/ Language: Русский / Genre:detective,

Давай Найдем Судьбу

Галина Полынская


Полынская Галина

Давай найдем судьбу

Галина Полынская

Давай найдем судьбу

иронический детектив

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Будильник звонил, звонил и звонил... Прямо, как известие о конце света, в самом деле. Не открывая глаз и не желая просыпаться, я повозила рукой по тумбочке в поисках этого гадкого предмета, чтобы не убить его, так хоть покалечить, но он не попадался, видать, спрятался куда-то... "Сегодня воскресенье... - еле-еле проползла мысль в моей спящей голове, - чего он пзвонит, паразит эдакий..."

- Перестань! - пробормотала я, взывая к благородству будильника. Перестань, ну будь человеком!

Но он им становиться не хотел и продолжал раздираться дальше. Потом собака. Ей-то, естественно, было все равно, что мне хочется всхрапнуть в воскресное утро, собаке надо гулять. Ей обязательно надо тащиться в семь утра и шляться по улицам, волоча за собой на поводке крепко спящую хозяйку.

Сначала этот злой пес настырно сопел мне в ухо, потом приступил к более действенным мерам: он положил на меня одну свою стокилограммовую лапу, потом вторую, тряхнул меня за плечи и громко сказал:

- Сена, вставай!

Я так удивилась, что даже открыла глаза. Говорил не пес, это была моя подруга.

- Как ты вошла? - поинтересовалась я.

Клетки головного мозга упорно не желали просыпаться, они хотели досмотреть сладкий сон про случайно найденный чемодан с деньгами.

- Через дверь. Я полчаса стояла, звонила, а потом толкнула её, и она открылась, ты опять забыла запереть замок. Я тебе просто поражаюсь, как ты можешь спать с открытой дверью?

- Я забыла... не знала... - пробормотала я, норовя отвернуться к стенке и продолжить спать. Мне так хотелось пересчитать деньги и узнать, сколько же их конкретно в чемодане.

- Сена, вставай! - Тая пыталась стянуть с меня одеяло, а я сопротивлялась. - Вставай, ты что, забыла, какой сегодня день?

- Воскресенье. - Я решила, что и без одеяла не замерзну. - Собаку... надо... гулять...

- Собаку я буду гулять, а ты вставай и одевайся, мы же к Рите едем, она нас может только с утра принять!

- Зачем мы к ней едем?

- О, Боже! Маникюр, прически, маски косметические! Встанешь ты, наконец, или нет?

- Не встану, никуда не поеду, я и так красивая.

Ну почему весь мир ополчился против меня именно в воскресенье? Я, может, всю неделю ждала, чтобы поспать, и вот, на тебе!

- Вставай, просыпайся! - тормошила меня Тая. - Сегодня же презентация!

- Чего презентуем? - зевнула я, не в силах уловить связи между мною, Ритой, воскресеньем и презентацией.

- Ну, ты даешь! Приглашения, которые я раздобыла неделю назад! Ты что, вообще ничего не помнишь, что ли? Открытие нового модельного агентства, там будет весь свет и мы!

- Не хочу! Я хочу спать, а не смотреть на тощих девушек, меня зависть замучит.

- Да причем тут тощие девушки! - она схватила меня за плечи и вывела из моего любимого горизонтального положения. Ничего, я могу спать и сидя, но Тае было начхать на мои чувства и желания, она продолжала свое черное дело.

- Вставай, кому говорю! А то я сейчас принесу холодной воды и всю её тебе на голову вылью!

- Только попробуй! - зевнула я с угрожающим подвыванием.

- Нам надо на презентацию! Пойми, надо! Девушки нас не интересуют, нас интересуют молодые люди, которые там будут!

- Какие могут быть молодые люди и презентации в такую рань, в воскресенье? - продолжала возмущаться я.

- Черт побери, или ты немедленно открываешь глаза, или я иду за водой!

- Хорошо, я буду спать с открытыми глазами, - я их раскрыла и уставилась на свою неугомонную подругу. И чего людям не спится?

- Ты всю жизнь проспишь! - воскликнула она. - Мы же решили с тобой, что будем сами искать свою судьбу и не ждать, пока принцы свалятся на нас с неба! Ты же сама предложила!

- Вечно мне в голову приходят всякие кретинские идеи! - в сердцах сказала я и все-таки стала просыпаться. Когда со всех сторон такое давление на психику, просто невозможно продолжать наслаждаться богатством в чемодане.

- Все, не бузи, уже встаю.

Я поплелась в ванную, досадуя, что кофе не варится сам по себе и не ждет меня в чашке на столе. В ванной я ещё немного подремала, прислонившись к вешалке с полотенцами, а Тая тем временем повела барбоса прогуляться.

На кухне я включила радио, послушать, что скажут хорошего, и поставила кофейник на плиту. Что плохого в кофейнике - он не умеет свистеть, когда закипала вода, и зачастую весь мой кофе оказывался где угодно, но только не в моей чашке. Правда, иногда мне удавалось изловить выкипающий напиток и выпить его весь, без потерь.

По радио, диджей, захлебываясь от восторга, рассказывал, сколько убийств и грабежей произошло за вчерашний день, и строил предположения, сколько их будет сегодня. Потом на лестничной площадке раздался знакомый топот и лай - пупсик возвращался домой, и, значит, срочно надо было готовить ему завтрак, иначе сладкий будет возмущен до глубины души.

- Ну, проснулась? - спросила Тая, заходя в квартиру, следом влетел пупсик.

- Да, почти, кофе будешь?

- Буду, только я сама сварю, а то ты опять проворонишь.

- Ладно, вари.

Я решила, что сладкий обойдется с утра сухим кормом, и пока он им бодро хрустел, попыталась собраться с мыслями. Когда мы праздновали день святого Валентина в своей собственной дружной компании, состоявшей из меня, Таи, собаки и молчащего телефона, то пришли к выводу, что нечего ждать милостей от природы, надо брать самим судьбу за рога, и как следует накрутить ей хвоста. Иными словами, следует самим заняться устройством личной жизни. Принцы, почему-то не толпились на наших лестничных клетках, в двери не колотили, требуя их впустить, и под окнами серенады не пели. Положение надо было срочно менять, две такие ослепительные красотки, наделенные редкостным умом, всякими разными блестящими дарованиями, просто пропадали почем зря.

Моя идея заняться восстановлением справедливости, пришлась Тае по душе, и она немедленно взялась за дело и одной ей известными путями, раздобыла два приглашения на презентацию. Для того, чтобы не чувствовать себя скверно на фоне модельных красоток, нам требовался визит на дом к одной малознакомой Рите. Ее имя обычно произносилось с придыханием, потому что работала она в каком-то несусветно дорогом салоне красоты и могла из какого угодно крокодила сделать суперзвезду. Иногда она принимала крокодилов на дому, и мы решили, что ради презентации можно как следует потратиться на собственную красоту, вернее, так решила Тая, а я была против, потому что второй год копила на микроволновую печь. Нет, не потому что я хотела купить такую дорогущую, а потому что никак не могла заставить себя не трогать деньги, ну не получалось у меня оставить их в покое!

Тая заверила, что без микроволновой печи очень даже можно обойтись, а без новой прически, без маникюра, сделанного специалистом, хоть раз в жизни не обходится никто. В общем, я сдалась, и агрегат моей мечты опять отодвинулся в далекие дали.

Позавтракав, мы отправились становиться суперзвездами, чтобы эти модели не очень-то о себе воображали.

Рита жила в доме с работающим лифтом, что было особенно ценно, потому что её квартира находилась на двадцатом этаже. Лифт оказался очень солидным и даже без надписей, сообщающих, как кто к кому относится, но не успели мы порадоваться солидности лифта, как он остановился между небом и землей.

- Ну и что бы это значило? - спросила Тая у лифта.

- Кажется, мы застряли, - ответила я за него. - Ты когда-нибудь застревала в лифтах?

- Нет, и не стремилась.

Тая подошла к панели с кнопками и, нажав красную аварийную, крикнула в маленькие дырочки:

- Кто-нибудь! Спасите, мы застряли!

Никакого ответа не последовало, тогда она закричала погромче, а потом нецензурно.

- Сегодня воскресенье, - напомнила я, - все спасители сидят дома, так что будем тут торчать до понедельника.

- Ну, уж нет, как бы не так! Из-за какого-то дурацкого лифта пропускать презентацию! - Она принялась кулаками колотить по всем кнопкам подряд, и двери вдруг открылись.

- Скорее! - крикнула она. - Бежим, пока он не передумал!

Она схватила меня за руку и выволокла наружу. Мы находились на третьем этаже.

- Что будем делать? - полюбопытствовала я.

- Пойдем пешком, неизвестно что от лифта можно ожидать, а других нет.

Я произвела в уме математические расчеты и сказала:

- Ты хочешь сказать, что надо пройти семнадцать этажей и миллиард ступенек? Не-е-ет, я иду домой!

- Стой! - она успела схватить меня за шарф. - Неужели ты спасовала перед каким-то десятком этажей?

- Перед семнадцатью, - уточнила я, стараясь освободиться, но Тая вцепилась в деталь моей одежды мертвой хваткой.

- Сена, ты не можешь меня бросить! - воскликнула она. - Это ведь общее дело! Я же для нас обеих старалась!

Моя совесть проснулась и сказала мне: "Иди, неблагодарная!"

- Ну, хорошо, - вздохнула я и медленно поползла по ступенькам, экономя силы.

У одиннадцатого этажа моя совесть заткнулась, уступив место ярости благородной. С меня лило в три ручья, а ноги казались сделанными из рассохшегося дерева. Тая шла впереди и не жаловалась, подавая мне пример.

- Я не могу больше! - ныла я. - Давай устроим привал!

- Никаких привалов! Иди, в конце концов, немного потренируешься!

- Хорошо тебе говорить, ты год назад на тренажерах занималась, теперь-то тебе легко! А мне жарко, я не могу больше так страдать!

- Не надо было одеваться, как на зимовку, весна на дворе.

- Весна только началась, и я мерзну! Но если бы знать, что придется пешком ползти на вершину небоскреба, я бы оделась в купальник и шлепанцы!

- Перестань, Сена! - сопела Тая. - Не так уж и высоко, зато представь, как будет легко спускаться вниз!

- А, что, мы разве не поедем на лифте?! - завопила я.

Наконец добрались до проклятого этажа. Я вытерла пот со лба и подняла с пола выпавший из ослабевшей руки шарф.

- Теперь у меня ноги неделю будут трястись и болеть! - пожаловалась я.

- Хватит ныть!

Тая решительно направилась к нужной квартире. Позвонив в двери, мы постарались придать себе пристойный и чинный вид. Когда дверь открылась, у меня потемнело в глазах. Это была самая страшная женщина, которую мне когда-либо доводилось видеть. Высоченного роста, ужасно костлявая, с таким же костлявым лицом, обтянутым бледной кожей, с водянистыми глазами навыкате и тощим желтым пучком волос на макушке.

- Проходите! - произнесла она надтреснутым голосом и скрылась в недрах своей квартиры.

- Мамочка! - прошептала я и посмотрела на Таю, у неё тоже было немного испуганное лицо. - Может, пойдем отсюда, пока не поздно? Я даже согласна идти пешком.

- Ну, что ты, как маленькая, в самом деле! - прошипела она, не двигаясь с места.

- А вдруг она сейчас заманит нас в свое логово и там съест?

- Перестань говорить глупости! - Тая втолкнула меня в квартиру вампирши и вошла сама.

- Разувайтесь и проходите в мой кабинет! - раздался откуда-то голос дракона.

Проникнувшись чувством суеверного страха, я сбросила туфли и неуверенно двинулась вперед по полутемному коридору. Кабинетом оказалась комната, оборудованная как небольшой косметический салон, и я подумала, что дракон зашибает неплохие деньги и наверняка где-то на кухне, стоит микроволновая печь... большая и красивая...

- Присаживайтесь! - она кивнула на кресла около большого зеркала. В руках у неё был какой-то флакон. - Это специальный шампунь ...

"Против блох", - мысленно добавила я.

- ...от которого ваши волосы станут особенно мягкими и шелковистыми...

- Вы знаете, - перебила я, - у меня волосы и без того чересчур мягкие и шелковистые, нельзя ли мне шампунь с другим эффектом, чтобы они стали жесткими и торчали в разные стороны? Тогда будет казаться, что их больше, чем на самом деле...

От взгляда, которым меня наградила Марго, я должна была примерзнуть к полу, но вместо этого я села в кресло и покорилась судьбе. Вампирша начала с Таи. Вымыв её волосы, она расчесала их и с отвращением посмотрела на отражение в зеркале.

- Вы не хотите сменить цвет? - спросила она.

- Не знаю, - растерялась Тая.

- Если вы сомневаетесь, можно воспользоваться оттеночной пеной, она смоется недели через две.

- Давайте, - решилась Тая, - гулять так гулять!

Марго укоротила её прическу и выкрасила светлые волосы моей подруги в странный апельсиновый цвет. Пока это сохло, она принялась за меня. Марго внимательно осматривала мою голову со всех сторон, словно раздумывала, стоит варить из неё суп или нет.

- Пожалуй, я бы вам отрезала ...

"Не надо! - хотела крикнуть я. - Чем же я буду думать?"

- ... челку. Что вы на это скажете?

- Ах, челку! - обрадовалась я. - Не знаю, мне бы не хотелось вносить такие кардинальные изменения во внешность. Видите ли, насчет волос я очень консервативна, и всю жизнь пытаюсь отрастить волосы одной длины, чтобы не лезли в глаза.

Глаза Марго буравчиками провертели во мне несколько дырочек, и я благоразумно замолчала, чтобы ей не захотелось отрезать мне ещё что-нибудь кроме челки. Марго немного подровняла пряди и так же предложила изменить цвет. Из солидарности к апельсиновой подруге, я согласилась.

- Пожалуй, вам подойдет оттенок красного дерева, - задумчиво произнесла она, - да, подойдет.

Марго взялась за дело. Когда я подсохла и посмотрела в зеркало, моя прическа была точно под цвет секретера, что стоит у меня дома, теперь две недели буду гармонировать со своей мебелью, а кто знает, может это писк сезона?

Потом Марго долго склоняла нас к химической завивке, но мы были непреклонны, слишком много было примеров того, во что в скорости превращаются роскошные кудри. Носить вместо прически на голове старую мочалку ни мне, ни подруге не хотелось, поэтому мы были согласны только на простую укладку.

После усилий обиженного дракона Тая стала походить на милого французского пуделя, а я на афганскую борзую.

Потом настала очередь маникюра и педикюра. Марго так долго тиранила мои ноги, что мне было совершенно ясно, что ходить я больше не смогу никогда, так и буду разъезжать в инвалидной коляске с накрашенными ногтями... и кто их вообще там, в туфлях увидит, в самом деле?

С руками было немного проще и не так больно. Когда все мои ногти стали такого же цвета, что и волосы, Марго взялась за лицо. Волосы были подняты ленточкой, а мой образ тщательно замазан каким-то зеленым цементом. Высыхая, цемент трескался и отваливался небольшими кусочками. Я с ужасом смотрела на все это дело и косилась на подругу, она тоже потихоньку трескалась и пугалась. Я уже представила, что именно такими мы и останемся, вот уж точно на презентации не пройдем незамеченными, но Марго смыла с нас этот зеленый ужас. Выглядели мы вроде бы без существенных изменений.

Потом она занялась нашим макияжем. Выбирая, по её словам, самые прогрессивные цвета, Марго превратила нас в каких-то очень странных существ с явными признаками психического отклонения на лицах. Потом назвала сумму и пожелала хорошо провести время на презентации. Оторвав от сердца бешеные деньги, мы, все из себя красивые и прогрессивные, потопали на выход. Тая вызвала лифт, и пока он ехал, мы разглядывали друг друга.

- По-моему, мы выглядим слишком прогрессивно, - неуверенно сказала я. - Больше смахиваем на клоунов, тебе не кажется?

- Мы ничего не соображаем в моде! - отрезала Тая, однако в её голосе не было особой твердости. - Теперь среди богемы мы не будем выглядеть как белые провинциальные вороны!

Лифт пришел. Совершенно забыв про его недавнюю подлость, мы преспокойно сели в него и поехали. Между седьмым и шестым этажом мы снова застряли. Нет, сегодня был явно не наш день.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Когда мы, наконец, попали домой, перевалило за полдень. Мы вошли в квартиру и собака, увидев нас, как-то странно икнула и попятилась.

- Кажется, Лавру нравится, - сказала Тая.

- Да, но, по-моему, он нас не узнает. Лаврик, это мы, твои мамы! Иди сюда, масик!

Но масик стоял в стороне, недоверчиво смотрел на нас и неуверенно помахивал хвостом.

- Эти сенбернары такие впечатлительные! - фыркнула, разуваясь, Тая. Чуть что, сразу в обморок! Давай скорее перекусим и будем собираться. Я утром принесла сюда свои платья ...

- Все? - удивилась я.

- Нет, только самые лучшие, никак не могу выбрать, ты мне посоветуешь.

- Хорошо, раз уж доверяешь моему вкусу...

Пообедав, мы принялись за мучительное дело - выбор наряда. Мы никак не могли предположить, во что же одевается богема на презентациях. Тая сетовала на нашу дремучесть и перекладывала сваленные в кучу вещи с места на место.

- Может брюки? - предложила я. - На улице слякотно...

- Брюки? - задумалась Тая, - но тогда они должны быть в обтяжку, у тебя есть?

- Да, где-то валялись старые, тесные, в которые уже не влезаю, а выбросить жалко, сейчас поищу.

- Это те, в клеточку?

- Ну, да.

- Даже не думай об этом! Я буду делать вид, что с тобой не знакома!

- Ну, и ладно, - обиделась я.

Перерыв в десятый раз содержимое моего гардероба и Таиной сумки, я остановилась на красных джинсах, из-за цвета я их ни разу не надевала и купила только потому, что впала в маразм от низких цен на распродаже. Но в одних джинсах идти было не совсем прилично, и я решила надеть Таин черный кашемировый свитер. Она его тоже решила надеть, но уступила мне. Тая влезла в мою короткую юбку цвета головной боли и апельсиновую кофту, в тон своей новой прическе. Взгромоздившись на каблуки, мы посмотрели в зеркало.

- Чего-то не хватает, - сказала Тая. - У тебя случайно нет другой короткой юбки?

- Ты хочешь надеть ещё одну?

- Нет, я бы надела другую, у этой цвет какой-то странный.

- Нет, другой нет, зато эта очень дорогая, я её покупала в фешенебельном магазине...

- Наверное, году в шестидесятом?

- Не нравится, не надевай!

- Ну, раз другой нет, остаюсь в этой, уж очень хочется пойти в чем-то коротком... Нет, ну чего-то все-таки не хватает... Сережки! Мы сережки забыли и всякие там цепочки на шею! Доставай свой ящик!

- Сто раз тебя просила не называть мою шкатулку "ящиком"!

- Почему? Ящик он и есть ящик.

Я не стала спорить, просто принесла шкатулку. Под красные джинсы как нельзя лучше подошли красные клипсы, которые я тоже никогда не надевала и даже не помнила, откуда они взялись. Со всякими цепочками вышла заминка, потому что их оказалось только одна и её сразу же схватила Тая. Я не стала возражать, тем более, цепочка была желтой, и со мною никак не гармонировала. Когда все было готово, мы снова посмотрели в зеркало.

- Боюсь, что не выйду из дома в таком виде, - покачала головой я. Все это время моя собака сидела в стороне и с нескрываемым ужасом наблюдала за всем происходящим.

- Мы с тобой совершенно одичали и отстали от жизни, - твердо сказала Тая, - поэтому нормальный современный вид повергает нас в состояние столбняка.

- Может, поедем на моей машине? Так нас меньше народа увидит.

- На твоей колымаге? - ужаснулась подруга. - Ни за что! Она даже за классическую модель не сойдет, потому что сенокосилки не могут быть классикой!

- Кое у кого и сенокосилки нет.

- Потому что я коплю на хорошую машину, вот куплю и будем на ней ездить на презентации, а сейчас возьмем такси.

Такси так такси. Мы накормили Лавра и отправились покорять высший свет. Всю дорогу Тая изо всех сил входила в роль завсегдатайки светских тусовок: она растягивала слова, закатывала глаза и размахивала руками. Я старалась делать то же самое, чтобы не ударить в грязь лицом. Таксист как-то странно косился на нас и с видимым облегчением сказал:

- Приехали, вот ваш ресторан.

Мы расплатились и вылезли из машины. Прямо перед нами было здоровенное здание с надписью "Ресторан-казино "Фанфан"" Мы предъявили приглашения и вошли внутрь. Нас проводили в большой зал с длинной сценой и показали наш столик. Народа собралось немного, и у нас была возможность осмотреться. Мы уселись на полукруглый диванчик за столик, и к нам тут же подоспел официант с подносом шампанского.

- Шампанского не желаете? - спросил он.

- Бесплатно? - уточнила я, и Тая больно наступила мне на ногу.

- Конечно, желаем, - сказала она и взяла два бокала.

Официант отчалил в направлении молодых людей за соседним столом.

- Сена, не ставь нас в дурацкое положение своими вопросами! прошипела Тая. - Конечно же, оно бесплатное, шампанское предусмотрено на таких вечерах!

- Тогда надо было взять побольше, - посетовала я, - вдруг официант больше не подойдет?

Подруга обреченно вздохнула и покачала головой. Тем временем я наблюдала за присутствующими в зале, в основном это были парочки, и значит, они не могли нас интересовать. Парни, сидевшие за соседним столиком, мне почему-то не нравились, тем более, у одного из них в руке был веер, и мне это показалось подозрительным.

- Слушай, - сказала я подруге, - давай пока придумаем, кем мы назовемся, если нас об этом спросят.

- В смысле? Придумаем себе другие имена?

- Нет, род занятий. Если с нами захочет познакомиться какая-нибудь знаменитость, думаешь, он придет в восторг, узнав, что ты экономист, а я неудачница?

- Почему неудачница? У тебя-то как раз работа более творческая.

- Потрясающее творчество писать идиотские статьи для дрянной газеты. Знаешь, о чем я готовила материал на прошлой неделе?

- О чем?

- О том, что операция по пересадке мозга скоро будет проводиться во всех поликлиниках.

- Серьезно? - удивилась Тая.

- Нет, конечно, ещё чего не хватало! Просто шефу позарез нужна была какая-то сенсация, а я больше ничего придумать не могла, потому что об оборотнях и НЛО мы писали в прошлом выпуске.

- М-да, тогда давай что-нибудь придумаем.

Я решила стать дизайнером интерьеров, а Тая художником-модельером. Она даже порылась в сумке и вытащила потрепанный блокнот и ручку, чтобы делать пометки, когда начнется показ мод, а я критическим глазом стала осматривать интерьер.

Народ постепенно прибывал. В основном все были одеты в черное. Все девушки, как на подбор, были двух метрового роста, с минимальным количеством одежды. Молодые люди с длинными волосами и надменными лицами курили тонкие черные сигареты, громко смеялись визгливым смехом и так же громко общались друг с другом. Мы внимательно разглядывали публику, кто знает, вдруг где-то здесь бродят двое, предназначенные нам судьбой?

- Ты кого-нибудь присмотрела? - шепнула Тая, глядя по сторонам.

- Пока ещё нет, а ты?

- И я нет, они все какие-то странные... хотя вон смотри, вроде ничего.

- На нем две девицы висят.

- Это не проблема, если он судьба, мы его отобьем.

- Нет, так не годится, давай присматриваться к свободным.

Но тут погас свет, и на сцену выкатился толстый мужичок со свекольным лицом и сережкой в ухе.

- Добрый вечер, дамы и господа, - сказал он в микрофон, - мы счастливы приветствовать вас на открытии нового модельного агентства "Голубая звезда". В честь этого события, я представляю вам свою новую авангардную коллекцию вечерних платьев.

Все захлопали, и мы тоже. Потом на сцену, одно за другим, стали выходить разноцветные чудовища в перьях и каких-то консервных банках. Тая добросовестно стала делать пометки в блокноте, я посмотрела, чего она там пишет, но это были всего-навсего каллиграфические каракули. Я сделала умное лицо и стала внимательно смотреть на шагающих по сцене марсиан. Хотела бы я взглянуть хоть на одну женщину, которая напялила бы на себя такое! Потом мне это надоело, и я стала разглядывать сидящих за столами, но в темноте их было плохо видно. Я уже начала было нервничать, как вдруг к нашему столику подошли двое и шепотом спросили, не занято ли?

- Нет, садитесь! - едва ли не во весь голос крикнула я. Один мужчина был постарше и очень респектабельный, а другой помоложе, довольно симпатичный, по крайней мере, у него была нормальная стрижка.

- Дамы, вы что-нибудь будете пить? - поинтересовался тот, что постарше, и пока я собиралась что-то сказать, Тая согласно кивнула и пожелала мартини мне и себе. Потом мы познакомились, мужчину постарше звали Валентином, а помоложе... тоже Валентином, тут уж точно не перепутаешь. Мы немного поговорили о том, о сем и когда принесли мартини, мужчины занялись обсуждением какого-то Ламборгини, которого должны пригнать со дня на день. Я с удивлением слушала, представляя бедного, несчастного человека, которого отовсюду гонят, но когда один из Валентинов начал восторгаться тем, какие у него двери и фары, я поняла, что "ламборгини", это не имя, а марка машины. Как хорошо, что я не успела сказать пару слов в защиту страдальца!

Наконец-то демонстрация безумных нарядов закончилась, все очень долго хлопали, а толстый человечек кланялся, с трудом сгибаясь в поясе. Затем на сцену вышли молодые люди в кожаных штанах, заиграли, запели, и все бросились танцевать, а сидевшие с нами мужчины попрощались и ушли. Мы пригорюнились, но не стали отчаиваться, допили мартини и тоже решили тряхнуть стариной и пустились в пляс. Я чувствовала себя немного неловко в этих джинсах, но решила начхать на общественное мнение и принялась вихлять всеми частями тела, как это делало большинство народа.

Музыка закончилась, начался медленный танец, и мы вернулись за свой столик. Там сидел какой-то мальчик с дамской сумкой и маникюром.

- Извините, - произнес он нараспев, - у вас здесь не занято?

- Уже нет, - печально вздохнула Тая.

С горя мы взяли по коктейлю и снова принялись изучать публику. Никто в наши представления о судьбе не вписывался.

- Ну, неужели среди такой толпы народа мы никого не встретим? сетовала Тая. - Этого просто не может быть!

- По всей видимости, может. - угрюмо сказала я. - Ну что ж, мы только начали и сразу прямо хотим...

- Да, хотим! - капризничала подруга. - Смотри, сколько народа и никто на нас внимания не обращает, что я зря что ли сижу вся из себя, как апельсин прогрессивная?!

- Ну, что поделать, - начала я успокаивать её, - все сразу бывает только в слюнявых любовных романах. Это только там бедная, одинокая героиня выходит из дома, падает, ломает ногу, её подхватывает на руки прекрасный героин с горящими от страсти глазами на загорелом лице, увозит её к себе домой и нежно заботится всю оставшуюся жизнь, закармливая ананасами. У нас так не бывает, сама знаешь.

- Вот это очень и очень обидно!

Около двух часов ночи я поняла, что мы даром теряем время, а мне завтра на работу рано вставать. Я поделилась этими соображениями с Таей, и, скорбно вздыхая, она согласилась, что имеет смысл уходить. Мы вышли на улицу, сели в одно из стоявших у входа такси и, все из себя расстроенные, поехали восвояси.

Сначала завезли меня. Попросив напоследок подругу не очень горевать из-за первой неудачи, я пошла домой. Лаврентий крепко спал, и ему даже лень было встать и меня поприветствовать. Переодевшись в свой любимый, немного дырявый халат, я подошла к зеркалу. Мы с секретером выглядели как близкие родственники. Решив, что никогда мне не стать прогрессивной я отправилась в ванную смывать с волос "красное дерево".

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Утром было все, как обычно: будильник, собака, прогулка, душ, кофе, не желающий закрываться замок двери и не желающий открываться замок в гараже. Каким-то чудом моя "сенокосилка" завелась сразу.

На работе я села за свой стол и принялась перекладывать бумажки с места на место, по совместительству я была ещё и секретарем. Изменения в моей прическе заметили сразу, проклятая оттеночная пена даже не поблекла ничуть - дракон постарался на славу.

- Да, - небрежно ответила я на вопросы сослуживцев, - приходится идти в ногу со временем, вчера была на презентации модельного агентства, шикарно, просто шикарно провела время, там был весь свет, вся богема...

- Напиши об этом статью, бросил проходивший мимо шеф, - не забудь побольше фамилий знаменитостей.

- Там не было таких знаменитостей, которых бы я знала!

- Тогда придумай пару фамилий подлиннее, позаковыристее, пусть читатели думают, что отстали от жизни.

- Ладно, - пожала я плечами и принялась за дело.

Необходимо было представить это мероприятие в виде супер-события века, а не как наши бесполезные потуги найти мужчин своей мечты. Я старалась изо всех сил, и к концу рабочего дня, статья была в муках рождена. Взяв её на доработку, я попрощалась со всеми и ушла.

В довольно упадническом настроении я вернулась домой, на автоответчике было только одно сообщение и не надо было долго гадать чье.

- Сена, как придешь домой, сразу же мне позвони! - произнес голос Таи. И я позвонила.

- Что случилось?

- Ты помнишь Игнатия?

- Нет, не помню.

- Ну, как же, зимой он помогал нам толкать твою машину, когда она заглохла в очередной раз посреди дороги. Помнишь?

Этот факт я помнила, а вот Игнатий никак не хотел всплывать в памяти.

- Боже мой, ну такой высокий молодой человек в зеленой куртке, помнишь?

- Да, - соврала я.

- А, ничего ты не вспомнила! Так вот, я его случайно встретила в магазине, и он меня узнал!

- Подумать только!

- Подожди иронизировать, он пригласил нас в гости, сказал, что придет ещё его друг!

- И мы пойдем?

- А, как ты думаешь? Конечно да!

- Когда мы идем?

- Сегодня.

- Сегодня? - я посмотрела на часы.

- Да, ещё не поздно, собирайся.

- За тобой заехать? - Моя мечта залезть в ванную и рухнуть спать, явно так и останется мечтой.

- Конечно, жду тебя через полчаса!

- Думаешь, я успею собраться?

Но в трубке уже раздавались гудки. Делать было нечего, я натянула свои любимые черные джинсы и, следуя богемской моде, надела черный свитер. Смотрелось неплохо, особенно с красными волосами.

Когда я приехала к дому Таисии, она уже стояла на улице, ожидая меня. Одета подруга была в длинную черную юбку и черную кофту, в темноте её волосы пламенели, как небольшой факел.

- Наконец-то! - воскликнула она, забираясь в машину. - Я уж думала, что ты никогда не приедешь! О, ты тоже в черном?

- И ты тоже. А куда мы, собственно, едем?

- К нему домой.

- Куда?! Ты в своем уме? Мы же не знаем, что он за человек и едем к нему домой!

- Он хороший парень, не волнуйся.

- С чего ты это взяла? У него на лбу написано?

- Ничего там не написано, но он тоже работает в банке, мы почти коллеги... Короче, я взяла газовый баллончик.

- Потрясающе, теперь я спокойна!

У нужного дома я остановила машину и с тяжелым сердцем пошла за подругой, а она, как могла, старалась развеять мои мрачные предчувствия. Игнатий жил на первом этаже. Мы позвонили, и он открыл дверь. Только теперь я его вспомнила, хотя при встрече ни за что бы не узнала. На нем был спортивный костюм и шлепанцы.

- О, девушки, заходите! Как хорошо, что вы все-таки пришли, а мой друг всё волновался!

Мы разулись, сняли куртки, и Игнатий повел нас в комнату, знакомить с другом - высоким, черноволосым, довольно симпатичным. У него было собачье имя Гектор и обручальное кольцо на пальце. Игнатий усадил нас за стол, на нем красовались салаты, которые готовыми продавались в магазинах, и две бутылки шампанского.

- Девушки, наполним бокалы. - Игнатий открыл шампанское. Гектор сказал какой-то длинный тост, который я пропустила мимо ушей, потому что думала о его кольце, и мы выпили. После шампанского я расхрабрилась и напрямую спросила, женат ли он.

- Мы разводимся, - с гримасой ответил он, - между нами уже давно ничего нет, моя жена слишком неинтересный, безвольный человек, она вообще моя самая большая ошибка в жизни.

- Наши соболезнования, - сказала Тая радостным голосом.

Потом мы вдохновенно стали врать про презентацию, короче старались произвести впечатление, кто знает, может это они, судьба...

Ребята включили музыку, сыпали комплиментами, открывали вторую бутылку, и вдруг кто-то позвонил в дверь. Гектор почему-то сильно изменился в лице и спросил Игнатия, ждет ли он кого-нибудь, а тот ответил, что нет. Гектор ещё больше разволновался.

- Игнатий, открывай! - раздался за дверью громкий женский голос. Открывай немедленно, я знаю, что он там! Открывай, иначе я выломаю дверь!

- Кто это? - конспиративно прошептала Тая.

- Моя жена, - так же конспиративно ответил Гектор.

- А, - понимающе кивнула я, - и что теперь делать?

Женщина за дверью продолжала бесноваться и сыпать угрозами. Я не сомневалась, что вот-вот она вынесет дверь вместе с петлями, и мысленно уже представляла, как бутылкой из-под шампанского меня огреют по голове и даже фамилии не спросят.

- Как неудобно получилось, - досадовал Игнатий, - девушки, вы уж извините.

- Ничего, бывает, - оскорбленно сказала Тая. - Что теперь делать? Вылезать в окно и уходить дворами?

- Нет, действительно, так неловко ...

- Покороче, пожалуйста, - попросила я, - что делать?

- Вы не могли бы пока подождать в ванной? - выдохнул Игнатий. - Она у него сущая фурия...

- Все понятно, можете не продолжать, пойдем, Сена, законспирируемся в санузле.

Тая прихватила со стола открытую бутылку шампанского и направилась в ванную, а я завернула в прихожую, взяла наши куртки, туфли и последовала за нею. В санузле мы закрылись на задвижку, благо, она там была, я села на унитаз, а Тая на бортик ванной. На всякий случай мы оделись и обулись, чтобы не оставлять вещей на поле брани в пылу бегства.

- Вот дела, да? - шепотом сказала Тая и отхлебнула из бутылки. Хочешь?

- Давай, гулять, так гулять.

Тем временем Игнатий открыл двери и впустил сыплющую угрозами даму.

- У вас здесь женщины, да?! - орала она в опасной близости от ванной. - Я знаю, у вас здесь кто-то есть!

- Ну, детка, с чего ты взяла? - елейным голосом маслил Гектор. - С чего бы им здесь быть?

- С того, что ты не можешь пропустить ни одной юбки, мерзавец! Ну-ка, отвечайте, где они?!

Ее голос удалился, по всей видимости, она ушла в комнату, но и оттуда её было превосходно слышно.

- Что это такое?! У вас накрыт стол?! И после этого вы будете продолжать рассказывать мне сказки?!

- Детка, это к Игнатию приходили его друзья с работы, но они ушли, как раз перед твоим приходом, уверяю тебя, они самые, что ни на есть мужчины...

Мы с Таей с кривыми улыбками смотрели друг на друга.

- Нет, я знаю, что это женщины и они здесь! Я их найду!

- Господи, - прошептала Тая, - она что, экстрасенс?

Но меня больше волновала прочность дверей и задвижки, я сомневалась, что мы сможем скрутить ревнивую супругу даже вдвоем. Глотнув для храбрости шампанского, я стала осматривать предметы вокруг в поисках оружия защиты... газовый баллончик!

- Тая, - шепнула я, - у тебя баллончик с собой?

- Да, а зачем... да ты что?! - догадалась она, - не будем же мы в неё этим прыскать!

- А почему бы и нет? В целях самозащиты. Я, например, не хочу, чтобы какая-то психичка повыдрала всю мою прогрессивную прическу.

Но, к счастью, такие меры были излишни, Гектору удалось увести свою дражайшую половину. Не слушая скорбное блеянье Игнатия, мы со скоростью звука покинули гостеприимный дом. Оглядевшись по сторонам и не найдя поблизости счастливой семейной четы, короткими перебежками достигли машины, юркнули внутрь и только там почувствовали себя в безопасности.

- Не везет, - сокрушенно сказала Тая. - Кто бы мог подумать!

- Да я сразу подумала, как только увидела кольцо у него на пальце, может и этот, второй тоже женат. Кошмар какой-то, давно я не испытывала таких сильных ощущений.

- Это точно.

Я привезла её домой, пожелала спокойной ночи и поехала к себе. Решив сократить путь, я направилась дворами и в одном из таких дворов моя колымага заглохла. "Жизнь катится под откос!" - мрачно подумала я, вылезая наружу. Время было поздним, двор пустым и, конечно же, никаких красавцев вокруг, готовых броситься мне на помощь. Наверное, безопаснее было бы оставаться в машине, но её можно было развалить одним щелчком, поэтому я решила искать спасения в округе.

Покинув двор, и не волнуясь, что кто-то за время моего отсутствия угонит "сенокосилку" - завести её ни одному преступнику не под силу, бодрым шагом обошла окрестности. Ни одного человека, как будто все специально разбежались и попрятались. Как и откуда позвонить в техпомощь я не знала, в общем, все было будто по заказу.

Вернувшись в машину, я стала ждать, когда же судьба обо мне позаботится и пришлет в этот двор моего спасителя на белом коне - случай для знакомства был как нельзя более подходящий. Но судьба чего-то не торопилась, и я благополучно досидела до утра и уснула, наверное, только с рассветом.

Казалось, я только закрыла глаза, а в окно уже начали стучать. Разлепив склеившиеся от туши ресницы, я недоуменно посмотрела на возмутителя спокойствия, им оказался какой-то мужчина в шляпе и пальто.

- Извините, девушка, ваша машина загораживает проезд, вы не могли бы отъехать в сторону?

- С удовольствием сделала бы это ещё вчера. - Я с трудом вылезла из своей старушенции. Все тело ныло, болело, поясница кряхтела, спина стонала, ноги же просто не работали.

- Вы не могли бы помочь её завести? Мне было уже все равно, судьба он или нет.

- Сейчас посмотрим.

Он снял пальто, отдал мне и полез под капот. Пока он там копался, я делала корявые гимнастические упражнения, чтобы хоть как-то привести себя в рабочее состояние. Мысли о том, что вчера статью я так до ума и не довела и что сегодня на работу опоздаю на полдня, настроения не улучшили.

Мужчина долго возился во внутренностях этой ошибки конструкторов, но, в конце концов, нашел, в чем там дело и машина завелась.

- Огромное спасибо, - я протянула ему пальто, - жаль, что вас не было здесь ночью.

- Ну, ночью мне на работу не надо! - развел он руками. - Счастливого пути.

- Спасибо.

Я снова влезла в этот ненавистный агрегат и поехала домой, надеясь, что смогу дотянуть без неприятностей. На этот раз судьба решила больше надо мною не издеваться, и приехала я безо всяких приключений. Дома мне сразу же пришлось идти на прогулку с Лавром, потому что он недвусмысленно намекал мои ночные похождения не влияют на его пищеварительную систему ни с какой стороны.

Вернувшись с прогулки, я поняла, что идти на работу нет совершенно никаких сил. Я чувствовала себя так, словно меня всю ночь топтали бегемоты, поэтому позвонила шефу и сказала, что у меня началась свинка.

- Что у тебя началось? - переспросил он, из-за помех было плохо слышно.

- Свинка у меня началась! - заорала я в трубку. - Свинка, свинья, понимаете?!

- Три дня тебе на свинью, не больше! - крикнул он. - За статьей пришлю Влада!

Я поцеловала трубку и повесила её, но телефон тут же снова зазвонил.

- Алло, Сена?

- А кого ты ожидала тут услышать?

- Слава богу, ты дома! Я тебе сто раз звонила, где ты была?

- А как ты думаешь? - злорадно поинтересовалась я. Хорошо ей дома, спала в кровати, а не скрючившись в машине!

- Ну, я не знаю, может, ты с кем-нибудь познакомилась?

- Да, с Адриано Челентано, он подъехал ко мне на розовом "кадиллаке" и увез в серебряные дали!

- А если серьезно?

- Ты не допускаешь, что это может быть серьезно?

- Не допускаю, - неуверенно произнесла она, - если бы в этом была б хоть капля правды, ты сейчас не говорила бы таким звереющим голосом.

- Звереющим?! Да, как же тут не озвереть, если сначала мы идем в гости к каким-то проходимцам, потом спасаемся бегством от любящей супруги, потом у меня глохнет машина, и я сижу в ней до самого утра, пока первый проснувшийся житель бесконечной вселенной не помогает завести мой звездолет, а ты говоришь - голос!

- Ты просидела в машине всю ночь? - ужаснулась Тая. - Какой кошмар! Ты на работу пойдешь?

- Ты хочешь, чтобы я там всех перекусала? Позвонила и сказала, что у меня свинка.

- Понятно, хочешь, я к тебе приеду после работы?

- Приезжай. - Я вздохнула и положила трубку.

Я стояла и думала, что если дела так пойдут и дальше, то я непременно стану пациентом года в психиатрической клинике.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Вечером приехала Тая и привезла с собою мой любимый мятный ликер и шоколадное печенье - она явно чувствовала себя виноватой и хотела меня задобрить. Я для порядка немного подулась и перестала, понятное дело, это всего лишь дурацкое стечение дурацких обстоятельств. Мы сели на кухне самом уютном месте на свете и за рюмочкой ликера стали мозговать, что же делать дальше.

- Я наведу справки, у кого в ближайшее время намечается день рождения или вечеринка, - сказала Тая.

Она пила апельсиновый ликер, он всегда стоял в шкафчике, специально для нее, потому что мятный она не терпела, утверждая, что это все равно, что пить заправленную градусами зубную пасту, но я была в корне не согласна.

- Слушай, а может, немного передохнем? - предложила я. - Что-то я немного устала от всех этих подвигов.

- Я понимаю, но если у кого-то случится праздник, нас ждать не будут.

- Это верно. Хорошо, узнавай, надеюсь, что в ближайшее время никого из наших знакомых не угораздит родиться.

- Кстати, совсем забыла, у меня для тебя сюрприз.

- Может не надо? - Я с опаской посмотрела на входную дверь, не притащила ли она с собой кого-нибудь в гости?

- Надо, не волнуйся, это не страшно, просто я взяла билеты в театр, будем с тобой культурно отдыхать. Там собираются всякие разные интересные люди, может, и наши окажутся заядлыми театралами, или, например, будут режиссерами...

- Или актерами, - подсказала я.

- Актерами? Ну, уж нет, они все аморальные типы.

- Почему?

- Потому что вокруг них все время масса поклонниц, цветов, шампанского... - в Таиных глазах появилось вдохновение, и она мечтательно продолжила: - Автографы, свет рампы, бурные аплодисменты, крики: "Гениально! Гениально!" Боже, какая красота!

- Значит, актеры тебе не нравятся? - уточнила я.

- Ну, как сказать, может среди них и попадаются порядочные люди, по крайней мере, нам всяких Гекторов не надо.

- Разумеется.

- Так, ладно, завтра у нас театр, - Тая задумалась, - с днями рождения пока не ясно... надо придумать, что нам делать дальше и где искать судьбу. Как ты думаешь?

- Понятия не имею, - пожала я плечами, - знать бы, где народ гнездится. Сейчас потеплеет, можно будет ходить гулять в парки.

- Там одни мамы с колясками и пенсионеры.

- Да, но где же тогда бывают люди, которые становятся судьбой? Где вообще можно познакомиться, если у нас с тобой работа - дом - дом - работа, вот и вся веселенькая схемка?

- Тем более, у меня на работе одни крысы канцелярские, а у тебя не поймешь кто, недоразумения сплошные, - подхватила Тая, - что делать, ума не приложу, так и состаримся незаметно.

- Если ничего не делать, ничего и не будет, а мы вон как делаем, должно же хоть что-то получиться, в самом деле, а то одни страдания, а толку никакого.

Тая вздохнула и налила ещё по рюмочке.

- Я на завтра отгул взяла, - сказала она, - хочешь, у тебя ночевать останусь? Все веселее будет.

- Конечно, оставайся.

Прогуляв Лаврентия, мы легли спать, но моей подруге никак не засыпалось, её тянуло на разговоры, я же, после ночи, проведенной в машине, до сих пор не могла до конца разогнуться и отдохнуть.

- Сена, ты спишь?

- Пытаюсь, а что?

- Расскажи, как ты его себе представляешь?

- Кого?

- Мужчину, который станет твоей судьбой.

- Ну, я думаю, что он должен уметь находить причину, почему именно не заводится машина.

- И все?

- Еще я думаю, что у него должно быть чувство юмора, чтобы с ним не было скучно и нудно.

- Какой-то клоун - автомеханик получается, в самом деле! Как он, по-твоему, должен выглядеть?

- Ты знаешь, понятия не имею, какой он должен быть, я просто буду знать, что это именно тот, кого я жду и мне все равно, какой у него цвет глаз, волос и размер обуви, а теперь давай спать, а? Иначе завтра я буду храпеть на весь театр.

- Давай, - вздохнула Тая.

Я сразу же уснула, и мне приснился автомеханик с красным носом и в остроконечном колпаке, просящий моей руки и сердца...

Будильник звонил, звонил и звонил... отбойный молоток... зверская пытка... сволочь квадратная... мерзавец с кнопочками...

- Тая, выключи его! - застонала я, но ответом мне был все тот же неугомонный звон, хорошо, хоть собака не сопит, как обычно, в ухо... Кстати, почему она не сопит? Я открыла глаза и посмотрела по сторонам. Где моя собака? И где моя подруга? Судя по всему, они пошли гулять. Все-таки не такое уж это утро и гадкое, по крайней мере, тащиться на улицу прямо сейчас не надо было.

По пути в ванную мне показалось, что будильник превзошел сам себя и звонит целой симфонией. С утра я довольно туго соображаю, поэтому только под душем поняла, что это звонят в дверь.

- Сейчас открою! - крикнула я и, быстренько замотавшись в полотенце, бросилась открывать. Это оказались не Лавр с Таей, а Влад - наш внештатник.

- Привет, сонное царство, я за статьей.

- Проходи на кухню, я сейчас.

- Можно я сварю кофе? - крикнул он.

- И на мою долю тоже!

Пока я приводила себя в божеский вид, явилась Тая и сладкий. Она тут же проникла ко мне в ванную и зашептала:

- Слушай, Сена, это кто?

- Кого ты имеешь в виду?

- Того красавчика, что на кухне варит кофе!

- А, это Влад, наш внештатник, за статьей пришел, совершенно безалаберный тип, уверяю тебя. Он совершенно неорганизованный, никогда не знает, куда что положил, удивляюсь, как он до сих пор помнит, как его зовут!

- Слушай, у вас столько общего, вы же просто идеальная пара!

За это я вытолкала её в коридор и закрыла дверь на задвижку.

Выпив кофе, вручив Владу статью и выпроводив его, мы стали собираться в театр. Разумеется, билеты были не на вечерний спектакль, куда ходят все приличные люди, а на дневной. Мы нарядились в длинные юбки, сделали гладкие прически, напустили на себя одухотворенный вид и отправились наслаждаться искусством. Денек был солнечным и милым, и мы решили пройтись до храма муз пешком.

- Только бы меня никто из редакции не увидел, - я с опаской озиралась по сторонам, - у меня ведь свинка.

- А почему именно свинка?

- Просто первое, что на ум пришло, кстати, ты не знаешь, что это вообще за болезнь такая? Как она выражается? Пятачок вырастает, что ли?

- Понятия не имею, меня сейчас волнует, будет ли в театре кто-нибудь ещё кроме актеров и нас.

- Не надо было брать билеты на дневной спектакль.

- Какие всучили, такие и взяла.

- Да, ты мне так и не сказала, что именно мы идем смотреть?

- "Руслана и Людмилу", это опера.

- Что?! Опера?! Да ты с ума сошла! Там так поют, что вообще ничего невозможно разобрать! Я смысл только по программке и понимаю!

- Сена, у меня нет других билетов! И кроме спектакля у нас есть другие важные задачи.

- Уверена, наши судьбы не пойдут среди бела дня слушать оперу!

- А вдруг пойдут? Может, внутренний голос им шепнет, что мы там будем?

- Сомневаюсь.

Оказалось, что пешком идти очень далеко и ко всему вдобавок, уже у самого театра, выяснилось, что мы перепутали время и идем ко второму акту.

- Ладно, уж, - махнула рукой Тая, - зря, что ли, собирались? И, как только я повнимательнее на билеты не посмотрела?

Я не стала ничего комментировать, потому что такие инциденты с Таей почти никогда не случались. В отличие от меня, она была человеком аккуратным и дисциплинированным, и что самое потрясающее, она всегда точно знала, где какие вещи лежат в её доме - для меня это вообще было из области научной фантастики.

Разумеется, кроме нас в театр больше не входил, народ уже давно вникал в суть спектакля. На лице у билетерши ясно читалось: "Вы бы ещё позже явились!" Но мы сделали вид, что всегда ходим исключительно ко второму акту и направились в буфет, дожидаться антракта. Он вскоре начался и, выпив по чашке кофе, мы отправились в зал, искать свои места. Они оказались в четвертом ряду.

- Нет, все-таки театр это особенное место, - сказала Тая, - особая атмосфера и, значит, люди тут тоже должны быть особенными...

- Ага, например как мы.

- А почему бы и нет? Чем мы тебе не нравимся?

Антракт подходил к концу, зрители возвращались и рассаживались на свои места. Мы украдкой обозревали своих соседей - преимущественно девушек и старушек. Потом погас свет, поднялся занавес, заиграла музыка, и на сцену вышел пожилой, совершенно квадратный господин с рыжей бородой из мочала и запел жутким басом.

- Кто это? - прошептала я Тае, все-таки она чаще меня бывала в опере и вообще в театре.

- Руслан, - ответила она.

- Это? - искренне удивилась я. - Насколько мне известно, Руслан красивый молодой человек!

- Наверное, в опере главное не внешность, а голос.

- Понятно.

Квадратный Руслан пел очень долго и совершенно неразборчиво, но я все-таки поняла, что он собирается спасать Людмилу от Черномора. Когда он закончил и ушел, его сменил точно такой же квадратный господин, но только поменьше ростом, без бороды и в шляпе, из-под которой в разные стороны торчали желтые соломенные волосы. Он запел немного потише, но при этом приседал от усердия. Мне он сразу же напомнил персонажа из моей любимой книжки детства - "Волшебник Изумрудного города", Страшилу. Сходство было настолько сильным, что помимо моей воли во мне начал образовываться смех. Такое у меня иногда бывает - хохот начинает распирать изнутри в самый неподходящий момент.

Однажды со мной такое было в школе, на контрольном зачете по алгебре. Из-за какого-то пустяка, сказанного моим соседом, у меня началась самая настоящая смеховая истерика. В аудитории была гробовая тишина - этого преподавателя все панически боялись, он смотрел на меня в упор, а я билась в самых настоящих конвульсиях и молила бога только о том, чтобы громогласно не расхохотаться во все горло. Теперь, кажется, у меня начиналось то же самое.

К счастью, "Страшила" всем сообщил, что он тоже отправляется за Людмилой и ушел со сцены.

- Слушай, Сена, - сказала мне на ухо Тая, - я бы на месте Людмилы, осталась с Черномором, если б за мною шли такие квадраты.

Зря она это сказала, потому что я сразу же начала смеяться, правда, делала это беззвучно. Пока.

Следующим номером была какая-то дама странной конфигурации - там, где у неё заканчивался головной убор, сразу же начинался бюст. Дама вытянула перед собою руки и, размахивая ими в разные стороны, заголосила.

- Слушай, - сквозь смех выдавила я, - как ты думаешь, а это кто?

- Может быть Людмила? - Неуверенно предположила Тая.

- Да? - ужаснулась я. - Если это она, то мы немедленно уходим, какая же может быть Людмила без шеи?

Тут начала смеяться и Тая, но выяснилось, что это не Людмила, и нам стало немного легче, хотя смеяться я не перестала, я уже не могла перестать. Понимала, что мы сидим почти у самой сцены, и что нас не дай бог, видят актеры, но ничего не могла с собой поделать.

Потом занавес ненадолго опустили, а когда его снова подняли, на сцене стояла громадная голова в шлеме. Вышел Руслан и минут пятнадцать распевал песни, не обращая внимания на то, что в двух шагах от него стоит трехметровая башка, и только когда у неё загорелись глаза, а изо рта повалил дым, он её вдруг заметил! Руслан взмахнул руками, будто собирался улететь, что должно было означать удивление, а голова, вдруг ни с того ни с сего, запела тихим хором. Это, конечно, не могла не заметить Тая.

- Сена, - прошептала она, - а почему голова поет хором?

У меня начался самый настоящий приступ. Я поняла, что если она скажет ещё хоть слово, меня надо будет выносить отсюда.

- Замолчи, пожалуйста! - проскрипела я. - Я никак не могу успокоиться!

- А что я такого сказала? Кстати, отодвинься от спинки кресла, иначе из-за тебя трясется весь ряд и на нас обращают внимание.

Я согнулась в три погибели и тихо вздрагивала, стараясь думать о чем-нибудь неприятном и перестать смеяться, но, по всей видимости, это было очень заразно, потому что, глядя на меня, начала вздрагивать и Тая. На сцену мы старались не смотреть, дабы не стало ещё хуже. Нам надо было, во что бы то ни стало продержаться до антракта. Потом на сцену вышел худенький мужчина в длинном кафтане и вдруг запел женским голосом. Мы в недоумении уставились на это явление.

- Тая, почему он женским голосом поет? - спросила я.

- Потому что это женщина.

- Но одежда-то мужская! - продолжала недоумевать я.

- Правильно, потому что это мужчина.

- Я тебя что-то не понимаю, так это мужчина или женщина?

- Мужчина, видишь, усы нарисованы.

- Да? - Я присмотрелась повнимательнее. - Действительно, но почему он поет женским голосом?

- Потому что это женщина! Господи, ты что, тупая или притворяешься? Тая с трудом говорила сквозь смех, и её шепот то и дело срывался на визгливые нотки.

- Тупая, - вздохнула я. - Объясни мне популярнее, что происходит?

Тая глубоко вздохнула и на выдохе сказала скороговоркой:

- Это женщина, которая играет мужчину, черт побери!

- Так что, у них мужчины на эту роль не нашлось что ли?

- Не зна-а-а-а-аю! - шепотом простонала Тая.

Уткнувшись мне в плечо, она всхлипывала от смеха и вытирала слезы о мою кофту, я же, за неимением платка или чьего-нибудь плеча, вытирала слезы руками. Может со стороны могло показаться странным, что мы так рыдаем над сюжетом, но мне было уже все равно и даже то, что во всем театре нашлось только двое таких психических.

Удивительно, но мы все же дожили до антракта, и как только зажегся свет, бросились на выход. Смех так и рвался из нас, ещё немного и он просто разорвал бы нас изнутри, и это был бы самый настоящий террористический акт, а мы жители мирные, хоть и немного не в себе.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Когда мы наконец-то перестали смеяться, катаясь по скамейке в скверике рядом с театром, я сказала, горестно качая головой:

- Наверное, мы с тобой дуры набитые, ничего в искусстве не соображающие.

- Я так не думаю. - Глядя в зеркальце, Тая вытирала размазанную тушь. - Мы с тобой самые умные и самые соображающие!

- Тогда почему все люди как люди, сидели спокойно, смотрели, а только одни мы с тобой хохотали, как ненормальные?

- Просто мы попали на плохой спектакль, вот и все.

Это меня немного успокоило.

- Давай немного прогуляемся? - предложила Тая, и мы, не спеша, направились по аллее скверика. Деревья были забрызганы яркими каплями первой зеленой листвы. Не запыленная, пахнущая восторженными надеждами, она просто провоцировала на безумные поступки. Тая тоже попала под влияние весны, листвы и молодой травы, поэтому ей в голову снова стали приходить идеи.

- Сена, а давай попробуем посмотреть всякие брачные объявления, вдруг что-нибудь получится?

И я, как идиотка, согласилась. Мы тут же направились к ближайшему киоску и купили целый ворох газет и журналов с этим добром. Неизвестно чему радуясь, мы поспешили ко мне домой, чтобы немедленно приступить к тщательному поиску возможных кандидатур в судьбу. Лаврентий сразу же понял, что хозяйки опять задумали что-то страшное, и благоразумно убрался в свою будку - под письменный стол. Мы уселись на диван и, вооружившись фломастерами, взялись за первую газету.

- Так, так, - сказала она Тая, - начнем сначала... "Простой, одинокий парень..." - что-то не вдохновляет, как ты думаешь?

- Нет, не вдохновляет, - согласилась я, - давай дальше.

- "Сильно хромающий, курящий волк-одиночка..." Ой! "Симпатичный парень, бизнесмен, автолюбитель..." Автолюбитель, слышишь? "...познакомится с симпатичной девушкой, имеющей красивую фигуру и бюст..." Как-то не очень, да?

- Ага, как будто корову выбирает. Вычеркиваем.

- Так... "стрелец неприкаян., симп., голубогл., в/о, предпр., обесп., слегка женат..." Во, как, видала? Он значит, женат слегка, каков гусь!

- А что такое в/о и предпр?

- А, пес его знает, вычеркиваем. "Умный, обаятельный, в/о, без мат. проблем..."

- Матом не ругается, что ли?

- Нет, наверное, имеются в виду материальные проблемы, а не его интеллектуальный уровень. Смотрим дальше. "Если Вы стройная, в меру скромна и Вам немн. одиноко с дочерью, то Вам обязательно позвонит норм. Козерог в ботинках, четко без в/п, ж/п и лысины, но с серо-голубыми глазами..." Бред какой-то! Почему он именно в ботинках?

- Но зато у него нет в/п. ж/п и лысины, кстати, что такое ж/п?

- Наверняка не то, что ты думаешь. Так, что тут еще... "...искренний, романтичный, заботливый, финансово независимый, ищет красивую, уверенную в себе женщину, которая войдет в мою жизнь, как королева..." Во как! Может, войдем?

- Пусть краска с волос сначала смоется, потом посмотрим, давай дальше.

Увлекшись чтением этих нетленок, мы, забыв обо всем, досидели за газетами до вечера и отобрали около пяти кандидатов без явного психического отклонения и без фантастических запросов. Прочитав все объявления, мы были просто поражены изобретательностью некоторых "молодых и интересных". Большинство искало богатых дам с жилплощадью, другие любовниц с сумасшедшими сексуальными дарованиями, а третьи таких, каких на свете вообще не бывает.

Обзванивать выбранных кандидатов решили на выходных, то есть на следующий день, с утра пораньше.

Мы с Лавром проводили Таю на автобусную остановку и, прогулявшись немного, вернулись домой. Нехорошие предчувствия относительно знакомств по объявлениям уже начали закрадываться в мою ещё не окончательно поглупевшую голову, но весна сделала свое черное дело, и подозрения тихонечко заглохли под натиском безудержной романтики.

Всю ночь мне снились какие-то розовые слоны в сахаре, да гипсовые кошки - копилки с красными бантами...

Утром Лавру не пришлось меня долго будить, я сама проснулась. От телефонного звонка. Держать трубку около уха в течение десяти минут могла только Тая и поэтому, волей неволей пришлось вставать и идти к надрывно звонящему аппарату.

- Чего в такую рань? - вежливо поинтересовалась я.

- Я хочу сказать, что сейчас к тебе приеду, и приступим.

- Хорошо, но вот что я думаю... - Поведать об этом я не успела, потому что начал звонить будильник. Этот звук, напоминающий бормашину в зубном кабинете, прервал ход моих мыслей.

- Ладно, - крикнула я, - приезжай, на месте разберемся!

Повесив трубку, я подбежала к будильнику и с наслаждением врезала ему по физиономии. Главное хорошо начать утро и тогда весь день будет как по маслу!

Пока я гуляла с Лавром и готовила завтрак, приехала Тая, она была готова рваться в бой, но я все же поделилась с нею своими соображениями:

- Послушай, что-то меня донимают сомнения относительно этих типов из газет.

- Почему?

- Создается впечатление какой-то общей ненормальности, может, зря мы все это затеяли? По-моему, там одни кретины.

- Почему? Может это такие же, как мы с тобой, которым негде познакомиться или просто нет времени из-за работы. Вот мы разве производим впечатление кретинок? Я не имею в виду отдельные случаи.

- Вроде не производим.

- Вот именно, но, тем не менее, ничего не можем придумать относительно хорошего знакомства, и уверяю, не мы одни с тобой такие.

- Наверное, ты права. Давай приступать. С кого начнем?

- А, давай с самого первого, кого отметили. "Молодой, интеллигентный, образованный, любящий искусство..." и т. д. и т. п. Кто будет звонить?

- Ты.

- Почему это я?

- А почему я?

- Давай монетку подбросим.

- Давай.

Выпало, разумеется, мне. Я вздохнула и набрала указанный в объявлении номер. Сердце у меня усиленно билось и, вообще, было какое-то странное ощущение.

- Алло, - раздался в трубке приятный мужской голос.

- Здрасте, - каким-то странным хриплым голосом каркнула я и повесила трубку.

- Ты чего? - удивилась Тая.

- Не могу, - беспомощно развела я руками. - Ну, что я скажу незнакомому человеку?

- Что ты хочешь с ним познакомиться! Давай, звони ещё раз!

- Пожалуйста, позвони ты! - взмолилась я. - У меня не получается!

- Ну, хорошо, раз ты такая трусиха, давай я.

Она набрала тот же самый номер и сделала кокетливое лицо. Когда в трубке раздался голос, Тая испуганным козлетоном проблеяла:

- Здравствуйте, меня зовут Тая, а вас?

Ей что-то ответили.

- Очень приятно, - вежливо сказала она и повесила трубку.

- Ты чего? - удивилась я.

- Сама не знаю.

- А как его зовут?

- Не разобрала, кажется, что-то на букву "г".

- Ну, ты даешь!

- А ты? Ты тоже не блеснула эрудицией! Давай попробуем кого-нибудь другого, с этим что-то не заладилось. - Она вытерла пот со лба и перевернула газетную страницу. - Здесь у нас любитель животных и песен под гитару.

- Тот, что мечтает подарить своей единственной весь мир?

- Да, звони, мир нам пригодится.

- Ну, уж нет, на этот раз ты!

- Хорошо, - обреченно сказала она и набрала номер.

Бледнея и зеленея, Тая слушала гудки, а потом с облегчением повесила трубку и сказала:

- Фух, слава Богу, этого нет дома!

- Давай следующего.

- Следующего ты!

- Так не честно! - возмутилась я.

- Нет, давай одного я, одного ты! - не сдавалась Тая.

- Хорошо, кто на очереди?

- Молодой, интеллигентный, любящий ужины со свечами и ищущий свою судьбу, может быть тебя.

- Или тебя.

- Я звонить не буду!

- Я знаю.

Тяжело вздохнув, я набрала номер и с замиранием стала слушать гудки.

- Алло, - сказал мужской голос.

Я молчала, не в силах выдавить из себя ни слова.

- Алло, - повторил мужской голос. - Я слушаю.

Тая пинала мою ногу и делала "страшное" лицо.

- Здравствуйте, - сказала я и опять замолчала.

- Здравствуйте, - ответил голос и тоже замолчал.

- Я, собственно говоря, по объявлению, - протокольным голосом доложила я, словно собиралась покупать поддержанный диван.

- По какому? - не понял голос.

- В газете - растерялась я. - Вы судьбу ищите?

- Ищу.

- Я вот подумала, может это я? - Глупее разговора я просто не могла себе представить, но и умнее ничего не могла придумать.

- Может, а как вас зовут?

- Сена.

- А меня Петр, будем знакомы.

На душе у меня стало немного легче, вроде бы ничего страшного.

- Нам надо встретиться, - сказал Петр, - вы где живете?

- В квартире, - брякнула я.

- Это ваша собственная квартира?

- Да, а что? - удивилась я.

- Ничего, просто так спросил, скажите адрес, я приеду.

- Когда? - ещё больше растерялась я.

- Могу сегодня, говорите адрес, я записываю.

Я продиктовала и, попрощавшись, повесила трубку.

- Ну, что? - сразу же напала Тая. - Рассказывай!

- Сегодня приедет ко мне в гости.

- Как, прямо сюда? - удивилась Тая.

- Ну да.

- На всякий случай мы с Лавром будем здесь и если что спасем.

- Большое спасибо! - с чувством сказала я.

Потом Тая позвонила двум бизнесменам и довольно бойко договорилась о встрече на завтра в каком-то ресторане. Это были наши последние кандидатуры. Мы ударили по рукам и приступили к наведению марафета, чтобы сразу сразить Петра наповал и не дать ему никаких шансов на отступление.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Вечером Тая отправилась выгуливать Лавра, а я в сотый раз огляделась по сторонам - все ли в порядке в моем жилище, и в тысячный посмотрела в зеркало, все ли в порядке со мной. Петр должен был прийти с минуты на минуту. Я волновалась, а вдруг сейчас в двери позвонит та самая судьба, которую я так долго и безуспешно ищу? В двери позвонили. Несколько секунд я стояла, не в силах сдвинуться с места. Какая же я все-таки трусиха! Собравшись с силами, открыла дверь. На пороге стоял невысокий мужичок бомжеватого вида с прозрачным целлофановым кульком в руках, в котором виднелась бутылка водки и какая-то консерва.

- Здравствуйте, - печально сказал он и шмыгнул носом.

- Здравствуйте, - справившись с шоком, я, с последней надеждой на то, что это ошибка, спросила: - Это вы Петр?

- Я, - ещё печальнее сказал он, глядя куда-то мимо меня. - Можно войти?

Я молча посторонилась, пропуская его. Мужичок деловито разулся, повесил чем - то странным пахнущее пальто на вешалку и прошел в комнату. Я безмолвно последовала за ним. Петр достал из кулька бутылку, консерву и положил на стол. Я хотела спросить, надо ли принести свечи, но не стала из боязни, что он ответит: "Да". Пока он разглядывал комнату, я разглядывала его и думала о том, когда же вернутся Тая с Лавром, наедине с Петром мне почему-то не хотелось оставаться.

- Ну что же, - вздохнул он, - квартирка тесновата, но это все же лучше, чем жить на улице, верно?

Я не могла не согласиться. Петр ловко открыл бутылку и спросил, есть ли у меня "рюмашки".

- Как не быть - ответила я и быстренько сходила за ними на кухню, пока Петр не успел взять что-нибудь из моих вещей на память о прекрасном вечере. Он налил себе, мне, сел за стол и сказал:

- Ну, за знакомство.

- Ага. Может вам банку открыть?

- Зачем?

- Чтобы закусить.

- Нет, мне не надо, это вам.

- О! - поразилась я. - Большое спасибо!

"Судьба" выпила, и её глаза потеплели.

- Ну что ж, - сказал он, - человек я мирный, не буйный, делать все умею, изменять тоже не стану, в общем, вам решать.

Слава богу, в дверь постучали, вернулись Тая и сладкий. Я бросилась открывать.

- Ну что? - прошептала Тая. - Пришел?

- Пришел - ответила я с загадочным видом и кивнула в сторону комнаты. Подруга заглянула туда и снова прошептала:

- Что это за бродяга?

- Петр! - радостно сказала я. - Он душка, правда? Если хочешь, могу уступить совершенно безвозмездно!

- Как ты добра... - растерянно произнесла Тая, принюхиваясь к пальто, воняющему на весь коридор. Петра мы быстренько выпроводили, и я открыла окна, чтобы все проветрить, как следует.

- Да-а-а-а! - протянула Тая. - А судя по объявлению, очень достойный человек!

- Ты думала, он тебе правду напишет? Наверное, все остальные такие же.

- Посмотрим ещё на завтрашних бизнесменов и если тоже что-то вроде Петра, закончим с этим гиблым делом.

- А может, закончим прямо сейчас?

- Неудобно, я уже договорилась, пойдем, сходим, они-то к нам в дом не напрашиваются, это уже хороший знак.

Этого замечательного вечера я ждала без особого восторга, а Тая, как могла, старалась поднять мне настроение.

В ресторан поехали на такси, я решила, если и на этот раз не судьба, так хоть напьюсь.

У входа в ресторан стояло двое мужчин очень среднего возраста, но, к счастью, они были прилично одеты. Это оказались именно они и звали их Александр и Станислав, с ударением на букве "и", что он особо выделил. Они заулыбались, глядя на нас, поцеловали нам руки и почему-то сразу мне не понравились. Оба. Но я решила, что это все ещё не выветрилось впечатление от вчерашнего явления. Ресторан оказался японским. Мы сели за столик, Станислав поближе ко мне, Александр, соответственно, к Тае. Раскрыв меню, Станислав довольно долго изучал его, потом сказал:

- Наверное, возьмем суши, вы любите суши?

- О да, уши это мое самое любимое блюдо! - сказала я, думая о своем, о наболевшем.

Станислав искоса посмотрел на меня и сделал заказ. Вскоре нам принесли что-то очень странное в глубоких тарелках и три бутылки шампанского.

- Извините, - сказала я, разглядывая загадочное содержимое своей посуды, - но прежде чем я начну это есть, могу задать один вопрос?

- Да, конечно.

- Скажите, чьи именно это уши? Нет, я, конечно без предрассудков, но все-таки...

- Это не уши, это суши, так называется блюдо, - успокоил меня Станислав, и я осторожно принялась за еду, решив не уточнять, из чего именно оно приготовлено.

Все шло более-менее нормально, мы пили шампанское, а потом Станислав спросил о моем имени.

- Скажите, Сена, у вас такое необычное имя, что оно значит?

- Дело в том, что мои родители были на экскурсии во Франции и там познакомились на почве любви к Парижу. Когда я родилась, меня назвали Сеной, такая там есть река. Я им очень благодарна, что хоть не Эйфелевой башней окрестили.

- Как интересно, - опять заулыбался он.

Все шло довольно симпатично, но почему-то они мне все равно не нравились, и я ничего не могла с этим поделать, хоть тресни.

- Расскажите о себе, - попросил Александр, - мы хотим знать о вас все!

- Что, например?

- Чем вы занимаетесь, где живете.

- Вообще-то в квартирах! - Почему-то в последнее время любые вопросы насчет жилья сразу же начинали злить. - А что?

- Нет, ничего, - пожал плечами Александр. - А в каком районе?

- В хорошем! - ядовито процедила я. - В зеленом!

Станислав налил всем ещё шампанского и произнес тост о том, как важно найти свою судьбу, и что жизнь это вообще загадочная штука и т. д и т. п. Но я ему почему-то не верила, Тая это видела и начинала нервничать.

- Мы сейчас, - сказала она и кивнула мне.

Мы ушли в уборную, держать совет.

- Сена, чего ты на них огрызаешься? Вроде приличные люди.

- А чего они о наших квартирах спрашивают?

- Ну, что в этом такого? Может, хотят знать, что мы не бездомные бандитки.

- А мы на них похожи, да?

- Вообще-то, я не знаю, - пожала плечами Тая. - Посмотрим, что дальше будет, по крайней мере, мы можем с ними больше никогда не встречаться, и дело с концом. Да, вот ещё что, я чуть позже засобираюсь домой и пусть Александр меня проводит, а ты со своим посидишь, поговоришь...

- Ты что, меня бросаешь, что ли? - ужаснулась я. - Еще подруга называется!

- Да нет, просто разговор почему-то не очень клеится, может, когда они останутся поодиночке, о них можно будет узнать побольше?

- Не знаю, умно это или нет, но пусть будет так, - вздохнула я, и мы вернулись обратно. Мужчины о чем-то беседовали, а на столе стояли две бутылки коньяка.

- Наконец-то, а то мы уже соскучились! - улыбнулся Станислав.

Мы снова принялись есть, пить и говорить. Мы с Таей - шампанское, а они шампанское и коньяк. Потом Тая сказала, что ей надо домой, и Александр, пошатываясь, пошел её провожать, а я осталась вытягивать сведения из Станислава. Ощущая себя резидентом в тылу врага, я приступила к получению информации. Теперь я старалась выпытать, где он живет и чем занимается. Станислав глушил коньяк и говорил о чем угодно, только не о том, что интересовало меня.

- Ах, Сена, как одиноко жить в этом мире! - говорил он, беря меня за руку. - В мире, где никто тебя не понимает...

"Не ценит, не любит, не хочет..." - мысленно продолжила я. Терпеть не могу, когда здоровенный мужичара выступает в роли бедной овечки.

- Кажется, я наконец-то встретил девушку, которую искал! Ах, Сеня, Сеня, вы необыкновенная!

- Меня зовут Се-на, последняя буква "а", - напомнила я, наблюдая, как он наливает коньяк уже не в рюмку, а в бокал из-под шампанского.

- Вы не много пьете? - поинтересовалась я. - Дурно не станет?

- Я свою норму знаю! - махнул он рукой и свалил на пол вазочку с салфетками, даже не заметив этого. - На чем я остановился?

- На том, что я необыкновенная.

- Ах да. - Он повнимательнее посмотрел на меня и спросил: - А мы с вами раньше нигде не встречались?

- В вытрезвителе, - совершенно серьезно ответила я.

- Да? Ну, надо же, как интересно! - Он подлил себе еще. - А я - то думаю, такое лицо знакомое! Так где, вы говорите, мы встречались?

- Нигде, - вздохнула я и плеснула себе рюмашку.

- Вы не представляете, Сеня, со сколькими женщинами я познакомился благодаря этим идиотским объявлениям, - разоткровенничался он, приступая ко второй бутылке, - это же просто уму непостижимо, сколько желающих согреть мой... мой домашний очаг, но вы-то, разумеется, к ним не относитесь. Вы необыкновенная... и цвет волос у вас тоже необыкновенный... Кстати, у вас в квартире санузел раздельный?

- У меня его вообще нет, - с доброй улыбкой ответила я, - к соседям хожу.

- Это не страшно, что-нибудь придумаем. Слушайте, а почему вас назвали Сеней? В честь отца?

- Нет, в честь любимого хомячка моей бабушки. Я сейчас.

Я вышла из ресторана на свежий воздух. Было уже темно и поздно, и я подумала, что стоит идти домой, но вовремя вспомнила, что там осталась моя сумочка. Вернувшись обратно, я увидела, что Станислав крепко спит, а на столе лежит счет. Я посмотрела на цифру, и глаза у меня полезли на лоб.

- Эй, драгоценный, - я потрясла его за плечо, - утро наступило, пора вставать!

Он что-то пробормотал и устроился поудобнее, а к столику подошел очень вежливый официант и ласково сказал, что они закрываются.

- Вы видите, что творится? - я кивнула на спящего красавца, - а деньги у него. Должны быть.

Официант ласково молчал. Ситуация была из рук вон.

- Хорошо, - решилась я, - стойте здесь и смотрите, чтобы потом не говорили, что я его ограбила.

Затаив дыхание я принялась лазить по карманам Станислава, и во внутреннем нашла бумажник. Под бдительным взглядом официанта я извлекла нужную сумму, благо, она там оказалась. Расплатившись и запихав бумажник обратно, я собралась, было, восвояси, но официант ещё раз напомнил, что они закрываются, и многозначительно посмотрел на не подающее признаков жизни тело.

- Вы хотите сказать, что я должна унести это с собой? - уточнила я.

- Именно. Мы можем вызвать такси.

- Не надо, я не знаю, где он живет, к себе я его тоже не повезу!

Официанту это было сугубо безразлично.

- Но я не донесу его даже до выхода! - растерялась я.

Двое официантов в этом мне помогли. Они вытащили Станислава из ресторана, прислонили к стене и тут же ушли.

- Замечательно, - сказала я сама себе, придерживая кавалера одной рукой.

На пустынной улице не было ни одной машины. В любом случае кошелек мой был пуст, разъезжать на такси не на что, поэтому я решила доставить Станислава до ближайшей скамейки и там его "потерять". Он оказался безумно тяжелым. Повиснув на мне всей массой, он что-то счастливо лепетал во сне, а я, обливаясь потом и страшно ругаясь, тащила его по бесконечной улице, где не было ни одной чертовой лавки, куда бы можно было его пристроить.

Несколько раз я останавливалась передохнуть, а потом на моем пути возникла небольшая церквушка. Я так выбилась из сил, что готова была положить его на землю и тащить за ноги, поэтому, собрав остатки сил, поволокла его туда. С грехом пополам усадив героя на ступеньки, я прислонила его к перилам и, переведя дыхание, поспешила прочь, пока кто-нибудь не заставил убрать это сокровище и отсюда. Я надеялась, что оставляю Станислава в безопасном месте, в крайнем случае, Бог о нем позаботится, ведь, если не ошибаюсь, он любит дураков и пьяниц, в этом случае он, кажется, получил и то и другое. Боже, что за жизнь! В монастырь уйти, что ли? Интересно, а бывают женщины - священники?

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Домой я добралась только под утро. Пришлось идти пешком, когда начали ходить первые трамваи, удалось проехала пару остановок. Сказать, что я была зла как сто чертей - вообще ничего не сказать. Все сообщения на автоответчике были от Таи, она волновалась и просила позвонить, как только приду. Я посмотрела на часы - было пять утра. Со злорадной ухмылкой я набрала её номер.

Алло, - каким-то сдавленным голосом произнесла подруга.

- Что случилось? - злобной ухмылки как не бывало. - Что он тебе сделал?!

- Ничего он не сделал, просто мне плохо! Я всю ночь не спала, с желудком мучилась, наверное, уши были несвежими...

- Да, но ты бы знала, какие они дорогие! - От сердца отлегло. Расскажи, если сможешь, как у тебя все прошло?

- Да никак, он проводил меня до такси и спросил, хочу ли я поехать к нему домой и остаться на ночь. Я сказала, чтобы он катился куда подальше, вот и все, а у тебя?

- О, у меня вечер прошел гораздо более увлекательно!

- Правда? - по незнанию обрадовалась подруга.

- Ага, он страшно напился, и я несла его по улице.

- Как несла? - растерялась Тая.

- Ну, разумеется, не как жених невесту, для этого он слишком тяжел, усмехнулась я, - тащила на закорках, потом посадила под церковью и быстро убежала. Страшно романтично, правда?

- Не то слово! Ужас, почему нам так не везет?

- Может, магнитные бури? Или полнолуние? Ты не обратила внимания, там полная луна или не очень?

- Даже если это и полнолуние, то что-то оно затянулось, тебе не кажется?

Я согласилась. Тая ещё немного повздыхала, посетовала на то, что судьба - злобная ведьма, а потом я вспомнила, что через два часа мне на работу и попрощалась.

Никакая косметика не помогла скрыть следы рьяной борьбы за счастье: под глазами были такие синяки, будто я участвовала в уличной потасовке. Я немного поспала по дороге на работу, похрапывая на светофорах, а на работе села за свой стол, спряталась за печатную машинку и, положив под голову справочник автолюбителя, который все время забывала забрать домой, тут же уснула. Причем уснула так крепко, что совершенно не слышала, как шеф начал проводить общее собрание. Разбудил меня Влад.

- Сена, - тихонько тряс он меня за плечо. - Сена, проснись!

- А?! - воскликнула я спросонок. - Что случилось?

- Ничего, просто ты храпишь, а шеф больше не может делать вид, что этого не замечает.

- Какой шеф? - Я вообще не могла сообразить, где нахожусь.

- Вот этот! - Шеф ткнул себя пальцем в грудь. - Доброе утро, дорогая, ты уж прости, что разбудили, мы старались говорить шепотом, но твой храп сбивает меня с мысли и я забываю, что хотел сказать!

- Ой, простите, - сконфузилась я, - просто всю ночь мучили приступы... свинки, и вообще, я умираю.

- Не знаю, что там тебя за свинка мучает, но совесть надо иметь. Ты много работаешь, придраться не к чему, но если уж ты спишь на общем собрании, так хотя бы делай это не так громко!

- Хорошо, - клятвенно пообещала я, решив, что если ещё раз окажусь в такой ситуации, то залезу под стол, свернусь там калачиком, как Лаврентий, и засоплю...

- Так, на чем я остановился? - шеф задумался.

Человек он был замечательный, добрейшей души, но вот только голос его слишком уж был похож на монотонный стук дождя в осенний день, и волей, неволей глаза у меня снова стали закрываться. Я поняла, что опять уснула, только после того, как ударилась лбом о печатную машинку. По кабинету разнесся тихий гул, и шеф опять замолчал, свирепо глядя на меня.

- Простите, не хотела, - я страшно зевала, стараясь раскрыть глаза на полную их мощность.

- Я всегда знал, что не Цицерон, - с некоторой обидой сказал шеф, - но никогда не думал, что настолько нудно излагаю свои мысли!

- Это не из-за вас, - я старалась закрыть рот, но из-за безудержной зевоты моя пасть распахивалась все сильнее и сильнее, - я просто ночью не спала... свинка, сами понимаете.

Шеф ничего не сказал и продолжил собрание. Закусив губу, чтобы не зевать и наступая самой себе на ногу, дабы хоть немного проснуться, я таращила глаза и старалась изобразить полное внимание. Шеф говорил, но его взгляд то и дело невольно останавливался на мне. От нечеловеческих усилий удержать себя в бодрствующем состоянии, у меня, наверное, была такая гримаса на лице, что шеф окончательно потерял нить рассуждения. Он ещё раз посмотрел на меня и тяжело вздохнул.

- Ради бога, Сена, иди домой, - в сердцах отрезал он, - я не могу говорить, когда напротив меня сидит такое! Возьми материал на дом и на работу приходи, когда окончательно избавишься от всех своих свиней! Влад, отвези это чудо природы, а то, как бы она спросонок в столб не врезалась!

- Спасибо, спасибо, огромное спасибо! - Я едва ли не в пояс кланялась любимому шефу, избавившему меня от нечеловеческих страданий.

Мне в руки сунули папку с бумагами, и Влад поволок мои бренные останки на выход. Я села в машину, по привычке за руль, но Влад передвинул меня на другое место и сел сам.

- Ты ужасно выглядишь, - обрадовал он, стараясь завести машину, - что там у тебя происходит?

- Ничего интересного, - зевнула я, - сплошная белиберда.

- Например? - Он завел мой драндулет и начал выезжать со стоянки. - У тебя бурная личная жизнь?

- Да, бурнее некуда.

Я закрыла глаза и мгновенно отключилась. Проснулась уже около дома.

- Тебя отнести, или сама пойдешь? - усмехнулся Влад.

- Отнеси. - Главным для меня было не передвигаться самостоятельно.

Мне казалось, что ещё ни разу в жизни я так зверски не хотела спать, как сейчас. Прижимая к груди папку с бумагами, я дремала, а Влад вытащил меня из машины, взял на руки и понес домой, удивляясь тому, какая я тяжелая, хотя по виду и не скажешь. Дома, отбиваясь от радостно скачущего Лавра, он поставил меня на пол и пожелал приятных снов. Когда Влад ушел, я сбросила с ног туфли и рухнула на кровать прямо в одежде. Для себя я уже твердо решила, что со всеми этими поисками покончено, уж больно тяжело мне все это давалось.

Проснулась я только на следующий день, с ощущением того, что несчастна. Это ощущение было таким сильным, что я пошла на кухню и налила себе полный бокал мятного ликера. Потом наполнила ванную горячей водой, включила музыку погромче и залезла в воду пить ликер и жалеть себя, несчастную. Мне было страшно одиноко, и я даже всплакнула. Казалось, весь белый свет просто издевается надо мною. Музыка, как назло, была до смерти романтичной, и мне стало ещё хуже. Выпив ликер, я выбралась на сушу и стала думать, что же делать и как со всем этим бороться. Сидеть дома было ужасно муторно, просто невыносимо. Я позвонила Тае, но её ещё не было, и тогда я решила сходить куда-нибудь в кафе и хоть как-то пристрелить это время.

На улице вечерело, было тепло и пахло весною. Я решила пройтись пешком. Ближайшим от моего дома был небольшой и довольно уютный бар "Крокодил". Вот уж не знаю, почему именно он так назывался, но там над стойкой висел здоровенный плюшевый крокодил, почему-то синего цвета.

Народа в баре было мало, я присела за столик в углу, заказала кофе, коньяк и принялась вспоминать, чего у меня в жизни было хорошего, вернее, какие у меня были романы и чем все это закончилось. Воспоминания, особенно об окончании последнего романа, настроения не улучшили. Я вздохнула и посмотрела по сторонам. Синий крокодил над стойкой слегка раскачивался и сочувственно смотрел на меня блестящими, немного подловатыми глазами, даже крокодил и тот мне сочувствовал! А уж как я себя жалела, это и вовсе не передать словами. Я решила немного порыдать, но не стала этого делать, вовремя вспомнив, что накрасилась.

От скуки я стала разглядывать немногочисленных посетителей. В противоположном углу сидели двое парней, они о чем-то разговаривали, дело, наверное, было важным, потому что лица у них были очень сосредоточенными. Я пыталась представить, что именно они обсуждают и чем занимаются, но на ум ничего путного не приходило. Вскоре один парень ушел, а другой взял себе пива и стал о чем-то грустить. Как у нас много общего!

Допив коньяк, я поковыляла к стойке, чтобы взять ещё чего-нибудь. При нынешнем положении вещей, мне оставалось только напиться до состояния Станислава, упасть в какую-нибудь канаву и умереть. Я взяла себе большой бокал мартини, не думая о последствиях сожительства вина и коньяка, и полезла, было, за деньгами, но над ухом раздались следующие слова:

- Позвольте мне заплатить?

Безмерно удивившись, я обернулась, тот самый парень стоял за моей спиной.

- Не возражаете? - уточнил он.

- Нет, не возражаю.

- Меня зовут Виктор, - представился он, - а вас?

- Сена, - внятно сказала я, чтобы не дай бог, не прозвучало, как "Сеня". - Такая река есть в Париже.

- Как интересно, вы не против, если я присяду за ваш столик? Вам явно скучно, да и мне тоже.

Боги, боги, вы услышали меня! Он перебрался ко мне вместе со своим пивом. Виктор был чертовски хорош собой - русые волосы, голубые глаза, правильные черты лица, и вообще, он мне сразу же понравился. Некоторое время я настороженно ждала, что он что-нибудь спросит про мою квартиру и про её санузел, но он расспрашивал только обо мне, причем в этих вопросах не было ничего, что мне бы не понравилось. Но пока я ещё боялась радоваться, потому что заметила, что стоит мне прийти от чего-нибудь в полный восторг, как все немедленно приходит в полную негодность.

О себе он тоже рассказывал достаточно охотно, работал компьютерным инженером, жил один, и вообще, мне в нем все начинало нравиться, все, абсолютно все...

У нас оказалось довольно много общего, и разговор отлично клеился. Народа в баре прибавлялось и прибавлялось. К нам то и дело метили подсесть всякие разные люди, но Виктор вежливо всем отказывал. Мы пили шампанское, а потом танцевали. Меня так и распирало спросить у Виктора, есть ли у него друг, похожий на него, или брат - о Тае я не забывала ни на минуту...

Уже было довольно поздно, когда я бросила взгляд на часы.

- Кажется, мне пора, - с огромной неохотой сообщила я, - надо собаку выводить на прогулку, иначе он будет очень возмущен.

- А какая у тебя собака? - на "ты" мы перешли уже в середине вечера.

- Сенбернар, зовут Лаврентий.

- Сенбернар? Обожаю больших собак, надеюсь, ты как-нибудь нас познакомишь?

- Без проблем, он очень добрый.

Выходя из бара, я подмигнула синему крокодилу, даже он теперь казался мне повеселевшим и не таким подлым. Виктор пошел меня провожать. Мы, не торопясь, шли по темным улицам, и мне все вокруг нравилось.

- Сена, - сказал он, когда мы подошли к моему дому, - надеюсь, мы ещё увидимся?

- Конечно, - как можно спокойнее сказала я, чтобы он не больно то о себе сразу вообразил, - я пока свободна, работаю на дому, так что звони в любое время.

Я нацарапала на листке свой телефон.

- До встречи, Сена, - он и поцеловал мне руку.

- До встречи.

Домой я летела, как на крыльях, даже не вспомнив, что на свой третий этаж я неизменно поднималась на лифте. Теперь я мчалась по ступенькам, обуреваемая нестерпимым желанием поделиться такими новостями с Таей.

- Алло! - тяжело задышала я в трубку, не раздеваясь и не разуваясь. Поздравь меня, подруга!

- Ты выиграла новую машину в моментальную лотерею?

- Нет, я познакомилась с замечательным парнем, его зовут Виктор!

- Где познакомилась?

- В баре "Крокодил"!

- В этом убожестве, что рядом с твоим домом? Ну, надо же...

- Ты даже представить себе не можешь, какой это парень! У меня, прямо, вся свинка прошла в одночасье! Это судьба, наверняка та самая!

- Прекрати, а то я сейчас начну завидовать!

- Подожди пока, я ещё не узнала, может у него есть друг или брат, вот было бы здорово!

- Хотелось бы посмотреть на него, вы договорились о встрече?

- Он позвонит...

- А-а-а-а...

- У меня тоже есть его телефон.

- Это уже лучше. Я очень рада за тебя, нет, честное слово, очень рада, хотя и завидно, конечно. Если я не помешаю, то прихвати меня на следующее свидание, я обязательно должна знать, в чьи руки тебя отдаю.

- Хорошо.

Мы поговорили ещё немного, и я повесила трубку. Настроение было такое, что в пору было петь и танцевать, но я решила не пугать свою любимую собаку, и просто повела его на прогулку. В моей душе цвела целая клумба ромашек и вообще, все хорошие люди достойны счастья и я в том числе!

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Прошло несколько дней, Виктор не звонил, а я сама не решалась. Памятуя о наших попытках знакомства по телефону, мне не хотелось больше проявлять свою эрудицию и красноречие. Навряд ли кого-то способно вдохновить на подвиги насмерть перепуганное лепетание.

Приехала Тая, мы сидели на кухне, пили ликеры и обсуждали гробовое молчание телефона.

- Вот так все и происходит, - сетовала я. - Сначала люди с тобой знакомятся, потом решают, что лишняя головная боль с цветами, конфетами и серьезными намерениями им ни к чему и звонят какой-нибудь крашенной цыпочке со свободными нравами и без собачьей шерсти в квартире.

- Ну, допустим, он не знает, есть ли у тебя в квартире собачья шерсть.

- Как же, не знает! Я ему сказала про Лавра, и он наверняка сразу же представил себе свои носки и брюки - лохматые и противные. - Я налила себе ещё ликера. - Конечно, он подумал, зачем мне нужны все эти ухаживания, комплименты, морока, волокита, потом расставание или ещё хуже - свадьба, от этого только мухи дохнут, а жить надо проще, жить надо веселее, вот и решил не связываться.

- Сена, ну откуда ты можешь знать, что он в действительности подумал, и что он на самом деле решил? - принялась утешать меня Тая. - Может, у него дел по горло, или уехал куда-то...

- Ну, конечно, так занят, что просто руку к телефону поднести некогда! - ворчала я. - Как все было чудно, а он взял и решил не звонить... Может, я ляпнула чего-то не того?

- Сена, что за комплексы? Все ты ляпала того, я в этом уверена. Когда на тебя нисходит вдохновение, тебе просто нет равных!

- Да, но почему же он не позвонил?

- А вы договаривались, когда именно произойдет это событие?

- Нет, он просто сказал, что позвонит.

- Тогда что же ты в панику впадаешь? Вдруг он тоже не решается позвонить...

- Ага, как же, он на тюню не похож! Он должен проявлять инициативу, кто из нас двоих мужчина, в конце концов? Мы с тобой и так уже чересчур инициативными были, сама видишь, как теперь себя чувствуем...

- Я, вообще-то, нормально...

- Конечно, ещё бы! - возмутилась я, - Основной удар пришелся на меня! Я страдала больше всех, а ты даже на улице ни разу не ночевала!

- Прости, если бы я знала, что это для тебя так важно, специально провела бы ночь во дворе, на лавочке! - огрызнулась любимая подруга. - И вообще, не хватало еще, чтобы мы сейчас поссорились из-за того, кто через что прошел, все равно идея была общей. Ты не против, если я налью немного зубной пасты?

- Перестань оскорблять мой мятный ликер!

- Я просто называю вещи своими именами, так ты против или нет?

- Против! - сказала я, наливая ей ликер. - Не любишь ты меня, и мой ликер терпеть не можешь и вообще...

- Я тебя обожаю! - Она схватила меня в объятия. - А вот ликер твой гадкий в самом деле пакость!

- Так что же ты его тогда пьешь? - возмущение придало мне сил, и я вырвалась на свободу.

- Я ещё не пью, но сейчас начну, за компанию, чтобы тебе было приятнее.

- Спасибо, - проворчала я, - ради меня ты приносишь такую жертву!

В двери позвонили.

- Кто это? - всполошилась Тая.

- Боже, неужели в мою дверь так редко звонят, что это является таким событием?

- Нет, но все же. - Она пригладила торчащие в разные стороны волосы. Так кто это?

- Влад пришел за статьей, кто же еще, но, может быть случится чудо.

Чуда не случилось, это и вправду был Влад.

- Привет! - как всегда выкрикнул он, радостно сверкая очками. И почему он всегда счастливый, будто у него совсем нет проблем? - Ты чего такая кислая?

- Ничего, - буркнула я. - Проходи, ликер будешь?

- А другого ничего нет? - Он сбросил с ног ботинки, как всегда расшвыряв их в разные стороны. Я всегда радовалась тому, что у него всего две ноги и всего два ботинка. - А то эти ваши сладкие штучки...

- Конечно, стаканище водки не в пример лучше!

- Соломка, ты не в духе! - догадался он, проходя на кухню. - О, здравствуйте, прекрасная принцесса!

- Здравствуйте, прекрасный принц! - в тон ему ответила Тая, и я не удержавшись, громко фыркнула.

- Нет, я, конечно, все понимаю, - нисколько не обиделся Влад, усаживаясь за стол. - Сена меня не то что за прекрасного принца, но даже за его коня не считает, но уверяю вас, принцесса, я самый что ни на есть принц!

- Наверное, все может быть и даже такое, - я достала из шкафчика ещё одну рюмку и поставила на стол. - Кроме ликера у нас больше ничего нет.

- Ну что ж, - вздохнул он, - в принце все должно быть прекрасно, и белые панталоны, и толстый конь, и зеленый ликер на устах. - Он попробовал и удивленно присвистнул: - Ну, надо же, как на зубную пасту похоже!

Тая начала хохотать, а я рассвирепела окончательно. Тут зазвонил телефон, я схватила трубку и заорала, как сто взбесившихся слонов:

- Я слушаю!!!

- Здравствуйте, а Сену я могу услышать? Это Виктор...

- Ах, Виктор! - голосом майского эльфа пропела я. - Какой приятный сюрприз!

- Значит ты рада, что я позвонил?

- Конечно, рада. - Я перевела дух и посмотрела на кухню, оттуда высовывались две головы с шевелящимися от внимания ушами. Тогда я попыталась дотянуться ногой до двери и закрыть её.

- Чем ты сегодня занимаешься? - спросил он.

- Особо ничем, - с некоторой натугой сказала я. Дотянуться до двери никак не получалось, то ли нога короткая, то ли дверь далеко...

- Может, встретимся?

В последней попытке дотянуться до двери, я грохнулась со стула, на котором сидела, исполнив в полете самый настоящий акробатический этюд. Приземлившись, я сразу же схватила телефонную трубку и, хотя перед глазами мелькали разноцветные искры, мне удалось говорить все тем же голосом майского эльфа.

- Сена, что там у тебя случилось? - обеспокоено спросил Виктор.

- Ничего, все в порядке.

- Странно, но был такой грохот, будто упала мебель.

- Нет, это не мебель упала, - я посмотрела в сторону кухни, эти мерзавцы тряслись от хохота в объятиях друг друга, - я просто с ног тапочки сбросила, вот и все.

- А, понятно, - ничего не понял Виктор, - так мы увидимся сегодня или нет?

- Конечно, - сказала я и мысленно добавила: "Если срастутся все мои переломы". - А где именно?

- Если хочешь, можно опять встретиться в "Крокодиле", или где скажешь.

- Ты знаешь, у меня сейчас небольшая вечеринка, если хочешь, приходи и ты.

- Серьезно? Отлично, я скоро буду.

Я назвала ему номер квартиры и, поднявшись с пола, поковыляла на кухню избивать "вечеринку" всем, что под руку попадалось.

- Сена, ну извини, - продолжали они смеяться, спасаясь от моих тумаков, - ну прости, мы не хотели, чтобы ты упала!

- Конечно, так я вам и поверила!

Тут я поняла, что Виктор скоро действительно придет, а выгляжу я... В общем, через сотую долю секунды я уже была в ванной и наводила марафет, выкрикивая оттуда команды. Пока я приводила в порядок себя, Тая и Влад приводили в порядок кухню, по крайней мере, судя по степени шума, который они производили, я надеялась, что так оно и было. Звонок в дверь прозвучал так быстро, что можно было подумать - звонил Виктор прямо из лифта. Я застыла, как громом пораженная, с ужасом глядя в зеркало. В дверь ванной забарабанила Тая.

- Что делать? - свистящим шепотом спросила она. - Открывать или пусть там стоит?

- Открывай и проводи его на кухню, я сейчас.

- Может, лучше в комнату?

- Ни в коем случае, ты же видела, что там творится! Да, и запри в комнате Лавра!

- Слушаюсь, босс!

Выдирая щеткой себе волосы, я быстро причесалась. Цвет секретера почти смылся, оставив лишь легкое воспоминание о себе, что мне даже нравилось. Затаив дыхание, я слушала, как Тая открывает дверь.

- Здравствуйте, - пропела подруга, - вы, должно быть, Виктор? Проходите, проходите, Сена сейчас придет. Меня зовут Тая, я её подруга, а это Влад, общий друг.

- Очень приятно, очень приятно...

Я наконец-то решила, что достаточно прилично выгляжу и выбралась из своего укрытия. Виктор принес цветы, большую коробку конфет и мартини.

- Вы уже познакомились? - спросила я. - Привет, Виктор, рада тебя видеть.

- Привет, я тоже.

Какой он все-таки классный, просто слов нет! Пока я доставала бокалы для мартини, а Тая извлекала из холодильника все, что можно было извлечь, Виктор разговаривал с Владом. Внутри у меня все пело и плясало - вот так я себе и представляла счастье: друзья, дорогой сердцу человек... Неужели уже дорогой? Что-то больно быстро, хотя, разве с этой судьбой поспоришь?

На стол накрыли, мартини налили и сели пировать. Виктор оказался очень компанейским и остроумным, поэтому обстановка была такой душевной и непринужденной, что мне то и дело приходилось стаскивать со своего лица выражение блаженного счастья.

- Я помню, ты рассказывала про собаку, - сказал Виктор, - а где он?

- Если хочешь, могу познакомить прямо сейчас, - я посмотрела на его чистые брюки и носки, и мое счастье немного померкло.

- Да, конечно, как ты, говорила, его зовут?

- Лавр, Лаврентий.

Я пошла выпускать сладкого. Он немедленно примчался на кухню и сразу же стал принюхиваться к стоявшей на столе ветчине, совершенно не обратив внимания на то, что в доме чужой человек.

- Лавр, познакомься, это Виктор.

Лавр искоса посмотрел на него, обнюхал и, чихнув, продолжил созерцание ветчины.

- Кажется, ты ему понравился, - сказала я и, сунув Лавру кусок, выпроводила восвояси, радуясь, что носки и штаны Виктора остались чистыми, как моя совесть.

Сидели мы допоздна, потом народ стал собираться по домам. Я отдала Владу статью и взяла с него клятву, что Таю он проводит прямо до квартиры. Потом мы долго прощались, как будто расставались навсегда, и уже в дверях, Виктор задержался и, поцеловав, сказал, что будет ждать нашей следующей встречи.

- И я тоже, - счастливо мяукнула я.

Закрыв двери, я ещё несколько минут стояла, обуреваемая счастьем, а потом отправилась лечить синяки и ссадины, полученные в результате падения со стула.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Прошло ещё несколько дней, Виктор регулярно звонил, отрывая время от работы, чтобы поболтать со мною. Занят он был страшно, поэтому я не требовала сиюминутной встречи.

Влад регулярно приносил мне новые задания, и я выполняла их с феноменальной скоростью и невероятным качеством - моя исключительная приподнятость духа наилучшим образом отражалась на работоспособности.

Тая, сразу же после работы, спешила ко мне, чтобы как следует погреться в лучах моего счастья и вдохновения. И как-то так получилось, что Влад с Таей каждый вечер стали навещать меня. Мне это нравилось, потому что теперь у меня в доме было постоянное ощущение вечеринки, я вообще люблю, когда в доме народ, от этого хочется жить долго и счастливо.

И в этот вечер они тоже пришли. Влад принес новый материал, теперь мне предстояло писать о том, как инопланетяне влияют на разум и психику бедных, ни о чем не подозревающих, глупеньких и беззащитных землян. Это означало, что опять придется бредить с задумчивым видом, умоляя печатную машинку придумать хоть что-нибудь. Но это ни в коем случае не могло испортить моего настроения. Пока Тая готовила чай, а Влад вытаскивал из кулька всякие кексы и пирожные, захваченные по пути, я вдохновенно рассказывала о последнем разговоре с Виктором.

- Кажется, что ты от него без ума, - многозначительно заметил Влад.

- Ага, - не могла не согласиться я, - он прелесть, правда?

- Вроде бы, - пожал плечами Влад.

- Что это ещё за "вроде бы"?! - возмутилась я. - Он моя судьба! И я попросила бы отзываться о нем повежливее!

- Ладно, как скажешь, просто сама понимаешь, если я начну петь ему дифирамбы, Тая ещё чего доброго подумает, что он лучше, чем я.

- Ой, я сейчас умру! Только не вздумай портить жизнь моей подруге! Еще не хватало, чтобы она по всей квартире собирала твои ботинки, носки и прочие вещи!

- Тая, не слушай её, я хороший!

- Тая, не слушай его, я с ним вместе три года работаю, знаю, на что он способен!

- Перестаньте вы оба! - сказала она, - я как-нибудь сама разберусь, что мне делать с вами обоими. Иногда мне кажется, что у вас общие родители, настолько вы похожи!

- Что?! - завопила я. - Что ты сказала, ну-ка, повтори!

В это время зазвонил телефон. Теперь, прежде чем поднять трубку, я перевела дыхание. И правильно сделала, потому что это был Виктор.

- Привет, - сказала я и замахала ногой шпионам, чтобы убирались на кухню и закрыли за собой двери. - Как дела?

- Отлично, слушай, завтра выходной, я свободен и если ты тоже, то мы могли бы съездить куда-нибудь на пикник, я знаю шикарные места...

- Здорово, конечно!

- Хочешь, поедем вдвоем, хочешь, возьмем Влада и Таю? Будет весело.

- Разумеется, возьмем, я вот только не знаю насчет моей машины...

- У меня есть машина, поедем на ней, нет проблем, я возьму гитару, попоем песни, поджарим чего-нибудь на костре, договорились?

- Ты ещё спрашиваешь, конечно! Во сколько старт?

- Думаю, с утра пораньше, чтобы возвращаться не очень поздно.

Договорились мы на восемь утра. Попрощавшись, я помчалась на кухню с этими новостями.

- Ну, что у нас плохого? - поинтересовался Влад. - Ты выходишь замуж?

- Нет, пока нет, завтра едем за город на пикник! Представляешь, как здорово? Песни будем петь, и что-нибудь на костре жарить, класс, правда?

- А что именно будем жарить на костре? - заинтересовался Влад. Поймаем какого-нибудь туриста?

- Вполне обойдемся курицей, - сказала Тая, - у меня есть парочка в холодильнике, жертвую.

- А я пожертвую кусок мяса, - великодушно сообщил Влад, - кусочек....

- Совсем манюсенький?

- Да, килограмма на три, сгодится?

- Вполне, на себя я беру овощи, напитки и все такое.

В общем, роли были распределены. Лаврентия решили с собою не брать, иначе пикник превратится в поле битвы за спокойный отдых.

Когда ребята ушли, а я стала собираться. Потом вспомнила, что впереди ещё целая ночь и легла спать. Потом опять встала и снова начала собираться. Сложив все необходимое, я легла спать снова. Перед глазами упорно маячило улыбчивое лицо Виктора. Неужели такое бывает на самом деле? Уж у меня такого точно не может быть, однако, почему-то случилось... Мягко покачиваясь на облаках радужных грез, я счастливо уснула.

Утром даже ненавистный будильник не показался таким уж отвратным, я даже не отвесила ему тумака, а просто погрозила кулаком. Быстренько выгуляв Лавра, я принялась за себя. Кто сказал, что на пикник надо ходить в драных джинсах, стоптанных бахилах и курточке фасона "душегубка"? На пикник надо ходить в красивой длинной юбке с цветами, беленькой кофточке и соломенной шляпке, чтобы из-под неё виднелись, словно случайно выбившиеся кудри. К сожалению этого всего, включая шляпку с кудрями, у меня не было.

Надо было как-то выходить из положения, я надела красные джинсы, пестрый свитер и туфли на каблуках. Изобразив на голове милую прическу, я осталась довольна своим видом. Почти сразу же, как я закончила работу над собой, под окнами раздался сигнал машины. Я выглянула и увидела такую машину... от которой меня просто слеза прошибла. Моя бедная старушка рядом с роскошным черным "Саабом" выглядела бы, как драная божья коровка рядом с блестящим майским жуком. Из этого роскошества вылез Виктор и помахал мне рукой. Я помахала в ответ и бросилась к дверям. Скатившись на второй этаж, вспомнила, что забыла дома узлы со всем необходимым. Так же бодро вернувшись обратно, схватила сумки и опять помчалась вниз.

Виктор стоял около машины и курил, выглядел он прекрасно и я решила, что уже влюбилась... Как можно устоять перед такими глазами и такой улыбкой?!

- Здравствуй, дорогая, - сказал он и поцеловал меня, - давай положу сумку в багажник.

Он взял мои узлы, а я тем временем посмотрела на часы. Ни Влада, ни Таи все ещё не было.

- Где твои друзья? - Виктор будто угадал мои мысли.

- Не знаю, почему-то опаздывают. Влад никогда никуда не может прийти вовремя, а подруга всегда была пунктуальной, странно, почему её нет до сих пор, - мне не терпелось скорее отправиться за город, поваляться на первой весенней траве, поубивать первых весенних комариков...

- Кажется, вон они, - кивнул Виктор. Я посмотрела в указанном направлении, там действительно топали Влад с Таей.

- Вы чего опаздываете? - крикнула я.

- Это все Влад! - начала оправдываться подруга, - он чуть было не устроил пожар и все только потому, что решил пожарить яичницу!

- Когда? - удивилась я.

- Утром, когда же еще!

- Так, так! - На моей физиономии появилась гаденькая улыбочка. Значит, Владусик не ночевал дома? Дай-ка я угадаю, где ты был!

- Тая, ну я же просил не говорить пока этому чудовищу! - жалобно сказал Влад, - теперь же она со свету сживет своими шуточками, уж я-то её знаю!

- Я случайно, - смутилась Тая, - привыкла, что у нас нет секретов друг от друга.

- Ну, иногда это не помешает, - Виктор подмигнул Владу. - Давайте, ребята, загружаемся и в путь. Кстати, кто-нибудь взял покрывала? Земля ещё холодная.

- Взяли! - хором ответили мы и полезли в машину.

Я, на правах дамы сердца, устроилась на первом сиденье, а эти два голубка, соответственно, на заднем. Как только машина отъехала от дома, я сразу же развернулась к ним.

- Сейчас она будет нас пытать! - простонала Тая.

- Ага! - радостно сказала я. - Лучше рассказывайте добровольно, это у вас серьезно или как?

- С моей стороны да, - Влад посмотрел на Таю, - а вот с её стороны не знаю, надеюсь, тоже.

- А я надеюсь, что мне все же удастся спасти свою подругу и ты не успеешь испортить ей жизнь! Она ещё просто не понимает, в какое предприятие ввязалась!

- Почему же? - возразила Тая, - очень даже понимаю, ведь тебя я, Сена, знаю почти всю жизнь, а вы с Владом на удивление похожи. Поэтому я прекрасно знаю, как с ним обращаться, как устранять жертвы и разрушения, опыт у меня большой, на тебе натренировалась.

- Опять ты нас сравниваешь? - возмутилась я. - До Влада мне далеко!

- Нет, это ему до тебя, как до луны, уж я то могу сравнить, не сомневайся!

- Ладно, тебя не переспорить. Запомни, я пыталась тебя уберечь в самом начале чудовищной ошибки, потом не плачь в телефонную трубку, сидя на руинах своего дома.

- Сена, ты её так отговариваешь, что можно подумать, что ты сама в меня влюблена - сказал Влад. - Признайся, влюблена, а?

- Кое-кто в очках слишком много о себе воображает!

- Кстати, очки это признак интеллекта!

- Не у всех!

- Ребята, - смеялся, слушая нас Виктор, - чувствую, вы передеретесь, не доехав до места!

- Нет, мы всегда так, не обращай внимания, - сказал Влад, бесконечные дискуссии, это образ нашей жизни, только в спорах рождается истина! Кстати, Сена, ты сделала статью этих инопланетян?

- Пока нет, всякая чушь в голову лезет, ничего путного.

- Так чушь это именно то, на чем держится наша любимая газета. Если хочешь, могу подкинуть пару бредовых идеек.

- Подкинь, - согласилась я и устроилась поудобнее.

- Можно написать, что инопланетяне, контролируя мозг беззащитных землян, постепенно проникают в него, вытесняют разумное земное существо ко всем чертям и, занимая его тело, живут себе припеваючи, постепенно уничтожая земную цивилизацию, как тебе?

- Полная чушь, должно сгодиться, но нужно что-нибудь еще.

- Можно придумать пару особых примет для инопланетян, - подсказал Виктор, - пусть все начнут разыскивать пришельцев среди своих соседей и родственников, представляете, как будет весело?

- Да, это хорошая мысль, - согласился Влад, - а приметы могут быть самыми разными, например, громкий голос, загадочный оттенок волос и странные имена, например, напоминающие название рек...

Тая начала смеяться и показывать на меня пальцем. В общем, в теплой и дружеской атмосфере мы прибыли на выбранное Виктором место. Это оказался живописный, окруженный лесом берег реки. Вопреки моим ожиданиям, дождь не пошел, было ясное солнечное утро, обещавшее перерасти в теплый и даже жаркий день.

Пока мы с Таей раскладывали продукты, резали хлеб и овощи, мужчины разводили костер. Из открытых дверей машины доносилась музыка, щебетали птички, и я тоже щебетала без умолку - так хорошо было на душе, что просто не выразить словами.

- Я так рада за тебя, - тихонько сказала Тая, глядя на копошащихся у будущего костра мужчин, - по-моему, он отличный парень. Надо же, случается же в жизни такое везение, правду говорят, что судьба мимо никогда не пройдет, все равно ты её встретишь там, где и не подозреваешь.

- Это верно, Виктор это что-то! Знакомы мы всего ничего, а мне кажется, что я его отлично знаю и прекрасно понимаю. А теперь ты мне расскажи, что там у тебя с Владом, мне безумно интересно.

- Я пока ничего не могу сказать определенного, кроме того, что дала ему ключи от своей квартиры и сказала, что он может переезжать.

- Ты рехнулась!

- Может быть, у меня и вправду помрачение рассудка, но, кажется, Влад это тот, кого я искала, он умный, красивый, веселый и вообще, с ним так здорово!

- Ох... ну, если так, с удовольствием буду выплясывать на вашей свадьбе.

- Ну, до этого ещё далеко.

- Мало ли, хоть я и говорю всякие гадости про Влада, но ты же понимаешь, что это в шутку, он действительно замечательный парень, очень буду за вас рада.

Тем временем костер разгорелся, и мы собрались, было, жарить кур и мясо, но нас от этого дела отстранили.

- Дамы будут отдыхать, а мы готовить, - сказал Виктор.

- Да, да, - согласился Влад, - тем более что некоторых пришельцев ни в коем случае нельзя подпускать к огню, иначе от этого прекрасного леса останется одно пепелище!

- Уж кто бы говорил! - немедленно ответила я. - Кое-кто и на кухне способен устроить последний день Помпеи!

Еще малость подискутировав, мы с Таей отправились гулять по берегу реки. Было тихо и красиво, весна набирала свою силу и цвет, мы шли, молчали и были счастливы.

- Я всегда мечтала встретить свою судьбу весной, - полной грудью вдохнула свежий воздух Тая, - это самое романтичное время года.

- А я мечтала золотой осенью, где-нибудь в парке, чтобы было много листьев, пустынная аллея, бегающий рядом Лавр и он, сидящий где-нибудь на скамейке или идущий мне навстречу, а встретила в "Крокодиле", о чем, впрочем, ничуть не жалею.

- Ты уже твердо знаешь, что именно он и есть судьба?

- Не знаю, боюсь загадывать.

Мы ушли уже довольно далеко, но все-таки услышали, как нас зовут.

- Есть хочется безумно, - сказала Тая и, повернув обратно, ускорила шаг. Я старалась не отставать, потому что романтика романтикой, а есть и вправду хотелось зверски.

На тарелках дымились куски жареной курицы, мяса, и мы с плотоядным рычанием бросились к ним. Если бы я находилась дома или в ресторане, мне бы в жизни не удалось съесть так много, а здесь, на свежем воздухе, я демонстрировала чудеса прожорливости и никак не могла остановиться.

Наконец я почувствовала, что больше не в силах не то что съесть хотя бы один кусочек, но и пошевелиться тоже не могу. Все находились примерно в том же состоянии. Сытых и довольных, нас потянуло на разговоры. Мы улеглись на покрывала и, глядя в синее небо, начали философствовать.

- Как хорошо! - поделилась я своими соображениями. Под моей головой было плечо Виктора - ещё бы мне было плохо! - Такое небо синее, просто жить хочется, глядя на него...

- Ах, отчего же люди не летают так, как птицы!

Вечно Владу все надо испортить! Потом слово взял Виктор.

- Как-нибудь поедем на пикник с ночевкой, вот уж где действительно классное зрелище. Можно наблюдать, как падают звезды и кажется, что падают они очень близко, и можно увидеть их в траве...

- Ух, ты! - опять встрял противный Влад. - Всегда мечтал посмотреть, как звезда расквасит себе физиономию!

Лирического настроя как не бывало, все начали хохотать, я смеялась до тех пор, пока не попала пяткой в костер. В общем, пикник удался на славу.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Сначала домой отвезли Влада и Таю, потом меня. Было уже поздно. Пятка немного притихла, и я вполне могла на неё наступать. Виктор отнес меня в квартиру и спросил, может ли остаться.

- Э-э-э... - почему-то растерялась я, даже не зная, что ответить.

- Не стану настаивать, - улыбнулся он, - все зависит от тебя, я буду ждать.

- Хорошо, я еще, правда, не готова.

- Понимаю. Спокойной ночи, дорогая. - Он поцеловал меня и ушел.

Засунув свою пятку под холодную воду, я задумалась. Виктор мне безумно нравился, я уже была влюблена в него, но боязнь того, что он бросит меня, как это делают большинство мужчин, получивших желаемое, не давала мне сразу же бросится в его объятия. Я решила, что правильно сделаю, если подожду.

Спала я как убитая, и мне снились звезды с расквашенными физиономиями...

Утром разбудил телефонный звонок. Зевая на ходу, я доплелась до аппарата и пробормотала:

- Алло?

- Сена, это я. - От голоса Виктора я сразу же проснулась. - Извини, я тебя разбудил?

- Ничего страшного, что-то случилось?

- В общем-то, да. Закончился срок аренды моей квартиры, причем закончился раньше времени, из-за границы вернулись хозяева, и мне срочно надо подыскивать что-то другое, ты не будешь возражать, если я пока оставлю у тебя кое-какие свои вещи?

- Конечно, привози.

- Там немного, все громоздкое я отволок своему другу...

- Привози все что надо.

- Спасибо, я скоро приеду.

- Жду.

Я повесила трубку и помчалась в ванную. Еще было рано представать перед ним в сонном и натуральном виде. Я быстренько привела себя в подобающий вид, и вскоре приехал Виктор, он привез зеленую спортивную сумку и небольшой чемоданчик.

- Мне страшно неловко тебя стеснять, - продолжал он извиняться, - но кто бы мог подумать, что так случится!

- Это меня ни капельки не стеснит.

Сумку и чемоданчик мы определили под кровать. Я накормила Виктора завтраком, напоила кофе, и он уехал на работу, сказав, что вечером приедет. В ушах у меня уже вовсю гремел свадебный марш, под его аккомпанемент я села за печатную машинку и приступила к разоблачению злобных инопланетян со странными именами и громкими голосами.

Около полудня позвонила Тая и спросила, не буду ли я против, если она сейчас ко мне приедет?

- Ты задаешь какие-то нелепые вопросы, подруга, когда это я была против?

- Отлично, тогда я сейчас поднимусь.

- А ты где?

- У твоего дома, проклятый таксофон сожрал все жетоны, только с последним получилось, видать насытился гадюка!

- Могла бы и не звонить, - удивилась я.

- Я просто хотела узнать, у тебя Виктор или нет.

- Нет, не у меня, а что вообще происходит?

- Сейчас приду, расскажу.

В полном недоумении я повесила трубку. Вскоре пожаловала Тая, вид у неё был взволнованный.

- Что-то с Владом? - сразу же спросила я.

- Нет, с ним все в порядке, недавно звонил с работы, докладывал, что слегка отравился гамбургером. Речь пойдет о Викторе.

- А в чем дело? - ещё больше насторожилась я. Тая разулась и прошла в комнату.

- Ты говорила, будто он работает компьютерным инженером?

- Да, а что?

- Так вот, Влад хорошо разбирается в компьютерах....

- Да, я знаю, но при чем тут...

- Подожди, не перебивай, там, на пикнике, пока мы с тобой гуляли, он разговаривал с Виктором и выяснил, что тот вообще ничего не понимает в компьютерах. То есть, кое-что он, конечно, знает, но недостаточно для профессионала. Влад задавал ему простейшие вопросы, а он не смог на них ответить.

- Хочешь сказать, что он соврал?

- Выходит так.

- Зачем же он это сделал? Может, ему было неловко признаться в том, что у него какая-то не престижная работа?

- Думаешь, у человека с не престижной работой может быть такая машина? Да и одевается он очень хорошо.

- Тогда зачем он сказал неправду?

- Понятия не имею, ты его ещё не видела?

- Видела, он позвонил утром, сказал, что его выселяют из квартиры, и попросил оставить у меня часть своих вещей.

- Часть вещей?

- Ну да, сумку и чемоданчик.

- Ты смотрела, что там внутри?

- Не имею привычки лазить по чужим вещам.

- Надо взглянуть, где они?

- Под кроватью, но не уверена, что это хорошая идея.

- Отбрось дурацкую щепетильность!

- Ну ладно, - сдалась я.

Тая вытащила из-под кровати сумку и чемоданчик.

- Что ж, приступим, - она решительно расстегнула молнию.

Затаив дыхание, мы склонились над сумкой. Я ожидала увидеть всё что угодно, начиная от расчлененного трупа и заканчивая клубком гадюк, но там оказались какие-то вещи и много скомканных полотенец.

- Полотенца... - растерялась Тая, - тебе это не кажется странным?

- Не кажется, мало ли что человек в спешке покидал в сумку? Давай не будем лазить в чемоданчик?

- Будем.

Она закрыла сумку, задвинула её обратно и открыла чемоданчик. Внутри было много-много целлофановых кулечков одинакового размера с каким-то белым порошком, а сверху, на всем этом хозяйстве, возлежал пистолет, тоже в целлофановом кулечке.

- Боже! - прошептала Тая.

- Боже, боже, - согласилась я. - Как ты думаешь, что в кулечках?

- Уверена, что не соль и не сахар, если, конечно, Виктор не страдает сильными нервными расстройствами и не боится скорого начала войны.

- Не страдает и не боится.

- Тогда, скорее всего, это наркотики, думаю, кокаин.

- Почему?

- Я много читала детективов, и вообще, кое-чего понимаю в этой жизни, кокаин это.

- Целый чемодан? - растерялась я.

- Не знаю, целый или нет, может, там, на дне, лежат пачки с деньгами, на всякий случай проверять не станем, достаточно и этого. Здесь наркотиков на огромную сумму, на огромнейшую! На астрономическую! На галактическую! На... на... Мне бы такие деньги! Лимузины, дом во Франции, шофер блондин, садовник китаец... У нас большие неприятности, Сена.

- У-у-у-у! - простонала я и села на пол. - Еще и пистолет в довесок! Почему я?

- Потому что у тебя на лбу написано, что ты подходящая кандидатура! отрезала Тая. - Все время во что-нибудь влипаешь!

- Интересно, - я рассеянно смотрела на пистолет, - как будет производное от слова "лопух"? "Лопушка" или "лопухиня"?

- "Ослица" это будет!

- Нет, - возразила я, - это от "осла", а от "лопуха" как?

- Какая разница, все равно смысл один и тот же! Что теперь с этим всем делать?

- Понятия не имею. А ты что думаешь?

- Не знаю, может, продадим кому-нибудь? - Глаза Таи уже горели, как фары лимузина.

- Кому?

- Найдутся желающие, не переживай.

- Нет, страшно.

- Тогда что делать?

- Может, сами все снюхаем, и концы в воду?

- С ума сошла? Посмотри сколько тут этого добра! Нам и за год не снюхать... Тьфу, что я говорю, совсем из-за тебя умом тронулась, я же за всю жизнь кроме табака ничего не нюхала!

- Ты нюхала табак? - безмерно удивилась я.

- Да, решила один раз попробовать.

- Ну и как?

- Да никак, чихала три дня, вот и все удовольствие... О чем мы вообще говорим? Надо думать, что делать, мы с тобой в больших неприятностях, очень больших! В огромных, в астрономических, в галак...

- А может, он просто заберет это все? - прервала я таблицу измерения наших неприятностей.

- Сомневаюсь, скорее всего, он захочет использовать тебя в своих преступных целях!

- Не хочу, - твердо сказала я, - совершенно никакого желания.

- А кто тебя вообще спрашивать станет? О, горе ты мое, что же нам делать?

- Для начала надо закрыть чемодан и запихать его под кровать, вечером приедет Виктор...

- Надо звонить Владу, - решительно сказала Тая, - он наверняка подскажет что делать.

- Надо, - согласилась я.

- Ты знаешь его рабочий телефон?

- Как не знать, мы же вместе работаем.

Я набрала номер и протянула ей трубку.

- На, говори ты, не хочу на шефа наткнуться.

- Хорошо. - Она взяла трубку и, откашлявшись, сказала прокурорским голосом: - Здравствуйте, я могу услышать Влада? А куда он вышел? Как кто, жена, разумеется... Странно, что-то крякнули и повесили трубку. Что у вас там такое, что за мымра? А ещё редакция, культурное заведение!

- Какое культурное заведение, ты что смеешься? А эта, как ты выразилась "мымра" наш главный редактор и давняя поклонница Влада, теперь её сердце окончательно разбито. Значит, он вышел, странно, а куда? Где это его носит в рабочее время?

- Не знаю, - она внимательно посмотрела под кровать, оттуда виднелся краешек чемоданчика. - Что делать, тоже не знаю... А все ты! Это все ты виновата, как можно быть такой беспечной!

- Да, я виновата, я и только я, чего ты-то волнуешься? Я в это влезла, мне и выбираться.

- Ага, как же, так я тебя и брошу! - возмутилась Тая. - Как ты вообще могла так обо мне подумать?! Набери-ка ещё раз номер Влада, может, он вернулся.

Я набрала, но его опять не оказалось.

- Вот халтурщик! Рабочий день в разгаре, а его где-то носит! Неужели очередным гамбургером травится?

- Он не халтурщик, он хороший! - сказала я и почему-то заплакала. Тая перепугалась и принялась меня утешать.

- А я его почти любила-а-а-а! - рыдала я, размазывая тушь по рукаву её блузки, - А он мне пистолет с солью!

- С кокаином, - утешала подруга.

- Не говори мне об этом, не говори! Ужас какой-то... Слушай, а может, он сам не знает о том, что там лежит? Может, его охмурили, опутали?

- Не похоже, мне бы конечно очень хотелось поддержать тебя в этой идее, но я не верю, что его могли охмурить, он сам кого хочешь...

В двери позвонили. От ужаса мы замолчали, глядя друг на друга квадратными глазами.

- Ты же говорила, что он вечером приедет, - шепотом сказала Тая.

- А разве ещё не вечер?

- В нашей жизни может быть и да, но на улице нет.

- Тогда не знаю. Будем открывать?

- А он знает, что ты дома?

- Знает, конечно.

- Тогда надо открывать, будем делать вид, что ничего не произошло, и мы ничего не знаем.

На всякий случай она задвинула чемодан поглубже под кровать, а я крадучись пошла к двери и прислушалась. Там кто-то стоял и дышал.

- Кто там? - как ни в чем не бывало, спросила я.

- Это я, Влад! Откроете вы, в конце концов, или нет?

- Влад! - нечеловеческим голосом завопила я и, открыв, бросилась ему на шею. - Ура, это ты, какое счастье!

- С ума сойти, хотелось бы, чтобы меня всегда так встречали!

- Как хорошо, что это ты! - Тая повисла на нем с другой стороны. - Мы тебе звонили, а тебя не было, у нас тут такое случилось, такое!

- Что? - сразу же посерьезнел Влад. - Я все-таки войду, можно?

- Конечно. - Мы втащили его в квартиру и закрыли дверь на все замки.

- Иди сюда, - Тая на цыпочках побежала в комнату и вытащила чемодан смотри!

Открыв крышку, она явила Владу потрясшее нас зрелище. Он присвистнул и покачал головой, а я тем временем торопливо объясняла, как все это оказалось под моей кроватью.

- Да, неприятности, - констатировал Влад, - большие неприятности, что вы решили делать?

- Мы хотели спросить у тебя, - пожала я плечами. - Вообще-то мы решили ничего не делать и прикинуться вениками, хотя чего уж тут особо прикидываться...

- Вы хотите сделать вид, что ничего не знаете? - уточнил Влад.

- Да.

- Надо подумать.

- Некогда, Виктор приедет вечером.

- Один?

- Не знаю, - насмерть перепугалась я, сразу же представив толпу народа в длинных черных пальто и шляпах, которые входят в мой дом, многозначительно улыбаясь зловещими мафиозными улыбками.

- Думаю, надо действовать сообразно ситуации, - почесал переносицу Влад, - посмотрим, как он себя поведет и что будет делать. В конце концов, можно будет обратиться к властям...

- Ага, если они не посадят на всю жизнь за хранение чемодана наркотиков, то рано или поздно, по какой-нибудь голубой речке будет плыть мой бедный одинокий трупик!

- Я не хочу, чтобы ты была трупиком, - твердо сказала Тая.

- Я, в общем-то, тоже, - кивнул Влад. - Я к тебе очень привык, и кого же я буду тузить на работе пустыми папками?

- Тузить ты можешь и главную редакторшу.

- Эту бочку? Нет, с тобой интереснее. Помнишь, как ты скакала по столу шефа, а он в этот момент вошел? Я в жизни так не смеялся. Так что пусть трупиком будет кто-нибудь другой.

- Спасибо за любовь. Мне и самой не очень хочется быть трупиком, давайте думать.

Мы добросовестно задумались, но, как это обычно бывает, в голову лезло все что угодно, но только не то, что надо.

- Время идет, - напомнила Тая, - скоро заявится хозяин чемодана, а мы так ничего и не...

- Я очень хочу куда-нибудь спрятаться, - честно призналась я, - эдак лет на десять, лучше на пятнадцать, безумно страшно, даже страшнее чем дантист.

- Если что, то у тебя есть Лавр...

- Лавр? Неужели, Влад, ты Лавра не знаешь? Он же всех любит, к нему любой мафиози подойдет, скажет: "Ути, какой сладкий песик!" И все, можно есть с ним из одной миски или спать в обнимку! Кстати, о безопасности Лавра тоже надо подумать, я не могу рисковать самым дорогим в моей жизни...

- Самым дорогим? - возмутилась Тая. - А как же я?!

- Девушки, сейчас мы не будем это выяснять, - прервал нас Влад. Лавра я заберу, пусть поживет у моей сестры, она чокнутая на собаках, будет кормить его взбитыми сливками и купать французским шампунем с кондиционером, это я гарантирую, да и вам тоже не стоит тут оставаться, пойдемте ко мне, там что-нибудь придумаем.

Мы дружно согласились.

- Идем с вещами? - мрачно поинтересовалась я.

- Сена, - Влад взял меня за руку и посмотрел в глаза, - все будет хорошо, мы обязательно что-нибудь придумаем, мы не дадим тебя в обиду, ты ещё нужна обществу. Ты ещё не знаешь, на что способны друзья ради друга.

- Спасибо, - расчувствовалась я, - а чемодан брать, как ты думаешь?

- Не надо. Где ошейник Лавра?

Мы быстренько ретировались из квартиры, чему несказанно был рад пупсик, думая, что его всей компанией ведут на прогулку и, значит, из луж можно обрызгать сразу троих, а не только меня одну.

На улице мы, наверное, выглядели как самые настоящие шпионы короткими перебежками, озираясь, дворами, мы в рекордно короткий срок достигли жилища Влада. На каждом углу мне мерещились молчаливые типы в длинных плащах и с физиономиями бультерьеров...

Мы с Таей затаились в квартире, не забыв задернуть все шторы, а Влад повел недоумевающего Лавра к своей сестре.

- Есть хочется, - шепотом сообщила Тая. Сидели мы на кухне, холостяцкий холодильник Влада уже давно исследовали и не обнаружили там ничего, кроме каких-то беспородных рыбок в томатном соусе и бутылки водки.

- Мне тоже, - так же шепотом согласилась я. - Давай рыбок съедим и водку выпьем!

- Давай!

Стараясь не производить вообще никакого шума, мы вскрыли банку и налили в кофейные чашки водку.

- За то, чтобы все хорошо закончилось!

- Ага, - согласилась я.

Мы выпили и закусили, рыбки были очень странными на вкус и почему-то напоминали собачьи консервы, коими я изредка баловала Лавра.

- Слушай, а почему мы шепотом разговариваем? - заметила Тая. Здесь-то нас никто не найдет, Виктор не знает, где живет Влад.

- А вдруг за нами следили?

Осторожно выуживая из банки вонючих рыбок, мы напряженно прислушивались ко всяким шумам, доносящимся извне, каждую минуту ожидая услышать тяжелые преступные шаги или сразу пулеметную очередь, чего уж там мелочиться! Телефонный звонок, прогремевший в тишине, прозвучал ничуть не хуже пистолета. От ужаса мы едва не свалились под стол. Тая зачем-то схватила со стола бутылку водки и прижала её к сердцу, перепуганно глядя на меня. Телефон все звонил, звонил и звонил...

- Будем подходить? - прошептала я.

- Не знаю, давай немного подождем, может, заткнется.

Но телефон затыкаться не желал. Видимо звонивший был уверен, что кто-нибудь дома обязательно есть.

- Телефона Влада он тоже не знает, - сказала я, - давай подойдем, поднимем трубку и ничего не скажем, просто послушаем, кто там.

- Давай.

Продолжая обнимать бутылку, Тая крадучись прошла в комнату, а я вслед за нею. Трубку подняла я, и, стараясь не дышать, поднесла её к уху, как гремучую змею.

- Эй, кто-нибудь! - спасительным гимном прозвучал голос Влада.

- Влад! - воскликнула я. - Это ты!

- Да, я, слушай, Сена, мне в голову пришла мысль! У моего отца есть хороший друг, он прокурор, большой человек. Я сейчас направлюсь прямиком к нему, все расскажу, возможно, мы вместе приедем, так что сидите дома, никуда не выходите, хорошо?

- Хорошо, ждем, - мое сердце преисполнилось любовью и нежностью и к Владу, и к его отцу, у которого такие замечательные друзья.

- Ну что там?

- Все в порядке, Влад едет к прокурору!

Я наконец-то перестала шептать и почувствовала себя гораздо увереннее. "Прокурор" - какое чудесное доброе слово! Мы снова вернулись на кухню и вдохновенно продолжили распивать водку Влада, теперь даже рыбки не казались такими противными.

- Какое все же счастье, что у нас есть Влад! - не могла нарадоваться Тая. - И вообще, ты не представляешь, как важно чувствовать себя в безопасности, знать, что есть на кого положиться, мужчина найдет выход из любой ситуации и тебе не надо самой ломать голову, как выкрутиться самой, да ещё и его спасти заодно!

- Почему же не знаю, знаю, - тяжело вздохнула я. - Это, наверное, самое лучшее, что может быть в жизни - чувствовать себя как за каменной стеной.

- Скажи честно, ты не жалеешь...

- Нет, я же тебе уже говорила, Влад всегда был, есть и будет мне только другом и все.

- Хорошо, тогда я за него, пожалуй, замуж выйду, - твердо сказала Тая, разливая по чашкам остатки водки. - Если он нас всех спасет, сразу и выйду.

- Счастья вам! - Я и не заметила, как сильно напилась, видимо от волнения мы... Да, так и есть, мы выпили всю бутылку!

Вскоре в двери постучали. Даже на пьяные головы мы не забыли про конспирацию, поэтому прокрались к дверям и притаились, прислушиваясь.

- Это я, открывайте!

- А почему пароль не говоришь? - произнесла Тая довольно заплетающимся языком, и открыла двери.

Влад действительно пришел не один, а с высоким подтянутым мужчиной в черном плаще. У мужчины было красивое благородное лицо, потрясающие серые глаза и проседь в висках - в общем, настоящий мафиозный король. По меньшей мере, Дон Карлеоне или даже покруче... Нет, кажется, я впадаю в окончательный маразм!

- Здравствуйте, - пролепетала я, размышляя над вопросом: что же такое "прокурор" - должность или прозвище?

- Здравствуйте, - приятным баритоном произнес мафиози, с улыбкой глядя на меня, - я всё знаю. Сейчас нам лучше вернуться к вам домой.

Он почему-то сразу безошибочно определил, кто виновник торжества и хранитель чемодана.

- Мне надо самому всё посмотреть.

- Да, да, конечно! - дохнула ему в лицо водочным перегаром Тая.

Мы быстренько обулись и скатились вниз по ступенькам. Назад возвращались теми же секретными тропами, а я все украдкой наблюдала за прокурором: шел он быстро, но как-то мягко и практически бесшумно и, кажется, украдкой наблюдал за мной... "Скользкий тип! - подумала я. - И опасный к тому же!"

Около дома мы внимательно осмотрелись в поисках машины Виктора. Ее не было. Напустив на себя беспечный вид, мы как ни в чем не бывало прокрались по лестнице, и тут мое сердце загрохотало и затопало, как взбесившийся бегемот. Дверь в мою квартиру была приоткрыта.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

- Спокойно, - сразу же предупредил прокурор. - Стойте здесь.

Они с Владом подошли к дверям. Немного помедлив, прокурор резко толкнул дверь и вошел внутрь. Мое сердце теперь исполняло все танцы, на которые только были способны все взбесившиеся бегемоты разом.

- Никого нет! - раздался голос прокурора, и мы с Таей ринулись в квартиру.

Перед глазами у меня резко потемнело - внутри все было перевернуто вверх дном, а в кресле сидел какой-то бесхозный труп. Я сначала подумала, что мы ошиблись дверью и я здесь не живу, но разбросанная по полу знакомая, родная одежда доказывала обратное. Дверь захлопнулась из-за сквозняка, а я, благодаря этому звуку, вышла из столбняка и зачем-то направилась к креслу с трупом. На него, как ни странно, почти никто не обратил внимания, все на коленях ползали по полу и искали чемодан. Труп, или лучше сказать "тело", принадлежало какому-то парню, черноволосому и симпатичному, у него были синие глаза и струйка крови на подбородке. Еще у него была очень аккуратная дырочка в груди и совсем немного крови вокруг.

- Чемодана нет, - сообщил Влад, поднимаясь на ноги.

- Зато труп есть, - почему-то бодро сказала я и добавила: - я сейчас в обморок брякнусь!

- Думаю, не стоит, - прокурор смахнул пыль со своего плаща и взглянул на меня.

Несмотря на то, что его лицо было серьезным, в глазах плясали веселые искры. Удивительно, даже в такой ситуации я вызываю у людей здоровое чувство смеха! Может все-таки сменить прическу? Я собралась расплакаться, и прокурор это заметил. Он подошел ко мне и вдруг обнял как ребенка, погладил по волосам. От удивления я сразу успокоилась.

- Все будет в порядке, - сказал он - все будет хорошо, я обещаю.

- Спасибо, - благодарно прогнусавила я, упираясь носом куда-то в его галстук. Пахло от галстука очень вкусно, я хотела принюхаться как следует, но тут в двери позвонили. Все застыли, как вкопанные. Я отлипла от прокурора и окинула взглядом свое разгромленное жилище.

- Сена, это я, открой! - послышался за дверью голос Виктора, как известие о конце света.

- Быстро! - прошептал прокурор. Они с Владом подхватили подмышки труп и, кивнув Тае, бросились в санузел. Я собралась пойти с ними, но прокурор остановил меня:

- Открывай!

Каким образом они умудрились вчетвером запихнуться в мой крошечный санузел, было величайшей загадкой, примерно такой же, как и пропажа чемодана.

- Сена! - продолжал настаивать на встрече голос Виктора. - Ты дома? Ты меня слышишь?

- Слышу! - как ни в чем не бывало проскрипела я и трясущимися руками стала открывать дверь.

- Слава Богу, а я-то уж подумал, что тебя нет дома! - он поцеловал меня в щеку. Эх, как бы мне хотелось, чтобы меня и вправду не было дома!

- Я только что пришла! - громко сообщила я, чтобы обитатели санузла были в курсе всех событий.

- А где ты была? - Виктор стоял в коридоре и пока не видел, что там творится в комнате.

- Мы с Владом и Таей ходили в бар пропустить по стаканчику, а когда я вернулась, то обнаружила, что у меня неприятности.

- Какие? - в лице Виктора что-то неуловимо изменилось.

- Меня обокрали, - выдохнула я.

Не говоря ни слова, Виктор бросился в комнату. Глубоко вздохнув и медленно выдохнув для восстановления работы сердца, я последовала за ним. Виктор немного побегал среди беспорядка, потом с гулким грохотом упал на колени и заглянул под кровать. Когда он поднялся, его лицо было цвета плохо побеленной стены.

- Чемодан... - сдавленно прошептал он.

- Сперли, - закончила я. - Очень жаль, а там было что-то ценное?

- Ты уверена, что его здесь нет? - он диковато озирался по сторонам.

- Уверена, - кивнула я.

- А ещё что-нибудь пропало? Что-нибудь твое взяли?

- Не знаю, ещё не успела посмотреть.

- Ну, так посмотри! - закричал он. Я добросовестно осмотрелась.

- Нет, мое, вроде, все цело.

Виктор тяжело сел на злополучную кровать, не сохранившую его чемодана. Несколько секунд он молчал, а потом спросил, сколько времени я отсутствовала.

- Не знаю, часа два, может быть три.

- И за это время тебя умудрились обокрасть? - он очень нехорошо посмотрел на меня.

- Да ты что, мне не веришь? - я очень искренне возмутилась. - А что было в чемодане?

- Документы, - выдавил он таким голосом, будто только что съел их всухомятку. - Очень важные документы...

Перед моими глазами возник один важный документ черного цвета, лежащий поверх других, белых документиков. Я тяжело вздохнула.

- Мне очень жаль, но ты же понимаешь, что я тут совершенно ни при чем.

- Я понимаю, но вот они могут и не понять.

- Кто они? - У меня мгновенно вспотели не только ладони, но и пятки и, кажется, даже уши.

- Те, кому эти документы принадлежали. Поехали.

- Куда? - прошептала я.

- Поехали, тебе надо все самой объяснить, мне никто не поверит!

И, прежде чем я успела хоть что-то возразить, он сгреб меня в охапку и вытолкал из квартиры. Я впала в самую настоящую панику. Виктор, крепко держа меня за руку, сбежал по лестнице и запихал в машину. Я только открыла рот, чтобы заорать на всю Вселенную, но он мгновенно завел свою преступную машину и умчал меня в серебряную даль. Все произошло настолько быстро, что я даже опомниться не успела, а друзья, труп и прокурор так и остались в моем санузле.

- Ку-ку-ку-куда мы едем? - прокудахтала я, болтаясь на заднем сиденье. Машину Виктор вел очень быстро, особенно хорошо ему удавались повороты, на которых меня и заносило в разные стороны.

- К людям, - лаконично ответил он.

Ну что ж, чем не ответ? В автомобильном зеркале я видела глаза Виктора и, честно признаться, мне было бы от этого зрелища очень страшно, не будь я такой пьяной. Выпитая практически на голодный желудок водка и не думала выветриваться, ей было хорошо и вольготно в моем организме. Я старалась с этим бороться, потому что мне как никогда нужна была ясная голова, но ничего не получалось, соображала я очень туго, можно сказать, что вообще ничего не соображала. Твердо знала только одно - ехать к этим людям вместе с Виктором мне совершенно ни к чему.

Машина выехала за город и понеслась по полупустой шоссейной дороге, дело явно принимало нехороший оборот, кто меня тут будет искать? Какие прокуроры? Стиснув руль, будто мою шею, Виктор гнал все дальше и дальше от города. Закончились дома, и начался лес, со всех сторон замечательный лес повышенной дремучести. И тут мне в голову, подобно рыбке в томатно-водочном соусе, заплыла мысль, не самая, я бы сказала гениальная, зато единственно возможная. Я закрыла глаза и постаралась подумать о чем-нибудь очень и очень плохом, я имею в виду какую-нибудь пищу, а не мое положение. Особо стараться не пришлось, стоило вообразить тарелку манной каши, как мне резко подурнело, для верности результата, я украсила её вареной свеклой и щедро посыпала сверху ненавистными арахисовыми орехами, потом поставила рядом стакан вонючего капустного сока и дело было сделано. Я страшно позеленела и выдавила сквозь сжатые зубы:

- Виктор, останови машину!

- Что такое? - он посмотрел на меня в зеркало.

- Мне плохо! Видать, выпила много! Останови-и-и-и!

Мой зеленый вид и выпученные глаза не оставляли никаких сомнений, что в скором времени его супермодный и суперчистый салон будет выглядеть и пахнуть немного иначе. Свернув с дороги, он остановился у обочины.

- Только быстро! - крикнул он мне вслед.

- Угу, - ответила я, бодро вылезая на волю.

Чтобы он ничего не заподозрил, я спокойно пошла к деревьям. Зайдя за первую сосну, что было сил, бросилась в лес. Вот уж не думала, что могу бегать так быстро и так долго без остановки! Вслед мне раздавались громогласные крики Виктора:

- Сена! Стой! Стой немедленно, кому говорю!

Ну да, конечно, сейчас! Я бежала и петляла, как заправский заяц, и вскоре крики Виктора стали затихать, а потом и вовсе смолкли.

На всякий случай я бежала ещё минут сорок или около того. Лес был очень хорошим, чистым, как будто его специально подмели к моему приходу никаких там коряг или буреломов, одно удовольствие носиться по такому образцовому лесу! Вскоре он закончился, и я вылетела на берег реки. Разогнавшись, я никак не могла остановиться, поэтому, развернувшись, бросилась опять в лес и полезла на сосну. Мне хотелось быть уверенной, что если даже Виктор продолжит погоню, то меня не найдет. Сосна была удобной, с множеством сучков и, основательно ободравшись, я залезла почти на самую верхушку. Усевшись на наиболее толстую и надежную ветку, я притихла и затаилась. Времени было много, и от нечего делать я занялась тем, что стала разглядывать, на что же я теперь похожа. На мне была длинная широкая юбка в мерзопакостный цветочек. Это была, пожалуй, единственная вещь в моем гардеробе, к которой я питала примерно такие же чувства, как и к манной каше со свеклой. Конечно, что же ещё могло оказаться на мне в столь тягостные дни моей жизни, кроме этой мерзкой юбки! Когда и как я умудрилась её надеть, я даже и не помнила. Также на мне была ещё одна не менее потрясающая вещь - рубашка ярко-красного, как свежий помидор цвета, да ещё и с крупными желтыми кляксами, а на ногах стоптанные туфли, давно утратившие свой цвет. В общем, то, что надо для того, чтобы незаметно скрываться от мафии, в таком виде меня только слепой не заметит!

В лесу царила тишина, никто его не прочесывал на джипах и танках, выискивая меня. Я сидела неподвижно, боясь свалиться вниз, и грелась на теплом весеннем солнышке, пробивающимся сквозь еловые лапы. Было так хорошо, что мне захотелось остаться здесь жить. Рядом со мною, в стволе, виднелось небольшое дупло, и оттуда вдруг высунулась острая беличья мордочка. Я очень обрадовалась и решила прямо сразу начинать налаживать дружеские отношения с соседями, но белка несколько секунд с ужасом смотрела на меня, а потом, как-то странно тявкнув, упала обратно в дупло. Наверное, в обморок. Понятное дело, на её месте со мною наверняка случилось бы то же самое, не каждый день обнаружишь под порогом своего дома такое!

Я сидела на ветке, наверное, часа три если не больше, все у меня затекло, особенно то, на чем сидела. За мной по-прежнему никто не гнался. От пробежки и лазанья по елке я наконец-то протрезвела и поэтому не знала, как с этой елки буду спускаться. Когда человек в подпитии, известно, что он может творить все что угодно, вплоть до хождения по канату, а вот потом... Я с грустью смотрела на землю, она была очень далеко, очень, а мне надо было обязательно добраться до ближайшего населенного пункта и заполучить телефон. Попрощавшись со все ещё не подававшей признаков жизни белкой, я приступила к спуску. Ох, надо сказать, нелегкая была задача! Исцарапавшись ещё больше, я все же достигла земли. Переведя дух и оглядевшись, направилась к реке, решив идти вдоль берега, рано или поздно кого-нибудь да встречу.

Я брела вдоль кромки воды и думала о том, что здесь очень красиво и что не плохо было бы приехать сюда с друзьями на пикник и пригласить прокурора, если, конечно мы все останемся в живых... Мысли мои целиком переключились на прокурора, и я стала думать о том, помогает ли он до сих пор Владу и Тае таскать труп с места на место или нет? Кстати, интересно, куда они пошли потом из санузла? Интересно, а прокурор женат? Конечно, женат, с такими-то глазами и галстуком! В общем, вопросов у меня было очень много, я шла себе неторопливо, и постепенно начинала хотеть есть. Река была очень длинной и ни на том, ни на другом берегу не виднелось никаких жилых строений, где можно было бы чем-нибудь поживиться. Я ускорила шаг, потому что желудок довольно громко начал возмущаться, что ему так долго ничего не дают, а водку с рыбками он уже переварил.

Еще через час прогулки я стала присматриваться, не скрываются ли среди деревьев грибы и ягоды, позабыв про то, что в эту пору ничего не могло расти кроме травы и жизнерадостных цветочков. Соорудить лук и стрелы, чтобы пострелять птичек, или глушить камнями рыбу, я не умела. Постепенно меня стало охватывать чувство вполне обоснованного беспокойства - в окрестностях не было ни одного даже самого захудалого домишка, видать я, величайшая балда в мире, шла в противоположную от города сторону, но возвращаться не стала. Ведь должен же хоть кто-то жить в пригороде? А если нет, то существуют же, в конце концов, на Земле другие города и может быть, к старости, я доберусь до какого-нибудь и сумею позвонить своим бедным, дряхлым, престарелым друзьям, которые уже давно меня оплакали, а прокурор должно быть и вовсе умер... "Здравствуйте, родные!" - проскриплю я надтреснутым голосом. Наверняка я буду босая, в лохмотьях, с корявым посохом в руках и у меня будет длинная белая борода...

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

День постепенно клонился к вечеру, а мой желудок катился ко всем чертям, загибаясь от голода. Я даже и не предполагала, что можно так сильно хотеть есть и напряженно раздумывала над способом убийства рыбы и охоты на птиц и белок, как вдруг увидела штук пять домов, мирно присоседившихся рядом с рекою. Искренне надеясь, что это не голодный мираж, я бодрой рысью припустила к домам. Выглядели они как чьи-то довольно богатые загородные дачи с оградами, деревьями и деревянными мостиками, уходящими в реку. Я подошла к первому дому и, заглянув через ограду, крикнула:

- Извините, есть тут кто-нибудь?

Никто не ответил. Влезать в дом и грабить его я не стала, мало ли, вдруг там сигнализация или собака, поэтому переместилась к следующему. Там ограды не было, я подошла прямо к дверям и постучала. Через пару томительных, мучительных секунд ожидания двери приоткрылись на два-три миллиметра и на меня посмотрел пожилой, чем-то недовольный мужчина. В приоткрытую щелку полился сладчайший запах какой-то еды. Сглотнув слюну, я, как могла вежливо (хотя какая может быть вежливость у голодного волка?) сказала:

- Извините за беспокойство, нельзя ли воспользоваться Вашим телефоном? Дело в том...

- Проходите, - буркнул мужчина. - Но он, кажется, не работает.

В комнате на столе стояла супница и блюдо жареного мяса с картошкой. Я чуть было в обморок не упала от такого зрелища. Мужчина, тем временем, напряженно вслушивался в трубку очень пожилого телефона, потом, для верности, пару раз дал ему по голове и сказал:

- Нет, не работает, опять, наверное, что-то с линией, в такой глуши со связью плохо...

Я его не слушала, а смотрела на стол, потом решила, что чихать я хотела на хорошие манеры и сказала:

- Извините ещё раз, но я действительно нахожусь в очень затрудненной ситуации, не могли бы вы дать мне в долг какой-нибудь еды? Я оставлю вам свой адрес и номер телефона...

Мужчина молча и мрачно смотрел на меня, ему явно очень хотелось поскорее избавиться от незваного гостя.

- Вы знаете, я настолько хочу есть, что могу убить за тарелку супа! выпалила я.

Должно быть, из моих уст это прозвучало очень убедительно, он вздохнул и кивнул:

- Садитесь.

Я не заставила себя долго упрашивать и, щелкая зубами от голода, бросилась за стол. Мужчина принес для меня тарелки, приборы, а суп я налила себе сама, чтобы уж точно не обделить себя. Ела я, конечно, как настоящая свинья, но и это мне было безразлично. В рекордно короткий срок уничтожив суп, я набросилась на мясо с картошкой. Заглатывая огромные кусищи, даже не жуя, я начинала себя чувствовать практически счастливой. Слопав почти все, я вспомнила, что, собственно, не одна нахожусь в этом доме и, оторвавшись от тарелки, посмотрела на мужчину. К своей еде он так и не притронулся. Он сидел и смотрел на меня с немым изумлением.

- Я действительно очень сильно проголодалась, - извиняющимся тоном сообщила я, - мне целый день пришлось бегать и лазить по деревьям.

- Лазить по деревьям? - переспросил мужчина.

- Дело в том, что меня похитили, - немного приврала я, - но мне удалось бежать, вот я и шла по берегу реки, пока не наткнулась на эти дома.

- Понятно, - пробормотал он, почесывая затылок, - значит, похитили... И что, выкуп требовали?

- Пока неизвестно, меня ещё только везли. А телефона здесь вообще нигде нет?

- Не знаю, кроме меня здесь никто не живет, сюда обычно только на выходные приезжают, я за этими домами присматриваю, но внутрь не вхожу, так что не знаю, есть там работающие телефоны или нет.

- А поблизости есть ещё какой-нибудь городок или хотя бы телефонная будка?

- Не знаю, наверное, есть.

Я очень тяжело вздохнула, размышляя, что же делать дальше. Никаких идей, тем более умных, у меня и в помине не было. Вдруг послышался шум подъезжающих машин. Внутри у меня все похолодело и покрылось большими, породистыми мурашками.

- Кто это может быть? - шепотом спросила я мужчину - Хозяева домов?

- Да нет, не должны, - флегматично сообщил он, поднимаясь из-за стола.

С трудом усмирив скачущие во все стороны мысли, я бросилась за ним и повисла на его плече уже у самой двери.

- Пожалуйста, - жарко зашептала я ему в ухо, - если это меня ищут, то не говорите, что я здесь! Умоляю!

- Хорошо, хорошо, - он отодрал меня от своего свитера, - идите на кухню.

- Спасибо!

Я бросилась в указанном направлении, бесшумно закрыла кухонную дверь и огляделась. Кухня была что надо, только пахло чем-то странным. На столе лежали какие-то предметы, накрытые полотенцами, и стояла деревянная подставка с ножами и какими-то странными длинными вилками. Я взяла одну из этих вилок, крепко сжала в руке, и притаилась у двери подслушивать. В дом входили люди. Я перестала дышать и покрепче сжала вилку.

- Старик говорит, никого не видел, - сказал чей-то голос.

- Может, она просто не добралась ещё сюда? - ответил голос Виктора, и я криво усмехнулась.

- Столько времени? Ты что, с ума сошел? И какого черта мы вообще сюда приехали? Надо прочесывать все дороги, ведущие к городу, а не от него! Какой дурак пойдет сюда?

- Она и пойдет! Ей понадобится телефон, а искать она его будет где угодно, но только не там, где бы его искал ты или я, или вообще нормальные люди. Найдем мы её, никуда денется, вот увидишь!

- Я надеюсь! - зловеще произнес голос. - Если через неделю товар не будет доставлен, тебе будет над чем поплакать! Так что найди девчонку, если она, конечно, существует в действительности!

- Думаешь, я тебя разыгрываю?! - возмутился Виктор. - Говорю тебе, она была идеальным вариантом, я её уже почти влюбил в себя, ещё немного, и она стала бы делать все что нужно. Ты же сам говорил, что нам необходим курьер, которого никто не знает в лицо, лучше женщина, разве нет?

- Да если бы я знал, что ты такой кретин, остолоп и недоумок, лучше бы заставил тебя переодеваться в женские тряпки и самому быть курьером!

- Ладно, может, поедем? - нервно усмехнулся Виктор.

- Подожди, ребята осматривают соседние дома. А старик какой-то странный, ты заметил?

- Ага, - согласился Виктор, - на маньяка похож.

Мне стало немного не по себе от этих слов. Ноги мои затекли, я поднялась и по стеночке продвинулась подальше от двери, поближе к столу, для большего спокойствия решив обменять вилку на нож. Около стола странный запах был намного сильнее. Взгляд остановился на предметах, накрытых полотенцами. Зачем я это сделала - не знаю, но я взяла и сняла полотенце с одного большого, круглого предмета. На столе лежала женская голова. Красивая голова с черными, блестящими, аккуратно подстриженными волосами. Остальными предметами оказались кисти рук и части ног. Мой взгляд, оторвавшись от этих замечательных вещей, плавно переместился на сверкающие лезвия ножей.... Рассудок помутился настолько, что я с душераздирающим криком бросилась вон из кухни. Виктор со своим приятелем были уже в дверях, когда из ниоткуда возник мой безумный призрак, размахивающий вилкой. Глаза Виктора буквально полезли на лоб, когда он меня увидел. Он с компаньоном растерянно продолжали стоять в дверях, а я, растолкав их в разные стороны, вылетела на улицу, продолжая вопить, как недорезанная.

- Держите ее! - очнулся Виктор. - Держите, это она!

Двое каких-то парней тут же изловили меня на лету.

- Он убийца! - голосила я и тыкала вилкой в сторону мужика. - У него на кухне расчлененный труп!

Все парни, а их было много, молча поспешили в дом. Виктор отобрал меня у парней и сам, лично, вцепился в мое плечо мертвой хваткой. Вилку отняли и бросили в траву.

Когда мы вернулись на кухню, там уже собрались остальные мафиози. Не подходя к столу близко, они разглядывали все эти ужасы.

- Пропустите меня! - проталкивался через толпу мужик-маньяк. - Да пропустите же, вот бараны!

Он пробился к столу и, злобно глядя на нас, сказал:

- Вы, что, дураки все, что ли? Это же воск! Я работаю на театр, на театр восковых фигур! - он аккуратно взял голову со стола и стал тыкать ею в лица, стоявших в первом ряду. - Смотрите, это Мирей Матье, неужели не похожа?!

- А почему на кухне? - тупо спросил кто-то.

- А что, нельзя?! - ещё больше разозлился мужик. - Может у меня здесь работа лучше идет! А теперь убирайтесь все отсюда! Ворвались в частную собственность, начали все трогать, везде пачкать...

- Извините, - довольно вежливо сказал приятель Виктора, - давайте, ребята, на выход!

Ребята, оглядываясь на свирепого мужика с головой Мирей Матье в руках, потопали на выход. Только теперь до меня дошло, какую невероятную глупость я совершила. Счастливый, как сто слонов после купания Виктор, сгреб меня в охапку и потащил к своей машине. Ласково усадив меня на переднее сиденье, пристегнул привязным ремнем, а сам уселся на водительское место. На заднем сидении расположился его собеседник и ещё какой-то парень с увесистым лицом. Помимо этой машины за нами стояли ещё две. Народ в них погрузился, и мы поехали.

- Сена, как я счастлив тебя видеть! - издевался Виктор. - Я так расстроился, когда ты так неожиданно меня покинула! Но теперь-то ты больше не оставишь меня?

- Да я бы с удовольствием! - проворчала я и стала смотреть в окно.

Все, теперь мне точно крышка, это и ежу понятно. "Нет, все-таки судьба издевается надо мной по полной программе! - опечаленно думала я. - Ну, ведь кому не скажи, никто не поверит, что такое могло произойти!"

Машина выехала на неасфальтированную дорогу, петлявшую между деревьями, и затряслась на кочках. Виктор так радовался жизни, что даже музыку включил, остальные тоже радовались, хотя они молчали, я все равно чувствовала их счастье даже спиной.

- Ну, что, куда поедем? - спросил Виктор у своего компаньона.

- Давай прямиком к Мастеру, - лениво ответил он, прикуривая сигарету.

- Думаешь, стоит её показывать Мастеру? - усомнился Виктор.

- А мы пока и не будем, просто поселим её в доме, чтобы уж точно никуда не делась.

Я мрачно слушала их разговоры и печалилась все больше и больше. Мысленно я уже простилась и с Таей, и с Владом, и с прокурором, чьего имени я так и не узнала, и со своим бедным, брошенным на произвол судьбы Лавром, которому, по всей видимости, суждено стать дворнягой, потому что его непутевая хозяйка падёт смертью храбрых из-за какого-то дурацкого чемодана, к коему она, в сущности, не имеет никакого отношения...

Мы выехали на шоссейную дорогу и направились к городу. Хорошо, что к моему городу, а не к какому-то другому. На пригороде машины свернули к частным особнякам, у одного из них мы притормозили. Домишко был белым, трехэтажным, с высоченной оградой и видеокамерой у ворот. "Красиво бандиты живет!" - подумала я. Ребята выбрались наружу и предложили мне сделать то же самое. Некоторое время мы стояли около ворот, потом щелкнул автоматический замок, и они открылись.

- Прошу, - Виктор хорошим толчком продвинул меня в ворота.

Чистейшая асфальтированная дорожка, окруженная деревьями, газоном с цветами вела к дому. Двери нам открыл высоченный парень, размерами с хороший платяной шкаф. Он был в черном костюме, а на его лице застыло выражение большой брезгливости.

- Вот, - кивнул на меня Виктор, - привезли, определи её куда-нибудь, и пусть глаз сводят.

Парень кивнул и, глядя на меня, как на насекомое, случайно заползшее на его безукоризненный рукав, жестом приказал следовать за ним.

- Иди, Сена, - подбодрил Виктор и отвернулся к своим дружкам.

Мне ничего не оставалось, как последовать за гориллой в костюме. Мы поднялись на второй этаж, остановились у дверей одной из комнат, он открыл их и впихнул меня внутрь. Послышался звук закрывающегося замка, и наступила тишина. Я огляделась. Комната, в которой меня заперли, была очень хорошо и дорого обставлена, а я-то пребывала в уверенности, что сейчас меня отведут в комнату пыток и бросят в бочку с крысами. Скинув с ног грязные туфли, я пошла босиком по светло-кофейному ковру, но мои не менее грязные ноги все равно оставляли на нем четкие следы. Я решила, что чихать я хотела на имущество бандитов и с размаху рухнула на огромную кровать.

Повалявшись на ней некоторое время и измяв её, как следует, я подробнее исследовала камеру моего предварительного заключения. Помимо всякой страшно дорогой мебели, светильников и прочих предметов преступной роскоши, я обнаружила огромный бар! По виду он напоминал большой комод, а внутри оказалось столько всего, что у меня, по неволе вырвалось плотоядное рычание: вот, что мне действительно было необходимо! В баре была небольшая, встроенная морозильная камера с кубиками льда и я, специальным ножом (в кино такой видела) наколупала его, натолкала в самый большой бокал и приступила к изучению этикеток на многочисленных бутылках. Остановила свой выбор на неестественно большой бутылке шампанского и бутылке мартини. Моего любимого "бианко" не было, но я решила, что и "россо" тоже сгодится. Неизвестно сколько мне оставалось жить и что меня ожидало впереди, поэтому я решила провести остаток времени в свое удовольствие, - взяла ещё и сигару. Подкатив к кровати прозрачный столик на колесиках (всегда мечтала такой иметь!), поставила на него все свои трофеи и начала пьянствовать. Наливая в бокал мартини, я решила, что и шампанского туда неплохо было бы добавить, но, к сожалению, сама я такие бутылки ещё ни разу не открывала. Мне понадобилось полчаса и все мое мужество, чтобы сделать это. Пробка вылетела с ужасающе громким хлопком, но, слава богу, не попала мне по лбу. На секунду я замерла, прислушиваясь, не сбегутся ли сюда преступники, но было тихо "А, все равно! - злорадно подумала я. - Пусть решат, что я застрелилась!" Я добавила в мартини шампанское и удовлетворенно вздохнула.

- Мое здоровье, - вслух сказала я и добавила: - долгих мне лет жизни!

Выпив почти полбокала, я приступила к сигаре. Несколько лет назад я бросила курить, но по такому случаю можно и возобновить, тем более что сигар я не пробовала ни разу, только и знала, что в фильмах ей всегда что-то отрезали. Я внимательно осмотрела темную колбаску со всех сторон и на всякий случай отщипнула понемногу с обоих концов, потом прикурила от здоровенной настольной зажигалки. Кашляла я, наверное, минут пятнадцать, а потом все пошло как по маслу. Я вытащила из-под покрывала подушки, устроилась рядом со столиком и, пополнив содержимое бокала, начала петь. Со стороны, наверное, могло показаться, что я сошла с ума от всех этих переживаний, но мне просто хотелось немного попеть, чтобы уж все было и музыка тоже. Мне почему-то действительно было очень хорошо и сугубо все равно, что будет дальше. Я решила наслаждаться, пока есть такая возможность.

В перерывах между глотками и выдохами сигарного дыма я выводила грустную трогательную песню про то, как бедный соловей все никак не может встретить свою соловьиху и поэтому его ожидает одинокая старость без маленьких соловьят, которые стали бы подносить ему червячков. Песня была очень жалостливая, я даже всплакнула кое-где и принялась за другую, повеселее.

Вскоре шампанское с мартини поднадоели, и я принесла из бара виски, джин, ром и текилу, решив перепробовать по возможности все, что там было. Немного подумав, прихватила ещё и пару бутылок вина и, чтобы не ходить несколько раз, взяла ещё сигар.

Я спела еще, наверное, песен пятнадцать, а потом счастливо уснула, в обнимку с коробкой с сигарами.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Проснулась я от каких-то голосов. Не открывая глаз, лежала и слушала.

- Ну, и что она тут делала все это время? - спрашивал Виктор. - И что это за разгром такой?

- Она пила все подряд, курила сигары и пела песни, - невозмутимо сообщил чей-то голос.

- Пела песни?

- Да, очень громко и долго.

- Странно... может это у неё шок?

- Вряд ли. Судя по всему, она себя очень хорошо чувствовала, все, кто за нею наблюдали, пришли к единому мнению, что она просто счастлива. Потом она ещё и танцевала, из этой скатерти, что на полу валяется, делала себе цыганскую юбку. Натанцевавшись, повесила её прямо на видеокамеру, а когда я пришел, чтобы снять с объектива эту тряпку, уже крепко спала.

- М-да, - глубокомысленно сказал Виктор, - и давно она спит?

- Часа четыре.

- Ладно, пусть поспит ещё пару часиков. После того, сколько она выпила, толку от неё все равно будет мало. Пойдем к Мастеру, он звал.

Послышался звук удаляющихся шагов, и хлопнула дверь. Значит, за мною наблюдали! Хорошо, что я ещё стриптиз не устроила! Спать больше не хотелось. Я открыла глаза, и комната моментально завертелась лихой каруселью. С трудом поднявшись, я тряхнула головой и от этого движения чуть было не рухнула на кровать снова. Слава богу, голова не болела, просто все вокруг шаталось и расплывалось, да и пить хотелось страшно. Дотянувшись до стоявшей на полу бутылки шампанского, я потрясла её, внутри ещё что-то булькало. После пары глотков прямо из бутылки комната постепенно вернулась на место. Для верности результата я допила все. Для себя я уже решила - при любой возможности буду регулярно напиваться, в таком состоянии мне было не почти не страшно, да и Бог пьяниц любит, народная мудрость врать не должна.

- Умирать будет не страшно, - вслух сказала я и потянулась за мартини.

Где-то через полчаса, двери открылись, и в комнату вошел Виктор, лицо его было дружелюбным, на лице светилась улыбка.

- Здравствуй, дорогая, - он присел на край кровати рядом со мною. Как ты себя чувствуешь?

- Отлично, хочешь чего-нибудь выпить? Я угощаю!

- Пожалуй немного виски.

Он подошел к бару, взял чистый бокал и, налив этой вонючей шотландской самогонки, вернулся ко мне.

- Сена, - он сделал небольшой глоток, - ты не думаешь, что нам надо поговорить?

- Нет, не думаю, гад ты негодяйский, а я тебе поверила!

- Дорогая, только, пожалуйста, не надо всяких драм! Да, я понимаю, что очень виноват, но кто же мог подумать, что все обернется именно так. Я не хотел подвергать тебя никакой опасности, тем более вмешивать во все эти дела!

- Тем не менее, вмешал и как вмешал! Отвечай, что в чемодане было?!

- Я же тебе уже сказал, очень важные документы, - он сделал глоток побольше, - а теперь скажи мне, пожалуйста, где они, и я отвезу тебя домой.

- Кто-то из нас страдает дефектами слуха и провалами в памяти. Я же уже сказала, что не имею ни малейшего понятия, где твой паршивый чемодан! Я при тебе его засунула под кровать, ты ушел, почти сразу же позвонила Тая и сказала, что ждет меня в баре, там же был и Влад...

- В каком баре? - перебил Виктор.

- "Встреча" называется, - соврала я, подумав, что баров с таким названием наверняка пруд пруди.

- Ну и что дальше?

- Потом я вернулась домой и увидела, что двери приоткрыты, в квартире все перевернуто, а чемодана нет, дальше ты сам пришел.

- Ты одна вернулась в квартиру?

- Одна, с кем же еще?

Рассказ о трупе и прокуроре в мои планы не входил, тогда пришлось бы признаться, что я знаю о содержимом чемодана.

- И прошло всего несколько часов?

- Ну да.

Виктор тяжело вздохнул и залпом выпил свой виски.

- Пойми, Сена, тебе никто не поверит, даже я.

- Что же ты тогда думаешь? - возмутилась я. - Что я этот чемодан себе присвоила, а ограбление разыграла?

- Именно, или ты могла отдать его кому-нибудь еще, за деньги, разумеется.

- Кому?

- Вот уж не знаю, и это нам предстоит выяснить, куда именно он делся. Тебе лучше сказать правду.

Я глубоко вздохнула. Мне очень хотелось огреть его бутылкой по башке, но это, к сожалению, был не выход.

- Я тебе правду говорю! - процедила я. - Больно мне нужен этот чемодан! Нет его у меня, понятия не имею, где он!

- Сена, пойми, сейчас мы хотим все сделать по-хорошему, но, если не получится, все будет по-плохому, а мне бы этого очень не хотелось, я вообще не люблю насилие.

- Слушай, дорогой, - я начинала серьезно злиться, - читай по губам: я не знаю где он! Можете меня хоть на куски порезать, где я его возьму?

- Ну, хорошо. - Виктор поставил стакан на столик и вышел из комнаты, разумеется, не забыв запереть за собою двери.

Я была настороже ещё долго, но никто не приходил. Часы на стене сообщали, что уже поздний вечер, и я решила устраиваться на покой. Разобрав кровать, я, как была в одежде, легла спать, не выключая света. В темноте все-таки было страшновато. Ворочалась я довольно долго, но потом уснула, и мне приснился одиноко воющий на луну Лавр, рядом с ним сидела Тая и тоже подвывала ему...

Проснувшись утром, я долго не могла понять, где нахожусь. Память вернулась только через несколько минут. Все свинство, которое я произвела накануне, было убрано, а на прозрачном столике стоял завтрак. Я решила, что ещё немного, пожалуй, погощу у бандитиков, а потом все-таки поеду домой. Съев все, что мне принесли и, выпив кофе, я решила привести себя немного в порядок. Хотелось походить на пленниц из фильмов и выглядеть достойно. В ванной я нашла все, что необходимо, и, как могла, сделала из образины образ. Моя измятая юбка и чудовищная рубашка никак не вписывались в интерьер, но никакой одежды кроме двух здоровенных мужских халатов я не нашла, не ходить же в полотенце? Решив, что и так вполне сойдет, я вернулась в комнату. Улыбнувшись и подмигнув видеокамере, я пожелала доброго утра господам бандитам. Потом из бара извлекла красивую бутылку пива и с наслаждением её выпила, стоя у окна. Утро было великолепным и солнечным.

- Доброе утро, Сена.

Я обернулась, надо же, и не слышала, как вошел Виктор.

- Как спалось?

- Спасибо, превосходно, - безмятежно ответила я, - хочешь пивка?

- Нет, спасибо. - Он подошел ко мне и тоже стал смотреть в окно. Боюсь, Сена, тебе все же придется сказать, где чемодан.

- Боюсь, что я уже все сказала, - в тон ему ответила я, - и если ты будешь заводить все время одну и ту же пластинку, то я, пожалуй, напишу тебе на листке бумаги, когда захочешь ещё раз спросить, возьмешь, и будешь читать.

Виктор повернулся и посмотрел мне в лицо, его глаза сузились и стали злыми. Я поставила бутылку на подоконник и решила не отводить взгляда.

- Сена, - он положил мне руки на плечи и сдавил мои проспиртовавшиеся кости, - пойми, тут никто шуток не шутит и в игры не играет, говори, где чемодан, черт тебя подери!

Он сильно встряхнул меня пару раз.

- Не тряси, а то меня стошнит! - предупредила я. - Витюша, правда не знаю, где он, что же я могу поделать? Может, вам просто поискать того, кто этот чемодан украл, а не тратить на меня время?

Он пристально посмотрел мне в лицо, потом убрал руки и ушел. Сердце мое колотилось.

В комнате я просидела до вечера. Никто больше не приходил и еды не приносил. Меня это беспокоило, но, памятуя о том, что пиво очень калорийный напиток, я заглушала голод им, но и пива было недостаточно много, чтобы просидеть в заточении долго. И вообще, неизвестно, сколько я могла протянуть на одних алкогольных напитках и сигарах.

До самой ночи я прислушивалась к шагам, и настроение мое портилось с каждым часом. Я не знала, чего мне, собственно говоря, ожидать, и это просто выводило из себя.

Наступила ночь. Я мерила шагами комнату вдоль и поперек, не забывая строить рожи в видеокамеру - это хоть как-то развлекало. Устав нервничать, я легла на кровать и тут же уснула безо всяких сновидений.

Разбудил меня голос Виктора:

- Сена, вставай! - потряс он меня за плечо. - Вставай, просыпайся!

Я открыла глаза и посмотрела на часы - было полтретьего ночи. В комнате, помимо Виктора, находилось ещё трое парней.

- Зачем? - спросила я, внезапно очень сильно испугавшись.

- Пойдем.

- Куда? - Я села, уверенная, что сейчас меня поведут на расстрел.

- Идем, с тобой Мастер хочет поговорить!

Ах, вот оно что, значит, Мастеру не спится! Я обулась и последовала за ними, размышляя над тем, что сейчас улицезрю главаря мафии и, следовательно, выход на свободу становится практически недосягаемым.

- Может, вы мне глаза завяжете? - предложила я Виктору.

- Зачем?

- Чтобы я не видела, кто это.

- Не имеет значения.

Ах, вот оно что, они, видать, уже все решили... Мне стало совсем грустно, просто грустнее некуда. Поднявшись на третий этаж, Виктор остановился у солидной двери и постучал.

- Входите! - раздался чей-то голос.

Виктор толкнул дверь и, не выпуская моей руки (как будто я могла куда-то подеваться!), вошел внутрь. Мы оказались в таком роскошном кабинете, что у меня просто в глазах защипало. За письменным столом сидел мужчина и что-то писал.

- Присаживайтесь, - сказал он, не поднимая головы.

Мы подошли к столу и сели в кожаные кресла, и тут я, наконец оторвалась от созерцания обстановки и посмотрела на мужчину. В этот момент я решила, что и вправду сошла с ума - за столом сидел мой шеф, редактор нашей дурацкой газеты! Моя челюсть отвисла, а глаза вытаращились до невозможности. Дописав, он поднял голову и добродушно улыбнулся мне.

- Здравствуй, Сена.

- Вы... - пролепетала я, - вы что тут делаете?

- Я здесь живу, - пожал он плечами.

- Так вы этот... как его... Мастер?

- Да.

Он сделал знак Виктору и остальным, и они вышли, закрыв за собою двери.

- Сейчас у нас с тобою, Сена, будет разговор, - спокойно сказал он, очень серьезный разговор...

- Опять про чемодан? - простонала я.

- Конечно. Понимаешь, вот в чем дело, этот чемодан ждут люди, большие люди, которые в свою очередь, должны отдать его другим большим людям. Если мы не предоставим его в срок, нарушится длинная цепочка, и все расстроятся, а некоторые заплачут, - объяснял он мне, как дебилке, - поэтому надо его очень быстро найти, а ты последняя, кто его видел. Пропал он у тебя, из твоего дома, всего за несколько часов, поэтому очень хорошо подумай, прежде чем ответить и скажи, где он? Виктор, конечно, совершил огромную глупость, оставив чемодан в твоей квартире, ведь я порекомендовал ему тебя совсем для других целей...

- Вы... что? - выдавила я.

- Порекомендовал, я долго наблюдал за тобой, ты очень подходящая кандидатура, никто бы в жизни никогда не подумал, что ты можешь работать на нас, а Виктор все испортил, за это его, разумеется, накажут...

Я его почти не слушала. "Порекомендовал!" Вот это да!

- Сена, ты меня не слушаешь! - сказал он точь-в-точь, как говорил обычно на наших собраниях.

- Я слушаю, - машинально ответила я.

- А я жду, когда же ты мне ответишь. Если думаешь, что мне самому приятно вести этот разговор, то ошибаешься, поэтому давай поскорее закончим, ты ведь знаешь, как я к тебе хорошо отношусь.

- Ну, что мне вам сказать? - я тоскливо посмотрела на его доброе лицо. - Ну, не знаю я, где он, ну не знаю, если бы я знала, неужели бы не сказала? Как будто мне нужна вся эта головная боль!

Шеф, или правильнее будет сказать Мастер, некоторое время молча смотрел на меня, а потом сказал:

- Ладно, даю тебе на раздумье два дня, больше не могу...

- А что потом? - не удержалась от вопроса я.

- К сожалению, независимо от результата, финал известен, - развел он руками, - сама понимаешь, я не смогу тебя отпустить на все четыре стороны. Поверь, мне очень жаль, что для такой хорошей девушки все закончится так плохо.

- Да ладно, чего уж там! - мрачно отмахнулась я.

- Прощай, Сена, или нет, пока ещё до свидания.

Он вызвал одного из своих "верных сторожевых псов" и меня отвели в небольшую комнатку, больше похожую на кладовку, в которой ничего не было, кроме, простите, унитаза. Ничего, даже стула и окон. Я поняла, что именно здесь мне и предстоит провести эти два, скажем, не самых лучших дня в моей жизни. Я села на унитаз и задумалась. Побег исключался, наврать, что я знаю, где чемодан, тоже глупо, заставят показать место... А ещё шеф! Это же надо, столько лет проработать с ним под одной крышей, в одной команде, обожать его, как отца родного, считая самым лучшим шефом из всех шефов, и на тебе! Находясь все в том же оглушенном состоянии, я "переваривала" события и факты. Переварив их как следует, я почувствовала самую настоящую тошноту и, устроившись на унитазе поудобнее, начала вспоминать лучшие моменты моей попусту прошедшей жизни.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Я совершенно не представляла, что там, на дворе - утро, день или вечер. Мне казалось, что я просидела в этой комнате целую вечность. Я уже давно переместилась с унитаза на пол. Подо мною был холодный линолеум бледно-голубого цвета. Вдоволь наоравшись от голода, мой желудок наконец-то заткнулся, погрузившись в сонное отупение. Невероятная скука мучила меня даже больше, чем голод и жажда, хотя жажда, конечно, изводила порядочно, но напиться из унитазного бачка мне не позволяла гордость. В этой комнате даже взгляд не на чем было остановить, даже зацепиться не за что. На линолеуме я уже знала каждую черточку, каждую точку, а на потолке их и вовсе не было, там ничего не было, кроме одной единственной лампы, которая очень ярко и настырно светила.

Время от времени я засыпала, вернее, проваливалась в сон, но вскоре просыпалась снова. В один из таких сонных провалов, я услышала голоса. Сначала подумала, что они мне снятся, но потом поняла, что нет, это был голос Виктора и ещё кого-то. Они вошли в мою комнату. Я навострила уши, делая вид, что сплю.

- ...так значит, Ангел сегодня приезжает к Мастеру? - уточнил голос Виктора.

- Уже приехал. Странно, что его так называют, ему бы больше Дьявол подошло.

- Интересно, как же он выглядит?

- Этого никто не знает, единственный признак, по которому его можно распознать, так это вросшее в мизинец кольцо.

- Как вросшее?

Они стояли и разговаривали рядом со мною, совершенно не обращая на меня внимания.

- У него на мизинце золотое кольцо с красным камешком, то ли из-за того, что он его долго носил, то ли по какой другой причине, оно довольно заметно вросло в кожу, но стоит ему надеть перчатку - и все, никто его не узнает.

- И что, никто его в лицо не знает?

- Ну, кто-то, наверное, знает. Вот, Мастер, например, сегодня его увидит.

Они замолчали, а потом Виктор сказал:

- Слушай, она спит или уже все?

- Спит, конечно, буди давай.

Виктор присел рядом со мною на корточки и потрогал за плечо.

- Сена! Просыпайся!

Я открыла глаза. Все вокруг расплывалось от слабости и головокружения.

- Поднимайся, пойдем.

Я уже не спрашивала, куда именно, мне было безразлично. Пошатываясь от голода, я поплелась вслед за ними. Мы пришли к тому же кабинету и, постучав, Виктор втолкнул меня внутрь, а сами они остались снаружи. За столом, как и прежде, сидел мой любимый шеф, на столе стояла несусветно красивая бутылка коньяка, фрукты, нарезанные художественными ломтиками, а в кожаном кресле расположился... прокурор. В руке он держал бокал коньяка, а на мизинце у него поблескивало вросшее в кожу кольцо с красным камешком. В глазах у меня потемнело настолько, что я, скорее всего, потеряла сознание, потому что, когда я их открыла, выяснилось, что я сижу в другом кресле, неподалеку от прокурора.

- Что же ты, Сена, так нас пугаешь? - участливо спросил Мастер.

Прокурор, слегка покачивая бокалом и наслаждаясь ароматом коньяка, смотрел на меня холодными серыми глазами. Сил удивляться людской подлости у меня уже не было, поэтому я просто сидела и молчала.

- Ну что, Сена, - ласково продолжал Мастер, - вот, господин лично приехал осведомиться насчет чемодана, видишь, в какое неловкое положение ты всех нас поставила. Нехорошо. Господину нужен твой ответ, где чемодан, Сена?

- В попе, - ответила я.

- Где? - насторожился Мастер. - Что ты имеешь в виду?

- То и имею. Вам надо узнать где он, я этого не знаю, но так как вы постоянно требуете ответа, надо же мне вам хоть что-то сказать, может, тогда вы от меня все отстанете?

- Понятно... Еще коньячку не желаете? - обратился он к Ангелу.

- Нет, спасибо.

- Чувствую, что толку от девчонки действительно не будет, я её очень хорошо знаю и, похоже, она и вправду не в курсе. Значит, придется искать самим, кто же это посмел нас обойти... А свидетеля мы уберем сегодня же вечером, хотите поприсутствовать?

- Я вам доверяю, - равнодушно отмахнулся он, - главное, чтобы не было никаких следов.

- Ну, это разумеется! - рассмеялся душка-шеф, - отвезем её к реке, на наше место и все будет в порядке.

- Я согласен подождать ещё неделю, - сказал Ангел, - если по прошествии этого срока товара не будет, у вас начнутся серьезные неприятности.

- О, безусловно, я понимаю! А ты, Сена, иди.

Как во сне я встала с кресла и, пока я шла к выходу, шеф все щебетал без умолку:

- А мы с вами сейчас ещё коньячку! Может, останетесь погостить немного?

- Нет, - ответил бесстрастный голос Ангела, - у меня масса дел, давайте закончим, и я поеду...

Я вышла в коридор, закрыла за собою дверь и подумала, что если меня опять сейчас отведут в ту каморку, то я лучше сразу повешусь на унитазном бачке. Но, как ни странно, меня отвели в комнату с баром, где я пьянствовала первое время, видать, дали понаслаждаться жизнью напоследок, какой гуманизм!

- Дайте мне что-нибудь поесть! - мрачно сказала я своему конвоиру. Он никак не отреагировал и ушел.

Однако через несколько минут он вернулся с большой тарелкой бутербродов и овощей. Поставив все это на столик, он так же молча ушел. Обрадовавшись настолько, насколько вообще уместна радость в моем положении, я выгребла из бара столько бутылок, сколько могла унести за один раз и принялась пировать в последний раз. Уничтожив всю еду до последней крошки, я взялась за вино. Выбрала бутылку с самой красивой этикеткой, решив хоть напоследок попробовать, что из себя представляют дорогие вина. Ничего особенного, кислятина и пахнет старыми носками. Я пыталась выпить как можно больше, правильно говорят, что перед смертью не надышишься... не напьешься, не накуришься. Я старалась не думать ни о Лавре, ни о Тае, а уж тем более о прокуроре! Бедный Влад, это же надо было так ошибиться и привести нас прямо в лапы этому монстру! Нет все-таки в жизни счастья! А я ещё так тепло и почти нежно думала о нем!

Улегшись на кровати и покуривая сигару, я продолжила размышлять на мрачные темы. Судьбу я свою так и не нашла и жизнь моя... Ах, что там говорить! Я налила себе кое-чего покрепче, решив допиться до такого состояния, когда мне будет уже все равно, но, как я ни старалась крепиться, все равно расплакалась, это же надо, как все глупо заканчивается!

Время в этой комнате пролетело гораздо быстрее, чем в той кладовке, и вскоре чьи-то шаги замерли у моей двери. Я села и подняла с пола початую бутылку джина, в надежде, что хоть это они позволят взять с собою на место казни. В комнату вошел Виктор.

- Пойдем, Сена, - он избегал смотреть мне в глаза, - пойдем скорее.

- Я возьму с собою джин?

Он немного подумал и кивнул. Обувшись, я последовала за ним. Никогда не думала, что в такой момент буду так спокойна, видать, внутри меня действительно образовался какой-то шок, и мне все стало безразлично. Изредка отхлебывая из бутылки, я вышла на улицу, за воротами стояли две машины и в одну из них мы с Виктором сели. За рулем находился Мастер собственной персоной, видать, решил лично удостовериться в том, что мне отвинтят голову. На улице вечерело, было тихо и тепло, а мне было грустно и страшно. Я взяла у Виктора сигарету и, ни у кого не спрашивая разрешения, закурила. Мне никто ничего не сказал. Мастер вел машину по шоссейной дороге, а когда он свернул на проселочную, тут меня ужас и обуял. До меня дошла реальность происходящего - меня действительно везли убивать! Не запугивать, не уговаривать, а убивать, как ненужного свидетеля!

- Послушайте, - дрогнувшим голосом сказала я, - вам не кажется, что меня можно было бы оставить в живых? Я никому ничего не скажу.

- Сожалею, - сказал Мастер, не отрывая взгляда от дороги, - ничем не могу помочь.

- Я жить хочу!

- Я понимаю, не волнуйся, все будет очень быстро, возможно ты ничего не почувствуешь.

Я проглотила комок, застрявший в горле, и отхлебнула ещё джина.

- Ну, неужели нельзя ничего поделать? - без особой надежды спросила я.

- Нет, нельзя, действительно нельзя.

Лес расступился, и мы выехали к реке с высокими крутыми берегами. Там, на берегу, стояла моя машина... Я приклеилась к окну, в который раз не веря своим глазам. Это точно была моя машина!

- Сена, это, случайно, не твоя машина? - удивленно спросил Мастер.

- Не знаю, похоже, что моя, а может, и ещё чья-то.

- Я думал, что только у тебя такая.

- Какой-то неудачный брак между велосипедом и почтовым ящиком, заметил Виктор, - даже и не знал, что такие машины бывают.

- Я попросила бы не оскорблять мое имущество! Откуда она здесь взялась?

- Непонятно...

Мастер остановил свою машину, и мы выбрались наружу. Было очень тихо, а где-то в отдалении, среди деревьев, пели птицы. На воле Виктор сразу же вцепился в мое плечо, исключая всяческие шансы на побег, и мы все вместе направились к моей старушке. Теперь-то я уже не сомневалась, что она моя, я сразу же узнала немного помятое левое крыло - это я как-то раз неудачно вписалась в двери гаража.

- Очень странно, - пробормотал Мастер.

В машине никого не было. Он подошел к ней и заглянул внутрь через окно. Потом медленно, словно боясь, что она взорвется, открыл заднюю дверцу и вытащил на свет... проклятый чемодан!

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

- Спокойно! - сказал Мастер, увидев, что остальные собираются ринуться к чемодану.

Он отнес его к своей машине и, положив на капот, открыл. Все было на месте, и пистолет, и пакетики. Слегка надорвав один из них, он попробовал белый порошок и криво улыбнулся. Его лицо все ещё было растерянным. Тут в воздухе что-то вспыхнуло, потом еще, и ещё раз.

- Еще раз улыбочку! - раздался чей-то до боли знакомый голос. Репортаж будет что надо!

Неподалеку стоял неизвестно откуда взявшийся Влад с фотоаппаратом. Народ начал выхватывать пистолеты, но с другой стороны раздался ещё один голос:

- Не надо этого делать!

Все обернулись и я в том числе. Из-за деревьев выходил прокурор Ангел собственной персоной. Из-за тех же деревьев, как из волшебной шкатулки, появлялись вооруженные люди в форме, с наручниками на поясе.

- Бросайте оружие! Руки на машину! - спокойно сказал прокурор. Быстро!

Совершенно обалдевший от такой частой смены событий Виктор выпустил мое плечо и положил руки на капот. Я на всякий случай жахнула его по голове бутылкой джина и стремглав бросилась к реке, каждую секунду ожидая пули в спину. Вроде бы пули не было, но я все равно не была уверена, жива ли я на все сто процентов. Я с разбегу прыгнула в воду. Никогда бы не подумала, что у самого берега может быть глубоко, что даже не достать ногами до дна. И только тут я вспомнила, что не умею плавать. Я стала барахтаться и пускать пузыри. Вода была очень холодной, и её было очень много.

- Вла-а-а-ад! - проблеяла я, в очередной раз случайно выныривая на поверхность. - Спаси-и-и-и-и меня!!!

Никто меня спасать не собирался, у народа были свои дела, и я только чудом удерживалась на поверхности. Вскоре судьба сыграла со мной свою очередную милую шутку - мою ногу свела судорога, и, громко крякнув напоследок, я стала тонуть на полном серьезе. Вдруг меня очень больно дернули за волосы и поволокли на свежий воздух. Плюясь и чихая, я разлепила глаза, и мне захотелось немедленно утонуть снова - вытаскивал меня бандитский прокурор. Он плавал в своем роскошном плаще, костюме и галстуке и укоризненно смотрел на меня. Волосы мои он отпустил и теперь пытался перехватить меня поудобнее под руки.

- Сена, больше так не делай, - спокойно сказал он.

- Не буду, - я приложила максимум усилий к освобождению, и мне удалось выскользнуть из его объятий. - Я больше не бу-у-ль-бу-ль-буль-буль...

Даже погрузившись под воду, я продолжала усиленно грести подальше от прокурора, но он опять меня настиг и вытащил из воды. На этот раз он держал меня значительно крепче.

- Сена, прекратишь ты или нет? - сердито сказал он, - Вода довольно холодная, чтобы заниматься синхронным плаванием!

- Отпусти меня, бандюга! - завизжала я. - Вла-а-а-ад!

- Успокойся, я сейчас все тебе объясню, никакой я не бандюга!

- Ага, а мизинец с кольцом? Я все видела, все! Кровопийца! Ангел, подумать только!

- Смотри сюда! - он перехватил меня одной рукой поудобнее и поднес свой преступный мизинец к моим глазам. Кожа там частично отвалилась, и я с удивлением уставилась на это чудо природы.

- Это не настоящая кожа, - объяснял он, - настоящее только кольцо, а все остальное грим.

Другим пальцем он отодрал лохмотья с мизинца, под ним действительно оказалась нормальная, не тронутая проказой кожа.

- А кольцо откуда?

- От настоящего Ангела, его арестовали вчера. Очень повезло, что почти никто не знал, как он выглядит, вот я и стал на время им, чтобы найти тебя.

- А вы, вообще, кто тогда? - растерянно спросила я, вцепившись в рукав его плаща.

- Меня тоже мало кто знает в лицо, - усмехнулся он, - но не потому, что я преступник, скорее наоборот. Долгое время я работал на правительство, не давал всяким разным шпионам совать свои носы куда не следует, потом ловил всяких больших преступников, а сейчас я действительно прокурор, работаю в Верховном суде, но старые связи, конечно, остались, они-то мне и помогли в считанные дни найти всех, кого надо, вот так.

- А, понятно, - соображала я по-прежнему туго, но больше его не боялась, теперь даже серо-стальные глаза не казались мне холодными и жестокими, а просто серыми и... безумно красивыми.

- Я же обещал тебе, что все будет хорошо, - сказал он, - я всегда сдерживаю свои обещания.

Он улыбнулся, и в его глазах заплясали искры.

- Да, но я так перепугалась, вы бы знали!

- Ну, и долго вы там будете плавать?!

Родной Тайкин голос вывел меня из оцепенения, в которое повергли его глаза и улыбка. Я подняла голову. На берегу стояли Влад, Тая и ещё несколько людей в форме.

- Вылезайте! - крикнул Влад. - Не август месяц!

- Да, действительно.

Прокурор прихватил меня покрепче и поплыл к берегу.

- А, как вас все-таки зовут? - продолжала я расспрашивать, отплевываясь от воды, которая так и норовила меня затопить.

- Анджело, действительно переводится, как "ангел", ничего не могу с этим поделать, мой отец был итальянцем.

- Очень приятно, а меня зовут Сена.

- Да я уже знаю.

Он вытащил меня из воды, взял на руки и понес наверх. Там, на берегу, я сразу же попала в объятия Влада и Таи, которые, невзирая на то, что я была мокрой, как цуцик, тискали меня и радовались. Неподалеку мафиозей грузили в патрульные машины, а солнце золотило последними лучами вершины елей.

- Надо скорее отвезти тебя домой, - сказал прокурор, - как бы ты простуду не подхватила.

- Да, - кивнула Тая, - дома тебя Лавр ждет, мы его привезли, и все там прибрали.

- Я сейчас просто разрыдаюсь от счастья, - честно призналась я, - мне до сих пор не верится, что все это происходит на самом деле! Я уже и с жизнью попрощалась и с вами.

- Могу себе представить, - сочувственно сказал Влад, - нам тоже кое-что представлялось с большим трудом, особенно то, что наш с тобою шеф бандитская шишка!

- А мне с трудом представлялось, что это вообще все происходит и, причем, именно с нами! - сказала Тая, и мы посмотрели на Анджело, нам было интересно, что же ему с трудом представлялось. Ему видать ничего не представлялось, он отжимал воду с плаща.

- Расскажите, как вы все это дело распутали? - полюбопытствовала я. Кто был тем трупом, куда делся чемодан и откуда он взялся снова?

- Теперь не все ли равно? - Анжело взял мои мокрые волосы и аккуратно отжал с них воду. - Поехали скорее домой, сделаем горячего чаю с тремя капельками рома и простуда тебе не будет грозить...

Я подумала, что после того, сколько я выпила за эти дни, простуда мне не грозит в ближайшие лет пятнадцать.

- Мы с Владом шампанского купили, - вмешалась Тая, - у тебя в холодильнике стоит, сейчас приедем и все на радостях напьемся!

- Не надо, не говорите мне про алкоголь! - воскликнула я. - Я напилась уже на всю оставшуюся жизнь!

- Жаль, - покачал головой Анжело, - а я тебе мартини припас, Тая сказала, что это твое любимое вино.

- Ну, разве что чуть-чуть... Да, вы за Лавром хорошо смотрели? Голодом не морили?

- Нет, что ты, как можно! - возмутилась Тая. - Мы все с ним по очереди гуляли и кормили как на убой! Сена, можно тебя на минутку?

Мы отошли в сторону.

- Сеночка, - возбужденно зашептала подруга, - я все про него узнала! Анжело в разводе, его родители в разводе и папа живет в Италии, у тебя будет двойное гражданство! Он умеет водить машину...

- Сто-о-о-п! - замахала я руками. - Все, с меня хватит! Теперь я буду просто ждать! Пусть мужчина, предназначенный мне судьбой, сам меня ищет! Если надо, то найдет, даже если ему придется испытать все тяготы и невзгоды борьбы за счастье!

97 г.