/ / Language: Русский / Genre:det_irony / Series: Дамский смешной детектив

Будуар мадам Холмс

Ирина Хрусталева

Настя возомнила себя заправским папарацци и собралась сделать сенсационный репортаж об известном политике. Она заняла позицию на елке возле его загородного дома и, коротая время, решила пока поснимать, что происходит за забором соседнего особнячка. Посмотреть было на что: во дворе дама в песцах садится в шикарную машину, в окне маячит обнаженная красотка… Заглядевшись, Настя уронила термос, и ее заметили! Пришлось улепетывать со всех ног. А на следующий день Настиного друга Игоря, у которого она одалживала машину, убили! Неужели, сама того не подозревая, девушка засняла что-то криминальное и теперь ей тоже угрожает опасность?..

Ирина Хрусталева

Будуар мадам Холмс

Глава 1

Анастасия поудобнее устроилась на ветке огромной голубой ели и прикинула расстояние, отделяющее ее от намеченного объекта наблюдения. Включив видеокамеру, она посмотрела в объектив.

– Как раз то, что надо, – пробормотала девушка и, положив пока камеру на колени, приготовилась терпеливо ждать.

– Ничего, я упрямая, не мытьем, так катаньем, но я все равно своего добьюсь, – прошептала Настя. – Не захотел со мной нормально поговорить, слишком гордый, так я тебя с другой стороны возьму. Подловлю твою самодовольную физиономию на чем-нибудь и ославлю на весь белый свет. Будешь знать, как меня рыжей дурой обзывать, наглец! Ты меня запомнишь, это я тебе обещаю, – злорадно ворчала она.

Анастасия была журналистом, причем достаточно талантливым. Свою работу она любила самозабвенно, даже фанатично, поэтому отдавала ей много сил и времени, трудясь с огромным энтузиазмом. Неделю назад она получила задание взять эксклюзивное интервью у одного магната, который решил баллотироваться в депутаты Государственной думы, но, как ни старалась, у нее ничего не выходило. Он постоянно был занят, куда-то торопился, с кем-то встречался и все время был окружен непробиваемой охраной. С журналистами он тоже встречался, но только из тех изданий, которые ему были нужны для пиара и с которыми все было оговорено заранее, остальные просто игнорировались. Четыре дня назад, когда Анастасия снова пыталась подкараулить его, когда он выходил из подъезда своего дома, она услышала, как он говорит охране:

– Слушайте, сколько я могу вас просить, чтобы вы оградили меня от этих мелких щелкоперов? Гоните отсюда в шею эту рыжую дуру, и чтобы я больше ее не видел!

Настя, как только услышала эти слова, буквально задохнулась от возмущения и досады.

«Это я – рыжая дура? Ну, ты и наглец, господин толстая задница! Ну, держись, я тебе покажу, какая я дура, – подумала она. – Не захотел нормально поговорить, что ж, черт с тобой. Значит, будем действовать по-другому, и уж не обижайся, сам напросился», – злорадно прищурилась девушка.

И она начала действовать. Буквально за пару дней Настя узнала про Кленова все, что только было возможно. Уже к вечеру второго дня она держала в руках листок бумаги, на котором был написан адрес его загородного дома с прилагающимся расписанием посещений.

– Вот оттуда я и начну, – решила девушка. – Я тебя поймаю на чем-нибудь, стопудово! В таких загородных фазендах очень часто можно увидеть весьма интересные вещи, и я уверена, что ты не исключение. Наверняка ничто человеческое тебе не чуждо. Где деньги, там и все остальное – выпивка, девочки, а может, что и покруче. Я тебе устрою выборы, господин кандидат, ты меня еще запомнишь! Думаешь, раз имеешь толстый кошелек, то тебе все можно? Ничего, посмотрим, кто будет смеяться последним. Таким, как ты, нечего делать в Думе, и рыжая дура очень постарается, чтобы ты туда не попал. Провалишься с треском, а я на тебя посмотрю и с превеликим удовольствием послушаю этот треск.

Анастасия предварительно провела разведку местности и пришла к выводу, что эта голубая ель растет здесь как нельзя кстати.

– Именно то, что мне нужно, словно ее специально для меня посадили, – сделала она вывод, решив, что прямо с завтрашнего дня, вернее ночи, и начнет свою операцию «Треск».

И вот сейчас, сидя на толстой ветке среди пушистых лап ели, усыпанных снегом, девушка потирала мерзнувшие руки и пристально наблюдала за окнами, в которых горел свет.

– Однако морозно сегодня, – через полчаса проворчала Настя. – Вроде тепло оделась, а все равно зябко, – передернулась она. – Совсем не помешает кофейку горяченького тяпнуть.

Новоявленный папарацци приладила камеру между ветками, чтобы не уронить, и, вытащив из-за пазухи небольшой термос, начала отвинчивать крышку. Одновременно она окидывала взглядом окружающее пространство с высоты своего секретного «поста наблюдения». В это время ее взгляд упал на соседний дом, и она увидела у окна мужчину, который стоял у раскрытой форточки и курил. Она опустила глаза вниз и увидела во дворе дома две машины. В одну из них садился какой-то господин с кейсом в руках, а с другой стороны стояла расфуфыренная дама, с ног до головы задрапированная в меха. Для нее дверцу автомобиля предупредительно распахивал молодой человек весьма внушительных размеров.

– Живут же люди, – вздохнула Настя и, оставив пока термос в покое, взяла камеру и направила объектив на даму, чтобы поближе рассмотреть ее наряд. – «Мерседесы», меха, брюлики, охрана! Да, песец на тебе, конечно, зашибись, – пробормотала девушка, с завистью рассматривая белоснежный пушистый мех. – Мне в жизни такой шубки не купить, хоть застрелись. Если только за какого-нибудь олигарха замуж случайно выскочу или банк грабану. С банком я, конечно, погорячилась, а вот насчет олигарха – тоже погорячилась. Кто меня возьмет, рыжую такую? Похоже, что, кроме Свиридова, никто, – тяжело вздохнула она. – Ладно, нечего на это смотреть, только расстраивать свою нервную систему, она у меня и так ни к черту, – сморщила носик Настя.

Она с сожалением отвела объектив от дамы и машинально направила его на окно, где недавно курил мужчина. Его там уже не было, зато нарисовалась полуголая девица, которая задергивала шторы.

– Здесь, как видно, своя свадьба, – усмехнулась Анастасия. – Расслабляется народ кто как может и как хочет, естественно.

Девушка снова пристроила камеру между ветками и взяла в руки термос.

– Выпью горячего кофе, съем бутерброд, и жизнь сразу же не будет казаться такой несправедливой. Ой, черт! – взвизгнула она, опрокинув в это время термос себе на колени. Она уже успела отвинтить крышку, и горячий кофе, тут же просочившись сквозь брюки, ошпарил ей ногу. Термос полетел вниз и с тихим «дзинь» упал на землю.

– Попила кофейку, называется, – проворчала девушка. – Если не везет, так это уже приговор судьбы.

Настя снова посмотрела во двор дома и увидела, как господин с кейсом вскинул голову и взглянул на ель, где она сидела. Он что-то сказал охраннику, показал именно в ту сторону, и тот сразу же побежал к воротам. По дороге охранник начал что-то объяснять в переговорное устройство.

– Дьявол, кажется, влипла, – испуганно вытаращила глаза Анастасия и, схватив камеру, с проворством обезьяны начала спускаться с елки. – Не хватало еще в милицию попасть за несанкционированные съемки! Это же статья, между прочим, за проникновение в частную жизнь и все такое прочее, – прерывисто дыша, шептала она, хватаясь за ветки. – Господи боже мой, да что же это? – взвыла она, зацепившись штаниной за высохший сук.

Наконец отцепившись, Настя спрыгнула на землю и, засунув под мышку свою бесценную камеру, со всех ног понеслась к машине, которую оставила на обочине дороги метрах в пятистах от ели. На бегу она вытащила из кармана ключи и нажала на брелок сигнализации. Девушка юркнула в салон, быстро вставила ключ в замок зажигания и с силой нажала на педаль газа. Колеса завизжали от такой стремительности, и машина сорвалась с места, точно ретивая лошадь, которую отпустили с привязи. Несколько раз Настя оглядывалась назад и видела, что двое парней все же попытались за ней побежать, но потом, видно, поняв бесполезность этого занятия, остановились.

– На-ка, выкуси, – засмеялась Анастасия, показывая преследователям фигу. – Ишь, чего захотели, меня поймать! Мне нужно вам счет представить за то, что сорвали журналистское расследование, да еще и термос я из-за вас потеряла. Теперь придется новый покупать, я без него как без рук.

Через десять минут Настя выехала на МКАД и понеслась к городу на предельной скорости. Она подъехала к дому, где жил Игорь Дронов, ее приятель и друг ее бойфренда Сергея. Все трое работали в одной редакции и дружили уже более пяти лет. Девушка пригнала машину к его дому, чтобы поставить ее на место.

Вчера вечером она приехала к Игорю и слезно просила, чтобы он одолжил ей свой транспорт до утра, на что тот согласился очень неохотно. Да и то с условием, что в восемь утра машина будет стоять во дворе.

– Пригонишь и поставишь у подъезда, – давал наставления Игорь. – Смотри, чтобы тачка осталась такой же чистой, какой берешь, я только сегодня ее на мойку гонял. Знаю я твою привычку – жевать вкусненькое за рулем, замечу в салоне хоть одну крошку, языком заставлю вылизывать. После своего важного дела снова заедешь на мойку.

– Будет исполнено, господин Дронов, – отрапортовала Настя, вскинув ладонь к виску. – Наведу лоск по высшему разряду.

– Не забудь включить сигнализацию, когда поставишь машину во дворе. Ключи заносить не нужно, у меня есть запасной комплект. Смотри, не опаздывай, в восемь утра она мне будет нужна. Маринку придется домой завезти, она сегодня у меня ночует.

– Поэтому мне и не заходить? – усмехнулась Настя. – Ой, Игорек, смотри, застукает вас когда-нибудь ее муженек, вот потеха будет! Не боишься?

– А мне-то чего бояться? – пожал плечами тот. – Пусть она боится. Второй год на развод подает, все никак дело до конца не доведет.

– А если она разведется, ты ее за себя возьмешь? Что-то сомневаюсь, – заметила Анастасия. – И она наверняка сомневается, поэтому и тянет с разводом, чтобы у разбитого корыта не остаться.

– А я ей ничего такого и не обещал. Это она все время говорит, что муж ее не удовлетворяет, поэтому она и бегает от него на сторону. Я пока еще к семейной жизни не готов. Не заработал я еще на то, чтобы содержать жену и детей, – нахмурился Игорь. – Меня устраивают именно такие отношения. Встречаемся, когда захотим, никаких обязательств, никаких претензий.

– Для тебя они, может, и удобные, эти отношения, а вот Маринка… мне ее жалко, если честно, – вздохнула Настя. – Она вон какими собачьими глазами на тебя смотрит. Рано или поздно в редакции все равно кто-нибудь пронюхает про вашу любовь-морковь, и нет никакой гарантии, что ребята не проболтаются ее мужу. Ты же знаешь, у нас «доброжелателей» сколько хочешь.

– Ты почему мне нотацию читаешь? – возмутился Игорь. – Кроме вас с Серегой, никто о нас с Маринкой не в курсе, и если ты не проболтаешься, никто ничего и не узнает. За Серегу я спокоен, он кремень.

– Ты хочешь сказать, что я болтушка? – подбоченилась Анастасия. – Ну ты, Дронов, и сукин сын! Вы со своей Маринкой уже второй год кувыркаетесь, и я до сих пор никому об этом не проболталась, даже Валерке, своей лучшей подруге.

– Ладно, пошутил, не обижайся, – улыбнулся тот и щелкнул Анастасию по носу. – Вы с Серегой – мои самые надежные и верные друзья. Все, забирай ключи и выметайся, пока я не передумал машину тебе давать, – поторопил он Настю.

– Да-да, я побежала, спасибо, Игорек, с меня пузырь, – быстро проговорила та и, схватив ключи, вихрем вылетела из квартиры Дронова.

Анастасия поставила машину на место. Так как на мойку она не заехала, не до того ей было, девушка вытащила из кармана деньги, быстро написала другу записку и сунула сверток в бардачок.

– Не ругайся, Игорек, но после такого стресса мне было совсем не до чистых боков твоего автомобиля. Извини за наглость, сам справляйся, – прошептала Настя и, включив сигнализацию, побежала к проезжей части дороги, чтобы поймать такси.

В третьем часу ночи ей это не удалось, пришлось останавливать частника. Через сорок пять минут девушка уже лежала в своей мягкой теплой постели и, зарывшись носом в подушку, мирно сопела.

Ее разбудил резкий телефонный звонок. Настя с трудом оторвала голову от подушки и посмотрела на часы сонными глазами.

– Ох ты, черт, проспала я все царствие небесное, – прошептала она и, дотянувшись до тумбочки, взяла телефонную трубку. – Алло, слушаю, – проговорила она и широко зевнула.

– Настя, это ты?

– Допустим.

– Ой, Настенька, беда-то какая, – запричитала Наталья, секретарша из издательства. – С Игорем Дроновым беда!

– Что с ним? – Анастасия моментально проснулась и резко села на кровати.

– Его убили сегодня утром в его квартире, – ответила Наташа и тихонько заскулила в трубку.

– Как – убили?! – охрипшим голосом переспросила Настя. – Что ты такое говоришь? Как это случилось?! Когда?!

– Ой, Настенька, я никак в себя прийти не могу, – всхлипнула девушка. – Игоря Витька Трушкин обнаружил. Они должны были сегодня вместе на конференцию ехать, чтобы сюжет снять. Американские ученые в Москву приехали, что-то там по поводу стволовых клеток, Тепляшин доклад будет делать о наших достижениях, и…

– Наташа, черт с ними, с американцами, с Тепляшиным и его стволовыми клетками, – резко перебила девушку Настя. – Меня это совсем не интересует, говори по существу, про Игоря!

– А, ну да, – спохватилась та. – Они условились, что Игорь за Витей заедет в девять утра. Витя ждал-ждал, а Игоря все нет. Трушкин ему и на мобильник звонил, и на домашний телефон, ни один не отвечал. Витя поймал машину и сам решил к Игорю поехать. Приезжает, а дверь в квартиру открыта. Заходит, а там… ой, мамочки! Все в комнатах вверх тормашками перевернуто, видно, что-то искали, а Игорь лежит застреленный. Витя в первую очередь милицию вызвал и в редакцию позвонил, наш главный сразу же туда поехал.

«А ведь у него сегодня Маринка ночевала!» – ахнула про себя Настя, а вслух спросила:

– А Марина Кашина на работе?

– Да, она, как обычно, к десяти приехала, – удивленно ответила Наталья. – А при чем здесь Кашина?

– Так она же все время статьи Дронова редактирует, может, созванивалась с ним и он ей что-то важное говорил? – с ходу придумала Анастасия. – Каждое слово, каждое его замечание теперь… впрочем, ты права. При чем здесь Кашина? – сменила она тему. – И что дальше?

– Трушкин совсем недавно вернулся, на нем лица нет, белый, как простыня, пузырек валерьянки опрокинул. Настя, это грабители, наверное, да? Витька говорит, что и машину Игоря вскрыли, и там тоже все перевернуто.

– Машину? – испуганно прошептала Анастасия: в голове ее словно что-то щелкнуло. – О, господи, ведь этой ночью на его машине…

* * *

– Дамы и господа, наш самолет заходит на посадку, просьба пристегнуть ремни. Мы совершим посадку в аэропорту Шереметьево-2 в 15:40 по московскому времени. Температура воздуха в столице минус двадцать три градуса по Цельсию. С вами был экипаж во главе с командиром Сотниковым Николаем Павловичем. Мы благодарим вас за то, что вы выбрали именно нашу авиакомпанию для перелета. Надеемся, что он был для вас приятным. Всего вам доброго и с наступающим Новым годом!

Повторив все это на английском языке, стюардесса лучезарно улыбнулась и покинула салон.

Валерия сладко потянулась, выглянула в иллюминатор и прошептала:

– Ну вот, я почти дома, еще немного, и родная Москва-матушка! Соскучилась ужасно: в гостях хорошо, а дома лучше.

– Вы что-то сказали? – поинтересовался пожилой седовласый господин, сидевший рядом с Валерией.

– Нет, это я не вам, – улыбнулась девушка. – Просто мысли вслух, и ничего больше.

Она достала из сумочки пудреницу и, открыв ее, критически посмотрела на свое отражение.

«Нужно немного помады, я ее съела вместе с десертом», – подумала Лера и начала тщательно красить губы. Заодно она решила поправить весь макияж и в результате увлеклась так, что практически накрасилась заново. Потом пригладила волосы щеткой и в целом осталась довольна результатом. Все это время за ней наблюдал молодой человек, сидевший в правом ряду, и молча улыбался. Лера заметила его взгляд и спокойно показала ему язык. Тот расхохотался и, взяв лист бумаги, что-то быстро на нем написал. Потом, сделав из него самолетик, он пустил его в сторону девушки. Бумажный лайнер приземлился не там, где требовалось: спланировав, он врезался в нос дородной даме, сидевшей впереди Валерии. Тетка резко вздрогнула и подпрыгнула в кресле, чуть не сломав его. Парень зажал рот ладонью, испуганно вытаращив глаза, а дама завертела головой в попытке отыскать шутника. Лера тихо прыснула и наклонила голову, чтобы дама ее не заметила. Седовласый господин молча наблюдал за этой картиной и улыбался.

– Безобразие, а на вид такой солидный человек, – прошипела дама, увидев его улыбку и подумав, что именно он бросил в нее бумажный самолетик.

Она высокомерно дернула мощным плечом и с презрением отвернулась. Господин ничего не стал ей объяснять и уж тем более – оправдываться. Было понятно, что эта шутка молодежи напомнила ему о чем-то своем, очень далеком. Он мечтательно прикрыл глаза и откинул голову на спинку кресла. Только когда шасси самолета коснулись земли, мужчина открыл глаза и посмотрел в иллюминатор.

– Москва, – прошептал он. – Как же долго я не видел этого города!

– Вы издалека? – поинтересовалась Лера. – И, я верно понимаю, вы не москвич?

– Да, издалека, – подтвердил мужчина. – Нет, я не москвич, но когда-то, очень давно, был им. К сожалению, в моей жизни случилось так, что мне пришлось расстаться со своим родным городом, с друзьями, с любимой девушкой.

– А сейчас в гости прилетели?

– Вы сказали – в гости? – переспросил он. – А что, пожалуй, вы правы. Я прилетел в гости к своей юности.

– Наверное, это здорово – встретиться со своей юностью, – заметила девушка.

– Да, надеюсь, встреча будет замечательной, – согласился мужчина. – Впрочем, вам, молодым, это пока непонятно.

– Когда-нибудь поймем, молодость имеет одну особенность – она заканчивается, – вздохнула Валерия. – Или правильнее будет сказать – проходит?

– Она не заканчивается и не проходит, она взрослеет, – загадочным шепотом ответил мужчина. – Не торопите ее, дайте ей спокойно повзрослеть, наслаждайтесь ею, насколько это возможно. К сожалению, нашему поколению нужно было взрослеть очень быстро.

– Почему? – приподняла брови Лера. – Мне кажется, что, какими бы ни были обстоятельства, молодость все равно живет в душе.

– Не всегда, – возразил мужчина. – Время было не очень хорошее. Я родился в двадцать восьмом, и, когда началась война, мне было всего тринадцать. Сразу же пришлось стать взрослым, минуя отрочество и юность. Отец ушел на фронт, а нас у матери было четверо, и я – самый старший. Она на заводе работала, иногда неделями домой не приходила, и мне приходилось с младшими оставаться. Потом, после войны, было еще хуже: кругом голод, разруха. Нас, тогдашних комсомольцев, воспитывали в духе патриотизма и самопожертвования ради Родины, партии и Сталина. Мы недоедали, недосыпали, строили «светлое» царство коммунизма, не до веселья нам было. «Железный занавес» был настолько прочным, что сквозь него мы вообще ничего не видели. Теперь-то я понимаю, почему тогдашнее правительство так оберегало нас от тлетворного влияния Запада, – горько усмехнулся мужчина. – Если бы мы знали тогда, как должен жить нормальный человек… Что зря говорить – годы пролетели, и назад вернуть уже ничего невозможно. Осталось лишь подвести итоги, что я и стараюсь сделать сейчас, в конце своего нелегкого пути под названием жизнь. Вот так, барышня. А для вас все двери открыты, границы нараспашку, живи – не хочу. Вот и живите, радуйтесь каждому дню, который вам дарован, и никогда не оглядывайтесь назад. И еще один совет умудренного опытом старца. Он вам может показаться немного странным, но вы все равно прислушайтесь к нему.

– Вы меня заинтриговали. Что же это за совет?

– Поменьше думайте о будущем, живите настоящим.

– Действительно, странный. Как же не думать о будущем? – удивилась Валерия. – Мне кажется, не найдется такого человека, который бы о нем не думал.

– Это вы верно сказали, каждый человек думает о будущем, а в результате… У меня был друг, который слишком много думал о будущем, даже в мелочах. Купит какую-нибудь новую вещь – и бережет ее для особого случая, на будущее. Работал много, зарабатывал хорошо, а ходил всегда в чем придется, имея при этом далеко не одну новую вещь, которую он отложил на будущее. Ел что подешевле, кстати, из-за этого желудком страдал, но не сдавался. Короче говоря, во многом отказывал себе, чтобы всегда были деньги на черный день – «на будущее», и все в том же духе. И представьте себе: он умер в сорок шесть лет, совершенно внезапно и нелепо – подавился хлебной крошкой и задохнулся! Вы, наверное, подумали: а к чему это я вам об этом рассказываю? – хмыкнул мужчина. – Наша жизнь очень хрупка и непредсказуема, мы не можем знать, что с нами будет завтра. Поэтому должны ценить каждый свой день, как дар свыше, как будто этот день – последний. Не стоит что-то откладывать и загадывать на будущее, нужно жить и радоваться всему, что мы имеем сегодня. Вы понимаете, о чем я?

– Да, конечно, – тихо ответила Лера. – Никогда об этом не задумывалась.

– А однажды в Интернете я случайно наткнулся на один ролик, называется он: «Интервью с Богом», – продолжил сосед. – Я был поражен, когда посмотрел его. Это рассказ некоего журналиста. Якобы во сне он увидел, что берет интервью у Бога. Репортер задавал вопросы, а Бог отвечал. Журналист спросил: «Что больше всего тебя удивляет в нас, людях?» И Бог ответил: «Будучи детьми, вы торопитесь повзрослеть, а повзрослев, хотите снова стать детьми. Вы тратите свое здоровье, зарабатывая деньги, а потом тратите деньги, чтобы поправить здоровье. Вы живете так, словно никогда не умрете, а умираете – словно никогда и не жили. Вы так много думаете о будущем, что забываете о настоящем, и в результате не живете ни в настоящем, ни в будущем…» Я ответил на ваш вопрос: почему не нужно слишком много думать о будущем, а следует жить настоящим? – мужчина пристально взглянул на Валерию.

– У меня прямо мороз по коже! – передернулась та. – Какие точные высказывания, ведь так и есть на самом деле. Здорово, – восхищенно вздохнула девушка. – Вы в самом деле нашли этот ролик в Интернете?

– В самом деле, – подтвердил мужчина. – Запомните: «Интервью с Богом». Найдите и посмотрите его, вам обязательно понравится, и музыка там замечательная, под нее хочется думать о серьезных вещах.

– Извините, что приходится прерывать такой интересный разговор, но нам пора, самолет уже давно остановился, все уже вышли, кроме нас, – напомнила ему Валерия. – И, если позволите, я заберу свои вещи из багажного отделения.

Мужчина поспешно отстегнул ремень и встал с кресла. Валерия вышла в проход и забрала свою сумку, которая лежала наверху. Дубленку она перекинула через руку, решив, что наденет ее в зале аэропорта.

– Счастливо вам встретиться со своей юностью, – она махнула мужчине рукой и быстро пошла к выходу.

По дороге Валерия заметила, что к ее сапожку что-то прилипло, и остановилась. Она увидела, что ее шпилька проткнула бумажный самолетик, который ей послал веселый блондин и который до нее так и не долетел. Лера сняла с каблучка легкокрылое послание и, оглядевшись, не нашла, куда можно было бы выкинуть бумажку. Постеснявшись сорить в салоне, она сунула самолетик в карман пиджака и поторопилась к выходу.

В аэропорту долгожданную путешественницу с нетерпением ждали ее родители и Подкидыш.

Подкидышем звали шестнадцатилетнюю девушку Катю, названную сестру Валерии.

Валерия Протасова уже 4 года была владелицей частного детективного агентства «Багира». И в прошлом году она, выполняя заказ клиента, попала в весьма неприятную историю. Не перепоручив задание своим сотрудникам, Валерия решила взять запутанное дело в свои руки. В результате поисков Валерия оказалась в одном доме. Стоит отметить, весьма неприятном доме. Нет, сам-то дом был даже роскошным, а вот хозяин его оказался очень плохим человеком, прямо скажем – страшным типом. Дело дошло до того, что Лере пришлось улепетывать оттуда на всех парусах, причем ночью, тайком. Вопрос в тот момент стоял о жизни или смерти, а Валерии как-то не хотелось умирать. Поэтому она решила сбежать без разрешения, и ей пришлось включить всю свою изворотливость, чтобы все получилось. Когда долгожданная свобода была совсем рядом, на ее пути вдруг материализовалась насмерть перепуганная пятнадцатилетняя девчонка, абсолютно голая, с трясущимися губенками и зареванными глазами. Она стояла под лестницей, куда шмыгнула Лера, и горько плакала, размазывая по лицу косметику…

Валерия прихватила Катю с собой. Она по глупости попала в этот вертеп.

Девушка была сиротой и, окончив девятый класс, решила, что дальнейшее образование будет продолжать в Москве. Она приехала в столицу, надеясь поступить в театральное училище. В одном из журналов Катя прочитала, что иногородним студентам предоставляется общежитие и выплачивается стипендия. Недолго думая, девушка собрала свои вещи, которых было совсем мало, и отправилась в путь. В Москве ее ждало разочарование, набор уже закончился, и Катя осталась не у дел. Мало того, у нее даже не было денег на обратную дорогу, и две ночи Кате пришлось ночевать на вокзале. Потом она познакомилась с одной весьма легкомысленной девицей, благодаря которой и попала в тот дом. Та ничего не сказала о том, что Кате придется делать в этом доме, наврала, что они поедут просто в гости к ее хорошим знакомым. На счастье Кати, Валерия, пожалев эту глупышку, прихватила ее с собой. С тех пор Катя жила у родителей Валерии и стала полноправным членом ее семьи. Родных у девушки нет, кроме тетки-алкоголички, которая жила в Молдове и абсолютно не интересовалась судьбой своей племянницы. Катя регулярно посылала ей письма, но ни на одно из них так и не получила ответа. Девочка оказалась очень хорошим, добрым человечком, родители Валерии полюбили ее. Валерия давно жила отдельно, поэтому появление Катюши внесло в их быт свежую струю. Благодаря Кате у них появился еще один член семьи – щенок кокер-спаниеля, которого девушка подобрала на улице. По ее словам, он сидел у мусорного контейнера и скулил. Катя не смогла пройти мимо и притащила его в дом. Когда Ирина Михайловна увидела это замызганное создание, ее первым желанием было немедленно его выбросить, но, посмотрев в умоляющие глаза Кати, она махнула рукой и сказала: «Ухаживать и воспитывать будешь сама, меня не впутывай».

Так в квартире Протасовых появился песик, которого наградили громким титулом Граф. Лера смеялась над именем косолапого создания.

– Вы только посмотрите на этого лопоухого! Ну какой из него Граф? Скорее Графинчик, – весело говорила она. – Точно, я буду звать его Графинчиком, – решила девушка и с тех пор называла его только так.

– Собака с самого щенячьего возраста должна знать свое настоящее имя, нечего ему привыкать ко всяким дурацким кличкам, – ворчала на дочь Ирина Михайловна.

– Мама, у псины и должна быть кличка, а не имя, на то она и собака, – смеялась Лера. – Для меня он будет Графинчиком.

– Тебе бы только по-своему сделать. Ты приехала в гости, побыла и уехала, а нам потом отдуваться, – хмурилась мама. – Тоже мне придумала! Где же это слыхано, чтобы собаку называли как какую-то посуду? Почему тогда не звать его Стаканом или Банкой?

Валерия отмахивалась от мамы и упорно продолжала величать щенка так, как ей нравилось.

Глава 2

Пока они ехали от аэропорта до дома, Катя тараторила как заведенная, стараясь пересказать Валерии все новости.

– В техникуме все замечательно, я уже сдала экзамены за полугодие. Так что могу с чистой совестью встречать Новый год, – щебетала девушка. – Таню уже выписали из больницы, и тетя Ирина хотела забрать ее к нам, ведь Танина мама на работе с утра до вечера. Но та категорически запротестовала, специально взяла отпуск, и сейчас Таня дома. Андрей тоже там практически поселился, и вроде бы у них все в порядке.

– Таня была в больнице? – удивилась Валерия. – А что с ней случилось?

– Как, разве я тебе не говорила, когда звонила? – опешила Катя.

– Нет, я впервые от тебя слышу, что Таня лежала в больнице. Так что с ней?

– Аппендицит вырезали, вроде все в порядке было, а на третий день осложнения какие-то начались. Вместо одной недели ей целых две пришлось на больничной койке проваляться, – объяснила Катя. – Но не волнуйся, сейчас уже все хорошо. Говорю же, ее выписали, она у своих родителей, и Андрей вьется над ней, как орлица над орленком, – засмеялась девушка.

Татьяна и Андрей были приятелями Валерии, познакомились они пару лет назад, когда Валерия решила благоустроить свой загородный дом, а заодно и участок. Она позвонила в фирму и пригласила дизайнеров. К ней приехали Татьяна с Андреем, и каждый занялся своим делом. Таня колдовала в саду, а Андрей в доме. Работали они целых два месяца, и Лера крепко подружилась с этой парой. Они оказались на редкость порядочными ребятами. У них даже фамилии были похожими, над чем они частенько смеялись. Таня Сашина, а Андрей – Санин. Татьяна была дизайнером по ландшафтам, Андрей – тоже дизайнер, только по внутренней отделке. Оба закончили архитектурный институт, где в свое время и познакомились. Раньше они были просто друзьями, но полгода назад их отношения трансформировались в романтические. Парочка вдруг поняла, что им ужасно друг друга не хватает – после того, как Андрея послали на практику в Италию на три месяца. За время его отсутствия Татьяна ощутила вокруг себя странную пустоту, хотя мужским вниманием обделена отнюдь не была. Но она не обращала на других мужчин никакого внимания: ей нужен был только Санин. Он звонил ей каждый день, и Таня чувствовала по его голосу, что он тоже скучает. Девушка решила не откладывать дело в долгий ящик и, как только Андрей вернулся, призналась ему во всем. Андрей собирался сделать то же самое, Таня опередила его на какие-то пять минут.

– На Новый год решили собраться у нас, потому что такой большой квартиры больше ни у кого нет, – стрекотала Катя. – Настя хочет Новый год встречать с нами, Сергей в командировке, и, похоже, ему там придется задержаться. Если и сможет прилететь, то только третьего или четвертого числа, билеты достать невозможно. Иван Петрович с Надеждой Ивановной тоже к нам собираются. Народу намечается много, так что ты правильно сделала, что не осталась у друзей, а прилетела домой. Без тебя было бы неинтересно. Ой, Лерочка, я так по тебе соскучилась, мне столько нужно тебе рассказать!

Валерия вполуха слушала Катину болтовню и любовалась вечерней Москвой. Пока в аэропорту она получала багаж и проходила все формальности, уже стемнело. Предновогодняя Москва была еще прекраснее, чем обычно. Столица словно кокетничала, как истинная красавица, и, осознавая свою неповторимость, сверкала разноцветными огнями, как богатая дама драгоценностями, улыбалась яркими рекламными щитами и подмигивала гостеприимными окнами. На проспектах и бульварах стояли огромные елки, украшенные игрушками и сверкающими гирляндами.

«Как же красиво перед Новым годом, даже снежинки кажутся разноцветными», – подумала Лера.

Валерия гостила у друзей в Харбине. Четыре года назад они закончили МГУ, учились на одном факультете с Лерой и подружились. В Харбине девушка пробыла всего сутки, она ехала к друзьям, чтобы вместе с ними посетить Тибет. Она давно мечтала хоть издалека посмотреть на гору Кайлас – священную вершину, место зарождения тибетской цивилизации. Там была манящая, зовущая, непостижимая Шамбала, о которой Валерия много читала.

Путешествие было трудным, через Непал, но весьма интересным и познавательным. Затем они направились к монастырю Шаолинь, расположенному неподалеку от города Дэнфэн в китайской провинции Хэнань. Лере посчастливилось пообщаться с монахами из монастыря, ей дали попробовать особый травяной настой, который монахи называют «Эликсир бессмертия». У подножия горы, на которой построен монастырь, есть небольшой поселок, где почти каждый его житель владеет искусством врачевания. Валерия запаслась травами от всевозможных заболеваний. Когда путешественники собирались уезжать, к Лере подошла знахарка с какой-то баночкой.

– Этот крем я приготовила собственными руками, в нем сок тридцати трех трав, собранных в полнолуние в разное время года, – сказала она, друзья перевели ее слова. – На зарождающуюся луну я добавила туда лунный свет и несколько капель утренней росы, до которой дотронулся первый луч солнца. Если ты будешь пользоваться этим снадобьем, твоя кожа никогда не постареет. А если ты дашь его своей матери, то через несколько дней этот крем вернет ей прежнюю свежесть.

– И сколько же он стоит? – спросила Лера.

– А сколько бы ты заплатила за вечную молодость? – хитро посмотрела на нее знахарка.

– Я не верю в вечную молодость, это противоестественно, – засмеялась девушка. Она не собиралась покупать крем, естественно, не поверив словам знахарки. Но когда Лере сказали, что этой женщине сто девять лет, она в недоумении уставилась на странную старушку.

– Не может быть! – прошептала Лера. – Больше шестидесяти ей не дать.

Она купила пять баночек чудо-крема. Больше у знахарки не оказалось, а то Лера скупила бы все, что было.

Путешественники вернулись из своего похода уставшими, но довольными. Друзья очень просили Леру остаться на праздник, обещая повезти ее в Пекин на незабываемое ежегодное зрелище. В Китае Новый год справляется в разное время. Лере хотелось посмотреть китайский карнавал, но она улетела домой, решив, что Новый год – семейный праздник и его встречают в кругу родных и близких.

– Мама, вы елку уже нарядили? – повернувшись к матери, спросила Валерия.

– Лерочка, как же мы могли это сделать без тебя? Кроме тебя, никто не имеет права повесить новогодние часы, – отозвалась Ирина Михайловна.

– Да, это же целый ритуал, я его ежегодно провожу, – кивнула Валерия.

– Что за ритуал? – с интересом спросила Катя, которая ничего не знала об этом.

– Когда мы ставим елку, первыми вешаем на нее игрушечные новогодние часы, – объяснила Лера. – Стрелки показывают без пяти минут двенадцать, часам уже больше двадцати лет. Ежегодно начало торжественного украшения елки доверяется мне, это наша семейная традиция. А когда у меня будут дети, она перейдет к ним. Катюша, я почему-то уверена, что игрушечные новогодние часы приносят в наш дом счастье.

– Здорово, – грустно вздохнула девушка. – А у нас дома, после того как умерла мама, никогда не было елки. Правда, в саду был куст сирени, и каждый год я украшала его голые ветки бумажными игрушками, которые делала сама.

– Ты, Катенька, умница. А завтра мы вместе будем наряжать самую настоящую елку самыми настоящими игрушками и гирляндами.

Они подъехали к дому, и отец Валерии, высадив пассажиров у подъезда, погнал машину в подземный гараж. Как только они вошли в квартиру, телефон призывно затрезвонил. Подняв трубку, Валерия услышала трескотню Татьяны.

– Валерка, привет! Приехала? Как долетела? Все нормально?

– Привет, все нормально, долетела хорошо, только что вошла, даже раздеться еще не успела.

– Я так и знала, что ты к родителям поедешь, а не к себе. Мы с Андреем скоро к вам подвалим, можно? – И, не дожидаясь утвердительного ответа, Таня застрекотала: – Как здорово, что ты наконец-то прикатила. У меня столько новостей, заслушаешься!

– Я слышала, тебе совсем недавно аппендицит вырезали, – проговорила Валерия.

– Точно, было такое дело, – подтвердила Таня.

– Ну, и как же ты поедешь ко мне, ведь болит, наверное?

– Зажило как на собаке! Медицина на такой уровень вышла, что диву даешься. Представляешь, шва почти не видно, маленький шрамик, косметический. Хирург сказал, что со временем он совсем исчезнет. А главное, после операции не болело совсем.

– А как твои осложнения? – спросила Лера.

– Да это не с операцией было связано, просто придатки прихватило. Слушай, хватит о болезнях. Ты хочешь нас видеть или нет?

– Что за глупости? – возмутилась Валерия. – Я буду очень рада видеть тебя и Андрюшу, приезжайте, жду с нетерпением.

– Ага, уже летим!

– Не очень торопитесь, на дорогах гололедица, – осадила подругу Лера. – Пока мы из аэропорта ехали, две аварии видели.

– Ничего с нами не случится, рожденные летать ползать не привыкли, – парировала Татьяна. – Так что жди, мы скоро будем.

Лера услышала громкий «чмок», и трубка запищала короткими гудками. Она положила ее на базу, но та тут же затрезвонила снова.

– Ну, вот, не успели на порог ступить, как всем захотелось с нами пообщаться, – засмеялся Алексей Дмитриевич и вместо Валерии взял трубку. Он слушал не больше двух секунд и тут же, вытаращив глаза и скорчив гримасу, торопливо передал трубку дочери.

– Кто это? – шепотом спросила Лера, зажав ее рукой.

– Соседка, – ответил Алексей Дмитриевич, показывая пальцем в пол и давая понять, что звонят из нижней квартиры.

– Да, слушаю, – тяжело вздохнув, нехотя ответила Валерия.

– Лерочка, милая, наконец-то вы приехали! Я видела из окна, как ваша машина подъехала к дому. Вы привезли то, что мне обещали? – услышала Лера голос соседки. Все это было произнесено ею без всяких предисловий и приветствий.

– Здравствуйте, Евгения Николаевна. Извините, но я даже раздеться не успела. Да, я привезла то, что вы просили, даже лучше, только у меня все в чемодане лежит, я еще его не разбирала. Давайте мы с вами поговорим обо всем завтра, а сегодня мне хотелось бы отдохнуть, перелет был очень утомительным, – сдержанно ответила Валерия. – Думаю, один день не имеет большого значения. Честное слово, я ужасно устала.

– Ну, хорошо, Лерочка, завтра так завтра, – недовольно ответила женщина. – Всего хорошего, – добавила она и повесила трубку.

Евгения Николаевна была соседкой родителей Леры, женщиной бальзаковского возраста, всеми правдами и неправдами она старалась свой возраст «заморозить», причем исключительно хирургическим путем. Потрудиться для этого самостоятельно она не желала, решив, что за ее деньги должны стараться другие. Сделав массу операций по омоложению, она ухитрялась за какие-нибудь полгода пустить старания хирурга под откос, не стремясь обуздывать свой гипертрофированный аппетит и набирая килограммы с изумительной скоростью. Она жила этажом ниже и часто прибегала к Ирине Михайловне за рецептом очередного экзотического блюда. Год назад соседка внезапно овдовела. Ее муж, крутой авторитет, благополучно скончался, но не своей собственной смертью, а с чьей-то помощью, и оставил жене солидное состояние. Этим обстоятельством воспользовался некий предприимчивый молодой человек. Добившись благосклонности «вдовствующей королевы», месяца два он добросовестно ублажал ее комплиментами, цветочками и сексом. Потом, решив, что этого вполне достаточно, молодчик скрылся в неизвестном направлении на одной из ее дорогостоящих машин. При этом он не забыл прихватить из сейфа все драгоценности дамочки, а вдогонку – еще и тридцать тысяч баксов. Расстроенная женщина пришла к Валерии и попросила, чтобы она разыскала неблагодарного подонка с помощью своих детективных возможностей. Девушка не хотела браться за это дело, прекрасно зная склочный характер соседки. Но та разрыдалась у нее на груди так отчаянно, что сердце Валерии дрогнуло, и она согласилась. К счастью, ей пришлось не очень долго мучиться. Уже через неделю у клиентки на столе лежал подробный отчет о том, чем занимался молодой человек и где он проживал.

Безутешная вдова рысью помчалась по указанному адресу и буквально упала в ноги бывшему любовнику, умоляя его вернуться к ней. Он вернулся, но через месяц снова пропал, сняв со стены картину Сальвадора Дали – подлинник.

Евгения Николаевна, случайно узнав, что Лера собирается ехать в Китай, разыскала ее по телефону и слезно умоляла о встрече.

– Лерочка, поверьте мне, дорогая, это вопрос жизни и смерти! Если вы откажете мне, я наложу на себя руки, – всхлипывала в трубке настырная мадам. – Я не отниму у вас много времени, обещаю. У меня крошечная просьба.

– Ну, хорошо, – обреченно вздохнула Валерия. – Я вечером приеду к родителям и непременно зайду к вам, – пообещала она.

Евгения Николаевна неусыпно дежурила у своего окна. Как только Лера подъехала к дому родителей и поднялась на лифте, соседка уже встречала ее.

– Лерочка, зайдите сначала ко мне, – взмолилась дама. – Я обещаю, что не отниму у вас много времени!

Девушка нехотя согласилась, и они спустились в квартиру соседки. Та, не откладывая дела в долгий ящик и не тратя времени на церемонии, сразу же вытащила журнал и показала его Валерии.

– Что это? – вскинула брови та.

– Лерочка, вот здесь написано, что в Китае есть такое восточное средство, бальзам для привлечения мужчин. Я вас умоляю, привезите мне его!

– Евгения Николаевна, вы же взрослая, образованная женщина, – всплеснула девушка руками. – Как вы можете верить в эту чепуху, это же всего лишь реклама?

– Да, я верю… я верю в эту чепуху и считаю, что именно это средство мне поможет, – всхлипнула соседка. – Я не хочу приобретать его здесь, потому что в России оно может оказаться поддельным, но если вы привезете мне его из Китая, это будет именно то, что нужно. Лерочка, я вас умоляю, найдите его и привезите мне! – заломила она руки. – Сколько бы это ни стоило, деньги совершенно не имеют значения. Я дам вам с собой сколько угодно.

– Спасибо, денег я с вас брать пока не буду, у меня своих достаточно, – недовольно ответила Лера.

– Вы найдете это средство? – с надеждой спросила дама. – Вы привезете мне его? Поверьте, что для меня это вопрос жизни и смерти!

– Неужели вы так сильно любите своего прохвоста? – нахмурилась Лера. – Он вас постоянно обманывает, обворовывает, а вы…

– Лерочка, вот когда вы доживете до моих лет… – тяжело вздохнула Евгения Николаевна. – Тогда, может быть, и поймете меня.

– Искренне надеюсь, что никогда не пойму, – откровенно призналась та. – Хорошо, Евгения Николаевна, я постараюсь найти для вас это зелье. Только заранее прошу не обижаться, если у меня ничего не получится. Я совсем не удивлюсь, если в Китае и слыхом не слыхали об этом чудо-эликсире. Вы же знаете, что наш русский предприниматель вполне мог сам его придумать в целях рекламы.

– Нет, здесь все так подробно написано, все обстоятельно, я уверена, это серьезно, – не сдалась дама.

– Хорошо, значит, будем искать, – улыбнулась Валерия и, взяв журнал, торопливо покинула соседку.

Естественно, друзья ей сказали, что никогда не слышали об этом чудодейственном средстве. Лера очень расстроилась, она представила себе, какая истерика будет с женщиной, ведь она возлагает на этот эликсир большие надежды. Когда Лера покупала молодильный крем у знахарки, она подумала и о соседке, решив, что эта баночка вполне заменит ей то, что она так жаждет получить. Короче говоря, заказ был выполнен.

Ирина Михайловна уже хлопотала на кухне, накрывая на стол, Катюша ей помогала. Лера решила с дороги принять душ и переодеться. Выходя из ванной комнаты, она услышала странный шум. Она кинулась туда, откуда он доносился, и увидела интересную картину.

В холле стояли Татьяна с Андреем и растерянно смотрели на огромный торт, который валялся на полу, превратившись в кучу крема и бисквита. Графинчик, не растерявшись, с быстротой молнии старался проглотить это великолепие. Вся морда подросшего за месяц щенка была перепачкана бисквитом, а к одному из его ушей прилипла оригинальная кремовая розочка. Таня сердито посмотрела на спаниеля и, прищурив глаза, прошипела:

– Этот щенок в конце концов дождется, что я попаду на крючок к лидерам движения по защите животных! Думаю, они будут охотиться за мной как за особо опасным преступником, потому что я отрываю у щенков сначала уши, а потом все остальные конечности по очереди.

Следом за Лерой в холл выскочили ее родители. Катя стояла позади Татьяны и, широко раскрыв глаза, смотрела на эту картину. Это она открыла Тане и Андрею дверь.

– Что здесь произошло? – обретя дар речи, сквозь смех спросила Лера.

– Валера, ты можешь представить себе эту отвратительную картину? Этот длинноухий мерзавец подскочил так высоко, что выбил у меня из рук торт, – пожаловалась Татьяна. – А я, как нарочно, уже сняла крышку и хотела торжественно внести его в столовую. Ты даже не представляешь, какая это была красотища, я думала всех поразить, а он… Я его точно сейчас придушу, – раздувая ноздри, пригрозила она и протянула руку к щенку.

Катя моментально отреагировала и, схватив Графа на руки, прижала к себе. Она попыталась вытереть морду спаниеля тряпкой, но тот недовольно ворчал и пытался вырваться на волю.

– Нечего было торт раскрывать, тогда бы ничего не случилось, – проворчала девушка. – Он же еще щенок, мало что понимает. А раз прыгать начал, увидев тебя, значит, обрадовался.

– Мне от его радости один геморрой, – взвилась Татьяна. – То попадается под ноги, в результате чего я опрокидываю на себя аквариум, то испоганит мои туфли, которые потом приходится выбрасывать, а теперь еще и торт! Совсем от рук отбился, собачий сын.

– Не могу понять, как ему удалось выбраться из зимнего сада, я же его там закрыла, – растерянно проговорила Катя.

– Он еще и взломщик, мать твою! – всплеснула Таня руками. – Социально опасный тип, – подытожила она и покосилась на спаниеля, который продолжал облизываться и пытался вырваться из рук своей хозяйки.

Валерия хихикнула и прошла в спальню, чтобы сменить домашний халат на более подходящую одежду. Только она вошла в комнату, как зазвонил ее мобильный телефон. Она посмотрела на дисплей:

– О, Настя звонит. Привет, дорогая моя, – поприветствовала она свою лучшую подругу. – Я уже сама тебе собиралась звонить. Что-то на тебя не похоже, я приехала, а тебя до сих пор у меня нет.

– Здравствуй, Валера, – каким-то потухшим голосом ответила Настя. – Ты не можешь сама ко мне приехать?

– В чем дело, Настенька? Ты заболела? У тебя что-то случилось? – забеспокоилась Лера.

– Да, случилось, – всхлипнула девушка. – Игоря Дронова убили, и, похоже, виновата в этом я!

– Господи, как – убили? – ахнула Лера. – Когда?

– Сегодня утром, в его же квартире.

– А почему ты сказала, что виновата в этом? Или я что-то неправильно поняла? Почему ты молчишь? – встревоженно спросила Лера, когда пауза слишком затянулась.

– По телефону всего не расскажешь, – вздохнула Анастасия. – Я была на его машине, и те парни могли срисовать номер.

– Какие парни, ты о чем?

– Валерка, очень тебя прошу, ни о чем меня не спрашивай, лучше приезжай, я не знаю, что делать, – простонала Настя. – Мне очень страшно! Я сижу целый день у себя в квартире и боюсь даже к окну подойти. Про дверь я вообще молчу и телефон не трогаю, он уже раскалился от звонков. На мобильный три раза кто-то звонил без определения номера. Валера, я в ужасном состоянии, еще немного, и я сойду с ума, – зарыдала девушка. – Ты приедешь?

– Настя, не плачь, я сейчас же приеду, – Лера поторопилась успокоить подругу. – Только не знаю, как мне своим об этом сказать, у нас гости собираются в честь моего приезда. Может, ты сама приедешь к моим родителям? – предложила Лера.

– Нет, я без тебя никуда не поеду.

– Хорошо, жди меня, я за тобой приеду. Это займет не так много времени, никто и не заметит моего отсутствия, оденься и жди моего звонка. Как только я к твоему подъезду подъеду, сразу же тебе звякну, и ты спустишься. Договорились?

– Хорошо, Лера, я тебя жду, – ответила Настя. – Только ты сама ко мне поднимись. Я тебе только что сказала, что боюсь одна из квартиры выходить, – потухшим голосом ответила девушка.

– Ладно, поднимусь, – согласилась Лера. – Не волнуйся, я скоро, – и она отключилась.

Валерия со скоростью новобранца натянула джинсы и свитер, выскочила в прихожую, надела сапоги с курткой и, схватив ключи от машины, выбежала за дверь.

– Лера, ты куда? – удивленно спросила Катя, которая вышла в это время в прихожую с полным мусорным ведром и направлялась к мусоропроводу.

– Я скоро, у меня неотложное дело вылупилось. Только никому не говори, что я уехала. Будем надеяться, что никто не заметит моего отсутствия, я постараюсь как можно быстрее вернуться, – ответила Лера и понеслась вниз по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек сразу. Катя проводила ее удивленным взглядом и пожала плечами.

Глава 3

– Ой, Лерочка, беда-то какая! – открыв дверь и увидев подругу, вскрикнула Настя.

Кинувшись к Лере на грудь, девушка разрыдалась в голос.

– Это все из-за меня, это я во всем виновата, его убили из-за моего безрассудства! Господи, что же я натворила? – сквозь слезы лепетала она.

Валерия гладила ее по плечу и пыталась хоть что-то понять из ее беспорядочного бормотания.

– Лера, они и меня убьют, они меня найдут, ведь мы с Сережкой – самые близкие друзья Игоря, – возбужденно шептала Настя. Она резко вскинула голову и посмотрела на подругу широко распахнутыми испуганными глазами. – Ведь они кассету не нашли у Игоря, убили его, и теперь у меня ее искать будут! Ты понимаешь, что они меня убьют? Ой, мамочки-и-и, что делать? – завыла она. – Меня убьют! Ты понимаешь, Валерка?

– Настя, прекрати истерику, – встряхнула та подругу, взяв ее за плечи. – Пока что я ничего не понимаю. Но если ты успокоишься и все мне расскажешь, думаю, пойму. Только, ради бога, прекрати хлюпать носом, говори по порядку, ничего не скрывая и не упуская. Ты меня слышишь?

– Да.

– Успокойся, соберись с мыслями и расскажи мне обо всем, что произошло, – твердым голосом велела Валерия. – Где у тебя аптечка? Валерьянка есть?

– Угу, – кивнула Настя, утирая рукавом нос. – Аптечка в кухне, на полке стоит.

– Пошли в кухню, накапаю тебе, чтобы ты успокоилась, – распорядилась Валерия. – Пошли, пошли, нечего в прихожей стоять и рассказывать всем соседям, что кого-то убили, да еще из-за тебя.

Настя послушно пошла за подругой и уселась за стол. Лера накапала ей валерьянку. Настя выпила содержимое стакана и, откинув голову на спинку стула, прикрыла глаза. Валерия ее не торопила, благоразумно решив: пусть Настя сначала успокоится, и принялась варить себе кофе.

– Голова разболелась, сил нет. Нужно принять болеутоляющее, – сморщилась Лера и снова полезла в аптечку.

Голос ее подрагивал от волнения, когда она наливала кофе в чашку, заметила, что руки тоже дрожат.

– Черт возьми, как у алкоголика, – усмехнулась Лера. – Нервишки пошаливают, нужно к доктору сходить. Ты как? – повернув голову к Насте, спросила она.

– Ничего, мне уже лучше, – вздохнула та. – Как только ты приехала, мне сразу же спокойнее стало, честное слово. А истерика… истерика – это так, накопилось за целый день, не обращай внимания, – махнула она рукой. – Мне Наташка еще днем позвонила и про Игоря сообщила, а сейчас уже вечер. Веришь, меня словно обухом по голове огрели. Лера, может, поедем? Если честно, страшно мне здесь оставаться, – прижимая руки к груди, спросила Настя.

– Поехали, по дороге все расскажешь, – согласилась Лера и, не допив кофе, торопливо направилась к дверям.

Девушки сели в машину, и Настя вдруг попросила:

– Валера, отвези меня в свою квартиру, я не хочу ехать к твоим родителям.

– Почему?

– У вас сегодня праздник, мне не хочется его портить. Веселиться и делать вид, что все в порядке, у меня не получится, хоть убей, – откровенно призналась она. – Мне бы сейчас напиться и забыться, хоть на время. Никак не могу в себя прийти.

– Ты наконец расскажешь, что случилось? – напомнила Лера. – О том, что убили Игоря, я уже знаю. Но никак не могу понять, почему ты считаешь, что в его смерти виновата именно ты? Кого и чего ты так боишься? Почему думаешь, что и тебя захотят…

– Приедем, и я тебе все расскажу и даже покажу, – кивнула Анастасия на камеру у себя на коленях, перебив подругу.

– Что-то криминальное?

– Не знаю, ничего не знаю. Вроде бы ничего особенного, – Настя пожала плечами. – Сама посмотришь, я, если честно, плохо соображаю. Голова будто мякиной набита, никаких нормальных мыслей, только дикий страх.

– Погоди паниковать, ведь сама говоришь, что ничего не соображаешь, – проговорила Лера. – Прежде чем истерить, нужно во всем как следует разобраться. Да, убили Игоря Дронова, я, если честно, в шоке от этого известия, но… Но при чем здесь ты?

– Да что же здесь непонятного? – всплеснула девушка руками. – Вроде бы я тебе все уже сказала.

– Вот именно – вроде бы, – кивнула Валерия. – При чем же здесь ты?

– А я разве тебе не объяснила? – Настя вскинула глаза. – Я же на его машине была сегодня ночью, и меня заметили. Я их снимала на камеру.

– На чьей машине, и кого – их?

– На машине Игоря Дронова, а кого – их, я и сама не знаю. Да я и снимать-то никого не собиралась, просто на шубку песцовую захотелось поближе посмотреть. Черт меня дернул! Век бы эту шубу не видеть! Если бы не баба в мехах, я бы внимания на них не обратила. Еще и кофе обожглась, как нарочно, вскрикнула машинально, а они, видно, услышали, все одно к одному и сложилось. Они наверняка засекли номер машины, когда я удирала, и вот результат – Игоря больше нет, – она заплакала. – И в его смерти виновата я!

– Перестань реветь, слезами горю не поможешь, – резко сказала Валерия. – Почему ты решила, что его убили из-за тебя? Ты разве забыла, что он тоже журналист и вполне мог сунуть нос куда-нибудь… в общем, куда не положено.

– Да? Ты так думаешь? – шмыгнув носом, с надеждой спросила Настя. – А мне такой вариант даже в голову не пришел.

– Хорошая мысля приходит опосля, – отмахнулась Лера. – Во всем этом придется разобраться.

– А как?

– Об этом я пока не думала, потому что практически ничего не знаю, – пожала плечами Валерия. – То, что ты сейчас рассказала, пока ни о чем не говорит. Приедем, я посмотрю кассету – что ты там наснимала, каких песцов, тогда можно будет пораскинуть мозгами.

– Ты меня не бросишь, Лера? – дрожащим голосом спросила Настя.

– Если человек – идиот, это диагноз, – вздохнула Лера, посмотрела на подругу осуждающе и покрутила пальцем у виска. – Тебе не стыдно? Как ты можешь задавать мне подобные вопросы? Я тебя когда-нибудь бросала в беде? Или оставляла с твоими проблемами один на один?

– Прости, Валера, я сама не знаю, что говорю, – всхлипнула Анастасия. – До сих пор не могу поверить, что Игоря больше нет. Я даже не представляю, как Сергею об этом сообщить, ведь они были лучшими друзьями.

– Свиридова все равно в Москве пока нет, – заметила Лера. – Тяжело, конечно, ему будет узнать об этом, но он мужчина, думаю, выдержит. В данный момент лучше о себе позаботься.

– Если б еще знать как!

– Вместе разберемся – как. Кстати, нужно родителям позвонить, сказать, чтобы они меня не ждали и садились за стол, – вспомнила Лера и взяла свой мобильник. – Алло, мам, это я, – проговорила она в трубку. – Вы меня не ждите, я не скоро вернусь.

– Валерия, что случилось? – с негодованием поинтересовалась Ирина Михайловна. – Гости уже все собрались, а ты куда-то усвистела. Кто же так делает?

– Мам, очень тебя прошу, не нужно мне читать мораль о том, какая я плохая дочь, тем более по телефону. Я внимательно тебя выслушаю, только потом. У меня срочное дело, отложить и перенести его на другое время нет никакой возможности. Извинись за меня перед гостями и празднуйте мой приезд, ни в чем себе не отказывая. Я тебя люблю, всем привет, – торопливо закруглилась Лера и отключилась. – Черт, как неудобно получилось, – проворчала она. – Ну, ничего, там все свои, они меня простят.

– Все из-за меня, – Анастасия утерла слезы. – Отвези меня к себе, а сама поезжай к родителям. В самом деле, неудобно получается.

– Не учи меня жить, лучше помоги материально, – усмехнулась Валерия. – Неудобно на потолке спать, одеяло падает. Когда моя лучшая подруга в беде, мне тоже не до гулянок.

Зазвонил ее мобильный телефон. Лера, посмотрев на дисплей, хмыкнула:

– О, это Татьяна, будет орать как потерпевшая.

– Эй, подруга, ну, ты даешь! – услышала она крик Татьяны и, закатив глаза, повернувшись к Насте, прошептала:

– Ну, что я говорила? Вопит, словно ей задницу прищемили.

– Мы тебя не видели целый месяц, приехали, чтобы пообщаться, а ты смылась. Кто так делает? – надрывалась Таня. – Я, между прочим, после операции, но, несмотря на это, приехала, чтобы тебя увидеть!

– Тань, может, ты сначала меня послушаешь, а потом будешь ругаться? – перебила подругу Лера. – Я еду к себе, везу туда Настю, у нее неприятности.

– Что случилось? – с беспокойством спросила Таня. – Моя помощь нужна? Я немедленно выезжаю!

– Я пока сама толком ничего не знаю, – ответила Лера. – Но, если хочешь, приезжай.

– Ага, только Андрею скажу, и мы пулей летим к тебе, ждите, – протараторила Таня и отключилась.

* * *

Как только девушки оказались в квартире Валерии, Настя прошла в кухню и устало плюхнулась на стул возле стола.

– У тебя ничего выпить нет? – спросила она.

– Есть, наверное, сейчас посмотрю, – пожала Лера плечами, с тревогой поглядывая на подругу. – Вроде бы после дня рождения оставалось, в баре должно стоять.

– Неси сюда все, что есть.

– Настя, ты в порядке? – осторожно спросила Лера.

– Со мной все в порядке, не переживай, – ответила та. – А вот Игорь… Можно, я закурю?

– Да, конечно, кури.

Настя посмотрела на нее и горько усмехнулась. Ее подруга никогда и никому не разрешала курить в ее квартире после того, как бросила сама. Выгоняла всех курильщиков на лестничную площадку, а летом на балкон. Но, видно, Лера поняла, насколько это выглядело бы нелепо, если на Настин вопрос она бы ответила: «Кури на здоровье, только за дверью».

Валерия нашла в баре «Токайское», Настя очень любила этот десертный напиток. Но, повертев бутылку в руках, Лера отставила вино в сторону.

– Сейчас ей нужно что-нибудь покрепче, – решила девушка и, взяв бутылку армянского коньяка, прошла с ней в столовую.

Настя сидела за столом и отрешенно курила. Со стороны она казалась совершенно спокойной, но Лера знала, что это только видимость. Она посмотрела на Настину ногу: нога мелко тряслась, словно отбивая чечетку. Это было первым признаком крайнего беспокойства и нервозности у ее подруги. Лера достала из серванта две рюмки, в холодильнике нашелся лимон, каким-то чудом сохранивший свою свежесть, и кусочек сыра, завернутый в фольгу и тоже годный к употреблению. В шкафу обнаружилась коробка конфет. Валерия нарезала лимон и сыр, открыла конфеты и поставила все это на стол.

– Извини, но у меня больше ничего нет. Закусывай, чем нравится, лично я все закусываю конфетами, – произнесла она и снова бросила на подругу тревожный взгляд.

Девушки молча выпили. Настя, опрокинув свою рюмку, попросила Леру налить ей еще. Лицо девушки было каменным и каким-то решительным. Выпив вторую рюмку, она без всяких предисловий заговорила:

– Это началось неделю тому назад. Наш главный редактор поручил мне взять эксклюзивное интервью у одного высокопоставленного лица и сделать свой собственный репортаж. Но этот тип ни в какую не подпускал меня к себе и всячески игнорировал мои попытки поговорить с ним. А один раз я услышала, как он своему охраннику заявил: «Гоните взашей эту рыжую дуру, она мне порядком надоела».

Такая наглость возмутила меня до глубины души, и я решила взять его за разжиревшую задницу с другой стороны. Я намеревалась выследить его в моменты досуга, так сказать, в свободное от работы время, и заснять на камеру в каком-нибудь неприглядном виде. Для этого мне пришлось немало потрудиться, чтобы разузнать и составить его график. Мне ужасно повезло, я узнала, где расположена его загородная фазенда. Я уже потирала ручки, думая: «Ну, теперь держись, дорогой! Посмотрим, как ты проводишь свое свободное время в этом гнездышке, и тогда неизвестно, кто из нас окажется в дураках».

Правду говорят: «Не говори гоп, пока не перепрыгнешь», – вздохнула девушка. – Ну, почему в тот момент меня никто не остановил? Почему господь допустил такую несправедливость и погиб совсем еще молодой парень? А, Лера, почему? – спросила Настя, глядя на подругу глазами, полными слез.

– Я не знаю, Настенька, – пожала та плечами. – Видно, судьбе было угодно так распорядиться.

– Несправедливо она распорядилась, – резко отозвалась Настя. – Ладно, что случилось, то случилось, теперь нужно… в общем, слушай дальше. Там, рядом с забором, за которым стоит дом этого магната-кандидата, чтоб ему пусто было, растет огромная голубая ель. Увидев ее, я решила, что она очень хорошо меня будет маскировать. Сегодня ночью я взяла машину Игоря и поехала туда. Взобралась на ель, удобно пристроилась и приготовилась ждать. Через некоторое время я начала замерзать и решила попить горячего кофе, я с собой термос взяла. Рядом с домом моего «объекта» располагается еще один, но кому он принадлежит, я не знаю. Да, признаться, меня это не очень интересовало. Решила я кофейку горячего тяпнуть и совершенно случайно заметила в окне второго этажа курящего человека. Ну, стоит человек и стоит, мне-то какое до этого дело? Опускаю глаза – и вижу во дворе две машины импортного разлива, крутые такие тачки. Смотрю: рядом стоит мадам, расфуфыренная до невозможности, шубка на ней – караул, мама дорогая! Меня разобрало любопытство: а вдруг это какая-нибудь знаменитость, да и на шубку захотелось поближе посмотреть. Я направила объектив своей кинокамеры на эту барышню, а тут мой термос возьми и опрокинься, да прямо мне на ногу. Естественно, я от неожиданности заорала, а те, во дворе, видно, услышали. Я увидела, что охранник к воротам побежал, и сама – ноги в руки, и бежать. Еле свою задницу унесла, никогда в жизни так быстро не бегала! Правду говорят, что у страха глаза велики, а ноги, как у страуса. Убежать мне удалось, но как я в машину садилась и что в руках у меня камера была, охранники наверняка видели, и номер машины тоже как на ладони был, я сдуру габариты включила. Погнала я оттуда на предельной скорости к дому Игоря. Он мне велел к утру машину пригнать и во дворе его дома поставить, что я и сделала – только ночью. Потом поймала частника и поехала домой, а утром…

Настя закусила подрагивающую губу, налила себе еще одну рюмку коньяка и, резко выдохнув, опрокинула ее себе в рот.

– И какой черт меня дернул ехать туда именно этой ночью? И почему Игорь оказался крайним из-за моей дурости? – всхлипнула она. – Думаю – как не воспользоваться благоприятной ситуацией? Свиридов в командировке, машину у Дронова возьму, времени до утра достаточно. Я заранее узнала, что объект моего внимания сидит в своем особнячке. Недолго думая, я заскочила по дороге домой, взяла камеру и рванула в том направлении, чтоб мне пусто было! Никогда себе этого не прощу!

– Что сделано, то сделано, Настенька, назад не воротишь, – хмуро проговорила Валерия. – Рассказывай дальше.

– А больше и рассказывать нечего, – пожала та плечами. – Видно, я так резво дала стрекача, что они даже опомниться не успели, чтобы что-то сообразить и погнаться за мной на такси. Во дворе две машины стояли, сядь они на любую из них, догнали бы эти раздолбанные «Жигули» в одну секунду. Даже страшно представить, что бы они со мной сделали, если бы поймали! – Настя нервно вздрогнула. – До своего дома добралась и сразу же плюхнулась в кровать. То ли от усталости, то ли от пережитого волнения, только я мгновенно уснула, словно в пропасть провалилась. Проспала аж до двенадцати, пока меня телефонный звонок не разбудил, Наташка из редакции позвонила. У Игоря была назначена встреча на десять утра, но он почему-то не явился. Виктор Трушкин, наш оператор, с которым они вместе должны были ехать на съемку конференции, долго его ждал. Нервничал, звонил Игорю и домой, и на мобильный, но телефоны не отвечали. Тогда Витя поехал к нему и очень удивился, увидев, что машина Игоря стоит во дворе. Поднявшись в квартиру, Витя увидел, что дверь не заперта. Войдя, он застал там страшную картину. В комнатах все было перевернуто вверх дном, а Игорь лежал на полу в гостиной с тремя пулями в голове. Кстати, Виктор говорит, что он был одет в дубленку. Это значит, что Игорь либо собирался уходить, либо только что откуда-то пришел. Я думаю, что он Марину домой отвозил, а потом вернулся.

– Погоди, – остановила подругу Валерия. – Ты упомянула какую-то Марину. Кто это?

– Марина – любовница Игоря, она тоже у нас в редакции работает, литературным корректором. Она замужем, и встречаются они, естественно, тайно, чтобы никто не знал. Только мы с Сережкой в курсе, – пояснила Настя. – Вот эту самую Марину Дронов и собирался в восемь утра домой отвезти.

– Так, может, эта Марина…

– Нет-нет, я тоже об этом подумала, только Марина, похоже, ничего об убийстве не знала, – Настя перебила Леру, догадавшись, что она имела в виду. – Я специально спросила, на работе ли Маринка, и Наташа мне ответила, да, на работе, приехала, как всегда, к десяти утра. Говорю же, мне Игорь сам вчера сказал, что должен будет отвезти ее домой к восьми утра. Видно, поэтому он и был одет. Может, забыл что-нибудь взять или еще по какой-то причине? Теперь уж этого нам не узнать, – тяжело вздохнула Настя. – Трушкин, застав такую страшную картину в квартире у Дронова, конечно, сразу же милицию вызвал и «Скорую помощь». Правда, «Скорая» была уже бесполезна, – болезненно сморщилась Настя. – Лера, я почему-то уверена, что Игоря убили из-за кассеты, которая находится у меня, – обреченно произнесла она и посмотрела на подругу глазами побитой собаки. – И теперь меня обязательно убьют, как Игоря.

– Ничего не понимаю, – нахмурилась Валерия. – Если они действительно и засекли, как ты что-то там снимала, то Игорь здесь при чем? Почему его-то убили? Ведь тогда охотиться должны были за тобой, а не за ним. Или ты мне что-то не договорила?

– Лера, это как дважды два, ты же детектив, сразу въезжать должна, – раздраженно ответила Настя. – Неужели непонятно? Тем более, я тебе уже об этом говорила. Я же на машине Игоря была! Номер срисовали и в две секунды определили, чья машина. А когда узнали, что он журналист, решили, что он их снимал. Вот и все загадки. Ты же знаешь, сейчас любую информацию получить – не проблема. Я имею в виду, по номеру машины узнать имя и адрес человека в две секунды можно.

– Ну не убивать же парня из-за какой-то бабы в песцовой шубе? Может, Игорь в чем-то сам был замешан, а ты просто не в курсе? Почему ты считаешь, что его убили именно из-за этой кассеты?

– Господи, Лерка, да откуда же я знаю? – выкрикнула Настя. – Уверена лишь в одном: они ни за что не успокоятся и будут теперь искать меня. Вычислить, что у Дронова есть два очень близких друга, причем коллеги, проще простого. Если Свиридов в командировке, остаюсь только я, вот тебе и все решение. О, боже, моя голова скоро разлетится на тысячу маленьких осколков, – простонала она, схватившись за лоб. – В жизни так сильно не болела! Мне бы прилечь, Лера. Да, чуть не забыла: кассета у меня в сумке лежит, посмотри ее обязательно.

– Не волнуйся. Отдыхай, я ее посмотрю, тогда и решим, что с этим делать и как вообще из этой ситуации выбираться, – проговорила Валерия и повела подругу в комнату. Уложила ее на постель и, поцеловав в щеку, на цыпочках вышла. – Здравствуй, Россия-матушка, здравствуй, дом родной, – прошептала она. – Не успела приехать, и вот тебе, пожалуйста, такая белиберда приключилась, да еще с лучшей подругой! Ох уж эта Настька, вечно она сует нос куда не следует. Нужно посмотреть, что такое страшное она наснимала. Может, она зря паникует?

Валерия прошла в гостиную и достала из сумки подруги кассету. Взяла видеокамеру и подключила к DVD c телевизором. Только она собралась удобно устроиться в кресле для просмотра, как раздался звонок в дверь.

– Господи, кого это могло принести? – испуганно прошептала она и пошла к двери, стараясь не шуметь. Приподнявшись на цыпочки, она заглянула в глазок и облегченно вздохнула: – Фу, совсем забыла, что Татьяна должна приехать. Господи, Таня, как же ты меня напугала, – проговорила Лера, открыв дверь. – У меня напрочь вылетело из головы, что ты едешь ко мне. А где Андрей? – запоздало поинтересовалась она.

– Довез меня и понесся к матери, она ему позвонила, сказала, что у нее снова давление, а лекарство закончилось. Уверена, что никакого давления там и в помине нет. Это у нее метод такой – сына домой заманивать, якобы смертельными приступами, – ответила Татьяна. – Он же теперь практически все время у меня, а она с ума сходит, ревнует его до умопомрачения. Была б ее воля, она бы собственными руками передушила баб, приближающихся к ее сыночку ближе, чем на сто километров. Что у вас произошло?

– Не спрашивай, – тяжело вздохнула Валерия. – Похоже, что мой Новый год накрылся медным тазом, Настена постаралась, работенку подкинула. А я так мечтала еще пару недель отдохнуть. Этот отпуск у меня всего второй за четыре года, можешь себе представить, и такой облом.

– А что случилось? Отложить эту работенку никак нельзя?

– Похоже, нельзя, это касается лично Насти, – Лера покачала головой. – Правда, я еще не совсем въехала в тему, если честно, нужно еще кассету посмотреть.

– Ты мне в двух словах можешь рассказать, что к чему? – попросила Татьяна. – А то я ни черта не понимаю.

– Да, ты же не в курсе, – согласилась Лера. – Пошли в кухню, все расскажу, а потом мы с тобой вместе поглядим, что на этой злосчастной кассете заснято.

Глава 4

– Ты зачем встала? Я же тебе велела отдыхать, – строго спросила Валерия, увидев в дверях Настю. – Посмотри на себя в зеркало, краше в гроб кладут.

– Скоро уложат, вот я заранее и готовлюсь, – невесело усмехнулась та. – Привет, Таня, – поприветствовала она девушку.

– Привет, коль не шутишь, папарацци ты наш новоявленный, – с иронией ответила Татьяна. – Если человек идиот, это диагноз, – сердито проговорила она. – Это я относительно гроба, в который ты намылилась лечь.

– Не дави мне на психику, – отмахнулась Настя. – Что хочу, то и говорю. Тебе Валерка уже все рассказала?

– А как же? Конечно, осталось кассету посмотреть, – ответила Татьяна. – И мне, кстати, тоже кажется, что паникуешь ты не по делу.

– Чужую беду руками разведу? – прищурилась Настя. – Я бы посмотрела на тебя, окажись ты на моем месте. Ты бы не запаниковала, а сто пятнадцать раз обделалась.

– Ты так считаешь? – с сарказмом поинтересовалась Татьяна. – Нет, моя дорогая, я как раз к разряду паникерш не отношусь. Я, видишь ли, человек здравомыслящий и, прежде чем делать какие-либо выводы, включаю мозги на полную мощность. Не то что некоторые.

– Да неужели? – Настя всплеснула руками. – Со стороны любой дурак… извини, я ошиблась, любая дура…

– Прекратите спорить, девочки. Не хватало еще нам поссориться, – перебила подруг Валерия, увидев, что действительно назревает ссора. – Таня, тебе не стыдно на человека нападать, когда она и так в таком нервозном состоянии?

– Ничего с ней не случится, – отмахнулась та. – Злость очень быстро приводит человека в адекватное состояние, проверенный факт.

– Настя, иди отдыхай, в самом деле, выглядишь – не фонтан, – обратилась Лера к подруге, не обратив внимания на слова Татьяны.

– Не могу я отдыхать, Лера, сердце так болит, что волком завыть хочется. А когда в гроб меня будешь укладывать, подрумянишь, – пробормотала Настя.

– Ты что болтаешь? Ну что ты такое говоришь, соображаешь? – прикрикнула на подругу Лера, не выдержав ее ослиного упрямства. – Иди ложись и попробуй заснуть, – строго велела она. – Сон от всех болезней помогает, в том числе и от стрессов.

– Не хочу я спать, лучше вместе с вами кассету еще раз посмотрю, – отказалась Настя. – Может, вам пояснения какие-то понадобятся.

– Ладно, садись в кресло и молчи, пока мы смотреть будем, – недовольно проворчала Валерия, но отговаривать подругу не стала.

Когда девушки просмотрели пленку от начала до конца, что длилось всего минут шесть-семь, Лера лишь пожала плечами.

– Ну, и что такое особенное ты наснимала? Стоит мужик, курит у окна, девка топлес шторки закрыла, чтобы не подглядывали некоторые, – бросила она на Настю насмешливый взгляд. – Дальше вообще все обыкновенно. Во дворе машины стоят, в одну из них люди садятся: мужик в костюме тысячи за три баксов и баба в мехах ножками перебирает. И что в этом криминального? Из-за чего здесь кого-то убивать, Настя?

– Я и сама вижу, что ничего такого, только Игоря все равно убили, – упрямо ответила та.

– Лера, прокрути-ка еще раз тот момент, где девица с силиконовым бюстом окно зашторивает, – попросила Татьяна. – И, если можно, лицо ее приблизь.

– Зачем? – не поняла та.

– Мне показалось, что я ее знаю.

Валерия снова включила кассету и остановила ее в нужный момент.

– Ну, точно! – Таня хлопнула себя ладонями по коленям. – Это же Ритка, соседка моя!

– Ты знаешь эту девушку? – обрадовалась Лера.

– Вот с таких лет, – Таня отмерила рукой полметра от пола. – Ей сейчас лет девятнадцать, от силы двадцать, и мне кажется, она путанит. Девочка молодая, а уже на иномарке нарезает, шмотки только фирменные, и вообще…

– Может, ее родители обеспечивают, почему сразу путанит? – пожала Лера плечами.

– Какие родители? Я тебя умоляю, – возразила Татьяна. – Мать ее одна воспитывала, отца никто никогда и не видел, даже наши бабки не знают, кто такой. А наши бабки, я тебе скажу! ЦРУ отдыхает: они все и про всех знают, можешь мне поверить.

– Я не спорю, в нашем доме такие же живут, – засмеялась Валерия. – С одной стороны, напрягает, а с другой – бесценные кадры. У них все можно узнать, начиная от прогноза погоды на завтра и кончая расписанием рейсов на Кити-Каку.

– А это что же такое – Кити-Кака? – захохотала Таня.

– Понятия не имею, – хмыкнула Лера. – Говорят, страна такая есть, кажется, где-то в Африке… или остров.

– Ну, надо же, впервые слышу, – удивилась Таня. – Кити-Кака, придумают же название!

– Смеяться будем потом, а сейчас вернемся к нашим помидорам, – перебила подругу Валерия. – Ты не ошиблась, Таня? Это точно твоя соседка?

– Стопудово, – уверила та. – Говорю же, я ее с яслей знаю, и с матерью ее тоже очень хорошо знакома.

– А ты не можешь к ней как-нибудь по-хитрому подъехать и расспросить об этом доме? Ну, кто там живет, что за люди, и все такое прочее.

– Даже не знаю, как это можно сделать по-хитрому, – пожала Татьяна плечами. – С какого, интересно, бодуна я ее начну про этот дом расспрашивать? Она же наверняка поинтересуется, откуда я вообще о нем знаю. Нет, здесь нужно что-то такое придумать, чтобы подозрения не вызвать, – задумчиво проговорила она, постукивая себя пальцем по кончику носа. – Вдруг там и правда какой-нибудь криминал, и она в этом замешана? Спугнем раньше времени, назад не воротишь.

– Да, ты права, – нехотя согласилась Валерия. – И что же нам делать?

– Настя, а почему ты решила, что Дронова именно из-за этого убили? – спросила Татьяна, кивнув на экран телевизора. – У него вполне могли быть и свои дела. Если мне не изменяет память, он тоже журналист? У любого журналиста врагов предостаточно.

– И ты туда же? – вздохнула Настя. – Я уже Валерке все объяснила: они видели номера машины, а она принадлежит Игорю, вернее, теперь уже принадлежала. В квартире у него все перевернуто, значит, что-то искали, и я уверена, что именно эту кассету.

– Что теперь гадать? Теперь нужно думать, как из этой заварухи выбраться, – заметила Лера. – И будем надеяться, что все-таки не из-за этой кассеты Игоря убили, – с надеждой предположила она. – Таня права, ведь у любого журналиста столько врагов, что – мама, не балуйся.

– Нет, Лера, я специально старалась вспомнить все, чем занимался в последнее время Игорь. Обо всех его делах я знаю, ведь они с Сергеем друзья. Никакого криминала, вот уже месяца четыре, это точно.

– А может, это какая-нибудь старая песня, а разборка с ним произошла только что? – не хотела сдаваться Лера.

– Еще раз повторяю, для таких бестолковых, как ты. Я в курсе всех его дел, ни одно из них никак не тянет на убийство. И потом, в его квартире все вверх дном, искали что-то. А кроме кассеты, что еще могли искать? – упрямо повторила Настя. – Так что все сходится, Игоря убили из-за меня, вернее вместо меня, и что теперь с этим делать, я не знаю.

– Думаю, нужно позвонить дяде Ване и ненавязчиво разузнать, что там к чему. Ведь Дронов как раз на его участке жил, так что он уже в курсе. Как ты считаешь, я права? – и Валерия вопросительно посмотрела на Анастасию.

– Как же, так он тебе и выложил все, держи карман шире, – отмахнулась та. – Легче Трофимова Володьку расколоть, он, как-никак, друг твой, да еще и влюблен в тебя сколько лет.

– Володька тоже крепкий орешек, его на мякине не проведешь, – возразила Лера. – Сначала попробую Шарова разговорить, а если ничего не получится, тогда можно будет и к Трофимову обратиться.

Иван Петрович Шаров, полковник милиции, служил в главном управлении МВД начальником убойного отдела. Он был давним другом семьи и Лериным крестным отцом, она знала его столько лет, сколько помнила себя. Насте он почти родственник: она сосватала его со своей родной теткой, и, по ее словам, все сладилось, намечалась свадьба. Полковник – вдовец, шесть лет назад умерла от рака его жена. Дети его были уже взрослыми, и поэтому вполне еще молодой мужчина пятидесяти четырех лет от роду нуждался в женском внимании. Он был полноват и всегда шутил по этому поводу над самим собой:

– Я оправдываю свою фамилию – Шаров, поэтому худеть не имею морального права.

Сотрудники его убойного отдела – молодые ребята, самому старшему было тридцать два года, и между собой они называли полковника Дедом. Он прекрасно об этом знал, но делал вид, что пребывает в совершенном неведении. Иван Петрович был очень добродушным человеком, но только до тех пор, пока находился дома. Как только он переступал порог своего кабинета, то сразу же превращался в грозного полковника Шарова, которому под горячую руку лучше было не попадаться. Но для Валерии он был просто крестным, которого она очень уважала, любила и полностью ему доверяла буквально во всем.

– Ты думаешь, стоит ему звонить? – неуверенно спросила Настя. – Как бы он чего не заподозрил и не посадил нас под домашний арест, как в прошлый раз. Помнишь, когда мы с тобой влезли в дело со страховкой?[1] Ой, как вспомню, так вздрогну, – передернулась она. – Трупы так и сыпались один за другим, думала, с ума сойду.

– Постараюсь спрашивать так, чтобы он ничего не заподозрил, – ответила Лера. – В конце концов, Игорь Дронов – твой друг, а ты – моя подруга, поэтому вполне естественно, что я интересуюсь, в чем дело. И вообще, признаюсь тебе честно, девочка моя: мне кажется, что твои предположения – плод разгулявшейся фантазии.

– Давай, давай, еще и ненормальной меня назови, – проворчала Настя. – Что у меня крышу снесло, а у страха глаза велики, и мне все вообще привиделось.

– Ну, пошла-поехала, – вздохнула Лера. – Никто тебя ненормальной не называет. Просто я предлагаю: прежде чем предпринимать какие-то меры самостоятельно, все же попытаться что-то узнать в милиции. Вдруг им уже известно, из-за чего Игоря убили?

– Ага, как же, известно им, – парировала Настя. – А вот мне – известно! Я уверена, что его убили из-за меня, хоть расстреляйте. Давай звони, а я посмотрю, что из этого получится.

– Таня, когда ты уезжала, дядя Ваня уже приехал к моим родителям? – спросила Лера.

– Нет, и вряд ли приедет, – ответила Татьяна. – Ирина Михайловна сказала, что он звонил и дико извинялся за то, что приехать не сможет.

– Точно, дело Дронова в его производстве, я же говорила, – кивнула Лера головой. – А может, поступить проще? Настя, ты не хочешь все Шарову рассказать?

– Ивану Петровичу? – вытаращилась та. – Нет, не хочу.

– Почему?

– Потому что тогда он меня посадит в тюрьму!

– За что? – округлила глаза Валерия.

– За то, – буркнула Настя. – За то, что по моей вине убили человека.

– Не говори глупости, ты же не специально это сделала.

– Я не собираюсь никому доказывать, что не верблюд, и прекратим этот разговор раз и навсегда, – раздраженно огрызнулась Настя. – Ни в какую милицию я не пойду, хоть убей! И потом, пока они свое следствие будут вести, меня грохнут десять раз. Они что, будут меня охранять? Молчишь? Вот и молчи, тема закрыта, а ключик потерян.

– А я, значит, смогу тебя охранять? – усмехнулась сыщица. – По-моему, ты переоцениваешь мои возможности.

– Тебя я прекрасно знаю: ты не будешь тянуть кота за хвост и быстро расследуешь это дело. И потом, если ты этим занимаешься, никто об этом не узнает, я имею в виду – преступники. А если я пойду в милицию и они об этом пронюхают – а они пронюхают, я точно знаю, – тогда моя жизнь не будет стоить и ломаного гроша.

– Ну, нагородила! – всплеснула Валерия руками. – Не нужно бежать впереди паровоза. Все она уже решила, все определила и расставила по местам. А ты меня спросила, согласна ли я браться за это дело?

– А что, разве ты не согласна? – Настя вскинула брови.

– Я еще ничего не решила, – ворчливо ответила Лера. – И не нужно на меня так смотреть, а то я сейчас рухну от артобстрела твоих сердитых очей. Это тебе не игрушки, а убийство.

– Но ведь ты же детектив.

– Настя! – простонала Валерия. – Это – убийство! У меня нет полномочий отдавать людей под суд. Так или иначе, мне все равно приходится передавать дело в милицию, если выясняется, что это – криминал, и тебе прекрасно об этом известно. Судя по местоположению тех особняков, там не простые работяги живут, а о-го-го какой контингент. Связываться с сильными мира сего мне не очень-то хочется.

– Значит, ты меня бросаешь? – прищурилась Настя. – Вот так, запросто, лучшую подругу – и на произвол судьбы? А я, между прочим, тебя ни разу в беде не оставила, я за тобой и в огонь, и в воду, а ты… Какая ты подруга после этого?

– Успокойся, ради бога, – прикрикнула на нее Лера. – Дай подумать, в конце концов!

– Думай, кто тебе мешает? Только не очень долго, чтобы не опоздать.

– Куда не опоздать? – не поняла сыщица.

– В очередь за пулей, которых в Игоре было целых три, – раздраженно ответила Настя. – Лера, если мы будем долго раскачиваться и не примем никаких мер, то преступники и меня грохнут, как Дронова.

– Ты опять за свое? – возмутилась Лера.

– Не опять, а снова, – огрызнулась Настя. – Я боюсь!

– Хорошо, давайте немного поразмышляем, – нехотя согласилась Валерия. – Как мы уже знаем, на кассете нет ничего такого, чего можно было бы опасаться. Но, если Настя права… О чем это говорит?

– О чем же? – с интересом спросила Татьяна.

– О том, что им все же есть чего бояться. Получается, что до того момента, как Настя случайно сняла тех людей, в доме происходило нечто такое, чего никто не должен был видеть. Они же не знают, сколько времени она их снимала? Не знают, что на ее пленке, но если пошли на убийство из-за этого, значит…

– Значит… – повторила Настя, напряженно глядя на Валерию.

– Значит, мы должны узнать, чего же они так боятся, – закончила Лера свою мысль.

– И как мы будем это делать?

– Для этого нужно совсем немного: попасть в тот дом, – как о чем-то само собой разумеющемся, ответила сыщица. – И, желательно, побыстрее. Через пять дней – Новый год, и мне не хотелось бы в него вступать со старыми проблемами.

– Всего и делов-то? – с сарказмом всплеснула руками Татьяна. – Быстренько наведаться в особняк, проверить, чем там занимаются хозяева, и проблема решена. Настя, ты слыхала, как все просто?

– Хорош юродствовать! – прикрикнула на нее Валерия. – Я и без тебя прекрасно знаю, что это совсем не просто, но более безопасного пути пока не вижу. На данный момент это самый оптимальный вариант быстрого расследования.

– И как ты собираешься это сделать? – поинтересовалась Таня.

– А вот в этом мне должна помочь ты, – спокойно ответила Лера.

– Я? Но как? – Таня вытаращила глаза. – Шапку-невидимку подарить? Так у меня ее нет.

– Делай что хочешь, но любыми правдами и неправдами разговори свою соседку. Ты сказала – Лиза, кажется?

– Рита, – поправила ее Таня. – Но как я ее разговорю?

– Это твои проблемы, придумай что-нибудь.

– Что здесь придумаешь? – нахмурилась Таня. – Не на чай же ее приглашать, когда мы столько лет практически не общались? Здрасьте, до свидания, как дела – вот и все разговоры.

– Ты же творческая личность, Танечка, – улыбнулась Валерия. – Приди к ней в квартиру, скажи, что у тебя что-то с телефоном, попроси разрешения позвонить… Господи, мне ли тебя учить, девочка моя, у тебя же в голове – кладезь всяческих фантазий.

– Все мои фантазии ограничиваются проектами новых ландшафтных дизайнов, – буркнула Таня. – Я же не автор детективов, который сам преступления придумывает и сам же их расследует. И потом, как это будет выглядеть, интересно? У меня телефон сломался, и я поперлась с восьмого этажа на третий, чтобы попроситься позвонить? Тебе самой-то не смешно? И не вздумай сказать, что на пяти этажах не нашлось ни одной квартиры, в которой кто-то был дома, – опередила она Валерию. – Это будет похоже на полный бред.

– Тогда скажи, что пропал твой кот и ты ходишь по всем квартирам, разыскивая его, – подкинула Лера новую идею.

– Мой Каштан пропал? Типун тебе на язык! – взвилась Таня. – Я с ума сойду, если с ним что-нибудь случится.

– Господи, Таня! – воскликнула Лера. – Я же не говорю, что это случится на самом деле, я сказала… черт, надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду? Совсем меня запутала. В общем, так: придумывай что угодно – что за тобой гонятся инопланетяне, но с этой твоей соседкой ты должна срочно поговорить и узнать у нее все об обитателях того дома. Тебе понятно? – строго спросила она.

– Понятно, – проворчала Таня. – Я, между прочим, не у тебя на службе, и нечего мне приказывать.

– Тогда можешь спокойно забыть обо всем, что ты здесь слышала, и отправляться восвояси, – раздраженно заявила Валерия. – Заставлять тебя делать что-либо насильно я не собираюсь. Мы уж как-нибудь без тебя справимся.

– Счас, разбежалась, – подбоченилась Таня. – Никуда я не уйду, и нечего на меня бочку катить.

– В таком случае заткнись и не спорь со мной.

– Я и не спорю, – пожала Татьяна плечами. – Уж и сказать ничего нельзя?

– Так ты попробуешь поговорить с этой твоей Лизой?

– С Ритой, – уточнила Татьяна. – Придется что-нибудь придумать, – нехотя согласилась она. – Только в данный момент мне ничего в голову не приходит.

– Действуй по обстоятельствам, это самый надежный способ, – посоветовала Лера. – Когда много о чем-то думаешь, на поверку все получается не так, как нужно. Я все же попытаюсь позвонить Шарову, спросить, что к чему. Настя, может, стоит все же рассказать дяде Ване об этом? – неуверенно спросила она. – А ты на время где-нибудь спрячешься, пока полковник не возьмет преступников за задницу.

– Как же, так они свои задницы ему и подставили, держи карман шире, – криво усмехнулась Анастасия. – Не думаю, что в том домике дебилы живут.

– Но ведь адрес тебе известен, – возразила Лера. – Пусть поедут с обыском, и все дела.

– Я удивляюсь, как ты в своей детективной конторе сыщиками руководишь, – изумилась Настя. – Еще и сама детективом-профи считаешься! Ты поняла, что сказала? На каком основании милиция обыск будет там делать? Да если бы даже и нашлась причина, а у ментов всегда причина найдется, чтобы придраться. А толку-то? Ты думаешь, что преступники до сих пор преспокойненько там сидят и ждут твою милицию с хлебом-солью? Охренеть от тебя можно! Где твоя логика, детектив? – язвительно поинтересовалась она.

– Да, ты абсолютно права, – согласилась Валерия. – Я как-то не подумала об этом. И, если им действительно есть чего бояться, сейчас там наверняка уже монашеская келья.

– Вот и я о том же, – подтвердила Настя. – Поэтому думаю, что не стоит пока ничего говорить Шарову, милиция только спугнет преступников и заставит их затаиться. Тогда их уж точно никогда не удастся поймать. А вот меня они сразу же достанут и грохнут. Кассета – единственное доказательство того, что все произошло на самом деле… я имею в виду, они так думают. Я даже представления не имею, что там могло происходить, за что людей теперь убивают. Для них кассета – улика, за которой они будут гоняться до тех пор, пока не найдут ее.

– Да, видно, никак мне этого дела не избежать, – вздохнула Лера.

– Естественно, – фыркнула Настя. – Кто еще сможет это сделать, если не ты?

– Можно подумать, что на мне белый свет клином сошелся, – проворчала сыщица.

– А на ком же еще? Можно подумать, что у меня все друзья – сплошные детективы, – парировала Анастасия.

– Ладно, нечего переливать из пустого в порожнее, нужно Шарову звонить, – проговорила Лера, взяла телефон и набрала номер управления. Там ответили, что полковника в данный момент на месте нет, и посоветовали позвонить завтра. Тогда, набравшись наглости, Лера позвонила на мобильный Шарова и вскоре услышала его раскатистый басок.

– Лерочка, душа моя, здравствуй, милая. Как долетела? Небось, новостей привезла целый чемодан?

– Здравствуй, дядя Ваня, долетела нормально, все хорошо, но об этом потом, – перебила его Валерия. – Я тебе по делу звоню.

– Что случилось, душа моя?

– Только вот этого не надо, а? Не нужно делать вид, что ты ничего не понимаешь.

– Но я действительно не понимаю, – по возможности веселым тоном ответил полковник. – Так что же у тебя случилось?

– У меня, слава богу, ничего, – ответила сыщица. – А вот… Ты мне ничего не хочешь рассказать?

– Нет, – коротко бросил Шаров. – Говори, пожалуйста, у меня нет времени на праздные разговоры, Валерия, – строго проговорил он. – Что случилось?

– Дядя Ваня, ты прекрасно знаешь, что случилось, а делаешь вид, что не понимаешь. Мало того, я думаю, ты занимаешься именно этим случаем. Игорь Дронов, друг Сергея Свиридова, а Сергей, ты сам знаешь, будущий муж Анастасии. Нам бы хотелось узнать, в чем дело, почему убили парня, – откровенно высказалась девушка.

– Много будешь знать, скоро состаришься, – отбрил ее Шаров.

– Дядя Ваня…

– Я уже пятьдесят четыре года дядя Ваня, – резко перебил Валерию полковник. – Знаю я тебя и понимаю, для чего звонишь. Если узнаю, что ты суешь нос в это дело, пеняй на себя.

– Да я только узнать хотела, за что Игоря убили, нам же не безразлично, кто и за что наших друзей убивает! – воскликнула Лера. – И никуда я соваться не собираюсь, у меня отпуск, Новый год на этом самом носу, мне не до того.

– Складно поешь, птаха, – усмехнулся Шаров. – Мне некогда, кстати, извини, что не смог сегодня приехать. Может, на недельке заскочу к твоим. Позвоню заранее, чтобы ты приехала, вот и увидимся.

– Дядя Ваня…

– Отбой, я сказал, – рявкнул Шаров и отключился.

Лера с негодованием посмотрела на пикающую трубку:

– Ну и ладно, без тебя обойдемся, господин полковник. Еще посмотрим, кто кого!

Только она произнесла эти слова, как трубка опять зазвонила. Валерия поднесла ее к уху и снова услышала раскатистый басок Шарова.

– Душа моя, кстати, ты не знаешь, где Анастасия?

– А зачем она тебе понадобилась? – спросила Лера.

– Ты сама сказала, что они с Дроновым друзья. Мне нужно с ней поговорить.

– О чем?

– Не твоего ума дело.

– Раз не моего ума, значит, и нечего у меня спрашивать, где Анастасия. И если она тебе действительно очень нужна, предлагаю бартер. Ты – мне, я – тебе, – Лера коварно улыбнулась.

– Ты что же, торговаться со мной вздумала? – раздраженно спросил полковник.

– Ага, – откровенно призналась Лера.

– А я даже и не собираюсь. Увидишь Анастасию, передашь, чтобы она приехала в управление, ко мне в кабинет. Повестку ей опустят в почтовый ящик, сегодня же.

– Ни в какое управление Настя не поедет, она очень плохо себя чувствует после известия о смерти Игоря.

– Валерия, давай-ка посерьезнее, – строго сказал Шаров. – Мне не до шуток, убит журналист, и ты прекрасно понимаешь, что показания Анастасии необходимы. Они были друзьями, и она может знать, чем он занимался в последнее время. Главный редактор говорит, что задание у него было абсолютно мирное, связанное с медициной, на этой почве его убийство исключается. Но так же он сказал, что Дронов вполне мог параллельно вести какое-нибудь собственное расследование, о котором никто не знал, кроме близких друзей, например. Вот я и подумал: может быть, Настя что-то об этом знает? Мне необходимо с ней поговорить.

– Дядя Ваня, я все понимаю, но Настя действительно в очень плохом состоянии, с ней была страшная истерика. Она у меня и пока останется здесь. Если ты хочешь с ней поговорить, приезжай ко мне сам, – ответила Валерия.

– Сам не поеду, пришлю Трофимова Володю. Ничего, что так поздно?

– Отлично, присылай, мы его будем ждать, – обрадовалась Лера.

– Тогда до свидания. Не обижайся на меня, душа моя, ты же юрист и знаешь, что я не имею права говорить лишнее посторонним, это, сама понимаешь, в интересах следствия, – миролюбиво проговорил полковник.

– Я не посторонняя, – с обидой ответила Лера.

– И тем не менее. Все, посылаю к вам Трофимова, ждите, – торопливо проговорил Шаров и отключился.

– Девочки, все отлично, скоро приедет Володя Трофимов, а уж из него я потихоньку вытащу все, что можно, и уж тем более, что невозможно, – засмеялась Валерия, возбужденно потирая руку об руку. – Лед тронулся, господа присяжные заседатели! – процитировала она крылатую фразу Остапа Бендера.

Глава 5

Капитан Трофимов приехал через сорок минут и сразу же попросил горячего чаю.

– Морозно сегодня, – потирая покрасневшие от холода уши, проговорил он. – Трамвай совсем не отапливается, думал, в сосульку превращусь, пока доеду.

– Ваш Дед мог и машину дать, ведь ты не на прогулку поехал, а по делу, – заметила Лера. – Как видно, совсем не жалеет вас полковник, не бережет ценные кадры.

– Машина нашего отдела на выезде, другие тоже заняты. Новый год на носу, все управление на авральном положении, концы подчищают, – махнул рукой Владимир. – Ничего, я крепкий орешек, будем надеяться, что простуда меня минует, если горячим чаем, конечно, напоишь, – улыбнулся он.

– Я тебя не только горячим чаем напою, а еще и ужином накормлю.

– Ты – ужином? – удивленно вскинул брови капитан. – Что это с тобой, Протасова? Ты же до ужаса не любишь готовить, да и не умеешь.

– А это не я готовила, – пояснила Лера. – Татьяна подсуетилась. Я в магазин сбегала, продукты купила, а она ужин приготовила. Я ведь только сегодня прилетела и сразу – к родителям, а в моем холодильнике шаром покати. Таня открыла его и чуть в обморок не упала, там давно мышь от голода повесилась и все тараканы разбежались. Заставила меня поехать в магазин со списком продуктов, а сама быстренько проверила мои запасы, те что еще не пропали за месяц моего отсутствия. Все выбросила, кроме крупы и картошки. Я глазам своим не поверила, когда она буквально за час столько наготовила – хоть свадьбу справляй. Вот смотрю на нее, и аж завидно: до чего у нее все ловко получается, мне так никогда не научиться. Как только я на плиту посмотрю, мне сразу же тоскливо становится. Мама меня сколько лет пыталась к хозяйству приучить, и ничего не получилось. Правду говорят, что природа на детях отдыхает, она у меня кулинар от бога, а я даже яичницу ухитряюсь угробить, – махнула она рукой.

– Каждому свое, – кивнул Владимир. – Зато ты хороший детектив.

– Что правда, то правда, детектив я хоть куда!

– Да, Протасова, умереть от скромности тебе не грозит, – захохотал капитан, стягивая с себя дубленку.

– А к чему скромничать, если это правда? – Валерия дернула плечом. – Не одно уже дело распутала, и заметь, что совсем не из простых. Проходи в кухню, – пригласила она гостя.

Владимир Трофимов был давним другом Валерии. Они вместе учились в университете на юрфаке. Лера поступала сразу же после школы, а Владимир – после демобилизации из армии. Познакомились они на первом экзамене, и молодой человек сразу же начал оказывать девушке знаки внимания. Несколько раз он приглашал ее в кафе, пару раз они сходили в кино, были и в театре. Владимир на свидание всегда приходил с цветами, и Лера прекрасно видела, как он относится к ней. Парень очень нравился ей, с ним было интересно, весело и легко, но нравился он ей как друг, и не более того. Владимир понимал это, но терпеливо продолжал ухаживания, надеясь, что когда-нибудь девушка поймет, что лучшего мужа ей не найти.

После защиты диплома Лера занялась оформлением документов для открытия собственного дела, она давно мечтала о частном детективном агентстве. А Владимир пошел работать в правоохранительные органы. Случилось так, что он попал под начало Шарова Ивана Петровича. Парень сразу же понравился полковнику, и он как мог продвигал Трофимова по служебной лестнице. Недавно Трофимов получил звание капитана, но Шаров уже приготовил рапорт начальству о присвоении ему майорского чина. Валерии часто приходилось встречаться с капитаном Трофимовым, потому что, занимаясь расследованием какого-либо дела, в конце концов получалось так, что без вмешательства и помощи милиции было не обойтись. Да и к кому же еще обращаться в случае беды, как не к друзьям? Владимир во многом помогал Лере и как другу, и как женщине, которую до сих пор любил. Три года назад у девушки был молодой человек, за которого она уже подумывала выйти замуж, но они расстались – не без некоторого участия Владимира Трофимова, хотя винить его за это было нельзя.[2]

– Господин капитан, проходите к столу, все с пылу с жару, – улыбнулась Татьяна, увидев Владимира на пороге кухни. – Старалась изо всех возможных сил, чтобы угодить высокому гостю. Как дела?

– Дела идут, контора пишет, – весело ответил Володя, плотоядно глядя на изобилие еды на столе. – Тут и правда на целую свадьбу! Лера говорит, что ты прямо волшебница по части кулинарии. Вот повезло твоему Андрею!

– Это еще вопрос, кому из нас повезло, он у меня тоже хорошо с этим делом справляется, – откровенно призналась Таня, и глаза ее потеплели при упоминании имени любимого мужчины. – Я иной раз сама себе завидую. Если бы еще его мамочка в наши дела не вмешивалась, можно было бы сказать, что жизнь удалась, – засмеялась она. – Садись, Володя, за стол, буду тебя кормить, раз Андрюши здесь нет.

– А где он, кстати? Вроде он тебя после больницы никуда одну не отпускает, – заметил тот.

– Он меня сюда довез и к матери поехал. Говорю же, если бы не моя будущая свекровь… – вздохнула Татьяна. – Она ему позвонила, просила приехать. Опять измотает ему все нервы, а мне потом полночи его успокаивать. Вот скажи, Володя, отчего ей неймется? Вроде я нормальная баба, не пью, не курю, высшее образование имею, работа хорошая, ее сына люблю до умопомрачения. Чем я ему не пара? Нет, ей принцессу подавай, чтобы была голубых кровей, дворянка хренова.

– А она что, дворянка? – усмехнулся капитан.

– Да вроде того, – кивнула Таня. – По материнской линии кто-то, я точно не знаю, да и Андрей об этом не любит говорить. Бог с ней, он мальчик взрослый, сам решит, что ему нужно, – махнула она рукой. – Мне, если честно, наплевать, что она про меня говорит, просто его жалко до ужаса. Вижу, что любит меня и с матерью ругаться не хочет, вот и мечется меж двух огней. Володя, ты что посреди кухни встал? Давай-ка, за стол садись, – спохватилась Таня. – А то мы болтаем, а ты, небось, голодный.

– Точно, голодный, – признался тот. – И, наверное, сейчас быка съем.

– Быка не обещаю, а вот свиные отбивные с жареной картошечкой – милости просим, – Таня взяла тарелку и начала накладывать еду. – Лера, зови Настю ужинать, пока все горяченькое, – обратилась она к подруге.

– Настя уснула, я только что к ней в комнату заглядывала, – ответила Лера. – Пусть хоть часок поспит, а то на ней лица нет.

– А как же мне с ней поговорить? – спросил Владимир. – Меня ведь Дед специально для этого сюда послал.

– Пока мы поедим, чайку попьем, поболтаем, глядишь, она и проснется, – успокоила друга Валерия. – В крайнем случае разбудим, не переживай. Ты лучше пока расскажи, что вам удалось выяснить?

– Ты знаешь, Валера, рассказывать пока что нечего, – пожал плечами капитан. – Что можно выяснить за один день? Застрелили парня в его собственной гостиной. Ясно: что-то искали там, все вещи вверх ногами перевернуты. Сам Дронов был одет в дубленку, на ногах ботинки, видно, уже собирался выходить из дома. Дверь не взломана, значит, преступника или преступников он впустил сам. На автоответчике все записи стерты, из этого напрашивается вывод, что ему предварительно позвонили. Вот, собственно, и все.

– А сотрудники редакции что говорят? Вы с ними беседовали?

– Да, только толку от этого никакого, – махнул Владимир рукой. – Никто ничего не знает и сказать ничего не может. Боюсь, что очередной висяк наклюнулся, а не хотелось бы. Отпечатков, правда, в квартире собрали много, но еще не факт, что среди них найдутся и те, что принадлежат преступнику. В общем, пока никаких ощутимых результатов нет.

– Не каркай заранее, – нахмурилась Валерия. – Будем надеяться, что все раскроется.

– Мы ужинать-то будем сегодня? – поинтересовался Владимир, решив переменить тему. – Зря, что ли, Татьяна старалась, готовила?

– Да, действительно, давайте поедим, я тоже сегодня еще ничего не ела, – согласилась Лера. – Нет, вру, в самолете нас кормили, – вспомнила она. – Но мой желудок давно об этом забыл.

Все трое с аппетитом поужинали, и, когда уже пили чай, Лера решила возобновить разговор, который волновал ее сейчас больше всего остального.

– Володя, как ты думаешь: за что могли убить Дронова?

– Он журналист, и мне кажется, что убийство может быть связано только с его профессиональной деятельностью. Тебе же прекрасно известно, сколько у нас погибает журналистов, особенно затрагивающих щекотливые темы, – ответил тот. – Об этом я и хотел поговорить с Анастасией. Они друзья, и она может знать что-то такое, о чем неизвестно главному редактору.

– Я у нее уже об этом спрашивала, она говорит, что ничем криминальным Игорь не занимался в последнее время, – пожала Лера плечами. – А как ты думаешь, это не могло быть ограблением?

– Нет, на ограбление не похоже, – отрицательно покачал головой Владимир. – В шкатулке у него лежали деньги, весьма внушительная сумма, пять тысяч евро, но их не взяли. Искали что-то другое, и наша задача – выяснить, что именно.

– А может, воры просто не заметили этой шкатулки? – возразила Валерия.

– Ее нельзя было не заметить, она стояла в секретере, и он не был закрыт.

В это время в дверях кухни показалась Анастасия.

– Привет честной компании, – кисло улыбнулась она. – Здравствуй, Володя, – отдельно поприветствовала девушка капитана. – Что это ты на ночь глядя заявился?

– Добрый вечер, – ответил тот. – Вот, по твою душу приехал.

– Зачем это тебе моя душа понадобилась? – хмыкнула Настя. – Свою, что, дьяволу продал?

– Что за черный юмор, Настя? – упрекнула ее Валерия. – Человеку поговорить с тобой нужно – об Игоре.

– Я знаю ровно столько, сколько и все остальные, – ощетинилась Настя. – И добавить к этому ничего не могу.

– Настя, не кипятись, – миролюбиво проговорил Трофимов. – Я же не с допросом к тебе, а просто поговорить по-дружески.

– Володя, не парь мне мозги, они у меня и так кипят, – огрызнулась та. – Я, правда, ничего сказать не могу, сама в шоковом недоумении, до сих пор в себя прийти не в силах.

– А твой Сергей может что-то знать?

– Откуда Сергей может что-то знать, если он в командировке? – удивленно вскинула брови Настя. – Он даже еще о самом убийстве не знает. Оставьте, пожалуйста, Свиридова в покое! Игорь был его лучшим другом, Сергею и так тяжело будет узнать о его гибели, а тут еще вы со своими допросами, вам бы только нервы людям помотать!

– Погоди кричать, – остановил девушку капитан. – Я совсем другое имею в виду. Вероятно, Сергей в курсе, чем в последнее время занимался Игорь? Может быть, он вел свое собственное расследование, о котором никому не говорил?

– Если он никому не говорил, откуда же тогда Сергей может об этом знать?

– Ну, мало ли, вдруг Дронов с ним поделился секретом?

– Володя, поверь мне, я бы наверняка была в курсе, – с уверенностью ответила Настя. – Нет, Игорь не занимался ничем таким, за что можно было бы его убить.

– Но ведь убили же.

– Да, убили, а при чем здесь я? – Настя явно занервничала.

– Тебя никто и не обвиняет, – миролюбиво проговорил Владимир. – Просто спрашиваю. Для следствия любая мелочь полезна. Может, Игорь случайно какое-то словечко обронил?

– Трофимов, оставь меня в покое, – устало ответила Настя. – Ничего он не ронял, ни слова, ни полслова. Ты что ко мне привязался? Почему ты решил, что я что-то знаю?

– Ты что так разошлась-то? – засмеялся Володя, пытаясь разрядить обстановку. – Не знаешь, и не надо. Не хочешь говорить на эту тему, да ради бога, я не настаиваю. Просто я думал, что ты захочешь помочь следствию, ведь Игорь был вашим с Сергеем другом, – как бы невзначай напомнил он.

– Если бы я что-то знала, естественно, сказала бы, – хмуро произнесла Анастасия. – Приедет Сергей, спросите у него, может, он действительно что-то знает. Хотя я в этом очень сомневаюсь. И давай прекратим на сегодня все разговоры про это убийство, мне нехорошо.

– Нет проблем, как скажешь, – развел руки в стороны капитан. – Тем более что мне уже пора ехать домой, завтра рано вставать. Девчонки у тебя остаются? – повернувшись к Валерии, спросил он.

– Нет, за мной Андрей должен приехать, – вместо нее ответила Татьяна. – А Настя, конечно, останется.

– До свидания, девушки, – попрощался капитан. – Настя, не обижайся на меня, сама понимаешь – служба. Танечка, спасибо за великолепный ужин, Валера, проводи меня до двери, мне нужно тебе пару слов сказать.

* * *

– Все, девочки, пока, мои хорошие, – торопливо прощалась Татьяна, стоя у входной двери. За ней приехал Андрей, и она не хотела заставлять его ждать.

– Позвони мне завтра, – попросила ее Валерия.

– Обязательно, – пообещала Таня. – И постараюсь завтра же увидеть соседку. Правда, я пока не придумала, с чего начать разговор, но послушаюсь твоего совета, буду импровизировать.

– Этот вопрос нужно решить как можно быстрее. Если мне что-нибудь стоящее придет в голову, я сразу же тебе позвоню, – сказала Лера. – Ну, иди, а то Андрей будет злиться, что ты так долго собираешься, – поторопила она подругу. – Мы с Настей тоже спать ложимся, поздно уже.

Татьяна поспешно выскочила за дверь, а Лера, проводив ее взглядом, закрыла дверь.

– Я душ приму, – услышала она голос Насти.

– Да, иди, я следующая, – ответила Лера, прошла из прихожей в гостиную и включила телевизор. В вечерних новостях сообщили, что этим утром был убит известный журналист Игорь Дронов.

– Его убили в его же собственной квартире тремя выстрелами в голову, – рассказывал диктор бесстрастным голосом. – Представители правоохранительных органов воздерживаются от комментариев по поводу этого преступления, но, предположительно, оно непосредственно связано с каким-нибудь журналистским расследованием Дронова…

Лера переключила канал, чтобы не травить душу, и услышала голос Анастасии:

– Зачем переключила?

Обернувшись, она увидела в дверях подругу. Настя облокотилась о косяк, слезы текли по ее щекам.

– Настя, ты же в душ собиралась?

– Там у тебя полотенец нет, и я шла в спальню, чтобы вытащить парочку из комода, – ответила та. – Знаешь, о чем я думала, когда слушала сообщение диктора? Каково сейчас родителям Игоря? Мне даже представить страшно, – тяжело вздохнула она.

В голове у Валерии закрутилась мысль: «Люди готовились к празднику, наверняка бегали по магазинам, выбирали подарки, и вот все это в один день перечеркнуто, раздавлено чудовищной бедой. Так ужасно, нелепо – потерять единственного сына!»

Валерия вдруг вспомнила седовласого господина, с которым летела в одном самолете, и его слова: «Не стоит думать о будущем, нужно жить настоящим… Никто из нас не знает, что может произойти с нами завтра, жизнь – очень хрупкая вещь».

– Жизнь – очень хрупкая вещь, – прошептала Валерия.

«А ведь Игорь тоже наверняка строил планы на будущее, – с болью подумала она. – А по этим планам – тремя выстрелами из пистолета!»

От этих мыслей у нее стало невыносимо муторно и тоскливо на душе.

«Да, ну и год у меня выдался: начался с гонок за маньяком, а закончился еще хуже – смертью человека по вине моей близкой подруги, и что будет дальше – неизвестно», – подумала она и нервно передернулась.

От мрачных размышлений Валерию отвлекла Настя.

– Лера, как ты думаешь, у нас что-нибудь получится?

– А когда не получалось? – по возможности бодрым тоном ответила та. – Ты вспомни, в каких только мы с тобой переделках не бывали, и всегда выходили сухими из воды. Будем надеяться, что и сейчас выйдем. Не переживай, Настенька, я же с тобой.

– Только этот факт и успокаивает, – вздохнула Настя. – Ладно, пошла я в душ и – спать, уже поздно. Завтра нужно будет позвонить в редакцию, сказать, что я беру внеочередной отпуск за свой счет. Представляю, как рассердится наш главный! Но мне плевать, если честно. Пусть хоть увольняет, я с места не сдвинусь.

– А у меня пока времени вагон, целых две недели. Правда, я рассчитываю закончить все до праздников, не нужно старые проблемы тащить в Новый год, это плохая примета, – произнесла Валерия.

– Ты думаешь, успеем?

– Нужно сделать все, чтобы успеть, а это зависит только от нас. Ты же знаешь мой принцип: нет ничего невозможного, если очень постараться.

– Дай-то бог, чтобы ты оказалась права. На душе так тяжело – словами не передать. Как представлю Игоря, всегда такого веселого, неунывающего… у меня даже в голове не укладывается, что его больше нет.

– Настя, хватит душу травить и себе, и мне, иди в ванную, – перебила подругу Валерия. – Того, что произошло, уже не исправить, и Игоря не воскресить.

– Я понимаю, – кивнула Настя. – Только сделать с собой ничего не могу.

– А ты постарайся.

В это время из другой комнаты послышалась трель мобильного телефона.

– Это мой, – прошептала Анастасия. – Кому это, интересно, приспичило в такое время мне звонить?

– Возьми трубку и сразу узнаешь, – усмехнулась Лера. – Зачем гадать?

Настя поторопилась в комнату и, схватив трубку, опрометью бросилась обратно.

– Лера, опять без определения номера, – прошептала она, с испугом глядя на дисплей телефона. Аппарат продолжал настойчиво звонить.

– Отвечай, – велела Валерия.

Девушка нажала на кнопку ответа и включила громкую связь, чтобы Лера тоже могла все слышать.

– Алло, я слушаю, – как можно спокойнее произнесла она.

– Анастасия Андреевна? – спросил мужской, весьма приятный голос.

– Да, это я. С кем имею честь говорить?

– Зовите меня Иван Иванович, – ответил голос. – Анастасия Андреевна, примите мои искренние соболезнования по поводу смерти вашего сослуживца и друга Игоря Дронова.

– Спасибо, – пробормотала Настя и моментально побледнела как полотно. – Кто вы и чего от меня хотите?

– Думаю, вы уже догадались, чего я от вас хочу. Мне нужно, чтобы вы отдали мне то, что меня интересует, и сделали это как можно быстрее. Я надеюсь, вы понимаете, о чем идет речь? – спокойным, ровным голосом сказал мужчина. – Насколько мне известно, вы достаточно умная девушка, и я искренне надеюсь, что вы не будете делать глупости.

– Но я действительно не понимаю, о чем может идти речь, – ответила Настя, обессиленно опускаясь в кресло: ее ноги буквально подкосились от страха.

– Тем хуже для вас, – уже совсем другим голосом, в котором появились металлические нотки, проговорил незнакомец. – Я даю вам на раздумья три дня. К этому времени я буду в Москве и снова позвоню вам. Не вздумайте заниматься самодеятельностью, как ваш друг Дронов, например. Самодеятельность приводит к печальным последствиям. Всего доброго, Анастасия Андреевна, было приятно с вами побеседовать, спокойной ночи, – проговорил он прежним шелковым баритоном. – Целую ручки.

– Це… целую, – машинально пролепетала Настя, с ужасом глядя на трубку. – «Абзац» подкрался незаметно, – горько усмехнулась она. – И что теперь? – спросила девушка у Леры.

– Три дня – это же куча времени! – возбужденно ответила Лера. – Значит, ты все же оказалась права?

– Я знала, что права, – пожала Настя плечами. – Что делать будем?

– Вести следствие, что нам еще остается? – развела сыщица руками. – И начнем с утра пораньше. Дуй в душ – и спать, завтра подъем в шесть утра.

Глава 6

– Тетя Вера, привет, – весело поздоровалась Татьяна с соседкой, как только та открыла ей дверь. – Вот, мама вам специи просила передать, нам из Еревана целую посылку прислали.

– Здравствуй, Танечка, проходи, милая, – гостеприимно пригласила та девушку. – Вот спасибо твоей маме за специи, обожаю с ними готовить! Проходи, Танюша, не стой на пороге. Сейчас мы с тобой чайку попьем, с вареньем, малиновым, вчера баночку открыла из своих запасов.

– Спасибо, тетя Вера, с удовольствием, я еще не завтракала. А Рита ваша, кстати, дома? – спросила Таня.

– Нет, ее до среды не будет, – ответила женщина. – У нее всего один выходной в неделю, по средам или четвергам, как она сама выберет.

– Что это за работа такая – с одним выходным? – удивленно спросила Таня. – Она что, круглосуточно работает?

– А как же? Ведь за больным человеком круглосуточный уход требуется.

– В больнице, что ли? – не поняла Татьяна.

– Как же, будет тебе моя Маргарита в больнице за гроши за больными ходить, – усмехнулась женщина. – Она уже второй год за одним престарелым миллионером ухаживает.

– Да ну? – Таня округлила глаза. – Действительно – за миллионером?

– Да, он очень состоятельный старик, – подтвердила соседка. – Она у него в доме и живет, комната у нее там своя, отдельная, с ванной. Дом огромный, богатый, Рита говорит, что там даже своя художественная галерея есть, и все – под сигнализацией. В нашем доме сплетничают, что моя дочь… проститутка, а я внимания не обращаю, пусть болтают, – махнула женщина рукой. – Главное, я знаю, что это не так! На каждый роток не накинешь платок.

Татьяна вспомнила «кино», которое удалось снять Насте, и Риту с голой грудью, задвигавшую шторы.

«Видно, ей приходится не просто ухаживать за миллионером», – подумала она, а вслух спросила:

– И что же входит в ее обязанности?

– Она на прогулки старика вывозит, в инвалидной коляске, газеты, книжки ему читает, еду для него готовит. Раньше он из общего котла питался, а потом там какая-то ссора произошла, и началось. Представляешь, он уже месяц только из ее рук ест, – хихикнула она. – Ему все время кажется, что родственники хотят его отравить, чтобы наследством завладеть. Еще внук у него есть, но там что-то непонятно, вроде не здесь он живет, а за границей. А Рите старик этот доверяет во всем, любит ее, дорогие подарки дарит. Ты же видела ее машину? Это он ей купил на день рождения. Вещи разные, драгоценности – это он ей просто так дарит, без всяких поводов.

– Не хило! – восхищенно проговорила Таня. – Вот бы тоже такую работенку найти. Правда, у меня нет медицинского образования.

– Так у Риты тоже его нет, она же в педагогический поступила после школы, а сейчас пришлось бросить. Времени на учебу нет, она всегда должна рядом со своим стариком быть. Он ее на выходной день отпускает – чуть не плачет. Эти сутки ничего не ест, не пьет, только то, что она ему сама в комнате оставляет. Она на прошлой неделе даже холодильник туда поставила, чтобы продукты не портились. Так вот, когда Рита уходит, он на ключ в своей комнате закрывается и никого не пускает, пока она не вернется.

– Бедная девочка, – тяжело вздохнула Татьяна.

– Почему это она бедная? – вскинула брови женщина. – Ей эта работа нравится. Разве такие деньги она сможет где-нибудь еще заработать? Да никогда в жизни!

– Какие бы деньги ни были, а убирать за стариком дерьмо… бррр, – сморщилась Таня. – Это ужасно!

– Никакое дерьмо она не убирает, там специальная санитарка для этого есть, она гигиеной занимается, а в обязанности Маргариты входит развлекать старика, – объяснила женщина. – А теперь и еду ему готовить, он ей за это дополнительно платит.

– Все равно, ужасно, ведь молодость-то проходит, тетя Вера, – возразила Таня. – Каково ей рядом со стариком?

– Это все временно. Глядишь, после его смерти, может, он наследство ей оставит, небольшое. Если и не оставит, невелика беда, он для нее столько уже сделал, что надолго хватит. И ты можешь не поверить, но Рита к нему очень хорошо относится, мне кажется, даже с какой-то любовью. Когда рассказывает о нем, все время улыбается. Говорит, что он очень интересный и умный человек.

– Значит, говорите, в среду она приедет? – переспросила Таня. – Я забегу к ней на пять минут, мне ее кое о чем спросить нужно. Заодно узнаю, может, и мне удастся к кому-нибудь устроиться, – засмеялась она. – Ненадолго, на полгодика, деньжат подзаработать. Рита как этого старика-то нашла?

– Через подругу свою, а та то ли с его сыном, то ли с племянником вместе работает, я точно не помню.

– Тетя Вера, а у тебя, случайно, номера его телефончика нет? – спросила Татьяна. – Может быть, можно позвонить и поговорить с Ритой? Мне очень нужно, честное слово! До среды еще целых пять дней, а там уже Новый год, не до этого будет.

– А как же? Конечно, есть телефон, сейчас я тебе его напишу, – согласилась соседка. – Только звони между тремя и пятью часами дня, хозяин в это время отдыхает, Рита свободна эти два часа.

– Вот спасибо, тетя Вера, – Таня взяла листок с номером телефона. – Сегодня же и позвоню Рите, часика в четыре. До свидания, спасибо за чай, – попрощалась она и, выйдя из квартиры, направилась к лифту.

Девушка поднялась на восьмой этаж и, как только вошла в квартиру, сразу же схватилась за телефон:

– Валерик, привет, дорогая! Как там у вас дела?

– Нормально, а у тебя?

– Не могу сказать, что отлично, но – неплохо. Записывай номер телефона.

– Что за номер?

– Того дома, который нас интересует. По номеру можно будет определить, кому он принадлежит. Но знаешь, Валера, мне кажется, что… короче, сейчас я тебе расскажу о своем визите к соседке.

– Тебе удалось с ней поговорить? – обрадовалась Лера. – И что ты узнала?

– С самой Ритой мне поговорить не удалось, ее нет дома, будет только в среду. Но я беседовала с ее матерью и узнала весьма интересные вещи.

Татьяна пересказала весь разговор с соседкой, и Валерия на некоторое время задумалась.

– Ты что молчишь? – спросила ее Таня.

– Перевариваю информацию. Мне пришла в голову одна идея, – ответила Лера. – Очень оригинальная.

– Выкладывай.

– Как ты думаешь, девушке хочется немного отдохнуть? – спросила Лера. – Съездить, например, на Ямайку или на Сейшелы? Представь себе Новый год на экзотических островах!

– Ну, представила, а дальше что? Ты можешь нормально объяснить?

– Нужно сделать так, чтобы на пару недель твоя соседка уехала в отпуск, а вместо себя порекомендовала этому старику свою лучшую подругу, меня, например, или тебя.

– Лучше тебя! – поспешно выкрикнула Таня. – Ты в эту роль очень хорошо впишешься: красавица, умница и все такое прочее. А я обязательно напортачу и все испорчу.

– Трусиха, – засмеялась Валерия. – Я и не спорю, меня, значит, меня. Как тебе мой план?

– Замечательно, – хмыкнула Таня. – Только есть одна загвоздка. Как это сделать?

– Нужно подумать. Ты говоришь, Лиза будет дома в среду?

– Валера, у тебя что-то с памятью? Сколько можно повторять: ее зовут не Лиза, а Рита. Маргарита, понятно? – раздраженно буркнула Таня.

– Неважно, – отмахнулась та. – В среду?

– Да, – подтвердила Таня. – И что ты собираешься предпринять?

– До среды слишком долго ждать, – задумчиво проговорила Валерия. – Твоя Рита нужна мне как можно быстрее. Среда – это уже тридцать первое число, Новый год.

– Что ты предлагаешь? Выкрасть ее из дома этого престарелого инвалида?

– Черт, где тонко, там и рвется, – проворчала сыщица. – Как нарочно, ничего путного в голову не приходит. Ладно, давай пока номер телефона, дальше будет видно.

Татьяна продиктовала цифры и, пожелав подруге удачи, отключилась. Лера начала засовывать бумажку в карман пиджака и поняла, что там уже что-то есть. Она вытащила руку, ухватившую эту бумажку, и невольно улыбнулась, вспомнив симпатичного блондина с рейса Пекин – Москва.

«Я совсем забыла про эту записку, интересно, что он мне там написал», – подумала девушка, разворачивая самолетик.

«Меня зовут Илья, я бизнесмен, не глуп, в меру симпатичен – так говорят. Мне почти 30 лет – исполнится через два месяца, можно сказать, я мужчина в полном расцвете сил, холост, внебрачных детей не имею. Ко всем перечисленным достоинствам могу лишь добавить: без вредных привычек и жилищных проблем», – прочитала Лера и расхохоталась.

«Похоже, парень не лишен чувства юмора. Люблю веселых, наверное, стоит ему позвонить, – взглянув на номер его мобильного телефона, подумала она. – Ладно, сделаю это, как только мы разберемся со всеми текущими проблемами».

* * *

– Итак, что мы имеем на сегодняшний день? – спросила Валерия то ли у Насти, то ли у самой себя. – Не сказать, чтобы очень много, но и немало, – ответила она.

– Что ты собираешься делать? – поинтересовалась Анастасия.

– Я собираюсь любыми путями попасть в тот дом, желательно, сегодня же. Сделать это нужно очень осторожно и ненавязчиво.

– Но как?

– Я думаю, планирую, соображаю, фантазирую, – засмеялась сыщица.

– Лера, ты не боишься? Вдруг они прекрасно знают, кто ты такая?

– Откуда они могут это знать?

– Вспомни вчерашний звонок на мой мобильный, – напомнила Настя.

– И что?

– Это говорит о том, что они все обо мне знают, – ответила Настя. – Не исключено, что им известно и то, что у меня есть лучшая подруга, Валерия Протасова, хозяйка частного детективного агентства «Багира».

– Об этом я как-то не подумала, – нахмурилась сыщица.

– А я подумала, – грустно проговорила Анастасия. – И сделала соответствующие выводы.

– Какие же?

– Тебе нельзя соваться в этот дом, и никому из нас троих нельзя, я имею в виду.

– Но почему?

– По кочану, – раздраженно буркнула Настя. – Нас расколют в одну секунду, и тогда… и тогда нам хана.

– У нас осталось всего два дня, если не считать сегодняшний, – возразила Лера. – И если мы не рискнем, тогда действительно будет хана. Ты же помнишь, что сказал тот человек тебе по телефону – он будет в Москве только через три дня.

– И что?

– Значит, сейчас его нет в городе, и можно рискнуть.

– Ой, я совсем ничего не соображаю – что делать, куда бежать, кому кричать, – простонала Настя. – Поступай, как считаешь нужным.

– Включай компьютер, будем работать, – велела Лера. – Прежде чем идти к людям в гости, нужно по меньшей мере знать, как зовут хозяина. Из рассказа Татьяны нам известно, что это пожилой, весьма состоятельный человек, инвалид, которого возят на инвалидной коляске. Эта информация говорит о том, что он должен состоять на учете в поликлинике по месту жительства.

– Совсем необязательно, – заметила Настя. – Если он богатый человек, то наверняка наблюдается в платной клинике, по страховке.

– Да, ты можешь оказаться права, – согласилась Валерия. – Посмотрим, вполне вероятно, что и эта информация тоже имеется.

Она села перед компьютером, вставила диск в процессор, и ее пальчики запорхали по клавиатуре с изумительной быстротой.

– Так, очень хорошо, просто замечательно, – бормотала сыщица. – Как же все-таки удобно иметь свое собственное детективное агентство! За эти четыре года такая база данных уже собралась – ФСБ отдыхает. Ну вот, все, что нужно, я уже знаю, остальное – дело техники. Осталось проехаться до своего офиса, и все будет о’кей.

– Зачем тебе в офис? – поинтересовалась Настя.

– Мне понадобится удостоверение социального работника, а они у меня в сейфе лежат.

– Кто? Социальные работники? – хихикнула Настя.

– Удостоверения, бестолочь!

– Ты хочешь прийти в дом под видом соцработника?

– Умница, быстро соображаешь, – кивнула Лера, продолжая смотреть в монитор. – Я заеду в магазин, куплю бутылочку шампанского, коробку конфет, еще что-нибудь новогоднее и поеду по известному тебе адресу. Скажу, что по распоряжению Лужкова всем инвалидам, участникам войны, пенсионерам, которым перевалило за восемьдесят, раздаются подарки к Новому году. Как обычно бывает в таких случаях, хозяева приглашают соцработника на чашечку чая или кофе, а уж там… как карта ляжет.

– Твоими бы устами мед пить, – вздохнула Анастасия. – На словах все так легко и просто, а на деле… Ничего из твоей затеи не получится, стопудово. Им, богачам этим, подарки Лужкова сто лет в обед не упали.

– Не скажи, дорогая, – возразила Валерия. – Пожилому человеку не столько подарки нужны, сколько внимание. А искреннее внимание не за какие деньги не купишь, каким бы ты богатым ни был. Любому человеку будет приятно узнать, что о нем помнят, независимо от его статуса и положения. Короче, я поехала, а ты сиди здесь и никуда не высовывайся, – велела она и, поднявшись из-за стола, направилась к двери. – Да, чуть не забыла: к домашнему телефону лучше не подходи, я буду звонить на мобильный, ты сразу мой номер увидишь.

– Хорошо. Ты только звони мне почаще, говори, как у тебя дела обстоят, а то я здесь с ума сойду от волнения.

– Ладно, буду звонить через каждые два часа, – пообещала Валерия. – Да не переживай ты так, все будет нормально, чай, не первый раз замужем.

Сыщица вышла из квартиры и, сев в машину, поехала к себе в офис. Подъехав к знакомому зданию, она невольно улыбнулась:

– Как ни крути, а соскучилась я по своей конторе!

– Ой, Валерия Алексеевна, здравствуйте, – радостно подпрыгнула на стуле секретарша Ирочка, как только увидела свою начальницу. – А мы вас и не ждали так рано, думали, вы только после Нового года на работу придете.

– Здравствуй, Ирина, я вовсе не на работу пришла, – возразила Лера. – Просто мимо проезжала, не могла не зайти, ноги сами понесли, – засмеялась она. – Как вы тут без меня управляетесь?

– Все нормально, Валерия Алексеевна, работа кипит, не останавливается, – сразу став серьезной, доложила Ирочка. – Сергей Николаевич, ваш заместитель, строг до безобразия, я его боюсь до обморока, – откровенно призналась она. – Когда вы сами придете? Я так соскучилась!

– Как и планировала, после десятого выйду на работу, – ответила Лера. – Осталось совсем чуть-чуть, всего две недельки. Сергей Николаевич, кстати, на месте?

– Нет, он полчаса тому назад уехал по делам. Вам нужно было позвонить, сказать, что приедете, он бы отложил дела и остался.

– Еще не хватало, чтобы из-за меня дела тормозились, – заметила Валерия. – Пойду в свой кабинет, я тоже соскучилась, если честно.

– Я цветы регулярно поливаю, как вы и просили, – доложила Ирина. – И рыбок кормлю, тоже регулярно.

– Спасибо, Ирочка, надеюсь, тебя это не очень обременило?

– Нет, что вы, Валерия Алексеевна, я с радостью, особенно для вас, вы же знаете.

– Ну, спасибо еще раз, – Лера прошла в свой кабинет.

Она открыла сейф, перебрала стопочку всевозможных удостоверений и выбрала то, которое ей было нужно. Она положила его в сумочку и, закрыв сейф, вышла из кабинета.

– Все в полном порядке, Ирочка, я пошла, – сказала Лера секретарше. – Никому не говори, что я приезжала, а то сотрудники обидятся, что я к ним не зашла.

– Так вы зайдите, Валерия Алексеевна, все будут рады вас видеть.

– Нет, не могу, у меня совершенно нет времени, – отказалась та. – Я, честное слово, тороплюсь.

– Жалко, – вздохнула Ирина. – Все бы обрадовались.

– Ничего, осталось совсем немного, и я приду на работу. До свидания, Ирина.

– До свидания, Валерия Алексеевна.

Сыщица торопливо пересекла приемную и, выйдя на улицу, быстро села в машину. Она покосилась на окна офиса.

«Хорошо, что жалюзи закрыты, а то бы все увидели мою машину, – подумала она. – Тогда застряла бы здесь на неопределенное время».

Валерия завела мотор и направила автомобиль в сторону загородного элитного поселка под громким названием «Сады Семирамиды». Через час она остановила машину у нужного дома.

– Ну, с богом, – прошептала Лера и, заглушив мотор, вышла из машины. С сиденья она взяла большой полиэтиленовый пакет, в котором были подарки для хозяина-инвалида. Девушка подошла к двери и решительно нажала на кнопку звонка. Как ни странно, дверь моментально открылась, и в проеме показался молодой человек в строгом черном костюме.

– Вам кого? – поинтересовался он.

– Добрый день, я к Кормухину Илье Викторовичу, – ответила Валерия, заглянув в листок, на котором были записаны все данные инвалида. – Я не ошиблась? Здесь проживает такой?

– Добрый день, да, проживает, – кивнул молодой человек. – Как о вас доложить?

– Протасова Валерия Алексеевна, социальный работник. По распоряжению мера города господина Лужкова мы развозим новогодние подарки всем инвалидам, – показала она пакет. – Вот мои документы, – добавила она, раскрывая корочки перед охранником.

– Проходите, – сразу же распахнул тот дверь перед девушкой. – Я вас провожу.

Валерия шагнула во двор и направилась следом за парнем к дому.

«Ничего себе особняк, – отметила она, окидывая взглядом огромный трехэтажный дом. – И зачем инвалиду такой? Впрочем, что это я? Может, у него семья большая?»

Девушка подняла глаза и увидела в одном из окон пожилого человека. Он сидел в кресле и пристально наблюдал за ней и охранником. Лере стало не по себе от этого взгляда, по ее спине побежали мурашки. Она торопливо догнала молодого человека и вошла с ним в дверь дома.

– Подождите здесь, я доложу о вас хозяину, – остановил ее тот в огромном холле. – Как, вы сказали, вас зовут?

– Протасова Валерия Алексеевна, – повторила сыщица.

– Присядьте в кресло, можете посмотреть журналы, – предложил молодой человек. – Я быстро.

– Спасибо, – ответила Лера и села в одно из четырех кресел.

Через несколько минут охранник вернулся и пригласил ее пройти за ним.

– Илья Викторович ждет вас, – сказал он. – Только я должен вначале проверить содержимое вашей сумки.

– В каком смысле? – не поняла Валерия. – Вы собираетесь обыскивать мои личные вещи?

– Нет-нет, что вы, – смутился молодой человек. – Я должен проверить ту сумку, в которой вы принесли подарки.

– Вы думаете, что я террористка? – засмеялась Лера. – Поверьте, молодой человек, я далека от этого.

– Простите меня, мадам, но в этом доме существуют определенные правила, которые я обязан исполнять, – развел руками охранник. – Не мной они заведены, не мне их нарушать, иначе недолго и работу потерять.

– Я не заставляю вас нарушать правила, – пожала Лера плечами. – Проверяйте, если так нужно, – подала она сумку охраннику.

Тот вытащил содержимое, тщательно осмотрел вещи и положил их обратно.

– Все в порядке.

– Я в этом нисколько не сомневалась. Теперь, я надеюсь, мне можно пройти к Илье Викторовичу?

– Да, конечно, я вас провожу до его кабинета, – ответил охранник и первым пошел к лестнице. Лера поторопилась за ним.

Глава 7

Настя не находила себе места от волнения и беспокойства, а Валерия все не звонила.

– Обещала звонить через каждые два часа, а прошло уже три, – ворчала она. – Ведь прекрасно знает, что я переживаю, и в ус не дует! Как нарочно, ее телефон почему-то недоступен. Татьяну, что ли, спросить, может, Лера ей звонила? – и Настя начала набирать домашний номер Тани.

– Привет, это я, – проговорила она, как только услышала голос подруги. – Тебе, случайно, Валерка не звонила?

– Нет, – ответила Таня. – А что случилось?

– Она уехала в поселок, к инвалиду, о котором ты говорила, – начала объяснять Анастасия. – Обещала звонить мне через каждые два часа, а прошло уже три. Я ужасно волнуюсь!

– Куда она поехала?! – ахнула Татьяна.

– К инвалиду, в тот дом, – повторила Настя.

– Она что, с ума сошла?

– Не знаю, может, и сошла. Таня, ты не можешь приехать? – спросила Настя. – Мне так здесь жутко одной…

– Сейчас приеду, – с готовностью ответила та. – Прекращай хандрить, все будет нормально, – попыталась она приободрить подругу.

– Я стараюсь, только у меня ничего не получается, – тяжело вздохнула Настя. – Прошли всего сутки, а мне кажется, что целый год.

– Ладно, я приеду и подниму тебе настроение, жди, – сказала Татьяна и отключилась.

Настя с тоской посмотрела на трубку:

– Был бы рядом мой Свиридов, мне бы стало намного легче.

Словно в ответ на эти слова зазвонил ее мобильный телефон, и по мелодии она поняла, что это Сергей. Она специально поставила отдельную мелодию на его вызов.

– Алло, Сережа! – закричала Анастасия, торопливо включив трубку. – Почему ты так долго не объявлялся? И твой телефон недоступен, я уже сутки тебе пытаюсь дозвониться.

– Мы в горы уезжали, туда радиоволны не доходят, – ответил тот. – Ну, здравствуй, Рыжик. Как ты там без меня?

– Ой, Сереженька, и не спрашивай, – вздохнула Настя. – Тут такое…

– Что-то случилось?

– Да, – тихо проговорила девушка и замолчала, не в состоянии произнести ни слова о страшной трагедии.

– Насть, ты что молчишь? – с беспокойством спросил Сергей. – Что случилось? Говори!

– Сережа, я даже не знаю, как сказать.

– Говори, как есть, – строго велел тот…

– Игоря Дронова убили.

– Как – убили?! – охрипшим голосом переспросил Сергей.

– Застрелили.

– Кто?

– Неизвестно.

– О, господи! – простонал молодой человек. – Как это произошло?

– Игоря нашел Виктор Трушкин в его квартире с тремя пулями в голове. Они должны были ехать на какую-то медицинскую конференцию, чтобы снять сюжет, а Игоря все не было. Вот Трушкин сам к нему и поехал, а там… Преступники что-то искали, потому что все вещи были разбросаны.

– А что милиция говорит?

– Ничего она не говорит, – проворчала Настя. – Считают, что это связано с каким-то журналистским расследованием Дронова. Только… впрочем, потом обо всем поговорим, когда ты приедешь.

– Черт, как нарочно, я не могу отсюда уехать, билетов нет, – чертыхнулся Сергей. – Что же делать, Настя?

– А может, бронь?

– Кто мне ее даст?

– А по звонку из управления? Если я Ивана Петровича попрошу помочь?

– А он сможет?

– Я не знаю, но попытаться можно.

– Попытайся, Рыжик, очень тебя прошу, – потухшим голосом проговорил Сергей. – Я никогда себе не прощу, если не смогу проводить лучшего друга в последний путь. Я должен быть на его похоронах!

– Я сегодня же Ивану Петровичу позвоню, – пообещала Настя. – Сережа, ты, случайно, не знаешь: Игорь в последнее время не занимался чем-нибудь… таким? – спросила она, в душе все же надеясь, что Игоря убили не из-за нее, а из-за какого-нибудь его расследования.

– Каким таким?

– Ну… криминалом?

– Не знаю, может, и занимался, – неопределенно ответил тот. – Меня две недели в Москве не было, откуда я могу знать, куда он снова влез?

– Ты думаешь, он мог куда-то влезть?

– А за что же тогда его убили? Наверняка сунулся, куда не положено, – вздохнул Свиридов. – Ты же его прекрасно знаешь, он – как ищейка. Чуть почует запах дичи, тут же сломя голову бросается по следу.

– Да, знаю, Игорь никогда «жареный» материал не упускал, – согласилась Настя. – Но мне он ничего не говорил. Я знаю, что он в последнее время занимался какими-то медицинскими разработками, связанными со стволовыми клетками. Это – все. Уже несколько статей написал на эту тему. Специально ездил к Тепляшину, брал у него интервью. Насколько мне известно, эта тема абсолютно мирного характера и с криминалом не имеет ничего общего.

– Но ведь за что-то его убили? – настойчиво повторил Сергей. – И тебе прекрасно известно, что просто так, ради спортивного интереса, этого делать бы не стали.

– Да, я понимаю. Ну, будем надеяться, что милиция разберется и найдет преступников.

– Блажен, кто верует, – заметил Свиридов. – Много у нас находят?

– Ладно, Сережа, я звоню Ивану Петровичу, а потом сразу же тебе, – прервала Настя разговор, чтобы не продолжать эту больную и неприятную тему. – Пока, милый, целую.

– Я тебя тоже целую и с нетерпением жду звонка, – ответил тот и отключился.

Анастасия задумчиво уставилась в одну точку.

– Может, не все еще потеряно? – прошептала она. – И совсем не из-за меня убили Игоря? Дай-то бог, чтобы так и было.

Девушка достала записную книжку и нашла телефон Шарова.

«Только бы он не отказал, – подумала она, набирая номер полковника. – В крайнем случае намекну, что Сергей, вероятнее всего, что-то знает о самостоятельном журналистском расследовании Дронова. Ну, привру, конечно, но ведь это ради него самого! И потом, еще неизвестно: может быть, Сережка и в самом деле в курсе, просто мне не говорит?..»

– Алло, Иван Петрович, это вы? – осторожно спросила она, услышав раскатистый басок полковника. – Это Настя вас беспокоит.

– А, Настенька, здравствуй, душа моя, – приветливо воскликнул Шаров. – Никак вспомнила что-то, раз звонишь мне?

– Ну, как вам сказать? – неуверенно проговорила девушка. – Не то чтобы я сама вспомнила… Иван Петрович, Свиридов Сергей наверняка что-то знает, только он никак не может вернуться, билетов нет. Вы не могли бы ему помочь, ведь должна быть бронь? – торопливо заговорила Настя. – Ведь вы же помните, что они с Игорем были лучшими друзьями. Сергей никогда не простит себе, если не сможет быть на его похоронах. Помогите, ради бога, Иван Петрович, – взмолилась она.

– Не переживай, душа моя, я позвоню в тот город, у меня старинный приятель в управлении служит, он поможет, – успокоил девушку Шаров. – Будет твоему Сергею билет на завтра.

– Ой, спасибо, Иван Петрович, – обрадовалась Настя. – Я Сереже скажу, что все в порядке.

– Не торопись, сорока, – осадил ее полковник. – Сначала дай мне дозвониться, уладить все, а когда будет точно известно, что и как, позвонишь своему Сереже. Через пару часов я сам тебе перезвоню. Ты где сейчас, кстати?

– Я все там же, у Леры, – ответила Настя. – Но вы мне лучше на мой мобильный звоните, я… запишите мой номер.

– А почему не на домашний? – насторожился Шаров.

– Не на домашний? – растерянно переспросила девушка. – Ну… я в магазин хотела сходить, – выкрутилась она, поняв, что чуть не проговорилась. – Меня может просто не быть.

– Понятно, – как-то странно крякнул полковник. – А то я было подумал, что к домашнему телефону ты боишься подходить.

– Вам показалось, – уверенно сказала Настя. – Чего мне бояться?

– Показалось, значит, показалось, – согласился Шаров. – До свидания, душа моя, жди звонка.

Полковник отключился, и Настя облегченно вздохнула:

– Ну, слава тебе, господи, одна проблема решена… будем надеяться, что решена, тьфу-тьфу! Сережа приедет, и мне сразу же спокойнее станет. Он все-таки мужчина, в обиду меня не даст.

В это время раздался звонок в дверь, и Настя побежала открывать.

«Таня приехала», – подумала она и, даже не заглянув в глазок, открыла. Девушка испуганно хлопнула глазами, увидев на пороге незнакомого парня огромных размеров в тулупе и большой лисьей шапке.

– Вы кто? – еле выговорила она.

– Разве не видишь? Конь в пальто, – весело хохотнул тот и, бесцеремонно отодвинув Настю мощной грудью, вошел в квартиру и закрыл за собой дверь.

* * *

Валерия вошла в кабинет и увидела почтенного господина зрелых лет, сидевшего за большим письменным столом в инвалидном кресле. Гордый профиль и внимательный взгляд говорили о том, что этот человек совсем не так прост и немощен, как может показаться при виде инвалидного кресла.

– Здравствуйте, Илья Викторович, – дружелюбно улыбнулась Лера.

– Добрый день, – ответил тот, пристально рассматривая непрошеную гостью. – Чем обязан?

– Я приехала поздравить вас с наступающим Новым годом, привезла подарки, – Лера показала ему пакет. Ее немного смутило то, что старик откровенно и внимательно рассматривает ее, но она постаралась взять себя в руки. – Здесь шампанское, конфеты, кое-какие продукты для праздничного стола… – начала перечислять она содержимое сумки.

– От кого подарки? – перебил ее Кормухин.

– От государства. Я представитель социальной службы, вот и развожу их по адресам, – объяснила Лера.

– Что это вдруг меня вспомнили? – усмехнулся старик. – Никогда не поздравляли, а сейчас решили поздравить?

– Я не могу ответить вам на этот вопрос, я человек маленький, – пожала Лера плечами. – К нам поступают продукты, списки с фамилиями и адресами, и мы выполняем распоряжение согласно этим спискам.

– Ну, что ж, спасибо, что они побеспокоились, – равнодушно ответил Кормухин. – Я вас больше не задерживаю, всего хорошего.

– Может быть, у вас есть какие-нибудь просьбы или жалобы? – спросила Валерия, растерявшись от такого неприкрытого безразличия.

– Нет, – коротко бросил инвалид. – До сих пор обходился без просьб, обойдусь и дальше.

– Илья Викторович, я вас чем-то обидела? Почему вы так недружелюбны со мной? – спросила Лера, сделав попытку вывести старика на дальнейший разговор.

– Почему вы так решили? – удивленно вскинул брови тот. – Если у инвалида нет жалоб и просьб, это расценивается как обида? Я понимаю: вы привыкли к тому, что старики изливают вам свою душу. Только я не из той породы, в свою душу я не пускаю никого, и вы, милая барышня, здесь совершенно ни при чем.

– Но мне нужно знать, как вас обслуживают, – не сдалась Валерия. – Хватает ли вам лекарств, ведь вам должны их выдавать бесплатно?

– Мне всего хватает, я ни в чем не нуждаюсь. Надеюсь, это все? – нетерпеливо проговорил инвалид.

– Впервые встречаюсь с человеком, который ни в чем не нуждается, – скованно улыбнулась Лера. – Хотя, судя по дому, в котором я сейчас нахожусь… наверное, вы действительно ни в чем не нуждаетесь, – заметила она. – До свидания, Илья Викторович, было очень приятно с вами пообщаться.

– Вам не идет неприкрытая лесть, уважаемая Валерия Алексеевна, – усмехнулся тот. – И вам совсем не было приятно со мной общаться.

– Но… почему вы так говорите? Мне…

– Не нужно оправдываться, – перебил девушку старик. – Со мной нелегко, и я прекрасно об этом знаю. Но вот вы… впрочем, это совсем неважно, – не договорил он. – Спасибо за подарки, всего хорошего, – повторил он.

– До свидания, – потухшим голосом ответила Лера и направилась к двери. Она была крайне недовольна собой за то, что не смогла разговорить старика и ее визит в этот дом прошел впустую. Девушка уже взялась за ручку двери, как та распахнулась сама, и на пороге возник молодой человек с волосами цвета спелой пшеницы.

– Вы?! – ахнула Лера, узнав в нем своего попутчика с рейса Пекин – Москва, записку которого она прочла несколько часов назад. – Этого не может быть! – прошептала она.

– Вы? – в свою очередь, удивился тот. – Что вы здесь делаете? Неужели в гости ко мне приехали? Вот так сюрприз!

– Ни в какие гости я к вам не приезжала, – растерялась Лера. – Вернее, приехала, но совсем не к вам. Я по делу, по рабочему, нет, по государственному… кажется, – совсем запуталась она. – Не смотрите на меня так. Я тут… это… приезжала поздравить с наступающим праздником Илью Викторовича, – наконец сориентировалась она.

– Деда? – улыбнулся молодой человек. – Ого, дедуля, я смотрю, ты времени даром не теряешь? Какую красавицу у меня отбил!

– Что вы такое говорите?! – округлив глаза, зашептала Валерия. – Кого у вас отбили? Я что, каким-то образом… что за глупости? – она рассердилась.

– Ты знаком с Валерией Алексеевной? – раздался голос старика. – Проходи, Илюша, рад тебя видеть, дорогой.

– Да, знаком… в некотором роде, – не переставая улыбаться и смотреть на Леру, парень кивнул. – Летели одним рейсом из Пекина. Влюбился я, дед, в эту красавицу с первого взгляда и, похоже, окончательно и бесповоротно!

– Что за глупые шутки? – возмутилась Лера. – Прекратите немедленно!

– Что ж, выбор весьма достойный, – отметил старик, чем окончательно вывел Валерию из равновесия.

– Вы что, сговорились, господа? – нахмурилась она. – Я тоже человек, не лишенный чувства юмора, но ваши шутки мне совсем не по душе.

– Вы прочитали мою записку? – спросил Илья, словно не слыша ее слов.

– Ничего я не читала, – соврала та. – Она же так до меня и не долетела.

– В самом деле? – вскинул брови молодой человек. – А мне показалось, что вы ее сунули себе в карман.

– Вы что, следили за мной?

– Просто я хотел вас подождать, чтобы познакомиться, и ждал у выхода к трапу. А потом увидел, как вы отлепили от своего каблучка мой бумажный самолетик и положили его в карман. И тогда я решил: пусть распорядится судьба. Если нам действительно суждено встретиться, значит, вы мне позвоните, прочтя мою записку, – откровенно и без всякого пафоса сказал Илья. – И вот я вижу вас! Значит, все-таки судьба? Как вы думаете, я прав?

– Не знаю, – смутилась Лера. – Я ведь не к вам приехала, а к Илье Викторовичу. При чем здесь судьба?

– Зато я знаю, – склонившись к ее уху, прошептал молодой человек. – Приехали вы не ко мне, но ведь я-то здесь!

– О чем вы шепчетесь? – прервал их разговор голос старика.

– О любви, дед, о ней, бессмертной, – подмигнув Лере, бойко ответил Илья. – Дед, давай-ка я тебя в столовую отвезу, пообедаем вместе. Глаша такую утку с яблоками приготовила – пальчики оближешь.

– Ты же знаешь, я не выхожу к общему столу, – нахмурился Илья Викторович. – И принимаю только ту пищу, которую мне готовит Маргарита.

– Дед, хватит тебе ерундой мучиться. Если тебе так спокойнее, будешь есть только то, что попробую я. Маргариты твоей недели три не будет, а то и целый месяц. С голоду собрался умирать? Ничего у тебя не выйдет, я не позволю, – заявил Илья и, взявшись за ручки инвалидной коляски, покатил ее к двери. – А вы, Валерия, с нами пообедаете? – спросил он. – Отказ не принимается, – тут же добавил он.

– Я? Неудобно как-то, я здесь никого не знаю…

– Вполне достаточно того, что вы знаете меня и деда. И потом, разве вы не слышали, что я только что сказал? Отказ не принимается!

– Ну, раз отказ не принимается, тогда мне остается только принять ваше приглашение, – Лера развела руками.

– Вот и отлично, поехали, – весело произнес Илья и покатил впереди себя коляску.

– Вас Ильей в честь деда назвали? – спросила Лера, идя рядом с молодым человеком.

– Да, в честь него, я – Илья Ильич, – с гордостью ответил тот. – Дед у меня – чудо-старик, я его обожаю. Надеюсь, что это чувство у нас взаимное. А, дед, взаимна ли наша с тобой любовь? – со смехом спросил он, наклонившись к старику.

Лера посмотрела на Илью Викторовича и увидела, как его губы еле заметно подрагивают, готовые растянуться в улыбке.

– Значит, вашего отца тоже Ильей зовут? – спросила Валерия.

– Не совсем, – нахмурился Илья. – Что-то хандрить начал в последнее время мой дедуля, – вздохнул он, резко прервав разговор о своем отце. – Мне даже пришлось контракт прервать, чтобы вернуться.

– Еще и неустойку заплатить, – напомнил Илья Викторович и ехидненько посмотрел на внука.

– Неустойка – ерунда, это всего лишь деньги, – хмыкнул молодой человек. – Лишь бы ты у меня был здоров и весел, остальное суета.

Валерия слушала этот разговор и недоумевала.

«Совсем не похоже, что в этом доме могли совершаться какие-то преступления! Что дед, что его внук – достойные люди, во всяком случае, производят такое впечатление. Тогда в чем же дело? Впрочем, что это я? Ведь они здесь не одни живут, наверняка еще есть обитатели. Возможно, за обеденным столом мне посчастливится их увидеть и познакомиться. Кстати, а почему Илья сказал, что Маргариты не будет три недели или даже месяц? – вспомнила вдруг она. – Может, в отпуск уехала? Хотя Таня не говорила об этом. Наоборот: мать Риты говорила о том, что у девушки будет выходной только в среду. Ладно, буду надеяться, что мне удастся узнать, в чем дело, – решила Валерия. – Как неожиданно вовремя объявился Илья, прямо мистика какая-то! Наверное, это знак, как ни крути, похоже, я на правильном пути. А жаль, – вздохнула Лера. – Мне бы совсем этого не хотелось…»

– Что это мы так тяжело вздыхаем? – вывел ее из раздумья Илья. – Проблемы?

– У кого их сейчас нет?

– У меня, – засмеялся молодой человек. – Нет, честное слово, у меня вообще нет проблем, я по жизни такой… везунчик, одним словом. Все друзья мне завидуют, подружки восхищаются, а враги злятся.

– Откуда же враги, если нет проблем? – усмехнулась Лера.

– Да это я так, к слову, – пожал плечами Илья. – Похоже, что у меня и врагов нет.

– Как же, нет врагов у него, – проворчал старик. – Кое-кто спит и видит тебя в гробу в белых тапочках.

– Господи, что вы такое говорите, Илья Викторович? – ахнула Валерия.

– Не обращай на него внимания, он человек без комплексов, всегда говорит то, что думает, – прокомментировал Илья.

– Разве мы уже на «ты»? – удивленно спросила Лера.

– А разве еще нет? – округлил глаза молодой человек. – Так давай срочно исправим эту ошибку.

– Для чего?

– Ну, для простоты общения, например, – пожал плечами Илья. – «Вы» – это как-то отдаляет, тебе не кажется?

– Похоже, в вашей семье не только дедушка – человек без комплексов, – заметила Лера.

– Точно, у меня их тоже нет, – согласился Илья. – Так каким же будет твое решение?

– Ну… я не знаю, – неуверенно пробормотала Лера. – Можно попробовать, конечно, только…

– Отлично, – не дал ей договорить Илья. – Ты что больше любишь, мясо или рыбу? – спросил он.

– Рыбу, – ответила Валерия. – Мясо тоже люблю, только не очень часто.

– Я так и знал, что наши вкусы совпадают. Что ты читаешь?

– Детективы.

– В самую точку! Цвет?

– Голубой и сиреневый.

– Фантастика! Твой знак Зодиака?

– Водолей.

– Обалдеть, а я – Близнецы, – радостно сообщил Илья.

– И что это значит?

– Для Близнецов идеальным знаком является… угадай с трех раз!

– Судя по твоим хитрым глазам, угадаю с одного, – засмеялась Лера. – Водолей?

– Точно. Мы с тобой – идеальная пара, и в моем гороскопе написано: «Если вы хотите жить в Эдеме на земле, то вы в нем обязательно поселитесь, будучи в браке с Водолеем». Значит, это судьба, нам нужно срочно пожениться, – возбужденно выпалил молодой человек.

– Не надо бросаться такими словами, Илья, ты совсем меня не знаешь, – нахмурилась Лера. – И твоя шутка совсем не смешная.

– Я и не думал шутить, – возразил Илья. – Хочешь, прямо сейчас встану на одно колено и сделаю тебе официальное предложение руки и сердца? – запальчиво спросил он. – Черт, правда, кольца пока нет. Но этот вопрос вполне решаем: пообедаем и сгоняем в ювелирный магазин.

– Ты можешь взять кольцо своей бабки, – подсказал Илья Викторович, чьи слова окончательно вывели Леру из равновесия.

– Илья Викторович, ну, ладно, внук ваш балагурит, шутит, но вы… Такой солидный человек, а туда же, – с возмущением отчитала старика Лера. – Я от вас такого совсем не ожидала!

– Да будет вам известно, милая барышня, что мой внук никогда не бросает слов на ветер, – строго ответил тот. – И никогда не говорит того, чего говорить не хочет. А уж шутки такого рода вообще исключаются. Мой внук впервые сделал девушке предложение. Вы не хотите его принять? Ну, тогда вы просто набитая дура, – откровенно высказался он.

– Как вы сказали? – вытаращила глаза Валерия.

– Повторить?

– Хватит тебе, дед, – вклинился в их перепалку Илья. – Не обращай на него внимания, – улыбнулся он девушке. – За меня он готов любому в горло вцепиться.

В это время они вошли в столовую, и разговор пришлось прервать.

– Добрый день, господа, – слегка склонив голову, поприветствовал присутствующих Илья. – Дядя Коля, я попрошу освободить место, которое вы заняли, оно принадлежит хозяину дома – моему деду, – с ироничной улыбкой проговорил он.

– Но… он же никогда… – растерянно заговорил тот, но был резко оборван Ильей: – А теперь он всегда будет сидеть за столом, на своем месте, – сказал он и, отодвинув стул, установил кресло с дедом во главе стола. – Прошу познакомиться, господа: Валерия, – показал он на девушку. – Моя невеста, – спокойно добавил он.

Лера вскинула глаза и увидела перед собой растерянные, удивленные лица. У кого-то выпала из рук вилка и с громким лязгом опустилась на тарелку. Рука толстого господина, который пил вино из бокала, резко дернулась, и вино вылилось на его белоснежную рубашку. Дородная дама, сидевшая рядом с ним, схватила салфетку и начала интенсивно ею обмахиваться. Лера смотрела на эту странную картину и никак не могла понять – что происходит? Почему известие о том, что Илья привел в дом свою невесту, встречается с таким недоумением и растерянностью?

«Что-то здесь нечисто, – подумала она. – Хотела я сказать этим господам, что это – всего лишь шутка, но теперь даже и не подумаю. Очень интересно, в чем же дело?»

– Прошу, дорогая, присаживайся, – услышала она рядом с собой голос Ильи. – Ты какое вино предпочитаешь, белое или красное?

– Я совсем не пью вина, – ехидно улыбнулась Лера. – Разве ты забыл, дорогой, что у меня аллергия на спиртное?

У нее возникло желание – вцепиться ему в волосы и выдрать пару клоков за то, что он так нагло использует ее, даже не предупредив – в каких целях. Она еле сдержала свой порыв, но не забыла одарить «жениха» таким взглядом, что он сразу все понял.

– Не обижайся, потом я тебе все объясню, – прошептал ей на ухо Илья.

– Надеюсь, – еле слышно ответила Валерия.

Девушка прошла к столу и села на стул, предупредительно отодвинутый для нее Ильей. Она взяла салфетку, лежавшую рядом с ее тарелкой, и, встряхнув, положила ее на колени. Все присутствующие продолжали на нее смотреть, как на марсианку, и Лера уже начинала злиться всерьез. Она постаралась взять себя в руки и успокоиться. «Что ж, придется вспомнить уроки этикета», – вздохнула она, с тоской глядя на большое количество столовых приборов, лежавших по обе стороны ее тарелки.

– Приятного аппетита, господа, – произнес Илья. – Я надеюсь, вы рады моему приезду, и за это стоит выпить! Прошу прощения за то, что не смог вчера присоединиться к вам во время ужина. Но сейчас я здесь и готов с вами вместе поднять бокалы.

– Да-да, за это действительно стоит выпить, – подхватил худощавый парень, которого Лера заметила не сразу.

– И как надолго ты приехал на этот раз, Илюша? – поинтересовался дядя Коля, которого выдворили с насиженного места. Он продолжал бросать в сторону Валерии удивленные взгляды, но она постаралась абстрагироваться и не обращать внимания.

– Навсегда, – ответил Илья, и Лера вновь увидела вытянувшиеся лица присутствующих.

– А как же твой контракт, Илья? – спросил дядя.

– Наплевать на контракт, я соскучился по дому, – легкомысленным тоном ответил тот. – Не в деньгах счастье, друзья мои, не правда ли?

– А в их количестве, – услышала Лера тихое ворчание господина, сидевшего рядом с ней. – Принесла же тебя нелегкая на наши головы!

«Черт возьми, что здесь происходит? – вновь подумала она, пристально наблюдая за этой странной картиной. – Это стоит непременно выяснить, иначе бессонница мне обеспечена».

Глава 8

– Вы кто? – испуганно повторила Настя, с ужасом глядя на здоровенного парня. – И что вам нужно?

– Вот уж не предполагал, что такая птаха может быть частным детективом, – хмыкнул тот, проигнорировав вопросы девушки.

– Каким еще детективом? – не поняла Анастасия. – И какая я вам птаха? – возмутилась она столь непрезентабельным сравнением.

– Ты, что ли, Протасова? – задал следующий вопрос верзила, не обращая внимания на ее слова. Он с недоумением таращился на девушку сверху вниз.

– Так вы к Протасовой? – облегченно вздохнула Настя. – Нет, я – не она, я ее подруга, она уехала по делам, будет не скоро, всего доброго, – на одном дыхании выпалила она и уже взялась за ручку двери, чтобы открыть ее и выпроводить непрошеного гостя.

– Подруга? Ну, это другое дело. А я все смотрю и думаю: «Не может быть эта птаха детективом!»

– Это почему же не может? – Анастасия раздула ноздри.

– Махонькая ты очень, – добродушно засмеялся здоровяк.

– При чем здесь мой рост? Зато мозги на месте! И никакая я вам не птаха, сколько можно говорить? – топнула она ногой. – Валерия вернется не скоро, всего хорошего!

– Не скоро, говоришь? – разочарованно произнес парень, почесывая в затылке. – Ну, ничего, у меня времени – вагон, я подожду, – хохотнул он и бесцеремонно прошагал внутрь квартиры.

– Эй, вы куда, уважаемый? – Настя недоуменно посмотрела на его широкую спину.

– Меня Анатолием зовут, – бросил он через плечо. – А тебя как звать-величать, птаха?

– Настя, – машинально ответила девушка. – Послушайте, Анатолий, вы не можете здесь оставаться, мне нужно уходить! – бросившись следом за гостем, выкрикнула она.

– Иди себе на здоровье, – пожал плечами тот, снимая с себя тулуп и шапку. – Разве я тебя держу?

– А как же я уйду, если вы здесь? – резко спросила Анастасия.

– А чё такого? Я чё, на бандита похож или на жулика?

– Очень… – интенсивно закивала Настя.

– Чё – очень? – нахмурился Анатолий.

– Похожи… на бандита, – пискнула девушка.

– Да? Надо же, никогда не замечал, – пробормотал парень и, подойдя к зеркалу, начал рассматривать свое отражение. – Лицо как лицо, – буркнул он, потирая подбородок. – Я не бандит, не жулик и не аферист, я – простой работяга. Веришь, птаха? – спросил он, повернувшись к Анастасии.

– Не-а.

– А чё делать? – откровенно изумился молодой человек.

– Не знаю, – пожала девушка плечами. – Подождите мою подругу во дворе.

– Так там же мороз!

– А я здесь при чем?

– Тоже верно. Ты-то здесь при чем? – разочарованно пропыхтел здоровяк.

Настя чуть не прыснула, глядя на растерянное лицо этого большого ребенка, и ей вдруг до ужаса стало его жаль.

– А вам зачем Валерия понадобилась? – более миролюбивым тоном спросила она.

– Мне-то? Брата своего хочу найти. Уехал в прошлом году сюда, в столицу, на заработки – и пропал. Не сразу пропал, а через семь месяцев. Сначала письма писал, пару раз звонил. У нас в районном центре на почте телефон есть, можно переговоры заказывать, он два раза меня вызывал на эти самые переговоры, – обстоятельно начал рассказывать Анатолий. – Говорил, что все у него отлично, на хорошую работу устроился, комнату снял у какой-то женщины. Еще посмеивался, говорил, может, женюсь на москвичке. Молодая вроде хозяйка, лет тридцати пяти, а моему двадцать семь недавно исполнилось, мы с ним погодки, мне – двадцать восемь. Что баба чуток постарше, это ж не страшно? Лишь бы добрым человеком была да хозяйкой хорошей, – заметил он. – А Гришка всегда шуры-муры заводил с теми, кто постарше. Говорил – они опытные, с ними интереснее, чем с малолетками. Я ничего супротив ему не сказал, когда он о женитьбе заикнулся: взрослый уже, должен понимать, что к чему. Письма он мне регулярно слал, и я ему всегда отвечал. И вот пять месяцев тому назад все резко прекратилось: и письма, и открытки поздравительные – нет ничего. Три месяца назад он даже мать с днем рождения не поздравил, а потом и про мой забыл. После таких дел я заволновался не на шутку и решил сам в Москву ехать. Посоветовался с друзьями, а они мне и говорят: «Москва – город огромный, где ты там Григория будешь искать? Это равносильно тому, что иголку в стоге сена высматривать». Ох, подумал я хорошенько и понял, что правы они во всем, – тяжело вздохнул Анатолий. – Но искать-то все равно нужно. Как же я могу своего брата родного, свою кровиночку, на произвол судьбы бросить? Нет, никак не могу, только вот искать – не знаю где.

– Вы только что сказали, что брат вам письма писал, и вы ему регулярно отвечали, – напомнила Настя.

– Ну да, и что?

– Как – что? Вы же ему на какой-то адрес письма отправляли? Там и нужно искать вашего брата, – подсказала она.

– Дык не получится ничего, – махнул Анатолий рукой. – Я ему до востребования писал, на Главпочтамт.

– Да-а, дела, – нахмурилась девушка. – А что он писал о своей работе? Куда он устроился?

– Сказал, что на стройке, в центре где-то. А на какой стройке, в каком таком центре – понятия не имею, – развел руками молодой человек.

– И вы решили все-таки приехать, чтобы найти брата?

– Ну да, приехал я, – Анатолий кивнул. – Как было не приехать, брат родной все-таки! Только самому мне его никогда не найти, а вот твоя подруга… Мне сказали, что Валерия Протасова – очень опытный детектив, – оживился он, заговорив о сыщице.

– А кто вам о ней рассказал?

– Знакомый один, Алексей Веригин. У него в Москве дядька родной живет. Так вот, Алешка к нему в гости сюда ездил, как раз полгода тому назад. А дядька его в то время в ужасную историю попал, мог огромную сумму денег потерять. Чтобы этого не произошло, он и обратился к частным детективам. Алешка один раз к ним за какими-то документами ездил и адресок запомнил. Вот он мне его и написал.

– А как же вы узнали домашний адрес Валерии?

– Прихожу я, значит, сегодня туда, в эту самую «Пантеру», а там секретарша…

– «Багиру», – поправила рассказчика Настя.

– Да какая разница? – отмахнулся Анатолий. – Прихожу я, где, спрашиваю, тут Протасова? А секретарша мне – как обухом по голове! В отпуске, говорит, Валерия Александровна…

– Алексеевна, – снова поправила парня Настя.

– Какая разница? И будет, говорит, только через две недели. Как, говорю, через две недели? И что я должен эти четырнадцать дней делать? Новый год на носу, а я тут? Нет, говорю, моя хорошая, или ты даешь мне ее домашний адрес, или я вашу халупу по кирпичикам разнесу, а тебя вместе с твоим столом на свалку выброшу.

– А говорили, что не бандит, – прищурилась Анастасия. – Это же настоящая бандитская выходка – угрожать человеку!

– Дык я ж не по-настоящему, так, для страху, чтобы она мне адрес дала, – начал оправдываться Анатолий. – Разве я смог бы женщину обидеть? Да ни в жисть!

– Значит, Ирина вам все же дала адрес? – невольно улыбнулась Настя.

– А куда б она делась? – хохотнул Анатолий. – На мое счастье, там никого из сотрудников не было, все по делам разъехались. Вот она и испугалась, дала адресок. Я ей потом шоколадку отнес, чтобы успокоить. И вот я здесь, а твоей Валерии нет дома, – вздохнул он. – Мне бы к Новому году до дому поспеть, там мать да жена остались. Нехорошо это, чтоб такой праздник в чужой стороне встречать.

– Это так, – согласилась Анастасия. – Только до праздника осталось всего четыре дня.

– И что?

– Не думаете же вы, что Валерия сможет найти вашего брата так быстро?

– Не сможет?

– Ну я не знаю, – Настя пожала плечами. – Мне кажется, это маловероятно.

– Почему?

– Но из вашего рассказа я поняла, что вы даже адреса не знаете, где он может быть. Как же тогда искать вашего Григория?

– Так ведь детектив же – твоя подруга, она должна знать, как это делается.

– Детектив – это еще не волшебник и не Господь Бог, – возразила Настя. – Чудес творить не умеет.

– Значит, я зря приехал? – разочарованно спросил Анатолий.

– Зря или не зря, это вам сама Валерия должна сказать.

В это время в дверь раздался звонок, и Анатолий заметно оживился.

– Это она, подруга твоя? – с надеждой спросил он.

– Не знаю, сейчас посмотрим, – Настя пошла открывать. На этот раз она заглянула в глазок, чтобы избежать очередной неожиданности, и увидела Татьяну.

– Ну, наконец-то, не прошло и года, – проворчала девушка, открывая подруге дверь.

– Извини, моя хорошая, пробки на дорогах, караул, – начала оправдываться Таня. – Зато я тебе тортик фруктовый привезла, глянь, какой прикольный, – показала она коробку. – Низкокалорийный, между прочим, значит, фигура не пострадает. Сейчас мы с тобой сообразим чайковского, и твою меланхолию как рукой снимет, – улыбнулась Таня.

– Уже, – засмеялась Настя.

– Что уже?

– Меланхолию уже сняло, вернее, снял.

– В каком смысле? – недоуменно посмотрела на подругу Таня.

– Проходи, сейчас поймешь, – велела Настя, подталкивая подругу в спину. Как только девушки вошли в кухню, Татьяна замерла как вкопанная.

– Это кто? – почему-то шепотом спросила она.

– Это Анатолий, – представила гостя Настя.

– Ну, наконец-то пришла! – радостно воскликнул тот, хлопнув себя ладонями по коленям. – А я уж думал – и не дождусь тебя!

– Меня? Ик, – икнула Татьяна, с ужасом глядя на громилу, который еле помещался на стуле. – Ой, извините, – зажала она рот рукой. – А почему меня? Ик!

– Дык я твоей подруге все уже рассказал: брат у меня пропал, – начал объяснять он, размашисто жестикулируя. – Родной брат, Григорий.

– Брат Григорий, ик! А я здесь при чем? Я никакого брата Григория не знаю. Настя, что ему от меня нужно? – тревожно спросила она у подруги.

– Таня, успокойся, от тебя ему ничего не нужно, – засмеялась та. – Анатолий к нашей Валерке приехал. Хочет, чтобы она брата его нашла, он пропал в Москве пять месяцев тому назад.

– О, господи, так бы сразу и сказали, – облегченно вздохнула Таня. – Так ведь и заикой недолго остаться. Ты только глянь на него, здоровенный какой!

– Так ты что, не Валерия? – нахмурился Анатолий. – Еще одна подруга? Во попал, не Москва, а бабий монастырь какой-то!

– Не бабий, а женский, – поправила его Татьяна. – Бабы на базаре семечками торгуют, а мы – женщины.

– А у нас бабы все делают: и семечками торгуют, и детей рожают, и по хозяйству успевают, вот так-то, – хмуро проговорил Анатолий. – Вон, брательник мой тоже с женщиной какой-то связался – и пропал. А если б женился на бабе, уже, глядишь, дитем бы обзавелся. И мне б не пришлось беспокоиться, бросать все и лететь сюда, разыскивать непутевого. А у меня жена там молодая, ребятенок грудной, работа в гараже, хозяйство немалое. Женщины, – проворчал он.

– Ладно, Анатолий, что это вы так разошлись? – миролюбиво проговорила Настя. – Давайте лучше чай пить, Таня торт привезла. Посидим, поговорим, глядишь, и Валерия объявится.

– Она тебе звонила? – спохватилась Татьяна.

– Нет, не звонила пока.

– Странно…

– Ничего, будем надеяться, что у нее все нормально, просто батарейка могла в трубке сесть, – сказала Настя. – Давайте пить чай.

* * *

Валерия едва высидела обед в доме у Кормухиных и облегченно вздохнула, когда наконец-то смогла встать из-за стола и выйти из столовой. Илья тоже поднялся и, взяв коляску деда за поручни, повез его в комнату. Лера присоединилась к ним.

– Дед, ты так ничего и не ел, – заметил Илья. – Так же нельзя, в самом деле.

– Я не хочу сидеть за одним столом с этими людьми, а уж есть с ними – и подавно, – недовольно проворчал дед. – И прошу тебя, внук, никогда меня больше не вози туда, у меня и так плохо с нервной системой.

– Не наговаривай, пожалуйста, на себя, дедуля, твоей нервной системе можно только позавидовать, – возразил Илья. – Сейчас я посмотрю, что у тебя имеется в холодильнике, и ты поешь при мне.

– Я сыт.

– Чем, интересно? Свежим воздухом? Или, может, духом святым?

– Я плотно позавтракал.

– Так то завтрак, а сейчас давно обед. О, я, кажется, придумал, – оживился Илья. – Хочешь, я сгоняю за пиццей?

– Это другое дело, – весело отозвался старик. – От пиццы я никогда не откажусь.

– Вот и договорились.

Илья вкатил коляску в комнату деда и, поцеловав его в лоб, вышел в коридор, где осталась стоять Валерия.

– Устала? – спросил он ее. – Я тоже терпеть не могу сидеть за одним столом со своими родственниками. Корчат из себя невесть кого, смотреть противно. А теперь мне каждый день придется их лицезреть, – тяжело вздохнул молодой человек.

– Весело у вас, – с сарказмом заметила Лера. – А какой ты контракт нарушил, если это не секрет, конечно? – неожиданно спросила она. – И почему?

– Контракт был заключен на пять лет с корейской фирмой «Хитачи», а проработал я там всего четыре года. Прервать его пришлось ради деда, но я не жалею. Работы у меня и здесь достаточно, только успевай поворачиваться, а вот здоровье деда и его спокойствие я ни за какие деньги уже не куплю.

– Он серьезно болен?

– Надеюсь, поживет еще, – неопределенно ответил молодой человек.

– Скажи-ка мне, Илья, что это за концерт ты устроил с моим участием? – прищурилась Валерия.

– В каком смысле?

– Ты прекрасно понимаешь, о чем и в каком смысле я говорю. Не нужно изображать передо мной невинную овечку, я не вчера родилась.

– Погоди, сейчас угадаю, когда же ты родилась, если не вчера, – резко остановился Илья и хитро посмотрел на девушку. – На вид тебе лет восемнадцать… нет, скорее всего, двадцать… с небольшим хвостиком, значит, ты родилась в одна тысяча девятьсот…

– Илья, прекрати паясничать, я тебя серьезно спрашиваю. Шутовской колпак тебе совсем не идет.

– Да? А мне казалось, что я в нем неотразим, – засмеялся тот. – Ладно, так и быть, я тебе все расскажу, но с условием.

– Что за условие? – насторожилась Валерия.

– Ты меня поцелуешь.

– С ума сошел?

– Ты считаешь, что целуются только сумасшедшие?

– Илья, зачем ты сказал своим родственникам, что я – твоя невеста? – сердито нахмурилась Валерия.

– А разве я им сказал неправду? – удивленно вскинул брови тот. – Я же сделал тебе предложение, прямо здесь, в этом самом коридоре. И вроде бы отказа не услышал? Или я снова пропустил все самое интересное? О, боже, меня послали, – простонал он, картинно закинув руку на лоб. – Я этого не переживу!

– И правда, шут гороховый, – фыркнула Лера. – Ты когда-нибудь бываешь серьезным?

– Всегда, вот тебе крест, – размашисто перекрестился Илья. – Пошли в мою комнату.

– Зачем это? – округлила глаза Валерия.

– Как зачем? Поговорить, конечно, – пожал плечами молодой человек. – А ты что подумала? А-а, я все понял, – изобразил он серьезность. – Ты рассчитывала на…

– Прекрати сию минуту, иначе я сейчас же уйду! – перебила его Лера.

– Никуда ты не уйдешь.

– Это почему же? – встала в позу девушка.

– Потому что… потому что я тебя никуда не отпущу.

– А я позову на помощь!

– Будешь кричать: «Помогите, спасите, насилуют!»? – хохотнул Илья.

– Надеюсь, до насилия дело не дойдет, – буркнула Лера.

– Обещаешь?

– В каком смысле? – не поняла девушка.

– Ну, ты точно не собираешься меня изнасиловать? – засмеялся Илья, и ему пришлось загораживаться обеими руками, потому что Лера набросилась на него с кулаками.

– Что ты себе позволяешь? Где только тебя воспитывали? – с негодованием шипела она.

– В Англии меня воспитывали, целых десять лет, – сквозь хохот отвечал Илья, продолжая загораживаться от кулачков Валерии. – Ух ты, какая рука у тебя тяжелая, однако, – отметил он, потирая ушибленное плечо. – Это надо учесть на будущее. Придется записаться в секцию бокса, чтобы уметь обороняться от свирепой супруги! Ты, кстати, мне так и не ответила… или ответила, но я не расслышал. Ты согласна быть моей женой? – как бы между прочим спросил Илья. Лера прекратила атаку и сердито посмотрела на него.

– Иди к черту, мне надоел этот цирк, я ухожу, – зло выпалила она и решительно направилась к выходу. Илья догнал ее у лестницы и резко развернул к себе.

– Почему ты не хочешь мне верить? Я действительно хочу, чтобы ты стала моей женой, – совершенно серьезно сказал он.

– Зачем?

– Ты – та самая, которую я искал всю свою сознательную жизнь.

– Совсем не смешно!

– Я и не думал смеяться.

– Наваждение какое-то… бред, – Валерия потерла пальцами виски. – Впервые попадаю в такую дурацкую ситуацию!

– Так уж и впервые? Мне кажется, это твое нормальное состояние, – ласково улыбнулся Илья.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась девушка.

– Попадать в дурацкие ситуации.

– С чего это ты взял? – ехидно прищурилась Валерия.

– Мне так кажется, ведь я же экстрасенс и читаю мысли на расстоянии, – сделал он уморительную гримасу.

– Значит, тебя пора убивать, – ответила Лера, глядя в его веселые глаза. Она вдруг поняла, что совершенно не может на него злиться, и это выбивало ее из колеи.

– Моя жизнь полностью принадлежит тебе, стреляй, – Илья подставил грудь, распахнув пиджак. – Надеюсь, пистолет у тебя имеется? Я даже знаю, где он может быть. Наверняка под чулочной резиночкой, это так сексуально! Давай посмотрим, – протянул он руку к ее юбке, чтобы приподнять подол.

– Нет, я так больше не могу, – Лера стукнула его по руке. – С тобой вообще можно разговаривать серьезно?

– Без проблем, пошли ко мне в комнату, и ты убедишься, какой я серьезный, хороший, изумительный, восхитительный… и до безобразия положительный парень.

– Пошли, изумительный, восхитительный, – вздохнула Валерия. – Похоже, что иным путем мне от тебя не избавиться.

– Тебе никак от меня не избавиться теперь, – Илья приобнял девушку за плечи и повел к себе в комнату.

Они вошли в просторные апартаменты, иначе эту комнату назвать было невозможно, и Лера изумленно уставилась на большой портрет, висевший над камином.

– Кто это? – прошептала она, вглядываясь в знакомые черты.

– Это моя мать, – грустно ответил Илья. – Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я влюбился в тебя, как только увидел?

– Такого просто не может быть, – произнесла Валерия, подходя ближе к камину, чтобы разглядеть портрет. – Она похожа…

– На тебя, – закончил мысль девушки Илья. – Только чуть-чуть постарше.

– Так вот почему на меня смотрели такими глазами твои родственники! – воскликнула Лера. – А я-то, дурочка, подумала, что у меня на голове внезапно выросли антенны, – усмехнулась она. – Так, значит, по этой причине ты хочешь на мне жениться? Но я – не она, – кивнула девушка на портрет. – Я всего лишь похожа на нее. Я никогда не смогу заменить тебе ее, из меня не получится матери для великовозрастного чада, – с сарказмом заметила она.

– Ну, зачем ты так? – обиженно спросил Илья. – Напрасно ты обо мне так думаешь, я отнюдь не страдаю эдиповым комплексом и давно не нуждаюсь в материнской опеке и заботе. Я хочу иметь жену, о которой смогу заботиться сам.

– Ее нет? – тихо спросила Валерия.

– Да, ее не стало, когда мне было десять лет, меня воспитывал дед.

– А отец?

– Я его не знаю, и никто не знает, даже дед, – пожал Илья плечами. – Мама не любила о нем говорить и почему-то скрыла ото всех, кто он.

– А-а, значит, поэтому ты Илья Ильич?

– Именно, – сухо и коротко ответил тот.

– Извини, я, кажется, лезу не в свое дело и задаю неприятные для тебя вопросы, – произнесла Лера, увидев, как нахмурились брови молодого человека.

– Это ничего, моя будущая жена должна знать обо мне все. И мне нечего скрывать.

– Илья, ты опять за свое?

– Не опять, а снова.

– Скажи, пожалуйста, а кто такая Маргарита, о которой ты упоминал при разговоре с дедом? – спросила Валерия, чтобы переменить тему и подвести наконец разговор к нужному руслу.

– Кто такая Маргарита? Это подружка деда, – очень просто ответил Илья.

– В каком смысле – подружка?

– Не подумай ничего такого. Подружка – в нормальном смысле, – сказал молодой человек. – Рита вроде сиделки, но они с дедом очень дружны. Хорошая девушка, дед ее очень любит, опять же, в нормальном понимании этого слова. Ее порекомендовала одна моя знакомая.

– Рита ушла в отпуск? Ты говорил Илье Викторовичу, что ее не будет три недели или даже месяц, – напомнила Лера.

– Нет, не в отпуск. Она сегодня утром поскользнулась на лестнице и ногу сломала, ее в больницу увезли. Дед ужасно переживает, он почему-то уверен, что неспроста это случилось.

– Как это?

– Долго объяснять! Как-нибудь в другой раз. Давай лучше поговорим о нас с тобой, – он улыбнулся своей неотразимой улыбкой. – О, кстати, коль уж так случилось, что Риты не будет, ты не могла бы ее на время заменить? – неожиданно предложил он.

– Что значит – заменить? – не поняла Лера. – В качестве кого?

– В качестве подружки для моего деда, – как о чем-то само собой разумеющемся сказал Илья.

– Ты серьезно? – Лера не поверила своим ушам. В душе она ужасно обрадовалась, не веря, что удача так метко попала в нужную цель, но виду не подала.

– Абсолютно серьезно, – ответил Илья. – Дело в том, что мой дед никому не доверяет в этом доме, кроме Риты и меня, естественно. После того, как его сын, мой дядька, хотел загнать деда в… вообще-то, это долгая история, как-нибудь в другой раз расскажу, сейчас важно другое. Мне очень нужно уехать дня на три, чтобы уладить кое-какие дела и после этого быть свободным хотя бы до того времени, пока не вернется Рита. Если ты согласишься, твоя помощь будет просто неоценима. Ты же вроде из социальной службы, и эта работа как раз по твоему профилю. Если у тебя возникнут какие-то сложности с руководством, я могу позвонить и решить этот вопрос. Думаю, они не откажутся от некоторой суммы, перечисленной на счет фонда? Мне нужно всего три дня, к вечеру тридцатого числа я вернусь.

– Нет, с руководством никаких сложностей не возникнет, – стараясь выглядеть спокойной, сказала Валерия. – Мы как раз и занимаемся именно тем, что помогаем старикам.

В это время в дверном проеме промелькнула чья-то тень и быстро скрылась. Илья, взглянув на Валерию, приложил палец к губам, давая этим понять, чтобы она молчала. Сам он начал подбираться к двери, осторожно и бесшумно ступая.

– Людмила Афанасьевна, вы что-то хотели? – громко поинтересовался он, распахнув дверь так резко, что его голова оказалась практически перед носом женщины. Дама испуганно охнула и отпрянула, никак не ожидая, что ее так быстро обнаружат.

– Нет-нет, ничего срочного, я в другой раз зайду, – замахала она руками и торопливо ретировалась в сторону лестницы.

– Это кто? – спросила Валерия, подходя к Илье.

– А это наша чересчур любопытная мадам, супруга моего дядюшки Коли, Людмила Афанасьевна, прошу любить и жаловать. С ней следует держать ухо востро: любит повсюду совать свой нос, а потом пересказывать новости в собственной интерпретации. Бог с ней, вернемся к нашему разговору. Ну, так что ты ответишь – насчет моего предложения? – напомнил он девушке.

– Какого? – хитро прищурилась Лера.

– Насчет моего первого предложения – руки и сердца, думаю, вопрос решен, и это не обсуждается, – пожал молодой человек плечами. – А сейчас я говорю про деда.

– Илья, а тебе не кажется, что ты слишком самоуверен?

– На том стоим. Я считаю, что для настоящего мужчины самоуверенность – это достоинство, а не наоборот. Или я не прав?

– Смотря в чем она проявляется, – возразила Валерия.

– Ответь мне, пожалуйста, на вопрос, только откровенно, – попросил Илья, внимательно глядя на девушку.

– Слушаю.

– Я тебе совсем не нравлюсь?

– Откровенно?

– Я тебя прошу – да.

– Нравишься, ты невольно вызываешь симпатию… но это не говорит о том, что я сломя голову побегу с тобой в ЗАГС. Для такого просто симпатии недостаточно. Ты согласен?

– Вполне. Поэтому я не буду тебя торопить, дам тебе время подумать. Ну… пары недель хватит?

– Илья, ты неисправим, – не выдержав, невольно засмеялась Валерия. – Давай пока прекратим этот разговор, а то у меня истерика начнется.

– Хорошо, прекратим, – покладисто кивнул он. – Видишь, какой я послушный? Из меня получится идеальный супруг.

– Илья, мы только что договорились, – напомнила ему Лера.

– А, извини. Итак, что же ты мне ответишь по поводу деда? – вернулся он к прежнему разговору.

– Даже не знаю, – неуверенно пробормотала сыщица, решив, что следует поломаться для вида. – Как-то неожиданно…

– Соглашайся, Валерия, ты не представляешь, насколько это важно для меня.

– Хорошо, допустим, я соглашусь, но о твоем решении нужно сказать Илье Викторовичу. Будет ли согласен он на такую подружку – еще вопрос.

– А мы и спросим, – с готовностью предложил Илья. – Пошли.

– Постой, прежде чем дать окончательный ответ, у меня есть некоторые условия, – остановила его Лера.

– Я согласен на любые твои условия, говори.

– Ты мне расскажешь обо всем, что происходит в вашем доме. Мне совсем не понравилась напряженная обстановка во время обеда, и вообще… не понравилось, и все. И прежде чем остаться, я должна знать, с чем мне придется столкнуться за эти три дня, хотя бы приблизительно.

– Волноваться нет причин, просто старайся как можно меньше с ними говорить, – пожал плечами Илья. – Ведь словами иной раз можно обидеть так сильно, что…

– Илья, мне не нужны намеки, я хочу знать, что конкретно здесь происходит, – перебила его Валерия.

– О’кей, нет проблем, я расскажу, – на удивление быстро согласился молодой человек. – Но для этого нам нужно уйти отсюда, ты же видела, что здесь кругом есть уши, и у стен, и у перил. И меня совсем не удивит, если и у этого фикуса, – он указал на огромную кадку с растением.

– Хорошо, пойдем. Только куда, если здесь кругом уши?

– Может, прогуляемся? У нас прекрасный сад, – предложил Илья.

– Хорошая идея.

– Вот и договорились, только сначала – к деду. Пошли?

– Еще минуту. Мне нужно позвонить подруге, она сидит у меня в квартире и уже наверняка умирает от беспокойства.

– По какому поводу?

– Я обещала, что скоро приеду, а вышло так, что я слишком задержалась здесь.

– Нет проблем, звони.

Валерия вытащила из кармана телефон и, включив его, набрала номер Насти. Она отошла к окну, чтобы Илья ничего не услышал.

– Алло, Настя, это я, – тихо проговорила она, как только номера соединились.

– Валерка, где тебя до сих пор носит? – закричала Настя в трубку. – Кто так делает? Обещала отзваниваться через каждые два часа, а прошло уже четыре с половиной! Твой телефон недоступен. В чем дело? Мы с Татьяной уже не знаем что думать и куда бежать!

– Не волнуйтесь, у меня все в порядке, – успокоила подругу Лера. – Собирайся и поезжай к моим родителям.

– Зачем?

– Я не знаю, когда вернусь, и мне не хотелось бы, чтобы ты оставалась одна в квартире.

– А я не одна, Таня здесь и еще клиент.

– Какой клиент?

– Твой.

– Кто такой?

– Анатолий из Иркутска.

– Не помню такого.

– А ты и не можешь его помнить, потому что не знакома с ним.

– Как он попал в мою квартиру, если я с ним не знакома?

– Адрес твоего офиса ему дал какой-то Веригин, его односельчанин, у него в Москве дядька. Ты, кстати, такого помнишь? У него полгода тому назад какие-то проблемы были с большими деньгами.

– Веригин, Веригин, – забормотала Валерия, силясь вспомнить, кто это такой. – А-а, да-да, вспомнила. Нормальный мужик. Ну а что этому Анатолию из Иркутска от меня надо?

– Это долгая история, у него брат пропал, и он приехал к тебе за помощью. Ты бы его только видела: сибирский медведь! И я не знаю теперь, куда мне его девать, у него в Москве совсем никого нет. Дядька его за границу уехал, насовсем, и Анатолию теперь негде остановиться.

– В Москве полно гостиниц, – заметила Валерия.

– Лера, ты же знаешь, сколько стоят одни сутки в гостинице, – проворчала Настя. – А он нам рассказал, что по всему поселку денег назанимал на дорогу и на оплату услуг детектива… твоих, между прочим.

– Как не вовремя он свалился на мою голову! Он хоть ничего, нормальный человек?

– Мужик супер, простой, как три копейки. Мы с Таней хохочем над ним до слез. Он как большой ребенок, наивный до безобразия.

– Тогда тащи его к моим родителям, квартира большая, места всем хватит. Я им позвоню, скажу, что вы приедете.

– Неудобно как-то к твоим его везти, – пробормотала Настя. – Ой, слушай, я, кажется, придумала, – оживилась она. – И как до меня сразу не дошло? Я ему ключи от своей квартиры дам, пусть поживет, пока меня не будет, заодно и посторожит.

– Ну, если ты уверена, что ему можно доверять…

– Можно, – заверила ее Настя. – Когда ты его увидишь, сразу поймешь, что ему что угодно можно доверить. Нас Таня довезет, она на машине. Мы сначала его ко мне закинем, а потом поедем к твоим родителям.

– Вот и отлично.

– А ты где? У тебя действительно все в порядке? Ты там, куда и собиралась? – выдала серию вопросов Настя.

– У меня действительно все в порядке. Приеду расскажу, пока, – закруглилась Лера, чтобы не отвечать на лишние вопросы. Она набрала домашний номер родителей и сообщила, что скоро к ним приедут гости.

– Ну вот, теперь я готова к прогулке по саду, а заодно и к тому, чтобы выслушать тебя, – сказала она Илье.

– Я тоже готов к исповеди на морозце, но сначала пойдем к деду, – и Илья взял Леру под руку.

Глава 9

– Разрешите войти, товарищ полковник? – спросил капитан Трофимов, осторожно заглядывая в дверь кабинета Шарова.

– Проходи, Володя, – кивнул тот.

Владимир присел у стола полковника и вопросительно посмотрел на него:

– Вы хотели меня видеть? Я только что приехал, и мне передали…

– Вот что, капитан, мне недавно звонила Анастасия, – перебил его Шаров. – Просила посодействовать с билетом для Свиридова Сергея, он не может улететь в Москву. Новый год скоро, с билетами проблемы, а они с Дроновым были друзьями. Сергей должен быть на похоронах.

– Вы хотите, чтобы я пробил для Свиридова билет?

– Нет, этот вопрос я решу сам, для тебя у меня имеется другое задание.

– Какое, Иван Петрович?

– Настя до сих пор сидит в квартире у Валерии и, как я понял, не высовывает оттуда носа. Мало того, она даже не подходит к домашнему телефону, а отвечает только на звонки своего мобильного. Ты понимаешь, о чем это говорит?

– И о чем же? – насторожился Трофимов.

– Не догадываешься?

– Девушка чего-то боится.

– Скорее не чего-то, а кого-то, – поправил Владимира Шаров. – И тебе, капитан, следует выяснить, кого именно.

– И как я должен это сделать?

– Это твои проблемы. Или ты – неопытный стажер? – строго спросил полковник. – Крути, верти, как хочешь, но чтобы через сутки я был в курсе всех тайн наших загадочных и непредсказуемых девиц. Я уверен, что Валерия давно в курсе того, что происходит на самом деле, и наверняка уже лезет своим носом во все дырки. Дронов был другом Сергея и Насти, и я даю рубль за сто: что-то не так с убийством Игоря. Эта рыжая бестия, Анастасия, наверняка что-то знает и не хочет говорить, или боится. Отправляйся на квартиру Валерии и делай что хочешь, но вытаскивай из Насти правду.

– А вы уверены, что все именно так, Иван Петрович? – осторожно спросил Владимир.

– Моя интуиция никогда меня не подводила. Лишь один раз в жизни я не прислушался к ней, и в результате проглядел болезнь своей жены, – хмуро произнес тот. – Я чувствовал, что она обманывает меня, когда говорит, что все в порядке, и я, дурак, поверил, не вник в свои ощущения. В результате время было упущено, и, когда я чуть ли не насильно потащил ее к врачу, было уже поздно. С тех пор я никогда не игнорирую того, что чувствую. Когда я разговаривал с Анастасией, ей достаточно было проронить одно лишь неосторожное слово, и я сразу понял, что она страшно напугана. Если она боится подходить к домашнему телефону, значит, ей уже кто-то звонил, и этот кто-то знает, что она сидит у Валерии.

– Логично, – согласился с полковником Владимир.

– Нам нужно выяснить, кто именно звонил, а главное – по какой причине. Тебе все ясно, капитан?

– Так точно, – отрапортовал тот, поспешно вскочив со стула. – Разрешите выполнять?

– Действуй, Володя, – кивнул Шаров. – Только очень тебя прошу: не поддавайся на их авантюрные чары. Тебе прекрасно известно, как Валерия умеет прикинуться бедной овечкой или белой и пушистой кошечкой. Не верь ни единому слову, действуй напролом… но по обстоятельствам: постарайся их не спугнуть. Очень надеюсь на Свиридова, он обязательно должен что-то знать либо о делах Дронова, либо о проблемах Анастасии. Уж ему-то она наверняка все выложит, хотя… кто их поймет, этих женщин! Короче, выполняй задание, капитан, послезавтра отчитаешься о проделанной работе. Рапорт должен лежать у меня на столе, – быстро закруглил разговор полковник.

– Разрешите идти?

– Иди, капитан, и… в общем, с богом, – буркнул Шаров.

Трофимов вышел из кабинета полковника и задумчиво почесал в затылке.

– Ну и дела, – проворчал он. – Как, интересно, мне вытаскивать из Насти правду? Не клещами же? Ладно, как велел Дед, будем действовать по обстоятельствам, а там – как карта ляжет, – вспомнил он любимую присказку Валерии.

Владимир вышел из управления и направился к трамвайной остановке. Морозный ветер хлестал в лицо, забрасывая его снегом.

– Лерка права: не бережет Дед ценные кадры, – поежился он. – Мог бы, между прочим, и машину предложить, чтобы я мог доехать до места, все равно она сейчас во дворе стоит без дела.

Через двадцать минут Владимир подъехал к дому Леры. Если бы он задержался еще минут на пять, то поцеловался бы с закрытой дверью пустой квартиры. Девушки вместе с сибиряком Анатолием уже садились в Танину машину, чтобы ехать к родителям Валерии.

– И куда это мы намылились? – строго спросил капитан, бросая недружелюбные взгляды на незнакомого здоровяка.

– О, Володя, привет. Ты откуда? – удивленно спросила Настя.

– От верблюда. Куда собрались, спрашиваю?

– В гости к родителям Валерки, – ответила за Настю Татьяна. – Только сначала Анатолия к Насте в квартиру завезем. Хочешь с нами? Или тебе, как всегда, некогда?

– Ошибаешься, у меня как раз вагон свободного времени, – капитан залез в машину. – В гости к Ирине Михайловне я люблю заглядывать, она до ужаса вкусно готовит!

– У вас, мужиков, только одно на уме: вкусно поесть, сладко поспать, ну и… это самое, – хихикнула Настя.

– А у вас вообще пусто на уме, потому что ума-то и нет, – не остался в долгу Трофимов.

– А вот здесь ты не прав, – возразила Анастасия. – Хочешь анекдот, как раз в тему?

– Нет.

– Залетает случайно в голову к мужику женская мысль, – начала рассказывать Настя, проигнорировав решительное «нет» капитана. – Смотрит – пусто, вообще никого нет. Не поймет, в чем дело. Видит, одна-единственная мыслишка все же показалась, она к ней, спрашивает: «А почему так пусто? Где все остальные?» Та ей отвечает: «Летим и мы быстрее, остальные уже внизу!»

– Ха-ха-ха, – залилась смехом Татьяна. – Прикольный анекдот, главное – верный. Нужно будет Санину рассказать.

– Давайте, давайте, хайте мужиков, – проворчал Владимир. – Только что вы будете делать, если нас не будет?

– Володя, что с тобой? – спросила Настя, толкнув его в бок. – Никак, ты юмор перестал понимать? Я же не спорю, что вы – наши защитники, и нам без вас – никуда. Мир, Трофимов? – спросила она и протянула ему мизинчик.

– Мир, мир, – кивнул тот. – А Валерия тоже у родителей? – спросил он.

– Нет, она сказала, что позже приедет, – ответила Настя.

– А где она?

– Не знаю, – пожала девушка плечами. – По каким-то своим делам поехала.

– Опять дела, – вздохнул капитан. – Она же вроде бы еще в отпуске?

– А при чем здесь ее работа? Мало, что ли, у женщины может быть дел? – дернула Настя плечом. – В конце концов, она не только детектив, а еще и молодая девушка. Может у нее быть личная жизнь?

– Это у кого? У Валерки, что ли? – хмыкнул Владимир. – По-моему, она в принципе не знает, что это такое. Сколько лет за ней хожу, а она всеми правдами и неправдами отбрыкивается от своего женского предназначения.

– Ну, ты, Трофимов, и зануда, – протянула Настя. – Если она отказывает во взаимности тебе, это не говорит о том, что Лера отвергает всех подряд. Или ты считаешь, что лучше тебя никого и быть не может?

– Не груби, женщина, я и обидеться могу.

– На здоровье, – фыркнула Настя. – Говорят, на обиженных воду возят, а из тебя отменный водовоз получится.

– Ребята, хватит ругаться, – вмешалась Таня. – Что это вы ни с того ни с сего взъелись друг на друга?

– Мы и не ругаемся, это у нас разминка такая с Володькой, – возразила Настя. – В тренажерный зал нет времени сходить, вот мы и устраиваем словесные баталии – тренировки для языка. Мне полезно как журналисту, а капитану Трофимову – как оперу, чтобы мог допросы без запинок проводить.

– Ой, а вы из милиции? – встрепенулся Анатолий, до этого не проронивший ни слова. – Вот хорошо-то как! Мне с вами посоветоваться надо.

– А что у вас случилось?

– У меня брат пропал в вашем городе, в Москве, я имею в виду. Сами-то мы из-под Иркутска. Там село такое есть, Медведевка называется, мы оттуда родом. Год тому назад мой брат сюда уехал на заработки, а пять месяцев тому – пропал. И зачем ему эти заработки понадобились, ума не приложу? – вздохнул сибиряк. – У нас всего вдоволь. И хозяйство свое, и охота отменная, и рыбалка знатная – ешь, не хочу, хоть рыбу, хоть мясо. Опять же, пушнина в охотничий сезон. И белка, и лиса, а иной раз соболя или песца можно подстрелить, если повезет.

– Не напоминайте мне про песца! – простонала Анастасия. – Меня сразу тошнить начинает.

– Что так? – усмехнулся Владимир.

– Как это – что? А, ну да, – спохватилась Настя, поняв, что болтает лишнее. – Давно мечтаю шубу песцовую купить, но понимаю, что не смогу. От этого злюсь до такой степени, что тошнить начинает, – выкрутилась она.

– А говоришь, что у мужиков на уме только поесть да поспать, – напомнил капитан. – А у вас, у женщин, на уме одно барахло и украшения.

– Мы еще и детей рожать умеем, – с сарказмом заметила Настя.

– То-то, я смотрю, у тебя семеро по лавкам, – не остался в долгу Трофимов.

– Какие мои годы? Еще успею и семерых на лавки посадить, и даже десятерых.

– Ну, так вы дальше-то послушайте, о чем я рассказываю, товарищ капитан, – вклинился в их спор Анатолий.

– Да-да, я вас слушаю.

– Вот я и говорю: зачем они ему, заработки эти, понадобились? С голоду, чай, не помирали. В каком-никаком, а в достатке жили. Нет, ему Москву подавай, городским захотелось стать, культуры набраться! Вот и набрался культуры, только неизвестно теперь – где он, мать его в коленку! – в сердцах воскликнул здоровяк. – Где мне теперь искать его, непутевого? Куда бечь? Кого о помощи просить? Вот я и приехал к Валерии вашей, к детективу, значит, чтобы нашла она моего брата.

– А где он жил в Москве? – спросил Владимир.

– Да у бабы какой-то комнату снимал, у женщины, черт бы ее побрал, – недовольно проворчал Анатолий, сделав ударение на слове «женщина».

– А по какому адресу?

– Если б я знал, по какому адресу, я б его за волосенки оттуда выволок да мордой по земле провез до самого дома, – сердито произнес Анатолий. – В том-то вся и загвоздка, что не знаю я никакого адреса, и где искать Григория – без понятия.

– Ну, может, он говорил в каком месте дом стоит? Что-то рядом было? Строение какое-нибудь или еще что-нибудь приметное? – спросил Владимир.

– Точно, – оживился Анатолий. – Гришка говорил, что из окна его комнаты магазин виден огромный, прямо через дорогу.

– Как называется магазин?

– Не помню.

– Супермаркет?

– Не.

– Гипермаркет?

– Да нет, – сморщился Анатолий. – Чудное такое название. О, вспомнил: «Ушан», – радостно сообщил он.

– «Ашан», – поправила его Настя.

– Да какая разница? – отмахнулся сибиряк. – А что, правда, есть такой магазин?

– И не один, – вздохнул Трофимов. – Таких магазинов – целая сеть по Москве, нужно по карте посмотреть, сколько именно. И около каждого жилых домов немерено. Поди найди, в котором из них твой брат жил. Чтобы все обойти… да-а, брат, задачка, – пробормотал он, задумчиво потирая подбородок.

– А что же мне теперь делать? Вся надежда у меня на Валерию, да вот, может, и вы поможете – милиция. Я без брата отсюда не уеду, меня мать на порог без Гришки не пустит. Скажет – какой же ты глава семьи, если ничего не можешь? У нас отец-то погиб пять лет тому назад, в тайге сгинул. Может, медведь его поломал, может, волки загрызли, только мы его так и не нашли. Так что я теперь в доме за старшего и без брата вернуться не могу, позора тогда не оберусь.

– Ладно, приедет Валерия, мы этот вопрос вместе с ней обговорим, – пообещал капитан. – Сделаем что сможем. «Ашан»… негусто, но хоть что-то, все не чистое поле.

– Анатолий, мы на месте, – проговорила Татьяна, подъехав к дому Насти. Та вытащила ключи из кармана и подала их сибиряку.

– Квартира тридцать четыре, на пятом этаже. Располагайся и чувствуй себя как дома. Чистое постельное белье и полотенца найдешь в шкафу, в холодильнике продукты, в общем, разберешься. Вот здесь я написала тебе номер своего мобильного, если что-то будет непонятно, звони, – подала она ему листок из записной книжки, на котором быстро начеркала набор цифр.

– Спасибо тебе, птаха, век не забуду, – добродушно пробасил Анатолий.

– Вот прицепился со своей птахой! Ну, какая я тебе птаха, Анатолий? – Настя погрозила ему пальцем.

– Птаха и есть. Я, как к себе в поселок вернусь, сразу посылку соберу. А песцов я для тебя специально настреляю, а еще лучше – соболя. И тогда будешь в соболиной шубе щеголять.

– Спасибо, – засмеялась Настя. – Иди, Толя, отдыхай, если что, звони.

– Да, счас искупаюсь и спать завалюсь, устал я в вашей Москве, – вздохнул тот. – Суета такая, аж голова кругом, непривычные мы к такому гомону да беготне. Спасибо еще раз, пошел я.

– Завтра Валерия с тобой созвонится, и вы обсудите твою проблему, – напомнила Настя.

– Пошел я, – повторил сибиряк. – До свиданьица, Таня, всего доброго, товарищ капитан, – попрощался он, вылез из машины и пошел к подъезду, переваливаясь, как медведь.

– До чего же он большой, – засмеялась Татьяна. – Настоящий сибирский мишка!

Она завела мотор, вырулила на проезжую часть дороги и направилась в сторону дома Протасовых-старших. Через пятнадцать минут они уже въезжали во двор.

– Вот и сюда доехали, – весело проговорила Татьяна. – Вылезаем.

Компания из трех человек вышла из машины и гуськом прошествовала к подъезду дома.

– Ой, а вон Катя с собакой гуляет, – заметила Настя. – Катюша, привет, – махнула она девушке рукой.

– Привет! – отозвалась Катя. – А Ирина Михайловна вас ждет, блинчики с мясом приготовила. Мы тоже с Графом домой идем, нагулялись. Целый час уже на улице морозимся.

Все вместе они поднялись в квартиру. Дверь открыл Алексей Дмитриевич, отец Леры.

– Милости просим к нашему шалашу, – гостеприимно пригласил он. – Мы вас уже ждем, Валерия позвонила, предупредила, что вы приедете. Настя, ты к нам с ночевкой?

– Ага, – кивнула та и начала снимать сапоги.

– Володя, ты тоже у нас останешься? – спросил у капитана отец Леры.

– Нет, я только Леру дождусь, кое-какие вопросы с ней перетру и поеду домой.

– Танюша, а ты?

– Я тоже домой, только немного посижу, – ответила та, стягивая куртку. – Не могу сразу уехать, не попробовав ваших знаменитых блинчиков, Катюшка сказала, что они уже готовы. Ой, у меня уже слюнки потекли!

В это время щенок, на чью шерсть налипли большие комья снега, начал интенсивно встряхиваться, и мокрый снег ошметками полетел именно в Татьяну. Та от неожиданности завизжала как ужаленная и, посмотрев на пса уничтожающим взглядом, закричала:

– Ну, мать твою, охламон ушастый, сейчас я из тебя бутерброд сделаю!

Граф сообразил, что на него готовится покушение, опрометью бросился в комнату и залез под диван. Татьяна кинулась его ловить и, поскользнувшись на растаявшем снегу, растянулась на полу во весь рост.

– Ну, ё-мое! – взвыла она. – Этот ушастый изверг решил доконать меня окончательно! Берегись, шельма, попробуй только высунуть нос из-под этого дивана, и я тебя сразу четвертую… а нос откушу!

Графинчик выглядывал из-под дивана, и его лапа лежала на носу, прикрывая его. Настя, наблюдавшая эту картину, расхохоталась:

– Таня, ты только посмотри, он нос лапой прикрывает! Ой, не могу, вот умора! – она сложилась пополам. – Представляешь, он понимает, что ты говоришь!

– Он бы еще понимал, как нужно себя вести в приличном обществе, – проворчала Таня, тоже невольно улыбаясь. – Вот и сиди там, а вылезешь, я приведу приговор в исполнение.

В это время в комнату вошла Катя и, увидев щенка под диваном, усмехнулась:

– Опять вы ссоритесь? Таня, попробуй его приласкать – хоть разок, он тогда не будет тебя донимать, вот увидишь. Он же очень добрый и умный, просто ты всегда ругаешься на него, вот он и злится в ответ.

– Скажите, пожалуйста, какие мы злопамятные, – хмыкнула Таня. – Я ведь только угрожаю, а сама ни разу даже пальцем его не тронула.

– Ага, забыла, как полотенцем его огрела, когда он у тебя из рук бутерброд с колбасой вырвал? – напомнила Катя.

– Нечего воровством заниматься, если ему это позволять, он совсем распояшется.

– Но он же ни с кем больше так себя не ведет, только с тобой.

– Ну ладно, попробую пойти на мировую, а то он действительно когда-нибудь меня угробит. Граф, иди сюда, – Таня позвала щенка, присев перед диваном на корточки. Тот недоверчиво смотрел на нее, сверкая черными глазками.

– Ну, иди, иди, не трону, честное слово, – ласково проговорила Татьяна.

Щенок начал потихоньку выползать из своего убежища, но делал он это очень осторожно, оставляя себе путь к отступлению. Таня протянула руку и погладила по голове.

– Давай мириться, Графинчик, я совсем не злая тетка, честное слово.

Щенок вскочил и, подпрыгнув, лизнул девушку в лицо.

– Ну, вот и хорошо, – облегченно вздохнула Катя. – А то ваши баталии мне уже порядком надоели. Граф, ты у меня просто молодец и поступил сейчас как настоящий представитель мужского сословия. Пошли кушать.

Тот со всех ног бросился в кухню, Катя поспешила за ним.

– Ну, вот и помирились, – хмыкнула Таня. – Только надолго ли?

* * *

– Дед, а у меня для тебя сюрприз, – прокричал Илья, входя в комнату и ведя за руку Валерию. – Как ты посмотришь на то, что эта красавица на время заменит твою любимую Маргариту?

– Где моя пицца? – вместо ответа ворчливо спросил тот.

– Ой, дед, прости, дорогой, я заболтался и забыл. Вот голова садовая! Я прямо сейчас поеду и привезу ее. Валерия, ты не хочешь со мной прокатиться до пиццерии? – спросил он. – Здесь недалеко, на машине за пятнадцать минут обернемся.

– Ну, что ж, поехали прокатимся, – согласилась та.

– Тогда вперед! Дедуля, жди, мы скоро вернемся. Кстати, я не спросил, тебе какую пиццу взять?

– «Американку».

– О’кей, будет тебе «Американка», мы пошли.

Илья взял Валерию за руку и повел к лестнице. Та осторожно высвободила руку и засмеялась:

– Илья, что ты меня, как ребенка, за руку водишь?

– Боюсь даже на минуту отпустить, вдруг сбежишь, – ответил тот. – Где я тогда буду тебя искать? Разве можно упускать свое счастье, когда оно само на голову свалилось?

– Мне интересно: ты всегда такой или только со мной? – спросила Лера, внимательно вглядываясь в лицо молодого человека.

– Какой это такой?

– Балагур, балабол и весельчак.

– А разве плохо быть весельчаком?

– Все хорошо в меру, – неопределенно ответила Лера.

– Если тебе не нравится, я могу вообще не улыбаться, а ходить вот так, – он скорчил страшно сердитую физиономию.

– Нет, с тобой и правда невозможно говорить серьезно, – махнула Валерия рукой. – Пошли, Илья Викторович пиццу ждет.

Они вышли из дома, сели в машину Ильи, которая стояла во дворе, и охранник тут же услужливо открыл ворота.

Когда они выехали на проезжую часть, Валерия посмотрела на свой автомобиль, который оставила у обочины.

– У вас здесь машины не угоняют? – спросила она.

– Кто же на такое осмелится в таком поселке, как наш? – усмехнулся Илья. – Здесь на каждый дом по несколько охранников, и гаражи у всех имеются. А почему ты вдруг об этом спросила?

– За свою машину волнуюсь, она уже несколько часов на улице стоит, как сирота казанская, – пояснила Валерия. – Разве ты ее не видел?

– Это твоя машина? Извини, не знал, а то бы позаботился о ней. Я с утра по делам уезжал, нужно было кое-какие проблемы решить. К сожалению, не получилось, поэтому, когда возвращался, по сторонам не смотрел. Ничего, когда мы вернемся, во двор ее загоним, – пообещал Илья.

– Теперь уже не стоит этого делать, я скоро домой поеду, – возразила Валерия.

– А ты разве не останешься? Вроде мы уже договорились?

– Это мы с тобой договорились, а Илья Викторович пока своего согласия не давал, – заметила Лера. – И потом, не могу же я без вещей, без средств личной гигиены здесь оставаться. Нет, мне нужно домой, а завтра с утра я приеду. Ты, кстати, в котором часу должен уехать?

– Мой рейс в одиннадцать тридцать, значит, из дома я должен выйти в районе семи тридцати.

– В семь утра я приеду, – пообещала Лера.

– Может, все же останешься на ночь? Представляешь, в какую рань тебе нужно будет вставать, чтобы вернуться к семи утра?

– Ничего страшного, я привычная. Мне не впервой вставать так рано.

До пиццерии они действительно доехали очень быстро, минут за семь-восемь, но там пришлось немного задержаться – подождать, пока приготовят заказ. Но уже через полчаса они входили в комнату старика с горячей пиццей в руках.

– Вот твоя «Американка», дед, горяченькая, – улыбнулся Илья. – Я положу тебе на тарелку пару кусков и чайник поставлю. И мы с Валерией заодно по кусочку съедим с тобой за компанию.

– Ой, я не буду, – отказалась та. – У меня еще обед не переварился.

– Ну, тогда и я не буду. Дед, ты рассмотрел мое рационализаторское предложение? – обратился он к старику.

– По поводу? – спросил тот, с удовольствием откусывая кусок пиццы.

– По поводу того, что, пока меня не будет эти три дня, с тобой посидит Валерия вместо Риты.

– А она согласна?

– Главное, чтобы ты был согласен, а с ней я уже договорился.

– У меня, между прочим, тоже язык имеется, – вклинилась в разговор Лера. – Разговариваете так, словно меня здесь и нет вовсе.

– Извините, Валерия Алексеевна, это я виноват, – проговорил старик. – Свой вопрос я должен был адресовать вам лично, а не спрашивать у внука. Почему вы вдруг согласились остаться со мной? Вроде мы с вами не очень-то поладили с самого начала. Или мне показалось? – спросил он, глядя на девушку хитроватым взглядом.

– Вам показалось, Илья Викторович, – кивнула Лера.

– Хорошо, коли так. Ваша комната будет напротив моей, рядом с той, которую занимает Маргарита. Бедная девочка, как она там? – тяжело вздохнул старик, вспомнив о своей подружке. – В вашей комнате имеется все необходимое, отдельная ванная комната, персональный туалет. Илья, перенеси туда телефонный аппарат из комнаты Риты, – обратился он к внуку. – Это внутренний телефон, по которому я могу вас побеспокоить в любое время дня и ночи, – объяснил он. – Я весьма капризный старик, а иногда и грубый. Очень не люблю, когда со мной спорят, прошу это учесть.

– Хорошо, я учту, Илья Викторович, – Лера потерла нос, чтобы старик не заметил ее улыбку.

– Сегодня в той комнате переночую я, а завтра в семь утра приедет Валерия, – сказал Илья. – А сейчас мы тебя оставим, дед, если ты не возражаешь.

Молодые люди вышли из комнаты старика и вернулись к Илье.

– Ну что, гулять пойдем или здесь останемся? – спросил он.

– А как же уши? – засмеялась Валерия.

– Да бог с ними, с ушами, – отмахнулся молодой человек.

– Как скажешь, мне без разницы.

– Ну что ж, тогда остаемся, на улице все же холодновато, – он передернул плечами. – А здесь, посмотри – как уютно трещит огонь в камине. Я очень люблю сидеть в кресле и смотреть на огонь, это здорово успокаивает. А ты?

– В моей двухкомнатной квартире камин не предусмотрен, – засмеялась девушка. – А в загородном доме я побоялась его делать.

– Почему?

– Я там редко бываю, особенно зимой.

– И что?

– Соседи рассказывали, что зимой в дома часто залезают бездомные… бомжи, одним словом. Они люди пьющие, разжигают огонь, а потом возникает пожар, так уже два дома сгорело. Я по случаю там участок купила, поселок уже был заселен. Когда строила свой дом, услышала эти рассказы и отказалась от камина, – объяснила Лера.

– Понятно. Итак, Валерия Алексеевна, расскажите мне о себе, – вернулся Илья к прерванной теме.

– Мне кажется, мы договорились с тобой, что сначала ты мне все расскажешь? – напомнила та.

– А почему не ты? Разве тебе нечего мне рассказать? Мне все интересно о тебе знать.

– Будем спорить?

– Нет, кинем жребий, – предложил Илья и уже полез в карман за монеткой, как зазвонил его мобильный телефон. Посмотрев на дисплей, он извинился перед Лерой и вышел из комнаты. Пока его не было, она подошла к камину и вгляделась в портрет женщины, которая так странно была похожа на нее.

– Бывает же такое, – прошептала девушка. – Много раз слышала о двойниках, но столкнуться пришлось впервые.

– Извини, ради бога, но, похоже, что поговорить нам с тобой сегодня не судьба, мне срочно нужно уехать, – взволнованно произнес Илья, возвращаясь в комнату. – Давай я отвезу тебя домой, а завтра, как мы договорились, ты вернешься. А может, все же останешься? Мы бы тогда смогли с тобой возобновить интересную беседу ночью.

– Ночью нужно спать, – заметила Лера. – Отвозить меня не надо, я на машине.

– А, ну да, я забыл. Тогда пошли провожу тебя до машины. Прости, мне, честное слово, очень быстро нужно попасть в одно место, как говорится, время – деньги, – развел он руками.

– Пошли, только сначала я зайду к Илье Викторовичу, попрощаюсь.

Когда Лера садилась в машину, она обратила внимание на окно второго этажа: там стоял мужчина и курил у раскрытой форточки. Она невольно посмотрела на большую голубую ель, в ветвях которой Настя устраивала свою засаду.

«Похоже, это то самое окно, и мужчина наверняка тот же, – подумала она. – Интересно, кто это? Дядя Коля или еще кто-то? Жаль, что я не обладаю зрением орла, а то бы разглядела. А так далековато будет, без бинокля не обойтись».

Валерия нажала на педаль газа, и машина мягко тронулась с места.

«Как странно все получилось, – подумала она. – Ехала сегодня на удачу, а вышло… И это совпадение с Ильей! Ведь только сегодня утром я обнаружила его записку, о которой и думать забыла, и вдруг… как снег на голову. Прямо мистика какая-то, – тряхнула Лера головой. – А может, это знак? И само провидение позаботилось о том, чтобы я смогла разоблачить преступников? Только мне почему-то страшно не хочется, чтобы этим преступником оказался Илья», – тяжело вздохнула она.

Глава 10

– Ну, наконец-то появилась! – всплеснула Настя руками, увидев Валерию в дверях кухни. – Таня уже домой уезжать собралась, Володька тебя ждет.

– Я вижу, как он меня ждет, аж за ушами трещит, – Лера с юмором взглянула на жующего капитана.

– И не говори, такого прокормить – легче повеситься, – подхватила Настя. – Два часа назад поужинали, а он опять блинчики уничтожает, не мужик, а мясорубка. Ирина Михайловна его чай пригласила пить, а он… ни стыда ни совести.

– Хватит издеваться, – прикрикнула на девушек Ирина Михайловна. – Что привязались к человеку? Я сама ему еще блинчиков предложила. Вон сколько наделала, кто их будет есть? Завтра это будут уже не блинчики, а так, видимость одна. Я не люблю разогретую пищу, все должно быть свеженьким, только что приготовленным.

– Я тоже, пожалуй, еще один съем, – сказала Таня. – И правда, чего вы к Володе пристали? Он мужчина, ему надо есть много и, желательно, – калорийно, а то сил не будет… Мужских, я имею в виду, – хихикнула она.

– У меня сил на пятерых хватит, не переживай, – проворчал тот сквозь блинчик. – Да, люблю я поесть. Ну и что?

– Ешь-ешь, Володя, не обращай на этих сорок внимания, – поддержала капитана Ирина Михайловна. – Им бы только язычки почесать. Сами клюют, как птички, чтобы фигуры не испортить, и думают, что и другим так же надо. Валерия, мой руки и садись за стол, – переключилась она на дочь. – И тебя покормлю.

– Мам, я не голодна, – отказалась Лера. – И потом, ты же прекрасно знаешь, что после шести вечера я не ем.

– Вот видишь, Володя? Что я тебе говорила? Не ест она после шести. А до шести ты чем питалась, интересно знать?

– Я сегодня была на обеде в одном доме, сидела за столом… э-э, в светском обществе, – объяснила Валерия. – Накормили до отвала. Не поверите, но я там ела сегодня шендерлу… или шендерну… а может, шендерму… в общем, что-то в этом роде, я не помню название, – махнула она рукой.

– А что это такое? – вытаращила глаза Татьяна, перестав жевать.

– Понятия не имею, – захохотала Лера. – А спросить было неудобно. Что бы обо мне подумали?

– Шаурму, наверное? – попыталась подсказать Анастасия.

– Я что, не знаю, что такое шаурма? – усмехнулась Лера. – Нет, это было нечто экзотическое. Похоже на нашу курицу, если ее вывалять в сладком сиропе, потом окунуть в уксус, а затем нашпиговать скользкими пиявками.

– И ты это ела? – ахнула Татьяна, с отвращением проглотив последний кусок блинчика.

– Ну, нужно же было попробовать для приличия? Иначе как бы я вам растолковала, на что это похоже? А в остальном я обошлась обыкновенной уткой с яблоками и парой салатов. Вот это было действительно вкусно. Я чуть добавки не попросила, да вовремя остановилась, – засмеялась Лера. – Потом мне предложили пиццу, «Американку», но от нее я культурно отказалась.

– И что же это за светское общество, где пиццу едят? – прищурился Владимир. – Для них пицца – это моветон, – он комично скривил лицо.

– А правда, Лера, где ты была? – спросила Татьяна.

– Клиент бывший на обед пригласил, – беспечно отмахнулась Валерия. – Безумно богатый человек, просто до неприличия. Неудобно было отказаться, вот я и поехала. А пицца? Пиццу мне совсем в другом месте предлагали.

Настя удивленно смотрела на подругу, пытаясь понять: врет она или говорит правду? Ей же прекрасно было известно, куда и зачем Лера поехала, и сейчас Настя мучительно соображала – действительно ли Валерию пригласили в том доме на обед или она все придумала.

– Валера, там Евгения Николаевна пришла, говорит, ты ей еще вчера обещала уделить внимание, – сказал Лерин отец, входя в кухню. – Я мусор выносил, вижу, она к нам идет, я ее в гостиную проводил.

– Папа, ну сколько можно говорить, чтобы ты не выносил мусор вечером? – возмутилась та.

– Можно подумать, если б я его не выносил, она не пришла бы, – усмехнулся тот. – Она уже раз десять сегодня звонила.

– Черт, я совсем о ней забыла, – скорчила Лера гримасу. – Извините, гости дорогие, мне придется вас оставить, побеседую с нашей соседкой.

– Зачем ты ей понадобилась? – усмехнулась Татьяна.

– Да, ерунда.

– У тебя от нас секреты?

– Какие секреты, просто от нее любовник сбежал и обчистил ее напоследок, чтобы долго его помнила. Она сначала меня просила, чтобы я помогла его разыскать, а когда я это сделала, она, вместо того чтобы отдать его под суд, снова его к себе приволокла. Ну а в результате через месяц он опять от нее сбежал. Когда она узнала, что я еду в Китай, начала умолять меня, чтобы я ей оттуда приворотное зелье привезла, – засмеялась Лера. – Да уж, женская логика – непредсказуемая вещь, наверное, мужчины правы.

– Я не поняла, какое зелье? – удивленно переспросила Таня.

– Приворотное. Это я его так назвала. Она прочитала в журнале о каком-то эликсире, который якобы основан на женских ферментах или гормонах, и мужчины, как только чувствуют его запах, с ума начинают сходить. Этот ее молодой любовник, прохвост, уже два раза от нее сбегал, да еще обокрал при этом, а она все равно по нему сохнет. В общем, тетенька верит, что, если она будет пользоваться этим эликсиром, он обязательно вернется к ней и полюбит до смерти. И будут они жить долго и счастливо и умрут в один день. Вот она и пришла за этим эликсиром.

– Ха-ха-ха! Ты что же, действительно его привезла? – расхохоталась Таня.

– Привезла. Иначе она от меня вообще никогда не отвяжется.

– Ты серьезно, что ли? – не поверила Настя. – Действительно существует такой эликсир?

– Ты-то хоть дурой не будь, – покрутила пальцем у виска Лера. – Реклама – двигатель торговли, и этим все сказано. Я крем омолаживающий из монастыря привезла, а ей скажу, что это в сто раз лучше, чем эликсир. Впрочем, может, так и есть.

– Да этой зрелой мадам «на выданье» ни одно зелье не поможет, ей только на свои деньги вся надежда и на пластическую хирургию, – проговорила Таня. – Ты на нее взгляни повнимательнее, это же телепузик с похмелья!

– Да ладно, женщина как женщина, – возразила Лера. – Согласна, она полновата, конечно, немного. Но мне, если честно, жалко ее. Любовь ведь такая штука… сами понимаете. От этой напасти никто не застрахован. Вспомни слова из песни: «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь».

– Да уж, любовь зла, полюбишь и козла, – подтвердила Настя.

– Ты ей к этому крему слабительное дай, пусть недельку на унитазе посидит, похудеет, глядишь, и вправду судьбу свою устроит, – подсказала Татьяна.

– Слушай, а ведь ты неплохую идею мне подала! – воскликнула Валерия. – Ладно, пойду к ней, неудобно заставлять человека ждать.

Она прошла в гостиную, где сидела Евгения Николаевна и с нетерпением ждала ее. Женщина радушно заулыбалась, увидев девушку.

– Лерочка, как вы хорошо выглядите, я никогда не дала бы вам больше двадцати, – льстиво залепетала она. – Как прошла ваша поездка?

– Добрый вечер, Евгения Николаевна. Поездка прошла замечательно, я очень довольна, – ответила та. – Извините, что заставила вас ждать, у меня гости. Подождите еще минуточку, я принесу ваш заказ.

Валерия быстро прошла в спальню, раскрыла чемодан, достала одну баночку крема, покопалась в сумке и нашла траву для похудения.

– Вот, это то, что вам нужно, – вернувшись в гостиную, сказала Лера и протянула женщине баночку с кремом.

Та сразу же открыла крышечку и понюхала содержимое.

– Ой, какой чудесный запах! Что это и как этим пользоваться?

– Вы должны будете наносить его на ночь, предварительно очистив лицо от косметики. В общем, как обычный ночной крем.

– И что это даст?

– Это даст устойчивый поток ваших флюидов на мужчин, и они все будут поражены вашей красотой и обаянием. Правда, есть одно условие и, только выполнив его, вы можете рассчитывать на эффективное воздействие этого крема.

– Какое условие, Лерочка? Я готова на любое!

– Вы должны похудеть не меньше, чем на десять килограммов. Этот крем проникает в кровь, только когда нет избытков жира. Вот травяной сбор, он поможет справиться с этой задачей. До тех пор, пока не похудеете, не пользуйтесь кремом, не расходуйте его напрасно. Я разрешаю вам сделать это только один раз, сегодня на ночь. И то лишь для того, чтобы вы оценили эффект. Ваша кожа будет идеально выглядеть даже после одного применения. Ну вот, пока это все, Евгения Николаевна.

– Спасибо огромное, я вам так благодарна, так благодарна, вы не представляете! Лерочка, скажите, сколько я вам должна?

– Да вы что? Ничего мне не нужно, я же по-соседски, – Лера замахала руками.

– Нет, я так не могу, – возразила женщина. – Неудобно. Что я, нищая?

– Пусть это будет моим подарком вам, Евгения Николаевна, – улыбнулась Валерия. – Я искренне желаю, чтобы у вас все получилось.

– Спасибо, моя милая, спасибо, дорогая, – зачастила та, прижимая драгоценную баночку к груди. – Лерочка, я сумею вас отблагодарить, у меня большие возможности и связи! Ой, я так вам благодарна! Я ведь четыре года тому назад прошла в очень дорогой клинике курс похудения. Эффект был замечательный, я сбросила двенадцать килограммов и выглядела неплохо. Но нервная работа моего ныне покойного мужа заставляла меня очень переживать, а я, когда нервничаю, ем чрезвычайно много. Ну и набрала, конечно, свой вес достаточно быстро, только деньги зря выбросила. Теперь, с вашей помощью, я уверена, что все пройдет замечательно, я очень доверяю вам и этому средству, – показала она на подарки.

– Всего доброго, Евгения Николаевна, – поспешила Лера выпроводить соседку. – Извините, что не могу уделить вам побольше времени, но у меня гости.

– Да-да, конечно, гости – это святое, – закивала та головой. – До свидания, Лерочка, я еще загляну к вашей маме на чашечку чая, может быть, завтра.

– Непременно заглядывайте, мама будет рада.

Лера проводила женщину до дверей и вернулась к друзьям. Там шел оживленный разговор и слышался смех.

– Что за шум, а драки нет? – поинтересовалась она, входя в кухню.

– Да вот, капитан Трофимов нас анекдотами развлекает, – сквозь смех ответила Настя. – Ну что, выпроводила «невесту»?

– Да, проводила.

– Мне тоже пора, девочки, засиделась я у вас, – начала собираться Татьяна. – В гостях хорошо, а дома лучше. Володя, ты домой пока не собираешься? – спросила она у капитана. – А то я подбросить могу.

– Спасибо, Танюша, за предложение, но я задержусь еще немного, – ответил тот. – Поезжай без меня.

– Как хочешь, было бы предложено, – пожала та плечами. – Лера, Настя, я побежала, целую, – она послала подругам воздушный поцелуй. Девушка побежала в прихожую, натянула сапоги, куртку и, открыв дверь, нос к носу столкнулась с молодым человеком.

– О, привет, – опешила Татьяна. – Каким это ураганом тебя занесло в наши края, Олежек?

– Попутным, Танюша, каким же еще? Проезжал мимо, смотрю – Леркина машина стоит, значит, она у родителей, – ответил Олег. – Дай, думаю, зайду, тыщу лет ее не видел.

– Она мне говорила, что тебя поздравить можно, папаша, – хихикнула Таня. – Твоя Наталья родила?

– Да, родила, – тяжело вздохнул Олег.

– А почему ты таким недовольным тоном об этом говоришь?

– Так двойню же, Таня! – воскликнул молодой папаша. – Попробуй в наше время прокорми такую ораву! Их же на ноги нужно поднять, одевать, обувать, учить. Ох, лучше не думать об этом, а то мне сразу на необитаемый остров хочется сбежать, – махнул он рукой.

– Ничего, ты парень головастый, прокормишь, – успокоила его Таня. – Ладно, проходи, Лерка в кухне чай пьет с Настей и Володькой Трофимовым, а я побежала.

– Пока!

Олег разделся и прошел в кухню.

– Ба, какие люди, и без охраны, – всплеснула Валерия руками. – Проходи, садись с нами чай пить.

– Привет честной компании, – ответил Олег. – Чайку с удовольствием выпью.

– Ты по делу или как? – поинтересовалась Лера.

– Или как. Мимо проезжал, машину твою увидел, вот и зашел.

– Понятно, рассказывай, как дела. Как Наташа? Как твои малыши?

– Все нормально, крутимся потихоньку.

– Справляетесь?

– Пытаемся.

В это время в кухню вошла Ирина Михайловна и удивленно остановилась.

– Ой, Олег! Почему ты к нам так давно не приезжал?

– Дела, Ирина Михайловна, дела проклятые, – Олег вскочил со стула и поцеловал ей руку. – Закрутился совсем, света белого не вижу. А вы прекрасно выглядите, мне кажется, даже помолодели за этот год, что я у вас не бывал.

– Вот, льстец, ай, льстец, – засмеялась та. – Как был Казановой, так им и остался! Ты неисправим, Олежек.

Олег Щукин прежде жил в этом доме и на этом же этаже. Два года назад он женился, а спустя год они с супругой решили эту квартиру разменять, чтобы жить отдельно от родителей. Олег очень тяжело расставался со своей старой квартирой, потому что здесь прошли его детство и юность. С Валерией они были одногодками и выросли в одной песочнице, потом были вместе в детском саду и в одной школе. Щукин слыл страшным ловеласом, но к Лере всегда относился как к сестре. Все очень удивились, когда он женился на Наталье, да еще в таком раннем возрасте, ему едва исполнилось двадцать четыре года. Все тогда подумали, что девушка беременна, но оказалось – нет. Как говорится, и на старуху бывает проруха: в Казанову угодила стрела Амура. С Лерой они частенько перезванивались, пару раз он приезжал к ней домой, правда, по делам, и раза три забегал в ее офис. И вот появился в доме Лериных родителей, которые были искренне рады его видеть.

– Горбатого могила исправит, – прищурилась Настя.

– А ты все такая же язва? – не остался в долгу Олег.

– Уж какая есть, – развела Анастасия руками. – Где же другую взять?

– Ирина Михайловна, Алексей Дмитриевич дома? – спросил молодой человек.

– Да, в гостиной сидит, с Катюшей телевизор смотрят.

– Пойду поздороваюсь.

– А как же чай?

– Наливайте, я быстро, – ответил Олег и пошел в сторону гостиной.

Через пять минут он вернулся с плотоядной улыбкой на губах.

– Откуда столь прекрасная нимфа появилась в вашем доме? – спросил он. – Она так очаровательно краснеет, я глазам своим не поверил. Неужели еще не перевелись девушки, способные краснеть?

– Поосторожнее на поворотах, Олежек, – хмыкнула Настя. – Нечего на молоденьких девочек заглядываться. Настрогал детей, теперь сиди, шлифуй, а не стреляй глазками.

– Ну, Анастасия, вечно ты всю малину испоганишь! Не дашь хоть на минутку почувствовать себя молодым, нецелованным и неженатым красавцем.

– Вот и доверяй после этого мужикам! Женат всего два года, а уже выдохся. Не по плечу, что ли, семейная жизнь пришлась, Олежек?

– Мне, как комсомольцу, все по плечу, и как пьянице – море по колено, – ответил тот.

В это время у Насти в кармане зазвонил мобильный, и она, посмотрев на номер, торопливо включила аппарат.

– Алло, что случилось?

Послушав, что ей говорят, она простонала:

– О, боже, только этого нам не хватало! Сиди и жди, мы сейчас приедем, – велела она и резко вскочила со стула. – Ребята, собирайтесь, у нас ЧП!

– Что произошло? – забеспокоилась Валерия.

– Сама мало что поняла, но что-то серьезное. Короче, приедем – узнаем. Володя, ты поедешь с нами. У тебя, кстати, оружие с собой?

– Оно всегда при мне.

– Отлично, едем, – выдохнула Анастасия и первой ринулась в сторону прихожей.

– Володя, ты что-нибудь понял? – растерянно спросила Лера.

– Не-а, – мотнул головой тот.

– Ребят, я могу вам чем-то помочь? – спросил Олег, переводя взгляд с одного на другого.

– Понятия не имею, – пожала Лера плечами. – Едем все, чем больше народу, тем лучше. – И она побежала следом за Настей.

Мужчины переглянулись и поторопились в прихожую.

А случилось вот что…

Глава 11

Анатолий, развалившись на широкой кровати, крепко спал, уставший после дальней дороги, суеты большого города и переживаний о пропавшем брате. Придя в квартиру Насти, он сначала помылся, немного перекусил, а потом как подкошенный рухнул на кровать и уснул богатырским сном. Прошло часа три, как вдруг его разбудило противное завывание. На какой-то машине, стоявшей во дворе дома, сработала сигнализация, и вот уже на протяжении двадцати минут без остановки она то свистела, то выла, то рычала.

– Мать вашу в коленку! – проворчал здоровяк. – И как вы здесь живете, москвичи? Здесь стены бумажные, что ли? Поспать спокойно невозможно! То музыка орет, то собаки брешут, то машины воют, и все слышно, как будто прямо здесь, под кроватью все это происходит. И за каким только чертом Гришке сдалась такая жизнь? Меня озолоти, я ни за что не соглашусь здесь жить. То ли дело у нас – тишина, покой, кругом лес, воздух – сплошной кислород. А тут? Да заткнешься ты когда-нибудь или нет?! – сердито прорычал сибиряк и, схватив подушку, нахлобучил ее себе на голову. Он повертелся еще минут десять, а потом, не выдержав, вскочил и ринулся к балкону.

– У этой машины, что, хозяина нет? Сейчас я точно сброшу что-нибудь тяжелое на эту железяку, – процедил он сквозь зубы.

Только парень взялся за ручку балконной двери, чтобы ее открыть, как услышал странный звук и резко замер. Звук был громким, словно кто-то опрокинул стул, и Анатолий был уверен, что произошло это именно в Настиной квартире, только в другой комнате.

– Птаха, что ли, вернулась? – пробормотал он и тихо пошел к двери. Он выглянул в коридор, но увидел, что кругом темно, свет нигде не горел.

«Показалось? – подумал Анатолий. – Не может быть, у меня слух тренированный, охотничий. В квартире кто-то есть, это точно. Неужто вор забрался, пока хозяйки нет? Вон, сколько раз я по телевизору видал, как в Москве квартиры грабят. Прямо средь бела дня все выносят, и никто ничего не видит, – размышлял он. – Ну, что ж, пойду гляну. И если так, то не повезло тебе, браток, на этот раз», – усмехнулся сибиряк, подумав о воре.

Молодой человек вышел в коридор и направился к двери другой комнаты, осторожно ступая по полу. Ходить совершенно бесшумно было для него естественным, он был охотником с десятилетнего возраста. Отец всегда брал на охоту его и брата, чтобы они с детства набирались опыта.

Анатолий остановился у двери второй комнаты и заглянул в шелку. Спиной к нему стоял какой-то человек небольшого роста и копался в ящике письменного стола, в руках у него был фонарик. Задвинув ящик, человек переместился к шкафу и, открыв его, начал рыться на полках.

«Деньги ищет, поганец», – подумал Анатолий и бесшумно проскользнул внутрь комнаты. Он остановился за спиной жулика и с ехидной усмешкой продолжал за ним наблюдать. Незнакомец что-то недовольно проворчал и, с раздражением захлопнув дверь шкафа, повернулся. Тут же его нос уткнулся в широкую грудь сибиряка, и от неожиданности он громко хрюкнул.

– Ну чё, не нашел ничего? – насмешливо спросил Анатолий.

– Нет, – машинально ответил воришка.

Здоровяк взял его за шиворот, спокойно приподнял над полом и, заглядывая ему в глаза, спросил:

– Тебе разве мама в детстве не говорила, что воровать нехорошо?

Воришка болтал в воздухе ногами и пытался вырваться из огромных рук Анатолия.

– Не трепыхайся, бесполезно, – хмыкнул тот и встряхнул парня так сильно, что у него клацнули зубы.

Незнакомец попытался достать рукой до кармана своей куртки, и ему это удалось. Он выхватил оттуда пистолет.

– Отпусти, сволочь, пристрелю! – взвизгнул он, как припадочная баба. Анатолий резко разжал руку, и жулик плюхнулся на пол. Сибиряк с недоумением посмотрел на оружие в руках у воришки.

– Ах ты, заморыш! – рявкнул здоровяк. – Никак угрожать мне вздумал? Мне, сибиряку?

Недолго думая, он крепко сжал пудовый кулак и тюкнул парня по макушке. От неожиданности рука жулика дернулась, взлетела куда-то вверх, палец машинально нажал на курок, и пистолет выстрелил. После этого вор обмяк и с тихим стуком свалился на пол без чувств. Анатолий подошел к стене, нажал на выключатель, вспыхнул яркий свет. Он посмотрел на стену, в которую угодила пуля.

– Нет, только посмотри, что ты наделал, сморчок! – возмутился он. – Стенку попортил! Я ж тебя теперь заставлю языком эту дырку зализывать! Мне человек свою квартиру доверил, а ты здесь разруху устраиваешь? Ну, погоди, – погрозил он ворюге кулаком.

Молодой человек присел над распростертым на полу телом незнакомца, решив проверить его карманы. Тот в это время зашевелился, но тут же получил следующую порцию от кулака Анатолия, но уже не по макушке, а в челюсть, и снова отключился, мгновенно и без всякого сопротивления.

– Так-то лучше, – кивнул здоровяк и вытащил из рук воришки пистолет. – С нами, сибиряками, лучше не спорить, браток, себе дороже, – усмехнулся он. – Я медведя в одиночку заламывал, а уж с такими, как ты… тьфу, раз плюнуть.

Анатолий обшарил все его карманы, и в результате на полу образовалась целая куча всякого барахла. Из нагрудного кармана куртки он вытащил какое-то удостоверение.

– Так, посмотрим, кто ты такой есть, – пробормотал он и раскрыл корочки. – Петухов Петр Петрович, – прочитал Анатолий и перевел взгляд на соседнюю страницу удостоверения. – Помощник президента… Чё? Президента?! – вытаращил он глаза. – Ох ты, мать честная, это чё ж я наделал-то?

Он с испугом посмотрел на бесчувственного незнакомца и, схватив его в охапку, чуть ли не бегом потащил на диван.

– Помощник президента, ё-мое, – бормотал сибиряк. – Неужели самого Владимир Владимирча? И за каким же дьяволом тебя сюда занесло? Я ж думал, ты жулик, вор-домушник. А может, ты знакомый Анастасии? Ну, точно, знакомый, а я его по черепушке!

Анатолий положил парня на диван, распахнул его куртку, потом рубашку, снял с него ботинки, рысью подбежал к окну и открыл форточку.

– Свежий воздух ему нужен, – бормотал он, носясь по комнате и топая, как слон. – Нужно срочно Анастасии позвонить, – спохватился сибиряк. – Где та бумажка-то с ее телефоном? – заметался он. – А, ну да, я ж ее в карман тулупа сунул, – вспомнил он и бросился в прихожую. Он вытащил листок с номером и побежал к телефону. – Алло, птаха, это Анатолий, – взволнованно выдохнул он, как только она ответила.

– Что случилось?

– Я тут… это… помощника президента замочил! Думал, вор в квартиру забрался, ну и дал ему по макушке… Тихонько вроде, а он того… Но я не виноват, у него пистолет, а пуля прямо в стенку угодила! Ты бы приехала, что ли, а то я не знаю, что мне делать. Может, милицию? Ох нет, не нужно милицию, они ж меня сразу под белы рученьки! Ты бы приехала, а? – снова повторил он.

– Сиди и жди, мы сейчас приедем, – испуганно выпалила Настя и отключилась. Анатолий посмотрел на трубку и проворчал:

– Легко сказать – сиди и жди. А с этим-то что делать? Лежит, как покойник, даже не шевелится. А вдруг он и правда уже покойник? – охнул он и бросился к незнакомцу. – Эй, Петухов, очнись, – позвал он, тихонько хлопая его по щекам. – Чё ж ты такой хлипкий-то, Петр Петрович? А еще помощник президента! Ты ж должен самбистом-каратистом быть рядом с таким человеком, а ты по домам шаришь… Слушай, браток, а правда, чё ты здесь шарил-то? – задумался вдруг Анатолий. – Если ты знакомый птахи, ты бы по-человечески свет включил, а не с фонариком бы здесь спотыкался. И меня бы она предупредила, ведь сама мне ключи дала. Ключи? А как же ты вошел-то, Петухов? Да-а, браток, задачка, – пробормотал сибиряк, задумчиво почесывая в затылке. – Ладно, ты пока полежи здесь, а я пойду аптечку поищу, может, нашатырь найду. Пора бы уже тебе очухаться.

Анатолий направился в кухню и начал лазить по всем ящикам подряд.

– Обычно бабы на кухне всю аптечную лабуду держат, – бормотал он. – У нас всегда на кухне лекарства лежат, бинты, зеленка, йод. Как царапина какая, так сразу – в кухню, за йодом или пластырем. О, кажется, нашел, – радостно воскликнул. – Теперь посмотрим, есть ли здесь нашатырь.

Анатолий поставил коробку на стол и начал в ней рыться, перебирая все пузырьки подряд и читая этикетки.

– Настой валерианы, это не то, перекись водорода, тоже не то, чистотел, это нам не надо, календула, тоже ни к чему. Ну, наконец-то нашел, – здоровяк достал пузырек с нашатырным спиртом. – Теперь мы тебя быстро на ноги поставим, браток. Ты мне сейчас все расскажешь, Петр Петрович Петухов! Посмотрим, какой ты помощник президента, – бормотал он, направляясь в комнату, где лежал незнакомец. Анатолий замер на пороге с открытым ртом, когда увидел, что в комнате никого нет.

– Куда ты делся-то? – недоуменно уставился он на пустой диван. – Сбежал, что ли… босиком? – перевел он взгляд на ботинки Петухова.

Сибиряк опрометью бросился в прихожую и увидел приоткрытую дверь.

– Точно, сбежал, недомерок! – выдохнул он и бросился на лестничную площадку. – Эй, Петухов, придурок, куда ты босиком-то? – крикнул он в тишину подъезда. – Простудишься, псих, на улице мороз.

– Вы что так кричите, молодой человек? – возмущенно прошипела пожилая женщина, высунув нос из двери напротив. – Как не стыдно людей беспокоить, скоро ночь. Что вы себе позволяете?

– Прости, бабуль, больше не буду, – добродушно улыбнулся Анатолий. – Я только сегодня прилетел из тайги, у нас там все громко разговаривают.

– Какая я вам бабуля? – фыркнула соседка. – Оно и видно, что из тайги, бескультурщина, – ядовито выплюнула она и поспешно скрылась за дверью. Анатолий заглянул в пролет лестницы, удостоверился, что там никого нет, и махнул рукой. – Баба с возу, кобыле легче. Может, и хорошо, что он убежал, мне здесь проблемы ни к чему, да еще с самим президентом. Хотя сомневаюсь я, что этот недомерок – действительно помощник президента.

Анатолий вернулся в квартиру, закрыл дверь и прошел в кухню.

– Что-то проголодался я, – пробормотал он, заглядывая в холодильник. – Видно, от переживаний. Съем колбаски и сырка отрежу, – решил он. – Завтра схожу в магазин, все куплю, чтобы птаху не объедать.

Молодой человек включил чайник, сделал гору бутербродов и только уселся за столом, чтобы приступить к поглощению пищи, как в дверь раздался нетерпеливый звонок.

– О, птаха приехала, – сообразил он и поторопился в прихожую.

– Анатолий, что ты мне наговорил по телефону? Что тут случилось? – на одном дыхании выпалила Настя, ворвавшись в дверь, как только та открылась. Следом за ней вошли Валерия, Владимир и Олег.

– Дык, это не у меня случилось, птаха, это у тебя в квартире черт-те что творится, – недоуменно пожал плечами тот. – Ходят, кому не лень, по шкафам шарят…

– Кого ты здесь замочил? – всхлипнула Анастасия. – Какого помощника президента?! Где тело?

– Тело? А тело убежало, – наивно хлопая глазами, развел руки в стороны сибиряк. – Босиком, – немного подумав, добавил он.

– Как убежало?! Куда убежало?! – вытаращилась Настя. – Ребята, вы что-нибудь понимаете? – повернувшись к друзьям, растерянно спросила она. – Толя, а ты, случайно, никогда лунатизмом не страдал? – снова повернувшись к сибиряку, спросила она.

– Это чё такое? – нахмурился тот. – Это когда ночью по крышам гуляют? Не-е, я такой заразой не страдаю. А почему ты спросила?

– Ну-у, может, ты спал, и тебе приснился странный сон про… – запнулась Настя, не зная, как высказать дальше свою мысль.

– Ты чё, думаешь, я псих? – засмеялся Анатолий. – Ну, ты, птаха, даешь!

– Так, друзья мои, давайте-ка сначала разденемся, пройдем в комнату, успокоимся, и Толя нам все подробно расскажет, – вклинилась в разговор Валерия. Она смотрела на добродушное наивное лицо сибиряка и невольно улыбалась. – Будем знакомы, я Валерия, – представилась она, протягивая ему руку.

– Так это ты – детектив? – с неприкрытым восхищением посмотрел он на девушку. – Красавица-то какая, – выдохнул здоровяк и, обтерев руку о свою рубашку, протянул ее Лере. – Ну а я Анатолий, значит. Вот, к тебе приехал, специально, а тут такая заваруха приключилась! Я теперь век не забуду, как в Москве побывал. Своим внукам буду рассказывать, пусть посмеются.

– Да, действительно смешно, – проворчала Настя. – Я думала, меня инсульт хватит, пока мы сюда ехали… от смеха.

Вся компания в полном составе прошла в комнату, и Анатолий начал с того, что продемонстрировал им ботинки Петухова.

– Вот, смотрите, босиком убежал, олух царя небесного, в такой-то мороз! Пока я в кухне в аптечке рылся, нашатырь искал, он и удрал.

– Зачем тебе нашатырь понадобился? – спросила Настя, хмуро разглядывая обувь.

– Хотел его Петухову под нос сунуть, чтобы он очухался, – пожал плечами Анатолий. – А то лежит и лежит. Я его и по щекам лупил, и пуговки расстегнул, и форточку открыл, чтобы воздух шел, а он как покойник лежит и не реагирует.

– Как-как вы сказали? Петухов? – встрепенулся Владимир. – А откуда вы знаете, что он Петухов?

– А я не говорил разве? – удивленно спросил Анатолий. – Дык, в удостоверении так написано.

– В каком удостоверении?

– Вот в этом, – вытаскивая книжицу из нагрудного кармана рубашки и протягивая ее капитану, ответил молодой человек. – Там я и прочитал, что он помощник президента. От страха чуть не обос… испугался, в общем. Самого помощника – да по макушке кулаком! Ох, и натерпелся же я, – тяжело вздохнул он. – Когда он убежал, я, если честно, даже обрадовался. Пусть бежит, и подальше от меня.

Владимир раскрыл корочки и прочитал вслух:

– Петухов Петр Петрович, помощник президента… охранной фирмы «Витязь».

Он обвел всех веселым взглядом и увидел следующую картину.

Лера, спрятав лицо в ладони, беззвучно хохотала, Настя с многозначительным прищуром убивала взглядом Анатолия, а Олег открыто ржал.

– Да, это действительно было бы очень смешно, не будь оно серьезно, – хмуро проговорил капитан. – Давайте вспомним, друзья, о том, что этот Петухов тайком проник в квартиру Анастасии. Что он здесь делал? Что искал? И как вошел сюда? И самое главное: почему он это сделал?

Смех резко оборвался, и все уставились на Владимира.

– А и правда, как он вошел сюда? – испуганно прошептала Настя.

– Настя, меня сейчас гораздо больше волнует совсем другой вопрос. Почему он это сделал? – с нажимом на слово «почему» проговорил капитан. – Мы слушаем вас, Анатолий, – обратился он к молодому человеку. – Рассказывайте с самого начала, с подробностями, ничего не пропуская.

– Я только чаем горло промочу, ладно? – спросил тот. – А то я уж собрался перекусить, а тут и вы приехали, – кивнул он в сторону кухни. – Я сейчас все сюда принесу, если не возражаете, буду есть и рассказывать.

Анатолий рысью слетал в кухню и вернулся оттуда с бокалом чая и тарелкой с горой бутербродов.

– Я, когда волнуюсь, всегда голодом страдаю, – объяснил он, на ходу запихивая бутерброд в рот – целиком.

– Ешь, Толик, не торопись, – кивнула Настя, с тоской посмотрев в сторону Валерии. Ее глаза явно давали Лере понять: «Все, подруга, теперь не отвертимся, придется колоться и все рассказывать Трофимову».

Лера лишь пожала плечами.

– Лежу я, значит, сплю себе спокойно, а тут машина одна как давай сиреной своей гудеть без остановки, я и проснулся, – начал рассказывать Анатолий, не забывая отхлебывать чай из бокала. – Ворочался, ворочался, не смог больше уснуть. Разозлился страшно, хотел уже на балкон выйти, что-нибудь сбросить на эту машину, вдруг слышу – что-то упало. Я сразу понял, что это в соседней комнате: у меня слух очень острый. Я ж охотник, слух за столько лет отточен так, что за версту зверя слышу. И хожу я бесшумно, тоже благодаря охотничьему навыку. Ну вот, подхожу я к двери комнаты, смотрю, а он стоит и фонариком светит в ящик стола. Потом к шкафу подошел, снова шарит. Я подумал – вор в квартиру забрался, тихонько так к нему подкрадываюсь сзади, и – по макушке! Нет, сначала я его за шиворот тряхнул, а он за пистолет схватился, – вспомнил он. – А уж когда он выстрелил, то сразу по макушке и получил. Или наоборот… – нахмурился он, силясь вспомнить последовательность событий. – В общем, отключился он моментально, хлипким оказался. Стенку попортил, паразит! А потом, когда я карманы его проверил и удостоверение нашел, сразу птахе и позвонил. А потом он сбежал, тут и вы приехали, – быстро закруглил рассказ молодой человек.

– Этот все? – спросил Трофимов.

– Да вроде все.

– Анатолий, вы только что сказали, что проверили его карманы, – напомнил капитан. – Вы, случайно, не обратили внимания, что там еще было, кроме удостоверения?

– Не, не успел посмотреть, – отрицательно замотал головой Толя. – Я все в кучку сложил, думал, потом посмотрю, а тут он сбежал, я и растерялся. Потом решил перекусить, а потом вы появились. Нет, не посмотрел еще. Если хочешь, сам посмотри, – спокойно предложил он.

– Что посмотреть? – не понял Владимир.

– Как что? Что в карманах у Петухова этого было, вон, все в комнате так и лежит на полу, – пожал плечами Анатолий.

– А что же вы молчите? – вскочил с кресла капитан. – Где лежит, показывайте!

– Пошли покажу.

Трофимов с Анатолием направились в другую комнату, и все поторопились следом за ними.

– Лер, что мне Володьке говорить? – зашептала Настя. – Он же меня в порошок сотрет за то, что я молчала, а Шаров потом по ветру этот порошок развеет.

– Что у тебя за привычка такая – бежать впереди паровоза? Еще ничего не ясно, подождем продолжения банкета, – сердито ответила Лера. – Ты только не трясись так, а то у тебя на лбу написано: «Не виноватая я, он сам пришел», – усмехнулась девушка.

– Шутница, твою мать, – прошипела Настя. – Умеешь успокоить в нужный момент! Подруга называется!

Когда они вошли в комнату, Трофимов уже сидел на корточках перед кучей различных вещей и перебирал их.

– А вот и ответ на вопрос, как он проник в квартиру, – произнес он, поднимая на пальце связку отмычек. – Перчатки кожаные – одна пара, зажигалка – одна штука, сигареты «Парламент» – одна пачка, записная книжка – одна штука, презервативы – одна упаковка, – спокойно перечислял капитан. – Прямо джентльменский набор, – усмехнулся он.

– Надеюсь, что презервативы он прихватил с собой не для того, чтобы их использовать по назначению в моей квартире? – проворчала Анастасия. – Какое счастье, что меня здесь не было, я бы точно инфаркт получила. Володя, а может, это какой-нибудь маньяк-насильник был? – спросила она у капитана. – Узнал, что я здесь одна живу, думал, я дома, а тут вместо меня… такой облом.

– Не тешь себя надеждой, подруга, – усмехнулся тот. – Этот Петухов, если, конечно, его фамилия действительно Петухов, приходил сюда с определенной целью. Он что-то искал в твоей квартире, и мне хотелось бы узнать, что именно, – вопросительно посмотрел он на Настю.

– А чего это ты на меня так смотришь? – испуганно поинтересовалась та. – Откуда мне знать, что ему здесь понадобилось?

– Анастасия, не парь мне мозги, я воробей стреляный, – предупреждающе поднял руку капитан. – Будешь врать, я тебя сейчас же возьму под стражу.

– На каком основании, черт возьми?! – Настя тут же выпустила когти. – У тебя нет на это оснований! А ордер у тебя есть? – прищурилась девушка. – Нет? Вот и заткнись! – рявкнула она и, фыркнув, демонстративно отвернулась. Потом так же резко повернулась. – Я потерпевшая сторона, между прочим! А ты из меня кого хочешь сделать? Преступницу? Или, может, соучастницу?

– Настя, что за бред ты несешь? – сморщился Владимир. – Я всего лишь хочу разобраться, в чем дело.

– Вот и разбирайся, я-то тут при чем?

Владимир бросил взгляд в сторону Валерии, но та наивно хлопала глазами, давая понять, что лично она вообще ничего не понимает.

– Ну, хорошо, не хотите говорить, не надо, – сердито прищурился капитан. – Вам же хуже.

Глава 12

Валерия подошла к своей машине в шесть тридцать утра и устало потерла глаза.

– Как же спать охота, – простонала она. – Всего на два часа и удалось прикорнуть. Ну и денек вчера выдался, с ума сойти!

Только она открыла дверь машины и собралась сесть в салон, как глаза ее остановились на колесах.

– Вот блин, – нахмурилась она. – Это что еще такое?

Девушка отошла немного в сторону и увидела, что проколоты все четыре колеса.

– Ну, елки зеленые, подарочек с утра! – воскликнула она. – Поленилась ночью отогнать ее в гараж, и вот результат. И что теперь делать?

Лера беспомощно огляделась по сторонам, бросила взгляд на часы.

– Уже шесть сорок, а я должна быть к семи. Что делать? Позвонить, извиниться? Как нехорошо получилось! Что теперь обо мне подумают? Нет, надо ехать, второй такой возможности попасть в этот дом у меня не будет. В течение трех дней жить там и иметь шанс хоть что-то узнать – такое упускать нельзя. Что ж, придется ловить такси, – решила она и бегом побежала к проезжей части. Машину она поймала быстро и попросила водителя ехать как можно быстрее.

– Мне нужно быть на месте в семь, самое большее в семь десять. Если что, за превышение скорости я заплачу, – пообещала Лера.

– Нет проблем, – улыбнулся молодой парень. – Домчу с ветерком.

И он не обманул: в семь часов восемь минут они подъехали к дому Кормухиных. Створки ворот разошлись в стороны, и охранник приветливо кивнул девушке.

– А где же ваша машина? – поинтересовался он.

– В ремонте, – вздохнула Валерия. – Пришлось такси ловить.

Вчера, когда она уезжала из этого дома, Илья специально подвел ее к охраннику и сказал ему:

– Твоя смена заканчивается в восемь утра, значит, эту девушку встречать придется тебе. В семь она приедет, и смотри, чтобы ей не пришлось ждать у ворот.

– Конечно, Илья Ильич, все будет нормально, встречу, – с готовностью отрапортовал охранник. – Какие могут быть проблемы?

– Вот-вот, думаю, что проблемы тебе ни к чему, – согласился тот. – Запомни: в семь утра, не вздумай проспать.

– Как можно, Илья Ильич? Все будет в порядке.

– Надеюсь.

Валерия прошла в дом. Ступив на порог, она увидела Илью, он торопился ей навстречу.

– Чуть не проспал сегодня все царствие небесное, – улыбнулся он и взял из рук девушки сумку, где были ее вещи. – Очень долго заснуть не мог, доброе утро, Валерия.

– Доброе утро, Илья. По какой же причине бессонница?

– Можешь мне не поверить, но я думал о тебе, – развел руками тот. – Видишь, как ты мне голову вскружила?

– До чего же приятно слышать, что по моей вине у мужчин кружится голова, – засмеялась Лера. – Я горжусь собой.

– А ты, оказывается, кокетка? – хитро прищурился Илья.

– Естественно, я же женщина, – парировала Валерия.

– Пошли разденешься, потом сразу в столовую, там для нас готов завтрак, а то у меня уже времени не остается, – проговорил Илья, бросив взгляд на свое запястье.

Там красовались шикарные часы фирмы «Ролекс». Лера обратила внимание, что одет он сегодня очень торжественно и весьма дорого. Костюм, рубашка, галстук, ботинки – все было подобрано с изысканным вкусом и гармонировало друг с другом. Она поймала себя на мысли – хотелось, чтобы он никуда не уезжал, а остался дома, рядом с ней, и Лера резко тряхнула головой. «Очнись, Валерия, ты в этом доме по делу, вот и делай его, а не мечтай о чем не следует».

– Что с тобой? – спросил Илья, увидев, что она нахмурилась. – А-а, понял: ты не хочешь меня никуда отпускать, – засмеялся он.

– С чего ты так решил? – округлила Валерия глаза, удивляясь, что он невольно угадал ее мысли.

– А я же экстрасенс, разве ты не знала?

– Забавная шутка.

– Не грусти, дорогая, я скоро вернусь, ты даже не успеешь соскучиться, – продолжал балагурить Илья. – Нет, лучше скучай. Мне будет приятно, если ты будешь по мне скучать. Ты будешь?

– Непременно.

– Я тоже буду, я уже соскучился, мы целую ночь не виделись.

– Илья, хватит дурачиться. Лучше расскажи, как мне вести себя с твоим дедом. Что он любит, а что нет? О чем мне с ним говорить? Какие книги ему читать?

– Мой дед хоть и пожилой, но абсолютно адекватный человек, а не выживший из ума старик, как думают некоторые, – ответил тот. – Поэтому ты совершенно спокойно можешь спросить его об этом. Он скажет, что тебе делать, что читать и о чем с ним говорить.

– Я не хотела обижать его, – растерялась Валерия. – И спросила не потому, что считаю его выжившим из ума стариком. Просто хотела хоть немного подготовиться, чтобы не попасть впросак.

– Я вовсе не тебя имел в виду, когда сказал об этом, – отмахнулся Илья. – Давай не будем о грустном, не хочется портить настроение перед поездкой. Мне предстоит решить ряд весьма серьезных вопросов, поэтому я должен быть предельно спокойным и сосредоточенным. Надеюсь, что вы с дедом найдете общий язык, он очень интересный старик.

– Я тоже на это надеюсь.

– О, похоже, позавтракать я уже не успеваю, – спохватился он, снова бросив взгляд на часы. – Если попаду в пробку – все, могу опоздать на рейс.

– Мне тоже не хочется есть, я позавтракала дома, – сказала Лера. – Лучше пойду в комнату, осмотрюсь. Илья Викторович еще спит?

– Да, пока спит, он встает в районе десяти, потому что всегда допоздна смотрит телевизор, – улыбнулся Илья. – Проводи меня до машины, мне будет приятно.

– Пошли, – согласилась Лера. – Ты поедешь с моей сумкой? – засмеялась она.

– Ой, я и забыл про нее совсем, – посмотрел Илья на сумку. – Подожди меня буквально три минуты, я только куртку возьму, заодно и сумку в твою комнату закину.

– Кидать не нужно, у меня там имеются хрупкие вещи, – предупредила девушка. – Нет, правда, положи ее аккуратно, у меня там ноутбук лежит.

– А зачем тебе ноутбук? У нас здесь два компьютера есть, с выделенной линией, пользуйся на здоровье.

– Я уже привыкла к нему, как к родному, мне с ним удобнее.

– Как скажешь, – пожал плечами Илья и заторопился к лестнице.

Когда машина молодого человека скрылась за воротами, Лера вернулась в дом и поднялась на второй этаж. Она неуверенно вошла в комнату, которую ей любезно предоставили, и огляделась по сторонам.

– Красиво, – дала она оценку увиденному.

Девушка разделась, повесила дубленку в шкаф, сняла сапожки и, вытащив из сумки легкие туфельки, надела их. Она подошла к большой кровати, сначала присела на нее, а потом и прилегла, прямо поверх покрывала. Этой ночью она практически не спала и утром еле-еле оторвала голову от подушки. И теперь, когда она легла, глаза сами собой начали закрываться, и девушка даже не заметила, как провалилась в тревожный сон. Ей приснилось, что она идет по густому лесу и понимает, что заблудилась. Лера кидалась из стороны в сторону, пытаясь найти выход, и не находила его. Вдруг со всех сторон на нее обрушился какой-то странный звон, и она не могла понять, что это такое. От страха Лера проснулась, резко вскочила и сразу не могла сообразить – где она и что с ней. Звон не прекращался, она закрутила головой, чтобы понять, откуда он идет. Поняв, что звонит телефон, она соскочила с кровати и, подбежав к нему, сняла трубку.

– Алло, – осторожно проговорила девушка.

– Валерия Алексеевна, в чем дело? – услышала она недовольный мужской голос. – Сколько можно вам звонить?

– А кто это? – ошарашенно спросила она, не понимая, кто ей сюда может звонить.

– Дед Пихто, – проворчал голос.

Валерия вспомнила, что это внутренний телефон, и звонить по нему может только один человек.

– Илья Викторович, простите, ради бога, я совсем забыла… не узнала ваш голос по телефону, я сейчас, – торопливо проговорила она и, бросив трубку, опрометью выскочила из комнаты. Она в одну минуту пересекла расстояние между комнатами и вошла к старику.

– Доброе утро, Илья Викторович. Какие будут распоряжения?

– Завтрак, – коротко бросил тот.

– Завтрак? – растерялась Лера. – А что вы едите на завтрак?

– Сегодня – два яйца всмятку, тосты и кофе со сливками.

– А где мне все это взять… и приготовить?

– Взять в холодильнике, – кивнул он на агрегат, стоящий в углу его комнаты. – Приготовить в кухне.

– Сейчас сделаю. Вы представляете, я приехала сегодня сюда в семь и, как только Илья уехал, поднялась в комнату, которую вы мне выделили, – начала рассказывать она, подходя к холодильнику. – Прилегла на кровать и уснула. Если бы не ваш звонок, я бы продолжала спать. Вот, яйца я взяла, масло тоже. А где у вас хлеб лежит, чтобы тосты сделать?

– Хлебница на столе, – буркнул старик.

– Простите, что так получилось, просто я почти не спала сегодня, у друзей проблемы, поэтому и уснула.

– Откровенность – это похвально, – хмыкнул старик. – В следующий раз постарайтесь не просыпать. Мне не совсем удобно без посторонней помощи перебираться с кровати в коляску и ехать на ней в ванную комнату, чтобы умыться. А сегодня мне пришлось это делать самому.

– Простите, Илья Викторович, – извинилась Лера, прижав руки к груди. Она неосторожно сжала ладонь, в которой держала яйца, и одно из них треснуло. Девушка растерянно посмотрела на желток, который стекал с ее руки прямо на пол.

– Черт, кажется, сегодня не мой день, – чертыхнулась она. – Я сейчас все уберу.

– Помойте руки, возьмите другое яйцо и ступайте в кухню, – распорядился Илья Викторович. – А это пусть домработница убирает, позовите ее.

– Не надо, я сама, – возразила Валерия. – Где я могу взять тряпку?

Старик тяжело вздохнул и недовольно посмотрел на девушку.

– Я понятия не имею, где могут быть тряпки, пригласите сюда домработницу, она все уберет, – повторил он. – Я голоден, сделайте побыстрее то, что я просил.

– Хорошо, – кивнула Лера головой. – Кухня внизу?

– Совершенно верно, внизу.

Девушка взяла из холодильника еще одно яйцо, схватила из хлебницы батон белого хлеба и поспешно покинула комнату.

«Черт, какой у него тяжелый взгляд, – подумала она. – Я его даже побаиваюсь. Ладно, надеюсь, сумею найти с ним общий язык, главное, не обращать внимания на его сердитый тон, это всего лишь видимость. Илья говорил, что он вполне адекватный и сносный старик».

Валерия шла в кухню, запоминая дорогу. В столовой она увидела женщину средних лет, вытиравшую пыль.

– Извините, вы домработница?

– Да.

– Как вас зовут?

– Нина Даниловна.

– А я Валерия, будем знакомы. Илья Викторович просил вас зайти к нему в комнату с мокрой тряпкой. Я там случайно яйцо разбила, нужно убрать.

Женщина, ни слова не говоря, тут же прекратила вытирать пыль и вышла из столовой.

– Кухня должна быть где-то рядом, – подумала Лера и прошла к двери, которую разглядела в дальнем углу столовой.

Она не ошиблась: как только девушка ее открыла, нос сразу же уловил приятный аромат специй, чего-то жареного и печеного. Лера втянула носом аппетитный запах сдобы с ванилином и, прикрыв глаза, прошептала:

– Как у мамы, когда она печет свои фирменные пирожки.

* * *

– Ну, что ты мне можешь рассказать, капитан? Какие-нибудь новости есть? – нетерпеливо спросил Шаров у Владимира, как только тот вошел в его кабинет.

– Новостей целый мешок, Иван Петрович, – возбужденно сообщил Володя, усаживаясь напротив начальника. – Даже не знаю, с которой из них начинать.

– Начинай с первой, так проще, – усмехнулся полковник. – Что удалось выяснить?

– В квартиру Анастасии проник некий Петухов, что-то искал, а в это время там Анатолий спал. Увидел его, скрутил… а потом Петухов убежал, даже без ботинок. Представляете, Иван Петрович, – на мороз без ботинок? Когда мы приехали…

– Постой, постой, капитан, я ничего не понимаю, – перебил его Шаров. – Что это с тобой сегодня? Кто такой Анатолий? Кто такой Петухов? Кто кого скрутил на морозе и куда убежал без ботинок? Ты что, капитан Трофимов, разучился четко и коротко докладывать? Ты мне не хочешь все по порядку рассказать? – с возмущением спросил он.

– Есть рассказывать все по порядку, – отчеканил Володя и на некоторое время задумался. Собравшись с мыслями, Владимир начал говорить четким, спокойным и ровным голосом: – Судя по документам, Петухов Петр Петрович является сотрудником охранной фирмы «Витязь». Больше того, он помощник президента этой фирмы. В данный момент наши ребята выясняют, что это за фирма, где она находится и действительно ли он там числится. Анатолий – это…

– Я же просил: все по порядку, – напомнил полковник. – И, желательно, подробно, с самого начала. Э-эй, Володя, ты где, дорогой? – помахал он рукой перед лицом молодого человека. – Все еще спишь? Пора просыпаться!

– Вчера, выйдя из вашего кабинета, я поехал на квартиру к Валерии, чтобы поговорить с Анастасией, как вы и приказали. Только я подошел к дому, как увидел, что она садится в машину своей подруги Татьяны, с ними был молодой человек – Анатолий, о котором я уже упоминал.

– Кто такой?

– Он специально к Валерии приехал из Сибири, из-под Иркутска. У него здесь брат пропал, он приехал, чтобы его разыскать. В Москве у него нет знакомых, поэтому Анастасия решила поселить его в своей квартире на то время, пока Валерия будет искать его брата. Собственно, благодаря этому мы и узнали, что существует такой субъект, как господин Петухов Петр Петрович. Я, конечно, не уверен, что это его настоящее имя, да и удостоверение вызывает некоторые сомнения, но, как говорится, что имеем, – развел он руками. – А произошло этой ночью вот что…

И Владимир рассказал полковнику обо всем, что произошло в квартире Анастасии, вплоть до момента, когда под утро он уехал оттуда.

– Документы Петухова проверяются, пистолет на экспертизе. Нужно выяснить, не проходило ли это оружие у нас по какому-нибудь делу. Я уже говорил, что насчет подлинности его документов я очень сомневаюсь, но чем черт не шутит? Записную книжку я решил показать вам, вот она, – закончил он свой рапорт и положил книжку на стол Шарова. – Там много телефонов, считаю, нужно проверить все.

– Ну, это само собой, – кивнул полковник, открывая книжку и перелистывая страницы. – Этим пусть займется Самохин… хм, ну и дела! А ты сам-то смотрел эту книжку? – как-то странно посмотрел он на капитана.

– Нет пока, – пожал плечами тот. – Просто заглянул, увидел, что там много номеров. Имея такой документ, мы быстро найдем Петухова.

– Блажен, кто верует, – усмехнулся полковник. – На, забирай свой трофей, – кинул он книжку на стол. – Если присмотришься внимательнее, глядишь, и свой номерок там отыщешь.

– Мой? – удивился Владимир. – Откуда мой номер взялся в книжке какого-то Петухова?

– Почему ты решил, что она принадлежит именно ему?

– Анатолий сказал, что вытащил книжку из его кармана.

– И ты решил, что она его собственная? Ох, молодежь, учишь, учишь вас быть внимательными, и все без толку. Это книжка Анастасии, уже заполненная! Она, видно, новую приобрела, а эту убрала, вот твой Петухов ее и прикарманил. Не знаю, для чего, но уверен, что не из праздного любопытства.

– Правда? – разочарованно спросил капитан.

– Сам посмотри.

– Ну, надо же, а я так надеялся на эти телефоны!

– Все, проехали. Отсутствие результата – тоже результат. Простому вору записная книжка ни к чему, ты же понимаешь. Да и с огнестрельным оружием домушники никогда не ходят. Так что наша версия верна, я уверен. Анастасия убежала из своей квартиры к Валерии, потому что она кого-то боится. Что сами девчонки говорят по поводу всего этого?

– Они ничего не говорят, хоть ты тресни, – проворчал Трофимов. – Я и так, и эдак – Анастасия уперлась, как осел: «Знать ничего не знаю и знать не хочу. Откуда мне может быть известно, зачем вор ко мне в квартиру забрался? Наверное, думал, что у меня здесь копи царя Соломона припрятаны. Ты сыщик, вот и выясняй». Я даже угрожать ей пытался. Толку мало, она только разозлилась еще больше, чуть в драку не кинулась, – с раздражением махнул он рукой.

– А Валерия?

– А что Валерия? – усмехнулся Владимир. – Вы ее, что ли, не знаете, Иван Петрович? Только плечиками пожимает и невинными глазками хлопает, – изобразил он. – Моя хата с краю, ничего не знаю и вообще я в отпуске и совершенно ни при чем.

– Надеюсь, ты догадался организовать за ними наблюдение? – спросил полковник.

– Обижаете, Иван Петрович, – развел руками капитан. – Естественно, организовал. Анастасия у Протасовых-старших, ее Лера вчера увезла обратно к ним. Вернее, сегодня, уже под утро. Анатолий остался в квартире Насти. А вот сама Валерия спозаранку уехала в поселок «Сады Семирамиды», по адресу… – далее Владимир продиктовал, читая по бумажке, адрес дома Кормухиных. – Кстати, у ее машины кто-то проколол все четыре колеса, Лере пришлось ловить такси, чтобы доехать, – добавил он.

– Что же это за наблюдение такое, что вы не видели, кто это сделал? – вскинул брови полковник. – Спят там они у тебя, что ли?

– Никак нет, просто, видно, хулиганы, сделали это до того, как мои ребята приехали. Я же сам только под утро домой вернулся, меня Валерия подбросила, прежде чем везти Настю к своим родителям. Пока я обзвонил всех, пока они собрались, пока приехали…

– Понятно, – хмуро проговорил полковник. – А ты не пробовал удочку закинуть в сторону Анастасии?

– В каком смысле? – не понял Владимир.

– В том, который мы вчера с тобой обсуждали. Почему она сначала у Леры в квартире сидела, а теперь к ее родителям перебралась? Почему она убежала из своего дома? Кстати, на этом ее запросто можно было подловить.

– Пробовал, только у меня ничего не получилось, – откровенно признался Владимир. – Знаете, что она мне ответила? «Ты кто такой, чтобы задавать мне подобные вопросы? Где мне ночевать – это мое личное дело, и ты не имеешь никакого права требовать от меня отчет. А уж коли на то пошло… Ты что, говорит, Трофимов, не знаешь моего Свиридова? Он же страшно ревнив, Отелло отдыхает по сравнению с ним. Как я могу оставаться в квартире с посторонним мужчиной? Объясняй потом Сережке, что я невинна, как новорожденный младенец. Анатолию некуда деваться, вот я ему и предоставила кров на время. Не выгонять же человека на улицу? Не май месяц, Новый год на носу». Что я на это мог возразить? – развел руками он. – Женская логика, сами знаете, не поддается никакому анализу, и спорить с ней равносильно тому, что плевать против ветра. А уж спорить с Анастасией – это вообще! – закатил он глаза. – Лучше сразу повеситься.

– Хреновый из тебя опер, капитан Трофимов, если ты против ветра плевать боишься, – заметил Шаров. – Ладно, разберемся, не обижайся, – миролюбиво проговорил он, увидев, как нахмурились его брови. – Если б я не знал, с кем дело имеем, тогда, может, и получил бы ты у меня на орехи. Ох уж эти мне девчонки, – проворчал он. – Ты, кстати, выяснил, кто такие Кормухины?

– Нет еще.

– Так срочно займись этим вопросом.

– Так точно, – отрапортовал Трофимов. – Какие еще будут распоряжения?

В это время на столе полковника зазвонил телефон.

– Полковник Шаров, – ответил тот, внимательно выслушал, что ему говорят, и, положив трубку, пристально посмотрел на капитана. – Звонили из лаборатории по поводу пистолета, который ты отдал на экспертизу.

– И что? – взволнованно спросил капитан.

– Именно из этого оружия был убит Дронов.

– Вот, значит, как, – нахмурился Владимир.

– И что ты теперь думаешь?

– Нужно искать Петухова.

– А еще Иванова, Петрова, Сидорова! Где ты его теперь найдешь, капитан? Его, небось, давно из Москвы ветром унесло, не догонишь.

– У нас служба такая, догонять того, кого не догонишь, – развел руками Владимир. – Или плевать против ветра, – с сарказмом добавил он, но тут же вновь стал серьезным. – Буду думать, анализировать, работать. Что мне еще остается? Разрешите идти, Иван Петрович?

– Иди, капитан, и как только все выяснишь о Кормухиных, сразу же доложишь.

– Так точно, есть доложить.

– О малейших передвижениях Анастасии тоже докладывать.

– Она вообще никуда из дома не выходит.

– Я не спрашиваю тебя, капитан, выходит она из дома или нет, – недовольно заметил Шаров. – Я сказал: докладывать о ее малейших передвижениях. Что подразумевает – если вдруг таковые последуют. Тебе понятно?

– Так точно. Разрешите идти?

– Свободен.

Глава 13

Валерия сварила два яйца всмятку, приготовила тосты, налила в кофейник кофе. Все это она поставила на поднос и понесла его в комнату Ильи Викторовича. «Блин, и поваром, и официанткой приходится быть, – усмехнулась она. – И что только не сделаешь ради торжества справедливости!»

Лера прислушалась к своим ощущениям, чтобы понять, действительно ли ей неприятны ее нынешние обязанности. С удивлением она поняла, что делает это без напряга, даже с каким-то удовольствием. Ей хотелось угодить этому почтенному старику, даже понравиться ему, чтобы он сказал своему внуку, какая она замечательная девушка.

«Господи, неужели я втюрилась? – нахмурилась Валерия. – Нет, нет и еще сто раз нет! – замотала она головой. – Он, может быть, и симпатичный, но совсем не в моем вкусе. Балабол, балагур, несерьезный болтун и наверняка ловелас, каких свет не видел. С ним же каждый день будет, как жизнь на вулкане. Не-ет, я такой жизни для себя совсем не хочу!»

– Вы кто такая? – услышала Лера мужской голос позади себя и от неожиданности невольно вздрогнула. Она с трудом удержала поднос, который чуть не вывалился из ее рук.

– Кто же так делает? – с негодованием спросила она, повернувшись в сторону мужчины. – Разве можно так людей пугать? Я чуть все не уронила! Доброе утро… извините, не знаю вашего имени.

– Я задал вам вопрос, будьте любезны отвечать, – строго повторил мужчина, не удосужившись представиться и даже не глядя в сторону Валерии. Его внимание было поглощено ногтями, которые он подправлял маникюрной пилочкой.

– Я Валерия, сиделка Ильи Викторовича, заменяю Маргариту, временно.

– Куда она подевалась? – так же резко спросил мужчина.

– Вчера ее увезли в больницу, она сломала ногу, – ответила Лера, внимательно рассматривая незнакомца.

– Кто вас пригласил сюда?

– Илья… Ильич.

– В отсутствие Маргариты мы сами могли бы ухаживать за моим отцом. Право слово, не знаю, зачем понадобилось моему племяннику нанимать кого-то? – проговорил мужчина, пренебрежительно скривив рот и по-прежнему не глядя на Валерию. Та снова отметила, что видит его впервые, вчера за обеденным столом его не было.

«Значит, еще один дядюшка», – сообразила она, а вслух с сарказмом произнесла:

– Если мне кто-то желает доброго утра, обычно я отвечаю тем же.

– Вы, что же, смеете делать мне замечания? – нахмурился мужчина. – Вам не кажется, что вы забываетесь, деточка? Я никогда не здороваюсь с прислугой и не собираюсь делать этого впредь. Знай свое место, – резко перешел он на «ты» и впервые за время всего диалога посмотрел на нее. – Я вас где-то уже видел, – мимоходом отметил он и снова занялся своими ногтями. – Прислуга должна знать свое место, – повторил он. – Вот и знайте его!

– Слушаюсь, – вполне серьезно ответила Валерия и даже слегка присела, как это обычно делает прислуга в фильмах. – Я могу идти? Илья Викторович ждет завтрак.

– Ступайте и скажите моему отцу, что приехал Герман, его сын. Я зайду к нему, как только он позавтракает.

– Будет исполнено, – снова присела Лера.

В душе у нее все кипело и клокотало от злости, но она крепко сжала зубы, чтобы не сорваться и не сказать этому хаму все, что она о нем думает.

«Мне нужно держать себя в руках, несмотря ни на что, – подумала она. – А то, чего доброго, выкинут отсюда без выходного пособия, и тогда у меня сорвутся все мои планы».

– Ваш завтрак, Илья Викторович, – сказала она, войдя в комнату старика.

– Почему так долго? – проворчал тот.

– Меня задержали у лестницы. Приехал ваш сын, Герман, просил передать, что зайдет к вам после завтрака.

– После завтрака вы повезете меня на прогулку.

– А как же ваш сын?

– Я же сказал: на прогулку, – упрямо повторил старик. – И будьте так любезны, Валерия Алексеевна, никогда не спорьте со мной.

– Хорошо, не буду, – кивнула та. – Вам помочь с завтраком?

– Мне и самому мало, – еле заметно улыбнулся Илья Викторович. – Я шучу, присоединяйтесь.

– Да что вы? Я совсем не это имела в виду, – замахала Лера руками. – Я в том смысле, может…

– Понял, понял, не оправдывайтесь. Помогать мне не нужно, слава богу, ложку до рта я пока могу донести самостоятельно. Вы-то сами позавтракали? Если нет, прошу, присаживайтесь рядом со мной.

– Спасибо за предложение, но я не хочу, – отказалась Валерия. – Дома перекусила, перед тем, как сюда ехать.

– Ну, как знаете, а я поем, – проговорил старик и принялся за свой завтрак.

– Илья Викторович, а ваш сын Герман, он кто?

– Он вас обидел? – насторожился тот. – Наверняка нахамил?

– Нет, ничего страшного, – ушла от прямого ответа девушка. – Он кто? – повторила она.

– Шишка на ровном месте, вот он кто, – нахохлился старик. – Пока я буду пить кофе, достаньте мои теплые вещи, они в шкафу, будете помогать мне одеваться, – сразу же сменил он тему.

– Хорошо, сейчас достану.

Девушка возила старика по расчищенной дорожке по саду в течение часа, и разговаривали они на отвлеченные темы. Она больше не пыталась завести разговор об обитателях дома, поняв, что эта тема старику неприятна, хотя язык ее так и чесался. После обеда, с трех часов до пяти, Илья Викторович отдыхал, это было ее свободным временем. Лера решила провести его с пользой и включила ноутбук. Звонок мобильного телефона заставил ее прервать занятие. Звонила Анастасия.

– Привет, подружка, – проговорила она. – Как прошло внедрение?

– Нормально, – ответила Лера. – Мне даже кажется, что слишком нормально, и это настораживает.

– В каком смысле?

– Не знаю, как объяснить. Ты бы только видела этот дом! Сплошной антиквариат и все такое прочее, и вдруг я, совершенно посторонний человек, без рекомендаций…

– Но ведь тебя Илья попросил остаться, а он вроде замуж тебе выйти предлагал за него? – хихикнула Настя.

– Настя, мы с тобой сегодня ночью эту тему уже обсуждали, – напомнила Валерия. – Если бы ты пообщалась с ним хотя бы минут десять, сразу поняла бы, что верить такому балагуру нельзя. Вот я и не верю. Я ни на минуту не приняла его слова всерьез. А сегодня я вообще полдня думаю. Как он мог так запросто впустить в дом постороннего человека? Ведь он ничего обо мне не знает. Только то, что я работник социальной службы. А если я какая-нибудь аферистка? Ничего не понимаю, только чувствую: что-то здесь не то.

– Если так, может, уедешь оттуда? – испуганно спросила Настя.

– Теперь не могу, – вздохнула Лера. – Как я Илью Викторовича оставлю? Нет, Настя, назвался груздем, полезай в кузов. Ладно, мне поработать нужно, пока старик отдыхает. Вечером, когда Илья Викторович уснет, я тебе позвоню. Ой, чуть не забыла спросить. Ты сделала то, о чем я просила по поводу брата Анатолия?

– Да, я все распечатала, осталось проехать по всем адресам и развесить объявления, – ответила Настя. – Этим Таня займется, а мне, сама знаешь, лучше из дома не выходить. Фотография, которую Анатолий дал, очень отчетливо получилась, все остальное тоже. Я напечатала два телефона, твой мобильный и домашний родителей, как ты велела. Думаю, это должно сработать. Мы посмотрели адреса всех магазинов «Ашан» и вычислили номера домов, окна которых выходят на эти магазины. Получилось одиннадцать домов, семьдесят три подъезда. На каждый подъезд повесим объявления с фотографией Григория.

– Хорошо. Больше не звони, я тебе сама буду звонить.

– Почему?

– Так надо, не задавай лишних вопросов.

– Ладно, как скажешь.

– Ну все, пока, – закруглилась Лера и выключила трубку.

Она поставила ноутбук на колени и погрузилась в работу.

– Черт, что же ты так долго думаешь? – чертыхнулась она, когда очень долго не открывался нужный файл. – Илья говорил, что у них здесь два компьютера и выделенная линия Интернета, – вспомнила она. – Нужно будет спросить у старика, где они находятся, а то через мобильник мой ноутбук что-то глючит. Впрочем, мне кажется, я и сама могу их поискать. Когда вчера я приехала с подарками под видом соцработника, охранник проводил меня в кабинет, там сидел Илья Викторович. Кабинет где-то здесь, на втором этаже, и мне кажется, что там я видела компьютер. Самый верный способ проверить – просто пойти и посмотреть, – решила Валерия и тут же исполнила задуманное. Она покинула свою комнату и пошла по коридору, заглядывая в двери, расположенные вдоль стен. Открыв одну из них, она невольно остолбенела.

– Мама дорогая, – восхищенно прошептала она. – Боже, какая красота!

Валерия вошла в большое помещение овальной формы и благоговейно замерла.

– Неужели это подлинники?

Девушка, осторожно ступая, пошла вдоль стены галереи, останавливаясь возле каждой картины, чтобы рассмотреть все повнимательнее, а заодно и прочесть подпись автора внизу полотна. Она засмотрелась на одну из них и вдруг…

Двери галереи резко распахнулись, и в них ворвалась группа вооруженных людей.

– Стоять на месте, руки за голову, лицом к стене! – раздался громкий приказ.

Лера замерла на месте, но не потому, что ей приказали, а от неожиданности. Она ничего не понимала и смотрела на эти маски-шоу широко раскрытыми глазами.

– Лицом к стене! – снова гаркнул один из группы и наставил на девушку автомат.

Валерия пожала плечами и медленно повернулась к стене.

– Вы, может быть, объясните, что происходит? – спросила она. – Я в этом доме случайный человек.

– Понятное дело, что случайный, – усмехнулся парень.

– Да в чем дело-то? – не выдержав, закричала девушка и резко повернулась.

– Стоять на месте, я сказал, – снова приказал парень. – Лицом к стене.

– Я что, преступница? Кто вам дал право разговаривать со мной в подобном тоне? Что вы себе позволяете, молодой человек? – взвилась Валерия. – Вы что же, думаете, если у вас автомат, значит, и хамить можно?

– Вел, вел, вел, – раздался насмешливый голос от двери, и Лера увидела Германа. – Я почему-то так и предполагал, что вы та еще штучка.

– Что значит – штучка? – не поняла девушка. – Вы о чем?

– Деточка, не нужно прикидываться невинной овечкой и делать вид, что вы ничего не понимаете. Зачем вы проникли в галерею? Откуда у вас ключ? Или вы пользуетесь отмычками?

– Какие отмычки? Какой ключ? – опешила Лера. – Дверь была открыта, я увидела, что здесь картины, и вошла, чтобы посмотреть, а тут эти люди с…

– Не говорите глупости, – грубо прервал ее Герман. – Галерея всегда закрыта на электронный ключ, здесь все под сигнализацией.

– Она была открыта, поэтому я и вошла, – упрямо проговорила Валерия. – Я искала кабинет, где стоит компьютер. Илья мне говорил, что здесь выделенная линия Интернета, и он разрешил ею воспользоваться.

– Что здесь происходит? – раздался голос Ильи Викторовича, который въехал на своей коляске в галерею. – Я спрашиваю, что здесь происходит? – прикрикнул он на Германа.

– Здравствуй, отец, сигнализация в галерее сработала, группа и приехала. Смотрим – а эта здесь вынюхивает, – кивнул он в сторону Леры.

– Вы свободны, молодые люди, все в порядке, простое недоразумение. Просим прощения за беспокойство, – хмуро проговорил старик. – А тебя, Герман, прошу запомнить, что «эту» зовут Виктория Алексеевна.

– Но, отец…

– Виктория Алексеевна, отвезите меня в мою комнату, – обратился он к девушке. – Всего доброго, господа, мы вас больше не задерживаем.

Лера подошла к коляске старика и взялась за поручни. Она резко замерла, уставившись на форму одного из парней. На его груди красовалась эмблема – ОФЛБ «Витязь». Девушка обвела взглядом всех и увидела, что у них та же эмблема.

– Виктория Алексеевна, в чем дело? – спросил старик.

– Нет-нет, ничего, извините, Илья Викторович, – очнулась та и торопливо покатила коляску из галереи. Как только они въехали в комнату старика, Лера сразу же начала объяснять:

– Илья Викторович, честное слово, я даже не предполагала, что галерея подключена к сигнализации! Я искала кабинет, мне нужен был компьютер, открыв одну из дверей, я увидела картины. Я просто не могла не войти и не полюбоваться такой красотой. А дверь была открыта, клянусь!

– Не нужно оправдываться, Валерия Алексеевна, я вам верю, – остановил ее старик. – Я бы на вашем месте тоже не удержался и вошел.

– Вы любите искусство?

– Эти картины я собирал много лет. Не для того, чтобы просто вложить деньги, а именно из любви к искусству. И вот еще что. У меня в столе лежит электронная карточка. Когда вам захочется полюбоваться на картины, вы можете воспользоваться ею. Проведете ею по сканеру, сигнализация отключится, и вы спокойно сможете приобщаться к прекрасному столько времени, сколько захотите, и вас никто не побеспокоит.

– Спасибо, не надо, – отказалась Валерия. – Если только вместе с вами. Одна я туда больше не пойду, с меня и сегодняшнего приобщения к прекрасному хватило, запомнится надолго. Я страшно испугалась, если честно, – откровенно призналась она. – Илья Викторович, а как же могло получиться, что дверь в галерею оказалась открытой? Со слов вашего сына Германа я поняла, что это невозможно.

– Не знаю, – пожал плечами тот. – Электроника – вещь непредсказуемая, может в любую минуту выкинуть фортель. Пару месяцев тому назад так уже было. Ночью отключали свет, а утром внезапно сработала сигнализация, когда домработница просто проходила мимо двери. А не сыграть ли нам с вами в картишки, Валерия Алексеевна? – неожиданно предложил старик. – Или в шашки?

– Шашки? – растерялась та.

– Ну, да, в шашки, – повторил Илья Викторович. – Вы что-то имеете против?

– Нет проблем, сыграем во что хотите. И знаете что, Илья Викторович, зовите меня просто Валерией или даже Лерой, меня так все мои друзья называют.

– Отлично, Лерочка, – согласился он. – А в шахматы вы случайно не играете?

– Играю, и мой папа говорит, что неплохо.

– Ну, наконец-то у меня будет партнер, – обрадовался старик и захлопал в ладоши, как ребенок. – Я очень люблю шахматы, давно не играл в них. Пробовал играть с компьютером, но мне не понравилось, машина хоть и умная, а с живым человеком ее сравнить нельзя. Ну что, сыграем?

– Давайте, – улыбнулась Валерия.

– На что будем играть, на интерес или на деньги? – хитро прищурился Илья Викторович.

– На деньги? – округлила глаза Лера. – Вы хотите играть на деньги?

– Я очень азартный, – хихикнул старик, потирая руку об руку. – Ставки можно сделать небольшими, рублей по… пятьсот, например.

– У меня с собой есть немного денег, – ответила Валерия. – Но, если я их проиграю, останусь без новых колес. Вернее, не я, а моя машина.

– Тогда давайте на интерес, – махнул рукой Илья Викторович.

– А какой?

– Ну, предположим, если вы мне проиграете, будете завтра целый день играть со мной в шахматы.

– А если проиграете вы?

– Ну, это маловероятно конечно. Но если вдруг случится такое чудо, тогда… тогда я что-нибудь придумаю.

– Так нечестно, – заметила Валерия. – Но я согласна.

Когда партия была в разгаре, девушка решилась задать вопрос:

– Илья Викторович, когда сегодня сработала сигнализация, приехала группа вооруженных людей. Я обратила внимание, что они принадлежат к охранной фирме «Витязь», у них на форме были эмблемы. У вас с ними договор?

– Да, а почему вы об этом спрашиваете? Они вас сильно оскорбили? Вы хотите, чтобы я принял меры? – нахмурился тот.

– Нет-нет, они действовали в рамках закона, я на них не в обиде, – возразила Лера. – Я совсем по другому поводу спросила. Просто хотела узнать, как такие договора заключаются. У меня тоже есть загородный дом, правда, не такой большой и богатый, – отметила она. – Но очень часто бомжи в наши дома забираются. Воруют, что попадется под руку, а в двух домах вообще пожар устроили. Я бы тоже хотела свой дом на охранную сигнализацию поставить. Эта фирма «Витязь», они по всему Подмосковью работают или только здесь?

– Я не могу вам сказать точно, потому что ничего об этом не знаю, – пожал плечами Илья Викторович. – Но могу дать вам визитку начальника. Позвоните, скажете, что вы от меня, думаю, он вам не откажет. В крайнем случае посоветует какую-нибудь другую фирму.

– Спасибо.

– Да не за что.

– А у вас в доме тоже охранники из «Витязя»?

– Да, оттуда, – кивнул головой старик, пристально глядя на шахматную доску и обдумывая очередной ход.

– А почему они без формы, а в черных костюмах?

– Я приказал им являться в мой дом только в гражданской одежде. Не могу спокойно смотреть на форму, она меня раздражает, напоминает надзирателей в тюрьме. Вам шах и мат, Валерия Алексеевна, – радостно сообщил он.

– В самом деле? – нахмурилась та, переваривая информацию.

«Он, что же, сидел в тюрьме?» – подумала она, а вслух удивилась:

– Интересно, как это у вас получилось – и шах и мат? Вы, случайно, не мухлюете, Илья Викторович? – засмеялась Лера. – Шучу-шучу, – поторопилась оправдаться девушка, увидев, как тот нахмурился. – Преклоняюсь перед вашим мастерством, мне до вас действительно далеко.

После ужина старик, заметив, как покраснели у девушки глаза, спросил:

– Вы, случайно, не заболели? Глаза у вас какие-то нездоровые.

– Нет, просто не выспалась, вот и все, – объяснила Лера. – Ночь практически не спала, утром в половине шестого уже встала, чтобы здесь к семи быть. Голова немного разболелась, только и всего. Не обращайте внимания.

– Тогда на сегодня можете быть свободны, – отпустил девушку старик. – Идите отдыхайте, Валерия.

– А как же чтение на ночь, Илья Викторович?

– Обойдусь без чтения, – отмахнулся тот. – Телевизор посмотрю. Идите, идите, – строго велел старик. – Не заставляйте меня чувствовать себя монстром, который издевается над детьми, – улыбнулся он.

– Спасибо, – поблагодарила его девушка. – Напрасно вы на себя наговаривали, Илья Викторович. На самом деле никакой вы не вредный, а очень добрый человек.

– Вы меня плохо знаете, – возразил старик. – Вернее, совсем не знаете. Надеюсь, в ближайшее время вы увидите, какой я на самом деле, – то ли в шутку, то ли всерьез пообещал он.

– Хорошо, посмотрим! Спокойной ночи.

– И вам того же.

Лера прошла в свою комнату и в изнеможении присела на кровать. Голова у нее в самом деле разболелась, то ли действительно от бессонной ночи, то ли от перенапряжения, то ли еще от чего-то.

– И какой из меня сыщик, спрашивается? – сама у себя спросила она. – День прошел практически впустую. Хотя, есть одна деталь, о которой мне удалось узнать, и весьма важная. Дом охраняется бойцами фирмы «Витязь», и Петухов имел в своем кармане удостоверение работника этой фирмы. О чем это говорит? О том, что связь существует… И меня это страшно расстраивает. Мне не хотелось бы, чтобы Илья Викторович и его внук были каким-то образом причастны к тому, что случилось с Игорем Дроновым. Но, тем не менее, факт – вещь упрямая, с ней не поспоришь. Хотя, Илья не может быть причастен: когда все это случилось, он летел вместе со мной в одном самолете, а это неоспоримое алиби. И в то же время он может спокойно быть просто руководителем какой-то преступной группы и отдавать распоряжения по телефону. Господи, еще немного, и я вообще додумаюсь невесть до чего, – сама себя одернула Лера. – Не будем опережать события, надеюсь, за оставшиеся два дня мне удастся хоть что-нибудь узнать».

Валерия взяла свой мобильный телефон и набрала номер Анастасии.

– Настя, привет, это я.

– Ну, наконец-то, – облегченно вздохнула та. – Я уже по потолку бегаю, думала, не дождусь твоего звонка. Хотела сама тебе звонить, только то и удерживало, что ты не разрешила. Рассказывай быстрее, что, как? Какие-нибудь новости есть?

– Никаких особенных новостей нет, кроме того, что дом Кормухиных охраняют бойцы из фирмы «Витязь», – ответила Валерия.

– Из того самого «Витязя»? – возбужденно переспросила Настя. – А говоришь, никаких новостей! Это же всем новостям новость! Все говорит о том, что разгадка – именно в этом доме. Валерка, будь поосторожнее, ради бога, – зловеще зашептала она. – Будь все время начеку, не забывай, что они убили Игоря! Грохнуть еще кого-нибудь – это им раз плюнуть.

– Господи, Настя, прекрати такие страшные вещи говорить на ночь глядя, – осадила подругу Валерия. – Не забывай, что мне здесь ночевать несколько раз. Мне что, совсем не спать, а потом загнуться от нервного истощения?

– Ты пистолет взяла с собой? – спросила Настя, проигнорировав замечание подруги.

– Да, взяла, – буркнула Лера.

– Положи его под подушку, пусть все время будет под рукой, – давала наставления Настя. – Дверь комнаты запирай на ключ, а еще лучше – на порог поставь таз с водой.

– Зачем? – удивилась Лера.

– Ну, как это – зачем? Если кто-то попытается проникнуть в твою комнату среди ночи, сразу же наступит в таз с водой, растеряется, наделает шума, ты и проснешься.

– Все, с меня хватит! – рявкнула Лера. – Спокойной ночи.

– Ты что злишься-то? – обиделась Анастасия. – Я же как лучше хочу.

– Настя, позволь мне самой решить, что для меня лучше, а что хуже.

– Ладно, как знаешь. Кстати, Ирина Михайловна меня уже замучила вопросами о том, где ты, а я не знаю, что ей говорить.

– Скажи, что я уехала по делам.

– Я так и говорю, а она спрашивает, почему твой телефон не отвечает.

– Я убрала звук, специально. Передай ей, что у меня все в порядке, я ей завтра позвоню.

– А может, сейчас с ней поговоришь? Я ей трубку отнесу, она, как всегда, в кухне возится.

– Нет, не надо, сейчас я не хочу с ней разговаривать, – отказалась Лера. – У меня страшно голова разболелась, я всю ночь не спала. Она же меня сейчас замучает вопросами. У меня нет сил отвечать на них и объяснять, что я абсолютно здорова, сыта, нахожусь в тепле и мне не угрожает никакая опасность. Все, Настя, я отключаюсь, схожу в душ – и спать, у меня уже глаза слипаются, – поторопилась Лера закруглить разговор. – Всем привет, целую.

– Я тебя тоже целую. Завтра обязательно позвони, чтобы я не волновалась. Ты мне с самого утра доложи, что ночь прошла нормально, а уж вечером расскажешь новости, если они будут.

– Хорошо, пока.

Глава 14

Валерия проснулась от головной боли и села на кровати.

– Нужно было все же выпить обезболивающее, – сморщилась она. – Думала, усну, голова сама пройдет, ан нет. Придется вставать и тащиться в кухню за водой, чтобы запить таблетку.

Девушка встала и накинула пеньюар, который прихватила из дома. Утром, собирая вещи, она задумалась – взять именно его или простой домашний халат? Она злилась на себя за то, что думала при этом об Илье. Ей хотелось быть красивой… если вдруг он приедет раньше обещанного срока и увидит ее рано утром или вообще зайдет к ней ночью… Продолжая сердиться, Лера все же положила в сумку именно пеньюар. Он состоял из двух частей: ночной рубашки до пят и широкого халатика, который завязывался на ленточки. Сшит он был из нежного шелка девственно-белого цвета, с красивыми широкими рукавами, обрамленными тончайшим кружевом. Его подарила Валерии Таня на прошлый день рождения, и дома она надевала его всего пару раз.

Валерия прошла к журнальному столику, включила ночник и, взяв свою сумочку, начала рыться в ней в поисках таблеток. В это время она услышала какой-то шум во дворе и подошла к окну. Она увидела, что во двор въезжает машина. Как только она остановилась, из нее выпрыгнули девушка и парень. Они, переговариваясь и смеясь, проследовали к дверям дома и вошли внутрь.

«Сколько же здесь живет народу? – подумала Лера. – Эту молодую парочку я еще не видела».

Взяв таблетку, девушка вышла из комнаты и, осторожно ступая, прошла к лестнице. Пеньюар развевался красивыми волнами, и от этого казалось, что Лера не идет, а летит. Она начала спускаться по лестнице и снова услышала приглушенные голоса и смех.

– Ну, Виктор, прекрати немедленно, вдруг кто-нибудь выйдет и увидит? – шептал кокетливый женский голос. – Тебе пора ехать, уходи.

– Не бойся, все уже давно спят, – ответил тот. – Не гони меня, давай выпьем по бокалу вина, немного расслабимся.

– Уходи, Виктор, вдруг отец дома? Он может проснуться в любую минуту. Если он увидит нас здесь вдвоем, да еще ночью, он меня убьет. Ты же знаешь, что через месяц у меня свадьба. Да и тебе мало не покажется.

– А что здесь такого? Мы случайно встретились в клубе, ты попросила отвезти тебя домой, вот и все. То, что я зашел в дом своего тестя, чтобы выпить бокал вина, должно рассматриваться, как преступление?

– Виктор, не надо, чтобы кто-то что-то подумал и, не дай бог, заподозрил. Тогда мы вообще не сможем видеться.

– Почему я женился на твоей сестре, а не на тебе? – тяжело вздохнул тот. – Не пришлось бы прятаться и скрываться, как ворам.

– Это ты сейчас так говоришь, – капризно проговорила девушка. – Если бы ты был женат на мне, то на моем месте сейчас была бы моя сестра. Все вы, мужчины, одинаковы, стремитесь к тому, что не ваше.

– Лиля, зачем ты так? Ты что, не веришь, что я люблю тебя?

– Нет, не верю. Уходи, пожалуйста, очень тебя прошу. Да и поздно уже, я ужасно устала и хочу спать.

– Ну, хорошо, как скажешь, – тяжело вздохнул молодой человек. – Спокойной ночи, любовь моя.

Валерия невольно остановилась на лестнице, прислушиваясь к их разговору. Когда голоса стихли, она услышала шум выезжающей со двора машины. Она раздумывала: идти ей дальше или вернуться в комнату?

«Нет, наверное, лучше вернуться, – подумала Лера и, раскрыв ладонь, с тоской посмотрела на таблетку. – Еще подумают, что я специально подслушивала. Черт, а голова болит все сильнее и сильнее! Нет, если я не выпью обезболивающее, я просто скончаюсь. Придется рискнуть».

Осторожно ступая, чтобы ее не обнаружили, Валерия решила продолжить свой путь и вдруг увидела, что из дверей гостиной выходит та самая девушка.

– Ну вот, так я и знала, – тяжело вздохнула Лера и, неуверенно улыбнувшись, протянула руку вперед и раскрыла ладонь, чтобы показать таблетку. Она уже было хотела сказать, что идет в кухню, но в недоумении уставилась на Лилю.

Та резко замерла на месте, точно соляной столб, во все глаза таращась на незнакомку, «плывущую» по лестнице. По ее лицу разлилась неестественная бледность, рот странно раскрывался и закрывался, словно она хотела что-то сказать, но не могла. Вместо слов из ее рта донеслось нечленораздельное мычание. Наконец, она протяжно простонала и рухнула без чувств, как подкошенная. Все это произошло в считаные секунды, поэтому Лера даже не успела опомниться и что-то сообразить.

– Господи, что это с ней? – испугалась она и кинулась к девушке. – Эй, что с вами? – спросила она, тихонько похлопав ее по щекам. – Очнитесь, девушка!

Лиля лежала бледная, как полотно, совершенно не реагируя на призывы Валерии. Сыщица запаниковала.

– Кто-нибудь, помогите! – изо всех сил закричала Лера. – Проснитесь, человеку плохо!

Через некоторое время захлопали двери, и в холл выбежала Людмила Афанасьевна, та самая любопытная дама, которая недавно подслушивала под дверью Ильи. Из другой комнаты торопливой походкой вышел заспанный Герман, раздраженно запахивая халат.

– В чем дело? Что случилось? – сердито спросил он, спускаясь по лестнице.

– О, господи, свят, свят! – увидев Леру, дама замахала руками, пятясь назад.

– Что с тобой, Людмила? – грубо спросил Герман. – Это всего лишь сиделка отца, разве ты не видишь?

– Да? О, какое счастье, – облегченно вздохнула дама, схватившись за сердце. – А мне показалось, что это… впрочем, неважно, – не договорила она, и ее взгляд упал на девушку, распростертую на полу. – Что с Лилечкой? – вскричала дама и, заломив руки, бросилась перед ней на колени.

– Я не знаю, – растерянно ответила Валерия. – Я спускалась с лестницы, а она выходила из гостиной… и вдруг упала в обморок.

– И снова вы? – грозно раздувая ноздри, спросил Герман. – Я смотрю, мадам, в этом доме все неприятности происходят непременно с вашим участием.

– Что вы такое говорите? – нахмурилась Лера. – Я проснулась от головной боли, шла на кухню за водой, чтобы запить таблетку, – начала объяснять она и, разжав ладонь, показала таблетку. – Даже с лестницы спуститься не успела, как эта девушка потеряла сознание.

– Вот так, ни с того ни с сего взяла и потеряла? – с сарказмом, прищурив глаза, спросил Герман.

– Ну, откуда же мне знать, отчего она его потеряла? – пожала Валерия плечами. – Говорю о том, что видела своими глазами. А что было до этого, мне неведомо.

– Людмила, что ты раскудахталась, как курица? – рявкнул Герман на женщину, «продолжавшую» стоять перед Лилей на коленях. – Быстро звони в «Скорую помощь». Позови Глашу, пусть принесет нашатырный спирт.

– Да-да, я сейчас, – кивнула та головой и торопливо поднялась с колен. – Лилю нужно поднять с пола и положить на диван.

– Сейчас отнесу, – ответил Герман. – Помогите-ка мне, – в приказном тоне обратился он к Валерии. Та хотела развернуться и уйти и не сделала этого лишь потому, что пожалела девушку.

– Я возьму ее за плечи, а вы берите за ноги, – давал наставления мужчина. – Поаккуратнее, пожалуйста, это вам не мешок с картошкой, а хрупкая девушка.

– Можно подумать, что я – не хрупкая девушка, а Арнольд Шварценеггер, – проворчала Лера.

Ее язык так и чесался наговорить этому надутому индюку гадостей, но, опять же, удерживала ответственность за дело, за которым она пришла в этот дом.

Герман и Валерия донесли девушку до дивана.

– Ей нужно голову повыше устроить, – проговорила Валерия и, взяв диванную подушку, попыталась приподнять голову Лили. Та приоткрыла глаза, посмотрела на Леру безумным взглядом и тут же отключилась снова.

– Людмила, долго ты будешь возиться? – закричал Герман. – Где Глаша с нашатырем? Ты вызвала «Скорую помощь»?

– Несу, несу, – раздался голос, и Лера увидела женщину неопределенного возраста, семенившую к дивану.

На ней была ночная рубашка до пят, плечи прикрывал пуховый платок. Волосы были заплетены в жидкую косичку, которая свисала на спину как крысиный хвостик. Следом за ней торопилась Людмила Афанасьевна.

«Ну, думаю, теперь они и без меня справятся», – решила Валерия и осторожно ушла… по-английски.

В кухню за водой она так и не пошла, решив, что ничего страшного не случится, если она запьет таблетку глотком воды из крана в своей ванной комнате.

Герман тем временем, выхватив из рук Глафиры пузырек с нашатырным спиртом, торопливо отвинтил крышку и поднес его к носу бесчувственной девушки. Сначала она сморщилась, потом глубоко вдохнула и резко села на диване. Испуганно озираясь по сторонам, Лиля спросила:

– Вы ее видели? Она была здесь, она летала!

– Ты о ком, доченька? – спросила Людмила Афанасьевна, испуганно глядя на девушку.

– О призраке, – прошептала та, продолжая нервно озираться.

– Герман, что с ней? – заплакала женщина. – Что с моей дочерью?

– Мама, прекрати, я не сумасшедшая! – закричала та. – Я точно ее видела, вон там, на лестнице! Она была в каких-то белых широких одеждах, и они развевались, как на ветру. Длинные черные волосы и бледное лицо. Оно до сих пор стоит у меня перед глазами! Это был призрак моей тетки с портрета, который висит в комнате Ильи!

– Прекрати пороть ерунду, никакой это не призрак, а сиделка твоего деда, – строго проговорил Герман. – Вот придумала! С ума вы, что ли, все посходили? С чего ты взяла, что это твоя тетка?

– Сиделка? – изумилась Лиля. – Но она так похожа…

– Всего лишь небольшое сходство, – перебил ее мужчина. – Ложись на диван, сейчас приедет «Скорая помощь», – велел он. – Пусть смеряют тебе давление и сделают успокоительный укол.

– Я не хочу укол!

– А тебя никто и не спрашивает! – прикрикнул Герман на племянницу. – Быстро ложись.

Лиля послушно опустилась на диван и уставилась на него испуганными глазами.

– Так-то лучше, – кивнул головой мужчина. – Терпеть не могу, когда со мной спорят. Это же надо такую чушь придумать – призрака она увидела! Не дом, а… Недаром она не понравилась мне с первого взгляда, одни неприятности от этой сиделки, – проворчал он.

* * *

Валерия приняла таблетку и, раздевшись, легла в кровать.

– Ну и ночка, – проворчала она. – Сон как корова языком слизала. Так можно и невроз заработать, вторую ночь не сплю. Нужно попытаться уснуть, чтобы днем не свалиться замертво на глазах у старика.

Девушка взбила подушку и, зарывшись в нее носом, попыталась отправиться в гости к Морфею. Но не тут-то было. Беспорядочные мысли роились в ее голове, как назойливые мухи, не давая этого сделать.

– Значит, эта молодая девушка – Лиля, дочь дяди Коли и любопытной Людмилы Афанасьевны. Еще она – любовница мужа своей сестры, и через месяц у нее свадьба. Прямо клубок какой-то! Как можно спать с сестрой своего мужа? Тьфу ты, черт, надо же такое сморозить! Все наоборот: с мужем своей сестры. Впрочем, у богатых свои причуды, может быть, для них это в порядке вещей. Итак, родственников становится все больше и больше. Скольких я уже знаю? Обморочная Лиля, ее сестра, муж сестры Виктор. Людмила Афанасьевна и дядя Коля – муж и жена, и родители девушек. Дядя Коля – сын Ильи Викторовича… Герман – очередной сын. Наверняка женат, имеет детей, с которыми мне еще предстоит познакомиться. Женщина с портрета – мать Ильи, их сестра, умерла, когда Илье было десять лет… значит, двадцать лет назад. Позавчера за обеденным столом сидело человек восемь, а я даже никого и не запомнила, кроме дяди Коли и его жены. Нет, так дело не пойдет, – саму себя одернула Лера. – Нужно спать, а не пересчитывать, как овец, многочисленное семейство Кормухиных. Спать, спать!

Валерия перевернулась на другой бок, крепко зажмурила глаза и…

– Как жаль, что Илья не успел мне рассказать, почему его дед так не любит всех своих родственников? – снова принялась размышлять она. – Наверняка все дело в деньгах, а их, похоже, в этой семье немало.

В это время послышался шум подъезжающей машины, и Лера, вскочив с кровати, подбежала к окну. Она увидела, как во двор въезжает карета «Скорой помощи».

«Однако быстро они приехали, даже удивительно. Как там, интересно, Лиля, пришла в себя или еще нет? – подумала она. – Наверное, зря я так ушла, втихаря. Может, спуститься, спросить, не нужна ли моя помощь? Впрочем, помощь уже и так приехала, мне там делать нечего. Зачем навязываться, когда тебя об этом не просят? – решила она и вернулась в кровать. – Похоже, что уснуть мне сегодня не светит, – вздохнула Валерия. – Полежу пока, почитаю, а там – как карта ляжет».

Лера не заметила, как уснула с книгой в руках. Когда утром она открыла глаза, увидела, что книга лежит на ее груди, а ночник на прикроватной тумбочке продолжает гореть. Девушка с беспокойством бросила взгляд на часы и резко соскочила с кровати.

– Ох ты, черт, проспала! Через двадцать минут я должна подать Илье Викторовичу завтрак, а его еще и приготовить нужно.

Пулей пролетев через комнату, она ворвалась в ванную, наспех почистила зубы, умылась и причесалась.

«Принять душ времени нет, обойдусь минимумом, – подумала она, закалывая волосы. – Да-а, ну и видок, – вздохнула она, разглядывая свое немного бледноватое лицо. – Но на макияж у меня времени тоже нет. Надеюсь, Илья Викторович не очень испугается, узрев меня в таком виде».

Девушка торопливо вышла из комнаты и, подойдя к двери спальни старика, осторожно постучала.

– Прошу, – услышала она его голос и вошла.

– Доброе утро, Илья Викторович. Что вам сегодня приготовить на завтрак?

– Доброе утро. Загляните в холодильник, там должно быть молоко. Сегодня я предпочту геркулесовую кашу, – ответил тот. – Вы умеете ее варить?

– Думаю, что справлюсь, – ответила Лера. – А где взять геркулес?

– Вон там, в столе, лежат крупы, есть и геркулес. Что за шум был сегодня ночью? – неожиданно спросил старик.

– Вас разбудили? – поинтересовалась Валерия.

– Я уже немолодой человек, поэтому часто страдаю бессонницей, – пожал он плечами. – Врачи говорят, что это нормально в моем возрасте. Так что же у моих родственников случилось? – снова спросил он.

– Ваша внучка, Лиля, упала в обморок.

– Поменьше нужно ходить по разным сомнительным ночным заведениям и нюхать всякую гадость, – сердито произнес старик. – Тогда и в обмороки падать не будет.

– Вы хотите сказать, что она… наркоманка? – удивленно спросила Валерия.

– Вы ее видели? Мне кажется, достаточно взглянуть на нее один раз, чтобы догадаться об этом.

– Видела, но в гостиной был полумрак, горел только ночной свет… – растерянно ответила Лера. – Господи, какое несчастье! А лечить ее не пробовали?

– Пробовали, только толку от этого никакого.

– Я слышала, через месяц у нее свадьба. А как же…

– Не спрашивайте меня, я в этом не участвую, – перебил Валерию старик. – Мне кажется, вы чрезмерно любопытны… все вы, женщины, одинаковы. Идите, варите мне кашу, я голоден, – хмуро велел он.

– Извините, – смутилась Лера, взяла из холодильника молоко, из стола – геркулес и поспешно покинула комнату.

«Надо же – наркоманка! – думала она, спускаясь по лестнице. – Совсем молодая, на вид ей не больше двадцати. Впрочем, что это я? По статистике, наркоманами становятся чаще в юном возрасте – четырнадцати-пятнадцати лет. Очень многие до двадцати просто не доживают».

– О, привет, призрак дома Кормухиных, – услышала Валерия насмешливый голос и, резко повернувшись, увидела сидевшую в кресле Лилю. Та задрала ноги на подлокотник и смотрела на нее осоловелыми глазами. – Ну и напугала ты меня сегодня ночью, я чуть трусики не обмочила, – хихикнула она. – Поди-ка поближе, я тебя рассмотрю.

– Мне некогда, я тороплюсь в кухню, – хмуро ответила Лера. – Илья Викторович завтрак ждет.

– Ни хрена с ним не случится, если и подождет немного, – отмахнулась Лиля. – А если и загнется с голоду, невелика потеря.

– Как же вы так можете говорить? – изумилась Лера. – Ведь он ваш родной дед!

– И что? – усмехнулась девушка. – Мне от его родства ни холодно, ни жарко. Только и знает, что ворчать да нотации читать. «Жизнь нужно прожить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы», – с пафосом процитировала она своего деда, а заодно и Павку Корчагина. – А мне, может, сейчас жить охота так, как я хочу, без правил, ограничений и принципов? Ему, значит, все можно, а мне нельзя?

У Валерии на языке завертелся вопрос: «Он разве тоже нюхает кокаин?» – но она, естественно, промолчала.

– Купил себе молоденькую девочку и тешится игрушкой, – продолжала Лиля. – А для всех она – его сиделка. Как же, сиделка! – хмыкнула она, скривив рот. – Одной ногой в могиле, а туда же, старпер прибабаханный!

– Извините, я пойду, мне действительно некогда, – сдержанно проговорила Лера и поторопилась в сторону кухни. Ей совсем не хотелось выслушивать разные гадости в адрес Ильи Викторовича. Сейчас в ней боролись два совершенно разных человека: детектив и просто Валерка – веселая добрая девушка.

– Наверное, нужно было продолжить разговор, я могла бы узнать что-то интересное. И в то же время мне почему-то стало очень противно, когда она… так про своего деда. Вот семейка Адамс, черт бы вас всех побрал! – проворчала она. – Нет, все-таки я идиотка. Спрашивается, для чего я пришла в этот дом? Чтобы разузнать, что здесь происходит и чего так боятся его обитатели.

«Купил себе молоденькую девочку и тешится игрушкой», – вспомнила она слова Лили.

«А вдруг это правда? – подумала сыщица. – Ведь на видеопленке Рита закрывала шторы, будучи при этом в одних трусиках. Но в то же время мужчина, который перед этим стоял там и курил, явно не Илья Викторович. Лицо разобрать практически невозможно, оно в тени, но что это был не инвалид в коляске, бесспорно. Значит, Рита все же состоит с кем-то из обитателей этого дома в близких отношениях. Перед посторонним человеком не будешь щеголять топлес. А вдруг это Илья? – нахмурилась Валерия, и в ее глазах вспыхнул огонек. – Нет, только не это! Черт, кажется, я ревную? – спохватилась девушка. – Только этого мне не хватало!»

Она вошла в кухню и раздраженно загремела кастрюлями.

«Господи, кажется, у меня окончательно снесло крышу. Что я придумываю? Илья никак не мог быть в ту ночь у окна, ведь мы же с ним на следующий день летели из Китая одним рейсом. Почему я все время думаю о нем? Неужели я в него и в самом деле влюбилась?» – снова подумала Лера и от этой мысли разозлилась еще больше.

– Доброе утро. Вам помочь? – услышала она мягкий голос. Повернувшись, она увидела Глашу, которая смотрела на нее добрыми глазами. – Я не знаю, по какой причине вы сердитесь, но в таком настроении ни в коем случае нельзя готовить еду. Организм человека, который это будет есть, может быть, и воспримет ее, а вот пользы от этого никакой не будет.

– Доброе утро, – кивнула девушка. – С чего вы взяли, что я сержусь? Я просто не выспалась. Вам же известно, какова была сегодняшняя ночь.

– А знаете что, Валерия, вы пока выпейте чашку кофе, я его только что приготовила, а я сварю вместо вас кашу, – вдруг предложила Глаша.

– Откуда вы знаете, что я собиралась варить кашу? – нахмурилась та.

– Ну вот, а говорите, что не сердитесь, – отметила женщина. – Все очень просто, если бы вы не были раздражены, то не задали бы мне этот вопрос. Вы принесли молоко и геркулес. Что же еще, кроме каши, можно приготовить из этих продуктов?

– А вы неплохой психолог, как я погляжу, – отметила Валерия и невольно улыбнулась. – К тому же вы наблюдательны.

– А я и есть психолог по образованию, – объяснила Глаша. – Только в жизни иногда происходят такие вещи, которых мы не в силах изменить. В результате приходится принимать все так, как есть, – загадочно проговорила она. – Хотите об этом поговорить? – засмеялась она, произнеся крылатую фразу всех психологов мира.

– А знаете, Глафира… простите, не знаю вашего отчества, я с удовольствием с вами об этом поговорю, – ответила Лера. – Я ведь тоже изучаю психологию, и эта тема мне очень интересна и близка.

– Мое отчество Эрнестовна, но можете звать меня просто Глаша, как и все в этом доме, – ответила та мягким грудным голосом. – Пейте кофе, а то остынет, – напомнила она. – Каша через десять минут будет готова. А поговорить мы с вами можем в зимнем саду, когда Илья Викторович будет отдыхать.

– Здесь есть зимний сад? – удивилась Валерия.

– А вы не знали? Да, есть, он расположен в левом крыле дома. Советую сходить туда, он очень красивый, – проговорила Глаша. – Там совсем недавно расцвели чайные розы необычайной красоты.

– Зимой – розы?

– В саду поддерживается определенная температура, за этим следит садовник-профессионал. Кстати, весьма интересный человек, может часами рассказывать о цветах, причем говорит о них, как о живых людях, – сказала Глафира. – Непременно познакомьтесь с ним, не пожалеете.

– Познакомлюсь, обязательно, – улыбнулась Валерия.

– Ну вот, вы уже не сердитесь. Каша готова, можете нести Илье Викторовичу, только не говорите, что ее готовила я, – предупредила Глафира. – Он в последнее время немного странно себя ведет… поэтому лучше не говорите.

– Хорошо, – кивнула Лера. – Спасибо за помощь.

Она поставила на поднос кастрюльку с кашей, кофейник с кофе и вышла из кухни.

Глава 15

Перед тем как отправиться на поиски зимнего сада, Валерия позвонила Насте и выслушала от той дифирамбы: какая она нехорошая, безответственная и вообще жестокая штучка.

– Я же просила: позвони утром! – надрывалась Настя. – Что я должна думать, когда ты находишься в этом террариуме с крокодилами и не даешь о себе знать? Совсем не думаешь о других, а еще подругой называешься! У меня и так нервы на пределе, а ты… Еще бы немного… я уже собиралась включать SOS, звонить Трофимову и во всем ему признаваться.

– Настя, прости, пожалуйста, – виновато ответила Лера. – У меня правда не было возможности позвонить, я же все время должна быть рядом с Ильей Викторовичем.

– Да что ты говоришь? – прошипела в трубку Настя. – А в сортир ты его тоже с собой таскаешь?

– В сортир? Нет, туда я одна хожу, – засмеялась Лера. – Ладно, Настя, не злись. Виновата, признаю, и обещаю, что больше такое не повторится.

– Очень на это надеюсь, – с сарказмом произнесла та. – Кстати, Трофимов меня уже замучил вопросами – где ты, что ты, с кем ты?

– А ты?

– А что я? Пришлось придумать романтическую историю о любви с первого взгляда, – хихикнула Анастасия.

– В каком смысле? – не поняла Лера.

– В самом прямом! – рявкнула девушка. – Я смотрю, на тебя этот дом и его обитатели как-то очень странно действуют. Совсем ты перестала понимать, что тебе говорят.

– Давай-ка без сарказма, – огрызнулась Лера. – Что ты наплела Володьке?

– Не наплела, а рассказала под большим секретом, – отметила Настя. – Ну, сказала, что ты наконец-то встретила мужчину своей мечты и сейчас наслаждаешься любовью в его загородном особняке, – как о чем-то само собой разумеющемся ответила Настя.

– С ума сошла?! – ахнула Лера. – Не могла что-нибудь другое придумать?

– Ну почему же не могла? Очень даже могла, – раздраженно ответила Анастасия. – Я могла, например, рассказать, что ты решила бросить свое детективное агентство и предпочла стать сиделкой у ненормального инвалида.

– Он вполне нормален, – заметила Лера. – Во всяком случае, пока мне нечего сказать по этому поводу. Старик ведет себя адекватно, с памятью у него тоже все в порядке, да и вообще… он очень интересный человек. Кстати, отлично играет в шахматы.

– Ты, случайно, не забыла, что в доме этого интересного шахматиста происходят вещи, из-за которых убивают людей? – сердито напомнила Настя.

– Нет, не забыла.

– Хоть это радует.

– Прекрати иронизировать, Анастасия, – строго проговорила Лера.

– Ладно, не буду. Рассказывай, что нового? Что-нибудь удалось узнать?

– Даже не поняла толком, – вздохнула Валерия. – Семья очень странная. Но по нашему делу пока ничего нет, кроме того, о чем я тебе уже говорила. Сегодня ночью хочу немного прогуляться по дому, вдруг что-то вылупится. Если честно, я в некоторой растерянности, даже не знаю что делать.

– У тебя осталось всего два дня, ты не забыла? – напомнила Анастасия.

– Помню я все. Только что я могу сделать, если старик все время держит меня рядом с собой? Завтра вечером Илья должен вернуться, а я все еще где была, там и топчусь.

– Это плохо.

– Сама знаю. Ладно, сегодня я что-нибудь придумаю, – пообещала Лера. – Все, подруга, пока. Больше говорить не могу, мне нужно зимний сад найти. Вечером позвоню или завтра утром.

Валерия отключила трубку и поторопилась в левую часть дома. Зимний сад она нашла быстро и была потрясена его красотой.

– Живут же люди, – изумилась она. – Как здесь здорово!

Девушка начала прохаживаться вдоль кадок с большими растениями и вдруг услышала приглушенные голоса.

– Ты мне конкретно скажи, что удалось сделать, а не обещаниями корми, – говорил мужской голос. Лере он показался знакомым.

«Кажется, это Герман», – подумала она и спряталась в нише, где стояли три большие пальмы.

– А что я могу, если все документы, все бумаги у него в сейфе лежат? – ответил женский голос. – Я же не медвежатник, чтобы его взламывать? А ключ, между прочим, он всегда при себе держит.

– Никакого толку от тебя, – недовольно проворчал Герман. – Деньги любишь, а как до дела доходит, так в кусты.

– Почему – в кусты? – капризно спросила дама. – Я стараюсь, но пока ничего не получается. Что мне прикажешь делать? Может, убить его?

– Прикуси язык, дура, – зло произнес Герман. – Пошли отсюда, сейчас этот контуженый садовод вернется, – велел он.

Валерия увидела, что мимо пальм прошагали две пары ног: одни были в мужских ботинках, другие – в элегантных модельных туфельках на высокой шпильке. Выглянуть, чтобы посмотреть, кому принадлежал женский голос, она не решилась, побоявшись, что ее могут увидеть.

«Интересно, о ком они говорили? – задумалась девушка. – А еще речь шла о сейфе. Нужно посмотреть, имеется ли в доме таковой. Наверное, будет лучше, если сейчас я отсюда уйду. Если Герман вдруг вернется и застанет меня здесь, он обязательно подумает что-нибудь нехорошее. Какой же он все-таки неприятный тип!»

Валерия осторожно подошла к двери, высунула голову в коридор и, убедившись, что там никого нет, ужом выскользнула из зимнего сада.

Вечером Лера не стала ложиться, а решила подождать подходящего момента, когда все угомонятся, и пройтись по дому. Во втором часу ночи она надела спортивный костюм, тихонько вышла из своей комнаты и на цыпочках пошла по коридору.

«Сначала нужно заглянуть в кабинет, обычно сейфы там стоят, – решила она. – Очень интересно, о каких документах они говорили? Вот бы взглянуть хоть одним глазком, это было бы супер!»

Проходя мимо дверей галереи, сыщица невольно прижалась к противоположной стене и медленно проскользнула дальше.

«Электроника – вещь непредсказуемая, – вспомнила она слова старика. – Еще раз этого: «Руки за голову, лицом к стене» – я не перенесу», – подумала девушка, с опаской глядя по сторонам.

Как только Валерия миновала злосчастную дверь галереи, она услышала голоса, которые доносились с первого этажа.

– О, черт, кажется, не только мне одной не спится, – прошептала она. – Не дом, а проходной двор какой-то. Что же мне так не везет в последнее время?

Голоса начали приближаться к лестнице, и девушка, до смерти испугавшись, что ее сейчас увидят, оглянулась назад и прикинула, успеет ли она добежать до своей комнаты. Поняв, что это невозможно, она шмыгнула в первую же дверь. Помещение оказалось не очень большой комнатой, в которой практически ничего не было, кроме круглого стола посередине, вокруг которого стояли стулья. Стол был накрыт скатертью с бахромой, на окнах висели такие же портьеры. Они были раздвинуты, и полная луна заливала комнату ярким светом. Лера огляделась, чтобы рассмотреть, куда она попала. В центре стола она увидела подсвечники со свечами, большую круглую тарелку, по краям которой были написаны буквы алфавита, и невольно улыбнулась. Она вспомнила, как они с девчонками, еще будучи школьницами, занимались спиритизмом. Однажды в читальном зале библиотеки Лера увидела на столе книгу об этом таинственном ритуале, видно, ее кто-то забыл. Вместо того чтобы отдать книгу библиотекарше, она сунула ее в свой школьный рюкзак и пулей выскочила из зала. С подружками на переменках Лера, затаив дыхание, читала эту книгу. Потом они решили, что уже все знают и могут самостоятельно провести сеанс. Девушки вызывали духов Пушкина, Есенина, Ленина, Сталина и даже Ивана Грозного. У них была точно такая тарелка, только чуть-чуть поменьше размером, на которой они написали буквы. Естественно, у них ни разу ничего не получилось, но это таинство так сильно завораживало, что они повторяли церемонию вновь и вновь. Каждый раз, трясясь от страха, они надеялись, что именно сегодня все обязательно получится. Девчонки с трепетом ждали, что перед ними появится дух кого-то из великих людей, ответит на все их вопросы и расскажет им о будущем.

– Ах, юность, наивность, романтизм – как быстро все закончилось, – с улыбкой вздохнула Лера, продолжая смотреть на тарелку.

А голоса приближались к двери именно этой комнаты, и сыщица с ужасом поняла, что сейчас сюда войдут.

– Ох, ё-мое! – заметалась она. – Что делать-то?

Не придумав ничего лучшего, она встала на четвереньки и с проворством ящерицы заползла под стол. Скатерть была достаточно длинной, чтобы скрыть ее от посторонних глаз. Открылась дверь, и Лера увидела на пороге несколько пар ног.

– Проходите, рассаживайтесь, – проговорил женский голос, и девушка узнала Людмилу Афанасьевну. – Я до ужаса люблю эти вечера, они так таинственны и непредсказуемы!

– Ой, а мне что-то страшно, я впервые на таком сеансе, – пискнула другая женщина. – Все эти духи, привидения – бррр, жуть! Может быть, включить свет? Здесь так мрачно.

– Я зажгу свечи, – ответила Людмила Афанасьевна. – И бояться не нужно, меня, например, такие сеансы, наоборот, ужасно возбуждают, – хихикнула она.

– А правда, что мы сможем вызвать дух моего Эдуарда? – спросила третья женщина.

– Конечно.

– И я смогу поговорить с ним?

– Только через медиума, через Марию. Машенька, ты готова сегодня поговорить с духами и быть проводником для нас? – обратилась Людмила Афанасьевна к четвертой участнице.

– Пока не могу ничего сказать, – ответила та. – Ты же знаешь, для этого нужен особый настрой. Вот приготовимся, сядем за стол, тогда я смогу точно сказать, готова я сегодня общаться с духами или нет.

– Так что же мы стоим? Рассаживайтесь, дорогие дамы, – поторопила гостей Людмила Афанасьевна. – Мне уже не терпится начать.

«Вот попала, как кур в ощип, – с досадой подумала Лера. – Сколько теперь эти дамочки будут развлекаться? А мне так и сидеть под столом в позе эмбриона? Нога уже затекла. А что будет дальше? Но, главное, похоже, что моя последняя ночь в этом доме снова пройдет впустую. Завтра вечером возвращается Илья – и все, я могу быть свободна. Нужно что-то придумать», – покусывая губы, размышляла сыщица.

Дамы расположились вокруг стола и напряженно уставились на медиума. Та откинулась на спинку стула и, прикрыв глаза, начала раскачиваться из стороны в сторону.

– Я готова, – через некоторое время проговорила она. – Чей дух мы будем вызывать?

– Может быть, кого-нибудь из знаменитых людей? – предложила одна из дам.

– Предупреждаю сразу, что самоубийцы и те, кто умер не своей смертью, категорически исключаются, сегодня полнолуние, – напомнила медиум.

– Тогда моего Эдика, – поспешно высказалась вторая дама. – Я была бы очень рада пообщаться с ним. Прошло три года, как он оставил меня и этот мир… – всхлипнула она. – А я никак не могу забыть его, до сих пор тоскую, мир праху его.

– Нашла о ком горевать! Нет, давайте вызовем дух Лидии, сестры моего мужа, – перебила ее Людмила Афанасьевна. – Я хочу знать, что делает в нашем доме эта странная девица. Почему вдруг Илья объявил ее своей невестой? Почему оставил ее со своим дедом? Мне все это совсем не нравится!

«Кажется, речь идет обо мне? – встрепенулась Валерия. – Мало ли, что тебе не нравится! И почему это я странная? Никакая я не странная. Веду себя вполне прилично, во всяком случае, стараюсь».

– И еще, мне очень интересно знать, почему она так похожа на Лидию, – сказала женщина.

«Мне, кстати, тоже очень интересно, почему я так на нее похожа. Не тебе одной».

– Соединим наши энергии, дамы, возьмемся за руки, – велела медиум. – И не разожмем их на протяжении всего сеанса. Сохраняйте полную тишину, я начинаю!

* * *

– Ох и ночка сегодня, – вздохнул Шаров, устало откинувшись на спинку кресла автомобиля. – Поехали, капитан, здесь больше делать нечего, экспертная группа и без нас справится. И совсем необязательно было меня, старика, поднимать с постели, – недовольно проворчал он.

– Иван Петрович, так не я же вас поднял, – начал оправдываться Трофимов. – Так решили «там» – что вы непременно должны присутствовать, – поднял он глаза вверх. – Такого известного человека убили, вы же понимаете.

– Да при чем здесь ты? – отмахнулся тот. – Ты трогай, трогай, нечего здесь стоять, я домой хочу. Я о них и говорю, о тех, кто наверху. Нет, видно, на пенсию мне пора, устал я что-то, – вздохнул Шаров. – Нервы ни к черту. Уже половина третьего ночи! Пока до дома доеду, пока туда-сюда, уже и ложиться будет некогда, наступит пора вставать и на работу возвращаться. А мне, между прочим, пятьдесят четыре уже, я далеко не мальчик. Это вам, молодым, все нипочем, а у меня уже одышка, гипертония, подагра и геморрой. Мне еще и такого «геморроя» не хватает, как сегодня среди ночи: «Рота, подъем!» И что у нас за жизнь такая? Дослужился до полковника… начальник убойного отдела, думал – хоть теперь не будут дергать. Так нет же, извольте просыпаться, господин Шаров, и ехать на место преступления! Это дело возьмите под особый личный контроль, а мы, в свою очередь, будем контролировать вас. А что мой особый контроль даст? Можно подумать, что я экстрасенс какой-нибудь или ясновидящий. Раз – и вот вам преступник на блюдечке с голубой каемочкой, получите и распишитесь. Убийство заказное, тут и к бабке ходить не надо, чтобы догадаться, и раскрыть его, сам понимаешь… не раз-два – и дело в шляпе. Ладно, бог не выдаст, свинья не съест. Будем надеяться, что операция «Перехват» даст свои результаты, а если нет… тогда будем готовить шеи для намыливания. Расскажи мне, что тебе удалось выяснить по делу Дронова? – переключился он на другую тему. – Экспертиза что-нибудь дала?

– Никак нет, Иван Петрович, практически ничего. Отпечатки в основном самого Дронова. Есть и другие, явно женские.

– Выяснили, что за женщина?

– Пока нет, – пожал плечами Владимир. – Но что у нее нет криминального прошлого – это точно, по нашей картотеке ее пальчики не проходят.

– При чем здесь наша картотека? Выясните, что за женщина, это очень важно. Если какая-нибудь подружка, о ней обязательно должен кто-то знать. Она может быть незаменимым свидетелем. Вдруг ей Дронов что-нибудь рассказывал о своей работе или еще о чем-то? Немедленно выясни, кто такая. Тебе ясно, капитан?

– Так точно, ясно. Нужно будет поинтересоваться у Насти, она наверняка знает.

– Об этом нужно было позаботиться в первую очередь, – недовольно проворчал Шаров. – Учу вас, учу, и все без толку! Сколько я могу говорить, что любое расследование начинается с опроса самых близких? С друзей, с родственников, с любовниц, любовников… и тому подобное. Ты же разговаривал с Анастасией, насколько мне известно. Почему не спросил, есть ли у Дронова зазноба и кто она такая?

– Виноват, даже и не знаю, как я упустил это. Тогда еще не было заключения экспертизы, поэтому я как-то даже не подумал…

– Думать нужно всегда, капитан, – рявкнул Шаров. – Что ты тогда за опер, если даже не подумал?

– Виноват, – повторил Володя. – В первый раз, когда вы меня к Валерии на квартиру послали, Настя, можно сказать, рта не дала мне раскрыть. Такая взвинченная была, чуть не подралась со мной. Я же вам рассказывал, Иван Петрович. А когда я во второй раз приехал, вы знаете, что произошло в Настиной квартире, уже не до разговоров было. Но я исправлю эту ошибку, сегодня же.

– Ладно, на первый раз прощаю, но смотри, капитан, чтобы больше таких проколов не было, – строго проговорил Шаров. – Что еще можешь мне сказать по этому делу?

– Пока больше ничего, – виновато ответил тот. – Как ни прискорбно это сообщать, но пока мы топчемся на одном месте. Застряли.

– Плохо, капитан, очень плохо, – насупился Шаров. – Что Анастасия, как она ведет себя?

– За все это время она из дома не выходила. Может, поставить ее телефон на прослушку? – предложил Трофимов.

– Еще не хватало, чтобы я это делал в доме своих друзей! Ты, случайно, не забыл, что она живет сейчас в квартире Протасовых?

– Нет, – пожал плечами Владимир. – Но, сами понимаете, в нашем деле, как на войне, все средства хороши.

– Эти средства в данной ситуации не очень-то годятся. Сегодня в восемь утра прилетает Свиридов, поезжай в аэропорт и встреть его. Поговори с ним, может, он даст хоть какую-нибудь зацепку, – велел Шаров. – Не забудь поинтересоваться, спроси о подружке Дронова. Друг наверняка знает, кто она такая, если, конечно, не какая-нибудь проходящая.

– Это как – проходящая? – не понял Владимир.

– Это когда их много и всех не упомнишь, – хмыкнул Шаров. – Сегодня одна, завтра другая, а послезавтра – сразу три. И не стыдно тебе, молодому человеку, спрашивать о таких вещах у меня, почти пенсионера?

– Я просто не понял сразу.

– Кстати, где может прохлаждаться наша Валерия? – вспомнил полковник о своей крестнице.

– Я у Насти спросил, так она мне сказала, что Валерия сейчас приятно проводит остаток отпуска со своим новым… э-э-э… знакомым, – сдержанно ответил капитан, но желваки на его скулах заходили ходуном.

– А что это ты так злишься? – хохотнул полковник. – Кто ж виноват, что ты не сумел завоевать сердце девушки?

– Может, штурмом ее сердце брать прикажете? – буркнул Владимир. – Или на измор ее взять?

– А в любви, как на войне, все средства хороши, – засмеялся Шаров, повторив его же слова, только с другим подтекстом. – Кто хоть такой, этот новый знакомый, ты выяснил?

– Похоже, кто-то из обитателей дома Кормухиных, она до сих пор там гостит.

– И тебе это очень не нравится, насколько я успел заметить?

– А вам нравится?

– А почему мне это должно не нравиться? Дело молодое, она девушка умная, с кем попало встречаться не станет. А уж если в гостях там осталась, значит, все серьезно. Могу сказать честно, я даже рад этому.

– Чему вы рады? – недовольно нахмурился Владимир.

– Ей уже давно замуж пора, засиделась она в девках. Глядишь, деток нарожает, бросит свое детективное занятие, и мы наконец-то вздохнем спокойно. Ирина, ее мать, чуть ли не каждый день мне звонит, все жалуется – как ей надоело волноваться. А уж как мне надоело за Леру переживать – тебе рассказывать не нужно. Все нервы она мне вымотала со своим детективным агентством! Разворошит какое-нибудь осиное гнездо, а мы потом отдуваемся. Сколько уже раз приходилось ее вытаскивать из дерьма за эти четыре года? Прямо не девка, а искательница приключений на свою задницу. И на нашу заодно, – тяжело вздохнул он.

– А мне совсем не нравится, что она там загостилась, – откровенно признался Владимир. – И не потому, что у нее кто-то появился, – добавил он, увидев насмешливый взгляд Шарова. – Я проверил, там нет таких мужчин, с которыми Валерия могла бы связать свою судьбу. Два сына Кормухина-старшего женаты, да и возраст у них уже… не для такой девушки, как Лера.

– Любви все возрасты покорны, – полковник хитро посмотрел на Владимира.

– Нет, возраст, конечно, ни при чем, – согласился тот. – Но они оба женаты. Есть, правда, еще и молодой Кормухин, внук хозяина, но он живет за границей, работает по контракту.

– Так, может, приехал?

– Может, и приехал, – пожал плечами капитан. – Если так, значит, он в отпуске, контракт у него только через год заканчивается.

– А ты не пробовал ей позвонить? Спросил бы, с кем она, с внуком или с дедом?

– Да пробовал я, она трубку не берет, – махнул рукой Владимир. – Пару раз позвонил, больше не стал, неудобно как-то. А вообще, не мешало бы проверить этот дом, Иван Петрович, – раздраженно проговорил он. – А вдруг Валерку там насильно удерживают, а мы и знать не знаем? Почему она не отвечает, когда я звоню?

– Но ведь ты сам мне говорил, что Насте она звонит, а та прекрасно знает, где и с кем Лера, – напомнил тот. – Ты эмоции-то попридержи, капитан. Что ж теперь делать, если она не тебя предпочла, а другого?

– Да я все понимаю, давно понял, что я для нее только друг, и не более, но все равно как-то неприятно на душе.

– У тебя вроде тоже какая-то девушка была, и, мне кажется, даже не одна?

– Да это так… время провести, и все такое. На таких не женятся.

– Ты оглянись вокруг, капитан: куда ни посмотришь, одни красавицы. Глаза так и разбегаются, – засмеялся Шаров. – Мне б твои годы, ух, я бы своего не упустил! Тебе тоже жениться пора, четвертый десяток разменял. Знаешь поговорку? «В двадцать лет ума нет и не будет. В тридцать лет жены нет и не будет. В сорок лет денег нет и не будет». С умом у тебя вроде бы все благополучно. Если сейчас женишься, значит, и с этим будет порядок. А к сорока годам ты генералом станешь, я в этом не сомневаюсь, вот тебе и деньги. Не миллионы, конечно, но жить можно вполне прилично.

– Нет, жениться я не хочу. Красавиц много, только толку от них никакого, – ответил тот. – Большинство из них только деньги интересуют, а что у тебя в душе – это так, между прочим. Вот если бы Валерка согласилась, я бы стал самым счастливым мужиком на земле! Я не то что генералом, я маршалом стал бы ради нее! Но, как видно, не судьба, рылом не вышел.

– Свет, что ли, клином на ней сошелся? Выкинь из головы. Ты знаешь, я к тебе очень хорошо отношусь и Валерку люблю, но… Зачем тебе такая ненормальная жена, ты об этом подумал? Ведь с такой супругой с ума сойдешь. Ты же прекрасно знаешь ее неспокойный характер, ее эту совершенно ненормальную любовь к своему детективному агентству. Ну, какая из нее жена?

– Иван Петрович, что вы меня уговариваете, как ребенка? – засмеялся Владимир. – Я не собираюсь на ней жениться. Вернее, это она за меня замуж не собирается. Мы с ней друзья, надеюсь, хорошие.

– Вот это верно, – довольно крякнул тот. – Ну, похоже, приехали. Спасибо, Володя, за то, что подвез. Не забудь, уже в восемь утра ты должен быть в аэропорту, – напомнил Шаров.

– Не забуду, Иван Петрович, – кивнул тот. – Спокойной ночи.

– Доброе утро, капитан, – засмеялся полковник, вылезая из машины. – Ох ты, господи, чуть не упал, – проворчал он, поскользнувшись на заледенелом пятачке. – Наша служба и опасна, и трудна. Счастливо, капитан, поезжай аккуратно, вон какой лед под снегом.

– Хорошо, я буду осторожен, до свидания, – ответил Владимир и завел мотор.

Глава 16

– Потусторонние силы, я прошу вас о помощи, – загробным глухим голосом вещала медиум. – Мы вызываем дух Лидии, позвольте ей прийти к нам! Дух Лидии, приди и поговори с нами!

Валерия сидела под столом в неудобной позе и, закатывая глаза, проклинала все на свете. Себя, этих дамочек и всех духов, вместе взятых. Ее нога затекла и практически онемела. Девушка не могла пошевелиться и изменить позу, боясь привлечь к себе внимание. Она положила ладонь на пол, чтобы хоть немного передохнуть.

– Лидия, если ты здесь, подай нам какой-нибудь знак, – воззвала медиум. – Ты здесь? Ответь нам, ты здесь? – как заведенная, повторяла она.

В это время одна из дам беспокойно заерзала на стуле. Потом она начала нервно перебирать ногами под столом и неожиданно опустила каблучок туфли как раз на мизинец Валерии.

– Лидия, ты здесь? – медиум повысила голос.

– Твою мать! – негромко выругалась Лера, выдернув палец из-под каблука. – А поаккуратнее никак нельзя?!

– Ой, там кто-то есть! – взвизгнула дама и подпрыгнула на стуле. – Я почувствовала, как до моей ноги кто-то дотронулся!

– Успокойтесь, это дух Лидии пришел с нами поговорить, – глухо произнесла медиум. – Лидия, мы благодарим тебя, что ты почтила нас своим присутствием!

– Нет проблем, – прошипела Валерия, дуя на пострадавший мизинец. Дамы явно услышали ее и, как по команде, остолбенели с вытаращенными глазами.

– Спасибо, дух, мы слышим тебя, – произнесла медиум.

«Почему я должна здесь сидеть, в конце концов? Мне ужасно неудобно. Возьму и вылезу, пусть их всех кондратий хватит от страха, – злорадно подумала девушка. – Вот смеху будет!»

– Лидия, я могу задать тебе вопрос? – спросила Людмила Афанасьевна.

– Легко, – усмехнулась Лера.

– О-о, благодарю тебя, дорогая! – задохнулась от счастья женщина. – Ответь, пожалуйста: кто такая эта Валерия и почему она так похожа на тебя? Илья действительно собирается жениться на ней? Ради бога, ответь мне, Лидия, – взмолилась она, закатив глаза к потолку и судорожно сжимая руки своих соседок.

– Да, Илья женится на ней, – протяжным голосом тихонько провыла Лера, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Она вспомнила, как Буратино подобным образом отвечал Карабасу-Барабасу, сидя в кувшине.

– Но дух не может отвечать голосом, должна двигаться тарелка, а стрелка – указывать на буквы, – ошарашенно проговорила медиум. – Такой контакт происходит впервые в моей практике.

– Мари, не мешай, – отмахнулась Людмила Афанасьевна и взволнованно зашептала: – Лидия, ответь мне еще на один вопрос. Как она попала в наш дом? И почему она так похожа на тебя?

В это время еще одна дама решила вытянуть ноги под столом и так сильно лягнула Леру в бок, что она от неожиданности подпрыгнула и ударилась макушкой о крышку стола. Один из подсвечников опрокинулся, и свеча погасла. Женщины завизжали, как по команде, но властный голос медиума оборвал их вопли:

– Немедленно прекратите панику, духи не терпят шума! Она сейчас уйдет и не станет разговаривать с нами! Такой уникальный контакт происходит раз в сто лет!

– Машенька, как ты думаешь, что этим хотела сказать Лидия? – дрожащим голосом спросила Людмила Афанасьевна, показывая на опрокинутый подсвечник и погасшую свечу.

– Она чем-то недовольна, – ответила медиум. – Сформулируйте вопрос иначе.

– Хорошо, хорошо, – быстро закивала женщина головой. – Ответь мне, Лидия… Ой, а я не знаю, как – иначе? – растерянно пролепетала она. – Меня интересует, что это за проходимка проникла в наш дом, ну, и вообще… все остальное.

– Нет, это уже слишком, – сердито прошептала Валерия, когда следующая дама, решив почесать ногу, врезала ей по носу. Проворно проскочив между двумя стульями, Лера вылезла из-под стола и встала во весь рост. Волосы на ее голове взлохматились и стояли дыбом, глаза метали молнии, а руки сжались в кулачки.

– Сама ты проходимка! – дернула она плечом и посмотрела на Людмилу Афанасьевну взглядом, полным презрения. Не обращая внимания на раскрытые рты, выкатившиеся из орбит глаза и бледные лица дам, Валерия, величаво прихрамывая на затекшую ногу, продефилировала к двери. В пламени свечей ее фигура отбрасывала на стену и потолок огромные тени, и создавалось впечатление, что они охватили всю комнату. Не задерживаясь ни на секунду, Лера рывком открыла дверь и, шагнув в коридор, так же быстро и резко закрыла ее. Пламя свечей колыхнулось и затрепетало.

– Ой, что это? Это был дух? Какой страшный! – простонала одна из дам и, закатив глаза, медленно съехала со стула и тихо, благополучно упала в обморок.

Лера сорвалась с места и, вихрем пролетев через весь коридор, уже собралась завернуть за угол, чтобы скрыться в своей комнате, но вдруг резко остановилась.

«У меня больше не будет возможности разузнать хоть что-то, – подумала она. – Пока дамочки приходят в себя, я должна найти кабинет!»

На том и порешив, девушка вернулась в коридор и открыла очередную дверь.

– Слава богу, похоже, это то, что мне нужно, – облегченно вздохнула она, разглядев большой письменный стол.

Лера шагнула внутрь и, осторожно прикрыв дверь, повернула ключ, торчавший в замке.

– Так будет спокойнее, – прошептала она. – Нужно раздвинуть шторы, в темноте ни черта не видно, – пробормотала девушка и двинулась в сторону окна. Она раздвинула тяжелые портьеры, и в комнату проник лунный свет. Прямо перед окном кабинета росли высокие деревья, и хоть они и были сейчас голыми, без листьев, но все равно мешали проникновению света в помещение.

«Нужно было взять с собой фонарик, – подумала Валерия. – Хотя, что это я? Он же остался в моей машине, а она так и стоит у моего дома с проколотыми шинами. А как бы он мне сейчас пригодился! Ну, ничего, на нет и суда нет».

Девушка пошла вдоль стены, пристально ее разглядывая.

«Нет, так я никогда ничего не найду, – нахмурилась она. – А может, снова закрыть окно и включить свет? Точно, я так и сделаю, иначе провожусь здесь до утра, а в результате ничего не добьюсь. Я же не кошка, чтобы в темноте видеть?»

Валерия решительно задернула шторы, подошла к письменному столу, включила настольную лампу и огляделась. Вдоль одной стены стояли высокие, до самого потолка стеллажи, забитые книгами. Два кресла с прямыми спинками стояли у камина. Стена напротив стеллажей была практически пустой, если не считать картины в золоченой раме.

«Обычно в кино сейфы прячут именно за картинами», – сообразила Лера и решительно шагнула в том направлении. Она осторожно отодвинула раму и присвистнула.

– Дедукция – великая вещь, – прищелкнула язычком она и сняла картину со стены. Подергав дверь сейфа, девушка призадумалась. – И что дальше? Как его открыть? Эх, и почему я не догадалась прихватить с собой набор отмычек?

– Тебе нужны ключи? – услышала Лера голос позади себя и от неожиданности подпрыгнула, точно ужаленная.

– Ой, кто здесь? – испуганно спросила она, вглядываясь в то место, откуда он донесся. Кресло, стоявшее у камина, медленно развернулось, и девушка увидела серьезное лицо Ильи.

– Ты уже приехал? – глупо улыбнулась Лера. – Вроде ты завтра собирался… Как прошла поездка? Надеюсь, удачно? А как же ты сюда вошел, я, кажется, дверь заперла? Или нет? – задавала она вопрос за вопросом, не в силах остановиться.

– И что же мы здесь ищем, интересно знать? – перебил молодой человек, проигнорировав ее вопросы. – А, Валерия Алексеевна? Что вы мне на это ответите?

– Ничего я не ищу, просто смотрю… вот, картина… очень даже ничего, – залепетала Лера, не соображая, что она несет.

– У тебя бессонница, как я погляжу? – усмехнулся Илья.

– Так же, как и у тебя, – огрызнулась Валерия, понемногу приходя в себя.

– Ты не ответила на мой вопрос, – напомнил Илья. – Что ты забыла в этом кабинете? И что ты ищешь?

– Не знаю, – пожала сыщица плечами и не соврала. Лера действительно не знала, что же она ищет.

– Зачем ты появилась в нашем доме? – задал следующий вопрос молодой человек.

– Как это – зачем? – почти натурально удивилась Валерия. – Ты же сам меня попросил побыть с твоим дедом.

– Неужели ты считаешь меня полным идиотом, а, Валерия? – прищурился Илья.

– В каком смысле?

– Ты действительно думаешь, что я мог оставить в доме совершенно незнакомого человека, с которым я всего лишь вместе летел в самолете?

– Нет, но…

– Правильно, девочка, я не так глуп, как тебе показалось. Но мне стало настолько интересно – что забыла в нашем доме частный детектив, что я решил разыграть небольшой спектакль со своим отъездом по неотложным делам.

– Так ты никуда не улетал? И все это время был в доме? Эй, а откуда ты знаешь, что я… О, господи, только не это! – простонала девушка.

– Я внимательно тебя слушаю, госпожа Протасова Валерия Алексеевна, хозяйка частного детективного агентства «Багира». Кстати, очень красивое название, мне понравилось, – отметил Илья, глядя на сыщицу прищуренными глазами и как-то лениво улыбаясь. – Что ты здесь вынюхиваешь? Кто тебя нанял? Не Герман, случайно?

– Герман? – вытаращила глаза сыщица. – Да ни за какие коврижки! Ты при мне, пожалуйста, даже не произноси это имя, меня от него коробит, – передернулась она. – Прости, конечно, за прямоту, ведь он твой родственник, но… увы, мы с ним не сошлись характерами… в некотором роде.

– Не переживай, родственник – это не всегда родной человек, – отмахнулся Илья. – Я так понимаю, что нанял тебя не Герман. Тогда кто?

– Да никто меня не нанимал, – нахмурилась Валерия. – Я сама себя наняла.

– Не понял. Как это – сама себя?

– Долгая история.

– Ничего, у меня времени – вагон и маленькая тележка, думаю, его вполне хватит, чтобы внимательно тебя выслушать, – ехидно улыбнулся Илья. – Рассказывай, – строго приказал он.

– Я не могу, – насупилась Лера. – Это… это не моя тайна.

– Тогда мне придется вызвать милицию и сказать, что ты пробралась в наш дом, как воровка, – совершенно равнодушным тоном произнес молодой человек.

– Я не воровка!

– И тем не менее я застал тебя на месте преступления, когда ты пыталась вскрыть наш сейф. Кстати, на нем есть отпечатки твоих пальчиков. Против такого аргумента, мне кажется, нечего возразить.

– Здесь ты прав, черт возьми, – с досадой согласилась Лера. – Но я не собиралась его грабить, я хотела лишь посмотреть…

– Что посмотреть? – насторожился Илья. – Ну, что же ты замолчала? Продолжай.

– Сегодня днем, совершенно случайно, я услышала один странный разговор в зимнем саду. Речь шла о каких-то документах, спрятанных в сейфе. Вот я и решила проверить, есть ли в доме сейф, только и всего. Не буду скрывать, что мне очень хотелось заглянуть в него, но грабить… этого у меня даже в мыслях не было!

– Ты видела тех людей?

– Это был Герман с какой-то женщиной. Я их не видела, только слышала, но Германа по голосу узнала. А вот кто была женщина, извини, не знаю, – развела руками Лера.

– Ладно, к этому вопросу мы вернемся чуть позже, – нахмурился Илья. – Теперь я хотел бы узнать: зачем ты пришла к моему деду, прикинувшись социальным работником?

– Сначала ты ответь на мой вопрос, а уж потом и я отвечу… может быть, – не захотела сдаваться без боя Валерия.

– Что за вопрос?

– Откуда ты узнал, что я частный детектив?

– Элементарно, Ватсон, – усмехнулся молодой человек. – Когда наш самолет приземлился, я не ушел сразу, хотел дождаться тебя и познакомиться. Но, когда я увидел, что ты подняла мою записку и положила ее в карман, решил: пусть дальнейшим развитием событий распорядится судьба. Если мне не изменяет память, я уже рассказывал тебе об этом? Единственное, чего я не стал рассказывать, это о том, что я дождался, когда ты выйдешь из самолета, чтобы посмотреть, кто будет тебя встречать.

– Ты за мной следил? Как не стыдно, такой солидный молодой человек! Ведь только что сказал, что положился на волю судьбы, а сам…

– Как ни странно это звучит, но зачастую свою судьбу мы делаем сами, – Илья потянулся в кресле. – Да, я решил посмотреть, кто тебя будет встречать, и даже записал номер машины. А дальше, сама понимаешь, дело техники. Ты же детектив и прекрасно знаешь, что в наше время ничего невозможного нет.

– Так, значит, когда мы столкнулись с тобой в дверях, ты уже знал, что я частный детектив?

– Естественно.

– Ну, ты и сукин сын, господин Кормухин! – прошипела она. – Это означает, что все твои признания в любви, предложения руки и сердца – все это было спектаклем? Простым блефом, лицедейством?

– А тебе бы хотелось, чтобы это было правдой? – спросил Илья, хитро поглядывая на девушку.

– Вот еще! – возмущенно фыркнула та. – За тебя бы я не вышла замуж, даже если бы кроме тебя на земле не осталось ни одного мужчины! Я сразу поняла, что ты врун, болтун и клоун.

– Ну, этот вопрос… впрочем, продолжим интервью. Итак, я с нетерпением жду ответа на вопрос. Зачем ты приходила к моему деду? – настойчиво повторил Илья.

– Хорошо, я тебе все расскажу, – нехотя согласилась Валерия. – Только имей в виду: мои друзья прекрасно знают, что я нахожусь в этом доме. И если я вовремя не выйду на связь, они примут соответствующие меры, – предупредила она. – Признаюсь честно, Илья, мне очень хочется верить, что ты здесь совершенно ни при чем, но тем не менее…

– Ну, судя по тому, что нашим домом заинтересовался частный детектив, я могу сделать выводы, что это вызвано каким-то нарушением закона. Я правильно понимаю?

– Ну, в общем, да, – кивнула Лера. – Смею заметить – далеко не простым нарушением.

– Даже так?

– Именно.

– Тогда могу тебе дать любую клятву, если хочешь, даже на Библии, что лично я не имею к этому никакого отношения. Никакими криминальными делами я не занимаюсь – и никогда не занимался. И потом, у меня же имеется алиби. Меня долгое время не было в Москве, и прилетел я сюда всего три дня тому назад. Кстати, летели мы вместе.

– Да-да, я помню, – кивнула Лера. – Ты знаешь, Илья, я даже не знаю, с чего мне начать.

– Начни с самого начала, тогда не запутаешься. Итак, я тебя внимательно слушаю.

– Может быть, завтра? Посмотри, сколько времени, я ужасно спать хочу, – попыталась отвертеться Валерия.

– Нет, сегодня, прямо сейчас, – не сдался Илья. – И никакие возражения не принимаются.

– А, была не была, иду ва-банк, – махнула девушка рукой. – Но будем надеяться, что ты все-таки порядочный человек, мне бы очень этого хотелось.

– В этом можешь не сомневаться, я порядочен до безобразия, – засмеялся Илья. – Иногда даже самому противно от своей порядочности.

– Тебе бы все шутить, – нахмурилась Лера. – А мне совсем не до смеха.

– Прости, больше не буду, – молодой человек поднял руки. – Но я действительно порядочный и хороший.

– Ладно, придется поверить на слово, ничего другого не остается, – вздохнула сыщица. – Если честно, мое следствие зашло в тупик, и такой казус происходит со мной впервые. Может, ты мне поможешь распутать этот клубок?

– Посмотрим, если это будет в моих силах, то я в полном твоем распоряжении.

– Тогда слушай. У меня есть подруга, Анастасия, журналистка, – начала Валерия. – Четыре дня тому назад она побывала в вашем поселке…

Чем дальше она рассказывала, тем более заинтересованно слушал Илья. Когда Лера остановилась на словах «Вот так я и попала в твой дом», молодой человек, казалось, был крайне шокирован услышанным.

– И вы с подругой пришли к выводу, что в совершенном преступлении виноват кто-то из моих родственников? – ошарашенно спросил Илья. – Ты решила, что убийца… Боже мой, какой бред!

– Я не сказала – убийца, я сказала – заказчик убийства, – уточнила Валерия. – А это, согласись, не одно и то же.

– Какая разница? – раздраженно воскликнул Илья. – Хрен редьки не слаще. Я согласен, мои родственники – те еще сволочи, но уверяю тебя, Валерия, что никто из них не способен на такое. Они все трусы до мозга костей и умеют быть героями только с такими людьми, как мой больной дед. Их интересуют только его деньги, которые они боятся потерять. Это давняя история. Никаким криминалом здесь никто никогда не занимался, у них кишка тонка.

– Илья, я тебя прекрасно понимаю, но против фактов не попрешь, – проговорила Лера. – Человек, которого Анатолий застал у Насти в квартире, имел в кармане документ сотрудника охранной фирмы «Витязь». Именно бойцы этой фирмы охраняют ваш дом.

– Бойцы этой фирмы охраняют все дома этого поселка, – заметил тот. – И, думаю, не только этого, но и многих по соседству. Это простое совпадение.

– Но ведь Настя снимала именно в вашем поселке. Именно охранники из вашего дома побежали за ней, – напомнила Лера. – И сразу же после этого был убит Игорь, на чьей машине она приехала сюда. Что ты можешь на это сказать?

– Мне нечего сказать, – нахмурился молодой человек. – Но своей точки зрения я не изменю. Это какое-то трагическое совпадение, недоразумение…

– Илья, ты не можешь знать, что происходило в этом доме в твое отсутствие. Кстати, ты не хочешь навестить в больнице Риту? Мне нужно задать ей несколько вопросов, и, если ты будешь рядом, думаю, она не откажется ответить на них.

– Да, естественно, сегодня же съездим, – согласился он. – Я не успокоюсь, пока не докопаюсь до истины.

– А теперь ты мне расскажи: что же все-таки происходит в этом доме – между твоими родственниками, Ильей Викторовичем и тобой? – попросила Валерия. – Ты мне это обещал еще до своего… отъезда, – ехидно напомнила она.

– Ты вроде бы спать хотела? – прищурился Илья.

– А теперь не хочу. Сон как рукой сняло, но от чашечки крепкого кофе я бы не отказалась.

– Какие проблемы? – оживился Илья. – Пошли в кухню, сварим кофе и выпьем.

– В кухню? – сморщила носик Валерия. – Ты знаешь, мне уже расхотелось кофе пить.

– А в чем дело? – удивился молодой человек.

– Да я тут напугала кое-кого до смерти. Боюсь, если они меня снова увидят…

– Ну-ка, ну-ка, очень интересно! Расскажи, что случилось?

– Я вышла из своей комнаты, тихо пошла по коридору в поисках кабинета и вдруг услышала голоса. От страха и шмыгнула в первую попавшуюся дверь, а там, оказывается, устроена комната для спиритических сеансов. Когда я поняла, что они идут именно туда, под стол залезла… – со смехом начала рассказывать Валерия. – Не ночь сегодня, а какое-то недоразумение! Сижу я под столом, слушаю бред сивой кобылы, а эта Людмила Афанасьевна начала обо мне духа спрашивать…

Лера поведала обо всем, что случилось потом, и уже под веселый хохот Ильи закончила рассказ о своем ночном приключении.

– Только я успела отдышаться, а тут ты, как гром среди ясного неба, меня чуть родимчик не хватил. Думала, с ума сойду от страха. Так растерялась, ты даже не представляешь!

– Ну, почему же не представляю? Я прекрасно видел твое лицо в тот момент, и, признаюсь честно, мне эта картина доставила истинное наслаждение.

– Скажите, пожалуйста, какой ценитель прекрасного, – съязвила Валерия.

– Да, уж я такой, – парировал Илья. – Пошли кофе пить.

– Нет, не пойду.

– Не переживай, думаю, дамы уже давно разбежались по своим кроватям после такого стресса, и бояться тебе нечего. И потом, я же с тобой. Пошли, пошли, не упрямься, – улыбнулся молодой человек и, взяв Леру за руку, повел ее к двери.

Глава 17

– Началось все в середине девяносто первого года, – тихо начал рассказывать Илья, отпивая из чашки кофе. – Повальная приватизация всего, что только возможно. Фабрики, заводы, магазины, квартиры – бери, не хочу. Мой дед в то время занимал пост исполнительного директора нефтеперерабатывающего завода, и ему тоже было сделано предложение – приватизировать предприятие. Как ни странно, он отказался от такого выгодного предложения и передал полномочия своему заместителю.

– Почему? – удивилась Валерия.

– Я не знаю, – пожал Илья плечами. – Он человек достаточно дальновидный и умный, и, если так поступил, значит, это было нужно.

– Господи, ведь это такие огромные деньги, – вздохнула Лера. – Вон, посмотри на Абрамовича – самый богатый человек России, миллиарды долларов на нефти заработал.

– Не перебивай, пожалуйста, когда старшие говорят, – остановил ее Илья. – Я еще не сказал ничего, а ты уже выводы делаешь.

– Извини, я слушаю.

– Ну вот, от завода дед отказался, исходя из каких-то своих умозаключений, но… – сделал интригующую паузу Илья. – Но зато он не отказался от одной небольшой вышки, качающей нефть.

– От вышки? Не хило! – восхитилась Валерия. – Маленькая нефтяная вышечка мне бы тоже сейчас не помешала, – засмеялась она. – Молодец, Илья Викторович, умный человек! Целый завод – это ж какая головная боль, а всего одна вышка… Денежки текут, и никаких тебе лишних проблем.

– Это с какой стороны посмотреть, ты дальше послушай. Когда денежки текут, это хорошо, конечно, но лучше бы он этого не делал, наверняка сейчас был бы здоров. Да и сыновья его, может, призадумались бы, как дальше жить. Работать бы начали, семьи-то нужно содержать. А там, глядишь, нормальными людьми стали бы – чем черт не шутит?

– А что случилось?

– В девяносто третьем дед узнал, что под него копают слишком серьезные люди, и начал действовать в авральном режиме. Не знаю, каким образом, но ему удалось переделать все документы задним числом, и в результате все, чем он владел, стало принадлежать его сыновьям. Некоторые ценные бумаги он успел переправить за границу, но это было каплей в море по сравнению с тем, что он мог потерять. Когда к нему пришли, чтобы арестовать, юридически уже не к чему было придраться, и тогда менты пошли путем наименьшего сопротивления: сфабриковали дело, связанное со взятками. Ну, это слишком запутанная, странная и грустная история, чтобы о ней вспоминать. Я не хочу об этом рассказывать, слишком неприятно. Короче говоря, деда осудили, дали три года.

– Так он сидел в тюрьме?

– Да, от звонка до звонка.

– Теперь я понимаю, почему он не хочет, чтобы охранники приходили в ваш дом в форме. Я его недавно спросила об этом, а Илья Викторович ответил, что их форма похожа на ту, в которой ходят надзиратели в тюрьме. Я еще тогда подумала: «Он что, сидел?»

– Да, именно по этой причине он запретил охранникам надевать форму, – согласился Илья. – Дед никогда не рассказывал, как ему там жилось, но, думаю, несладко, судя по результатам. После отбытия тюремного срока дед вернулся инвалидом: ему перебили позвоночник, после чего у него отказали ноги. Сначала вроде бы все было нормально, жизнь текла в спокойном русле. Дед, как только вернулся, сразу же проверил финансовое состояние компании. Он не очень удивился тому, что фактически от нее осталась ровно половина, скандалить не стал – к этому он был готов. Он просто позвонил своему приятелю и поручил найти для него надежного человека, который взял бы руководство в свои руки на правах исполнителя, естественно, за хорошие деньги. После того как в компанию пришел такой человек, дела сразу же пошли в гору, и дед успокоился. А в прошлом году мои дядьки вдруг вспомнили, что существует документ, по которому все движимое и недвижимое имущество переходит ко мне – как только мне исполняется тридцать лет. Тогда, в девяносто третьем, они были согласны подписать любые бумаги, лишь бы дед не передумал все переписать на них. Да и время было неспокойное, никто не знал, что может произойти через четырнадцать лет. Когда дед заявил, что перепишет бумаги на них лишь при одном условии, они тут же согласились. Без всяких вопросов подписали документ, что принимают на себя полномочия только на четырнадцать лет. Возражений и претензий нет и не будет. Я был шестнадцатилетним подростком в то время, и, естественно, у деда не было другого выхода, как записать все на своих сыновей. Мама тогда уже шесть лет как умерла после неизлечимой болезни. Если бы она была жива, сейчас бы не было таких проблем, я в этом уверен, да и дед тоже.

– А что за проблемы? – не понимала Лера.

– Николай с Германом вспомнили о существовании документа и поняли, что времени у них осталось очень мало. Что делать в такой ситуации? Расставаться с деньгами кому же охота? Вот они и решили объявить деда недееспособным, то есть сумасшедшим, а документ просто уничтожить, и все. Думаю, что с такими деньгами купить душеприказчика, у которого находится копия этого документа, не составило бы для них особого труда. В наше время деньги решают практически все… к сожалению. Сыночки, чтобы не лишиться капитала, решили пойти на кардинальные меры: упрятать своего отца в психушку. Хорошо, что я вовремя вмешался, а то неизвестно, чем бы все могло закончиться. Мне позвонила Рита, и я в срочном порядке приехал сюда. Потом мне пришлось снова уехать, у меня же контракт, но Рита вновь позвонила и рассказала, что дед почему-то уверен, что теперь его собираются отравить. Вот и пришлось этот контракт совсем прервать, чтобы ничего не случилось. Я бы потом век себе не простил, если бы… Ладно, я теперь здесь, надеюсь, все будет в полном порядке. Я, конечно, не думаю, что мои дядьки действительно хотели его отравить, но когда на кону стоят такие большие деньги… кто их знает.

– Кто-то недавно мне говорил, что они не способны на убийство, – напомнила Валерия. – А сейчас, как я посмотрю, ты свое мнение изменил?

– Нет, не изменил. Я по-прежнему утверждаю, что мои дядьки не способны на такой серьезный шаг, слишком они трусливые, – не сдался Илья. – Если бы они были способны на убийство, они бы сделали очень простой и фактически беспроигрышный ход.

– Очень интересно, какой же?

– Они бы убили меня: нет наследника – нет и проблем.

– Ты, наверное, прав, – нехотя согласилась Лера. – Слушай, а почему дед решил, что наследство должно перейти к тебе только после тридцати? Разве раньше нельзя было это сделать?

– Понимаешь, Валерия, дед слишком любит меня, чтобы своими собственными руками подвергнуть меня опасности.

– В каком смысле?

– В самом прямом. Что такое восемнадцатилетний юноша? Да, по паспорту он стал совершеннолетним, согласен. А по уму? Деньги в таком возрасте портят человека, а большие – тем более.

– Но не всех же, – возразила Лера.

– Не всех, но таких стойких можно пересчитать по пальцам, а в основном… думаю, ты меня понимаешь. Но не только в этом было дело. Я уже говорил, что мой дед – очень умный и дальновидный человек. Он решил, что к тридцати годам я стану настоящим крепким мужчиной и сумею постоять за себя. Время было беспокойное, богатых людей то и дело заказывали, а уж желторотого юнца шлепнуть… Тогда никто не знал, что будет завтра, и мой дед в том числе. Он рассудил совершенно правильно, что тридцатилетнему мужчине можно спокойно отдать все и не бояться за несформировавшуюся психику.

– Наверное, твой дед был прав, – согласилась Валерия, но вдруг хитро улыбнулась. – Но я на его месте все же не стала бы торопиться и немного продлила бы этот срок… лет эдак до сорока.

– Это почему же? – искренне удивился Илья.

– Потому что, на мой взгляд, твое развитие застряло где-то между восемнадцатью и двадцатью годами. Врун, болтун и хохотун! Ты же совершенно несерьезный человек.

– Где нужно, я умею быть серьезным, в этом можешь не сомневаться, – парировал Илья. – Просто ты меня совсем не знаешь. Но если захочешь узнать…

– Скажи, Илья, а почему твой дед так плохо относится к своим сыновьям? – спросила Лера, перебив молодого человека. Она почему-то очень боялась разговора об их личных отношениях и даже сама себе не могла бы объяснить, почему. – Ну, сейчас – это понятно, после того, что случилось. А раньше? Насколько я могу судить, денег в вашей семье более чем достаточно. Разве на всех не хватит?

– Конечно, хватит. Если честно, я бы вообще плюнул на эти деньги, да боюсь деда обидеть. Я, слава богу, с руками, ногами и с головой, мне кажется, неглупой. Деньги зарабатывать я и сам умею, мне это наследство по барабану. А почему дед так не любит своих сыновей? – задумчиво произнес Илья. – Они ничего не хотят делать, не любят работать, зато очень любят тратить. Как дед их называет, паразиты, присосавшиеся к чужой шее. Тогда, в девяносто третьем, непредвиденные обстоятельства заставили его перевести все документы, а перед этим… Он ведь пробовал приобщить Николая с Германом к своему бизнесу, но, увы, ничего из этого не вышло. Наша семья всегда жила в достатке, поэтому ребята выросли избалованными и неприспособленными. Привыкли, что по первому желанию у них будет все, что возможно и даже невозможно. Моя бабка фанатично любила их, поэтому всегда ругалась с дедом, когда он пытался вмешиваться в их воспитание с применением ремня. Вот они и выросли нахлебниками. Моя мать была совсем другой, она была целеустремленным человеком, вся в отца – в моего деда. Она была его любимицей, – грустно улыбнулся Илья. – Ну а я ее сынок – значит, тоже любимчик. К счастью, я в мать пошел, и дед этому несказанно рад.

– Борьба за наследство, – кивнула Валерия. – Как все примитивно и банально! Значит, мои старания прошли даром. Ты уверен, что твои дядьки не занимаются чем-то противозаконным? – спросила она, с надеждой глядя на молодого человека.

– Я же сказал – кишка тонка. Да и зачем им чем-то заниматься, когда и так всего достаточно? Я уверен, они уже припрятали для себя столько, что… думаю, им хватит, несмотря ни на что.

– Не скажи, – задумчиво возразила Лера. – Денег никогда не бывает много, это утверждение проверено веками. Ты знаешь, мы все же съездим к Рите в больницу, и я поговорю с ней. Кстати, я тебе не сказала сразу. Она тоже есть на той кассете: зашторивает окно, причем с оголенной грудью. А перед этим там стоял какой-то мужчина, курил. Ты не знаешь, кто бы это мог быть?

– Ты серьезно? – удивился Илья. – Нет, я понятия не имею, кто это мог быть. Рита вдвоем с мужчиной – в нашем доме? Это невозможно, она всегда вела себя очень скромно.

– И тем не менее, – развела Лера руками. – Я покажу тебе кассету, сам посмотришь. Правда, она у меня дома.

– Ты меня приглашаешь к себе в гости, Валерия Алексеевна?

– С чего ты взял?

– Ну, ты же сама сказала, что покажешь мне кассету, но она у тебя дома.

– Я тебе сюда привезу. Здесь и посмотришь.

– Жаль, – вздохнул молодой человек. – А я было обрадовался.