/ Language: Русский / Genre:popadanec, love_fantasy, magician_book

Принц Темный, принц Светлый…

Кира Стрельникова

Хорошие девочки после смерти попадают в рай, плохие – в ад. Если я попала в другой мир и в молодое тело – это считать подарком или насмешкой судьбы? А если при этом еще и непонятная Игра, Правила которой никто не торопится озвучивать, и приходится делать вид, что я местная, и никакого доброго волшебника или говорящего кота или лошади не полагается?! Зато аж два принца, наглых и отнюдь не моей мечты. Я взрослая женщина, господа и дамы, пусть на вид мне и восемнадцать! Говорите, я – главный приз? Говорите, выйду замуж за того, кто выиграет? Ну что ж, поиграем, только у меня свои правила!

Литагент «Альфа-книга»c8ed49d1-8e0b-102d-9ca8-0899e9c51d44 Принц Темный, принц Светлый…: Фантастический роман Альфа-книга Москва 2014 978-5-9922-1744-5

Кира Стрельникова

Принц Темный, принц Светлый…

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

* * *

Пролог

Ниалона в бессильной ярости сжимала кулаки, бросая на братьев обжигающие ненавистью взгляды. А они ухмылялись, нагло так, насмешливо, снисходительно!

– Извини, Ниа, ты, конечно, симпатичная, но не настолько, чтобы жениться, – с деланым сочувствием развел руками тот, который сидел в кресле. Волосы цвета темного янтаря были собраны в низкий хвост, необычные золотистые глаза смотрели слегка пренебрежительно. – И вообще мне, если честно, больше блондинки нравятся, – добавил он и взял со стола бокал с вином.

– А мне рыженькие, – подхватил второй мужчина, он стоял рядом с креслом, прислонившись к нему и скрестив руки на груди. – И помоложе, и, кстати, фигуркой поизящнее. – При этих словах глаза Ниалоны, от природы миндалевидные, округлились от возмущения.

Внешне говоривший разительно отличался от брата: светлые с серебристым отливом волосы рассыпались по плечам, глаза того же оттенка чуть прищурились, черты лица несколько мягче, чем у рыжего.

– Так что, думаю, лучше будет всем, Ниа, если ты забудешь свои… далеко идущие планы, – закончил блондин, и веселье пропало из его глаз. – И мы останемся просто друзьями.

– А еще мне очень не нравится, когда меня пытаются обмануть, – невзначай обронил первый, тоже перестав улыбаться.

– Ах вот так, да?! – сквозь зубы процедила Ниалона, взбешенная унизительными репликами до крайности. С ней разговаривали не как с высокородной, а как… как с какой-то девкой! О том, что она вела себя совсем не как воспитанная аристократка, женщина почему-то не подумала. – Думаете, если бессмертные, то все с рук сойдет? А вот не дождетесь, дорогие! – Она наставила на братьев палец и произнесла, четко выговаривая каждое слово: – Или кто-то из вас женится на мне, и я стану королевой, или за вас не выйдет ни одна женщина. Ни светленькая, – злой взгляд на сидевшего в кресле брата, – ни рыжая, – голос Ниалоны стал язвительным, и она посмотрела на второго мужчину, – ни темненькая! И не важно, старая или молодая, красивая или не очень, ни одна! Даже если она не будет знать, кто вы такие! И даже если знакомство случится во время Игр! Так и будет!

В гостиной воцарилась звенящая тишина. Братья воззрились на Ниалону с плохо скрываемой злостью и беспокойством, пока легким, во взглядах.

– Это вот что сейчас было, Ниа? – тихо переспросил рыжий, выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

Темненькая довольно улыбнулась, скрестила руки на груди, и в зеленых глазах загорелся насмешливый огонек.

– Проклятие, дорогие мои, – почти пропела она и картинно всплеснула руками. – Ах, простите, не поставила вас в известность о своем даре!

Неожиданно светловолосый зашипел – руку чуть пониже локтя обожгло. Он поспешно закатал рукав рубашки и ошеломленно уставился на медленно проявляющийся на предплечье рисунок: темно-коричневый контур змейки обвил руку, голова упиралась аккурат в запястье. Его брат проделал то же самое, но молча, и обнаружил такой же знак. Собеседники Ниа разом посмотрели на нее, нехорошо прищурившись, однако она, судя по улыбке, и не собиралась пугаться.

– Итак, милые, у вас есть выбор, – ласково произнесла Ниалона, а в глазах светился триумф. – Или кто-то из вас становится моим мужем, или вы никогда не обзаведетесь семьями. И не пытайтесь снять мое проклятие, не получится, – добавила она насмешливо и повернулась, бросив через плечо: – Как надумаете, известите меня о дате свадьбы.

Вслед ей раздался разъяренный слаженный рык:

– Ниа!!!

Она вышла и аккуратно прикрыла за собой дверь. Несколько минут братья смотрели вслед Ниалоне, потом переглянулись.

– Варианты, Олли? – мрачно спросил светловолосый.

– Лесные без вариантов, Йен, – устало откликнулся рыжий. – Похоже, поганка ухитрилась унаследовать дар от Ирроха, чтоб ему икалось, – добавил он и тоже нахмурился. – Хорошо хоть не бессмертная, в крайнем случае просто дождемся, пока помрет сама…

– Не факт, что после этого проклятие рассеется, – буркнул Йен. – Поехали, чего время тянуть. Может, все не так страшно.

– Угу. – Оллер поднялся. – Только чует моя задница, все как раз так, что хуже не придумаешь…

– Твоя пятая точка всегда была паникершей. – В голосе блондина прорезалось ехидство. – Не пугайся раньше времени.

Через некоторое время дворец, раскинувшийся посреди ухоженного парка в центре Мирано, покинули два всадника, которые, галопом промчавшись по мощеным улицам столицы, направились в Лес Одмари, к Лесным. А Ниалона, устроившись у окна своего городского особняка, мечтательно воззрилась на видневшиеся из него крыши дворца: очень скоро она там будет хозяйкой!

Глава 1

– Она должна жить! – От истеричного вопля лорда ЛасГаллена вздрогнули все. – Слышите, она должна жить!

Лекарь поежился. Есть один способ, но… Последствия могли быть непредсказуемые. Да, новая душа могла дать сил телу выздороветь, однако надо еще найти такую, которая приживется, и это обычно занимало некоторое время. Однако отец больной не желал ждать.

– Милорд, вы уверены? – на всякий случай осведомился доктор.

Кайл ЛасГаллен ухватил его за ворот куртки, подтянув к себе.

– Делай что хочешь, но моя дочь должна жить! – прошипел он, брызгая слюной. – Эрианор разноцветная, единственная на весь Мирано, она просто не может умереть! Не сейчас, не за неделю до Игры!

Да, в этот раз получилось так, что только у дочери лорда ЛасГаллена волосы поменяли цвет, хотя обычно это случалось с несколькими девушками. Доктор глубоко вздохнул, прикрыв глаза.

– Она может измениться, – глухо ответил он, встряхнув кистями.

– Да плевать, – отрезал лорд. – Делай свое дело, лекарь!

Мужчина с жалостью посмотрел на разметавшиеся по подушке пепельно-серебристые и каштаново-рыжие пряди, на бледное личико с тонкими чертами и запавшими глазами, понимая, что по-иному вылечить лианоссе Эрианор он не сможет при всем своем мастерстве. Да и никто не в силах, разве что шаманы Лесных. Но пути к ним девушка не выдержит и их приезда тоже не дождется. Оставался последний, отчаянный и рискованный способ, к которому прибегали только в крайних случаях. Похоже, сейчас наступил именно такой.

Доктор достал из кармана небольшую коробочку, открыл и бережно вытряхнул на ладонь мутно-белый камешек. Камень Обмена, последнее средство. Проводить медитацию и искать подходящую душу времени не оставалось. И доктор решил положиться на судьбу. Ведь где-то есть кто-то, кто тоже должен умереть, Камень поймает эту душу и поменяет телами с Эрианор. И останется только молиться Ирроху, чтобы все получилось, и разноцветная не сошла с ума после обряда. Глубоко вздохнув, он опустился на колени и приложил талисман к бледному лбу девушки.

Кайл ЛасГаллен напряженно следил за происходящим, нервно комкая платок. Такой шанс, его дочь стала разноцветной, и пока единственной на весь Мирано, он не мог упустить его! Вдруг именно она не умрет после свадьбы? Вдруг именно его тихая серьезная девочка выйдет замуж за одного из принцев, родит наследника и станет королевой? Нет, Эрианор просто обязана выжить!

– Иррох, помоги!.. – вырвались у доктора тихие слова, когда он почувствовал, как нагрелся Камень Обмена.

Конечно, бог давно покинул их мир, но привычка обращаться к нему в серьезных делах осталась до сих пор. Иногда создатель этого мира откликался из далеких далей на призыв… Может, так случилось и сейчас, ведь Камень сработал. Сначала ничего не происходило, грудь больной едва поднималась от слабого дыхания. Потом камень ярко вспыхнул, выбросив веер лучей жемчужного цвета, лиа Эрианор судорожно вздохнула, выгнулась, ее глаза широко раскрылись, но взгляд оставался стеклянным. Доктор не отнимал Камня, на его лбу выступили капельки пота, и он крепко зажмурился, продолжая молиться об успехе. Кайл сказал, чтобы она жила – его дочь будет жить. А уж кто там вселится вместо настоящей души девочки, это проблемы достопочтенного родителя, доктор предупредил о последствиях. Эрианор вскрикнула и упала на кровать. Лорд ЛасГаллен вздрогнул, нервно рванув тонкий батист платка, раздался треск.

– Что?.. – хрипло выдавил он, с тревогой вглядываясь в восковое личико.

– Потерпите пару минут, мой лорд. – Доктор устало вытер дрожащей рукой лоб и убрал Камень. – Все прошло успешно.

– Как вы это определили? Она не очнулась! – Кайл приблизился, скомкав остатки платка.

– Камень не засиял бы. – Доктор поднялся и убрал его в коробочку. – Если он поймал душу, значит, она приживется.

По крайней мере доктор надеялся, что так будет, ибо в противном случае Кайл ЛасГаллен во всем обвинит лекаря. Со стороны кровати раздался еще один судорожный вздох, и мужчины посмотрели на больную. Большие, чуть удлиненные, приподнятые к вискам глаза распахнулись и с недоумением уставились на них.

– Я в больнице, да? – прохрипела Эрианор.

– Нет, деточка, ты дома. – Кайл присел на кровать, заботливо поправил одеяло и, не удержавшись, с довольной улыбкой провел по руке. Куда только подевались ярость и злость. – Как ты себя чувствуешь, Эрин?

– Меня зовут… – Она запнулась. Собственное имя ускользало из памяти, как юркая плотва сквозь слишком большие ячейки сети, хотя остальные картинки проносились перед глазами с пугающей яркостью. Переход, машина, удар… Она зажмурилась и тряхнула головой. – Что случилось?! Почему я не помню свое имя? Где я вообще, черт возьми, нахожусь?! – с раздражением выпалила лианоссе.

Доктор решительно положил ладонь на плечо Кайла.

– Мой лорд, позвольте, я поговорю с лиа Эрианор. – И уже тише добавил: – Я предупреждал. Она стала другой.

– Она жива, и это главное. – Кайл ЛасГаллен поднялся. – Отдыхай, Эрианор, я зайду позже.

Она приподнялась на локтях, в необычных глазах появился нездоровый блеск.

– Уважаемый, меня просветят насчет происходящего, или как? – прошипела она не хуже кошки.

Брови доктора поднялись, он сдержал вздох. Насколько помнил по нечастым встречам, прежняя Эрианор не спорила с отцом и уж тем более не повышала голос. Трудно Кайлу придется с… дочерью. Доктор присел на край кровати и взял ее руку.

– Видишь ли, деточка, ты умерла. Где-то в своем мире.

Несколько мгновений она непонимающе смотрела на доктора, а потом из ее горла вырвался пронзительный крик:

– Не-э-эт!!!!!

Ниалона рассеянно пролистала толстый фолиант с потертыми уголками страниц – свод Правил Игры. Скоро следующий тур, предпоследняя попытка принцев обойти проклятие, в Мирано сейчас только одна разноцветная девочка. Пора продумать распоряжения и заодно выбрать, кому из братьев отдать бедняжку. По красивым губам скользнула ехидная усмешка. Оллер, конечно, ей симпатичнее, и последние разы Ниалона не устояла, отдав приз ему. Сейчас леди Тонвуд собиралась порадовать Йена для разнообразия. Кивнув собственным мыслям, Ниалона пододвинула письменный прибор и стопку чистых карточек для приглашений на первый бал Игры.

А еще следовало продумать, как похитрее подобраться к разноцветной после обряда, чтобы никто ничего не заподозрил. В последние Игры их стали охранять слишком тщательно, да и за этой наверняка приглядывают. Принцы не хотят упустить шанс обойти проклятие, конечно. Зеленые глаза прищурились, в них появился нехороший огонек. Ну нет, она не проиграет в двух шагах от вожделенной короны. Только не сейчас. Но как всегда, перед завершением очередного тура Игры, Ниа отлично повеселится. Леди задумалась ненадолго, потом ее лицо скривила ехидная усмешка, и на первом приглашении появилось имя, а за ним, как обычно, подробное описание наряда и украшений. Да, первый бал предпоследней Игры будет ох каким забавным!

Йен

Я уставился на отчет об очередной разноцветной, как на ядовитую змею, отчаянно не желая ставить под ним подпись. Следующая Игра уже через неделю, что означало – или я, или Олли через пять балов снова женимся. С одной стороны, хорошо, вдруг эта попытка увенчается успехом, и мы избавимся от проклятия. С другой… Все предыдущие заканчивались неудачно, и мне это очень не нравилось. Да, Ниалона связана договором, но – я этой хитрой стерве не верил никогда. С последней Игры прошло несколько месяцев, и вот в Мирано снова появилась разноцветная, о чем леди Тонвуд не преминула любезно известить. Уж не ведаю, знак это или что-то еще, но почему-то за все это время волосы поменяли цвет только у одной девочки. Обычно разноцветных на весь город находилось три-четыре, что вносило какое-то разнообразие, хотя все равно выбор, кто из них станет моей женой или супругой Олли, оставался за Ниалоной. На сей раз интрига сведется всего лишь к тому, кому из нас госпожа Распорядительница отдаст девочку. Скучно…

– Не хочется, да? – мрачно изрек Олли, наблюдая за мной.

– Сам-то как думаешь? – буркнул я. – Мне не хотелось еще два года назад, когда вот эта дрянь на руке появилась! – Я раздраженно кивнул на собственное запястье, где из-под манжеты рубашки выглядывала змеиная голова.

Да уж, очень точно отражает суть Ниалоны. Змея подколодная, по-другому не скажешь. Но кто знал, что кровь божественного предка одарит ее такой дурной способностью?!

Темный длинно вздохнул, поскреб в затылке.

– Кто на этот раз? – поинтересовался он.

– Дочка Кайла ЛасГаллена. – Я заглянул в первый листок. – Эрианор.

Брат поднял брови.

– Повезло старику, – хмыкнул он. – Слушай, что-то я не помню ее, она вообще бывала при дворе?

– Нет. – Я снова сверился с отчетом – как только от зеленоглазой интриганки пришло извещение о появлении разноцветной, мои люди сразу начали собирать информацию. Ну и приглядывать, мало ли что. – Жила за городом, пока три недели назад ее волосы не поменяли цвет.

– Понятно, еще одна серая мышка. – Оллер поморщился. – Братья, сестры?

– Нет. – Я покачал головой. – Мать тоже умерла давно. С чего ты взял, что она именно серая мышка? – Мне все же хотелось быть оптимистом. – Наоборот, лианоссе не испорчена тлетворным влиянием высшего общества. Возможно, она выгодно отличается от прежних претенденток и внешностью и характером. Никогда ведь не знаешь, кого магия раскрасит. – Я выразительно глянул на брата.

– Не думаю. Скорее всего, если Кайл не представил ее ко двору, он просто отправил дочь с глаз долой, ему же наверняка наследника хотелось. Подозреваю, девочка наивная, с целым ворохом романтических мыслей в голове. Единственное, что радует, – если она в столице не появлялась, то не знает, что творится на Играх. – Олли помолчал. – Есть шанс, что не будет шарахаться и смотреть испуганно.

– Слухи имеют свойство выходить далеко за пределы города. – Я пожал плечами. – Слуги-то в Мирано бывают. Так что я бы на твоем месте не особо надеялся. Касательно остального, Кайл вообще раздражительный тип, неизвестно, как он относится к дочери и насколько ее любит. То, что не рассказывал о ней и она не живет с отцом, еще ничего не значит.

– Зато сейчас ходит улыбчивый и довольный. – Оллер ехидно усмехнулся. – И вежливый до отвращения. Как же, такой шанс породниться с королевской семьей! – Он фыркнул и схватил бокал с вином.

– Или потерять дочь, – негромко добавил я, пристально глядя на брата.

Игры Играми, но вот найти объяснение, почему разноцветные после свадьбы жили не больше нескольких дней, пока не получалось. И что еще подозрительнее, причины-то вроде естественные, не придраться. Дошло до того, что, когда у одной или нескольких девушек в Мирано волосы меняли цвет, в их семьях чуть ли не траур объявляли, и барышни на Играх выглядели так, будто их в жертву принести собираются. Не могу их в этом винить, хотя постоянно ловить на себе испуганные затравленные взгляды и видеть, как от меня шарахаются, будто я заразный, ужасно раздражало. И Лесные темнили, ничего не говорили, когда знак проклятия пропасть должен…

В общем, чем дальше, тем меньше хотелось участвовать в Играх и послушно выполнять указания шаманов Лесных. Но жениться на Ниалоне или видеть ее женой Оллера вообще не хотелось. Поэтому приходилось терпеть и надеяться, что очередная женитьба поставит точку в затянувшейся истории.

Темный посерьезнел после моих слов:

– Они уже переехали?

– Да, неделю назад. – Я все-таки потянулся за пером. – И Эрианор ни разу не выходила из особняка.

Никуда не деться, надо подписывать и объявлять очередной сезон брачных Игр открытым. Предпоследний, кстати, для нас с братом, что тоже не улучшало настроения. Оллер побарабанил пальцами по столу.

– Твоя контора ничего интересного не нашла, Йен? – Темный вопросительно глянул на меня. – По прошлым смертям разноцветных?

– Нет. – Я посмотрел в окно на темнеющее небо и поставил размашистую подпись, подавив некстати мелькнувшую мысль, что подписываю смертный приговор очередной ни в чем не повинной девушке. – Или Ниалона слишком хитрая, чтобы по-умному обойти договор так, чтобы он выглядел ненарушенным, или мы что-то не так делаем, что разноцветные мрут, или Лесные не так поняли своих шаманов и что-то упустили в условиях. Олли, я не знаю. – Я устало потер лицо. – Только надоело уже все это до ужаса!

Захотелось швырнуть что-нибудь тяжелое в стену, а еще лучше – придумать для Ниалоны особо изощренный способ мести. Желательно со смертельным исходом… Я подавил кровожадные мысли, все равно ни к чему они не приведут. Причинять вред леди Тонвуд нам запрещено, под соглашением с Лесными стоит наша подпись. Рисковать не стоило. Ладно, может, в этот раз все получится. Не может не получиться, чтоб дражайшей Ниа захлебнуться собственной желчью! Я молча толкнул документ Темному, он также поставил витиеватую закорючку, едва заметно поморщившись.

– Если она опять заставит меня изображать шута на первом балу Игры, честное слово, пошлю к саррам, – буркнул он. – И буду действовать по старинке, без всяких Правил!

Я усмехнулся, немного грустно.

– А как решать, за кого она выйдет, монетку кидать будем? – беззлобно поддел я брата. – Олли, мы не можем выбирать, помнишь, да? Ни мы, ни разноцветная, так Лесные сказали.

– Да, да, выбор без выбора. – Оллер раздраженно закатил глаза, потом встал. – Ладно, Йен, пошел я. – Он смачно зевнул. – День завтра хлопотный.

– Спокойной ночи, – кивнул ему и плеснул себе еще вина.

Спать не хотелось, мысли крутились вокруг предстоящей Игры. Взгляд снова упал на отчет. Интересно, какая она, лианоссе Эрианор? Прошлые девушки, которым не повезло с цветом волос, были разные. Симпатичные и не очень, тихие и застенчивые, и достаточно смелые в общении. Однако, как только закончились первые три Игры и случились три нелепые смерти, причуда магии, с незапамятных времен случайным образом менявшая цвет волос молодых незамужних девушек, уже не казалась родителям таким уж подарком судьбы. Жаль, что в нашем мире магия подвластна только Лесным, люди магами не рождались, пусть даже эта сила и присутствовала здесь. М-да. Не скажу, что мы с братом горели желанием жениться, нам прекрасно жилось и управлялось Оймири вместе и без королевского титула, разделяя обязанности и оставаясь наследными принцами, но Ниа, увы, не оставила нам выбора. И как же повезло, что ни к одной из разноцветных ни я, ни Олли не испытывали сколько-нибудь сильных чувств! Да, грустно было, конечно, на очередных похоронах и неприятно от косых взглядов жителей Мирано. Но сердце не болело – за неполных две недели Игр невозможно серьезно привязаться к девушке, которую почти не знаешь. Я старался не думать, что будет, если, не дай Иррох, следующая избранница затронет чувства мои или брата. Сначала надо дожить до конца Игры и попытаться сберечь приз. Как там получится дальше, посмотрим.

Следующий день прошел, как всегда, хлопотно и суетливо, весь в делах – и государственных и Службы Наблюдения, которую я возглавлял. Это помогло отвлечься от гнетущих мыслей и посылания молчаливых проклятий на голову Ниалоны. Жаль, они так и останутся невысказанными… Между делом отправил королевского лекаря к лиа Эрианор, проверить ее здоровье. С тех пор как моя предпоследняя жена скончалась от острых желудочных колик – кажется, это была четвертая попытка, – перед Играми теперь всех разноцветных, которые принимают участие, осматривал наш с Оллером личный врач. На всякий случай.

Ближе к вечеру пришел посыльный от Ниалоны с обязательным приглашением и Правилами для нас с Темным. Я решил отложить их изучение на ужин, когда будем обсуждать, что там приготовила бывшая любовница. У госпожи Распорядительницы нездоровое чувство юмора, и она частенько выбирала для нас с Оллером – и не только – совершенно нелепые Правила. Хорошо, Ниалона в отношении нас все же не переходила границ, но придворным доставалось сполна. Увы и ах… Она могла не пустить того, кто не выполнил рекомендации, на бал, а это считалось чем-то вроде несмываемого позорного пятна на репутации, поэтому все неукоснительно соблюдали очередной регламент, каким бы нелепым он ни казался. Слава Ирроху, нам с братом запрещать что-либо Ниалона не имела права – все-таки мы принцы. Я забрал тисненные золотом и серебром картонки и отправился в наши с Оллером апартаменты ужинать.

Мы в молчании поели, и я потянулся к приглашениям, отдав Оллеру то, что с золотым узором.

– Нет, ну это уже никуда не годится! – возмутился Темный, едва пробежав взглядом строчки, и швырнул послание от Ниалоны на стол. – Что за ерунда, в самом деле?! По-моему, она уже победительницей себя чувствует!

Изучив рекомендацию надеть темно-фиолетовый камзол и серую с серебром рубашку, я чуть не плюнул с досады на ковер. Сие означало, что я могу приглашать на танец лишь дам, которым за тридцать. Эрианор явно моложе – волосы меняли цвет, только когда девушкам исполнялось восемнадцать, и обычно после замужества к большинству возвращался природный оттенок. То есть нам предлагалось на первой Игре любоваться разноцветной только издалека. Я уже молчу о том, что сочетание цветов просто ужасное… И тут у меня впервые мелькнула мысль: а если я не послушаюсь Распорядительницу? Раньше она придерживалась хоть каких-то рамок, но вот это… Я прищурил глаза и пристально посмотрел на Темного. Тот хмурился и громко, с раздражением, сопел.

– Если она думает, что я буду флиртовать с леди Эйстон полвечера, а потом только поцелую Эрианор руку, – Олли замолчал и поднял на меня взгляд, – то глубоко ошибается. Всему есть предел, и моему терпению тоже!

Мы пару минут смотрели друг на друга, а потом мои губы растянула предвкушающая улыбка. Я уловил в глубине глаз брата знакомый огонек и понял, что наши мысли сходятся.

– Темны-ы-ы-ый, – вкрадчиво позвал я. – По-моему, ты думаешь о том же, о чем я, хулиган рыжий.

– А? – Он непонимающе моргнул, потом замер и ухмыльнулся в ответ: – Да неужели? – Оллер заломил бровь. – Тебе тоже надоело быть хорошим мальчиком?

Я соединил кончики пальцев и откинулся в кресле. Меланхоличное настроение отступило, в крови зажегся азарт. А почему бы нет, в конце концов? Надоело следовать чужим правилам, и если в общем я не могу повлиять на ситуацию, так хоть в мелочах позлю Ниалону.

– Поиграем, братец? – усмехнулся я.

– Мм, будет весело… – мечтательно протянул Олли и уставился в потолок.

А у меня мелькнула еще одна интересная мысль. По правилам полагалось, что мы увидим разноцветную только на первом балу Игры. Но ведь никто не следит за нами, верно? И никто не знает, что у меня, например, есть Камень Перехода? Что ж, еще три дня в запасе, успею осуществить то, что задумал. Посмотреть на Эрин хотелось, чтобы знать, к чему приготовиться. Играть вслепую тоже надоело.

Эрианор

Автопилот включен, пять секунд – полет нормальный… Обычный рабочий день, я в толпе таких же зомби поднимаюсь по лестнице в метро. Боже, зачем ты придумал работу, которая начинается в девять утра! Каждый раз, бродя по кухне с полузакрытыми глазами и натыкаясь на мебель, даю себе слово найти что-нибудь поближе, но останавливает как всегда одно – деньги. Там платят хорошо, а в моей деревне Валенково, на отшибе города, фиг что-то приличное найдешь. Вот и приходится тратить почти два часа туда и столько же обратно. В наушниках приятно мурлыкает бодренький музончик, я пытаюсь встряхнуться и выудить спящее сознание на поверхность, но получается плохо. Совершаю машинальные действия – открыть сумку, достать кошелек, приложить к турникету, пройти, спрятать кошелек, закрыть сумку, остановиться на платформе, – и стараюсь не думать, что завтра еще один такой же день. И послезавтра. И через день. А потом выходные, и спа-а-а-а-ать…. От смачного зевка чуть не свело скулы, я ввалилась вместе с толпой в вагон и, ловко проскользнув под рукой дородной бабищи, плюхнулась на сиденье. Отлично, сорок минут сна, можно расслабиться. Автопилот разбудит точно к нужной остановке. Прислонившись затылком к стене, я закрыла глаза и погрузилась в непонятное состояние между явью и сном, в какой-то момент просто выключившись.

…Рабочий день прошел как обычно, по приборам, то есть осознанных действий совершала мало, мысли почему-то занимало странное предчувствие. Чего – не пойму. Ну не сильна я в интуиции, не сильна. Звонил муж, осведомлялся о планах на выходные, на что получил невразумительный ответ: «Не знаю, еще не думала, спать, наверное, буду». Он такой, старается меня радовать, сюрпризы маленькие устраивает, но… последние месяцы мной овладели тотальная усталость и апатия. Может, конец зимы сказывался, может, отсутствие впечатлений, не знаю. Чаще всего мои вечера да и выходные проходили одинаково: на диване, в обнимку с любимым ноутом и выученным наизусть плей-листом. Скажете, не похоже на семейную жизнь? А как же плита, уборка, стирка, глажка? Ну не домохозяйка я, вот так получилось. Готовил муж, убирались мы по очереди, стирала стиральная машинка. А от серой реальности я убегала за яркими эмоциями и впечатлениями в книжки и Интернет. Да, когда-то было по-другому, жизнь била ключом: я куда-то ходила, где-то с кем-то тусила, концерты, квартирники, прогулки толпой по городу, походы… Был обширный круг друзей и знакомых, которые постоянно куда-то приглашали и что-то праздновали. Иногда по несколько дней дома не появлялась, кочуя из тусовки в тусовку.

Однако время шло, народ постепенно отваливался, обзаводясь семьями и детьми, и… в один прекрасный день я вдруг осознала, что осталась совершенно одна. Все перешли в формат семейных посиделок, где разговоры вертелись вокруг детей, пеленок, колясок, а позже и школы, работы мужей, своей работы, куда бы съездить так, чтобы дешевле обошлось для всей семьи, ну и так далее. Меня перестали приглашать, ибо я оставалась единственной незамужней, а незанятых знакомых мужского пола у подруг-друзей тоже к тому времени не осталось. Да, я откровенно скучала на таких встречах. С личной жизнью не складывалось. Меня все время что-то не устраивало в кавалерах: один много требовал, пытаясь сделать из меня образцовую домохозяйку, другой скучный, хотя по первым свиданиям вроде и ничего показался, третий мешал заниматься своими делами за ноутом, нудя над ухом, что я мало внимания ему уделяю, четвертый, прилипнув к дивану и телевизору, сопротивлялся попыткам куда-то выйти, развеяться. Подружки называли меня привередой и пугали, что так и останусь одна, без мужа и детей. М-да… дети – это больное, но вот рожать от кого попало я не хотела. Чтобы потом остаться одной с ребенком на руках, нет уж, увольте. Сначала найду того, кто будет меня полностью устраивать, а потом уже подумаю о детях. Такой у меня характер, ненавижу, когда ограничивают мою свободу и принуждают делать то, что мне не нравится.

Я держалась, пока мне не стукнуло тридцать. Делала вид, что все хорошо, упорно находила варианты развлечения в одиночку, улыбалась, хотя внутри… внутри что-то потихоньку засыпало, словно моторчик, который двигал меня по жизни, начал замедляться. А в свою днюху, которую праздновала одна в баре, в окружении полузнакомых полупьяных личностей, что-то щелкнуло внутри, и осознание, что вокруг меня уже давно образовался вакуум, накатило с такой силой, что я еле успела добраться до дома. И вот там прорвало: я проревела полночи, умирая от жалости к себе и от ужаса, что действительно останусь старой девой. Потом успокоилась, проспалась и, придя в себя, составила программу-минимум на ближайшее время. Найти удобного мужчину, выйти за него замуж и наконец родить уже. Материнский инстинкт настолько срывал крышу, что я не могла нормально смотреть на беременных на улице…

Сказано – сделано. Я упорная, и если что-то решила, то выполняю задуманное. Написала требования к тому, кого согласна терпеть рядом, встретилась с единственной на тот момент подружкой, с которой более-менее регулярно общались, несмотря на ее супруга и двоих девочек-близняшек, и обрисовала ей задачу. Она сначала ржала, потом погрустнела и спросила, а как же чувства. Признаться, с чувствами загвоздочка вышла: я могла на короткое время поддаться страсти, которая быстро проходила при более близком знакомстве, а серьезно меня еще никто не смог зацепить, так, чтобы думать только о нем, и сердце бы замирало. В общем получилось, что где-то через полгода после моего дня рождения на моем пальце появилось кольцо, в паспорте поменялась фамилия, а рядом оказался человек, который был для меня удобен во всех отношениях. В первую очередь тем, что ухитрился влюбиться в меня – по крайней мере, он так говорил, – и как следствие, терпел все мои закидоны. Не настаивал на обязательном ведении домашнего хозяйства и готовке, не требовал уделять ему все мое свободное время и мог весь вечер просидеть, уткнувшись в комп – он айтишником был, постоянно варганил какие-то проги и ковырялся в Сети. Нет, иногда мы конечно же вместе куда-то ходили, с друзьями встречались, и с ним даже бывало забавно и весело.

И вроде бы наладилось все, старые друзья снова стали приглашать, потому как я теперь была с мужем и не отсвечивала на семейных посиделках одиноким видом и тоской в глазах. Но… Не то, все не то. В глубине души я понимала, что возврата к старой веселой жизни не будет, что надо самой меняться и успокаиваться, в конце концов, я же о ребенке мечтала! Однако время шло, а я не решалась отказаться от средств защиты и попробовать забеременеть. Такой вот парадокс, очень хотелось, и все-таки что-то останавливало. Жизнь превратилась в череду дней, похожих друг на друга, и только иногда бывали всплески, когда я себя за шкирку куда-нибудь вытаскивала. В последние несколько месяцев опять одна, муж отрываться от компа категорически не желал. Мой внутренний моторчик заглох окончательно, и я ощутила себя мухой в янтаре. Вроде что-то делаю, куда-то хожу, с кем-то общаюсь, но… без толку, будто и не я это. Рутина серых будней засасывала почище трясины.

Покинув опостылевший офис, поплелась домой, с грустью думая, что впереди еще один вечер с ноутом на коленках и ощущением одиночества, несмотря на присутствие мужа. Даже зайти в любимое кафе и выпить кофе не хотелось, погода мерзопакостная стояла, и тянуло под теплый плед, а там впасть в спячку до весны. Мысли вяло шевелились в голове, ноги несли к остановке, через переход с дурацким светофором, в котором совершенно непонятная система включения зеленого. То стоишь, пока не околеешь, дожидаясь сигнала, то едва ступишь на «зебру», как уже красный. С неба сыпалась мокрая гадость, температура колебалась около нуля, в общем, позднеосенняя погодка под стать моему настроению. Нет, так нельзя, надо, надо что-то менять в жизни. Может, мужа, насмешливо прошептал внутренний голос. Или любовника завести… Для души, как говорится. Но где хорошего найдешь, а просто секс, для здоровья, я получала и дома. Нет, решено, на выходных серьезно засяду за размышления о дальнейшей жизни. Почему не завтра? Так завтра всего лишь четверг, а я по будням не способна конструктивно мыслить. Ссутулившись, засунув руки в карманы и погрузившись в полусонное оцепенение, я бросила рассеянный взгляд по сторонам – вроде машин не видно, можно идти и начхать на светофор. Хотя там зеленый таки горел.

…Я почти дошла до середины дороги, когда это случилось. Откуда ни возьмись, из-за снежной пелены выскочила отчаянно визжащая тормозами машина. Успела заметить перекошенное от страха лицо водителя, и почему-то показалось, он судорожно жмет на тормоза, но дорога скользкая от мокрого снега, и его усилия бесполезны. На меня напал ступор, с остановки доносились истеричные крики невольных свидетелей, но я слышала их словно сквозь вату. Время замедлилось, секунды тяжело падали вместе со снежинками, отсчитывая последние мгновения моего сознания. Машина приближалась. Я медленно-медленно почему-то сделала шаг вперед, вместо того чтобы побежать обратно к тротуару. Дальше все снова пошло с нормальной скоростью, но только меня уже ничего спасти, похоже, не могло. Бампер ударил в коленки, да с такой силой, что тело отбросило. Боль пронзила аж до пояса – хана ногам, мелькнула мысль. Ходить уже не буду. Странно, все случилось так быстро, а для меня мгновения растянулись, как горячая карамель. Упала я на железное ограждение посередине разделительной полосы, и последнее, что отпечаталось в памяти – отчетливый хруст. Похоже, моего позвоночника.

Не было ни туннеля, ни ангелов с крылышками, а просто темнота и пустота. Значит, я жива, может, в коме, если мыслить получается. Тело ломит… Тело?! О счастье, я его чувствую! Значит, хрустнул не позвоночник. Или все-таки он? Надо набраться мужества и открыть глаза, посмотреть, что же вокруг творится. Открыла. Мм… Захотелось тут же их закрыть. Комната не походила на белую больничную палату, или это была очень дорогая частная клиника, где апартаменты для больных метров по тридцать квадратных и вместо коек широченные антикварные кровати с резными столбиками по углам и балдахином. На краю сидел какой-то дородный темноволосый мужчина, с тревогой и облегчением смотревший на меня. Лицо его, круглое, с явной склонностью чуть что наливаться краской, отчего-то сразу не понравилось, хотя откровенным уродом мужик не был. Ни разу не доктор, по крайней мере, доктора не носят рубашек с пышными кружевными воротниками и манжетами, и бархатных курток – или как эта одежка тут называлась? – с вышивкой серебряной нитью. Чуть поодаль стоял еще один мужчина, одетый скромнее, и почему-то выражение его лица мне очень не понравилось.

– Я в больнице, да? – Э-э… а с чего это у меня такой голос странный? Вроде не мой совершенно. Такой хриплый и слишком низкий, раньше нормальный был, обычный.

Мозг трусливо отказался выдавать варианты. Решила пока списать на стресс от аварии и красочные, реалистичные глюки от обезболивающих и прочей химии. На лице сидевшего брюнета появилась улыбка – наверное, ее можно было назвать доброжелательной. Правда, с большой натяжкой. Подозрения зашевелились с прежней силой, ибо взгляд мужика остался настороженным и ни разу не дружелюбным.

– Нет, деточка, ты дома. – Он поправил одеяло заботливым жестом. Ой, а зачем голос-то такой приторный? И прикасаться к моей руке не надо, неприятно же. У меня аж скулы свело, но вот следующие слова убили напрочь все желание язвить со страху. – Как ты себя чувствуешь, Эрин?

Что за фигня, это он мне? Где это дома? И что за странное имя?! Паника грозила накрыть огромной волной, лишая способности трезво мыслить, апатию последних недель как рукой сняло. Адреналин промчался по венам огненным шквалом, меня разве что не тряхнуло, как от удара током. Сознание отчаянно цеплялось за объяснение нереальности происходящего, хотя покрывало под пальцами слишком уж явно ощущалось, как настоящее, нос щекотали незнакомые запахи, и косые лучи света из окна по-настоящему грели лицо.

– Меня зовут… – Оп. А вот этого я не ожидала. Собственное имя упорно не хотело даваться, хотя я помнила прекрасно и переход, и машину, и болезненный удар. Зажмурившись, тряхнула головой, паника уже выла милицейской сиреной, грозя перейти в откровенный ужас и вылиться истерикой. – Что случилось?! Почему я не помню свое имя? Где я вообще, черт возьми, нахожусь?! – М-да, все-таки истерика.

Пришлось стиснуть зубы и дать себе мысленного подзатыльника. Поздравляю, кумушка, по ходу ты записалась в очередные попаданки, как презрительно и небрежно называют героинь, которых самым разным макаром заносит во всякие сказки. Пора признать и не прятаться трусливо за попытками придумать правдоподобное объяснение происходящему. Сначала мысль полетела по стандартному сценарию: найти способ вернуться. И сразу обозначить границы: мир спасать не собираюсь, опасные штуковины и артефакты искать и уничтожать – тем более, выходить замуж за всяких плохих парней с целью перевоспитать их – тоже, как и за хороших. Начиталась, знаю, что это чревато неприятностями и опасными для жизни приключениями. Я не Зена и вряд ли обладаю какими-то опупенными скрытыми способностями к магии, так что никаких квестов по уничтожению злых колдунов и укрощению заносчивых эльфов, принцев, королевичей или, упаси боже, орков! Еще надо убедиться, действительно ли оказалась в другом мире, вдруг я все-таки лежу в коме под капельницей и ловлю красочные и очень правдоподобные глюки… И почему эта фраза так знакома? Да потому что каждая вторая попаданка пытается свято себя в этом уверить… Мамочки!

Мужчины между тем переговорили, после чего брюнет пожелал мне выздоровления и покинул спальню. Немного поспешно, насколько успела заметить, и настороженность из его взгляда так и не пропала. Я приподнялась на локтях и заявила чрезвычайно раздраженным голосом – неожиданно вышло шипение, как у рассерженной кошки:

– Уважаемый, меня просветят насчет происходящего или как?!

Неизвестный сел рядом и взял за руку.

– Видишь ли, девочка, – он с сочувствием посмотрел на меня, – ты умерла где-то в своем мире.

Неподдельная печаль в его голосе не оставила сомнений, мужик не шутил. Как умерла?.. Господи, не может быть! Это… Это мой персональный ад, что ли? Потому что интуиция ехидно сообщала, что на рай ни разу не похоже. Значит, дороги назад нет?.. Из моего горла вырвался пронзительный вопль:

– Не-э-эт!

Кажется-таки истерика. Не каждый день, знаете ли, умираешь и вместо темноты или, на худой конец, ангелов с крылышками выясняешь, что попадаешь в другой мир. С неизвестными пока условиями жизни… Доктор что-то успокаивающе шептал, пока я захлебывалась рыданиями, пытаясь осознать всю глубину задницы, в которой оказалась. Нет, конечно, я мечтала о переменах, но… не о таких глобальных! И тем более не таким вот страшным способом. А может, это просто шутка? Как я тут жить буду, ведь, судя по антуражу, ни о телевизоре, ни тем более компьютере, телефоне и прочих благах цивилизации здесь слыхом не слыхивали! Чем мне тут заняться, чтобы не погибнуть со скуки? Ну не находить же приключения на собственную пятую точку, в самом деле! Я ни разу не технарь, чтобы привнести сюда полезные технические новинки, я не знаю, как устроены розетки, как можно из подручных средств сварганить аккумулятор или на коленке изобрести, блин, телефон! Я обычная среднестатистическая женщина!

Интуиция, с которой я никогда раньше не дружила, в этот раз решила дать о себе знать, заявив, что ни фига это все не шутка. Доктор оставался серьезен, как Сталин на съезде компартии. Он что-то там бормотал про переселение душ, что одна из нас по-любому умерла бы, и я еще и радоваться должна, что он спас меня вот таким странным способом. Прошло немало времени, пока я смогла связно говорить и мыслить, все же в голове с трудом укладывалось, что… я умерла? На самом деле умерла в родном мире? А как же… как же все там? Муж… переживать будет… Любит же. Родители… Сознание впало в шоковое состояние и застыло, словно под анестезией, эмоции схлынули, оставив пустоту.

– Это точно? Ты уверен? – в который раз спрашивала доктора, шмыгая распухшим носом.

Длинно вздохнув, он протянул коробочку с камнем.

– Положи под подушку, во сне увидишь свой мир, – пояснил он. – И что там происходит. Я зайду завтра, а лорду ЛасГаллену скажу, что тебе нужен покой и тишина.

– Кто он такой? – успела я задать вопрос, прежде чем доктор вышел.

– Отец лианоссе Эрианор, то есть твой теперь. – Мне бы удивиться, наверное, да к зеркалу подойти, посмотреть, как я тут выгляжу, но измученное сознание просто отказалось реагировать на новую порцию информации.

Как там Скарлетт О’Хара говорила? Правильно, подумаю об этом завтра. Словно только этого и дожидаясь, мозг послушно выполнил команду «спать», отключившись, едва я смежила веки. Потом, все потом…

Следующие несколько дней я пребывала в прострации, сидя на кровати, обхватив колени и уставившись перед собой невидящим взглядом. Никому не пожелаю видеть собственные похороны. Оказывается, друзья относились ко мне очень хорошо, судя по зареванным лицам. Родители… Пожалуй, это резануло сильнее всего, несмотря на то, что наши пути разошлись давно, и мы общались от силы пару раз в год, по телефону, на праздники. Они меня любили, и потерянное лицо мамы до конца жизни будет стоять у меня перед глазами. Черт, и мужа жалко до ужаса… Звенящая пустота в голове и полное отсутствие эмоций. Не хотелось вообще ничего. Видеть, как здоровый мужик молча плачет, глядя на гроб с моим телом, это, я скажу, не для слабонервных. Тот, кого доктор назвал моим отцом, кажется, несколько раз заходил и пробовал заговорить, но я просто не реагировала на него, глядя перед собой стеклянным взглядом. Не знаю, сколько продолжалось оцепенение, все когда-нибудь заканчивается. Сознание потихоньку отошло от шока, желудок возмущенно заявил, что хочет не просто есть, а жрать, и в больших количествах – средних размеров слон как раз подойдет, лучше два, – и питаться воздухом не намерен.

Ладно, поистерили и хватит. По крайней мере, когда прошел ужас от осознания, что я неизвестно где, да еще и, оказывается, умерла, в голове начали появляться полезные мысли. Например, в чьем я теле? Ибо в родном мире похоронили именно мою бренную тушку, это я отлично разглядела. Умерла? Ну… я же хотела перемен, хотела встряхнуться. Мне дали второй шанс, так надо его использовать по полной, да? И попытаться начать жизнь сначала, уже действительно с нуля, с чистого листа. Новый мир, новое тело, вообще все незнакомое. Информация – наше все, значит, надо ее добывать. Значит, познакомимся с изменившейся реальностью?

Я тряхнула головой и впервые осознанно посмотрела вокруг. Ничего так спальня, симпатичненькая. Приятные серебристо-кофейные тона, два больших окна с бархатными портьерами, мебель удобная, похожая на ту, которую наблюдала во дворцах-музеях в прошлой жизни. Изящный туалетный столик на гнутых ножках со множеством коробочек на нем. Кстати, о внешности. Сползла с кровати, медленно подошла к зеркалу и с опаской глянула на собственное отражение. А ну как в уродину запихнули? Если уж выпал второй шанс, как-то не хочется начинать его реализовывать на изначально невыгодных условиях. Увидев, кто отразился в серебристой поверхности, едва сдержала желание нервно захихикать.

Это кто, я, что ли?! Эх, точнее Эрианор ЛасГаллен, как назвал врач бывшую владелицу тела. Ну, что могу сказать… Если в своем мире красавицей себя не считала, всего лишь симпатичной, то отражение в зеркале… Да, девушка была красива, даже несмотря на необычную внешность. Начать с волос. Их цвет поверг в изумление, я долго и пристально разглядывала пряди на свету, с трудом веря, что это естественное, а не покрашенное. Преимущественно двух оттенков: темного янтаря с рыжим отливом и светло-светло-золотистого, мягкие и шелковистые, блестящие, в родном мире я такие видела только в рекламе. А еще они крупными локонами спускались чуть пониже попы, непривычно оттягивая голову – раньше я носила коротенький хвостик до лопаток. Красиво, ничего не скажешь.

Далее, глаза тоже двухцветные, по краю радужки серебристо-серые, а вокруг зрачка звездочка теплого орехового оттенка. Кожа светлая, на язык просилось сравнение с топленым молоком, хотя, на мой взгляд, можно и позагорать немного, щеки бледноваты. Или это после болезни предыдущей владелицы? В общем, черты лица мягкие, немного детские, губы припухлые и такого кораллового оттенка, никакой помады не нужно. Подведем итог. На мордашку смотреть приятно. Фигурка – ой, а ничего так, кстати, фигурка-то! Ростом Эрин не особо вышла, таких, как она, называли в моем мире миниатюрными. Но при этом тонкая ткань ночной рубашки обрисовывала приятные округлости размера так третьего – и, судя по всему, никаких лифчиков с эффектом пуш-ап тут не требовалось! Мои ладони невольно коснулись груди, и настроение резко пошло вверх. Нет, в прошлой жизни мои два с половиной устраивали – что имеем, тем гордимся, – и мысли о пластической операции никогда не забредали в голову. Но помечтать-то не вредно? А тут такой подарок неожиданный. Смотрим дальше. Талия тонкая, бедра и попа подтянутые, ни намека на целлюлит – да и откуда взяться ему, доктор говорил, прежней Эрин недавно только восемнадцать исполнилось. В общем, я рассматривала себя еще минут двадцать, то и дело трогая разноцветные пряди и проводя руками по изгибам фигурки. Пришла к выводу, что с такой внешностью жить, пожалуй, можно, хотя пока непонятно еще как, и отвернулась от зеркала.

Итак, в себя мы пришли. Двигаемся дальше, что там организм подсказывает насчет насущных нужд? Привести в порядок и питаться, поддерживаю всеми лапами. Да и переодеться бы. Ночнушка хоть и длинная, но из тонкого льна, и неизвестно, сколько я провалялась в постели, пока болела. Окинув спальню орлиным взором, обнаружила в углу две почти незаметные двери – как подсказывает логика, одна из них наверняка гардеробная, а вторая – санузел. Э-э. От последней мысли стало немного не по себе: как тут водопровод устроен, и вообще, существует ли он? Представив, как для справления естественных надобностей буду восседать на какой-нибудь ночной вазе в позе роденовского Мыслителя, срочно захотела питаться воздухом и цветочным нектаром. Про ванну и душ молчу… Уф, ну, пойдем исследовать.

Все оказалось не так плохо, как мнилось по всяким красочным описаниям трудностей попаданок в средневековом фэнтези. Оно почему-то основывается на нашей родной истории, где до подобия канализационной системы додумались только римляне, кажется, а остальные долго шли к этому благу цивилизации. А миры же разные бывают, и в большинстве из них еще и магия существует. Кстати, интересно, как тут с этим? При случае надо обязательно разведать.

Ванна стояла на небольшом возвышении, большая, вроде как медная, судя по цвету. Аккуратная дырочка слива несказанно порадовала – значит, есть канализация! И да, кран тоже имелся – вычурный, с ручками для горячей и холодной воды в виде бабочек, но узнаваемый. Я покрутила и с радостью подставила ладони под теплую струю. Ура, живем, можно нормально мыться! Хм, а где тут это самое, место задумчивости?.. Ополоснув лицо, я оглядела ванную комнату и сразу обнаружила ширму в углу. Ой нет, неужели ночной горшок?!

М-да. Конструкция, конечно, странная, но лучше, чем атрибут воспитания маленьких детей в моем мире. Что-то вроде стула со спинкой и дыркой на положенном месте, деликатно прикрытой деревянной крышкой. Рядом на подставке большой тазик с водой, понятно, для чего – систему автоматического слива тут вряд ли придумали. Осторожно потянула носом – амбре вроде не чувствуется, но это пока крышка прикрыта. Задержав дыхание, храбро подняла ее и одним глазом заглянула в недра конструкции. Ну интересно же! Там оказалось темно, и, я так поняла, продукты жизнедеятельности тут не задерживались, с запахом, видимо, как-то справляются, а подробности знать не хотелось. Работает и работает, и слава богу.

Разобравшись с благами местной цивилизации, я потопала в гардеробную, знакомиться с модой. В голове вихрем пронеслись шаблонные картинки пышных юбок, кринолинов, корсетов и прочих «радостей» несовременной женщины. Не, смотреть по телевизору красиво и интересно, но применять на себе… Желания не возникло. Я даже на собственную свадьбу отказалась натягивать броню свадебного платья, обошлась обычным коктейльным. Да и свадьба-то была – так, расписались, потом посидели в ресторане… Стоп. Это прошлое, не буду думать. Взялась за ручку и распахнула дверь – ну-с, и что тут у нас есть? Оказалось, много чего, и я с большим удовольствием с головой закопалась в ревизию шмоток. Ткани обалденные: мягкие, тонкие, все натуральные, никакой синтетики, конечно. Кружево напоминало паутинку, пальцы ласкали прохладный шелк и мягкий бархат, и захотелось немедленно примерить всю эту красоту. При изучении выяснилось, что платья имелись как со шнуровкой, так и с пуговичками, пресловутых кринолинов не увидела, а нижние юбки были, причем несколько видов – наверное, для разных фасонов. На каждый день с двойной оборкой по низу, и на ощупь похоже, что тут использовался местный аналог крахмала. Для торжественных выходов, видимо, следующий вариант – многослойные, из чего-то типа газа. Ну и дальше, на полочках, аккуратными стопками лежало белье. Загребущие ручки тут же потянулись исследовать, в чем местные барышни щеголяют под всей этой красотой.

Так. Корсет сразу в сторону, с такой фигуркой он мне на фиг не сдался. Мм, нижняя рубашка – на тоненьких лямочках, совсем воздушная, чуть ниже попы – миленько. Ой, какая прелесть! Я хищно прищурилась и цапнула пикантные шортики на завязочках, украшенные кружевом. Никаких чудовищных панталон, слава местным богам и портным! В этом можно ходить, без вопросов. Обязательные чулки, только вместо силиконовых полосок чудные подвязки, кружевные, шелковые, с вышивкой, украшенные камешками, наверняка драгоценными. В общем, моя женская душенька была довольна работой местных портных. Жить можно. И главное, вполне реально самой одеться, без всяких горничных. Облачившись в простенькое платье, я вернулась в спальню.

Дверь ожидаемо оказалась закрыта снаружи – значит, родитель Эрин в курсе, что в теле его дочери теперь чужая живет. Чудненько, надеюсь, мы с достопочтенным лордом договоримся не портить друг другу жизнь. Пусть по меркам этого мира выгляжу на восемнадцать, но на самом-то деле весь тридцатник стукнул, и даже с маленьким хвостиком. Я взрослая самостоятельная женщина и командовать собой не позволю, пусть даже у Кайла свое мнение на сей счет. Наслышана о неравноправии женщин во всяких феодальных обществах, но подчиняться и быть покорной овцой не собираюсь! Был у меня такой пунктик в характере, как только пытались заставить сделать то, чего я не хотела, меня намертво переклинивало, я шла в полный разнос, как несущийся на всех парах бронепоезд. Собственно, одно из основных качеств, которое не устраивало большинство моих кавалеров – свободу действий я отстаивала и ломать себя под кого-то не позволяла тоже. Что ж, я готова к общению, пожалуй. И наполнению желудка чем-нибудь вкусненьким, время как раз к позднему завтраку двигается, как показали часы. Быстренько заплела косу, бросила косой взгляд за окно – высокий забор, пара деревьев, крыши соседних домов, – и нашла глазами звонок.

Дернув за витой толстый шнур, плюхнулась в кресло, ожидая, когда ко мне придут. Дверь открылась через несколько минут, вместе с горничной в смешном кружевном чепце явился лорд ЛасГаллен. Ну, поговорим. Увидев меня, хозяин дома резко затормозил и окинул мою скромную персону настороженным взглядом, горничная замерла чуть позади него, опустив голову.

– Принесите мне поесть чего-нибудь, будьте добры, – вежливо попросила я барышню и наткнулась на округленные в безмерном удивлении глаза.

Э-э. А тут не так разговаривают с обслуживающим персоналом, что ли? Так я грубить не умею, разве если меня совсем уж разозлить. Хамят официантам и горничным в гостинице у нас только заносчивые снобы, к которым я себя не относила.

– Д-да, конечно, лианоссе, – пискнула служанка, едва ли старше меня, и почти выбежала из спальни.

Так, надо понимать, вот это странное слово имело отношение ко мне? А что это, титул, или тут так всех женщин величают? Надеюсь, ответы на свои вопросы я услышу. Мы с Кайлом ЛасГалленом остались вдвоем. Страшно не было, что толку бояться, когда все самое жуткое уже случилось. Первый шок прошел, и моя деятельная натура, получив мощный пинок, со свистом выскочила из спячки, в которой пребывала в прошлой жизни. Вперед, на баррикады, осваивать новый мир. Дороги-то назад нет, как у большинства попаданок… Я переплела пальцы, закинула ногу на ногу и снизу вверх посмотрела на массивного мужчину.

– Итак? – Нет, все же голос у Эрин оказался просто потрясающим, грудным, мягким.

Я не сильна в оперных терминах, но вроде такой называется контральто.

– Ты в порядке? – настороженно поинтересовался мужик.

Тут же обратила внимание, что по имени он меня не назвал. Ну да, ну да, несмотря на то, что тело его дочери, сознание совершенно другое. Будем заново знакомиться.

– Смотря что вы имеете в виду, – осторожно ответила я, решив быть вежливой. – С незнакомыми я всегда на «вы».

Кайл же не мой папа, по крайней мере, между нами. Он подтянул к себе второе кресло и сел, и я мысленно вздохнула с облегчением – шея уже затекла смотреть на него снизу.

– Ты долго болела, – кратко пояснил он.

Спасибо, кэп, чуть не сорвалось насмешливо с языка. Ну, попробуем выяснить, что тут происходит и какую роль приготовили мне.

– Теперь в порядке. – Я помолчала, обдумывая, как бы лучше выразить мысли. – Давайте честно? Вы знаете, что я не ваша дочь, я знаю, что вы это знаете. Хотелось бы подробнее узнать об этом мире, кто такая Эрин и почему у нее настолько необычная внешность. Это нормально или что-то значит? – надеюсь, прозвучало достаточно вежливо.

– Тебе необязательно много знать. – Кайл пожал плечами, и мое ухо уловило подозрительно снисходительные нотки. – Для всех ты моя дочь, Эрианор ЛасГаллен.

Чувство собственного достоинства тут же ощетинилось колючками, но я пока сдержалась. Видимо, лорд ЛасГаллен наивно полагает, что раз я женщина, то вести себя буду точно так же, как его дочка. Его ждет жестокий облом. Кстати, мое «выканье» не поправил, значит… Вот черт. Патриархат, и обязанности женщины вписываются в три К – киндер, кюхе, кирхен. Ой, как плохо! И да, про волосы он ничего не сказал. Я уверилась в подозрениях, что это не просто так.

– И все же, – сухо произнесла я. – Где мы находимся, как город называется хотя бы? И страна?

– Город Мирано, страна Оймири, – с явной неохотой ответил Кайл. – Зачем тебе это знать, ты все равно за ворота особняка не выйдешь! – с нотками раздражения добавил он, и я чуть не отвалила неприлично челюсть.

Вот те раз, это еще что за номер?!

– Я арестована, что ли? – Мои брови поднялись чуть ли не до границы волос.

– Нет, – ответил раздраженно Кайл и поджал губы.

Наш разговор прервала служанка с подносом, и на некоторое время проблема выяснения нужных сведений отступила, я наконец принялась за еду. Папа Эрин терпеливо ждал, бросая на меня косые взгляды. Подчистив тарелки с омлетом и бутербродами, я взяла чашку с чаем, чувствуя блаженную сытость, и откинулась на спинку кресла. Продолжим.

– Так что там с выходом из дома? – напомнила, на чем мы прервались. – Если не арестована, почему мне нельзя покидать это место?

ЛасГаллен недовольно поморщился и потер переносицу. Та-а-а-а-к, чует моя попа, сейчас меня огорошат какой-нибудь чудной новостью, вроде того, что не видать спокойной жизни, как своих ушей! Не-не-не, ни в какие квесты вляпываться не собираюсь, увольте! Внутренне подобралась, приготовившись отбиваться от всяких левых предложений куда-то пойти и кого-то спасти.

– Потому что это распоряжение принцев, – пояснил Кайл, но для меня это ничегошеньки не прояснило. – Ради твоей же безопасности. Через три дня первый бал Игры, и мы там будем, приглашения Распорядительницы с Правилами принесут в ближайшее время. Отсюда ты можешь выйти или в моем сопровождении, или никак, по крайней мере до тех пор, пока не начнется Игра.

В спальне воцарилась тишина. Я моргнула, пытаясь соединить кусочки пазла и выудить из объяснения Кайла что-то полезное.

– Вопрос номер раз – что за Игра? – Вопросы выстроились в голове, толкаясь и мешая друг другу, и я начала их выдавать собеседнику. – Вопрос номер два – при чем тут принцы? Вопрос номер три – что с безопасностью, за мной кто-то охотится?!

Ой, что-то не нравится мне задумчивый вид ЛасГаллена… Никак прикидывает, как лучше соврать!

– Игра – давняя традиция, можешь в библиотеке почитать про нее, – наконец начал отвечать Кайл. Не слишком охотно, отметила я. – Принцы управляют этой страной. Что же касается твоей безопасности, – он помолчал, и мое беспокойство резко усилилось, – на пятый вечер Игры ты выйдешь замуж за одного из них и станешь королевой, а твой муж – королем, так что твоя безопасность – их прямая обязанность.

Вот так новости… В мозгу замигала милицейская люстра, и сиреной завопил инстинкт самосохранения. Стоп, стоп, сто-о-о-о-о-оп!!! Какие принцы?! Какое замуж?! Я же сказала, не собираюсь выступать ни в роли спасительницы, ни в роли невесты! Хоть принцы, хоть короли, да хоть императоры всея мира! Эй, там, наверху, бананы из ушей вынули, да?! ЛасГаллену надо, пусть сам и выходит! С меня хватило одного брака по расчету, не хочу больше!

– Нет, – неестественно спокойным голосом ответила я, едва сдерживая возмущенный вопль. Мужик, ты попал конкретно. Нельзя загонять меня в угол, ой нельзя-а-а-а-а-а…

Вдруг эти принцы страшные, как моя жизнь? Вдруг им конкретно за полтинник, и они страдают простатитом и подагрой? Вдруг они храпят?! А как же, в конце концов, ухаживания, цветы там, подарки, кофе-какао, общение? Здесь наверняка разводов не существует, и что, всю жизнь прожить с таким?! Нет уж, одного раза хватило за глаза и за уши! Второй шанс начать все заново не профукаю, фигушки! Я не двадцатилетняя романтичная барышня, перед которой помаши титулом, и она, высунув язык, сама к алтарю побежит. Я взрослая практичная женщина, у меня целый список требований к потенциальному жениху. И титул в нем вообще не значится, кстати.

Новоявленный родитель смерил мою скромную персону холодным взглядом.

– Что – нет? – с угрозой в голосе переспросил он.

– Ни за кого я выходить не собираюсь, предварительно не познакомившись и не выяснив, устраивает ли меня жених. – Моего терпения еще хватало не выпустить эмоции из-под контроля.

– Эрин, – Кайл прищурился, – никто тебя уговаривать не будет, ты просто сделаешь то, что должна. Почитай про Игру и Правила, в библиотеке все есть, у меня нет времени тебе объяснять. Через три дня мы пойдем на первый бал Игры, там и познакомишься с принцами. Уясни одну простую вещь: ты теперь моя дочь и подчиняешься правилам этого мира. И если понадобится, лично свяжу по рукам и ногам и отнесу к Лесным для совершения обряда!

К концу тирады мои ладони стали ледяными, как и ступни. Решительный вид лорда ЛасГаллена не оставлял сомнений – он так и сделает. Думаете, я испугалась? Да сейчас! Меня просто накрыла такая волна ярости и крайнего возмущения беспределом по отношению к своей персоне, что я боялась открыть рот – Кайл бы услышал о себе много чего интересного. Говорила же, не стоит заставлять меня делать то, что не хочу, и тем более бросаться нехорошими словами типа «должна». Кому должна, всем прощаю! Меня просто затрясло мелкой дрожью, захотелось швырнуть в него чем-нибудь тяжелым.

– Их д-двое, за кого из них… мне предстоит выйти?! – выдавила из себя хриплым от злости голосом.

Кайл встал и небрежно пожал плечами:

– А какая тебе разница, Эрин? Все равно не ты будешь выбирать, – добил он меня окончательно.

Он вышел, а я почувствовала, как к горлу горьким комом подступает паника. В голове каруселью крутились вопросы, угрожая болью, и что обидно, в ближайшее время ответы на них я вряд ли получу. Если не я, то кто выбирает? Эти самые принцы? Какая Игра? Почему именно я, точнее Эрианор, в ней приз? Из-за разноцветных волос? Может, у меня какие-то способности есть, которые позарез нужны кому-то из принцев? Что за Правила? И стоит ли думать о побеге, или лучше не дергаться и подождать дальнейшего развития событий? Черт, мне катастрофически не хватало знаний. Где тут упомянутая Кайлом библиотека?

Глава 2

Эрин

Прежде всего, спокойствие и только спокойствие. Даже если вас съели, у вас все равно два выхода. Начнем с того, что в случае успешного побега меня найдут в два счета: города я не знаю, денег нет, где и как работать, тоже понятия не имею. Да и цветные волосы не спрячешь, что-то мне подсказывало, вряд ли по Мирано разгуливает много девушек с такой шевелюрой. Значит, информация, как и советовал Кайл.

Слегка усмирив нездоровую жажду деятельности и злость, я решила отправиться на разведку по дому. Раз теперь мне можно по нему передвигаться, надо хоть понять, что тут интересного. Заодно библиотеку поищу. Встала, отбросила толстую разноцветную косу за спину и решительно подошла к двери. Открыта. Уже радует, что добрый папа Кайл не стал превращать спальню в тюрьму. Чтоб ему икалось и одновременно чихать хотелось!

Итак, дом. Двухэтажный, не шибко большой, с центральной лестницей, просторным холлом. Побродила внизу – гостиные, что-то вроде музыкального салона с пианино, арфой, струнными инструментами на стенах. Еще один довольно большой зал, судя по почти полному отсутствию мебели, кроме стульев и диванчиков у стены, видимо, предназначенный для балов или приемов. Ну, понятно. Через окна видела, что дом окружает садик с клумбами, цветущими кустами и парочкой невысоких деревьев, к сожалению, стоящих от высокой стены довольно далеко. А стена почти до второго этажа, гладкая, без единой зацепки. Только ворота напротив входа в особняк. И там парочка охранников… М-да. Не сбежать, однозначно, если только не научусь летать.

Наверху два коридора от лестницы, и двери – не все открытые. В те, в которые удалось заглянуть, увидела гостиные. Что было за закрытыми, оставалось загадкой. Кайла, кстати, не нашла, только пару раз натыкалась на прислугу, спешившую по своим делам. Не мудрствуя лукаво, заловила одну из горничных и поинтересовалась, как пройти к библиотеке. Ассоциации с известным советским фильмом чуть не заставили нервно хихикнуть, но сдержалась. Мне ведь действительно нужна была библиотека, Кайл сам рекомендовал там покопаться.

Девушка объяснила – искомое оказалось здесь же, на втором этаже, и я поспешила в указанном направлении к нужной двери. Комната, не очень большая, но доверху заставленная вдоль стен стеллажами с книгами. Ура! Живем, аналог местного Интернета найден! Один из позитивных моментов моего положения – не придется учить язык, видимо, с переселением души основные навыки старой владелицы все же остались, что не могло не радовать. Прошлась вдоль полок, провела по корешкам, вдыхая приятный, ни с чем не сравнимый аромат бумаги, кожи и еще чего-то, специфического, присущего только библиотекам. Ну, посмотрим, что тут у нас? Перво-наперво нужна история этого мира. Придирчиво изучив названия, нашла сборник легенд и сказаний. Ну, тоже ничего, мифология обычно много может рассказать о мире. Устроилась в уютном кожаном кресле и углубилась в чтение.

Книга оказалась толстой, интересной и познавательной. Правда, сколько там было вымысла, а сколько – нет, пока не поняла, но худо-бедно разобралась в общем концепте мира, куда меня занесло после смерти. Самое главное – магия тут присутствовала, но владели ей только некоторые люди, или раса? Насколько я поняла, их называли Лесными, они же проскользнули в разговоре с Кайлом в свете руководителей брачной церемонии. Жили они недалеко от Мирано, в Лесу Одмари, и, как говорилось в книжке, в дела остальных обитателей вмешивались крайне редко. Считались мудрыми и знающими, к ним приходили за советами в трудных вопросах и за магической помощью. Еще упоминались боги, брат и сестра, которые когда-то жили здесь, но ушли в поисках чего-нибудь поинтереснее, иногда только заглядывая в этот мир. Мне понравилась красивая легенда об Иррохе и некоей принцессе правящего дома, пошловатая, правда, но тем не менее. Бог запал на красотку, прикинулся ее женихом, ну и в лучших традициях, так сказать, банально залез к ней ночью в спальню и соблазнил. Как там обстояло дело с настоящим женихом, история умалчивала, только после некоторого времени чувства у бога, как водится, иссякли, вот только принцесса уже ходила с явственным животиком. Появившееся дите обладало даром бессмертия, доставшемся от настоящего бати, и с тех пор этот дар передавался только в королевской семье.

И я наконец-то нашла упоминание об Игре. В общем, в честь той истории четыре раза в год знать устраивала некие сборища, череду балов, распорядителем которых назначался кто-то из правящей семьи и придумывал всякие разные правила для гостей. Кому как одеться и как себя вести на этих балах. Эх, ну почему тут нет подробностей?! Понимаю, легенда, но в каждой легенде есть доля выдумки, а остальное – правда! Вот нутром чую, это как раз то, о чем не захотел распространяться батя Эрин! Ладно, теперь хотя бы в общих чертах понятно. Но тут ничего нет насчет женитьбы на принцах. Просто упоминалось, что на последнем балу влюбленные имели возможность прямо там заключить брак, потому что присутствовал кто-то из Лесных. Ага, значит, правильно поняла Кайла. Нет, ну неужели принцы такие влюбчивые, что вот так легко за пять балов могут выбрать себе супругу?.. Или тут что-то еще? И при чем опять же мои разноцветные волосы? Ворох разрозненной информации в голове укладывался плохо, на очередные вопросы опять же искать ответы негде и не у кого пока, и я со вздохом отложила книгу – мозг мне нужен работающий, а посему продолжим чтение завтра.

Встать с кресла не успела – за дверью послышались быстрые шаги. Зуб даю, по мою душу. Дверь распахнулась, и на пороге появился невозмутимый слуга.

– Лианоссе, лорд ЛасГаллен ожидает вас в вашей комнате, – сообщил он.

Что ему еще нужно? Решил-таки нормально поговорить или очередные ЦУ дать? Молча поднялась, сунула книгу под мышку и пошла за слугой. Сейчас приду, узнаю.

А в спальне ждал сюрприз: кроме Кайла там был еще какой-то человек, мужчина пожилой, благообразный, прилично одетый и с небольшим саквояжиком в руках.

– Добрый день, лианоссе. – Он вежливо улыбнулся и склонил голову. – Я придворный доктор, мне надо проверить ваше здоровье.

Ну, надо так надо. Не видела ничего плохого для себя в этой просьбе. Ну надо же, мелькнула ехидная мысль, принцы даже доктора своего прислали! А кто тогда был тот, кто меня с Эрианор душами поменял? Или… Хм… Кайл сделал то, что не должен был?.. Так, подумаю об этом позже.

Осмотр прошел быстро и стандартно. Даже раздеваться не пришлось, что неудивительно в общем-то. Меня пощупали, послушали, заглянули в рот, глаза, еще поприкладывали к разным частям тела какой-то камешек, похожий на гальку – гладкую, овальную, темно-малахитового с проблеском цвета. Кайл все время простоял в углу со скрещенными руками, напряженно наблюдая за процедурой. Боялся, что выдам себя или что доктор обнаружит, что в теле настоящей Эрин совсем не дочь ЛасГаллена? И вот интересно, в последнем случае это можно как-то понять? Ну, кроме как по отличиям в поведении? Наверное, нет, потому что доктор ничего лишнего не нашел. Обрадовав, что я здорова и хорошо выгляжу, он попрощался и откланялся. Кайл тоже намылился выйти, но кто ж ему даст?

– Почтеннейший! – окликнула я довольно резко.

Мужик остановился и обернулся.

– Что? – недовольно поинтересовался он. – Я тебе уже все сказал…

– Я прочитала про Игру, – не слишком вежливо перебила и кивнула на книгу. – И у меня вопросы появились. Может, просветите? А то вдруг накосячу, – ехидно добавила. – Нехорошо получится.

Он поморщился, но как ни странно, остался. Надо же, думала опять придется на повышенных тонах общаться и настаивать на моем праве знать больше о происходящем.

– Во-первых, что за Правила? Они каждый раз разные или есть определенный набор?

– В библиотеке справочник лежит, можешь взять, – ответил Кайл с постной физиономией. – Все выучить не успеешь за три дня, но тебе и не надо. Когда принесут приглашение от Распорядительницы, там все будет написано, просто посмотришь и выполнишь то, что она решила.

Я нахмурилась. Вот опять, а если мне не понравится, что там нарешала в отношении меня незнакомая тетка? Я маме-то в свое время не позволяла без меня покупать одежду, а тут… Ладно, посмотрим. Вдруг все не так плохо.

– А если мне не понравится, что будет? – все-таки закинула удочку на предмет посвоевольничать.

– На Игру не пустят. – Кайл недовольно нахмурился. – Распорядительница на входе проверяет. Так что никакой самодеятельности, поняла? Наденешь то, что она скажет, и прическу сделаешь такую же!

Так. А вот это он уже зря. Подобный категоричный тон отключал во мне тормоза, и успокоиться потом крайне сложно. Никакой самодеятельности, говоришь? Значит, там на самом деле может быть что-то, что меня не устроит? Думаешь, я буду такой же кроткой, какой, по всей видимости, была твоя настоящая дочь? Кайл, розовая птица обломинго уже спешит к тебе на крыльях любви! Но ты об этом пока не узнаешь, я мудро решила не нарываться на очередной скандал. Гадости приятнее делать исподтишка, когда уже ничего нельзя исправить. Поэтому я кротко улыбнулась и кивнула, глядя на Кайла ясным взглядом.

– А еще пару вопросиков можно, уточняющих? – таким же кротким голосом поинтересовалась я.

Он с подозрением посмотрел и тоже кивнул с неохотой.

– Кто все-таки решит животрепещущий вопрос, за кого из принцев я выйду?

– Распорядительница, – последовал ответ. – Только все равно ты их лиц не увидишь до самого конца Игры, – небрежно добавил Кайл.

А вот тут я икнула, прежние страхи всколыхнулись с новой силой. Как не увижу?! Что еще за шутки?

– Аа-а-а-а… что так? – нервно выпалила я. – Почему не увижу-то?

– Потому что так полагается, – отрезал лорд ЛасГаллен. – Изучай Правила, я к вечеру вернусь.

Он вышел, хлопнув дверью. Я откинулась на спинку кресла, растерянная и немножко испуганная. Новости не обрадовали ни разу, и нигде не говорилось, почему я не должна видеть лиц претендентов на мою руку! Правила?.. Может, в них чего полезного на эту тему написано? Минутная паника прошла, я взяла себя в руки, поднялась и решительно направилась к двери. Так, ладно, мне дела нет до того, какие там у них лица. Раз сказала, насильно замуж не пойду, значит, не пойду. Пусть хоть сто раз писаными красавцами будут. Как показывает моя практика, за смазливой мордашкой обычно ничего интересного и нет.

В прошлой жизни, читая, как разнообразные попаданки послушно подчинялись обстоятельствам, считая это самым разумным выходом, даже если эти самые обстоятельства им не шибко нравились, я искренне и до глубины души возмущалась. И понимала, что буде меня занесет в другой мир, хрена я там выживу с моим свободолюбивым характером и обостренным чувством справедливости. Не трогайте меня, и я не трону вас – мое жизненное кредо. А тут не только тронули, тут еще и приказывать пытаются!

Правила, значит, да? Которые надо выполнять без разговоров? Кайлу так не терпится стать королевским зятем? Я медленно улыбнулась, прищурив глаза. Хотите развлечений? Их есть у меня. Вот и приложу нездоровый энтузиазм и жажду деятельности. Я же хотела перемен, хотела драйва в жизни и движухи. Получите, распишитесь, как говорится. Дали килограмм лимонов – будем давить лимонад. Поиграем, господа и дамы! И я потопала обратно в библиотеку за очередной порцией знаний.

Оллер

Я прищурил один глаз, прицелившись в мишень, – на меня с наброска насмешливо и чуть высокомерно смотрела Ниалона Тонвуд, – и отправил дротик в полет, не сомневаясь, что попаду прямо в переносицу. Какая жалость, что не получится в реальности так повеселиться! Кровожадный? Еще бы. Безжалостный? А куда деваться. Она первая начала, почему-то решив, что кто-то из нас с братом будет счастлив видеть ее женой. Только вот забыла спросить нашего мнения, маленький такой нюанс. Я выбрал с подноса следующий дротик и теперь прицелился прямо в глаз. Из головы не выходил разговор с Йеном, и идея мне нравилась с каждой минутой все больше. Это обычные гости могут переживать, что им нельзя нарушать Правила Распорядителя Игр, а мы со Светлым – принцы. Пусть и связанные нелепым проклятием и условиями избавления от него… Итак, решено, на первом балу я сделаю, как мне удобно, а не Ниалоне. И пусть злится сколько угодно, указать на дверь она не посмеет. Как и Йену.

И вообще, если уж придется жениться, почему я не имею права познакомиться с разноцветной раньше начала Игр? Что за нелепые условия? Мой взгляд упал на картонку с Правилами. Чихал я на них, вот честно. Прямо с этой минуты. Пусть мы с Йеном и не можем поймать Ниа за хвост, но нутром чую: стервочка замешана во всех смертях разноцветных, хоть и не напрямую. Если уж она играет нечестно, мы имеем полное право поступить так же. Значит, можно с чистой совестью отправить Правила в камин.

Запустив последний дротик в уголок рта Ниалоны, я встал и подошел к окну, за которым разливался густой теплый вечер. Кто там у нас нынче приз – лиа Эрианор? Ни разу не видел, досадное упущение. Признаться, я даже и не знал, что у Кайла дочь есть, и очень удивился, когда получил уведомление от Ниалоны. Ну да ладно. Последние несколько Игр были невыносимо скучными, разноцветные девочки все, как одна, не производили на меня никакого впечатления. Да и стоять перед Лесным, сжимая в руках ледяную ладошку, и ловить на себе испуганные взгляды – приятного мало, честно признаюсь.

– Значит, черное с серебром? – произнес вслух и хмыкнул, вспомнив рекомендации Ниалоны относительно одежды. – Ладно…

Поиграем, драгоценная, только вот правила теперь буду диктовать я. Бросил взгляд на часы – отлично, одиннадцать вечера, прекрасное время для поздних прогулок. Я улыбнулся, предвкушая. Вообще, положа руку на сердце, мне все равно, за кого из нас Ниалона заставит выйти замуж разноцветную. Но любопытство уже подняло голову, а значит, захватив плащ, я положил в карман Камень Перехода и покинул свои апартаменты.

Дворец погрузился в тишину и полумрак, только кое-где в коридорах горели лампы. Не желая, чтобы меня видели выходящим куда-то на ночь глядя, я, естественно, отправился не через парадное крыльцо. Вечерний воздух благоухал свежестью деревьев и тонким ароматом цветущих роз, который доносил ветерок из дворцового парка, и я с наслаждением глотнул этот головокружительный коктейль, почувствовав, как апатия и глухое раздражение, в последние месяцы ставшие моими постоянными спутниками, уползают в самый дальний уголок души. Давно надо было взбунтоваться и показать Ниалоне, что не она одна может диктовать условия. В конце концов, мы пострадавшая сторона, а она виновная. Снова улыбнувшись, я зашагал по темным улицам к особняку, где с некоторых пор селили всех разноцветных перед Игрой, когда они появлялись в Мирано.

К высокой глухой стене, окружавшей особняк, подошел с противоположной стороны, там удобнее проход делать. Все-таки повезло мне с даром, в который раз благодарю божественного предка. Почти из любой безделушки могу сделать амулет с нужными мне свойствами – как это полезно! Вот, например, Камень Перехода. На первый взгляд обычная круглая галька, какой много по берегам реки. Однако если приложить ее к какой-нибудь преграде, создается проход. Очень удобно, особенно в таких ситуациях, как сейчас. Огляделся, убедился, что узкая улочка пуста, и, достав Камень, прижал его к шероховатой поверхности. Часть стены беззвучно растворилась в темноте, и я шагнул на тщательно охраняемую с некоторых пор территорию. Осознание того, что нарушаю запрет, наполнило какой-то хулиганской шальной радостью, я почувствовал себя мальчишкой, втихаря пробравшимся к женским купальням. Да, бывало, в детстве мы с Йеном и таким занимались…

Я тихо шел по маленькому уютному саду, с любопытством оглядываясь. Особняк утопал в зелени и цветах, стены покрывали вьющиеся растения, по которым так легко забраться вон на тот балкон, заманчиво светившийся неярким светом. Признаться честно, я тут не бывал, меня особо не тянуло продолжать знакомства с разноцветными вне балов во время Игр. Может, еще играло роль то, что не я выбирал, а мне навязывали этих девочек. Внутри поднималась такая могучая волна возмущения, что ни до каких чувств уже и не было дела. Я привык сам решать, что и как делаю в своей жизни, а тут мне диктуют, да еще в таком щепетильном вопросе, как выбор спутницы жизни! Так, ладно, хватит накручивать себя, я же пришел сюда с определенной целью. Итак, что мы имеем? Покажись, красавица. Или не красавица… Но все равно, покажись.

Остановившись у стены, я поднял голову: балкон приоткрыт, в комнате горит ночник. Ага, отлично. Лиа Эрианор, по всей видимости, готовится ко сну. Пару раз мелькнули какие-то тени в спальне, и закралась мысль, что придется лезть по зеленому ковру – желание увидеть разноцветную стало почти непреодолимым, любопытство зашкаливало. Пару раз долетели обрывки фраз, но о чем говорили, понять не смог. Еще показалось, где-то в кустах раздался шорох, но как ни вглядывался, ничего не увидел. Наверное, кошка. Эх, ладно, изобразим безнадежно влюбленного, не придумавшего ничего лучше, чем вломиться в спальню к предмету страсти. Правда, я всего лишь посмотреть хочу, поэтому предпочту остаться незамеченным… Ухмыльнувшись собственным не совсем пристойным мыслям, ухватился за крепкие плети плюща, но тут скрипнула балконная дверь, и появился объект моего нездорового интереса. Я поднял голову, радуясь, что сегодня полнолуние, и увидел наконец новую претендентку на титул королевы Оймири и заодно жены одного из нас.

…Она облокотилась на перила, с немного грустным и мечтательным видом глядя на луну, по плечам и спине рассыпались разноцветные локоны, даже отсюда, снизу, вызвавшие вдруг основательный зуд в пальцах. Проверить, такие ли они мягкие на ощупь, какими казались… Лунного света хватало, чтобы разглядеть в подробностях лицо Эрианор ЛасГаллен, и вот тут-то меня ждал сюрприз, приятный, надо признать. Тонкий нос, брови вразлет, нежный изгиб губ, пухлых и очень соблазнительных. При взгляде на них начинают появляться настойчивые мысли о поцелуях. Немного вытянутый овал лица, изящная шея, а вот ниже рассмотреть не удалось – лианоссе куталась в халат. На высокий лоб упала темная прядь – интересно, какого она оттенка? Лиа Эрианор, досадливо поджав губы, отбросила ее движением головы и вдруг… запела. Я замер.

Вообще-то разноцветным запрещено петь. Королевским указом с незапамятных времен. С тех пор, когда какая-то из девушек, видимо, настолько не впечатлила своим пением его величество, что он решил больше не допускать таких конфузов и издал указ, запрещающий обладательницам разноцветной шевелюры петь. В чем-то я был с ним согласен, далеко не всегда вокальные данные девушек, даже не разноцветных, вызывали восхищение. Петь надо еще уметь, и обладание приятным голосом вовсе не гарантирует наличие этого умения. Эрианор же… завораживала. Не знаю, где и у кого она училась, но готов низко поклониться неизвестному учителю, потому что лианоссе ЛасГаллен хотелось слушать и слушать.

Низкий мягкий голос звучал в ночной тиши, вызывая удивление – откуда в хрупкой девочке такие богатые бархатистые переливы? Незнакомые, но проникающие до глубины души слова, до самых потаенных уголков, как стрелы, бьющие точно в цель. Песня плыла над садом, и казалось, все замерло вместе со мной, наслаждаясь. Я купался в звуках, прикрыв глаза и впитывая всем существом этот божественный напиток, и понимал, что пропал. Столько всего было в этой песне – тоски, грусти, затаенного одиночества, – что хотелось немедленно прижать Эрин к себе, погладить по голове, успокоить и уверить, что все будет хорошо и она теперь не одна. Как такое чудо могло вырасти у Кайла, и почему он до сих пор его прятал в какой-то глуши?!

– Лиа, вам нельзя петь! – Возмущенный и немного испуганный голос служанки прервал сладкое наваждение, и мне захотелось громко выругаться. – Немедленно вернитесь в дом!

Да чтоб тебе кошмары неделю снились! Сгинь, недоразумение! Я выдохнул сквозь стиснутые зубы, осознав, что все это время дышал через раз – в груди покалывало от недостатка воздуха. Меня слегка потряхивало от избытка эмоций, сердце колотилось, как сумасшедшее, в голове бродили странные обрывки мыслей и образов, отголоски услышанной песни.

– Это почему еще нельзя? – В божественном голосе прорезались недовольные нотки. Она и говорила так, что заслушаешься. – Что за очередной дурацкий запрет?

Я не мог оторвать взгляда от ее недовольной мордашки, оказавшейся столь же богатой на эмоции, как и голос. Ну нет, вот эту назвать серой мышкой и тихоней просто язык не поворачивался. Думать, что в ее глазах очень скоро может появиться знакомый страх и Эрианор будет так же шарахаться от меня, как и остальные разноцветные, оказалось неожиданно неприятно. Как и о том, что она может достаться Йену. Даже по этому краткому разговору со служанкой у меня сложилось впечатление, что у лиа ЛасГаллен есть характер. Хотя я могу ошибаться, и такая она, только когда Кайл не видит…

– Королевский указ! – Служанка возникла на балконе и ухватила разноцветную за руку. – Немедленно вернитесь в спальню! Если простудитесь прямо перед Игрой, лорд ЛасГаллен будет недоволен.

– Да и на здоровье, он вечно чем-то недоволен! – последнее, что я услышал от Эрианор, и упрямство в ее голосе мне ой как понравилось.

В саду воцарилась тишина. Я бесшумно отошел на пару шагов, не в силах отвести взгляд от балкона, в ушах еще звучала чудная, чарующая песня Эрин. А перед глазами стояло симпатичное личико, и я понял, что впервые за все Игры хочу выиграть. Хочу узнать лианоссе ЛасГаллен поближе, получше, и в лепешку расшибусь, но не будет в ее глазах этого загнанного выражения покорной жертвы! Эрин не умрет, точка. Сузив глаза, я отошел еще на шаг – ночник в спальне разноцветной птички пока не гас, и воображение рисовало занятные картины, от которых кровь быстрее бежала по жилам.

– А подглядывать нехорошо, братец, – раздался вдруг насмешливый, вкрадчивый голос за спиной, и я чуть позорно не подпрыгнул от неожиданности.

Резко развернулся и уставился на Светлого. В темном плаще и накинутом капюшоне он был почти неразличим на фоне кустов, и я понял, что за шорох слышал. У Йена тоже есть Камень Перехода? Вот жук, а! Я скрестил руки на груди и невозмутимо ответил:

– Я подслушивал, а не подглядывал, Светлый. Кстати, то же самое могу сказать и тебе.

Он тихо рассмеялся:

– М-да, похоже, мысли у нас с тобой одинаковые.

– Давай продолжим разговор дома? – предложил я, бросив взгляд на второй этаж – свет там уже погас, к моему сожалению.

– Давай. – Йен согласно наклонил голову.

– А по пути ты расскажешь, когда это тебе пришла мысль сделать Камень Перехода, – ворчливо добавил я вполголоса, приблизившись к стене.

Снова смешок.

– Ну, иногда это очень полезная штука, Темный, особенно когда хочешь попасть туда, где тебя не особо ждут, – ехидно отозвался он.

Выбравшись с территории особняка, мы молча вернулись во дворец и направились в наши апартаменты, благо они располагались рядом – у нас общая гостиная. Я скинул плащ, плюхнулся в кресло и уставился на Йена.

– Итак, прежде чем ты поделишься соображениями, хочу сразу предупредить. – Помолчал, изучая непроницаемое лицо Светлого. – Эрин мне понравилась.

– Мне тоже, – невозмутимо отозвался братец. – Только Ниалоне на наши предпочтения плевать, Олли. Лианоссе ЛасГаллен достанется кому-то одному. – Его глаза блеснули, по губам скользнула едва заметная усмешка.

Я прищурился. Вот как думаешь, Йен?

– Посмотрим, – кротко заметил я и соединил кончики пальцев. – Йенчик, братец, узнаю, что ходил к леди Тонвуд и подговаривал ее играть в твою пользу, – моя улыбка вышла ласковой, но смотрел я на брата с изрядным раздражением, – наплюю на все условия, ограничения и прочую ерунду и просто женюсь на ней в последний бал Игры, понял?

Спроси кто меня сейчас, с чего это вот так сразу, буквально с одной песни и взгляда я прикипел к разноцветной незнакомой девочке, ответа бы не нашел. Просто что-то внутри, древний инстинкт собственника, вдруг стукнул кулаком по столу и сказал: «Она должна стать моей. И станет». Разбираться в мотивах такого категоричного заявления подсознания буду позже, ибо, судя по хищному выражению, мелькнувшему во взгляде дражайшего Йена, он настроен так же. Хм… война?..

Эрианор

До ужина я изучала свод Правил внушительной толщины и постепенно впадала в мрачное отчаяние. Значение имело буквально все: прическа, фасон одежды, украшения, цвет, даже есть или нет кружево или бантик на платье. А ведь еще в разных сочетаниях они имели разное значение… Убиться веником, фанты отдыхают! Запомнить нереально, особенно эти самые сочетания. Кстати, про то, что мне не полагается видеть лица принцев, и тем более про мои разноцветные волосы в Правилах не говорилось ни слова.

Около восьми вечера заглянула служанка, известила, что ужин накрыт и лорд ЛасГаллен ждет в столовой. Эх, ладно. Отложила Правила и спустилась вслед за горничной. Столовая мне понравилась: уютная и без длиннющего стола, похожего на подиум. Обычный, круглый, уставленный блюдами и тарелками, меня вполне устраивал. Коротко кивнув Кайлу, я села и про себя выдохнула с облегчением: тот набор столовых приборов, который предлагался, был знаком, лишнего не наблюдалось. Тишина нервировала, поэтому я решила в очередной раз воспользоваться подвернувшейся возможностью и порасспрашивать любезного лорда. И не имеет значения, что он, похоже, не намерен откровенничать.

– А я такая с рождения? – непринужденно заявила, ткнув в косу.

– Ты – не знаю, Эрин – нет, – отрезал Кайл. Поймав мой вопросительный взгляд, он на мгновение поджал губы и все-таки продолжил: – Это магия, Эрианор. Время от времени волосы девушек в Мирано меняют цвет после того, как им исполняется восемнадцать. Происходит это с незапамятных времен.

– И это до конца жизни? – Мои брови поднялись, я скосила глаза на волосы.

– У кого как. – Кайл пожал плечами. – У кого-то через пару лет после замужества возвращаются к естественному цвету, у кого-то остаются такими.

– Угу. Так, хорошо, выяснили. Теперь можно уделить внимание еде.

Радует то, что разноцветные волосы вроде ничего особенного не значат. Или?.. Может, с тех самых времен ведется, что именно среди таких, как я, наследники ищут себе невест? Ну, допустим. Но непонятно, с чего нельзя видеть их лица… Ладно. Попробуем спросить напрямую. Сделав вид, что полностью поглощена вкусняшкой на тарелке, я тем не менее боковым зрением наблюдала за Кайлом, и как только он слегка расслабился, видя, что молчу, озадачила следующим животрепещущим вопросом.

– Почему именно я приз в Игре?

Кайл резко вскинулся и, с открытым раздражением уставившись на меня, со звоном отложил вилку.

– Потому что у тебя волосы поменяли цвет, – выдал Кайл ЛасГаллен и сердито добавил: – Ешь, Эрин, и хватит вопросов. Ты и так знаешь столько, сколько нужно.

Чудес-с-с-с-но, это все решает, конечно! Нужно кому – тебе или мне? Подозреваю, первый вариант правильный. Я раздраженно поджала губы.

– А подробнее? – сухо попросила.

– Зачем? – Он вернулся к ужину. – Так сложились обстоятельства, больше тебе знать не надо.

Ох, темнит что-то папа Кайл, попой чую! А чуйка меня еще ни разу не подводила. Я прищурилась, отодвинула тарелку, но сказать ничего не успела. Явился чопорный усатый лакей, на подносе он нес два картонных прямоугольничка. Судя по тому, как оживился лорд ЛасГаллен, приглашения на эту самую Игру и… Правила? Ну-ка, ну-ка, с этого момента подробнее! Кивком отпустив слугу, Кайл сначала изучил картонки сам, потом одну протянул мне.

– И не спорить! – предупредил, нахмурившись.

А вот это он зря. Такая просьба для меня, как красная тряпка для быка, а учитывая события последних дней и то, что исходила она от Кайла, желание насолить лорду возросло в разы. Скажете, разумные взрослые женщины себя так не ведут? Ну извините, я бы посмотрела на вас в подобных обстоятельствах! Сомневаюсь, что кто-то покорно принял бы те условия игры, которые упорно навязывали, совершенно не желая слушать возражений. Итак, что мне предлагалось надеть в мой первый выход в свет?..

«Лианоссе Эрианор ЛасГаллен, ваше платье должно быть фиалкового цвета, прикрыто кружевом до шеи, с длинными рукавами, нижних юбок – пять. Прическа – зачесанные назад и убранные в пучок волосы. Из украшений только жемчуг». Моя челюсть неприлично отвалилась. Попробовала представить, как буду выглядеть в описанном убожестве, и фантазия в ужасе упала в обморок. Из меня что, монахиню вознамерились сделать?! Какой фиалковый цвет, я в нем моль бледная, он мне совершенно не идет и вообще старит! Это что, шутка такая, или там все так нелепо будут одеты? А не может так получиться, что у Распорядительницы личные счеты к Эрин? Эм… Мысль. Я, прищурившись, подняла на Кайла взгляд.

– Эрианор раньше знала Распорядительницу? – хмуро поинтересовалась у лорда ЛасГаллена, внимательно наблюдавшего за мной.

– Нет, – уверенно и без паузы ответил он.

Не врет. Тогда почему такой дурацкий наряд? А может, он имеет какой-то глубокий смысл, несмотря на нелепое описание? Так, мне срочно нужен свод Правил! Пока помолчу, сначала выясню, что предполагается делать в подобном виде, а потом начну возмущаться или радоваться. Кайл, похоже, ждал взрыва, но я его не порадовала. Мило улыбнулась, похлопала ресничками, пожелала доброго вечера и спешно потопала к себе. Ладно, если это фиалковое платье монашки означает что-то приличное, но не дай бог, если нет… Никакие силы не заставят меня выглядеть пугалом в первый выход в люди! А уж тем более перед непонятными принцами, один из которых метил ко мне в мужья. Как показывает опыт многочисленных симпатичных попаданок, когда они пытались отпугнуть нежелательных кавалеров нелепым видом, зачастую это приводило к прямо противоположному эффекту.

Дошла до своей комнаты и плюхнулась в кресло, подвинув к себе столик с Правилами. Толстый том лежал, раскрытый в начале, я быстренько нашла раздел «одежда» и отыскала описание своего наряда и его значение, а также остального. Мм… прочитала, впечатлилась и еще больше захотела посмотреть в глаза Распорядительнице и спросить, по какой причине столь нежная приязнь к моей скромной персоне. Ибо, в общем и целом, мне предстояло принимать все приглашения на танцы и благосклонно относиться ко всем знакам внимания кавалеров, которые они будут оказывать. Так, вот я не поняла, это что. Если мне предложат прогуляться по парку и подышать озоном, надо мило улыбнуться и согласиться, независимо от того, нравится мне кавалер или нет?! Растудыть твою в качель, да три раза через забор! А вот теперь я реально злая. Ненавижу навязчивых мужиков всеми фибрами души! А тут мне предстояло по ходу флиртовать чуть ли не с каждым, кто проявит ко мне внимание… Что-то, судя по наряду, не похоже, что меня за одного из принцев собираются выдавать! О, а может, как раз остальным Правила рекомендуют держаться от меня подальше, и я зря паникую?

Я зашагала по комнате, кусая губы. Для начала посмотрим, есть ли у меня это самое фиалковое платье, может, оно не такое уж страшное, как рисовало воображение. И, это, пять нижних юбок – я же как пирожное буду, большое такое фиалковое безе… Рванула в гардеробную, порылась в нарядах и с досадой обнаружила искомое. Расстроилась еще больше, потому что платье выглядело… именно убого. Невнятный цвет, полное отсутствие украшений, кроме пресловутого кружева сверху, единственное, что радовало, – материал. Мягкий, приятный шелк. Но этого мало, я в нем точно буду на монашку похожа! И не отмажешься перед Кайлом, что не могу следовать Правилам ввиду отсутствия реквизита. Жалость какая! Не спорить, говоришь? А на пальму без страховки тебе не забраться? Танцевать со всеми подряд и позволять заигрывать с собой всяким типам? Ага, с разбегу, нашли развлекалово! Шута изображать не подряжалась!

Остаток вечера провела в напряженных размышлениях, как за два дня, не имея возможности выйти за пределы особняка, решить вопрос с внешним видом на первый бал Игры. Просто выбрать одно из платьев в гардеробе было бы слишком скучно и предсказуемо, хотелось насолить Распорядительнице и папе Кайлу так, чтобы надолго запомнили. Как это сделать с помощью всего лишь платья и прически? Вопрос интересный, конечно. Кое-какие идеи появились, но решила оставить их обдумывание на утро, сейчас что-то мысли уже путались от усталости и насыщенного дня. Я расплела косу и расчесала полосатую гриву, непривычная тяжесть клонила голову назад. Не удержалась, пропустила цветные локоны сквозь пальцы, взгляд задумчиво блуждал по отражению в зеркале. Чужому, не моему. Симпатичному, даже, наверное, красивому. Я такой никогда не была, даже в студенческие годы и со своей настоящей внешностью.

Снова накатило осознание, что прошлая жизнь закончена и возврата к ней нет, как и в мой родной мир, и меня охватила неожиданная тоска. Вспомнились картинки собственных похорон, заплаканные лица подруг, родителей, мужа. С трудом сама удержалась от слез – что толку плакать? Сейчас вот погрущу немного, пожалею себя, и вперед, на баррикады, строить в новом мире свое собственное светлое будущее. Переодевшись в ночную рубашку и набросив на плечи халат, я вышла на балкон. Душа требовала… чего? Вдруг захотелось петь. Там, в родном мире, пела только по пьяни и под фонограмму, голосом не обладала ни в коей мере. Сейчас… сейчас хотелось выплеснуть все то, что мешало мне до конца принять случившееся, ведь где-то очень глубоко в душе я нет-нет да и подумывала, что сплю или брежу.

Облокотилась на перила, подняла голову к бархатно-фиолетовому небу. Подумала, перебрала в памяти любимые песни, а потом, прикрыв глаза, запела неожиданно низким, переливчатым, приятным голосом: «Ой, то не вечер, то не вечер…»

Слова старинной русской песни звучали в ночном воздухе, забирая у меня эмоции, от которых на глаза наворачивались слезы. В груди ныло, дергало, как больной зуб. Кто я? Что здесь делаю? Почему меня выдернули сюда, лишив той жизни? Да, может, там я не была счастлива, может, не совсем устраивала такая жизнь, но… она моя. Была. И возможно, не используй местный доктор свои умения, я бы не попала под ту машину. И у меня получилось бы изменить все к лучшему там, в родной и привычной обстановке, снова ощутить себя живой. Песня лилась и лилась, а я уплывала с ней, сердце сладко щемило, тоска навалилась на плечи мягкой подушкой. Странные чувства, одновременно горько-сладкие, сумбурные, волновали кровь, будоражили воображение, и… я уже не понимала, что происходит, мое это или не мое, или отголоски сознания прежней владелицы тела. Кажется, я заново рождалась, принимая случившееся окончательно и бесповоротно. Отныне я – Эрианор ЛасГаллен, пора смириться с этим. Допеть мне не дали, за спиной раздался возмущенный и чуть-чуть испуганный голос служанки.

– Лиа, что вы делаете?!

Вот принесла нелегкая, зачем, спрашивается? Я тут, понимаешь, похандрить вздумала, а это дело очень интимное! Да еще чушь какую-то несет, опять очередные правила нарушила! Подумаешь, королевский указ, не поверю ни в жизнь, что служанка побежит тут же жаловаться Кайлу. Вообще, и без горничной обхожусь прекрасно, между прочим. С переодеванием справляюсь сама, не безрукая, как и с расчесыванием. Девушка в чепце, искоса поглядывая на меня, свернула покрывало с кровати, откинула угол одеяла, взбила подушки. Потом пожелала спокойной ночи и вышла. Я длинно выдохнула, заплела косу на ночь и сняла халат. Может, завтра все покажется не настолько катастрофичным, как сейчас. Я задула свечи, забралась под одеяло и, свернувшись клубочком, провалилась в сон. Завтра предстоит много сделать, надо выспаться и отдохнуть.

Йен

Сон упорно не шел ко мне, я лежал, уставившись в потолок, и перебирал воспоминания сегодняшнего вечера. То, что Оллеру пришла в голову та же идея, как и мне, не удивило – у нас так часто бывало. И если мне захотелось посмотреть на лианоссе ЛасГаллен, то почему бы ему тоже не подумать об этом. Эрин… Губы сами расплылись в улыбке, в ушах зазвучал чарующий голос разноцветной, и перед глазами появилось ее вдохновенное, озаренное непонятной светлой печалью лицо. Красивое, надо признать. И вообще, что-то было в этой маленькой девочке необычное, притягательное. Судя по короткому разговору со служанкой, Эрианор отнюдь не покладистая тихоня. Кстати, не удивлен, с таким-то папочкой. Наверное, поэтому ЛасГаллен и держал ее подальше от Мирано, не представляю, как они уживаются под одной крышей. В общем, эта Игра обещает стать очень интересной, потому что отдавать Эрин Олли я не собирался. Даже если Ниалона решит по-другому.

Самое главное ведь, чтобы выбор делал кто-то другой, а не разноцветная, и это условие будет соблюдено. Лесные не уточняли, значит, можно и отступить от регламента последних Игр. Мысли опять свернули к разноцветной, и я вдруг зацепился за один нюанс, на который сразу не обратил внимания, отвлеченный чудным голосом и самой Эрианор. На каком языке она пела? Я слышал, но о чем песня, сейчас сказать не могу, я просто… не знаю слов! Как такое может быть, в Оймири говорят на одном языке! Да не только в Оймири, вообще у нас единый язык в мире, спасибо Ирроху и его сестре! Я резко сел в кровати, эта деталь почему-то показалась очень важной. На балу обязательно поинтересуюсь, где она нашла эту чудную, проникновенную песню, и главное, почему я не смог понять слов. Ой, представляю, какой удивленной будет ее мордашка, когда узнает, что я подглядывал! Я снова заулыбался и лег.

Эрин, маленькая, не надо так тосковать, все будет хорошо, вот увидишь. А еще, ты не умрешь. Приложу все усилия к этому. Ну и, конечно, весь первый вечер Игры я проведу рядом с тобой, даже если Оллеру взбредет то же самое в голову. Что ж, братцу придется подвинуться в этот раз.

Да, именно так и будет. Приняв окончательное решение, я со спокойным сердцем уснул, надеясь, что мне приснится очаровательная Эрин.

Оллер

Завтракал я в одиночестве – Йен с утра пораньше куда-то ушел. Ну и к лучшему, спорить с ним из-за Эрин не хотелось. Мы по жизни редко ссорились и вообще-то не соперничали из-за женщин, так получалось, что наши интересы в этом не пересекались. Сейчас же… Я усмехнулся. Во мне проснулся азарт, и отступать я не намерен. Более того, обходиться встречами только во время балов точно не собираюсь. Так что в оставшееся время до первого бала следует тщательно продумать дальнейшую стратегию, и так, чтобы братишка не обскакал. Закончив с завтраком, направился в библиотеку, за сводом Правил.

Устроился в кресле, взял перо и ненадолго задумался. Итак, первое. Одежда. Стерва с лукавым взглядом рекомендовала черное с серебром. Не дождется. Зеленое с золотом, и точка. Во-первых, мои любимые цвета. Во-вторых, это говорило о том, что я намерен выиграть. Серьезное заявление, спорю на что угодно, все будут поражены таким откровенным вызовом. Зелень и золото, цвета победителей. Независимо от желания Ниа. Далее. Перстень с черным ониксом на левой руке, указательный палец. Всего лишь подойти и поцеловать разноцветной руку. Обойдешься, дражайшая Ниалона, и можешь съесть свои рекомендации без соли и перца. Моя любимая печатка с изумрудом, и на безымянном правой – первый танец за мной! Кто бы чего ни говорил. Ну и, учитывая цвета одежды, право следовать своим желаниям весь вечер. Так что не знаю, что там приготовила Ниа для Эрианор, лианоссе ЛасГаллен проведет бал со мной.

Откинувшись на спинку кресла, я довольно потянулся, хрустнув сплетенными в замок пальцами. Первый бал Игры обещает быть насыщенным и очень, ну просто очень интересным. Пока же дела требовали моего присутствия в кабинете, поэтому пришлось отложить приятные размышления и покинуть библиотеку.

Весь день мы с Йеном делали вид, что предыдущим вечером ничего не было, и темы Эрин не касались. Хотя меня то и дело тянуло ехидно улыбнуться и как-нибудь поддеть братишку. А еще хотелось повторить хулиганскую выходку, в надежде снова увидеть разноцветную… Но испытывать судьбу не стал и оставил эту идею. Бал уже через день, переживу как-нибудь. В конце концов, ожидание порой едва ли не слаще первой настоящей встречи, когда Эрин посмотрит на меня. Жалко, правда, лица не увидит, но я подумаю, что с этим сделать.

Ужинали мы с Йеном снова вместе. Сначала в молчании, избегая смотреть друг на друга, в воздухе ощутимо витала напряженность. Я из принципа не нарушал тишину, с интересом ожидая, когда у обычно сдержанного Светлого закончится терпение и он приступит к обсуждению животрепещущей темы. Оно закончилось ровно в тот момент, когда я отложил вилку и отодвинул пустую тарелку, потянувшись за бокалом с вином.

– Оллер.

Ой, как официально и серьезно.

– Я весь внимание, – вежливо улыбнулся и посмотрел на Йена.

– Я выиграю.

Моя улыбка стала шире.

– Это ты так думаешь, Светлый, – невозмутимо отозвался и отпил глоток, не сводя с него насмешливого взгляда.

Он чуть прищурился:

– Я не шучу, Темный.

– Драться будем? – непринужденно осведомился я и чуть не рассмеялся собственным словам.

Нет, ну честно, с трудом представляю, как мы бьем друг другу физиономии из-за женщины. М-да уж, ситуация… Йен хмыкнул, и уголок его губ пополз вверх, а во взгляде мелькнули смешинки.

– Сам понял, что сказал? – Он тоже потянулся за вином.

Мы помолчали, напряжение чуть-чуть спало. Я потер переносицу, пытаясь наскрести хотя бы намек на неприязнь к Йену из-за одинакового интереса к Эрин, и… Не-а. Азарт, желание утереть ему нос и забрать лианоссе себе, любопытство, что он будет делать… Ну не соперничали мы никогда, и честно, я просто не знал, что ему сказать. Нет, конечно, я понимал, что он всерьез намерен выиграть. Йен упрямый, как и я, но в голове как-то не укладывалось, что мы можем на самом деле повздорить из-за симпатии к одной и той же женщине.

– Давай так, – в конце концов сформулировал мысль. – Ты делаешь, что считаешь нужным, я поступаю так же. Друг другу гадости не подстраивать, играть честно. Идет?

Йен изогнул бровь и окинул меня заинтересованным взглядом.

– Тогда до первого бала никто втихаря не бегает под балкон к Эрианор, – ехидно добавил он. – К Ниалоне я уж и подавно не пойду.

– Вот и отлично. – Я кивнул и еще отпил вина. Помолчал, вспомнил вчерашнее приятное приключение, и на губах появилась мечтательная улыбка. – Она необычная, правда?

– Правда. – Голос Йена смягчился. – А знаешь почему?

– Потому что не слышала о королевском запрете на пение? – с тихим смешком произнес я. – Ну, так жила далеко от столицы.

– А еще она, похоже, пела на каком-то странном языке, о существовании которого я лично до сих пор не знал, – задумчиво добавил брат, и мне расхотелось веселиться.

А ведь и правда, песню помню, грусть-тоску, от которой щемило сердце, сквозившую в каждом звуке чарующего голоса Эрин, помню, однако о чем именно она пела, не могу сказать!

– И? – Я уставился на него. – Какие идеи, откуда она могла взять эту песню? Может, у Лесных?..

Он склонил голову и соединил кончики пальцев.

– Олли, у них тоже нет своего языка, – напомнил Йен.

– Вдруг у шаманов есть? – не сдавался я, пытаясь найти объяснение этому факту.

– Не сходи с ума. – Светлый фыркнул. – Даже маленький ребенок знает, что Иррох, когда создавал этот мир, решил обойтись без сложностей и всем дал один язык!

А Йен наблюдательный, да. Я же настолько заслушался и засмотрелся, что даже внимания не обратил на эту необычную мелочь.

– И какое объяснение этому может быть? – Я похлопал пальцами по губам.

– Пока не знаю, – медленно ответил Светлый. – Но на балу обязательно постараюсь выяснить.

Наши взгляды встретились. Удивительно, как все же иногда совпадают наши мысли, я собирался сделать то же самое. Допив вино, встал.

– Ладно, Йен, спокойной ночи.

– Спокойной… – рассеянно отозвался он, не торопясь уходить к себе.

Странный немножко получился разговор. Ну да ничего, первый бал Игры все расставит по своим местам.

Глава 3

Эрин

Утром от меланхолии не осталось и следа. Я была бодра, в меру раздражена, и меня обуревала жажда деятельности. Решено, выхожу на тропу войны и делаю все по-своему. Да и пока неясно, что ж такого страшного случится, если таки нарушу дурацкие правила. Лорд ЛасГаллен сказал, могут не пустить на бал? Ой, да не больно-то и хотелось. Терять мне нечего, убить Кайл вряд ли убьет, выгнать – тоже не выгонит. Наверное… И вообще, если Распорядительница не пустит на бал, какой в нем тогда смысл? Ведь как я поняла из скупых объяснений Кайла, вместе с принцами моя скромная персона является там главным действующим лицом. Так что руки у меня развязаны.

Ела я одна, что ничуть не расстроило. Кстати, надо попробовать узнать, чем же лорд ЛасГаллен тут занимается. Вдруг ответит, это ведь не запрещенная информация, надеюсь. За завтраком окончательно оформила разрозненные идеи в одно целое, и когда горничная унесла пустые тарелки, решительно направилась в гардероб. Итак, где там вчерашний кошмар, рекомендованный Распорядительницей? Вытащила наряд, разложила на кровати, окинула критическим взглядом. Эх, жалко, среди вещей Эрин не оказалось платья нужного цвета, придется это перекрашивать. Ну что ж, приступим, филиал курсов кройки и шитья объявляю открытым. Дернула шнурок звонка. Явившаяся горничная замерла посередине спальни, бросая настороженные взгляды то на меня, то на платье на кровати. Я едва не потерла ладони, но сдержалась. Незачем пугать раньше времени.

– К вечеру мне нужно, чтобы это платье стало красным, – кратко обозначила я свое желание. – Сболтнешь что… папе… – Запнулась, чуть не назвав ЛасГаллена по имени, но вовремя вспомнила, что для всех в доме мы были дочерью и отцом. – Буду нарушать королевский указ каждый вечер, в твоем присутствии, – невозмутимо сообщила я растерявшейся горничной.

Я рассчитывала на власть стереотипов – раз запрещено монархом, значит, следует соблюдать неукоснительно. Ну а мне по большому счету параллельно и перпендикулярно на все эти указы.

– И еще, иголка с ниткой и ножницы, – добавила я, глядя прямо в ставшие круглыми глаза служанки.

Она кивнула, торопливо свернула платье и вышла. Думаю, узнай она, что означает красный в Правилах, ее глаза стали бы вообще квадратными… А я пошла искать Кайла, ибо мне пришла в голову очень своевременная мысль: бал это танцы, так? А я понятия не имею, как они тут выглядят! Хотя бы парочку стоит выучить, как раз к завтрашнему вечеру, благо опыт есть – когда-то в прошлой жизни занималась немного. Не думаю, что танцы тут слишком сложные, наверняка фигурные какие-нибудь. Кайл обнаружился в кабинете на первом этаже – мне туда показал дорогу чопорный камердинер, которого я отловила. Перед дверью сделала пару глубоких вдохов, нацепила на лицо кроткое выражение и вежливо постучала. Меня пригласили войти, я тихонько перевела дух и переступила порог кабинета.

Неподдельное удивление на лице лорда ЛасГаллена приятно порадовало – а что, думал, я буду послушно сидеть в своей комнате?

– Доброе утро. – Я вежливо улыбнулась и даже присела типа в реверансе. – У меня просьбочка назрела, можно?

Кайл разом напрягся и насторожился, и я чуть не захихикала самым неприличным образом. Это он меня уже, что ли, боится? Так рано пока, я еще ничего такого не сделала. Подумаешь, поспорила пару раз да свое мнение отстояла. Ну попыталась, по крайней мере. Неужели самостоятельные женщины в Оймири такая уж редкость, или Кайл предполагал, что после обмена душ его дочь останется прежней? Наивность какая.

– Что за просьба? – Он отложил перо, буравя меня прищуренным взглядом.

Хлопнула ресничками, сложила ручки на животе и послушно ответила:

– Ну, раз мне на бал идти, там наверняка танцевать надо, а у меня еще и в Правилах написано, что я должна принимать все приглашения. Собственно, научиться бы. Есть тут какой-нибудь учитель танцев?

Лорд ЛасГаллен шумно выдохнул, крякнул и отвел глаза. Угу, думал, права качать начну? А вот тебе разрыв шаблона, любезный! Зато в следующий раз порадую еще какой-нибудь неожиданной выходкой – жизнь должна быть прекрасной и удивительной и полной сюрпризов. Приятных или нет, дело десятое. Ну не люблю я людей, которые меня напрягают, а Кайл напрягал и на контакт идти никак не хотел. Так вот, неудивительно, что во мне проснулось мелочное чувство мстительности, и хотелось хоть как-нибудь, но уесть Кайла. Показать ему, что не дождется покорности и опущенных долу глазок.

– Найду, – буркнул наконец он. – Еще что-то?

– Нет, спасибо, – растянула губы в еще одной милой улыбке и вышла.

Ну, пока ожидаю горничную с перекрашенным платьем и учителя танцев, можно поизучать Правила и подогнать идею переделки наряда под них. Чтоб уж Кайлу и Распорядительнице совсем хорошо сделалось. По ходу пришлось еще несколько раз бегать в гардеробную, выяснять, есть ли необходимые дополнения к наряду. Ух, чую, фурор произведу завтра!

Где-то через полчаса явился учитель танцев, высокий, сухопарый мужчина средних лет с роскошными усами и слегка отсутствующим взглядом. Папа Кайл, который его сопровождал, любезно сообщил, что его дочь, то бишь я, долгое время прожила вне столицы и немного отстала от светской жизни, поэтому следует подтянуть мои знания. Учитель невозмутимо кивнул, и мы спустились на первый этаж, в музыкальную залу. Оказывается, вместе с ним пришел помощник, индивид неопределенных лет и совершенно невзрачной внешности, как я вскоре поняла, музыкант. Учитель танцев церемонно поклонился мне, я уже приготовилась к расшаркиваниям и брожениям по паркету в фигурах, но… Помощник, сев за пианино, – внешне выглядело немного не так, как в моем мире, хотя у него были клавиши, значит, будет пианино, – заиграл… вальс. Обычный такой вальс, на раз-два-три. Основной ритм угадывался, хотя мелодия звучала немного сложнее и замысловатее. Повезло!

– Лианоссе. – Учитель протянул мне руку, я вложила пальцы в его сухую ладонь. Он осторожно приблизился, положил вторую мне на талию. Между нами оставалось расстояние сантиметров в десять точно, и я подавила порыв подойти ближе. Наверняка здесь это считается не слишком приличным, прижиматься к даме во время танца. – Слушайте счет и двигайтесь за мной, и раз-два-три, раз-два-три…

Да без проблем, дядя. Немного неудобно, конечно, но я быстро приноровилась, и через пару мелодий учитель признал, что получается у меня вполне удовлетворительно. Вот и отлично, хоть в чем-то моя прошлая и нынешняя жизни схожи. Не удивилась, когда следующим танцем программы пошел медленный фокстрот, опять же с небольшими изменениями, но тем же узнаваемым ритмом. Отлично! Я, конечно, больше для души танцевала, по конкурсам не ходила, но это дело мне нравилось, очень расслабляло и помогало отвлечься от всяких проблем и плохого настроения. Учитель заметно повеселел, похвалил, как я двигаюсь, и мы быстренько пробежались по оставшимся: чуть более плавный квик-степ и вариант венского вальса. Назывались они по-местному, конечно, но мне привычнее их про себя называть так. Ну и расстояние между партнерами оставалось прежним. В свете последнего уточнять, почему не прозвучало танго, не стала. Если в моем родном мире оно считалось самым страстным и местами даже неприличным, что уж говорить о Мирано. Но если что, надеюсь, местный аналог не сильно отличается от того, что я умела. Урок танцев растянулся на несколько часов, аж до самого обеда, после которого я принялась расхаживать по спальне и то и дело поглядывать в сторону двери. Ну, где там служанка с моим платьем?! Дабы скрасить ожидание, засела за дальнейшее изучение Правил, тщательно проверяя, не напортачила ли чего с нюансами.

Итак. Красный. Понятно, почему его не было в гардеробе Эрианор, в чистом виде он значил, что сердце дамы абсолютно свободно и она настроена на пикантные приключения. А вот добавление какого-либо украшения черного цвета – банта, кружева, оборки – говорило о том, что леди имеет право на любой смелый флирт на грани фола, и это совсем не значит, что она его доведет до логического окончания. Ну, то есть в мягком переводе одной известной похабной фразы моего мира, поиграем и бросим, оставив кавалера исходить паром и слюнями. И да, на одном из платьев в гардеробе прежней владелицы я обнаружила черное кружево… Очень кстати, то, что надо.

Сама буду выбирать, кому активно глазки строить, и строить ли вообще! Ведь не все же честное сообщество будет с закрытыми лицами, если правильно поняла Кайла, мне не полагается видеть только принцев. Ну и их заодно обломаю, если они будут в числе тех, кто получил рекомендации оказывать мне знаки внимания. Вдруг кто-нибудь другой понравится всерьез? Хотя с моими требованиями раз уж в родном мире не нашлось такого, тут я что-то сильно сомневаюсь. Но надежда – такое живучее чувство…

Ну и, по мелочи, жемчуг к черту, скромные улыбки и покорное поведение – не для меня, кто бы там что ни думал. В шкатулке на туалетном столике нашла очаровательную подвеску вроде как из рубина, на длинной золотой цепочке. Рубин, в общем, значил то же, что и цвет платья, но черное кружево даст мне карт-бланш в поведении. Вместо пучка присоберу гриву на затылке, чтобы спадала красивым каскадом. Распущенные волосы – намек на то, что настойчивому кавалеру леди имеет полное право отказать, и он обязан будет развернуться и уйти. В общем и целом, если ничего не перепутала и не забыла о мелочах, спокойный и веселый вечер я себе обеспечила. Осталось только поработать над фасоном платья, и все будет пучком.

Часикам к шести вечера служанка наконец вернулась и вручила мне перекрашенный наряд. Развернула, придирчиво осмотрела – учитывая прежний цвет, нынешний получился даже не красным, а насыщенно-бордовым, как старое вино, глубоким таким. Ткань – тонкий переливчатый шелк, – струилась между пальцами, вспыхивая рубиновыми бликами, и в моей голове мгновенно сложился образ, который подходил под цвет. То, что надо. Еще горничная принесла иголку, нитки и ножницы, и я принялась за безжалостное кромсание наряда. Так, вот это розовенькое подобие кружева сверху, призванное закрывать грудь и шею, на фиг. С красным целомудренный фасон не сочетается ни разу. Юбки? Тоже на фиг, и те, которые уже пришиты к платью, и те, которые предполагалось надевать отдельно. Не хватало еще путаться в этом ворохе ткани, не дай бог споткнусь, конфуза не оберешься! Верхнюю юбку ушить. Так, чтобы по бедрам, а ниже расходилась красивыми волнами, благо количество материала позволяет. И идут все лесом со своими приличиями! С доставшейся мне фигуркой грех скрывать такие округлости. Сверху получился глубокий квадратный вырез, по краю которого можно пустить то самое черное кружево, рукава – три четверти, и дальше пышные оборки. Они после покраски получились чуть светлее, но вписывались в общий концепт наряда. Если останется, сюда тоже можно добавить кружевную отделку.

Еще раз окинула критическим взглядом подготовленное к дальнейшей переделке платье, прикидывая, что еще тут можно исправить. Ага, наряд а-ля Кармен подразумевал еще одну ма-а-а-ленькую деталь, до которой – зуб даю! – здешние портные долго не додумаются. Поддавшись духу буйного авантюризма и желанию полюбоваться на ошарашенные физиономии вокруг, я решительно ухватилась за край юбки, надрезала и рванула ткань, сделав пикантный разрез длиной где-то чуть выше колена. Чулки будут видны? Да на здоровье, сегодня я имею право на любое провокационное поведение без последствий! А скромностью и в прошлой жизни не отличалась, любила смелые эксперименты. Я хрустнула пальцами, прищурилась, потом быстренько сгоняла с ножницами в гардеробную и отпорола присмотренное раньше кружево. Ну что ж, поехали. Надо как можно быстрее закончить с модернизацией наряда и заныкать его до завтрашнего вечера, а то не ровен час, заявится Кайл, увидит и точно не одобрит. Слишком уж смело по местным меркам получилось, а мне нравилось. Раньше времени радовать его моим видением рекомендаций Распорядительницы не хотелось. Устроилась в кресле и занялась платьем.

Итак, у меня, по сути, остался один день до первого бала Игры, завтрашний. Подчиняться обстоятельствам, говорите? Да как бы не так, я лучше сама подчиню их так, что еще и в наваре останусь! Держитесь, лиа Эрианор выходит на тропу войны!

Оллер

Ну наконец-то долгожданный вечер. Признаться, с момента посещения особняка Эрианор она не выходила у меня из головы ни на минуту, что бы я ни делал. Мы с Йеном, не сговариваясь, дружно почти поселились в обширной дворцовой библиотеке, пытаясь найти объяснение песне на непонятном языке, но пока не вышло. Темы завоевания разноцветной благоразумно не касались, я знал, что Светлый, как и я, выполняет наш договор. Пока Эрин ни он, ни я больше не видели. Ждали бала. Интересно, что напишет ей Ниа? Вот готов спорить на что угодно, стерва постарается держать лианоссе подальше от нас с Йеном! Что ж, леди Тонвуд ждет жестокое разочарование, и я уже предвкушаю, как искривится в негодовании ее лицо, когда она увидит, как я оделся для первого бала, несмотря на ее рекомендации.

Окинул отражение небрежным взглядом, остался доволен и добавил последний штрих – надел кольцо с изумрудом. Ах да, чуть не забыл, маска, конечно, же. Я поморщился: не слишком удобная вещь, особенно учитывая мои большие планы на маленькую Эрин сегодняшним вечером. Ладно, Ниа же не будет ходить по пятам и отслеживать каждый шаг, так что если я ненадолго сниму ее, никто ничего и не узнает. А ведь сниму… Зажмурившись, позволил себе помечтать немного о том, какой вкус у губ лианоссе ЛасГаллен, понял, что зря – организм отреагировал резким повышением температуры и яркими картинками продолжения, – и, дав себе мысленного пинка, вышел из комнаты.

За братом заходить принципиально не стал, хоть у нас и общая гостиная, спальни-то отдельные. И двери в них тоже свои. И вообще, сегодня мы соперники! Впервые за последние Игры мне интересно в них участвовать, и очень не хочется, чтобы окончательное решение – кто получит разноцветную – оставалось за Ниалоной. Вот уж не думал, что красивое личико и голос могут так зацепить! Но Йен прав, было что-то такое в Эрин, неуловимое, что делало ее непохожей на предыдущих цветных. И мне очень хотелось познакомиться с ней поближе и узнать, что же это за изюминка. Конечно, разъяснение языка песни тоже никто не отменял.

Чем ближе я подходил к центральному бальному залу, тем шире становилась моя довольная ухмылка. В первую очередь, конечно, очень порадует кислая физиономия Ниалоны. Ну а потом я увижу Эрианор ЛасГаллен. Интересно, Светлый уже на месте или нет еще? И как он решил одеться сам, ввиду последних событий? Что ж, еще несколько шагов, и я все узнаю.

Распахнутые высокие двери, и рядом с ними Ниалона. На лице вежливая улыбка, как всегда, но в глубине глаз прячется угрюмое выражение. Глубокий фиолетовый цвет платья откровенно говорил бы о том, что леди намерена сегодня уйти с бала не одна, но леди Тонвуд не имела права принимать участие в Играх, как, собственно, и предыдущие Распорядители. Вот это было прописано королевским указом еще в те времена, когда Игра только появилась, и сделать Ниа ничего не могла. В договоре с Лесными это тоже оговаривалось – ее нейтральная позиция на балах. Так что теперь, несмотря на регулярные прозрачные намеки на веселое совместное прошлое и желание его хоть в какой-то степени воскресить, я игнорировал внешний вид Ниалоны на Играх. Как и Йен, собственно.

Совершенно не обратив внимания на то, что впереди стояли несколько гостей, ждущих, пока леди Тонвуд проверит соответствие внешнего вида прибывших описанному в приглашениях, я уверенным шагом направился прямиком к Распорядительнице.

– Доброго вечера, – проворковал, глядя прямо в глаза Ниа, с удовольствием отмечая, как резко расширяются ее зрачки.

Взгляд пропутешествовал по мне, не упустив ни одной детали, и я прямо чувствовал, как поднимается в ней возмущение. Так-то, милая. Ну и что ты сделаешь, а? Я слышал, как за спиной тихо перешептываются гости, но мне было все равно, что там они говорят. Наверняка обсуждают мой внешний вид. Да и на здоровье – не знают же, какие на самом деле мне выданы рекомендации. Ниалона поджала губы, схватила с подставки перо и что-то нервно настрочила. Говорить она не могла – Лесные лишили ее голоса, когда обговаривали условия освобождения от проклятия, – потом протянула мне. «Что вы со Светлым задумали?! Я же написала, как вам явиться на первый бал Игры!» Я пожал плечами и невинно улыбнулся.

– Какая досада, леди Тонвуд, как раз вчера я отдал свой черный камзол в стирку, – непринужденно ответил, заложив руки за спину. – И решил, что вот так мне удобнее.

Ага, судя по написанному, Йен уже там, внутри, и тоже поразил воображение дражайшей Распорядительницы внешним видом. Мне подсунули следующую записку. «Вы Правила нарушаете!»

– Правда? – Я поднял брови в наигранном удивлении. – Мм… а по тем же Правилам, леди Тонвуд, вы не должны препятствовать моему общению с разноцветной.

Ниа все-таки отвела глаза, значит, знала, что я прав!

– Так что я всего лишь подправил рекомендации в соответствии с условиями Лесных, – добавил, чуть понизив голос.

Она с минуту сверлила меня злым взглядом, потом вдруг расслабилась, раздраженное выражение на ее лице сменилось безмятежным, и Ниа улыбнулась. Склонила голову, присела в реверансе, кивнула. Так. Вот это мне уже не нравится. Что задумала стервозина?! Неужели Эрианор какую-то подлянку устроила? Покосившись на Ниалону, я молча переступил порог бальной залы, внутренне напрягшись. Итак, что мы имеем?

Мой взгляд обежал пеструю мешанину гостей, вид некоторых вызывал желание захихикать в кулак или даже в открытую расхохотаться. М-да, у Ниа, похоже, случилось обострение вредности, когда она писала приглашения на этот бал. Ничего нелепее одной леди, хорошо за тридцать, в наряде нежно-розового цвета и усыпанного трогательными бантиками, я еще не видел. Пришлось поспешно отвернуться, дабы не смущать даму еще больше. Она и так, судя по полыхавшему румянцу и плотно сжатым губам, чувствовала себя не в своей тарелке.

Да, Ниалону очень не любили, но возражать не осмеливались. Ведь это означало быть с позором изгнанным из Игр, а высшее общество слишком щепетильно в вопросах чести. Поэтому терпели, скрипели зубами, но послушно выполняли рекомендации. Спасибо Ирроху, что я все-таки принц и имею право на определенные вольности. Ведь раньше Распорядителями назначались члены королевской семьи, и Игры проходили действительно весело и порой приятно для некоторых влюбленных парочек. А у Ниа слишком специфическое чувство юмора и обостренная мстительность еще с тех времен, когда она во дворце бывала очень часто. Многие относились к ней с пренебрежением. Признаться, за дело.

Так, ладно, дела давно минувших дней. Где там Светлый?.. Он стоял неподалеку и смотрел прямо на меня. И жаль, что маска скрывала выражение его лица, только на губах блуждала ленивая улыбочка. Ну, хорош, хорош, что могу сказать. Белое с серебром – право выбора спутницы на весь первый вечер Игры. И почему я не сомневаюсь, кто это будет? Да вот только мое право следовать своим желаниям тоже никто не отменял. Я направился к брату, чувствуя, как бодрящая волна предвкушения прокатилась по телу. О да, Йен, поиграем!

– Что, расписание танцев будем составлять? – непринужденно осведомился я, поравнявшись со Светлым.

Брови Йена поползли вверх над краем маски, ухмылка стала шире.

– Ты так уверен, что я позволю лианоссе танцевать с тобой?

Я демонстративно оглядел себя, потом полюбовался переливами изумруда на кольце и снова посмотрел на брата.

– А первый танец в любом случае мой, даже несмотря на твои притязания, – со смешком ответил я. – Помнишь, да, Йен, ты сам предложил не препятствовать друг другу? То, что ты выберешь Эрин себе на весь вечер, не отменяет того, что я тоже хочу провести с ней время, и возражать мне ты не можешь.

Взгляд Светлого стал задумчивым, он обхватил пальцами подбородок.

– А знаешь, видимо да, придется составлять расписание танцев. – Неожиданно на лице Йена появилась ухмылка, очень похожая на мою собственную. – А еще, Темный, не забывай, у лианоссе Эрианор могут иметься совершенно другие рекомендации, отличные от наших с тобой планов, – ехидно добавил он.

– Думаю, у меня получится уговорить ее изменить их, – мурлыкнул я, и тут наш разговор прервал громкий голос помощника Ниалоны.

– Лорд Кайл ЛасГаллен и его дочь, лианоссе Эрин ЛасГаллен.

Мы со Светлым, как и все остальные, разом посмотрели на вход. Около двери образовалось свободное пространство, и я замер: когда же появится моя ночная певунья. Сначала вперед выступил лорд ЛасГаллен, мрачный, с красной физиономией и поджатыми губами. Интересно, чем недоволен? С Эрин поругался? А потом… потом вошла она. Я чуть неприлично не отвалил челюсть, разом позабыв, что вокруг полно гостей, которые тоже разглядывают разноцветную. Мои глаза не отрывались от изящной фигурки, застывшей рядом с ЛасГалленом. На зал опустилась тишина… В эту минуту я окончательно убедился, что Эрин очень отличается от прошлых призов, и не только внешностью.

Платье насыщенного винного цвета заставило с предвкушением улыбнуться: то, как шелк мягко обрисовал изгибы тела Эрианор, навело на мысль, что под нарядом корсета вовсе нет. В танце узнаю точно. Низкий квадратный вырез обрамляло черное кружево, и я тихонько хмыкнул – как интере-э-э-эсно, Ниалона дала разноцветной полную свободу действий? Не похоже на вредную леди Распорядительницу, однако. С некоторым усилием оторвав взгляд от аппетитной ложбинки и рубинового кулона в ней, я посмотрел на милое личико, сейчас, при свете, казавшееся нежнее, чем в вечерних сумерках. А вот упрямо сжатые губы и глаза, в которых горел триумф, навели на любопытное соображение. Злой Кайл, довольная Эрианор… Осталось только на Ниалону посмотреть и убедиться, что я прав в своих подозрениях. А пока можно дальше рассматривать гостью. Разноцветная грива волос красиво спадала каскадом локонов, в которые страстно захотелось запустить пальцы, зарыться носом и вдохнуть аромат. Из пены оборок на рукавах выглядывали тонкие запястья, и меня посетило шальное желание прикоснуться к ним губами, проверить, как Эрин отреагирует на такую ласку.

А она стояла, оглядываясь с независимым и вызывающим видом, совсем не смущенная таким пристальным вниманием, и, похоже, наслаждалась фурором, который ухитрилась произвести своим появлением. Немного несвойственное поведение для девушки, которая долгое время прожила вдали от столицы и шумного общества, – мелькнула мысль. Подумаю об этом позже, пока же я наслаждался видом Эрин, и меня очень интересовало: вон та полоска кружева, доходившая примерно до середины юбки, это то, что я думаю?..

– Ух ты-ы-ы-ы, – выдохнул рядом братец. – Обалдеть.

– Очень точно, – согласился я и посмотрел на Светлого. – Не отдам, понял? – тихо произнес, глядя ему в глаза.

– Скажи это Ниалоне, – усмехнулся Йен. – Потому что уже не раз упоминал, ей твои желания побоку. Как и мои.

– Знаешь, вот именно сейчас мне все равно, кто там и как должен выбирать, – решительно заявил, не отводя взгляда, и добавил: – И потом, Светлый, ты не думал, что эти нелепые смерти – знак того, что… выбор неправильный? – совсем тихо сказал я, уже серьезно, безо всякой насмешки или издевки. – Или Лесные что-то напутали, и не Ниа должна решать за нас?

Ага, Йен тоже напрягся! Ничего, ему полезно, хоть от мыслей об Эрин отвлечется.

– Ты когда до этого додумался, умник? – негромко отозвался он.

– Не поверишь, только что. – Я пожал плечами. – Но мысли проскальзывали давно.

– Значит, надо ехать к Лесным. – Светлый перевел взгляд на Эрианор. – А разноцветная моей будет, – небрежно обронил он и улыбнулся.

Ответить я не успел – из-за спины лианоссе ЛасГаллен выступила Ниалона и с гордо поднятой головой направилась к музыкантам. Так-так, меняем программу по ходу дела? Ибо мои подозрения превратились в уверенность: внешний вид Эрин не имел никакого отношения к тому, что ей написала в приглашении Распорядительница! Иначе с чего бы леди Тонвуд так крепко сжимать кулаки, думая, что никто не замечает ее раздражения? Эрианор сделала несколько шагов в сторону, юбка немного разошлась, и я с удовольствием убедился, что был прав: в разрезе мелькнули затянутая в чулок ножка и… кружевная подвязка. Ух! Рука сама потянулась к ставшему слишком тесным воротнику рубашки, захотелось расстегнуть пуговицу, но в последний момент я сдержал порыв и просто поправил камзол, сделав вид, что все в порядке. Эрин, Эрин, хулиганка, что ж ты творишь?!

– Кажется, маленькая лиа тоже решила сыграть по своим правилам? – со смешком прокомментировал Йен.

– Первый танец все равно мой. – Я улыбнулся, с трудом удержав порыв облизнуться.

– Она может отказать, – ехидно произнес Светлый. – И ты не имеешь права настаивать, Олли!

– В таком случае она может точно так же отказаться провести весь вечер с тобой, братец, – парировал я. – И мы оба окажемся не у дел! А мне не откажет. – Мой взгляд встретился со взглядом Эрианор – она как раз смотрела в нашу сторону. – Уж я постараюсь, Светлый.

– Ну-ну. – Добавить что-то еще Йен не успел – раздался голос помощника Ниалоны, господина Рогена:

– Господа и дамы, первый танец… эйтан! – Он удивленно запнулся, гости приглушенно ахнули.

Я же покосился на Ниалону – с чего это она вдруг так решила? Этот чувственный и довольно-таки неприличный танец крайне редко исполнялся при дворе, а уж когда Распорядительницей стала синеглазая стервочка, его вообще перестали танцевать на Играх. Или… Мои губы разъехались в ухмылке. Думает, разноцветная струсит, что ли? Ой, сомнева-а-а-а-юсь. Судя по тому, в каком виде она явилась на первый бал Игры, у дочки Кайла есть характер, и она не из пугливых. Я смело посмотрел Эрианор в лицо, поймал взгляд этих невероятных глаз и медленно направился к ней. Она взгляда не отвела, наоборот – в нем светился легкий интерес и… вызов. Подбородок маленькой лианоссе воинственно вздернулся, она явно настроилась на отказ.

– Добрый вечер. – Я улыбнулся и протянул ей руку, на пальце блеснул изумруд. – Потанцуем?

Да, ты можешь отказать, но, Эрин, право первого танца за мной по Правилам. Струсишь или сыграешь?

Ниалона была в ярости. Мало того, что братья решили взбрыкнуть и проигнорировать ее рекомендации, так еще и… эта… характер вздумала показывать! Роген докладывал, что Эрианор ЛасГаллен жила в глуши, слыла застенчивой тихоней, больше всего любила книги и никогда ни с кем не спорила. Откуда, ну откуда в ней вдруг проснулся характер?! Как она посмела надеть такое откровенное платье? Да еще и выглядеть в нем… до неприличия соблазнительно и притягательно? Принцы с нее глаз не сводят, чтоб они оба ослепли! Ну ничего, Ниа пока еще остается Распорядительницей, и раз уж все трое решили сыграть по своим правилам… По губам леди Тонвуд змеей скользнула злая улыбка: на непривычную одежду лианоссе ЛасГаллен, может, и отважилась, а вот рискнет ли станцевать нечто столь же непристойное, как ее наряд? И если она выбрала такие цвета, возможно, девчонка вовсе не горит желанием выйти за одного из принцев? Ну а мальчики… хотят повеселиться – пусть их. Все равно выбор жениха Эрианор будет за ней. И Ниа направилась к музыкантам, уже предвкушая, как дерзкая разноцветная стушуется, смутится и откажет Оллеру, который смотрел на нее с таким вожделением, будто красивой девушки никогда не видел. И Йен туда же, со своим намерением выбрать спутницу на весь вечер…

Передав через Рогена указания музыкантам, Ниалона повернулась к остальным, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Темный протягивает лианоссе ЛасГаллен руку, приглашая на танец. А она совсем не выглядит смущенной или растерянной. Даже, наоборот, улыбается с таким довольным видом, будто задумала знатную пакость… Ниалона скрипнула зубами от злости и чуть не разорвала тонкую ткань оборки на платье. Да что эта девчонка себе позволяет?! Она же должна трястись от страха, что тоже может умереть, выйдя замуж за одного из принцев! А дочка Кайла… наслаждается?!

Темно-синие глаза сузились, Ниа прикусила губу, наблюдая за парочкой. Вот даже как? Ничего, она испортит им удовольствие, потому что это Ниалона должна быть там, рядом с Оллером! И Йен вот так не на разноцветную смотреть должен, а на нее, леди Тонвуд! Но те, кто косился на Распорядительницу, не замечали, какие чувства обуревают бывшую любовницу принцев. Ее лицо оставалось безмятежным, а улыбка – вежливой. Ниалона отлично умела держать себя в руках на людях. Ее время еще придет. О да, ждать она умеет.

Эрин

Прислушиваясь к себе, с удовлетворением убедилась, что волнения или нервных переживаний нет – наоборот, во мне все дрожало от предвкушения. В первую очередь, конечно, интересно, как отреагируют на мой, мягко говоря, необычный для местной моды вид. Ну Кайл, понятно, разозлится. А Распорядительница? Что она будет делать? Стрелки неумолимо двигались к семи, по приглашению вечер – в восемь. Я бросила взгляд на отражение, убедилась, что все в порядке, и поправила пару локонов. Они, как и задумывалось, красивым каскадом падали до самого низа спины, скрепленные сзади заколкой. Горничная, когда пришла помогать мне с одеванием, – тут без нее никак, на платье вместо пуговичек, шнуровка сзади, – и увидела, что я сделала с нарядом, ничего не сказала. Но в глазах, ставших размером с хорошие плошки, читались восхищение пополам с ужасом. Отлично, именно на такой эффект и рассчитывалось. Я же, рассматривая себя в зеркало, признала: хороша, очень. Наряд сидел отлично, насыщенный цвет оттенял кожу, в разрезе при ходьбе пикантно выглядывали кружева подвязки и чулка. Блеск! Общество будет в шоке. Хорошо, что у платья корсаж жесткий, и я без всякого сожаления отказалась от корсета. Щеки служанки порозовели, когда я категорически отвергла сие орудие пытки, но обвинений в бесстыдстве не последовало. Правильно, об этом еще Кайл не преминет известить, вот зуб даю.

Отпустив горничную, я уселась в кресле, закинула ногу на ногу так, чтобы можно в подробностях разглядеть узор кружева на подвязке, сплела руки на животе и приготовилась встретить лорда ЛасГаллена. Я была спокойна, как двери, и гнев Кайла ничуть не пугал. А чего переживать-то? Что он сделает? Не пустит на бал? Так сам распинался, что я там должна присутствовать. Заставит переодеться? Хотела бы я посмотреть, каким образом. Так что покричит и успокоится. И когда за дверью послышались шаги, я затаила дыхание, едва сдерживая торжествующую усмешку. Да уж, теперь в полной мере осознаю все прелести фразы «сделал гадость – сердцу радость»! Ну, раз, два, три, папочка, входи!

– Эрин, ты… – начал было он, даже не удосужившись постучаться, и запнулся на полуслове, замерев у порога и вытаращившись на меня.

Лицо Кайла медленно наливалось роскошным свекольным цветом, глаза становились все выпуклее, как у кукол, а нижняя челюсть отвисала все ниже. Отличненько, есть контакт!

– Готова, – кротко улыбнулась я, наслаждаясь эффектом.

– Ты-ы-ы-ы-ы… – протянул он, и его пальцы затряслись.

Ой, можно подумать, я тут голая сижу, такое возмущение. Поднялась, поправила юбку и край корсажа и подняла взгляд на Кайла.

– Я. – Моя улыбка стала шире, подбородок поднялся.

– Эрин!!! – Ого, как громко. Я поморщилась и демонстративно поковыряла в ухе. – Почему на тебе это… это… – Палец Кайла, обвиняя, вытянулся в моем направлении.

Бедняга, даже определение моему дизайнерскому шедевру подобрать не смог. Не, собственно, а почему столько возмущения? Ну разрез, ну нет нижних юбок. А мне так удобнее, между прочим. Ладно, будем давить на его желание стать зятем короля и забивать логикой.

– Кайл, ты читал рекомендации. Как думаешь, есть у меня шансы выйти замуж за кого-то из принцев, если вокруг будет крутиться куча других мужиков? – Вздернула бровь и уставилась прямо в яростно прищуренные глаза лорда ЛасГаллена. Называть его на «вы» в данной ситуации казалось смешным. – И потом, тебе приятно будет, если за моей спиной станут шушукаться и хихикать, потому что я выгляжу, как пугало?

Лорд ЛасГаллен пыхтел, сжимал и разжимал пальцы, кусал губы, но… молчал. Думал. Минуты две.

– Распорядительнице виднее, может, она, кроме принцев, никому не позволит к тебе подойти! – наконец буркнул Кайл. – А ты…

– Я просто подстраховалась, – перебила его. – Переодеваться не буду, – категорично заявила я и уперла руки в бока. – Мы едем или нет? Опаздывать нехорошо.

Мы несколько минут бодались взглядами, и в конце концов Кайл сдался. Мрачно оглядев меня, он шумно выдохнул и бросил:

– Поехали. И, Эрин, больше никаких провокаций! – чуть не прошипел лорд, резко развернулся и вышел.

Фух, обошлось вроде. Провокации? Ну, обещать не буду, посмотрим, как все обернется на этом балу. Специально нарываться точно не стану, но если вынудят… В общем, ладно, приеду – разберусь на месте. Молча спустилась следом за ним на первый этаж и вышла из дома. Солнце еще не село, и было достаточно светло, чтобы разглядеть ждавший около распахнутых ворот экипаж. Ну, стандартная коробка на колесах, украшенная вензелями, нечто похожее видела в Эрмитаже, только здесь карета выглядела не настолько пафосно и вычурно. Так же без слов мы устроились на сиденьях – мягких скамеечках, обитых коричневым плюшем, – и едва экипаж, покачиваясь, выехал за ворота особняка, я приникла к окну. Интересно же, незнакомый город, и я впервые за три дня выбралась из-под домашнего ареста!

Мирано оказался очень милым и приятным городом, на удивление зеленым. В том смысле, что пока ехали ко дворцу, миновали многочисленные городские скверы, дома нередко окружали маленькие садики за изящными коваными оградами, сами особняки не превышали трех этажей. На окнах и балкончиках благоухали цветы, добавляя красок в общий и так приятный вид, горожане прогуливались по тротуарам, мимо нас проезжали всадники и другие экипажи. Я заметила, что на нашу карету оглядывались, и на лицах людей светилось любопытство. Хм, на ней какие-то знаки, что ли, по которым можно понять, что я – избранница одного из принцев? Впрочем, какая разница, даже если есть. Далеко не факт, что я действительно стану женой и королевой.

Экипаж прикатил в центр Мирано, на площадь с мраморным фонтаном посередине – из причудливого цветка в овальную чашу с журчанием вытекала вода. Дворец походил на те, которые я видела в прошлой жизни: три этажа, два крыла, расходившиеся полукругом от центрального входа, много окон, позолоченных украшений. Перед нами стояли еще несколько экипажей, но Кайл не стал терпеливо ждать, пока подойдет наша очередь. Едва карета остановилась, он торопливо вышел и даже подал мне руку, с совершенно каменной физиономией. Переживает, бедный, как все пройдет, наверное.

– Надеюсь, на балу будешь вести себя… прилично, – сквозь зубы процедил Кайл и с большой неохотой, глядя прямо перед собой, предложил мне локоть. – Несмотря на твой вид…

Ой, да ладно, вот ни за что не поверю, что он прямо такой уж неприличный. Ну, хорошо, соглашусь, разрез можно было и не делать. Но мне так нравится! Положив ладонь на темно-синий бархат его камзола, я невозмутимо кивнула и аккуратно подобрала край юбки, дабы не наступить. Вот так, чинной парочкой мы и двинулись к ступенькам крыльца. Послушно отстояли небольшую очередь и, показав приглашения, вступили под своды дворца. Особого удивления богатые интерьеры и паркетные полы, знамо дело, не вызвали – я человек культурный и в царских покоях бывала, в моем родном мире много музеев. Да, красиво, но не настолько, чтобы поражало воображение. Если честно, я всегда удивлялась, как в таких хоромах можно жить, ведь проходной двор, сплошные анфилады да залы! Хотя скорее всего жилые апартаменты тут в другом месте, и выглядят тоже по-другому, и туда абы кому вход воспрещен. Что, в общем, правильно. Мой дом – моя крепость. Кайл, пару раз покосившись на меня, видимо, не обнаружил на моем лице полагавшегося там быть удивления и едва заметно покачал головой.

– Тебе здесь нравится? – не выдержал и поинтересовался он где-то минут через пять нашего неторопливого путешествия по первому этажу, мимо бесконечных гостиных.

Он явно был удивлен моим спокойствием.

– Красиво, – не стала врать я. – Но я подобное уже видела… в прошлом.

Кайл не стал уточнять деталей, вот и ладушки. Почему-то о старой жизни вспоминать не хотелось. Имена и названия ускользали из памяти, картинки, иногда мелькавшие перед глазами, вызывали смутное чувство тревоги, что ли… Я впала в легкую задумчивость, и дальше, до самой цели шли молча. Увидев у распахнутых створок высоких дверей женщину в фиолетовом платье, с довольно приятным, но высокомерным лицом, я поняла, что мы добрались. Ага, думаю, не ошибусь, если предположу, что это и есть Распорядительница! Я внутренне подобралась, готовая до последнего отстаивать свое право выглядеть так, как решила я, а не она. Кайл шумно выдохнул – тоже нервничал.

– Леди Тонвуд. – Лорд ЛасГаллен церемонно поклонился, я послушно сделала реверанс, опустив глаза в пол.

Означенная леди величаво кивнула, на ее лице не дрогнул ни один мускул – маска вежливого, чуть отстраненного внимания, без единой лишней эмоции.

– Мы рады приветствовать вас, – почему-то вместо Распорядительницы ответил невзрачный мужчина, стоявший рядом.

Хм. Она что, даже разговаривать со мной не хочет?.. Взгляд леди Тонвуд скользнул по мне, и я заметила, как только немного расширились зрачки – единственное, что выдало ее удивление. Э-э-э, леди помнит все, что понаписала каждому гостю? Или это только ко мне такое повышенное внимание? По логике выходило, что второе. Ну и самое простое объяснение такой неприязни – ревность. Леди по ходу сама неровно дышала то ли к одному из принцев, то ли к титулу королевы. И тут же в голове целыми гроздьями повисли вопросы касательно отношений Распорядительницы и моих женихов, ее возможного участия в Игре, Но вряд ли Кайл сумеет на них ответить. Сомневаюсь, что он настолько посвящен в придворные интриги.

– Ваши приглашения? – продолжил между тем мужик.

Лорд ЛасГаллен протянул картонки, и на мгновение я перестала дышать, ожидая реакции Распорядительницы на вопиющее нарушение Правил. Однако… То ли у нее такая хорошая выдержка, то ли даме на самом деле не так принципиально, насколько верно выполняются ее рекомендации. Леди Тонвуд только улыбнулась уголком губ, да взгляд стал ироничным и насмешливым. Она снова склонила голову, и, судя по облегчению на лице Кайла, дресс-код мы прошли.

– Приятного вечера, лорд, лианоссе. – Помощник Распорядительницы шагнул вперед и громко объявил наши имена.

Ну, Эрин, твой первый выход в свет, вперед, на баррикады. Где там желающие моего комиссарского тела? Я готова к конструктивному диалогу! Расправила плечи, подняла подбородок и шагнула в зал, наполненный людьми. Ой, и какими разными, и, черт, главное, держать лицо и не ржать самым неприличным образом! Да уж, похоже, не одну меня Распорядительница решила выставить, мягко говоря, не в самом лучшем свете. Что это, просто мелкая мстительность, или у леди Тонвуд очень специфическое чувство юмора? Кстати, а по какому принципу тут выбирается человек на должность Распорядителя? Или она пожизненная? Подавила желание поежиться: если последнее, искренне сочувствую местной знати. Ну, ладно, главное, я выгляжу так, что не стыдно показаться широкой публике, остальное ерунда.

Публика, к слову, оценила мой внешний вид, судя по поднятым бровям, широко раскрытым глазам и перешептываниям за раскрытыми веерами. Мужики, ожидаемо, раздевали взглядами, чуть не пуская слюни, дамы молча завидовали, о чем говорили плохо скрываемые досада и возмущение на их лицах. Ну, дражайшие, кто ж вам виноват, что у меня хватило решимости пойти против Правил, а у вас нет? И потом, мне не катастрофично, если бы не пустили на этот бал, для остальных же, если верить словам Кайла, это несмываемый позор. Я лениво рассматривала гостей до тех пор, пока… не наткнулась на двоих, столь явно выделявшихся среди придворных, что сомнений не осталось. Да и маски говорили о том, что это и есть принцы. И они в упор смотрели на меня такими многообещающими взглядами, что на несколько секунд стало не по себе.

Сердце пропустило удар, в горле пересохло, и ладони взмокли. Эти взгляды, хоть и нахальные, в отличие от других, не пытались мысленно раздеть меня и ощупать, они скользили по мне неторопливо, словно стараясь рассмотреть и запомнить каждую деталь. Нет, не сомневаюсь, в головах у этих двоих явно развернулись картинки далеко не детского содержания, однако им хватило такта не демонстрировать это столь явно, как остальным гостям. Прийти в себя помогли их улыбки – одинаково предвкушающие и полные превосходства. Будто принцы считали, что уже заранее выиграли. Да сейча-а-а-а-с! Гордость тут же подняла голову: я страшно не люблю таких товарищей, которые считают, что по щелчку их пальцев все женщины в радиусе километра должны тут же растечься сахарными лужицами. Ну, симпатичные, насколько могла судить с этими масками, неплохо сложены – вон как леди косятся в их сторону, – но это не значит, что там, за фасадом, есть что-то стоящее! Ну а то, что сердечко дрогнуло – так нормальная реакция на приятное зрелище. И не забываем, что тело-то у меня восемнадцатилетней девчонки, и это просто физиология. Будем держать себя в руках.

Эх, жаль, моих скудных знаний не хватает, чтобы понять по их виду, на что настроены господа принцы! Может, мой наряд каким-то образом не подразумевает, что я могу отказать им? Или наоборот, что даже им могу сказать «нет»? И не спросишь же, сразу возникнут вопросы, почему я не в курсе Правил… Тут помощник Распорядительницы громко объявил танец, и, судя по реакции гостей, это то самое, неприличное, которое я про себя окрестила танго. Ой. Звуки знакомые и не очень, в тягучий, плавный ритм вплетались нотки румбы, и все вместе составляло гремучий коктейль – музыка для меня всегда была чем-то большим, чем набор аккордов. Она будила эмоции, или, наоборот, помогала успокоиться, когда меня тянуло побыть в одиночестве, упорядочить мысли, подумать, ну или просто позволить себе немножко помечтать. И вот местный вариант танго. Эм, и что теперь?! Насколько он схож с тем, что я знала, и насколько именно тут считался неприличным? И могу ли я при всем честном народе, который раздался в стороны, освобождая место, отказать вот этому высокому мужчине в маске, с волосами цвета темного янтаря? От его улыбки вдруг стало жарко даже в моем легком наряде…

Он шел уверенно, неторопливо, и я с какой-то безнадежностью поняла: не смогу отказать. Ну, черт, один танец ведь ничего не значит, правда? Я не собираюсь бросаться в его объятия с криками «Вася, я ваша навеки!», мы просто потанцуем. Я же в жизни с титулованными особами не общалась, а тут такая оказия. И потом… Уж не знаю, что под маской, но вот так, чисто на первый взгляд, этот рыжий очень даже ничего. Может, и не стоит воинственно настраивать себя, а? Познакомиться поближе, узнать, что за человек… Из головы совершенно вылетело, кто будет решать, с кем из двоих я останусь, и это точно не я и не принцы. Он остановился рядом, мои глаза встретились с глазами цвета гречишного меда, и сердце ухнуло в желудок, а то и ниже. Отвести взгляд оказалось выше моих сил, хотя обычно я не смотрю так откровенно и прямо людям в лицо. И не западаю на смазливых красавчиков с первой встречи! А тут…

Да, маска. Да, толком лица не видно. Но как этот мужчина смотрел на меня… Глаза скользили по телу, медленно, со знанием дела лаская каждый сантиметр кожи, открытой платьем. Я прямо чувствовала эти невидимые прикосновения, от которых живот скручивало в узел и к горлу подкатывал комок. Так, гормоны, спать!!! С какого перепугу такая реакция на обычный откровенный взгляд мужчины?! Просто физиология? Так я давно научилась обуздывать ее, и вообще, случайные связи не мой вариант! Быстренько возвращаемся в настоящее и берем себя в руки, Эрин, нечего плавиться тут, как карамелька на солнце. Неизвестно еще, что задумал этот индивид, вон какая улыбка довольная. Обаятельная, и губы вызывают совершенно определенные мысли, поэтому мы на них не смотрим. Не смотрим, я сказала! И на его пальце поблескивал изумруд. Черт его знает, что это значит, как и одежда принца, может, я и читала про драгоценные камни, но не помню, честно. Цвет тоже, зеленый с золотом, а уж сочетания и подавно в голове не отложились. Да и так ли это важно в принципе? Пригласит ведь, и я не откажусь. Или?.. Меня вдруг охватило шаловливое настроение, его высочество явно не привык к отказам, судя по превосходству, сквозившему в каждом движении и жесте. Ну что, Эрин, осадим красавчика? Покажем, что не так-то просто нас взять, даже с такой обаятельной внешностью?

– Добрый вечер, – приятным, негромким голосом произнес он, и что-то срезонировало внутри, надеюсь, не нервы… Это было бы слишком. Дыхание на миг перехватило, голос, как и взгляд, завораживал почище Кашпировского с Чумаком, вместе взятых. Эм, надеюсь, это никакая не магия?! Приворотная особенно, я что-то уже напрягаться начинаю от собственной слишком сильной реакции! Принц протянул руку, дав мне возможность снова полюбоваться крупным изумрудом, его улыбка стала шире. – Потанцуем?

Глава 4

Эрианор

Ну что ж, приятель, потанцуем. Хорошая возможность пообщаться так, чтобы никто не услышал, и в то же время быть у всех на виду, чтобы не подумали эдакого. Пока портить репутацию окончательно не хотелось, мало ли, как все сложится в дальнейшем. Я тоже улыбнулась и молча подала руку. В какой-то момент показалось, искра проскочит, прикосновение обожгло, и я чуть не отдернула рефлекторно ладонь. Теплые пальцы аккуратно сжали, вторую руку принц положил мне чуть пониже лопатки. И решительно так придвинул к себе, вплотную, скользнув ладонью на пару сантиметров ниже. Ммать!.. Мои бедра прижались к его, и тело тут же мягко облила жаркая волна, затаившись как раз в стратегическом месте внизу живота, что вызвало еще больший переполох в организме. Благодаря отсутствию лишнего вороха тканей я, хм, ощущала буквально каждый изгиб мужского тела, и это было… очень волнующе. Как и ладонь, так небрежно приласкавшая спину.

– Вы умеете танцевать эйтан, лианоссе? – с легким удивлением спросил рыжий, и, поскольку я отвернула голову, как полагалось в танго, дыхание партнера пощекотало ухо, и теперь вдоль позвоночника горячей лавиной скатились бодрящие мурашки.

Ой, е… его ладонь чуть надавила на спину, заставив прогнуться, и я практически легла на руку принца. Что он делает, черт возьми?! Зачем так прижимать меня к себе? Это же неприлично с точки зрения местного общества! Хотя судя по всему, этому товарищу понятия приличия по барабану и по бубну. Я ничего не успела ответить, его бедро уверенно раздвинуло мои ноги, аккурат там, где имелся удобный для подобного действа разрез. Уф. Что-то я совсем потеряла контроль над собой, и ведь вроде ничего такого не делал! Так, быстро собираем мозг в кучу, даем себе пинка и не выглядим, как блондинка, выигравшая бесплатное посещение спа-салона!

– Это странно? – Как же удачно, что мой нынешний голос и так обладал богатыми переливами, и легкая хрипотца выглядела в нем очень естественно! И решила добавить все же, мало ли, может, у этого индивида самомнение завышенное: – Ваше высочество?

Мягкий, мурлыкающий смех заставил сжаться все мышцы внутри.

– Не каждый отец отважится научить свою дочь такому танцу. – По-моему, ему откровенно весело… А вот мне не очень!

Я слишком резко на него реагирую, это не есть гуд. Обычно с мужчинами веду себя не в пример сдержаннее, эмоции не захлестывают разум настолько, что теряешь нить размышления и язык заплетается. Мм, маленькая поправочка: вела. В прошлой жизни. Партнер сделал шаг, я послушно последовала за ним – а что оставалось, в такой-то интимно-близкой позе? Надо признать, вел он великолепно, двигался плавно, следуя рисунку музыки, и в какой-то момент мне уже стало все равно, что, кроме нас, никто больше не отважился на эйтан, и мы единственная пара на паркете.

– Я просто очень хорошо попросила… – выдохнула, прикрыв глаза.

Томная, тягучая музыка с резкими всплесками ритма проникала в каждую клеточку, я очень остро ощущала партнера и его действия. Шаг, шаг, поворот. Сердце ухнуло в пятки, каблучки моих туфелек заскользили по паркету, и пришлось вцепиться в плечо принца, дабы не упасть. Он резко наклонил, я не удержалась от тихого испуганного вздоха – а ну как уронит?! – и его лицо оказалось очень-очень близко, а пальцы на спине нежно скользнули вдоль позвоночника, до самой поясницы. Пожалуй, впору пожалеть, что оставила броню корсета дома, ведь тонкий шелк платья позволял прочувствовать каждое прикосновение так, будто на мне ничего не было! Гормоны успешно праздновали революцию, последние мысли окончательно растворились в жарком коктейле ощущений, и… Вот черт, я чего-то не понимаю, или меня самым наглым образом соблазняют прямо на глазах у всех?! Блин, это же не ночной клуб и не дискотека, где все равно ничего не видно в полумраке и можно позволить партнеру многое! Вообще, совесть есть у этого золотоглазого наглеца или в детстве на машинки выменял?! Пинками выгнала из углов забившиеся туда в сладком оцепенении мысли и ляпнула первый, пришедший в голову вопрос.

– А что означает изумруд на вашем кольце, ваше высочество? – выпалила и осознала, какую глупость сказанула.

Спалилась по полной, а вдруг тут эти Правила с рождения учат? Да почти наверняка, ведь Игры проводятся с незапамятных времен. В медово-коричневых глазах мелькнуло неподдельное удивление, но я своим неожиданным вопросом хотя бы отвлекла принца от увлекательного занятия – поглаживания моей многострадальной спины.

– Во-первых, просто Оллер, или Олли, – тем же обволакивающим голосом отозвался он. – А во-вторых, лиа, я удивлен, что вы не знаете таких простых вещей. Вы не учили Правила?

Я начала лихорадочно соображать, хотя с этим возникли определенные сложности. Кайл говорил, его дочь долгое время провела не в столице? Так, может, на этом сыграть?

– Хотя… лорд ЛасГаллен держал вас вдали от Мирано, – задумчиво продолжил Оллер – ну вот, теперь знаю, как зовут, уже хорошо, и как удачно принц оказался осведомлен о дочери Кайла! – удивляться нечему.

Ой, что-то мне не нравятся эти хитрющие золотинки в глубине его глаз!

Главное, не увлекаться разглядыванием и помнить, что пока не узнаю, что тут происходит, не собираюсь поддаваться ни на какие провокации. Поэтому мило улыбнулась и посмотрела на партнера сквозь ресницы.

– Конечно, я могу и дома посмотреть, когда вернусь, – постаралась сделать взгляд как можно выразительнее.

Это если ему придет в голову шальная идея соврать мне что-нибудь неприличное, но в его интересах. Судя по ироничной усмешке, таки да, я угадала. Ох-х-х, но как же Оллеру идет это выражение, и очень хочется заглянуть под маску! Надеюсь, там никаких уродств не скрыто… Стоп, стоп. Не о том думаешь, дорогая моя.

– Право первого танца, – просто ответил принц, и его взгляд недвусмысленно остановился на моих губах.

Ой ли, танца? Фантазия пустилась вскачь, и перед глазами встала картинка, как Оллер медленно наклоняется, прижимается к моему рту, его язык мягко скользит по губам… Че-о-о-о-о-рт! Я успела отвернуться в самый последний момент, потому что реальность невероятным образом совместилась с моими пикантными мыслями, и лицо принца оказалось в опасной близости от моего. Не-не-не, вот это уже явно лишнее!

– На нас смотрят, между прочим, – хрипло выдохнула я, пытаясь успокоить дыхание.

А музыка не заканчивалась, и ладонь Оллера все так же продолжала вроде как в танце блуждать по спине…

– Хорошо, я сделаю это, когда на нас не будут смотреть, – с довольным смешком выдал рыжий нахал, и уверенность в бархатном голосе слегка отрезвила мою затуманенную голову.

Нет. Никаких поцелуев под луной, пока не пойму, что к чему, железно. Я не хочу быть просто красивой постельной игрушкой, которая надоест через энное количество времени! И соблазняться не собираюсь!

– Я вас слишком мало знаю, – как можно тверже ответила я, надеясь, что именно так ведут себя здешние молодые девушки.

И мои слова не будут расценены как вопиющая наглость, ибо принцам не отказывают… На мне красное с черным, имею полное право, хотя бы в рамках Игры!

– О, это легко исправить, – подхватил Оллер, снова резко развернув, и уложил на руку, заставив прогнуться. – Я бы с удовольствием продолжил наше знакомство, Эрианор-р-р, вне Игры.

То, как его самоуверенное высочество буквально промурлыкал мое имя, вызвало новый всплеск эмоций, который удалось приструнить с некоторым трудом. Уф, м-да уж, я и забыла, как в этом возрасте сносит крышу от буйства гормонов… Появляются определенные желания, игнорировать которые очень трудно, особенно когда рядом находится такое откровенное искушение и бессовестно тебя соблазняет. С-с-с-сто-о-о-оп, это уже ни в какие ворота не лезет!!! Губы Оллера мягко скользнули по подбородку, и мне показалось, за ними остался огненный след. К моему огромному облегчению, музыка наконец-то закончилась. Я ловко вывернулась из слишком смелых и ласковых рук Олли и присела в реверансе, избегая смотреть на него.

– Я подумаю… Оллер, – чуть не назвала по титулу, но решила, что раз попросил звать по имени, раздражать демонстративным подчеркиванием статуса не стоит.

Успеется еще. Что-то подсказывает, несмотря на гормоны и желание всего и сразу рядом с этим симпатяшкой, крови мы попортим друг другу немало… Рыжий между тем снова улыбнулся, поймал мою ладонь и склонился над ней. Да чтоб тебя через плечо да об стену!.. Язык нежно погладил кожу, зубы слегка прихватили, а губы тут же приласкали, заставив пальцы задрожать, воздух застрял в горле, и я чуть не охнула самым позорным образом. На руку словно плеснули кипятка, к локтю поползли горячие змейки, а кончики пальцев закололо. Я поспешно отняла руку, одновременно разозленная на собственную неадекватную реакцию и наглое поведение принца и донельзя взволнованная происходящим. Так, надо срочно успокоиться и прийти в себя, в самом деле, безобразие какое-то!

– Думайте, лианоссе, – со смешком ответил Оллер и склонил голову к плечу. – А я пока…

– …подождешь в сторонке, – раздался вдруг незнакомый голос, и из-за спины моего недавнего партнера выступил второй принц.

Ну, что могу сказать… Глаза, конечно, потрясные – я думала, такого цвета в природе не бывает. Светло-светло-серые, но не белесые или выцветшие, а такие, как туман на рассвете или слегка затемненное серебро с мягкими жемчужными переливами в глубине. Да я, блин, поэтом стану с такими мужиками! Мой взгляд пропутешествовал ниже, по прямому носу, скрытому маской почти до самого кончика. Губы полные, наверное, про такие говорят – чувственные, и мои мысли резко порхнули в совершенно неприличную сторону, примерно в ту же, что и во время танца с Оллером. Да что за напасть! Эта девица скрытая нимфоманка, что ли?! Или… или все же тут что-то еще замешано?.. Эх, кто бы подсказал!

Белый с серебряной вышивкой камзол сидел на плечах второго принца, как влитой, белая же рубашка с кружевом наверняка шелковая, и я чуть не потянулась потрогать самым бесстыдным образом. А еще, словно невзначай провести ладонью по груди… Интересно, а под рубашкой что-нибудь есть? Наверняка нет, и можно ощутить мышцы, стопудово они там имеются! Эрин, черт возьми, живо возвращаем взгляд на лицо! На лицо, я сказала, а не на губы!

– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась я, глядя прямо в глаза блондину – кстати, волосы у него вообще нереального оттенка, я в жизни подобных не видела – наверное, именно такой цвет называется платиновым. И даже на вид они казались мягкими, подушечки зазудели от желания провести, потрогать, запустить пальцы… – ваше высочество.

– Просто Йен, лиа.

И этот туда же, обреченно подумала я.

В том смысле, что улыбка у него тоже странным образом действовала на мои коленки, заставляя их забывать, что они вроде как должны держать меня прямо.

– С чего это ты решил, что я подожду в сторонке? – с легким недовольством в голосе поинтересовался у брата Оллер.

Угу, вы тут еще, блин, подеритесь… Вот интересно, а ведь цвета одежды Йена тоже что-то значат? Что, хотелось бы знать? Тоже в лоб спросить, дабы сразу ошарашить и сбить с толку? И дать себе возможность перевести дыхание и заодно успокоить эмоции.

– Потому что второй танец мой, – мягко промурлыкал Йен, и сейчас его голос был очень похож на Оллера.

Ммать, вот близнецов мне только не хватало! Хотя какие близнецы, они же по масти разные. Тихонько выдохнула сквозь стиснутые зубы и вознамерилась уже развернуться и отойти – с одним потанцевала и хватит, со вторым… Мне надо прийти в себя, ибо чует моя чуйка, танец с Йеном может быть не менее волнующим, даже если музыка зазвучит приличнее, чем эйтан-танго. Ага, как же. Одновременно случилось несколько событий: музыканты заиграли местный вариант венского вальса, а меня ловко ухватили за руку, не дав по-тихому сбежать.

– Неужели вы испугались, Эрин? – понизив голос, в котором проскользнули бархатистые переливы, изрек поганец Йен и в открытую улыбнулся.

Вот откуда он знает, что единственный вариант «слабо», на который я ведусь, это когда меня в трусости обвиняют? С другой стороны, на нас опять все глазеют, и хотя на паркете появились еще несколько пар, внимание направлено исключительно на нашу троицу, я всей кожей это чувствую, хотя смотрю только на Йена. Так, милая моя, что за страусиные замашки? Сама же хотела поближе с этими принцами познакомиться! Что, не в состоянии взять под контроль гормоны? Я вздернула подбородок, очаровательно улыбнулась и мягко высвободила руку. Не люблю, когда меня хватают.

– Нет. – И прежде, чем успела поймать себя за язык, добавила тоном, в котором, к моему огромному изумлению, проскользнули нотки, подозрительно похожие на ироничные: – Просто жду, когда вы пригласите меня как полагается.

Мгновение братья смотрели на меня с одинаковым удивлением, а потом Оллер тихонько засмеялся и пару раз хлопнул в ладоши.

– Молодец, Эрин, – довольно отозвался он. – Так его!

– Простите, лианоссе. – Йен склонился в изящном поклоне и протянул мне руку: – Позвольте пригласить вас?

Я с царственным видом кивнула и вложила пальцы в его ладонь, поймав себя на том, что… наслаждаюсь происходящим! Этим тонким намеком на флирт, вниманием сразу двух выдающихся мужчин, от которых в прямом смысле слова слюнки текут и в голове возникают картинки исключительно из фильмов для взрослых. Сказка, да, и ах, как хочется поддаться этой сказке!.. Но пусть тело мне выдали молодое, в башке-то много чего уже есть, в том числе и твердая уверенность, что внешность еще ничего не значит. Гораздо важнее поступки, а их я еще не видела.

– Позволяю, – добавила и постаралась придать лицу скучающее выражение.

Играть, так по полной. Меня затопила хмельная бесшабашная радость и желание хулиганить. В конце концов, зря, что ли, напрягалась с перекрашиванием платья?

– Вы очень любезны, Эрин, – проворковал Йен, мягко притянув меня к себе, и я вскинула на него подозрительный взгляд.

В серебристых глазах плавали озорные искорки, на губах играла широкая ухмылка, и я почувствовала, как щекам становится тепло – меня легко раскусили. Ну что ж, улыбаемся и машем, как говорится. Состроила морду кирпичом, позволила Йену обнять, и мы заскользили по паркету. Второй принц держал бережно, хотя обнимал сильнее, чем положено по танцу, и беззастенчиво изучал мое лицо пристальным взглядом. Я же старалась смотреть в район пышного кружева на рубашке – и за счет маленького роста, да и вообще не люблю людям в глаза заглядывать.

– Вам понравился предыдущий танец, Эрианор? – осведомился Йен.

Я только открыла рот для ответа, как этот… медленно провел пальцем вдоль выреза платья на спине, довольно-таки низкого, надо признать! Это я заметила еще по предыдущему эйтану, благодаря нахальным поглаживаниям Оллера. Ой-й-й-е-е-е-е, да что ж творишь, блондин несносный!!! Наверное, все, что я думаю насчет поведения второго братца, красноречиво отразилось на лице, потому что ухмылочка Йена стала шире. Я справилась с могучим порывом поежиться и прогнуться под мимолетной лаской, и пожалела, что не собрала волосы – под пышным каскадом локонов руку принца не видно, и он преспокойно мог творить все что заблагорассудится… Стиснула зубы, совладала со шквалом эмоций, еще не до конца успокоившихся после эйтана, и односложно ответила:

– Да.

– Вы сердитесь? – Судя по интонации, под маской светлая бровь партнера полезла наверх.

Сержусь ли я? О-о, я зла, как никогда! И взволнована, как Наташа Ростова на первом балу… Даже когда в первый раз оказалась наедине с мальчиком и поняла, что простыми поцелуями дело не закончится, так не нервничала.

– Не сказала бы. – Я состроила милую улыбку. – Давайте о чем-нибудь другом поговорим?

Знаю, провокационные слова, но меньше всего я сейчас настроена изливать душу этому серебряноглазому красавцу. Не заслужил еще, а одной улыбкой меня не возьмешь.

– С удовольствием, – откликнулся Йен. – Как вы смотрите на то, чтобы весь вечер провести со мной?

Ой. Мозг лихорадочно заработал, пытаясь сложить кусочки информации. Это предложение или констатация факта, завуалированная под вежливость?

– А если не очень положительно смотрю? – с вызовом глянула на Йена, решив проверить, насколько распространяется правило сочетания красного и черного.

Можно ли мне отказывать принцам? Брат Оллера мягко улыбнулся и едва заметно покачал головой.

– Милая барышня, – вибрирующий голос пробежался по оголенным проводам моих несчастных нервов, – вы, конечно, молодец, что выбрали эти цвета для первого бала, но… – Йен сделал эффектную паузу, во время которой его взгляд не сходил с моих губ. Эм, дежавю… – К вам больше никто не подойдет за этот вечер, и на ваши приглашения тоже не откликнется ни один мужчина в этом зале. – Кажется, я впервые в жизни узнала, как выглядит улыбка Чеширского Кота.

Сногсшибательно, надо признать, мурашки в очередной раз за вечер решили порадовать меня бодрящим массажем спины. Пинками разогнала их обратно по углам и приказала себе перестать млеть от его глаз и голоса. В конце концов, этот светловолосый тип только что заявил, что меня будут игнорировать все мужчины в зале, и хотелось бы узнать, почему! Неужели всего из-за одного танца с принцами?!

– Потому что я станцевала по разу с каждым из вас? – Я насмешливо посмотрела на партнера. Придержим пока злость, это не папа Кайл, которому можно безболезненно нахамить, и ничего мне за это не будет.

– Потому что второй танец с вами будет означать, что я выбрал себе спутницу на весь вечер. – В жемчужно-серебристой глубине заплясали искорки, подозрительно похожие на кое-кого с рогами и хвостиком.

Интересно, а здесь какие-нибудь демоны или черти существуют? Я только распахнула рот, чтобы озвучить, что фига я с ним во второй раз станцую, как Йен продолжил.

– А я вас не отпущу после первого, лианоссе, – вкрадчиво объявил он, склонившись ко мне опасно низко.

Я отпрянула, возмущенная до глубины души.

– Мое желание во внимание не принимается? – недовольно поинтересовалась, поджав губы.

Наваждение немного спало, я чувствовала себя почти нормально. Некое жаркое томление чуть ниже желудка, которое потягивалось там бессовестной мартовской кошкой, не в счет. Справлюсь. В крайнем случае выйду в парк, подышать свежим воздухом, полегчает. Йен тихонько рассмеялся:

– Смею заметить, разноцветная, что со мной вам будет гораздо интереснее, чем с большинством мужчин в этом зале.

– Да ты че? – вырвалось у меня с потрясающими интонациями графини Ржевской из одной известной комедии последних месяцев.

От подобных самоуверенных заявлений мужчин хочется намеренно выставить весь свой ум напоказ и завалить их энциклопедической свалкой, царившей у меня в голове. Только вот вряд ли его высочество принц Йен проникнется идеей редупликации информационной рибонуклеиновой кислоты или тем, какой грамматической структурой выражается настоящее совершенное время в пассивном залоге английского языка…

– Я приложу все усилия, – усмехнулся блондин, ничуть не обиженный моей репликой, и поскольку музыка закончилась, он исполнил обещание – так и не выпустил меня из объятий.

Устраивать тут бои без правил и при всех вырываться из его рук я не стала. Гордость еще не совсем растеряла, да и черт его знает, как этот принц отреагирует. Нет, тут надо действовать не нахрапом. Ну ладно, умник… Зацепила хорошенькая мордашка, да? А как ты посмотришь на то, что за этой мордашкой есть кое-что еще, кроме бессмысленного флирта и вежливых улыбок?!

Йен

Эрин удивляла с каждой минутой все больше. Смелое поведение, которым могли похвастаться разве что опытные придворные кокетки, вроде Ниалоны, и в то же время она вела себя естественно. Легкий намек на флирт, который она себе позволяла, вызывал у меня только умиление. А еще желание показать, как же надо играть по-настоящему в такие игры. То, что девушка не притворялась, лично я заметил сразу. Выдавали разноцветную блестевшие глаза, слегка учащенное дыхание и взгляд, менявшийся чуть ли не каждую минуту: возмущение, немного смущения, пару раз даже мелькала легкая растерянность, и – настороженность. Пришло сравнение с маленьким зверьком, которого вытащили из его норки, и теперь он изо всех сил пытается приспособиться к новым обстоятельствам. Интересно, когда же в последний раз Эрианор была в Мирано и вообще выбиралась ли из своего поместья?

Между тем лианоссе удивила меня еще раз, приняв приглашение Темного на эйтан. Неужели она умеет его танцевать?! Еще как, убедился я через несколько мгновений. Наблюдая за их танцем с Оллером, поймал себя на том, что… завидую братцу. О, я бы тоже не отказался станцевать с маленькой Эрианор эйтан! Иррох, как она двигалась! Плавно, послушно повторяя рисунок танца, который рисовал Оллер, и выглядело это настолько… неприлично и захватывающе, что я в какое-то мгновение даже позабыл про свое недовольство и просто любовался прекрасной парой на паркете. Они словно составляли одно целое, и да, Эрин танец очень нравился. Блуждавшая улыбка на милом личике говорила об этом лучше всяких слов.

Ну а потом малышка попала в мои цепкие руки… Не удержался, погладил вдоль выреза платья – очень уж хотелось, отсутствие на ней корсета заставляло мысли сворачивать совсем в неприличном направлении. Мой взгляд невольно остановился на таких соблазнительных губах Эрианор. Инстинкты рванулись с привязи, как бешеные, и пришлось срочно вспомнить, как лианоссе ЛасГаллен аккуратно отшила аналогичный порыв Олли, и меня это несказанно обрадовало – внутри что-то недовольно заворчало, едва только представил: первый, кто коснется этого притягательного ротика, будет Темный. Однако готов спорить на что угодно, разноцветная так просто не позволит поцеловать себя. Хм. Решительная, смелая, гордая – такие слова приходили на ум после первых минут знакомства с дочкой Кайла. Могло ли подобное чудо вырасти где-то за городом, без особого присмотра? Да запросто, если Эрин пошла характером в папулю – по крайней мере, частично. Обычные слуги укротить девочку вряд ли сумеют. Надеюсь, она не такая же вспыльчивая и категоричная, как он.

И что самое важное, она не боялась. Вспоминая поведение разноцветных на последних Играх, я невольно сравнивал: во взглядах тех девушек после первого же знакомства поселялись страх и тоска, и с каждым новым балом Игры эти чувства становились сильнее. Девчонки отчаянно боялись стать нашими женами и всем видом демонстрировали, что будь их воля, они бы с большим удовольствием оказались как можно дальше от Мирано. И от нас с Темным. Эрин… В ее взгляде был вызов. И она не дразнила, нет, это я тоже понимал. Зато не отказал себе в удовольствии подразнить самому и был вознагражден целой гаммой эмоций на ее лице и в голосе. Мм, слушал бы и слушал, такой переливчатый, богатый на интонации! А как восхитительно она злилась, не передать! Кажется, я соскучился по такому живому общению, и поведению тоже. Естественность Эрианор завораживала и привлекала, хотелось сделать что-нибудь еще, чтобы посмотреть, как она себя поведет. И я сделал… поставил ее перед фактом, что второй танец тоже мой. Ответ Эрианор чуть не заставил рассмеяться в голос, прямо посреди танца. Маленькая лианоссе была недовольна моим самоуправством, а мне… мне происходящее нравилось с каждой минутой все больше. Не хочу ее отпускать, вот не хочу, и все. Хочу знать о ней больше – о ее увлечениях, что она любит, вообще, все. Кайла ждет серьезный разговор в ближайшее время. Она настолько не похожа на других, кто был прежде, и не только внешностью, что во мне проснулся азарт охотника. Люблю разгадывать сложные загадки, а лианоссе ЛасГаллен, несомненно, и сложная и интересная – по крайней мере, на первый взгляд, и надеюсь, я не ошибся в своих предположениях.

Итак, музыка стихла, а я замер посреди паркета, не выпустив Эрианор из рук. Интересно, возмущаться или вырываться будет? Нет, не стала к моему тайному облегчению. Почему к облегчению? Ну, я как-то не привык драться с женщинами, особенно с такими хорошенькими. Предпочитаю с ними все-таки договариваться. Музыканты заиграли дальше, я мельком глянул на Оллера и с удовлетворением отметил его недовольную физиономию. А ты думал, братец! Я же сказал, на этом балу преимущество за мной.

– И как вы собираетесь развлекать меня, ваше высочество? – Низкий грудной голос Эрианор с насмешливыми нотками заставил отвлечься от смакования маленькой победы над Оллером.

Я посмотрел в эти разноцветные глаза, в которых горело упрямство, и не сдержал усмешки. Будем продолжать показывать характер, хорошая моя? И намеренное обращение по титулу – думаешь, я разозлюсь?

– Вам как, письменно изложить? – непринужденно осведомился я, наслаждаясь нежным румянцем, выступившим на щеках лианоссе.

Она отвела взгляд и тихонько вздохнула.

– Простите, – гораздо спокойнее ответила Эрианор, потом наши глаза снова встретились. – Просто я очень не люблю, когда не спрашивают моего мнения, – пояснила лиа ЛасГаллен. – В конце концов, это просто невежливо, мне кажется. Навязывать человеку свои желания, не поинтересовавшись, а согласен ли он с ними.

О как. Мои брови поползли вверх, и я в кои-то веки порадовался маске – за ней не видно удивления. Эрин опять озадачила. Если честно, я не привык спрашивать женщин, нравятся мои действия или нет. Пока никто не жаловался и открыто неприязнь не демонстрировал. Ну, за исключением последних разноцветных, но там другой разговор. Сейчас же… я ведь видел, Эрианор нравилось танцевать со мной и нравилось мое внимание. Однако она вела себя так, будто была очень недовольна собственной реакцией на меня. Как интерес-с-с-сно…

– Это Игра, Эрианор. – Я покачал головой, продолжая задумчиво изучать ее лицо. – Уж на вечерах придется подчиняться Правилам, нравится вам или нет.

На ее губах появилась снисходительная усмешка.

– Пра-а-а-а-вда? – промурлыкала она чрезвычайно довольным тоном. – Йен, вы в самом деле верите, что Распорядительница могла порекомендовать мне надеть подобное платье?

Сказала и осеклась, в необычных глазах промелькнуло что-то, подозрительно похожее на беспокойство. О, маленькая, вот оно как, да? Тоже не любишь играть по правилам? Но как Ниа спустила тебе с рук, она же та еще стерва!

– А почему вы считаете, что она не могла этого сделать? – Любопытно, с чего Эрианор пришла к такому выводу.

Она помолчала, изучающий взгляд не отрывался от моего лица.

– Я видела, как Распорядительница смотрела на меня, когда я пришла, – наконец медленно ответила Эрианор. – А поскольку мы раньше нигде и никак не пересекались, очень странно, что эта леди так… неприязненно относится к совершенно незнакомой девушке. У меня только одно объяснение, и думаю, я не ошиблась.

– И какое же? – Вот это уже действительно интересно.

Никто до Эрин не задумывался над указаниями Ниалоны, даже если они выглядели нелепо. Это касалось и разноцветных. Бывало и так, что мы не могли подойти к девушкам практически до самого конца Игр, она давала нам возможность только раз потанцевать или переброситься парой слов. Другое дело, что, поскольку все равно не мне решать, жениться или нет на разноцветной, я предпочитал не привязываться и скорее радовался подобным действиям Ниалоны. Сейчас… Желание играть по навязанным правилам с каждой минутой, проведенной рядом с Эрин, становилось меньше. Надо бы к Лесным съездить, уточнить у них несколько моментов, пока же послушаем, что скажет лианоссе ЛасГаллен. Похоже, сегодня у меня вечер приятных сюрпризов и сплошного поддразнивания любопытства, которое возрастало с каждой минутой. Маленькая Эрин оказалась ой как непроста…

– Она не хочет, чтобы я вышла замуж за одного из вас, – просто ответила Эрианор.

И так спокойно, почти равнодушно, что я почувствовал недоумение: ей все равно, может ли она стать королевой? Или все равно, чьей женой стать? Или надеется, что если пойдет против правил Ниалоны, это поможет избежать свадьбы и остаться в живых? Не-э-эт, хорошая моя, не получится. Я сделаю все, чтобы ты не умерла и досталась мне. Ведь Оллер, может, и прав в своих догадках, что это из-за Ниалоны разноцветные умирают. Может, решать все-таки должен кто-то из нас с Темным?

Музыка очень некстати закончилась, и по выразительному взгляду Эрианор я понял, что, если не отпущу, она сотворит какую-нибудь гадость. Злить без нужды мою будущую жену не хотелось, поэтому я с превеликой неохотой убрал руки.

– Я бы хотел продолжить наш в высшей степени интересный разговор, – произнес негромко, от греха подальше спрятав руки за спину – пальцы чесались ухватить тонкое запястье Эрин и не отпускать.

Каштановая бровь изогнулась, на соблазнительных губах появилась предвкушающая улыбка. Я напрягся: что задумала? Лианоссе ЛасГаллен двумя пальчиками взялась за юбку и присела в реверансе, склонив голову, так что выражения ее лица я не видел. Зато получил прекрасный обзор декольте, в котором покачивался рубиновый кулон… Как и выставленной в разрезе стройной ножки и кружева подвязки. Все вопросы моментально вылетели из головы, я непроизвольно сглотнул, не в силах отвести взгляд от приятного во всех смыслах зрелища. Ох, Эрин, что ты творишь и что в тебе такого, что у меня напрочь отшибает способность мыслить при взгляде на тебя?!

– Я подумаю, ваше высочество, – проворковала несносная дразнилка, и хрипловатые, чувственные нотки в этом бесподобном голосе окончательно лишили меня на некоторое время возможности связно думать.

А она выпрямилась, подарила мне довольный взгляд и широкую ухмылку, развернулась и направилась к столу для закусок у дальней стены… Что порадовало, Оллер стоял в другой стороне, и на него лианоссе Эрианор даже не посмотрела. Хмурая физиономия братца порадовала еще больше – одному оказаться не у дел было бы гораздо обиднее. Ладно, Эрин, первый раунд за тобой. Но за мной два танца, и хочешь не хочешь, но на сегодняшний вечер ты – моя спутница! И я все еще хочу поговорить, как это ты решилась пойти против Правил Ниалоны…

Леди Тонвуд наблюдала за братьями прищуренным, злым взглядом – все равно на нее сейчас никто не смотрел, внимание гостей сосредоточилось на разноцветной и Йене. Распорядительница напряженно размышляла, что делать с чересчур своевольной девчонкой. Сразу убрать не получится, это и так понятно, надо действовать тоньше. Плохо, если у принцев возникнет влечение к лианоссе, это существенно осложнит Ниа задачу. В темно-синих глазах появилось задумчивое выражение, леди поднесла пальцы к губам и легонько похлопала по ним. Что ж, если нельзя отвлечь внимание Оллера и Йена от разноцветной, оказавшейся и с характером, и гораздо симпатичнее прежних девушек, что, несомненно, и зацепило принцев, то почему бы не настроить Эрианор против них? Узкие губы леди Тонвуд растянулись в улыбке. Пожалуй, хорошая идея. В таком случае можно закрыть глаза на самоуправство принцев относительно Правил и предоставить им определенную свободу в действиях. Все равно на последнем балу Игры она выберет, за кого из них Эрианор выйдет замуж. И с большим удовольствием полюбуется на кислую физиономию второго братца. Так что как бы они ни пытались завоевать внимание разноцветной, это ничего не значит. А Ниалона не прочь развлечься – понаблюдать, как эти двое будут увиваться вокруг той, которая достанется лишь одному из них. А может, даже, и никому вообще…

В этот момент Ниалона спохватилась, бросила по сторонам осторожные взгляды, будто кто-то мог подслушать ее мысли, и обнаружила, что танец уже закончился, а Эрианор, оставив Йена со странной смесью удивления и восхищения на лице, идет к столу с закусками. Распорядительница подобралась: отлично, надо пользоваться моментом, пока вокруг нее снова не начали вертеться принцы! И Ниалона плавной, неторопливой походкой направилась к лианоссе ЛасГаллен.

Эрин

Меня слегка потряхивало от адреналина и возбуждения, которое удавалось скрывать неимоверными усилиями. Пока шла к столу, чувствовала взгляд Йена всей спиной, от затылка до копчика. Ух, однако, флирт на грани фола бодрит! И все-таки, все-таки как же удивился этот блондинчик, когда я заявила о том, что предпочитаю, чтобы моим мнением интересовались! Привык, видно, к безотказным дамочкам и что его убойному обаянию никто не в силах сопротивляться. Не, приятель, я не такая. И до сведения твоего братца тоже доведу, хотя он вроде оказался не слишком нахальным – по крайней мере, Оллер не заявлял мне в лоб, что вечер я проведу с ним, и точка. Да, про поцелуй заикнулся – ну что ж поделать, мужики они везде мужики, во всех мирах и временах. Сначала думают тем, что ниже пояса, а потом уже включается верхний мозг. Если, конечно, грамотно заставить их использовать и эту часть тела. Некоторые не хотят…

Я остановилась у стола и немного отвлеклась от волнующих мыслей о братьях: ужасно хотелось пить, горло словно наждачкой выстлали, но вот вином наливаться я не жаждала. Вообще не люблю алкоголь, разве только в малых количествах и для души. Тут есть какой-нибудь сок, морс или компот, на худой конец? Присмотрелась к выставленным напиткам и подумала, что алкоголь в кувшин не стали бы наливать. Наверное. Эх, ладно, в случае чего просто ограничусь одним бокалом, и все. Ухватила емкость с чем-то ярко-оранжевым и пахнущим очень вкусно, плеснула в бокал и осторожно пригубила. Ой, какая вкусняшка!!! Что-то вроде сока с мякотью, вкус напоминает смесь манго и папайи, а я как раз просто обожаю всякие экзотические фрукты и производные с их участием! И главное, градусов ноль – слава местным богам, это оказался не горячительный напиток. Выдув с ходу половину, я уже нацелилась на симпатичные маленькие тарталетки с чем-то, похожим на паштет, – наверняка вкусно, – но цапнуть не успела. До локтя кто-то дотронулся, и за спиной раздался смутно знакомый мужской голос:

– Лианоссе ЛасГаллен? – Я обернулась и узрела к своему безграничному удивлению Распорядительницу и рядом с ней ее помощника. – Леди Тонвуд желает прогуляться с вами.

О как. И чего от меня хочет эта леди со змеиным взглядом? Ну, спрячем пока стервозность, хватило и того, что я нахамила как минимум одному принцу. Под адреналином и гормонами еще не то натворишь, и мое счастье, что Йен, похоже, запал на меня, как и его братец. А то неизвестно, чем бы аукнулось такое смелое поведение. Вон как сверкают взглядами! Да, я не удержалась и покосилась в сторону моих недавних партнеров, снедаемая любопытством – что делать-то дальше будут? Пока они переговаривались – зуб даю, мою скромную персону обсуждали! – и открыто глазели на меня с не очень довольными физиономиями. Не понравилось, как отшила обоих? А нечего так грубо клеить, принцы там или нет, но либидо команды «фас» не давалось. Я девушка приличная и после первого свидания абы с кем в гости не иду, и даже после второго. А порой бывало, что и после пятого… Которое оказывалось обычно последним.

Уф, отвлеклась. Во-первых, не мне здесь решать, когда и с кем идти в гости, мелькнула невеселая мысль. Во-вторых, леди Тонвуд ждет моей реакции на ее предложение.

– Да, конечно, – вежливо ответила я и посмотрела на Распорядительницу.

Она улыбалась. Мило, и, возможно, даже доброжелательно, но взгляд выдавал с головой. Холодный и изучающий. Так-так. Закосить под блондинку, что ли? Леди, видимо, задумала очернить принцев в моих глазах, чтобы, не дай бог, я не воспылала к ним «чуйвствами»… Хм. А чего это она так беспокоится, все равно ведь ей решать, за кого мне выйти, независимо от моих симпатий? Или я чего-то не знаю?..

Распорядительница кивнула в сторону выхода из зала, я послушно направилась за ней. А почему она молчит, интересно? Или ждет, когда вокруг не окажется свидетелей нашей беседы? Мы покинули душноватый бальный зал, и я едва подавила желание оглянуться и посмотреть, что делают принцы. Это было бы слишком явным проявлением интереса к ним, что мне пока на фиг не сдалось. В их отсутствие лучше думается, хотя при воспоминании о танцах пульс учащался раза в три, дыхание сбивалось, а в голове поселялась подозрительная мечтательность. Не, не буду про танцы думать, не сейчас!

Моя провожатая вышла в парк через высокую стеклянную дверь, и мы неторопливо пошли по дорожке, усыпанной мелким гравием. На деревьях висели разноцветные фонарики, придававшие окружающему налет нереальности и сказки, и пришлось напомнить себе, что теперь для меня это самая что ни на есть реальность – стоило вызвать из глубин памяти картинки собственных похорон. Я передернула плечами и рискнула первой нарушить молчание:

– Вы хотели о чем-то поговорить? – И ресничками хлоп-хлоп, и во взгляде побольше невинности.

Надеюсь, получилось. В свое время я знатно развлекалась, водя за нос слишком настойчивых поклонников разнообразными разрывношаблонными ролями в моем исполнении. Снова кивок, потом мы свернули на боковую аллею, в конце которой оказалась ажурная беседка, увешанная лиловыми фонариками. Распорядительница приглашающе повела рукой, и я устроилась на мягкой скамеечке, недоумевая чем дальше, тем больше. Чего она молчит?! Леди села напротив и… отцепив от пояса, выложила на стол, разделявший нас, маленькую чернильницу с крышкой, перо и плоскую коробочку, в которой оказались листки бумаги. Ой. Мои брови непроизвольно поползли вверх, пока я наблюдала, как леди Тонвуд что-то пишет. Ексель-моксель, так она немая, что ли?.. Вот попадос!

Распорядительница закончила писать и подтолкнула листочек ко мне наманикюренным острым ноготком. Я с некоторой опаской взяла послание. «Вы смелая девушка, лианоссе, раз решили пойти против Правил, да еще выбрали такие цвета». Осторожно глянула на нее – все та же легкая улыбка и внимательный взгляд. Так, ну включаем дурочку. Я тоже изобразила улыбку, только вроде как смущенную.

– Простите, если обидела вас, – кротко отозвалась. – Просто… Просто мне хотелось на моем первом вечере выглядеть красиво.

Она усмехнулась и покачала головой. На стол лег следующий листик. «Эрианор, дело не в том, как вы выглядите, а в том, что должны делать на Играх. Ну да ладно. Я решила немножко поменять Правила, но прежде у меня к вам вопрос. Хотите избежать возможной смерти?» Прочитав это, я чуть позорно не отвалила челюсть. Вдоль позвоночника змеей скользнул холодок, а сердце екнуло. Смерть?.. Подняла взгляд на собеседницу. Она с интересом наблюдала за мной.

– К-какой смерти? – пробормотала я.

Умирать второй раз категорически не хотелось, а тем более в самом начале новой жизни. Почему Распорядительница заговорила про смерть?! Угрожает? Уставилась на леди в ожидании ответа и заметила, как на ее лице промелькнуло удивление. Я занервничала. Так, очередное палево, что ли? Что-то, что я должна знать, но не знаю?! У-у-у-у, Кайл, зар-раза такая, насую улиток в постель!!! Перо снова застрочило по бумаге. «Вы не слышали, лианоссе? Слухи до вашего поместья не доходили? Все предыдущие разноцветные умирали после свадьбы по разным причинам». Я сглотнула. Мамочки. Пальцы мелко задрожали, пришлось стиснуть зубы и дать пинка панике.

– Нет, не доходили, – глухо отозвалась я.

А что еще оставалось, кроме как согласиться с этим предположением? Так вот почему Кайл упорно отмалчивался, не хотел раскрывать эту маленькую грязную тайну.

– И от чего они умирали? – Дрожь удалось подавить не только в пальцах, голос тоже звучал ровно.

Леди Тонвуд неопределенно махнула рукой и снова написала что-то. «О, от естественных причин, лианоссе. Но почему-то сразу после свадьбы». Я побарабанила пальцами по столу. Вот интересно, а кто-нибудь из принцев собирался просветить меня на эту тему?! Хотя… по идее я и так должна знать, раз живу тут. Скорее всего, настоящая Эрин знала точно. Ко мне снова прилетел листочек. «Я предлагаю вам сделку, лианоссе. Вы можете на Игры одеваться так, как вам хочется, и я не буду препятствовать, а взамен вы держите принцев на расстоянии, не давая им увлечься слишком сильно». О да, и как это поможет мне избежать свадьбы и смерти?!

– И что я выигрываю? – Прищурилась, посмотрела на Распорядительницу, отбросив амплуа блондинки-болонки.

Когда речь идет о смерти, любое притворство недопустимо. Улыбка леди Тонвуд стала хитрой. «Я помогу вам сбежать сразу после свадьбы». Угу. Так, значит. Замуж все-таки придется выйти. Интересно, а разводы в Мирано есть?

– Может, обойдемся вообще без свадьбы? – Я закинула пробный шар – задавать вопрос напрямую, на кой вообще вся эта кутерьма с Играми и выбором невесты, не рискнула.

По идее это я тоже должна знать, как местная… Кайл, Кайл, тебе жутко повезло, что в этом мире нет паяльников и утюгов. Я начинаю подумывать о старых добрых методах добычи информации, разрекламированных в ширпотребных фильмах и книжицах из моей прошлой жизни. Леди с притворным сожалением вздохнула. «Увы, лианоссе, нельзя. Так как, вы согласны? У вас появится возможность самой выбирать и решать, что делать на балах». Я поставила локти на стол, сплела пальцы и положила на них подбородок. Приступ паники почти прошел, и мозг заработал на удвоенных оборотах. Значит, свобода действий и возможность избежать предполагаемой смерти в обмен на динамо братьев? Эх, узнать бы побольше об этих Играх и роли разноцветных в них!

Далее, а что я выигрываю от побега после церемонии? Знакомых нет. Денег нет. Искать наверняка будут. Чем тут заняться, понятия не имею – меня ведь даже за порог дома не выпускают! И самый главный вопрос – помирают жены от того, что на их пальце кольцо появляется, или потому, что рядом с одним из принцев находятся?! Если первое, то резона в побеге никакого, и тогда я готова поверить в нечто мистическое в отношении смертей разноцветных. А вот если второе… Мой взгляд снова остановился на безмятежном лице леди Тонвуд. Наводит на очень интересные и, прямо скажем, опасные и нехорошие мысли. Насколько сильно желание Распорядительницы не допустить рядом с принцами другой женщины? И зачем опять же нужны эти заморочки с Играми? Так, чую, надо дома сесть, основательно подумать и составить вопросник.

Нетерпеливый стук ноготков леди Тонвуд выдернул меня из напряженных размышлений.

– Я могу подумать? – медленно произнесла, хотя и так уже знала решение.

Рискованно, но… Для усыпления бдительности этой дамы и заодно возможности понаблюдать за ее действиями пойдет. Она же не всегда будет рядом со мной и принцами, зуб даю, на свидания вне приемов – а они состоятся, спорю на мою любимую подушку с лосем, оставшуюся в прошлой жизни! – ребята леди не потащат. Распорядительница снова накропала что-то на листке: «До следующего бала, через день я жду от вас ответа». Ну нормально, одного дня мне хватит, чтобы еще раз хорошенько подумать и решить. Мутит что-то дамочка, ой мутит! По-хорошему, принцев бы поставить в известность, но, увы, пока не узнаю до конца, что происходит вокруг и какие отношения связывают леди Тонвуд и наследников Оймири, в интриги влезать не собираюсь.

– Хорошо. – Я кивнула, соглашаясь с условием собеседницы.

Она наклонила голову и поднялась, и я поняла, что разговор закончен. Женщина аккуратно собрала исписанные листочки и положила их в коробочку, потом прицепила обратно к поясу перо, чернильницу и футляр и покинула беседку. Я молча направилась за ней, продолжая размышлять, во что же оказалась втянута и каким боком мне вся эта веселуха выйдет. Ну почему в фэнтезийных мирах какой-нибудь умник от магии не изобрел аналог Интернета и компа?! Мне отчаянно не хватало информации, и выход только один – поставить Кайла перед фактом, что я в курсе про смерти разноцветных. И вынудить его сотрудничать честно в дальнейшем. Потому что умирать не хотелось, а значит, свадьбы не будет, дорогие мои, и к черту последствия. Я жить хочу, между прочим, раз мне второй шанс выпал!

– Лианоссе, вы так грозно хмуритесь, – раздался вдруг знакомый бархатный голос, и я вскинула голову, уставившись на моего недавнего партнера по эйтану. – Строите какой-нибудь коварный план?

Оллер стоял, прислонившись к косяку той самой двери, через которую мы с леди Тонвуд вышли, и смотрел на меня с предовольной ухмылочкой. Эх, жалко, не вижу лица Распорядительницы, вон как замерла, словно палку от швабры проглотила. Явно не ожидала его тут увидеть. Интересно, рыжий следил, что ли? С него станется, блин, любитель экстрима и неприличных танцев! И что задумал, хотелось бы знать?! Быстренько взяла себя в руки, разогнала неуместные воспоминания, от которых теплели щеки и учащалось дыхание, и осторожно отступила на шаг.

– Вообще-то я возвращалась во дворец, – негромко ответила, наблюдая за принцем. – Леди Тонвуд любезно согласилась показать мне парк, и мы погуляли.

– Во-о-о-от как, – вкрадчиво протянул Оллер, и в свете голубого фонарика я заметила в его глазах странный блеск.

Словно я сморозила глупость несусветную про любезность леди. Хотя, может, оно так и есть, но я всего лишь пыталась быть вежливой!

– А не окажете ли любезность мне, лиа Эрин, продолжив прогулку со мной? – От низких, мурлыкающих ноток моментально стало жарко.

Не-э-э-э, приятель, кот ты мартовский, я помню твои же слова насчет поцелуя без свидетелей! Мы слишком мало знакомы, чтобы я позволяла тебе подобную вольность, и боюсь, если полезешь, никакие гормоны не остановят меня от… резких движений. Закачу пощечину без всяких скидок на титулы. Когда и с кем целоваться, в моей жизни решаю исключительно я сама. А уж тем более когда со мной пытаются играть втемную.

– Без свидетелей. – Принц выразительно посмотрел на Распорядительницу и демонстративно одернул камзол.

Черт, что значит сочетание зеленого и золотого? А-а-а-а, надо было Правила захватить, и плевать, как бы я смотрелась с толстым фолиантом под мышкой!!! Потому что леди громко фыркнула, подобрала юбки и стремительно зашла в гостиную. А принц одним плавным движением преградил мне путь к отступлению, не оставив выбора. Ах вот как, да, уважаемый? Ну ладно. Поиграем. Раздражение взбурлило веселеньким гейзером в крови, разогнав зарождавшееся волнение от мысли, что мы с рыжим останемся наедине. Я сложила руки на животе, склонила голову и проворковала сладким голоском:

– Как пожелаете, ваше высочество.

Включаем стерву и развлекаемся по полной. Оллер подошел ко мне и молча предложил локоть, я положила ладонь, и мы неторопливо пошли обратно в парк.

Глава 5

Оллер

Пока Йен осуществлял свой коварный план, по которому Эрианор должна стать его спутницей на весь вечер – хм, судя по недовольной мордашке лианоссе, ее эта перспектива не прельстила, зато как радовало меня, что ей не нравятся намерения брата! – я изнывал от любопытства, о чем же они говорили. У разноцветной оказалось такое живое лицо, на нем отражались все эмоции, и мне нравилось наблюдать за ней. Приятное разнообразие после одинаковых замкнутых и напряженных физиономий прежних избранниц или вежливых масок придворных. Попутно я размышлял, как бы поделикатнее пригласить Эрианор на прогулку в парк… Она ведь могла и отказать, как я уже понял, характер у девочки решительный. И хотя я имел полное право настоять, ссориться с ней ну очень не хотелось. А еще я чувствовал, как она отзывалась на мои прикосновения во время танца, отчего в голове вообще воцарялся полный бардак, и думать становилось крайне сложно. Ну а то, что Эрин, похоже, не очень ориентировалась в Правилах, так вообще чудесно!

Между тем Йен закончил танцевать с разноцветной, и, к некоторому моему удивлению, лианоссе направилась к столу с закусками, а Светлый, постояв пару секунд на месте, подошел ко мне.

– Что, малышка не прониклась восторгом насчет твоих планов в отношении ее? – ехидно поинтересовался я у брата.

– Она не сказала «нет», – усмехнулся в ответ Йен и посмотрел на меня с превосходством. – Надо уметь обращаться с женщинами, Темный, а не переть напролом.

Ну, у каждого свои методы. Я неопределенно пожал плечами и скользнул взглядом по Эрин.

– Знаешь, такая необычная девочка, – вдруг задумчиво протянул брат. – И песни поет на незнакомом языке, и мысли интересные высказывает, и ведет себя слишком смело… Мне с трудом верится, что при таком отце, как Кайл, могла вырасти своевольная дочь.

– Ну почему же, очень даже может быть, – не согласился я. – Если ЛасГаллен почти не показывался в поместье и не следил за воспитанием Эрианор. – На моих губах появилась довольная улыбка. – Но мне нравится результат, знаешь ли. Приятное разнообразие.

– Стоп, а что рядом с ней Ниалона делает?! – прервал Йен недовольным голосом.

Я посмотрел на Эрин и нахмурился. Мне тоже не понравился внезапный интерес этой стервозины к лианоссе. На моей памяти Ниа впервые лично захотела пообщаться с разноцветной, раньше она не обращала внимания на девочек. Только писала им дурацкие Правила. А вот когда Эрианор пошла за леди Тонвуд к выходу из зала, да еще и Ниа не взяла своего вечного прихвостня Рогена, я всерьез забеспокоился.

– Так. Пойду-ка за ними, – негромко произнес, провожая глазами занятную пару.

Кстати, хороший повод потом остаться с маленькой лианоссе наедине…

– Шустрый какой, думаешь воспользоваться моментом? – тут же отозвался ехидно Йен.

– Почему нет? – Я покосился на брата. – У тебя, между прочим, фора в один танец, Светлый. Мы же договорились играть честно и не мешать друг другу!

Йен склонил голову, погладил подбородок, помолчал.

– А знаешь, пожалуй, я не буду возражать, – мурлыкнул он вкрадчиво. – Интересно будет полюбоваться на твою физиономию, когда получишь от Эрианор на орехи, Темный.

– Думаешь, получу? – Я хмыкнул и смерил брата снисходительным взглядом.

– Вперед. – Он кивнул на выход из залы и добавил насмешливо: – Удачи желать не буду, уж извини.

Да больно нужно мне от тебя такое пожелание, Светлый! Я поспешил за ушедшими дамами, надеясь, что их разговор не затянется и мне потом удастся узнать суть занимательной беседы. Ведь вряд ли Эрин не захочет мне рассказать, я умею уговаривать. Лениво улыбнувшись, я направился по коридору к гостиной, из которой можно выйти в сад, и занял стратегически выгодное место у двери. Все равно подслушивать не имело смысла, по одним только репликам разноцветной вряд ли что-то пойму.

Заскучать не успел – хруст гравия возвестил, что леди возвращаются. Отлично! Я подобрался, с некоторым усилием прогнав с лица хищную усмешку, – незачем пугать лианоссе ЛасГаллен раньше времени – и дождался, когда они покажутся на дорожке. Ой, а чего это малышка такая хмурая? Что-то задумала никак? Я не удержался от соблазна подразнить это чудо:

– Лианоссе, вы так грозно хмуритесь…

Она вскинула голову и уставилась на меня с недовольным видом. Я продолжил, не отрывая взгляда от этого милого личика:

– Строите какой-нибудь коварный план?

Ниа, увидев меня, застыла как вкопанная, лицо любительницы болтать, что не надо, перекосила гримаса – леди Распорядительница явно не ожидала меня увидеть. Ну, дорогая, извини, лиа Эрианор слишком заинтересовала, чтобы надолго оставлять ее одну и тем более в такой неподходящей компании, как твоя! На лице разноцветной промелькнуло настороженное выражение, она отступила на шаг. Ой, хорошая моя, думаешь, это тебе поможет?!

– Вообще-то я возвращалась во дворец, – негромко ответила Эрин, не сводя с меня взгляда. – Леди Тонвуд любезно согласилась показать мне парк, и мы погуляли.

Я чуть не расхохотался. Ниалона – и любезно?! Да скорее Лесные начнут посещать дворцовые приемы, чем синеглазка станет любезной! Ох, наивная моя Эрин, надо будет просветить тебя относительно гнилой души леди Тонвуд, дабы не питала иллюзий. Нет, ну неужели у этой стервы хватило наглости попытаться набиться в друзья к лианоссе? Кстати, а зачем? Хороший вопрос, но отложу его на потом, не стоит отвлекаться от моей основной цели. Ниа вон того и гляди просверлит во мне дырку взглядом, надо бы избавиться от ненужной свидетельницы.

– Во-о-от как? – протянул я и заметил, как слегка вздрогнула Эрианор. Теперь милое личико выражало легкое недоумение. Ну что ж, певунья моя, сама напросилась, и идея просто отличная. И я продолжил: – А не окажете ли любезность мне, лиа Эрин, продолжить прогулку со мной?

Ну, малышка, снова струсишь? Или рискнешь? Ты же знаешь, чего я хочу, и уверен – тебе тоже этого хочется! Ниалона возмущенно засопела. Так, милочка, а вот тебе пора покинуть нас. Я демонстративно одернул камзол, намекая на мое право сегодня делать, что хочу, и выразительно глянул на леди Тонвуд.

– Без свидетелей.

Да, еще один прозрачный намек разноцветной на мои намерения. Чтобы совсем было все честно. А вот интересно, она знает, что означает зеленый с золотом, или тоже нет? Оу, если так… Как все прекрасно складывается-то! Ниалона обожгла злым взглядом, подхватила юбки и почти пробежала мимо меня во дворец. Сто-о-оп, Эрин, а вот тебя туда я не пущу! Я заслонил дверь, прямо глядя ей в глаза и дожидаясь ответа, – в них явственно промелькнуло раздражение и вместе с тем нечто, подозрительно похожее на предвкушение. О, милая, таки задумала что-то? Я чуть не ухмыльнулся во весь рот. Эрианор же сложила руки на животе, склонила голову и проворковала своим безумно чувственным голоском, от которого в моем организме отказывали все тормоза:

– Как пожелаете, ваше высочество.

Ой, и по титулу величаем, да, моя хорошая? Намек на то, что ты не в восторге от моего желания? Да ладно, не поверю. Во время эйтана, Эрин, тебе более чем нравились мои действия! Я молча подошел к ней и предложил локоть. Разноцветная так же молча положила изящную кисть на сгиб, и мы неторопливо направились вглубь парка. Так, ладно, можно и поговорить, пока у меня окончательно не отшибло способность думать от близости маленькой лианоссе.

– Не поделитесь, чего от вас хотела Ниалона?

И покосился на разноцветную макушку – Эрианор действительно была маленькой, едва доставая мне до плеча.

– Нет, – огорошила она спокойным ответом, и пока я соображал, что бы это могло значить, добавила: – Пока не поделюсь.

Хм. Занятно.

– Почему же? – Мы свернули на боковую дорожку, я постепенно уводил Эрин в наименее людную и дальнюю часть парка.

Чтобы нам не помешали, не дай Иррох, какие-нибудь придворные, тоже пожелавшие глотнуть свежего воздуха.

– Послушайте, Оллер, обычно считается, что любопытство свойственно кошкам и женщинам. – Я отчетливо расслышал в хрипловатом низком голосе насмешливые нотки. – О своем, о женском, мы говорили. Вам с братом косточки перемывали, – весело закончила она. – Такой ответ устроит?

Та-а-ак, или я чего-то не понимаю, или кто-то слишком смелый меня дразнить вздумал? Ох, Эрин, Эрин… Ладно, попробуем по-другому.

– Вы и вправду ни разу не были в столице, лианоссе? – Поговорим пока на нейтральные темы, отлично отвлекает, чтобы моя спутница не заметила, куда мы идем.

– Ну… – Она помолчала, потом ответила: – Иногда, день-два, не больше. А так, нет. За городом в основном жила.

Мне показалось, или тон Эрианор не слишком уверенный?

– И вы действительно не учили Правила?

– Н-нет. – И снова тот же тон! – Ну, точнее, так-то иногда листала, но не учила. Отец говорил, они мне не пригодятся, раз я все равно не живу в Мирано.

Так. Так-так. По-моему, лиа ЛасГаллен вопросы о ее жизни нервировали. Почему, интересно? А, ладно, к Ирроху расспросы! Мы уже достаточно удалились от дворца, и вон как раз очень уютная беседочка, где можно устроиться…

– Присядем? – Я потянул разноцветную к строению. – У вас, наверное, ноги устали от танцев?

И прежде чем она успела возразить, я опустился на мягкую скамеечку, решительно потянув маленькую на колени.

– С-стоп! – крайне решительным голосом заявила Эрин, и ее ладошки уперлись мне в грудь. – Ваше высочество, я прекрасно могу посидеть рядом!

– Просто Олли, Эрин, – мурлыкнул я, прижав ее к себе и с наслаждением вдохнув тонкий цветочный аромат, исходивший от разноцветной.

И не отказал себе в удовольствии зарыться носом в мягкие, шелковистые пряди, оказавшиеся так соблазнительно близко. Она завозилась и попыталась выбраться из моих рук, но я не отпустил, конечно.

– А не слишком ли много вы себе позволяете… Олли! – О, сколько возмущения, и такого искреннего!

– Нет, – выдохнул я и решил все-таки просветить немного Эрианор, раз она плохо знакома с Правилами. – Зеленый с золотом, наивная моя, означает, что я буду действовать исключительно в своих интересах. – И осторожно коснулся губами ее виска. – То есть делать то, что хочу.

– Да что ж вы все такие резвые, а! А меня спросить?! – огрызнулась Эрианор, бросив бесполезные попытки выбраться и скрестив руки на груди. – Я уже довела до сведения вашего брата, что предпочитаю, когда спрашивают мое мнение! В противном случае за последствия не ручаюсь, – твердым голосом закончила она.

Ой какая грозная, с ума сойти! Я уже испугался, ага. От пощечин еще никто не умирал, и если это цена, которую придется заплатить за поцелуй, я согласен. Даже на две, если после этого Эрин сдастся и перестанет упрямиться. Я же чувствую, как она дрожит, и совсем не от холода, и слышу, как малышка неровно дышит. Да и сердечко колотится явно не от страха! Медленно провел ладонью по ее руке до плеча, легко пробежался пальцами по шее и запустил их в разноцветное шелковое великолепие, пахнувшее так сногсшибательно.

– Эри-и-и-и-ин, – тихонько позвал и скользнул губами по бархатистой щеке. Певунья нервно дернулась и попыталась отвернуться и что-то сказать, но я не дал. – Ну тебе ведь нравится происходящее, я чувствую.

Она резко выдохнула, вцепившись в руку, которой я обнимал ее.

– Послушайте, во-первых, я с незнакомцами не целуюсь, даже без свидетелей. – О, опять эти раздраженные нотки. Но я уловил и волнение – ага, значит, я прав! – Во-вторых, ваш титул еще не значит, что я проникнусь неземным восторгом и позволю всякие вольности! Пустите меня, а? Я имею право отказать!..

– Ну а я имею право наплевать на твой отказ, – со смешком ответил и ухватил ее за подбородок, повернув к себе.

Наши взгляды встретились, она замерла, и время вокруг нас тоже как будто застыло, растянулось, окутало непроницаемым коконом, отрезав от остального мира. Я не знаю, что такого было в ее глазах, но мне вдруг резко расхотелось дальше проявлять настойчивость, вместо этого откуда-то из глубины поднялась непонятная нежность, от которой в груди стало жарко и тесно. Я осторожно погладил большим пальцем гладкую кожу, наслаждаясь ощущением, и тихо-тихо произнес, не отрывая взгляда:

– Пожалуйста, маленькая. Всего один поцелуй, больше ничего.

Ура, она заколебалась! Кажется, я даже дышать перестал, почему-то стало важно получить от нее именно добровольное согласие. Эрин сглотнула и облизала губы, а меня словно кипятком ошпарило. Ой-й-й, что ты творишь, негодница! Тебе же сейчас неудобно сидеть станет, особенно в платье, где нет нижних юбок…

– Один, – строгим голосом произнесла наконец Эрианор, и перед моим носом возник указательный палец.

Вот только низкие переливы, выдававшие волнение разноцветной, свели на нет все попытки Эрин показать, что она спокойна и безразлична. Я аккуратно обхватил тонкий пальчик, опустил его и медленно-медленно наклонился к ее лицу. Успел еще несколько раз строго напомнить себе, что наверняка до этого она ни с кем не целовалась, и чтобы держал инстинкты в узде. Не хватало еще напугать Эрианор…

Ее губы оказались сладкие от сока азерии, который она пила недавно, только вот плотно сжатые. Я несколько раз провел по ним языком, слизывая сладость, медленно лаская и не пытаясь проникнуть внутрь. Знал, пока туда не пустят. Сама Эрин напряженно замерла в моих руках, я прямо чувствовал ее настороженность и нервозность. Нет, милая моя, так не пойдет. Не надо меня бояться, пожалуйста. Я крепче обнял ее за талию, а второй ладонью скользнул на затылок, начав легонько поглаживать – Эрин издала тихий невнятный звук, на мгновение ладошки лианоссе сильнее уперлись мне в грудь, а потом она вдруг обмякла, послушно прижалась ко мне и… приоткрыла рот. От этого молчаливого приглашения остатки самообладания чуть не покинули меня самым позорным образом, я едва удержался от того, чтобы не впиться в эти сладкие губы, позабыв и о том, что у Эрин нет опыта, и о том, что не собирался ее пугать своим напором.

Откопав где-то в закромах силу воли и стряхнув с нее пыль, я кое-как усмирил сорвавшиеся с цепи инстинкты и осторожно, нежно принялся исследовать предоставленную территорию. Вот уж не думал, что когда-нибудь от простого поцелуя у меня самым натуральным образом закружится голова, но вот поди ж ты – одно не слишком уверенное прикосновение языка Эрианор к моему смогло сделать то, что не удавалось гораздо более опытным любовницам! Я медленно откинулся на спинку сиденья, переместив руку с талии лианоссе на спину, и начал неторопливо поглаживать, помня, как она отзывалась на столь простую ласку в танце. Разноцветная тут же изогнулась, мурлыкнув мне в губы, и тонкие пальчики совершенно неожиданным образом оказались в моих волосах, несильно сжав пряди. От столь явно выражаемых чувств Эрианор восторг пронесся по телу огненным смерчем, и я позабыл и о нежности и об осторожности. Крепко прижался к этим мягким губам, сделав поцелуй глубже, чувственнее и понимая, что пропал окончательно. Отпускать разноцветную категорически не хотелось, мои руки двигались по изгибам этого восхитительного тела, с удовольствием изучая его – я беззастенчиво пользовался тем, что маленькая певунья, похоже, тоже слегка увлеклась. По крайней мере, отвечала она мне очень даже… уверенно, с удивлением вдруг понял я, и со знанием дела.

Юркий шаловливый язычок дразнил, завлекал, ускользал и снова прикасался, и, честно, я потерялся в ощущениях. Моя ладонь очень естественно скользнула на бедро, затянутое шелком, и я нащупал кружево подвязки… Эрин тут же замерла и резко откинула голову, уставившись на меня шальным и одновременно растерянным взглядом. Ее пальцы вцепились в мои плечи, дышала она тяжело – впрочем, как и я, – а приоткрытые влажные губы так и тянули прикоснуться к ним еще раз…

– Руку убрал, – хрипло проговорила Эрианор, и разноцветные глаза сузились.

Эмоции, разбуженные смелым поведением лианоссе ЛасГаллен, нахально не желали униматься, состояние у меня было хулигански-бесшабашным, и я, не отрывая взгляда от лица дочки Кайла, медленно улыбнулся. И тихонько погладил гладкий шелк, обтягивавший стройную ножку. Эрин же натурально зашипела, как кошка, и резво спрыгнула с моих колен – я слишком расслабился и особо не держал ее, за что и поплатился. Разноцветная тут же отошла на несколько шагов, тряхнула головой и снова посмотрела на меня.

– Занимательный урок, благодарствую, – с отчетливой насмешкой в голосе ответила она. – Только на будущее прошу запомнить, ваше высочество, я не из тех, кого можно легко соблазнить в беседке на скамейке парочкой проникновенных взглядов и одним страстным поцелуем. Всего хорошего. – Она присела в небрежном реверансе, развернулась и шустро зашагала по дорожке.

Я проводил гибкую фигурку в красном восхищенным взглядом и покачал головой. Хороша, слов нет. Думает, обидела? Ладно, договорились, буду соблазнять не в беседке на скамейке, а в более подходящем месте. Зажмурившись, откинулся на ажурную стенку затылком и блаженно улыбнулся. Какие же сладкие у нее губы, и сомневаюсь, что дело только в соке, который пила Эрин! Поцелуй надо повторить. И не только поцелуй… Мне понравилось, как она откликалась на мои прикосновения, каким податливым было ее тело под моими руками, а еще – я все-таки узнаю, о чем они с Ниалоной беседовали. И да, несомненно, Эрин понравилось происходящее не меньше, чем мне. В этом я точно уверен. Еще немного посидев, дабы угомонить разошедшиеся чувства, я поднялся и направился во дворец, уже обдумывая планы на завтра – не собираюсь больше давать Йену преимущество, хватит с него. И хочу снова увидеть Эрин, не дожидаясь следующего бала! Между прочим, если мне не изменяет память, в условиях Лесных не значилось, что мы должны видеться с разноцветными только во время Игр.

Кстати, о Лесных. Надо все-таки съездить и уточнить у них условия. Я не допущу, чтобы Эрин умерла, о нет, ни за что. И да, пора бы плотнее за Ниалону взяться, понаблюдать за ней пристальнее. Вот этим и займусь завтра утром, а Светлый пусть в Лес Одмари едет. Ну а ближе к вечеру самое время встретиться с маленькой певуньей без свидетелей…

Я слишком сильно задумался и только в самый последний момент затормозил перед дверью в ту самую гостиную – из комнаты доносились голоса, и один из них мне был прекрасно знаком! Как и второй, впрочем. Йен, поганец, тоже последить за мной вздумал?! Я решил не торопиться и притаился у окна, вглядевшись в полумрак гостиной: что там, интересно, происходит?

Йен

Нет, если Олли думал, что я послушно простою в зале, пока он там пытается ухлестывать за Эрин, то брат очень плохо меня знает. Выждав несколько минут, я неторопливо направился в сторону выхода, по пути поздоровавшись с парой-тройкой придворных и прихватив со стола бокал с вином, и покинул душноватое помещение. Правда, чуть не столкнулся с рассерженной Ниалоной, почти бежавшей по коридору обратно в зал, но, услышав торопливые шаги за углом, успел вовремя юркнуть в ближайшую комнату. Зато теперь я знал, куда мне сворачивать, в той стороне только у одной гостиной имелся выход в парк.

Пожалуй, теперь светлый цвет камзола скорее мешал, чем помогал – в полутемном парке сложно будет остаться незамеченным. Ну да ладно, мне же необязательно след в след за ними красться, я тут все отлично знаю, да и можно идти не по гравию, который слишком громко хрустел под ногами, а рядышком, по краю травы. И не надо говорить, что подглядывание за собственным братом выглядит ребячеством! Мне жизненно необходимо знать, как пройдет их встреча с Эрин, эх, жалко, не удалось увидеть, как он ухитрился уговорить ее пойти гулять! Ладно, как-нибудь сам поинтересуюсь.

…А вот такого, признаться, не ожидал. Честно. После отповеди Эрианор насчет своего мнения и слишком – на мой взгляд – решительных действий Оллера я был абсолютно уверен, что дражайший Темный нарвется на пощечину! Но разноцветная по какой-то прихоти разрешила поцеловать себя, надо же! Я сжал губы, с нездоровым интересом наблюдая занятную сценку, и во второй раз за вечер завидуя Олли. В груди разбуженным ежом ворочалось раздражение, хотелось выйти к беседке и громко спросить «А что это вы тут делаете?», разбив идиллию, однако… Сам не понял, как засмотрелся, и от зрелища, как Эрин живо отвечает, как прогибается под руками Темного, стало жарко и пересохло в горле. К собственному безграничному удивлению мне нравилось наблюдать за ними! Раздражение незаметно исчезло. Интересно, она так же будет плавиться в моих руках, когда буду целовать ее?.. В конце концов, если у Оллера получилось уговорить ее, чем я хуже?!

– Руку убрал, – раздался вдруг чудесный голосок с недовольными нотками.

Хм… отвлекся, и что там братец сотворил такого? Оу, а вот это он зря, серьезно. Эрин ни на что, кроме поцелуя, разрешения не давала. Я тихонько усмехнулся, с довольным видом наблюдая за происходившим, и спохватился только в последний момент, поспешив покинуть место наблюдения.

По пути во дворец во мне окрепло решение пойти по стопам Олли – в конце концов, сколько можно завидовать этому рыжему поганцу! И танец ему самый неприличный и страстный, и поцелуй первый! Но прежде предупрежу разноцветную, что Ниалона – не самый лучший вариант близкой подружки, мало ли что. А вообще, завтра надо бы повидаться с ней без свидетелей, у меня накопились вопросы к малышке, на которые хотелось получить ответы. Отправлю с утра Олли к Лесным, а сам займусь Эрианор вплотную. Нет, сначала с Кайлом поговорю о его дочери, а потом и с самой дочерью. Мм… день предстоит во всех смыслах интересный и приятный…

Я как раз успел зайти в гостиную и поставить кресло так, чтобы Эрин не смогла пройти мимо меня, а заодно и закрыть дверь – ну, чтобы не помешал никто, и опять же чтобы лианоссе не вздумала убежать раньше времени. Меня охватило странное состояние какой-то веселой злости и нетерпеливого ожидания – надоело быть вторым, вот честно. Кстати, можно прямо сейчас и спросить у нее, кто из нас ей больше понравился, почему нет? Ну так, на всякий случай, чтобы уж точно знать.

Едва Эрин появилась на пороге, я негромко произнес, жалея, что в полумраке гостиной могу различить ее лицо только в общих чертах:

– Лианоссе, леди Тонвуд – не самый лучший вариант для поздних прогулок по парку. – Она вздрогнула и остановилась, и я продолжил, не удержавшись и подбавив в голос ехидства: – Да и мой брат тоже, знаете ли.

Эрианор скрестила руки на груди.

– И вы туда же, ваше высочество?! – с изрядной долей раздражения отозвалась она. – Ну что за детский сад, шпионские игры какие-то, а? И вообще, с кем хочу, с тем и гуляю! Хоть с Распорядительницей, хоть с вашим братом!

– Он тебе нравится, Эрин? – не стал ходить вокруг да около.

– О, мы уже на ты здорово. – До меня донесся короткий вздох, и разноцветная прошлась по гостиной. – По одной встрече я не могу судить, нравится мне кто-то или нет, потому что под внешностью может скрываться что угодно, – неожиданно спокойно ответила Эрианор, и подобный ответ сбил меня с толку. Честно, я ожидал, что она смутится от моей прямоты. – И потом, какая разница, кто мне понравится из вас? – Девочка остановилась в нескольких шагах от меня, голос стал тише. – Выбирать все равно не вам, а этой самой Ниалоне. И почему бы мне в таком случае не подружиться с ней? – Ох, какими богатыми интонациями обладал этот голосок, я не переставал удивляться! Сейчас он прямо-таки сочился иронией.

– Не стоит, Эрин, – мягко ответил я и покачал головой. – Ниалона преследует исключительно свои интересы, потому и предупреждаю, что от нее подальше держаться надо. Кстати, а чего она от тебя хотела? – словно невзначай поинтересовался.

– У вас с братом случайно не один на двоих мозг? – буркнуло это очаровательное создание и снова прошлось передо мной. – Его тоже интересовал этот вопрос!

Я тихонько хмыкнул, наблюдая за ней. Все сильнее хотелось махнуть рукой, схватить ее в охапку, прижать к себе и поцеловать уже наконец.

– Ты ему ответила? – Я улыбнулся, уже зная заранее ответ.

– Нет! – непримиримо отозвалась Эрианор. – Это мое личное дело, с кем и о чем говорить! Никто из вас двоих пока ничем не заслужил моего доверия!

О как. В который раз за вечер лианоссе ЛасГаллен удивила меня – оказывается, я еще и должен заслужить ее доверие! Как, интересно, и зачем? Я и так не собираюсь обманывать малышку, мои намерения более чем честны!

– А целоваться с ним тебе понравилось? – вкрадчиво осведомился я, резко поменяв тему беседы.

Эрин помолчала и вдруг весело осведомилась:

– А что, завидуете, ваше высочество?

– Не хочешь сравнить? – Я встал и сделал шаг к ней.

– Шустрый какой. – Она покачала головой и отступила назад. – Хватит с меня переживаний на один вечер.

– Струсила? – Я поднял бровь, хотя Эрин и не могла этого видеть.

– У вас, мужчин, есть дурная привычка считать, что раз был поцелуй, то все остальное тоже можно, – протянула она, не двигаясь с места. – Хотя на самом деле это далеко не так.

– Хорошо, я не буду претендовать на большее, – покладисто согласился, мой взгляд не отрывался от ее губ – глаза уже достаточно привыкли к полумраку, чтобы различать черты этого милого личика. – Просто поцелуй, и все, Эрин.

Вот кто бы мне объяснил, почему я стою тут и упрашиваю, вместо того чтобы подойти и сделать?! Но обижать маленькую не хотелось, кроме того, я же помнил, она согласилась на уговоры Темного, может, и мне повезет? Услышал длинный вздох и внутренне возликовал – да-а-а-а-а, она согласна!

– Я так понимаю, что без этого меня отсюда не выпустят, да? – утомленно уточнила она, и я просто кивнул. – Ладно. Поцелуй так поцелуй, – решительно сказала Эрин и сама подошла ко мне. Заглянула в глаза, отчего сердце пропустило несколько ударов, а потом забилось тяжело, неровно. Положила ладони мне на плечи. – Руки не распускать! – строго предупредила разноцветная, и я едва сдержал смешок: да-да, помню, как ты Олли осадила.

А потом я обнял, прижал к себе и накрыл ртом эти соблазнительные пухлые губки, собираясь показать Эрин, что такое настоящий поцелуй. Но уж никак не ожидал, что… эта шалунья слегка прикусит мою губу, потом лизнет ее – самообладание радостно помахало рукой и сказало, что тут и без него весело, – а потом игривый язычок пощекотал угол моего рта и спрятался обратно. Я резко выдохнул, запустил пальцы в шелковистый водопад волос и прихватил пряди, несильно потянув их и заставив Эрин немного откинуть голову. И дальше уже инициатива полностью перешла ко мне. Хочешь поиграть, хорошая моя? Да только умеешь ли, Эрианор? Она тихонько пискнула, вцепившись в мои плечи, но вырываться не стала – толку-то, все равно не отпущу, раз уж дорвался наконец.

Я целовал ее медленно, со знанием дела, растягивая эти сладостные мгновения и ощущая, как Эрин послушно отвечает, прильнув ближе. Незабываемое чувство – обнимать ее и чувствовать, как она тихонько дрожит от нарастающего напряжения, прогибается под моей ладонью, которая неторопливо поглаживает поясницу, с трудом не сползая ниже. На чужих ошибках я умел учиться, и хотя думалось с превеликим трудом, картинка наглой конечности Олли не там, где надо, и резкая реакция Эрианор в памяти держались хорошо. Кровь превратилась в жидкий огонь, поцелуй стал настойчивее, мне ужасно не хотелось отпускать малышку Эрин – я буквально каждой клеточкой чувствовал, как ее сжигает тот же жар, что и меня, но… Я имел неосторожность слишком увлечься и прижаться к ней сильнее, чем следовало. Конечно, недвусмысленная реакция моего организма на такую восхитительную малышку не осталась незамеченной.

Эрианор с тихим всхлипом откинула голову и уперлась ладошками мне в грудь.

– А вот это уже лишнее, – сипло проговорила она, запаленно дыша.

Я не удержался, честно. Чуть наклонился к ней и провел тыльной стороной ладони по бархатистой, нежной щеке.

– Ты такая сладкая, Эрин, – прошептал, испытывая настойчивое желание повторить поцелуй.

Нас самым возмутительным образом прервали.

– О, как тут жарко, однако, – раздался от стеклянной двери веселый голос Оллера. – Не помешаю?

Вот зараза рыжая! Я выпрямился, и не думая отпускать Эрианор, даже несмотря на ее попытки высвободиться.

– Йен, если ты немедленно не уберешь от меня свои конечности, в некоторых местах тебе будет очень больно! – прошипела вдруг крайне раздраженным голосом разноцветная, и по тому, как она отбросила вежливость и обратилась ко мне на «ты», я понял, что девочка действительно разозлилась.

Я нехотя разжал руки, дав ей отойти. Она разгладила юбку, поправила корсаж и только потом подняла голову, одарив нас поочередно задумчивым взглядом.

– Благодарю за вечер, ваши высочества, – изрекла наконец она. – Думаю, для одного раза с меня хватит впечатлений. Всего хорошего, счастливо оставаться.

После чего развернулась и плавным шагом направилась к двери из гостиной. Так, я не понял, она что, собралась уезжать домой?!

– Эрин, – окликнул ее Олли. Разноцветная чуть повернула голову, взявшись за ручку. – А кто лучше целуется, я или он? – нахально поинтересовался этот индивид ужасно довольным голосом.

Я закатил глаза, никак не отреагировав на его вопросик, хотя… если честно, самому интересно. Эрин посмотрела на нас и небрежно дернула плечиком.

– А я не поняла, знаете ли, – безмятежно ответила она. – Как-то слишком быстро все случилось.

И она, приоткрыв дверь, юркнула в коридор, не дожидаясь наших ответов. Я переглянулся с Оллером, полюбовался на его озадаченную физиономию и не выдержал – расхохотался.

– Что, получил? – ехидно осведомился. – А я предупреждал, Эрин палец в рот не клади! Она не похожа на остальных.

– Да уж, не похожа, – протянул Темный. – Ну что, будем до конца высиживать или тоже отдыхать отправимся?

– Не отдыхать. – Я посерьезнел и пристально глянул на брата. – Обсудить много чего надо, Оллер.

– Согласен, – негромко отозвался он.

Когда мы вернулись в зал, ни Кайла ЛасГаллена, ни его очаровательной и острой на язычок дочери там уже не оказалось. Ради приличия мы уделили приему еще около получаса, а потом вежливо откланялись. Мне не терпелось поговорить с Темным об Эрианор и наших дальнейших действиях – ну в смысле о Лесных и разговоре с Кайлом. Уж в этом наши мысли точно сходятся.

Эрианор

Я могла гордиться собой: урагана, бушевавшего внутри, не увидел никто из присутствовавших. О том, что произошло на прогулке в парке, старалась не вспоминать лишний раз, но картинки упорно и нахально мелькали перед глазами, вызывая еще больший переполох в организме и перебои с дыханием. Пристальный и недобрый взгляд Ниалоны, на который я наткнулась, едва появившись на пороге залы, слегка охладил пылающий внутри костер, пришлось улыбнуться и с безмятежным лицом прошествовать к столу. Очень хотелось промочить горло, и на сей раз алкоголем, для успокоения нервов. После чего можно найти Кайла и сваливать отсюда на фиг. Ни планы Йена насчет того, чтобы я провела с ним весь вечер, ни многозначительные взгляды Оллера и его слишком явно выраженный в той беседке интерес не только к поцелуям меня не радовали ни разу. Гормонам слова не давали! Вот зачем, спрашивается, поддалась мимолетному желанию и позволила Олли поцеловать?..

Ага, такому попробуй откажи, он же привык получать то, что хочет. По моим губам скользнула немного грустная усмешка, я отпила из бокала вкусного розового вина. Пусть мир другой, но мужчины одинаковы: увидели смазливую мордашку и длинные ножки, и туда же – сначала в койку, а потом будем разбираться. Но целуется он все-таки офигенно, мне стоило больших трудов помнить, что я – Эрин ЛасГаллен и в поцелуях у меня опыта ноль. Хотя в какой-то момент, кажется, мы с крышей сделали друг другу ручкой, и я позволила себе слегка увлечься…

Слегка, как же. Вспоминая блуждавшие по мне руки Оллера, которые со знанием дела изучали изгибы и выпуклости, а я при этом подставлялась под эти умелые конечности с энтузиазмом мартовской кошки, которая кота не видела несколько лет… Щеки полыхнули жаром, и я порадовалась, что стою спиной к гостям. М-да, молодое тело – это ходячая катастрофа, я уже и забыла, как бывает, когда девушка созрела и в голове вместо мозгов гремучий коктейль из гормонов и вполне определенных желаний. Ох…

А Йен – вообще песня. Мало того, что тоже увязался за мной и совершенно не постеснялся признаться в этом, так еще и… провокатор чертов. Вообще, изначально идея моя была такова: позволить ему поцеловать себя, никак не реагировать, а потом небрежно заметить, что брат его целуется гораздо лучше… Но кто знал, что блондинистый принц ничуть не уступает в этом искусстве Оллеру! Да, дорогая моя, пять баллов – за один вечер успеть страстно пообниматься с двумя мужиками сразу, да еще и, как выяснилось, наглец рыжий подглядывал, пока Йен активно доказывал мне, что он не хуже брата!.. Когда услышала его голос, меня обуяли совершенно противоречивые чувства: удовлетворение, что рыжий получил чувствительный пинок по самолюбию – наверняка думал, что произвел на меня впечатление сильнее, чем Йен! – немного смущения, что нас вообще кто-то видел, и… непонятное пряное удовольствие, когда поняла, что Оллер наблюдал за нами. Блин! Последнее немного напрягло – никогда не считала себя сторонницей публичного проявления чувств.

И да, последний ответ вообще верх сообразительности, конечно. Особенно если учесть, что я действительно не могла сказать, кто же лучше. Оллер настойчивее, но он хотя бы попросил, что, признаться, удивило. Йен действовал нежнее, однако, по сути, спровоцировал, не оставив выбора. Короче, целовались они оба отпадно, ничего не скажешь…

– Эрин. – От негромкого, настороженного голоса Кайла за спиной я вздрогнула и очнулась от размышлений.

– Да? – развернулась и вопросительно посмотрела на него.

Меня окинули внимательным, прищуренным взглядом, и я подавила желание подтянуть корсаж и поправить пару локонов. Нормально выгляжу, в самом деле, мы же просто целовались!.. Ну, почти просто. Но ЛасГаллену об этом знать необязательно, а то его нежная психика, боюсь, не переживет столкновения с суровой реальностью.

– Что от тебя хотела Распорядительница?

Да что же они все такие любопытные, а! Что принцы, что папочка!

– Да так, просто поговорили, – отмахнулась я и в свою очередь одарила собеседника выразительным взглядом. – Кстати, у меня к тебе разговор есть… папа.

Язык до сих пор с трудом поворачивался называть Кайла так, но приходилось, чтобы не поломать всю легенду.

– О чем вы разговаривали? – не отступал Кайл, по ходу не услышав меня.

– Она попросила не рассказывать никому. – Я сразу пустила в ход тяжелую артиллерию. Леди Тонвуд всяко выше по положению, чем ЛасГаллен, и такая причина моего нежелания рассказывать вполне подойдет.

Кайл поджал губы, нахмурился сильнее и скрестил руки на груди.

– А принцы где? – тихим, угрожающим голосом снова спросил он. – Почему леди Тонвуд вернулась одна, без тебя?!

Я дернула плечом. Не хватало еще оправдываться, как маленькой девочке.

– Я решила прогуляться по парку, а куда там занесло наследничков, понятия не имею, – спокойно ответила, не отведя взгляда. – Мы можем сейчас поехать домой?

Не стала откладывать просьбу в долгий ящик, снова пересекаться ни с Оллером, ни с Йеном не хотелось. Мало ли, еще поддамся соблазну провести весь вечер с принцами… Не стоит давать им напрасных надежд, потому что вряд ли я стану женой кого-то из них – жить хочется ого-го как. Да и самой о чем-то мечтать… Мм, так, о чем это я, вот это самое трепыхание сердца при воспоминании о прогулке ничего не значит, кроме пресловутых гормонов!

– Можем. – Кажется, Кайлу понравилось мое решение, даже хмуриться перестал. – Только с Распорядительницей попрощайся. Она точно ничего не сказала по поводу твоей… вольности с Правилами? – Его взгляд прогулялся по мне с явным раздражением.

Я позволила себе снисходительно улыбнуться.

– Мы договорились, что я получаю определенную свободу в этом, – невозмутимо объяснила и развернулась к выходу. – Пойдем тогда.

– Что значит – свободу? – переспросил Кайл, предложив мне локоть.

– То и значит, – терпеливо продолжила я объяснение. – Я могу сама выбирать, в чем ходить на эти Игры.

– Ка-а-а-ак?! – вырвалось у ЛасГаллена недоверчивое восклицание.

– Тиш-ше. – Я зыркнула по сторонам, дабы убедиться, что к нашему разговору не прислушиваются. – Вот так, леди Тонвуд стало интересно, во что выльется мое самоуправство, – быстренько на ходу придумала обоснование такому решению Распорядительницы. – Она сказала, любопытно будет понаблюдать, это приятно разнообразит Игры. – И, помедлив, добавила чуть тише: – Все равно в конце она решит, кому я достанусь.

Очень хотелось сообщить Кайлу, что я в курсе про смерти, но потерплю до дома. Лучше обсуждать такие темы без свидетелей. Мы вежливо распрощались с Ниалоной и покинули дворец.

В экипаже царила тишина. Кайл с непроницаемым видом смотрел в окно, а я снова вернулась к воспоминаниям о прошедшем вечере и волнующей прогулке в парке. Нездоровое возбуждение и приятные переживания уступили место задумчивости и попыткам определить, как же действовать дальше. Я по-прежнему очень мало знала о происходящем: ни в чем смысл такого странного способа выбрать жену, ни почему за принцев решает Ниалона, мне не известно. Кайл на контакт идет крайне неохотно, и теперь понимаю почему – боится, что, узнав о перспективе умереть, я заупрямлюсь еще больше. Ну, правильно боится, но делать-то что-то надо. Так что будем налаживать конструктивный диалог. Я еще вспомнила тот эпизод с доктором, можно попытаться использовать, если Кайл на самом деле сотворил запретное, переселив меня в тело своей дочери. В моем положении и шантаж хорошее дело…

– Можно вопрос? – все-таки решила разбить молчание, действовавшее на нервы.

Выяснять интересующие меня подробности буду утром, а сейчас просто полюбопытствую о некоторых частностях.

– Попробуй, – настороженно отозвался Кайл.

Я чуть не поджала раздраженно губы. Бесить начинало такое отношение ко мне, как будто я бомба с испорченным таймером, и когда рванет – не знаешь. Ну… где-то в чем-то, может, так оно и было, но зачем так явно демонстрировать?!

– Я могу встречаться с принцами только на балах? – буркнула, настроение сразу упало на несколько градусов.

– Ты – да, – подтвердил мои догадки Кайл. – Я же говорил, одной из дома тебе нельзя выходить. Только в моем сопровождении.

Ну да, ну да, помню. Но я, наверное, немного не так сформулировала вопрос.

– Хорошо, а они со мной? – Я не сводила с ЛасГаллена пристального взгляда.

Папа Эрин отвел глаза, пожевал губами, побарабанил пальцами по коленке.

– Вообще я не слышал о запрете на встречи, кроме балов, – наконец ответил он. – Но раньше принцы не встречались…

– Раньше? – подхватилась я.

Вот папочка и проговорился. И судя по выражению, будто он разом пол-лимона съел, сам не рад. Ну, за язык никто не тянул. Мог и не отвечать в общем-то.

– А что, до меня еще были претендентки на звание королевы? – Раз уж у Кайла случилась оговорочка, следует этим воспользоваться. – Учти, могу у принцев при случае спросить, – предупредила я попытку увильнуть от ответа или обмануть меня.

– Были, – нехотя признался Кайл, избегая смотреть на меня.

По логике напрашивался вопрос, что с ними случилось, но я решила пойти другим путем.

– Я знаю, что с ними произошло, Кайл, – негромко произнесла, с интересом ожидая реакции на мою осведомленность. – Они умерли.

Ага, вздрогнул!

– Кто тебе сказал эту ерунду? – быстро спросил ЛасГаллен.

– Леди Тонвуд. – Не, дорогой, врать себе я больше не позволю.

Так что настраивайся на сотрудничество или нейтралитет в лучшем случае. Папа Эрин сверлил меня взглядом несколько секунд, я молча ждала, чем же он разродится.

– Это ничего не изменит, ты выйдешь замуж за одного из принцев, – наконец сказал он.

Вот заладил, попугай, а.

– Тебя не волнует, что я тоже могу умереть неизвестно от чего? – тихо поинтересовалась я. – Или для тебя так важно стать королевским зятем хотя бы на несколько дней, Кайл?

– А если не умрешь? – выдал он встречный вопрос.

– С чего вообще все это сватовство началось, почему именно так, а не обычным образом, с нормальными ухаживаниями? – вырвалось у меня, и в голосе слышалось подозрительно много отчаяния.

Не дело, надо брать себя в руки. Это был всего лишь первый бал Игры, впереди еще четыре, и две недели до часа икс. Должно хватить, если тормозить не буду.

Кайл пожал плечами и откинулся на спинку сиденья.

– Не знаю, Эрин. – Кажется, впервые со дня нашего знакомства его голос звучал нормально, только, пожалуй, чуть устало. – Просто пару лет назад принцы издали указ о выборе невесты среди разноцветных, леди Тонвуд выбрали Распорядительницей, и вот так все и повелось. – Он помолчал и добавил: – Думаю, тебе лучше у самих принцев спросить.

Я коротко рассмеялась.

– С чего ты взял, что они будут со мной откровенничать? – с иронией произнесла я. – Они наследники, они ни перед кем не отчитываются в своих действиях и привыкли брать то, что им хочется.

– А хочется им тебя, Эрин, – задумчиво протянул вдруг Кайл, и в полумраке экипажа я заметила, как заблестели его глаза.

Ну не поспоришь, да.

– Все в твоих руках. – Он снова пожал плечами. – Сумеешь разговорить, получишь ответы на вопросы. Не сумеешь – значит, нет. Но замуж выйдешь, – непреклонно закончил он.

Я не сочла нужным ответить, только нахмурилась и скрестила руки на груди, точно так же откинувшись на спинку скамейки. Это мы еще посмотрим, Кайл. Экипаж тем временем приехал обратно в особняк, ворота закрылись, и мы вышли. Лорд ЛасГаллен скупо попрощался и удалился к себе, а я – к себе. Закрыла дверь спальни, постояла, потом медленно подошла к туалетному столику и села на пуфик, уставившись на свое отражение. И что будем делать, лианоссе Эрианор?

Глава 6

Эрианор

Я позволила себе нырнуть в очередной раунд воспоминаний, мечтательно улыбнувшись и отпустив тормоза. Со вкусом смаковала ощущения от прикосновений, от самих поцелуев, не заморачиваясь на тему, хорошо или плохо поступила, поддавшись желаниям. Зато теперь не буду вертеться в кровати полночи, как уж на сковородке, и думать, что не случилось, но чего очень хотелось. Угу, зато буду вспоминать, как восхитительно это оказалось на самом деле… Ох, а физиономии обоих, когда они меня только увидели, чего стоят! Довольно хмыкнула и сняла заколку, потом медленно расчесала шелковистую разноцветную гриву. Да уж, вечер оказался богатым на впечатления со всех сторон. Теперь бы не огрести от этих впечатлений…

Так, возвращаемся с небес на землю. Долю позитива получили, начинаем шевелить извилинами. Первоочередная задача – информация. Как угодно, любой ценой. Какие есть варианты, чтобы не возбудить подозрения? Кайл отпадает, все, что знал, он уже сказал, похоже. Принцы?.. Что-то подсказывало, мы еще встретимся до следующего бала, обязательно. Имеет ли смысл под предлогом моего проживания в глухой провинции поспрашивать их? Если что, прикинусь валенком, проглотили же они мое незнание Правил. Уж про Ниалону я точно совершенно спокойно могу спрашивать, интуиция подсказывала, это не та история, которую тут знает каждый встречный и поперечный. Ну что ж, Кайл правильно намекнул, что можно воспользоваться их интересом ко мне и сыграть на этом, прикинувшись глупенькой недалекой девицей. Итак, подводя итог размышлений, ждем ответных действий кого-нибудь из наследников, а там по ситуации. Вдруг совсем не обязательно выходить за кого-то из них замуж… Ну или не обязательно именно мне это делать.

Я справилась с застежкой платья, переоделась в ночнушку и устроилась в кровати. А ведь еще оставалась Ниалона, которая ждет от меня ответа на ее предложение. Ну, скажем, держать братьев на расстоянии я пока и так собиралась, другое дело, что вкладывала в это понятие Распорядительница… Не вызывала у меня доверия сия дама, вот ни капельки. Зуб даю, что-то тут нечисто между ней и принцами. На этой мысли я благополучно выключилась, утомленная бурным вечером.

Утро началось непривычно – ко мне за завтраком присоединился Кайл ЛасГаллен. Мы сидели в уютной маленькой столовой на первом этаже и молча ели, не глядя друг на друга. Но… той напряженности, что была раньше, в воздухе не чувствовалось. Настороженность оставалась, да, я же не пообещала, что выполню дурацкое условие и послушно выйду замуж, но в общем и целом Кайл вроде не собирался учить меня жизни. Видимо, понял, что бесполезно.

– Я во дворец отправляюсь, по делам, – вдруг произнес негромко лорд ЛасГаллен. – Буду к обеду.

Неопределенно пожала плечами – да пожалуйста. Почитаю в библиотеке, все равно заняться особо нечем.

– А мне даже в сопровождении горничной нельзя на улицу выйти? – попробовала уточнить, ведь можно пока изучить Мирано.

– Нет, или я, или кто-то из принцев, – твердо ответил Кайл. – Приказ, ничего не могу поделать. Слуг подкупить можно… – чуть тише добавил он, и меня пробрала дрожь. Да-да, помню про вроде бы случайные смерти.

– Ты знаешь что-нибудь про Ниалону? – решила я проверить с другой стороны.

Стремление Кайла к сотрудничеству радует, однако.

– Только то, что некоторое время назад она была сначала фавориткой Светлого принца, а потом Темного.

Я чуть не подавилась остатками омлета от удивления.

– Э-э-э-э? – вопросительно протянула и уставилась на собеседника.

– Йен Светлый и Оллер Темный, – терпеливо пояснил Кайл. – Просто их так называют, по цвету волос. Давно повелось, вроде еще при их отце эти прозвища возникли.

Фух, а то я уже напряглась, что попала в плохую пародию на извечное противостояние добра и зла. Ну, симпатичные прозвища, да, и в тему главное. Интересно, они отражают только цвет шевелюры или еще и характеры братьев?..

– Значит, Ниалона была их любовницей? – повторила я, прожевав кусок.

– Да, а потом получила отставку.

Хм, ну вот и объяснение неприязни Распорядительницы ко мне. Точнее, к тем, кто пытался стать женой одного из принцев, я оказалась права. Банальная ревность, ну или жажда власти, тут я пока не знаю, чего у леди Тонвуд больше, чувств или амбиций. Хотя не удивлюсь, если поровну и того и другого… Опасная бабенка, с такой-то ядреной смесью желаний. Как же тогда ее выбрали Распорядительницей, да еще и с правом решать, за кого из принцев разноцветная замуж пойдет?! Ох… Вот и еще одно занятие, составить вопросник, чтобы когда дело дойдет до беседы, да хоть с кем-то из принцев, мысли не скакали теннисными мячиками по всей голове.

– Кстати, Кайл, а что, часто в Мирано практикуется переселение душ умирающих? – пристально глянула на него, отвлекаясь от волнующей темы принцев.

Давно хотела это прояснить. Судя по тому, как он помрачнел, исподлобья посмотрев на меня, это ему обсуждать не хотелось. Молчание затягивалось, и у меня чуть не вырвался разочарованный вздох, но Кайл заговорил:

– Нечасто, но бывает. – Снова пауза. – Только обычно доктор несколько дней работает с Камнем Обмена, подбирая подходящую душу.

Понятно, значит, ничего противозаконного Кайл не сделал. Что ж, вариант с шантажом отпадает, да и смысла особого в нем уже нет, знаниями лорд ЛасГаллен все же поделился. Какими смог.

Тут нас прервала горничная.

– Прошу прощения, лианоссе. – Она присела в реверансе, а я уставилась на две коробочки на подносе, одну – белую, другую цвета карамели.

Почему я знаю, от кого эти подарки?!

– Просили вам передать. – Девушка подошла ближе, не поднимая глаз от пола.

Покосилась на Кайла – высоко поднятые брови и неподдельный интерес в глазах. Видимо, действительно до сих пор претендентки на звание королевы не удостаивались высочайшего внимания вне балов…

– Я же говорил, ты им понравилась, – усмехнулся вдруг Кайл, и таким довольным голосом сказал!

– Толку-то, – буркнула, помрачнев. – Все равно достанусь кому-то одному, и не им решать, кому именно.

– Открывай, – сказал лорд ЛасГаллен и кивнул на футляры.

Я осторожно взяла подарки и положила на стол. И что же мне братцы приготовили? Поколебавшись, сначала открыла коробочку от Оллера. Все-таки красивые у него глаза, и цвет необычный, в своем мире я таких не встречала. Внутри лежали сережки с каплевидными темно-оранжевыми камушками, с золотистыми вкраплениями. Я невольно залюбовалась, хотя к драгоценностям относилась ровно в прошлой жизни, за брюликами не гонялась.

– Аурин, – протянул Кайл. – Один из самых редких камней в Оймири, добывается в горах всего в двух шахтах. Обе принадлежат правящей династии Лери.

То есть принцам, как поняла. Ну, понятное дело, мужики решили, что банальные цацки не комильфо дарить. Приятно, черт, что так высоко оценили нашу первую встречу, хотя меня побрякушками не купишь.

– Примерь, что ли, – предложил лорд ЛасГаллен.

Ну, примерила, только зеркал тут в столовой нет. Ладно, посмотрю, что во второй, и потом поднимусь к себе, ибо подозреваю, мысли братцев в отношении подарков удивительным образом совпали… Открыла презент от Йена и уставилась на тонкую золотую цепочку с кулоном из того же камня, что и сережки. Мелькнуло суматошное предположение, а не вдвоем ли принцы выбирали украшения, и едва не рассмеялась нервно своим догадкам. Это было бы слишком, если честно. И тут в голову осторожно постучалась еще одна мысль: а ведь по местным Правилам эти подарки наверняка что-то означают… Не могут не означать! Я сорвалась с места, успев поймать озадаченный взгляд Кайла, но объяснять пока ничего не стала. Сжав в руке цепочку, бегом поднялась к себе в спальню и поспешила к толстому фолианту на столе. Где там драгоценные камни?!

Нашла, прочитала – и без сил опустилась в кресло, коленки разом ослабли. «Серьги, кольцо, браслет или другое изделие с аурином – право назначить встречу без свидетелей в любое время и в любом месте». О… А мальчики-то как резво с места в карьер ринулись! И что характерно, получается, оба назначили мне свидание, судя по этим подарочкам… Не удержалась, рассмеялась, представив, как оба принца сталкиваются в дверях особняка, придя забрать меня на встречу, и какие при этом будут удивленные у них физиономии… Смех перешел в хохот, в боку закололо, и пришлось срочно брать себя в руки, истерить команды не было. И потом, кажется, я сама хотела пообщаться с кем-то из братьев, разве нет? Чем не возможность? Так что дорогая моя, попу поднимаем и топаем к гардеробу, надо подумать, как обезопасить себя на предстоящих встречах.

Не сомневаюсь, их будет две. Насколько успела понять из нашего хоть и краткого, но оч-ч-ч-чень насыщенного общения, мальчики привыкли получать то, чего хотят. А значит, свидание будет и с Оллером и с Йеном. Без свидетелей. В любое удобное для них время. Черт!!!

Ниалона долго не могла уснуть, вспоминая довольные лица братьев, когда они вернулись из парка. Да, Эрианор уже ушла, но что они там втроем делали целых полчаса?! Леди Тонвуд терзали острые когти ревности и зависти, она беззвучно скрипела зубами и в бессильной злости стискивала одеяло, уставившись в потолок невидящим взглядом. Ушлая девчонка какая, обещала подумать до следующего бала, ага, как же! Синие глаза сузились. Ниалона напряженно размышляла, какие дальнейшие действия предпринять, да еще так, чтобы не привлечь внимания принцев. Хотя они сейчас полностью увлечены разноцветной, наверняка позабыв об отсутствии возможности выбирать. Ниа усмехнулась в темноте, сделала несколько глубоких вдохов и прикрыла глаза.

Значит, завтра первым делом устроить наблюдение за домом лианоссе, Роген отлично справится с этим заданием. Он умел находить людей, которые не возбуждали подозрений и могли легко провести ищеек Йена. Ну а потом действовать в зависимости от ситуации. Возможно, даже придется немного ускорить события… Ничего, она все равно своего добьется. Леди Тонвуд выровняла дыхание, уняла бурлившие чувства и вскоре уснула.

Оллер

Первым делом, оказавшись в своих комнатах, снял дурацкую маску, от которой все лицо чесалось. Вот придумали, тоже мне! Дыма каких трав наглотался шаман Лесных, что по обязательному условию разноцветная не должна видеть наших лиц?! Бред какой-то, честное слово. Ну да ладно, я очень надеюсь, все скоро закончится. Я найду способ, чтобы Эрин досталась мне, приложу все усилия, но найду! Снял камзол, расстегнул несколько пуговиц на рубашке и с наслаждением сбросил туфли, пройдясь босиком по ковру. Сказка!.. Ненавижу эти светские мероприятия, хотя с появлением лиа Эрианор Игры однозначно перестанут быть скучными. Лично для меня уж точно. Вспомнив поцелуй в парке, я мечтательно улыбнулся и на некоторое время выпал из реальности. Сладкая моя девочка, я буду очень скучать до завтрашней встречи и обязательно повторю этот восхитительный опыт!

– Олли, – прервал мои мысли заглянувший в спальню Йен.

Я оглянулся, кивнул брату и вышел в общую гостиную. Светлый уже расположился в кресле, такой же полуодетый и расслабленный на первый взгляд, но лицо сосредоточенное и серьезное, а глаза смотрят слишком внимательно.

– Итак, – он разлил вино по бокалам, – задача номер раз, навестить Лесных.

– Ты с ними лучше общаешься, – быстро ответил я и устроился во втором кресле. – А я с Кайлом поговорю про Эрианор.

Брат недовольно нахмурился.

– А с чего ты решил, что я с ними лучше общаюсь? – буркнул он. – Хочешь первым до Эрин добраться, да, Оллер?

Ну да, но признаваться не собираюсь.

– Йен, вообще-то кроме охмурения очаровательной барышни у меня еще всяких дел на завтра полно, – выразительно глянул на него. – Все справедливо, ты будешь с Лесными общаться, а я за двоих дела делать.

– И продумывать тактику завоевания Эрин, конечно, – кисло отозвался Йен.

– Прежде чем завоевывать, нужно уточнить некоторые моменты, сам говорил. – Я пожал плечами. – Иначе все наши действия бесполезны, лианоссе достанется тому, кого выберет Ниалона.

– И возможно, умрет, – напомнил Светлый о безрадостной перспективе.

– Можно было бы и не говорить. – Я не удержался и фыркнул.

– Ладно, хорошо, на мне Лесные, на тебе Кайл. – Йен отпил глоток, поставил бокал на стол и соединил кончики пальцев, не сводя с меня пристального взгляда. – Темный, только честно, все, что узнаешь, расскажешь.

– Да честно, честно, – махнул я рукой. – И как тебе Эрин при более близком знакомстве?

– Вопросов появилось еще больше, по правде говоря. – Брат заметно оживился, серебристые глаза заискрились. – Оллер, представляешь, она заявила, что, по ее мнению, Ниалона не хочет, чтобы кто-то из нас женился на разноцветной!

– Мм, ну… – Я почесал в затылке. – Это логично предположить, раз за все Игры, где она Распорядительница, супругой никто из нас толком не обзавелся, да и Правила она пишет совершенно нелепые.

– Эрианор пришла к такому выводу, всего лишь прочитав приглашение и наблюдая за Распорядительницей на этом балу, – подметил Йен. – Она же до этого в Мирано не появлялась и не могла знать, что происходило на других Играх.

– Сообразительная девочка, – одобрительно кивнул я. – Люблю умных.

– И ведет себя слишком смело для благовоспитанной девушки, – задумчиво протянул Светлый. – Не находишь, Олли?

Я поднял брови и снова сделал глоток.

– А по-моему, ты слишком настойчиво пытаешься подвести к тому, что она не такая, как все, – с усмешкой ответил брату.

– Разве не так? – Йен смерил меня взглядом. – Ты когда в последний раз слышал от девушки, что она привыкла, когда ее мнением интересуются, Темный? Я уж не говорю о том, как ты уговаривал Эрин дать себя поцеловать, – ухмыльнулся вдруг Светлый.

Подглядывал, значит, да? Ну ничего, мы квиты, я тоже любовался на вашу сладкую парочку в гостиной. Но ругаться и подначивать Йена почему-то не хотелось. Тем более признаться, то, что увидел в той комнате, не просто понравилось. Почему-то от зрелища Эрин, млевшей от поцелуя брата, бросило в жар, и мелькнула шальная мысль присоединиться… Я повертел бокал, созерцая рубиновую жидкость, и неожиданно для себя тихо ответил:

– Мне не хотелось обижать ее, Йен. Хотелось, чтобы сама согласилась, потому и упрашивал.

– А если бы отказала, отпустил?

Вот зачем задавать такие провокационные вопросы?! Я взъерошил волосы и бросил на Йена хмурый взгляд.

– Не знаю! – раздраженно огрызнулся, досадуя на собственные непонятные эмоции в отношении Эрин.

Да, нравилась, да, необычная девочка, да, ведет себя не как все, но… Вот сейчас, когда ее нет рядом и мозг работает нормально, начинаю понимать, что так просто ее не завоюешь. Одними поцелуями и объятиями не обойдешься, если каждый раз еще и уговаривать придется, а у Эрин, похоже, слишком независимый и гордый характер. Сложно, да. Но тем интереснее будет. Я откинулся на спинку кресла и улыбнулся. Я разберусь, что же тебе надо, певунья моя, какой к тебе подходит ключик, не сомневайся.

– Олли-и-и-и-и-и, – протянул вредный Йен. – Мне не нравится твоя слишком довольная физиономия! Ты что задумал, противный?

– То же, что и раньше, – невозмутимо ответил. – Эрин будет моей.

– Ну, это мы еще посмотрим, – упрямо отозвался Светлый и поднялся. – Ладно, до завтра, съезжу я к Лесным, уговорил. Только, Оллер, честно чтобы все было!

– А по-другому неинтересно, – лениво отозвался я, смерив брата насмешливым взглядом. – Хочется посмотреть на твою физиономию, когда поймешь, что проиграл.

В ответ я услышал только небрежное хмыканье, и Йен удалился к себе. Я же поспешил в свою комнату: мне вдруг пришла в голову отличная идея, как решить вопрос с Эрин завтра. У нас же Игра, так? Почему бы не пригласить разноцветную на свидание, только так, чтобы она не смогла отказаться? Я уже успел понять, что девочка упрямая, значит, будем действовать решительно. Что там Правила говорят о подарках с драгоценными камнями?.. Надо утром пообщаться с ювелиром, наверняка у него что-то есть, подходящее для меня и Эрин. Я открыл книгу и пролистал до нужного раздела. Так, и что тут у нас?.. О, то, что надо! Аурин! Очень пойдет малышке, уверен.

Решив с подарком, я с чистой совестью уснул. День предстоял насыщенный, стоило выспаться и отдохнуть как следует.

Утром мы позавтракали с Йеном, и он уехал, а я быстренько вызвал к себе ювелира, как и хотел. Отчитываться брату в действиях не собирался, но ведь я не обманывал, все честно. Вот приедет, и сообщу, что свидание с Эрин у меня в кармане, зачем его расстраивать раньше времени? У ювелира очень кстати оказались симпатичные сережки с аурином, которые я и взял, отправив с посыльным к дому Эрианор ЛасГаллен. Так, теперь – в кабинет и отдать приказ, чтобы, как только Кайл появится во дворце, его отправили ко мне. Поговорим о его дочери, да. Пока же займемся делами…

Я углубился в отчеты и жалобы, отодвинув на время приятные мысли, но совсем погрузиться в дела не успел. В дверь раздался негромкий стук.

– Да! – немного раздраженно откликнулся я.

Неужели Кайл так быстро пришел? Признаться, ожидал его ближе к двенадцати, обычно он к этому времени приходит во дворец.

– Ваше высочество, – в кабинет зашел слуга и поклонился, – леди Тонвуд просит встречи с вами. Говорит, по важному вопросу.

О как. Мое раздражение как рукой сняло. Интерес-с-с-с-сно, а не имеет ли визит Ниалоны отношение к ее вчерашней беседе с Эрианор? Я медленно улыбнулся, отложил очередной отчет и кивнул. Давненько Ниа не радовала своим присутствием, последнее время мы пересекались исключительно на Играх. Да уж, ни я, ни Йен не горели желанием видеться с виновницей всей кутерьмы с женитьбой больше, чем надо.

– Проводи, – кивнул я.

Послушаем дражайшую, что еще родилось в ее голове. Кстати, забыл совсем, надо бы напомнить Йену, что он собирался приставить к леди Тонвуд наблюдение, и посерьезнее, чем в прошлые разы. Жизнь Эрианор того стоит.

– Доброе утро, – сухо поздоровался я, когда в кабинет вплыла Ниа.

Стервочка кивнула и села к столу, подвинув к себе чернильницу и лист бумаги.

– Чем обязан? – Я не сводил с нее пристального взгляда.

На листке появились слова, написанные аккуратным почерком: «Знаешь, Олли, я тут подумала и решила, что пора внести в Игры разнообразие. Мне понравилось, как все вчера прошло, и, пожалуй, я дам вам с Йеном и этой малышке возможность поиграть. Было забавно наблюдать, как вы пытаетесь завоевать ее внимание, а она не поддается. Веселитесь дальше, играйте по своим Правилам. Но главное условие останется прежним, выбирать, кому из вас она достанется, буду я».

Поднял глаза на безмятежное лицо Ниа, пытаясь понять мотивы такого решения.

– Тебе какая выгода? – прищурился, побарабанив пальцами по столу.

Распорядительница картинно закатила глаза. Да, Ниа, не верю я тебе больше на слово. «Я не из-за выгоды, я из-за интереса, Оллер. Эрианор любопытная девушка, не похожая на тех, кто был до нее, и мне просто интересно понаблюдать за ней и за вами». Ну коне-э-э-э-эчно, так я и поверил. Ты, хитрюга, ничего никогда не делаешь просто так, из любопытства. Ну да ладно. Раз считаешь, что выбор останется за тобой, и даешь свободу действий, пожалуй, соглашусь. Но глаз с тебя не спущу, и Эрин одну не оставлю ни на минуту! И ты к ней тоже не подойдешь больше, Ниа.

– Ладно, – кротко согласился я, махнув рукой. – Как скажешь, драгоценная. Свобода действий это очень хорошо, – не удержался и решил подразнить Ниалону. – А насчет выбора – ну, если что, я с Йеном договорюсь. – И похабно подмигнул, весело ухмыльнувшись. – Если вдруг ему отдашь Эрианор.

Вряд ли, конечно, я допущу подобное, госпожа Распорядительница, но тебе об этом знать не обязательно. Ниалона фыркнула и чиркнула еще пару слов. «Пошляк! Разбирайтесь уже сами между собой. Всего хорошего. Кстати, а Йен где?»

– Я не слежу за ним. Делами занимается, – пожал я плечами. Если она думает, что вот прямо сейчас возьму да выложу наши планы на тарелочке, она очень плохо меня знает. – До завтра, – кивнул я и проводил взглядом леди Тонвуд.

Хм… значит, она действительно пришла всего лишь сказать, что дает нам с Йеном возможность решать, по каким Правилам мы будем играть? Спасибо, конечно, но как-то подозрительно выглядит такая покладистость Ниа. Или… Или она до чего-то договорилась вчера с Эрианор?.. Так, сегодня я точно узнаю, о чем они шушукались, хватит неизвестности. Не люблю, когда меня за нос водят. Оставшись один, я вернулся к бумагам, а через некоторое время меня порадовал визитом Кайл ЛасГаллен. А вот с этим господином я побеседую с гораздо большим удовольствием!

– Ваше высочество? – Он замер на пороге в почтительном поклоне, ухитряясь при этом вопросительно глядеть на меня.

– Присаживайтесь. – Я кивнул на стул и положил ногу на ногу, обдумывая, с чего бы начать расспросы. – Как вы, наверное, догадываетесь, я хочу поговорить о вашей дочери.

Оп. А почему это, скажите, в глазах милейшего лорда я заметил промелькнувшее беспокойство? Что-то не так с Эрин?

– И что же вы хотите узнать об Эрианор? – Лорд ЛасГаллен примостился на стуле, и его напряженный и настороженный вид меня не обрадовал.

А вот теперь я всерьез заинтересовался. Маленькая лианоссе полна тайн, как погляжу. И я намерен их узнать, так или иначе.

– Она действительно всю жизнь прожила в вашем загородном поместье? – начал расспросы издалека, внимательно наблюдая за Кайлом.

– Да, почти с самого детства, – сейчас он отвечал уверенно, значит, не врал. – Вместе с матерью, супруга слаба здоровьем была и скончалась, когда Эрин исполнилось восемь лет. С тех пор моя дочь живет за городом, только иногда на один-два дня приезжает в Мирано.

– И Правил она действительно не учила? – обронил я, обхватив подбородок пальцами и продолжая изучать собеседника взглядом.

Кайл пожал плечами:

– Я не счел подобное знание нужным для нее.

Мои брови поднялись в удивлении:

– Вы не планировали возвращать дочь в Мирано?

Это как, он собирался держать малышку в ссылке всю жизнь, что ли?! Или пока не нашел бы ей жениха, если бы счастливый случай не сделал ее волосы разноцветными? Между тем лорд нахмурился.

– Это моя дочь, ваше высочество, и только мне решать ее дальнейшую судьбу, – на мой взгляд, слишком резко ответил он. – Да, я не хотел, чтобы она принимала участие в этих Играх, вообще не хотел, чтобы она жила в столице! – повысив голос, продолжил Кайл. – Для меня стало неожиданностью, когда после дня рождения ее волосы поменяли цвет, – буркнул он и добавил: – Прошу прощения, если был невежлив…

– Ладно, оставим ваши планы в отношении Эрин, теперь уже не вам решать ее дальнейшую судьбу, – спокойно оборвал его я, хотя очень хотелось нагрубить.

Держать такое сокровище в глуши, ну это же надо придумать, а! При мысли, что если бы Эрианор не стала разноцветной, наши дорожки могли бы никогда не пересечься, вдруг посетило очень неуютное чувство, стало немного не по себе. Нет уж, я привык к мысли, что Эрин теперь будет рядом, не буду думать о плохом.

– Чем вообще ваша дочь интересуется в жизни? – Я вернулся к более важной для меня теме.

– Ну… – Кайл стушевался, почесал в затылке, поерзал на стуле. – Читать любит, в поместье отличная большая библиотека. Гулять… наверное. – Он покосился на меня. – Почему бы вам самому у нее не спросить, ваше высочество? Мы редко виделись с Эрианор.

– Хм, ладно. – Я помолчал. – Надеюсь, лорд ЛасГаллен, с вашей стороны вы проявите к Эрин больше внимания и уважения, чем раньше.

Выразительно посмотрел на него, не хочу, чтобы у маленькой певуньи дома возникали проблемы.

– Конечно-конечно, ваше высочество, – торопливо кивнул Кайл с явным облегчением. – Могу я идти?

– Да, – рассеянно отозвался я, размышляя о состоявшемся разговоре.

Темнит что-то ЛасГаллен, ой, темнит. Надо бы попросить сыщиков Йена раздобыть побольше сведений о разноцветной, не тот поверхностный отчет, который они предоставили перед Играми. Ну да, раньше-то нас со Светлым не особо интересовали девушки, потому и работали ребята спустя рукава. И да, оставался вопрос о странной песне, которую пела Эрин. Но это я тоже намеревался узнать сегодня на свидании с лианоссе.

Едва за ЛасГалленом закрылась дверь, положил перед собой чистый лист и набросал на нем список вопросов к малышке:

1. На каком языке она пела песню.

2. О чем они договорились с Ниалоной.

3. Какие интересы у разноцветной в жизни.

Полюбовался, остался доволен – хватит, чтобы усыпить ее бдительность, – а вообще, сильно много говорить я не планировал. Успеется еще. Удовлетворенно улыбнулся, сложив листок, и вернулся к делам – еще предстояло провести встречи за Йена, как мы договорились. Интересно, какие новости он привезет от Лесных?

Йен

Можно было, конечно, поспорить с Олли и не ехать к Лесным, но… Я вдруг подумал, что давно не выбирался никуда из Мирано, а поездка – прекрасная возможность немного отдохнуть от государственных дел и просто подышать свежим воздухом. Я Темного знаю, за моей спиной действовать не будет, у него там дел достаточно, чтобы занять большую часть дня, а к тому времени уже вернусь обратно от Лесных, и надеюсь, с новыми и полезными сведениями. Кроме всего прочего, у меня еще вчера вечером родилась отличная идея, как все-таки совместить поездку к Лесным и назначить встречу с лианоссе Эрин. А идею подсказал толстый том Правил, лежавший раскрытым на тумбочке около кровати. Зачем писать записку и переживать, что хитренькая Эрин найдет предлог отказаться? Лучше ведь сыграть по Правилам, да?

Значит, лианоссе ЛасГаллен надо просто подарить что-то такое, что ясно выразит мои намерения. Лучший подарок – что-то из драгоценностей, ну а из камней лучше всех подойдет аурин. Куда уж яснее, и отказаться никак не получится. Так что утром, перед завтраком, я вызвал придворного ювелира, пока Олли дрых, и с радостью обнаружил, что у него есть симпатичная цепочка с аурином, то, что надо. Наказав ювелиру отправить подарок Эрин, я со спокойным сердцем отправился завтракать, а потом поехал к Лесным.

Дорога до Леса Одмари занимала несколько часов, если ехать неспешной рысью, но я торопился – и Оллера одного не хотелось оставлять, и к Эрин скорее вернуться. Так что я постарался добраться до поляны, где находился Дом Встреч, побыстрее. Лесные не имели городов или поселений, как у людей, они строили дома свободно, по всему Лесу, а с людьми встречались в одном месте – там сидели дежурные, общавшиеся с просителями.

Я выехал на симпатичную круглую поляну и спешился. Конечно, там стояла небольшая очередь, которую я нагло проигнорировал – мое дело важнее, и да, я принц, значит, не обязан смиренно ждать вместе со всеми. Привязав лошадь, уверенно подошел к двери – очередь почтительно кланялась вслед, никто ни словом, ни жестом, ни взглядом не выразил недовольства моим появлением, – и зашел внутрь.

– Доброго дня, господа, – вежливо улыбнулся каким-то просителям, сидевшим за столом, и Лесным – их было двое, как всегда, и как всегда, пол различить я не смог.

Бесформенные балахоны скрывали тела, не давая возможности разглядеть, одинаковые морщинистые, как кора дерева, лица и волосы, больше похожие на тоненькие ветки. Лесные, одним словом.

– И вам доброго, принц, – проскрипел один из них и поднялся.

Просители, не дожидаясь специального приглашения, поспешно встали, суетливо поклонились и почти бегом выбежали из дома. Отлично. Я подошел к столу и сел, внимательно посмотрев на хозяев Леса Одмари.

– У меня возникли вопросы относительно нашего соглашения, – негромко произнес, похлопывая ладонью по колену. – И мне бы хотелось услышать ответы и объяснения, господа.

Они переглянулись, но по их непроницаемым физиономиям я не мог понять, как они отнеслись к моему заявлению. Лесные снова опустились на стулья.

– Мы вас слушаем, принц.

– Разноцветные после свадьбы умирают, – сообщил я известный факт, но вдруг они тут в глуши не слышали? – И проклятие обойти не удается, несмотря на соблюдение условий. Может, вы в чем-то ошиблись? У нас предпоследняя попытка, знаете ли, и не хочется проиграть. – Я нахмурился, мысленно добавив, что еще и смерти Эрианор ох как не хочется.

Зацепила меня девочка, ой, зацепила… Несколько минут царило молчание, и я начал потихоньку раздражаться. Да что за ерунда, а?

– Господа, – снова сказал, – у меня закрадываются сомнения, что в этих Играх выбор делает Распорядительница. Может, все-таки должны решать мы с Оллером? Что ваши шаманы на этот счет говорят? Откуда вообще взялась эта фраза, про выбор без выбора? Понятно, чтобы обойти проклятие Ниалоны, но почему не сама девушка должна решать-то?

Так, снова переглядывания. Мои подозрения стремительно перерастали в уверенность. Что-то скрыли Лесные…

– Я не хочу, чтобы Эрианор ЛасГаллен умерла, – твердо заявил, переводя взгляд с одного на другого. – Так что давайте все-таки попробуем понять, в чем проблема.

– Видите ли, принц, – прошелестел один из Лесных. – Кроме того, что вы пытаетесь избавиться от проклятия и одновременно обезопасить себя от леди Тонвуд, есть еще один момент, довольно тонкий. И мы бы не хотели, чтобы о нем знали… много людей.

Я пожал плечами. До тайн Лесных мне, если честно, дела особого нет, я не из болтливых и сплетничать не люблю.

– Как этот момент связан с тем, что происходит на Играх? – уточнил я. – И, собственно, с выбором?

– Есть пророчество, оно появилось гораздо раньше, чем леди Тонвуд прокляла вас. – Тот, кто сидел ближе к краю стола, выдвинул ящик и достал бумагу, потом взял перо и быстро написал несколько строк. – Вот. Мы не знали, к чему оно, а когда появились вы, наши шаманы поняли, что это знак.

Я пробежал глазами корявые строчки. «И да вернется сила в Мир, когда будет сделан выбор без выбора, и разноцветная снимет проклятие». Мои брови поползли вверх, я снова перечитал короткую фразу, не понимая, а при чем тут какая-то сила, которая должна вернуться в Мир.

– И? – Я вопросительно посмотрел на Лесного. – Где здесь написано, кто именно должен делать выбор? И что за сила, кстати?

– Принц, только это должно остаться между нами, вы понимаете. – Он уставился на меня своими нереально зелеными, без зрачков, глазами. – Мы рассказываем вам только потому, что вы с братом оказались связаны с нашим пророчеством, пусть и косвенно.

Я кивнул, приготовившись слушать. Надеюсь, рассказ поможет прояснить вопрос со смертями разноцветных и этим самым выбором.

– Несколько лет назад из нашего мира начала потихоньку исчезать магия, – начал Лесной. – И наши шаманы получили вот это пророчество. Мы не знали, что оно значит, потому что ни о каких проклятиях не слышали, и решили просто отложить его, подождать. А потом вдруг приехали вы, и все сложилось.

Прочитал пророчество еще раз, нахмурился.

– И почему ваши шаманы решили, что выбор должен делаться кем-то другим, а не разноцветной? – протянул, пытаясь выудить еще что-то ценное из написанного. – Ведь от этого не только наши с Оллером судьбы зависят, еще и ваша магия тоже. А если условие про выбор не будет выполнено, тогда что? Магия совсем уйдет из нашего мира?

Снова тягучая пауза.

– Мы не знаем, – наконец последовал ответ. – Скорее всего да…

Я не выдержал, вскочил, прошелся перед столом.

– И так спокойно заявляете об этом?! – раздраженно произнес и остановился, посмотрев на невозмутимые физиономии. – Вы же знаете, что разноцветные умирают после обряда, не можете не знать!

– Смерти естественного происхождения, – прошелестел бесстрастно один из Лесных. – И у вас еще две попытки, включая эту.

Так, ну мне это надоело. Не знаю, что там творится в головах у оживших деревяшек, но я так просто не оставлю ситуацию.

– Знаете, что я думаю по поводу всего этого? – Рывком задрал рукав и сунул им под нос змею на предплечье. – А думаю я следующее, что леди Тонвуд, у которой каким-то хитрым образом получилось вытащить нужный жребий, чтобы стать Распорядительницей, начала просто убирать конкуренток, спокойно дожидаясь, пока у нас попытки закончатся! – почти прошипел я, в душе поднималась злость, от которой кровь превращалась в кислоту.

– Камень Печати целый, – огорошил Лесной. – Значит, прямого вмешательства нет и нарушения договора тоже.

Очень хотелось вспомнить богатую на приключения юность в злачных кварталах Мирано и приласкать собеседников вертевшихся на языке парой-тройкой интересных выражений, которых в приличном обществе не употребляют. Лесные всегда славились странной логикой, и сейчас я ее наблюдал во всей красе. Нет, значит, прямого вмешательства, да?

– В таком случае, – тихо начал я, сверля их недобрым взглядом, – я считаю себя вправе отступить от тех условий, что вы озвучивали полтора года назад, когда вся эта кутерьма заваривалась. Поскольку в вашем Ирроховом пророчестве не сказано, кто же должен выбирать и вообще, что за выбор без выбора, оставляю решение этого животрепещущего вопроса за собой, – последние слова уже цедил сквозь зубы. И пусть только попробуют возразить!..

Лесные помолчали-помолчали, и я уже собрался было уходить – меня ждало свидание с Эрин, – но вдруг один из них отмер и разродился ответом:

– Мы спросим у наших шаманов, принц.

– Спросите, – милостиво кивнул я и забрал лист с пророчеством. – В таком случае, думаю, для вас не составит труда доехать до Мирано и навестить меня, чтобы поделиться сведениями.

Спорить они не стали, и хорошо. Это сейчас я сам приехал, ибо припекло, но вот при такой постановке вопросов, которую я сейчас услышал, да еще с таким отношением, пора напомнить, что хоть Лесные и стоят особняком, все же их Лес находится на землях Оймири, и номинально они мои подданные. Мои и Оллера.

– Конечно, принц, – возражать мне никто не стал.

Вот и отлично, вот и договорились.

– Помните, если весть о пророчестве и исчезновении магии разнесется по городу, мы снимаем с Ниалоны все ограничения, – донеслось мне вслед.

Я обернулся.

– Болтать не собираюсь, – сухо известил. – Но с братом обсужу.

– Допустимо, – согласился один из Лесных.

И на том спасибо, я в любом случае не собирался утаивать от него такую важную информацию. Соперничество соперничеством, но Эрин нужна нам обоим, а значит, ее безопасность зависит от нас. Ну и, раз уж мы оба завязаны и на пророчестве и на проклятии, тем более молчать было бы глупостью.

Я покинул Дом Встреч и поспешил обратно в Мирано. До свидания с Эрин предстояло обсудить с Оллером пророчество Лесных, отдать распоряжения о слежке за Ниалоной, и гораздо более плотной, чем раньше, и выслушать, что мне Темный имеет сказать по поводу разговора с Кайлом. Встреча с разноцветной переносилась на вечер, что меня ничуть не огорчало. В любое время, в любом месте – и никто возразить не посмеет.

После ухода принца в Доме Встреч некоторое время все шло своим чередом: Лесные выслушивали приехавших к ним людей, кому-то помогали, кому-то отказывали… Пока где-то через час дверь неожиданно не открылась и на пороге не появилась престранная фигура. Замотанная от шеи до лодыжек во что-то, отдаленно напоминавшее плащ, только состоящий из листьев, вместо волос-веточек – неопределенное нечто, больше всего похожее на мох, который обычно свисает с деревьев. Только глаза оставались такими же, как у всех обитателей Леса Одмари, ярко-зеленые, без зрачка и белка. Едва дежурные Лесные увидели необычного посетителя, как тут же встали и вежливо попросили очередного просителя покинуть Дом.

– Происходит что-то странное, – проскрипел новый гость. – Мне пришло видение, что разноцветная, которая сейчас участвует в Игре, не должна была до нее дожить. И в то же время она – ключевое звено в исполнении пророчества.

Лесные переглянулись, потом снова посмотрели на шамана.

– Приезжал принц Йен, – ответил один из них. – Говорил про смерти прежних разноцветных и про то, что, возможно, мы не в те руки отдали принятие решения, кто из них женится. Но Камень Печати цел…

– Люди хитрые существа, – совершенно без эмоций ответил шаман. – Они могут и магию обмануть в стремлении достичь своей цели. Распорядительница не должна стать королевой, это исключено, ее опасный дар не должен опять обрести свободу. Принцы должны решить вопрос с женитьбой за эту Игру.

– На прежних условиях? – уточнил второй Лесной.

– Сначала надо узнать про разноцветную больше, я хочу встретиться с ней, – ответил шаман. – Отведите меня завтра в ее дом, до вечера Игры. И я скажу, что принцам делать дальше.

Гость развернулся и, не прощаясь, вышел из Дома Встреч. Лесные вернулись за стол, и вскоре все пошло своим чередом.

Глава 7

Эрианор

Я затолкала мандраж поглубже и туда же пинком отправила проявившееся вдруг радостное нетерпение от известия, что встречусь с принцами. Сказала, ненужным эмоциям слова не давали! Кайл ушел на свою работу, предварительно осведомившись, с чего я горной козочкой поскакала к себе, и я «обрадовала» его, что означали подарочки принцев. Вопреки моим опасениям, он не разозлился, а только радостно разулыбался. Ладно, ладно, папочка, посмотрим, чья возьмет. А я пока подготовлю себе пути к отступлению, хотелось все-таки нормального разговора, а не отбиваться от наглых и – да что скрывать – гревших душу приставаний, в наличии коих я и не сомневалась. Иначе бы просто пригласили на ту же самую прогулку, без уточнения, со свидетелями или нет. А так, намерения яснее некуда…

Итак, вперед, Правила под мышку и в гардероб. Для начала разберемся с цветом. Открыла на нужной странице, пробежала список и остановилась на жемчужно-сером – поддержание вежливого разговора, не более. Поцелуи, конечно, здорово, но я собираюсь получить кое-какую информацию. Прошлась вдоль вешалок, обозрела пестрый ворох и уже собралась расстроиться, что нет среди всего этого нужного мне, как в дальнем углу заметила кусочек серого бархата. Едва не издав радостный вопль индейца, завалившего бизона, я положила Правила и подошла к находке. Сдернув платье с вешалки, посмотрела на это убожество и тяжело вздохнула: с глухим воротом, длинными рукавами, спереди ряд перламутровых пуговичек – о, пикантная деталь, надо же, – и пышными серебристыми кружевами по подолу. Опять переделывать. Ладно, зато займу время и ненужные мысли в голове крутиться не будут.

Взяв в охапку наряд, вернулась в спальню и дернула шнурок звонка. Через несколько минут явилась горничная. Я вдруг поняла, что не знаю, как ее зовут, хотя живу тут уже довольно долго и пользуюсь ее услугами.

– Тебя как зовут? – встретила я ее вопросом, и она уставилась на меня круглыми глазами.

Понятно, что прежняя Эрин наверняка его знала, но не думаю, что служанка будет спрашивать о причине забывчивости хозяйки. Так и вышло – горничная послушно ответила:

– Илия, лианоссе.

– Илия, принеси, пожалуйста, нитки и ножницы, – попросила я невозмутимо.

Вскоре меня обеспечили необходимым, удостоив еще одного косого взгляда. Кивком отпустив ее, я занялась переделкой. Первое – ворох нижних юбок, конечно, на фиг, путаться в них никакого удовольствия. Одну оставлю, хватит. Далее, кружево снизу – тоже отпороть. Рукава укоротить и сделать чуть ниже локтя, так удобнее. Если пришить отпоротое снизу кружево вместо манжет, получится симпатичненько. И последнее, что делать с верхом? Круглый монашеский вырез никак не подходил к слегка обновленному варианту, и я остановилась на квадратном. Не слишком фривольно, если сделать его допустимого размера, да и меньше мороки с переделкой. Добавим остатков кружева по краю, чтобы все было прикрыто, и как раз то, что надо. Переделка платья заняла несколько часов, пролетевших незаметно, я с головой ушла в работу, методично орудуя иголкой и ножницами.

Результат порадовал, внешне, по крайней мере. Теперь померить, как оно получилось. Благодаря застежке спереди обошлась без помощи Илии, а любуясь на себя в зеркало, поймала за хвост очень дельную мысль. Кружево, конечно, хорошо, но что означает серебристый? С этими Правилами надо учесть все нюансы, а то могу влететь по полной программе. Сверилась с книгой, и в груди екнуло: оказывается, этот, на мой взгляд, вполне нейтральный цвет говорил о том, что я не возражаю против любых действий собеседника… или собеседников, ехидно добавил внутренний голос. Уняв разошедшееся некстати сердце от картинок, которые подсунуло вредное воображение, подстегнутое бродившими в молодом теле желаниями, присела в кресло, ненадолго задумавшись. Без кружева платье вообще смотрится, как форма пансионерки, да и я его только что пришила, отпарывать, что ли?!

Прикусив губу, нахмурилась, вскочила и нервно прошлась по спальне. Оставить или нет? С другой стороны, если этим ребятам встрянется, они и без всяких намеков сделают то, что хотят, независимо от цвета оборки на моем платье. Эх, ладно. Оставлю уже это кружево, что сделано, то сделано, раньше надо было думать. Просто постараюсь не позволять лишних вольностей никому из них. Вроде на балу мое свободное поведение и разговоры сошли с рук, может, и в этот раз повезет?.. Вздохнула, переоделась обратно в домашнее и попыталась отвлечься от тревожно-волнительных мыслей.

День клонился к вечеру. Обед получился поздним, закончила с платьем я где-то около четырех дня, и пока ела, ловила себя на том, что нервно кошусь на часы. Надеюсь, меня не совсем на поздний ужин пригласят, это было бы уж слишком нагло со стороны его высочества, не важно, какого именно. И надеюсь, братья договорились, и двойного свидания не будет! Поймав себя на этой мысли, чуть не подавилась куском: если честно, в голове плохо укладывалось представление, как мы сидим втроем и мило беседуем за поздним ужином… Ведь зуб даю, на уме у каждого из принцев совсем не разговоры о природе и погоде.

Когда стрелки на часах переползли на шестой час и солнце за окном ощутимо склонилось к западу, моя нервозность подскочила до предела. Я бродила по комнате, не зная, чем себя занять, даже вопросы, которые хотела записать и потом задать принцам, не желали выстраиваться, в голову лезли всякие ненужные мысли. Пробовала почитать Правила, но строчки расплывались, и я не понимала смысла написанного. Положение спас появившийся Кайл.

– Тебе просил передать его высочество Оллер, – с усмешкой заявил он, протянув мне запечатанный конверт.

Я вырвала записку, заметила, что пальцы подрагивают, и сердито шикнула на разошедшиеся эмоции, запинав их поглубже. Развернула, прочитала: «Лианоссе, к шести вечера я жду вас во дворце. Экипаж за вами пришлют, Кайл ЛасГаллен сопроводит вас. И еще, в экипаже вы найдете кое-что, что вам следует надеть. Сделайте это, Эрин, будьте умницей. Оллер». Сердце заметалось испуганным зайцем, отбивая ребра, а в голове начали лихорадочно выстраиваться догадки, что бы это могло быть. Почему-то догадки все были неприличные, отчего щекам стало жарко. Я поспешно сложила лист и посмотрела на Кайла.

– К шести он пришлет экипаж, и ты должен проводить меня до дворца, – озвучила я отредактированную версию. Поколебавшись, решила все-таки спросить. – А… Йен ничего не передавал?

Лорд ЛасГаллен пожал плечами.

– Я его не видел, – кратко ответил он.

Понятно, скорее всего, встреча со Светлым переносится на другой день. Ну, слава богу. С одним принцем я как-нибудь справлюсь. Бросила взгляд на часы – чуть больше получаса, пора собираться.

– Оллер спрашивал, чем ты в жизни интересуешься, – огорошил вдруг Кайл, и я с некоторым испугом уставилась на него.

– А-а-а-а-а… чем я в жизни интересуюсь? – осторожно переспросила.

Кайл засунул руки в карманы и посмотрел под ноги. Мм… мне кажется, или он слегка смущен?

– Я не знаю, чем моя дочь занималась в поместье, – пробормотал он. – Книжки читала, гуляла, наверное, может, рисовала. – Кайл метнул на меня быстрый взгляд.

Понятно. Жизнь дочери до того, как она стала разноцветной, его особо не интересовала. М-да, папаша, блин. Ну и что теперь делать?! Я же тоже понятия не имею, чем в Мирано обычно занимаются восемнадцатилетние девицы! Ладно, попробую выкрутиться и не дать возможности задавать мне неудобные вопросы. Лучше сама поспрашиваю.

– Мне одеться надо, – решительно заявила и выразительно посмотрела на Кайла.

– А, да, конечно, – спохватился он и поспешно вышел.

Я глянула на разложенное на кровати платье и решительно дернула шнурок звонка. Нет, никаких фривольностей сегодня, а значит, корсет. Илия на радостях, что я собираюсь соблюсти приличия, затянула его так, что я чуть не задохнулась, а талию можно было обхватить двумя руками.

– Эй, полегче, я не тюбик с зубной пастой! – выпучив глаза, просипела я, хватая ртом воздух. – Верни мне возможность дышать, Илия!..

Пробормотав извинение, горничная ослабила шнуровку, а я попыталась подтянуть край повыше. Корсет прикрывал грудь всего на палец выше сосков, приподнимая так, что появилась соблазнительная ложбинка. В общем, местный бог и так не обидел это тело формами, а корсет еще больше подчеркнул и выделил достоинства. Да уж. Но без корсета будет хуже, особенно учитывая тонкий бархат. Ладно, зато какая-никакая защита против… гм, против возможного неуемного любопытства некоторых индивидуумов. От неприличных мыслей щеки обожгло жаром, будто и вправду никогда мужчина до меня не дотрагивался. Дав себе мысленного пинка и напомнив, что вообще-то уже и замужем успела побывать, я поправила лямку нижней рубашки и надела платье, застегнув пуговички.

– Вам хорошо это платье, лианоссе. – Илия робко улыбнулась и протянула мне расческу. – Вас расчесать?

– Пожалуй, да, – кивнула я, тряхнув пушистой массой волос.

Я знаю, что большинство мужчин любит длинные волосы у женщин, и прекрасно помню, с каким удовольствием и Оллер и Йен бессовестно запускали в них пальцы. И как мне это нравилось… Не стоит провоцировать, так что лучше всю эту красоту убрать. Илия закрутила локоны на затылке, закрепив шпильками с жемчугом – они отлично сочетались с платьем. Времени смотреть, что значит жемчуг в волосах, у меня уже не оставалось, и я мысленно скрестила пальцы, чтобы ничего такого провокационного. Хватит и кружева. Сережки и кулон заняли место в ушах и на шее, и я была готова. Бросила на отражение последний взгляд, признала, что выгляжу просто очаровательно – правда, почему в глазах такое испуганное выражение?! – и направилась к выходу из спальни. Ну, вперед и с песней. По пути попыталась избавиться от непонятного и раздражающего мандража, с грехом пополам это удалось: я просто напомнила себе, что никто ко мне не испытывает ничего серьезного, кроме банального влечения, а постель это еще не повод распускать слюни и вести себя, как на первом свидании. Может, у прошлой Эрин это в какой-то степени и так, но я-то ведь другой человек и за плечами у меня ого-го какой опыт в плане личных отношений. Выпрямилась, подняла подбородок, сжала зубы и по лестнице уже спускалась неторопливо, плавно и с достоинством. Как и полагается знающей себе цену женщине, каковой я на самом деле являлась. Кайл уже ждал внизу, замерев у окна и заложив руки за спину.

– Я готова, – негромко известила его.

Он оглянулся, окинул меня одобрительным взглядом, отчего я чуть не фыркнула – по-моему, кое-кто начинает забывать, что я не его дочь на самом деле! – и кивнул:

– Экипаж уже ждет.

Сердце совсем некстати екнуло. Вспомнилось, что Оллер просил что-то там надеть, что лежит в экипаже. А еще перед глазами завертелись картинки вчерашней прогулки по саду… Я молча подошла к Кайлу и взяла его под руку.

– Волнуешься? – негромко спросил он, открыв передо мной дверь.

– Нет, – соврала я.

Признаваться ему в своих слабостях не хотелось. Да, волновалась и нервничала, потому что совершенно не знала, что меня ждет на этом вечере, а памятуя решительный настрой обоих братьев, надо готовиться к глухой обороне. Я и в прошлой жизни не стремилась к легким знакомствам, чего уж сейчас говорить. Ой, надеюсь, не дойдет до того, что придется всерьез отбиваться от настойчивого ухажера…

В экипаж я поднялась первая и сразу увидела на сиденье черный шелковый шарф, а рядом – еще один сложенный лист бумаги. О господи, что за шутки? Что за нездоровая идея пришла в голову Оллеру?! Подавив нервное хихиканье, я развернула листок. «Пожалуйста, Эрин. Видишь, я опять прошу, что ты со мной делаешь, птичка моя? Ты не должна пока видеть мое лицо, а в маске мне неудобно». Ой. Мысли рассыпались горохом, а пальцы дрогнули, когда я взяла полоску тонкой материи в руки. Не должна видеть лицо? Часть Игры или что-то большее? Сердце понеслось вскачь, ладони вспотели.

– Что это? – раздался удивленный голос Кайла, и я очнулась от суматошных мыслей.

– Просьба его высочества, – пробормотала, погладив черный шелк.

– Во-о-о-от как, – протянул папа Эрин, и я вскинула на него подозрительный взгляд.

Кайл смотрел на меня, задумчиво прищурившись, но больше никаких комментариев не последовало. Ладно. Раз сам принц просит, да еще и второй раз. И потом, выяснять, что будет, если ослушаюсь, желания не возникало. Уж Кайл всяко не позволит увиливать, с него станется связать мне руки и надеть эту чертову повязку, а потом лично передать драгоценный подарок Оллеру. Подавила желание нервно хихикнуть, на мгновение задержала дыхание и, поднеся шарф к лицу, завязала концы шелковой материи на затылке, чуть ниже творения горничной на разноцветных волосах. Ощущения… беспокойные и бодрящие, как глоток морозного воздуха, как ледяное шампанское. Мысли перемешались, настроение скакало от игриво-бесшабашного до нервно-раздраженного, и еще Кайл молчал, что почему-то повышало градус моей тревоги.

– Я надеюсь, ты все-таки вернешься сегодня домой, – раздался его негромкий голос, будто почувствовал, что о нем думаю.

– Я на это очень рассчитываю, – сухо известила его. – В мои намерения не входит позволить соблазнить себя… – Чуть не добавила «до свадьбы», но осеклась.

Не хочу я эту свадьбу, вот не хочу, и все. В любой другой ситуации я, может, не отказалась бы от волнующего романа с одним из принцев, но не тогда, когда в перспективе маячит смерть. А быть просто фавориткой гордость не позволит. Начиталась про судьбы тех, кто привлекал высочайшее внимание августейших персон, очень мало кто из них хорошо кончил в такой должности. Игрушки быстро надоедают, поэтому я не собиралась становиться такой вот развлекательной новинкой ни для одного из братьев.

– Вот и хорошо, – спокойно отозвался Кайл.

Дальше мы ехали молча. Я теребила кружево манжета, мысленно продумывая те самые вопросы, которые не удосужилась записать дома. Что ж, их не так много, для начала надо задать те, которые не возбудят подозрений, что я, мягко говоря, не совсем из этого мира. Мои губы сами собой растянулись в предвкушающей улыбке, мандраж переплавился в бодряще-волнующую смесь эмоций, и я едва не потерла ладони. Думаете, попросив меня завязать глаза, вы что-то выиграли, ваше высочество? Таки уверяю, отнюдь нет, и это первое, что спрошу – с чего такое странное условие.

Что ж, поиграем, господин принц. Откинувшись на спинку, я переплела пальцы и прикрыла под повязкой глаза. Пусть я много чего пока не понимаю, но обязательно восполню пробелы в знаниях, и вот тогда посмотрим, кто кого. Экипаж ехал не слишком долго и вскоре остановился у дворца. Итак, мы на месте. Интересно, меня будут встречать, или Кайл проводит до нужного места? Кстати, а где будет ужин проходить? Дыхание участилось вместе с пульсом, ладони повлажнели. Я нервно вытерла их об юбку, услышала, как открылась дверь экипажа. Знакомый, пробирающий до мурашек голос золотоглазого Оллера произнес:

– Лиа Эрианор, рад видеть вас в гостях. Благодарю, милорд, вы можете возвращаться.

И моей руки коснулись пальцы Темного принца.

Оллер

Дел оказалось неожиданно много, ближе к обеду потянулись просители и жалобщики. Слава Ирроху, хоть с министрами и советниками все встречи были запланированы на конец недели. И не у меня, что радовало еще больше, – с ними общался Йен, у него это вообще лучше получается, меня же очень быстро начинают раздражать витиеватые речи и завуалированные намеки. Кстати, о Светлом: время к трем часам дня, где его носит? Разобравшись с последним на сегодня посетителем, я потянулся, хрустнул пальцами и откинулся на спинку стула. Пора обедать, а то после завтрака лишь перекусил бутербродами. Решительно отодвинув бумаги, я поднялся и покинул кабинет.

И да, надо бы уже заняться вечерним свиданием с маленькой певуньей, пока брат не вернулся. Я расположился в гостиной, вызвал слугу и попросил привести ко мне Кайла, заодно распорядившись насчет обеда. Пока же набросал несколько строк для Эрин. Пожалуй, устрою ужин в парке, есть там одно уютное местечко. Жалко, что она не увидит, ну да ничего, покажу его позже. Я улыбнулся и запечатал послание. Да, отличная идея, – чтобы не мучиться с маской, попросить лианоссе завязать глаза. Свидание получится ой каким интересным: то, что Эрианор не будет ничего видеть, рождало такой ворох идей, что я с трудом обуздал неуемное воображение. Я же еще собирался поговорить с ней, между прочим. Кайл пришел быстро, с непроницаемым лицом выслушал мою просьбу передать записку и проводить дочь ко мне через несколько часов, и сразу после его ухода мне наконец принесли поесть.

Но спокойно пообедать не получилось. Дверь гостиной распахнулась без стука, и появился хмурый Йен.

– Приятного, – бросил он, снял камзол и плюхнулся в кресло. Потом достал из кармана какую-то бумагу и протянул мне. – На, просвещайся.

Я поднял брови, прожевал и взял листок. Развернул, пробежал глазами и вопросительно уставился на Светлого:

– Это что за ерунда?

– В эту ерунду, дражайший братец, мы с тобой влезли с головой, как и Эрин, – любезно пояснил он. – Это пророчество Лесных, Олли. Вот откуда странное условие про выбор без выбора.

– Э-э-э… – Я озадаченно почесал затылок. – А мы тут каким образом?

– У Лесных стала магия пропадать, года два назад, как они сказали. – Йен стащил сапоги и вытянул ноги. – И их шаманы тут написали, как ее вернуть. Но в то время ни о каких проклятиях никто не слышал, поэтому они отложили вопрос, ну а потом появилась Ниалона со своей жаждой надеть корону, как помнишь. – Йен хмыкнул. – Тут у Лесных все и сложилось.

– А для дураков, помедленнее? – Я нахмурился.

– Если правильно все понял, разноцветная выбором без выбора снимет проклятие, и после этого магия вернется в Мир. – Йен пожал плечами.

– Хорошо, а Ниалона тогда каким тут боком?! – Я окончательно перестал понимать, что происходит. – Почему она, а не мы должны этот выбор делать? Ведь главное, чтобы не девушка его делала, так?

– Вот этого мне не объяснили, – ухмыльнулся Светлый. – Сказали, с шаманами посоветуются, после того как я заявил, что не вижу смысла в дальнейшем участии Ниалоны в решении вопроса нашей с тобой женитьбы, если разноцветные до этого умирали. Так что, возможно, завтра нас ждут интересные новости.

Я кивнул и вернулся к обеду.

– Дельная мысль, Йен.

– А теперь делись, что Кайл рассказал. – Светлый бесцеремонно прямо пальцами выхватил из моей тарелки кусок мяса и закинул в рот.

– Знаешь, ничего толкового. – Я поморщился. – Похоже, он совсем не интересовался жизнью дочери, пока ее волосы не поменяли цвет. Сдается мне, Йен, надо твоих молодчиков напрячь, чтобы они собрали больше сведений о лианоссе. – Я внимательно посмотрел на брата. – Как она жила, пока не появилась на первом балу Игры.

– Да легко, – махнул рукой Йен. – Я и так собирался это сделать.

– Кстати, Ниалона еще заходила, – обронил, с удовольствием наблюдая, как он чуть не подавился следующим куском, украденным с моей тарелки.

– Чего хотела? – прокашлявшись, спросил он.

– Дала добро на свободу действий в отношении Правил, – усмехнулся я, – но при этом окончательный выбор, кому из нас быть мужем Эрианор, оставила за собой.

Светлый картинно закатил глаза.

– Ой, а то нам так ее позволение нужно! – фыркнул он. – По-моему, леди Тонвуд слегка зарвалась, не находишь, Олли?

– Она зарвалась еще тогда, когда сотворила это Иррохово проклятие, – буркнул я, помрачнев. – Но я ей об этом не сообщил. Сделал вид, что согласился. Все равно же по-своему будем делать, – метнул на собеседника косой взгляд.

– Ага, – кивнул Йен и запил вином из моего же бокала.

– Слушай, прикажи принести себе нормальный обед, я, между прочим, тоже голодный! – не выдержал и раздраженно огрызнулся. – Полдня за двоих работал!

– Ну так и я не просто на прогулку ездил, – невозмутимо отозвался Йен, но поднялся и дернул шнур звонка. – Ты уже придумал что-то с Эрин, проказник? – ехидно осведомился он, оглянувшись на меня.

– Придумал, придумал, но тебе докладывать не собираюсь. – Я пожал плечами и собрал с тарелки подливку куском хлеба. – И, между прочим, кому-то еще идти и отдавать распоряжения насчет Ниалоны и Эрианор, – поддел я Йена. – Ну и, может, тебе в твоей Службе Наблюдения скажут что-нибудь интересное про нашу Распорядительницу, вдруг повезет?

Светлый поджал губы, смерил меня прищуренным взглядом и вернулся за стол.

– У меня, между прочим, тоже уже план есть, – невозмутимо сообщил он. – Так что не обольщайся, Темный.

Хм. Конечно, мне стало интересно, что за план, но Йен вряд ли разоткровенничается. А пока он будет в Службе, я как раз подготовлюсь к свиданию с Эрин. И строго-настрого прикажу никого не впускать в ту часть парка, где мы уединимся. Понадобится, и стражу поставлю! В общем, я настроен сделать все, чтобы нам никто не помешал.

Йен пообедал и ушел дальше делами заниматься, ну а я приступил к подготовке. Оставалось не так уж много до приезда Эрин, всего-то полтора часа. Пока отдавал распоряжения на кухне насчет меню, осознал еще один приятный факт: разноцветная не будет ничего видеть, а значит, не сможет сама есть… Ох, фантазия тут же пустилась вскачь, пришлось срочно укрощать неуемные мысли. Вот же зацепило меня, а! Но честно, были бы только кукольная мордашка и фигурка, наверное, не было бы так интересно. Но в сочетании с поведением, разговорами, характером – очень притягательно. И еще, давненько мне не отказывали. Даже несмотря на то что Эрианор все-таки понравилась наша прогулка и поцелуй тоже, она, похоже, так быстро сдаваться не собиралась. Но я отлично помнил, как она таяла в моих руках…

Место я выбрал уединенное, в дальней части парка, рядом с небольшим фонтаном. Туда поставили круглый стол, а когда дело дошло до стульев, мне пришла в голову замечательная идея, и я приказал принести только один. Так будет удобнее кормить маленькую птичку… За всеми хлопотами время пролетело быстро, и пришла пора встречать мою гостью. С одеждой я не заморачивался, все равно Эрин не увидит, а наряжаться не в моих правилах – ну, кроме балов Игр, конечно. Остановился на рубашке и жилетке, вечер теплый, не замерзну. К шести я уже ждал на крыльце, от предвкушения сердце колотилось, как сумасшедшее, и улыбка не сходила с моих губ. Экипаж въехал на площадь перед дворцом и остановился. Я невольно задержал дыхание, взявшись за ручку двери. Интересно, что лианоссе придумала с платьем? Наверняка ведь попытается дать понять, что не настроена на что-то несерьезное. Хм… и как отреагировала на просьбу о шарфе? Надеюсь, завтра, после разговора с Лесным шаманом, необходимость в этом дурацком условии, чтобы она не видела моего лица, отпадет. Хочется видеть ее глаза, когда снова буду целовать маленькую… Уф, стоп. Об этом позже.

Я открыл дверь кареты и наконец посмотрел на нее.

– Лиа Эрианор, рад видеть вас в гостях. Благодарю, милорд, вы можете возвращаться, – кивнул Кайлу и взял тонкие пальчики.

Она волновалась. Ладонь Эрин была прохладной, рот приоткрыт, и дышала часто. Я любовался изящным изгибом губ, плавной линией шеи и плеч, потом взгляд остановился на груди, едва прикрытой серебристым кружевом. Мм… серый с серебром? Как интересно, с одной стороны, намерение поговорить, с другой – она не возражала против любых моих действий. Птичка моя, неужели ты все-таки решила, что я тебе нравлюсь? Приятный сюрприз, однако. Я осторожно потянул Эрианор, она встала, приподняв юбку и неуверенно нащупывая ступеньку экипажа. Решил помочь ей и обхватил тонкую талию, прижав лианоссе к себе. Ух ты, в этот раз корсет – все-таки решила соблюсти приличия? Я улыбнулся, предвкушая удивительный и приятный во всех отношениях вечер. Эрин резко вдохнула и выставила свободную ладонь, упершись мне в грудь, но ничего не сказала. Кайл тоже промолчал, хотя с точки зрения приличий я их нагло нарушал. Но не могу же я дать упасть девушке с завязанными глазами! И хотя хотелось подольше подержать Эрин в объятиях, я аккуратно поставил ее на землю и положил руку гостьи на свой локоть. Лорд ЛасГаллен закрыл дверь, экипаж отъехал, и мы наконец остались вдвоем.

– Осторожно, ступеньки, – предупредил я, подведя ее к крыльцу.

Можно, конечно, взять ее на руки и просто донести до места – лианоссе легкая, мне не сложно, но я уверен, Эрианор начнет возмущаться. А портить с ней отношения в самом начале вечера не хотелось. Ничего, потерплю.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила она своим чарующим голоском. – Скажите, Оллер, а повязка обязательна? – тут же спросила Эрин. – Боюсь показаться ужасно неуклюжей, если каждый шаг на ощупь.

Ох, милая, не надо провоцировать меня такими вопросами, потому что ответ напрашивался сам собой! Но я сдержался.

– Ничего, я вам помогу, – улыбнулся, покосившись на ее личико. – А повязка пока обязательна, потерпите немножко.

Даже с шелковым шарфом она выглядела очень соблазнительно и… беспомощно. Кровь быстрее побежала по венам от одной только мысли, как я использую свое преимущество в самом ближайшем времени, и температура подскочила моментально.

– А куда мы идем? – снова спросила Эрин, ее пальцы крепче вцепились в мою руку.

– В парк, – невозмутимо ответил я, хотя на самом деле был далеко не так спокоен, как пытался показать.

Рядом с ней это просто нереально, меня волновало все, от ее голоса до тонкого цветочного аромата. О, лианоссе надела мои сережки, и они ей очень идут, как я и подозревал! Мой взгляд спустился ниже, к аппетитной ложбинке, прикрытой кружевом, и узрел там… кулон с тем же аурином! Та-а-а-ак…

– Эрин, а откуда у тебя эта цепочка? – вкрадчиво спросил и почувствовал, как она вздрогнула.

– Полагаю, от вашего брата, – сухо ответила она и поджала губы. – Поскольку ее принесли вместе с сережками.

Несмотря на раздражение, вызванное поступком Йена, я чуть не расхохотался. Так вот в чем его план заключался! М-да уж, мыслим мы порой действительно одинаково. Интересно, что он сделает, когда обнаружит, что я опередил его? Долго будет ругаться? Потому что сегодня ему свидание с Эрианор явно не светит, на второй ужин, совсем поздний, она вряд ли согласится, даже несмотря на подарок Йена. А если подчинится обстоятельствам, будет очень недовольна.

– Понятно, – повеселев, ответил я и на всякий случай поинтересовался: – Он еще не назначил встречу?

Мало ли, вдруг успел перед отъездом в Службу или, вообще, утром, вместе с подарком передал…

– Нет, – кратко ответила Эрианор.

Судя по всему, она уже недовольна. Я улыбнулся, открыв перед разноцветной дверь в парк. Нет, братец, и тут ты опоздал. Так уж складываются обстоятельства, придется тебе смириться с тем, что Эрин мне достанется.

– Тут ступенек нет, – предупредил я, и маленькая ножка ступила на дорожку, начинавшуюся прямо от входа.

Некоторое время мы шли молча, медленно, и моя выдержка закончилась ровно на половине пути к накрытому столу. Прости, маленькая, пусть ты и будешь возмущаться, но я это все-таки сделаю. И я взял ее на руки.

– Оллер!.. – В чудном хрипловатом голосе переплелись тревога и возмущение, как я и предполагал.

Ее рука инстинктивно обвила мою шею, а вторая судорожно стиснула юбку. Лицо драгоценной гостьи оказалось очень близко, и желания окончательно сорвались с цепи. Мои губы коснулись нежной щеки, потом медленно переместились чуть выше, провели по виску – я так и думал, у тебя именно такая кожа, как представлял, бархатистая, мягкая!.. Маленькие ладошки тут же снова уперлись мне в грудь, и Эрианор дернулась, не позволив продолжить. Жа-а-аль… Но у нас весь вечер впереди.

– Хватит, – выдохнула она очень решительно. – Пожалуйста, отпустите меня. Я прекрасно могу дойти и сама… – И запнулась.

Ну да, не зная, куда именно идти и с повязкой на глазах. Я усмехнулся и тихонько дунул в маленькое ушко.

– Не дойдешь, Эрин, я лучше донесу тебя, – мурлыкнул, наслаждаясь ситуацией. – И потом, на тебе серебристое кружево. Ты же знаешь, что это означает?

– Знаю, – хмуро отозвалась она, нахохлившись и скрестив руки на груди. – Увы, возможности избавиться от него на этом платье у меня не было.

А вот это замечательно, что не получилось. Я не рассчитываю на одни разговоры, маленькая моя.

– Оллер, я хочу поговорить, – произнесла она, а я не мог отвести взгляд от этих сладких губ.

– Я тоже, Эрин, – невозмутимо отозвался, и она снова вздрогнула.

Дорого бы дал, чтобы увидеть сейчас ее глаза. Почему вздрогнула? Она меня боится? Ну нет, милая, твой страх мне совсем не нужен. Видимо, разговор предстоит чуть серьезнее, чем я планировал. Надо убедить Эрианор, что ей ничего не грозит, и я постараюсь приложить к этому все усилия. А заодно выкинуть из головы на некоторое время мысли о поцелуе. И ведь не сможет возразить, даже если захочет. А не надо было серебро выбирать, сладкая моя девочка, рискованный шаг с твоей стороны. Ты ведь уже поняла, еще там, в саду, что я настроен решительно, и должна осознавать, что этот ужин не просто так.

Я дошел до стола и аккуратно поставил гостью на землю, придержав за талию. Интересно, что бы сказала Эрин, если бы увидела только один стул? Девочка напряглась, но не отстранилась. Умница моя, поняла правила игры.

– Мы пришли? – уточнила она.

– Да. – Я улыбнулся и притянул ее к себе.

Ладони тут же снова уперлись в мою грудь, пытаясь сохранить между нами расстояние. Ой, хорошая моя, напрасная попытка.

– Как я буду ужинать, я ничего не вижу, – раздраженно произнесла Эрин, опять поджав губы, и проснулось настойчивое желание разгладить их сначала пальцами, а потом поцелуем.

– Я покормлю тебя, – шепнул я и сел, устроив ее на коленях.

– Оллер!.. – прошипела Эрианор с негодованием, и готов спорить на что угодно, нахмурилась.

– Я, моя хорошая, – выдохнул почти ей в губы.

Щеки разноцветной окрасил нежный румянец, она молча отвернулась. Значит, капризничаем, да? Ее поведение совершенно неожиданно вызвало такой взрыв эмоций, что захотелось смести приборы со стола, уложить маленькую лианоссе на кружевную скатерть, и… о, лучше ей не знать, о чем я думаю. А Йен может катиться со своими планами к Ирроху, не отдам ему Эрин!

– Я не ваша и далеко не такая хорошая, как вы думаете, – известила лианоссе ЛасГаллен ну оч-ч-чень недовольным голосом.

– Да-а-а? – ужасно захотелось избавить ее роскошную шевелюру от жемчужных шпилек и запустить в цветные локоны пальцы. Я помню, какие они шелковистые и мягкие и как Эрин почти мурлыкала, когда поглаживал ей затылок.

Вместо этого я легко, едва касаясь, провел пальцем вдоль выреза платья, поверх кружева, страстно желая наклониться и продолжить ласкать маленькую Эрин губами и языком. Уф… спокойно, незачем раньше времени пугать ее. И вообще, кажется, мы говорить хотели? Но я не удержался и решил подразнить певунью – сама напросилась со своим ответом!

– Не такая хорошая, значит, да? – вкрадчиво произнес я и погладил соблазнительную ложбинку, легко, едва касаясь кожи. – И в каком же смысле, Эрин, а?

Она дернулась, но я удержал, крепко обняв за талию. Нет, не убежишь, разноцветная моя.

– Да хватит уже!.. – Хриплый голосок музыкой отозвался в ушах, девочку мои действия взволновали до крайности, несмотря на возмущенные нотки.

Это радует, не испугали, значит, можно продолжить. Только чуть позже, а то я так и не узнаю, что меня интересовало о ней. С большой неохотой убрал руку от груди Эрианор и потянулся к бутылке.

– Хорошо, – кротко отозвался я и разлил вино по бокалам. – О чем ты хотела поговорить, Эрин?

Предоставлю первое слово ей, мне любопытно, о чем спросит моя упрямица.

– Обо всей этой Игре. – Она махнула рукой, чудом не задев полный бокал. – Мне многое непонятно, а я не люблю, когда чего-то не понимаю. И уж тем более в ситуации, которая напрямую касается моей… свободы.

Показалось или нет, она хотела по-другому закончить фразу? Но переспрашивать не стал. Мне снова пришла в голову восхитительная мысль, как сделать наш разговор в высшей степени замечательным, для меня, по крайней мере, точно. И уверен, Эрин тоже понравится.

– Спрашивай. – Я поднес край бокала к ее губам. – Попробуй, Эрин.

Она осторожно сделала глоток и облизнулась. Я чуть не расплескал вино, ставя бокал обратно на стол. Наивная моя, ты же не знаешь, как действует на меня такой простой жест с твоей стороны!..

– Только одно условие, – вкрадчиво добавил, едва удержавшись, чтобы не погладить ее губы. – За каждый ответ ты выполняешь одну мою просьбу.

Ох, увидеть бы сейчас выражение ее необычных глаз! Она молчала, теребя кружево на платье, и я решил ускорить принятие решения. Все равно ведь согласится.

– Эрианор, к серому не только серебро подходит, – почти прошептал прямо ей на ухо. – Но на тебе этот цвет, так что у тебя нет выбора.

– Хорошо, – буркнула она, скрестив руки на груди. – Только, Оллер…

– Без условий, лианоссе, – прервал я ее. – Ты хотела поговорить, мы поговорим, но так, как хочу я.

Она повернулась ко мне, хотя и не могла видеть мое лицо.

– Будете наглеть, ог… кхм, буду возражать, – абсолютно серьезно заявило это чудное создание. – Активно и, возможно, не очень приятно для вас, ваше высочество.

Ах, сколько язвительности, певунья моя, ты неподражаема! И опять титул, ну что за упрямство! Ладно, Эрианор, тогда проясним немножко ситуацию.

– Птичка моя. – Я осторожно убрал упругий локон с ее плеча. – Начнем с того, что ты признала, что означает серебристое кружево на твоем платье, и наверняка догадываешься, что я не ограничусь разговорами. Так, Эрин?

– Так, – нехотя согласилась она.

– Тогда почему капризничаем? – проворковал я, приласкав губами бархатистую щеку.

– Потому что вы не оставляете мне выбора, – огорошила она ответом.

О как.

– Эрин, а тебе разве не нравится, что я делаю? – задал провокационный вопрос.

– Давайте вернемся к моим вопросам, – ускользнула она от ответа.

Хитренькая моя, ну да ладно, сам вижу, что тебе нравится, но по какой-то причине ты решила поиграть в неприступную. Ладно, так даже интереснее.

– Значит, ты согласна на мое условие? – Я наколол на вилку кусочек фаршированного мясного рулета и поднес к ее рту.

– Д-да, – чуть запнувшись, ответила она и осторожно сняла мясо губами.

Вот и чудненько, моя милая. Поиграем, Эрианор.

– Ну тогда я слушаю, что тебя интересует.

Она прожевала и спросила:

– Почему такой странный способ жениться? Неужели нельзя просто выбрать понравившуюся девушку и поухаживать за ней, как делают все нормальные мужчины?

– Это два вопроса. – Я тихо рассмеялся. – Но постараюсь ответить на оба. Просто понравившаяся девушка не подойдет, Эрин, нужна обязательно разноцветная. Почему через Игры? – Ненадолго задумался, поднеся ко рту лианоссе следующий кусочек. Мы с Йеном, конечно, о проклятии Ниалоны не распространялись, и до сих пор никто не спрашивал, почему мы решили устроить конкурс невест таким странным образом. Но рассказывать всю историю прямо сейчас я не собирался. В конце концов, в моих интересах, чтобы Эрианор спрашивала как можно больше. – Потому что таково условие.

Возмутиться моим кратким ответом она не успела.

– Теперь моя очередь. – Взяв из вазы с фруктами сладкий и очень сочный голубой соар, я поднес к ее губам. – Открой ротик, Эрин.

– З-зачем? – насторожилась она.

– Тебе понравится, – заверил я.

Ну а мне понравится устранять последствия поедания соара. Поколебавшись, она выполнила просьбу.

– Кусай.

Наградой послужило восторженное мычание, пока моя малышка жевала сочный фрукт, естественно, испачкав подбородок в соке. Только она потянулась вытереть, я поймал ее пальчики.

– Нет-нет, лиа Эрин. – Я с вожделением смотрел на сладкие капли. – Это моя вторая просьба.

И прежде чем она успела возразить, нагнулся и медленно слизнул голубоватый сок. Судорожный вздох и тихий возглас, но разноцветная не отстранилась. Мой язык прогулялся по контуру полуоткрытых губ и, не встретив сопротивления, скользнул внутрь. Фруктовый, с легкими нотками вина, вкус Эрианор опьянял, кружил голову не хуже алкоголя, и я с трудом удерживался, чтобы не дать воли страсти, бушевавшей в крови огненным шквалом. Тихо, Олли, спокойно, не увлекайся, Иррох тебя возьми! Убери руку с ее груди немедленно! И не смей расстегивать эти маленькие, такие заманчивые пуговички!

Буйное воображение тут же подсунуло картинку, как сладкий сок капает на грудь разноцветной, освобожденную от платья и корсета, медленно стекает дальше, в ложбинку и ниже, на живот… А я собираю нектар губами, наслаждаясь тихими стонами маленькой лианоссе. О-о, если сейчас не остановлюсь, фантазия имеет все шансы плавно перерасти в чудесную реальность, но как к этому отнесется моя гостья? Эрианор первая прервала поцелуй, со всхлипом откинув голову. Ладони опять оказались на моей груди, пытаясь не допустить продолжения. Я облизнулся, еще чувствуя на языке вкус соара с вином. Голова кружилась, и все мысли о том, что собирался что-то там узнавать у Эрин, разлетелись вспугнутыми стрекозами.

– Моя маленькая, ты просто не представляешь, что творишь со мной, – хрипло прошептал я, осторожно поправив кружево вокруг выреза.

– В-вы обещали ответить на мои вопросы, – не слишком уверенно отозвалась она. – Оллер, имейте совесть, в конце концов, нельзя же так… Так бесстыдно вести себя, – пробормотала Эрин, сглотнув.

Мм… бесстыдно? Это я еще сдерживаюсь, маленькая лианоссе! Но как меня радует ее реакция, кто бы знал! Даже удивительно для девушки, выросшей в глуши и до этого не имевшей большого опыта общения с мужчинами, тем более в таком пикантном ключе. Любая другая на ее месте давно бы уже попыталась сбежать с моих колен и прекратить это восхитительное безобразие.

– Но тебе ведь нравится, птичка моя? – Я снова взял бокал и поднес к губам гостьи. – Глотни-ка. И да, у меня стыда нет совершенно, – подтвердил я, довольный, как налопавшийся сливок кот. – Какой твой следующий вопрос, лиа Эрин?

Нас грубо прервали. За поворотом раздался хруст гравия под чьими-то решительными шагами, и в следующую минуту я узрел очень раздраженного Йена.

– Оллер, Иррохова печенка! – Он остановился около нашего столика. – Мы же договорились честно!..

Эрианор вздрогнула и попыталась вскочить, но я крепко обхватил ее за талию, не дав этого сделать, и смерил братца свирепым взглядом.

– А все честно, Светлый. – Я оскалился в ухмылке. – Я утром послал Эрианор приглашение на ужин и, как закончил с делами, осуществил свое намерение. Уговора отчитываться друг перед другом не было, если помнишь.

– Ты для этого послал меня к Лесным?! – прошипел Йен, серебристые глаза сверкали от злости. – Знал, что я вернусь поздно и потом еще в Службу отправлюсь! И воспользовался этим?!

– Что происходит? – перебила его Эрианор, но я накрыл ротик девочки ладонью.

– Ш-ш, милая, помолчи пока. – Я не отрывал взгляда от брата. – Извини, Светлый, но я успел раньше. Сережки мои, и Эрианор получила первым мое приглашение.

– Ага, а вот это мое. – Светлый наклонился и провел пальцем по кулону, словно невзначай задев и нежную кожу. – И приглашение я отправил, как только вернулся из Службы.

Ладонь Эрианор метнулась к груди, оттолкнув нахальную конечность брата.

– Что за!.. – вырвалось у нее, и очень раздраженно. – Может, я пойду, а вы пока выясните свои разногласия?

– Никуда ты не пойдешь. – Я нахмурился, хотя она не могла этого видеть. – А Йен сейчас развернется и оставит нас, ведь так? – Я выразительно глянул на Светлого.

Этот наглец выгнул бровь, усмехнулся и покачал головой:

– Имею полное право остаться, Темный, поскольку, как гласят Правила, время и место встречи назначаю я сам. Ну а поскольку ты был столь нелюбезным, что не предупредил меня о вашем ужине и до завтра я ждать не желаю, у тебя, братец, есть всего пара минут, пока я хожу за стулом, чтобы смириться с моим присутствием. Или уступить право продолжить свидание мне и оставить нас вдвоем с Эрин.

Засим Йен развернулся и удалился, пока я подбирал приличные слова, чтобы выразить мое отношение к его возмутительному поступку.

– Оллер, пустите меня, – решительно заявила Эрин, вцепившись в мою руку. – Пожалуй, мне действительно пора домой.

Во мне взыграло упрямство. Не знаю, что задумал Йен, но ему останется только смотреть и завидовать, если сам не захотел перенести свое свидание на другое время! Его присутствие меня совершенно не смутит. Тем более я не уйду, оставив ему Эрианор. А подразнить лишний раз Светлого мне только в радость.

– Нет, Эрин, не пора. – Я перехватил ее запястья. – У тебя так быстро вопросы закончились?

– Послушайте, это переходит все границы!.. – повысив голос, отозвалась она, настойчиво пытаясь высвободить руки.

А меня обуяло настроение похулиганить. Я издал смешок и поднес ее пальчики к губам, легко коснувшись подушечек.

– Нет, птичка моя, пока не переходит, – уверенно заявил.

– Почему вы так меня называете? – Она перестала вырываться, и тон Эрианор стал настороженным.

– Это твой следующий вопрос? – не растерялся я.

Моя очередь спрашивать еще не наступила, и я собирался воспользоваться ситуацией и своим правом на желания.

– Нет, – быстро ответила она.

Умненькая, но наивная. Я же все равно добьюсь своего. Вернулся Йен со стулом, поставил рядом с моим и устроился на нем, непринужденно откинувшись на спинку. В серебристых глазах мелькнули насмешливые искорки. Я ответил таким же взглядом, демонстративно прижавшись к Эрин. Она напряглась, и мне это не понравилось. Смущается? Но она же все равно ничего не видит, а прикасаюсь к ней только я. Непорядок.

– Итак. – Светлый плеснул себе вина и сделал глоток. – О чем тут у вас разговор?

– О всяком. – Я улыбнулся, коснувшись серебристого кружева и не сводя с Йена взгляда. – Эрианор любопытствует, а я стараюсь отвечать.

– Мм… как интересно, – протянул брат, его взгляд медленно прогулялся по замершей Эрианор. – И что же хочет узнать лианоссе? Может, я тоже помогу удовлетворить ее любопытство?

То, как Светлый посмотрел на певунью, неожиданно подстегнуло мою разгулявшуюся фантазию, и в голове зашевелились совсем уж шальные мысли. На самом деле меня, конечно, раздражал его интерес к Эрин, но… Йен здесь, с нами. И имеет на это, как ни прискорбно, полное право – он тоже дарил аурин. Оставаться просто наблюдателем ему не позволит упрямство, так может… А как Эрианор на это отреагирует?.. Наши с Йеном взгляды встретились, он вопросительно изогнул бровь. Я же возьми и скажи:

– Мы играем в вопросы и ответы, Светлый. Один ответ – одна просьба. Лианоссе ЛасГаллен хочет немного прояснить ситуацию насчет Игры.

– Ух ты. – Голос братца тоже приобрел кошачьи интонации. – Да ты затейник, Темный.

– Стоп. Что происходит!? – попыталась вклиниться в наш разговор Эрианор. – Йен, это вы здесь?

Мы одновременно посмотрели на это милое личико, наполовину скрытое шарфом, но возмущение на нем читалось очень ясно.

– Да, я, Эрин. – Его голос стал мягким, обволакивающим. – Ты что-то имеешь против?

– Да, имею! – Ой, кажется, Эрианор всерьез разозлилась и… разволновалась?

Хм, уже интересно.

– Почему? – Йен подвинулся ближе, в серебристых глазах мелькнул неподдельный интерес.

Так, кажется, моя сумасшедшая идея пришлась братцу по вкусу… Ох, Иррохова печенка, что мы с ним затеваем?! И насколько это соответствует нашей щекотливой ситуации? Думалось тяжело, и я бросил это неблагодарное занятие, вместо этого начав тихонечко целовать висок и щеку Эрианор.

– Потому что меня Оллер пригласил! – И тут же мне: – Да прекратите уже, слышите!..

Она снова отвернулась, и перед моим носом оказалась пушистая разноцветная масса волос, безжалостно скрученная множеством шпилек. Заманчиво…

– Не прекращу, – шепнул ей на ушко. – Мне хочется, Эрин, видишь, какая штука…

– Эрианор, но ведь ты мне тоже должна свидание, – вкрадчиво сообщил Йен очевидную вещь и еще придвинулся, его колени почти касались коленей лианоссе ЛасГаллен. – И я уже сказал, до завтра ждать не хочу.

– Но… – По всей видимости, гостья собиралась что-то возразить, однако Светлый не дал.

– А что тебя смущает-то? – с искренним удивлением перебил он. – Ну, посидим, поговорим. А если мне захочется поцеловать тебя, думаю, Олли великодушно отвернется, так ведь? – с усмешкой добавил Йен.

Я уставился на него, из груди рвался смех, но приходилось сдерживаться. Ну, братец, ты даешь. Нет, может, я и разрешу тебе разок поцеловать разноцветную, но отворачиваться… Ничего, что ты глазел тогда на нас в парке? Конечно, и я потом полюбовался… Хм. А вот кто мне скажет, почему мысль о том, что Йен будет целоваться с Эрианор на моих глазах, уже не так возмущает? И наблюдая за ними, не припомню, чтобы исходил ревностью. Недоволен был, да, что маленькая лианоссе тоже таяла от его прикосновений, но… Вспомнил, как она любезно известила, что не поняла, кто из нас лучше, и медленно улыбнулся, посмотрев на нее. Вот и сравнишь, милая моя, и уже не отвертишься от ответа.

– Да ладно?! – с явной издевкой отозвалась Эрин, похоже, доведенная до крайности услышанным. – А меня хоть кто-нибудь из вас спросил, чего я хочу, а?! Или ваши высочества страдают избирательной глухотой?

Мы с Йеном переглянулись. Похоже, она не на шутку рассердилась. Будем успокаивать, что ж.

– Ты хотела, кажется, что-то узнать, Эрин? – невозмутимо поинтересовался я. – Или уже передумала?

Под моей ладонью, даже несмотря на корсет, я чувствовал, как быстро-быстро забилось ее сердце. Лиа Эрианор прикусила губу, напряженно стиснув пальцы. Мы терпеливо ждали ответа, давая ей время подумать.

– Йен, вы не уйдете? – тихо спросила она.

– Нет. – Светлый покачал головой, хотя разноцветная не могла видеть. – Прости, хорошая моя, – чуть тише добавил он с легким сожалением. – Я вижу, тебе не нравится, но я останусь здесь и с удовольствием поучаствую в разговоре.

Она длинно вздохнула, прислонилась к моему плечу в каком-то беспомощно-обреченном жесте, и меня вдруг теплой волной облила нежность. Я тихонько погладил Эрин по плечу и коснулся губами разноцветной макушки. Маленькая, мы тебя не обидим, ну что ты. Чего ты так боишься нашего внимания? Поймал себя на том, что думаю уже про меня и брата вместе… Осознать, к чему это может привести, не успел. Эрин ответила.

– Хорошо, – пробормотала лианоссе ЛасГаллен. – Мне нужна информация, так или иначе.

– Тогда моя очередь отвечать на твои вопросы, Эрин. – Йен не сводил с гостьи взгляда, откровенного такого, многообещающего.

Интересно, а она чувствует, как он на нее смотрит?

Глава 8

Йен

В Службе тоже дел накопилось, что вызвало раздражение. Кого-то обокрали – отправил туда людей. Кто-то просил проследить за неверной женой – отдал нужные распоряжения. Пока подобрал тех, кто мог незаметно и пристально следить за Ниалоной, разъяснил, что мне нужны подробные сведения об Эрианор, время незаметно подобралось к шести вечера. Так, пора возвращаться, меня еще ждет свидание с разноцветной.

Добравшись до своих покоев, сразу отправил записку к дочери Кайла с просьбой явиться через полчаса – думаю, столько хватит, у маленькой был весь день, чтобы подготовиться к нашей встрече. Оллера не обнаружилось, что вызвало легкое беспокойство, а вот когда пришел ответ, что лианоссе ЛасГаллен нет дома, оно переросло в уверенность. В груди заворочалось глухое раздражение, я вызвал слугу и устроил ему допрос.

– Где его высочество Оллер? – требовательно спросил, сверля его взглядом.

– Он просил не беспокоить, – последовал ответ.

– Я спросил, где он? – почти прорычал, и слуга вздрогнул:

– Он в парке.

Вот, значит, как. И я даже знаю с кем! Злость ударила в голову, я скрипнул зубами. Вот же ж, рыжий!.. Воспользовался тем, что я мотался по делам, а сам втихаря за моей спиной устроил свидание с Эрианор! Ну уж нет, дражайший братец, я не дам тебе наслаждаться обществом разноцветной! Резко развернулся и направился в парк. Догадываюсь, где он устроил встречу, этот уединенный уголок лучше всего подходит для его намерений!

Узрев же нагло завладевшего Эрин Темного, да еще и обнимавшего ее, я, признаться, испытал сильное желание съездить по физиономии братца, хотя дрались мы крайне редко, кажется, по воспоминаниям ушедшего отца, только в глубоком детстве. Став старше, соперничали, да, и бывало даже, из-за одной женщины, но не дрались. Сейчас… Смотрел на них и медленно осознавал, что бесит не столько то, что Эрин в объятиях Оллера, а то, что он опять первый! Ревности не было, что тоже слегка удивило. И злость вдруг разом утихла, едва в голову пришла замечательная идея. Я настолько развеселился от двусмысленности сложившейся ситуации, особенно когда заявил, что останусь тут, и полюбовался на недовольную физиономию Оллера, что чуть не рассмеялся в голос. Быстренько сходил за стулом и присоединился к их теплой компании.

Кстати, с шарфом Темный хорошо придумал, вид беспомощной Эрианор рождал в голове такие картинки… А когда он заявил об условии, на котором маленькая согласилась задавать свои вопросы, я чуть не зааплодировал сообразительности Оллера. Проказник, а! Мысль, что в эту игру можно играть и втроем, взбодрила, взволновала, и фантазия унеслась совсем уж в несусветные дали, пришлось срочно ее укрощать. Иррох, о чем я думаю?! Мы же с Олли никогда не делили одну женщину!.. Мм… Ниалона не в счет, там другая ситуация была: сначала леди Тонвуд побывала в постели Олли, а потом уже в мою попыталась залезть. Тут же… кто меня за язык тянул, с этим шальным предложением про поцелуй?! Мой взгляд не сходил с губ Эрианор, пока она принимала решение, и даже то, что разноцветную, похоже, не слишком радовало мое присутствие, не огорчило. О, я сумею сделать так, что ее недовольство очень быстро пропадет! Лианоссе прислонилась к Оллеру, он тихонько погладил ее по плечу.

– Хорошо, – пробормотала она, и обреченность в голосе маленькой мне тоже не понравилась. Нет, Эрин, не надо расстраиваться, пожалуйста! Ничего плохого не будет, ну же, улыбнись! – Мне нужна информация, так или иначе.

Вот отлично! А теперь, Темный, ты будешь смотреть и, возможно, даже завидовать!

– Тогда моя очередь отвечать на твои вопросы, Эрин, – мягко произнес я, мой взгляд медленно прогулялся по гостье, отметив и ряд пуговичек на платье, тут же вызвавших зуд в пальцах, и кружево, едва прикрывавшее пикантную ложбинку.

Подушечки пальцев помнили, какая нежная у нее там кожа, и очень хотелось изучить ее губами и языком… Но тут Эрианор заговорила:

– Оллер сказал, в качестве невесты вам нужна только разноцветная, и выбор обязательно должен происходить во время Игр, это какое-то условие. Кто это условие придумал и зачем?

Мои брови поднялись, а в груди защекотала радость.

– Два вопроса? – вкрадчиво уточнил я, уже предвкушая, что попрошу взамен.

– А-а-а-а-а… д-да, – с отчаянно-решительным видом подтвердила она.

Я восхитился ее смелостью. Сама же недавно заявляла, что не терпит, когда действуют помимо желания малышки… Хм… значит, тебе нравится все-таки, Эрин? Или ты решила, что игра стоит свеч и ради утоления любопытства можно пойти на уступки?.. Что ж, ладно. Отвечу.

– Условие придумали Лесные, зачем – чтобы снять проклятие, – невозмутимо отозвался я.

Да, коварный. Ну что поделать, чем больше вопросов она задаст, тем больше я смогу себе позволить. И уговаривать не придется, и возразить не сможет, и… быстрее всего получится убедить, что сопротивляться бесполезно, я еще помню, как она податливо прижималась ко мне в гостиной, когда целовал Эрин.

– Йен! – возмутилась она. – Так нечестно, отвечайте нормально!

– Как ты спрашиваешь, хорошая моя, так и отвечаю, – с ласковой улыбкой отозвался я, перебирая в голове, с чего бы начать.

Ты же не просила объяснить, а просто задала вопрос. Но подсказывать не буду, что я, враг себе, что ли?

– Все равно нечестно, – буркнула она недовольно и скрестила руки на груди.

На мой взгляд, все честно.

– Эри-и-и-и-ин, – протянул, с нежностью глядя на нее. – Моя очередь получать плату. Давай руку.

Спрашивать, зачем, она не стала, просто молча протянула ладонь. Я взял узкую кисть, любуясь тонкими пальчиками, потом перевернул, провел пальцем по запястью и поднес к губам. Проверим твою реакцию, разноцветная моя, насколько чувствительное у тебя здесь местечко. Легонько поцеловал, потом пощекотал языком и к собственному удовольствию услышал резкий вздох. Она попробовала выдернуть ладонь, но я не дал и начал медленно вырисовывать узоры на мягкой коже, продвигаясь выше, к самому краю рукава. Признаться, настолько увлекся процессом, что позабыл про присутствие Оллера. Рука Эрианор задрожала под моими ласками, девочка уже не пыталась высвободиться, а я тихонько поглаживал, продолжая целовать. Собственное дыхание слегка сбилось, волнение и другие, не столь невинные чувства, ударили в голову пряным коктейлем и смели все здравые мысли.

– Йен… х-хватит… – моих ушей коснулся чуть хрипловатый, взволнованный голосок Эрин, и я, посмотрев на нее, с неохотой оторвался от приятного занятия.

– Тебе же нравится, – улыбнулся, довольный донельзя тем, как она отзывалась, и осторожно подул на влажную кожу.

– О-о-ох… – вырвалось у нее, и моему ликованию не было предела – такой томный голосок может означать только, что я совершенно прав.

А еще радовало полное отсутствие не нужного сейчас смущения или стеснения, свойственных большинству молодых девушек, когда они оказываются наедине с мужчиной. Интересно, почему Эрин себя так ведет, от излишней наивности и непонимания, что происходит, или… Что или, додумать не успел. Раздалось ворчливое замечание Оллера:

– Не увлекайся, Светлый. У тебя еще одно желание.

– Буду великодушным. – Я усмехнулся, но ладонь Эрианор не выпустил, придвинувшись совсем близко и продолжая вроде как задумчиво гладить пальцем внутреннюю сторону. – Пусть для начала будет одно желание за два вопроса.

В конце концов, надо же извиниться перед разноцветной, что остался с ними наперекор ее нежеланию. Как же хотелось снять этот Иррохов шарф и посмотреть в глаза! Надеюсь, после завтрашнего разговора с шаманом Лесных наша следующая встреча уже произойдет без него. Хотя… Столько возможностей открывается… Так, подумаю об этом позже, а то штаны совсем неудобными станут.

– Тогда моя очередь, – мурлыкнул рыжий, прижавшись щекой к виску Эрин.

Она резко выдохнула.

– Послушайте… – Лианоссе облизала губы, и температура моего тела резко подскочила, захотелось срочно расстегнуть несколько пуговиц на рубашке и вылить на голову кувшин холодной воды. Да что ж ты делаешь, маленькая!.. Намеренно дразнишь или так сильно разволновалась, что уже не контролируешь себя? – Может, все-таки просто поговорим?.. Без всяких…

– Просто неинтересно, – интимным шепотом сообщил Оллер. – Так какой твой следующий вопрос?

– Почему леди Тонвуд решает, кому из вас жениться?

Какие интересные вопросы она задает, однако. Помнится, раньше разноцветных такие подробности Игр мало волновали. Хотя я еще на балу заметил, что Эрин умненькая девочка. Я покосился на Оллера, с любопытством ожидая, что же он ответит. Темный слегка пожал плечами, в глазах появился хитрый блеск.

– Потому что она Распорядительница на Играх. – Да уж, верх коварства! Сдержал смех, но улыбка просочилась, очень уж забавно выглядела довольная физиономия брата.

– Так, стоп, я знаю это! – В голосе Эрианор снова прорезалось раздражение. – Меня интересует не ее нынешняя должность, а почему Распорядительница решает этот вопрос?

Оллер с сожалением вздохнул. А малышка умеет играть, да, и не дает сбить себя с толку! Я продолжал наблюдать, уже позабыв, что совсем недавно злился на Оллера за то, что действовал за моей спиной. И что же этот прохвост ответит? Так, чтобы не вдаваться в подробности и оставить Эрианор простор для утоления любопытства?

– Условие Лесных, – выдохнул Олли ей на ухо.

Хор-р-рош, ничего не скажешь. Я мысленно поаплодировал брату и приготовился созерцать занимательное продолжение. Эм, поймал себя на том, что жду с… нетерпением?! А куда подевалось недовольство?

– Да чтоб вас!.. – с досадой воскликнула Эрианор и оборвала себя.

Да, милая, возможно, с твоей точки зрения, мы играем нечестно. Но… нам нравится. Нам? Я на самом деле так подумал?

– Пить хочешь, Эрин? – заботливо поинтересовался Оллер и, не дожидаясь ответа, налил в бокал вина.

И что же задумал хитрец? Я чуть подался вперед, не отрывая взгляда от Темного, он поднес бокал к губам и сделал глоток. А потом прижался к приоткрытому ротику Эрианор. Меня обсыпали горячие мурашки, и я понял, что ничуть не завидую, глядя как Оллер с наслаждением целует лианоссе. Потому что следующим буду я.

Эрианор

Выходя из экипажа, я твердо вознамерилась не дать Оллеру распускать руки и не только, даже несмотря на проклятое серебристое кружево, но не учла двух моментов: я совершенно беспомощна с этим дурацким шарфом, и драться с принцем на глазах у Кайла и молчаливой стражи у входа – помню, она там стоит, – будет с моей стороны совсем глупо. А еще совершенно не ожидала, что наглый рыжий обнимет и тело радостно отзовется на его действия… Да чтоб вас, гормоны чертовы! Ну и темпераментная особа, эта бывшая владелица! Все же интересно, а какой на самом деле была лианоссе Эрианор? Такой ли послушной тихоней или все же имела характер? Кайл вряд ли расскажет, он же с ней почти не виделся, а больше и спросить не у кого. Жаль. Размышления помогли отвлечься от волнительной близости Оллера, и дальше мы уже пошли нормально, моя ладонь лежала на его локте. Ох, все-таки эта повязка ужасно мешает, я все время боялась споткнуться или обо что-то удариться и опасалась, что Темный воспользуется моей временной слепотой… Ну, до выхода в парк мы дошли спокойно, что усыпило бдительность, и даже по самому парку немного прошли – а потом Оллер взял меня на руки. Да еще и нагло приласкал губами щеку и висок, заставив внутри все перевернуться от вихря эмоций!

Да, понравилось, черт возьми. И его нахальная нежность, и то, что он, похоже, не собирался останавливаться на этой мимолетной ласке. Так, пора возвращаться с небес на землю и вспомнить, зачем я вообще тут нахожусь!

– Оллер, я хочу поговорить. – Я попыталась отвлечь принца от ненужных мыслей и действий.

– Я тоже, Эрин, – раздалось невозмутимое, и я не удержалась, вздрогнула.

Так, а вот это уже мне не нравится! О чем это он хочет поговорить? О моих интересах? Не, приятель, плохая идея. Эх, лучше уж на меня отвлекайся, согласна и на такие жертвы, только без расспросов с твоей стороны! Это мне информация нужна, как воздух…

Меня наконец поставили на землю, но рука Оллера осталась на талии. Только успела уточнить, на месте ли мы, как в следующий момент меня совершенно наглым образом притянули к себе! Сердце, приказа трепыхаться, как флаг на ветру, не было! Дыхание, а ну перестань срываться! Мои ладони сами оказались выставлены вперед и очень удачно уперлись в грудь Олли. Эм… Оллера. Еще не хватало его уменьшительным звать, пусть даже и в мыслях. Привыкну, не дай бог, что мне категорически противопоказано. С изрядным раздражением поинтересовалась, как же мне есть, если ничего не вижу, и получила вполне ожидаемый ответ, что меня накормят собственноручно. Все бы ничего, но говорил Оллер таким безумно чувственным шепотом, что кости превратились в карамельки и расплавились, на какое-то время сделав тело безвольным и послушным. Наверное, именно потому я не среагировала вовремя, когда его наглое высочество усадил на колени.

– Оллер!.. – вырвалось у меня прямо-таки змеиное шипение, не иначе как от слишком волнительной близости рыжего, и плевать на кружево и его титул!

Я же взрослая, умная женщина, умеющая держать свои желания в узде! Ага, желания, а вот инстинкты этого молодого, вошедшего в самый сок тела, просто-таки вопили о том, что им безразличны глупые условности, и оно просто жаждет, чтобы его соблазнили! Можно прямо за этим ужином, чего время терять… Ну уж нет, дорогие мои инстинкты и гормоны, я сказала ша, значит, ша! На одних постельных утехах далеко не уедешь! И пока не получу подтверждение, что Оллеру интересно не только мое тело, и он способен учитывать не только свои желания, никаких послаблений. Русские не сдаются. По крайней мере, не так быстро…

– Я, моя хорошая, – снова шепнул этот змей-искуситель, и моих губ коснулось теплое дыхание принца.

Э-э, а вот это уже лишнее, твое высочество! Как и такое обращение ко мне. С досадой ощутила, как щеки потеплели, и поняла, что предательский румянец выдал с головой. Отвернулась, во избежание эксцессов, и огрызнулась:

– Я не ваша и далеко не такая хорошая, как вы думаете.

И только через пару секунд поняла, что сморозила! Вот «умная», тоже мне, это в родном мире можно так отбрить, а потом наврать с три короба слишком навязчивому кавалеру! Здесь же подобное заявление только раззадорит Оллера… Что и произошло. Этот бессовестный медленно провел пальцем вдоль выреза, хорошо хоть поверх кружева, что, однако, не помешало горячим мурашкам разбежаться по телу шустрыми муравьями. Ой-й-й-й…

– Да-а-а-а? – протянул этот злодей голосом Джека Воробья, уговаривающего Элизабет на поцелуй. – Не такая хорошая, значит? И в каком же смысле?

Ну е-мое, вот привязался к словам-то, а! В каком надо, в таком и смысле… Эй-эй, что делаешь, беспредельщик?! Теперь его палец погладил ложбинку, осторожно, нежно, едва касаясь кожи, которая тут же вспыхнула тысячей огоньков, заставив невольно дернуться в попытке избежать дальнейшей ласки. Конечно, меня удержали, крепче прижав к сильному телу, и у меня вырвался очередной раздраженный и нервный возглас:

– Ну хватит уже!..

Да еще таким охрипшим голосом, сдавшим меня с потрохами… Да, разволновалась, чего уж там, да, жарко стало. Тем более пора прекратить это безобразие. Я же разговаривать собиралась, нет? Слава всем местным богам, Оллер послушался и убрал шаловливую конечность от моей груди.

– Хорошо, – подозрительно кротким голосом отозвался он, и я услышала звук наливаемой воды. Ой, нет, вина, скорее всего. – О чем ты хотела поговорить, Эрин?

Пришлось срочно собирать мысли в кучу и выуживать нужные. Почему-то сейчас, когда наступило время вопросов и ответов, первые резвенько попрятались по углам.

– Обо всей этой Игре, – махнула рукой, решив сразу обозначить круг моих интересов. – Мне многое непонятно, а я не люблю, когда чего-то не понимаю. И уж тем более в ситуации, которая напрямую касается моей… свободы.

Чуть не ляпнула «жизни», но подразумевалось, что о предполагаемой смерти я не знаю, как и предыдущие разноцветные, посему не будем пока трогать щекотливую тему, да и вряд ли принц скажет что-то новое.

– Спрашивай. Попробуй, Эрин. – Моих губ коснулся край бокала, и я осторожно сделала глоток, облизнувшись.

Вино и вправду оказалось вкусным, немного терпким, но вместе с тем мягким.

– Только одно условие, – вкрадчиво добавил Оллер, и мгновением позже, услышав продолжение, я порадовалась, что проглотила вино. Иначе точно подавилась бы. – За каждый ответ ты выполняешь одну мою просьбу.

Ух. Дар речи торжественно подал прошение об отставке и удалился в неизвестные дали, меня словно под дых ударили, дыхание внезапно закончилось. Вот кто скажет, с каких таких щей я настолько нервно реагирую на его условие, а?! И почему моя фантазия подсовывает картинки исключительно нескромного содержания о том, какие у этого индивида с бесстыжим взглядом могут быть просьбы? И уж совсем ни в какие ворота не лезет, что внутри все задрожало в ожидании предстоящей игры в вопросы и ответы…

– Эрианор, к серому не только серебро подходит. – Бархатистый полушепот обжег ухо, чуть не заставив отшатнуться. Вовремя вспомнила, что не поможет, держали меня крепко. – Но на тебе этот цвет, так что у тебя нет выбора.

Да понимаю я все, твое высочество, вот только тебе лично это очков не прибавляет. Ты же нагло пользуешься ситуацией и моим просчетом в наряде от незнания Правил и ничуть не интересуешься моим мнением…

– Хорошо, – буркнула я, скрестив руки на груди. – Только, Оллер…

Закончить мне не дали. М-да, а попытка была хороша. Значит, не хочет слушать. Ладно, учтем, дражайший любитель легких побед.

– Без условий, лианоссе. Ты хотела поговорить, мы поговорим, но так, как хочу я.

Слишком много решительности, и отстаивать свое мнение бесполезно. Раз так, мое дело предупредить – покорности, даже учитывая пресловутое серебристое кружево, не дождешься, господин рыжий. Я повернула голову предположительно в сторону Оллера и столь же решительным голосом заявила:

– Будете наглеть, ог… кхм, буду возражать, – вовремя поправилась, чуть не ляпнув грубость. Испытывать терпение Темного в мои планы не входило, и так, по-моему, по грани хожу… – Активно и возможно не очень приятно для вас, ваше высочество.

Не удержалась в конце от язвительных ноток, твердо решив, что уж пощечину зарядить, если что, я точно смогу. И пусть расценивает это, как хочет! Хватит того, что уступила вчера, в парке. Не такая уж доступная, как думает этот чертов золотоглазый искуситель!

– Птичка моя, – он осторожно убрал упругий локон с моего плеча, – начнем с того, что ты знаешь, что означает серебристое кружево на твоем платье, и наверняка догадываешься, что я не ограничусь разговорами. Так, Эрин?

Не в бровь, а в глаз, кэп. Спасибо. Но мог хотя бы из вежливости в джентльмена поиграть, не? И вот, кстати, а чего это он меня птичкой называет? Просто так, или… Да не, не может быть, не мог он слышать, как пою. Отмела беспокойные догадки и нехотя согласилась с его утверждением.

– Тогда почему капризничаем? – проворковал Оллер, приласкав губами мою щеку.

Х-хулиган коронованный!.. Хорошо, пусть не коронованный еще, но все равно хулиган! Ответила честно – пусть подумает о своем поведении, если не сейчас, так хоть на досуге.

– Потому что вы не оставляете мне выбора.

– Эрин, а тебе разве не нравится, что я делаю? – последовал провокационный вопрос.

А вот эта тема, резвый мой, пока закрыта, и я поспешила перевести разговор в безопасное русло.

– Давайте вернемся к моим вопросам.

И тут меня наконец начали кормить, а то за всеми переживаниями я как-то даже позабыла, что вроде бы на ужин приглашена. Подтвердила, что согласна на условия Оллера, скушала пару кусочков чего-то восхитительно вкусного и мясного и приступила к утолению любопытства, стараясь не думать, что этот прохвост, на коленях которого сижу, потребует в качестве платы за ответ. Я прожевала кусочек фаршированного мяса и спросила:

– Почему такой странный способ жениться? Неужели нельзя просто выбрать понравившуюся девушку и поухаживать за ней, как делают все нормальные мужчины?

И только услышав ответ, поняла, как сильно пролетела, по привычке заведя обычную беседу…

– Это два вопроса. – До меня донесся тихий смех, и Оллер продолжил: – Но постараюсь ответить на оба. Просто понравившаяся девушка не подойдет, Эрин, нужна обязательно разноцветная. Почему через Игры? – Моих губ коснулся еще один кусочек, Темный ненадолго замолчал, а потом выдал: – Потому что таково условие.

Нет, ну видали, а! Моему возмущению не было предела, ибо этот… этот… слов просто не хватало, кто именно, не собирался ничего объяснять, предельно точно и просто отвечая на мои вопросы!!! И порождая при этом ворох следующих…

– Теперь моя очередь. Открой ротик, Эрин.

Возмущение захлебнулось, задавленное могучей волной смущения. Конечно, первое, что пришло в голову, это… Мм, так, нет, не наш вариант, милочка, и вообще, ты вроде приличной изо всех сил пытаешься казаться, что за намеки!

– З-зачем? – вырвалось у меня настороженно.

– Тебе понравится. Кусай. – Моих губ что-то коснулось, похожее на… ну, наверное, все-таки на фрукт.

О-о-о-о-о, и какой вкуснющий! Не сдержала довольного мычания, жуя сочную мякоть и чувствуя, как по подбородку стекает сладкий сок, да вот только стереть его мне никто не позволил. Мои пальцы поймали, и раздался хрипловатый, безумно чувственный голос Оллера:

– Нет-нет, лиа Эрин, это моя вторая просьба.

То, что произошло дальше, уже не лезло ни в какие рамки. Меня предали все: тело, которое стало моим собственным, чувства, ощущения, желания… Язык медовоглазого искусителя коснулся подбородка, медленно прогулялся вверх – у меня вырвался невольный возглас, а дыхание пресеклось, – и отстраниться сил не осталось. Нехитрая ласка Оллера вызвала настоящее дерби из мурашек от макушки до пяток, и пока я сражалась с могучим приступом желания сдаться прямо здесь и прямо сейчас, принц воспользовался моим невмешательством по полной. Его язык обрисовал контур моих губ и уверенно скользнул внутрь, не дав опомниться.

От действий Оллера, а особенно от сумасшедшего, безумно чувственного и сладкого поцелуя я чуть не потеряла голову окончательно, и только краем сознания отметила, что его ладонь уже где-то в районе застежки платья. Это была полная капитуляция, сознание торжественно известило, что в таких условиях лучше не сопротивляться, расслабиться и получать удовольствие. Повязка на глазах и ощущение беспомощности придавали происходящему пикантный, пряный оттенок, и мелькнула мысль, что его высочество Оллер ни разу не джентльмен и порядочности у него ни на грош. Она там же, где стыд и совесть золотоглазого искусителя… Там темно и тесно.

Вот честно, я действительно растерялась от столь решительных действий Темного и потому не сразу собрала себя в кулак и прекратила это безобразие. Пришлось надавать себе мысленных подзатыльников и волшебных пенделей, чтобы оторваться от таких мягких и настойчивых губ Оллера и прервать поцелуй, пусть не такой страстный, как тогда в парке, но нежный, чувственный, дразнящий… Ох. Слов не хватало описать весь тот вихрь эмоций, который разбудил во мне его нахальное высочество. Хорошо хоть руки убрал с пуговичек на лифе… Я уперлась ладонями ему в грудь, в который раз пытаясь сохранить дистанцию между нами и одновременно справиться с неровным, тяжелым дыханием. М-да. На несколько секунд стало грустно: или в этом теле таятся способности нимфоманки, что оно так остро реагирует на поцелуи и вполне невинные ласки, или я на самом деле такая испорченная, что умелый любовник может завести меня с пол-оборота. Это получается, что лианоссе Эрин ЛасГаллен так легко соблазнить, совершенно не считаясь с ее настоящими желаниями и чувствами?! Ну нет, дорогой мой. Не пойдет. Раздражение слегка отрезвило, но ровно до тех пор, пока не услышала такой же хриплый, как у меня недавно, полный неприкрытой страсти, с едва заметными нотками растерянности, шепот Оллера:

– Моя маленькая, ты просто не представляешь, что творишь со мной. – При этом он осторожно поправил кружево вдоль выреза – любезный такой, убиться об стену, а!

А ты что творишь со мной, бессовестное высочество? И я мужественно высказала свои претензии Темному, правда, не слишком уверенным голосом, но он хотя бы без хрипов уже звучал, что не могло не радовать. Пришлось даже сглотнуть – от пережитого всплеска эмоций в горло словно песка насыпали. Конечно, Оллер это заметил и тут же предложил вина, совершенно нагло заявив, что да, стыда у него нет и что мне все равно происходящее нравится…

– Какой твой следующий вопрос, лиа Эрин?

Да вот только задать его я не успела. Моего слуха коснулся хруст гравия – к нам кто-то направлялся, и судя по уверенной поступи, этот кто-то вовсе не слуга, посмевший нарушить уединение одного из наследников. А когда услышала раздраженный голос Йена, не очень-то и удивилась – кто же, как не он! Попыталась слезть с колен Оллера, ибо неуютно себя чувствовала в подобной двусмысленной ситуации, да только кто мне даст уйти, ага. Рука Темного крепко сжала талию, а в моей бедной голове суматошно заметались мысли. Вообще-то Йену я тоже должна свидание, и никто не виноват, что Оллер первый успел. Судя по всему, у Светлого дела нарисовались, чем рыжий и воспользовался, и братцу это ой как не понравилось. Так, по-моему, пора прекращать вечер, задам вопросы потом как-нибудь. Интуиция осторожненько так шевелилась и посылала тревожные сигналы, побуждая делать ноги в сторону дома. Только вот Олли бы еще отпустил, было бы совсем отлично! Братья продолжали ругаться.

– Что происходит? – Я попыталась вклиниться в разговор, но меня перебили, да еще и закрыли ладонью рот!

Беспредел вообще, да?!

– Ш-ш, милая, помолчи пока. – От этого ответа я едва не укусила со злости руку Оллера. Хам! – Извини, Светлый, но я успел раньше. Сережки мои, и Эрианор получила мое приглашение первым.

Ну не поспоришь, чего уж, здесь я с ним была согласна. Кто не успел, тот опоздал, как говорится. Только вот, похоже, Йен не собирался мириться с таким положением вещей, а следующие его действия ввергли меня в состояние, близкое к панике.

– Ага, а вот это мое. – Светлый провел пальцем по кулону, словно невзначай задев и кожу, тут же вспыхнувшую от прикосновения сотней маленьких обжигающих искорок. – И приглашение я отправил, как только вернулся из Службы.

Моя ладонь метнулась к обнаглевшей конечности Йена и оттолкнула. Паника испарилась под натиском возмущения: они говорили так, будто меня здесь и не было! Словно мое мнение ничего не значило, и свидание касалось только их! Та-а-а-ак, ну, мальчики, я реально разозлилась, и перпендикулярно, на какой бок у вас у обоих тюбетейки! Где моя дежурная скалка?!

– Что за!.. – Сдержалась только в последний момент, не зарядив русским народным. Принцы бы вряд ли поняли, а мне потом было бы стыдно, когда немного остыла. Окончание фразы я с определенным усилием произнесла вежливо: – Может, я пойду, а вы пока тут выясните свои разногласия?

Ответ Оллера не подразумевал возражений:

– Никуда ты не пойдешь. А Йен сейчас развернется и оставит нас, ведь так? – Голос рыжего звучал ну очень выразительно, подозреваю, взгляд тоже был таким же.

После ответа Светлого возмущение длинно вздохнуло, почесало в затылке и сказало, что, похоже, песец подкрался незаметно, пушной и страшный. И остается только смириться и… получать удовольствие?.. Эм, это как, Йен собирается превратить наш с Оллером тет-а-тет в свидание втроем?! Тело словно облили горячей карамелью, мысли резво унеслись в неприличном направлении, и начались конкретные проблемы с дыханием. Они что, вдвоем собираются… соблазнять меня?! Ведь у Оллера на уме именно такое развитие событий, судя и по условиям, на которых он согласился удовлетворить мое любопытство, и по дальнейшим его действиям! А если Йен останется… Вряд ли бесстыжего Темного смутит присутствие брата… Ой, нет, ребята, я в такие игры не играю! Это будет уже слишком. Я, конечно, женщина современная и все такое, но одно дело смотреть фильмы для взрослых, и совсем другое дело самой оказаться в похожей ситуации.

– Оллер, пустите меня, – как можно решительнее заявила я, вцепившись в руку Оллера. – Пожалуй, мне действительно пора домой.

– Нет, Эрин, не пора. – Рыжий наглец перехватил мои запястья и аккуратно сжал. Сердце от услышанного совершило сальто и застряло в горле. – У тебя так быстро вопросы закончились?

Как есть, гад, на больное давит! Нет, конечно, у меня их воз и тележка, но… на пару с Йеном, и не дай бог на таких же условиях?! Конечно, я попыталась настоять на своем, старательно подавляя неуместное волнение, щедро сдобренное вполне понятным беспокойством, и, конечно, твердолобый Олли не подумал отпустить… И тут сознание опять зацепилось за то, как он меня называл. Почему именно птичка? Опять мелькнуло воспоминание, как я не так давно нахально нарушала королевский указ, но ведь на территорию поместья не пробраться! Я спросила у Оллера – а вдруг повезет и ответит?.. Ответил, ага.

– Это твой следующий вопрос?

Да сейчас, нашел дурочку!

– Нет, – быстро ответила я.

Снова раздался шорох – надо понимать, Йен явил свою сиятельную зад… экхм, физиономию нашему столу?! Еще сильнее захотелось сдернуть чертову повязку, я же знаю, что этот серебряноглазый сейчас пялится на меня! Да еще Оллер, зараза рыжая, не нашел ничего лучше, чем прижаться ко мне, будто я собиралась сбежать! Как же, сбежишь тут, когда он вцепился, как в любимую игрушку…

Мои опасения оправдались полностью, Йен таки захотел поучаствовать в пикантном развлечении, предложенном Оллером. Вот же ж, любители острых ощущений, чтоб у них паралич рук наступил и сны эротические снились неделю!!! Переполох в мыслях занимал меня некоторое время, пока я пыталась судорожно придумать хоть что-нибудь, чтобы свалить отсюда, пока вдруг не осознала… Так. Стоп, стоп. Как мне может нравиться эта сумасшедшая идея?! И почему так сладко замирает сердце при мысли о том, что будет происходить дальше? О-о-о-о-ох, да ну что за попадос-то, а! И не подумать толком, не поразмыслить, отвлекают тут всякие!

– Стоп. Что происходит?! – Я предприняла последнюю попытку повлиять на ситуацию, хотя и так было понятно, что все пойдет по плану, задуманному этими двумя вот прямо тут, на месте. – Йен, это вы здесь?

Ну а вдруг у меня какой-нибудь глюк, почему бы не уточнить на всякий случай? Ко мне еще никто не прикоснулся, а мысли уже начали путаться, вот незадача, и веду себя, как блондинка недалекая!

– Да, я, Эрин. – Его голос стал мягким, обволакивающим. – Ты что-то имеешь против?

Ой, родной, еще как имею! Только такая деталь маленькая, ни один из вас не желает меня слушать… И не важно, что какая-то часть сознания предвкушает непривычное приключение и волнуется, я не давала согласия на свидание втроем! О чем и сказала. Ну, Йен же спросил.

– Да, имею!

– Почему?

Мне кажется, или его вкрадчивый, безумно сексуальный голос раздался ближе?! Эмоции всполошенно заметались, рассыпая по телу табуны бешеных мурашек, я едва не заерзала, но вовремя вспомнила, что сижу на коленях Оллера. А чувствовать силу его, хм, влечения ко мне не слишком хотелось.

– Потому что меня Оллер пригласил! – огрызнулась я, и тут этот вот самый его обнаглевшее высочество начал тихонечко так, очень ласково целовать мой висок, постепенно спускаясь к щеке. Я не выдержала и рявкнула: – Да прекратите уже, слышите!..

Я истеричкой стану с такими свиданиями, блин. Резко отвернулась от греха подальше, и тут же мне сообщили интимным шепотом, что не прекратят, ибо хочется и точка. А на мне серебристое кружево, черти бы сожрали эти Правила без соли и перца! Йен любезно напомнил, что я все равно должна ему свидание, возразить не успела.

– А что тебя смущает-то? – с искренним удивлением перебил Светлый. – Ну, посидим, поговорим. А если мне захочется поцеловать тебя, думаю, Олли великодушно отвернется, так ведь? – В голосе блондина явственно слышалось веселье.

Не, вы посмотрите на него, офигеть, какой умный! Возмущение и волнение переплелись в тугой клубок, где начиналось одно и заканчивалось другое, сказать сложно. А меня ты спросил, захочется ли мне целоваться с тобой после таких заявлений? Что я и не преминула высказать крайне язвительным тоном и без всякого уважения к титулам нахальных высочеств. Напросились сами и достали, оба! И таки да, мой глас остался гласом вопиющего в пустыне…

– Ты хотела, кажется, что-то узнать, Эрин? – невозмутимо поинтересовался Оллер. – Или уже передумала?

С трудом сдержала истеричный смешок. Передумаешь тут, как же, когда то и дело напоминают о моем нездоровом интересе. Ну, лианоссе ЛасГаллен, сыграем с господами принцами или таки струсим? Вариант первый: узнаем что-то новое, несмотря на увертливость и хитрость братьев в ответах, из чего потом в более спокойной обстановке можно попытаться составить стройную картину. Однако взамен получаем массу ощущений и впечатлений на грани, при этом от обоих принцев и в их присутствии… И далеко не факт, что внимание ты будешь получать по очереди, дорогая моя. Помашем фильмам категории три икса. При этой мысли позвоночник в очередной раз облепили горячие искорки, и мысль в голове почему-то задержалась. Так, нет, стоп. Вариант второй: я сейчас передумываю, меня наверняка сопроводят домой, и я изнываю от неудовлетворенного любопытства, зато моя девичья честь и сон остаются спокойными. Мм… чисто в теории. Потому что еще неизвестно, от чего стану маяться больше, от того, что случится, если соглашусь продолжать, или от мыслей, как бы оно было, если откажусь. Да уж, ситуевина.

Да ладно, к черту! Ну, двое мужчин, ну и что? Не раздевать же будут, в самом деле, вот до этого точно не допущу. Поцелуи… У меня все равно глаза завязаны, и я не вижу, смотрит кто-то из них или нет. Да, знаю, фиг отвернутся, но… опять же я этого не увижу и смогу уговорить себя, что никто на меня не смотрит. И все-таки не удержалась, уточнила:

– Йен, вы не уйдете?

– Нет. – Да кто б сомневался, а? – Прости, хорошая моя, – чуть тише добавил Светлый с легким сожалением. – Я вижу, тебе не нравится, но я останусь здесь и с удовольствием поучаствую в разговоре.

Не нравится, мягко сказано, мои нервы просто в истерике от предстоящего испытания! Хотя эмоции зашкаливают, как и гормоны. Эта кодла крепко спелась и теперь устраивает мне тут локальную революцию, наплевав на здравый смысл. Последний же и обидеться может, вот как сейчас, например, и молча удалиться в неизведанные дали.

Я сдалась. Итак, вперед и с песней, продолжаем спрашивать и позволять двум нахалам вести себя так, как им захочется. Дома подумаю, насколько правильно было с моей стороны такое поведение… Прислонилась к плечу Оллера, длинно вздохнула. Он вдруг погладил, и я ощутила, как его губы коснулись макушки. Поздновато меня утешать, желтоглазый обольститель, я все равно не забуду, как вы с братцем не захотели прислушаться к моему мнению.

– Хорошо, – пробормотала я. – Мне нужна информация, так или иначе.

– Тогда моя очередь отвечать на твои вопросы, Эрин.

Бархатный голос Йена и откровенное предвкушение в нем окончательно убедили в том, что вечер пройдет далеко не так невинно, как могло бы показаться. Светлый настроен не менее решительно, чем его брат. Нравится ли мне это? Какой-то части меня – да, несомненно, решительные мужчины всегда привлекали. Но та, которая всегда считала себя здравомыслящей и способной думать, невзирая на всякие отвлекающие моменты, умеющей анализировать и только потом уже что-то делать, категорически протестовала против происходящего. Ибо идея красиво сдаться настойчивым принцам казалась ужасно привлекательной…

Так, ладно, вопросы, Эрин. Давай-ка вернемся к насущному. Прокрутила в голове информацию, уже полученную от хитрого Оллера – невестой обязательно должна быть девушка с разноцветными волосами, и выбор жениха происходит только во время Игр. Что мы с этого имеем? Кто придумал такие мудреные условия и зачем? Естественно, забывшись, озвучила оба вопроса, и конечно, зря надеялась, что Йен не обратит внимания на мою оплошность. Угу, такому дай палец, руку по локоть оттяпает, как же… Отступать поздно, и я подтвердила, что да, таки два вопроса. Ответил Светлый в духе своего братца, чуть не заставив меня зарычать, но хоть узнала еще кусочек информации. Вспыли Лесные и какое-то проклятие. Я переполошилась: черт, надеюсь, не вляпалась в оное всеми конечностями, вот уж не хватало. Попаданка, да еще имеющая отношение к проклятию – фи, банальнее некуда! И да, я же говорила, не собираюсь спасать ни мир, ни отдельно взятых его жителей, что бы ни гласило это проклятие!

Естественно, я возмутилась беспределом Йена и его ответами, но меня нагло проигнорировали. Досада переплелась с волнением, а когда я услышала голос светлоглазого принца, проникновенный и такой… нежный, сердце решило окончательно поселиться в районе пяток, а возмущение очень быстро признало, что оно не право.

– Эри-и-и-и-и-н, – протянул Йен, и мои кости размягчились до состояния желе. – Моя очередь получать плату. Давай руку.

Я не стала задавать глупых вопросов и молча протянула, от неизвестности в желудке словно кто-то водил кусочком льда. Когда Йен взял мою руку, от прикосновения по коже как будто разбежались слабые электрические разряды. Ой. Сначала по нежному запястью легонько провели пальцем, оставляя огненный след, а потом там же оказались губы и язык брата Оллера. От мягкой щекотки я резко выдохнула. Перед глазами кружились серебристые звездочки, на коже цвели узоры, выплетаемые Йеном, от которых горело уже все тело… Теперь я понимаю, что чувствует кусочек масла на сковородке, потому что я ощущала себя примерно так же. Шевелиться не хотелось, возмущаться тоже, хотелось просто наслаждаться моментом, и чтобы Йен не останавливался. Вот как почуял, что у меня здесь чувствительная кожа! Хотя в прошлой жизни запястье не относилось к моим самым эрогенным зонам, а вот тут поди ж ты! Или это просто Светлый такой опытный? Моя рука дрогнула – Йен и не думал отрываться, а я уже в астрал выпала, почти забыв, где нахожусь и ради чего вообще все затеялось. Внизу живота свернулась обжигающе-горячая змея, время от времени покусывая и вызывая тягучую боль, вместо крови полыхал коктейль Молотова или чего покруче, с губ рвался стон, сдерживать который почти не осталось сил. Так. Сто-о-о-о-оп!!! Пора прекращать безобразие!

– Йен… х-хватит… – И голосок такой хриплый, все и без слов понятно.

– Тебе же нравится. – Он наконец оставил мою руку в покое, но ненадолго.

Разгоряченной влажной кожи коснулось прохладное дуновение, и все волоски на теле встали дыбом. Стон все-таки сорвался с моих губ, и тако-о-о-ой томный, что сомнений в моем состоянии, если таковые, конечно, у кого-то имелись, уже не осталось. Не то слово, нравится! Боже, ведь они толком-то ничего еще не сделали, один просто поцеловал, а второй – вообще только руки коснулся! Однако я уже на все согласна, здравый смысл упал в глубокий обморок, а остатки застенчивости давно пребывали в затяжном ступоре. Мысль о том, что все происходит не с одним, а с двумя мужчинами, уже не вызывала такого острого смущения, как раньше.

Я потихоньку приходила в себя. Пока братья беззлобно препирались, отметила, что Йен решил побыть душкой и простить мне необдуманно высказанный второй вопрос. Если думал, что я растаю от благодарности, глубоко ошибается. Предстоял следующий раунд вопросов-ответов, только уже с двумя принцами, и я не питала иллюзий, что меня ожидает дальше. Их высочества смелели с каждой минутой… Жару в мои эмоции добавил вредный Оллер, прижавшись щекой к виску.

– Тогда моя очередь, – натурально мурлыкнул он, ну чисто наглый рыжий котяра!

Что ж, продолжим.

Глава 9

Эрин

Я все-таки попыталась перевести наш разговор в нормальное русло, потому что когда тебя соблазняют сразу два опытных мужика, думать очень сложно, а уж тем более о серьезных вещах. Конечно, до моего сведения любезно довели, что просто так неинтересно, и посему занимательное действо продолжится. Чтоб вас, братцы-кролики, причем практически в прямом смысле! А вот когда Оллер снова попытался сжульничать с моим вопросом про леди Тонвуд, я всерьез рассердилась, злость на время разогнала розовый флер желания, и меня осчастливили ответом, что тут тоже замешаны Лесные.

– Да чтоб вас!.. – не сдержалась я, услышав очередную краткую реплику ушлого золотоглазого.

Спокойно, Эрин, зато у нас еще один кусочек ценных сведений. Так, уже два факта к этим Лесным относятся: что нужна разноцветная в невесты, и выбирать, кому она достанется, будет Ниалона. Это решали Лесные, так получается? А почему? Главное, не забыть, что мой следующий вопрос будет о проклятии, и вот фигушки вам, драгоценные, я попрошу объяснить, в чем суть проклятия! Не отвертитесь от нормального ответа, а то игра в одни ворота получается!

– Пить хочешь, Эрин? – поинтересовался рыжеволосый объект моих молчаливых ругательств, и до меня донесся звук наливаемого вина.

Ну в общем неплохо бы, а то от этих переживаний горло превратилось в наждачную бумагу. Я приоткрыла рот, ожидая, когда Оллер поднесет край бокала, но… Он меня снова поцеловал. И заодно вином напоил, ага. Я такое раньше только в кино видела, и мне всегда было интересно, как героини не захлебывались? Отвечаю: нормально не захлебывались. Я успела проглотить сладковатую, с пряным привкусом жидкость, прежде чем Оллер начал целовать всерьез. М-да, то, что было с фруктом, можно сказать, даже не цветочки, так, бутончики… Похоже, Темный тоже слегка слетел с катушек, потому что под его натиском все мысли о сопротивлении моментально вылетели из головы, и меня можно было брать тепленькой. Ничего не оставалось, как ответить, алкоголь вперемешку с взметнувшимися эмоциями пронесся по телу огненным шквалом, и я послушно прижалась к Олли, шалея от поцелуя. От дразнящего, настойчивого, уверенно изучавшего мой рот языка он становился то нежным, игривым, то напористым, почти жестким. Зуб даю, губы будут опухшие после таких сумасшествий… И самое удручающее, я не хотела, чтобы Оллер отпускал! Мои ладони, дернувшиеся в первый момент, чтобы упереться в грудь принца, мягко скользнули по ней вверх, я нащупала плечи и провела по ним до затылка, и пальцы зарылись в длинные, густые волосы, с удовольствием перебирая шелковистые пряди.

А ничего так рыжий шевелюру отрастил, мне нравилось, когда у мужчин ухоженные и не слишком короткие волосы. Кажется, я почти легла на руку Олли, от меня остался невесомый сгусток одних ощущений и чувств, я куда-то плыла легким облачком, пока не раздалось красноречивое покашливание Йена. Уф… Щеки опалило от вспыхнувшего румянца, едва осознала, что все это время Светлый беззастенчиво смотрел, и… и смаковал, наверное… Признаться, про блондинистого брата я почти забыла, Темный действительно мастер поцелуев. Не, я, конечно, женщина взрослая и опытная, однако, черт, привыкла, что подобные пикантные приключения совершались в компании одного мужчины!

– Я начинаю завидовать. – Тем не менее несмотря на явное смущение, недовольный голос второго принца заставил меня расплыться в довольной улыбке.

Оллер, оставив в покое мои горящие от безумного поцелуя губы, тихонько рассмеялся и погладил их пальцами, осторожно, едва касаясь.

– Эрин, ты такая нежная, страстная, просто находка. – Судя по тому, что лицо что-то защекотало и голос Темного слышался близко, он наклонился ко мне, проигнорировав замечание брата. – И так здорово целуешься, мм… – А вот это уже совсем шепотом, и губ коснулось его горячее дыхание.

Чуть не вырвался вопрос – находка для кого? Придержала не в меру говорливый язык в последний момент. Черт. Что я творю?! Что они творят?! Что вообще происходит, куда нас несет… Почему, кто бы сказал, мне приятно слышать, что Йен… эм… ревнует, нет? Или мечтает оказаться на месте Олли, а я почему-то и не слишком против? Дурдом, полный. Ладно, раз пошла такая пьянка. Поймала за шиворот разомлевшие и попрятавшиеся по углам сознания мысли, разыскала нужную и озвучила следующий вопрос, ответ на который принадлежал Йену.

– Что за проклятие, объясните?

Братцы, конечно, грамотно вели игру, давая ровно столько информации, сколько нужно, чтобы растянуть приятное времяпрепровождение, да только я тоже умею делать выводы и учиться на ошибках. И всякие сногсшибательные поцелуи не собьют меня с толку… Надеюсь. Ибо дыхание до сих пор подчинялось какому-то своему ритму, который никак не вписывался в нормальный. Услышав вздох Йена, полный неприкрытого сожаления, возликовала: уела, уела, ура! Теперь придется рассказывать, а не отделываться односложным ответом! Получи, светлоглазый искуситель!

– Хитренькая Эрин, – хмыкнул Йен, а у меня вдруг мелькнула совершенно детская и напрочь хулиганистая мысль показать ему язык. Но ведь могу огрести, кто их, этих принцев, знает, поэтому сдержалась. – Ладно, объясню, любопытная моя.

А вот предвкушение в его голосе категорически не понравилось! Он, что ли, тоже вознамерился поцеловать меня?! Еще одного подобного поцелуя я точно не перенесу и сгорю в огне собственных взбесившихся желаний, аки птица феникс…

– Ниалона прокляла нас с Оллером, сказав, что или кто-то из нас женится на ней, и она станет королевой, или ни одна из женщин не сможет стать нашей женой.

Так! Вот оно, наконец-то полезная информация и повод для размышления! Мозг тут же напрягся и послушно заработал на повышенных оборотах, я на время выкинула из головы притязания братьев на мою скромную персону. Получается, Ниалона сама претендовала на место рядом с одним из принцев, а теперь решает вопрос их женитьбы на другой? В чем ее выгода? Хотя… Я вспомнила про смерти разноцветных, и вдоль спины зазмеился холодок, слегка отрезвив разомлевшую меня. Всплыл следующий вопрос – сколько их было, этих разноцветных, скольких уже угробила леди Распорядительница? В том, что это она виновата, я не сомневалась, и пусть сколько угодно заливает про естественные причины! Моя пятая точка уверена, все мастерски подстроено. Неужели до принцев не дошло такое простое объяснение? Или как обычно, самое простое одновременно и самое незаметное? И вот еще, интересно, как это у дражайшей леди Тонвуд получилось проклятие повесить на братьев, а? Вариант только один, собственно.

– Ниалона – маг? – вырвалось у меня совершенно на автомате, и я, спохватившись, тут же зажала ладонью рот.

Поздравляю, Эрин, ты болваниха. Ну или болванка, это кому как удобнее.

– Нет, – выдохнул на ухо Оллер, и я поняла, что вот теперь можно начать паниковать, ибо наступил полный попадос.

Ответили оба, причем Йен еще не успел получить свою плату за ответ. И… это значило, что очень возможен тот самый вариант одновременного выполнения оговоренного условия. Так, так, нет, я не согласна с тем, что мне нравятся сразу двое мужчин, это как-то неправильно! А вообще, я же ничего не знаю об институте брака в Оймири, вдруг здесь расклады на троих нормальное явление?! Успела только испуганно вздохнуть, дальнейшее вызвало полный улет и отказ систем торможения – все нервные переживания переплавились в переживания иного рода. Серебряноглазый вновь поймал мою ладонь, обмакнул пальцы во что-то густое и наверняка сладкое и начал неторопливо слизывать лакомство. Решил повременить с поцелуями, или целовать меня на коленях Оллера не слишком удобно? Судя по тому, как крепко держит рыжий, отпускать он не намерен, даже к брату.

Е-е-о-о-о-о… От шаловливого и очень умелого язычка Йена, тщательно избавлявшего мои пальцы от варенья, подушечки буквально загорелись, став болезненно чувствительными, и я «поплыла» окончательно. Шарф на лице очень кстати лишил ненужного сейчас зрения, и все внимание сосредоточилось на ощущениях, остро приправленных осознанием пикантности ситуации. В прошлой жизни за мной не наблюдалось таких вспышек страсти, даже если любовник достаточно опытный, а сейчас… Неужели виновата такая маленькая деталь, как невинность бывшей владелицы этого тела? Что к нему еще никто не прикасался, кроме принцев, и оно не успело растратить весь свой потенциал? Ну и вообще, восемнадцать-девятнадцать отличный возраст для вступления в полноценно взрослую жизнь, и психика и физиология дозревают окончательно.

Лихорадочная попытка отвлечься от соблазнителей ни к чему не привела по одной простой причине: шустрые пальчики Оллера начали медленно вынимать шпильки из волос, а горячие губы Йена продолжили творить форменное безобразие с моими конечностями. Гордость и упрямство сели в обнимку в самом дальнем углу и с горя, что они уже на фиг не нужны, запили горькую. Я на полном серьезе задумалась, не махнуть ли рукой на свои принципы, да и нырнуть в волнующие и яркие ощущения с головой, позволив братьям делать что хотят… Соображалка тоже спешно паковала чемоданы, оставляя меня на растерзание инстинктам и желаниям.

Оллер закончил с волосами, затылку определенно стало легче, а мне – не сказала бы. Ладонь рыжего зарылась в них и начала тихонько массировать основание шеи, и моя голова сама откинулась, прижимаясь ближе к ласкающим пальцам. Ау, здравый смысл, вернись, я все прощу…

– У тебя просто восхитительные волосы, птичка моя, – мурлыкнул низким и ну очень довольным голосом Олли. – Не надо их закалывать больше, пожалуйста.

Ну вот, опять он про птичку. Но спрашивать сейчас чревато неизвестно какими последствиями, а у меня стоп-кран, похоже, сорван напрочь, и педаль тормоза вырвана с мясом. Бож-ж-ж-ж-же мой, я что, нимфоманка?! Как можно так остро реагировать на столь простые ласки?!

И, это, самый главный вопрос: я, конечно, все понимаю, вспыхнувшая страсть и все такое, но… неужели, кроме постели, я этих орлов больше не интересую никак? Здравая мысль, конкретно так задевавшая мою гордость, появилась очень вовремя, чтобы я собрала остатки силы воли в дрожащий кулак и аккуратно, настойчиво высвободила руку из загребущих лапок Йена.

– Х-хватит… – Спасибо автопилоту, благодаря ему голос прозвучал хоть и предательски сипло, но решительно.

Да, действительно, хватит. Все эти игры уже порядком надоели, если честно, и вымотали до предела. Пора прекращать безобразие, пока не поздно и я не пожалела о своей несдержанности. Стол вместо постели меня категорически не устраивает, если уж угораздило получить шанс на вторую жизнь в теле девственницы, то… А пусть-ка постараются, любовнички, пусть моя первая ночь любви в этом мире будет действительно волшебной! И не важно, кто из них будет в роли мужа. В прошлой жизни у меня все было просто до банальности: желание таки узнать, что за зверь такой, секс, вполне созревшее к девятнадцати годам, добренькие подруженции, подстроившие встречу с давним приятелем, который мне когда-то нравился, ну и… Поскольку ждать, пока появится постоянный молодой человек, терпения не хватило, я решила – почему нет. Парнишка симпатичный, претензий ко мне потом не будет, как и у меня к нему… В общем, было приятно, да, и хорошо. Но не до звездочек в глазах, и свой первый оргазм я получила гораздо позднее, чем стала женщиной.

Более того, прежде чем допущу до комиссарского тела, сначала разберусь, что за чертовщина тут творится. Поэтому решительно выпрямилась, переплела пальцы – ну, вдруг Йену придет нездоровая мысль снова измываться над ними! – и прочистила горло.

– Что такое, маленькая? – с легким беспокойством поинтересовался Оллер. – Мм, испугалась?

Да если бы, шустрый ты мой.

– Нет, – кратко ответила я и в который раз за этот вечер смела веничком обрывки мыслей. – Кстати, сколько времени? Мне не пора домой-то? Между прочим, меня там папа ждет!

– А у тебя больше вопросов нет? – с таким искренним удивлением спросил Йен, что я почти повелась.

– Я не планировала посвятить этот вечер исполнению ваших самых… сокровенных желаний, – ну очень выразительным голосом произнесла, с облегчением подмечая, что взбудораженные чувства и эмоции потихоньку возвращаются в норму, хотя то тут, то там в теле вспыхивали горячие звездочки, а от воспоминаний о поцелуе Оллера губы начинало покалывать.

– Давай по последнему вопросу, и поедешь, ладно? – вкрадчивым голосом змея-искусителя предложил Олли, снова прижавшись к моей щеке.

Ну… по последнему, ладно.

– Тогда моя очередь, так? – Голос Йена звучал спокойно, и вот это заставило настороженно замереть.

Однозначно, что-то задумал, хитрец блондинистый! Но задать еще пару вопросиков звучало так заманчиво… Ну-с, братцы, финальный раунд, да? Начнем.

– Если Ниалона не маг, то каким образом у нее получилось повесить на вас проклятие? – Я вовремя сдержалась и не задала вслед второй вопрос про количество прежних попыток.

Успеется.

– Она обладает определенными способностями, позволяющими ей это сделать, – и прежде, чем я успела поинтересоваться про эти способности, – Оллер же сказал, она не маг! – мое предплечье аккуратно сжали чьи-то пальцы. – Темный, отпусти ее. Иди-ка ко мне, Эрин.

А… О… я мявкнуть не успела, как оказалась на коленях Йена, и в следующий момент его губы накрыли мои, настойчиво, жадно, и без всякой нежности. Все мое с таким трудом восстановленное равновесие разлетелось сверкающей пылью, от страстного поцелуя в голове словно фейерверк взорвался. Не помню, как мои руки оказались на шее Йена, я задыхалась, жаждая, чтобы он не отпускал, и отвечая с восторгом путника, посреди пустыни дорвавшегося до оазиса с водой. Вот черт, а, верните педаль тормоза! И чей это, интересно, стон? Да еще такой томный, протяжный, полный наслаждения… Мой? Ой, кажется, мы увлеклись. И кстати, а почему это рука Йена уже в районе моей коленки, слава богу, поверх юбки? Эрин, я сказала, отпусти его шею и прекрати так прижиматься, сама потом пожалеешь, что не остановилась вовремя!

Не знаю, где у меня нашлись силы, но я со всхлипом откинула голову и уперлась ладошками в грудь Светлому, дыша, как марафонский бегун у финиша. Так. Надо всерьез поразмыслить, как окоротить аппетиты принцев, в самом деле.

– Весь вечер мечтал об этом, страстная моя. – Дыхание Йена обожгло ухо, и я непроизвольно дернулась. – Ш-ш-ш, Эрианор, ну что ты, – тихо рассмеялся он, и его наглые губы легонько коснулись шеи чуть пониже мочки. – Ты просто восхитительна, Оллер прав. Даже удивительно для девушки, выросшей вдали от столицы…

Ой. А вот тут да, мой просчет. Как бы реагировала на происходящее обычная восемнадцатилетняя девица? Да еще прожившая всю жизнь в глуши? Зашлась бы в истерике еще тогда, когда Оллер первый раз поцеловал меня. А уж при появлении Йена вообще ушла бы в себя без всякой надежды на возвращение и общение. Я же что творила? Огрызалась, отстаивала свои права, согласилась на сделку с принцами в угоду своему любопытству! Эм, дорогая моя, палимся, и сильно. Но тут уже ничего не поделать, надеюсь, братья спишут это на мою вольную жизнь вне надзора папеньки Кайла.

– Какая есть, – не слишком дружелюбно отозвалась я, скрестив руки на груди.

– И меня лично ты такой полностью устраиваешь. – От нежности в его тоне я чуть не растаяла, но вовремя дала себе волшебного пенделя.

Кто кого и каким устраивает, мы разберемся позже. Итак, последний на сегодня вопрос. Какой бы выбрать? Наверное, самый простой, потому что голова уже не варит, надо разложить информацию по полочкам и понять, чего еще я не знаю, а о чем можно и догадаться. И избавиться от ненужных и слишком сильных эмоций… Я устало вздохнула.

– Почему мне нельзя видеть ваших лиц?

– Эрин, птичка моя, не поверишь, – что-то как-то слишком много виноватых ноток, я опять начала напрягаться, – но это тоже условие Лесных.

– Офигеть, – сердито фыркнула и повернула голову предположительно в ту сторону, откуда слышался ответ Темного.

Все, мне пора домой, реально. Мозг пухнет, по телу бродят всякие желания, в памяти вспыхивают картинки этого нереального вечера на троих… Хочу в тишину своей спальни, где нет озабоченных принцев и их нездоровых поползновений!

– Ну, что на этот раз? – Я и не думала скрывать утомленность насыщенным свиданием.

Хм, судя по молчанию, кажется, проняло обоих забавников. Да, милые мои, вот так. Страсть страстью, но голову включать я тоже умею.

– На этот раз ничего, Эрианор, – тихим, задумчивым голосом отозвался Оллер, и я почувствовала, как он заботливо убрал прядь за ухо. – Твой вопрос был просто вопрос, а мой – просто ответ. Без всяких условий.

Да ладно?! Я недоверчиво хмыкнула. С чего бы это рыжему быть таким милым, а? Видно, что-то отразилось на моем лице, потому что Оллер тут же снова заговорил:

– В следующий раз, лианоссе, я бы тоже хотел задать вам кое-какие вопросы. – И хотя его голос звучал мягко, в нем слышалась непреклонность.

Очень тянуло ехидно осведомиться, а на каких условиях я должна буду отвечать, но удержалась. Что-то подсказывало, ответ Темного мне бы не понравился.

– Как и я, кстати, Эрин, – добавил нервных переживаний Йен, в данный момент обнимавший так же крепко, как недавно его брат.

Вот любопытные, а. Чего им так про меня хочется знать? И да, следующий раз – значит, мне готовиться к очередному волнительному свиданию? И тоже втроем или как? Не, домой, срочно. Словно в ответ на мои мысли, Йен встал, и я оказалась у него на руках. Ну… в данный момент мне уже все равно, честно. И так удобнее, учитывая завязанные глаза.

– Я распоряжусь насчет экипажа. – Захрустел гравий, и Оллер ушел быстрее нас.

Разговаривать настроения не было, навалилась вдруг легкая меланхолия и запоздалая неловкость за собственную необузданность, причем на трезвую голову, что еще грустнее. Ведь подумают, что я только для виду ломаюсь, и на самом деле такая легкодоступная…

– Так что, Эрин, теперь можешь сказать, кто из нас лучше целуется? – раздался веселый голос Йена.

Я не разделяла его хорошего настроения.

– Йен, скажите, а вот когда тому из вас, кто женится на мне, я надоем в качестве постельной игрушки, что будет? – тихо спросила я. – Пойдете искать новых ощущений и впечатлений на стороне?

Светлый явно не ожидал от меня подобного заявления, я даже с повязкой на глазах почувствовала его удивленный взгляд.

– Эрин… – озадаченно произнес он, но Остапа понесло, и я уже не могла остановиться, высказывая наболевшее.

– И что, неужели к прошлым разноцветным тоже так же клеиться сразу начинали, а? – Мой голос звучал ровно и так же тихо, без эмоций. Все эмоции выпили эти два вампира, свалившиеся на мою голову, видимо, за прошлые грехи, что воротила нос от мужиков… – И в постель укладывать? И тоже сразу вдвоем, Йен? Неужели все, на что хватает вашей фантазии в плане ухаживания за девушкой, – это поздний ужин, плавно переходящий в ранний завтрак, да страстные поцелуи в уединенных уголках? А потом еще и выспрашивать, кто лучше, вы или брат? Считаете, так можно завоевать внимание девушки?

Я выдохлась, и даже если зарвалась, плевать. Вот так, твое высочество, получи и распишись. И потом с братиком своим поделись, обязательно, может, зашевелится в мозгу хоть одна извилина-то, если она вообще там есть! А то, похоже, мальчики думают только нижней головой. Судя по молчанию Йена, варианта два: или обиделся на мою отповедь, или задумался. Хорошо, если второе. Если первое – ну и на фиг тогда, буду искать способы избежать свадьбы и затолкаю поглубже сожаление, что дальше поцелуев дело не зашло. Ведь на самом деле страсть пройдет, и… и что?

– Кстати, измен я не потерплю, – негромко добавила, чтобы уж совсем добить.

А то знаю, фаворитки всякие, ехидно-сочувствующие взгляды в спину, не надо мне такого сомнительного счастья! И еще призрак смерти, о нем не забываем…

– Лично я не настолько бессовестный, – ровным голосом отозвался Йен.

Ой ли, дорогой мой, ты еще не был в положении женатого, которому стало скучно с женой! Сколько я наблюдала таких вариантов в прошлой жизни, когда женились на волне страсти, а потом, через пару-тройку лет, расходились. Вот, кстати, про разводы можно у Кайла спросить, уж на этот-то вопрос он наверняка ответит.

Тем временем мы, кажется, уже пришли к дворцу – меня аккуратно поставили на пол и крепко сжали ладонь. До выхода шли молча, а там уже ждали Оллер и экипаж. Я сжала зубы: кто-то из них точно поедет меня провожать и, не дай бог, позволит себе лишнее! Вот тут церемониться не буду и заряжу по физиономии, невзирая на титулы! Хватит с обоих клубнички.

– Эрин, кто-то из нас должен с тобой поехать, – подтверждая мои мысли, заговорил Йен. – У тебя есть пожелания?

О как. Проняла моя речь начинающей феминистки, или надеешься, что тебя выберу? Я мысленно улыбнулась.

– Знаете, если по-честному, так я лучше бы одна добралась. – Сделала красноречивую паузу, давая принцам в полной мере осознать намек, и потом продолжила: – Но, поскольку Оллер получил сегодня чуть больше, чем вы, Йен, я не против вашей компании. И без комментариев, прошу вас! – повысив голос, добавила, предвосхищая всякие ехидные шуточки и подколки.

Боюсь, не удержалась бы от грубости. Наступил отходняк, и я с трудом сдерживала нервную дрожь, очень хотелось уже оказаться в экипаже и – в своей спальне.

– До свидания, лианоссе. – Голос Оллера звучал непривычно ласково, он взял мою холодную ладонь и поцеловал. – Спокойной ночи.

Йен помог мне забраться в экипаж, и – слава всем местным богам! – садиться рядом не стал, устроился напротив. Откинувшись на спинку сиденья, попыталась привести в порядок растрепанные не меньше цветных волос мысли, но получалось плохо. В памяти еще бродили картинки прошедшего вечера и отголоски обуревавших чувств и эмоций, а в сознании царила пустота. Господи, Эрин, что это было, а? Приквел к занимательному немецкому фильму для тех, кому уже есть восемнадцать? Здравый смысл пока не оправился от шока, но скромность уже вернулась, заставляя щеки алеть румянцем от воспоминаний. Да, мне тридцать, и закостенелостью морали не отличаюсь, но… Нет, два мужика сразу это не моя заветная мечта! И правильно сделала, что осадила Йена, больше не позволю таких… таких безобразий! Все равно моим мужем станет – если станет – только один из них.

Экипаж остановился, я услышала скрип ворот. Мы приехали, аллилуйя. Только собралась на ощупь вылезать, как мою руку поймали, и Йен поинтересовался убийственно серьезным тоном:

– Эрин, ну а если начистоту, тебе понравился вечер?

Я задумалась на несколько секунд, а потом честно ответила:

– Знаете, для короткого и страстного романа вы действовали правильно, оба. Но для каких-то длительных и серьезных отношений – провал по всем фронтам. Спокойной ночи, ваше высочество.

И с чувством выполненного долга я осторожно спустилась по ступенькам, наконец с облегчением сняв мешавший шарф. Желания оглянуться не возникло, я торопилась к себе. Кайл не ждал на пороге, время было десять вечера, и я быстренько поднялась в свои покои, мечтая об одном: горячая ванна и что-нибудь пожевать. На свидании толком не поела, а сейчас, после нервных переживаний, прорезался аппетит. Пока набирала ванну, вызвала Илию и попросила собрать перекусить, сама же разделась и полчаса блаженствовала в душистой горячей воде, выкинув из головы все мысли о прошедшем вечере – на время.

Когда же вылезла, закутавшись в халат и пребывая в более-менее благодушном настроении, узрела в спальне Кайла.

– Вернулась? – озвучил он очевидное. – Ну и как свидание?

– Хуже, чем думала, – буркнула я и села за стол, где уже ждал поздний ужин. – Тебе в подробностях или как?

Кайл усмехнулся и окинул меня снисходительным взглядом.

– Что, приставал сильно?

Я метнула на него мрачный взгляд. Хочешь пикантных подробностей – а вот фиг тебе! Я не нанималась подрабатывать заменителем журналов для мужчин.

– Их там двое было, – кратко ответила я и принялась за еду. – И мы разговаривали, – добавила, прожевав кусок мяса. – И вообще, Кайл, давай завтра пообщаемся за завтраком? Я на самом деле устала и спать хочу.

– Как хочешь. – Он пожал плечами и встал. – Спокойной ночи, Эрин.

Мне показалось, или он вел себя не в пример ровнее, чем в первые дни? Действительно поверил, что я смирилась со своей участью? Наивный чукотский парень, а? Я просто ушла в подполье, белорусские партизаны – это сила!!! Почему белорусские? А фиг знает, пришло чего-то в голову… Доев, я переоделась в ночнушку, заплела длинную косу, и для меня этот долгий и утомительный вечер наконец закончился. Подумаю обо всем утром.

Ниалона жалела, что не может вслух высказать то, что вертелось на языке. Тысячи проклятий на голову этой разноцветной! Она все-таки поехала во дворец к принцам! И обратно, по словам Рогена, ее сопровождал Йен! И ужинала она, судя опять же по докладу, тоже с двумя, иначе с чего бы рядом с девчонкой торчать сразу обоим братьям?! Леди Тонвуд изнывала от нездорового любопытства, что же было между ними во дворце, но, увы, попасть за ограду королевского парка не представлялось возможным. Зная их высочества и наблюдая на балу повышенный интерес к Эрианор, Ниа готова была прозакладывать что угодно, вечер не остался в рамках вежливого разговора о музыке и книгах. И грудь терзали острые когти ревности, хотелось немедленно что-то сделать с разноцветной, не дожидаясь последней Игры и свадебного обряда. Ясно ведь, она не согласится на условие Распорядительницы – где это видано, чтобы девушка отказывалась от внимания особ королевской крови! Ну а смерть – наверняка Эрин надеется, что избежит ее.

Губы леди Тонвуд растянула улыбка, не коснувшаяся глаз. Похоже, в этот раз надо действовать решительнее, чем с прошлыми невестами. Эта Эрианор не так глупа, как могло показаться, за ней глаз да глаз нужен. А еще следует тщательно продумать, как укоротить интерес разноцветной к принцам. Не хватало, чтобы она получала от общения с ними удовольствие! Надо поручить Рогену с самого утра установить наблюдение за домом разноцветной, а еще паре людей – за дворцом. Ниалона хотела точно знать планы принцев и этой Эрианор, от них зависели ее дальнейшие шаги по устранению с пути неугодной соперницы. Эта попытка братьев не должна увенчаться успехом, как и предыдущие! И отлично будет, если разноцветная пропадет сразу перед последним балом Игры… А до этого… До этого можно поиграть с девчонкой. Чтобы знала свое место.

Оллер

Пока Йен ездил провожать певунью – удивительно, но от ее выбора я не испытал такого сильного раздражения, как ожидал, – устроился в гостиной, обдумать вечер. Признаться, впечатления и эмоции обуревали самые разнообразные. Ну, начнем раскладывать по полочкам.

Эрин. Маленькая лианоссе ЛасГаллен. На моих губах тут же поселилась мечтательная улыбка, а перед глазами завертелись картинки. Смелая, гордая, упрямая. Нежная, страстная, любопытная. И умненькая ко всему, Йен правильно подметил. Как лихо она вопросы-то задавала, и как в точку, главное! Интересно, какие выводы сделает? А вечер уже завтра, отлично! Обязательно поговорю, только без условий – хватит с Эрианор моей необузданной страсти, пожалуй. Признаться, в самом конце, когда она спрашивала про повязку и потом интересовалась платой, мне немного неловко стало. Всего парой слов разноцветная ухитрилась выразить столь многое… Во мне зашевелилось что-то, подозрительно похожее на чувство вины: а не перегнул ли палку со своими неуемными желаниями?

Хотя по-честному, испуганной или смущенной Эрианор не выглядела. Скорее, раздраженной и уставшей. Я так и не понял, понравился ей вечер или нет, может, она что-то Йену сказала? И что же конкретно вызвало ее недовольство, наша с братом настойчивость или то, что Йен остался на ужине? А вообще, конечно, чем дольше я думал о поведении Эрин и ее интересе к ситуации вокруг Игры и нашей женитьбы, тем больше мне это казалось… Не то чтобы странным, но дочь Кайла очень сильно отличалась от остальных разноцветных, которых я знал до нее. Раньше они не спрашивали, им было все равно. Сначала привлекал титул королевы, а потом, когда случились первые три смерти, уже и пугал. Что творилось в разноцветной головке у Эрин, пока непонятно. Про прежних невест она не говорила, значит, знает, что с ними случилось. А вот про Ниалону и остальное очень даже любопытствовала. И вот теперь главное: сколько можно ей рассказать? Светлый говорил, Лесные должны в ближайшие дни прийти с ответом о том, кто будет принимать решение о выборе. Отлично, при разговоре точно поприсутствую.

И да, то, как Эрин отзывалась на поцелуи, на ласки… Додумать мысль не успел, появился Йен, необычно серьезный.

– Поговорим? – с ходу предложил он, плюхнувшись в кресло напротив и закинув ноги на стол.

– Поговорим, – согласно кивнул я. – Только недолго, – смачно зевнул и с хрустом потянулся. – Завтра, возможно, Лесные заглянут, а вечером второй бал Игры. Подготовиться надо.

– Олли, признайся, почему ты не сильно возражал против моего присутствия на этом вечере? – с ходу озадачил братец тихим и ну оч-ч-чень задумчивым голосом.

Я поднял брови и смерил Светлого взглядом.

– А был бы толк, Йен? Ты ясно высказался, что не намерен уходить. Мне что, звать стражу, чтобы унесла тебя оттуда? – Я не удержался от ехидства.

Он невольно улыбнулся – видимо, представил в красках эту сцену.

– Ладно, допустим, но я что-то не видел особого недовольства, даже когда прикасался к Эрин. – Йен сделал паузу, внимательно глядя на меня. – Или целовал. А ты смотрел на это.

Соединил кончики пальцев и посмотрел на собеседника, склонив голову.

– Ты к чему ведешь, Светлый? – кротко осведомился, уже начиная догадываться.

– Тебе нравилось происходящее, Олли, – негромко и уверенно ответил Йен. – И знаешь, вот честно, мне тоже.

Мы уставились друг на друга, я осмысливал откровение брата и пытался понять, насколько он прав. Еще раз прокрутил в голове события вечера… Иррохова печенка. У меня совершенно пропал интерес дальше соперничать с Йеном, а судя по тому, что Эрин, хоть и демонстрировала раздражение, особо не возражала против нашего со Светлым внимания, она тоже не сильно против встречи втроем.

– Только маленький нюанс, – продолжил Йен. – Знаешь, что я услышал, пока нес ее из парка?

– Пока не знаю. – Я плеснул себе морса – вино пить на ночь не хотелось, и так взбудораженные чувства успокаивались очень неохотно.

– Так вот, у меня поинтересовались, что будет, когда иссякнет интерес к ней, как к постельной игрушке, – выдал Йен, и я чуть не поперхнулся от неожиданности. – И еще нас с тобой обвинили в том, что мы не умеем ухаживать за девушками. Если хотим чего-то серьезного, то стоит так же серьезно подумать над изменением нашего поведения. Как тебе?

– Ну-у-у-у-у-у. – Я обдумал услышанное. – Как ни прискорбно, Светлый, маленькая лианоссе права, – задумчиво протянул и взглянул ему прямо в глаза. – Ты когда последний раз нормально за девушкой ухаживал? Не просто хотел уложить в постель, а завоевать ее внимание и чувства?

Ага, Йен озадачился.

– Есть над чем подумать, да? – Я прислонился затылком к спинке кресла и уставился в узоры на потолке. – Я вот тоже сижу и думаю, в кого Эрин такая умненькая и здравомыслящая выросла, в этой своей глуши. Что за книжки она там читала, в библиотеке, что знает, как мужчины должны ухаживать за девушками? И чем постельный интерес отличается от серьезного?

– И не пугается такого откровенного внимания к себе? – подхватил Йен. – Любая другая, едва оказавшись у тебя на коленях с завязанными глазами, такой визг подняла бы, полгорода сбежалось.

– Мм… – Я подумал, покрутил его слова и так и эдак. – Ведешь к тому, что у Эрин уже был опыт общения с мужчинами? – чуть нахмурился.

Неприятно, если так. Я бы не хотел, чтобы к моей разноцветной прикасался кто-то еще, кроме меня.

– Возможно, в поцелуях точно, – хмыкнул Йен. – В остальном затрудняюсь. Разве что у нее напрямую спросить…

– По физиономии схлопочешь, – со смешком прервал его я. – Вот такого вопроса Эрин тебе точно не простит, и твой титул ее не остановит.

– А еще незнакомый язык. – Светлый принялся загибать пальцы. – Любопытство к тому, что раньше наших потенциальных невест не интересовало, смелое поведение и главное, она пошла против Правил. – Он помолчал. – Не говоря о том, что Ниа впервые заговорила с разноцветной и позволила сначала ей, а потом и нам отступить от Правил.

– Какая интересная дочка выросла у Кайла, – протянул я, прищурившись. – Я бы сказал, очень необычная девочка. Знаешь, Йен, а я бы поговорил с ней уже безо всяких условий. Соблазнить всегда успеется…

– А я бы даже не стал торопиться с последним вообще. – Светлый улыбнулся уголком губ. – Как тебе вариант, Олли, не действовать столь грубо, как сегодня, а? Эрианор дельную мысль подкинула, почему бы не поухаживать за ней, не расположить к себе не наглыми приставаниями, а чем-нибудь другим?

Я покосился на Йена и небрежным тоном уточнил:

– Ты сейчас говоришь о нас, брат, или обо мне и себе по отдельности?

Он помолчал, так же глядя на меня, и похлопал пальцами по губам.

– Олли? Я сейчас тебя правильно понял? – осторожно переспросил он, и я чуть не рассмеялся его нерешительности.

Заложил руки за голову, еще разок прокрутил ту мысль, что возникла у меня еще в парке, когда туда заявился Йен, и кивнул сам себе. Идея со всех сторон выглядела привлекательной и решала вопрос с соперничеством.

– Я не хочу проигрывать, ты тоже, – начал терпеливо объяснять я. – Как выяснилось сегодня, ревности друг к другу мы не испытываем. Эрин тоже не особо испугалась. В чем проблема? Мы же все равно не собирались больше слушаться Ниалону. – Я весело ухмыльнулся. – Так почему бы не попробовать?

Йен моргнул и вдруг расплылся в ответной усмешке, щелкнув пальцами.

– Темный, Ирроховы потроха, а ведь верно мыслишь! Пророчество Лесных помнишь? – Я кивнул, еще не понимая, к чему он ведет. – Выбор без выбора? Вот же он! И Эрин не умрет, потому что все будет правильно сделано! Мы должны решать, а не Ниа, не знаю уж, чего там шаманы Лесных увидели, но они ошиблись! – Лицо Йена светилось от удовольствия. – Вот увидишь, наверняка нам завтра это же скажут!

– Ну, возможно, твоя идея имеет право на жизнь, – согласился я, не торопясь разделять энтузиазм брата. – Но давай не будем спешить с выводами? Остановимся пока на том, что, – вот тут я снова улыбнулся, – ухаживать за Эрин начнем вдвоем.

Признаться, когда я наблюдал за Эрин сегодня, особенно за тем, как она реагировала на довольно невинные ласки Йена, меня это не раздражало, даже наоборот. С трудом удержался, чтобы не присоединиться… Но все, больше никаких вольностей, если Эрин сама не захочет. Конечно, трудно будет держать себя в руках, но ведь есть много других способов подвести девушку к нужному решению. Просто я давно ими не пользовался, в самом деле, до сих пор как-то не приходилось уговаривать, женщины радовались любому вниманию с моей стороны или Йена. Да уж, расслабились мы. Ну ничего, зато вдвойне интереснее будет.

– Итак, тогда завтра утром Лесные, надеюсь, они все же завтра придут, а не через несколько дней, в обед я заскочу в Службу, проверю, что там уже узнали про Эрианор. – Светлый широко зевнул. – А потом обсудим вечер, да, Олли?

– Угу. – Я допил морс и встал. – И про Ниа не забывай, наблюдение с ее дома не снимать ни днем ни ночью.

– Да уж понимаю, не дурак, – проворчал брат и направился к себе. – До завтра, Оллер.

– Спокойной ночи, Йен. – Я сцедил очередной зевок в кулак.

Вечер удался… наверное. По крайней мере, мы с Йеном приняли интересное решение, которое будет очень весело осуществлять.

Утром, к одиннадцати, мы ждали Лесных в кабинете – вот не покидала меня уверенность, что они именно сегодня появятся с важными сведениями. Я нетерпеливо мерил шагами комнату, Светлый развалился в кресле, с легкой усмешкой наблюдая за мной.

– Да перестань мельтешить, все нормально пройдет, – хмыкнул он, когда я в очередной раз мазнул взглядом по часам. – Сядь уже, можно подумать, решается вопрос о твоей жизни и смерти.

– Вообще-то решается вопрос о жизни Эрин, – ворчливо отозвался я. – И для меня она важна не меньше, чем собственная!

– Если маленькая замешана в пророчестве Лесных, ничего с ней не случится, – негромко и уже серьезно ответил Йен.

– Там не написано ее имя, между прочим, просто – разноцветная! – возразил я и остановился напротив стола. – Откуда ты знаешь, может, это и не к Эрин относится, а… к той, которая за ней будет?!

– Не психуй. – Йен поморщился, а я срочно взял себя в руки – срываться на истерику не стоило в самом деле, что-то я слишком разволновался. – Не будет никаких следующих, и никто за нас выбирать тоже не будет. Хватит.

Я наклонился вперед, не сводя с брата пристального взгляда.

– Не забывай, кроме пророчества еще существует проклятие, – напомнил я. – И Эрин пока удовлетворяет только одному условию, которое может его обойти, она разноцветная. Не блондинка, не брюнетка, не рыжая.

Йен улыбнулся и поднял два пальца.

– Второе, дражайший братец, тоже есть, она не знает, как мы выглядим. И третье даже, мы увидели ее раньше первого бала Игры. – Улыбка стала шире. – Лесные же сказали, если обойдем как можно больше условий проклятия, оно исчезнет.

Ответить не успел, в дверь раздался стук. А вот и наши Лесные гости, я не ошибся в своих ожиданиях. Выпрямился, занял кресло рядом с Йеном и выжидающе уставился на вход. И что нам сейчас расскажут? Появился сначала слуга.

– Шаман Лесных, ваши высочества, он сказал, его ждут.

– Да, – кратко отозвался Йен, я же просто кивнул.

О как, даже один из шаманов. Видать, важные сведения! Я внутренне подобрался. Слуга отошел в сторону, пропуская посланника из Леса Одмари.

– Доброго утра, – вежливо поздоровался я и махнул в сторону стула. – Присаживайтесь.

– Благодарю, – раздался скрипучий голос, и шаман опустился на сиденье.

– Итак. – Йен соединил кончики пальцев. – Что с условиями освобождения от проклятия Ниалоны, и как это связано с вашим пророчеством?

Ответ оказался, мягко говоря, не совсем таким, какого мы с братом ожидали.

– Распорядительница по-прежнему имеет право решать, Камень Печати цел, значит, она не нарушала договора, – прошелестел шаман, а градус моего раздражения существенно подскочил. Судя по тому, как заиграли желваки на лице Йена, ему тоже ответ не понравился. – Выбор без выбора должен быть сделан на последнем балу Игры, и в присутствии Лесного заключен брак. Когда пророчество исполнится, мы получим знак, в тот же день. Когда проклятие будет снято, у вас исчезнет знак, в тот же день.

В кабинете воцарилась тяжелая тишина. Мы переваривали слова шамана и пытались не дать прорваться злости. Ненавижу, когда в рамки загоняют!

– Наши действия как-то могут повлиять на исполнение пророчества и проклятия? – ровным голосом поинтересовался Йен.

Шаман помолчал, словно прислушивался к чему-то, потом косматая голова качнулась.

– Вы вольны делать в отношении разноцветной, что посчитаете нужным, – скрипуче ответил он. – С Правилами решает Распорядительница.

– Вот спасибо, – язвительно отозвался я. – Значит, Эрин так же может грозить смерть, как и остальным, если и дальше окончательный выбор за Ниалоной?!

– Возможно, – медленно ответил шаман. – А возможно, и нет. Если она выживет и если мы получим знак, значит, все совпало.

– А если мы не хотим, чтобы она досталась кому-то одному из нас? – тихо спросил Йен, внимательно глядя на гостя.

Снова пугающее молчание.

– Все должно идти так, как идет, – бесстрастный ответ ходячего дерева. – Выбор должен быть сделан на последнем балу Игры.

М-да. Короче, от Лесных никакой поддержки, и с Ниалоной, похоже, разбираться будем сами. Ну и пусть…

– Вы говорили, мы должны обойти как можно больше условий проклятия, чтобы оно исчезло, – холодно произнес Йен.

– Да, – подтвердил шаман.

Брат улыбнулся, но улыбка осталась только на губах.

– Хорошо, – неожиданно кротким голосом ответил он. – Мы поняли, спасибо.

Шаман встал, поклонился – мне даже показалось, я расслышал тихий скрип его одеревеневших суставов, – и вышел. Едва за ним закрылась дверь, Йен повернулся ко мне.

– А теперь, Темный, слушай, что мы сделаем, – прищурив глаза, известил он.

– Я весь внимание, – буркнул, скрестив руки на груди.

– Первое, продолжаем следить за Ниалоной. Она наверняка подметила наш повышенный интерес и, возможно, забеспокоилась, значит, надо ждать гадостей. – Йен загнул палец. – Второе, Эрин не оставлять без присмотра вообще и поговорить с ней при первой же возможности, сдерживая собственные порывы.

В светлых глазах брата промелькнули веселые искорки.

– Третье, подумать, как деликатно донести до нее, что ухаживать мы будем вдвоем, и определяться, кому из нас она достанется, не собираемся. – А вот теперь снова появилась улыбка, но куда более теплая, чем несколько минут назад.

– И чихать на Ниалону, – добавил он. – Пусть себе решает сколько угодно. Не знаю, чего этим шаманам привиделось, но судьбу Эрин я в руки этой стервы не отдам. Ну и четвертое, подумать, как загладить наше, мм… не слишком деликатное поведение вчера вечером, – Йен усмехнулся. – Идеи есть?

– Ну так сразу не скажу. – Я развел руками. – Надо подумать, Правила полистать.

– Отлично, вот и займись, а я в Службу Наблюдения. – Светлый поднялся. – Встретимся в обед. Очень надеюсь, мои ребята нашли что-то интересное, и про Эрин и про Ниалону.

– Давай. – Я кивнул, согласный с таким планом, но не удержался от шпильки: – Снова на меня дела сваливаешь, Йен? Разленился что-то.

– Поязви еще, – добродушно проворчал он и направился к выходу. – У нас честное разделение обязанностей. Все, удачи в раздумьях.

Брат вышел, а я вздохнул и пока отодвинул размышления о вечере и Эрианор – дела не ждали.

Глава 10

Ниалона отпила чай и вернулась к написанию приглашений на вечернюю Игру. Раз не получится отыграться на принцах и Эрин, то другие ничуть не хуже. Леди Тонвуд совсем по-девчоночьи хихикнула, но все испортило мстительное выражение лица – она с большим удовольствием припоминала всем, кто за ее спиной ехидничал и насмешничал, в глаза сочувственно улыбаясь, когда Ниа получила отставку у принцев. О, а какое удовольствие видеть, как эти напыщенные и расфуфыренные аристократы скрипят зубами, но слова ей поперек сказать не могут! По договору с Лесными она – Распорядительница, а значит, другие обязаны выполнять все ее указания. Некоторое время Ниалона занималась приглашениями, сверяясь с толстым томом Правил, потом отодвинула стопку готовых, откинулась на спинку кресла и задумчиво уставилась в стену, покусывая губу.

Сейчас, немного успокоившись после вчерашнего приступа ревности, она уже была способна мыслить трезво. Поговорить с разноцветной еще раз все-таки стоило, и возможно, предложить ей сбежать до свадьбы. Видно же, что перспектива выйти замуж Эрианор не обрадовала. Хотя с другой стороны, принцев сопротивление только раззадорит… В прошлые разы, когда разноцветные все, как одна, были тихонями и послушными, ни у одного не проскользнуло ни намека на интерес. Только вежливое ухаживание, в рамках балов. Вне их ни Йен, ни Оллер не соизволили осчастливить избранных своим вниманием. Ну да, им было все равно. В этот раз разошлись что-то оба. Интересно, что задумали? Или не учитывают, что Эрин достанется только одному, или… Ниалона побарабанила пальцами по столу и нахмурилась. Или Оллер правду говорил, договорятся между собой и заживут дружно… втроем?!

Впрочем, что там планировали ушлые братцы, Ниалону не касалось. Они ее не получат. Возможность подобраться ближе к лианоссе ЛасГаллен имелась только на балах Игр – в другое время она или сидит в особняке, под присмотром папочки и прислуги, отобранной и проверенной лично принцами, или… ну, или проводит время с самими братьями, как показал вчерашний вечер. Ниа скрипнула зубами и подавила волну злости. В таком случае стоит начать с малого и подпортить дражайшей лиа Эрианор здоровье. Уложить ее до самого третьего бала в постель, чтобы не вставала. И на самом вечере будет выглядеть бледно, что тоже хорошо. Леди Тонвуд прикрыла глаза, на ее губах появилась коварная улыбка. Как же повезло в свое время найти этого аптекаря-кудесника, он делал совершенно замечательные смеси и настойки, обнаружить которые не могли даже Камни Лечения! Они слишком быстро распадались в организме на составляющие, как поняла она из объяснения аптекаря. И в малых количествах вызывали легкое недомогание, сонливость, вялость и апатию. А сам аптекарь настолько погрузился в мир своих колбочек, смесей, настоек и прочей алхимии, что совершенно не обращал внимания, кому и что продает… Сумасшедший, но очень полезный дядечка.

И конечно, Ниалона не собиралась собственноручно подливать чудесную настойку в бокал к лианоссе – Камень Печати связывал ей руки. Но имелся безотказный Роген, который и делал всю грязную работу. Слишком многим он обязан леди Тонвуд, чтобы возражать или доносить на нее. И в случае чего всегда можно свалить на него. Распорядительница кивнула собственным мыслям, удовлетворенно улыбнулась и продолжила писать приглашения. Еще надо, чтобы их успели разнести до вечера.

Йен

Почти до самого обеда пришлось заниматься текучкой, принимать просителей, разговаривать с некоторыми задержанными – Камень Подчинения имелся только у меня, во избежание его использования в чьих-либо не слишком чистых целях. От моих разведчиков, озадаченных насчет Ниалоны и Эрианор, пока ничего не было, но я знал: они ребята обязательные, и если я сказал в кратчайшие сроки собрать сведения, оные мне представят уже сегодня. По крайней мере, если не все – я понимал, что за половину предыдущего дня и начало этого много не нароешь, – но что-то в любом случае буду знать уже до вечернего бала. Надеюсь, Олли придумает, как удивить и заодно задобрить нашу разноцветную. Хотя вспоминая ее неподдельное волнение и то, как она отзывалась… Да, ворчала, огрызалась, но нравилось же ей, нравилось!

Однако мой пыл охладило воспоминание о ее последней отповеди. Я отложил очередной отчет, поняв, что в третий раз читаю одну и ту же строчку и не понимаю смысла, и задумался. Ну вот что поделать, если меня каждый раз при виде лианоссе ЛасГаллен так и тянет прикоснуться, обнять, дотронуться до ее очень живого личика, запустить пальцы в восхитительно мягкие пряди… И обижать не хочется, и снова видеть ее возмущение тоже. Эрин, Эрин, ну почему ты так не похожа на других, почему с тобой так сложно? И интересно? Я усмехнулся и покачал головой, скрестив руки на груди. Да, именно интересно, верное слово. Интересно ее разгадывать и искать ключики к маленькой лианоссе, без прямых вопросов в лоб. Так проще всего, ну и опять же вряд ли Эрин оценит. Значит, будем заниматься решением головоломок.

Зря думаешь, маленькая, что меня ты интересуешь исключительно с постельной точки зрения. Про Оллера заикаться не буду, понятия не имею, что там у брата в голове. Но если бы дело было в постели, уж поверь, вчера ты бы не ушла домой, совершенно точно. Мои мысли прервал негромкий стук в дверь, я встрепенулся и пригласил войти.

– Вы просили отчет о леди Тонвуд. – Мне с поклоном протянули несколько исписанных листков. – Мы еще раз перепроверили все сведения о ней и ее окружении, это сводный анализ из архива. Остальные сейчас проверяют людей и сведения, которые вызывают сомнения.

Ты мой молодец, а! Орел просто! Небось всю ночь заставил работать, с мысленной усмешкой подумал я.

– Благодарю, Эгерд. – Начальнику Отдела расследования я все же доброжелательно улыбнулся и сделал галочку выдать премию.

Хороший мужик и работает на совесть.

– Что с лианоссе ЛасГаллен? – на всякий случай спросил я.

– Должны вот-вот вернуться с докладом, – отрапортовал Эгерд. – Лианоссе с момента приезда в Мирано из дома почти не выходила, кроме домашних и отца, ни с кем не общалась. В поместье жила уединенно, друзей не имела, время предпочитала проводить в прогулках и чтении книг, – добавил он то, что я и так знал из предыдущего общего описания ее жизни. – Мы составляем список тех, кто приходил к лианоссе ЛасГаллен в особняк, когда она приехала в Мирано.

– Отлично. – Я кивнул и опустил взгляд на листок. – Как только будут сведения, сразу ко мне, Эгерд.

– Да, ваше высочество.

Он вышел, а я начал внимательно изучать, что накопали ребята Эгерда за вечер и ночь – наверняка заставил их не спать до рассвета. Так, надо не забыть узнать фамилии, и им тоже премию выдать, и выходной. К своим людям я относился внимательно и всегда старался отмечать хорошую работу.

Итак, Ниалона Тонвуд. Дальняя родственница, у которой вдруг прорезался дар королевской крови, но, слава Ирроху, бессмертие не досталось. Ну, милая стервочка, и что же ты учудила за все то время, пока была Распорядительницей? Я верил в своих аналитиков, они выбрали действительно важные моменты. Мои глаза заскользили по строчкам. Так, ну, то, что Ниа вела достаточно уединенный образ жизни, как без голоса осталась, это понятно. Вот, почти сразу появился помощник, этот Роген Рохлейв – и наградили же родители имечком! Сразу стал помогать ей в делах – ну тоже ничего странного. Кого там и как она себе выбирала в помощники, мне все равно. Раз ребята не включили его биографию в справку, это не имеет к делу отношения. Так, а теперь самое интересное, список регулярных контактов Ниалоны. То, что к ним ходил Роген, не важно, он ее помощник, значит, от нее.

Хм, та-а-ак! Несколько раз господин Рохлейв ходил к шорнику, да не к простому – помечено, что у него в клиентах несколько знатных семей Мирано, в том числе и придворные дамы. Так, а вот это уже важно, надо узнать подробнее, кто именно. Потому что одна из разноцветных – кажется, моя вторая супруга, – на второй день после свадьбы во время загородного пикника неудачно упала с лошади и сломала шею. Вот надо еще поднять протоколы, глянуть на описание сбруи повнимательнее. Точнее, поручить это ребятам Эгерда. Так, едем дальше. Посещение помощником Ниалоны какого-то торговца несколько раз. Уточнить, какого именно, и отправить туда дознавателей, пусть поспрашивают, по какому поручению леди Тонвуд туда ходил Роген. Ага-а-а, а вот и самое интересное – аптекарь! Это же такое поле для деятельности вырисовывается! Особенно для мстительной натуры вроде Ниалоны!

Я нахмурился. Только одна маленькая неувязочка: все смерти разноцветных произошли по естественным причинам. Заболели и очень быстро угасли – Камень Лечения не выявил никаких ядов или добавок, да и всю пищу для меня, брата и тех, кто становился женой одного из нас, проверяли. Таких было две: одна моя, другая – Темного. Одна с лошади слетела, еще одна неудачно поцарапалась прямо на свадьбе и через два дня умерла от заражения крови, ну и так далее. Мы с Оллером пытались найти причины, подвох, проверяли все с помощью разных Камней лично, но… Не прицепиться. Может, не там искали? Взял чистый лист, и сверяясь с докладом, быстро набросал задания для Отдела расследования. Если получится связать все ниточки и доказать, что эти смерти каким-то образом подстраивала леди Тонвуд… Я замер, прищурившись и уставившись в пространство невидящим взглядом. Она хитра, не отнять, своими руками наверняка ничего не делала, иначе бы Камень Печати давно рассыпался. И даже Роген скорее всего не везде был задействован. Ниалона действительно хитрая тварь. Ничего, милая, до последнего вечера Игры я заставлю тебя ошибиться и потерять право решать за нас с Олли. Мы свой выбор уже сделали и вряд ли его поменяем.

Я только закончил составлять список дел на завтра для ребят Эгерда, как в дверь снова постучались.

– Да! – пригласил я, а сердце вдруг забилось чуть быстрее.

Наверняка это с подробным докладом по Эрин. Я оказался прав, в кабинет заглянул один из Отдела расследования и молча протянул листок. Я чуть не вырвал его из рук, но сдержался, подождал, пока снова останусь один, и только тогда начал жадно вчитываться в строчки. Ну, как началась твоя жизнь в Мирано, маленькая? Так, портниха, понятно, садовник тоже, сапожник, да, ювелир. Ну ясно, Кайл готовил дочь к первому выходу в свет. Стоп, а что доктор у нее делал?! Причем уже на третий день пребывания в столице, и не придворный! Я выпрямился, сердце сжалось от нехорошего предчувствия. С Эрин что-то не так? Немедленно, имя этого доктора! Мой взгляд метнулся на часы, и я с досады выругался: время поджимало, скоро уже идти обратно во дворец, делиться с Оллером сведениями и готовиться к вечеру. Ведь еще узнать, какой именно доктор ходил к лианоссе, а это тоже время. Эх, не судьба, значит, сегодня не узнаю. Раздраженно вздохнул, добавил пункт в список дел для Отдела расследования на сегодня и завтра и дернул шнурок звонка. Через несколько минут явился начальник.

– Вот, Эгерд, самый срочный – последний пункт, – я протянул ему листок. – С остальным тоже не затягивать, но завтра я скорее всего буду занят, так что день в вашем полном распоряжении. По последнему пункту, как только появится имя и адрес, где живет этот доктор, сразу мне во дворец, по остальным – если завтра к концу дня что-то найдете, отчет тоже можно во дворец, перед сном ознакомлюсь. Есть какие-то вопросы?

– Нет, ваше высочество, – невозмутимо отозвался Эгерд и взял мои указания.

– Все, тогда удачи, а мне пора. – Я встал, забрал листок с выкладками по Эрин и Ниалоне и последовал к выходу из кабинета вслед за подчиненным.

А во дворце, обнаружив, что Оллер ждет меня в гостиной, молча вручил ему бумаги, сам пока занялся обедом – проголодался я будь здоров, в Службе как-то не до еды было.

– Отличная работа, – протянул Темный, прочитав выкладки. – Особенно по Ниалоне.

– Я отдал все нужные распоряжения, – поспешил успокоить брата. – И по Эрианор тоже. Ты мне лучше скажи, что будем делать на предстоящем вечере?

Оллер довольно улыбнулся, и я понял, что Темный надумал что-то интересное.

– Уж не знаю, насколько это совпадает с тем, чего ожидает от нас Эрианор, но предлагаю сделать следующее, – начал он.

Эрианор

Ночь прошла на удивление спокойно, и даже всякие будоражащие воображение эротические сны с участием братьев не тревожили. Вообще, я только в последнее время обнаружила, что мне не снятся сны. Никакие, с того момента, как очнулась в теле Эрианор. Раньше, конечно, тоже, бывало, неделями не видела ничего, но там, скорее, не помнила, потому что какие-то полупрозрачные обрывки в памяти все же плавали. Сейчас вообще ничего, как будто проваливалась в черную яму, и если честно, почему-то отсутствие снов тревожило. За всей этой нервотрепкой с принцами и непонятными условиями женитьбы времени задуматься о странностях моего сна почти не оставалось, а сегодня мысль застряла в голове. Может, потому, что в ней совсем пусто после вчерашнего сольного выступления лианоссе ЛасГаллен перед двумя принцами?..

Не сдержалась, поморщилась, ковыряясь в воздушном омлете с помидорами – я как раз завтракала в своей спальне, хотелось уложить впечатления и размышления в одиночестве, пока Кайл не явился. Если честно, вспоминая вчерашний вечер, испытывала давно забытое чувство стыда – обещала же самой себе, никаких поблажек, и на тебе, таяла в руках братьев, как кусочек воска! И никакие оправдания не помогали: хотела бы, пресекла все на корню, в первую очередь не согласившись на условия Оллера. И получила бы только чинный ужин, ну, может, с парой поцелуев. Зато теперь, помимо остро-сладких, смущающих мой ум и чувства воспоминаний и ощущений, я обладала хорошей порцией информации, что не могло не радовать. Отодвинула эмоции в сторону и взяла себя в руки. О предстоящем сегодняшнем вечере и о том, как себя на нем вести, подумаю позже. Быстренько доев завтрак, я собрала посуду на поднос и пересела за письменный стол. Пора разложить по полочкам то, что мне уже известно, возможно, получится сделать кое-какие выводы и понять, что еще можно узнать у Оллера и Йена. Только уже без всяких пикантных игр! Хватит с меня.

Я посмотрела на изящную золотую чернильницу, украшенную перламутром, потом на пучок перьев, стоявших в специальном стаканчике. М-да, до шариковых ручек и пасты тут явно нескоро додумаются, а я, увы, ничем не могла помочь прогрессу в Мирано. В прошлой жизни как-то не интересовалась вопросом изготовления этого, бесспорно, полезного предмета, но привычного и обыденного, и мне в голову не могло прийти, что когда-нибудь окажусь в ситуации, где придется использовать нечто другое. Эх, ладно, раз мне тут теперь жить, придется осваивать. Каллиграфию не обещаю, и так почерк не айс, но пишу же сейчас исключительно для себя. Хотя вдруг вместе со способностью читать мне передались еще какие-то рефлекторные навыки прежней владелицы?.. В том числе и умение писать пером? Вот, кстати, интересный момент: если мы с Эрианор поменялись душами, как во мне могло остаться что-то от прежней лианоссе?.. И ведь болезнь к телу имела отношение, как тут поможет перенос душ?

Я зажмурилась, тряхнула головой и вернулась к вопросам, которые сейчас важнее. Обо всех этих высоких материях подумаю как-нибудь потом, может, даже попрошу Кайла устроить встречу с доктором и расспрошу его подробнее сама. Должен же он знать, как это все работает. Так, сведения, Эрин, вернемся к этому. Ненадолго задумалась, машинально сунув кончик пера в рот, опомнилась, сплюнула ворсинку и решительно окунула острый кончик в чернильницу.

Сначала соберем воедино кусочки того, что уже знаю. Итак. Каким-то образом поиски принцами жены связаны с проклятием, которое наложила на них Ниалона. Отсюда вытекает логичный вывод, что подобная женитьба поможет снять его. Значит, уточнить про условия снятия проклятия, и почему тут же замешаны Лесные, и еще, почему именно леди Тонвуд стала Распорядительницей и решает, кому из принцев жениться. Спрашивать, почему Ниалона вдруг так поступила с братьями, думаю, смысла особого нет, и так понятно: отказали дамочке, видимо, не пожелав стать для нее всего лишь средством достижения положения в обществе, власти и денег. Тоже можно понять, не каждому нравится, когда его используют. Ну и леди не такая уж приятная по характеру, хотя внешность ничего так, если убрать высокомерие. Хорошо, что дальше? Да, самый главный вопрос, мелькнувший еще вчера: сколько было разноцветных до меня, и что же конкретно с ними случилось? И почему принцы не пытаются выяснить причины смерти?

Под краткой сводкой сведений, которыми я располагала, написала вопросы, причем на всякий случай старалась формулировать как можно четче, не оставляя возможности для неполного ответа. Кто их, этих принцев знает. И кто знает меня саму, насколько сильна во мне авантюрная жилка…

1. Объяснить, в чем заключаются способности Ниалоны.

2. Рассказать, почему в эту историю вмешались Лесные.

3 Объяснить, обязательно ли мое согласие на брак.

4. Рассказать, сколько было разноцветных до меня, и как именно они умерли.

5. Объяснить, почему выбирать, кому жениться, должна Ниалона.

Пробежала взглядом список, задержалась на третьем пункте. Пришел в голову неожиданно, если честно, просто подумала, а что будет, если я на этом самом последнем вечере громко заявлю, что не желаю выходить замуж. Скандал, конечно, может выйти, и все заинтересованные лица будут очень недовольны, но на самый крайний случай я готова пойти и на такое, если тут, как и в моем родном мире, требуется согласие жениха и невесты. Если же нет… Так, не буду о грустном. Сначала выясню все до конца.

Неожиданно раздался негромкий стук в дверь.

– Эрин? Горничная сказала, ты уже не спишь, – голос Кайла.

– Да, не сплю, – откликнулась я и отложила перо.

Он вошел, кивком поздоровался и сел на стул. Я выжидающе уставилась на него.

– Все-таки как прошла вчера встреча? – Лорд ЛасГаллен не стал ходить вокруг да около.

– Я уже говорила как, – спокойно ответила я. – Кайл, а в Оймири разводы есть? – взяла инициативу в свои руки, не дав ему продолжить.

Он моргнул, потом покачал головой.

– Обряд Лесных на всю жизнь, – «обрадовал» папочка. – Освободить может только смерть.

Чудненько! Просто вот не передать, как я счастлива услышать этот факт! Надеюсь, Кайл не соврал. Вроде не похоже – смотрит в глаза, поза расслабленная, руки на коленях, кончики пальцев соединены. Усилием воли смирила злость и продолжила расспросы. Может, список сократится, а то, если честно, после вчерашнего спрашивать братьев уже не очень-то хотелось… Точнее, не хотелось не потому, что не понравилось, а потому что наоборот, слишком все хорошо было, и мне вот именно это не понравилось. Уф, какая длинная и запутанная мысль.

– Мое согласие на обряд обязательно? – Хотя спросила спокойно, внутри все замерло от нехорошего предчувствия.

Ой, сдается мне, зря спросила… Кайл улыбнулся, и даже показалось, в самой глубине его глаз мелькнуло что-то, отдаленно похожее на сожаление.

– Ну, Лесные могут спросить, а могут и нет. – Папа Эрин пожал плечами. – Никогда не знаешь заранее, что им захочется. Хотя как таковое твое согласие или несогласие не значит ровным счетом ничего, Эрианор. Я знаю случаи, когда невесту спрашивали, и она либо ничего не отвечала, либо отвечала отрицательно, но обряд все равно совершался. Магии Лесных, Эрин, все равно, какие чувства испытывают жених и невеста, – продолжал откровенничать Кайл, а я с каждым словом понимала, что попадос гораздо серьезнее, чем мне думалось. От этого вдоль позвоночника словно ползали улитки – крайне неуютное ощущение. – Они просто проводят обряд Соединения. Думаешь, те, кто был до тебя, горели желанием выйти заму