/ / Language: Русский / Genre:det_irony / Series: Женские штучки

Коллекция дамских соблазнов

Ирина Хрусталева

Ну и клиентка досталась на сей раз частным детективам братьям Чугункиным и их отчаянной подруге Юле Смеховой по прозвищу Катастрофа! Когда-то Людмила работала в фирме по сопровождению, и вот теперь неизвестно откуда выплыли снимки тех времен весьма фривольного содержания. Ее богатому влиятельному мужу они вряд ли понравятся! Чугункины быстро выяснили, что шантажист открывает счета по паспортам бомжей, отправились на свалку и… исчезли в неизвестном направлении! Теперь Юльке придется самой и расследование продолжать, и выручать горе-детективов!

Ирина Хрусталева

Коллекция дамских соблазнов

Глава 1

– Братцы-кролики, привет, а вот и я. Надеюсь, вы уже готовы к труду и обороне? – улыбаясь во весь рот, поприветствовала друзей Юля, входя в кухню их квартиры. – О, они еще жуют, – всплеснула она руками, увидев близнецов за столом. Улыбка ее мгновенно пропала. – Ну вы даете, ребята! А время тикает, между прочим, – нахмурив бровки, постучала девушка пальцем по циферблату своих часиков. – Почему вы так долго телитесь-то? Забыли народную мудрость? «Кто рано встает, тому бог дает».

– Доброе утро, Юлек, садись к столу, – добродушный Данила подвинулся на диванчике, чтобы освободить для девушки место. – Мы вчера поздно легли, почти в два ночи. Сейчас позавтракаем, кофе выпьем и поедем. Садись! Посмотри, какой у нас завтрак аппетитный… омлет, взбитый с натуральными сливками, с ветчинкой, помидорчиком и петрушечкой. Фирменный, по-чугуновски.

– Не, спасибо, я уже перекусила, больше не хочу, – отказалась та. – Никак не могу себя заставить плотно наедаться с утра, как положено. Недаром же говорят: «Завтрак съешь сам, а ужин отдай врагу». У меня, как всегда, все наоборот, утром ничего в рот не лезет, а вечером словно черти разжигают: пока не поем, уснуть не могу. Боюсь, что с таким режимом я скоро начну набирать вес, как индюшка перед Рождеством. Ребят, быстрей закругляйтесь, я же вчера сказала, что договорилась с клиенткой на десять утра, – напомнила Юля. – Нехорошо получится, если ей придется ждать. Как-то несолидно.

– Успеем, время еще есть, – ответил Кирилл, с аппетитом уплетая фирменный омлет.

– Ага, успеем, – возразила девушка. – А если в пробку попадем? Забыл, что на наших дорогах творится? Какие же вы все-таки безответственные личности. Могли бы и пораньше встать. На меня постоянно ворчите, а сами… Я, можно сказать, из кожи вон лезу, ношусь с рекламой как ненормальная, с каждым клиентом как с малым дитем нянчусь. Рассказываю, какие мы до невозможности замечательные специалисты: белые, пушистые, шустрые и быстрые. О, я, кажется, стихами заговорила, – хихикнула она. – Короче, закругляйтесь и поехали, а то еще немного, и я музыку начну сочинять… похоронный марш по нашему загибающемуся агентству. Пам-пам-парам, пам-парам, парам, парам, – запела она, сделав скорбное лицо.

– Катастрофа, может, прекратишь издеваться? – проворчал Кирилл. – Слава богу, дела идут нормально и загибаться никто не собирается.

– А я не о вас лично говорю, живите до ста лет, я об агентстве. Если вы будете себя вести так беспечно, то это случится, – не угомонилась та. – Я изо всех возможных сил стараюсь, а вам хоть трава не расти.

– Хватит бубнить, дай поесть спокойно, а то у меня ветчина поперек горла встанет. А без кофе я вообще не человек, нужно хоть чашечку проглотить, и желательно – без всякой спешки, – прикрикнул на Юлю Кирилл. – У тебя удивительная способность испортить аппетит, даже несмотря на то, что он у человека зверский.

– Кофе можно и в офисе выпить, хоть ведро, – стояла на своем Юлька. – Поехали, кому говорю, – она топнула ногой. – Клиентка серьезная, с огромными бабками, жена какого-то крутого олигарха.

– Правда, что ли? – изумился Данила.

– Естественно правда, – фыркнула Юля. – Зачем мне выдумывать? До сих пор сомневаетесь, что Смехова умеет работать? Напрасно, между прочим. Не будь меня, вы бы уже давно обанкротились. Можно сказать, что на мне все и держится, – самоуверенно вздернула носик она.

– Да-а, Катастрофа, от скромности тебе умереть не грозит, – покачал головой Кирилл.

– А зачем мне скромничать? Факт – вещь упрямая, и я всего лишь его констатировала.

– Жена олигарха, говоришь? Круто, нам большие бабки не помешают, – потер руки Данила, резко вклинившись в их разговор, сообразив, что через секунду он может перерасти в нешуточную перепалку. – Твоя клиентка, Юлек, подвернулась очень кстати и, главное, вовремя. Скоро за аренду платить, а в заначку лезть неохота.

– Нашел кого слушать, – усмехнулся Кирилл, продолжая медленно жевать, но не желая уступать и оставлять последнее слово за Юлькой. – Она тебе такого наговорит, только уши растопыривай. Ты что, не знаешь нашу Катастрофу? Балаболка еще та.

– Это точно, – согласился Данила и посмотрел на девушку плутоватым взглядом.

– Вот придурки, – возмутилась та. – Я вас когда-нибудь обманывала?

– Нет, «когда-нибудь» ты действительно нас не обманывала, – ехидно усмехнулся Кирилл. – Ты делаешь это постоянно, без перерыва на обед, выходные и праздничные дни.

– Ну ты и наглец, Кир, – засопела Юля. – Если я кое-что придумываю, это не говорит о том, что я вру о чем-то серьезном. А фантазировать никому не запрещено.

– От твоих фантазий у меня скоро начнутся приступы эпилепсии, – проворчал молодой человек. – Садись-ка лучше выпей кофе и прекрати убивать меня своими зенками, я пуленепробиваемый.

– Ладно, не верите – не нужно, – пожала Юля плечами, усаживаясь за стол и бесцеремонно выхватывая чашку с кофе из рук Кирилла. – Только потом не жалуйтесь, что я плохо работаю и клиенты к вам приходят не такие, которых вы ждете. Нравится следить за неверными женами и мужьями? Да на здоровье, кто бы спорил!

– Эй-эй, может, оставишь мою чашку в покое? – заорал Кирилл. – Наливай себе сама, я тебе не официант, и мы не в ресторане.

– Вот в этом ты весь, – прищурилась Юлька. – Пожалел глоточек какого-то несчастного кофе для почти что сестры. Э-эх, и на этих оболтусов я трачу свои лучшие годы жизни, – вздохнула она. – Кофе, между прочим, весьма вреден для здоровья, я об этом недавно в каком-то американском журнале прочитала.

– Вот и поставь мою чашку на место, нечего вредить своему здоровью, – ехидно посоветовал Кирилл. – Как же мы без такого ценного кадра, как ты, обойдемся, если ты вдруг крякнешь раньше времени от переизбытка кофеина в организме?

– Не дождетесь, я вас всех переживу. И на женщин вредность кофе не распространяется, – беспечно пожала она плечами. – В первую очередь это касается мужчин.

– Почему мужчин? – с интересом спросил Данила, отхлебывая из своей чашки внушительный глоток вредного напитка.

– Отрицательно действует на потенцию, – хихикнула Юлька. – Кофеин убивает сперматозоиды, прямо на корню.

– Ты доиграешься, я тебе когда-нибудь язычок-то укорочу, ножницами, – хмыкнул Кирилл.

– Руки коротки, – Юля показала ему язык.

– Помело, – засмеялся молодой человек. – Все, пошли, а то и правда можем в пробку попасть, – резко встав из-за стола, обратился он к брату. – Нам еще на заправку нужно заехать, бензина осталось – только машину завести.

Братья Чугункины, Данила и Кирилл, хозяева частного детективного агентства «Чудаки», были сыщиками. Название сложилось из первых слогов фамилии и имен близнецов: Чугункины – «Чу», Данила – «Да», Кирилл – «Ки». Такой вариант предложила Юлька, и по-поводу столь странного названия было много дебатов, но девушка победила, как и во всех остальных случаях. Спорить с ней было бессмысленно, себе дороже. Она умела довести любого, кто решился бы на этот безрассудный шаг, до приступа легкого помешательства.

Юлька Смехова по прозвищу Катастрофа была подругой братьев с пеленок, а теперь стала и секретаршей в их офисе. С самого рождения жили они в одном доме, в одном подъезде, на одном этаже. Юля все время пропадала у братьев дома или вместе с ними неважно где. Молодые люди считали девушку своей сестрой, а она их – братьями. Они давно выросли, у каждого появилась своя личная жизнь, но… Большую часть времени, как известно, человек проводит на работе, и троице приятелей приходилось быть вместе почти сутками. Так что они имели возможность спорить и ругаться, иной раз чуть не доводя дело до потасовок.

Хоть Юлька была на два года моложе близнецов, она считала себя мудрой женщиной и постоянно учила их жить. С завидным постоянством влезала в их работу – в процесс расследования. Катастрофа умудрялась все планы, намеченные сыщиками, перевернуть вверх ногами и внести в следственный процесс такую сумятицу и неразбериху, что приходилось только разводить руками. С Юльки же стекало все, как с гуся вода, и, несмотря ни на что, она регулярно читала близнецам лекции на тему – как должны работать настоящие детективы. Она утверждала, что без нее Чугункины пропадут и агентство загнется на корню. Братья самоотверженно терпели, но уже не раз ловили себя на кровожадных мыслях: а не придушить ли эту бестию, чтобы ей жизнь сказкой не казалась?

Рождалось детективное агентство в муках и конвульсиях, опять же благодаря Юльке. Чугункины уже успели побывать на больничных койках, валяясь с переломанными ребрами и конечностями.[1] Впрочем, не будем отвлекаться, это совсем другая история.

В офис они приехали за десять минут до назначенного времени, и Кирилл не забыл это отметить.

– Ну вот, я же говорил, что успеем, а крику-то было! Где твоя жена олигарха? Что-то не видно никакой клиентки с огромными бабками, – ехидно заметил он, повернувшись к Юльке.

– Сам сказал, что еще без десяти, – огрызнулась та. – Сейчас приедет, никуда не денется, а если и опоздает немного, ничего страшного, она же клиентка. Это нам нужно быть пунктуальными, а клиент всегда прав.

– Она точно приедет? – спросил Данила.

– Сто пудов.

– А почему ты так уверена? Мало было случаев, когда клиенты по телефону записывались, а потом не приезжали?

– Эта обязательно приедет, она по рекомендации, – ответила Юля, бросив беспокойный взгляд на часики.

– По чьей?

– Да мне одна знакомая позвонила, Вера Суворова, мы с ней в институте учились. Созваниваемся иногда, вот я ей пару месяцев тому назад и рассказала о нашем агентстве. Вчера она позвонила. Помоги, говорит, ради бога, у моей подруги большие неприятности. Пусть приходит, говорю, завтра, к десяти утра. Я же вам сказала, что будет клиентка, – напомнила Юля.

– Да, да, я помню. А что за неприятности у этой подруги? – поинтересовался Кирилл.

– Точно не могу сказать, Вера не стала вдаваться в подробности по телефону, но вроде бы что-то связанное с шантажом, – объяснила Юля. – Сейчас клиентка приедет, сами обо всем и спросите.

– По рекомендации, значит? – прищурился сыщик. – А не ты ли недавно у нас в кухне кричала, что носишься с нашей рекламой как угорелая? И что только ты и трудишься у нас в агентстве, как негр на плантации? На самом деле тебе эту клиентку на блюдечке принесли. Ну, что я тебе говорил? – повернувшись к брату, спросил он. – Балаболка.

– Какая разница, как мне ее принесли, на блюдечке или на подносе? – взвилась Юлька. – Это ведь моя знакомая позвонила, а не ваша! И именно потому, что я ей об агентстве рассказала. И о вас – какие вы профессионалы тоже! Это разве не реклама? Вот возьму и вообще от вас уйду, сами хоть на телефоне, хоть под столом сидите, – возмущенно высказалась она.

– Ну, извини, я не подумал. Один-ноль в твою пользу. Мир?

– Подумать надо, – буркнула девушка, надувшись как бурундук. – Только после того, как на моем столе будет стоять новенький принтер. Мне надоело бегать в соседний подъезд к туроператорам и просить отксерить наши документы. На меня знаешь как смотрят? Как на бедную родственницу.

– Сразу же после обеда съезжу на фирму и приобрету принтер, – пообещал Кирилл.

– Цветной!

– Хорошо, будет тебе цветной.

– Лазерный!

– Нет проблем.

– Хорошо, тогда мир, – улыбнулась Юлька.

– Катастрофа, ты еще, оказывается, и шантажистка, ко всем твоим прочим недостаткам, – засмеялся Кирилл.

– Хочешь жить, умей вертеться, – фыркнула та. – Если тебя, Кирюша, иногда не прижимать к стенке, ты палец о палец не ударишь, чтобы облегчить мою работу. Сканер есть, а принтера нет, это нормально? Зачем тогда сканер покупали, если он без принтера – пустое место? Я у тебя уже четвертый месяц его клянчу, а ты словно и не слышишь.

– Хватит трещать, этот вопрос решен, – перебил девушку тот. – Мы пока будем у себя в кабинете, если вдруг твоя протеже соизволит появиться, проводишь ее туда.

– Будет сделано, – Юля прищелкнула каблучками. – А я пока полью цветы и заодно прослушаю запись на автоответчике.

Близнецы прошли в кабинет, а Юля принялась за свои повседневные обязанности. Не прошло и десяти минут, как дверь приемной открылась и на пороге возникла сногсшибательная красавица с надменным взглядом избалованной стервы.

– Е-мое, держите меня семеро, – прошептала Юлька, таращась на нее во все глаза. – Это где ж таких штампуют?

– Доброе утро, – кивнула головой красавица, поправляя ленивым движением воротничок курточки из голубой норки. На ее пальце сверкнул бриллиант. – Скажите, пожалуйста, я верно поняла, это детективное агентство? – спросила она, окидывая взглядом приемную. – Мне дала этот адрес моя подруга, там на двери вывеска…

– Да-да, все верно, это детективное агентство, мы вас ждем, здравствуйте, – засуетилась Юля, продолжая таращиться на молодую женщину. – Вы Людмила?

– Да, меня зовут Людмила, я от Веры Суворовой, – клиентка посмотрела на Юльку внимательным взглядом необыкновенно голубых глаз.

– А мое имя Юлия, я секретарша… и помощница наших детективов, – представилась та. – Мне вчера Вера звонила и просила, чтобы они вас выслушали и помогли… если это возможно.

– Да, именно… детективы, – неуверенно кивнула головой красавица. – Мне Вера говорила, что их двое, братья, кажется? Простите, я что-то нервничаю, – улыбнулась она краешками губ. – Где я могу с ними поговорить?

– Вон там, в кабинете, проходите, пожалуйста. – Может быть, хотите кофе?

– Нет-нет, спасибо, ничего не нужно, – торопливо отказалась Людмила. – Мне бы хотелось побыстрее начать деловые переговоры, у меня очень ограниченный лимит времени. Я сказала мужу, что еду к массажистке. Не обижайтесь, – вымученно улыбнулась молодая женщина. – Очень важно, чтобы он ничего не узнал. Все очень серьезно, поверьте мне. Вопрос, можно сказать, жизни и смерти…

– Я и не думала обижаться, – пожала плечами Юля. – Просто, если уж вы пришли в детективное агентство, то о спешке и ограниченном времени следовало бы забыть. Наспех такие вещи не делаются.

– Да-да, я понимаю, – Людмила смутилась.

– Пойдемте, я провожу вас в кабинет… Вот, познакомьтесь, наши детективы, Данила Викторович и Кирилл Викторович Чугункины. А это наша новая клиентка, о которой я вам говорила, Людмила Анатольевна Кузнецова, – представила Юля посетительницу.

– Можно просто Людмила.

– Здравствуйте, к нам вы тоже можете обращаться по именам, – улыбнулся ей Кирилл. – У нас без церемоний.

– Вы беседуйте, а я подготовлю бланки документов, – сказала Юлия. – Если договоритесь, сразу же все и подпишете. У Людмилы напряженка со временем, она якобы на массаже, – предупредила она братьев и удалилась, не забыв оставить дверь чуть-чуть приоткрытой.

– На массаже? – вскинул брови Данила. – А при чем здесь массаж?

– Проходите, присаживайтесь, – засуетился вокруг Людмилы Кирилл, прекрасно поняв, что хотела сказать Юлька. – Не обращайте внимания на моего брата. Мы вас внимательно слушаем.

Молодая женщина прошла к столу и, сев на стул, закинула ногу на ногу.

– У вас можно курить? – сразу же спросила она. – Я ужасно волнуюсь.

– Да-да, курите, – поспешно разрешил Кирилл. – Данила, скажи Юлии, чтобы принесла пепельницу, – обратился он к брату.

– Да вон она, на подоконнике стоит.

– Так поставь ее на стол, – немного раздраженно велел Кирилл. – Мы слушаем, Людмила.

Та раскрыла свою сумочку, вытащила пачку дорогих дамских сигарет и золотую зажигалку. Ее руки с безупречным маникюром немного подрагивали.

– Я даже не знаю, с чего начать, – взволнованно заговорила она, прикурив сигарету. – Вот уже три года, как я замужем за состоятельным и очень хорошим человеком. Он старше меня на двадцать лет… впрочем, его паспортные данные не относятся к делу, – нахмурилась Людмила и нервно затянулась. – Все было настолько хорошо, что не могло продолжаться долго, я это чувствовала. Боже мой, не могу поверить, что весь этот кошмар происходит именно со мной! Дело в том, что раньше я работала в одной фирме… – Людмила замолчала, собираясь с мыслями.

– Продолжайте, – подбодрил ее Кирилл.

– Как бы это сказать, чтобы вы правильно меня поняли? Эта фирма занималась тем, что предоставляла клиентам девушек и молодых людей для сопровождения.

– А проще говоря, вы работали девушкой по вызову? – вполне серьезно поинтересовался Кирилл.

– В том-то все и дело, что это не совсем так, – возразила Люда. – Мы не были проститутками, как вы изволили сейчас подумать.

– Боже меня упаси, я даже не произносил этого слова! – замахал Кирилл руками.

– Полно, молодой человек, – нахмурилась красавица. – Можно подумать, что вы не знаете, что это одно и то же? Что проститутка, что девушка по вызову – смысл один. И все же, я повторяю… мы были девушками по вызову, но не проститутками. Вам кажется это странным?

– Действительно, – согласился сыщик.

– Понимаете, есть такая категория клиентов, которым время от времени бывает нужна красивая спутница или спутник, – объяснила Людмила. – Для светских раутов, приемов, презентаций и так далее. Ну, например, не хочет богатый человек появляться на каком-нибудь приеме со своей законной супругой или любовницей. Ему нужна молодая симпатичная спутница на один вечер, и он заказывает ее в фирме, за определенную плату. Или какая-нибудь бизнес-вумен очень богата, но при этом одинока, не замужем, я имею в виду. А так как на таких приемах не принято появляться без сопровождения, особенно женщине, наша фирма их и выручала. В базе данных дама может выбрать себе молодого, интересного мужчину, там есть на любой вкус. Подобные клиенты и обращались в нашу фирму.

– Простите, повторите, как называется фирма? – спросил Кирилл.

– Мне кажется, я этого не говорила, – удивленно вскинула брови красавица.

– Разве нет? Так скажите.

– «VIP-Эскорт», и поверьте мне, это очень приличная фирма, ее услугами пользуются весьма солидные люди, – ответила Людмила. – Богатые люди! Услуги стоят недешево, оплата почасовая. Фирме приходится держать в штате стилистов, массажистов, модельеров, визажистов и так далее. С нами работала целая армия специалистов. Естественно, мы стоили очень дорого… не каждый может себе позволить стать клиентом «Эскорта»! Это очень солидная фирма, – повторила она.

– Я верю, верю, рассказывайте дальше, – кивнул головой Кирилл, делая записи в блокноте.

– Я никогда не сидела без работы, мой график был достаточно насыщенным, в общем, на спрос жаловаться не приходилось, – снисходительно усмехнулась Людмила.

– Охотно верю и не удивляюсь, – согласился Кирилл, окинув взглядом безупречные формы красавицы и великолепные черты ее лица.

– Кроме разовых выездов, у меня было несколько постоянных клиентов, а с двуми из них я даже ездила в отпуск. С одним была в Париже и Лондоне, с другим – на Канарских островах.

– Даже так? – вскинул брови сыщик.

– Да, именно так, – надменно подтвердила Людмила. – Только не нужно на меня так смотреть, я не собираюсь прикидываться невинной овечкой и скажу откровенно, что состояла с ними в близких отношениях, – раздраженно заметила она в ответ на снисходительный взгляд детектива. – И не вижу в этом ничего предосудительного! Я молодая интересная женщина и прекрасно понимаю, что моя молодость и красота явления временные. Да, я хотела жить шикарно, взять от жизни все, что она мне дает. Эти люди дарили дорогие подарки, с ними я увидела, как должен жить нормальный человек. Не только увидела, но и попробовала!

– Людмила, не нужно так волноваться, я вас совсем не осуждаю, – миролюбиво произнес Кирилл. – Вы взрослый человек и вправе распоряжаться собой так, как считаете нужным. Я только понять не могу… зачем вы к нам пришли? В чем ваша проблема? Если рассказать о том, как хорошо проводили время, то… извините, это не по адресу, – развел он руками. – Вы же сами сказали, что у вас очень ограниченный лимит времени, а в результате…

– Я рассказываю историю моей жизни для того, чтобы вы все поняли, – бесцеремонно перебила его красавица. – Как раз этот отрезок и является камнем преткновения в данный момент!

– Прошу прощения, продолжайте, – извинился Кирилл.

– Ну вот, сбили меня с мысли, – нахмурилась Людмила.

– Вы остановились на том, что молодость – явление временное, – напомнил сыщик.

– Да при чем здесь моя молодость? Налейте мне воды, если вас не затруднит, – попросила она. – У меня в последнее время в голове такая неразбериха, что я уже ночами спать боюсь, кошмары снятся. И все из-за какого-то подонка!

– Это вы о ком? – спросил Кирилл.

– Сейчас расскажу, мы как раз и подходим к этому моменту, – ответила Людмила, отпивая минеральную воду из стакана, который предупредительно подал ей Данила. – Спасибо большое. Как я уже сказала, три года тому назад я вышла замуж за очень состоятельного человека и уже решила, что жизнь удалась, как вдруг… – при этих словах Людмила замолчала и закурила следующую сигарету. – На мой мобильный телефон стали поступать звонки, и некто неизвестный начал мне угрожать.

– Чем именно? – оживился Кирилл.

– Если я не заплачу крупную сумму денег, мои фотографии – весьма откровенного характера – появятся в Интернете. На мою электронную почту он выслал некоторые снимки, и мне стало плохо при мысли о том, что Игорь может увидеть их. Игорь – это мой муж, – пояснила она. – Он известный человек в определенных кругах и, естественно, не потерпит, что его жена… в общем, думаю, вы меня прекрасно понимаете, – тяжело вздохнула Людмила. – И дело не только в том, что я когда-то работала в таком месте, как «Эскорт».

– А в чем же еще?

– Когда мы встретились с Игорем, я сказала, что я – студентка, – произнесла девушка. – Я буду с вами откровенной до конца, раз уж пришла сюда… Короче говоря, прикинулась я бедной невинной овечкой, дурочкой такой, которая заглядывает ему в рот и ловит каждое слово, как подарок судьбы. Я даже к хирургу пошла, чтобы уж до конца сыграть свою роль, и он восстановил мою… девственность. Вы меня, наверное, осуждаете? – горько усмехнулась она. – Но в современном мире, где мы живем, как на войне… кто сильнее, тот и победитель. Как только я увидела Игоря, сразу же решила, что должна выйти за него замуж, и начала действовать. Мне это удалось, и не могу сказать, что легко. А сейчас мой брак оказался под реальной угрозой. Игорь – очень принципиальный человек, и он никогда не простит того, что я из него сделала дурака, а он снова купился.

– Почему вы произнесли это слово? – с интересом спросил Кирилл.

– Какое слово? – не поняла Людмила.

– Вы сказали «он снова купился». Почему снова? Его уже кто-то обманывал?

– Пятнадцать лет тому назад он уже был женат, но его супруга через полгода после свадьбы сбежала от него со своей первой любовью. Эта история здорово повлияла на него в плане отношений с женщинами. Игорь решил, что он останется заядлым холостяком и ни одна женщина в мире не сможет затащить его в загс. И вдруг появляюсь я, такая вся слабая, беззащитная и невинная… Я сделала все, чтобы этот человек стал моим мужем, и вот теперь этот ублюдок, шантажист, хочет разрушить то, чего я добилась с таким трудом, – она сжала свои кулачки. – Если Игорь узнает, что его, как мальчишку… Вы понимаете, о чем я говорю?

– Прекрасно понимаю, – кивнул Кирилл. – Продолжайте.

– Короче говоря, если муж увидит эти фотографии, он выкинет меня на улицу в чем мать родила, я это точно знаю. А я не хочу… потому что не считаю себя виноватой! – всхлипнула Людмила. – Да, я не считаю себя виноватой, – упрямо повторила она. – За те три года, что мы прожили с Игорем, я была для него примерной, хорошей женой. У меня даже в мыслях не было изменить ему, а что было до него… это совершенно неважно, мне кажется. Ведь я же не спрашиваю, как он жил до того, как встретил меня? Не интересуюсь, сколько у него было женщин? И вообще, я считаю, что это несправедливо… из-за какого-то рвача, наглого шантажиста, которому захотелось срубить денег, мой брак может разрушиться! Поэтому я и пришла к вам, помогите мне, ради бога, моя жизнь в ваших руках, – заплакала она. – Игорь не захочет слушать моих объяснений, он вообще не пожелает больше видеть меня. Для него вся эта история будет настоящей травмой, очередным ударом… а я не хочу этого, потому что люблю его! Вы можете мне не поверить, но я действительно люблю своего мужа.

Женщина горько разрыдалась, уткнув лицо в ладони.

– Успокойтесь, Людмила, выпейте еще воды, – предложил Кирилл, наливая в стакан минеральную воду. – Что вы скажете мужу, если он увидит ваши заплаканные глаза?

– Да-да, вы правы, – тут же встрепенулась она, торопливо полезла в сумочку, достала пудреницу и, открыв ее, принялась поправлять макияж. – Как я не подумала об этом? Игорь всегда все замечает. Я ужасно боюсь, что он что-нибудь заподозрит. Я имею в виду, что у меня появились проблемы… Я изо всех сил стараюсь быть при нем беспечной и веселой, но, если этот кошмар не прекратится в ближайшее время, боюсь, что мои нервы просто не выдержат такого напряжения, и… что будет тогда – мне даже думать не хочется! Посмотрите, ничего не видно? – спросила Людмила, закончив пудрить носик.

– Вы безупречны, – улыбнулся Кирилл. – Итак, продолжим, если вы закончили приводить себя в порядок.

– Я заплатила шантажисту уже трижды, но неделю назад он позвонил в четвертый раз… сукин сын! – выругалась красавица. – И он назвал такую сумму, которой у меня нет и быть не может. Своих денег у меня больше нет, все накопления я уже ему отдала. Да, муж предоставил мне свою кредитную карточку, которой я пользуюсь везде – в магазине, в салонах красоты и так далее, но… Но с нее я не могу снять такую крупную сумму, это сразу же вызовет массу вопросов, что вполне естественно. На что я могла бы потратить такие большие деньги? Для чего их сняла? Если честно, я в отчаянии, не знаю, что делать. Осталось всего три дня до срока, который мне назначил вымогатель, и я в полной растерянности…

– И чего же вы хотите от нас? – спросил Кирилл. – Конкретно… что мы должны для вас сделать?

– Я хочу, чтобы вы вычислили этого негодяя, мне нужно знать, кто это, – сердито сдвинув красивые брови, ответила Людмила. – Ваша задача – найти его, остальное моя забота.

– Очень интересно, и что же вы с ним сделаете? – с любопытством спросил Данила, впервые обратив на себя внимание клиентки. До этого он просто сидел и внимательно слушал. – Наймете киллера?

– Что за глупости! – фыркнула красавица. – Я никогда в жизни не опущусь до такого… до такой низости. Все намного проще. Во всяком случае, мне так кажется. Раз шантажист так много знает обо мне, значит, и я должна его знать… это очевидно. Если бы только знать, кто он, – тяжело вздохнула она. – Я бы его… впрочем, не будем загадывать, сначала нужно его найти. Ну, так вот… Ой, на чем я остановилась?

– На том, что если он так много знает о вас, значит… – подсказал Кирилл.

– Да, да, именно, – перебила его Людмила. – Мне кажется, не найдется человека, у которого не было бы своего скелета в шкафу, и я очень надеюсь, что у него таковой тоже имеется. Вот на этот скелет я и рассчитываю, и на вас – тоже.

– Так, значит, нам придется еще и его скелет искать? – хмыкнул Кирилл.

– Если я знаю этого человека так же хорошо, как и он меня, похоже, с этим я и сама справлюсь, – задумчиво проговорила Людмила. – А если нет, придется попросить об этом вас. Пока самое главное – найти его и узнать, кто он такой.

– Это является главной проблемой для вас, простите, – поправил ее Кирилл. – Мы – лишь исполнители ваших пожеланий, если, конечно, вас устроят наши условия. Показать вам наши расценки?

– Боже мой, какое это имеет значение? Разве можно думать о деньгах в моем положении?.. А кстати, сколько будут стоить ваши услуги? – несколько непоследовательно спросила она, наивно хлопая ресницами.

– Вот, посмотрите, – ответил Кирилл и протянул клиентке листок с расценками услуг.

– Да-а, однако, солидно, – вскинула брови Людмила, глядя на цены. – Неужели услуги детектива так дорого обходятся?

– Это средние цены, еще могут быть непредвиденные расходы, и очень часто они выливаются в весьма кругленькую сумму, намного превышающую тарифные расценки. Все зависит от обстоятельств и сложности ведения следствия, – продолжая улыбаться, пояснил Кирилл. – Вы можете обратиться в любое другое агентство, если вас что-то не устраивает.

Ему почему-то не очень хотелось браться за это дело, поэтому, если бы клиентка передумала, он бы не слишком расстроился. Сыщик не мог бы объяснить, почему, просто внутреннее чутье подсказывало, что ни к чему хорошему это расследование не приведет. У богатых свои причуды, и быть потом стрелочником ему не очень-то хотелось. Но отказать напрямую он не мог… от этого могла пострадать репутация агентства.

– В Москве очень много таких агентств, как наше, – продолжал говорить сыщик. – И вам не откажут нигде.

– Но ведь я вам все, как на духу… – откровенно растерялась Людмила. – Где гарантия того, что вы…

– Тоже не начнем вас шантажировать? – засмеялся тот. – Насчет этого вы можете быть совершенно спокойны, мы хорошие ребята, – заверил ее сыщик. – Ну а если серьезно, будьте уверены на сто процентов… все, что было произнесено в этом кабинете, за его стены никогда не выйдет, мы дорожим своей репутацией. Итак, что вы решили? – спросил он.

– А что мне решать? – вздохнула молодая женщина. – У меня нет времени, чтобы искать кого-то другого, осталось всего три дня. Я надеюсь, вы меня не подведете и найдете шантажиста за этот срок?

– Не будем загадывать наперед, это плохая примета, сделаем все, что в наших силах, – заверил Людмилу детектив. – Только и вам придется кое в чем помочь нам.

– Я готова. В чем моя задача?

– Прежде всего нужно устроить так, чтобы кто-то из нас мог быть рядом, когда шантажист будет вам звонить.

– Но это совершенно невозможно, – замахала Людмила руками. – Как я объясню мужу, что… нет!

– Вы подумали, что я говорю о нас с братом? – засмеялся Кирилл.

– А о ком же еще?

– Рядом с вами будет наша помощница, Юлия, вы ее уже видели. А мужу можете сказать все, что вам придет в голову. Ну, например, что она ваша дальняя родственница или школьная подруга, – объяснил сыщик. – Кстати, напомните, на какой номер вам звонит шантажист, на мобильный или на домашний?

– Обычно на мобильный, и еще он присылает мне письма на адрес моей электронной почты.

– А вы не посмотрели, с какого адреса они пришли?

– Смотрела я уже все. Скорее всего, из интернет-кафе, и каждый раз он регистрируется под разными именами. Этот негодяй достаточно изобретателен и осторожен, уверяю вас. Ой, у меня же совсем вылетело из головы, – заволновалась Людмила. – Вчера, когда он снова вышел на связь, он сказал, что больше звонить не будет, а инструкцию по процедуре передачи денег пришлет на мою почту.

– Тогда вам придется дать нам адрес своей электронной почты.

– Зачем?

– Послушайте, Людмила, вы хотите, чтобы мы вам помогли? – спокойно спросил Кирилл, но было заметно, что он уже начинает злиться.

– Естественно, – пожала та плечами. – Иначе зачем бы я к вам пришла?

– Тогда не задавайте глупых вопросов. Пишите адрес, – велел он, пододвигая к девушке лист бумаги и авторучку. – Укажите и номера ваших телефонов, мобильного и домашнего.

– А домашнего-то зачем?

– Мобильная связь не всегда надежна. Вы можете свой телефон потерять, могут сесть батарейки, или вы просто положите его в такое место, что не услышите звонка, – терпеливо объяснил Кирилл. – А при следствии могут возникнуть такие ситуации, что потребуется срочно с вами связаться.

– Но я не всегда могу говорить по домашнему телефону, – растерялась Людмила. – Что я скажу мужу, когда он спросит, кто звонил? Или, того хуже, послушает, с кем я говорю, и когда услышит мужской голос… ой, я и подумать об этом боюсь! Даже когда Игорь отсутствует, нет никаких гарантий, что можно свободно говорить. Я уверена, что прислуга следит за мной и обо всем ему докладывает. Может, я и ошибаюсь, конечно, но сами понимаете… что пуганая ворона и куста боится.

– Насчет этого вы тоже можете не волноваться, – успокоил ее Кирилл. – Мы ведь серьезные детективы, а не просто мальчики на побегушках. Если вдруг нам понадобится срочно с вами связаться, то все сделает Юлия. Она будет вести с вами разговор так, что никто ни о чем не догадается, если даже и послушает. Не забывайте, Людмила, мы – профессионалы, – с достоинством отметил он.

– Хорошо, коли так, – с облегчением вздохнула та. – Ну что ж, кажется, я готова подписать договор.

– Прежде вы должны сообщить нам полную информацию о работе фирмы «Эскорт».

– Какого рода информацию? – испуганно поинтересовалась Людмила. – Мне бы не хотелось, чтобы там узнали о моих проблемах. И вообще, я не хочу им напоминать о себе, я сделала все, чтобы обо мне забыли. Правда, теперь я сомневаюсь, что они забыли, – нахмурилась она. – Только кто-то из них может знать обо мне так много! Впрочем, возможно, я ошибаюсь. Я сейчас, если говорить откровенно, совершенно ничего не соображаю, последние полгода живу как на вулкане. Если бы вы только знали, как я устала от этого! – тяжело вздохнула красавица.

– Не волнуйтесь, никто ничего не узнает, – заверил ее Кирилл. – У меня к вам еще один вопрос. Когда вы смотрели фотографии, поняли, где они были сделаны?

– А что там понимать? – нахмурилась Людмила. – Дома у меня они были сделаны, это прекрасно на снимках видно.

– Вы приглашали своих клиентов домой? Как неосторожно с вашей стороны, – покачал головой сыщик.

– Что теперь говорить об этом? – раздраженно произнесла красавица. – После драки кулаками не машут. Они семейные люди, причем достаточно известные, поэтому моя квартира была наиболее подходящим вариантом.

– Для них, – согласился Кирилл. – А вот для вас, выходит, не совсем.

– Кто же мог предположить, что все так получится?! – вскричала Людмила. – У меня даже в мыслях не было, что в моей собственной квартире кто-то может меня сфотографировать!

– А у вас нет никаких предположений? Кто мог это сделать?

– Ума не приложу, кто это может быть.

– Плохо, очень плохо, – посетовал Кирилл. – При такой работе вам следовало быть более осторожной. Приводить домой клиентов – более чем безрассудно.

– Знать бы, где упадешь… Да, я жалею, очень жалею, что поступала так неразумно, но случившегося не вернуть. Нужно думать о том, что может произойти. Вы согласны?

– Да-да, конечно. Не нужно так волноваться, Людмила, мы постараемся вам помочь, сделаем все от нас зависящее. Итак, приступим к делу. Вы должны ответить на эти вопросы, – указал он на листок. – С какого и по какой год вы работали в «Эскорте», фамилии всех сотрудников и, если это возможно, ваших клиентов, особенно тех двоих, с кем вы имели близость. Уж простите за это, но работа у нас такая, – развел он руками.

– Вы думаете, что это мог быть один из них?! – округлила глаза Людмила. – Но этого не может быть, они – богатые люди, я не думаю, что шантаж…

– Людмила, думать теперь будем мы, – перебил ее Кирилл. – Ведь вы за этим сюда и пришли, насколько я понимаю? Вы и представить себе не можете, до чего иной раз приходится докапываться в процессе следствия. Очень часто бывает именно так, о чем никто даже и не думал, поверьте моему опыту. Надеюсь, вы нам доверяете?

– Естественно, иначе не рассказала бы вам всего, – нахмурилась та. – Вы теперь знаете обо всем лишь потому, что деваться мне некуда, этот подонок окончательно загнал меня в угол.

– А как же ваша подруга, Вера? – напомнил детектив. – Юлия сказала, что именно она попросила, чтобы мы выслушали вас и помогли.

– Верочка? Это исключительный случай. Она моя самая лучшая подруга, надежна, как швейцарский банк. Только с ней я и могу поделиться чем угодно, от нее никто никогда ничего не узнает. В ней я уверена, как в самой себе, она настоящая, в отличие от многих. Особенно от тех, кто окружал меня последние три года. А вот Верочка… Верочка – настоящий друг.

– Я очень рад за вас. Иметь настоящих друзей – дорогого стоит, – согласился Кирилл. – Если мы ее побеспокоим некоторыми вопросами, вы не будете против, надеюсь?

– Нет, – ответила Людмила. – У Верочки можете спрашивать обо всем, что вас может интересовать, она в курсе происходящего и очень за меня переживает. Она с удовольствием поможет, если это будет в ее силах.

– Вот и отлично. Теперь еще один нюанс. Как только шантажист перешлет вам инструкцию по передаче денег, вы любыми путями должны выторговать у него время, хотя бы неделю. В общем, чем больше времени вы у него выпросите, тем лучше.

– Как я могу торговаться и о чем-то его просить? – растерялась Людмила. – Я же вам говорила, что он присылает мне письма на электронную почту без обратного адреса. Когда звонит на мой мобильный, его номер телефона не определяется. Он пришлет мне инструкцию, и все, я должна буду подчиниться. Какая неделя?!

– Людмила, успокойтесь, пожалуйста, не так страшен черт, как вы его сами себе нарисовали, – заметил Кирилл. – Поверьте, все намного проще, чем вы предполагаете. В положенный срок вы не отошлете ему денег, и он вам непременно позвонит, – спокойно объяснил он.

– А если не позвонит и сразу же отправит фотографии в Интернет? – испуганно спросила та, судорожно прижимая руки к груди. – Вы представляете, что тогда будет?

– Куда он денется? – снисходительно усмехнулся Кирилл. – Позвонит, как миленький, на этот счет можете не волноваться.

– А если не…

– Людмила, немедленно прекратите паниковать, для этого совершенно нет причин, – перебил молодую женщину сыщик, не дав ей удариться в истерику. – Сразу видно, что вы совершенно не знаете психологии шантажистов.

– Откуда же мне ее знать? Слава богу, я сталкиваюсь с типом такого рода в первый раз, – проворчала та. – Очень надеюсь, что и в последний.

– Вымогатель требует у вас достаточно крупную сумму, сто тысяч долларов, – начал объяснять Кирилл. – Такие деньги на дороге пачками не валяются, и ему очень хочется их от вас получить. Он же не будет знать, по какой причине вы не перечислили их на счет? Не будет, поэтому обязательно позвонит. Верьте мне, Людмила, я знаю, что говорю.

– И что я ему скажу?

– Скажете, что у вас сейчас нет такой суммы, но через неделю деньги обязательно появятся. Поплачьте для видимости, уверяйте его, что обязательно заплатите, но для этого нужно подождать – совсем немного. Для положительного результата следствия нам нужно время, и чем больше, тем лучше. Вам все понятно, Людмила?

– Да-да, я все поняла, сделаю, как вы говорите, – закивала та.

– Вот и хорошо. Вроде бы мы все детали обсудили, вы нам все рассказали, написали, что я просил. У вас наши координаты есть, и если вдруг что-то появится новое в вашем деле, можете связаться с нами в любое время дня и ночи.

– И даже ночью? – удивилась Людмила.

– В любое время, – повторил Кирилл. – Вы теперь наша клиентка, и мы взяли на себя определенные обязательства, поэтому не стесняйтесь. Ну а если вдруг у нас возникнут какие-то вопросы, с вами свяжется наша помощница, Юлия. У меня к вам просьба… не выключать свой мобильный телефон. Это возможно, я надеюсь?

– Если честно, я практически всегда его выключаю, когда рядом находится Игорь, – откровенно призналась Людмила.

– Почему?

– Я до смерти боюсь, что этот подонок, шантажист, позвонит именно в это время. Вы представляете, один раз он позвонил мне среди ночи! Хорошо, что муж не проснулся, очень устал в тот день. Поэтому я не могу вам обещать на все сто процентов, что моя трубка будет все время на связи, но я буду стараться.

– Договорились. А теперь мы спокойно можем перейти к официальной части нашей встречи. Данила, скажи Юле, чтобы принесла бланки договоров, – обратился Кирилл к брату. – У тебя, кстати, никаких вопросов к Людмиле нет? Ты просидел молча в течение всей беседы.

– Нет, вопросов нет… пока нет, – ответил тот, бросив на красавицу внимательный взгляд. – Если появятся, я с ней обязательно свяжусь.

Юлька, услышав, что Кирилл посылает Данилу к ней за документами, поспешно отскочила от двери кабинета, чтобы тот не увидел, что она снова подслушивала. Вихрем пролетев через приемную, она плюхнулась на стул у своего стола и начала лихорадочно перебирать бумаги, изображая очень занятую секретаршу.

Глава 2

– Нет, ребята, вы видели, а? Какая на ней норка? А какие сережки! А перстенек! – восхищенно щебетала Юлька, прилипнув к окну и наблюдая, как Людмила садится в свою шикарную машину и отъезжает. – Я как увидела ее на пороге приемной, чуть не онемела… до чего хороша! Я таких только на обложках глянцевых журналов видела.

– Да, хороша Маша, да не наша, – хмыкнул Данила. – И слава богу, что не наша, я таких красоток всегда до смерти боялся и стороной обходил.

– Что-то я не замечала, чтобы ты от женщин шарахался, – засмеялась Юля. – Помнится, ни одной юбки мимо себя не пропускал.

– Э-э, когда это было? – ухмыльнулся Данила. – В юности, когда гормоны бунтуют, это нормальное явление. А вот слишком красивых я всегда избегал, просто не говорил никому об этом. Если бы я эту Людмилу встретил где-нибудь, уж поверь, бежал бы от нее, как черт от ладана.

– Но почему? – удивилась Юлька. – Она такая… – восхищенно вздохнула она. – Как картинка!

– С лица воды не пить, – отмахнулся Данила. – Чаще всего красавицы на поверку оказываются стервами. И в этом я убедился в очередной раз только что, когда слушал ее рассказ.

– Настоящая женщина и должна быть стервой, – выступила в защиту женского рода Юля. – Впрочем, вам этого не понять, темнота, – махнула рукой она. – Давайте лучше о деле поговорим, у меня тут мыслишка одна мелькнула.

– Надеюсь, умная? – заметил Кирилл.

– У меня других и не бывает, – парировала девушка. – Я увидела эту Людмилу и сразу же Верочку вспомнила. Я вам уже говорила, что мы вместе с ней учились в институте. Так вот, Вера – совсем неприметная девушка, о таких обычно говорят «серая мышка».

– И что ты хочешь этим сказать? – спросил Данила.

– А то и хочу сказать, что странная какая-то у них дружба. Эта красавица, смотрящая на вся и всех свысока, и вдруг Верочка, совершенно простая небогатая девушка. Обычно рублевские жены предпочитают общество себе подобных, – объяснила Юля. – Вот мне и показалось это странным.

– Причем тихая Верочка – ее лучшая подруга, которой она доверяет буквально все свои секреты, – отметил Кирилл, вспомнив слова Людмилы.

– Ну и что такого? – пожал плечами Данила. – Я лично ничего странного в этом не вижу. Ведь женой «нового русского» Людмила стала всего три года тому назад, а до этого тоже была обыкновенной девушкой.

– Такие красавицы не бывают обыкновенными, – не согласилась Юля. – Уже со школы, начав понимать, что они – лучше, чем остальные, тут же задирают носы. Вспомни Катьку Смирнову из вашего класса, как вы передрались из-за нее.

– Нашла что вспоминать! Ты бы еще детский сад приплела, – засмеялся Кирилл. – К сегодняшнему делу это отношения не имеет.

– Поживем – увидим. С чего начнем?

– В каком смысле? – насторожился сыщик.

– В прямом, в каком же еще? Ведь следствие с чего-то нужно начинать, вот я и спрашиваю.

– А почему это тебя интересует? Ты-то здесь при чем?

– Я ни при чем, – внешне равнодушно бросила Юлька. – Просто интересуюсь, и если вдруг понадобится моя помощь…

– Нет, не понадобится, во всяком случае, пока, – сразу же осадил ее Кирилл.

– Так, значит, все-таки пока? – ехидно прищурилась Юлька, вспомнив, как он говорил Людмиле о ней как об их помощнице. – И я уверена, что это «пока» продлится совсем недолго.

– Возможно, – сдержанно согласился Кирилл.

– А зачем тогда тянуть-то? – оживилась Юлька. – Может, вам мой совет нужен? Нет проблем, мальчики, я готова принять самое энергичное участие…

– Как только твоя помощь потребуется, я тебе непременно сообщу, – резко перебил ее Кирилл. – И этот вопрос не обсуждается, – добавил он, увидев сердитый взгляд девушки. – Как-нибудь обойдемся без твоих «мудрых» советов, а уж без энергичного участия – тем более. Хочу хоть одно следствие провести нормально, а не кверху… одним местом.

– Подумаешь, – фыркнула та. – Не хотите и не надо, была бы честь предложена. У меня и без вас завал, не знаю, когда разгребусь.

– Вот и занимайся своими делами, а к нам не лезь.

– Даже не собиралась, только потом не кричите: «Юлька, помоги, мы без тебя пропадаем!» – дернула она плечиком.

– Это когда такое было? – возмутился уже Данила. – Сама все время лезешь в наши дела, без спроса и санкций.

– Скажите лучше спасибо, – огрызнулась Юлька. – Где бы вы без меня были? Вспомни Алискино дело об ипотеке, да если бы я тогда не взяла все в свои руки, вы бы вообще ничего не смогли распутать.

– Нет, вы только посмотрите на эту самоуверенную штучку, – возмутился Данила. – Мы, можно сказать, с высунутыми языками носились, чтобы ваши с Алиской задницы спасти, а она смеет заявлять такое! Да если бы не мы, вас бы в том склепе и похоронили.

– А вот и враки, мы сами оттуда выбрались, – взвилась Юлька. – Я смотрю, Даня, у тебя память совсем отшибло? Забыл, что мы уже по кладбищу бежали, когда вы нас нашли? Еще и напугали до смерти! «Стоять на месте, руки за голову, оружие на землю», – изобразила она команды омоновцев. – Устроили там маски-шоу, придурки!

– Зато живы остались, две идиотки. На себя посмотри, сама ты это слово, и трижды, – не уступил Данила.[2]

– Хватит орать как ненормальные, – рявкнул на спорщиков Кирилл. – У меня уже зубы ломит от вас.

– А зубы твои здесь при чем? – хлопнула глазами Юлька.

– Вот я и говорю, что ни при чем, поэтому все – заткнулись и разбежались по своим углам. Катастрофа, иди на свое рабочее место, к телефону, Данила, садись за стол, составим план мероприятий.

– Вам помочь, мальчики? – как ни в чем не бывало спросила Юлька. – С планом… или еще с чем-нибудь? А может, вам кофе сварить?

– Обойдемся пока, если захотим, я тебя позову, иди в приемную, – строго повторил Кирилл. – Вот этим и поможешь.

– Ну, как хотите, – разочарованно вздохнула девушка. – Я тут подумала…

– Юль, не буди во мне зверя, – спокойно произнес Кирилл, но угрожающие нотки уже прорезались в его голосе. – Занимайся своим делом и не мешай нам.

– Дай сказать-то, – не сдалась та. – Я ведь по делу!

– Ну, говори, – нехотя согласился сыщик.

– Я решила… а не напроситься ли мне в гости к Верочке? За рюмочкой чайку я бы с ней поболтала и ненавязчиво все выведала бы про эту Людмилу.

– Юль, а ты случайно не забыла, что Людмила – наша клиентка? – напомнил Кирилл. – Зачем нам о ней что-то узнавать? Все, что сочла нужным, она сказала сама, а то, что мне понадобилось, я у нее спросил. По-моему, этого вполне достаточно. Она же не подозреваемая, а жертва.

– Это еще вопрос!

– В каком смысле?

– Не знаю.

– А зачем тогда речь, если не знаешь?

– Не знаю, почему-то пришло в голову, и все, – упрямо повторила Юля. – Мне совсем эта Людмила не понравилась.

– Ты же только что восхищалась ее красотой, – с усмешкой напомнил Данила. – А теперь говоришь – не понравилась?

– Красотой восхищалась, а все остальное не понравилось, – надулась Юля. – Она какая-то… даже не знаю, как сказать, – задумалась она. – Слишком нервная, что ли?

– Еще бы ей не нервничать при таком раскладе, – пожал плечами Данила. – Если муж ее выкинет на улицу за «безупречное» прошлое, представляешь, чего она лишится? Я бы на ее месте тоже нервничал.

– Да я не об этом, – отмахнулась Юлька. – В общем, что хочу, то и думаю, моя голова, и никто ей не указ, – резко прервала она полемику.

– Иди, проветри свою голову, чтобы всякая ерунда туда не залетала, – усмехнулся Кирилл.

– Лучше свою проветри, – проворчала девушка и, обиженно надув губы, вышла из кабинета. – Мы еще посмотрим, чьи мозги нужно освежить, мои или ваши, господа детективы! Да вы без меня пропадете, – самоуверенно констатировала она. – Сами попросите помочь, а я еще посмотрю, делать ли это.

Юля принялась нервно перебирать бумаги у себя на столе.

– Задницы они наши спасали! Это же надо такое придумать! Как же, вы бы спасли, если бы мы с Алиской сами о себе не позаботились. Правду говорят… мужик – он и в Африке мужик. Думают, они – хозяева жизни, а женщина – так, часть интерьера. Да вы шагу без нас ступить не можете, только хорохоритесь… А я все равно с Верой побеседую, мне наплевать, что вы против. В конце концов, могу я к своей сокурснице в гости пойти? И вам до этого нет никакого дела. Возьму и позвоню ей, – решила Юлька и уже собралась снять трубку телефона, как он зазвонил сам. – О, черт, напугал-то как, – отскочила она от стола, схватившись за сердце. – Нужно аппарат сменить, а то от этого ненормального зуммера я заикой стану.

Девушка сняла трубку и, взяв себя в руки, проговорила:

– Алло, детективное агентство. Чем могу помочь?

– Помочь, говоришь? Конечно, можешь, я соскучился и ужасно хочу тебя видеть. Привет, малыш, куда пропала? – услышала Юля веселый голос Романа Рогачева. – Не звонишь, не пишешь. У тебя все в порядке?

– Привет, майор, у меня все отлично, великолепно, замечательно, и скучать мне некогда, в отличие от некоторых!

– Настолько некогда, что даже позвонить не можешь? – с упреком спросил тот.

– А ты не в состоянии набрать несколько цифр? Почему это я тебе должна звонить, а главное, зачем?

– Ну, начинается, – простонал Роман. – Любишь ты торговаться, Смехова. У меня работы много.

– Да, я понимаю, – притворно вздохнула та. – Мужчины очень любят жаловаться на отсутствие времени. Удивляюсь, почему ни один из них никогда не пожалуется на нехватку мозгов?

– Хватит, Юль, я правда замотался совсем.

– Вот и мотайся дальше, я-то здесь при чем? – фыркнула та.

– Юль, ты до сих пор сердишься на меня? Ладно, не злись, я же все объяснил. Да, признаю… виноват, очень виноват. Ну что ж меня теперь, казнить за это?

– С чего ты взял, что я злюсь? – усмехнулась девушка. – Ты мне разве брат, сват или вообще родственник? Только на близких людей я могу обижаться, потому что они – близкие, а ты никто и звать тебя никак.

– Ну вот, а утверждала, что не злишься, – хохотнул Роман. – Давай сегодня встретимся, я хочу реабилитироваться, – предложил он. – Если ты не против, конечно… вместе поужинать и провести романтический вечер?

– Представь себе, против, – ехидно ответила Юля. – Во-первых, я на строгой диете и не ем после шести вечера, – на ходу придумала она. – А во вторых… хватит с меня романтических вечеров, сыта по горло с прошлого раза, да и работы у меня – завал, – повторила она его же слова. – Мы ведь тоже не пирожки печем, а серьезным делом занимаемся.

– Опять лезешь в дела Чугункиных? – засмеялся Рогачев, стараясь не обращать внимания на сарказм девушки и напоминание об их последней встрече. – Смотри, Юлька, доиграешься когда-нибудь, и нос тебе наконец-то прищемят.

– Не твоего ума дело, и мой нос – тоже не твоя забота, – взвилась та. – Ты, Рогачев, сначала научись с женщиной разговаривать, а потом и на ужин ее приглашай, романтик фигов! До чего же ты наглый! Как у тебя вообще совести хватает делать вид, что ничего не произошло? Все, мне некогда лясы точить, всего тебе нехорошего, майор, – резко оборвала она разговор и раздраженно бросила трубку, дымясь от злости. Юля с прищуром посмотрела на нее и, еще раз приподняв, снова бросила на базу, вымещая на неповинном аппарате свою злость. – Вот нахал, ни стыда, ни совести! – прошипела она. – Вместо того чтобы приехать и упасть передо мной на колени, вымаливая прощение, он еще смеет о моем носе заикаться! Нет, никогда в жизни меня никто не заставит больше связаться с ментом. Отец прав… это не призвание, а диагноз.

Роман Рогачев, майор ФСБ, сотрудник группы по борьбе с наркотиками, познакомился с Юлькой при весьма оригинальных, криминальных и немного комических обстоятельствах. Братья Чугункины вели дело о загадочном исчезновении мужа своей первой клиентки. Катастрофа не могла оставаться в стороне и влезла в это дело со всей своей непредсказуемостью. Обстоятельства сложились так, что Юльке невольно пришлось столкнуться с Романом, причем без малейшего его желания. Едва встретившись, они искренне невзлюбили друг друга с первого взгляда. Но потом это чувство взаимной неприязни незаметно и неожиданно для обоих трансформировалась в романтические отношения. Юлька удивлялось, как это в принципе могло произойти… ведь они постоянно ругались, и она больше ничего не могла вспомнить хорошего об их общении.[3]

– Я как законченная идиотка прождала его два часа, торчала возле клуба, как тополь на Плющихе, в милицию угодила, а он… «Ты не против поужинать со мной и провести романтический вечер?» – передразнила она Рогачева. – Хоть плюй ему в глаза, все – божья роса. Уф, передушила бы всех мужиков одной веревкой, – продолжала дымиться девушка, с ненавистью глядя на телефон.

А случилось вот что.

Неделю тому назад Роман позвонил Юле в офис и предложил ей провести вместе интересный вечер.

– Мне принесли два пригласительных билета на открытие одного ночного клуба, и я решил, что мы могли бы вместе туда пойти, – сказал он. – Клуб крутой до невозможности, с мужским стриптизом, думаю, скучать нам не придется. Ты как на это смотришь?

– Ой, как здорово, – запрыгала от радости Юлька. – Конечно, с удовольствием! Тысячу лет не была в клубах, а мужской стриптиз вообще только по телику видела. Я сегодня с работы пораньше убегу, чтобы привести себя в порядок, пойду Чугункиных обрадую, – хихикнула она. – Ты часиков в девять заезжай, я дома тебя буду ждать.

– Нет, малыш, заехать не получится, – тяжело вздохнул Роман. – Ты прямо в клуб приезжай к десяти вечера и жди меня у входа. Ты только не обижайся, мне некоторые вопросы нужно решить в срочном порядке. Сама понимаешь, служба.

– Ну вот, снова здорово, – проворчала та. – Никогда ничего по-человечески сделать не можешь со своей службой.

– Не ворчи, моя хорошая, – засмеялся Роман. – Ты же знаешь, что иногда я себе не принадлежу. Адрес запиши.

– Ладно, диктуй, – нехотя согласилась девушка. – Только не опаздывай.

– Ну как можно? – с обидой проговорил молодой человек. – В двадцать два ноль-ноль буду как штык.

В результате в течение почти двух часов как штык торчала у входа в клуб именно Юлька, ругаясь на чем свет стоит. На ее звонки телефон Рогачева отвечал бездушным голосом автоответчика, что абонент недоступен. К девушке то и дело подходили подвыпившие молодые люди, предлагая свою компанию, и ей приходилось от них отмахиваться. В итоге с двумя слишком настойчивыми кавалерами Юльке пришлось подраться, и всю троицу доставили в ближайшее отделение милиции. У одного парня в кровь была расцарапана физиономия, а второму Юля показала свой коронный прием – ударила коленом в то место, которым так гордятся мужчины.

– Мир паху твоему, – выдохнула она, глядя на сложившегося пополам парня. – В следующий раз будешь знать, с кем связываться.

– Убью, зараза! – простонал тот сквозь зубы.

– Только попробуй еще раз протянуть ко мне свои грязные лапы, получишь добавку, и тогда… Тогда уж точно будешь всю оставшуюся жизнь петь альтом, – пообещала Юлька, приняв оборонительную позу.

Второй парень смотрел на взъерошенную девушку обалдевшими глазами, стирая кровь с расцарапанных щек.

– Ненормальная, – проворчал он. – Что ты сделала с моим лицом, дура несчастная?

– Ничего страшного, шрамы украшают мужчину, – фыркнула Юля. – Хотя вас мужчинами назвать нельзя, ведете себя как дебилы.

– Это кого ты дебилами назвала? – взревел тот. – Да я сейчас тебя придушу, стерва такая!

Только он дернулся в сторону Юльки, как она выставила вперед руку, в которой был зажат газовый баллончик.

– Хочешь с поводырем ходить – попробуй, – прошипела она. – Еще не родился человек, которому удалось бы меня придушить, и у тебя вряд ли получится. Ну, что же ты замер? Давай, подходи, – усмехаясь, поманила она парня пальчиком. – Не бойся, я хорошая!

С асфальта поднялся второй парень, его налитые кровью глаза уставились на Юльку не обещающим ничего хорошего взглядом. Она отскочила к стене и вытащила второй баллончик – с нервно-паралитическим газом. По решительному лицу девушки было ясно, что голыми руками ее не возьмешь.

К счастью, тут подоспела милиция, иначе неизвестно, чем бы все закончилось. Вероятно, больничной койкой для обоих парней. Задержанных оставили на попечение дежурного, младшего лейтенанта, заступившего на пост во второй раз в жизни. Травмированных молодых людей провели в отдельную комнату, а Юлька сразу начала качать права, петушком наскакивая на молодого милиционера.

– Немедленно отпустите меня, иначе у вас будут неприятности! Мой жених – майор ФСБ! – закричала она. – Я имею право на один телефонный звонок, и еще я требую адвоката. Вместо того чтобы защитить слабую женщину, вы меня вместе с этими уголовниками забрали? Я на вас в суд подам за моральный ущерб!

– А ну-ка прекрати орать, тут не забегаловка, а дежурная часть милиции, – прикрикнул на девушку дежурный, хлопнув ладонью по столу. – В суд она подаст! Смотри, как бы на тебя в суд не подал тот парень с распухшими «причиндалами». Пойдет он в травмпункт и зафиксирует увечье, посмотрим тогда, как ты будешь права качать. Ну и бабы пошли, совсем с вами сладу нет, чуть что, сразу бьете в причинное место, – покачал он головой, записывая что-то в журнал. – Вот раньше было время… женщина знала свое место, слово мужчины для нее было законом. А что сейчас? Оборзели совсем с этой эмансипацией, феминистки хреновы! Ничего, завтра тебе мало не покажется, заведут уголовное дело, сразу узнаешь, почем фунт лиха, – злорадно усмехнулся он.

– А ты меня не пугай, – еще пуще взвилась Юлька. – Что я должна была делать? Стоять и терпеть, как эти наглецы меня за руки хватают и делают непристойные предложения? Да еще и спокойно слушать, как смеются они над моей прической? – взбила она стоявшие дыбом, окрашенные в три оттенка вихры. – Разбежался! Пусть этот урод скажет спасибо, что у меня с собой пистолета не было, а то я бы ему его хозяйство отстрелила напрочь.

– Какого пистолета? – насторожился лейтенант.

– Простого, с дулом и пулями, – рявкнула Юля. – Не твоего ума дело. Мне нужно срочно позвонить Чугункиным!

– Так-так-так, это кто такие? – еще больше насторожился дежурный и приподнялся со стула.

– Братья-кролики, – буркнула Юлька. – Тебе, парень, лучше с ними не связываться, пристрелят – и глазом не моргнут.

– Мафия, значит? – прищурился тот.

– Ага, она самая, коза ностра, – ехидно усмехнулась девушка. – Слушай, лейтенант, отпусти ты меня, это же самооборона была. Ночь на дворе, а у меня режим, мне уже спать пора.

– На нарах выспишься, – хмыкнул тот. – Протокол составлю и отправлю тебя в номер люкс со всеми неудобствами.

– Что-о? – взревела Юля. – Меня – в камеру?! За что? За то, что я защищала свою женскую честь и достоинство?

– Утром выяснят, за что, – тоже повысил голос лейтенант. – И что еще за пистолет? И кто такие эти кролики и козы? Во всем разберутся, не волнуйся. А мое дело маленькое – оформить тебя и определить, куда надо.

– Ты о чем, лейтенант? – вылупилась на дежурного Юлька. – Ни про каких коз я не говорила! Коза ностра – это знаменитый итальянский клан. «Ну и придурок», – подумала она.

– Мне все равно, что ты говорила. Завтра приедет начальство, вот ему и объяснишь – и про клан, и про кроликов, – отмахнулся тот.

– Тебе бы не помешало повысить свой интеллектуальный уровень, – усмехнулась девушка. – О трех поросятах, надеюсь, читал? Ты меня должен немедленно отпустить! Спать пора, у меня режим, завтра на работу, и если я просплю, все дела в офисе остановятся. Ты меня слышишь или нет, лейтенант? – закричала Юлька.

– Прекрати трещать как заведенная, я сосредоточиться не могу, – строго прикрикнул тот. – И не маячь у меня перед глазами, посиди спокойно хотя бы минут десять.

– Отдай телефон, я должна позвонить, – не сдалась та и топнула ногой. – Ты не имеешь права не позволять мне сделать один телефонный звонок, это противозаконно! Даже убийцам разрешается, а я – законопослушная гражданка.

– Была бы законопослушной, уже в своей постели бы лежала и десятый сон видела, а не концерты мне устраивала, – прищурился лейтенант.

– Дай позвонить, – упрямо настаивала Юлька.

– Завтра, если начальство разрешит, – лениво ответил дежурный, продолжая писать.

– Если ты сейчас же не отдашь мою трубку, я такой визг подниму – мало не покажется, – зловеще прошипела Юлька. – А утром скажу твоему начальству, что ты нагло меня домогался!

– Больно надо – такую домогаться! Кто тебе поверит?

– А-а-а! – высоким дискантом завизжала Юлька, затопав ногами и задрыгав руками. – Отдай трубку, а-а-а, трубку отдай! – надрывалась она.

Телефон Юльки, лежавший на столе у дежурного, заиграл марш Турецкого, и девушка захлопнула рот.

– Ну, что же ты, лейтенант? Ты что, глухой? Не слышишь – звонят? Отвечай.

Тот ошарашенно переводил взгляд с трубки на девушку, не опомнившись от ее визга. Он мотнул головой и постучал себя по правому уху.

– Ну и голосок, оглушила напрочь, – выдохнул он. – И за что мне такая ночка досталась, интересно?

– Трубку возьми, – строго велела та. – Это мои братья звонят!

Лейтенант послушно включил телефон и осторожно поднес его к уху.

– Алло, – осипшим голосом прохрипел он, но, взяв себя в руки, прокашлявшись, сказал строго и по-деловому… – Дежурный ОВД Северное Пельмень слушает.

– Пельмень? – удивленно переспросил Данила. – А где Катастрофа?

– Какая еще катастрофа? – в свою очередь раздраженно переспросил лейтенант. – Откуда я могу знать, где и какие катастрофы случаются? У нас отделение милиции, а не служба прогнозов, – недовольно проворчал он. – Вы ошиблись, молодой человек.

– Ребята, меня в ментовку забрали, в камеру хотят посадить, выручайте! – не своим голосом заверещала Юлька, чтобы ее услышали.

– Ты что орешь, ненормальная? – гаркнул лейтенант, резко отключив телефон. – Там про какую-то катастрофу спрашивали, ошиблись номером.

– Катастрофа – это я, сам ты дундук в погонах, – топнула ногой Юлька.

– Не понял, – сдвинул брови дежурный.

– Чего ты не понял? Что ты – дундук? А нечего меня ненормальной обзывать.

– Кто ты говоришь? Я не ослышался… катастрофа – это ты?

– Да, я! А что тебя не устраивает? Тебе, значит, Пельменем можно быть, а мне Катастрофой – нет?

– А Смехова тогда кто? – прищурился лейтенант, заглядывая в паспорт девушки. – Это что же получается? Паспорт поддельный?

– Смехова – это я, и паспорт – настоящий.

– А еще кто ты? Цунами? Торнадо? Или еще что-то? Кажется, к нам в сети попалась крупная рыбка. Сколько же у тебя фамилий?

– Во дурак! – вздохнула та.

– Но-но-но, прекратить немедленно оскорблять должностное лицо при исполнении, – погрозил он ей пальцем. – А то я и этот факт в протокол занесу.

– Да заноси что хочешь, – обреченно махнула Юлька рукой. – Веди в камеру, надоел хуже горькой редьки. Глаза б мои тебя больше не видели, ты и правда дундук.

А Данила тем временем таращился на свой телефон. Он услышал вопль Юльки, но не понял, что именно она прокричала.

– Что случилось, Дань? – спросил его Кирилл. – Ты словно ежа проглотил.

– Понятия не имею, – пожал плечами тот. – Звоню Катастрофе, а ответил какой-то пельмень.

– Какой еще пельмень?

– Не знаю, он говорит – вы ошиблись номером, молодой человек.

– Ну, может, ты и правда ошибся?

– Я слышал, как Юлька орала.

– Что орала? – всполошился Кирилл.

– Не понял, только и расслышал – выручайте.

– Дай-ка мне телефон, я перезвоню, – вырывая трубку из рук брата, забеспокоился Кирилл. – С ней что-то случилось, а мы гадаем на кофейной гуще.

– Погоди, этот пельмень представился – дежурный ОВД Северное, – вспомнил Данила. – И еще он сказал, что у них отделение милиции, а не служба прогнозов.

– Едем, – вскочил с места Кирилл и, не дожидаясь брата, понесся в прихожую. – Опять эта оторва попала в какую-то историю! И куда Рогачев смотрит, ведь она с ним в какой-то ночной клуб собиралась?

Он набрал номер майора, но тот был недоступен.

– Черт, как нарочно, – выругался Кирилл. – И когда только Катастрофа все успевает? Ты только подумай, в ментовку угодила! Что она могла натворить? Почему ее забрали, и в качестве кого?

– Ну откуда же я могу знать? – развел руками Данила. – Но что не в качестве пострадавшей, это точно. Скорей всего, в качестве подозреваемой.

– Когда она нормальным человеком станет? Замуж бы, что ли, вышла, мы бы вздохнули спокойно.

– Сомневаюсь, что замужество ее исправит, – возразил Данила. – Ее только пенсия остановит, когда возраст за полтинник перевалит, да и то – вопрос спорный.

За пятнадцать минут Чугункины домчались по ночной Москве до ОВД Северное и ворвались в дежурную часть словно два взбесившихся гиппопотама.

– Где она? – рявкнул Данила.

– Вы о ком? – удивленно вскинул брови тот.

– Смехова Юлия, спрашиваю, где?

– Ах, Смехова? – покачал головой дежурный. – А вы, собственно, кто, молодые люди? И почему вас интересует гражданка Смехова, злостная нарушительница спокойствия?

– Мы ее братья, вот наши документы, – ответил Кирилл за Данилу и показал лейтенанту свое удостоверение.

– Здесь написано Чугункин, а говорите, братья, – недоверчиво покосился на него лейтенант.

– У нас отцы разные, – спокойно пояснил Кирилл. – И мне бы хотелось поскорее забрать отсюда сестру.

– А вот этого я позволить не могу, – развел руками дежурный. – Она нанесла тяжкие телесные повреждения двум молодым людям, завтра с ней будет разбираться следователь. Уголовным дельцем попахивает, граждане. Она и меня чуть с ума не свела, даже давление поднялось. Чума, а не девка!

– Кто у вас главный? – поинтересовался Данила.

– Корчагин Дмитрий Сергеевич. А что?

– Юлию с нами отпустите – под расписку, а завтра вашему Корчагину позвонят.

– Почему это я должен ее отпускать? – нахмурился дежурный. – А как же протокол… нет, я не имею права!

– Послушай, лейтенант, мы в органах почти шесть лет отпахали и прекрасно знаем, что положено, а что нет, – миролюбиво начал убеждать его Кирилл. – Завтра вашему Корчагину позвонят из ФСБ, и все уладится. Очень прошу, отпусти сестру, под нашу ответственность.

– Вы тут наговорите всякого, а я уши и развешу? – усмехнулся тот. – Завтра начальство будет, с ним и разбирайтесь, а я человек маленький.

– Маленький, говоришь? – почти спокойно спросил Данила, тяжело глядя на служивого. – Не доводи до греха, я нервный.

– Точно, он нервный, – поддакнул Кирилл. – С ним лучше не связываться.

– Вы мне угрожать вздумали? – возмутился милиционер. – Лучше уходите по-хорошему, иначе я наряд вызову, – и он протянул руку к телефону.

– Положи трубку, – тихо проговорил Данила и вытащил из-за пояса пистолет. – Выходи из каптерки, пошли за нашей сестрой!

Лейтенант, осторожно приподнявшись, опустил руку, чтобы расстегнуть кобуру на своем поясе.

– Руки, – остановил его Данила и взвел курок.

Парень вздрогнул и, вскинув обе руки вверх, присел от неожиданности, таращась на Чугункиных.

– Выходи, – приказал сыщик.

Лейтенант бочком вышел из-за стеклянной перегородки.

– Вперед, – велел Данила.

Молодому человеку ничего не оставалось, как освободить задержанную гражданку Смехову.

Через пять минут, забрав Юлькины вещи, троица торопливо покинула дежурную часть. Молодой лейтенант ошарашенно смотрел им вслед…

После этого случая Юля решила, что Рогачева следует стереть в порошок. Только благодаря уговорам близнецов она согласилась немного повременить.

– Если ты полезешь в бутылку, неизвестно, чем все закончится, – строго говорил Кирилл, ведя машину. – Роман должен уладить инцидент с начальником отделения. Ты думаешь, это шуточки? А что до парней, которых ты покалечила… Ведь они и правда могут подать на тебя в суд.

– А кто во всем виноват? – не сдалась Юлька. – Я как идиотка ждала Рогачева возле клуба, и он даже позвонить не соизволил! А его телефон был недоступен. Убью гада!

– На здоровье, но только после того, как я с ним завтра поговорю, – согласился Кирилл.

На следующий день выяснилось, что группа Романа была на особом задании, и телефоны им пришлось отключить по приказу. Никто не предполагал, что операция затянется. Дело в итоге дошло до перестрелки, и у майора Рогачева вылетело из головы буквально все – и клуб, и время встречи, и Юлька заодно. Эти объяснения хоть и успокоили ее немного, но не до такой степени, чтобы простить Романа и забыть, сколько неприятных минут ей пришлось пережить по его милости. С протоколом все уладилось благодаря тому, что начальник Романа был в приятельских отношениях с Корчагиным. Тот ему позвонил, разъяснил ситуацию, и проблема была решена за пять минут. Когда Рогачев сообщил это радостное известие Юльке, ожидая благодарности с ее стороны, та лишь фыркнула в ответ…

– Еще бы ты не уладил дело, ведь это по твоей наглой милости я попала в такую ситуацию! Пригласить девушку в ночной клуб и бросить ее там на произвол судьбы – на это только ты способен.

– Я тебя не бросал, – растерялся Роман.

– Правильно, ты меня туда заманил, а сам даже позвонить не соизволил!

– Но я же тебе объяснил, почему так получилось…

– А мне от этого ни горячо, ни холодно. Посидел бы в камере на вшивых нарах, как я, сразу понял бы, что натворил. Все, Рогачев, я не хочу тебя видеть, слышать и знать… во всяком случае, пока.

И он позвонил и вместо того, чтобы еще и еще раз просить у нее прощения, начал говорить о ее любопытном носе. Возмущению девушки не было предела.

– Мент поганый, подойдешь ко мне ближе, чем на сто метров, я не знаю, что с тобой сделаю! – с ненавистью буравила она взглядом ни в чем не повинный телефон. – Будет тебе милый вечерок, дай только с делами разобраться!

Глава 3

Телефон затрещал, Юля сняла трубку. Если это вновь Рогачев!..

– Юленька, здравствуй, – услышала девушка голос однокурсницы.

– Ой, Вера, приветик, – обрадовалась она. – А я тебе сама собиралась позвонить, когда на работе была, а потом закрутилась и забыла. Дел навалилось – невпроворот, скоро спячу от бумаг и звонков.

– Юль, прости, что я так поздно тебя беспокою, – повинилась Вера. – Хотела завтра утром с тобой связаться, да вот не удержалась.

– Да какое поздно? Всего десять часов, время детское, – засмеялась та. – Я никогда рано спать не ложусь, как-то не получается. Как у тебя дела? Что на работе? Какая погода на личном фронте?

– Дела в порядке, но работа скучная, если бы не хорошая зарплата, я давно бы ушла. А на личном фронте полный штиль, – грустно усмехнулась Вера. – В общем, ничего интересного в моей жизни не происходит, сплошная рутина, один день похож на другой, как брат-близнец. Ты лучше расскажи, как у тебя дела?

– Все отлично, дела идут, контора пишет, – засмеялась Юля. – Потихоньку набираем обороты, скучать нет времени.

– А на личном фронте? – повторила Вера вопрос подруги.

– Как тебе сказать? Не то чтобы полный штиль, как у тебя, но и штормов не наблюдается… относительно, – Юля вспомнила о недавней ссоре с Романом. – Да и времени на личную жизнь совсем нет, если честно, мне просто не до этого. Кстати, твоя подруга приезжала сегодня и подписала с детективами договор. Так что все в полном порядке.

– Вот-вот, я ведь именно по этому поводу и звоню, – оживилась Вера. – Я сегодня целый день пытаюсь с ней связаться, ее мобильный недоступен, и к домашнему она тоже почему-то не подходит. Наверное, с Игорем куда-нибудь уехала. Когда они вместе, Люда всегда свой телефон отключает, чтобы их понапрасну не беспокоили. А в последнее время, когда этот негодяй-шантажист объявился, она вообще любых звонков боится как огня. Ужас, правда?

– Хорошего мало, – согласилась Катастрофа.

– Как ты думаешь, Юля, твои детективы смогут его найти и помочь Людмиле?

– Трудно сказать, следствие – дело тонкое, как Восток, – неопределенно ответила та. – Шантажисты – народ осторожный, не думаю, что его удастся легко вычислить, но мы постараемся. Слушай, Вера, может, мы встретимся, поболтаем, ты мне подробно об этом шантаже расскажешь, – предложила Юля.

– Нет проблем, – с готовностью согласилась та.

– Когда и где?

– Мне кажется, на такую щекотливую тему лучше дома разговаривать.

– О'кей, заметано. Хочешь – на твоей территории, или ко мне приезжай.

– Лучше у меня. Родители вчера отдыхать уехали, нам никто не помешает. Завтра, часиков в шесть вечера, я уже с работы приду, – предложила Вера.

– Отлично, – обрадовалась Юлька. – Мои предки тоже в отпуске, через два дня прилетают. В Египте пирамидами любуются. В шесть я еще буду в офисе, а к восьми буду непременно.

– Значит до завтра?

– Договорились, – ответила Юля, положила трубку и радостно потерла ладони и даже высунула кончик язычка от удовольствия… – У вас своя свадьба, братцы-кролики, а у нас – своя. Посмотрим, кто кого переплюнет!

На следующий день детективы с раннего утра занимались делом о шантаже. Решив не дожидаться, пока шантажист объявится сам и пришлет на электронную почту Людмилы инструкцию по передаче денег, они наметили определенный план действий. А именно… как можно быстрее вычислить, кто это такой, и, если им это удастся, свалиться негодяю как снег на голову, когда он этого совсем не ожидает. Со слов Людмилы некоторое представление о нахрапистом вымогателе сыщики уже получили. В первую очередь они решили наведаться в фирму «Эскорт». Это стало, увы, их первой ошибкой… Они предъявили удостоверения частных детективов, и с ними поговорили – очень корректно, но не более того. Проще говоря, ненавязчиво и культурно дали братьям Чугункиным понять, что они в этом заведении – гости весьма нежелательные.

– Ну вы и придурки, – возмущалась Юлька, когда братья хмуро признались ей в первом провале. – Не могли со мной посоветоваться? Гордые и независимые, да? Кто ж с вами разговаривать захочет, когда вы откровенно признаетесь, что вы – сыщики?

– А кем нам прикажешь представляться? – пропыхтел Данила. – Соискателями рабочих мест? Нужно было заявить, что мы желаем стать мальчиками по вызову?

– А хоть бы и так, черт бы вас побрал! Но только не детективами. Как вы объяснили, почему вдруг сыщиков интересуют сотрудники фирмы?

– Мы сочинили вполне правдоподобную версию, – сказал Данила. – Сказали, что произошла автомобильная авария, погиб человек, а водитель скрылся с места происшествия. Родственник погибшего попросил нас найти владельца авто, потому что милиция якобы бездействует, принес проспект фирмы «Эскорт», найденный им на месте аварии. Вот мы и отправились на фирму, чтобы опросить сотрудников… не был ли кто-то из них на месте аварии и не видел ли машину, сбившую пешехода.

– Идиотизм, – прошипела Юлька. – Вы меня, братцы, извините, конечно, но другое название в данной ситуации найти невозможно. Я бы после такой притянутой за уши версии послала бы вас далеко и надолго.

– Нас и послали, – буркнул Данила. – Администраторша тамошняя – гладиатор, а не баба! Рост – метра два, бицепсы – Тайсон отдыхает! Ее наверняка специально наняли… числится она администратором, а на самом деле – вышибала, стопудово. Даже меня оторопь взяла, а я не из трусливых, сама знаешь, – тяжело вздохнул молодой человек. – Она нас быстро раскусила и на порог указала. Культурно общалась, но мы ее прекрасно поняли и сопротивляться, естественно, не стали.

– Жалко, что она вам не продемонстрировала физические возможности, – фыркнула Юлька. – Эй, а ты почему молчишь, умник? – обратилась она к Кириллу. – Это ведь ты у нас – идейный вдохновитель. Ты дичь с наездом придумал?

– Ошибаешься, – возразил Кирилл. – Идея полностью принадлежит Даниле.

– А ты согласился? Кир, ты же вроде бы не дурак, как ты мог? У меня слов нет!

– На другую версию не было времени, в нашем распоряжении неделя, да и то если Людмила сумеет ее выторговать у шантажиста, – лишь заметил Кирилл. – А если нет, значит, только три дня.

– Неделя, три дня! – передразнила девушка Кирилла. – Поспешишь – людей насмешишь, – забыл? Что вы и сделали.

– Очень-то не умничай, – прикрикнул на Юльку Кирилл. – Разошлась, деловая! Лучше сопли подотри, а то такой детский сад тебе покажу – мало не покажется.

– Сила есть, ума не надо, – парировала та. – Кир, почему ты на меня обижаешься, разве я не права? Вы же теперь не простые менты, а частные детективы, и не имеете права на ошибки.

– Не ошибается только тот, кто ничего не делает, – раздраженно огрызнулся тот. – Сама что-то можешь придумать? Молчишь? Вот и заткнись, Агата Кристи! И вообще, нечего лезть в наши дела, лучше своими занимайся.

– Сам ты… Делайте, что хотите, хоть в прорубь с головой ныряйте, – процедила Юля сквозь зубы и выскочила из кабинета. – Мне-то что до этого? Я с интересом понаблюдаю, как вы этого шантажиста найдете, и очень громко посмеюсь, Холмс и Ватсон!

– Говорил я тебе, что ничего ей не нужно рассказывать? – буркнул Кирилл Даниле.

– Если бы мы даже ничего не сказали, она все равно узнала бы, – отмахнулся Данила.

– Откуда?

– От верблюда. Она же наши отчеты печатает, документацию ведет, да и подслушивает все время, – беззлобно усмехнулся он. – От нее ничего не скроешь. И вообще, Кир, зря ты с ней так. Если смотреть правде в глаза, то Юлька совершенно права… наша версия с аварией была притянута за уши, и мы с тобой действительно идиоты.

– Согласен, но это не дает ей права так нагло себя вести!

– Ты не многим лучше держался, – заметил Данила. – Нашел с кем спорить – с Катастрофой!

– Ничего, ей небольшая встряска не помешает. Ты же прекрасно знаешь… если либеральничать и уступать ей, Юлька моментально нам на шею сядет и ножки свесит. А насчет версии – это же ты ее предложил, – огрызнулся Кирилл.

– А я и не отказываюсь… дурак я, – кивнул Данила. – Просто времени не осталось – придумать что-то другое. А в результате мы здорово засветились. Что теперь станем делать?

– У нас одна дорога – к Соломатину. Он мужик солидный, думаю, поможет. В конце концов, он тоже заинтересованное лицо. Если эти фотографии появятся в Интернете… Думаю, такая огласка ему совсем ни к чему, он человек семейный, положение занимает достаточно высокое. Если не удастся с ним поговорить, поедем ко второму клиенту «Эскорта», который с нашей Людмилой в постели кувыркался… к господину Киселеву, хотя очень надеюсь, что это не потребуется. Он мне совсем не понравился, если исходить из сведений, которые Парамонов о нем переслал, – задумчиво проговорил Кирилл. – Если Киселев в самом деле является… надеюсь, одним Соломатиным обойдемся. Что скажешь?

– А что я могу сказать? – пожал плечами Данила. – Вперед, к Соломатину, если ничего другого не остается. Не бросать же следствие, раз уж взялись. Черт, я уже всю голову сломал – кто же такой шустрый снимки эти смог сделать? Ты же видел их, по качеству и ракурсам сразу видно… работал профессионал.

– Да, простой любитель так никогда не снимет, если только случайно. Ты прав, – согласился Кирилл.

– И главное, что меня в тупик ставит… все явно было спланировано заранее. Получается, он специально следил за Людмилой? Но почему? Зачем? Ведь в то время она еще не была женой олигарха. И почему шантажист ждал так долго – целых три года?

– А может, он тогда не за ней следил, а за денежными мешками, с которыми она путалась? – выдвинул новую версию Кирилл. – Я не удивлюсь, если шантажист уже получил свою порцию бабок и с Киселева, и с Соломатина еще три года назад. А теперь он решил и на Людмиле нажиться.

– Слушай, а и правда! – оживился Данила. – Я даже не подумал… Хотя… Нет, Кир, мне кажется, эта версия отпадает.

– Почему?

– Киселев и Соломатин – люди очень не простые, они бы шантажиста легко вычислили. А уж что бы сделали с ним, сам можешь представить. Ноги бы ему выдернули, и он бы не всплыл больше.

– Ты так думаешь?

– Предполагаю, – кивнул Данила. – И если я рассуждаю верно, то почему же шантажист ждал целых три года? Ведь он мог возникнуть сразу же, как только она вышла замуж за олигарха.

– А может, Людмила обманула нас и эти снимки были сделаны, когда она уже была замужем? – задумался Кирилл. – Как нарочно, на фотографиях нет даты.

– Зачем ей врать? Мы же не полиция нравов, а сыщики. Ее сюда насильно никто не тащил, сама пришла и все рассказала, – не согласился с братом Данила. – Нет, здесь что-то совсем другое Но что именно? Голова уже опухла, я почти не спал, думал…

– Ладно, нам некогда, поехали к Соломатину, – заторопился Кирилл. – И так полдня даром потеряли.

– Поехали, – нехотя согласился Данила. – Пистолет брать?

– Зачем? Впрочем, ладно, я тоже свой возьму, не хватало еще, чтобы оружие в офисе оставалось.

– Юль, возможно, мы не вернемся, смотри за порядком, – проговорил Данила, когда они с Кириллом проходили через приемную к двери.

– Угу, – буркнула та, не поднимая головы от бумаг. – Скатертью дорога, смотрите, не споткнитесь, – прошептала она себе под нос. – Могли бы, между прочим, сказать, куда вы на этот раз направляетесь! – не сдержав любопытства, крикнула Юля вслед сыщикам.

– По делам, – ответил Данила. – А что?

– Утром вы тоже кое-куда направлялись, однако обломались ваши дела, – ехидно прищурившись, напомнила девушка. – А если бы сказали мне, куда вы едете и зачем, глядишь, все прошло бы как надо!

– Обойдемся без сопливых, – ответил за брата Кирилл, все еще злясь на Юльку.

– Это кто здесь сопливый?!

– Идем, у нас нет времени на выяснение отношений, – поторопил Данила, не обращая внимания на покрасневшую от злости девушку.

– Работой займись, хорошо помогает остыть! – бросил Кирилл на прощание.

Братья сели в машину и уехали, а Юлька ринулась в их кабинет, подошла к окну, где стояли горшки с цветами, и, злорадно улыбаясь, извлекла из укромного места диктофон.

– Вам еще у меня учиться, учиться и учиться, сыщики, как заповедовал дедушка Ленин! – хихикнула девушка.

Она включила диктофон и прослушала фрагмент, где речь шла о Соломатине и Киселеве.

– Ага, понятно, по каким делам вы направились! Что и требовалось доказать. Похоже, на сей раз вы поступаете правильно, с моей стороны нареканий и возражений пока что нет. Но только пока! Что, интересно, имел в виду Кирилл, говоря о Киселеве? – задумалась она. – Как я поняла, он получил информацию от Парамонова, но какую?

Виктор Парамонов был капитаном милиции и другом братьев. До того, как открыть свое детективное агентство, Чугункины служили вместе с ним в одном управлении, в убойном отделе. Поэтому, когда в процессе следствия им требовались сведения закрытого характера, они обращались к Парамонову, помогавшему братьям по мере возможностей.

– Может, просто позвонить Витьке? – задумалась Юлька. – Нет, отпадает, он меня заложит близнецам со всеми потрохами и даже не испытает угрызений совести. Мужики всегда заодно. У них, видите ли, мужская солидарность! Ничего, если очень понадобится, умру, но узнаю. В конце концов, соглашусь на временное перемирие с Рогачевым. У него возможности почти неограниченные, как-никак, майор ФСБ! Соглашусь провести вдвоем с ним романтический вечер… А что такого? Ради добычи информации Мата Хари и не такое делала. А чем я хуже?

* * *

– Привет, Юля, проходи, – пригласила Вера, открыв дверь. – Я так рада тебя видеть! Раздевайся, давай я куртку твою повешу в шкаф, – засуетилась она. – Бери мягкие тапочки. Пойдем в кухню, я ужин приготовила. Специально не стала есть, когда с работы пришла, решила тебя дождаться. За компанию веселей, правда?

– Это точно! Особенно если учесть, что я уже в сто двадцатый раз даю себе клятву, что больше не буду чревоугодничать после шести, – усмехнулась Юля. – Но голод далеко не тетка… не могу заснуть, если желудок пуст, хоть застрелись.

– У меня та же проблема, – кивнула Вера. – На работе, как всегда, некогда, чаем с бутербродами обхожусь, а домой прихожу и понимаю, что я голодная как волк. Что остается делать? Лопать!

– Тебя, как вижу, это не портит, – заметила Юля, окинув взглядом хрупкую фигурку Верочки. – Значит, все на пользу.

– Ага, или не в коня корм! Тебе тоже, кстати, грех жаловаться на свою фигуру.

– Потому что я ношусь по городу, как мустанг по прериям, то с рекламой, то по другим делам. Чугункины, как дети малые, ничего без меня не могут, – махнула Юлька рукой. – На пенсию уйду и начну жирок нагуливать – в кресле-качалке.

– До этого еще далеко, пошли в кухню, угощу своей стряпней, – улыбнулась Вера.

Девушки уселись за стол и с аппетитом принялись за ужин.

– М-м-м, как вкусно, – причмокнула Юля, за обе щеки уплетая тушеное мясо с овощами. – Ты действительно все приготовила сама?

– Конечно, – кивнула Вера. – Родители-то в отпуске. Кто же еще будет кухарить, кроме меня?

– Ну, мало ли? Может, ты это в ресторане заказала? – засмеялась Юля. – Шучу, в ресторане так вкусно не готовят. Молодец! Мне так никогда не научиться. Я даже обыкновенную яичницу ухитряюсь угробить и сделать несъедобной. Из меня хозяйка, как из Абрамовича – бомж.

– Если хочешь, могу тебя научить, – предложила Вера.

– Не-а, – отмахнулась Юля. – Мама уже много раз пыталась, а потом поняла, что это невозможно – ни практически, ни теоретически. Говорит, что у меня руки не из того места растут, а портить продукты она больше не намерена. Поэтому мамуля оставила меня в покое.

– А я очень люблю готовить, особенно что-нибудь печь – торты, кулебяки, пироги, печенье, – призналась Вера. – Новые рецепты записываю, а потом обязательно пробую приготовить. Иногда что-нибудь свое придумываю, говорят, неплохо получается.

– Тебе нужно было в кулинарном техникуме учиться, а ты на филологический поперлась. Смотри, какой талант пропадает, – показала Юля на свою пустую тарелку. – Я готова язык проглотить, так вкусно! А вообще-то тебе замуж пора, все мужики любят вкусно поесть… Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Верочка, нечего такому таланту зря пропадать.

– Я бы и пошла, только не берет никто, – вздохнула та. – С моей невыразительной внешностью…

– Глупости, – нахмурилась Юля. – Не родись красивой, а родись счастливой, и этим все сказано. Ты очень хороший человек, не может быть, чтобы этого не заметили. Твое счастье еще впереди, вот увидишь.

– Твоими бы устами да мед пить, Юленька. Видно, где-то заплутало счастье мое.

– Еще не вечер, оно обязательно найдется.

– Юль, ты очень добрая, и я тебе благодарна, только не нужно меня успокаивать, – тихо проговорила девушка. – Я ведь каждый день смотрю на себя в зеркало и прекрасно понимаю, что шансов у меня… никаких. Имей я деньги, сразу бы пошла к пластическому хирургу. А так? Такое уж оно, мое счастье.

– Красота – это не всегда счастье, взять хотя бы твою подругу, Людмилу. Проблемы у нее, даже к детективам пришлось за помощью обратиться. А не будь она такой красоткой, ее бы не взяли в фирму «Эскорт». Тогда бы Людмила не влипла в эту историю. Как ни крути – все в жизни взаимосвязано.

– Может, и так, – нехотя согласилась Вера. – Только она бы и за Игоря тогда замуж не вышла. Он ведь олигарх, богатый, очень влиятельный человек.

– Насколько я поняла из ее рассказа, Людмила его не красотой взяла, а совсем другими качествами, – с легкой иронией заметила Юля. – Или я что-то, как всегда, пропустила?

– Да вроде бы все правильно, – пожала Вера плечами. – Только все равно, красота – это…

– Страшная сила, – Юля закончила фразу.

– Это точно. Мужчины любят глазами, с этим не поспоришь.

– Знаешь, у меня очень много знакомых девушек, достаточно интересных, самостоятельных, обеспеченных, без вредных привычек и жилищных проблем, но… одиноких, – заметила Юлька. – И есть совсем ничего из себя не представляющие, без слез не взглянешь, а поди ж ты – и замужем, и деток нарожали, и все у них в полном порядке. А посему делаем вывод… что кому на роду написано, то и случится. Нечего нос вешать раньше времени, мысли материальны.

– Наверное, ты права, – кивнула Вера. – Интересно, что у меня на роду написано? Будет ли у меня своя семья? Я очень детей люблю, если бы вышла замуж, нарожала бы не меньше трех, – застенчиво улыбнулась она. – А тебе замуж не хочется?

– Мне?! – округлила Юля глаза. – Я похожа на сумасшедшую? И потом, кто осмелится на такой рискованный шаг?

– Смехова, ты неисправима! – захохотала Вера. – Действительно, нужно быть дерзким ковбоем, чтобы усмирить такую дикую лошадку, как ты. Как вспомню ребят с нашего курса – как ты их быстренько всех на место поставила в первый же месяц занятий, – меня смех душит. Слушай, Юль, а может, у тебя ориентация… не та? – вполне серьезно предположила она. – Почему ты мужчин так не любишь?

– Совсем свихнулась? – покрутила та пальцем у виска. – Почему же это я мужчин не люблю? Нет, ты права, я никого не люблю конкретно – так, чтобы ночами не спать и плакать в подушку. Но у меня есть парень, я с ним встречаюсь периодически. Правда, мы недавно поссорились. А вот так… как в омут с головой, скучать, хотеть, чтобы он всегда был рядом – такого я еще не встретила. И вряд ли это когда-нибудь произойдет. У меня завышенные требования к своей половинке, если она вдруг найдется.

– Юль, а в какого мужчину ты могла бы по-настоящему влюбиться? – с интересом спросила Вера.

– В какого? – задумалась та. – Так… Он должен быть… Высоким, спортивным, голубоглазым… обязательно – брюнет, звать его должны Ильей, – начала перечислять она.

– Постой, почему Ильей-то? – удивившись, перебила ее Вера.

– Имя суженого мне цыганка предсказала, еще в детстве, – серьезно ответила Юля. – И оно мне очень нравится.

– А-а, ясно, – кивнула Вера. – Ну, а еще что?

– Он должен уметь играть на гитаре, гонять на мотоцикле. Умным, естественно, должен быть, образованным, чтобы с ним было о чем говорить, должен знать языки, желательно – японский…

– Японский? – округлила глаза Вера. – Почему именно его?

– Потому что мне практика нужна, я же японский знаю в совершенстве, а поболтать не с кем, – объяснила Юлька. – Зря я, что ли, столько лет над иероглифами пыхтела? Не хочется забывать. Иногда, правда, переводами занимаюсь, но это так – чтобы на карманные расходы заработать. В любом языке главное – практическая речь, чем больше говоришь, тем лучше усваиваешь. А с кем я могу свободно поболтать? Если только в японское посольство в гости пойти? Да, на чем я остановилась? – вернулась она к теме о своем идеальном мужчине.

– Голубоглазый брюнет по имени Илья, гитарист, рокер, интеллектуал, полиглот, – шутливо перечислила Вера.

– Ага, точный портрет, – хихикнула Юлька. – И самое главное… по гороскопу этот Илья должен быть Близнецом, – добавила она.

– Почему?

– Потому что этот знак мне идеально подходит.

– Да-а, запросы у тебя! – засмеялась Вера. – И как ты думаешь, существует такой человек?

– Сомневаюсь. А если и существует, то обязательно где-нибудь на другом конце планеты, в Австралии или еще дальше.

– Почему? – в сотый раз спросила Вера.

– Я же его просто придумала, нарисовала в своем воображении. Таких совпадений быть не может – потому что их не может быть никогда. Кстати, расскажи-ка поподробнее об этом шантажисте, – переключилась Юлька на интересующую ее тему. – А то заболтались о своем, о девичьем, а на часах уже… ого, половина десятого, – округлила она глаза. – Давай, рассказывай. Когда все началось?

– Сейчас, только чаю налью и расскажу, – согласилась Вера и засуетилась. Она убрала все лишнее и выставила сласти.

– Ох, это уже извращение, – хмыкнула Юля, глядя на аппетитные пирожные и вазу, доверху наполненную шоколадными конфетами. – Хочешь, чтобы я до своей машины не доползла, а умерла прямо за столом – от обжорства?

– Но это же десерт, – возразила Верочка. – Как же без сладкого чай пить?

– Ладно, пусть мне будет хуже, – и Юлька принялась с вожделением перебирать конфеты в вазе.

– Началось все около полугода тому назад, – начала рассказывать Вера. – Люда приехала ко мне бледная, словно покойник, тряслась и плакала. Помню, я очень испугалась, подумала, что она серьезно заболела. Засуетилась вокруг нее, не знала, что делать, а она все плачет и плачет. Потом я ей валерьянки накапала, аж пятьдесят капель, она выпила и через некоторое время начала успокаиваться. Я спрашиваю – в чем дело, она мне и рассказала. Говорит – сегодня мне позвонил какой-то негодяй и сказал, чтобы я заглянула в свою электронную почту… посмотрела и чуть в обморок не упала. Я спросила – что там было?.. – И Вера воспроизвела свою беседу с подругой.

– Фотографии, настолько откровенные, что у меня слов нет! – заплакала Люда.

– Что за фотографии?

– Как я в постели со своими клиентами, Соломатиным и Киселевым, занимаюсь… сама знаешь чем. Не сразу с обоими, конечно, – отметила она. – Этот ублюдок чуть позже перезвонил и поставил мне условия… «Если не хочешь, чтобы эти фотографии попали в Интернет, заплатишь мне десять тысяч зеленых. Думаю, твоему мужу эти снимки очень понравятся, и особенно – ты!» Вера, ты представляешь, что будет, если эту гадость действительно увидит Игорь? Когда я об этом думаю, мне жить не хочется!

– И что ты собираешься делать?

– А что мне остается делать? Платить, конечно, – сказала Людмила. – У меня нет другого выхода. Деньги имеются, пусть подавится и оставит меня в покое…

Я ее уговаривала не делать этого… стоит заплатить один раз – и все, это будет повторяться вновь и вновь. «Он никогда не оставит тебя в покое, вот увидишь», – говорила я ей.

– А что прикажешь делать?! – закричала Люда. – Не в милицию же идти? Ты сама прекрасно представляешь, что будет, если вдруг Игорь все узнает… про меня. Я даже думать об этом не хочу!..

– Сколько я ее ни уговаривала, Люда не слушала. Она все-таки заплатила. Два месяца все было тихо, и Люда уже начала постепенно успокаиваться, но потом все повторилось. Только во второй раз шантажист попросил уже пятнадцать тысяч. Все произошло так, как я говорила, – недаром я детективы запоем читаю. Люда поплакала, понервничала и, не придумав ничего лучше, заплатила вторично, а потом и еще раз – опять пятнадцать тысяч.

– Вот наглец! – возмутилась Юля. – И аппетит у него нехилый… не штуку или полторы, а сразу десять, потом пятнадцать… Чтоб он подавился, крокодил!

– Действительно, крокодил, правильно говоришь, – согласилась Вера. – А теперь он вообще с ума сошел… просит уже сто тысяч, и Люда в жуткой панике. Где ей взять такие деньги, не у Игоря же просить? Я не знала, как ей помочь, у меня сроду таких денег не было, вот и вспомнила о братьях Чугункиных. Мы с Людой серьезно поговорили, и она решила, что я совершенно права… нужно как-то остановить вымогателя, иначе ничем хорошим это не кончится. Вот и все, – закончила Верочка. – Вся надежда теперь на твоих детективов.

– А как Людмила передавала деньги этому человеку? – спросила Юля. – Она с ним встречалась или еще как-то?

– Нет, она вообще ни разу не видела его, – ответила Вера. – Мы уже всю голову сломали – кто он? Люда утверждает, что это человек, хорошо ее знающий, но кто именно – она понятия не имеет. На адрес ее электронной почты он пересылал номер банковского счета, на который она должна была перечислять деньги.

– И вы даже не пытались узнать, на чье имя этот счет был открыт? – возбужденно спросила Юлька. – Это же как дважды два, если постараться, конечно.

– Нет, Люда ничего не собиралась делать, она была до смерти напугана, – ответила Вера. – Разве ей до этого было? Лишь бы разделаться побыстрее. Она очень боялась, что этот гад позвонит ей, когда рядом окажется Игорь, поэтому теперь и выключает телефон. Один раз так и произошло… шантажист позвонил ей среди ночи. Она чуть не умерла от ужаса. Хорошо, что все обошлось… Игорь крепко спал и ничего не слышал. С тех пор она выключает трубку, если едет с Игорем куда-нибудь или они вместе дома. В общем, не жизнь, а сплошные нервы, она даже похудела на этой почве. Мне ее так жалко, ты не представляешь!.. А счета? Естественно, они каждый раз были разными. Этот ублюдок – далеко не дурак, видимо, он очень хорошо подкован в подобных тонкостях. И потом, как бы мы смогли узнать, на чье имя они были открыты? Кто бы нам сказал, мы же не милиция, чтобы нам информацию такого рода предоставили. Ты же понимаешь, что все конфиденциально, банки строго следят за сохранением тайны вкладов, от этого зависит их репутация. Все далеко не просто… Такие дела, Юленька.

– Не так страшен черт, как его малюют, – отмахнулась та. – Не переживай, у нас возможностей поболее. Мы его быстренько прижмем! Когда он перешлет номер очередного счета, Чугункины как раз и подоспеют… Слушай, а зачем они тогда все остальное делают? – Вдруг озаботилась она. – Они не спросили у Людмилы, как она отдавала деньги в прошлых случаях?

– Я не знаю, – растерялась Вера. – Ведь я так с Людой пока что и не поговорила. Наверняка они поинтересовались, и она все рассказала.

– Как же я могла пропустить этот факт? – недоумевала Юля. – Мне кажется, что я присутствовала при всем разговоре… в относительном смысле слова. Точно… наверное, они говорили об этом, когда я из-за телефонного звонка отвлеклась. Или они вообще на эту тему не говорили? Неужели забыли? Быть такого не может!

Юля торопливо вытащила мобильник и набрала номер Данилы.

– Черт, недоступен, – выругалась она и набрала номер Кирилла. – Что же это такое? – с недоумением посмотрела девушка на свою трубку, вновь услышав автоответчик. – В подземелье они, что ли, спустились – оба телефона недоступны? Вроде бы на машине отправились… Ладно, потом еще раз попытаюсь.

«А впрочем, я сама подумаю над этим вопросом. Может, хорошо, что я им не дозвонилась. Если они действительно пропустили столь важный факт, ох и утру же я им носы! – подумала Юлька. – Преподам еще один урок… следствие вести – это не блины со сметаной лопать!»

– Вера, расскажи-ка мне… что вообще за человек твоя Людмила? – обратилась она к девушке. – Ты с ней давно дружишь?

– Да, с пятнадцати лет, – ответила Вера.

– Выходит, уже почти десять лет.

– Точно.

– А где ты с ней познакомилась?

– На дискотеке.

– А дальше? – нетерпеливо спросила Юля. – Познакомились на дискотеке и сразу лучшими подругами стали?

– Да, как ни странно, – кивнула Верочка. – Оказалось, что мы почти рядом живем. Обменялись телефонами, стали перезваниваться. Встречались в одной компании, очень часто. Друг к другу на дни рождения ходили – в общем, как обычно и бывает. Остальные общие знакомые как-то незаметно отпадали по одному, по двое, а мы с Людой до сих пор дружим.

– Странно, – пробормотала Юля.

– Ничего особенного, – возразила Вера. – Ты не смотри, что Люда такая красавица и кажется недоступной и даже надменной. На самом деле она очень ранимый и одинокий человек. Только выйдя замуж за Игоря, она начала понемногу оттаивать.

– От чего именно? С ней что-то было не так? – насторожилась Юля.

– Черт, что это я болтаю? – спохватилась Верочка. – Не язык, а помело! Прости, Юля, это не моя тайна, и я не могу о ней говорить. Это не имеет отношения к делу и не представляет никакой ценности для расследования.

– Как сказать, – возразила Катастрофа. – Мы не можем знать заранее, что для следствия важно, а что – нет. Но если ты не хочешь рассказывать, настаивать не буду.

– Не «не хочу», а не могу, – отметила Вера. – Согласись, что это не одно и то же.

– Даже по секрету? – с надеждой спросила Юлька. – Если я дам тебе страшную клятву?

– Нет.

– Ладно, проехали, – Юля махнула рукой. – На нет и суда нет. Так, значит, ты говоришь, что Людмила – хороший человек?

– Да, очень. Даже несмотря на то, что такая красавица, а теперь еще и богатой стала. Она ведет себя со мной по-прежнему, как с равной. Часто приезжает, всегда что-нибудь привозит…

– А ты у нее дома бываешь? – поинтересовалась Юля. – Она тебя приглашает?

– Раньше я часто у нее бывала, но когда она в особняк к мужу переехала… Она меня все время зовет, только я сама не хочу туда ездить. Один раз была и больше не собираюсь.

– Почему? – Юля навострила ушки.

– У Игоря – не дом, а дворец! – воскликнула Вера. – И мне, если честно, в нем было как-то… неуютно. Хоть Люда была приветлива, гостеприимна, но – все равно. Я сразу почувствовала, что ей неудобно за меня.

– В каком смысле? – не поняла Юля. – Перед кем неудобно? Перед мужем?

– Нет, Игоря в тот раз дома не было, мы с Людой были одни, не считая прислуги. Перед прислугой ей и было неудобно. Она позвала горничную или еще кого-то, не помню, и попросила подать нам кофе и сласти. Девица посмотрела на мою юбку и свитер такими глазами, что я готова была провалиться сквозь паркет! Хоть вещи были совсем новыми, я почувствовала себя оборванкой из подворотни, покупала я шмотки на дешевом вьетнамском рынке. Люда прекрасно видела наш обмен «любезностями» с прислугой, но ничего девушке не сказала, промолчала. Лишь глаза опустила, сделав вид, что ничего не заметила, и все. Мне так стало неприятно, ты даже не представляешь!

– А что она должна была сказать? Или сделать?

– Ну, не знаю, – пожала Вера плечами. – Как-то успокоить меня, подбодрить, что ли. А она… она даже не попыталась остановить меня, когда я спешно стала собираться домой, так и не попив кофе. С тех пор мы встречаемся либо на моей территории, либо на нейтральной. Она потом, правда, попросила у меня прощения за тот случай. Не могу я на нее долго сердиться, поэтому простила. Я все понимаю… Люда вращается в совершенно другой среде, у нее иной социальный статус, и вообще…

– А при чем здесь социальный статус? – искренне возмутилась Юля. – Разве настоящих друзей этот факт должен касаться? Это что же получается… если я вдруг выйду замуж за какого-нибудь принца Датского, – Чугункиных по боку? Бред какой-то! Если ты настоящий друг, то останешься им независимо ни от чего, и уж тем более – ни от кого.

– Люда мне то же говорит, и сама она… Как же правильно сказать? Она бы и рада плюнуть на мнение других, только не может, потому что полностью зависит от своего мужа и от людей, его окружающих. Юль, может, мы с тобой закруглимся с этой темой? – неожиданно спросила Верочка, умоляюще посмотрев на гостью. – Мне она не очень приятна. Лучше продолжим прежний наш разговор. Я люблю свою подругу несмотря ни на что и вопреки всему, как бы смешно это ни выглядело.

– А кто смеется? – удивилась Юля. – У меня и мысли подобной не возникло.

– Вот и отлично, – кивнула Вера. – Не обращай внимания, это я так, к слову. Итак, вернемся к нашим помидорам? Мне бы очень хотелось, чтобы твои друзья помогли Людмиле. Кстати, они уже начали действовать? Что-нибудь узнали о шантажисте? Кто это может быть, как ты думаешь?

– Шустрая ты, Вера, как электровеник, – хмыкнула Юлька. – Ты случайно не забыла, что Людмила только сегодня к нам в агентство пришла? Супер-пупер детективы, которые, разбросав преступников по углам одной левой и перестреляв целую банду человек из тридцати из пистолета, заряженного лишь шестью патронами, моментально раскрывают преступление в течение одного дня или нескольких часов, – такие типы существуют только в кино или в книгах. Не все так просто, как бывает на экране, моя дорогая. Все намного сложнее и гораздо опаснее. Чугункины только-только начали работать, а первый день – это вообще лишь разведка.

– А с чего в принципе начинают сыщики? – с неподдельным любопытством спросила Вера. – Ужасно интересно, как они работают! Я страшно люблю детективные романы, это так захватывает! Ты права, почти во всех книгах все заканчивается хеппи-эндом, а чтобы в жизни… впервые сталкиваюсь, но тоже очень надеюсь на счастливый финал. С чего же обычно приступают к следствию?

– С чего? – хитро улыбнулась Юлька. – А с самого начала. Составляют подробный план своих действий, исходя из сведений, которые им предоставляет клиент, а потом… Хватаются за кончик ниточки и тянут за него – потихоньку, осторожно, чтобы никого не спугнуть. В результате, иногда, правда, медленно, но зато верно, этот кончик и приводит к разгадке.

– Всегда? – спросила Вера, глядя на Юльку горящими глазами. – Вот здорово!

– Согласна, только если я скажу, что этот кончик приводит к разгадке всегда – совру, однозначно, – откровенно призналась Юлька. – К сожалению, это не так. Очень многое зависит от того, какими сведениями располагает детектив, от случайностей, часто – от мелочей, и, конечно же, от удачи. А удача – слишком капризная дама, она не всегда соглашается сопутствовать сыщикам. Так-то! Но не расстраивайся… с делом твоей подруги, надеюсь, мы справимся.

– Я тоже надеюсь. Мне больно на Люду смотреть, она так переживает…

– Ну, еще бы, – согласилась Юля. – Я бы на ее месте тоже нервничала, ведь на карту поставлено очень многое. Я прекрасно понимаю твою подругу. За все в этой жизни приходится платить, как ни крути. Будь она в свое время поосторожнее, не делай она опрометчивых поступков… Впрочем, не мне ее судить. В конце концов, никто не застрахован от ошибок. Еще неизвестно, что я натворила бы, окажись на ее месте.

– Да, судить кого-то вообще сложно, потому что сама жизнь – штука непростая, – согласилась Вера. – Главное – помочь Люде, а не осуждать ее. Прежнего не вернуть, ничего не исправить…

– Будем стараться. Не волнуйся, мне кажется, что это дело не такое уж трудное.

– Ты правда так думаешь?

– Да, потому что очень хочу, чтобы братья помогли твоей Людмиле. Ой, мама дорогая, заболтались мы! – ахнула Юлька, взглянув на свои часики. – Так, Верочка, я мчусь домой, уже почти одиннадцать, – заторопилась она. – Завтра пошарю кое-где, постараюсь все узнать об этих счетах и сразу же позвоню.

– Обязательно! Я так волнуюсь… – попросила Вера, умоляюще посмотрев на девушку.

– Сказала, значит, выполню, – пообещала Юля. – Все, побежала, спасибо, все было очень вкусно. Я чуть язык не проглотила, ты – молодец. Как только мы поможем твоей подруге и разделаемся с этим шантажистом, я сразу же вплотную займусь твоим личным фронтом. Безобразие, что твой талант зря пропадает. Срочно найдем тебе супруга! Разве справедливо – лишать какого-нибудь мужика столь сладкой и сытной жизни? Короче, с меня – муж!

– Балаболка ты, Смехова! – захохотала Верочка.

– Поживем – увидим, Смехова никогда слов на ветер не бросает.

– Хорошо, тогда и ловлю на слове, – погрозила Юльке пальчиком Вера. – С тебя – муж.

– Заметано. Ой, чуть не забыла, – спохватилась Катастрофа. – Дай мне адрес электронной почты Людмилы, не хочу у Чугункиных узнавать.

– А зачем тебе?

– Две головы – хорошо, а три – намного лучше. Может, и я на что-то сгожусь?

– Ты что, тоже – детектив? – округлила глаза Вера.

– А то, – хмыкнула девушка. – Еще какой! В следующий раз приеду к тебе в гости и обязательно расскажу, как я целую мафию прижучила… Правда, ФСБ немного помогло, – призналась она. – Но так, между прочим.

– Как всегда, заливаешь? Ладно, вот адрес почты.

Юля торопливо его записала, натянула куртку, сапоги, послала хозяйке воздушный поцелуй и поспешно скрылась за дверью.

Глава 4

– Данила, – еле-еле прохрипела Юля в трубку. – У меня, кажется, ангина, я сегодня на работу не иду.

– Ты с ума сошла – болеть в такое время? – возмутился тот. – А кто же в офисе останется? У нас с Кириллом дел по горло, вагон и десять маленьких тележек в придачу. Вчера день прошел почти впустую, нужно наверстывать. Нет, так не пойдет!

– Что значит – не пойдет? Я должна полумертвой идти на работу? Ну ты даешь, Чугункин, никакого сострадания к больной женщине, – возмутилась Юля.

– Ты не женщина, ты секретарша, – брякнул тот и тут же за это поплатился.

– Ах, вот как?! – взвилась Юля. – Вы меня, оказывается, и женщиной не считаете? Только как рабочую лошадь воспринимаете?

– Юль, погоди…

– В таком случае ищите себе другую секретаршу, а я плевать на все хотела! – не слушая слов Данилы, надрывалась Катастрофа. – Мне нужно лечиться и в постели лежать, а не у телефона сидеть! Или я обязана загнуться в вашем офисе? Не дождетесь, чурбаны бесчувственные!

– Юль, Юля, Юлечка, прости, я не подумал, что говорю, честное слово, – торопливо начал оправдываться Данила. – Просто ты так неожиданно ошарашила меня своей болезнью, что я растерялся.

– И зря! Включите в офисе автоответчик, ничего не случится за пару дней, а мне нужно отлежаться, – чуть спокойнее проворчала та. – У меня температура знаешь какая? На градуснике шкалы не хватает. Знобит, тошнит, голова кружится и ноги подкашиваются… кхе-кхе-кхе! Слыхал? И так – без перерыва на обед и перекур, кхе-кхе.

– Ты серьезно? – озабоченно спросил Данила. – Может, лекарства какие-нибудь нужны? Я быстренько в аптеку смотаюсь. Ты же знаешь, мы с Кириллом ради тебя все что угодно сделаем, только скажи!

– Ишь как заговорил, прямо мармелад в шоколаде! Нет, ничего не нужно. Аптечка домашняя имеется, мама столько всякой всячины припасла, что эпидемию чумы запросто можно пережить.

– Слушай, а как же ты одна-то будешь, ведь твои предки только послезавтра прилетают? – снова забеспокоился Данила. – Мы с Кириллом к тебе зайдем…

– Нет, ни в коем случае! – поспешно выкрикнула Юлька и тут же надрывно закашлялась. – Ангина очень заразна, не хватало еще и вам свалиться, тогда пиши – пропало. Мне одной даже лучше, а если что, я вашей маме позвоню. Вы сегодня, кстати, куда направляетесь? – поспешила она сменить тему.

– Снова по делам, – уклончиво ответил Данила. – Ладно, выздоравливай тогда, а нам уже пора. Перезвоню в течение дня.

– Хорошо, только не на домашний, а на мобильный, чтобы мне лишний раз с постели не вскакивать. Трубку я под бочок положу.

– О'кей, лечись, выздоравливай побыстрее. Пока!

– Всего хорошего, кхе, – простонала Юля и выключила трубку.

Она хитро посмотрела на нее, показала телефону язык.

– У меня сегодня масса дел, мальчики, нужно три адреса проверить. Зря я, что ли, сегодня полночи за компьютером просидела? Как хорошо, что на рынках можно купить диск с любыми сведениями! Очень это помогает нам, сыщикам. Да и сам шантажист здорово подсобил – все три счета он открывал в одном и том же банке, придурок! Вот и посмотрим, братцы-кролики, кто из нас – настоящий детектив, а кто – так, одно название.

Девушка торопливо схватила джинсы и свитер и, натягивая их, заняла пост у окна – отследить, как уедут братья. Как только их машина скрылась за углом, она быстро надела куртку и сапоги, пулей выскочила из квартиры и кубарем слетела с лестницы. Добежав до гаража и сев в свою машину, Юля поехала в сторону, противоположную той, куда направились Чугункины.

«Нужно все проделать быстро, чтобы близнецы ни о чем не догадались, – думала Юлька, выруливая на проезжую часть дороги. – Поеду в Останкино, по первому адресу. Может, там все и узнаю, тогда не придется ехать в другие места. Это было бы просто замечательно! И как ребята могли такой важный факт пропустить, ума не приложу… На Чугункиных это не похоже, вроде не дураки, должны были проверить счета в первую очередь. А может, я ошибаюсь? Хорошо, если так, иначе я очень в вас разочаруюсь, господа Чугункины».

Юля подъехала к девятиэтажному дому и, уточнив адрес, убедилась, что все верно.

– Если так и дальше пойдет, я очень быстро справлюсь с поставленной задачей, – с удовлетворением констатировала она.

Юля поднялась на пятый этаж и позвонила в дверь. Ей открыли, и девушка увидела на пороге беременную бабу в застиранном халате, с сигаретой «Прима» в руке, с нечесанной лет десять шевелюрой и явно пившую с завидной регулярностью, несмотря на грядущее материнство.

– Кого тебе? – грубо спросила она прокуренным голосом и выпустила клуб вонючего дыма Юльке в лицо.

– Кхе-кхе, – закашлялась та, отмахиваясь руками. – Кга-хгум!

– Не знаю таких, – усмехнулась баба.

– Мне бы Ивана Колотушина увидеть, уважаемая, – выдохнула Юля. – Это возможно?

– Возможно, если на свалке его поищешь, – ответила та.

– В каком смысле?

– Да в самом прямом… на свалке Ванька живет.

– А прописан здесь, – растерянно сказала Юля, показывая ей бумажку с адресом. – Иван Петрович Колотушин тут живет? – погромче переспросила она, надеясь, что баба с похмелья просто не разобрала вопроса.

– Ты чё, глухая? – хмыкнула та. – Прописан Ванька туточки, все правильно, а живет на свалке. Мне самой места мало, у меня семеро по лавкам, да вон, снова рожать скоро. Теперь поняла? – сморщилась она, глядя на Юльку глазами-щелками.

– А почему на свалке? – хлопнула та ресницами.

– Слушай, чёй-то не пойму я ничего, – всплеснула баба руками. – Вчера двое приходили, тоже Ванькой интересовались, сёдня ты приперлась. За каким …лешим он вам понадобился?

– А кто приходил вчера? – встрепенулась Юлька, даже не обратив внимания на хамский вопрос алкоголички. – Два молодых высоких парня, да? Один – здоровый, а второй похудее? Это они, да?

– А чё мне их разглядывать? Высокие… вроде, не помню я. А чё надо от Ваньки-то? – повторила она. – Если он кому денег должен, то это не ко мне, у нас с ним хозяйство раздельное.

В это время в недрах квартиры затрезвонил телефон, и баба, оглянувшись, заторопилась.

– И вообще, некогда мне лясы точить, говори, чего надо, и шевели отсюдова колготками.

– Чем шевелить? – нахмурилась Юлька, уже понемногу выходя из себя и закипая, как чайник. – Ты чё борзеешь? Тебе кто дал право разговаривать таким тоном? Я тебе что, подруга или собутыльница?

– А ты попробуй, запрети! У нас гласность, что хочу, то и говорю, и в подруги к тебе не набиваюсь. Говори, чего надо, не то дверь закрою. Ходят тут разные, только людей от дел отрывают!

«Ну и мымра», – подумала Юля, а вслух произнесла…

– Короче, тебе кем Иван приходится? – перешла она на такой же грубый тон.

– А тебе какое дело?

– Если не скажешь, вернусь с участковым, – зловеще прошипела Юлька. – Кем тебе приходится Иван Петрович Колотушин?

– А чё? Натворил чего Ванька или как?

– В последний раз повторяю! Кем тебе приходится Иван Колотушин? – еле сдерживаясь, повторила Юля. – Или мне все же сходить за участковым?

– Брат, а чё?

– Хрен через плечо – не горячо? – рявкнула Юлька. – Что ж ты брата родного на помойку выкинула? Не стыдно? А ребенка куда денешь, когда родишь? – кивнула она на живот алкоголички. – Тоже в мусорный бак отправишь?

– Ты чё разоралась? – взвилась та. – Мое дите, куда хочу, туда и дену! Ща как двину по носопырке, будешь знать, как орать на беременную, – пошла в атаку баба, устремившись животом вперед, словно тараном.

Юлька отпрыгнула к лифту, но уступать этой пьянице не желала.

– А то и разоралась, имею право! – гаркнула она, стараясь перекричать бабу. – Я адвокат, из суда, пришла посмотреть, в каких условиях живет истец!

– Какой ситец? – хлопнула та глазами.

– Истец, тетеря! Твой брат в суд на тебя подал, квартиру будет делить, чтобы на помойке не жить, вот так, – без тени смущения соврала Юлька и, злорадно наслаждаясь растерянностью алкоголички, величественно повернулась к лифту.

– Эй, ты куда уходишь-то? – крикнула та. – Какой такой суд? Кого делить? Пусть только попробует сунуться, я его мигом сдам, куда надо, будет в своей психушке пожизненно куковать! – надрывалась она. – Он шизофреник, вторая группа инвалидности. Ванька – опасный для общества тип, его место в сумасшедшем доме!

– А тебе – в вытрезвителе! – выкрикнула в ответ Юлька. – Упрячешь его в дурку – тогда с государством судиться придется. Нынче-то, когда оформляют инвалидов пожизненно, сразу на его квадратные метры лапу накладывают. Так что облом тебе выходит, – ехидно усмехнулась она. – Вот так-то! – и Юля шмыгнула в лифт.

Вслед ей полилась неразборчивая пьяная брань.

– Ух, какая неприятная особа, – нахмурилась Катастрофа, заводя машину. – Так и хотелось гадостей ей наговорить, да позаковыристее, а еще лучше – накостылять по первое число! Не будь она беременной, точно бы схлопотала, у меня руки так и чесались. И как только подобным кукушкам с вредными привычками государство рожать разрешает? Не собак бездомных нужно отлавливать, а таких будущих матерей, и сразу на операционный стол – стерилизовать. Что будет с ребенком, которого она родит, кем он вырастет? Ясное дело, бандитом каким-нибудь. Тьфу ты, черт, все настроение испортила, зараза такая! Словно меня в дерьме изваляли. Ладно, вернемся к нашим помидорам, – она постаралась успокоиться. – Итак, Иван Колотушин, выходит, бомж. Похоже, Чугункины здесь уже побывали вчера. Думаю, по двум другим адресам ехать не стоит, кажется, результат будет такой же. Шантажист использует паспорта бомжей, чтобы открыть счет, и, как только получает деньги, тут же его закрывает. Искать ветра в поле – занятие неблагодарное и бессмысленное, – пришла к неутешительному выводу она. – В принципе, если поднапрячься, запросто можно найти кого-нибудь из них. Эта беременная мадам сказала, что ее брат живет на свалке. Эх, какая же я дурочка! Прежде чем ругаться, нужно было сначала спросить, на какой именно свалке. Теперь она ни за что не скажет, если я вернусь… Думай, Смехова, соображай, – она постучала себя пальцем по кончику носа. – О! Наверняка соседи знают, где он обитает, у них и нужно поинтересоваться. Сегодня я этим уже не буду заниматься. На всякий случай проверю второй адрес, может быть, там удастся узнать побольше. Это недалеко, как раз я мимо еду, – решила она и повернула машину в переулок.

Проехав его почти до конца, она сделала еще один поворот и, заглянув в листок, удостоверилась, что ничего не перепутала. Остановившись во дворе сталинского дома, Юля вышла из машины и огляделась.

– Так, второй подъезд, второй этаж, четвертая квартира, – пробормотала она. – Ну, с богом!

Девушка остановилась у добротной двери и подумала: «Не похоже, чтобы здесь алкоголики жили».

Она нажала на кнопку звонка и прислушалась. Через некоторое время дверь открылась, и перед ней предстал молодой симпатичный парень в фирменном спортивном костюме.

– Привет, – улыбнулся он открытой приветливой улыбкой. – Ты ко мне, симпатюля? Проходи, – пригласил он, широко распахнув дверь.

– Мне нужен Константин Васильевич Шилов, – ответила Юля, сделав пару шагов назад. – Я не ошиблась, он здесь проживает?

– Проживал.

– Как это?

– Да очень просто, – пожал парень плечами. – Умер дед, три месяца тому назад.

– Почему? – растерявшись от неожиданной новости, задала Юля глупый вопрос.

– Почему? – почесал молодой человек затылок. – Болел… в больнице и помер. А ты кто? – запоздало спросил он. – Может, в квартиру пройдешь, что на пороге-то разговаривать? – предложил гостеприимный хозяин.

– А в какой больнице он лежал? – спросила Юля, вновь проигнорировав приглашение.

– В шестьдесят седьмой. А в чем дело?

– Какого числа он умер? – упрямо продолжала спрашивать Юля.

– Двадцать второго июля.

– Скажите, а к вам больше никто не приходил, не спрашивал о вашем дедушке?

– Мать говорила, приходили вчера какие-то ребята, двое, – пожал парень плечами. – Только я их не видел, меня дома не было. А в чем дело все же, ты мне не хочешь объяснить?

– Не волнуйтесь, все в порядке, – нервно улыбнулась Юлия. – Просто проверка, я из комитета попечительства. Видимо, ваш адрес случайно в нашу картотеку попал. Там почему-то указано, что ваш дед, Шилов Константин Васильевич, одинокий пенсионер и нуждается в опеке. Теперь я вижу, что произошла ошибка. Извините за беспокойство, всего доброго, – поторопилась распрощаться она.

– Ничего страшного, всякое бывает. А может, все же зайдешь? Я тебя чаем напою, с конфетами.

– Спасибо, только я не ем конфет, сладкое вредно для фигуры, – отказалась Юля. – Всего хорошего, – махнула она рукой на прощание.

– И тебе всего, – пробормотал парень и, пожав плечами, закрыл дверь.

– Итак, каков же вывод? – задумчиво нахмурилась Юля. – Прописан тут был не бомж… обычный дедуля, умерший три месяца тому назад. Выходит, сразу же после того, как сняли деньги и счет закрыли. Но как же это могло произойти, если человек лежал в больнице? Впрочем, что я голову ломаю… наверняка имелась электронная карта, достаточно было знать пин-код. Вот головоломка, – вздохнула она. – Кажется, я ошибалась… этот шантажист – умный чертяка и весьма осторожный, как ни крути. Сложновато будет его вычислить… А прокачусь-ка я до больницы, – решила Юля. – Может быть, мне посчастливится, и я там разживусь какой-нибудь информацией?

Девушка снова села за руль и поехала в шестьдесят седьмую городскую больницу.

– Черт, я же не спросила у парня, в каком отделении лежал его дед, – с досадой сморщилась Юля, остановившись у главного входа. – Меня же спросят на вахте – почему я интересуюсь человеком, умершим три месяца тому назад? Кажется, я делаю что-то не то. А впрочем… – Она торопливо полезла в свою сумочку и облегченно вздохнула… – Слава богу, вот оно! Думаю, с этим удостоверением я не пропаду, – прошептала она, рассматривая корочки, где было обозначено, что Юлия Борисовна Смехова является лейтенантом милиции. Юля решительно направилась к дверям холла.

* * *

– Опять облом, – вздохнул Данила, усаживаясь рядом с братом на скамейку. – Мне это уже порядком надоело. Ходим, как два придурка вокруг да около, а толку никакого. Что будем делать, Кир? Не сидеть же здесь сутки напролет, чтобы застать этого неуловимого Соломатина? Да и времени у нас – раз-два, и обчелся. Невезуха какая-то с самого начала, – стукнул он себя кулаком по колену. – Провалим задание, как пить дать, провалим.

– Не каркай, и так тошно, – прикрикнул на него брат. – Еще не вечер, все будет нормально. Что у нас дальше по плану?

– Не знаю, – огрызнулся Данила. – Я уже сомневаюсь, что от нашего плана есть какая-то польза, все идет не так, как мы задумывали.

– Не хандри, ты же детектив, – хлопнул Кирилл брата по плечу. – У нас работа такая – натыкаться на препятствия и преодолевать их. Какие же мы с тобой сыщики, если при малейшей неудаче сопли будем распускать?

– Да я не распускаю, но настроение у меня, прямо скажем, не фонтан, – вздохнул Данила. – Куда теперь?

– Давай прокатимся на свалку, – предложил Кирилл. – Может, хоть там повезет, и мы этого Колотушина найдем?

– Что, прямо сейчас?

– А чего ждать-то? У нас на это времени нет.

– Я не думаю, что нам стоит в таком виде там светиться, – засомневался Данила, имея в виду их дорогие кожаные куртки. – Не по случаю прикид, обитатели свалки нас сразу раскусят. Подумают, что мы менты, и разбегутся кто куда, вот увидишь.

– А что ты предлагаешь? Ждать, пока все само собой расследуется? – проворчал Кирилл.

– Я не говорю, что мы будем просто сидеть и ждать. Ехать нужно, согласен, но только не в таком виде. Мы не можем просто так взять и заявиться к бомжам, у них свои законы, мы не должны вызвать у них никаких подозрений. Вначале следует принять соответствующий вид.

– В каком смысле – соответствующий?

– Кир, не прикидывайся дурачком! Ты прекрасно понял, о чем я говорю. Одежда должна быть не первой свежести, ботинки без подошвы, пара синяков на физиономии и бутылочка водочки в придачу, естественно.

– Плюс банка килек в томате! Ты смотри-ка, а я думал, что только нашей Катастрофе такие гениальные мысли в голову приходят. Любит она это дело с переодеванием, лицедейство у нее в крови. Ан нет, у нас, оказывается, тоже мыслительный процесс в порядке. Можешь мне не поверить, но я тоже об этом размышлял. Думал, может, нам прикинуться бездомными?

– Если они примут нас за своих, считай, половина дела будет сделана, а если повезет, то и полностью, – продолжил мысль брата Данила. – Ведь каким-то образом шантажист нашел этого Колотушина? Не исключена возможность, что они вообще очень хорошо знакомы. Могут, например, жить рядом.

– На свалке? – усмехнулся Кирилл.

– Ага, именно там, – поддержал шутку брата Данила. – Итак, что же мы с тобой решим?

– Мне кажется, завтра мы вполне сможем исполнить задуманное, перевоплотившись в бомжей. Только, как ни крути, придется Юльку попросить помочь. Если честно, я даже не знаю, с чего начинать, чтобы стать похожим на бездомного, тут требуется женская рука. Да и грима у нас нет, а у Катастрофы косметики килограммов пять найдется.

– Она будет просто счастлива, – согласился Данила. – И обязательно не забудет отметить, что снова мы без нее – никуда.

– Что ж, пусть порадуется, я не против. Слушай, может, все-таки стоит подождать, пока шантажист не перешлет Людмиле на электронную почту номер следующего счета? – задумчиво проговорил он. – В принципе, уже завтра или послезавтра он должен объявиться.

– А что это даст? Ты думаешь, на этот раз он откроет счет по собственному паспорту? – хмыкнул Данила. – Я лично сомневаюсь. Опять это какой-нибудь бомж будет или пенсионер из дома престарелых, который уже на ладан дышит. Ты посмотри, что получается! Один старик умер в больнице, второй в доме престарелых живет, ничего не соображает. Как мог паспорт попасть в руки шантажиста, а потом каким-то невероятным образом снова оказаться в его тумбочке? Чертовщина! Чем дальше в лес, тем больше бурелома.

– Никакой чертовщины, – возразил Кирилл. – Тут и думать нечего… я уверен, что кто-то из родственников старика причастен к этому делу.

– Но ведь в доме престарелых старшая медсестра утверждала, что к старику никто не приходит.

– Почему ты думаешь, что она сказала правду? Может, ей заплатили за молчание.

– Такой вариант не исключен, – согласился Данила. – А мы, к сожалению, уже не милиция, чтобы все перепроверить и заставить ее говорить правду.

– Родственники у старика есть, как нам удалось выяснить, – пробормотал Кирилл. – И мне бы очень хотелось с ними познакомиться. Бросили больного человека и даже не навещают. Я нутром чувствую, что они причастны к этому делу.

– Может, ты и прав, только пока у них неопровержимое алиби. Они в отпуске, а шантажист – здесь, в Москве, ждет, когда Людмила отстегнет ему сто тысяч зеленых, – напомнил Данила.

– Я не говорю, что они имеют отношение ко всем трем случаям, но хотя бы к одному – точно. Пусть и косвенно.

– Нам это ничего не дает, если даже все так. Мы не можем ждать, пока они объявятся. Ты прекрасно слышал, что сказала их соседка. Они уехали за границу, вернутся только через две недели. Имеется ли у нас с тобой такой срок? – прищурился Данила.

– Чего нет, того нет, – нехотя согласился Кирилл.

– Что и следовало доказать. Поэтому нам стоит попробовать разыскать этого Ивана. Он – единственный человек, с которым мы можем поговорить, с остальными уже не получится. Один умер, второй в маразме. И потом… Колотушин, судя по нашим данным, молодой парень, надеюсь, он прекрасно помнит, кто у него брал паспорт, что с ним делал, и все такое прочее.

– Вряд ли он знает, что именно с его паспортом делали, – возразил брату Кирилл. – Небось заплатили литром водки, и все дела. А что еще бомжу для счастья надо?

– Скорее всего, так и было, но по крайней мере у нас появится словесный портрет этого финансового воротилы. Ведь Колотушин типа этого видел, разговаривал с ним, если паспорт свой отдал, значит, должен был запомнить, как он выглядит? Хоть приблизительно поймем, кого ищем, и сможем действовать дальше, – сосредоточенно размышлял Данила. – Сразу же позвоним Людмиле, обрисуем шантажиста, глядишь, она его и вспомнит… Я, как и она, уверен, что это кто-то из ее близкого окружения – к бабке не ходи. Согласен?

– В общем, да. Только, может быть, завтра или послезавтра, когда наш типчик пришлет письмо на электронную почту, появится более реальный вариант?

– Слушай, мы это уже обсудили, – засопел Данила. – Этот вариант ничуть не лучше других, если он вообще прокатит. Кто знает, что шантажист придумает в очередной раз? Ты уверен, что все произойдет точно так же, как прежде? Я – нет. Сто тысяч долларов – достаточно серьезная сумма, не десять и не пятнадцать, больше он рисковать не будет. Мы не можем себе позволить зря терять время, у нас его и так нет. А наше время – наши деньги! Провалим задание, вообще без бабок останемся, мне этого очень не хотелось бы.

– А как же Киселев? – вспомнил Кирилл. – Мы же хотели к нему съездить, если опять Соломатина не найдем.

– Киселев никуда не денется, – отмахнулся Данила. – Ты же сам говорил, что это – самый последний, крайний вариант. Если завтра у нас ничего не получится с помойкой, поедем к нему.

– Со свалкой, – хмуро поправил его Кирилл.

– Какая разница – свалка, помойка? Нечего к словам придираться. Все, поехали домой, поделимся своими планами с Юлькой, попросим, чтобы она помогла нам стать бомжами, – заключил Данила. – Интересная у нас все-таки работа!

– Вот уж она позлорадствует, – вздохнул Кирилл, думая о Юльке. – Вот уж потешит свое самолюбие!

– Я тебя умоляю, Кир! Ну, поехидничает немного, разве нам привыкать? И потом, ты же прекрасно знаешь Катастрофу… у нее язычок, что бритва, а душа – большая и добрая. И я, например, не могу себе даже представить, что в нашей жизни вдруг нет Юльки.

– Я тоже, – признался Кирилл. – И, как всегда, она оказалась права. Что бы мы без нее делали? Что ж, придется попросить у нее прощения. Ты, кстати, ей звонил? Как она с ангиной справляется?

– Ой, совсем забыл, обещал же, – спохватился Данила. – Сейчас позвоню.

Братья так были заняты своими проблемами, что не заметили машину, стоявшую на другой стороне дороги. Вернее, они просто не обратили на нее внимания. Для сыщиков-профессионалов это было непростительной ошибкой. В машине сидели двое молодых парней и пристально наблюдали за Чугункиными. Один из них, прикрываясь, сделал несколько снимков…

Глава 5

Юля поставила машину у ворот, прошла на ресепшен и очень культурно обратилась к дежурной:

– Вы не подскажете, у кого я могу узнать о человеке, лежавшем у вас три месяца тому назад?

– В каком отделении? – лениво поинтересовалась та, даже не взглянув на девушку.

– Не знаю, – пожала Юля плечами. – Но все сведения о нем у меня есть. И адрес, и возраст, имя, фамилия – я все назову. У вас же существует база данных? – кивнула она на компьютер. – Вы не посмотрите?

– База есть, верно, – нехотя согласилась дежурная. – Только почему вы решили, что я для вас буду в нее заглядывать? На каком основании я должна это делать? – монотонно спросила она, растягивая слова, наконец-то бросив безразличный взгляд на визитершу.

«Такое впечатление, что эту мадам пыльным мешком по голове ударили», – подумала Юля, глядя на скучную женщину с постным лицом, и произнесла…

– Ну, наверное, потому, что я – лейтенант милиции, – лучезарно улыбнулась она и раскрыла перед носом дежурной свои корочки, весьма искусно подделанные.

– Так бы и сказали сразу, что вы из милиции, – недовольно проворчала дежурная. – Говорите данные своего больного, сейчас посмотрю.

– Понимаете, дело в том, что он уже не больной, – Юля не знала, как сказать, что Шилов – покойник. – Он уже того…

– Уже здоровый, – закончила женщина ее мысль. – Понятное дело, раз он три месяца тому назад здесь лежал. У нас врачи хорошие, кого хочешь на ноги поставят. Диктуйте данные.

– Шилов Константин Васильевич, – машинально ответила Юля. – Только дело в том, что он… умер три месяца тому назад… двадцать второго июля, – осторожно проговорила она и виновато посмотрела на женщину. – Вы мне поможете? Это очень важно, – добавила девушка.

– Тогда нужно смотреть в разделе умерших, – тяжело вздохнула та. – И зачем это милиции покойник понадобился? Натворил что-то?

– Кто? Покойник? – хлопнула глазами Юлька. – Ну вы даете!

Тут зазвонил ее мобильный телефон.

– Черт возьми, как не вовремя, – проворчала девушка и, бросив дежурной: – Извините, я на минуту, – поторопилась отойти в уголок, чтобы ее не услышали. – Алло, – простонала Юлька, придавая голосу хрипотцу, изображая тяжело больную. – Алло, Дань, я слушаю.

– Юль, как ты? Как себя чувствуешь? – спросил тот. – Температура еще держится?

– Я ее таблетками сбила, – ответила девушка слабым больным голосом. – А горло эвкалиптом полощу. Не беспокойся, все в порядке, мне уже легче, только глотать пока больно… чуть-чуть.

– Тебе что-нибудь привезти? Фрукты или еще что-нибудь? О, лимонов тебе купим, говорят, они здорово при ангине помогают.

– Спасибо, Данечка, вы с Киром настоящие друзья, – прохрипела Юлька. – Что бы я без вас делала? А вы где?

– В центре, домой едем, так что жди группу поддержки, – ответил тот.

– Как – домой?! – подпрыгнула Юлька, моментально забыв, что она должна изображать смертельно больную. – Почему домой? Зачем? Кхе, кхе, – тут же, опомнившись, закашлялась она. – Что-то случилось?

– Да у нас в процессе следствия идейка одна наметилась, а без твоей помощи не удастся ее осуществить, – признался сыщик. – Так что жди, через полчаса приедем, если в пробке не застрянем.

– Данечка, купите мне лимонов, апельсинов, бананов, ананасов, яблок и груш, – выпалила Юлька, лишь бы как-то задержать братьев в дороге. – А еще минеральной воды, боржоми, и еще… я хочу… Черт, чего же я хочу-то? – сморщилась она. – А, вспомнила… у меня порвались колготки!

– Юль, у тебя в самом деле уже нет температуры? – осторожно спросил Данила. – Может, нам все-таки в аптеку заехать и купить жаропонижающее?

– Ага, обязательно, – согласилась та, торопливо направляясь к выходу. – Все, пока, я вас жду, – закруглила она разговор и отключила трубку. – Извините, у меня поменялись планы, я к вам завтра заеду… может быть, – кисло улыбнулась она дежурной на ресепшене и пулей выскочила на улицу. – Вот черт, как нарочно! – чертыхалась она, бегом направляясь к машине. – Только бы мне самой в пробку не попасть и приехать раньше них, иначе Кир меня с потрохами съест и без соли – за очередное вранье. Что у них за идейка появилась в такой неподходящий момент? Без моей помощи, видишь ли, они не справятся! Когда я сама предлагала, не нужна была? Только бы доехать раньше Чугункиных, только бы доехать, и тогда я вам покажу, почем фунт лиха! Посторонись, любезный, я ужасно тороплюсь! – объезжая тарахтевшие впереди «Жигули», крикнула она. – Почему-то шутку о том, что машина – не роскошь, всерьез приняли только российские автозаводы, – усмехнулась девушка, глядя на развалюху шестой модели. – Куда ты прешь? – тут же завопила она, когда ее подрезал «Мерседес». – Вот наглец.

Юлька домчалась до дома на удивление быстро и бросила машину в соседнем дворе. Она вихрем влетела в свою квартиру, быстро скинула одежду, надела домашний халат, сунула ноги в комнатные тапочки и уселась в кресле у телевизора. Немного подумав, она решила, что для большей убедительности ей нужно принять горизонтальное положение, и улеглась на кровать. Полежав минут пять, Юля вскочила, залезла в шкаф и, перевернув там все вверх тормашками, нашла шерстяной шарф. Обмотав им горло, она вновь улеглась и, очень довольная собой, морально приготовилась к визиту Чугункиных. Те заставили себя подождать и явились только через час.

– Говорил, что через полчаса будете, а сами полтора телепались, – проворчала Юлька, открывая братьям дверь.

– Так ты же мне такой список продиктовала, что мы на одном только рынке полчаса болтались, пока все не купили, – недовольно ответил Данила. – Да и в пробке пришлось поторчать. На, держи свои ананасы с бананами, – протянул он ей полиэтиленовую сумку, доверху набитую фруктами.

– Отнеси в кухню, женщинам вредно тяжести таскать, особенно больным, – отмахнулась Юля. – Чайник заодно включи. Надеюсь, о лимоне не забыли?

– Нет, – улыбнулся Данила. – Только чаем ты, подруга, не отделаешься, нам бы что-нибудь посущественнее… голодные, как волки.

– Такого в моем холодильнике не имеется, тебе прекрасно известно, что готовить я не умею. Только колбаса и яйца.

– Вот и отлично, приготовь нам яичницу с колбасой.

– Я болею, сами готовьте, кхе, кхе, – больная, передернув плечами, закуталась в шарф. – Что-то меня знобит, братцы-кролики. Посмотрите, что еще в холодильнике есть. Кажется, пельмени в морозилке лежали. А я прилягу, – просипела она тоном умирающего лебедя. – Вы меня разбудили, между прочим!

– Пошли домой, поедим, а потом вернемся, – предложил Кирилл. – Мать – не Юлька, она нас чем придется кормить не будет.

– А как же я? – встрепенулась та. – Я тоже есть хочу!

– Пошли с нами, – предложил Данила. – Не обижайся, но я магазинные пельмени терпеть не могу.

– Я тоже. Нет, я с вами не пойду, вы мне сюда что-нибудь принесите.

– Катастрофа, а тебе не кажется, что ты обнаглела? – заметил Кирилл, с прищуром глядя на девушку. – Может, тебе еще по утрам кофе в постель подавать?

– Размечтался, – фыркнула Юлька. – Эту привилегию получит только мой будущий муж!

– Вот нахалка!

– Наглость – второе счастье!

– Хватит спорить из-за ерунды, – засмеялся Данила. – Я принесу тебе что-нибудь, мне не трудно.

– Нечего ее баловать, сама доползти не сможет? Всего и делов-то в одну дверь выйти, а в другую войти, – не хотел уступать Кирилл.

– У меня температура, голова кружится, ноги подкашиваются, слабость во всем теле, – жалобно заныла Юлька. – Хочешь, чтобы я еще ко всем этим неприятностям с голоду опухла – пожалуйста! Ничего не приносите, обойдусь, – надулась она.

– Судя по твоему цветущему виду и голодным глазам, ты не похожа на больную ангиной, – усмехнулся Кирилл. – Юлька, опять темнишь? А ну, колись… что задумала?

– Ты не веришь мне? – возмутилась та. – Послушай, какой у меня кашель, кхе-кхе-кхе! В горло мое загляни – там живого места нет от воспаления. Потрогай голову, сейчас точно закипит от температуры, – схватилась она за лоб. – Я ее лишь недавно таблетками сбила. Но пройдет всего час, и температура вновь подскочит, вот увидишь. Темню я, это же надо такое придумать! Совсем уже?

– Ладно, остановись, трещотка, – засмеялся Кирилл. – Дань, хватай ее на руки и тащи в нашу кухню. Покормим, а то она и правда опухнет от голода, а нам отвечать потом перед ее предками.

Данила подхватил Юльку на руки.

– Ты с ума сошел? – закричала та. – У меня, между прочим, ангина, а не паралич обеих ног! Отпусти немедленно, медведь, сама пойду.

– Ничего, мне не тяжело, – хмыкнул тот. – Слушай, ты и правда оголодала, легкая, как перышко.

– С вами я скоро вообще на щепку стану похожа, – проворчала Юлька. – Сплошные нервы. И зачем я только согласилась работать в вашем агентстве, до сих пор понять не могу!

– Если бы ты не совала свой любопытный нос во все дырки, и нервничать не пришлось бы, – парировал Кирилл. – Сама во всем виновата.

– Если я его не буду никуда совать, ваша контора сразу же загнется, – не уступила Юлька. – Зачем вы ко мне приехали? Да поставь ты меня, наконец, – прикрикнула она на Данилу. – По телефону Данька сказал, что вы какое-то дельце наметили и без меня вам не справиться. Я права или что-то не так поняла?

– Права, – признался Кирилл.

– Что и требовалось доказать! И мой любопытный нос совсем ни при чем. И потом, я же волнуюсь за вас, поэтому и суюсь во все, неужели непонятно? Мне же помочь вам хочется, а вы только и знаете, что отмахиваться от меня, как от комара. Несправедливо!

– Кир, мы так и будем столбами стоять? – рявкнул Данила. – Сколько мне ее держать? Она хоть и дохлая, а руки уже отваливаются.

– Я велела поставить меня на пол, – взвилась Юлька. – Даня, ты дубина или как? Сколько раз повторять… я не дохлая, а изящная.

– Я и говорю, изящный суповой набор, – добродушно засмеялся тот, слегка подбросив Юльку вверх.

Девушка завизжала и крепко ухватилась за его шею.

– А тебя, как посмотрю, завидки заели, сам-то на бегемота похож, обжора, – хихикнула она, поудобнее устраиваясь на руках у друга. – Как было приятно на тебя смотреть после больницы… похудевший, стройный, почти спортивный, а сейчас… Снова отъелся, как боров.

– Мне и так хорошо, – буркнул Данила. – Когда поправился, одежда опять стала нормально сидеть, а то все болталось, как на вешалке, приходилось у Кира брюки напрокат брать.

Братья вышли из квартиры Юли и, открыв дверь своей, сразу же столкнулись в прихожей со своей матерью. Та, увидев, что Данила несет девушку на руках, всплеснула руками:

– Что случилось, мальчики? Что с Юленькой? Она ногу сломала, да? Ой, беда-то какая, – запричитала женщина. – В травмпункте были?

– Мам, успокойся, – засмеялся Кирилл. – Все в порядке, ничего она не сломала, всего-навсего ангина.

– Осложнение на ноги! – ахнула мать.

– О господи, час от часу не легче, – простонал Кирилл. – Никакого осложнения, просто температура высокая. Мы ее покормить хотим.

– Деточка моя, голодная! Горло, наверное, сильно болело? Кушать не могла, да? Оголодала, миленькая моя! Что же ты мне не позвонила? Я бы пришла, все сделала бы – и приготовила, и накормила. Данечка, неси ее в комнату, положи на диван, а я кашки геркулесовой сварю, чтобы горло не травмировать, – распорядилась она и рысью помчалась в кухню, продолжая причитать… – Деточка моя, голодная!

– Кашу? – сморщилась Юлька. – Геркулесовую? Ребята, сделайте что-нибудь, вы же знаете, я геркулес с детства не терплю! Даня, опусти, наконец, меня на пол, как-нибудь я до дивана доберусь. Теперь придется кашей давиться. Сами будете ее за меня глотать, а я съем все, что на ваших тарелках окажется.

– Ты же на диване хочешь поваляться, а мы-то в кухне питаемся, – засмеялся тот.

– Не волнуйся, я на запах приду, – огрызнулась Юля и направилась в кухню. – Тут тоже диван есть, между прочим, – она показала братьям язык.

* * *

– Слушай, что ты вертишься, словно у тебя шило в заднице? – прикрикнула Юлька на Кирилла. – Неужели не можешь спокойно посидеть десять минут?

– Мне не терпится посмотреть, что ты со мной сотворила, – проворчал тот.

– Пока ничего, я в середине долгого пути. И если ты сию минуту не прекратишь меня торопить – разукрашивай себя сам. Если думаешь, что все легко и просто – глубоко ошибаешься.

– Ладно, не кричи. Буду сидеть смирно.

– Очень хорошо. А то у меня от нервного перенапряжения руки уже начали дрожать. Нужно все сделать аккуратно, чтобы выглядело натурально.

– Послушай, Юль, а где бы нам одежду старую раздобыть? – встрепенулся Кирилл.

– Не проблема, вечером выйдете с Данькой на улицу, поймаете пару бомжей в какой-нибудь подворотне… кирпичом по башке – и в дамки, – беспечно дала совет та.

– Как это – по башке? – подпрыгнул на стуле Кирилл. – Ты что говоришь?!

– Не дергайся, – осадила его девушка. – Ну и дубина! Совсем чувство юмора растерял, стоило тебе сыщиком заделаться. Неужели непонятно – шучу я.

– Шуточки у тебя! Ну, а если серьезно… где нам лохмотьями разжиться?

– Этого не знаю, а у нас в гараже какие-то робы валяются, – ответила Юлька. – Отец в них под машину залезал еще в те далекие времена, когда он сам чинил личный автотранспорт.

– Сколько же им лет?

– А какая разница? Дань, поди-ка сюда!

– Что такое? – спросил тот, появившись в дверях с огромным бутербродом в руках.

– Обалдеть, – вытаращилась девушка. – И как только в тебя столько еды влезает, ума не приложу? Недавно же обедали. Сколько можно жевать, Данила?

– Мое дело. Сколько хочу, столько и жую. Зачем звала?

– Возьми ключи от гаража, они в прихожей на гвоздике висят. Принеси черные комбинезоны, – велела Юля. – Они в шкафу лежат.

– Зачем они тебе понадобились?

– На свалку ты в костюме от Армани пойдешь? – прищурилась девушка.

– У меня нет костюма от Армани, – округлил глаза Данила. – Он же бешеные бабки стоит!

– Господи, за что мне эти мучения? – простонала девушка. – Один сидит обалдевший, даже шуток не понимает, а второй – на жирафа похож.

– А почему на жирафа? – встал в позу Данила.

– До него тоже очень туго все доходит… шея длинная, а мозги высоко, в голове. Тормоз!

– Ну, подумаешь, не сразу дошло.

– А теперь сообразил? – прищурилась Юля.

– Вроде бы.

– Вот и отлично, ступай за комбинезонами.

– А зачем они понадобились, не пойму? – спросил Даня.

– Дань, мы в них на свалку пойдем, – захохотал Кирилл. – Чтобы выглядеть как надо!

– Так бы и сказали сразу. А то – жираф, Армани… Запутают человека, а потом смеются.

– Не ворчи, – подтолкнула его в спину Юлька. – Ключи не забудь.

Данила пошел в гараж, а девушка вернулась к Кириллу. Требовалось поколдовать над его образом бомжа.

– Волосы я тебе гелем намажу, чтобы они выглядели давно немытыми, – проговорила она, взбалтывая флакон. – Эх, плохо, щетины на щеках маловато, лицо у тебя не слишком-то… Физиономия должна быть неухоженной, запущенной. Ничего, немного туши для ресниц в тональник добавлю, и получится землистый оттенок.

– А не слишком он будет… ну, неживым, трупным? – осторожно поинтересовался Кирилл. – Может, и так сойдет?

– Не учи, я лучше знаю, что слишком, а что нет. Пора бы уже доверять моим талантам. Вспомни, какого я трансвестита из Даньки сделала! А о Маркове забыл? Супердамочка получилась, – хихикнула она. – Неужели ты думаешь, я не справлюсь с вашим превращением в бомжей?

– Сумеешь, полагаю…

– Тогда не дергайся. Доверься мне! Вы будете первыми красавцами помойки две тысячи семь, – засмеялась она. – Боюсь, что тамошние дамы вас не отпустят, во будет прикол!

– Не помойки, а свалки, – поправил Кирилл. – Вы с Данькой сговорились? Он тоже все время говорит – помойка.

– Какая разница? Как лопух ни назови, хоть розой, хоть нарциссом, он все равно лопухом и останется. Так же и свалка помойкой может считаться.

– Если правильно выражаться, это полигон для сбора мусора или мусоросборник.

– Хорошо, значит, будете вы с Данькой красавцами мусоросборника две тысячи семь. Тебе полегчало?

– Если честно, что-то тревожно мне, – откровенно признался Кирилл.

– Это нормально, – успокоила его Юля. – Ты живой человек, а не робот, чтобы совсем не волноваться. Вот я, например… когда мне предстоит что-нибудь эдакое… эксцентричное, тоже ужасно волнуюсь.

– Нашла с чем сравнивать, – хмыкнул сыщик. – Мы сегодня в самую сердцевину клоаки полезем! В вертеп для низов общества, а они, как известно, люди непредсказуемые.

– Слушай, Кир, может, подстричь тебя немного? – перебила его Юля. – Жалко, конечно, красоту такую портить, но ведь для дела! Стригу? – она схватила с журнального столика ножницы.

– Зачем это? – тут же ощетинился Кирилл, моментально забыв о сердцевине клоаки. – Я их не для того отращивал четыре месяца, чтобы в одну секунду – чик, и нету.

– Подумаешь, волосы не зубы, отрастут, – девушка щелкнула ножницами.

– Нет уж, пусть при мне остаются, – заупрямился Кирилл, обхватив макушку обеими руками.

– Я же не собираюсь их коротко стричь, просто немного подрезать. А впрочем, и так сойдет, – махнула Юлька рукой. – Сделаю непромытые сосульки, прикольно будет. А вот Даньке придется кепку надеть.

– Зачем? – не понял Кирилл.

– На его ежик посмотришь, и сразу возникает мысль – это мент или браток. И потом, его торчащие волосенки практически нельзя замаскировать под грязные лохмы, все равно не видно. Найдем ему кепочку, нахлобучим на макушку, и вперед. О, кажется, я кое-что придумала, – подпрыгнула она и помчалась в свою спальню. Через минуту Юля вернулась с бейсболкой. – Как раз то, что нужно. В грязи немного вываляем, и будет полный улет.

– Кто же сейчас в бейсболках ходит? – нахмурился Кирилл. – Не май на дворе, глубокая осень.

– Так она же теплая, на фланелевой подкладочке, – возразила Юля. – И потом, вы же с Данькой вообще без головных уборов ходите, насколько мне известно.

– Потому что мы обычно на машине, а на свалку на ней не поедешь.

– Нечего выпендриваться, и такая сойдет. Бомжи и зимой, и летом одним цветом, ходят, в чем им удобно или в том, что им бог пошлет. Пусть посчитают, что Даньке этот головной убор с неба свалился.

– Какая же ты балаболка, Катастрофа, – вздохнул Кирилл. – Мелешь, как мельница, без остановки.

– Мне на то язык природой и дан. Я не балаболка, треплюсь по существу. Бомжи где одежку добывают?

– Откуда я знаю?

– Люди без определенного места жительства одеваются на той же помойке. Все вам нужно разъяснять, как маленьким, сами не соображаете.

– Юль, хватит из себя невесть что изображать! У меня шарики совсем в другом направлении крутятся… как найти этого парня, Ивана, и заставить его все нам рассказать, – заметил Кирилл.

– Юлька, твою машину угнали! – выкрикнул Данила, внезапно ворвавшись в комнату, словно за ним гналась свора бешеных собак.

Юлька вытаращилась на него округлившимися глазами.

– Как угнали? – ахнула она. – Когда?

– Откуда я знаю? Открываю гараж, а он пустой.

– Гараж?

– Ну да!

– Фу, черт возьми, – облегченно вздохнула Юлька и плюхнулась на диван. – Данила, разве можно так людей пугать?

– Не понял, – нахмурился тот.

– Моя машина во дворе стоит, а не в гараже!

– Что она там делает?

– Ты оглох?

– Как она там оказалась?

– Очень просто… мотор закапризничал, я до гаража не дотянула и бросила ее во дворе соседнего дома, – мигом придумала Юля.

– Но я вчера сам в окно видел, как ты ее в гараж погнала…

– Отстань, а? Привязался, как банный лист! Кир, продолжим.

– Ну и видок у тебя, братец, – хмыкнул Данила, увидев в зеркале отражение физиономии Кира. – В темном переулке встретишь – на всю жизнь заикой останешься.

– Не смотри, я еще не закончила, – перебила его Юлька.

– Ты о чем?

– Даня, проснись! Я тебя в гараж зачем посылала?

– А! – вспомнил тот. – Как увидел я, что машины твоей нет, у меня все остальное из головы и вылетело.

– Так пусть обратно влетит, разворачивай оглобли и дуй в гараж, – велела Юлька.

– И все-таки, Юль, никак понять не могу, как твоя машина в соседнем дворе оказалась? – пристал он.

– Иди! Чтобы через десять минут принес, ведь их еще примерить нужно. А вдруг не подойдет, что тогда? – сорокой затрещала Юля, чтобы отвлечь Данилу от ее машины.

Молодой человек наконец вышел из комнаты, через некоторое время хлопнула входная дверь.

– Юль, а куда ты ездила сегодня? – хитро посмотрев на девушку, вдруг спросил Кирилл.

– С чего это ты вдруг решил, что я куда-то ездила? – удивилась она. – Как я вообще могу что-то делать с температурой тридцать девять и… десять?

– Странно, что ты не сказала – сорок пять, – усмехнулся Кирилл. – Никакой температуры у тебя нет и, как я понимаю, не было, симулянтка! А ну, признавайся… что ты задумала?

– Ничего! Откуда такие странные мысли? Повернись-ка, вот здесь подправлю немного, одна щека затонирована ярче, – сосредоточенно хмуря бровки, попросила она, делая вид, что больше ее ничего не волнует. – Да и синяк, мне кажется, не очень выразительным получился, увеличу его…

– Ты мне зубы не заговаривай. Говори, где была, что делала, пока мы мотались по городу?

– Еще одно слово – и синяк, который я пытаюсь нарисовать на твоей физиономии, станет вполне натуральным, – Юлька показала Кириллу кулак. – Что-нибудь тяжелое возьму – и припечатаю. Что пристал к больной женщине?

– Ты такая же больная, как я – рыжий и конопатый. И куда подевался твой хриплый голос? Тебе впору на оперную сцену, так орешь.

– Он от волнения прорезался, – нашлась Юля. – Я так за вас волнуюсь, вся трясусь. А может, мне с вами поехать? – спросила она, пытаясь отвлечь Кирилла от провокационных мыслей.

– Ага, только этого нам не хватало, – Кир заерзал на стуле. – Тогда мы точно провалим операцию. Там, где появляешься ты, обязательно что-то такое происходит… непредвиденное. Взрывы, стрельба и тому подобная дребедень. А мне очень хочется дожить до старости, – саркастично добавил молодой человек. – И желательно – здоровым, а не инвалидом на всю голову.

– Будешь теперь вспоминать о том взрыве всю оставшуюся жизнь? – рассердилась Юля. – Я не виновата, что на дороге стоял этот чертов грузовик и пуля попала в бензобак.

– Конечно, кто же спорит? – насмешливо согласился Кирилл. – Это же не ты нажала на курок, а дядя Вася Окуньков! И не мы с Данькой попали в больницу с переломанными ребрами, а все тот же дядя Вася.

– А… а… – Юлька не знала, что ответить. – А нечего было болтаться рядом с грузовиком, тогда бы и ребра остались целы! – выпалила она.[4]

– Вот, принес, – раздался голос Данилы от двери, и спор пришлось прервать. – Только ума не приложу, как мы эти тряпки напялим.

– Никуда не денетесь, наденете как миленькие, – рявкнула Юлька, выхватывая из его рук робы.

– Что с тобой? – удивился молодой человек. – Я же не сказал, что мы против. На Кира, может быть, налезет, а на меня – очень сомневаюсь. Они же на два размера меньше меня.

– Ничего, как-нибудь втиснем вас, – девушка развернула комбинезоны. – Ну и аромат! Плесенью воняют.

– Простирнуть, наверное, надо? – предположил Данила.

– Сойдут, даже хорошо, что они такие вонючие, – не согласилась Юлька. – Сразу братва со свалки вас за своих примет.

– Нет, я не согласен это носить, хоть пристрелите, – возразил Кирилл, с подозрением глядя на робы и дергая носом. – Потом за год не отмоешься.

– Ладно, я их в машинку заброшу, постираю, высушу. И правда, слишком воняют. Сколько раз порывалась их выкинуть, да все руки не доходили. Но нет худа без добра… пригодились. После стирки мы их немного испачкаем, но вони уже не будет, – и Юля направилась в ванную комнату.

Когда через пару часов комбинезоны были готовы и братья напялили изысканные наряды, Юлька, увидев их, не удержалась и сложилась пополам от смеха.

– Мама дорогая, умереть и не встать, – заикаясь, бормотала она. – Снимите это немедленно!

– А что ж тогда делать? – развел Данила руками, и комбинезон затрещал на его мощной фигуре по всем швам.

Кирилл стоял перед зеркалом и, нахмурив лоб, смотрел на свое отражение, смахивающее на злую карикатуру. Брючины сантиметров на двадцать не доставали до щиколоток, а рукава заканчивались чуть ниже локтей. Сыщику было страшно тесно, даже несмотря на то, что пуговицы он еще не застегнул. О Даниле и говорить не приходилось… застежки на комбинезоне, в который он невероятным образом втиснулся, расположились как раз под его подмышками.

– Хватит ржать, – рявкнул Кирилл на Юльку. – Лучше подумай, что теперь? У нас времени в обрез, требуется срочно попасть на свалку. Не в смокинге же идти?

– А я здесь при чем? Заранее бы об этом позаботились, а не валили с больной головы на здоровую. Как поделиться своими планами – не лезь Юлька не в свое дело, а как проблемы решать, вам нужна Смехова! Тоже мне, стрелочника нашли.

Данила бросил на брата грозный взгляд.

– Не обращай на Кирилла внимания, ты же знаешь, он нервный.

– Сам ты… – буркнул тот.

– Э-эх, дети малые, – вздохнула Юлька. – Сидите здесь и ждите меня, я скоро, – велела она.

– Куда ты собралась? – удивился Данила.

– Пойду к рабочим, что наш двор убирают, у них наверняка что-нибудь найдется.

– К узбекам, что ли?

– К узбекам, к таджикам – какая разница? Нам, татарам, все равно, лишь бы дело вышло. Думаю, мне удастся у них нечто подходящее прикупить, они наверняка все барахло у себя складывают, когда помойку разбирают.

– И мы должны будем это надеть?

– У тебя есть альтернатива? – прищурилась Юля. – Предлагай, я внимательно слушаю.

– Слушайте, что вы из такой ерунды проблему сделали? – вклинился Кирилл. – Данила, иди к нам, посмотри на антресоли. Ты же знаешь нашу маман, ей жаль выбрасывать старые вещи. Подберем что-нибудь подходящее, и останется самая малость – кое-где порвать и в некоторых местах испачкать.

– О, точно, – повеселел тот. – Кир, ты молодец. И как это мне самому в голову не пришло?

– Я сам только что вспомнил.

– Ага, я пошел, – Данила бросился к выходу.

– А ларчик-то очень просто открывался, – засмеялась Юля.

– Погоди радоваться, вдруг ничего не подойдет, – осадил ее Кирилл. – Черт, вот уж никогда не думал, что так сложно стать бомжом!

– Это как раз не проблема, особенно в наше нелегкое время, – сказала Юля. – А вот сыграть бомжа – достаточно сложно. Так что вам с Данькой придется мобилизовать все ваши артистические ресурсы, и – вперед, на свалку! Главное, чтобы вас не раскусили, а то… даже думать об этом боюсь. Там люди серьезные, церемониться не будут. Я недавно по телику о какой-то свалке передачу смотрела. Страшное дело, что там творится! Представляешь, Кир, у них там все контролируется, регулируется, одним словом, своя мафия.

– Знаю, – отмахнулся тот. – Не зуди над ухом, и так нервы на пределе.

– У меня они тоже не железные, поэтому я и болтаю без остановки.

– Лучше помолчи, – ответил Кирилл. – И знаешь что, Юль? Налей-ка мне водки, граммов сто, – неожиданно попросил он. – А еще лучше – сто пятьдесят.

– Нет проблем, – кивнула та.

Пройдя в кухню и открыв холодильник, Юля достала бутылку сорокаградусной.

«Тоже, что ли, выпить? Так волнуюсь – плакать охота. Нет, не буду, мне нельзя рассекречиваться перед братьями, иначе во всем им признаюсь».

– Мне кажется, сто пятьдесят – маловато перед таким ответственным делом, – проговорила Юля, входя в комнату с бутылкой водки в руках. – А вот двести – в самый раз.

– Валяй!

Юлька налила полный стакан водки, и Кирилл, с отвращением посмотрев на его содержимое, торопливо выдохнул и выпил все в три глотка.

– Кир, а Даньке тоже налить? – спросила Юля.

– Нет, он сегодня за рулем, – еле выговорил тот, еле вдохнув. – Чтоб мне так жить, – прохрипел сыщик, вытирая заслезившиеся глаза.

– Чем вы занимаетесь? – спросил Данила, показавшись на пороге и с удивлением глядя на брата. В руках он держал ворох одежды.

– Решил немного расслабиться, – ответил тот. – Стресс нужно снять, что-то колбасит меня не по-детски.

– Стресс нужно снимать не спиртным, а в постели – вдвоем с красивой девушкой, – засмеялся Данила. – Проверенное средство, никогда не подводит. Гляньте-ка, надеюсь, что-нибудь подойдет.

– Конечно, сваливай шмотки на диван, – засуетилась Юлька. – Целый склад, запросто можно секонд-хенд организовать! Я вас так наряжу, что родная мама ахнет, – засмеялась она, с энтузиазмом перебирая старые вещи.

Глава 6

– Эй, вы кто такие? – услышали братья хриплый голос и, повернувшись, увидели мужика неопределенного возраста, заросшего бородой по самые глаза. На нем была не совсем чистая, но вполне добротная куртка, брюки, заправленные в кирзовые сапоги, и кепка, надвинутая на лоб. Из-под ее козырька смотрели внимательные глаза, совсем не похожие на глаза забулдыги. Он стоял, широко расставив ноги, засунув руки в карманы брюк. – Кого ищем?

– Никого, – пожал плечами Кирилл. – Вот, бутылки собираем, – он тряхнул полиэтиленовым пакетом у себя в руках, где зазвенела пустая посуда.

– А кто вам разрешил наши бутылки собирать? – недобро прищурился мужик. – Тут чужая территория, своих сборщиков хватает.

– А нужно у кого-то разрешение спрашивать?

– А как же, мил человек? К тебе домой тоже без разрешения ходят все кому не лень?

– Это ж свалка, она вроде общая, – возразил Данила. – Мы думали, у вас вход свободный…

– Общий и свободный вход – на кладбище, – усмехнулся мужик. – А тут свои законы. Идите отсюда подобру-поздорову, пока никто вас не видел, а я, уж так и быть, никому не скажу.

– А если увидят? – поинтересовался Кирилл, задиристо посмотрев на бородача.

– Тогда и узнаешь. Вам обратную дорогу показать или сами найдете?

– Чего ж сразу обратную-то? Мы же не с плохими намерениями, браток, – дружелюбно проговорил Данила. – Мы такие же, как и вы, бездомные. Неужели местечка не найдется еще для двоих? Вон какие просторы, гуляй – не хочу. У нас и литровочка водочки есть, можно распить за знакомство…

– Только закуски никакой, – добавил Кирилл. – Мы для этого и хотели бутылок набрать, чтобы хоть хлеба с колбаской купить.

– Такие здоровые, молодые – и бутылки на закуску собираете? – подозрительно спросил мужик. – Неужели работу не можете найти? Что-то не верится, ребятки!

– Работу найти – не проблема. Только кто же нас без документов возьмет? – пожал плечами Данила. – Кинули нас с братом риэлторы, бомжами сделали, ни дна им, ни покрышки! Без квартиры оставили, ничего поделать нельзя, темная история, вспоминать неохота, – безнадежно махнул он рукой. – Хорошо, сами живы остались. Чтобы нас не грохнули на родине, мы в Москву и приехали. Думали, как-нибудь пристроимся, руки, ноги целы, силушкой тоже бог не обидел. А как сюда приехали, увидали столицу – разгулялись немного. Это ж святое дело, новую жизнь обмыть, правда? Не рассчитали маленько, по пьяни документы потеряли и все деньги, что еще оставались. А может, их украли? Да, скорее всего. Теперь ни туда, ни сюда. Без бумажки мы – букашки.

– А вы откуда будете? – поинтересовался мужик.

– Из Саратова, – ответил Кирилл. – Там работы никакой, все предприятия закрыты. Мы хотели большую квартиру на меньшую поменять, с доплатой, и на те деньги свой бизнес начать. А в результате вообще без бабок остались, еще и документов лишились.

– Документы – дело наживное, их восстановить можно, если вы на родину вернетесь, – подсказал мужик.

– Так деньги и на дорогу нужны! Опять же… чтобы паспорта новые сделали, отстегнуть придется. А где их взять-то, деньги, они ведь на дороге не валяются? Не воровать же нам? – возразил Данила. – Подрабатываем, конечно, чтобы совсем с голоду не помереть… где-то разгрузим, что-то поднесем… Еле-еле на жратву набираем, да и выпить охота. При такой невезухе без этого никак не обойтись. Выпьешь, и хоть на время жизнь не такой никчемной кажется.

– Это верно, – согласился мужик, внимательно вглядываясь в неухоженные лица братьев. – Ладно, топайте к нашему шалашу, на ночь вас пристрою, а потом посмотрим, – смилостивился он, и братья облегченно вздохнули.

– Вот спасибо, добрый человек, – радостно поблагодарил Данила. – Куда идти-то?

– Шагайте за мной.

Данила с Кириллом молча переглянулись и пошли следом за мужиком.

– Вас как звать? – спросил вдруг он.

– Я Кирилл, а брата Данилой зовут. А к тебе как прикажешь обращаться?

– Иваном кличут.

– Иваном? – радостно переспросил Данила. – А фа… – продолжил было он, намереваясь упомянуть фамилию – Колотушин, но вовремя был остановлен Кириллом. Тот так резко наступил брату на ногу, что Даня подавился на второй букве. – Уйй, мать твою, больно! – заорал он, но, увидев, как резко обернулся волосатый мужик, кисло улыбнулся. – О какую-то железяку споткнулся, черт возьми.

– За мной идите, по тропке, никуда не сворачивайте, иначе в такую яму угодишь, что не выберешься. Не смотрите на мусор, здесь полно пустот образуется, когда его жгут, – объяснял мужик, уверенно шагая вперед. – Пришлому человеку сгинуть – как нечего делать.

«Однако как все запущено, – подумал Данила, с опаской глядя на горы мусора и морща нос от неприятных запахов. – И какой только дурак меня дернул за язык – предложить Кириллу разыскать этого Ивана? Нашел, где поселиться, черти бы его побрали! Чердаков и подвалов, что ли, мало в Москве, обязательно нужно было на помойку забираться? Хотя, наверное, нет худа без добра, если бы он обитал в подвале или на чердаке, мы бы его никогда не нашли. Вот жизнь у сыщиков, нарочно не придумаешь. Куда только не занесет нелегкая!»

Кирилл шел рядом с братом и беспокойно оглядывался. Место ему, как и Даниле, совсем не нравилось, на душе было муторно и противно, словно в предчувствии беды…

«Поскорее бы найти этого Колотушина и свалить отсюда, – думал он. – Иначе так провоняешь, что потом год придется отмываться, да и вообще…»

– Пришли, – проговорил Иван, показывая на расчищенную поляну, застроенную какими-то немыслимыми сооружениями. В одном месте была натянута брезентовая палатка, стоял сарайчик, сколоченный из деревянных ящиков, сгрудились в кучу большие картонные коробки.

– Беверли-Хиллз, твою налево, – проворчал Данила, разглядывая «городок».

Посреди городка пылал яркий костер, вокруг сидели обитатели свалки и о чем-то горячо спорили. Как только они увидели, что кто-то пришел, спор резко прекратился, и все, как один, уставились на незваных гостей.

– С кем это ты, Иван? – крикнул один из них.

– Свои, не дергайся, – ворчливо ответил тот. – Проходите, ребята, располагайтесь у костра, погода не жаркая, грейтесь, – обратился он к братьям. Сам он первым подал пример и, взяв деревянный ящик, поставил его поближе к костру. Протянул руки к огню и потер их, согревая. Кирилл обратил внимание на запястье Ивана, где красовалась наколка.

«Похоже, мужик служил в спецназе, – удивленно подумал он. – Надо же, а по виду и не скажешь. Интересно, как он сюда попал?»

Все остальные сразу же потеряли к гостям интерес и продолжили горячий спор – что такое жизнь и как с ней бороться.

– Чё встали, как неродные? – весело спросил парень, сидевший ближе всех к ним. Он подмигнул Даниле заплывшим от пьянки глазом. – Берите ящики, садитесь, в ногах правды нет.

– Ага, спасибо, – кивнул головой тот и кинулся к ящикам. Схватил два и поставил рядом с парнем.

– Выпить есть? – спросил тот, не тратя времени на церемонии. – Что-то прохладно сегодня, – зябко передернулся он. – Стакан, что я с утра выпил, уже выветрился, не мешало бы еще пропустить, требуется добавка.

– Выпить? – переспросил Кирилл. – Найдется, только закуски у нас нет.

– За этим дело не станет, здесь такого добра сколько хошь, – ответил парень, потирая ладони. – Сегодня целый ящик с колбасой нашли, ешь – не хочу.

– Вы едите то, что находите… на свалке? – ошарашенно спросил Данила, но тут же осекся, встретившись с предостерегающим взглядом Кирилла. – Ну и как, съедобно? – натянуто улыбнулся он.

– А как же? Конечно, – заржал парень. – Мы здесь как короли питаемся… даже икра имеется!

– Да ну? Настоящая икра? – недоверчиво усмехнулся Данила. – Заливаешь?

– А чего мне заливать-то? Сам убедись… у меня с десяток банок припрятано. Хочешь, принесу, откроем, попробуешь? Закусон – что надо, сплошные калории.

– Нет, спасибо, я ее с детства терпеть не могу, – испуганно отказался Данила. – Аллергия у меня на все морепродукты, и вообще, на все, что в воде живет.

– Как хочешь, мое дело – предложить, – добродушно заметил парень. – Закусить чем-то и другим можно, у нас – как в ресторане, знай заказывай. Напряженка только с хлебом, он всегда с плесенью бывает, а все остальное – хоть на свадебный стол. Консервы, правда, обычно просроченные, но это ничего, мы люди привычные, наши желудки и гвозди переварить могут.

– Веселый ты парень, как я погляжу, не унываешь, – хмыкнул Кирилл.

– А чё унывать-то? Мне жить осталось полторы недели, вот и стараюсь провести их весело!

– Ты болен?

– Ну, раз алкоголизм считается болезнью, значит, болен. Я алкоголик законченный и неисправимый, как говорится, последняя стадия.

– Ты вроде молодой еще.

– Ага, вчера тридцать четыре исполнилось, – кивнул парень. – Хепи бёзды ту ю, в последний раз, надеюсь!

– Зачем же так говорить о себе? – осторожно заметил Кирилл. – Тебе еще жить да жить.

– Жить, говоришь? Ты считаешь, что это – жизнь? – парень обвел пространство свалки рукой.

– Так ведь не на аркане же тебя сюда притащили, сам небось пришел?

– Уже два года тому назад. А пять лет назад скажи кто, что так будет, я бы посмеялся, потому что был тогда здоров, почти богат и перспективен.

– И что же с тобой произошло? – с интересом спросил Кирилл.

– Ничего особенного, а вот с моей семьей… Почему меня не было тогда с ними? Вот ты мне скажи… почему в жизни существует такая несправедливость? Я, здоровый мужик, сижу на этой помойке, жру водку, а они… Наливай, что ли, – поторопил он.

– С твоей семьей случилось несчастье?

– Да уж, – тяжело вздохнул парень. – Моя семья погибла в авиакатастрофе. Все – мать, сестра, жена и сынишка.

– Прости, – сдержанно сказал Кирилл.

– Ничего, я привык, – махнул рукой парень и, взяв с земли палку, бросил ее в костер. Минуты три он пристально смотрел на огонь, а потом заговорил… – Вот так, в один миг, все сразу меня и оставили. Совсем одного… И самое обидное, что даже могилки нет, куда сходить можно было бы, поклониться их праху, просто поплакать… Поставили, правда, какой-то общий памятник на месте аварии, только это далеко, за границей, туда не наездишься, да и вообще… Так мне тогда было плохо, что словами не передать! Помогало только спиртное. Чтобы забыться, боль и тоску заглушить, а потом… Не мог уже я без алкоголя обходиться, и дозы увеличивались. Естественно, работу потерял, а ведь я классным специалистом был. По образованию я архитектор, работал в крупной строительной компании. Не веришь? – усмехнулся он, глядя на недоверчивое выражение лица Кирилла. – Я тоже, когда на себя в зеркало смотрю… иногда. И, тем не менее, все так и было. Институт с красным дипломом закончил, меня сразу же в эту компанию взяли, как подающего большие надежды. И вот одним утром, солнечным и ярким, раздался страшный телефонный звонок… После него все прежнее стало для меня ненужным, мелочным, неинтересным, и я запил, причем страшно. Постепенно все друзья от меня отвернулись. Некоторые пытались меня на путь истинный наставить, только ничего у них не получилось, я продолжал катиться по наклонной плоскости. Машину вместе с гаражом продал, все пропил, а потом и до квартиры дело дошло. Деньги – как вода, быстро утекают. Теперь здесь кантуюсь, жду своего часа, когда смогу туда уйти, – поднял он глаза к небу. – И наконец со своими родными встретиться. Устал я, если честно, покоя хочу…

– Тебя как зовут? – спросил Кирилл.

– Когда-то – Александром, а сейчас меня все Сашкой кличут или Шуриком. Я ведь в очках раньше ходил, из-за этого Шуриком и прозвали.

– А сейчас ты почему без очков?

– Разбились, – засмеялся Александр. – Давай, наливай, что ли, заговорились мы с тобой, а мне уже зябко становится, – снова передернулся он и натянул кепку поглубже на лоб. – Ох, жизнь моя, жестянка, ну ее в болото, а мне лета-ать, а мне лета-ать, а мне летать охота, – пропел он.

Александр вытащил из-за пазухи железную кружку и с вожделением уставился на Кирилла, отвинчивавшего пробку у литровой бутылки водки «Столичная».

– Хорошая должна быть водочка, я давно такой не пил, мы подешевле покупаем, – заметил он.

– Это нам с Данилой заплатили за разгрузку машины, – ответил Кирилл. – А так мы тоже дешевую употребляем. Утром от этой сивухи голова трещит, хоть в омут ныряй.

– Голова – не попа, завяжи да лежи, – захохотал Александр. – Наливай быстрей, а то я слюной захлебнусь. Сейчас выпью, посплю маленько… Ночью холодно было, а выпивки мало, не спал почти. Ты полную мне налей, чтобы сразу отрубиться.

– Держи, – кивнул Кирилл, наливая его кружку почти до краев. – Я тоже выпил бы, только посуды у меня нет.

– Айн момент, – произнес Александр и, шустро вскочив, затрусил к брезентовой палатке. Через минуту он вынес небольшую коробку. – Во, выбирай, на любой вкус, – он подал тару Кириллу. Тот заглянул в нее и увидел разноцветные пластмассовые стаканчики с небольшими дефектами.

– Некандишен, – объяснил Александр. – У нас такой посуды – завались.

– Дань, присоединяйся, – позвал брата Кирилл. – Промочим горло.

А тот пододвинул свой ящик совсем близко к костру и внимательно слушал, о чем говорят бродяги.

– Данила, иди сюда, – повторил Кирилл. – А то мы без тебя все выпьем.

– Я попозже присоединюсь, – отмахнулся тот, увлеченный каким-то спором между двумя мужиками.

– Ива-ан! Колотушин! – раздался крик откуда-то из-за ближайшей мусорной кучи, и Кирилл насторожился, взволнованно посмотрел на Данилу.

Тот внимательно обводил взглядом сидевших у костра людей. Окрик повторился, но никто не обратил на это внимания и не откликнулся. Кирилл, встав с ящика, проговорил…

– Пойду-ка, отолью. Только оставить мне выпить не забудь, – сказал он Шурику.

– Валяй, – тот глядел в свою полную кружку предвкушающим взглядом.

Сыщик покосился на брата, тот его прекрасно понял и незаметно кивнул. Ни тот, ни другой даже не видели, что за ними пристально наблюдает Иван, приведший их в «городок бомжей». Он ворошил палкой в костре, делая вид, что занят исключительно этим, а сам косился на незнакомцев. Что он задумал, понять было невозможно… лицо Ивана оставалось непроницаемым.

Кирилл торопливо прошел за кучу мусора и увидел поблизости двух парней, о чем-то оживленно споривших.

«И кто же из них Колотушин? – подумал сыщик. – Спросить?»

Парни увидели его, и один из них махнул рукой, как бы подзывая.

– Вы мне? – спросил Кирилл.

– Тебе, тебе! Подь сюда.

Сыщик пару раз оглянулся и неуверенно приблизился к парням. Он даже не успел ничего сообразить, как ему в лицо чем-то брызнули, и перед глазами все поплыло.

Данила беспокойно поглядывал на гору мусора, за которой скрылся его брат. Прошло больше десяти минут, пора бы уже Киру вернуться, а он все не появлялся.

– Пойду-ка гляну, куда Кирилл подевался, – сказал он, поднимаясь с ящика.

– Ага, а я спать пошел, – ответил Александр, блаженно улыбаясь. – Я налью себе еще граммулечку?

– Валяй, – Данила махнул рукой и торопливо направился к мусорной куче. Только он за нее зашел, как сразу же увидел, как убегают двое неизвестных… скоро они скроются в лесополосе. На плече одного из них, здорового, как шкаф, болтался Кирилл, свесив голову и руки.

– Это что еще такое?! – задохнулся от ярости Данила и, сорвавшись с места, помчался за похитителями, перепрыгивая через груды мусора, как кенгуру. Он догнал их, лишь когда они вышли на обочину проезжей части дороги и принялись заталкивать обмякшее тело Кирилла в машину.

– Эй, стойте! – закричал Данила, выхватывая из-за пояса пистолет и направляя его на неизвестных. – Куда вы хотите увезти моего брата? И кто вы такие, мать вашу?

– Это твой брат? – спросил один из парней, приветливо улыбаясь. – Очень хорошо, а то мы уж и не знали, что делать.

– В каком смысле? – нахмурился Данила, остановившись поодаль от машины.

– Твоему брату плохо стало, он в обморок упал, мы его и подобрали. В больницу хотим отвезти. Ты пистолет-то опусти, мы ведь не преступники, помочь хотели…

– Помочь, говоришь? Бомжа – в больницу? – прищурился Данила. – Так я вам и поверил, дурака нашли! А ну, вытаскивайте его обратно, кладите на обочину дороги, я уж как-нибудь сам с его обмороком разберусь.

– Как скажешь, – равнодушно пожал плечами парень.

Данила зорко следил за тем, как парни вытаскивают Кирилла из машины, поэтому не заметил, как сзади к нему кто-то подкрался. Последнее, что он почувствовал – резкую боль в затылке. Небо вдруг перевернулось, словно перемешавшись с кронами деревьев. В глазах у Данилы что-то ярко вспыхнуло и резко погасло…

* * *

Юлька, два часа помотавшись по квартире из угла в угол и вдоволь нанервничавшись, решила, что это дело пора прекратить. Чтобы как-то убить время ожидания и отвлечься, она решила поехать в парикмахерскую. Быстро оделась, села в машину и поехала в салон красоты.

Юля сидела в холле и ждала своей очереди на стрижку и маникюр. Ее мобильный телефон заиграл марш Турецкого, и она улыбнулась, поняв, что звонит кто-то из братьев.

«Слава тебе, господи, наконец-то догадались», – подумала она и торопливо нажала кнопку.

– Эй, братцы-кролики, сколько можно ждать? Я уже извелась, даже в парикмахерскую на нервной почве завалилась. Как ваши дела? Новости есть? Колотушина нашли? – затрещала она, но, к своему удивлению, ответа не получила. Слышался какой-то непонятный разговор, и Юля сообразила, что Данила просто нажал на своей трубке цифру «два», на которой был закодирован ее номер. По мере того как она слушала неясную беседу, ее глаза расширялись все больше и больше.

– Елки-палки! – выдохнула она. – Что происходит?

Девушка вскочила с кресла и заметалась по холлу салона, как перепуганная мышь, прижимая трубку к уху.

– Ох, мама дорогая, – стонала она. – И что мне делать? Куда же вы попали? Даня, скажи хоть словечко, чтобы я поняла, куда вас везут! Хоть намекни! Господи, у них связаны руки, – подпрыгнула на месте Юлька, кисло улыбнувшись, увидев, какими глазами на нее смотрят посетители салона. – Извините, у меня тут… пардон, – пробормотала она и ураганом выскочила на улицу, напрочь забыв, зачем вообще сюда приезжала.

Добежав до своей машины в считаные секунды, она села за руль, продолжая прижимать трубку к уху.

– Намекните как-нибудь, что у вас и как, – заныла она, пытаясь завести машину. – О, кажется, Кирилл что-то говорит, – замерла она, напряженно прислушиваясь.

– …Я смотрю, вы нас не в город везете, а в противоположную сторону? – услышала Юлька. – Случайно не в лес? Чтобы долго искали? Только прежде чем нас пристрелить, вы бы хоть объяснили, за что? Кто вы такие?

– Помолчи, а? – рявкнул мужской незнакомый голос. Юля вздрогнула. – Приедем, вам все и объяснят, даже дадут попробовать, не сомневайся. И нечего дураками прикидываться, мы не фраера.

– Это мы уже поняли, – не сбавил тона Кирилл. – Только и мы – не скотина бессловесная, имеем право знать, за что нас связали и, забросив в джип, везут неведомо куда.

– Заткнись, сказал, – зло повторил мужской голос…

«Ой, мамочки, ребята попали к каким-то бандитам, – прошептала Юля. – И что же мне делать? Значит, их везут на джипе, – задумалась она. – Знать бы еще – куда?»

Трубка запищала, оповещая Юлю о том, что кончилась зарядка и телефон скоро отключится.

– Только не это! – заволновалась девушка. – Ребятки, говорите же быстрее хоть что-нибудь. Где мне вас искать? Куда бежать?

Не вняв мольбам своей хозяйки, телефон отключился именно в тот момент, когда заговорил Данила. Юля только и смогла услышать:

– Мы имеем право знать, куда нас везут и зачем. Похоже, что это Ярос…

– Блин! Все, кина не будет, электричество кончилось. Не вовремя же ты отключился, черт побери, – и она со злостью зашвырнула трубку на заднее сиденье. Девушка наконец-то завела машину и что было сил нажала на педаль газа. Она долетела до комплекса «Алые паруса» за считаные минуты и, бросив автомобиль на стоянке, помчалась к подъезду.

– Минуточку, девушка, – остановил ее секьюрити. – А представиться не хотите? Вы кто, в какую квартиру направляетесь?

– В тридцать седьмую квартиру, – тяжело дыша от быстрого бега, ответила та. – И я очень тороплюсь.

– Я должен внести вашу фамилию в журнал.

– О господи! Вы же видели, что я спокойно открыла дверь подъезда, значит, знаю код. Неужели непонятно, что я не могу быть посторонней?

– Правила существуют для всех, – не сдался охранник. – Ваша фамилия?

– Бритни Спирс, черт возьми! Что привязался? Смехова Юлия Борисовна. Семейное положение интересует? – прищурилась она.

– В какую квартиру идете? – парень строго глядел на девушку. – И нечего умничать, я на службе.

– В тридцать седьмую, к Марковым. Теперь можно, наконец?

– Минуточку, – упрямый парень снял трубку телефона.

– Рехнуться можно, – проворчала девушка. – Каждая секунда на счету, а он антимонии разводит!

– Добрый день, это охранник с первого этажа, – проговорил в трубку молодой человек. – К вам пришли… э-э-э Смехова Юлия Борисовна, – заглянув в журнал, назвал он фамилию. – Пропустить? Да-да, непременно, извините за беспокойство. Проходите, – разрешил он, обращаясь к Юле.

– Очень признательна! Мог без бюрократизма обойтись? Вроде молодой, а уже зануда, – саркастично ответила та и, сорвавшись с места точно укушенная, ринулась к лифту.

Девушка пулей выскочила из лифта и позвонила в дверь, нетерпеливо приплясывая на месте. Дверь открылась, и на пороге возникла сияющая Алиса.

– Юлька, привет, молодец, что приехала! – радостно воскликнула она. – Проходи, сто лет тебя не видела. Только и знаешь, что телефонными звонками отделываешься. Что с твоим лицом? – обеспокоенно спросила она, увидев нахмуренный лобик подруги. – Случилось что-то?

– Расскажу – упадешь и не встанешь, – ответила та, торопливо стягивая сапоги и куртку. – Марков дома?

– Нет, во Франции, по делам компании. Зачем он тебе нужен?

– Не знаю пока. Вместе решим, нужен он или нет. Впрочем, что это я? Похоже, с моими мозгами что-то не то. Где Франция и где Россия, – пробормотала она. – У тебя таблетки от головной боли есть? Башка разваливается на сто маленьких черепушек.

– Пошли в кухню, что-нибудь найду, – ответила Алиса, тревожно глядя на подругу. – Что-то серьезное, Юля?

– Не спрашивай. Я вся в шоке, в ауте, в нокауте! Давай быстрее таблетку, иначе умру и не успею ничего рассказать!

Алиса порылась в аптечке и отыскала нужное лекарство.

– Погоди, воды налью, – сказала она, увидев, что подруга, закинув в рот таблетку, принялась ее жевать, даже не поморщившись. – Не горько? – осторожно спросила Алиса, подавая Юле стакан. – Запить не хочешь?

– А? Ты что-то сказала? – переспросила та, посмотрев на подругу отсутствующим взглядом.

– Эй, ты где? – спросила Алиса. – Очнись, деточка, это я, Скуратова, собственной персоной! Рассказывай, в чем дело, а то мне уже самой стало плохо.

– Чугункиных похитили! – выдохнула Юля и обессиленно плюхнулась на стул. – Только не спрашивай, кто – я понятия не имею.

– Как – похитили? Кто?! – недоверчиво спросила та.

– Я сказала… не знаю, кто!

– А как же?.. Ох! – простонала Алиса. – Откуда ты знаешь, что именно похитили? Тебе звонили? За них требуют выкуп? Сколько? – возбужденно сыпала она вопросами. – Юля, не переживай, у моего Маркова деньги есть, если что… никуда он не денется, Марков им обязан… почти жизнью. Я позвоню в Париж, пусть переведет на мой счет деньги.

– Остановись хоть на минуту! Никто выкупа не требует, мне не звонили… вернее, звонил Данила. Мой номер на его телефоне закодирован, наверное, он каким-то образом сумел нажать на нужную кнопку. Но батарейка села в самый неподходящий момент… Я слышала… Кирилл требовал, чтобы им объяснили, за что их связали и куда везут. Я ничего не понимаю! – Юля всхлипнула. – Если их убьют… Алиса, что делать?

– Юля, сперва успокойся. Я пока что ничего не поняла…

– Как я могу успокоиться, если ребята в беде? Нужно немедленно что-то делать, – Юля вскочила со стула. – Нет времени на разговоры. Вдруг их убьют? Я не могу этого допустить! Я поеду на свалку и все узнаю. Кто-то должен был видеть, что произошло. Нужно срочно найти Колотушина! Он во всем виноват, и он там, на той свалке…

– Постой, ты о чем? – заволновалась Алиса. – Какая свалка? Кто такой Колотушин? Ничего не понимаю!

– У тебя зарядка для мобилы какая? – неожиданно спросила Юля. – Я свою дома оставила.

– Для телефона? – сообразила Алиса и метнулась в комнату. – Вот, смотри…

– Подойдет, – Юля ринулась к розетке. – Вдруг им удастся еще раз позвонить мне? И тогда… чем черт не шутит? Только б с ними ничего не произошло… страшного.

– Юль, ты можешь вразумительно объяснить, в чем дело? – спросила Алиса. – Разговариваешь сама с собой, я ничего понять не могу.

– Ладно, минут пятнадцать трубка будет заряжаться… расскажу, – уже почти спокойно произнесла та. – Три дня тому назад Чугункины взялись за расследование, связанное с шантажом. Мне позвонила давняя знакомая – мы вместе учились в институте – и попросила помочь ее подруге. Подруга, Людмила, замужем за крутым олигархом. Раньше она работала в фирме «Эскорт», была девочкой для сопровождения, а еще проще – девочкой по вызову. Хотя она это отрицает… Дай попить, в горле пересохло, – попросила она подругу. – А еще лучше – что-нибудь перекусить, я проголодалась.

– Дайте водички, а то так есть хочется, что переночевать негде, – хмыкнула Алиса. – Я бутерброды сделаю. Не отвлекайся, рассказывай дальше.

– На чем я остановилась? А, ну да… Людмила не считает себя проституткой, да черт с ней! Кажется, я не туда гребу… В голове – словно кошмар на улице Вязов, все перепуталось.

– Ты говорила, что Людмила вышла замуж за олигарха, – подсказала Алиса.

– Точно, три года тому назад, охмурив его своей мнимой невинностью.

– Это как же? – не поняла Алиса.

– Очень просто… пошла к врачу и восстановила девственность.

– А зачем ей это понадобилось? – удивилась девушка. – Он – с Востока?

– Нет, вроде бы русский, – пожала Юлька плечами. – Какая разница? Главное, что она его провела как мальчишку. И если он узнает, как лоханулся, сразу же вышвырнет Людмилу на улицу. Три года жила, как в раю, и вдруг – бац… Полгода тому назад ее начали шантажировать, требовать деньги. Если она не заплатит, ее фотографии весьма откровенного содержания появятся в Интернете. Она заплатила трижды, один раз десять тысяч зеленых, и дважды – по пятнадцать. А неделю тому назад он позвонил в четвертый раз и попросил уже сто тысяч. Ясное дело, аппетит приходит во время еды.

– Губа не дура, – проворчала Алиса.

– Точно, – согласилась Юля. – Людмила три дня тому назад пришла к Чугункиным, чтобы они помогли найти шантажиста, и братья взялись за это дело.

Дальше она рассказала все, что произошло за последние два дня, вплоть до того момента, как она внезапно решила поехать к Алисе.

– Я уверена, что это связано с новым расследованием. Я имею в виду шантаж. Я так растерялась, что не знала, куда бежать и что делать. Первое, что пришло в голову – помчаться к вам с Володькой и вместе сообразить, с чего начинать.

– Ты правильно поступила, но я бы на твоем месте в первую очередь рванула в милицию, – проговорила Алиса. – Это же похищение. Что мы можем сделать?

– Какая милиция! – взвилась Юля. – Ты соображаешь, что говоришь?

– А что? – удивилась Алиса.

– Ничего, кроме того, что в милиции придется все рассказать – о клиентке, и о шантаже, и о нашем агентстве.

– И что?

– А то! – нахмурилась Юля. – Все, сказанное клиентом в стенах агентства, строго конфиденциально и не подлежит огласке ни под каким соусом.

– Даже если от этого зависит жизнь двух человек? – возмутилась Алиса. – Плевать на все и всех, лишь бы спасти Кирилла с Данилой!

– Не могу я наплевать… они мне тогда лично голову оторвут, причем дважды, а потом еще и расстреляют – трижды. Ты разве не знаешь Чугункиных? Они и так обвиняют меня во всех смертных грехах!

– И что же делать?

– Не думаю, что ребят просто грохнут. Для чего-то же их похитили? Зачем они понадобились этим бандитам?

– А вдруг это связано с каким-нибудь их прежним расследованием? – предположила Алиса. – Решили им отомстить, и…

– Не думаю, – возразила Юля. – Прежним расследованием мы вместе занимались. С ипотекой. Все виновники в тюрьме. Кто может мстить Чугункиным?

– Может, родственники?

– Нет, я почему-то уверена, что все связано с сегодняшним расследованием, – заупрямилась Юлька. – Близнецов нужно найти, чего бы это ни стоило.

– Но как это сделать?

– Я очень отчетливо слышала… один из бандитов сказал, чтобы Кирилл заткнулся и что они все узнают, как только приедут на место. Это загадочное место явно находится по Ярославскому направлению. Я слышала, как Данька сказал… «Похоже, это Ярос…» – и все, мой телефон отключился.

– И что нам это дает? – хмуро поинтересовалась Алиса.

– Понятия не имею. Но знаю точно, что мне надо срочно лететь на эту чертову свалку.

– Зачем же на свалку?

– Похоже, там мы найдем ответы на все вопросы, – уверенно ответила девушка. – И узнаем, что случилось с близнецами.

– Да? – неуверенно спросила Алиса. – А может, лучше в милицию?

– Хочешь, чтобы меня Чугункины похоронили во цвете лет?

– Свалка так свалка, кто бы спорил…

– Значит, этот вопрос больше не обсуждается, – подытожила Катастрофа.

Глава 7

– Ну, как я тебе? – спросила Юлька, смотрясь в зеркало.

– Экстра! Ты похожа на задрипанную привокзальную проститутку, которую долго валяли в подворотне.

– Отлично, к этому я и стремилась, – с удовлетворением констатировала Юля. – Губы подмажу, и будет полный улет.

– Юль, а может, не нужно все это? – Алиса с надеждой взглянула на подругу. – Я ужасно боюсь.

– Чего ты испугалась, это всего лишь малиновая помада.

– Я не об этом. Ты же понимаешь…

– Боишься – сиди дома. Я прекрасно справлюсь одна.

– Нет, одну я тебя не пущу, – возразила Алиса. – А если и ты канешь?

– Тогда не ной, и поехали, – велела та, подталкивая подругу к выходу. – Сделаем как договорились. Ты будешь сидеть в машине и без отрыва слушать по трубке, что со мной происходит. Мой телефон будет включен, надеюсь, зарядки хватит хотя бы на полчаса.

В прихожей Юлька еще раз бросила взгляд в зеркало.

– С ума сойти, – усмехнулась она.

– Ты о чем? – спросила Алиса.

– О том, что вот уже два дня подряд я только тем и занимаюсь, что кого-то перекрашиваю и переодеваю. А теперь и самой пришлось. Может, мне салон открыть, как у Каринки? Только назвать его не «Новый имидж», а как-нибудь… «Неожиданный имидж», например!

Алиса открыла дверь и вышла на лестничную площадку.

– Хватит собой любоваться, времени мало.

– Ума не приложу, где их искать, вся надежда на этих бомжей. Наверняка кто-нибудь из них видел, кто похитил братьев, – сказала Юля.

– Что же нужно было с ними сотворить, чтобы увезти, да еще и связать при этом? – заметила Алиса. – С ними не так-то просто справиться.

– Наверняка их сначала чем-то отключили. Или целая дюжина здоровенных мужиков на них налетела. Главное – найти их.

– Смехова, может, твоему Рогачеву позвонить? – возбужденно проговорила Алиса, резко остановившись. – Ведь он майор ФСБ!

– Я с ним в ссоре. Не хотелось бы обращаться к нему за помощью.

Алиса возмутилась.

– Речь идет о жизни Кирилла и Данилы! Неужели тебе все равно?

– Не говори глупости! Естественно, если у нас ничего не получится, я позвоню Ромке. Но пока что я сама хочу во всем разобраться…

– Тоже мне, крутой Уокер!

– Скуратова, прекрати ныть, и так тошно, – прикрикнула Юлька. – В том-то все и дело, что профессионалы могут все испортить.

– Почему?

– Потому! Кто с ними на свалке разговаривать станет? Бомжи разбегутся кто куда, и лови ветра в поле. А я – женщина, им в голову не придет меня бояться.

– Ты думаешь?

– Уверена.

– Тогда вперед!

Подруги сели в машину, Юля нажала на педаль газа и, пренебрегая правилами дорожного движения, помчалась к МКАДу. Удача им сопутствовала, и вскоре Юля остановилась в лесополосе.

– Как только войдешь в опасную зону, сразу же включай свою трубку, – крикнула Алиса вслед подруге.

– Ага, – не оборачиваясь, Юля полетела к лесополосе.

– Мама дорогая, куда же нас занесло? – прошептала Алиса, разглядывая окрестности. Она нажала на все кнопки, чтобы заблокировать двери, опасливо озираясь. – Скоро темнеть начнет, а кругом – ни души. И как только я пошла на поводу у Юльки? Где была моя голова? В милицию надо было позвонить, а не переться сюда. Что она там одна сможет сделать?

Алиса со страхом посмотрела на свой телефон, проверила, работает ли он, и, нетерпеливо постукивая ногой, приготовилась ждать Юлькиного звонка.

Юлька перепрыгивала через мусорные кучи, как коза, крутя головой и пытаясь увидеть хоть одну живую душу.

– Блин, куда они все подевались? – ругалась она. – Когда нужно, никого не найдешь! О, слава тебе, господи, на ловца и зверь бежит, – она увидела человека, копавшегося в куче мусора. – Уважаемый, не подскажете, где тут можно кого-нибудь найти? – громко крикнула девушка, подбегая к нему. – Мне очень надо…

– Мать твою налево! – выругался тот, от неожиданности подпрыгнув, как кузнечик. – Чё орешь, оглашенная? Напугала до смерти, – схватившись за сердце, взвизгнул человек, и тут Юлька сообразила, что это вовсе не мужчина, а женщина. Та посмотрела на нее карими, немного раскосыми глазами и, шмыгнув носом, бросила: – Вали отсюда!

– Извините ради бога, я не хотела вас напугать. Мне очень нужно кого-нибудь найти!

– Нужно – и ищи, ходют тут разные, – проворчала женщина, чей возраст было невозможно определить.

– Так я и спрашиваю – людей где найти? Куда ни глянешь, один мусор кругом, ни одной живой души, – миролюбиво проговорила Юля. – Только вас и увидала.

– Потому что это – край, никого нету, все там, – махнула женщина рукой себе за спину. – А ты кого ищешь? – спросила она, заправляя под спортивную шапочку грязный клок волос. – Кого надо?

– Не знаю, – растерялась Юля. – Того, кто здесь живет, наверное…

– Здесь многие живут.

Юля нахмурилась, соображая – а кто же ей действительно нужен? Решившись идти ва-банк, она откровенно призналась…

– Понимаете, два-три часа тому назад тут похитили моих друзей. Я хочу поговорить с местными… жителями, может, кто-то видел что-нибудь? Их увезли в джипе, я узнала об этом совершенно случайно. Вы мне не поможете? – с надеждой глядя на женщину, спросила она. – Я вам заплачу.

– Кто такие? – спросила та.

– В каком смысле? – не поняла Юля.

– Друзья твои – кто такие?

– Чугункины… братья… близнецы, – растерянно сказала Юлька. – Вы их не видели?

– Сколько заплатишь? – игнорируя ее вопросы, поинтересовалась баба.

– Триста долларов! – выпалила та. – Вы что-нибудь видели?

– Тысячу, – коротко бросила та.

– Тысячу? – хлопнула глазами Юлька. – Чего… тысячу?

– Долларов.

– У меня столько нету с собой. За какую же информацию вы хотите получить такие большие деньги?

– Назову номер джипа, на котором увезли твоих друзей.

– Иди ты! Правда?

– Тысячу, – упрямо повторила баба и утерла нос рукавом грязной куртки.

– Ага, погоди, я сейчас, – Юля включила трубку… – Алиса, это я!

– Смехова, почему ты так долго не включала телефон? – заорала подруга. – Я вся извелась! Мы же договорились! Я должна слышать, что с тобой происходит!

– Алиса, заткнись! Нашелся человек, женщина, она видела, как Чугункиных увозили, и даже запомнила номер машины.

– Вот здорово! И что теперь? – возбужденно откликнулась девушка.

– Она хочет за эту информацию тысячу долларов, а у меня с собой только пятьсот. У тебя случайно не завалялась такая же сумма?

– Нет… около трех тысяч есть, но это рубли, – растерялась Алиса.

– Они нас не спасут, всего сотня баксов с копейками получается… Ладно, я что-нибудь придумаю, – Юлька повернулась к бомжихе. – Как вас зовут, уважаемая?

– Василиса Васильевна, – с достоинством ответила та.

– Фамилия случайно не Васильева?

– Откуда знаешь? – удивилась баба.

– Интуиция, – усмехнулась Юлька. – Василиса Васильевна, у нас нет времени ехать обратно в город и добывать недостающую сумму. У нас каждая минута на счету, это вопрос жизни и смерти… Пройдемте к нашей машине, я вам дам пока что пятьсот долларов, а вы назовете номер джипа. Завтра же я привезу остальную сумму, обещаю!

– Нет, так дело не пойдет, – не согласилась та. – Никуда я не пойду! Тысячу, и деньги вперед.

– Вы слышали, что я сказала? – раздраженно спросила Юля. – Вопрос жизни и смерти! Моим друзьям грозит смертельная опасность, их могут убить, а вы торг устроили. Не стыдно?

– Не-а, – усмехнулась баба. – Знаю я вас! Я номерок скажу, а вы мне ручкой помашете – и поминай как звали. Не, я рисковать не хочу.

– Я ведь тоже рискую, – не сдалась Юля. – Где гарантия, что ты не гонишь пургу? Может, ты наврала, чтобы деньги содрать? Придумаешь номер «с потолка», получишь деньги, помашешь ручкой – и поминай как звали, – повторила Юля ее слова. – Укажешь номер – и, если не соврала, завтра получишь деньги! Думай быстрее, Василиса!

– Я-то не совру. Могу даже сказать, как твои друзья выглядели.

– А ну! Может, это и не они вовсе?

– Два высоких парня, не бездомные вовсе, хоть и прикидывались. У меня глаз наметанный… менты это были, – усмехнулась Василиса.

– С чего вдруг такие выводы? – удивилась Юля.

– Глаз у меня – алмаз, я два срока отмотала, знаю, что говорю. Хотела нашему бугру сказать, да они недолго здесь пробыли. Кто-то Ваньку позвал, а вместо него один из твоих пошел куда-то… а я с другой стороны прошмыгнула. Интересно стало. Гляжу – двое стоят и о чем-то спорят. А потом из баллончика в морду твоему приятелю зашпандорили. Когда его уже к машине понесли, второй показался, увидал, что к чему, пушку из-за пояса вытащил – и за ними. Пока он требовал, чтобы брата его отпустили, третий подкрался сзади и по макушке, он и того… как подкошенный.

– По макушке?! Кто? – задала Юля очень глупый вопрос. – Е-мое, ничего себе! Кто же это?

– Откуда мне знать? – пожала плечами Василиса. – Говорю же, третий парень, тоже из джипа вылез…

– Как они выглядели?

– Обыкновенно, одеты хорошо, на крутой тачке, только все равно – сразу видно… чьи-то шестерки, – со знанием дела заметила Василиса. – Засунули твоих дружков в машину и укатили.

– А ты сразу их номер запомнила? – недоверчиво спросила Юля. – Неужели так близко была от того места?

– А у меня бинокль всегда с собой, – усмехнулась Василиса, распахивая куртку. – Двадцатикратный, – с гордостью добавила она.

– Откуда он у тебя? – удивилась Юля.

– Отсюда, откуда же еще? На свалке что угодно можно найти. Бинокль – это ерунда. У нас Васька один раз портфель с золотом нашел!

– С настоящим золотом? – не поверила Юля. – Быть такого не может!

– Может, еще как!

– И куда же он его дел?

– Да он пропал два дня спустя, и портфель вместе с ним, а потом Ваську нашли… мертвого, – спокойно ответила Василиса. – Это и понятно. Кто ж ему удрать бы дал с таким-то богатством? Здесь что нашел, то… В общем, неважно, ты ведь не за тем сюда пришла, чтобы сказки слушать? – спохватилась она, поняв, что болтает лишнее.

– Придумала, значит? – улыбнулась Юлька, прикинувшись дурочкой.

– Ну, знамо дело, придумала, – охотно согласилась бомжиха.

– Василиса Васильевна, вернемся к нашим баранам. Ты согласна на мои условия? Пятьсот долларов я тебе сей минут отдаю, ты говоришь номер джипа, а завтра я привожу остальное. Я не собираюсь обманывать, честное слово! Если бы не крайняя спешка, я бы посадила тебя в машину, отвезла в город и отдала бы зеленые. Моих друзей могут убить, помоги, Василиса Васильевна! – взмолилась Юлька.

– Ладно, так и быть, поверю, – нехотя согласилась та. – Давай пятьсот.

– Номер!

– Деньги!..

– Вот упертая, – Юля вытащила деньги из заднего кармана джинсов. Кстати, ей пришлось их порвать в нескольких местах и испачкать мазутом. Ее коротенькая фирменная курточка тоже изрядно пострадала.

Бомжиха, увидев зелененькие купюры валюты, разом подобрела и выложила нужную информацию. Получив вожделенные доллары, она торопливо засунула их за пазуху.

– Подальше положишь, поближе возьмешь, – усмехнулась она. – Только гляди, девка, чтоб ни гугу, ежели что! Я тебе ни словечка не говорила, а ты мне ничего не давала, – погрозила она пальцем. – Поняла?

– Естественно, – пожала та плечами. – Я тебя в упор не видела, Василиса Васильевна. Спасибочки, дорогая, век не забуду, – махнула она рукой и вприпрыжку понеслась обратно к машине.

– Эй, эй, куда полетела? – закричала ей вслед Василиса. – А как же вторая половина?

– О, черт! – резко затормозила Юля. – От радости совсем из головы вылетело. Как мне тебя найти, Василиса?

– Бумажка есть? – спросила та.

– Зачем?

– Записать мой номер телефона.

– У тебя есть телефон? – удивилась Юля.

– А почему же ему не быть-то? Думаешь, если я на свалке живу, значит, с голой задницей гуляю? Ошибаешься, дорогуша… у меня и Интернет есть в телефоне!

– Действительно, круто, – растерянно улыбнулась Юля. – Интернета даже в моем телефоне нет. Впрочем, не мое дело, – спохватилась она, взглянув на часики. – Диктуй номер, я его в трубку забью.

Женщина напомнила девушке, чтобы она не забыла про должок, и Юля побежала к машине, где ее с нетерпением ждала Алиса.

– Господи, спасибо за то, что послал мне эту Василису, – набожно перекрестилась Юлька, перепрыгивая через кучи мусора.

* * *

– Ну, что? Номер узнала? – нетерпеливо спросила Алиса, едва подруга села в машину.

– Погоди, – Юля набрала номер Парамонова. – Витя, привет, Смехова беспокоит, – елейным голосом пропела она, услышав голос капитана.

– Привет, коли не шутишь, – недовольно ответил тот. – Юль, у меня очень много дел. Что надо?

– Записывай, – Катастрофа продиктовала номер джипа.

– Ну, записал, и что дальше?

– Пробей этот номер как можно быстрее, это очень важно!

– Для кого?

– Для Чугункиных.

– Зачем им это понадобилось?

– Витя, ты задаешь слишком много вопросов! Неужели я прошу невозможного? Всего лишь проверить номер тачки. Тебе это трудно? Так и скажи, я Рогачеву позвоню, он-то покруче будет, – саркастично заметила она.

– Я должен знать, для чего свои полномочия использую, – не уступил капитан. – Снова залезла в дела Чугункиных без их ведома?

– Они меня сами попросили с тобой связаться, – соврала Юлька. – Разве ты не знаешь, что я их секретарша и выполняю различные поручения?

– А почему они сами не позвонили?

– Они ведут очень ответственное расследование, находятся за городом, позвонить не могут, у них даже трубки временно отключены.

– А тебе, значит, смогли? – не сдался Парамонов. – Смехова, чует мое сердце… темнишь ты, как обычно.

– Витя, не буди во мне зверя, я ведь и рассердиться могу, – угрожающе прошипела та. – Если ты не пробьешь номер этой машины, Чугункины никогда тебя не простят. Вопрос очень серьезный! Ты не хочешь помочь друзьям в трудную минуту? Я в тебе разочаровалась, Витя! Проверишь номер, в последний раз спрашиваю? – прикрикнула она.

– Ладно, перезвони через двадцать минут.

– Витенька, я тебя обожаю, – обрадовалась Катастрофа. – Чугункины в курсе, зуб даю! Они тебе ящик пива поставят, клянусь.

– Ловлю на слове, – хмыкнул тот и отключился.

– Через двадцать минут мы будем знать, кому принадлежит джип, и адрес владельца, – облегченно вздохнула Юля, поворачиваясь к Алисе. – Ты почему такая грустная? – спросила она, увидев, как та нахмурилась.

– А что толку от этой информации? – спросила девушка. – Приедем к хозяину тачки и что скажем? Здравствуйте, не вы ли похитили наших приятелей? Мы с подружкой за ними приехали, отпустите их, пожалуйста!

– Алиса, ты всегда и во всем ищешь подводные камни, – засопела Юлька. – Сначала нужно узнать, кто такой владелец джипа, а потом думать, о чем и как с ним разговаривать.

– А может, он и ни при чем! Бандиты могли просто угнать его машину, – высказала свою версию Алиса.

– Тогда они не стали бы запросто разъезжать на нем по Окружной дороге, тут посты ГАИ через каждые пять километров, – возразила Юля. – Я почему-то уверена, что мы от Парамонова получим очень ценные данные.

– Блажен, кто верует. Ты – оптимистка.

– А мне это нравится. Будь я такой, как ты, давно бы повесилась. Ты чересчур рассудительна, Алиска, у тебя в мозгах все разложено по нужным полочкам, а это совсем неинтересно.

– Зато правильно, – возразила подруга. – Ведь я – юрист!

– Парамонов звонит, – встрепенулась Юля. – Алло, Витя, чем порадуешь?

– Смехова, зачем тебе понадобился этот чертов джип? – рявкнул в ответ Парамонов.

– Это не мне… А Чугункиным, – растерянно ответила она. – А что случилось?

– Эта машина принадлежит Киселеву, – проворчал капитан. – Слыхала о таком дяденьке?

– Киселев? Кто это? – спросила Юля, прикинувшись дурочкой.

– Крутой мужик, с ним лучше не связываться. Я же твоим ребятам распечатку на него присылал. Зачем им понадобилось что-то узнавать о его машине, ты не в курсе?

– Вить, они ведь мне ничего не говорят, – ответила Юля. – Дают задание, я его выполняю, и все.

– Ладно, их дело, передавай братьям привет, у меня много дел, пока, – торопливо закруглился капитан.

– Вить, Вить, постой, а адрес? – закричала Юля в трубку.

– Я уже давал Чугункиным адрес Киселева.

– Ну и что? Потеряли они его! Наверное…

– Смехова, я так и знал, что ты темнишь, – строго проговорил капитан. – Признавайся немедленно… в чем дело?

– Ни в чем, я тебе уже все сказала.

Тут Юля заметила, что Алиса подает ей какие-то знаки. Не понимая, о чем хочет сказать подруга, Юля сделала удивленное лицо.

– Отключайся, без него справимся, у меня есть идея, – прошептала Алиса.

– Ладно, Парамонов, с тобой каши не сваришь. Не хочешь повторять адреса и не надо, обойдемся без тебя, – Юля отключила свою трубку. – В чем дело, Алиса?

– Поехали в интернет-кафе, и я тебе всю подноготную этого Киселева преподнесу на блюдечке.

– Каким образом?

– Ты забыла, кто я? – засмеялась Алиса. – Хакерские способности я еще не утратила, хоть и стала юристом. У нас есть номер машины, мы знаем, что она принадлежит Киселеву, а остальное – дело техники.

– Что же ты молчала?

– А ты не спрашивала. Ты же позвонила Парамонову, не посоветовавшись со мной.

– Ты даешь, Скуратова, – возмутилась Юлька. – У меня скоро нервный припадок начнется, а ты…

– Хватит болтать, заводи машину, – распорядилась Алиса. – Время – деньги.

Юля резко нажала на педаль газа и поехала в сторону города.

– Столько времени упустили, черт возьми, – проворчала она. – Я так переживаю за близнецов, что в мозгах все перепуталось, совершенно вылетело из головы, что ты – компьютерный гений.

– Кое-что соображаю, это точно. Все будет нормально, ничего с Чугункиными не случится. Они ребята крепкие, сообразительные, в обиду себя не дадут.

– Хорошо бы. Ума не приложу, зачем Киселеву понадобилось их похищать? Я знаю, что они два дня пасли Соломатина возле его дома, а к Киселеву еще только собирались. Или я что-то упустила? Ничего не понимаю, ерунда какая-то. Очень жалею, что сосватала им Людмилу с ее шантажистом.

– После драки кулаками не машут, надо каким-то образом исправлять положение и выручать ребят, – заметила Алиса.

– А мы, по-твоему, чем занимаемся? Лапти плетем? Это я делаю выводы, к сожалению, запоздалые. Зачем же он их похитил? Алиса, как ты считаешь?

– Я сделала кое-какие выводы, – задумчиво ответила она. – Правда, не знаю, правильные или нет.

– Какие же?

– Мне кажется, что Киселева шантажируют – так же, как и Людмилу. И не исключено, что Соломатин находится в таком же положении.

– А Чугункины тут при чем?

– Киселев мог подумать, что именно они его и шантажируют.

– Вот придумала, – усмехнулась Юлька. – Частные детективы – шантажисты! У Киселева совсем нет мозгов?

– А какое это имеет значение, детективы они или дворники? – пожала Алиса плечами. – Шантажом может заниматься кто угодно.

– Бред, – фыркнула Юля.

– Поживем – увидим…

…Через час-полтора Алиса протянула Юльке распечатку.

– А ты боялась. Всего и делов-то!

– Ну и ну, – восхитилась Юлька, читая сведения о Киселеве. – О, тут значится… дачный поселок «Белый клён», и адрес есть.

– И что?

– Это по Ярославскому направлению!. Данила начал было говорить, а потом у меня трубка вырубилась. Я очень отчетливо слышала… Ярос… И о «Белом клёне» я знаю… знакомый парень дачу там строит. Этот дачный поселок был затрапезной деревней, потом землю какая-то фирма выкупила. Провели коммуникации, все облагородили, разбили на участки, теперь продают их под застройки. Земля дорогая, вокруг – лес сосновый, река, участки большие, контингент – соответствующий. У Киселева, видимо, там дача. Едем, немедленно, я уверена – Чугункиных увезли на его дачу!

– Юля, может, не стоит нам ехать одним? – осторожно спросила Алиса.

– Это почему?

– Что могут сделать две бабы?

– А ты предлагаешь ОМОН вызвать? Это было бы очень кстати, только мы не можем этого позволить – по вполне понятным причинам, – разозлилась Юля. – И что это за утопические мысли о двух бабах? Женщины тоже разные бывают. Что с тобой? Перестала верить в наши способности? Вспомни, в каких мы с тобой переделках побывали, и ничего – живы-здоровы.

– Я считаю, что неразумно с нашей стороны – лезть в пасть к тигру без поддержки, – не сдалась Алиса.

– Предлагаешь ждать чуда, которое неожиданно свалится нам на головы в виде такой поддержки? А что будет с Чугункиными, тебя не волнует? У тебя есть конкретные предложения?

– Позвони Рогачеву.

– Ни за что! – взвилась Юлька. – Я его послала далеко и надолго и возвращать Романа оттуда не намерена. Кланяться в ножки этому грубияну, нахалу и обманщику? Только по приговору суда, и то – вряд ли!

– Твои амбиции неуместны в данной ситуации, – заметила Алиса. – Без мужской поддержки мы ничего не сделаем.

– А это мы еще посмотрим, – заупрямилась Катастрофа. – Разве я насильно заставляю тебя мне помогать? На аркане тащу? Не хочешь – не надо, как-нибудь сама управлюсь.

– Тебя, Смехова, только могила исправит.

– Не дождетесь! Ты со мной или как?

– Овца упрямая! Ладно, едем, все равно по-своему сделаешь.

– Давно бы так, – обрадовалась Юлька и тронула машину с места.

Глава 8

– И как мы в дом попадем? – Алиса критически оглядела высокий каменный забор. – Там, похоже, собаки есть.

Юлька пыталась на глазок прикинуть высоту забора.

– Метра два точно будет. Жаль, что я не кенгуру. Но безвыходных ситуаций не бывает. Если подогнать машину вплотную к забору и залезть на ее крышу, спокойно можно будет перелезть. Что скажешь?

– Думай, что говоришь, – возразила подруга. – А если кто-нибудь выйдет и увидит? У всех местных гаражи имеются, на улице ни одной машины нет. И потом… нас могут заметить из окон соседних домов, когда мы будем через забор перебираться.

– Никто нас не увидит.

– Вон сколько уличных фонарей, машину разглядеть ничего не стоит.

– Алиса, не наводи тоску! – потребовала Юлька. – Кому нужна наша машина? Дачный сезон закончился, в поселке народу – раз-два и обчелся.

– В этих дачах круглый год можно жить. Сама только что сказала о собаках в соседнем дворе. Значит, их хозяева – дома. Юля, как ни крути, но рисковать нельзя, все насмарку пойдет… и ребятам не поможем, и сами погорим. Поселок не простой, сама видишь. В милицию заберут, статью прилепят – попытка проникновения в чужой дом с целью ограбления.

– Не трещи, – шикнула на Алису Юля. – Думать мешаешь.

– Позвони Рогачеву! Юля, позвони Роману!

– Отстань!

– Юля!

– Ни за что! Ничего другого не остается… лезем через забор. Ты останешься здесь, а я на разведку пойду.

– Это еще почему? Я тебя никуда не пущу и сама одна не останусь, – возразила Алиса.

– Как я решила, так и будет, – ответила Юля. – Чтобы никто не увидел нашу тачку, ты ее отгонишь подальше, как только я перелезу. Позвоню, когда что-то узнаю. Поставь трубку на вибрацию. Алиса, все понятно?

– Не уверена, – буркнула та.

– Сама говорила – рисковать нельзя. Чтобы риск был минимальным, сделаем как я сказала. Ясно? – надавила Юля.

– Похоже, ты права. Одно убивает – опять придется тебя ждать. Я уже возле свалки чуть не рехнулась…

– Из двух зол нужно выбирать наименьшее. Лезу, и все!

– А если тебя заметят и поймают? – разволновалась Алиса.

– Еще одна причина, чтобы тебе не впутываться. Нужна страховка, и ею станешь ты. Если я через полчаса не позвоню, это будет сигналом – меня сцапали.

– И что мне тогда делать? – испугалась Алиса.

– Включать мозги! Не ной, Скуратова, все будет тип-топ! Ты же знаешь – я везучая.

– Как же! Вечно попадаешь в такие истории, что у всех потом еще месяц волосы дыбом стоят.

– Все, я завожу машину и подгоняю ее к забору, – резко оборвала ее Юля. – Как только перелезу, жми на педаль. Желательно, чтобы машину никто не заметил. Потом – бегом обратно, спрячься и жди моего звонка.

Юля вышла из машины и проворно забралась на ее крышу. Алиса и глазом не успела моргнуть, как Катастрофа оказалась на заборе и спрыгнула во двор.

– Господи, помоги ей, – Алиса торопливо перелезла на место водителя, завела машину и осторожно поехала к выезду из поселка.

«Вот подходящее укрытие для машины», – подумала она, увидев укромный уголок между двумя огромными грудами бетонных плит.

Юлька сидела на земле и ругалась на чем свет стоит.

– Совсем сдурели! Набросали барахла, – она толкнула ногой садовую тачку.

Сделав пару шагов, Юля наступила на какой-то инвентарь и со всего маха полетела на землю, с разгона въехав лбом в кучу опавшей листвы.

– Не дом, а «Форт Байярд» какой-то! – процедила Юлька сквозь зубы.

В одном из окон нижнего этажа дома зажегся свет. Испугавшись до смерти, что ее могут заметить, Катастрофа со сверхзвуковой скоростью по-пластунски обогнула кучу и притаилась за ней.

«Будет классно, если кто-нибудь из обитателей дома решит прогуляться по саду…» – подумала она.

Словно решив поиздеваться, дверь дома кто-то открыл. В освещенном проеме показался здоровенный парень, вышел на бетонную дорожку, тянувшуюся от порога в глубь сада, и, вытащив пачку сигарет, закурил. Через три минуты он щелчком отбросил окурок и, широко расставив руки, лениво потянулся. Потом несколько раз присел, смачно хрустнув суставами, и… направился в сторону самой кучи опавших листьев, где спряталась Юлька.

«Этого мне только не хватало! – ахнула девушка, замерев. Юле очень хотелось провалиться в тартарары, лишь бы ее не заметили. – Господи, пронеси! Спаси, сохрани и помилуй меня, грешную, – молилась Юлька, беззвучно шевеля посиневшими от страха губами. – Обещаю, что больше не буду ругаться матом, врать, воровать, убивать, пить, курить и гулять», – она уже не соображала, что бормочет. Юлины пальцы нервно сжимались и разжимались. Вдруг они наткнулись на что-то твердое, и Катастрофа вспомнила, что в кармане ее джинсов лежит баллончик с нервно-паралитическим газом.

– Врешь, не возьмешь, – она немного приободрилась. – Живьем тебе меня не получить, гоблин!

Парень приближался к куче листьев, на ходу расстегивая «молнию» на брюках…

«Это уже ни в какие ворота!» – Юлька вскочила, как подстреленная, и, уперев руки в бока, прошипела:

– Сукин сын! Я тебе что – унитаз?!

Парень застыл с глупым выражением лица, не в силах остановить естественный процесс опорожнения мочевого пузыря, взирая округлившимися глазами на существо неизвестной половой принадлежности со вставшими дыбом разноцветными вихрами. В вихрах явственно виднелись осенние листья, добавляющие своеобразия прическе феномена.

– Ты кто? – еле выдавил он, сглотнув нервный комок в горле.

– Конь в пальто! Застегнись, наглец! И рот закрой – муха влетит.

Парень послушно захлопнул рот, громко клацнув зубами, и торопливо застегнул «молнию». Его глаза обрели нормальное выражение и налились кровью. Юлька сообразила… если сию минуту она что-то не предпримет, гоблин окончательно придет в себя и тогда ей мало не покажется. Она выхватила из кармана баллончик и брызнула в сердитую физиономию парня. Со злорадной улыбкой Катастрофа наблюдала, как гоблин, икнув от неожиданности, мешком рухнул на землю, несколько раз дернул конечностями и замер.

– Так-то лучше, – удовлетворенно кивнула Юлька головой и отряхнула испачканные землей ладони. – Посмотрим, что у тебя в карманчиках! Надеюсь, меня никто не застукает на месте преступления…

Юля, присев на корточки, обшарила карманы парня. В результате в ее руках оказался пистолет с полной обоймой и портмоне с документами и деньгами.

– Баксы твои мне ни к чему, кредитки тоже себе оставь, а паспорт, права и пистолет я заберу на всякий случай, – проговорила девушка, очень довольная тем, что теперь она вооружена и опасна. – Держитесь, мои хорошие, я иду! – и она направилась к двери дома, так и оставшейся открытой. – Надеюсь, вас там не слишком много? А вдруг – слишком? – она замерла на месте. – Нет… прежде чем войти в дом, загляну-ка я в окна, – решила Юля. Она встала на выступ и, осторожно приподнявшись на цыпочках, заглянула внутрь. Девушка увидела просторное помещение. Там никого не было.

– Похоже, это кухня. Пусто… Что ж, заглянем в другое место.

Юля обошла дом со всех сторон, больше не увидев ни одного освещенного окна на первом этаже. Только на втором светились сразу два соседних, но они были слишком высоко.

– Придется идти прямо в дом и ориентироваться на местности. Интересно, где они заперли Чугункиных?

Юлька осторожно проскользнула в дверь и напряженно прислушалась. Тишина…

– Никого? – девушка прошла к лестнице, ведущей на второй этаж. – Не может быть! Кстати, я не видела джипа во дворе, – вспомнила она. – Интересно, а где гараж? Может, машина там?

Юля осторожно поднималась по лестнице, по-прежнему не слыша ни единого звука.

– Может, этот гоблин был один? Вполне возможно, что бандиты оставили его сторожить братьев и уехали по делам. Найти бы близнецов, а уж с остальными проблемами мы как-нибудь вместе справимся, – чуть слышно бормотала Юля, с опаской заглядывая в двери, попадавшиеся на ее пути. Перед одной из них она резко остановилась, увидев полоску света у порога. Девушка присела на корточки и заглянула в замочную скважину.

– Ничего не видно… А входить страшновато! Впрочем, чего мне бояться с таким помощником? – злорадно усмехнулась она, вспомнив о пистолете. – Буду стрелять без предупреждения, и пусть попробуют засудить меня за это! Похищать людей средь бела дня – преступление, а преступников следует сурово наказывать.

Резко выдохнув, Юлька схватилась за ручку и сильно дернула дверь на себя. Та, к ее изумлению, даже не дрогнула.

– Закрыто, что ли? – она дернула вновь. Дверь была неколебима, как гранитная скала.

– Точно, закрыто, значит, Чугункины там! – Юлька нахмурилась, собираясь с мыслями. – И что же делать? Эй, ребята, вы здесь? – зашептала она, прижав ухо к двери. – Подайте хоть какой-нибудь знак, мальчики!

Тихо…

– Похоже, их связали, а рты залепили скотчем. Они не могли не слышать, как я их позвала. Скорее всего, их усыпили или… убили! Ой, только не это! Похоже, в доме – никого… Похоже, дверь дубовая… не сломать… Остается открыть замок… или сломать его.

Тут завибрировал ее телефон, и от неожиданности Юлька похолодела.

– Кого это разбирает? Так ведь и до инфаркта недалеко, – Юля вытащила трубку. – Алло, – прошептала она.

– Почему ты не звонишь, уже сорок минут прошло! – услышала она голос Алисы.

– Алиса, все так закрутилось, я забыла, – виновато ответила Юля. – Представляешь, я сейчас…

– Немедленно рви когти! – Алиса резко перебила ее.

– Что случилось? – встрепенулась та. – Они возвращаются? Ты видела джип? Я так и думала, что они скоро вернутся… в доме никого нет. Мне надо открыть дверь, я уверена, что там Чугункины, связанные, усыпленные или, того хуже, убитые! Я не могу, не могу их оставить.

– Смехова, послушай меня, – шикнула на нее Алиса. – Ноги в руки, пока тебя не застукали хозяева или охрана! Это не киселевская дача, мы перепутали номера домов! Ты находишься в доме 69, а у Киселева – 96!

– Е-мое! – ахнула Юлька, вспомнив о парне, валяющемся в куче листьев. – Ты куда раньше смотрела?

– Что сделано, то сделано, вали сюда быстрее!

– О господи, я вырубила ни в чем не повинного человека – сторожа, – Юля с ужасом взглянула на пистолет.

– Юль, ты что-то натворила? – рявкнула Алиса.

– Ага… Я сторожа обезвредила…

– Он видел тебя?!

– Видел, – упавшим голосом сообщила Юля. – Я у него документы и оружие конфисковала.

– Час от часу не легче! – ахнула Алиса. – Если он очнется и вызовет милицию… Рвем домой! Сию секунду!

– А Чугункины? Мы разве не поедем к Киселеву?

– Нет уж, никуда мы больше не поедем! Ступай к сторожу, верни документы и пистолет и быстренько делай ноги, – приказала Алиса. – Протри оружие, чтобы не оставлять отпечатки пальцев!

– Что, все настолько серьезно? – испугалась Юля.

– О дьявол, – вдруг прошептала Алиса.

– Что такое?

– Вижу джип, – нервно ответила та. – Похоже, он приближается к дому!

– Спрячься, тебя могут увидеть!.

– Вряд ли. Я уже прогулялась к даче Киселева. Забор высоченный… Наверняка охраны – тьма-тьмущая, пробраться незаметно невозможно.

– И что же делать?..

– Хватит трепаться, выбирайся оттуда! – и Алиса отключила трубку.

Юля растерянно оглянулась на запертую дверь…

– Прошу прощения, накладочка вышла…

Она направилась к лестнице, но вдруг резко остановилась и вновь взглянула на дверь.

– Интересно, почему все двери открыты, а эта комната заперта? А свет-то горит… – прошептала она, не в силах побороть свое женское любопытство.

Юля присела на корточки перед замочной скважиной и приклеилась к ней правым глазом. Повертела головой, но ее попытки что-либо разглядеть оказались тщетными. Она вдруг увлеклась этими несвоевременными исследованиями. Еще немного – и ее лоб протер бы в двери дыру, но тут…

Дверь еле слышно скрипнула и плавно отошла в сторону. Юлька мешком ввалилась в комнату и застыла на четвереньках.

– Я непроходимая тупица! Дверь открывается внутрь, а я дергала ручку на себя…

Катастрофа окинула взглядом просторную комнату и увидела большущую кровать. Кто-то тихонько посапывал под одеялом. Не поднимаясь с пола, она осторожно приблизилась и вытянула шею.

– Ой! – испуганно пискнула Юлька, разглядев сладко спавшую девушку.

Но испугал ее отнюдь не внешний вид спавшей, а ее положение. Обе руки девицы были подняты над ее головой, на запястьях поблескивали наручники, пристегнутые к кованой спинке кровати. Ноги тоже были скованы наручниками, весьма похожими на кандалы. Девушка была в коротенькой прозрачной рубашечке. Ее длинные черные волосы разметались по подушке, а пухлые губы слегка приоткрылись… она крепко спала.

– Господи боже, неужели пленница?! – ахнула Юлька. – В наручниках держат, бедненькую! Похитили и выкуп требуют. Ах ты, гоблин, паразит, изувер, вандал, чтоб тебя разорвало на мелкие кусочки! Мало тебе в саду от меня досталось! И что же мне делать? – она воззрилась на девушку. – Не оставлять же в таком положении? Срочно сообщить в милицию!.. Нет, сначала Алисе расскажу!

Юля выхватила из кармана телефон.

– Алиска, тут такое! – зашептала она в трубку.

– Ты почему там застряла?! – зарычала та в ответ. – Я не знаю, что и думать! Машины одна за другой мимо проезжают, словно все пробки мира прорвало, я умираю от страха, что какая-нибудь остановится у этого проклятого дома. Ты спятила? Выходи немедленно!

– Скуратова, выслушай меня, – шикнула Юлька. – Я девушку нашла, ее в наручники заковали! Наверное, похитили и держат здесь, выкуп ждут.

– Какую еще девушку?! – опешила та. – В какие наручники?

– Обыкновенные, металлические. Ее к кровати приковали, вот изуверы, креста на них нет! Что мне делать?

– А что она сама говорит?

– Она спит как сурок и счастливо улыбается.

– Смехова, мое терпение на исходе! – завизжала Алиса. – Или ты немедленно покидаешь этот чертов дом, или я уезжаю без тебя.

– А как же пленница?

– Почему ты решила, что эта девушка – пленница? Может, она просто садомазохистка?!

– Но… наручники… и вообще… она такая молоденькая, ей лет девятнадцать, а то и меньше, – неуверенно пробормотала Юля. – А у парня я пистолет в кармане нашла… Наверняка он ее насильно тут держит.

– Юля, бросай все как есть! По дороге позвоним в милицию и сообщим адрес, пусть сами разбираются! – заорала Алиса. – Нам не до нее!

– Мне ее так жалко, она такая бледненькая… Возьмем ее с собой, а?

– Ты совсем дура? – рявкнула Алиса, не выдержав ослиного упрямства подруги. – Мало тебе своих проблем? Если через пять минут не появишься, я смываюсь, выкручивайся, как хочешь!

– Ладно, иду, – Юля отключила трубку. – Ну и бессердечная же ты особа, Скуратова!

– Сашенька, это ты? Принеси водички, милый, – услышала вдруг Катастрофа мелодичный голосок, резко остановилась, повернулась и взглянула на кровать.

– Ты кто? – испуганно спросила та, сонно хлопая глазами. – А-а-а, ты, наверное, внучка хозяина? А где Саша?

– К-какой Саша? – заикаясь от неожиданности, глупо спросила Юля. – Кто это такой?

– Как – кто? Мой муж, конечно!

– Муж? – тупо переспросила Юля.

– Ну да! Ты разве его не знаешь? Он вашу дачу охраняет, я к нему и приехала…

– А это что такое? – Юлька указала на наручники.

Девушка вскинула глаза и улыбнулась!

– Ах, это? У нас с мужем игра такая… «Пленница и бандит». Ни разу не пробовала? Знаешь, как возбуждает! Я после такого секса вырубаюсь как убитая минут на сорок. Мы недавно этим и занимались. Не виделись уже целую неделю… А где же Саша?

– Сейчас посмотрю, – окончательно одурев, Юлька опрометью бросилась к выходу.

– Эй, ты куда? – крикнула девушка вслед. – Скажи ему, что я уже проснулась.

– Непременно, – машинально кивнула Юля. – «Если он меня услышит, конечно, – подумала она. – Алиска права, я – идиотка!»

Выскочив в сад, Юлька подбежала к куче листьев, где по-прежнему лежал парень. Она лихорадочно протерла пистолет носовым платком и засунула в его карман. Тот же маневр она проделала с документами… тщательно протерла и уже собралась засунуть их в портмоне, как вдруг в ее запястье вцепилась рука молодого человека. От неожиданности Юлька вскрикнула, попыталась освободиться, но не тут-то было! Хватка его оказалась крепкой, девушка запаниковала.

– Отпусти немедленно, иначе я за себя не ручаюсь! – пискнула она, но, к своему удивлению, не услышала ответа. – Оглох? Отпусти руку! – повторила Юлька. – Господи помилуй, умер, что ли? – похолодев от ужаса, прошептала она. – Глаза закрыты, пальцы как лед… Точно, это агония была, когда он меня за руку схватил! Как же мне быть? – она со страхом уставилась на свое посиневшее запястье. – Не отрубать же руку? – Юлька попробовала свободной рукой разжать пальцы парня, и ей это удалось. Девушка припала ухом к груди гоблина… – Стучит! Жив… Саша, быстрее приходи в себя и чеши к жене! Она умирает от жажды, а мне пора…

Она заметила калитку и бросилась к ней.

Глава 9

– Ну что ж, поговорим, господа? – хозяин усмехнулся, входя в комнату и опускаясь в кресло.

Данилу и Кирилла несколько часов тому назад оставили здесь с привязанными к стульям руками, в одиночестве и полном неведении.

– Может, вы для начала прикажете вашим людям нас развязать? – хмуро глядя на мужчину, спросил Кирилл. – Мы уже пять часов в этих путах, не скажу, что это очень удобно.

– Руки затекли, – поддакнул Данила. – И вообще, мне лично не помешало бы прогуляться в туалет.

– Перебьешься, – коротко бросил мужчина. – А если невтерпеж… что естественно, то не безобразно, – нагло оскалился он.

– Ай-яй-яй, Анатолий Иванович, как вульгарно! Не ожидал от вас такого, – осуждающе покачал головой Кирилл.

– Какого «такого»? – злобно прищурился тот.

– Вы же образованный человек, а разговариваете, как грузчик в порту, извините за откровенность. Мне кажется, вам не стоит так обращаться с нами. Похоже, вы нас с кем-то перепутали и не в курсе, с кем имеете дело.

– Не смейте мне диктовать, что делать, а что – нет, и как именно разговаривать! – рявкнул тот. – Вы ошибаетесь… я ничего не перепутал и отлично знаю, кто передо мной сидит. Как вижу, и вы осведомлены о том, с кем беседуете? Тем лучше. Обойдемся без лишних церемоний и недомолвок.

– Если вы обо всем знаете, тем более непонятно ваше поведение, – заметил Кирилл. – Что мы вам сделали? Чем дали повод к подобному обращению? Ваши люди нагло и бесцеремонно закинули нас в машину… у меня до сих пор все болит… Брызнули в лицо какой-то гадостью, в течение пятнадцати минут я даже пошевелиться не мог. А моего брата шмякнули по голове. Что это значит, господин Киселев? Если вас не затруднит, объяснитесь!

– Извольте. Вы должны мне миллион долларов, а я привык получать свои долги, – как ни в чем не бывало ответил Киселев, словно объявлял братьям о том, что завтра ожидается прекрасная погода.

– Сколько?! – ошарашенно вытаращил глаза Данила. – А вы нас ни с кем не перепутали? С Билом Гейтсом, например? Но мы, к сожалению, даже не его дальние родственники!

– Нет, не перепутал. Повторяю… Вы должны вернуть мне миллион долларов.

– Как это – вернуть? Мы у вас таких денег не брали!

– А отдать придется.

– Но почему?!

– Я так хочу.

– Хотеть, конечно, не вредно, но…

– Хватит! – резко выкрикнул Киселев. – У меня нет ни желания, ни времени, чтобы выяснять – что, как и почему. Я сказал, что мне требуется, а уж вы извольте исполнять!

– Но где же нам взять такую прорву денег?

– А мне глубоко наплевать, где вы их возьмете. Но чтобы через неделю они лежали у меня на столе! Ясно, господа сыщики, или вам требуется более подробное объяснение?

– Не надо, – пожал плечами Данила, взглядом сообщая брату: «Кажется, он – сумасшедший!»

– Отлично, – нагло улыбнулся Киселев. – Приятно иметь дело с понимающими людьми.

– Спасибо за комплимент, но меня немного заклинило, – заговорил Данила. – Я правильно расслышал? Вы требуете от нас миллион долларов?

– Именно.

– А почему вы хотите получить их у нас? Мы с братом банки не грабим. Или я уже страдаю провалами в памяти? Кирилл, у меня амнезия? Почему ты мне об этом не сообщил до сих пор? – Данила, похоже, валял дурака.

– Хватит паясничать! – взревел Киселев. – Я с детства не терплю клоунады. В вашем распоряжении неделя, и ни днем больше. Свои ошибки нужно уметь признавать и исправлять.

– Прошу прощения, господин хороший, за мою тупость, но мне все же непонятно… О каких ошибках идет речь? – не дрогнул Данила.

– Не знаете?

– Представьте себе, нет!

– Ваша ошибка в том, что вы все мне испортили, господа сыщики.

– В каком смысле?

– В прямом. Ведь это вы занимаетесь поисками шантажиста? Так или нет?

– Допустим, – осторожно согласился Данила. – А какое это имеет отношение к вам?

– Самое прямое, господа, самое прямое! Именно по вашей милости мои люди упустили его. Он уже был у меня в кармане, а тут нарисовались вы и принялись совать любопытные носы куда ни попадя. Теперь этот прохвост наверняка ляжет на дно, будет выжидать удобный момент, чтобы улизнуть из страны. Еще бы ему с такими бабками здесь оставаться! – надрывался Киселев. – А мне очень бы не хотелось терять свои деньги, смею заметить, отнюдь не малые! Я не какой-нибудь…

– Так вас тоже шантажируют?! – оживился Кирилл, перебив его. – Я почему-то так и предполагал. А чем же вас-то можно напугать, Анатолий Иванович? Не думаю, чтобы какие-то снимки, где вы кувыркаетесь в постели с красоткой, произвели на вас такое неизгладимое впечатление и вы испугались шантажиста. На вас непохоже!

– Вы правы… такой мишурой меня к ногтю не прижмешь, – согласился тот.

– Почему же вы отдали деньги вымогателю? Или вас шантажировали чем-то иным?

– Не вашего ума дело, – Киселеву явно не понравился вопрос сыщика. – Как говорится, меньше будешь знать, доживешь до старости. Мое решение вам известно. Не найдете этого гада – заплатите сами!

– Так чем же вас зацепил этот человек?

– Вас это не касается.

– Я бы так не говорил на вашем месте. С одной стороны, вы требуете от нас, чтобы мы его нашли, а с другой, не хотите нам помочь?

– В каком смысле? А вы меня ни с кем не перепутали? Это ваше дело – носом землю рыть, на то вы и сыщики, а я в помощники к вам, извините, не гожусь – по статусу. Вы кашу заварили, вам ее и расхлебывать.

– Мы просто выполняли работу по просьбе клиента.

– Клиентки, – небрежно заметил Киселев.

– Какая разница? – раздраженно ответил Кирилл. – Насколько я понимаю, суть не в этом?

– А это уж вам решать, – развел руками Киселев. – Для меня главное – вернуть свои деньги, остальное меня не касается.

– Понятно, – кивнул Кирилл. – Только вам не стоит забывать, что мы – не просто сыщики, а частные детективы. Прежде чем заключать договор, мы должны знать все о проблемах клиента – от и до.

– Договор, говорите? – зловеще прищурился Киселев. – Может, еще и заплатить вам прикажете? Кажется, мы уже заключали некий договор, – он многозначительно взглянул на пистолет и положил его на стол перед собой. – Вы от меня еще хотите чего-то?

– Непременно, – ответил Кирилл. На его лице не дрогнул ни один мускул.

– И чего же именно? Выслушаю с большим интересом, – Киселев смотрел на сыщиков как на докучливых мух.

– Прежде всего вы должны рассказать, что удалось выяснить вашим людям. Какими сведениями они располагают? Каким образом вы передали негодяю сумму в миллион долларов? И самое главное… чем он вас так напугал?

– А не слишком ли многого вы от меня хотите?

– Отнюдь нет, – пожал плечами сыщик. – Это необходимый минимум. Нам требуется исчерпывающая информация, иначе нельзя гарантировать успех расследования.

– И если я предоставлю вам эти данные… вы что, найдете шантажиста?

– А что нам еще делать? – заявил Кирилл. – У нас нет таких денег.

– Как приятно слышать умные слова! Вы правы… другого выхода у вас нет, – согласился Киселев. – Не найдете его – вернете мне деньги сами. А поскольку у вас больших сбережений нет, придется вас убить!

– Это даже как-то бодрит, – нервно улыбнулся Данила. – Во попали, нарочно не придумаешь!

– Раз уж мы пришли к обоюдному согласию, может быть, нас наконец развяжут? – спросил Кирилл. – Побеседуем как цивилизованные люди, обсудим создавшееся положение, решим, с чего начинать… А потом, я надеюсь, нас отпустят?

– Эту ночь вам придется провести здесь. Завтра приедет мой начальник охраны, с ним вы и будете иметь дело. Пока вы будете искать шантажиста, мой человек будет постоянно находиться рядом с вами… – не терпящим возражений тоном проговорил Киселев. – И днем, и ночью.

– А это не слишком экстравагантно? – не удержался от шпильки Данила. – Днем – еще куда ни шло, а ночью…

– В самый раз! Я пришлю парнишку, он вас развяжет. Подумайте, как будете вести поиски. Завтра утром я вернусь, и вы посвятите меня в свои планы. А сейчас мне придется вас покинуть, я опаздываю на очень важную встречу. Все вопросы – к Алексею, он скоро появится.

– Перекусить бы не помешало, – оживился Данила. – Я ужасно проголодался да и в туалет охота…

– Все – к Алексею, спокойной ночи, господа, – и Киселев торопливо покинул комнату.

– Ну и дела, – вздохнул Кирилл. – Ты что-нибудь понял? – обратился он к брату.

– Отчасти, – признался тот. – Мы перебежали ему дорогу… очень некстати. Проще говоря, оказались в ненужное время не в том месте.

– И выбраться нет возможности, – тихо пробормотал Кирилл, окидывая взглядом помещение. – На окнах решетки, за дверью – охрана. А вон та дверь, интересно, куда ведет? – задумался он.

– Да уж не на улицу, – откликнулся Данила.

– Оружие у нас отобрали, мобильники тоже, – продолжал размышлять Кирилл.

– А толку-то, если бы нам и удалось уйти? Ты же видел Киселева и прекрасно понял, что он все о нас знает. Скрыться все равно бы не удалось.

– Я и не собираюсь исчезать, мне бояться нечего. Просто, оказавшись в привычной обстановке, на свободе, среди друзей, мы бы что-нибудь придумали. Дома-то и стены помогают.

– Не дрейфь, братишка, прорвемся, – решил подбодрить его Данила. – Я, кстати, в машине, пока нас еще не обыскали и не забрали трубки, успел на «двойку» нажать, – вспомнил он. – Надеюсь, Юлька все слышала, знает, что мы не пропали без следа на свалке, поняла, что нас насильно увезли.

– Надежда слабая, – возразил Кирилл. – Ты же знаешь, у Катастрофы постоянно батарейка садится, она регулярно забывает ее зарядить.

– К сожалению, мне не удалось проверить, соединился я с ней или нет… руки были связаны, – сказал Данила.

– А как же тебе удалось на «двойку» нажать?

– Пока меня в машину запихивали, куртка перекрутилась, и карман с трубкой сзади оказался. Я кое-как изловчился, нащупал ее и нажал, – объяснил Данила.

– Если Юлька все слышала, она обязательно что-нибудь предпримет.

– Вот этого я и боюсь, – вздохнул Кирилл. – Даже представить страшно, что она может натворить!

– Ладно тебе! Сама она вряд ли что-то затеет. Да и что она сможет? Наверняка позвонит Рогачеву, а уж тот сообразит, что к чему.

– Только бы в милицию не побежала, иначе хана нашему агентству, – нахмурился Кирилл. – Там не будут особо разбираться, хочет клиентка огласки или нет. Понимаешь?

– Юлька не дура и прекрасно знает, что информация строго конфиденциальная, а вот Рогачеву может позвонить. Роман не подведет.

– Рогачев-то что сможет сделать, ему неизвестно, где мы. Ты дом видел?

– Да.

– Бутырка отдыхает, – хмыкнул Кирилл. – Чтобы сюда проникнуть, ордер нужен.

– Штурм тоже сгодится, – пошутил Данила. – Кир, а что ж мы паримся зря? – вдруг оживился он. – Киселев сказал, что завтра нас отпустят для продолжения расследования.

– Но мы будем под надзором его человека, – напомнил тот.

– Ну и что? Неужели не найдем способа избавления от слежки? Как нечего делать! Где этот Алексей запропастился? Они хотят, чтобы я загнулся от голода? – перескочил Данила на животрепещущую тему. – Руки затекли, сил нет терпеть.

– Шевели ими, чтобы веревки немного ослабить, – велел Кирилл.

– Спасибо, сам бы я не догадался, – проворчал Данила, сморщившись от боли. – Шевелю я, толку никакого, веревки еще сильнее впиваются…

Дверь открылась, и на пороге материализовался молодой человек весьма странной для охранника наружности. Росточком он был метра полтора, не больше, и щупленький, словно недокормленный цыпленок.

– Здравствуйте, господа, – пропищал он.

– И сам не хворай, – Данила удивленно воззрился на недомерка. – А нам сказали – охранник придет, Алексей. А ты кто? Сынок?

– Будем знакомы, я и есть Алексей, – со снисходительной улыбкой ответил тот.

– Охранник?

– Да.

– Мал, значит, золотник, да дорог? – усмехнулся Данила.

– Точно так, это обо мне, – с пафосом согласился молодой человек. – Черный пояс по карате, чемпион мира по борьбе без правил, четвертый дан по айкидо.

– Руки-то нам развяжешь, чемпион?

– За этим и пришел, – Алексей направился к братьям. – Только хочу предупредить сразу… лишних движений не делайте.

– Развязывай, нам не до лишних движений, – проворчал Данила. – Мы не чемпионы, не борцы, обычные смирные парни, нас бояться нечего.

– Я и не боюсь.

– И что же ты стоишь? Развязывай!

Алексей распутал веревки, уложил их в карман и с улыбкой спросил:

– Чего теперь изволите?

– Поесть, ну и… того… в туалет я хочу, – буркнул Данила.

– Поесть принесут через полчаса, а что касается туалета – он вон за той дверью.

– Так это туалет?! – Данила, сорвавшись с места, понесся туда как угорелый.

Через полчаса им подали поесть, и Данила накинулся на пищу, словно голодал не меньше недели.

– Ничего вкуснее не ел в своей жизни, – бормотал он, вгрызаясь в курицу. Одновременно он запихивал в рот хлеб, хрустел свежим огурцом и не забывал прихлебывать апельсиновый сок.

– Дань, за тобой черти гонятся? – хохотнул Кирилл. – Пищу нужно тщательно пережевывать.

– Там все и пережуется, – отмахнулся тот, поглаживая себя по животу. – А я получаю удовольствие от еды, только когда ем как хочу. Большому куску рот радуется.

– Знаю, но торопиться все равно не стоит. У нас времени – завались, почти вся ночь впереди.

– Ночью я собираюсь спать! Поедим, и я арендую вот этот диванчик, а ты располагайся на кушетке.

– А почему это ты на диване, а я – на кушетке? – возмутился Кирилл.

– Потому что ты у нас стройный и спортивный, а я, сам видишь, человек монументальный, мне требуется много места, – нашелся Данила.

– Монументальный он, – проворчал Кирилл. – Толстый – вот более точное определение. Поменьше лопай, будешь таким же стройным и спортивным.

– А мне и так хорошо, – отмахнулся Данила. – Я смотрю, ты уже наелся? Не хочешь курицу? Я могу это все съесть? – как ни в чем не бывало спросил он.

– Кушай, братец, поправляйся! Горбатого могила исправит.

После сытной трапезы братья обсудили новую проблему и наконец улеглись спать. Данила, как и планировал, устроился на широком диване, а Кириллу пришлось приютиться на коротенькой кушетке. Чтобы ноги не свисали на пол, он подставил стул. Тот был выше кушетки, и молодому человеку пришлось спать с задранными конечностями. Это обстоятельство ничуть не помешало ему провалиться в сон, как в пропасть, видимо, сказалось нервное перенапряжение. Даже богатырский храп Данилы не помешал ему, но под утро…

* * *

– Алиса, ты спишь? – осторожно поинтересовалась Юля, просунув голову в дверь спальни. – Мне что-то не спится, хоть тресни, – проныла она и подошла к кровати. – Скуратова! Трудно ответить – спишь или нет?

– Уже нет, – тяжело вздохнула та, переворачиваясь на другой бок, посмотрела на Юльку сонными глазами, подтянула повыше одеяло и укрылась под ним с головой.

– Алиса, это нечестно!

– Угомонись, очень прошу, – пробубнила та из-под одеяла. – Что тебе все неймется? Нормальные люди еще спят в такое время.

– А что я могу поделать, если у меня бессонница? – проворчала Юля, забираясь на кровать к подруге и стаскивая с нее одеяло, чтобы и себе отхватить кусочек. Алиса вцепилась в него двумя руками и снова натянула на себя.

– Не спится мне, хоть глаза выкалывай, – Юлька тянула одеяло в свою сторону. – Отпусти его, наконец!

– Я замерзла, – буркнула та. – Ты зачем приперлась? Мало тебе места в комнате для гостей? Там тоже одеяло есть, двуспальное… пуховое… теплое… – сонно забормотала она.

– Скуратова, у тебя проблемы со слухом? Бессонница у меня!

– А я здесь при чем? – поинтересовалась та и широко зевнула. – Обязательно нужно меня будить?

– А почему я одна должна не спать? Мне одной мучиться – не комильфо.

– От тебя, Смехова, ни днем, ни ночью покоя нету, – возмутилась Алиса. – Скажи, для чего я Вовку к матери отвезла? Чтобы отоспаться как следует, пока никого нет, да, видно, напрасно мечтала. У меня всего неделя и осталась. Марков из Франции вернется, заставит сына от матери забрать, чтобы все семейство было в сборе, и понесется все по-прежнему. Подъем – в шесть утра, завтрак приготовить, мужа на работу проводить, ребенка в детский сад тащить, а потом весь день сама как белка в колесе проверчусь! И так – всегда!

– А кто тебя заставляет? Ты, между прочим, с бабками своего Маркова могла бы дома сидеть и в потолок плевать, – заметила Юля.

– Не дождетесь! Превратиться в домохозяйку и прозябать среди кастрюль и сковородок? Ни за что! Марков мне тоже всю плешь проел… бросай да бросай работу. Кому, мол, твои копейки нужны?.. А разве в этом дело? Я не для того в институте столько лет пыхтела и получала юридическое образование, чтобы потом забыть об этом. На работе я хотя бы с людьми общаюсь, а сиди я дома – давно бы в этих хоромах волчицей на луну завыла. Муж все время занят, сын – или в саду, или у бабушек. А мне что прикажете делать? Бегать по салонам красоты и фитнес-клубам? Слишком скучно, хотя и престижно.

– Сама заявляешь, что устала и хочешь отдохнуть, и сама же себе противоречишь, – прищурилась Юлька.

– Юль, завтра поговорим, – взмолилась та. – Я такой сон хороший видела, а ты влезла и все испортила на самом интересном месте.

– Так все царство небесное можно проспать. Надо подумать, что делать, – не сдалась Катастрофа.

– Если я не высплюсь, мои мозги вообще думать не смогут, – простонала Алиса. – Дай хоть еще пару-тройку часов поспать. Обещаю, в семь я буду на ногах.

– Вот так всегда… все приходится делать самой, – проворчала Юля. – Ни на кого надеяться нельзя! Взять хотя бы Рогачева. Я тебе уступила и позвонила ему, и что получилось? Его трубка недоступна, в кабинете его нет, дома – тоже. Ждать, пока он объявится, я не намерена, ты мне помочь отказываешься… Подруга называется. А проблему следует решать немедленно. Алиса, ты меня слышишь?

– Я полностью согласна с тобой, но только не сейчас, умоляю! Я умираю спать хочу, – взмолилась девушка. – Утро вечера мудренее. У меня мозги отказываются шевелиться…

– Дрыхни на здоровье, – и Юля спрыгнула с кровати. – Я в кухню иду, чтобы не мешать вашему величеству почивать! Поломаю голову над новой проблемой, а тебя пусть совесть загрызет к чертям собачьим!

– Смехова! – захохотала Алиса. – Как ты что-нибудь ляпнешь, так хоть стой, хоть падай. Радуйся, у тебя все получилось… сон как корова языком слизала. Включи кофеварку, я приму душ и присоединюсь к тебе.

– Вот это по-нашему, по-бразильски, – возликовала Юля. – Разве нам до сна, когда ребята неизвестно где?

– Не думаю, что Чугункины дадут себя в обиду, все будет хорошо, – ответила та. – На них где сядешь, там и слезешь.

– Ага, это когда я рядом, а без меня они – малые дети, беспомощные до безобразия, – возразила Юлька. – Кирилл может такое натворить, что потом сам дьявол не разберется, он очень вспыльчивый. Данила может терпеть долго, но если он по-настоящему разозлится – держитесь все! А бандиты не будут разбираться, у кого какой характер… пристрелят, и концы в воду.

– Загнула! Тебе бы детективы писать, а еще лучше – триллеры… Судя по сведениям, которые нам удалось раздобыть, Киселев уже давно не бандит, а нормальный бизнесмен, хоть и бывший вор в законе.

– И зачем же этому нормальному бизнесмену Чугункины?

– Не знаю, – пожала Алиса плечами. – Но раз они ему понадобились, значит, не просто так.

– Это и дураку понятно. Но зачем?

– Я тебе свою версию уже озвучивала, только ты почему-то не хочешь ее воспринять всерьез.

– Какую версию? Ну-ка напомни…

– Похоже, Киселева тоже шантажируют, как и вашу клиентку, с которой он был некогда в близких отношениях. Он мог решить, что это – Чугункины.

– Бред сивой кобылы, – фыркнула Юля.

– Поживем – увидим. Если не хочешь, чтобы я снова отправилась в гости к Морфею, свари кофе, – напомнила Алиса.

– Бегу, – Юлька понеслась в кухню.

Вскоре Алиса вернулась из ванной комнаты, умытая и причесанная.

– Ни минуты покоя, ни секунды покоя, значит, это заскок, значит, это заскок, вот что это такое, – шутливо пропела она. – Кому не спится в ночь глухую? Менту, преступнику и… двум ненормальным бабам… Смеховой и Скуратовой. Кофе готов?

– Минутку, – ответила Юлька. – Ты знаешь, мне пришла в голову сногсшибательная мысль.

– Какая?

– А что, если нам внаглую приехать к Киселеву и заявить – мол, мы знаем, что Чугункины у него? И, если он их не отпустит, мы сию минуту идем в милицию!

– И никто не узнает, где могилка твоя, – хмыкнула Алиса. – Ты соображаешь, что говоришь? Я тебе распечатку на него сделала, там черным по белому написано, что Киселев – бывший вор в законе. У него три ходки за плечами, в недалеком прошлом.

– И что?

– Да так, ничего особенного. Стоит нам только раскрыть рты и заикнуться о милиции, как нам их тут же закроют – навсегда.

– Правда, что ли? – недоверчиво переспросила Юлька.

– Попробуй, тогда и узнаешь.

– Ты же сама недавно говорила, что Киселев стал нормальным бизнесменом, почти уважаемым человеком, и вдруг… рты… навсегда?

– Я так сказала, чтобы ты не очень волновалась за близнецов, – объяснила Алиса. – Чужая душа – потемки. Откуда мы знаем, что у него на уме?

– Неужели он может пойти на убийство?

– Юль, я не могу это утверждать с полной уверенностью, но береженого Бог бережет. Где гарантия того, что он действительно стал добропорядочным гражданином? Видимость создал, а чем он занимается на самом деле, никому не ведомо. В наше время заработать миллионы честным путем трудно, а девяностые годы давно в прошлом. Особенно это сложно для человека, который половину своей жизни в криминале прокрутился и привык действовать с позиции силы.

– Скуратова, ты в зале суда, а я – «ваша честь»? Ты можешь разговаривать по-человечески? Я терпеть не могу подобную терминологию, на казенщину смахивает, – скривилась Юля.

– Я могу продолжать? – саркастично поинтересовалась Алиса.

– Валяй.

– Итак, исходя из вышеизложенного, повторяю, – Алиса хитро покосилась на Юльку, подавляя смех. – Приезжать на дачу Киселева с таким неоднозначным ультиматумом – глупо и неосмотрительно. А посему…

– Я тебя придушу! – пообещала Юлька.

– Я же шучу. Ну а если серьезно… Юля, мы же не знаем, для чего Киселев похитил ребят. Поэтому не можем с бухты-барахты к нему соваться.

– Вероятно, он хочет, чтобы Чугункины провели для него некое расследование, – оживилась Юля. – И наверняка его дело связано с каким-нибудь страшным секретом, поэтому он и решил их похитить, чтобы никто об этом не узнал!

– Фантазерка, – усмехнулась Алиса.

– Почему? – обиделась Юлька. – Алиса, сама подумай… зачем еще ему могли понадобиться частные детективы?

– Может, он коллекционер, скальпы собирает, – проворчала та. – Нет, твоя версия выеденного яйца не стоит. Во-первых, если бы ему понадобились Чугункины в качестве частных детективов, он бы не стал так рисковать… похищение людей – дело нешуточное. Во-вторых, не забывай… их увезли со свалки, и я уверена – это не случайность.

– Это я и без тебя поняла. За ними специально следили, дураку понятно. Будь они здесь, все встало бы на свои места. Нашли они того парня или нет? Ой, мама! Алиска, до меня только что дошло!

– Что дошло? – не поняла та.

– Ребята поперлись на свалку, чтобы разыскать Колотушина, и вдруг их оттуда похитили люди Киселева! Тебе это ни о чем не говорит?

– Нет, – пожала плечами Алиса. – А тебе?

– О многом, если не обо всем, – прошептала Юлька. – Е-мое, как же я раньше не догадалась?

– Смехова, может, объяснишь мне, бестолковой, о чем ты догадалась, или так и будешь сама с собой разговаривать? – одернула подругу Алиса.

– Чугункины собирались найти Колотушина, чтобы он рассказал им о человеке, одолжившем у него паспорт, – объяснила Юля. – Они собирались с его слов составить фотопортрет и показать его Людмиле. Стоило братьям прийти на свалку и почти что разыскать Ивана, как их похитили. Это значит, что люди Киселева следили за ними и, как только Чугункины вышли на правильный след… Ты понимаешь, в чем дело? – возбужденно спросила Юлька. – Он испугался, что они его вот-вот найдут!

– Ты хочешь сказать, что сам Киселев и есть шантажист?! – округлила Алиса глаза.

– Ага!

– И ты уверена, что миллионер, имеющий счета в швейцарском банке и в офшорных зонах, занимается шантажом, чтобы получить какие-то вшивые сто тысяч долларов от девицы, с которой он когда-то трахался? – насмешливо поинтересовалась Алиса. – Бредятина!

– Денег никогда не бывает много, а миллионеры – все жадные, – пожала Юля плечами, но в ее голосе поубавилось уверенности. – Ты считаешь, что я ошибаюсь?

– А ты – нет?

– Алиса, зачем же в таком случае ему понадобились Чугункины? За каким дьяволом их насильно уволокли со свалки?

– Мы не можем утверждать со стопроцентной гарантией, что это было сделано по приказу Киселева, – заметила та. – Вполне возможно, что просто у кого-то из его людей имеется на братьев зуб. Машина только зарегистрирована на Киселева, а ездит на ней охрана, к примеру.

– Тогда бы Чугункиных не повезли на машине Киселева, да еще и к нему на дачу, – возразила Юля. – Логично?

– Логично, – нехотя согласилась Алиса. – Впрочем, этому тоже можно найти объяснение. Вполне возможно, что на даче хозяин почти не бывает, уже осень, да и человек он занятой. Такое может быть?

– Не знаю, – пожала Юля плечами. – Что же нам-то делать?

Алиса задумалась.

– Единственное, что мне приходит в голову, – проследить за дачей. Что-нибудь выяснится…

– Точно! – встрепенулась Юля. – Алиска, у тебя не голова, а кладезь умных идей. Поехали!

– Я не говорила, что это должны делать мы, – осадила подругу та.

– А кто же? – оторопела Юлька.

– Ты должна наконец дозвониться до Рогачева и все ему рассказать. Он обязательно что-нибудь придумает. У них имеются прослушивающие устройства. А что у нас с тобой есть, кроме собственных ушей? Нужно звонить Роману.

– Опять ты за свое? – всплеснула Юлька руками. – Не буду я больше ему звонить, хоть расстреливай меня на месте.

– Но почему?

– Сказала – нет, значит, нет, без него обойдемся. Мы и сами толком ничего не знаем, зачем поднимать на ноги ФСБ?

– Но совсем недавно ты была готова на это, – напомнила Алиса.

– Я была напугана тем, что сотворила со сторожем чужой дачи. А теперь я успокоилась. Звонить Рогачеву не буду! Сама говорила – у Киселева бурное криминальное прошлое. Эта контора прицепится к нему и Чугункиных следом потащит, дело дойдет до Людмилы, и придется все о ней выложить. Тогда нашему агентству наступит конец. Я и представить боюсь, что близнецы со мной за такое безобразие сотворят…

– У тебя есть оправдание – ты им жизнь спасаешь, – возразила Алиса.

– Нет. Закроем эту тему. Если ситуация бесповоротно выйдет из-под контроля, начнем звонить во все колокола… может быть. А пока и сами управимся.

– Каким образом? Будем сидеть там круглосуточно и просто наблюдать? Что это даст?

– Не знаю, – растерялась та. – Вдруг Чугункиных повезут куда-нибудь, а мы проследим за ними…

– А если не повезут?

– Тогда мы что-нибудь в окна увидим…

– А если не увидим?

– Вот привязалась! – взвилась Юлька. – Если бы да кабы! Как хочешь, Скуратова! Лично я еду туда, и пусть мне будет хуже! – И Юля бросилась одеваться.

– Куда тебя несет? – крикнула Алиса. – На часы посмотри… половина пятого утра.

– Плевать! – отмахнулась Юлька. – Я не намерена ждать ни одной минуты, а ты можешь продолжать пить свой кофе!

– Ненормальная, – Алиса грохнула о стол чашкой и пошла следом за подругой. – Настоящая Катастрофа! Придется ехать с ней, иначе век себе не прощу, если с ней что-нибудь случится.

Глава 10

Кирилл проснулся от какого-то смутного беспокойства. Он не мог понять, что происходит. Сыщик сел на кушетке и прислушался. Откуда-то снизу донеслись звуки еле заметного движения. Затем он отчетливо услышал, как рядом скрипнула половица. Кирилл легко встал и на цыпочках подошел к дивану, где спал Данила. Он осторожно дотронулся до его плеча, и тот повернулся, удивленно захлопав сонными глазами.

– Ты что? – недоумевающе спросил он.

Кирилл приложил палец к губам. Махнув рукой, чтобы брат следовал за ним, Кир направился к двери, осторожно ступая. Данила поспешил за братом, стараясь не шуметь. Они остановились у двери и увидели, что она приоткрыта. А ведь Алексей закрыл ее на ключ, уходя вчера.

– Что бы это значило? – еле слышно прошептал Кирилл, обернувшись к Даниле.

Тот недоуменно пожал плечами, вернулся к дивану и начал торопливо натягивать ботинки. Кирилл последовал его примеру. Они вернулись к двери и замерли, прислушиваясь. В доме стояла мертвая тишина.

– Что будем делать? – прошелестел Данила.

– Нужно выйти и посмотреть, что происходит, а там… как карта ляжет, – ответил Кирилл и осторожно потянул дверь на себя.

Она открылась совершенно бесшумно. Как только проем стал большим настолько, что можно было в него проскользнуть, братья прошмыгнули в проем и направились к лестнице. Темнота была кромешная, они двигались на ощупь, но Кирилла это не смущало. Он знал дорогу, так как специально запоминал расположение комнат, когда их привезли сюда. Как только они ступили на лестницу, Кирилл резко замер.

– В чем дело? – спросил Данила.

– Там кто-то лежит…

– Где?

– Вон там, внизу, у лестницы. Видишь свет от уличного фонаря в окне?

– Ага, вижу, – кивнул Данила – А кто это?

– Откуда же мне знать?

– И что теперь?

– Пошли, посмотрим. Не возвращаться же назад?

– Интересно, кто нам дверь открыл? – нахмурился Данила, не двигаясь с места.

– Понятия не имею, но, кто бы он ни был, спасибо ему.

– Ой, Кир, не нравится мне это, – проворчал Данила, не двигаясь с места.

– Можно подумать, что я в экстазе, – еле слышно огрызнулся тот. – Мы так и будем тут торчать, пока нас не увидят? Рассуждать потом будем, пошли!

– Ну, пошли, – нехотя согласился Данила.

Братья спустились с лестницы и уставились на человека, лежавшего у их ног, широко раскинув руки в стороны.

– Е-мое, это же недомерок Алексей, – прошептал Данила. – Что с ним?

Кирилл присел, желая разглядеть, что случилось с охранником, и сразу же вскочил. В руках он держал свой собственный пистолет.

– Это что? – изумленно спросил Данила.

Кирилл ошарашенно посмотрел на брата и резко выдохнул…

– Валим отсюда, быстрее! – и, подавая пример, ринулся к входной двери, больше не заботясь об осторожности. Данила нагнулся – выяснить, что он увидел. Поняв, что именно, он бросился следом за Кириллом, топая так, что в окнах задребезжали стекла.

– Вот влипли! – ругался он, стараясь не отставать от брата. – Катастрофа… удружила! И на хрена нам эта клиентка сдалась? Если бы не Людмила со своим шантажистом, сидели бы сейчас в засаде, в теплой машине, следили бы за чьим-то мужем…

Кирилл остановился посреди холла и взглянул на диван, где громко храпела троица охранников.

– Напились, что ли? – пробормотал он и приблизился к дивану. – Не похоже, спиртным не пахнет, – потянул он носом.

– Значит, их усыпили, – заключил Данила. – Валим отсюда, и как можно быстрее! Чует мое сердце, неспроста это…

Братья выскочили из дома как ошпаренные и побежали к забору. Им никто не попался на пути, никто их не остановил, словно все вокруг вымерли или спали крепким сном, как и охранники в холле. Кирилл озирался по сторонам, стараясь найти способ перелезть через забор, и вдруг увидел, что ворота приоткрыты. Он резко остановился, и Данила с разбега впечатался в его спину.

– Тихо, медведь, – шикнул Кирилл, еле удержавшись на ногах. – Такое впечатление, что кто-то специально все открыл для нас. Сначала дверь в комнате, теперь – ворота… И никого не видно. Похоже, все спят или… Тебе не кажется это странным?

– Мне кажется, что если в ближайшее мгновение мы отсюда не уберемся, нас сцапают и отправят в тюрьму за убийство!

– Ты прав, – согласился Кирилл и сорвался с места.

Данила не отставал от него ни на шаг. Через десять секунд они оказались на улице.

– Куда теперь? – тяжело выдохнул Данила.

– К дороге, – махнул рукой Кирилл и припустился еще быстрее. Данила пыхтел за его спиной как паровоз, но отставать не желал. «Юлька права, мне надо худеть, – думал он, топая крепко, словно забивая в землю сваи. – Еще пара таких кроссов, и сердечный приступ обеспечен. С завтрашнего дня сажусь на диету… если доживу, конечно!» Пробежав еще метров двести, он все-таки не выдержал и остановился, сложившись пополам.

– Кир, передохнем немного, я больше не могу, сейчас сердце остановится!

– Дань, потом передохнем, сейчас не время, – крикнул Кирилл.

Резко распахнулась калитка в воротах, рядом с которыми остановился Данила, и из нее вывалился здоровенный парень с безумными глазами.

– Убью, зараза! – взревел он, кинувшись к Даниле. Тот не успел ничего сообразить, как оказался в крепких объятиях парня. – Где она? – зловеще прорычал крепыш.

– Кто?! – икнул тот.

– Баба!

– Какая баба?!

– Вот такая, – снова прорычал здоровяк и задрал руки вверх, растопырив пальцы. Похоже, этой пантомимой он пытался изобразить прическу неизвестной.

– Не видал, – мотнул головой Данила и проворно отскочил в сторону, боясь вновь оказаться в его лапах.

– Точно не видал? – переспросил тот, с подозрением глядя на Данилу.

– Точно!

– А ты кто?

– Никто, просто прохожий.

– Блин, и где ж мне ее теперь искать? Убью, если найду, – процедил здоровяк сквозь зубы. – Вот стерва, а! Так меня… меня! – стукнул он себя в грудь кулаком. – Ты не врешь, точно не видал?

– Я сам минуту назад сюда прибежал. А что случилось? – поинтересовался Данила.

– Откуда я знаю? Вышел я во двор покурить, а заодно и малую нужду справить решил. Только начал, как она как черт из табакерки выскочила, чума болотная! И прямо в морду какой-то мерзостью брызнула, представляешь?! – сопя от возмущения, проревел парень. – Очнулся, смотрю – лежу на сухих листьях, а ее и след простыл. Убью заразу!

– Может, тебе лучше того… похмелиться? – осторожно заметил Данила.

– Да не пил я! Интересно, куда она могла деться?

– А давно она тебя того… вырубила?

– Минуту назад, не больше, – ответил парень. – Не могла она далеко убежать!

– Может, на машине уехала?

– Нет, я бы услышал. Ладно, пойду в дом, там жена одна осталась. Мы с ней целую неделю не виделись, а ей рано утром уезжать, аж в полшестого, чтобы на работу не опоздать.

– Так уже без двадцати шесть, – Данила взглянул на часы.

– Сколько?! – опешил парень. – Такого быть не может, это у тебя с часами что-то! Когда выходил покурить, еще двенадцати не было…

– Мои часы в полном порядке, – возразил Данила. – По ним можно кремлевские куранты проверять.

– Это что же получается? – охнул здоровяк. – Я провалялся в саду почти шесть часов?!

– Выходит, так, – пожал плечами Данила.

– А мне показалось – минуту! Ну, все, держись, стерва, найду – убью! Я очень хорошо запомнил эту овцу трехцветную.

– Трехцветную? – насторожился Данила. – А она… молодая?

– Да, и дохлая такая… лет двадцати, может, чуть больше. Не разглядел я, темно было. Но увижу – узнаю!

– Данила, хватит трепаться! – крикнул Кирилл.

– Извини, браток, у нас дела, – Данила сочувственно посмотрел на парня. – Желаю тебе разыскать эту бабу и… прикончить!

Данила поторопился к Кириллу, прокручивая в голове этот странный разговор. Его мучила некая смутная догадка, но она была настолько невероятной, что он махнул рукой и выкинул ее из головы.

– Что ему от тебя понадобилось? – раздраженно спросил Кирилл.

– Ерунда какая-то. Пошли быстрее, скоро шесть утра. Еще немного, и люди начнут просыпаться, мне бы не хотелось, чтобы нас кто-то увидел.

– Поздно пить боржоми, когда почки отказали, – невесело усмехнулся Кирилл.

– В каком смысле?

– Ты с кем только что разговаривал? С шимпанзе? Этот парень наверняка тебя хорошо запомнил.

– Я и не подумал об этом, – сплюнул Данила. – Он так внезапно на меня набросился, что я ничего сообразить не успел.

– Это уже не имеет значения.

– Кир, но ты же пистолет забрал, – напомнил Данила. – Нет оружия – нет и доказательств.

– У тебя мозги совсем заклинило? Мой пистолет официально зарегистрирован, вместе с полной обоймой пуль, и я еще ни разу из него не стрелял!

– Е-мое, пуля-то с номером! В голове у Алексея! – до Данилы наконец дошел весь ужас ситуации. – Ну, влипли! Кто-то специально нас подставил.

– Меня, – поправил брата Кирилл.

– С каких это пор у нас раздельные проблемы? Если бы вместо твоего пистолета нашелся мой, ты бы сказал, что это – мои проблемы, а не наши общие?

– Не болтай ерунду, – огрызнулся Кирилл.

– Сам не трепись. Топай, светает уже…

* * *

– Не гони, ненормальная! – закричала Алиса, когда Юлька чудом вписалась в поворот и машину чуть не занесло.

– Не боись, Скуратова, за рулем – мастер! Мне тоже помирать рано, дел еще целый вагон.

– Еще немного, и мы бы в кювет улетели!

– Алиска, смотри… кто это? – вдруг закричала Юля, резко нажав на тормоз.

– Ты совсем сдурела? – взвилась Алиса, когда машина, подпрыгнув пару раз, замерла.

– Не ори! Лучше посмотри в окно!

– Тебе надо, ты и смотри, – рявкнула Алиса и вдруг замерла с открытым ртом. – Чугункины, – прошептала она. – Глазам своим не верю!

Юлька выскочила из машины и, размахивая руками, понеслась навстречу близнецам.

– Мальчики, миленькие, как я рада вас видеть! – заверещала она и с поросячьим визгом бросилась на шею Даниле. – Как же я перепугалась! Мы с Алиской уже не знали, что и думать. Где вы были? Что с вами случилось? Киселев отпустил вас? А что ему было нужно от вас?

– Юль, мы тоже счастливы тебя видеть, но давай сперва уедем подальше, – Кирилл с опаской огляделся по сторонам.

– Да-да! – Юлька отцепилась от Данилы и прилипла к Кириллу. – Вы не представляете, что со мной было, когда я поняла, что вас похитили! Не знала, куда бежать, поехала к Алиске и Маркову… Она базу данных на компьютере грохнула, и мы все о Киселеве узнали! Мы уже были здесь сегодня ночью, только дома перепутали, и я случайно залезла в чужой дом, – затараторила она. – А Марков во Франции!

– В чужой дом, говоришь? – Данила взглянул на ее прическу. – Трехцветная… чума болотная! – он вспомнил парня с бешеными глазами.

– Ты о чем, Дань?

– Рвем когти, – ответил тот. – Катастрофа, ты – настоящая катастрофа!

– В чем дело? – спросила она.

– Потом скажу, – ответил Данила.

– За руль сяду я, – сказал Кирилл и, открыв дверцу, сел на место водителя. Данила уселся рядом с ним, девушки устроились сзади.

– Вроде все в сборе? – спросил Кирилл.

– Да, теперь действительно все, – ответила довольная Юлька.

– Поехали, – кивнул сыщик и тронул машину с места.

– Мальчики, я так рада! – Юлька никак не могла угомониться. – А ты еще не хотела сюда ехать, ненормальной меня называла, – накинулась она на Алису. – Вовремя мы появились! Я как чувствовала… Ребята, расскажите наконец, в чем дело? А то от разных диких версий у нас с Алиской уже волосы начали выпадать!

– Зубы-то целы? – засмеялся Данила.

– Пока на месте. Рассказывайте, я сгораю от нетерпения! – Юля заерзала на сиденье.

– Попали мы, девчонки, в историю – нарочно не придумаешь! И что делать, не знаем. Кстати, а вы как тут оказались? Как узнали, что мы именно в этом поселке?

– Дедукция – великая вещь, Данечка! – гордо вздернула нос Юля. – Немного информации, тщательные размышления, правильные выводы, смекалка, а в результате – Чип и Дейл спешат на помощь! Правда, небольшая накладочка вышла…

– Эта накладочка с одним крепышом местным произошла? – хмыкнул Данила.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Юлька.

– От верблюда! Он меня едва в объятиях не задушил… пытался узнать, не видал ли я ненормальную бабу с трехцветными вихрами.

– Иди ты! – ахнула Юлька. – А как он выглядел?

– Злой был, как раненый мамонт.

– Я не об этом. Со здоровьем у него как?

– Судя по тому, что у меня до сих пор ребра болят, с этим у него все в порядке.

– Слава богу, – облегченно вздохнула Юлька.

– Как тебя угораздило нажить себе врага в его лице? – поинтересовался Данила.

– Дом перепутала, я уже говорила. У Киселева – девяносто шестой, а меня занесло в шестьдесят девятый! Этого гоблина я вырубила газовым баллончиком, подумала, что он – один из похитивших вас бандитов. Я же не знала, что не туда залезла…

– Значит, ты собиралась в дом к Киселеву проникнуть?

– А что такого? Надо же было вас выручать!

– А охрана тебя не смущала?

– Я перед ними раздеваться не собиралась, – фыркнула Юлька. – Что я не так сделала? Подумаешь, дома перепутала! Лучше расскажи, что с вами произошло, нечего нам зубы заговаривать.

Данила посмотрел на брата и, увидев, что тот кивнул, заговорил:

– Приехали мы с Кириллом на свалку, сделали вид, что собираем бутылки…

И Данила рассказал все в подробностях – вплоть до того момента, когда в шесть утра они вдруг увидели на дороге Юлькину машину…

– Вот такие дела, девчонки. Как нам теперь выкручиваться из этой ситуации – непонятно.

– Вот это да! – воскликнула Юлька. – Чего угодно могла ожидать, только не такой концовки… Алиса, ты же адвокат, придумай что-нибудь, – обратилась она к подруге. – Как им теперь из этого дерьма выбираться? Дело нешуточное, человек убит, теперь все повесят на Кирилла.

– А при чем здесь моя профессия? – огрызнулась Алиса. – У Кира с Данькой тоже юридическое образование.

– Ты – практикующий адвокат и сталкивалась с подобными ситуациями, – возразила Юля. – Дураку понятно, что кто-то решил ребят подставить. Поэтому охранника застрелили из пистолета Кирилла и оставили его рядом с трупом.

– Это еще бабка надвое сказала, труп ли они видели, – задумчиво ответила Алиса. – Нужен врач, чтобы констатировать смерть…

– Он мертв, – подал голос Кирилл. – На лбу – маленькая дырка с запекшейся вокруг кровью. Я на таких насмотрелся за пять с лишним лет, пока в убойном отделе трубил.

– Кир, что ты мог разглядеть в темноте? – возразила Юлька. – Тем более в таком взвинченном состоянии?

– Я тоже видел, подобная рана несовместима с жизнью, – подтвердил слова брата Данила. – С улицы падал свет от фонаря, как раз на то место, где лежал покойник.

– Странно, что его именно там убили… где все видно, пусть и плохо, – пробормотала Алиса. – В этой истории концы с концами не сходятся. Кто-то отпирает дверь, а охранники спят богатырским сном… Тип с простреленной головой лежит у лестницы, причем убит он из пистолета Кирилла, а оружие валяется рядом… И в завершение – еще один сюрприз в виде открытых ворот. Кругом – ни души, словно специально. Может, это какой-то розыгрыш? Хотя…

– Ничего себе шуточки! – округлила глаза Юля. – Да за это за ноги повесить – и то мало!

– Киселев не стал бы такое устраивать, – возразил Кирилл. – Настроен он был очень решительно. Нет, девчонки… ведется какая-то странная игра, но кто с кем играет, неизвестно.

– А вы оказались в этой игре пешками, которых рано или поздно съедят – разжуют и проглотят, – заметила Юлька. – Нет, мальчики, так дело не пойдет… надо срочно принимать меры.

– Например? – спросил Данила.

– Немедленно спрятать вас в надежном месте.

– Зачем?

– А ты хочешь, чтобы вас с Киром взяли под белы рученьки – и в камеру?

– Но мы же ни в чем не виноваты… объясним, разберутся…

– И это говорит бывший опер?! – всплеснула Юлька руками. – Не смеши меня, Чугункин!

– Юлька права… нам нужно на время исчезнуть, – вклинился Кирилл.

– Куда?

– Пока ничего путного в голову не пришло, подумаем.

– Отвезу вас на дачу к Маркову, – подала голос Алиса. – Вполне надежное место, никому и в голову не придет вас там искать.

– Алисонька, какая же ты умница! – обрадовалась Юля. – А где его дача?

– Через пару часов будем на месте. Только продуктов нет, мы в августе приезжали в последний раз, потом времени не было. Заедем по дороге в магазин. Есть камин, дров достаточно, холода не страшны. Сауна, бассейн, телевизор, видик, холодильник, городской телефон… Все имеется.

– Живут же люди! – вздохнула Юлька. – И даже ни разу не пригласила меня в такую сказку, а еще подруга!

– У тебя память короткая, – парировала Алиса. – Я тебя летом несколько раз пыталась туда вытащить, но ты же занята до предела, тебе вечно некогда!

– Если бы ты рассказала, что там и сауна, и бассейн есть, меня бы и уговаривать не пришлось.

– Не у меня, а у моего мужа. Это дача Маркова, – отметила Алиса. – А тебе прекрасно известно, что муж у меня появился всего пять месяцев тому назад.

– Марков появился много раньше, когда Вовку тебе заделал, а в том, что поженились вы так недавно, сама и виновата, – напомнила ей Юлька.[5]

Алиса не отреагировала на ее слова.

– Итак, едем к Маркову, ура! – с энтузиазмом воскликнула Юлька. – Представляю, какой получится сюрприз, когда он вернется из Франции и обо всем узнает. Помните, как мы его прятали у Рогачева, когда его тоже подозревали в убийстве?

– Тогда все было иначе, – возразил Кирилл. – Та девушка была убита из неизвестного оружия. А этот парень лежит с пулей в голове, выпущенной из пистолета, зарегистрированного на мое имя.

– Но ты же можешь сказать, что у тебя украли оружие.

– Не говори глупости, в доме есть наши отпечатки пальцев. Тот, кто решил нас подставить, продумал все.

– Если тебе действительно предъявят обвинение в убийстве, придется рассказать, как все было на самом деле.

– Надо же, как просто! – ехидно заметил Кирилл. – Мой пистолет конфисковали люди Киселева вместе с другими вещами, когда обыскивали нас… кстати, после того, как насильно привезли к нему. Ты предлагаешь мне об этом рассказать? Еще и о нашей клиентке все выложить?

– Не в тюрьму же тебе садиться? – возмутилась Юля.

– Как-нибудь выкрутимся, надеюсь, – хмуро проговорил тот. – Мы не имеем права высвечивать клиентов, иначе кто нам доверится?

– Тьфу, дьявол, – неожиданно выругался Данила, перебив Кирилла. – Ведь наши документы остались в доме Киселева! Я только что вспомнил… Как их забрать?

– Ничего ниоткуда не нужно забирать, – спокойно ответил Кирилл.

– Как это? – удивился Данила. – Тебе удалось их найти?

– Даня, проснись… мы их с собой не брали, когда на свалку поехали!

– Точно! Я привык, что они всегда в кармане куртки лежат, пощупал – пусто. Подумал – забрали…

– Кирилл, метров через двести будет поворот, не проскочи, – подсказала Алиса. – А там уже рукой подать до дачного поселка.

– А ключи у тебя с собой? – спросила Юля.

– Откуда? – пожала плечами девушка.

– А как же мы войдем? В окно заберемся?

– Не переживай, в дверь войдем, как положено, – успокоила подругу Алиса. – У охранников запасной комплект имеется.

– Вы им доверяете ключи? – удивилась Юля. – Не боитесь ограбления?

– Там сигнализация, это во-первых, а во-вторых – они за это отвечают. У охраны должны быть ключи от всех дач, на всякий случай.

– Долго еще?

– Минут через десять-пятнадцать будем на месте.

– А в магазин мы так и не заехали, – вспомнила Юля. – Кирилл, поворачивай обратно!

– Зачем? – не понял тот.

– Там продуктов нет, с голоду, что ли, умирать будете?

– Я не согласен, – встрепенулся Данила. – Я без жратвы не могу, поворачивай, – велел он брату.

– Успокойтесь, – вздохнула Алиса. – Никуда не нужно поворачивать. Магазин в поселке есть, в десять утра открывается.

– У нас ни копейки с собой нет, – сообщил Данила.

– Не проблема. У меня с собой достаточно средств, чтобы закупить еды на неделю.

– Это радует! – причмокнул губами Данила. – Я лучше соображаю на сытый желудок.

– Подумать нам есть о чем, – согласилась Юля.

Глава 11

Подруги ехали домой, оставив Чугункиных на даче. На этот раз Алиса села за руль.

– Пока все не образуется, поживешь у меня, – сказала она Юльке. – И я не желаю слушать никаких возражений.

– А что я скажу родителям? – нахмурилась Юля.

– Скажешь, что я смертельно заболела и за мной некому ухаживать, тьфу-тьфу, не дай бог, конечно!

– Ты считаешь, что и мне может грозить опасность?

– Юля, ты все прекрасно понимаешь. Вполне реальная опасность. Думаешь, Киселеву неизвестно, что ты – подруга детства Чугункиных? Он половину города на уши поставит, чтобы их найти. И вполне может использовать тебя в качестве приманки, если ты не исчезнешь с глаз долой.

– Как же мы поможем ребятам, если я тоже спрячусь?

– Положись на меня, – сказала Алиса. – Мне не дает покоя мысль об этом миллионе долларов. Киселев так и не сказал Чугункиным, чем именно его шантажировали. Разговор намечался на утро… Такое впечатление, что все специально подстроили, чтобы Чугункины об этом не узнали. И если все так… Значит, кто-то из людей Киселева слышал их разговор и почему-то решил отпустить ребят, но при этом круто подставить, повесив на них убийство!

– И что ты об этом думаешь?

– Кроме версии, что шантажист – из числа людей Киселева, я пока ничего не придумала.

– Почему ты пришла к такому выводу?

– Подумалось, и все, – откровенно призналась Алиса. – У тебя есть иные соображения?

– Не знаю, насколько они верны, – ответила Юля. – Кому-то нужно было убрать Алексея, и он это сделал. А чтобы отвести подозрение от себя, он подставил Чугункиных, очень кстати оказавшихся в доме.

– В принципе, логично, – согласилась Алиса. – А почему же он позволил им уйти? Все охранники спали беспробудно…

– Правильно, – кивнула Юля. – Как только на место убийства приедет оперативная группа, у них будет готовенькая версия. Чугункины убили чемпиона, потому что он… чем-то им не понравился.

– Кирилл сказал, что охранники явно были усыплены, этот факт от следствия утаить не удастся. Их будут допрашивать, и все, как один, скажут, что они внезапно уснули, хотя раньше такого не случалось. Сразу станет ясно… им что-то подсыпали в еду, в питье или в выпивку.

– И что?

– Если следователь не дурак, он сразу сообразит, что братья тут ни при чем. Как они могли бы это сделать, если сидели под замком?

– Ты думаешь, кто-то из охранников скажет, что братья были заперты? – хмыкнула Юля.

– Почему же нет?

– Киселеву тогда придется признаться, что он держал Чугункиных в своем доме насильно, а это – подсудное дело! Скорее всего, он заявит, что они были у него в гостях, и вдруг – такая неприятность… убийство. А почему они вдруг грохнули его охранника, он и понятия не имеет! Проделавший все это – далеко не дурак, он учел все мелочи. И прекрасно знал, что Чугункины обязательно убегут, как только наткнутся на труп и на пистолет. А пока они будут скрываться, все сочтут за реальный факт, что чемпиона убили именно Чугункины. И Киселев так решит…

– Похоже, ты права, – задумчиво проговорила Алиса. – Все сходится именно на этом. Ну и дела!

– Загадок хоть отбавляй, – согласилась Юля.

– И что мы с ними делать будем?

– Подумаем… Черт, теперь еще и в агентстве неприятности возникнут, – охнула Юля. – Как некстати!

– Почему? – не поняла Алиса.

– Людмиле ведь обломалось все, Чугункиных нет, неизвестно, когда появятся. Она надеялась, что они найдут шантажиста и ее муж ничего не узнает. У нее семейная жизнь может разрушиться, как карточный домик, представляешь?

– Помню, – кивнула головой Алиса.

– Скандала не миновать, это точно. Как неудобно! Что я Вере скажу?

– Переживет, – отмахнулась Алиса. – Такие, как Людмила, умеют вывернуться из любой ситуации. Кстати, мне одна мыслишка в голову пришла… Насколько я поняла, все началось именно с тех пор, как Чугункины занялись этим делом? – спросила Алиса.

– Да. Ребята уже практически нашли этого Колотушина, тут Киселев и нарисовался.

– Киселев – тот богатенький «папашка», с которым Людмила когда-то была в близких отношениях?

– Угу.

– И на фотографиях она именно с ним?

– Точно, – подтвердила Юля. – И есть еще некий Соломатин.

– Странное совпадение, ты не находишь? – спросила Алиса. – Я уверена, что это не случайно.

– Ничего странного, на мой взгляд, – возразила Юля. – Шантажист решил срубить денег с Людмилы, а заодно и с Киселева. Скорее всего, даже наоборот, судя по разнице в сумме. Наверняка гаду известно, что Киселев очень богат, он и не стал церемониться. Решил, что миллион за молчание – в самый раз.

– Почему же он у Людмилы всего сто тысяч попросил? – усмехнулась Алиса.

– Пощадил ее, наверное. Ему наверняка известно, что деньги ей придется каким-то образом вытягивать у мужа, своих-то у нее нет. А Киселев – сам хозяин своих капиталов… черт, совсем забыла! – спохватилась Юля. – Чугункины говорили, что Киселева шантажировали не фотографиями! Чем-то другим!

– Юлька, кажется, у меня появилась неплохая идея, – возбужденно сообщила Алиса. – И я уверена… если мы… Короче, нам нужно повидать Соломатина. Чем быстрее, тем лучше, – решительно проговорила она.

– Зачем?

– Я уверена, что шантажист не оставил и его в покое. Мы должны это выяснить, для этого нужно срочно встретиться с Соломатиным.

– Легко сказать, но – как? – нахмурилась Юля. – Чугункины два дня его пасли, но так и не поймали.

– То Чугункины, а то – Скуратова со Смеховой! Отпадные женщины!

– Совсем из головы вылетело, что я – дама. Скоро дату дня рождения забуду от такой жизни.

– Тебе не к лицу плохое настроение, – шутливо прикрикнула Алиса. – Помнишь, как ты меня укоряла… «Где твой энтузиазм, Скуратова? Где жажда добиться справедливости? Где блеск в глазах?» А сама? Юленька, мы всем покажем, на что способны!

– Как хорошо, что ты со мной! Одна бы я ни за что не справилась…

– Никогда в жизни не поверю, чтобы ты, Катастрофа, спасовала перед трудностями. Едем ко мне, я добуду кое-какую информацию, и тогда решим, с чего начнем.

– Что за информация тебе понадобилась? – спросила Юля.

– Потом скажу. Приехали, – облегченно вздохнула Алиса, подгоняя машину к дому. – Возьми ключи и поднимайся, я машину твою отгоню в гараж, рядом со своей поставлю.

– А можно?

– За деньги у нас можно все, – засмеялась Алиса. – Не забивай голову ерундой, мозги тебе для более важного дела понадобятся.

– О'кей, как скажешь, – Юля выскочила из машины, прошла в подъезд и увидела охранника, который не хотел ее впускать в прошлый раз. – Смехова Юлия Борисовна, иду в тридцать седьмую квартиру, вот ключи, – отрапортовала она, подняла связку ключей над головой. – Еще вопросы?

– Откуда у вас ключи? – строго спросил тот, проигнорировав сарказм девушки.

– А ты как думаешь?

– Украла?

– Что я сделала?! – опешила Юля. – Ты совсем сбрендил?

– Недавно тут квартиру ограбили, и тоже знакомые хозяев, между прочим.

– А ты куда смотрел… охрана?

– Они же не мебель выносили, а деньги и драгоценности.

– А ты решил, что и я собираюсь ограбить своих друзей? – усмехнулась Юля.

– Можешь смеяться сколько угодно, но у нас имеются определенные распоряжения… никого не впускать, если не имеется личного разрешения хозяев квартиры.

– Я похожа на воровку? – подбоченилась Юлька, выставив вперед ногу в драных грязных джинсах.

– Еще как, – кивнул парень, с усмешкой посмотрев на ее шмотки. Юля уже открыла рот, чтобы возмутиться до глубины души, но тут в подъезд вошла Алиса и поинтересовалась:

– Что ты до сих пор тут делаешь?

– Ваш цербер – слишком бдительный, не пускает. Утверждает, что я на воровку похожа!

Алиса потерла нос, чтобы Юлька не заметила невольную ее улыбку, и, обняв девушку за плечи, обратилась к охраннику:

– Сережа, запомните, пожалуйста, эту вихрастую девицу и спокойно пропускайте ее в любое время дня и ночи. Это моя лучшая подруга, почти сестра.

– Как скажете, – и парень пометил что-то в журнале.

Девушки пошли к лифту, и Юлька, повернувшись, скорчила на прощанье гримасу охраннику. Он ответил ей тем же и подмигнул.

* * *

– Витя, надеюсь, ты понимаешь, что о моем звонке никто не должен знать? – предупредил друга Кирилл. – Ты – единственный человек, которому известно, где мы с Данилой находимся и что на самом деле произошло в доме Киселева. Девчонки тоже в курсе, больше – никто.

– Об этом мог и не говорить, – с обидой ответил тот.

– Не обижайся, нервы сдают. Попали с Данилой, как последние лохи!

– Ладно, прощаю, – проворчал Парамонов.

– У меня к тебе еще одна просьба…

– Говори.

– Подстрахуй Юльку с Алисой! Они опять начнут лезть во все дырки, им хоть кол на голове теши, особенно Катастрофе.

– Да уж, кого-кого, а Катастрофу я прекрасно знаю, – усмехнулся Парамонов. – Нет проблем, подстрахую. Организую за ними наружку, чтобы в любой момент подоспеть на выручку.

– Только чтобы они ничего не заподозрили.

– Сделаю все в лучшем виде. Дам задание практиканту, он возле меня уже третий месяц торчит и просит поручить ему ответственное задание.

– А у него не возникнет ненужных вопросов?

– Положись на меня, я что-нибудь придумаю.

– Он справится?

– Обижаешь, – хмыкнул Виктор. – Конечно… школа-то моя. А я все время буду с ним на связи.

– Отлично, – облегченно вздохнул Кирилл. – Слушай, неужели действительно в сводке еще не прошло сообщение об убийстве на даче Киселева? – спросил он. – Посмотри еще раз, может, пропустил?

– Кир, я пока старший в группе… Гнедов в отпуске. Уж кому-кому, а мне бы доложили в первую очередь.

– Странно, – пробормотал Кирилл. – Ведь это же не хулиганство или бытовуха, а убийство, да еще в доме такого человека…

– Ничего особенного, – возразил Виктор. – Там может работать местная группа, это же Подмосковье. Проведут оперативное дознание на месте происшествия, это не так быстро делается, а потом сообщат нам.

– Ты так думаешь?

– Чугункин, ты меня удивляешь! Ты прослужил у нас пять с лишним лет, тебе прекрасно известны правила! Такие дела быстро не делаются.

– Я все понимаю, но Киселев – человек не простой. Мне казалось, что сведения должны были поступить немедленно.

– Кирилл, успокойся, – вздохнул Виктор. – В конце концов, откуда ты знаешь, что на его даче происходит в данный момент?

– В каком смысле? – не понял тот.

– Может, до сих пор ничего и не обнаружили. Охранники продолжают спать беспробудным сном, никто и в глаза не видел трупа…

– Ну… – неуверенно ответил Кирилл. – Наверное, это возможно, хотя маловероятно.

– Почему?

– Киселев вчера сказал, что утром он приедет вместе с начальником охраны, и мы обсудим план дальнейших действий.

– Значит, он еще не вернулся.

– Собирался приехать с утра, а сейчас уже три часа дня!

– Киселев – человек занятой, у него могли возникнуть непредвиденные обстоятельства.

– Тогда он позвонил бы, и если все продолжали бы дрыхнуть, он непременно заинтересовался – почему никто не отвечает на его звонки? Что-то здесь не то, – возразил Кирилл. – И мне это очень не нравится. Надо срочно выяснить, что там происходит.

– Ты хочешь, чтобы это сделал я?

– Да. Проверь все, я буду перед тобой в неоплатном долгу.

– Ловлю на слове… с тебя ящик пива и мешок копченого леща!

– Нет проблем, но пить его будем вместе. Когда ты туда поедешь?

– Некоторые дела не терпят отлагательства, через пару-тройку часов, думаю, освобожусь и прокачусь до дачного поселка, – пообещал Парамонов.

– Как только что-то узнаешь, перезвони, – попросил Кирилл.

– Конечно, не волнуйся.

– Ну, все, не буду отрывать тебя от дел. Витя, спасибо, ты – настоящий друг, – искренне поблагодарил его Кирилл. – Век не забуду!

– Не за что, жди звонка, – и Парамонов отключился.

Кирилл медленно опустил телефонную трубку на базу.

– Как странно… – пробормотал он. – Что же там происходит?

– Уфф, хорошо-то как, – пропыхтел Данила, входя в комнату. Его бедра были обмотаны полотенцем, а на макушке лихо сидела фетровая шляпа. – Почему париться не идешь? – спросил он у брата. – Я тебя ждал, ждал в сауне, понял, что еще чуть-чуть – и растаю, как плавленый сыр, пришел тебя поторопить.

– Я Витьке Парамонову позвонил, – ответил Кирилл. – Все ему рассказал.

– Парамонову? – нахмурился Данила. – Считаешь, правильно сделал?

– У нас с тобой нет другого выхода. Виктор не подведет, я уверен.

– Я знаю, что он хороший друг, но не забывай… он при исполнении. Скрывая от следствия главных подозреваемых, он идет на должностное преступление.

– Ну, пошло-поехало! Я объяснил, как все произошло на самом деле, и он прекрасно меня понял. И вообще, нас пока еще никто не подписал на роль главных подозреваемых, – раздраженно отметил он.

– Не кипятись, я всего лишь сказал то, что думаю, – миролюбиво проговорил Данила. – И как Парамонов отреагировал?

– Выслушал очень внимательно, все правильно понял, обещал помочь. К сожалению, он ничего не знал… в управление еще не поступали сведения о происшествии на даче Киселева.

– До сих пор? – удивился Данила. – Быть такого не может!

– Отчего же? – пожал Кирилл плечами. – Возможно, там пока местные работают, не успели просигнализировать в управление. Или никто вообще ничего не обнаружил, – повторил он предположение Виктора.

– Маловероятно, времени-то прошло много.

– Парамонов обещал через пару часов освободиться, съездить туда и все узнать. Жаль, что нам нельзя высовываться. И надо же нам было влипнуть в такую историю! Можешь мне не поверить, но я как чувствовал… ничего хорошего не будет с этой Людмилой. Пытался ее озадачить нашими расценками…

– Понимал я все, что ты мне объясняешь? Знать бы, где упасть… Спасибо Катастрофе, удружила!

– На нее не стоит обижаться, она хотела как лучше, – пошел на защиту девушки Кирилл.

– А получилось как всегда! Ладно, идем, попаримся, нырнем в бассейн, расслабимся, в мозгах просветлеет, умные мысли появятся.

– Толку от наших умных…

– Слушай, может, Рогачеву позвоним? – вдруг оживился Данила. – Он наверняка реально поможет?

– А потом что?

– В каком смысле?

– Этот вариант нужно использовать лишь в самом крайнем случае! ФСБ – это тебе не детский сад. Да и Юлька будет орать как ненормальная, она с Ромкой поссорилась.

– Нашел о чем думать, – насупился Данила. – У нас земля под ногами горит, а ты Катастрофы испугался.

– Она просила не звонить ему до поры до времени. Я обещал. Она сказала… если у них с Алисой ничего не получится, она сама попросит Романа о помощи.

Братья посидели в сауне минут десять, потом, нырнув в бассейн, принялись с энтузиазмом рассекать водную гладь, фыркая и отплевываясь, как моржи. Занятые столь приятным времяпрепровождением, они не услышали, как в дом кто-то осторожно вошел…

А когда они увидели, что некто внезапно возник возле бассейна, наблюдая за ними, было уже поздно что-то предпринимать. Парень был затянут с ног до головы в черную кожу, облепившую его фигуру, как перчатка. Под мышкой он держал мотоциклетный шлем и ехидно улыбался, глядя на братьев поверх темных очков, чуть приспущенных на нос. Кирилл от неожиданности хлебнул воды, закашлялся и погрузился в воду с головой. Данила вовремя подхватил брата за длинные волосы и вытащил наружу.

– Ты кто? – резко спросил он у незнакомца.

– Тот самый конь в пальто, – прищурился мотоциклист. – Развлекаемся, значит? Голышом? Вы что, голубые?

– Сдурел, разве не видно, что мы братья? – возмутился Данила. – Мы только что из сауны, поэтому голышом.

– А, понятно, – усмехнулся молодой человек. – И как парок?

– Нормальный! Может, скажешь, кто ты такой?

– Мне бы вначале хотелось узнать, кто вы такие?

– Братья Чугункины, частные детективы.

– Во как, – удивленно вскинул брови незнакомец. – И что же забыли детективы в доме моего брата?

– Так ты брат Владимира? – обрадовался Данила. – Постой, он никогда не говорил, что у него есть брат, – насторожился он. – Сестра есть, а что касается брата…

– Я его двоюродный брат, кузен, если выразиться по-французски. Марков Илья Константинович. Не прошу любить, жаловать – тоже без надобности.

– Марков? – Данила не обратил внимания на его сарказм.

– Естественно, наши отцы – родные братья. Как вы попали сюда, господа детективы? Насколько мне известно, Владимир еще в Париже.

– Нас Алиса привезла, – ответил Данила. – Мы расследуем весьма опасное дело, понадобилось надежное убежище.

– Ах, даже так? Алиса, значит? Хорошо, проверим, – кивнул головой молодой человек и, вытащив из кармана мобильный телефон, набрал номер. – Алиса, привет, это Илья.

– Ой, Илюша! – радостно отозвалась та. – Ты когда приехал?

– Сегодня, ночным рейсом прилетел. Слушай, я тут решил немного отдохнуть, приехал с подругой на дачу, а здесь…

– Да, Илюша, там мои друзья, братья Чугункины, Кирилл и Данила, детективы, отличные ребята! Володя их хорошо знает. Будь с ними погостеприимнее, им нужно побыть подальше от города, в безопасности. Я тебе потом все объясню. Они же не помешают тебе? Дом огромный, места всем хватит. Я очень рада, что ты приехал! Володя через неделю будет в Москве. Ты надолго прилетел?

– На этот раз пробуду не меньше месяца, так что еще сто раз встретимся.

– Илюш, помягче с ребятами, они замечательные, сам увидишь. Очень нужно им помочь.

– Нет проблем, Алиса, – ответил тот. – Я сперва подумал – воры в дом забрались, смотрю, а они в бассейне плещутся, – засмеялся молодой человек. – Раз так, все будет нормально. Ваши друзья – мои друзья. Целую тебя и Вовку. Кстати, я ему подарок привез… железную дорогу. Пока! Все в порядке, господа Чугункины, можете чувствовать себя как дома. Друзьям своих родных я всегда рад, – церемонно поклонился он. – Вам не холодно? Может, вылезете из воды?

Дверь открылась, на пороге показалась длинноногая блондинка и, капризно надув губки, проныла:

– Илья, куда ты пропал? Жду, жду, а ты все не идешь. Ой, какие мальчики! – оживилась она, разглядывая Чугункиных, замерших с открытыми ртами. – Привет, ребятки! Как водичка?

– Отпад, как ты, кстати, – буркнул Данила.

– Что-то мне тоже захотелось поплавать, – томно потянулась девушка. – Может, я к вам присоединюсь?

– Нет, мы уже наплавались, – выпалил Данила. – Может, вы оставите нас на минутку, нам нужно выйти из воды и одеться.

– Ой, как мило! – захихикала блондинка. – Стеснительные!

Кирилл, насупив брови, подплыл к лесенке и спокойно вылез из бассейна. Он неторопливо подошел к плетеному креслу и, взяв полотенце, обернул его вокруг бедер. Блондинка, не скрывая интереса, с восхищением смотрела на его спортивную фигуру. Данила болтался по горло в воде, не решаясь на столь откровенный шаг.

– Кыш отсюда, нам поговорить нужно, – прикрикнул на девушку Илья. – Иди в гостиную, я скоро приду.

– Подумаешь, тайны Мадридского двора! – фыркнула та и подмигнула Кириллу… – А ты ничего, красавчик!

– Я что сказал? Иди отсюда. Губы обратно закатай, не для тебя товар, – велел Илья.

– Ухожу, не ори, – проворчала та и ленивой походкой, виляя бедрами, удалилась.

– Вот стерва! – усмехнулся Илья. – Ни одну пару штанов мимо не пропустит.

– И она – твоя подруга? – удивленно спросил Данила, вылезая наконец из бассейна и стуча зубами от холода. – Чуть не околел, вода ледяная!

– Нужно было подогрев включить, – заметил Илья. – У меня с Натальей ничего серьезного. Как только приезжаю в Москву, звоню ей, и она тут же все бросает и летит мне навстречу.

– Значит, любит, – заметил Данила, растираясь махровым полотенцем.

– Да нет, какая там любовь? – засмеялся Илья. – Просто здоровый секс, вот и все. Мы с ней идеально подходим друг другу в постели, но совершенно несовместимы в быту, да и вообще… С ней даже поговорить не о чем, одни тряпки, мужики и тусовки на уме.

– А какая девушка является твоим идеалом? – с интересом спросил Данила.

– Таких не существует в природе. Поэтому я решил, что буду закоренелым холостяком. Женщин хоть пруд пруди, на мой век их хватит и без штампа в паспорте.

– И все же?

– Даже не знаю, – пожал плечами молодой человек. – Конечно, худенькая, стройная, спортивная. Но это не главное… важен характер.

– Например?

– Естественно, не дура, чтобы было о чем с ней поговорить – это раз. Она должна разделять мою любовь к мотоциклам и к скорости – это два. Чтобы с интересом, без притворства любила слушать, как я пою под гитару, – это три. Я, кстати, сам сочиняю, – отметил Илья. – Она должна быть бесшабашной, задиристой и свободолюбивой, как и я. Чтобы с ней было интересно и поспорить! Не люблю уступчивых и покладистых, а от плаксивых барышень меня тошнит. Мне нравится, когда у девчонки горит огонь в глазах… люблю необузданность в поступках… но подобных я видел только в кино, к великому моему сожалению. И где же мне такую живьем взять? Лару Крофт из Голливуда выписать? Одним словом, мне нужна не женщина, а… катастрофа! Ураган, смерч…

Данила с Кириллом переглянулись и, не сговариваясь, расхохотались от души.

– Что с вами? – удивленно вскинул брови Илья. – Я сказал что-то смешное?

– Еще бы, – подтвердил Данила. – Даже не представляешь, до какой степени!

– Согласен, мои требования – не совсем обычные. Но на вкус и цвет товарищей нет.

– Не переживай, в ближайшее время ты обязательно встретишь такую девушку, – сказал Кирилл, хитро посмотрев на парня. – Пойдемте в кухню, я бы сейчас пивка выпил.

Илья согласился…

– Давно я пива не пил, с удовольствием присоединюсь к вашей компании.

Глава 12

– Кто звонил? – поинтересовалась Юля, увидев, что Алиса смотрит на свой мобильник и улыбается. – Марков?

– Его двоюродный брат, Илья. Сегодня ночью прилетел, – ответила та. – Представляешь, поехал на дачу со своей подружкой, а там Чугункины в бассейне рассекают! Он решил, что в дом воры забрались. Слава богу, что он додумался мне позвонить.

– Прикол, – машинально подтвердила Юля. – Ильей его зовут, говоришь? – с интересом спросила вдруг она. – А почему я до сих пор о нем ничего не знаю?

– Юль, проснись, – хмыкнула Алиса. – Откуда же ты могла про него знать? Ты с моим Марковым познакомилась всего пять месяцев тому назад, а Илья за это время лишь один раз приезжал, на три дня.

– На вашей свадьбе я ведь была. Его там не было?

– На мою свадьбу Илья не смог приехать. Я его давно знаю, познакомились шесть лет тому назад, когда с Володей встречалась. Илья все время грозился, что отобьет меня у брата, если тот не женится, – засмеялась она. – А потом он уехал за границу, учиться, а мы с Марковым расстались… временно. Илюша – хороший парень, умница, но бесшабашный до безобразия.

– В каком смысле?

– На мотоцикле гоняет, как очумелый, того и гляди разобьется, тьфу-тьфу, не приведи господи! Двадцать девять лет уже скоро, а ведет себя как мальчишка.

– На мотоцикле гоняет? – возбужденно сверкнула Юлька глазами. – А какой у него мотоцикл?

– Кажется, «Харлей». Я в них не очень-то разбираюсь. Илья только на нем и передвигается, машин он не признает.

– Ты меня с ним познакомишь?

– Естественно, он сказал, что на этот раз приехал на целый месяц.

– А он случайно на гитаре не играет?

– Еще бы, а какие он песни сочиняет – ты бы только слышала! Говорю же – талантливый, умный, только без царя в голове.

– Ты меня заинтриговала, мне уже хочется на него посмотреть.

– Симпатичный парень, только тебе ничего не светит… он закоренелый холостяк.

– Почему?

– А кто его знает? Он так решил. Юль, что с тобой? – удивилась Алиса. – Ты ведь тоже – упертый холостяк.

– Я что, замуж за вашего Илью собралась? – фыркнула та. – Просто мне нравятся молодые люди… которые классно гоняют на мотоцикле и умеют играть на гитаре… и его Ильей…

– А это тут при чем? – не поняла Алиса.

– Да так, не бери в голову, просто вспомнила недавний разговор… Пошли в кухню, кофейку попьем. – «Если я узнаю, что он еще и японский знает – рухну замертво», – подумала она.

Девушки уселись за стол.

– У тебя есть что-нибудь? – спросила Юля.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты же почти два часа просидела за компьютером, – ответила Юля. – Что-нибудь нарыла?

– Да, есть кое-что. И знаешь, что я придумала? Сегодня мы с тобой должны хорошенько подготовиться к вечернему рандеву! Поедем в один крутой ночной клуб.

– Зачем? – удивилась Юля. – Не до развлечений пока что…

– Кто сказал? – Алиса вскинула брови. – Оторвемся по полной программе. Как тебе такая перспектива?

– Зашибись, – ответила Юлька. – А серьезно?

– Мы поедем в элитный ночной клуб, для бомонда. У меня есть для тебя задание.

– Какое?

– Туда впускают только по пригласительным. Позвони Карине, попроси, чтобы она достала нам два билета.

– Кажется, я поняла! – оживилась Юлька. – В этом клубе бывает Соломатин, и мы сможем его поймать?

– Ты очень догадливая, – засмеялась Алиса. – Наша задача – выглядеть так, чтобы все мужики попадали замертво.

– Я возьму с собой газовый баллончик, тогда они точно рухнут, – воскликнула Юлька. – Скуратова, ты гений! – Юля набрала номер Карины… – Привет! Как дела?

– Нормально, – лениво ответила та. – Привет, Смехова. Почему не звонила так долго?

– Извини, у меня полный завал, ничего не успеваю, никому не звоню. Карина, я по делу звоню.

– Я уже поняла.

– Ты знаешь ночной клуб «Светлячок»?

– Да, а что?

– Мне кровь из носа сегодня надо туда попасть, а пускают только по пригласительным билетам. Поможешь?

– Нужны пригласительные?

– Ага, две штуки.

– Перезвони через пятнадцать минут, – не задавая лишних вопросов, ответила Карина и отключилась.

– Люблю Каринку… она никогда ни о чем не спрашивает, – заметила Юля. – Стоит ей только сказать – нужно, и она, если может, сразу же делает.

– Значит, билеты будут? – обрадовалась Алиса.

– Карина велела перезвонить через пятнадцать минут, но я не сомневаюсь… можно спокойно одеваться и краситься.

– Отлично, бегу мыть голову, – и Алиса понеслась в ванную комнату.

Через четверть часа Юля перезвонила Карине, и та сообщила, что пригласительные можно будет забрать прямо в клубе, у администратора.

– Там имеется черный ход для сотрудников, войдешь и спросишь Константина Ивановича, скажешь, что ты от меня. Только имей в виду… что билеты не бесплатные.

– Не вопрос! Спасибо, подружка, – обрадовалась Юлька. – Ты даже не представляешь, как выручила меня!

– Ладно уж, – хмыкнула та. – С кем идешь?

– С Алисой Скуратовой. Я тебе потом все расскажу.

– Как дела у Чугункиных?

– Не могу сказать, что очень хорошо. Это не телефонный разговор. Мы с Алиской идем в этот клуб, чтобы кое-что для ребят сделать. Ты даже не представляешь, в какую переделку они попали… Целую, Кариночка, и еще раз спасибо, я обязательно позвоню!

– Пока, привет Алисе, – ответила та и отключилась.

Юля подбежала к зеркалу и критически посмотрела на свое отражение.

– Ну, госпожа Смехова, будем из тебя красавицу делать, – сев за туалетный столик, Юля открыла косметичку.

– А ты голову не будешь мыть? – спросила ее Алиса, входя в комнату.

– Я твой парик надену, – ответила Юля. – Помнишь, тебе его Марков из Парижа привез? Сегодня я хочу быть роковой блондинкой. Думаю, мне это пойдет. Если ты не против, конечно, – спохватилась она.

– Не говори глупости, я его вообще ни разу не надевала, своих волос хватает. До сих пор не пойму, зачем Марков его привез?

– Неужели тебе непонятно, что Володька хотел тебе сказать в такой форме?

– Понятия не имею.

– Он дал тебе понять, что ему нравятся блондинки с длинными волосами, темнота!

– В каком смысле – блондинки? – насторожилась Алиса.

– Не в том, в каком ты подумала, дурочка! Он просто хочет, чтобы ты отрастила волосы и покрасилась!

– Ты думаешь? – облегченно вздохнула Алиса.

– Ага!

– Но мне не пойдут светлые волосы…

– А ты парик-то примеряла?

– Да…

– И что сказал Марков?

– Что я отпадно смотрюсь.

– Вот видишь? Тебе стоит подумать об этом.

– А почему он не сказал все прямо?

– Откуда мне знать? Понять мужскую психологию не так-то просто. Наверное, не захотел навязывать тебе свое мнение, решил обойтись намеком. Он же знает, что ты – девочка умная.

– Но мне не нравится быть блондинкой, – возразила Алиса. – Я даже представить себя не могу со светлыми волосами. И потом, бытует мнение, что блондинки – непроходимые дуры, об этом даже анекдоты сочиняют. Естественно, я прекрасно понимаю, что это чушь собачья, но на каждый роток не накинешь платок. А я – адвокат и должна выглядеть солидно.

– Ну-ну, продолжай в том же духе, только потом не обижайся на своего мужа, если увидишь, что он бросает восхищенные взгляды на блондинок, – хмыкнула Юля. – Тебе что дороже… семейное счастье или мнение окружающих? Неси парик.

– Сейчас, – машинально ответила Алиса и, задумавшись, пошла в спальню.

– Уверена, что к приезду Маркова моя подруга будет блистать новой прической. Посмотрим… если и мне пойдут светлые волосы, возможно, я перекрашусь. Что-то я давно имидж не меняла, – пробормотала Юлька, взъерошив разноцветные вихры. – Съезжу к Карине в салон, пусть ее специалисты как следует над этим поработают.

– Вот, возьми. Примерь, посмотрим, как он тебе пойдет.

Юля натянула парик. Расправив локоны, она пристально посмотрела на свое отражение…

– Очуметь! Хоть сейчас на панель!

– Скажите, пожалуйста, какие мы морально устойчивые, – всплеснула Алиса руками. – А две минуты назад что ты мне говорила? Я в нем еще похлеще выгляжу.

– Нашла с чем сравнивать… твоему мужу нравится, и этим все сказано, – парировала Юлька. – А мне он совсем не идет. Что же будет, когда я накрашусь?

– Как раз то, что нам сегодня и нужно, – успокоила ее Алиса. – Ты просто не привыкла к длинным волосам. Очень миленько, кстати.

– Какое там миленько? Ты только посмотри, на кого я похожа!

– На привлекательную девушку, – не уступила Алиса. – Смотри, как сразу цвет лица изменился… персик!

– Нет, я лучше голову помою, – сказала Юля и стянула парик. – Мне так привычнее.

– Плохая привычка – стричься под ноль и думать, что лучше тебя никого нету. Хватит быть подростком, пора во взрослую женщину превращаться. Надевай, – прикрикнула Алиса на подругу и нахлобучила ей на макушку парик.

– И совсем не под ноль, я просто коротко стригусь, мне так удобнее!

– Не болтай! Собирайся, времени мало, – напомнила Алиса.

* * *

– Проходите, девушки, рады видеть вас в нашем клубе, – сладенько улыбнулся охранник, заглянув в пригласительные билеты.

– Еще бы ты не радовался, за такие бабки, – проворчала Юлька и тут же получила тычок в спину от подруги.

– Приятного вечера, прошу вас, проходите.

– Спасибо, вы очень любезны, – проворковала Алиса и, схватив Юлю за руку, поторопилась пройти внутрь. – Попридержи язычок, – прошипела она ей на ухо. – Хотя бы на некоторое время, пока мы будем здесь торчать.

– А что я такого сказала? В других клубах для женщин вообще вход бесплатный, могли бы и здесь так сделать, – не желала успокаиваться Юлька. – Думаю, подобная акция не пустила бы их по миру. Только подумай – пятьсот долларов с человека, одуреть можно!

– Скажи спасибо, что мы с тобой вообще сюда попали, да и то лишь благодаря Карине. Пригласительные билеты в этот клуб не раздают кому попало, контингент – не чета нам, и если бы не она…

– Хватит, я все поняла, – перебила подругу Юлька. – Алиса, а как же мы найдем Соломатина? Я же понятия не имею, как он выглядит.

– Я имею, причем очень конкретное… в Интернете его фотографию рассмотрела, надеюсь, не ошибусь, – ответила та. – Пошли к бару, выпьем что-нибудь, оглядимся…

Девушки подошли к стойке и взгромоздились на высокие стулья.

– Добрый вечер, девушки, – поприветствовал их бармен. – Что-то желаете?

– Мы пока подумаем, а потом я вас позову, – ответила Алиса, разглядывая публику в зале.

– Как скажете, – бармен незаметно удалился.

– А какой он? – спросила вдруг Юля.

– Кто?

– Да Соломатин, кто же еще?

– Обыкновенный, – пожала плечами Алиса. – Мужик как мужик, лет сорока пяти, лощеный. Достаточно симпатичный, на Бандераса похож, женат, двое детей.

– И шляется по ночным клубам? – усмехнулась Юлька.

– Я тебя умоляю! Ты словно вчера родилась. Найди хоть одного женатого мужика при деньгах, который сидит дома возле юбки своей жены! Клуб – элитный, тут люди не только отдыхают, но и заводят нужные связи. Кстати, посмотри-ка вон туда, – скосила она глаза в сторону, показывая на одну из знаменитостей шоу-бизнеса. – Узнаешь?

– Ого, конечно! Слушай, можно, я у него автограф возьму? Пятьсот баксов отыграю.

– Ты что, совсем уже? – шикнула на подругу Алиса. – Забыла, зачем сюда пришла?

– А что такого?

– Ничего, – раздраженно ответила девушка. – Угомонись, не рыпайся, веди себя прилично. Что будешь пить?

– Сок, апельсиновый, – буркнула Юлька.

– Вижу Соломатина! – тут же насторожилась Алиса.

– Где?! – во весь голос выкрикнула Юлька и завертела головой.

– Смехова, и что ж ты такая непутевая? – простонала Алиса. – Обязательно так орать? Он сидит вот там за столиком, справа, у окна, с какой-то красоткой. Видишь?

– Нет…

– На столике ваза с фруктами стоит.

– Ага, вижу, – кивнула Юля. – Он и правда на Бандераса похож… да и его спутница – ничего себе. Как ты думаешь, это его жена?

– Кто же в такие места с женами ходит? Может, любовница, а может, эта девица сама к нему за столик подсела? Оглянись вокруг, здесь охотниц за толстыми кошельками – пруд пруди. Да не пялься на них так, – одернула она подругу. – Что ты уставилась, словно привидение увидела?

– Я просто смотрю, – огрызнулась Юля.

– Не нужно привлекать к себе лишнее внимание.

– Да кто на нас внимание обратит, когда здесь столько публичных людей? – разочарованно вздохнула Юлька.

– И все же… лучше оставаться незаметными серыми мышками.

– Ты чуть раньше совсем другие песенки пела, – напомнила Юлька. – «Мы должны выглядеть так, чтобы все мужики попадали замертво!» – процитировала она.

– У меня планы изменились. Нам просто так время убивать не резон, слушай меня внимательно. Как только эта девица уйдет в туалетную комнату, подсаживайся к Соломатину – и бери быка за рога!

– В каком смысле? Сделать вид, что я хочу с ним познакомиться? Мне кажется, я не в его вкусе.

– Нет, не просто познакомиться… – зашептала Алиса. – Нужно придумать, как узнать у него о шантаже.

– Как это? – опешила Юля. – И почему именно я должна к нему за столик идти, а не ты?

– Мне нельзя светиться, я замужняя женщина, в этом клубе могут быть знакомые Маркова.

– Скуратова, мы так не договаривались, – Юля не находила слов. – Что я ему скажу?! Здравствуйте, я ваша тетушка, донна Роза из Бразилии?

– Придумай что-нибудь, ты мастер на всякие штучки, – как ни в чем не бывало улыбнулась Алиса.

– А с чего ты взяла, что девица непременно уйдет в дамскую комнату? Может, ей туда захочется только под утро?

– С этим проблем не будет, положись на меня, – заверила подругу Алиса. – Будьте любезны, – обратилась она к бармену. – Мне, пожалуйста, бокал красного сухого вина, а моей подруге – стакан апельсинового сока.

– Сей момент, – с готовностью засуетился тот. – Вам сок со льдом? – спросил он у Юли.

– Естественно нет! Безо льда! Не май месяц на дворе, и мы не в Африке живем, – ответила Юля и заметила строгий взгляд Алисы. – Что я опять не так сказала?

Алиса ничего не ответила, лишь тяжело вздохнула.

Как только бармен поставил перед ней бокал с вином, Алиса шепнула Юле…

– Смотри в оба и не теряй ни минуты!

Неторопливой походкой Алиса направилась к столику, за которым сидели Соломатин и девушка.

Юлька занервничала, наблюдая за маневрами подруги. «Что она задумала? Что же мне сказать Соломатину? – лихорадочно размышляла она. – Нужно было сначала все как следует продумать, а потом уже что-то предпринимать!»

Алиса приблизилась почти вплотную к стулу блондинки и, споткнувшись, опрокинула бокал на ее платье. Та вскочила как ошпаренная и, схватив салфетку, принялась промокать свой дорогой наряд.

– Простите, ради бога, – взмолилась Алиса. – Я не хотела, честное слово!

– Как же так можно, девушка? – со слезами на глазах сердито произнесла та. – Это очень дорогое платье, а теперь пятно останется!

– Пойдемте скорее в дамскую комнату, застираем, пока вино не впиталось, – возбужденно предложила Алиса и, не дожидаясь согласия девушки, схватила ее под локоток и потащила в сторону туалета.

Юлька, увидев, что Соломатин остался один, ринулась к его столику. Она с разбега плюхнулась на стул и ляпнула:

– Добрый вечер, а я вас знаю! Только не лично, а заочно.

– Не понял, – удивленно вскинул брови Соломатин, глядя на взъерошенную незнакомку. Он решил, что она явно не в себе. – Вы кто?

– Я – Юлия Смехова, частный детектив, – брякнула та. – О, черт, кажется, я не с того начала!

– Кто-кто?! – переспросил мужчина. – Частный детектив? Я не ослышался?

– Извините, Олег Иванович, я прекрасно понимаю ваше удивление, но…

– Охрана! – крикнул Соломатин.

Юлька совсем растерялась и выпалила:

– Нам известно, что вас кто-то шантажирует, хотим помочь вам найти этого негодяя!

Парочка охранников остановились возле столика.

– Звали? – спросил один у Соломатина. – Вам мешают отдыхать? – и он покосился на Юльку.

– Нет-нет, все в порядке, – растерянно улыбнулся Соломатин. – Извините, что побеспокоил…

– Вы уверены?

– Да, все нормально.

– Мы будем неподалеку, – молодой человек сделал знак второму.

Как только они отошли на достаточное расстояние, Соломатин вцепился в Юлино запястье и зловеще прошептал:

– Немедленно говорите, кто вы такая, или мне придется приказать, чтобы вас вышвырнули отсюда!

– Мне больно! – Юля прикусила губу. – Я уже сказала… я – частный детектив. Мы ведем расследование по поручению клиентки, ее кто-то шантажирует, требуя большую сумму денег. В ходе следствия нам удалось выяснить, что шантажируют и еще ряд лиц, в том числе – вас.

– Откуда у вас такие сведения?

– У нас свои методы получения информации.

– Что вы хотите от меня?

– Мы хотим вам помочь, а вы должны нам посодействовать.

– С какой стати я должен это делать?

– Это в ваших интересах!

– Но как?

– Я все скажу, если мы встретимся вне этого клуба.

– Когда?

– В любое удобное для вас время, но чем быстрее, тем лучше.

– Хорошо, через час в кафе «Фиалка», это в пяти минутах езды отсюда, заведение работает круглосуточно.

– Договорились, всего доброго, – и Юля на заплетающихся ногах вернулась к барной стойке. Только там она наконец перевела дух и шумно выдохнула… – Уфф, вот это да! – пробормотала девушка. – Я сделала это, или мне все приснилось?

Глава 13

– Посмотри на мое запястье, если не веришь, – сердито прошептала Юлька, демонстрируя Алисе небольшой синяк. – Я думала, что умру от страха! Он так на меня смотрел, словно хотел закопать заживо.

– Ты думаешь, он придет в кафе? – спросила та. – Или он просто так пообещал, лишь бы отделаться?

– Думаю, придет. Избавиться от меня он мог без всяких обещаний. Он так растерялся, когда я сказала о шантаже, что мне его даже жалко стало. Ты оказалась права… Соломатина тоже шантажируют. И кто же это такой деловой? – прищурилась Юля. – Так хочется на него посмотреть. Интересно, сколько он с Соломатина содрал?

– Думаю, не меньше, чем с Киселева, – предположила Алиса. – Нужно было спросить у него.

– Нет, я правильно сделала, что не стала заострять на этом его внимание. Это бы его еще больше насторожило, он мог отказаться разговаривать со мной в дальнейшем. Сдал бы охране, и все дела, – возразила Юля. – Интересно, чем шантажист его напугал? Не фотографиями же, как Людмилу?

– Как раз такой вариант вполне приемлем, – ответила та. – Соломатин женат на дочери своего непосредственного босса. Представь себе, что будет, если дочка с папенькой увидят эти снимки.

– Скандал, конечно, – пожала Юля плечами.

– Это еще очень мягко сказано. Если снимки попадут в Интернет, новость о зяте выйдет за пределы узкого семейного круга, это очень серьезно.

– Кого нынче интересует частная жизнь какого-то бизнесмена? Он же не звезда шоу-бизнеса из первого эшелона!

– Бизнесмен бизнесмену рознь, – не согласилась Алиса. – Не будем гадать, подождем разговора с Соломатиным.

– Ты думаешь, он скажет, чем его шантажируют? С трудом верится.

– Хватит гадать на кофейной гуще. Мы уже полчаса торчим в этой кабинке, – засмеялась Алиса, глядя на подругу, удобно устроившуюся на унитазе. – Едем к месту встречи.

– Пошли.

Когда девушки вышли из дамской комнаты, Соломатина за столиком уже не было. Красавицы – тоже.

– Уехал, – сказала Юля. – Нам стоит поторопиться.

– Дорога займет минут пять, – успокоила подругу Алиса.

Скоро они были на месте, Алиса остановила машину на парковке.

– Я должна идти вместе с тобой? – спросила она у Юли.

– Одна не пойду, – решительно отказалась та. – Я его боюсь! Если бы ты видела его взгляд…

– С каких это пор ты стала трусихой? Молчу, молчу! – засмеялась Алиса, оценив Юлин взгляд. – Просто, раз ты говорила с ним лично, не станет ли мое присутствие препятствием к откровенному разговору?

– Я не говорила ему, что действую одна, – ответила Юля. – «Мы расследуем, мы узнали, мы хотим…» и так далее.

– Как скажешь. Идем?

– Пошли, – тяжело вздохнула Юля и вышла из машины.

Девушки сразу увидели Соломатина в небольшом зальчике кафе. Он сидел за столиком совершенно один и медленно рвал на мелкие кусочки салфетку. Немного поодаль сидели два здоровенных парня, сразу было понятно, что это охрана.

– С телохранителями пришел, – прошептала Юлька. – Умора!

– Ничего смешного, он не может знать, что ты ему не враг, – заметила Алиса. – Откуда он знает, что у тебя на уме?

– Я об этом не подумала, – Юлька решительно направилась к столику. – Еще раз добрый вечер, Олег Иванович! Познакомьтесь… Алиса Скуратова, моя коллега и подруга. При ней вы можете говорить все, она в курсе событий, мы вместе ведем расследование.

– Добрый вечер, – сдержанно ответил тот, слегка кивнув. – Значит, вы специально облили мою спутницу вином, чтобы увести ее в дамскую комнату? Ну и методы у вас! Что же вы стоите? Присаживайтесь.

Подруги сели за стол, и тут произошло именно то, чего многие боятся. Молчание затянулось, повисла неловкая пауза.

– Может быть, вам что-то заказать, милые дамы? – спохватился Соломатин. – Кофе, пирожные, мороженое?

– Спасибо, мы выпьем по чашечке кофе, – пробормотала Юля.

– Я, пожалуй, тоже выпью чашечку, – Соломатин подозвал официантку. – Три кофе, пожалуйста, двойной эспрессо.

– Желаете что-то еще? – поинтересовалась та.

– Нет, только кофе.

– Хорошо.

Официантка упорхнула, и Юля, дабы не тянуть кота за хвост, быстро заговорила:

– Олег Иванович, уже поздно, желательно начать разговор и расставить все точки над «i».

– Мне кажется, говорить о каких-то точках рановато, – заметил тот. – Это вы меня нашли и попытались навязать свою помощь. Заметьте… помощь, о которой я вас совсем не просил!

– Я отчасти согласна с вами, – ответила Юля. – Дело в том, что, предлагая вам помощь, мы преследуем лишь одну цель… решить проблему нашей клиентки.

– Кто она?

– Этого я сказать не могу, информация строго конфиденциальна. Мы не раскрываем имен наших клиентов, это правило номер один.

– Тогда – пардон, позвольте откланяться, было приятно познакомиться, – усмехнулся Соломатин и поднялся со стула. Двое парней мигом вскочили.

– Вы куда, Олег Иванович? – растерялась Юля.

– Домой, к жене и детям. Очень жаль, что наш с вами разговор так и не состоялся.

– Но почему вы уходите?!

– Кто она? – снова спросил Соломатин, уставившись в Юлькины зрачки.

Та почувствовала себя кроликом, на которого смотрит удав, и невольно сжалась в комочек.

– Хорошо, скажу, только не уходите, – сдалась она.

– Я внимательно слушаю, – требовательно проговорил Олег Иванович, присаживаясь за столик.

– Это ваша старая знакомая, Людмила Кузнецова, из фирмы «Эскорт», – сказала Юля. – Помните такую?

– Допустим.

– Три года тому назад она удачно вышла замуж за обеспеченного человека, а недавно ее начали шантажировать некими фотографиями. Они каким-то образом оказались у вымогателя. Снимки весьма откровенные, на них вы с ней… вы понимаете, что я имею в виду? Мне пришла в голову мысль, что вас тоже могут шантажировать, ведь вы семейный человек. Похоже, я права, иначе вы не назначили бы мне эту встречу. Итак, Олег Иванович?

– Допустим, вы правы, но я не могу понять, зачем вам понадобилось помогать мне? Вы же работаете отнюдь не на меня?

– Если вы нам расскажете, каким образом отдавали деньги, возможно…

– Я пока что ничего не передавал, – перебил Юлю Соломатин.

– Как? – удивилась та.

– Я должен сделать это завтра. Кстати, оно уже наступило, – отметил Олег, бросив взгляд на шикарный «Ролекс», украшающий его запястье.

– Сколько и каким образом?..

– Я должен перечислить миллион долларов на расчетный счет, шантажист прислал его на адрес моей электронной почты.

– Вы не пытались узнать – что за счет, в какой банк? На чье имя он открыт?

– Нет.

– Почему? – удивилась Юля.

– До сегодняшнего дня я был уверен, что знаю, кто меня шантажирует, и уже все продумал… впрочем, это неважно, – невесело усмехнулся Олег. – Кажется, я здорово лоханулся, меня провели как мальчишку.

– Ничего не понимаю, – нахмурилась Юля. – Если можно, объясните.

– Я сказал… неважно, – с нажимом повторил тот. – Что я должен сделать, чтобы вы нашли этого человека?

– Так, ерунду. Всего лишь озвучить номер лицевого счета и…

– И?

– И сказать, чем вас шантажируют!

– Вы же уже сами догадались, – усмехнулся Соломатин. – Фотографиями, где я с Людмилой.

– И вы готовы отдать за них миллион долларов?! – поразилась Юля.

– Именно так.

– А серьезно?

– А вам не все равно, за что я должен отдать деньги? – прищурился Олег.

– Не знаю, – растерялась Юля.

– Понимаю… женское любопытство. Вот что я вам скажу, очаровательные детективы! Если вы действительно вычислите шантажиста и приведете его ко мне, я заплачу вам двадцать процентов от этого миллиона.

– Двадцать процентов?! – округлила глаза Юлька. – Двести тысяч долларов?!

– Точно так. Записывайте номер расчетного счета, – велел он, доставая из нагрудного кармана записную книжку.

– Олег Иванович, я не могу обещать, что у нас все получится, – предупредила его Юля.

– Как вас понимать? Только что соловьем разливались, а теперь – на попятную?

– Мы от своих слов не отказываемся, – поторопилась Юля оправдаться. – Но приводить его к вам… за это я поручиться не могу.

– Достаточно будет, если вы назовете мне его имя, – благосклонно разрешил Соломатин.

– Спасибо, – упавшим голосом поблагодарила Юлька. – Диктуйте номер счета…

* * *

– Ты совсем спятила? – орала Алиса, раздраженно выкручивая руль автомобиля, чтобы выехать на проезжую часть дороги. – Как ты можешь раздавать обещания налево и направо, не зная, получится ли у нас что-то или нет? Ты меня-то спросила?

– Двести тысяч долларов – хороший стимул, чтобы выполнить обещание. И не забывай о Чугункиных… от нашей удачи очень многое зависит. Если мы найдем шантажиста, Киселев оставит их в покое. Я уверена… это один и тот же человек.

– А ты о трупе случайно не забыла? Они у нас на даче прячутся не только от Киселева, но и от милиции! Чугункины – главные подозреваемые, помнишь?

– Главное, все события – звенья одной цепи. Мы должны найти шантажиста, тогда все встанет на свои места, – заупрямилась Юлька.

– Как ты это сделаешь за сутки, идиотка? – возмутилась Алиса. – У тебя золотая рыбка где-то припрятана?

– У нас двадцать четыре часа, – не сдалась Юлька.

– Юля, я тебя не понимаю! Ты на что рассчитываешь? Видела, как на нас Соломатин смотрел?

– Ну и что?

– Такие люди не любят, когда с ними дурочки сопливые шутят! Мало нам проблем?

– Алиса, не кипятись, я чувствую… все получится.

– Может, подскажешь, как?

– Конечно! Сейчас ты, Алисонька, наш компьютерный гений, залезешь во всемирную паутину, узнаешь все, что нужно, а завтра…

– Я не буду это делать со своего компьютера, – категорически заявила Алиса. – Ты соображаешь, что значит взломать коды банка? Они меня моментально вычислят.

– А зачем тебе их взламывать?

– Как зачем? А как же ты собираешься узнать, кому принадлежит счет?

– Нет проблем, для этого существуют диски с базами данных, – сообщила Юля.

– Не факт, что на нем окажутся данные обо всех банках города, – охладила ее Алиса. – Речь идет не о каких-то вшивых ста тысячах. Шантажист три раза воспользовался одним банком, когда речь шла о мелочи, а теперь на кону – миллион. Ты думаешь, он снова прислал счет того же банка?

– А как же быть?

– Понятия не имею, – рявкнула Алиса.

– Все равно, обратной дороги нет.

– Нужен ноутбук, мобильный телефон с Интернетом, какой-нибудь левый, чтобы можно было его выбросить.

– Ноутбук – не проблема, жертвую своим, – оживилась Юля. Но где мы среди ночи возьмем левый телефон? Купить? Нет, лучше – украсть!

– Думай, что говоришь! Подруга предлагает мне, адвокату, выйти на большую дорогу! – воскликнула Алиса.

– В данный момент ты не адвокат, а частный детектив, – парировала Юля.

– Юль, ты прикалываешься?

– Успокойся. Едем на Арбат.

– Зачем?

– Телефон купим, я знаю, где наркоманы тусуются.

– Ты думаешь, у кого-то из них может быть трубка с Интернетом?

– У них все, что угодно, может быть.

– Хорошо, едем, – нехотя согласилась Алиса и уже начала разворачивать машину, но Юля вдруг ее остановила.

– Стой, я придумала нечто получше! Я забыла о Василисе со свалки. Обещала ей деньги привезти. У нее есть телефон с Интернетом!

Юлька вытащила из кармана мобильник и поискала нужный номер.

– Но уже ночь, – заметила Алиса.

– У бомжей как раз самая жизнь и начинается… Алло, Василиса? – закричала она. – Это твоя должница! Как бы нам встретиться? Я в городе, в центре. И ты тоже? Говори адрес! – Юля отключила трубку. – Василиса в десяти минутах езды, у Белорусского вокзала.

– Чудеса, – усмехнулась Алиса и развернула машину, чтобы выехать на Ленинградское шоссе.

Они прибыли через десять минут, Юля выскочила из машины и помчалась к четвертому подъезду вокзала. Через несколько минут она вернулась с драгоценным телефоном.

– Ты спросила, на кого оформлен этот телефон? – поинтересовалась Алиса.

– Она понятия не имеет, нашла его на свалке.

– А как же она активировала номер?

– Аппарат лежал в куче мусора и звонил. Прикольно?

– Кому-то крупно повезет…

– Отмажется, – махнула Юлька рукой. – В следующий раз будет внимательнее.

– Может, его специально выбросили?

– Тем более. Нас ждут великие дела, а ты о чем думаешь?

– На человека же могут крупно наехать. Взлом кодов банка – подсудное дело.

– В тебе заговорил законник, госпожа Скуратова. Жми на газ, нужно быстрее попасть ко мне домой и взять ноутбук.

– Спешка хороша при ловле блох. Как ты все родителям объяснишь?

– Они спят давно. А если проснутся, я что-нибудь придумаю.

Глава 14

– Кирилл, это Виктор. Извини, что разбудил среди ночи, я только что домой притащился. Я все сделал, – сказал Парамонов.

– Почему так долго не звонил? Я не знал, что и думать. И не сплю я по твоей же милости… звонка жду.

– Послушай меня. Я приехал в поселок и обнаружил, что оставил свой мобильный на столе в кабинете. Поэтому и не звонил.

– Ладно, проехали. Ну? – поторопил его сыщик. – Что там?

– Ты не поверишь, но на даче у Киселева – тишь да гладь, божья благодать, – усмехнулся Парамонов.

– Ты хочешь сказать, что труп еще не обнаружен?

– Похоже, что его там и не было. Охрана спокойно разгуливает по участку, один даже за пивом сгонял, пока я наблюдал за ними.

– Я же собственными глазами видел этого парня мертвым!

– Маленький, коренастый, с восточной внешностью?

– Да. И он валялся с дыркой в голове у лестницы.

– Можешь расслабиться… я его видел.

– Труп? – обалдел Кирилл.

– Выглядит он вполне прилично, жив и здоров. Может, его труп тебе приснился?

– Ничего не понимаю! Что происходит?

– За что купил, за то и продаю, – сказал Виктор. – Я бы на твоем месте обрадовался. Нет трупа – нет и проблем.

– Я и радуюсь.

– Кто-то над вами подшутил, братцы!

– Странно это все…

– Согласен. Но мы не знаем, что там произошло на самом деле.

– Витя, спасибо за все!

– Для друзей я на все готов. Все, Кир, устал я – с ног валюсь. Спокойной ночи, звони, если что.

– Пока, – ответил тот и положил трубку. – Черт возьми, что происходит?

Кирилл прошел в спальню и растолкал брата.

– Ну? – недовольно проворчал тот.

– Просыпайся, разговор есть.

– Среди ночи?

– Поднимайся! – велел Кирилл.

– Что случилось? – продирая глаза, буркнул Данила. Он нехотя сел на кровати. – Ну?

– Звонил Парамонов. Никакого трупа на даче нет!

– А куда он делся? – ошарашенно спросил Данила. – Увезли? Закопали? Утопили?

– Никакого трупа вообще не было… чемпион Алексей жив!

– Как это?! И что это значит?!

– Вот и мне хотелось бы знать…

– Что будем делать? – спросил Данила.

– Утром поедем к Киселеву на дачу.

– Опять полезем в зубы к этому крокодилу?

– На любые зубы найдется стоматолог с бормашиной, – сердито ответил Кирилл. – Я не собираюсь оставлять дело в подвешенном состоянии. Надо выяснить, какую игру ведет Киселев.

– Он мужик конкретный, его голыми руками не возьмешь. Мы должны располагать против него железными фактами, они послужат нам крепким щитом.

– Где ты собираешься их раздобыть? И с чего ты взял, что таковые вообще имеются?

– Имеются, стопудово!

– У кого?

– У шантажиста.

– И что?

– Мы должны его найти, и тогда…

– Понял, – кивнул Кирилл. – Легко сказать, знать бы, где он. Ладно, утро вечера мудренее. Завтра что-нибудь придумаем.

– Ну и дела, – Данила улегся на кровать. – Не ожидал, что наш труп вдруг оживет. Чудеса!

– Я бы с удовольствием навешал тому, кто все это придумал… – проворчал Кирилл.

Кирилл вышел из комнаты брата и направился к себе. По дороге он решил спуститься в кухню и попить водички. Открыл холодильник, достал бутылку минеральной воды и с жадностью припал к горлышку.

– О-о, какие люди, и без охраны, – услышал он насмешливый женский голосок, нервно закашлялся и, оглянувшись, увидел на пороге кухни Наталью. На ней была белая мужская рубашка, застегнутая на одну пуговицу. Девушка стояла в проеме двери, высоко подняв руку, выставив коленку вперед, отчего рубашка распахнулась, обнажая стройное загорелое тело.

– Тебе тоже не спится, красавчик? – томно спросила она.

– Да… жажда замучила… – растерянно ответил Кирилл, не зная, как себя вести.

– И мне налей… – попросила Наташа и облизала губы язычком.

Она пристально смотрела на Кирилла, словно говоря открытым текстом, чего от него хочет.

– Пожалуйста, – засуетился он и снова торопливо отвинтил пробку. – На здоровье… я, пожалуй, спать пойду.

– А может, поплаваем в бассейне? – спросила вдруг Наталья. – В доме ужасно душно, хорошо бы освежиться.

– Спасибо, мне что-то не хочется, – отказался Кирилл. – Я вечером наплавался.

– Тогда просто посиди рядом, подожди, пока я искупаюсь.

– С какой стати?

– Мне одной страшно.

– Разбуди Илью.

– Он не встанет, еще и отругает меня, – усмехнулась Наталья. – О, поняла… ты не хочешь остаться со мной, потому что Илья… Можешь не париться, у нас предельно свободные отношения, каждый – сам по себе.

– Я просто хочу спать. Спокойной ночи.

Кирилл решительно направился к двери, но ему пришлось остановиться. Наташа не собиралась пропускать его, стоя у двери в очень сексуальной позе.

– Наташ, давай не будем, а, – сказал Кирилл и посмотрел на девушку серьезным взглядом. – Разреши мне пройти, пожалуйста.

– А если не разрешу?

– Что тебе нужно от меня?

– А ты сам-то не догадываешься? Разве я тебе не нравлюсь? – спросила Наталья и медленно провела по голому торсу Кирилла своим указательным пальчиком.

– У меня есть девушка.

– Одно другому не мешает.

– Мешает, Наташ, еще как мешает, прости, если не оправдал твоих ожиданий, – спокойно произнес Кирилл и, осторожно отодвинув девушку, вышел из кухни. – Вот бестия, – про себя улыбнулся он. – А она ничего, симпатичная, еще немного, и я бы не устоял.

* * *

– Юль, может, ты за руль сядешь? – попросила подругу Алиса. – Что-то глаза режет, как будто песка в них насыпали.

– Это потому что ты почти до утра за компьютером просидела, а спала всего два часа, – ответила та. – Останавливай машину, давай пересядем.

Алиса остановила машину у тротуара, и девушки поменялись местами.

– Только очень тебя прошу, не гони как очумелая, езжай осторожно, – попросила Юльку Алиса.

– Не волнуйся, все будет нормально, – пообещала та. – С таким движением, как у нас в Москве, захочешь погонять, да не получится. А на Окружной вообще полный паралич. И надо же было забраться этому мужику в такую задницу. Впрочем, это и не важно совсем, я бы и в Питер уехала, только бы сейчас облома не было, – вздохнула Юля.

– В каком смысле?

– Ну как в каком, Алис? Мы сейчас едем по известному тебе адресу, и я боюсь, что будет та же песня, что и с предыдущими.

– Что будет та же песня, в этом я даже не сомневаюсь.

– Почему ты так думаешь?

– Юля, ты все прекрасно понимаешь. На кону стоят такие бабки! Найти человека, по чьему паспорту их снимут, нереально. Проверим место прописки, деревню Кукуево, но не факт, что он там живет.

– А зачем тогда ты едешь со мной?

– Чтобы поддержать тебя в трудную минуту, – сказала Алиса.

– Ты не веришь в удачу?

– Нет, – откровенно призналась девушка.

– А я верю! – упрямо проговорила Юля.

– На здоровье…

Через два часа девушки добрались до цели и, остановив машину, угодили в какую-то канаву, уставившись на нечто.

– Что я тебе говорила? – спросила Алиса.

– Да уж, – согласилась с ней Юля, обозревая покосившуюся избушку с обвалившейся крышей. – Как тут вообще кто-то может быть прописан? В этот сарай и заглянуть-то страшно… А уж жить!

– Моя дорогая, я уверена, что в этом «дворце» прописан не только нужный нам человек, а еще душ двадцать. Поверь мне как юристу, которому приходилось иметь дела с такими вещами, как отъем квартиры.

– Как это, Алиса?

– К огромному сожалению, у нашего народа нет никакой защиты – ни правовой, ни социальной. Делается все очень просто. Человек хочет поменять большую площадь на меньшую, естественно, с доплатой. Чтобы не платить огромный налог, он ищет вариант по газетам – «Из рук в руки» и так далее, или сам дает объявление. Тут же на его предложение слетается воронье, и дальше все идет по давно накатанной схеме. В результате человек остается без квартиры и без денег, прописанным в деревне и в подобной халупе.

– Я много раз слышала о таком, но увиденное превосходит мои самые немыслимые фантазии, – сказала Юля.

– Едем обратно? Сколько тут ни стой, не думаю, что Топоров вообще объявится.

– Поехали, – упавшим голосом согласилась Юля. – Так хотелось, чтобы произошло чудо… – вздохнула она.

– Они бывают лишь в сказках.

– Жаль!..

Когда девушки подъезжали к дому Алисы, зазвонил Юлин телефон. Она бросила взгляд на дисплей…

– Черт, Вера! Что я ей скажу?

– Что ты за рулем, говорить не можешь. Попроси ее перезвонить попозже, – посоветовала Алиса.

– А попозже как мне с ней объясняться?

– Выкрутишься как-нибудь.

– Алло, – Юлька включила трубку.

– Юленька, милая, это Вера.

– Верочка, привет, рада тебя слышать, – нарочито весело проговорила девушка. – Как дела? Почему так долго не звонила?

– Я-то звонила, только у тебя телефон почему-то был отключен.

– Я зарядное устройство потеряла, только вчера вечером новое купила, – на ходу придумала Юля. – Что новенького?

– У меня все по-старому, – ответила девушка. – На работу еду, сегодня разрешили прийти немного попозже. Есть ли новости для Людмилы? Она очень переживает, а детективы твои не звонят что-то… Их телефоны недоступны, мы уже не знаем, что и думать.

– Не волнуйся, Верочка, все идет по намеченному плану, – постаралась успокоить ее Юля. – Ребята специально трубки отключили, они сейчас… в общем, я не могу тебе рассказать по телефону. Не волнуйся, сегодня они позвонят… или завтра, – сочиняла Юля.

– Эй, Верка, здорово, дай стольник на бутылку, – вдруг услышала Юля хриплый прокуренный и насмерть пропитой голос какого-то мужика.

– Отстань, – огрызнулась та. – Юля, новости хоть какие-то есть?

– Конечно, и весьма приятные. Только я по телефону не могу…

– Не сочувствуешь больному человеку? Сторублевку пожалела? – вновь прорезался голос, очень хорошо слышный Юле. – Тогда документ мой взад отдавай. Эй, куда пошла? Паспорт вертай, – как оглашенный, заорал мужик. – Или гони стольник за пользование! Слышь, что говорю?

– Юленька, здесь так шумно… ничего не слышно, я попозже перезвоню, – торопливо проговорила Вера и отключилась.

Юлька врезала по тормозам и, остановив машину у тротуара, замерла, уставившись на свой телефон обалдевшими глазами.

– Во как! – прошептала она. – Ничего себе пельмень!

– Что такое? – заволновалась Алиса. – На тебе лица нет! Что случилось?

– Случилось? – тупо переспросила та. – Да уж, случилось…

– Что?

– А?..

– Эй, очнись! – Алиса пощелкала пальцами перед ее носом. – Что с тобой?

– Все нормально, все нормально, – забормотала Юля, пребывая в полной прострации.

– Юля! Приди в себя! – затормошила ее Алиса, не на шутку перепугавшись. – Что произошло?

– Я знаю, кто это, – прошептала Юлька.

– Ты о ком?

– О шантажисте… – Юля тряхнула головой, несколько раз глубоко вдохнула и окончательно пришла в себя.

– Я все поняла, – медленно произнесла она. – Это… Вера!

– Ты о чем? – не поняла Алиса.

– Только подумай! – всплеснула Юля руками. – Вот тебе и серая мышка!

– Юль, ты…

– Я только что говорила с Верой и вдруг услышала… «Верка, дай стольник на бутылку». Голос хриплый, пропитой, явно законченному алкоголику принадлежит.

– И что?

– А потом он заорал… «Отдавай тогда мой паспорт!» Я чуть в обморок не упала. Перед глазами словно что вспыхнуло, и все встало на свои места.

– Шантажист – Вера?! А ты не могла что-то перепутать?

– Я все поняла правильно! Лишь бы Вера не сообразила, что я догадалась, – нахмурилась Юля. – Надо срочно всех обзвонить и собираться. В первую очередь сообщу Соломатину… есть новости, надо срочно встретиться. Потом, естественно, Чугункиным… пусть быстро вылезают с твоей дачи и дуют в город. Киселеву они сами расскажут… Трубим срочный сбор!

– И что это даст? – поинтересовалась Алиса. – Что ты можешь предъявить Вере?

– А… этот разговор?

– Чушь! Она тебя пошлет куда подальше и будет права. Спросит – а почему вдруг ты решила, что алкоголик разговаривал именно с ней? И что ты ответишь?

– Я знаю, что делать, – оживилась Юлька. – Она должна сама во всем признаться!

– И как ты ее заставишь?

– Позвоню ей и скажу, что приеду в гости. Мол, хочу рассказать в подробностях, как ведется следствие.

– И?

– Мы нагрянем туда всем скопом… Соломатин, Чугункины, Киселев, я и ты. Дальше – по обстоятельствам. Есть возражения?

– Нет…

– Отлично, делаем, как я сказала. Вот это да! На кого угодно я могла подумать, но только не на Верочку. Такая белая и пушистая, несчаст