/ Language: Русский / Genre:nonf_publicism

Газета Завтра 433 (11 2002)

Газета ЗавтраГазета


ТАБЛО

11 марта 2002 0 0

11(434)

Date: 12-03-2002

ТАБЛО

l Согласно нашим источникам в Вашингтоне, в руководстве США наблюдаются растерянность и нервозность, вызванные последними неудачами американского контингента в Восточном Афганистане и абсолютной неясностью перспектив пребывания американских вооруженных сил в этой стране.

Реальные потери по крайней мере втрое превышают официальную статистику, в то время как политическая база созданного в Кабуле правительства практически равна нулю.

В свете этого и было принято решение о временном отводе сил из районов боев параллельно с переброской дополнительных контингентов из Европы и США. В политическом аспекте в Белом доме осознают, что еще одна подобная неудача — и все планы по "блицкригу на Ближнем Востоке" окажутся "неосуществимыми", тогда как израильско-палестинский конфликт выходит на "финишную прямую". Одновременно с этим в политическом и военном руководстве США расширяется внутренний конфликт между "ястребами" во главе с вице-президентом Чейни и "умеренными" во главе с госсекретарем Пауэлом. Именно в этой связи и была организована "утечка" о "новой ядерной доктрине" Буша ("Завтра" уже писала об этом в конце декабря прошлого года) с включением в число вероятных ядерных ударов, наряду со странами "оси зла", России и Китая. Данную "утечку" тут же опроверг Белый дом, и наши аналитики полагают, что предстоящие две недели должны окончательно прояснить детали "свары" вокруг Буша. Именно ее исход и определит временные рамки будущей "замены Путина на Касьянова"…

l Мировые рынки в начале нынешней недели снова вершат плавное падение после лихорадочных усилий финансового истеблишмента США по "искусственному" повышению курса. Это расценивается как "генеральная репетиция" перед тотальным коллапсом финансовых рынков США. Важнейшим аспектом накатывающегося краха является противоречие в курсе Вашингтона, который стремится к массированному падению сырьевых цен (прежде всего цен на энергоносители) на фоне военно-политической ставки на развязывание ряда "региональных конфликтов", автоматически ведущих к повышению ценовых позиций на сырье. Росту хаоса в мировой экономике соответствует и решение Буша об увеличении таможенных тарифов на сталелитейную продукцию, в том числе от российских производителей. Между тем, "ответные меры" Москвы, касающиеся запрета импорта "ножек Буша", вскоре будут, по мнению экспертов СБД, отменены Москвой, поскольку лично Путин остро заинтересован в "сохранении" диалога с Бушем…

l Прошедший в Лондоне "спектакль Березовского" на тему "взрывов в России" явно не удался, поскольку реальных документов не было предъявлено, а доказательства "свидетелей" выглядели слабыми и малоубедительными. Однако наши эксперты приходят к выводу, что Березовский и не собирался выбрасывать "козырные карты", которые сохраняет до нужного момента. Этот момент связывается с проведением слушаний в Европарламенте, которые будут инициированы Юшенковым и Рыбаковым при поддержке журналистов, ориентирующихся на связку Березовский — Гусинский. "Московская репетиция” слушаний намечена на те дни, когда Киселев и олигархи получат, наконец, "6-ю кнопку", а Примаков и Вольский в нужный момент сыграют свою игру с нанесением удара по путинской группировке "ленинградских чекистов". Вместе с тем, данный план постоянно корректируется на частных встречах, проходящих в возглавляемой Примаковым Торгово-промышленной палате. Там же, по некоторым сведениям, активно участвует "группировка Горбачева"…

l Итоги сессии ВСНП в Пекине показывают, что экономические темпы КНР в ближайшие месяцы возрастут. Сохранение же юаня на прежнем стоимостном уровне (тяжелый юань) позволяет говорить о том, что китайское руководство приняло решение об интернационализации своей денежной единицы. Последнее новое обострение в американо-китайских отношениях и определит "новый курс КНР в придании юаню статуса азиатско-тихоокеанской валюты" сразу после кульминации финансово-экономического кризиса в США…

l В среде "московских олигархов" циркулируют слухи относительно того, что группа Чубайса несколько "ослабла" из-за осложнения взаимоотношений Москвы и Вашингтона, а сам Чубайс вот-вот готов подать в отставку. Однако на самом деле эти "сведения" — лишь дымовая завеса для прикрытия крепнущего взаимодействия "чубайсовской команды во главе с Кудриным" с волошинско-касьяновской группой. В настоящее время ими энергично прокладываются пути сотрудничества с "Горбачев-фондом", что позволит в полной мере использовать того же Примакова и других академиков в "зачистке путинской группировки"…

АГЕНТУРНЫЕ ДОНЕСЕНИЯ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ “ДЕНЬ”

СТАЛИН ПРОСИЛ ПУТИНА ЕГО НЕ БЕСПОКОИТЬ

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

СТАЛИН ПРОСИЛ ПУТИНА ЕГО НЕ БЕСПОКОИТЬ

Если Путин встанет на стул, подымется на мыски и очень постарается, то, быть может, сумеет завязать шнурки на ботинках Сталина. Можно ли сравнить Путина и Сталина? Муху и Галактику? Писк комара и грохот Ниагары? Смешок Шендеровича и поэму Данте?

Сталин сражался за власть, шел к ней через тюрьмы, трагедии, великие труды. Путина принесли и поставили, как приносят чайник, накрытый "бабой", оставляют посреди стола.

Сталин владел "образом будущего", видел на сто лет вперед, сотворял это великое будущее. Путин только и знает, что катается на лыжах.

Сталин владел исторической теорией, провидел войны и революции, указывал место, которое надлежит занять СССР среди бушующего ХХ века. Путин озвучивает пустые и глупые тексты "пиарщиков", от которых засыхает герань в горшках и киснут на кухне щи.

Сталин планировал историю, создавал ее, сотворял очередной ее отрезок, вырывая силой и прозрением у Грядущего. Путин как встал в позу "инвестиционных ожиданий", так и стоит по сей день, и все приезжают посмотреть на эту странную согбенную фигурку.

Каждый год и месяц сталинского правления был отмечен результатами: построенными заводами, изобретенными машинами, снятыми фильмами, эскадрильями самолетов и флотилиями кораблей. При Путине заводы стоят, но открываются "казино" и "ночные клубы", и повсюду идет непрерывное, изнурительное и бессмысленное говорение — брехня, брехня, брехня.

Сталин работал и жил ради трудового народа, строил новые города, открывал библиотеки, берег народную копейку, вкладывая ее в оборону, науку, здравоохранение. Оставил народу могучую космическую державу, а своему семейству пару истоптанных сапог. Путин живет ради сотни толстосумов, которые обворовали страну, обескровили народ, вывозят за рубеж краденые миллиарды, отгородились от народа колючей проволокой и пулеметами. При нем население убывает по миллиону в год, и растут на Успенском шоссе "города золотых унитазов", где и у него самого есть терем.

Сталин создавал политическую элиту из талантливых крестьян и рабочих, окружил себя патриотами Родины, раскрыл неограниченные способности народа, что позволило России стать первой страной мира, с лучшей армией, кинематографом, физикой, воздухоплаванием. Путин окружил себя космополитами, презирающими Россию, закрыл доступ в элиту "простолюдинам", обрекая их на тюрьмы, криминальные группировки, преждевременную смерть от чахотки. Россия откатилась на задворки истории, и ее национальным героем стал одессит Жванецкий.

Сталин создал в искусстве "Большой стиль", направляя художников, писателей, архитекторов, режиссеров и композиторов на создание величественной "красной иконы", на которую молилось все человечество. Путин что-то робко лепечет о культуре с министром Швыдким, который прославился показом по телевидению гениталий прокурора и проституток и отстаивает правомерность мата в русском литературном языке.

Сталин послал своему врагу Троцкому в подарок ледоруб. Путин обьявляет во "всероссийский розыск" Березовского, который хохочет над ним со всех экранов, показывает кассету, как "путинцы" взорвали дома в Москве.

Сталин увеличивал территорию СССР, присоединял к ней заповедные русские земли, окружал страну мощными поясами дружественных стран. Путин, вслед за Горбачевыми и Ельциным, не сберегает территорию, а готовит передачу Курил японцам, отталкивает от России друзей, делает из Китая врага, отдавая судьбу Российского государства в руки Пентагона и ЦРУ.

Сталин был Первым Лидером мира, переиграл Муссолини и Гитлера, в Тегеране и в Ялте навязывал свою волю Рузвельту и Черчиллю, не болтался по белому свету, как турист или эстрадный певец. Путина пускают в "восьмерку", как пажа, где он приносит сигары Бушу и мобильник Блэру. И даже в "олимпийском комитете” не могут запомнить его имени.

Сталин окружил себя государственниками, умными дипломатами и стратегами. Путин поставил рядом с собой Миронова, заступника японских шпионов и израильских карателей, о котором шутят: “Миронов — друг Аронов”.

Сталин выиграл самую страшную в истории человечества войну, одержал мистическую Русскую Победу, которая стала вероучением для многих поколений русских людей. Путин смехотворно и бездарно воюет в Чечне, вооружив армию дротиками, проиграл “куриную войну” Америке, а все его победы — в "покер" с ничтожными ставками.

Нам понятен Путин, как музыка "чижик-пыжик". Все, что он говорит или делает, это "операция прикрытия" для получения сверхприбылей нефтяными, алюминиевыми и алмазными магнатами, а также для нелегальных валютных утечек величиной в сто миллиардов долларов годовых.

Сталин — это больше, чем человек и вождь. Это категория. Это способ существования России в ХХ веке. Это бессмертное начало, которое будет постоянно воплощаться на трагических переломах истории. И мы еще увидим, как по униженной и оскорбленной стране, неспешно, заложив руку за борт долгополой шинели, попыхивая трубкой, в фуражке с красной звездой, пройдет спокойный, узнаваемый всеми человек, возвращая народу заводы, гарнизоны, университеты, кардиологические центры, и мы станем изучать правила русского языка не по "матерщиннику" Швыдкому и "дзюдоисту" Путину, а по "Вопросам языкознания" товарища Сталина.

Александр ПРОХАНОВ

СПАСИБО ВСЕМ, ПОЗДРАВИВШИМ МЕНЯ С ВОСЬМИДЕСЯТИЛЕТИЕМ

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

СПАСИБО ВСЕМ, ПОЗДРАВИВШИМ МЕНЯ С ВОСЬМИДЕСЯТИЛЕТИЕМ

Признаться, я такого не ожидал, чтобы человеку, постоянно гонимому и часто получающему пинки, прислали вдруг столько поздравлений, что я растерялся. К тому же, заговорили в печати и на телевидении, я даже вздохнул: какой это тяжелый крест — известность. Еще и после памятного дня продолжали одолевать поздравительные звонки, так что я окончательно устал. А уйти, затвориться невозможно, еще ведь и надо благодарить. Простите, пожалуйста, все поздравившие меня, что я лично никого не могу отблагодарить. Очень признателен всем сразу за ваше доброе слово.

Теперь разрешите и мне вам тоже сказать доброе слово.

В поздравлениях я увидел, как еще добр наш народ, несмотря на постоянно изматывающие трудности и развращения. Значит, Россия жива, значит, ее не убить, ее измотать окончательно невозможно, побеждает все наше долгое русское терпение.

Еще будем жить!

Помоги вам всем Бог, спасибо вам за ваше отзывчивое сердце.

Священник Дмитрий Дудко

АГЕНТСТВО “ДНЯ”

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

АГЕНТСТВО “ДНЯ”

«

Крошка-Буш к отцу пришел,

И сказала кроха:

“Ножки Буша — хорошо,

Сталь России — плохо”.

СТАЛИН: ОСОБЕННОСТИ МЕТОДА

Шамиль Султанов

11 марта 2002 23 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: Шамиль Султанов

СТАЛИН: ОСОБЕННОСТИ МЕТОДА

О СТАЛИНЕ МНОГО НАПИСАНО. Казалось бы, даже очень много. Но можно ли утверждать, что внутренний метод "вождя", внутренняя система его личностного мышления известны сегодня лучше, чем при его жизни?

Да, о Сталине очень много написано. Но большинство из этого написанного, прямо или косвенно, сделано "по заказу". О нем писали и пишут либо те, кого он сам однозначно отнес бы к внешним врагам, либо те, кто считался бы им внутренними врагами, либо "друзья", которые больше заинтересованы в подтверждении своих политических взглядов по поводу "вождя народов", чем в раскрытии глубокой, неординарной, противоречивой личности самого Сталина.

При жизни одного из самых неординарных политиков ХХ века публикуемые о нем материалы носили строго прикладной, идеологический характер. А потому вряд ли могут быть отнесены к материалам, способным раскрыть метод и внутреннюю личностную стратегию Иосифа Виссарионовича.

Сам Сталин никогда не писал и не намеревался писать свою автобиографию. Так же, как, впрочем, не занимался этим и Ленин. И дело не только в том, что у двух выдающихся лидеров большевизма не было времени для написания соответствующих опусов. Или соответствующего тщеславия.

Политическая автобиография — это последняя попытка политика обмануть Историю, задним числом продемонстрировав читателям превосходные замыслы, которые-таки реализовались (или не реализовались из-за коварства многочисленных врагов).

Сталин был прежде всего Революционером. А личностная история Революционера, действительно осознающего себя таковым, неотделима от истории Идеи, адептом которой он является и которую он реализует. В этом смысле действительные революционеры похожи на искренних, убежденных мистиков. Истинный революционер чувствует себя не только призванным этой Идеей, но и находящимся внутри самой этой развивающейся Идеи. Поэтому Бисмарк или Черчилль могли написать свою политическую автобиографию, а Фома Аквинский или Джелалетдин Руми — не могли в принципе.

С другой стороны, известно, как тщательно и скрупулезно подходил первый руководитель Советского Союза к редактированию своего собрания сочинений. Иосиф Сталин, в силу своей специфической внутренней религиозности революционера, в силу своего внутреннего духовного развития, был действительно личностно искренен в том, что он писал о себе и своем революционном в широком смысле времени.

ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ СТАЛИН жил в переломном времени, которое, собственно, и состояло почти сплошь из вышедших на поверхность кровавых, действительно непримиримых противоречий, самого грубого насилия, невиданного до этого в Истории. (Переломный характер этого времени по-настоящему станет ясен, возможно, через несколько десятилетий). Именно в этот период индустриализация как первая стадия всемирной глобализации достигает пика своего развития, по крайней мере в десятке ведущих стран мира. История человечества именно в этот период начинает невиданное когда-либо до этого тотальное и угрожающее ускорение.

Именно индустриализация, окончательно оторвав человека от природы, разрушила его традиционные религиозно-моральные основы и стимулировала выход на поверхность общественной жизни, энергии насилия, небывалых до этих пор масштабов. Кажется, Шпенглер меланхолически заметил, что в Европе религия умерла, уйдя в искусство.

В этот период начали радикально рушиться сформировавшиеся в течение столетий представления о мире, казалось бы, еще недавно устоявшиеся нравственные предписания и моральные системы прошлого. Стало кардинально меняться само понятие "реальность" как результат многомерного человеческого опыта, в том числе связанного с прошлым и будущим. Различные идеологические и политические интерпретации, вытекающие из изощренных научных концептов, культурных метаморфоз и искусственно создаваемых моральных систем, обслуживающих экономический рост, в своей совокупности стали заменять исчезающую традиционную, эмпирическую и проверяемую человеческую реальность.

С другой стороны, ускоряющаяся материалистическая и технологическая история, отвергая, казалось, устаревшие религиозные догмы, требовала внесения изощренной квазирелигиозности в самую рациональную социальную теорию и практику.

ИМЕННО В ПОГРАНИЧНЫХ СИТУАЦИЯХ КРИЗИСЫ В ЛИЧНОСТНОМ ПЛАНЕ воспринимаются наиболее остро и драматично. Может быть, как раз в личности Иосифа Сталина — выходца из небольшого грузинского народа, входившего в состав все более опускавшейся в тотальный, системный кризис Российской империи, проявились в полной мере многие из этих исторических противоречий. "Времена не выбирают, в них живут и умирают".

Многие исторические обвинения, даже кажущиеся вполне справедливыми в адрес И.С., на самом деле фактически являются обвинениями в адрес той переходной эпохи, которая, кстати, продолжается, и в которой мы, хотим того или нет, по-прежнему живем.

БИОГРАФИЯ ИОСИФА СТАЛИНА, ДАЖЕ НА ВЗГЛЯД НЕИСКУШЕННОГО и беспристрастного человека, содержит в себе огромное количество тайн, которые до сих пор не раскрыты. Конечно, нельзя забывать, что сам Сталин, и в силу своего личного характера, и в силу своего жизненного опыта, был одним из величайших конспирологов XX века. Но, по сути, конспирологией была проникнута и история большевистской партии, и вся политическая ткань той эпохи. И не только России.

Один только пример. Известно, что идея Ленина о "партии нового типа" впитала в себя представления Огюста Бланки и российских народовольцев. Однако, несмотря на длительный срок культивирования идеологизированного "Краткого курса ВКП(б)", а затем и многотомных "Историй КПСС", до сих пор неизвестно, как в действительности формировалась революционная партия большевиков, именно как политическая корпорация принципиально нового типа, как в ее рамках взаимодействовали "внутренняя организация" профессиональных революционеров и партия масс, каким образом она финансировалась, каковы были отношения с тогдашним российским истеблишментом (в частности, с главным противником большевиков — могущественным Министерством внутренних дел Российской империи).

Можно только предполагать, что реальные механизмы функционирования такой корпорации были известны только достаточно узкому кругу большевистских лидеров, в число которых на каком-то этапе вошел и Сталин.

Причем функционирование этой специфической партийной корпорации было весьма далеким от жесткой бюрократической регламентации.

С одной стороны, из марксистской теории следовал основополагающий вывод по поводу "исторического творчества масс". С другой стороны, на бескрайних просторах Империи многое зависело от личных способностей руководителей революционных комитетов на местах, качеств этих профессиональных революционеров, их знаний и интуиции, их способности "жить в гуще масс, жить с массами, знать интересы масс".

Иначе говоря, креативный революционный марксизм предполагал, что в Истории "историческое творчество масс" должно сопрягаться, а в идеале возглавляться "революционным творчеством" вождей, лидеров, постоянно связанных с этими массами.

СТАЛИН, В СИЛУ СПЕЦИФИКИ СВОЕЙ УНИКАЛЬНОЙ, ЛИЧНОСТНОЙ ИСТОРИИ, опыта своей революционной деятельности, был поставлен в такие условия, что не мог не выработать некоей собственной долгосрочной "картины мира", своего "цивилизационного проекта", который потом, после 1917 года, и особенно после смерти Ленина, он и реализовывал.

В этой связи необходим обязательный учет нетривиального интеллектуального уровня Сталина. Действительный талант политического лидера, особенно в условиях быстрых исторических трансформаций, заключается в том, чтобы "учиться, как учиться".

Сталин не заканчивал университетов, что было характерно для многих его коллег по руководству большевистской партии в начальный период советской власти. Однако он, начиная еще с периода пребывания в Тифлисской духовной семинарии, настойчиво, на ощупь вырабатывал собственную систему самообразования. И прежде всего через систематическое чтение. Однажды он сам обмолвился: "Было время, когда я прочитывал до 500 страниц в день". Причем невзирая на какие-либо внешние обстоятельства.

Непримиримый сталинский враг Лев Троцкий приводит такой эпизод. В 1908 году Сталин находился в бакинской тюрьме: "...на первый день Пасхи рота Сальянского полка избивала всех без исключения политических, пропуская их сквозь строй. Коба шел, не сгибая головы, под ударами прикладов, с книжкой в руках".

Еще один характерный пример из этого же тюремного периода жизни будущего первого генсека: "Среди заключенных находились лица, которые вчера или сегодня были приговорены к смерти и с часу на час ждали окончательного решения своей судьбы. "Смертники" ели и спали вместе со всеми остальными. На глазах арестантов их выводили ночью и вешали в тюремном дворе, так что в камерах были слышны крики и стоны казненных. Всех заключенных трепала нервная лихорадка. Коба крепко спал или спокойно зубрил эсперанто (он находил, что эсперанто — это будущий язык Интернационала)".

Сталин был, пожалуй, последним, своего рода, энциклопедистом компартии Советского Союза.

ОДНАКО ДЛЯ ПРАКТИЧЕСКОГО РЕВОЛЮЦИОНЕРА, прошедшего суровую школу ссылок, тюрем, каторги и т.д., научившегося постоянно рисковать своей жизнью, книжное знание было лишь подспорьем, дополнением к живому знанию практики, то есть тому знанию, которое, собственно, и вызывает необходимые изменения в истории.

И ключевым является здесь знание Сталиным народа, которым ему впоследствии пришлось руководить. И он знал не только сильные стороны этого народа, но и его многочисленные отрицательные качества.

Сталин был эвристически ориентированным, монументальным конструктивистом в политике. Чтобы преодолеть в рамках революционной трансформации страны эти отрицательные качества народа, вновь привить ему высокое достоинство и самооценку, опять сделать его историческим субъектом, способным не только на выживание, но и на прорыв в будущее, Иосиф Сталин инициировал создание грандиозного исторического мифа, который состоял в кардинальном идеологическом пересмотре прошлого, формировании новой героической истории народа и построении целой системы идеологических и культурных концептов, в которых отрицательные качества будущего "советского народа" превращались в свою противоположность. (В данном случае под "мифом" имеется в виду культурологический концепт, через который происходит историческая самоидентификация, самоосознание народа как некоей целостности, связующей прошлое, настоящее и будущее. Идеология в этом контексте — всего лишь компонент такого мифа).

И ключевым компонентом этой новой сталинской мифологической картины мира стал невиданный, монументальный культ "великого советского народа", т.е. доведенный до своего логического конца марксистский тезис о народе как создателе истории.

Мало кто сегодня задумывается, что "культ личности" без культа народа не имел бы никакого ни политического, ни социального значения. Более того, в рамках общего сталинского метода "культ личности" — всего лишь обязательный, но частный компонент "культа народа".

Хотя "культ личности Сталина" был вроде бы "развенчан" Хрущевым, диссидентами и западными "советолагами", тем не менее, в политическом пространстве Советского Союза, а потом и России, этот феномен постоянно в той или иной форме воспроизводился. Правда, приобретая все более гротескные формы, Сталинский миф о "великом народе" по-прежнему является прямо или косвенно ключевым и у правых, и у левых, и у так называемых центристов, и, прочих. Хотя на самом деле, от этого "величия" ничего не осталось, кроме огромной мелкобуржуазной биомассы.

У СТАЛИНА БЫЛО СПЕЦИФИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ К ТЕОРИИ. Как искренний марксист он постоянно подчеркивал значение теории, прежде всего как обязательной формы исторической борьбы рабочего класса. В этом смысле он был своего рода жестким, даже ортодоксальным марксистским догматиком. Как известно, Энгельс ставил теоретическую борьбу на один уровень с политической и экономической в революционной деятельности.

Однако как человек дела Сталин не мог не воспринимать теорию прагматически. "Конкретный анализ конкретной ситуации — живая душа марксизма". Иначе говоря, теория для него, должна постоянно проявлять свою эффективность в конкретной революционной деятельности.

Отсюда следует, что сталинизм как метод был интеллектуально-конструктивистским прагматическим феноменом, основанным на теоретическом базисе, а вовсе не нагромождением спонтанно-интуитивных действий и акций, связанных с тривиальной борьбой за власть.

ПРОБЛЕМА ФОРМИРОВАНИЯ ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ как метода неотделима и от личностной биографии Сталина. В детстве и юношеском возрасте Сосо, а позднее Коба, отличался от своих сверстников выдающимися способностями в учебе, прежде всего своей памятью, впечатлительностью, стремлением к самостоятельности, скрытностью, стремлением к одиночеству, обостренным чувством справедливости, бойцовскими и лидерскими качествами.

Без сомнения, Сталин являлся по-настоящему творческой личностью. И помимо личных предпосылок, этот фактор определяется, по крайней мере, двумя социальными факторами.

Во-первых, семейная атмосфера: тяжелые отношения с отцом, который так и не смог добиться доминирования над Сосо (и кроме того, достаточно рано умер) компенсировались близкими, эмоционально-теплыми отношениями с матерью. В то же время его мать, неграмотная женщина, не могла контролировать внутреннего духовного развития своего сына. Во-вторых, маргинальность социального статуса Кобы. Как профессиональный революционер-аскет в своей жизни он фактически был привязан только к одной структуре — радикальной большевистской партии. Даже семья оказалась для него на втором или третьем месте.

Весьма важным для становления метода Сталина является его специфическое религиозное чувство или, скорее, даже религиозное самоощущение. Именно не церковность, не стремление к соблюдению внешних ритуалов, а обостренное религиозное чувство как некая личностная направленность к Абсолюту, ощущение своей связи с Абсолютом, ощущение своей призванности Абсолютом и связанная с этим религиозная бескомпромиссность.

Его мать, бывшая крепостная, была искренней, глубоко верующей христианкой. И именно она дала соответствующий толчок Сосо. Поэтому он, кстати, был самым выдающимся учеником в Горийском духовном училище.

Однако тяжелые социальные условия жизни Сосо, трагические взаимоотношения с отцом, бурно развивающееся внутреннее духовное развитие, внутренний радикализм, лицемерие, характерное для Тифлисской духовной семинарии, привели его достаточно рано к разрыву с христианским кредо веры.

Религия в своей социальной ипостаси — всегда идеология. И если она здесь обслуживает власть предержащих, то следовательно, она олицетворяет Зло. А борьба с дьяволом не терпит компромиссов.

Личностные качества Кобы не могли не привести его к радикальному марксизму-большевизму. Ему не могла не импонировать революционная, теоретически обоснованная бескомпромиссность большевизма, радикальное отрицание старого, наличие в нем принципиально новой картины мира, четкое определение и противопоставление добра и зла и т.д. Именно в рамках радикального марксизма-большевизма Коба должен был почувствовать свою избранность Историей.

Религиозное отношение к марксизму убежденный атеист Сталин пронес до конца своей жизни. Как религиозный неофит он всегда оставался догматиком к основополагающим доктринальным установкам марксизма. И в то же время как практик-революционер он был приверженцем творческого марксизма. Именно Сталин, а не Ленин, стал фактическим создателем "советского марксизма".

В частности, он сделал марксистскую идеологию механизмом эффективной социальной мобилизации в Советском Союзе, придав ей черты религиозности, вполне узнаваемой, признаваемой и одобряемой в условиях той действительности. В этом смысле совершенно верно, что Сталин являлся теоретиком марксизма. Специфическим религиозным теоретиком.

СТАЛИН КАК ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ РЕВОЛЮЦИОНЕР БЫЛ, пожалуй, наиболее ярким представителем так называемого практического, неэмигрантского большевизма.

Именно эти большевики несли на себе всю тяжесть подпольной работы в России, постоянно сталкиваясь с предательством и изменой, в том числе от своих ближайших соратников. (Сталин оказался в последней ссылке в Туруханском крае вследствие доноса Родиона Малиновского, депутата Госдумы от большевиков, хорошего оратора, рабочего, и кстати, любимца Ленина).

Именно практики-большевики, в отличие от лидеров-эмигрантов, оказывались в ссылках, тюрьмах, на каторгах. Именно они и рисковали, занимаясь каждодневной организационной работой, выпуская листовки, газеты, создавая легальные организации и доставая деньги, в том числе и через экспоприации. Кстати, в ленинской партии Сталин принадлежал к числу выдающихся организаторов эксов.

Вот что пишет один из участников революционной борьбы, хорошо знавший Сталина, но явно не импонировавший ему: "По общему правилу, политические заключенные старались не общаться с уголовными. Кобу, наоборот, можно было всегда видеть в обществе головорезов, шантажистов, среди грабителей-маузеристов. Он чувствовал себя с ними на равной ноге. Ему всегда импонировали люди реального дела. И на политику он смотрел как на "дело", которое надо уметь и "сделать" и "обделать".

Еще в предреволюционный период возникли в партии и впоследствии постоянно воспроизводились внутрипартийные противоречия, которые достигли своей кульминации в событиях 30-х годов. Речь идет, в частности, о противоречиях внутри когорты профессиональных революционеров: между "теоретиками-эмигрантами" и "практиками-комитетчиками".

В более широком смысле слова речь шла о соотношении теории и практики в революционном процессе. И пока был жив Ленин, его авторитет как родоначальника российского большевизма достаточно эффективно разрешал это противоречие. После смерти Ленина это противоречие прямо и открыто вышло на первый план.

СТАЛИН СФОРМИРОВАЛСЯ КАК ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ РЕВОЛЮЦИОНЕР, основывающий свою деятельность, прежде всего, на знании истории политического процесса в России. Мало кто сегодня знает, что Сталин был, пожалуй, лучшим знатоком в большевистской партии политической истории России, российской политической культуры.

Еще в период между 1905 и 1917 годами у Сталина созрел ряд принципиальных положений, которые потом сыграли ключевую роль в складывании того метода и феномена, что было названо сталинизмом.

Да, врагом российского большевизма является царизм. Но царизм — это, прежде всего, управляемая "сверху" могущественная российская бюрократия, со своей специфической политической культурой. Например, российское министерство внутренних дел имело своих агентов практически во всех революционных организациях, в том числе и в руководстве этих организаций. И когда настал момент "Х" — август 1914 года, практически все эти организации российским МВД были прихлопнуты.

Кроме того, царизм силен поддержкой народа. Но какого народа? Не рабочего класса, который оставался в дореволюционной России в значительном меньшинстве, а многочисленных мелкобуржуазных слоев, не способных к осознанию своих собственных интересов, которые в своей совокупности и составляли абсолютное большинство российского населения даже в 1916-17 гг.

Можно даже сказать, что царизм в России постоянно воспроизводится бюрократией и, как сказал Ленин, "мелкобуржуазной сволочью", для которой характерен абсолютный партикуляризм своих интересов.

Если говорить откровенно, то революция 1917-20 гг. (в октябре она только началась, а по сути произошла в рамках гражданской войны) стала возможной потому, что некогда мощная российская бюрократия стала неуправляемой сверху, раскололась на группировки, тем самым потеряв какую-либо организационную эффективность, а мелкая буржуазия, в связи с тяжестью и невзгодами первой мировой войны, выступила против верховной государственной власти (то же самое произошло и в 1991 году, когда т.н. демократическая революция победила именно из-за того, что рухнул политический контроль над советской бюрократией, а вовсе не из-за силы и мощи внутренних оппонентов советской системы, даже поддерживаемых извне).

Но даже без царизма, в России всегда будет бюрократия и мелкая буржуазия, или по крайней мере почва для воспроизводства мелкобуржуазной стихии. И в этом смысле на пути строительства коммунизма они остаются главными врагами большевизма, даже после свержения царизма.

Сталин был убежден, что в российских условиях организационным методом для тотального подчинения бюрократии революционным задачам и обуздания мелкобуржуазной стихии может стать только партия нового типа — партия-корпорация, партия — "орден меченосцев", с глубокой централизацией, единой психологией и внутренней культурой мышления. ("Компартия как своего рода орден меченосцев внутри государства Советского, направляющий органы последнего и одухотворяющий их деятельность" — О политической стратегии и тактике русских коммунистов.)

ПОБЕДИВШАЯ В ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ В РОССИИ, большевистская революция оказалась в весьма специфическом положении. С одной стороны, к середине 20-х годов стало ясно, что импульсы к всемирной революции постепенно стали затухать. В этом смысле большевистская революция в Советском Союзе оказалась в одиночестве. Вставал вопрос — на какой период?

С другой стороны, внешнеполитическая и внутриполитическая ситуация стимулировала усиление теоретических дискуссий внутри партии, особенно после смерти Ленина по поводу дальнейшей стратегии развития страны.

Сталин, впрочем как и все его идейные противники внутри партии, был убежден в правоте марксизма, утверждавшего, что развитие империализма и его объективных противоречий с железной неизбежностью ведет к историческому переломному моменту — тотальной мировой войне, в которую окажутся вовлечены все крупнейшие капиталистические державы.

Эта война должна привести либо к всемирной социалистической революции, либо к созданию единого всемирного империалистического государства, которое через определенное время погибнет из-за внутренних противоречий, опять-таки открыв дорогу всемирной революции.

Первая мировая война не разрешила всех глобальных противоречий мирового капиталистического хозяйства. Следовательно, вторая мировая война объективно неминуема. Более того, некоторые марксисты утверждали, что грядущая мировая война должна стать, по сути, продолжением, логическим завершением первой мировой войны.

Отсюда следовало, что в условиях запаздывания пролетарских революций в других странах СССР объективно оказывался в весьма драматической ситуации: крупнейшие капиталистические державы могли договориться друг с другом и затянуть свою историческую агонию за счет Советского Союза и его ресурсов. (Советский системный кризис и развал СССР в 1991 году объективно способствовали временному улучшению ситуации в мировом капиталистическом хозяйстве).

Именно перед Сталиным встала стратегическая задача: каким образом осуществить ускоренную индустриализацию и модернизацию аграрной, мелкобуржуазной страны, с низким культурным уровнем в условиях надвигающейся и неизбежной тотальной, в каком-то смысле эсхатологической войны, при этом избежав наихудшего варианта — объединения внутренних врагов (политических представителей и выдвиженцев бюрократии и мелкобуржуазных слоев) с объективными внешними врагами?

ОПОРНОЙ ТОЧКОЙ ДОЛЖНО БЫЛО СТАТЬ ПРЕЖДЕ ВСЕГО форсированное превращение партии в беспрецедентный "орден меченосцев". Это оказалось весьма непростой задачей, учитывая, что после смерти Ленина партия все больше стала превращаться в дискуссионный клуб. Однако, на самом деле в рамках этих дискуссий речь шла о выборе вариантов развития, и о соответствующем лидерстве тем или иным вариантом.

По сути, борьба с оппозицией стала для Сталина способом выработки стратегии развития страны и одновременно борьбой со стратегическими внутренними врагами — традиционно российской малоподвижной бюрократией и антигосударственнической по своей сути мелкобуржуазной стихией. Иначе говоря, речь шла об ускоренном создании мобилизационного типа государства, способного обеспечить выживание страны и народа в надвигающихся экстремальных условиях глобального кризиса.

Поражение "левой оппозиции" (Троцкого, Зиновьева, Каменева) означало удар по той части советского бюрократического аппарата (ядром которого являлись представители эмигрантского слоя в партии), которая сформировалась за десятилетие советской власти в ожидании "ускорения мировой революции любой ценой".

Поражение "правой оппозиции" (Бухарин, Рыков, Томский) означало удар по той части советского бюрократического аппарата, которая выступала объективно за эфемерную опору государства диктатуры пролетариата на мелкобуржуазные слои города и деревни, недооценивая кризисное развитие внешнеполитического окружения Советского Союза. (На процессе 1938 года Бухарин был вынужден признаться, что внешнеполитические события 30-х годов полностью подтвердили стратегические оценки Сталина, высказанные, в частности, в 1931 году).

В условиях усиления внешней угрозы, и тот и другой путь неминуемо привели бы к военному поражению Советского Союза в грядущей, неизбежной глобальной войне, уничтожению страны и народа.

Однако при этом нельзя забывать, что внутрипартийные и внутриполитические противники Сталина были и до конца оставались бойцами. Они отнюдь не были политическими слюнтяями, дряблыми теоретиками или некими выдающимися гуманистами, как их пытаются сегодня очень часто представить. Они использовали практически все способы в борьбе против Сталина ("Чингисхана", как его называл в 30-е годы Бухарин) и его группировки. Возможно, сталинские противники были и не против идеи "ордена меченосцев", но отнюдь не хотели видеть во главе такого ордена Кобу.

ИМЕННО В ТРИДЦАТЫЕ ГОДЫ, КОГДА ВО ВСЕХ ВЕДУЩИХ странах началась ускоренная подготовка к новой тотальной войне, окончательно сформировался сталинизм как специфическая система советского корпоративизма. Собственно говоря, только этот тип государственного режима и позволил Советскому Союзу выиграть войну 1941-45 годов.

Потенциальные противники Советского Союза: фашистская Германия и Япония — также пошли по пути корпоративизации достаточно эффективно. Темпы экономического развития, политической и социальной мобилизации Германии не могли не тревожить Сталина, который именно Германию, после прихода национал-социалистов к власти, рассматривал как потенциально главного стратегического противника СССР. Ускоренная, тотальная корпоративизация нацистской Германии под лозунгом: "Один фюрер, один народ, одна страна" с учетом высокого культурного уровня немецкого народа вела к тому, что без чрезвычайных, экстраординарных мер Советский Союз оказывался в заведомо проигрышном состоянии. Достаточно сказать, что темпы социально-экономического развития фашистской Германии после 1933 года значительно превышали соответствующие показатели в Советском Союзе. Например, карточная система в рейхе была введена только в 1943 году.

Именно внешние угрозы способствовали ускорению формирования сталинского корпоративного государства, сердцевиной которого стала партия как "орден меченосцев" с единой и безальтернативной идеологией, "культом народа", с идеологической тотальностью.

Особая роль в этом корпоративном государстве отводилась системе спецслужб. Сталин уделял особую роль формированию новой элиты этого государства, для которой характерным должны были стать ответственность, профессионализм и аскетизм. Например, НКВД имел весьма секретную задачу вести поиск талантливых людей во всех регионах страны. Между прочим, поэтому и возросла мобильность в тот период в высших эшелонах власти: появились тридцатилетние министры, секретари обкомов и т.д.

События 1934-39 годов стали закономерной неизбежностью в развитии сталинского корпоративного государства, своего рода "сталинской культурной революцией". Эти события должны были окончательно утвердить приоритет линии Сталина в советской бюрократии, поставить эту бюрократию под абсолютный контроль Сталина, парализовать мелкобуржуазные слои страны, повысить эффективность ускоренной модернизации накануне неизбежной тотальной войны на выживание.

Война 1941-45 годов, победа в ней стала высшим триумфом Сталина — и как марксиста, и как государственника. И если бы Сталин умер в 1945 году, то безусловно, до сих пор он как личность оставался бы в пантеоне Истории величайшим правителем России и Советского Союза.

ОДНАКО ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА НЕ СТАЛА КОНЦОМ капиталистического способа производства и триумфом всемирной социалистической революции.

Еще накануне войны, и в ходе ее, возникли принципиально новые социально-экономические и политические реалии, которые не предусматривались марксизмом. Речь идет прежде всего о рузвельтовской революции или, другими словами, начале постимпериалистической стадии развития: капитализм перешел от пространственной модели развития (которую описал Ленин в "Империализме...") в качественно иную фазу — фазу "неокапитализма".

На первый взгляд, история оказалась более изощренной, чем самые изысканные теоретические схемы. Но, по сути, ключевое противоречие, ключевая проблема остались теми же самыми — кто, как и во имя чего контролирует использование ограниченных и неравномерно распределенных на нашей планете невозобновляемых ресурсов. С этой точки зрения третья мировая война также неизбежна, как была неизбежной и вторая мировая война.

У сталинского государства оставался шанс: необходима была теоретическая рефлексия и ускоренная трансформация в качественном направлении — в направлении развития креативного, творческого социализма, формирования новой корпоративной модели, внесения качественно новых элементов в "советский цивилизационный проект", завершения создания советской элиты.

Сам Сталин догадывался об этом. Более того, две последние работы вождя, вероятно, и должны были дать толчок теоретическому развитию. Но преклонный возраст и испытанное Сталиным сверхнапряжение в предшествующий период уже не дали ему возможностей что-то изменить.

И самое главное в том, что он так и не смог завершить формирование новой советской элиты, способной к решению качественно новых задач. Впрочем, за отведенное историей короткое время это вряд ли было и возможно.

ВОПРЕКИ ВСЕМУ, ПОСЛЕ СМЕРТИ СТАЛИНА СОВЕТСКИЙ СОЮЗ смог продержаться на исторической арене еще почти сорок лет.

Постепенно, однако, советская бюрократия, освободившаяся из-под жесткого сталинского контроля, перестала быть управляемой и перешла на обслуживание собственных корпоративных интересов. Курс на развитие потребительства в стране, отказ от действительных духовных ценностей, вымывание революционных идеалов и деградация "красного цивилизационного проекта", "культа народа" объективно привели к усилению мелкобуржуазных, антигосударственнических тенденций практически во всех слоях советского общества. В условиях отказа от метода Сталина, симбиоз постсталинской советской бюрократии и мелкобуржуазной стихии сделали крах неизбежным.

В 1991 году страна второй раз в двадцатом веке перестала существовать. Объективно, с этого момента неизбежность третьей мировой войны стала более чем реальным фактом.

Сегодня Россия оказалась еще в большей степени державой Севера. Именно на Севере сосредоточены основные ресурсы, за которые пойдет открытая силовая борьба через 15-20 лет. Сможет ли страна принять участие в решении своей судьбы или просто будет неким объектом? В конечном счете, это проблема выработки принципиально нового стратегического метода. Сталину для этого потребовалось пятнадцать лет.

ДОРОГА ДЛИНОЮ В ДВА ГОДА

Олег Бакланов

11 марта 2002 3 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: Олег Бакланов

ДОРОГА ДЛИНОЮ В ДВА ГОДА (Из воспоминаний)

Конец 1982 года. Пришло осознание цены аварии двигателя 11Д521 в составе первой ступени ракеты-носителя 11К77. Полномасштабный Загорский стенд разрушен с сопутствующими такого масштаба аварии "прелестями", пожаром… Главное — уберегли людей.

Надо сказать, что ко времени аварии было испытано всего 16 двигателей, на которых провели лишь 40 испытаний. Возгорание турбонасосных агрегатов имело место и на двигательном стенде в Химках.

По рекомендациям совещаний конструкторов, ученых АН СССР, специалистов всех отраслей (особенно помогли специалисты авиационной промышленности) было намечено к проведению более 30 мероприятий по доработке двигателя.

— Покрытие никелем газовых трактов газифицированного кислорода.

— Уменьшение вибронапряженности двигателя за счет снижения оборотов турбонасосного агрегата (ТНА).

— Постановка мелких тонких фильтров, улавливающих алюминиевые частицы из баков.

— Уничтожение "застойных зон" и так далее.

Все эти проблемы были рассмотрены на научно-технических советах, коллегии Министерства, на МВКС, одобрена и организована круглосуточная работа.

И вот 1984 год. Летний солнечный, безоблачный день (помню его, как сейчас), все мы собрались в Загорске на восстановленном стенде. Второе, третье, четвертое поколение "космиков"…

До испытаний к ракете не ходили — она уже заправлена, не привнести бы чего-либо "потустороннего". Люди готовили испытания тщательно, проявить недоверие, излишнее любопытство — недостойно, ничего не скажут, но могут обидеться…

Мы в бункере: стены метровой толщины, два смотровых окошка из многочисленных бронебойных стекол на уровне среза сопла двигателя. Над нами — около 100 т. жидкого кислорода и керосина, под нами — пропасть около 70 метров… Вид прямо — срез двигателя на фоне ярко освещенного солнцем зеленого леса на противоположном от нас скате каньона.

"Пускачи"-операторы подтянуты, мы им стараемся не мешать, предварительно сказали, что приехали и допущены в бункер только "везучие", в ответ — благодарные улыбки.

Идет набор готовности к пуску, доклады служб по громкой связи.

Надо сказать, к этому времени в двигатели уже были внедрены все мероприятия, о которых я говорил выше; было испытано около 75 двигателей и на них проведено около 220 промежуточных доводочных испытаний.

Два года напряженного труда… Что нас ждет сейчас?!

Все готово. До пуска — считанные секунды, смотрю на срез сопел… вдруг они зашевелились… и стали жестко — включились рулевые приводы — время застыло…

Запах валокордина. А рядом Юрий Александрович Мозжорин, второе поколение "космиков", волнуется. Начиная с Сергеем Павловичем Королевым, видел в своей жизни и не такое, а волнуется, и так каждый раз при ответственных испытаниях — привыкнуть невозможно, а сердце одно…

Беру незаметно правой рукой запястье своей левой, нащупываю пульс. За 3 секунды до пуска у меня — 120 ударов в секунду…

Валентин Петрович Глушко, справа, натянут, как струна, глаза водянисто-стальные, подобран — рысь, готовая к прыжку.

Лицо Лихушина, круглое, с неопределенного смысла полуулыбкой. Готовый в любую минуту сказать: "Ну я же говорил…"

Шея и огромные глубокие, темные, как колодцы, глаза Виталия Петровича Радовского, морщины и копна черно-белых густых волос…

Пуск…

Два года напряженного труда после аварии, что нас ждет сейчас?

Испытания двигателя "такой размерности" — это сложнейший процесс, где задействовано до тысячи человек, работающих круглосуточно по соответствующим графикам, подчиненным общей логике испытаний.

Должны быть скоординированы вопросы: накопления расходных материалов: жидкого кислорода, керосина, инертных газов и т. д.; подготовлен испытуемый двигатель в составе ступени ракеты-носителя, что является сложной квалифицированной работой; подготовлена специальная телеметрическая система, способная в сотые доли секунды фиксировать и запоминать развитие динамических процессов в тысячах точек двигателя, ракетной системы, самого стенда с тем, чтобы после испытаний можно было бы воспроизвести картину и характерные черты поведения каждого двигателя и испытуемой системы в деталях и целом, и в случае развития аварии получить максимум информации для принятия соответствующих мер впоследствии; созданы аварийные команды на случай непредвиденных ситуаций; должна быть изучена метеорологическая обстановка и т. д.

В длительном процессе создания двигателя одной из определяющих групп специалистов (особенно на заключительном этапе) являются, безусловно, испытатели.

Это хирурги, "препарирующие", выхаживающие своих больных после операции, подсознательно отсчитывая ресурс своих внутренних жизненных возможностей для преодоления каждый раз циклопических нагрузок на свой организм — ведь работа идет на износ…

Это большой симфонический оркестр, где "оркестранты" в силу необходимости расположены на десятке квадратных километров, а "инструменты" имеют "силу звучания", исчисляющуюся в сотнях мегаватт! Не видя друг друга, но, подчиняясь командам Дирижера — "главного пускающего", слушая доклады коллег по смежным системам, следя боковым зрением за событиями, происходящими рядом, они достигают идеального взаимодействия друг с другом и могут работать до полного изнеможения, как правило, если дело не ладится, сутками.

Не все выдерживают, но "…кто стонал, но держал…" — становятся фанатами своего дела на всю оставшуюся жизнь.

Одно дело — испытания двигателя в условиях бронированной камеры, совсем другое — провести испытания в составе "боковой ступени" или, что почти идентично, в составе первой ступени ракеты-носителя 11К77 с полной заправкой на открытом стенде.

Здесь возникла проблема возможного возникновения продольных колебаний топлива в системе "бак-двигатель" и необходимость выработки "демпфирующих", гасящих эти разрушительные колебания мероприятий.

Моделирование системы подсказывало такую возможность, но сходимость модели и реальной системы всегда под вопросом до момента натурных испытаний… и вот наступил момент…

Споры между, с одной стороны, В. П. Глушко и В. П. Радовским, и, с другой стороны, В. Ф. Уткиным и А. М. Макаровым и другими специалистами, по сути дела, спор о разделе сфер ответственности между двигательной частью как таковой и баково-ракетной частью как таковой, т. е. обработка стыков и зон ответственности на том этапе, когда из отдельных элементов создается система элементов, приобретающих новое качество, название которому — ракета.

Надо сказать, что в решении этих и других вопросов большую помощь оказала Академия наук СССР, А. П. Александров, Константин Фролов и многие другие.

Особую роль в решении, казалось бы, неразрешимых теоретических и практических проблем, сыграла Украинская академия наук и лично Борис Евгеньевич Патон и его коллеги.

В. П. Глушко как двигателист говорил когда-то: "Дайте мне любой "забор", и я заброшу его в космос", т. е. подчеркивалась мысль: двигатель — один из главнейших функционалов ракетно-космического комплекса.

Легко сказать — двигатель, а ведь это — сгусток новейших материалов, технологий, топлив.

Итак, закончился набор готовности к пуску… Удача — скачок вперед по фронту всей работы, все участники, "смежники" знают цену этого пуска!

Авария — вся большая проделанная работа может быть поставлена под сомнение, ведь мы, кроме всего прочего, уже на старте (США — 1972 год, СССР — 1976 год) начала работ существенно отставали от США.

Задача пуска: работа двигателя 120 секунд, набор мощности по штатной циклограмме в случае нормального хода испытаний, "перекладка" сопел двигателя на заданные углы и другие эволюции, за 10 секунд до окончания — сброс мощности на 30% от номинала, конец работы.

Команда подачи азота в полость ступени уже прошла… СОН был нейтральным, ну, дай-то Бог…

"Пуск"… толчок во всем бункере, нулевая видимость — белый туман. Постепенно в белом тумане проступает яркий вертикальный огненный стержень, газовый поток упорядочивается — сопла видно четко, чисто, струя пламени ровная, устойчивая, тугая, плотная, в ушах и во всем теле ощущение обузданной, послушной мощи, на фоне мощного гула идет отсчет секунд…

Оцепенение людей, поток пламени, пьянящий гул мощности Днепрогэса, сжатой в объеме нескольких метров, — и только испытатели делают свое дело. Слышны метки времени. Вдруг сопла ожили, поворот, еще поворот, четко неотвратимо — фантастика, упругие покачивания качками с разной частотой — "змейка" — невероятно! Вдруг гул ослабевает, как жаль — жажда наслаждения укрощенной, управляемой, нечеловеческой, циклопической мощью, как приятны секунды опьянения, чувства власти над неземной титанической мощью, так долго не поддававшейся нашей воле…

Факел исчез так же неожиданно, как и появился, мертвая тишина… Это надо пройти!

Бросаемся друг другу в обьятия. Ура! Слезы радости — не стыдно, заслуженно…

Особые поздравления испытателям — они переполнены гордостью! Заслуженно, мы этой минуты ждали два года!

Бункер открыт. Вдруг на меня навалились усталость, опустошенность, полная апатия, слабость физическая, надо уйти в себя, пройти мертвую точку. Осматриваюсь — не один я такой: кто-то вышел из бункера на свежий воздух, кто-то жадно курит, общность рассыпалась, обмякла — последействие перенапряжения.

Во время ВОВ я много видел руин. Несмотря на благополучный исход испытаний — двигатель, ступень и стенд выдержали их — стенд имел вид руин…

Потоки воды, клочковатый пар в разных местах этого гигантского сооружения, разбитые стекла под ногами скользят по металлу… Как всегда, нас выручили русская запасливость и хорошая работа проектантов и строителей, укрепивших стенд под эти испытания. Впоследствии этот стенд еще выдержал несколько подобных испытаний достойно. Дело в том, что закладывался он под меньшую размерность двигателей — под семерку С. П. Королева и отработал свое сполна. Омский стенд под двигатель для "Энергии" был еще не готов…

"Если хочешь сделать дело, ищи средства, если нет — ищи причины, мешающие делу", — вспомнилась притча, высеченная в зале коллегии МОМа.

Осмотр стенда закончен, как можно ближе осмотр двигателя, все внешне чисто, разборка покажет запас прочности. В направлении северо-востока от стенда в совершенно безоблачном небе плывет белое, как лебедь, в треть неба, экологически чистое, как слеза младенца, облако…

Двигатель существует, в этом убедились самые ярые маловеры, а их было немало.

Успех надо было развивать. В 1985 году были проведены испытания в Загорске еще двух блоков "А", т. е. 1-й ступени ракеты "Энергия", и, самое интересное, осуществлена на реальной ракете 11К77 работа в полете, т. е. в натурных испытаниях доказана устойчивая работа связки: двигатель-ракета-СУ…

Декабрь 1992 г.

ДМИТРИЧУ – 70

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

ДМИТРИЧУ – 70

Неужто семьдесят, О. Д.?

Но как глаза твои горят!

Но по "Энергии" тебе

Нет равных даже в пятьдесят!

Все, кто с тобой в шеренге шли

Плечом к плечу дорогой жизни,

Дивились щедрости души,

Служеньем трепетным Отчизне.

К тебе не прилипали слухи,

В тебе любили Человека,

Ты не менялся с ремеслухи,

Хотя с тех пор прошло полвека.

Ни принципов, ни клятв не продал,

Министр Союза, Секретарь;

Не пел подонкам власти оды,

Судьбу поставив на Алтарь!

И Космос для тебя всегда

Не только был твоей работой —

То обитания среда

Для Граждан твоего полета.

Прими же наши поздравленья,

И хоть страна уже не та,

Твои системы управленья —

Часть оборонного щита.

И можно у людей спросить,

Причем не разбирая кланов,

Как много сделал на Руси

ОЛЕГ БАКЛАНОВ!

март 2002 года

Жанн Зинченко

СЛОВО О КОСМИЧЕСКОМ БАКЛАНОВЕ

Александр Проханов

11 марта 2002 8 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: Александр Проханов

СЛОВО О КОСМИЧЕСКОМ БАКЛАНОВЕ

В 80-е годы я увлекался советской военной техносферой. Я был одним из немногих, кому удалось описать советскую "ядерную триаду". Посещение ракетных шахт, ядерных испытаний, походы на подводных лодках, полеты на супербомбардировщиках над полюсом показали мне огромную, скрытую от посторонних глаз военную цивилизацию Советского Союза. Среди военных испытателей, командиров подводных крейсеров, ученых, разрабатывающих в секретных лабораториях лазерное космическое оружие, я искал фигуру, искал образ, который аккумулировал бы в себе философию этого грандиозного, ориентированного в Космос процесса. Искал прототип для будущего романа. Так я издалека углядел Олега Бакланова.

В недавнем прошлом — министр-оборонщик, ведавший ракетостроением, космическими проектами, подхвативший Королёвскую экспансию в мироздание, организатор колоссальных начинаний, связанных с выходом на межпланетные орбиты, Олег Бакланов стал секретарем ЦК. Политик, крупный партиец, он привнес в свою партийную и государственную деятель-ность пафос советского технократизма. Мне хотелось познакомиться с ним, увидеть его лицо. Я совершил дерзкий для той поры шаг: напрямую обратился к его помощникам. Попросил о встрече, попросил о возможности взять у него интервью.

Я полагал, что будут препоны, будут партийное чванство, бесконечное колебание, исследование моих целей и моих интересов. Вместо этого через два дня раздался звонок помощника, и я оказался в кабинете Олега Дмитриевича. Это был кабинет на Старой площади в новом здании ЦК — просторный, светлый, оформленный в стиле позднего советского дизайна, несший в себе пуританскую скромность и техническую оснащенность. Я сидел с Баклановым за длинным дубовым столом, мы вели первую, осторожную, "пристрелочную" беседу, исследуя возможности и интересы друг друга, а молодой фотограф ходил вокруг нас и с разных направлений делал наши фотографии. После этой беседы мы странным образом подружились, как могут дружить разделенные субоардинационным пространством вовсе не именитый писатель и крупнейший государственный деятель, чье функциони-рование связано с абсолютной государственной тайной. Бакланов приблизил меня к себе, и в своих многочисленных инспекционных военных поездках приглашал меня в качестве спутника, включая в состав закрытых государственных делегаций. Это позволяло мне увидеть многое и небывалое.

Во время нашей поездки на Байконур, помню, как мы поднимались с Баклановым на скоростном лифте вдоль белого, как слоновый бивень, бесконечно-огромного и прекрасного тела ракеты "Энергия", которая стояла на старте и готова была брызнуть своей колоссальной огненной мощью. Через 10 часов со стартовой площадки "Протон" я наблюдал выход в космос "Бурана". Металлическая белая птица сделала один виток вокруг земли и опустилась тут же на бетонные поля Байконура, неся в себе раскаленное дыхание космоса. Во время нашей поездки в закрытые атомные города Урала и Сибири мы побывали в предместье Томска, где я видел, как механические руки, автоматические манипуляторы, отделенные от человека толстыми, защищающими от радиации стеклами, собирают, прессуют, монтируют плутониевые полушария — начинку будущих ядерных боеголовок. Во время поездки в Удмуртию я видел испытания новейших боевых машин пехоты и бэтээров, которых с таким нетерпением ожидала армия. В Семипалатинске на ядерном полигоне мне довелось увидеть взрыв горы, в недра которой был внедрен термоядерный заряд. Помню, как ударило по планете страшным глубинным ударом, взрывная волна пошла гулять по всему земному шару, а верхушка горы взлетела черным дымным фонтаном. Олег Бакланов взял меня в Афганистан в составе последней советской правительственной делегации. Мы обсуждали с Наджибулой проблему поставки советских боеприпасов и танковых масел. Это была моя последняя встреча с Наджибулой. Очень скоро я увидел жуткий снимок, где лидер Афганистана, изуродованный, изрезанный, замученный до смерти, качался в петле.

Во время этих поездок мы говорили с Баклановым немного, урывками, оказавшись рядом в самолете или после утомительных инспекционных посещений заводов и следовавших затем приемов и ужинов. Во время этих бесед мне хотелось побольше узнать о его представлениях, об эпизодах его жизни, о характере космических и военных проектов, в которые он был погружен. И меня поражала одна удивительная, тогда до конца не осознаваемая мною особенность его сознания. Это была какая-то метафизическая печаль. Вместо прометеевского дерзновения, которым я хотел наделить будущего героя романа, вместо пафосного авангардизма, каким, мне казалось, должен быть наделен человек такого масштаба и таких возможностей, Бакланов постоянно чем-то томился. В нем была недосказанность, было, если так можно выразиться, мировоззренческое томление. Быть может, он, космист, понимавший бесконечность звездного мира, необъятность гулявших по Вселенной энергий, сознавал малость человеческого знания, краткость человеческой жизни, немощность отдельно взятого человека, помещенного в корпускулу земной жизни, по сравнению с таинственным и необъятным космосом. Быть может, его томила несоизмеримость поставленных перед человечеством задач и краткостью человеческого века, обреченности человека на исчезновение, на смерть, которую невозможно одолеть ни с помощью ракет-гигантов, ни с помощью коллективного страстного действа, социального или научного. Ко всему этому примешивалось ощущение трагического финала, к которому приближалось советское общество. Ему, политику, были ведомы мучительные процессы разложения и распада, которые развивались в центрах государственного управления. Он, напрямую общаясь с Горбачевым, с Яковлевым, с Шеварднадзе, являясь одним из первых лидеров государства, видел и чувствовал тот губительный заговор, который реализовывался шаг за шагом в самых сокровенных узлах советской власти. Невозможность противодействовать этому заговору, острое и трагическое ощущение опасности, которая нависла над Родиной, над его ракетами, заводами, порождали в нем эту глубинную печаль.

Это была первая половина 91-го года, последнего года существования СССР. Мы говорили с Баклановым на политические темы, он был откровенен со мной, пускал меня в "заповедники" своих политических представлений и замыслов. Когда мы возвращались из очередной поездки и он на своей машине "подбрасывал" меня к дому, я слышал его отрывочные телефонные переговоры с Пуго, Болдиным, Крючковым, Язовым. По характеру тех реплик, что звучали в автомобильном салоне, я ощущал приближение рокового, трагического рубежа. Не зная о существовании ГКЧП, страстно желал его, как и многие близкие мне по мироощущению люди, торопил его. Побуждал слишком, на мой взгляд, медлительных партийных и военных лидеров встать на защиту величайшего государства мира. "Слово к народу", к написанию которого был причастен, я обсуждал с Олегом Дмитриевичем Баклановым.

Помню нашу поездку на ядерный полигон на Новую Землю, где Бакланов, а также начальник Генерального штаба, главнокомандующий флотом, специалисты по ядерному оружию осматривали "северный полигон", исследовали его готовность для возобновления подземных ядерных испытаний. Помню наш полет на вертолете над зеленым, сочным морем с остатками сахарных льдов. Из иллюминатора мы вдруг увидели плывущую в море белую медведицу и двух медвежат, которые плыли вместе с ней. Бакланов попросил летчика сделать круг, и вертолет несколько раз обошел этих плывущих, прекрасных зверей. Мы гуляли с Олегом Дмитриевичем по краю гранитного фиорда. У наших ног плескалось море. На волнах качалась белая выскобленная волнами доска. То приближалась к берегу, то ее относило вдаль. Она казалась остатком какого-то корабля, который потерпел крушение. На этой доске, как на скрижали, были написаны мольбы и заветы исчезнувшего экипажа. Теперь я понимаю, что экипажем были все мы, в том числе и я, и Бакланов. Эти мольбы и заветы до сих пор раздаются и срываются с наших уст.

Во время ГКЧП, трех страшных дней, я не мог повидаться с Олегом Дмитриевичем, хотя страстно хотел это сделать. Несколько раз звонил его помощнику, прося о встрече. Хотелось узнать истинную подоплеку событий. Хотелось, если бы это было возможным, протянуть ему руку помощи, оказаться в эти грозные дни рядом с ним. Помощник каждый раз отвечал, что это невозможно: то Бакланов находился на закрытых совещаниях, то покидал Москву и улетал на юг в Форос. Ни 19, ни 20, ни 21 мне так и не удалось с ним повидаться. Потом наступило ужасное 22-е, эти бесконечные трансляции неистовавших депутатских сборищ. Крики радости при известиях об аресте очередного члена ГКЧП. Известие об убийстве Пуго. Ликование, когда возвестили, что захвачен Крючков. Среди этого рева и восторга я вдруг услышал, что арестован Олег Бакланов. Мне было больно, ужасно. И вдруг в моем редакционном кабинете раздался звонок баклановского помощника: "Ты хотел повидаться с Олегом Дмитриевичем? Приезжай." "Разве он не арестован?" "Нет, находится в своем кабинете." Я отложил все дела и двинулся по покоренной, захваченной демократами Москве. Меня узнавали на улицах, мне грозили, некоторые пытались плевать в меня. Но я двигался в ЦК, в эту опустевшую цитадель, оставленную ее защитниками, оставленную ее многочисленным гарнизоном. Охрана на входе проверила мои документы, не задержала, и я поднялся в знакомый кабинет. Он был все такой же простой, просторный, с длинным дубовым столом. По нему, как затравленный зверь, невыбритый, с расстегнутым воротом рубашки, без обычных посетителей — без генералов, героев Космоса, разведчиков и инженеров — ходил Олег Бакланов. Работал аппарат, который резал, изжовывал, превращал в труху какие-то документы. При встрече мы обнялись. Я задал ему всего несколько вопросов, связанных с происшедшим. Было видно, что катастрофа необратима. На прощание мы поцеловались, и он сказал мне: "Подумайте, может, вам лучше в это время лечь на дно." Через несколько часов он был арестован и доставлен в "Матросскую тишину". Но этот арест, вместо того, чтобы повергнуть меня в депрессию, сломать, заставить отступить, напротив, пробудил во мне ответный протест, импульс мощного сопротивления. Я оставался один на свободе. Все мои друзья оказались в казематах, в темницах. Все недавние союзники, которые исповедывали мой "советский символ веры", куда-то исчезли. Наша небольшая редакция, редакция газеты "День", осталась один на один со свирепствующей , злой, беспощадной демократической армадой , которая требовала для нас казни и истребления.

В эти дни в "Литературной газете" появился донос, который напрямую связывал газету "День" и его главного редактора с ГКЧП, с членами ГКЧП и с Олегом Баклановым. Была напечатана фотография, на которой мы с Олегом Дмитриевичем сидим за дубовым кабинетным столом во время нашего первого знакомства. Эта фотография, по мнению доносчиков, должна была служить вещественным доказательством включенности газеты "День" в "гэкачепистский заговор". Была рассчитана на то, что мы дрогнем, в условиях истерии рассечем наши связи, отречемся от нашей дружбы. Когда мы увидели эту статью, мы пригласили того молодого фотографа, что сделал серию наших с Баклановым снимков. Он открыл свой архив, и мы в нашей газете воспроизвели десяток фотографий из той серии, тем самым подтвердив нашу преданность и верность другу. Таков был наш вклад в начинавшееся патриотическое сопротивление.

С тех пор прошло много лет, совершилась масса ужасных, гибельных событий. Во время всех этих лет наша газета была верна Бакланову, дружила с ним. "День" устроил в кинотеатре "Ударник" праздничный вечер, когда все члены ГКЧП вышли на свободу, и мы обняли их на торжественно озаренной трибуне.

Теперь я понимаю, что предатели Советского Союза, американская разведка, американские технологи, уничтожая СССР, стремились уничтожить не партию, не профсоюзы, не институт Героев Социалистического Труда, — они стремились уничтожить великий технократический вектор нашего развития, наш внеземной космический прорыв, нашу русскую цивилизацию, которая была основана на вере во вселенское счастье и бессмертие. Удар был нанесен по "Бурану", по ракетам Королёва и Уткина, по ядерному флоту адмирала Горшкова, по Вернадскому, по удивительным советским технологиям. Он был нанесен по Олегу Бакланову.

Сегодня, когда Олегу Дмитриевичу исполняется 70 лет, наша газета кланяется ему. Обнимает сердечно. Видит в нем замечательного советского и русского патриота. Продолжая нашу священную войну за свободу и независимость Родины, мы говорим: "Многая лета тебе, Олег Дмитриевич! Мы и поныне с тобой — до конца!"

НАРКОВОЙНА

Денис Тукмаков

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

НАРКОВОЙНА (Опиум для дохода)

В начале марта мировые информационные агентства были взбудоражены двумя взаимосвязанными новостями, которые, на первый взгляд, резко противоречили друг другу. Первая сводилась к тому, что после победы в Афганистане антиталибской коалиции там резко увеличилось производство опия-сырца, что вот-вот вызовет нашествие афганских наркотиков на мировые рынки. Однако это не помешало Соединенным Штатам, согласно другому сообщению, неожиданно вычеркнуть Афганистан из своего "черного списка" стран-производителей наркотиков, снять с него все санкции и, в очередной раз, пообещать щедрую материальную помощь новому афганскому правительству, ибо, как выразился президент Буш, "этого требуют национальные интересы США".

Новость первая больно ударила по России и в который уже раз дала ей понять: преступно и глупо, презрев собственную внешнюю политику, всегда и во всем следовать в фарватере Америки и "всего цивилизованного мира" — мира, истинную цену которому показала новость вторая.

Время, когда Афганистан превратился в основного производителя наркотиков на планете, сосредоточив до 70% всех мировых запасов опийного мака, приходится на годы гражданской войны первой половины 90-х годов. Полное неприятие ее победителями — Северным альянсом — любых нововведений, связанных с "русскими оккупантами" и с советской властью, привело к катастрофическому падению экономики Афганистана из околосоциалистической системы хозяйствования в глубокое средневековье. В нищей стране оставались лишь два реальных способа заработка: война и наркотики. И если первое, вполне повседневное занятие было прибыльным лишь для узкого числа афганских полевых командиров, то производство наркотиков благодаря постепенному вовлечению Афганистана к концу 90-х в мировую коммуникационную сеть впервые стало сулить невиданные барыши почти всем вовлеченным в него декханам. Средоточием нового смертельного бизнеса в Афганистане стала его южная провинция Гельманд, в которой красные посевы занимают площадь в несколько десятков тысяч гектаров. Опиум, добываемый из мака, позволял изготовлять наиболее опасные наркотики — героин и морфин. Эта зараза поступала на все мировые рынки сбыта, причем ее значительная часть оседала в городах стран СНГ, поскольку, по данным ООН, до 65% всей наркопродукции Афганистана вывозилось через бывшие среднеазиатские республики СССР.

Однако с приходом к власти талибов над обоими способами "заработка по-афгански" нависла серьезная угроза. Можно по-разному относиться к "студентам Аллаха", можно сколько угодно возмущаться их запретами музыки и футбола, их расстрелами буддийских святынь в Бамиане, однако факт остается фактом: талибы практически полностью разоружили население на подконтрольной им территории и почти так же полностью ликвидировали производство наркотиков в Афганистане. Так, если в 2000 году производство опия-сырца в стране равнялось 3.276.000 метрическим тоннам, то уже в 2001 году эта цифра опустилась до... 185 метрических тонн. Об этом свидетельствуют и другие данные. К примеру, если два года назад российские пограничники в Таджикистане изъяли 3130 кг наркотиков из Афганистана, то в прошлом году эта цифра составила уже 900 кг. Причем ни для кого не было секретом, что это зелье изготавливалось на территориях, подконтрольных Северному альянсу — тем, кого Россия, вслед за США, так рьяно поддержала в борьбе с "исламским исчадием ада". Однако даже в ООН признавали: "исчадие ада" решило проблему наркотиков, пусть драконовскими методами, успешнее, чем где бы то ни было в мире.

Как только с талибами было покончено, все незанятое войной население Афганистана почти тут же вдохновенно вернулось к прежнему занятию — выращиванию мака.

Неожиданно оказалось, что к такому развитию событий не готовы ни новое афганское правительство, ни международное сообщество. Правительство Хамида Карзая, нынешнего главы Афганистана, довольствовалось тем, что запретило открытую опиумную торговлю в Кандагаре и издало невнятный указ о запрете озимых (но не уже посеянных яровых!) мака. Но даже сам Карзай понимает: в нестабильной обстановке, в условиях зачастую иллюзорной власти победителей крайне сложно добиться выполнения этого указа по всему Афганистану. Официальные лица на местах вроде помощника губернатора Гельманда П. Мохаммеда, менее озабоченные внешнеполитическим имиджем страны, идут еще дальше и открыто заявляют про своих земляков: "Это бедные люди. Они уже потратились на то, чтобы посадить и возделывать мак. Они предложили, чтобы ООН купила у них опиум и сожгла его или пустила на лекарства, а они обещают больше не сажать мак в будущем году."

Все понимают, какова цена этим обещаниям. И вряд ли ООН пойдет на такое предложение, поскольку на один только гельмандский мак ей придется потратить более 200 млн. долларов. Поэтому крайне наивно выглядят намерения ООН "посоветовать" афганцам выращивать вместо мака пшеницу, хлопок и сорго — и это в условиях тотальной нищеты и инфраструктурной разрухи! Поэтому же так беспомощна позиция Международной комиссии по контролю за распространением наркотиков, один из членов которой, американец Х. Окун, недавно вынужден был даже снять с премьера Карзая всю ответственность за происходящее, поскольку, дескать, "афганцам необходимо выращивать и продавать что-то для того, чтобы выжить".

И в такой ситуации президент США, соотечественники которого ежегодно тратят на незаконное приобретение наркотиков 64 млрд. долларов, почти одновременно выносит два решения. Первое — пустить 19 млрд. долларов на программу денаркотизации Америки, с целью "хотя бы на четверть" уменьшить количество наркоманов в стране. И второе — вычеркнуть Афганистан из своего "черного наркосписка", в котором до недавнего времени было аж 23 страны, а на сегодня осталась одна злосчастная Бирма.

Соотнести один указ с другим, и оба их — с происходящим в Афганистане можно лишь одним способом — если принять в качестве аксиомы утверждение: политика Соединенных Штатов достигла такого состояния, когда для нее больше не существует не только нравственных обязательств или ориентиров, но и принципиальных союзников в мире, включая страны западноевропейской цивилизации. Ведь двойное решение президента США может привести лишь к тому, что наиболее пострадавшими от афганской нарколавины окажутся вовсе не Штаты, а Западная Европа и государства СНГ, то есть именно те страны, которые так безоговорочно поддержали "войну против терроризма" на афганской земле. Главы бывших советских республик уже встретились по этому поводу в Алма-Ате, однако так и не придумали какого-то приемлемого противоядия наркоугрозе с юга. Посмотрим, что теперь скажет Европа.

Денис Тукмаков

СОВЕТСКАЯ АЗИЯ

Николай Анисин

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

СОВЕТСКАЯ АЗИЯ (Цивилизационный эксперимент СССР)

Основа государственности нынешних среднеазиатских республик была заложена в советский период. Если историческая справедливость когда-нибудь восторжествует в Средней Азии, то главным памятником в ее городах станет памятник Советской власти. Все эмиры и ханы за столетия не сделали для таджиков и узбеков, туркмен, казахов и киргизов столько блага, сколько вожди СССР за восемьдесят лет. Памятник Советской власти в Ашхабаде, Бишкеке, Душанбе, Астане и Ташкенте должен при торжестве справедливости выражать и поклон России, ибо за ее счет среднеазиатские народы успешно перешагнули из средневековья в постиндустриальную эпоху.

В первое десятилетие после образования СССР Украина формировала из собственных средств 40% своего бюджета, остальные — менее 20. Стало быть, вся жизнедеятельность республик в Средней Азии оплачивалась Российской Федерацией. Так было и в 20-е, и в 30-е годы. Но тогда Россия тратилась прежде всего именно на поддержание жизнедеятельности этих республик, а не на их развитие.

Сталин, как известно, желал видеть новое Советское государство унитарным, где все многочисленные народы имеют только национально-культурную автономию. Но Ленин и его нацменьшинская гвардия заставили Сталина поступиться принципами. Новорожденное государство было построено по национально-государственной модели: каждому крупному народу — по своей республике. Сталин, став после смерти Ленина первым лицом в СССР, эту модель принял, но, не изменяя ее формы, изменил ее суть: де-юре все республики оставались суверенными, де-факто — беспрекословно подчинялись союзному Центру через жесткую партийную вертикаль, подмявшую под себя все государственные органы.

После революции 1917-го в Средней Азии была провозглашена республика — одна для всех народов — Туркестанская Автономная Советская Социалистическая в составе РСФСР. В 1924-м Сталин выделил из ТАССР две республики с союзным статусом — Туркменскую и Узбекскую. Таджикам в том же году была дадена автономия в Узбекской ССР, киргизам и казахам чуть позже — автономия в Российской Федерации. Собственную союзную республику таджики получили в 1929-м, а киргизы и казахи — в 1936-м. За двенадцать лет своего правления Сталин произвел национальное размежевание среднеазиатских народов и каждого из них одарил государственной крышей. То и другое делалось главным образом для того, чтобы обеспечить полную и четкую управляемость Средней Азией: есть народ — у него должна быть своя территория, своя бюрократия, которая всем обязана Сталину и всегда готова выполнять его установки в руководстве соплеменниками.

Помимо возможности национального самоопределения на государственном уровне среднеазиатские народы в двадцатые-тридцатые годы получили шанс и на широкий доступ к образованию. Значительных же перемен в экономике их республик в эти годы не случилось. Первые сталинские пятилетки — это ГЭС на Днепре и Магнитка на Урале, это — Комсомольск-на— Амуре, это — заводы-гиганты в Горьком, Сталинграде и Харькове, это — модернизация индустрии в Питере-Ленинграде и масштабное промышленное строительство в Москве. В Среднюю Азию капвложения, конечно, тоже шли. Но в скромных для союзного бюджета размерах. Все изменилось с началом Великой Отечественной войны.

С территорий России, Украины и Белоруссии, которые оказывались под угрозой немецкой оккупации, в среднеазиатские республики эвакуировались люди и материальные ценности — оборудование предприятий в том числе. Так началась внеплановая индустриализация Средней Азии. По завершению войны она не просто продолжилась, а с каждым новой пятилеткой стало набирать все большие обороты.

За 40 лет, с 1940-го по 1980-й — объем промышленной продукции в Туркмении увеличился в 12 раз, в Узбекистане в 15,в Таджикистане — в 16, в Казахстане в 30, в Киргизии — в 33 раза. Рост производства, как мы видим, внушителен везде и, если в Узбекистане он в два раза меньше, чем в Казахстане, то это свидетельствует о разнице не в динамике развития их экономик, а в стартовых позициях. Так что советская власть оставила в наследство ныне суверенным правителям Средней Азии? Перво-наперво — энерговооруженность.

Взглянем на промышленную карту Таджикистана эпохи так называемого брежневского застоя. Вот Варзобские ГЭС, вот Кайракумская, Головная и Нурекская. На карте Киргизии — каскад Аламединских ГЭС, Учкуганская и Токтогульская. На карте Узбекистана — Фархадская и Чарвакская ГЭС, Навойская и Сырдарьинская ГРЭС. Казахстан к 1980-му имел ГЭС на Иртыше и ТЭС в Караганде и Чикменте. На карте Туркменистана крупных энергообъектов не углядеть, но он производил электричества на 5,7 миллиардов КВТ — всего на миллиард меньше, чем Таджикистан.

В Туркменистане разведаны и освоены газовые и нефтяные месторождения, в Казахстане также добывалась нефть на Мангышлаке, плавились цветные, редкие и черные металлы, производились хромиты, марганцовые руды и фосфориты. Киргизия выдавала ртуть, сурьму и полиметаллические руды. Узбекистан известен был химволокнами, пластмассами, минеральными удобрениями и золотодобычей. Таджикистан обзавелся и рудно-металлургической промышленностью, и хлопчато-бумажной. Почти во всех среднеазиатских республиках бурно развивались традиционные для их народов производства — ковроткачество, хлопкоочистка, изготовление шелка. Прописалась в городах Средней Азии и металлообрабатывающая индустрия.

Рост производства в сельском хозяйстве республик в вышеназванные 40 лет не был таким впечатляющим, как в промышленности. Но он был. В Киргизии и Узбекистане валовой объем сельхозпродуции увеличился в 3 раза, в Туркмении и Таджикистане — в 4, в Казахстане — в 6,5 раза. За послевоенные годы в Средней Азии были построены десятки водоканалов, водохранилищ и сотни оросительных систем. В Киргизии, скажем, орошались почти две трети всех земель сельхозназначения. Из-за доступа к воде в предыдущие столетия в Средней Азии нередко разгорались кровавые битвы. Но минуло чуть больше полувека Советской власти — и воды стало хватать всем, кто работал на земле.

В каждой из среднеазиатских республик были открыты высшие учебные заведения. Туркмения, с ее трехмиллионным населением, имела 6 вузов, Узбекистан — 43, Казахстан — 49. На каждую тысячу человек, занятых в народном хозяйстве республик Средней Азии, приходилось от 600 до 800 специалистов с высшим и средним образованием.

На территории Казахстана была построена главная космическая база СССР — космодром Байконур. Полеты с него чудо-кораблей являлись своего рода символами для Средней Азии. Символами того, что она вступила в совершенно новую для нее эру. Узбекский дехканин с мотыгой, таджикский ремесленник за гончарным кругом, казахские и киргизские кочевники, предки которых никогда не знали грамоты, в начале ХХ века и представить себе не могли, что минует всего несколько десятилетий — и на их землях произойдут удивительные перемены.

За строительство в Средней Азии могучих гидроэлектростанций и огромных заводов, за прокладку водоканалов и установку систем орошения, за возможность внука неграмотного кочевника обучаться в первоклассно оборудованном вузе надо было платить. Кто же нес основное бремя расходов на обустройство среднеазиатских республик?

В середине 70-х ЦК КПСС принял постановление о развитии российского Нечерноземья. Тогда в прессе впервые заговорили о том, что в центре Советского государства возникла целина — старинные русские земли пришли в запустение. После выхода этого постановления ЦК области Нечерноземья кое-что получили. Но капитальные вложения в ее агропромышленный комплекс не шли ни в какое сравнение с тем, что было вложено в среднеазиатское сельское хозяйство. Его потенциал до конца Советской власти был выше.

Промышленные предприятия в Средней Азии возводились и запускались в основном русскими специалистами. Они ехали под жаркое солнце Востока со всей России. Ехали потому, что в русских городах не было того масштаба развития индустрии, какой был, скажем, в Казахстане или Таджикистане. Почему деньги из союзного бюджета, которые зарабатывала все страна, советские вожди столь щедро направляли в республики Средней Азии?

Народы этих республик в Великую Отечественную доказали свою лояльность и верность Советскому государству. Доказали радушием в приеме беженцев с оккупированных территорий, отвагой на фронтах и доблестным трудом во имя Победы. Стабильность социально-политической обстановки в Средней Азии и ее природные богатства — это важный фактор расположения к ней советских лидеров. Но он не единственный и не главный.

В руководстве СССР после смерти Сталина верх взяли романтики. Они провозгласили скорое пришествие коммунизма в свой стране, они дармовыми подачками диким режимам в Африке намеревались превратить их в режимы цивилизованно-социалистические, они свято верили в вечное братство со странами европейского соцлагеря. Средняя Азия для вождей хрущевско-брежневской поры была своего рода полигоном, на котором они хотели сказку сделать былью. А именно: республики со средневековым укладом жизни перетащить в современную, европейскую по сути, цивилизацию.

Мало того, среднеазиатские республики были своего рода "витриной социализма" для многочисленных мусульманских стран и народов "третьего мира", обеспечивая интернационализму по-советски дополнительный международный авторитет. Бурное социально-экономическое развитие этого региона, образцово-показательное восстановление Ашхабада и Ташкента после разрушительных землетрясений соответственно 1948 и 1967 гг. были призваны стать своего рода плацдармом для азиатской политики красного Кремля.

Преобразовать экономику Средней Азии за счет ущемления прежде всего интересов России советским вождям удалось. Эксперимент же по братанию азиатских народов с русским в едином новом укладе провалился. После распада СССР русские побежали из Средней Азии и бегут до сих пор. Правители же республик при каждом удобном случае показывают России фигу и ищут милости Запада. Но навсегда ли похоронен наш союз со Средней Азией?

Николай Анисин

РУССКИЙ ПРОЕКТ

Александр Брежнев

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

РУССКИЙ ПРОЕКТ (В Средней Азии)

Пространства между Каспием и Памиром, между сибирскими равнинами, Казахским мелкосопочником и горами Афганистана, персидскими равнинами, которые потом стали называть Средней Азией, всегда были ареной противоборства разных держав. Туранская низменность, которая занимает большую часть Средней Азии, многочисленные горные кряжи на востоке и юге, постоянно становились полями сражений. Одни за другими, через эти земли проходили армии за армиями, уничтожали и возводили по новой города.

Важнейший цивилизационный треугольник Памир—Индия—Персия многие тысячелетия оказывался на стыке мировых культур, экономик, а значит и политических интересов. Здесь проходил Великий Шелковый путь, связывавший народы Юго-Восточной Азии со странами Средиземноморья Европы. Китай и Индию с Ближним востоком. Впервые задумали покорить Среднюю Азию персы.

Оказалось, Средняя Азия очень велика, для большинства завоевателей этот регион оказывался бездонной бездной. На бескрайней пустыне и в запутанных лабиринтах бесчисленных горных систем терялись громадные армии, уходили, как в колодец, деньги, силы. Будто нарочно планета создала Среднюю Азию, чтоб надежно отделить друг от друга разные цивиллизации.

Влияние России на обстановку в Средней Азии, как таковое, возникло только в ХIХ веке. Он прошел для Российской империи под знаком глобального противостояния с Англией и продолжения многовековой борьбы с Турцией. Британская и Османская империя уже тогда совместно попытались протянуть дугу нестабильности вдоль южных границ России. Южное направление еще со средних веков было самым опасным и незащищенным направлением для русского государства. С Севера нам вплоть ракетно-ядерной эпохи никто никогда не угрожал. На Востоке после развала Орды врагов не было. На западном направлении — дремучие леса, густонаселенные районы, где полно крепостей. На относительно узком западном участке Русь всегда была способна перекрывать все угрозы войсками. Юг — тысячи километров голых степей, без гор и рек.

Еще войны с Турцией в ХVIII веке вынуждали Россию обратить внимание на Среднюю Азию. Становилось ясно, что когда-то войны за безопасность южных границ Украины и Бессарабии перерастут в войны на Кавказе, а потом надо будет защищать южные границы Сибири…Первый же Российский император озаботился этой перспективой. Петр Первый организовал в 1722-1723 годах поход в прикаспийские страны, в нескольких сражениях победив персидские войска. Как и многое из того, что сделал Петр, это был лишь пробный камень, разведка боем.

В ХIХ веке в борьбу России с Турцией активно включилась Британия, поддержавшая турков. Логика развития Англии, как основной в мире океанской империи требовала от британцев охватывать все новые побережья и принимать все меры к ослаблению ведущих континентальных держав. Россия уже тогда воспринималась Западом, как главная континентальная угроза благополучию. Британцы высаживались на юге Евразии, активно колонизируя Индию и современный Пакистан, внедряясь в Иран.

К тому времени нынешняя Средняя Азия представляла собой конгломерат небольших и враждебных друг другу мелких феодальных государств. Наиболее крупными и мощными местными государствами были Хивинское, Бухарское и Кокандское царства. Все народы и племена региона были беспорядочно перемешаны на территории всех этих государств.

Высадка большого количества британских войск на юге Евразии, строительство все новых баз в Индии, Пакистане, увенчались вводом английских войск в Афганистан. Параллельно сотни и тысяч британских военных советников и инструкторов наводняли города Средней Азии, готовя плацдармы для дальнейшего наступления дальше вглубь материка в направлении Сибири. Англичане обучали и вооружали местные феодальные армии, щедро подкупали местные алчные элиты.

Россия оказалась перед необходимостью ответить на этот новый вызов. Это были как раз те годы, когда в России проводились реформы Александра Второго. Вокруг двора Александра носилось множество проектов, многим из них так и не суждено было воплотиться в жизнь. Но грандиозный Среднеазиатский проект состоялся. Российский ответ на британскую экспансию, разработанный Москвой, был абсолютно не похож на общепринятые в мире в те времена формы подчинения земель. Покоряя другие народы, британцы стремились разделять и властвовать, стравливая местных князей между собой. В Средней Азии Англия активно разжигала конфликты между местными эмирами и баями. Русский же проект заключался в умиротворении местных народов. В усмирении конфликтов, в развитии местного образования, науки и культуры. В формировании нормальной, не плантационно-каторжной экономики. Русский военный корпус, отправившийся покорять новые земли на юге, включал в себя целую плеяду лучших представителей российской элиты.

К 1865 году окончательно был покорен Казахстан. С 1868 года признали себя вассалами Александра Второго Бухара и Самарканд. Но мирного покорения не получилось. Британская агентура сумела настроить против русских войск руководство почти всех местных государств, наводнила регион хорошим европейским оружием, толковыми советниками. В уже покоренном Коканде англичане спровоцировали мощное восстание.

Командовал русскими войсками в Средней Азии, ставший потом одним из самых прославленных наших полководцев, генерал от инфантерии Михаил Дмитриевич Скобелев. Боевые действия развернулись в 1873 году. Русские части одновременно вошли на мятежные территории бывшего Кокандского царства и в направлении Хивинского царства. Стремительный Хивинский поход и трехлетняя война в Кокандском царстве навсегда вписаны в историю побед русского оружия. В 1880-1882 годах Скобелев, уже увенчанный славой русско-турецкой войны 1877-1878 гг., вновь в Средней Азии во главе Ахалтекинской экспедиции. Вместе со Скобелевым в корпусе русских войск в Средней Азии работает художник Верещагин, исследователь Венюков, знаменитый Пржевальский. Еще очень много деятелей культуры и науки. Россия строила здесь первые школы, научные станции, везла сюда книги.

В результате, после двадцати лет походов и переговоров стала Россия полностью контролировать весь регион, отбросив отсюда англичан, обеспечив на много лет вперед безопасность южных границ Сибири. Британская экспансия в Среднюю Азию провалилась.

В регионе впервые за тысячелетнюю историю воцарился мир. Уникальный в мировой истории русский проект объединения и освоения Средней Азии мог получиться только у России, с ее опытом освоения Сибири и Дальнего Востока. Не исчез ни один народ, ни одна культура, ни один город. Сохранена сама среднеазиатская цивилизация, органично ставшая частью российской. Даже государственное устройство местных царств и кланов мало изменилось. Над ними только встали русские наместники, которые судили и мирили, проводили политику Центра. Бурно развивалась местная промышленность, а Ташкент в начале ХХ века стал одним из основных промышленных центров Российской империи.

С тех пор судьба Средней Азии была неотделима от судьбы России, хотя собственно Империя контролировала регион не больше тридцати лет. За это время не удалось построить и сделать большую часть того, что проектировалось в 60-е годы ХIХ века в Москве. Разоренная Мировой войной Россия падала в катастрофу. Империя разрушалась на глазах. Все населяющие ее народы были доведены до крайней степени обнищания…

В 1916 году почти на всей территории Средней Азии вспыхнули голодные бунты и мятежи. Местное население не хотело идти по новой мобилизации в тыловые части армии, крестьяне не хотели отдавать фронту последний скот и хлеб. Британцы среагировали мгновенно, попытавшись закрепиться в Средней Азии и Афганистане.

Однако здесь остались тысячи простых русских, осталось дружелюбное отношение к русскому народу, первому попытавшемуся вести себя в Средней Азии по-человечески. На смену русскому проекту пришел проект красный, коммунистический, советский.

Александр БРЕЖНЕВ

СТРАТЕГИЯ РАЗРУШЕНИЯ

Николай Коньков

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

СТРАТЕГИЯ РАЗРУШЕНИЯ (Почему Кремлю не нужна “большая Россия”)

Одним из следствий позорных Беловежских соглашений 1991 года, которые подвели "легитимную" базу под разрушение Советского Союза, стало разрушение и "большой", исторической России. Нынешняя Российская Федерация, при всей ее территориальной протяженности от Калининграда до Владивостока — это уже Россия "малая". Нынешний геополитический "формат" нашей страны в принципе не обеспечивает ее существования и развития по целому спектру позиций: от сырьевой до военно-стратегической.

Поэтому любая дальнейшая утрата территорий: хоть Чечни, хоть Калининграда, хоть Курил,— приведет к неизбежному распаду России на ряд квазигосударственных образований, более удобных для эксплуатации со стороны так называемого транснационального капитала. В этом отношении ситуация сегодня более чем катастрофическая — как во времена знаменитого сталинского приказа № 227 от 28 июля 1942 года "Ни шагу назад!" И отступать, действительно, больше некуда. Выбор таков. Или идеология "большой России" сохранится и найдет для себя соответствующие государственно-политические формы, опосредовав со временем и еврейские "олигархические империи", и национально-суверенные "субъекты Федерации". Или она окончательно уйдет с так называемого "постсоветского пространства", открыв здесь новую эпоху раздробленности — уже не феодальной, а колониальной.

Между тем властные структуры Российской Федерации, судя по их действиям, при Путине — точно так же, как при Ельцине,— считают данную проблему "несуществующей", предпочитая замазывать убойную экономическую статистику и уверять, что пребывание американских войск в Грузии столь же нормально, как и в Средней Азии. Отсюда — поразительная вялость Кремля, когда дело касается любых вопросов интеграции "постсоветского" пространства, что еще раз наглядно продемонстрировала встреча глав СНГ в Казахстане. Ни явное движение официальной Астаны в сторону Москвы, ни явная возможность решить с Кучмой ряд экономических моментов, объединяющих Украину с Россией,— использованы не были. Иными словами, "беловежский синдром" по-прежнему господствует в политике нашей "правящей элиты".

Синдром этот связан в первую очередь с желанием "хоть тушкой, хоть чучелом", но интегрироваться в "цивилизованный мир". Не исключено, что "сладкая" судьба нобелевского лауреата и миллиардера Горбачева снится по ночам нынешним обитателям Кремля.

"Уникальность ситуации, сложившейся впервые после второй мировой войны состоит в том, что в настоящее время никакая страна мира уже не может противостоять США",— пишет Washington Post. Те же мысли озвучивает и нынешний глава Пентагона Дональд Рамсфельд: "После второй мировой войны мир изменился как с точки зрения существовавшей тогда системы отношений, так и с точки зрения институциональной". Иными словами, в оценке произошедших в мире перемен американцы "пляшут" от Ялты и Потсдама. А в нынешней России полным-полно желающих "предать забвению" или даже "выбросить" из отечественной истории советский период. Останавливаться подробнее на причинах подобной социально-психологической патологии здесь не имеет смысла — это отдельная тема. Речь идет о другом — о системе ценностей, позволяющей делать определенные выводы из событий и принимать на их основе адекватные решения.

Выводы из разрушения СССР не сделаны до сих пор. Более того, даже через десять лет сам этот акт его ведущие участники пытаются представить чем-то формальным и даже полезным. "8 декабря 1991 года вопрос о сохранении союза уже не решался. В составе союза оставались только РСФСР и Казахстан — две республики из пятнадцати. 8 декабря было выписано свидетельство о смерти. Три президента, собравшиеся в Беловежской Пуще, выполнили прискорбную роль врача, который выписал родственникам справку о том, что один из их близких умер" (Сергей Шахрай). "Советский Союз распался прежде всего по вине тех, кто в начале века его антизаконно создавал. И по вине тех, кто потом этот режим тоталитарного государства, развивающегося в немыслимом перекосе, десятилетиями поддерживал" (Геннадий Бурбулис). Иными словами, гибель СССР — дело рук Николая Островского и Алексея Стаханова, победителей Гитлера и покорителей космоса... Как видите, я не сгущал краски, говоря о серьезной социально-психологической патологии.

Задолго до пресловутых "вечных вопросов русской интеллигенции" "Что делать?" и "Кто виноват?" — вопросов, по сути, неточных, вторичных и ложных, выражающих полное отсутствие субъектности и целеполагания — древние римляне к любому делу подходили с другой меркой: "Qui prodest?" А уж кто виноват и что делать — после установления, кому все происшедшее выгодно, решалось автоматически. Для того, чтобы понять, кому на самом деле было выгодно уничтожение СССР, сегодня уже не нужно быть семи пядей во лбу. Все очевидно до неприличия. Но определенные моменты следует все же обозначить.

Дело в том, что уничтожение СССР велось поэтапно. Первый, идеологический этап (1986-1989 гг.) был связан с отказом от марксистско-ленинской идеологии под флагом "нового мышления" и "общечеловеческих ценностей". Он завершился уничтожением СЭВ и Организации Варшавского Договора — "внешнего пояса безопасности" Советского Союза. Второй, политический этап (1989-1991 гг.) был связан с разрушением КПСС как "руководящей и направляющей силы советского общества", обеспечивавшей политическое единство государства. Беловежье знаменовало собой завершение этого этапа. После чего разрушение СССР окончательно переместилось в сферу экономическую, в сферу так называемых "либерально-рыночных реформ" и "приватизации" (включая сюда и героический всплеск 1993 года).

Отсюда понятно стремление Запада всячески помешать развитию самостоятельных интеграционных процессов на "постсоветском пространстве", включая Союз России с Беларусью. Отсюда понятен и восторг "западников" по поводу американского военно-политического внедрения в Среднюю Азию и на Кавказ. Отсюда понятно и истинное лицо путинского Кремля, который "сам обманываться рад" своими якобы союзническими отношениями с бушевским Белым Домом.

21 декабря 1991 года под Заявлением о создании СНГ появились подписи полномочных представителей еще восьми республик СССР, в том числе — всех среднеазиатских: Казахстана, Узбекистана, Туркмении, Таджикистана и Киргизии. Все они до последнего хотели сохранить союзные отношения (только пересмотрев их в свою пользу), однако, наткнувшись на явное нежелание Ельцина "по закону" делиться захваченным им российским ресурсом, быстро были вынуждены принять условия "победителя путчистов".

Тем более, Борис Николаевич не скрывал, что готов дать среднеазиатским президентам, а в недавнем прошлом — "первым секретарям" полную власть на "их" территории. "Берите суверенитета, сколько проглотите" — эта формула безукоризненно срабатывала не только внутри Российской Федерации. К тому же "новая Россия" весьма "великодушно" взяла на себя внешние долги и внешние активы СССР — практика многомиллиардных горбачевских займов пришлась весьма по вкусу доморощенным "демократам". В этой связи достаточно вспомнить силаевскую попытку "конвертации" 150 млрд. рублей или гайдаровские заклинания о кредите в 24 млрд. долларов, который один только может спасти страну от полной разрухи и голода.

Иными словами, цветные металлы и нефть Казахстана, хлопок Узбекистана, газ Туркмении, алюминий и уран Таджикистана были своеобразной платой местным элитам за разрушение единого политического и экономического пространства СССР, за развал отечественной обрабатывающей промышленности с высвобождением сырья и стратегических запасов для нужд Запада. Впрочем, самостоятельное использование свалившегося на них богатства национально-политическим элитам Средней Азии — впрочем, и "новой России" тоже — оказалось абсолютно не по плечу. В этом плане их действия преимущественно свелись к захвату собственности с последующей перепродажей ее западным или оффшорным "инвесторам". При этом вырученные доллары отправлялись на хранение во все те же западные банки, что позволяло среднеазиатским элитам рассчитывать в перспективе на статус своеобразных "политических рантье".

Подобное "предложение, от которого нельзя отказаться" было тем более кстати, что уже в брежневские времена контроль Центра за происходящим в республиках значительно ослабел — и на поверхность политической жизни, особенно в Средней Азии, начал выходить не национализм (нации не сформировались) и даже не религиозный фундаментализм, а весьма типичный для традиционного общества клановый трайбализм. Который, как оказалось, на практике очень хорошо уживался с декларируемой приверженностью коммунистическим идеалам и передовой теории марксизма-ленинизма.

И если, например, в Казахстане "разделение труда" между жузами во многом сохранилось и после уничтожения СССР, то в Таджикистане дело дошло до полномасштабной гражданской войны между "вовчиками" и "юрчиками", как называли в просторечии кланы соответственно гармцев, среди которых получили распространение идеи, близкие ваххабизму, и кулябцев. Не менее показательна в этой связи свадьба дочери Нурсултана Назарбаева с сыном Аскара Акаева, словно бы сошедшая со страниц учебника истории как иллюстрация к понятию "династического брака".

Впрочем, нельзя сказать, что советский период вообще прошел бесследно для этносов Средней Азии. В социально-психологическом плане противоречие между традиционными обычаями и официальной коммунистической идеологией привело к своего рода "двоеверию". Вот весьма характерная история про одного узбекского члена КПСС, управлявшего крупным продторгом. На вопрос, как ему удается совмещать партийность с многоженством, этот уважаемый человек якобы ответил, что не существует таких советских законов, по которым ему нельзя развестись и жениться на другой женщине. В то же время нет и таких законов, по которым он должен после развода обязательно выгонять прежнюю жену из своего дома. Казалось бы, ничего особенного — бытовой эпизод, "картинка нравов", но в этом эпизоде, в этой картинке, словно в капле воды, можно разглядеть очень многое.

Ведь после фактического отказа руководства СССР от коммунистической идеологии ситуация "бытового двоеверия" в республиках Средней Азии моментально трансформировалась в ситуацию "идеологического вакуума" — поскольку компартия еще оставалась правящей. Именно на этот период приходятся волнения в Алма-Ате, связанные с заменой на посту первого секретаря республиканского ЦК казаха Д.Кунаева русским Г.Колбиным. При этом трайбалистские предпочтения оказались по факту уже гораздо сильнее принадлежности и того и другого к одной (и вроде бы единой) политической организации, проповедующей "пролетарский интернационализм".

Менее заметным, но не менее важным следствием "идеологического вакуума", оказалась вставшая перед местной гуманитарной интеллигенцией, созданной за годы Советской власти, необходимость найти иную, чем коммунистическая, систему ценностей. Ведь всем сколько-нибудь последовательно мыслящим людям было понятно, что "новое мышление" и "социализм с человеческим лицом" — это кампания, и сколько-нибудь долго эти принципы не продержатся. И с середины 80-х годов зачастили в еще советскую Среднюю Азию.

Тут были и турки с их концепциями пантюркизма и "Великого Турана", и саудиды с их "чисто исламским социализмом", впоследствии более известным под именем ваххабизма, и разного рода "правозащитники" из Европы и Америки, и протестантские бизнесмены с проповедниками модели "открытого общества". Все они "наводили мосты", разведывали и оценивали обстановку в этом регионе. Судя по всему, именно сделанные, в этот период выводы и легли в основу реализованного Ельциным резкого отказа Российской Федерации от союзных отношений со среднеазиатскими республиками под флагом "незачем больше кормить черных!" — при одновременном сохранении тех или иных форм скрытой дотации их в качестве "новых независимых государств". Только таким путем можно было — да и то не сразу, постепенно — добиться выхода Средней Азии из-под контроля России, с тем, чтобы и Средняя Азия, и сама Россия начали кормить по-настоящему "белых" (а еще точнее — "золотых").

В первые годы "суверенитета" идейно-политическая экспансия западного глобализма осуществлялась в основном через этнически и религиозно близкие турецкие и саудовские каналы, а экономическая — с помощью так называемой "бухарской мафии", куда входили в основном сефарды, исповедующие хасидскую версию иудаизма. Именно они, действовавшие и через Россию, и через оффшорные безналоговые "оазисы", постепенно установили контроль практически над всей экономикой среднеазиатских государств: цветной и черной металлургией, энергетикой, химией, наркотрафиком из Афганистана и т.д. Имена братьев Усмановых, братьев Черных, Льва Леваева уже давно на слуху в высших кругах мирового бизнеса.

Правда, совсем уж триумфальным их шествие назвать трудно. В Таджикистане и Казахстане серьезную конкуренцию эмиссарам Запада составил Китай, а в Туркмении — Иран. Дополнительное напряжение ситуации в регионе создавали взаимные территориальные претензии, межэтнические и межконфессиональные столкновения, хотя и не переросшие в открытую долгосрочную войну, но порой чрезвычайно острые, как, например, рейд узбекских исламистов против Киргизии или мятеж узбекского полковника Худойбердыева в Таджикистане.

Постсоветская Средняя Азия за 90-е годы превратилась, по сути, в "горячую точку" мировых масштабов. Достаточно сказать, что внутренний национальный доход на душу населения в Таджикистане составляет менее 300 долларов в год, причем больше трети этой суммы, по мнению экспертов МВФ, составили доходы от торговли наркотиками. И это — в стране, обладающей богатейшими энергетическими и минерально-сырьевыми ресурсами?! Но в ходе инспирированной извне гражданской войны ВВП Таджикистана снизился почти вчетверо, до 1 млрд. долл., а внешний долг оказался почти вдвое больше этой цифры.

В сходной ситуации находится Киргизия, оценки задолженности которой колеблются от 1,2 млрд. долл. (92,8% от ВВП), согласно официальным источникам до почти 2 млрд. долл. по мнению оппозиции. Внешний долг Казахстана по итогам 2000 года составил 1,818 млрд. долл. Если верить расчетам биржевых аналитиков, то в 2001 году наблюдался беспрецедентно резкий рост этой задолженности: каждый день — на 639,1 млн. тенге, или на 3,9 млн. долл. (в час — на 162,5 тыс. долл.). Всего же по состоянию на 24:00 часов 4 ноября 2001 года сумма госдолга только в виде ГЦБ достигла 320,6 млрд. тенге (более 2,1 млрд. долларов), из них 93% приходятся на долю министерства финансов республики. При официальном размере внутреннего валового продукта Казахстана порядка 16 млрд. долл. это составит 13% ВВП. С 1998 года практически недоступной стала информация по внешнему долгу Узбекистана, которую можно лишь рассчитать по ряду косвенных данных. Поскольку те же эксперты МВФ определили его величину в 29% от ВВП, составившего в 2001 году, по разным оценкам, от 9 до 11,3 млрд. долл., то долг Ташкента составит 2,6-3,2 млрд. долл. С этой величиной хорошо коррелирует и сумма узбекских долгов России, оглашенная в ходе майской (2001 года) встречи В.Путина с И.Каримовым,— 611 млн. долл.

На этом печальном фоне особняком стоит Туркмения, благодаря экспорту газа не только не имеющая долгов, но и выступающая в роли кредитора других постсоветских государств на сумму порядка 250 млн. долл. Характерно, что именно те республики Средней Азии, которые не пошли по пути полной приватизации госсобственности, а именно Туркмения и Узбекистан, испытали наименьший экономический спад. В случае Узбекистана это было связано еще и с государственной политикой привлечения иностранных инвестиций, причем особую активность здесь проявил почему-то капитал стран Юго-Восточной Азии, видимо, привлеченный емким российским рынком и возможностью воспользоваться таможенными преференциями в рамках СНГ. Во всяком случае, микроавтобусы и легковушки южнокорейской фирмы "Дэу", собранные в Узбекистане, резво бегают по российским дорогам, особенно в крупных городах.

Впрочем, понятно, что растущая социально-экономическая нестабильность в Средней Азии заставляла местные элиты искать политические решения экономических проблем. Особую активность здесь также проявил Узбекистан, явно склонявшийся к "турецкой" модели развития и всячески демонстрировавший свои проамериканские настроения — отчасти, возможно, и вследствие региональной конкуренции за лидерство с Казахстаном, где росло влияние Китая и были традиционно сильны позиции России. Так, Узбекистан был единственной среднеазиатской республикой, которая вошла в блок ГУАМ (Грузия—Украина—Азербайджан—Молдова), созданный еще в 1992 году и отличавшийся антироссийской направленностью. Соответственно, изменилось и название этого блока, впрочем, по-прежнему подозрительно созвучное имени острова Гуам, являющегося американским владением — ГУУАМ. Узбекистан выступал и ключевым участником проекта "Великого Шелкового Пути", согласно которому российский (и отчасти казахский) Транссиб вытеснялся бы с рынка трансконтинентальных перевозок второй транспортной магистралью, пролегающей намного южнее.

В 1999-2001 годах, когда опасность исламского экстремизма, воплощенная в афганских талибах и "Исламском движении Узбекистана" стала весьма ощутимой для официального Ташкента, он сделал движение в сторону Китая и России, присоединившись к Шанхайскому соглашению и фактически свернув свое участие в ГУУАМ. Однако резкий "антиталибский" поворот США после событий 11 сентября 2001 года позволил И.Каримову вернуться на круги своя. Уже в начале октября была согласована возможность использования военных баз на территории Узбекистана подразделениями армии США, причем не особо скрывалась даже "цена вопроса" — в качестве "американской помощи" узбекское руководство намерено получить от Вашингтона порядка 8 млрд. долл., что позволяло не только расплатиться с долгами, но и в значительной мере модернизировать экономику республики. Иными словами, Узбекистан явно предложил себя Соединенным Штатам в качестве стратегического военно-политического партнера в регионе — своеобразного "среднеазиатского Израиля", или, что еще вернее, "среднеазиатской Турции". Тем более, что, как с гордостью заявил узбекский премьер-министр, еще в 1995 году республика добилась энергетической независимости от России, а в 1998 году — зерновой. И предложение это, судя по всему, было как раз таким, какое давно ждали за океаном.

В этой связи следует отметить, что интересы нынешнего Узбекситана достаточно жестко пересекаются с интересами других стран региона, не исключая и Афганистан, где проживает значительное узбекское меньшинство. И амбиции Ташкента, умело поддерживаемые и подогреваемые американской стороной, могут стать дополнительным источником дестабилизации обстановки в Средней и Центральной Азии уже за ближайшие 5-7 лет, необходимые для качественного перевооружения узбекской армии. Тем самым установление здесь "четырехвекторного" (с прицелом одновременно на Китай, Россию, Индию, Иран) военно-политического присутствия США объективно противоречит не только российским национальным интересам как экономическим, так и политическим,— оно противоречит также национальным интересам ряда других государств. А чем в этих условиях является если не полное молчание, то тихое блеяние наших кремлевских ягнят — глупостью или предательством — покажет дальнейшее развитие событий.

Николай КОНЬКОВ

БЕГУЩИЕ ПО ЛЕЗВИЮ БРИТВЫ

Владислав Шурыгин

11 марта 2002 3 0

11(434)

Date: 12-03-2002

БЕГУЩИЕ ПО ЛЕЗВИЮ БРИТВЫ (Американцы получат второй Вьетнам?)

Американские военные базы в бывшей советской Средней Азии — несомненно, крупная геополитическая победа США. Еще никогда за свою историю янки не оказывались в самом сердце Евразии. Причем не в роли гостей на чужом пиру, а как хозяева и покорители этого ключевого региона.

После "чудесного" — в считанные недели, разгрома "талибов" и "молниеносной" оккупации Афганистана — многим стало казаться, что в этом мире нет задач, которые были бы не по плечу бравым джи-ай. Но это все внешнее. На самом же деле? положение американцев сегодня напоминает балансирование на лезвии бритвы.

Войти в Среднюю Азию — еще не значит удержаться в ней. Об этом своим заокеанским покровителям могут достаточно квалифицированно рассказать англичане, потерявшие здесь не один десяток тысяч своих солдат, но так и не покорившие эти земли.

Конечно, удержаться в Средней Азии для США является одной из самых ключевых задач этого столетия. Но выполнение ее сопряжено с целым рядом трудностей.

Первые — чисто технические. Даже для такой богатой страны, как Америка, удерживать активные военные плацдармы за пятнадцать тысяч километров от своей территории и за тысячу километров от ближайших опорных центров блока НАТО очень непросто.

Все снабжение осуществляется только по воздуху самолетами ВТА. И потому каждый килограмм груза становится просто "золотым". При этом везти сюда приходится буквально все — от питьевой воды и сигарет, до топлива, фруктов и "тампаксов".

Только за первые семь месяцев проведения спецоперации в Афганистане общие затраты американцев составили более 30 млрд. долл. и вплотную приблизились к той сумме, которую за 10 лет потратил СССР на ведение войны в Афганистане. Поэтому вряд ли Штаты смогут позволить себе держать здесь полноценные боевые группировки, по примеру тех, которые развернуты в Косово и Боснии. Слишком дорого.

Эти базы им необходимы лишь на угрожаемый период, когда противостояние с Россией может привести к нарастанию военной угрозы. Но и в этом случае перебрасывать сюда сухопутные контингенты крайне затруднительно. Поэтому для американцев более важным является необходимость иметь здесь аэродромы подскока, с которых бы могли действовать их боевые самолеты и компактные базы для развертывания подразделений специального назначения, получающих возможность действовать в "подбрюшье" России.

Именно восстановлением аэродромов, переделкой их под натовские стандарты сегодня занимаются американские подразде- ления в Узбекистане и Киргизии.

Но, кроме технических, есть и множество других проблем. И главная из них — "цивилизационная".

Средняя Азия до сих пор находится в орбите бывшего единого советского пространства. Влияние России здесь достаточно велико. Общность культур, общность языка (русский язык до сих пор остается универсальным языком общения), схожесть проблем, с которыми столкнулись и россияне и жители среднеазиатских республик, формируют некие "союзнические" отношения меду Россией, Таджикистаном, Казахстаном, Туркменией, Киргизией и Узбекистаном. Кроме того, в Средней Азии живет достаточно много выходцев из России, которые так же являются "пророссийским лобби". Все это самым причудливым образом вплетается в особенности менталитета среднеазиатских народов, с их клановой сплоченностью, покорностью "сильной" власти, восточной хитростью и стремлением во всем находить собственную выгоду. Поэтому задача удержания американцами военного и политического лидерства в этом регионе далеко не так проста, как это могло показаться на первый взгляд.

Да, лидеры этих республик почти единодушно, и даже с показной готовностью, предоставили свои территории и воздушное пространство для американцев. Но что стояло за этим энтузиазмом?

Глупо говорить о том, что Рахмонов, Каримов или Ниязов вдруг преисполнились сочувствия к пострадавшему Нью-Йорку и, руководствуясь принципами гуманизма, открыли свои страны для американских войск. Конечно, главным и самым весомым стимулом были деньги. И если бы речь не шла об огромнейших денежных "компенсациях" за использование территории никто бы из них и пальцем не пошевелил. Лукавые азиаты очень быстро поняли, что взбешенная, вставшая на дыбы Америка не будет считаться с расходами. И потому границы их распахнулись, как ворота Кремля.

По данным экспертов, на эти "компенсации" Штатам пришлось уже потратить более трех миллиардов долларов. И конца этим расходам не видно. Правда, далеко не все среднеазиатские лидеры единодушно бросились к американскому сапогу. Туркмения, которая в последние годы переориентировалась на сотрудничество с Ираном, впервые за всю новейшую историю достаточно резко уклонилась от помощи американцам, ограничившись лишь предоставлением воздушных коридоров, да и то лишь для пролета транспортных самолетов. Конечно, нынешнее присутствие американцев более чем выгодно и Каримову, и Рахмонову, и Акаеву. Америка, как хорошая дойная корова, щедро обеспечивает их властные элиты долларовыми "сливками", затыкая попутно бюджетные дыры, да еще к тому же сама восстанавливает находящуюся в глубочайшем развале местную военную инфраструктуру.

Кроме того, присутствие янки позволяет совершенно по-новому строить свои отношения с Россией, которая еще совсем недавно была здесь единственным региональным лидером. Сегодня ей приходится "конкурировать" с возникшей ниоткуда Америкой, и от этого опять же выигрывают только оказавшиеся в роли "невест на выданье" среднеазиатские элиты, шаловливо заигрывающие то с Путиным, то с Бушем.

Но все это будет продолжаться только до того момента, пока США не попытаются заставить их "поделиться" властью.

Сегодня присутствие здесь американцев никак не мешает местным элитам. Их война в Афганистане никак не влияет на их внутреннюю и внешнюю политику, так как Афганистан все эти годы был самоизолирован от окружающего мира и воспринимался лишь как источник опасности экспансии мусульманского фундаментализма на территорию соседних Узбекистана, Туркмении, Таджикистана и Киргизии. Но если Штаты решат задержаться здесь надолго, то, как говорится, "и ежу понятно", что единственной причиной для этого является нарастающее противостояние с Россией. Окружение ее петлей военных баз. А это неминуемо повлечет требование американцев "пересмотра" своей внешней политики по отношению к России. При всей алчности и коррумпированности местных элит им сложно отказать в практичности и трезвости оценок всех последствий таких шагов.

Сегодня разве что Узбекистан в определенной степени готов принять эти требования американцев и перейти по отношению к России на более жесткую позицию. Но оппозиция еще не значит прямое противостояние. Каримову скорее близка позиция Эстонии или Латвии, которые пытаются с помощью натовского протектората гарантировать свою независимость и достаточно спорную территориальную целостность, но вряд ли захотят стать районом боевых действий в войне против России.

Сегодня ни Таджикистан, ни Киргизия, ни Казахстан не готовы выступить против России и занять откровенно антироссийскую позицию. Деньги — конечно, хорошо, но, учитывая огромное влияние России на экономическое состояние и социальную обстановку в этих республиках, это было бы слишком опасно.

Конечно, вероятность такого движения есть, но для начала их лидеры потребуют от США гарантий сохранения своей единоличной власти, личной безопасности, а это возможно лишь при условии того, что американцы фактически возьмут на себя содержание этих республик, что даже при сверхбогатой экономике США слишком разорительное удовольствие.

Кроме того, в этом случае американцам придется разделить ответственность за те тоталитарные режимы, которые сложатся в результате таких метаморфоз. Даже сегодня Таджикистан и Узбекистан можно лишь с большой натяжкой считать "демократическими" странами. Противостояние с Россией неизбежно приведет к появлению жесткой оппозиции и массовым акциям протеста, которые очень быстро спровоцируют власть на применение силы и перерождение в полуфашистские государства.

Все это позволяет сделать вывод, что несмотря на, безусловно, блестящую операцию проникновения США в Среднюю Азию, их дальнейшие перспективы здесь удержаться далеко не так оптимистичны, как это может показаться. Скорее, положение здесь американцев можно назвать неопределенным, балансирующим.

США пока не смогли найти здесь достаточно надежного союзника, готового однозначно стать опорным центром для дальнейшей экспансии. Кроме того, Америка еще не определилась с форматом и масштабами своего дальнейшего здесь присутствия. Особенно тревожит вашингтонских аналитиков то, что американские войска в Афганистане все больше увязают в разрастающейся здесь гражданской войне. Сегодня уже целые провинции находятся в состоянии войны друг с другом. Страна все больше напоминает вышедший из-под контроля паровой котел.

Влияние провозглашенного американцами "центрального правительства" стремительно падает. Дикая коррупция, взяточничество, казнокрадство бывших моджахедов привели к полному социальному и экономическому коллапсу, удар которого сдерживается лишь бесконечными финансовыми вливаниями США и их союзников и огромными поставками гуманитарной помощи. У правительства Карзая не оказалось ни кадровых, ни организационных ресурсов для управления разоренной и истерзанной страной. Более того, само "правительство" фактически распалось на непримиримые враждебные группировки. "Таджикские" министры открыто воюют с "узбеками", против тех и других воюют пуштуны. Местное население начинает роптать.

По свидетельству западных журналистов, жители Кабула и других афганских городов уже открыто говорят, что при талибах порядка было больше и не стесняются в выражении симпатий к бывшему режиму.

Кроме того, американцев крайне тревожит компрометирующая их в глазах мировой общественности прямая связка правительства Карзая и афганской наркомафии. Если при талибах выращивание опийного мака было запрещено под страхом смерти, и все производство наркотиков было полностью вытеснено в северные провинции, удерживаемые Дустумом и Массудом, то сегодня карзаевские губернаторы, не скрываясь, рапортуют о рекордных посевах мака. Уже к осени этого года поставки афганского опия на мировой наркорынок вырастут минимум в десять раз, а к следующему году Афганистан может превратиться в главного мирового поставщика этого зелья.

Боеспособность "правительственных" отрядов стремительно падает. После раздела Афганистана на удельные княжества, позволившего теперь безбедно жить за счет попавшего в кабалу местного населения, боевики теперь откровенно отказываются "задаром" участвовать в операциях против отрядов талибов. Дошло до того, что за сутки перед началом недавней операции в провинции Гардез американские "советники" и "координаторы" были вынуждены лично раздать полевым командирам крупные суммы наличных долларов, чтобы те согласились предоставить свои отряды для сухопутной поддержки. При этом, столкнувшись с активным сопротивлением талибов, "карзаевцы" отступили, оголив фланг американского спецназа, по которому был тут же нанесен удар, смявший американцев. В ходе этого боя десять "коммандос" было убито, больше сорока получили ранения.

Пентагон особенно тревожит, что уже сегодня среднемесячные потери американцев вплотную приблизились к потерям русских в Чечне, 15-20 человек в месяц. При этом группировка русских почти в десять раз превосходит американскую по численности и достаточно эффективно удерживает территорию Чечни под своим контролем. Военные эксперты особенно отмечают тот факт, что сегодня американцы лишь приблизительно представляют себе обстановку в Афганистане. Численность войск здесь столь мала, что не позволяет получать информацию в полном объеме и в реальном времени, поэтому восполнять ее приходится за счет докладов и информации "союзников" — правительства Карзая, которое, не стесняясь, пичкает своих "покровителей" дезинформацией в собственных интересах.

Эксперты отмечают, что подобные условия являются "идеальными" для втягивания США в бесконечную и безвыходную войну "на выживание", где шансов победить нет ни одного. При этом они ссылаются на советский опыт, когда СССР, взявший в начале вторжения на себя обязательства лишь гарантировать территориальную целостность Афганистана, был вскоре почти по тому же самому сценарию вовлечен во внутренние афганские "разборки" и втянулся в десятилетнюю войну. Разница лишь в том, что Советы пытались помочь братской НДПА "построить социализм", а американцы пытаются помочь "союзникам" построить "демократический" Афганистан и разгромить "террористов".

Поэтому вопрос удержатся ли американцы в Средней Азии — это прежде всего вопрос того, смогут ли они переломить негативные тенденции в развитии обстановки в Афганистане или нет. Если к осени этого года американцы не установят с помощью правительства Карзая контроль над Афганистаном, то это значит, что они должны будут окончательно расстаться с надеждой на победу в этой войне. И очень много признаков указывает на то, что это будет именно так. Конечно, геополитически Россия лишь выиграет от этого поражения Америки, но в ближайшей перспективе оно лишь породит новые проблемы.

Еще в самом начале американского вторжения в Афганистан мы писали об опасности оголтелой поддержки янки в этой авантюре. Мы писали о том, что в случае военного поражения американцев и сворачивания их военного присутствия Россия один на один останется с возникшим на своих границах мощным мусульманским фронтом. Понятное дело, что победившие в этой войне афганцы не будут испытывать больших симпатий к тем, кто помогал их врагу. И первый удар этого фронта придется как раз по среднеазиатским республикам. Единственным их союзником в этой войне окажется Россия.

Все это требует от России нестандартных подходов и решений.

Прежде всего в формировании новой политики в Средней Азии. Россия должна ясно и недвусмысленно заявить о своих интересах в этом регионе. Более того, если США не стесняются объявлять тот или иной район "зоной своих жизненных интересов", то почему это должна стесняться делать Россия?

Особая тема — взаимоотношения с элитами стран бывшей советской Средней Азии. В распоряжении России достаточно действенных рычагов для удержания их в "пророссийском" русле. Это и экономическая зависимость, и мощные пророссийские настроения населения, и ориентация на Россию части властной элиты. Все это создает исключительно благоприятные возможности для удержания контроля над процессами, происходящими сегодня на южных наших границах.

Сегодняшнее вторжение американцев в Среднюю Азию при наличии политической воли и грамотно выстроенной политике может закончиться геополитической победой России. Поражение в Афганистане надолго отобьет у Америки охоту лезть в центр Евразии и прочно закрепит здесь традиционное влияние России.

Владислав ШУРЫГИН

ОККУПАНТЫ

Владислав Смоленцев

11 марта 2002 3 0

11(434)

Date: 12-03-2002

ОККУПАНТЫ (Где и сколько?)

Расположение, состав и численность пребывания американских войск в Средней Азии практически засекречены. Поэтому получить любую информацию по этим позициям крайне непросто. Однако наши источники в Совете ,езопасности, любезно предоставили такую справку.

Итак, сегодня на территории бывшего Советского Союза находятся четыре тысячи пятьсот военнослужащих и офицеров разведки армии США.

Сто двадцать американцев находятся на территории Таджикистана. Это подразделения авиационно-технического обеспечения, разведки, связи и навигации, которое организует поддержку связи и навигации, действующей над Афганистаном авиации и ведет разведку в интересах Штаба специальных операций, а также занимается организацией взаимодействия между ставкой Северного альянса, командованием американских сил и администрацией президента Таджикистана. Основные точки базирования — города Душанбе и Куляб.

Девятьсот десять американских солдат развернуто на территории Киргизии. Это прежде всего центр связи и управления ВВС, который осуществляет координацию авиаперевозок из Европы и прием выполнивших авиаудары по Северу Афганистана бомбардировщиков, базирующийся на аэродроме Манас, и одна из групп специального назначения, которая осуществляет охрану аэродрома и, при необходимости, усиливает своими отрядами американскую группировку сил спецназначения в Афганистане.

Самая крупная группировка американских войск сегодня развернута на территории Узбекистана. На начало этой недели общая ее численность составляла три тысячи четыреста восемьдесят человек. Костяком этой группироки являются элитные подразделения спецназа и 101-й дивизии численностью до 1600 человек. Кроме того, здесь же развернут штаб "северного направления" американских сил, отвечающих за операции на севере Афганистана до линии Герат — Кабул.

При штабе действует самый крупный в регионе разведывательный центр, собирающий и обрабатывающий информацию не только об Афганистане, но и о прилегающих к нему районах. Прежде всего — о России, Туркмении и Иране.

О значении этого центра можно судить хотя бы по тому, что непосредственно в его управление передано часть группировки спутников разведки и слежения.

Воздушную поддержку "коммандос" осуществляют больше ста боевых и транспортно-боевых вертолетов. Здесь же, на аэродромах Карши и Кокайды, развернуты аэродромы подскока для действия разведывательной и штурмовой авиации США.

Военно-транспортные самолеты и бомбардировщики совершают посадки на аэродромах Ташкент и Чирчик, где также развернуты подразделения авиационно-технического обеспечения, связи, навигации и охраны.

Даже по этой достаточно лаконичной справке можно судить о том, что американцы планируют задержаться здесь "всерьез и надолго", а потому лихорадочно подыскивают для этого "опорный" район.

Владислав СМОЛЕНЦЕВ

МЫ УХОДИМ

Игорь Морозов

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: Игорь Морозов

МЫ УХОДИМ

С покоренных однажды небесных вершин

По ступеням обугленным на землю сходим,

Под прицельные залпы наветов и лжи

Мы уходим, уходим, уходим, уходим.

Прощайте, горы, вам видней,

Кем были мы в краю далеком,

Пускай не судит однобоко

Hас кабинетный грамотей.

До свиданья, Aфган, этот призрачный мир.

Hе пристало добром поминать тебя вроде

Hо о чем-то грустит боевой командир:

Мы уходим, уходим, уходим, уходим.

Прощайте, горы, вам видней,

В чем наша боль и наша слава.

Чем ты, земля Aфганистана,

Искупишь слезы матерей?

Друг, и радость и горедели на троих.

Столько нас уцелело в лихом разведвзводе...

Даже ветер за нами на склонах затих:

Мы уходим, уходим, уходим, уходим.

Прощайте, горы, вам видней,

Какую цену здесь платили,

Врага какого не добили,

Каких оставили друзей.

Hам вернуться сюда больше не суждено,

Сколько нас полегло в этом долгом походе,

И дела недоделаны полностью, но...

Мы уходим, уходим, уходим, уходим.

Прощайте, горы, вам видней,

Что мы имели, что отдали.

Hадежды наши и печали

Как уживутся средь людей?

Биографии наши в полдюжины строк

Социологи втиснут, сейчас они в моде.

Только разве подвластен науке восток?

Мы уходим с востока, уходим, уходим.

Прощайте, горы, вам видней,

Кем были мы в краю далеком,

Пускай не судит однобоко

Hас кабинетный грамотей.

Прощайте, горы, вам видней,

Какую цену здесь платили,

Какие счеты с кем сводили,

Каких оставили друзей.

Мы уходим с востока,

Мы уходим с востока,

Уходим...

ТУРКЕСТАНСКИЕ ГЕНЕРАЛЫ

Николай Гумилев

11 марта 2002 3 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: Николай Гумилев

ТУРКЕСТАНСКИЕ ГЕНЕРАЛЫ

Под смутный говор, стройный гам,

Сквозь мерное сверканье балов

Так странно видеть по стенам

Высоких старых генералов.

Приветный голос, ясный взгляд,

Бровей седеющих изгибы

Нам ничего не говорят

О том, о чем сказать могли бы.

И кажется, что в вихре дней,

Среди сановников и денди,

Они забыли о своей

Благоухающей легенде.

Они забыли дни тоски,

Ночные возгласы: "к оружью",

Унылые солончаки

И поступь мерную верблюжью;

Поля неведомой земли,

И гибель роты несчастливой,

И Уч-Кудук, и Киндерли,

И русский флаг над белой Хивой.

Забыли? Нет! Ведь каждый час

Каким-то случаем прилежным

Туманит блеск спокойных глаз,

Напоминает им о прежнем.

"Что с вами?" — "Так, нога болит". —

"Подагра?" — "Нет, сквозная рана".

И сразу сердце защемит

Тоска по солнцу Туркестана.

И мне сказали, что никто

Из этих старых ветеранов,

Средь копий Греза и Ватто,

Средь мягких кресел и диванов,

Не скроет ветхую кровать,

Ему служившую в походах,

Чтоб вечно сердце волновать

Воспоминаньем о невзгодах.

БИТВА АНДРЕЕВА

Андрей Бобыльков

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

БИТВА АНДРЕЕВА (Свобода слова в России — не для всех)

В Санкт-Петербурге слушается необычное уголовное дело. Судят главного редактора независимой газеты "Новый Петербургъ" Андреева Алексея Владимировича. Он обвиняется в клевете на руководителей Горпрокуратуры.

Как могло случиться такое?

Почти три года назад, 25 февраля и 8 апреля 99-го газета "Новый Петербургъ" опубликовала две статьи арестованного депутата Законодательного собрания, председателя комиссии Госдумы по проверке законности приватизации госимущества в Северо-Западном регионе Юрия Шутова.

В этих статьях автор утверждает, что его уничтожают за непримиримую борьбу с ворьем, за написанные им книги, за попытку вернуть государству украденные промышленные объекты. Он называет конкретные фамилии работников прокуратуры, предвзято ведущих следствие по его делу. Рассказывает о запрете свидания с 80-летней матерью в день ее и своего рождения 16 марта. Факт этот косвенно подтвердил предвзятое отношение руководителя следственной группы к арестованному и, естественно, взволновал многих читателей газеты.

В новой статье, опубликованной 8 апреля 99-го, Шутов, называя должностных лиц горпрокуратуры поименно, пишет, что "...это чрезвычайно опасная группировка, и поэтому я хочу, чтобы мое публичное заявление рассматривалось как открытое обращение в Генеральную прокуратуру о расследовании известных мне фактов коррупции в среде перечисленных мною лиц". Здесь же Шутов подчеркивает, что "...именно я, а вовсе не газета с полной ответственностью заявляю: в городской прокуратуре создана и успешно действует преступная группа".

Для понимания сути происходящего суда над главным редактором "Нового Петербурга" Андреевым, вышесказанные слова Шутова имеют принципиальное значение. Запомним их.

Первое заседание суда. 17 января, 11 часов.

Небольшой зал горсуда переполнен. В коридоре и на улице — люди, неравнодушные к судьбе газеты и ее редактора. На местах для публики — правозащитники, ученые, писатели. Узнаю организатора Петровской академии доктора биологических наук Ю.П.Воронова, доктора исторических наук И.Я.Фроянова, доктора юридических наук О.Г.Каратаева. Защитниками по делу Андреева выступают доктор юридических наук С.Н.Бабурин, известный адвокат Е.Н.Малыгин, и общественный защитник доктор юридических наук О.Г.Каратаев.

Зачитывается объемное заключительное обвинение. Присутствующие надеются узнать что-то новое, доселе неизвестное. И действительно, слышат то, чему трудно поверить.

А.В.Андреев обвиняется в том, что, используя свое служебное положение, он совершил из корыстной и иной (?!) личной заинтересованности незаконное собирание (?!), распространение в средствах массовой информации сведений о частной жизни лица... Он же совершил клевету(?!), то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица... Он же, используя свое служебное положение, совершил вмешательство (?!!) в деятельность прокурора, следователя в целях воспрепятствования(?) всестороннему, полному и объективному расследованию дела. Тем самым в данных статьях Андреев от себя лично формулировал (?!) к органам, ведущим расследование, требование (?!) об освобождении Шутова из-под ареста, чем вмешивался (?!) в деятельность прокурора, следователя и лица, ведущего дознание.

Вопросы и восклицания, расставленные по зачитанному тексту обвинения, не случайно появились в моем журналистском блокноте. Андрееву инкриминируют действия, которые он не мог совершить, печатая статьи Шутова, так как не вносил в них каких-либо поправок.

За каждым словом обвинения усматривается действие редактора, а не автора, написавшего эти слова. А автора даже не пригласили в суд. А ведь Шутов в своей апрельской статье черным по белому написал: "Именно я, а вовсе не газета с полной ответственностью заявляю..." и дает жесткую характеристику конкретным работникам горпрокуратуры. Так при чем же здесь редактор Андреев? Он, как честный человек, просто обязан был опубликовать своего рода сигнал SOS, уберечь питерцев от свершения еще большего зла.

Но ему, спустя три с половиной месяца после опубликованной статьи Шутова, то есть 26 августа 99-го предъявляется обвинение и избирается в этот же день подписка о невыезде. Он уже рассматривается преступником и лишен более 2-х лет права поехать в другой город, в отпуск, на лечение... И вот теперь — суд.

...Андреев обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных статьями 137 ч.2, 298 ч.3, 294 ч.3 УК РФ.

В зале — шепот: а что за этими следует? — И слышен ответ: "От снятия с должности и до 4-х лет лишения свободы"... Берет оторопь. Оказывается, так просто поставить человека перед судом, несмотря на телевизионную трескотню бравых журналистов о свободе слова и правах человека и гражданина, которыми сегодня якобы пользуются в России.

Нелепость происходящего шокирует присутствующих на судебном процессе людей. Здесь неравнодушных нет.

Андреев, высокий, немного сутуловатый, худой человек, с бледным лицом, в очках, растерян, не знает, как вести себя на суде, забывает встать на вопрос судьи и сесть после ответа. Судья напоминает ему об этом. На вопрос, признает ли он себя виновным, Андреев заявляет, что имеет отношение только к публикациям статей государственного и общественного деятеля, каким является Шутов, и что у него, Андреева, нет оснований менять сложившуюся многолетнюю практику до вступления приговора по отношению к Шутову в законную силу.

Биографическая справка.

Андреев Алексей Владимирович, 1955 года рождения, вырос с трудовой сельской семье. Учился успешно, увлекался спортом, математикой, химией, работал слесарем, наборщиком в типографии, учился заочно, избирался депутатом райсовета. Жена — Лариса Александровна — профессиональный художник-оформитель. Сын Василий недавно демобилизовался из вооруженных сил, от службы в Армии не прятался. В составе Внутренних войск находился в Чечне. Принимал участие в контртеррористических операциях. Дочь Елена учится в 9-м классе. Газету "Новый Петербургъ" Андреев возглавил в 1993 году.

Но снова вернемся в суд.

Начинается слушание потерпевших и свидетелей.

Один за другим они стараются помочь обвинению. Особо преуспевает в этом В.В.Никоноров — сотрудник регионального управления Госкомпечати. Нервозность, скороговорка и категоричность высказываний Никонорова серьезно оглупляют выдвинутые против Андреева обвинения.

Никоноров на суде почти дословно цитирует себя, как классика: "...В тексте статей содержится высказывание, направленное на то, чтобы при помощи вымыслов, слухов, намеков, оскорблений, употребления издевательских слов и выражений опорочить честь и достоинство следователя... прокурора, начальника управления, сотрудника РУОПа... Газета, в лице ее редактора, несет полностью ответственность за все высказывания с интервьюируемым". И далее следует вслушаться в оригинальное толкование Никоноровым статьи 56 Закона "О средствах массовой информации": "Не может быть принят во внимание тот факт, что Шутов на момент ареста являлся депутатом... Давая интервью, он выступал от своего личного имени и касался личных дел, а не своей деятельности, как депутат. Поэтому статья 57 Закона "Освобождение от ответственности" здесь не применима".

Услышав аргументы и увидев в суде агрессивность чиновника, излагающего от имени Госкомпечати, понимаешь, как вольно и безответственно может трактоваться закон в статье 57 о праве и бесправии народного депутата. Не надо быть юристом, чтобы понять это. Повторим и разберем хотя бы одну строку "профессионала от цензуры".

Никоноров заявляет и на следствии, и в суде, что Шутов в статьях 25 февраля и 8 апреля 1999 г.... "выступал от своего личного имени и касался личных дел, а не своей деятельности, как депутат, поэтому статья 57 здесь не применима".

В своих статьях Шутов и как гражданин, и как депутат, поднимает острые вопросы, о которых кричат на разные лады все слои общества. От мала до велика люди знают о коррупции, беспределе, убийствах, творимых в прославленном когда-то городе. Теперь же город-герой, город университетов, изобретений, науки, искусства имеет в народе другое трагическое название — "бандитский Петербург".

Шутов называет события и факты своими именами, действуя и как депутат, и как гражданин. И надо подчеркнуть, что так он поступал и до своего ареста, от которого не прятался, не убегал в другую страну. На подобное поведение способны только честные и сильные духом люди.

И еще. Ряд обстоятельств усиливает сомнение в виновности Шутова и справедливости его ареста. Слишком долог срок разбирательства предъявленных ему обвинений; нелеп и преступен налет 16 ноября 99-го на Калининский суд, где только что освобожденный из-под стражи Шутов был арестован сомнительным образом; абсурдно и безнравственно решение судьи, лишившего Шутова его защиты адвокатами, которым он, Шутов, доверял; лишение Шутова необходимой медицинской помощи, несмотря на просьбу, которую высказали в письме его коллеги-депутаты.

Все это вместе взятое удручает и удивляет. Неужели судебная, исполнительная и законодательная власти не понимают, что не решаемое дело Шутова подрывает их же авторитет перед народом? Неужели правда, что трагическое дело Шутова, как говорят люди в коридорах суда, держится только на круговой поруке?.. Уже сегодня очевидно: какое бы решение ни вынес суд — а он так или иначе его вынесет — организаторы и исполнители будут оправдываться, показывать пальцем друг на друга, ибо авторитет Шутова, сострадание к нему и восхищение им растут с каждым днем.

Объявляется перерыв.

В коридоре суда к известному адвокату Е.Н.Малыгину потянулись люди. Один, другой, третий, передают ему письма от общественных организаций, отдельных известных ученых и деятелей науки в защиту газеты и ее редактора. Прочитав несколько текстов, очевидно решив, как далее поступит с ними, мудрый адвокат, сложив их в стопку, направился в зал заседания.

Заседание продолжается.

Адвокат Малыгин просит слово и сообщает суду, что ему передали 30 писем от отдельных граждан и организаций, адресованных судье, и просит их приобщить к делу. Судья Шафранский А.Ю. растерян, осторожно, как взрывчатку, берет у адвоката пачку бумаг, внимательно просматривает их, и понимая, что по другому поступить не должен — слишком авторитетные имена стоят под каждым письмом, — прилагает многие к делу.

Далее слушается показание потерпевшего следователя Дудкина, того самого, кто руководил операцией по аресту Шутова 16 ноября. Его показания суду были трафаретными, подчеркнуто высокомерными. На вопрос судьи: читает ли он "Новый Петербургъ"? — Дудкин ответил, что желтую прессу не читает. По залу прокатился ропот. Подумалось — а знает он или нет, что "Новый Петербургъ" читает лучшая часть граждан нашего города?

Точно так же назвал газету "желтой прессой" и эксперт Госкомпечати Никоноров.

В начале процесса над Андреевым казалось, что он со своей крошечной командой принципиально не сгибаемых, талантливых журналистов, совершенно не защищен и, значит, будет сломлен. И вдруг — письма. В защиту! Назову только несколько имен, что удалось запомнить.

Доктор медицинских наук, академик, Лауреат Ленинской премии, всемирно известный кардиохирург Углов Федор Григорьевич; председатель правления творческого союза изобретателей Ю.Г.Попов; председатель комиссии научного туризма Русского географического общества РАН С.В.Голубев; председатель Русской партии И.Ф.Бондарик; руководитель Ленинградского регионального отделения Партии духовного возрождения России, доктор биологических наук, академик Ю.А.Воронов; редактор газеты "Трезвый Петербург" А.А.Образков; вице-президент общественной организации "Полярный конвой", капитан 1 ранга С.Н.Апрелов; главный редактор газеты "Народная правда" М.В.Попов; председатель совета общественно-политической организации "Союз", полковник о отставке С.П.Башкатов.

В моих руках оказались несколько открытых писем широко известных ученых. На мой взгляд, это важное и редкое на сегодня событие, когда в период апатии общества ученые встают стеной на защиту своей городской газеты.

От имени Комитета ленинградских ученых доктор биологических наук М.И.Зелинский пишет: "...Газета "Новый Петербургъ" — одна из немногих, которая дает разностороннюю, взвешенную, независимую и объективную информацию, откликаясь оперативно на самые актуальные и волнующие научную интеллигенцию, как и большинство горожан, вопросы. Ленинградский комитет ученых серьезно обеспокоен ситуацией с необоснованным обвинением главного редактора А.В. Андреева".

Большое письмо от имени Петровской академии наук и искусств подписал ее президент академик Л.А.Майборода. В нем говорится: "С недоумением мы узнали, что главного редактора судят за клевету, которая выразилась в том, что он осмелился напечатать статьи депутата Юрия Шутова. Можно неоднозначно относиться к личности Шутова, но отказ еще не обвиненному депутату в праве на гласность противоречит Конституции нашей страны.

Есть у меня и еще одна копия письма, адресованного судье А.Ю.Шафранскому. Его хочется привести полностью:

"Государственная Академическая Капелла Санкт-Петербурга, ее сотрудники и дирекция являются и читателями, и авторами газеты "НП" фактически с ее основания, около 10 лет. За это время мы могли многократно убедиться в ее гражданской позиции: критической и честной. Ни одно из петербургских массовых изданий так решительно и смело не защищает интересы простых граждан города, главным образом обиженных и притесняемых. Газета дает на своих страницах возможность открытой полемики, чем отражает настоящую политическую ситуацию и борьбу. В том числе и по острым проблемам нашей национальной культуры! Во всем этом заслуга не только творческого коллектива газеты, но главным образом ее главного редактора Алексея Владимировича Андреева, человека правдивого, истинного патриота России, к тому же исключительно скромного и доброго.

С уважением,

Художественный руководитель и главный дирижер Государственной Академической Капеллы Санкт-Петербурга, Народный артист СССР, лауреат Государственных премий России, профессор В.А.Чернушенко...".

Все эти письма честны и ясны. Их нечего обсуждать. Обращения граждан в редакцию с поддержкой продолжают поступать. Редакция превращается в штаб правдолюбцев — людей, встревоженных и обеспокоенных судьбой газеты и ее редактора. Суд над Андреевым, как в капле воды, отражает неправедные деяния криминальных общеизвестных кругов России. Кто победит? Ответить на этот вопрос непросто.

После трех судебных заседаний, несмотря на мощную поддержку авторитетных общественных деятелей и спокойное, уверенное поведение высочайшего класса юристов, осуществляющих защиту "Нового Петербурга", Андреев не выдержал напряжения и оказался в больнице.

Что с ним? Не сдался ли? О чем думает на больничной койке?

Мы говорили о выпавшем на плечи России непостижимом испытании. Искали в памяти хотя бы одно значительное событие, совершенное за последние 10 лет властями "демократов" во благо России, искали — и не нашли. Как будто споткнулись — замолчали. Так бывает, когда чувствуешь свое полное бессилие изменить что-либо в лучшую сторону.

Если общество позволяет энергетикам издеваться над беззащитным населением многих районов страны, убивает новорожденных своим садистским "веерным отключением", если при оскорбительном молчании властей лишаются источников электричества воинские части, стоящие на охране государственной границы! — Что могут сделать журналисты?

Так, наверное, думал и Андреев. Нарушив молчание, он сказал тихо так, как бы самому себе: "Бороться. Все равно надо бороться...".

Когда он взглянул на меня уставшими, больными глазами — только тогда я понял, что в слове "бороться" находится ключ к пониманию его убеждений. Однако я переспросил:

— Бороться — но как? Каким образом?

Алексей АНДРЕЕВ: Выпускать газету. Помогать простым людям выжить. Защищать незащищенных. Будить в них силы к сопротивлению. Против обмана, насилия, грабежа. Просвещать, заставлять думать.

Андрей БОБЫЛЬКОВ: "Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой!"?

А. А.: Можно понимать и так.

А. Б.: Ну что ж... Дай Бог вам сил и новых друзей!

... Я прочитал очень много хороших отзывов о "Новом Петербурге". Скажите, интерес к газете возрос только с "делом Шутова" или он появился сразу, с первых ее номеров?

А. А.: С первых номеров и поныне газета отстаивает интересы простых людей, их права. В этом ее смысл, авторитет и популярность. Казалось бы, что такое: протек потолок, плохое медобслуживание, голод ребенка, издевательство над фермером, — все это знакомо и узнаваемо, но только по жизни. А в массовых СМИ что вы читаете и видите? Больше балдежа, конкурсов, рассчитанных на примитивную аудиторию, различного трепа, совершенно не имеющего отношения к содержанию жизни человека и развитию общества. Наша газета последовательно, от номера к номеру идет на помощь пострадавшим и откликается на важные события, зовет читателей уверенно защищать свои права, не сгибаясь перед наглостью и самонадеянностью власть имущих. В этом интерес к газете. А Шутов — наша автор и читатель, поддерживающий позицию газеты. Такого талантливого и честного единомышленника, наверное, хотела бы иметь любая газета. Вот он оказался в капкане власти, которую он не принял — и мы встали на его защиту. Тут все ясно. К сожалению, наши люди инертны, чаще всего не сопротивляются властям, неуверенно действуют. И в этом — трагедия нашего общества. Ведь на самом деле сопротивление нужно и самой власти, иначе она не будет знать, как строить отношения с обществом, как строить и развивать государство. Только на постоянном протесте, противодействии заинтересованных групп можно добиться каких-то решений. А у нас диалога нет. То, что предлагает власть сверху — тут же и принимается. Народ тут ни при чем. Народ просто умирает.

А. Б.: Так вы хотите быть поводырем, Данко?

А. А.: Ирония тут ни к чему. Да, мы пытаемся просвещать людей, доказываем. что решать вопросы все-таки можно. Находим примеры, помогающие другим людям воспрянуть и действовать. Вот наша читательница выиграла суд по нежелательной постройке мансарды над ее квартирой. Совсем недавно у нас в городе просто был "мансардный бум". Особенно тянулись к старым зданиям новые коммерческие структуры. С точки зрения архитектуры надстройка над старыми зданиями — дело очень спорное. Но нынче деньги бегут впереди разума. В данном случае дело было выгодным и заказчику, и чиновникам, и строителям, за исключением жильцов. А наша читательница восстала, очень долго сопротивлялась, но добилась в Верховном Суде решения о незаконности практики надстроек без согласия жильцов! Надо подчеркнуть, что после решения Верховного Суда надстройка мансард над старыми зданиями в СПб остановилась. Это была реальная победа немолодой женщины. Она не очень грамотная — а вот вам наглядный пример тому, что и один в поле воин.

А. Б.: Я несколько раз присутствовал в зале заседания, где идет суд над вами, главным редактором газеты. У меня все время возникал вопрос: почему суд сейчас, в 2002 году, а претензии идут только к публикациям 1999 года? Вы ведь продолжаете постоянно печатать материалы Шутова, так как считаете его государственным деятелем, однако разговор на суде идет только о двух публикациях 1999 года?

А. А.: Они не знают, что противопоставить... Я повторюсь. В городе спокойно расхаживают бандиты, разворовывается народное богатство, присваивается государственное имущество, убит недавно академик Глебов. У семи академиков убили сыновей. Притонов расплодилась масса... А против меня возбуждают уголовное дело. Ну никаких нет слов!

А. Б.: Я пытаюсь прояснить для себя ситуацию. Ведь Шутов был уполномочен Госдумой возглавить комиссию о проверке законности приватизации государственной собственности. Не кажется вам, что его перепугались и перехватили? Он ведь успел опубликовать немало документов, заслуживающих внимания прокуратуры.

А. А.: Только время может ответить на этот вопрос. Шутов многих раздражал своей неуступчивостью, принципиальностью. Он с самого начала себя противопоставил всему негативному, что было в городе и в стране в те годы. Он опубликовал несколько книг. Его не однажды арестовывали, потом оправдывали и выпускали. Один раз чуть было не убили. Я позволю себе метафору. Если бы судьба России была похожа на судьбу Шутова, если бы Россия могла сопротивляться, как он! Шутов не уступает, не сдается. А Россия сдалась. К великому сожалению. Наше общество парализовано, не поддерживает даже тех, кто пытается для людей решить элементарные проблемы бытия.

А. Б.: А как вы думаете, чем закончится судебное дело?

А. А.: Не знаю. Не понимаю. Я — редактор гонимой газеты. Пока я на ногах, я буду печатать тексты, представляющие интерес для общества. В этом — моя главная обязанность.

А. Б.: Странно, что в потоке писем в поддержку свободы слова и гласности, в поддержку "НП" нет голосов тех, кто на публике печется об этих "завоеванных ценностях".

А. А.: Им не до опального редактора. Они заняты дракой "денежных мешков" за телеканалы, поиском сальностей о Горбачеве и Путине, игрой с народом в "дурачка". Заняты скандальными информациями. Снимают с них сливки и не утруждая себя глубже копнуть материалы, на этом делают погоду. К сожалению, журналистские объединения в большинстве своем построены не по профессиональному признаку, а по партийному. Я считаю, что если мы вступили в пору свободы, значит, давайте уважать права человека, ибо каждый имеет свои убеждения и право их высказывать. Я считаю, что такие полярно мыслящие люди, как, скажем, Юрий Белов, Даниил Коцюбинский, Олег Каратаев... Они имеют одинаковые права. Я, к примеру, читаю с интересом статьи каждого.

А. Б.: Вы болеете, а газета выходит. Содержательная, наступательная, умная.

А. А.: По-другому и быть не может. В газете "Новый Петербургъ" работают единомышленники. Они обостренно чувствуют боль Отечества своего, потому так активно, неутомимо и мужественно работают.

Андрей БОБЫЛЬКОВ

P.S. Когда статья была подготовлена к печати, из Питера пришло известие: суд прекратил дело Андреева из-за истечения срока давности. Осудить редактора-патриота по абсурдному обвинению было нельзя, а вот помотать нервы и обречь на два года на подписку о невыезде — можно. Тем самым патриотам-журналистам сказано: свобода слова в России — не для всех.

«ПОКУШЕНИЕ НА РОССИЮ» Б. БЕРЕЗОВСКОГО

Александр Титов

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

«ПОКУШЕНИЕ НА РОССИЮ» Б. БЕРЕЗОВСКОГО

Взрывы жилых домов в Москве и Волгодонске осенью 1999 года были и остаются одними из мрачнейших и загадочных эпизодов новейшей истории России. Действительно, о какой-либо ясности, очевидности и определенности в отношении официальной версии говорить не приходится. Конечно же, тема взрывов очень тесно переплелась с проблемой смены верховной власти в России… Однако прозвучавшие на прошлой неделе из Лондона обвинения в адрес Путина и ФСБ произвели ничтожный политический и морально-психологический эффект. Собственно, тема, во всех смыслах, была безнадежно загублена. Но попробуем разобраться, почему разрекламированная и, как казалось, сенсационная инициатива Бориса Березовского по разоблачению заказчиков терактов осени 1999 года закончилась пшиком? Почему?

Во-первых, потому, что "независимое расследование" проводил именно Березовский. Кому-кому, а Борису Абрамовичу пристало быть здесь никак не следователем… Ведь в интересующий нас период Березовский был сам ключевой фигурой в системе "преступной власти". Ко всем истинным и мнимым преступлениям прямо или косвенно причастен он сам. Так что роль основного свидетеля по делу о гексогене на лондонском мероприятии была отведена такой мелкой сошке, как бывший руководитель НИИ "Росконверсвзрывцентр" Никита Чекулин. Абсолютно по другому был бы воспринят в России и на Западе, к примеру, рассказ Бориса Березовского о том, как он принимал личное участие в совещании узкого круга "семьи", где обсуждался алгоритм развязывания второй чеченской войны во имя успеха на грядущих выборах представителя клана Ельциных. Если бы Борис Абрамович заявил нечто подобное, то прямо из зала Королевского института вооруженных сил, где происходило разоблачительное действо, его бы в наручниках доставили в соседний квартал, в Скотленд-Ярд… Но Борис Березовский, несмотря на всю свою нервозность, мало похож на самосожженца. Вместо убийственных разоблачений мы наблюдали многозначительные намеки, эмоциональные всплески и магические пассы.

То, что фильм, снятый французами по заказу Березовского, не содержит веских доказательств причастности ФСБ к взрывам домов, стало ясно из отрывка, который демонстрировался на встрече в Лондоне. Фильм "Покушение на Россию" — это публицистика, которая может послужить целям пропаганды, но не сможет помочь в деле реального расследования. Знаменитые кадры дымящихся развалин зданий в Печатниках перемежаются со сценами, снятыми в кремлевских покоях и картинами инаугурации Путина. Комментарий дан соответствующий. Но это всего лишь комментарий.

Выступление упомянутого свидетеля из НИИ взрывчатых веществ так же не выглядит как обвинительный вердикт. Сбежавший в Лондон господин Чекулин свидетельствовал об имевшем место быть воровстве гексогена со кладов его ведомства, что, по его словам, было организовано ФСБ. Правда, означенные события относились уже к августу 2000 года, и по факту хищений было проведено расследование. Таким образом, эта весьма разнообразная и пестрая фактура все же остается за рамками основной темы — организации массового убийства людей во имя приобретения политической власти.

Но размытость и недоказательность обвинений, выдвинутых Березовским против Путина и спецслужб, усугублялись общим тоном, стилем и политическим контекстом лондонского мероприятия. Присутствие здесь представителей карманного движения Березовского "Либеральная Россия" указывало на то, что история взрывов важна устроителям не сама по себе, а как инструмент решения локальных политических задач, как канал реализации определенной, достаточно узкой и периферийной политической процедуры.

Разглагольствования о "красно-коричневом" Путине, болтовня о наступлении в России диктатуры спецслужб, особенно дата проведения пресс-конференция — 5 марта (день смерти Сталина) — позволяют говорить о непролазной пошлости и местечковости идеологов лондонского гексоген-шоу. Репутация Березовского как опытного политехнолога рухнула в один вечер. Некогда всесильный медиа-магнат снова предстал в образе маразматизирующего младшего научного сотрудника советского НИИ, чей протест против тоталитаризма выражался в занятиях туризмом и увлечением бардовским пением.

Нечто маргинальное и жалкое сквозило в самом составе участников собрания. Депутаты Юшенков и Рыбаков, репортер радио "Свобода" Бабицкий, пара демшизоидов первой волны выглядели смехотворно. Здесь не хватало только Новодворской, которая в эти же секунды проводила жидкий антисталинский и антипутинский митинг на Лубянской площади в Москве.

"Человек, измученный ностальгией, балансирующий на грани истерики, Борис Березовский выбрал для себя незавидную роль собирателя ошметков либерализма, предводителя вскормленных в свое время все тем же КГБ "карликов демократии", чьи риторика и мышление остались на уровне августа 1991 года.

С другой стороны, весьма показательно и ошеломляюще прямолинейно на демарш Березовского отреагировала российская власть. Сделанное в тот же день заявление Генеральной прокуратуры РФ и демонстрированные журналистом материалы следствия по делу Березовского представляли из себя великолепную фактуру для съемок фильма "Покушение на Россию-2". Фантастичность ситуации состоит в том, что факты, озвученные представителем Генпрокуратуры, подтверждают и прекрасно дополняют основную версию создателей фильма.

Правда, на этот раз раскрывается роль самого Березовского в организации крупномасштабной предвыборной провокации. Снабжение деньгами Басаева, подготовка вторжения боевиков в Ботлихский район Дагестана, организация похищения генерала Шпигуна — все, в чем подозревает прокуратура Березовского, несомненно, может трактоваться как часть многоэтажного заговора, в результате которого двинувший войска через Терек кандидат "семьи" одержал победу на президентских выборах.

Создается впечатление, что Березовский, так же, как и чиновники Генпрокуратуры, начитались прозы Александра Проханова, чей новый роман "Господин Гексоген" содержит в себе алгоритм продвижения некоего неведомого Избранника к высотам власти. Но парадокс в том, что это художественное произведение, изобилующее литературными метафорами, философскими отступлениями и действиями вымышленных героев, привносит в таинственный ход кровавой драмы больше ясности, чем многочисленные официальные и независимые расследования, затеянные заинтересованными сторонами по поводу событий в Москве и Волгодонске...

Таким образом, явленная нам на сегодняшний день примитивная схема конфронтации опального олигарха и действующего президента страны, быть может, призвана закамуфлировать истинную глубину их отношений. Может быть, именно в силу этих обстоятельств, заявления, сделанные Березовским из центра лондонского квартала Вайтхол, вряд ли будут иметь долгосрочный политический эффект, а тайна взрывов в Москве и Волгодонске останется неразгаданной еще в течение многих лет.

Александр ТИТОВ

ВЕРТОЛЕТ

Александр Ефремов

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

ВЕРТОЛЕТ

Чем ближе 27 марта, тем все более зловещие контуры приобретает монстр, готовящийся занять 6-й метровый телеканал. Объявленный министром Лесиным конкурс на глазах превращается в открытое позиционирование. Шутка ли — "поддержать команду Киселева" вызвались не один-два олигарха, а сразу и Чубайс, и Мамут, и Абрамович, и Бедукидзе и т.д. Мало того, к ним примкнули озаботившиеся "свободой слова на телевидении" Примаков и Вольский. Напомню, что когда Примаков, было дело, "премьерил", он, сидя перед телекамерой НТВ на зеленой лужайке, очень высоко высказывался о "Киселеве как журналисте". В тот же период Примаков докладывал телезрителю, что просто в восторге от Чубайса как "высокопрофессионального менеджера". Так что удивляться не стоит, ведь свою "путевку в жизнь" чубайсы получали именно из рук примаковых…

Если захват телерупора монстру удастся, то, без сомнений, первой мощной информационной акцией его будет демонстрация сорокадвухминутной стряпни от Березовского. И это неважно, что даже "Вашингтон пост" усомнилась в "доказательствах", приведенных в фильме. Информационная война вообще редко оперирует такими понятиями, как "правда" или "неправда": главное — эффект. А доблестные силовики будут, видимо, хлопать глазами. Раз они уже вместе с властью так следуют во всем Бушу, взяли бы себе на заметку, что при администрации президента США создается Отдел стратегического влияния, призванный вести эту самую информвойну, а также действует Отдел дезинформации при Пентагоне, служащий тем же целям.

Следующий грустный факт: "демократические" запугивания либерального обывателя тем, что "шестую кнопку" оккупируют либо Православная церковь, либо "Московия", оказались, увы, беспочвенными. Ни РПЦ, ни "Объединение православных граждан", ни "Московия" (3 канал) со стоящим за ней полумифическим олигархом Пугачевым даже заявки пока не подали. А уж сколько было разговоров и об "экспансии церкви в светском государстве" и о православном (чуть ли не "черносотенном") олигархе с упомянутой мистической фамилией!.. Остается лишь робко надеяться, что канал вдруг окажется спортивным или уж совсем на худой конец — в руках телекомпании "Мир" — медиаструктуре СНГ. Сражения вокруг ТВ не в первый уж раз показывают, насколько слабы русские позиции в стране…

На этом фоне просто диву даешься — с каким размахом, привлечением несметных средств поставлено дело телевизионной раскрутки у "русскоязычной" публики. О чем речь? Да хоть о той же "Азазели". Это ведь надо еще додуматься до того, чтобы посвятить весь воскресный телевечер на главной частоте страны (ОРТ) одной обыкновенной экранизации довольно скромного ремесленного лит. произведения. Ну, написал некто Акунин затейливый романчик а-ля "начало века" для чтения "демократическими" дачниками в электричках. Ну, накрутил на этой основе порадовавшийся возможности поработать Адабашьян новый телесериал. Манерный, костюмный, каких много. И почему это должно было стать событием? Да просто потому, что нынешний агитпроп решил назначить Акунина "ведущим писателем" наступившего времени. Как в экономике назначали олигархов. Почему именно Акунина (настоящая фамилия что-то вроде Чхартишвили)? И потому, что "других писателей у них нет", и потому, что мелкотемье — это их стиль и суть. И вот на ниве раскрутки рада стараться вся компания от Галкина до Познера. Того самого Познера, что будет сидеть и, может, даже верховодить в жюри на конкурсе по ТВ-6. Вот такая "Азазель" получается.

Александр Ефремов

ЗАКРУЧИВАНИЕ ГАЕК

Юрий Чернорязский

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

ЗАКРУЧИВАНИЕ ГАЕК (Новый портрет нового мира)

Слова о том, Что мир после 11 сентября иной, стали общим местом. Однако пока никто не осмелился публично сказать, каким таким иным стал мир. Кем стали в этом незнакомом мире страны, так хорошо прежде нам известные.

Мир уже не раз становился другим, неузнаваемым. В русский политический лексикон вошли устойчивые обороты: мир после Ялтинской конференции, мироустройство после Первой мировой войны, Европа после Версальского договора. После любого значительного политического катаклизма мир необратимо изменяется. Каким же он стал на этот раз?

АМЕРИКА

Буш заявил, что военный бюджет США следующего года будет на 50 миллиардов долларов больше из предыдущего. 50 миллиардов — это почти как два бюджета всей России, при этом глава США пообещал не увеличивать налоги. Очевидно, что эти меры сделают следующий американский бюджет дефицитным, и покрывать дефицит придется, свертывая социальные программы. Как американцы отнесутся к этому? На самом деле, это абсолютно неважно, Буш прав, не заботясь о собственной популярности. На народ, который можно заставить разуваться при входе в аэропорт, действительно, можно наплевать, а вот поддержка американского капитала Бушу еще понадобится, и портить отношения с бизнесом, поднимая налоги, он не стал. Все это напоминает ситуацию в Германии 30-х годов XX века. Союз с крупным промышленным капиталом на фоне общего закручивания гаек.

Американские солдаты, как тараканы, расползаются по всему миру. В Киргизии, Узбекистане и Таджикистане они обосновались всерьез и надолго. Все заверения в том, что лишь только покончим с бен Ладеном и уйдем восвояси, естественно, не стоили выеденного яйца. Недалеко от киргизского аэропорта Манас строится военный городок на 3000 человек, в Узбекистане кулуарно обсуждается проект договора с США о предоставлении военной базы сроком на 25 лет. Но не только в Средней Азии укрепились американцы. Солдаты США появились в Кении, официально, — для совместных учений. Неофициально — для подготовки вторжения в Сомали. Сомали, как и Афганистан, обвинена в укрывательстве боевиков Аль-Каиды, правда, больше это похоже на месть. В Сомали американцы потерпели единственное за последние 15 лет поражение. Эта неудача американской военщины выявила ахиллесову пяту Соединенных Штатов — полную неспособность переносить хоть сколько-нибудь значимые людские потери. После Сомали США провели хорошую работу над ошибками, научившись воевать чужими солдатами. Уже в Косово они доказали, что побеждать руками албанцев и комфортно, и выгодно. Теперь за "великую Америку" предстоит драться кенийцам.

Параллельно идет подготовка для возможных в будущем военных присутствий. Механизм прост и отработан, боевики Аль-Каиды — вечный повод для проведения антитеррористической зачистки. Наряду с Сомали и Ираном в связях с исламскими террористами обвинили самопровозглашенную Приднестров-скую республику. Разбомбив Афганистан и приведя к власти Карзая, владельца ресторанной сети в США, Америка вышла не только на границы СНГ, но и Ирана, все еще имеющего политическую волю к сопротивлению американскому диктату. Если Штаты решатся раскручивать приднестровскую карту, то через полгода — год мы увидим, что они обосновались уже под боком у строптивого Лукашенко.

Все эти события однозначно свидетельствуют: США готовятся к войне. Пусть ни у кого не будет иллюзий: это не масштабная антитеррористическая операция, и даже не мировая война с терроризмом, а просто Третья мировая, и Афганистан — это Польша 1939-го.

СТРАНЫ "ОСИ ЗЛА"

Так президент Буш назвал своего будущего противника — это Иран, Ирак и Корея. Последнюю нельзя упрекнуть в связях с исламскими террористами, но США уже не заботятся о правдоподобности обвинений.

Иран обвинен в укрывательстве разгромленных талибов. "У меня нет ни тени сомнения, что "Аль-Каида" и талибы воспользовались пористостью ирано-афганской границы и перебрались в Иран в поисках убежища", — заявил министр обороны США Дональд Рамсфелд. Назывались и цифры, по непредъявленным оперативным данным, 250 человек из высшего руководства Талибана укрылись в Иране. Пористая граница — это 6 рядов густой колючей проволоки, а за ней — 1,5 километра минных полей. Отношения иранского руководства и Талибана всегда были, мягко говоря, натянутыми. Иран под руководством Хатами давно избавился от остатков исламской солидарности и не оказал талибам поддержки, когда на них напал "Большой шайтан". Также Вашингтон был заверен, что "случайно забредшие" на территорию Ирана солдаты-"антитеррористы" будут отданы с почестями Штатам. Вместе с тем, и должной помощи от Ирана Штаты не получили. Отказ предоставить свое воздушное пространство американским бомбардировщикам и подвести свою армию к границам Афганистана стал высшим проявлением нелояльности и сделал Иран кандидатом на расправу № 1. Показательна реакция Ирана на эти обвинения: приехавший в Нью-Йорк на Всемирный экономический форум заместитель министра иностранных дел Исламской Республики Иран Мохаммед Адели заявил, что эти высказывания несовместимы с духом сотрудничества между Ираном и Соединенными Штатами в борьбе с афганскими талибами.

Мир стал таковым, что сотрудничество с США — единственное условие политического выживания государства.

Ирак вновь бомбят. 4 февраля ВВС США и Великобритании нанесли удар по базам ПВО Ирака в северном районе страны Мосул. По крайней мере 4 человека погибли от этой бомбардировки. В последнее время со стороны официального Вашингтона все чаще слышны угрозы Ираку, причем речь идет не только о бомбовых ударах, но и о возможном сухопутном вторжении, план которого был представлен военными специалистами Пентагона президенту США Джорджу Бушу и одобрен им.

Наконец, Северная Корея, ее трудно обвинить в связях с Аль-Каидой, но это не мешает Вашингтону готовить почву для конфликта и здесь. Буш как сеятель раздора ездит по всему миру, и где бы он не появился, вместе с ним появляются политические проблемы, попахивающие порохом. Его визит в демилитаризованную зону Южной Кореи сопровождался демонстрациями, основным лейтмотивом которых было: "Мистер Буш, вам лучше уехать отсюда". Южным корейцам нельзя отказать в здравомыслии, они отчетливо осознают, что главная цель визита американского президента — сорвать процесс сближения между Северной и Южной Кореями.

ТРЕТИЙ МИР

Мир вновь становится блоковым. Уже есть западный блок "Новых Крестоносцев", есть блок изгоев или "Ось Зла", конечно же, должен быть и блок стран "Третьего мира". Третьей мир страстно желает присоединиться к "Крестоносцам", или по крайней мере стать похожими на них. Израиль пытается разобраться с палестинцами по образцу США и Афганистана. Еврейские лидеры пытаются найти моральную поддержку у заокеанских патронов и не находят. Они недоумевают: "Как же так? Мы ведь тоже с террористами разобраться хотим? Им невдомек то, что положено Юпитеру, не положено быку. Чехия решила поддержать Израиль и предложила депортировать всех арабов с палестинских территорий. Так сказать, традиция европейского гуманизма в новой редакции. Россия, устами министра обороны Сергея Иванова, требует карт-бланш на действия в Панкийском ущелье, настойчиво сравнивая ситуацию там с чеченской, а главное с афганской. Отрезвления в России так и не произошло. Никто пока еще не понял, что контроль над СНГ поменяли на чечевичную похлебку, и право разбираться с неугодными народами а-ля Афганистан никто России делегировать не собирается.

Юрий ЧЕРНОРЯЗСКИЙ

ВСЕМИРНЫЙ ТУПИК

Гейдар Джемаль

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

ВСЕМИРНЫЙ ТУПИК (Первый глобальный кризис XXI столетия)

Сегодня на первый план стремительно выходит проблема европейской интеграции как, возможно, главного фактора, который в ближайшем будущем сможет противостоять американским претензиям на мировую гегемонию. Европа все более отчетливо заявляет о себе как о самостоятельном политическом субъекте, чьи интересы не размываются в абстрактной концепции так называемого Запада. По сути дела, мы являемся свидетелями третьей, после Наполеона и Гитлера, попытки европейцев объединиться и выступить как центр силы, дающей ось и содержание планетарному историческому процессу. Не в последнюю очередь усилия европейцев в этом направлении активизировались благодаря очевидному стратегическому цейтноту, в который поставлены не только европейцы, но и все страны мира действиями США. Европа стремится оторваться от американской финансовой системы, крах которой рано или поздно неминуем. Однако возникновение единой европейской валюты рождает новые политические эффекты с далеко идущими последствиями. Одним из этих последствий станет повышение роли европейских левых, традиционно занимающих антиамериканскую позицию. На этом пути Европу подстерегает серьезная проблема: восточноевропейские страны, недавно присоединившиеся к ЕС после почти полувекового пребывания в социалистическом лагере. Европа в меньшей степени способна оказывать влияние на политиков этих стран (называвшихся после Первой мировой войны "Малой Антантой" из-за традиционно атлантистской ориентации своих элит), чем США, которые на протяжении всей "холодной войны" занимались разложением и подрывом социалистических режимов в этих странах, курировали диссидентское движение и т.д. Таким образом, в лице бывших сателлитов Москвы объединенная Европа получает "троянского коня" Америки. Речь идет, конечно, о ныне правящих в этих странах властных группировках, против которых ЕС обязательно будет разыгрывать социал-демократическую карту. Не исключено, что в этом контексте будет возрастать роль таких анклавов антиамериканизма, как режим Лукашенко в Белоруссии.

Военные действия США против исламского мира, помимо непосредственной задачи стратегического подавления мусульманской уммы, преследуют также еще дополнительные цели по дестабилизации Китая, России и Европы. Поэтому политическую динамику европейской интеграции необходимо рассматривать на фоне тех событий, которые будут неизбежно разворачиваться в ближайшие месяцы.

Итогом первого хода США в шахматной партии, навязанной остальному миру, стало их военное проникновение в Центральную Азию. Этот долгожданный результат привел к тому, что в окружении оказались сразу два азиатских макрорегиона: с одной стороны, Китай, с другой, Средний Восток. С американских авиационных баз в Таджикистане, Узбекистане и Киргизии истребительно-бомбардировочная авиация США может наносить удары по ядерным объектам КНР в Синьдзяне, поддерживать деятельность индийских вооруженных сил против Китая и Пакистана и, естественно, проводить операции против Ирана и Ирака. Таким образом, получил реальное завершение запущенный в начале 90-х американский проект двойного окружения, жертвой которого должны были стать одновременно Багдад и Тегеран. Начало военных действий против этих столиц намечено на лето-осень 2002 года.

Одним из признаков неотвратимости надвигающейся на эти государства Среднего Востока угрозы является сговор США с политическим руководством Турции. Понятно, что активные боевые действия в этом регионе затрагивают турецкие геополитические интересы, т.к. в широкомасштабной игре американцев будет задействован, в том числе и курдский фактор, острочувствительный как для Ирана и Ирака, так и в особенности для Турции. Главной задачей, которую американцы хотят решить по отношению к Тегерану и Багдаду, является упразднение этих государств как самостоятельных региональных игроков. Очевидным путем к достижению этой цели оказывается их расчленение по этническому признаку, вследствие чего приобретает довольно реальные очертания проект "Независимого Курдистана". Анкара не могла остаться безучастной по отношению к такой перспективе. Для преодоления сомнений турецкой правящей элиты США ассигновали на днях 19 млрд. долларов. (Опыт показывает, что когда Америка идет на траты такого масштаба при осуществлении того или иного проекта, она уже не отступает от намеченного пути.)

Очевидно, что ответственность за такой ход событий лежит в какой-то мере и на руководстве Исламской республики Иран. Вряд ли США сочли бы развязывание войны против этой страны возможным — особенно с учетом того, что Ирану удалось создать более или менее самостоятельный военно-промышленный комплекс, если бы не проявившаяся за последние годы слабость иранской политической системы. На фоне пресловутого противостояния между так называемыми "консерваторами" и "реформаторами" практически отброшено на периферию наследие имама Хомейни, в значительной мере утрачен изначальный смысл произошедшей в 1979 году исламской революции в Иране. Иран давно уже не является тем маяком исламского вызова Западу, которым он был в начале 80-х. Оправдалось глубокое недоверие аятоллы Хомейни по отношению к духовенству: во имя своих корпоративных интересов оно фактически похоронило великий почин интеграции между суннитской и шиитской ветвями ислама на платформе единого религиозно-политического проекта. Наследники этой линии в иранском обществе задвинуты в угол, на поверхность вышли до поры таившиеся в подполье либеральные западники, общество расколото на тех, кто поддерживает верховного лидера аятоллы Хомейни, и явно преобладающих сегодня сторонников президента Хатеми, де-факто возглавившего "партию реформ".

Выражением этого кризиса явилась политическая философия последнего, с которой он победил на президентских выборах — концепция так называемого "диалога цивилизаций". По сути дела, эта концепция есть не что иное, как перепев идеи о "мирном соревновании двух систем". Именно эта доктрина, принятая на вооружение Хрущевым, за 35 лет своего развития прошла все стадии — от первоначально предложенной жесткой политико-экономической конкуренции США и СССР до политики откровенного умиротворения Запада, которой кончил Горбачев. Подобный же путь на наших глазах проходит и правящий класс Ирана. Сейчас уже совершенно очевидно в свете принятых американским руководством решений, что иранская программа умиротворения "Большого Шайтана" не только провалилась, но и немало поспособствовала укреплению уверенности американцев в успехе предстоящей агрессии.

Другой стороной, также ответственной за развязывание рук американцам, оказывается российское руководство. С самого начала виртуальность российско-иранского партнерства была вполне очевидной. Американцы прекрасно знали, что Москва поддерживает отношения с "государствами-изгоями" исключительно в целях выторговывания более благоприятного для себя статуса во взаимоотношениях с США. Кроме того, совершенная прозрачность политического истеблишмента и бюрократического аппарата России для израильских секретных служб не оставляла никаких вопросов относительно масштабов и содержания российско-иранского сотрудничества, которое таким образом на всех этапах целиком оставалось под западным контролем. Теперь уже окончательно стало ясно, что иранский расчет на стратегическое партнерство с Россией не оправдался. Напрасными были все геополитические уступки, на которые пошел Иран для сохранения добрых отношений с Москвой. Среди этих уступок, кстати, оставление на произвол судьбы исламского движения в Таджикистане, полное устранение Тегерана от трагических событий на Кавказе, сворачивание иранского присутствия на Балканах и, наконец, самое последнее, декларация о поддержке советско-иранских договоров от 1921 и 1940 гг. по Каспию. Более чем 10-летняя история уступок в расчете на российскую поддержку в час "Че" (который неотвратимо приближается) окончилась в последние дни знаковым срывом визита министра иностранных дел Ирана Харрази в Москву. После этого не остается никаких сомнений, что Россия не выступит гарантом безопасности своего южного союзника при нападении США.

Ставшее уже нормой отсутствие у Кремля стратегии (которую заменяет набор крайне сомнительных геополитических мифов вроде пресловутой "китайской угрозы") привело к тому, что американцы явились сегодня единственным реальным политическим субъектом в центрально-азиатском пространстве, формирующим программу глубокой дестабилизации в регионе на ближайшее будущее. Первым шагом в этом процессе будет запланированный в Вашингтоне узбеко-таджикский конфликт, при котором генералу Дустуму отведена роль харизматического лидера в возможном проекте "Большого Узбекистана". При этом появление фигуры лидера Исламского движения Узбекистана Джумы Намангани в качестве партнера своего недавнего заклятого врага Дустума говорит о том, что американцы контролируют так называемые "тонкие реалии", присущие этому региону, в то время как российские эксперты надеялись, что у них на освоение этого уровня уйдет гораздо больше времени.

Что означает для России агрессия США против Ирана и Ирака, сопровождающаяся межгосударственным конфликтом в Центральной Азии? Бомбовые удары США по ведущим странам региона поставят Москву в жесткую необходимость определяться со своей позицией в отношении южных союзников. Нет никаких сомнений, что сегодняшняя Москва пойдет тем же путем беспомощного проамериканизма и сдачи собственных интересов, каким 12 лет назад в отношении Ирака прошла Москва горбачевская, при гораздо более выгодном для себя стратегическом раскладе. В итоге Ирак и Иран, лишенные военной и политической поддержки России, будут разбиты и перестанут существовать как центры самостоятельной политической воли. Тем самым Россия лишится своих единственных более или менее серьезных союзников. Ликвидация рахмоновского режима в Таджикистане в еще большей степени изолирует Россию и окончательно изменит баланс в центре Евразии в пользу США.

Россия в результате этого окажется фатально привязанной к американской стратегии, утратив остатки самостоятельного влияния на ход событий. В свою очередь, это приведет к резкому ухудшению в отношениях, с одной стороны, между Россией и Европой, с другой, между Россией и Китаем.

В ситуации, которая сложится в ходе военных действий США на Среднем Востоке, Китай и Европа будут вынуждены форсированно искать пути к сближению между собой. При этом Россия, будучи слабым союзником США, оказывается очевидной мишенью для проявления антиамериканских тенденций, которые станут развиваться по мере того, как будет возрастать империалистическая наглость американского руководства. Это означает, что Россия превратится в объект предъявления территориальных претензий со стороны как дальнего, так и ближнего зарубежья. Очевидные векторы будущих конфликтов лежат в направлении Курил и Сахалина со стороны Японии, Приамурья со стороны Китая, Калининградской области со стороны Германии, немало кризисных пунктов потенциально существует и во взаимоотношениях России с ближним зарубежьем. Так, в ближайшее время возможной зоной растущего напряжения может стать Прибалтика.

Неумолимая логика планетарного конфликта будет вынуждать Европу взять на себя роль своеобразного центра антиамериканской международной оппозиции. Этому способствует также и давно назревшее сворачивание институтов традиционной демократии, связанное с тем, что новое дыхание обретает паневропейская бюрократия. Введение единой европейской валюты ослабляет национальные электораты, наносит удар по корпусу национальных политиков, передавая инициативу структурам общеевропейской исполнительной власти. Формирование корпоративной бюрократии, имеющей общеевропейские интересы, способствует обострению американо-европейского противостояния. Очевидно, что антиглобалистское движение, практически целиком базирующееся на Европу, является стратегическим инструментом в руках европейцев. С помощью антиглобализма европейцы создают дистанцию между собой и США, формируют политическое пространство, которое позволяет им уже сегодня все больше отмежевываться от участия в американских глобалистских проектах. Факты свидетельствуют и о том, что в антиглобалистском движении в немалой степени заинтересован и Китай. Европейско-китайский альянс в самое ближайшее время станет осью мирового сопротивления американскому империализму и глобализации по версии Вашингтона.

Что в этих условиях должна была бы предпринять Россия, чтобы выйти из тупика, в который ее загнало беспомощное и предательское руководство? Первое, что следовало бы сделать, это отказаться от синдрома "синофобии", который, по-видимому, владеет Кремлем. Уже 11 сентября прямые и срочные консультации с Пекином могли бы дать России возможность выдержать американское давление и перейти в дипломатическое наступление, потребовав гласного международного расследования терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне. Согласованность действий Москвы и Пекина не позволили бы США предъявить всему миру столь жесткий ультиматум, который поставил большинство правительств "третьего мира" в моральном смысле на колени. Пока еще возможность для такого диалога сохраняется. И это единственное средство сорвать планы Вашингтона по развязыванию большой российско-китайской войны.

Далее Москва, несомненно, должна была бы искать широких контактов в исламском мире, причем не только на официальном правительственном уровне. Ислам в настоящее время оказывается религиозно-политической системой, в которой сфокусирована историческая судьба всего мирового "низа", всех тех сил человечества, которые противостоят наступлению олигархии, приходу новой эры глобальной бюрократической диктатуры. Союз с миллиардным человеческим ресурсом, образующим сегодня фронт противодействия американскому гегемонизму, это то, без чего Россия просто не способна выжить как субъект Большой истории.

И наконец, Россия могла бы получить второе дыхание, взяв на себя инициативу в мировом антиглобалистском движении. Сейчас только через него Москва может обрести канал влияния на европейский политический класс. Однако это означает, что Россия должна была бы идти путем радикализации антиглобализма, его интеграции в некую единую, хорошо структурированную силу, что предполагало бы у Москвы наличие определенного идеологического проекта. А его-то как раз и нет!

Гейдар ДЖЕМАЛЬ

БЕЗ СУДА И СЛЕДСТВИЯ

Александр Григорьев

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

БЕЗ СУДА И СЛЕДСТВИЯ ("Нескончаемая справедливость" в действии. Как осуществляется правосудие над талибами в США)

Судьба пленных талибов и членов группы "Аль-Каида" постепенно исчезает из поля зрения СМИ, между тем, это один из самых показательных актов свертывания принципов западной демократии нашего времени. Сравнить его можно в истории права разве что с отменой презумпции невиновности, обоснованной в свое время прокурором Вышинским.

Администрация США поместила пленников в место, практически недоступное для журналистов, наблюдателей и независимых экспертов. Администрация США не желает не только рассмотреть вопрос о придании им статуса военнопленных, но и не допускает возможности передать их в распоряжение судебных инстанций стран, гражданами которых они являются. В Европе, напомним, отменена смертная казнь. А именно такое наказание, судя по многочисленным оговоркам Пентагона, ожидает этих людей. Наконец, по целому ряду свидетельств, к пленным применяются пытки, и сами условия их содержания максимально приближены к пыточным.

В плен к американцам попали те, кто оказывал вооруженное сопротивление американским спецназовцам. Среди 288 заключенных имеются представители 26 стран. Список этих стран — тайна. Почему эта цифра так часто называется в подтверждение какой-то особой злокозненности организации? Ислам наднационален, так же, как и Коммунистический Интернационал, так же, как и Христианство — в противовес буржуазным движениям, отстаивающим право на этническую, половую, возрастную особенности и специфическую область прав.

Ряд экспертов не исключает, что американские спецслужбы провели тщательный отбор пленников в Афганистане именно по этническому принципу — для максимального унижения европейских и мировых "партнеров по антитеррористической коалиции". Даже Англии было отказано в праве судить своих граждан, не говоря о полном забвении идеи о международной комиссии для проведения дознания и суда. Особую группу среди пленных составляют те, кто причастен к убийству или сопротивлению американцам. Недопустимая международными нормами жестокость применяется американцами в отношении тех, кто продолжал оказывать неповиновение в тюрьмах. Кто из них — члены "Аль-Каиды", а кто нет — решает американская сторона. Недавние случаи убийств среди мирного населения Афганистана, ставшие известными только потому, что пострадали американские журналисты, говорят о том, что избиения, пытки, содержание в клетках, выстрел в упор при малейшем подозрении — обычная практика американцев на оккупированной территории.

Европейские СМИ опубликовали несколько снимков, сделанных тайно американскими военными и проданных фотоагентствам. На этих снимках — пленные в ярко-красных комбинезонах, со связанными ногами и руками, в намордниках, с завязанными ушами и глазами. Они сидят в скорченном положении на траве, под открытым небом, спинами друг к другу в вольерах, обнесенных проволокой. Они обриты, практически лишены пищи, не защищены ни от дождя, ни от солнца, ни от москитов. Они не имеют ни отдельных камер, о которых говорила администрация США, ни воды, ни туалетов. В "набор" заключенного входит и Коран, с обложкой на английском языке. По некоторым косвенным свидетельствам, это "переработанная" версия Корана, которую США планируют распространять среди мусульман.

Поза, в которой находятся пленники, напоминает ту, в которой, согласно Корану, подвергаются мучениям грешники в аду. Обритые головы и бороды — еще одно унижение, которому сознательно подвергают этих людей, под видом борьбы за санитарию.

Пленников допрашивают несколько бригад следователей. Об их методах молчат как комиссия Красного Креста, так и представители спецслужб. Единственное, что известно, — многие пленные каждый день называют себя другим именем.

Противоречивые сведения о самом поведении пленников: то они угрожают охране, то вообще молчат в ответ на расспросы правозащитников и Красного Креста. Западная цивилизация недоумевает, почему в исламском мире нет протестов. Ответ прост: эти люди — уже шахиды. Поэтому жалкая торговля за "права человека" в причудливом западном понимании — нечто, не достойное их мужества.

Пленные, возможно, смогут подавать апелляцию на приговоры трибунала — так обещает Пентагон. Они не будут казнены, пока "председательствующий суд не вынесет осужденным независимый приговор". Иначе говоря, миру уже почти пообещали, что казнены они БУДУТ. Напомним, что ни международный трибунал, ни международная комиссия так и не были созданы, как это обещали США. У пленных нет адвокатов, и не будет их во время суда. Зато обвинители смогут использовать доказательства, основанные на слухах. Пожалуй, такого "суда" цивилизованный мир не знал со времен Святой инквизиции.

Особое ожесточение в отношении пленных наступило после штурма тюрьмы в Мазари-Шарифе. Президент Путин, будучи в Вашингтоне, заметил, что "тезис" о расстрелах пленных "запущен" вражеской пропагандой. Однако Международный Красный Крест утверждает, что количество жертв — несколько сотен. И сотрудники МКК свидетельствуют: руки убитых в тюрьме тоже связаны, как и на базе Гуантанамо. Как и во всех случаях, данная история массового убийства стала известна только потому, что в ходе авианалета пострадали американские военнослужащие.

Вопрос о том, являются ли пленные военнопленными, вызвал довольно бурную реакцию юристов, правозащитников, европейских лидеров. Более того, в самих США был возбужден и принят к рассмотрению иск против правительства. Пока никаких действенных результатов эти усилия не дают.

Захват в заложники журналиста World Street Journal — акт отчаяния, осуществленный явно самодеятельной группой. Их требованием было только одно — освобождение из американского плена мусульман, а не получение выкупа, как пытались дезинформировать СМИ.

По Женевской конвенции военнопленные либо предстают перед судом, либо отправляются на родину. Они не обязаны на допросах не только давать показания, но и называть свое имя, звание и личный номер. Однако представители администрации США многократно делали заявление, что спецслужбы США успешно допрашивают пленных и получают ценную информацию, "могущую предотвратить новые теракты". Логика Пентагона такова: пленники под определение военнопленных не попадают, так как будучи членами незаконных формирований ("Аль-Каиды", в первую очередь), они совершали атаки на мирных людей и не носили единой военной формы. Но тогда возникает вопрос о законности их депортации в США: если они преступники, то судить их необходимо в той стране, где эти преступления были совершены, то есть в Афганистане, который обрел, с точки зрения США, законное правительство. Нюрнбергский и Токийский трибуналы являются прецедентами таких процессов. Лондон, Париж, а также Берлин (в лице главы МИДа Йошки Фишера) ставят под сомнение наличие юридической базы под депортацией захваченных боевиков. Жестокость в отношении пленных многими наблюдателями объясняется и тем фактом, что главные враги — Мулла Омар и Бен Ладен, прочно связанные пропагандистской промывкой мозгов с гибелью 3 тысяч нью-йоркцев, так и не пойманы, несмотря на тысячи бомб, сброшенных на головы афганцев. Цели США уже настолько сместились, что в мире не находится ни одного внятного голоса, способного распутать хитросплетения лжи, пропаганды и дезинформации.

В Европе медленно раскручивается череда встречных исков, возбуждаемых людьми, арестованными в связи с событиями 11 сентября и выпущенными на свободу за отсутствием каких-либо доказательств их причастности. И совершенно очевидно, что глобальное поражение нанесено самим принципам либеральных и демократических установок "цивилизации".

Александр Григорьев

СПРАВКА

И США, и Афганистан являются участниками Женевских конвенций 1949 г. Обязывающими для них являются также общепризнанные международные обычаи. Многие из стран-членов НАТО и других потенциальных участников коалиции являются также участниками Дополнительного протокола № 1 к Женевским конвенциям. Притом, что ни США, ни Афганистан не являются участниками Первого протокола, США признают многие его положения как отражающие международные обычаи. Помимо этого, как государство, подписавшее (но не ратифицировавшее) Протокол № 1, США приняли на себя международно-правовое обязательство воздерживаться от действий, которые могли бы привести к подрыву данного международного договора.

США несут прямую ответственность за действия любых сил, находящихся под их эффективным контролем. Помимо этого, Human Rights Watch уже давно ставит вопрос о недопустимости предоставления помощи в области безопасности тем силам, в действиях которых просматривается устойчивая практика грубых нарушений прав человека и норм гуманитарного права. В частности, Human Rights Watch настаивает на том, что такая помощь не должна оказываться никакой группе или коалиции, в состав которой входят командиры, допускавшие серьезные нарушения гуманитарного права и не понесшие за это наказания. К ним, среди прочих, относятся: генерал Абдурашид Дустум, командующий узбекскими силами; Хаджи Мухаммад Мухаккик, один из командиров формирований хазарейцев-шиитов (партия "Хизб-и-Вахдат"); Абдул Расул Сайяф, лидер не действующей ныне суннитской партии "Иттихад-и-Ислами"; Абдул Малик Пахлаван, в прошлом один из командиров узбекских сил. Мы также настоятельно призываем к созданию механизмов привлечения виновных к ответственности, что должно послужить делу торжества справедливости и недопущению этих лиц в будущем к руководству Афганистаном.

ПО РУССКОМУ КАНОНУ

М. Ковров

11 марта 2002 2 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: М. Ковров

ПО РУССКОМУ КАНОНУ (“Униженные и оскорбленные”. Спектакль Художественного театра)

По-видимому, со времен горьковских "Мещан" в постановке Кедрова в 1949 году во МХАТе не было спектакля с таким количеством первоклассных работ молодых актеров (Иван Петрович — Максим Дахненко, Наташа — Нина Гогаева, Нелли — Ольга Глушко, Алеша — Андрей Чубченко, Катерина Федоровна — Лариса Голубина). А ведь многим казалось, произошли необратимые изменения и чистота и тонкость чувств на сцене уже невозможны.

Появились даже театральные школы, их возглавляют известные люди, всю жизнь занимающиеся искусством и ничего не понимающие в искусстве (классический персонаж — профессор Серебряков в "Дяде Ване" Чехова).

Например, Юрий Любимов, любимый ученик Бертольда Брехта. Впрочем, лучше пусть сам скажет ("Петербургский театральный журнал", № 8):

— Это легенда, что наши артисты самые хорошие, это глупость. Квасной патриотизм... А мы пронизаны чушью всякой... Какими-то мифами, главное, ерундовыми, и профессионально мы слабы...

— А вы были влюблены в своих актеров?

— Нет, Боже сохрани...Господь с вами, чего в них влюбляться? Половина вообще полууголовники.

— Вы утверждаете, что у русских актеров нет индивидуальности... И Высоцкий мог быть в любой другой стране, и Славина, Демидова, Золотухин?

— Безусловно, и даже лучше Демидовой.

— А индивидуальность, то, что мы называем национальным характером,— разве это не присуще русским актерам, не накладывает отпечаток?

— Это больше выдумки.

— Что вас волнует?

— Да я не по волнениям ставлю. Во-первых, я должен придумать, как поставить.

А вот что во времена “холодной войны” писали во французском еженедельнике, считающемся крайне реакционным, во время гастролей МХАТа в Париже: "Прежде всего отбросим ложный стыд и не будем скрывать своего волнения перед тем, что принес нам Московский Художественный театр: осуществление одной из самых великих возможностей мирового драматического искусства. О чем-то подобном мы до этого могли только мечтать".

"Да я не по волнениям ставлю" — поразительно! Поистине Брехт прав: "глупость становится незаметной, приобретая огромные масштабы".

Толстой: "Искусство начинается тогда, когда человек с целью передать другим людям испытанное им чувство снова вызывает его в себе". Придумать, как поставить — главный признак поддельного искусства. Неудивительно поэтому, что постоянно изображая неиспытанные ими чувства, актеры Любимова превратили театр на Таганке в коллектив затейников из кондукторского резерва. Органы чувств у них, за неупотреблением, уменьшились, и произошла атрофия чувства стыда.

Когда в конце пятидесятых годов прошли триумфальные гастроли МХАТа в Европе и Японии, что их так поразило? Самым необычным было то, что актеры МХАТа относятся к героям, как к человеческим существам, оказавшимся в запутанном положении, а не как к уродам, загнанным в трагический тупик. Нет бледных Офелий; диалогов, доходящих до надрыва. В Японии писали: степень искренности в выражении своих чувств актерами МХАТа стала событием, которое по своему характеру напоминает революцию.

— Я вас люблю... я не гордая. Вы сказали вчера, что я гордая. Нет, нет... я не такая... я вас люблю. Вы только один меня любите... — интонации, с которыми актриса Ольга Глушко сегодня произносит текст Достоевского, возможны только во МХАТе. В ее голосе нет истерии, "достоевщины", а только чувство вот этой единственной нити, связывающей людей: "пока я люблю и могу любить, не может быть, чтобы плохо было на свете, да и не будет плохо". Тяга к другому человеку. Потому что другой надежды нет.

— Искусство не есть проявление какой-то таинственной идеи, красоты, бога; не есть игра, в которой человек выпускает излишек накопившейся энергии; не есть проявление эмоций внешними признаками; не есть производство приятных предметов, не есть наслаждение, а есть необходимое средство общения людей, единственный способ понять другого человека, жившего в далекие прошлые времена, живущего в другой стране, говорящего на чужом языке; и единственный способ передачи своих чувств потомкам и другим незнакомым людям.

Не будь этой способности человека заражаться искусством, люди бы до сих пор были более разрозненными и враждебными.

Из разговора мальчиков, лет тринадцати, после окончания спектакля "Униженные и оскорбленные", стоявших за мной на вешалке:

— Этого Алешу я сразу разгадал.

Они говорили: "Наташа", "Катя", как о своих подружках; уважительно, и с полным пониманием сложности ситуации.

— Просто ты тогда любил меня больше, — как Наташа сказала, так я все и понял.

Лучшей оценки работы Нины Гогаевой, исполнительницы роли Наташи, не существует.

В этом спектакле (постановка Татьяны Дорониной, режиссер Анатолий Семенов) женщины прекрасны, как им и положено быть, и чего уже не может быть в театре у Любимова; или у Марка Захарова; или у Юрия Погребнички; у Райкина. Там, где актеры — пешки в руках режиссера. Пешка она и есть пешка и, в отличие, скажем, от шахмат, королевой не будет никогда.

К.Райкин, театр "Сатирикон" (Москва): "Режиссер — хозяин и абсолютный бог. Он тобой строит спектакль. А я должен понимать элементарную цепь событий — и все".

С.Спивак, театр на Фонтанке (Санкт-Петербург): "Спектакль без "постели" не поставишь: артист ведь должен "забеременеть" от режиссера его видением, его идеями". Спивак поставил "Грозу" Островского, заставив актрис раздеться. Московский актер В.Коренев в восхищении. Вспоминает, какие ужасные спектакли в его молодости были в Малом театре.

Коренев — сутенер. На одетых актрис Малого театра в пьесах Островского в постановках Бабочкина ходили смотреть многократно, на них молились, а на раздетых актрис Спивака без слез не взглянешь. Народный артист России Коренев с народным артистом России Спиваком в одной постели — картина, достойная кисти Айвазовского.

Другой санкт-петербургский народный артист России и лауреат премии известного жулика Березовского "Триумф" Лев Додин не только принуждает актеров играть нагишом и в совершенной подробности, но и плавать в ванночке.

Вспоминает А.Дмитриева, исполнительница главных ролей в спектаклях режиссера Анатолия Эфроса: "Он считал, что актеры должны выполнять то, что он хочет".

"Он меня уже не спрашивал: "А вы что думаете, Тонечка?" А мне хотелось, чтобы спрашивал. Я ему говорила: "Как это было интересно раньше. Я творила вместе с вами. А сейчас вы просто делаете из меня автомат и больше ничего". Он: "Тонечка, я же вас обманывал тогда".

Олег Табаков: "Я знал все, где и что можно, чего нельзя, вел двойную жизнь, ловчил" — из книги, вышедшей в 1999 г. "Парадокс об актере". И вот в момент пика карьеры упомянутого Березовского Табаков настойчиво напоминает, что фамилия его мамы — Березовская, а его родную сестру зовут Мирра ("Театр", 2000, № 1). “Неужели я произвожу впечатление глупого? Нет... Нет”.

"Это тип неумирающий; но все же они более боялись и скрывали чувства, а теперь, нет-нет, и вдруг прорвется" (Достоевский). Пламенные коммунисты и антикоммунисты — это одни и те же люди: Юрий Любимов, Михаил Ульянов, Олег Табаков, Марк Захаров. Ульянов обвиняет советскую власть даже в том, что он родился.

Грустная черта нашего теперешнего времени, пишет Достоевский, в возможности считать себя немерзавцем, делая явную и бесспорную мерзость. Впрочем, тут же замечает: "Это и не у нас одних, а на всем свете так, всегда и с начала веков, во времена переходные, во времена потрясений в жизни людей, сомнений и отрицаний, скептицизма и шатости в основных общественных убеждениях".

Так он думал через десять-пятнадцать лет после написания "Униженных и оскорбленных". А в романе (и в спектакле) у него мерзавцы высоконравственны (по сравнению с нашими героями): они знают, что они мерзавцы. Некоторые стесняются или даже страдают от этого (Маслобоев — Михаил Кабанов), другие — нет (князь Валковский — Валентин Клементьев).

Режиссерский театр создал совершенно новый, доселе невиданный тип актера. Народный артист России Александр Збруев, актер А.Эфроса и М.Захарова: "Родина нам недодала, недоплатила...Что любить — березки, что ли?.. К моему великому сожалению, Родина никогда не приносила мне большой радости. От этого я и страдаю".

Вот таких страдальцев воспитывает и Табаков. На драматургии Аксенова, Галича, Войновича, Шендеровича. Они — лауреаты всех премий, у них яркие, красочные работы; но все в номинации "моль бесцветная"; потому что лица — пустые.

Василий Аксенов пишет, что его мать, Евгения Гинзбург, арестованная в 1937 г. как троцкистка, действительно была троцкисткой, "участвовала в подпольном кружке троцкистов и даже ездила по заданию в Харьковский университет, еще куда-то листовки возила". Но обвинители же об этом не знали! — возмущается Аксенов.

В спектакле Дорониной есть актерская работа, которая выходит за рамки очень хорошей или даже выдающейся. Валентин Клементьев играет мерзавца. Но чтобы так сыграть мерзавца, как играет его Клементьев, нужно быть по крайней мере немерзавцем. Некоторым может показаться, что в качестве прототипа взят Табаков, но это, конечно, не так. Табаков считает себя порядочным и интеллигентным человеком! "Зло и добро теперь могут являться в одинаково вдохновенном, трогательном и прельщающем образе; в этом есть особое состояние нашего времени, которое прежде было неизвестно и неосуществимо ",— пишет Платонов.

Более того, ни Табаков, ни Смоктуновский (теперь, после Клементьева это можно сказать определенно) не справились бы с ролью. Потому что играли бы "с грязнотцой", т.е. с презрением к другим актерам. Если и не с презрением, то покровительственно, т.е. все же с презрением; и не только к актерам, но и зрителям, а что касается Табакова, то и с хамством, — до самого последнего времени; а теперь уж он решил разыграть патриотическую карту, и разыграет!

Сегодняшнее обращение МХАТа к Достоевскому неслучайно. Вскоре после написания "Униженных и оскорбленных" Достоевский виделся с Герценом. Тот пишет Огареву: "Вчера был Достоевский — он наивный, не совсем ясный, но очень милый человек. Верит с энтузиазмом в русский народ".

Достоевский — один из авторов Русского канона и, следовательно, один из основателей искусства Художественного театра. "Скажи мне что-нибудь" — ключевая фраза главного в XX веке спектакля Художественного театра "Три сестры". Эта фраза — она постоянно вертелась в голове у Достоевского при написании "Кроткой" (осталась в черновиках); вышло: "она ничего не сказала". Достоевский настаивал: чувства неуничтожимы, он "продиктовал" Чехову эту фразу.

В "системе Станиславского" нет ничего "загадочного". В ней, собственно, два ключевых положения. Первое в большей степени — относится к репертуару: что ставить? Если зритель не придет на спектакль второй и третий раз — такой спектакль ставить не нужно.

Второе относится к актеру: он должен играть не для себя, не для зрителя, а для партнера. Тогда рождается ощущение, удивившее в свое время Чехова: вроде и талантами не блещут, но старательны; учат роли; "играют лучше, чем я написал".

Все остальное в "системе" — преходящее, меняющееся и диктуется ключевыми положениями.

По существу, оба они являются прямыми следствиями основных положений трактата Толстого об искусстве, завершившего формирование Русского канона, в котором качество произведения искусства зависит от достоинства передаваемых чувств, мировоззрения автора, проблема "понять другого" — главная, а земная цивилизация — результат сочувствия, а не борьбы.

Достоевский неприемлем именно по этой причине — из-за высокой степени сочувствия к человеку. Постановки по текстам русской классики допускаются (финансируются) сейчас только в плане обличения.

Постановка "Униженных и оскорбленных" облегчила формулировку ближайших задач Министерства культуры, сфокусировав внимание министерства на пятачке Тверского бульвара: не допустить создания платоновского центра (Тверской бульвар, 25); закрыть Художественный театр (Тверской бульвар, 22).

Тексты Платонова и искусство Художественного театра — вершины русской культуры XX века. Так как кампания носит откровенно расистский характер ("У этого народа вообще всегда все не так", — кликушествует М.Дмитревская, главный редактор "Петербургского театрального журнала", 2001, №22, с.51), поэтому она и имеет такую направленность. Но вряд ли это получится. Слишком смешон Табаков со своей "идеей мира — поесть".

«ПОСЛУШАЙ – НЕ ИДЕТ ЛИ ДОЖДЬ?»

Елена Антонова

11 марта 2002 8 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: Елена Антонова

«ПОСЛУШАЙ – НЕ ИДЕТ ЛИ ДОЖДЬ?» (Поэт Тимур ЗУЛЬФИКАРОВ и его песни)

…О поэт! И ты отдаешь свои песни людям неслышно, тайно,

Как отдает летучие лепестки прибрежная алавастровая алыча ветру и реке,

Как отдает вечному ветру свой сладкий кроткий божий дух скоротечный безымянный куст шиповника у дороги…

О летучие святые хрупкие лепестки!.. О бабочки души!..

Т.Зульфикаров

"Земные и небесные странствия поэта"

В среде ценителей русской словесности имя Тимура Зульфикарова стало известно с тех приснопамятных времен всемерной поддержки большой советской литературы, когда он написал "Книгу смерти Амира Тимура" (1971 г.). Она поразила читателя не только глубиной постижения духа Востока, не только стремлением художественно осмыслить самую суть неограниченной власти, разлагающей вместе с подданными и ее носителя, не только пристрастием, даже явной любовью к герою, основателю династии Тимуридов, одному из самых знаменитых, удачливых и кровавых полководцев Средней Азии, но, в первую очередь, своей формой. Книга эта, представляющая собою исповедь эмира Тимура, его предсмертную молитву Аллаху, как почти все известные молитвы, притчи, псалмы, была написана в форме экспрессивно-окрашенного свободного стиха — и потому была названа поэмой. С тех пор много воды утекло. Изменился окружающий нас мир, его идеология, отношение к литературе. Тимур Зульфикаров написал множество томов поэзии, прозы и драматургии, но счастливо найденная им в сочинении про "Амира" Тимура поэтическая форма свободного стиха главенствует во всех них. Поэта Зульфикарова не спутаешь ни с кем. Он — новатор по самой своей сути. И потому всегда и во всем он — на особицу, сам по себе.

Русский по матери, профессору филологии Людмиле Успенской, и таджик по отцу, крупному хозяйственнику Касыму Зульфикарову, репрессированному и погибшему в 1937 г. вскоре после рождения Тимура, поэт самим фактом своего появления на свет был как бы приуготовлен к высокой задаче, которой себя посвятил: рассказать всем народам России о традициях, культуре и многовековом опыте Среднего Востока, причем рассказать на родном и понятном для всех великом русском языке. Его поэмы о неунывающем мудреце Ходже Насреддине, известном поэте Омаре Хайяме, притчи дервиша Ходжи Зульфикара, "Земные и небесные странствия поэта" — это неиссякаемый кладезь особой восточной мудрости, оптимизма, веры, айсберги чувственных наслаждений любви, которая на Востоке всегда являлась культом. К чтению книг Зульфикарова, приятию его языка и стиля нельзя подходить с наскока, на это требуется время, этому надо научиться, как учатся понимать живопись, слушать серьезную музыку. Опьяненность жизнью, высочайший эмоциональный накал героев и событий в его книгах, где восклицают, рыдают, торжествуют и негодуют, сродни и трагедиям античности, и примитиву народного лубка. И только вчитавшись в его сочинения, приняв их изобразительный строй, начинаешь ощущать истинное наслаждение, как при слушании музыки, лицезрении красот природы и творений человеческого гения, как при дегустации хороших напитков и кушаний, наконец. А после еще долго не отпускает тебя наваждение, рожденное ими, некое удивительно приятное послевкусие. Попробуйте не спеша перечитать то, что было написано Тимуром Зульфикаровым в последнее время и что было напечатано в газете "Завтра" (ибо больше он нигде сейчас практически не печатается), — удивительно чистую и щемяще грустную сказку о девочке из затерявшейся в тверских болотах русской деревни "Талдомские журавли" и поэму "Афганский мальчик и американский президент", — и вы непременно почувствуете это.

Поэт органический, изначальный, Зульфикаров одновременно — и мудрый старец, и наивный, желающий всему верить маленький мальчик. Таков он — в творчестве, таков и в жизни. Как задорному мальчишке, ему непременно надо быть самым-самым и всех и вся расставить по ранжиру. "Ведь есть же самая высокая гора мира — Джомолунгма. Значит, должен быть и первый поэт, и первый композитор", — так он считает. И по-своему прав. В то же время он щедр на оценки своих собратьев по цеху литераторов. От него нередко можно услышать: "Это — гениальная книга (стихотворение). Он (она) — необыкновенно талантливый сочинитель". Вместе взятое это подчас выглядит несерьезно, кто-то может даже втихомолку подсмеиваться, но это — твердая позиция увлеченного и искреннего человека. Оттого же и в дружеских беседах, и в творчестве он часто упоминает имена великих русских поэтов-новаторов Пушкина и Хлебникова. Сознавая себя новатором стиля и формы, Зульфикаров все время как бы примеряется к их творчеству, сопоставляет себя с ними. И в этом есть свой резон. Попытаемся понять его.

Поэзия есть квинтэссенция словесного творчества, выраженная в лапидарности мысли, совершенстве формы, ритма и мелодии, и в этом родственна и музыке, и точным наукам — физике и математике. И потому для прояснения существа качественных скачков в искусстве проведем совместное рассмотрение возникновения новаций в этих областях человеческой культуры. Любимый композитор Тимура Зульфикарова — великий Иоганн Себастьян Бах, непревзойденный мастер полифонии, создавший ни с чем несравнимую библиотеку музыкальных пьес для органа и клавира, написавший множество инструментальных концертов, кантат и месс для хора и оркестра, по праву может быть соотнесен с таким гигантом математики, механики, физики и астрономии, каким был Исаак Ньютон, разработавший дифференциальное и интегральное исчисления, сформулировавший законы классической механики, открывший закон всемирного тяготения, заложивший основы небесной механики и физической астрономии, постулировавший провидческую гипотезу, в которой сочетается волновая и корпускулярная природа света, рассчитавший и построивший зеркальный телескоп. Рядом с ними в изобразительном искусстве можно поставить лишь великолепного Леонардо да Винчи, а в литературе — скорее всего, Данте. Это — крупнейшие новаторы, на долгий срок определившие пути развития своих областей творчества. Вершинные свершения этой классической культуры, построенной на твердом фундаменте земных реалий (геометрия Евклида), исходящей из абсолютизации четырехмерного пространства-времени, явлены в творчестве второго поколения новаторов, обогативших образный язык, сумевших в совершенных формах воплотить гармонию мысли и чувства и тем самым создать идеалы красоты. В живописи — это Рубенс и Рембрандт, в музыке — Моцарт, в поэзии — Гете и Пушкин. В точных науках в XVIII и XIX вв. крупные открытия следовали одно за другим, но по глубине и широте охвата проблем математики, астрономии и механики, а также по красоте и совершенству теоретических формул, думается, в первую очередь следует назвать Лагранжа. Следующая волна творцов-новаторов приходится уже на XX век и тесно связана с выходом мысли за пределы ощущаемого мира. Ее новации основаны на принципах многомерности пространства и духа, многозначности протекающих во Вселенной явлений. Земная реальность геометрии Евклида дополняется постулатами теории Лобачевского; совместно с предсказуемо текущими процессами, описываемыми гладкими функциями, рассматривается теория катастроф с ее точками бифуркаций, где рушатся законы поведения системы, где точные значения параметров в принципе не могут дать однозначного ответа; рядом с привычными, изменяющимися во времени свойствами исследуются виртуальные взаимодействия, практически не подвластные времени. Научные аспекты этого изучают современная квантовая и статистическая физика, специальные разделы математики. Искусство же лишь использует их выводы и строит на их основе свои храмы и дворцы. И тут оказалось, что практически все высоты новаторского авангарда заняты нашими соотечественниками. В музыке крупнейшим провозвестником нового стал величайший композитор XX века Прокофьев. В живописи — целая плеяда художников от Кандинского и Малевича до Петрова-Водкина и Филонова. В поэзии — Хлебников. В прозе — Платонов. Правда, в эту великолепную когорту позже стали входить и иностранцы, такие, как выдающийся латиноамериканский писатель Гарсиа Маркес, создатель современного магического реализма, как художник Пабло Пикассо. А сейчас вот пустующую нишу со своим свободным эпически-возвышенным стихом осваивает тоже наш человек — поэт Тимур Зульфикаров.

На этом уместно было бы поставить точку, если бы жизнь не была одновременно и сложнее и проще любых умозрительных построений. Дело в том, что толчком для написания этих заметок стали песни Тимура Зульфикарова, которые я услышала впервые в исполнении Ирины Дмитриевой-Ванн. Стихами некоторых из этих песен я "заболела", прочитав их в последней книге Зульфикарова, вышедшей в издательстве "Московский писатель" в 1999 г. и имеющей подзаголовок: "Поэмы Стихотворения Притчи Песни". Тогда я еще не знала, что часть стихотворных пьес названа в книге песнями потому, что автор сам сочиняет для них музыку и поет их для круга своих близких и друзей. Незнакомый с нотной грамотой, пользуясь для записи лишь магнитофоном, поэт создал запоминающиеся мелодии, подчеркивающие не только мысли и чувства стихов, но даже их форму. В своих песнях он и не стремится быть новатором, в них он — верный последователь традиций русской певческой культуры, в которой слово всегда главенствует, а мелос усиливает его восприятие, помогает глубже прочувствовать его. Зульфикаров сочиняет песни давно. Они — его отдохновение. В них он и по содержанию весьма традиционен, лишь привносит свою экспрессию и патетику в любимые темы русского романса.

Песен накопилось много. Можно говорить о цыганском цикле, где особо выделяется "Цыганский реквием": "Когда помру, когда помру,/ Похороните под цветущей вишней/ чтобы в дыму, чтобы в дыму/ Склонялся сад над гробом нищим/ Чтобы в дыму, чтобы в дыму/ Рыдал лишь сад над гробом нищим… Ай! За окном метель, метель/ Цыганской грустью душу ранит!/ И холодна моя постель/ И холодна струна в гитаре… " Целый пласт составляют песни о любви. Здесь и "Песня о тополиных прутьях", и "Песня о рыжеволосой", и "Засохший букет", и романс "Любовь в весенних горах". Немало песен, посвященных раздумьям поэта о вечной жизни, о природе, о месте человека в этом прекрасном мире. Вот, к примеру, начало "Элегии о золотом листопаде": "Послушай — не идет ли дождь?/ Иль мышь шуршит? Или звезда упала?/ Иль золотая дрожь осенних рощ/ Нас обуяла и заколдовала?/ Ах листопад! Ах листопад! Летящее виденье!/ Как старый друг, утешь меня своим прикосновеньем…" Прислушайтесь и вы. Слышите, как музыка опадающих листьев звучит в каждой строке стиха, в многократном повторе всех этих шепчущих, шелестящих звуков: ш, щ, ж, з, с? Среди написанного большое место занимают песни о малой Родине — Таджикистане и о большой Родине — России. Это — песни сыновние, гражданские. Среди них и одна из самых ранних, созданная в 1975 году и посвященная Владимиру Высоцкому "Песня о последней лошади": "Снег летит, заметая поля вековые, глухие, ночные…/ Лишь подвода по мерзлой дороге понуро, понуро бредет…/ Я последняя лошадь, последняя лошадь в России,/ И мой пьяный возница кнутом меня больше не бьет..." Не правда ли, создается впечатление, что песня написана на двадцать с лишним лет позже? А вот "Песня о русском мече", сочиненная в 1998 году: "В грешной жизни моей/ Много было друзей!/ Много было вина!/ Много женщин красивых…/ А теперь я стал ветх,/ А теперь я стал сед,/ А теперь я хочу/ Умереть за Россию!.." Эти строки комментариев не требуют. Они ясны, просты и открыты, как душа поэта.

Однако стихи и авторское пение — это одно. А как эти песни, романсы, элегии зазвучат в профессиональном, артистическом исполнении? Потеряв в авторской исповедальности, приобретут ли они нечто новое? И вот на сцене — Ирина Дмитриева-Ванн, тоненькая стройная актриса с Дальнего Востока, ныне живущая в Москве, полукитаянка, полурусская. Ах, как велика Россия! Как богата она талантами! Как удивительно синтонно совпадают аранжировка, игра на гитаре, пение и пластика Ирины со стихами и мелодиями песен Зульфикарова! Почти каждая песня — это мини-спектакль, который актриса проживает на едином дыхании. Окончившая Дальневосточный институт культуры, учившаяся на оперном и актерском отделениях, обладающая сильным и гибким голосом, редкой пластикой и профессиональными навыками игры на гитаре, Ирина Дмитриева-Ванн как бы специально создана для пения глубоких по содержанию и мелосу песен и романсов. Сейчас совместно с поэтом она работает над записью компакт-дисков песен Зульфикарова. Даст Бог ее встреча с поэтом и его песнями окажется провиденциальной и для их творчества, и для русского камерного пения.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ТРАДИЦИИ

Владимир Бондаренко

11 марта 2002 4 0

11(434)

Date: 12-03-2002

Author: Владимир Бондаренко

ПРОДОЛЖЕНИЕ ТРАДИЦИИ (Названы имена новых лауреатов премии А. Солженицына)

И все-таки сегодня, когда все государственные и президентские премии безропотно отдаются исключительно либеральным прозападным литераторам, нашу национальную русскую традицию из года в год поддерживает фонд Александра Солженицына. Сквозь зубы об этом вынуждены говорить и все проправительственные издания. Сквозь зубы об этом лепечут , кто с издевкой, кто с надеждой что-то утаить, все либеральные прозападные издания. Сквозь зубы, но это признают уже и самые упертые русские патриоты. Прошла истерия вокруг присуждения солженицынской премии Валентину Распутину, вполголоса поприветствовали присуждение премии Евгению Носову и посмертно Константину Воробьеву. Признают уже как должное нынешнее присуждение солженицынской премии двум видным русским национальным деятелям: мыслителю и философу, блестящему публицисту и защитнику наших национальных интересов — доктору философских наук Александру Панарину, автору книг "Реванш истории"/1998/ и "Искушение глобализмом" /2000/, " с их глубоким осмыслением “нового мирового порядка”, места в нем России и ее ценностного самостояния", и виднейшему русскому писателю, нашему давнему автору, человеку высокого мужества и тяжелой судьбы Леониду Бородину. Все знают его книги "Третья правда", "Правила игры", "Повесть странного времени", "Расставание","Царица смуты" и другие. С 1992 года он возглавляет журнал "Москва". Кое-кто пробует Леонида Бородина представить неким одиночкой, сторонящимся всех политических движений и партий. Извините, а за что же он тогда в лагерях сидел, как не за участие в русском национальном движении? А с каких пор журнал "Москва" стал внепартийным одиноким журналом

Путь солженицынской премии уже четко определен, о чем я писал еще в прошлом году, — поддерживать главные национальные традиции в литературе и в русской мысли. Буду рад, если в будущем в число лауреатов будут включены и такие наши крупные художники, как Владимир Личутин и Василий Белов, а посмертно Вадим Кожинов и Дмитрий Балашов. Впрочем, это всего лишь мое вольное литературное мнение.

Искренне поздравляю своего давнего друга Леонида Ивановича Бородина, вот уж кто точно заслужил солженицынскую премию " за творчество, в котором испытания российской жизни переданы с редкой нравственной чистотой и чувством трагизма; за последовательное мужество в поисках правды". В апрельском номере "Дня литературы" читайте беседу с лауреатом и отрывки из его нового произведения. Поздравляю и выдающегося русского мыслителя, чьи работы всегда с большим интересом читаю и в "Нашем современнике", и в "Москве", и в "Литературной газете" и надеюсь вскоре увидеть в нашей газете, Александра Сергеевича Панарина.

Вручение премии состоится 18 апреля этого года.