/ Language: Русский / Genre:nonf_publicism / Series: Газета Завтра

Газета Завтра 763 (27 2008)

Газета Завтра


Газета Завтра 763 (27 2008)

Александр Проханов СУРКОВ ПРАВ — БУДЕТ ТРУДНО

Рассеивается перламутровый туман футбольного безумия. Барабанные перепонки отдыхают от рева стадионов. Разум, проскользнувший между инфарктом победы и инсультом поражения, начинает задумываться над реальностью. Гус Хиддинк перестает затмевать Петра Великого, Достоевского и маршала Жукова. Русская действительность обнаруживает свою подлинную сущность, свой истинный орнамент. Так древесный срез, состоящий из концентрических колец, разрывается радиальными трещинами внутренних деформаций. Так благолепный, нарисованный гримерами лик обнаруживает шрамы ранений, складки боли, морщины противоречий.

Владислав Сурков сообщил о "темных силах" истории, которые пытаются "вбить клин между Медведевым и Путиным". Эти неназванные силы столь сильны, что в состоянии разрушить формулу нынешней власти, равновесие двух центров, баланс аппаратных интересов, а это чревато лавинообразным крушением, государственной катастрофой.

Чуть раньше Сурков обвинил часть властной элиты в несменяемости, злоупотреблении властью, что напоминает поведение советских "динозавров", не способных к политическому творчеству и блокирующих развитие. Такие элиты подлежат обновлению, или, выражаясь языком аппаратным, чистке. "Динозавры" не преминули откликнуться. Шаймиев, а вслед за ним и Рахимов обвинили Кремль в разрушении федерализма. Президент, по их мнению, не вправе назначать губернаторов и распускать региональные Думы. Губернаторы и, конечно же, Президенты республик должны избираться народом. Так впервые за последние десять лет обнаружил себя конфликт регионов и Центра, централизм Москвы и скрытый сепаратизм окраин.

Еще один "геронтократ" Лужков, чуя угрозу смещения, включился в конфликт. Как кукушка из ходиков, выскочил со своим заявлением по Севастополю, взбудоражил Россию и Украину и спрятался, предоставив правительству утихомиривать поднятую бучу.

Президент Медведев обзавелся помощником по вопросам коррупции. Подписал законопроект, который осенью в Думе обретет вид закона и откроет крупномасштабную схватку с коррупционерами в министерствах, судах, прокуратуре, армии, и, весьма вероятно, в Правительстве. Множество чиновников по всей России притаились, готовые дать бой посягателям на их благополучие. Схватка не на жизнь, а на смерть. На жизнь и смерть государства.

"Исламский комитет" бросил обвинение власти в царящей кругом "исламофобии", в отказе мусульманам участвовать в политической деятельности, пригрозил Кремлю восстаниями, наподобие чеченских войн. Ультиматум, оскорбительный для Кремля, сулящий кошмар экстремизма, напоминающий о Беслане и "Норд-Осте". Симптом межконфессиональных войн, фактор общенациональной беды.

В Православной церкви, переживающей период экстенсивного расширения и внешнего благополучия, зреют противоречия, воскрешающие распри времен Иосифа Волоцкого и Нила Сорского. Сторонники архиепископа Диомида встревожены чрезмерным сближением церкви и государства, забвением святоотеческого предания, культом стяжательства и экуменизма. Архиерейский собор смиряет "еретиков", предостерегает от раскола.

Конфликт в спецслужбах не изжит. ФСБ и Наркоконтроль враждуют. Генерал Бульбов по-прежнему в тюрьме. За оперативниками "нарковедомства" установлена слежка, а недавний заместитель главы следственного комитета Довгий рассказал о чудовищном, внеправовом основании "дела Бульбова".

Армейский генералитет глухо ропщет, недовольный новой волной "военных реформ", которые проводит "невоенный" Министр обороны, когда в войска по-прежнему не поступает боевая техника, стремительно изнашивается парк самолетов и вертолетов и продолжается вакханалия перестановок и сокращений.

Президент Медведев среди главных проблем России назвал бедность, которая будет только расти при нынешнем взлёте цен на продовольствие и бензин, повышении тарифов на электричество и газ. Ропот народных масс не прорывается сквозь свист футбольных болельщиков и рев жестяных горнов, но карта России искрит от "коротких замыканий" в крупных промышленных центрах.

И, наконец, Президент Медведев на Петербургском экономическом форуме назвал Америку виновницей мирового экономического кризиса. Это породило в сознании образ раковой опухоли, заражающей метастазами мир. "Империя зла", придуманная Рейганом в период "крестового похода" против СССР, не столь конфликтна, как эта медведевская дефиниция.

Эти трещины разной глубины и протяженности раскалывают общественный и государственный массив России. Одно противоречие питает другое, и вместе они усиливают третье. Возможен момент, когда возникнет "резонанс противоречий", равносильный взрыву. Об этом знают строители мостов и небоскрёбов, падающих от малых вибраций. Об этом знают ликвидаторы чернобыльской аварии. Об этом не могут не знать политики Кремля.

Бессмысленно конопатить трещины, замалевывать их перламутровой краской. Только Развитие, только мощный общенациональный порыв, направленный на преображение страны, только огромное Общее дело, нагружающее имперской работой все сословия, все народы, все страты многорелигиозной и многоязыкой России, сплавят кромки распадающегося социума, претворят омертвелую материю в лучистую энергию исторической Победы.

Так следует понимать намеки, раздающиеся из Кремля в это прохладное лето, сулящее жаркую осень.

ТАБЛО

* На саммите Россия-ЕС и состоявшемся следом за ним V Всемирном конгрессе финно-угорских народов в Ханты-Мансийске страны "новой Европы" с подачи США попытались подорвать российский суверенитет при помощи тезиса о "нарушении прав малых народностей", причем "этнически близкие" Эстония, Финляндия и Венгрия фактически не только изъявили готовность стать плацдармом для такой "правозащитной работы" и обеспечения независимости "коренного финно-угорского населения" нынешней РФ, но и обозначили свою заинтересованность и "родственные права" на нефтегазовые месторождения, расположенные на территории соответствующих национально-административных субъектов Федерации. Той же цели служит демарш президента Эстонии Томаса Ильвеса, фактически призвавшего своих "братьев по крови" стремиться к независимости, а затем демонстративно покинувшего зал заседаний, и бойкот идеи о территориальной ротации исполнительных органов конгресса, ныне находящихся в Хельсинки, отмечают эксперты СБД…

* Избрание Виктора Зубкова председателем совета директоров "Газпрома" не только усиливает контроль "путинской" группы над крупнейшей российской корпорацией, но и может кардинальным образом изменить характер её отношений с газодобывающими республиками Центральной Азии, а также государствами-транзитёрами, в первую очередь Украиной, такие оценки содержатся в поступившей из Лондона аналитической записке. Утверждается, что еще до начала осени российский посол и "отец "Газпрома" Виктор Черномырдин может быть отозван из Киева…

* Детективный оттенок, который в связи с якобы нелегитимным избранием нового совета директоров приобрела "битва за ТНК-ВР" между его акционерами, "British Petro*eum" и российским холдингом AAR (A*faAccessRenova), может указывать на "двойную игру" со стороны "Газпрома", который намерен при помощи Кремля стать заменить "команду Фридмана" в роли стратегического партнера британской корпорации, получив от неё гарантии своего доступа на энергетический рынок "туманного Альбиона", сообщают из Франкфурта-на-Майне…

* Согласно мнению наших информаторов из Токио, итоги парламентских выборов в Монголии могут быть поставлены под сомнение проигравшей Демократической партией, получившей в Великом народном хурале всего 21 из 76 мест, однако вряд ли эти протесты станут прологом очередной "оранжевой революции", поскольку ни Москва, ни особенно Пекин не заинтересованы в появлении новой опорной точки для США в непосредственной близости от своих границ и имеют все экономические рычаги (продовольствие и энергоносители) для контроля за ситуацией…

* Провокационное по сути приглашение Тбилиси к фактическому разделу Абхазии между Грузией и Россией не нашло никакого понимания в Кремле, поскольку, с одной стороны, даже намёк на согласие рассмотреть подобное предложение может привести к серьёзному осложнению обстановки на российском Северном Кавказе, где родственные абхазам народности неизбежно воспримут это как очередное проявление слабости и "предательства" Москвы; а с другой стороны — будет использоваться грузинской властью, европейской и американской дипломатией, а также западными масс-медиа как доказательство наличия у России "агрессивных имперских амбиций" и презрения к судьбе малых народов, утверждают инсайдерские источники…

* Открытие в Казани первого "исламского банка", работающего в соответствии с принципами шариата и на деньги арабских, в первую очередь — саудовских, шейхов, отражает готовность Эр-Рияда от поддержки чеченских сепаратистов и террористов-ваххабитов перейти к более мирным и массированным способам "исламизации" Российской Федерации. В частности, предполагается, что "исламский банк" будет массово выдавать беспроцентные кредиты новообращенным, что еще более ускорит увеличение доли мусульман в населении России. Таким образом, Казань, уже получившая право представлять РФ в международной Организации Исламской Конференции (ОИК), становится вторым — наряду с Грозным — центром мусульманского влияния в стране, такая информация поступила из Бейрута…

* Как сообщают наши околокремлевские источники, политическая борьба кланов в регионах резко обостряется. Одним из наиболее ярких проявлений стала инициатива самарского губернатора Владимира Артякова по передаче области территорий общей площадью 2,4 тысячи квадратных метров, где расположены нефтяные месторождения Нурлатское и Ромашкинское с запасами 8,5 млн. тонн "черного золота", которые пока входят в состав Республики Татарстан. Этот санкционированный сверху пограничный спор рассматривается в качестве воспитательной меры по отношению к президенту Татарстана Минтимеру Шаймиеву, который, как известно, выступил с заявлением о целесообразности возвращения к прямым выборам глав регионов. Эту позицию поддержал и его коллега из Башкортостана Муртаза Рахимов. Первой реакцией Кремля на формирование альянса лидеров двух национальных республик, похоже, и стала инициатива самарского губернатора. Отмашка на отчуждение нефтеносных территорий в пользу Самарской области преследует и другую цель — поощрить губернатора Артякова, который давно находится в кремлевском кадровом резерве на повышение…

Агентурные донесения Службы безопасности «День»

Александр Нагорный УДАР ПО ИРАНУ ПРЕДРЕШЁН

Министр финансов США Генри Полсон, в прошлом глава Goldman Sachs, внезапно появился в Москве. Его визит трудно назвать случайным. Мировые цены на продовольствие и нефть растут, учетная ставка не снижается, доллар и фондовые рынки Америки падают. Таковы, вкратце, главные новости глобальной макроэкономики за две последние недели. А если посмотреть на происходящее в более широком временном контексте, то мы увидим типичную "пилу кризиса", когда глубокие провалы важнейших экономических показателей сменяются периодами относительного подъёма, впрочем, не достигающими исходных значений и прерываемых новыми, еще более сильными провалами.

Есть ли России дело до этих проблем? Несомненно, есть. "Пила кризиса" работает не только против мировой, но и против внутренней стабильности. По итогам полугодия инфляция в России вышла на уровень 8,3-8,5% — это официальные цифры, которые, уже по всеобщему признанию, занижены почти вдвое. Премьер Путин, в отличие от президента Путина, раздает множество весьма конкретных обещаний: и насчет повышения зарплат бюджетникам почти на треть, и насчет 6%-й инфляции по итогам года, — это лучше всего говорит о серьёзности ситуации.

Надеюсь, перспектива того, что "бегущие" с фондовых рынков сотни миллиардов и триллионов долларов будут вкладываться прежде всего в самые реальные и ликвидные активы: сырье, электроэнергию, продовольствие, лекарства и тому подобное, — из Кремля видна достаточно хорошо. А равно и перспектива того, что в Америке, которая на сегодня объективно обладает самой мощной военной машиной мира, рано или поздно попытаются использовать эту "козырную карту" для выхода из кризиса.

В результате верхушка российской "властной вертикали" оказывается перед необходимостью пройти между Сциллой отъёма у неё реальной власти и собственности "мирным путем", через свободную скупку активов иностранными собственниками, прежде всего американскими, и Харибдой распада страны вследствие войны, революции или этнорегиональных конфликтов: отработанные в США способы воздействия на неугодные иностранные правительства достаточно эффективны и разнообразны.

Поэтому безусловные улыбки Кремля в сторону "вашингтонского обкома" — наподобие обещаний Алексея Кудрина направить чуть ли не все деньги бывшего Стабфонда на поддержку американского фондового рынка и перейти на торговлю российскими энергоносителями за рубли "в течение десяти лет" — сопровождаются вполне ощутимым пощелкиванием зубами: мол, всё видим, всё понимаем и нас не тронь — ответим. Отсюда и жесткие антиамериканские высказывания Медведева, и не менее жесткая реакция на любые "шевеления" по периметру национальных границ, и максимально возможное "закручивание гаек" во внутриполитической жизни.

В принципе, выбор, сделанный республиканской администрацией США, уже понятен: поскольку процесс снижения учетной ставки и, соответственно, политики "слабого доллара" прерван — следует ожидать очередного (и куда более масштабного, чем в Афганистане или Ираке) военного удара. К этому "команду Буша" толкает и логика предвыборной борьбы (без "врага у ворот" Барак Обама гарантированно обходит Джона Маккейна), но куда в большей степени — логика кризиса: "мягкую посадку" доллара без "маленькой победоносной войны" обеспечить уже не удаётся.

Вопрос заключается только в том, против кого окажется направлена эта война. Самой вероятной целью был и остаётся Иран. Прежде всего потому, что "образ врага" в лице "международного исламского терроризма" уже сформирован, зафиксировано и полностью подтверждено наличие у Тегерана собственной "ядерной программы", да и ударный военно-морской и военно-воздушный "кулак" Пентагона давно сосредоточен не где-нибудь еще, а именно у границ Ирана. Поэтому и Полсон в Москве, утрясает последние детали акции, роль инициатора которой, судя по всему, возложена на Тель-Авив.

Однако сомнения в том, что именно страна первой "исламской революции" окажется главной мишенью "клана Бушей" всё-таки существуют. Иначе бы в КНДР не взрывали срочно охладительную башню ядерного реактора в Йонбене и не передавали бы всю свою "атомную" документацию Пекину — китайские товарищи в преддверии Олимпиады, которая должна пройти с 8 по 24 августа, явно намерены исключить даже малейшую возможность перенацеливания военных планов американцев на Азиатско-Тихоокеанский регион. Кстати, учитывая этот "олимпийский фактор", следует предположить, что временем гипотетической агрессии со стороны США станет даже не конец августа, а первая половина сентября — конечно, если американская спортивная делегация выедет в Пекин и против нее не будт предпринято никаких террористических актов, подобных Мюнхену-1972.

Однако не стоит забывать, что второй из "запасных" и альтернативных Ирану "зон конфликта" остается Кавказ, а именно — Абхазия и Южная Осетия, два "непризнанных государства" на территории бывшей Грузинской ССР, а эта возможность уже напрямую касается Российской Федерации.

Мир приближается к порогу больших перемен. Найдется ли на них у России адекватный ответ?

Сергей Кургинян МЕДВЕДЕВ И РАЗВИТИЕ — 16 Продолжение. Начало — в NN12-26.

САМОЕ ТРУДНОЕ

— не потерять связи между теорией развития и текущей политикой. Теория развития интересна сама по себе. И так легко увлечься ею… Мне — так, наверное, еще легче, чем моему читателю.

Столь же легко превратить обсуждение развития в предлог для тех или иных политических игр. Или даже для сведения каких-либо счетов: политических, идеологических и так далее.

Кто-то скажет: "А вы не шарахайтесь из крайности в крайность! Избегайте и метафизических абстракций, и участия в слишком злободневных дискуссиях". Мудрый совет… Только вот понятно, каков будет интеллектуальный продукт, если его создатели к такому совету прислушаются. Тот, кто будет избегать крайностей, никогда не получит никакого синтеза. Ибо синтез как раз и требует работы с этими самыми крайностями (тезисом и антитезисом — так ведь?).

И опять-таки кто-то скажет: "А тот, кто увлекается крайностями, не получит вообще ничего". Совершенно справедливая констатация. Увлекаться крайностями ни в коем случае нельзя. С ними надо работать. Весь вопрос в том, ради чего.

У меня на этот вопрос ответ есть. Я работаю с крайностями для того, чтобы построить политическую теорию развития. Именно политическую! Само это название — "политическая теория развития" — как раз и связывает крайности: теорию развития и политику.

Другой вопрос, зачем нужна политическая теория развития. Понятно, что, вообще-то говоря, она нужна. Но зачем она нужна сейчас? Почему сейчас есть особая необходимость в построении именно данной теории?

Академическому ученому такой вопрос покажется диким. Политическая теория развития — это "терра инкогнита". Желание посетить такую "терра" для ученого столь естественно… Но я не академический ученый. И никогда не стал бы десантироваться на эту "терра" из одного лишь интеллектуального любопытства. Не хочу сказать, что оно отсутствует. Но оно никак не исчерпывает мою мотивацию.

Мне кажется, что ход вещей неумолимо требует этой самой политической теории развития. Именно политической! Без нее мы можем оказаться в положении, не намного лучшем, чем в конце 80-х годов ХХ века. Мотив "не оказаться в этом гнусном положении" — для меня ничуть не менее силен, чем самодостаточное интеллектуальное любопытство.

Как связывают крайности?

Всё начинается с организации формально-лингвистической связи. Связи слов, обозначающих крайности, через соединительный союз "и".

Есть "политическое слово" — Медведев.

И есть "высоколобое слово" — развитие.

Поставь между ними соединительный союз "и" — и формальная связь возникнет ("Медведев И развитие"). Но толку ли от этой формальной связи?

Для того, чтобы такая связь наполнилась хоть каким-то содержанием, надо от лингвистической формализации перейти к чему-то другому. К чему?

Если не перейти ни к чему по-настоящему содержательному, то слова съедят друг друга. И неважно, какое из слов окажется поглощенным. Важно, что никакой связи между словами не будет. И политической теории развития не будет. Будет либо нечто сугубо конъюнктурное ("отдадим дань новой политической моде"). Либо что-то из разряда тех или иных игр. Когда одно из слов произносится с пафосом, а другое с уничижением.

Но если не игра и не мода, то что?

Поиск смыслов! Только за счет такого поиска может возникнуть политическая теория развития. И если ради нахождения смыслов надо работать с крайностями (метафизикой и политической злобой дня), то и надо работать. А как иначе?

Итак, каковы политические смыслы, востребованные разговором о развитии, который повели сразу два (подчеркиваю — два) главных действующих политических лица текущей российской политики — Путин и Медведев?

ПЕРВЫЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ СМЫСЛ — прямой и буквальный. Политики, отвечающие за страну, которая их избрала (все видели, что страна именно их избрала), говорят, что нужно развитие. Почему нужно считать, что они несерьезны? А что, развитие не нужно? Мы можем без него обойтись? Нет, не можем. Нет сейчас для России более острой проблемы, чем проблема развития. Но — "ох, какой моветон!". Об этой проблеме заговорили ключевые официальные лица. Разве можно после этого проблему серьезным образом обсуждать?

Можно, можно. И без разговора этих лиц можно и должно было ее обсуждать. Но коль скоро разговор состоялся, то тем более. Какой бы смысл высокие официальные лица в свое заявление ни вкладывали — буквальный или иной. Они имели в виду буквальный смысл — то есть что развитие нужно нам дозарезу? Тогда нужно переводить обсуждение в политическое русло. Они не вкладывали в свое заявление этот буквальный смысл? В принципе, такое возможно. Никто не может доказать, так это или нет, ибо сие по определению недоказуемо. Но если возможность отсутствия буквального смысла есть, то и ее надо рассматривать.

Начинаем рассматривать — и что получаем? А то, что и в этом случае обсуждать развитие необходимо ничуть не в меньшей степени. Ибо ВТОРОЙ МАСШТАБНЫЙ ПОЛИТИЧЕСКИЙ СМЫСЛ, который может быть вложен в обсуждение развития, носит операциональный характер. (Есть такая дисциплина — теория операций.)

С операциональной точки зрения, слово есть способ влияния на реальный процесс, а значит, и способ управления этим процессом. Как именно вы влияете на процесс с помощью слова — это отдельный вопрос. Слово "развитие", разным образом вбрасываемое в процесс, может оказать на процесс то или иное воздействие.

Оно может (а) ускорить развитие, (б) замедлить развитие и (в), коварно легитимировав нарушение функциональной нормы, породить очередную деструкцию.

Ведь функционирование и развитие — это два абсолютно разных (системщик скажет — ортогональных) "вектора". Возможно интенсивное развитие при минимуме функциональной активности. И наоборот — можно так наращивать функциональную активность, что для развития места вообще не останется.

Любой, кто занимался этим самым развитием профессионально, — поймет меня с полуслова. Но ведь им мало кто занимался подобным образом. И потому необходимы поясняющие примеры.

РЕБЁНОК НАХОДИТСЯ

под опекой родителей, которые частично избавляют его от трат энергии на обеспечение функционирования. Но ребенок — существо с огромным профицитом энергии. Зачем ему профицит? Для развития. Старик, став беспомощным, тоже находится под опекой. Но по причине дефицита энергии. Есть разница?

Больному человеку облегчают функционирование в санатории или на больничной койке потому, что у него дефицит энергии. Но отшельник — часто полный сил человек — тоже начинает экономить энергию, переходя на упрощенное функционирование. Это называется "освободиться от суеты". У отшельника огромный профицит энергии. На что он ее тратит? На развитие.

Что такое нынешняя Россия? Старик, дитя, отшельник, белка, крутящая гигантское функциональное колесо? Есть ли энергетический профицит? Если нет, то какое развитие? А если есть? Любой специалист знает, что профицит энергии или будет направлен на развитие, или взорвет систему. У СССР 1985 года был профицит энергии. И что же произошло?

В апреле 1985 года состоялся пленум ЦК КПСС, вошедший в историю под названием Апрельский. На нем был провозглашен абсолютно позитивный и спасительный для страны курс на УСКОРЕНИЕ социально-экономического развития страны. Рычагами ускорения назывались научно-техническая революция, технологическое перевооружение и активизация "человеческого фактора". Если бы хватило политического мужества не отступать в дальнейшем от заявленных целей, страна не только бы сохранилась, но и завоевала новые позиции.

В любом случае следует констатировать, что в апреле 1985 года началась короткая, но важнейшая в политическом и историческом плане фаза периода перемен. И борьба за оценку этого исторического периода является политической борьбой, имеющей значение для будущего. XXVII съезд КПСС (февраль 1986 года) тоже, по сути, был съездом, проходившим под флагом этого самого совершенно позитивного УСКОРЕНИЯ.

Всё подорвал Октябрьский пленум 1987 года, на котором Ельцин бросил вызов Горбачеву. Профицит энергии перенаправили — с развития на деструкцию, с "ускорения" на "перестройку".

И когда я слышу о деструктивных силах, вбивающих клин между Путиным и Медведевым, я сразу вспоминаю этот самый Октябрьский пленум. Тогда мы поняли — РАЗВИТИЕ подорвано. Окончательный демонтаж РАЗВИТИЯ происходил на XIX партийной конференции, состоявшейся в июне 1988 года. Тут-то страна и завалилась в перестройку как таковую ("гласность", сведение политических счетов, "Борис, ты не прав!"… и понеслось).

Итак, с апреля 1985 года началась недолгая позитивная фаза процесса перемен… Она не была свободна от самых разных двусмысленностей и внутренних противоречий. Но она БЫЛА. И содержала она в себе, в числе прочего, вполне серьезную и единственно спасительную заявку на РАЗВИТИЕ. Как только энергию перенаправили с развития на что-то другое (политическое "бодание" на высшем уровне) — этот позитив обнулили. Игра случая? Или спецтехнология?

"УСКОРЕНИЕ"… То бишь пролог к РАЗВИТИЮ! Сначала научно-техническому, а потом и другому… Если это произойдет, Советский Союз сохранится, укрепится, получит новый исторический шанс! Госдеп США, ЦРУ, Пентагон, администрация президента США, спецслужбы НАТО захлебнулись в экспертных записках, живописующих "ужасные последствия" этого самого ускорения. Наш геополитический противник бросил все силы на то, чтобы сорвать ускорение. Точнее, не допустить, чтобы оно перешло в нечто большее. Во что же большее?

В ПРОРЫВ.

И тут необходимы определенные теоретические пояснения.

Слово "ускорение" может сбить с толку тех, кто не понимает различия между сложными системами (например, автомобилем) и системами сверхсложными (человеческим обществом). Для того, чтобы детально разъяснить эти различия, нужно написать отдельную книгу — а значит, уйти от политической теории развития к теории развития как таковой. Но если вообще эти различия не обсуждать, то общество окажется сбитым с толку.

Ну так вот, даже в самых сложных автомобилях все обстоит очень просто. И совсем не так, как в сверхсложных системах. В автомобиле вы жмете на газ и за счет этого ускоряетесь. Машина едет быстрее… Потому что вам нужно быстрее добиться определенной цели. Какой цели? Если совсем буквально — то некоего географического пункта (например, вашего загородного дома, в котором вас гости ждут).

Но ведь никто, надеюсь, не находится в абсолютной зависимости от такой избыточно банальной буквальности… В принципе речь идет о любой цели. Например, о прибытии нашего общества в точку определенного материального благополучия. Для прибытия в эту точку нужно иметь такой-то валовый внутренний продукт и таким-то образом его распределять. Но искомого валового внутреннего продукта нет. И движение от имеющегося продукта к искомому идет слишком медленно. А значит, движение надо УСКОРИТЬ. То есть осуществить формальное ускорение.

Низкая скорость движения экономического автомобиля? Например, три процента роста ВВП в год? УСКОРЯЕМСЯ! Обеспечиваем рост в четыре, пять процентов. Мало? Жмем еще сильнее на педаль нашего экономического автомобиля. Получаем шесть процентов. Мало?

Жмем еще сильнее. Но оказывается, что "педаль" нажата до предела, а "скорость" (рост валового внутреннего продукта или другой материальный показатель) не увеличивается. Что вам надо делать? Вам надо менять конструкцию автомобиля. То есть, останавливать движение и переходить к созданию другой конструкции. Например, рыночной экономики. Или политической демократии.

НО ЭТО В СЛУЧАЕ, ЕСЛИ ВЫ ИМЕЕТЕ ДЕЛО С АВТОМОБИЛЕМ КАК С ОБЫЧНОЙ СЛОЖНОЙ СИСТЕМОЙ, А НЕ С ОБЩЕСТВОМ КАК СО СВЕРХСЛОЖНОЙ СИСТЕМОЙ. И ЕСЛИ ВЫ ПУТАЕТЕ АВТОМОБИЛЬ С ОБЩЕСТВОМ, А СЛОЖНУЮ СИСТЕМУ СО СВЕРХСЛОЖНОЙ, ТО ВЫ ОБРЕЧЕНЫ.

В сверхсложных (социальных и иных) системах наращивание задания, увеличение нагрузки (прессинг, разогрев или же социальное ускорение) не выводят систему в простой режим насыщения. Автомобиль выводят — нажал газ до конца, и все. Но это потому, что он сложная система, а не сверхсложная. А в сверхсложных системах это самое наращивание задания, как его ни назови, подводит систему не к точке насыщения, а к точке СОВСЕМ ИНОГО РОДА…

Увы, сейчас все говорят о точке бифуркации. Но вряд ли хотя бы один процент говорящих понимает, что конкретно имеется в виду. Гуманитарии, впрочем, и не обязаны понимать. Не обязаны-то они не обязаны… А как без этого понимания разобраться в политическом процессе? И потому я хотя бы "на пальцах" попытаюсь что-то объяснить, прося прощения у тех, кто и без объяснения "на пальцах" все понимает.

Если правильный рост задания, даваемого сверхсложной системе, называть ее ускорением, то по ту сторону ускорения наступает не насыщение, а прорыв. Или же коллапс… Но это если задание будут наращивать неправильно.

Как же происходит прорыв?

Вы даете задание сверхсложной системе: надо, мол, перенести столько-то тепла с уровня А на уровень Б. Система, приняв ваше задание, использует известный ей механизм передачи тепла. И до тех пор, пока она его использует, она является сложной, а не сверхсложной. То есть ее потенциал сверхсложности спит. Но систему можно разбудить! Как?

Вы наращиваете задание. Система не хочет использовать свой потенциал сверхсложности. И пытается с помощью привычного механизма выполнить ваше задание, то есть передать больше тепла с уровня А на уровень Б.

Но вы еще наращиваете задание! Причем правильным образом, то есть понимая, чего хотите. Понимая, что система сверхсложная, что ее надо разбудить, и в этом ваше спасение. Понимая, что разбудить спящий потенциал сверхсложности — это совсем не то же самое, что сломать, растоптать, отжать досуха, повысить норму эксплуатации и так далее.

Итак, вы настойчиво и правильно повышаете задание, а система уже не может — ну, совсем не может — с помощью привычного для нее механизма выполнить задание, передав столько, сколько вы требуете, тепла, с уровня А на уровень Б. Если вы НАСТАИВАЕТЕ на своем задании, причем настаиваете именно ПРАВИЛЬНЫМ образом, и если ваша система сверхсложная (даже обычная, физическая, но сверхсложная), то сверхсложная система, разбудив свой потенциал сверхсложности, сама найдет новый механизм передачи тепла, обеспечивающий выполнение вашего задания. Например, система начнет передавать тепло не хаотически (нормальным термодинамически-стохастическим образом, что для нее привычно), а через механизмы турбулентности, создавая упорядоченную структуру шестигранных или цилиндрических вихрей (так называемые "ячейки Бенара").

Что значит подойти к точке бифуркации? Это значит разбудить спящий потенциал сверхсложности. Что значит начать прорыв через зону бифуркации? Это значит правильно задействовать потенциал сверхсложности (например, через эти самые "ячейки Бенара"). Задействовали его правильно — прорвались.

ЗА УСКОРЕНИЕМ СЛЕДУЕТ ПРОРЫВ.

ПРОРЫВ — ЭТО РЕСТРУКТУРИЗАЦИЯ СВЕРХСЛОЖНОЙ СИСТЕМЫ ЗА СЧЕТ ПРАВИЛЬНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЕЕ ПОТЕНЦИАЛА СВЕРХСЛОЖНОСТИ.

И тут обязательно надо понимать, как устроен потенциал сверхсложности данной сверхсложной системы. Тут нельзя с дрожащими губами говорить о "живом творчестве масс". Или же, играя волевыми желваками на скулах, признаваться, что "мы не знаем общества, в котором живем".

СВЕРХСЛОЖНАЯ СИСТЕМА

может осуществить прорыв, задействовав свою тонкую структуру, которая и является хранителем ее потенциала сверхсложности. Важно подчеркнуть, что эта тонкая структура является не структурой вообще, а структурой именно той системы, к которой вы адресуетесь. Вы адресуетесь к своей, а не чужой, сверхсложной системе. К ее особым точкам, ключевым потенциалам, сеткам возможностей. Если вы вместо этого адресуетесь к соседней системе (американской или какой-то другой) или к своей ложной догме по поводу реальной системы, вы провалитесь. И тогда и впрямь лучше не ускоряться.

Кстати, надо отметить, что рынок как таковой не имеет ничего общего с потенциалом сверхсложности. Рынок — это не "ячейки Бенара". Это классический термодинамический перенос. Рыночные атомы суетятся, толкают друг друга, температура растет. Но и план — это не потенциал сверхсложности. Это, в лучшем случае, нагрузка на систему. Если вы способны сделать так, чтобы нагрузка была.

А вот если нагрузка правильная, и система начинает переносить тепло не за счет столкновения атомов, а за счет более или менее регулярных струй, вихрей, протуберанцев — то это значит, что вы добились прорыва. По какой именно из веток бифуркационного альтернативного разветвления пойдет процесс, зависит от того, как именно вы его будете подталкивать. Но для этого вы должны знать тонкую структуру системы. И понимать, что использовать уравнения линейной термодинамики (рынка) в зонах бифуркации бессмысленно. Что тут начинается другая термодинамика. Та самая, которой занимается вполне конкретная наука под названием "синергетика".

Я понимаю, что слово "синергетика", как и слово "бифуркация", бесконечно замылено, и при этом у современного пиарщика-логомана абсолютно лишено содержания. Но что прикажете делать? Прорыв — это действительно синергетический процесс. А ускорение — это первая стадия прорыва. В сущности, ускорение и прорыв образуют единое синергетическое целое.

Чтобы наиболее просто и емко раскрыть смысл невероятной трагедии, случившейся с нашим любимым Отечеством и скупо называемой "распадом СССР", я использую одну присказку и один анекдот.

Присказка: "Если бы у моей тети были колеса, то была бы не тетя, а дилижанс".

Анекдот: "Слушай, ты знаешь, кто такие Маркс и Ленин? — Нет, не знаю. — Если бы ты побольше ходил на политучебу, то ты бы знал! — А ты знаешь, кто такой Розенблюм? Если бы ты поменьше ходил на политучебу, знал бы, кто спит с твоей женой".

Если бы Горбачев и другие поменьше ходили к рыночникам, то знали бы, что такое прорыв. Знали бы, что все не исчерпывается альтернативой "рынок — план" ("иного не дано!")… если бы они посещали хотя бы мозговые штурмы, которые шли в (не слишком даже узком) кругу советских синергетиков (физиков, химиков, биологов и так далее), то у нас был бы шанс. И он назывался бы "от ускорения — к прорыву".

Но если бы Горбачев и другие ходили к синергетикам, то "была бы не тетя, а дилижанс". И в этом смысле, может быть, у нас шанса и не было. Но тогда у нас его не было вообще. Потому что единственным нашим шансом на спасение СССР был новый виток развития. А единственным нашим шансом на новый виток развития являлось двуединство ускорения и прорыва. И в этом был позитивный потенциал периода перемен. Я подчеркиваю, что он был. И это для меня является тем осевым утверждением, вне которого мы ничего не поймем в том, что происходит сейчас.

"Ах, ох, открытое общество!" Кому мозги пудрите? Абсолютное открытие общества — это превращение сверхсложной системы, которой является общество, в бесструктурный газ, подчиняющийся только законам линейной термодинамики. Такое превращение в принципе лишает общество малейшего шанса выбираться из тупиков застоя. Сейчас в таком тупике находится западная цивилизация. Если она раздробила свою сверхсложность до этого газа, у нее нет никаких шансов на выход. То есть на ускорение и прорыв. И тогда мир ждут весьма мрачные перспективы.

Но я не знаю, можно ли в принципе добить такую сверхсложную систему, как общество, превратив ее в лишенную сверхсложности открытую примитивность, так восхваляемую Карлом Поппером и его последователями. Наверное, в принципе это можно сделать с какими-то капитулировавшими социумами. Но не все сдадутся без сопротивления.

А сопротивление будет опираться на фундаментальную амбициозность сверхсложных систем. На их нежелание упрощаться, превращаясь в атомарный газ. "Не ставьте из себя! Открывайтесь!", — говорят идеологи открытого общества, рекламируя свой проект невероятного упрощения как наращивание сложности. А человечество в целом и большинство народов — "ставит из себя" вопреки этим грозным призывам.

РОССИЯ ЖЕ

— особенно "ставит из себя", и этим особенно раздражает. Но если она перестанет "ставить из себя", то она уже не будет Россией. Тогда забудьте о государственности. Да и о развитии тоже. Потому что развитие как единство ускорения и прорыва адресует только к тому началу, которое "ставит из себя". Самое таинственное, что это начало, называемое "синергийным" людьми, достаточно чуждыми религии, присуще не только сверхсложным социальным сообществам. Оно каким-то и впрямь таинственным образом пронизывает мир.

Синергия — это воля к образованию и усложнению форм. Еще раз подчеркну, что об этом синергийном начале говорят не только религиозные люди, но и свободные от религиозной заданности нобелевские лауреаты… Они говорят, что смысл слова "синергия" отнюдь не исчерпывается его религиозным значением… Что источники, порождающие образование и усложнение форм, анализируются сейчас с помощью математических формул и тончайшей аппаратуры…

И при всем при том, конечно же, связь синергетики с синергией, о которой говорят люди религиозные, присутствует. Это не такая простая связь… Но она есть. И здесь мы опять-таки сталкиваемся с анализом крайностей. Есть математика — и есть чудо. Казалось бы, где есть математика, там нет чуда — и наоборот. Ан нет. Есть специальные отрасли знания, связанные с одним из так называемых "парадоксов Питерса". Суть парадокса в том, что некоторые — модулированные волей — события случаются чаще, чем это должно быть в соответствии с так называемым "нормальным" (иначе — гауссовым) распределением вероятностей. Далеко не просто объяснять что-то подобное людям, которые этим специально не занимаются, но… Одним словом, бутерброд, если этого очень хотеть, странным образом и впрямь чаще будет падать маслом вниз. Подчеркиваю — странным образом.

Специалисты называют это "эффектом странности". Две крайности — математика и чудо — связаны между собой словом "странность".

Развитие — процесс актуализации странности. Странность — это способность самых разных организованностей (сверхсложностей) выявлять свое синергийное или синергетическое начало. Выявление этого начала происходит за счет актуализации спящих возможностей, приводящих к развитию и без того сверхсложных организованностей (уже упоминавшиеся "ячейки Бенара" и прочее).

Развитие — принципиально нелинейный процесс, который может быть осуществлен только при наличии спящих потенциалов в сверхсложных организованностях.

Эти спящие потенциалы не похожи на "дремлющие силы рынка", к которым пытался адресоваться Ельцин, или на план, к которому адресовался Брежнев. По крайней мере, корректировка пятилетних планов, ставшая синонимом застоя, уж никакого отношения к развитию не имела. Но даже если бы корректировок не было… И если бы план носил напряженный некорректируемый характер — этого тоже мало.

План должен был становиться в чем-то сверхнапряженным и одновременно — тонким и гибким. А главное — правильным образом сочетаться с тонкой структурностью ИМЕЮЩЕЙСЯ сверхсложной системы. И-МЕ-Ю-ЩЕЙ-СЯ! Не желанной ("чтобы было как в США"), и не химерической ("развитой социализм"), а ИМЕЮЩЕЙСЯ.

Итак, сверхсложную систему можно разбудить, наращивая напряженность правильного задания (ускорение), и побудить к самоизменению, выходу за собственные границы, к самотрансцендентации. Если это побуждение будет реализовано, то произойдет прорыв. Но реализовано побуждение будет, только если сверхсложная система начнет "СТАВИТЬ ИЗ СЕБЯ", то есть задействует свою спящую сверхсложность.

Как помешать этому? Если враг хочет помешать этому, то что он должен сделать? Он должен помешать этой сверхсложной системе СТАВИТЬ ИЗ СЕБЯ. Он должен убедить эту сверхсложную систему в ее ничтожности и чудовищности. Он должен разбудить в ней не спящие силы, а комплекс неполноценности.

Вот это-то и сделала перестройка.

В ЭТОМ СМЫСЛЕ ПРОЦЕСС ПЕРЕМЕН СОДЕРЖИТ В СЕБЕ ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ И ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ ПОЛЮСЫ. ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ — ЭТО УСКОРЕНИЕ ПЛЮС ПРОРЫВ (обращение к спящей сверхсложности с тем, чтобы она пробудилась). ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ — ЭТО ПЕРЕСТРОЙКА (обращение к спящей сверхсложности с тем, чтобы она, проникнувшись своей ничтожностью и виновностью, уснула навсегда).

Перестройка — не всеобъемлющая характеристика процесса перемен, не синоним перемен как таковых, не олицетворение духа развития. Она извращение этого духа. Она отрицание собственного начала, которое и есть ускорение плюс прорыв.

Давать сегодня какую-либо интегральную оценку процессу перемен — это безумие. И это полный политический тупик.

Вы скажете, что процесс перемен весь целиком омерзителен? Вы заснете застойным сном, и разбудят вас "оранжисты", управляемые врагами.

Вы восславите процесс перемен весь целиком? Вам подсунут эту самую перестройку, и вы проделаете путь от Горбачева к Ельцину во второй раз. Путь развала и деградации.

Мне интересна теория развития сама по себе. Но политическая теория развития — это создание аппарата дефиниций и методов, позволяющих избежать повторения перестройки. И в этом смысле такая теория не блажь и не произвольная "терра инкогнита", а острейшая политическая задача. Насущнейшее требование, вытекающее, увы, из самого хода вещей.

Носится нечто скверное в воздухе? Да или нет? Я считаю, что носится.

Это скверное что-то напоминает? Я считаю, что напоминает.

Оно адресует к событиям двадцатилетней давности? Адресует.

Нужно эту адресацию учесть? Нужно.

А как ее учесть? Проклясть скопом все, что тогда было, и заснуть? Это аморально и бесперспективно.

Значит, надо анализировать то, что было. И выявлять в нем погубленные возможности. А также конкретный потенциал этой самой "скверны". А как иначе? Вот я это и делаю. И что на выходе?

Что в почти неощутимом зазоре между ускорением и перестройкой была нереализованная возможность ПРОРЫВА. Что УСКОРЕНИЕ не было обречено на провал. Что провалило его директивное подавление той тонкой структуры, которая одна лишь и позволяла превратить ускорение в прорыв. И оно-то — это директивное подавление тонкой структуры — как раз и называется "перестройка".

Обсуждая катастрофу распада СССР, часто задаются сакраментальным вопросом: "Глупость или измена?" А почему "или"? Глупость и измена — вот единственно возможный ответ.

Глупость — это капитуляция номенклатурных хозяев системы. Кто-то внушил этим хозяевам, что общество — это автомобиль, а не сверхсложная система с саморегулятивными возможностями, определяемыми ее тонкой структурой. Хозяева жали-жали на газ, потом разочаровались, что "Запорожец" быстро ехать не может, и нужен то ли "Мерседес", то ли самолет. Остановили "Запорожец", стали его раскурочивать, надеясь, что получится "Мерседес". Получилась груда металлолома. Что делать с металлоломом? Утилизировать через пункт вторсырья. Хоть денежки получить. Это глупость. А что такое измена?

Измена — это осознанные действия тех, кто понимал, что общество — не автомобиль. Кто, насаждая рыночные утопии ("ах, нам нужен новый автомобиль!"), видел и ненавидел реальную сверхсложность данной социальной системы, способной плодоносить. А видя и ненавидя, наносил продуманные удары по "акупунктуре" этой сверхсложности. И тем самым уничтожал возможность перехода ускорения в прорыв.

Удары эти наносились в точности тогда, когда ускорение МОГЛО перейти в прорыв. То есть прорыв срывали с помощью перестройки. Нужно очень хорошо понимать, какова система, и очень хотеть ее убить, чтобы так действовать.

Предлагаемый мною метод — это медицинский зонд.

Процесс перемен 1985-1991 годов — это некое тело. Вам предлагают оценить его как целое? Не соглашайтесь! Это ловушка. Возьмите зонд и рассмотрите тело детально. Вы увидите, что оно не просто неоднородно. Оно состоит из УТВЕРЖДЕНИЯ и ОТРИЦАНИЯ, ЖИЗНИ и СМЕРТИ.

Отрицать следует лишь отрицание. Зачем ненавидеть тело? Ненавидеть надо опухоль, которая, поселившись в теле, притворяется его нормальной здоровой частью.

Перестройка — и есть опухоль: подлейшая и тончайшая мимикрия отрицания под утверждение, смерти под жизнь. Мимикрия, имеющая под собой и политическую, и социально-метафизическую основу. Какую?

Продолжение следует

Анна Серафимова ЖИЛИ-БЫЛИ

Консилиум констатировал: принятыми участниками консилиума мерами удалось профилактировать у пациента инсульт, инфаркт, холецистит, прободение язвенной болезни, гепатит, атеросклероз нижних конечностей; слаженными действиями удалось избавить пациента от хронической себореи, одномоментной диареи, болезни Паркинсона.

Благодаря принятым мерам всего этого и многого другого удалось избежать.

На что жаловался пациент? В полном смысле слова пациентом его назвать нельзя, потому что он не обращался с просьбой о помощи к этой группе лиц. Тем почётнее их роль и благороднее поведение. Что было проблемным в здоровье Станислава Семёновича Сергеева, рабочего? Начинающийся кариес верхнего резца, упомянутая перхоть (себорея, как научно заключили члены консилиума). Нет, они не врачи, а просто доброжелатели и попечители. Заметили доброжелатели и ципки на руках так успешно и самым надёжным образом профилактированного ими объекта. Они, движимые заботой и состраданием, поняли, что кариес — это первая ласточка надвигающегося вала болезней, многие из которых — смертельные. Что было делать в этой ситуации? Доброжелатели решили не медлить и приступить к предотвращению.

Не будучи специалистами, обратились к западным светилам. Те с готовностью откликнулись, взялись за дело-тело с расторопностью и энтузиазмом: и не рассчитывали, что получат такой выгодный заказ.

Поскольку сам облагодетельствованный западными светилами и местными гуманистами (humanus — человеческий, человечный) не осознавал надвигающейся опасности и считал, что он здоров, молод, любит и любим, сеял, пахал, рожал и воспитывал детей, заботился о родителях, то и дело чистил висевшее на стене ружьё, пристреливался по пенькам в задах огорода — так, на всякий случай — не соглашался на советы и увещевания (может, увещеватели не вызывали доверия, как знать) по улучшению самочувствия, то решено было… как с малым дитём. Да он и был дитём малым по сравнению с западными светилами. Сколько лет-то ему было? Спроси дитя-то, хочет ли, чтобы ему укол ставили, прививку делали, а то и операцию? То есть вопреки желанию — во благо.

Поэтому взяли, да и убили. И уже никаких ишемических болезней, себореи… Болезнь Альцгеймера тоже перехитрили. Нет, не то, пришли да кокнули. При его силёнке оказал бы сопротивление да и благодетелей пришиб бы. Потому его прежде усыпили, и уже тогда — обухом по голове. Затем расчленили.

Ну, а усыпительное подсыпал пришлый люд, в доме поселившийся. Пришли когда проситься на постой, зная о доброте и отзывчивости хозяина, слёзно так сетовали: мол, мочи нет. Один тут нас водил-водил, после него сами ходим-ходим. Нельзя ли нам какое местечко выделить, у вас поселиться, не слоняться чтобы в поисках лучшей доли. Правда, не намекнули даже, что как только лучшую долю у кого найдут, в каких краях, так сразу ее — хап! А потом с ней, с лучшей-то чужой долей, и опять куда глаза глядят А глаз у них — алмаз.

Ну а пожив, вопросили: да что же это? Почему же это с краешку-то мы? Действительно.

Осиротевшим детям, вдове, родителям объяснили: мы спасли от склероза, лейкоза, которые наверняка бы подкрались, поживи он подольше. Желали ему напастей и хворей? Зачем было ждать ухудшения, когда можно предотвратить? Известно, какое средство от перхоти — лучшее. К лучшему и прибегли. Оказывается, не только от перхоти есть верные средства.

Зачем мы ваш дом сожгли, трактор на металлолом отправили, отдав вырученные за него деньги за транспортировку его к свалке? Потому что в подвале дома плесень по углам появилась, на чердаке тенёта. Плохой был дом, нуждался в перестройке, вот мы его и спалили. Сейчас вы свободны, можете вольными ветрами гулять, можете новый дом построить, лучше прежнего. И трактор у вас со двора в переплавку угнали, по той же причине, что и станок столярный, на котором по хозяйству мастерили, на продажу изделия, что у трактора кабина не соответствует западным стандартам. Ни один механизатор из цивилизованного сообщества не сел бы за его руль. Мы считаем, что такое оборудование вам было не нужно. Вот станок в плавильную печь вслед за трактором и отправили. И это — правильно. Нам не доверяете, послушайте западных советников, они то же самое говорят.

Вы остались без крыши над головой и средств существования? А нужно ли вам такое существование? Вы ошибочно считали, что жили хорошо, в разумном достатке, уюте, учились, работали. Всё — не так, мы про вас лучше знаем. Жили вы плохо, учили вас не тому. Толстой, видишь ли, в программе, Наташа Ростова! Про Чмонкина надо читать!

Лечили вас хуже некуда, и мы вас избавили от всего плохого: отца семейства укокошили — от надвигающихся болезней избавили, от неправильного лечения уберегли. Дом спалили, и плесени в подвале — как ни бывало. Тенёта чердачная тоже в огне исчезла. Где плесень? Где тенёта? Нету! Разве плохо? Хорошо.

Подрастающим детям убитого (ох, что это я — профилактированного от хворей) ежедневно из всех рупоров: в школе, по радио, телевидению, — внушают, каким никчемным, уродливым, сиволапым был отец. И тут же, как пример, и идеал показывают: утончённых либералов, педерастов, дизайнеров. Впрочем, почему же через запятую?

Дети, внушаемые в силу возраста и отсутствия другого источника информации, первое время стыдились своего предка. Потом, глядя в зеркало, зная, что они на отца похожи, призадумались: какой же это урод? Если следовать определениям данного слова, то уроды — эти самые члены консилиума. Да и разве отец лентяй и пьяница, если вон домину какую, на фотографии оставшуюся, своими руками, без всяких гастарбайтеров, отгрохал, обихоженными были поля, скот держали. Подержи-ка корову лентяй! В 5 часов кажинный день на дойку повставай, сено покоси. И какой же он идиот, если в каких только науках ни преуспел, оставив чертежи, наработки.

Имелись у убитого немалые сбережения, но консилиум решил, что деньги были неправильными: на плохом станке изготовлялись изделия, за которые выручены, на плохом тракторе пахали, урожай собирали несовершенным комбайном. А посему деньги надо изъять как плохие в пользу тех, кто к ним отношения не имеет: на тех персонах (они же не пахали на неправильных тракторах и не работали на несовершенных станках), грех несовершенства не распространяется.

На освободившемся от плохого дома месте пришлые люди затеяли строить новый. Но поскольку навыков созидательной деятельности не имели и иметь не желали, а только танец зикр танцевали, виноградную лозу воспевали, юридические услуги оказывали, то погнали на строительные работы детей убитого (фу ты! ну, конечно, избавленного от болевых страданий), его вдову, стариков-родителей. Поняв, что и кушать надо, погнали сирот на поля. Поскольку трактора не было, то впрягли в плуг, дали лопату, вменив за норму выработку трактора, а сами при осиротевшей семье стали эффективными собственниками и топ-менеджерами: как топнут ногой на лентяев! Эффективней гнать на работу в 5 утра, рабочий день не как при папаше-оболтусе часов 7-8, а 12-15, выработка таким эффективным образом сравнивалась с тракторной. А трат на горючее, запчасти — никаких! Ну, не дурак ли был? Нет, тенёта у такого лоха не случаем завелись.

Консилиумы застрельщиков убиения (фу, опять я за своё — ну, поняли, чего) и перестройки его дома и уклада собираются на радио "Ухо Москвы". Не надо умничать, играть в конспирологию, искать в названии намёки на отношение радиостанции к Большому брату. Никакой конспирологии: это радио принадлежит не Большому брату, а малому народу — просто, ясно, конкретно. Осиротевшим, лишённым своего имущества детям, вдовице, предкам убитого Станислава Сергеевича Семенова, Работяги (коротко — СССР) рассказывают, каким благом для убитого и осиротевших было убиение. Какие напасти могли бы приключиться с ним, кабы жил. И как хорошо им, что они СССР убили, какое чувство удовлетворения от этого испытывают.

Денис Тукмаков НАРОД С БЛЕСКОМ В ГЛАЗАХ

Чемпионат Европы закончился, и пока официальная пресса захлебывается восторгом от выхода нашей сборной в полуфинал и строит планы на будущее, попробуем внимательно рассмотреть ту социальную кибернетику "боления за Россию", которая сопровождала игру команды здесь, на Родине. В конце концов, как ни крути, большой спорт действительно существует для болельщиков, ведь без их соучастия в таинстве игры невозможны ни высокие гонорары звездам, ни международные состязания, ни даже детские секции, из которых атлеты только и приходят в спорт.

Итак, что же показали эти три июньские недели, во время которых, без преувеличения, десятки миллионов россиян превратились в отъявленных болельщиков самого популярного в России вида спорта?

Прежде всего, со стороны общества мы увидели удивительные проявления массового патриотизма. Фактически, за эти дни был развечан миф оранжистской и отчасти левой оппозиции о ненависти, которую будто бы поголовно испытывают наши соотечественники по отношению к своей собственной стране, к "этой Рашке", к "преступному государству", к "власовской тряпке" и "писанному-переписанному гимну". Мы увидели, что миллионы людей по всей стране отождествили себя не просто с "двадцатью двумя футболистами плюс Хиддинк", но с субъектом по имени "Российская Федерация". При всей ненависти к отвратным сторонам нашего бытия, к тарифам и законам, к нуворишам и коррупционерам во власти, к Чубайсу и Абрамовичу, граждане России в очередной раз продемонстрировали свою верность флагу. В последний раз такой всплеск всеобщего патриотизма возникал разве что при переносе "Бронзового солдата" в Таллине.

Другим не менее удивительным проявлением поддержки сборной России стала невиданная солидарность граждан между собой. Подчас это приобретало удивительные формы. В ночи побед зафиксированы десятки случаев даже такого, невозможного в прочих ситуациях, единения, как братание футбольных фанатов и работников милиции. Общую радость готовы были разделить совершенно незнакомые люди на улицах, весьма далекие от фанатских группировок и болельщицкой активности. Мы увидели, что вся страна: от Калининграда до Владивостока и от Мурманска до Махачкалы, — спаяна единым комплексом переживаний и общей системой оценки "свой-чужой". На время чемпионата отошли на задний план практически все противоречия: национальные, географические, сословные, религиозные и т. д.

Еще мы стали свидетелями потрясающих проявлений чувств, дикой энергетики, заряженной пассионарности миллионов людей, у которых горели глаза и учащенно бились сердца все то время, пока сборная в блестящем стиле обыгрывала одного за другим трех именитых соперников. На улицах российских городов тысячные толпы собирались возле больших экранов. Кинотеатры на Дальнем Востоке, транслирующие матчи уже фактически под утро, были переполнены. В Москве после победы над Голландией в ночь вышли около семисот тысяч человек — больше, чем после выигрыша чемпионата мира по хоккею. Выяснилось, что Россия вовсе "не ползет на кладбище, накрывшись саваном", не лежит при смерти в обмороке, в национальном инсульте. Так вот — не вымирают. И даже на "пир во время чумы" это буйство не похоже. Оказалось, что у народа — куча лишних сил, которых буквально некуда девать.

Мы увидели и преддверие народа-победителя. Во время чемпионата, особенно в середине его, в обществе царил всеобщий настрой на победу. Победы воспринимались не как незаслуженная удача, не как дело жребия, но как должное, как "возвращение должка". Куда только девалось самобичевание девяностых годов! И еще — царило предчувствие чуда, "здесь и сейчас". Ожидание не подачки, не манны небесной, но скорее сказочного рывка "из грязи в князи". Готовность к тому, что, казалось бы, никогда не должно случиться. Страсть к преображению — и себя, и окружающей реальности.

Наконец, мы увидели заботу и утешение. Заботу по "нашим", по "своим". Эта вот преданность — нечто новенькое, вообще говоря. Еще в начале чемпионата, после проигрыша "1:4", и команду, и флаг готовы были смешать с дерьмом. И вдруг что-то произошло. Не менее обидное поражение "0:3" и невыразительная игра вовсе не вызвали подобных эмоций. Вместо проклятий и отречений — утешение и какая-то внутренняя стойкость, уверенность в том, что все в итоге будет хорошо: "Это ведь наши! Своих не бросаем!"

Таким себя проявило в дни чемпионата российское общество. А что же власть?

Власть вела себя совершенно иначе. Прежде всего, она со всей дури пыталась не дать общественной энергии вырваться из футбольного, узкоспортивного контекста. Часто говорят о том, что в подобных торжествах и состязаниях "канализируются протестные настроения". Так вот, на этот раз в "спортивную канализацию" государство стремилось впихнуть буквально все проявления народных чувств, выплеснутые в эти дни: от патриотизма до ожидания чуда. Ярче всего это проявилось 22 июня, во время поездки Дмитрия Медведева в Брест. Президенты России и Белоруссии посещают мемориал, подходят к ветеранам, и вдруг из рядов стариков звучит: "Давайте объединяться! Мы же единый народ! Пусть будет общая страна, без границ!" Медведев в ответ: "А вы футбол смотрели?" В тот же день договорились уже и до того, что "победа сборной России подсластила горечь народа от скорбной даты 22 июня". Уникальные социальные энергии, которые, казалось бы, сами собой просятся, чтобы их применили в каком-нибудь достойном деле, наша власть все три недели благополучно запихивала обратно в кабаки и городские площади: "Болейте-болейте, а к нам со своими страстями не суйтесь!"

В то время, как вся страна жила надеждой на небывалое, на победу наших, медиа-официоз исподволь готовился к тому, как бы половчее обставить наше поражение. "Выше головы не прыгнешь", "мы уже и так многого достигли", "не все сразу" и т. д. Очень скоро в Китае пройдет Олимпиада, самое грандиозное спортивное событие за четыре года. И опять рефреном в устах комментаторов станет убаюкивающее "Третье место — тоже хорошо!" Власть отучает нацию от самой здоровой в мире привычки — от желания побеждать везде и всюду.

На первом матче игроков сборной России с трибун встречали черно-белые портреты игроков победной советской команды 1960 года. Игра со шведами вся прошла под рефрен о Полтавской битве, а на поле из нашего фанатского сектора взирал император Петр I. А что все это время внушал официоз? Что нынешний результат сборной России — выход из группы! — самый высокий за всю ее историю. Что третье-четвертое место — величайшее спортивное достижение России. О победах СССР, об исторической преемственности и очевидных аналогиях говорилось через раз и безо всякого акцентирования. То есть даже не самые бедные наши болельщики, умудрившиеся добраться до Альп и попасть на стадион, чувствовали "связь русских эпох", а государственная медиа-машина страшилась этих воспоминаний как черт ладана. Для нее по-прежнему "история России началась в 1991 году".

При гигантском пассионарном всплеске народных эмоций государство не хочет или не знает, как ими толково распорядиться. Максимум, на что она нынче сподобится, — по минимуму вложиться в спортивную инфраструктуру. Через двадцать лет наши спортсмены выиграют все и у всех. Но будет ли, для кого?

Что же нужно делать? Ответ очевиден. Необходимо всю эту силищу, эту грандиозную магму общественных ожиданий, энергетики, национальной солидарности и внематериального счастья конвертировать в Развитие. Чемпионат Европы показал: российское общество живо. Уныния нет. Народ обладает волей, мощью и необузданными страстями.

Конечно, нет и особой жажды работать, тяги к тяжелому труду и к полной смене обстановки. Празднование на площадях под пиво и победные вопли — не то же самое, что и вкалывать в модернизационном рывке. Но если подумать, это всего лишь вопрос модальности, полярности знака: плюс или минус. Люди, которые так болеют, способны на чудеса. Народ с блеском в глазах, с такой страстью переживающий за наших, при правильном подходе превращается в народ-творца, труженика, созидателя. Древние римляне столетиями существовали под знаком "хлеба и зрелищ", что не мешало им же по зову трубы собираться в легионы и покорять Ойкумену, мостить дороги и вести строительство, обращать пустошь в цивилизацию, нести бремя империи всем остальным народам. Был бы зов трубы.

Если власть не решится запустить Развитие и не возьмется использовать для этого кипящую энергетику масс, столь ярко проявленную в этот июнь, то рано или поздно вся русская пассионарность выбьется из "канализационных люков", уготовленных для протеста, и взломает систему. Не созидание принесет она тогда — но войну всех против всех, деструкцию и смерть.

Эрнест Султанов ФУТБОЛЬНЫЙ ИМПЕРИАЛИЗМ

Швейцария не входит в "Шенген", поэтому, чтобы прорваться из Германии, Австрии и Италии, болельщикам с российскими паспортами необходимо преодолеть таможенно-полицейские посты. Мы с Эудженио по автостраде А9 из Милана добираемся до итальянско-швейцарской границы в районе Комо. Эудженио — авторитетный североитальянский адвокат, кокаинист ярких ощущений и, соответственно, — болельщик сборной России. На границе нас засасывает пробка: итальянцы на викэнд любят съездить в Швейцарию с ее казино, борделями-саунами и красивыми пейзажами. В Швейцарии экономический кризис, поэтому бдительность таможенников снижена: наши документы даже не проверяют. Заплатив автострадный сбор, мы продолжаем движение в сторону Лугано — Базеля. Трасса до Базеля при средней скорости 150 км/ч занимает около трех часов. Можно было бы и быстрее, но дороги колдобистые с постоянным, непрекращающимся ремонтом. Зато пейзажи ошеломляют: скатывающиеся с неба по горным тропам потоки воды, аккуратные горные луга с игрушечными домиками.

Историческая роль Базеля в ночь с 21 на 22 июня чувствуется уже на подходах к городу: машины и бары с выставленными штандартами (кое-где забытыми викингскими). Примерно за два километра до стадиона мы паркуем машину — дальше начинаются полицейско-армейские заградотряды. По всему протяжению пути к стадиону передвигаются "оранжевые" — голландские болельщики. По ходу движения черные парни толкают билеты с наценкой от 300%, так что цена начинается от 250 евро. Жители находящихся на пути движения к стадиону домов приторговывают пивом и кока-колой, жарят сосиски и готовят хот-доги. Молодые ребята сбывают шарфы Russia — Holland и флаги Голландии — нашего выхода в четвертьфинал местные торговцы атрибутикой не ожидали. Наши фанаты снабжают соотечественников шарфами ЦСКА и Зенита, российскими триколорами и флагами с разъяренным медведем, рычащим "Россия, вперед!".

Футбол — это вид марафона для болельщиков. Не каждый может выдержать темп роста цен и расходов на пиво, еду и жилье с приближением финальной части. Поэтому постепенно болельщики начинают сходить с дистанции. В ста метрах от стадиона — группа оранжевых с билетами. По ограниченному количеству пива на большое количество людей видно, что есть благоприятные условия для переговорного процесса. Они называют свою цену, мы — свою. Они не соглашаются, мы уходим. Они нас догоняют, делают последнюю попытку поторговаться, но, в конечном итоге, сдаются: 300 евро — за два. Таким образом, мы одерживаем первую метафизическую победу: голландских болельщиков на трибунах на два человека становится меньше, а наших — больше. Каждый болельщик на счету: силы “оранжевых” на стадионе и вокруг него — в десятки раз превышают наши. Дело в том, что основная часть футбольных туристов традиционно делала австрийские визы и брала билеты до конца групповой части, также не особенно веря в наш выход в четвертьфинал.

Переполненные два яруса "оранжевого" стадиона на 35 тысяч человек. Такое ощущение, что матч не на нейтральной территории, а в Амстердаме или Ротердаме. Наша трибуна — это две маленькие полоски в несколько сот человек в углу ворот, в которые впоследствии наши загнали три мяча. Мы же находимся в глубоком тылу голландцев, там где развеваются флаги Аякса, оранжевые стяжки с надписью "Голландия сделает это!" и нидерландские триколоры. Наши, как маленький партизанский отряд. Большинство — это европейские "русские", вновь почувствовавшие Родину после победы сборной над греками и шведами. Пара больших семей, включающих дедушек, детей и жен, держащих в руках российские флаги. Несколько болельщиков, добравшихся из Австрии, российские немцы, живущие в Мюнхене, старики в майках с российским гимном, мальчик Леша, которого отец впервые привел на футбольный матч. Для десятилетнего Леши — этот матч неосознанно становится частью его идеологии, в которой Россия ассоциируется с наступлением и победой. Он ничего не знает об острейшем противостоянии советской сборной и голландцев двадцать лет назад и для него чужды последующие поражения "наших". Его Россия — это команда борьбы и воли, имя которой можно произносить с гордостью.

Первое главное явление матча — это гимн. Австрийские, немецкие, швейцарские, итальянские русские встают, держа руку на груди. Гимн звучит как неожиданный возврат к финалу 1988 г.: поскольку новых слов Михалкова никто не знает, большинство, включая еще советских эмигрантов, поет последний гимн СССР. Каждый поет как минимум еще за десять человек — резкий контраст по сравнению с голландцами. Мелодия гимна настолько популярна, что теперь её можно услышать на площади Дуомо в Милане, "Променаде дез англе" в Ницце. Мелодия гимна стала идентификационным паролем наших за границей, вне зависимости от того, на каком языке они "размовляют".

После начала матча на нашей трибуне идут в атаку армейские и зенитовские болельщики, активно убеждающие на немецком не сомневаться в победе российской сборной. Затем началось раскатистое скандирование "Рос-си-я, вперед!" и "Голландия — домой!". Голландцы атаковали, подпевая антисоветскую мелодию Пет Шоп Бойс "Гоу Вест". Наша основная трибуна влепила в ответ "Катюшу". Битва была недолгой. После смещения борьбы на голландскую часть поля российские болельщики полностью взяли контроль над стадионом в свои "глотки". Было слышно только "Рос-сия!" и "Нам нужен гол!" “Оранжевые” иногда просыпались усиливающимся ритмом хлопков, когда голландцы атаковали и приближались к нашим воротам, — хотя и то, и другое было редким явлением.

После забитого гола среди австрийских, казанских, швейцарских наших начались братания. Совершенно разные люди — менеджеры из Лондона, торговцы стеклом из Ростова, айтишники из Мюнхена оказались неожиданно очень близкими и "своими". Адреналин съел различия между ними, в их речи звучало — "Мы с тобой одной крови".

“Оранжевые” трибуны совсем приуныли и оставались в нокауте до отыгранного мяча. Однако для наших пропущенный гол оказался не ядом, а дозой адреналина. Если голландские болельщики просыпались только, когда начиналась “оранжевая” атака, то наши вели перманентный штурм. Уровень убежденности в победе достиг такого уровня, что даже пришедшие просто посмотреть игру швейцарцы попали на нашу волну, повторяя "Нам нужен гол!"

Нельзя было допустить одиннадцатиметровых. Одиннадцатиметровые означали попасть под крики многотысячной трибуны — голландцы контролировали обе зоны за воротами. Начался штурм: наши вновь взяли контроль над трибунами. А после забитого второго гола начались безумные танцы людей, вколовших в себя гигантскую дозу адреналина и на несколько минут забывших свои паспортные данные и коды ИНН.

Голландцы вели себя достойно с нашими. Драк не было, наоборот, к нашим подходили и жали руки, с уважением произнося диковинные имена игроков, как будто речь шла о воинах Чингис-хана или Сталина. От стадиона мы шли по подсвеченной улице с мертвыми окнами вокруг (швейцарский характер) — тысячи и тысячи людей в оранжевом, над которыми развевались российские флаги. Бибикающие машины, приветствующие гудками флаги, приветствующие русских турки в кафе. К часу ночи наши уже отмечали победу в обнимку с голландцами в центре города.

Для многих европейцев в условиях экономической депрессии и политической импотенции футбол — это основной критерий державности. Ключевые битвы проходят на футбольных полях. Испания добилась признания своего первенства по сравнению с Италией не благодаря экономическим успехам, а благодаря первой за десятилетия победе своей сборной. Сборная Турции приблизила Анкару к вступлению в ЕС. К российскому бизнесу (как и к индийскому с китайским) до этого Чемпионата относились с недоверием — наш футбол серьезно не воспринимался. После побед на полях Австрии и Швейцарии ситуация изменилась. Россия в европейском, пронизанном футболом мышлении, стала восприниматься гораздо позитивнее. В свою очередь, российский бизнес, сам того не осознавая и не вкладывая средств (за исключением приобретения Хиддинка Абрамовичем для национальной сборной), оказался в крайне выгодном положении. После того, что сделала сборная России, изменилось отношение к нашим ведущим европейскую экспансию компаниям. Так инвестиции ЛУКОЙЛа в крупный нефтеперерабатывающий комплекс на Сицилии, о которых было объявлено после победы российской сборной над голландской и вылета "сквадра адзура", были восприняты итальянцами как позитивная новость, а не как акт агрессии или угроза энергетической безопасности.

Владислав Шурыгин ПОКА МЫ ЕДИНЫ…

Рейс "Бишкек-Москва". Отлёт рано утром в воскресенье. Стою в накопителе, разглядывая за стеклами зала американские топливозаправщики, как на параде выстроившиеся прямо напротив здания аэропорта. То и дело одни выруливают на "взлётку" и уходят в небо, других затаскивают на стоянку тягачи. "Афган" явно не спешит остывать и превращаться в "мирную демократию"…

Неожиданно прямо над ухом слышу вопрос:

— Не знаете, как наши сыграли?

Поворачиваюсь и замираю в растерянности. Коричневый, как смола, узкоглазый киргиз в светлой рубашке и джинсах вопросительно смотрит на меня. От растерянности не нахожу ничего умнее, чем спросить:

— А кто: наши?

Тут уже удивлённо на меня смотрит киргиз. Потом в его глазах мелькает ощущение досады. Он вдруг понимает, чему я удивлён. И уже глухо, почти неприязненно, уточняет:

— Как Россия сыграла?

— Три — один. Выиграла.

— Выиграла? — лицо киргиза тут же вспыхивает радостью. Он мгновенно забывает о том, что он "чужой" — Правда выиграла? Ай, молодцы!..

— Вчерашний матч обсуждаете? — включается в разговор ещё один киргиз в дорогом шёлковом летнем костюме. По виду явно бизнесмен. — Аршавин умница! Как он Ван дер Саара размочил…

Через пять минут я стою в кругу киргизов и русских, жарко обсуждающих вчерашний матч. И с огромным удивлением в этом я слышу "наши", "нашим", "наших" и понимаю, что для этих людей "наши" это мы — русские. Россия. И это не подобострастное желание понравиться — с чего им на своей земле перед кем-то заискивать? Не ленивое хобби, когда московский "менеджер среднего звена" всей душой болеет за "Ливерпуль". Это просто самоощущение людей, для которых ещё недавно столицей их страны была Москва, и которых до сих пор, несмотря на новые названия стран за границей за глаза называют "русскими".

Нам сложно понять, что за Россию болела не только сама Россия, не только русские, разбросанные по странам и континентам. Но за Россию болел Союз. Тот самый многократно похороненный СССР, который так любили "демократы" объявлять "тюрьмой народов". Эти самые народы и болели за Россию.

Киргизы и белорусы, таджики и узбеки, армяне и туркмены, литовцы и молдаване.

Нужно было быть в этот вечер в Тбилиси или Донецке, чтобы услышать, как болели за Россию Грузия и Украина.

Больше семи тысяч футбольных болельщиков собрались в центре Минска, у большого телеэкрана на Октябрьской площади, чтобы следить за этой ключевой игрой.

"Россия, вперед! Мы с тобой!", "Россия — в Европу!", "Нужен гол!", — беспрерывно скандировали минчане. При каждом остром моменте у ворот голландцев над головами болельщиков тут же взвивались вверх российские флаги. Победа России стала настоящим праздником минчан…

А еще за Россию в четвертьфинале против Голландии, оказывается, болела не попавшая на Евро-2008 Сербия с не вышедшими из группы Румыния, Чехия и — да, не удивляйтесь — Польша. Даже хорваты, уступившие туркам в четвертьфинале, говорят, пускали в ночь с 21 на 22 июня праздничные фейерверки в Загребе — вряд ли в честь 67-й годовщины нападения Германии на Советский Союз…

Я СМОТРЕЛ ИГРУ

Россия-Голландия. Мне понравились россияне. Молодцы ребята, вкладывают душу в игру, показали совершенно новый футбол. Удивительно, как тренеру удалось создать единую команду, тем более что он — не россиянин. Отношения передаются через экран, нормальные человеческие отношения, когда заменившийся игрок не идет мимо тренера, а вместе с ним и со всей скамейкой переживает происходящее на поле. Это очень радует. Люди горят желанием защищать честь страны, а не просто вышиванку надеть.

Анатолий Близнюк, председатель Донецкого областного Совета

ВЧЕРА СЛЫШАЛА БОЛТОВНЮ

белорусской женщины в возрасте, она рассказывала про своего зятя:

— Смешно и удивительно смотреть было. Во дает! Так кричал, кряхтел, зубами скрипел, орал, бил кулаками. Думала, разобьет телевизор!

Он сильно болел за Россию, и когда она выиграла в четвертьфинале ревел так, что частный дом трясся, побежал, купил где-то шампанское, водку, огромный торт притащил домой — закатили во дворе пиршество и обсуждали произошедшее до поздней ночи. Напомню, что трансляция матча в Беларуси завершилась около 11 вечера или около того. В это время все торговые точки закрыты, но парень нашел, где купить. И было это в маленьком городке Беларуси — Малорите. Час езды от Бреста.

— А как перенес вчерашнее поражение? — встряла я с интересующим вопросом, так как сама не без греха, болела…

— Сидел и плакал. Сначала ругался, а потом сидел тихо и плакал, — с сожалением и грустью рассказывала свекровь. И добавила: — Мне этот футбол по боку, не интересно, но если зять так нервничает, значит есть от чего.

А еще мне понравилось освещение Евро-2008 каналом Polsat… После рекламы шел разбор матчей в прямом эфире, летняя студия, оформленная в стиле Евро-2008, за стенами которой шелестели деревья… Гости студии делились своими ощущениями, мнениями, комментировали, анализировали ошибки футболистов. Давали картинки с комментариями тренеров сборных. После выигрыша России в четвертьфинале они показывали прямую трансляцию из-за стен с беснующимися от счастья российскими болельщиками. Говорили, что Европа и Польша болели только за Россию.

Ольга, г.Брест (http://www.airedogs.org/blog/2008/06/28/rossija-proigrala/)

Олег Щукин КРЕСЛО ЧУБАЙСА или Уходя, тушите свет!

Как известно, на вопрос: "Чем вы намерены заниматься после завершения реформы РАО "ЕЭС России", — Анатолий Чубайс афористично ответил, что теперь будет года два отсыпаться. Конечно, хочется поверить в это чудо: уснёт, уснёт, наконец-то уснёт! — но вряд ли оно случится.

Тем более, что после раздела единой энергосистемы страны нашему "главному ваучеру" предстоит еще одно важное дело: аукцион по продаже собственного кресла, к участию в котором будут допущены только "лучшие из лучших". Если под этой многозначительной вывеской понимаются именно те, кому теперь, благодаря Анатолию Борисовичу, предстоит контролировать отечественную электроэнергетику, жмотничать они не должны и отвалить за кресло Чубайса хотя бы десятую долю того, что они получили в результате его "второй приватизации".

Если поверить сообщению о том, что уже "на флажке" ОГК-1 продана за 125 млрд. рублей другому детищу Чубайса, компании "Роскоммунэнерго", действующей в интересах фонда Dubai World (DW), общая сумма вырученных средств составит 1,06 трлн. рублей примерно за 72 гВт установленной мощности. То есть средняя продажная цена 1 кВт составила чуть более 600 долларов — и это при том, что даже расчетная стоимость его ввода в эксплуатацию по России сегодня колеблется в пределах 1300-1500 долларам. Стоит отметить, что мировая практика предполагает значительное, в среднем на 50-60%, превышение продажных цен над расчетными. Иными словами, российские тепловые электростанции были проданы максимум за полцены — в лучших традициях отечественной "приватизации по Чубайсу".

После этих предварительных оценок определить хотя бы примерную, в пределах порядка, цену для выставленного на продажу "электрического кресла" Анатолия Борисовича уже несложно — она должна стартовать около отметки в 100 млрд. рублей. Но, смею предположить, на деле никакого справедливого аукциона не будет, и этот лот уйдёт современным наследникам Остапа Бендера за совершенно "смешные" деньги. И правильно — ведь продаваться будет не истинное административное "кресло Чубайса", а — для смеха — всего лишь вещественный симулякр оного из металла, дерева и кожи. Приятное напоминание об очередной "славной охоте" за чужой собственностью — что-то типа медвежьей шкуры или лосиных рогов…

Кстати, деньги от заключенных "командой Чубайса" сделок поступали вовсе не в госбюджет (хотя это была государственная, т.е. и наша с вами, собственность!), а на счета РАО ЕЭС — под честное слово Анатолия Бориосвича построить за эти миллиарды столь необходимые растущей, как на дрожжах, российской экономике новые генерирующие мощности, обновить магистральные и распределительные сети (а то ведь подстанции — как избы: горят и горят!), да еще что-то очень приятное сделать с тарифами для населения… Да, гарантий того, что эти деньги не постигнет печальная судьба ваучеров или кредитов МВФ 1998 года, нет и быть не может, но ведь "обещать — еще не значит жениться".

Скажите, кто теперь признается в том, что уникальную, всё еще не имеющую аналогов в мировой энергетике, единую энергосистему России порушили, а её сердце, тепловые электростанции, "приватизировали" практически за "фук", безвозмездно, то есть даром?! Кто гарантирует, что инфляция в стране к 2011 году не превысит записанных в инвестиционных договорах цифр, превышение которых признается форс-мажорной ситуацией и делает выполнение данных договоров со стороны новых собственников ОГК и ТГК уже необязательным?! Кто проконтролирует рост тарифов на электроэнергию до того же 2011 года не более чем в 2,11 раза и ответит, если он окажется выше? Премьер-министр Путин, который уже пообещал лишнее у этих новых собственников "из желудка вынуть и раздать бедным"? Честное слово, любопытно было бы посмотреть на подобные манипуляции Владимира Владимировича с "Газпромом" или "Лукойлом". Но — что это я? — данные корпорации, как жены Цезаря, заведомо вне подозрений.

Куда тревожнее другое: реализованная Чубайсом "реформа" российской энергетики, помимо понятного и близкого всем денежного измерения, имеет и другое, куда более важное, — жизненное. В той же Америке аналогичная модель привела уже не к одному "блэк-ауту", тотальному отключению электроэнергии в крупнейших потребительских сетях. Такое происходило в Нью-Йорке, а также штатах Мичиган и Калифорния, убытки в каждом случае оценивались в десятки миллиардов долларов. В нашей Единой энергосистеме, "проклятом наследии совка", подобные ситуации были не то чтобы принципиально, но практически исключены. Теперь же давний уэлсовский образ "России во мгле" получает все шансы стать реальностью. Тем более, что за годы правления Чубайса в отрасли возникла катастрофическая нехватка квалифицированных специалистов-энергетиков, места которых вначале заняли финансовые и прочие менеджеры из "команды реформаторов", а теперь их сменили представители "эффективных собственников".

Что ж, первая заповедь чиновника: "Уходя, тушите свет!" — не правда ли, Анатолий Борисович? А кресло своё, честное слово, могли бы и подарить. Вы даже знаете, кому. Но всё-таки подскажу. Полковнику Квачкову.

Алексий II, Патриарх Московский и Всея Руси О ЕДИНСТВЕ ЦЕРКВИ Из доклада на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви, 24 июня 2008 года

24-27 июня в Москве, в Храме Христа Спасителя состоялось важное событие в жизни Русской Православной Церкви — Архиерейский Собор, который, согласно Уставу РПЦ, должен созываться не реже, чем один раз в четыре года.

Круг вопросов, обсуждавшихся на Соборе, был чрезвычайно широк. Так, в его решениях содержится призыв к обществу и государству дать нравственную оценку убийству семьи последнего российского императора. Собор осудил попытки политизировать историю — в частности, события так называемого Голодомора на Украине. Был принят фундаментальный документ "Об основах учения Русской православной церкви о достоинстве, свободе и правах человека", в котором высказывается жесткая церковная оценка российского и мирового либерализма.

Но главной и вызвавшей наибольший общественный резонанс проблемой среди обсуждавшихся на Соборе стала проблема церковного единства.

Единство Церкви, заповеданное нам апостолами, является великой ценностью и должно осознаваться в качестве таковой не только епископатом, но и каждым клириком и мирянином. Церковное единство есть сокровище, которое наши предки сохранили, несмотря на пережитые ими грозные испытания. Унаследованный нами дар, приумноженный на протяжении веков, не может быть растрачен в одночасье ради сиюминутных политических соображений. Наш долг — принятое от отцов в нераздробленном виде передать потомкам. К сожалению, сегодня мы наблюдаем непрекращающиеся попытки разрушить духовное пространство Святой Руси, созданное святым равноапостольным князем Владимиром, внести раздор и недоверие между миллионами православных русских, украинцев, белорусов, молдаван, представителей других народов, составляющих многонациональную паству нашей Церкви.

Конечно, не впервые за тысячелетнюю историю Руси она переживает подобные испытания. Бывали уже времена, когда она состояла из множества удельных княжеств, друг с другом несогласных и враждующих; бывали времена смутные. Но зато периоды расцвета, проявления внутренней силы народа неизменно бывали сопряжены с духовным собиранием, с укреплением единства, зиждимого на тех общих духовных ценностях, на которых стояла и стоять будет русская земля. Верю, что так будет и впредь. "Все минется, одна правда останется", — говорит добрая народная пословица.

Однако не подобает нам успокаивать себя, думая, будто можно просто переждать нелегкие обстоятельства, а единство сохранится само собою, как бы по привычке. "Ненавистная рознь мира сего" побеждается духовным воззрением на единство Святой Троицы и претворением этого единства в жизни Церкви, как учил нас преподобный Сергий; стяжанием духа мирного, по завету преподобного Серафима; подвигом любви и молитвы; проповедью слова Божия, настойчиво звучащей, как требует от нас апостол, "во время и не во время" (2 Тим. 4, 2). Защита единства церковного — долг всякого православного христианина, но наипаче он возложен на епископов, которым вверены от Бога драгоценные человеческие души (Апост. 41). Нас, собратья-архипастыри, Дух Святый "поставил блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею" (Деян. 20, 28), а "кому много вверено, с того больше взыщут" (Лк. 12, 48). При этом следует сознавать, что епископ не только должен указывать путь спасения, но и быть образцом христианской жизни, подлинным духовным лидером, ведущим народ ко Христу.

Стояние за церковное единство — призвание всех нас, где бы мы ни жили. Но празднуемое в этом году 1020-летие Крещения Руси побуждает нас прежде всего сказать о древнем и священном для всех нас Киеве, изначальном престоле Предстоятелей Русской Церкви, откуда, по словам преподобного Нестора Летописца, русская земля пошла есть, и откуда началось христианское просвещение нашего народа, становление подвижничества и духовной жизни, развитие русской культуры и государственности. Здесь ныне достойно, мудро и рассудительно совершает свое служение Блаженнейший митрополит Киевский и всея Украины Владимир, в окружении сонма архиереев и пастырей окормляющий самоуправляемую Украинскую Православную Церковь, получившую в 1992 году широкие права автономии.

Прошедшие 16 лет подтвердили правильность этого решения, принятого соборным разумом. Украинская Православная Церковь с честью несет свою спасительную миссию; число ее приходов неуклонно растет, ее просветительское служение, как и авторитет в обществе, ширятся. Однако все это происходит в условиях непрекращающихся яростных нападок со стороны последователей раскольнических объединений и поддерживающих их политических сил крайней националистической направленности. В этих трудных обстоятельствах требуется особое мужество, чтобы безбоязненно отстаивать канонические устои церковного единства. И все мы призваны поддерживать наших братьев в их подвиге. Они проявляют бесстрашие, находясь на переднем крае борьбы за Православие, за церковное единство. Предлагаю отцам Собора подумать, какие еще усилия в этом направлении мы вместе должны предпринять. Полезным может стать сотрудничество епархий, развитие паломничества и взаимного общения. Полагаю, что в Москве с этой целью стоило бы учредить подворье древнейшей монашеской обители на Руси — Киево-Печерской лавры, а в Киеве — Патриаршее подворье. Тем самым мы вновь подчеркнули бы особое значение "матере градов, богоспасаемого Киева" (тропарь св. Владимиру), как древнейшего центра нашей церковной жизни и укрепили бы взаимосвязи между двумя столицами Русского Православия.

Той же цели соответствовало бы более торжественное празднование памяти святого крестителя Руси. Сегодня в общецерковном календаре день 15/28 июля, когда мы чтим память равноапостольного князя Владимира, "идолы поправшаго и всю Российскую землю Святым Крещением просветившаго" (величание святому), даже не выделен красным цветом и рассматривается как "средний" праздник. А ведь Крещение Руси, совершенное святым князем, духовным вождем нашего народа и героем наших народных былин, стало величайшим событием отечественной истории, без которого не родилось бы в ней все лучшее и возвышенное, что неразрывно связано с православной верой. Полагаю, что день великого князя Владимира надо и отмечать как великий праздник. В апреле сего года Священный Синод Украинской Православной Церкви предложил сделать этот день государственным праздником Украины. Собор мог бы поддержать эту инициативу и обратиться к руководству Российской Федерации, Украины и Белоруссии с предложением включить день князя Владимира в число не только церковных, но и государственных праздников (памятных дат), подобно тому, как отмечается в наших государствах День славянской письменности и культуры в праздник святых равноапостольных Кирилла и Мефодия.

Отдельно хотел бы остановиться на актуальном вопросе участия представителей государственной власти Украины в разрешении церковных проблем на территории республики. Понятно, что, когда имеет место противостояние в обществе на религиозной почве, государство не может оставаться равнодушным, поскольку это угрожает его стабильности. Обеспокоенность положением в украинском Православии выражали во время встреч со мной Президент, председатель Правительства, другие официальные лица Украины. Разделяя их озабоченность, я со своей стороны твердо заявлял о недопустимости вмешательства политиков в церковные дела. Ведь раскол украинского Православия возник именно вследствие вторжения политических стихий в церковную жизнь.

Государственные органы могли бы внести свой вклад в разрешение кризисных ситуаций, выполняя свое прямое предназначение — обеспечивая законность, в частности, способствуя исполнению решений судов о возвращении Украинской Православной Церкви захваченных у нее храмов. Церковь живет по своим собственным установлениям, по священным канонам, неуклонное следование которым только и может урегулировать все церковные нестроения. Любые попытки механического объединения канонической Украинской Православной Церкви с раскольническими группами без покаяния в грехе раскола обречены на провал. Народ Божий не поддержит такую искусственно созданную церковь, а на Украине начнется новый виток конфликтов между братьями по вере. Уже сейчас давление в пользу автокефалии, оказываемое на Украинскую Православную Церковь, вызывает обеспокоенность у многих архиереев, клириков и мирян, что видно, в частности, из множества поступающих в мой адрес с Украины обращений, под которыми стоят тысячи и тысячи подписей. Верующие люди просят Патриарха защитить единство Церкви, которым они дорожат и которое готовы отстаивать даже в самых трудных обстоятельствах.

Прошедший в декабре 2007 года Архиерейский Собор Украинской Православной Церкви принял новую редакцию ее Устава. В текущем месяце произведенные изменения были зарегистрированы государственными органами Украины. Согласно нормам Устава Русской Православной Церкви, который был принят на Юбилейном Архиерейском Соборе в 2000 году при участии архиереев Украины, новая редакция Устава Украинской Православной Церкви вступает в силу после одобрения Священным Синодом Русской Православной Церкви и утверждения ее Предстоятелем. С связи с этим нам следует обсудить пути и средства укрепления единства и взаимосвязей Украинской Православной Церкви со всей Полнотой Московского Патриархата, дабы мы могли сообща помочь преодолению тех трудностей, которые переживает народ Божий на Украине. Нам надлежит выслушать голос как украинского епископата, ряды которого заметно пополнились, так и собратьев-архиереев из других стран.

В частности, хотелось бы вместе подумать о путях преодоления расколов. Как нам способствовать возвращению в объятия Отча тех, кто, к сожалению, отделился от Святой Церкви? Одни предлагают официальный диалог Церкви и представителей отделившихся от нее общин. Другие считают, что скорее следует вести неофициальные беседы с теми из руководителей этих общин, которые желают вернуться в каноническую Церковь. А от них не раз поступали обращения такого рода, хотя многие из них высказывали опасения, которые они испытывают, и говорили об оказываемом давлении со стороны политиков, противящихся их возвращению в каноническое Православие.

В деле преодоления расколов важна поддержка всего православного мира. Предстоятели и представители Поместных Православных Церквей, с которыми Украинская Православная Церковь связана через Московский Патриарший Престол, неоднократно оказывали ей такую поддержку. Мы глубоко признательны им за проявление православной солидарности.

Непростая ситуация сохраняется и в Молдове, где православные единоверцы были разделены в результате продиктованного чисто политическими мотивами и бесспорно антиканонического учреждения так называемой "Бессарабской митрополии" Румынской Православной Церкви. В октябре 2007 года, когда Священный Синод Румынского Патриархата создал три епархии в составе этой митрополии, был нанесен новый удар по церковному единству. Кроме того, теперь руководство "Бессарабской митрополии" высказывает еще и претензии на прилегающую часть территории Украины. О нашем диалоге с Румынской Церковью и другими Поместными Церквами по данной теме будет сказано в соответствующей части доклада. Считаю необходимым, чтобы Собор дал оценку положения, сложившегося в Молдове, наметил меры к его исправлению, принимая во внимание, что существование параллельной церковной структуры разделяет людей и создает угрозу для общественного согласия в стране, вызывая справедливую озабоченность как простых верующих, так и государственного руководства.

Продолжает испытывать сложности самоуправляемая Эстонская Православная Церковь Московского Патриархата, хотя она и пользуется поддержкой подавляющего большинства православных жителей страны, не желающих разрывать связь с Церковью-Матерью. В Эстонии Православие также оказалось разделенным на две церковные юрисдикции в результате вмешательства политических сил, поддержанного, к сожалению, Константинопольским Патриархатом. За межсоборный период удалось достигнуть определенного прогресса в области закрепления юридического статуса используемых Церковью храмов, но полной справедливости в решении этого вопроса и возвращения имущества в собственность церковных общин все еще приходится ожидать.

Хранение единства предполагает соблюдение Церкви от разделений и расколов. Минувшие годы вновь показали, сколь легко соблазн раздора и смуты проникает в церковную среду и сколь быстро ему могут поддаться члены Церкви — от рядовых мирян до отдельных епископов, заявляющих, что только они хранят истину и подлинное благочестие и противопоставляющих себя церковной Полноте. Показательно, что эти претензии, как правило, сочетаются у таких лжеревнителей не только с огульным осуждением Священноначалия и несогласных с ними клириков и мирян, но часто также с элементарной безграмотностью и с откровенной ложью.

Несомненно, одной из острых проблем, стоящих сегодня перед Православием, являются тенденции маргинализации, проявляющиеся в разных формах, но базирующиеся на общем основании — эсхатологических страхах и стремлении к сектантскому изоляционизму, поборники которого хотели бы навязать его всей Русской Церкви. Фактически мы столкнулись с проблемой почти открытого противостояния некоторых представителей клира и мирян Священноначалию.

Печально сознавать, что эти настроения были поддержаны отдельными представителями епископата. Да, каждый архиерей может и призван предлагать волнующие его вопросы соборному обсуждению архипастырей. Однако в случаях, о которых идет речь, имела место неготовность к такому обсуждению при игнорировании Предстоятеля Церкви и всего сонма архиереев. Вместо этого использовались несвойственные церковному каноническому строю методы — распространение "открытых писем" и тому подобных текстов, обращенных епископами за пределы своих епархий. Первосвятительский долг понуждает меня твердо напомнить всем и каждому: обсуждение непростых вопросов церковной жизни, которое велось, ведется и будет вестись, не должно вносить соблазнов в сердца верных, отталкивать от Церкви ее доброжелателей и вызывать злорадство у ее недругов.

Каждый архипастырь должен четко знать свои полномочия и действовать исключительно в границах своей юрисдикции. Нарушением принципа канонической ответственности архиерея является не только открытие храмов или рукоположение клириков вне пределов своей епархии, но и благословение им печатных изданий или деятельности общественных организаций на чужой территории, а также вопреки волеизъявлению высшей церковной власти.

Никто из православных христиан не вправе нарушать заповедь Евангелия о необходимости разрешения различных противоречий в церковном кругу и братском общении (см. Мф. 18, 15-17), без вынесения на суд "по обычаям мира сего" (Еф. 2, 2). Ибо, говоря словами Священного Писания, "мудрость мира сего есть безумие пред Богом, как написано: уловляет мудрых в лукавстве их" (1 Кор. 3, 19). Не случайно церковные каноны запрещают духовенству обращаться к суду лиц, не принадлежащих к Церкви (IV Всел. 9).

Однако мы встречаемся со случаями, когда вопреки древним церковным нормам происходит апелляция к общественному мнению, распространяются жалобы, сформулированные в соответствии с сугубо светскими принципами. Причем стремление к обнародованию своих воззрений, зачастую противоречащих решениям Архиерейских Соборов и Священного Синода, сочетается с малой активностью в решении внутриепархиальных проблем. Отмеченное обстоятельство еще раз свидетельствует о том, что подобные поступки имеют нецерковную мотивацию и являются скорее проявлением тщеславия, а не действительной заботы о церковном благополучии. Полагаю, что настоящий Собор призван дать таким действиям ясную и твердую оценку.

Возлюбленные собратья! Собираясь на Собор архипастырей, мы должны активно принимать участие в обсуждении вопросов, относящихся к жизни Церкви, и достигать единомыслия. Противопоставить вызовам, которые нынешний мир бросает церковному единству, можно только подлинное стояние в истине, соединенное с братолюбием и соборностью, которая предполагает открытое, искреннее, компетентное обсуждение любых проблем, разномыслий и частных мнений. Именно к такому обсуждению хотел бы призвать отцов Собора. Каждый архиерей должен воспринять соборное решение как свое собственное и с чувством благоговения принести его своей пастве, поделиться им с ней, дерзновенно повторяя вслед за апостолами: "Изволися Святому Духу и нам".

Андрей Фефелов, Владимир Винников БЕЗ «СВОИХ» И «ЧУЖИХ»

Несомненно, что Русская Православная Церковь в своей полноте — развивается и усиливается. Реставрируются старые, возносятся новые храмы, повсеместно возникают приходы и обители. Православие уже давно вышло за пределы церковной ограды и всё более отчетливо влияет на общественные и государственные институты, взаимодействует с властью, участвует в бурных процессах социального развития. При этот сегодняшняя Церковь далеко не однородна. Период стремительного становления всегда грозит серьёзными издержками и перегрузками. Поскольку Церковь становится влиятельной в стране силой, она сама испытывает на себе множество влияний и воздействий. Порой кажется, что она, как целое, просто не успевает реагировать на все возникающие вызовы, усваивать фрагменты социума, которые вкатываются в возросшую зону её ответственности.

Это происходит во многом еще и поэтому, что казалось бы, специфически церковная проблематика из конфессиональной стала общенациональной. И драматические события, развернувшиеся вокруг минувшего Архиерейского Собора, тому свидетельство.

Да, мы присутствуем при живой церковной процедуре. Церковные вопросы на слуху. Они, как выяснилось, волнуют и беспокоят всё общество. Богословские споры даже выплеснулась на улицу. Казалось бы, такой бурной и активной церковной жизни можно только радоваться…

Но в результате нас не оставляет чувство опасности и тревоги. Тот факт, что основным, говоря современным языком, "мессиджем" нынешнего Архиерейского Собора в общественном восприятии стало постановление о лишении сана епископа Чукотского и Анадырского Диомида, свидетельствует о нарастающих кризисных тенденциях внутри Церкви.

Возникающая тревога пока не достаточно выражена и оформлена. Грозящие опасности на сегодняшний день не поддаются точному анализу и всестороннему осмыслению. Возможно, в Церкви возникают сдвиги и перемены, суть которых не совсем ясна даже ее иерархам.

Тем более у нас, как у наблюдателей и косвенных участников этой внутрицерковной драмы, гораздо больше вопросов, чем ответов. Но хотя бы приблизительно, неточно, в меру нашего разумения обозначить эти вопросы мы считаем совершенно необходимым.

Прежде всего хочется спросить, не приведет ли столь поспешное, чисто административное решение "проблемы Диомида" к действительному расколу, к образованию не подконтрольной Москве епархии на Чукотке, к возникновению альтернативной Московскому Патриархату юрисдикции?

Что собирается предпринять руководство Церкви после возможного отказа Диомида, его паствы и клира подчиниться решению Собора — решению, которое те считают неканоническим? Тем более, что сам Диомид, как уже стало известно, не только направил соответствующие письма в адрес Патриарха и Архиерейского Собора, но и, несмотря на прещение, продолжает совершать богослужения.

Неужели можно просто объявить "диомидовцев" отпавшими от Матери-Церкви и постараться попросту забыть о существовании бедных малочисленных приходов на краю земли?

Или же будет принято решение направить в длительную командировку на Чукотку диакона Андрея Кураева, чтобы тот на пальцах, как он умеет, объяснил заблудшим, в чем их ошибки?

Если последнее верно, то, возникает вопрос, почему подобные шаги не были предприняты до решения Архиерейского Собора?

Но если никто никого ни в чем убеждать уже не собирается, то не приведет ли это к необходимости силой выбивать "еретиков" из построенных ими же храмов?

Если так, то кто тогда, спрашивается, этим будет заниматься? "Православный спецназ" Василия Якеменко? Активист Кирилл Фролов и его друг Аркадий Малер? Или само государство — то есть в данном конкретном случае губернатор Чукотки Роман Аркадьевич Абрамович, уполномоченный отдавать приказы структурам исполнительной власти?

А если будет, упаси Господи, осуществляться именно такой сценарий, не повлечет ли это за собой рост массовых симпатий верующих и неверующих к "мятежному епископу" и его последователям?

Как объяснить странное поведение владыки Диомида, не пожелавшего обратиться к иерархам с посланием, разъясняющим причину своего отсутствия на Соборе, а вместо того предоставившего прозрачный листочек медицинской справки?

С какого времени документ из районной поликлиники оказывается весомее слова архиерея Русской Православной Церкви?

Почему соборное обсуждение содержания посланий Диомида не состоялось ни в какой форме, а дело ограничилось только принятием голосами большинства участников Архиерейского Собора решения по письменному заключению Богословской комиссии? Какую позицию теперь будет занимать "меньшинство"? Не пойдет ли трещина еще дальше и глубже?

Почему в качестве альтернативы Крестному ходу сторонников Диомида к памятнику Фридриху Энгельсу неподалеку от Храма Христа Спасителя явились пирсинговые девицы в брюках и с плакатами "Мы с Патриархом!", "Осудить Диомида!" и тому подобное?

Кто их, вот таких, туда призвал? Не является ли это очевидной провокацией каких-то стоящих за конфликтом и внецерковных сил против Патриарха и единства Русской Православной Церкви?

Подобных болезненных вопросов можно задать еще великое множество. Ответы на них у разных людей найдутся разные. Для нас ясно только одно: возникшая смута на руку врагам России и Православия. Ситуация требует канонического и мирного разрешения. Вряд ли дальновидно считать, что теперь, после решения Архиерейского Собора, проблема исчерпана, и "диомидовское брожение" среди верующих прекратится.

Тем более, что вовсе не епископ Чукотский и Анадырский — главная причина этого брожения. Даже если допустить, что сам он рассчитывает на достижение каких-то выгод от своей нынешней позиции, то большинство его нынешних сторонников, число которых вовсе не ограничивается пределами епархии, тревожат совершенно иные вопросы и проблемы. Решение Архиерейского Собора и постановление Богословской комиссии ответов на эти вопросы и решения этих проблем, к сожалению, не даёт. Опять же, можно признавать или не признавать этот факт, но некий разрыв между верующими мирянами и церковным клиром не только обозначен, но и растёт. Проявления этого разрыва многообразны и системны: похоже, возможность не только решать, но даже обсуждать и ставить насущные вопросы церковной жизни — уже не право и обязанность каждого верующего православного христианина, а некая почти "партийная" привилегия для всё более узкого круга "своих", причем основания, по которым происходит причисление к этому избранному кругу, всё менее понятны и открыты.

Насколько ответственным является стремление ряда весьма авторитетных и уважаемых деятелей Церкви, с помощью околоцерковных (и не только) масс-медиа представлять сторонников епископа Диомида как горстку неких "антисоциальных элементов", группу свихнувшихся фанатиков, призывающих отказываться от паспортов, мобильных телефонов и микроволновых печей?

Не исключает ли сведение обсуждаемых вопросов до уровня политической карикатуры любую возможность диалога? Как бы ни относиться к апокалиптическим настроениям, существующим среди части верующих, допустимо ли делать их предметом заведомо партийного деления на "наших" и "не наших"?

Ведь и пензенские сидельцы, которые, как некогда первохристиане, забились в подземную пещеру, ожидая "конца света", наверное, заслуживали от Матери-Церкви братского увещевания, как заблудшие. Назвать их "псевдоправославной сектой" и натравить на них ОМОН было, пожалуй, легче всего. Однако никакой попытки убедить, успокоить, привести обратно в храм этих истово верующих и нищих людей даже не предпринималось. Почему-то рьяный "миссионерский угар" новомодных сторонников Православной Церкви остается явленным исключительно в туманной области виртуальных чатов и блогов, или же в пределах элитных районов Ближнего Подмосковья. Зато живых людей с их реальными проблемами такие пропагандисты стараются обходить стороной.

Важно понимать, что и самые оголтелые сторонники, и самые ярые противники владыки Диомида — люди одной веры и одной Церкви. Поэтому мирный диалог внутри Церкви между всеми сторонами конфликта не только возможен, но и жизненно необходим.

В своих выступлениях на Архиерейском Соборе и на торжествах, посвященных 1020-летию Крещения Руси, Патриарх Алексий II не случайно сделал особый акцент на единстве Церкви — не только на единстве внешнем, перед лицом многочисленных вызовов со стороны современного мира, но прежде всего на единстве внутреннем, которое достигается только сохранением и упрочением духа взаимной любви и смирения, а не какими-то административными и околоадминистративными решениями.

Русская Православная Церковь действительно была и остается краеугольным камнем отечественной государственности — так было во все, даже самые богоборческие и трагические, времена нашей истории. Мы верим в то, что любые попытки разбить или расколоть этот камень, в конечном итоге, обречены на неудачу: "и тот, кто упадет на сей камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит" (Мф 21:44). Мы надеемся на скорое и полное преодоление всех ныне существующих нестроений и конфликтов внутри и вокруг Московского Патриархата, а также на недопущение новых. Мы уповаем на достижение симфонии Церкви и государства, на то, что нынешние межгосударственные границы и временная разница межгосударственных интересов не станут нарушать цельность нашей церковной жизни.

Но мы помним и то, что в истории Церкви были самые разные страницы: не только сияющие великими победами духа, но и омраченные многими скорбями. Искренне хотелось бы нашими общими, соборными трудами и молитвами умножать число первых, а не вторых.

Владимир Бушин ПОГРОМЩИЦЕ ПАМЯТИ

ДА, СЛУЧАЮТСЯ

знаменательные совпадения… 14 мая в США умер писатель Юрий Дружников, бывший советский гражданин. 21 мая на страницах "Литературной газеты" нам поведали об этом его друзья — секретари Союза писателей города-Героя Москвы, известные мастера художественного слова во главе с Александром Себелевым и Кириллом Ковальджи: "Ушёл из жизни человек редкой смелости… Его документальное расследование "Доносчик 001" заслужило высокую оценку Александра Солженицына… Творческий путь Ю.Дружникова — образец достойного служения идеалам Демократии, Добра, Порядочности". Некролог озаглавлен "Новатор и дуэлянт".

Как занесло покойного в США? Бог весть! Возможно, нашлись там родственники из еврейской диаспоры: ведь фамилия Юрия Ильича — Альперович. Может, просто невыносима стала ему Россия. И такое бывает.

А с кем же Альперович-Дружников, явив редкую смелость, дрался на дуэли? С убитым в 1932 году пионером Павликом Морозовым. В этом и новаторство его — попытка убить убитого.

А что за "Доносчик 001", который "заслужил высокую оценку Солженицына"? Это и есть указанная попытка Альперовича-Дружникова — книга о Павлике Морозове. Конечно, христолюбивому Солженицыну отрадно и утешно видеть, как четырнадцатилетнего подростка зверски убили да ещё изображают предателем, а сексот 001 по кличке Ветров объявлен святым пророком и вот дожил до 90 лет…

Между названными датами, 19 мая, в день пионерского праздника, в "Московском комсомольце" появилась статья Ирины Бобровой "Мать имени Павлика Морозова", свидетельствующая о том, что ненавистник убитого подростка Альперович (1933-2008) вовсе не умер, как не умерли и его соненавистники: Владимир Амлинский (1935-1989), Соломон Соловейчик (1930-1996), Натан Эйдельман (1930-1989), Федор Бурлацкий (1927-27.8.1991), Бенедикт Сарнов (1927-?). Нет, все они не умерли, а только сменили дату рождения, пол и национальность (если Боброва русская), ибо все названные джентльмены, увы, — евреи. Но в том, что они так скучковались, никто не виноват, ибо никто их не сгонял вместе, не принуждал, по доброй воле один за другим сбежались они потоптаться на могиле убитого подростка. Со слов Бобровой, следует приплюсовать сюда еще израильтянина Михаила Лезинского. Какой получается ароматный, хотя и одноцветный букет! В таких случаях помянутый критик Сарнов любит повторять вслед за Гоголем: "И подивился Тарас бойкости жидовской натуры…"

Самым выдающимся из ненавистников следует признать как раз новопреставленного американца. Альперович же написал целую книгу да еще заслужил похвалу самого сексота Ветрова! Совершенно непонятно, почему тот не дал ему свою премию…

Альперович-Дружников семь лет (1964-1971) работал там же, где и мадам Боброва, — в "Московском комсомольце", который, правда, тогда вовсе не был самой смрадной газетой страны, как сейчас.

В 1981 году, работая в другой молодёжной газете, Альперович написал письмо Ларисе Павловне Исаковой, учительнице Павлика, которую уверил, что готовит большую и честную публикацию о её убитом ученике и просил ответить на множество ловко составленных вопросов да ещё прислать свою фотографию. Советская старушка, привыкшая верить людям, а уж особенно работникам газет, добросовестно выполнила просьбу. Однако статья не появилась, ибо то, что учительница написала, шло вразрез с гнусным замыслом газетного рыцаря Демократии. Тогда Лариса Павловна захотела хотя бы вернуть свою фотографию, и тут обнаружилось такое, чему она просто долго не могла поверить: Альперович втирался к ней в доверие под чужим именем коллеги по редакции И.М.Ачильдиева. В чём дело? Почему? Да по тому самому, почему воры и бандиты часто прибегают к маскам. Вот, подписант Лев Аннинский, какие подвиги во имя служения идеалам Демократии совершал ваш смельчак и новатор, о котором мы сегодня скорбим.

Вскоре Альперович-Дружников-Ачильдиев, как спустя почти тридцать лет и вы, мадам Боброва, скатал ещё и в Алупку к Татьяне Семеновне Морозовой, матери Павлика. И представьте себе картину. К восьмидесятилетней старушке в маленький городок, в её, по вашему выражению, хибару является столичный журналист и ласковым голосом задаёт ей множество хитро составленных вопросов, имея цель убить ещё раз её давно убитого сына. А та, простая душа, разве может подумать что-нибудь дурное! Она радуется гостю и говорит просто, по-деревенски, и мысли у неё нет, что слова её будут вывернуты наизнанку в грязном пасквиле "Вознесение Павлика Морозова", где указано: "Я встречался с матерью и учительницей моего героя". Как не верить?!.

Уходя, он целует сухонькие руки, пестовавшие пятерых сыновей, из которых к тому времени четверых уже схоронила, руки, за всю жизнь не знавшие ни дня покоя. "Храни вас Бог в дороге", — по русскому обычаю говорит старушка на прощание. И гость с низким поклоном, открыв задницей дверь, исчезает. Он спешит в Москву, ему не терпится устроить за письменным столом пиршество гробокопателя. Вот, скорбящий Леонид Жуховицкий, что выкомаривал ваш дружок во имя Добра и Порядочности…

Я заглянул в Интернет. За последние восемь месяцев Боброва напечатала в "МК" 20 статей: "Секс-тайна Леонида Ильича", "Кому на Руси без жены хорошо", "Жестокий роман Ельциных" ("МК" раскрывает брачные тайны клана Ельциных") и т.п. И вот почти сплошь, какие были, отклики читателей на последнюю из названных статей, где Боброва изображает давние события в московской школе N1275.

Выпускница этой школы: "Полный бред! Одни сплетни".

П.Юдаев. "Вы образец "МК" — мерзость, продажность, глупость".

Николай. "МК" превратилась в "МГ" — московское г…о.

Андрей. "Я перестаю читать эту дрянь — "МК".

Москвичка. "Газету в руки брать стыдно".

Среди откликов на статью "Мать…" сильно преобладают такие:

Москвичка. "Не стыдно писать чушь? Да вы были ли в Алупке? Там работают десятка полтора здравниц. А парк? Сказка!"

Vovoka. "Я была в Алупке на прошлой неделе. Ничего подобного описанному не видела. Какого чёрта писать о том, чего не знаешь!"

Via. "На себя посмотрите, скольких вы предали ради своих интересов".

Мальчиш. "Бездарность и безграмотность бульварных журналюг не знает границ".

Нам. "Какой же надо быть негодяйкой, чтобы, не понимая тогдашних событий, не вникая в их суть, опять всё ворошить, поливая грязью тех и выгораживая этих, зная при том, что никто не плюнет в бесстыжие глаза. У вас грань между первой древнейшей профессией и второй стерлась".

Oldfischer. "Павел не дожил до 14 лет, Федя — до 9. Вы не этому улыбаетесь на фотографии, Боброва?"

Так. "Эти два убитых брата — советские Борис и Глеб. Как же над ними не глумиться нехристианской нечисти "МК"!"

Проходя мимо. "Мерзкое ощущение. Столько помоев на покойников! Добралась даже до внучатого племянника. Тошно…"

Уй. "Детоубийца!.."

Rio. "Такие из всякой крови извлекают выгоду".

Ан-м. "Зверское убийство двух детей, а потом надругательство над убитыми — это при любой власти высшая мера для тех и других мерзавцев".

Hobbat. "Павел — убийца отца!.." Нет, все-таки первая древнейшая профессия приличней второй".

Hoddit. "Какую "тайну" вы открыли? Вы ничего не можете открыть, кроме двери в бухгалтерию".

Э.Миронович. "Проститутские взгляды…"

Но, конечно, среди двухсот откликов на статью есть и нескольких единомышленников Бобровой. Так, некто Леонид А. (не удивлюсь, если это упомянутый выше Леонид Аронович Жуховицкий, друг Альперовича) негодовал: "Чего пристали? Боброва описывает слова жителей, некоторые документы, которые удалось откопать и представила на суд читателей. Предвзятости в статье я не увидел". Крыша!.. Да, представила на суд, вот читатели и судят. За что же их корить?

Боброва то и дело пишет о том, чего не знает. Например, читаем: “Алупка была "правительственным курортом". Чушь! Правительственных курортов, подобных нынешним VIP-зонам вроде московской Рублёвки, в советское время вообще не существовало, а были правительственные санатории, где отдыхали и лечились, конечно, вовсе не только члены правительства. Или вот уверяет, что путёвку в Алупку можно было достать "только по блату". С Луны свалилась? Или Сванидзе наслушалась? Или Сарнова начиталась? Этот негодует сейчас: рядовому беспартийному члену Союза писателей получить путёвку в дом творчества было почти невозможно, давали исключительно начальству, партийным секретарям да фронтовикам. А сам то и дело проговаривается в таком духе: "Однажды, уже доживая второй срок (!) в Коктебеле, мы с Борисом Слуцким…" и т.п.

"О собственном домике на берегу Черного моря можно было только мечтать". Очухайтесь! На берегу Черного моря в собственных домах и квартирах жили и живут миллионы людей. Хотите, дам несколько адресов?

С презрением действительно редкой умницы И.Б. пишет: "Большинство граждан уже не существующего государства СССР (как рада этому!) и ныне способны наизусть оттарабанить. (? тарабанить — тащить) клятву пионеров". Умница, никакой клятвы не было, а называлось это — торжественное обещание. Спросила бы хоть у батюшки своего.

"Пионером номер один называли Павлика Морозова". Никто пионеров не нумеровал, но вполне возможно, этим занимался ваш дедушка, бухгалтер Дворца пионеров.

"О Павлике выходили десятки книг…" Ну, назвала бы из десятков хоть пяток. Нетушки… "Книг о нём было так много, что мать топила ими печь". Бумагой? И каково? До какого градуса печь разгоралась? А ещё и "сарай был завален бюстами погибшего сына". Наверное, ими тоже топили печь. И уж наверняка — приглашениями за границу, которыми "был завален весь комод".

Всерьёз пишет, что "легенда о Павлике Морозове" входила в школьную программу (по какому предмету?), и "все уроки начинались и заканчивались обсуждением его подвига". За кого она нас держит?

Все уроки! — "о мальчишке, выдавшем отца-кулака коммунистам". Отец — председатель сельсовета и по определению не мог быть кулаком, а коммунистом — вполне. Но ещё он был пьяница, хапуга-взяточник и бабник, избивавший жену и детей. Некий Старик заявил в Интернете: "Отец завёл молодую бабёнку — дело житейское во все времена, но он всё же старался взятками прокормить семью, не бросил". Среди стариков тоже встречаются такие: не знают ни уха, ни рыла, а лезут учить житейской мудрости. В том-то и дело, что Трофим Морозов бросил жену с четырьмя детьми, и тем пришлось, по уральскому выражению, "идти в куски", т.е. — побираться, а он со всем добром, что нагрёб за фальшивые справки, на глазах всей деревни стал жить с другой. Если бы этот Старик знал, что такое русская деревня в те времена, то понимал бы, какой это был позор не только для мужика-потаскухи, но и для брошенной жены, и для детей. Не сын предал отца, а отец предал и сына, и всю многодетную семью. И такого папочку любить, защищать?

В то же время, с одной стороны, слышим: "Жизнь Павлика Морозова до сих пор будоражит умы историков… Невозможно определить, где истина, где ложь". С другой, автор решительно заявляет: "Жизнь развенчала миф о юном коммунисте из села Герасимовка". Ну, значит, неведомым взбудораженным историкам теперь всё ясно. Но — какая жизнь развенчала убитого? Чья жизнь — Альперовича? Оскоцкого? Кузовлевой? Что, они доказали, будто не Павлика с братом зарезали звероподобный дед и такой же двоюродный братец Данила, а ребята зарезали в лесу доброго, беспомощного дедушку, да заодно повесили на осине милого двадцатилетнего братца и разбогатели на этом или сделали карьеру? Ведь как сказано-то: "Жизнь развенчала…"!

ДЕСЯТЬ ЛЕТ ТОМУ НАЗАД

ко мне с группой помощников явилась некто Беатрикс Вуд, англичанка. К моему великому изумлению, она снимала фильм о Павлике Морозове. Но в ходе беседы и съёмок моего рассказа я изумился ещё больше. Оказывается, она уже побеседовала с большинством упомянутых выше ненавистников, засняла их, но никто из них не сказал ей, что мальчишку-то убили, а она слышала только одно: "Предатель! Изверг! Чудовище!.." И Беатрикс, и вся группа были потрясены, узнав лишь от меня об убийстве мальчиков. Но Боброва-то знает…

Такой же полоумный вздор у Бобровой не только о Павлике — обо всех Морозовых. Пишет, что его матери Татьяне Семеновне в 1939 году предоставили "шикарные апартаменты в центре Москвы", что занималась этим Н.К.Крупская, умершая в феврале этого года. Мать "отписала апартаменты сыну Алексею, а сама укатила в Алупку". Что значит "отписала"? Если дали квартиру, то ведь всей семье — и матери, и сыну. В Алупку, говорит, Татьяна Семеновна прибыла "в шикарном автомобиле и в сопровождении оркестра" — на другой шикарной машине. Странно, что не на линкоре, без салюта из 224 орудий и без шикарного колокольного звона.

Но сын Алексей тоже почему-то не пожелал жить в "отписанных" ему шикарных столичных апартаментах и укатил в Алупку. "Татьяна Семеновна быстренько сосватала ему жену Надежду". Быстренько!.. Легко ли это было грубой, скандальной женщине, какой она изображена в статье? А что же сам-то Алексей? Вот сын его, внук Татьяны Семеновны, тоже Павел, оказывается, "умудрился (!) жениться дважды". Но какая же тут мудрость требуется для молодого парня? Я знаю немало мужиков, женившихся и три, и четыре раза. Да спросите хотя бы своего начальника Павла Гусева, какая у него по счёту жена. Сама Евгения Ефимовна говорит, что она у него — третья. Правда, в отличие от предыдущих — бездетная. Да и вы, Боброва, первая ли по счёту жена своего мужа, если такой нашёлся на такую?

Пригвоздив одного внука, вы и другого, не названного по имени, поносите: он-де "заломил за бабкину развалившуюся хибару неслыханную по местным меркам цену — 100 тысяч долларов. Наценка — за громкое имя". Значит, это имя ценится, уважается?

Ах, эти сомнительные "100 тысяч" понадобились вам для другого: "Выходит, предприимчивые наследники Морозовых вернулись к тому, с чем больше полувека (почти восемьдесят лет! — В.Б.) тому назад боролся Павлик". Ну, во-первых, за "наследников" мертвые сраму не имут. И Павлик никакого иного наследства, кроме честного трагического имени не оставил. А во-вторых, да, иные наследнички ныне действительно вытворяют такое, чего и вообразить не могли бы их отцы и деды. Вот, например, Гайдар. Его дед погиб в боях за Советскую родину, за наш народ. Разве могло придти на ум деду, что внук, член КПСС, ответственный работник "Правды" предаст партию и ограбит народ?! А о Чубайсе слышали? Его отец — полковник Красной Армии, мать — советская патриотка, а он — махинатор, лжец из лжецов, автор книги "Распродажа Российской империи"… А каков Явлинский? Отец — беспризорник, которого приютил и воспитал настоящим советским человеком Антон Семенович Макаренко. Сынок же спит и видит во сне американскую статую Свободы, но — не на острове Айленд перед Нью-Йорком, а у себя под ватным одеялом.

Да что далеко ходить, оглянитесь вокруг, мадам. Не видите, например, что представляет из себя ваш собрат по редакции Александр Минкин? Его дед тоже погиб в 42-м году на фронте. А внучок напечатал в Германии, потом в США и, наконец, в "МК" учёный трактат, где горько сожалеет, что в 45-м мы разбили немцев, а не они нас ещё в 41-м. У меня была об этом статья "Еврей и Гитлер". Прислать? Вы с ним здороваетесь? Я имею в виду не Гитлера, а еврея-гитлеровца.

А помянутый начальник ваш Гусев? Ведь он был первым секретарём Краснопресненского райкома комсомола, членом ЦК ВЛКСМ, занимался воспитанием молодёжи в духе высокой нравственности. А теперь вот уже 25 лет возглавляет самую грязную и малограмотную газету страны, любимый листок московских проституток, для зазывных объявлений которых не жалеет места. Ну, не за спасибо, наверное…. Это естественно для газеты, у которой, как выразился в Интернете один читатель, "проститутские взгляды". Какой же вы журналист, если ничего этого даже у себя под носом не видите?! А ведь поехала в Крым копаться в делах почти столетней давности. Протрите глаза, утрите нос…

Ведь и в своей статье, как мы уже знаем, вы не видите нелепостей. Добавить? Например, сказано: "Раскрыта тайна! Жизнь развеяла миф!" А дальше читаем: "Что произошло в глухой деревушке Герасимовка в далёком 1932 году, теперь мы вряд ли узнаем. Семейную тайну мать Павлика унесла в могилу. Не развенчала миф перед смертью, не поделилась даже с близкими". Так что, тайна раскрыта или в могиле зарыта? Подросток выступил против ненавистного отца и был убит вместе с младшим братом — вот главная и давно известная "тайна".

Тут же и другая несуразность: читаем, что Морозова была нелюдима, негостеприимна, на всех "смотрела свысока… избегала общения с жителями Алупки", "не тот человек, к которому хотелось придти ещё раз", была даже враждебна ко всем, и никто её не любил, боялись её. Так! Но вот эти самые жители в статье говорят: "Как здесь её уважали! Знаменитые писатели, композиторы лично(!) приходили к ней в дом высказать своё почтение". Оказывается, "она была частым гостем школы N1", даже проводила здесь уроки, принимала школьников у себя в доме, а в палисаднике перед её домом — это была особая честь — принимали в пионеры ребят, которые хорошо учатся. Но, разумеется, с годами старой женщине это могло и надоесть. Мы знаем, что она любезно встретила и совершенно незнакомого Альперовича, неведомого израильтянина и обстоятельно беседовала с ними, с последним — "около трех часов". Да еще и "с иностранными журналистами общалась"… Концы-то с концами у вас, мадам, никак не сходятся.

Тут же сказано, что "о матери Павлика горожане предпочитают умалчивать", но какое там "умалчивание", если чуть не половина статьи состоит как раз из трёпа безымянных горожан о матери, — значит, мадам, это ваш персональный трёп?

Не остановились вы и перед тем, чтобы еще и так пнуть усопшую: "Никто из местных жителей на похороны её не пошел". А вы задумывались, кто пойдёт на ваши собственные похороны? Ну, разве что Минкин с Гусевым.

Источники сведений у Бобровой — и читатели обратили на это внимание — в подавляющем большинстве безымянны: "горожане", "местные жители", "жители края", "старожилы Алупки", "случайный прохожий", "сосед Морозовых", "старик из дома напротив", "продавцы на площади", "чуть хмелевший мужчина"… А то еще так: "ходили слухи"… "говорят"… "рассказывают"… "по словам горожан"…

Это "глас народа", так? Согласно последним данным, в Алупке 8745 жителей. И такое впечатление, будто высказались — вопреки первоначальному уверению о молчаливости горожан — 8744 человека, включая грудных младенцев.

Ваш "глас народа" так вещает о матери Павлика: "сварливая, скандальная старуха"… "хитрая, грубая бабка"… "сильно пила, не просыхала"… "всё про своего Павлика талдычила, всё долбила"… "речь тяжёлая, лающая"… "на простых смертных свысока смотрела"… "жадной была, спекулировала фруктами"… "летом сдавала отдыхающим сарайчик, но на второй день от нее сбегали, настолько она была невыносима"… "даже не хотим вспоминать её"… "и здоровались-то с ней редко"… "врагов она себе нажила здесь немало"…

В таком примерно духе у Солженицына "глас народа" вещает о советской власти, о советском народе. А тут итог общения с народом такой: "В Алупке не удалось мне найти ни одного человека, кто сказал бы: "Я дружил с этой семьёй"…

Чего только не высосет из пальца иной писака! Не пофантазировать ли и мне на досуге? К тому же, я ведь тоже не чужд журналистике и даже печатался когда-то в "Московском комсомольце". Вот, скажем, стоит некий дом. Я — рядом. Из подъезда вышел мужчина. Я остановил его, спросил, знает ли он… ну, допустим, некую особу. "Ещё бы! — воскликнул он.- Мы соседи. А чем вас заинтересовала эта курва?" Я оторопел: "Позвольте, она известная журналистка. Ей президент, может быть, скоро орден навесит. А вы… Вот недавно она ездила по важному спецзаданию своего шефа за границу, в Алупку". — "Знаю я, зачем она ездит. Спекулировать столичным барахлом да развлечься на манер известной Ксюши и Прохорова-Куршевельского. С ней у нас никто даже не здоровается. Вздорная, скандальная, хитрая баба".

К нам подошел ещё один мужчина, кажется, чуть хмельной, сказал: "Вы об этой?.. Я из домоуправления. Жадюга она, сквалыга! Третий год за квартиру не платит. Хотим отключать у нее свет и воду, но жалко её жильцов — она по бешеной цене сдаёт одну комнату". — "Может, родителям помогает?" — вступился я. — "Родителям? Мать у неё — алкоголичка, пьёт по-черному. Я два раза приволакивал её от пивной, валялась на земле в мокрой юбке. Не приведи Бог, окочурится с перепоя — ведь никто из знакомых на похороны не пойдёт. А дочь хоть бы спасибо мне сказала. Хамло! И дура, каких Божий свет не производил. Вы во всём доме не найдёте ни одного человека, кто сказал бы: "Я дружу с этой семьёй". Да что в доме — во всей Москве!"

Как вам такой "глас народа"? А теперь серьёзно. Всяким слухам и сплетням доверяй — не доверяй, но проверяй их непременно. Вот и я с помощью фронтового друга Алексея Павлова, живущего в Алуште, разыскал в Алупке Юрия Васильевича Сумбаева, Дину Васильевну Каштанову, Жанну Константиновну Мальцеву, её сестру Антонину Владимировну, Зою Михайловну… Кто-то из них знал о статье Бобровой, другим пришлось рассказать. Все они охотно помогали моим разысканиям, а некоторые, как их единомышленники в Интернете, только что не плевались по поводу статьи.

Сперва удалось поговорить с Диной Васильевной Каштановой, в уста которой Боброва вложила "иную версию" трагедии и слова о том что ей лишь однажды и "с большим трудом" удалось уговорить Морозову побеседовать со школьниками. Когда я прочитал Дине Васильевне, что написано в статье от её имени, она сказала: "Татьяна Семёновна всегда была рада детям. А таких, как Боброва, надо разоблачать беспощадно. Я рада, что вы обратились ко мне. Вам телефон Мальцевой?.."

Антонина Владимировна Мальцева прежде всего подчеркнула, что не была хорошо знакома с Морозовой, встречалась редко. И, конечно, не могла знать и не интересовалась, где та "отоваривалась", как сказано в статье, и не могла приписать ей "лающую" речь, не могла говорить о столько пережившей и давно умершей женщине так зло и враждебно. "Я спрашивала Боброву, зачем ей всё это нужно, советовала не копаться в давным-давно отболевшем чужом горе".

Оказывается, мадам обещала прислать статью, которую напишет, но, конечно, не прислала. Напакостила, и в кусты. Надеялась, что о её паскудстве не узнают люди, с которыми она встречалась. Я тоже пообещал прислать и статью Бобровой, и свою. Первую послал 20 июня, вторую пошлю на днях.

А Юрий Васильевич о статье слышал. Я прочитал ему текст. Вложенный ему в уста.

— Я был и остался советским человеком, — возмущённо сказал он. — Разве я мог ляпнуть такое!

Действительно, Боброва приписала ему, например, такое: "в прессе появились материалы, разоблачающие (!) Павлика Морозова". Или: "Его брат Алексей дал интервью в защиту Павлика, но читатель не поверил родному брату".

Это откуда же известно, что не поверил? Что не поверил клевете Бобровой, ясно видно в Интернете. А там? Есть множество свидетельств, что читатель верит авторам, опровергающим клевету на Павлика и его семью. Например, таким честным, обстоятельным и дотошным авторам, как Вероника Кононенко и Николай Кузьмин. Они изучили множество документов, начиная с подробного акта осмотра тел убитых и места злодеяния, составленного сразу по обнаружении трупов участковым инспектором милиции Яковом Титовым: "Павлу был нанесён смертельный удар в брюхо. Второй удар нанесен в грудь, около сердца… Цвет волос — русый, лицо белое, глаза голубые, открыты. В ногах две березы…". Их исследовательским работам невозможно не верить.

Я ПОЛУЧИЛ МНОГО ОТКЛИКОВ

на свои публикации об этой давней трагедии. Совсем недавно мой молодой читатель Руслан Кабалахов, абазинец из Ставрополя, написал мне, после прочтения моих книг: "Особое спасибо за защиту двух людей — Сталина и Павлика Морозова". Руслан задумал несколько книг и хочет взять себе псевдоним Морозов. А ещё лет десять тому назад было и такое письмо:

"Уважаемый автор,

Я вам очень благодарна за статью о Павлике Морозове. Спасибо, что вы для многих таких, как я, по неведению смущавшихся клеветой на него, открыли правду об этом чистом отроке, исповеднике и мученике за Истину, одном из самых ярких алмазов земли Российской, одном из самых славных её святых.

Такие люди, как Павлик, Зоя Космодемьянская, как Георгий Жуков, становятся ныне жертвами всяческих поношений от ненавистников России. И что больнее всего — они побуждают к тому же и многих наших соотечественников, которые впадают в грех хулы на угодников Божиих. В этот же грех впадают и те, кто считает себя защитниками чести родной страны. Слова "пионер" и "коммунист" служат для них сигналом к такому беснованию. Особенно ярятся люди церковные. Хотя им-то и следует более взвешенно оценивать чужие поступки.

К вашей статье 1992 года в "Советской России" приложена фотография. Удивительно светлое святое лицо маленького мученика. А сама статья хороша и своей документальностью, и созданным образом, светлым и чистым, по особому промыслу Божию запечатленному даже в акте осмотра трупов. Участковый инспектор, составлявший акт, не мог не поразиться видом святого облика маленького мученика и написал это как мог.

Имя отрока Павла я поминаю в своих молитвах с 1992 года и пишу его в записках на Богослужении. Но расказать о нём в своём приходе не берусь. Не поймут. Даже отец-настоятель…

Спаси вас Господи за Павлика Морозова, за Истину.

Раба Божья Надежда.

17.1.98".

И как же после этого смотреть на молодую белобрысую штучку, — бесстыжую, как Минкин, бездарную, как Дейч, перевёртливую, как Гусев, — которая мчится из Москвы на край света только для того, чтобы на могиле старухи, матери, похоронившей четырех из пяти своих сыновей, поплясать на высоких каблуках, всех оболгать и получить за это мзду.

Детей Татьяны Семеновны звали так, запомни!

Григорий.

Павел.

Алексей.

Роман.

Фёдор.

Час настал, молись, Боброва, и кайся перед всеми сыновьями с матерью их, и до конца дней поминай всех за упокой. Хотя бы ради детей своих, если они вдруг да есть у тебя или будут.

А 19 мая на Красной площади приняли в пионеры четыре с половиной тысячи школьников со всех концов страны.

Владимир Архангельский АПОСТРОФ

Моше ЛЕВИН. Советский век. — М.: Европа, 2008, 680 с.

Василий ЕРНУ. Рождённый в СССР. — М.: Ad Marginem, 2007, 240 с.

Как справедливо заметил Глеб Павловский: "Советский период — нечто большее, чем империя. Советский Союз — не просто империя, и не только часть русской истории. Советский век — это мировое наследие, как Эллада и Рим. Практически говоря, что такое собственно классическая Греция? От победы при Марафоне до разгрома Афин и распада Афинского союза прошло ровно столько же лет, сколько прошло от Октября до Беловежских соглашений. Потом Греция пришла в ничтожество и с полвека пребывала в нем. Если б не Александр Македонский, она так бы и осталась "постафинским пространством". Я думаю, и наша советская античность раскроется еще не скоро, но это колоссальное наследие".

Долгое время здесь правили бал ангажированные поделки отечественного и зарубежного производства. Сегодня вал макулатурной антисоветчины схлынул. Заслуженной популярностью пользуются работы С.Г.Кара-Мурзы, активно читаются внятные исторические исследования. Но советская история и советский социум многомерны. Посему появление новых нетривиальных текстов по теме можно только приветствовать. Особенно, если это взгляд со стороны. Пусть оба автора и наши бывшие соотечественники — участник войны Левин уехал в Израиль после Победы; родившийся в Молдавии румын Ерну после 1991 года оказался на Западе.

Несмотря на осязаемое отличие двух текстов, оба по выходу своему вызвали определённый скандал. Маститого Левина на Западе не поняли за название, да и многие его выводы, основанные на приведённых фактах, противоречат привычным даже у нас клише. Над Ерну поёрничали представители "свободной прессы" — мол, ностальгирует парень.

В оптике Левина — тип и структура власти в СССР, внутренняя политика, экономика, попытка нащупать причины последующего краха. Фиксируя наличие постоянного диалога власти и общества, Левин фактически ставит под сомнение тоталитарность советского режима.

Книга "Рождённый в СССР" была представлена в конце прошлого года на круглом столе "Homo postsoveticus: актуализация советского опыта" в рамках "Московской международной книжной выставки нон/фикшн". Название отсылает к песне "ДДТ" начала 90-х: "ты вчера был хозяин империи, а теперь сирота". Книга Ерну — это собрание эссе о повседневной жизни советских граждан в 80-е. Одновременно воспоминание и социологическое исследование.

Очень условно, Левин — "академическое исследование", Ерну — "постмодернистский" текст. Но из-за этого "Советский век" не теряет в неожиданности выводов, оригинальности оптики, подхода, не душит читателя пылью страниц, а Ерну — совсем не жонглирует смыслами, образами, это работа с опытом.

"То, что я пытаюсь сделать, — это своего рода археология повседневной жизни в Советском Союзе. Это — субъективная, личная археология, которая лишь очерчивает контуры, состояние духа, способ мышления и высказывания. Эта археология не предлагает морального или ценностного суждения, а лишь дает приближение, которое может помочь нам лучше понять, чем был Советский Союз и что означает его отсутствие".

И вполне серьёзные историософские выводы: "Антисоветизм как компонента включался в развитие советской модели, а советский закон жизни состоял в соединении ритуала советской повседневности и критического отношения к советскому идеологическому канону". Оппоненты советского, диссиденты тоже являются частью этой эры, как Демокрит, по мнению некоторых историков мысли, "выламывается" из магистральной линии античности, но, несомненно, остаётся в её истории. Так и Солженицын, Галич, Сахаров — бесспорно, явления советского космоса.

Советский опыт — это жизнь против теоретических построений. С советским сложно работать и разнообразным "новым левым" — есть реальная практика, но далёкая от умозрительных изысков; и правым, националистам — много близкого, по факту очевидные прорывы своей страны, но не подходят символы, идеологические конструкции. "Простой" и, формально, бесспорный ответ православных фундаменталистов на советский вопрос: "невозможно примирение между Христом и велиаром", также наталкивается на гораздо более сложные, объёмные ситуации. И дело даже не в сергианстве и Великой Отечественной Войне. Ведь и в романовской империи можно с лёгкостью найти примеры откровенного "велиарства" власти по отношению к Церкви. Посему анализ советского должен проходить по линии, далёкой от прямолинейного наклеивания ярлыков. Кстати, пресловутых "совков" среди ярых антисоветчиков, я встречал куда чаще, чем среди апологетов советского строя.

Археология советского ценна даже на личном опыте. Сегодня некоторые знакомые, далёкие от советизма чуть ли не с дрожью в голосе вспоминают какие-то артефакты, ситуации советских лет. Символика СССР прочно заняла своё место в модном антураже. В советском таится огромное, многообещающее море различных смыслов, энергий, точек роста, которые предстоит заново осмыслить, очистить от налипшей грязи, наполнить актуальным содержанием. Возможно, именно здесь обнаружится потенциал для Развития, о котором сейчас так много говорится. Приходит время настоящего осмысления советского.

Игорь Острецов, Савва Ямщиков КОЭФФИЦИЕНТ «КУ-КУ» Комментарии к статье А.Кукушкина «Измеритель безумия» на сайте contr-tv.ru

Мы исходим из предположения, что большинство читателей согласятся: основное предназначение человечества не просто жрать и, скажем так, отправлять свои нужды, но развивать Коллективный Разум. Можно привести и строгое доказательство этого, но, впрочем, для всех нормальных людей это и так очевидный факт. Хотя на Западе, да и у нас теперь, можно часто встретить людей, которые прямо говорят, что они живут затем, чтобы есть. И общество так и называется: общество потребления. Но мы всё-таки надеемся, что большинство читателей "Завтра" согласятся с нами. В этом случае, как будет показано в статье, так называемый коэффициент интеллекта IQ совершенно не характеризует роль человека в основном его предназначении. И поскольку реальное значение означенного коэффициента просто охмурить непосвящённых, мы предлагаем его переименовать и назвать Quack`s Q, что в переводе означает коэффициент шарлатанской квалификации, или сокращённо коэффициент QQ. Для краткости по-русски можно совсем просто — коэффициент Ку-Ку.

Сначала некоторые комментарии по поводу Коллективного Разума и разума, определяемого индексом Ку-Ку.

Схема развития разума в материальном мире может быть представлена следующим образом. На определённом этапе происходит флуктуация, связанная с появлением новой идеи развития. Если флуктуация адекватна, т.е. правильно отражает реалии окружающего мира, то она, в конце концов, усваивается группой интеллектов, причастных к развитию. За счёт этого создаются условия для расширения группы и улучшения условий её работы. Сравните, например, количество физиков и оборудование, которое они использовали в своей работе, в начале XIX и середине XX веков. Существует и огромный массив людей, которые осуществляют материальное обеспечение поиска. Это в основном столь нелюбимые Кукушкиным А. рабочие. Для развития разума необходимы абсолютно все названные категории людей. Убери одну и развития не будет.

Адекватные флуктуации происходят крайне редко. Для их появления нужен труд большого количества людей, осуществляющих, казалось бы, бесполезный, бессмысленный поиск. От количества людей, участвующих в поиске, зависит масштаб флуктуации. Чем больше массив интеллекта, привлечённого к поиску, тем больше возможная флуктуация. Так говорит самая точная наука — математика. Это обстоятельство хорошо демонстрируют и два последних прошедших века, когда при резком увеличении численности людей на Земле произошёл максимальный прогресс в развитии. Поэтому социальная справедливость есть не сентиментальная причуда юродивых-социалистов, как говорят пигмеи, присосавшиеся к генетике, — кукушники, а непременное условие получения грандиозных по сложности идей дальнейшего развития. В результате этого обширного поиска, наконец, у одного избранного наступает прозрение. Его мы называем Пророком или гением.

Далее в расширенной группе возникает флуктуация большей амплитуды. И так далее. В результате такого процесса Всё Человечество за всё время своего существования формирует свой Коллективный Разум. Из "массы человеческого навоза" изредка появляются "алмазные зёрна "эдисонов". Эта схема развития не нуждается в каких-либо искусственных построениях. Ей требуется только то, что есть в реальной жизни. Человеческий интеллект и его обеспечение. Не нужно ни тезисов, ни антитезисов, ни синтезов, ни борьбы противоположностей. Всё это не более чем мистика. Развитие разума по своей сути не может происходить в борьбе, ибо это как раз то, ради чего разум существует. Развитие — наиболее естественное состояние разума. Насилие вообще и борьба в частности есть условие только неадекватного развития, никак не сопряжённого с развитием разума. Борьба и насилие в лучшем случае только формируют условия для развития разума на этапах существования неадекватных социальных форм. Само же развитие разума всегда есть естественный эволюционный процесс, постоянно расширяющийся во времени и пространстве.

Вместо проведения социальных изысканий по поводу того, что генные различия в пределах одного вида существенны и придают свои особенности подвидам, достаточно было просто взглянуть на сучье племя. Есть и сторожевые, и бойцовские, и водолазы, и те, что могут только на руках сидеть, — и ничего, никто собак не дискриминирует. Стоило ли затрачивать столько усилий, чтобы доказать и без того очевидную вещь? Так почему же Кукушкин А. и ему подобные к людям относятся хуже, чем к собакам? Ведь самые выдающиеся представители рода человеческого вовсе не претендуют на то, чтобы их выделяли материально. Любой Ку-Ку, с точки зрения Общечеловеческого Разума, это булыжник перед Эверестом — впрочем, как и подавляющее число других людей. Таков же и их вклад в главную задачу человечества. Только коллективные усилия целого поколения людей могут дать заметный вклад в копилку человечества на определённом этапе развития. Ку-Ку же — это ярко выраженные индивидуалисты, презирающие общественные интересы. Поэтому они бесполезны для Коллективного Разума. Вот если надо нахапать только для себя, вот тут Ку-Ку молодцы. Здесь мы всегда впереди. Жрать за десятерых — это мы можем. А теорию относительности открыть или Джоконду написать — это пусть дядя, иначе времени не будет в Куршавель ездить и по тусовкам с алмазом в носу ходить. Ну, до чего же кукушникам хочется загнать человечество в скотский, дарвинистский отбор вместо решения основной задачи, стоящей перед родом человеческим. Не хотят они работать на Коллективный Разум, потому что в этом они ноль без палочки. Так что ничем Ку-Ку не отличается от простого смертного, разве что наглостью. А это в нормальном обществе надо искоренять.

Человечество в решении главной задачи, стоящей перед ним, должно быть едино. Вспомните св. Бернарда французского, так сказавшего на примере религиозных конфессий о том, что при всём многообразии людей их разделение противоречит Учению Христа: "Хитон Христа не имел швов, одежды же церкви пестры". При этом он добавляет: "In veste varietas sit, scissura non sit" (Пусть будет пестрота в этой одежде, но не будет разрыва), ибо единство и единообразие вещи разные. И нет более глубокого и раздражающего разрыва, чем материальное неравенство людей.

Основу Коллективного Разума составляют прозрения Пророков и гениев и коллективный труд людей. Экземпляры с высоким индексом Ку-Ку, в отличие от Коллективного Разума Человечества, проявляются, как пишет сам Кукушкин А., на уровне исследований по пригодности претендента для получения максимальной прибыли его хозяином или им самим. Т.е. Кукушкин А. предлагает нам руководствоваться в жизни не мудростью и трудом всего человечества, а изворотливостью пройдох, наилучшим образом исполняющих волю хозяев. И вопросы тестов формируются не окружающим нас миром, а, например, в нашем случае торговцами джинсами типа абрамовичей или комсомольскими вожаками предперестроечного периода ходорковскими. Отсюда и их качество. Как у Лемовского Джерри Фина с его американской мартышкой. Помните? "Где находится Финляндия, возле Кореи? (Дело происходит во время корейской войны.) Да, возле Кореи. А где находится Корея? Да, возле Финляндии". И задача всей этой кутерьмы — набить мошну свою или хозяина, которому очень надо приплыть на стометровой яхте и причалить у Английской набережной. Чтобы у всех его собратьев по джинсовой торговле челюсти отвалились. Пророку же не нужны все эти "перья".

Кукушкин А. проинформировал нас о том, что у чёрных коэффициент Ку-Ку существенно меньше, чем, например, у него самого, просто в силу того обстоятельства, что он относится к белой расе. Гены, говорит, разные. К тому же рецессивный аллель только тогда влияет на фенотип, когда генотип, понимаешь, гомозиготен и пальцы веером. Потому у него гомозиготен, а у чёрного не гомозиготен. Главное, что всё это очень вовремя. Чёрный вот-вот станет президентом США. Но, по-видимому, поскольку это умозаключение проблемы не решает, анализ был продолжен. Действительно, сегодня на Земле где-то около четырёх миллиардов лишних людей, а чёрных всего менее миллиарда. Поэтому и среди белых, жёлтых и красных надо найти "недоумков", которые просто без надобности небо коптят. Очень надо найти обоснование для своего душевного спокойствия, когда будем теми или иными способами ликвидировать балласт, состоящий из чёрных (поголовно) и другого тупого, пролетарского, жаждущего равноправия разноцветья. Не сумел нахапать, так чего тянешь, падла? Вот за бугром, когда к демократии всерьёз стремились, то всех приезжающих на Ку-Ку проверяли. Теперь надо бы тех, кто не Ку-Ку, просто ликвидировать. А то тоже жить хотят.

При социализме за такое наверняка загремел бы. Такое возможно только при демократии, которую кукушники признают за венец социальной организации человечества. Однако, что же такое демократия?

Основная ценность демократий это не свободные выборы, а экономическая свобода элиты и тех, кого она обеспечивает. Именно они осуществляли стохастический поиск новых идей технологического развития общества на ранних этапах развития капитализма. В тот момент, когда новые технологические идеи развития не могут быть больше найдены, демократии начинают паразитировать на идее свободных выборов и именно это ставить себе в основную заслугу. Это наше время. Время прогрессивного капитализма закончилось. Принципиально новые технологии найти невозможно. Природа отдала нам всё. В первую очередь это относится к энергетике. Можно только создавать сверхсложные технологии на базе известных идей. "Эдисонам" сказать нам больше нечего. Сегодня в результате "гигантских" усилий обладателей высоких рейтингов Ку-Ку можно только вместо круглых фар у “мерседеса” сделать квадратные или просто обворовать простодушных на бирже или в подворотне. Законы же выживания Разума велят на основе достижений Коллективного Разума Человечества просчитывать и планировать каждый шаг, а не полагаться на мнение толпы, случай и на эгоизм и жадность элиты. Для совершения своих спекуляций кукушники делают всё, чтобы подавить коллектив и дают полную свободу толпе. Ибо коллектив трудится, а толпа безумствует. Дискотеки, футбольные фанаты, демократические сборища, секты и так далее. Зигмунд Фрейд подробно проанализировал свойства толпы и показал её преступные, деструктивные свойства. Апелляцию к толпе демократы превозносят как высшее достижение социальной мысли. Но вспомните, по поводу кого толпа орала: "Распни Его!". Толпа с тех пор не изменилась. Именно поэтому она вполне устраивает обнаглевшую и отупевшую кукушную элиту демократий. Заменить Коллективный Разум на рёв очумелой толпы — это воистину надо быть Ку-Ку. И именно поэтому демократии — самые преступные социальные организации за всё время существования человека. Они инициировали два самых крупных кровопролития в истории людей. А уничтожение четырёх миллиардов лишних людей, которое они готовят сейчас. Если их не остановить, то это превзойдёт все злодеяния рода человеческого. Но, Слава Богу, этот напившийся крови отвратительный клоп лопнет сам от жадности. Демократии подменяют Коллективный Разум, основанный на "алмазных зёрнах" мыслей Пророков и гениев на "вонь человеческого навоза". "Человеческий навоз" тоже необходим для развития разума, ибо именно он рождает "алмазные зёрна эдисонов", но это не означает, что "навоз" должен попадать на стол трапезы разумно устроенного человеческого общежития.

Итак, сегодня перед человечеством дилемма: резкое увеличение массива думающего интеллекта для генерации новых, чрезвычайно сложных идей развития Разума в рамках имеющейся численности населения планеты, и, следовательно, социальная справедливость или либеральная демократия с её естественным отбором наиболее наглых скотов.

Георгий Судовцев МЕГАМАШИНА

Вокруг Большого адронного коллайдера (LHC, Large Hadron Collider), который Европейская организация ядерных исследований (ЦЕРН), обещает вот-вот запустить в окрестностях Женевы, на швейцарско-французской границе, клубится даже не облако, а целая галактика слухов.

И слухи эти связаны с выходом на новый, субатомный уровень энергий материального мира, по отношению к которым энергия собственно ядерного взрыва выглядит практически так же, как энергия костра — по отношению к энергии ядерного взрыва. Правда, в атомной бомбе происходят практически одновременные трансформации гигантского количества радиоактивных атомов, а в Большом адронном коллайдере число одномоментно (за одну наносекунду) сталкивающихся частиц будет исчисляться в лучшем (или худшем?) случае сотнями, что в принципе сопоставимо с аналогичными явлениями в верхних слоях земной атмосферы, которую бомбардируют сверхжесткие космические лучи. Однако при этом каждую секунду будет происходить примерно миллиард столкновений, физика которых, согласно расчетам, приведет к воспроизведению условий, примерно соответствующих тем, что существовали во Вселенной в эпоху гипотетического "Большого Взрыва".

Поэтому опасения насчет того, что Землю "засосёт" какая-нибудь искусственно созданная "чёрная дыра", уже легли в общественное подсознание — от запуска LHC очень многие ждут всяческих неприятностей, называя данное чудо науки и техники "Последним адронным коллайдером" (Last Hadron Collider) и даже "Большим коллайдером Апокалипсиса" (Large Apocalypse Collider).

Теоретически энергия столкновений частиц, достижимая в этой машине, может составлять свыше тысячи тераэлектронвольт (ТэВ). Но даже в случае "простых" протон-протонных столкновений она будет равна 14 ТэВ — примерно на порядок выше того энергетического порога, за которым, как уже показали эксперименты на других, менее мощных коллайдерах, возникают и существуют давно "исчезнувшие" из нашей Вселенной частицы. Не исключено, что теперь среди них могут оказаться и такие, которые окажутся "семенами" новых Вселенных или "ключами" к трансформации уже существующей — в полном соответствии с евангельскими пророчествами о "новом Небе и новой Земле", что откроются для человечества после "конца света".

Во всяком случае, вероятность именно такого развития событий, согласно мнению ряда исследователей, "отлична от нуля", а иск к создателям LHC, который был подан 21 марта сего года в федеральный окружной суд штата Гавайи гражданами США Уолтером Вагнером и Луисом Санчо с требованием запретить его запуск, пока американским правительством не будет гарантирована их личная безопасность и безопасность всей планеты Земля от безответственных экспериментов европейских ученых, — наверное, пополнит коллекцию самых необычных юридических изысков всех времен и народов…

Интересно здесь то, что апокалиптические настроения, особенно на Западе, становятся всё сильнее. Число людей, уверенных в скором наступлении "конца света", растёт буквально в геометрической прогрессии. И получивший широкий резонанс феномен "пензенских затворников" — вовсе не какое-то уникальное и свойственное только "отсталой России" явление. В той же Голландии подготовка к "концу света" приобрела куда более массовый, хотя и не настолько структурированный характер.

Впрочем, среди современных "апокалиптиков" гораздо большей популярностью, чем Откровение Иоанна Богослова, пользуются совершенно иные источники — например, древний календарь индейцев майя, согласно которому "эпоха Пятого Солнца" должна завершиться 21 декабря 2012 года. Или на скандинавские саги, из которых якобы следует, что Рагнарёк, "Последняя битва богов", состоится в 2013 году. Точно так же провозглашенный рядом раввинов еще в 1991 году "приход Мошиаха" предполагает и "начало Геулы" — "полного освобождения" евреев и конца нынешней земной истории. Наверное, не стоит в этой связи напоминать, что в православном богословии фигура Мошиаха трактуется как фигура Антихриста, явление которого должно состояться в "последние времена".

Вся эта информация, как будто специально направленная и разогнанная к новой "точке сингулярности", пересекаясь с обозначенными выше опасениями по поводу LHC, способна создавать совершенно новые "образы мира". Кстати, озвученная первоначально вождем "пензенских затворников" Петром Кузнецовым дата "конца света" (весна 2008 года) совпадала как раз со временем запланированного (но впоследствии снова отложенного) запуском Большого адронного коллайдера. Так что если и когда это событие произойдёт, не исключено, мы окажемся свидетелями множества странных и связанных между собой сопутствующих явлений не только в природе, но и в человеческом обществе.

Николай Коньков «ЭСЕРОВСКИЙ» МЯТЕЖ

5 июля исполнится 90 лет со дня начала так называемого "эсеровского мятежа", ставшего одним из важнейших пусковых механизмов гражданской войны в России.

К этому времени уже больше месяца на территории от Самары до Владивостока длилось антисоветское восстание чехословацкого корпуса, поддержанное правыми эсерами. С 8 июня в Самаре был провозглашен и действовал в качестве альтернативной власти Комитет членов Учредительного собрания (Комуч). Однако, скажем, на Дальнем Востоке никаких столкновений между советскими властями и 14-тысячной группой генерала Дитерихса еще не происходило.

Главным поводом для вооруженного выступления чехословацкого корпуса, официально ставшего после революции и Брестского мира частью французской армии стали столкновения с бывшими германскими и венгерскими военнопленными, эшелоны которых по условиям того же Брестского мира двигались навстречу чехам, на запад.

Уже из этой парадоксальной ситуации совершенно очевидно следует, что "похабный", по признанию самого Ленина, но объективно необходимый советской власти Брестский мир привел к полной утрате Россией какой бы то ни было геополитической субъектности. Более того, провозглашенный большевиками выход из империалистической войны объективно способствовал резкому улучшению позиций Германии, войска которой весной 1918 года провели успешные наступательные операции и практически вышли к Парижу.

Разумеется, страны Антанты вследствие этого не просто рассматривали советское правительство как своего противника и фактического союзника Германской империи, но и предпринимали значительные усилия для того, чтобы любым доступным путём изменить эту ситуацию. Соответствующие переговоры велись по всему политическому спектру: от монархистов до большевиков, поскольку даже в руководстве РКП(б) сопротивление Ленину по вопросу о Брестском мире оставалось чрезвычайно мощным.

Именно в этих условиях буквально за две недели до оказавшегося победным контрнаступления войск Антанты на Западном фронте (с 18 июля по 10 ноября 1918 года) и начался пресловутый "эсеровский мятеж", главной движущей силой которого стали до того союзные большевикам левые эсеры. Убийство германского посла Вильгельма фон Мирбаха 6 июля и более чем "странное" поведение при этом целого ряда руководителей РКП(б), не говоря уже о последующей судьбе очень многих участников "мятежа", более чем откровенно свидетельствует о действительных целях "мятежников": выйти из состояния мира с Германией и создать тем самым почву для дальнейших переговоров со странами Антанты, уже де-факто располагавшими реальной военной силой на территории России — например, в лице всё того же чехословацкого корпуса.

Не удивительно, что подавление "эсеровского" мятежа проходило под непосредственным руководством Ленина, а главной силой выступали так называемые латышские стрелки под командованием Иоакима Вацетиса, в числе которых находилось немало этнических немцев.

Однако именно 5-6 июля резко активизируется и мятеж чехословацкого корпуса — его части повсюду, где они находятся, вступают в открытые вооруженные столкновения с советскими властями, свергают их и тесно взаимодействуют со всеми местными антисоветскими силами: от социал-революционеров до монархистов. То есть осуществляют на практике создание широкого антисоветского военно-политического фронта, подготовленного действиями дипломатов и разведчиков Антанты.

Разгоревшаяся после этого в нашей стране гражданская война максимально ограничила и затруднила предусмотренные Брестским миром поставки сырья и продовольствия из России в Германию, что в немалой мере обусловило успех последнего наступления и конечную победу Антанты. Еще одним прямым следствием этого мятежа следует считать расстрел в Екатеринбурге Николая II и его семьи, практически снимавший с повестки дня вопрос не только об участии России в переговорах о послевоенном устройстве мира, но также, например, о судьбе "золота Романовых", после русско-японской войны и революции 1905 года отправленных на хранение — якобы как раз в "дружественные" британские банки.

При этом следует отметить, что ранение Ленина 30 августа отравленными пулями (т.н. "покушение Фанни Каплан"), почти на два месяца "выключившее" вождя большевиков из реального политического процесса, вряд ли могло состояться без, как минимум, пассивного содействия ряда его ближайших соратников, в том числе отвечавших за охрану и безопасность Ильича. Именно в это время основные нити руководства аппаратом партии и советским правительством оказались сосредоточены в руках такой фигуры, как Яков Свердлов, чья скоропостижная смерть, последовавшая 19 марта 1919 года, во многом заново "переформатировала" верхушку большевистской партии.

Напомнить, хотя бы пунктирно, об этих страницах отечественной истории сегодня совершенно необходимо — прежде всего для того, чтобы высветить реальную многомерность любых политических событий и почти априорной ангажированности (или, реже, неадекватности) любых попыток представить их в простейшей и самой доступной для восприятия черно-белой гамме. Как писал некогда еще великий Пушкин, "сказка — ложь, да в ней намек…"

СЧЁТ ПАМЯТИ

29 мая в Москве состоялось внеочередное Общее собрание участников Регионального благотворительного общественного фонда содействия увековечению памяти погибших граждан в сентябре-октябре 1993 года.

Как было отмечено на собрании, сегодня усилия Фонда направлены на скорейший сбор необходимых средств для памятника, и эта работа успешно проводится. Конечно, вопрос этот не простой, что подтверждает письмо, поступившее в адрес Фонда по электронной почте из Новосибирска от Жимулёва Федора.

Он, в частности, пишет: "Очень хорошо, что у Фонда содействия увековечению памяти погибших граждан в сентябре-октябре 1993 года появился Web-сайт, и что на нем выложен бланк квитанции. Но удивляет, что до сих пор сбором средств, выделением пожертвований заняты только простые люди. Интересно узнать: собираются ли участвовать в этом благородном деле известные, уважаемые обеспеченные люди — такие, как В.Алкснис, С.Бабурин, С.Глазьев, М.Делягин, А.Белов, руководители КПРФ?

Я понимаю, что многие известные люди по тем или иным причинам предпочитают не афишировать свои поступки и содействуют сбору средств на условиях анонимности, но полное отсутствие информации об их отношении к возведению памятника вызывает ощущение, что элита (не государственная — с ней все понятно, а элита патриотического движения) полностью равнодушна к этому святому делу.

Мне кажется, постройка памятника героям и жертвам событий 1993 года могла бы послужить одним из способов проверки тех людей, к мнению которых мы привыкли прислушиваться. Нам, простым людям, живущим в разных уголках России и за ее пределами, было бы радостнее на душе, если бы мы знали, что делаем одно общее дело с теми, кого знаем только по их словам в газетах…"

Что можно ответить автору?

Да, мы приняли в сентябре прошлого года "Открытое обращение к политическим партиям, общественным организациям и движениям" по этому вопросу. Оно было опубликовано в патриотических средствах массовой информации, мы непосредственно передавали его руководителям многих организаций, указанным в письме лицам и не только им, но отклика, к сожалению, пока что не получили.

На собрании также отмечалось, что сбор средств на памятник не является самоцелью нашей работы, поэтому Фондом проводились и проводятся другие мероприятия. В частности, по договоренности с редакцией газеты "Патриот" осуществляется цикл публикаций на основе материалов "Доклада Комиссии Государственной думы Федерального Собрания Российской Федерации по дополнительному изучению и анализу событий, происходивших в городе Москве 21 сентября-5 октября 1993 года" под рубрикой "Тайна беззакония". В связи с приближающейся 15-й годовщиной со дня расстрела Дома Советов и его защитников подготовлено 3 DVD диска с видеохроникой этих событий. Осенью планируется провести встречу защитников Верховного Совета Российской Федерации.

Ниже читателям газеты "Завтра" по традиции представляется очередная информация о поступлении денежных средств на изготовление и установку памятника погибшим защитникам Дома Советов.

К ранее поступившим пожертвованиям в апреле-мае этого года на банковский счет Фонда почтовыми переводами и непосредственно в кассу Фонда перечислили

из Москвы: Лукьяненко А.М. — 100, Поддубная Т.В — 200, Баранова Е. — 300, Борисова Е.Г., Осипов А.А., Пузицкий А.В., Щеглов П.А. — по 500, Медников А.М. — 960, Врублевкий В.А., Ионов С.И., Карамышева Г.Г., Карельский В.В., Коробова Т.В., Николаева В.И., Смирнов М.И. — по 1000, Грошев Е.И. — 1500, Брюхин В.Е. — 2000, Гуревич В.И. — 2450, семья Подгорных — 9000, Жариков В.М. — 10000 рублей;

из Санкт-Петербурга: Маркова В.Н. — 100, Селиванова Б.С. — 400, Белов Ю.С. — 1000 рублей;

из других субъектов Российской Федерации: Собинов В.М. (Саратовская обл.), Федотов В.В. (Приморский край), Кудряшов В.В. (Кемеровская обл.), Меркушев А.Н. (Кировская обл.) — по 1000; Кленьшин А.Г. — 500, Коренев Э.А., Логинова Г.П. — по 1000, Мартынова А.И. — 2000, Герасимов В.И. — 3000 (Московская обл.);

из других городов и населенных пунктов России: Бучельников В.В. (Тюмень), Наумкин Ю.И. (Рязань), Малышенко В.В. (Выселковский р-н), Махов И.И. (Вичуга) — по 100, Корбаков В.И. (Волгоград) — 150, Гаврилов В.В. (Мариинский Пасад) — 200, Петровский В.Ю. (Ленинский) — 300, Бельшев Н.А. (Кострома), Гришин Н.Ф. (Саранск), Жимулёв Ф.И. (Новосибирск), Красовский Д.Л. (Саратов), Ногелайнен А.Т. (Петрозаводск), Погребняк Л.И. (Торжок) — по 500, Кононенко Л.А. (Владивосток), Кучинская В.И. (Самара), Поваляева Н.И. (Кемерово), Сойда И.Н. (Тольятти) — по 1000, Андрушко С.В. (Омск) — 1200, Белькович Э.А., Елайкин В.Н., Ковель В.И., Крючков С.Г. — 1650, отец и сын Добродеевы — 2000 рублей (Нижний Новгород).

Получен денежный перевод из Латвии от Александровой Л.И. на сумму 1275 рублей.

Кроме того, поступили пожертвования во время проведения патриотических мероприятий 1 и 9 мая и внеочередного Общего собрания на сумму 11600 рублей.

Таким образом, по состоянию на 1 июня 2008 года на банковском счете Фонда находилось почти 700 тысяч рублей. Выражая благодарность товарищам, внесшим посильный вклад в дело реализации намеченного Фондом проекта, надеемся, что и другие патриоты подключатся к воплощению в жизнь благородной идеи.

Пожертвования можно перечислить по следующим реквизитам:

Наименование получателя:

"РБОФ содействия увековечению памяти погибших граждан в сентябре-октябре 1993 года"

Донское ОСБ 7813 г. Москва,

ИНН 7713386381,

КПП 771301001,

ОКАТО 45277568000.

Р/с получателя 40703810338110101321,

БИК банка 044525225.

Банк получатель: Сбербанк России ОАО г. Москва,

К/с 30101810400000000225.

Назначение платежа: добровольное пожертвование на памятник.

А также почтовым переводом по адресу: 119607, Москва, ул. Лобачевского, д. 98, кв. 104, Смирнову М.И.

Михаил Смирнов, председатель правления Фонда

Евгений Головин СОВРЕМЕННЫЙ МИФ

Миф — силовая линия, по которой направляется любое бытие: одуванчика, слона, скоростного поезда, прибрежного утеса и т.д. И, разумеется, человека, сколько бы он ни рассуждал о свободе воли. Это не исключает случайных обстоятельств, стихийных потрясений, безумия, врагов, благодетелей, болезни, смерти и прочего. В общем смысле эта силовая линия незримо и неслышно определяет бытие космоса и природы в данную эпоху. Как только она меняется, "определение бытия" и всех его параметров принимает другие термины и другие качества. При "великом Пане" и других греческих богах шла одна силовая линия; при Перикле — другая, при императоре Тиберии — третья, при Наполеоне — четвертая. Мифическое понимание "силовых линий" исключает историю как причинно-следственную последовательность, искажаемую зачастую молниями катастроф. Равным образом исключает оно смысловое содержание человеческой жизни и целесообразность бытия. Если бы мы знали жизнь бушменов III-го века, это не обогатило и не обеднило бы нашего представления о человечестве. Если бы, напротив, бушмены знали законы Ньютона, это не улучшило бы хитроумия их ловушек или качества их ядов. Каждое племя, каждый народ живет по своим обычаям, обусловленным массой национальных, видовых, родовых особенностей, составляющих многокрасочную панораму "фольклорного человечества". Последнее как жило, так и живет: политеизм, культ предков, охота и рыбная ловля, традиционные ремесла. Колдуны племени "аомба"(берег западной Африки) как заклинали подводные созвездия, так и продолжают свое занятие, хотя некоторые из них учились в европейских университетах. Языки, культы, обычаи примитивных племен и народов со второй половины двадцатого века изучают этнографы, приумножая бесполезные знания белых людей, которые полностью завладели земным шаром.

Почему так получилось? Потому что переменился миф европейцев, потому что силовая линия европейского бытия ушла в немыслимую сторону. Еще Перикл признавал "божественными" идеи Платона. Они и до сих пор звучат привлекательно в изложении неоплатоника Прокла — трансцендентальным миром души управляют пять светочей: благо, гармония, красота, справедливость, умеренность. Эти слова с течением веков становятся всё менее понятны, но даже сейчас никто не будет отрицать их нравственного величия. Но…

Идеи Платона не имеют отношения к моральному поведению человека в обществе. Это качества души. А сейчас не имеют представления, что понималось под "душой" во времена Платона. Посвящение в "душу" происходило в мистериях, а не сводилось к формальному религиозному обряду. Душа при желании может приобщиться к какой-нибудь религии, поскольку последняя не противоречит её стремлениям, но в принципе у неё свой метафизический мир.

Душа в античном смысле совершенно ровно относится к существам реально-физического пространства. Драконы, нимфы, великаны, скалы, растения и звери отличаются друг от друга только своими особенностями и ситуацией в мире. У них своя жизнь и свой язык. Индивидуальная душа, избравшая в процессе мистерии то или иное существо (не исключая человека), легко и быстро осваивает чужеродные языки и обычаи. Скажем, нимфа-дриада погибает вместе с деревом, в котором она живет: душе ничего не стоит переселиться в другое дерево и познать жизнь другой нимфы. Какие у неё для того основания, почему она так делает — недоступно человеческому разуму: если душа знает язык человека, то обратное дано редким мудрецам и мечтателям.

Можно без конца рассказывать о субстанциях, формах, качествах, характерах души в античном мировоззрении. Но беда в том, что античная душа открывается чувствам, предчувствиям, фантазиям, но не разуму. В последнем, за ненадобностью, никто особо не нуждался, кроме охотника в лесу да строителя государства с его храмами, жилыми домами, кораблями, воинами и т.д. Понятие об античной душе осталось только в искусстве, легендах и сказках. Когда мы читаем строки Н.С.Гумилева:

Я читаю стихи драконам,

Водопадам и облакам, -

…нас трогают эти стихи, хотя мы понимаем невозможность подобных слушателей. Если бы античный читатель нисколько бы не удивился правде подобных строк, то мы нисколько не удивляемся праву поэта на условность. В Древней Греции с удовольствием читали, как богиня Гера обратилась в облако и в таком виде зачала кентавров от царя Иксиона. С тех пор кентавры медленно спускаются с неба белыми и розовыми облаками, но их можно хорошо увидеть, испросив у бога Пана остроты зрения. Правда, Пан избегает людей и нисколько не старается им помогать. В стихотворениях Феокрита о Пане бог недоумевает, кем и зачем созданы эти существа — ленивые и трудолюбивые, равнодушные и мстительные, жадные и гневные. Пан полагает, что это дети матери-земли — на манер титанов — они ценят ежедневную работу, любят дары богов, но ненавидят за беззаботность и веселую жизнь. В "Пророчествах Пана" Архилоха высказаны вещие слова: богам скоро надоест человеческая лживость и неблагодарность, они покинут людей матери-земле или бросят в Тартар к их собратьям титанам. Мы можем только угадывать судьбу людей, поскольку письменные источники, оставшиеся от античности, лишены достоверности. Во-первых, они переписаны сотни раз, во-вторых, неизвестно, кто приложил руку к подобной переписке. С таким же успехом следует судить о судьбе Атлантиды. Но люди забыли о душе и предались разуму — таков вывод "пророчества" Пана. Много веков спустя Декарт пришел к весьма справедливому мнению касательно природы разума, поделив существующее на res cognitas и res extensa, то есть "вещи познающие" и "вещи внешние". К первым относится только человек, к последним — всё остальное. Это значит, что всё остальное — растения, минералы, животные, — подлежат использованию и эксплуатации. Но если во времена Декарта (семнадцатый век) подобное использование носило сдержанный характер, то далее, в связи с неслыханным развитием техники, познающая агрессия против матери-земли обрела чудовищные формы. Люди усвоили повадки титанов, доказав, что боги всегда были им чужды. Постоянная работа по кругу, аннигиляция пространства в пользу времени, жестокость и несправедливость ради материального богатства, планомерное уничтожение земли ради целесообразности смерти. (В эпоху античности смерть физического тела была рядовым событием, мимолетной тучей, заслоняющей солнце.) Из жизни ушла душа — искусное целое, гармонически составленное из четырех космических элементов, душа, не уступающая разложению, свободная в своих сложных движениях, уникальная в своих метаморфозах, чувствующая себя одинаково в воздушной стихии фантазии, странных призраках гигантских морских глубин и среди исполинских чудовищ матери-земли.

Мы говорили вначале о силовой линии, направляющей ту или иную эпоху. Нашу эпоху определяют смерть и разум. В античное время некоторые герои — Одиссей, Геракл, Тезей — могли опускаться в преддверие смерти (Аид) и благополучно возвратиться обратно. Но за бездонными глубинами Аида начинается пространство, в которое нелегко попасть и откуда нельзя вернуться. Это Тартар, местопребывание титанов, побежденных богами, отделенное от Аида раскаленной решеткой. Здесь живет смерть, здесь царство злых иллюзий и бесконечной работы. Сейчас человек анимирован чем угодно — заботой, надеждой, мечтой, а главное — разумом.

Основные качества разума — любопытство и подозрительность. Как вещь детально устроена, не скрывается ли ловушка под березовой веткой на лесной тропинке, не опасен ли идущий позади человек? Пистолет выдается за игрушечный, булавка с виду невинна, пудра пахнет приятно. Так. Но вдруг пистолет настоящий, булавка отравлена, пудра — ядовита?! Но не всё так плохо на этом свете! Блестящая безделушка в пыли на дороге может оказаться золотым украшением, лучший друг может залезть в карман и оставить там кошелёк, неказистая вывеска на углу может скрывать отлично оплачиваемую работу. На свете много чего находится и случается — необходимо только обладать хитростью, умением и хорошей ориентацией, дабы не пребывать в молодости в дураках, а в старости — в доме престарелых. Мир непознаваем — ну и чёрт с ним, звёзды либо блестящие точки, либо светила в неслыханной высоте, либо яркие узлы тартаровой решетки — какое это имеет значение? Любопытство — вещь двусмысленная. Хорошо угадать карты партнера, выигрышный лотерейный билет, подлинный алмаз в куче бижутерии, но совсем другое дело — за грошовую зарплату копаться во внутренностях человека и зверя, ломать голову над математическим уравнением, открывать новую планету, составлять спасительное лекарство (как будто и без него людей мало) и т.д. и т.п. Разум — дело тонкое, им может обладать отпетый дурак. Речь, следовательно, идет об установке границ, о самонахождении в любой ситуации, о сообразительности в запутанных случаях — словом, о жизненном разуме. Еще совсем недавно более или менее искренне рассуждали о пагубной, безответной любви, о героизме, о космических пришельцах, о снежном человеке, о людях, доживших до ста пятидесяти лет, о первобытных создателях роботов, о мятеже зомби, о смерти солнца. Если ранее большинство подобных гипотез принимались за бред, то сейчас положение изменилось. Жизненный разум заранее со всем согласен, что напоминает строки французского поэта-сюрреалиста Робера Десноса:

муравей щеголяет в цирке вертит бревно

беседует по-французски и по-китайски

а почему бы и нет…

…или близкого к сюрреализму Анри Мишо:

клиент напротив мне сразу не понравился

я накрошил его в тарелку

полил горячим чаем и крикнул официанту

я же просил мороженого…

Юмор? Гротеск? Истина? Всё — разом и еще много чего. Смерть поставила предел любому познанию и раздвоила людей: одни торопятся, не спят ночами, дабы решить важную проблему; другие, уяснив бесполезность жизни, скинув нацепленную обществом маску озабоченности, желают основательно продумать неизвестно кем и зачем отпущенный жизненный срок и приходят к идее жизненного разума. Необходимо спокойствие, денежное содержание, толерантность к словам и поступкам других. Если современному немецкому поэту Францу Мону вздумалось написать:

разговаривая со своими карманами

в поисках грошей на пиво

пальцы Йоши известные склочники

разорвали карманы на куски

и пошли бродить по супермаркету…

…то возможно Франц Мон заработает на пиво. Деловой человек, правда, посоветует ему взяться за отбойный молоток, ручку лопаты или влезть на трибуну, громко призывая к полету на Сатурн. На худой конец, предложит сочинить диссертацию о Гете. Но у современной эпохи есть один существенный признак: здесь всегда найдутся рабочие, специалисты, демагоги, диссертанты. Здесь всегда найдутся катастрофисты, утописты, зазывалы. Власть массы всегда отличается повышенной идеологизированностью. Восстание масс победило, с этим нельзя не считаться. Это означает совершенное равнодушие к мировоззрению: философия, материализм, идеализм, онтология, наука вообще — никчемная чепуха. Техника, её достижения, её триумф — вот ради чего стоит жить. Она дает комфорт, драгоценно-удобные условия бытия, которых не знали наши предки. Правда, при этом она уничтожает растительность, благоприятный климат, превращает чёрт знает во что нашу планету, но… после нас хоть потоп. Жизненный разум ради собственной безопасности повелевает нам делать вид, что всё прекрасно, что технический прогресс — величайшее достижение человечества, хотя сие сомнительно в высшей степени. Но высказывать в наше время оригинальное суждение — глупо и напрасно. Собственность должна оставаться скрытой. Как заметил современный немецкий писатель Фридрих Георг Юнгер в "Совершенстве техники": "Я остаюсь собственником, если у меня есть собственные мысли и если я отказываюсь механически принимать способ мышления коллектива".

Жить стало намного опасней, нежели сто лет назад. Планомерная эксплуатация земли и людей, утилитарный функционализм, техническая рациональность подавили духовную самостоятельность. "Всё инстинктивное, темное в человеке, его смутные волевые порывы и путаница мыслей не побеждаются, а только усиливаются. Система организации, которая стремится подмять под себя всё, не имеет никаких средств для обуздания этого темного царства. Никакой технический разум не способен остановить нарастание слепой стихийности, напротив, технический разум открывает перед ней дорогу для проникновения и распространения в жизни" (Ф.Г.Юнгер.) Действительно, страх, неуверенность, паника, иррациональность приобрели в современном мире необычайные масштабы. Тартар дает себя знать, хотя он нашел себе прибежище главным образом в кинематографе и на телевидении. Утопия так давно превратилась в антиутопию, что каждый готов поверить в любой апокалиптический кошмар, только не в светлое будущее. Землетрясения, цунами, гибель пароходов, крушение поездов, падение самолетов, терроризм — тривиальная реальность наших дней. Причем всё это происходит на фоне беспросветной скуки бытия. Высокий уровень техники способен увеличить скорость, сократить расстояния, улучшить гигиену, но ни на йоту не может придать жизни занимательности и весёлости. Электронные аттракционы, куклы, игры не вызывают ничего, кроме инерции, скуки и уныния. Из слов выветрился смысл, что лишает всякую речь даже намека на серьёзность. Только искусный мастер жестикуляции, интонаций, пауз может надеяться на мимолетную популярность как демагог и актер. От невыносимой скуки, беспрерывных обманов и надувательств, от всесилия техники, от явного презрения, показного человеколюбия или трафаретных обещаний кем-то и зачем-то поставленного начальства люди постепенно сходят с ума. Хотя последнее признается при очевидно неадекватном поведении. Как правило, даже самый тяжелый психический недуг находит объяснение у психоаналитиков или специалистов по глубинной психологии. Потому что, утратив понятие о душе, ученые находят "душевное" в подсознательном и бессознательном, в галлюцинациях естественных и спровоцированных, в любых иррациональных пейзажах, в любых старинных рисунках и надписях "магического" характера. Йога, дао, вуду — зачастую в совершенно неузнаваемом виде — подвергнутые "научной" обработке, находят у массы восторженный прием. Если народ — индивиды или группы, объединенные общим языком, религией, ремеслами, праздниками, культурными ценностями, то масса — нервный, легко возбудимый людской поток, готовый повиноваться любым притяжениям, слушать любого горлана, при первом энергичном призыве разрушать всё подряд, но боязливо рассеиваться при громком окрике случайного функционера в форме. Человек массы, как правило, не видит сколько-нибудь интересных снов, его грезами руководят специалисты по видениям. Любой аляповатый бред, выданный за очевидную реальность, подтвержденный слухами или парой пьяных свидетелей, находят общее сочувствие. Это напоминает оживленный разговор двух купчих в пьесе А.Островского, как "наш царь собирается на войну с белым арапом". Если же солидный господин в дорогом костюме, поблескивая перстнем на пухлой руке, рассуждает о трехметровых обитателях НЛО или о чудовище озера Лох-Несс, а в ответ на удивление слушателей начинает высокомерно тянуть: "Как вам сказать? Наука признает только факты, хотя и не отрицает остроумных гипотез… К тому же, друг мой Горацио…" или вставит: "Платон мне друг, но истина, истина…", — такой субъект вызовет почтительное внимание.

Как механизм не может работать без заимствованной энергии и неустанной заботы, так и современный человек не может обойтись без чужих мнений (информации) и постоянного патронажа. Если ранее честолюбцы относились к соотечественникам как к людям взрослым, имеющим собственные взгляды на жизнь, то сейчас задача властолюбивых резко изменилась. Достаточно обладать внушительным голосом, авторитетной интонацией, набором занятных игрушек, уверенных соблазнительных обещаний… — и дело в шляпе.

Инфантилизм, панический страх при всяком угрожающем намеке власть имущих, дрожь перед грядущими катастрофами, ужас при реве гигантских машин, отравляющих, пожирающих, уничтожающих, но дающих комфорт, почтение перед их кормильцами-миллиардерами, привычное, но боязливое ожидание неизбежной смерти — таковы силовые линии современного мифа.

Андрей Смирнов ЛИНИЯ КИНЧЕВА

АЛИСА. "Пульс хранителя дверей лабиринта" ("СD-Максимум"), 2008.

Глазами дохлой рыбы смотрели на свет,

Лепили подтасовки о том, чего нет.

Подглядывали в щели, на слухи велись,

Смакуя в червоточине слизь.

Исследовали небо по картам "таро",

Зло, называя правдой, обманом — добро.

Считали эталоном чужую модель,

Успешность возведя в самоцель.

А я — искра в пляске огня.

Я — отражение глаз.

Блеф силы этого дня

Мной был просчитан на раз.

"Пульс хранителя дверей лабиринта", даже при просто прочтении и сочетании слов, предполагает нечто таинственное, неведомое, медленное… Почему-то медленное, хотя пульс ритмичен…

По Лабиринту Кинчева не придется блуждать, он — Путь. Путь — Движение. Почти по прямой. Из Лабиринта надо выйти, в кинчевский Лабиринт, надо попытаться войти — без тревожного ожидания подвоха (кто может ждать от Кинчева подвоха?). Идти на свет он — помогает. Некоторая таинственность названия, безусловно, себя оправдает, но для того, чтобы разгадать загадки, слушателю потребуются время и желание их раскрыть. Кто-то ограничится просто оценкой песен, кто-то захочет двинуться дальше, для этого придется взбодрить мозг и сжать время, которого, как известно, не существует", — обозначает официальный пресс-релиз.

"Алиса" — не из тех групп, что поразят открытиями, экспериментами. Даже "передышки" вроде пластинок "Jazz" или "Танцевать" вполне укладывались в магистраль творчества. А "Геополитика" с Рикошетом была воспринята как баловство. Отдали дань уважения новым технологиям и хватит. Вольготно Кинчев со товарищи чувствуют себя в рок-форме. Изначально "Алиса" балансировала между новой волной и роком, в его "утяжелённом" варианте. Последние полтора десятка лет — выбор неизменно в пользу рока.

В России ниша рока как музыкального феномена практически свободна. Кинчев здесь властвует, как хочет. Это не рокапопс или исторический русский рок, фундаментом которого могли служить и бит, и шансон, и этника.

"Мы просто играем рок", — поёт группа "Пилот", откровенно эпигонская по отношению к "Алисе". Константин Евгеньевич такое может сказать на полном основании, потому его проявления надо воспринимать как данность. Сквозь призму трип-хопа, лаунжа, нью-эйджа всё это действительно воспринимается довольно кондово, но в случае Кинчева важна внутренняя логика, его упрямая линия. Со стороны проще выдать клишированные оценки, наклеить ярлыки. Но вряд ли они будут адекватны. Истины Кинчева идут изнутри, они пережиты, а не преподаны, посему для восприятия необходимо войти в его контекст. Характерно постоянное и непрерывное "воспроизводство" аудитории группы. При этом среди сегодняшних алисоманов — старые бойцы и новые фанаты, привлечённые как знаменитым внешним образом, так и музыкой. Есть и те, кто оценили Кинчева, исходя из его православно-патриотической присяги. Такой подход понятен, хотя довольно утилитарен.

Сам я фанатом группы никогда не был, в пантеоне русского рока "Алиса" занимала своё, но локальное место. Посему лучшими пластинками неоригинально считаю "Энергию" и "Шабаш". Последние творения группы — это крепкие альбомы, связанные между собой звучанием, единством тем и образов. Это своего рода сага, которая неизбежно балансирует на грани того, что могут определить как пошлость. Когда искреннему кинчевскому патриотизму припишут казённый пафос, а героический ореол утонет в грохоте каких-нибудь эльфийских клинков.

"Пульс" — цельная пластинка. Динамичная, чёткая, в меру агрессивная. Кинчев песней "призывает апрель", недвусмысленно высказывается по поводу "оранжевых соплей", даёт понять, что "без надежды веры не найти".

Слушая сегодняшнюю "Алису", сложно "перенестись" куда-нибудь на Вудсток. Но странно для человека, который в этом году отметит пятидесятилетие, было бы впадать в истерику, играть в сорванца. Что симпатично и симптоматично, Кинчев верен себе, органичен своему возрасту. Неполикорректен, хотя каких-то радикальных вещей от него ждать не приходится, да и неоткуда им взяться.

Со стороны музыкальных снобов и младолибералов последнее время вошло в моду высокомерное ёрничание над Кинчевым — мол, дядя выжил из ума, заигрался. Ещё немного — и дойдёт до формулировок про "приличное общество". Но Кинчева внешние реакции интересуют мало: "Самое главное, надо двигаться в единожды выбранном направлении. Вот и всё", — заявил он в интервью "Правой.ру".

Недавно лидер интересной питерской формации "Электрические Партизаны" Вадим Курылёв высказался в том духе, что рокер-де не может быть консерватором. Укол был в адрес Кинчева, не скрывающего своих державных воззрений. Может быть. Но как тогда быть, например, с большим числом американских музыкантов, стоящих на консервативных позициях. Наверное, они-то явно понимают толк в рок-н-ролле.

Рок для Кинчева — это удивительная и парадоксальная форма сопротивления соблазнам мира сего, путь обретения себя и даже снискания Благодати.

Каждый день приближает час "Ч",

В каждом храме сургуч да печать.

Я хочу быть мишенью в луче,

Когда время придет умирать

Всем кому не лень

Путь держать к лучу.

Дать надежду в день,

Всё что я хочу.

Владимир Винников БРЕДОГОН

Наш мир явно асимметричен и несправедлив. Сердце у подавляющего большинства людей почему-то расположено слева, а не поровну слева и справа, Вселенная зачем-то состоит из материи, а не материи поровну с анти-материей, и даже время течёт как-то однобоко…

Нам почему-то кажется, что это не слишком хорошо. Нам почему-то до зарезу хочется справедливости, равноправия и симметрии. Пусть не в этой жизни, но хотя бы вообще и в целом. Чтобы люди, умирая здесь, где-то и когда-то снова возрождались в своей цельности и полноте, чтобы "черные дыры" в другом, параллельном космосе оказывались "белыми" и так далее, до бесконечности.

Наверное, эта ничем не объяснимая тяга к несуществующему, а зачастую — и не могущему быть — одно из важнейших свойств человеческой природы. Без попыток создать такую абстракцию, как вечный двигатель, вряд ли могла возникнуть вся современная машинная цивилизация, а без поисков философского камня — современная наука.

Главный фетиш современного мира, деньги, — тоже предельно асимметричен, неизотропен и в этом смысле несправедлив. Между тем осознание феномена денег до сих пор почему-то шло в рамках одномерного мышления, теоретически вопрос о существовании антиденег даже не ставился.

В результате на сегодня мы имеем практически три действующие или могущие оказаться таковыми концепции денег: временную, энергетическую и информационную. В рамках первой (ставшая уже традиционной максима "Время — деньги") феномен денег воплощает собой некую меру времени, необходимого для создания той или иной стоимости. В рамках второй место необходимого времени занимает необходимая энергия, в рамках третьей — необходимая информация ("Деньги — счетная единица").

Наверное, нужно еще раз акцентировать внимание на том, что и время (о чем уже упоминалось выше), и энергия, в отличие от информации, — величины векторные, направленные, неизотропные. Поэтому в рамках соответствующих концепций принцип симметрии применительно к деньгам вообще не мог быть поставлен — вернее, он ставился в рамках изначальной асимметрии, то есть ограниченно и однобоко.

Зато в рамках информационной концепции феномена денег подобная заданность уже не существует. Точно так же, как очевидное и достигшее критической черты "опрокидывание" массы денег в будущее с созданием фиктивной стоимости выглядит уже не настолько чудовищным, а главное — неизбежным следствием развития человеческой цивилизации.

Уже с этой позиции становятся чётко видны контуры противоположного и симметричного феномену денег феномена антиденег — меры не столько увеличения стоимости, сколько уменьшения энтропии; феномена, отдельные (и неузнаваемые из-за искажения) черты которого проступают уже в такой простейшей и распространенной финансовой практике, как авансовые платежи.

Но еще интереснее, чем это обстоятельство, становится органическая концепция стоимости, включающая в себя как феномен денег, так и феномен антиденег.

Если обычные деньги на протяжении всей человеческой истории выступали и выступают как феномен своеобразной искусственной жизни, противостоящей жизни человека и поглощающей её, то антиденьги предстоит не столько как можно больше зарабатывать, сколько как можно правильнее и жизненнее тратить. Они должны быть по природе своей синергичны, а не антэргичны, реально выполнять роль не ограничителя, а стимулятора жизнедеятельности человека. С появлением и государственной институцией антиденег у любой человеческой общности, использующей этот феномен, появится как бы вторая, ныне отсутствующая, рука. Не думаю, что это кому-либо повредит.

ОТ РЕДАКЦИИ.

"Эта идея недостаточно сумасшедшая для того, чтобы оказаться верной", — примерно такую мысль приписывают Нильсу Бору, одному из "отцов" современной физики. Способность вырваться за пределы очевидного — одна из самых важных и загадочных способностей человека. Её обладателей трудно назвать счастливыми — их почти всегда считали ненормальными, сумасшедшими и тому подобное. Но даже если их идеи не могли воплотиться в жизнь — они давали толчок поискам и величайшим открытиям завтрашнего дня.

Поэтому мы надеемся, что новая колонка нашей газеты станет не просто своеобразным архивом "сумасшедших", "бредовых" идей, но и одним из необходимых элементов Развития нашей страны.

Тит КУЛЬТУРА ПОЛТОРА

С легкой руки незабвенного культуролога Владимира Паперного принято делить советское искусство на "Культуру Один" и "Культуру Два", имея в виду соответственно период революционного конструктивизма и неожиданно пришедшую ему на смену эпоху "магического сталинизма".

Выставка "Борьба за знамя. Советское искусство между Троцким и Сталиным. 1926-1936" демонстрирует, таким образом, результаты перехода культуры из одного агрегатного состояния в другое. По мнению создателя экспозиции искусствоведа Екатерины Деготь, между культурами "первой" и "второй" промежуток был большой. И кристаллизация принципов социалистического реализма шла не так стремительно, как считает Паперный.

Деготь полагает, что речь идет о целом десятилетии, отмеченном так называемым "левым зигзагом" в политике Сталина, когда им на вооружение были взяты идеи и принципы, выработанные в левой, вполне себе троцкистской среде.

Данная концепция представляется мне довольно надуманной и даже наивной. Что вовсе не отменяет особую ценность и высокое качество данной экспозиции.

Похоже, что выставка "Борьба за знамя" наилучшим образом иллюстрирует те особые, зыбкие и краткие отрезки социальной истории, когда становление Нового еще не закончено. Миф пока не родился, образ не отлился в бетоне, чугуне или бронзе. Но чреватая новыми смыслами культура уже терзается в родовых схватках, и вот-вот случится главное…

Скромное обаяние маргинальности, трогательное очарование и странность любых переходных форм — не могут не тронуть зрителя. В русских сказках мужик, сделав кувырок через голову, превращается в медведя. В процессе сказочного кульбита наверняка был миг, когда мужик, уже перестав быть самим собой, еще не превратился в медведя. Но возникло ли при этом нечто совершенно оригинальное, вот вопрос?

Время перехода от конструктивизма к имперскому стилю даёт массу примеров синкретической архитектуры. Конкурс проектов Дворца Советов представляет собой занятный парад подобных химер. В станковой живописи шли схожие процессы, что прекрасно видно на примере работ, выставленных в Новом Манеже.

Обилие вполне забытых или вообще неизвестных имен сполна компенсируется наличием множества работ знаменитых советских художников. Столь несхожие между собой Владимир Лебедев, Юрий Пименов, Эль Лисицкий, Павел Кузнецов, Александр Дейнека, Исаак Бродский живут пока еще в одном времени, дышат разреженным воздухом одной общей эпохи — в рамках "культуры полтора".

Да, то было время, когда машинные боги молодой красной цивилизации еще не уступили пьедестал обнаженным физкультурницам, за которыми, в свою очередь, явились в позументах увенчанные лаврами и дубовыми листьями герои и триумфаторы Великой войны…

Подкупает аккуратный и внимательный подход, проявленный организаторами выставки в деле оформления и выстраивания экспозиции. Каждая работа снабжена аннотацией с краткой биографией художника. По мне эти любовно, иногда с трудом собранные сведения, — и есть самое важное и интересное на выставке. Жизни художников, драма их судеб в аэродинамической трубе страшного века — вот главные, на мой взгляд, уроки для ценителей живописи и историков культуры.

Короткие и длинные жизни, слава и забвение, опала или признанность властью, коллизии времени, культурная и политическая жизнь страны — всё в этих строчках. Один умер в блокадном Ленинграде, другой исключен из Союза художников за формализм, но, дожив до глубокой старости, был восстановлен в профессиональных правах и посвятил остаток дней любимому делу.

Вот уроженец города Бремена, мастер модерна и теоретик новой архитектуры, поклонник Коминтерна, поселившейся в 20-е годы в Москве. Умер в ссылке в Казахстане в 1942 году, куда был сослан за свое немецкое происхождение.

Или вот борец за пролетарское искусство, еврей, известный своими обвинениями в адрес художников другого направления. Он называл их искусство не только буржуазным, но заведомо антисемитским и фашистским. В конце 30-х расстрелян, захоронен на Бутовском полигоне.

Есть здесь авторы, о которых почти ничего неизвестно, и скупые сведения в аннотации приглашают зрителя внимательней приглядеться к самому полотну — этой единственной визитной карточке канувшего в неизвестность мастера.

Эпоха слома культур, помимо дрожания зыбких переходных форм может открывать дорогу, давать пространство асимметричным, альтернативным тенденциям, спрятанным в недрах индивидуального сознания или социума.

В целом можно сказать: экскурс в таинственное десятилетие удался. Сети, закинутые в прошлое, на этот раз принесли богатый улов.

Елена Антонова ПРАВДИВЫМ СЛОВОМ СКАЗКИ Женовач ставит Диккенса

"Я верю и намерен внушить людям веру в то, что на свете существует прекрасное, верю, невзирая на полное вырождение общества, нуждами которого пренебрегают… Моя вера в людей, которые правят, в общем, ничтожна. Моя вера в народ, которым правят, в общем, беспредельна".

Чарльз Диккенс

Сергей Васильевич Женовач, художественный руководитель Студии театрального искусства, — один из самых интересных и, пожалуй, самый плодовитый режиссер нашего времени. Даже без учета сделанного им по окончании режиссерского факультета Краснодарского института культуры (1979) и на режиссерском факультете ГИТИС (курс П. Н. Фоменко), в его активе — 24 спектакля, сыгранных труппами Театра-студии "Человек", Театра на Малой Бронной, Театра на Басманной, "Мастерской П.Н. Фоменко", Малого театра, МХТ им. Чехова, Норвегии и студентами актерско-режиссерского курса его мастерской в РАТИ, составившими впоследствии костяк Студии театрального искусства. Три первых премии Союза театральных деятелей (СТД), премии "Молодые таланты — городу и миру", "Гвоздь сезона", "Хрустальная Турандот", пять премий "Золотая маска" — награды, собранные его работами. В 2004 году Женовач был награжден Государственной премией за режиссуру, а в 2005 — премией имени Станиславского "за возрождение духа студийности".

В марте 2006 года премьерой "Захудалый род" по Лескову, сыгранной в Центре имени Мейерхольда, "Студия театрального искусства" Женовача заявила о своем существовании. А с марта этого года она стала работать в отреставрированном для нее здании на улице Станиславского, ставшим Домом ее насельникам. Художник Женовача Александр Боровский явил себя здесь талантливым художником интерьера. Как всегда лаконичный, Боровский сумел подчеркнуть выгодные особенности не только старого дома на Таганке, но и Театра, что обосновался в его стенах. В отделке — лишь природные вещи, облагороженные рукой человека. Кирпич, железо, дерево, керамика, кожа. А как все это ласкает глаз! Как гармонично ощущает себя зритель до, во время и в антрактах спектакля! Как органично все это оттеняет те взгляды, что провозглашает Театр!

На последнюю премьеру Женовача "Битва жизни", поставленную по рождественской повести Чарльза Диккенса, я попала ненароком. Один из моих поклонников (не женских стАтей — увы, всё проходит! — а статЕй) во второй половине дня позвонил мне и объявил, что сегодня вечером я иду в театр. Мой смущенный отказ был отвергнут резонным ответом, что это — к Женовачу, в его новый театр, на премьеру. Возразить было нечего, и слава Богу.

Диккенс по многим причинам должен быть близок Женовачу. Начать с того, что писатель был пристрастен к театру, народным представлениям. В конце жизни он с удовольствием и весьма искусно читал свои сочинения широкой публике, заставляя ее и плакать, и смеяться. Оттого так живы и театральны, в лучшем смысле этого слова, характеры героев Диккенса. Близки позиции режиссера и писателя также по такому вопросу, как дидактика. Не зря о Диккенсе писали (и немало!) специалисты в области педагогики и философы-моралисты. Да и для такого страстного поборника воспитательской миссии литературы, каким был Лев Толстой, Диккенс, по его словам, "имел очень большое влияние, любимый был писатель". Не в последнюю очередь за "нравственное отношение писателя к предмету". Недаром Толстой, не слишком часто хваливший своих собратьев по перу, заявил: "Просейте мировую прозу, останется Диккенс…" У Женовача склонность к дидактике тоже весьма прозрачна. Причем направлена она в обе стороны: внутрь — воспитывая и возвышая актеров, и вовне — желая воздействовать на нравственность публики. Наконец, сближает английского классика и нашего режиссера то, что сегодняшняя Москва во многом сходна с Лондоном времен Диккенса. Та же резкость бытовых и социальных контрастов, кричащая пестрота красок, фантасмагория форм, жажда наживы. Философ, экономист и публицист Джон Стюарт Милль в книге "О свободе" (1859), поминая Диккенса, буквально вопиет к своим современникам том, о чем пытаемся докричаться и мы: "Остановитесь, одумайтесь! Знаете ли, куда вы идете? Посмотрите — душа убывает!"

Воспрепятствовать убыванию души, как мне кажется, и стало одной из главных задач Женовача, когда он решился поставить святочную сказку Диккенса. Сказку с непременно счастливым концом, которая доступна самой широкой аудитории, где Диккенс — Творец им созданного мира — предстает перед нами и сентиментальным рассказчиком, и трезвым реалистом, и необузданным фантазером. В святочной сказке отрицательных персонажей обычно нет. В ней царит любовь. Даже когда ее герои вышвырнуты "вверх тормашками в мир поиграть в чехарду с его напастями" Главное — чтобы ее "поучительность" дошла по назначению, заставила внимающих ей людей задуматься, подвигла их к желанию стать чище и лучше в той "битве жизни", которая выпала им на долю.

Женовач любит работать с авторским текстом. В данном спектакле ему надо, чтобы слово автора воспринималось в своей первозданности, а происходящее на сцене было как бы ожившей его иллюстрацией. Для этого он не только вводит в число действующих лиц Сочинителя, но и вручает каждому артисту распечатку роли, которую те вначале читают, как примерные школяры, иногда даже с поднятием перста вверх, как бы указывая на ту высшую силу, которая их сотворила. Но, постепенно вживаясь в роль, сродняясь со своими героями, актеры начинают забывать о том, что они — всего лишь иллюстраторы авторского текста, и, как в жизни, начинают говорить "от себя".

Доброму духу рождественской повести соответствует и сценография Боровского. На сцене, как в типичном английском доме, все призвано согреть и защитить его обитателей, даже взаправдашний огонь во взаправдашнем камине. И так уютно смотреть на все это, и видеть открытые, освещенные улыбками лица молодых артистов, которые рады на сцене любимого театра играть в святочной истории неисправимого филантропа Диккенса. Они совсем разные, эти ребята, но их ансамбль воспринимается как целое, он не фальшивит. И в этом — главная заслуга их учителя, Сергея Васильевича Женовача, неустанно лелеющего ту дружескую атмосферу студийности, которая когда-то дала путевку в искусство таким неповторимым артистам, как Тарасова, Андровская, Яншин, Хмелев. Если, поддавшись искушению, все же выделить кого-то в этом спектакле, то это, наверное, будет Мария Шашлова, сыгравшая служанку Клеменси. Своей органичной жизнью на сцене она эту роль второго плана превратила в одну из самых интересных. Впрочем, то же сплошь и рядом происходит в романах Диккенса, где люди из низших сословий на поверку оказываются самыми запоминающимися и яркими его героями.

Заключая, скажу: слава Богу, что Москва имеет такой Театр и такого Режиссера. Слава Богу, что они несут нам "разумное, доброе, вечное". Вместе с иными высокими достижениями нашей культуры это — залог того, что мы способны уберечь наши души от убывания.

Евгений Нефёдов С НОВЫМ ТОМОМ!

Представление новой книги Саввы Ямщикова "Прости им, ибо не ведают, что творят" (изд. "Метагалактика", М., 2008 г.) проходило в заполненном конференц-зале Российской Госбиблиотеки 26 июня, в самый разгар захватившего всё и всех футбольного бума. Однако сложилось так, что в течение трех часов ни один выступавший ни слова не произнес на бурлившую в воздухе тему! Случай для тех дней редкий, но и вполне естественный, поскольку люди те были и сами — редкие, неординарные, по-настоящему интересные своими собственными делами и взглядами. Интересными настолько, что все, о чем каждый из них говорил, попросту не нуждалось в подпитке какой-то другой, хотя и заведомо "проходной" на тот момент где угодно темой…

Нет, они вели речь о вещах не столь преходящих. Обсуждая, каждый со своих позиций, новую работу С. Ямщикова, они отвечали на главный вопрос дискуссии, касались главной авторской темы: что же есть нынешняя Россия, ее культура, кто ее преданные созидатели, кто — беспощадные разрушители? Собственно, автор и сам во многом ответил на этот жгучий вопрос в представляемой книге, но каким блестящим дополнением к ее тексту стало всё то, о чем доверительно говорили с залом гости известного реставратора и публициста! Ибо и сами они известны и популярны ничуть не меньше: это протоиерей Александр (Шаргунов), писатель и критик Игорь Золотусский, ученый Игорь Острецов, профессор Валентин Фалин, издатель Юрий Петухов, предприниматель Александр Нотин, архитектор-реставратор Олег Журин, главный редактор "Слова" Александр Линник, ветеран отечественного телевидения Валентин Лазуткин, легендарный врач Александр Недоступ и еще немало достойных людей. И когда эта встреча уже завершалась, публика поспешила с вопросами и за автографами не только к С. Ямщикову, но и к его гостям и друзьям. Разговор так активно обрел "второе дыхание", что на основе этих живых диалогов-экспромтов Савва Васильевич, полагаю, мог бы создать уже новую, не менее увлекательную книгу…

ГАНГСТЕРЫ ЗА КУЛИСАМИ

Русской национальной культуре нанесён сокрушительный удар: незаконно обвинён и посажен в следственный изолятор художественный руководитель и главный режиссёр Московского Государственного Историко-этнографического театра Михаил Александрович Мизюков.

Совершена гнусная провокация корыстных людей, нагло и беззастенчиво стремящихся завладеть средствами, предоставленными правительством Москвы на реконструкцию театра, и уничтожить наш прекрасный коллектив.

Московский историко-этнографический театр создан двадцать пять лет назад. У его истоков стояли, поддерживали и вдохновляли писатели, композиторы и музыканты, которые составляют гордость русской культуры, среди них В.Распутин, В.Астафьев, В.Лихоносов, В.Щуров. В 1997 году Постановлением Правительства Москвы театру присвоен статус Московского Государственного Историко-этнографического театра.

Сердцем, душой, бессменным руководителем театра стал Михаил Александрович Мизюков. Им было поставлено большое количество спектаклей, связанных с русской историей и фольклором. Подготовлено множество концертных программ. Проведены фестивали народной музыки и фольклорных театров, в том числе и международных. Театр помогает правительству Москвы, Министерству культуры, Патриархии в проведении культурных мероприятий. Нашим спектаклям рукоплескали Германия, Испания, Болгария, Корея, Польша, Чехия и страны ближнего зарубежья. Мы объездили с гастролями всю страну от Калининграда до Анадыря, неся подлинно русскую песенную культуру и знакомя с национальными обычаями и обрядами российских зрителей.

Более двадцати лет художественный руководитель театра вынашивал идею создания в Москве театрально-фольклорного центра "Русский Остров" на базе театра. Этот центр позволил бы проводить различные фестивали и конкурсы, встречи с гостями из разных городов России, узнавать о культуре и традициях не только русских, но и других народов. Работа по осуществлению этого проекта осуществлялась М.Мизюковым лично и коллективом театра в целом. Наконец, 24 октября 2006 года было подписано постановление Правительство Москвы о создании Автономной некоммерческой организации Театрально-фольклорный центр "Русский остров". В 2007 году была утверждена смета данного проекта. Нам стало известно, что в текущем году предполагается освоение пяти миллионов рублей. В 2009 — пятидесяти миллионов рублей. Наконец, через год — двухсот пятидесяти миллионов рублей. Эти деньги и стали причиной наших бед. Триста миллионов рублей — немалая сумма. Предполагаем, что именно этот куш стал предметом интереса криминальных структур.

20 марта сего года была совершена "операция — провокация", в результате которой М.А.Мизюков был обвинён в получении взятки в размере 25 тысяч рублей. Эта сумма была обещана театру неким "просветителем" за аренду зала в целях проведения лекции.

Театр по уставу имеет право на сдачу помещений; сотрудники театра были в курсе, даже намечали, как обещанные денежные средства будут потрачены на необходимый реквизит.

К тому же, кто нынче берёт взятки в размере месячной зарплаты мелкого московского чиновника? Это было бы просто смешно, когда бы не было так грустно.

Некто Леонид Косяков попросил взять в аренду зал театра для проведения лекции, назвавшись организатором лекции московского профессора по психологии искусства. Ему предложили продать на проведение этой лекции билеты. Однако он отказался и сказал, что сможет и без этого рассчитаться с театром. В день намеченной лекции он приехал на машине, предложил М.А.Мизюкову сесть в его автомобиль и обсудить финансовые вопросы. Когда же Михаил Александрович вышел на улицу, на него набросились шесть сотрудников УБЭП, скрутили руки и увели. В кармане режиссёра оказались данные гражданином Косяковым деньги за аренду зала, представленные "как взятка".

Естественно, никакие посетители на предполагаемую лекцию не явились, и сама лекция не состоялась.

Для чего всё это делается? Это ясно, как день: если руководитель нашего театра будет осуждён хотя бы условно, он будет лишен права заниматься финансовой деятельностью. И преступники получат полный доступ к кредитам. Следствию стоило бы выяснить, в чьи конкретно руки должны попасть деньги, выделенные на реконструкцию театра, и кто на самом деле по жизненному статусу несостоявшийся "лектор" Леонид Косяков. Организацию "ООО "Альбион", представителем которой обманщик назвался, найти в Москве не удаётся: это типичные "Рога и копыта".

Уже сейчас на юридическом адресе в интернете Московского Государственного Историко-этнографического театра без нашего ведома и согласия орудует некая организация под названием "ОООТрансЛогистик". В круг её деятельности входит: "астрологи, службы знакомств, брачные бюро, эскорт и обслуживающий персонал ( всего 11 видов деятельности)". Театр — гордость русской культуры хотят превратить в бордель, выбросив актёров на улицу! А режиссёр театра оказался в нечеловеческих условиях следственного изолятора.

Михаил Александрович Мизюков не мог совершить инкриминируемого ему преступления. Это безукоризненно честный, глубоко религиозный, ярко талантливый человек. Его мерзко и подло оклеветали.

Создавая реальную угрозу гибели уникального русского национального театра, доморощенные гангстеры могут нанести непоправимый ущерб нашей великой культуре. Мы со страхом ожидаем новых преступлений со стороны наших противников.

Но не сдаёмся, продолжаем работать во благо нашей страны.

Мы — честные люди, любящие Россию, делающие большое дело для развития русской культуры. И не позволим попирать наши гражданские и человеческие права.

Необходимо остановить этот произвол! Свободу Мизюкову!

Коллектив Московского Государственного Историко-этнографического театра

Евгений Нефёдов ЕВГЕНИЙ О НЕКИХ

Мой дядя самых честных правил
футбольных нарушать не мог:
так Гуса Хиддинка восславил,
что Яну Гусу дал урок!..
Во весь опор, с размахом русским
он тут же взялся хлопотать:
метеорит назвать — Тун-Гусским,
Газпром — Гуспромом должен стать.
Да будет город Гусь-Хрустальный —
Гус-Бронзовым назло врагам!
И даже чуть ли не похвально то,
что испанцы тривиально уроки дважды дали нам,
вполне конкретно и реально
оставив Гуса с носом там…
Но это всё не помешало приёму пышному потом!
Поскольку дней-ночей немало
Москва футболом лишь дышала,
чуток подвинувшись на нём…
Торговцы зычно голосили,
себя и всех вводя в восторг:
"Здесь продаётся флаг России!
Вы оптом, в розницу просили?
Насчёт цены — возможен торг!.."
За флаг деньгу гребли лопатой,
его везде трепали так,
как будто шарфиком фаната
был бело-красно-синеватый —
хотя по мне и странноватый —
но всё равно державный Флаг.
Страна любая главный символ
вольна пристроить хоть куда…
Никто не спорит, господа.
Но, видит Бог, у нас в России
традиционно относились
серьёзней к этому всегда.

И в боевой поре,
и в мирной, в час,
когда радость или грусть, —
почтительно, по стойке смирно
стояла перед Флагом Русь.
Здесь и хоругви, и знамёна —
не для того, чтоб исступлённо,
в пивном чаду,
под свист и визг,
махали ими стадионы,
являя тем "патриотизм"…
Но принесли и эту "моду"
остолбеневшему народу "
порядка нового" гонцы.
Дабы теперь в любом успехе
лишь кайф тусовки и потехи
могли всегда ловить юнцы.
Какие там "высоты духа"?!
Сегодня правит — развлекуха
свой нескончаемый балдёж.
"В формате" той же развлекухи —
и флаг страны, и гимна звуки…
Пусть привыкает молодёжь!
Не всё ж трудиться да учиться,
пусть оттянуться не боится,
пусть бесконечно это длится,

чтоб ни о чём не размышлять,
чтоб занимали мозг и уши
одни биланы или ксюши —
фанат же для того и нужен,
что им умело управлять…
Мы все учились понемногу
болеть за наших игроков.
Кто, помню, бурно,
кто-то строго,
но — без омоновских полков…
А впрочем — что бурчу я вечно?
Ведь кто-то и чистосердечно,
с законной гордостью вознёс
над головою флаг,
быть может, и свято верил, что поможет…
Помог ли, нет — другой вопрос.
Его пока никто не ставит,
команду только хвалят,
славят, власть и казна ей шлют привет…
Вот отгудит наплыв оваций — тогда и будем разбираться:
так есть футбол у нас иль нет?
Футбол-то есть.
Плохой, хороший — когда какой…
Хоть верю всё же, что он придёт,
успеха миг, и в этом деле, и в других.
И суть не в памятнике Гусу:
его сварганить — дело вкуса,
сейчас любому ставят их…
Я об ином твержу упрямо —
что не трагедия, не драма —
мячи в воротах.
Драма в том, что слышим ныне
много крика: "Вперёд, Россия! Стань великой!"
Но дальше крика — не идём.
Зато идёт игра такая,
в секреты коей не вникая,
нутром почувствовал народ:
познали мы такие беды,
что нам не выжить — без Победы!
Но у Победы флаг — не тот…