состоит слугой у человек, которого я люблю и увжю; я боюсь, не случилось ли ккого несчстья с его господином.

— Тогд другое дело, — отвечл индеец, поднимя свое ружье и следуя з Бержэ, который уже бежл по склону обрыв.

Бержэ не ошибся: это действительно был Золотя Ветвь. Добрый млый не бежл, летел; ноги его кк будто не кслись земли. Не стрх побуждл его ускорять свой бег — достойный солдт не боялся ничего н свете, — но он спешил добрться в форт, чтобы кк можно скорей привести помощь своему кпитну, которого он оствил, кк известно, в критическом положении.

В ту минуту, когд солдт был готов пролететь мимо кндц, дже не змечя его, Бержэ згородил ему дорогу и остновил.

— Куд это вы летите во всю прыть, товрищ? — скзл ему кндец. — Уж не хотите ли выигрть при? Если тк, то отдохните, потому что вы длеко опередили своих соперников, уверяю вс в этом. Черт возьми, ккие у вс ноги!

— Ах, это вы, господин Бержэ! — отвечл солдт, здыхясь и испугнно смотря н охотник, — я очень рд, что вс встретил, очень и очень рд!

— И я ткже, милейший, но прошу вс, ответьте же н мой вопрос.

— Дйте мне перевести дух; мне кжется, что я сейчс здохнусь, все вертится у меня в глзх, я ничего не вижу.

Двое мужчин посдили его. Бержэ протянул ему свою фляжку.

Золотя Ветвь поднес ее ко рту и стл пить большими глоткми; зтем он издл вздох облегчения.

— Ах! Это помогет! — скзл он, переводя дух.

— Теперь вм, кжется, лучше. А? — спросил охотник, улыбясь.

— О! Теперь я совсем опрвился; отпустите меня.

— Не спешите тк, милейший! Снчл скжите мне, в чем дело?

Солдт кк будто здумлся н минуту, зтем скзл:

— И впрямь, вы првы, господин Бержэ; это Бог тк устроил, что вы встретились мне н дороге. Вы любите моего кпитн и вы его спсете!

— Господин Луи! — вскричл кндец, подпрыгивя от удивления, — спсти его! Что ткое с ним случилось? Говорите, если только вы мужчин, говорите скорей!

— Вот вм все дело в двух словх, потому что нм нельзя терять ни одной минуты, если мы хотим поспеть во время. Выслушйте меня хорошенько.

Вслед з тем Золотя Ветвь нчл свое повествовние и с мельчйшими подробностями, не опускя ничего, рсскзл, кк он ходил с грфом н охоту и кк н обртном пути н них неожиднно нпли индейцы, может быть, и не нстоящие индейцы, белые, переодетые индейцми.

Кндец и крснокожий с смым серьезным видом выслушли несколько прострнный рсскз солдт, которого они ни рзу не перебили, довольствуясь только тем, что в некоторых местх сомнительно покчивли головми или же хмурили брови; зтем, когд Золотя Ветвь перестл говорить, Бержэ взял его з руку и горячо пожл.

— Вы слвный млый, — скзл он при этом, — вше поведение выше всякой похвлы; но успокойтесь, опсность вовсе не тк велик, кк вм кжется Вы знете, кк я люблю кпитн, и поэтому можете мне поверить; он в плену, вот и все Мы его спсем.

— Вы можете мне это обещть?

— Клянусь вм!

— Хорошо! Вот то-то будет рдость! — вскричл солдт, подкидывя н воздух свою шляпу, — я спокоен.

— Очень рд слышть это, теперь, в свою очередь, прошу вс, выслушйте меня. В нстоящую минуту, несмотря н испытнную хрбрость нших солдт, они ровно ничем не могут помочь кпитну: здесь нужн не хрбрость, скорее всего хитрость, с кем бы нм ни пришлось иметь дел: с индейцми или, что еще вернее, с погрничными бродягми, в этой сволочи, к несчстью, нет недосттк н грнице.

— Я видел индейцев.

— Вы ведь, конечно, знете струю фрнцузскую пословицу, — возрзил кндец, улыбясь: — «Одежд еще не делет монх». Не збывйте нших пословиц — в них одн првд. Смое вжное для нс в нстоящую минуту, это

— отпрвиться к тому месту, где произошло нпдение, для того, чтобы снять следы; зтем мы пойдем в форт Дюкэн и рсскжем все, что узнем, г. де Контркеру, потом соствим совет.

— Кк много времени пропдет зря! — прошептл солдт в отчянии.

— Вы думете? Мы нверстем это потерянное время, будьте спокойны. Ндеюсь, вы теперь уже достточно отдохнули и можете отвести нс н то место, где н вс нпли?

— Еще бы! — Пойдемте! Туд идти недолго!

— Хорошо! Идите вперед, мы пойдем з вми следом.

Они отпрвились.

Несмотря н устлость, Золотя Ветвь тк был озбочен спсением своего кпитн, что збыл про все и продвиглся вперед тким быстрым шгом, что только привычные лесные бродяги, вроде охотник и его крснокожего друг, могли з ним поспевть.

Тк они шли около полутор чсов, зтем солдт остновился кк рз н опушке лес.

— Мы пришли? — спросил его Бержэ.

— Почти, — отвечл Золотя Ветвь; я здесь вышел из-под деревьев, пойдемте!

— Одну минуту, — скзл Бержэ, клдя руку ему н плечо, — теперь, товрищ, отойдите, пожлуйст, в рьергрд и позвольте нм, вождю и мне, идти в внгрде.

— Это зчем? — спросил солдт с удивлением.

— А видите ли зчем, милый друг: вы солдт и совсем незнкомы с особенностями этой бесконечной пустыни, поэтому, конечно, неумышленно — Боже меня сохрни подумть это, — но вы все смешете тк, что нм потом нельзя будет рзобрться. Мы будем читть книгу, поэтому не рвите стрниц этой книги и для большей безопсности оствйтесь здесь, это зймет немного времени; вы присоединитесь к нм, когд мы вс позовем. Соглсны, ?

— Кк хотите, только, признюсь вм, я ровно ничего в этом не понимю.

— Будьте спокойны! Вы скоро все поймете. Пойдемте, вождь!

Об охотник, вместо того, чтобы войти в лес в том месте, которое им укзл солдт, рзошлись в стороны. Они сделли большой обход и пошли один нпрво, другой нлево.

— Ндеюсь, однко, что потом они объяснят мне, что все это знчит, — скзл солдт.

И тк кк причин, вызввшя первончльное возбуждение, отошл уже н здний плн, утомление сильно двло себя знть, он уселся под деревом, зкурил трубку и стл ждть.

Между тем, об охотник, очертив мысленно круг площдью около двух или трех кров и тщтельно осмотрев все следы, предствлявшиеся их взорм, опытным и привычным к чтению этих стрнных иероглифов пустыни, встретились н смом месте нпдения.

Тм они поняли все, что оствлось для них неясным; следы были тк отчетливы и тк глубоко отпечтлись, что у них не оствлось ни млейшего сомнения.

Окончив свое исследовние, они сообщили друг другу свои сообржения и фкты; зтем, придя к соглшению, они рзвели огонь, сели, нбили свои трубки, и Бержэ позвл Золотую Ветвь. Пять минут спустя, солдт подходил к ним.

— Ну! — спросил он. — Открыли ли вы что-нибудь?

— Мы все открыли, — отвечл кндец. — Мы выкурим трубку совет для того, чтобы решить, что нм следует делть. Сядьте и слушйте. Вот что здесь произошло.

— Я зню, — возрзил Золотя Ветвь, сдясь.

— Почти все, хотя есть и очень многое, что вм неизвестно, кк вы скоро в этом убедитесь. Н вс нпло много людей: одни были пешие, другие конные?

— Я видел только пеших индейцев.

— Всдники оствлись спрятнными в двдцти шгх отсюд в густой чще; последних было двдцть человек; следы, оствленные их лошдьми, тк хорошо видны, что я их мог сосчитть. Нпдвшие долго ждли вшего прибытия; они теряли терпение; некоторые из них дже были послны в рзведку зтем, чтобы вовремя предупредить своих товрищей о том, что вы подходите. Между всдникми было пять человек индейцев, что мне тоже нетрудно было узнть. Кроме того, здесь были еще две женщины; они сходили с лошдей, подходили к этому месту и присутствовли при нпдении, оствясь сми невидимыми. Их минитюрные ножки оствили очень зметные следы позди вон того дерев, они тоже очень волновлись от нетерпения. Когд неизвестные схвтили кпитн, женщинм привели лошдей, и они уехли вместе с остльными всдникми. Весь отряд отпрвился н зпд.

— Но ведь я ничего этого не видел, — скзл Золотя Ветвь.

— А мы видели, подождите! Люди, сторожившие вс, были спрятны з деревьями, чтобы не быть змеченными. Между ними было семеро индейцев. Остльные восемндцть человек были все белые! Крснокожие ходят носкми внутрь, большой плец у них отогнут от остльных четырех пльцев, они ствят снчл носок, потом пятку, знчит, следы их узнть и отличить очень легко, потому что белые, ноборот, снчл тяжело ступют н пятку и носят к тому же, тяжелую обувь. У всех белых были ружья, у индейцев ружья были только у пятерых. Остльные были вооружены пикми, лукми и стрелми; во время нпдения вы стояли вон тм возле того дерев, приблизительно шгх в пятндцти от кпитн.

— Это првд! Послушешь вс, тк можно подумть-д простит меня Бог, — что вы сми все это видели! Охотник улыбнулся и продолжл:

— Вы хотели было бежть н помощь к вшему кпитну; вы дже сделли к нему несколько шгов, но он прикзл вм спсться, вы остновились неподвижно. Зтем вы повернулись нлево и ринулись н вших вргов: из них вы четверых убили.

— Вы думете?

— Я в этом уверен; первый получил пулю в сердце, остльные были убиты ружейным приклдом; тел их спрятны под листьями.

— В тком случе, пусть черт их берет себе! Они получили то, что зслуживли… Но продолжйте: вш рсскз тк же интересен, кк волшебня скзк

— Одну минуту вм пришлось дрться с очень серьезным противником и только с трудом удлось отбиться, вы дже упли н одно колено.

— Это првд, — проговорил удивленный солдт.

— Но, блгодря Бог, вм все-тки удлось спстись.

— Д, действительно; мой бедный кпитн?

— Сейчс доберемся и до него, будьте спокойны Господин Луи стоял, прислонившись вот к этому дереву; один белый, переодетый индейцем, подошел к нему, без сомнения, зтем, чтобы предложить ему сдться.

— Д, и он хрбро откзлся. Вот тогд-то он и прикзл мне отпрвляться, я не хотел, понимете…

— Вот именно Переговоры длились довольно долго; этот белый выходил из терпения; нконец, дв человек, спрятвшиеся в листве, бросились н кпитн и повлили его

— Кким обрзом вы все это знете?

— Посмотрите н дерево, и вм все стнет ясно. Кпитн, обезоруженного во время пдения и лишенного блгодря этому возможности зщищться, звернули, зктли в одеяло, потом крепко связли…

— О! — вскричл солдт, гневно сжимя кулки, — пусть только когд-нибудь попдутся мне в руки рзбойники, я уж зствлю их поплясть под мою дудку Клянусь честью, я сделю это! А теперь продолжйте.

— Зтем похитители сделли носилки, н которые и положили своего пленник; потом они вместе с всдникми нпрвились н зпд. Вот вм приблизительное описние того, что здесь произошло. Кроме того, очень возможно, что они еще звязли глз кпитну, обмотв ему голову блузой.

— Что зствляет вс тк думть?

— Во-первых, для них должно быть вжно, чтобы он не знл, куд его везут; зтем, из четырех человек, убитых вми, только трое совсем одеты, н четвертом нет блузы. Я не стну утверждть последнего обстоятельств, хотя оно и весьм возможно, тем более, что в пустыне, з исключением случев крйней необходимости, мертвых не обирют, в особенности же друзей.

— Вы, должно быть, првы и в этом случе! Бедный кпитн! Ткой хрбрый офицер! Ткой хороший нчльник!

— Теперь мы должны обсудить хорошенько все события и с общего соглсия решить, что нм следует предпринять для спсения кпитн. Скжите нм вше мнение.

— Мое мнение тково, что ндо освободить моего кпитн и убить всех этих негодяев!

— Это мнение почти одинково и с ншим; но кким путем?

— А! Что ксется этого, то слуг покорный! Не спршивйте меня об этом; все, что я могу вм скзть, это подтвердить обещние, что, когд придет время, я з своего кпитн брошусь хоть черту н рог!.. Я дм им о себе знть, в этом могу поручиться!

— Я в этом убежден, но этого недостточно: поищем что-нибудь другое. Говорите, вождь, вш черед подвть совет.

— Тонкий Слух, — отвечл индеец, — великий вождь, у него очень много опыт. Кто может скрыть от него свой след? Он узнет дже след орл в воздухе. Он пойдет по следм кпитн и не потеряет их до тех пор, пок не доберется до смого конц; потом он возвртится к своему другу и все ему рсскжет; тем временем Бесследный отпрвится в большую укрепленную хижину бледнолицых, тм он поговорит с нчльником белых и рсскжет ему все, что знет; зтем он попросит у него своих бртьев кндцев и вместе с ними пойдет по следм нчльник. Он не должен брть с собою бледнолицых воинов: они хрбры, но болтливы, кк стрые ббы; они не знют, кк ндо ходить по военной тропинке в свннх. Я скзл. Что думет мой брт о словх вождя?

— Я думю, что вы человек умный и что превосходно объяснили все, что нм следовло бы делть; я совершенно и во всем соглсен с вми, потому что лучшего, по-моему, и придумть ничего нельзя. Итк, решено: я ухожу в форт вот с этим бледнолицым, мой брт, не теряя ни минуты, пойдет по следм врг.

— Тонкий Слух тк и сделет, — отвечл вождь, вствя.

— До скорого свиднья, вождь, желю вм успех! Д, этим господм не спрятться теперь нигде: по их следм идут дв лучших рзведчик в мире.

Трое мужчин пожли друг другу руки н прощнье; зтем индеец углубился в лес, Бержэ и Золотя Ветвь, ноборот, вышли из лесу и большими шгми нпрвились к форту Дюкэну, куд и прибыли нездолго до солнечного зкт.

Их обоих тотчс же провели к господину де Контркеру, беспокойство которого было очень сильно; продолжительное отсутствие грф де Виллье, по-видимому, его чрезвычйно зботило, и ему хотелось скорее получить ккие-нибудь вести о нем.

Когд кндец и солдт вошли в кбинет коменднт, он был не один. Брон де Гриньи, ткже очень сильно беспокоившийся о своем отсутствующем друге, был у него.

Глв XV. ОХОТНИКИ

Бержэ рсскзл о похищении грф де Виллье.

Коменднт форт Дюкэн выслушл со скорбным удивлением рсскз охотник.

Это смелое нпдение н одного из его офицеров, приведенное в исполнение почти под смыми пушкми фрнцузской крепости, среди белого дня, видимо, сильно его возмущло.

Но при этом он никк не мог предствить себе, чем вызвно было это нпдение.

И в смом деле, с ккой целью нужно было этим неизвестным людям похищть грф де Виллье? Он не знимл ткого вжного пост, чтобы зхвт его мог кким бы то ни было обрзом повлиять н только что нчинющуюся кмпнию. Может быть, бродяги ошиблись, может быть, они ндеялись овлдеть более высокопоствленным лицом? Эт последняя гипотез был смя вероятня и в особенности ниболее логичня… Но фкт был нлицо. Оскорбление коменднт форт Дюкэн, ннесенное ему почти н глзх всего грнизон, требовло отмщения!

В первую минуту господин де Контркер, рзгневнный и оскорбленный, поклялся, что жестоко отомстит з это похищение, з эту зпдню, жертвой которой стл один из его смых любимых офицеров. Англичне, взятые в плен грфом де Виллье, нходились еще в форте; он поклялся, что они будут отвечть головой з свободу кпитн. В форт Necessite сейчс же будет послн прлментер требовть возврщения офицер, если же тм почему-либо откжутся исполнить это требовние, ему будет поручено объявить, что все нглийские пленники будут без милосердия рсстреляны.

Тысяч других проектов, столь же безумных и невыполнимых, был выскзн коменднтом, который почти зговривлся от ярости.

Охотник и брон де Гриньи позволили ему излить свой гнев и почтительно слушли его, не оспривя того, что он им говорил. Потом, когд они увидели его более спокойным, или, по крйней мере, более рсположенным выслушть мнение других, Бержэ, с молчливого соглсия брон де Гриньи, взял слово, чтобы пролить немного свет н этот столь зпутнный вопрос.

— Извините, господин коменднт, — скзл он, — но мне кжется, что мы в нстоящую минуту идем по ложной дороге и нугд шрим по кустм.

— Э! Что вы хотите этим скзть, охотник? Вы человек умный, у вс большой опыт относительно всего, что происходит в этом крю; рзве вы не рзделяете моего мнения?

— Не совсем, господин коменднт, и если вы позволите мне выскзть свое мнение, я ндеюсь, что, в конце концов, вы и сми соглситесь со мной.

— Итк, по-вшему, дерзкое похищение кпитн Кулон де Виллье не ознчет гнусного поругния нд королевским знменем?

— Я этого не говорю, судрь, знмя оскорблено, это вне всякого сомнения. Но, с вшего позволения, мне кжется, что вы ошибетесь относительно лиц, виновных в этом.

— А! Д вы уж не друг ли нгличн, мистер Бержэ?

— Сохрни меня Бог, судрь, д вы и сми не думете этого.

— Вы првы, мой друг; у меня это просто сорвлось с язык. Извините! Это происшествие стршно взбесило и взволновло меня.

— О! Судрь, з одно это слово я не только готов все вм простить, но и нвсегд остться вшим смым преднным слугой.

— Меня особенно сильно рсстроило это еще и потому, что недвно, кк вы сми знете, несчстный де Жюмонвилль, брт кпитн, сделлся жертвой гнусного злодейств. Кк хотите, это не могло не покзться мне подозрительным… Нши врги ведут с нми войну, кк дикри-людоеды, и совершенно пренебрегют првми людей и тем увжением, которым люди обязны друг другу.

— Это првд, судрь, и никто больше меня не оплкивет погибшего брт кпитн и не желет жестоко отомстить з него, вы и сми это знете. Но поверьте человеку, который никогд не лгл: то, что случилось сегодня, првд, очень печльно, но это не имеет ничего общего с тем убийством. Англичне здесь не причем; я скжу больше, я убежден, что они дже и не знют об этом.

— Вы говорите мне стрнные вещи, соглситесь сми, Бержэ.

— Это првд, господин коменднт, но спросите брон де Гриньи и вы услышите, что и он одного мнения со мной.

— Вполне, мой хрбрый охотник, — с оживлением проговорил молодой человек.

— Д, коменднт, мой друг де Виллье поплся в зпдню; но зпдня эт был рсствлен ему его личными вргми, не нгличнми.

— Его личными вргми? Я вс не понимю. Грф де Виллье не может иметь вргов среди людей, знющих и любящих его.

— Слишком сильно, может быть, — продолжл де Гриньи с грустной улыбкой, — вот откуд идет все зло. Послушйте, господин де Контркер, ведь вы меня знете, не тк ли? И вот я дю вм честное слово дворянин и королевского солдт, что эт зпдня был приготовлен не для одного только де Виллье, но и для меня.

— Вы? Но вы говорите со мной згдкми, друг мой.

— Я это зню; к несчстью, я не могу говорить яснее; эт тйн приндлежит не мне одному. Вот все, что я могу вм скзть: я убежден в душе, что люди, похитившие грф, не более кк жлкие внтюристы, которым было зплчено остервеневшими вргми моего друг з то, чтобы выполнить это. Кк вм и говорил Бержэ, я тоже уверен, что нгличне ни при чем в этом деле. Они об этом ничего и не знют.

— Вот, — скзл охотник, одобрительно покчивя головой, — именно тк.

— Потемки сгущются вокруг меня все больше и больше, друг мой.

— Я ндеюсь, что скоро нстнет день, когд мне можно будет рзорвть звесу и все вм открыть; тогд вы узнете, нсколько спрведливы мои слов.

— Я не нстивю, дорогой де Гриньи, вши тйны приндлежт вм. Но допустим, что вы не ошибетесь. От этого положение де Виллье не стнет лучше; я не могу дже придумть, кким обрзом можем мы окзть ему помощь.

— И здесь опять, если позволите, мы послушем, что скжет Бержэ; он один может, по моему мнению, вывести нс из зтруднения, в котором мы нходимся.

— Пожлуй, он действительно ткой человек, который может подть дельный совет. Говори, мой друг.

— Прошу вс, господин коменднт, доверить мне всецело ведение этого дел, и я отвечю головой з его успех.

— Вот хорошие слов, Бержэ; но кким путем рссчитывете вы добиться успех? Вм известно, что средств нши очень огрничены и что, несмотря н мое сильное желние вм помочь, я и см хорошо не зню, кк мне это сделть.

— Не беспокойтесь об этом, господин коменднт, я прошу у вс только позволения увести охотников-кндцев, которые добровольно учствовли в меховой экспедиции; их помощи мне будет вполне достточно. Я не собирюсь вести првильную войну, только борьбу в хитрости и в ловкости, для этого всякие другие помощники, кроме моих стрых товрищей по охоте, стли бы для меня не только бесполезными, но и вредными.

— Соглсен! Вы отпрвитесь с ними, когд нйдете нужным.

— Сегодня же вечером, если позволите.

— Очень хорошо! Вы зхвтите с собой столько боевых припсов и провизии, сколько нйдете нужным, — н это я дю рзрешение вм и вшим спутникм. Это все, чего вы желете?

— Все, господин коменднт, блгодрю вс.

— И вы уверяете меня, что возвртите мне де Виллье?

— Повторяю вм, коменднт, что головой своей отвечю з успех.

— Знчит, все идет хорошо; вы тоже чего-нибудь желете де Гриньи?

— Дорогой коменднт, я льщу себя ндеждой, что вы не откжете мне в милости, которую я хотел бы получить от вс по дружбе.

— Хорошо, хорошо! Я понимю, о чем вы хотите меня просить: вы желете принять учстие в экспедиции, не тк ли?

— Я и вот этот хрбрый солдт.

— Золотя Ветвь, кжется?

— Тк точно, господин коменднт, — отвечл солдт. — Клянусь Богом! Не моя вин, что я не дл убить себя, зщищя кпитн, — он этого см не пожелл

— И он был прв: ткие молодцы, кк ты, редки. Итк, дорогой де Гриньи, я соглсен, рз вы этого желете, я позволяю вм, рвно кк и Золотой Ветви и вшему вестовому, присоединиться к экспедиции; во время вшего отсутствия я не стну терять времени, будьте спокойны. Кк только вы увидите де Виллье, скжите ему от меня, что я знят выполнением днного мной ему обещния и что, когд он вернется, все будет готово. Это известие, кк мне кжется, должно будет непременно обрдовть его.

— Блгодрю вс от имени моего друг, господин коменднт.

— А теперь, господ, я с вми прощусь… От души желю, чтобы эт новя экспедиция удлсь тк же хорошо, кк и предыдущя.

— Бог поможет нм, господин коменднт, — скзл охотник.

— Итк, счстливого пути и до скорого свидния! Офицер, охотник и солдт вместе вышли от коменднт, чтобы приготовить все, что нужно к путешествию, и иметь возможность выступить в тот же вечер, кк объявил Бержэ.

Охотник предпочитл покинуть форт ночью по следующим причинм: во-первых, выступление его отряд не будет змечено, зтем, слух об экспедиции не рспрострнится и нглийские шпионы, нходившиеся в крепости, не будут иметь возможности сообщить об этом ккие бы то ни было сведения, тк кк сми не будут знть ничего.

В полночь охотники, которым Бержэ сообщил о выступлении кждому отдельно, спустились поодиночке в первый двор форт; чсовые, предупрежденные зрнее, пропустили их без рсспросов, и они рзлетелись, кк туч черных призрков, через потйной выход, у которого из предосторожности стоял см г. де Контркер.

Ночь был темня, нчинлся дождь; з исключением чсовых, в форте все спли. Никто не знл об экспедиции, из которой последний зпоздвший, пожв руку коменднту, скоро исчез во мрке.

Бержэ, брон и об солдт шли рядом. Охотник см потребовл этого, тк кк вполне был уверен, что фрнцузы, незнкомые со стрной и млопривычные к ночным походм в столь дикой местности, по которой им приходилось проходить в эту минуту, могли зблудиться, если предоствить их смим себе, это породило бы двойное неудобство: во-первых, потерю дргоценного времени, во-вторых, это возбудило бы толки о выступлении экспедиционного отряд.

Они шли осторожно; ни одним словом не обменялись охотники между собой до тех пор, пок не достигли того мест, где происходило нпдение; туд они пришли около двух чсов ночи; шел дождь, не прекрщвшийся с смого выступления их из форт и мло-помлу переходивший в ливень.

Фрнцузы, мундиры которых зщищли горздо хуже от непогоды, чем более приспособлення одежд охотников, нсквозь промокли и зкоченели от холод; но они не жловлись и стоически переносили свои стрдния, не желя уронить себя в глзх сопровождвших их охотников. Последние, кзлось, не змечли ледяного дождя, низвергвшегося н их тел; время от времени они только встряхивлись, кк мокрые пудели, зтем продолжли идти вперед своим обычным гимнстическим шгом.

Достигнув лес, кндец издл резкий свист, служивший условным знком остновки; потом, подозвв к себе двух или трех охотников, он поговорил с ними шепотом в продолжение нескольких минут.

Хотя брон и молчл, но все-тки в душе его очень беспокоило, кким обрзом он проведет ночь в этом лесу, где кждый лист изобржл собой кровельный желоб и тким обрзом увеличивл количество дождя и без того довольно знчительное, ниспдвшее с неб; но беспокойство молодою человек было непродолжительно. С необыкновенной быстротой и ловкостью охотники срезли с помощью своих ножей огромное количество ветвей, которые переплели между собой.

Меньше чем з чс они построили обширный нвес, под которым укрылся весь отряд и куд не проникл дождь. Тем временем другие охотники собирли хворост и хотя он был мокрый, все же им удлось меньше чем в десять минут зжечь огромный костер, который весело потрескивл и крсновтое плмя которого согрело фрнцузов. Их одежд нчл дымиться и окутл их облком серовтого пр.

Веселость вернулсь снов, утомление было збыто; сбившись вокруг огня, в который они беспрестнно подбрсывли новую пищу, охотники вели оживленную болтовню.

Брон де Гриньи любовлся беспечностью охотников, господствоввшей между ними дисциплиной и той поспешностью, с ккой они повиновлись млейшему прикзнию Бержэ, которого сми избрли своим нчльником, хотя последний, ндо зметить, тоже обрщлся с ними в высшей степени вежливо. Он никогд не говорил им: «я хочу», всегд вствлял слов: «я прощу, пожлуйст», или «мне кжется».

Через чс человек пять или шесть охотников встли и вышли из-под нвес.

Бержэ рзостлл в одном из углов кучу мехов; когд фрнцузы хорошенько обогрелись, одежд их почти высохл, кндец уговорил их лечь н эту импровизировнную постель.

Когд они проснулись, был уже день, солнце ярко светило и птицы весело рспевли в лесу; погод опять стл хорошей, и день обещл быть прекрсным.

Кндец сидел один в сре перед огнем и, рздумывя, курил свою трубку. Зметив, что его гости уже проснулись, он приветливо им поклонился. Последние тотчс же присоединились к нему и тоже присели у огня.

— Ну! — скзл охотник, — все идет блгополучно! Вы выглядите ткими свежими и брвыми, кк и подобет нстоящим мужчинм…

— Учение длось не легко, зто теперь мы уже выучены, — смеясь, скзл брон.

— Во время вшего сн я добыл вм кое-ккую одежду, не ткую богтую, првд, кк вш, но более подходящую для того, чтобы бродить по пустыне, и прошу вс переодеться в нее сейчс же.

— Вы обо всем позботились, друг мой, — скзл брон, дружески пожимя ему руку.

— Это моя обязнность. Что скзл бы господин Луи, если б я не стл о вс зботиться? Кроме того, вы мои гости, и я должен побеспокоиться о том, чтобы вм было хорошо.

Зтем он подл им приготовленное для них плтье, которое во всем походило н одежду охотников-кндцев.

Фрнцузы сейчс же облеклись в новые костюмы.

— Э! — смеясь, проговорил Золотя Ветвь, — эт одежд тепл и удобн; я скоро свыкнусь с ней.

— Я готов побиться об зклд, что теперь никто не узнет нс! — добвил Смельчк.

— Вы с первого же шг угдли нстоящую причину, зствившую меня просить вс снять вши мундиры, хрбрый вояк; для нс очень вжно, чтобы вше присутствие среди нс оствлось бы, по возможности, тйной.

— Не бойтесь, — скзл Золотя Ветвь, — когд нстнет время, они узнют меня по тому, кк я стну их колотить.

— А теперь что же мы будем делть?

— Мы сию минуту будем звтркть. Некоторые из нших спутников побывли сегодня ночью н охоте, потому у нс есть дичь. Зтем, после звтрк, мы устроим совет!

— Отлично! Но куд же мы денем эти мундиры? Неужели мы понесем их с собою?

— Это бесполезно, они бы нс только стесняли; я спрячу их в ткое укромное местечко, где вы нйдете их, когд они вм пондобятся, этим я зймусь см.

Кндец взял снятое фрнцузми плтье, ккуртно сложил его и звернул в несколько лньих кож, зтем тщтельно перевязл.

— Вот теперь все сделно! — скзл он. — Один из моих людей выроет яму возле ккого-нибудь дерев, положит туд этот сверток, зтем опять зсыпет. Когд пондобится, вше плтье будет возврщено вм в тком же прекрсном состоянии, кк и теперь. Ткие тйники зменяют клдовые для охотников.

В эту минуту вошли кндцы и, после обмен обычными приветствиями, кждый уселся к огню и нчлся звтрк. Он не отличлся особенным рзнообрзием пищи, кк и вообще все звтрки охотников. По окончнии звтрк кждый зкурил трубку, и по знку Бержэ нчлся совет.

Кндец, из увжения, уступил первое слово брону де Гриньи, но молодой человек извинился и откзлся двть советы.

— Дорогой Бержэ, — скзл он, — я нхожусь в незнкомой мне стрне, зтем мы преследуем людей, обычи и нрвы которых мне совершенно неизвестны, мнение мое, которое могло бы иметь цену, если б речь шл о регулярном войске и европейской войне, в нстоящих обстоятельствх не может иметь никкого знчения. Поэтому, будьте добры, пожлуйст, избвьте меня от необходимости выскзывть свое мнение. Эти хрбрецы горздо лучше меня знют, что им нужно делть. Н меня же смотрите, кк н одного из вших солдт, другого я ничего не желю. Я нмерен покзть всем ншим спутникм пример повиновения вшим прикзниям. Я выбрл себе эту роль, единственную подходящую для меня; никкя сил не зствит меня изменить принятое решение.

Это зявление, сделнное откровенно и с улыбкой, имело большой успех у охотников и тем более им понрвилось, что в душе они побивлись, кк бы молодой офицер не зявил претензии н комндовние экспедицией и не зствил бы их действовть несоглсно с их привычкми, это, несомненно, могло бы очень печльно повлиять н успех дел.

Когд брон тк решительно откзлся от своего прв, охотники зговорили кждый по очереди. Бержэ выслушл их мнения с смым серьезным внимнием, не прерывя их ни одним словом; потом он собрл все мнения, резюмировл их и, тк кк больше некому было выскзывть мнения и делть змечния, то он зговорил см. Речь его был коротк, прост и, в особенности, ясн; когд он умолк, кждый нгнул голову, ничего не возрзив: его мнение восторжествовло и было принято всеми единоглсно.

Тким обрзом, было решено, что все сто человек рзделятся н три отряд. Бержэ и трое фрнцузов войдут в соств первого отряд; они отпрвятся в экспедицию водой. Другие дв отряд, кждый из пятидесяти человек, нпрвятся тким обрзом, что один будет придерживться след, оствленного похитителями во время бегств, другой пойдет через горы.

Все три отряд должны будут идти усиленными переходми к зпду.

Местом свидния был избрн групп утесов, прозвння Белыми Змкми, около одного столб из целого кмня — последнего след, оствленного исчезнувшим нродом, возвышвшегося, подобно гигнтскому обелиску, посреди обнженной рвнины.

Эт рвнин был переполнен кмнями, происхождение которых неизвестно, и которые, в глзх удивленного путешественник, нпоминют дольмэны и менгиры кельтического крпк кк числом, тк и симметрией, в которой они были рсствлены.

Десять минут спустя, охотники покинули срй, и около огня остлись только брон, Бержэ и об солдт.

Через минуту кндец поднялся.

— Теперь пор в путь и нм, — скзл он.

Товрищи молч последовли з ним.

Глв XVI. НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА

Если бы обстоятельств, вызввшие эту экспедицию, не были ткими печльными, ткими серьезными, брон де Гриньи пришел бы в восторг от своего путешествия.

Никогд еще он не совершл ткой интересной поездки: рзвертывющиеся перед ним кртины н кждом шгу готовили ему восхитительные сюрпризы.

Бержэ, прекрсный спутник, полный увлечения и в то же время в высшей степени снисходительный, с удовольствием покзывл молодому человеку во всех подробностях этот чудесный крн, один из смых богтых, один из смых роскошных и один из смых крсивых во всей Кнде.

Четверо мужчин путешествовли точно туристы: то в пироге, то пешком по высокой трве рвнины, взбирясь н горы, проходя по лесм, стрым кк мир, и н кждом шгу спугивя всевозможную дичь, которую они чсто не удостивли дже выстрелом.

Облсть, в которой они нходились, кзлсь совершенно необитемой; никогд, со времени открытия Кнды, фрнцузы и нгличне не рисковли проникнуть тк длеко вовнутрь стрны. Одни только индейцы и их беспощдные врги — трпперы и охотники црили в кчестве хозяев в этой пустыне, которую они оспривли у диких зверей, устроивших в ней свои берлоги.

Н второй день, в ту минуту, когд они стновились, бивуком н ночь, Бержэ стл выкзывть признки беспокойств, что кзлось дже немного стрнным в этом человеке. Он остнвливлся, пригиблся к земле, потом вдруг выпрямлялся, уходил то нпрво, то нлево, потом возврщлся нзд, опять нчинл свой осмотр. Потом, когд кзлось, точно он нюхет воздух, Бержэ с негодовнием пкчл головой, хмуря брови и сильно удряя приклдом своего ружья о землю. Брон де Гриньи, зинтриговнный поведением охотник, в котором он ничего не понимл, тревожно следил з ним, не решясь, однко, спросить у него о причине беспокойств. Но, по мере того, кк день продвиглся вперед, возрстло и беспокойство кндц, и, нконец, молодой человек решил здть ему несколько вопросов по этому поводу, кк вдруг Бержэ его предупредил:

— Господин брон, — проговорил он, остнвливясь перед ним, — сегодня происходит что-то необыкновенное в лесу и это сильно беспокоит меня.

— Что ткое случилось, мой хрбрый друг? — спросил тот, оглядывясь кругом, — признюсь вм, что я, со своей стороны, не вижу ничего необыкновенного.

— Вы — может быть, судрь; у вс нет привычки к пустыне: то, что тк удивляет нс, лесных бродяг, проходит для вс совершенно незметно.

— Боже мой, в этом нет ничего удивительного, друг мой. Рзве сегодня деревья не похожи одно н другое, или лес не похож н лес?

— Это спрведливо, вы должны тк рссуждть, потому что вы этого не знете; нет, господин брон, одно дерево никогд не бывет похоже н другое.

— Скжите мне, в чем дело, умоляю вс! Ну, что вс тк сильно тревожит?

— А вы это зметили?

— Черт возьми! Если человек не слеп, то это вовсе уж не тк трудно!

— Ну, хорошо, я вм скжу.

— Вы доствите мне большое удовольствие.

— Д, тем более, что это должно интересовть вс еще больше, чем меня.

— Ну, говорите! Я вс слушю.

Путешественники остновились и, облокотившись н свои ружья, окружили кндц. Минуту спустя последний продолжл, сдерживя голос, точно боялся быть услышнным кким-нибудь невидимым шпионом, сидящим в зсде в близком соседстве.

— В нстоящую минуту мы нходимся в лесу, которого никогд еще не посещли белые с того смого дня, когд они в первый рз поствили ногу н эту землю; одни только индейцы, д кое-кто из отвжных кндцев осмеливются зходить сюд.

— Знчит, он очень опсен?

— Д, порядочно; он громден, кишит всевозможной дичью и хищными зверями; дже сми туземцы не знют его вполне. Когд нстет сезон великих зимних охот, крснокожие собирются по нескольку племен вместе и устривют охоты с згонщикми, которые продолжются около двух месяцев; з исключением этого времени, лес остется совершенно пустынным, никто туд и не ходит. Д и зчем туд ходить?

— Однко же, мы здесь, — проговорил брон де Гриньи.

— Мы — дело совсем другое. Я избрл эту дорогу потому, что, хотя он и смя трудня, зто зброшенность ее двл нм возможность скрывть нши следы, следовтельно, увеличивл ншу безопсность и позволял нм идти, кк нм нрвится, не боясь, что з нми подсмтривют или следят; кроме того, сегодня вечером мы из него выйдем.

— Прекрсно! Но во всем этом я ничего не вижу до сих пор ткого, что опрвдывло бы вше беспокойство, которое тем более меня удивляет, что вы не ткой человек, чтобы пугться из-з пустяков.

— Вы отдете мне вполне зслуженную честь, судрь. Вот что служит причиной этого беспокойств, которое, скромно признюсь вм, очень серьезно: чс дв тому нзд я открыл след.

— След! — вскричл с удивлением молодой человек.

— Д, след, првд, тщтельно скрытый и который мог бы обмнуть глз менее проництельные, чем мои; этот след идет по той же дороге, по которой следуем мы.

Кждый рз, кк это окзывлось возможным, его смым тщтельным обрзом уничтожли; но следы все-тки остлись видны, и я с уверенностью могу скзть вм, что не ошибюсь.

— Это, действительно, серьезно, мой хрбрый Бержэ. А кк вы думете, кому мог приндлежть этот след?

— Вот это-то именно меня и зтрудняет. Тех, идущих впереди нс, кто бы они ни были, трое: двое мужчин и одн женщин, вот в чем я уверен.

— Женщин?

— Д, он дже еще очень молод; шг ее легок, едв отпечтывется н земле. Мужчины, сопровождющие ее, горздо стрше; они сильно нпирют н пятку, что докзывет, что это не индейцы; кроме того, н них ндеты моксины вроде тех, ккие носят лесные бродяги. Теперь интересно бы узнть, кто эти путешественники? Безобидные это охотники, или врги — этого я еще не могу вм скзть!

— Гм! — прошептл молодой человек, тоже сильно озбоченный этим сообщением, — все это очень серьезно, друг мой; я, прво, придумть не могу, что делть.

— Мы можем выбрть только одно из двух, и теперь нм остнется только решить, что будет лучше в нших интересх?

— Рссмотрим же и то и другое!

— Первое — возвртиться нзд той же дорогой, выбрться из лес и присоединиться к ншим друзьям, следуя по одной из двух избрнных ими дорог: при этом мы потеряем много дргоценного времени.

— Я никогд не соглшусь возврщться нзд.

— Я именно это смое и думл, однко, я должен был спрвиться с вшим мнением.

— Это спрведливо, теперь посмотрим второе… первое никуд не годится.

— Вы остнетесь с вшими двумя спутникми н том смом месте, где мы нходимся; я же пойду н рзведку… буду идти вперед до тех пор, пок не достигну людей, опередивших нс, но которые не должны быть очень длеко, во-первых, потому, что не пройдет и чс, кк стемнеет. Они, нверно, сделют привл для того, чтобы поесть, отдохнуть и дождться рссвет. Когд я увижу этих тинственных путешественников, когд узню, что это з люди и кк нм с ними держться, я вернусь к вм, и мы посоветуемся относительно того, что нм предпринять. Нс четверо смелых людей и, в случе нпдения, мы сумеем зщищться. Что вы думете об этом плне, судрь?

— Я думю, что он великолепен, и советую вм немедленно привести его в исполнение, друг мой.

— Очень хорошо! Во время моего отсутствия не трогйтесь с мест, инче вы рискуете зблудиться, и тогд Бог знет, сколько времени пондобится мне н то, чтобы вс рзыскть.

— Будьте спокойны, мы постремся исполнить вше желние.

— Итк, это решено… Ах, д! Еще последнее нствление:

если вы будете рзговривть, то говорите шепотом, в лесу никогд нельзя быть уверенным, что тебя никто не подслушивет; в пустыне деревья имеют глз и листья-уши, глвное, не зжигйте огня. Словом, не делйте ничего ткого, что могло бы привлечь внимние посторонних.

— Хорошо.

— В тком случе, до свиднья! Может быть, я возврщусь дже рньше, чем через чс.

— Желем успех.

Двое мужчин горячо пожли друг другу руки; зтем охотник углубился в кусты и сейчс же исчез из виду. Брон остлся один со своими солдтми, в глубине души сильно озбоченный результтми, которые могл дть экспедиция, предпринятя хрбрым кндцем, но, конечно, стрлся не покзть этого солдтм.

Время тянется бесконечно медленно в тех случях, когд приходится чего-нибудь ждть, в особенности же когд тот, кто вынужден ожидть, нходится не в комфортбельном слоне, , ноборот, в девственном лесу, и судьб к тому же збросил его сюд в первый рз: вокруг него сгущется мрк, ближйшие к нему предметы меняют свой вид по мере того, кк угсет слбый свет вечерних сумерек, и постепенно принимют смые фнтстические формы. Добвьте к этому тинственный шум, который то и дело слышится в кустх; ветер жлобно звывет в верхушкх деревьев, хищные звери, пробудившиеся при зкте солнц, зловещим ревом дют знть о себе.

При тких условиях секунды кжутся целыми чсми, уж чсы тянутся прямо-тки бесконечно.

Смый хрбрый человек чувствует, кк нервня дрожь пробегет по всему его телу, кк холодный пот выступет у него н вискх, волосы дыбом встют н голове, — ему стршно!.. Изогнув тело вперед, непомерно открыв глз, нсторожившись, держ плец н курке ружья, он стоит неподвижно, едв дыш, готовый вступить в борьбу с вргом, порожденным его вообржением.

Прошло дв чс. Снчл трое фрнцузов рзговривли и дже посмеивлись сми нд тем, что они будут делть, если проводник их почему-нибудь рздумет вернуться, и кк выберутся они из этого бесконечного векового лес; потом кк-то см собой смех зстыл у них н губх, рзговор не вязлся и, нконец, совсем прекртился. Зтем, по мере того кк ночь стновилсь все темнее, они сбились, стеснились до того, что чувствовли локти друг друг; и, нконец, мрчные, безмолвные, едв дыш, с ружьями в рукх, готовые кждую минуту пустить их в дело, они кк бы зстыли в этих позх, точно мрморные сттуи.

Вдруг веселый смех прозвучл нд их ушми, между деревьями зблестел крсновтый огонь, и покзлся человек. Этот человек был Бержэ.

Крик рдости вырвлся невольно из сдвленной груди троих мужчин, тк кк гордость тотчс же вернулсь в их сердц, то они укрдкой отодвинулись один от другого, точно школьники, поймнные н месте преступления, и ффектировнно рзлеглись в смых непринужденных и нивно беззботных позх. Кндец, деля вид, что ничего не змечет, быстро нпрвился к тому месту, где они лежли, и скоро подошел к ним.

— Кк вы долго пропдли! — скзл брон голосом, которому он, увы! — тщетно стрлся придть желемый оттенок полного спокойствия.

— Вы нходите? — нивно отвечл кндец. — Я ушел от вс всего только дв чс тому нзд.

Молодой человек не возрзил ни слов; по его рсчетм, прошло, по крйней мере, шесть чсов.

— Ну, д не в этом дело! — продолжл Бержэ, — я здесь, это смое глвное, не тк ли?

— Конечно. Ну! Что же вы узнли?

— Прежде всего, что я не ошибся: впереди нс, действительно, идут двое мужчин и одн женщин.

— А они врги или друзья?

— Н это я не могу ответить вм тк, кк хотел бы. Все, что я могу скзть вм, огрничивется тем, что пок нм их

— Вы это могли бы угдть рзве только чудом.

— Может быть, и тк, может быть, и нет; но я не хочу игрть с вми в прятки и прямо скжу вм, что мы идем к одной и той же цели, поэтому столкуемся лучше кк следует вместо того, чтобы держться нстороже, что могло бы только повредить и дже рсстроить нши проекты.

— Я вс не понимю, — скзл брон де Гриньи, — и если вы не выскжетесь более определенно, я, к величйшему моему сожлению, не буду знть, что ответить вм.

— Хорошо скзно, клянусь спсением моей души! Я с удовольствием вижу, что вы, несмотря н свою молодость, умеете быть осторожным, — отвечл Изгннник нсмешливо. — Но я позволю себе зметить вм, что дже одного фкт, что мы с вми идем по одной и той же дороге, совершенно достточно для того, чтобы решить, куд вы идете, дже если бы я и не знл, ккую смелую штуку вы змышляете. Не сердитесь н меня, — добвил он, видя нетерпеливый жест брон, — судьб кпитн де Виллье интересует меня не меньше, чем вс. Он спс мне жизнь; это стринный долг, и мне хотелось бы зплтить ему кк можно скорей!

— Неужели это првд!

— Д рзве вы этого не знете?

— Мой приятель не имеет обыкновения рсскзывть об окзнных им услугх.

— Это првд, и я блгодрю его з это. Эт черт только еще более увеличивет мою симптию к нему, ткже и блгодрность к нему и его друзьям.

— Знчит, — скзл Бержэ, — мы можем рссчитывть н вшу помощь в этом деле, то есть в том случе, если вы действительно здумли попытть счстья освободить кпитн?

— Точно тк же, кк и н смих себя. Но послушйте, ведь мы с вми двно знкомы друг с другом, поэтому будьте со мной откровенны: я докжу вм, что все зню. Вы ждете Куг-Гндэ, не тк ли? Ну, тк вот, прежде, чем прийти к вм, он должен повидться со мной,

— А, ну уж это, милейший Жн-Поль…

— Вы мне не верите? — улыбясь спросил Изгннник.

— Д, если только не увижу этого собственными глзми.

— Ну, тогд смотрите!

И он зствил его повернуть голову.

Бержэ подпрыгнул от удивления. В эту минуту Тонкий Слух, индейский вождь, взобрвшись н холм, медленными шгми подходил к лгерю.

Сомнение стновилось невозможным: Изгннник скзл првду.

Глв XVII. МУЧЕНИК

Кулон де Виллье невозмутимо смотрел, кк утоляли голод его похитители, откзывясь принять ккое бы то ни было учстие в их трпезе и оттлкивя все предлгемые ему яств.

Кто бы ни были эти бндиты, белые или крснокожие, но они не стли принуждть его подчиниться их воле.

Ноборот, они сми, видимо, относились к нему с увжением; они дже отошли от него подльше и предоствили ему полную свободу отдться мрчным мыслям, которые должно было внушить ему его положение.

Отдых продолжлся чс дв. Зтем, н зкте солнц, вопреки привычкм индейцев, которые, з исключением весьм редких случев бсолютной необходимости, никогд не делют ночных походов, был подн сигнл к выступлению.

Тот же смый человек, который уже говорил с грфом, опять подошел к нему и, вежливо поклонившись, скзл:

— Судрь, нм придется продолжть теперь путешествие уже не пешком, н лошдях, н которых мы все отпрвимся верхми. Ндеюсь, вы теперь соглситесь дть мне честное слово, кк я вс о том просил, — вм в ту же минуту подведут лошдь и вы совершенно свободно поедете вместе с нми, причем к вм будут относиться с величйшим увжением.

Молодой человек отвернул голову, деля вид, кк будто не слыхл того, что говорил ему этот человек.

— Я прошу вс об этом в вших же собственных интересх, судрь, — продолжл человек, переодетый индейцем, — вы сми осуждете себя своим упорством н ужсные стрдния, от которых вы легко могли бы освободиться всего одним только словом. Соглситесь, пожлуйст, н то, о чем я вс прошу.

Грф презрительно улыбнулся, пожл плечми, но не произнес ни слон.

Через несколько секунд бесполезного ожидния индеец удлился медленными шгми, грустно шепч про себя:

— Это железный человек, от него ничего не добьешься. Делйте вше дело, — добвил он громко, обрщясь к окружвшим его людям.

Грф опять связли и звязли ему глз плтком; потом его приподняли с носилок, и он вскоре понял, что сидит н шее лошди, впереди человек, к которому его привязли и который поддерживл его для того, чтобы он не свлился ни н ту, ни н другую сторону.

С первых же минут путешествие стло более чем утомительным. Молодой человек, нполовину леж, нполовину выгнувшись нзд, не имел ни млейшей точки опоры, чтобы держться: ноги его болтлись в воздухе, голов кчлсь во все стороны.

— Сделйте знк соглсия, — проговорил чей-то голос у него под ухом, — и вс сейчс же рзвяжут.

Сделв нд собой стршное усилие, грф выпрямился тк, что в продолжение нескольких минут оствлся совершенно неподвижен: откз был выржен решительно. Никто не стл его больше уговривть.

Послышлся свисток, и отряд медленно тронулся. Но постепенно шг лошдей — теперь все эти люди ехли верхом — стновился все быстрее, и они вскоре пустились в глоп, который не змедлил перейти в бешеную скчку.

Несмотря н все стрния всдник, к которому грф был привязн, держть его в рвновесии впереди седл, грф переносил действительно ужсные стрдния; ндо было иметь всю его непобедимую энергию и всю его силу воли, чтобы не издть ни одного стон и не просить пощды у бессердечных плчей.

Кровь прилил ему к голове, у него появился зловещий шум в ушх, ртерии его бились тк сильно, что готовы были лопнуть, ужсные судороги сводили все его члены, он чувствовл, что с ним нчинется дурнот; рссудок его мутился; кроввые призрки носились перед его глзми.

Адскя скчк, между тем, стновилсь все быстрее и быстрее. Мло-помлу безумие овлдело его мозгом, он перестл сознвть, где он, и стл жертвой ужсных гллюцинций; зтем он почувствовл ледяной холод и общий упдок сил. Он больше уже ничего не слышл, тело его стло бесчувственным, он решил, что умирет; вздох облегчения приподнял его грудь, и он откинулся нзд.

Он был в обмороке.

Нконец, глз его снов рскрылись, он бросил вокруг себя бессмысленный взгляд, сделл мшинльно жест рукой и снов зкрыл глз, шепч слбым голосом:

— Отчего я не умер.

Прошло несколько минут. Молодой человек сделл новое усилие, глз его бросили более рзумный взгляд; жизнь возврщлсь, с нею вместе возврщлсь и пмять, то есть стрдние. Он сделл было попытку встть, но слбость его был тк велик, что ему едв удлось повернуть голову немного в сторону.

Понемногу в голове его нчло проясняться, он мог уже отдвть себе отчет в том, что происходило вокруг.

— Где же это я? — прошептл он, — что это знчит? Кк очутился я здесь?

И в смом деле, то, что он видел, должно было его удивить. Он лежл н кровти в комнте. Стены везде были укршены густыми мехми, зменявшими обои, и ткие же мех покрывли пол; обширный кмин с высоким колпком нд очгом, в котором горел яркий огонь, знимл большую чсть комнты; дубовый поствец, нполненный посудой, резной сундук, большие стенные чсы с футляром в стиле Людовик XIII, несколько стульев, стол, зеркло, возле кровти мленький столик с зжженным н нем ночником — все это тк нзывемое комфортбельное убрнство только еще более увеличивло удивление грф.

Хотя комнт, в которой он нходился, был довольно больших рзмеров, но, судя по всему, в домике, куд он попл, должны были быть еще и другие комнты; две двери, нполовину скрытые под мехми, по-видимому, вели во внутренние пртменты.

Куд же он попл? В индейский вигвм или в дом, устроенный по европейскому обрзцу? Кто эти люди, поместившие его в ткое срвнительно роскошное помещение?

Зтем еще один вопрос. Неужели он в пустыне? Или, может быть, его похитители тоже подверглись нпдению и, блгодря этому, были вынуждены выпустить свою добычу, и он теперь нходится н ферме?

А если это тк, то куд именно збросил его судьб? К фрнцузм или к нгличнм? Свободен он или нет?

Сколько времени лежит он уже н этой постели? Чсы зшипели и пробили двендцть рз. Полдень это или полночь?

Ночник двл прво думть последнее; но герметически зкрытые окн были звешены мехми. Может быть, не хотели, чтобы он увидел свет?

Почему, почему, почему?

Это слово постоянно возврщлось н уст молодого человек, но он все еще не мог придумть удовлетворительного объяснения; перенесенные им стрдния до ткой степени ослбили его, что он почти не мог ничего сообрзить.

Голов его снов упл н подушку, он вздохнул, опять зкрыл глз и зснул, но н этот рз уже спокойно.

Его рзбудил веселый звон: били чсы. Он сел н постели и стл смотреть с невырзимым выржением удивления вокруг.

Через открытое окно в комнту врывлся ослепительный свет солнц. Эт комнт, ткя печльня и мрчня всего з несколько чсов перед тем, теперь кзлсь ему совершенно иной; снружи доносилось щебетнье птиц, свежий ветерок, нсыщенный ромтми лесов, обвевл бледный лоб молодого человек и игрл длинными локонми его волос.

Он чувствовл, что возрождется к жизни, вместе с тем и силы возврщются к нему! Вместе с солнцем вернулось к нему и покинувшее было его мужество; происшедшее кзлось ему не больше, кк сном, ндежд возврщлсь в сердце, вместе с ндеждой — рдость и беспечность, эти милые спутники юности.

Открылсь дверь, вошел человек.

Этот человек был молод, у него был кроткя и приятня нружность, костюм его, совершенно черный, был костюмом слуги из хорошего дом.

Он держл в рукх поднос, зствленный серебряной посудой. Зтворив дверь, он потихоньку приблизился к столу, н который поствил поднос; зтем он обернулся и, увидев глз молодого человек, устремленные н него, почтительно поклонился и стл ждть.

Грф де Виллье следил с необычйным любопытством з всеми движениями этого нового лиц.

— Нконец-то, — прошептл он про себя, — я узню, где нхожусь!

Когд он увидел, что слуг ожидет прикзний, он сделл ему дружеский знк рукой и негромко подозвл его к своей постели.

— Что угодно прикзть господину грфу, — отвечл слуг, стновясь перед молодым человеком.

— Вы меня знете? — с удивлением спросил кпитн.

— Д, я зню, что имею честь рзговривть с господином грфом Луи Кулоном де Виллье, кпитном королевского морского полк.

— Очень хорошо! Рз оно тк, рз вы знете мое имя и мое звние, тк это, вероятно, потому, что лиц, гостеприимством которых я пользуюсь в нстоящее время, приндлежт к моим друзьям?

— Смые лучшие друзья господин грф.

— Все лучше и лучше! А кк зовут этих друзей?

— Мой господин желет см скзть свое имя господину грфу.

— А!.. — проговорил грф с досдой. — Где же я теперь?

— Я не могу этого скзть господину грфу.

— Рзве вм зпрещено мне отвечть?

— Я, господин грф, нхожусь в этой стрне не больше месяц и совсем ее не зню.

Грф понял, что слуге было прикзно тк отвечть, и он не стл больше рсспршивть.

— Можете вы скзть мне, — продолжл грф через несколько минут, — сколько времени я нхожусь в этом доме?

— Сегодня исполнилось ровно двендцть дней, кк господин грф прибыл сюд; он был очень сильно болен, и все мы долго боялись з его жизнь. К счстью, теперь господин грф выздоровел.

— Д, совсем. Потрудитесь, пожлуйст, дть мне мое плтье, я хочу встть.

— Плтье господин грф здесь, н этом стуле.

— Блгодрю, я вижу.

— Может быть, господину грфу угодно, чтобы я помог ему одеться и причесться?

— Это бесполезно, я не стну пудриться, — я думю, что в этой стрне, кков бы он ни был, — добвил он, улыбясь, — этикет не тк строг, кк при фрнцузском дворе.

— Звтрк для господин грф стоит н этом столике. Если господину грфу что-нибудь пондобится, ему стоит только свистнуть в этот свисток, и я сейчс же прибегу. Слуг поклонился и вышел.

Не успел еще он притворить з собой двери, кк молодой человек, сбросив с себя простыни и одеял, одним прыжком вылетел из постели. Но, поступя тким обрзом, он совсем збыл, что только еще нчл выздорвливть после тяжелой болезни. Силы его, длеко не окрепшие, изменили ему, и он рухнул со всего рзмху н пол, где и остлся неподвижным, безжизненным, не будучи в состоянии приподняться, несмотря н все усилия.

Тем не менее, он решил победить эту слбость, и энергия его удесятерилсь; ползком, н коленях, остнвливясь н кждом шгу перевести дух и отереть пот, ктившийся со лб, он добрлся до стол, н котором стоял приготовленный для него звтрк. Уцепившись ногтями з крй стол, ему удлось подняться н ноги; зтем он схвтил бутылку, открыл ее и нлил из нее почти до крев сткн вин, ромт которого нполнил всю комнту; зтем он поднес сткн к своим губм и опорожнил его злпом, не переводя дух.

Вино окзло почти волшебное действие. Молодой человек почувствовл, кк кровь у него точно быстрее потекл по жилм; щеки покрылись легким румянцем; глз рсширились и во взоре сверкнул молния. К нему вернулсь сил, может быть, поддельня, но которя в нстоящую минуту, возврщл ему ясность ум и способность действовть.

Твердой поступью подошел он к стулу, н котором лежло его плтье: минут

— и он был одет. Брошенный в зеркло любопытный взгляд покзл ему, что он ничего не потерял из своих физических преимуществ и что болезнь, сделв еще более резкими контуры его лиц, тк скзть, опоэтизировл их.

Покончив с тулетом, грф сейчс же обртил внимние н звтрк. Эт подробность может покзться слишком прозической, между тем, он явилсь результтом глубоких сообржений: судя по ответм слуги, с которым он говорил несколько минут тому нзд, грф понял, что неопределенные ответы слуги были продиктовны ему господми, кто бы они тм ни были Его пребывние здесь окутывл тйн, тйну эту следовло узнть. Знчит, ему предстояло вести борьбу, между тем, первое испытние своих сил докзло ему, что он еще слишком слб. Грф отлично знл, нсколько во всякого род борьбе физическя сторон влияет н нрвственную, поэтому ему нужно было прежде всего вернуть себе во что бы то ни стло силы, чтобы выдержть без особенного ущерб борьбу, которую он предвидел в недлеком будущем. Выпитое им вино, срвнительно в очень небольшом количестве, окзло н него ткое хорошее действие, что он не мог не прибегнуть снов к этому же средству, но только удвоив дозу.

Вот причин, почему он тк спешил сесть з стол и поесть с нстоящим ппетитом выздорвливющего.

Когд он опустошил все блюд и осушил все бутылки, тогд только, нконец, он почувствовл себя сытым и решил выйти из-з стол.

Теперь он снов был здоров и силен и мог нчть действовть.

Дбы убедиться в том, что он не ошибется и что действительно иступил в облдние всеми своими способностями, он обошел дв или три рз свою комнту медленными шгми, осмтривя и обшривя все углы для того, чтобы рзузнть, где он нходится, но рзведк его не дл никких результтов.

Люди, с которыми он имел дело, не сделли ни млейшего промх; ничто не было ими збыто. Комнт его, хотя и очень комфортбельня, с прекрсной мебелью, кк мы уже говорили, не выдвл ни одной из тйн, скрыть которые, по-видимому, тк тщтельно стрлись.

Это открытие нвело н рздумье молодого человек. Он имел дело с сильным вргом, ему следовло действовть осторожно, если он не хотел быть постыдно побитым После осмотр комнты оствлось еще окно; он подошел к нему высунулся нружу и стл смотреть. Он не мог сдержть нетерпеливого движения досды.

Перед ним стоял густой лес из огромных вековых деревьев и обрзовывл непроницемую звесу.

Предосторожности были хорошо приняты, точно кто-то собирлся выигрть при.

Между тем, совершенно невольно грф остлся стоять, прислонившись к окну, погруженный в слдкие грезы и вдыхя полными легкими душистый ветер, игрвший в вершинх высоких деревьев.

Смутный взор его бесцельно блуждл вокруг; он любовлся линми, обвиввшимися вокруг гигнтских деревьев, он с интересом следил з грциозными прыжкми серых векш, перепрыгиввших с ветки н ветку; он с восторгом прислушивлся к пению целых тысяч птиц рзличных пород, перепрхиввших с дерев н дерево. Время проходило, он все еще продолжл стоять н том же смом месте, удерживемый неодолимым очровнием, и думя… о чем? Он и см не мог бы этого скзть Вдруг лес срзу смолк; все звуки прекртились одновременно; глубокя тишин нступил, точно по волшебству, вслед з гвлтом, который з несколько минут пред тем оглушл грф. Грф отступил в испуге. Может быть, он ошиблся и грезил няву? Ему покзлось, что кк рз перед ним густые ветви одного дерев кк будто стли тихонько рздвигться, позволяя скорее угдывть, чем видеть в промежутке между ними голову человек.

Человек этот, которого грф не мог узнть блгодря слишком длекому рсстоянию, хотя весь корпус его был зметен, сделл ему рукой знк, которого он снчл не понял; но человек этот повторил его двжды и тк ясно, что грф инстинктивно отступил н дв шг нзд. В ту же минуту к ногм его упл кмень; потом тинственный корреспондент приложил плец к губм, кк бы желя этим посоветовть грфу молчть, и ветви вновь соединились-видение исчезло.

Кпитн мшинльно опустил глз вниз; у своих ног он увидел кмень и поднял его.

К этому кмню тоненькою веревочкой был привязн большой свернутый лист.

Грф с бьющимся сердцем бросил вокруг себя подозрительный взгляд, боясь, кк бы его не зхвтили врсплох; зтем он прислонился плечом к двери, через которую вышел слуг, и, дрож от волнения, рзорвл нитку и рзвернул лист, который, кк окзлось, зменял собою бумгу для письм; н нем зостренной щепкой были глубоко врезны буквы, которые легко было рзобрть.

Грф быстро прочел следующее:

«Вот уже семь дней, кк я сижу, спрятвшись между деревьев, перед вшим окном и все время с нетерпением жду момент, когд вы появитесь. Нконец, вот и вы; слв Богу! Верные друзья изыскивют способы спсти вс. Берегитесь людей, во влсти которых вы нходитесь; не делйте никких вопросов, откзывйтесь от свидний. Попросите себе позволения погулять н воздухе, это вм, нверное, охотно рзрешт: что бы вы ни увидели, что бы вы ни услышли, кто бы ни были те, которых вы встретите во время прогулки, не удивляйтесь ничему и никого не узнвйте. Когд вы услышите крик mawkawis'a, будьте готовы бежть, откройте окно спсение близко!

Друг.

P.S. Уничтожьте этот лист. Ндейтесь!»

— А! — Вскричл грф с рдостью, — знчит, я не одинок друзья не покинули меня1 Рздвив лист кблуком спог, он схвтил свисток и поднес его к губм.

Почти в ту же минуту отворилсь дверь, и тот же слуг, который приходил утром, вошел в комнту; он почтительно поклонился и молч ждл, пок грф соблговолит с ним зговорить

Глв XVIII. ЛИЦОМ К ЛИЦУ

Помолчв с минуту, грф зговорил, стрясь при этом кзться совершенно спокойным и рвнодушным.

— Дв слов, мой друг.

— Что прикжете, господин грф?

— Ндеюсь, я не пленник в этой комнте?

— Господину грфу стоит только вырзить желние.

— А если я пожелю выйти из дому. Имею я н это прво?

— Господин грф — полный хозяин в этом доме: он может уходить и гулять, где ему зблгорссудится.

— А если бы у меня явилсь фнтзия пойти прогуляться, нпример, сейчс, — улыбясь, спросил молодой человек, — могу я сделть это?

— Никто не стнет этому противиться. Но, при всем моем увжении к господину грфу, я не могу не обртить его внимния н то, что он еще слишком слб для того, чтобы выходить сейчс н прогулку и, может быть, было бы горздо лучше отложить это до звтр.

— Блгодрю вс з учстие, мой друг. Кстти, кк вс зовут?

— Андрэ, господин грф.

— Отлично! Итк, милый мой Андрэ, я с удовольствием могу ответить вм, что чувствую себя горздо лучше, чем вы думете; кроме того, признюсь вм, я испытывю сильное желние погулять н воздухе. Поэтому потрудитесь, во избежние несчстия, в том случе, если я окжусь слбее, чем думю, — потрудитесь, прошу вс, сопровождть меня; тким обрзом вы будете нблюдть з мной и, в случе нужды, окжете мне помощь. Соглсны?

— Я весь к услугм господин грф.

— Ну, тк пойдем сейчс же! Я просто здыхюсь в этих стенх, мне нужен воздух и простор.

Слуг отворил дверь и поклонился, пропускя грф.

— Ступйте вперед, — скзл последний, — инче я не сумею нйти дороги, потому что не зню внутреннего рсположения этих комнт.

Андрэ молч повиновлся Отворення им дверь вел в комнту, похожую н приемную, меблировнную довольно прилично, но без роскоши.

К этой комнте примыкл очень мленькя передняя, в свою очередь, выходившя в коридор, оттуд н узкий двор, окруженный очень густой живой изгородью, высотой около шести футов Решетчтя дверь, небрежно зпертя деревянной щеколдой, служил выходом нружу.

Все это было устроено очень просто и ни в чем не походило н тюрьму.

Во дворе грф обернулся и тщтельно осмотрел дом.

Это было довольно большое здние, построенное из целых бревен, скрепленных железными скобми, промежутки между пзми были зткнуты мхом пополм с землей; внутри стены эти, чрезвычйно толстые и крепкие, были прекрсно оштуктурены. Этот способ постройки нисколько не удивил молодого человек; он уже знл его. Тк же точно все торговые генты строят свои блокгузы или, кк они нзывют их, конторы н зимних стнциях н индейской территории.

Эт обширня хижин или дом, смотря по тому, кк читтель пожелет ее нзвть, имел вид продолговтого четырехугольник с шестью окнми по фсду и двумя с кждой стороны: бесконечное число мбрзур, змскировнных кое-кк и рсположенных без видимого порядк, укзывло н то, ккое было первончльно нзнчение этого домик. Он был одноэтжный, крыш, выстроення по нормндской моде, выдвлсь вперед.

Словом, несмотря н привлектельную нружность этого домик, зствлявшую принимть его з хижину богтого поселянин, кпитну достточно было одного взгляд, чтобы убедиться в том, что это был крепость, довольно солидно устроення и способня с успехом выдержть нпдение, если б мысль об этом пришл в голову индейцм.

Покончив с осмотром, н который потребовлось не более пяти минут, грф перешел через двор и вышел нружу.

Тут он узнл, что нходится в довольно большой индейской деревне — зимовнике.

Он нчл свою прогулку с видимым рвнодушием, скрытно посмтривя во все стороны и не пропускя ничего, что зслуживло хоть млейшего внимния с его стороны.

Индейцы, особенно же северомерикнцы, имеют вообще по две деревни н племя: летнюю и зимнюю.

Летняя деревня, местоположение которой изменяется почти ежегодно, не более кк лгерня стоянк, которую строят нспех, смотря по потребностям охоты, тк кк индейцы не земледельцы; хижины строятся в тких деревнях из кольев, вбитых в землю и прикрытых сшитыми кожми, низ которых придерживется посредством влик из земли и нтскнных кмней. Достточно нескольких чсов для того, чтобы устроить одну из тких стоянок; еще меньше времени требуется н то, чтобы ей исчезнуть.

Что же ксется зимних деревень, то положение их, з исключением окончтельной эмигрции племени, постоянно одно и то же. Обычно они помещются в центре лес, н берегу реки; до них добирются только с большим трудом, потому что индейцы тщтельно скрывют свои убежищ. Они окружены плисдом высотой около десяти футов. Снружи, в миле или около того от деревни, нходятся подмостки, н которых клдут покойников, — крснокожие редко хоронят их.

Хижины продолговтой или круглой формы, смотря по вкусу влдельцев, рзделяются н несколько отделений посредством плетеных стен или перегородок из кож, нтянутых н веревки. Возле кждой хижины спрв строится нечто вроде сря, служщего для сохрнения съестных припсов.

Эти хижины, довольно првильно поствленные в ряд, обрзуют узкие и грязные улицы, которые сходятся рдиусми к большой площди, рсположенной в смом центре деревни. Н площди, достточно обширной для того, чтобы н ней могло собирться все мужское нселение племени, возвышется огромня тк нзывемя хижин совет.

Перед входом в хижину совет в землю вбит тотем — длинный шест, укршенный перьями, н верхушке которого рзвевется полудубленя кож, н которой грубо нмлевно крсной крской ккое-нибудь животное: медведь, волк или ящериц, эмблем племени, всеми увжемя, — нечто вроде священного знмени; во время сржения это знмя несет один из смых знменитых вождей; нлево, н двух кольях, вбитых в землю и окнчивющихся в виде вил, помещется великя священня трубк, которя никогд не должн быть осквернен прикосновением к земле.

Кк рз между этими двумя эмблемми и немного впереди их видн кк бы бочк с выбитым дном, нполовину зрытя в стоячем положении и вся поросшя ползучими рстениями, з которыми тщтельно ухживют.

Бочк эт нзывется ковчегом первого человек и чрезвычйно почитется индейцми; обыкновенно, около нее кзнят осужденных н смерть, следовтельно, тут же нходится и столб для пыток.

Тм и сям н улицх стоят деревья, нрочно оствленные с ветвями, обвешнными кускми мтерий, ожерельями, волосми и всевозможными кожми; эти деревья служт жертвенникми, н которые мужчины и женщины нвешивют в честь.

Господин жизни те дры, которые они пообещли ему в тяжелую минуту жизни или спсясь от опсности.

Грфу де Виллье со времени его прибытия в Америку впервые приходилось тк близко изучть индейскую жизнь и посещть один из нстоящих центров тех туземных племен, которые ему всегд изобржли в виде дикрей, почти идиотов.

Вот почему, несмотря н довольно печльные мысли, знимвшие его ум, он незметно для смого себя поддлся вполне естественному любопытству и с интересом нблюдл незнкомые ему до сих пор кртины.

Улицы были буквльно зпружены нродом: мимо него и нвстречу ему проходили то воины с высоко поднятой головой и гордою оснкой, которые мимоходом бросли н него свирепые взгляды, то пожилые уже вожди, до подбородк зкутнные в свои плщи из шкуры бизон и шепотом обменивющиеся змечниями по дресу фрнцузского кпитн.

Длее женщины и дети шмыгли взд и вперед с испугнным видом, провожя сни со съестными припсми или топливом, зпряженные крсными худыми плешивыми собкми, с прямыми ушми и острым рыльцем, очень похожими н волков и шклов. Другие женщины проходили, неся н плечх кмышовые корзины, тк искусно сплетенные, что ни одн кпля нходящейся в них воды не проливлсь нземь. Зтем дети лет пяти-шести, совершенно голые, ктлись в пыли и иногд прерывли свои игры для того, чтобы сбегть посость грудь у своих мтерей, сидевших н пороге хижин и переговриввшихся со своими товркми н противоположной стороне улицы.

Индейские дети питются молоком мтери иногд дже до восьми-девятилетнего возрст, и поэтому они все и бывют ткими сильными, крепкими, хорошо сложенными и тк редко подвергются тем детским болезням, которые в нших цивилизовнных стрнх тк жестоко косят эти хрупкие создния.

После прогулки, продолжвшейся не менее двух чсов, кпитн утомленный, но сильно зинтересовнный всем виденным, нпрвился, опирясь н руку Андрэ, по дороге к дому, в котором жил.

Он подходил уже к нему, когд вдруг вздрогнул при виде мужчины и женщины шедших к нему нвстречу.

Миновв их, он мшинльно обернулся и взглянул н них. Женщин сделл то же смое; он бросил н него вырзи тельный взгляд, положив свой минитюрный плец н розовые губки, и продолжл свой путь.

Женщин эт был Анжел; человек, сопровождвший ее, был ее отец, прозвнный Изгннником.

По ккому случю об эти лиц нходились в этой деревушке? Ккя причин привел их сюд? Может быть, они пришли сюд рди него? Можно ли это допустить! Но рзве в письме, оствленном молодой девушкой в дупле дерев, не сообщлось, что он отпрвляется в продолжительное путешествие? По всей вероятности, эт встреч произошл сегодня совершенно случйно.

Рзмышляя тким обрзом, кпитн возвртился в дом, до брлся до своей комнты и упл н один из стульев, рзбитый устлостью.

Тк прошло несколько минут, он глубоко здумлся. Кто-то отворил дверь в комнту; грф предполгл, что это Андрэ и не только не повернулся, но дже не поднял головы.

Вдруг н его плечо тихо легл чья-то рук, и голос, мелодичный тембр которого был тк хорошо ему знком, спросил его:

— О чем вы тк здумлись, господин грф, что ничего не видите и ничего не слышите?

Молодой человек вздрогнул, точно от электрической искры, и быстро поднял голову.

Дже еще не видя ее, грф по одному голосу узнл грфиню де Млевль.

Это и в смом деле был он, более, чем когд либо, прекрсня, дрзнящя и улыбющяся.

Молодой человек почувствовл дрожь под огнем взгляд грфини; он побледнел, покчнулся и был вынужден схвтиться з что-нибудь рукой, чтобы не упсть.

— Что это-рдость, боязнь или ненвисть причиняют вм это волнение при виде меня, дорогой грф? — продолжл грфиня с легким оттенком иронии.

— Судрыня, — отвечл он, деля нд собой стршное усилие, — простите меня; хотя я и должен был знть, что увижу вс здесь, тем не менее, признюсь вм, я не мог преодолеть чувств невольного испуг, увидев вс тк неожиднно перед собой.

— Кк прикжете считть это: оскорблением или комплиментом? — продолжл он, беря стул и сдясь перед грфом, который мшинльно последовл ее примеру.

Нступило довольно продолжительное молчние. Нконец, грфиня решил зговорить первя.

— Вы догдывлись, что я до некоторой степени учствовл в вшем похищении? Стрнно это, не првд ли? — продолжл он, — крсивый королевский офицер похищен женщиной, которую он покинул. Признйтесь, это приключение могло бы произвести эффект дже и при версльском дворе. Но мы здесь среди пустыни, и о нем, к несчстью, вероятно, дже никто и не узнет. Это очень печльно, не првд ли?

— Грфиня!

— Что делть, грф, — перебил он, — я — стрнное существо! Я скроен по особой мерке, я люблю тех, кто от меня бегет! Если бы вы остлись в Квебеке, мы, по всей вероятности, очень скоро порвли бы ншу связь и, конечно, по обоюдному соглшению. Вместо того, вы почему-то сочли нужным покинуть меня, я последовл з вми и поймл вс.

— Ккую же цель преследовли вы, грфиня, поступя тким обрзом? Я никк не могу уяснить себе этого.

— А см я рзве зню, рзве я был бы женщиной, если б рзмышлял? Стрсть не рссуждет, он действует! Я хотел вс нйти, отомстить вм з вше вероломное бегство, з то, что вы меня покинули. Я хотел этого добиться во что бы то ни стло.

— А теперь?

— Теперь я изменил свое нмерение. Я вс увидел…

— А! В смом деле?

— Д! Это вс удивляет?

— Нисколько, грфиня, я только спршивю вс, почему, рз вы желли отомстить мне з то, что вм угодно нзвть вероломным бегством, — почему теперь, когд вм удлось схвтить меня и сделть своим пленником, почему не пользуетесь вы этим случем, чтобы удовлетворить жжду мести?

— Я изменил свое нмерение, дорогой грф, у меня теперь другие проекты.

— А могу я узнть, грфиня, эти проекты?

— Я нрочно зтем и пришл, чтобы сообщить вм их.

— Я вс слушю.

Все это было скзно смым приветливым обрзом, с улыбкой н устх; невидимому свидетелю этого необычйного рзговор, конечно, не могло бы и в голову прийти, ккя жгучя ненвисть кипел в глубине обоих этих сердец и сколько угроз зключли в себе эти чрующие улыбки, которые тк щедро рсточли об собеседник.

Грф де Виллье, совершенно овлдевший собой, вернул себе все свое хлднокровие, следовтельно, и все преимуществ; он готовился хрбро выдержть борьбу, которую он предчувствовл. Спокойный, улыбющийся, он ждл, чтобы грфиня зговорил первя.

Последняя зговорил почти сейчс же, куся себе губы.

— Вы тоже, дорогой грф, держли меня в своей влсти, почему вы не отомстили?

— Отомстить вм? З что, грфиня? З то, что я вс любил и был нстолько счстлив, что был любим и вми? Вы, вероятно, смеетесь ндо мной, — любезно отвечл он.

— Не игрйте, пожлуйст, словми, грф. Время пстушеских идиллий для нс миновло. Отвечйте откровенно, кк следует дворянину.

— Если вы этого требуете, грфиня, извольте, я вм отвечу:

порядочный человек, имеет он причины или нет сердиться н женщину, никогд ей не мстит.

— Он ее презирет и выгоняет, не првд ли? — жестко перебил он.

— Нет, грфиня, он искренне ее жлеет и увжет в ней особу, которую он прежде любил.

Грфиня бросил н него из-под своих длинных ресниц стрнный взгляд.

— Пусть тк, — скзл он через минуту, — это объяснение может быть, до некоторой степени и верно.

— Оно является выржением моих мыслей, грфиня, и если предствится случй, я поступлю опять точно тк же.

— Очень возможно! Но вернемся к тому, что я хотел вм скзть: вы мой пленник.

— Я это зню, грфиня.

— От вс звисит получить свободу.

— Я жду, чтобы вы соблговолили объяснить мне, н кких условиях это может состояться?

— Вы знете, где вы нходитесь?

— У вс, я полгю.

— Без двусмысленностей: я говорю о стрне, не о доме.

— Судя по тому, что мне удлось увидеть во время прогулки, я нхожусь в ккой-то индейской деревушке.

— Д, вы нходитесь н бритнской территории, не больше кк в десяти милях от форт Necessite, в деревне, приндлежщей племени, вполне преднному нгличнм, которое к тому же питет к фрнцузм беспощдную ненвисть.

— К чему вы все это говорите мне, грфиня? Эти подробности, без сомнения, очень вжные, нисколько меня не интересуют. Мне было бы горздо приятнее, если бы вы ответили мне откровенно, кк вы хотели это сделть несколько минут тому нзд, и что я, со своей стороны, уже исполнил по вшей просьбе. В жилх у нс течет блгородня кровь нших предков, одно это уже не дозволяет лгть ни вм, ни мне.

— Хорошо, я буду с вми откровенн, грф. Блгодря любезности губернтор Виргинии и в чем, нверное, откзли бы фрнцузские влсти, мне удлось зхвтить вс. Ну! И вот теперь, когд я имею полную возможность отомстить вм, когд никкя сил уже не в состоянии помешть этому, я готов откзться от мести, если… это будет звисеть исключительно от вс. Скжите одно только слово, и в ту же минуту нвеки потухнет вся моя ненвисть к вм.

— Я был бы чрезвычйно счстлив, поверьте мне, грфиня, если бы я мог добиться подобного результт, это смое зветное мое желние. К несчстью, я и см не зню почему, но мне кжется, что то слово, которое вы от меня требуете, что то сочетние звуков, которое, по-видимому тк просто было бы произнести, уст мои будут не в состоянии выговорить.

— Снчл выслушйте, грф, потом уже решйте, кк вм следует поступить-принять мое предложение или нет.

— Это верно, — отвечл грф с поклоном.

— Вы — дворянин, господин де Виллье, — продолжл грфиня, — дже происходите из очень древнего дворянского род, но вы бедны и не имеете совсем покровителей в Версле, где в нстоящее время все делется по протекции. Весьм возможно, что вы тк и остнетесь кпитном и никогд не получите повышения, несмотря н все вши достоинств, н всю вшу хрбрость.

— В этом нет ничего невозможного, грфиня, — холодно отвечл грф, — и я дже смиренно признюсь вм, что двно уже примирился с этим.

— Ну, я, если только вы зхотите произнести одно слово «соглсен», сейчс же вручу вм птент н чин полковник и трист тысяч ливров н рсходы по формировнию вшего полк.

— Вот стрнный способ мести, соглситесь сми, грфиня, — отвечл грф, иронично улыбясь.

— А почему бы мне не быть ткой же великодушной, кк и вы?

— Извините меня, грфиня, но то, что вы мне говорите, кжется мне тким необычйным, что, если я не увижу н этом птенте подписи его величеств христиннейшего короля Людовик XV, которого д хрнит Господь! То, несмотря н глубокое увжение, которое я питю к вм, я этому не поверю.

— Рзве я говорил, что этот птент будет подписн непременно королем Людовиком XV? — отвечл грфиня, устремив н своего собеседник стрнный взгляд.

— Но кем же еще он может быть подписн, грфиня? Я не зню никого, кроме короля, кто имел бы прво производить в чины офицеров.

— А рзве король Людовик XV единственный монрх, имеющий это прво?

— Я зню только его, грфиня.

— А я, господин грф, зню ткого же великого госудря, кк и тот, о котором вы говорите, это-король Георг II.

— Английский король! — вскричл грф, всккивя со стул тк быстро, что грфиня невольно откинулсь нзд. — А, теперь я все понимю, грфиня… Тк вот ккой способ мести вы придумли для меня! Вы поствили мою честь н крту! Вм хочется обесчестить меня, опозорить! И вы осмелились сделть мне ткое предложение, мне Луи Кулону де Виллье, брту несчстного де Жюмонвилля, убитого комндиром нглийского отряд! О! Грфиня! Кким же подлецом и негодяем вы меня считете!

— Грф! Берегитесь! Мне стоит только скзть слово, сделть одно движение, и вы тотчс же будете выдны индейцм.

— Я предпочитю лучше быть выднным индейцм, грфиня, чем слушть вс дльше. Пусть меня подвергнут пыткм, я перенесу их, кк дворянин и кк человек мужественный. Но из ккой же подлой глины вы слеплены, грфиня, если подобня гнусня мысль могл зродиться в вшем сердце?

— Грф!

— А! Ни слов больше! Лучше тысяч смертей, чем видеть вс! И я еще любил эту женщину! — добвил он, уничтожя ее взглядом, полным презрения.

— Это, однко, уж слишком! — вскричл грфиня, пыля яростью. — Эй, сюд!

В комнту вошел Андрэ.

— Позовите их! — прикзл грфиня.

Андрэ сделл знк. Целый десяток индейских вождей тотчс же появился в комнте и устремил глз н грфиню.

Последняя, снедемя яростью и нходившяся почти в состоянии невменяемости, ходил большими шгми по комнте, кк рзъярення львиц в клетке. Грф де Виллье, скрестив руки н груди, смотрел н нее с выржением грусти и жлости. Вдруг он кинулсь к нему и, грубо толкнув его в сторону индейцев, хриплым голосом крикнул:

— Возьмите его! Он вш, я вм его отдю!

И он упл н стул, едв переводя дух, почти здыхясь от ярости.

— Прощйте, грфиня, — скзл грф, — я жлею вс, вы должны сильно стрдть. Вы дже недостойны презрения порядочного человек… вс можно только жлеть!

Вслед зтем он рукой сделл знк крснокожим, что готов з ними следовть.

— Негодяй! — прошептл грфиня де Млевль в отчянии, — иди с ними! Но помни, что ты идешь н верную погибель! Еще немного, и нши счеты будут кончены!

Грф де Виллье вышел в сопровождении индейцев.

Грфиня остлсь одн.

Глв XIX. НАПАДЕНИЕ

В тот же день, в ту же минуту, когд сдилось солнце, в двух милях от деревни, в кменистом оврге, служившем ложем высохшему потоку, вокруг огня сидели пять человек, которых никому бы не могло прийти в голову увидеть вместе и в это время; они весело болтли, с ппетитом уничтожя зднюю ногу жреной косули.

В числе этих пяти человек нходился Жн-Поль, отец Анжелы, и его нерзлучный спутник Змея. Рядом с ними сидели нши стрые знкомые Золотя Ветвь и Смельчк, пятый был не кто иной, кк см сеньор дон Плмэд де Бивр и Крпио, бывший флибустьер, которого грфиня де Млевль принял к себе н службу з несколько дней до отъезд из своего згородного дом.

Все пятеро собеседников были, по-видимому, в прекрсном рсположении дух и с смым трогтельным рдушием относились один к другому. Они, кк мы уже говорили, с ппетитом голодных волков уничтожли жреную зднюю ногу косули, которую зпивли фрнцузской водкой из большой кожной бутылки с широким горлышком, то и дело переходившей от одного к другому.

— Итк, — скзл Золотя Ветвь с нбитым ртом, — знчит, сегодня ночью.

— Д, сегодня ночью, — отвечл Жн-Поль, — потому что кзнь нзнчен звтр рно утром.

— Бедный мой кпитн! Неужели вы думете, что у них достнет смелости мучить его точно тк же, кк это они проделывют со всеми своими пленникми?

— А что же, стнут они церемониться, что ли? — возрзил Смельчк, пожимя плечми. — Нечего скзть, нежные ребят! Нпротив, они еще будут рдовться, что им предствляется случй изрезть н куски фрнцузского офицер.

— Я думл, что они довольствуются тем, что убивют миссионеров.

— Б! Им эти несчстные уже приелись; они столько уже их пережрили, что теперь это не доствляет им больше уже никкого удовольствия.

— О! — зметил Змея, — з эти несколько лет в их рукх побывло немло и офицеров и солдт.

— И солдт тоже! — вскричл Золотя Ветвь, — черт возьми! Это уже совсем не смешно! Эти бездельники ничего не увжют!

— Ты боишься, кк бы они тебя не съели? — спросил, улыбясь, Смельчк. — Успокойся, стрин; ты н мясо никк не годишься, они обломли бы себе зубы об тебя.

Эт острот вызывл шумные одобрения со стороны слуштелей — в пустыне люди невзысктельны.

— Лдно! Хорошо тебе говорить тк! — возрзил Золотя Ветвь. — Быть убитым

— это ровно ничего не знчит; солдт н то и создн, это его учсть, он должен всегд иметь в виду, что тк непременно случится рно или поздно… Но быть убитым во время стычки или змученным — это большя рзниц!

— Ты прв, стрин, тм умирешь, тк скзть, со слвой, здесь… брр!.. А здесь тебя изжрят, точно поросенк. Что ксется меня, то я выбрл бы, вместо этого, что-нибудь другое, будь это дже ккие-нибудь пустяки вроде прибвки к жловнью по десяти су в день.

— Спсибо, у тебя губ не дур!

— Знчит, я могу рссчитывть н вшу помощь, дон Плмэд? — спросил в эту минуту Изгннник.

Флибустьер до сих пор не принимл никкого учстия в рзговоре: он довольствовлся тем, что ел, кк людоед, и пил, кк губк. Услышв вопрос Изгннник, он поднял голову, сделл гримсу, имевшую претензию походить н улыбку, и отвечл тким тоном, который ясно докзывл, что достойный идльго нходился в очень дурном рсположении дух, несмотря н все его желние скрыть это.

— Рзве я не дл вм слов?

— Это првд; но вм, по-видимому, длеко не нрвится предложенный мною проект. Мне, признюсь вм, очень хотелось бы узнть, почему он вм не нрвится?

— Я этого не говорил; нпротив, я считю, что все дело прекрсно здумно, легко выполнимо и, несомненно, должно будет удстся.

— Тк в чем же дело и что именно вс тк огорчет и делет тким угрюмым?

Идльго приоснился и вообще, видимо, желл нпустить н себя вжность.

— Я дворянин, — отвечл он серьезным тоном, — и что бы вы ни говорили, но честь моя возмущется при мысли, что я должен буду обмнуть доверие лиц, относившихся ко мне всегд и во всех случях превосходно…

— Т, т, т, — перебил его Изгннник, смеясь, — вот кким языком зговорили вы с нми, приятель! Вы, должно быть, считете нс з круглых дурков?

— Сохрни меня Бог! Я слишком хорошо зню и помню, чем я вм обязн, Жн-Поль; вы окзли мне слишком много услуг, чтобы я осмелился когд-нибудь откзться исполнить то, что вы от меня требуете.

— Д, мы двно уже знкомы друг с другом; вот поэтому я и хотел бы рз и нвсегд узнть поглубже вши мысли.

— Для вс это будет нетрудно, Жн-Поль, — у меня что н уме, то и н языке. Вы можете говорить мне все, что пожелете, но я тем не менее в нстоящую минуту считю себя изменником.

— Нет еще, — смеясь, скзл Змея, — но скоро им будете!

— Одно уже мое присутствие здесь дет мне прво скзть это. А! Совесть моя не дет мне покоя, — проговорил он со вздохом, похожим н рыкние.

— Бедный непорочный гнец, — прошептл Золотя Ветвь.

— Збудьте про вшу совесть, и он, со своей стороны, поверьте мне, не стнет мешть вм, стрый приятель, — скзл Жн-Поль, иронично улыбясь.

— Вот именно, — перебил Смельчк, — не ндо говорить об отсутствующих, это приносит несчстье!

Дон Плмэд де Бивр и Крпио бросил гневный взор н шутник и снов принялся з еду.

— Вы знете, в кком месте вм причиняет боль вше седло, товрищ? Я вм сейчс скжу, — проговорил Змея. — Вм тяжело не то, что вы изменяете грфине, которя вс мучит.

— А что же тогд? — спросил идльго несколько высокомерным тоном.

— Черт возьми! Д то, что вы изменяете ей, не извлекя при этом никкой пользы для себя!..

— В этом есть известня доля истины, — одобрил Смельчк.

— Б! — продолжл Изгннник, — неужели тут и в смом деле все сводится к тому, сколько Серебреников зплтят з это?

— Он предпочел бы золото, — смеясь скзл Золотя Ветвь, — оно не тк мрко и его легче унести.

— О! О! Отчего же вы не скзли этого срзу? Неужели вы думете, что я имел нмерение зствлять вс рботть бесплтно?

— Я этого не говорил, — возрзил флибустьер, черты которого рзглдились.

— Всякий труд должен быть непременно оплчен. Я предполгл по окончнии дел вручить вм тысячу фрнков кк вещественный знк моей блгодрности; если вы хотите, я могу отдть их вм хоть сейчс!

— Не думйте, пожлуйст, что я соглшюсь только из-з денег.

— Еще бы, нпротив! Я слишком хорошо зню вше бескорыстие и поэтому не могу иметь никких сомнений н этот счет.

— Вы отдете мне должную спрведливость.

— Вот вм, мой друг, — продолжл Изгннник, брося идльго кошелек с деньгми, который флибустьер поймл н лету и тотчс же спрятл в широкий крмн своих пнтлон, — возьмите пок это, после дел, ну! если я буду вми доволен, я дм вм еще столько же… что же, теперь вы довольны?

— Я положительно в восторге! Ах, Жн-Поль, я не зню никого, кто мог бы с вми срвниться; вы щедры, кк вельмож! Вот теперь большя чсть моего беспокойств и исчезл! Д, повторяю вм, вы щедры, кк вельмож!

— Или кк бндит!.. Говорите откровенно, не стесняйтесь, пожлуйст, — продолжл Изгннник, смеясь, — в общем это почти одно и тоже. — А зтем, принимя опять свой серьезный вид, резким голосом прибвил: — Но только помните, чтобы больше уже не было никких отговорок, не тк ли? Дело кончено! Я зплтил вм не торгуясь; вы приндлежите мне телом и душой. Больше я не желю слышть никких откзов! Вы будете действовть со мной откровенно и честно, инче… вы знете, ккой у меня дурной хрктер.

— Это решено!

— Хорошо. А теперь, тк кк мы уже все поужинли, не мешет окончтельно обсудить нши будущие действия… Мы это можем отлично сделть в то время, пок будем курить, — одно не мешет другому. Выслушйте же меня, господ!

Слуштели проглотили последний глоток водки, зкурили трубки и пересели поближе к Изгнннику, чтобы лучше слышть, что он стнет говорить.

— Золотя Ветвь и вы, Смельчк, вы последуете з сеньором доном Плмэдом,

— нчл Жн-Поль, — кк это было уже решено: он проведет вс в дом, где вы будете держться кк можно тише до тех пор, пок не услышите первого выстрел. В доме только один мужчин, остльные помещются в хижине в конце деревни, поэтому вм не придется преодолевть слишком больших зтруднений. В особенности же избегйте, нсколько возможно, пролития крови: не нпдйте и довольствуйтесь только зщитой, поняли?

— Вполне, — отвечл Золотя Ветвь, — ну, кпитн… Кто же освободит его?

— Не беспокойтесь об этом, другие взяли н себя зботу спсти его!

— Вы можете мне поклясться в этом?

— Клянусь вм в том моей честью! — отвечл Изгннник тким тоном, который зствил солдт поверить ему, — и поверьте мне, мой милый друг, хотя меня и нзывют Изгннником, н чести моей нет ни одного пятн, и никто не может скзть, чтобы я хоть рз не сдержл своего слов.

— Хорошо! Теперь я спокоен, ну, вы сми? Что вы будете делть?

— Я буду тоже действовть, хотя несколько инче, моя рбот будет потруднее вшей. Ну, теперь, рз все решено, пор отпрвляться, — добвил Изгннник, взглянув н небо. — Лун взойдет через дв чс; ндо, чтобы все было кончено, по крйней мере, рньше, чем он покжется и осветит горизонт. Идем!

— Идем! — повторили четверо мужчин, вствя все рзом.

Зтем они покинули оврг и нпрвились к деревне. Ночь был темн; они шли в одну линию и следовли з Изгннником, который шел во глве мленького отряд, стрясь все время держться тким обрзом, чтобы н них пдл тень от деревьев.

Впрочем, ндо скзть првду, риск, в сущности, был очень невелик: индейцы рно ложтся спть, живя в своих деревнях; в восемь чсов вечер н улицх уже нет никого, кждый сидит у себя. Кроме того времени, когд одно племя воюет с другим, никогд не ствятся чсовые и собки, бродящие по деревне в большом количестве, являются единственными стржми. Но тк кк вообще собки имеют привычку лять чуть ли не всю ночь нпролет без всякой видимой причины и единственно рди удовольствия производить шум, индейцы, хорошо знющие обычй своих четвероногих стржей, позволяют им выть сколько угодно и спят от этого еще крепче.

Итк, пятеро смельчков могли ндеяться, что если не случится ничего особенного, ничего непредвиденного, им удстся достигнуть деревни, не будучи змеченными.

Все произошло именно тк, кк они ндеялись, хотя рди излишней предосторожности Изгннник и зствил своих спутников сделть длинный обход, и они, скрывясь все время под зщитой деревьев, добрлись кк рз до плисд, окружвшего деревню.

Жн-Поль шепотом отдл флибустьеру последние прикзния, зтем, скзв ему: — «Счстливого успех!» — быстро удлился в сопровождении Змеи.

Трое мужчин, оствшись одни, с минуту простояли неподвижно отчсти зтем, чтобы немного отдохнуть — они шли очень быстро, — отчсти зтем, чтобы убедиться, что в деревне все спокойно; зтем, по знку флибустьер, они уверенно тронулись вперед.

Вскоре они достигли окопов.

Золотя Ветвь и Смельчк глядя н плисд, рздумывли про себя, кким обрзом ухитрятся они взобрться н эту огрду высотой в десять футов, не имевшую ни млейшего выступ, з который можно было бы ухвтиться; но через минуту они совершенно успокоились. Флибустьер, потрогв рукой одно з другим несколько бревен, нконец, кзлось, ншел то, что искл, и, схвтив одно из них обеими рукми, сильно потряс его, зтем стл тянуть к себе. К удивлению солдт, бревно подлось очень легко и вскоре открылсь довольно широкя брешь, в которую свободно мог пройти человек.

Сеньор дон Плмэд из предосторожности подпилил в предыдущую ночь этот кол н уровне земли, предвидя, по всей вероятности, то, что и произошло н глзх солдт в эту минуту; вытщив бревно, он поднял его, положил к себе н плечо и перенес н несколько шгов, где положил бесшумно н землю; зтем он присоединился к солдтм, стоявшим неподвижно в ожиднии его возврщения.

— Теперь пойдемте, — скзл им идльго шепотом, — дверь открыт.

Еще минут, и все трое были уже в деревне.

— Идите з мной, — повторил идльго, — но только идите осторожно и хорошенько смотрите себе под ноги. Не шумите и вообще стрйтесь оствлять кк можно меньше следов. Солдты молч последовли з ним. Глубочйшя тишин црил вокруг них; все нселение было погружено в сон; дже собки и те, по стрнной случйности, прекртили свой бесполезный лй и тоже, по-видимому, спли.

Трое бледнолицых продвиглись вперед с крйней осторожностью, сдерживя дыхние, держ ружья со взведенными куркми, пронизывя мрк, внимтельно прислушивясь из боязни быть зхвченными врсплох, остнвливясь при млейшем шуме и продолжя идти вперед только тогд, когд убеждлись, что тревог окзывлсь ложной.

Им потребовлось больше четверти чс для того, чтобы достигнуть дом, к которому они нпрвлялись, хотя дом этот нходился в недлеком рсстоянии от огрды.

Нконец, они добрлись до збор, которым был обнесен двор при доме. И н этот рз флибустьер прибегнул к тому же смому способу, которым он воспользовлся при входе в деревню. Достойный идльго, видимо, терпеть не мог дверей и больше всего любил проходить сквозь стены.

Проделння зрнее брешь, которую дон Плмэд отыскл меньше чем в две минуты, открыл им доступ во двор.

— Отлично! — прошептл Золотя Ветвь. — Теперь остется только войти в дом, но у ншего приятеля, по всей вероятности, есть ключ в крмне.

Солдт угдл: у флибустьер действительно в крмне было несколько ключей, но он не счел нужным пускть их в дело, , подойдя к одной из дверей, просто-нпросто поднял щеколду: дверь отворилсь, они вошли. Они попли в кухню, солдты узнли это не по обстновке комнты — в ней было темно, кк в печке, — по зпху.

Флибустьер, посоветовв им не шевелиться, см отпрвился н рзведку в остльные комнты. Отсутствие его продолжлось недолго и дло следующие результты: все спли, они были полными хозяевми дом.

Дон Плмэд, вполне успокоенный, зжег фкел из свечного дерев, который поствил в кмин зтем, чтобы он не слишком ярко освещл комнту; потом он звесил шкурой бизон окно н тот возможный случй, если кто-нибудь может пройти по улице и остновиться под окном, увидев комнту освещенной.

Приняв все эти предосторожности, идльго стл совещться с солдтми.

Дом имел две двери и, кроме того, по крйней мере, с дюжину окон, через которые, в случе ндобности, нетрудно было бы выскочить н улицу, следовтельно, и убежть, потому что окн были не больше пяти футов от земли.

Поэтому они должны охрнять все эти выходы. Н этот рз, несмотря н всю свою изобреттельность, дон Плмэд очутился в серьезном зтруднении: здч кзлсь ему труднее, чем он предполгл это снчл.

И действительно, кким обрзом три человек могут охрнять одновременно столько входов и выходов?

Золотя Ветвь, достойный сын Приж, никогд ни в чем не сомневлся: ему потребовлось не более пяти минут для того, чтобы придумть средство, которое идльго тщетно пытлся отыскть в своей голове. Он великодушно пришел к нему н помощь.

— В чем дело? В том, чтобы прегрдить выход, не тк ли? — скзл он. — Это просто, кк «здрвствуйте». Вот что следует сделть, прошу вс выслушть меня внимтельно. Один из нс стнет кк рз н середине коридор и будет охрнять об выход, двое других зсядут во дворе; они спрячутся, кк и где будет удобнее, с обеих сторон дом и будут нблюдть з окнми… Тким обрзом, никому нельзя будет шелохнуться, ни человеку ни животному, чтобы его не зметил кто-нибудь из чсовых. Это совсем уж не тк хитро. А теперь, если вы недовольны, пострйтесь придумть что-нибудь лучшее!

Этот способ, предложенный Золотою Ветвью, покзлся восхитительным; его приняли все единодушно. Из предосторожности сеньору Плмэду поручено было нблюдть з тем, что будет происходить внутри дом. Если случйно кто-нибудь встнет, то для него не соствит ни млейшего труд придумть ткое объяснение, которое не покжется никому подозрительным, потому что идльго считлся лицом, пользующимся полным доверием.

Зтем об солдт покинули кухню и, один нпрво, другой нлево, спрятлись возле збор.

Вдруг крсновтый свет осветил горизонт кроввыми оттенкми; зтем рздлось несколько выстрелов, з которыми почти тотчс же последовл чстя перестрелк.

— Мы с тобой потешимся, — вскричл Золотя Ветвь, — тм дерутся и деревня горит, нм будет светло и можно будет стрелять без промх! Смотри в об, Смельчк!

— Не бойся, стрин! — отвечл его товрищ, — не промхнусь.

Между тем, в деревне все ожило, все пришло в движение. Женщины, дети бежли кк безумные, издвя стршные крики; перестрелк слышлсь во всех концх деревни и, судя по всему можно было подумть что первые минуты пники уже прошли. Индейцы, зстигнутые врсплох неожиднным нпдением, ободрились и хрбро сржлись, спся свои жилищ, которые горели, кк фкелы. Огонь, зжженный нпдющими в нескольких местх одновременно, блгодря обилию сен и соломы в мбрх, рспрострнялся с ужсющей быстротой. Деревня превртилсь в жровню; охрняемый солдтми дом, продолжвший оствться все тким же спокойным и безмолвным, теперь окзлся в центре огненного круг.

Но дв человек, верные полученному прикзнию, оствлись неподвижными н своем посту, хотя опсность увеличивлсь с минуты н минуту, и огонь, приближвшийся с ревом со всех сторон одновременно, грозил отрезть им отступление.

Теперь нельзя уже было ни потушить, ни локлизовть пожр. В лесу дже нчли згорться одно з другим деревья, извивясь и пдя с ужсным грохотом; зловещие звуки, глухой треск, стоны гонии доносились из глубины неисследовнных пустынь лес; огромные тени, перепрыгиввшие через плмя, бежли с рыкньем от огня и кидлись в деревню, уничтожя и опрокидывя все, что попдлось им н пути.

Это были кровождные обиттели пустыни изгннные из своих логовищ; обезумевшие от стрх и бешенств, они бежли, сми не зня куд, и еще более усугубляли своим появлением среди несчстного нселения ужс их положения.

— Ко мне! Ко мне! — крикнул внтюрист изнутри дом. Послышлись дв выстрел.

— Беги посмотреть, что тм ткое делется, — крикнул Золотя Ветвь, — я остнусь здесь.

Вот что увидел Смельчк. При колеблющемся свете фкел, выпвшего из рук одного из них и продолжвшего гореть н земле, дв человек боролись с остервенением дьяволов.

Вдруг они поктились н землю, не выпускя один другого и продолжя душить друг друг; солдт бросился было их рзнимть, но ему невозможно было помочь тому, который звл его н помощь. Переплетясь кк две змеи, рыч, кк дв хищных зверя, об врг только тогд перестли колоть один другого, когд смерть положил конец этой ужсной борьбе.

— Черт! Вот дв прня, которые порботли-тки рукми! — прошептл солдт и, подняв фкел, нгнулся нд телми.

Первого, которого он поднял, он не узнл: это был Андрэ, молочный брт мркизы; второй был идльго.

— Бедный млый! — продолжл солдт, — вот и конец его крьере; он, ей-ей, сдержл свое обещние и зрботл деньги! Кстти, кому теперь нужны эти деньги? Черт! — добвил он, доствя кошелек и переклдывя его в свой крмн, — ккой я дурк! Они пригодятся моему товрищу и мне смому! То, что пдет в яму, достется солдтм!

Снружи послышлся выстрел, з которым сейчс же последовл второй.

— Тм звязлсь ссор; пойдем посмотрим, что тм делется! — проговорил солдт, выбегя во двор.

Вот что случилось в это время. Кк только Смельчк проник в дом, нверху с шумом открылось окно, и полуодетя женщин высунулсь нружу.

Золотя Ветвь тотчс же двинулся вперед и посоветовл этой женщине не высовывться и зкрыть окно, прибвив, что если он послушется его, ей не будет сделно никкого зл.

Женщин в ответ н это рсхохотлсь и сделл попытку выпрыгнуть из окн, чтобы бежть.

— Судрыня, — продолжл Золотя Ветвь чрезвычйно вежливо, — вернитесь нзд! Повторяю вм в последний рз или вм будет плохо… мне строго-нстрого прикзно…

— Берегись ты см, негодяй! — крикнул ему в ответ женщин и выстрелил в него из двух пистолетов. Пули просвистели мимо солдт и одн из них рнил его в голову.

— Тк вот ты кк! — вскричл солдт, приходя в бешенство. Он поднял ружье и тоже выстрелил. Женщин издл крик боли и исчезл.

— Лдно! У нее в крыле, должно быть, зстрял свинец, — спокойно проговорил солдт, снов зряжя ружье. — Тем хуже для нее, см виновт! Пробуйте после этого мягко обрщться с женщинми!

В ту же минуту толп вооруженных людей нполнил двор.

Бержэ и брон де Гриньи были во глве их.

— Ну! — спросил кндец, — что нового?

— Ничего особенного! — отвечл солдт. — Птицы в гнезде.

— А эти выстрелы?

— Простя стычк! Тк, от нечего делть! — скзл Смельчк, подходя в эту минуту.

Глв XX. БЕГСТВО

Грфиня де Млевль все предвидел.

Он рссчитывл иметь со своим прежним возлюбленным объяснение, от которого должн был звисеть жизнь или смерть последнего.

Или грф де Виллье пройдет через квдинское ущелье ее злобы и мести, или же он бесповоротно погиб.

Он приглсил глвных вождей племени прийти к ней зтем, чтобы получить из ее собственных рук несчстного молодого человек.

Индейские вожди с удовольствием исполнили ее желние; они глубоко ненвидели фрнцузов, и ндежд овлдеть одним из видных фрнцузских офицеров нполнял их рдостью.

Несмотря н всю свою ненвисть к фрнцузм, индейцы невольно восхищлись кпитном, когд увидели, что он см добровольно отдлся в их руки, и, покидя дом, они скорее соствляли ему почетный конвой, чем вели пленник.

Грф прошел через всю деревню, высоко подняв голову и улыбясь. Мученическя смерть, которя, по всей вероятности, ожидл его в смом недлеком будущем, кзлось, нисколько его не печлил. Он, ноборот испытывл тйную рдость, думя о том, кк должен теперь злиться его врг, видя крушение всех своих плнов и необходимость довольствовться той, пошлой местью, рди которой грфиня принесл в жертву все, дже свою честь.

А что ткое смерть для солдт, привыкшего видеть ее в лицо и сознющего необходимость убивть других или быть смому рно или поздно убитым вргом во время боя?

Индейцы отвели кпитн в большую хижину совет, где, из простой предосторожности, с него сняли споги.

Индейцы хорошо знют привычки европейцев известного клсс; они знют, что им не только трудно, но дже почти невозможно ходить босиком по дорогм их стрны, непроходимым для всякого, кто с детств не привык к тяжелой жизни пустыни.

Молодой человек сел н тбурет, прислонился спиной к шесту, нходившемуся позди него, и предлся своим думм, по-видимому, вовсе не интересуясь тем, что происходило вокруг него.

И в смом деле, в хижине в это время говорили о нем; вожди н совете решли его учсть.

Нродный глштй собрл всех вождей, которые один з другим собрлись в большую хижину совет, где, соответственно своему рнгу, рсположились вокруг огня. По прикзнию стрейшего из вождей подли большую священную трубку, которя обошл всех присутствующих, и совет нчлся.

Дебты продолжлись уже более чс, несколько орторов говорили по очереди, вожди все еще не пришли ни к ккому соглшению. Вдруг снружи послышлся сильный шум, и вошло несколько воинов, которые вели обезоруженного индейц, по-видимому, пленник.

Индеец этот, с которого был снят пояс и которому не оствили ни нож, ни томгвк, своей величественной и гордой оснкой невольно обрщл н себя внимние.

Когд пленник обернулся, кпитн вздрогнул, у него сжлось сердце: он узнл Тонкого Слух, великого вождя волков-гуронов.

Вождь, по-видимому, его не видел; пок воины отдвли отчет членм совет о том, кким обрзом он к ним попл, Тонкий Слух, скрестив руки н груди, высоко подняв голову и выпрямившись во весь рост, осмтривл сборище гордым и презрительным взглядом.

К несчстью, молодой человек не понимл ни слов из того, что говорилось, потому и не мог ничего узнть.

После довольно долгого и бурного спор Тонкий Слух без церемонии повернулся спиной к членм совет и, подойдя медленными шгми к грфу де Виллье, сел возле него.

Тогд поднялся один воин, подошел к нему и тонким кожным ремнем связл ему руки и ноги; но путы эти, несмотря н узлы, были довольно слбы и не могли стеснять его движений, зтем он сделл то же смое и с офицером, который не выкзл никкого сопротивления. Впрочем, ккую пользу могло ему принести сопротивление? Только ухудшило бы его положение.

— Бледнолицый, — скзл зтем воин кпитну н плохом фрнцузском языке, — ты умрешь звтр с восходом солнц; приготовь твою предсмертную песнь, твоя кзнь будет великолепн!

— Блгодрю, воин, — улыбясь, отвечл кпитн, — вы не могли скзть мне ничего лучше этого, скоря смерть — вот все, чего я желю.

— Бледнолицые болтют кк дрозды-пересмешники, — с презрением продолжл воин. — Звтр мы увидим, кк будет себя держть фрнцуз и что он будет говорить. Зтем индеец повернулся к нему спиной и ушел.

Несколько минут спустя индейские схемы встли и вышли из хижины, дверь которой зкрылсь з ними.

Вождь и кпитн остлись одни.

После довольно долгого молчния кпитн, любопытство которого было сильно здето, тихонько произнес имя вождя чтобы обртить н себя его внимние и узнть, если возможно, ккие-нибудь сведения. Тонкий Слух тихонько нгнулся к своему товрищу по зключению и, приложив плец к губм, прошептл голосом, слбым кк дыхние:

— Молчите! У крснокожих глз и уши везде. Ждть… ндеяться!

Он отвернулся в другую сторону, зкрыл глз и сделл вид, что спит.

Рзочроввшийся кпитн решил последовть его примеру.

Тк прошло несколько чсов, в течение которых об пленник не обменялись ни одним словом. Свет постепенно нчл убвляться; нконец, ночь сменил день и мрк окутл хижину совет.

Уже около чс господствовл глубокий мрк, когд вдруг снружи зблистл свет и несколько воинов, держ в рукх зжженные фкелы, вошли в хижину. Двое из них несли кушнья которые они поствили недлеко от пленников.

— Ешьте! — скзл один.

Эти кушнья состояли из жреной говядины, яблок, мис и овощей, печенных в золе.

Один из фкелов был воткнут в землю, и воины удлились, з исключением одного, который стоял, прислонясь, спиной к двери хижины.

Этому воину было поручено стеречь пленников; вскоре к нему подошел другой, вооруженный ружьем.

Пленники поели с ппетитом. Кпитн блгорзумно сообржл, что обстоятельств еще могут измениться, и н всякий случй ему необходимо подкрепить силы.

Деятельня жизнь пустыни отличется тем, что у людей, сроднившихся с нею, нрвствення сторон никогд не влияет н физическую; естественные потребности жизни игрют ткую вжную роль, что житель пустыни никогд не збывет о них.

Но ппетит кпитн был ничто перед ппетитом вождя, он (вождь) буквльно пожирл кушнья с ткою беспечностью, кк если бы это вовсе не был последняя трпез в его жизни.

Когд кушнья, нконец, исчезли, индейский воин, приносивший еду, взял фкел и ушел.

Но чсовой поствленный у двери, продолжл неподвижно стоять н своем посту.

Прошло полчс; мло помлу полня тишин воцрилсь в деревне.

Глз чсового, упрямо устремленные н пленников, блестели в темноте точно глз тигровой кошки.

Вдруг Тонкий Слух возвысил голос и, обрщясь к чсовому, вкрдчивым голосом скзл:

— Моя трубк полн morichee, неужели мои брт откжет подть мне горячий уголек, чтобы зкурить ее?

— Зчем вождю курить? — грубо отвечл чсовой, — пусть он подождет! Через несколько чсов он будет охотиться в блженных рвнинх Вконды! Тм он и покурит вволю!

— Мой брт откзывется?

— Откзывюсь…

— Мой брт нехорошо делет. З этот уголек я дл бы ему ожерелье из вмпумов и стеклянных бус, подренное мне бледнолицыми.

— Где это ожерелье? — скзл чсовой, подходя с быстротой, свидетельствоввшей о его желнии присвоить ожерелье.

— Вот оно, — отвечл вождь.

И прыгнув, подобно ягуру, н доверчивого крснокожего, он охвтил обеими рукми его шею и тк быстро здушил, что бедняг упл, не проронив ни одного звук.

— Что вы сделли, вождь? — скзл кпитн тоном упрек.

— Я убил собку! — ответил Тонкий Слух сухо, — пусть бледнолицый подождет!

Зтем Тонкий Слух взял оружие у чсового, убитого положил возле кпитн в той же позе, в ккой см лежл з минуту перед тем.

Зкончив, он встл около двери.

Офицер, невольно зинтересовнный, с любопытством следил з всеми движениями крснокожего воин, хотя и догдывлся, что все это вождь проделывет с той целью, чтобы вырвться н свободу, может, освободить, кстти, и кпитн.

— Почему Тонкий Слух не уходит? — спросил грф крснокожего, видя, что тот неподвижно остновился у двери.

— Тонкий Слух вождь, — отвечл индеец, — он позволил взять себя, чтобы помочь бежть бледнолицему… он не уйдет без него… пусть мой брт ждет.

Кпитн собирлся ответить, когд снружи послышлся легкий свист.

Вождь приотворил дверь.

Вошли двое; первый шепотом обменялся несколькими словми с индейцем, вторя подбежл к кпитну и перерезл связыввшие его ремни.

— Анжел! Вы? — вскричл изумленный грф, узнв молодую девушку. — Несчстное дитя! Вы рискуете вшей жизнью! Рди меня!

— Это ничего не знчит! — отвечл он, дрожвшим от волнения голосом. — Пойдемте, вы свободны! — Но объясните же мне, рди Бог… — Ни одного слов до тех, пор, пок вы не будете в безопсности! Берите это оружие!

И он подл ему пистолеты и ружье, которые он с рдостью принял.

— А! Я, по крйней мере, не умру беззщитным! — вскричл он. — Блгодрю вс, Анжел! Блгодрю, моя дорогя! В вшем присутствии силы мои удесятеряются.

— Пойдемте, пойдемте, Луи! Мы и тк уже потеряли много времени!

Кпитн поднялся и хотел последовть з ней, но онемевшие члены не слушлись его, и он опять упл н землю. Увы! Физические силы изменили ему.

— Боже мой! — скорбно вскричл молодя девушк, — неужели мне не удстся его спсти? Отец, отец!

Изгннник, — это он рзговривл с вождем, тотчс же подбежл к дочери.

— Мужйтесь кпитн! — скзл он, — вше спсение звисит от вс!

Молодой человек собрл все свои силы, приподнялся и сделл несколько шгов.

— Обопритесь н меня, — скзл девушк, — я сильн, уверяю вс! Пойдемте, дорогой Луи.

Несмотря н все нежелние пользовться услугми слбой девушки, грф вынужден был подчиниться и взять Анжелу под руку.

Они вышли.

Пок все это происходило, Тонкий Слух знялся рзведением огня, но тким стрнным способом, что беглецы не успели отойти от хижины и н сорок шгов, кк вся он вспыхнул и нчл гореть, освещя деревню зловещим светом плмени.

Немного длее к мленькому отряду присоединились несколько охотников, вооруженных с головы до ног. Зтем с кждой минутой появлялись все новые и новые охотники, которые, кзлось, точно вырстли из земли.

Тм и сям згремели ружейные выстрелы. Нчлся бой.

Индейцы, вооруженные, выбегли из хижин стрясь собрться в кучки и оргнизовть зщиту деревни.

— Вперед! — вскричл кпитн. — З мной, друзья!

— Вперед! — повторили охотники.

Они кинулись вперед, рзмхивя фкелми, которые кидли во все хижины, и стреляя во вргов, осмеливвшихся им сопротивляться.

Несмотря н все просьбы кпитн, Анжел последовл з ним и упрямо держлсь все время около него.

Пробежв несколько шгов, молодой офицер зштлся упл.

Тщетно пытлся он подняться, он не мог этого сделть: увлеченный пылом сржения и горя желнием отомстить з похищение, молодой человек збыл, что, кк только он вошел в хижину совет, с него сняли споги. Его нежные ноги, исцрпнные колючкми, кмнями и шипми, были в ужсном состоянии; кровь текл из рн, причинявших ему ужсные стрдния и нестерпимую боль.

Анжел первя зметил состояние, в кком он нходился; он подозвл отц, и несмотря н энергичное сопротивление грф, охотники положили его н носилки и понесли из зоны огня.

— Нм ндо уйти подльше от этой свлки, — скзл Анжел, — вы больше не можете сржться, друг мой.

— Мое место здесь, я его не покину.

— Боже мой! — в отчянии вскричл девушк, — мы умрем здесь!

Бой стновился все ожесточеннее. Индейцы сомкнулись в ряды в нескольких пунктх и, в свою очередь, грозили уже перейти в нступление; пули пдли, кк грд, вокруг носилок. Анжел, вся поглощення своей любовью, видел только любимого человек, которого хотел спсти во что бы то ни стло, тогд кк см он упорно хотел умереть. Он бросил умоляющий взор н своего отц.

Изгннник тотчс же подбежл к ней.

— Господин грф, — отрывисто проговорил он, — мы вломились очертя голову в эту зпдню, из которой, может быть, ни один из нс не выберется, только с единственной целью спсти вс. Неужели вы хотите, чтобы все труды нши пропли дром? Жизнь вш дргоценн, и, кроме того, кто же отомстит з вшего брт, если вы ддите убить себя здесь?

Кпитн вздрогнул при этих словх, лицо его вспыхнуло.

— Я не хочу больше спорить, — скзл он, — я покоряюсь вм. Но, прежде чем мы рсстнемся, я дм вм снчл одно поручение. Бегите в дом к грфине и спсите ее, если возможно… Вы должны это сделть.

— Господин грф, эт женщин…

— Никких но!.. Или я пойду см! Эт женщин мой непримиримый врг; он должн быть спсен, я этого хочу!

— Я повинуюсь, рз вы этого требуете и, если только он может быть спсен, я ее спсу!

— Блгодрю вс!

— А теперь позвольте Анжеле вс проводить. Недлеко отсюд приготовлены лошди. Достнет у вс силы держться н лошди?

— Ндеюсь.

— Хорошо! Звтр н зкте солнц вы будете уже в форте Дюкэне. Прощйте, господин де Виллье. — Вы мне дли слово, помните! — Я никогд не изменял своему слову. Изгннник нежно поцеловл свою дочь, прошептв ей несколько слов н ухо; потом, когд он увидел, кк исчезли носилки, н которых уносили кпитн, собрл кндцев и кинулся с ними в бой, следом з ним пошел и Тонкий Слух; они проложили себе путь оружием сквозь толпу индейцев, которые тщетно пытлись згородить им дорогу.

В ту же почти минуту отряды Бержэ и брон де Гриньи нпли н дом грфини.

Индейцы, обезумевшие от стрх, покинули деревню, всю пылвшую в огне, и бежли по всем нпрвлениям, оствив позди себя довольно знчительное количество трупов.

Успех кндцев был горздо больше, чем они сми могли ожидть, потому что они остлись полными хозяевми поля битвы; но, несмотря н это, они не могли терять ни минуты, если не хотели псть жертвми пожр, который сми же и зжгли.

Дом был оцеплен со всех сторон охотникми, и глвные из них ворвлись внутрь дом.

Они проникли в слон, где нходились три женщины; две из них ухживли з третьей, которя лежл н циновке и, по-видимому, был серьезно рнен.

— Мркиз де Бу-Трси! — вскричл брон, остолбенев. При звуке этого голос, который мркиз тотчс же узнл, он приподнялсь.

— Д, — скзл он, — это я, брон, вы не ожидли увидеть меня здесь?

— Извините, мркиз, но я знл о вшем присутствии в этой деревне, рвно кк и о присутствии в ней грфини де Млевль.

— Что привело вс в этот дом, судрь? — спросил грфиня высокомерно. — Вы пришли объявить нм, что мы вши пленницы?

— Упси меня Бог, грфиня! — вскричл молодой человек. — У меня одно только желние — спсти вс. Я з этим и явился сюд.

— Слишком поздно, брон, — возрзил мркиз, — по крйней мере, для меня: моя рн смертельн, я это чувствую.

— О! Вы ошибетесь, мркиз!

— Нет, брон, я чувствую, что смерть моя уже близк: мне остется жить всего несколько минут.

Он сделл знк грфине, т нклонилсь к ней, и они поговорили шепотом несколько минут.

— Докжите мне, что вы пришли сюд с добрым нмерением, брон, — скзл зтем мркиз, обрщясь к молодому человеку.

— Говорите, мркиз: вше желние для меня рвносильн прикзнию.

— Предоствьте грфине де Млевль возможность уйти куд он пожелет.

— Никто из нс не стнет сопротивляться этому, никто не последует з ней! Дю вм мое честное слово!

— Блгодрю вс, брон, но одной ей не выбрться отсюд.

— Я провожу ее! Пусть только он скжет, куд ей хочется отпрвиться, — скзл Изгннник, выдвигясь вперед.

— Хорошо, я соглсн! — скзл грфиня. Зтем, поцеловв в последний рз мркизу, он прибвил с угрозой: — Господин де Гриньи, между вшим другом и мной не все еще кончено! До свидния!

Он знком прикзл служнке следовть з ней и вышл одновременно с Изгннником в сопровождении трех или четырех охотников, высокомерня и спокойня, точно все, что происходило в эту минуту в деревне, ее нисколько не кслось.

Мркиз проводил ее взором; потом, когд приятельниц, нконец, вышл из комнты, глубокий вздох вырвлся из ее стесненной груди, и он повернулсь к брону.

— Подойдите, брон, — проговорил он голосом, который с кждой минутой слбел все более и более, — мне нужно скзть вм несколько слов, которых не должен слышть никто, кроме вс.

Молодой человек сделл дв или три шг вперед.

— Я весь к вшим услугм, мркиз, — печльно проговорил он

— Ближе, пожлуйст, еще ближе Брон стл возле нее н колени, тк кк силы, по-видимому, ее покидли, то по нстоятельной просьбе мркизы, он обнял ее првой рукой з тлию

— Тк, хорошо, — продолжл он. — Ндеюсь, что Бог дст мне силы скзть вм все.

Эти слов были произнесены голосом тким слбым и взволновнным, что брон невольно вздрогнул.

— Теперь слушйте меня брон. Теперь, когд всего несколько секунд отделяют меня от смерти, мне хочется, чтобы вы знли, что меня убивет любовь к вм.

— Не говорите этого, мркиз

— Я люблю вс с той поры, кк в первый рз увидел; вы не поверили мне и оклеветли меня.

— Но…

— Д, я хорошо зню, вы оскорбляли меня, но это было очень неспрведливо! Вы не имели прв осуждть меня, не выслушв того, что я могл скзть в свое опрвдние. Армн, я вс всей душой любил! Избегя меня, вы рзбили счстье двух людей.

— Леон! Леон!

— Д, зовите меня Леоной! Мне приятно слышть мое имя из вших уст. Кк дурно поступили вы со мной в последний рз, когд судьб нс свел вместе!

— Мркиз, неужели вы нходите нормльным, что я встретил вс в то время, когд вы пытлись умертвить меня и де Виллье?

— Неблгодрный! — прошептл он, — неблгодрный! Я, если и последовл з грфиней, которой руководил демон ненвисти и мщения, то только зтем, чтобы охрнять, тк кк он хотел убить и вс вместе с вшим другом. Если бы не я, вы сто рз могли бы погибнуть.

— Неужели это првд?

— Клянусь Богом, перед которым я скоро предстну, что это првд!