/ / Language: Русский / Genre:dramaturgy / Series: Библиотека всемирной литературы

Разбитый кувшин

Генрих Клейст

Это — прекрасная картина Пруссии, современной Клейсту; дело нисколько не меняется от того, что автор — из политических или эстетических соображений — представил свою родину в виде патриархальной Голландии; голландский колорит играет в комедии второстепенную, чисто декоративную роль. В «Разбитом кувшине» самое существенное — это разрушение романтической легенды об идиллическом «добром старом времени». Произвол патриархального судопроизводства в деревне, притеснение крестьян властями, глубокое недоверие крестьянина ко всему, что исходит «сверху», его уверенность в том, что насилию нечего противопоставить кроме покорности, обмана и взяток; взяток деньгами, подарками или своим телом, — все эти черты рисуют глубоко реалистическую картину тогдашней прусской деревни. Очень интересно проследить, как излюбленные Клейстом психологические мотивы приобретают в этой комедии реальное общественное содержание. В психологии героини клейстовское недоверие играет большую роль. Но это недоверие направлено не по отношению к близким, а по отношению к властям, в том числе и к «доброму ревизору», который разоблачает деревенского судью и наводит в конце концов порядок. Постепенное распутывание клубка недоразумений придает этой комедии удивительную стройность, цельность и вызывает беспрерывное нарастание интереса. Иллюстрации Б. Свешникова.

ГЕНРИХ ФОН КЛЕЙСТ

РАЗБИТЫЙ КУВШИН

Комедия

Перевод с немецкого Б. Пастернака

Действующие лица

Вальтер, судебный советник.

Адам, сельский судья.

Лихт, писарь.

Госпожа Марта Рулль.

Ева, ее дочь.

Фейт Тюмпель, крестьянин.

Рупрехт, его сын.

Госпожа Бригитта.

Слуга, хожалый[1], служанки и т. д.

Действие происходит в голландской деревне близ Утрехта.

Явление первое

Адам сидит и перевязывает себе ногу. Лихт входит.

Лихт

Ба, черт возьми! Скажите, кум Адам,
Что это с вами? Ведь на вас лица нет.

Адам

Да вот. И ног довольно, чтоб споткнуться.
Ну, чем бы пол не гладок? Ни горбины.
А я споткнулся. Видно, каждый носит
В себе самом свой камень преткновенья.

Лихт

Нет, что вы, кум! Уж будто бы и всякий?

Адам

В себе самом.

Лихт

Тьфу, пропасть.

Адам

Виноват?

Лихт

Ваш предок был великим вертопрахом,
Пал с самого начала всех вещей[2]
И тем падением себя прославил;
Но вы-то ведь не?..

Адам

Как?

Лихт

И вы?

Адам

Конечно,
Упал на этом месте, говорю.

Лихт

Быть может, это образ?

Адам

Нет, нисколько.
Я безобразно растянулся тут.

Лихт

Когда ж произошло событье это?

Адам

Да только что… Хочу вставать с постели
И песни утренней не досвистал,
Как вдруг задел ногой — за что, не знаю.
Хочу подняться, так сказать, с зарей,
Ан мне господь подвертывает ногу.

Лихт

И левую притом?

Адам

Какую?

Лихт

Эту?

Адам

Да, эту.

Лихт

Ногу, что и без того
Нетвердо по стезе греха ступает?

Адам

Нога? Чего? Нетвердо? Почему?

Лихт

С кривой стопой.

Адам

С кривой стопой? Любая,
Какую ни возьми, с кривой стопой.

Лихт

А правую возьмите! Вы не правы.
Ей тем же вывертом нельзя хвастнуть.
На скользкое она куда отважней.

Адам

Куда одна, туда же и другая.

Лихт

Кто ж это вам лицо раскровенил?

Адам

Лицо?

Лихт

Как, вы в недоуменье?

Адам

Смысла
Не вижу врать. Каков же я с лица?

Лихт

С лица?

Адам

Да, куманек.

Лихт

Урод уродом.

Адам

Так объяснитесь же.

Лихт

Лицо в рубцах —
Глядеть тошнит. Недостает куска
Щеки. Какого? Не сказать, не взвесив.

Адам

Еще чего?

Лихт (приносит зеркало)

Вот, убедитесь сами.
Овца в шиповнике, от псов спасаясь,
Дешевле шерстью платится своей,
Чем бог весть где вы поплатились мясом.

Адам

Гм… Правда. Привлекательного мало.
Нос тоже пострадал.

Лихт

Да ведь и глаз.

Адам

Глаз ни при чем тут.

Лихт

А кровавый след
Удара вкось, как будто, бог свидетель,
Он старостою в гневе нанесен?

Адам

Глазная кость, вот это что! Представьте,
Не чувствовал я ровно ничего.

Лихт

Да где и чувствовать в пылу сраженья!

Адам

Сраженья? Как? За печкою, с козлом
Проклятым я сразился. Понимаю.
Внезапно равновесье потеряв,
Как бы в пространствах утопая, шарю
Кругом, хочу схватиться за штаны,
Что с вечера висели для просушки
Над печкою. И тут-то, вы поймете,
Связь — пополам. Мы рушимся втроем —
Веревка со штанами да со мною
Вниз головой, налобником об печь,
Как раз туда, откуда из-за краю
Своею мордой тычется козел.

Лихт (смеется)

Так-с, так с.

Адам

Тьфу, пропасть!

Лихт

Это — как бы вроде
Адамова паденья, но — с кровати.

Адам

Вот, вот. Однако нет ли новостей?

Лихт

Н-да, новостей вам. Черт бы их побрал.
Скорей бы позабыть их.

Адам

В чем же дело?

Лихт

Готовьтсся к нежданной встрече гостя
Из Утрехта. Утрехтского суда
Советника.

Адам

Какого?

Лихт

Ревизует
Округу нашу всю. Советник Вальтер
Из Утрехта. И нынешний же день
Заявится он к нам.

Адам

Уж и сегодня!
В своем ли вы уме?

Лихт

Ручаюсь вам.
Вчера в деревне пограничной Голле
Он произвел ревизию суда.
От одного крестьянина я слышал,
Что подставных на Гейзум запрягли.

Адам

Сегодня к нам советник из Утрехта?
Кто сам овец своих стрижет умело,
Тот лютый враг подобных наваждений.
К чему тревожить своего же брата!

Лихт

Он в Голле был, быть в Гейзуме ему.
Смотрите в оба.

Адам

Полно.

Лихт

Говорю вам.

Адам

Другим рассказывайте эти сказки.

Лихт

Но, черт возьми, мужик-то очевидец!

Адам

Поди узнай, кого еще видал
Ваш черт косой. Для этих дураков
Между лицом и задом нет различий.
Накройте треуголкой эту трость,
Привесьте плащ, два сапога приставьте, —
Кого угодно в палке голь признает.

Лихт

Не верьте, леший с вами; а как в дом
Взойдет, поверите?

Адам

Взойдет! Своим
Вперед о том и знака не подавши?

Лихт

Возьмите в толк, что это ведь — не прежний
Наш ревизор Вахгольдер, что теперь
Не он — советник Вальтер ревизором.

Адам

Хотя б и так. Подите вы. Чиновник
Дал, как и мы, чиновничью присягу,
Свои дела и он вершит согласно
Законам и обычаям страны.

Лихт

Послушайте, негаданным-нежданным
Вчера советник появился в Голле.
Проверил кассу и регистратуру
И дал отставку писарю с судьей.
За что? И знать не знаю. По закону.

Адам

Тьфу, черт! Мужик об этом вам сказал?

Лихт

Да, это часть рассказа.

Адам

Как?

Лихт

Так знайте ж.
Чем свет хватились бедного судьи,
Посаженного под арест домашний.
За мызаю в сарае на задах
Бедняк болтался в петле на стропиле.

Адам

Да что вы!

Лихт

Тут подоспевает помощь.
Судью водой окатывают, трут,—
Спасибо хоть, что к жизни возвратили.

Адам

Да? Возвратили?

Лихт

Но на все добро
Наложены печати, домик заперт,
Как будто бы покойник в нем, и ждет
Наследника вакантный пост судейский.

Адам

Что ж, поделом! Я честью вас заверю:
Судья был нерадив, как пес; а впрочем,
Добрейший человек, каких не сыщешь.
Но все ж скажу — безбожно нерадив,
Должно, бедняге солоно пришлось,
Коль это факт, что был советник в Голле.

Лихт

Лишь этот случай, сказывал мужик,
Тому виной, что Вальтер задержался.
Скорей всего он будет к нам в обед.

Адам

В обед? Ну, кум, за дружбой дело стало.
Рука, известно, руку моет. Знаю,
Что вы хотели б стать судьей. Пускай
Достойны вы. Но случая такого
Нет налицо и нынче. Эта чаша
Пусть и сегодня вас еще минует.

Лихт

Судьею, я? Так на меня подумать!

Адам

Я знаю, вы любитель красноречья.
Послушайте, убавьте нынче спеси.
Еще не раз представится вам случай
Во всем искусстве показать себя.

Лихт

Подите вы! Кажись, мы — кумовья ведь.

Адам

Послушайте, молчал и Демосфен[3]
Нередко. Вот с кого пример берите.
Пускай я и не македонский царь —
Мне чувство благодарности не чуждо.

Лихт

Да что вы, право? Что за недоверье?
Давал ли я когда…

Адам

Что до меня,
Я следую примеру Грека.[4] Трудно ль
Составить речь о вкладах и процентах?
Но по своей охоте кто же станет
Периоды такие строить?

Лихт

Нуте?

Адам

Я выше этого упрека. Шут с ним!
Все, в чем загвоздка, — почитай, одно
Дурачество, затеянное ночью,
Робеющее пред уликой дня.

Лихт

Итак?

Адам

По чести — есть ли основанье
Тому, чтобы и в жизни судия
Хранил величье белого медведя?

Лихт

И я того же мненья.

Адам

Ну, и ладно.
Теперь пойдемте, кум, в регистратуру
И наведем порядок средь бумаг.
Они подобны Вавилонской башне.

Явление второе

Те же. Входит слуга. Потом — две служанки.

Слуга

Бог помочь, господин судья. Советник
Привет вам шлет и скоро будет сам.

Адам

Святая сила! Разве он уж с Голлой
Покончил?

Слуга

Да. Он в Гейзуме уже.

Адам

Эй! Лиза, Грета!

Лихт

Больше хладнокровья.

Адам

Ах, куманек!

Лихт

Ответьте на привет.

Слуга

А завтра в Гуссаге мы выезжаем.

Адам

Что делать мне? Что приказать?

(Хватается за свое платье.)

Первая служанка (входит)

Вы звали?

Лихт

Наденьте же штаны. В уме вы, что ли?

Вторая служанка (входит)

Вам что угодно, барин?

Лихт

Вот камзол.

Адам (оглядывается)

Советник?

Лихт

Нет, пока еще — служанка.

Адам

Воротничок мне. Плащ.

Первая служанка

Вперед жилетку.

Адам

Камзол долой. Живей.

Лихт (слуге)

Советник Вальтер
Желанным гостем будет здесь. Скажите,
Что мы всегда принять его готовы.

Адам

Еще чего! Просите извиненья.
К несчастью…

Лихт

Извиненья?

Адам

Извинения.
Уж он не на пути ль сюда?

Слуга

Советник
В гостинице. Заждался кузнеца,
Карету разнесло.

Адам

Слуга покорный!
Кузнец ленив. — Итак, прошу простить.
Судья свернул, мол, лядвею и шею.
Вы видите? Взгляните, каково!
А как испуг — так у меня поносы.
Судья, скажите, болен.

Лихт

Вы в уме?
Мы ждем его, советнику скажите.

Адам

Вот провалиться мне!

Лихт

Что?

Адам

Провалиться,
Коль средства исцеленья не нашел.

Лихт

Охота вам на след их наводить.

Адам

Маргрета! Лиза! Костяной мешок!

Обе служанки

Мы — тут. Что вам угодно?

Адам

С глаз долой!
Сыр, масло, ветчину, колбасы, фляги —
Вон из регистратуры. Да проворней.
Не ты, — другая. — Ты, разиня, ты. —
Да не тебе, Маргрета. Слышишь, Лизе,
Коровнице, в регистратуру.

Первая служанка уходит.

Вторая служанка

Где нам
Понять вас! Толком говорите!

Адам

Цыц!
Цыц, говорю я, марш за париком.
В шкафу он. В книжном. Духом чтоб слетала.

Лихт (слуге)

С советником, надеюсь, по пути
Не приключилось ничего дурного?

Слуга

Нас вывалило из возка в овраг.

Адам (надевая сапог)

Распухла. Тьфу! Сапог не налезает.

Лихт

В овраг, вы говорите? Боже правый!
Но без вреда?

Слуга

Нет, ничего такого.
Советник руку вывихнул слегка,
Да дышло пополам.

Адам (про себя)

Уж лучше б шею!

Лихт

Ужель свихнул? Кузнец-то приходил?

Слуга

За дышлом.

Лихт

Что?

Адам

Сказать хотите — доктор?

Лихт

Чего?

Слуга

За дышлом?

Адам

Нет. Насчет руки.

Слуга

Прощайте, господа. — Кажись, рехнулись.

(Уходит.)

Лихт

Про кузнеца я.

Адам

Выдали себя.

Лихт

Как так?

Адам

Вы смущены?

Лихт

Смущен?

Входит первая служанка.

Адам

Эй, Лиза!
Ты с чем?

Первая служанка

С брауншвейгской, господин судья.

Адам

Тут акты по опеке!

Лихт

Я смущен?

Адам

Назад, в регистратуру.

Первая служанка

Колбасу?

Адам

Какую колбасу! Обертку видишь?

Лихт

Сплошное недоразуменье.

Вторая служанка (входит)

Барин,
В шкафу нет парика.

Адам

Как так?

Вторая служанка

Да так вот.

Адам

Да как же?

Вторая служанка

Потому что вы вчера
В одиннадцать…

Адам

Да ну же…

Вторая служанка

Воротились
Без парика.

Адам

Домой? Не может быть.

Вторая служанка

Без парика, вестимо. Вот и Лиза
Была при том — спросите-ка ее.
А ваш другой парик сейчас в цирюльне.

Адам

Без парика?

Первая служанка

Вот истинный господь,
Лысехонек пришли вы, про ушиб
Все что-то толковали. Знать, забыли?
Еще я кровь смывала с головы.

Адам

Бесстыдница ты!

Первая служанка

С места не сойти мне.

Адам

Держи язык-то, слова правды нет!

Лихт

Так синяки — вчерашние?

Адам

Да нет.
Вчера — парик, а синяки — сегодня.
Придя домой, должно быть, по ошибке
Со шляпой вместе я парик стащил.
А та чего-чего не наплела.
Ступай к чертям, проклятая чертовка.
В регистратуру, слышишь!

Первая служанка уходит.

Маргарита,
Поди спроси у кистера[5], не даст ли
На время свой. А в мой, скажи, мол, кошка
Сегодня, пакостница, наметала.
Изгажен весь, под лавкою лежит.

Лихт

Час от часу не легче.

Адам

Верьте слову,
Пяток. Пятнистых четверо да белый.
Пятнистых, верно, в Вехте[6] утоплю.
На что мне! Может, одного возьмете?

Лихт

Все в парике?

Адам

Ну да. Вот чертовщина!
Ложусь в постель, парик на стул повесил;
Во сне за стул задел, парик со стула…

Лихт

Тут кошка, как на грех, вцепись зубами
В парик…

Адам

Ну да.

Лихт

И тащит под кровать,
И в нем котится?

Адам

Нет! Зачем зубами?..

Лихт

А как другим манером?

Адам

Кошка? Нет!

Лихт

А кто же, — вы?

Адам

Зубами. Да, как будто.
Я так ее ногой и двинул нынче,
Когда заметил.

Лихт

Поделом.

Адам

Канальи!
Напакостят, рожая где попало.

Вторая служанка (фыркая)

Так мне пойти?

Адам

Поди, да передай
Поклон мой тетке-кистерше. Да слушай,
Верну-де ей в сохранности парик
Еще сегодня. А ему — ни слова!
Смекнула ты?

Вторая служанка

Уж ладно, принесу.

Явление третье

Адам и Лихт.

Адам

Не быть бы худу нынче, кум мой Лихт.

Лихт

С чего бы вдруг?

Адам

Все валится из рук.
Что нынче, не присутствие ль?

Лихт

Конечно.
Истцы давно толпятся пред дверьми.

Адам

Мне снилось, будто я истцом задержан
И будто в суд меня он приволок,
Что, в свой черед, с своих судейских кресел,
Задав себе здоровый нагоняй,
Я сам себя и засудил в оковы.

Лихт

Как? Самого себя?

Адам

Клянусь вам честью!
А там, в одном лице судья и жертва,
Мы оба скрылись в лес искать ночлега.

Лихт

И этот сон, по-вашему…

Адам

Да черт с ним!
Сон или просто в голову взбрело, —
Да наяву бы не было того же.

Лихт

Нелепый страх! А чтоб беды избегнуть,
Держитесь беспристрастья к сторонам,
Когда придет советник, и следите,
Чтоб не смешать судью ночного сна
С самим собой, судьею трезвой яви.

Явление четвертое

Те же. Входит судебный советник Вальтер.

Вальтер

Благослови вас бог, судья!

Адам

Добро
Пожаловать к нам в Гейзум. В добрый, час.
Кто б думал, господи, кто б мог подумать,
Что нас такое счастье посетит!
Не снилось и во сне, что с пробужденьем
Готовится нам этакая честь.

Вальтер

Я раньше времени являюсь, знаю.
В таких разъездах рад уж и тому,
Когда иной случайный твой хозяин
Тебя добром помянет, проводив.
Что до меня, до моего привета,
Я искренне желаю вам добра.
Утрехтский трибунал решил внести
По областям в их судопроизводство
Ряд улучшений, вследствие его
Негодности во многих отношеньях.
Но строгое внушенье ожидает
Того, кто власть во зло употребил.
На мне лежит лишь доля всей работы:
Досматривать, отнюдь же не карать.
Когда я нахожу не все в порядке,
Простительным — и тем доволен я.

Адам

Поистине, намеренья — похвальны.
Быть может, вашу милость здесь и там
Не удовлетворит иной обычай;
Пускай он с Карла Пятого[7] введен,
Но и доселе в Нидерландах крепок.
Чего не выдумаешь на досуге!
Мир, говорят, час от часу умнеет.
Чуть что не всяк читает Пуффендорфа[8].
Но Гейзум — небольшая часть вселенной.
И на него приходится лишь часть
Всей мудрости, наверно, небольшая.
Явите милость, сударь, просветите
И наше правосудье. Верьте слову,
Вам стоит спину повернуть к нему,
Чтобы остаться им вполне довольным.
Но нынче это было б просто чудом:
Оно застигнуто на всем ходу,
И от него желанья ваши скрыты.

Вальтер

Инструкций нет, вы правы, иль, верней, —
Их тьма, но все нуждаются в отборе.

Адам

Сквозь сито! Высевок не оберешься.

Вальтер

А это кто же, писарь?

Лихт

Писарь Лихт.
К услугам вашей милости готовый,
О тройцу девять лет, как я на службе.

Адам (подает стул)

Прошу.

Вальтер

Оставьте.

Адам

Вы пешком из Голлы.

Вальтер

Двух миль ведь нет. — Откуда вам известно?

Адам

Осмелюсь предложить свои услуги.

Лихт

Крестьянин был из Голлы, — рассказал.

Вальтер

Крестьянин?

Адам

Я прошу — присядьте.

Вальтер

Да.
Там вышло неприятностей немало,
Они лишили бодрости меня,
Пособницы моей во всяком деле.
Кажись, уже осведомлены вы?

Адам

Неужто, ваша милость, это правда,
Что Пфуль, судья, глубоко потрясенный
Своим арестом, будто бы пытался
Повеситься?

Вальтер

Чем зло и довершил:
Что раньше мы почли бы опущеньем,
Должно принять всю видимость растраты.
Ну, а закон за это не щадит.
Да, сколько касс за вами?

Адам

Пять.

Вальтер

Откуда ж?
Я думал, что четыре.

Адам

Виноват,
Всех? Вместе с кассой сборов по борьбе
С разливом Рейна?

Вальтер

По борьбе с разливом?
Но Рейн-то ведь еще не разлился,
А посему откуда же быть взносам?
У вас присутствие, скажите, не сегодня?

Адам

Сегодня.

Вальтер

Что?

Лихт

Да, первое в неделе.

Вальтер

А та толпа народу, что у вас
Я встретил на дворе, наверно…

Адам

Это…

Лихт

Просители, они давно уж в сборе.

Вальтер

Счастливое стеченье обстоятельств.
Я попрошу ввести их, господа.
Занятно мне, как принято у вас
В поселке разбирательство вести.
А к пересмотру касс и сельских актов
Приступим по решенье этих дел.

Адам

Как вам угодно. — Эй, хожалый! Ганфрид!

Явление пятое

Те же. Входит вторая служанка.

Вторая служанка

От кистерши поклон судье Адаму.
Как ей ни жаль, но парика…

Адам

Не даст?

Вторая служанка

Обедня нынче с проповедью длинной,
Один парик на кистере надет,
Другой, сказала, вовсе не годится,
Его в цирюльню нынче отнесут.

Адам

Проклятье!

Вторая служанка

А вернется муж из церкви,
Она пришлет вам кистеров парик.

Адам

Вот, сударь, наказанье!

Вальтер

Что случилось?

Адам

Подумайте, иметь два парика
И невзначай обоих их лишиться.
Послать занять — и третий упустить.
Теперь изволь судить с такой плешиной.

Вальтер

С плешиной?

Адам

Да. Я с панталыку сбит.
Нельзя без парика. Парик — поддержка
Достоинству судьи. — Блеснула мысль!
Не попытаться ли послать на хутор?
Не даст ли арендатор?

Вальтер

Арендатор?
Неужто ж ближе хутора нельзя?

Адам

Да кто же даст?

Вальтер

Не знаю. Пастор.

Адам

Пастор?
Ни в жизнь не даст.

Вальтер

Или учитель.

Адам

Что вы!
С тех пор как отменили десятину,
Чему и я способствовал, как мог,
Не мне рассчитывать на их услуги.

Вальтер

Ну, господин судья, как с заседаньем?
Не роста же волос нам дожидаться!

Адам

Да, если можно, я пошлю на хутор.

Вальтер

А сколько будет до него?

Адам

Пустяк.
Не больше получаса.

Вальтер

Получаса!
Час заседания, однако, пробил.
За дело. Мне сегодня выезжать.

Адам

Легко сказать…

Вальтер

Обсыпьте пудрой плешь.
Черт разберет, где ваши парики.
Я тороплюсь. Вывертывайтесь сами.

Адам

И правда.

Хожалый (входит)

Здесь хожалый.

Адам

А пока
Отведайте брауншвейгской колбасы,
Стаканчик данцигской…

Вальтер

Благодарю вас.

Адам

Не церемоньтесь.

Вальтер

Ел уже, спасибо.
Пройдитесь-ка тем временем, что я
Кой-что отмечу у себя в тетради.

Адам

Как вам угодно. Выйдем, Маргарита.

Вальтер

Вы знатно изувечены, судья.
Упали, что ль?

Адам

Да, господин советник.
С кровати на пол прыгнул поутру,
Да до могилы чуть и не допрыгнул.

Вальтер

Мне очень жаль. Надеюсь, без последствий?

Адам

Да. Без ущерба службе. Разрешите?

Вальтер

Ступайте.

Адам (хожалому)

Марш. Просителей зови.

Адам, служанка и хожалый уходят.

Явление шестое

Марта, Ева, Фейт и Рупрехт входят. Вальтер и Лихт в глубине сцены.

Марта

Я покажу вам, как посуду бить!
Я покажу вам!

Фейт

Ладно, успокойся,
Кума, тут живо все меж нас решат.

Марта

Решат! Вот диво-то! У, пустомеля!
Чего решать-то, коль уж порешен
Кувшин мой? Ишь решат! Уж тут решат,
Что, мол, судьба кувшина ей решиться.
Да я и черепка решенного не дам
За это за решенье. Ишь решат-то!

Фейт

Не слышишь, что ли! Окажись ты правой,
Так я ни перед чем не постою.

Марта

«Ты только, дескать, окажися правой,
А я не постою». Чего стоять-то?
Кувшин-от не стоит! Поставь-ка мне
На поставец его! «Не постою, мол».
Кувшин без бока и без дна. Ни стать,
Ни лечь ему. — Поставь! А что стоять-то?

Фейт

Вот ненасытная! Пошла шипеть.
Коль мы виной тому, что ты в убытке, —
Получишь все сполна.

Марта

«Сполна»! Спросить
Козла на скотном. Тоже надоумит!
«Сполна»! Что суд, по-твоему, — гончарня?
Да если б сами стряпчие в печи
Посуду заново обжечь хотели,
Настряпали б скорей чего в кувшин,
Чем новый мне кувшин могли состряпать.

Рупрехт

Не тронь ее, отец. Пойдем. У, язва!
Не о кувшине в черепках небось,
Ее грызет, что выданье разбилось.
Вот и хлопочет силой починить.
Да нет, шалишь! Я в дураки не дамся.
Подохну, а гулящей не возьму.

Марта

Куда суешься! Только мне и дела,
Что свадьба? Да за цельную ту свадьбу
И одного не дам я черепка!
Стой тут та свадьба да горн, как жар,
Как мой кувшнн горел на поставце,
Так свадьбу ту, за ручку ухватив,
Об лоб твой вдребезги б ее расшибла.
А он — «осколки свадьбы, дескать, клеит».
Чего клеить-то?

Ева

Рупрехт!

Рупрехт

Прочь.

Ева

Родимый!

Рупрехт

Прочь! С глаз моих долой!

Ева

Побойся бога!

Рупрехт

Беспутная! Срам выговорить что!

Ева

Позволь, шепну словечко я.

Рупрехт

Не надо.

Ева

Ты, почитай, в солдаты уж забрит.
Кто знает, свидимся ль еще на свете,
Как знать, воротишься ль живой назад.
Война! Смотри, угонят на войну.
Что попусту серчать-то на прощанье?

Рупрехт

Серчать? Помилуй бог! Серчать не стану.
Пошли тебе господь своих щедрот,
Здоровья вволюшку. Но воротись я
С войны здоров и крепок, по восьмой
Десяток доживи, то и у гроба
Не отступлюсь. Прослыть тебе гулящей.
Сама же пред судом все подтвердишь.

Марта

Что, дочь, не говорила я? Капрал —
Вот это пара. Инвалид почтенный.
Сам с палкою в руках ходил, не то
Что этот вот разиня, что под палку
Подставит спину. Нынче, говорит,
Помолвка, свадьба; были б и крестины.
Мне все едино, пусть и погребенье б,
Да только бы мне сбить спесивцу гребень!
Кувшин-то мой, а он распетушился.

Ева

Дался кувшин вам, маменька! Да бог с ним.
Хотите в город сбегаю — спрошу,
Скрепить куски горшечник не возьмется ль.
А коль на то пошло, так справьте новый.
Я собственную кружку растрясу.
И кто бы стал такую бить тревогу
Из-за посуды глиняной, кувшина,
Будь он древнее Иродова царства.

Марта

Что ж, по уму и речь. Знать, хочешь, дочка,
Со «скрипкой»[9] прогуляться в воскресенье
И в церкви покаянье принести?
Я честь твою в кувшине схоронила.
Он вместе с ней не просто сокрушен,
Не господом, не мной и не тобою.
Судья — горшечник мой, колодка — скрепа.
А чтобы честь в огне нам обелить
И заново кувшин покрыть глазурью,
И на костер не вредно б негодяев!

Явление седьмое

Те же. Входит Адам в судейском наряде, без парика.

Адам (про себя)

Вот диво! Евушка! И чертов Рупрехт
Туда же. Да, никак, и вся родня?
Не с жалобою на меня ко мне ли?

Ева

Ах, маменька, Христом прошу, вернемся,
Быть худу в этих, маменька, стенах.

Адам

Кум! С чем, кажись бы, им ко мне являться?

Лихт

Почем мне знать? Наверно, просто бабий
Переполох. Кувшин разбили, слышно.

Адам

Кувшин? Ой, ой! А кто разбил кувшин?

Лихт

Кувшин разбил?

Адам

Да, куманек, разбил кто?

Лихт

Садитесь. Так узнаете скорей.

Адам (тайком)

Евок!

Ева (так же)

Отстаньте.

Адам

Дай сказать.

Ева

Не надо.

Адам

Зачем пришли вы?

Ева

Сказано, отстаньте!

Адам

Слышь, Евушка, что значит это все?

Ева

Коль тотчас не отвяжетесь… Отстаньте ж!

Адам (Лихту)

Кум, мочи нет. Не выдержать, ей-ей,
Болячка на ноге горит, ой, тошно.
Веди вы дело, я бы лег в постель.

Лихт

В постель?.. Сейчас? Вы бредите как будто.

Адам

Кой черт. Тошнит. Того гляди, и вырвет.

Лихт

Вы бредите? Войти за миг пред тем…
Что до меня, советника спросите.
Отпустит — ладно. Я вас не держу.

Адам (Еве)

Молю тебя ценою всех увечий.
Зачем вы здесь?

Ева

Узнаете сейчас.

Адам

Неужто же один кувшин причиной.
Который я как будто…

Ева

Только он.

Адам

А больше ничего?

Ева

Да нет.

Адам

Наверно?

Ева

Сказала, отвяжитесь. Ничего.

Адам

Послушайся разумного совета.

Ева

Бесстыжий вы!

Адам

В свидетельстве, уставом
И черным по белу, твой Рупрехт Тюмпель.
Вот слышишь, как хрустит? Оно и есть.
Давно в кармане у меня. Чрез год
Зайди за ним да траур сшей себе,
Чтобы с почетом встретить весть, что Рупрехт
В Батавии[10] подох от лихорадки,
От желтой, нет ли — черт их разберет.

Вальтер

Нельзя беседовать со сторонами
До заседанья, господин судья.
Садитесь тут, чтоб допросить их.

Адам

Что вы?
Не слышу. Что прикажете, советник?

Вальтер

Что прикажу? Ведь я сказал вам ясно,
Чтоб не вели двусмысленных бесед
Со сторонами перед заседаньем.
Вот место, вам присущее по званью.
Теперь к допросу. Я его заждался.

Адам (про себя)

Тьфу, пропасть! Нет решимости на это.
Как уходить, упало что-то вслед.

Лихт (невзначай)

Судья, да вы не…

Адам (перепугавшись)

Я? Ей-богу, нет!
Со всею бережностью я его повесил,
И надо быть медведем…

Лихт

Что?

Адам

Простите…

Лихт

Сдается мне…

Адам

Что я?

Лихт

Что вы оглохли.
Не слышите? Советник вас зовет.

Адам

Я думал… Кто зовет?

Лихт

Зовет советник.

Адам (про себя)

Чем черт не шутит! Не добром, так силой.
Ну, с богом! Либо пан, либо пропал.
Сейчас! Сейчас! К услугам вашим, сударь,
Угодно ль вам сейчас процесс начать?

Вальтер

Рассеянны на редкость вы. Что с вами?

Адам

Простите. У цесарки — мне ее
Моряк один из Индии привез —
Типун. Ее б кормить лапшой, да где мне!
Вот я спросил у девушки совета.
Я сам не смыслю в этом ничего,
А кур своих зову детьми родными.

Вальтер

Садитесь. Надо выслушать истца.
Вы ж, писарь, протокол суда ведите.

Адам

Угодно ль вашей милости процесс
С формальностями, или, может, так,
Как в Гейзуме заведено, направить?

Вальтер

С законными формальностями, так,
Как принято здесь, в Гейзуме. А как же?

Адам

Прекрасно. Постараюсь угодить вам.
Готовы, писарь?

Лихт

Да, к услугам вашим.

Адам

Свои врата открой, о правосудье!
Истцы, вперед!

Марта

Здесь, господин судья.

Адам

Вы кто такая?

Марта

Кто?

Адам

Вы.

Марта

Я кто?

Адам

Кто вы?
По имени, по званью и так дальше.

Марта

Вы шутите, судья?

Адам

Что тут за шутки!
Я здесь во имя правосудья, Марта,
И правосудью нужно ваше имя.

Лихт (вполголоса)

Нелепые расспросы!

Марта

Что ни праздник,
Не вы ль коситесь на мое окно,
Идя на хутор?

Вальтер

Вам она знакома?

Адам

К ней, сударь, за угол. Там будет тропка,
Да тут же за кустарником и дом.
Была за кастеляном, ныне ж бабка,
Честна и не замечена ни в чем.

Вальтер

Коль вы осведомлены так, судья,
Подобные расспросы не излишни ль?
Поставьте имя бабки в протокол
И сбоку: «лично ведомству известна».

Адам

И то. Вы не сторонник формализма.
Пишите, как советник приказал.

Вальтер

Теперь спросите о предмете тяжбы.

Адам

Я должен…

Вальтер

Да, установить предмет.

Адам

Да это тот же все кувшин.

Вальтер

Как «тот же»?

Адам

Ей-ей, кувшин. Пишите же: «кувшин»,
И сбоку: «лично ведомству известен».

Лихт

Как я дерзнул уже предположить,
Вы, господин судья…

Адам

Сказал, пишите.
Слышь, Марта, нешто это не кувшин?

Марта

Ну да, кувшин.

Адам

Что, слышали?

Марта

Разбитый.

Адам

Точна до педантизма.

Лихт

Но позвольте ж…

Адам

Кувшин-то кто разбил? Знать, тот повеса?

Марта

Кому ж еще!

Адам (про себя)

Мне большего не надо.

Рупрехт

Нет, господин судья!

Адам (про себя)

Адам, воскресни.

Рупрехт

Врет, в петлю норовит!

Адам

Молчать, разиня!
Про петлю брось, сам скоро угодишь.
Как сказано, «кувшин» проставьте, писарь,
Совместно с именем разбившего кувшин.
Сейчас, пожалуй, все и установим.

Вальтер

Судья, что за насильственный прием?

Адам

Зачем?

Лихт

Начнете ль вы по форме?

Адам

Нет же.
Советник сам — противник лишних форм.

Вальтер

Не место здесь вас обучать тому,
Как применять на деле распорядок,
Для судопроизводства заведенный.
Но если вам лишь свой прием доступен,
Пожалуйте: вас писарь заместит.

Адам

Позвольте. В Гейзуме таков обычай,
И вы изволили так приказать.

Вальтер

Как, я?..

Адам

По совести.

Вальтер

Я приказал вам
Судебные дела вести законно,
А в Гейзуме, так думалося мне,
Законы те же, что и всюду в Штатах.[11]

Адам

Тогда покорнейше прошу прощенья.
Тут, с позволенья вашего, у нас
Имеются свои установленья,
Не писаные, соглашусь, но все же
Завещанные внукам стариною.
От этих форм, надеюсь, ни на шаг
И по сю пору я не уклонился.
Что до иных, до ваших форм, то я
И в них, как в этих, опытен и сведущ.
Хотите доказательств? Прикажите.
Я так и сяк умею суд чинить.

Вальтер

Вы мне внушаете дурное мненье,
Да что уж там, сначала все начнем.

Адам

Спасибо сами скажете, ей-богу.
Истица Марта Рулль, за вами слово.

Марта

Известно, на разбившего кувшин
Прошу суда.

Адам

За вами слово, Марта.

Марта

Вот, судьи досточтимые, кувшин.
Вы видите?

Адам

Мы видим.

Марта

Ничего.
Не видите. А видите осколки!
Кувшин, кувшинам всем кувшин, — расколот.[12]
Здесь вот дыра, а ведь на этом месте
Сданы были испанскому Филиппу
Все, полностью, уделы Нидерландов.[13]
Здесь, в облачении, стоял Карл Пятый,
Вот тут стопы его еще стоят.
Здесь, преклонясь, помазан был Филипп.
Остался он всего по поясницу,
Да и ее пинком не обошли.
А здесь его растроганные тетки,
Венгерская с французской королевой,
Слезинки утирали. У одной
Платок в руке висеть так и остался,
Оплакивает, знать, сама себя.
Здесь, опершись на шпагу, Филиберт,
Кого сам император спас от шпаги,
Стоял средь свиты. Но пришлось упасть
С Максимильяном и ему, пострелу.
Вот тут внизу мечи совсем отбиты.
А здесь, посереди, в священной митре
Архиепископ аррасский стоял,
Да в преисподнюю и провалился,
Но тень его еще лежит на плитах.
А здесь, кругом, стояли в глубине
При алебардах с копьями драбанты.
А вот дома вкруг брюссельского рынка;
Еще глядит в оконце любопытный,
Да что сейчас он видит, не пойму.

Адам

Увольте. Ваш распавшийся союз
До дела не касается нисколько.
Дыра — вот в ней и суть. А не в уделах,
Которые сданы были на ней.

Марта

А сколь красив кувшин, — ужель не к делу?
Сперва он стал добычей Хильдерика,
Котельника, когда с отрядом гезов
Орания на Бриль обрушилась врасплох.[14]
Края вином сровняв, хотел испанец
Ко рту поднесть кувшин, да Хильдерик
Шел мимо, сзади повалил испанца,
Взял, осушил кувшин и дале шел.

Адам

Достойный гез.

Марта

Потом за милу душу
Достался он могильщику в наследье.
Он трезвенник; пил только три разá,
И то водой разбавив, из кувшина.
Впервые — лет под шестьдесят, молодку
В свой дом приведши. Года три спустя, —
Отцом счастливым став через нее.
Когда ж еще пятнадцать народилось,
Он в третий выпил, на ее поминках.

Адам

И этот не дурак.

Марта

Потом попал он
К Захею, тирлемонтскому портному[15],
Вот что случилося, со слов его —
Покойник муж мне сказывал. В годину
Француза[16] бросил будто бы портной
Кувшин со всею утварью в окошко,
И сам туда ж, да шею и сломал, —
Дороден был, а глиняный кувшин
Стал стóймя — вот какой, и цел остался.

Адам

Опять? О деле, Марта Рулль! О деле!

Марта

А при пожаре в шестьдесят шестом
Теперь уж муж мой, царствие ему…

Адам

Не баба — черт! Иль всласть не наболталась?

Марта

Коль не для слова, господин судья,
Тогда на что ж я здесь? Так я пойду
Искать себе суда, где станут слушать.

Вальтер

Вы властны говорить, но не о вещи,
Вне жалобы лежащей. Заявите,
Что тот кувшин вам дорог. Для суда
Достаточно такого заявленья.

Марта

В чем вы нуждаетесь, чтобы судить,
Почем мне знать? И знать-то нет охоты.
Но знаю я — чтоб жаловаться, надо
Быть вправе объяснить суду, на что.

Вальтер

Пускай. Кончайте. Что же сталось с ним?
А? При пожаре в шестьдесят шестом
Что сталося с ним?

Марта

Что с кувшином сталось?
Да ничего с ним, господи прости,
С кувшином, в шестьдесят шестом не сталось.
Да. И в огне остался цел кувшин.
Чем свет нашла его я в груде пепла.
Как новенький, блистал поливой, будто
Сейчас из печки вынут гончаром.

Вальтер

Так. Вот мы и знакомы с ним. И знаем,
Что сталося с кувшином тем, что — нет.
Что ж дальше?

Марта

Дальше? Дальше мой кувшин,
Что и в осколках не чета другому,
Кувшин для губок девичьих; под стать
Самой штатгальтерше,[17] такой кувшин,
Такой, высокочтимые вы судьи,
Кувшин разбойник этот расколол.

Адам

Кто?

Марта

Рупрехт.

Рупрехт

Господин судья, не верьте!
Вранье!

Адам

Молчать, покамест не спросили.
Небось дойдет черед и до тебя.
Вписали это в протокол?

Лихт

Еще бы!

Адам

Сударыня, ход дела изложите.

Марта

Вчера, в одиннадцать часов…

Адам

Когда?

Марта

В одиннадцать.

Адам

Утра?

Марта

Нет, сударь, ночи.
Ложусь, хотела лампу потушить,
Как вдруг в испуге слышу я, в дочерней
Каморке, крайней в доме, шум, сполох,
Мужские голоса, — ин враг вломился.
Спешу я вниз по лестнице и вижу —
Дверь взломана, а из каморки ругань
Доносится и крики: «Стой! — кричу. —
Стой! Дай-ка, посвечу себе с порога!»
Что ж вижу тут я, судари мои?
Кувшин расколот, вижу, на куски.
Та вот ломает руки, а разбойник
Середь каморки стал — не подступись.

Адам

Нелегкая!

Марта

Как?

Адам

Во как, Марта!

Марта

Да.
Ну, чую я, как будто рук с десяток
Повыросло с досады у меня,
И каждая — что коршунова лапа.
С него ответа требую, какого
Рожна он тут о полночь не видал.
И что ж в ответ он мне тут, догадайтесь?
Разбойник этакий! Бесстыжие глаза!
Я сна спокойного решусь, доколе
Озорника на дыбе не увижу.
Он говорит, другой-де с поставца
Свалил кувшин, другой — каков? — который
Вперед его из спальни улизнул,
И осыпает руганью девчонку.

Адам

Вот враки! Дальше.

Марта

При таких словах
Пытаю девку взглядом. Та стоит,
Бледна, хоть в гроб клади; я молвлю: «Ева!»
Садится. «Был другой кто?» Жду, ответит.
Та как взревет: «Пречистая, да что вы,
Грешно вам, маменька!» — «Так кто ж тогда?»
«Кому ж еще? Да мог ли кто другой?» —
Она в ответ; и божится, что Рупрехт.

Ева

Когда божилась я? Когда божилась?
Неправда!

Марта

Ева!

Ева

Выдумки одни.

Рупрехт

Слыхали?

Адам

Окаянный пес, молчи!
Иль глотку кулаком тебе заткнем.
Придет и твой черед, да не пришел вот.

Марта

Ты не клялась?

Ева

Нет, маменька, поклеп.
Душа болит на людях оглашать,
Да что ж — судьба. Ни в чем я не божилась,
Ни в чем, ни в чем пред вами не клялась.

Адам

Что малые ребята.

Лихт

Это странно.

Марта

Так, стало, ты ни в чем не заверяла?
Пречистой от меня не ограждалась?

Ева

Ей-богу, нет. Вот побожусь, когда
К пречистой воззову, что нет, неправда.

Адам

Стой! — Ай да тетка Марта! Не годится
Стращать послушное свое дитя.
Дай девушке одуматься — и вспомнит,
Как было все, — я говорю, как было.
О том, что будет, коль она не скажет
Положенного, — это сказ другой,
Пречистую ж советую не трогать.

Вальтер

Нет, полноте, судья! Кто сторонам
Дерзнет давать такие указанья?

Марта

Коль этой девке подлой не зазорно
В одно твердить, в глаза мне, что другой,
Что то не Рупрехт был, так быть ей, девке, —
Язык не повернется молвить чем.
Что до меня, то хоть не побожуся,
Что подлинно клялась, мол, но ручаюсь,
Что то слова вчерашние ее, —
Пречистую на этом призываю.

Адам

Да, девушка сама готова…

Вальтер

Сударь!

Адам

Что, ваша милость? Как? Не правда ль, Ева?

Марта

Сознайся-ка. Не говорила, что ли?
Не говорила мне вчера? Не говорила?

Ева

Кто ж спорит, — сказывала.

Адам

Вот вам.

Рупрехт

Гулящая!

Адам

Впишите.

Фейт

Срам какой!

Вальтер

О вашем поведении, судья,
Не знаю, что и думать. Расколи вы
Кувшин тот сами, вряд ли стали б вы
Усердней подозрение с себя
На парня сваливать, чем в этом деле.
Вы занесете в протокол одно
Ее сознанье в сделанном вчера
Признании, — отнюдь не в факте, писарь.
Да разве уж за девушкой черед?

Адам

Пусть не за ней черед; в таких вещах
Запутается всякий, ваша милость.
Кого спросить? Ответчика поди?
Уж не его ль? Обяжете советом.

Вальтер

Ответчика, конечно. Вот развязность!
Допрашивайте, говорю; кончайте.
Смотрите. То последний ваш процесс.

Адам

Последний? Как? Ответчика. Конечно!
Кого ж ты думал, старый ты судья?
Будь проклята цесарка с типуном.
Уж лучше б мор ее побрал индейский.
Все катышек лапшовый на уме.

Вальтер

Что? Катыш на уме? Какой?

Адам

Лапшовый.
Простите, — курице от типуна,
Да только б дрянь тот катыш проглотила,
А то не знаю просто, как и быть.

Вальтер

Черт побери! Возьметесь вы за дело?

Адам

Ответчик, подойдите.

Рупрехт

Здесь, судья.
Сын Фейтов Рупрехт, гейзумский половник.

Адам

Слыхал, что показала тетка Марта
Перед судом почтенным на тебя?

Рупрехт

Да, сударь, слышал.

Адам

Сознаешься, что ли?
Или осмелишься, как нечестивый
Безбожник, отпираться? Говори.

Рупрехт

Что супротив ее сказать имею,
Так с позволенья вашего, судья,
Она и слова правды не сказала.

Адам

И ты готов нам это доказать?

Рупрехт

Еще бы!

Адам

Уважаемая Марта,
Не беспокойтесь, все всплывет наружу.

Вальтер

Что вам за дело, сударь, до вдовы?

Адам

Мне? Боже правый! Просто долг христьянский.

Вальтер

Что от себя имеешь ты сказать?
Умеете ль вы, писарь, весть процесс?

Адам

Вот на!

Лихт

Ну, что же, если ваша милость…

Адам

Да что глаза ты пучишь, в самом деле?
Вот остолоп! Уперся, ровно бык.
Имеешь ли сказать что?

Рупрехт

Да, имею.

Вальтер

Порядком все, как было, расскажи.

Рупрехт

Ох, сударь, только б говорить мне дали.

Вальтер

Он прав, судья, ведь дальше так нельзя.

Рупрехт

О десять ночи было, почитай,
И даром, что январь, теплынь такая —
Май месяц. Говорю отцу я: «Тять,
Схожу-кось я еще маленько к Еве».
Сказать должно, мы с ней сговорены.
Крепка девчонка; встретились на жатве.
Спорится, вижу, дело у нее:
Серпом махнет — так локти и мелькают.
Вот я ей: «Хочешь?» — а она мне: «Ох.
Что квохчешь-то?» А после: «Да, хочу», — грит.

Адам

Поближе к делу. Больно расквохтался.
«Что, хочешь? — грю. Она ж мне «да» в ответ».

Рупрехт

«Да, — говорю я. — Тять, схожу-кось к Еве
Потолковать маленько под окном».
«Что ж, сбегай, грит, да только до крылечка,
Негоже дальше». — «Знаю, не пойду».
«Что ж, грит, беги, в одиннадцать назад».

Адам

Что ж, грю, квохчи, мели, мели без меры.
Всего еще не намолол, знать?

Рупрехт

Что ж,
Дал слово, ладно, — шапку на затылок.
Пошел уж было на мосток, да надо
Деревней ворочаться, речка вздулась.
Эх, Рупрехт, думаю, вот наказанье!
Небось у Марты дверь уж на запоре.
До десяти лишь девка на свободе.
Поздней прийти — и вовсе не попасть.

Адам

Нелепые порядки.

Вальтер

Что же дальше?

Рупрехт

Ну вот, осталось липы мне пройти,
Где чаще сень. От этих лип у Марты
И в полдень — чисто в Утрехтском соборе.
Чу, издалеча скрипнула калитка.
Глядь, Ева. Не ложилась, знать, еще.
Не обознался. Ева, душегрейка
Ее. Да не одна, а с кем-то вместе.

Адам

Как? С кем еще? Ну, с кем, отгадчик, с кем же?

Рупрехт

Почем мне знать? Спросили тоже.

Адам

То-то!
Что петлю ладить, вора не поймав?

Вальтер

Ну? Дальше что? — Судья, оставьте, право.
Зачем вы прерываете его?

Рупрехт

Причастия на том бы я не принял,
Где разглядеть, ночь темная, ни зги…
Да надо вам сказать, сапожник Лебрехт,
Который призывался и уволен,
Давно за девкой по следу таскался,
Еще в ту осень. «Слушай, говорю,
Не потерплю, чтоб леший волочился.
Скажи ему, что кус-де не по нем.
Не я, коль не спущу его с приступок».
«Ревнивец», — грит, а Лебрехту — шу-шу,
Да так, ни то ни се, ни путь, ни дело.
Пришлось детине горб накостылять.

Адам

Так Лебрехтом звать парня?

Рупрехт

Лебрехт.

Адам

Ладно.
Запишем — Лебрехт. Все всплывет наружу.

(Лихту.)

Отмечено ли это в протоколе?

Лихт

О да, и многое другое, сударь.

Адам

Ну, сын мой, сказывай.

Рупрехт

При этой встрече
В одиннадцать — я ж позже десяти
Не хаживал — подплыло кровью сердце.
Стой, думаю, еще не время, Рупрехт,
Рога оленьи взращивать тебе:
Ощупай лоб, уж не рогат ли? Что-то
Мерещатся откуда-то рога.
Вот крадучись я шмыг через калитку
И схоронился в тисовых кустах.
Что милованья было там, что шуток,
Возни что было, сударь, что возни!
От зависти едва я не…

Ева

Злодей!
Что мелешь! Грех тебе.

Марта

Смотри, разбойник!
Вот с глазу на глаз попадись мне, — зубы
Пересчитаю я тебе! Не знаешь,
Где у меня зудит, так вот узнаешь!

Рупрехт

И долго, долго шла у них возня.
Что ж будет, думаю, не свадьба ж ныне?
Да только это я подумал, глядь,
Уж оба в дом, венчанья не дождавшись.

Ева

Пусть, маменька, его, пусть. Будь что будет.

Адам

Молчала б лучше! Громом разрази
Тебя, непрошеная ты болтунья!
Молчи да жди, покамест не спросили.

Вальтер

Уму непостижимо!

Рупрехт

Слышу, сударь,
Кровь будто к глотке подступает. Тошно.
Тут пуговка с жилетки, — тошно, сударь.
Тут я по шву жилетку: тошно мне.
Да встал, иду, а дверь-то на задвижке.
Ну что ж, я жать-пожать, да понапер,
Да буйно так, — и вышиб дверь с засовом.

Адам

Пострел тебя!

Рупрехт

И дверь не отгремела,
Ан с поставца кувшин уж и кувырк
Да об землю. Да кто-то прыг в окошко.
Мелькнули фалды, только и видал.

Адам

То Лебрехт был?

Рупрехт

Кому ж еще быть, сударь?
Я девку с ног валю, бегу к окошку.
Вон греховодник, вон он на тычке,
На колышке повис на виноградном.
Да надо быть на грех дверной скобе —
В руках осталась. Тут единым махом
Его я по башке скобою в фунт.
Иного места не достать бы, сударь.

Адам

Скобою!

Рупрехт

Что?

Адам

Скобой?

Рупрехт

Ну да, дверною.

Адам

Так вот что!

Лихт

Что ж вы думали, что шпагой?

Адам

Что шпагой? Почему же?

Лихт

Бог ты мой!
Ведь можно и ослышаться. Скоба
Во многом ведь напоминает шпагу.

Адам

Подумаешь!

Лихт

А что ж? Хотя бы ручкой.

Адам

Как ручкой?

Рупрехт

Ручка? Не было ее.
Ведь это был другой конец засова.

Адам

Так это был другой конец болта!

Лихт

Так. Так.

Рупрехт

Сказать, по правде, со свинчаткой.
Была та ручка впрямь, как рукоять.

Адам

Как рукоять?

Лихт

Как рукоять у шпаги.
Что там ни будь, а злостное оружье
Скрывается за всем. Я так и знал.

Вальтер

Нет, господа, нельзя так! К делу! К делу!

Адам

Вы все о постороннем, писарь.

(Рупрехту.)

Дальше.

Рупрехт

Тут он — ничком. Я было отвернулся.
В потемках, вижу, копошится все.
«Да ты ведь жив!» Взбираюсь на окошко.
Уж прыгать изловчился, сударь мой,
Тут пригоршней песку глаза ожгло мне.

Адам

Провал его… Кто ж это сделал?

Рупрехт

Лебрехт.

Адам

Разбойник!

Рупрехт

Верно слово, коли он.

Адам

А кто ж еще?

Рупрехт

Меня б не шибче градом
Смело с откоса в десять саженей,
Как в комнату я сверзился с окошка.
Дивлюсь тому, как пол не провалился,
Как шеи не свихнул себе, крестца,
Как бедер не сломал тогда я об пол,
Меж тем того уж не заполучить.
Вот я сажусь, глазища протираю,
Та — тут как тут, да «господи», да «Рупрехт»,
Да «что с тобой, дружок». Я ногу поднял,
Спасибо, не видал, куда пихнул.

Адам

Не от песку ли?

Рупрехт

От песку, вестимо.

Адам

Попал-таки!

Рупрехт

Так вот, встаю я, значит.
Взойди тут тетка в горенку с огнем.
Ну, дальше вам известно.

Адам

Как известно?

Рупрехт

Тут входит тетка. Взлаялась. И Ральф,
Сосед, пришел, да Гинц, сосед, за ними
И тетка Зузе с теткой Лизой, девки
И батраки, да псов, да кошек что
За ними приплелось! Потеха! Марта ж
Изводит девку, кто кувшин разбил.
А та ей: «Он, мол», — значит, я, — и правда:
Не в шутку голову сложил кувшин,
Что по воду повадился к ней шляться,
Коль у сапожника башка пробита.

Адам

Что возразите вы на это, Марта?
Вываливайте.

Марта

Что я возражу?
Вот, сударь, что. Что парень правду режет.
Да только так, как курку режет хорь.

Адам

Мы доказательств требуем от вас.

Марта

Охотно. Вот свидетельница. Ну-ка.

Адам

Чтоб дочь? Нет, тетка Марта.

Вальтер

Почему же?

Адам

В свидетельницы, сударь? А в законе,
В статье четвертой, что ли, или пятой:
«Коль скоро парень разобьет кувшин
И все такое, то за матерей
Свидетельствовать дочери не могут».

Вальтер

У вас смешались в голове вкрутую
Познания с незнаньем, как в квашне,
Что ни ломоть — и то в нем и другое.
Нам не свидетельство, нам показанье
Покамест нужно. Выясним затем,
В чем, за кого свидетельствовать ей.

Адам

Да, показанье. Так. Статья шестая.
Однако веры нет ее словам.

Вальтер

Пожалуй-ка сюда, дитя.

Адам

Дозвольте.
Язык отсох совсем. Эй, Маргарита!

Явление восьмое

Те же. Входит служанка.

Адам

Воды стакан!

Служанка

Сейчас.

(Уходит)

Адам

Вам не угодно ль?

Вальтер

Спасибо.

Адам

Водки? Мозелю? На вкус.

Вальтер отказывается. Служанка подает воду и удаляется.

Явление девятое

Те же, без служанки.

Адам

Сказать вам откровенно, ваша милость,
Все дело можно кончить мировой.

Вальтер

Неясно, сударь, мне, как то возможно.
Разумные, бывает, и мирятся.
Но вы-то как поспели с мировой,
Когда процесс еще и не разобран?
И как возьметесь вы за это? Разве
Вы к мненью твердому уже пришли?

Адам

Когда б, лишившись помощи закона,
Я к философии прибегнул здесь.
То это — Лебрехт.

Вальтер

Кто?

Адам

А может, Рупрехт,

Вальтер

Но кто ж из двух?

Адам

Вернее, Лебрехт все ж.

Вальтер

Так кто ж в итоге — Лебрехт или Рупрехт?
Видать, для вас решенье принимать,
Что руку запускать в мешок с горохом.

Адам

Как так?

Вальтер

Ни слова больше!

Адам

Как угодно.
Что до меня, мне, право, все едино,
Хотя б и оба провинились в том.

Вальтер

Спросите их — узнаете.

Адам

Извольте,
Но голову секите, коль чего
Доищетесь. Готов ли протокол?

Лихт

Вполне.

Адам

Добро.

Лихт

Я начал новый лист
Из любопытства: чем его заполнят.

Адам

Добро и это.

Вальтер

Сказывай, дитя.

Адам

Слышь, Евушка, слышь, сказывай, красотка.
Дай господу и нам отведать правды.
Подумай — ты пред божеским судом.
Негоже пред судьею запираться
И докучать сторонней болтовней.
Да что, ты девка и сама не промах.
Судья всегда, ты знаешь ли, судья,
Сегодня одному, другому — завтра.
Скажи ты: это Лебрехт был — добро;
Скажи, что Рупрехт, — пусть, добро и это.
Скажи ты так иль сяк скажи, и все
Раскроется по твоему желанью.
Залопочи ж ты тут о ком другом
Да третьего по имени припомни —
Остерегись! А больше я ни слова.
Кой черт! Тебе тут, в Гейзуме, никто,
Никто и в Нидерландах не поверит.
Ты знаешь, стены голые молчат,
А тот сумеет тоже защититься,
И Рупрехта нелегкая возьмет.

Вальтер

Оставили б вы лучше эти речи.

Адам

Вам это непонятно, ваша милость.

Вальтер

Мы вдоволь вас наслушалися. К делу.

Адам

По чести, не учен я, ваша милость.
Вам, горожанам, трудно нас понять.
Иная вещь — народ: бьюсь об заклад,
Что девушка смекнула, что мне надо.

Марта

Ну, что стоишь-то? Смело все наружу!

Ева

Ах, маменька!

Марта

Советую тебе!

Рупрехт

Ей-богу, тетка Марта, не легко
С отвагой знаться, если гложет совесть.

Адам

Цыц, стой, да не брыкайся.

Марта

Кто же был-то?

Ева

Спаситель!

Марта

Он, дурак пропащий, он!
Ни дать ни взять блудница! Что же, скажешь,
Спаситель виноват?

Адам

Уймитесь, Марта!
Зачем напрасно девушку стыдить?
Застращивать блудницей? Не добьемся
Так ничего. Одумается девка.

Рупрехт

Одумается!

Марта

Сказано, молчи!

Рупрехт

Сапожник-то придет уж ей на память.

Адам

Вот дьявол. Ганфрид! Эй, сюда, хожалый!

Рупрехт

Ну, ну, не стану, сударь мой. Авось
Она для вас и нападет на след мой.

Марта

Слышь, девка, не срами меня на людях.
Я сорок девять с честью прожила,
С шестого мне десятка не меняться ж.
Рожденье, знаешь, — третье февраля.
А нынче первое. Мне спех. Кто был-то?

Адам

Так, Марта, так! Хвалю! Мои слова!

Марта

Отец сказал пред смертью: «Слушай, Марта,
Девчонке мужа путного добудь,
А зашалит да станет потаскушкой,
Дай грош могильщику, пускай опять
Положит на спину меня. Ох, чую,
В гробу перевернуся, бог свидетель».

Адам

Что ж, прав и он.

Марта

А если хочешь, дочка,
Почтить отца и матерь по четвертой
По заповеди, так скажи: в светлицу
Сапожника иль третьего кого,
А все не жениха вечор впустила.

Рупрехт

Мне жаль ее. Да бросьте вы кувшин,
Ужо снесу его вам в Утрехт. Лучше б
И вправду я разбил его.

Ева

Стыдись!
Бессовестный, зачем не скажешь: ладно,
Кувшин-то я разбил. Стыдися, Рупрехт,
Что веры не даешь мне в этом деле.
Своей руки тебе не отдала ль я?
Не молвила ли «да», как ты спросил:
«Хошь, Ева, за меня пойти?» Стыдися!
Ты думаешь, сапожника не стоишь?
Да подгляди ты в дверь, что мы вдвоем
Пьем с Лебрехтом из одного кувшина,
Тебе б подумать: «Ева — девка с честью.
И разрешится все во славу ей,
Не на земле, так там, в загробном мире».

Рупрехт

Ей, Евушка, уж больно долго ждать.
Как не поверить в то, что на ладони!

Ева

Положим, это б Лебрехт был; тогда —
Разверзнись подо мной земля — подумай,
Зачем во всем тебе б мне не открыться?
Иная вещь, имей, положим, я
Таиться пред соседями причину,
Зачем и не сказать мне на тебя,
По верности по нашей обоюдной,
Коль надо так. Зачем, скажи, зачем?

Рупрехт

Тьфу, пропасть! На меня вали, согласен,
От скрипки б лишь избавило тебя.

Ева

Неблагодарный ты! Уж погожу я
Ходить со скрипкой. Стоишь ты того,
Чтоб я единым словом обелилась,
Вовек тебе на пагубу.

Вальтер

Итак?
И это слово? Не томи нас доле.
Так, стало, это не был Рупрехт?

Ева

Нет!
Нет, сударь мой, коль сам того он хочет,
Его же ради я о том молчала.
Не бил кувшина глиняного Рупрехт.
И прав, как отпирался.

Марта

Ева, что ты?
Не Рупрехт, значит?

Ева

Нет. А что вчера
Сказала вам, все, маменька, неправда.

Марта (ставя кувшин на пол)

Я кости сокрушу те!

Ева

Воля ваша.

Вальтер

Сударыня!

Адам

Сюда, хожалый! Взашей
Гоните эту ведьму! Разве спрос
Лишь с Рупрехта во что бы то ни стало?
Светили ль вы ему при этом, что ли?
Девице, думается, лучше знать.
И я не я, коль не был это Лебрехт.

Марта

Так это Лебрехт был? Выходит, Лебрехт?

Адам

Так, значит, Лебрехт, Евушка, красотка?

Ева

Бесстыжий греховодник! Вам ли думать
На Лебрехта?

Вальтер

Что? Девушка, опомнись!
Какая дерзость! Это ль уваженье,
Которым ты должна платить судье?

Ева

Какой судья он! Самого б под суд.
Подумаешь, — допрашивает тоже,
А сам всех лучше знает, чья вина.

(Обращаясь к судье.)

Не вы ли Лебрехта вчера с бумагой
Послали в город жеребий тянуть
В комиссии? Тогда зачем же даром
На Лебрехта клепать? Ведь вам известно,
Что в Утрехте он.

Адам

Ну, так кто ж тогда?
Коль то не Лебрехт, черт возьми, не Рупрехт,
Не Лебрехт… Забываешься! Смотри!

Рупрехт

Сказать дозвольте, сударь мой, по правде:
Насчет того вам девушка не врет.
Вчерашний день в восьмом часу утра
Я встретил Лебрехта дорогой в Утрехт,
И на воз коль его не подсадили,
Так к ночи десяти часам никак
Не мог он, кривоногий, воротиться.
Знать, третий кто.

Адам

Нашел еще хромого!
Вот дуралей! И в ус себе не дуя,
Детина, знай, шагает спрохвала,
И быть мне неотесанным чурбаном,
Когда овчарке среднего размера
Не попотеть, гоняючись за ним.

Вальтер

Подробно, Ева, все нам расскажи.

Адам

Простите, ваша милость, но навряд
Вам девушка на это пригодится.

Вальтер

Не пригодится? Это почему?

Адам

Придурковата. Видите, что с дурью,
Первопричастница, дитя: краснеет
При виде бороды издалека.
Впотьмах откуда прыть у них берется,
Но только день, — запрутся пред судьей.

Вальтер

Вы очень снисходительны, судья
Адам, во всем, касающемся Евы.

Адам

Сказать по правде, господин советник,
Я был приятелем ее отца.
И знаете? Уважим память друга:
Отпустим с миром дочь его домой.
Мы этим долг свой перед ним исполним.

Вальтер

Мне слишком важно, господин судья,
До сущности вопроса их добраться.
Дитя, смелее! Кто разбил кувшин?[18]

Ева

Любезный, досточтимый государь мой,
Не требуйте с меня всего признанья,
Худого не подумайте про то.
Произволенья божьего рука
Уста мои пока мне заграждает.
Что Рупрехт не разбил того кувшина,
Я в этом поклянусь пред алтарем,
Коль будет ваша воля, в остальном же
Вчерашний случай схороню в себе.
И мать не властна спрашивать всей пряжи
С меня за то, что прядь одна — ее,
Хоть и впрялась та прядь во все плетенье.
Я не могу сказать, кто расколол
Кувшин. Я посягнула бы на тайну;
Чужая, к делу не идет она.
Когда-нибудь я ей во всем признаюсь,
Но не в суде, пред всем народом — место,
Где б матери принадлежало право
Отчета требовать с меня.

Адам

По чести,
Такого права нет у ней. Ай, девка,
Не промах! Ей и книги наши в руки.
Ты только дай присягу пред судом,
И отпадут все притязанья тетки.
На это ничего не возразишь.

Вальтер

Сударыня, не пособите ль вы нам
Распутаться?

Марта

Коль, сударь, путным чем
Не угожу вам, значит, отнялся
И вовсе у меня язык от горя.
Бывает, что пропащий человек,
Чтоб обелиться пред людьми честными,
И ложно присягнет перед судом.
Но мир честной впервые здесь увидит,
Как присягают перед алтарем,
Чтобы потом украсить столб позорный.
Будь то не Рупрехт, заберись другой
Вчера в ее каморку, будь то правда,
Будь мыслимо лишь это, господа,
Я времени не тратила бы даром.
Тогда б на первое обзаведенье
Я стул бы за порог швырнула ей.
«Свет, дитятко, широк, — сказала б, — найма
Не платят там, твой волос длинен, есть
На чем повеситься, как срок приспеет».

Вальтер

Спокойней, тетка Марта!

Марта

Но коль скоро
И без ее пособья постоять
Могу за правое свое за дело
И веры не теряю в то, что он,
Не кто другой, как он, разбил кувшин мой,
То эти отпирательства меня
На пущие догадки навели:
Наверно, в той ночи иной таится
Злой умысел, а не битье посуды.
Да, сударь, надобно сказать, что Рупрехт
Набору рекрутскому подлежит.
На днях он должен приносить присягу.
Дают, известно, тягу молодые.
Что, если ночью этой он сказал:
«Бежим, не клином свет сошелся, Ева.
А от укладок у тебя ключи?»
Она уперлась малость, я ж вошла:
Не то же ли затеяли бы оба, —
Из мести парень, девка по любви, —
Что и вчера? Все в точку б не сошлось ли?

Рупрехт

Помет вороний! Каркай тоже, дрянь!
Укладки.

Вальтер

Тише!

Ева

Рупрехт дал бы тягу?

Вальтер

Эй, к делу! К делу! О кувшине речь.
Пусть Рупрехт. Доказательств, доказательств!

Марта

Добро же, сударь, докажу сперва,
Что Рупрехт расколол кувшин мой, после ж
Все дома перерою у себя.
Достала б я свидетеля и раньше,
От слова дó слова бы опроверг
Все Рупрехтовы выдумки свидетель,
Да думала, что вызволит и дочь.
Так вот, коль тетку вы его Бригитту
Сейчас благоволили бы позвать,
С меня б и этого довольно было.
При ней от главного бы Рупрехт отказался:
Бригитта их видала в полчаса
Одиннадцатого, прошу заметить.
Был цел еще кувшин, а уж вдвоем
Они шептались. Посудите ж сами,
Как прахом от того от языка
Пошла б вся басня Рупрехта.

Рупрехт

Кто видел?

Фейт

Сестра Бригитта?

Рупрехт

Как, меня да Еву?

Марта

В саду; его да Еву, в половине
Одиннадцатого, за полчаса
До той поры, как, по его словам,
Все сокрушив, он к Еве в дверь вломился,
Шушукались то с лаской, то в сердцах,
И он ее упрашивал о чем-то.

Адам (про себя)

Тьфу, черт!
Сам дьявол, видно, за меня.

Вальтер

Послать за этой женщиной.

Рупрехт

Неправда!
Вздор, сударь, вздор. Не может быть того.

Адам

Постой, разбойник! Эй, хожалый! Ганфрид!
В бегах народ кувшины-то и бьет!
Ступайте, писарь, тотчас за Бригиттой.

Фейт

Слышь, сорванец, ты это что затеял?
Вот кости перебью тебе!

Рупрехт

За что?

Фейт

Зачем молчал, что с девкой бедокурил?
Зачем молчал о том?

Рупрехт

Зачем молчал?
Да потому, что это все неправда.
А скажет что Бригитта, так повесьте,
Да заодно и старую к ногам.

Фейт

Попомни же и не пеняй, коль скажет.
Уж как вы с Евушкою ни храбрись,
А сразу видно — оба хороши.
Одним укрылись покрывалом оба.
Постыдной тайны скрытчица она,
Да жаль тебя, и вот молчит, не выдаст.

Рупрехт

Какой там тайны?

Фейт

А зачем вчера
Имущество сбирал и торопился?

Рупрехт

Имущество?

Фейт

Штаны, пиджак, белье.
Связал все в узел, точно на дорогу.
Осталось за плечи взвалить.

Рупрехт

Затем,
Что в Утрехт мне к набору. Провалиться.
А вы уж, видно…

Фейт

В Утрехт? Как же, в Утрехт!
Спешил, боялся в Утрехт не поспеть!
Третьёго дня еще не знал, какого
Шестого ль, пятого ль ему идти.

Вальтер

Не скажете ль чего, отец, о деле?

Фейт

Заподлинно я ничего не знаю.
Был дома я, когда кувшин разбили.
И о другой затее, правду молвить,
Мне подлинного нечего сказать.
И ничего, коль дело пообмыслить,
Не примечал за ним я никогда.
Я шел сюда, сыновней правдой крепок,
Чтоб по решенье тяжбы их сговор
Расторгнуть тут же да взыскать с девчонки
За ладанку с серебряной цепочкой,
Которой летошнюю осень он
Пожаловал ее, помолвясь с нею.
Коль что насчет бегов наружу выйдет,
Мне это в новость, судьи, как и вам.
Тогда пусть дьявол шею сыну сломит.

Вальтер

Судья Адам, доставьте в суд Бригитту.

Адам

Боюсь, чтоб это вас не утомило.
И так уж затянулся этот спор.
А впереди у нас разбор отчетов
И касс. Который час-то?

Лихт

Полчаса…

Адам

Одиннадцатого?

Лихт

Почти двенадцать.

Вальтер

Так что ж?

Адам

Пора. Вам надо отдохнуть.

(Смотрит на часы.)

По совести… Итак, что вы решили?

Вальтер

По-моему…

Адам

Прервать допрос? — Прекрасно.

Вальтер

По-моему, напротив, продолжать.

Адам

Прекрасно. Продолжать. А то бы завтра
Я утром сам все это разобрал.

Вальтер

Мое желанье вам известно.

Адам

Ладно.
Хожалого пошлите, писарь. Тотчас.
Пускай сюда Бригитту приведет.

Вальтер

И позаботьтесь, — мне ведь недосуг, —
Пожалуйста, об этом малость сами.

Лихт уходит.

Явление десятое

Те же, без Лихта, затем несколько служанок.

Адам (встает)

Покуда бы не грех, коль вы не прочь,
Немного освежиться.

Вальтер

Гм… Ну, что же.
Что я хотел сказать…

Адам

Да хорошо б
И сторонам, покуда ждем Бригитту…

Вальтер

Что сторонам?

Адам

Наружу отлучиться.

Вальтер (про себя)

Тьфу, черт!

(Громко.)

Судья, я попрошу у вас
Стакан вина на время перерыва…

Адам

Готов от всей души. Эй, Маргарита!
Почту за счастье. Где ж ты, Маргарита?

Служанка является.

Служанка

Здесь.

Адам

Что поднесть вам? — Остальные марш!
Рейнвейну? — Выдьте в сени. — Или водки?

Вальтер

Рейнвейну.

Адам

Так-с. — Пока не позову.

Вальтер

Куда вы их?

Адам

С печатью, Маргарита.
Людей куда? Лишь в сени. — Ключ возьми.

Вальтер

Оставьте их.

Адам

Марш! Духом, Маргарита!
Подай нам сыру лимбургского, гуся
Копченого да масла, что на льду.

Вальтер

Постойте, господин судья. Мгновенье.
К чему такие хлопоты?

Адам (остальным)

Пошли!
Пошли! А ты ступай, как приказали.

Вальтер

Вы отсылаете их?

Адам

Ваша милость?

Вальтер

Вы их…

Адам

Я полагаю, пусть они,
Покамест нет Бригитты, разомнутся.
Не возражаете?

Вальтер

Как вам угодно.
Не знаю только, стоит ли труда,
Вы думаете, поиски Бригитты
Займут так много времени?

Адам

Сегодня
День сбора хворосту, когда у нас
Все бабы разбредаются по рощам,
И очень может статься…

Рупрехт

Тетка дома.

Вальтер

Ну, вот вам.

Рупрехт

И, не мешкая, придет.

Вальтер

Придет, не мешкая. — А где ж вино-то?

Адам (про себя)

Ах, черт!

Вальтер

А от закуски откажусь.
Кусочек хлеба с солью разве только.

Адам (про себя)

Хотя б минуту с девкой с глазу на глаз.

(Громко.)

Кусочек хлеба с солью?.. Я обижусь.

Вальтер

Без шуток.

Адам

Ломтик лимбургу. От сыру
Разымчивее вина.

Вальтер

Хорошо.
Так лимбургу, а больше ничего.

Адам

Ступай. Да чистую постелешь скатерть.
А там — чем бог послал.

Служанка уходит.

Холостяков
Заклятых преимущество не то ли,
Что между тем как в скудости иной
С семьею всем делиться