/ Language: Русский / Genre:sf,

Убей Меня Нежно

К Гилфорд


Гилфорд К Б

Убей меня нежно

К.Б.Гилфорд

УБЕЙ МЕНЯ НЕЖНО

пер. Н.Куликовой

Когда Уинт Маршалл услышал отдаленный, очень слабый звук, он знал, что это был выстрел. Ждал ли он его? Надеялся, что он прозвучит?

- Уинт, что это? - спросила его жена Вивиан, спокойно и безмятежно восседавшая с другой стороны длинного обеденного стола.

- Не знаю. .

Он лгал. Ему это было известно. Это был выстрел.

- Но, дорогой, этот звук был, так похож на выстрел. - Ее серые глаза поблескивали в свете горевших свечей. - Фил, Хэрриет, а вам не показалось, что это выстрел? - Она повернулась к Дженнингсам - супружеской паре, пришедшей к ним в гости.

Он знал, что это был выстрел, знал, откуда он раздался.

- Уинт, дорогой, кажется, это было со стороны Листеров. - Ее губы, одни лишь губы, улыбались. - Может, они устроили пальбу друг по другу?

Он закрыл глаза, ощущая тяжелый комок страха где-то в области желудка. Перед ним предстала картина происшедшего...

До начала его романа с Дианой Листер она уже почти год проживала в просторном бунгало по соседству с ними. У Листеров был бассейн, и детом Диана проводила в нем или возле него большую часть времени. Иногда она устраивалa вечеринки рядом с бассейном, и тогда оттуда доносился шум и смех, а пару раз их с Вивиан тоже приглашали принять в них участие. Ему нравилось, как выглядела Диана и то, какими прямыми взглядами одаривала его. Ему пришло в голову, что было бы интересно попробовать выяснить значение этих взглядов.

Но, пожалуй, самым важным моментом всей этой истории было то обстоятельство, что Диана жила рядом с ними. Для него стало своеобразным спортом ускользать из поля зрения Вивиан, обманывать ее, просто наслаждаться своей хитростью.

Все началось с телефонного звонка в одну дождливую субботу. В солнечные субботние дни он обычно играл в гольф.

Возможно, Диана уже успела изучить его привычки. Не исключено, что ей было известно и о том, что Вивиан только что уехала из дома. позвонив, она, однако, попросила к телефону Вивиан.

- Моя жена уехала за покупками, - ответил он.

Воцарилось молчание.

- Кажется, сегодня мы оба брошенные, - наконец проговорила она. Говард тоже сегодня утром умчался в Калифорнию.

Он улыбнулся, мысленно поздравляя себя, его терпение было вознаграждено. Она взяла инициативу в сои руки. Он же продолжал выжидать, желая, чтобы она прямо пригласила его.

--Не хотелось бы вам выпить чашку кофе? - спросила она.

-- Неплохая мысль, - беззаботным тоном откликнулся ОН.

-- Кофе как раз варится. Может, зайдете?

-Хорошо.

- Лучше пройти через гараж - так короче.

Он вышел из дома через маленькую дверь гаража. При этом обратил внимание, что деревья в кусты почти полностью скрывают его от посторонних глаз. Ов юркнул в небольшое отверстие в изгороди. Мокрые листья немного намочили его пиджак. Еще несколько шагов - надо же, как плотно растут деревья у Листеров, - в он оказался перед маленькой дверью теперь уже их гаража.

Задержавшись в нерешительности верея ней и предвкувмя соблазнительное рискованное приключение, он наконец вошел внутрь.

Диана была на кухне. На ней были брюки и прелестная, изящная блуза, едва ли подходившая для каждодневной кофейной процедуры.

Они расположились на диване в гостиной, и как-то само собой их беседа приобрела доверительный характер.

- А что, Вивиан всегда такая занятая, да? -- начала Диана.

- Да, она активистка женского клуба.

- То есть ее стремится целиком посвящать себя дому?

- С этим вполне справляется прислуга.

- Похоже, она прекрасно подошла бы Говарду.

- В каком смысле?

- Его часто не бывает дома. Уезжает из города. В общем-то он довольно нетребователен.

Они обменялись долгим, откровенным взглядом. Понадобилось лишь некоторое время, определенные приготовления, подходящая ситуация - в конце концов, они оба были достаточно воспитанными людьми...

- Уинт, дорогой, - произнесла через стол Вивиан, - разве тебя совсем не интересует, что там случилось?

-Нет!

Ответ прозвучал слишком поспешно. Брови Вивиан чуть приподнялись. Не находя в себе сил встретиться с ней взглядом, он вонзил нож в лежавшую перед ним на тарелке отбивную и принялся отчаянно ее резать. Руки его дрожали, и Вивиан наверняка заметила это. Она всегда все замечала. Сейчас-то ему уж никак нельзя выдать себя -после всех этих месяцев столь успешного обмана жены.

- Вивиан ничего не знает о нас? - спросила Диана. Этот вопрос она задавала не впервые. Диана проявляла почти болезненное любопытство ко всему, что было связгйю с Вивиан.

- Я же тебе говорил, - сказал он, стараясь сдерживать себя, - что Вивиан слишком занята своими собственными делами.

Они обедали "У Леона" - в небольшом ресторанчике, который никогда не посещали ни Вивиан, ни ее друзья. Говард в тот день благополучно пребывал в Чикаго. В общем-то обстановка была очень уютной, жаловаться было не на что. Только бы Диана прекратила разговор на эту тему. Он ведь никогда не изводил ее расспросами о Говарде.

- Я просто не понимаю, - продолжала Диана, - как женщина может жить с неверным мужем и не чувствовать этого, не догадываться, по крайней мере.

- А Говард что, всегда хранит тебе верность во время своих долгих отсутствий?

- Разумеется, - сказала она, как отрезала.

-Откуда такая уверенность?

Она пожала своими почти голыми плечами.

- Он любит меня.

Диана медленно, потягивала свой мартини. Вид у не был обворожительный. Белокурые волосы медового оттенка, нежная, холеная кожа без единого намека на морщинки, вся такая свежая, ароматная.

В то же время, думал он, она, в сущности, была ограниченным человеком, подчас даже глупым. Это он понял довольно скоро. Впрочем, много ли есть женщин, привлекательных внешне, которые к тому же и умны? Вот Вивиан действительно была умной, интеллигентной.

Говард Листер, очевидно, действительно любил свою очаровательную жену. В общем-то он был тюфяком. Старательный, честолюбивый, туповатый, но способный отдавать Диане всю свою любовь и преданность, глупо полагая, что она отвечает ему тем же.

- Когда ты расскажешь обо всем Вивиан? - неожиданно спросила Диана.

- О чем обо всем?

-Ну, о нас с тобой.

Он почувствовал, как от неловкости по телу побежали мурашки.

- Я вообще не намеревался ей ни о чем говорить.

- Но ты должен это сделать, любовь моя. Об этом я и собиралась с тобой поговорить. Потому что мне хотелось одновременно рассказать все Говарду...

Он сжал ее руку, желая остановить.

- По правде говоря, я не вижу причин делать это, искренне проговорил он. - Зачем нам кому-то об этом рассказывать?

-Но мы должны.

-Почему? .

- Но ведь когда-то нам придется же заниматься разводом?

- Разводом?!

- Конечно, ведь так не может продолжаться вечно?- Он в замешательстве смотрел на нее. Нет, он и в мыслях не допускал, что подобная ситуация будет длиться вечно, просто было приятно, пока все это было.

- Так вот, если Вивван так ни о чем в не догадывается, тебе надо будет самому рассказать ей.

- Диана, пожалуйста, выслушай меня. - Он подвинулся к ней ближе, их плечи и колени коснулись друг друга. Страстно и обнадеживающе обнимая ее одной рукой, другой он нежно поглаживал ее обнаженную руку. - Дорогая, ты разве не понимаешь, в каком положении я нахожусь?

Она искренне покачала головой.

- Моя работа... мой бизнес... Я всем обязан семейным связям Вивиан.

- А какое это имеет значение?

- Какое значение! Если я разведусь с Вивиан, то обреку себя на голод. Мы будем голодать.

Она смотрела на него теплым, любящим взглядом. Придвинувшись ближе, она чуть пощекотала ему щеку своими губами.

- Уинт, дорогой, меня это не волнует. Как прелестно будет голодать вместе с тобой!

Если у него и оставались некоторые сомнения насчет ее ограниченности и глупости, то в этот момент они полностью исчезли.

- А ты разве не хочешь жениться на мне, Уинт?

- Ну конечно хочу. Но не думаешь ли ты, что... - Он предпринял еще одну, последнюю отчаянную попытку. - Не кажется ли тебе, что будет гораздо лучше, если все останется так, как есть? В конце концов, таким образом мы имеем одни плюсы и никаких минусов.

Выражение ее глаз ничуть не изменилось: они по-прежнему отражали безграничную любовь и твердую решимость. В этот моментом с сожалением подумал о том, что конец настал.

Вивиаи внимательно наблюдала за ним со своего конца стола.

-Уинт, ты не намерен что-то предпринять?

- А что я должен предпринять?

- Ну, сходить к соседям, посмотреть, что там.

Он пытался как-то сориентироваться в настоящем, стряхнуть с себя оковы прошлого. Сколько времени прошло с момента выстрела? Минута? Полторы?

- Чтобы так ни произошло, теперь уже все кончено, - проговорил он.

- Все кончено, - сказал он Диане.

Какое-то время она неотрывнo смотрела на него, не прикасаясь к своему бокалу. Ее глаза стали безжизненными и были лишены какого-либо выражения одна лишь имитация человеческих глаз. Всё ее существо словно погрузилось в какую-то бездну, как можно дальше от того, что причиняло боль.

Но Уинт не отступал.

- Все кончено,-повторил он.

Она никак не отреагировала на его слова, не стала задавать вопросов. Естественно, для нее это было страшным ударом, так что он не ждал многословия. Однако молчание ему не нравилось. Было в нем что-то зловещее.

- Видишь ли, Диана, все это с самого начала не могло быть чем-то серьезным. Нам обоим было скучно, и в обществе друг друга мы нашли избавление от скуки. На нас с тобой просто что-то нашло. Ты влюбилась в меня, и я, конечно же, тоже влюбился в тебя. - Он лгал ей, ничуть при этом не колеблясь. - Но если я попытаюсь развестись с Вивиан, для меня это будет означать конец всему. Мне тридцать шесть лет. Мы не можем вечно развлекаться лишь потому, что влюблены друг в друга. Поэтому будет трудно, но со временем мы поймем, что это было самое разумное решение.

Он умолк, потому что понял: слова его не достигают цели.

Она продолжала сидеть, глядя на него и молча качая головой.

- Я не могу отпустить тебя, Уинт, - слова прозвучали неожиданно тихо и пугающе. - Я не смогу жить без тебя. Я люблю тебя, Уинт.

- Знаю, дорогая. Я тоже люблю тебя, и пусть то, что мы знаем а нашей любви друг к другу, поможет нам преодолеть боль расставания.

- Хорошо, я не настаиваю на том, чтобы ты сейчас же разводился с Вивиан. Мы как-нибудь устроим все это, до тех пор, пока мы любил друг друга и пока...

- Нет! Диана, разрыв должен быть полным и окончательным. Раз и навсегда.

Дело наконец дошло до слез.

- Я покончу с собой!

И вот сейчас, пока они с Вивяан развлекают чету Дженнингсов за спокойным обедом, где-то в доме Листеров прозвучал выстрел.

Его охватила паника. Вивиан едко заметила, чтоЛистеры, мол, вздумали перестрелять друг друга, но он прекрасно знал, что Говарда дома нет - он где-то в очередной поездке. Диану он не видел почти месяц, но продолжал поглядывать на ее дом. Она не пыталась звонить ему или писать писем. Он даже начал надеяться, что ему удалось избавиться от нее и благополучно выбраться из этой истории.

Так неужели она оказалась такой глупой, такой дурой, чтобы стреляться? Не то чтобы он очень уж возражал против подобного исхода дела. Если она умрет, то он окончательно избавится от нее, все будет так, словно их романа вовсе не было. Оставался лишь один ужасный вопрос: удастся ли ему чистым выйти из этой передряги?

Его рассудок, затуманенный на протяжении последних минут воспоминаниями о том, как он влип в это дело, постепенно стал возвращаться к мрачному настоящему. Если Диана умерла, если она застрелилась, что может указывать на ее связь с ним? Есть там за что зацепиться?

Его фотография! С ужасом он вспомнил, что как-то уступил ее романтическому желанию иметь его фото. "Чтобы носить у сердца, когда тебя нет со мной", - сказала она тогда. Его самолюбие было польщено подобным проявлением обожания. Он подарил ей маленькую карточку, любительский снимок размером с тот, что вставляют бумажник или наклеивают на паспорт. Она была так рада, даже поцеловала ее, прежде чем положить к себе в сумочку. Где сейчас эта фотография?

Как только он начал думать об опасностях, они стали множиться в его мозгу. Не оставила ли Диана записку? Самоубийцы часто так поступают. А вдруг она назвала его имя?

И как на все это посмотрят у него на работе, как отнесется к этому Вивиан?

А что... а что если попытка самоубийства не удалась? Его мысленному взору представились газетные полосы, шепот окружающих - попытка самоубийства очаровательной блондинки, обвинившей в случившемся распутного соседа, и Диана с крошечной ранкой на руке, истерично пересказывающая свой неудавшийся роман с Уинтом Маршаллом.

- Уинт!

- Да? - Он застыл, поняв, что встал из-за стола и куда-то пошел из комнаты.

- Куда ты собрался?

- Хочу посмотреть, что произошло у Листеров.

Он бросился наружу, воспользовавшись кратчайшим путем - через гараж. Дождь не переставал. Он припомнил, что моросить начало вскоре после прихода Дженнингсов. Но он опаздывал, уже безнадежно опаздывал, поэтому и решил воспользоваться этим путем. На грязь он не обращал внимания и, поскользнувшись, чуть было не упал.

В нескольких комнатах дома Листеров горел свет, хотя снаружи ничего не было видно - окна прикрывали плотные портьеры. В помещении царила тишина, словно так никого не было.

Он подошел к двери, собираясь позвонить или постучать, но вдруг ему пришло в голову, что в доме может находиться живой человек с пистолетом в руке - например, Говард, вознамерившийся отомстить ему, или сама Диана, которой захотелось взять любовника с собой. У него все еще оставался ключ от маленькой двери их гаража. Покопавшись в бумажнике, он нашел его, вставил в прорезь замка и открыл дверь.

В гараже было темно, но путь ему был хорошо известен, поэтому, передвигаясь вдоль стены, он довольно скоро достиг двери в кухню. Там тоже было темно, но и здесь ему было все знакомо. Он старался производить как можно меньше шума.

В гостиной горел свет, по крайней мере одна из ламп была зажжена. И вдруг он увидел Диану.

Одетая в черное вечернее платье, она сидела в самом центре дивана. На коленях у нее лежал пистолет, рукоятку которого она сжимала правой рукой, указательный палец был на спусковом крючке. В комнате ощущался слабый запах пороха. Значит, она стреляла. На ее левой руке возле плеча зияла глубокая рана. Кровь, пропитав рукав платья, капала на сиденье дивана.

В изумлении он уставился на нее. Она явно похудела, черты лица заострились, щеки впали, Под глазами были темные припухшие круги, еще более заметные из-за мертвенной белизны лица, а глаза покраснели и опухли. Глаза эти глядели в никуда, и Уинт даже подумал: отдает ли она себе отчет в том, что убила себя, что вот-вот умрет?

В тот же момент его посетили более тяжелые мысли - мысли о том, в каком положении оказался он сам. Вести о случившемся, равно как и их интерпретация, неизбежно станут достоянием окружения. Дурная слава, обвинения, неверность, Вивиан станет объектом сожаления и осмеяния, и она этого не вынесет. Он будет изгнан, сокрушен и оставлен без малейшей надежды на возвращение.

Если бы эта глупая женщина навсегда замолчала!

Начиная с этого момента он начал действовать в полном соответствии с голосом инстинкта самосохранения. Времени на составление плана или раздумья не оставалось. Он осторожно обошел диван и приблизился к ней справа. Она не шевельнулась и поначалу, казалось, даже не замечала его присутствия. Он присел рядом с ней, но не слишком близко, стараясь не оказаться на одной линии с дулом пистолета.

- Уинт, я так скучала по тебе.

- Я тоже скучал потебе.

- Значит, ты вернулся? - В ее помертвевших глазах скользнул слабый лучик.

- Я здесь...

- Кажется, я не туда наставила пистолет, он подпрыгнул. Но в следующий раз я не промахнусь, Уинт, если ты не останешься со мной...

Это уж точно, не промахнется. Она упрямая. Выбора у него не было.

- Дорогая, дай-ка пистолет. Я не хочу, чтобы ты поранилась.

Он накрыл пальцы Дианы своими, прижал ее указательный палец к спусковому крючку. Делал он все это медленно, очень осторожно. Она не сопротивлялась, полностью подчиняясь его движениям, даже не замечая того, что он делает, или, по крайней мере, не придавая этому значения.

Он приподнял ее руку, в которой все еще был зажат пистолет. Ему пришлось немного согнуть ее запястье, чтобы дуло оказалось прямо посредине груди. Полностью доверяя ему, она и здесь не сопротивлялась. Столь же осторожно, как и прежде, он спустил курок.

Выстрел прозвучал неожиданно громко. Голова Дианы дернулась, какую-то долю секунды женщина смотрела на него, обо всем догадываясь и все понимая. А затем голова ее откинулась назад. Он быстро отпустил пистолет и отскочил в сторону. Упав на диван, она тут же соскользнула с него и застыла ва ковре маленьким жалким комочком.

Под трупом расползалась лужа крови. Он увидел на ковре свои собственные грязные следы. На какое-то мгновение его охватила паника, но он тут же сообразил, что в не собирался скрывать факта своего присутствия в ее даме.

Однако ему придется поспешить. Оставшаяся за столом компания наверняка слышала в второй выстрел. Вивиан могла встревожиться за него, могла послать Фила Дженнингса посмотреть, в чем там дело, даже сама могла прийти. В любом случае каждую минуту здесь кто-то мог появиться.

Он не мог вести свои поиски, всюду оставляя эти грязные следы, поэтому ов бистро разулся к скользнул в спальню Дианы. Внезапно остановившись, он громко выругался. Ну почему он не спросил ее, где фотография и не оставила ли она записку. И все было бы так просто!

И снова ему пришлось преодолеть собственную панику. В спальне горел свет, всюду царил беспорядок. Пора приступать к делу, сказал он себе.

Обычно самоубийцы не прячут предсмертных записок, хотят, чтобы их сразу нашли. Быстрым взглядом он определил, что записки, по крайней мере в этой спальне, нет. Оставалось найти фотографию. Когда он подарил ее Диане, она сразу же положила ее в сумочку. А может, она и сейчас еще там?

Передвигался он быстро, стирая носовым платком свои отпечатки всюду, где мог их оставить. В шкафу лежало с десяток сумочек. Фотографии нигде не было. Кошелек с деньгами на туалетном столике, кредитные и членские карточки, всякая ерунда - но фотографии нет. Гардероб с вещами Дианы - и здесь ничего! Шкатулка с драгоценностями...

Ну почему он не спросил ее, где она лежит?! Он метался повсюду, теряя силы, теряя время. Надо подумать.

Впрочем, думать было уже поздно- раздался звонок у входной двери. Надо открывать. Распахнув дверь, он увидел стоявшего перед ним Фила Дженнингеа. Тот, казалось, облегченно вздохнул, увидев Уинта.

- Женщина застрелилась, - сказал Уинт. - Пойди позвони в полицию, вызови скорую помощь. - Фил попытался заглянуть через плечо Уинта - тот чуть посторонился, чтобы Фил мог лицезреть картину происшедшего, но одновременно загораживал ему дорогу внyтрь.

- Что ты собираешься делать?

- Я останусь здесь.

Фил понял, что сейчас не время для расспросов. Когда он исчез в темноте двора, Уинт захлопнул дверь.

Итак, у него есть еще несколько минут. Возможно, не более пяти - все зависит от того, как скоро Фил доберется до телефона. Он так и стоял, разутый, в одних носках. Затем стал зажигать свет в каждой комнате и осматривать их. Минуты через две он с удовлетворением обнаружил, что записки нигде нет. О муже Диана едва ли думала, а оставлять в этом месте записку для любовника явно не имело смысла. В этом он был почти уверен..

Оставалась лишь проблема с фотографией. Станет ли полиция обыскивать дом? Зачем им это надо? нет, Говард обязательно найдет ее, но позднее, и, возможно, где-то проболтается. Возможно...

Впрочем, искать было больше негде, разве что только перевернуть весь дом вверх дном. "А что если она потеряла ее?"- неожиданно подумал он. Да и мало ли что с ней вообще могло произойти!

Снова раздался звонок в дверь. Теперь ему не оставалось ничего, кроме как нагло изображать свою непричастность к происшедшему. Надежно скрываемый плотными шторами, он быстро обулся. Открыв дверь, увидел двух мужчин в полицейской форме и стоявшую у тротуара машину..

- Мы обедали, когда услышали первый выстрел, - начал было он. - Я живу по соседству...

Однако полицейских совсем нe интересовал его рассказ.

Им надо было провести осмотр места происшествия и убедиться в том, что люди вроде него ничего не портили. Он наблюдал за тем, как они осматривают помещения и делают какие-то пометки.

Записи их предназначались для лейтенанта Бенджамина из отдела расследования убийств. Он был небольшого роста, говорил спокойно и ни разу не улыбнулся. Он оценивал ситуацию. Заглянув в записи, отдал несколько распоряжений. Затем повернулся к Уйнту.

- Мы слышали звук этого выстрела, - сказал тот. - У нас были гости, и все мы сидели за столом. Несколько минут мы ничего не предпринимали, и моя жена сделала предположение, что это, мол, похоже на звук выстрела и что я должен сходить и посмотреть, что случилось. Ну я пошел, позвонил в дверь, но мне никто не ответил. В доме горел свет, и я подумал, что, может, кто-то ранен. Мне удалось проникнуть в дом через гараж, и я увидел Диану - миссис Листер, сидящую на диване с пистолетом в руке. Я подошел к ней и попросил отдать его мне, но она лишь повела им в сторону и сказала, чтобы я не приближался. Я хотел было заговорить, но она, похоже, меня не слушала и ничего не отвечала...

- Короче говоря, она ничего не сказала, да?

- Только предупредила, чтобы я не подходил.

- Так, и что потом?

- Ну, все мои слова не возымели действия. Она застрелилась.

- Вы сами видели, как она сделала второй выстрел?

-Да.

- Вы пытались ее остановить?

Уинт заколебался. Ему было известно про парафиновые тесты, с помощью которых можно определить, стрелял ли человек из пистолета.

- Видите ли, сейчас я не берусь точно утверждать, как все происходило. Когда я увидел, что она наставила на себя пистолет, я подскочил к ней, чтобы остановить.

- Пытались вырвать его у нее из рук?

Уинт почувствовал, что руки его стали мокрые.

- Ну не то что... Мне показалось, я подскочил к ней именно в тот момент, когда она выстрелила, или сразу же после. Пистолет у нее я не вырывал. Да, она просто упала на диван, затем соскользнула на ковер.

"Неплохая получилась версия, хотя немного сбивчивая, но в моем положении это вполне естественно", - подумал он. Будучи очевидцем самоубийства, он и должен сейчас пребывать в состоянии, близком к шоку. В поседении лейтенанта Бенджамина не было заметно признаков ни сочувствия, ни подозрительности. Он лишь сказал Уинту, чтобы тот шел домой, а поговорят они с ним позже.

Вивиан и Дженнингсы ждали его. Вивиан была настолько потрясена тем, что оказалась соседкой самоубийцы, что о каком-либо подозрении с ее стороны не могло быть и речи.

- Как ты думаешь, - спросила она, - зачем Диана это сделала? Молодая, красивая, состоятельная. Может, какие-то проблемы с Говардом?

- Говард прояснит нам ситуацию.

Под благовидным предлогом он покинул их и прошел в ванную, где тщательно вымыл руки. Только сейчас он начал ощущать признаки потрясения, но не потому, что Диана умерла, и не потому, что он стал причиной ее смерти, а оттого лишь, что так сильно рисковал.

Дом Листеров по ту сторону забора был ярко освещен; парни Бенджамина рыскали повсюду. Что если они найдут фотографию? Тогда доселе очевидное самоубийство может предстать в новом свете.

Первый выстрел они услышали примерно в половине девятого, а без четверти десять у дверей дома Маршаллов раздался звонок. Это был лейтенант Бенджамин. Уинт вышел из ванной, бледный и ослабевший.

Бенджамин спокойно задавал вопросы и получил подтверждение по крайней мере части рассказанной Уинтом истории. Было совершенно ясно, что первый выстрел раздался, когда все сидели за обеденным столом. Он убедился также в том, что Уинт Маршалл пошел узнать, что случилось, лишь по настоянию жены. Слушая беседу, Уинт все больше обретал уверенность в себе. У него было алиби.

И тогда лейтенант неожиданно преподнес маленький сюрприз.

- Речь идет об убийстве, - сказал он, - а мы привыкли серьезно относиться к подобному. Нам необходимо знать точно, что именно произошло. Мистер Дженнингс, мистер Маршалл, вы, надеюсь, не будете возражать, если мы возьмем ваши отпечатки пальцев?

- Отпечатки пальцев?! - воскликнул Фил.

Бенджамин кивнул.

- Мы сняли отпечатки с дверной ручки. Вероятно, ваши, мистер Дженнингс. А те, что на ключе в двери гаража, мистер Маршалл, скорее всего принадлежат вам.

Ключ! Ключ, который Диана дала ему специально для того, чтобы он мог приходить в любое время! Неужели он оставил его в замке?

- Кстати, мистер Маршалл, как вы нашли ключ от двери гаража? Бенджамин не спеша закуривал, задавая этот вопрос.

Ответ Уинта прозвучал столь же спокойно:

- Теперь я припоминаю, что он был в замке. Да, я еще обрадовался, потому что не нужно было ничего разбивать или ломать...

Казалось, Бенджамина удовлетворил этот ответ. Он позвонил помощнику, и через пять минут у него уже были обе пары отпечатков.

- Мне надо установить, - пояснил он, - что в доме нет отпечатков пальцев посторонних лиц.

- Посторонних лиц? - переспросил Уинт.

- Вы сказали, мистер Маршалл, что никого не видели поблизости от дома Листеров, пока вы там находились, но, возможно, там кто-то был до вас. Видите ли, мы ведь еще не установили мотив преступления. Почему столь очаровательная молодая женщина как миссис Листер вздумала покончить с собой?

- Вы можете это узнать у ее мужа, - подсказала Вивиан.

- Я это и сделаю, когда он придет, - пообещал Бенджамин. - Ему уже сообщили. И еще одна маленькая деталь, мистер Маршалл. Я уже говорил, что нам необходимо восстановитьточную картину происшедшего. Вы сказали, что бросились к миссис Листер, когда она спустила курок. Мне хотелось бы знать, насколько вы приблизились к ней. Не могли бы вы проехать с нами в участок, чтобы сделать парафиновый тест? Это позволило бы нам установить, прикасались ли вы к оружию в тот момент, когда оно выстрелило.

Уинту не нравилось, как развивались события. Почему бы Бенджамину не удовлетвориться очевидными фактами?

Впрочем, от теста уклоняться не следовало, и он поехал с лейтенантом в участок. Беседа по дороге носила отрывочный характер. Бенджамину хотелось побольше узнать о Диане Листер. Уинт изображал из себя человека, который едва знал ее.

В участке их ждал эксперт. Он наложил двойной слой парафина на обе руки Уинта, поскольку тот заявил, что точно не помнит, какой из них он схватился за пистолет, после чего поместил между ними ватную прослойку. Когда слепки были сняты, он смочил их какой-то жидкостью. Ждать пришлось минут двадцать. Наконец на слепке с правой руки появилось несколько, совсем немного, темно-синих вкраплений.

- Позитивная реакция, - сказал лейтенант. - Мистер Маршалл, ваша рука была в непосредственной близости от пистолета, а возможно, и прикасалась к нему.

- Но я ведь уже рассказывал вам.

- А мы теперь еще больше убедились.

Чувствовалось, что с лейтенантом Бенджамином могут возникнуть проблемы. Складывалось впечатление, будто он что-то знает, но не спешит об этом рассказывать, а стремится собрать, все фрагменты картины полностью. А может, полиция нашла фотографию?

Полицейский отвез Уинта домой. Джениингсы ждали его возвращения. Ему пришлось рассказать им и Вивиан все, что с ним было. После их ухода Вивиан выглядела задумчивой.

- Зачем тебе понадобилось вмешиваться во все это? - с вызовом спросила она.

- Ты же сама сказала, чтобы я пошел и посмотрел, что там и как.

- Посмотреть - это одно, а попытаться помешать Диане Листер застрелиться - это совсем другое.

- Ты считаешь, что я должен был просто стоять и спокойно наблюдать за происходящим?

Она холодно дернула плечами.

- Дорогой, а тебя это вообще как-то касалось?

На следующий день к Уинту в офис заглянул лейтенант Бенджамин. Секретарша довольно неопределенно сообщила о его приходе: в газетах уже успели дать краткое изложение случившегося.

- Мне показалось, что вам хотелось бы быть в курсе всех новостей, сказал лейтенант. - Утром я встречался с Говардом Листером.

- Ну и как, на пользу пошла встреча?

- Он в очень подавленном состоянии. По его словам, в последние несколько месяцев его жена постоянно пребывала в плохом настроении, стала замкнутой. "Была чем-то озабочена" - так он сказал. Месяц назад ее хандра усилилась, она впала в настоящую депрессию. Разумеется, ему и в голову не могло прийти, что она может покончить с собой. Но странное дело, мистер Листер, ее муж, человек, который жил с нею рядом и должен был бы понимать ее, не может никак объяснить причин ее озабоченности, депрессии и тем более самоубийства. Он неоднократно пытался заговорить с ней, но она неизменно отмалчивалась. Кроме того, он уверяет, что ни в коей мере не был причиной такого ее состояния. Регулярно приносил в дом деньги и вообще был хорошим мужем.

Уинт не стал комментировать его слова.

- Мы обнаружили четкий отпечаток пальца вашего друга Дженнингса на дверном звонке. А ваших отпечатков там нет. Вы ведь сказали, что звонили в дверь, не так ли? Это дало бы понять миссис Листер, что кто-то идет.

- Видимо, пальцы Дженнингса стерли мои отпечатки, - заметил Уинт. Действительно, сначала я звонил в дверь.

- Ваши отпечатки мы нашли на ключе от дери гаража, благо вы оставили ее открытой и тем самым спасли от дождя. И пока никаких других отпечатков мы не обнаружили.

Уинт почувствовал некоторое облегчение. В своих поисках каких-либо признаков, дающих основание подозревать, что есть еще никое неизвестное лицо, полиции так и не удалось обнаружить следов его деятельности в квартире Дианы.

- Самоубийцы обычно предпочитают оставаться наедине с собой, лейтенант задумчиво смотрел на Уинта, - однако миссис Листер совершила этот акт у вас на глазах.

- Бывает, что люди бросаются с крыши здания на глазах у зевак.

- Да, такое случается; Кстати, мистер Маршалл, сегодня утром мы попросили вашу жену дать нам ваши грязные туфли. Похоже, все следы как внутри, так и вне дома Листеров были оставлены именно вами. Таким образом, мое предположение не подтвердилось.

- А что это было за предположение?

Бенджамин тяжело опустился на стул, взгляд его был устремлен мимо Уинта - то ли в окно, то ли вообще в никуда. Выражение его лица было загадочным. И было в нем нечто, походившее на порыв, устремленность, что придавало ему явно угрожающий оттенок.

- Я искал таинственного человека. Сам он не нажимал на спусковой крючок пистолета миссис Листер, но он сделал так, что она нажала на него. Он был ее любовником.

Уинт сохранял спокойствие.

- С чего вы взяли, что у нее был любовник?

- Почувствовал. Кроме того, это мое предположение подкрепил рассказ Говарда Листера. Что скорее всего способно вызвать у женщины состояние депрессии? Разочарование в любви.

Уинт боролся с нараставшей тревогой. Если бы Бенджамин нашел фотографию, он так бы и сказал. Но и в этом случае смерть Дианы оставалась самоубийством, а не убийством.

- Да, действительно, эта бедная женщина застрелилась, - продолжал Бенджамин. - Мы сняли парафиновый тест с ее рук. Именно из ее рук выстрелило оружие. Но настоящий виновник ее смерти - человек, заставивший ее сделать это.

- И что вы сделаете с ним, даже если вам удастся его найти? - спросил Уинт е оттенком интереса в голосе, не более того.

- Это будет зависеть от того, насколько тесной окажется его связь с преступлением, - ответил Бенджамин.

Он встал, собравшись уходить.

- Листер убит горем. Говорит, что не может больше оставаться в этом доме. Уже переехал в отель. Так что если вы обнаружите кого-то подозрительного, кто станет околачиваться поблизости, вполицию звонить не стоит. Это и будет полиция.

Тело Дианы Листер было предано земле. Уинт и Вивиан присутствовали на похоронах. Вивиан не преминула высказаться по поводу бесстрастного выражения лица супруга покойной.

- Мог бы, по крайней мере, изобразить хоть какую-то скорбь, проговорила она. - Ведь сам же довел ее до этого.

Уинт не стал вступать в спор - пусть думает, что хочет.

И пусть все думают то же. Его это вполне устраивало.

Вся беда заключалась в том, что лейтенант Бенджамин думал иначе. Ему было что-то известно, и он не хотел, чтобы дело топталось на месте. У него была вполне четкая, последовательная версия, правоту которой он стремился доказать. Помочь ему в этом могло единственное - фотография.

Насколько тщательно полиция обыскала дом? Сказать наверняка было трудно. Впрочем, они до сих пор продолжали наведываться туда, что-то замышляли. И Говард в любой момент мог передумать и вернуться домой, начать собирать вещи Дианы или просто перебирать их...

И тогда Уинт Маршалл окажется замешанным в скандал, причем уже не по поводу какой-то любовной интрижки, а в связи с самоубийством. И неважно, сможет ли Бенджамин доказать его причастность к смерти Дианы или нет, вся его жизнь, его карьера рухнут как карточный домик. Он попросту превратится в мертвеца.

Таким образом, весь вопрос заключался в том, кто первым найдет эту фотографию. Сразу же после похорон Уинт решил рискнуть.

Говард подошел к Вивиан и Уинту. Его лицо практически ничего не выражало, хотя мускулы были напряжены и голос заметно охрип.

- Уинт, у меня не было возможности поблагодарить тебя.

- Я ничего не сделал.

- Но ты пытался. Я признателен тебе... Можешь оказать мне услугу? Я не хочу возвращаться в этот дом. Пожалуйста, пусть ключ останется у тебя на тот случай, если кому-нибудь понадобится войти.

- Ну конечно, Говард.

Он чуть ли не вырвал ключ у Говарда. Ну надо же, какая удача! Он надеялся, что ему удалось скрыть свое ликование от посторонних.

Однако прошла целая неделя, прежде чем представился удобный случай. Ему хотелось войти в дом Листеров днем, чтобы не зажигать свет. Однажды он разыграл расстройство желудка и остался дома, постоянно наблюдая из окна за происходящим вокруг. Парней из отдела Бенджамина не было уже несколько дней. Теперь туда наведывался только сам лейтенант и один из его сотрудников, обычно подвозивший его. Как правило, он приезжал ежедневно и оставался в доме около получаса, очевидно, пытаясь найти след любовниканедостающее звено в его версии. Затем они уезжали, и больше никто из полиции в этот день там не показывался.

Вивиан сделала все необходимое в порядке проявления заботы о супруге, но вскоре заспешила в косметический салон и за покупками. Из дома она уехала в девять. Лейтенант отбыл несколько минут спустя.

Уинт решил не терять времени. Он оделся, привычным маршрутом направился к дому Листеров и не мешкая вошел внутрь, отперев дверь ключом Говарда. В гостиной все оставалось так же, как было, когда он в последний раз заходил сюда, за исключением одной детали - в ней не было Дианы. Лишь громадное рыжее пятно на ковре напоминало о происшедшем. Здесь же он обнаружил свои собственные грязные следы, перемежавшиеся со следами крови, - драма словно окаменела, застыла в окружающем его пространстве.

Он прислонился к стене, потрясенный и обескураженный. Фотография ужас неотступно преследовал его при одной мысли о том, что случится с ним, если этот маленький кусочек бумаги будет кем-то обнаружен. Найти эту проклятую фотографию! Найти во чтобы то ни стало, сколько бы времени на это ни ушло - весь день, вся ночь, даже если придется разнести этот дом по частям!

Он забрел в спальню Дианы и снова пересмотрел там все, так же как сделал в день убийства. Шкатулку с драгоценностями, сумки, ящики... Правда, на сей раз он уже не осторожничал. Его не волновало, в каком виде он оставит все. Главное было - найти снимок.

Но его нигде не было. Он разодрал на части шкатулку, вырвал подкладку сумочек, бросился к ящикам с одеждой, косметикой, вытряхнул их содержимое на пол. То же самое он проделал с полками гардероба, коробками со шляпами, упаковками с бельем, постелью, подушками, со всем...

Он рыскал за висевшими на стенах картинами, когда заметил стоявшего в дверях незнакомого мужчину в штатском.

Несколько мгновений тот смотрел на него с усталой улыбкой, затем подошел к телефону, стоявшему рядом с кроватью Дианы, и набрал номер.

- Лейтенант, - сказал он, - он здесь.

- Кто-то явно был замешан в деле миссис Листер, - поговорил лейтенант Бенджамин. Он стоял в гостиной Листеров - руки в карманах, расслабленный, спокойный, даже не торжествующий. - Вы мне представлялись наиболее вероятным кандидатом.

У инт Маршалл лихорадочно соображал, пытаясь собраться с мыслями.

- Мы поняли, что миссис Листер хотела покончить с собой. Она сделала первый выстрел. Но мы все также знаем, что этот выстрел оказался неудачным. И вот приходите вы, чтобы все "выяснить". Эпизод с ключом в замке гаража ни о чем определенном не говорил, но показался мне странным. Потом был парафиновый тест. И опять ничего определенного, ибо вы сами сказали, что пытались остановить ее. Зато ваши следы, мистер Маршалл, понравились мне гораздо больше.

Уинт судорожно дернулся:

- Что?

- На ковре мы обнаружили следы грязи, смешанной с кровью. Мы немного поколдовали над ними. Согласно вашим собственным словам, вы буквально прыгнули к миссис Листер, когда она спустила курок. Что ж, отпечатки на ковре не вполне соответствуют вашей версии. Мы обнаружили ваши следы рядом с диваном, а это означает, что вы сидели рядом с миссис Листер перед тем, как она выстрелила. Откуда мы знаем, что это было до, а не после выстрела? Дело в том, что кровь оказалась поверх ваших следов. Таким образом, вы сели рядом с ней тогда, когда она была еще жива. Совсем просто, не так ли?

Уинт уставился на пятно наковре. Ему казалось, что он видит начертанный на нем узор, но не был в этом уверен. Он ждал объяснений.

- Итак, мистер Маршалл, мы пришли к выводу, что вы вроде бы помогли миссис Листер совершить этот повторный выстрел.

Он слабо покачал головой.

- Я собирался сразу же арестовать вас, но тогда отсутствовал важный фактор всего дела - мотив. Почему вдруг живущий по соседству мужчина со всех ног бросился помогать этой несчастной женщине накладывать на себя руки? Ну конечно же, потому, что у него был с ней роман. А с чего бы ей вдруг захотелось покончить с собой, как не потому, что ее бросили. Зачем же ему надо было бросать ее - разумеется, потому, что она собиралась все обнародовать. Если у него действительно было что-то с этой женщиной, разве не попытался бы он сделать все возможное, лишь бы ликвидировать любые следы, указывающие иа их связь? И вот мы решили соорудить небольшую ловушку. Сделали так, что мистер Листер передал вам ключи от дома. Затем прямо у вас на глазах вы могли все видеть через окно - я ежедневно заходил в этот дом и выходил из него в сопровождении нашего сотрудника, правда, всякий раз это был не тот человек, с которым я входил. Иными словами, каждое утро я менял стражу. Таким образом, в доме постоянно кто-то оставался и ждал вас. И вы наконец пришли. Но фотографию вы так и не нашли, не правда ли?

Уинт резко вскочил на ноги, но был тут же остановлен двумя полицейскими.

- Значит, вы нашли ее! - вырвалось у него. - Где она была?

Лейтенант кивнул.

- Да, нашли. Маленькую, как для паспорта. У вас, наверное, есть и другие. Думаю, мы найдем их и сравним... для верности.

На сей раз Уинт смог выдавить из себя лишь стон.

- Вы хотите сказать, что не опознали меня по этой фотографии?

- А как нам это удалось бы?

Лейтенант извлек из кармана маленький пакетик. Он развернул обертку, затем папиросную бумагу, и Уинт увидел маленький сморщенный кусочек глянцевой картонки со следами крови и дырой посередине. Лица на фотографии не было.

- Она находилась в медальоне, который был на Диане Листер, проговорил лейтенант Бенджамин. - Пуля прошла как раз сквозь него.