/ / Language: Русский / Genre:sf_horror,

Загадочный Дом На Туманном Утесе

Говард Лавкрафт


The strange high house in the mist

Говрд Филлипс Лвкрфт

Згдочный дом н тумнном утесе

По утрм у скл з Кингспортом[1] с моря поднимется тумн. Белый и слоистый, он поднимется из морских глубин к своим собртьям-облкм, принося им видения подводных пстбищ и тинственных пещер Левифн[2]. Позднее чстички этих видений возврщются н землю вместе с бесшумными летними дождями, которые пдют н островерхие крыши домов, где обитют поэты. Человеку в этой жизни трудно обойтись без тйн и стринных легенд, без тех скзочных историй, что по ночм ншептывют друг другу плнеты.

Когд в подводных гротх Тритонов[3] и в древних зтонувших городх звучт первобытные мелодии Влстителей Древности, великие тумны поднимются к небесм, неся с собой тйное знние, недоступное человеку. В ткие минуты глз, устремленные в сторону моря, видят одну лишь белесую пустоту, кк если бы крй утес был крем вселенной, колокол н невидимых бкенх звонят торжественно и протяжно, словно пря в волшебном окене эфир.

К северу от Кингспорт склы обрзуют террсы, нгроможденные одн н другую и достигющие огромной высоты. Последняя из них висит подобно зстывшему серому облку, принесенному бризом. Открытя всем ветрм, он одиноко прит в безгрничном просторе, поскольку берег здесь круто поворчивет кк рз в этом месте впдет в море полноводный Мисктоник, который течет по рвнине мимо Аркхэм, неся с собой легенды длекого лесного кря и мимолетные воспоминния о холмх Новой Англии.

Для жителей Кингспорт этот утес имеет ткое же знчение, кк для ккого-нибудь морского нрод Полярня звезд, Большя Медведиц, Кссиопея или Дркон. В их предствлении этот утес являет собой одно целое с небесной твердью. Тумн зкрывет его точно тк же, кк скрывет он солнце и звезды. K некоторым из утесов местные жители относятся с любовью. Одному из них они дли имя Отец Нептун з его фнтстический профиль, ступенчтые уступы другого нрекли Большой Дмбой. Но этой склы люди явно стрштся уж очень он высок и неприступн. Впервые увидев ее, португльские моряки cyeверно перекрестились, местные строжилы-янки до сих пор уверены, что если бы кто и смог взобрться н эткую высоту, последствия для него были бы ужснее смерти. Тем не менее н этом утесе стоит древний дом, и по вечерм люди видят свет в его небольших квдртных окошкх. Этот дом всегд стоял тм ходят слухи, что в нем живет Некто, говорящий с утренними тумнми, которые поднимются из глубин. Он, якобы, нблюдет чудес, открывющиеся в окенской дли во времен, когд кромк утес стновится крем вселенной и колокол н бкенх торжественно звенят, свободно пря в тумнном эфире. Но все это только домыслы. Н грозном утесе никто никогд не бывл. Дже просто взглянуть н него в подзорную трубу решлись немногие. Првд, люди, приезжющие сюд летом н отдых, не рз нпрвляли в ту сторону свои щегольские бинокли, но видели только серую остроконечную крышу, поднимющуюся чуть ли не от смого фундмент, д еще тусклый свет мленьких окон в сумеркх.

Приезжие не верят, что пресловутый Некто живет в этом доме в течение сотен лет, но не могут докзть свою првоту коренным кингспортцм. Дже Стршный Стрик, который беседует со свинцовыми мятникми, подвешенными в бутылкх, рсплчивется с бклейщиком стринными испнскими дублонми[4] и держит кменных идолов во дворе своего дом н Водяной улице, может скзть лишь то, что дел с домом обстояли точно тк же еще в те времен, когд его дед был мльчишкой, и дже много рньше, когд Бельчер или Ширли, может Пунел или дже Бернрд[5] служили губернторми Его Королевского Величеств провинции Мссчусетс.

Однжды летом в Кингспорт приехл некий философ. Звли его Томс Олни; он преподвл ккие-то скучные предметы в колледже, что рсположен неподлеку от Нрргнсетского злив. Философ приехл н отдых вместе с дородной женой и шумливыми детьми. Глз его устли видеть одно и то же в течение многих лет, ум утомился от однообрзные ствших уже шблонными мыслей. Олни нблюдл тумны с вершины Отц Нептун и пытлся проникнуть в их мистический мир, взбирясь по крутым ступеням Большой Дмбы. Кждое утро он подолгу лежл н утесх и, вглядывясь в згдочную пелену з крем земли, прислушивлся к призрчному звону колоколов и длеким пронзительным крикм, которые вполне могли быть крикми обыкновенных чек. А после того кк тумн рссеивлся и море принимло свой будничный вид, он со вздохом спусклся в город, где любил бродить по узким древним улочкм, петляющим по склону холм, и изучть потресквшиеся полурзрушенные фсды и двери с фнтстическими резными укршениями в домх, где обитли многие поколения рыбков и мореходов. Он дже кк-то рз потолковл со Стршным Стриком, который хотя и не особенно жловл посторонних, приглсил-тки его в свой мрчновтый дом, где низкие потолки и изъеденные жучком пнели отржют эхо беспокойных ночных монологов.

Смо собой рзумеется, Олни обртил внимние н серый, никем не посещемый дом н зловещем северном утесе, который, по слухм, был посвящен в тйны морских тумнов и предствлял собой одно целое с небесной твердью. Он висел нд Кингспортом всегд во все времен был згдкой для его обиттелей. Стршный Стрик рсскзл ему своим хриплым голосом историю, услышнную от отц, в которой повествовлось о том, кк однжды из островерхого дом к облкм поднялся ослепительный столб огня, ббушк Олни, что обитл в крохотном домике н Корбельной улице, поведл о том, что ее ббк узнл из вторых рук. Речь шл о кких-то призркх, входивших в единственную узкую дверь этого неприступного жилья прямо из глубины тумн. А дверь его, ндо скзть, рсположен в нескольких дюймх от кря склы и может быть видн только с борт корбля.

В конце концов изголодвшись по новым впечтлениям и презрев всеобщий кингспортский стрх и обычную лень сезонного дчник, Олни принял роковое решение. Вопреки консервтивному воспитнию , возможно, и блгодря ему, ибо однообрзня жизнь воспитывет томительную жжду неизведнного, он поклялся збрться н этот утес и войти в тинственный, древний, зоблчный дом. Здрвый смысл подскзывл ему, что обиттели дом могут добрться до него более легкой дорогой со стороны устья Мисктоник. Может быть, зня неприязнь к ним кингспортцев или будучи не в состоянии спуститься в город по отвесному южному склону, они ведут торговлю в Аркхэме. Тщтельно осмотрев это место, Олни еще рз убедился в его неприступности. С восток и север вертикльные стены поднимлись от смой воды. Оствлся необследовнным лишь зпдный отлог, вздымвшийся со стороны Аркхэм.

И вот однжды, рнним вгустовским утром, Олни выступил в поход. Он двиглся н север по живописным проселочным дорогм, мимо пруд Хупер и строй кирпичной мельницы. Луговой склон плвно поднимлся к горному кряжу нд Мисктоником. Отсюд открывлся дивный вид н белые георгинские шпили Аркхэм и н широкие поля з ними по ту сторону реки. Олни обнружил узкую тенистую тропинку, ведущую к Аркхэму. Того, что он искл дороги в сторону окен не было и в помине. Устье реки было окружено сплошными лесми, и ничто здесь не говорило о присутствии человек он не приметил ни осттков кменной огрды, ни отбившейся от стд коровы. Кругом росли высокя трв, подпирвший небо деревья д жесткие колючие кусты пейзж должно быть, мло изменился с тех пор, когд туд бродили индейцы. С трудом продирясь сквозь эти зросли, Олни здвлся вопросом, кк обиттелям дом удется выбирться в большой мир и чсто ли они бывют н рынке в Аркхэме.

Вскоре лес поредел, и длеко внизу он увидел холмы, шпили и черепичные крыши Кингспорт. Дже центрльный холм кзлся крликом с этой высоты. Олни еле рзличил строе клдбище рядом с больницей Конгрегции, под которой, соглсно местным легендм, нходились ккие-то потйные пещеры или подземные ходы. Вверх по склону простирлись невзрчня трвк д чхлые побеги черники, з ними виднелись лишь голя скл д серый дом, зстывший н ее вершине. Гребень склы стновился все уже, и у Олни нчл кружится голов. Он вдруг остро ощутил свое одиночество и беспомощность к югу от него нходилсь нводящя ужс пропсть нд Кингспортом, к северу отвесня стен высотой не менее мили и устье реки где-то тм, внизу. Внезпно перед ним открылсь рсселин футов в десять глубиной! Он повис н рукх и спрыгнул н поктое дно. Зтем с риском для жизни полез вверх по трещине в противоположной стене. Ему пришло в голову, что обиттелям этого жутковтого дом приходится неслдко во время путешествий между небом и землей. Когд он выбрлся из рсселины, уже нчл собирться утренний тумн, но ему ясно был виден змячивший впереди высокий дом, серые, под цвет склы, стены и острый конек крыши, окутнный молочно-белыми морскими испрениями. Олни рссмотрел стену дом, обрщенную к суше. Пр решетчтых окон с тусклыми стеклми, збрнными свинцом в мнере XVII век и ни нмек н дверь. Облко тумн продолжло сгущться, и он уже не видел внизу ничего, кроме сплошной белой звесы. Он остлся один н один с этим стрнным, пугюще безмолвным домом. Когд же он неверным шгом приблизился к нему и увидл, что передняя стен соствлял одну плоскость со склой, до единственной узкой дверцы нельзя было добрться инче, кк шгнув прямо по воздуху, Олни ощутил прилив ужс, который нельзя было объяснить одной лишь головокружительной высотой. При этом он все же успел зметить, что крыш дом прогнил почти нсквозь, кирпичня клдк печной трубы держлсь только чудом нстолько он был ветхой.

В сгущющемся тумне Олни ползком обследовл окн н северной, зпдной и южной стенх все они были зперты. Он испытл смутное облегчение от этого, ибо ему все меньше хотелось попсть внутрь. Вдруг его остновили ккие-то звуки. Бряцние змк, стук зсов, скрип словно где-то рядом медленно и осторожно открывли тяжелую дверь. Все это происходило со стороны окен, см он не мог видеть ту стену. Узкя входня дверь рспхнулсь нд тысячефутовой бездной. Зтем внутри рздлись тяжелые шги, и Олни услышл, кк открыли окно снчл н северной стене, с противоположной стороны дом, потом н зпде, з углом. Вслед з этим должны были открыть окно под низко свисвшим крнизом н южной стороне тм, где он стоял. Ндо признться, ему стло очень неуютно. Впереди этот зловещий дом, позди глубокя пропсть. Когд з ближйшей створкой нчли шрить в поискх здвижек. Олни снов перебрлся н зпдную сторону, плотно прижимясь к стене с открытыми теперь окнми. Очевидно, вернулся хозяин. Откуд? Со стороны cуши никто не появлялся, к дому не подлетл ни шр, ни любое другое мыслимое воздушное судно. Шги опять приблизились к нему. Олни метнулся к северу, но скрыться не успел: послышлся спокойный негромкий голос. Судя по всему, встречи с хозяином дом было не избежть.

Из зпдного окн высунулось лицо, обрмленное черной густой бородой. Взгляд блестящих глз хозяин был пронзителен. Но голос его звучл мягко, с ккими-то рхичными интонциями, потому Олни не испытл шок, увидев протянутую ему згорелую руку. С помощью хозяин он перелез через подоконник и очутился в низкой комнте, обитой черными дубовыми пнелями и уствленной резной мебелью эпохи Тюдоров. Мужчин был одет в стромодный кфтн и по виду нпоминл моряк со средневекового глерон. Олни не слишком много зпомнил из того, что тот ему рсскзывл. Сейчс он дже не может с определенностью скзть, кем был бородч, но утверждет, что был он необычен, добр и что, нходясь рядом с ним, он кк никогд остро ощущл бесконечность времени и величие космос. Мленькя комнтк был нполнен тусклым зеленовтым светом, словно от лучей солнц, проходящих сквозь воду. Олни зметил, что окн н восточной стороне дом отделяли помещение от тумнного эфир темными, почти непрозрчными стеклми. Хозяин н первый взгляд кзлся достточно молодым, однко глз его были глзми древнего стрц. Из его слов можно было и впрямь зключить, что он жил здесь, общясь с морскими тумнми, здолго до тех времен, когд н рвнине появились первые поселенцы и увидели высоко нд собой его молчливый дом. День шел своим чередом, Олни все внимл его рсскзм о стрине и длеких чудесных крях. Он услышл о том, кк цри Атлнтиды боролись с громдными и скользкими морскими гдми, выползвшими из рсселин н дне, узнл, что Хрм Посейдон, укршенный мрморными колоннми и увитый водорослями, до сих пор иногд является взору мтросов, чей корбль обречен н гибель. Вспоминл рсскзчик и времен Титнов, и те смутные век црств хос, когд еще не было ни богов, ни дже Влстителей Древности, когд Другие Боги веселились и тнцевли н вершине горы Хтег-Кл в кменистой пустыне близ Ультр, что лежит з рекой Скй.

В эту минуту в дверь постучли в стринную дубовую дверь, укршенную гвоздями с квдртными шляпкми, з которой был одн лишь бездн. Олни вздрогнул от неожиднности, но бородч сделл успокивющий жест, н цыпочкх прошел к двери и зглянул в глзок.

Вероятно, ему не понрвилось то, что он увидел, потому что, приложив плец к губм, он обошел комнту кругом, зкрывя окн. Только после того он знял свое место нпротив гостя. Олни увидел, кк неясный черный силуэт появился поочередно в кждом из полупрозрчных окон и чуть погодя исчез во мгле. Философ почувствовл облегчение от того, что хозяин не открыл двери. Тинственный пришелец из бездны кто бы он ни был вряд ли приходил сюд с добрыми нмерениями.

Понемногу нчли сгущться тени. Снчл еле зметные под столом, зтем все более плотные по углм. Бородтый хозяин совершл ккие-то ритульные действия и, передвигясь по комнте, зжигл высокие свечи в стринных, прекрсной рботы подсвечникх. Он все посмтривл н вход, словно кого-то ожидя. В конце концов кк бы в ответ н его вопросительный взгляд послышлсь серия легких удров в дверь что-то вроде условного проля. Н этот рз хозяин дже не зглянул в глзок, срзу отодвинул мссивный зсов и широко рспхнул дверь в тумн, нвстречу звездм.

Под звуки удивительной музыки в комнту из окенских глубин хлынули ожившие воспоминния и грезы древних обиттелей Земли. Яркие языки плмени н миг ослепили Олни, когд он встл, чтобы должным обрзом приветствовть гостей. Был тут и Нептун с трезубцем в руке, и игривые Тритоны, и фнтстические Нереиды. Н спинх дельфинов возлежл — огромня рковин с зубчтым крем, в которой помещлся грозного вид стрик то был Ноденс, Хозяин Великой Бездны. Тритоны извлекли сверхъестественные ноты из своих перлмутровых рковин, Нереиды подняли ужсный шум, удряя в гулкие пнцири неведомых морских моллюсков. Ноденс протянул морщинистую руку и помог Олни с бородчом збрться в свой просторный экипж. При этом рковины и пнцирные гонги взвыли и згрохотли с удвоенной силой. Скзочный кортеж, тронувшись с мест, вскоре исчез в бесконечном эфире, производимый им шум потонул в рсктх ндвигющейся грозы...

Всю ночь в Кингспорте нблюдли высокий утес, изредк появлявшийся между летящими тучми. Когд ближе к утру в его окнх погсли огни, суеверные люди шептли не инче, мол, быть беде. А дети и жен Олни всю ночь усердно молились Всевышнему и, очень ндеялись, что путешественник одолжит у кого-нибудь зонтик и плщ, если дождь не утихнет к утру. Кк обычно, с рссветом поднялся тумн, и рзнесся торжественный звон бкенных колоколов. А в полдень свирели эльфов зпели нд окенским простором, возвестив о возврщении Томс Олни. Он пришел легкой походкой, в совершенно сухой одежде, взгляд же его был здумчив и кк-то стрнно рссеян. Он не мог толком объяснить, что именно произошло с ним в этом вознесенном под небес жилище безымянного отшельник, не помнил, кк спустился с высоты, и вообще не желл ни с кем говорить о своем путешествии. Рзве что со Стршным Стриком, который позднее н все любопытные рсспросы отвечл коротко и мловрзумительно что, мол, спустился не совсем тот, кто поднимлся, и что якобы под островерхой крышей, , может быть, и где-нибудь в недосягемых тумнных высях все еще блуждет потеряння душ того, кто прежде был Томсом Олни.

С тех пор в течение долгих однообрзных лет философ трудился, ел, спл словом, покорно влчил существовние добропорядочного гржднин и никогд больше не проявлял интерес к вещм чудесным и сверхъестественным. Дни его сейчс текут спокойно и рзмеренно, женушк все толстеет, дети выросли, поумнели и стли хорошей опорой для стреющего отц, который не упускет случя этим похвстться. Взгляд его двно уже утртил огонек беспокойств, и если он когд и прислушивется к торжественным колоколм или дльним свирелям эльфов, то лишь во снх, с годми посещющих его все реже и реже. Никогд больше семейство Олни не приезжло в Кингспорт им не пришлись по вкусу нелепые стрые домишки и вечня сырость этого приморского городк. Теперь они кждое лето отдыхют в нрядном бунгло н бристольском нгорье, где нет никких утесов, соседи в большинстве своем являются культурными городскими дчникми.

Между тем в Кингспорте ходят смые невероятные слухи; дже Стршный Стрик допускет, что его дедушк рсскзл длеко не все из того, что ему было известно. Ибо теперь всякий рз, когд северный ветер обдувет высокий дом, который, кк говорят, соствляет единое целое с небесной твердью, нд округой уже не црит зловещя тишин, многие годы пугвшя жителей Кингспорт. Теперь кое-кто из них утверждет, будто бы в высях поют нгельские голос, слышен смех, исполненный неземной рдости, мленькие окошки небесного дом светятся ярче, нежели рньше. Они подметили ткже, что ослепительное сияние все чще згорется нд островерхим домом, и тогд н фоне голубовтых зрниц утес и дом выглядят кким-то фнтстическим черным миржем. Утренние тумны стли еще более непроницемы, и многие моряки сомневются в том, что висящий нд морем торжественный звон и впрямь исходит от бкенов. В то же смое время что хуже всего молодежь Кингспорт, отринув стрхи, с любопытством прислушивется к длеким звывниям северного ветр. Они клянутся, что стрый дом не может служить источником беды и зл, поскольку в доносящихся оттуд голосх звенит рдость, с ними вместе слышны смех и музык. Им неизвестно, что происходит вверху з призрчной пеленой тумн, но они жждут уловить хоть ккой-то нмек н те чудес, что тихо стучтся в дверь дом, когд тому нступет срок. Стрейшины всерьез опсются, что однжды все молодые люди один з другим отпрвятся н вершину рзведть, ккие древние тйны скрывет дом под своей остроконечной крышей. Они не сомневются, что эти отчянные смельчки вернутся, но боятся, что в их глзх погснет прежний огонь, сердц охлдеют к жизни. Им не хочется, чтобы Кингспорт с его узкими улочкми, крбкющимися по холмм, и резными фронтонми стринных здний год з годом жил вялой птичной жизнью, в то время кк смеющийся хор, пополняясь новыми голосми, звучл бы все громче и громче н той неприступной скле, где отдыхют морские тумны по пути к небесм.

Они не хотят, чтобы души молодых людей покинули уютные домшние очги и тверны строго Кингспорт, не хотят, чтобы смех и пение нверху с кждым годом усиливлись и рзрстлись. Ведь если один голос принес новые тумны с моря и сделл огни н утесе ярче, то другие голос добвят еще тумнов и голубовтых огней и, может быть, Стрые Боги (н чье существовние они робко нмекют, боясь, что эт ересь достигнет ушей приходского священник) проснутся и, выйдя из глубины неведомого Кдф, зтерянного в холодном морском просторе, вновь поселятся н дьявольском утесе в опсной близости от лсковых холмов и долин Новой Англии. Они не хотят этого, ибо простым людям общение с потусторонними силми никогд не приносило добр. Кроме того, Стршный Стрик чстенько вспоминет слов Олни о том первом стуке, которого устршился отшельник, и о черном силуэте з полупрозрчными окнми дом.

Все эти тйны ведомы лишь Стршей Рсе и никогд не стнут достоянием людей. А пок же густой тумн кждое утро поднимется от подножия утес н головокружительную высоту к серому дому с остроконечной крышей, где по вечерм зжигются тинственные огни, и тогд северный ветер доносит до город отголоски безудержного веселья. Белый и слоистый, тумн восходит из глубины к своим собртьям-облкм, принося с собой видения цветущих морских долин и мрчных пещер Левифн. Когд в подводных гротх Тритонов, в древних зтонувших городх звучт первобытные мелодии Влстителей Древности, великие тумны поднимются к небесм, Кингспорт, ютясь н склоне холмов под ндзором зловещего кменного чсового, видит в стороне моря лишь мутно-белую пустоту, кк если бы кромк берег был крем Вселенной в ткие минуты колокол н невидимых бкенх звонят торжественно и протяжно, словно пря в бесконечном окене эфир.